<p>Шарлин Харрис</p> <p>Ночь Дракулы</p>

Я обнаружила приглашение в своем почтовом ящике на конце подъездной дороги, идущей от моего дома. Мне пришлось высунуться из окна машины, чтобы открыть ящик, потому что я остановилась по пути на работу, вспомнив, что пару дней не проверяла почту. Да мне ничего интересного-то и не приходило. Иногда купон от Доллар Дженерал или Уолмарта, или одна из тех зловещих массовых рассылок с напоминанием купить место на кладбище.

Сегодня, после того, как я повздыхала над счетами за свет и электроэнергию, мне повезло: красивый, увесистый темно-желтый конверт, определенно с каким-то приглашением внутри. Адрес на нем писал человек, который не просто посещал курсы каллиграфии, но сдал выпускной экзамен на этих курсах на высший балл.

Я достала небольшой карманный нож из бардачка и открыла конверт, надрезав его осторожно, как он того заслуживал. Мне не приходит много приглашений, а когда приходят, они обычно на стандартных открытках, а не на филигранной бумаге. Этот следовало сохранить. Я аккуратно вытянула сложенный лист и развернула его. Что-то опустилось мне на колени: внутри была тонкая папиросная бумага. Не осознавая смысла слов в приглашении, я провела пальцем по выпуклым буквам. Ого.

Я оттягивала момент прочтения сколько могла. Мне пришлось наклониться, чтобы прочесть курсив:

ЭРИК НОРТМАН

И ПЕРСОНАЛ ФАНГТАЗИИ[1]

ПРОСЯТ ОКАЗАТЬ ИМ ЧЕСТЬ СВОИМ ПРИСУТСТВИЕМ НА

ЕЖЕГОДНОМ ВЕЧЕРЕ ФАНГТАЗИИ —

ПРАЗДНОВАНИИ ДНЯ РОЖДЕНИЯ

ПОВЕЛИТЕЛЯ ТЬМЫ

ПРИНЦА ДРАКУЛЫ

8-ГО ФЕВРАЛЯ, В 10–00 ВЕЧЕРА.

МУЗЫКАЛЬНОЕ СОПРОВОЖДЕНИЕ — ДИ-ДЖЕЙ ГЕРЦОГ СМЕРТИ

ФОРМА ОДЕЖДЫ — ОФИЦИАЛЬНАЯ, ПРОСИМ ОТВЕТИТЬ НА ПРИГЛАШЕНИЕ.

Я прочитала его дважды. А потом еще раз.

Я ехала на работу в таком задумчивом настроении, и была рада, что на Хаммингберд Роуд не было сильного движения. Я повернула налево к Мерлотту, но затем зачем-то двинула направо, почти проехав парковку. В последний момент, я затормозила и повернула, чтобы проехать на парковочные места, зарезервированные для работников бара.

Сэм Мерлотт, мой босс, сидел за своим столом, когда я проскольнула, чтобы положить сумочку в нижний ящик его стола, который он оставлял для пользования своим служащим. Он снова и снова проводил рукой по волосам, потому что спутанные, красно-золотистые волосы на его голове были в еще более диком беспорядке, чем обычно. Он оторвал взгляд от налоговой формы и улыбнулся мне.

— Сьюки, — сказал он, — Как дела?

— Нормально. Налоговый сезон, да? — Я проверила, чтобы моя белая футболка сидела на мне ровно, а знак «У Мерлотта» на левой груди был выпрямлен. Я скинула свой светлый волос с черных штанов. Всегда нагибаюсь, чтобы зачесать свои волосы и сделать хвост ровным. — Ты не пойдешь к бухгалтеру в этом году?

— Думаю, если начну пораньше, то смогу посчитать их сам.

Он говорил так каждый год, и всегда все заканчивалось тем, что он назначал встречу бухгалтеру, которому приходилось подавать заявку на продление срока сдачи налоговых документов.

— Слушай, ты такое получал? — спросила я, показывая ему приглашение.

Он с облегчением уронил ручку на стол и взял лист из моей руки. Пробежавшись по нему глазами, он сказал:

— Нет. Они не приглашают перевертышей, в любом случае. Может, только главу местной стаи, или супера, который оказал им значимую услугу…как ты.

— Я же не супер, — сказала я удивленно. — Просто у меня… проблема.

— Телепатия — это не проблема, — ответил Сэм. — Прыщи — это проблема. Застенчивость — это проблема. Читать чужие мысли — это дар.

— Или проклятье. — сказала я. Я обошла вокруг стола, чтобы кинуть сумочку в ящик, а Сэм поднялся. Мой рост — около пяти футов шести дюймов, а Сэм бы выше меня где-то на три дюйма.[2] Он небольшой парень, но он сильнее обычного человека его роста, потому что Сэм — перевертыш.

— Ты пойдешь? — спросил он. — Хэллоуин и день рождения Дракулы — единственные праздники, которые отмечают вампиры, и я так понимаю, они закатят приличную вечеринку.

