Вячеслав М.Заярин/ "АиВ"

С 1 по 5 июля 1998 г. на территории испытательно-экспериментальной базы АО "ТАНТК им.Г.М.Бериева" прошла 2-я международная выставка по гидроавиации "Геленджик-98". Средства массовой информации Украины на ней представлял только "АиВ". Ниже мы публикуем репортаж нашего сотрудника Вячеслава Заярина.

Любая выставка - это смотр достижений в соответствующей области человеческой деятельности. В этом плане "Геленджик-98" не исключение. В трех выставочных павильонах общей площадью 4300 м2 свои экспонаты представили 92 фирмы-участницы из России, Украины, Латвии и Германии. Авиапром нашей страны представляли: ЗМКБ "Прогресс" им. А.Г.Ивченко и ОАО "Мотор -Сiч", объединенные под названием "Запорожский авиамоторный комплекс". В ходе работы выставки было совершено около 90 показательных полетов. ВВС РФ представляли пилотажная группа "Стрижи" на МиГ-29, ЛИИ им.М.М.Громова - летчики-испытатели А.Квочур, В.Логиновский на Су-27П и А.Гарнаев на МиГ-29УБ, авиацию ВМФ -противолодочный самолет Ил-38 и вертолет Ми-14ПС. Одновременно в НИИ "Южморгеология" прошла научная конференция по гидроавиации, в которой приняли участие 25 фирм (около 100 человек), представившие 72 доклада.

Ка-32 на салоне представляла компания "Аэро-Камов"

Ka-32 was presented by "Aero-Kamov" Company at the show

Мероприятия в Геленджике посетили иностранные делегации, представители посольств, военные атташе и деловых кругов более чем из 20 государств. На салоне были аккредитованы более 180 журналистов из России, Украины, Великобритании, США, Дании, Польши, Швейцарии, Голландии, Бельгии.

Демонстрировалось 25 летательных аппаратов. К сожалению, ни одного не российского летательного аппарата в Геленджике не было. Планировалось участие самолетов-амфибий: канадской пожарной Canadair CL-415 и японской поисково-спасательной Shin Meiwa US-1A, но перед самым открытием салона стало известно, что они не прибудут из-за финансовых проблем. По этой же причине отсутствовали и российские палубные самолеты. Среди фирм, представивших натурные образцы, были компании: "Аэро-Камов" -дочернее предприятие ОАО "Kамов", продемонстрировавшее в небе и на земле несколько модификаций вертолета Ка-32; Луховицкий машиностроительный завод, представивший Ил-103; Самарские ООО "Аэропракт" с легким самолетом А-25 "Бриз", ОАО "Гидроплан" с легкой амфибией Че-22.

Конечно же, самой представительной на этой выставке была экспозиция АО "ТАНТК им.Г.М.Бериева" - фирмы, занимающей ведущие позиции в мире по разработкам гидросамолетов. На примере этого предприятия можно хорошо отследить положение и перспективы развития гидроавиации не только в России, но и на всем пространстве бывшего СССР. Отвечая на вопросы "АиВ", Генеральный конструктор и директор ТАНТК Г.С.Панатов сказал, что сегодня Россия занимает приоритетное положениев мире по гидроавиации, однако на ней Министерство обороны РФ ставит крест. Для ВМФ остается актуальной борьба с подлодками. Созданный для этих целей А-40* "в полном объеме прошел летно-конструкторские и государственные испытания, правда, без спецкомплексов. На 65% выполнена подготовка к его серийному производству на Таганрогском авиационном заводе "ТАВИА". Потребность в этих самолетах в России оценивается в 100-150 единиц, в зарубежных странах - в 20-25. Но несмотря на это, МО РФ в 1996 г. приняло решение о прекращении работ по этой машине, а для выполнения противолодочных и патрульных задач был выбран другой базовый самолет - Ту-204. А это означает, что ВМФ России останется без самолетов данного класса, поскольку состоящий на вооружении много лет Бе-12 практически выработал свой ресурс (последняя серийная машина выпущена в 1973 г.). Таким образом, проблема защиты наших берегов, даже ближних, от разведки или подлодок сегодня не решена". На базе А-40 создается Бе-42, предназначенный для поиска и оказания помощи терпящим бедствие на море. Однако готовность опытного образца из-за недостаточного финансирования на сегодняшний день составляет 85%.

Между тем, как минимум 6-8 таких машин требуется Минобороны и 4-5 - МЧС. Есть и обращения о поставках 10-12 самолетов в Финляндию, Канаду, Южную Корею, Чили, Таиланд.

* А-40 "Альбатрос" создан в соответствии с Постановлением СМ СССР №741-208 от 19.06.86 г. для борьбы с подлодками и надводными кораблями в ближней и средней океанских зонах. Построено два опытных экземпляра.

Взлет с воды А-40 - захватывающее зрелище

A-40's water take-off is exciting sight

Самый большой в мире самолет-амфибия А-40 в Геленджике еще раз продемонстрировал свои уникальные возможности. 3 июля на нем в двух полетах были установлены 12 мировых рекордов для гидросамолетов (взлет с воды и посадка на воду) и амфибий (взлет с воды и посадка на сушу) повремени набора высот 3000, 6000 и 9000 м с коммерческой нагрузкой 15000 кг. В первом полете экипаж возглавлял заслуженный летчик-испытатель России Г.Г.Калюжный, во втором -летчик-испытатель I класса п-к Г.А.Паршин. Регистрацию этих достижений осуществляла спорткомиссар ФАЙ Т.А.Полозова. Полученные результаты являются предварительными, для их подтверждения понадобится не менее 3 месяцев, после чего "Альбатрос" официально станет обладателем 138 мировых достижений.

В Геленджике многие ожидали увидеть новый самолет-амфибию Бе-200, который создается согласно Постановлению Правительства РФ № 197 от 17.07.92 г. Машина спроектирована по аэродинамической компоновке и силовой схеме А-40. Имеет уменьшенные геометрические размеры и взлетную массу (38 т). Она оснащена двумя ТРДДД-436ТП, созданными в Запорожье, и новейшим пилотажно-навигационным оборудованием "АРИА-200" совместного производства Allied Signal Aerospace (США) и НИИ Авиационного Оборудования (Россия). Применение на самолете автоматизированной системы встроенного контроля позволяет в кратчайшие сроки осуществлять все виды подготовки к полетам. В Бе-200 заложен принцип многоцелевого использования. Базовым считается противопожарный вариант, для которого принята внутренняя компоновка водобаков: они установлены под грузовым полом, благодаря чему большая герметичная грузовая кабина осталась свободной. Это дает очевидные эксплуатационные преимущества, этакже позволяет с минимальными издержками создать целый ряд модификаций (транспортный, пассажирский - Бе-210, патрульный - Бе-200П, поисково-спасательный - Бе-200ЧС).

Летающая лаборатория Бе-12П-200 на салоне не только развлекала зрителей показательными сбросами воды, но и приняла участие в реальном тушении возникшего неподалеку пожара

This year the Бе- 12П-200 flying laboratory not only entertained onlookers by demonstrative water drops but also took pan ____________________in extinguishing of fire which came into existence not faraway

"Мы рассчитываем,- подчеркнул Г.С.Панатов,- что Бе-200 станет самым эффективным противопожарным самолетом. Скользя по поверхности ближайшего к очагу пожара водоема, он способен забрать за один заход и сбросить на огонь 12т воды. А общая масса воды, доставляемая за одну заправку топливом, превышает 200 т. При этом в транспортном варианте самолет может перевозить до 7,5 т груза на дальность 1700 км, в пассажирском - 72 пассажира на дальность 1850 км на высоте до 12000 м. Спасательный Бе-200ЧС способен взять на борт 60 пострадавших (30 - на носилках) и доставить их в ближайший пункт оказания помощи. Дальность полета патрульного Бе-200П -4600 км, а время патрулирования в радиусе 200 км - 7,4 часа".

Бе-200 включен в Президентскую программу развития гражданской авиации, в Федеральные программы борьбы с лесными пожарами и социально-экономического развития Курильских островов. На его реализацию Минэкономики РФ выделило кредит в 47 из 681 миллионов долларов, заложенных в бюджет на всю программу российской гражданской авиации. Разработка, производство и сбыт Бе-200 осуществляются ЗАО "БЕГАЙР", учрежденным АО "ТАНТК им.Г.М.Бериева", Иркутским АПО, Проминвестбанком Украины и финансовой компанией ILTA Trade Finance S.A. (Швейцария). По оценке отраслевых институтов, общая потребность внутреннего рынка в этих амфибиях составляет 150 единиц. В настоящее время заключен контракт с МЧС России на поставку 7 самолетов, а всего этому ведомству необходимо 10-15 таких машин. Федеральная служба лесного хозяйства РФ планирует заказать на первом этапе 5-6 Бе-200 при общей потребности 50-60 единиц. Зарубежный рынок самолета (Италия, Южная Корея, Турция и Швеция) определяется в 300 машин на период 1998-2004 гг. Определенный интерес проявляют фирмы США, Бразилии, Великобритании, Малайзии и Австралии. Однако несмотря на все государственные приоритеты и привлекательные коммерческие перспективы Бе-200 испытывает недостаточное финансирование. Кроме того, есть проблемы с отладкой пилотажно-навигационного оборудования - при наземной отработке сгорело 6 блоков. По этим причинам собранный в Иркутском АПО первый летный образец так и не успел подняться в воздух до открытия салона. Теперь его первый полет запланирован на август. И все же ситуацию с Бе-200 можно считать достаточно оптимистичной, во всяком случае в Иркутске заканчивается сборка еще нескольких экземпляров машины и ведется подготовка к серийному производству.

На этой выставке широкой публике впервые был представлен легкий многоцелевой самолет-амфибия Бе-103. Демонстрировался второй летный экземпляр машины (регистр. №RA-03002), который совершил к тому моменту 25 полетов с суши и 78 - с воды. (Напомним, что первый экземпляр Бе-103 потерпел катастрофу в прошлом году в Жуковском за день до открытия "МАКС-97".) На презентации машины ее главный конструктор В.Ф.Пономарев отметил, что "в непростое для нашей экономики и для нашей авиации время создание нового самолета-явление уникальное. Мы, разработчики,… самостоятельно не смогли реализовать этот проект и обратились за помощью к авиастроителям Комсомольска-на-Амуре, выпускающим серийно мощную боевую технику -Су-27М (Су-35). Для продвижения на рынок Бе-103 наши предприятия объединились с ВЭО "Машиноэкспорт" и образовали ЗАО "ТАКОМ-АВИА". И вот на салоне вы могли наблюдать как летает наш самолет, вызывая восторгу присутствующих."

Бе-103 имеет необычную для таких машин гидро- иаероди-намическую схему: моноплан с низкорасположенным, водоиз-мещающим крылом с корневыми наплывами и цельноповорот-ным горизонтальным оперением. Реализация концепции водо-измещающего крыла с возможностью глиссирования на трех точках (редан, правая и левая задние кромки крыла) дает существенный выигрыш в устойчивости движения по воде и повышении мореходности. Силовая установка состоит из двух американских поршневых двигателей Teledyne Continental TCM IO-360ES4 (мощность - по 210 л.с.), имеющих сертификат FAA. Установлены они на пилонах по обеим сторонам лодки над задней частью центроплана, что исключает попадание на винты воды при взлете и посадке. Самолет может эксплуатироваться как как с бетонных и грунтовых аэродромов, так с водоемов глубиной не менее 1,25 м. Бе-103 предназначен для использования на авиалиниях малой протяженности в различных труднодоступных для других видов транспорта регионах мира (Сибирь, Дальний Восток, островные государства Юго-Восточной Азии и Океании). Он может выполнять пассажирские перевозки (5-местный Бе-103П) и административно-связные функции (Бе-ЮЗА), доставлять малогабаритные грузы и почту (грузопассажирский Бе-103ГП с коммерческой нагрузкой 400 кг), использоваться при оказании срочной медпомощи (Бе-103С), для проведения оперативного контроля экологического состояния акватории (Бе-103Э), патрулирования лесных массивов и морских границ (Бе-103ПТ), обнаружения и тушения пожаров (Бе-103ПН),сельхозработ(Бе-103СХ).

"Наш завод не сразу пришел к выводу о запуске Бе-103, -сказал главный конструктор, технический директор Комсомольс-кого-на-Амуре АПО В.И.Шпорт. - Мы рассматривали 4-5 проектов, участвовали в конкурсе бизнес-проектов в Хабаровске. На международной конференции в Сеуле программа Бе-103 завоевала диплом как лучший инвестиционный и рекомендованный проект. К самолету проявили интерес бизнесмены Южной Кореи, Малайзии, Индонезии и др… В 1995 г. было принято решение о. запуске в серию бериевской машины. Несмотря на сложности] перехода на гражданскую тематику, мы построили к настоящему времени 4 летные амфибии, вскоре сдаем еще одну, и к середине 1999 г. готовы приступить к широкомасштабному производству". Потенциальные потребители этих небольших машин - государственные и коммерческие структуры, прежде всего МО, МВД,, МЧС, Федеральная погранслужба, турфирмы. Интерес к Бе-103! проявили Комитеты РФ по рыболовству и водному хозяйству, авиакомпании Сахалина и Республики Саха. Реальным считается и приобретение машины частными лицами. Предполагаемый объем продаж в России - 385 самолетов, в частности потребности погранслужбы оцениваются в 60-80 машин. За рубеж планируется продать 230 этих амфибий.

Гидродинамическая схема, примененная на Бе-103, может стать в будущем базовой для сверхтяжелых самолетов со взлетной массой более 500 т, которые сейчас разрабатываются в ТАНТК им. Г.М.Бериева. Как считают специалисты этой фирмы, эксплуатация таких аппаратов будет возможна с использованием существующих морских портов и позволит связать в единую систему авиа- и морские перевозки. Однако следует признать, что для реализации подобных проектов экономическая ситуация в России должна измениться радикально.

В заключение нужно отметить, что несмотря на ряд разочарований, например, отсутствие Бе-200 и зарубежной авиатехники, "Геленджик-98" в целом прошел с положительным знаком. Был заключен ряд контрактов, подписаны протоколы о намерениях, среди которых наибольший интерес представляет договоренность о сотрудничестве в области гражданского самолето-

Новейший Бе-200 пока еще остается в Иркутске

Latest Бе-200 is still remaining in Irkutsk

На салоне широкая публика впервые увидела Бе-103

At the show the general public saw Бе-103 for the first time

Один из легких самолетов-амфибий Че-22Р-2

4e-22P-2is one of the light amphibian aircraft

строения ТАНТК им. Г.М.Бериева с Ираном (иранскую сторону заинтересовал пассажирский самолет Бе-32К на 16 мест). Достигнута договоренность между компанией-организатором авиасалонов в Ле Бурже и оргкомитетом гидросалона о совместной подготовке к проведению выставки "Геленджик-2000". Достаточно оптимистично завершил свое интервью и Г.С.Пана-тов. "Я надеюсь,- подчеркнул он,- что с помощью трезвых людей, понимающих приоритет авиапромышленности, мы удержим лидирующее положение в области гидроавиации. Мне нравится позиция помощника Президента РФ по авиации Е.И.Шапошникова, присутствовавшего на нашем салоне и впервые увидевшего как взлетает самолет с воды. Он сказал, что приложит все свои усилия для спасения авиации. И я уверен, что авиация, как самый стратегическийгфодукт российской экономики, была и будет существовать."

Вадим Р.Михеев/ Москва Фото из архивов МВЗ им. М.Л.Миля и автора

Автор выражает признательность Российскому Гуманитарному Научному Фонду за помощь в работе

Первенец

Работая в ЦАГИ в военные годы над проблемами динамики полета самолетов, М. Л. Миль не прекращал начатое до войны изучение теории винтокрылых летательных аппаратов. В 1945 г. он защитил докторскую диссертацию "Динамика ротора с шарнирным креплением лопастей и ее приложение к задачам устойчивости и управляемости автожира и геликоптера". По окончании Великой Отечественной в ЦАГИ появилась возможность возобновить исследования по винтокрылой тематике, и Миль начал разработку трехместного экспериментального геликоптера ЭГ-1 одновинтовой схемы с двигателем М-13 и оригинальным устройством автоматического повышения устойчивости полета. 9 апреля 1946 г. проект был представлен экспертной комиссии МАП, которая поддержала его, но рекомендовала внести ряд изменений, вызванных реальными возможностями отечественной авиапромышленности. Одновременно в ЦАГИ под руководством Миля на экспериментальных установках началось исследование аэродинамических характеристик несущих винтов. 17 февраля 1947г. развернулось проектирование универсального испытательного стенда - "натурной геликоптер-ной установки" (НГУ), предназначенной для исследования полноразмерных несущих винтов и доводки конструкции основных частей винтокрылых аппаратов. По сути, она представляла собой одновинтовой вертолет, но без средств парирования реактивного момента несущего винта, шасси и некоторых других частей. НГУразрабаты-валасьтаким образом, чтобы путем небольших переделок, добавления хвостовой части и шасси ее можно было превратить в вертолет. Впоследствии это существенно облегчило создание первого аппарата "Ми". Приказом начальника ЦАГИ от 26 марта 1947 г. на базе лаборатории штопора и вертикальной аэродинамической трубы Т-105 была создана лаборатория №5 "для решения научных проблем по геликопте-ростроению и штопору самолета" в составе двух секторов. Начальником лаборатории и геликоптерного сектора назначили М.Л.Миля. Первоначально в конструкторскую группу входили немногим более двух десятков человек, причем никто из них ранее проектированием винтокрылой техники не занимался.

Проект экспериментального вертолета ЭГ-1

EG-1 experimental helicopter project

Единственным специалистом по этой тематике был сам начальник лаборатории, что и определило его беспрекословный авторитет. Большой довоенный опыт расчета и проектирования автожиров помогал Милю отстаивать свой проект в острой конкурентной борьбе с другими конструкторами. Межведомственная правительственная комиссия по военно-промышленным вопросам рассматривала в те годы многочисленные проекты винтокрылых машин. Новая зарождавшаяся отрасль привлекла многих талантливых конструкторов и изобретателей, а наиболее успешно работы в области вертолетостроения продвигались в ОКБ И.П.Братухина и А.С.Яковлева.

Осенью 1947 г. построенный в 5-й лаборатории ЦАГИ полноразмерный макеттрех-местного вертолета ЭГ-1 утвердила правительственная комиссия под председательством генерал-майора Н.А.Жемчужина, а 12 декабря 1947 г. вышло постановление Совета Министров СССР №4001-1368 о создании ОКБ-4 под руководством М.Л.Ми-ля. Первоначально молодое ОКБ располагалось там же, в Жуковском, однако после того, как в июле 1948 г. экспертная комиссия МАП под председательством профессора И. В.Остославского одобрила доработанный проектЭГ-1, молодому конструкторскому коллективу предоставили помещение ликвидированного ОКБ-82 М.М.Пашинина, находившегося на территории сборочного цеха авиазавода №82 в Тушино.

Натурная геликоптерная установка (НГУ)

NGU ful - skale helicopter mock

В то время это предприятие переходило с истребителей Як на бомбардировщики Ту-2, а также занималось многочисленными иными заказами, в том числетроллейбусами. Небольшая группа вертолетостроителей никак не вписывалась в его тематику, что первое время создавало напряженность в отношениях с руководством завода. По планам, опытное вертолетостроение должно было развиваться на московском заводе №3, куда и предполагалось перевести коллектив Миля. Однако эта маленькая деревообделочная фабрика, расположенная на окраине парка Сокольники в доме 13 по 2-й Рыбинской улице, была и без того плотно "заселена" многочисленными организациями, и Михаилу Леонтьевичу удалось уговорить министра авиапрома М.В.Хруничева оставить пока ОКБ-4 в Тушино.

Первый вертолет ОКБ М.Л.Миля, получивший обозначение ГМ-1 (Геликоптер Миля-1), разрабатывался в качестве связного. В кабине, кроме летчика, могли разместиться два пассажира. Машина имела классическую одновинтовую схему с трехлопастными несущим и хвостовым рулевым винтами. В ее проектировании учитывался опыт зарубежного вертолето-строения, но, в то же время, советские инженеры создавали полностью оригинальную конструкцию. Так, они разработали втулку несущего винта с разнесенными вертикальными и горизонтальными шарнирами. Такая конструкция повышала эффективность управления вертолетом и была гораздо проще применяемой на американских машинах схемы с совмещенными горизонтальными шарнирами, ось которых проходит через ось вращения несущего винта. В вертикальных и горизонтальных шарнирах использовались игольчатые подшипники. Осевой шарнир имел два радиальных шарикоподшипника и один упорный. Для гашения колебаний лопастей в плоскости вращения использовались фрикционные демпферы. Проектировали этот агрегат вначале Н. Г. Русанович и А.К.Котиков, а затем А.Э.Малаховский - основоположник конструкторской школы проектирования несущих систем "Ми".

Лопасти несущего винта крепились к втулке посредством горизонтальных, вертикальных и осевых шарниров. Лопасти имели сужающуюся к концам форму в плане, аэродинамический профиль NACA-230 с переменной относительной толщиной. Их конструкция была смешанной: лонжерон из трех телескопически состыкованных стальных труб, деревянные нервюры и стрингеры, фанерная и полотняная обшивка. Общий и циклический шаг лопастей изменялся спроектированным А.Э.Малаховским автоматом перекоса кольцевого типа, установленным под втулкой. Из опасения потери лопастью устойчивости Миль ввел в месте расположения вертикального шарнира в валик управления углом установки лопасти специальное карданное соединение, как это было сделано на американском вертолете S-51. Впоследствии выяснилось, что такая конструкция приводит к изменению эффективного значения компенсатора взмаха в зависимости от угла отклонения лопасти в вертикальном шарнире, и карданный механизм пришлось убрать.

Первый прототип ГМ-1

ГМ-1 first prototype

Третий прототип ГМ-1 на летной станции в Захарково

ГМ-1 third prototype atZakharkovo airfield

Сборка Ми-1 первой серии на ГАЗ №3 в Москве

Ми-1 initial batch assembling at the Moskow State Aircraft Factory №3

Большие перемещения тросов системы управления заставили конструкторов ГМ-1 оснастить автомат перекоса специальными механизмами с большим передаточным отношением. Такие механизмы, закрепленные на ползуне автомата перекоса, были созданы по оригинальной схеме с пространственным, полностью обратимым кривошипным механизмом и практически не имели люфтов. Рулевой винт ГМ-1 был разработан в КБ А.С.Бас-Дубова. Его трапециевидные деревянные лопасти крепились к втулке с помощью горизонтальных и осевых шарниров. Центральная часть фюзеляжа представляла собой сварную ферму из стальных труб, к которой крепился каркас кабины с приклепанной к нему дюралюминиевой обшивкой. В передней части фюзеляжа располагалась кабина летчика и пассажиров. Двухместный диван находился за креслом пилота. Во время испытаний его заменили самописцами и мешками с песком для соблюдения расчетной полетной массы. Позади кабины был двигательный отсек. В нем разместили звездообразный семицилиндровый мотор АИ-26ГР* конструкции А.Г.Ивченко мощностью 500-550 л.с., который имел встроенный угловой редуктор, т.к. его ось располагалась горизонтально. Применение этого двигателя в весовом отношении было менее выгодным, чем мотора с вертикальной осью, но выбора Миль попросту не имел - АИ-26ГР был единственным в СССР вертолетным мотором. Его разместили впереди оси несущего винта, а не сзади, как это делалось на других вертолетах аналогичного класса, что существенно упростило центровку машины и позволило не выносить далеко вперед кабину пилота. В ходе испытаний и доводки первых ГМ-1 двигатель был заменен форсированным АИ-26ГРФ со взлетной мощностью 575 л.с. Разработкой двухступенчатого главного редуктора занимались Н.Г.Русанович и А.К.Котиков.

