Судя по его хронометру, полдень еще не наступил, но воздух, как ему казалось, уже раскалился добела. Карл Гросс — гвардеец Пятнадцатого Мордианского Железной Гвардии перед тем как открыть ржавую дверь позволил себе утереть пот, заливающий глаза. Он остановился и нашел глазами майора Хешта. Офицер напряженно смотрел на Карла. Его лазган был готов к стрельбе. Бусинки пота сбегали пунктиром по его лицу. Было заметно, что пот у него выступил не только от жары.

— Чего ты ждешь? — прошипел он.

Гросс пожал плечами. Он и сам точно не знал, что ждет его за этой дверью. Перед выходом с базы Хешт сказал ему и другим гвардейцам из Второй Роты, что они всего лишь должны проверить, почему уже в течении 3 дней не выходит на связь водонапорная станция, расположенная в дельте реки. Осторожно отодвинув защелку, он начал медленно открывать дверь. Сзади него, припали к стенам коридора, застыв в напряжении и сжав лазганы, шесть других пехотинцев из Второй. Гросс, чертыхаясь про себя, стал медленно открывать дверь. И почему именно ему досталась эта «почетная обязанность» открывать дверь в неизвестность. Но, черт возьми, мы же Железная Гвардия! Более храбрых и дисциплинированных солдат в Империи не найти.

Они достигли водонапорной станции рано утром. Комплекс, состоящий из развернутых автоматических комплексов и жилых помещений, отвечающий за снабжение водой более дюжины ирригационных систем близлежащих ферм. Солнце только-только поднималось, было свежо. Не было видно ни единого признака жизни, даже вездесущих птиц, вечно вьющихся вокруг воды. Никто не отвечал на их окрики. Войдя, все сразу же начали тихо материться, так как какой то дурак установил климат-контроль на «тропический».

Отодвинув запор, Гросс, медленно отходя в сторону, тянул дверь за собой так, чтобы майор мог сразу выстрелить. Перед ними лежал гидропонный цех с высокой керамо-стеклянной крышей и металлическими опорами, ржавеющими в излишне влажном воздухе. Образцы зерновых культур и прочих растений размещались в маркированных горшках и стеллажах. Они прошли между огромных решеток, служащими здесь нагревательными приборами. Сверху постоянно капал конденсат. Мордианцы, набившиеся в оранжерею, мгновенно взмокли.

— Посмотрите, что это такое? — позвал гвардеец Парнелл.

Гросс вместе с майором подошли к нему. Парнелл с отвращением показывал на нечто лежащее под лампами дневного света. Периодически на эту дрянь, напоминавшую гниющие шаровидные раздутые грибы размером с голову человека и время от времени пульсирующую, распылялись какие-то химикалии. Майор выругался. Ни один из его людей не имел агротехнического образования и не был на Малвалионе настолько долго, чтобы знать местную флору. Но все знали, что «это» не растение.

— Сжечь эту гадость. Возьмите огнемет и все в пепел. — Хешт отошел в сторону.

Гросс уже собирался выполнить приказ, когда раздалось шипение лазганов. Неподалёку, где-то в соседних зданиях громыхнули шесть коротких взрывов. Коммуникаторы стали разрываться от неразборчивых воплей и выстрелов лазганов. Взвод развернулся. Все во главе с Хештом побежали на выстрелы. У Второго взвода, проводящего разведку в левом крыле комплекса, были неприятности. Люди Хешта ворвались в помещение, из которого были получены последние сигналы от Второго. Это был ангар с припаркованными сельскохозяйственными машинами с огромными колесами. Воздух был полон дыма, оставшегося после взрывов гранат. На полу лежало два трупа. Оба были из Второго. Они выглядели так, как будто их расчленили огромными сельскохозяйственными серпами. Взвод медленно крался во мраке. Гросс увидел обезглавленный труп, забрызгавший кровью колесо одного из тракторов. Этот трактор был пристыкован к огромному грузовику, в кузове которого лежало нечто похожее на необычный космический корабль весь перепачканный глиной из дельты реки. Похоже, он был сделан из какого-то металла. Гросс присмотрелся, и его передернуло от омерзения. Да он же был той же самой живой пульсирующей дрянью, что они видели в оранжерее, только гораздо больше размером. Не это ли нашли ученые в дельте реки и доставили сюда для изучения, как они передали в их последнем выходе на связь?

Вдруг сзади него раздался душераздирающий крик и выстрелы из лазганов. Гросс развернулся на шум и его чуть не сбил с ног труп пехотинца Парнелла. Вернее пролетевшая в нескольких сантиметрах от него мешанина из мяса, костей и фонтанов крови. Его лазган взревел и выплюнул яркий импульс. Нечто пронеслось во мраке с ужасающей скоростью. Нечто с когтями-серпами. Четырьмя комплектами когтей.

Оно рассекло майора Хешта надвое где-то в области талии и, все еще продолжая стрелять, то, что осталось от офицера рухнуло на пол. Следующим должен был стать Гросс. Он взвыл и открыл огонь. Генокрад…

Гросс, закричав, проснулся. Он весь вымок от пота. Голова раскалывалась. Прошло уже две недели с того кошмара на станции. Из его роты выжило только трое. Он никак не мог забыть о том, что случилось. Он же ветеран. Он бывал в жестоких битвах, но ни когда не был один на один с ужасающим монстром. Он физически ощущал его близость, его запах врезался ему в мозг. И уже две недели его преследовали кошмары и во сне и наяву.

