2.0 [*] знаки препинания, опечатки
1.0 [+] исходная версия
«О Боже, ну почему ты не приходишь мне на помощь?» Расстроенный доктор Мелинджер, директор психиатрической лечебницы Зеленых Холмов, шагал по своему кабинету — от двери к столу и обратно. Двенадцать часов назад, когда исчез пациент по имени Джеймс Хинтон, доктор слегка удивился, но теперь его снедали острое раздражение и злоба. Хинтон исчез, не оставив никаких следов, словно растворившись в воздухе. Персонал лечебницы подумывал даже, что Хинтон вовсе не сбежал, а прячется где-то в надежном убежище. Все здание было тщательно обыскано, но пациент не нашелся.
Доктора Мелинджера несколько утешало предположение, что Хинтон сбежал из-за повреждений в сигнализации, которую устанавливали заведующие отделениями. Когда утром эта группа во главе с доктором Нормандом вошла в его кабинет, он окинул каждого уничтожающим взглядом и ничего не сказал. Выслушав невнятные объяснения, он распорядился обыскать больницу еще раз. Обыскали, кажется, сверхтщательно, но Хинтона так и не нашли.
В конце концов, исчез лишь один пациент, однако газетчики, падкие до сенсаций, могли разузнать, что сбежал маньяк-убийца и что полицию предупредили только через двенадцать часов после побега. Сообщение об этом на страницах печати выходило за рамки сенсации и становилось более чем серьезным обвинением.
Сохранить дело в тайне было невозможно, и доктор Мелинджер понимал это, но не торопился искать козла отпущения, зная, что доктор Мендельсон — самая подходящая кандидатура на эту роль. Пока доктор Мелинджер не хотел приносить жертву на алтарь собственной неосмотрительности. Осторожность и нежелание расставаться с местом директора лечебницы заставляли его искать Хинтона без помощи полиции.
Теперь, спустя двенадцать часов бесплодных поисков, просчет Мелинджера стал явным. Если его подчиненные не найдут Хинтона в ближайшие часы, то на него обрушатся газеты, полиция, директора других лечебниц.
«О черт, ну где же он?»
За завтраком собрались почти все сотрудники лечебницы.
— Я понимаю, что вы не спали эту ночь, но и для меня она была хуже любого кошмара, — заговорил доктор Мелинджер, не вставая с места. Он внимательно вглядывался в заросли рододендрона за окном, словно пытаясь найти там пропавшего пациента. — Мы должны найти его любой ценой. Доктор Редпас, что сделала ваша группа?
— Поиски еще продолжаются. — Доктор Редпас, главный регистратор, одновременно состоял в охране лечебницы. — Мы обшарили все подсобные помещения, пристройки и гаражи. Нам помогали даже пациенты. Но пока что все безуспешно. Все-таки нам придется обратиться в полицию.
— Чепуха! — Доктор Мелинджер обвел взглядом помещение. — Прежде чем обращаться в полицию, мы должны довести поиски до конца.
— Конечно, доктор, — доктор Норманд не хотел открыто выступать против своего шефа. — Но, с другой стороны, мы не можем быть уверены, что Хинтон не покинул границы нашей лечебницы. В случае, если он покинул Зеленые Холмы, нам никак не справиться без помощи полиции.
— Вы не совсем правы, доктор, — Мелинджер обдумывал ответ. Он никогда не доверял своему заместителю, поскольку тот при первой же возможности занял бы его кресло. — Ведь мы не нашли никаких следов возле ограды, не правда ли? А это значит, что Хинтон не покидал лечебницу. Решетки на окнах не сорваны, а ключи от двери все время находились у доктора Бута. — Мелинджер посмотрел на молодого мужчину, сидящего в углу. — Доктор Бут, вы уверены, что именно вы видели Хинтона последним?
— Да, сэр. — Доктор Бут подтверждающе кивнул. — В семь часов, во время вечернего обхода. Спустя полчаса дежурная медсестра заглянула в наблюдательное окошко. Хинтон был на месте. А в девять часов я решил навестить пациента.