* Создан на основе одного ряда цилиндров двухрядного М-88, использовавшегося на Ил-4.

Прототип учебного вертолета Ми-1У, 1950 г.

Ми-1У train helicopter prototype, 1950

Ми-1Т на летных испытаниях

Ми-1Т updated helicopter at flight test

Этот агрегат получился простым в изготовлении, имел малую массу и габариты и ни разу не подвел за долгие годы эксплуатации вертолета.

При проектировании системы управления Миль, для исключения люфтов, выбрал тросовую конструкцию. Большие перемещения тросов позволили создать в системе управления инерционные демп-феры-"маховики", приводимые в движение при помощи ускоряющей шестеренчатой передачи. Такая конструкция привода инерционных демпферов создавала в системе управления очень небольшое трение, намного меньше, чем на вертолетах иностранной конструкции.

Ввиду отсутствия в ОКБ-4 производственной базы три первых опытных ГМ-1 строились на Киевском авиазаводе №473.

Аэрофотоаппарат на Ми-1КР

Aerial camera on Ми-1КР reconnaissance and fire adjusting helicopter

Там же проводилось и первое опробование вертолета на жесткой привязи под руководством ведущего инженера по испытаниям Г.В.Ремезова. Окончательной сборкой и доводкой вертолетов после получения их из Киева руководил М.Н.Пивоваров. Первый экземпляр ГМ-1 был готов в августе. 20 сентября 1948 г. на аэродроме Захарково летчик-испытатель М.К.Байкалов выполнил на нем три первых подъема в воздух. 30 сентября ГМ-1 уже совершил полет с поступательной скоростью 50-100 км/ч. В целом вертолет продемонстрировал высокую маневренность и удовлетворительную устойчивость. В последующих полетах удалось достичь максимальной скорости 170 км/ч. Вместе с тем, с самого начала испытаний стали появляться трещины в картере углового редуктора двигателя, что было связано с отсутствием инерционных демпферов крутильных колебаний. На этапе испытаний дефект устранили введением упругих резиновых втулок в конструкцию главного вала. В дальнейшем при создании новой модификации АИ-26В ОКБ Ивченко применило в конструкции силовой установки инерционный демпфер.

К сожалению, в ходе заводских испытаний первая летная машина была потеряна. 24 ноября 1948 г. при определении динамического потолка на высоте 5200 м замерзла смазка в механизмах системы управления автоматом перекоса, вертолет вошел в режим неуправляемой раскачки, и Байкалову пришлось его покинуть. Сам летчик так комментировал завершение этого полета: "Я почувствовал: сейчас она (машина - авт.) перевернется вверх колесами. И тогда - все! Не то что вернуть ее в нормальное положение, но даже выброситься не удастся, потому что между мной и землей окажется мясорубка - вращающийся несущий винт. Ну, думаю, довольно баловаться! Отбросил я дверку, раскрыл замок привязных ремней, улучил паузу между бросками и прыгнул. Прыг-нул,подзатянул несколько секунд, дернул

кольцо. Парашют раскрылся сразу. Отдышался немного и смотрю, ищу: где вертолет? Да вон он, метров на сто ниже меня. Перевернулся, злодей, вниз винтом, вверх колесами и сыплет себе в этой позиции к земле. Да так ровно, спокойно, устойчиво сыплет, будто это вовсе не он только что мотался из стороны в сторону как сумасшедший. Словно хочет сказать мне: "Вот, брат, к какой позе я всю жизнь стремился, а ты меня не пускал!"

Байкалов во время приземления получил небольшую травму и был временно отстранен от полетов, а испытания на второй машине продолжил летчик-испытатель М.Л.Галлай. По его воспоминаниям, полеты шли довольно ровно, но время от времени вертолет преподносил сюрпризы, к счастью, довольно мелкие. Он то и дело наказывал испытателя за попытки применять к нему привычные приемы управления самолетом. "Как-то раз при спуске, когда до земли оставалось метра три, налетевший сзади легкий порыв ветра чуть-чуть поддал машину вперед. Чтобы парировать это движение, я чисто рефлекторно по-самолетному взял ручку управления немного на себя. Вертолет послушно попятился наподобие рака назад, а затем так энергично провалился вниз и так крепко трахнулся о землю, что не знаю, как только шасси выдержало! Я упустил из виду, что в подобной ситуации вертолет ведет себя диаметрально противоположно самолету."

Вторую машину тоже ждала трагическая судьба. 7 марта 1949 г. во время перегоночного полета с заводской испытательной станции в НИИ ВВС произошла катастрофа. Из-за некачественной сварки разрушился вал хвостовой трансмиссии, ГМ-1 начал вращаться относительно оси несущего винта, резко опустил нос и рухнул на землю. Пилотировавший вертолет М.К.Байкалов погиб. Однако, несмотря на потерю двух машин и скептическое отношение к винтокрылым аппаратам многих руководителей ВВС, программа не лишилась поддержки. Миль доказал в высоких кабинетах необходимость продолжения доводки и испытаний вертолета. Летом 1949 г. на заводской аэродром выкатили третью машину. Ее трансмиссионный хвостовой вал сделали цельноточеным для исключения трудноконтролируемой сварки. Для системы управления подобрали незамерзающий сорт смазки, но Миль все же ограничил высоту полета 3000 м. Заводские испытания продолжили летчики В.В.Винницкий, М.Л.Галлай и Г.А.Тиняков.

В августе 1949г. ГМ-1 поступил в НИИ ВВС, и 10 сентября начались его госиспытания, которые проводили Тиняков и ведущие инженеры Л.Н.Марьин и A.M.За-гордан. Испытания успешно завершились через полтора месяца. Замечания военных свелись, в основном, к пожеланию упростить технику пилотирования, снизить уровень вибраций и облегчить наземную эксплуатацию. В 1950 г. в НИИ ВВС была проведена дополнительная программа испытаний ГМ-1, включавшая и отработку аварийных посадок на режиме авторотации. В дальнейшем, в 50-е гг., военные испытатели провели на вертолете ряд специальных исследований, в том числе по его эксплуатации в горах и сложных метеоусловиях.

Во время испытаний ГМ-1 впервые дали о себе знать такие опасные явления, как флаттер и земной резонанс. Их устранили переделкой лопастей и перерегулировкой фрикционных демпферов. Испытания и доводка ГМ-1 способствовали образованию в ОКБ Миля научной школы

решения проблем прочности, аэродинамики и динамики полета вертолетов. Еще совсем молодые инженеры Л.Н.Гродко, А.В.Некрасов, А.С.Браверман, ставшие впоследствии учеными с мировыми именами, решили ряд сложных проблем обеспечения усталостной прочности элементов конструкции, работающих в условиях больших знакопеременных нагрузок.

Становление

После успешного завершения испытаний своего первенца "милевцы" получили новые удобные помещения на заводе №82. Сам конструкторский коллектив значительно вырос. 21 февраля 1950 г. Совмин постановил построить опытную серию из 15 вертолетов под обозначением Ми-1 на заводе №3 в Москве. В следующем году на воздушном параде в Тушино эти машины впервые демонстрировались публично.

К сожалению, из-за недооценки советскими государственными деятелями роли вертолетов в Вооруженных Силах и народном хозяйстве внедрение Ми-1 в крупносерийное производство постоянно задерживалось. Завод №3 для этого не годился, а выпуск вертолета на других предприятиях постоянно откладывался. Ситуация изменилась только после демонстрации машины И.В.Сталину на даче в 1951 г. и сообщений об эффективном применении американской винтокрылой техники в Корее. Вскоре последовало правительственное постановление о разработке новых десантно-транспортных вертолетов, а первенец ОКБ Миля начал строиться во все больших количествах. В 1952-1953 гг. 30 машин собрали на казанском вертолетном заводе №387. В 1954 г. крупносерийный выпуск Ми-1 удалось наладить на заводе №47 в Оренбурге, где до 1958 г. выпустили 597 шт. В 1956г. к производству Ми-1 подключился завод №168 в Ростове, который до 1960г. сдал 370 таких машин. Конкурировавшие же с Ми-1 вертолеты Як-100 и Б-11 так и остались в опытных экземплярах.

Запуск Ми-1 в крупносерийное производство существенно повлиял на судьбу ОКБ Миля. Весной 1951 г. на заводе №3 было ликвидировано ОКБ И.П.Братухина, и министерство вновь предложило Милю занять это помещение. Практически одновременно территорию предприятия покинули расположенные там ранее ОКБ Н.И.Камова, специальная конструкторская группа реактивного геликоптеростроения Ю.Л.Старинина, Б.Я.Жеребцова и Ю.Ш.Брагинского. "Милевцы" стали полными хозяевами завода, который в 1953г. получил наименование Государственный авиазавод №329 МАП, а конструкторское бюро - ОКБ-329. Директором завода стал Ю.Б.Эскин, а заместителями главного конструктора - В.А.Кузнецов и Н.Г.Русанович. С переездом на новую территорию фирма пополнилась многими инженерами и рабочими завода №3, имевшими опыт создания винтокрылых машин. Кроме того, в ОКБ Миля перешел ряд сотрудников из других отраслей промышленности. В наследство от ОКБ Братухина заводу досталась и летно-испытательная станция в Измайлове, которую на многие годы возглавил Д.Т.Мацицкий. Вскоре существовавший там аэродром стал застраиваться, и все последующие летные испытания завод №329 проводил только в Тушино, на территории аэродрома Захарково.

В ходе производства и эксплуатации Ми-1 постоянно совершенствовался. Особенно много внимания уделялось улучшению конструкции и повышению надежности одного из самых наукоемких и трудоемких агрегатов вертолета - лопасти.

Модернизированный вертолет Ми-1 А

Ми- 1А modified helicopter

Санитарный вертолет Ми-3 на аэродроме Захарково, 1954 г.

Ми-3 ambulance helicopter at Zakharkovo airfield, 1954

Прототип Ми-1М на испытаниях

Ми-1М prototype during flight tests

В 1956 г. состыкованный из трех труб лонжерон заменили цельным из стальной трубы с переменной толщиной стенки. В следующем году создали цельнометаллическую лопасть с прессованным дюралевым лонжероном. Причем, к моменту начала проектирования таких лопастей металлургическая промышленность СССР не обладала необходимым опытом, и специалистам завода №329 пришлось заниматься совместно с металлургами решением весьма сложных вопросов прессования профилей. Первоначальный вариант новой лопасти имел среднюю поддерживающую перегородку и обладал недостаточным запасом по флаттеру. После перепроектирования лонжерон стал шире, а перегородку заменили невысокие ребра.

При этом удалось исключить резонанс с третьей гармоникой к числу оборотов винта в плоскости вращения. Разработка лопастей такого типа кардинально разрешила вопрос их надежности и долговечности, особенно после внедрения наклепа наружной поверхности лонжерона.

Внедрение цельнометаллических лопастей повлекло включение в систему управления сначала аэродинамических компенсаторов, а затем необратимых гидроусилителей. После создания втулки для Ми-4, обладавшей существенными конструктивными улучшениями, радикальные изменения были внесены и в конструкцию втулки Ми-1. В 1950 г. раздельные рычаг общего шага несущего винта и сектор газа были объединены в единую систему "шаг-газ". При этом удалось настолько удачно подобрать кулачок сблокированного управления "шаг-газ", что работать ручкой коррекции в полете почти не требовалось. Систему спроектировал бессменный руководитель отдела управления ОКБ И.С.Дмитриев.

Ми-1МРК на испытаниях, 1960 г.

Ми-1МРК reconnaissance and fire adjusting helicopter, 1960

Ми-1МГ с поплавковым шасси

Ми-1МГhelicopter with float-type gear

Ми-1НХ "Москвич"

Ми-1HX Moskvich passenger helicopter

Сельскохозяйственный вертолет Ми-1НХ (МНХ)

Ми- 1НХ agricultural helicopter

В 50-е гг. на Ми-1 были установлены система внешней подвески грузоподъемностью 500 кг, новое приборное оборудование и т.д. В 1952 г. на Ми-1 впервые прошел опробование самолетный автопилот АП-5, и в дальнейшем вертолет неоднократно использовался в качестве летающей лаборатории для испытания различных нововведений.

Варианты

В 1950 г. вслед за базовым связным вариантом появился учебный двухместный вертолет Ми-1У (первоначальное заводское обозначение ГМ-2) с двойным управлением и расположенными уступом местами пилотов. В 1951-1952 гг. была проведена первая модернизация вертолета Ми-1 (временное заводское обозначение ГМ-3). Помимо форсированного двигателя АИ-26ГРФ, она отличалась рядом небольших изменений в конструкции и послужила основой для создания в следующем году новой базовой модели Ми-1Т (Т - "трехсотчасовой", что означало: ресурс основных частей машины довели до 300 ч). Кроме того, на этом варианте вертолета установили более совершенный двигатель АИ-26В со взлетной мощностью 575 л.с., расширили двери кабины, установили управляемый стабилизатор и противообледени-тельную систему несущего и рулевого винтов. Новая опытная модель стала эталоном для серии 1955 г. Ее двухместный учебный вариант обозначался Ми-1ТУ.

В 1954 г. два Ми-1Т были переоборудованы для эксплуатации в Арктике и базирования на ледоколах, тогда же была начата разработка варианта артиллерийского корректировщика Ми-1 КР (позже Ми-1 ТКР), запущенного в серийное производство в 1956г. Ми-1Т послужил основой и для создания в 1956 г. первой опытной модификации Ми-1НХдля использования в народном хозяйстве. В середине 50-х гг. ВМФ СССР предпринял попытку использовать Ми-1 в качестве корабельного вертолета, но мощность двигателя оказалась недостаточной для подъема специального поискового оборудования и вооружения. Разработанная в ОКБ палубная модификация со складывающимися хвостовой балкой и лопастями осталась в проекте. В 1957 г. испытывался созданный на базе Ми-1Т войсковой укладчиктелефонных линий. На его борта навешивались контейнеры с бухтами телефонного провода, что обеспечивало прокладку в одном полете линии связи длиной 13 км.

Освоение в производстве лопастей с лонжероном из цельнотянутой трубы послужило основой для создания в 1957г. новой базовой модели Ми-1 А (первоначальное заводское обозначение-Ми-1 Р-ресурсный). Ресурс ее агрегатов составлял 600 ч. Кроме того, эта модель отличалась от Ми-1Т электромеханическими триммерами вместо пружинных, более новым приборным оборудован нем и бортовым узлом крепления дополнительного топливного бака. Учебный вариант носил обозначение Ми-1АУ, а оснащенный перископическим наблюдательным прибором и аэрофотоаппаратом корректировщик - Ми-1АКР. Ресурс основных частей вертолета к концу 50-хгг. былдоведендо 1000ч, к середине 60-х гг. - до 2000 ч, а еще через 10 лет достиг 3000 ч.

Ми-1Т и Ми-1А являлись прямым развитием первого ГМ-1. Началом более глубокой модернизации "единички" стало создание в 1954 г. по заказу военных санитарной модификации под заводским обозначением Ми-3. Она отличалась новым четырех-лопастным несущим винтом, более комфортабельной кабиной, измененной конструкцией фюзеляжа, подвесными легкосъемными боковыми гондолами для перевозки больных и раненых. Крышки гондол в передней части были застеклены и имели форточку, что позволяло находящемуся в кабине вертолета медработнику наблюдать в полете за лежачими больными и в случае острой необходимости давать им лекарство или поить из поильника. Характеристики этой модификации улучшились по сравнению с данными серийного Ми-1 Т, и она была рекомендована в серию. Однако определенные сложности при одновременном производстве трехлопастных и четырехло-пастных винтов остановили внедрение Ми-3.

Ми-1МУ с четырьмя ПТУР комплекса "Фаланга", 1961 г.

Ми-1МУ armed helicopter with 4 Fa/anga anti-tank guided missiles, 1961

‹

Ми-1МУ, вооруженный НАР ТРС-132

Ми- 1МУ armed helicopter with TRS-132 rockets

Полученный при создании этой машины опыт пригодился ОКБ при разработке модернизированного Ми-1М. Построенный в 1957 г., он отличался от Ми-1А, кроме боковых узлов крепления съемных гондол и контейнеров, менее "курносой" передней частью фюзеляжа (ранее под верхним обтекателем носовой части была расположена система вентиляции кабины), увеличенными габаритами и большим комфортом кабины, всепогодным оборудованием, тормозными колесами, багажным отсеком и некоторыми другими конструктивными особенностями. В том же году началось производство Ми-1 М в Ростове. Этот армейский вертолет использовался в качестве связного, транспортного и санитарного и, в свою очередь, стал основой для создания учебного Ми-1 МУ и разведывательно-корректировочного Ми-1МРК. Две машины, получившие обозначение Ми-1МГ (Ми-1 Г), были оснащены поплавковым шасси и направлены в 1958 г. на суда китобойной флотилии "Слава". В 1963 г. эти машины были доработаны в усовершенствованный вариант Ми-1 КФ.

Ми-1М послужил базой для создания новой гражданской модификации Ми-ШНХ. Она разрабатывалась в пяти вариантах: пассажирский с трехместным задним диваном, санитарный с боковыми съемными гондолами, почтовый с подвесными контейнерами, перегоночный с дополнительным бензобаком и сельскохозяйственный, который при использовании для опрыскивания и опыления оснащался боковыми баками аэропыла и штангами опрыскивателей. В серийное производство и эксплуатацию Ми-1МНХ поступил под обозначением Ми-1НХ и с 1959 г. стал называться "Москвич". С начала 60-х гг. на всех серийных Ми-1М и Ми-1НХ стали устанавливать форсированные двигатели АИ-26ВФ, цельнометаллические лопасти и гидроусилители в

системе управления. 27 июня 1960 г. Ми-1НХдемонстрировался Н.С.Хрущеву. Одной такой машиной в варианте "люкс" пользовался президент Финляндии.

Во второй половине 50-х гг. за рубежом приступили к созданию вооруженных боевых вертолетов. В СССР разработка подобных машин началась в 1958 г. на базе Ми-1МУ. По бортам вертолета на кронштейнах были установлены две кассеты с шестью НАР типа ТРС-132 в каждой. В следующем году появились варианты, вооруженные пехотными пулеметами Никитина или Калашникова, 100-кг бомбами и контейнерами различного назначения, а также противотанковым комплексом "Фаланга" с двумя или четырьмя управляемыми ракетами. В 1961-1962 гг. противотанковый вариант Ми-1 МУ, оснащенный четырьмя ПТУР комплекса "Фаланга", успешно прошел госиспытания и был рекомендован к принятию на вооружение, но из-за отсутствия у высшего

советского генералитета четких представлений о необходимости винтокрылых машин такого назначения в серийное производство запущен не был. Созданные спустя три года варианты Ми-ШУс комплексами "Фаланга" (4 ракеты) или "Малютка" (6 ракет) на вооружение не поступили из-за свертывания серийного производства Ми-1. Остались невоплощенными и варианты вооружения вертолета крупнокалиберными авиационными пулеметами в боковых подвесных контейнерах. Только в проекте осталась разработанная в 1960 г. модификация Ми-1, предназначенная для использования спецназом: четыре бойца располагались в кабине, а пятый - в дополнительном отсеке, оборудованном сзади центральной части фюзеляжа под хвостовой балкой. Среди нереализованных проектов, создававшихся на базе Ми-1, следует упомянуть шестиместный вертолет ГМ-3 "летающий банан" продольной схемы с двумя винтовыми установкам и от Ми-1 и двигателем АИ-226* (1948 г.), а также проект В-5 (Ми-5) с газотурбинным двигателем (1957 г.).

Варианты установки вооружения Ми-1МУ: пулемет РПК, противотанковые комплексы "Фаланга" и "Малютка"

Ми- 1МУarmed helicopter with TRS-132 rockets

Ми-1НХ на лыжном шасси

Ми-1НХ helicopter with ski landing gear

Опытный Ми-1М с аэродинамическим компенсатором, 1959 г.

Ми- 1М experimental helicopter with additional tab, 1959

›

Пятиместный вертолет SM-2 польской разработки, 1959 г.

SM-2 five-seat helicopter built in Poland, 1959

Экспериментальный SM-1/300 с дополнительным крылом, 1971 г.

SM-1/300 experimental helicopter with additional wing, 1971

Польские"единички"

Необходимость высвободить мощности советской авиапромышленности под производство остро необходимых армии вертолетов Ми-4 и одновременная потребность ВВС и ГА в легких Ми-1 побудили руководство страны принять решение о передаче производства последних странам-сателлитам СССР. В наибольшей степени для этого подходила Польша, располагавшая квалифицированным персоналом авиапромышленности и необходимыми производственными мощностями. Освоив в 1952 г. выпуск истребителя Lim-1 (МиГ-15) и двигателя ВК-1, самолетостроители Польши на деле доказали свои возможности. В 1954г. был заключен межправительственный договор о производстве Ми-1 и его агрегатов в ПНР. Тогда же началось перепрофилирование авиазавода в Свиднике, ранее выпускавшего агрегаты для завода в Мельце. Подготовка к выпуску принципиально нового изделия потребовала от коллектива предприятия освоения новых технологий и профессий, в чем значительную помощь оказала командированная из СССР группа инженеров.

Первый Ми-1 собрали в Свиднике из агрегатов, поставленных Советским Союзом. В мае 1956 г. советский летчик-испытатель Винницкий поднял его в небо. В том же месяце этот вертолет экспонировался на международной Лейпцигской ярмарке. К июлю летчики В.Винницкий и В.Обушко подготовили первых польских вертолетчиков: Януша Охалика, Тадеуша Папайского, Ришарда Косиола, Станислава Гаевского и Ришарда Витковского, которые впоследствии испытывали серийные машины и готовили пилотов на новую технику. 26 августа 1956 г. четверка польских Ми-1 была публично продемонстрирована общественности в ходе показательных полетов на аэродроме Окес. Серийные вертолеты получили наименование SM-1/300 (300 обозначало межремонтный ресурс лопастей несущего винта) и соответствовали Ми-1Т. С начала 1957 г. вертолеты изготавливались из польских комплектующих, кроме двигателя. Однако уже к концу года мотор АИ-26В под обозначением Lit-З освоили на заводе в Жешуве.

В 1958 г. началось производство модификации SM-1/600 (аналога Ми-1А), на базе которой строилось серийно целое семейство вертолетов: SM-1D -краново-монтажный с бортовой лебедкой грузоподъемностью 120 кг, SM-1S - санитарный, SM-1Z -сельскохозяйственный и SM-1Sz-учебный. В 1960г. сборочный цех стали покидать SM-1W (аналог Ми-1М), ас 1963 г. - усовершенствованные8М-1У\/Ь с бустерами в системе управления и цельнометаллическими лопастями несущего винта. Производство этого варианта продолжалось до 1965 г. Всего в Польше сделали 1597SM-1 всех модификаций, большинство из которых эксплуатировалось в СССР. Любопытно, что по количеству выпускаемых вертолетов авиазавод в Свиднике в середине 60-х значительно превосходил французский концерн Aerospatiale.