Генокрад…

Надев форму, Гросс, шатаясь, вышел из казармы и зажмурился от дневного света. Были слышны рокот моторов и разговоры солдат. Он должен прийти в норму. Если он хочет выйти из шокового состояния, надо занять чем-нибудь свое тело и, главное, мозг.

Жмурясь от яркого солнца, он вышел на улицу и увидел грузовики, которые, разбрызгивая грязь, увозили вдаль людей и оборудование. Теплый грибной дождь, идущий совершенно не по сезону, размывал и без того разбитую дорогу. Модульные крыши и башни агротехнического комплекса № 132/5 на планете Малволион радостно блестели. Из водосточных труб хлестала вода.

Эвакуация шла полным ходом.

Перебегая дорогу между двумя громадными рычащими транспортерами, он уверял себя, что они уничтожили всю ту нечисть. Он сам лично разнес к чертям из лазгана одного из «этих», а потом еще двух. Затем он и остальные немногочисленные выжившие подорвали водонапорную станцию с помощью кумулятивных мин. Они сохранили свои сердца верными железной дисциплине Мордианцев. Они отрапортовали планетарному командованию и благодаря им по всей планете было объявлено предупреждение об опасности.

Это должно было заставить его чувствовать себя лучше. Ведь так?

Гросс увидел Полковника Тигла, контролирующего погрузку транспортеров разнообразными материалами и оборудованием из производственных помещений. Полковник выглядел разгоряченным и взволнованным. Поселенцы толпились вокруг него и требовали, чтобы в список эвакуируемого было внесено еще больше ценных сельскохозяйственных приборов и техники.

Увидев Гросса, он вырвался из их круга.

— Во имя Золотого Трона, — сбивчиво пробормотал он гвардейцу.

— Эти люди доведут меня до инфаркта! Я ведь и так хочу вывести как можно больше их любимого дорогого оборудования. Так они меня достают, чтобы я не забыл и об их проклятых культиваторах и прочей огромной сельхоз технике. Я уже начинаю подумывать, чтобы попросить тебя рассказать им о том, что ты видел.

— И создать массовую панику, сэр? — печально улыбнулся Гросс.

Тигл вздохнул.

— Да, нет, нет…

— Могу ли чем-нибудь помочь?

— Я думал, что ты в медсанчасти. Что сказали тебе медики?

— Они сводят меня с ума, сэр. Прикажите мне чем-нибудь заняться. Это отвлечет меня от тех ужасов, которые я никак не могу забыть.

Полковник кивнул.

— Молодец солдат. Итак, нам нужны водители. Сможешь управиться с транспортером.

— В принципе, да, — ответил Гросс.

Тигл взглянул на свой планшет и указал на грузовик с восемью покрытыми толстой коркой затвердевшей грязи колесами.

— Транспортная единица № 177 в твоем распоряжении.

— Что мне делать?

— Я хочу, чтобы основная часть эвакуации была закончена в 15.00. И ни каких оправданий не приму. Всё, что мы не погрузим до этого срока, останется здесь навсегда, включая и этих проклятых фермеров. Конечный пункт равнина Нэсайн в девятнадцати часах пути отсюда. Согласно переданному сообщению, там нас ожидают около шестидесяти большегрузных транспортов, чтобы доставить нас на орбиту к нашему флоту. Туда уже идут еще восемь эвакуационных конвоев из других сельскохозяйственных поселений, так что, думаю, тебе понятно, что надо успеть вовремя. Если мы хотим, чтобы нам досталось место в них, и они не улетели без нас.

— А что, если в пути нам вдруг придется сражаться, сэр?

— Тогда мы покажем этим инопланетным уродам, что такое боевой дух Мордианцев. На этой планете у нас развернут полк численностью семьдесят тысяч гвардейцев, не стоит также забывать о тридцати тысячах гвардейцев из полков планеты Файрус. Генерал Кан сообщил мне, что в ближайшие часы ожидается высадка бронетехники. Так же возможна помощь от Капитулов.

— Все это облагонадеживает, — сказал Гросс. — Ведь вполне возможно на водонапорной станции была лишь небольшая вылазка, но именно поэтому мы должны быть готовы ко всему.

— Да сейчас мы должны быть готовы ко всему, — сказал Тигл, немного помрачнев. — Уровень опасности установлен максимальный. Разве тебе никто ничего не сказал?

— А что случилось?

— Межпланетные космотрансляционные станции связи перестали получать информацию пять часов назад. На нашу планету упала Тень.[1] ОНИ идут. Гросс, Они стопроцентно нападут на нас.

Подобно выброшенным на берег левиафанам с раскрытыми в немом крике пастями, большегрузные транспорты разместились на каменистой равнине Нэсайн, изрыгая в клубах надоедливой пыли потоки бронетехники.

Даже находясь на верхушке обзорной мачты командного судна на высоте трехсот метров, Генерал Канн слышал грохотание и ворчание танков с планеты Паладиа и другой бронетехники. Он осматривал все вокруг через свой магнобинокль и удовлетворенно кивал.

