— Солэн! Солэн… они идут!

Лесная правительница прислонилась к стене. Судорожно сжав в руке край юбки, она вновь крикнула во тьму коридора. Сердце ее сжалось от предчувствия надвигающейся беды.

— Ноэль, что случилось? — На крик сестры выбежал встревоженный Солэн. Он успел подхватить девушку, прежде чем та без сил опустилась на пол.

— Слышишь? Они сейчас будут здесь… они уничтожат нас…

— Кто они? — Солэн с силой затряс всхлипывающую илларию. Девушка задыхалась от раздиравших ее чувств. Заглянув в полные страха глаза сестры, иллар прижал ее к себе. — Что тебя так напугало?

— Они… — Ноэль уцепилась за край его одежды и быстро зашептала. — Им нужна звезда. Они найдут ее… И тогда всем нам конец!

Солэн коснулся губами волос девушки.

— Что ты видела?

— Возвращение Великого… Слышишь? — Она отстранилась от него и прислушалась. Резко вздохнув, снова зарыдала. — Проклятие… оно не разрушено! Они придут! За звездой!

Солэн вслушивался в тишину, но ни один звук не нарушал размеренного течения ночи. И только сдавленный шепот сестры свидетельствовал тому, что беда уже близко.

— Ты не ошиблась? — Он убрал с лица илларии намокшие от слез волосы.

— Нет. Пророчество сбывается. — Она с отчаяньем посмотрела на брата. — Проклятие возвращается… вместе с Великим…

Верден. Астен

На следующее утро я проснулась в распрекрасном настроении. Позавтракав, принялась собирать вещи. Сразу же после совета забегу за сумками и покину Астен. От королевства гномов до столицы Нельвии всего шесть дней пути. А если хорошенько постараться, то можно добраться и за пять.

Я надела единственное захваченное с собой парадное платье. Распустила волосы, заколов лишь передние пряди. Нанесла легкий макияж. Чтобы довершить образ, сбрызнула себя духами из цветов арделии и улыбнулась смотревшей на меня из зеркала девушке. Пусть теперь Локтан посмеет отказаться подписывать договор! Не получится красотой, заставлю хрупкой женской силой.

Я шла по улице, улыбаясь попадающимся навстречу прохожим. Как бы не было хорошо в гостях, а дома все-таки лучше. Стоп! Я остановилась и тряхнула головой, стараясь прогнать ненужные мысли. В который раз ловила себя на том, что начала называть Нельвию родным домом. Если так пойдет и дальше, то в следующие лет сорок Теоре не придется искать себе нового посланника. Кстати, о времени. По моим подсчетам королеве уже должно было стукнуть, по меньшей мере, шестьдесят. А ей больше тридцати не дашь. Надо будет поинтересоваться у нее. Скорее всего, климат Этары продлевает жизнь. Значит, если я останусь в этом мире, то успею разменять не одну сотню лет, прежде чем моя душа покинет мое тело.

Войдя во дворец, я на секунду задержалась возле зеркала. Последний раз взглянув на свое отражение, поспешила в зал, где должен был проходить совет. Я специально пришла пораньше, чтобы успеть переговорить с Локтаном до прихода Аммиана. Сейчас король подпишет договор, и мы не будем тратить время на переговоры. А когда появится посланник, я с улыбкой сообщу ему, что мы уже все решили.

Я распахнула двери и замерла. Над длинным прямоугольной формы столом склонился Локтан и что-то быстро писал. За его спиной застыл эльф и с довольным видом следил за бегающим по листу бумаги пером. Какого демона!

— Я что-то пропустила?

Посланник и король одновременно подняли головы. Нечаянно толкнув одного из старейшин, оказавшегося у меня на пути, я приблизилась к Локтану. Король попытался изобразить радостную улыбку. Не получилось.

— Нет. Ты как раз вовремя. Мы уже все решили.

Я побагровела. Это была моя фраза! А этот пронырливый эльф посмел ее у меня украсть!

— Что решили? Ваше Величество! — Я мельком глянула на только что подписанный договор и повернулась к королю. — Разве я что-то не так поняла? Если мне не изменяет память, еще вчера вы обещали отдать кристаллы Нельвии!

— Король дал, король взял, — усмехнулся эльф. — Все. С делами покончено. Нарин, не желаете составить мне компанию и прогуляться по городу?

Я вдохнула поглубже, чтобы высказать этим двоим все, что я о них думаю, но от беспардонности эльфа позабыла все слова. Нет, ну каков наглец! Обставил меня и еще издевается!

— Нарин, не берите так близко к сердцу, — принялся успокаивать меня Локтан. — Каждый день мы находим все больше и больше кристаллов. И возможно уже через три-четыре месяца Нельвия получит первую партию.

— Возможно? — я угрожающе прищурилась.

Король открыл было рот, чтобы продолжить оправдываться, но эльф не дал ему закончить.

— Ну да. Как только мы закупим достаточное количество кристаллов, люди смогут приобрести то, что останется.

Мне стало дурно. Еще никто и никогда надо мной так не издевался. Был бы под рукой кинжал, убила бы! Стараясь сохранить на лице остатки спокойствия, я посмотрела на короля и холодно бросила:

— Как будет угодно Вашему Величеству. Надеюсь, эльфы смогут обеспечить вас амегдином и другими столь необходимыми вашему королевству лекарствами. — Я расплылась в ядовитой улыбке. — Потому что у нас они внезапно закончились.

Развернувшись, направилась к выходу. Сзади послышалось недовольное бормотание Локтана. Ничего, пусть теперь помучается. Астен не первый год закупал у Нельвии лекарства. Лекари из гномов никудышные, и без наших медикаментов им не обойтись.

Аммиан, сволочь! Только попадись мне!

Я покинула дворец и направилась на главную площадь, чтобы сделать необходимые в дорогу покупки. Теперь прохожие видели на моем лице один лишь гнев. И что я скажу Теоре? Не справилась с таким пустяковым заданием. Да меня же на смех поднимут!

Не смотря по сторонам, я шагнула на дорогу и вновь чуть не попала под лошадиные копыта. Крикнув мне, кучер с силой натянул поводья. А я, не изменяя былой привычке вместо того, чтобы отскочить в сторону, застыла на месте и зажмурилась.

— Нарин, ты с ума сошла?! Зачем выбежала на дорогу?

Из кареты выскочил взволнованный Аммиан. Какого демона он за мной поехал?! Я попыталась обойти эльфа, но он преградил мне путь.

— Отойди. Я спешу!

— Нет. Ты что, обиделась на меня? — искренне удивился он. — Ты ведь должна понимать, это политика.

Я с раздражением отодвинула посланника и быстрым шагом зашагала в сторону площади.

— А ничего, что решение должно было быть принято на совете?! Но нет! Тебе захотелось обыграть меня, и ты заранее обо всем договорился с Локтаном.

Аммиан бежал следом, не желая оставить меня в покое.

— Но ты ведь тоже пришла пораньше, чтобы заставить гнома подписать соглашение!

Он еще смеет упрекать меня!

— Мои действия тебя не касаются!

Эльф обошел меня и, пятясь спиной, спросил:

— Я так понимаю, ты решила покинуть Астен немедленно?

— И решения мои тебя тоже не касаются! — со злостью отчеканила я.

— Согласен. Но ты ведь не собираешься ехать в Нельвию верхом. — Он остановил меня, положив руки мне на плечи. — Посмотри. Погода окончательно испортилась. В ближайшие дни тебе придется мокнуть под дождем.

Я скинула его руки и свернула в проулок, ведущий в сторону рынка.

— И что ты предлагаешь?

— Предлагаю подвезти тебя до границ Нельвии в своей карете. — Аммиан взял меня под локоть и, не обратив внимания на полный дикой злобы взгляд, продолжил. — В ней нам будет тепло и уютно. И со мною ты не соскучишься. К тому же тебе с твоим ростом будет тесно в гномьей карете. Если ты вдруг решишь взять наемный экипаж.

— Я поеду верхом.

Эльф остановился и удержал меня за руку.

— Нарин, не глупи. Мне очень не хотелось бы, чтобы ты подцепила простуду. И молоденькой девушке путешествовать в одиночестве сейчас очень опасно.

Я вплотную приблизилась к эльфу и прошипела:

— А ты думаешь, я не смогу за себя постоять? Напрасно.

— Но ведь от Уэйна ты не смогла себя защитить, — парировал он.

Демоны! Ему и об этом известно!

— Я заеду за тобой через час, — крикнул мне вслед посланник. — Не вздумай уехать. Я все равно тебя догоню.

Я мысленно послал его к чертям и вошла в торговые ряды. Упрямец! Не понимает слова "нет"!

Прошло пять дней. На шестой мы подъехали к границам Нельвии. Аммиан все-таки нагнал меня уже за городом и чуть ли не силой затащил в карету. Я конечно посопротивлялась для проформы, но была рада такому повороту событий. Погода действительно испортилась. Последние осенние деньки минули, передав права владения Этарой приближающейся зиме.

На второй день нашего совместного путешествия выпал первый снег. Я все еще злилась на посланника и не разговаривала с ним. Аммиан как мог, пытался меня развеселить, но, осознав безрезультатность своих попыток, оставил эту затею, пробурчав под конец что-то на счет женской стервозности в целом и моей собственной в частности.

Спустя еще день мне надоело играть в молчанку. Я попросила остановить карету и вышла размять затекшие ноги. Не успела сделать и нескольких шагов, как в меня со спины полетел снежок. За ним последовал второй, третий… Вот тут уж я отыгралась на посланнике. Через полчаса мокрые и замерзшие мы вернулись в карету. До ближайшей деревни ехали стуча зубами и мечтая о горячем ужине и теплой постели. Раздельной. По крайней мере, об этом мечтала я. А что было на уме у эльфа, я не представляла. Иногда я ловила на себе его внимательный изучающий взгляд. Не скажу, чтобы это было мне совсем уж неприятно, но отдавать свое сердце очередному красавцу я не собиралась. С меня вполне хватило Дорриэна.

Так вот, как я уже сказала, через пять дней мы были в Нельвии. Здесь наши дороги расходились. Аммиан держал свой путь в Неаль, а я к Теоре на покаяние. В маленькой деревушке я приобрела лошадь и рассчитывала на следующее утро прибыть в Геллион.

Весь путь до Нельвии я мысленно готовилась к встрече с королевой. Никогда не любила проигрывать. А спасовать в таком ерундовом деле казалось мне кощунством. И я предприняла последнюю попытку.

— Аммиан. — Мы сидели в карете и прощались. — Как тебе удалось так быстро уговорить Локтана изменить решение? Ведь он уже согласился поставлять кристаллы нам.

Эльф заложил руки за голову и, глядя в потолок, ответил:

— Пару раз я оказывал Локтану мелкие услуги. Пришлось напомнить ему.

Что ж это за услуги такие? Обычно монархи быстро забывают о помощи. Или Аммиану удалось «правильно» напомнить гному, или услуги были не такими уж мелкими, как он говорит.

— А что может заставить тебя не доставить договор в Неаль?

Я улыбнулась самой чарующей из всех своих улыбок и заглянула ему в глаза, пытаясь загипнотизировать.

— А с чего ты решила, что я могу его не доставить? — Посланник лениво потянулся и продолжил рассматривать обтянутый темно-красной тканью потолок кареты.

— Всякое может случиться… — Я поближе придвинулась к эльфу и прошептала. — Возможно, сейчас у тебя возникнет непреодолимое желание разорвать бумагу, и ты не сможешь ему противостоять. — Я томно вздохнула и захлопала ресницами.

Аммиан оторвался от изучения кареты и посмотрел на меня. Совладав с собой, продолжил:

— А что ты можешь мне предложить?

Я бы с удовольствием предложила ему сковородкой по голове, если б таковая имелась под рукой. Но вынуждена была сдержаться и продолжать улыбаться. Слова на него не действовали, так что пришлось пустить в ход тяжелую артиллерию.

— А чего ты хочешь?

Эльф приблизил свое лицо к моему и тихо произнес:

— Чтобы ты перестала со мной заигрывать.

Я оттолкнула его и отодвинулась на другой край кареты.

— Ты невыносим!

— Это все из-за того, что некая кареглазая интриганка лишила меня покоя.

Я пожала плечами как бы говоря, что я здесь ни при чем и открыла дверцу, намереваясь выйти. Аммиан потянулся и поспешил ее захлопнуть.

— Разве я не заслужил прощального поцелуя?

— Еще нет.

— А когда же?

— Когда разорвешь договор и отдашь мне патент на кристаллы.

Эльф страдальчески застонал и посмотрел на меня полным безнадежности взглядом.

— Нарин, ты можешь думать о чем-нибудь другом кроме кристаллов?

— Отдай мне их, и я подумаю о другом. — Я протянула руку и многозначительно замолчала. Честно говоря, я не понимала, во что он со мной играет. Какой идиот решит расстаться с патентом просто потому, что его об этом попросили?

Аммиан, не отрывая от меня глаз, вытащил из кармана куртки свиток и повертел его в руках. Я попыталась выхватить патент, но эльф отдернул руку и покачал головой.

— Не так быстро. Неужели ты решила, что я отдам тебе его за красивые глазки?

А почему бы и нет?

— Аммиан, хватит со мной играть! Чего ты хочешь?

Эльф развернул свиток и, пробежавшись по нему взглядом, свернул обратно. С задумчивым видом он сказал сам себе.

— И что я творю? Так ведь можно лишиться должности посланника.

— Ты ничего не потеряешь. Давай сюда!

Я схватила патент, и уже через секунду он лежал у меня в кармане. Чмокнув его в щеку (я ведь обещала поцелуй), я вновь открыла дверцу.

— Ты забыла. Договор все еще у меня.

— Зачем он тебе без патента?

Эльф хитро прищурился и положил ноги на соседнее сиденье.

— Это будет мне гарантией того, что через месяц ты приедешь в Неаль. — Он мечтательно прикрыл глаза и добавил. — Ко мне.

— Делать мне больше нечего, чем ехать в ваше змеиное логово. Или ты забыл, что я не самая популярная в Долине личность?

Посланник кивнул, соглашаясь со мной.

— Ты права. Особенно в свите Солеи. Они будут весьма «рады» тебя видеть.

Я с удивлением осведомилась:

— Причем тут принцесса? Вот уже два месяца, как она счастливо живет в Драгонии. Кстати, в этом есть и моя заслуга, — с горечью произнесла я, что не могло не укрыться от проницательного эльфа. — Я имела в виду семейство Уэйна.

— Я понял, что ты хотела сказать. Про Солею это я так, просто. — Аммиан пододвинулся ко мне и слегка наклонившись, чтобы быть со мной на одном уровне, закончил. — Но без договора патент — всего лишь клочок бумаги. Не бойся, я не дам им тебя в обиду.

Я мысленно обдумывала, как поступить. Легче всего было вернуть ему патент и послать к демоновой матери. Но тогда придется объясняться с Теорой. В принципе, мне давно хотелось увидеть сказочную страну эльфов. Близнецы столько о ней рассказывали. Да и у них скоро начнутся каникулы. Я как раз успею смотаться с ними в Неаль и вернуться к открытию портала.

— Ну… — Аммиан коснулся рукой плаща в том месте, где был спрятан патент.

Я легонько ударила его по руке и, наконец-то выскочив из кареты, дала ответ.

— Уговорил. Я приеду.

Он потянулся было ко мне, чтобы поцеловать, но я хлопнула дверью и отступила назад.

— Но не вздумай обмануть меня и отдать договор Седрику. — Я состроила угрожающую гримасу. — Иначе месть моя будет страшна.

Эльф ничего не ответил. Улыбнувшись мне своей привычной загадочной улыбкой, он послушно кивнул.

— Sayonara, красавчик. — Я вскочила на лошадь и, послав эльфу воздушный поцелуй, направилась в сторону леса. Не верилось, что завтра в это же время я буду вместе с друзьями. Очень надеюсь, что они ожидают моего возвращения с не меньшим нетерпением.

Геллион — один из самых красивых городов, когда-либо виденных мною. И, несмотря на то, что Эсферон, столица Драгонии, выглядел величественнее и богаче, этот город также не был лишен некоего таинственного очарования. А сейчас, с приходом зимы, он преобразился и стал еще прекраснее. Искрящийся на солнце снег мягким ковром укрывал мостовые, дома, верхушки башенок. Смеющаяся детвора носилась по улицам и обкидывала друг друга снежками. Вот-вот должны были начаться каникулы, и молодежь с нетерпением ожидала последнего учебного дня. "Все как у меня дома", — с улыбкой подумала я и увернулась от случайно пущенного в мою сторону снежка. Голубоглазая девчушка робко попросила прощения и упорхнула вслед за остальной детворой лепить снежного гнома. Я вспомнила себя в детстве точно такой же играющей во дворе и лепящей снеговиков. Как же давно это было. Я попыталась понять, что чувствую сейчас, вспоминая о своем мире, но как ни странно никаких чувств внутри не осталось. Ни боли от того, что я оказалась оторванной от родной для меня среды, ни страха перед неизвестностью. Ничего. Может быть, я зря рвусь домой? И мое место здесь? А не в серой и скучной погибающей цивилизации. Я вдруг подумала, что буду безумно скучать по Этаре, когда покину ее. Но с другой стороны мне так и не удалось избавиться от чувства, что для многих я здесь чужая.

Прикрыв глаза, я наслаждалась окружавшей меня идиллией, пока мой покой не прервал радостный оклик.

— Нарин. Хвала гелланиям, ты вернулась!

С выражением безграничного счастья на лице ко мне спешил Лориэн. Одет он был в длинную мантию темно-фиолетового цвета и такого же цвета перчатки. Под мышкой приятель держал несколько потрепанных учебников. Подойдя ко мне, он с радостью произнес:

— Как удачно, что я задержался в школе и встретил тебя.

Я спрыгнула с лошади и обняла друга. Настроение из просто хорошего стало превосходным.

— А где эльфы? Опять не пошли на занятия?

Лориэн положил учебники в сумки, прикрепленные к седлу, и ответил:

— Не совсем. Они бы рады, но их отстранили от занятий и экзаменов. Боюсь, им придется остаться на второй год. Или переводиться в другую школу. Хотя их и так уже выгнали откуда только можно было.

Принц грустно вздохнул. Его не прельщала мысль о расставании с друзьями.

— Что за бред? Какой второй год? Вы и так учитесь больше, чем следует!

Мы не спеша шли в направлении дворца, получая удовольствие от созерцания заснеженных улочек города.

— Что они натворили на этот раз?

— Пусть сами тебе расскажут, — нахмурился принц. — Когда мама узнала, она была вне себя от бешенства. Грозилась немедленно отправить их к родителям. И вот уже третий день близнецы сидят во дворце ничего не делая.

Я разделяла недовольство друга. Как можно быть такими бесшабашными?! Все истории, что я слышала об их школьных проказах, действительно требовали наказания. И вот эльфы его дождались. Как увижу, первым делом оттаскаю их за длинные уши!

— Как поездка в Астен? Договорилась с Локтаном?

— Ты неправильно поставил вопрос. Надо было спросить: получит ли Нельвия кристаллы?

Принц с недоумением глянул на меня.

— А какая разница?

— Сейчас узнаешь…

Я рассказала ему о своем новом знакомом, о предательстве Локтана и о договоре с Аммианом.

— И ты действительно собралась ехать в Долину? — Не понятно отчего Лориэн оказался недовольным моим решением.

— Да. А что? Солеи там все равно не будет. Так что нервы мне портить некому. Разве что Аммиан… — с улыбкой закончила я.

Лориэн не захотел продолжить разговор о Долине и принялся вводить меня в курс последних событий, произошедших в королевском дворце. По большей части новости касались придворных интриг и мелких проказ близнецов.

И вот передо мною предстал геллионский дворец во всей своей красе. Построенный из белого камня и покрытый сверкающим снегом, он производил неизгладимое впечатление. Хотя до Ирриэтона ему было далеко.

Оставив Лориэна позади, я с восторгом кинулась к воротам. Встретившие меня стражники приветливо улыбнулись и пропустили вовнутрь. Я намеревалась сразу же отправиться к себе, чтобы успеть отдохнуть перед встречей с Теорой, но мои планы нарушил громкий шум. Около одной из многочисленных беседок парка собрались придворные. Среди них я заметила своих остроухих красавцев. Негодяи! Опять что-то натворили!

Завидев меня, близнецы хотели кинуться мне навстречу, но могучая рука начальника стражи не позволила им сдвинуться с места.

— Куда собрались, негодники? — прозвучал строгий голос солдата. — Вот запру я вас на неделю в камеру. Будете знать, как надсмехаться над охраной Ее Величества!

Я протиснулась сквозь плотное кольцо придворных, окруживших эльфов, и осведомилась:

— Что случилось, Эрл?

Солдат отвесил мне поклон и с обидой в голосе произнес:

— Эти двое только что оскорбили моих людей. Они будут наказаны! — Скорее вопросительно, чем утвердительно закончил он и неуверенно глянул на меня.

Я тайком показала эльфам кулак и очаровательно улыбнувшись, обратилась к Эрлу:

— Полноте, Эрл. Не стоит сейчас их наказывать. Скоро приедут их родители, и тогда ваша отсидка в тюрьме покажется им раем. Так что не будем лишать отца и мать удовольствия наказать своих детишек.

При слове «родители», Стэн и Рэй прислонились спинами к беседке и, выхватив у зазевавшихся дам шелковые платочки, принялись нервно ими обмахиваться. Испугались.

Капитан стражи сдвинул брови, видимо, обдумывая как поступить, но, увидев мой полный мольбы взгляд, махнул рукой и пробормотал:

— Делайте с ними что хотите, сударыня. Сил моих больше нет бороться с этими вредителями!

— Непременно, — заверила я солдата и, поманив рукой близнецов, направилась в сторону главного входа. Придворные начали расходиться, недовольные моим появлением, посмевшим прервать такое зрелище — расправа над двумя несносными эльфами. Даже я порой мечтала на это посмотреть. А иногда и поучаствовать (в качестве палача).

— Нарин, сестренка, как же вовремя ты вернулась! — Рэй повис у меня на шее и не желал отпускать. Стэнтон шел рядом и пытался оттащить брата, чтобы самому меня обнять.

Подошел Лориэн. Он уже успел сдать слуге лошадь и распорядиться на счет моего багажа.

— Что вы натворили?

Стэн распахнул глаза и с невинным выражением ответил:

— Да ерунда! Просто Эрл в последнее время постоянно ходит злой и на всех кидается.

— Бедненькие, — наигранно пожалела я близнецов.

— Мы всего лишь немножко пошутили с заснувшим на посту стражником, — принялся оправдываться Рэй. — Усилили его храп с помощью простенького заклинания так, чтобы весь дворец мог слышать. А ты же знаешь, когда Дэри храпит, на стенку лезть хочется.

— И чего Эрл так взъелся? — рассуждал Стэн, пока мы поднимались на второй этаж. — Наоборот, мы обличили нерадивого солдата. А это правда, что родители приедут?

Близнецы испуганно переглянулись. Единственные, кого они боялись, были мать и отец. Да еще дедушка, который отличался весьма строгим нравом. Я хотела продолжить запугивать их, но эльфы выглядели такими несчастными, что у меня язык не повернулся сказать очередную ложь.

— На счет родителей я пошутила.

Приятели облегченно вздохнули и принялись расспрашивать меня о поездке в Астен. Отложив все разговоры на потом, я отправилась к себе отдыхать.

— Присаживайся, Нарин. — Королева рукой указала на кресло. — По глазам вижу, ты добилась подписания договора.

Теора поднялась из-за стола и села в кресло напротив. После того, как я узнала правду о Ее Величестве, она перестала вести себя со мной как королева с подданной и требовала подобного отношения к ней от меня. Но я так и не смогла заставить себя обращаться к королеве на "ты".

Она замолчала, терпеливо ожидая, что я преподнесу ей договор и патент на кристаллы. Я поерзала в кресле и, закончив изучать носки своих туфель, сказала:

— Тут такое дело, Ваше Величество… Теора, — поправилась я. — Патент у меня, но за договором придется ехать в Неаль.

Правительница удивилась, как несколько часов назад удивился ее сын, но дала мне возможность объясниться. После того как я закончила, она нахмурилась и встревожено произнесла:

— А ты уверена, что хочешь ехать в Долину? Я могу найти другой способ надавить на Локтана. — Она подняла на меня полные тревоги глаза. — В королевстве эльфов сейчас неспокойно. И не верю я, что этот мальчик пригласил тебя только потому, что ты ему понравилась.

— Я что, так плохо выгляжу? — с наигранной обидой в голосе спросила я. Хотя сама не верила в сказку Аммиана о внезапно вспыхнувшем чувстве.

Оставив без внимания на мою иронию, Теора задумалась, и какое-то время мы сидели не нарушая тишины. Мне вдруг показалось, что королева что-то не договаривает.

— Теора, вы мне еще что-то хотите сказать?

Королева вздрогнула и оторвала взгляд от окна.

— Тебе там может грозить опасность. Не забывай о случае с Уэйном.

— И…? — Я выжидательно посмотрела на правительницу, которая не желала сейчас быть со мной откровенной до конца. Как впрочем, и всегда.

— Солея вернулась в Неаль.

Услышав эту короткую фразу, я чуть не свалилась с кресла. Что за бред? Она же теперь правительница эмпатов! По-видимому, вся гамма чувств отчетливо отразилась на моем лице, потому что королева тихо произнесла, добив меня окончательно.

— Свадьба не состоялась. Драгония так и осталась без Владычицы.

Я упала на спинку кресла и с тоской посмотрела сквозь Теору. Только-только начала забывать его, а тут такие новости! Господи, неужели это Дорриэн расстроил свадьбу? Сумасшедший! Эльфы никогда ему этого не простят!

— Что у них произошло?

Теора неуверенно пожала плечами.

— Точно не скажу. Сразу после твоего отъезда в Астен прилетел феникс с новостями из Драгонии. Свадьба расстроена. Солея поспешно покинула королевство эмпатов, затаив обиду на Владыку. Что стало причиной скандала, мне неизвестно.

Еще бы тут не затаить! Со всех концов Этары понаехали гости, чтобы почтить новую Владычицу Королевства Света. А тут такой поворот! Я вдруг рассмеялась. А Дорриэн молодец. Дождался, пока его коронуют, и послал принцессочку на все четыре стороны.

Теора не разделяла моего веселья. Остатки спокойствия исчезли с ее лица.

— Боюсь, Солея захочет тебе отомстить.

— Мне? За что?

Опять все шишки в мою сторону! А я ведь тогда уехала, оставив Дорриэна ей.

— Но и это еще не все.

— Что еще?

Теора сделала выразительную паузу и закончила засыпать меня новостями.

— Лес илларов сожгли.

— Кто? — Вот тут мне действительно стало тревожно. А мы уже надеялись, что на Этаре наступила эпоха мира и благоденствия!

— Не знаем. Это случилось несколько дней назад. Надеюсь, лесным правителям удалось спастись. — Теора печально вздохнула и поднялась с кресла. — Без них и их целительной магии нашим лесам не выжить.

Она прошлась к окну и замерла, засмотревшись на заснеженный парк. Покои королевы находились в обособленном крыле на четвертом этаже. И из окна ее кабинета открывался поистине великолепный вид. Я поднялась следом и приблизилась к Теоре. Сейчас взор Ее Величества был устремлен на играющую за стенами дворца детвору. Они беззаботно резвились в снегу, даже не подозревая, что в скором времени может случиться очередное несчастье.

— Может, у этого трагического случая есть свое объяснение? Мало ли из-за чего мог загореться лес.

В ответ Теора слабо улыбнулась и сменила тему.

— Ты успеешь вернуться к открытию портала? В Долине тебя могут задержать непредвиденные обстоятельства.

Я покачала головой, не соглашаясь с правительницей.

— Не беспокойтесь. Я только туда и обратно. Уничтожу договор, посещу несколько достопримечательностей Неаля и вернусь в Нельвию.

Королева приподняла брови и осторожно кивнула. Я поняла ее реакцию. В прошлый раз я вот точно так же надеялась быстренько уладить конфликт с Драгонией, найти дорогу домой и покинуть Этару. А вышло все с точностью до наоборот.

Разговор был окончен. Я поклонилась правительнице и покинула кабинет, намереваясь весь вечер провести с друзьями.

— Нарин, ну, пожалуйста.

Две пары несчастных серых глаз посмотрели на меня, как на последний шанс на спасение.

— Ни-за-что! — Я вздернула подбородок и, сложив руки на груди, строго посмотрела на близнецов. Не успела вернуться, как они уже пытаются втянуть меня в очередную авантюру! — В следующий раз будете знать, чем чревато издевательство над учителями!

— Следующего раза не будет, — простонал Стэн и с видом мученика упал на кровать.

— Если нас выгонят из геллионской школы, то нам просто некуда будет податься, — в тон брату заныл Рэй.

— А что сделают с нами родители…

Вошел Лориэн и застал чудную картину: Рэй сидел у моих ног и теребил край моей юбки. Стэн полулежал на кровати и что-то тихо бормотал на счет жестоких порядков в их семье и неминуемой расправы над несчастными братьями в том случае, если родители узнают, что их в очередной раз выгнали из школы.

— Они уже час так сидят, — пояснила я Лору.

Принц понимающе кивнул и, устроившись на маленьком диванчике возле окна, стал молча наблюдать за продолжением этой трогательной сцены.

— Ну разве так трудно прикинуться нашей сестрой? — спросил Рэй, пытаясь выдавить из себя жалостливую слезинку и вытереть ее о мою юбку.

Я вырвала ткань из цепких пальцев эльфа, и в который раз за сегодняшний вечер покачала головой.

— Даже не просите. Я похожа на эльфийку, как мартышка на слона. Первое, что бросится в глаза вашему директору — это мои человеческие уши.

— Так это мы быстро исправим! — В глазах эльфов загорелся странный огонек.

— В смысле исправите? — осторожно спросила я.

— Заколдуем тебя. И на несколько часов ты превратишься в прекрасную жительницу Долины Звезд.

— А толку? Что я скажу вашему директору? — Меня не прельщала мысль отмазывать этих остроухих и оправдываться вместо них. — За то, что вы сделали, я сама готова пойти в школу и потребовать вашего немедленного исключения.

Близнецы приуныли. Похоже, они целый день готовились и подыскивали самые веские доводы, чтобы я согласилась пойти завтра на прием к директору. Но я была непреклонна.

А как бы вы поступили на моем месте? Три дня назад эти прохиндеи устроили такое шоу на профессорских сборах, что никакими словами теперь им не поможешь. В тот момент, когда все преподаватели, включая приезжих профессоров из Драгонии и Долины, были в сборе, эльфы решили немного «скрасить» их скучное заседание. Могу сказать, им это удалось. За пару часов до сборов, они подсыпали в чай директору Абеларду некое галлюциногенное зелье. Близнецы рассчитали все точно и действовать оно начало именно в тот момент, когда директор вошел в зал. Абелард должен был произнести вступительную речь, а потом закончить своим выступлением собрание. Вступительную речь он с горем пополам произнес. Но что началось потом… Директор сел на свое место и начал нервно озираться. Остальные, заметив беспокойство хозяина школы, последовали его примеру и завертели головами. Выступавший в тот момент профессор некромантии то и дело запинался, так как был неспособен привлечь внимание публики. Дальше еще хуже. Абелард вскочил и принялся кричать не своим голосом, при этом отмахиваясь от виденных им одним упырей и другой нечисти. Затем он залез на стол и стал насылать заклятия на профессоров, которые казались ему исчадиями Жуткой Тьмы. Недаром Абелард считался одним из самых могущественных магов Нельвии. Через каких-то пять минут Зал Собраний превратился в мини-зоопарк. Кого там только не было. Кричащие мартышки, шипящие гиены, маленькие тигрята. Но больше всех досталось все тому же профессору некромантии. Его почтенный директор решил превратить в некое подобие хомячка (по крайней мере, я так поняла из описания близнецов). Превращая коллег в животных, он думал, что таким образом возвращает им их первозданный вид, срывая с лиц ложные маски. На шум прибежали ученики. Но помогать профессорам они не спешили. На такое зрелище стоило посмотреть и школьники как могли, растягивали удовольствие, наблюдая за суматохой в среде "преподавателей-оборотней". Братья были уверены, что виновных не найдут. Ведь готовить подобные зелья их еще не учили. Сообразительные наши сами откопали рецепт и не преминули им воспользоваться. Но как говорится, всякая ложь рано или поздно становится очевидной. И эльфам не повезло попасться казалось бы на такой ерунде. Они не взяли в расчет того, что после прекращения действия зелья, тот, кто его выпил (если это конечно опытный маг) способен почувствовать магию заговорщиков по оставшимся после нее следам.

Когда Абелард пришел в себя, он не стал тратить время и расколдовывать своих коллег, а первым делом просмотрел всех школьников. И узнал горькую для близнецов правду. Гнев его не знал границ. Когда улеглась суматоха и извинения директора были приняты, совет профессоров вызвал эльфов на ковер. После долгих дебатов о дальнейшей судьбе братьев, они приняли решение. Пока совет говорил, Рэй и Стэн начали медленно бледнеть. Чего только не предлагали оскорбленные до глубины души преподаватели. Самым легким предложенным наказанием была идея запереть их на неделю в подземном кладбище. Но это на близнецов уже не действовало. Они там и так бывали чаще, чем дома у родителей и сумели научиться быстро и с легкостью умерщвлять воскрешенных некромантами упырей. Выслушав все предложения, Абелард сказал близнецам, что они исключены из геллионской школы магии. И мягко намекнул, что если эльфы решат восстановиться на повторный курс, им все равно не закончить школы. Профессора из других королевств не преминули добавить, что ни одна школа Долины и Драгонии ни за что не примет их в свои стены. Оставался только Астен. Но там они не получат дипломов магов. Из школ Астена выходили отличные мастера, работники копален, но никогда маги.

— Нарин, может, все-таки попробуешь? — нарушил затянувшееся молчание Лориэн. — Ты ведь способна переубедить даже мертвого упыря остаться лежать в могиле.

О ком это он?

— Под мертвым упырем ты случайно не Дорриэна имеешь в виду?

Приятель скривился и задумчиво произнес:

— Нет. Он, к сожалению, еще живой.

Я покосилась на принца, но ничего не ответила. Лору так и не удалось побороть неприязнь к Владыке. И с этим уже ничего не поделаешь.

— И что мне ему говорить?

Отчаявшиеся было эльфы оживились, и принялись растолковывать мне свой план. Я сидела и диву давалась, сколько же в этих головах сокрыто идей. Причем только разрушительного характера. Выговорившись, близнецы стали ждать моего решения. Пришлось согласиться.

— Но это в последний раз! — пригрозила я приятелям. — Больше выгораживать я вас не собираюсь.

Те счастливо закивали головами и кинулись меня обнимать, приговаривая при этом, какая я хорошая и как они меня любят. Когда буря эмоций утихла, Стэн осторожно спросил:

— Ты уже слышала о том, что случилось в Драгонии?

Три пары глаз устремились в мою сторону. Я попыталась ответить как можно спокойнее, но мое лицо не способно было скрыть обуревавших меня чувств.

— Да. Теора рассказала. Интересно, что стало причиной разрыва помолвки?

Друзья подняли вверх головы и одновременно засвистели какой-то веселый мотивчик.

— Что?!

— Нет, ничего, — поспешил ответить Рэй. — И твоей вины в этом нет. Правда, ребята?

Ребята так наигранно согласились, что я не выдержала и, вскочив с кровати, кинулась к окну. Отвернувшись, обиженно произнесла:

— Их отношения меня не касаются. И я не причем! Слышите?!

Они замычали что-то нечленораздельное, едва ли похожее на согласие.

— Ты им уже сказала, что через две недели едешь в Неаль? — прервал Лориэн неприятный для меня разговор.

Остроухие удивленно захлопали глазами. Пришлось повторять рассказ об Аммиане в третий раз.

— И вы едете со мной, — с улыбкой закончила я. — А если вас все-таки выкинут из школы, мы сможем отправиться туда раньше.

Подобный прогноз их не устраивал. Но идея показать мне свое королевство весьма обрадовала. "Они единственные, кто рад такому стечению обстоятельств", — подумала я, провожая несносных гостей за дверь. Завтра предстоял сложный день. Не знаю, как мне удастся переубедить Абеларда, но так уж и быть попробую.

Я открыла окно и выпустила феникса. Счастливо крикнув, мой питомец отправился на ночною охоту.

— И я должна это выпить? — Я с отвращением покосилась на бутылочку со странного цвета жидкостью. Открыв ее, осторожно понюхала и завертела крышку обратно. Запах соответствовал цвету содержимого. — Нет уж, увольте. Придумайте что-нибудь другое.

Братья поджали губы и, сложив молитвенно руки, горестно вздохнули.

— Ладно, демон с вами! — Я залпом осушила бутылочку и поморщилась. Из чего они его сделали? На вкус зелье больно напоминало полынь, смешанную с растолченным горьким перцем. Мне вдруг стало очень жарко. Обливаясь потом, я опустилась на кровать, и какое-то время сидела не шевелясь, пока сердце не перестало учащенно биться.

— Не хочешь посмотреть на себя в зеркало? — довольно предложил Стэн.

Я послушно поднялась и взглянула на свое отражение. А ничего. Вроде бы черты лица не изменились, но выглядела я как-то по-другому. Глаза засияли, губы стали напоминать только что сорванные лепестки роз, волосы блестящей волной струились по плечам. Эффект как после посещения крутого салона красоты. Но больше всего мне понравились мои уши — они стали как у эльфов, такие же аккуратные и заостренные, и теперь ничто не во мне выдавало принадлежность к роду людскому. Надо будет попросить Стэна приготовить еще пару бутылочек. Так, на всякий случай.

Налюбовавшись своей временной неземной красотой, я пошла вместе с эльфами к конюшне. Уши прикрыла волосами, чтобы не шокировать придворных. Спустившись, мы наткнулись на Анастеоса. Маг как-то странно на меня посмотрел и хотел было что-то спросить, но я, поприветствовав старика реверансом, поспешила поскорее скрыться с его глаз.

Пока мы ехали в школу, близнецы не переставали меня наставлять.

— Не забудь…

— Я помню, — перебила я Рэя. — Скажу, что вы в полной мере осознали свою вину и были жестоко наказаны родителями. А теперь готовы понести любое наказание от директора, только бы вас не исключили.

Братья довольно закивали и продолжили рассказывать о своей семье, чтобы Абелард не смог застать меня врасплох, задав ненужный вопрос. Они помогли мне выйти из кареты и сказали, что будут ждать в трактире напротив. Находиться в школе им строго воспрещалось.

Я посмотрела на древнюю обитель знаний и, пожелав себе удачи, поднялась по ступенькам на крыльцо. Снаружи школа представляла собою высокое восьмиэтажное здание. В больших окнах сейчас горел слабый свет кристаллов. Ученики грызли гранит науки, совершенствуясь в познании магии, зельеварения и боевых искусствах. В просторном холе я заметила читающего книгу паренька и спросила у того, где мне можно найти директора Абеларда. Оглядев меня любопытным взглядом, он ответил, что нужно подняться на четвертый этаж, а там уж я сразу найду двери его кабинета. Поблагодарив ученика, я поспешила наверх. Проходя мимо открытых дверей, я с интересом задерживала взгляд на аудиториях. Они представляли собой просторные помещения, внутри которых находились скучающие ученики. Заметила, как один спокойно спал себе за первой партой, нисколько не стесняясь распинающегося перед ним преподавателя. Возле одной из таких аудиторий я остановилась, увидев Лора, и помахала ему рукой. Приятель лишь коротко кивнул и опустил взгляд на парту, борясь с приступом хохота. Остальные учащиеся отложили учебники в сторону и тоже принялись мне махать, посчитав, что я приветствую именно их. Учитель призвал класс к порядку и захлопнул дверь прямо перед моим носом.

Я стряхнула с себя оцепенение и, поднявшись на четвертый этаж, сразу же наткнулась на богато украшенную дверь с вырезанной на ней эмблемой школы — черным вороном, склонившимся над книгой. Постучав и получив разрешение войти, я оказалась в кабинете директора — просторной комнате с высоченным потолком и огромным столом, расположенном в самом центре. За ним восседал как на троне пожилой мужчина. Темные короткие волосы уже успела посеребрить седина, но в карих глазах все еще играл юношеский огонек. Поднявшись из-за стола, Абелард поприветствовал меня и предложил присаживаться.

Я мысленно настроилась на нелегкий разговор и представилась.

— Мое имя — Алиэль де Лиэн. Я сестра Стэнтона и Рэйтона. Думаю, вы догадываетесь, зачем я к вам пришла.

Директор перестал улыбаться и с удивлением спросил:

— Мне казалось, у моих БЫВШИХ учеников есть младшая сестра.

Черт! С самого начала разговор пошел не в то русло! Я одарила его сияющей улыбкой и ответила:

— У нас небольшая разница в возрасте. Поэтому, многие считают нас ровесниками.

— И вы пришли, чтобы забрать их документы?

— Не совсем, — разочаровала я директора. — Я пришла узнать, что можно сделать, чтобы не допустить исключения моих братьев.

Абелард почесал подбородок и уверенно произнес:

— Уже ничего. Они оскорбили не только меня, но и моих коллег. Такое невозможно простить.

— Но дело в том…

— Алиэль, даже не пытайтесь меня переубедить. Вы только потратите свое и мое время. А это слишком ценная вещь, чтобы терять ее впустую.

Я кивнула, но отступать не стала.

— Я лишь прошу меня выслушать. Много времени я у вас не заберу.

Директор нервно постучал костяшками пальцев по столу.

— Хорошо. Говорите.

Я выдержала паузу и начала нагло врать.

— Когда отец узнал, что они натворили, то сразу же отправил меня в Геллион. Поверьте, как только близнецы приедут домой на каникулы, они сполна получат за свой дерзкий поступок. У нас поступают очень строго с нарушителями порядка, и братьям это не сойдет с рук.

— А почему господин де Лиэн сам не приехал ко мне?

Вот пристал! Все ему надо знать!

— Государственная служба не позволила ему покинуть Неаль. Но это обстоятельство не спасет братьев от наказания.

— Боюсь, вам не удастся меня переубедить, Алиэль. Они опоили весь учительский состав своей гадостью и пусть не рассчитывают на мое прощение!

Значит, весь учительский состав. Кажется, я слышала немного другое изложение событий. Ну, негодяи!

Он вновь поднялся в надежде проститься со мной.

— Я проведу вас на третий этаж в наш архив. Там вы сможете забрать документы братьев.

Ну уж нет! Никуда ты меня не проведешь!

— Ах! — Я достала платочек и смахнула невидимую слезинку. — Не хотела вам говорить, но видимо придется открыть вам нашу семейную тайну.

Абелард вернулся в кресло и заинтригованно спросил:

— О какой тайне идет речь? Я давно знаю ваше семейство, и всегда считал его одним из самых благополучных.

Зато я познакомилась с ним недавно. Демоны! Опять приходится импровизировать! Я заломила руки и с безграничной печалью в голосе всхлипнула.

— Нет, не стоит вам этого знать. Со дня рождения близнецов родители несут на себе тяжкое бремя, и я не в праве перекладывать его на ваши плечи.

Еще раз всхлипнув и пожелав Абеларду долго здравствовать и всегда оставаться таким же мудрым и чутким директором, я кинулась к двери.

— Алиэль, подождите! Возможно, я смогу вам помочь.

— Боюсь, нам никто не в силах помочь, но…

Я зарыдала и, вернувшись к столу, некоторое время усиленно терла глаза платком, отчего они покраснели, и со стороны казалось, будто я действительно плачу.

— Вот, выпейте. — Абелард протянул мне стакан воды и заботливыми глазами уставился на «сестру» своих учеников.

Я сделала несколько жадных глотков и «совладав» с собой, зачастила:

— Мы делали все возможное, чтобы болезнь не прогрессировала, но с каждым годом она становится все очевиднее для окружающих. — Я выдержала короткую паузу и, закатив глаза, простонала. — О боги, отец убьет меня!

Директор подался вперед и накрыл своей ладонью мою мелко подрагивающую руку.

— Алиэль, о какой болезни идет речь? Успокойтесь и объясните толком, в чем дело.

Я схватила веер и, помахав им перед носом, решила, что Абелард уже готов услышать "горькую правду".

— С раннего детства Рэйтон и Стэнтон вели себя не как все дети. Они могли часами быть веселы, а потом ни с того ни с сего впадали в меланхолию. Сначала родители не обращали на это внимания, но когда произошел первый приступ, они не на шутку перепугались.

Мальчики перевернули все вверх дном в кабинете отца и порвали несколько важных документов. Отец был в бешенстве. Но когда он начал допрашивать детей, они искренне недоумевали, почему их обвиняют в том, в чем они не виноваты.

Я замолчала, чтобы перевести дыхание. Абелард с нетерпением попросил продолжать.

— Отец было подумал, что близнецы просто боятся признаться в содеянном, и наказал их. Но на этом шалости детей не закончились. Они получали наказания за свои проказы и всегда плакали, спрашивая, почему с ними так несправедливо поступают. И тогда в голову мамы закралось нехорошее подозрение. Она настояла на том, чтобы близнецов осмотрели лучшие врачи Неаля. Диагноз был ужасен. Близнецы страдали врожденным дефектом. У них случались провалы в памяти и в такие моменты братья не осознавали что творят. Родители были в отчаянии. Они поехали в Нельвию, затем в Драгонию. Обращались к лекарям, магам, знахарям, но никто не смог им помочь.

Говоря все это, я не переставала следить за реакцией Абеларда. Сначала он был спокоен, но по мере того как я говорила, лицо директора приобретало совсем другое выражение.

— И теперь мы не знаем что делать, — надрывно всхлипнула я. — В каждой школе повторялось одно и то же. Надеялись, что в Геллионе они получат дипломы магов, но видно не судьба.