Вскоре после начала выпуска SM-1 конструкторы в Свиднике под руководством Иржи Тирхи начали работу по созданию улучшенного варианта вертолета. Значительный запас мощности двигателя Lit-З позволял создать модификацию с большей взлетной массой и, соответственно, с увеличенной коммерческой нагрузкой. Для ее размещения решили сделать новый увеличенный фюзеляж, сохранив остальные основные агрегаты без изменений. Вертолет стал пятиместным, а в санитарном варианте больного можно было перевозить внутри кабины, загружая носилки через носовой люк. 18 сентября 1959 г. новый вариант вертолета, получивший обозначение SM-2, поднялся в воздух, а в 1961 г. началось его серийное производство. Однако машина не получила широкого распространения. Ее летные данные несколько уступали Ми-1М, и к тому же в СССР был уже "на подходе" более совершенный Ми-2. Поэтому покупателей для SM-2 практически не нашлось - помимо ВВС Польши, несколько машин продали в Чехословакию. В том же 1961 г. производство SM-2 завершилось. Было выпущено лишь 86 таких вертолетов.

* Вариант АШ- 62.

Андрей В.Хаустов/ "АиВ", Александр В.Котлобовский/ Киев

За помощь в работе над материалом авторы выражают свою признательность Государственному авиационному научно-испытательному центру Украины, а также полковнику О.Дмитриеву, полковникам в отставке НА.Волкозубу, ОА.Вороненко, подполковнику АА.Петренко, Д.Попову, И.Г.Тарасову и Р. Уррибаресу (Куба).

На военной службе

Ми-1 опытной серии в 1951 г. поступили в первое в Советской Армии вертолетное подразделение - отдельную учебно-связную эскадрилью в Серпухове, где войсковые испытания Ми-1 успешно завершились. Замечания военных касались, преимущественно, условий наземной эксплуатации и обслуживания. Здесь же на Ми-1 были подготовлены первые строевые летчики, которых переучивали с транспортных самолетов.

Пилоты с большой неохотой переходили с Ли-2 и других транспортных машин на "заблуждение авиации", устраивая демонстративно громкие прощания со своими воздушными кораблями. Если абстрагироваться от эмоций, то понять их несложно. Зародыши энтузиазма убивал приобретенный за годы службы опыт, свидетельствовавший, что поначалу всякая новая техника ненадежна. Переходя на нее, люди ничего не выигрывали ни в зарплате, ни в званиях, зато приобретали головную боль от вороха организационных сложностей и проблем с выработкой во многом отличных от самолетных навыков пилотирования.

Ми-1 во время выполнения учебной дозиметрической разведки

Ми-1 at implementation of training measuring o1 radiation contamination level

К примеру, такая элементарная операция, как запуск мотора и раскрутка винта, на самолете и вертолете отличается кардинально. На самолете воздушный винт через редуктор напрямую связан с двигателем и в процессе запуска создает на него нагрузку, препятствуя чрезмерной раскрутке и выходу его "вразнос". На вертолете же сначала запускается и прогревается двигатель, и лишь затем раскручивается несущий винт- вначале с помощью фрикционного механизма муфты включения, а после достижения оборотов винта, близких к оборотам выходного вала редуктора, задействуется жесткая связка муфты включения. Поскольку на Ми-1 муфта включения управлялась вручную, при слишком поспешных действиях (нормальное время раскрутки винта на Ми-1 в зависимости от внешних условий было 10-20 с) раскрутка производилась рывками и нередко оканчивалась остановкой двигателя либо поломкой лопастей, на которые действовали повышенные инерционные нагрузки. Если двигатель предварительно не был тщательно прогрет, он также глох либо процесс раскрутки сильно затягивался. На самолете запуск никак не зависел от силы и направления ветра, а пилоту Ми-1 следовало учитывать, что при раскрутке несущего винта в сильный ветер лопасти могут ударить по хвосто-вой балке. Наиболее опасным считался ветер справа и сзади-справа: на идущую против ветра лопасть действовала дополнительная подъемная сила, она поднималась вверх, при дальнейшем вращении эта сила резко уменьшалась, и лопасть "сыпалась" вниз, иногда попадая по балке.

Возможно, что именно пилоты Серпуховской эскадрильи участвовали в доставке в сентябре 1951 г. почты на дачу Сталина под Цхалтубо. Место отдыха вождя находилось в воронкообразной лощине среди крутых гор. Сталин лично указал, где по его мнению должна находиться площадка, и отмерил ее длину - всего 50 м. Предполагалось, что на этот мини-аэродром будет летать Як-12, который в принципе мог работать с ВПП таких размеров. Однако реальная посадка этого самолета в горах окончилась полным фиаско. В то же время Ми-1 без проблем справился с задачей.

Серийные Ми-1 пошли на оснащение авиационных звеньев связи соединений Сухопутных войск. Позже в ряде округов эти звенья преобразовали в отдельные эскадрильи. В Советской Армии не было, если не считать летных училищ, подразделений уровня полка, оснащенных Ми-1. Как правило, в каждом округе имелись одна или несколько связных эскадрилий со смешанным парком из Ми-4 и Ми-1, а также отдельные разведывательно-корректировочные звенья. "Единичка" использовалась для связи и фельдъегерской службы, визуальной разведки, корректировки артогня, дозиметрической разведки, санитарных и спасательных работ, а также прокладки телефонных кабелей. Некоторое количество вертолетов этого типа, сведенных в отдельные звенья, применялось в погранвойсках для патрулирования госграницы. Как "генеральскую развозку" Ми-1 применяли крайне редко-для этой цели гораздо лучше подходил "штабной вагон" на базе Ми-4. Главной же задачей машины стало обучение пилотов-вертолетчиков. Тут заслуга Ми-1 ничуть не меньше, чем МиГ-15УТИ при переходе боевой авиации на реактивную технику.

Первым специализированным учебным заведением в ВВС СССР по подготовке вертолетчиков стало Пугачевское летное училище в Приволжском военном округе. Ми-1 туда поступили в конце 1952 - начале 1953 гг. До 1959 г. включительно первый курс проходил подготовку на Як-18, второй - на Ми-1 (в учебном полку насчитывалось около 70 "единичек", сведенных в четыре эскадрильи), выпускной же курс осваивал Ми-4.

Связные Ми-1 на учениях Сухопутных войск

Liaison aircraft Ми-1 at exercises of land forces

Ми-1 заходит на посадку на крейсер "Кутузов" (экипаж: летчик И.М.Торовинов, штурман С.М.Кулик)

Ми-1 is landing on cruiser Kutuzov. Crew: I. Torovinov - pilot, S. Kulik - navigator

Ми-1 на палубе крейсера "Куйбышев'

Ми-1 on the cruiser Kuibyshew deck

С 1960 г. Як-18 вывели из программы обучения, и на Ми-1 летали с первого курса. Позже Пугачевское училище влилось в состав Сызранского ВВАУЛ, ранее готовившего летчиков-истребителей. Здесь Ми-1 сохранились недолго - базовой машиной первоначального обучения стали Ми-2. Зато в Саратовском ВВАУЛ "единички" применялись до начала 80-х гг. Когда в армию во все больших количествах стали поступать Ми-2, Ми-1 постепенно перекочевали в ДОСААФ. Многие непригодные к полетам вертолеты стали учебными пособиями в школах младших авиационных специалистов.

В качестве учебного Ми-1 зарекомендовал себя исключительно удачной и надежной машиной. Так, по словам п-ка Н.А.Волкозуба, бывшего инструктора Пугачевского училища, летных происшествий, виновником которых был бы сам вертолет, припомнить невозможно. Конечно, мелкие поломки, грубые посадки и ЧП местного масштаба были, но все они на совести учлетов, инструкторов и техперсонала. По воспоминаниям п/п-ка А.А.Петренко, в прошлом курсанта Саратовского летного училища, "единичка" была очень устойчивой машиной и могла продолжать прямолинейный полет даже с брошенной ручкой управления. Вместе с тем вертолет был очень легким и чувствительным к изменению центровки, внешним возмущениям воздуха и перемещению органов управления. Особенно сложной представлялась посадка при порывистом ветре. Вспоминает командир вертолетного звена А.Тарасов: "Особое внимание курсанта следовало обращать на плавность и небольшие двойные движения ручкой циклического шага на себя при гашении скорости. Если это не соблюдалось, вертолет мог вместо зависания перейти на перемещение назад, что вело к потере высоты. При подобной ошибке была возможна поломка хвостовой опоры, а затем и хвостового винта". По мере отработки методики подготовки учлетов недоверие к Ми-1 у инструкторов и курсантов становилось все меньше, и вскоре "единичка" воспринималась всеми как эталон учебного вертолета.

Удачное использование Ми-1 в армии побудило вполне закономерное желание флота также обзавестись вертолетам для связи, корректировки артогня и разведки. К середине 50-х гг., когда требования к подобной машине в общих чертах сложились, советская авиапромышленность могла предложить морякам два альтернативных варианта: Ми-1 или Ка-15. Для их оценки в условиях реального корабельного базирования НИИ-15 Авиации ВМФ в рамках темы "Серебро" провел в сентябре-октябре 1955 г. на крейсерах Черноморского флота "Кутузов" и "Куйбышев" сравнительные испытания. Ответственным по комплексу работ был назначен начальник 1 -го отдела института инж.-п-кА.К.Подторжнов. Руководителем испытательной бригады по Ми-1 - инж.-к-н О.А.Вороненко, ведущим летчиком -к-н И.М.Торовинов, а ведущим штурманом - м-р С.М.Кулик. Кроме них, в бригаду вошли: летчик облета - м-р Е.А.Гридюшко, летчик авиации ЧФ-к-н А.Н.Воронин, штурман по боевому применению - Герой Советского Союза п-к М.В.Лорин, техник Ми-1 -старшина А.А.Шеляков, ведущий инженер по вертолету - п/п-к Фиталев и кинооператор - м-р техслужбы Черноберевский.

В ходе испытаний Ми-1 базировался в Севастополе на аэродроме Куликово поле, откуда и выполнялись полеты на крейсеры. Корабли не подверглись каким-либо доработкам, на их палубах в изобилии имелись многочисленные препятствия, а наиболее удобные подходы для посадки вертолетов были закрыты надстройками. Обследовав площадки и произведя необходимые замеры,Вороненке и Торовинов оценили условия для посадки все же как достаточные. Для облегчения летчику визуальной ориентировки на палубу укладывали тяжелую металлическую пластину белого цвета шириной 10 см и длиной 40 см, которую в зависимости от силы и направления ветра перемещали в то место, куда пилоту следовало попасть передним колесом вертолета. Всего в ходе испытаний было выполнено около 40 посадок Ми-1 на палубы крейсеров, как при стопе кораблей, так и на ходу, в том числе в открытом море в условиях качки. Для оценки возможностей вертолета как средства связи производилась высадка по веревочной лестнице офицера на подводную лодку, а затем его подъем и транспортировка на корабль. По окончании испытаний был оформлен Акт, подписанный Глав-нокомандующим Авиации ВМФ, в заключении которого предпочтение отдавалось вертолету Ка-15, что и завершило военно-морскую карьеру Ми-1.

В отличие от своего младшего собрата Ми-4 боевая биография Ми-1 выглядит весьма скромно. Впервые применение краснозвездных "единичек" в реальных боевых условиях отмечено западными наблюдателями осенью 1956 г. в ходе венгерских событий. "Стрекозы" осуществляли связные полеты, периодически вели воздушную разведку, эвакуировали раненых, а иногда привлекались к доставке срочных грузов в окруженные повстанцами советские гарнизоны. Следующей операцией Советской Армии, в которой приняли участие Ми-1, стало оказание "братской помощи народу Чехословакии" в 1968 г. Здесь спектр задач вертолета был весьма схож с работой в Венгрии.

"Единичка" эксплуатировалась в военных целях не только в СССР. "В своей категории вертолет Ми-1 не уступает ни одной из западных машин по летным характеристикам…",- признавали летавшие на нем иностранные пилоты. Помимо стран Варшавского договора, Ми-1 поставлялись для вооруженных сил Австрии, Афганистана, Египта, Ирака, Индонезии, Йемена, Китая, Кубы, Лесото, Монголии, Никарагуа, Северной Кореи, Сирии и Финляндии.

В КНР Ми-1 привлекались для патрулирования прибрежных вод и перехвата плавсредств, доставлявших с Тайваня агентуру, диверсантов, контрабанду, атакже приняли участие в ряде инцидентов, которыми сопровождалась "великая пролетарская культурная революция".

Ми-1 садится на крейсер "Кутузов". Вертолет пилотирует И.М.Торовинов, руководит посадкой О.А.Вороненко

Landing of Ми-1 on cruiser Kutuzov. I. Torovlnov pilots Ми-1, О. Voronenko receives on the deck

Ми-1 на палубе крейсера "Куйбышев". У вертолета сидят (справа налево) А.Н.Воронин и И.М.Торовинов, Черноберевский и А.Н.Фиталев

Ми-1 on the cruiser Kuibyshew deck. On front helicopter (from right to left) seats A. Voronin and I.Torovinov, Chernoberevsky, A.Fitalev

Ми-1 ВВС Египта в начале 60-х гг. приняли участие в гражданской войне в Северном Йемене. Четыре сирийских Ми-1 уцелели в ходе налетов израильской авиации в первые часы шестидневной войны 1967 г. и задействовались для решения вспомогательных задач. Около десятка "единичек" имел Ирак, применявший их при подавлении мятежей курдов. В 1960 г. правительству Фиделя Кастро было передано двенадцать Ми-1. Вместе с Ми-4 они прошли боевое крещение в апреле 1961 г. на Плайя-Хирон. В ходе разгрома десанта ЦРУ "единички" привлекались к перевозке срочных грузов, связи, эвакуации раненых, а после завершения боев - к поиску скрывавшихся "коммандос". В последующие несколько лет Ми-1 участвовали в ликвидации отрядов вооруженной оппозиции в провинциях Ориенте и Лас-Вильяс, а также в борьбе с катерами ЦРУ, вторгавшимися в территориальные воды Кубы. Иногда в этих стычках экипажи "единичек" применяли личное оружие и ручные гранаты. SM-1 и SM-2 ВВС Польши привлекались к патрулированию морских и сухопутных границ, операциям МВД и даже приняли участие в чехословацких событиях 1968 г. Вертолеты авиации ВМС Польши до середины 70-х гг. активно применялись для поиска и траления мин, оставшихся в водах Балтики еще со второй мировой войны, а также для спасения на море. Своеобразным боевым применением польских "единичек" можно назвать и борьбу следяными заторами, образовавшимися на Висле в 1963 г., когда с борта вертолетов сбрасывались и подрывались на льду толовые шашки.

И швец, и жнец…

Ми-1 создавался для вооруженных сил, однако, если сопоставить масштабы его использования у главного заказчика и гражданское применение, к которому можно добавить спортивную карьеру вертолета и эксплуатацию "на стыке двух стихий" - в ДОСААФ, то "цивильная" сторона жизни милевского первенца окажется основной.

Гражданский дебют машины состоялся в феврале 1954 г., когда на Ми-1 организовали доставку почты в населенные пункты Рузовского, Уваровского и Верейского районов Московской области.

SM-1W ВВС Финляндии с колесно-лыжным шасси, весна 1964 г.

SM-1W of Finnish Air Forces with wheel and ski landing gear, spring 1964

Египетские Ми-1 на авиабазе Алмаза под Каиром, 1957 г.

Egyptian Ми-1 on display at Almaza AFB, Cairo, 1957

SM-2 ВМФ Польши в ходе учебной спасательной операции

SM-2 of Polish Navy at training rescue operation

Опыт признали удачным, и вскоре благодаря "единичке" жители поселков, находящихся в горах, болотистой местности и полярных районах СССР, смогли получать почту и областные газеты в день их выхода. К примеру, в Архангельской области в осеннюю распутицу, когда дороги становились непроходимыми, и население почти лишалось связи с "большой землей", на вертолетах выполнялись почтовые перевозки в более чем сто населенных пунктов. Пик применения Ми-1 в подобном амплуа пришелся на 1961-62 гг.

С начала 1955 г. Ми-1 во все возрастающих количествах стали поступать в подразделения гражданской авиации. Интересно, что во многие авиаотряды они пришли одновременное Ми-4,этой позже них. Поэтому регулярные перевозки на "единичках" были скорее исключением, чем правилом. Зато втех случаях, когда требовалось перевезти небольшой груз или двух-трех человек, применение Ми-1 было экономически выгодным. В связи с этим во многих авиаотрядах ГА СССР Ми-1 и Ми-4 эксплуатировались совместно, а позже их заменил тандем Ми-2 и Ми-8. Если взять за точку отсчета налет парка "единичек" за 1958 г., то к 1964 г. этот показатель возрос в 5,35 раза, а начиная со следующего года стал постепенно снижаться. При этом налет вертолетов на транспортно-связных работах составлял, как правило, не более 20% от общего, а остальные 80% приходились на специальные виды применения, в первую очередь геологоразведку, сельское и лесное хозяйства, медицинскую помощь.

В первой половине 50-х гг. основу парка Полярной авиации составляли Ли-2, Ил-12 и Ан-2. Однако освоение новых северных месторождений полезных ископаемых требовало использования и легких "воздушных вездеходов", а замены устаревшим По-2 и Ш-2 практически не было. Ми-1 хорошо вписывался в освобождавшуюся нишу. Но "экзотические стрекозы" поначалу весьма скептически были встречены как авиационным руководством, так и персоналом на местах. Порой складывались просто курьезные ситуации. Например, по воспоминаниям полярного летчика В.Донецкого, в начале 1955 г. комендант одного из аэродромов категорически отказался принимать машину под охрану. "У меня есть указание, - говорил он, - охранять только самолеты. Насчет вертолетов указаний не поступало."

Сейчас сложно однозначно дать ответ, какой из авиаотрядов Полярной авиации получил "единички" первым. Несомненно, что это произошло в первой половине 1955 г. Иллюстрацией применения Ми-1 на Севере могут служить воспоминания бывшего инженера Березовского объединенного авиаотряда (ОАО) Тюменского управления ГА И.Г.Тарасова. В 1955 г. в этот отряд входила только одна эскадрилья Ан-2, обслуживавшая геологов, лесников и оленеводов. Большинство летного персонала имело за плечами лишь аэроклубы ДОСААФ, за редким исключением - летные училища ГА, авиаторов с высшим образованием не было вовсе. Неудивительно, что весть о предстоящем переучивании на диковинные винтокрылые машины была воспринята, мягко говоря, скептически и даже враждебно. И вот в конце года в Березово приземлился первый Ми-1ТУ. Ярко-красную "спарку" с бортовым номером СССР-Л0361* привел летчик И.Т.Хохлов. Невиданная машина мгновенно оказалась в центре внимания аэродромной братии. Было тут и удивление, и восхищение. За веретенообразный в плане фюзеляж, переходящий в хвостовую балку, вертолет мгновенно окрестили "шилом" - именем, сохранившимся за ним в ходе всей долгой эксплуатации. Апофеозом дня стала тирада авиатехника Вахрина. Он долго ходил вокруг машины, приговаривая: "А сложна то, сложна…". И в конце задумчиво выдал: "А ведь каждая лопасть в своем фарватере ходит, однако!"

Первыми в отряде Ми-1 освоили летчики Южаков и Бабинцев, впоследствии ставшие, как и Хохлов, руководителями высокого ранга. В 1956-57 гг. в отряд прибыли еще три Ми-1Т (госрегистрация "С 1959г. номера госрегистрации авиатехники изменились, и вертолет получил бортовое обозначение СССР-40361. Все приведенные ниже номера госрегистрации Ми-1 Березовского АО соответствуют образцу, принятому в 1959г.

СССР-10112, -10113 и -10114), до 1959 г. - еще 4 Ми-1ТиМи-1МТ(СССР-10193, - 10198, -68120 и -68121), а вскоре и один Ми-1АУ (СССР-17852), что позволило сформировать в авиаотряде вторую эскадрилью, оснащенную вертолетами. Новые Ми-1 поступали в отряд и в середине 60-х гг. Максимальное их число в БОАО составляло 16 единиц, причем четыре машины - польской сборки. Отмечая более высокую комфортабельность и лучшую оснащенность последних, летчики критиковали их за более "вялую" реакцию на перемещение органов управления.

Основной работой Ми-1 в БОАО стала поддержка геологических экспедиций. Геологи сразу полюбили вертолет за способность садиться на любой клочок суши, а в случае невозможности приземления - зависать и десантировать людей и грузы на крохотные "пятачки" земли. Целями экспедиций также были гравиметрическая съемка и определение сейсмических полей земли. Летали на Ми-1 и подрывники, которые возили на борту свою взрывчатку и оборудование в нарушение всех норм эксплуатации. Следом за геологами машину облюбовали лесоустроители и вышкостроители (шла вырубка просек и "привязка" местности к плану). Как правило, вертолет загружался "под завязку", благо имелся достаточный запас мощности двигателя, а трех- и шестиметровые измерительные рейки геодезисты привязывали снаружи к подножке и основным стойкам шасси. Со стороны казалось, что по небу летит эдакая Баба Яга с торчащей из ступы метелкой.

"Единички" использовались очень интенсивно. Иногда за летный день приходилось совершать не один десяток взлетов и посадок, ведь чтобы перебросить на Ми-1 бригаду вышкостроителей, приходилось делать по несколько ходок. Позже, с появлением Ми-4 и Ми-6, вертолет удачно дополнял их при решении тех задач, где не требовалась транспортировка больших грузов. К примеру, ввиду невысокой стоимости летного часа березовские Ми-1 широко применялись при патрулировании лесов, в качестве скорой медицинской помощи и для отстрела с воздуха волков.

С 1963 г. в отряд начали прибывать первые пилоты-выпускники Кременчугского вертолетного училища ГА. Они быстро вошли в строй и вскоре по своему мастерству "обставили" старожилов. Особенно отличились А.Н.Баев и А.Я.Дейнеко, ставшие лучшими в БОАО. В Кременчуге действовали и трехмесячные курсы по переучиванию на Ми-1, однако пилоты старой закваски, изрядно полетавшие на Ан-2, не желали пересаживаться на ненадежную по их понятиям технику. Особо нерадивых приходилось "додавливать" через парткомы и месткомы, а иногда применять и народные методы. Так, в Березово летчика Ан-2 Рыбина несколько человек буквально силой затолкали в кабину Ми-1 АУ.

В 1965 г. был списан по выработке ресурса ветеран - СССР-40361. В тот же год, ознаменовавшийся открытием новых месторождений газа, применение "единичек" в БОАО достигло апогея. Ми-1 работали в небе Салехарда, Старого Надыма, Ныды, Медвежьего. Самой северной точкой базирования стал поселок Гыда. Именно с борта Ми-1 пилотом Баевым и работниками Комсомольской ДСГ в 1967 г. на берегу реки Казын был намечен поселок Белый Яр, ставший впоследствии Белоярском - одним из крупнейших городов Севера.