— Еще не решила, — сказала я. — Позже, когда у меня будет перерыв, я звякну Пэм.

Пэм, заместитель Эрика, была мне почти подругой, или насколько там вампирша может быть близка к значению этого слова.

Я дозвонилась до нее в Фангтазии почти сразу после захода солнца.

— Так на самом деле был граф Дракула? Мне казалось, его выдумали. — спросила я ее после того, как сказала, что получила приглашение.

— Да, на самом деле был, — ответила Пэм. — Влад Тепеш. Он был королем Валахии,[3] кажется, столицей был Тарговиште.

Пэм была весьма прозаична, говоря о жизни существа, которое, как я думала, было плодом фантазии Брэма Стокера и Голливуда.

— Влад Третий был более свирепым и кровожадным, чем любой вампир, и это когда он еще был человеком. Он наслаждался казнями, насаживая людей на огромные деревянные колы. Они могли мучаться часами.

Меня передернуло. Мерзость.

— Его собственные слуги боялись его, естественно. Но местные вампиры так восхищались Владом, что обратили его, когда он умер, начав этим новую эру вампирской истории. После того, как монахи похоронили его на острове Снагов, на третью ночь он поднялся, чтобы стать первым цивизизованным вампиром. До того, вампиры были…ну, отвратительны. Совершенно скрытны. Отвратительные оборванцы, живущие в норах на кладбищах, как животные. Но Влад Дракула был повелителем, и не собирался носить лохмотья и жить в норе ни по какой причине. — В голосе Пэм звучала гордость.

Я попыталась представить Эрика в лохмотьях и живущим в норе, но не смогла.

— Так Стокеру это все не приснилось, потому что он сказок начитался?

— Частично. Конечно, он многого не знал о способностях Дракулы (так он его называл), но он так разволновался, увидев принца, что придумал множество деталей, чтобы приукрасить происходящее. Словно Энн Райс встретила Луи: этакое раннее "Интервью с вампиром". После, Дракула был не слишком доволен тем, что Стокер видел его в момент слабости, но он наслаждался признанием.

— Но он же не придет на эту вечеринку, правда? Я имею в виду, вампиры ведь будут праздновать по всему миру.

Пэм сказала, очень осторожно:

— Некоторые верят, что он появляется где-то каждый год, удивляя всех своим присутствием. Шанс настолько слабый, что его появление здесь было бы равно шансу выиграть в лотерею. A некоторые верят, что это может произойти.

Я услышала голос Эрика на заднем плане, спрашивающий: "С кем ты говоришь, Пэм?"

— Окей, — сказала Пэм, слово звучало очень по-американски, с ее легким британским акцентом. — Надо идти, Сьюки. Увидимся на вечеринке.

Пока я убирала телефон в сумочку, Сэм сказал:

— Сьюки, если пойдешь туда, пожалуйста, будь очень осторожна и внимательна. Иногда вампиры слишком увлекаются, отмечая Ночь Дракулы.

— Спасибо, Сэм, — ответила я. — Я буду осторожна.

Не важно, скольких вампиров ты называешь друзьями, нужно быть настороже. Несколько лет назад японцы изобрели синтетическую кровь, которая удовлетворяет пищевые потребности вампиров, что позволило немертвым выйти из тени и занять свое место за американским столом. Британским вампирам тоже повезло, да и большинству восточно-европейских вампиров жилось неплохо после Великого Откровения (дня, когда они объявили о своем существовании через тщательно избранных представителей). Однако, большинство южно-американских вампиров жалели о том, что вышли, а кровопийцы из мусульманских стран — что ж, немного их там осталось.

Вампиры из неблагоприятных областей мира пытались иммигрировать в более терпимые к ним страны, из-за чего наш Конгресс обсуждал различные законопроекты, чтобы уменьшить численность немертвых граждан, требующих политического убежища. Еще как следствие, к нам хлынул поток вампиров с различными типами акцентов, пытаясь попасть в Америку в последний момент. Большинство из них въезжали через Луизиану, так как этот штат был заметно дружелюбнее к Холодным, как их назвали в журнале FangbangerXtreme (Экстремальный Клыкофил — прим пер.).

Было намного интереснее думать о вампирах, чем слушать мысли окружающих меня людей. Конечно же, я двигалась от столика к столику, делая свою работу, с большой улыбкой, потому что мне нравятся хорошие чаевые, но сегодня я не смогла делать это с душой. Для февраля день был теплый, намного выше нуля, и люди думали о весне.

Я пыталась не слушать, но я — как радио, что получает сигналы. В некоторые дни могу управлять приемом намного лучше, чем в другие. Сегодня я продолжала принимать отрывочные мысли. Хойт Фортенберри, лучший друг моего брата, думал о просьбе своей матери посадить десять новых кустов роз в ее уже довольно обширном саду. Унылый, но послушный, он пытался понять, сколько времени займет это задание. Арлин, моя давняя подруга, тоже официантка, гадала, сможет ли она заставить ее последнего бойфренда сделать ей предложение, но у Арлин такие мысли были почти постоянными. Как розы — они цвели каждый сезон.