Я в последний раз вытерла слезы сухим платочком и опустила голову вниз, ожидая решения директора.

— Мне кажется, я смогу вам помочь.

— Вы оставляете их? — Я с надежной подняла глаза на Абеларда.

— Разумеется. Раз такое дело… Но я не об этом. — Он вскочил с места и кинулся к стеллажам с книгами. — Где-то тут у меня был один замечательный рецепт. Уверен, он приостановит развитие болезни. Ага, вот!

Не сдержавшись, я хмыкнула. Попьют они у меня теперь всякой гадости. Не одной же мне страдать. К счастью, профессор не заметил моей реакции.

— Я сам лично приготовлю сегодня лекарство, а завтра пусть они подойдут после уроков, и я отдам его им. Пойдемте, я вас проведу.

Мы спустились на первый этаж и вышли на улицу.

— Только прошу вас никому ни слова, — с мольбой в голосе прошептала я. — Вы первый, кто узнал о нашей тайне. И надеюсь последний.

Абелард заверил меня, что ни одна живая душа не узнает о болезни ребят. При этом его глаза блестели, и он непроизвольно потирал руки.

— А, вот и наши ученики. — Он знаком подозвал как раз вышедших из трактира близнецов и с озабоченным видом оглядел их. — Ну что, готовы вернуться в школу?

Вы бы видели сколько радости читалось в тот момент на их лицах. Никогда прежде они не были так счастливы.

— Господин Абелард, мы больше никогда…

— Обещаем, мы станем самыми прилежными и послушными учениками нашей школы…

— Вы еще будете нами гордиться…

Профессор согласно закивал и, не сдержавшись, погладил Стэна по голове.

— Бедненькие, — пожалел он опешивших близнецов. — Алиэль мне все рассказала. — Затем, не выдержав, спросил. — И часто у вас случаются эти провалы?

— Какие провалы?

Я шикнула на приятелей и протянула руку директору.

— Очень рада нашему знакомству. Школа должна гордиться таким директором как вы.

Абелард, польщенный моим комплиментом, позабыл о только что заданном им вопросе и крепко пожал мне руку.

— Передавайте от меня привет господину и госпоже де Лиэн. Как будут в Геллионе, пусть обязательно заходят. — Затем он обратился к эльфам. — А вас жду завтра на занятиях. И не забудьте зайти за лекарством.

Стэн хотел было спросить за каким, но я наступила ему на ногу и, помахав ручкой директору, потащила приятелей подальше от школы.

— Что ты ему наговорила?

Я довольно улыбнулась и зажмурилась от слепящего солнца, посылающего свои холодные лучи на белый снег.

— То, что сердце подсказало.

Близнецы испуганно переглянулись, правильно поняв, что ничего хорошего оно мне подсказать не могло.

Проснувшись ближе к обеду, я решила от нечего делать попрактиковаться в метании ножей. Для этого нашла свободный зал и попросила служанку принести из кладовой, что находилась на первом этаже, в том крыле, где жила прислуга, две деревянные мишени. Пока она бегала за столь необходимым мне реквизитом, я успела вернуться к себе, чтобы собраться и позавтракать. Покончив с еще не успевшими остыть булочками, я достала из сундука связку ножей и выбежала из комнаты.

Сперва я наметила расстояние, с которого буду метать ножи. Отмерив восемь шагов, отчертила едва заметную линию. За ней еще одну, чуть подальше от мишеней и так далее. Подойдя к первой отметке, я встряхнула оружие в руке, чтобы получше ощутить его вес, и метнула кинжал. Черт! Форму теряю. Лезвие попало в самый край мишени. А ведь еще месяц назад я могла попасть в яблочко чуть ли не с закрытыми глазами. "Иногда и с закрытыми", — проворчало что-то внутри, напоминая мне о том случае, когда я едва не убила Воллэна во время поединка с Дорриэном.

Я заставила себя собраться и осторожно прицелившись, метнула второй кинжал. Уже лучше. Еще несколько сантиметров и я бы угодила точно в цель. Повернувшись спиной к мишени, выхватила кинжал, а затем, развернувшись на девяносто градусов, сделала резкий бросок. Воодушевленная успехами, я отошла назад, пока не очутилась возле очередной отметки. Тренировка продолжалась. Войдя во вкус, я позабыла о времени и добрых два часа носилась по залу, то вытягивая из дерева кинжалы, то вновь туда их вонзая.

— Нарин, за что ты так с нами?!

От неожиданности я резко обернулась и чуть не запустила кинжалом в близнецов. Те интуитивно шарахнулись в сторону и испуганно закричали.

— Потише! Мы еще жить хотим!

— А кто вам не дает?

— Ты! — в один голос закричали братья.

— Я? — Какая муха их укусила? Эльфы стояли и пожирали меня полными обиды глазам.

Не припомню, чтобы мы до этого когда-нибудь серьезно ссорились, но сейчас по их лицам я поняла, что что-то натворила. Вопрос, что и когда?

— Ты что наговорила Абеларду? — требовательно спросил Стэн. — Вчера после твоего визита он собрал совет учителей, а сегодня все подходили к нам и спрашивали, чем они нам бедненьким могут помочь.

Не сдержавшись, я в голос захохотала. Ну, Абелард! Просила же молчать о "болезни".

— А вот нам теперь не до смеха, — процедил сквозь зубы Рэй. — Мало того, что все учителя смотрят на нас как на слабоумных, так нам еще придется в течение двух недель, что будем в школе, приходить к директору и на его глазах выпивать какую-то гадость! Что ты на это скажешь?!

Я не успела ответить. За спинами приятелей показался довольный Лориэн и принялся меня защищать.

— И вовсе это не гадость. Попьете лечебных травок. Авось поумнеете.

Посмеиваясь, Лор подошел ко мне и с благодарностью пожал руку.

— Нарин, вся школа в моем лице выносит тебе благодарность. Осмеять их, — он кивнул в сторону багровеющих близнецов. — Это даже лучше, чем опоить весь учительский состав.

— Нарин, дай мне нож! — потребовал Рэй, пытаясь схватить убегающего Лориэна за рукав. — Я сейчас кому-то укорочу его длинный язык.

В охоту на принца включился Стэн, и через каких-то пару мгновений Лор оказался прижатым к стенке.

— Хватит! — привела я в чувство эльфов. — Пойдемте ко мне. Там все и расскажете.

Братья неохотно оторвали руки от горла друга и, что-то обиженно бормоча, последовали за мной.

— Вы перестанете смеяться?!

Мы с Лором надрывно всхлипнули и, покачав головой, снова упали на подушки.

— Бедненькие, — простонал принц, отбивая очередной летящий в него энергетический шарик. — И часто у вас эти провалы? О, боги! Эта фраза войдет в историю нашей школы.

Близнецы кусали локти от досады, не способные остановить нашу истерику. А как тут не смеяться? Благодаря мне их авторитет заметно пошатнулся в глазах учащихся. Оказывается, Абеларду чтобы объяснить, почему он не оставляет эльфов, пришлось открыть «правду» учителям. Те от избытка чувств поспешили предупредить школьников, что к близнецам следует относиться лояльнее и прощать им их мелкие (и не очень) шалости. Когда братья пришли сегодня в школу, со всех сторон на них посыпались вопросы об их самочувствии. Моя «правда» обросла таким слоем лжи, что теперь помимо провалов в памяти у них обнаружилась куча самых страшных заболеваний, какие только может придумать богатое юношеское воображение. Но это еще не все. Какой-то умник сказал, что эта болезнь заразна и передается воздушно-капельным путем. И что разговаривать с эльфами можно, только надевая специальную маску, пропитанную ан-тро-кило-дер… в общем, чем-то пропитанную. А теперь представьте, вы заходите в школу и тут же все как по команде надевают маски и кидаются к вам с расспросами. Как шепнул мне Лор, Рэй чуть в обморок не упал, когда у него спросили, как он живет с такой психической недостаточностью. В довершении всего ребят, измученных за время уроков, позвал к себе Абелард и чуть ли не насильно влил в них сваренное накануне зелье. Лориэн был в это время рядом и наблюдал за реакцией близнецов. Сначала все было нормально. Попрощавшись с директором, близнецы поспешили во дворец, чтобы устроить мне трепку. Лор, с нетерпением ожидавший, когда же зелье наконец подействует, таки дождался. Первой жертвой способностей Абеларда пал Рэй. Причем в прямом смысле слова. Он шел себе по улице и вдруг плавно опустился на землю. Затем настал черед Стэна. Братья залезли в сугроб и, выпучив глаза, с немым ужасом наблюдали за проходящими мимо горожанами. Те в свою очередь отвечали им взаимностью. Как назло тут из-за поворота появилась группка старшекурсников. Заметив близнецов, они подошли к Лору и поинтересовались, нужна ли их помощь (мало ли что эльфы способны натворить в таком состоянии). Принц, вместо того, чтобы сказать, что все в порядке и ребята просто решили подурачиться в снегу, с печалью в голосе произнес, что с ними случился очередной приступ и в ближайшее время они будут не способны воспринимать окружающую действительность. Что самое страшное, он оказался прав. Ни Рэй, ни Стэн, когда пришли в себя, не помнили, почему они завалились в сугроб и что при этом чувствовали. Ученики, сочувственно похлопав их по плечам, пошли своей дорогой, с наслаждением обсуждая только что увиденное. Это значило, что завтра вся школа узнает об инциденте с новыми живописными подробностями.

— А все из-за тебя!

Из-за меня?! Я их спасла от неминуемого исключения, а они еще возмущаются. Неблагодарные!

— Я сказала первое, что пришло в голову. Или было бы лучше, если бы вас выгнали?

— Не лучше. — Стэн недовольно поджал губы. — Но почему тебе в голову приходят только гадости?

— Не пойму, и чего это вас так беспокоит? — Лор поудобнее устроился на кровати, заложив руки за голову, и одним взмахом руки отбил еще один шар, направленный в его сторону обозленным Рэем. — Я бы на вашем месте пользовался своей мнимой «слабостью» и не переживал, что мне за что-то влетит.

— Тебе повезло. Ты не на нашем месте, — с печалью произнес Стэн и тяжело вздохнул. — На нас теперь ни одна девчонка внимания не обратит.

Я уверенно покачала головой.

— Ну почему же? Женщины любят окружать сильный пол заботой и вниманием. А вы как раз нуждаетесь в этой самой заботе.

Мы с Лором захихикали, но, заметив на лицах друзей новый всплеск гнева, решили больше не доставать их.

— Но зелье Абеларда вам лучше не пить, — предостерегла я ребят. — Мало ли какие последствия возникнут. Еще и вправду превратитесь в дурачков.

— Куда уж больше, — скептически покосился на друзей принц.

— А ты вообще молчи! Предатель! — прорычал Рэй. — Нам теперь предстоит до конца учебы строить из себя идиотов!

Лор открыл было рот, чтобы сказать очередную колкость, но я его перебила.

— Потерпите немного. Уверена, очень скоро суматоха уляжется и все забудут о вас. И хватит об этом! — прекратила я дальнейшую полемику. Иначе мне до вечера придется выслушивать жалобы в свой адрес. — Как только вы сдадите последний экзамен, мы сразу же отправимся в Долину.

При слове Долина настроение братьев стало еще хуже. А вдруг родители узнали об их проказах? Что тогда? Веселые каникулы им точно будут обеспечены.

Решив, что сейчас с ними говорить бесполезно, мы с Лором отправились в город за покупками. Было бы не вежливо с нашей стороны приехать погостить у семейства де Лиэн и не подарить подарки. Поэтому мы решили заранее выбрать каждому члену семьи что-нибудь оригинальное и красивое. После долгих споров на счет подарка дедушке близнецов — самому пожилому представителю их замечательного рода, мы пришли к согласию. Купили книгу об истории магии в позолоченном переплете. Близнецы сказали, что он любит читать. Отцу эльфов приобрели трубку и табак высшего сорта. Так как он уже многие годы коллекционирует трубки, мы подумали, что это будет неплохим подарком. Для госпожи Верики я выбрала брошь в виде жука, инкрустированную черными камням. А Алиэль решили подарить куклу. На большее фантазии у нас не хватило. Хотя в ее возрасте девочки обычно увлекаются только игрушками. Хотела купить подарок Аммиану, но потом передумала. Пока не заслужил. Вспомнив наглого эльфа, я невольно улыбнулась и вдруг поняла, что буду рада нашей скорой встрече.

Близнецам и Лору решила выбрать подарки уже в Неале. Думаю, в тамошних магазинчиках удастся найти симпатичные безделушки для моих друзей.

Так за покупками незаметно минул день. Закинув свертки в карету, Лориэн помог мне забраться внутрь, и мы покатили в сторону дворца, счастливые и довольные. Еще несколько дней и мы вновь отправимся в путь. Главное, чтобы на этот раз на нас никто не нападал, не жаждал моей смерти и не стремился разбить мне сердце. А остальные передряги я так уж и быть как-нибудь переживу.

Две недели пролетели как один день. Ребята со мной практически не общались, окунувшись с головой в сдачу экзаменов. Предоставленная самой себе, я дни напролет проводила во дворце или гуляла по городу. Иногда забегала в лабораторию к Анастеосу посмотреть на его магические опыты, чем ужасно раздражала старика. В конце концов, он заперся на ключ, а когда я стучала, делал вид, что его там нет. Обижаться на мага не имело смысла. Своими дотошными вопросами я могла свести с ума кого угодно.

И вот настал долгожданный день нашего отъезда. Проснувшись пораньше, чтобы успеть закончить последние дела, я быстренько собралась и направилась к Теоре попрощаться. И поблагодарить за то, что она все-таки отпустила Лора с нами. Он бы не пережил праздничные дни в разлуке с друзьями.

— Не передумала? — В последнее время с лица королевы не сходила печать беспокойства. О судьбе илларов так и не узнали. В окрестных городах начались новые восстания. И все эти проблемы должна была решать одна слабая женщина. Хотя я давно поняла, что слабость и Теора понятия несовместимые.

— Не беспокойтесь, Ваше Величество. Мы будем вести себя осторожно и дольше, чем на неделю не задержимся.

— Надеюсь. Ты носишь тот амулет, что я дала тебе? Покажи.

Удивленная ее просьбой, я достала из-под корсажа цепочку и показала Теоре. Она подошла и с интересом посмотрела на украшение.

— А это что за кольцо?

Я покраснела и тихо произнесла:

— Так, подарок. На память.

— Хорошо, — заключила довольная Теора и раскрыв небольшой мешочек, достала из него шепотку какого-то порошка. Затем она посыпала им кулон и кольцо, висевшие на одной цепочке и сказала. — Не вздумай снимать их, пока будешь в Неале. Теперь и кольцо, и кулон будут охранять тебя от злых помыслов эльфов. По крайней мере, от серьезных опасностей. Поверь, недоброжелателей у тебя будет немало.

Я пожала плечами, давая понять, что уже давно смирилась со своей нелегкой судьбой. Ну и что с того, что меня постоянно хотят убить? Пока ведь жива. А там уж как повезет.

Выслушав последние наставления, я простилась с правительницей и направилась в конюшню, где меня уже ждали друзья. Точно так же несколько месяцев назад начиналось мое путешествие в Драгонию. Как же долго я потом винила себя за то, что согласилась на него. Надеюсь, на этот раз мне повезет больше.

Но как известно, человек предполагает, а Господь располагает. К сожалению, моим надеждам на приятный отдых не суждено было сбыться.

Аммиан Дэон ар' Лэй

— Апчхи! — Я схватила носовой платок и громко высморкалась. Как же меня достала эта простуда! Вот уже который день я валялась в постели то впадая в беспамятство, то принимая убойную дозу лекарств, при виде которых у меня просыпался рвотный рефлекс.

— Давай, последнюю ложечку.

— Отвали! — Я отвернулась от противной микстуры, которую Лориэн последние пять минут пытался залить мне в рот. — Она мне уже поперек горла стоит!

— Если не перестанешь капризничать, нам никак не поспеть в Неаль к праздникам, — с укором продолжил принц.

— А как расстроится Аммиан, — добавил с ухмылкой Рэй.

— Переживет, — ответила я, но микстуру проглотила. Гадость какая! — Можно мне хоть сегодня выйти подышать свежим воздухом? Меня уже тошнит от этой комнаты!

Рэй покачал головой и твердо сказал:

— Нам не удается сбить тебе температуру, а ты на улицу рвешься. Нет, даже не мечтай!

Я снова чихнула и потерла покрасневший нос. Я — в Долине Звезд, а ничего кроме комнаты в гостинице так до сих пор и не увидела! Обидно.

Дверь распахнулась, и в комнату вбежал запыхавшийся Стэн.

— Я тут узнал, что один господин через два дня отправляется в Неаль. И у него как раз свободны четыре места в карете. Правда, будут тесно, зато тепло.

— И сколько он хочет? — поинтересовался Лор.

— Пять золотых.

— Пять золотых? — с ужасом выдохнули мы.

— Наверное, он король и путешествует в золотой карете, — с издевкой предположил Лор.

— Нет, обычный эльф, решивший на нас подзаработать. Нарин, может, ты попробуешь очаровать его и снизишь цену? Хотя бы вдвое.

Я скептически посмотрела на Стэна.

— В таком виде я разве что слепого очарую. А сколько стоят лошади?

Ребятам тогда удалось поймать две. Остальные предпочли затеряться в лесной чаще.

— Покупка животных обойдется нам намного дешевле, — ответил Рэй. — Но ты не сможешь провести двое суток в седле. Это не вариант. Лор, а если попросить Теору прислать нам денег с гонцом?

— И застрять здесь еще на десять дней? А чем мы за ночлег будем расплачиваться?

— Натурой, — игриво подмигнула я.

Рэй почесал подбородок и пробормотал:

— Это тоже не вариант. Кстати, — обратился он к брату. — Ты написал родителям, что мы задерживаемся?

— Да. Осталось только, чтобы Нарин отправила письмо с Феней.

— Нет проблем. — Я поманила феникса, чистившего свои перышки на спинке кровати. — Отнесешь послание и будешь ждать нас у де Лиэнов.

Феникс безропотно покорился. Позволив прикрепить к своей лапке послание, он одарил нас радостным криком и упорхнул в предварительно открытое Стэном окно.

— И куда могли подеваться все деньги? — Рэй искренне недоумевал по этому поводу и никак не мог смириться с нашим временным безденежьем.

— А не ты ли все время предлагал скрасить наше нудное путешествие в придорожных трактирах? — вздернув брови, осведомился Лор.

— Но ты был не против, — парировал эльф.

Принц хотел еще что-то ответить, но я в корне пресекла разгорающуюся ссору.

— Хватит! Я знаю, что делать. Мы должны что-нибудь продать.

— Что?

Я в уме перебрала весь свой скарб. Украшения не продам! Лучше пойду пешком в Неаль, чем расстанусь со столь дорогими мне побрякушками. Камень илларов тоже. Да и не нужен он никому. Платья мои в этой деревне вряд ли кому понадобятся. А если…

— Мне тут Солея перед моим отъездом из Драгонии какие-то благовония подарила. Не знаю, правда для чего они, но может пару золотых и удастся выручить.

Друзья заинтересованно посмотрели на сумки и кинулись, расталкивая друг друга, доставать мои пожитки.

— Аккуратнее. Не разбейте.

— Я тут неподалеку видел аптеку, — просветил меня Лор. — Мы туда и обратно. Не скучай.

Не скучай! Я только этим и занималась последние дни! Да еще и температура! Будь она неладна! Я снова почувствовала, как покрылась испариной, а глаза начали слезиться. Повернувшись на бок, практически мгновенно впала в тревожный сон, позабыв о проблемах насущных.

Проснулась я уже на следующее утро, проспав, таким образом, чуть меньше суток. Повалявшись в кровати еще с полчасика, решила наконец-то встать и спуститься вниз. Одно радовало, температура спала, и я стала реже чихать. Глянув в зеркало, я поспешила отвернуться и, открестившись от только что увиденного, начала одеваться.

Сейчас как раз время завтрака и мои ребята должны быть внизу. Увидев меня, осторожно спускающуюся по ступенькам (голова по-прежнему кружилась), они искренне возмутились моей безалаберности и помогли сесть за стол.

— Что у нас на завтрак?

— В тебе проснулся аппетит. Это уже хорошо, — довольно отметил для себя Стэн. — Но могла попросить принести тебе завтрак в комнату.

Я упрямо помотала головой и схватила горячий пирожок.

— Я и так стала напоминать себе забальзамированную мумию. Еще пару дней и я действительно ею стану.

— Выглядишь не очень.

Я скосила на Рэя хмурый взгляд.

— Знаешь, иногда лучше солгать, чем сказать правду. Вам удалось сбагрить подарок Солеи?

— А мы похожи на идиотов?

Я непонимающе уставилась на эльфа.

— Это с какой стороны посмотреть. А в чем дело? С ним что-то не так?

Друзья переглянулись.

— Хорошо, что мы сначала поинтересовались что это. А то бы ты лишилась очень дорогого сокровища.

— Раз оно такое дорогое, следовало его продать.

Эльфы безнадежно вздохнули, поражаясь моей тупости.

— С тобой невозможно разговаривать. Мирриана — ценнейшее масло. Оно способно излечивать даже смертельные раны.

Круто! Оказывается Солея не такая уж плохая, как мне казалось.

— Но это не все, — продолжил Стэн. — Если смешать его с твоими духами из цветков арделии, получится просто сногсшибательная смесь! Мужчины будут штабелями падать у твоих ног.

Минуточку! Это что ж получается? Она ясно дала мне понять, что своей природной красотой мне мужика не охомутать?! Удар ниже пояса.

Стэн как ни в чем ни бывало продолжил:

— А стоит оно знаешь сколько? За такой бутыль как этот, дали бы не меньше пятидесяти золотых.

— Значит, нужно как можно скорее его продать.

Снова этот осуждающий взгляд. Они меня им в могилу сведут!

— С ума сошла? — воскликнул Лор. — Да благодаря ему перед тобою открываются такие возможности! Даже у мамы нет миррианы. Достать ее практически невозможно.

— Ты что, не понимаешь? — включился в разговор Рэй. — Пару капель на тело и любой мужчина сделает ради тебя что угодно. Даже сбросится с башни.

Я задумчиво посмотрела в окно и спросила у себя самой?

— Интересно, почему же Солея не использовала мирриану, чтобы влюбить в себя Дорриэна? Раз это так просто, то, что ей мешало?

Друзья прыснули со смеху. Заметив мой вопросительный взгляд, Рэй пояснил:

— Видишь ли, ей не подходят духи арделии. Совершенно. И если бы Солея смешала их с миррианой, эффект был бы в корне противоположный.

Я довольно ухмыльнулась. Значит, наша эльфиечка не такая уж идеальная. Даже на душе потеплело.

— Мы так и не решили, где брать деньги, — напомнила я приятелям. — А у ваших родителей нельзя попросить?

— Поздно, — огорчил меня Стэн. — Феня уже улетел. А взять феникса на почте у нас не хватит денег.

Мы призадумались. Эльф вместе с каретой уезжает завтра. Значит, времени, чтобы раздобыть денег осталось в обрез. И как назло ни одна путная идея в голову не приходила.

— Мы — идиоты! — Стэн с силой стукнул себя по лбу.

— Эй, поосторожней. Говори только за себя, — предупреждающе пробормотал Рэй.

— Нарин, ты же можешь очаровать Кадора, ну того господина, и нам не придется платить.

Я с тревогой посмотрела на приятеля. А вдруг они и в самом деле страдают провалами?

— Мы это уже обсуждали. Я не буду этого делать по одной простой причине — на меня сейчас смотреть страшно, а уж быть мною очарованным…

— Тогда припугнешь, — небрежно бросил Рэй. — Тоже вариант.

Стэн нетерпеливо перебил брата.

— Вы не поняли. У нас же есть мирриана!

В дальнейших объяснениях я не нуждалась. Окинув постояльцев хищным взглядом, я прищурилась и спросила:

— Который из них, как там его? Кадор.

Мальчишки переглянулись и в унисон ответили:

— Вон тот.

Отличненько! За соседним столиком как раз заканчивал завтракать наш эльф. Стройный, подтянутый, манерный — прекрасный объект для соблазнения. "И явно не стесненный в средствах", — подумала я, осматривая его одежду. А еще решил содрать денег с бедных школьников и вечно нуждающейся посланницы!

Не теряя времени, я бросилась в комнату близнецов, чтобы взять благовония. Вылив несколько капель на ладонь, я смешала их с духами и натерла шею, руки и остальные оголенные части тела. Специально не стала приводить себя в порядок, а наоборот еще больше усугубила внешний вид: взъерошила волосы, припудрила светлыми белилами губы и лицо, измяла платье. С содроганием взглянув на себя в зеркало, я поспешила вниз. Посмотрим, на сколько чудодейственна мирриана.

При виде бледной кикиморы с опухшим от насморка носом и темными кругами под глазами, постояльцы с неприкрытым отвращением уткнулись в свои тарелки. Эльфы, что с них возьмешь. Любого, кого природа обделила красотой, они считают чем-то вроде насекомого. И тут уж ничего не поделаешь.

Я подошла к Кадору сзади и, облокотившись локтями о спинку стула, низко наклонилась к нему и проговорила:

— Как такой импозантный мужчина как вы может завтракать в одиночестве? Это просто непростительная оплошность.

Кадор развернулся и с ужасом посмотрел на меня. Я поспешила сунуть ему под нос намащенную ручку. Пусть нюхает. Глубоко вдохнув благовония, он едва коснулся губами кисти и учтиво отодвинул стул, чтобы я села.

— Наверное, я чем-то заслужил милость богов, раз они послали мне такую красоту.

Не веря его словам, я сама понюхала руку. Запах как запах. Неужели и в самом деле действует?

— Давайте знакомиться. Меня зовут Нарин. Следующие два дня мы проведем в очень тесном контакте.

За соседним столиком послышалась приглушенная возня. Это Лор со Стэном пытались заткнуть готового разразиться в истерическом хохоте Рэя.

— Моя б воля, я бы провел с вами всю оставшуюся жизнь! — Эльф с трепетом сжал мою руку и снова поднес ее к губам.

Я вырвала посиневшую от поцелуев конечность и с полуулыбкой продолжила:

— Мой знакомый договорился с вами о поездке. Помните?

— Ну, конечно. Такой приятный молодой паренек.

— Так вот, — решила я взять быка за рога. — У нас нет денег, и мы не сможем вам заплатить.

Кадор расплылся в широкой улыбке.

— И что с того? Нет, так нет. Такую красавицу я довезу совершенно бесплатно.

— Вместе с друзьями, — уточнила я.

— Разумеется. — Кадор в третий раз попытался схватить мою руку, но я предусмотрительно опустила ее под стол. — Вы когда-нибудь прежде бывали в Долине? Нет? Тогда я с удовольствием проведу вам экскурсию по этой деревушке. В восемь вас устроит?

Вот вам отрицательная сторона женского очарования (или духов с феромонами). Ты получаешь то, что хотела и сразу же к тебе лезут с навязчивыми предложениями. Хоть бы один сказал, что помогает исключительно по доброте душевной. Так нет же! Хочешь получить обещанное — плати!

Я состроила грустную гримасу и ответила:

— К сожалению, мой батюшка слишком строго блюдет мою честь. Видите тех троих? — Я кивком головы указала на друзей. — Отец приставил их ко мне, чтобы они не спускали с меня глаз. Так что гулять нам придется впятером.

Такая перспектива явно не устраивала уже успевшего пустить слюну эльфа. Не сдержавшись, он раздосадовано стукнул кулаком по столу.

— Жестокие порядки в вашей семье.

— Да уж, — с наигранной грустью согласилась я. — Но вы не расстраивайтесь. У нас еще будет время пообщаться.

Я быстренько поднялась со стула и, улыбнувшись на прощание вымученной улыбкой, рванула в комнату смывать с себя эту дрянь. Все-таки мало приятного в том, что ты ощущаешь себя цветком, пыльцой которого решила полакомиться сластолюбивая пчелка.

Следующие дни пролетели незаметно. Я настолько увлеклась мелькающими за окнами кареты пейзажами, что не замечала, когда утро сменял день, а день вечер. На все попытки Кадора привлечь мое внимание, я отвечала полным равнодушием, чем безумно злила беднягу. Ребята только тихо посмеивались сидя напротив и наблюдая за бессилием эльфа.

И вот настал долгожданный момент — наша карета подъехала к стенам эльфийской столицы. Пройдя таможенный осмотр, мы оказались в Неале.

— Боже, разве город может быть таким красивым?! — От избытка чувств я не переставала вертеть головой по сторонам, словно детсадовец, попавший впервые в жизни в зоопарк.

Глаза близнецов засияли. Они очень переживали, вдруг мне не понравится их родной город и с нетерпением ждали моей реакции. Но как такое могло не понравиться?! Вы когда-нибудь испытывали благоговейный трепет? Не важно перед чем. Если да, то вы с легкостью меня поймете. Здания, построенные только из белого камня, поражали своим изяществом и изысканностью. Добавить к этому толстый ковер мягкого снега, укрывший все вокруг, и такое ощущение, будто летишь в облаках. На улицах играла приятная ласкающая слух музыка. Веселая молодежь с хохотом носилась из магазина в магазин, скупая всевозможные безделушки к Снежной Ночи. Снежная Ночь — это что-то вроде нашего Нового Года. Вот только празднуют ее здесь с большим шиком и размахом.

Дома плотно прилегали друг к другу, что давало возможность прекрасным эльфийкам выходить на крохотные балкончики и перешептываться с соседками, делясь самыми сокровенными тайнами. Главные улицы Неаля, а их было несколько, простирались на два, а то и три километра в длину, переходя в более узкие улочки, что вели к окраинам города.

Мы медленно ехали по одной из главных улиц, с наслаждением упиваясь окружающей атмосферой праздника.

— У вас здесь всегда так или только перед Снежной Ночью? — Не сдержавшись, я помахала рукой двум девчушкам, ожидающим, пока наша карета освободит им дорогу.

— В Неале что ни день, то праздник, — ответил Стэн. — Но чем меньше времени остается до Ночи, тем явственнее чувствуется волшебная атмосфера, обволакивающая своей магией каждый дом, каждую улочку, да и всех нас.

Я одарила друзей счастливой улыбкой. Честно говоря, давно у меня не было такого приподнятого настроения. Хотелось выбежать из кареты и кричать, петь, танцевать. Хотя если я начну петь, улицы быстро опустеют. Пришлось сдержаться.

Ближе к обеду мы подъехали к дому семейства де Лиэн. Шикарное место, скажу я вам. Трехэтажный особняк стоял последним на улице Роз — престижном районе Неаля. Только самые богатые могли позволить себе проживать в столь роскошных условиях. И, как видно, родители близнецов принадлежали к их числу.

Кадор помог нам выгрузить сумки и, тепло простившись, поехал своей дорогой. Прежде чем он успел сесть в карету, я все-таки сжалилась над эльфом и позволила поцеловать себя на прощанье. Думаете, он на самом деле в меня влюбился? Как бы не так. Все это время близнецы заставляли меня мазаться благовониями. А вдруг бы Кадор передумал и выкинул нас на полпути в Неаль. Что самое интересное, на моих ребят мирриана не действовала.

— Мы просто привыкли к тебе. И давно знаем, какая ты на самом деле, — легко объяснил сей странный факт Стэн.

— Ага, — не преминул добавить Рэй. — Это Кадор не знает, что скрывается за твоей смазливой мордашкой. Но нас тебе не провести.

Я искренне возмутилась их откровениям. Ну да, я — не ангел. А кто сейчас не без греха? За собой лучше бы следили.

Попрощавшись с эльфом, мы принялись барабанить в ворота. Ожидая, пока нам откроют, я успела заглянуть в сад и, заметив живые розы, растущие в снегу, удивленно спросила:

— С каких это пор цветы растут посреди зимы? Розы ведь не подснежники. И почему я стою в легком платье, а мне не холодно?

Друзья добродушно рассмеялись. Они уже давно привыкли к тому, что зачастую я смотрю на этот мир глазами недавно вылупившегося цыпленка.

— Видишь ли, Неаль — это сердце Долины Звезд. И чем ближе ты находишься к сердцу, тем сильнее оно тебя согревает.

— А если проще и без патетики.

— В Долине не бывает холодов. Никогда. Снег не тает, но мороза ты чувствуешь. А цветы растут круглый год и…

Слова Рэя прервало шумное появление молоденькой эльфиечки лет так десяти. Но как я уже говорила, это только моя неточная оценка. Ей вполне могло стукнуть под тридцатник или того больше.

— Алиэль, сестренка!

Стэн подхватил на руки смеющуюся девочку и с любовью прижал к себе. Рэй, как и прежде не желающий быть на втором плане, подскочил к брату и забрал сестру. Мы с Лором скромненько стояли в сторонке, ожидая финала этой трогательной сцены. Но тут появилась мать близнецов — госпожа Верика, и к радостным крикам прибавились материнские слезы.

— Такое ощущение, будто они с войны вернулись, — шепнула я Лору.

— Если де Лиэны прознали об инциденте в школе, то у близнецов еще все впереди.

Когда с приветствиями было покончено, Верика провела нас в дом и принялась потчевать чаем, попутно расспрашивая о чем только можно: о школе, о Нельвии, о том, благополучно ли мы добрались. Рэй с самой искренней улыбкой заверил, что в школе тишь да благодать и что доехали мы без приключений. Алиэль в это время не переставала носиться вокруг стола и приставать ко всем с дотошными вопросами. Вот только к Лору она не обращалась, а лишь кидала в его сторону застенчивые взгляды, и при этом лицо ее покрывалось румянцем.

— Никогда не задумывался о возможности породниться с близнецами? — издевательским тоном спросила я принца, когда нас проводили в комнаты, чтобы мы смогли передохнуть перед ужином.

Лор вперился в меня испуганным взглядом.

— Не бери в голову, — отшутилась я.

— А где Феня?

— С Алиэль в саду. Девочка решила закормить его сушеными яблоками. Так он совсем разбалуется. — Я сладко зевнула и села на кровать.

— Отдыхай. Не буду тебе мешать, — улыбчиво попрощался со мной принц. — Нам еще предстоит знакомство с отцом и дедушкой.

— А что, это так страшно?

— Увидишь, — загадочно закончил Лор и скрылся за дверью.

Я растянулась на белоснежных простынях и, обняв подушку, отдалась во власть грез о грядущих праздничных днях. Интересно, Аммиан не забыл о моем приезде?

— И как давно вы служите посланницей Нельвии? — осведомился глава семейства де Лиэн — седовласый господин Мэдар.

— Почти пять месяцев, — коротко ответила я и быстро отправила в рот очередной ломтик пирога. Поесть нормально не дают. Только я собираюсь предаться пищевым наслаждениям, как Мэдар или Гвенэл, отец близнецов, задают очередной вопрос. Мы с Лором чувствовали себя как на допросе. А попробуй не ответить, когда на тебя смотрят две пары строгих глаз. Похоже, де Лиэнам было не все равно, с кем проводят время их дети. Понятно, Лориэн, о нем можно не беспокоиться. Принц все-таки. А вот я. Из-за меня близнецов отправили в Драгонию, где их жизням угрожала смертельная опасность. И теперь де Лиэны хотели выяснить, было ли из-за чего рисковать.

Рэй и Стэн в это время спокойно беседовали с матерью. К счастью, их шалости в школе не дошли до слуха родителей, и теперь братья могли вздохнуть спокойно.

— Что же привело вас в Неаль?

— Давно мечтала посетить столицу королевства эльфов, — обтекаемо ответила я на вопрос Гвенэла. Ему не обязательно знать истинную причину моего приезда.

— И как первые впечатления? — Верика наконец-то отвлеклась от любования сыновьями и присоединилась к нашей беседе, чем крайне меня обрадовала.

— Он великолепен! — с искренним восторгом ответила я. — Никогда прежде не видела ничего подобного.

— И это только начало, — заверила меня госпожа де Лиэн. — Надеюсь, у вас хватит времени, чтобы увидеть все красоты нашего города.

Я тоже на это надеялась. И с нетерпением ожидала завтрашнего дня. Сперва пошлю весточку Аммиану, затем близнецы обещали показать нам с Лором Сад диковинных растений, музей истории Долины Звезд и еще много чего другого. А вечером можно будет встретиться с посланником и забрать договор. А дальше как получится.

— Вам следует поприветствовать короля. Ему уже должны были доложить о вашем приезде, — отвлек меня от приятных мыслей Гвенэл.

Лор недоуменно приподнял брови и спросил:

— Зачем? Нарин приехала в Долину с неофициальным визитом и не обязана представать перед королем.

— Вас это тоже касается, Ваше Высочество, — «обнадежил» приятеля эльф. — Ну что ж, рад был знакомству с вами, дорогая Нарин. Наконец-то мои сыновья научились выбирать себе друзей.

Приятно польщенная комплиментом, я поднялась и сердечно пожала ему руку.

— И для меня огромная честь познакомиться с вами. — Затем я пожала руку Мэдару и, пожелав всем спокойной ночи, пошла наверх, захватив с собой Лора. Де Лиэны хотели побыть с сыновьями, и нам не следовало им мешать.

Приготовившись ко сну, я нырнула под пуховое одеяло и блаженно вздохнула. Сегодня за ужином мне на мгновение показалось, что и я — член этой дружной семьи. Все они были такие славные. Даже вечно хмурящийся дедушка Мэдар. А господин Гвенэл. Как же близнецам повезло, что у них такой отец! "Вот бы мне такого", — с легкой завистью подумала я, вспоминая с какой радостью Гвенэл обнимал сыновей. И как же они на него похожи. Те же манеры, мимика, жесты и даже голос. Вот только глаза у близнецов мамины. Такие же серые с жизнерадостными искорками. Стоит ли говорить, что все они удивительно красивы? А Алиэль. И почему у меня нет младшей сестры? Хотя, о чем это я? У меня в принципе нет семьи.

Запретив себе думать о грустном, я вновь предалась мечтам о грядущих днях. Как же прекрасно просто приехать куда-нибудь и не беспокоиться о выполнении заданий, миссий и прочей ерунде, способной изрядно подпортить тебе жизнь. Впереди меня ждали только счастливые моменты, и ничто не сможет мне их испортить!

Но как говорится, "про вовка промовка". Не успела я толком помечтать, как в дверь постучали. На пороге с непередаваемой скорбью на лицах стояли близнецы.

— Что-то случилось? Родители все-таки узнали о школе?

— Хуже, — тревожно ответил Рэй. — Ты переезжаешь.

— Куда? — Меня что, выгоняют?

— Во дворец короля. Спустись вниз. Отец все объяснит.

Громко выругавшись, я поднялась и побрела за эльфами. Что за демон! Не поеду я в их осиное гнездо!

У самой лестницы меня поджидал Гвенэл. Эльф старался выглядеть спокойным, но от меня не ускользнул тревожный взгляд, каким он встретил нас.

— Только что приехал гонец от короля. Его Величество неприятно удивлены тем, что посланница Нельвии решила остановиться у его подданных.

— И он жаждет лицезреть меня в своем дворце? — не скрывая раздражения процедила я.

— Нарин, ты, конечно же, можешь остаться у нас, — отбросил официальное обращение Гвенэл. — Но Седрик этого так не оставит. Я не знаю, зачем ты ему понадобилась, но лучше с ним не спорить.

Если это Аммиан надоумил Седрика позвать меня, то я его убью. Проклятье! Не хочу я уезжать от де Лиэнов. Только-только почувствовала покой, как меня уже пытаются вырвать из круга моих друзей и кинуть в самое средоточие придворных интриг.

— Я так понимаю, у меня нет выбора?

— Выбор есть всегда. — Гвенэл отечески обнял меня и тихо проговорил. — Но сейчас не тот случай. Прошу тебя, никому не доверяй и будь всегда начеку. Очень скоро Седрик забудет о тебе, и ты сможешь вернуться, — он улыбнулся ободряющей улыбкой и крепко пожал мне руку.

— Но, отец…

— А вы останетесь дома. Вас там не ждут, — строго оборвал он возмущения близнецов.

— Я поеду с Нарин, — раздался сверху спокойный голос.

Лориэн спустился и встал рядом со мной.

— Простите, Ваше Высочество, — впервые подал голос стоявший возле двери гонец. — Но на счет вас король не давал никаких распоряжений. Боюсь, вас не пригласили.

— А я не нуждаюсь в приглашении. — Лориэн гордо вскинул голову и холодно посмотрел на эльфа. — Или Седрик посмеет отказать наследнику Нельвии? Я бы на его месте прежде дважды подумал.

Гонец поклонился и, предупредив, что будет ждать нас в карете, вышел. Мы с Лором переглянулись и пошли собирать вещи. Что ж, Седрик, ты сам напросился. Ты еще будешь умолять меня покинуть дворец.

— Слуги проводят вас в ваши покои, — напоследок сказал нам гонец и скрылся в темном коридоре.

Мы, утомленные долгой тряской в карете, лишь кивнули и побрели за молчаливой эльфийкой, которая даже не удосужилась представиться.

— Ваше Высочество, это ваши покои. — Служанка присела в реверансе, а затем обратилась ко мне уже менее почтительным тоном. — А вы следуйте за мной.

— Куда? — Я остановилась возле двери, не желая расставаться с другом.

— Ваша комната расположена двумя этажами ниже.

— Будьте любезны, сделайте так, чтобы она располагалась рядом с покоями принца, — угрожающе прошипела я. И почему меня вечно пытаются поселить в какой-нибудь заднице?!

Эльфийка скривилась, отчего ее хорошенькая мордашка стала напоминать переспевший апельсин.

— Я не имею права решать, где вас селить. Это распоряжение Его Величества.

— Тогда я горю желанием увидеть Его Величество.

— Боюсь, он уже отдыхает и не сможет вас принять.

Все это было произнесено таким тоном, словно она сейчас обращалась не к посланнице Нельвии, а к нищенке, посмевшей попроситься к ней на ночлег.

Я шагнула навстречу девушке, но Лориэн предусмотрительно схватил меня за локоть и зашептал:

— Нарин, не стоит портить сейчас настроение. Завтра утром мы решим этот вопрос.

— Оно уже и так испорчено, — хмуро заявила я, но продолжать полемику не стала. — Ну что ж, ведите меня.

Принц крепко сжал мою руку и проводил нас до лестницы. Я в последний раз оглянулась и слабо улыбнулась ему на прощание. Не знаю почему, но как только я очутилась в стенах дворца, сердце заныло от нехорошего предчувствия. Здесь нам явно были не рады. Особенно мне. Если даже слуги ведут себя со мной столь наглым образом, то, что уж говорить об остальных обитателях королевского дворца.

— Надеюсь, вам понравится ваша комната.

— Надеюсь, завтра же я окажусь в другой.

Служанка презрительно усмехнулась и, всунув мне в руки ключ, удалилась. Ни поклона, ни пожелания доброй ночи я не услышала.

Очутившись в комнате, я вдруг почувствовала каменную усталость. Постояв немного с закрытыми глазами, я решила оглядеться. Посмотрим, куда она меня привела. Просторная, богато обставленная комната. Но вместе с тем, уж больно холодная. Такое ощущение, будто в ней давно никто не жил. Свечи бросали слабый свет на стены. В камине не потрескивали поленья. В вазах не было цветов. И лишь богатое убранство комнаты давало слабую надежду на то, что я не в тюрьме. Спросите, с чего я так решила? В тот момент я и сама не могла толком объяснить себе, что меня тревожило. Опасности я пока не чувствовала. Но вот это-то пока меня и пугало. Заперев дверь на замок, я подошла к окну и еще долго смотрела вдаль на заснеженные сады, пока, обессиленная пережитыми волнениями, не упала на кровать.

В дверь громко постучали. Пришлось вставать. Проклиная Неаль и всех эльфов вместе взятых, я повернула ключ в замке.

— Хотел спросить, как спалось, но вопрос отпал сам собой.

Я пропустила Лора и захлопнула дверь.

— По тебе тоже не скажешь, что ты счастлив находиться здесь. Как твои апартаменты?

— Они роскошны. Как и все в этом дворце, — он помедлил, прежде чем закончить. — Ты уже в курсе, что Седрик ждет нас на церемонии приветствия с минуты на минуту?

— Нет. Меня никто не предупредил.

Принц прошелся по комнате и, сев в кресло, нахмурился:

— Странно. Слуга разбудил меня еще два часа назад.

— Кстати, о слугах. — Я распахнула двери и выглянула в коридор. — Где их всех черти носят? Где моя ванна и где мой завтрак?

Так никого и не заметив, я вернулась в комнату и в сердцах сорвала одеяло с кровати. Демоны! Они меня сейчас окончательно выведут. А потом еще придется стоять и улыбаться папочке Солеи.

— Может, это Солея приказала так с тобой обходиться?

— Читаешь мои мысли, — буркнула я и подняла с пола одеяло.

На этом месте соизволила явиться наша вчерашняя знакомая.

— О боги! Вас уже давным-давно ожидают!

Я подняла глаза на эльфийку и ласково улыбнулась. Лориэн при этом весь внутренне сжался и отвернулся к окну.

— Тогда какого демона ты не предупредила меня? — почти нежным голосом пропела я, не переставая улыбаться.

— Я стучала вам, но вы не слышали.

— А надо было лучше стучать.

Опять эта кривая усмешка. Я ее сейчас удушу!

— Чтобы через минуту была здесь вместе с моим завтраком. — Я махнула рукой на дверь. — Да, и не забудь нагреть воды.

Служанка застыла в дверях, не собираясь выполнять мои приказания.

— Так и будешь стоять?

— Боюсь, у вас нет времени. Его Величество не любит ждать.

Я вплотную приблизилась к эльфийке.

— А я не люблю, когда прислуга мне перечит. Иди. А я пока подумаю, как сообщить Седрику о его нерасторопных служанках.

Она почернела, но пошла выполнять приказания.

— Может, зря ты так? Нам ни к чему сейчас обзаводиться новыми врагами, — осторожно предположил Лор.

