За окнами шел дождь.

Он моросил привычно и неторопливо. Дождь — полноправный хозяин этого сырого, промозглого города и никто не может оспорить его права. Красный круг восходящего солнца, тусклый и блеклый, подкрашивает багрянцем серые пласты туч. Металлические крыши домов покрыты рыжеватыми потеками. Ржавая вода льется на мостовые и мутными ручейками стекает в черные провалы канализационных решеток…

Рэд подумал, что с тех пор как Большой Проект разладился, все в этом мире пошло как-то не так. Тайваньский конфликт только усугубил ситуацию. Разве что Глубина осталась прежней.

Да нет. Ерунда.

Все изменилось, и Глубина в том числе.

Отвернувшись от окна, Рэд бросил взгляд на плоский экран, прикрепленный к стене. Старый он уже, пятилетний корейский «Samsung» в когда-то белой, а теперь желтоватой пластиковой оправе. Краски поблекли, поверхность исцарапана и покрыта пятнами. В нижней части изображение расплывается превращаясь в серую муть — так рисуют маленькие дети, сначала смешивая яркие краски, а потом размазывая их по листу бумаги.

Длинная полоска, постепенно заполняющаяся темно-синим, отражала процесс загрузки. Цифр видно не было, но Рэд прикинул на глаз, что осталось еще процентов двадцать пять. Может, тридцать.

Конечно, войдя в Глубину он увидел бы совсем другую картину, может быть даже что-то весьма захватывающее, но в последнее время Рэд старался избегать Глубины. Опасной она стала. Странной. Непредсказуемой. Не то чтобы реальный мир намного от нее отличался, но по крайней мере он был настоящим. Мир, где дождь — это дождь, а не поток электрических импульсов, не гипноз и не самообман.

Рука сама собой потянулась вверх, нащупала теплое пластиковое гнездо нейроразъема на шее. Виртуальные костюмы, специальные очки — все это ушло в прошлое с развитием био- и электронных технологий. Вживи себе набор схем — вот все, что тебе нужно для входа в Глубину. А несколько месяцев назад японцы объявили, что разработали систему дистанционного доступа. Проблема была в источнике питания, но ее разрешили… Люди из комитета ООН по здравоохранению в ярости. Сначала — сотовые телефоны, вызывающие рак, затем — мнемочипы, влияющие на память и провоцирующие галлюцинации, а теперь вот еще и это — вживленный в человеческое тело компьютер с постоянным подключением к инфопотокам Глубины.

— Загрузка файлов завершена.

Голос был приятный и мелодичный. Это только в плохих фантастических фильмах начала века компьютеры говорят безжизненными синтезированными голосами. Сами подумайте — какой ненормальный захочет иметь компьютер с голосом робота-убийцы, если аудиочип стоит не дороже сносного обеда в ресторане?

Рэд заколебался. Глубина, Глубина… Кто же знал, что бегство от реальности может быть не менее губительным, чем любой наркотик?

Нет. Не сегодня. Сегодня он выйдет из дома, прогуляется по пустынным улицам до ближайшего кафе, впервые за пару недель нормально поест. Ему до смерти осточертели полуфабрикаты.

— Режим сна.

— Принято, — мягко прошелестел голос.

Накинув кожаную куртку, Рэд некоторое время копался в ящике стола, стараясь отыскать связку ключей. Ключи нашлись на полу возле хромоногого дивана. Наверное, выпали из кармана прошлой ночью.

— Внимание. Вам срочное сообщение.

Рэд покосился на экран. В правом верхнем углу пульсировал ярко-красный квадратик. Нехотя усевшись в кресло, Рэд пошарил в карманах куртки, вытащил полупустую пачку японских сигарет. Закурил, глубоко затянувшись, и выпустил в потолок струйку серого дыма.

— Просмотреть в голосовом режиме.

— Выполняю… — снова легкий шелест, и хрипловатый прокуренный голос продиктовал длинную цепочку цифр и символов. Потом: — Забирай файлы и немедленно уходи. Встретимся в Янтаре. — Хриплый замолк, и мелодичный сказал: — Конец сообщения.