Естественно, как и у любой техники, особенное условиях интенсивной эксплуатации, у Ми-1 проявлялись технические недостатки. Особенно "доставала" проблема с затяжкой демпферов несущего винта, которые оказались весьма чувствительными к колебаниям температуры наружного воздуха. На земле производилась их затяжка и замер ее величины динамометром, после чего пружины контрились, и вертолет был готов к вылету. Но так как в условиях континентального климата суточный перепад температур был весьма значителен, приходилось повторять эту процедуру по два, а то и по три раза в день. Если же этим пренебрегали, то в полете машину начинало сильно трясти. Поэтому демпферный ключ был обязательным атрибутом на борту. Лопасти несущего винта поначалу также доставляли немало хлопот. Первые машины имели лопасти смешанной конструкции, которые набухали после дождя, что вызывало тряску вертолета, прекращавшуюся только после их высыхания.

Ми-1МНХ готовится к вылету, Крым, середина 70-х гг.

Agricultural version Ми- IMHXis preparing to flight. The Crimea, middle of 70s

В первой половине 60-х гг. Ми-1 был самым распространенным санитарным вертолетом в СССР

Ми-1 was the most wide-spread ambulance helicopter in USSR during the first half of 60s

Ми-1МГ (СССР-68075) совершил посадку на воду

Ми- 1МГ (USSR-68075) has made a landing on water

Ми-1МГ взлетает с борта ледокола. Вертолет оснащен дополнительными радиоантеннами

Ми- 1МПз taking-offfrom ice-breaker's board. Helicopter is equipped with supplementary rad/oantennas

‹

1МГ (СССР-68110) над китобоем

Ми- 1Mr(USSR-68110) above whaler

Ми-1МГ на вертолетной площадке флагмана китобойной флотилии "Слава"

Ми- 1МГоп helipad of whaling flotilla's flangship Slava

Ми-1МУ на аэродроме ДОСААФ "Чайка". Киев, середина 70-х гг.

Ми-1МУonДОСААФ'вairfieldChaika, Kyiv, middleof70s

Ми-1А чешской компании Agrolet

Ми- 1А of Czech company Agrolet

Неприятности вызывала система запуска двигателя сжатым воздухом. Воздушный компрессор АК-50М для зарядки бортовых баллонов часто капризничал, не выдавая нужного давления. На местах постоянного базирования это проблем не вызывало - к бортовому штуцеру подсоединяли баллон со сжатым воздухом или подгоняли "ЗиЛ", у которого имелась воздушная система и компрессор, и запускали мотор. А что было делать на лесных полянах и просеках? На этот случай приходилось возить с собой тяжелый баллон и бронированный шланг к нему. Нижний температурный порог эксплуатации Ми-1 был определен в - 40°С. При этом масло МС-20 в двигателе и редукторах приходилось разжижать, что помогало не всегда. Так, зимой 1966 г. летчик Баев и авиатехник Сокольцев вылетели утром на Ми-1 Т (СССР-10113) по маршруту Березово-Ком-сомольский. Стоял мороз 38°С. Приземлившись в поселке Пунга для дозаправки топливом, экипаж обнаружил, что из-за холода лопнул маслорадиатор, и из него "пчелиными сотами" торчат загустевшие наплывы масла. К вечеру температура упала до -52°С, а в последующем - до -55°С! Только на четвертые сутки природа сжалилась, и из Березово прилетел Ми-4 с инженером, техником и новым радиатором.

Вообще-то Баеву не везло с вертолетами, в бортовом номере которых фигурировало число" 13". Летом 1968 г., следуя на Ми-1 СССР-13313 по маршруту Березово-Игрим и пролетая поселок Ван-зетур, летчик ощутил слабую тряску, которая начала нарастать и на подлете к Игриму стала просто невыносимой, причем все приборы показывали нормальную работу систем вертолета. Сажать "галопирующую" машину пришлось на режиме авторотации. Прибывшая в тот же день в Игрим комиссия осмотрела вертолет и обнаружила в маслофильтрах крупную металлическую стружку. Заменили масло, запустили двигатель, и его тут же заклинило. Пришлось на Ми-4 везти из Березово новый мотор. Из более крупных происшествий можно отметить падение Ми-1М польской сборки (СССР-68130) зимой 1969г. в Уральских горах по причине обледенения лопастей и обмерзания воздухозаборника двигателя. Летчик Трофимов остался жив, а вертолет эвакуировали. После ремонта, включавшего замену хвостовой балки, машина продолжала летать до списания в 1975г. Единственная катастрофа березовского Ми-1 произошла зимой 1974 г. Пилот Новиков летел в условиях снегопада и ограниченной видимости по маршруту Игрим-Серьгино и, как следует из акта аварийной комиссии, "…на траверзе п. Шеркалы, у р. Язовка, попал в плотный снежный заряд, потерял пространственную ориентацию, не поверив показаниям пилотажно-навигационных приборов, пытаясь (как ему казалось) выровнять машину, стал интенсивно и неверно перемещать органы управления вертолетом… ввиду недостаточной высоты полета, равной 50 м, вертолет столкнулся с землей и разрушился, пилот погиб…". Подводя итоги 20-летней эксплуатации Ми-1 в Березовском ОАО, можно отметить, что хотя отказов, поломок и вынужденных посадок на авторотации было немало, в целом "единичка" показала себя надежной и неприхотливой машиной. Как правило, после всех происшествий и ремонтов вертолеты вновь возвращались в строй.

В 1975 г. три Ми-1 из БОАО перевели в сельхозавиацию, а все оставшиеся в отряде машины этого типа списали. Более других повезло Ми-1АУ (СССР-17852), установленному в Березово на постамент, где он находится и по сей день. Остальные "единички" в полуразобранном состоянии отвезли на пустырь за аэродромом.

Возвращаясь к прочим примерам гражданского использования Ми-1, нельзя не вспомнить о его работе в лесном хозяйстве. Аэровизуальный метод контроля лесов был отработан в СССР еще в середине 30-х гг. Но самолет с его ограниченным обзором из кабины, относительно малой маневренностью и большой скоростью полета не лучшим образом подходил для аэротаксации - детальных

работ по составлению карт и описанию лесов. Первые попытки применения для этой цели вертолетов относятся к 1954-55 гг. Центральное лесоустроительное предприятие совместно с Московским лесотехническим институтом провело эксперименты по использованию на аэротаксации Ми-4. Однако наиболее совершенный на тот момент советский вертолет оказался непригоден для этой цели из-за плохого обзора из пассажирской кабины и неустойчивости при полете на наиболее оптимальной для такой задачи скорости - 40-60 км/ч. Кроме того, эксплуатация Ми-4 обходилась весьма дорого. Поэтому уже с 1956 г. для аэротаксации начали использовать Ми-1. Здесь "единички" прекрасно зарекомендовали себя, и в начале 60-х гг. их налет составлял 75% общего налета вертолетов, использовавшихся в лесном хозяйстве страны.* Как лесо-пожарные Ми-1, ввиду малой полезной нагрузки, применялись ограниченно, главным образом для контроля с воздуха района горения леса.

Неплохо зарекомендовал себя сельхозвариант Ми-1, эксплуатация которого началась в 1958 г. Особенно эффективными эти машины оказались в горных районах, где применение самолетов было затруднено. В середине 60-х гг. директор крымского винкомбината "Массандра" писал: "…5 часов работы вертолета Ми-1 заменяют труд 176 человек на опыли-вании и 300 человек на опрыскивании виноградников ядохимикатами". За 4 часа работы один Ми-1НХмог обработать от40 до 50 га виноградников. На сельхоз-работах "единичка" эксплуатировалась очень долго, до начала 80-х гг., уступив место Ми-2 и Ка-26.

Широко эксплуатировался Ми-1 в качестве скорой помощи. В середине 60-х гг. налет "единичек" почти вдвое превосходил суммарный налет всех прочих типов вертолетов санитарной авиации страны. Так, в 1965 г. санитарные Ми-1 налетали 12615ч, Ми-4-4220 ч, а Ка-18 - 1900ч. Несмотря на столь впечатляющую разницу, идеализировать Ми-1 не стоит. Близкий по параметрам Ка-18, благодаря более вместительной пассажирской кабине, подходил для перевозки лежачих больных гораздо лучше. На Ми-1 врач имел очень ограниченный доступ к находившемуся в санитарной гондоле больному, тогда как на Ка-18 он располагался рядом с ним. К тому же сам вид гондол, с черным юмором окрещенных "гробами", порой угнетающе действовал на пациентов.

Небольшие габариты Ми-1 обратили на себя внимание и гражданских моряков, которым крайне требовалось эффективное средство для ведения ледовой разведки, поисков морского зверя и косяков рыб. Ещев 1954г. дваМи-1Тпереоборудовали для эксплуатации в Арктике на ледоколах. К началу же 60-х гг. вертолетная разведка льдов стала повсеместным явлением, а Ми-1 получили постоянную прописку на палубах ледоколов "Ленин", "Красин", "Адмирал Макаров", "Сибирь", "Ленинград" и "Киев". Часто в такие разведполеты вылетали даже капитаны ледоколов. Монополия Ми-1 продержалась недолго - в конце 50-х гг. на палубах появились более приспособленные для корабельного базирования Ка-15 и Ка-18. Однако полностью вытеснить "единичку" им не удалось, и она прослужила вплоть до замены на Ми-2 в 70-е годы. С 1959 г. Ми-1МГ базировались и на палубах флагманов китобойных флотилий, в частности на "Славе" и "Советской Украине". Помимо флагмана, площадками для приема вертолетов оснащался и ряд других судов флотилии, что позволяло в случае необходимости произвести аварийную посадку, осуществлять связь и эвакуацию больных на базу. При промысле китов Ми-1 удалялись от своего судна на 120-130 км и более двух часов могли "утюжить" морские просторы. В экстренных случаях морские "единички" привлекались к спасательным операциям. С помощью бортовой лебедки за один полет можно было поднять с поверхности моря только одного человека, что ограничивало такое применение машины.

Значительная часть летной работы Ми-1 при-шлась на спецприменение. Вертолеты использовались для инспекционных полетов над трассами нефте-и газопроводов, линиями электропередач, для обнаружения и последующего подрыва с помощью толовых шашек ледяных заторов, для контроля с воздуха районов стихийных бедствий и работы в ГАИ. С борта Ми-1 неоднократно велись фото-, кино- и телевизионные съемки. И, конечно, рассказ о спецприменении будет неполным, если не вспомнить об участии Ми-1 в "сафари по-советски" - отстреле с воздуха волков и других животных. Для ведения охоты окна вертолета оснащались легко съемными блистерами, через которые производилась стрельба, т.к. вести огонь через открытую дверь оказалось неудобно из-за ограниченности сектора обстрела. Технология охоты была примерно следующей: поиск зверя осуществлялся по заранее спланированному маршруту на высоте 100-200 м и скорости 90-130 км/ч. Приближаясь к животному, вертолет снижался до 30 м, скорость полета уравнивалась со скоростью бега зверя, шумом и маневрами он выгонялся на открытое место, (где и расстреливался. При охоте на волков один экипаж убивал в день до 10-12 серых хищников, и в итоге в ряде районов - Якутии, Мурманской области, близ Нарьян-Мара волки оказались почти полностью истреблены.

* 22% суммарного налета в тот же период приходилось на Ми-4, который применялся, главным образом, как транспортный и лесопожарный.

Ми-1 опытной серии из коллекции авиамузея в Монино

Ми-1 of experimental series from aircraft museum's collection in Monino

Ми-1 первой серии выпуска, реставрированный на Казанском вертолетном заводе

Ми-1 of the first series, which has been repaired on Kazan helicopter factory

Ми-1М на лыжах - экспонат музея Выборгского авиатехнического училища

Ми-1М on skis is museum exhibit in Vyborg Aircraft Technical School

Подобную судьбу разделило большинство "единичек"… Киев, площадка киностудии им. А.Довженко, 1996 г.

Majority of Ми-1 М aircraft have shared such fate… Kyiv, ground of film studio named by Dovgenko, 1996

Пассажирская кабина Ми-1

Passenger cabin of Ми-1

Приборная доска Ми-1

Instrument board of Ми-1

Спектр гражданского применения Ми-1 за рубежом во многом схож с таковым в СССР. Так, венгерские "единички" активно использовались в сельхозавиации, а Ми-1М чехословацкой компании Agrolet применялись для патрулирования с воздуха высоковольтных линий, изредка привлекались как санитарные, спасательные и для выполнения рекламных полетов. И, конечно, практически везде Ми-1 использовались для обучения вертолетчиков. Единичные экземпляры этого популярного вертолета попали даже в Австралию и Бразилию.

С Ми-1 связано становление советского вертолетного спорта. Поначалу это воспринималось как своего рода авиационный цирк - на воздушных парадах, к примеру, в Тушино 27 июля 1952 г. вертолеты несли гимнастические снаряды, на которых спортсмены выполняли различные упражнения. На других показательных выступлениях летчик-испытатель Винницкий на Ми-1 буксировал водных лыжников. Позже подготовку вертолетчиков сочли стратегически важной задачей. В 1955 г. "единички" появились в Центральном аэроклубе им. В.П.Чкалова. В следующем году на Ми-1 стали готовить курсантов Центральной планерно-верто-летной школы ДОСААФ, созданной на базе Калужского аэроклуба. Затем Ми-1 получил Владимирский аэроклуб, ставший впоследствии одним из крупнейших центров вертолетной подготовки. В конце 50-х -начале 60-х гг. "единички" пришли в Свердловский, Ростовский-на-Дону и Ленинградский аэроклубы. В то же время появились центры подготовки вертолетчиков в Татарской АССР, Центральных районах РСФСР, Белоруссии, Узбекистане, Таджикистане и Украине.

Для стимулирования повышения мастерства курсантов и пропаганды их подготовки в ДОСААФ проводились соревнования среди лучших экипажей. С 20 по 23 августа 1958 г. в Калуге в рамках спартакиады, посвященной 40-летию ВЛКСМ, состоялись 1-е Всесоюзные соревнования по вертолетному спорту, в которых приняли участие 5 команд (14 спортсменов). С 1959 г. вертолетный спорт включили в Единую спортивную классификацию СССР. В том же году прошли 2-е Всесоюзные соревнования, и с тех пор такого рода первенства проводились практически ежегодно. Число участников непрерывно росло. Так, например, в 9-х Всесоюзных в 1967г. участвовало уже 11 команд.

Сиденье пилота Ми-1

Pilot's seat of Ми-1

Постепенно вырабатывались правила соревнований, а поскольку Ми-1 был тогда единственным вертолетом в ДОСААФ, то они "подгонялись" именно под машину размерности и параметров "единички". Типовыми упражнениями для экипажей Ми-1 были следующие: полет по кругу на точностьтехники пилотирования; посадка "в колодец" размером 30x30 м, ограниченный препятствиями (тросами с флажками), установленными на высоте 10 м; полет на малой высоте с выполнением маневров вперед, в стороны, назад и разворотов на 360°; висение на высоте 10 м и подъем на борт пассажира с площадки радиусом 2 м; полет по маршруту (обычно 150 км) на точность вождения машины с выходом в контрольные пункты в заданное время.

При подготовке ко ll-му чемпионату мира по вертолетному спорту*, который прошел 23-28 июня 1973 г. на аэродроме Хикстед в Англии, в типовую программу соревнований внесли ряд изменений, приблизив ее к принятой за рубежом. Эта программа, официально принятая в 1974г., состояла изчетырехупражнений: полет на малой высоте с выполнением комплекса эволюции; вертолетный слалом на малой высоте со сбросом груза в окно крыши в минимальное время; полет по треугольному маршруту с посадками на поворотных пунктах и выходом в конечный пункт маршрута по расчету времени; вертолетный слалом на малой высоте с проносом на тросе ведра с водой и последующей установкой его на размеченную площадку.

За свою отличную маневренность "единичка" быстро получила у спортсменов прозвище "вертолетный истребитель". Это качество как нельзя кстати пригодилось на II-м чемпионате мира, где сборная СССР заняла первое командное место, а экипажи А. Капралова и Л.Чекалова (среди мужчин) и Т.Егориной и Л.Беспаловой (среди женщин) стали абсолютными чемпионами мира. На прошедшем с 28 июня по 6 августа 1976 г. в Витебске III-м чемпионате мира сборная СССР вновь заняла первое место, однако монополия Ми-1 уже окончилась - советские спортсмены выступали на Ми-1, Ми-2 и Ка-26. В последующих же международных соревнованиях принимали участие, в основном, Ми-2.

*В первом чемпионате мира, прошедшем в ФРГ в 1971 г., советская команда не участвовала.

Основная опора шасси Ми-1

Undercarriage of Ми-1

"Единичка" безраздельно господствовала в аэроклубах ДОСААФ до середины 70-х гг., после чего началась ее замена на новые машины. В 1976 г. на XVII чемпионате СССР по вертолетному спорту, помимо Ми-1, приняли участие Ми-2 и Ка-26. Но в качестве спортивных оба этих вертолета так и не стали полноценной заменой ветерану. Так, "ахиллесовой пятой" Ми-2 были газотурбинные двигатели, обладавшие значительно худшей приемистостью, а следовательно, сковывавшие вертикальную маневренность. Ка-26, превосходный во многих отношениях, также имел неприятную черту. Ввиду особенностей циркуляции воздушного потока под соосно вращающимися винтами пронести на тросе открытое ведро с водой, не расплескав ее, было практически невозможно. Этот недостаток стоил неполученных призовых мест многим спортсменам.

А Ми-1 уходил в прошлое, и заменить его оказалось просто нечем. В начале восьмидесятых эра "единичек" окончилась.

Втулка рулевого винта Ми-1

Antitorque propeller head of Ми-1

Носовая опора шасси Ми-1

Nose landing gear of Ми-1

Краткое техническое описание Ми-1Т

Ми-1Т - трехместный многоцелевой вертолет одновинтовой схемы с трехлопастными несущим и хвостовым рулевым винтами.

Основным силовым элементом фюзеляжа является центральная ферма, сваренная из стальных труб. К ней крепились: выполненная из дюраля кабина, двигатель, шасси и хвостовая балка. В остекленной кабине располагалось рабочее место летчика и двухместный диван для пассажиров. Вход в кабину осуществлялся через открывающиеся наружу двери, расположенные по обоим бортам. За кабиной находился двигательный отсек с мотором АИ-26В и системой его принудительного охлаждения. Над ним, в верхнем отсеке -двухступенчатый главный редуктор, тормоз несущего винта, комбинированная муфта включения и свободного хода несущего винта, маслобак и баллоны со сжатым углекислым газом. В хвостовом отсеке располагались топливный бак и станция радиовысотомера.

Хвостовая балка полумонококовой конструкции выполнена из дюраля. В ней проходил трансмиссионный вал рулевого винта. На балке располагался управляемый стабилизатор, а к ее торцу монтировалась концевая балка с редуктором рулевого винта.

Несущий винт - трехлопастный, диа-метром 14,346 м. Профиль лопастей -

NACA-230 с переменной относительной толщиной. Конструкция лопастей смешанная: стальной лонжерон, выполненный из трех телескопически состыкованных труб, деревянные нервюры и стрингеры, фанерный носок и полотняная обшивка. Лопасти крепились к втулке с помощью разнесенных осевых, вертикальных и горизонтальных шарниров. Вертикальные шарниры - для гашения колебаний лопастей в плоскости вращения оснащались фрикционными демпферами. В вертикальных и горизонтальных шарнирах использовались игольчатые подшипники. Осевой шарнир имел два радиальных шарикоподшипника и шариковый упорный.

Рулевой винт диаметром 2,5 м имел трапециевидные деревянные лопасти, которые крепились к втулке с помощью горизонтальных и осевых шарниров.

Силовая установка - поршневой семицилиндровый двигатель воздушного охлаждения АИ-26В. Диаметр мотора -1272 мм, длина -1463 мм. Двигатель имел систему принудительного охлаждения с осевым вентилятором. Топливо размещалось в 240-л фюзеляжном баке. Запуск двигателя - пневматический.

Шасси состояло из основных опор с пирамидальными стойками, передней со свободноориентирующимся колесом и хвостового костыля. Колеса шасси низкого давления. Основные - размером 500x150 мм - оснащены пневматическими тормозами, носовое - размером 300x125 мм - нетормозное.

‹

Втулка несущего винта Ми-1

Main rotor head of Ми-1

Основные системы. Пневматическая имела рабочее давление 50 кгс/см2. Электрическая система запитывалась от генератора ГСК-1500В, установленного на двигателе, и аккумуляторной батареи 12А-10. Противообледенительная система устанавливалась на лопастях несущего и рулевых винтов и на лобовом стекле кабины. Противопожарная система состояла из огнетушителя, расположенного в двигательном отсеке, включаемого вручную из кабины.

Ми-1 Т оснащался пилотажно-навига-ционным оборудованием для полетов ночью и в сложных метеоусловиях. Радиооборудование машины состояло из: УКВ-станции РСИ-6К, радиокомпаса РПКО-ЮМ и радиовысотомера РВ-2.

1 - носовое колесо шасси; 2 - приемник воздушного давления (ПВД); 3 - посадочная фара; 4 - рукоятка включения муфты сцепления; 5 - педали управления; 6 - приемник; 7 - приборная доска; 8 - рукоятка управления циклическим шагом; 9 - рукоятка шага-газа; 1О - радиоантенна; 11 - сиденье летчика; 12 - сиденье пассажиров; 13 - двсгатель АИ-26В с угловым редуктором; 14 - тормоз трансмиссии; 15 - маслобак; 16 - тяга управления общим шагом несущего винта; 17 - бачок противообледенительной системы; 18 - автомат перекоса; 19 - фрикционный демпфер; 20 - втулка несущего винта; 21 - главный редуктор; 22 - вал к главному редуктору; 23 - маслорадиатор; 24 - бак с противообледенительной жидкостью; 25 - вал привода рулевого винта; 26 - лопасть несущего винта; 27 - промежуточный угловой редуктор; 28 - редуктор рулевого винта; 29 - рулевой винт; ЗО - хвостовая опора; 31 - антенны радиовысотомера; 32 - умформер; 33 - приемо-передатчик радиовысотомера; 34 - топливный бак; 35 - баллоны со сжатым воздухом; 36 - колесо основной опоры шасси; 37 - решетка для выхода охлаждающего воздуха; 38 - бортовая панель системы воздушного запуска; 39 - аккумулятор; 4О - воздухозаборник; 41 - стабилизатор.

МиГ-29 впервые поднялся в небо в 1977 г. и за истекшие 20 лет заслужил репутацию одного из самых удачных истребителей четвертого поколения. Более 1500 самолетов этого типа охраняют сегодня воздушное пространство 22 стран. Однако неумолимое время делает их все менее конкурентоспособными перед лицом появившихся в последние годы машин поколений "четыре плюс" и "пять". Необходимость в модернизации "двадцать девятого" ощущается все более остро. Наиболее радикальный способ решения проблемы предложили унитарное предприятие МАЛО "МИГ" и концерн "Росвооружение", представив на выставке ILA'98 новейший вариант истребителя МиГ-29СМТ.