— Но и терпеть подобное отношение я не собираюсь.

Я достала одно из своих самых лучших платьев ярко-красного цвета. Может, я и буду выглядеть в нем вызывающе, но мое настроение сейчас как раз к этому и располагало. Они решили бросить мне вызов? Что ж, я его принимаю.

Спустя час мы шли к Седрику на поклон. Я специально не стала торопиться. Не спеша собралась, вымыла и уложила волосы, оставив большую часть локонов свободно струиться по плечам. Затем надела свой откровенный наряд. Довершила образ искусительницы несколькими каплями духов и села завтракать с Лором. Никак не реагируя на мелькающую перед глазами служанку, мы непринужденно беседовали и наслаждались трапезой. И только потом покинули "мои апартаменты".

Нас привели в богато украшенный зал, устланный мягкими коврами и заставленный дорогими предметами мебели. В самом конце его под высоким балдахином располагался трон с восседавшим на нем королем. Рядом устроилась мрачная Солея. Такие же мрачные физиономии мелькали по обеим сторонам зала. Пока мы шли к трону, придворные бесцеремонно шушукались, кидая косые взгляды, по большей части, в мою сторону.

Я опустилась в реверансе и замерла. Седрик не спешил меня поднимать. Он окинул меня внимательным взглядом, изучив каждую деталь моего туалета, потом что-то шепнул дочери и, наконец, обратился ко мне.

— Мы счастливы видеть вас в стенах нашего дворца.

— Неужели?

Лориэн предупреждающе кашлянул, напоминая мне, с кем я разговариваю. С достоинством глянув на монарших особ, он сказал:

— Для нас огромная честь быть здесь, Ваше Величество. Принцесса Солея. — Он поклонился, отдавая честь эльфийке. Та удовлетворенно кивнула и вперилась в меня ледяным взглядом.

— Надеюсь, вам понравится ваше пребывание у Нас. Вы ведь задержитесь до окончания праздников?

Это было скорее утверждение, чем вопрос. Мы в знак согласия еще раз поклонились и как того требовали правила приличия, заверили, что для нас это огромная честь, что мы безмерно счастливы и все такое.

— Мы всегда рады новым гостям. Думаю, вам здесь не придется скучать.

Кто бы сомневался! Уверена, Солея вместе со своей шайкой сделает все возможное, чтобы этого не произошло.

Традиционная церемония приветствия была окончена. Седрик поднялся и, слегка нахмурившись, произнес:

— Впредь прошу вас не опаздывать. Мы не любим ждать.

Я вздернула брови в немом негодовании.

— Впредь мы не будем опаздывать, если ваша прислуга будет более расторопной.

Король вернулся в кресло и с недовольством спросил:

— Что такое? Вам не понравилась ваша служанка?

— А она у меня есть? Не заметила.

Я усмехнулась и глянула на Солею. Улыбается. Значит, это ее рук дело.

— Дело в том, отец, что ни одна эльфийка не желает прислуживать посланнице Нельвии. — И прежде чем Седрик успел вставить слово, она добавила. — Разве ты забыл из-за кого де Оры лишились сына?

Меня охватил гнев, смешанный с давно забытым чувством неприязни к принцессе. Значит, я еще и убийца!

— Я вполне могу обойтись и без прислуги, Ваше Величество.

— В моем королевстве ни один гость не должен терпеть лишения.

Как великодушно!

— Солея, отошли к Нарин одну из своих служанок.

Принцесса расплылась в ядовитой улыбке. Мне стало не по себе.

— Как будет угодно Вашему Величеству.

Правители ушли, а с ними и часть придворных. Я схватила Лориэна под локоть и умоляюще проговорила:

— Пошли отсюда, пока у меня не случился нервный срыв.

Принц и сам был на грани. Возможно, вам это может показаться странным, ведь Седрик был с нами предупредителен и учтив. Но это всего лишь напускное радушие. А что за ним скрывалось: ненависть, презрение или даже отвращение? Скорее всего, все вместе. Никто из присутствующих не спешил с нами знакомиться. Эльфы ненавидели меня. По крайней мере, те, с кем я имела несчастье жить в Ирриэтоне. А уж они постараются настроить против нас и всех остальных. Если уже этого не сделали.

За спиной раздались знакомые голоса.

— Господи, как же я рада вас видеть! — с облегчением выдохнула я.

— Нас провел отец. Мы все утро умоляли его взять нас с собой. Как вы?

— Как видите, — мрачно просветил близнецов Лор.

Мы покинули зал, решив поскорее отправиться на прогулку. Если я и вынуждена здесь жить, то это не значит, что я собралась проводить во дворце дни напролет.

— Нарин!

Я обернулась и встретилась взглядом с виновником своего путешествия.

— Аммиан.

— Ты опоздала. А я уж боялся, что ты не приедешь.

— Возникли непредвиденные обстоятельства. Аммиан, познакомься…

Я по очереди представила ему друзей. Те с плохо скрываемым любопытством оглядели эльфа.

— Можно тебя. — Он отвел меня в сторону. — О боги! Как ты прекрасна! — заискивающе улыбнулся Аммиан и принялся изучать мое платье.

Я поежилась под его раздевающим взглядом. Не следовало надевать этот наряд.

— Это ты надоумил Седрика привезти меня во дворец? — Снова эта нахальная ухмылка! — Отвечай!

— Потише. — Он приложил палец к губам. — Не стоит кричать. Ты и так вызвала бурю эмоций своим появлением.

— И кому же я им обязана?

— Не мне. Хотя я рад, что ты будешь рядом и…

— Где договор? — пресекла я очередной комплимент.

— У меня. Где ж ему еще быть?

У меня зачесались руки. Как же не люблю, когда со мной разговаривают в таком тоне! Безумно захотелось отвесить ему пощечину, развернуться и уйти. Последние дни были не самыми легкими, а тут еще и этот выскочка!

— Ну и куда мы сейчас пойдем?

Хамство смешанное с наивностью!

— Ты — не знаю. А я с друзьями прогуляться по Неалю.

Аммиан попытался обидеться и наигранно возмутился:

— А как же мы? Или ты думаешь, я просто так тебе его отдам?

— У тебя нет выбора, дорогой. Я выполнила свою часть уговора. Теперь твоя очередь, — сказала я и обернулась к друзьям. Тем уже надоело ждать, и они всячески старались привлечь мое внимание. — Можешь присоединиться к нам.

— Лучше я загляну к тебе вечером. Расскажешь, как прошел день, — увильнул Аммиан от прогулки.

— Не забудь захватить договор! — крикнула я ему вслед и, резко развернувшись, впечаталась в чье-то плечо.

От неожиданности я отскочила и застыла в немом шоке. Передо мною стоял Уэйн. Точнее его темноволосая копия. Господи, этот взгляд! Долго являлся он мне в ночных кошмарах. И сейчас на меня смотрело живое напоминание о том страшном случае. Секунды мне хватило, чтобы просмотреть эльфа и ужаснуться. Какая же у него черная душа! И это давно забытое чувство опасности, которое я почувствовала тогда в парке Ирриэтона. Оно вновь вернулось, затопив душу паническим страхом.

Эльф приблизился вплотную и слегка наклонившись, проговорил:

— Давно мечтал познакомиться с тобой, посланница. — Он презрительно усмехнулся. — Теперь я, по крайней мере, знаю, из-за кого погиб мой брат. Уэйн всегда страдал отсутствием вкуса.

Я стояла, словно воды в рот набрав, не способная выдавить из себя ни звука. От моей самоуверенности не осталось и следа. Я чувствовала себя мышью, которую гипнотизирует змея, прежде чем проглотить. Значит, передо мной — старший сын де Ора. Пребывание здесь с каждой минутой становится все интереснее.

— Ты — немая?

— Она не обязана отвечать тебе, Одиэн! — раздался гневный возглас Рэя. — Будь добр, отойди и дай нам пройти.

Рэй схватил меня за руку и вывел в первую попавшуюся дверь. За спиной раздался хрипловатый голос.

— Еще встретимся, посланница.

Я вздрогнула и побежала вниз по лестнице, мечтая как можно скорее оказаться на свежем воздухе.

— Ты как?

— Не знаю. — Я опустилась на скамейку и вытерла выступившие на лбу капельки пота. — Прошу, принеси из моей комнаты плащ. А я пока здесь посижу.

Эльф коротко кивнул и, подозвав Лориэна и Стэна, скрылся в стенах дворца.

— Что случилось? На тебе лица нет. — Принц с тревогой посмотрел на меня, дрожащую словно осиновый лист, и опустился рядом. — Тебя кто-то обидел?

— Пока нет. Я видела де Ора.

Друзья нахмурились и начали интуитивно озираться, намереваясь отыскать того, кто только что заставил меня вновь вспомнить ту ночь.

— Нарин, может к демону все? — предложил Стэн. — Собирай вещи и поехали. Родители будут только рады. Им тоже не понравилось, что король потребовал тебя к себе.

Я благодарно обняла друга и почувствовала тепло, исходящее от его души. Это придало мне сил. Пожалуй, я все преувеличиваю. Ну что они могут мне сделать? Подсыпать слабительное в чай? Или обсмеять при придворных? Солея на это способна. Ну а Одиэн. Я всегда смогу почувствовать, если мне грозит опасность и защитить себя. К тому же со мной Лор. И Аммиан. Ведь он же обещал защитить меня, если кто-нибудь решит мне угрожать.

— Пойдемте скорее. Мы и так потеряли слишком много времени, — сказал Рэй, подойдя к нам. Он заботливо накинул плащ мне на плечи и, взяв за руку, повел за ворота.

Не сдержавшись, я обернулась и заметила Одиэна, стоящего возле окна в том зале, где мы его покинули. Он проводил нас внимательным взглядом и скрылся за портьерой. Я загнула один палец и горько усмехнулась. Мой список врагов увеличился еще на одного недоброжелателя.

Как прогулка? Не скучала без меня? — бесшумно приблизившись, спросил Аммиан и, приобняв меня за талию, повел по коридору.

Я вывернулась из цепких пальцев эльфа.

— Никогда не думала, что за один день можно получить столько эстетического удовольствия. А ты куда направляешься?

— К тебе, — без обиняков ответил он. — Или ты против?

— Честно говоря, я хотела побыть со своим фениксом. В последнее время я о нем совершенно позабыла. — Я отворила дверь и пригласила гостя в комнату. — Но ты можешь остаться с нами.

Аммиан широко улыбнулся (он когда-нибудь перестанет это делать?) и шагнул в мои владения.

— Я слышал, у тебя проблемы с прислугой?

— У меня — нет. А вот у них, похоже, со мной — да. Небось, Солея таким образом решила скрасить мое пребывание здесь. — Я скинула плащ и принялась доставать купленные для Фени сласти. Лориэну удалось взять деньги у одного ростовщика. Принц пообещал вернуть их, как только тот приедет в Нельвию. Посчитав в уме, какие проценты набегут за этот срок, ростовщик с радостью согласился, добавив к нашей сумме пять золотых в качестве бонуса. Уверена, с них он тоже слупит проценты.

Разбудив своего спящего питомца, я сначала покормила его, а затем принялась гладить его блестящие огненные перышки. Феня, словно довольный жизнью кот, начал издавать гортанные звуки, отдаленно напоминающие мурлыкание. Иногда мне кажется, что я являюсь хозяйкой не птицы, а некоего гибрида сразу нескольких животных. Получив порцию внимания и еды, он предпочел покинуть наше скромное общество и заняться более важными делами. Например, полетать по окрестностям Неаля.

Пока я закрывала окно, Аммиан принялся расхаживать туда-сюда и осматривать комнату.

— Ты что-то потерял?

Он сосредоточенно изучил каждый угол и только потом вернулся в кресло.

— Да, нет. Наверное, показалось. — Эльф еще раз окинул комнату настороженны взглядом и обратился ко мне.

— Ты уже решила, с кем пойдешь на Снежную Ночь?

— А ты, я вижу, хочешь стать моим кавалером.

Заложив руки за голову, посланник с уверенностью заметил.

— Не просто хочу, я им стану.

Он безнадежен!

— И откуда в тебе столько самоуверенности? — резко бросила я. — Думаю, я пойду с Лориэном.

— И не получишь договор.

Наглец! Решил меня шантажировать!

— Аммиан, мы так не договаривались. Лучше не буди во мне демона. Он и так толком не высыпается.

Эльф усмехнулся. Проигнорировав мою слабую попытку припугнуть его, Аммиан продолжил.

— Я отдам тебе его на празднике. Потерпи. Два дня — и договор станет твоим.

Я раздосадовано кинула на стол книгу, которую только что достала из сумки. Пришлось купить ее в книжной лавке. Надо же как-то развлекать себя перед сном. Идти на вечерние посиделки придворных я не собиралась. Не хотелось видеть искаженную ненавистью мордашку Солеи. О де Оре я вообще молчу. Было бы чудесно, если бы мы с ним больше не пересекались. Хотя такое невозможно. Как минимум один раз на Новом Году, то есть Снежной Ночи, но мы встретимся.

Аммиан заметил выражение моего лица и осторожно спросил:

— Тебе так не хочется идти со мной на бал?

Я подошла к нему и, присев рядом на ручку кресла, с улыбкой ответила:

— Причина не в тебе. Моя б воля, я бы вообще там не появлялась. Но раз уж у меня нет выбора. — Я склонила голову в знак смирения перед неизбежным. — Сударь, я принимаю ваше предложение.

Он весело расхохотался.

— Чем больше узнаю тебя, тем больше понимаю, что я ничего не понимаю.

Я удивленно вздернула брови, ожидая пояснений.

— Ты для меня полнейшая загадка, Нарин. Еще минуту назад ты хмурилась, а теперь сидишь и улыбаешься.

— Это моя защитная реакция на окружающую действительность. Аммиан, я немного устала. Хочу пораньше лечь спать.

Он понял намек и, поднявшись, вдруг ни с того, ни с сего обнял меня и прошептал:

— Прошу тебя, будь осторожна. Не оставляй дверь открытой на ночь. И никому здесь не доверяй.

— Даже тебе? — Я лукаво прищурилась.

— Даже мне.

Аммиан быстро вышел, больше не сказав ни слова. И что на него нашло? "Даже мне". Это как понимать? Ему-то как раз хотелось довериться. Ни за что не поверю, что Аммиан способен причинить мне вред. Да, у него странная душа. Но это еще ничего не означает. Мало ли что могло случиться в прошлом. У каждого из нас свой скелет в шкафу.

Решив не забивать голову ненужными мыслями, я переоделась в ночную сорочку и уже собиралась расстелить постель, когда в дверь постучали. На пороге стояла моя новая служанка — молоденькая эльфийка с большими карими глазами и длинными каштановыми волосами.

— Возможно, госпожа чего-нибудь желает?

Я отошла в сторону, пропуская ее внутрь. Что ж, лучше поздно, чем никогда. Подумав немного, сказала:

— Для начала, давай познакомимся. Меня зовут Нарин.

— Като.

— Отлично, Като. Приготовь мне ванну и чего-нибудь поесть. — Я закусила губу, гадая чего бы еще такого пожелать. — Пожалуй, на сегодня этого будет достаточно.

Служанка поклонилась и вышла. Пока я рассматривала приобретенные в магазинчиках Неаля безделушки, девушка успела сгонять за ужином и наполнить ванну. Скинув с себя одежду и украшения, я забежала в отведенную для водных процедур комнату и, блаженно зажмурившись, погрузилась в горячую воду. Все-таки хорошо иметь прислугу. Это намного упрощает жизнь. В который раз в голову прокралась не дающая мне покоя мысль. Может все-таки остаться? Служить себе посланницей и доживать свой век в роскоши, окруженная заботой друзей и ненавистью врагов. В принципе, не самый худший вариант.

Като ушла, пожелав мне спокойной ночи. Проворная девочка, однако. Успела расстелить постель, разжечь камин и расставить приборы для ужина. Сперва я застегнула цепочку с эльфийским амулетом и кольцом Владыки. Никогда не расставалась с ними, разве только чтобы искупаться или же в особых случаях, когда украшения не подходили к какому-либо определенному наряду. Быстренько поев, я задула свечи и нырнула под одеяло. Комната погрузилась в полумрак. Я уже решила улететь в страну Морфея, но потом вспомнила о книге. Я ведь хотела просмотреть ее!

Резко подскочив на кровати, я почувствовала обжигающую боль. Черт! Что это такое?! В темноте заметила тень, скользнувшую под кровать. Отскочив к камину, начала озираться в поисках свечи. Как же больно! Боль нарастала, пробираясь от локтя вверх к плечу. Хотела схватить бронзовый канделябр, чтобы защищаться, но правая рука онемела и не желала меня слушаться. Под кроватью что-то зашуршало. Внезапно тень выскочила на освещенную часть комнаты, и я увидела перед собой нечто очень похожее на ящера, только больших размеров.

Оно смотрело на меня круглыми изумрудными глазами и нервно подергивало чешуйчатым хвостом. Стараясь не делать резких движений, я по-над стенкой начала пробираться к двери. Ящер пока не двигался. Казалось, он изучает меня, гадая с какой стороны лучше напасть. Я дрожащими губами позвала феникса. Но его не было в комнате. Проклятье! Что делать?! Наконец я оказалась возле двери и принялась шарить по ней здоровой рукой в поисках ключа. Но и его не оказалось на месте. Ручка не поддавалась. Меня заперли, а я даже не удосужилась проверить, закрыла ли дверь, перед тем как отправиться в кровать. Теперь проверила.

Тварь метнулась в мою сторону, но я успела отскочить и со всех ног броситься к окну. Благо, у меня уже имелся опыт лазания по карнизам. К сожалению, пока я открывала окно и выбиралась наружу (не очень удобно, если учесть, что твоя правая рука безжизненно висит вдоль туловища), ящер вновь предпринял попытку нападения, и с быстротой молнии вскарабкавшись по моему телу, впился зубами в плечо. Я едва не потеряла сознание от боли и в отчаянии, схватив тварь за голову, резко дернула. Истошно завопив, я отбросила ее в центр комнаты и таки выбралась на карниз. В комнате все стихло. Вслушиваясь в окружающие звуки, я сделала несколько осторожных шагов и остановилась. Дальше дорогу мне преграждала статуя горгульи. Перелезть через нее и при этом не свалиться оказалось для меня непосильной задачей. Не рискуя расстаться с жизнью, я замерла и в отчаянии начала озираться. Демоны! Ну почему именно со мной происходят всякие ужасные вещи? Кому на этот раз не угодила? Солее, Одиэну? Громко шмыгнув носом, я ухватилась за статую. Ящер не тропился выбираться на карниз. И хвала гелланиям! Иначе единственный способ избежать очередного укуса — сброситься вниз. Суицидными наклонностями я не обладала, поэтому решила пока никуда не дергаться. Авось, уползет. Плечо перестало щипать. Теперь я не чувствовала его также как и руку. Несколько раз судорожно вздрогнув, я опустилась по стенке вниз и, обхватив голову горгульи здоровой рукой, прикрыла глаза. Будь, что будет. У меня уже не осталось сил бороться со всем злом этого мира…

Одиэн вертел в руках флакончик с бесцветной жидкостью, с упоением любуясь им. Он знал множество способов избавиться от врага: предательство, кинжал, яд. Но филонелия. Это был не просто яд. Это было искуснейшее орудие убийства. Жертва будет умирать долго, мучаясь в агонии кошмаров. И никто не сможет ей помочь. Никто ей не поверит. Она будет падать все ниже и ниже, пока не окажется в мрачном подземелье животного страха. И этот страх добьет ее окончательно.

— Зачем ты достал филонелию? — Старший де Ор без стука вошел в покои сына и теперь требовательно смотрел на того, ожидая объяснений.

Одиэн криво улыбнулся и посмотрел на отца сквозь стекло флакончика.

— Затем, чтобы начать приводить наш план в действие. Сейчас как раз самый подходящий момент.

Отец в ярости бросился к эльфу и, схватив того за шиворот, поднял с кресла. Несмотря на почтенный возраст, Хелдэн обладал недюжинной силой и мог одним ударом покалечить сына.

Одиэн перестал улыбаться и с удивлением глянул на отца.

— Но ты же сам решил использовать филонелию!

— Но я не давал приказа травить ее сейчас! Еще не время. — Он выпустил эльфа и грозно прошипел. — Не забывай — она приманка.

— Она убила Уэйна!

Одиэн высвободился из рук отца и отошел в сторону. Он всегда боялся де Ора и не смел ему перечить. Но то, что тот не хотел расправиться с девчонкой сейчас же, сводило Одиэна с ума. Он помнил день, когда эмпаты привезли тело брата. Как же часто во снах ему являлось искаженное болью лицо Уэйна. Его младший брат. Одиэн никогда не испытывал сыновних чувств к отцу, потому как тот никогда не любил их. Он презирал всех остальных эльфов, включая и своего короля, так как считал его слабым и безвольным монархом. Но Уэйн. С раннего детства Одиэн защищал его, был ему советчиком и никогда ни в чем не отказывал. После смерти матери Хелдэн совершенно позабыл о сыновьях, и Одиэну пришлось заменить брату и отца, и мать. Но теперь его не стало. А виновница его смерти живет и здравствует ни сколько не мучась угрызениями совести. Тварь! Он готов был сейчас же пойти и придушить ее голыми руками. О как было бы прекрасно наблюдать за ее агонией, смотреть в полные страха глаза посланницы, наслаждаться ее беспомощностью. Но старший де Ор приказал ждать. И Одиэн ждал. Хотя с каждым днем терпеть ему становилось все сложнее и сложнее.

— Тебе всегда было плевать на Уэйна! Также как и на меня! — В глазах эльфа отразилась боль детских обид.

Де Ор приблизился к сыну и, положив руку ему на плечо, крепко сжал.

— Сын, все эти годы я только и думал, как дать вам то положение, которого вы заслуживаете. А теперь ты упрекаешь меня? Наберись терпения. Нужно вернуть Владыку. А тот уже сам ей отомстит.

— Но это хочу сделать я!

Он словно ребенок, у которого намеревались отобрать любимую игрушку, никак не мог понять, почему отец тянет. Ведь повелителя эмпатов можно заманить и другим способом! А с девчонкой расправиться сейчас. Можно даже не травить ее, а просто убить. Задушить ночью или подослать убийцу, чтобы тот проткнул ее гнилое сердце! Одно осознание, что посланница дышит с ним одним воздухом, не давало Одиэну покоя. Он не мог спать, не мог думать ни о чем другом, кроме как о ее смерти. Но отец решил иначе.

— Быстрая смерть — слишком легкое для нее наказание, — произнес Хелдэн с жестокой уверенностью. — Она заслуживает другого. И рано или поздно, но мы отомстим.

— Но как ты заманишь к нам Владыку? Он ведь в Драгонии, а она может в любую минуту покинуть Неаль!

Отец разжал руку сына и забрал флакончик с ядом.

— Само провидение на нашей стороне. Владыка вскоре будет здесь. Тебе лишь нужно заманить ее в Гвенделон.

— Зачем бы Дорриэну приезжать в Неаль?

— Какая разница, — равнодушно пожал плечами Хелдэн. — Делай, что говорю. И не задавай лишних вопросов.

Одиэн почувствовал безумное желание закричать, накинуться на отца и заставить того вернуть ему фелонелию. Но вместо этого он лишь покорно кивнул и вышел. Иногда ему было невыносимо находиться рядом с отцом.

Нарин

И вот настал долгожданный праздник Снежной Ночи. С самого раннего утра слуги носились по дворцу от зала к залу, из комнаты в комнату. Они стелили недавно вычищенные ковры и развешивали портьеры, расставляли в вазах и горшках цветы. Маги творили заклинания, добавляя интерьеру особого очарования. В воздухе носились сверкающие сгустки пыли. При дневном свете ничего особенного в них не было. Но представьте, вечером вы идете по коридору, а путь вам освещают не обычные свечи, а отсвечивающие серебром облака, проплывающие над головой. Помимо украшения дворца, маги проверяли качество пищи, чем приводили поваров в бешенство. Тут и так еле успеваешь, а эти в мантиях расхаживают с важным видом среди кастрюль и так и норовят отыскать где-нибудь следы яда. Как заверили меня близнецы, все равно кого-нибудь да отравят. Для эльфов праздник без ядов — это вовсе не праздник. А уж в Снежную Ночь грех не воспользоваться своей лабораторией и не придумать что-нибудь особенное, что не позволит королевским магам обнаружить яд. Я в ответ лишь покрутила пальцем у виска, считая, что к этому добавить нечего. Я и раньше сталкивалась с ядами в Драгонии (один раз даже пала жертвой отравленной стрелы), но здесь, в Долине, ядоварение было чем-то вроде культа. И беда тебе, если ты, повзрослев, так и не научился обнаруживать хотя бы самые примитивные яды. Это значило, что долго тебе не прожить.

Где-то с обеда музыканты начали настраивать инструменты. Это сводило с ума придворных дам, которые уже успели приготовить наряды к вечеру, посетить или пригласить к себе косметолога, парикмахера, швею (на всякий случай; вдруг они в последний момент решат что-нибудь изменить в своем туалете) и еще кучу народу. А теперь эльфийки решили немного вздремнуть, чтобы ночью выглядеть свежими и бодрыми. Бедные музыканты как могли отбивались от взбешенных дам, оправдываясь тем, что они вынуждены настраивать инструменты именно сейчас, потому как потом их попросят маги и декораторы. Им и так с трудом выделили два часа на установку инструментов. А уж о нормальной репетиции и вовсе не могло быть и речи.

В общем, никто в этот день не скучал. Кроме меня. Хотя и мне не на что было жаловаться. Я выспалась, позавтракала, потом решила прогуляться по дворцу и посмотреть, как обстоят дела с подготовкой к празднику. Дала пару дружеских советов магам, где лучше разместить поющие гирлянды (подальше от музыкантов, чтобы звуки инструментов не перемешивались с пением гирлянд, и не возникало какофонии), на что те громко хмыкнули и попросили меня не лезть в то, в чем я ни черта не смыслю. Я молча пожала плечами и отправилась на кухню пробовать, чего вкусненького уже успели приготовить. Повара, разозленные мельтешащими туда-сюда магами, встретили меня с ножами и половниками в руках. Я с извиняющейся улыбкой сказала, что зайду попозже, и дернула вверх по лестнице, пока кто-нибудь не запустил в меня кастрюлей.

До обеда я читала книгу, затем немного вздремнула (благо, моя комната находилась в дальнем крыле дворца и скрипучие звуки расстроенных инструментов не могли помешать короткому сну), и только около пяти вечера я серьезно задумалась, что бы такое надеть. Близнецы предупредили, что обязательным атрибутом праздничного наряда является маска или на крайний случай вуаль. И что традиционно в эту ночь одеваются или в белые платья, или в платья нежных тонов, например, небесно-голубой, мягкий сиреневый, теплый карамельный. Таких цветов в моем гардеробе не имелось. Да и вуали я не носила. Попробовала как-то повыпендриваться и походить по Геллиону в образе благородной дамы с маленькой шляпкой на голове, украшенной перьями и шелковой вуалью. Через пятнадцать минут такой прогулки мои глаза потребовали сдернуть мешающую синюю пелену и дать вволю налюбоваться красотами города. С тех пор я оставила всякую попытку стать похожей на благородную даму.

Перерыв все свои вещи, я нашла одну маску темно-фиолетового цвета. Она была обшита мягким бархатом и таки украшена короткой черной вуалью, что закрывала часть лица. Сама вуаль была расшита мелкими серебристыми блестками, но выглядела достаточно просто и невычурно. Никаких перышек, бантиков, тесемочек и крупных драгоценных камней. Правда к верхней ее части была пришита тонкая полоска кружев такого же цвета, что и вуаль, но это нисколько ее не портило. Я купила маску по дешевке в маленькой лавочке на окраине Геллиона. Признаюсь, она даже не была новой и раньше принадлежала какой-то геллионской даме, но мне так захотелось заиметь себе маску, да и старик-продавец с такой надеждой смотрел на меня, ожидая, что я сделаю покупки в его магазинчике, что рука сама потянулась к кошельку и достала несколько серебряных монеток. На сдачу я приобрела изящную статуэтку девочки-танцовщицы. Так и не вспомнила, куда я потом ее дела.

Разобравшись с маской, я перешла к выбору платья. Глупо надевать под нее белый наряд. К тому же он у меня единственный и я уже успела показаться в нем два раза. Но к счастью у меня имелось великолепное платье в тон маске, такого же темно-фиолетового цвета. Вот только помочь мне собраться было некому.

Пришлось отправиться на поиски служанки, так как самой затянуть корсет мне не представлялось возможным. Я поймала выбегающую из комнаты одной фрейлины эльфийку и притащила к себе. Так как времени у нее было в обрез и еще, как она сказала, нужно было отыскать для своей госпожи определенной тон помады, без которой эта самая госпожа отказывалась выйти из комнаты и осчастливить своим присутствием на балу остальных придворных, девушка начала с поспешностью зашнуровывать корсет, да так его затянула, что я едва не задохнулась. Изобразив в благодарность жалкое подобие улыбки, я позволила той отправиться на поиски злосчастной помады, а сама принялась жадно глотать ртом воздух в надежде, что мне это поможет. Так и не сумев вздохнуть полной грудью, я, тихо кляня средневековую моду, продолжила сборы.

Наложив макияж, перешла к волосам. Уложив передние пряди надо лбом в виде валиков, остальную часть волос зачесала назад и, подняв вверх, закрепила шпильками. Плюс, растерла в руках несколько капель миррианы и смешала с духами. Вроде бы ничего, но по сравнению с красотой эльфиек, ничего хорошего. Нацепив на лицо маску, отправилась к Лору. Аммиан пообещал ждать нас у входа в зал.

— Зловещий наряд, — сказал Рэй, посмотрев на мое платье. Они уже несколько часов сидели в комнате принца и изнывали от желания поскорее попасть на бал. — Сегодня ты станешь Королевой Ночи.

— И распугаешь всех эльфов одним своим грозным видом, — в тон брату добавил Стэн.

Не обратив внимания на «комплименты» друзей, я махнула рукой Лору и направилась к лестнице. Поскорее бы закончилась эта ночь, думала я, натянуто улыбаясь встречным придворным. Те не спешили отвечать мне взаимностью. Ну и черт с ними! В конце концов, сегодня праздник и ни Солея, ни де Ор мне его не испортят.

Возле входа в зал нас уже поджидал принаряженный Аммиан. Светло-зеленый камзол прекрасно гармонировал с цветом его глаз. Он машинально вращал на пальце маску и глазел по сторонам. Заметив меня, посланник оживился и кинулся нам навстречу.

— О королева моих…

— Кошмаров, — закончил вместо эльфа Лор и получил от меня толчок в бок. — А что? Зачем надо было натягивать на себя траурное платье?

— Я в образе, — коротко отбила я и, взяв эльфа под руку, прошла вместе с ним в зал.

Аммиан склонился ко мне и тихо спросил:

— У тебя кто-то умер?

— Нет. Но если не перестанешь острить, то обязательно умрет.

Я поправила маску и, окинув зал быстрым взглядом, направилась к королю. Его Величество выглядели более чем живописно. На раздобревшее тело монарха был натянут камзол, переливающийся яркими цветами. Голову эльфа вместо короны сейчас украшало нечто… нечто пестрое, с большим количеством перьев, усыпанных мелкими камешками.

Не сдержавшись, я хихикнула. Аммиан предупреждающе кашлянул.

— Не стоит посмеиваться над королем. Седрик не потерпит.

— А зачем было наряжаться в шута?

— Не в шута, — терпеливо протянул он. — Это традиционный наряд короля для Снежной Ночи. И в нем нет ничего смешного.

— Да не смеюсь я. Наоборот, посмотришь на него, и плакать хочется.

Я склонилась перед Седриком в глубоком реверансе и опустила взгляд в пол, стараясь скрыть смешинки в глазах. Настроение начало улучшаться. Если и Солея надела на себя "традиционный наряд", то мне станет совсем хорошо. Однако, заметив принцессу, я разочарованно вздохнула. Что-что, а со вкусом у нее был полный порядок.

В честь праздника бальный зал украсили большим количеством свечей разных форм и размеров. Пол зачем-то усыпали лепестками роз, которые вскоре превратились в неприглядного вида месиво. Но сначала выглядело красиво. В мягком сиянии свечей грациозные эльфийки казались плывущими по залу сказочными нимфами. Все в светлых воздушных нарядах, в вуалях или масках, не способных скрыть их божественную красоту. Кавалеры ни в чем не отставали от своих дам. На гордых лицах эльфов сейчас застыло выражение полного блаженства. Все с нетерпением ожидали момента, когда Этара станет на год старше. Среди веселящихся придворных сновали туда-сюда слуги, заботясь о том, чтобы знать ни в чем не нуждалась. Седрик еще не произнес торжественную речь, полагающуюся в подобном случае и официально бал еще не начался. Поэтому каждый развлекал себя как мог. Кто непринужденной беседой, кто легкими винами, рискуя так и не увидеть праздничного фейерверка. А это должно было быть волшебное зрелище. По крайней мере, так говорили близнецы.

Вот в такой непринужденной обстановке я решила заставить Аммиана распрощаться с договором.

— По глазам вижу, ты чего-то ждешь? — Эльф прищурился и лукаво ухмыльнулся.

— А ты не догадываешься чего?

— Нарин, ну зачем портить такой прекрасный вечер делами? Забудь сегодня обо всем и развлекайся!

— Аммиан!

Он театрально вздохнул и, словно фокусник, незаметным движением руки достал договор. Я схватила свиток. Развернув, быстро просмотрела его, опасаясь подвоха.

— Не доверяешь?

— Ты же сам просил никому не верить. Даже тебе. А я всегда прислушиваюсь к толковым советам.

Эльф обиженно хмыкнул, но ничего не ответил. Постепенно музыка стала стихать. Это означало, что с минуты на минуту Его Величество начнут «толкать» речь, а мы, раскрыв от восторга рты, должны будем внимать его словам. Наверное, стоит пока присоединиться к тем, кто решил развлечь себя легкими винами. Больше здесь заняться нечем.

— Я сейчас.

Оставив Аммиана одного, я отправилась на поиски слуг. Когда не нужно они мешаются под ногами, но как только тебе чего-нибудь потребуется, найти прислугу становится непосильной задачей.

— Ищем что-нибудь? Или кого-нибудь?

Демоны! Только настроение начало улучшаться, а тут он!

— Уже нашла. — Я, нисколько не стесняясь, забрала у Одиэна бокал с красным вином и, скривившись (я хотела улыбнуться, честно!), решила отвалить в какой-нибудь темный угол зала. Не тут-то было!

— Подожди! — Он схватил меня за локоть и развернул к себе. — Ты не забыла, где должна быть завтра?

— С памятью у меня пока все в порядке. А что, боишься, не приеду?

— Я тебе не доверяю, посланница.

Я поджала губы и в тон эльфу ответила:

— Если тебя это утешит, то я себе тоже не доверяю. Хоть в чем-то мы пришли к консенсусу.

Эльф не оценил моего юмора. А зря. Так или иначе, но я поеду в их замок. Даже если придется заплатить за эту поездку слишком высокую цену.

— Нарин, не играй со мной. — Глаза Одиэна угрожающе сверкнули. В бликах свечей это было поистине жуткое зрелище. — Ты поклялась!

— Я приеду.

Нашу «дружескую» беседу прервало появление Аммиана. Заметив хмурого посланника, Одиэн поспешил убраться куда подальше.

— Чего он хотел?

— Поздравить меня, разумеется. Или ты думал, кроме тебя я не найду себе поклонников? — Я пригубила вино и, взяв Аммиана под руку, повела к распахнутому окну. Чего не люблю на балах, так это духоты. Несмотря на то, что на дворе стояла зима, в зале было ужасно жарко. А если учесть ворох юбок и тугой корсет, то свалиться в обморок посреди зала для дам было плевым делом. А я еще раньше удивлялась, почему в средние века было модно падать в обморок. Не модно, а неизбежно. Попробуй проходить большую часть суток, затянутая в корсет, словно гусеница в кокон. Мало того, что дышать сложно, так вечерами еще и ребра болят, спину ломит.

Музыка стихла окончательно. Седрик поднялся с трона и, выдержав паузу, начал говорить. Придворные замолчали, но сомневаюсь, чтобы кто-нибудь услышал хоть слово из всего того, что произнесли Его Королевское Величество. Эльфы вертели головами из стороны в сторону, выбирая себе красоток, с которыми можно будет скоротать остаток ночи. Как я успела заметить, понятие о нравственности у них не особо популярно. Мало кто хранит верность своим женам или мужьям. Изменить — это в порядке вещей у эльфов. И никто их не осудит. Вот такая порочная раса.

— …И да будет этот год — годом процветания для Долины Звезд — самого прекрасного из всех королевств нашей чудной Этары!

Народ зааплодировал и весело зашумел. Начиналась самая интересная часть Снежной Ночи. Если я правильно поняла, то праздник будет проходить по всему дворцу. Танцы — в бальном зале, игры и всевозможные развлечения — в остальной части дворца и в парке. А ближе к утру грандиозный салют. Не уверена, что все смогут оценить его по достоинству. Многие к этому времени или напьются, или отправятся на любовные рандеву. Я же боюсь, просто не дотерплю до утра и отправлюсь спать. Завтра предстоит сложный день. Утром надо будет собрать вещи, потом зайти проститься с де Лиэнами, а вечером быстренько сгонять в логово де Оров и постараться уйти оттуда живой. В общем, день обещает быть насыщенным и полным сюрпризов.

Зазвучала веселая музыка. Схватив Аммиана, я потащила его в центр зала.

— Я не умею танцевать, — попытался отбиться от меня эльф.

— Не ври. Все эльфы могут танцевать. Даже такие как ты.

Он нехотя поклонился и, взяв меня за талию, закружил по залу. За первым танцем последовал второй, за ним третий. Вскоре Аммиан позабыл о своем неумении и развеселился вовсю. В то время как я уже чувствовала себя издыхающей клячей и подумывала и в самом деле грохнуться в обморок.

— Аммиан, — прохрипела я, задыхаясь. — Еще один такой танец и меня можно будет выносить отсюда на носилках.

Эльф сжалился над своей дамой, и мы пошли на балкончик подышать свежим воздухом.

— Захвати чего-нибудь попить. Умираю от жажды.

Посланник скрылся. Я огляделась в поисках друзей, но их и след простыл. Вот так всегда. Приходим вместе, потом я остаюсь одна, и обязательно случается что-нибудь из рода вон выходящее. На следующее утро они клянут себя, что не усмотрели за мной несчастной, но поздно.

Я с нескрываемым наслаждением вдохнула свежий ночной воздух и облокотилась о перила балкона. Рядом обнималась влюбленная парочка, которая явно хотела побыть наедине. Ничего, переживут. Мне же надо где-то уединиться со своим кавалером. Эльфы недовольно посмотрели на меня и отвернулись.

Я прикрыла глаза, и некоторое время просто вслушивалась в шум деревьев и отдаленные звуки музыки. Ветер подыгрывал ей в такт, кружа невесомые снежинки, которые в медленном танце опускались на землю. Он то приподнимал их, то заставлял падать вниз и укрывать землю белоснежным покровом. Я тихонько промурлыкала давно забытую песенку из своего детства. Мотив чем-то напоминал звучащую сейчас мелодию. Стоп! Но музыка стихла.

Я оглянулась. Влюбленных не было. Вероятно, они испугались моих напевов и поспешили покинуть балкон. Аммиан тоже не торопился приходить. Где его демоны носят?

— Ну, наконец-то. Ты за вином в погреб бегал что ли?

По раскрасневшемуся лицу эльфа я поняла, что что-то случилось, и не преминула спросить его об этом.

— Все в порядке. Просто я спешил к тебе.

— А там что происходит? — Я кивнула в сторону зала, откуда уже отчетливо доносились встревоженные голоса придворных.

— Ничего. Какой-то конкурс устраивают. — Эльф прикрыл дверь и протянул мне бокал. — Давай пока побудем здесь. Там действительно жарко.

Конкурс? Никогда не участвовала в конкурсах этарцев. Может попробовать?

— Потом побудем, — бросила я и, обойдя эльфа, вернулась в зал.

Придворные негромко перешептывались и кидали удивленные взгляды в сторону трона. Что же там происходит? Бесцеремонно распихав эльфов, я поднялась на цыпочки и, скорее всего на этот раз упала бы в обморок, если бы не чья-то вовремя поддержавшая меня рука.

— А вот и сам Король Ночи пожаловал, — философски изрек Лор. — Вы что, заранее сговорились о нарядах?

Спиной к нам у самого трона, стоял, облаченный в черный плащ… Владыка. А его-то каким ветром сюда занесло? Да еще и на праздники.

Дорриэн что-то говорил Седрику. По лицу короля ясно было видно, что он не рад гостю и отдал бы все на свете, лишь бы никогда больше его не видеть. Несостоявшийся тесть хмурился и неохотно отвечал эмпату. Затем он поднялся с трона и повел его прочь из зала. Музыка заиграла вновь.

Я, наплевав на то, что меня сейчас могут «нечаянно» толкнуть, вовсю орудовала локтями, надеясь получше рассмотреть Дорриэна, пока он не покинул зал. Какой он стал? Сильно ли изменился? По холодному выражению лица эмпата трудно было что-либо прочесть.

Наконец я выбилась в первый ряд. И как раз вовремя, чтобы оказаться в нескольких метрах от него. Похоже, я наступила на чью-то туфельку, потому что одна из эльфиек недовольно вскрикнула. Звук ее голоса привлек внимание Владыки и он обернулся. Обернулся и увидел меня. На мгновение что-то теплое и такое родное промелькнуло в его взгляде, но Владыка тут же отвернулся и вышел вслед за королем.

Демоны! Куда он его уводит?! Я хотела кинуться им вслед, но почувствовала тяжелую руку на своем плече.

— Нарин, на твоем месте я бы не стал этого делать.

— Ты не на моем месте, — отрезала я и попыталась скинуть удерживающую меня руку. Но эльф крепко вцепился в плечо, не давая мне сдвинуться с места. — Рэй, пусти!

— Не будь дурой, — остудил мой пыл приятель. — Он сейчас переговорит с Седриком и вернется.

А если нет? Боже, а я-то думала, что все уже в прошлом! Но как видно мои чувства к Дорриэну не только не угасли, но стали еще сильнее. Что если он даже не захочет со мной разговаривать? Что я ему скажу? Привет. Как дела? Банально. А может он поговорит с Седриком и сразу же уедет?

— Сделай лицо попроще, — шепнул Лор. — На тебя же все смотрят.

Плевать! Пусть любуются. Мне было все равно, кто что подумает. Интересно, а как отреагировала Солея на его появление? Я поискала глазами принцессу, но ее нигде не было.

— Может, Дорриэн передумал и приехал заново просить руки принцессы?

Рэй скривился и отмахнулся от моих слов, как от назойливой мухи.

— Далась она ему! И вообще, хватит тут стонать! Сейчас он вернется, и ты обо всем его расспросишь.

Вернулся. Но не он. А Аммиан. И попытался увести меня прочь.

— Аммиан, я хочу побыть здесь, — упрямо отчеканила я, даже не смотря в его сторону.

Он еще что-то говорил, но я не слушала. Я вообще ничего не замечала. Глаза никак не желали оторваться от заветной двери. Не знаю, сколько я так простояла, но Владыка все не появлялся.

— Пойдем, — мягко сказал Стэн и вместе с остальными увел меня подальше от дверей. — Может, чего-нибудь хочешь?

— Боюсь, того, чего я хочу, ты не сможешь мне дать.

— А я?

Я медленно развернулась.

— Привет. Как дела? — Черт! Я это сказала!

— Нормально. А у тебя?

— Живем потихоньку.

Пауза. Мы молча смотрели друг на друга не способные ничего произнести. Да и был ли в этом смысл? Я и так все поняла по его глазам. И больше мне ничего не надо было.

— Дорриэн, хочу представить тебе Аммиана Дэон ар' Лэя — посланника Долины Звезд, — нарушил затянувшееся молчание Лориэн.

Владыка стряхнул с себя оцепенение и учтиво поздоровался с эльфом. Тот в ответ лишь хмуро кивнул и, не сказав ни слова на прощание, развернулся и ушел. И какая муха его укусила?

— Могу я пригласить посланницу на танец?

— А разве может она тебе отказать?

Дорриэн улыбнулся и повел меня в круг танцующих. Эльфы загомонили похлеще базарных теток. Танцующие остановились и с плохо скрываемым любопытством смотрели на нас, ожидая, что же будет дальше.

— Забудь о них, — шепнул эмпат и обнял меня за талию.

И я забыла. Забыла обо всех проблемах и неурядицах минувших дней. Мы просто танцевали. Я ни о чем не спрашивала, он ничего не отвечал. Когда одну мелодию сменила другая, более подвижная, мы покинули зал. Как хорошо, что завтра же я уеду отсюда. Иначе Солея сделала бы все возможное, чтобы мне отомстить.

— Ты не заблокирован, — сказала я, следуя за Владыкой вглубь сада. Туда, где нам никто не мог помешать.

— А ты уже успела меня просмотреть.

Успела. И с облегчением для себя отметила, что Дорриэн нисколько не изменился. По крайней мере, его чувства ко мне остались прежними.

— А вот ты как обычно не желаешь открываться, — с укором произнес он.

— Ты же знаешь, мне не всегда удается контролировать себя. Поэтому я чаще заблокирована, чем открыта. Но могу ответить на все твои вопросы.

Он привел меня в беседку, скрытую от посторонних склонившимися над ней ветвями деревьев. Прекрасное место, чтобы поговорить наедине. В теплое время года здесь должно быть чудесно. Можно спрятаться от целого мира и отдыхать под сенью деревьев, предаваясь сладким грезам. Однако и сейчас я находила это место великолепным. Все вокруг сверкало и переливалось под мягким светом луны. Не зря эту ночь назвали Снежной. Кругом белым бело. Такое ощущение, будто паришь в облаках.