Полковник Гризмунд развертывал бронетехнику с такой быстротой, как ему и было приказано, возможно, даже еще быстрее. Видимость была превосходной. Небо было ясным и синим. Зона высадки просматривалась на десять километров во все стороны. Их не могли застать врасплох.

Канн позволил магноокуляру повиснуть вдоль его безупречно чистой и выглаженной униформы Мордианской гвардии. Рядом с ним на обзорной платформе находилось двое сервиторов и трое адъютантов Мордианцев, сидевших за консолями наблюдения и коммуникаторной станцией. Спокойный шум переговоров трескотал на заднем плане.

Хэнфф, один из адъютантов приблизился к нему и передал информационный планшет.

— Данные из всех точек эвакуации, сэр. Большинство конвоев из поселений уже идут полным ходом к нам. Тигл из агротехнического комплекса 132/5 сообщает Вам, что отправятся в 15.00.

— Почему так медленно?

— Это тот комплекс, где произошло столкновение, сэр. Я думаю, что полковник особенно осторожен.

Канн кивнул. Он хорошо знал Тигла и полностью ему доверял. Тот знал, что делать.

— А как насчет вот этих? — спросил он, указывая на планшет. — Поселение № 344/9?

— Они также не загрузились, Генерал. Там находятся гвардейцы из полка Файруса. Я… не знаю в чем причина задержки.

— Свяжитесь с ними. Узнайте в чем дело. Скажите им, что я сдеру с них с живых кожу, если они тот час же не выдвинутся на эвакуацию.

— Есть, сэр!

Воздух задрожал от чрезвычайно низкого мощного басистого рычания. На них упала тень. Это еще один большегрузный транспорт грузоподъемностью десять тысяч тонн садился на равнину, маневрируя тормозными двигателями, выпускающими синее пламя перегретой плазмы.

— Ариадна, — сказал Хэнфф. — Точно по графику.

По полу наблюдательной вышки залязгали чьи-то ботинки. На вышку поднялся Полковник Гризмунд. Он был высоким, полным человеком, гордо носящим темно-багровую форму Палладианской Бронетанковой бригады. Остановившись, Полковник отдал честь Кану.

— Докладываю, — произнес он. — Мы готовы выдвинуться немедленно. Что нам предстоит сделать, сэр?

Канн пожал руку полковника и показал ему на полевую карту.

— Сейчас мы просто должны быть начеку, Гризмунд. Две недели назад мои люди обнаружили в дельте вниз по реке Генокрадов. Из донесений следует, что местные поселенцы нашли что-то вроде Тиранидского разведывательного аппарата или зонда вторжения и пробудили его. Один Император знает, как долго этот маяк подавал сигналы, но с того момента, как сегодня утром на нас упала ИХ Тень, стало понятно, что он был услышан. Я хотел бы, чтобы вы выдвинулись на юг. Эвакуационному конвою, следующему от дельты реки, возможно, понадобится помощь. Если неприятности начались там, то там они продолжатся.

— Хорошо, хорошо… Канн обернулся, чтобы найти взглядом Хэнффа. — Есть ли хоть какая-нибудь радостная весть от этих долбанных идиотов с Файруса?

Они находились в агротехническом комплексе 344/9 лишь шесть часов, но гвардеец Нинк уже понимал, что скоро случится что-то ужасное.

Под освещением пары ярко светящих прожекторов солдаты с Файруса загружали бесконечные ящики в тяжелые транспортеры, стоящие позади основного хранилища кукурузы. Сержант Сира Галло бросил очередной ящик и приказал ему заткнуть свою пасть.

— Идиот, естественно ожидается прибытие кого-то враждебного нам. Именно поэтому мы здесь! Именно поэтому девять дней назад мы были срочно направлены экстренным приказом на Малволион! Именно поэтому мы горбатимся с этими сраными ящиками, чтобы как можно быстрее доставить кучку этих говномесов до точки эвакуации! Ты думаешь, что случится нечто ужасное! Так вот это «нечто», скорее всего, будет офигенно хреновым!!!

Нинк посмотрел вниз на него так, как будто сержант только что сообщил ему ужасающие подробности о его жене.

— Да не смотри ты так на меня, — Галло обернулся, чтобы рассмотреть других гвардейцев Четвертого Полка Файруса, которые тоже остановили погрузку. — И вас это тоже касается!

— Да, во имя Императора, слушайте вы, недоумки. Мы же Имперская Гвардия! Нас как раз и направляют во все места, где может что-то случиться «что-то страшное»! Что-то не припомню, разве Главнокомандующий сказал: «А, Малволион… да ничего плохого там не случится… Давайте просто немедленно разместим там тридцать тысяч наших доблестных бойцов с Файруса».

— Нет, черт побери, он так не говорил! Мы здесь, потому что мы Имперская Гвардия и люди благодарят и превозносят нас, потому что мы всегда там, где случается что-то ужасное! А теперь запомните, все, что я сказал и живо за погрузку ящиков…

Галло понизил голос и со зловещим оскалом произнес:

— … мы Четвертый Файрусианский. Мы безжалостные убийцы. Было даже лучше, чтобы здесь нас ждало, что-то офигенно хреновое и оно обязательно напоролось на нас, так как мы разнесем его нахер столько раз, сколько понадобится и пусть оно потом жалеет, что вообще появилось на свет.