Презентация МиГ-29СМТ стала одним из наиболее заметных событий выставки. Причем дело тут не столько в качествах машины, сколько в новом, нехарактерном для постсоветских авиастроительных организаций подходе к представлению ее на салоне. По сути, демонстрировался не самолет как таковой (он даже не летал), а сориентированная на коммерческий успех программа модернизации самолетного парка ВВС стран, которые располагают ранними вариантами МиГ-29. Причем похоже, что сами направления модернизации были определены, исходя из потребностей в первую очередь зарубежных эксплуатантов МиГ-29. Характерные для наших дней снижение угрозы войны, сокращение оборонных бюджетов и удорожание авиатехники приводят большинство государств к необходимости радикально сокращать количество типов авиатехники, состоящих на вооружении. Все чаще высказываются пожелания иметь один, но универсальный самолет, способный решать задачи по завоеванию превосходства в воздухе, поражению целей на поверхности земли и воды, разведке, РЭБ и т.д. Кроме того, этой машине отводится роль "большой дубинки" - своеобразного "мини-стратегического" бомбардировщика, призванного наказывать провинившихся по крайней мере в пределах континента.

Специалисты МАПО"МИГ" не стали первыми, кто откликнулся на потребности рынка. Превращение удачных истребителей воздушного боя четвертого поколения в многофункциональные истребители поколения "4+" является характерной чертой современной авиационной моды. Именно это происходит сегодня с F-16, "Гриппеном" и др.

МиГ-29СМ - один из предшественников МиГ-29СМТ

МиГ-29СМ - one of the МиГ-29СМТpredecessors

Но россияне, последовательно и целеустремленно ведя эту работу, к настоящему времени получили неплохой шанс опередить конкурентов. МиГ-29СМТ ("изделие 9-17") является логическим продолжением (или завершением?) цепочки модернизации базовой модели МиГ-29 ("изделие 9-12"). Первым звеном в ней можно считать "изделие 9-13", на котором объем внутренних топливных баков был увеличен на 240 л. За ним последовал МиГ-29С с возможностью применения ракет Р-27Т с тепловой ГСН, а также Р-27ЭТ и Р-27ЭР с увеличенной дальностью пуска. Усовершенствование РЛС позволило брать на борт и новейшие ракеты "воздух-воздух" РВВ-АЕ с активной радиолокационной ГСН. После того, как на самолете установили штангу дозаправки топливом в полете, вариант получил обозначение МиГ-29СД.

Дальнейшие работы велись по пути расширения номенклатуры средств поражения класса "воздух-поверхность". При этом была установлена телесистема управления высокоточным оружием, позволяющая передавать изображения с телевизионных ГСН боеприпасов на дисплеи в кабине летчика и применять ракеты Х-29Т и корректируемые бомбы КАБ-500КР. Для поражения работающих РЛС противника предусмотрено применение ракетХ-31П с пассивной радиолокационной ГСН. Эта модификация самолета, получившая обозначение МиГ-29СМ, вплотную приблизилась к реализации концепции многофункционального истребителя. Оставалось сделать последний шаг - увеличить дальность и продолжительность полета на внутреннем топливе. Так появился МиГ-29СМТ, на котором также изменен состав оборудования и, как утверждается, ликвидированы выявленные многолетней эксплуатацией недостатки самолета. Если это действительно так, то "двадцать девятый" вновь имеет шансы выдвинуться в ряд машин, наиболее привлекательных для оснащения ВВС многих стран.

Однако найти объемы для размещения дополнительного топлива внутри очень плотно закомпонованного современного истребителя не так-то просто. Первый вариант решения - организация баков в наплывной части центроплана - пришлось отвергнуть ввиду неприемлемо большого объема необходимых доработок. Так, требовалось усилить конструкцию наплыва из-за избыточного давления внутри бака, без чего топливная система нормально работать не может. Возникла также необходимость переделки воздухозаборников и применения другого способа их защиты от попадания посторонних предметов, связанная с отказом от верхнего входного устройства. Поэтому к реализации был принят более простой вариант -увеличить запас керосина за счет установки дополнительного бака в надгротовой части фюзеляжа.

Какие же конкретные изменения отличают МиГ-29СМТ от ранее выпущенных вариантов? Описываем их со слов генерального директора Михаила Коржуева, других специалистов МАПО "МИГ", а также опираясь на фирменные информационные материалы по машине.

МиГ-29СМТ во время одного из первых испытательных полетов

МиГ-29СМТ1п one of the first test flight

Дополнительное топливо размещено в двух конформных баках общей емкостью 2020 л (1585 кг). Благодаря этому радиус действия истребителя при решении задач "воздух-воздух" без ПТБ возрос в 3,5 раза. Ограничения, накладываемые на режимы полета при наличии ПТБ, значительно сужены. Штанга дозаправки, установленная в носовой части слева, является съемной. Монтаж ее в полевых условиях занимает максимум 2 часа. Считается, что применение дозаправки позволит использовать новый МиГ "практически без ограничений по дальности".

Другие наиболее заметные изменения коснулись кабины истребителя, которые, как утверждается, позволили наконец реализовать концепцию управления, когда летчик не отрывает рук с РУДов и ручки управления самолетом. Г-н Коржуев рассказал, что применение одного монохромного экрана и двух многофункциональных жидкокристаллических дисплеев размером 6"х8" с активной матрицей привело к значительному упрощению работы летчика с информационно-управляющим полем кабины. Сведения, отображающиеся на дисплеях, легко считываются, в соответствии с конкретным этапом полета там появляются необходимые подсказки. В условиях динамично развивающегося воздушного боя это позволяет принимать более качественные решения, причем много быстрее, чем ранее. На экранах может отображаться электронная карта местности, а также теле- и тепловизионное изображение наземных целей. С помощью цифровой обработки возможно улучшение его качества, увеличение отдельных объектов (режим "электронная лупа") и совмещение изображений ("картинка в картинке"). Представители МАПО "МИГ" особенно гордятся возможностью автоматической привязки телеизображений к электронной и радиолокационной карте местности.

Обновленное оборудование кабины комплексируется с остальной авионикой МиГ-29СМТ с помощью цифровой шины обмена данных по стандарту MIL STD 1553В с открытой архитектурой. Последний термин означает, что отныне на самолет можно устанавливать любое оборудование как российского, так и западного производства. (На представленном в Берлине экземпляре истребителя уже стояли западные блоки в ответчиках свои-чужой", навигационной системе, контейнер с аппаратурой управления огнем и др.)

Верхняя створка тормозного щитка МиГ-29СМТ закрыта обтекателем топливного бака

Brake upper shutter of МиГ-29СМТ is closed by fuel tank dome

Однако наиболее важное значение это имеет для расширения номенклатуры средств вооружения нового МиГа. Теоретически под него можно подвесить любую УР из выпускаемых на земном шаре, нужно лишь провести небольшие доработки. По словам г-на Коржуева, в случае с американскими ракетами необходимые операции займут 2-3 недели. Кстати, число подкрыльевых пилонов на машине увеличено с шести до восьми, а общая масса боевой нагрузки - до 5 тонн. (Правда, в Берлине подкрыльевые пилоны на самолете вообще отсутствовали.)

Естественно, крупным доработкам подверглась и система управления оружием. На представленном экземпляре самолета главный ее элемент - РЛС - имеет возможность работать в режиме картографирования. Благодаря этому в арсенал истребителя вошли сверхзвуковые ракеты "воздух-поверхность" Х-31А и Х-35У с активной радиолокационной ГСН, появилась возможность производить "слепое" бомбометание ночью и сквозь слой облаков свободнопадающими бомбами, выполнять более точное прицеливание при стрельбе НАР и решать некоторые разведывательные задачи. Показанный самолет имел еще одно отличие - он был оборудован дополнительной аппаратурой управления огнем Optronique CLDP-CT разработки французской фирмы Thompson-CSF, размещенной в подфюзеляжном контейнере. В состав аппаратуры входят инфракрасный и телевизионный приемники, а также лазерный дальномер-целеуказатель. Контейнер дает возможность применения УР "воздух-поверхность" Х-25МЛ, Х-29Л и корректируемых бомб КАБ-500Л с лазерной ГСН. Кроме того, французская аппаратура позволяет решать навигационные задачи и выполнять прицеливание при уровне освещенности порядка 10"1 люкс, т.е. абсолютно темной ночью. Все данные, полученные с помощью РЛС, теле- и ИК-приемников, могут передаваться на землю в близком к реальному масштабе времени. Появление аналогичного российского контейнера разработки компании "Геофизика" ожидается к концу 1998 г.

По информации фирмы, в ближайшем будущем на МиГ-29СМТ планируется установить новый многорежимный радар, полностью интегрированный в систему управления оружием. Утверждается, что прежде всего это повысит эффективность боевой работы истребителя по воздушным целям.

Первые полеты МиГ-29СМТ совершил без штанги дозаправки топливом и подкрыльевых пилонов

МиГ-29СМТ carried out first flights without beam of aerial refueling and pylons under the wings

Так, самолет противника с эффективной поверхностью рассеивания порядка 5 м2 можно будет обнаружить на дальности до 130 км. Новая РЛС обеспечит одновременное сопровождение до 10 целей и применение оружия по 4 из них. Станет возможным обнаружение вертолетов на фоне земли, в т.ч. на режиме зависания, а также малоразмерных целей типа крылатых ракет. В состав вооружения МиГа войдут УР "воздух-воздух" Р-27ЭР1 и Р-27Т1.

Выставлявшийся на ILA'98 самолет был оснащен теми же двигателями РД-33, что и предыдущие версии "двадцать девятого". Однако руководители МАПО "МИГ" объявили о возможном переходе на его дальнейшее развитие РД-43 с увеличенной до 10 тс форсажной тягой, уменьшенным на 3-5% удельным расходом топлива, цифровой системой управления и, самое интересное, с установкой в перспективе системы отклонения вектора тяги. Конечно, это не может не повлечь за собой необходимость дальнейнего совершенствования системы управления самолетом. Электродистанционная, трехкратно резервированная, она должна приобрести способность одновременно управлять отклонением аэродинамических поверхностей и сопел двигателей. Эта работа не завершена, но уже улучшены некоторые характеристики управляемости истребителя и расширен диапазон допустимых углов атаки.

Навигационное оборудование модифицированного самолета дополнено приемниками спутниковых навигационных систем ГЛОНАСС и NAVSTAR. Имея возможность получать данные сразу от 12 спутников и комбинируя их с показаниями бортовой инерциальной навигационной системы, летчик может определять местоположение МиГ-29СМТ с точностью, превышающей 50м.

Радиолокационная заметность МиГ-29СМТ в передней полусфере уменьшена "более чем в 10 раз", причем, как утверждается, без снижения летных характеристик. Достигнуто это благодаря применению радиопоглощающих материалов, эффективных в широком диапазоне длин волн, и двухкратному уменьшению отражающей способности зеркала бортовой РЛС. Таким образом сокращена дальность захвата МиГ-29СМТ ракетами противника, а боевая эффективность истребителя в целом в воздушном бою против самолетов, не обладающих стелс-особенностями, повышена в два раза. Все это дало основания г-ну Коржуеву утверждать, что новый МиГ- именно тот самолет, "о котором мечтают многие летчики".

Принципиально изменилась и система технической эксплуатации истребителя. Как подчеркнул заместитель главкома ВВС РФ по вооружению Юрий Клишин, обновленный МиГ станет первым боевым самолетом России, техобслуживание и ремонты которого будут проходить не по календарному графику, а исходя из его реального состояния. Такой подход позволит значительно снизить стоимость эксплуатации МиГа. Наряду с увеличением назначенного ресурса планера с 4000 до 6000 часов (до 30 лет) это ведет к уменьшению стоимости летного часа на 40% и к росту критерия "стоимость-эффективность" МиГ-29СМТ по сравнению с ранними версиями "двадцать девятого" в 3,3 раза.

Вообще на салоне руководители МАПО "МИГ" всячески подчеркивали именно экономическую привлекательность предлагаемой ими программы модернизации. Так, утверждалось, что стоимость доработки, хоть и зависит от того, из какого варианта МиГ-29 ее производить, все равно в 15-20 раз меньше затрат на приобретение нового истребителя с аналогичными качествами. А переделать в МиГ-29СМТ можно любую из ранее выпущенных машин. Причем работы можно проводить нетолько на заводе-изготовителе самолетов, но и на ремзаводах стран СНГ, а также в технических центрах других стран.

Вот так примерно выглядит МиГ-29СМТ в глазах его создателей. Слов нет, описание впечатляющее, хотя и рекламное. Что же следует иметь в виду, чтобы приблизить его к жизни? Мы рекомендуем всегда помнить о следующем: самолет как таковой есть прекрасная иллюстрация действия законов диалектики - если что-то одно в нем улучшается, то что-то другое обязательно ухудшается. Так, проведенные доработки даже с учетом более легкого импортного оборудования наверняка привели к росту массы пустого самолета, ориентировочно, на 4-6%. В результате скорости отрыва и посадки, а значит, и длина взлетной и посадочной дистанций у МиГ-29СМТ должны возрасти. Для сохранения длины пробега в тех же пределах, что и у серийного самолета, необходимы новые более энергоемкие тормоза и (или) увеличение площади тормозного щитка и парашюта. Но на представленной в Берлине машине площадь щитка была даже меньше нормальной! Его верхняя створка оказалась закрытой обтекателем нового топливного бака. Можно предполагать, что конструкция щитка в дальнейшем будет доработана в соответствии с новыми обводами или щиток вообще перенесут на гаргрот по типу F-15. Но в последнем случае объем топлива сократится, а масса пустого вновь возрастет, т.к. потребуется усиление конструкции бака, установка привода и ряд других изменений.

Схема расположения дополнительных топливных баков и подвесного контейнера с аппаратурой управления огнем Optronique CLDP-CT на МиГ-29СМТ

Scheme of extra fuel tanks and pods ofoptronic equipment Optronique CLDP-CT arrangement at МиГ-29СМТ

Штанга дозаправки топливом в рабочем положении

Beam of aerial refueling in working position

‹

Подвесной контейнер с аппаратурой управления огнем Optronique CLDP-CT на МиГ-29СМТ

Pods ofoptronic equipment Optronique CLDP-CT

При тех же двигателях и неизменной несущей системе утяжеление истребителя не может не стать причиной снижения его летных характеристик даже при малом остатке топлива. Конечно, установка двигателей РД-43 могла бы исправить ситуацию, но при этом дальность полета - один из главных "козырей" МиГ-29СМТ - обязательно снизится. Ведь новые двигатели, хоть и имеют меньший удельный расход топлива, чем РД-33, но абсолютный-то больший! Да и сами они наверняка будут потяжелее, особенно при наличии системы отклонения вектора тяги. На маневренность в продольном канале определенное негативное влияние должно оказать наличие обтекателя штанги дозаправки, т.к. он расположен у начала наплыва, где происходит формирование вихря, от которого во многом зависит управляемость самолета на больших углах атаки. По этой же причине допустимые углы атаки для самолета со штангой окажутся меньше, чем без нее. Однако ухудшение маневренности, имеющее значение исключительно для ведения ближнего воздушного боя, для боевой эффективности МиГ-29СМТ в целом не играет большой роли ввиду его возросших возможностей в дальнем ракетном бою.

Теперь несколько слов о коммерческой стороне вопроса. Надо признать, что самое необходимое условие для успеха предлагаемой программы модернизации у МАПО "МИГ" имеется. Это значительный парк ранних "двадцать девятых" за пределами России, средний налет которых едва достигает 600 часов. Эти машины могут летать еще лет 20, и их необходимо поддерживать на уровне. Второй фактор тоже работает на москвичей: благодаря приобретенной многофункциональности и универсальности в плане оружия и оборудования МиГ-29СМТ наверняка будет отвечать требованиям большинства стран-владельцев МиГов. Да и не очень-то эти страны богаты (а некоторые просто бедны), чтобы в ближайшем будущем развивать свои ВВС путем закупки новых самолетов. И все же пока ни одна из них не заявила о намерении модернизировать МиГи, которыми располагает. Может быть, еще не пришло время для таких заявлений? Все-таки самолет только залетал (к ILA'98 было выполнено около 40 полетов), и все его новшества еще нужно проверить. А может быть, проблемы посерьезнее? Некоторые из потенциальных заказчиков, как Польша, стремятся в НАТО и приобретением западной авиатехники хотят на практике доказать свою верность идее "атлантической солидарности". Другие, как Украина, попали под гнет собственных экономических проблем и, похоже, не думают об обновлении самолетного парка. Третьи, как Молдавия, вообще стремятся избавиться от МиГов, пусть даже за бесценок.

В Берлине МиГ-29СМТ временами буквально приковывал к себе внимание посетителей

At ILA'98 visitors attention was arrested to МиГ-29СМТ at times

В общем, государств, способных реально откликнуться на предложение МАПО "МИ Г" и "Росвооружения", не так уж и много. И в этом повинны не только объективные причины. Россия собственными руками часто закрывает себе выходы на рынки вооружений. Например, всей Европе известны мытарства офицеров снабжения ВВС Германии, пытавшихся наладить поставки запчастей для немецких МиГ-29. А командующие ВВС стран бывшего Варшавского договора страдают синдромом советского авиационного "сервиса", и некоторым из них само упоминание о возможности эксплуатировать российские самолеты кажется насмешкой над усилиями по обеспечению боеготовности парка. Ибо в бытность их еще командирами полков проблема комплектующих к МиГам была настолько серьезной, что, по свидетельствам очевидцев, иногда единственным способом ее решения был следующий: на аэродром нуждающихся приглашался дружественный полк ВВС СССР на аналогичной матчасти, и в неформальной обстановке офицеры братских армий договаривались об обмене узлами и агрегатами между своими самолетами. В итоге каждый получал, что хотел: демократы - почти новые комплектующие, а советские люди - скромное вознаграждение.

Очевидно, стремясь улучшить качество обслуживания европейских МиГов, "Росвооружение" и МАПО "МИГ" наладили сотрудничество с немецкой Daimler-Benz Aerospace и в 1993 г. учредили совместную фирму MiG Aircraft Product Support GmbH (MAPS), взявшую на себя заботы по адаптации немецких МиГ-29 под стандарты НАТО и накопившую в этом деле уникальный опыт. Возможно, в будущем именно MAPS станет важнейшим звеном цепочки, которая приведет европейские "двадцать девятые" к варианту "СМТ". А пока фирма сделала предложение Польше и Венгрии в связи с вступлением в НАТО переоборудовать их МиГи по западным концепциям технико-тылового обслуживания и ремонта.

В самой России ситуация с новым МиГом тоже не определена. Между ВВС и МАПО "МИГ" подписан протокол о намерениях провести модернизацию парка, однако о финансировании этого весьма затратного мероприятия пока ничего не сообщалось. Испытания самолета продолжаются, параллельно завершается формирование состава бортовой авионики. Полностью оборудованный МиГ-29СМТ планируется показать в Фарнборо в сентябре этого года вместе с учебно-боевым двухместным вариантом, модернизированным подобным образом. Может быть, к тому времени появятся и первые сведения о положении машины на рынке вооружений. Поживем-увидим.

Андрей Ю.Совенко/ "АиВ", Вячеслав Н.Зенкин/ Москва

О Впервые штанга дозаправки топливом была установлена на МиГ-29СД

For the first time beam of aerial refueling was installed on МиГ-29СД

С Приборное оборудование кабины МиГ-29СМТ МиГ-29СМТ advanced cockpit

О Многофункциональный истребитель МиГ-29СМТ

МиГ-29СМТ Multipurpose fighter

Более полутора лет назад, когда редакция работала над монографией о бомбардировщике Ил-28, найти какие-либо фотоматериалы по штурмовому варианту этого самолета оказалось очень затруднительно. Эти машины, в небольшом количестве доработанные в начале 70-х из строевых бомбардировщиков, стали одними из наиболее загадочных советских боевых самолетов. В распоряжении "АиВ" оказалось лишь несколько фото обломков штурмового Ила, снятых в Липецком ЦБПиПЛС. Каково же было удивление редакции, когда наш читатель из Берлина Стефан Бюттнер (Stefan Buttner) передал нам фотографии относительно неплохо сохранившегося штурмовика, снятого летом 1996 г. в Новосибирске на аэродроме Бердск. Выражая искреннюю признательность автору фото, хочется верить, что уникальный самолет пережил и эти два года с момента съемки, а после реставрации сможет занять достойное место в авиационном музее. И пусть информация о загадочном сибиряке пришла из Германии - будущее машины в руках российской авиационной общественности.

Виктор М. Куликов/ Москва Фото из архива автора

Окончание. Начало в "АиВ", №№ 4'97, 1'98.

Истребители "Ньюпор-17/21" из 1-го КАО 3-й БАГ. Аэродром Серебрянка, Западный фронт, лето 1917 г.

Nieuport-17/21 fighters of the first КАО third BAG. Serebryanka airfield, Western front, summer of 1917

В начале 1917 г. русский Императорский Военно-воздушный флот действовал на пяти фронтах: Северном, Западном, Юго-Западном, Румынском и Кавказском. Николай II высоко оценил заслуги своих летчиков в Великой войне: тысячи из них удостоились различных наград, в том числе стали Георгиевскими кавалерами. На 1.03.1917 обладателями ордена Святого Георгия 4-й степени стал 51 летчик и наблюдатель, еще 76 офицеров получили Георгиевское оружие. Летчики-солдаты награждались Георгиевскими крестами и медалями четырех степеней. На 1 января 120 из них были удостоены креста 4-й степени, 91 - крестов 3-й и 4-й степени, 48 - крестов 2-й, 3-й и 4-й степени, а 23 стали полными Георгиевскими кавалерами. Февральская революция формально поставила точку в истории Императорского ВВФ и открыла первые страницы в биографии Военно-воздушного флота новой демократической России. Великого Князя Александра Михайловича на посту командующего ВВФ сменил военный летчик, инспектор авиации Юго-Западного фронта п-к Вячеслав Ткачев.

Авиация Юго-Западного фронта в летней операции

Главный удар в планировавшемся летнем наступлении предстояло наносить армиям Юго-Западного фронта в общем направлении на Львов. Весной началась усиленная подготовка к операции. Для авиации прежде всего требовалось создать резервы самолетов, моторов, боеприпасов и вооружения. Положение с этими средствами на отдельных участках фронта было просто катастрофическим. Так, начальник штаба Vlll-й армии генерал Черемисов сообщал: "…армия занимает фронтом около 120 верст и располагает всего лишь восемью самолетами, способными к работе". Усилиями русских авиазаводов и благодаря помощи союзных держав, прежде всего Франции, в целом силы ВВФ к началу наступления удалось восстановить. Однако в отрядах имелось много изношенных самолетов, причем в некоторых из них находились машины четырех различных типов. Всего фронт располагал 36 авиаотрядами, включая два французских, один английский, а также 1-й и 3-й боевые отряды эскадры воздушных кораблей (ЭВК). Армейская авиация насчитывала 225 самолетов и 222 летчика.