Дорриэн усадил меня на скамейку и присел рядом.

— Я действительно хотел задать тебе один вопрос. Почему ты тогда ушла?

Я закусила губу, не зная, что ответить.

— Испугалась, наверное. Не хотела видеть, как ты повенчаешься с Солеей. Я ведь все равно бы ушла. Раньше или позже — не имеет значения.

Дорриэн смотрел вдаль и вслушивался в мои тихие слова.

— А я все гадал, удалось ли тебе вернуться в свой мир? Или ты осталась жить в Нельвии?

Разговор принимал для меня крайне нежелательный оборот. Если начнем говорить о моем отъезде — обязательно поссоримся.

— А тебя каким ветром сюда занесло? Хотя нет! — оборвала я ход своих мыслей. — Сначала скажи, что у вас там произошло?

Дорриэн сосредоточенно изучал сад и не спешил с ответом.

— После коронации, когда я принимал поздравления от старейшин и гостей, я вдруг понял, что не хочу играть навязанную мне роль. Эмпатам нужен был Владыка — я им стал. А с выбором Владычицы можно повременить. Да еще Леста. — Он улыбнулся своим воспоминаниям. — Ближе к вечеру, на торжественном обеде ей вдруг стало плохо. Колдунья решила, что умирает. Упала в обморок, а потом, когда очнулась, позвала меня к себе и начала рассказывать какие-то сказки.

Тоже мне сказочница! Не могла просто сказать, что не хочет видеть Солею в невестках.

— Мне она тоже что-то такое рассказывала, — с улыбкой заметила я.

— Я долго слушал ее, но вот настало время венчания. Когда я поднялся, чтобы уйти, она устроила такой цирк! Начала стонать, плакать, жаловаться, что ей ужасно плохо. И с моей стороны будет настоящим свинством оставить ее здесь умирать в одиночестве.

— Симулировала, — подытожила я.

Кивнув, Дорриэн продолжил.

— Хотя я и без ее уговоров все решил. Самым неприятным оказалось рассказать о своем решении Солее.

— И как она восприняла новость о разрыве помолвки?

— Как и подобает настоящей принцессе, — усмехнувшись, ответил эмпат. — В общем, мы расстались врагами. И теперь у меня возникли проблемы с Долиной, — с досадой закончил он.

— А что сказали старейшины? Гости? Остальные эмпаты?

Дорриэн явно развеселился, вспоминая реакцию эмпатов.

— Старейшины были шокированы. Также как и вся Драгония. Но меня это нисколько не волновало. Я — Владыка и сам способен принимать решения, без их на то согласия. Что же касается Воллэна, то тот обозвал меня идиотом и долгое время не желал идти на контакт. Пришлось напомнить ему об его обязанностях.

Я поерзала на лавке и задала очередной вопрос.

— Значит, довольными остались только ты и Леста?

— И Эдель. Она полностью меня поддерживала и даже пригрозила Волу отсрочкой свадьбы, если тот не перестанет на меня злиться. Советник подумал и решил, что ссориться с невестой из-за чужих проблем не имеет смысла.

— И последний вопрос, — с плохо скрываемой радостью я спросила. — Зачем ты здесь?

Дорриэн перестал улыбаться.

— Седрик решил разорвать несколько важных соглашений с Драгонией. Нам это не выгодно. Я отправлял посланников, чтобы те переубедили его, но Его Величество затаили на меня обиду… Он не понимает, что не только мы, но и Долина понесет убытки!

— Поэтому ты здесь, — задумчиво протянула я.

— Пришлось отправиться на праздники, так как потом начнутся приготовления к свадьбе Эдель, и я хочу быть в это время в Драгонии. А ты-то как здесь оказалась? Теора послала?

Именно! Теора. Я молча кивнула. Говорить эмпату, что я приехала сюда по настоятельной просьбе одного блондинчика, явно не стоило. Кто его знает, что потом может приключиться с Аммианом.

— Ты приедешь на свадьбу?

Опля! Еще один лишний вопрос. Как мне объяснить ему, что к этому времени я собираюсь вернуться домой?

— Эдель хотела, чтобы именно ты передавала ее в руки жениху.

Сомнения с удвоенной силой начали грызть сознание. Что я творю? Рвусь в давно позабытый мною мир. Зачем? Если быть откровенной самой с собою, то мне и здесь хорошо. Даже очень. Последующие слова Владыки утвердили меня в мысли, что Этара — это рай, а я — порхающий в его садах ангелочек.

— Знаешь, рано или поздно, но Драгонии понадобится Владычица и…

Дорриэн заискивающе посмотрел в мою сторону.

— И ты предлагаешь мне ею стать? — не выдержав, ляпнула я.

Эмпат поднялся и повел меня по узким дорожкам сада. Снег хрустел под его тяжелой поступью, будто бы с недовольством позволяя себя мять. Дорриэн взял мою руку в свои ладони и поднес к губам.

— Никогда не умел подбирать красивые слова. И, наверное, я не так начал. — Он остановился и посмотрел на меня долгим внимательным взглядом. — Все это время я надеялся, что выкину тебя из головы, но… как видно нам суждено быть вместе. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой. — Его голос стал тише и мягче. — А роль Владычицы лишь приятное дополнение.

Я начала нервно озираться. Да что со мной такое?! Как только мне предстоит сделать жизненно важный выбор, я начинаю искать пути, желая избежать принятия решения, или стараюсь оттянуть его на неопределенный срок. Ранить эмпата во второй раз я не хотела. Но и сгоряча давать ответ не решалась.

Словно услышав мои мысли, Дорриэн привлек меня к себе и коснулся губами моих волос.

— Не говори пока ничего. Просто подумай обо всем хорошенько. И если все-таки решишь не разбивать наши сердца, то приедешь на свадьбу. Это и будет твоим ответом. А если нет…

Мои глаза наполнились слезами. Не способная скрыть своих чувств, я бросилась ему на шею и крепко обняла, надеясь найти силы в его руках. Он легонько провел рукой по моей щеке и поцеловал. Никогда раньше я не чувствовала в нем столько тепла и нежности.

Вплоть до утра мы не возвращались в зал. Благо сад был огромен, и нам было, где погулять. Ни мне, ни ему не хотелось думать о том, что завтра мы расстанемся. Для нас существовала только эта ночь, и только эти мгновения.

Мы шутили, смеялись, осыпали друг друга снежной пылью, а потом просто лежали на снегу, облокотившись о ствол дерева, и смотрели на звезды. Я уже говорила, что в Долине не бывает холодов? Завернувшись в плащ эмпата, я не чувствовала ни холода, ни скользких порывов ветра.

Снежная Ночь приближалась к своему завершению. Вдалеке послышались крики нетрезвых придворных. Громкий смех кавалеров и визг дам, которые никак не хотели превращаться в заснеженные сугробы.

— Пойдем. — Дорриэн поднялся и подал мне руку. — Сейчас начнется самое интересное.

— Ты имеешь ввиду разглядывание пьяных физиономий эльфов? Действительно, то еще зрелище, — согласилась я.

— Я говорю о салюте.

Вспомнив об обещанных фейерверках, я проворно вскочила, и мы побежали по тропинке на звуки голосов.

Как же это было красиво! Нет, это был не просто салют, это было феерическое шоу, где магии отводилось главенствующее место. В небо взмывали огненные фениксы, разлетаясь на тысячи крохотных огоньков, которые потом, кружа вместе со снежинками, опускались нам на ладони, покрывали волосы и одежду, отчего казалось, будто мы усыпаны звездами. За фениксами следовали другие волшебные существа. Они то сразу же взрывались, озаряя небо яркими красками, то подолгу носились среди звезд или же над нашими головами, чем приводили меня в неописуемый восторг. Когда очередной дракон опускался так низко, что мог коснуться наших голов, зрители радостно охали. После салюта все вернулись в зал. «Выживших» эльфов осталось немного. Куда-то смылся Рэй (его даже во время салюта не было). Стэн и Лор нашли себе благодарных слушательниц и поведывали тем о чем-то очень интересном. Эльфийки то смеялись, то застенчиво опускали глазки, обмахиваясь воздушными веерами. К счастью, ни Аммиана, ни Солеи я не заметила. Де Ор правда кидал на нас косые взгляды, но даже его мрачная физиономия не смогла лишить меня блаженного чувства счастья.

На какое-то время эльфы позабыли о своей ненависти ко мне, к Владыке и мы веселой гурьбой снова отправились в парк, где один расторопный малый начал проводить конкурсы. Дорриэн участвовать в игрищах отказался (как никак, он был Владыкой), но с удовольствием наблюдал за моими попытками превратить горстку снега в золотой песок.

Если вы помните, магией я не владею в принципе. Так, мелкие заклинания защиты могу сотворить. И то, не факт, что я все сделаю верно. И сейчас мне никак не удавалось заставить этот окаянный снег засверкать. Я хотела было сдаться, но Дорриэн едва заметным движением руки наслал заклятие и снег в моих руках превратился в золотую россыпь.

И я выиграла. Не честно, зато приятно. Когда совсем рассвело, придворные начали расходиться. Я хоть и не хотела расставаться с эмпатом, но чувствовала, как последние силы покинули мое тело. Простившись с Владыкой у самой двери, я заперлась на замок и, не раздеваясь, завалилась на кровать и в тот же миг уснула. Не помню, что мне снилось, но точно знаю, это было что-то прекрасное.

Стук в дверь. Я нехотя открыла глаза и попросила феникса.

— Феня, будь другом, поори негромко. Может, тогда мне дадут поспать.

Но он отвернулся и сделал вид, будто не слышит меня. Обиделся. Стоит только ненадолго забыть о нем, как Феня начинает проявлять непокорность. Недаром фениксов называют самыми своенравными из всех обитателей Этары. И кого демон принес в такую рань? Точно не Дорриэна. Он собирался еще ранним утром отправиться в окрестности Неаля навестить одного старого знакомого. Мальчишки еще полдня продрыхнут. Аммиан? Ну, если это эльф решил меня разбудить, то ему сейчас не поздоровится. Я ведь совсем недавно заснула!

Бурча проклятия, я поднялась и направилась к двери. Как вы думаете, кого я там увидела? Не угадали. Вместо Аммиана предо мною предстали Ее Величество. Она нетерпеливо озиралась по сторонам, как будто не хотела, чтобы ее кто-нибудь заметил возле моей комнаты. Оглядев меня с ног до головы мрачным взглядом, Солея отодвинула мое сонное тело в сторону и вошла.

— Глухая? Я тебе уже полчаса стучу!

— И тебе доброе утро.

Я рукой пригласила принцессу присаживаться, а не мельтешить перед моими не выспавшимися глазами. Эльфийка плюхнулась в кресло и, не теряя времени на творческие отступления, спросила:

— Ты собралась к де Орам?

— Откуда узнала?

Принцесса проигнорировала мой вопрос и продолжила говорить.

— Хочу дать тебе один совет. Даже не думай туда ехать… если жизнь дорога.

Я прибалдело уставилась на нее.

— Ты беспокоишься обо мне? — "Дура!" — вместо принцессы ответил мой внутренний голос. Действительно, зачем спрашивать? Максимум, что может волновать Солею, так это мой немедленный отъезд из Неаля.

— Не обольщайся. Ты спасла мне жизнь, и я перед тобою в долгу. Какой демон тебя дернул согласиться на это?

Что я могу сказать? Сама не знаю, что на меня нашло, когда давала обещание. Теперь вот придется выполнять.

Не дождавшись моего ответа, Солея поднялась и со вздохом произнесла:

— Понятно, отговорить мне тебя не удастся. На, возьми. Это единственное, чем я могу тебе помочь.

Она сунула мне в руки небольшую коробочку и уже собралась выйти, когда я ее окликнула:

— Подожди! Хоть объясни, что мне с ней делать.

Эльфийка нервно крутанула дверную ручку.

— Там внутри быстродействующий яд. Если совсем уж будет невмоготу терпеть, проглоти. Умрешь безболезненно. — Она улыбнулась моей реакции и закончила. — Теперь мы в расчете.

Что терпеть? Я не собираюсь умирать! Тем более сейчас. На моем жизненном горизонте забрезжил рассвет, и я намереваюсь дождаться утра!

Я открыла коробочку и достала крохотную таблетку серого цвета. Приятно пахнет, ванилью или чем-то вроде этого. Лизнуть побоялась. Мало ли, насколько она сильнодействующая. Хотела выбросить, но потом подумала, вдруг де Орам пригодится.

Достав сумки и, тяжело вздохнув, начала собираться. Уснуть все равно не удастся, так хоть время скоротаю с пользой.

— Феня, — позвала я птицу. — Хватит делать вид, что ты спишь и не слышишь меня.

Феникс взмахнул крыльями и взмыл к потолку, требуя, чтобы я немедленно открыла окно и выпустила его на волю.

— А хочешь яблочек?

Без толку. Обычно он покупался на сласти и переставал капризничать. Но сейчас Феня решил показать свой норов и ни в какую не желал идти на контакт.

— Ну что ж, как хочешь, — с обидой произнесла я. — Я думала взять тебя с собой к де Орам, но раз ты так… Лети!

Феникс выпорхнул в окно, возмущенно крикнув на прощание. Еще один! То Аммиан ни с того, ни с сего обижается, теперь этот!

— Вот подарю тебя эльфу, будете друг другу показывать свои характеры! — прокричала я в распахнутое окно и поспешила захлопнуть его. Пусть полетает. Может, остынет.

— Привет, — бросил Рэй и со стоном упал на кровать. Вид у эльфа был слегка помятый. Похоже, он даже не ложился. — Есть попить?

Я приблизилась к столику и, наполнив бокал вином, протянула другу. Тот скривился и попросил дать ему воды.

— Где ты был? Мы искали тебя.

— Не спрашивай.

— Что, все так плохо?

Эльф устало потянулся и зевнул.

— Хуже.

Лезть в душу я не стала, поэтому продолжила молча собираться. Рэй полежал какое-то время на кровати и, пообещав зайти попозже, когда будет способен воспринимать окружающую действительность, и остатки алкоголя покинут его проспиртованное тело, ушел (точнее, уполз) в комнату Лора. Я сказала ему, что через пару часов зайду, и мы все вместе поедем прощаться с их родителями. Приятель в ответ промычал что-то нечленораздельное, ясно давая понять, что родители — последние, кого он хотел бы сейчас видеть. "Они тебе в таком состоянии тоже не обрадуются", — усмехнувшись, подумала я и достала очередное платье.

Когда все вещи были аккуратно уложены в сумки (обычно мне не свойственна такая хозяйственность), я с нескрываемой радостью оглядела комнату и побежала будить своих сонь. На это ушло еще около получаса. Хмуро таращась на меня, они сползли с братской кровати и, тихо переругиваясь между собой, начали разбирать сваленные в общую кучу вещи. Наконец, приведя себя в более-менее божеский вид, они с чувством выполненного долга приказали мне вести их хоть на край света. Главное, чтобы там было тихо, спокойно и ни одна надоедливая эльфийка не кидалась им на шеи в поисках объятий и поцелуев. Так вот где они провели остаток ночи — в нежных объятиях. И как сил на все хватило? Дивясь их умению всюду все успевать, я спустилась в конюшню и приказала подготовить нам карету. Сонный конюх молча кивнул и отправился выполнять приказ. Закинув сумки на свободные сиденья (эти лентяи отказались помогать мне, сославшись на резкий упадок сил), я села в карету. Возвращаться сюда за багажом не имело смысла. Сразу же после посещения Гвенделона заеду к де Лиэнам, а оттуда уже мы отправимся в путь. Прощаться с Седриком не стала. Плевать! Все равно я его больше никогда не увижу.

Почти всю дорогу мальчишки молчали и смотрели кто куда: Лор в окно, Стэн на стену напротив, а Рэй, спрятав голову в коленях, старался справиться с мучившим его похмельем. Я же предавалась мечтам о незаметно минувшей ночи и делала вид, что не замечаю их состояния. Сами виноваты. В следующий раз не станут заливаться вином и менее полезной дрянью. На мой поучительный совет пить меньше, Рэй хрипло ответил:

— Мы не пьем, мы дезинфицируем души.

— Они у вас уже стерильные, — безжалостно парировала я и продолжила предаваться сладким грезам.

Лор громко выдохнул, наполнив карету сильнейшим перегаром.

— Мне вот кажется, что если бы не приезд Дорриэна, ты бы сейчас мучалась похмельем вместе с нами.

— Но ведь не мучаюсь.

Я мило улыбнулась трем злобным мордашкам и помахала рукой выскочившей нам навстречу Алиэль. Девочка держала в руках красивую куклу, которую вероятно недавно получила в подарок, и с нетерпением ждала, когда мы выйдем.

— Стэн, смотри, что мне папа подарил! — Она ловко забралась брату на спину, ожидая, что тот понесет ее до дома. Парень зашатался под практически невесомой девочкой, и его повело сторону.

— Осторожно, ребенка не упусти. — Я стащила Алиэль со спины эльфа и, взяв за руку, повела в дом.

Де Лиэны выглядели бодрыми и несказанно обрадовались нашему раннему приезду. Объяснять им, что через несколько часов мне придется уехать в Гвенделон, я не стала. Зачем портить праздничное настроение эльфам?

Госпожа Верика только глянула на сыновей и, покачав головой, отправилась на кухню. Вскоре она вернулась с тремя чашками, наполненными горячей жидкостью. Сверху над чашками поднимался пар, густой дымкой устремляясь к потолку.

— Нет, только не это! — Рэй протестующе замахал руками и попытался покинуть комнату.

— Ану быстренько пейте, пока дедушка не заметил, на что вы похожи! — приказала мать и поставила поднос на стол.

— Что это? — одними губами прошептал Лор.

Стэн скривился и, зажав пальцами нос, залпом опрокинул в себя горячий напиток. Затем он схватил со стоящего на столе блюда кусок пирога и, не жуя, проглотил. Лор, заметив, что второй брат сделал то же самое, изобразил страдальческое выражение лица и, сделав маленький глоток, скривился.

— Пейте, Ваше Высочество, пейте до дна, — подбодрил его Гвенэл. — Через несколько минут вам станет лучше. Нарин, — он развернулся ко мне и с мольбой в голосе продолжил, — хоть ты на них повлияй что ли. А то они у меня совсем непутевые вышли.

Близнецы громко хмыкнули, представляя, что если я начну влиять на них в полной мере, то родители потеряют детей окончательно.

— Стараюсь, как могу, — заверила я де Лиэна и, чтобы предотвратить новый всплеск возмущений друзей, сказала. — А мы вам подарки привезли.

При слове «подарки» Алиэль кинула куклу на кресло и подскочила ко мне в ожидании новой игрушки. Следующий час мы провели, обмениваясь сувенирами, добрыми пожеланиями, а затем отправились в столовую пить чай. Ребятам действительно полегчало, но, разомлев в теплой, уютной обстановке, они принялись широко зевать, всем своим видом показывая, насколько они устали.

— Вы пока поспите, а мне нужно в город. — Я поднялась со стула. Пришло время ехать к де Орам. Мальчишки хотели спросить зачем, но я быстро проговорила. — Забыла купить подарок одному близкому другу.

Они понимающе кивнули и пошли наверх набираться сил перед поездкой.

— Если хочешь, я могу составить тебе компанию. Мне как раз нужно заглянуть на рынок. Хочу к ужину приготовить что-нибудь особенное.

Я натянуто улыбнулась госпоже де Лиэн и, слегка покраснев, сказала, что потом у меня назначено свидание с этим самым близким другом и что вернусь я поздно вечером, так что ужинать они будут без меня. Эльфийка пожелала мне приятного вечера и проводила вместе с супругом за ворота. Позаимствовав у них экипаж, я отправилась на поиски новых приключений.

Я спешилась и огляделась. "Ничего себе пригородное поместье! Настоящая военная крепость!" — подумала я, глядя на высокие стены, окружавшие замок и глубокий ров, раскинувшийся под мостом.

Гвенделон был значительно лучше укреплен, нежели дворец короля, а то, что он расположился в нескольких сотнях метров от города, наводило на нехорошие мысли. В таком «поместье» легко поместится целый легион, еще парочку можно разместить в окрестных лесах, и штурмуй себе столицу эльфийского королевства сколько влезет. Вполне возможно, что от королевского дворца до Гвенделона проложен подземный ход, а то и не один. И как Седрик допустил, чтобы в руках одного его подданного сосредоточилось столько власти?! Я слышала, как Гвенэл с дедушкой обговаривали политику де Ора. Седрик все больше и больше попадал под влияние Старшего советника и настолько привык считаться с его мнением, что любой мало-мальски значащий договор подписывался только с согласия де Ора. Не только де Лиэны были против такого положения вещей. Но влияние Хелдэна росло с каждым годом и пока никому не удавалось переубедить короля в необходимости даровать одному лицу столько полномочий.

Молчаливый стражник беспрепятственно пропустил меня внутрь, поприветствовав коротким кивком. Во дворе стояло несколько карет. Хоть об этом Одиэн не соврал. Эльф заверил меня, что помимо моей скромной персоны, в Гвенделон приглашена большая часть знати. Все-таки одним днем праздник не заканчивается. Он просто переехал из Неаля в замок негласного правителя Долины. Лакей с поклоном распахнул передо мной двери, и я очутилась в просторном зале. Здесь практически не было свечей, но в кованую люстру, подвешенную к потолку, были вделаны кристаллы света. Очень удобно и практично. И освещали они большие помещения гораздо лучше свечей.

Никто не спешил встречать меня с распростертыми объятиями, да и я не спешила видеть мерзкую физиономию Одиэна. Еще успею насмотреться. А там и папочка появится для большего нагнетания обстановки. Я шла на звуки музыки и веселого смеха. Редко навстречу попадались слуги. Кто торопился к гостям, неся на подносах все новые и новые яства, кто наоборот шел из зала с пустыми подносами, чтобы вернуться туда вновь. Я подошла к двери ведущей в следующий зал и, машинально перекрестившись, кивнула лакею. Тот, как минуту назад его коллега по цеху, с поклоном распахнул двери, и предо мною предстала… так и не смогла подобрать эпитета к тому, что я увидела!

Я вошла в огромный прямоугольной формы зал, который вел в еще один, где и находилось самое средоточие эльфов. Но и здесь их было немало.

В тусклом свете свечей заметила в самом конце фонтанчик со статуей полуголой девицы с кувшином в руках. По обеим сторонам зала на небольшом расстоянии друг от друга, расположились мраморные колонны. Между ними находились ниши — диванчики, оббитые темно-красной тканью неплохо сочетающиеся с рыжевато-красным цветом мрамора. Пол был устлан широкой ковровой дорожкой все того же красного цвета. И только один фонтан радовал глаз своей белизной.

Но я отвлеклась. Не это заставило меня застыть на месте, выпучив глаза и раскрыв в ужасе рот. Нет, я не собираюсь тут строить из себя целомудренную деву, краснеющую от одного вида страстно целующихся влюбленных (и не очень) эльфов. Но то, с каким бесстыдством они предавались пылким ласкам, заставило меня опустить взгляд в пол и быстрым шагом двинуться в другой зал.

Одна из парочек, что полулежала на диванах, оторвалась друг от друга и призывно посмотрела в мою сторону. Захотелось одним движением руки показать им все, что я думаю об их приглашении, но тут меня отвлекла другая не менее живописная парочка. Да я же знаю эту эльфийку! Она вместе с мужем приезжала в Драгонию в свите Солеи. Но сейчас ее тонкую талию обнимали чужие руки. Руки молоденького эльфа, который тоже успел примелькаться мне в стенах дворца. Они лишь усмехнулись, заметив на моем лице отвращение, смешанное с испугом и продолжили упиваться страстными поцелуями.

Мой ужас достиг апогея, когда я увидела двух эльфиечек с расшнурованными корсетами и распущенными волосами. Они смеялись, пили вино и смотрели друг на друга с такой нежностью, что захотелось подойти к этим курицам и оттаскать их за волосы. Конечно, каждый сам волен выбирать себе друга сердца, но, по-моему, всему есть предел. Даже любви. Помахав мне беленькими ручками, эльфийки звонко рассмеялись и принялись кормить друг друга виноградом.

— Если и там будет нечто подобное, то я сразу же развернусь и уйду, — утешала я сама себя, подходя к очередной двери.

Картина, что увидела, ничем не отличалась от предыдущей. Не такая интимная обстановка как в первом зале, но все же и здесь некоторые эльфы нисколько не стесняясь отдавались во власть животных инстинктов. Остальные, сбившись в кучки, весело смеялись, не обращая внимания на «влюбленных». Я повернула было обратно, но наткнулась на запертую дверь.

— А вот и наша дорогая посланница пожаловала. — Слетев с мягкого кресла, Одиэн поспешил ко мне. Почти с распростертыми объятиями. — Не желаете присоединиться?

— Нет уж, увольте.

Он взял меня за руку и повел по залу. Эльфы на мгновение смолкли и, окинув меня презрительными взглядами, вновь вернулись к своим делам.

— Ну же, Нарин, чувствуй себя как дома.

Я высвободила руку из горячих влажных пальцев и твердо произнесла:

— И все же я не буду забывать, что я в гостях.

Одиэн в ответ лишь пожал плечами и усадил меня в кресло рядом с собой. Черные волосы эльфа были гладко уложены, в глазах горели ехидные огоньки, на лице блуждала странная улыбка. Понятно, праздник в самом разгаре и он уже успел влить в себя не один бокал вина.

— Выпьешь?

— Яда?

Эльф наклонился ко мне и поспешил заверить.

— Ну почему же? Для начала бокал вина… А там посмотрим…

Я вежливо отказалась и сразу же перешла к делу.

— Одиэн, давай, скорее говори, что хотел, и я пойду отсюда.

— Тебе так неприятно находиться рядом со мной? — елейным голосом пропел эльф.

— Читаешь мои мысли.

Напускное радушие слетело с его лица, обнажив истинную личину.

— И что Уэйн в тебе нашел, посланница? Если бы не ты…

Договорить он не успел. В зал вошел высокий темноволосый эльф и осмотрел присутствующих властным взглядом. Затем он направился в нашу сторону. Высокомерно вздернув подбородок, старший де Ор (а это был именно он), приблизился к нам и поцеловал мою руку.

— Рад знакомству с вами, Нарин.

— Уверены?

Он слегка вздернул брови, но предпочел оставить мою колкость без внимания.

— Пройдемте за мной.

Я поднялась. Следом поднялся Одиэн, но, услышав приказ отца оставаться с гостями, с досадой опустился обратно.

Хелдэн провел меня коридорами на второй этаж в свой кабинет. Устроившись возле окна, он какое-то время изучал меня своим скользким холодным взглядом, желая прокрасться в самую душу.

— Много наслышан о вас, сударыня. Жаль не от Уэйна. Он так и не успел поделиться впечатлениями от знакомства с вами.

Хотелось заявить, что уж я-то могу в полной мере поделиться впечатлениями от знакомства с ним, но я вовремя прикусила язык. Все-таки Хелдэн был ему отцом и не стоит бередить еще свежие раны.

— Из слов Одиэна я поняла, что вы хотели поговорить со мной об этом. — Я протянула эльфу листок с рисунком и стала ждать ответа.

Хелдэн мельком глянув на изображение, скомкал лист и бросил в камин.

— А у тебя не возникло подозрения, что это может оказаться ловушка?

Я внутренне напряглась. Не нравится мне его тон. Но если они хотели меня убить, то почему не сделали этого в Неале? Зачем было звать меня сюда и гадать приеду я или нет. Или же мне уготована более страшная участь, чем смерть?

Стараясь не показывать страха, я холодно спросила:

— А я должна чего-то опасаться?

— Возможно, — «успокоил» меня де Ор. — Что тебе известно об этом знаке?

— То же самое я хотела спросить у вас.

Де Ор нахмурился и требовательно посмотрел на меня. Пришлось отвечать.

— Не много. Раньше у меня были ножи с такой вот руной, да и кинжал Эрота… Что она означает?

— Этот знак символизирует божественное начало: силу, власть, богатство. Считалось, что только Великие могут носить на себе его начертание. У Эрота он тоже имелся, не знала?

Я отрицательно покачала головой и с нетерпением попросила продолжать. Наконец слабый свет начал проливаться на тайну, окутавшую камень илларов.

— Обладатель подобного знака приравнивался к богам… — задумчиво протянул он. — Поэтому-то Эрот и желал провести Обряд, чтобы стать бессмертным. А сила и власть у него и так имелись.

Хелдэн замолчал на некоторое время, чтобы еще больше меня заинтриговать. Потом, усмехнувшись своим мыслям, он сказал:

— После смерти самого могущественного из Владык, образовалась каста, назвавшая себя «Безликие». Так мы еще называем некоторых особенно могущественных демонов. Кажется, ты встречалась с подобными у подножия Лакийских гор?

Заметив мой утвердительный кивок, эльф продолжил.

— Так вот, Безликие, словно насмехаясь над мифом о Великих, сделали этот знак символом своей касты. Они выжигали его на оружии, а также на своих телах. Вот здесь или вот здесь. — Эльф указал на запястье левой руки и на внутреннюю сторону локтя. — Их целью было — уничтожение эмпатов, в особенности потомков Владыки. Но к великому разочарованию Безликих, к новым Владыкам оказалось не так-то просто подобраться. В Драгонию вообще практически невозможно попасть и при этом остаться незамеченными. Ее границы настолько хорошо укреплены и охраняются с такой тщательностью, что любой подозрительный отряд убивают без выяснения цели их появления на территории эмпатов. По крайней мере, так было раньше.

Поэтому Безликим пришлось ограничиться набегами на одиночные отряды воинов Драгонии, когда те покидали границы королевства. Со временем, разочаровавшись в своих силах, каста начала медленно умирать. Свежая кровь не спешила вливаться в круги ополченцев, и о Безликих забыли. До недавнего времени. Тебе должно быть известно, что стало с царством илларов.

— Это они уничтожили лес? — прошептала я, хотя и так знала ответ.

— Именно. Они искали звезду. Слышала о ней?

Де Ор подался вперед и пристально посмотрел на меня. Я округлила глаза и искренне удивилась.

— Никогда прежде не слышала ни о каких звездах. Разве что о тех, что каждую ночь освещают нашу старушку Этару. А с чего вы взяли, что я могу что-то знать?

Хелдэн откинулся на спинку кресла и, продолжая с недоверием пялиться в мою сторону, сказал:

— Просто спросил. На всякий случай.

Я поднялась и протянула на прощание руку, которая так и осталась висеть в воздухе. Убрав ее, коротко попрощалась.

— Мне пора. Спасибо за информацию.

Я потянулась к двери и вздрогнула, услышав очередной вопрос.

— Вы ведь тогда проезжали через их лес. Ты не встречалась с илларами?

— Я много о них слышала, но, к сожалению, не имела чести быть знакома лично. Всего доброго.

Я хлопнула дверью и побежала вниз по лестнице, мечтая поскорее оказаться за стенами замка. Перепрыгивая через ступеньки, я нечаянно наступила на край платья и полетела вниз, прямо в объятия Одиэна, поджидавшего меня у лестницы.

— Обычно я привык, что женщины падают к моим ногам. Но на руки тоже неплохо.

Он громко рассмеялся, распространяя вокруг себе алкогольный перегар. Резко дернув, прижал меня к перилам, больно впившись пальцами в плечи.

— Одиэн, — прошипела я, стараясь высвободиться, — не совершай ошибок брата. Я могу позвать феникса.

Эльф навалился на меня всем телом и провел влажными губами по моей шее, при этом неразборчиво шепча:

— Не волнуйся, я успею. Пока твой феникс прилетит…

— Ты уже будешь трупом, — закончил самый дорогой для меня голос.

Нарин

Эсферон встречал нас своей мрачной загадочной красотой. Все такой же великий и непобедимый. Ни время, ни войны были над ним не властны. Он, как и прежде оставался центром силы и могущества Владык, а Ирриэтон был его душой.

Мы ехали по улицам города и всматривались в знакомые дома, храмы, парки. Казалось, будто и не было трех с половиной месяцев разлуки, будто я не убегала из него, намереваясь больше никогда не возвращаться. Но теперь все будет по-другому. Теперь это мой город и я ни за что его не покину.

Когда проезжали мимо дома Лесты, у меня возникло жгучее желание заглянуть к ней на пару часиков, но я сдержалась. Ведь еще больше мне хотелось увидеть Дорриэна, Эдель, Вола. Да и, скорее всего колдунья сейчас во дворце помогает с последними приготовлениями к свадьбе. К счастью, мы поспели вовремя. Венчание состоится завтра на закате и у нас будут целые сутки, чтобы отдохнуть и набраться сил перед праздником.

На улицах Эсферона сейчас было весьма оживленно. Еще бы! Свадьба принцессы хоть и не такое знаменательное событие, как свадьба Владыки, но все же. И гостей я думаю, будет не меньше.

Уже подъезжая к Ирриэтону, я почувствовала внутри привычную дрожь. Невозможно было оставаться равнодушным при виде этого замка. Казалось, он живет своей собственной жизнью: дышит, чувствует, понимает. И скоро я стану его Владычицей.

— Что, прицениваешься, сколько можно будет отсудить у Владыки в случае расторжения брака?

Я показала Рэю язык и пришпорила лошадь. Всю дорогу они только и делали, что подшучивали надо мной и над мечтательным выражением, которое никак не хотело сходить с моего лица. И зачем? Я действительно чувствовала себя принцессой, случайно очутившейся в волшебной сказке. И вот очень скоро должен наступить ее счастливый конец.

Стражники сразу нас узнали и с поклонами пропустили внутрь.

— Это они с тобой так учтивы, потому что не знают, что очень скоро ты станешь их правительницей. А если б узнали…

Договорить настырному эльфу не дал раздраженный голос Лора.

— Может, хватит? Твои шуточки уже начинают доставать. Помолчи хоть немного!

Рэй недовольно покосился на приятеля, но заткнулся и отправился на поиски прислуги. К счастью в этом не было необходимости, так как навстречу нам уже спешили Леста и Эдель.

Они были искренне удивлены нашему появлению, но не стали засыпать вопросами прямо с порога, а, быстро распорядившись на счет багажа, повели в замок. К моей великой радости Сиреневая гостиная оказалась свободна, также как и соседние комнаты. Так что мы с удовольствием их заняли. Когда суматоха утихла, мы расположились в гостиной и принялись делиться новостями.

— Право, для нас полная неожиданность видеть вас здесь! — все еще сияя, воскликнула Леста.

— А разве Дорриэн не сообщил вам о моем возможном прибытии?

— Может, он забыл? — принялся за старое Рэй.

— А он знает? — после слов о Владыке, Эдель почему-то нахмурилась и перестала улыбаться. — Ты с ним встречалась?

— Да, случайно. Когда была в Неале.

— Он сделал ей предложение! — решил расставить все точки над «и» Стэн.

И началось… Новый всплеск эмоций: объятия, поцелуи, поздравления. Они искренне радовались за меня, но мне сейчас хотелось другого. Поскорее увидеть его, сказать, вот я пришла и больше никуда не уйду.

— А где Дорриэн? Мне бы хотелось увидеться с ним.

Снова этот нахмуренный взгляд. Теперь уже у колдуньи. Эмпатии сидели и переглядывались, как будто не знали, как сообщить мне что-то очень важное. Наконец Леста потянулась ко мне и, накрыв своей ладонью мою, ласково проговорила:

— Он уехал несколько часов назад вместе с гостями за пределы Эсферона. И приедет только завтра к обеду. — Заметив мой поникший вид, колдунья поспешила добавить. — Ты сможешь увидеться с ним перед венчанием. А пока отдыхай. Представляю как вы устали.

Демоны! Не мог уехать позже!

— А Воллэн, он тоже отправился с ним?

Услышав мой вопрос, Эдель сдавленно захихикала.

— Нет. Вот уже третий день он носится по замку, выясняя, все ли хорошо устроились, проверяет запасы в погребах, а под вечер начинает костерить магов и прислугу. Надо же на ком-то срываться.

— Нервничает?

Молодая эмпатия утвердительно кивнула, и, обняв меня на прощание, сказала, что зайдет вечером вместе с женихом. Леста добавила, что как только я проснусь, она пришлет служанку и та разберет мои вещи.

Когда все ушли, я сладко потянулась и, прикрыв глаза, с облегчением подумала: "Наконец-то я дома".

Мне так и не удалось уснуть. Промаявшись в кровати больше часа, я решила взять пример с советника и пройтись по замку, чтобы провести осмотр и узнать все ли готово к свадьбе. И вот я его увидела. Эмпат стоял в главном зале Ирриэтона и что-то доказывал молоденькому пареньку, одетому в темно-зеленую мантию. При этом Вол размахивал руками и выкрикивал не самые приятные для слуха выражения. Маг, по-видимому, пытался отстоять свою точку зрения, никак не желая соглашаться с женихом.

— Вол!

Услышав мой радостный крик, эмпат обернулся и с ужасом заметил надвигающийся на него тайфун. Я с разбегу накинулась на друга и обняла его с такой силой, что потом сама себе удивлялась. Оторвав от себя мое тело, он некоторое время молча смотрел на меня, а потом обнял с утроенной силой. Я тут же пригрозила советнику, что Дорриэн не простит ему внезапную кончину будущей супруги, и заметила все тот же посеревший взгляд. Хотела спросить, что со всеми ними происходит, но тут нашим пылким объятиям помешало осторожное покашливание мага.

— Ну, так как будем оставлять? Я в принципе могу сделать и розовым, но это никак не будет сочетаться с остальными украшениями.

Вол открыл было рот, чтобы «убедить» эмпата сделать розовым, но я его опередила.

— А о чем собственно идет речь? Что розовым?

Паренек, заприметив то, с каким видом я произнесла слово «розовым», решил, что нашел во мне неожиданного союзника и принялся рьяно объяснять.

— Понимаете, госпожа, я руковожу декораторскими работами, — не без гордости начал он. — И было решено, что весь замок, также как и храм будут украшены белыми и нежно-зелеными декорациями. Ведь белый цвет — это символ чистоты, — певуче продолжал он. — А нежно-зеленый — символ счастья и процветания.

— Ну а розовый символ чего?

— Ничего, — обиженно буркнул Вол, понимая, что я сейчас начну уговаривать его вместе с магом. А против двух баранов ему не выстоять. — Но в нашей семье та часть зала, где располагаются молодожены, всегда украшалась розовыми декорациями. Ведь розовый навевает мысли о любви.

Я скептически посмотрела на эмпата. С этой своей любовью он совсем расклеился. Где тот грозный вампир, что приглашал меня на танец в Геллионе, потом грозился прикончить меня, а после с бесстрашием бросался в бой с шарками, чтобы спасти от страшной гибели посланницу мира? Нееет, если и Дорриэн в такого превратится, я его брошу.

— Нет, ну вы представьте, везде все белое и зеленое, а ваш стол розовый, — бедный маг готов был расплакаться. — Меня в школе из-за вашей прихоти к экзаменам не допустят!

Не поняв, при чем тут школа, я решила полностью поддержать мага.

— Мысли о любви — это прекрасно, но главный советник Драгонии в окружении розовых бантиков и цветочков — это уже мерзко. — Я взяла друга под локоток и повела подальше от декоратора, не забыв подмигнуть ему в знак полного согласия с его доводами. — Пусть он занимается своим делом, а ты своим.

— Это каким же? — все еще обиженно проворчал советник.

— Ну, например, расскажешь мне, что новенького в Драгонии. Дорриэн мне практически не рассказывал о вас. — Заметив уже не знаю какой по счету резко меняющийся взгляд, я требовательно спросила. — Да что такое?! Как только я начинаю говорить о Владыке, вы будто маски надеваете. Объясни!

Советник тяжело вздохнул и, еще крепче обхватив мой локоть, ответил:

— Ничего такого не случалось. Просто Дор вернулся из Долины каким-то… не таким. Стал более раздражительным что ли. — Он огляделся по сторонам, будто надеялся в окружающей обстановке отыскать правильные слова. — Практически не общается с нами. Все где-то пропадает.

Может, Дорриэну не удалось договориться с де Ором? Да и с Седриком там какие-то проблемы возникли. Вот он и переживает. Плюс я тогда не дала ему точного ответа. Представляю, каково это гадать приеду я или все же решу вернуться в свой мир.

— Думаю, всему есть свое объяснение. — Я остановила советника на полпути, видя, как ему не терпится вернуться к злосчастному декоратору и продолжить спор. — Сейчас все на нервах. А Дорриэн совсем недавно стал Владыкой. Вот он никак и не может привыкнуть к тяжелому бремени ответственности.

Слабая улыбка коснулась лица советника.

— Да, так оно и есть. Все мы сейчас на нервах. Главное, чтобы завтра все прошло хорошо. И тогда уж мы сможем вздохнуть спокойно.

Я взъерошила его непокорные волосы, которые он почему-то забыл собрать в хвост, и сказала:

— Все будет замечательно.

Попрощавшись другом, вернулась к себе, где меня уже ждала горячая ванна и ужин. Возле сумок суетилась незнакомая эмпатия. Я окинула ее разочарованным взглядом. Жаль, думала, мне будет прислуживать Инэка. Но может, у нее сейчас другие обязанности? Все-таки столько гостей понаехало.

Услышав мои шаги, служанка повернулась и грациозно поклонилась.

— Сударыня, мне сказали, что я буду вам прислуживать. Для меня это огромная честь. — Затем вспомнив, что не представилась, она быстро произнесла. — Меня зовут Эви.

— Нарин. Надеюсь, мы поладим. — Я прошлась к отдельной комнатке, приоткрыла дверь и, удостоверившись, что все необходимое для водных процедур на месте, разрешила девушке идти.

— Я еще должна объяснить вам ваши обязанности на церемонии венчания.

— Обязанности?

— Да, принцесса Эдель желает, чтобы вы были ее руаной. — Она запнулась под моим испуганным взглядом и нерешительно продолжила. — Вы должны будете передать ее жениху.

— А, в смысле дружкой что ли? — облегченно выдохнула я. — А дружок кто?

Эмпатия посмотрела на меня так, будто я спрашивала у нее всем известные истины.

— Лучший друг жениха — Владыка.

Вот и отличненько. Отгуляем сначала их свадьбу в качестве дружков. А потом наоборот. Все складывается как нельзя лучше. Танцующей походкой я прошлась в ванную и принялась горланить веселые песни, нисколько не заботясь о том, каково сейчас моей служанке слушать фальшивые звуки. Вернувшись в комнату, нашла свои вещи аккуратно разложенными в сундуках и шкафу. Феня уже смылся в одном ему известном направлении. Что ж, пусть полетает по своим будущим владениям.

Мальчишки так и не появились. Видно решили отоспаться на неделю вперед, чтобы завтра устроить советнику настоящий праздник. Они даже приготовили ему подарок. К брачной ночи. Страшно представить, что это может быть. Но сколько я их не просила, они так и не признались и только хитро улыбнулись, заверив меня, что советник потом сам все расскажет. После их слов, я убедительно попросила ничего мне не дарить и если можно даже не являться на нашу с Дорриэном свадьбу. А то мало ли…

Утро пролетело незаметно. Время от времени в коридорах Ирриэтона раздавались раздраженные крики. Это Леста пыталась справиться с нерасторопной прислугой. Волу она строго настрого запретила высовывать нос из комнаты и мешаться под ногами. А Эдель даже не пыталась этого делать. Эмпатия была настолько поглощена сборами и переживаниями, что убранство замка и качество блюд ее заботили меньше всего.

С утра пораньше я попыталась заглянуть к Волу, но, заметив в каком нервозном состоянии он пребывает, поспешила захлопнуть дверь и убраться подальше. А как тут не переживать? Как сказала мне потом Леста, советник весь день не находил себе места, опасаясь, как бы Эдель снова не передумала и не сбежала. Второго раза он бы точно не вынес. Но его опасения оказались беспочвенными. Невеста не собиралась расставаться со своим женихом и сейчас готовила себя, чтобы предстать перед ним в наилучшем виде.

Я же заранее облачилась в светло-зеленое платье, принесенное Эви накануне вечером, и принялась ждать приезда Дорриэна. Пока девушка сооружала что-то немыслимое на моей голове, я сидела и болтала ногами в воздухе, представляя в уме нашу встречу. Конечно, сейчас надо думать о свадьбе друзей, но мои собственные дела сердечные все же заботили меня куда больше.

Когда со сборами было покончено, я решила прогуляться по замку и подкараулить Владыку возле его кабинета. Наконец мое ожидание было вознаграждено. Я увидела эмпата… вместе с Одиэном. А он какого демона здесь делает?!

Заприметив меня, Одиэн гаденько усмехнулся, а Дорриэн (нет, мне должно быть показалось) чуть не прошел мимо.

— Привет. — Я улыбнулась и замерла, ожидая, что меня обнимут, приласкают, скажут, как же меня ждали. Но вместо этого эмпат нахмурился и вопрошающе глянул на эльфа.

— Нарин, наша дорогая посланница Нельвии, и ты здесь. А я то надеялся больше никогда тебя не увидеть.

— Плохо надеялся, — огрызнулась я и повернулась к Дорриэну. Да что это с ним? Может он не хочет показывать своих чувств при Одиэне?

— Ты на свадьбу или по какому другому делу? — не унимался эльф.

Хотела послать его, но потом решила, а пусть знает. Все равно очень скоро об этом узнает вся Этара.

— По делу. Я выхожу замуж. За Владыку. Правда, любимый? — Де Ор сначала выпучил глаза, а потом начал часто ими моргать. — Не хочешь нас поздравить?

Я взяла Дорриэна под локоток и, подняв голову, заглянула ему в глаза. И тотчас отдернула руку, опустив взгляд в пол. Что-то странное было в его глазах. Что-то холодное и скользкое.

— Извини, нам сейчас некогда. — Он отошел от меня и кивком головы приказал де Ору следовать за ним. — Поговорим после венчания.