Ти-Эс и раньше редко снисходил до каких-то объяснений, мотивируя это своей чрезмерной занятостью, но всему есть предел. Рэд слишком хорошо знал, что все эти многозначительные туманные намеки о каких-то крупных делах, проворачиваемых в Глубине, — не более чем пшик. Будь это иначе, Ти-Эс давно перебрался бы куда-нибудь, где еще можно было жить по-человечески. Марсианские поселения, говорят, совсем неплохое место, хотя Лунная База — в сто раз лучше. Рэд намеревался и сам когда-нибудь перебраться на Луну. Когда-нибудь, когда накопит достаточно денег.

— Проверить доступен ли адресат номер четыре — Ти-Эс для сеанса прямой видеосвязи.

— Адресат на линии.

Хорош парень, ой хорош! Зная, что при прямом разговоре Рэд потребует от него объяснений, предпочел послать письмо. Ну, ему это так даром не пройдет — особенно если он опять забыл блокировать функцию видеосвязи. Ти-Эс бывал слегка рассеян. Даже еще чаще, чем пьян.

— Прямая видеосвязь.

— Соединяю…

Экран моргнул, выдал логотип компании «РЛС», специализирующейся на оказании услуг связи. Рэд знал, что в нижней части экрана сейчас бегут буквы рекламной строки и порадовался, что избавлен от необходимости видеть эту муть. Технологии нейролингвистического программирования, несмотря на строжайший запрет, порой применялись в рекламе и кто знает…

Логотип мигнул и исчез. Появившаяся на экране узкая полоса с легким щелчком развернулась в полноценное изображение. Видеокамера у Ти-Эс была паршивая, но для видеосвязи особого качества и не требовалось. Все равно «Российские Линии Связи» не собирались менять давно устаревшие оптоволоконные линии.

Ни один из четырех человек, появившихся на экране не был Рэду знаком. Они стояли к нему вполоборота, заслоняя происходящее в комнате. Но это было неважно. Рэд видел достаточно.

— Прервать сеанс, — скомандовал он.

Экран мигнул и вновь выдал знакомый логотип.

— Заблокировать связь.

— Попытка возобновления видеосоединения, — сообщила машина. — Выполнять?

— Нет. Переход в режим глубокого сна, — Рэд подумал несколько секунд. — Полное отключение с подготовкой к транспортировке.

— Вы уверены?

— Да.

— Пароль пользователя, пожалуйста.

Рэд продиктовал пароль, бросился к столу, переворошил содержимое ящиков собирая необходимые вещи. Вытащил из-под кровати черный рюкзачок из поблескивающего непромокаемого материала, отключил системный блок компьютера от экрана.

Черные пластиковые соединения с мягкими щелчками вышли из разъемов. Конечно, вживленного нейроразъема вполне достаточно для входа в Глубину, но личные файлы и софт обеспечивающий пользователя, находившегося в Глубине дополнительными возможностями, в черепную коробку не загрузишь, а обзавестись вживленными мнемочипами Рэд как-то не удосужился. Дорого это было и ненадежно. Системный блок перекочевал в рюкзак.

Старенький лучевик «Беретта» — в карман куртки. Только безумец выйдет в наши дни на улицы Питера без оружия.

Оглядев комнату, Рэд решил, что больше ему здесь делать нечего. Сумрачная «гостинка», служившая ему домом на протяжении последних полутора лет, внезапно показалась Рэду опустевшей и потому обиженной на несправедливо обошедшегося с ней хозяина. Через некоторое время здесь все придет в запустение, как и в тысячах других квартир, которые были оставлены людьми, бегущими из города на Неве.

Ключи от входной двери Рэд швырнул в ржавый почтовый ящик — еще один дикий анахронизм умирающего прошлого.

Всю свою жизнь Рэд смотрел, как прошлое умирает. Земля уже не билась в агонии, цепляясь за жизнь. Все, у кого было достаточно сил и воли, перебрались на орбитальные станции, на Луну, Венеру и Марс. В Пояс Астероидов, наконец. А те, кто остался, не предпринимали ничего, чтобы что-то изменить. Они предпочитали гнить заживо. Рэд не собирался делать то же самое.