Пока я вытирала пролитое на столы и протискивалась, чтобы донести корзинки с курицей до клиентов (много народу толпилось в баре этим вечером), мои собственные мысли были о том, как достать нарядное платье для вечеринки. Хотя у меня было одно древнее платье с выпускного, которое сшила тетя Линда, оно безнадежно устарело. Мне двадцать шесть, а у меня даже нет подходящего платья подружки невесты.[4] Никто из моих подруг не выходил замуж, за исключением Арлин, которая столько раз это делала, что даже и не думала о подружках невесты. Несколько красивых нарядов, которые я покупала для вампирских собраний, всегда оказывались испорченными… каким-то неприятным образом.

Обычно я покупала одежду в магазине своей подруги Тары, но в шесть она уже закрыта. Так что после работы я поехала на Монро, в торговый центр Пиканлэнд. В магазине Диллард мне повезло. Сказать по правде, мне так понравилось платье, которое я купила, что я взяла бы его, даже если бы оно не было на распродаже, но его цену урезали до двадцати пяти долларов со ста пятидесяти — невероятно успешная покупка. Оно было нежно-розовым, с расшитым блестками лифом и шифоновой юбкой, без бретелек, такое легкое. Я распущу волосы, одену бабушкины жемчужные серьги, и серебристые туфельки на каблучках, которые тоже продавались со скидкой.

Позаботившись о главном, я написала вежливый ответ, принимая приглашение, и опустила в почтовый ящик. И я была готова.

Три ночи спустя, я стучалась в заднюю дверь Фангтазии, высоко подняв свое платье, на которое был одет длинный чехол.

— Выглядишь не совсем нарядно, — заметила Пэм, впуская меня.

— Не хотела помять платье. — Я вошла, удостоверясь, что чехол не волочится по земле, и пронесла его с собой в душевую.

Там не было замка на двери. Пэм стояла снаружи, чтобы мне не мешали, и улыбнулась, когда я вышла, со свертком из своей обычной одежды, зажав его под рукой.

— Выглядишь отлично, Сьюки, — сказала Пэм. Вампирша выбрала для наряда смокинг, сшитый из серебристой парчи. Она смотрелась потрясающе. Мои волосы немного вьются, а у Пэм — очень светлые и прямые. У нас обеих голубые глаза, но у нее чуть светлее и больше, а еще она не так часто моргает.

— Эрик будет очень доволен.

Я смутилась. У нас с Эриком были Отношения. Но так как у него была потеря памяти, когда они у нас были, то он их не помнит. А Пэм не забыла.

— Мне все равно, что он подумает. — ответила я.

Пэм искоса улыбнулась мне.

— Ну да, — сказала она. — Тебе все равно. И ему тоже.

Я сделала вид, что приняла ее слова в нормальном их значении, и притворилась, что не увидела в них сарказм. К моему удивлению, Пэм поцеловала меня в щеку.

— Спасибо, что пришла. — сказала она. — Может, это его взбодрит. Он очень много работал в последнее время.

— Почему? — спросила я, не совсем уверенная, что хочу это знать.

— Ты смотрела мультфильм "Это Большая Тыква, Чарли Браун"?[5]

Я замедлила шаг.

— Ага, — ответила я. — А ты?

— О, да. — спокойно ответила Пэм. — Много раз.

Она дала мне минуту, чтобы переварить это.

— Эрик ведет себя также в Ночь Дракулы. Каждый год он уверен, что Дракула придет именно к нему на вечеринку. Он суетится и строит планы; он волнуется и бесится. Он дважды распечатывал приглашения, так что их поздно разослали. И вот теперь, когда ночь уже наступила, он доработался до ручки.

— Так значит, он стал сумасшедшим фанатом?

— Умеешь ты выразиться, — восхитилась Пэм. Мы были прямо у кабинета Эрика, и обе могли слышать, как он рвет и мечет внутри.

— Ему не нравится новый бармен и он уверен, что будет недостаточно тех бутылок крови, которые любит граф, судя по его интервью в журнале "Американский Вампир".

Я представила Влада Тепеша, посадившего на кол стольких своих крестьян, болтающим с репортером. Не хотела бы я быть тем, кто сидел там с ручкой и блокнотом.

— И что это за кровь такая? — продолжила я беседу.

— Принц Тьмы предпочитает "Королевскую".

— Фуу. — И почему я не удивилась? «Королевская» была редчайшей кровью. Я вообще до этого момента была уверена, что ее просто выдумали. Состояла она из части синтетической крови, и части человеческой — да, вы угадали — людей из знатных семей. И если вы подумали, что предприимчивые вампы осушили милашку Принца Уильяма, хочу вас разубедить. В Европе куча мелких монархов, готовых отдать кровушку за астрономические суммы.

