…И был дым, и было пламя, и был грохот, и разверзлась земля, и небо изрыгало молнии, и понял Егор, что последний литр вчера был лишним. В этой мысли он укрепился, когда обнаружил себя стоящим в неком не поддающемся внятному описанию помещении, в центре нарисованного мелом знака, подозрительно напоминающего огромное сердечко. Это если встать к двери спиной, а если лицом, как стоял сейчас Егор, то картинка напоминала не сердечко, а… перевёрнутое сердечко! А не то, на что оно похоже.

Но это ещё полбеды, потому что перед сердечком на коленях стояло некое странное существо, подозрительно напоминающее чёрта, и истово било земные поклоны. Не сердечку, как запоздало понял Егор, а ему. Егору то есть.

– Изыди, – неуверенно сказал Егор, не очень хорошо понимая, что происходит, но уже заинтересовавшись. Таких глюков с бодуна у него ещё не случалось.

Существо немедленно вскинуло клиновидную голову и усиленно задрожало, всем своим видом демонстрируя религиозный ужас. Оно и правда было похоже на чёрта куда больше, чем Егору хотелось бы – как есть, рогатое, хвостатое и парнокопытное. Только почему-то в зелёном медицинском халате – вроде как в американских сериалах бывает.

– О Человек! – вскричал чёрт хорошо поставленным баритоном. – Урони свой Высокий Взгляд на ничтожного червя и выслушай, ибо для того ты призван!

– Не понял, – слегка обалдев, деликатно встрял Егор. – Ничего не понял, простите великодушно… Вы чёрт?

Бесовское отродье озадаченно моргнуло. Затем на его продолговатой мордочке обозначилось понимание.

– С банкета выдернул… – пробормотал он и с грохотом впечатал лоб в чёрный пол, аккурат у основания сердечка. – Не погуби, Твоё Благородие!

– Погублю и зверски, если сейчас же не объяснишь, в чём дело! – пригрозил Егор, сильно боясь, но не менее любопытствуя. В конце концов, глюк – он всего лишь глюк, вреда не причинит.

– Двести лет я изучал тайные книги Человеков, – забубнил чёрт, мерно отбивая ритм башкой об пол.

«Почти рэп», – удовлетворенно подумал Егор.

– Книги были заумные и разумению моему не всегда понятные: «О природе вещей», «Капитал», «Вероника решает умереть» и иные столь же премудрые. И было моей целью призвать Человека, и призвал я его! Так что теперь не изволь ерепениться, а делай, что попрошу, и требуй взамен, что там у вас в таких случаях полагается!

– Погоди-ка! – осенило Егора. – Ты что, меня вызвал… ну, как мы чертей вызываем?!

Чёрт поднял голову и всем своим видом изобразил предельное умственное напряжение.

– Не ведаю, о чём глаголешь, – молвил он растерянно. – Но каждому чёрту известно, что, если нарисовать на полу Тайный Знак и произнести заклятья из Тайных Книг, можно призвать Человека, который…

– Понятно, – кивнул Егор. – Круто! Не поверишь, а у нас некоторые призывают вот так чертей… Ну, и чего тебе от меня надо?

Чёрт озадаченно заморгал.

– Как обычно, Твоё Благородие… Прокляните, если не затруднит.

– Чего?!

– А чего? – в свою очередь испугался чёрт. – Нельзя? Ну, я же не прошу ничего особенного. Мне не надо Великой Напасти и Чудовищного Мора, так, маленькое рядовое проклятие… Всего лишь в лотерею проиграть, ну хоть разочек…

– Проиграть в лотерею? Зачем это?

– Да всё время выигрываю, ну не везёт, хоть тресни! – пожаловался чёрт горько. – То кирпич на башку, то с работы уволят, то жену с другой бабой застану…

– Стой! – заорал Егор. – Ни черта… прости, ничего не понимаю уже! Что, у вас в лотерею несчастья выигрывают?

– Ну… да, – кивнул чёрт. – А у вас разве нет?

– Дык… а просто не играть не пробовал?

– Как – не играть?! – обалдел в свою очередь чёрт; по странному блеску в его глазах Егор понял, что теряет авторитет. – А как же азарт! Риск! Адреналин!

– Гм… – на это Егору нечего было возразить. – Так что ж, ты хочешь от меня проклятие, чтобы не выигрывать больше?

– Ага! – закивал чёрт, радуясь, что его наконец поняли. – Совсем такое маленькое проклятие!

– А почему от меня?

– Так ведь всем известно, что никто лучше Человеков проклинать не умеет! Об этом и в книгах ваших написано.

