Дальние звезды давно сожжены, Брошены вниз, навсегда. Видишь, холодные годы, как сны, Тихо скользят в никуда. Сколько еще безнадежных путей Сердце наполнят тоской… Сколько таинственных, гордых теней Встанет за черной чертой. * * * А времена — провалы в пустоту, Нет верности, нет жалости на свете. И только вечность помнит о поэте, И ждет его высокую мечту. Ищу людей- а обретаю тьму, Нацеленную только на убийства, И если бы не гордость византийства Я б сам ушел в последнюю зиму. По тротуарам и по мостовым, Знакомый незнакомец всем живущим, Идет между небытием и сущим Судьба моя, чтоб стать потом другим, Высоким, безоглядным и красивым, И не вполне понятным ожиданьем. Быть может, не имеющим названья, Но искренним в порыве, а не лживым. Ведь только мука, мука все решает — А остальное: все мои улыбки И звездные дороги, и ошибки, Как правило, решенье подтверждают. * * * В жизнь чужую тихо заглянуть, И увидеть сны иной души. Миру одиночество вернуть, И украсить болью миражи. Отправляться ночью к холодам, К злым ветрам, в осенний листопад. И поверить призрачным словам, И столетья бросить наугад. Прятать тихо грусть надменных грез. Научиться никого не ждать. Научиться из янтарных слез Ледяные звезды создавать. * * * Верить светлым звездам или нет Сам решай в полночной тишине. Чувствуешь, как много тысяч лет Нам дано в распахнутом окне. Чувствуешь надменные слова, Помнишь совершенные мечты. Сохраняешь искры волшебства, Заполняя чистые листы. Все равно, куда теперь смотреть: Там и тут идут твои года… Только ты, пожалуйста, ответь — Кто без крови строил города? * * * Вновь боль от ощущения тоскливой невозможности, Несбыточности главного — серебряной мечты. Все то же чувство странное постылой безнадежности. Усмешка эта горькая, скривившая черты… Жестокие сомнения, неясные пророчества. И вновь дорога дальняя средь тысячи теней. И грусть, как средство лучшее от злого одиночества, И сон как проводник души, сквозь суматоху дней. * * * Вновь такой же самый призрак, как и я Перемешивает смыслы бытия, Превращает вечер в утро, утро в ночь. Неизбежность боли хочет превозмочь. На холодную Вселенную взгляни, Ведь в нее легко уходят наши дни. Звезды падают в души твоей тетрадь. Звезды учат беспечально умирать. Значит, наша жизнь — осенние дожди. Значит, только бесконечность впереди… Где такой же самый призрак, как и я Изменяет снова смыслы бытия. * * * Все одно и тоже, все одно и тоже: Ненависть, молитва: "Ты прости, о Боже". Звезды тают снова в небе равнодушно — Ничего не надо, ничего не нужно. Завтра — все как прежде. Завтра — все сначала, Словно на вопросы эхо отвечало. И твоя улыбка, и твои мечтанья, Все в одном и том же — в разочарованьи. * * * Все очень просто: Радуйся звездам, Помни, что времени нет. Родины тоже — Никто не поможет В вечности горестных бед. Жизнь, эта шутка, Становится жуткой С каждым мгновеньем пути. Все уже было — Небо забыло То, что нас ждет впереди. * * * Все пройдет, тома истлеют — Нет на свете волшебства. Ветер времени развеет Все безумные слова. И погаснет пламя боли, Блеск увиденных картин. Все исчезнет: маски, роли — Ты останешься один. И не важно, что творится За окном твоим опять. Что тебе еще приснится, Что сумеешь ты понять. И прекрасная беспечность Так напрасна, так пуста… Ведь с тобою, как всегда: Одиночество и вечность. * * * Вся жизнь — мелькание теней, И их полет. И пустота прошедших дней Меня зовет. Я не могу понять никак Свой странный бег. Диктует мне грядущий шаг Жестокий век. Но все равно куда идти… Из года в год Все те же тени на пути — Круговорот… * * * Годы исчезают незаметно, В