Все радостно заорали. Даже Нинк присоединился к всеобщему одобрению. Поселенцы, медленно бредущие мимо них на эвакуационные транспортеры, затихли и выглядели испуганными.

Мысленно же он очень жалел, что сам не знает, зачем их сюда прислали и что ему здесь ждать, к чему готовиться.

— Повторный вызов на связь от командования с равнины Нэсайн, — доложил Галло офицер по связи Бинал.

— А, ну, да и ладно…

— Вас вызывает лично Генерал. Сержант, он хочет знать, почему мы до сих пор не выдвинулись в точку эвакуации.

Галло раздраженно бросил ящик и обернулся к Биналу.

— Мы не выдвинулись, по тому, что до сих пор не поступило приказа от Майора Ханнэла. Передайте ему это.

— Я уже так и сделал, сержант. Он хочет знать, почему приказа все еще не поступило.

Потирая старую рану, Галло пошел вдоль пыльных пальм.

— Передайте ему, что я спрошу Майора лично.

Галло вошел в административное здание агротехнического поселения облицованного оцинкованными панелями. Внутри было ужасно душно. Подвесные вентиляторы судорожно загребали воздух. Галло видел, как не так давно Майор и два других офицера зашли сюда, чтобы обсудить с членами администрации заключительный этап эвакуации поселения.

— Майор? Майор Ханнэл?

Галло проверил несколько кабинетов. Во всех никого не было. Расстроившись, он вызвал несколько человек для помощи в поиске. Пять мужчин, все в тяжелом Файрусианском обмундировании загрохотав сапогами по лестничной площадке, прибежали к нему. Один из них передал Галло его лазган.

— Разделяемся, — скомандовал он всем.

Галло и гвардеец Мэтлиг обнаружили Ханнэла, двух других офицеров и шестерых членов администрации. Вернее то, что от них осталось. Лужи крови и перемолотые кости покрывали весь пол и стены грузового зала, находящегося в задней части здания.

Мэтлиг упал на колени, его стало рвать прямо на кровавое месиво. Галло заикаясь, попробовал связаться по коммуникатору с отрядом.

И тут что-то высокое, что он поначалу принял за опору крыши, дрогнуло и рванулось к ним. Быстро… так чертовски быстро косоподобный коготь размером с человека полоснул по блюющему Мэтлигу, добавив к потокам рвотной массы куски плоти и фонтаны крови.

Очнувшись, Галло понял, что убегает, истошно крича и бешено стреляя. Хитиновые пластины, закрывающие беловатые кости, переливающиеся зеленые усики, непрерывно отвратительно дергающиеся. Богомол Убийца[2] сбросил окраску, подражающую цвету стены и сейчас возвышался над ним.

— Призрак! Призрак![3] — заорал Галло.

Его выстрелы выбивали осколки хитина с кожаного брюха твари. Он рванулся в дверь.

Радиоэфир был заполнен паническими возгласами. Галло натолкнулся на двух гвардейцев и потащил их в укрытие, построенное кем-то у стены.

Он попытался рассказать им про то, что увидел, но в этот момент двухметровые когти, прорезавшись через стену укрытия, разрубили одного из солдат. Кровь толчками выплескивалась из ослабевающего горла, издававшего затихающий с каждым мгновением предсмертный крик. Коготь нырнул сквозь стену обратно. Галло бросился в сторону, так как, как он и думал, через секунду другой биоклинок располовинил оставшегося гвардейца, к тому же расколов ему по пути череп.

Они могут видеть нас даже через стены! Они видят выделяемое нами тепло!

Галло бежал. Он выскочил на улицу.

Эвакуационный конвой был там, где он его оставил, они так и не выехали. Теперь выезжать было уже некому. Несколько транспортеров были опрокинуты, два горели. Гвардейцы Файрусианцы разбегались кто куда, паля во все стороны. Везде валялись трупы. Ни одного целого трупа, все разрублены, растерзаны на части.

Спотыкаясь, Галло побрел вперед и увидел Нинка. Ниже пояса у того ни осталось ничего, кроме осколков костей, обрывков кишок и пластов мяса. Но, так или иначе, тот отчаянно цеплялся за последние мгновения жизни. Хрипя и держась за руку сержанта, он просил Галло взять его с собой. Вдруг Нинк, цепляясь за брюки Галло, судорожно полез вверх. Тот не выдержал и из милосердия выстрелил Нинку в лоб.

Он не стал задерживаться в укрытии, где отчаянно воя от страха корчились, пытаясь спрятаться несколько поселенцев. Что-то рванулось в его сторону. Нечто повыше человека, с мощным бронированным телом, приспособленными для бега птичьими ногами. Не добежав до него, он заметил поселенцев. Тут же своими основными конечностями, заканчивающимися огромными когтями он стал кромсать первого попавшегося поселенца, при этом ухватив второго своей второй парой рук приспособленными для удержания жертвы. Подобно Богомолу Убийце этот двигался так же быстро…

Он загнал поселенцев в угол и из дыма, чадящего от горящего разлившегося топлива, клацая зубами, шипя и скрежеща когтями, выскочило, еще две таких же твари. Вместе они начали рвать на части оставшихся в живых людей.

