Это происшествие случилось в небольшом малоизвестном городе N свободолюбивой республике Быдлостане. Стояло унылое лето, заманчиво пахло небритыми подмышками и старыми носками…
Было 17 часов утра… Начальник секретного склада бывших в употреблении портянок и солдатских кальсон прапорщик Дрыщенко проснулся как обычно в хреновом настроении и с головной болью.
За 20 лет своей безупречной службы он проспал 19, причиной тому было не болезненное состояние здоровья или отсутствие чего-либо украсть, а элементарная подлость сослуживцев, традиционно не будивших его на обед. «На обед будить не будем – пущай защищает Родину без обеда».
Уж к чему, а к здоровью у прапорщика претензий не было: за время службы он добросовестно перевёл в личную собственность госимущества на сумму сопоставимую с годовым бюджетом таких слаборазвитых стран, как Англия, Франция и Германия, вместе взятых.
Короче, Дрыщенко, проснувшись, прислушался к потребностям своего молодого растущего организма. Поскольку по-маленькому и по-большому он сходил ещё часа за полтора до того как проснулся, а похмелиться дома никогда и не было, то он поплёлся пожрать на кухню, где чем-то грохотала его супруга.
На столе он увидел буханку черного хлеба и, не раздумывая, отломил сразу половину, трезво рассудив, что больший кусок в рот сразу и не влезет.
Тщательно пережёвывая, он обратил внимание на инородные примеси. К тараканам, к шерсти полуразложившихся мышей и крыс в пище он был привычный, а тут во рту таилось что-то новое, оригинальное, незнакомое…
Заинтересованный в нововведениях отечественной кулинарии Дрыщенко срыгнул содержимое рта на ладонь и обомлел: ЭТО БЫЛ МУЖСКОЙ ЧЛЕН!!! Длинный, Красный, Волосатый…
- «Импотент! Алкоголик! Извращенец!» - завизжала басом жена, увидев мужа с Членом у рта.
Прапорщик задумчиво понюхал, лизнул Член…и впал в ещё больший стопор.
Он узнал этот Член. Член принадлежал командиру полка Поносидзе, имевшему привычку во время полкового развода писАть мочой на стене штаба лозунг «Миру-Мир!».. Наличие при этом действии военнослужащих женского пола командира ничуть не смущало.
Член был однозначно его…покрытый множеством бородавок и татуировкой с изображением Микки-Мауса, активно злоупотреблявшего диоксином.
- Маша! Не шуми, а то соседи услышат. – пробормотал Дрыщенко, - Пускай пока полежит, а потом я его потеряю.. Или.. может… он в хозяйстве пригодиться??
- Пригодиться тебе – в жопу засовывать, а мне и солдатиков молодых хватает. – съязвила жена.
- Короче: что бы херню эту я дома не видела…уже сейчас. – подьитожила супруга.
Спорить с женой (потомственной шпало-бетоно-асфальтоукладчицей) было не только бессмысленно, но и опасно.
Тяжело вздыхая Прапорщик уныло поплёлся в город…
Поскольку обеспечение урнами, плевательницами и мусорными контейнерами, не планировалось даже в отдалённой перспективе развития мегаполиса, то процесс утилизации Члена виделся трудно решаемой задачей.
Выход найден был достаточно изящный: Дрыщенко решил пристроить Член в цветах перед подножием единственного в городе памятника, посвящённому заслуженному животноводу Бетховену.
Представив, как дети срывают новый «цветок» и бегут к маме с вопросом «Как он называется?», прапорщик, противно хихикая, нагнулся к клумбе…
- Екалогию нарушаем? - сзади стоял милиционер, нежно поглаживая резиновой дубинкой копчик прапорщика.
- А ты, мусор, чё – Гринпис?? - забывшись, что не в казарме, ляпнул Дрыщенко.
Слово ГРИНПИС стражу порядка, владеющему тремя языками (русским устным, русским письменным и в совершенстве русским матерным) показалось оскорбительным для его легкоранимой психики.
«Пройдёмте, гражданин» - с достоинством изрёк служитель закона – «я объявляю Вам чрезвычайное положение и операцию Вихрь-антитеррор»…
Что же стало далее с прапорщиком?…скорее всего получил в ментовке дружественных пиздюлей и по-прежнему Родину защищает…да и хер с ним.
Командир полка полковник Поносидзе проснулся в этот день в своём обычном состоянии, то есть с изжогой от употребления французских духов, произведённых где-то в районе польско-монгольской границы и отвращением ко всякого рода умственной и физической деятельности.