вечность ускользают вечерами. Ты, как прежде, любишь безответно Звезды боли светлыми словами. То, что так прекрасно, безнадежно Бьется в сердце, превращаясь в пламя, И пылает яростно и нежно, На ветру трепещет, будто знамя. Жаль, что нужно будет расставаться С тем, что никогда недостижимо — Годы в одиночество умчаться И мечты рассеяться незримо. Только даже в грусти есть отрада: Безысходность станет вновь стихами… Чтобы жить на этом свете надо Часто увлекаться миражами. * * * День твой прошел, как всегда, Ночь свои свечи зажгла. Тихо дрожат зеркала, В них погибает мечта. Кто-то таинственный знак Чертит твоею рукой. И безнадежной тоской Меряет каждый твой шаг. Вспомни холодный закат, Радость свершенья и страх… Все позади и в глазах Черные звезды горят. * * * Дрожащею рукою перебираю книги, И думаю, что завтра оставит все, как есть. И вновь тревожат сердце мне памяти вериги, Но остается правда, и остается честь. Я мимолетным жестом, строкой туманной, зыбкой Пытаюсь снова вечность холодную объять. Учусь встречать удары беспечною улыбкой. Учусь писать и петь, и никого не ждать. А в полночи все те же тревожат разговоры О том, что было в прошлом, что не забыть никак. И годы образуют судьбы моей узоры, И я ищу в них Бога, Его высокий знак. А что еще мне делать, все так переменилось. И только сны печалят, как прежде, до утра. Как жалко, что вокруг мне многое приснилось. И жизнь моя опять уходит в вечера. * * * И в каждом сне есть области Запретные для нас, Для нашей странной гордости, Для наших быстрых глаз. За пеленою вечною, Ночною пеленой Скрывает бесконечное Свой облик неземной. Но в темном безразличии, В безмолвьи темноты. Есть скорбное величие Разбившейся мечты. * * * И все ветра, и все огни, И в лету канувшие дни Отражены в твоих глазах, В твоих таинственных стихах. Слова по-прежнему легки, А звезды светлые близки. И сердце рвется звездам вслед, За горизонт минувших лет. Чтоб снова строчками мечты Заполнить чистые листы. * * * И снова надменность, и снова покой, Я вечность рисую усталой рукой. Полощется полночи черный штандарт, И стелется скука колодою карт. Я все разложил, я исправил слова. В них музыка грез, в них печаль волшебства. И гаснущий сердца таинственный свет, И то, что скрывалось завесою лет. Душа опустела, в ней нету мечты. Лишь блеск безнадежности, тень пустоты Зовут в одиночество, в дальние сны. Безмолвию памяти скорбно верны. Я звезды бросаю в пустую тетрадь, Мне нужно уснуть, мне некого ждать. И снова молчанье, и снова покой, И вечности сны над моей головой. * * * И ты постигаешь азы бесконечной "науки", Ты ищешь тепла у холодных и странных теней. Ты можешь в бессмертье уйти через годы и муки, А можешь стать смертным от скуки бессмысленных дней. Душа твоя снова и снова приветствует вечность Осенних дождей безнадежные грустные сны. А сердце, как прежде, играет с тобою в беспечность. И верит, и ждет продолженья наивной весны. Но с каждой секундой яснее отсутствие звуков, И боль одиночества с каждым мгновеньем сильней… И что остается? В бессмертье идти через муки, Иль просто стать смертным от скуки бессмысленных дней. * * * Иду по северной земле, В полночной тишине. И чувствую: ветра во мгле Все тянутся ко мне. Смотрю на прошлые года, На дней прошедших дым. И вижу тех, кто навсегда Ушел, кто стал другим. Смеюсь так холодно и зло Над тайнами мечты. О, вечность- черное крыло, С тобою я "на ты". * * * Кажутся столетья дивным отраженьем Роковых желаний брошенной души, И рождает вновь твое воображенье Множество вселенных, звезды, миражи. И сомненье в чувстве, что всегда неясно, И надменность