– Это в каких? – подозрительно спросил Антон.

– Ну… – чёрт потупился, будто нерадивый студент на экзамене. – Ну вот, недавно совсем читал, как же её… «Дженерэйшн Пи»?

– А, – промямлил Егор. – Ну, это да… если так… то это мы умеем… А мне что за это будет?

– Что скажешь, – послушно ответствовал нечистый.

Егор растерялся.

– Ты ж небось душу потом потребуешь, – подозрительно сказал он.

– Душу? – удивился чёрт. – А! Это ваши апокрифы… их я тоже читал. На всякий случай. Только их же еретики ваши писали. Это каждому чёрту известно. Среди рядовых Человеков эти мифы ещё сильны, но… – в голосе беса зазвенело подозрение, – …чтобы Человек Призванный верил в такую чушь…

– Я просто так спросил, – быстро сказал Егор. – М-м… а мне ты можешь организовать… удачу? Ну, как я тебе, только наоборот?

– Не могу.

– Э-э… а молодость там вечную? Бессмертие? Много-много денег? Вина красного и бабу рыжую?

– Не могу, – монотонно ответствовал чёрт после каждого предложения.

– Почему?!

– Потому что на это тоже учиться надо. А я учился на вызовы.

– Так что я, мальчик по вызову? – взъярился Егор.

– Не мальчик. Человек, – дотошно поправил чёрт.

Егор крякнул и проклял эту сволочь – от души и заковыристо. Чёрт слушал, уронив зубастенькую челюсть, а потом добавил к монологу Егора финальный аккорд, стукнувшись лбом в основание сердечка.

– Благодарствую, Твоё Благородие! – завопил он. – Проси теперь, проси, бери что пожелаешь!

– Что с тебя взять-то, если ты ничего дать не можешь? – досадливо сказал Егор и задумался. Возвращаться с пустыми руками страсть как не хотелось. Он попытался припомнить, что в таких случаях обычно требовали черти и демоны из известных ему сказок. Ничего толкового не придумывалось.

– Ладно, – сказал Егор неприязненно. – Тогда так. Отдашь мне то, о чём не знаешь. Понял?

Черт часто-часто заморгал, силясь постичь суть подковырки. По его осоловелой рожице Егор понял, что фольклор Человеков не входил в обязательную программу потусторонних мракобесов… то есть мраколюдов.

– По рукам, – растерянно кивнул чёрт.

– Ладно, теперь обратно меня отправляй.

– А ты сам не можешь? – удивился чёрт. – А, тебя же Тайный Знак держит! Ты из него выйди, и всё. Только, погоди! Я уйду сначала. Боюсь я тебя…

– Ну и зря, – дружелюбно сказал Егор и, подождав, пока чёрт выскочит за двери, переступил через меловую линию…

…Надрывно звонил будильник. Егор зевнул, потянулся и ткнулся рукой в ножку тумбочки. Заснул он, оказывается, на полу.

Заковыристо прокляв и будильник, и тумбочку, Егор вскарабкался на незастеленную кровать. Надо было на работу, поэтому работу Егор тоже проклял, и тоже весьма заковыристо. К сожалению, в этом мире проклятия Человеков никакой сверхъестественной силой не обладали.

«Чего-то он мне там отдал?» – лениво подумал Егор и усмехнулся, но тут же замер, услышав доносящийся из шкафа задушенный писк.

Он напрягся, пытаясь вспомнить, что обычно следовало в русских сказках за требованием демона «отдать то, о чём не знаешь». Не вспоминалось просто из принципа.

Чуя неладное, Егор прошлёпал к шкафу и распахнул дверцу.

На полочке для обуви сидел чертёнок. Махонький, кажется, новорожденный, похожий на крохотную обезьянку. Он отчаянно пищал, неуклюже подпрыгивая, и казался напуганным до смерти.

– Ах ты ж мать-перемать! – завопил Егор, и чертёнок, радостно заверещав, протянул к нему маленькие чёрненькие ручонки.

…А с другой стороны, это оказалось не так уж плохо – иметь ручного чёрта. Знакомым Егор сказал, что ему дядя из Зимбабве привёз редкую разновидность мартышки. Начальник даже продать просил экзотичную животинку, но Егор, подумав, отказался. «Ничего, – утешался он, теребя лохматого за рожком, – вот вырастешь ты, я тебе умных человеческих книг притащу, выучишься на исполнение людских желаний. Тогда посмотрим…»

А пока он старался следить, чтобы чертёнок не называл его «папой» на людях.