— После месяца телефонных звонков, мы с трудом достали две бутылки. — Пэм выглядела угрюмо. — Они были дороже, чем мы можем себе позволить. Эрик всегда был таким разумным в ведении дел, но в этом году он перегнул палку. «Королевская» не может храниться вечно, как понимаешь, с человеческой-то кровью в ней…а он теперь волнуется, что двух бутылок может быть недостаточно. Столько легенд ходит о Дракуле, кто знает, что из них правда? Эрик слышал, что Дракула пьет только «Королевскую» кровь или… настоящую.

— Настоящую? Это противозаконно, если донор не дает согласия.

Любой вампир, испивший человеческой крови (против воли человека) должен был понести наказание — кол в сердце или солнечный свет, на выбор вампа. Казнь обычно проводилась другим кровососом, состоящим на службе у государства. Я лично считала, что любой вампир, выпивший крови против воли человека, заслуживал казни, потому что вокруг много клыкофилов, которые будут счастливы отдать свою кровь.

— И ни одному вампиру не дозволено убить Дракулу, или даже просто ударить, — сказала Пэм, будто в ответ на мои мысли.

— Не то, чтобы мы хотели ударить нашего Принца, конечно, — поспешно добавила она.

Ну да, подумала я.

— К нему относятся с таким почтением, что любой вампир, оскорбивший его, обязан будет встретить рассвет. Также считается, что мы должны оказывать Принцу финансовую помощь.

Я подумала, не должны ли вампиры еще и клыки ему чистить.

Дверь в офис Эрика внезапно отворили с такой силой, что ударившись о стену, она захлопнулась. Ее снова аккуратно открыли и появился Эрик.

Я не могла не изумиться. Он выглядел так, что хотелось его съесть. Эрик очень высокий широкоплечий блондин, а сегодня он был одет в смокинг, который не купишь в магазине. Этот смокинг был сшит специально для Эрика, и в нем он выглядел лучше любого Джеймса Бонда. Черная ткань без намека на пылинки, белоснежная рубашка и галстук-бабочка на шее, великолепные волосы, спускающиеся на его спину…

— Джеймс Блонд, — пробормотала я. Глаза Эрика сверкали от волнения. Без лишних слов, он наклонил меня, словно в танце, и запечатлел невероятный поцелуй на моих губах, использовав язык, губы, словом, полный арсенал, что имел в наличии. О Боже, о Боже, о Боже мой. Когда я задрожала, он приподнял меня. В белоснежной улыбке он обнажил свои блестящие клыки. Эрик наслаждался.

— И тебе здравствуй, — сердито сказала я, когда убедилась, что снова могу дышать.

— Мой сладкий друг, — ответил Эрик и поклонился.

Не уверена, что меня можно было назвать его другом, и пришлось поверить ему на слово, что я действительно была "сладкая".

— Что запланировано на вечер? — спросила я, надеясь, что скоро он успокоится.

— Мы будем танцевать, слушать музыку, пить кровь, развлекаться и ждать прихода Графа. — ответил Эрик. — Я очень рад, что ты пришла. У нас очень много специально приглашенных гостей, но только одна ты — телепат.

— Ага, — тихонько сказала я.

— Сегодня вечером вы выглядите особенно хорошо, — сказал Лайл. Он стоял прямо за Эриком, так что я его даже не увидела. Стройный, с узким лицом и черными взъерошенными волосами, Лайл не проявлял такого присутствия, какое за тысячу лет приобрел Эрик. Лайл приехал из Александрии, чтобы поучиться в успешно действующей Фангтазии, потому что хотел открыть свой вампирский бар. Он держал небольшой переносной холодильник, прилагая все усилия, чтобы тот держался ровно.

— "Королевская", — пояснила ровным голосом Пэм.

— Можно посмотреть? — спросила я.

Эрик поднял крышку и показал содержимое: две бутылки из голубого стекла (с голубой кровью, как я понимаю), на которых были этикетки с короной и одним словом «Королевская», написанным готическим шрифтом.

— Как мило, — произнесла я разочарованно.

— Ему очень понравится, — сказал Эрик, с таким счастьем в голосе: таким его я еще не видела.

— Ты так уверен, что он. Дракула появится, — заметила я. В коридоре начала собираться толпа, и мы начали продвигаться в главную часть клуба.

— Мне удалось провести деловую беседу с помщником Мастера. — ответил он. — Я выразил свое почтение и сказал, какой это будет честью для меня и моего заведения, если Мастер появится.

Пэм посмотрела на меня и закатила глаза.

— Ты ему взятку дал — перевела я.

Отсюда и чрезмерное волнение Эрика, и покупка "Королевской".

Никогда бы не подумала, что Эрик будет настолько с ума сходит по кому-либо еще, кроме себя. И ни за что не поверила бы, что он потратит такие деньги по этой же причине. Эрик был очарователен и предприимчив, он заботился о своих подчиненных; но первым в его списке поклонений стоял Эрик, и его собственное благополучие было его главным приоритетом.