Рэд не знал, какому «гению» дизайна пришло в голову сделать Диптаун царством вечных сумерек. Быть может, это было еще в те времена, когда солнечным лучами не приходилось пробиваться к земле сквозь тучи пыли и смога? Как бы там все это не происходило, но после сумрачного реала столь же сумрачная виртуальность навевала тоску.

— «Янтарь».

Водитель такси повернул к Рэду неестественно бледное, словно выбеленное, лицо. Рэд попытался припомнить, что означает подобная раскраска, но не очень преуспел. Расплатившись, он вышел из такси и потратил некоторое время на изучение собственной внешности в отражении зеркальных дверей. Плотный мужчина с узкой полоской усиков над верхней губой и восточными чертами лица ничем не напоминал Романа Кудрявцева, коренного петербуржца двадцати с лишним лет отроду. То, что надо.

Кроме того, это была новая, совсем недавно сконструированная и еще ни разу не использовавшаяся Рэдом внешность.

Рэд не знал, что собой символизировала обстановка ресторана «Янтарь». Изнутри он был похож на замок, вернее — на обеденный или, может быть, тронный зал какого-то замка. Там были высокие стрельчатые окна, цветастые знамена, портреты каких-то людей в старинных одеждах. Внушительных размеров янтарный трон всегда пустовал, а на гобелене, висевшем над троном, изображена небольшая лошадь (Рэд видел таких животных в старых фильмах), но наверное дизайнеры что-то напутали, потому что на лбу лошади был изящный витой рог. Насколько Рэд знал, у лошадей никаких рогов не было. Может быть это какой-то подвид.

Вовремя спохватившись, Рэд свернул направо, пройдя мимо своего обычного столика, и занял другой, находившийся чуть в стороне.

Заказав фирменное блюдо Рэд добавил:

— У меня здесь назначена встреча. Если кто-нибудь спросит Яшимото, проводите его ко мне.

Официант понимающе кивнул, позволил себе легкую улыбку, услышав выдуманное имя, и удалился.

Через некоторое время Рэд уже жевал какое-то мясо, запивая его темным пивом. Что это было за мясо Рэда не особенно интересовало и поэтому вкус у него был такой… усредненный. Зато пиво было превосходным, потому что Ред точно знал, что заказывает. В реале такое пиво стоит недешево, но однажды Рэду посчастливилось его попробовать и теперь, бывая в Глубине, он частенько заказывал именно этот сорт. «Гиннес». Нектар богов.

В ресторане было не больше народу, чем обычно. Жуя, Рэд исподтишка наблюдал за людьми.

Они знали, что этот ресторан, вкус пищи и изысканных напитков — все это лишь плод их воображения. Коллективная галлюцинация, в которую впал почти весь мир. Когда он это сообразил, его чуть не вырвало. Он поспешно отодвинул тарелку. Ему вдруг расхотелось здесь оставаться, встав, он пошел к выходу и у самых дверей столкнулся с щеголевато одетым толстячком, по всей видимости бизнесменом средней руки. Тот ощупал Рэда внимательным взглядом.

— Вам следует смотреть куда вы идете.

— Прошу прощения.

Легкая улыбка ничего не значила. Этот человек просто не хотел привлекать к себе внимания прочих посетителей.

Рэд пожал плечами. Щеголь отправился к свободному столику, легко помахивая тяжелой тростью. Возможно, — оружие третьего поколения. Взгляд толстяка скользил по лицам посетителей. Рэд был готов поклясться, что этот тип ищет рыжеволосого парня с серьгой-микрософтом в правом ухе. Обычную внешность Рэда виртуального и Рэда настоящего роднило и телосложение, и цвет волос, и манера одеваться. Если толстяк это знал, то Ти-Эс и в самом деле мертв.

Рэд вызвал такси и назвал адрес.

— Быстрее, — бросил он водителю.

