Продолжение "Тинга Победителя". Цусимское сражение произошло в 1895 г.
1.0 — создание файла
(КРЕЙСЕР "АДМИРАЛ НАХИМОВ")
Вечером 23 апреля 1895 г. в гавани Озаки на острове Цусима адмирал Тинг Жу Чан, командующий китайским Объединенным флотом, получил доклад о замеченных на горизонте кораблях. Адмирал не придал этому большого значения. С тех пор как северные варвары построили в Хайшивэе свой Владивосток, Цусимский пролив стал слишком оживленным местом, чтобы обращать внимание на каждый дым, почти всегда - русского парохода. Впрочем, осторожность не была лишней. Только-только подписано перемирие с Японией, согласившейся на все условия Китая. Японские войска в Корее, блокированные после разгрома их флота Тингом, получили возможность эвакуироваться в свою метрополию. Но едва ли японцы так быстро смирились с поражением - с тем, что их вышвырнули с материка, а на острове Цусима теперь располагается военная база Китая.
Адмирал распорядился выслать дозорный миноносец, а потом, подумав, и сам отправился посмотреть - что это за гости появились в водах, который совсем недавно стали китайскими. Корабли были военными - целая эскадра огромных броненосных фрегатов, что не так давно стали называть крейсерами. На их принадлежность указывали траурные белые флаги, перечеркнутые из угла в угол синими линиями. Они действительно оказались русскими и, почему-то, их корпуса были выкрашены по-разному, точно капитаны не смогли определиться в выборе цвета. Один корабль был розовый, другой - зеленоватый, третий - в странных черных разводах. Чуть позже адмирал оценил варварскую выдумку. В сгущавшихся сумерках русские почти сливались с морем. Но даже в такой нелепой раскраске корабли смотрелись грозно и величественно - с окованными сталью высокими бортами, со стройными мачтами, несущими полный парусный рангоут. Покорители океанских просторов, слишком красивые для настоящих бойцов.
Как оказалось, русские держались курс из японских портов, где они проводили зимние месяцы, к китайскому побережью, навстречу канонеркам и миноносцам, шедшим из России перегоном во Владивосток. Наверное, большие русские корабли должны были взять на буксир эти малые суда, потрепанные долгим переходом. А может быть и нет... Может, не случайно сейчас собраются вместе русские корабли, разбросанный раньше по китайским, японским и корейским портам.
Тинг задумался. Отношения Китая с Россией нельзя назвать дружественными, но особо враждебными они тоже не были. В том первоначальном, несбывшимся прошлом, где победу в войне одержала Япония, русские вступилась за Китай, не дав японцам захватить Люйшунь. Правда, чтобы потом получить его самим... Еще северные варвары присвоили земли за Хейлуцзаном, пытались удержать Инин. В 1881 году чуть не дошло до войны... К счастью, тогда у русских сменился их владыка. Александра III не зря называли "Миротворцем".
Конечно, русские слабее и не так опасны, как другие рыжеволосые. Англичане и французы подходили к воротам Пекина - ни один китаец не забудет то прошлое унижение! Ныне настали другие времена. Китайская армия и флот скоро станут не хуже, чем у надменных европейцев. И не России становиться на пути возрождения Поднебесной империи!
Недобрые предчувствия вскоре оправдались. Наместник Ли Хун Чжан сообщал телеграммой, что русский посол потребовал пересмотра условий мира с Японией. Россия хотела, чтобы китайцы вывели свои войска из Кореи и флот с Цусимы. В качестве меры давления русские собрали свою эскадру в Чуфу у входа залив Бохай, морские ворота к китайской столице. Император Всероссийский Николай оказался горячей своего отца-Миротворца. И полгода не прошло, как юный царевич унаследовал русский трон, а уже грозил войной Поднебесной!