— Милая Сьюки, ты не выглядишь очень довольной, — сказала Пэм, ухмыляясь. Она обожала затевать неприятности, и сегодня нашла благодатную почву для этого. Эрик повернул голову, чтобы взглянуть на меня, а Пэм вернула обычное для нее мягкое выражение лица.

— Ты не веришь, что это произойдет, Сьюки? — спросил Эрик. За его спиной Лайл закатил глаза. Он, по-видимому, тоже был сыт фантазией Эрика по самое горло.

Я только хотела придти на вечеринку в красивом платье и хорошо отдохнуть, но вот я стояла, по уши втянутая в этот разговор.

— Мы это выясним, не так ли? — бодро ответила я, Эрик, казалось, был доволен. — Клуб выглядит отлично.

Обычно, Фангтазия была простейшим местом, которое вы могли себе представить, за исключением серо-красного оформления и неоновых вывесок. Полы были цементные, столы и стулья — из обычной металлической ресторанной мебели, кабинки — не лучше. Я не могла поверить, что Фангтазия так преобразилась. С потолка свисали плакаты. На каждом из них был избражен красный медведь на белом фоне: стилизованный рисунок животного, опирающегося на задние лапы и с поднятой для удара передней.

— Это копия личного флага Мастера, — пояснила Пэм после того, как я указала на них пальцем. — Эрик заплатил историку из Университета Луизианы, чтобы провести исследование.

Выражение ее лица говорило о том, что Эрика крупно надули.

На середине танцпола Фангтазии стоял настоящий трон на небольшом помосте. Приблизившись к нему, я решила, что Эрик арендовал его из реквизита театра. Трон выглядел хорошо с расстояния в тридцать футов, но ближе — не очень. Тем не менее, его освежили пухлой красной подушкой для нижней части Темного Принца, а помост был поставлен ровно в центр квадратного красного ковра. На столах были белые или красные скатерти и разнообразные икебаны посередине. У меня вырвался смешок, когда я изучила одну из икебан: в середине букета красных гвоздик и зелени были вставлены миниатюрные гробы и деревянные колы нормального размера. Наконец-то проявилось чувство юмора Эрика.

Вместо WDED, вампирской радиостанции, из колонок доносилась очень трогательная музыка в исполнении скрипок, звучавшая одновременно скрипуче и задорно.

— Трансильванская музыка, — пояснил Лайл, разумно оставив непроницаемое выражение на лице. — Позже, Ди Джей Герцог Смерти отправит нас в музыкальное путешествие.

Лайл выглядел так, будто вместо этого предпочел бы улиток жевать.

Напротив одной из стен бара я заметила небольшой буфет для тех, кто питался едой, а для тех, кто не питался ею — большой фонтан с кровью. Красный фонтан, в несколько рядов, текущий через сверкающе-белые стеклянные миски, был окружен кристальными бокалами. Вот это было слегка чересчур.

— Ну и ну, — тихонько заметила я, когда Эрик и Лайл подошли к бару.

Пэм в отчаянии потрясла головой.

— Столько денег потратили, — огорчилась она.

Неудивительно, что зал был полон вампиров. Я узнала нескольких кровопийц: Индиру, Талию, Клэнси, Максвелла Ли и своего бывшего — Билла. Было еще по крайней мере двадцать из тех, кого я раньше видела только раз или два, вампов, которые жили в Пятом Округе, под руководством Эрика. Нескольких я вообще не знала, включая парня за барной стойкой, который, должно быть, и был новым барменом. Они в Фангтазии долго не задерживались.

В баре были и сверхъестественные существа, которые не были ни вампами, ни людьми — члены супер-общины Луизианы. Глава Шривпортского клана оборотней, Полковник Флад, сидел за одним столом с Кэлвином Норрисом, лидером небольшого сообщества вер-пум, которые жили в Хотшоте, на окраине Бон Темпс. Полковник Флад, вышедший на пенсию с воздушных войск, сидел прямо, одетый в приличный костюм, а вот Кэлвин нарядился, как он думал, в одежду специально для вечеринки — ковбойскую рубашку, такие же сапоги и джинсы, и черную ковбойскую шляпу. Он приподнял ее, встретившись со мной глазами, и кивнул, выражая восхищение. Полковник Флад тоже кивнул, не так эмоционально, но все же дружелюбно.

Эрик еще пригласил низкого, широкоплечего мужчину, похожего на гоблина, которого я однажды видела. Не уверена, что этот принадлежал к данной расе. Гоблины очень обидчивы и невероятно сильны, а когда злятся — их прикосновение может обжечь, так что я решила держаться от него подальше. Он вовсю спорил о чем-то с очень худой женщиной с дикими глазами. Она была одета в наряд из листьев и виноградных стеблей. Я даже спрашивать не стала.

Естественно, не было никаких фей. Они для вампиров, что сахарная вода для колибри — отравляющая и манящая смесь.

За барной стойкой правил новый работник Фангтазии — низкий, плотный мужчина с длинными, вьющимися волосами. У него был рельефный нос и огромные глаза, и он будто развлекался, пока перемещался, принимая заказы и смешивая напитки.