В середине июня авиация фронта была сосредоточена в отдельных районах в соответствии с задачами наступления. Vlll-ю армию, располагавшую 15-м, 16-м корпусными и 8-м армейским АО, усилили за счет Vll-й армии тремя авиаотрядами: 2-м Сибирским, 3-м армейским и 8-м истребительным. Причем 3-й и 8-й армейские и 8-й истребительный АО были приданы 12-му корпусу, которому предстояло наступать на наиболее ответственном участке. В Особой армии насчитывалось пять авиаотрядов (9-й, 31 -и и 37-й корпусные, 4-й Сибирский и 6-й истребительный), которые дислоцировались в Луцке, Брише 1 и Ольшанах. Из тринадцати отрядов Xl-й армии десять, в том числе 2-я Боевая группа, включавшая 3-й, 7-й и 8-й КАО, находились на активном участке фронта протяженностью 10км. Большинство КАО армии располагались вблизи штабов корпусов в 12-15 км от передовой. Авиация Vll-й армии была сосредоточена на самом активном участке фронта. 4-й артиллерийский, 9-й армейский и 8-й истребительный отряды обслуживали артиллерию 41-го корпуса и подчинялись инспектору артиллерии фронта. Французские артиллерийский и истребительный отряды были сосредоточены в районе фольварка Черемухов-Холхочи и состояли в распоряжении генерал-квартирмейстера армии. Ему же подчинялась стоявшая в местечке Доброводы 1-я БАГ (2-й, 4-й и 19-й КАО) и 7-й истребительный отряд, дислоцированный в местечке Козово.

Летчики 1-го КАО у истребителя "Ньюпор-17"

Pilots of the first KAO are by the Niueport-17 fighter

Западнее Монастыржеско находились 32-й и 12-й КАО, а в Мужилово - 1-й артиллерийский АО. На двух наиболее важных участках фронта общей протяженностью 25-30 км* сконцентрировали тринадцать авиаотрядов. На главных направлениях предполагаемого наступления плотность авиации достигала 1 самолет на 0,5 км фронта.

Противник располагал 37 авиаотрядами и ротами, в которых насчитывалось 226 самолетов. В основном они были сосредоточены против Xl-й, Vll-й и, частично, Особой армий. На карпатском участке авиации Vlll-й армии противостояли 7 австрийских авиарот. На южно-галицийском участке неприятель обеспечил максимальную плотность своих авиационных средств: 1 самолет на 1,3 км фронта. Таким образом, воздушные силы обеих сторон количественно были равноценны при несомненном качественном превосходстве самолетов противника.

Основные задачи русской авиации на период наступления заключались в корректировке артиллерийской стрельбы, разведке, бомбардировке тыла противника, борьбе с его самолетами. В подготовительный период отрядами фронта был сфотографирован весь район наступления. Данные аэрофотосъемки поступали в центральную лабораторию Северной авиагруппы и фотограмметрическое отделение Южной авиагруппы, образованное при французском артиллерийском авиаотряде. К ведению разведки привлекались все авиачасти фронта, в т.ч. истребительные отряды. Дальние полеты в тыл противника производили опытнейшие летчики на новейших аппаратах, однако в целом остро ощущался недостаток хороших самолетов-разведчиков. Значительные сложности в работу отрядов внесло отсутствие длиннофокусных фотоаппаратов, вследствие чего экипажи вынуждены были вести съемку с высот 700-1200 м, подвергаясь ожесточенному огню зенитной артиллерии. Несмотря на эти обстоятельства, благодаря мастерству авиаторов, задания выполнялись с высоким качеством, и к началу операции армии были снабжены подробными картами районов предстоящих боев. В период наступления летчики фиксировали,по-явление новых окопов и укрепленных районов противника, крупные передвижения его войск. Так, на начальном этапе наступления Xl-й и Vll-й армий воздушная разведка установила отсутствие резервов в тылу неприятеля и отход его обозов к Золотой Липе.

* Общая протяженность Юго-Западного фронта - 630 км.

Особое значение придавалось воздушной корректировке артогня. В подготовительный период с ее помощью были пристреляны наиболее важные цели. 16 июня сосредоточенная на основных направлениях тяжелая артиллерия обрушила огонь на позиции противника. Артподготовка длилась два дня, летчики ее постоянно корректировали. В результате удалось подавить артиллерию противника и буквально вспахать снарядами неприятельские окопы. Когда пехота пошла в атаку, находившиеся в это время в воздухе отдельные экипажи обстреливали из пулеметов вражеские позиции и сбрасывали на них мелкие бомбы. При этом русские летчики снижались до 250-100 м. Однако эти действия дали скорее психологический эффект, т.к. были не массовыми и носили неорганизованный характер. Авиаотряды также совершали групповые полеты на бомбардировку крупных резервов противника и железнодорожных узлов.

Для прикрытия войск выделялись дежурные истребители. В среднем каждый день количество исправных машин этого класса составляло 30-35 единиц, что было недостаточно, но все же позволило добиться господства в воздухе на важнейших участках фронта и блокировать их от вторжения неприятельских аэропланов. Летчики работали с раннего утра до наступления сумерек, и некоторые совершали более четырех боевых вылетов за день. Атакуя самолеты противника, они, в большинстве случаев, заставляли их уходить со снижением. Особенно отличились летчики 1 -и БАГ, которой командовал Александр Козаков.

Наступление Юго-Западного фронта, встретив серьезное сопротивление, прекратилось 30 июня. Русское командование пыталось перегруппировать войска и снова перейти к активным действиям. Однако бесконечные митинги солдат и самовольное покидание ими позиций сорвали эти планы. В такой обстановке авиационные части сохранили боеспособность и гарантировали надежную дальнейшую работу. Основная роль в предстоящем наступлении отводилась Vlll-й армии, авиацию которой усилили 1 -и БАГ, 12-м КАО и 1-м артиллерийским АО, вскоре, впрочем, отправленным в тыл на переформирование.

Германское командование, хорошо осведомленное о положении дел в русских войсках, подготовило контрудар на участке Xl-й армии. После сильной артиллерийской подготовки 6 июля противник перешел в наступление, и русская деморализованная пехота стала панически отходить - начался Тарнопольский прорыв. В этих условиях авиаотряды, выдвинутые на отдельных участках фронта к передовой, оказались под угрозой захвата или окружения. Только благодаря личной инициативе командиров удалось спасти летчиков и самолеты. Так, 2-я БАГ, расположенная у деревень Гизилювка и Выселки, в ночь на 7 июля была приведена в полную готовность и с рассветом, когда артиллерийские снаряды стали залетать на аэродромы, перелетела в Тарнополь. К вечеру того дня семь авиаотрядов армии были сосредоточены в Тарнополе и еще четыре - в Микулинце. Скопление более 50 самолетов без укрытий и маскировки привлекло внимание противника. В тот же вечер более 12 германских аэропланов совершили налет на Тарнополь и сбросили до 30 бомб, упавших в окрестностях аэродрома. Для отражения налета поднялись 5-6 истребителей, которые рассеяли немецкую эскадрилью, при этом о дин неприятельский самолет был сбит и, объятый пламенем, упал в расположение русских войск. В условиях безудержного отхода наземных частей уже 8 июля авиаотряды изТарнополя перелетели на аэродромы в районе Збаража.

Летом 1917 г. в русские авиаотряды стали поступать британские разведчики Сопвич "Полуторастоечный"

British reconnaissance aircraft Sopwith 1/2 Strutter began to come in Russian squadron in summer of 1917

Разведчик "Ньюпор-10", вооруженный двумя пулеметами

Nieuport-10 reconnaissance aircraft isarmedwith two machine-guns

Авиачасти Vll-й армии начали отступление 8 июля, и 13-го они были сосредоточены в районе Ярмолинцы. Сюда же перелетели оба отряда ЭВК, вскоре к ним присоединились 1-й артиллерийский и 12-й корпусной АО Vlll-й армии. Дальнейшее отступление авиации Xl-й и Vll-й армий происходило бессистемно и панически, с потерей ценного авиационного имущества и авариями самолетов. Так, было сожжено 18 совершенно новых самолетов, среди которых истребители "Ньюпор-24бис". Лишь с приближением к Волочиску паника улеглась, и дальнейший отход шел нормально.

Более планомерно отступали авиачасти Vlll-й армии из Станислава и Коло-мыи. Они потеряли только три неисправных самолета, которые пришлось сжечь. Командир авиадивизиона получил приказ свести все отряды в одну группу и отступать совместно. 11 июля почти все авиационные силы армии были сосредоточены в Снятыне, за исключением двух отрядов, присоединившихся к Vll-й армии, и 5-го КАО, находившегося на левом фланге в Карпатах. В дальнейшем авиаотряды разделили на две группы: первая - в Хотине (5-й КАО и 1-я БАГ) и вторая - в Новоселице (3-й и 8-й армейские, 2-й Сибирский, 16-й корпусной и 8-й истребительный отряды).

Несмотря на тяжелые условия отступления авиаторы не прекращали повседневной работы и выполняли все распоряжения командования. Ежедневно велась разведка - летчики своевременно сообщали о силах противника, направлении наступления и подходе неприятельских подкреплений. Так, вечером 7 июля авиаторами Xl-й армии были обнаружены в районе Бялковце-Осташовце-Езерна две германские дивизии (как потом оказалось, 1-я и 2-я прусские гвардейские). В условиях отступления другие виды боевой деятельности авиаотрядов были бессистемными и носили преимущественно индивидуальный характер. В значительной мере затруднила работу дождливая и ветреная погода. И все же по мере своих возможностей летчики корректировали артогонь, проводили бомбардировки, вступали в воздушные бои. Например, 10 июля штабс-капитан Мордах из 3-го армейского авиаотряда на истребителе "Спад-7" (№ 149) во время патрулирования участка фронта Станислав-Коломыя-Снятын атаковал австрийский "Бранден-бург". После короткого боя неприятельский самолет получил значительные повреждения и опустился в двух верстах юго-восточнееТысменицы. Наблюдатель был убит, а раненому летчику удалось скрыться в ближайшем лесу.

В целом за два месяца авиаотряды Юго-Западного фронта совершили 3983 полета общей продолжительностью 5928 ч. Русские летчики провели около 200 воздушных боев, в которых сбили 23 самолета.

Авиация противника до 18 июня проявляла слабую активность. Исключение составлял Галицийский участок, где неприятель совершал по 30-35 полетов в день. Почти ежедневно его самолеты появлялись над Сарнами и Ровно - очевидно, германское командование считало это направление наиболее опасным в случае русского наступления. Когда оно началось, неприятельская авиация заметно активизировалась, особенно на левом фланге XI-и и правом фланге VI 1-й армий. Во время Тарнопольского прорыва немецкие и австрийские авиаторы еще более усилили свою деятельность. В первой декаде июля они подвергли интенсивной бомбардировке Езерну, Божиков, Мужи-лов, Тарнополь, Луцк, атаковали отступающие части и обозы русских войск. Во второй декаде низкая облачность и дожди заметно снизили активность авиации противника по всему фронту.

"Фарман-30" был одним из основных разведчиков российского ВВФ

Farman-30 was one of the main Russian Air Force's reconnaissance aircraft

Сбитый "Вуазен". Юго-Западный фронт, лето 1917 г.

Voisin which has been bought down. South-Western front, summer of 1917

Оживление наступило 19-21 июля на Галицийском участке, где ежедневно задействовалось более 25 самолетов. В конце июля вражеские летчики интенсивно работали уже на всех участках Юго-Западного фронта -ежедневно в воздух поднималось до 80 самолетов. Всего за июль было зарегистрировано 2735 полетов неприятельских самолетов. В воздушных боях было сбито 4 русских аэроплана и сожжено в воздухе 9 привязных аэростатов.

В 20-х числах июля русские войска закрепились на новых рубежах, и на Юго-Западном наступило затишье. К этому времени авиачасти фронта находились в плачевном состоянии. Тем не менее авиаторы продолжали выполнять свой долги, увы, нести потери. Так, 19 августа летчик 2-го истребительного АО подпоручик Чудновский во время боя над деревней Паниковце в р-не Брод с двумя австрийскими самолетами столкнулся с одним из них. У неприятельского аппарата отлетели пропеллер и крыло, и он рухнул камнем, а машина Чудновского опускалась медленно и повисла на деревьях. Оба самолета упали за линией неприятельских окопов. Согласно данным австрийского военного архива, в этот день военный летчик фельдфебель Рудольф Лонстак из 14-й авиароты вылетел на истребителе "Альбатрос D-M" (№53.07) и "…столкнулся во время воздушного боя с неприятельским истребителем "Ньюпор". Оба пилота при падении погибли". 27 августа летчик подпрапорщик Крючков и наблюдатель поручик Беляев из 2-го Сибирского АО на самолете "Анатра-Д" вели разведку района Ту-рильче (к северо-западу от Каменец-Подольска). На высоте 1800 м они попали под сильный артиллерийский обстрел. Беляев был убит, а Крючков тяжело ранен в голову. Он все же сумел спланировать в расположение своих войск и уже после посадки потерял сознание.

В приказе №894от 13.09.1917 начальник штаба Верховного Главнокомандующего так оценил действия русской авиации: "Подводя итоги работы нашей славной авиации,… отмечаю исключительно доблестное и самоотверженное отношение к делу всего личного состава боевых авиационных частей, которым пришлось действовать в особо тяжелых условиях. Во время июньских операций… наша авиация нанесла противнику втрое больший урон, достигая во многих местах превосходства в воздухе и приковывая к нашему фронту значительные его воздушные силы".

Авиация Западного фронта в летней операции

По плану Ставки Верховного Главнокомандующего Западному фронту в летней кампании отводилась второстепенная роль. Его усиленной Х-й армии предстояло наносить отвлекающий удар в направлении Молодечно-Виленск. Наступление намечалось на 15 июня, но этот срок переносился дважды из-за отказа солдат идти в атаку. Авиационные средства Х-й армии состояли из 11 отрядов: три - истребительных, сведенных в 3-ю БАГ, шесть - корпусных, один - армейский и один -артиллерийский. В общей сложности - 61 самолет, 59 летчиков и 36 наблюдателей. Большинство авиачастей находилось в более-менее удовлетворительном состоянии. Однако в 10-м армейском авиаотряде не хватало летчиков и самолетов, и он принял участие только в конце операции. 7-й Сибирский КАО почти все время пребывал на стадии формирования, и его участие ограничилось лишь несколькими боевыми вылетами.

В подготовительный период отряды успешно вели систематическую разведку. Так, летчиками была зафиксирована усилившаяся активность противника на железных дорогах, подход больших пехотных колонн и т.д. Позиции фотографировались два раза в месяц, а участки предполагаемой атаки -еженедельно с высот 1500-2500 м. Дальняя разведка производилась периодически на отдельных направлениях из-за недостатка соответствующих самолетов. К началу операции штаб армии располагал фотопланшетами первой и второй линий окопов и наиболее важных тыловых пунктов неприятеля (станции Солы, Вильно и Войляны). Корректирование стрельбы было возложено наартиллерийские отделения авиаотрядов, приданных к ударным корпусам.,К началу операции при участии экипажей 1-го Сибирского, Гренадерского и 34-го корпусного авиаотрядов была закончена пристрелка всех обнаруженных целей. Авиаторы бомбили продовольственные и артиллерийские склады противника. Так, 3 июня зажигательные бомбы были сброшены на склады у деревни Базар, что вызвало большой пожар.

Русские авиаторы демонстрируют обломки сбитого германского самолета. Западный фронт, весна 1917 г.

Russian aviators are demonstrating wreckages of German aircraft which has been bought down. Western front, spring of 1917

Летчик 25-го КАО у своего "Лебедя-12".

Пробоина в фюзеляже получена во время разведвылета от разрыва шрапнели

Pilot of the 25th KAO is by his Lebed-12. The hole in fuselage has been recieved from shrapnel burst during exploratory flight

В тот же день летчики Гренадерского авиаотряда бомбили объекты севернее местечка Крево. Работа пилотов 3-й БАГ заключалась главным образом в патрулировании надлинией фронта и охране самолетов-разведчиков. Всего за подготовительный период авиаотряды Х-й армии совершили 535 боевых вылетов, потеряли 13 летчиков и наблюдателей. Противник лишился одного самолета, сбитого зенитной артиллерией, и одного привязного аэростата, который сжег тремя ракетами Ле-Приера летчик Гренадерского АО Владимир Каминский.

Наступление началось только 7-го июля. Русские войска, имевшие значительный численный перевес, быстро достигли успеха, однако из-за нежелания солдат воевать столь же быстро откатились назад. Авиация в этих условиях не оказала какого-либо влияния на развитие событий, а наиболее заметным явлением стал налет 19 июля двадцати четырех "Вуазенов" и "Фарманов" нескольких авиаотрядов Х-й армии на железнодорожную станцию Войгяны. В 4 ч 30 мин самолеты собрались над деревней Малиновщизна, разделились на две группы (по типам) и направились одна задругой в тыл противника. Над передовой к ним присоединились 11 истребителей, которые летели на 500 м выше строя бомбардировщиков. При подходе к цели было встречено два неприятельских самолета, один из которых немедленно ушел на свой аэродром у станции Войгяны, а другой был сбит пилотами 18-го КАО прапорщиками Андерсом и Филиным. Несмотря на сильный зенитный огонь, русские летчики сбросили на станцию 60 бомб общей массой более 500 кг и благополучно вернулись на свои аэродромы. Бомбардировка вызвала в районе станции Войгяны многочисленные пожары. Всего до 1 августа авиаотряды Х-й армии совершили 916 боевых вылетов.

Авиация Румынского фронта в летней операции

Румынскому фронту, как и Западному, отводилась вспомогательная роль. Он располагал двенадцатью русскими авиаотрядами и двумя франко-румынскими эскадрильями. Непосредственно в операции задействовались авиационные силы только IV-и и VI-и армий. За две недели до наступления 27-й корпусной, 4-й артиллерийский и 4-й истребительный отряды IV-ro авиадивизиона были сведены в одну группу и усилены двумя самолетами из управления дивизиона. Эта группа была придана 8-му армейскому корпусу, которому отводилась важная роль в наступлении. Втуже группу планировали включить франко-румынскую эскадрилью. Однако эта часть действовала на участке 8-го корпуса самостоятельно, и управление ею приносило проблемы русскому командованию. Для усиления авиасредств на активном участке Vl-й армии была создана ударная группа, в которую вошли 36-й корпусной, 10-й истребительный АО, четыре самолета из других русских авиаотрядов и франко-румынская эскадрилья.

В подготовительный период летчики активно вели корректировку стрельбы батарей и разведку. В IV-й армии к обслуживанию артиллерии были привлечены все отряды, кроме истребительного, а во время наступления еще и франко-румынская эскадрилья. Для корректировки артогня в корпусных авиаотрядах Vl-й армии имелось по два и более самолетов, оснащенных радиостанциями. Выполняя разведку, авиаторы обнаружили работы по укреплению тыловых позиций противника в направлениях Быстрицы и Кедзи-Варгель, скопление обозов у Ойтоз в долине реки Ус и неприятельские суда в порту Браилов. Позиции противника фотографировались, как правило, с высоты 1800-2000 м. 17 июня во время одного из таких вылетов экипаж из 30-го КАО на "Спаде" фотографировал с высоты 2600 м артиллерийские позиции в районе Якобени и был атакован самолетом противника. После короткой перестрелки неприятель с большим пикированием вышел из боя, но русский аэроплан тут же подвергся атаке другого самолета, в результате которой получил повреждения мотора и управления. Летчик прапорщик Недзевецкий смог совершить вынужденную посадку на своей территории недалеко от передовой, однако на пробеге самолет скапотировал. Наблюдатель подпоручик Стругальский был ранен и получил "контузию тела". Ситуацию осложнил начавшийся артобстрел, но с помощью пехотинцев раненого летнаба все же удалось вынести в безопасное место.

Из-за все тех же проблем, связанных с общим разложением армии, войска Румынского фронта начали наступать только 7 июля. Наибольших успехов достигла IV-я армия, и ее авиация приняла деятельное участие в наступлении. 4-й армейский АО обеспечивал связь по радио и вымпелами между командованием и пехотными частями. Однако последние оказались плохо подготовленными к этому, так, 14 дивизия вообще не располагала сигнальными полотнищами, имели место случаи, когда войска яростно обстреливали свои самолеты при их снижении. С 6 по 12 июля русские летчики неоднократно вылетали для атак неприятельских объектов. Так, 6 июля более 210 кг бомб было сброшено на Бельбор и на станцию Троян. 10 июля состоялся большой налет на Роману, в ходе которого авиаторы израсходовали 120 бомб. В предпоследний день наступления 11 июля около 200 бомб было сброшено в районе деревень Домница и Раковица.

Весь период наступления русские истребители несли постоянное дежурство на ответственныхучастках фронта, однако из-за малочисленности с трудом могли противостоять неприятельской авиации, которая проявляла большую активность. При сопровождении разведчиков и корректировщиков многим истребителям не хватало боевого опыта и, ввязавшись в бой, они часто бросали охраняемый самолет, что вело к потерям. Воздушные бои происходили почти ежедневно, большинство из них носило индивидуальный характер, хотя происходили и групповые схватки с участием двух-трех пар. Всего за этот период было сбито 20 самолетов, из них 8 -летчиками франко-румынских эскадрилий.

Быстро оправившись от удара, австро-германские войска 25 июля перешли в наступление в направлении Фокшаны-Окна. Эта внезапная активизация стала неожиданностью для русского командования, хотя еще 20 июля воздушная разведка доставила сведения о подготовке наступления.

Самолет-разведчик "Лебедь-11"

Lebed-11 reconnaissance aircraft

Управление авиацией было частично нарушено, однако летчики проявили энергичную деятельность по всему фронту, в том числе во время контратак они поддерживали пулеметным огнем пехоту, снижаясь над полем боя до 500-300 м. 28 июля был произведен групповой налет на Радауц - восемь самолетов сбросили на скопления неприятельских войск 260 кг бомб. За восемь дней противникуудалось лишь незначительно потеснить русские войска, и 30 июля фронт стабилизировался. К этому времени истребители сбили в воздушных боях 5 самолетов.

27 августа IV-й армией было предпринято еще одно наступление в направлении Окна, но оно не дало нужного эффекта. В этот период удачно проявила себя авиация IV-ro дивизиона. Когда пехота пошла в наступление, 11 самолетов атаковали ближайший тыл противника, используя свои пулеметы и сбросив 110 бомб. Взятые пленные показали, что воздушные атаки привели к значительным потерям и оказали сильный деморализующий эффект. Производились и удачные групповые бомбардировки. Так, во время ночного налета на станцию Фокшаны было сброшено около 1000 кг бомб.

По данным разведки, в пределах Румынского фронта находилось до 20 австрийских авиарот. Количественно и качественно противник превосходил русскую авиацию. Особенно интенсивно австрийские летчики работали во время наступления своих войск.

8 районах Фокшаны, Текучио, реки Серет и др. отмечались полеты 5-6 самолетов ежедневно на высотах 3500-4000 м. Дальние разведчики неприятеля достигали района Ясс. 18 и 23 июля противник бомбил объекты в Кемпуриле, а 24 июля во время отхода русских артиллеристов из р-на Чиуслей на бреющем полете расстреливал их позиции. 25 июля 8 самолетов совершили налет на станцию Аджуд, где взорвали русский поезд с боеприпасами. Излюбленной целью неприятельских истребителей были привязные аэростаты: с 10 июня по 18 июля они уничтожили 9 баллонов из 11 потерянных русскими за тот период.

Подготовка к вылету австрийского "Бранденбурга С.1" (бортовой №26.20). Тарнополь, август 1917 г.

Preparation for flight of Austrian Brandenburg C. 1 aircraft, augustof 1917

Экипаж "Бранденбурга С.1" перед боевым вылетом

Crew of Brandenburg С. 1 is before battle flight

Русский "Моран-парасоль", захваченный австрийцами в Галиции. Зима 1916-1917 гг.

