Когда этот посетитель вошел в бар, держа в руках свой аппарат, большинство из нас перестали пить и уставились на него, потому что раньше мы не видели ничего подобного. Он поставил аппарат прямо на стойку. Это, очевидно, не очень-то понравилось бармену.

— Два виски с водой, — заказал посетитель.

Бармен продолжал протирать стаканы, но заказ все-таки услышал, так как немного погодя спросил:

— Двойное виски?

— Нет. Два виски с водой. — Посетитель смотрел бармену прямо в глаза.

За много лет работы бармен привык к разным типам людей. Но этот посетитель ему не понравился, особенно раздражал его аппарат. Бармен налил виски и воду и пододвинул рюмку посетителю. Тот, не обращая ни малейшего внимания на любопытство окружающих, положил на стойку пятидолларовую бумажку, выпил одну порцию виски, запил водой. Затем взял вторую рюмку, открыл в своем аппарате какой-то клапан и влил туда сначала виски, а потом воду.

Бармен наблюдал за ним с мрачным видом.

— Не смешно, — проговорил он спокойно, — к тому же ваш «приятель» занимает слишком много места. Почему бы не поставить его на скамейку у двери?

— Здесь всем хватит места, — ответил посетитель.

— Мне не до шуток. Поставьте свой чертов аппарат у двери, я вам говорю. Никто его не тронет.

Посетитель заулыбался.

— Видели бы вы его сегодня днем. Три дня шахматного турнира, да к тому же против сильнейших игроков страны. Он был великолепен. В дебюте добился небольшого преимущества, в середине игры блестяще развил его, а в эндшпиле запер короля противника в угол, неожиданно выиграл коня, нейтрализовал слона — партия была сделана. А знаете, сколько денег он выиграл за эти три дня?

— Сколько? — спросил бармен.

— Пять тысяч. И сейчас ему необходимо расслабиться, немного выпить.

— Несите его в другое место, и пусть он пьет там, — сказал бармен решительно, — у меня своих проблем по горло.

— Нет, нам здесь нравится, — посетитель показал на пустые рюмки. — Повторите, пожалуйста.

— Уберите эту штуковину, — приказал бармен. — Я не продаю виски смехачам.

— Шутникам, — произнес аппарат. — Надо говорить — шутникам.

Недалеко от стойки один из посетителей, допивавший четвертую порцию виски, решил оказать поддержку владельцу аппарата.

— Если эта машина хочет выпить еще, то пусть пьет, — сказал он бармену. — И нечего спорить.

Посетитель с аппаратом повернулся к неожиданно объявившемуся другу и с серьезным видом поднес руку к виску, выражая этим жестом благодарность и дружеские чувства. Затем он проговорил, будто нарочно дразня бармена:

— Сами понимаете, как это тяжело. Три дня умственной работы. Так хочется расслабиться.

— Конечно, — ответил новоявленный друг. — Я прекрасно понимаю.

Среди посетителей бара прокатилось оживление. Казалось, симпатии разделились: одни поддерживали бармена, другие — владельца аппарата.

Высокий, мрачного вида мужчина, стоявший рядом со мной, сказал бармену:

— Еще одно виски с лимонным соком, Билл. Только соку поменьше.

— Пикриновая кислота, — проговорил аппарат. — В таких случаях лимонный сок вообще не рекомендуется.

— Ну хватит! — Бармен стукнул рукой по стойке. — Уберите эту штуковину или лучше выбросьте ее на улицу. Я не намерен выслушивать замечания от механического мозга, или как там называется ваша чертова машина.

Посетитель проигнорировал и это. Он вновь обратился к другу, чья рюмка была уже пуста:

— Он не просто ужасно утомился. Есть еще одна причина, из-за которой ему хочется выпить. Знаешь какая?

— Нет, — ответил друг.

— Он жульничал во время игры.

При этих словах аппарат хихикнул. Одна из его рук слегка дрогнула, а на щитке вспыхнула лампочка.

Друг нахмурился.

— В шахматах нельзя жульничать, — проговорил он. — Это невозможно. Там все открыто. Все на доске.

— Я тоже так считал. Но оказалось, что можно.

— Меня это ничуть не удивляет, — вставил бармен. — Как только я увидел эту штуковину, то сразу понял, что она нечиста на руку.

— Два виски с водой, — сказал посетитель.

— Я не могу дать виски, — ответил бармен. — Откуда мне знать, может быть, она… он уже пьян.

— Это легко проверить. Спросите его что-нибудь. Посетители притихли. Теперь уже все следили за развитием событий у стойки.

— Что спросить?

— Не имеет значения. Можно попросить умножить пару больших чисел. — Аппарат слегка задрожал, будто готовился к проверке.

— Десять тысяч восемьсот шестьдесят два умножить на девяносто девять, — произнес бармен со злорадством.

Аппарат загудел, засверкал огоньками. Одна из его трубок как будто сплюнула, а рука слегка задергалась.

— Один миллион семьдесят пять тысяч триста тридцать восемь, — ответил аппарат.

Посетители начали удивленно переглядываться. Какой-то завсегдатай схватил карандаш и начал считать. Через несколько минут он воскликнул:

— Все верно. Машина не пьяна.

Теперь все смотрели на бармена. Тот нехотя налил виски и воду. Посетитель снова выпил сам и влил порцию аппарату. Огонек на щитке заметно потускнел, маленькая металлическая рука безвольно повисла.

Тот, что заступился за посетителя, обнял аппарат и его владельца и предложил:

— Пойдем отсюда в другое место.

Аппарат мигнул лампочкой. По всей видимости, он был навеселе.

— Отлично. Моя машина на улице.

Посетитель рассчитался за виски, спокойно, но немного неуверенно подхватил одной рукой аппарат и вместе со своим ночным другом вышел из бара.

Бармен молча наблюдал за ними. Когда они уже были на улице, он заметил с сарказмом:

— У него еще и машина. Скажите, как интересно.

Один из посетителей, сидевший недалеко от двери, перестал пить, подошел к окну, отодвинул штору и посмотрел на улицу. Немного постояв у окна, он вернулся за свой столик и сказал бармену:

— Интересней, чем вы думаете. У него «Кадиллак». И попробуйте угадать, кто сел за руль…