Стук в дверь раздался в тот момент, когда Марина собиралась на работу. Как всегда, проспала и посему, бегала по квартире с все возрастающей скоростью. На тихий, но уверенный стук отреагировала нервным вздохом и выкриком:

– Кто?

– Представитель компании «Олд Ник и братья», – отозвался некто из-за двери, голосом звучным и красивым. – По важному делу.

– О, нет, – вздохнула Марина, а вслух сказала:

– У меня нет времени на коммивояжеров. Уходите!

– Я не коммивояжер, – баритон за дверью не потерял ни капли уверенности. – И займу совсем немного времени.

Марина сама не поняла, что заставило ее открыть дверь. Она опомнилась, когда раздался скрип давно не смазываемых петель, но было уже поздно.

За дверью обнаружился импозантный мужчина невысокого роста в дорогом сером костюме. Его рыжая шевелюра странным образом топорщилась, создавая впечатление, что в ней прячутся небольшие рожки. На темном от загара лице сверкали белые зубы, и глаза – один зеленый, другой почему-то черный.

Обворожительно улыбнувшись, незнакомец переступил порог, внеся с собой в квартиру странный запах. Одеколон визитера напоминал о жарких странах, если точнее – о раскаленной пустыне.

В руках пришелец держал небольшой чемоданчик черной кожи, и трость – длинную, с навершием в виде головы черной собаки. Шагал мужчина как-то странно, прихрамывая сразу на обе ноги.

– Приветствую вас, – произнес он, оказавшись в прихожей. – От имени нашей компании. Мы проводим испытание нового вида продукции и хотим подарить один экземпляр Вам для проверки его потребительских свойств!

– Я? Мне? Зачем? – залепетала Марина, совершенно ошеломленная. – Мне ничего не нужно!

– Сомневаюсь, – белозубо усмехнулся незваный гость, – что вам не нужна вещь, способная исполнять желания.

– Исполнять желания? – Марина нахмурилась. – Это невозможно! Что Вы мне сказки рассказываете?

– Никаких сказок, – незнакомец уверенным жестом распахнул чемоданчик. Из него неожиданно пахнуло жаром. – Проверим? Прямо сейчас!

– Ну, – Марина замялась.

– Вот вы чего сейчас хотите? – острый разноцветный взгляд устремился прямо в лицо Марине, и та ощутила себя словно под рентгеном. Странный пришелец видел ее насквозь. – Ага, хотите как можно скорее привести себя в порядок и уйти на работу!

– Нетрудно догадаться! – Марина фыркнула.

– Наденьте это, – рыжий извлек из чемоданчика кулон в виде серого камня на цепочке серебристого металла и поспешно захлопнул источающую жар черную пасть.

Марина с опаской приняла украшение. Цепочка скользнула по шее, и легши на кожу, перестала ощущаться. Представитель фирмы смотрел на женщину с понимающей усмешкой:

– Так, а теперь положите руку на камушек, закройте глаза и проговорите свое желание. Можно шепотом.

Марина скептически поджала губы. Веки, тем не менее, сомкнула. Камушек оказался шероховатым и до странности теплым, словно живое существо. Марина сосредоточилась и шепотом произнесла:

– Хочу хорошо выглядеть, чтобы морщинки исчезли, и мешки под глазами тоже!

Словно ветерок пронесся по лицу, огладил веки, распушил ресницы. Открыла глаза, и ахнула: из зеркала на нее смотрела незнакомая девушка с молодой и абсолютно гладкой, идеальной кожей. Ни морщинки, ни складочки.

Мужчина кашлянул, привлекая внимание. Марина с трудом оторвалась от созерцания себя:

– Спасибо, – прошептала она. – Неужели ничего не надо платить? И как эта вещь называется?

– О деньгах забудьте, – блеснули беломраморные зубы меж лиловых губ, и Марине вдруг стало холодно от этой улыбки. – А называем мы эту вещь просто – устройство шестьсот шестьдесят шесть.

– Вот как…, – Марина замялась, не зная, что сказать. Выручил ее визитер.

– Всего наилучшего, – сказал он, отвесил вежливый поклон. Хлопнула дверь и остался висеть в прихожей странный, будоражащий аромат.

Марина еще раз посмотрела в зеркало: не исчезла ли красота? Затем бросила взгляд на часы, и с воплем кинулась в комнату – она опаздывала, безнадежно. Учитывая, как ходит транспорт, до службы не добраться менее, чем за сорок минут, а стрелки на циферблате показывали без двадцати.

Из дома вышла, предвкушая выговор от начальства и испорченный день. Даже хорошая погода не улучшила настроение: яркое солнце, заливающее город желтым светом, казалось насмешкой. Запахи теплого асфальта и автомобильных выхлопов назойливо лезли в ноздри.

На остановке скопилось множество народу. Марина подошла и скромно встала в сторонке. Повернула голову, и что-то царапнуло по груди. Марина машинально подняла руку и тут же вспомнила о подарке странного мистера Ника. Сжала камушек сквозь ткань блузки. Желание быстро попасть на работу оформилось мгновенно.

Марина огладила кулон, словно экзотического зверька и почти сразу открыла глаза. С легким шорохом у бордюра притормозил «Шевроле» ярко-красного цвета.