Русские корабли в китайских водах были многочисленны, но сюда их посылали для другой войны - с Англией. Они годились для долгих переходов, действию на торговых линиях, могли вести одиночный бой с такими же океанскими крейсерами. Но готовы ли русские к эскадренному сражению? У Тинга был флот, испытанный в недавней войне, доказавший, что может победить самого сильного противника. Китай уже не прежняя беспомощная страна, от которой любой заносчивый варвар может требовать, что захочет! Победа над Японией, конечно, была славной, но японцы - всего лишь дикари с соседних островов. Если русские хотят стать первыми европейцами, разгромленными Поднебесной, пусть будет так! Эскадру Тинга уже пополнили трофейные японские крейсера. Может, скоро там окажется и какой-нибудь русский... Лишь бы острожный Ли Хун Чжан не согласился лишить Китая всего, что было завоевано для Поднебесной им, Тингом.
(ЦУСИМА)
Проходили дни, прошла неделя, другая, но будущее оставалось неопределенным. Хитрый Ли Хун Чжан тянул время, продолжая консультации с послами европейских держав. Франция и Германия поддержали Россию, Англия, похоже, склонялась на сторону Китая. Командующий русской эскадрой заявил, что на время ультиматума он будут блокировать морские перевозки из Китая в Корею. Сухопутные пути через корейские горы были чрезвычайно трудны, поэтому китайская армия в Корее оказалась в том же положении, что и недавно японская. Канцлер Ли требовал, чтобы Тинг срочно вернулся с Цусимы в Вейхавэй, но адмирал понимал важность удержания контроля за Цусимским проливом, через который проходила главная линия русских коммуникаций.
Понимали это и русские. Поэтому через несколько дней их эскадра перешла из Чифу на Цусиму, встав на якоря в бухте Миура, на другом, восточном берегу вытянутого с севера на юг острова. Русская и китайская эскадры стояли напротив друг против друга, разделенные лишь низменным перешейком (будет размыт в 1900 г. - Д.Н.) в полной боевой готовности, поддерживая жар в топках и опуская на ночь противоминные сети. Днем устраивались учения с пальбой и маневрами вокруг острова. Корабли при встрече приветствовали друг друга оркестрами, исполняющим на палубе национальный гимн другой стороны.
(КЛИПЕР "РАЗБОЙНИК")
Всё решил случай, вернее, неизбежный ход событий. Русские блокировали Цусиму с юга, но с севера, вокруг Японии, к Тингу прошел английский пароход с важным грузом - с углем и снарядами для новейших орудий с трофейных японских крейсеров. В следующей раз идущий через Японское море транспорт перехватили два клипера - "Разбойник" и "Крейсер", на одном из которых находился командующий Сибирской флотилией контр-адмирал Алексеев. Если бы после этого Алексеев отправился во Владивосток, дело завершилось бы тихо. Но контр-адмирал решил триумфально привести свой трофей в Миуру, чтобы утереть нос другим адмиралам - Тыртову и Макарову. Из Озаки на перехват клиперам вышел китайский бронепалубный крейсер "Аки-Юань". Русские парусно-паровые суда в тысячу триста тонн водоизмещения были вооружены лишь тремя 6-дюймовыми орудиями каждый. Доставшийся китайцам в прошлую войну как трофей "Аки-Юань" по водоизмещению превосходил обоих противников вместе взятых. Его вооружение состояло из четырех 6-дюймовых и шести 4,7-дюймовых скорострельных орудий. По скорости хода выдававший 19 узлов китайский крейсер с броневой палубой легко настигал идущие на 10-11 узлах слабозащищенные русские клипера. "Крейсер" и "Разбойник" адмирала Алексеева бежали после первого залпа. "Аки-Юань" их не преследовал, ограничившись возвращением захваченного парохода. Русскую призовую партию с него немедленно отправили в Миуру. Однако первые выстрелы были сделаны.