Галло с ужасающей ясностью понял две вещи. Первое, что он всю свою жизнь будет помнить крики разрываемых на куски людей. И второе, что жить ему осталось не так уж и долго.

Через дым он увидел Богомола Убийцу, с упоением разрушающего транспортер. Галло добежал до одного из дальних транспортеров. Рядом с задними колесами лежал Бинал. Галло узнал, что это был Бинал лишь потому, что на трупе была надет взводный коммуникатор. Головы же у него не было. Он сорвал с его тела коммуникатор и вскарабкался в кабину транспортера.

Потребовалось пару секунд, чтобы настроиться на канал экстренной связи.

— 344/9! 344/9! — зашипел он. — Нападение! Нападение Тиранидов! Повторяю…

Но повторить времени не осталось. Генокрады вскочили на крышу и капот транспортера. Разбивая стекла и отрывая крышу, они добрались до очередной жертвы.

Не смотря на то, что неразборчивое последнее послание Гало было больше похоже на вопль полный страха и боли, чем на осмысленные слова, в шестистах километрах от него на равнине Нэсайн его услышали и поняли.

На канале связи возникла мертвая тишина. Канн посмотрел вдаль, стараясь не смотреть на Хэнффа и не выдать своих эмоций. Слова Галло. Его крик…

Он уже собрался сообщить новый приказ бронетанковой бригаде Гризмунда, ушедшей туда сорок минут назад, чтобы те теперь все же направлялись в сторону поселения № 132/5, но внезапно потемнело небо.

Принесенные ветром споры стали падать вокруг них, разъедая плоть людей и, забивая воздух на столько, что мешали двигаться.

Канн побежал, чтобы как можно быстрее спуститься ниже. Самые первые из упавших спор источаемыми токсинами начали убивать Мордианцев и членов экипажей космических транспортов. Автоматически включились посадочные огни, так как естественное дневное освещение исчезло. Их освещение было похоже на дорожки света в буране, только буря была не бурой от пыли или белой от снега, а черной от спор.

Выше в облаках черных спор опускались огромные чудовища. Харриданы — специальные создания Тиранидов, созданные для десантирования. Канн читал о них. Но то, что он увидел в живую, их размер, отвратительную вонь исходящую от них, потрясло его. Рои подобных летучим мышам тварей отделялись от них подобно опадающим под порывами ветра листьям. Гаргульи заполонили воздух вокруг людей. Каждая из них, планируя на перепончатых крыльях, выбирала себе цель среди людей. Сделав рискованный боевой разворот, переходящий в крутое пике, они обстреливали людей из освежевателей, которые они прижимали к своим кожистым телам. Биоплазменный огонь лился на бегущих в поисках укрытия людей, разъедая и сжигая их.

Канн вытащил свой силовой меч и от души рубанул по напавшей на него Гаргулье. Он разрубил ее пополам и тут же был окачен хлестнувшей из нее сукровицей.

Внезапно он упал.

Похоже, начиналось землетрясение. Но, оглянувшись, он увидел, что это обрушивались на землю транспортные суда, опоры и корпуса которых изъеденные взрывавшимися споровыми минами ломались под собственной массой. Некоторые были почти целыми, некоторые были почти полностью взорваны.

Сквозь темноту и огонь к ним неслись Термаганты и Хормагаунты с лапами, увенчанными подобными косам когтями. Их было больше тысячи. Гораздо больше тысячи…

Он прорубался через чужеродных выродков приближавшихся к нему. Разворотив морду одному Термаганту, он отсек передние конечности другому. Но тут его отвлек душераздирающий булькающий крик. Бегущий рядом с ним Хэнфф был убит попавшей в него споровой миной. Он мгновенно превратился изъеденный кислотой кусок мертвой плоти. Толстая, пузырящаяся пленка, постепенно разъедающая даже кости, вот все, что осталось от него через тридцать секунд.

Внезапно Кану в грудь впились жуки из освежевателя.[4] Он корчился на земле и в исступлении вопил, пока те, разрывая на части его внутренности, превращали его тело в месиво.

Эвакуационный конвой из поселения № 132/5 уже два часа как вышел в точку эвакуации, когда они заметили необычный погодный феномен в сотне километров от них. Там вдали постепенно расползалось какое-то темное пятно.

Из кабины транспорта № 177 Гросс увидел, что синее небо заполнилось черными облаками. У него засосало под ложечкой. Клубящиеся облака распространялись с бешеной скоростью, словно ударная волна от термоядерного взрыва. Вскоре их ими накрыло. Полился странный темный дождь с каплями более похожими на семена каких то растений. На всех транспортах конвоя включились фары и стали бешено биться из стороны в сторону дворники.

— Черт возьми, что это такое? — спросил его Гвардеец Фемлин, сидящий рядом с ним в кабине и положил штурмовую винтовку себе на колени, переключив ее в боевой режим.

— Поворачиваем на запад! Поворачиваем на запад! — обрушился на всех из коммуникаторов голос полковника Тигла. Транспорты конвоя, мешая друг другу, стали неуклюже перестаиваться в заданном направлении.

Гросс почувствовал, что воздух стал горячим и приторным на вкус. В сознании мгновенно всплыла оранжерея на водонапорной станции.