сердца, и огонь мечты — Все в тебе высоко, все в тебе прекрасно… Словно за тобою нету пустоты. * * * Короткие строчки, признанья поэта, Игрой или мукой души рождены, Оставленный след в безнадежности этой Как грустные грезы, как светлые сны. Ненужные встречи, ненужные взгляды Остались давно позади, но слова Хранят их печаль, расставаниям рады, Сплетают узор своего волшебства. И музыка сердца замрет на мгновенье, Чтоб дальше идти через радость и страх К заветным огням своего Воскресенья В таинственной вечности, в странных стихах. * * * Люблю ночную непогоду, Беззвездность медленных часов. И чередой проходят годы Пред взором мысленным. Без слов Припоминаю все, что было — И радость встреч, и боль потерь. Как будто вечность отворила Мне в прошлом запертую дверь. А в музыке ветров угрюмой, Что бьется о мое стекло, Все те же сны, все те же думы О том, что сбыться не могло. * * * Мне легко потеряться, и тихо забыть Все, что было со мною когда-то. И, смеясь, безнадежно свой путь повторить От восхода до злого заката. И в ночной тишине незамеченным сном Вдруг скользнуть по волшебной дороге. И лечить свою душу холодным вином, В бесконечно-высокой тревоге. Заглянуть в чьи-то окна на миг, и опять Строчки прятать в таинственной грусти… Знать, что вечность не может, не станет прощать. Никогда, никуда не отпустит. * * * Мне нечего искать, мне нечего терять, Я помню- одиночество безмерно. И я могу легко мгновеньями играть. И даже обреченностью, наверно. Я прошлое забыл, забыл давным-давно, Но знаю я, что боль опять вернется. Все повторится вновь… Я выгляну в окно, И мне звезда шальная улыбнется. И я легко пройду по вечности ночной, По тайным снам, по светлым грезам лета. И кто-то в небесах, с печалью неземной, Во мне признает русского поэта. * * * На огни осенние молиться, Видеть вновь, как падает звезда. Знать, что ночью ненависть приснится, Ведь любовь не снится никогда. Продолжаю падать равнодушно В бездны снов, в обрывки дней и лет. Мне давно грядущее не нужно. У поэта будущего нет. Так легко, таинственно и нежно Погибает сердце. Так легко Вечность правит миром безнадежным, И меня уносит далеко. Ничего не может измениться, Разве что, наступят холода… Ну а ночью ненависть приснится, Ведь любовь не снится никогда. * * * Не будем прерывать молчания И тихих грез. Вся жизнь — потери, ожидания, И горечь слез. Глаза потухли, и бессильная Лежит рука. Опять права она, всесильная, Моя тоска. И если путь наш уменьшается, То с каждым днем К нам тихо вечность приближается С последним сном. Вся жизнь- свечи короткой таянье И пепел грез… Не будем прерывать отчаянье Безмолвных слез. * * * Нельзя оставить выбранной стези, И тайны безнадежной постоянство. И вечность вижу я иной вблизи. Я вижу бесконечное пространство. Где ничего вокруг, лишь звездный свет Струится так красиво, неизменно. Где виден след давно ушедших лет, И душу жжет огонь мечты надменной. Ведь все пути смыкаются легко. Смыкаются таинственно и нежно… Пусть жизнь меня уводить далеко. Я верю — возвращенье неизбежно. * * * Никто не останется рядом с тобою — Все тихо уйдут в никуда. Ведь каждый отмечен жестокой судьбою, Ты помни об этом всегда. Не нужно оспаривать чувства и грезы, Не нужно смотреть из окна: Как вечность дарует забвения розы И звезды последнего сна. * * * Ночь холодна, безлика и грустна — Я тишины высокой не нарушу. Смотрю, звезда притягивает душу Узорами несбыточного сна. Хоть боль давно уж преодолена, Я все равно не смею верить в это… И я боюсь случайного рассвета, Который открывает имена. * * * Я снова вижу отражения Печали в звездной вышине. И одиночества