(КРЕЙСЕР "АКИ-ЮАНЬ" (В РИ "АКИЦУСИМА")
Командующий русской Соединенной эскадрой Тихого океана и Средиземного моря вице-адмирал Тыртов немедленно потребовал наказать виновных. В ответном сообщении Тинг принес извинения и высказался в том духе, что столь близкое соседство эскадр делает подобные инциденты неизбежными. Адмирал Тыртов предложил китайцам уйти из Цусимы. Адмирал Тинг вернул русским их предложение. Ситуация накалялась. Высаженные на берег корабельные десанты рыли окопы друг против друга. Семьи местных японцев, испуганные опасностью военных действий на их острове, спешно покидали Цусиму на лодках.
Тинг, в эскадре у которого было много мелкосидящих судов с тяжелой артиллерий, предпочел бы воевать вблизи острова и уже разрабатывал планы атаки русского флота в их гавани. Однако русские его опередили. Вечером эскадра Тыртова вышла из Миуры в открытое море, а ночью русские десантники пошли на штурм китайских позиций у Такесики, установив к утру орудия на господствующих высотах. Стоявшие в Озаки китайские корабли открыли огонь по холмам, заставив русских чуть отойти, но бухта уже не могла считаться безопасной. Нельзя было и предпринять решительных действий против десантников, пока позади маячила русская эскадра. Тинг принял решение тоже выйти в море и прогнать русский флот от Цусимы. Тогда отсюда уйдет и русский десант.
Корабли основного и "летучего" отрядов получили приказ разводить пары и сниматься с якорей. Выйдя из бухты, эскадра взяла курс к корейскому побережью, где крейсировали русские корабли. Эскадра Тинга была построена в две кильватерные колонны. В левой шли сильно бронированные суда - однотипные броненосцы "Дин-" и "Чин-Юани", малые броненосные крейсера "Лай-" и "Пин-Юани". Справа следовали друг за другом большой бронепалубный крейсер "Ицу-Юань" (бывшая японская "Ицукусима"), малые "Кин-" и "Цзи-Юани". Чуть в отдалении двигался отряд быстроходных крейсеров под командованием капимтана Фонга. Крейсерский отряд был создан по образцу японского "летучего" отряда в прошлую войну. Три крейсера в этом отряде раньше принадлежали японцам. Погода была совершенно спокойна, над темной зеркальной водой неподвижно висела завеса легкого тумана.
(КРЕЙСЕР "ПАМЯТЬ АЗОВА")
Вскоре слева по курсу сквозь туман были замечены низкие силуэты быстроходных судов, оказавшихся русскими миноносцами. Когда же пелена рассеялась, стало видно весь неприятельский флот, идущий параллельным курсом. Русские строго держали боевое построение, что было удивительно для кораблей, недавно ходящих в одной эскадре. Прежде элегантные русские фрегаты казались теперь изуродованными из-за снятого такелажа. Над высокими бортами торчали будто обрубки мачт, разобранных до боевых марсов. Но даже в таком виде русские крейсера смотрелись великанами. В сравнении с ними китайские корабли казались какими-то приземистыми карликами. Но у этих карликов имелись тяжелые кулаки!
Русские адмиралы тоже выбрали двойной кильватерный строй. Правую, ближайшую к китайцам, колонну возглавлял броненосный крейсер "Память Азова" под вымпелом вице-адмирала Тыртова. За ним следовали крейсера "Адмирал Нахимов", "Адмирал Корнилов" и "Рында", бывший корвет, выглядивший довольно скромно после идущих впереди могучих фрегатов. Наиболее грозно смотрелся массивный двухмачтовый "Нахимов" с четырьмя орудийными башнями с торчащими во все стороны 8-дюймовыми орудиями. По водоизмещению он превосходил даже китайские броненосцы. Да и "Память Азова" уступал им совсем чуть-чуть, а бронепалубный "Корнилов" был много крупнее любого из китайских крейсеров.