Два транспорта, пытаясь разминуться на узкой дороге, свалились на обочину. Три других, врезавшись друг в друга, переломали друг другу оси. Тигл даже не обратил на них внимания, как и на их орущих пассажиров.

— Равнина Нэсайн для нас потеряна! — кричал Полковник в коммуникатор. — Единственный выход из создавшейся ситуации — это главный город-улей на возвышенности Малво! Все разворачиваемся на запад!

Гросс посмотрел на карту. Возвышенность Малво находилась на расстоянии тысячи километров от их текущей позиции. Они никогда не доберутся до нее. Никогда.

Так или и иначе, но он вдавил педаль газа в пол.

Танки Гризмунда с трудом, урча и разбрасывая во все стороны грязь, быстро образовавшуюся от разразившейся на равнине Нэсайн бури, ползли вперед. Шансы встретить эвакуационный конвой из 132/5 окончательно исчезли. Не осталось никакой надежды. Точка.

Он приказал разворачивать машины на встречу врагу. Разворачивались они очень медленно, так как проливной дождь всего за пятнадцать минут превратил засохшую каменистую, чуть покрытую зеленью землю, в мшистое, покрытое папоротниками топкое болото. Через час вокруг них выросли непроницаемые джунгли, быстро распространяясь во все стороны, захватывая новые и новые участки суши. Только Гризмунд не успел увидеть эту атаку растений. Главный калибр его танка, ревя, выплевывал заряды в снижающиеся перепончатокрылые существа, полностью сжигая их при попадании. Но скоро к Гаргульям присоединились Биоворы и число танков в его бригаде стало сокращаться с ужасающей скоростью. Появляющиеся при разрыве споровой мины кислотные сгустки разъедали машины, а людей мгновенно отравлял ядовитый газ. Орды Хормагаунтов и Термагантов неслись на них со всех сторон, временами полностью покрывая живыми копошащимися курганами его танки. Воздух пронизывало мерцание синапсических импульсов Воинов Тиранидов — высоченных отвратительных монстров, идущих сквозь ряды своих более мелких собратьев, передавая им через себя приказы Разума Улья. Над роями медленно плыли большеголовые, покрытые поблескивающим хитином, Зоантропы, левитируя себя при помощи своих отлично развитых псионических способностей. Их атрофированные лапки противно дергались, издавая клацающие звуки. Время от времени они исторгали энергетические копья, разносящие на части оставшиеся целыми танки.

Гризмунд заметил извивающегося подобно змее, быстро ползущего к ним Пожирателя и заорал заряжающему и наводчику, чтобы те ускорили темп ведения огня.

Рядом с ним пролетели два разодранных танка. Последнее, что увидел Гризмунд в своей жизни, был ствол Ядовитой Пушки, которую наводил на них воющий Карнифэкс, только что уничтоживший те два пролетевших мимо него танка.

Эвакуационный конвой с поселения № 132/5, надрывно ревя турбинами, выбрался на армированное шоссе. Они пересекли несколько грунтовых дорог между фермами. И достигли главной транспортной артерии, по которой во время сбора урожая нагруженные караваны транспортов отвозили собранное зерно к городу-улью расположенного на возвышенности Малво. Поднимая клубы пыли, они проехали по нему вдоль ирригационных каналов и огромных водохранилищ еще четыре километра, до того, как их нагнал ливень. Теперь вместо пыли из под колес летели водяные брызги.

На юге от них сияло голубое чистое небо, а с севера на них быстро ползли черные маслянистые облака, постепенно пожирая свет.

Фемлин повторно передернул затвор и щелкнул спусковым крючком, в десятый раз, проверяя исправность автоматической винтовки. Держа руль одной рукой руль Гросс, вытащил из кобуры лазерный пистолет и бросил его Фемлину.

— Проверь и его, — попросил он его. — Мой лазган тоже.

Дворники двигались с каждой секундой все хуже и хуже. Ветер взбаламучивал воду на дороге и во все стороны как на море летели брызги пены. Гросс старался не обращать внимания на извивающиеся черные споры, прилипающие к лобовому стеклу и скапливающихся подобно гною на его дворниках.

Сквозь струи дождя он увидел, что на впереди идущем транспорте зажглись тормозные огни и сам тут же нажал на тормоз. Его 177-го юзом повело по сплошь залитой водой дороге от одной обочины к другой. Фемлин закричал, а Гросс стал бороться с рулем. Они с трудом остановились, при этом зацепив транспорт, остановившийся перед ними, и сорвали у того кенгурятник.

Коммуникатор в кабине разрывался от криков. Гросс открыл дверь, чтобы посмотреть, в чем причина задержки.

Вдруг со стоящего перед ними транспорта кто-то прыгнул им на крышу, при этом на кабине образовалась большая вмятина. Выглядывающий из кабины Гросс обернулся, чтобы лицом к лицу, а вернее лицом к морде столкнуться Термагантом, скалящим в кровожадной улыбке клыки, по которым стекали капли дождя.

Фемлин сунул в руки Гроссу его лазерный пистолет и тот сразу открыл огонь. Лазерный разряд из пистолета разорвал шею Термаганта, исторгнувшую целый фонтан ядовитой жидкости, которая, скорее всего, служила тому кровью. Термагант свалился с крыши в грязь.

Мимо них в слепом страхе бежали поселенцы.