Использование резервных каналов обойдется дорого, но по крайней мере у него будет шанс выбраться из Глубины живым.

Вихрь разноцветных конфетти. Затем, некоторое время — темнота.

Реальность обрушилась на него водопадом чувств: запах прогорклого жира из глубин дип-кафе; вездесущая питерская сырость, холодный белый пластик стула; шершавая поверхность обманчиво мягкой на вид скатерти на столике.

Только глупец или человек страдающий дип-психозом может спутать реал и глубину. Впрочем, сейчас сложно найти человека не больного дип-психозом.

Рэд глубоко вдохнул, потом медленно выдохнул. Глаза медленно привыкали к свету. Заблокированные на время пребывания в Глубине оптические нервы вновь принялись за работу. Рэд протянул руку к кружке с пивом. Несколькими большими глотками осушил ее до дна. Пиво было уже тепловатым и мерзким на вкус. Настоящее реальное пиво.

Он вынул соединяющий кабель из нейровхода и вставил туда заглушку, защищающую от пыли и грязи. Купил еще пива — на этот раз в слегка помятой жестяной банке (настоящая редкость во времена, именуемые учеными «эрой пластика») и пачку сигарет. Вернулся за свой столик, повертел пачку в руках, отодрал фальшивую акцизную марку, размял сигарету в руках, не спеша закурил.

То, что Ти-Эс, мелкому питерскому хакеру, удалось наткнуться на что-то серьезное, было чудом. К сожалению, второго чуда не произошло, и теперь Ти-Эс был мертв. Рэд больше не сомневался, что скорчившееся на полу квартирки тело, которое он мельком видел на видеоэкране — все, что осталось от приятеля. Тимофей… как же была его фамилия? Сидоров?.. Скворцов?.. Сикорски?.. Какая теперь разница?

Рэд вытащил из рюкзака системный блок компьютера, подсоединил его к серому устройству, примотанному к столу пожелтевшим от времени скотчем. Над столом развернулся небольшой голографический экран. Штука удобная, но во-первых — жрущая много энергии, а во-вторых — дающая слишком паршивое для постоянной работы изображение. Офтальмологи бились в истерике, но их никто не слушал. Как и всем прочим, Рэду было плевать. Закурив очередную сигарету, он прищурил глаза, наблюдая за тем, как компьютер проводит тестирование систем.

— Перейти в режим сенсорного управления, — вполголоса скомандовал Рэд. — Отключить звук.

Он сконнектился с сервером, хранящим в своей базе данных информацию о его виртуальной личности. Люди убившие Ти-Эс наверняка уже выяснили личность человека, получившего файлы. Возможно, пройдет несколько часов, прежде чем они доберутся до его реальной питерской квартиры, но там уже никого не найдут. А вот отследить виртуальный его адрес никаких проблем не составит. Хочешь иметь постоянную личность и адрес в Глубине — будь добр воспользуйся для регистрации своим индентификационным чипом. Времена анархии в Глубине давно прошли. Комитет Управления в ООН взял виртуальную реальность под свой контроль. Все правильно. Они просрали реал, но забрали все прочее, что хоть чего-то стоило. Все, до чего смогли дотянуться из своего бункера-подземелья в сгоревшем Брюсселе.

Пальцы Рэда бегали по сенсорной клавиатуре, набирая нужные команды. Прощай, странный, когда-то подающий надежды, хакер Рыжий, более известный среди узкого круга немногочисленных приятелей под американизированным ником Рэд.

Теперь вход в виртуальную реальность для него закрыт.

Хакер. Рэд криво улыбнулся своим мыслям. Он затушил сигарету, размазав окурок в покрытой черными пятнами пепельнице, и закурил снова. Ему нужно найти безопасное место, где можно открыть файлы.

Черная громада Дамбы производила гнетущее впечатление. Амбициозный проект, последняя отчаянная попытка людей защитить город. Она так и осталась недостроенной. Еще несколько лет и море возьмет свое. Времена, когда человек побеждал в войне с природой отошли в прошлое. Рэд считал, что сама концепция «войны» была ложной. В этой войне невозможно победить, потому что, в конечном счете, все это сводится к войне с самим временем, а время всегда побеждает.