Russian Moran-parasol which has been captured byAusthons in Halicia. Winter of 1916-1917

Обломки сбитого "Альбатроса С.З"

Wreckages ofAlbatros C.3 which has been bought down

За время летних операций на Румынском фронте русскими авиаотрядами было совершено 2000 боевых вылетов общей продолжительностью 3800 ч. С 1 июня по

1 октября потери были незначительными: летчик-ас Григорий Сук из 9-го истребительного АО разбился на своем аэродроме, 4 человека получили ранения в воздушных боях, по различным причинам были разбиты 3 самолета. За это же время противник потерял в воздушных боях и в результате вынужденных посадок на русской территории 29 самолетов, из них 20 - от действий авиаторов, 4 - от огня зенитной артиллерии, 2 - от пулеметного обстрела и 3 - по другим причинам.

Авиация Северного фронта во время боев за Ригу

Рижская наступательная операция планировалась германским командованием еще в 1915-16 гг., так как на этом участке фронта имелась возможность создать угрозу Петрограду. Однако осуществить ее удалось лишь в августе 1917 г. На Северном фронте это направлениезащищала ХII я русская армия. Ее авиационные средства были незначительны и состояли из 10-го, 23-го и 33-го корпусных, 12-го армейского, 1 -го и 12-го истребительных АО. Почти все авиаотряды армии располагались в Риге и ее окрестностях. Воздушная разведка, произведенная экипажами 10-го и 33-го отрядов, показала значительное сосредоточение войск противника в районе станции Икскюль - летчики обнаружили новые артиллерийские позиции, повышенную интенсивность движения на железных и шоссейных дорогах. Налицо были все признаки подготовки наступления 8-й германской армии, однако русское командование не воспользовалось в полной мере полученными данными для его отражения.

Утром 19 августа немцы пошли в атаку. Русские войска хоть и оказали упорное сопротивление, однако 21 августа вынуждены были оставить Ригу. Ввиду поспешного отступления авиаотряды Xll-й армии не принял и активного участия в боевых действиях. Неисправные самолеты и большую часть авиаимущества пришлось бросить или сжечь. Зато почти все исправные машины удалось перегнать в тыл, на аэродромы в районе станций Венден и Фрейденберг. При этом 6 аппаратов получили повреждения при посадках на незнакомые площадки, после чего были сданы в ремонт.

На пороге гражданской войны

Осенью 1917 г. боевая активность русских армий сошла на нет. С фронта хлынули толпы дезертиров, и командование оказалось не в силах этому помешать. В этих условиях военно-воздушный флот не прекращал своей боевой деятельности, однако интенсивность полетов значительно снизилась из-за резкого ухудшения в снабжении горючим, боеприпасами и новыми самолетами. Положение еще более осложнилось после октябрьского переворота. Участились самосуды над офицерами, воровство и поджоги авиационного имущества. Революционные комитеты, созданные из солдат аэродромного обслуживания, всю войну просидевших в тылу, устанавливали новые порядки. Были отменены офицерские звания и награды, командование авиачастями перешло в руки комиссаров. Последние боевые вылеты состоялись в начале ноября. Вскоре ревкомы армий их запретили - разрешалось лишь изредка совершать тренировочные полеты в районе аэродрома. 20 декабря новый Верховный Главнокомандующий прапорщик Крыленко с бандой пьяных петроградских солдат занял Ставку. Заключительное обращение генерала Вячеслава Ткачева к своим войскам стало реквиемом русскому Военно-воздушному флоту: "Захват Ставки большевиками ставит меня в безвыходное положение… Считаю своим последним нравственным долгом перед Родиной в ее тяжелые дни испытаний бороться всеми силами и средствами с преступниками народа и государства - большевиками. В дни наступившей разрухи и смертельной опасности для нашей многострадальной Родины верю, что наши доблестные летчики до конца исполнят свой долг и останутся на своем тяжелом, но славном посту, вплетая новые лавры в венец славы нашей родной авиации…".

Автор выражает признательность польскому историку Томашу Копанъски за предоставленные материалы.

Сергей В.Богатырев/Львов

Представленной ниже статьей "АиВ" отрывает цикл публикаций, посвященный действиям советской авиации в годы второй мировой войны над морем. На наш взгляд, весьма привлекательной чертой этих работ является то, что они подготовлены на основе изучения большого комплекса источников, и прежде всего материалов, хранящихся как в советских (российских) архивах, так и в архивах Германии и стран, являвшихся ее союзницами во время второй мировой войны. Автор -Сергей Владимирович Богатырев • более 25 лет занимается сбором, анализом и систематизацией сведений о боевых действиях на морских, озерных и речных ТВД в 1939-45 гг. Он является автором целого ряда книг и публикаций в периодике по данной теме.

Открывая цикл публикаций, обратимся к такой многократно будируемой в различных изданиях теме, как одержанные победы советской авиации. Дело в том, что в самых современных публикациях можно встретить информацию о потопленных безымянных вражеских миноносцах и транспортах, перекочевавшую из советских источников, в основном мемуарного характера. К сожалению, не стал исключением и "АиВ". В №1'98 в статье И.Гуляса "Фрагменты боевого применения Ил-4" можно прочитать такую фразу: "Всего за 1943 г. экипажи 1-го МТАП произвели 229 крейсерских полетов, 93 из которых завершились атаками. Было потоплено 46 транспортов". Таким образом, результативность атак превышает 50%! Однако даже у самых эффективных торпедоносцев воюющих стран (США, Германия, Великобритания) этот показатель не превышал 5-10%.

В годы войны по морю не ходили какие-то безымянные и безномерные суда и корабли. На сегодня только по ВМС Германии существует несколько многотомных справочников. Аналогичные исследования проведены по торговым флотам Италии, Финляндии, Венгрии, Румынии, а также флотам стран, которые попали под немецкий контроль: Польши, Норвегии, Дании, Голландии, Греции, Франции, Югославии. Переписка и обмен материалами с коллегами из дальнего и ближнего зарубежья, любезная помощь архивов, музеев и посольств во многом помогла дополнить и уточнить истинную, а не "глав-пуровскую", картину боевых действий на море в 1941 -45 гг. На сегодняшний день действительные потери противника установлены на 90-95%. Причем уже вряд ли всплывет на свет что-то новое из плавсредств крупнее Обрт. Сопоставление архивных материалов противоборствовавших сторон позволило установить, какие именно советские части и самолеты принимали участие в потоплении неприятельских судов. Эта работа выявила весьма интересные факты. Например, оказалось, что по количеству результативных атак (подтвержденных противником) на заполярном ТВД "Киттихауки" делят 1 -2 места с Ил-2. Правда, по тоннажу потопленных судов Р-40 занимают только 5 место, т.к. их жертвами становились, в основном, легкие плавсредства типа мотоботов и дрифтерботов. В конце этой статьи в качестве иллюстрации приведена таблица, показывающая все подтвержденные победы советских ВВС и авиации флотов на морских ТВД.

Там же приведена таблица, в которой собраны подтвержденные победы советской торпедоносной авиации. Торпедоносцы - тема сама по себе очень интересная, заслуживающая особого разговора. Давайте задержимся на ней чуть подробнее и рассмотрим первые успехи советских экипажей этого вида морской авиации.

Несмотря на то, что торпедоносная авиация существовала в ВВС ВМФ СССР еще в предвоенный период, первых побед на всех трех воюющих флотах пришлось ждать довольно долго. Сказался и недостаток боевого опыта, и то, что самолеты, оборудованные для торпедных атак (ДБ-3 и ДБ-Зф), в 1941-42 гг. использовались крайне редко по прямому назначению.

Первыми успеха добились морские летчики Заполярья. Экипажи пары Ил-4 из

2-го смешанного Гв.КАП 9 августа 1942 г. после возвращения из крейсерского полета к берегам противника доложили о потоплении неприятельского транспорта водоизмещением в 6000 т. Атака была произведена в точке с координатами 70°58'сш. 26°30'вд. По документам противника, противолодочный отряд в составе трех сторожевых кораблей вечером этого дня в р-неСверхольдта был внезапно атакован со стороны берега на небольшой высоте двумя самолетами-торпедоносцами, которые были определены как "Бристоль" (?). СторожевикV6113 "Гот" в 17.16 получил попадание торпеды в центральную часть и потерял ход. Вторая торпеда прошла мимо. Другому сторожевику из этого отряда -V5905 - удалось отбуксировать аварийный корабль с затопленным машинным отделением в порт Хоннингс-вааг, но в строй его так и не ввели.

Балтийцы открыли свой боевой счет почти через три месяца после этой атаки. 26 октября 1942 г. экипажи двух Ил-4 из 1 -го Гв.МТАП, вернувшись из одиночных крейсерских полетов, доложили о потоплении двух транспортов, водоизмещением по 6000 т каждый (один - в точке с координатами 59°45' сш. 27°17' вд., другой - в районе 59°37' сш. 27°17' вд.). По документам противника установлено, что в тот день в районе о. Большой Тютерс со всем экипажем из 45 человек погиб немецкий охотник за подводными лодками UJ1204. Его обломки были обнаружены в точке с координатами 59°48 сш. 27°11' вд. Немецкое командование посчитало, что корабль, который нес одиночный противолодочный дозор, погиб на мине.

Р-40Е Kittyhawk авиации Северного флота. Лето 1942 г.

Р-40Е Kittyhawk of the North Fleet's aviation. Summer 1942

A-20G-25-DO Boston из 51-го МТАП Балтфлота. Лето 1944 г.

A-20G-25-DO Boston of the 51th МТАП of the Baltic Fleet. Summer 1944

МБР-2 прекрасно проявили себя в 1942-43 гг. на Черном море в качестве легкого бомбардировщика

МБР-2 have shown their worth on Black Sea as excellent light bomber in 1942-43.

Последними записали на свой счет победу торпедоносцы-черноморцы. Причем мы имеем редкую возможность сравнить обстоятельства этой успешной атаки по материалам обеих сторон. 22 января 1943 г. к-н И.Василенко поднял в воздух свой Ил-4 из состава 5-го Гв.МТАП для дальнего крейсерского полета. В течение 9 часов предстояло пройти по маршруту 2500 км, осмотреть коммуникации северозападного района Черного моря, побывать у Севастополя, Очакова, Одессы, Сулины. Экипаж стартовал рано утром - с расчетом выполнить задание засветло. Погода для атаки была благоприятной, но для пилотирования и навигации машины - весьма сложной. Частые дождевые заряды, низкая облачность, сильный ветер, болтанка изматывали авиаторов. Обследовав район от Севастополя до мыса Тарханкут, направились через Каркинитский залив к Тендровской косе, затем к Одессе.

Вокруг - только чистое море, хотя полет длился уже шесть часов. Солнце медленно клонилось к закату. Заканчивался выделенный для крейсерства запас горючего, и штурман к-н Н.Андриенко напомнил командиру, что до своего аэродрома около трех часов полета. Но летчики все же решили дойти до Сулины. И не зря. На подходах к Сулинскому гирлу Дуная они обнаружили конвой, который уже начал втягиваться в устье реки, направляясь в порт. Мгновенно снизившись до высоты 20 м, торпедоносец устремился к одному из транспортов. Фашистские корабли заметили его и встретили ожесточенным огнем. Вслед ударила и береговая артиллерия. Самолет шел среди шапок разрывов и водяных столбов. Все это выглядело как в страшном сне. Но Ил-4 уже лег на боевой курс, и ничто не могло ему помешать. Цель - в центре визира. Когда до нее осталось 500 м, Андриенко сбросил торпеду. Маневрировать было поздно: вокруг корабли охранения и при развороте вся плоскость машины оказалась бы под прицельным огнем. Самолет пронесся над противником, поливая его свинцом из трех бортовых пулеметов.

Торпеда попала в цель и взорвалась. Транспорт загорелся и стал тонуть. Подошедшая к борту для оказания помощи баржа также запылала - очевидно, огонь перекинулся и на нее. Экипаж лег на курс к своему аэродрому, зафиксировав все происходящее на пленку. Однако победа далась нелегко - торпедоносец получил повреждения: пробита в нескольких местах штурманская кабина, с перебоями работал правый мотор. Ухудшилась и погода - прямо по курсу стояла низкая облачность, пришлось идти в полосе дождя при сильной болтанке. После двух часов полета стал хандрить и левый мотор. Летчик старался дотянуть до дома наикратчайшим путем. Когда до аэродрома оставалось 20 минут полета, правый мотор отказал. Торпедоносец начал терять высоту. Наступила ночь, видимость резко ухудшилась. Вести подбитую машину вслепую оказалось невозможным, и штурман проложил путь к ближайшей посадочной площадке - на мыс Пицунда. До берега дотянуть удалось, и летчик, используя только посадочную фару, сумел благополучно посадить самолет. За умелое выполнение боевого задания, мужество и героизм, проявленные в этом полете, к-н И.Василенко награжден орденом Красного Знамени, а штурман звена к-н Н.Андриенко - орденом Отечественной войны 1-й степени.

А вот как описывает эту атаку автор монографии "Венгерский торговый флот во второй мировой войне", отставной капитан Золтан Петехази, пользовавшийся мадьярскими архивными документами. "22 января теплоход "Колошвар" (Koloszvar) 1030 брт./1200 т в охранении двух немецких тральщиков типа "R" подошел к Сулинскому рейду, где намечалось формирование большого конвоя. Тральщики оставили судно на рейде и направились к Сулине. В это время на судне услышали пролет на небольшой высоте одиночного самолета, с которого что-то упало в воду. Это была авиаторпеда. С командирского мостика заметили след из воздушных пузырей, но сама торпеда была сброшена на расстоянии всего около 120 метров. Командир Дениш Добузи немедленно начал маневрировать, но катастрофы избежать уже не удалось. Торпеда попала в корму судна и взорвалась в машинном отделении. Погибла вся машинная команда и 7 немецких зенитчиков, которые находились у кормового орудия (20-мм зенитного автомата). Загорелась разлившаяся по воде нефть, и корма в одно мгновение была охвачена огнем. Капитан и старший помощник сразу занялись размещением уцелевших членов экипажа в спасательных шлюпках, чтобы покинуть полностью охваченное огнем судно. Корпус теплохода весь выгорел. То, что осталось, позже было отбуксировано на верфь "Ганц Данубиус" в Будапеште. Было найдено только тело главного механика, которое было похоронено на Сулинском кладбище. Из 34 человек экипажа погибли 14-7 венгров и 7 немцев."

Как видно из описания этой мастерской атаки, все было несколько проще - не было "шквала зенитного огня" - стрелял только кормовой зенитный 20-мм автомат "Эрликон", да и за баржу у борта горящего судна были приняты спущенные спасательные средства. В любом случае, противник был застигнут врасплох и поплатился за это потерей ценного судна, недостаток в которых немцы остро ощущали до конца боевых действий на Черном море.

Торпедоносцы-тихоокеанцы открыли свой боевой счет уже в первый день боевых действий (сказался богатый боевой опыт военных лет). Вылетевшие для "свободной охоты" в центральной части Японского моря Ил-4 из 2-го МТАП в 18.50 торпедировали и потопили в точке с координатами 40°25' сш. 128°18' вд. японский сухогруз "Теншо Мару" (Tensho Maru) водоизмещением в 3035 брт.

Судьба судов, ставших жертвами первых успешных атак советской торпедоносной авиации, по-своему примечательна. "Заполярный" Тот" начал войну в качестве английского траулера НМТ-263 "Cape Siretolo", но уже 28 апреля 1940 г. был потоплен немцами в Мельде-фьорде. Вскоре был поднят и вошел в состав ВМС Германии. Его водоизмещение было не 6000 т (как доложили экипажи Ил-4), а только 452 брт. (1000 т). Аналогичных размеров был потопленный на Балтике UJ1204 - бывший немецкий рыболовный траулер PG-322 "Bohmen" - 475 брт. Почему же в обоих случаях авиаторы доложили о потоплении судов по 6000 т? Дело в том, что в годы войны экипажам советских подводных лодок, торпедных катеров и боевых самолетов за подтвержденное потопление вражеских судов и кораблей выплачивались денежные премии. Размер этих премий напрямую зависел от размеров потопленного судна, причем интересно, что премии делились по "флибустьерскому праву" - половина командиру, а вторая половина делилась поровну между членами команды. Командование флотов, конечно, знало, что экипажи при докладах обычно преувеличивают размеры уничтоженных целей в несколько раз, но закрывало на это глаза.

Михаил А.Жирохов/ г. Комсомольское Донецкой области,

Александр В.Котлобовский/ Киев. Фото из архивов авторов

Окончание. Начало в "АиВ", № 3'98.

В ударах по египетским авиабазам приняли участие тяжелые английские бомбардировщики "Велиэнт"

English Velient heavy bombers participated in air strike on Egiptian airbase

Трое на одного

Вечером 31 октября британские авианосцы "Альбион", "Игл" и "Балуорк", атак-же французский "Арроманш" расположились в 50 милях от побережья Египта. К ночи конфликт перерос из арабо-израильского в многонациональный. В 21.31 с аэродрома Лука на Мальте начали подниматься британские бомбардировщики. Через час они были над целями, и 500-и 1000-фунтовые бомбы посыпались на египетские авиабазы: Алмаза, Деверсуар, Файид, Джамиль, Исмаилия, Инхас, Кабрит, Шаллуфа, Суэц. По особому приказу шедшие на Каир-Уэст "Велиэнты" повернули обратно в связи с тем, что рядом с аэродромом проходила дорога, по которой эвакуировали граждан США. Бомбардировки продолжались до четырех утра 1 ноября. Англичане действовали безнаказанно, лишь дважды пара египетских "Метеоров" NF. 13 поднималась на перехват противника, но результатов не добилась.

В момент окончания ночных налетов началась подготовка к боевой работе сил морской и тактической авиации союзников. В 5 утра группа из 40 "Си Хоков" и "Си Веномов" поднялась с кораблей и взяла курс на юг, чтобы нанести удар по аэродромам Дехейла, Бильбейс, Абу-Суэйр, Инхас и Алмаза. В то же время "Хантеры" и "Веномы" RAF атаковали аэродромы в зоне Суэцкого канала. Чуть позже "Вайверны" проштурмовали аэродромы на побережье, а "Корсары" французских ВМС - египетские корабли, потопив торпедный катери повредив эсминец. Параллельно с этим авиация уничтожила склады египетских ВВС в Хелуане и Гелиополисе. Ответного удара по авианосцам не последовало,однако в его ожидании над ордером кораблей постоянно висели "Скайрейдеры" ДРЛО и дежурные звенья "Си Веномов".

С восходом солнца с Акротири стартовали британские разведчики. Через несколько часов проявленные и дешифрованные фотоматериалы доставили в штабы. Они показали шокирующе низкие результаты ночных бомбардировок - командование ВВС Египта успело перебросить большую часть своих новых самолетов на относительно безопасные аэродромы и за пределы страны. 20 МиГ-15бис рассредоточили в дельте Нила; до 28 Ил-28 перевели на самую южную авиабазу Египта -Луксор; 25 МиГ-15бис, 20 Ил-28,15 Ил-14 перебросили в Сирию и Саудовскую Аравию, причем перелетевшие в Эр-Рияд "двадцать восьмые" пилотировали советские и чехословацкие инструкторы. Советские летчики перегнали на сирийский аэродром Хама еще 40 МиГов, изначально предназначенных для этой страны. Однако в светлое время эвакуация техники стала затруднительной и то, что не удалось "ночникам", довершила палубная авиация. Например, на Абу-Суэйр среди прочей уничтоженной техники она сожгла 27 сирийских МиГ-15бис/УТИ. Особенно досталось авиабазе Дехейла под Александрией, которую бомбили и обстреливали в течение суток 36(!) раз. Всего за 1 ноября англо-французская авиация без потерь выполнила более 500 боевых вылетов, в то время как египетские ВВС сковал паралич. Лишь эпизодически союзники отмечали появление в небе машин противника: утром пара МиГ-15бис перехватила разведывательные "Канберры" и повредила одну из них, а позднее поднявшаяся с аэродромов Бир-Джилгафы и Бир-Род Салима группа самолетов проштурмовала израильские позиции.

События ночи с 1 на 2 ноября, а также следующих суток были похожи на описанные выше - штурмовки уцелевших египетских аэродромов продолжались. 2 ноября в активные действия включился авианосец "Лафайет", а 3-го- "Оушн"и "Тизиас". С того же дня авиация союзников начала атаковать транспортные коммуникации противника. Под Каиром англичане разгромили автоколонну египтян, оставив на дороге многокилометровую груду дымящегося металлолома.

Французские F-84F эскадр. 3/3 "Арденны". База Акротири, ноябрь 1956 г.

French F-84F of squadron 3/3 "Ardenny". Akrotiri airbase, novemberof 1956

Британцы за это побоище заплатили мизерную цену: от огня ПВО получили повреждения разведывательная "Канберра" из 13-й эскадрильи RAFи "Си Веном" из 830-й эскадрильи FAA, раненый пилот которого совершил неудачную посадку на "Игл", травмировав несколько человек палубной команды.

Ненамного успешнее защищали египетские зенитчики и Порт-Саид. Они смогли сбить только один "Вайверн" из все той же 830-й АЭ. Летчик штурмовика л-т Маккарти сумел увести горящую машину в сторону моря ив 112 км от "Игла" катапультировался, а спасательный вертолет вскоре доставил его на корабль. Примерно в то же время над Синаем огнем наземной ПВО были сбиты два израильских самолета. Но эпизодический отпор не мог изменить расстановку сил. Союзники продолжали "зачистку территории", готовясь к массированному вторжению: французы нанесли удар по египетским войскам в Эль-Майе и уничтожили РЛС в Абу-Султан, ВВС Израиля сконцентрировали свои усилия натак называемой"прибрежной дороге", а британцы, готовясь к высадке десанта, вечером еще раз обрушились на позиции ПВО Порт-Саида.

Утром 4 ноября от египетского побережья с приглушенными моторами отошли три торпедных катера. Напряженно вглядываясь в море, их командиры нашли цель - авианосец "Балуорк", но провести атаку не смогли. Британские патрульные самолеты вовремя обнаружили противника, а поднятые с палуб штурмовики потопили два катера и нанесли третьему тяжелые повреждения, после чего тот еле дошел до Александрии. В целом за сутки самолеты морской авиации выполнили без потерь 350 боевых вылетов. Их коллеги из RAF потеряли от огня ПВО один "Веном" из 8-й эскадрильи. Израильтяне продолжали штурмовать египетские позиции и подвергли бомбардировке Шарм-аш-Шейх, для чего задействовали свои В-17. Событием дня стал налет французских F-84F на авиабазу Луксор, где они сожгли на земле 20 Ил-28 (по египетским данным - 7). Удар не был согласован с англичанами, как и привлечение находившихся на Кипре "Норатласов" для переброски солдат и амуниции израильской армии в глубь Синая.