прозрения Живут по-прежнему во мне. Пусть вечность горькою улыбкою Скользнет устало по губам, И станет снова тайной зыбкою Прологом к сказочным стихам. И кто-то волей вдохновенною, Развеяв серых дней свинец, Зажжет мне новую Вселенную, Укажет неземной венец. Пусть все игра воображения, И мир безмолвия во мне… Я снова вижу отражения Души в надзвездной вышине. * * * Оды и серенады, И благородные жесты — Все это теперь не надо, Этому больше нет места. Время стирает слезы, Вместе с лицом печальным. Сном станут светлые грезы, Эхом зыбким и дальним. Зачем же с улыбкой бледной Песней звенеть надменно? Чтобы исчезнуть бесследно? Чтобы стать ветром Вселенной. * * * Оставлю дальнюю звезду Меж серых дней. И в вечность гордую уйду Иных затей. Пусть нет надежд и светлых снов Давным-давно. Со мною блеск высоких слов — Им все равно. Так боль моя теперь близка И ясен путь, Что сквозь холодные века Мне не уснуть. * * * Поэт уходит, оставляя Весь мир в отточенной строке. Его ведет стезя шальная, Подвластна боль его руке. И мир, где звезды тихо блещут, Наперекор земным страстям, Каскады рифм, безумий вещих Рождают свет, незримый нам. * * * Предела нет. Возврата нет. Лишь только вечность равнодушно Глядит в тебя, уже не нужно Давать на твой вопрос ответ. Все в прошлом, меж высоких лет. Все было вольно иль невольно, Но, все равно, уже не больно, Лишь скучно чуть без прежних бед. Сорвись лишь на мгновенье в ночь, В ее загадки и причуды… И, может быть, случится чудо: И повторится все точь-в-точь. * * * Сжимаю осколки стекла, И кровь выпускаю на волю. Какое мне дело до зла? Какое мне дело до боли? Зияют кошмары — дома, На улицах так неуютно. А ночью спускается тьма, И дарит надеждою смутной. Я тенью легко становлюсь, Прекрасной, задумчивой тенью. Я в сны безуспешно стремлюсь Навстречу иному мгновенью. Сжимаю осколки стекла, И кровь выпускаю наружу… Какое мне дело до зла? Какое мне дело до стужи? * * * Теченье дней однообразных, Меж грез, молчания и ссор. А жизнь — томительный узор, И вереница слов несвязных. За приоткрытой дверью я Вновь вижу те же сны и лица. И продолжаю я стремиться За грань дневного бытия. И неизменно, как всегда, Так утомительно и нежно Своей печалью безнадежной Меня баюкает звезда. * * * Тихо замереть в снегах январской ночи, Встретить Рождество под елкою с огнями. И понять, что сердце гордое не хочет, Тихо кануть в эту вечность с зеркалами. Притвориться спящим, обмануть невольно Несколько мгновений, несколько столетий… Все равно ведь завтра утром будет больно, Будет очень грустно утром, на рассвете. * * * Только серые дома, Только ледяные дали Душу светлую сковали, И почти свели с ума. Ночь, шепчи свои слова — В одиночестве тревожном Знаю я как безнадежна Тень былого волшебства. Жизнь моя — жестокий сон Сгинет, сгинет непременно В черном сумраке вселенной, В бесконечности времен. * * * Труднее всего расстаться, И все навсегда забыть. Сквозь слезы легко смеяться, И вновь без надежды жить. Труднее всего ответить На самый простой вопрос. И тихой улыбкой встретить Гибель волшебных грез. Труднее всего стремиться К звезде, что правит пути. И знать, что она лишь снится, Что к ней никогда не дойти. * * * Усну ли на закате дня, Проснусь ли в полночи глубокой — Я полон грусти одинокой, Тоски холодного огня. Хоть неизменна тишина, А жизнь трагически ничтожна Все с той же грезой невозможной Смотрю в иные времена. Так продолжается игра, Так должен буду погибать я, Шепча надменные заклятья, Тревожа словом вечера. Все для меня, все без меня. Ведь вечность гордая жестоко Опять влечет к себе высокой Тоскою звездного