<?xml version="1.0" encoding="windows-1251"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
 <description>
  <title-info>
   <genre>sf</genre>
   <author>
    <first-name>Альфред Элтон</first-name>
    <last-name>Ван Вогт</last-name>
   </author>
   <book-title>Эрзац - вечность / Ersatz Eternal [= Вечный эрзац, Эрзац бессмертие, Эрзац вечности]</book-title>
   <annotation>
    <p>Вера в «богоподобность», в ту искру всемогущества человека, которую можно раздуть в космическое пламя, если искать и лелеять ее, проходит красной нитью через рассказ «Эрзац-вечность».</p>
   </annotation>
   <date></date>
   <lang>ru</lang>
   <src-lang>en</src-lang>
   <translator>
    <first-name>С.</first-name>
    <last-name>Волкова</last-name>
   </translator>
   <sequence name="Рассказы" number="0"/>
  </title-info>
  <document-info>
   <author>
    <nickname>Roland</nickname>
    <email>ronaton@gmail.com</email>
   </author>
   <program-used>FB Tools, FB Editor v2.0</program-used>
   <date value="2005-04-10">10 Апреля 2005</date>
   <id>25DEF9D6-D7F0-4625-AA81-E9EBBF99C969</id>
   <version>1.2</version>
   <history>
    <p>1.0 - создание fb2-документа, by Roland</p>
    <p>1.1 - вычитка, оформление, 10.08.2008 by МихалЫч</p>
    <p>1.2 - добавлена аннотация, варианты названия и информация об издании (спасибо Zebottendorf, его варианту с названием «Вечный эрзац»), 01.11.2008 by МихалЫч</p>
   </history>
  </document-info>
  <publish-info>
   <book-name>Сборник "И грянул гром"</book-name>
   <publisher>Молодая гвардия</publisher>
   <city>Москва</city>
   <year>1976</year>
  </publish-info>
 </description>
 <body>
  <title>
   <p>Альфред Элтон Ван Вогт</p>
   <p>Эрзац — вечность</p>
  </title>
  <section>
   <p>Грейсон снял наручники с запястий и лодыжек молодого человека.</p>
   <p>— Харт! — позвал он хрипло.</p>
   <p>Тот не шевельнулся. Грейсон помедлил, а потом в сердцах пнул его ногой.</p>
   <p>— Послушай, Харт, черт бы тебя побрал! Я тебя освобождаю — на тот случай, если вдруг не вернусь.</p>
   <p>Харт не открыл глаз, не выказал никаких признаков того, что почувствовал удар. Он лежал совершенно неподвижно, но тело было мягким, неокостеневшим — он был жив. Лицо отсвечивало мертвенной бледностью, черные волосы слиплись от испарины.</p>
   <p>Грейсон снова заговорил:</p>
   <p>— Харт, я пойду искать Молкинса. Он собирался вернуться через сутки, а прошло уже четверо.</p>
   <p>Ответа не последовало, и Грейсон повернулся было, чтобы уйти, но опять помедлил и сказал:</p>
   <p>— Харт, если я не вернусь, ты должен понять, где мы находимся. Мы на новой планете, ясно? Нам никогда не доводилось бывать здесь раньше. Наш корабль потерпел аварию, и мы трое спустились на спасательном аппарате. Нам необходимо горючее. За ним пошел Молкинс, а я теперь иду на его розыски.</p>
   <p>Фигура, лежащая на койке, оставалась неподвижной. Грейсон медленно, будто преодолевая внутреннее сопротивление, направился к двери, вышел и двинулся к видневшимся вдали холмам. Он ни на что не надеялся.</p>
   <p>Три человека очутились на неведомой, лишь богу известной планете, и один из этих троих был тяжко болен: им овладело буйное помешательство.</p>
   <p>Грейсон шел, изредка с удивлением поглядывая по сторонам. Пейзаж был очень похож на земной: деревья, кусты, трава, вдали — горы в голубоватой дымке. Это было тем более странно, что Грейсон отчетливо помнил: когда они сели на эту планету, ему показалось, что она безжизненна, бесплодна, безатмосферна.</p>
   <p>А теперь легкий ветерок касался его лица. В воздухе чувствовался запах цветов. Он увидел птиц, порхающих среди деревьев, и раз даже послышались звуки, удивительно напоминавшие пение жаворонка.</p>
   <p>Он шел весь день. Следов Молкинса нигде не было. Не попалось на пути ни одного жилища — признака цивилизованной жизни.</p>