Ветер приносил со стороны залива запах гнили. Море, которое видел Рэд в старых фильмах было совсем не таким. И запах у него был, наверняка, другой. Сейчас залив превратился в отстойник, где медленно скапливался гной, сочившийся со стороны города. Когда Дамба рухнет, город окажется погребенным под собственными нечистотами.

Две черные фигуры выплыли из тени, оторвавшись от стены полуразрушенного здания.

— Похоже, мальчик заблудился.

Одна из теней оказалась девушкой. Рэду она понравилась. Лет шестнадцати, наверное, симпатичная, с черными прямыми волосами, но главное не это. Главное — глаза. В них была дерзость, какая-то особая дерзость, вызванная возможно, отчаянием. В Глубине не увидишь таких глаз.

— Привет, — сказал Рэд, останавливаясь.

— Да это же Рэд! — произнесла вторая фигура. — Каким ветром тебя занесло в наши края?

Рэд не помнил, как зовут этого парня, но это было неважно. Главное, что парень его помнил.

— Мне надо увидеть Старика.

— А ты уверен, что он захочет тебя видеть? — насмешливо поинтересовалась девушка.

Обычный понт. Даже не слишком оригинально. Скучно и шаблонно. Рэд был уверен, что уже где-то слышал эту фразу.

— Почему нет? — спросил он.

— Брось, Эл, — это же Рэд, — слегка успокаивающе произнес парень. — Наш человек.

— Он не похож на нашего.

— Настолько наш, насколько это возможно, — поправился парень. — Проведи его.

— Пошли, — резко скомандовала девушка и, повернувшись, нырнула в проход между домами.

Рэд нагнал ее не без труда. Некоторое время они шагали молча, пробираясь среди груд мусора, битого кирпича и каких-то полуобглоданных временем железобетонных блоков.

— Что значит «Эл»? — наконец, спросил Рэд.

Девушка бросила на него косой взгляд, но ответила:

— Алиса… А ты — Рэд?

— Да.

— Ну и чем ты живешь?

Это означало «как ты зарабатываешь деньги». Дурацкий жаргон, в самом деле дурацкий. Будучи старше большинства «крыс» года на три-четыре, никак не больше, — Рэд порой с трудом понимал, о чем они говорят. Да. Следующее поколение будет более жестоко и прямолинейно, чем то, к которому причислял себя Рэд. В них больше злости на мир, который распался на куски, не успев дать им ничего и заставив выживать. Как крыс.

— Я — хакер.

— А! Один из этих дуриков с выжженными мозгами. Понятно. Я так и подумала.

— В самом деле?

— Да. Ты на них похож.

— Что значит похож?

— Похож — значит похож, — отрезала Алиса. — Какие у тебя дела с Крысами?

Рэд усмехнулся. В самом деле, какие у него могут быть дела с уличной бандой, ошивающейся в районе Дамбы? Эти люди не просто считаются отребьем, у большинства из них даже нет чипов-индентификаторов. Официально их не существует, и никому нет до них никакого дела. Впрочем, года два назад все было не так. Тогда, власти города еще пытались навести здесь какой-то порядок. И, взломав сервер петербургских мусорщиков (это было совсем несложно даже для того зеленого юнца каким он тогда был), Рэд достал файлы с планами зачистки городских районов. «Зачисткой» называлась официальная операция «по устранению элементов, не имеющих индентификационных чипов». Заполучившие планы Крысы сумели затаиться и переждать. С тех пор они были вроде как в долгу перед Рэдом, хотя он и опасался, что с приходом нового главаря все может перемениться.

Рэд брел за девушкой среди проржавевших кранов, балок и груд металлолома, когда-то считавшихся машинами. Исподтишка бросая на девушку внимательные взгляды, он рассматривал ее, отметив удивительно тонкие брови, чуть припухшую ссадину на подбородке, облупившийся лак на коротко стриженных ногтях.