Не веря своим глазам, девушка смотрела, как открывается дверца, как появившийся из машины, словно джинн из бутылки, красивый блондин улыбается ей. Лишь его голос, шершавый, как терка, вывел Марину из столбняка:

– Позвольте вас подвезти, – блондин улыбнулся. От него шел запах дорогих сигар. Синие глаза смотрели спокойно, в них мелькали холодные огоньки. – Грех такой красивой женщине ехать в толпе!

– Отчего нет? – сказала Марина, чувствуя, как шевелится на груди странный подарок, источая слабое тепло.

Блондин проникновенно улыбнулся.

На работу она не опоздала. Хозяин «Шевроле» домчал до нужного места за десять минут. Он героически пытался выведать адрес и телефон Марины. Та упорно отговаривалась. Удивление от работоспособности устройства 666 быстро пропало, сменившись холодной расчетливостью.

Марина все же сообщила свой телефон обаятельному блондину, а, выйдя из машины, погладила кулон и пожелала, чтобы подвозивший ее мужчина забыл его.

Она не сомневалась, что звонка не будет.

Коллеги встретили ее странно. Олег Алексеевич, вечно желчный начальник информационного отдела, вытаращил на Марину глаза, словно на голове у нее выросли рога. Провожал взглядом, какой Марина давно не видела у мужчин. В карих близоруких глазах причудливо смешались удивление и вожделение.

Секретарша шефа едва не застонала, увидев чистое лицо Марины. В ее приветствии прозвучала такая бессильная зависть, что Марине стало немного стыдно.

Оставив пепельноволосую красавицу рыдать в приемной, Марина прошла на рабочее место. Подруги по отделу заохали, заахали. Пришлось отговариваться новой косметикой, ужасно редкой, и обещать эту косметику принести показать. Лишь спустя час Марина отбилась от подруг и села за работу, первый раз в жизни подумав, что красивой быть не всегда приятно.

Почти сразу последовал вызов от начальства. Коммутатор противно загудел и сказал голосом секретарши, искаженным до неузнаваемости:

– Марина, зайдите, вас Алексей Петрович зовет.

Девушка с вздохом встала. Она догадывалась, для чего ее может требовать шеф. Рекламный проект, в который были вложены большие деньги, неожиданно начал буксовать, и крайней оказалась Марина. Именно от нее Алексей Петрович теперь почти ежедневно требовал стратегии выхода из создавшегося тупика.

С бьющимся сердцем переступила Марина порог кабинета. Запах свежесваренного кофе, витавший здесь, только усилил страх. Девушка почти инстинктивно подняла руку к груди, сжала пальцами бугорок кулона.

Алексей Петрович поднял взгляд. За стеклами очков, в голубых глазах его скрывалось раздражение, готовое прорваться вулканической лавой гнева.

«Не хочу его слышать!» – подумала вдруг Марина с яростью. – «Хочу, чтобы он замолчал!». Камушек под ее пальцами ожил, запульсировал пугающим теплом, и в тот же миг лицо Алексея Петровича странно перекосилось, он захрипел и начал оседать на стуле.

Когда скорая помощь уехала, а насупленный врач бросил одно лишь слово «инсульт», в офисе повисла напряженная тишина. Побледневшие сослуживцы Марины с удивлением переглядывались: инсульт у тридцатидевятилетнего мужчины, непьющего, некурящего, отличающегося завидным здоровьем – разве такое возможно?

Сама Марина сидела за рабочим столом, закусив губу, чтобы не закричать. Истинную причину инсульта знала только она, и это знание ворочалось в груди холодным ежом, заставляя сердце болезненно сжиматься. Серый камушек на цепочке, устройство шестьсот шестьдесят шесть, выполнил свою работу, исполнил желание. Алексей Петрович замолчал, и хорошо, если не навечно.

Марине хотелось плакать. В первый миг она испугалась, потом попыталась снять чудовищный подарок, но не смогла. Пальцы соскальзывали, руки опадали, не желая слушаться приказов. Девушка с ужасом осознала, что искушение владеть этой вещью слишком сильно.

Снять камушек она не смогла, но дала себе зарок его не касаться. Это оказалось невыносимо трудно, почти как не моргать. Рука сама поднималась к груди, и приходилось ее отдергивать. Марина измучилась, постоянный стресс сделал ее нервной и раздражительной.

Спустя два дня она возвращалась с работы. Нагревшийся за день асфальт отдавал тепло, и запах его причудливо смешивался с ароматом цветущих тополей. Пух нетающим снегом стелился по земле, сбивался в пухлые комки, похожие на большие одуванчики.

Глядя на мир вокруг, такой спокойный, умиротворенный, Марина испытала приступ острой зависти. «Как я хочу, чтобы все это кончилось!» – подумала она устало, и тут же с ужасом осознала, что рука ее лежит на кулоне. Тот был горяч, словно уголь, и мелко дрожал.

Марина услышала громкий треск, краем глаза заметила, как огромный тополь, простоявший на одном месте лет семьдесят, кренится в ее сторону. Попыталась рвануться в сторону, но ноги словно приросли к асфальту.

Крик потонул в грохоте ломающихся ветвей…