   <p>Начало смеркаться. Вдруг Грейсон услышал, что женский голос зовет его по имени.</p>
   <p>Вздрогнув, он обернулся. Перед ним стояла мать. Она выглядела гораздо моложе, чем он помнил ее в гробу, когда она умерла восемь лет назад. Мать подошла и строго сказала:</p>
   <p>— Билли, обуй галоши.</p>
   <p>Грейсон посмотрел на мать, но не выдержал, отвел глаза. Не веря в истинность происходящего, он подошел к ней и дотронулся до нее. Мать взяла его за руку — пальцы были живые, теплые.</p>
   <p>— Поди скажи отцу, обед готов, — сказала она.</p>
   <p>Грейсон высвободил руку, отступил и огляделся вокруг. Они с матерью стояли на пустынной, покрытой травой равнине. Вдалеке блестела серебристая полоска реки.</p>
   <p>Он повернулся к матери спиной и зашагал прочь. Сумерки сгущались. Когда он оглянулся, на том месте уже никого не было. Зато рядом с ним шагал мальчик. Сначала Грейсон как-то не заметил его, но теперь он украдкой бросил взгляд на своего спутника.</p>
   <p>Это был он сам в возрасте пятнадцати лет.</p>
   <p>Стало почти совсем темно, но он успел разглядеть и узнать второго спутника, появившегося рядом с первым. Это опять был мальчик. Он сам, в возрасте одиннадцати лет.</p>
   <p>«Три Билла Грейсона», — подумал Грейсон. Он дико захохотал, потом бросился бежать.</p>
   <p>Когда он снова обернулся, никого сзади не было. Запыхавшийся, с прорывающимися сквозь одышку рыданиями, он перешел на шаг и почти сразу же в мягком сумраке услышал смех детей. Ничего странного в этом звуке не было — знакомый звук, но он поверг Грейсона в ужас.</p>
   <p>— Все они — это я в разном возрасте, — пробормотал он и, обращаясь в темноту, произнес: — Эй вы, убирайтесь! Я знаю — вы лишь галлюцинации.</p>
   <p>Силы покинули его, голос упал до хриплого шепота, и он подумал: «Галлюцинации? А уверен ли я в этом?»</p>
   <p>Глубокая депрессия и невыразимая усталость охватили его.</p>
   <p>«Харт и я, — проговорил он устало, — мы оба сошли с ума».</p>
   <p>Наступил холодный рассвет.</p>
   <p>Грейсон с надеждой ждал восхода солнца: быть может, тогда наступит конец безумию этой ночи. Свет постепенно ширился, и перед Грейсоном стал вырисовываться какой-то пейзаж. Он в замешательстве огляделся вокруг: он стоял на холме, а под ним простирался его родной город Калипсо в штате Огайо.</p>
   <p>Не веря своим глазам, он смотрел вниз, и это было так похоже на реальность, что он не выдержал — побежал туда, к городу.</p>
   <p>Да, это был город Калипсо — такой, каким он был в детстве Грейсона. Он пошел туда, где должен был находиться его дом. Да вот и он сам: этого десятилетнего мальчишку он узнал бы везде. Он позвал мальчика; тот взглянул на него, повернулся, побежал и исчез в доме.</p>
   <p>Грейсон лег на траву и закрыл глаза.</p>
   <p>— Кто-то, — сказал он себе, — кто-то прокручивает картины моего мозга и заставляет меня смотреть их.</p>
   <p>Ему показалось — если, конечно, он останется жив и в здравом рассудке, — что эта мысль заслуживает того, чтобы ее запомнить.</p>
   <subtitle>* * *</subtitle>
   <p>Прошло шесть дней после ухода Грейсона. В спасательном аппарате оставался один Джон Харт. Он шевельнулся и открыл глаза.</p>
   <p>— Есть хочу, — сказал он вслух, ни к кому не обращаясь. Подождал, сам не зная чего, потом сел, тяжело поднялся с койки и направился в камбуз. Поев, он подошел к двери и долго стоял, глядя перед собой. Открывающийся вид напоминал Землю, и от этого Харт почему-то почувствовал себя лучше.</p>
   <p>Он решительно спрыгнул на землю и направился к ближайшему холму. Быстро темнело, но он и не подумал возвращаться.</p>
   <p>Вскоре покинутый им корабль растворился в ночи.</p>
   <p>Девушка, с которой он встречался в молодости, заговорила с ним первой — она вышла из темноты, и они долго-долго беседовали, а потом решили пожениться. Их тут же обвенчал священник, приехавший на машине. Обе семьи были уже в сборе, и бракосочетание закончилось пиром в прекрасном доме в окрестностях Питтсбурга. Старика священника Харт знал с детства.</p>