Он вдруг понял, что Алиса никогда не бывала в глубине и вряд ли когда-нибудь туда попадет. В нем шевельнулась жалость, которая тут же исчезла, когда девушка обернулась и, сверкнув глазами, легонько рявкнула:

— Перестань пялиться на мою задницу!

— Я вовсе не пялился, — возразил Рэд.

— А то я не знаю! — фыркнула она и, потянув за ржавую ручку открыла тяжелую дверь, ведущую в заброшенный склад. Прежде чем последовать за ней внутрь, Рэд машинально огляделся по сторонам. Никого.

Оказалось беспокоился он напрасно. Быка, который свалился от какого-то мутировавшего вируса полгода назад, заменил Ловкач. А Ловкач относился к Рэду вполне нормально. Наверное, понимал, что когда-нибудь такой человек может пригодиться.

— Наш человек, — приветствовал гостя Ловкач, растягивая непослушные, похожие на резину губы в непривычной улыбке.

Зеркальные очки его поблескивали в свете древних флюорeсцентных ламп освещавших помещение старого портового склада. Наверное, здесь когда-то хранились грузы, которые привозили корабли, плавающие по морю. Один из глаз Ловкача был заменен неряшливым электронным протезом — пусть лучшим, что сумел смастерить Старик, но все равно донельзя безобразным. Ловкач никогда не снимал очки.

Рэд обменялся с ним ритуальным приветствием Крыс — настолько ловко, насколько сумел. Серия быстрых движений правой рукой — пожать, поворот, переворот… Ему так никогда и не удалось все это выучить. Демонстрируя свою неуклюжесть, он явно терял лицо, но Ловкач только добродушно улыбался.

— Я покажу тебе, как мы живем, — сказал он.

Рэду пришлось вытерпеть часовую экскурсию по складам и осмотреть отремонтированные местными умельцами машины. Это входило в правила игры.

— У тебя какие-то неприятности? — поинтересовался Ловкач, когда они сели за стол. Предводитель Крыс наслаждался пивом, которое Рэду хватило ума купить перед приходом сюда. Всего лишь шесть литров — Рэд решил экономить деньги.

— Мне нужно увидеть Старика, — Рэд помедлил. — Как он?

— В последнее время — хуже, чем обычно. Подсел на жидкий кокаин. К счастью, пока продажа тех штук, которые он мастерит, все окупает.

Рэд кивнул. Старик по мнению Рэда был когда-то преуспевающим хакером, а может быть даже дайвером. Теперь он занимался тем, что чинил разные электронные штуки, мастерил другие электронные штуки и все время сидел на наркотиках. И еще — он никогда не входил в глубину. Наверное, в свое время переболел дип-психозом.

— Я могу его увидеть?

— Все, что угодно. Он в мастерской. Эл, проводи нашего гостя!

Алиса с любопытством слушавшая разговор, кивнула. Рэд ничуть не возражал против ее компании. Как выяснилось — Старик тоже. Отложив в сторону странную штуковину, над которой работал, он сфокусировал свое внимание на Рэде.

— Давно ты не заглядывал.

Если потерявший глаз Ловкач хотя бы носил зеркальные очки, то Старик нисколько не старался скрыть все свои многочисленные кибер-имплантанты. Он был ходячим экспонатом, демонстрирующим во что может превратить себя человек.

Рэд огляделся, сел на то, что вполне могло быть остатками древнего электродвигателя, вытащил сигареты.

Старик неопределенно фыркнул, порылся в груде каких-то деталей лежащих на исцарапанной поверхности пластикового стола и привычным жестом фокусника вытащил на свет синюю коробочку. Протез его левой руки тихо жужжал.

— Жидкий кокаин, — сообщил он. — Ты все еще не?..

Рэд отрицательно мотнул головой. Он не имел никакой охоты связываться с этой синтетической дрянью. Вытащив пару ампул Старик протянул одну Алисе. Девушка использовала свою с ловкостью, выдававшей большой опыт, и с вызовом оглянулась на Рэда.

Рэд щелкнул зажигалкой. В конце концов, это ее жизнь.

— Выкладывай, в какое дерьмо ты влип, — прокаркал Старик.