Транспорт рванулся вперед и, проехав десять метров, покатился вниз с дороги на затопленное поле. Гросс увидел, что к нему бегут четыре Термаганта. Он дал полный газ. Двое были вмяты в землю, третий отлетел в сторону от удара бампера.

Фемлин стрелял из окна кабины. Гильзы, звеня падали им под ноги.

Конвой пытался двинуться вперед. Несколько транспортов горели на обочине дороги. Чтобы за них не зацепиться Гросс был вынужден снизить скорость. С капота в кабину заглянула чья-то уродливая морда. Гросс рванул транспорт вперед, пройдя в считанных дюймах от горевшей машины, и заорал Фемлину, чтобы тот стрелял прямо через лобовое стекло.

С ними поравнялась небольшая машина. Один из небольших внедорожников с открытым верхом и установленными на него спаренными тяжелыми болтерами, используемых в качестве огневой поддержки. Гросс замахал его водителю, чтобы тот ехал вперед. Тот погнал машину по дороге и через мгновение дорогу перед Гроссом осветил ореол ревущих болтеров. Что-то большое и переливающееся разлеталось на куски под градом бронебойных болтов. Сукровица выплеснулась из-под колес транспорта № 177. Гросс не стал смотреть, кого там уничтожили, и погнал дальше.

Если бы он оглянулся, то увидел бы, что на остальные транспорты из ирригационных каналов, среди которых проходило шоссе, нападали разнообразные твари. Их расстреливали внедорожники огневой поддержки. Богомол Убийца, раскрывший в смертельном объятии свои хитиновые косы, затрясся, теряя куски плоти, костей и какой-то слизи, когда очередная очередь нашла и его. Суетящихся Термагантов раскидывали в разные стороны или давили колесами. Получивший многократные попадания из Освежевателя один из транспортов вылетел с шоссе и, упав в канал, взорвался. Падающие споровые мины разнесли на запчасти еще два транспорта.

В воздухе над конвоем начали проглядываться очертания Гаргулий.

Тяжело бронированная техника конвоя — четыре Химеры и шесть стандартных Лемана Расса покрытые камуфляжем Мордианцев оказались отрезаны от уезжающих вперед транспортов.

Хормагаунты покрыли живым ковром две Химеры. Два танка остановились и отстреливались, вращая башнями во все стороны. Их экипажи, матерясь на чем свет стоит, ни на секунду не прекращали огня, хотя и знали, что их мгновения сочтены. Железная Мордианская дисциплина заставляла продать их жизни как можно дороже. Сгусток биоплазмы сжег один из них. Другого разорвало зеленым молниеподобным разрядом от которого детонировали все боезаряды.

Химера, зажатая со всех сторон тремя Ликторами, попыталась прорваться, но тут же полетела с дороги, теряя гусеницу. Разъедающие споровые мины расплавили еще одного Лемана Расса до состояния куска полутвердой смолы. Позади конвоя в кузове внедорожника огневой поддержки, за спаренными тяжелыми болтерами встал сам Полковник Тигл. Его рыжие усы топорщились от ярости охватившей их владельца. Он вращал орудие влево и вправо по станку, неся смерть чужеродным монстрам. Дождь насквозь пропитал его униформу.

Он чувствовал, что какая-то дрянь заползает ему в рот и ползет внутрь, подобные ей ползали по его телу, прилепляясь и разлагая его заживо. Некротические споры четко выполняли генетически запрограммированную в них функцию.

К тому времени как его водитель мертвый упал на руль и машина, сиганув с дороги, воткнулась в грязь канала, от Тигла не осталось ничего, кроме почти голого костяка висевшего на рукоятке орудия. В десяти километрах от него оставшиеся в строю транспорты неслись вперед, с трудом разбирая дорогу, вокруг них быстро разрастались джунгли. Всем было чертовски страшно. Черные облака, изливающие водопады воды, полностью закрыли небо.

Фемлин продолжал отстреливаться в окна кабины из своей автоматической винтовки. Гросс добавлял к ней огонь своего лазгана. Поблизости с ними не осталось ни одного транспорта. Вот и они, наехав на шипастые лианы, протянувшиеся поперек дороги, прокололи шины и вынуждены были остановиться. Машину тут же стали опутывать растения.

— Смотри! Смотри! — заорал Фемлин.

В небе один за другим загорались яркие метеоры. Дюжина, две дюжины, три.

— Хвала Императору! — выдохнул Гросс.

Первые из приземлявшихся десантных капсул, сжигая растительность, вонзались в землю.

Гросс увидел выбирающихся из них людей. Адептус Астартес. Космические Десантники, Плакальщики. Они прибыли на помощь, как и обещали. Желтые доспехи поблескивали в темноте. Они пришли, не смотря на то, что ни кому помочь уже не могли.

Гигантские, облаченные в броню воины. Величайшие воины человечества. Они выбегали из десантных капсул, уничтожая врага из болтеров, огнеметов и мельтаганов. Термаганты и Хормагаунты разлетались на куски. Огнеметы жгли смрадящие растения. Гаргульи падали на землю. Гросс увидел, как забился в конвульсиях от поцелуя мельты Пожиратель, как плазменный огонь уничтожил Богомола-Убийцу.