Я молча пропустила эльфа, да так и осталась стоять, не веря в то, что сейчас произошло. Неужели он обращался ко мне? Безжизненный ледяной голос, равнодушный холодный взгляд. Я вздрогнула и, посмотрев им вслед, бросилась к себе в комнату. Что за демон?! Это так он встречает свою будущую жену?

Когда мы вошли в бальный зал, гости уже расселись по местам. Поискав глазами таблички с нашими именами, мы с гордостью отметили, что будем находиться в непосредственной близости от новобрачных. А где Владыка? Я пробежалась взглядом по залу и наткнулась на пустующее кресло во главе стола. Совсем обалдел! Пир вот-вот должен начаться, а Его Величество изволили где-то шляться. Ведь прекрасно знает, что без его дозволения праздник не начнется. В противоположном конце зала находился еще один стол для менее важных особ. К их разочарованию, увидеть молодых из-за наших голов было практически невозможно.

Мы сели и принялись вместе с остальными ждать появления Владыки. Близнецы поерзали на стульях, поглазели по сторонам, а потом решили убить время болтовней с советником. Развернувшись на девяносто градусов, они что-то крикнули Волу. После слова «подарок», Вол сразу же изменился в лице и показал мальчишкам кулак. Весело расхохотавшись, они отвернулись от помрачневшего советника и переключились на молоденьких соседок, все это время пытавшихся привлечь их внимание. Привлекли. Сейчас они навеселятся, а утром Рэй опять заявится ко мне, и будет жаловаться на то, как тяжела судьба Казановы.

Двери распахнулись, пропустив Владыку и Лесту. Глаза колдуньи были подернуты прозрачной пеленой слез. Она быстро проследовала к столу и опустилась рядом со мной.

— Что-то случилось?

Эмпатия поспешила вытереть слезы и попыталась изобразить некое подобие улыбки.

— Никак не могу прийти в себя после венчания. Как только вспоминаю, что моя девочка теперь замужем, слезы сами наворачиваются на глаза.

Я сделала вид, что поверила и, бросив быстрый взгляд на Дорриэна, который в этот момент негромко переговаривался с сидящим по правую от него руку Ароном, переключилась на аппетитно пахнущие яства.

Напротив меня устроился (вообще непонятно, как он здесь оказался) мой недавний знакомый, маг-декоратор. Почувствовав на себе пристальный взгляд, он оторвался от созерцания поросячьей тушки, обложенной мочеными яблоками, и поднял кубок, приглашая выпить за новобрачных. Заметив этот жест, один из придворных вскочил на ноги и, громко откашлявшись, произнес тост, от которого лицо Эдель стало напоминать налившееся соком яблочко. Если и мне что-то подобное скажут на свадебном пиру, то я не посмотрю на положение Владычицы, а встану и дам в морду. Иначе потом весь вечер придется выслушивать похабные "пожелания".

За придворным поднялись остальные и одновременно повернули головы к Владыке. Тот даже не удосужился присоединиться к поздравлениям, а лишь махнул рукой, разрешая начинать, и продолжил разговор. Ни тебе пожеланий счастливой и долгой жизни родной сестре, ни прозрачных намеков на грядущую брачную ночь лучшему другу.

Гости осушили бокалы и принялись жевать, пить и при этом громко говорить. Эдель и Воллэн практически не притронулись к еде, поглощенные созерцанием друг друга. Эмпат то и дело наклонялся к своей новоявленной супруге и что-то с улыбкой шептал.

— Прекрасный вечер, не правда ли? — Это кричал мне через весь стол молоденький маг. Надо спросить хотя бы как его зовут. — Меня зовут Вальт. — Я хотела назвать свое имя, но он и тут меня опередил. — А я о вас много наслышан, Нарин.

Еще один всезнайка! И откуда только такие берутся? Я попыталась сосредоточиться на покрытой капельками жира куриной ножке, но голос Вальта никак не хотел оставлять меня в покое.

Наконец, сидящая слева от меня эмпатия не выдержала и предложила магу.

— Давайте поменяемся местами. Так вам будет удобнее переговариваться.

Юноша засиял и кинулся к так удачно освобожденному месту. Черт! Теперь точно не дадут спокойно поесть!

И началось. Увидев во мне благодарного слушателя, он начал закидывать меня ворохом бесполезной информации. Какая мне разница, каким способом лучше превратить пресную воду в чистый этилин! Или оно мне надо знать, как правильно подбирать цвета в интерьере, чтобы добиться идеального сочетания вкуса и стиля? Время от времени я поглядывала в сторону Владыки, но он, как и прежде не желал обращать на меня внимание.

— А ты не находишь, что флиртовать на глазах у будущего мужа с его же подданным — не самый лучший способ укрепить ваши отношения?

— Боюсь, он этого даже не замечает, — ответила я Лесте и продолжила делать вид, что внимательно слушаю Вальта.

— Я бы так не сказала, — парировала эмпатия и опустила взгляд в тарелку.

Я схватилась за голову и с силой сжала виски. Нет, сегодня явно не мой день. Если так пойдет и дальше, то к вечеру со мной случится истерика. И тогда уже никому не удастся привести меня в чувство.

Подавив в себе желание подняться и выйти вон, я надела на лицо маску довольства и принялась отрешенно следить за гостями. Иногда веселый смех и звуки ударяющейся друг о друга посуды нарушали громкие пожелания новобрачным. И чем больше вина было выпито, тем интереснее были эти пожелания. Один раз даже Вол покраснел.

После застолья гости разбрелись по замку, так как слугам требовалось время, чтобы убрать столы и привести в порядок зал. Дальнейшая программа предполагала танцы все с теми же поздравлениями и пожеланиями.

Оставив счастливого мужа на время одного, Эдель потащила меня к себе, чтобы я развлекала ее, пока она будет переодеваться. Основная часть праздника закончилась, поэтому принцесса могла с облегчением избавиться от вороха юбок и сменить свадебное платье на более скромное, но удобное. К счастью мне даже рта не дали раскрыть. Обычно немногословная Эдель, теперь решила выговориться на несколько месяцев вперед и делилась со мной и еще несколькими эмпатиями своими впечатлениями от венчания. Я забилась в угол и в это время думала о чем угодно, только не о свадьбе. Заметив на моем лице похоронное выражение, одна из дам поинтересовалась:

— Нарин, вы себя хорошо чувствуете?

Лучше некуда! Для полного счастья осталось поговорить с Одиэном. У него дар превращать мое настроение из просто плохого в ужасно-гадкое.

— Спасибо, со мной все хорошо. — Я заметила погрустневший взгляд Эдель и добавила. — Разве можно испытывать печаль в такой то день? Разве что зависть… немножко.

Эмпатии рассмеялись и, по очереди подбежав к зеркалу, собрались идти в зал. Прежде чем открыть дверь, одна из них весело бросила.

— Знаете, я несколько раз за этот вечер ловила на себе взгляд Владыки. И этот взгляд…

Подруги издали восторженное «ах», заглушившее мое бешеное "гр-р-р".

— В последнее время это все стали замечать, Милли. Вполне возможно, что вскоре у нас будет еще одна свадьба.

Весело смеясь, эмпатии покинули комнату, оставив меня в крайней степени… крайней степени… даже не скажу сразу, что я тогда чувствовала. Ревность, смешанную с обидой, разочарованием и с чем-то очень похожим на боль в сердце. Почти физическую.

Эдель потянула меня за руку и, подняв, с любовью обняла.

— Не бери в голову. Это всего лишь глупые мечты глупых сплетниц. Дорриэн никогда не променяет тебя на такую, как эта.

— Кто она? — Я высвободилась из объятий подруги и направилась к двери. Эдель последовала за мной.

— Миланда де Рион. Младшая дочь одного из самых богатых баронов Драгонии. Недавно окончила школу в Неале, и теперь вот папочка позаботился о будущем своей дочурки и пристроил ее ко мне фрейлиной. Хотя от этих фрейлин и от их постоянного гомона одна лишь головная боль.

Я представила в уме внезапно появившуюся соперницу. По виду моя ровесница. Невысокая хрупкая шатенка с голубыми глазами, длинными темными ресницами и не сходящими с лица милыми ямочками. Потому как пока мы были в комнате, Милли не переставала улыбаться. Стерва! И почему я не эльф и ни черта не смыслю в ядах? Или не владею магией? Так бы наслала на нее порчу, а на всякий случай еще бы и подлила в вино какого-нибудь быстродействующего яда. Как говорится с глаз долой, из сердца вон. Неважно из чьего, моего или Дорриэна.

— О чем задумалась?

— О жизни, — сухо бросила я, а про себя добавила "и о смерти".

Эдель остановилась и требовательно заглянула мне в глаза.

— Только не говори мне, что ты поверила во всю эту чушь! Таких как эта Милли по замку бегает сотни, а ты — одна!

— И все же я обычный человек, а она — эмпатия, да еще и из хорошей семьи. Не улавливаешь разницу?

Принцесса покачала головой и нахмурила брови.

— Солея была куда лучшей партией для Дора, чем все эмпатии вместе взятые. И, несмотря на это, мой брат выбрал тебя. И хватит себя накручивать!

Я покорно кивнула и поплелась следом за Эдель, не рискуя расстраивать ее еще больше. Сегодня ее день и ничто не должно омрачать его окончание.

Зал был прибран и готов к приему гостей. Эдель поспешила навстречу супругу, оставив меня одну подпирать холодную стену. К моему глубокому удивлению близнецы и Лор были здесь и без сопровождения дам. Неужели им дали от ворот поворот?

— Что-то ты опять помрачнела. Или это еще старый налет обиды не успел сойти?

Я отмахнулась от Рэя и кивком головы указала на смеющуюся эмпатию, окруженную тремя кавалерами.

— Как она вам?

— Хорошенькая, — протянул Стэн, не сводя с Миланды глаз. — А что, ты решила сменить ориентацию?

Заметив, что я даже не пытаюсь его ударить или огрызнуться в ответ, эльф нахмурился точно так же, как это сделала несколько минут назад Эдель, и серьезно спросил:

— Что-то случилось?

— Нет. — Я внимательно всматривалась в лица эмпатов, окруживших никак не желающую перестать смеяться «невесту» Владыки. Не люблю улыбчивых людей. И нелюдей. — Ладно, я вас ненадолго оставлю. Пора заводить новые знакомства.

Ребята не успели ничего спросить, потому как я уже уверенно приближалась к счастливой четверке. Знаете, бывают моменты, когда во мне просыпается чертенок. Маленький такой, но уж больно зловредный. И я ничего не могу с ним поделать. Разве что дать вволю поиздеваться над окружающими.

— Не помешаю? — Я аккуратно подвинула Миланду и ослепительно улыбнулась. Эмпаты показали в ответ белоснежные клыки и как я и предполагала, переключили все свое внимания на меня. — Что-то я раньше не замечала вас в Ирриэтоне.

— А я вас помню, — сказал самый молоденький из них. — Только благодаря вам был подписан мир между нашими королевствами.

— Ну не только. — Я скромно потупила глазки и, схватив выбившийся из прически локон, начала накручивать его на палец.

— Меня зовут Тэнак, а это — Лин. Мы недавно вернулись в Драгонию и, к сожалению, не имели чести быть знакомы с вами раньше.

Первый эмпат представил меня (кстати, я даже не поинтересовалась, как его зовут, ну да ладно, это не важно) и предложил пройтись к столам с напитками. Я взяла под руки своих новых знакомых и, попросив отбросить всякие формальности, начала вершить свою маленькую месть. Чуть позади шла Миланда и недовольно переговаривалась с подругой. Обрывки фраз долетали до моего слуха. Я, конечно, подозревала, что иногда могу быть стервой, но чтобы "беспардонной нахалкой, посмевшей самым бесстыжим образом прервать столь интересную беседу и отвлечь на себя внимание трех ее кавалеров (не много ли для одной?), а теперь решившей еще и напоить их…". Дальше не расслышала, так как ко мне обратился с очередным вопросом Тэнак, но и этого вполне хватило, чтобы у меня зачесались руки, и задергался в нервном тике подбородок. Ух! Сегодня точно не обойдется без трупов.

— Миланда, дорогая, где вы там потерялись? Идите к нам. Не все же мне одной получать комплименты от этих очаровательных господ. Что-то же и вам должно перепасть. Это ведь ваши кавалеры, не так ли?

Эмпатия заскрипела зубами и попыталась ответить, но я вошла в раж. Надо же себе хоть как-то поднять настроение, пусть даже для этого придется испортить чужое.

— Жаль, что не вернулся в Драгонию несколькими месяцами раньше, — с улыбкой произнес Лин. — Я многое потерял, лишившись возможности быть знакомым с тобой.

— Считай, тебе выпал второй шанс и наверстывай упущенное время.

И мы начали его наверстывать. Отпустив пару скабрезных шуточек в адрес так не вовремя попавшей мне под горячую руку фрейлины, мы дружно посмеялись и отправились танцевать. Пришлось танцевать со всеми, дабы кого-нибудь ненароком не обидеть. Как это ни странно, но настроение начало улучшаться и уже буквально через час я веселилась вовсю вместе со своими новыми знакомыми. Потом к нам присоединились мои ребята, и стены зала затряслись от дикого хохота. Решив не смущать гостей, мы двинулись к выходу, намереваясь спуститься в парк и там поиграть в снежки. Уже у самых дверей я почувствовала на своем локте ледяные пальцы, и спокойный голос произнес:

— Идем со мной.

Хотела послать Дорриэна подальше, но, заметив в его глазах нехорошее свечение, решила до поры до времени не нарываться.

— Как будет угодно Вашему Величеству.

Низко поклонившись, я последовала за эмпатом к трону.

Нарин

— Что будем делать?

Я скрестила ноги по-турецки и, немного подумав, ответила:

— Дождемся возвращения Дорриэна. Он и решит, что делать.

— А Воллэн? Может, ему расскажем?

Я отрицательно покачала головой.

— Нет, дайте им хоть немного насладиться новой жизнью.

— Боюсь, Морт уже успел рассказать об этом всему замку, — заметил Стэн.

— Не успел. Я просила его помалкивать до возвращения Владыки. А вы не думали, почему нас пощадили?

— Мы — не эмпаты, — ответил Стэн. — Поэтому нам и сохранили жизни.

Сколько великодушия, демон их раздери! Не одна проблема, так другая. И почему Безликие решили возродиться именно сейчас? У всех королевств с эмпатами подписан мир. Никто ни на кого не нападает, не грозится отобрать трон, убить наследников. А Безликим вдруг приспичило мстить! Вопрос, за что?

Гулять вечерами по Эсферону мы теперь не решались. Так как темнело рано, то уже часам к пяти мы возвращались в замок, где и проводили вечера за играми в «Этару» или издевались над придворными. Особенно меня тянуло к фрейлинам Эдель. Для них что ни день был, то праздник. Самое обидное, что никто из них не пытался ответить мне взаимностью. Жаль, Солея хоть какие-то пакости устраивала, а эти прелестницы явно не обладали извращенной фантазией, способной скрасить мои унылые вечера. И Одиэна куда-то черти унесли. Так бы хоть он на нервы действовал.

Прошло уже шесть дней с момента отъезда Дорриэна, а он все не спешил возвращаться. Все это время я изнывала от беспокойства и уже подумывала послать ему весточку с Феней, как Владыка сам написал старейшинам, что через несколько дней будет в Эсфероне.

Обрадованная хорошими известиями, я решила больше никого не трогать и спокойно ждать возвращения своего милого. Однажды вечером, слоняясь без дела по замку, я заметила Лесту, беседующую с Ароном в одном из залов. Подождав, пока они наговорятся, я позвала эмпатию и, усадив рядом с собой на мягкий диванчик, завела непринужденную беседу. Задавая бессмысленный вопросы, я плавно переходила к интересующей меня теме. Но, так и не сумев направить разговор в нужное русло, спросила напрямик.

— Леста, ты должна знать… э-э-э, где похоронен Эрот?

Эмпатия нахмурилась и нервно спросила:

— Зачем тебе это?

Я опустила взгляд в пол и пробормотала:

— Так, для общего развития.

— Развития чего?

— Ну я же скоро стану одной из Тэр ашт' Сэйн. Вот и хочу узнать побольше о своей семье.

Колдунья не поверила моим словам и уже хотела сменить тему, но я ухватила ее за руку и с мольбой прошептала:

— Пожалуйста. Мне действительно хочется знать об эмпатах как можно больше. В частности о Владыках.

Она тяжело вздохнула и строго посмотрела на меня.

— Мне не известно, где похоронен мой сын. Я не была на его похоронах. А место захоронения выбирали старейшины. И хватит об этом!

Проклятье! Мое любопытство меня когда-нибудь куда-нибудь заведет! Вот сейчас в голове поселилась навязчивая идея во что бы то ни стало отыскать гробницу Эрота. Спросите, зачем? Самой интересно. Но если мне что-нибудь взбрело в голову, то я не успокоюсь, пока не докопаюсь до истины.

Леста запретила говорить с ней на эту тему. И вообще на любые темы, касающиеся ее сына. Так и не узнав ничего, я вернулась к себе и впервые за несколько дней позволила себе побыть в одиночестве. Завернувшись в одеяло, я села у камина и, раскрыв "Тайны Драгонии", предалась чтению.

— Нет, ну куда она могла подеваться?

Последние полчаса я наводила беспорядок в комнате, пытаясь отыскать цепочку с амулетами. И зачем вообще ее сняла? Пару дней назад мне вдруг приспичило вынарядиться в новое платье, купленное накануне отъезда из Геллиона. Высокий ворот платья не предполагал никаких украшений, поэтому я решила снять цепочку, чтобы она не мешала. А теперь не могла вспомнить, куда ее дела.

— Вы что-то потеряли, госпожа?

Я выползла из-под кровати и, смахнув мешающую прядь, ответила:

— Эви, помоги мне найти мою цепочку с амулетами. Не могу понять, куда я ее дела?

— Я положила ее к остальным вашим украшениям. — Служанка прошлась к сундуку и, достав оттуда мешочек с кольцами и сережками, протянула мне цепочку. — Я нашла ее на полу возле кровати и решила убрать, чтобы она не потерялась.

Ну вот. Убрала. Если бы цепочка осталась на полу, я бы ее мигом нашла. И кто ее просил трогать мои вещи?

— Спасибо, Эви. — Я поднялась с колен и, стараясь справиться с непослушными волосами, так и норовящими вылезти на глаза, взяла амулеты. Быстро застегнув цепочку, повернулась к эмпатии. — Но в следующий раз просто положи ее на стол. Договорились?

Эви поклонилась и, выслушав мои распоряжения на день сегодняшний, сказала:

— Его Величество вернулись этой ночью.

Вернулись? А мне значит, не потрудились сообщить о своем возвращении? Ладно, ладно, я тоже не потружусь встретиться с ним. Захочет, сам придет.

— Я могу идти?

— Иди. — Я махнула служанке и подозвала феникса. Недовольно взмахнув крыльями, он опустился около меня и с равнодушием принялся чистить свои и без того блестящие перышки.

— Ну и что прикажешь мне делать? Оставаться здесь? Близнецы с Лором со дня на день покинут Ирриэтон. Они и так уже опоздали на занятия. А я? Вдруг Дорриэна не перемкнет обратно и мне придется каждый день видеть его мрачную физиономию. Он же собирался поговорить со мной, но так до сих пор и не пришел.

Меня подмывало отправиться к эмпату и внести, наконец, ясность в наши отношения. Но гордость не позволила мне сдвинуться с места. Нет, не пойду. Дождусь, пока он сам сделает первый шаг к примирению, а там уж и за мной не заржавеет. Покормив птицу, я лениво потянулась и, устроившись поудобней на кровати, взяла книгу. Вчера моих сил хватило только на то, чтобы прочесть вступление. Так что сегодня я перейду к самой интересной части.

Пролистав первые главы, где рассказывалось о таинственных обитателях лесов и гор, окружающих королевство эмпатов, я наткнулась на своего любимого Владыку, то бишь Эрота. Интересно, какие у него были тайны? Просмотрев одним глазом краткую биографию эмпата, которую я и без того знала, как свои пять пальцев, я перелистнула страницу и восторженно ахнула. Мамочки! Да тут подробно описывается церемония похорон, а дальше… А дальше шли непонятные символы ветхого драгонийского, перемешанные с обычным этарским языком. Какие-то ссылки на другие источники, названия произведений, где также описывалось прощание с Владыкой и… если я, конечно, правильно поняла, само место захоронения. В самом низу страницы была изображена карта — непонятный рисунок со стершимися от давности отметками, указателями местности и так далее. Единственное, что мне удалось разобрать в этом изображении, так это Лакийские горы. От них шла пунктирная линия в сторону… хм, действительно, а куда она ведет? Слаба в географии, но вроде бы на юго-востоке у нас Нельвия, дальше идет Астен, а весь запад — во владениях эльфов. Драгония располагалась на севере. С южной и западной сторон ее окружали горы, которые отделяли королевство эмпатов от Долины и Нельвии. А чтобы, например, добраться из Драгонии в Астен, нужно сначала пересечь территорию Нельвии. Так, а что же находится на севере Драгонии? Я поднесла к носу крохотный рисунок и внимательно посмотрела на голубые разводы, находящиеся практически на самом краю карты. Море? Возможно. Надо будет сегодня же поинтересоваться у Вола, что там, на самом севере.

Пролистав еще несколько страниц, я принялась читать о проведении церемонии похорон. Как мне уже известно, прощание с Владыкой проходило в стенах замка. В отличие от остальных правителей, которых хоронили в усыпальнице Владык, после того, как население прощалось со своим правителем, с Эротом никто не прощался. Несколько старейшин провели церемонию и сразу же скрылись с телом Владыки в неизвестном направлении. Но если верить карте, то отправились они на север. Я вновь вернулась к рисунку. Хм, тут еще, правда, имеются другие линии, ведущие в разные стороны, но они обрываются в самых непригодных для похорон местах. Вот, например, если не ошибаюсь, изображено какое-то поселение. Но не могли же его похоронить в нескольких километрах от Эсферона, да еще и в деревне? Или вот эта линия ведет вроде как к лесу, что расположен у Лакийских гор. Они что, вырыли ямку под ближайшим пеньком и скинули туда труп? Не думаю. Все-таки Эрот был их Владыкой и хотя бы похоронить с почестями они его могли? А вот на песчаном берегу, омываемом синими волнами, как раз то, что надо. Только представьте, каменный склеп посреди пустынного пляжа. Чайки на его крыши вьют гнезда и поют громкие песни прибою. А ночами, завернувшись в черный плащ, по берегу бродит призрак проклятого Владыки и с тоскою смотрит на звездное небо. Романтика. Я прикрыла глаза и представила себе эту красоту. И почему эмпаты скрыли место захоронение Владыки? Если оно действительно расположено на берегу моря, можно было бы устроить там что-то вроде музея. Брать небольшую плату с посетителей, и проводить им экскурсии к гробу Эрота. А чего? Я бы сходила.

Я тряхнула головой, стараясь прогнать глупое наваждение. Но вот еще что странно, если как сказал Вол, место захоронения Эрота замаскировали самой сильной магией, то почему я, схватив в библиотеке (и даже не в тайном хранилище) первую попавшуюся книгу, нашла в ней карту. А если расшифровать древние символы, то думаю, можно будет узнать еще много чего интересного. Уф, как интригующе! Я в ажиотаже пролистала книгу до конца, но так больше ничего и не нашла. Нет, конечно, мне в руки попала очень интересная вещь и на досуге я обязательно почитаю об остальных тайнах эмпатов. Но сейчас мою голову занимала только одна тайна одного конкретного эмпата. Ведь, раз его тело так надежно спрятали, значит, был повод. К сожалению, все старейшины Эрота уже давным-давно почили. А Леста то ли действительно не знает, где похоронен ее сын, то ли нагло врет мне. Ей не привыкать. И думаю, из нее правду вытрясти не удастся. Что ж, попробуем своими силами докопаться до истины. Авось повезет и я смогу с гордостью сообщить всем, что я первая за десять тысяч лет отгадала загадку проклятого Владыки. Осознание собственной сообразительности подняло настроение до высшей отметки. Хвала гелланиям, мне будет чем заняться, пока Дорриэн не одумается.

Я с веселой прытью вскочила с кровати и едва не свалилась на пол, споткнувшись о собственную туфлю. В глазах резко потемнело и я таки села на пол. Сколько раз себе говорила, хватит нервничать! Нужно на все смотреть проще. Теперь у меня чуть ли не каждый день кружится голова, а порой я готова оторвать ее и закинуть куда-нибудь подальше. И снова этот запах.

Я ухватилась за спинку кровати и, все еще рассматривая цветные круги, мельтешащие перед глазами, поднялась на ноги. Подойдя к окну, распахнула его и, свесившись вниз, принялась жадно глотать ртом морозный воздух. Пока я так висела, мой затуманенный взгляд блуждал по парку, покуда не наткнулся на одну душещипательную сцену. Рядом с Дорриэном, застывшим посреди парка, словно статуя древнегреческого бога, стояла Миланда де Рион. Она не переставала поправлять свои каштановые волосы, то, накручивая их на пальцы, то, откидывая назад, словно кобыла гриву. И при этом опускала головку вниз, глупо посмеиваясь.

— Кобыла! — не сдержавшись, крикнула я и поспешила скрыться в комнате. Присев на корточки, тихо шипела и надеялась, что меня никто не услышал. Слишком грубо получилось.

Надо поставить эту выскочку на место, думала я, спускаясь по лестнице в парк. Солею я могла терпеть, потому как у меня просто не было выбора. Но позволять этой выдре кокетничать с моим женихом, нет уж, увольте. Внутри что-то противно проскрипело: "Он даже не удосужился объявить о вашей помолвке. Какие тут могут быть претензии?" Но сей незначительный факт меня нисколько не смущал. К тому же я не собираюсь выдирать ей космы. Так, просто поболтаю о жизни. Учтиво, с достоинством и уважением к собственной персоне.

Но как только я их увидела (ах, она уже и ручку ему протягивает!), я наплевала на свое культурное воспитание (впрочем, у меня его никогда и не было) и словно дымящий локомотив, готовящийся к отправке, поспешила навстречу своему милому. В тот момент я была очень злая, просто ужасно-дико злая. И не дай боги, эта Милли попробует хоть слово вякнуть. Я повырываю ей ее клыки и всю оставшуюся жизнь она будет ходить с двумя дырочками между зубов.

— Миланда, дорогая, может, хватит приставать ко всем со своей чрезмерной женской болтливостью. — Эмпатия, не ожидавшая, что кто-то подойдет к ней со спины и начнет рявкать на ухо не самые лестные вещи, подпрыгнула и коротко взвизгнула. Не дав ей и рта раскрыть, я зачастила. — Представляете, Ваше Величество, кстати, рада вас видеть целым и невредимым, а то все эти бунты… сами понимаете. — Я взяла Дорриэна под локоток и нахально улыбнулась. — Я просто чудом проходила мимо и решила спасти вас от докучливых разговоров. — На этом месте Милли уже представляла собой полудохлую рыбу, которую выбросило на берег, и теперь эта рыба дергалась и открывала рот, беспомощно вращая круглыми зрачками. — Вчера ко мне заявился Тэнак, один из ваших подданных, и начал рассказывать, как наша душка Миланда все утро полоскала ему мозги своей болтовней, да так выполоскала, что он потом весь день дерганый ходил. А еще днем раньше ко мне прибегал Лин, тоже, кстати, один из ваших подданных. Так представляете, у него чуть истерика не случилась. Его настолько достала постоянная болтовня фрейлин вашей сестры, что даже веальское снотворное не позволяет ему ночами уснуть. Он мучается в кошмарах, вспоминая бесконечные разговорчики некоторых особ. — Я с ехидной улыбкой скосила взгляд в сторону уже издохшей рыбы. — Нет, я конечно не против. Пусть говорят себе на здоровье. Но мне уже НАДОЕЛО выслушивать стоны несчастных мужчин! А теперь и вы чуть не стали жертвой пустой болтовни. А у меня ведь тоже нервы не железные. И если б я вас не предупредила, пришлось бы и вас, Ваше Высокородное Величество, выслушивать весь остаток дня. Видимо, болезнь трепать языком заразна. — Я ободряюще похлопала эмпата по плечу. — Так что, считайте, я спасла вас от страшного заболевания.

Я замолчала, решив немного отдышаться. Думала, сейчас наступит черед Милли. По идее она должна была или что-то ответить, или горько всхлипнув, убежать. Ну, на крайняк упасть в обморок. Так любила делать Солея, когда не находила, что ответить, а эта дурочка застыла на месте и не прекращала вращать глазами. Нет, все-таки с эльфийкой было куда интересней.

— А ты уверена, что я пришел бы именно к тебе?

Я, поглощенная своими мыслями, вздрогнула и покосилась на эмпата.

— Что, прости?

— Ты так уверена, что мне больше некому пойти излить душу?

А она у тебя есть? Я нахмурилась, но тут же взяла себя в руки. Дорриэн хочет поиграть со мной? Что ж, я принимаю правила игры.

— А разве не этого ты желал в Гвенделоне?

Эмпат улыбнулся и, наклонившись ко мне, тихо спросил:

— Откуда ты знаешь, чего я тогда желал?

Миланда начала переминаться с ноги на ногу. Явно чувствуя себя лишней, она простилась с Владыкой и, подарив мне на прощание гневный взгляд, побежала в замок.

— Мегера, — не переставая улыбаться, произнес Дорриэн.

— Но, по-моему, это-то тебе во мне и нравится.

И снова эта недоступная моему пониманию пауза. Вот сейчас он должен был обнять меня и повести к себе, чтобы мы могли наконец-то все обсудить. Но вместо этого, Владыка сказал дежурную фразу, мол "я очень занят: дела, проблемы, дела" и что как только он покончит со всеми своими проблемами, так сразу и полетит ко мне на крыльях любви, и тогда мы сможем поговорить.

Высвободив свою руку, Дорриэн потрепал меня по голове, словно несмышленого щенка и скрылся в темном проходе. А я схватила горсть снега и, слепив снежок, со злостью запустила им в стену. А что я могла еще сделать? Бежать за ним и умолять о срочной аудиенции? Нет. Оставалось только скрипеть зубами и тихо ругаться матом.

Пока я шла в комнату, в голове опять поселилась тупая боль. Черт! Я же обещала себе не нервничать. Иначе у меня действительно возникнут проблемы со здоровьем. А потом не так-то легко будет его поправить. Хлопнув дверью, я вылила остатки вина из бутылки в бокал и, залпом его осушив, забралась на кровать. Раскрыв "Тайны Драгонии", предалась чтению, надеясь хоть на какое-то время забыть о головной боли и ее виновнике.

Эрот

Леста права. Я сама должна сделать первый шаг. Не знаю, что сейчас творится у него в голове, почему он ведет себя так со мной, но я забуду на время свои обиды и попробую все изменить. Возможно, он только и ждет, что я сделаю шаг ему навстречу.

Я мысленно пожелала себе удачи и отправилась в то крыло замка, где располагались покои Владыки. Вряд ли кроме слуг кто-нибудь уже проснулся. Надеюсь, мне повезет, и никто не заметит, как я вхожу в его покои. Еще подумают не то. Дорриэн уже не спит. Он всегда встает рано и пока его опять не загрузили бесконечными проблемами, я приведу в жизнь свой план. Хотя это и не план вовсе, так приглашение пойти со мной на свидание. В какое-нибудь тихое, укромное местечко подальше от Ирриэтона и его обитателей. Возможно, тогда Дорриэну удастся расслабиться, и он снимет, наконец, с себя маску гордого правителя. И станет прежним, таким, каким я запомнила его в Неале.

Пройдя пустыми коридорами, я поднялась наверх и продолжила петлять по замку. Когда я только попала на Этару и увидела геллионский дворец, то думала, что никогда не научусь в нем ориентироваться. Научилась. А вот в Ирриэтоне я порой действительно терялась, хоть и жила здесь достаточно долго. Ничего, думаю, у меня еще будет время его изучить.

И вот я завернула за последний поворот и… столкнулась с Миландой. Она что, вышла из его покоев? Эта часть замка находилась в полном распоряжении Владыки, и больше ей просто неоткуда было выйти. Заметив меня, эмпатия покраснела и, опустив взгляд в пол, быстрым шагом прошла мимо. Я с недоумением посмотрела ей вслед и потянула на себя ручку…

Дорриэн стоял возле огромного чуть ли не во весь его рост зеркала и медленным, ленивым движением застегивал пуговицы на камзоле. Они что…

Услышав шорох, он обернулся и с таким же недоумением, с каким я только что провожала эмпатию, посмотрел на меня. Затем его взгляд потемнел, и он раздраженно бросил:

— Ты что-то хотела?

— Уже ничего.

— Нарин! — кричал он мне вслед, но я уже была далеко.

Подобрав юбки, я бежала прочь из покоев Владыки и желала только одного, чтобы все увиденное оказалось кошмарным сном. Щеки горели, на глаза наворачивались предательские слезы, а сердце бешеными толчками отстукивало свой ритм в груди. Он не побежал за мной, не остановил, не захотел ничего объяснить.

— Нарин, ты куда? Решила устроить утреннюю пробежку по замку?

Демоны! Эльф! И какой нечистый заставил его так рано подняться.

— А мы как раз решили с утра пораньше посетить ярмарку, пока туда не набежало все население Эсферона. А там будет столько всего… — Рэй подбросил в руках тугой кошель, набитый монетами и расплылся в счастливой улыбке. — Хорошо, что ты уже собрана. А то мы собирались идти тебя будить.

Не говоря ни слова, я стащила с него плащ и, быстро накинув на себя, выхватила из рук обалдевшего приятеля мешочек с монетами. Раскрыв его, вытряхнула несколько монет себе на ладонь и рванула дальше.

— Эй! У тебя что, своих шмоток мало? — окликнул он меня и побежал следом. — Да постой же!

— Рэй, я спешу! — отведя взгляд в сторону, процедила я.

— Куда? Мы с тобой!

— Нет, вы на ярмарку, а я…

Я не сбавляла темп и уже спускалась по лестнице на первый этаж, мечтая как можно скорее оказаться за стенами замка. А эльф все никак не хотел оставить меня в покое. Он схватил меня за плечо и развернул к себе.

— Ты можешь объяснить, что с тобой и куда ты так бежишь?

Снова вопросы! Как же они меня достали своими извечными: куда? зачем? и почему? Стараясь скрыть раздражение, я сбросила руку приятеля и процедила:

— Потом поговорим. Мне сейчас не до ярмарки.

И я поспешила прочь, слыша за спиной недовольный голос друга.

— Тебе и до нас в последнее время нет никакого дела. Ты уже не та Нарин, которую я знал раньше.

Вместо того чтобы остановиться и извинится перед ним за свое поведение, я ускорила шаг. Оказавшись снаружи, поспешила к воротам и, даже не поприветствовав всегда любезную со мной стражу, продолжала бежать, задыхаясь от бега и раздиравших сердце чувств. Не знаю, сколько я так бежала, но вскоре обессиленная, остановилась и прислонилась к стене дома, чтобы отдышаться. Заметив стоящий на углу экипаж и дремавшего на козлах кучера, я бросилась к нему и, только забравшись в карету, позволила себе разрыдаться.

— Хватит меня тянуть, я уже.

— Мы замерзли! — послышались три жалобных голоса.

Я пожала плечами.

— Сами хотели пойти на ярмарку. Терпите теперь.

Последние полчаса мы стояли около прилавка с косметическими средствами домашнего приготовления. Торговка складывала в сумку уже не знаю какую по счету баночку, а я все не могла остановиться.

— Зачем тебе столько? Решила обмазать этой дрянью весь Ирриэтон?

Я и сама не знала. Просто хотела отвлечься и скупала все, что видела. Цены были до неприличия низкими, поэтому я старалась нахватать всего и побольше. Завтра же половину отдам Эдель, что-нибудь оставлю для Лесты (хотя уж ей-то косметика не нужна), что-нибудь подарю Эви на прощание.

— А у вас нет какого-нибудь крема, который бы разъедал кожу лица? С кислотой, например.

Торговка испуганно посмотрела на меня и принялась быстро запихивать в сумку баночки и свертки.

— Хочу сделать Дорриэну подарок, — пояснила я друзьям.

Они понимающе кивнули и тоже напали на торговку. Бедная эмпатия принялась качать головой и бормотать что-то нечленораздельное, желая поскорее отделаться от психов, требующих от нее страшные вещи.

Когда с покупками было покончено, мы двинулись вдоль прилавков к мосту Дриад. Веселье было в самом разгаре. На Фонтанную площадь нам даже не удалось протиснуться. Хотя именно там и было самое интересное. Приезжая труппа давала представление, акробаты прыгали среди весело кричащего народа и показывали им свои трюки. Высоко в небе летали зачарованные инструменты, мелодия которых смешивалась с криками и смехом горожан.

— Нарин, а что случилось сегодня днем? Мы краем уха слышали о какой-то ссоре.

Я отмахнулась от Лора, сказав, что это была очередная словесная перепалка между мной и Владыкой. Они понятливо кивнули и продолжили осматриваться в поисках какого-нибудь теплого местечка. Надеяться на то, что в кондитерской нам удастся найти свободный столик, было глупо. Но мы все же рискнули заглянуть туда и с радостью заметили, как пожилая супружеская пара поднимается из-за стола, намереваясь покинуть теплое помещение. Мальчишки с гиканьем поспешили внутрь, опередив уже понадеявшихся войти туда двух эмпатов. Близнецы оккупировали столик и ничего не хотели слышать об очереди и жалобах эмпатов на наше хамское поведение.

— Господа, неужели вы позволите бедной даме мерзнуть на улице, ожидая, пока освободиться еще один столик? — очаровательно улыбнувшись, спросила я.

— Но мы тоже ожидаем дам и не хотим, чтобы они мерзли, — послышались недовольные возражения.

Рэй развалился на стуле и, взмахом руки подозвав слугу, обратился к эмпатам.

— Зайдите в "Бычий глаз". Там отлично готовят. Уверен, вашим дамам понравится.

Они переглянулись и, поблагодарив нас за совет, поспешили отвести своих эмпатий в трактир.

— Главное, чтобы они не вернулись через полчаса и не поотрывали вам языки за такой совет, — со смехом сказала я, вспомнив ужасное место, именуемое "Бычьим глазом".

— Ну, что будем заказывать?

Я глянула на меню и почувствовала, как внутри что-то протестующе заворчало.

— Мне только чаю, — сказала я и невольно скривилась, заметив за соседним столиком детвору, с аппетитом уплетающую залитые кремом десерты.

— Ты когда последний раз ела? — строго спросил меня Стэн.

— Сегодня. Кажется, — неуверенно ответила я. Или вчера? Честно говоря, я не могла вспомнить, когда в последний раз нормально ела.

— А посмотришь на тебя, и, кажется, будто ты ушла в долгосрочный пост и, похоже, выходить из него не собираешься, — скептически заметил Лор, осматривая мое изможденное тело.

— Никуда я не уходила, — огрызнулась я и, поблагодарив слугу, взяла в руки чашку с горячей жидкостью, приятно пахнущей травами.

Рэй зацепил вилкой кусок пирога и поднес к моему рту.

— Давай, съешь хоть кусочек.

— Отстань!

— Какая же ты капризная, — буркнул он и отправил пирог себе в рот.

Не обращая внимания на возмущения приятелей, я медленно пила чай и с тревогой думала о своем состоянии. Еще Морт как назло уехал. Эви сказала, что вернется он только послезавтра. Надеюсь, это так. Хотелось бы показаться ему перед отъездом. Я уже окончательно решила, что через два дня мы покинем Драгонию. Нужно только связаться с Феней и предупредить его. Сегодня несколько раз пыталась, но ничего не вышло. Видимо он еще далеко, а связываться с ним на больших расстояниях я пока не умею.

— Ты точно решила уехать? — осторожно спросил Стэн, вырвав меня из мира мрачных раздумий.

— Да. Мы бы могли уехать завтра, но вы же собирались пойти на бал. Хотя у меня, честно говоря, все эти праздники в печенках уже сидят.

— Ты просто не знаешь, что такое весенние балы, — восторженно выдохнул Лор. — И не представляешь, какое красивое зрелище нас ожидает. А что значит, мы хотели? — встрепенувшись, полюбопытствовал он. — Разве ты не собираешься идти на бал?

Я равнодушно пожала плечами. Какая разница, пойду я или нет? Мне уже все стало все равно. Балы, свадьбы, встречи зимы и весны начали действовать на нервы. Единственное о чем я мечтала, так это о покое. Вернусь в Нельвию, возьму отпуск. Поезжу по королевству, подлечу здоровье. Возможно, ближе к лету отправлюсь в Норвик. Море, песок, ласковое солнышко… Что может быть лучше? Или дождусь, пока мальчишки сдадут экзамены, и уже все вместе мы двинем к морю.

Я представила себя лежащей на пляже и не спеша потягивающей из соломинки освежающий коктейль. Блеск! Вот только надо будет отыскать какое-нибудь безлюдное местечко, чтобы не шокировать гуляющих по пляжу горожан своими попытками приобрести золотистый оттенок кожи.

— Ты чего улыбаешься? — покосился на меня Рэй.

— Так, ничего. Строю планы на будущее, — мечтательно ответила я и подозвала слугу. — Ну что, пойдем?

Расплатившись и поблагодарив хозяина за прекрасные угощения, мы решили еще раз попытаться пробраться к фонтану. Большая часть ночи уже минула, так что народу на площади должно было поубавиться. Проходя через торговые ряды, мы весело обсуждали, где проведем грядущее лето. Моя идея поехать на море очень понравилась ребятам. Вот только вместо Норвика они предложили посетить небольшой городок Аркон, находящийся на юге Нельвии. Вроде бы там вода чище и сам городок славится своим гостеприимством и богатой природой. На том и порешили. Оставалось только дождаться лета и тогда уже ничто не спасет жителей Аркона от нашествия четырех сумасшедших.

— Смотрите, а это случайно не Аммиан?

Мы как по команде повернулись в ту сторону, куда указывал Лор. Действительно, Аммиан. Хотелось бы знать, что он тут делает.

Эльф стоял около прилавка с продовольственными товарами и о чем-то спорил с пожилым эмпатом, находящимся по другую его сторону.

— Торгуется, — с улыбкой предположила я и направилась к прилавку. — Ничего не продавайте ему. Не заслужил, — посоветовала я эмпату и, не выдержав, рассмеялась, заметив в глазах Аммиана неподдельное удивление. — Что, не ожидал меня здесь увидеть? Оказывается, мир тесен.

Все еще продолжая изумленно таращиться в мою сторону, Аммиан молча расплатился с торговцем и, забрав с прилавка сумку, наконец, сказал:

— С чего ты решила, что я удивился, встретив тебя в Эсфероне. Просто не ожидал увидеть тебя здесь в такую пору.

— Значит, ты слышал о нападениях? — вклинился в разговор только что подошедший Лор.

— Разумеется. Сейчас все только об этом и говорят. Эмпаты боятся покидать дома после наступления сумерек.

— Что не мешает им шастать по городу в праздничное время, — ехидно заметил Рэй. — А ты-то здесь как оказался? Седрик послал?

— Нет, у меня остались незаконченные дела в Эсфероне, — обтекаемо ответил Аммиан и, заметив на наших лицах неподдельный интерес, добавил. — Личного характера.

— Ну что ж, пошли скрытный наш, расскажешь, что новенького случилось в твоей жизни за то время, что мы с тобой не виделись. — Я взяла эльфа под руку. — А то мы с тобой тогда даже толком не попрощались. Ты почему-то был зол или раздражен и ни в какую не хотел со мной разговаривать. Аммиан, я тебя тогда чем-то обидела?

Эльф пожал плечами.

— Теперь это уже не имеет значения. Кстати, хотел поздравить тебя со скорой свадьбой. Надеюсь, ты будешь счастлива с ним.

А ему об этом откуда известно?! Я перестала улыбаться и, нахмурившись, ускорила шаг.

— Я что-то не то сказал?

— Свадьбы не будет. Через два дня я покину Драгонию.

— Прости, — еле слышно прошептал он. — Наверное, мне не стоило об этом говорить.

— Нет, ничего. Твоей вины тут нет. Виновата только я и моя безграничная наивность. — Я с сосредоточенным видом смотрела вперед на освещенную кристаллами дорогу.

Услышав в моем голосе грустные нотки, Аммиан резко спросил:

— Он тебя обидел? Нарин, что он тебе сделал?

— Ничего, — устало ответила я и перевела взгляд на темную гладь реки, виднеющуюся под мостом. — Просто я поняла, что мы не сможем быть вместе. Мне с Дорриэном очень тяжело. Да и ему со мной не сладко.

— И все-таки, — не унимался эльф, — если он причинил тебе боль, только скажи. Я…

Я не расслышала его слов, утонувших в счастливых криках эмпатов, которые, похоже, и не думали покидать площадь. Что он сможет сделать? Пойдет и набьет Дорриэну морду? Мне от этого легче не станет. Хотя… Нет, не стоит впутывать эльфа в наши отношения. Это наше с эмпатом дело и никого другого оно не касается.

— Нарин, ты еще здесь? — откуда-то издалека послышался голос Аммиана. — Ну что, согласна?

— На что согласна? — удивленно спросила я.

— Я пригласил тебя на прогулку.

На прогулку? Зачем? Что ему от меня надо? Заметив полный надежды взгляд, я нахмурилась. Только еще одного ухажера мне сейчас не хватало. Тут бы с Дорриэном разобраться. Надеюсь, он не будет устраивать сцен, а отпустит меня с миром. Или же вообще ничего ему не говорить. По-тихому попрощаться с Волом и Эдель, заехать к Лесте и быстренько мотать отсюда, пока Его Величество не кинулись меня искать. Хотя в последнее время он обо мне и не вспоминал вовсе.