   <p>Молодая чета отправилась в свадебное путешествие, и свой медовый месяц супруги провели в Нью-Йорке и у Ниагарского водопада, а затем на аэротакси добрались до Калифорнии, где и решили обосноваться. Откуда ни возьмись появилось трое детей, и вот они уже владельцы огромного ранчо, на нем пасется миллион голов рогатого скота, и кругом ковбои, одетые как кинозвезды.</p>
   <subtitle>* * *</subtitle>
   <p>Цивилизация, возникшая и расцветшая вокруг Грейсона на планете, которая прежде была бесплодной, безвоздушной пустыней, для Грейсона казалась кошмаром. Продолжительность жизни окружавших его людей равнялась семидесяти годам. Дети рождались через девять месяцев и десять дней после зачатия.</p>
   <p>Он похоронил шесть поколений основанной им семьи. И вот однажды, переходя Бродвей (это улица в Нью-Йорке), он вдруг увидел: с противоположной стороны навстречу ему двигался человек; его невысокая крепкая фигура, походка и манеры заставили Грейсона застыть на месте.</p>
   <p>— Генри! Генри Молкинс! — крикнул он.</p>
   <p>— Да, я… Билл Грейсон!</p>
   <p>Обменявшись рукопожатием после первого взволнованного приветствия, они безмолвно смотрели друг на друга. Молкинс заговорил первым:</p>
   <p>— Там, за углом, бар.</p>
   <p>После второй рюмки вспомнили о Джоне Харте.</p>
   <p>— Ищущая форму жизненная сила использовала его мозг, — индифферентно заметил Грейсон. — По-видимому, она не смогла найти собственного воплощения. Она попыталась использовать меня… — Тут он вопросительно взглянул на Молкинса. Тот утвердительно кивнул:</p>
   <p>— И меня.</p>
   <p>— Думаю, мы слишком сопротивлялись.</p>
   <p>Молкинс вытер со лба испарину.</p>
   <p>— Билл, — сказал он, — все это похоже на сон. Я женюсь и развожусь каждые сорок лет. Я беру в жены двадцатилетнюю девушку. Через несколько десятков лет она выглядит на все пятьсот.</p>
   <p>— Как ты думаешь, все это происходит лишь в нашем мозгу?</p>
   <p>— Да нет, не думаю. По-моему, вся эта цивилизация существует в действительности — все равно, что мы подразумеваем под существованием.</p>
   <p>Молкинс застонал.</p>
   <p>— Давай не будем вдаваться в эти дебри. Когда я читаю философские сочинения, объясняющие жизнь, я чувствую себя на краю бездны. Если бы только нам удалось как-нибудь освободиться от Харта!</p>
   <p>Грейсон мрачно улыбался.</p>
   <p>— Ты что, еще не знаешь?</p>
   <p>— Чего не знаю?</p>
   <p>— У тебя есть при себе оружие?</p>
   <p>Молкинс молча протянул ему игольно-лучевой пистолет. Грейсон взял его, приставил к своему правому виску и нажал на изогнутый спуск. Молкинс рванулся к нему, но было уже поздно.</p>
   <p>Показалось, будто тонкий белый луч прошел сквозь голову Грейсона. Сзади в деревянной стене образовалась круглая, черная, дымящаяся дыра. Целый и невредимый, Грейсон стоял как ни в чем не бывало.</p>
   <p>— Что нам делать, Билл? — спросил он с тоской.</p>
   <p>— Мне кажется, нас держат про запас, так сказать, в резерве, — сказал Грейсон.</p>
   <p>Он поднялся и протянул руку.</p>
   <p>— Ну что ж. Генри, рад был повидать тебя. Давай будем встречаться здесь раз в год и сравнивать свои наблюдения.</p>
   <p>— Но…</p>
   <p>Грейсон улыбнулся. Улыбка вышла чуть принужденной.</p>
   <p>— Крепись, друг. Разве ты не понимаешь? Ведь это самое крупное явление во вселенной. Мы будем жить вечно. Как видно, мы являемся вероятными заменителями на случай, если что-то пойдет не так, как надо.</p>
   <p>— Но что же ЭТО такое? Что совершает ЭТО?</p>
   <p>— Задай-ка мне этот вопрос через миллион лет. Может быть, тогда я смогу тебе ответить.</p>
   <p>Он повернулся и вышел из бара не оглядываясь.</p>
  </section>
 </body>
</FictionBook>