— Кто это? — кивнула я в сторону бара — И что за странные вампиры? Эрик расширяется?

Пэм ответила:

— Если ты в дороге в Ночь Дракулы, по правилам, ты должен зарегистрироваться в ближайшем штабе шерифа и праздновать там. Вот почему здесь так много вампов, которых ты не знаешь. Новый бармен — Милош Грисники, недавно иммигрировал из Старого Света. Отвратительный тип.

— Как так? — спросила я, уставившись на Пэм.

— Рыщет тут, вынюхивает.

Никогда не слышала, чтобы Пэм так определенно выражала свое мнение, так что я стала смотреть на вампира с любопытством.

— Он пытается узнать, сколько денег есть у Эрика, сколько дохода приносит заведение и сколько мы платим человеческим барменам.

— Кстати, о птичках — они-то где сегодня?

Официантки и остальной обычный персонал, поклонницы вампиров (некоторые называют их клыкофилами), обычно присутствовали, одетые в киношно-черные наряды, напудренные до бледности, как настоящие вампы.

— Слишком опасно для них — пояснила Пэм. — Индира и Клэнси будут сегодня обслуживать гостей.

На Индире было красивое сари (обычно она носила простые джинсы и футболку); было ясно, что она постаралась приодеться. Клэнси, зеленоглазый вамп с копной непослушных рыжих волос, был одет в костюм. Тоже впервые. Вместо обычного галстука, он небрежно повязал шарф бабочкой, а когда я встретилась с ним взглядом, Клэнси сделал жест, проведя рукой от головы до ног — тем самым выражая свое восхищение. Я улыбнулась и кивнула ему, хотя, если честно, мне он больше нравился в своем обычном прикиде крутого парня и тяжелых ботинках.

Эрик порхал от стола к столу. Он обнимался, кланялся и болтал как безумный, а я не знала, было это трогательным, или просто тревожным сигналом. Решила, что и тем, и другим. Определенно мне открылась слабая сторона Эрика.

Несколько минут я общалась с Полковником Фладом и Кэлвином. Полковник был вежлив и отстранен, как обычно; ему было наплевать на не-обортней, а сейчас, на пенсии, он мог вообще не иметь дела с обычными людьми. Кэлвин рассказал мне, что он сам поставил крышу на свой дом и пригласил меня с ним на рыбалку, когда погода будет потеплее. Я улыбнулась, но ничего не пообещала. Моя бабушка обожала рыбачить, а меня хватало максимум часа на два, а потом хотелось заняться чем-нибудь другим.

Я наблюдала за Пэм, исполняющей обязанности заместителя: она проверила, все ли посетители были довольны, резко одернув нового бармена, когда он ошибся, выполняя заказ. Милош Грисники так на нее огрызнулся, что я вздрогнула. Но уж Пэм точно могла позаботиться о себе.

Клэнси, который работал менеджером в клубе уже месяц, проверял столы, чтобы удостовериться, что пепельницы на них чистые (некоторые вампы курили), а грязные бокалы и другая посуда были вовремя убраны. Когда Ди Джей Герцог Смерти встал за пульт, музыка пошла поэнергичней. Несколько вампиров вышли на танцпол, двигаясь так, как могут только немертвые.

Я потанцевала с Кэлвином пару раз, но нам до вампиров было далеко. Эрик пригласил меня на медляк, и хотя он был явно отвлечен тем, что могло сегодня случиться (появлением Дракулы, конечно), я все равно вся дрожала.

— Однажды ночью, — прошептал он, — не будет никого, только ты и я.

Когда песня закончилась, мне пришлось вернуться к столу и выпить чего-нибудь очень холодного. И со льдом. Много льда.

Ближе к полуночи, вампиры собрались вокруг кровавого фонтана и наполнили фужеры. Не-вампы также поднялись со своих мест. Я стояла у столика, где болтала с Кэлвином и Полковником, когда Эрик принес небольшой гонг и начал в него бить. Он выглядел прекрасно и одновременно устрашающе, потому что был так сосредоточен.

Последний удар пробил тишину и Эрик поднял свой бокал, сказав:

— В этот особо памятный день, мы собрались здесь в благоговении и надежде, что Повелитель Тьмы почтит нас своим присутствием. О Принц, явись нам!

Мы стояли молча, ожидая Большую Тыкву, ой, то есть Принца Тьмы. И только лицо Эрика начало угасать, как резкий голос разрезал тишину.

— Мой верный сын, я выйду!

Милош Грисники выскочил из-за барной стойки, стягивая на ходу пиджак, штаны и рубашку, а под ними…был невероятный комбинезон из черной, сверкающей и тянущейся материи. Я бы поняла, увидев такое на девочке, идущей на выпускной, у которой нет денег и она пытается выглядеть необычно и сексуально. Но Милош, со своим плотным телосложением и усами, в этом костюме выглядел как акробат из третьеразрядного цирка.

Загудели возбужденные голоса. Кэлвин сказал:

— Вот дерьмо.