Свет зеленых ламп превращал лицо Рэда в маску мертвеца. Это было недалеко от истины. Он несомненно и являлся ходячим мертвецом. Все дело было лишь в том, сколько ему удастся протянуть, прежде чем то, что останется от его тела, отправиться в короткое путешествие на мусоросжигательный завод.

— Ты и представить себе не мог, да? — спросил Старик, переводя взгляд своих искусственных глаз с экрана, где крутился черно-зеленый логотип «Майкрософт-Текникс», на побледневшее лицо Рэда.

— Нет, конечно, — этот хриплый голос просто не мог принадлежать Рэду. — Вряд ли кто-нибудь вообще мог представить…

— А почему, ты думаешь, я перестал ходить в глубину? — саркастически осведомился Старик.

— Ты знал?

— Догадывался. Давным-давно догадывался. Глубина должна была умереть вместе с разработкой оружия третьего поколения. Но она не умерла. Появились различные защитные программы, множество различных запретов и ограничений, специальные таймеры, наконец, которые просто выбрасывали людей из глубины, когда параметры телеметрии пользователя зашкаливали за опасные пределы. Когда Глубина стала более опасной, чем реал, люди стали покидать ее и крупные компании забеспокоились. Какому-то гению из «Майкрософт-Текникс» пришло в голову, что дип-психоз можно ведь привить искусственно, и Глубина стала наркотиком. Люди больше не могли жить без нее. И мы пришли к тому, что имеем сейчас, когда почти каждому по карману вживить себе нейроразъем и переселиться в виртуальность. Людей почти не интересуют их физические тела — они живут в мире своих фантазий.

Произнося свой необычайно длинный монолог, Старик задумчиво перебирал какие-то штуковины на столе.

— И никто не…

— Не поднял шум? — пародия на человека хищно оскалилась. — Тех, кто пытался, — заставили замолчать. Все доказательства тщательно прятались. В итоге… в итоге люди просто перестали об этом задумываться. Сенсации тоже имеют свой срок годности.

— Но как секретные разработки «Майкрософт-Текникс» оказались в руках мелкого питерского хакера? Как он сумел взломать пароль, открывающий файлы?

— Ти-Эс знал ответ, но он мертв. В офисе «МТ» тоже знают ответ, но хочешь ли ты пойти туда и спросить их?

— Нет, — сказал Рэд.

— И что ты намерен делать?

Рэд пожал плечами.

— Возможно…

Его прервал взрыв. Что-то рвануло совсем рядом, да так — громадное здание старого склада затряслось. Заскрипели ржавые балки, одна из ламп сорвалась со стены и с противным хрустом разбилась о пол.

— Они нашли тебя, — окуляры искусственных глаз Старика обвиняюще поблескивали. — Ты не принял должных мер предосторожности.

— Но как?..

— Болван! Надо убираться отсюда.

Рэд поспешно надел на плечи рюкзак. Послышались чьи-то крики, шипение и короткие хлопки выстрелов.

— Помоги мне поднять девчонку, живо! — скомандовал Старик.

— Что с ней?

Глаза Алисы были закрыты, из носа стекала струйка крови.

— Переборщила. Слишком большая доза.

Выстрелы раздавались все ближе. Что-то опять громыхнуло.

— Зачем она это делает? — прокричал Рэд.

— У нее рак. Последняя стадия. Ты думал, она наркоманка? Для нее это единственная возможность заглушить боль.

— Существуют лекарства, длительные программы лечения, — начал было Рэд, но тут же замолчал, выругав себя за глупость. Лечение доступно лишь для тех, кому вживлен индентификационный чип.

На пару со Стариком Рэд ухитрился взвалить девушку себе на плечи. Она весила немного, но Рэд был не в форме.

— Здесь есть запасной выход, — буркнул Старик, откидывая крышку люка в полу. — Старые системы жизнеобеспечения.

Бах! Одна из штуковин на столе разлетелась вдребезги, осыпав Рэда дождем острых осколков пластика. Рэд ухитрился одной рукой достать «беретту» и несколько раз выстрелить в темноту склада. Он не был уверен, но, кажется, попал.