Полковник с усилием поднялся и пошел в туалет. Беззлобно матерясь на свою жену «Когда же приучится она к гигиене» он посмотрел на немытую с вечера посуду в раковине и привычным движением сунул руку в трусы. Рука нащупала пустоту. Следующие попытки как левой, так и правой рукой нащупать достоинство успехом не увенчались.
Поносидзе подошел к зеркалу, приспустил трусы и посмотрел себе между ног.
Было все, как и раньше. Был застарелый геморрой. Были покрытые благородной сединой сизые яйца. Всё было вроде ... Но – ЧЛЕНА НЕ БЫЛО!!
Изучение с пристрастием Устава гарнизонной и караульной службы не позволило полковнику получить ответ на вопрос «Что за херня?»
Член же полковнику был жизненно необходим. Необходим в первую очередь, как командиру. Большинство сограждан чешут затылок в трудных случаях. Он же чесал член.
Да и реакция подчинённых на используемые командиром выражения, вида «Я Вас выебу, Хуй Вам, На Хую видел, Я хуй ложил.. и подобные» была предсказуемая. Авторитет главнокомандующего был под угрозой.
На счастье в его полку служил фельдшер Зилберман Мойша Саломонович, запорожский казак, потомственный ветеринар в первом поколении, отчисленный из училища с формулировкой «…животных жалко..». Жалоб от благодарных пациентов не поступало, впрочем случаев повторных обращений тоже не наблюдалось.
Вначале светоч военной медицины поделился результатами собственных опытов «О влияние гомосексуализма для профилактики острого геморроя, простатита и ангины», далее собственно пошло лечение.
Однако применение повышенной дозы касторового масло с зелёнкой и добавлении лошадиных доз аспирина желательного эффекта не дало: Член не вырастал.
Было от чего впасть в отчаяние.
Полковник с каждым днём всё больше опускался и деградировал. Бросил пить. Начал носить галстук, пользоваться туалетной бумагой и столовыми приборами, ложась спать, снимал брюки и сапоги.
Если йоги, проводят всё своё время, глядя в пупок. То командир не отрывал глаз с места пропажи. Это напоминало занятия по дзен-будизму.
В другое время вышеописанное событие было бы на первых местах среди слухов и разговоров. Однако в городе произошло нечто, затмившее происшествие в Вооруженных силах.
Был избран новый мэр. Событие, конечно, рядовое, но курьёзность заключилось в фамилии – фамилия мэра была ХУЙ!!!
В выборе руководителя горожане были едины: Женщинам нравилось, как и имя, так и сам предмет. Мужики принимали ХУЙя за своего. Кстати, на рекламную компанию не было потрачено ни копейки: В каждом подъезде, каждом лифте, каждом общественном туалете с испокон веков было изображение претендента на высокий пост. Первое слово, произносимое детьми, было созвучно с фамилией мера.
Хотелось бы сказать, что полковник узнал свой член …и ничуть не удивился, рассудите сами: судите сами…если член может стоять, то почему он не может ходить, а тем более и избираться. Однако бороться за собственность не стал…ибо понимал, что это то же самое, что ссать против ветра…а полковник мог ссать только на свои ноги.
Первое чем ознаменовалась деятельность новоизбранного мэра – это было принятие Указа « О разрешении переходить на красный свет, заплывать за буйки, влезать туда, где убьёт». Пенсионерам, женщинам, детям и другим малоценным членам общества гарантировалось повышенные льготы в использовании закона (общество социальной справедливости строим).
Собственно данным Указом законотворчество и ограничилось…
В дальнейшем всё проистекало традиционно и демократично…
народ ложил на власть,
власть ложила на народ вдоль и поперёк…
Но сколько верёвочке не виться. А конец Члену пришёл.
В одно утро он пропал.
Куда?
Да хер его знает. Ходили слухи, что его по пьяни заглотила одна из многочисленных проституток, что он упал в унитаз и утонул…
Но, как говориться, свято место пусто не бывает.
Быстренько назначили нового Мэра.
Внешностью другой, но повадками старыми.
Народ не удивился…
Народу было всё по херу…
Народ, по-прежнему, ложил на власть…
Жизнь полна хуйни…и хуйни неожиданной…Член, который побывал в должности Мэра и успел затрахать всех в городе, очутился как ни в чем не бывало вновь на своем месте.
Как это произошло - хер его знает, история умалчивает…да и не особо важно…
Вот какая история случилась в городе N.
И в заключении, как положено в каждом повествовании - мораль:
Член – всему голова!!