Полковник Флад резко кивнул, соглашаясь.

Бармен принял королевскую позу перед Эриком, который, изумившись на секунду, все же поклонился низенькому вампиру.

— Мой повелитель, — произнес Эрик, — Я поражен. Вы почтили нас своим присутствием. вы и в самом деле здесь…в этот день, из всех дней…Я переполнен чувствами.

— Гребаный показушник, — прорычала Пэм мне в ухо. Она проскользнула мне за спину, пока все шумели, обсуждая заявление бармена.

— Думаешь? — Я наблюдала за представлением: уверенный и величественный Эрик, что-то лопоча, опускался на одно колено.

Дракула жестом приказал ему замолчать и рот Эрика закрылся на середине предложения. Все вампы в клубе тоже притихли.

— Я пробыл здесь инкогнито целую неделю, — величественно заявил Дракула, с резким, но не отталкивающим акцентом, — И мне так понравилось это место, что я желаю остаться тут на год. И вашей данью, пока я здесь, будет обеспечивать мне тот уровень жизни, который я обычно веду. «Королевская», конечно, ничего для закуски, но я, Дракула, не имею современной привычки пить искуственную кровь, так что буду потреблять одну женщину в день. Эта сойдет для начала.

Он указал в мою сторону, а Полковник Флад с Кэлвином сразу же заслонили меня — я оценила этот жест. Вампиры выглядели сбитыми с толку, что их мертым лицам совсем не шло. А лицо Билла было непроницаемо.

Эрик проследил за направлением толстого пальца Влада Тепеша, который выбрал меня на ланч. Затем он уставился на Дракулу, снизу, стоя на одном колене. Я не могла видеть его лица и испугалась. Что бы сделал Чарли Браун, если Большая Тыква захотела бы съесть рыжеволосую девочку?[6]

— Что касается моих финансовых нужд, налога с дохода вашего клуба и отдельного дома будет достаточно для меня; отдайте мне в услужение заместителя или менеджера бара, один из них подойдет…

Пэм фактически рычала; от низкого звука волоски на моей шее встали дыбом. Клэнси выглядел так, будто кто-то пнул его собаку.

Пэм поковырялась в икебане за моей спиной. Через секунду я почувствовала что-то в своей руке. Я глянула вниз.

— Ты же человек, — прошептала она.

— Ну же, девочка, — Дракула согнул пальцы, подзывая меня, — Я голоден. Приди и удостойся чести перед всеми.

Хотя Полковник и Кэлвин оба держали мои руки, я спокойно сказала:

— Это не стоит ваших жизней. Они убью вас, если будете драться. Не волнуйтесь. — и отошла от них, и пока говорила, смотрела им обоим в глаза. Я пыталась излучать уверенность. Не знала, что им казалось, но они поняли, что у меня был план.

Я проскользнула к украшенному блестками бармену, будто была зачарована. Вампиры со мной такого сделать не могут, но Дракула, очевидно, никогда не сомневался в своих способностях, так что у меня это получилось.

— Мастер, как Вы выбрались из своей могилы в Драговиште? — полюбопытствовала я, пытаясь придать голосу восхищение и сонливость. Руки я опустила вниз, и складки розового шифона по бокам скрывали их.

— Многие задавали этот вопрос, — ответил Темный Принц, величаво наклоняя голову, в то время, как Эрик резко поднял свою, сведя брови. — Но эта история подождать. Прекрасная моя, я так счастлив, что ты оголила шею сегодня. Подойди поближе ко мне…Хррррр!

— Это тебе за мерзости, что ты говорил! — дрожащим голосом произнесла я, пока пыталась посильнее пропихнуть кол.

— А это за унижение, — добавил Эрик, ударяя кулаком по колу, чтобы помочь, пока «Принц» в ужасе уставился на нас. Кол послушно исчез в его груди.

— Вы посметь… вы посметь, — хрипел коротышка-вампир. — Вас казнят.

— Я так не думаю, — ответила я. Лицо его расслабилось и глаза опустели. Кусочки кожи медленно парили вокруг, пока он распадался.

Но как только самопровозглашенный Дракула стек на пол и я оглянулась, то уже ни в чем не была уверена. Только присутствие Эрика рядом могло удержать окружающих — поэтому они еще не прыгнули и расправились со мной. Нездешние вампиры были особенно опасны; знакомые кровососы засомневались бы.

— Он не был Дракулой, — заявила я четко и громко, как могла, — Он был мошенником.

— Убить ее! — закричала худая вампирша с короткими каштановыми волосами. — Казнить убийцу!

У нее был сильный акцент, мне показалось, что русский. Я уже порядком устала от этих новоприбывших вампов.

"Чья бы корова мычала", — подумала я и сказала:

— Вы все так уверены, что этот сопляк был Принцем Тьмы? — указала я на кучу осыпающейся кожи на полу, удерживаемой только блестящим комбинезоном.

— Он мертв. Любой, кто убьет Дракулу должен умереть, — тихо заметила Индира, но было не похоже, чтобы она торопилась вырвать мне горло.