От мыслей об эмпате боль вновь решила напомнить о себе. Недолго же я о ней не думала. Все, пора ехать домой, пока она еще не такая сильная.

— Нари-и-ин, — позвал меня Аммиан.

Я встрепенулась и посмотрела на эльфа. Чего он хочет? Ах да, пойти со мной на прогулку. Ладно, демон с ним. Пойду, чтобы не обидеть. Еще неизвестно, когда мне понадобится его помощь. Жизнь длинная.

— Я согласна. Давай завтра на закате возле фонтана. А сейчас, — я окликнула друзей и, почувствовав резкую слабость, оперлась о руку эльфа, — мы, наверное, пойдем.

— С тобой все в порядке? — встревожено спросил он.

— Да. Я только после болезни, вот и чувствую легкое недомогание. Скоро это пройдет.

— Пройдет, если ты начнешь есть, — из-за спины рявкнул Рэй.

Шикнув на друга, я попрощалась с Аммианом, который тут же скрылся в толпе, не забыв напомнить мне о завтрашнем свидании.

— Куда-то собралась?

— Да. Завтра вечерком прогуляюсь с Аммианом по Эсферону, — сказала я Стэну и поискала глазами карету.

— А как же Эдель? Ты ведь говорила, что перед балом мы заглянем к ним на ужин, — напомнил Лор.

Черт! Совсем вылетело из головы!

— Хорошо, вы пойдете к ним на ужин, а я подойду немного позже. Все равно я не собираюсь проводить с Аммианом весь вечер. Ну что, поехали?

— А как же фонтан? — разочарованно вздохнул Стэн.

— Если хотите, оставайтесь. Только посадите меня в карету. Я устала.

Ребята встревожено переглянулись и, наплевав на продолжение праздника, побежали на поиски экипажа.

Через час мы уже были в замке. Простившись с друзьями, я отправилась к себе. Снова попыталась связаться с Феней. Безрезультатно. Я не слышала его, а он, скорее всего, не мог услышать меня. Ладно, еще есть завтра. Утро начну с того, что попытаюсь связаться с фениксом.

— Почему она до сих пор жива? — со злостью крикнул Хелдэн и глянул на сына. Ничего нельзя ему поручить! Прошло столько недель, а девчонка продолжает спокойно себе жить и выглядит вполне вменяемой. — Сколько ты приказал давать ей капель?

— Шесть. Как ты и сказал.

— Странно, — задумчиво пробормотал де Ор. — По идее она уже должна была умереть. Ладно, мы это исправим.

Достав из кармана черную коробочку, он протянул ее сыну.

— Дашь ей это сегодня вечером.

— Как?

— Твои проблемы! — прорычал эльф, но, взяв себя в руки, уже спокойнее продолжил. — Это должно усилить действие яда. Добавишь в вино или пищу. В общем, придумаешь. Видно организм у девчонки крепкий. Не вздумай подвести меня, — напоследок сказал он и скрылся в проулке, ведущем к городским воротам.

Младший де Ор постоял какое-то время на месте, смотря вслед уходящему отцу и, сжав коробочку в руках, поспешил к карете.

— Разве тебе еще не надоело убегать от нас? — Хранительница провела рукой по моим волосам и печально улыбнулась. — Мы ведь твоя семья. Он ждет тебя. Вернись.

— Оставь меня, — простонала я и еще сильнее вжалась в подушки. — Хватит меня мучить. Уходи!

Она продолжала улыбаться и гладить мои волосы, и от этого дрожь бежала по телу.

— Не плач, — прошептала она и склонилась надо мной. — Одно твое слово и боль уйдет. Он заберет тебя отсюда, и ты станешь свободна. Разве не об этом ты всегда мечтала?

— Уходи! — прорыдала я и заметила, как вокруг нее начинает извиваться черный туман, напоминающий размытые очертания фигур. — Уходите. Оставьте меня. Пожалуйста.

— Он вернется за тобой, — пообещала Хранительница и, пронзительно расхохотавшись, слилась в одно целое с черным туманом.

Прошло пять дней. Не знаю, то ли небеса решили вознаградить меня за все те страдания, что я перенесла в Эсфероне, то ли угрозы Дорриэна об усилении охраны границ были еще одной наглой ложью, но мы благополучно пересекли территорию Драгонии и на следующее утро собирались начать переход через горы. К счастью, погода постепенно менялась. Заметно потеплело, и теперь по утрам я наслаждалась чистыми звуками капели.

За эти дни мы заезжали всего в две деревушки. Аммиан и его друг Эдар не хотели светиться на постоялых дворах, предпочитая проситься на ночлег к одиноким старикам. Я же только и жила этими остановками. Время, проведенное в седле, казалось мне настоящей пыткой. Я и ходила то с трудом, не то, что ездила верхом.

Состояние мое можно было назвать более-менее стабильным, если не считать редкие вспышки боли. Но со временем она стала отступать, становясь все слабее и слабее, пока в один прекрасный момент я не поняла, что уже ничего не чувствую. И здесь стоило благодарить только Аммиана.

В первую нашу остановку в доме пожилой эмпатии, растившей малолетнего внука в Богом забытой деревне, эльф попытался покормить меня легким ужином, состоящим из отварного картофеля и горячего бульона. Как вы думаете, что он услышал в ответ? Именно. Убедительную просьбу засунуть эти продукты куда подальше и не мучить одним их видом мой истерзанный организм.

Добавить к этому чрезмерную раздражительность плюс постоянные жалобы на сильную боль, и в голову эльфа стали закрадываться нехорошие подозрения.

Тем же вечером он зашел ко мне и принялся внимательно меня осматривать.

— Аммиан, что за взгляд? Не пугай меня.

Ничего не ответив, эльф опустился на кровать и стал изучать мои руки, волосы, скользя взглядом по всему телу. Я поежилась от этого взгляда и уже не на шутку испугавшись, отодвинулась от него.

— Скажи, у тебя в последнее время бывали галлюцинации или же возможно тебя мучили кошмары? Как тогда в Неале. Помнишь историю с ящеркой?

Я послушно кивнула и ответила, что иногда видела размытые тени. А кошмары мне всю жизнь снятся, сколько себя помню.

— В Ирриэтон приезжал Одиэн? Или Хелдэн?

Удивленная его расспросами, я продолжала кивать, не понимая, чем вызвано столь странное любопытство.

— Будь они прокляты! — прошипел Аммиан и, схватив мою цепочку, резко дернул.

— Что ты делаешь? — закричала я и кинулась к окну. Поздно. Эльф выкинул цепочку, а вместе с ней…

— Мое кольцо, — еле слышно простонала я. — Зачем ты это сделал?

— Купим тебе новые, — холодно отрезал он и уже тише добавил. — Тебя травили. Не знаю как долго, но, думаю, не меньше двух недель. Вероятнее всего, филонелией.

Травили? Я коснулась шеи в том месте, где еще несколько секунд назад висели мои амулеты.

— А при чем тут украшения?

— Видишь ли, — со вздохом ответил Аммиан. — Филонелия очень необычный яд. Ее можно добавлять в пищу, и тогда жертва меньше чем за неделю сойдет с ума. И ни один лекарь не сможет доказать, что помутнение рассудка и внезапная смерть были вызваны действием яда. Но есть и другой способ, — усмехнувшись, сказал он. — Более изощренный. В конечном итоге жертва точно также умрет, предварительно лишившись рассудка. Вот только до этого она переживет долгие недели полные кошмаров и дикой боли, которая будет рвать ее тело на части.

Я судорожно сглотнула, вспомнив те моменты, когда мне хотелось убить себя, только бы не чувствовать эту боль.

Аммиан продолжал.

— Некоторые не выдерживают и кончают жизнь самоубийством, некоторые теряют рассудок и совершают поступки, за которые потом несут наказания, порой более страшные, чем сама смерть.

А вот я везде преуспела. Сначала попыталась проткнуть кинжалом себя, а затем перерезать горло Эдель. Ничего не скажешь, хорошенькая отрава!

— Одни умирают уже через пару недель, другие могут мучиться месяцами. Все зависит от состояния здоровья и количества яда.

— Хорошо, то, что филонелия — суперская вещь, это я уже поняла. Но какое отношение к ней имеют мои амулеты?

Аммиан печально улыбнулся.

— Отравитель выбирает какой-либо предмет, который постоянно находится с жертвой и смазывает его несколькими каплями яда. И так каждый день. В твоем случае этим предметом стали амулеты. Отравленные пары проникали в легкие и через капилляры попадали в мозг, приводя к ужасным последствиям. Скажи, кто имел доступ к твоим украшениям?

Я прислонилась к спинке кровати и захлопала глазами. В памяти всплыли постоянные попытки Эви забрать у меня украшения под каким-либо предлогом.

— Нет, Аммиан. Эви не могла. Тогда бы она не стала помогать мне бежать. Да и не поверю я, что она способна на такое.

— Значит, способна, — безжалостно парировал эльф. — Скорее всего, она служит де Орам.

— Но она просила меня показаться доктору, а я, дура, не желала видеть никого кроме Морта, — предприняла я еще одну попытку оправдать эмпатию.

— Я тебе уже говорил, что ни маг, ни лекарь не смогли бы выяснить причину болезни. Вот она и делала вид, что беспокоится о твоем здоровье.

Неужели она могла так со мной поступить? Нет, не верю. Я найду этому объяснение, но потом. Не сейчас. Сейчас я не хочу думать ни о чем, что связывает меня с Драгонией.

— Если бы тебя травили в Долине, тамошние лекари возможно бы и смогли выяснить причину болезни. Хотя это очень сомнительно. Но в Драгонии… Эмпаты совершенно не разбираются в ядах и предпочитают иметь дело только с холодным оружием.

— Значит, де Оры начали травить меня еще в Долине? — спросила я, вспомнив вечер, проведенный в компании ящера.

Аммиан неуверенно пожал плечами.

— Скорее всего. Возможно и не филонелией, а каким-либо другим вызывающим галлюцинации веществом. Или же де Ор приказал добавить филонелию тебе в пищу. Боюсь, этого мы не узнаем, пока не спросим у эльфов.

Нет уж. Пусть лучше история с ящером останется неразгаданной тайной! Надеюсь, я больше никогда не пересекусь с этой семейкой Адамсов. Пусть себе травят кого угодно, но только не меня!

Аммиан пожелал мне спокойной ночи и задул свечи.

— А куда мы едем? — широко зевая, спросила я.

— Домой, — прозвучал ответ, и комнату накрыла ночь.

Так вот, шли дни, а мы продолжали двигаться в то место, которое Аммиан называл «домом». Природа медленно просыпалась, расставаясь со снежным покровом. И чем дальше мы были от Драгонии, тем теплее становилось.

— В Долине уже должно быть жарко, — мечтательно произнес Аммиан. — К сожалению, нам туда пока нельзя.

И не надо. Воспоминания о прошлом визите еще жили во мне. Навряд ли в ближайшее время я загорюсь желанием посетить край эльфов. Все-таки лучше Нельвии ничего нет!

— И где же находится ваш дом? — спросила я, поравнявшись с Эдаром.

— Ближе, чем ты можешь себе представить, — улыбнувшись, ответил он.

В первые дни эльф не проронил ни слова. У меня даже появились опасения, вдруг он немой. Однако, услышав однажды на рассвете бешеные крики (это они так тренировались), я с облегчением отметила, что Эдар здоров и имеет довольно-таки недурной голос. Низкий, бархатистый, с приятной хрипотцой. В общем, с голосом парню повезло. Впрочем, и с внешностью был полный порядок. Длинные темные волосы, зеленые кошачьи глаза с лукавыми искорками, озорная улыбка. Единственное, что портило его совершенное лицо — это тонкий шрам на правом виске.

Как-то ночью мы сидели с ним у костра. Аммиан уже уснул, а я не могла сомкнуть глаз, увлеченная разговором с Безликим.

— Откуда у тебя этот шрам? — не сдержавшись, полюбопытствовала я и заметила, как лицо эльфа помрачнело.

— Память об эмпатах, — усмехнувшись, ответил он и подкинул хворост в костер. Золотые языки весело зашипели и взвились к небу.

— Почему ты стал Безликим? За что вы ненавидите эмпатов?

И снова короткая усмешка, и снова пламя ненависти, полыхнувшее во взгляде.

— Боюсь, ты нас не поймешь. Тебе они не причинили столько зла, сколько мне или Аммиану.

Да совсем! Одного вампира я бы сама прикончила с огромным удовольствием! Жаль, что еще не сделала этого.

— И все же я постараюсь. Эдар, пожалуйста.

Эльф тяжело вздохнул. Поднялся, поставил воду на огонь, засыпал в кастрюльку травы, зачем-то почесал затылок и только потом вернулся ко мне и начал говорить.

— Моя история короткая. Я стал членом касты недавно. Восемь лет назад. А вот Аммиан можно сказать родился Безликим.

Я положила голову на колени и приготовилась слушать печальную историю жизни эльфа.

— Десять лет назад моя жизнь казалась мне идеальной. Я вырос в небольшой деревушке на юге Долины, как и мой отец, стал плотником, и в ближайшем будущем собирался жениться. — Эльф печально улыбнулся своим воспоминаниям. — У меня была самая прекрасная невеста. Когда она ответила мне «да», я понял, что нет и не может быть никого счастливее меня. И вот настал день свадьбы. Амина, так звали мою невесту, была прекрасна. Помню, когда увидел ее в лучах заходящего солнца, плывущую ко мне словно геллания в облаках, я почувствовал, что еще немного и сердце мое остановится от счастья. Затаив дыхание, я с трепетом наблюдал за своей будущей женой. Нас повенчали. Весь вечер я находился в эйфорическом состоянии, не способный поверить в то, что она, наконец, стала моей. Но… — его голос дрогнул. — На этом мое счастье закончилось. Когда праздник был в самом разгаре, на горизонте показались они. Два мага, посланник и пять солдат из Драгонии. Эмпаты направлялись в Неаль на прием к Седрику. Шерэтт хотел женить своего сына на нашей принцессе. А посланник и маги должны были сделать так, чтобы Седрик захотел этого не меньше.

Помню. Это мы уже проходили!

— Эмпатам стало интересно, чем вызвано такое веселье и они решили остаться в деревне посмотреть на свадьбу. Мы не были против. Думали, надолго они не задержатся. Удовлетворят свое любопытство и двинутся дальше. Лучше бы они не приходили… Одному из солдат приглянулась… моя жена. Жаль, что я не обратил внимания на то, как он смотрел на нее. Тогда бы… — Эдар прикрыл глаза, борясь с нахлынувшими чувствами. — Ровно в полночь Амина и ее руана оставили нас, чтобы пойти готовиться к первой ночи…

Я почувствовала, как глаза помимо воли закрываются. Легкая дрожь пробежалась по телу и унесла меня в загадочный мир прошлого…

…- Пора, — с улыбкой проговорила кареглазая эльфийка и протянула руку невесте.

Поднявшись из-за стола, Амина улыбнулась гостям и последовала за своей руаной. Праздник подходил к концу. Большинство приглашенных тоже поднялись и поспешили к Эдару, чтобы еще раз поздравить его. Один из солдат, воспользовавшись суматохой, тенью скользнул между столов и быстрым шагом зашагал по тропинке за счастливой новобрачной. Устремив взгляд вперед, он не заметил, как один из гостей, подойдя к Эдару, что-то шепнул ему на ухо. Эльф помрачнел и кинулся следом за непрошенным гостем.

Послышались яростные крики. Через минуту Эдар вернулся, волоча за собой окровавленное тело солдата. Позади него, прижав руки к груди, застыла перепуганная Амина. Эмпаты кинулись на эльфа, горя желанием отомстить. На какое-то мгновение свет померк. И только крики ярости и гнева, словно раскаты грома, сотрясали землю…

…- Я должен был увести ее. Спрятать от них, — с болью в голосе прошептал Безликий. — Но в тот момент я был ослеплен жаждой уничтожить тех, кто мог причинить ей вред. Пока мы боролись с этими тварями, один из солдат приблизился к Амине и… убил ее. Вонзил кинжал прямо в сердце…

— Прости, что заставила тебя пережить это вновь. — Я опустила голову вниз, боясь встретиться с ним взглядом.

— Ничего, — горько усмехнулся Эдар. — Я смирился со своей утратой.

Заглянув в душу эльфа, я невольно содрогнулась. Столько боли и отчаяния хранила его память.

— Тогда почему же ты мстишь? Ведь это не вернет Амины.

Полный ненависти голос разорвал тишину.

— Потому что эмпаты виновны во многих, еще более тяжких преступлениях. Ты многого не знаешь. И лучше тебе никогда этого не узнать! С воцарением Тэр ашт' Сэйн наша земля начала медленно умирать. И если мы их не остановим…

— А Аммиан? Что такого сделал ему Дорриэн, что он одержим жаждой уничтожить Владыку?

Эльф замялся, раздумывая, стоит ли мне рассказывать историю своего друга. Я молча сидела и ждала, когда же он заговорит. Наконец, Эдар прошептал:

— Не Дорриэн, а его отец. Шерэтт уничтожил его семью. Всех! Отца, мать, братьев. Возможно, тебе известно, двести лет назад эмпаты воевали с людьми за обладание восточными землями Нельвии. Когда-то очень давно они принадлежали эмпатам. Шерэтт захотел вернуть их и попытался привлечь на свою сторону армию Седрика. Отец Аммиана, Горан, в то время служил Старшим советником Его Величества. После его смерти, должность перешла к де Ору.

Горану удалось уговорить короля не вмешиваться в войну, и Седрик отказал эмпату. Шерэтт не забыл этого. Война окончилась. Между Нельвией и Драгонией установился хрупкий мир. Но Владыка помнил, кто помешал ему завладеть эльфийским войском и выиграть войну. Вскоре их не стало. Аммиана спасло то, что в то время он учился в Нельвии и редко появлялся в Долине. Шерэтту не было известно о существовании третьего сына. К счастью.

Я украдкой посмотрела на спящего эльфа. Еще одна покалеченная по вине Владыки жизнь. Хоть я и недолго была знакома с посланником, но уже успела понять, что он не успокоится, пока не отомстит и не убьет Дорриэна… Или не умрет сам.

— Поспи немного, — заботливо произнес эльф. — Завтра придется выехать на рассвете.

— Зачем? — подвигаясь поближе к костру, спросила я, и устало зевнула.

— Чтобы к вечеру быть дома.

Нарин

Солнце клонилось к закату. Последние лучи прокрались в комнату и, едва коснувшись холодной кожи, улетели прочь, забрав с собой мою последнюю надежду.

Я разжала заколку, что сковывала волосы, и они черной волной упали на плечи. Вот и все. Последний штрих. Я готова.

Я посмотрела в зеркало и увидела совершенно незнакомую девушку. Белая, почти прозрачная кожа, огромные безжизненные глаза, в которых теперь не отражалось ничего. Не было в них больше того жизненного огня, что всегда горел внутри меня, даже в самые горькие минуты отчаяния. Последний раз проведя щеткой по волосам, я попыталась улыбнуться своему мертвому отражению. Минуты с бешеной скоростью приближали меня к новой жизни. Вот и настал конец моей сказки. Принцесса нашла своего принца. И теперь этот принц ждал ее у алтаря, готовый отдать жизнь за свою любовь. Я же не могла ему дать взамен ничего. Просто потому, что внутри уже ничего не осталось. Где-то далеко осталась та Нарин, посланница мира, что пришла на Этару, чтобы изменить ее. Но она не смогла этого сделать. Также как и стать счастливой. Она умерла. И теперь ее место заняла другая.

Коснувшись дрожащей рукой белоснежных складок платья, я в последний раз глянула в зеркало и отвернулась. Зажмурившись, считала секунды, последние мгновения, что отделяли меня от встречи с ним, моим мужем. С тем, с кем я разделю горести и радости бытия.

— Сударыня, вас уже ждут.

Я обернулась на звук детского голоса и, подарив ему печальную улыбку, взяла мальчика за руку. Перепрыгивая через ступеньки, голос рассказывал мне о том, как красиво украсили храм и что я — самая счастливая, потому как вскоре стану женой самого благородного жителя Этары.

Лур помог мне взобраться на лошадь и, взяв ее под уздцы, повел к храму. Возле древней обители гелланий собрались малочисленные приглашенные. Те, кого раньше я считала врагами, но кто вдруг превратился для меня в самых верных друзей. Они почтительно приветствовали меня, склонившись в низких поклонах. Счастливые крики людей и эльфов пытались вырвать меня из мира грез, но в голове раздавались только одни слова. Слова печальной песни о любви. Я прикрыла глаза и услышала тоненький голосок Амелии. Сейчас она пела только для меня одной. И ее тихий голос будоражил внутри воспоминания о нем. Слова будто жили во мне, но скоро и они умрут. Навсегда.

Аммиан стоял у алтаря. Его ласковая улыбка была последним лучиком света в непроглядной тьме моей жизни. Он смотрел на меня, с замиранием сердца ожидая той радостной минуты, когда нас повенчают. Я приблизилась к нему и, взяв за руку, постаралась прогнать печаль. Пожилой служитель призвал гостей к тишине и начал обряд. Он говорил, а я едва дышала, вслушиваясь в его тихие слова. Аммиан сжал мою руку и легонько потянул вниз. Опустившись на колени, я склонила голову в знак покорности перед судьбой. Еще несколько мгновений и мы станем одним целым.

— Нарин, твоя клятва.

Я вздрогнула и с испугом посмотрела на эльфа. Мне нужно было говорить. Сказать те слова, что хранило мое сердце. Вот только сердца у меня больше не было. Я продолжала смотреть на жениха, не зная, что сказать. Аммиан обхватил мою ладонь обеими руками и помог подняться.

— Я скажу за нас обоих. — Одними губами он шептал мне клятву любви, вкладывая в слова всю силу своих чувств. И только я одна могла их слышать. — Я знаю, что тебе сейчас нелегко, но я готов ждать. Готов ждать и верить. Я буду любить тебя всегда, несмотря ни на что. И даже если ты не сможешь ответить мне взаимностью, я верю, моей любви хватит на нас двоих. Ты стала смыслом моей жизни, моей судьбой и я сделаю все, чтобы вновь увидеть твою улыбку, услышать твой мелодичный смех. И только рядом с тобой я смогу дышать. Я буду жить. Снова.

Служитель задал мне всего один вопрос, и я ответила «да». Тогда он обмакнул руку в чашу с водой и провел мокрыми пальцами по нашим лицам. Взяв в руки кинжал, он протянул его Аммиану. Эльф еще раз заглянул мне в глаза, будто спрашивая, готова ли я, и, получив в ответ утвердительный кивок, провел лезвием по моей ладони. Закусив губу, я молча следила за тоненькой струйкой крови, плавно стекающей по руке. Одна из капель упала на подол платья и поспешила вниз, алыми бликами сияя на белоснежной ткани. Но вот настал мой черед. Я взяла кинжал и поднесла его к руке уже почти супруга. Он подарил мне ободряющую улыбку и раскрыл ладонь. Глубоко вдохнув пропитанный благовониями воздух, я протянула руку… и услышала испуганные крики.

Кинжал упал, со звоном ударившись об пол. Я обернулась и в отчаянии закричала, не желая осознавать, что все, что сейчас происходит — правда. На пороге храма верхом на коне застыл Дорриэн и с гневом смотрел на алтарь. Безликие попытались схватить его, но их тут же отбросило магией эмпата. Он подъехал к алтарю и, обхватив меня за талию, усадил позади себя. Моя слабая попытка вырваться и кинуться в объятия Аммиана так и осталась безнадежной попыткой. Ощутив резкую боль в виске, я прислонилась к плечу эмпата и прикрыла глаза. Последнее, что видела, было искаженное болью лицо Аммиана. Дальше все вокруг заволокло туманом, затопив сознание черными красками.

Я открыла глаза и, заметив стоящего спиной ко мне эмпата, в ужасе вскочила и прижалась к стене. Услышав шорох, он обернулся и молча протянул мне чашу с каким-то отваром. Я покорно взяла ее в руки. Не сводя с меня глаз, Дорриэн подошел и усадил меня на жесткую кровать, с которой я только что слетела.

— Где мы? — хрипло прошептала я.

— В заброшенной лесной хижине. Я заметил ее, когда ехал за тобой.

За мной? Я с немым стоном зажмурилась и опустила голову. Господи, Аммиан! Что он с ним сделал?

— Ничего. Просто не захотел терять время на этого мальчишку.

Опять эта мерзкая ухмылка! Я готова была выплеснуть кипяток ему в физиономию, только бы не видеть ее. Не смотреть в эти холодные, словно осколки льда глаза.

— Этот мальчишка, как ты выразился, стал моим мужем.

— Не думаю. — Дорриэн поднялся и прошелся к кастрюле, что висела над огнем. Обмакнув в кипятке лоскут ткани, он выжал его и, вернувшись, приложил к моему виску. Только сейчас я почувствовала, что рана сильно саднит. — Обряд не был проведен до конца. Хотя, если бы я приехал двумя секундами позже, пришлось бы убить эльфа и сделать тебя вдовой.

Я отпихнула его руку и отодвинулась подальше. Я его боялась. Несмотря на то, что меня тянуло к нему, я до дрожи в коленях мечтала сейчас оказаться где-нибудь далеко. В другом мире, в другой реальности, там, где он не сможет меня отыскать.

— Это ты меня ударил?

— Пришлось. Ты не очень-то обрадовалась моему появлению.

Легким касанием пальцев Владыка прошелся по моему лицу, опуская руку все ниже и ниже. Я резко дернулась и, вжавшись в угол, с ненавистью прошипела:

— Не смей трогать меня! Ты мне противен.

— Неужели? — Он зло усмехнулся и зажег свечу, вместо той, что только что догорела. — А еще несколько недель назад ты мечтала стать моей женой.

Я заткнула уши, не желая его слушать. Не хочу слышать этот мертвый голос, который разрывает мое сознание на куски. Дорриэн со странной полуулыбкой наблюдал за моими попытками скрыться от него. Но даже, если я могла закрыть глаза, чтобы не видеть его, заткнуть уши, чтобы не слышать, я все так же отчетливо чувствовала его дыхание на своей коже, его запах, его душу. Он не пытался блокироваться. Почему? Что нового я могла увидеть в этой черной душе? Тысячи раз я задавалась вопросом, что так резко заставило его измениться, куда делась его любовь ко мне? Сейчас я не могла прочесть это чувство в нем. Что угодно, только не любовь.

Он вновь прикоснулся к лицу и убрал мои руки.

— В твоем организме еще остался яд. Пей отвар, он тебе поможет.

— Значит, ты знал, что меня травили? Кто? — Неужели ему было известно о том, что меня медленно убивают изощренным способом? А может, это он сводил меня с ума?

— Я узнал о филонелии перед самым отъездом. В комнате Одиэна был найден практически пустой флакончик с ядом. Не бойся, теперь тебе ничего не угрожает. Он наказан.

Из груди вырвался слабый стон. Боже, история повторяется. Сначала Уэйн, теперь Одиэн. Те же слова о наказании, та же хладнокровная жестокость.

— Ты его убил?

— Его казнили. — Усмехнувшись, эмпат добавил. — В Драгонии не любят отравителей.

— Зачем ты поехал за мной? Почему всякий раз, когда я убегаю от тебя, ты вновь меня нагоняешь и делаешь мне больно. За что?

Я резко вздохнула и отбежала в противоположный край хижины. Он поднялся и стал медленно приближаться ко мне, с холодной жестокостью наблюдая за моей паникой. Я огляделась в поисках… так и не поняла, что я хотела найти. Против эмпата я была бессильна. Он это понимал и наслаждался моими муками.

— Оставь меня! Уходи. — Я сползла вниз по стене и, спрятав голову в коленях, накрылась руками.

— Я не могу уйти. — Он опустился рядом и продолжал шептать. — Разве ты еще не поняла, что принадлежишь мне. Я — вот кто тебе нужен. Ни эльф, ни человек, ни кто другой, только я.

Как же я в тот момент его ненавидела. Он говорил все это с грозной иронией, сжигая за мной последний мост к свободной жизни. Жизни без страха и душевных мук.

Я подняла голову и не в силах скрыть боль, прошипела:

— Ты — мое проклятье. Ты — вампир, который забрал у меня все светлое, что еще осталось во мне. Ты убиваешь меня всякий раз, когда находишься рядом. Почему когда я смотрю в твои глаза, я вижу тьму? Что заставляет тебя причинять мне невыносимую боль, от которой хочется кричать? Я больше не могу этого стерпеть. Я ненавижу тебя. Не-на-вижу!

Эмпат подхватил меня на руки и, не обращая внимания на истерику и отчаянные сопротивления, снова отнес на кровать. Присев рядом, он наклонился ко мне и одними губами прошептал:

— Иногда мне кажется, что это я тобою проклят. Ты думаешь, я не испытываю к тебе ненависти? Да я иногда убить тебя готов, уничтожить собственными руками. Но вместо этого я снова и снова возвращаюсь к тебе. Ты как наркотик, без которого я уже не смыслю жизни. И с каждым днем мне нужно его все больше и больше. Можешь ненавидеть меня, проклинать, но, — его голос стал жестче, а глаза превратились в две узкие щелочки, — больше никогда не смей убегать от меня.

Дыхание его участилось, а взгляд заволокло туманной дымкой доселе неведомых мне чувств. Я посмотрела в зеркало когда-то родной для меня души и почувствовала, как силы покидают меня. Больше не хотелось ни сопротивляться, ни кричать, ни плакать. Я была, словно опустошенный сосуд, который в любую секунду мог разлететься на тысячи мелких осколков. И я отдалась на волю вспыхнувшего пламени, которое затопило разум, забрав последние мысли. И только одно слово вырвалось с тихим стоном из груди, прежде чем меня унесло бушующей волной безумной страсти: "Ненавижу".

Уф, что-то мне нехорошо. Я слезла с лошади и опустилась на траву. В глазах потемнело, а по телу пробежала волна озноба, мириадами песчинок рассыпаясь по белой коже.

Прошло три дня, и вот на горизонте показались высокие стены Эсферона. Думала, ни за что не смогу преодолеть такое расстояние за столь короткий срок, но я выдержала. А теперь сидела на земле и не могла пошевелиться. Меня продолжало трясти, бросая то в жар, то в холод.

Нащупав рукой зеркало, я посмотрела на свое отражение. Надо спешить, пока не превратилась обратно в человека. Главное, попасть в город, а там уж я попрошу прибежища у Лесты. Она поможет мне. Должна помочь.

С трудом поднявшись и кое-как умостившись в жестком седле, я дернула поводья. Потерпи. Еще немного и все закончится. Только бы меня пропустили.

Въезжая в городские ворота, я с замиранием сердца следила за молчаливыми стражниками. Вот один из них приблизился ко мне и что-то спросил. Я ответила ему и почувствовала, что еще немного, и я лишусь сознания.

— Проезжайте, — послышался глухой голос, и стражники расступились. Я облегченно вздохнула и перешла в медленный галоп.

Быстрее! Только бы она была дома!

В какой-то момент я поняла, что больше не могу ехать. Последние силы покинули меня, и я снова опустилась на землю. Господи, как мне плохо! Широко распахнув глаза, я попыталась понять, где нахожусь. Кладбище. Я не помнила, как оказалась перед воротами, ведущими в лабиринт. Зато прекрасно понимала, что до дома колдуньи мне не добраться. Нужно что-то делать. Звать на помощь, просить, чтобы меня отвезли к ней. На мгновение сердце озарил луч надежды. Эдинар! Вот кто мне поможет. Нужно найти смотрителя кладбища!

Хватаясь руками за ветви деревьев, я брела по лабиринту, надеясь отыскать сердобольного эмпата. Господи, ну где же он? Хотела крикнуть, но вместо крика из груди вырвался слабый стон.

Словно в тумане я увидела показавшийся из-за деревьев склеп безымянного Владыки. Один раз я уже пряталась в нем, пытаясь избавиться от боли. Но то, что творилось со мной сейчас, ни в какое сравнение не шло с теми муками. Сейчас я умоляла гелланий подарить мне быструю смерть.

Пошатываясь, я брела к склепу, мечтая поскорее опуститься на каменный пол и заснуть крепким сном. К моему великому облегчению дверь оказалась открыта. Ну же, еще немного…

— Демоны! Она должна быть здесь! Они не могли ее забрать!

Я прислонилась к стене и, плотно стиснув зубы, с трудом подавила крик. Спиной ко мне, опустившись на колени возле надгробия, сидел Хелдэн. Он шарил руками по каменной плите и видимо пытался что-то найти.

— Демоновы иллары! — зло прошипел он. — Нет, они ее не забрали. Она здесь! Я знаю!

Понимая, что нужно уходить, я повернулась и, сделав шаг, зацепилась о камень, выдающийся из стены. Перед глазами засверкали разноцветные огоньки, и я полетела вниз.

— Ты! — крикнул он и кинулся ко мне. Схватив за руку, эльф поднял меня и с силой толкнул к надгробию.

Я издала жалобный стон и попыталась отползти к стене, желая скрыться от сумасшедшего взгляда, прожигающего мою душу.

— Значит, ты жива! — шипение стало громче. — Шлюха! Это из-за тебя я лишился обоих сыновей. Если бы не твои чары, ведьма, Владыка бы не убил Одиэна!

Я вжалась в стену, стараясь раствориться в холодных камнях. Убежать, скрыться, только бы не видеть его и не чувствовать, как горящие ненавистью глаза скользят по моему телу.

— Он убил их из-за тебя! — прорычал рассвирепевший эльф.

— Дорриэн любил меня, — откуда-то издалека услышала я собственный голос. — Он наказал тех, кто причинил мне боль!

На секунду в глазах де Ора вспыхнули торжествующие искорки.

— Дорриэн? — Он громко расхохотался. — Идиотка! Ты думала, что все это время рядом с тобой был Владыка?

Сквозь полуопущенные ресницы я наблюдала за искаженным ненавистью и диким смехом лицом своего врага. Что он несет?!

— Ты умрешь, но… — Эльф расправил плечи и расплылся в ликующей усмешке. — Сначала ты узнаешь о том, что твой любимый мертв. Или скоро таковым станет.

Что за бред! О чем он говорит? Я прижала пальцы к вискам и зажмурилась, стараясь избавиться от демонического смеха, все громче и громче звучащего в голове.

Хелдэн бросился ко мне и, впившись пальцами в плечи, закричал:

— Слушай меня! — Он начал трясти меня, будто желая выбить из слабого тела последние силы. — Его уже нет. Он умер. Знаешь, кто занял его место?

Я с испугом смотрела на эльфа, не понимая, о чем он говорит.

— Дорриэна нет. Теперь его место занял Эрот.

— Подожди. — Я вывернулась из крепких объятий и оперлась рукой о стену. Одно из двух, или я окончательно свихнулась, или передо мной стоит сумасшедший. — Хелдэн, — я сделал паузу, собираясь с мыслями, — я не спала три дня, пила какую-то дрянь, от которой мне стало еще хуже, чем от вашей демоновой филонелии. И не смотри на меня так! Я знаю, что вы меня травили! — Я замолчала, чтобы перевести дыхание. — А теперь я встречаю тебя в этом склепе и слышу какой-то бред о Дорриэне и его предке. Все, я пошла.

Я искренне надеялась, что он меня отпустит, но… вместо этого получила увесистую пощечину и тихонько повизгивая, сползла по стене обратно на землю.

— Нет, я не подарю тебе быструю смерть. Это было бы слишком просто. Сначала я тебе кое-что расскажу.

Я вздрогнула и зажмурилась. Пусть говорит все что хочет. Мне все равно. Я прекрасно понимала, что живой мне отсюда не выбраться. Но это меня нисколько не пугало. Какая теперь разница? Дорриэн мертв, а значит и мне нет смысла продолжать жить.

— Много веков назад первый Владыка Тэр ашт' Сэйн отдал душу за обладание одной маленькой вещицей. Тогда он думал, что, проведя Обряд Смешения Кровей, станет бессмертным, и долг возвращать не придется. Но… — Эльф прислонился к надгробной плите и стал внимательно следить за моей реакцией. Так и не увидев ничего, кроме блуждающей по лицу апатии, он раздраженно продолжил. — Обряд был проведен неверно и вскоре Владыка умер. А так называемая звезда, которая и являлась источником его основной силы, была спрятана в гробнице Владыки.

— Откуда тебе все это известно? — не сдержавшись, спросила я, и получила в ответ хищную улыбку.

— Я потратил годы, чтобы узнать и понять эмпата. Собирал по крупицам информацию о Владыке и, наконец, узнал, где спрятан камень.

— Камень? — Я вздрогнула и посмотрела на эльфа. — Это ты о камне илларов говоришь?

Хелдэн изменился в лице. По гладкой коже поползли красные пятна, а в глазах засверкало пламя дикой ненависти.

— Значит, он все-таки был у них. А теперь? — Заметив, как я напряглась и сжала руки в кулаки, он воскликнул. — Ты! Это тебе они его отдали!

— Ты собирался рассказать о Дорриэне, — напомнила я де Ору и почувствовала, как липкий страх прокрадывается в душу.

Короткая усмешка, и вот он уже склонился надо мной.

— Последние желание убийцы моих детей для меня закон. Эта звезда… Она была создана, чтобы разрушать. Она является источником безграничной силы. Но и сама нуждается в постоянном пополнении. Теперь я понял… Вот только почему они выбрали тебя… Ведь ты же…

— Хелдэн! — оборвала я бормотание эльфа. — Хватит! Или говори нормально или скорее меня убивай — Достали! Везде тайны, заговоры, интриги. Еще немного и я волком взвою!

Удивленный моей реакцией, он запнулся, но тут же усмехнулся и продолжил.

— Не знаю, каким образом илларам или кому другому удалось выкрасть камень, но так или иначе, а он оказался у них. Вот только держать его у себя они не могли. Сущность звезды состоит в том, что она питается жизненными силами того, кто является ее обладателем. Поэтому-то Эрот забирал энергию у других живых существ, так как камень в свою очередь забирал ее у него. Обычных кристаллов для пополнения запаса ему не хватало.

Я думаю, все было так. Когда иллары поняли, что хранить звезду они больше не могут, лесные правители решили избавиться от камня. Но как? Уничтожить его они не могли. Есть только один способ… Но об этот потом. У них не было выбора, кроме как передать камень кому-нибудь другому. Желательно тому, кто представления не имеет о том, что это за вещь. Тому, кого не будут искать. Скорее всего, они рассуждали так: пусть лучше звезда пропадет, чем попадет не в те руки.

Ноэль, также как и ее мать обладала пророческим даром. Она знала, что Эрот вернется. Знала, что первое, что он сделает — это начнет искать камень. И если найдет, то никакая сила уже не спасет Этару от его власти.

Хелдэн продолжал говорить, а я сидела и видела перед глазами ту ночь.

"Вчера на рассвете стражи леса нашли возле озера вот это… — услышала я в сердце тихий голос Ноэль. — Мы считаем его упавшей звездой… Падение звезды должно было совпасть с появлением избранного в наших лесах…"

Наконец все встало на свои места. Не было никакого избранного. Не было пророчества. Ниоткуда она не падала. Меня обманули. Снова. Использовали, чтобы избавиться от ставшего обузой камня. Иллары отдали его мне, заранее зная, что рано или поздно он меня уничтожит. Они намеренно обрекли меня на верную смерть…

— Вот только я не пойму, почему ты до сих пор осталась жива? — тем временем изумлялся Хелдэн. — Если Эрот ослабевал от ее влияния, то как ты, обычная человеческая девчонка, смогла так долго хранить ее у себя? Звезда ведь у тебя, не так ли?

Я молча кивнула. Отрицать очевидное не имело смысла.

— Сейчас ты мне ее отдашь, — радостно воскликнул эльф. — Но сначала…

— Что за пламя горит внутри звезды? — тихо спросила я. Кажется, превращение завершилось. Я почувствовала, что озноб спал, а веселые огоньки, непрестанно мельтешащие перед глазами, начали таять.

И снова эта ядовитая усмешка.

— Вот об этом-то я и хочу тебе рассказать. — Хелдэн обошел склеп по кругу и вернулся ко мне. — Кажется, я уже говорил, что звезду невозможно уничтожить? Кроме как… В общем, слушай…

Лучше бы он мне этого не говорил. Я готова была услышать все что угодно, но такое! Тогда мне казалось, будто земля разверзлась подо мной, готовая поглотить меня вместе с ЕГО душой.

— Помнишь тот вечер в Гвенделоне? Приезд Владыки, ваше прощание у стен замка. — Эльф расхохотался. — Я тогда стоял у окна и видел, как он обнимал тебя. Видел, каким влюбленным взглядом ты провожала его до дверей. И я был уверен, что ты приедешь в Драгонию, прибежишь к своему любимому, ожидая увидеть того Дорриэна, который был с тобой в Долине. Ты искала любовь, а вместо этого нашла ненависть и презрение.

Он продолжал смеяться, наблюдая за тем, как я сжимаюсь на полу и тихо плачу.

— Это был мой триумф. Никто и никогда прежде не воскрешал душу мертвого. Тем более, проклятую душу. А я сделал это. Место Дорриэна занял Эрот. А душа Владыки отправилась в заточение. В клетку. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я сейчас говорю? — Он опустился около меня и коснулся рукой моих волос. Я дернулась, с трудом сдержав рвущиеся наружу рыдания. — Я заманил эмпата, чтобы провести обряд. Знал, что звезду не могли уничтожить. А значит, где бы она ни была, она все равно притянет к себе изгнанную душу. Он умер, Нарин. А тот монстр, что все время находился рядом с тобой — это наш Владыка Эрот. Сейчас он готовится к битве. Последней битве за Этару. Видишь как все просто… — Продолжая улыбаться, эльф принялся ходить по склепу из стороны в сторону. — Короткий обряд и место одного Владыки занимает уже другой.

Я поднялась и, все еще держась за стену, сделала несколько шагов по направлению к двери. Он готовится к битве. Значит… он жив? Боже, только бы это было правдой! Я почувствовала, как что-то острое, в последние дни терзавшее сердце, тает, уступая место светлому лучику надежды.

— С того момента звезда стала вытягивать жизнь из этого маленького синего пламени. Я имею в виду душу Дорриэна. — Де Ор казалось, позабыл о моем существовании и разговаривал сам с собой. — Душа будет медленно умирать. А когда пламя погаснет, она продолжит отбирать жизненные силы у ее обладателя.

— А если пламя еще не погасло? — Я остановилась и бесстрашно посмотрела на эльфа. Теперь мне не хотелось умирать. Нет, я верну Дорриэна, а для этого должна выжить. — Ведь раз можно было изгнать душу Владыки и призвать душу Эрота, значит можно сделать и наоборот. Заменить ее или, я не знаю, отправить Эрота обратно в ад. — Произнеся вслух имя проклятого Владыки, я вздрогнула. Он и я… Демоны! Это что же получается, я изменила Дорриэну с его… Нееет!

Эльф как-то странно на меня посмотрел и перестал улыбаться. Мне даже показалось, что он хочет спросить, все ли со мной в порядке.

— Зачем мне возвращать Дорриэна? Нет, мне еще нужна звезда. Если не дать ей уничтожить заключенную в ней душу, забрать все до последней капли, она потеряет силу. Но без звезды я не смогу привести в исполнение свой план. Нет. Дождусь, пока умрет Дорриэн, затем уничтожу душу Эрота, а после избавлюсь от этого недоумка Седрика и у Долины, наконец, появится мудрый правитель.

— Сумасшедший, — поправила я эльфа. Нет, ну сколько можно? Все только и делают, что борются за власть. Шерэтт, Эрот, Хелдэн. А мы с Дорриэном, за что мы должны страдать от их бредовых желаний и амбиций?!

— А ты не боишься, что звезда заберет твою жизнь? — Так, надо заговорить ему зубы и постараться выбежать наружу. А там уже кричать и звать на помощь.

— Я не… Тварь! — прорычал он, заметив, как я кинулась ко входу в склеп. — Никуда ты не уйдешь! — Он схватил меня и прижал к стене. — Где она? Отвечай!

— Будь ты проклят, эльф! — прошипела я, смотря ему прямо в глаза. — Ты не получишь ее. Ни-ко-гда!

Ай! Ну зачем же так сильно?! Ну почему меня постоянно бьют все кому не лень? Чем заслужила слабая беззащитная девушка подобное обращение?

— Где она? — повторил он, сжимая пальцы вокруг моей шеи. — Может, здесь? — Свободной рукой он начал шарить по моему плащу, в надежде отыскать камень.

Этого я не могла стерпеть. Почувствовав, как длинные пальцы пробрались под плащ и обхватили меня за талию, я прошипела проклятие и попыталась ударить его коленкой в пах. Похоже, де Ор предугадал мои действия, так как пальцы еще сильнее сдавили горло и вжали меня в стену. Я беспомощно задергалась, пытаясь высвободиться из его рук. Но разве можно справиться с тем, кто одержим желанием уничтожить тебя? Тем более, если сил в тебе практически не осталось. Глаза заволокло черной пеленой. Откуда-то издалека я услышала собственные судорожные хрипы, в одно мгновение заглушенные яростным криком феникса.

Хелдэн побелел. Отступая назад, он покачнулся и упал на землю. В глазах застыл ужас, а из горла вырвалось тихое шипение. Я в немом шоке смотрела на тело эльфа. Никогда прежде не видела, как красный феникс убивает. Случай с воскресшими мертвецами был не в счет.

И снова как тогда я почувствовала сильную слабость. Очень захотелось спать. Закрывая глаза, я попросила Феню лететь за подмогой и скорее возвращаться, а в голове продолжал звучать душераздирающий крик красного феникса.