— Почему? — Доктор Мелинджер нервно теребил подлокотники кресла. — Почему? Это самое странное во всей истории. Почему вы поздно вечером покинули свой кабинет на первом этаже и поднялись на четвертый этаж, чтобы провести обычную проверку, которую мог выполнить и ночной персонал лечебницы? Меня удивляют ваши поступки.
— Но доктор! — Бут вскочил на ноги. — Неужели вы меня в чем-то подозреваете?..
— Успокойтесь, пожалуйста, доктор Бут, — доктор Мелинджер поднял руки. — Я ни в чем вас не подозреваю. Просто я хочу понять мотивы вашего поступка.
— Но директор, у меня не было никаких тайных помыслов. Я, по сути дела, не знал этого пациента и поэтому решил познакомиться с ним поближе.
— Спасибо, это все, что я хотел узнать от вас. — Доктор Мелинджер встал. — Доктор Бут, опишите, пожалуйста, внешность Хинтона.
— М-м… Ну, он был среднего роста… — помедлив, начал доктор Бут. — Худощавый, волосы… да, с каштановыми волосами… — он опять сделал паузу. — Доктор Мелинджер, я видел пациента всего два раза и не могу точно описать его.
Доктор Мелинджер обернулся к Редпасу.
— Вы не можете описать его, доктор?
— Мне трудно вспомнить его. В моем ведении находится столько пациентов! Насколько я помню, он был среднего роста, не высокий, не низкий. К сожалению, у него нет никаких особых примет.
— Оригинально, доктор Норманд, — Мелинджер не скрывал иронии. — Это значит, что институт был поднят на ноги для поиска человека, которого никто не знает в лицо. Но в таком случае, его невозможно поймать! Вы удивляете меня, доктор Норманд. Я всегда считал вас человеком здравого аналитического ума. Однако в организации поисков вы наделали столько ошибок, что…
— Но, директор! Я же не могу знать каждого пациента в лицо!
— Ну хватит, хватит! — Доктор Мелинджер подошел к окну. — Все это огорчает меня. Надо полностью изменить взаимоотношения между персоналом нашей лечебницы и пациентами. Если мы относимся к больным, как к безликим, бездушным существам, то не удивительно, что они начинают пропадать. В ближайшие дни нам предстоит перестроить нашу лечебницу, чтобы в ней не осталось никаких темных личностей типа Хинтона. А отношения между медперсоналом и пациентами должны строиться на доверии и ответственности, — доктор Мелинджер выговорился, замолчал, и в аудитории надолго установилась недобрая тишина. В конце концов доктор Редпас не выдержал:
— А Хинтон, сэр?
— Ах, да, Хинтон, — встрепенулся доктор Мелинджер. — Ну что ж, пусть он послужит нам горьким уроком.
— Значит, поиски должны быть продолжены?
— Да, — доктор Мелинджер махнул рукой. — Да, мы должны найти Хинтона. Он где-то здесь, в Зеленых Холмах. Куда он спрятался — это загадка. Пожалуйста, решите ее, господа. И мы решим большинство проблем.
Следующий час доктор Мелинджер провел у камина, не сводя глаз с пламени. Он все еще был уверен, что Хинтон сбежал и скрылся незамеченным из-за дефекта сигнализации. Для него Хинтон стал воплощением, или живым символом, всех бед лечебницы.
Камин погас, и доктор Мелинджер спустился вниз, в административный отдел. Кабинеты были пусты, поскольку все служащие участвовали в поисках беглеца. Из палат доносились голоса пациентов, которых в этой суматохе забыли покормить завтраком.
Лечебница Зеленых Холмов (девиз: «Зеленые Холмы — место ваших грез») финансировалась министерством здравоохранения. На практике же состоятельные люди отправляли сюда своих неудачливых родственников: стариков и старух, а то и молодых людей с характером, чье присутствие дома было в тягость семье. Деньги за это платились немалые. В лечебнице все внимание уделялось охране, а уход за пациентами и обращение с ними занимали второстепенное место. Поэтому побег одного из пациентов ставил под сомнение респектабельность «Места ваших грез».