— Любой вампир, который убьет Дракулу, — поправила Пэм. — Но Сьюки не вампир, а это — не Дракула.

— Она убила того, кто изображал нашего повелителя, — Эрик удостоверился, что его слышно по всему клубу. — Милош не был настоящим Принцем. Я сам бы заколол его, если бы мог нормально соображать.

Я стояла рядом с Эриком, положив руку ему на плечо, и знала, что он дрожит.

— Откуда ты знаешь? Откуда она могла знать — человечишка, только пару минут побывавшая в его присутствии? Он выглядел точно как на деревянных гравюрах! — это заявил высокий, полный мужчина с французским акцентом.

— Влад Тепеш был похоронен в монастыре на острове Снагов, — спокойно ответила Пэм и все повернулись к ней. — Сьюки спросила, как ему удалось подняться из могилы в Тарговиште.

Что ж, это заставило их замолчать, по крайней мере на время. Я начала думать, что проживу эту ночь.

— Его Создателю должна быть выплачена компенсация, — заметил высокий полный вампир. Он немного успокоился за последние пару минут.

— Если узнаем, кто его создал, — ответил Эрик. — Конечно.

— Я проверю базу данных, — предложил Билл. Он стоял в тени, где прятался весь вечер. Теперь Комптон шагнул вперед и его темные глаза шарили по мне, как прожектор из полицейского вертолета в поисках сбежавших преступников в программе «Копы». — Я выясню его настоящее имя, если никто здесь раньше его не встречал.

Все присутствующие вампы опустили глаза. Никто не выступил, чтобы заявить, что знал Милоша / Дракулу.

— Тем временем, — мягко напомнил Эрик, — давайте не забывать, что это событие останется нашим секретом, пока мы не узнаем больше деталей.

Он улыбнулся, обнажив клыки, тем самым прекрасно объясняя все.

— Что случается в Шривпорте, остается в Шривпорте.[7]

Прошел шепот согласия.

— Что скажете, гости? — Эрик обратился к посетителям — не — вампирам.

Полковник Флад ответил:

— Дела вампиров — это не дела стаи. Нам все равно, если вы убиваете друг друга. Мы не будем вмешиваться.

Кэлвин пожал плечами.

— Пумы не против.

— Я уже вообще все забыл — ответил гоблин, дикая женщина рядом с ним кивнула и засмеялась. Другие не-вампы торопливо согласились.

Никто не спросил у меня. Думаю, все решили, что мое молчание — знак согласия, и они были правы.

Пэм оттащила меня в сторону. Она издала недовольный звук типа «Тцк» и отряхнула мое платье. Я глянула вниз и увидела мощную струю крови по всей моей шифоновой юбке. Я сразу поняла, что не носить мне больше милого дешевого платья снова.

— Очень жаль, тебе так идет розовый, — огорчилась Пэм.

Я хотела предложит платье ей, но передумала. Поеду домой и сожгу его. Кровь вампира на платье? Не в вашу пользу улика, если найдут его в шкафу. Если я чему-то и научилась, так это тому, что запачканная кровью одежда должна быть немедленно уничтожена.

— Смелый был поступок, — отметила Пэм.

— Так ведь он укусил бы меня, — ответила я. — До смерти.

— Все равно, — откликнулась она.

Не понравился мне ее задумчивый взгляд.

— Спасибо, что помогла Эрику, когда я не могла, — сказала Пэм, — Мой создатель просто идиот, когда дело касается Принца.

— Я это сделала, потому что он крови моей выпить хотел, — внушала я ей.

— Ты проверила информацию по Владу Тепешу.

— Да, я пошла в библиотеку, после того, как ты рассказала мне про настоящего Дракулу, и набрала его в Гугле.

Глаза Пэм сияли.

— По легенде, настоящий Влад Третий был обезглавлен перед похоронами.

— Это одна из версий о его смерти, — заметила я.

— Верно. Но ты же понимаешь, что даже вампир не может выжить без головы.

— Думаю, не может.

— Так ты поняла, что все это дело дурно пахло?

— Пэм, — я была слегка шокирована. — Ну, может да. А может нет. Ведь Эрик говорил с кем-то, кто по его словам был помощником настоящего Дракулы.

— Ты знала, что Милош не был Дракулой в тот самый момент, как он выпрыгнул из-за стойки.

Я пожала плечами.

Пэм укоризненно покачала головой.

— Ты слишком спокойна, Сьюки Стакхаус. Когда-нибудь это тебя убьет.

— Не-а, я так не думаю, — ответила я. Я наблюдала за Эриком, как его золотистые пряди качнулись вперед, пока он осматривал быстро разлагающиеся останки так называемого Принца Тьмы. Вся глубина тысячелетия лежала на его плечах, и на мгновение я увидела каждый год. Затем, постепенно, лицо его осветилось и он поднял на меня свой взгляд — как ребенок в предвкушении Рождества:

— Может, на следующий год, — сказал он.