огня. * * * Хоровод этих сказочных строчек, Запятых, двоеточий и точек, Я оставлю на память тебе. Может быть, ты их выбросишь вскоре, Но запомни, что тягостным горем Ты обязан высокой судьбе. Ночь, обычная гостья, ступает По ковру, и тебя развлекает, Но недолго осталось мечтать. Еле слышно приходит усталость. От нее тебе в жизни досталось Стремление все забывать. Ты все время глядишь на дорогу, Ждешь явленья иль знака от Бога. Ищешь теплый и радостный свет. Но все чаще ты смотришь тревожно, Тихо шепчешь: "Ну все, невозможно…", Сжатый кольцами призрачных лет. Нет и речи о чувствах — все ложно, Для тебя все давно безнадежно, И укрытый таинственным сном Ты глотаешь забвенья пилюли: Бесполезно. Тебя обманули. Ты вернешься в свой проклятый дом. Ты, боящийся только лишь тени, Все считаешь года, как ступени, Но не знаешь то спуск иль подъем? Повторяя с кривою улыбкой: "Что ж и эта дорога — ошибка", Оборачиваясь кругом. Прочитаешь, и скажешь мне сразу: "Я не верю, не верю рассказу. Ты все строчки списал, до одной…" Не спеши обвинять в плагиате, После многих путей, на закате, Это станет твоею тоской. * * * Хочется мудрость веков обрести, И не сойти с ума. Словом своим пролагать пути — Видеть, как рвется тьма. В тысячах лиц замечать черты Свойственные одному. Спрятать печальной души мечты В лет ледяную зиму. Стихами заполнить пустую тетрадь, И с тихой улыбкой уйти… И в вечности сна легко начертать Тернистые сердца пути. * * * Черти дороги непохожие На то, что было до сих пор. Пускай немногие прохожие Увидят после твой простор. Но стоит сделать шаг, неистово — Наперекор земным ветрам, И отблеск света серебристого Придаст огня твоим словам. Пусть незаметно время тратится — Все пустяки и суета. Но жизнь не зря сквозь годы катится, Когда в душе поет мечта. И сможет сбыться невозможное, И свет придет издалека… Когда поймешь, что боль тревожная Так высока и так легка. * * * Что тебе ветров прикосновенье, И зимы блистающий наряд. Для тебя века — одно мгновенье, И в восходе видишь ты закат. Нет в тебе игривости беспечной, И улыбка тихая грустна… Словно в тени ты влюблен навечно, И ушла души твоей весна. Кто откроет нежною рукою Книгу жизни? Кто перевернет Те страницы, что полны тоскою, И слова заветные шепнет? Что ж, давно все предано забвенью, Так закончи странный маскарад — И вложи всю жизнь в одно мгновенье, В сердца догорающий закат. * * * Чтоб не было ни суетного слова, Ни лжи давно истертых миром фраз. Чтоб тайна, ощущение иного С тобою пребывали каждый час Ты сердце отпусти на волю где-то, Где сходятся и звезды, и мечты. Где есть еще мгновенье до рассвета. Где есть надежды чистые листы. * * * Это солнце, которого нет, Обжигающе в сердце горит. Это звездный, таинственный свет Так легко в бесконечность. То, о чем никогда не сказать Только снится с улыбкой тебе. Чтобы ты не пытался понять Путь души к своей грустной судьбе. Чтоб ты снова в тумане ночном, В плед укутавшись, тихо стоял Пред открытым в безбрежность окном, И чего-то бессмысленно ждал. * * * Обретая спокойствие, твердо уверен в судьбе: Этот крест — он с тобою навек, и другого не надо, Только что-то прекрасное снится ночами тебе, И усталое сердце чему-то мучительно радо. Это ветры, что мучают душу, что вертят ее Сквозь печали и мрак безнадежно и даже бесцельно. Назови это вечностью, тайны любя острие, И пойми наконец, что тоска твоя здесь беспредельна. Значит правильно, холод свой след оставляет в глазах. Значит, нужно все время идти и идти, как по кругу. Чтобы жизнь или смерть воплощались в тех же словах. Чтобы звезды сияли сквозь полночь, не видя друг друга.