Еще дальше Космический Десантник разнес силовым кулаком на части Зоантропа, погибшего во вспышке псионической энергии и фонтане желчи. А вон там еще один воин выстрелом из ракетной установки уничтожил Воина Тиранидов. Как тот не пытался увернуться, самонаводящаяся ракета нашла его.

Гросс выпрыгнул из кабины и, стреляя из лазгана, понесся в атаку. Мордианские Гвардейцы вокруг него были воодушевлены появлением Плакальщиков. Гросс прожег дыру в подскочившем Термаганте. Не далеко от него четыре Космических Десантника общими усилиями убили Ликтора.

— Мы победим, все же мы победим! — Торжествовал он.

Он услышал скрежущие звуки позади него. Обернувшись, Гросс увидел Карнифэкса, напирающего на уцелевших Мордианцев. С клешней нервно дергающихся вокруг пасти падали капли яда. Фемлин начал поворачиваться, наводя на него винтовку, но выстрелить он не успел. Гросса окатило ливнем из крови и ошметков мяса.

Он приготовился к смерти, но увидел, как голова монстра исчезла в облаке пара. Двое Плакальщиков, стоящие слева от твари, огнем из болтера и мельты оставили на ее месте дымящийся кратер. Но Карнифэкс движимый сейчас на одних рефлексах, налетев на них, посек обоих своими клинками-косами и упал рядом с ними.

Гросс упал на колени. Он никогда не мог даже представить себе, что Космические десантники могли умереть.

Они казались ему неуязвимыми. В его представлении они были ангелам Бога Земли — Императора.

Но они были мертвы. Он увидел рассеченный пополам шлем одного из них. На него смотрело обычное унылое лицо мертвого человека.

Встав на ноги, в пятидесяти метрах от себя он увидел, как еще одного Плакальщика разорвал Ликтор. Еще троих обвил своими бесчисленными кольцами Пожиратель и стал разрывать их на части своей зубастой пастью.

Страшнее этого он никогда ничего не видел. Четверо Плакальщиков отдали жизнь за Императора, при этом не причинив никакого вреда своим убийцам.

Он и оставшиеся гвардейцы побежали, прикрываясь за холмами от скользящего над землей в погоне за ними Зоантропа, беспрерывно выпускающего в них смертоносные псионические энергетические разряды. Они остановились, чтобы уничтожить эту тварь, но сделали это совершенно напрасно. Похожий на мерцающий сгусток воздуха разряд разнес одного мелкое крошево. Через мгновение показавшееся Гроссу вечностью следующий разряд отправил к праотцам еще троих. Остальные рванулись прочь, но тут же одного из них насадил на свои косы клинки Воин Тиранидов. Другой, оглушенный промахнувшимся на самую малость разорвавшимся психоразрядом Зоантропа, отлетел в сторону и тут же был растерзан кучкой Термагантов.

Последний успел пробежать еще двадцать метров, прежде чем был аннигилирован безжалостным Зоантропом. Его не спас форменный бронекостюм, который они всегда считали надежной защитой. Тираниды не брали пленных. Не должно было остаться ни одного живого организма.

Гросс не верил тому, что он видел.

Первые двадцать минут казалось, что Плакальщики сломали хребет врагу и безжалостно его добивали. Сейчас же Гросс видел, что еще пять минут и их всех уничтожат.

Слева от него разорвалась споровая мина — подарок Биовора. Гросс даже не понял, сколько Космических Десантников превратилось в плавающие в дымящейся отвратительно воняющей луже кислоты, тающие куски слизи.

Двое Плакальщиков бешено изрешетили набегавшего Карнифэкса. Стрельба прекратилась лишь, когда они услышали глухие щелчки в болтерах. Секунду спустя, не успев перезарядить оружие, они были расчленены отчего-то вдруг совершенно осатаневшими Хормагаунтами, внезапно начавшими двигаться с невероятной скоростью.

Гросс тут же увидел причину их ярости. Раскидывая в разные стороны горящую растительность, к ним продирался Тиран Улья, вырезая подвернувшихся Космических пехотинцев своими огромными когтями. За ним он увидел многочисленных биотитанов постепенно появляющихся из смога.

Последний Плакальщик умер спустя тридцать девять минут после того, как первый из них выбрался из посадочной капсулы.

Конвой пылал. Почти все машины были разрушены.

Гросс нырнул в воронку, чувствуя, что вокруг него быстро растут какие-то растения. Он чувствовал, что по телу стала распространяться паразитическая инфекция. В его голове стали раздаваться невнятные голоса.

Его бесконечный кошмар продолжался. На линии горизонта он увидел, как бесконечная волна Потрошителей поглощала все, что было на их пути, поедая планету.

Гросс попрощался с Богом-Императором, со своими давно умершими родителями, с его родной планетой, где он уже давно не был, далекой любимой Мордией. Он молил, чтобы она никогда не встретила такой ужасной участи.

Псионическое блокирующее поле, устанавливаемое Разумом Улья вокруг поглощаемой планеты. — Прим. переводчика.

На сленге Имперской Гвардии обозначает Ликтора. — Прим. переводчика.

Призрак на сленге Имперской Гвардии также обозначает Ликтора. — Прим. переводчика.

Оружие симбионт у Тиранидов. — Прим. переводчика.