В любом случае — выиграл несколько секунд.

Появился растрепанный Ловкач. Из-за разбитого стекла зеркальных очков на Рэда уставился безобразный оптический окуляр.

— Ты привел их!.. — зарычал Ловкач. Маленькое красное пятнышко прыгнуло ему на грудь, а в следующее мгновенье он словно взорвался изнутри.

Полуоглохшего Рэда бросило в черное отверстие люка. Он пролетел пару метров, упав в зловонную жижу. Кое-как ухитрившись подняться на ноги, посмотрел вверх. Старик пытался спустить так и не пришедшую в себя Алису. Рэд протянул к ней руки. Протрещала автоматная очередь. Тело Старика задергалось, когда пули начали рвать его плоть.

Алиса умерла через несколько часов. Рэд сидел рядом, время от времени промокая ей лицо. Когда в мастерской Старика что-то взорвалось, девушку бросило прямо на сплетение железных труб. Наверное, она переломала себе ребра или что-то в этом роде. Рэд никогда не был силен в медицине. А она так и не пришла в себя. Он сидел рядом и смотрел, как она умирала.

Взрыв разрушил большую часть складских помещений. К счастью, Дамбу это не затронуло.

Ему понадобилось еще несколько часов, чтобы выбраться из подземелий. Батарея фонаря уже начала садиться.

Серое питерское небо показалось Рэду самым прекрасным, что он видел в жизни, а дождь он и без того всю жизнь считал чудом.

Боевики «Майкрософт-Текникс» решили, что он погиб при взрыве. Рэд не собирался их переубеждать. Он потратил почти все свои сбережения, чтобы купить билет на самолет. Это был самолет компании «Российские авиалинии» — древний как само время и уже давно отлетавший положенный ему ресурс. Но «РА», как и всякая другая мелкая компания, не слишком заботилась о безопасности своих серверов, что позволило Рэду подправить данные, изменив имя и фамилию, безропотно выданные послушным чипом-индентификатором. Тотальный контроль невозможен до тех пор, пока существует такое понятие как «халатность работников». Теперь «МТ» не получит никаких сведений о Романе Кудрявцеве, пассажире компании «Российские авиалинии», а никому не известный Виктор Стеклов ее не заинтересует.

Здание аэропорта пахло машинами. Рэд чувствовал их запах так же явственно, как и ощущал их присутствие. Тысячи машин, сотни компьютеров, обрабатывающих потоки информации. Растопыренные уши антенн, направленных в небо…

Он открыл очередную пачку сигарет, бросив обрывки прозрачной упаковки на почти черный, мокрый от дождя бетон.

Холодный ветер теребил волосы на голове.

Рэд оглянулся на окрик стюардессы, в последний раз затягиваясь. Да, он в курсе, что здесь нельзя курить. Нет, он не хочет чтобы она вызвала охрану аэропорта. Да, он сейчас поднимется по трапу вслед за остальными пассажирами. Да, сейчас… Сейчас…

Рэд поставил точку, кликнул указателем на желтой иконке отправки сообщения, подождал, пока компьютер перебросит файлы бортовой системе самолета. Оттуда они отправятся на спутник, а затем разлетятся ворохом почтовых пакетов по тысячам почтовых адресов Глубины. Вытащил разъем из подлокотника кресла, отсоединив ноутбук от сети. Мягко щелкнул тумблером, отключая питание.

«Ты хотел найти Рай, отец. Рай — здесь, черт побери! Ты слышишь меня? Рай — здесь!» Кажется, это слова из какого-то древнего фильма. Он не помнил откуда именно, да это, впрочем, неважно.

Рэд устало откинулся мягкую спинку кресла, ощущая, как послушный псевдопластик перестраивается, принимая оптимальную форму, для того чтобы принять его тело. Он прикрыл глаза.

Самолет с легким гудением выруливал на взлетную полосу. За стеклом иллюминатора распахнула черные крылья ночь.

28–29 января 2000 года.