Мелинджер вошел в кабинет Норманда. На столе лежала подшивка документов и фотографий. Несколько секунд Мелинджер смотрел на эту папку, затем, убедившись, что в коридоре никого нет, взял ее и, стараясь ступать как можно тише, вернулся в свой кабинет.
Он запер дверь и разложил бумаги на столе. В глаза бросилась фотография довольно красивого мужчины с длинным прямым носом и маленькими глазами. Неожиданно Мелинджер почувствовал глубокую усталость. Отложив бумаги, он присел у камина и задремал.
Очнулся Мелинджер от стука в дверь. В кабинет вошел доктор Бут.
Директор указал молодому врачу на кресло и протянул ему свой серебряный портсигар. Бут взял сигару, размял ее тонкими пальцами и не сразу сказал:
— Поиски продолжаются, сэр, но, к сожалению, мы не нашли никаких следов. Доктор Норманд считает, что нужно проинформирввать…
— А, доктор Норманд думает, доктор Норманд считает… — перебил Мелинджер. — Он вообще сейчас должен заниматься составлением досье на Хинтона. Я хочу поговорить с вами о другом. Вам не кажется, что мы идем неверным путем?
— Сэр?..
— Не кажется ли вам, что подобные поиски оставляют в стороне ту загадку, о которой я упомянул вчера. Ведь отгадка может лежать и в центре Зеленых Холмов, — Мелинджер сделал небольшую паузу. — Давайте поставим себя на место Хинтона, или, если быть точнее, на место той совокупности совпадений и странных происшествий, которую мы называем «Хинтоном».
— Я не понимаю, о чем вы говорите, шеф?
— Я имею в виду, что мы практически ничего не знаем об этом странном пациенте, о его метафизической сущности. Он не оставил никаких следов, и вся информация о нем сводится к нескольким невнятным описаниям его внешности…
— Вы правы, шеф, — кивнул Бут. — Я все время виню себя, что не познакомился с Хинтоном ближе.
— О, я ни в коем случае не виню вас. Я знаю, что вы очень заняты, и ваш труд не будет забыт. После реорганизации лечебницы вы получите великолепную административную должность. — По лицу Бута стало видно, что его интерес к разговору несколько возрос. — В нашей клинике множество пациентов, все они одеты в одинаковую одежду, занимают одинаковые палаты, ко всем одинаковое отношение, — стоит ли после этого удивляться, что они теряют свою индивидуальность? Если к нам в лечебницу попадет какой-нибудь Смит или Браун, то мы просто сделаем его одним из множества серых, безликих пациентов, вот и все…
Доктор Мелинджер встал и прошелся вдоль стола.
— Может быть, мы ищем несуществующего человека, доктор Бут?
После небольшого раздумья Бут заговорил:
— Я, кажется, начинаю понимать… Вы предполагаете, что Хинтон, вернее, то, что мы раньше называли Хинтоном, это всего лишь плод воображения одного из пациентов?
— Я спрашиваю Вас: мы имеем какие-либо факты, подтверждающие существование Хинтона?
— Но, сэр, существуют же… — Бут беспомощно оглянулся вокруг, — …записи в администрации и в регистратуре?
— Вы говорите о жалких листках бумаги. Неужели они могут о чем-либо свидетельствовать? Печатная машинка может выдать что угодно. Вот если бы кто-нибудь видел Хинтона воочию, или кто-нибудь твердо помнил, что он существует… Но можете ли вы сказать, что одно из этих условий выполняется?
— Нет, сэр. Не могу, хотя я сам говорил с пациентом, которого считал Хинтоном.
— Но был ли это он? — Мелинджер близко подошел к собеседнику и стал, не мигая, смотреть ему в глаза. — Какой доктор уделяет много внимания пациенту? Перед вами лежали документы с фамилией «Хинтон», и вы подумали, что перед вами Хинтон. Но с таким же успехом это мог быть любой другой пациент или…
В это время раздался стук, и в кабинет быстро вошел заместитель директора.
— А, доктор Норманд. Заходите, заходите. У нас с доктором Бутом интересная беседа. Кажется, мы нашли разгадку.