— Ну наконец-то! Сколько можно спать? — улыбаясь, спросил Рэй и поцеловал меня в лоб. — Знала бы ты, что я пережил, когда увидел тебя в том склепе. Если бы не Феня…

— А где он? — Я приподнялась на подушках и поискала глазами своего питомца. Он тут же обнаружился на спинке кровати. Феникс радостно взвизгнул, отчего мы с Рэем поспешили заткнуть уши и, взмахнув крыльями, подлетел ко мне. Поглаживая сверкающие красные перышки, я любовалась своей птицей. Только сейчас поняла, как я по нему скучала. — Спасибо, — ласково прошептала я. — Если бы не ты, меня бы уже не было в живых.

Дальше посыпались вопросы, на которые Рэй едва успевал отвечать. Как я и предполагала, Феня не чувствовал меня. Каждую ночь он улетал из Эсферона и только один Бог знает, где носило моего питомца. Скорее всего, он пытался найти меня, надеялся услышать мой голос. Но из-за яда я никак не могла связаться с фениксом. И только когда приехала в Эсферон, ему удалось меня почувствовать. К счастью, вовремя.

— Я думала вы уже в Нельвии. Разве Теора не потребовала вашего возвращения? — Я с благодарностью приняла из рук друга горячий чай и пирожные, по всей видимости, купленные в кондитерской на мосту Дриад.

— Мы и собирались туда поехать. Подождав в Ирриэтоне три дня и удостоверившись, что о твоем побеге пока еще никому кроме Эви и Морта не известно, мы покинули замок, решив по пути заглянуть к Лесте. Хотелось проститься с эмпатией. Ты же знаешь, как мы ее любим.

Я недоверчиво посмотрела на друга. Чтобы эти трое добровольно отправились в гости к колдунье и потратили несколько часов на разговоры с пожилой эмпатией? Очень сомнительно.

— А если честно? — Я прищурилась и заметила, как лицо эльфа наливается краской.

— У нас деньги кончились. Теора потребовала срочно возвращаться, и нам ничего не оставалось делать, кроме как просить помощи у эмпатии. Эдель и Вола мы побоялись трогать. После того случая… — Он запнулся и опустил глаза в пол. — К Дорриэну вообще стало страшно подходить. В последнее время он стал неуправляем. Представляешь, что он потребовал от Теоры? — возмущался эльф. — Сказал, что если она не вернет ему часть восточных земель, когда-то принадлежавших эмпатам, он объявит Нельвии войну. И тогда уже эмпаты не ограничатся восточным краем.

Когда мы приехали к Лесте, прилетел феникс от Ее Величества. В общем, Теора приказала оставаться в Драгонии и ждать ее дальнейших распоряжений. Ну мы и остались. В Ирриэтон возвращаться не стали, приняв приглашение Лесты погостить пока у нее. А когда Лор получил от матери очередное письмо, Владыка куда-то уехал. И вернулся, как нам сообщили, только вчера ночью. Сейчас Лор у него. Передает слова Теоры.

Вернулся! Я вскочила с постели и с радостным криком закружилась по комнате. Лучше бы я этого не делала. Почувствовав, что еще немного и ноги перестанут меня слушаться, я остановилась и зажмурилась, не веря своему счастью. Значит, эльф не соврал. Он жив!

— Рэй, где мои сумки? — Надеюсь, они нашли оставленную у ворот лошадь. — Там звезда! Где она?

— Успокойся. — Приятель поднялся и подошел ко мне. — Все твои вещи на месте. В сундуке и шкафу.

Я бросилась к деревянному сундуку, стоящему у спинки кровати. Демоны! Где же этот мешочек? Наконец под грудой белья я отыскала свой камень.

— Почти не горит, — прошептала я и поцеловала холодную звезду. — Рэй, где Леста? Мне нужно срочно с ней поговорить.

— Отправилась вместе со Стэном на рынок за какими-то травами. Они решили всерьез заняться твоим здоровьем.

— К черту здоровье! — прокричала я и достала из шкафа платье. — Пойдем на рынок. Нельзя терять ни минуты. Пока он не умер… Ведь душа… Рэй, — я в отчаянии посмотрела на друга, — а если уже поздно и ничего нельзя сделать?

Приобняв за плечи, эльф подвел меня к кровати.

— Нарин, ты еще очень слаба. Приляг. — Он коснулся рукой моего лба и недовольно произнес. — Ну вот, опять поднялась температура! Отдохни. Как только вернется Леста, я сразу же приведу ее к тебе. А сейчас поспи.

Я попыталась сопротивляться, но слабость навалилась на плечи, заставив меня вернуться в постель. Никта говорила, что я буду недомогать несколько дней. Демоны! Мне сейчас не о здоровье нужно думать! Зажмурившись, я тихо шептала молитву, обращенную к небесам: "Боже, умоляю, дай мне время все исправить. Помоги вернуть… его…"

Рыжий кот спрыгнул с кресла и, подбежав ко мне, вальяжно растянулся у меня на коленях. Я провела рукой по гладкой шерстке и услышала в ответ довольное мурлыканье. Похоже, только ему сейчас было хорошо. Остальные участники этой волнующей сцены неподвижно замерли на своих местах и с искаженными страхом лицами следили за движениями моих рук. Тяжелее всего было Лесте. Не знаю, как мне хватило духу рассказать ей о том, что ее сын вернулся и сейчас находится в теле ее пра…внука, но другого выбора у меня не было. Сначала они мне не поверили. Начали говорить о сильном переутомлении, сложном периоде в жизни и прочей ерунде. Когда же я начала кричать и грозить, что если они мне не помогут, Дорриэн умрет, а Этара превратится в поле битвы демонов, которые уничтожат наш мир, голоса смолкли. И только тихие всхлипы колдуньи нарушали повисшую тишину.

— Леста, ты ведь однажды уже… уничтожила Эрота. А теперь, что нам теперь делать?

Эмпатия побледнела и, поднявшись, прошлась к окну. Я чувствовала ее боль, чувствовала, как сердце матери разрывается от осознания того, что ей снова придется убить сына. Эльфы и Лор продолжали хранить молчание, также как и колдунья. Но вот она обернулась и дрогнувшим голосом прошептала:

— Я не смогу сделать это еще раз. Прости.

— Ты должна! — закричала я и подлетела к эмпатии. — Разве ты не понимаешь, что он творит?! Он вызывает демонов, чтобы завладеть Нельвией, Долиной, всей Этарой! А ты стоишь здесь и говоришь, что ничего не можешь сделать. — Я продолжала кричать, не обращая внимания на слезы, горячим потоком стекающие по лицу колдуньи. — Время Эрота прошло, а его жизнь только началась. Почему же ты хочешь лишить Дорриэна ЕГО жизни? — Взяв себя в руки, я в последний раз холодно взглянула на эмпатию и направилась к двери. — Если ты этого не сделаешь, то это сделаю я. Я верну Дорриэна, чего бы мне это ни стоило!

Сейчас же поеду в Ирриэтон и… И что я там буду делать?

— Остановись, — прошептала эмпатия. — Мы вернем Дорриэна. Эрот не повторит своих ошибок.

Я обернулась и стала терпеливо ждать, когда же она начнет говорить.

— Ты ведь видела ту ночь, когда убивали Алию и Элая? — После моего утвердительного кивка Леста громко вздохнула и продолжила. — Я тогда стояла на холме и наблюдала за тем, как… мой сын убивает их. Но что я могла сделать? — воскликнула она и упала в кресло. — Я не могла его остановить. Никто не мог! В него словно демон вселился. Еще с юности Эрот был одержим идеей подчинить себе Этару. Не знаю, откуда это в нем… Его отец не был таким. По крайней мере, во времена нашего правления войн не было.

Я слышала, как Алия кричала проклятия, чувствовала, как ее юное сердечко разрывалось от боли. А потом она затихла. Прошло время. Эсферон начал разрастаться. Та поляна, где был проведен Обряд, превратилась в кладбище. Это я хоронила их. Также как и всех своих потомков. — Я сочувственно посмотрела на эмпатию. Как же ей тяжело переживать все это вновь. — Однажды, прогуливаясь по лабиринту, я решила пойти к их могилам. Тела несчастных влюбленных были похоронены на том самом месте, где текла их кровь. Долгие годы там ничего не росло. Но в тот день я впервые увидела на их могилах цветок. Прекрасные красные лепестки укрывали землю. Мы назвали его арделия. Вскоре цветком заинтересовалась не только я. Парфюмеры научились делать из него прекрасные духи. Но, — она улыбнулась печальной улыбкой и продолжила, — ты же знаешь, как я люблю изучать травы и растения. Я решила изучить арделию. Хотела понять, обладает ли этот цветок целебными свойствами и если да, то какими.

В то время мои отношения с сыном практически свелись на «нет». Он не хотел слушать меня, а я не желала понять его. Началась война. Доселе наша земля не видела ничего ужаснее. С помощью звезды и других артефактов, боюсь даже представить, где он их взял, Эрот начал вызывать демонов Тьмы. Он не понимал, что рано или поздно, но он потеряет над ними власть и тогда эти твари уничтожат не только Долину, Нельвию, Астен, но и его королевство.

— Но почему они ему повиновались? — недоуменно спросила я. — Вернее я понимаю, что дело во всяких там магических штучках, как, например, эта звезда. Но оно им надо было покидать ад или эту вашу Тьму и тащиться на Этару, чтобы кого-то там убить. Им-то с этого какая была выгода?

— Души, дорогая, — слишком спокойно ответила колдунья. Как будто мы сейчас говорили о чем-то незначительном. — Души живых. Видишь ли, попадая в чужую для них среду, демоны обретали плоть и становились уязвимы. Для пополнения источника сил им необходимы были души. Поэтому-то чтобы выжить в чуждом их природе мире, демонам приходилось убивать. Влекомые жаждой крови, они искали наиболее густонаселенные места, где бы можно было собрать большую жатву крови.

Убивая живое существо, они забирали себе его душу и обретали мощь. И чем больше смертей, тем сильнее они становились. Вот поэтому-то Эрот и потерял над ними власть. Если сначала на землю явилась просто тупая орава диких зверей, таких как шарки и другие мелкие демоны, которыми легко было повелевать и направлять в те края, которые Эрот желал подчинить своей власти, то со временем они окрепли и перестали слушаться моего сына. К счастью, мы вовремя остановили Владыку и сумели с помощью звезды загнать большую часть демонов во Тьму. Однако некоторые до сих пор живут на Этаре в животной личине. Хотя, думаю, их осталось не так уж много. Ими-то и управлял Шерэтт. Вот только для меня до сих пор остается загадкой, каким образом ему удалось подчинить себе гарпий. В отличие от шарков, они умны и хитры…

Ну вот, а раньше Леста клялась и божилась, что знать не знает ни о каких гарпиях, звезде и иных мирах. Значит, за все это время я не услышала от нее ни слова правды. Мне вдруг стало очень обидно за себя. Получается, все меня обманывали: Теора, Леста, иллары. Решили, вот нашлась дурочка, которую можно использовать в своих целях. Одна наплела мне, что только я смогу найти убийцу эмпата, который в принципе никогда не умирал, другие возвели меня в ранг спасительницы и сказали: "Иди, спасай наш мир. Ты — наша последняя надежда, так что забирай себе этот красивый камешек и топай с миром". А я, идиотка, развесила уши и спокойно ждала, пока добренькие лесные правители обвешивали их лапшой быстрого приготовления. "Дура, — пропел внутренний голос, но, почувствовав, что еще немного и его хозяйка разразится в истерических рыданиях, тихонько так залебезил. — Ничего, если Солэн и Ноэль живы, мы найдем их. А там уж…" Я кровожадно улыбнулась, представив в голове это "а там уж". Сожгу их лес во второй раз, к чертовой матери! А то дупло, в которое меня привел Тофий, порубаю бензопилой на опилки и буду долго смеяться, глядя на их испуганные бледные физиономии.

Я перевела взгляд на колдунью. Ой, чего это ее так передернуло?

— С тобой все в порядке? — залебезила она не хуже моего внутреннего голоса.

— Чудесно! — слишком ласково ответила я, продолжая улыбаться. — Ну так может ты все-таки поведаешь нам, как избавиться от твоего ненормального сынка?

Почему-то жалости к ней я больше не испытывала. Да и вообще, теперь я решила ни к кому и никогда не испытывать этого бесполезного чувства. Ты всех жалеешь, думаешь, какие они несчастные, что им, бедненьким, надо обязательно помочь, а то как же они без меня, а эти «бедненькие» тем временем в нагую тебя используют. Все, баста! Сейчас избавлюсь от Эрота, верну Дорриэна, не допущу появления демонов на Этаре и отправлюсь с мужем (ведь мы же все равно поженимся) в кругосветное путешествие. Даже в Астен заглянем. Хоть гномы и чокнутые создания, но повернуты не на власти, а на безобидных загадках. Устрою им брейн-ринг. Еще посмотри, кто кого одолеет.

— Нарин, с тобой точно все в порядке? — А это уже беспокоятся мои верные друзья, чтоб их!

— Да нормаль, нормально, — ответила я и перевела взгляд на Лориэна.

Вот он! Почему он не рассказал мне правду о матери еще до того, как я стала посланницей. Я бы уже была дома. Никто бы меня не травил, не душил, не впутывал в свои грязные интриги. А эти двое! Мой взгляд переместился на близнецов, которые сразу же съежились и недоуменно сдвинули брови к переносице. Им что, трудно было настоять на том, чтобы я тогда покинула Этару? Ведь портал был уже открыт. Оставалось только каким-то образом забраться на потолок (представив себя, висящей на люстре, я помимо воли улыбнулась) и, помахав всем ручкой, отправиться воскресать в свой мир. Но нет! Им не хотелось со мной расставаться, и они с радостью поддержали мое решение остаться.

Леста что-то говорила. Заставив себя собраться и прекратить обвинять в своих проблемах всех, кроме себя самой, я вся обратилась в слух.

— Я очень хорошо помню тот вечер. Так, будто это произошло совсем недавно. Погода была отвратительная. Сильно похолодало. За окном разрывался ветер, а дождь, казалось, решил смыть с лица земли Эсферон и его жителей.

Целый день я провела в лаборатории, исследуя травы, которые привезла из Долины. К тому времени я уже смирилась с мыслью, что никакой пользы от арделии не будет. Из нее получались прекрасные духи, но не больше. Но так как мне очень нравился ее запах, я решила приобрести для себя эфирное масло арделии и попробовать смешать его со своими бальзамами.

Вечером, готовясь ко сну, я как обычно вылила себе на ладонь несколько капель бальзама и начала втирать их в кожу. Затем вспомнила, что забыла забрать из гостиной книгу, которую собиралась ночью дочитать и вышла на лестницу. Ступив на первую ступеньку, я почувствовала, что ноги не держат меня, и полетела вниз. Очнулась несколько часов спустя в своей комнате. Надо мной склонились встревоженные лица лекаря и служанки. Эйна услышала шум и выбежала посмотреть, что могло случиться в такой поздний час. Увидев меня без сознания, она побежала за помощью. Лекарь сказал, что у меня случился резкий упадок сил. Тогда мне потребовалось несколько кристаллов, чтобы восстановить запас. Хотя обычно мне хватало одного на два-три дня.

Но это еще полбеды. В следующие дни я не могла использовать свои силы. Совершенно. Я читала заклятия, но ничего не происходило. Такое ощущение, будто магия покинула меня. И только по прошествии трех дней я почувствовала, что силы вернулись ко мне.

Вскоре то же самое случилось с моей служанкой. Бедняжка убиралась в моей комнате и решила попробовать косметику своей хозяйки. Ей очень понравился запах бальзама, и она не преминула тут же им воспользоваться. Вернувшись домой, я нашла девушку без сознания. На это раз мне пришлось бежать за лекарем. Когда Эйна пришла в себя, мы начали спрашивать у нее, что случилось. Девушка сказала, что решила попробовать мой бальзам, а потом потеряла сознание. Тогда мне стало ясно, что дело тут в масле арделии.

До сих пор я пользовалась только духами, но никогда не использовала эфирное масло. Обратившись к более опытным травникам, я утвердилась в мысли, что этот цветок не обладает никакими целебными свойствами. Наоборот, если вылить на кожу хотя бы каплю этого масла, силы покинут тебя. И несколько дней ты не способен будешь колдовать. — Леста задумчиво улыбнулась. — После того момента я перестала пользоваться даже духами.

— Значит, нам нужно измазать этим чудодейственным средством Эрота? Я правильно поняла?

Вот только как это сделать? Я принялась кусать губы, раздумывая как осторожно, так чтобы он не заметил, лишить Владыку силы.

— Добавим его в какое-нибудь средство…

Рэй громко хмыкнул и ядовито поинтересовался:

— Предлагаете подарить Владыке крем для рук? Боюсь, он этого не оценит. Да и, простите Леста за горькую правду, но он ведь знает, кто лишил его силы в прошлый раз. Так что от вас подарки он принимать точно не будет.

— А я и не собираюсь ничего ему дарить, — спокойно ответила эмпатия. — Это сделает Нарин.

Знаете, я даже не удивилась ее словам. К тому времени я уже свыклась с мыслью, что вся черная работа всегда достается мне.

— Я должна буду что-то дать ему?

— В каком-то смысле.

Нет, ну чего она улыбается?! Раньше Леста так улыбалась, когда проводила со мной тренировки. Ласково и дерзко одновременно. Помню, мне всегда становилось не по себе от этой ее улыбки. Когда же эмпатия поведала нам свой план, я негодующе воскликнула:

— А ты не подумала, что я тоже лишусь сил и грохнусь в обморок прямо к его ногам?! — "Было бы чего лишаться, — завела живущая в моей голове язва. — Расслабься. У тебя их и так уже не осталось. Так что терять тебе все равно нечего".

"Да пошел ты!" — раздраженно ответила я. Кажется в слух, потому как встревоженные взгляды снова устремились в мою сторону. Мой внутренний диалог был прерван спокойным голосом колдуньи.

— Арделия забирает силы только у эмпатов. Должно быть, это еще одно наше проклятие. Цветок, выросший на крови убитых, не может нести пользу их убийцам.

Это точно. Наверное, арделия для эмпатов — это как чеснок для вампиров.

— Ну раз такое дело, я попробую, — нехотя согласилась я и поднялась, чтобы отправиться к себе наводить красоту.

— Я сейчас поеду в Ирриэтон, — заявила Леста и позвала служанку. — Нужно поставить в известность Арона и других старейшин.

— А если они вам не поверят? — подал голос до сих пор молчавший Лор.

Колдунья прищурилась, отчего морщинки вокруг глаз стали еще заметнее.

— Если кому они и поверят, так только мне. Тем более им уже должно быть известно о грандиозных планах Владыки покорить мир. Это и будет доказательством моим словам.

Мы расступились, давая ей пройти. Слезы высохли, и теперь в ее глазах читалась холодная решимость покончить с сыном раз и навсегда.

— Леста, — окликнула я эмпатию. — Тот склеп, из которого вы меня забрали — это склеп Эрота?

Колдунья молча кивнула и вышла. А я стояла и чувствовала, как щеки наливаются краской гнева. Еще один обман. Интересно, в этом мире есть хоть что-то не оскверненное грязной ложью этарцев?

В Ирриэтон мы приехали на закате. Видели бы вы, как на меня смотрели стражники — испуганно, удивленно и медленно бледнея. Точно такие же взгляды провожали меня, когда я шла коридорами замка, высоко подняв голову. Кого-кого, а посланницу здесь точно не ждали. Непонятно почему, но эмпаты считали меня виновной во всех несчастьях, обрушившихся на Драгонию. Это я стала причиной смерти Уэйна, которая повлекла за собой столько бед. Я была той, кто чуть не лишил жизни их принцессу и из-за меня Владыка в последнее время ходил чернее тучи. И вот я вернулась. Вернулась, чтобы принести новые беды. По крайней мере, именно это читалось на их лицах. Никто не спешил приветствовать меня. Даже Лин и Тэнак, которых я заметила в одном из залов замка, одарили меня холодными кивками и отвернулись. Что ж, их можно понять. Они многого не знали и имели полное право судить меня хотя бы за то, что я покушалась на Эдель.

Я мелко дрожала, представляя нашу с ним встречу. И боялась, что не сдержусь и выдам себя. И тогда нам уже не остановить Владыку. Тогда все будет кончено.

Я старалась не смотреть по сторонам, боясь встретиться с кем-нибудь взглядом. Только бы все это поскорее закончилось, напряженно думала я. Внезапно до моего слуха донесся тихий возглас, и я обернулась. В нескольких метрах от меня возле двери стояла Эдель. Эмпатия подобрала юбки и хотела броситься ко мне (надеюсь, чтобы обнять, а не придушить), но тут за ее спиной показался Воллэн и, схватив супругу за руку, увел обратно в зал. Я зажмурилась, стараясь сконцентрироваться на Владыке, а не на полном ненависти взгляде советника. У меня еще будет время все объяснить. Надеюсь, он поймет меня и простит. Сейчас главное увидеть Владыку.

— Готова? — Леста ободряюще улыбнулась и провела пальцем по моим губам. Я почувствовала нежный запах арделии и, поборов в себе желание слизнуть сладкий бальзам, улыбнулась ей в ответ. — Теперь все зависит только от тебя.

А разве когда-нибудь было иначе? Нет, все всегда зависело только от меня одной. Ошибусь, и все шишки снова полетят в мою сторону.

Постояв какое-то время возле дверей в покои Владыки, я осторожно постучала. Льдинки в знакомом тихом голосе разрешили мне войти…

Этим же вечером мы покинули Эсферон. Эдель и Воллэн отправились на юг предупредить Седрика о надвигающейся беде и обыскать Гвенделон. Поняв, что Воллэна мне не переубедить, я попыталась надавить на него через Эдель. Уж кому-кому, а сестре не может быть безразлична жизнь брата. Видели бы вы выражение моего лица, когда я услышала от нее тихое "Прости, но судьба Этары в наших руках". Тогда я побежала к Лесте, Арону, но никто не хотел меня слушать. Все твердили одно: "Спасем мир, тогда и вернем Владыку". Что я только не делала. Рыдала, умоляла, грозила им вечными муками ада, которые не заставят себя ждать, если они не вернут его мне! Без толку. Для них было проще притвориться глухими, нежели внять моим мольбам. Даже близнецы с Лором и те осудили меня, сказав, что я как всегда думаю только о себе да о своих желаниях. О себе! Вот вам и благодарность за все, что я сделала для этого мира!

Понимая, что звезду мне не отдадут и решения своего они не изменят, я постаралась уговорить Вола хотя бы взять меня с собой в Неаль. Знаете, что он мне ответил? Кажется, эмпат не учел то состояние, в котором я пребывала, потому как спокойно, без лишних сантиментов, сказал: "Хватит закатывать истерики и донимать всех своим нытьем. Без тебя тошно. Ты едешь в Нельвию, и это не обсуждается!" Объяснил он это тем, что, видите ли, если Его эльфийскому Величеству уже стало известно о кончине Хелдэна, то он должен был очень расстроиться по этому поводу. Кому приятно потерять главного советника, который за тебя решает все государственные проблемы? А узнав, кто стал причиной смерти всего семейства, король может захотеть отомстить. Опять месть! Поэтому самым лучшим для меня будет ближайшие пару сотен лет обходить Долину десятой дорогой и молить Бога, чтобы оскорбленные до глубины души эльфы не подослали ко мне убийцу с каким-нибудь редким ядом, от которого я буду умирать медленно и в страшных муках. В общем, как вы поняли, в Долину мне теперь вход заказан.

Поговорив со всеми с кем только можно было, но так ничего и не добившись, я вынуждена была вернуться к себе и готовиться к новому путешествию. Войдя в комнату, увидела Эви. Эмпатия порхала над моими сумками, словно бабочка над цветком, но, заметив меня, застыла на месте и опустила взгляд в пол. "Только тебя сейчас не хватало", — с раздражением подумала я и попросила ее оставить меня одну. Но Эви решила взять пример с остальных и не слушать криков посланницы. Она начала нести какой-то бред о лекарстве, о том, что ее об этом попросил Владыка, а флакончик дал Одиэн. Я устало опустилась на кровать и с отрешенным видом следила за скользящим по стене лучиком света.

— Хорошо, Эви, иди.

— Вы меня прощаете? — с надеждой прошептала эмпатия.

— Да.

Когда за служанкой закрылась дверь, я в изнеможении упала на подушки и тут же заснула мертвым сном.

— Что-нибудь случилось?

Заметив, как остановился Олнар — капитан нашего отряда, все остальные последовали его примеру. Я, близнецы и Лор ехали рядом с ним, чуть поодаль следовали Леста и доктор Морт. А замыкали процессию несколько солдат, магов и, конечно же, наш Владыка. Я старалась не смотреть на эмпата, который с трудом держался в седле. Да и выглядел он так, будто в любой момент готов был испустить дух. Не понятно почему, но меня мучили угрызения совести. Вроде бы все сделала верно — лишила силы полоумного тирана. Но тогда почему у меня такое ощущение, будто моя душа испачкана помоями? Эрот ведь зло. А зло породило другое, еще более страшное зло, которое нам теперь предстоит уничтожить.

Трое старейшин с небольшим войском должны были двинуться следом за нами. Всей армией старейшины побоялись рисковать, посчитав, что большая часть все же должна остаться в Драгонии. Если падут Нельвия, Долина и Астен, окрепшие демоны перекинутся на Королевство Света. И тогда уж эмпатам понадобится вся их мощь, чтобы сразиться с прожорливыми тварями.

— Видите вон ту деревеньку? — спокойно сказал подъехавший к нам маг и указал на небольшое поселение, расположенное в низине. — С минуты на минуту туда нагрянет отряд демонов. Надеюсь, небольшой.

— Откуда знаете? — спросила я, поражаясь уверенности, с которой все это было произнесено.

— Мы чувствуем их, — ответил еще один поравнявшийся с нами маг.

В смысле чувствуют? Носом что ли? Я принюхалась, но ничего кроме свежего воздуха, наполненного ароматами зеленых трав и цветов, не учуяла. А может они ошиблись, и не будет никакого нападения?

— Поехали, надо им помочь.

Я искоса глянула на магов. Смотрите какие мы добрые! С каких это пор эмпатов стали заботить людские судьбы?

Во все края Этары были посланы фениксы с предупреждением. Жители деревень и небольших, плохо укрепленных городов, покидали свои дома и спешили просить убежища в больших городах, где был шанс спастись от демонов. Вот только это был очень маленький шанс.

— Крестьян уже должны были предупредить. Если они не дураки и в полной мере осознали грозящую им опасность, то думаю там никого нет. Так что не будем терять время и спускаться в долину.

Несколько осуждающих взглядов заставили меня заткнуться и обиженно поджать губы. Нет, ну это же не дело! Если мы будем останавливаться в каждой встречной деревеньке и спасать горстку крестьян, то нам и за месяц не добраться до Нельвии. Демоны! Всех все равно не спасешь!

Я исподлобья глянула на магов. Я что, забыла заблокироваться? Сейчас их взгляды перешли из фазы осуждения в фазу презрения. И как они не понимают, что я думаю не о себе, а о жизни их Владыки!

— А вот и наши демоны, — чуть ли не улыбаясь, просветил нас Олнар и принялся на ходу разрабатывать стратегию наступления.

Я глянула вниз и заметила около дюжины монстров, показавшихся из лесной чащи. Шарки и другие крупные демоны бежали впереди. За ними следовали более мелкие твари. Точно такие же охраняли храм Иценуса в ту злополучную ночь, когда Шерэтт вознамерился провести обряд. На мгновение они остановились, будто бы принюхиваясь и желая понять, есть ли здесь чем поживиться. Значит есть, констатировала я, глядя как они, громко зарычав, поспешили к крохотному поселению.

Да-а, такую ораву быстро не одолеешь. Это что ж получается, мы застряли здесь до вечера?

— Лети за мной, — шепнула я фениксу и направила лошадь вниз по склону.

— Остановись! Я же сказал ждать моего приказа! — прокричал капитан. — Идиотка!

Проигнорировав оклик солдата, я сказала:

— Так, Феня, я сейчас привлекаю к себе внимание этих пушистых «тваринок», машу им ручкой и все такое и скачу как можно дальше от этого поселка. Когда отдам приказ, будешь кричать, покуда хватит сил и воздуха в легких. Понял?

Феникс кивнул. Черт! С такими успехами специально для меня в этом мире придется открывать психиатрическую клинику. А что делать? Я постоянно что-нибудь пью и вижу глюки, плюс мне уже не в первый раз кивает птица, которая в принципе не должна этого делать. А еще мне очень… СТРАШНО!

Первая часть плана прошла на ура. Внимание я привлекла без особого труда и вся толпа с радостным рыком ломанулась следом за моей перепуганной лошадкой, которая только и делала, что вставала на дыбы, пытаясь скинуть лишний груз и быстро мотать как можно дальше от этого пропитанного страхом места. И серой. Почему-то в горле запершило, а в нос ударил резкий запах гари.

— Это от вас так несет? — спросила я, когда один из монстров оказался в метре от меня. Проклятье! Да они же быстрее меня в тысячу раз!

Я свернула в лес и, вонзив шпоры в бока лошади, помчалась вперед, чувствуя, как по лицу больно бьют сухие ветки.

— А-а-а! — закричала я, когда чьи-то когти оцарапали спину. Вот уроды! Сейчас мой фе…

Закончить мысль мне не дал громкий рык, ознаменовавший мое поражение. Это в том смысле, что один из шарков, отличившийся особой прытью, в прыжке сбил меня с лошади и повалил на землю. Демон раскрыл пасть, а я с отвращением зажмурилась. Брызжа слюной, он продолжал шипеть и обдавать меня своим смрадным дыханием, от которого голова кружилась похлеще, чем от перебродившего вина.

Острые клыки уже готовы были сомкнуться вокруг моей шеи, когда на шарка напал другой демон, размерами и силой во много раз превосходивший моего несостоявшегося убийцу. Началась борьба. Борьба за право обладать моей кровью и душой. Пока несколько демонов яростно рыча и вырывая друг из друга клочья шерсти катались по траве, я отползла к дереву и заплетающимся языком попросила Феню начинать.

Взметнувшись в небо, красный феникс сделал круг над кронами деревьев и камнем полетел вниз, издавая крик, от которого я машинально открестилась и заткнула уши, прекрасно понимая, что это все равно не поможет. Надеюсь, я успела увести их на достаточное расстояние…

Очнулась я уже, когда солнце утонуло за горизонтом, а грешную землю освещал слабый свет луны и миллионы серебряных точек. Вот полетела одна звезда, за ней последовала другая. Может желание загадать? А, черт с ним! Все равно не сбудется.

Какое-то время я молча лежала на земле, вслушиваясь в голоса природы и тихий шепот эмпатов. Когда же мой слух уловил приглушенные звуки, я поднялась, решив выяснить, в чем дело.

Наш отряд расположился на небольшой полянке, со всех сторон окруженной деревьями и… Что это еще они понаставили? Широко зевая, я направилась туда, откуда доносились странные звуки. Над Дорриэном… простите, Эротом склонились двое магов и что-то нашептывая, касались руками его груди.

— Вы что, решили сделать ему массаж? — не к месту ляпнула я. Эрот, все это время пытающийся отбиться от надоедливых магов (тщетно, если учесть, что руки у него были связаны), поднял голову и, пронзив меня ледяным взглядом, закатил глаза, переместившись из сидячего положения в странно-лежачее. — Что вы делаете? — уже более резко спросила я и получила в ответ раздраженное "тс-с-с".

Один из солдат поднялся и, обхватив меня за плечи, подвел к костру, у которого сидело еще несколько… человек. "Наверное, спасенные нами крестьяне", — подумала я, с равнодушием разглядывая чужие лица. И какого демона они не покинули деревню, как только получили предупреждение? Уверена, за те дни, что мы были в пути, фениксы уже успели оповестить всю Этару и по идее все деревни должны были опустеть. Так нет же! Все равно нашлись идиоты, решившие дождаться нападения демонов.

В последний раз злобно глянув на людей, я переключила внимание на эмпата, оттащившего меня от Владыки.

— Опять арделия? — спросила я и кинула робкий взгляд на спящего правителя.

— Да, — коротко ответил он.

Помимо воли я почувствовала жалость к эмпату. Бедный Эрот. Каждые три-четыре дня маги проделывали одну и ту же процедуру — наносили на тело Владыки масло арделии и закрепляли результат своими заклинаниями. Поэтому-то он и чувствовал себя все эти дни, словно полуживой труп. Обычно в такие моменты я старалась куда-нибудь отвалить, так как смотреть в искаженное ненавистью лицо Владыки было выше моих сил. У Лесты тоже не хватало духу наблюдать за тем, как ее сына мажут этой дрянью, после которой он еще несколько часов не может прийти в себя, а во время пути едва ли не умирает. Поэтому мы уходили в лес на некоторое время, где в молчаливом унынии сидели на траве и смотрели в небо. О чем в такие моменты думала эмпатия я догадывалась, но нарушать тишину бесполезными утешениями не решалась. К тому же я все еще злилась на нее, да и на всех остальных за то, что они не захотели меня понять и постараться первым делом вернуть Дорриэна, а уж потом спасать мир. И вообще, не поверю я, что не существует другого способа спасти Этару от нашествия демонов, кроме как эта проклятая звезда. Ведь были же и другие артефакты, благодаря которым Эроту удалось вызвать полчища Тьмы. А раз вызвал, значит с их помощью можно было и загнать их обратно. Но как сказал мне Арон, поиск артефактов займет слишком много времени. А Эрот ни в какую не хотел говорить, где он их установил. Сволочь! Удивляюсь, как он вообще признался, на какое королевство был отдан приказ нападать в первую очередь. Ведь мог же смолчать, и тогда бы у Нельвии не было шанса на спасение. Да и у остальных королевств тоже. А мы бы сидели в Драгонии и гадали, по какой части Этары тем временем шныряют наши зубастики, будь они неладны!

Кстати о демонах. Я даже не поинтересовалась, что с ними стало. Хотя раз жива, значит, мой план удался. Феня! Я мысленно связалась с фениксом и, удостоверившись, что с ним все в порядке, облегченно вздохнула.

— А это должно быть наши беженцы. — Я кивком головы указала в сторону двух мальчишек, с аппетитом уплетающих запеченную картошку. Чуть поодаль, завернувшись в одеяла, спали еще несколько человек.

— Да, те, кого нам удалось спасти, — сказал эмпат, не сводя глаз с костра.

— Спасти? Но… я ведь увела демонов за собой.

Эмпат усмехнулся и, приподнявшись, потянулся за горячей картофелиной и услужливо подал ее мне.

— Да, благодаря вашему маневру большая часть демонов погибла от крика феникса. К сожалению… или к счастью для вас, — сделав ударение на слове «вас», он продолжил, — остальные твари бросились к деревне, а мы поспешили следом за ними. Как и ожидали, люди не покинули свои дома. Вот те, кто остался жив. Остальных растерзали, — с болью в голосе прошептал он. — Если бы нас было больше…

Я подскочила и принялась оглядываться по сторонам, стараясь отыскать эльфов и принца. Господи, только не они!

— Успокойтесь, с вашими друзьями все в порядке. Никто из наших не пострадал.

В последний раз оглянувшись и, найдя ребят мирно спящими неподалеку от костра, я вернулась на место.

— Хвала гелланиям, вам удалось увести их от деревни. Хотя это был безрассудный поступок.

Услышав строгие нотки в голосе эмпата, я улыбнулась.

— Если бы не этот безрассудный поступок, вон те бы мальчики сейчас не ели картошку и вообще, никто из них никогда бы и ничего не ел. Сомневаюсь, что без помощи феникса нам бы удалось справиться со всей этой "отарой".

Солдат кивнул, так как не мог не согласиться.

— И куда они теперь? — Мой взгляд в который раз метнулся в сторону крестьян.

— Поедут вместе с нами в Геллион. Все равно до столицы Нельвии осталось не больше трех дней пути.

Я застонала. Проклятье! Но ведь это лишняя обуза! А нам надо спешить! Мы и так потеряли слишком много времени. Вдруг Воллэн и Эдель уже едут в Нельвию и приедут раньше нас. Но вот уже две недели мы тащились словно черепахи. А мне срочно нужно знать, удалось ли им найти записи де Ора. А Воллэн даже феникса не потрудился отправить и сообщить нам, как у них обстоят дела.

С той стороны костра, где сидели дети, поднялась женщина и, что-то крикнув мальчишкам, увела тех спать.

— Беременная, — в ужасе прошептала я, осматривая виднеющийся из-под широкого платья живот. "И похоже на сносях", — злобно заявил внутренний голос.

Эмпат покосился на меня и тихо ответил:

— Ее мужа убил демон. А вот эти двое мальчиков — ее дети. — Заметив, слезы в моих глазах, он быстро проговорил. — Ничего, не переживайте. Через три дня мы будем в Геллионе. Главное, чтобы демоны не оказались там раньше нас и господина Воллэна.

— Но ведь она еле ходит! — в сердцах воскликнула я.

— Как-нибудь довезем, — прошептал эмпат и отвернулся.

Вот только не надо сейчас называть меня бессердечной стервой, беспокоящейся о себе да о жизни одного очень дорогого ее сердцу эмпата. Да это так! Я много выстрадала и вполне заслужила счастье. Но, похоже, сейчас весь мир против меня. Воллэн забрал звезду, Эрот не захотел указывать местонахождение других артефактов, с помощью которых возможно бы нам удалось уничтожить этих тварей. Говорю возможно бы, потому что как мне объяснили, только звезда обладала силой, способной загнать их во Тьму. Ладно, все равно тех других артефактов у нас нет и не будет.

Теперь эти крестьяне. Надеюсь, у них хоть лошади есть. Потому как у нас лишних нет. Нет, все-таки какая же я стерва! Смотрю на этих людей и не испытываю к ним ни капли жалости. Наоборот. Пока я вот так сидела и вертела в руках остывшую картофелину, в голову стали закрадываться нехорошие мысли. "А что было бы, если бы я не отогнала демонов, и крик феникса не уничтожил их? Тогда бы завтра мы пустились в путь в прежнем составе. Никто бы нас не задерживал…"

Заметив полные ужаса глаза солдата, я поспешила заблокироваться. Черт! Со всеми этими переживаниями совсем позабыла о блокировке!

— Но почему они не покинули деревню? — немного успокоившись, спросила я.

— Не успели. Феникс прилетел за несколько часов до нападения демонов. Боюсь, таких деревень много и к стенам Геллиона подойдут не просто голодные звери, а легионы окрепших и насытившихся душами и кровью монстров.

Я в страхе поежилась. За эти дни нам повстречался всего один отряд демонов, не считая сегодняшней компании. Голодные, они рыскали в поисках пищи и, почувствовав нас, поспешили напасть. Магам и воинам справиться с ними не составило особого труда.

Да и те деревни, что мы проезжали, были пусты. Большая часть нельвийцев бежала в Геллион или как я уже сказала в другие крупные города. И сегодняшняя встреча с крестьянами была для меня, честно говоря, полной неожиданностью.

Ощутив острую необходимость побыть в одиночестве, я поднялась и направилась в сторону чащи.

— Куда вы? — тихо окликнул меня эмпат.

— Я недалеко, — успокоила его я.

— Мы наложили охранный купол на поляну, так что до утра покинуть ее вам не удастся. Если вы хотели отойти по нужде… — Эмпат залился краской. Право, зачем так краснеть? — В общем, придется потерпеть. До утра купол никто снимать не будет.

Не будет, так не будет. Значит, вот для чего по периметру поляны разложили все эти камни, изрисованные черными символами. Смирившись с тем, что побыть одной мне так и не удастся, я отправилась спать. Завтра предстоял сложный день. Нужно будет держать себя в руках и не показывать как нас (меня) обременяют эти оставшиеся в живых люди.

К счастью мои опасения были напрасны. Лошади у крестьян имелись. Причем довольно крепкие. Также у них имелась телега, куда мы усадили будущую роженицу вместе с двумя ее сыновьями и подслеповатого старичка, который кажется даже не понял, что вчера произошло, потому как все утро он не переставал спрашивать куда и зачем мы едем. И кто вообще все эти вооруженные до зубов люди. Плохое зрение не позволило ему разглядеть в вооруженных «людях» эмпатов. И, слава Богу. Остальные крестьяне, а их всего было двенадцать вместе с мальчиками и их постоянно всхлипывающей матерью, не способной смириться с кончиной супруга, с опаской поглядывали на магов и солдат. Хоть и понимали, что только благодаря им они остались живы, но все равно боялись. Мои эльфы как могли, пытались успокоить их и уверяли, что все будет хорошо, что в Геллионе они будут в безопасности и ни один монстр не причинит им вреда. Похоже, у близнецов имелся дар психологического воздействия, так как ближе к вечеру люди успокоились и даже начали расспрашивать эмпатов о внезапно обрушившемся на их земли несчастье. Солдаты, как и эльфы, стали заверять крестьян, что все будет хорошо и им ничто не угрожает.

А я ехала и ядовито усмехалась. Не угрожает! Думают, ложь спасет этих людей? Как бы не так!

К вечеру настроение испортилось окончательно. Я только и делала, что грызлась с друзьями, кричала на Лесту и Морта, и вообще на всех, кому не посчастливилось попасть под горячую руку. А когда смотрела на Владыку, готова была рвать на себе одежду и кричать, кричать, кричать…

Наверное, вы все-таки считаете меня эгоисткой. Но вам не понять моих чувств. Не понять, каково это смотреть на любимого и знать, что это вовсе не он, а тот другой. Не понять, что значит чувствовать себя бессильной перед беспощадной силой тьмы, не способной ничего изменить и спасти ЕГО душу. Знать, что каждая напрасно потраченная секунда может оказаться решающей для него и меня. Видеть его во сне, а на рассвете просыпаться и бесшумно плакать, вспоминая о тех моментах, когда мы были вместе. А теперь попробуйте сказать, что у меня нет сердца!

Наверное, если бы не новости от Воллэна и Эдель, у меня бы случился нервный срыв. Но рано утром третьего дня мы получили коротенькое послание, в котором говорилось, что очень скоро они прибудут в Геллион. Эдель также писала, что обыск в замке де Оров увенчался успехом, и посоветовала мне продолжать молиться, так как надежда еще осталась. Это значило, что пламя еще не погасло.

Мы рассчитывали прибыть в столицу Нельвии на закате, но одно маленькое происшествие задержало нас на несколько часов, а меня заставило многое переосмыслить…

— Нарин, не мешай! Лучше разорви вот это. — Даже не глядя в мою сторону, Леста протянула мне большой лоскут ткани, оторванный от своей юбки, и переключилась на лежащую в телеге женщину, которая последние полчаса корчилась в предродовых схватках. А я все это время бегала вокруг нее, Лесты и доктора Морта и в страхе поглядывала на роженицу. Слышали бы вы, как она кричала! Мой феникс и тот бы не смог издавать подобные звуки.

Когда начались схватки, солдат, магов и крестьян как языком слизало. Я тоже хотела уйти под шумок, предпочтя насладиться созерцанием девственной природы Этары, нежели стать свидетелем появления на свет еще одной жизни. Но колдунья приказала быть поблизости в случае, если понадобится моя помощь.

Помощь! Я ж ни черта не смыслю в родах! Мои заверения в том, что от меня больше вреда, чем пользы не помогли. Поэтому приходилось рвать ткань, снимать с огня горячую воду и ставить на него же холодную. Потом бежать с этой самой водой к орущей не своим голосом крестьянке и наблюдать за рождением малыша. Честно! Я думала упаду в обморок от переизбытка чувств и волнения, потому как роды шли не совсем гладко.

Морт то и дело просил поднести ему очередную баночку или же какой-нибудь инструмент. А когда я достала из его аптечки нечто уж больно похожее на щипцы и протянула их эмпату, а женщина в это время подняла голову и увидела сей странный предмет… В общем, потом криков было еще больше.

Не знаю, сколько прошло времени с момента начала схваток, но каждая секунда ожидания казалась мне вечностью. Заметив на лицах «акушеров» неприкрытый испуг, меня затрясло. Боже, а вдруг ребенок родится мертвым? Бедная женщина не перенесет еще одной потери. Вознося молитвы небесам, я продолжала прыгать вокруг телеги, пока завесу тишины не разорвал громкий плач младенца.

— Подержи пока, — сказала Леста, скидывая мне на руки завернутый в ткань комочек.

— Эй, я ж… Ой, какой хорошенький. — Я обхватила малютку второй рукой и едва удержалась от соблазна поцеловать эту маленькую мордашку.

— Хорошенькая, — поправил Морт, складывая инструменты в сумку. — Это девочка.

Девочка!

— И как же мы тебя назовем? — баюкая малышку, щебетала я. — Может, Белль? Ведь это означает «прекрасная». А ты у меня такая хорошенькая.

— Ты сильно не увлекайся, — сказал непонятно откуда появившийся Рэй. — Кажется, это не твое.

Я хмыкнула и отвернулась от друга, продолжая баюкать Белль и нашептывать ей ласковые слова. Петь не рискнула.

— И ты все еще хочешь, чтобы этот мир умер? — поравнявшись со мной, прошептал Лор. — Посмотри на это невинное создание и скажи, заслужило ли оно той страшной участи, которую ты уготовила всей Этаре. Впрочем, не говори. Я и так все вижу по твоим глазам.

Он ушел. Подошла Леста и, забрав малышку, отнесла ее матери.

— Да-а, подруга, — протянул Рэй и направился следом за принцем.

Я повернулась туда, откуда доносился смех матери. Глаза светились теплотой, руки с трепетом обвивали крохотный комочек, а с губ срывались тихие слова любви.

Почувствовав внутри соленый комок, я побежала в лес, желая скрыться ото всех и дать, наконец, волю слезам.

К стенам Геллиона мы подъехали поздней ночью. Встретив у ворот хмурых стражников, мы предоставили им заниматься «расквартировкой» крестьян. Единственное, Морт настоял на том, чтобы забрать с собой во дворец мать и ее троих детей, так как все еще беспокоился за здоровье женщины и ее малышки. Мы не были против. Особенно я. Мне все-таки удалось уговорить женщину назвать девочку Белль. Когда я попросила ее об этом, крестьянка улыбнулась и сказала, что хоть это и довольно необычное имя, но она не может отказать той, кто помогал появиться малышке на свет.