5 ноября началось атакой группы "Си Хоков" командно-диспетчерского пункта аэродрома Джамиль и высадкой французских парашютистов под Порт-Фуадом и Порт-Саидом. Операция "Мушкетер" вступила в завершающую фазу. Примерно в 9.00 английский десант захватил Джамиль. Через полчаса туда на аэродром приземлился первый британский вертолет, открыв воздушный мост по обеспечению десанта. В 11.30 французы захватили два важных моста в Развени, а в 16.45 - Порт-Фуад. Над местом высадки парашютистов "висел" "Норатлас", задействованный в качестве воздушного командного пункта. С него давались целеуказания экипажам "Корсаров", которые атаковали назначенные цели и образовали над полем боя огромный круг. Истребительное прикрытие состояло из 12-16 британских машин. Потери авиации были минимальными: примерно в 9.30 египетские зенитчики сбили "Корсар" (пилот погиб), а в 10.28 подбили "Вайверн", который приводнился в море. 6 ноября стало последним днем боевых действий и решающим в битве за Суэц. Рано утром надДжамилем внезапно появился одинокий МиГ и обстрелял десантников. В то же время французские "Корсары" совершили налет на позиции египетских самоходок СУ-100, а на палубах "Оушна" и "Тизиаса" шла подготовка к первому в истории крупномасштабному вертолетному десанту. Специально для его проведения англичане создали экспериментальное вертолетное подразделение JEHU под командованием м-ра Кирнса, в которое включили машины флота и морской пехоты. В 5.40 от палубы оторвался первый вертолет, в котором находились офицеры управления, за ними начали взлет остальные машины с "командос" 45-го и 42-го батальонов RMC (Royal Marine Corps - Королевского корпуса морской пехоты) на борту. "Уирлуинды" FAA перевозили по 7 солдат, их сухопутные собратья - по 5, а "Сикаморы" - лишь по три. Но не малочисленность первой волны десанта оказалась главной проблемой -запланированные посадочные площадки затянуло дымом, и экипажи вертолетов стали искать более подходящие точки приземления. Выбор пал на стадион Порт-Саида. В 6.10 вертолет с "командос" опустился на зеленый газон и тут же попал под плотный огонь из стрелкового оружия. Летчик получил ранения, но сумел поднять поврежденную машину и благополучно выйти из-подогня. Остальные силы десанта высадились на бульваре в районе памятника Фердинанду де Лессепсу. Всего за время операции вертолетчики совершили 200 вылетов, перевезли 415 солдат и 25,4 т грузов. Два "Уирлуинда" получили сильные повреждения от огня противника, причем один совершил вынужденную посадку в море. Еще у одного уже при подходе к своему кораблю окончилосьтопливо, и он приводнился всего в 350 м от "Тизиаса". Находившиеся на его борту экипаж и раненые были спасены.

В тот день произошел досадный инцидент: одинокий "Вайверн" атаковал британских десантников, ранив многих из них, включая командира 45-го батальона п-ка Тейлора. Через несколько минут тот же пилот обрушил огонь еще на одну группу "командос", убив одного и ранив 15 человек. По мнению летчика, англичане не могли продвинуться столь далеко.

8 полдень флот лишился "Вайверна", сбитого над Исмаилией. Пилот катапультировался и приземлился прямо на дорогу, проходившую между позициями противников. Кинувшиеся к нему египетские пехотинцы были прижаты к земле огнем французских "Корсаров". Однако французы отгоняли и израильских солдат - национальную принадлежность пехоты сверху определить оказалось невозможным, зато оранжевый спасательный жилет сбитого был виден очень хорошо.

Посадка "Вайверна" на авианосец "Игл". Начало октября 1956 г.

Landing of Vyivern on aircraft carrier "Igl". Beginning of October of 1956

Британские "Уирлуинды" взлетают с палубы авианосца "Тизиас"

British Uirluindyare taking-offfrom deck of aircraft carrier "Tizias"

‹

Обломки легкого самолета "Сокол" на египетской авиабазе Эль-Ариш

Wreckages ofSoko! light aircraft are on Egyptian airbase EI-Arish

Почти двухчасовая эпопея завершилась прибытием вертолета с "Балуорка", на котором живого и невредимого летчика доставили на "Игл". (По иронии судьбы, выживший в этой переделке пилот погиб 12 сентября 1995 г., его "монгольфьер" занесло в воздушное пространство Белоруссии, где он и был сбит местными вертолетчиками.)

Тем временем прибывшие на аэродром Джамиль инженерные части RAF занялись обустройством базы с целью превращения ее в форпост по снабжению морских пехотинцев. Оставшуюся часть дня самолеты RAF и FAA наносили удары по аэродромам вокруг Каира, узлу управления портом в Порт-Саиде и потеряли от огня ПВО два "Си Хока". У французов пропал без вести F-84F из ЕС.1. Над Сирией британцы потеряли разведывательную "Канберру", летчик которой флайт-лейтенант Хантер погиб. По сей день неясно, зачем понадобилось англичанину залетать на нейтральную территорию и кто персонально его сбил.

К вечеру англо-французские войска заняли зону канала, Порт-Саид, Порт-Фуади Эль-Кап. В 24.00 боевые действия прекратились. Однако закрепить военную победу политической союзникам не удалось. США оказались незаинтересованными в усилении позиций Англии и Франции в регионе и выступили с осуждением их действий. Реакция Советского Союза оказалась еще более резкой: Н.С.Хрущев выступил с ультиматумом в адрес "империалистических агрессоров", содержавшим угрозу силового вмешательства СССР. В итоге войска союзников покинули оккупированную зону, египетско-израильская граница была восстановлена по состоянию на 29 октября, и на ней заняли позиции войска ООН.

Александр В.Котлобовский/ Киев Фото из архива автора

Совершенствуя свой первый реактивный истребитель "Ураган", французская компания Avions Marsel Dassault в 1951 г. оснастила его стреловидным крылом. Обновленный самолет для пущей важности назвали "Мистэром" (Mystere - загадка, тайна). Его первый вариант M.D.452 Mystere IIC был выпущен в 150 экземплярах и состоял на вооружении только ВВС Франции. 28 сентября 1952 г. в воздух поднялся прототип более совершенного истребителя, получившего обозначение Mystere IVA. В следующем году началось серийное производство этой машины, идо 1958г. сборочный цех покинул 421 экземпляр. Самолет стал экспортным "хитом": 110 единиц закупила Индия, 60 -Израиль. В ВВС этих стран их ожидала весьма бурная биография.

Боевой дебют как французских, так и израильских "Мистэров" состоялся во время Суэцкого кризиса. Израильтяне получили первые самолеты данного типа в марте 1956 г. и вооружили ими дислоцированную на авиабазе Хатцор 101-юАЭ, которой командовал м-р Беньямин Пеллед. К началу боевых действий там находилось 37 машин, из них лишь 16 боеспособных. Часть располагала 22 летчиками, большинство из которых имели недостаточный налет на данном типе. Отмечалась также нехватка боеприпасов, особенно НАР. Французы прислали на авиабазу Рамат-Давид две эскадрильи из состава эскадры ЕС2, насчитывавших не менее 30 "Мистэров". Согласно плану, еврейским летчикам предстояло вести борьбу с авиацией противника над Синаем, а французам - обеспечивать ПВО Израиля.

29 октября деятельность 101-й АЭ ограничилась прикрытием высадки парашютистов 202-й бригады в районе перевала Митла. Боевого контакта с противником не было. На следующий день летчики Пелледа несколько раз вылетали для нанесения ударов по египетским наземным войскам, а ближе к вечеру над районом Митла провели свой первый воздушный бой. Пара из 101-й АЭ атаковала шестерку египетских МиГ-15, которые прикрывал и два "Метеора", штурмовавших позиции парашютистов. Бой не принес успеха ни одной из сторон.* Примерное то же время три пары этой эскадрильи атаковали шесть МиГ-15, пытавшихся взлететь с авиабазы Кабрит. Боевой счет открыл л-т Иосиф Цук, сбивший один из египетских самолетов. Но тут подоспели еще 12 МиГов, и завязалась серьезная драка. Машина Цука была серьезно повреждена. Итоги боя противоборствующие стороны оценили по-разному. Израильтяне утверждали, что одержали две подтвержденные победы и столько же предположительных при одной своей поврежденной машине. Египтяне заявили, что тройка их МиГ-17 вступила над Кабритом в бой с большой группой "Мистэров", три из которых сбила, а остальных обратила в бегство.

Один из первых серийных Mystere IVA ВВС Франции

One of the first serial Mystere IVA aircra ft of French AF

31 октября принесло летчикам 101-й новые успехи. Рано утром над Митлой провела успешный бой с четверкой "Вампиров" пара в составе л-тов Аарона Шавита и Ешаяху Эгози. Шавит сбил один самолет, Эгози - два. В тот же день этот летчик отличился еще раз, записав на свой счет МиГ-15.

В 12.10 к-н Яаков Нево и его ведомый л-т Цук обнаружили над Эль-Аришем три МиГ-17, следовавших ниже их. Израильтяне сбросили подвесные баки и пошли в атаку. Предоставим слово самому капитану: "Прежде, чем мы смогли перестроиться, двое египтян почти впали в панику, при этом один исчез в ближайшем облаке, а другой "высокохвостый" рванул подальше в сторону канала. "Фермер" (прозвище Цука -авт.) подсек третьего МиГа и попытался на пикировании обстрелять его, но угол был весьма большим. Я закричал своему ведомому, чтобы он прекратил, полностью выпустил щитки и очутился за МиГом. Как только я перешел в резкий набор высоты, то обнаружил, что имею дело не с МиГ-15, а с более современным и опасным МиГ-17, которые, как нам говорили, парни Насера могли недавно получить. Четко были видны перепроектированное крыло большей площади и полдюжины гребней на нем. На расстоянии двух сотен ярдов я поймал его в прицел и выпустил короткую очередь из 30-мм пушки. Снаряды достигли цели, но обломки не разлетались! Однако в следующий момент египтянин быстро перевернулся и как кирпич посыпался на десять тысяч футов. Затем он попытался выровняться, и я увидел отстреленный фонарь. Одновременно вылетело катапультируемое кресло. Я не заметил, чтобы раскрылся парашют. Тут МиГ-17 вспыхнул как факел и въехал в песок". Весь бой занял не более девяноста секунд. При этом правая пушка на машине Нево была неисправной.

Через несколько минут эта же пара встретилась с группой из семи МиГ-15. В завязавшемся бою сбитых не было. Но приключения Нево и Цука не закончились. "Я начал набирать высоту и увидел двух "Мистэров", - вспоминал позже капитан.- Я направился на соединение со своими товарищами, но сделать это не удалось, поскольку один из них предупредил, что на меня со стороны солнца идет пара МиГов! Мы рванули на них, и я попытался зайти в хвост одному из египтян. Летчик этого МиГ-15, несомненно, умел летать! Я вцепился в него как пиявка. Открыл огонь с шестисот ярдов из единственного исправного орудия. Мимо! Попробовал с четырехсот ярдов. Вновь промазал! Мало-помалу, дюйм за дюймом, я уменьшил разрыв между нами до двухсот ярдов. Нажал на спуск пушки, и тут же мои снаряды проделали в помеченной зелено-бело-зеленой полосами законцовке правой плоскости МиГа большую брешь, откуда вышло немного черного дыма. Египтянин не запаниковал и попытался направиться к авиабазе Эль-Ариш, где накануне наши парни расстреляли несколько "Вампиров" и легких трехместных "Соколов" чешского производства. Он сильно начал терять высоту, когда я подошел к нему менее, чем на сотню ярдов. Нажал на спуск. Тишина! У меня закончился боезапас. Неистово приказал "Фермеру" добить, но он был в аналогичной ситуации.

*Автор приносит свои извинения читателям и с сожалением отмечает, что по его недосмотру в первой части статьи "В небе Синая. Год 1956" ("АиВ, №3'98) на стр. 45 допущена ошибка в рассказе о первом бое "Мистэров". Соответствующие действительности описания этого эпизода, а также сбитиям-ра Пелледа представлены в данной статье.

Критически падал уровень топлива, но я не мог позволить моей потенциальной жертве ускользнуть. Скорость была около 250 узлов, и я решил попытаться преградить противнику путь. Скользнул под МиГ и затем резко вынырнул у его носа, вынудив египтянина поспешно накрениться в намеченном мною направлении. Но в баках было почти пусто, и сигнальные лампочки могли вспыхнуть в любой момент, так что мне ничего не оставалось, как прекратить преследование и направиться домой, заявив о предположительной победе. Последнее, что я увидел - МиГ, летевший над болотистыми окрестностями Эль-Ариша, и его грубую посадку на местности". Именно этот МиГ-15 упал в озеро Сирбон, позже был поднят израильтянами, отремонтирован и использован для ознакомительных полетов. Летчики "хель хаавира" налетали на нем 500 часов.

В 16.00 произошел завершающий бой дня. Патрулировавшая над Митлой пара 101-й АЭ сцепилась с группой МиГ-15 и просмотрела четверку "Метеоров" противника, атаковавшую позиции 202-й бригады. Но летчики "Мистэров" своевременно сориентировались и, оторвавшись от МиГов, бросились выручать парашютистов. Два "Метеора" рухнули на землю. По некоторым данным, среди победителей вновь был неугомонный Нево.

1 ноября "Мистэры" провели свой заключительный в той войне воздушный бой. Около 16.00 патрулировавшая над Митлой пара встретилась с "Вампирами" и прикрывавшими их МиГ-17. Вскоре один из египетских самолетов был сбит. Источники не называют имени победителя. Нет единодушия и в указании типа сбитой машины.

С 2 ноября 101-я АЭ приняла участие в боях за Шарм-аш-Шейх. Уже в первом налете задействовались 8 "Мистэров". Египетские зенитчики оказали ожесточенное сопротивление: сбили машину комэска м-ра Пелле-да и повредили самолет его ведомого к-на Шапиро. Капитан сумел дотянуть до своей базы, а командиру пришлось катапультироваться - первому в истории ВВС Израиля. Бои за Шарм оказались последними в этом конфликте для 101-й АЭ. По израильским данным, ее летчики одержали 14побед, потеряв всего одну машину. Французы воевали над севером Синая и в окрестностях Порт-Саида. Действовали они исключительно по наземным целям и потерь не имели.

В 1956-67 гг. "хель хаавир" получили новые партии "Мистэров". Их летчики стали непременными участниками многих инцидентов, возникавших на границах между Израилем и соседними арабскими странами. Упомянем лишь некоторые из них. 20 декабря 1958 г. новый комэск 101-й АЭ Аарон Йоэли и командир авиабазы Хатцор Мордехай Ход вторглись на "Мистэрах" в воздушное пространство Египта в р-не Эль-Ариша и начали кружить там, как бы от нечего делать, постепенно отходя в сторону границы. Египтяне подняли на перехват пару МиГ-17, которая погналась за нарушителями и попала в подготовленную засаду. Ее поджидала пара "Мистэров" к-на Нево, которому удалось пополнить свой боевой счет очередным сбитым МиГом. Однако удача не всегда сопутствовала израильским летчикам. Так, 14 февраля 1959 г. арабские МиГ-17 сбили "Мистэр" во время боев на сирийской границе. 14 июля 1966г., когда четыре "Мистэра" наносили удар напалмовыми баками по позициям сирийской артиллерии на Голанских высотах, появились две пары МиГ-21 и подбили один из них. 7 апреля 1967 г. в ходе крупнейшего перед шестидневной войной инцидента пара сирийских МиГ-21 сбила над Голанами еще один "Мистэр".

Накануне третьей арабо-израильской войны, больше известной как "шестидневная", в составе "хель хаавир" насчитывалось около сорока Mystere IVA. Еще в 1962 г. 101-я эскадрилья перевооружилась на "Миражи", и с тех пор "Мистэры" были сосредоточены в 109-й и 116-й (резервной) АЭ, которыми командовали соответственно м-ры Амнон Халивни и Йонатан Шахал. Базировались эти части в Хатцоре и Тель-Нофе. Утром 5 июня 1967 г. на дремавшую на своих аэродромах арабскую авиацию обрушился молот израильских ВВС.

Варианты вооружения Mystere IVA

Variants of weapons for Mystere IVA

‹

Французские Mystere IVA эскадры ЕС-2. Начало ноября 1956 г.

French Mystere IVA ofEC-2sq. Beginning of November 1956C

Mystere IVA из 101-й эскадрильи ВВС Израиля

Mystere IVA of 101th sq. ofADFFC

Целями для пилотов "Мистэров" стали египетские авиабазы Гамиль, Девер-суар, Эль-Ариш, Джебель-Либни, Бир-Джафджафа, Бир-Тамада, Файид, иорданские- ПринцХассан и Король Абдаллах и др. Вот некоторые эпизоды боевой работы. Четверка "Мистэров" атаковала Джебель-Либни. Два из них сбили на взлете дежурную пару МиГ-17, а затем все вместе уничтожил и на стоянках 13 МиГ-17 и МиГ-19, вывели из строя часть полосы, причем с таким расчетом, чтобы ею могла воспользоваться своя ВТА сразу после захвата базы. По Файиду нанесла удар четверка 116-й АЭ во главе с комэском, которая уничтожила на земле 16МиГ-19и МиГ-21. Личные действия ведущего м-ра Шахала оказались нерасчетливыми. Он увлекся атакой на выруливавший МиГ-21, и когда тот взорвался, попал в его разлетающиеся обломки. "Мистэр" получил серьезные повреждения, летчик с трудом дотянул до Синая, где катапультировался и ночью был эвакуирован. Другой пилот эскадрильи командир звена к-н Авиху Бен-Нун атаковал появившийся в районе авиабазы египетский АН-12, но сбить его не смог: то ли египтянин удачно уклонялся, то ли сам Бен-Нун "не очень настаивал". А ведь на борту Ана находился министр обороны Объединенной Арабской Республи-ки маршал Амер со своим штабом.

Израильские "Мистэры" наносят удар напалмовыми баками

Israeli Mysteres are striking a blow by napalm bombs

Mystere IVA ВВС Индии - участник войны с Пакистаном 1971 года

Mystere IVA of IAF is participant of war with Pakistan in 1971

В 12.45 четверка "Мистэров" отработала по иорданской базе Король Абдаллах, уничтожив на земле 2 вертолета "АлуэттШ" и 6 транспортных самолетов. На отходе эту группу перехватили "Хантеры". В завязавшемся бою иорданцы сбили две машины со звездами Давида (израильтяне признали потерю одного), а сами лишились одного истребителя. "Мистэры" приняли участие еще в нескольких налетах на иорданские базы, в ходе которых ВВС этой страны были практически уничтожены. Со второй половины дня начались налеты израильтян на сирийские объекты. Здесь "Мистэры" понесли достаточно серьезные потери: над Дамаском зенитной артиллерией было сбито 2 самолета, а над Голанскими высотами в бою с МиГ-17 - один.

Со второго дня войны 109-я и 116-я эскадрильи переключились на действия против наземных войск. К примеру, уже на рассвете одна пара атаковала египетскую танковую часть у н.п. Бир-Кафан на Синае, уничтожив четыре бронецели и множество грузовиков. Ответным огнем один из "Мистэров" был поврежден, но летчик смог дотянуть до расположения своих частей, где и катапультировался.

8 июня произошел скандальный инцидент. После полудня на траверзе захваченного Эль-Ариша было замечено неизвестное судно, принятое за египетский "транспортник". На опознание и возможную атаку была направлена пара "Мистэров". Она подошла поближе к незнакомцу, однако тот не предпринял никаких мер для облегчения своего распознавания. Израильтяне пошли в атаку, обстреляв судно из пушек и НАРами. На палубе образовались обширные повреждения. Подошли торпедные катера, один из которых всадил в борт пришельца торпеду. Лишь после этого над ним взвился… американский флаг. Это был разведывательный корабль ВМС США "Либерти". Его экипаж явно перестарался с конспирацией и в итоге потерял 34 человека убитыми и 75 ранеными.

Завершающие бои "Мистэры" провели на сирийском фронте, действуя в интересах наземных войск. Здесь отмечена и последняя их потеря в конфликте: 9 июня над Голанами один "Мистэр" был сбит МиГ-17. В целом входе этой войны летчики 109-й и 116-й АЭ одержали 3 воздушные победы, сожгли на земле несколько десятков самолетов и вертолетов, а также большое количество боевой техники сухопутных войск противника. Свои потери составили, по разным данным, от 6 до 10 машин. Наиболее результативным пилотом можно считать к-на Бен-Нуна, уничтожившего на земле около 10 самолетов и 40 арабских танков. Дважды по его "Мистэру" выполнялись пуски ЗУР, но капитан сумел уклониться от них.

В течение трех последующих лет реактивные ветераны не раз смогли проявить себя в боях. В частности, в июле-сентябре 1969 г. они приняли активное участие в операции "Боксер" по уничтожению позиций египетских ЗРК С-75. В ходе ее 7 сентября зенитной ракетой один "Мистэр" был сбит. Летчик Шабтай Гильбоа катапультировался и вернулся к своим. В том же году с "Мистэрами" рассталась 116-я АЭ, которую перевооружили на "Скайхоки". С 7 января по 7 марта 1970 г. "Мистэры" 109-й АЭ участвовали в операции "Блум", направленной на добивание египетских ЗРК. Они вывели из строя ряд позиций зенитных ракет, а 22 января потопили египетское судно, доставлявшее подкрепления на о. Шадуан в Красном море. Платой за эти успехи стали три самолета, сбитые ПВО и МиГами. На этом карьера израильских "Загадок" завершилась - вскоре 109-я эскадрилья также получила "Скайхоки".

Пришлось "понюхать пороху" и индийским "Мистэрам". Во второй индо-пакистанской войне (сентябрь 1965 г.) эти самолеты привлекались для поддержки наземных войск и нанесения ударов по авиабазам противника. Провели они и ряд воздушных боев. Так, 7 сентября на рассвете шестерка "Мистэров" совершила налет на пакистанскую авиабазу Саргода. Действовали они неудачно и не сумели вывести из строя 6 стоявших на аэродроме F-86. За эту ошибку пришлось расплачиваться летчикам шедшей следом группы "Хантеров": взлетевший сквадрон лидер (майор) Алам в течение 5 минут сумел сбить 5 из 6 индийских самолетов. Днем раньше досталось от пилотов "Сейбров" и "Мистэрам": пакистанцы заявили, что при налете их F-86 на авиабазу Патан-Кот было уничтожено 5 самолетов этого типа. В той войне состоялось несколько боев "Мистэров" со сверхзвуковыми "Старфайтерами". 6 сентября летчик F-104 флайт-лейтенант (капитан) Амджад Хусейн смог на малой высоте поразить индийскую машину УР "Сайдуиндер". На следующий день тот же пилот сбил "Мистэр" огнем из пушки, но и сам попал в прицел другого индийского истребителя. В мгновенье ока "Локхид" вспыхнул, и Хусейн вынужден был катапультироваться.

Накануне декабрьской войны 1971 г. ВВС Индии располагали двумя эскадрильями, вооруженными примерно 30 "Мистэрами". Они приняли участие в боях на Западном фронте, где действовали по наземным целям: бронетехнике, коммуникациям, артпозициям и т.д. Например, 5 декабря на участке Бурки-Хуссаинивала "Мистэры" совместно с Су-7 совершили 100 боевых вылетов, уничтожив 18 пакистанских танков;

9 декабря совместно с "Канберрами" выполнили 30 боевых вылетов на участке Сулеманки-Джассар. Воздушных боев и побед не зарегистрировано. По данным пакистанцев, огнем с земли удалось сбить 5 "Мистэров", причем 4 - из стрелкового оружия. Один летчик был взят в плен. Этим конфликтом и завершилась достаточно успешная боевая карьера героя нашего повествования.

Dassault MysterelVA