Доктор Норманд откликнулся:
— А я думал, что уже нужно вызывать полицию. Ведь прошло уже около сорока восьми часов с момента…
— Доктор Норманд, я боюсь, вы неправильно поняли меня. Мы коренным образом изменили взгляд на проблему Хинтона. Доктор Бут очень помог мне. Кстати, у вас есть досье на Хинтона?
— Нет, сэр, к сожалению, нет. — Норманд старался не смотреть директору в глаза. — Боюсь, что оно утеряно. Я проведу тщательные поиски и постараюсь доставить его вам.
Бут поднялся.
— Я думаю, мне пора идти, шеф.
— О, я не смею вас задерживать. Думаю, что вас ждет блестящая карьера, но прошу вас: лучше обращайтесь с персоналом и пациентами. — Мелинджер проводил Бута до двери.
После ухода Бута Мелинджер некоторое время задумчиво стоял у окна, а потом заговорил с Нормандом:
— Доктор, я все думаю, где же дело Хинтона. Вы случайно не принесли его с собой?
— Нет, шеф, я же говорил…
— Ну что ж, на этот раз вам прощается, но впредь будьте осторожнее. Ведь вы понимаете, что без досье у нас нет никаких, совершенно никаких сведений о Хинтоне.
— Сэр, я уверяю вас…
— Ну ладно, не переживайте так, доктор Норманд. Я верю, что административный отдел под вашим руководством работает в полную силу. Лучше скажите мне: вы уверены, что досье когда-либо существовало?
— Конечно, сэр. Правда, сам я его не видел, но на каждого пациента у нас есть специальная папка.
— Норманд, — доктор Мелинджер многозначительно помолчал. — Даже если дело когда-либо существовало, то Хинтона в Зеленых Холмах никогда не было.
Неделю спустя доктор Мелинджер созвал конференцию, посвященную «делу Хинтона». Она более походила на неофициальное собрание: подчиненные удобно устроились в креслах, а сам Мелинджер сидел за столом, помешивая ложечкой в стакане свой любимый шерри.
— Итак, джентльмены, прошедшая неделя стала для нас периодом беспощадной самокритики. Она показала нам наше реальное место в лечебнице и поставила еще одну задачу: отделить действительность от иллюзий. Если наших пациентов преследуют какие-то химеры, то мы должны держать наше сознание кристально чистым и ясным. «Дело Хинтона» — великолепный тому пример. Из домыслов, иллюзий и воспаленного воображения мы создали мифического пациента, несуществующего человека, которого административный отдел назвал «Хинтоном». Убежденность в его существовании была настолько велика, что, когда иллюзии рассеялись, они решили, что пациент сбежал.
Доктор Мелинджер подождал, пока Бут, Норманд и Редпас молчанием выразили согласие, а затем продолжил:
— Я понимаю, что моя вина нисколько не меньше, чем ваша. Но как только я отвлекся от повседневных забот лечебницы, так сразу понял, что побегу есть только одна отгадка — Хинтона никогда не существовало.
— Какая логика! — пробормотал Редпас.
— Несомненно, — подтвердил Бут.
— К тому же острая проницательность, — добавил Норманд.
Неожиданно раздался стук в дверь. Мелинджер не обратил на него внимания и заключил:
— Спасибо, джентльмены. Без вашей помощи гипотеза о существовании Хинтона никогда не подтвердилась бы.
Стук повторился, и в комнату вошла медсестра.
— Извините, что помешала вам, но…
— Не волнуйтесь, в чем дело?
— Посетитель, доктор Мелинджер. Некая миссис Хинтон хочет видеть своего мужа.
В аудитории повисла гробовая тишина, все замерли. Первым опомнился Мелинджер. С натянутой улыбкой он медленно заговорил:
— Видеть мистера Хинтона? Невозможно! Его не существует! Видимо эта женщина страдает теми же иллюзиями. Ей необходимо немедленное лечение. Отведите ее, пожалуйста, на обследование, — он обернулся к своим коллегам. — Джентльмены, мы должны сделать все, чтобы помочь ей.
Сначала никто не тронулся с места. А потом с озабоченными лицами врачи, как сговорившись, заспешили к выходу.