А во дворце нас уже ждали Ее Величество вместе с Зорреном и другими советниками. Я посмотрела на Теору и невольно вздрогнула. Неестественно бледная кожа, темные круги под глазами от бессонных ночей, а на лбу пролегли первые складочки. "За каких-то пару недель Теора постарела на несколько лет", — с сожалением подумала я и опустилась в глубоком реверансе.

Поприветствовав магов и солдат, королева обняла меня, Лесту, а затем уж заключила в материнские объятия сына. Лориэн как обычно покраснел (ну не любил он, когда мать вела себя так с ним при посторонних) и что-то пробормотав, поспешил в свои покои набираться сил после долгого путешествия.

— Где он? — холодно спросила королева.

Маги расступились, показав правительнице Владыку во всей своей красе. Сегодня на закате Эрота снова подвергли «пытке» маслом. Можете себе представить, в каком он был состоянии.

Теора сжала кулаки и, стараясь сохранить на лице остатки спокойствия, приказала.

— В подземелье!

— Но, Ваше Величество… — заикнулась было я, но заметив молнии в глазах правительницы, заткнулась и отступила назад.

Эрота увела стража. Остальные последовали за слугами в заранее приготовленные для гостей комнаты. Я украдкой глянула на пылающую гневом королеву и, тихо пожелав ей спокойной ночи, направилась к себе. Надеюсь, она не прикажет перерезать ему горло этой же ночью!

— Не знаешь, где сейчас Ее Величество? — осведомилась я у только что вошедшей служанки и, прикрыв ладонью рот, коротко зевнула. Я все-таки надеялась переубедить Теору и попросить перевести Владыку из подземелья в комнату. Сбежать он не сбежит. Он и ходит-то с трудом, не то что бегает. В конце концов, это тело Дорриэна и я имею полное право требовать обращаться с ним должным образом. А то еще простудится. Из своего опыта знаю, каково там, в этих их подземельях — сыро и ужасно холодно.

— Ее Величество созвали совет на утро. Он уже должен был начаться.

Грязно выругавшись (бедная служанка! она не ожидала услышать нечто подобное из уст "благородной дамы"), я нацепила на себя первое попавшееся платье и, демонстративно хлопнув дверью, уверенным шагом направилась в Зал Советов.

— Вообще-то меня участь Нельвии тоже волнует, — хмуро бросила я, устраиваясь в кресле рядом с Лором.

— Неужели? — решил неудачно пошутить принц, но, наткнувшись на мой полный искреннего негодования взгляд, предпочел заткнуться.

— Ты ничего не пропустила, Нарин, — спокойно без каких-либо эмоций сказала королева и возобновила прерванный моим появлением разговор.

— Мы только что получили послание от Локтана. Его Величество откликнулись на нашу просьбу. Думаю, сегодня или самое позднее завтра его войска прибудут в Геллион, — тем временем докладывал щупленький солдат с едва заметной растительностью на лице. Хм, не знала, что в армию уже и детей берут.

— Хорошо, — удовлетворенно ответила королева и подозвала нового "докладчика".

И так весь совет. Советники, солдаты, капитаны и иже с ними (всех чинов я не запомнила) по очереди поднимались и давали отчет о проделанной работе. Как я поняла из слов одного из разведчиков Ее Величества, демонов пока на горизонте видно не было. С одной стороны это хорошо. Но! Чем дольше эти твари будут шататься по землям Этары, тем меньше шансов останется у меня и Владыки. Сами понимаете, как я «обрадовалась» этой новости.

— Может, оставим их и прогуляемся по городу? — склонившись надо мной, шепнул Лор. — Не известно когда нам еще представится такая возможность. Если вообще представится, — мрачно добавил он.

Я с радостью откликнулась на его предложение и, улучив подходящий момент, когда внимание всех было сосредоточено на Зоррене и еще одном советнике, мы тихонько поднялись и выскользнули в дверь. Разбудив близнецов, отправились в город.

Я лежала и смотрела в потолок. Пыталась уснуть, но чувство страха, которое в последние дни стало настолько острым, что даже дышать было больно, не давало мне погрузиться в спасительную дрему. Стоило только закрыть глаза, как в голове возникали страшные образы. Война с демонами. Что может быть страшнее? Не знаю, чего я боялась больше — потерять Дорриэна или стать свидетелем гибели целого мира. Я не хотела умирать, не хотела терять его, но и одна лишь мысль о том, что все мои близкие могут погибнуть в грядущем аду, причиняла мне невыносимую боль. И что самое страшное, я ничего не могла изменить. Оставалось только надеяться и верить в чудо. Вот только я уже давно разучилась верить.

Смирившись с тем, что уснуть мне так и не удастся, я быстро оделась и покинула комнату. Проходя по пустынным залам и коридорам, я с грустью смотрела на такую родную и дорогую моему сердцу обстановку. Геллионский дворец, также как и Ирриэтон я считала своим домом. Как же я любила эти стены, этот пропитанный стариной воздух, мистическую атмосферу, окутавшую каждый уголок дворца. Сейчас мне казалось, что я родилась здесь. Что я — часть этого мира. Теперь он не был для меня чужим. Это мой мир. Мой дом. И, несмотря на то, что порой я ненавидела его всей душой и проклинала этарцев за их жестокосердие, я все равно любила их. Любила и ненавидела одновременно. Несмотря на всю боль, что я испытала за эти несколько месяцев, сейчас я наконец-то поняла, что если бы мне выпал шанс вернуться в прошлое и все изменить, я бы не стала этого делать. Наверное, мне было предначертано попасть в этот мир и стать одной из них. И другой судьбы мне не надо.

Я спустилась в подземелье и в нерешительности остановилась перед дремавшем на лавке стражником. Зачем я сюда пришла? "Чтобы увидеть его", — звучал тихий ответ истерзанного сердца.

Потормошив солдата, я попросила его отвести меня к узнику. Нехотя поднявшись, он что-то недовольно пробормотал на счет надоедливых посетителей, но спорить не стал. Сняв со стены факел, отпер тяжелую деревянную дверь и повел меня мрачными коридорами к Владыке. Уже подходя к камере, я заметила высокую женскую фигуру, тенью скользнувшую от двери и поспешившую нам навстречу.

— Он никого не хочет видеть, — сквозь слезы прошептала колдунья и, обойдя нас, поспешила прочь из подземелья.

Я посмотрела ей вслед. Мать отважилась поговорить с сыном. Но, похоже, сын не захотел ее видеть. Взяв у стражника ключи и сказав, что дальше я сама, я подождала, пока он скроется за поворотом, и замерла, не решаясь идти дальше. Как же это сложно. Леста любила сына, но пожертвовала им ради спасения Этары, а он никак не хочет понять, почему она это сделала. Ведь она его мать. Она была единственной, кому он доверял, и она предала его. А теперь история повторилась. И снова я почувствовала, что моя душа испачкана грязью. Я поступила точно так же. Получается все, кто был дорог Эроту, предали его. Я горько усмехнулась. А мы еще удивляемся, откуда в нем столько злобы. Интересно, а что бы делала я, если бы вернулась из царства мертвых и застала того, кто меня предал в живых? Наверное, в моем сердце также как и в его поселился бы демон мести.

Заметив, как мимо меня проскользнуло что-то серое и противно пищащее, я невольно вскрикнула. Крыса! Мерзость!

— Я же сказал тебе убираться! — послышался гневный крик.

— Леста ушла, — спокойно ответила я и, подойдя к камере, отперла дверь.

Эрот полулежал на жесткой устланной грязной подстилкой кровати и с ледяным равнодушием смотрел вдаль. Заметив меня, он сел, но взгляд по-прежнему оставался холодным. Шли долгие секунды, но никто из нас не спешил нарушить гнетущее молчание. Наконец я оторвалась от двери и шагнула к нему.

— Наверное, мне ты сейчас скажешь нечто подобное.

Он криво усмехнулся и, скользнув по мне быстрым взглядом, прислонился спиной к стене.

— А ты хочешь услышать, как я рад тебя видеть?

— Ну или на крайний случай "Чего тебе от меня надо?". Все же лучше, чем "Пошла вон отсюда!".

Улыбнулся. Это уже шанс, что меня сейчас не отправят. Хотя почему меня должно это волновать? Он ведь не Дорриэн. Но как же не хочется уходить!

— Зачем пришла?

— Не знаю, — честно призналась я. — Просто хотела увидеть тебя. Поговорить.

— О чем?

О чем, о чем? Откуда я знаю?! Захотела и все!

— Зачем ты это сделал?

— Что сделал? — продолжая улыбаться, спросил эмпат. — Это де Оры вернули меня к жизни, не я.

— И первым твоим желанием стало уничтожить Этару! — раздраженно бросила я и отошла к стене.

Эрот какое-то время изучал меня, словно пытался прочесть мои мысли. Но он не мог. Мне даже не нужно было блокироваться. Арделия лишила его и этого дара.

— Почему вы все считаете, что я хотел ее уничтожить? — искренне изумился он. — Я всего лишь намеревался вернуть Драгонии земли, изначально принадлежавшие моему народу. Тогда мне удалось это сделать, но… меня предали. И уничтожили, — усмехнувшись, закончил он.

— Неужели тебе было мало того, что ты имел? — Я приблизилась к эмпату и опустилась на каменный пол. — Зачем ты провел тот мерзкий обряд, зачем вызвал демонов? Ведь если бы не ты, ничего бы этого сейчас не было. Посмотри, что ты наделал! Ты обрек свой род на страшные муки, каждого своего потомка! Превратил эмпатов в презренных существ, которых ненавидят и проклинают. Это из-за тебя на Этаре появились Безликие, которые в течение многих веков уничтожали твой народ. Ты об этом мечтал?

— Нет, — одними губами прошептал Владыка и отвернулся, не желая встречаться со мной взглядом.

— А теперь ты вернулся, чтобы повторить прошлое. Для чего?

Владыка не шевелился. Он продолжал смотреть в маленькое окошко в двери, забранное металлической решеткой, и только отрывистое дыхание свидетельствовало о том, что предо мной сейчас не каменная статуя, а живое существо.

— Зачем ты все это спрашиваешь? Что ты хочешь от меня услышать? — Эрот попытался подняться, но тело отказывалось слушаться его. Вернувшись на кровать, он с болью в голосе прошептал. — Да, я мечтал править могущественным Королевством Света. Хотел видеть, как мой народ благоденствует, хотел создать новый мир.

— А для этого тебе нужно было уничтожить старый.

— Не уничтожить, а изменить! — прокричал он и пронзил меня полным боли и обиды взглядом. Сейчас он был похож на избалованного ребенка, лишившегося любимой игрушки. Владыка сжал кулаки и, скорее всего, убил бы меня, если бы у него хватило на это сил. — Хватит меня осуждать! Что сделано, то сделано. И я не способен ничего изменить. Убирайся!

— Нет! — Я подалась вперед и склонилась над ним, стараясь не обращать внимания на тот яд, которым было наполнено его сердце. — Неужели ты до сих пор не осознал, что натворил? — Тогда я не понимала, зачем я все это ему говорила. И не знала, был ли смысл в моих словах. Эрот не хотел слышать меня, а я не хотела понять его. Вот так мы и сидели, прожигая друг друга полными непонимания взглядами, и каждый чувствовал как та невидимая нить, что связывала нас все эти месяцы, медленно тлеет и сгорает, не способная преодолеть сжигающее все на своем пути пламя ненависти. — Я просто хочу понять тебя, понять, что тобой двигало.

Думала, он все-таки ударит меня и пошлет, но вместо этого Владыка устало прикрыл глаза и начал говорить. Говорил он долго. А я боялась дышать, слушая до боли знакомый тихий голос. Эмпат рассказывал о своей жизни, о детских мечтах, о том, как стал Владыкой, как женился, а в скором времени потерял супругу, которая была одной из немногих, кого он любил.

— После ее смерти у меня осталась только Леста, — с грустью проговорил он. — Знаешь, ты чем-то напоминаешь мне Лайиль.

— Чем же? — улыбнулась я и попыталась представить первую Владычицу Тэр ашт' Сэйн.

— Взглядом. Как сейчас помню эти бездонные карие глаза. Как же я любил, когда они смотрели на меня с нежностью и теплотой. Хотя характеры у вас разные, — лукаво ухмыльнувшись, заметил он. — Не было в ней того упрямства и непокорности, что есть в тебе.

А еще сволочности, себялюбия и безграничного эгоизма.

— Как она умерла? — спросила я и, переместившись на подстилку, опустилась на колени рядом с эмпатом.

— Лайиль очень любила охотиться. Однажды, помню, в тот день выдалась чудесная погода, она вместе с друзьями отправилась в лес. Во время охоты ее лошадь понесла и Лайиль упала, повредив позвоночник. К счастью, она не почувствовала боли, так как смерть наступила мгновенно.

— И после этого ты…

— После этого я решил посвятить жизнь сыну и своему народу. Тогда я увлекся магией и древними обрядами, благодаря которым и смог обрести силу. Я не хотел умирать. Хоть и чувствовал горечь утраты, но желание жить оказалось сильнее.

Понятно. Эрот потерял супругу и решил заглушить боль завоеванием мира. Нехило. Лучше б увлекся чем-нибудь более безобидным. Садоводством, например. Или коллекционированием редких видов оружия. Но Его Величество решили, что самый лучший способ унять боль — это заставить страдать других. Нет, все-таки какой же он псих!

— Наверное, я пойду. — Я поднялась и в нерешительности замерла, не зная, то ли мне просто попрощаться, то ли сказать напоследок пару теплых слов. Почему-то ненависти к нему я больше не испытывала. Эрот ведь не виноват, что его душу призвали именно в это тело. Ну а за все остальное он уже и так был наказан.

— Останься.

— Зачем? — Кажется сегодня это самый популярный вопрос.

— Я ведь рассказал тебе о себе. Теперь твоя очередь. Как ты очутилась на Этаре? — Встретив недоумение на моем лице, он негромко рассмеялся. — Одиэн мне кое-что рассказывал. Но даже и без его историй было понятно, что это не твой мир и ты здесь чужая.

Ну спасибо на добром слове. А я только начала избавляться от комплексов и стала считать себя его частью. Пожав плечами и решив, что в комнате мне нечем будет заняться, так как уснуть все равно не удастся, я начала говорить. Рассказывая о той ночи, когда повстречалась с илларами, я почувствовала, как гнев вырывается наружу.

— Нет, какие же они все-таки! Наплели с три короба, а вдобавок еще и прочитали глупый стишок о том, что я, видите ли, должна найти ответы в своем сердце, понять себя и тогда проклятие Владык будет разрушено, и все заживут долго и счастливо. Идиотка! Не могла сразу понять, что все это бред!

— Стишок? — передразнил меня эмпат. — Не расскажешь?

Я зажмурилась и прочла по памяти строки пророчества.

— Насколько мне известно, иллары испокон веков обладали даром предсказывать будущее. Может в этом они и не солгали.

— Ты прав не солгали. Они нагло ВРАЛИ мне! Поняли, что перед ними стоит наивное существо, верящее в любые сказки и нагло врали!

Решив, что говорить о бледнолицых — только зря нервы портить, которые и так уже ни к черту, я начала рассказывать о знакомстве с Дорриэном, когда за спиной раздался тихий скрип.

Эрот застонал и, прикрыв глаза, прошептал:

— Все, уходи.

В темницу вошли двое эмпатов в темно-зеленых мантиях. В руках одного из них был флакончик с маслом. Наверное, мне действительно следовало уйти и дать магам продолжить «лечить» Владыку, но что-то во мне встрепенулось, не позволив сдвинуться с места и оставить эмпата один на один со своими мучителями.

Маги застыли, ожидая, когда же я исчезну. Поднявшись с колен и отряхнув юбку, я повернулась к ним.

— Давайте сюда. — Я протянула руку, желая забрать флакончик. — Я сама сделаю… это.

Эмпаты переглянулись и неуверенно пробормотали:

— Не стоит беспокоиться, сударыня. Это наша обязанность.

— Значит, сегодня вы от нее освобождаетесь. — Я прищурилась и, усмехнувшись, спросила. — Или боитесь, переборщу с дозой?

— Нет, но…

— Послушайте! — Я постаралась взять себя в руки и не сорваться на ни в чем не повинных эмпатов. Они ведь не виноваты, что в последние дни я вся на нервах и постоянно кричу на всех по поводу и без повода. — Мне еще нужно задать ему пару вопросов. Без свидетелей.

Я выхватила у зазевавшегося мага масло и подтолкнула того к выходу.

— Мы подождем.

— Не надо никого ждать! — огрызнулась я. — У нас сугубо личный разговор, так что давайте отсюда. Да поживее! Не травмируйте мою и без того травмированную психику.

Вытолкнув обалдевших магов за дверь, я задвинула щеколду и глубоко вдохнула, стараясь прийти в себя. Да что со мной такое? Надо учиться держать себя в руках, иначе меня скоро сочтут опасной для общества и поместят в какое-нибудь тихое местечко для душевнобольных, где я и проведу остаток своих дней.

Я прислушалась. Эмпаты постояли какое-то время за дверью, видимо решая уходить им или же требовать впустить их к узнику. Вскоре послышался звук удаляющихся шагов, и подземелье окутала тишина.

— Опять будешь меня целовать? — Похоже, эмпат решил поднять себе настроение, потому как все то время что я была с ним, он только и делал, что улыбался. Правда во взгляде затаилась грусть. И сейчас он со страхом ожидал продолжения пытки.

— Я все-таки пойду, — пробормотала я и потянула на себя ручку.

— Нарин…

— Что? — Я обернулась и в последний раз глянула на эмпата.

— Спасибо, — прошептал он и, опустившись на кровать, закрыл глаза.

Мне так и не удалось уснуть. Не успела я вернуться к себе и вылить это чертово масло в горшок с цветами (надеюсь, они не завянут), как в коридоре послышались оживленные голоса, и дверь распахнулась. Эдель! Я с радостным криком бросилась обнимать подругу.

— Слава Богу, вы вернулись!

Принцесса с трудом оторвала от себя мое тело и ласково улыбнулась.

— А разве могло быть иначе? Мы нашли то, что искали. Сейчас маги изучают манускрипты де Ора.

— А где звезда? Давайте мы сейчас быстренько спустимся к Эроту, маги прочтут нужные заклинания и Дорриэн вернется! — Осознание того, что с минуты на минуту я увижу его, заставило меня задрожать в радостном волнении. — Как же он обрадуется, когда увидит нас…

— Нарин, — строго оборвала меня Эдель. — Ты же знаешь — сначала демоны, потом Дорриэн.

Проклятье! Я посмотрела на эмпатию и не в силах скрыть злость, зашипела.

— Разве тебе не хочется увидеть брата? Что ж вы за звери такие!

— Мы всего лишь делаем то, что должны. — В комнату бесшумной походкой вошел Воллэн.

— Вернуть его — вот что вы должны сделать, а не ждать пока эти твари соберутся у стен города!

Я заглянула в лица эмпатов и поняла, что все бесполезно. Их не переубедить. Я не увижу Дорриэна ни сегодня, ни завтра. А может и вообще никогда.

— Убирайтесь! — Я отпрянула от Эдель. Заметив, что она хочет мне возразить, прокричала. — Оставьте меня одну! Я не хочу вас видеть!

Прошептав тихое «прости», они ушли. А я продолжала стоять и смотреть вдаль, видя перед собой зеленые глаза и слабый свет родной души.

Ближе к обеду королева решила созвать военный совет. Меня, как и в прошлый раз пригласить «забыли», но я не нуждалась в их приглашениях. Распахнув двери и бесцеремонно расталкивая попадающихся мне навстречу советников и солдат, которым почему-то не сиделось на месте, я опустилась в кресло напротив Ее Величества.

— Что-то вы сегодня больно оживленные, — спокойно сказала я, разглядывая мечущихся туда-сюда эмпатов и людей. Вот еще двое солдат, получив приказ от своего командира, покинули зал.

— Нам только что донесли, что демоны уже близко, — ничего не выражающим голосом ответила королева. — К вечеру они должны быть здесь.

Наконец-то! Значит, осталось потерпеть до ночи и тогда я увижу его! Заметив счастливую улыбку, осветившую мое лицо, присутствующие настороженно переглянулись.

— Чем быстрее мы их уничтожим, тем лучше, — поспешила объясниться я. — Люди и так все на нервах.

Теора кивнула и обратилась к Зоррену.

— Я надеюсь, у вас все готово?

Советник поднялся и, откашлявшись, начал говорить.

— Да. Солдаты и маги готовы и ждут ваших приказаний, Ваше Величество.

— Можно вопрос? — Я подняла руку, словно школьница на уроке естествознания. — А как она действует? Ну в смысле как вы собираетесь с помощью маленького камешка загнать демонов в ад?

Один из магов встрепенулся и встал рядом с Зорреном.

— Когда Эрот вызвал демонов, он отдал им приказ собираться у стен Геллиона. С помощью звезды мы сможем заставить их повиноваться нам и приказать возвращаться во Тьму.

— Вот только есть одно маленькое «но». — В дверях показалась Леста, и в зале сразу все стихло. — Для того чтобы демоны услышали вас и приняли новые указания, вам понадобится вся ваша сила.

— Самые могущественные маги Нельвии будут в назначенное время стоять на стенах города и проводить обряд вместе с вашими магами. — Теора глянула на эмпатов в темно-зеленых мантиях и подарила им слабую улыбку. — Я так и не поблагодарила вас за помощь. Спасибо что откликнулись на нашу просьбу.

— Ваше Величество, — твердо произнес один из вчера выгнанных мною магов. — Демоны грозят не только вам, но и всей Этаре. Наш долг остановить их и не позволить уничтожить наш мир.

Все, я сейчас расплачусь. Лицемерка! Я посмотрела на Теору и ее «искреннюю» улыбку. Еще немного и они начнут признаваться друг другу в вечной любви. Никогда не поверю, что Ее Величеству удалось так быстро избавиться от чувства неприязни к своим извечным врагам.

— Вы не дали мне закончить. — Взгляды всех присутствующих снова устремились к колдунье. — Если боги будут на нашей стороне и нам удастся провести обряд, должно будет пройти еще некоторое время, прежде чем они поймут, что нужно уходить.

По залу прокатилась волна взволнованных возгласов.

— Что значит, прежде чем они поймут? Они что такие тупые, что не смогут услышать простенький приказ отвалить по-добру, по-здорову и не тревожить мирное население одним своим мерзким видом?

Леста перевела на меня полный печали взгляд и ответила:

— А ты думала, что как только маги произнесут заклинания и звезда «свяжется» с демонами, так сразу они и уйдут? — Колдунья усмехнулась. — Если бы все было так просто. Боюсь, нам еще придется побороться за город.

— Сколько времени должно пройти, прежде чем они исчезнут? — спросила белая, словно снег Теора. Похоже, Ее Величество рассчитывали обойтись без кровопролития.

— В прошлый раз демонам был отдан приказ нападать сразу на два королевства — Нельвию и Долину. Та битва должна была стать последней за ваши земли и земли запада. — Эмпатия прикрыла глаза, погружаясь в воспоминания. — Тогда мой сын уже был пленен. Мы больше не могли спокойно смотреть на то, как он уничтожает вас. — Заметив, как Теора в нетерпении вскочила и прошлась по залу, колдунья поспешила закончить. — Демоны напали ночью. Людям и эльфам пришлось сдерживать их до рассвета.

— И много тогда полегло? — с трудом сдерживая рыдания, проговорила Теора.

— Много, — звучал тихий ответ, и мне показалось, что в зале стало невозможно дышать.

Дальше все, что происходило на совете, больше напоминало воскресное утро на базаре. Столько же шума и непонятной суеты. Советники и маги кричали, что нужно бить тревогу и поднимать даже мирное население на защиту города. Капитаны и генералы выдвигали все новые и новые стратегии, от которых лично у меня начала кружиться голова. Затем в зал дружной вереницей вошли гномы и присоединились к балагану, грозящему перерасти в международный конфликт, так как эмпаты, люди и братья наши меньшие (это я о гномах) никак не могли прийти к общему знаменателю. Еще через пять минут я почувствовала, как в висках начинает пульсировать тупая ноющая боль. Дабы избежать мигрени, я решила как можно скорее покинуть Зал Советов.

— Можно тебя? — склонившись надо мной, шепнул Воллэн и, взяв за руку, повел к выходу.

Очутившись в коридоре, я облегченно вздохнула.

— Я хотел поговорить с тобой, — неуверенно начал он.

— Говори.

Я отвернулась к окну и принялась изучать узорчатую занавеску, колышущуюся от ласкового веяния ветра. За эти несколько недель заметно потеплело. Дни стали дольше, а ночи короче. Природа оживала после долгих месяцев уныния. Геллион утопал в зелени и цветах, и казалось, ничто не сможет разрушить царящую в этом мире идиллию. Ничто, кроме демонов.

— Наверное, мне стоит извиниться перед тобой. Я не должен был так вести себя. Прости.

Я робко глянула на эмпата. Сколько времени прошло с тех пор, когда он вот так на меня смотрел. Кажется, я уже успела позабыть этот светящийся теплотой взгляд.

— Я понимаю вас, хоть и не могу смириться, — тщетно пытаясь улыбнуться, произнесла я. — Радует одно, сегодня все закончится.

— Возвращаясь из Долины, мы видели города… Вернее то, что от них осталось. — Голос советника задрожал. — Они уничтожают все на своем пути. Нельвия в руинах.

— Но мы ведь победим? — с надеждой прошептала я и почувствовала, как руки друга обнимают меня и с любовью гладят по голове. — Они уйдут, правда?

— Правда, — шепотом ответил он и коснулся губами моего лба. — Все будет хорошо.

— А что с Долиной?

Воллэн выпустил меня из объятий и, стараясь скрыть раздражение, негромко проговорил:

— Там, к счастью, все тихо и спокойно. Мы просили Седрика оказать помощь Нельвии, но Его Величество предпочли позабыть о добрых отношениях с соседями и остаться в стороне.

— Трус! — гневно прошипела я.

— Боюсь, Теора ему не простит, — усмехаясь, сказал Вол и повел меня по коридору. — А тебе сейчас лучше вернуться к себе и поспать.

— Не хочу я спать!

Он остановился и посмотрел на меня таким выразительным взглядом, что о дальнейших пререканиях не могло быть и речи.

— Ты посмотри на себя! Еще немного и ты упадешь в обморок. Ану, быстренько беги к себе. До вечера тебя никто не потревожит.

Стоило только эмпату напомнить о моем состоянии, как я почувствовала непреодолимую усталость. Он прав, мне еще понадобятся силы.

— Вол, — окликнула я друга. — На счет Эдель… Прости меня, я не хотела.

Он обернулся и мягко проговорил:

— Я уже давно все понял и простил. Иди отдыхай.

Ну хоть с этим разобрались. Попрощавшись с советником, я подобрала юбки и побежала к себе спать.

Проснулась я от громких криков, разносящих по дворцу страшную весть о приближении демонов. Поднявшись, я выглянула в окно. Заходящее солнце окрасило небо в багровые тона, отчего казалось, будто с небес на землю текут кровавые реки и бушующей волной разливаются по черной земле.

Сполоснув лицо прохладной водой и переодевшись в бриджи и свободную рубаху, я стянула волосы в высокий хвост на затылке. Непонятно зачем начала осматриваться в поисках оружия. И куда могла подевать свои ножи?

"Ты что, действительно собралась сражаться с демонами? — расхохоталась никак не желающая оставить меня в покое язва. — Не смеши людей. И нелюдей. Да тебя же слопают, даже не жуя!"

— И что ты предлагаешь? — вслух спросила я. Наверное, со стороны это выглядело комично. Перепуганная девчонка рыщет по комнате в поисках оружия и разговаривает сама с собой.

"Сидеть тихо и никуда не рыпаться. Сейчас маги покажут на стенах города магические фокусы, помашут этим волшебным камешком перед мордами лохматых зубастиков и отвезут звезду во дворец, где нам и вернут Дорриэна".

Нам?! Господи, у меня уже начинается раздвоение личности! А если болезнь будет прогрессировать? Не думаю, что Дорриэну захочется заводить себе полоумную супругу.

Пока я так размышляла и в панике вертела головой, надеясь все-таки отыскать эти треклятые кинжалы, голос продолжал.

"Так вот, привезут они ее во дворец, тут опять что-то похимичат, проведут маленький обрядик, и мы заключим нашего суженого в полные чистой любви и безграничной нежности объятия".

Заметив на дне одной из сумок связку ножей, я выкрикнула радостное "О!" и, решив не забивать голову бредовыми размышлениями своего alter ego, поспешила прочь из комнаты.

Весь дворец стоял на ушах. Воины и слуги носились по коридорам с такой бешеной скоростью, что мне не представлялось возможным остановить кого-нибудь и спросить в чем дело. Хотя я и так догадывалась в чем. Перепуганные женщины и дети выглядывали из комнат и провожали воинов слезными вздохами. К сожалению, им, как и мне, мало что было известно.

Спустившись на первый этаж, я заметила эльфов и Лора.

— Это они?

Друзья кивнули и, крикнув короткое "Оставайся здесь!", поспешили за ворота.

— Эй, а я?! Подождите меня-а-а…

Выхватив из чьих-то рук узду, я проворно вскочила на лошадь и поскакала по улицам города следом за друзьями. Вдалеке уже отчетливо раздавались крики воинов и яростный рев монстров.

"Может, передумаешь? — звучал дрожащий голосок. — О тебе ж забочусь".

— Нет! — прошипела я, пришпоривая упрямую скотину, испуганно пятящуюся назад. Вечно мне не везет с лошадьми! — Успокойся, — склонившись над ухом животного, прошептала я. — Мне страшно не меньше, чем тебе. Но мы должны быть там.

Словно поняв мои слова, лошадь заржала и поскакала вперед по шумным улицам Геллиона, освещенным светом сотен кристаллов. В центре города царила паника. Ужас охватил сердца людей, подстрекая их искать укрытие. Вот только невозможно было спастись от этих тварей.

Сейчас к стенам Геллиона спешили все — храбрые воины, облаченные в тонкие кольчуги и вооруженные копьями и мечами, неопытные мальчишки, которые больше чем уверена, никогда не держали оружие в руках. Даже старики и те торопились расстаться с жизнью, только бы спасти от лап смерти своих детей и внуков.

Я мчалась вперед, в немом ужасе наблюдая за разворачивающейся вдалеке картиной. Господи, как же страшно! Неужели мы все умрем? Только бы у магов получилось!

Заметив Олнара в окружении воинов, я подъехала к нему и, на ходу спрыгивая с лошади (чуть шею себе не свернула), крикнула:

— Олнар, что происходит? — Знаю, глупый вопрос, но я все же надеялась услышать, что беспокоиться не о чем и это всего лишь репетиция перед сражением. К сожалению, моим мечтам не суждено было сбыться.

— Началось. Быстрее возвращайтесь во дворец, здесь слишком опасно. — Словно в подтверждение его слов в небо взметнулся огромный огненный шар и полетел за стены города, нечаянно задев при этом одну из сторожевых башен. Раздался взрыв. — И вообще, какого демона вы здесь делаете? Женщинам не место в этом аду!

Я огляделась. Действительно, только такая идиотка как я могла отправиться в самую гущу сражения со связкой ножей и вечно ноющим внутренним голосом.

— А магам, им удалось отдать приказ?

Олнар раздраженно обернулся и, посоветовав спрашивать об этом эмпатов и не мешать ему, умчался вместе с остальными защищать ворота.

Заметив темно-зеленые мантии, колышущиеся на ветру, я поспешила в противоположную сторону. Сбежав по каменной лесенке на крепостную стену, в ужасе замерла, не веря своим глазам. Легионы демонов бросались на Геллион и, цепляясь когтями за каменные выступы, карабкались вверх по стенам.

Солдаты встретили их тучей зажженных стрел, вызвавшей новый приступ ярости и безумного рыка. Тысячи золотых точек взметнулись в небо и рассыпались в воздухе яркими снопами искр.

Я свесилась вниз, рискуя или упасть или попасть под обстрел, и в страхе отпрянула. Шесть наиболее крупных демонов вгрызались острыми, словно бритвы клыками в городские ворота. Еще немного и они будут здесь.

Повернув голову вправо, увидела, как нескольким тварям удалось вскарабкаться наверх и в тот же час быть пронзенными огненными копьями. Один из убитых монстров пронзительно зарычал и, сжав в когтистой лапе шею своего убийцы, полетел вместе с эмпатом вниз.

"Надолго их не хватит", — в отчаянии подумала я, глядя на воинов, тщетно пытающихся сбросить с немыслимой скоростью взбирающихся по крепостным стенам демонов.

Я взвизгнула, почувствовав, как огромная лапа пытается ухватить меня за руку. Тут же на помощь мне кинулся стоявший неподалеку эмпат и пронзил тварь мечом. Добивая никак не желающее быть добитым существо, он прокричал:

— Быстрее, уходите! Вы только мешаете!

Я и вправду была здесь лишней. Наталкиваясь на воинов, спешащих на самую вершину башни, чтобы осыпать демонов очередной партией стрел, я бежала навстречу магам, которые уже спускались вниз.

— Ну что? — подскочила я к ним.

Один из эмпатов протянул мне звезду и быстро проговорил:

— Спешите во дворец. Леста и Эдель сами вернут Владыку. А мы нужны здесь.

Внезапно меня осенила догадка.

— А почему бы нам не выпустить фениксов? Тогда ряды этих тварей в миг поредеют!

В который раз за этот вечер я встретила на лицах собеседников раздражение, смешанное со злобой.

— Сударыня, возвращайтесь во дворец. Фениксы понадобятся нам для других тварей. — Обходя меня и спускаясь вниз, он быстро взглянул на небо и пробормотал. — Они уже близко.

— Кто близко? — прокричала я, но мой вопрос так и остался без ответа.

Ворота пали, и я увидела, как демоны смертельным потоком хлынули в город, наталкиваясь на живые преграды. Но вместо того чтобы бежать и спасать жизнь Дорриэна, я стояла и словно завороженная следила за разворачивающимся на моих глазах кошмаром. Внезапно на крепостную стену обрушился страшный сгусток пламени, выпущенный монстрами, и подобно кипящей лаве заполнил все вокруг. Я едва успела отскочить и, проехавшись спиной по острым ступенькам, замерла, ухватившись за камень и стараясь унять бешеное сердцебиение. Пятеро стрелков, попавших под огонь, рухнули вниз, подобные горящим факелам. Их смерть была быстрой. Те, кого только задели огненные брызги, истошно вопили от расползающихся по коже ожогов.

Я задрожала и уже хотела бежать вниз, только бы избежать участи, постигшей несчастных воинов, как заметила то, что привело меня в еще больший ужас.

— Рэй, остановись!

Я схватила за руку пробегающего мимо эльфа в надежде удержать, не отпускать в тот ад, что творился у стен города. Люди, эмпаты, демоны превратились в огромное черное облако, которое быстро разрасталось, превращаясь в сметающий все на своем пути ураган. Раздался взрыв. Часть стены рухнула, похоронив под своими развалинами десятки воинов. Умирая в агонии, они сжимали в руках мечи, из последних сил добивая погибающих вместе с ними монстров.

Эльф вывернулся из моих рук, и уже сбегая вниз по лестнице, натягивал лук и кричал, возможно, последние слова в своей жизни.

— Ты была права. Ничто не заменит нам свободы. И мы будем бороться до конца!

— Стэн! — Я бросилась вдогонку эльфу и в отчаянии прокричала. — Останови его! Он же убьет себя!

Но никто меня не слышал. Стэн уже спускался следом за братом, полный решимости умереть вместе с ним в этой кровавой жатве тьмы. Я ухватилась за выступ в стене и, не дыша, смотрела на дикую резню, что творилась внизу. Вот один демон, яростно зарычав, бросился на Рэя, но его брат выхватил кинжал и покончил с исчадием Тьмы. За ним последовали другие, превосходившие в силе и ярости во сто крат силы моих друзей. Облако поглотило их, как минуту назад поглотило других воинов, с диким ревом бросившихся в лапы смерти. И теперь невозможно было разобрать в этом кошмаре, где сейчас сражаются мои друзья.

— Нет, Лориэн, только не ты. — Из груди вырвался слабый стон. К образовавшейся в стене дыре спешил наследник Нельвии. Нужно что-то делать. Я бросилась к капитану лучников и, схватив того за грудки, с силой затрясла. — Остановите принца! Ему там не место!

Солдат разжал мои руки и, отведя в сторону взгляд, обреченно произнес:

— Сейчас на счету каждый воин, сударыня. Даже принц должен сражаться. Иначе в последствии ему нечем будет править.

Он оттолкнул меня и начал отдавать приказания столпившимся возле него воинам. А я стояла не в силах справиться с потоком слез. Все, кто был дорог мне, могли уйти из жизни в любой момент. А я ничего не могла сделать. Это я должна была изменить этот мир. Но оказалась бессильна. Я всего лишь слабая женщина, не сумевшая вовремя отгадать, в чем секрет звезды и спасти тех, кого любила больше жизни.

— Нарин, быстрее, надо спешить!

Воллэн усадил меня на лошадь и заставил тронуться. В бешеном галопе мы бросились ко дворцу. Оглянувшись, я заметила, как еще одна стена рухнула, и неистовый крик унес невинные жизни. Мы мчались сквозь толпы солдат и горожан навстречу тому, кто решил навсегда уничтожить Этару.

— Звезда с тобой?

Я сжала в руке уже холодный камень и с силой вонзила шпоры в бока лошади. Быстрее, нужно вернуть Дорриэна. Пока не поздно.

В тусклом свете свечей вырисовывалась неясная фигура проклятого Владыки. Он опустил голову, и казалось, заснул глубоким сном, безучастный к творящемуся вокруг него кошмару. В зале царила тишина. Также как и во всем дворце. Большая часть его обитателей сейчас сражались на стенах города. Женщины и дети заперлись в комнатах и тихо молились своим богам, потому как больше ничего не могли сделать.

Услышав наши шаги, Эрот вздрогнул и поднял голову. На гордом, когда-то ничего не выражающем лице сейчас застыла маска боли. Он наконец-то понял, что натворил, но было поздно. Демоны вышли из недр земли собирать кровавую жатву мести. Неподалеку стояли Теора, Леста и Эдель. Королева и молодая эмпатия метали на Владыку полные ненависти взгляды, борясь с желанием самим лишить его жизни. Одна только колдунья с болью смотрела на сына и вероятнее всего мечтала умереть вместе с ним.

— Вставай, Эрот.

Я приблизилась к эмпату и посмотрела ему в глаза.

— Сейчас тебе больно понимать, на что ты нас обрек, — со злостью прошипела Теора и встала рядом со мной. — Твой народ будет уничтожен также как и мой, также как и все мы! — Не способная справиться с истерикой, королева схватила его и с неприсущей для нее силой потянула эмпата вверх.

Эрот горько усмехнулся и, оставив без внимания крики раздавленной ужасом женщины, обратился ко мне.

— Я осознал свою ошибку, но слезами битвы не выиграть.

Теора замахнулась и ударила его по лицу.

— И это не поможет, Ваше Величество. Пока они поймут, что нужно отступать, вы все умрете. Только я могу повлиять на исход битвы. Проклятие мною началось и мною должно закончиться.

В зале повисла гробовая тишина. Никто не ожидал от него подобного, и никто ему не верил. Наверное, если бы не тот наш разговор в подземелье, я бы первая приказала читать заклятие. Но то, что сейчас скользило в его взгляде, заставило меня удержать Воллэна, готового кинуться на Владыку с кулаками.

— Хватит, Эрот! Нарин, давай звезду.

Я проигнорировала слова советника.

— Говори, что ты хотел сказать. У нас нет времени, Эрот.

— Пророчество илларов, о котором ты говорила мне… Не ты должна была спасти Этару, и не в твоем сердце нужно было искать ответы. Я долго пытался понять сам себя, считал, что власть над миром поможет обрести мне счастье, заполнить пустоту, которая царила в моей душе. К сожалению, я оказался неправ. И если бы не ты…

— Довольно! — Теора резко оборвала Владыку и крикнула эмпатиям. — Читайте заклятие, а ты достань, наконец, звезду и покончим с ним раз и навсегда!

Я посмотрела на камень и прижала его к груди. В глубине его еще теплилась душа, за которую я готова была отдать свою собственную. Но куда она вернется? В тело, которое вскоре разорвут демоны? Как и всех нас. Если Эрот однажды потерял над ними власть, то, что сможет сделать Дорриэн? Только умереть вместе с нами.

— Нарин, — еле слышно прошептал Владыка. — В нем нет той силы, что есть у меня. Если даже вам и удастся уничтожить мелких демонов, то против крика Безликих вы бессильны.

— У нас есть красные фениксы! И моя магия.

Эрот повернулся к Эдель и, презрительно скривившись, усмехнулся.

— Сколько? Несколько десятков? А их сейчас налетит сотни. И если вовремя не остановить гарпий, вы все умрете мгновенно. А тебя с твоим даром надолго ли хватит?

Я еще сильнее сжала звезду и в отчаянии посмотрела на собравшихся здесь. Сердце каждого горело ненавистью. Они не могли думать ни о чем другом кроме мести. Но ведь месть и стала причиной гибели Этары.

— Отпустите его. — Мой тихий голос как гром разорвал повисшую тишину. — Вернуть Дорриэна мы еще успеем.

— Ты ему веришь? — Воллэн схватил меня за плечи и развернул к себе. — Как только он окажется на свободе, нам всем придет конец. Он подчинит их своей воле…

Я скинула руки советника и уже жестче произнесла:

— Нам и так придет конец. И… я ему верю.

Я вытащила нож и, разрезав веревки, помогла подняться Владыке на ноги.

— Ты уверен, что у тебя хватит силы? Ты еще очень слаб.

Эрот улыбнулся, отчего впервые за долгое время мне показалось, что я вижу перед собой не его, а Дорриэна. Точно так же Владыка смотрел на меня, когда мы прощались у стен Гвенделона.

— Береги его, — прошептала я и, в последний раз посмотрев на первого Владыку Тэр ашт' Сэйн, отдала камень Лесте. — Иди с ним на самую высокую башню. Эроту нужна будет твоя помощь.

— Нарин, оставайся здесь! — прокричал Воллэн и впился пальцами в мою кисть.

— Не могу! Я должна найти друзей.

Вырвав руку, я побежала вперед, слыша за спиной отчаянные крики Воллэна и Эдель. Одна за другой небо озаряли огненные вспышки. Это маги пытались уничтожить ворвавшихся в город демонов. Заметив, как откуда-то с высоты в мою сторону несется сгусток пламени, я отпрыгнула и, прокатившись по земле, оказалась у почерневшей от гари витрины магазина. Еще одна вспышка и шар угодил прямо в разбитое окно. Горячие языки закружились вокруг меня, заставив подняться и бежать дальше. Воллэн прав, Нельвия в руинах. А один из самых прекрасных городов Этары превратился в груды припорошенных пеплом камней.

Я продолжала бежать и чувствовала как страх, все это время терзавший мое сознание превращается в панический ужас. Взрывы, крики боли и отчаяния, трупы эмпатов, людей, демонов — все это гнало меня вперед, не давая остановиться. Сейчас я молила об одном — увидеть их живыми. Обнять эльфов и Лора, знать, что они рядом и все еще дышат.

Я завернула за поворот и выбежала на главную площадь города.

— Господи, — только и смогла выдавить из себя я, глядя на сотни трупов, которыми была усеяна земля. — Это не может быть явью, — сквозь слезы шептала я, прижимая руки к лицу и в панике оглядываясь по сторонам. Услышав жалобный стон, обернулась. — Нет!

Я сжала в руке кинжал и метнулась к мерзкой твари, с ненасытной жадностью разрывающей тело солдата. Слезы застилали глаза, из груди вырвались судорожные всхлипы, но мне было все равно. Все равно, что он со мной сделает. В этом аду трудно было сохранить здравый рассудок.

Вонзив кинжал демону в спину, я услышала дикий рев. Еще один взмах и рев повторился. Откуда-то сверху послышался неистовый крик. Эрот. Позабыв о монстре, я подняла глаза к небесам и заметила, как высоко над городом кружат гарпии. Навстречу им уже неслись красные фениксы, а Владыка из последних сил сдерживал крылатых демониц, не давая им опуститься слишком низко и своим криком уничтожить весь Геллион. Из рук эмпата вырывались мощные струи огня и неслись в сторону гарпий, не причиняя вреда кружащим вокруг них фениксам. Но, даже будучи далеко, они издавали такой крик, от которого кровь стыла в жилах, а сердце готово было разорваться на части. Леста стояла рядом с сыном и тихо шептала заклинания, стараясь помочь ему удерживать Безликих на достаточном от города расстоянии.

А потом острые когти полоснули руку. Я закричала. Демон вжал меня в землю, скользя когтями по тонкой коже, причиняя невыносимую боль. Я продолжала кричать и плакать, чувствуя, как электрические разряды проходят по всему телу и, превращаясь в сгустки крови, забирают мою жизнь. Когда же клыки с жадной силой вонзились в шею, крики прекратились.

Лежа на земле в море крови — своей и чужой, я смотрела вдаль. Туда, где стоял он. Вот одной из гарпий удалось прорваться сквозь потоки огня и стрелой полететь вниз. Последнее, что помнила, было тело Лесты на руках у Владыки. Мать заслонила собой сына, отдав за него свою жизнь…

Постепенно крики стихли. Я больше не чувствовала боли, не видела демонов и искаженных ужасом лиц людей. Совсем близко пронесся ангел смерти и, подхватив меня на руки, унес прочь. Прочь из этого мира. Прочь от него…

Нарин

Эви

Хелдэн

Нарин и Аммиан

Нарин в образе эльфийки)))

Неаль

Одиэн