(БРОНЕНОСЕЦ "ИМПЕРАТОР НИКОЛАЙ I")
В голове второй русской колонны шел их самый огромный корабль - броненосец "Николай I" под вымпелом младшего флагмана эскадры контр-адмирала Макарова. "Николай I" был значительно крупнее "Дин-" и "Чин-Юаней" и, что существенней, моложе их на десять лет. И, хотя каждый из китайских броненосцев, построенных в Германии, имел на полубаке по две башни с 12-дюймовыми орудиями, а "Николай I" - только одну, носовую, стволы его 12-дюймовок были на треть длиннее, чем у китайских. Следом за броненосцем шли канонерки "Гремящий" и "Кореец", а замыкал строй крейсер "Владимир Мономах", бывший броненосный фрегат. Над "Мономахом" вился флаг третьего флагмана эскадры - контр-адмирала Алексеева. Впереди летучим дозором держались маленькие минные крейсера "Всадник" и "Гайдамак".
Корабли обменялись первыми выстрелами, давшими недолеты. Тинг просигналил командиру крейсерского отряда Фонгу обойти противника с кормы, чтобы поставить под огонь с двух сторон. Три крейсера набрали ход и стали догонять русскую эскадру, чей ход сдерживали тихоходные канонерки. Проходя на полном ходу за кормой замыкавших русский строй "Владимира Мономаха" и "Рынды", китайцы открыли по ним сильный огонь.
Атаковать "Мономаха", бронепалубный океанский крейсер тоннажем в пять с половиной тысяч тонн, для небольших китайских кораблей казалось довольно смелым. Два крейсера - "Така-Юань" (бывший японский "Такачихо") и "Аки-Юань" (бывший "Акицусима") в три с половиной тысяч тонн каждый - лишь немного превосходили по водоизмещению малую русскую "Рынду", а "Чио-Юань" (бывший "Чиода") имела тоннаж в две с половиной тысячи тонн, в два с лишним раза меньше "Мономаха". Броневой же пояс по борту, как у тяжелого русского крейсера, был у одного "Чио". Зато по артиллерии маленький "Чио-Юань" был практически равен "Рынде", уступая только в калибре десяти своих 4,7-дюймовых орудий (у "Рынды" пушки были 6-дюймовые). Что же касается остальной артиллерии, то против четырех 8-дюймовых орудий на "Мономахе" были две 10-дюймовки на "Така-Юане", а против дюжины "мономаховских" 6-дюймовок - шесть 6-дюймовок "Така-" и четыре - "Аки-Юаня", который имел еще шесть 4,7-дюймовых орудий. К тому же, если на русских кораблях орудия стояли в казематах или на батарейной палубе, имея там ограниченные сектора обстрелов, то у китайцев располагались наверху, за броневыми щитами
(КРЕЙСЕР "РЫНДА")
Крейсера Фонга дали несколько залпов по "Рынде", добившись на третьем сразу нескольких попаданий, а потом перенесли огонь на "Мономах". "Рында" окуталась дымом пожаров. Она сильно пострадала, особенно от ударившего под полуют снаряда из носовой 10-дюймовки "Така-Юаня". Изрядные повреждения нанесли и разрывы снарядов меньших калибров. Даже попадая в воду близко к кораблю, они осыпали его множеством раскаленных осколков. Корвет потерял 6-дюймовое орудие, и половину бизань-мачты. Сбитый вместе с ней стеньговый флаг подняли на временном флагштоке. Через пробоину над ватерлинией захлестывала вода, и "Рында" теперь шла с сильным креном. Чтобы избежать новых губительных попаданий меньший русский корабль зашел вперед большего - "Владимира Мономаха", защищенного броней.
На броненосном крейсере тоже уже было много раненых на марсах и верхней палубе. Осколки рвали такелаж, дырявили трубы и шлюпки, а сопровождавший "Мономаха" минный катер, пробитый осколками в нескольких местах, затонул. Укрепленные над орудиями "Мономаха" шлюпки охватил огонь, это угрожало взрывом сложенного рядом с пушками боезапаса. Пожар вовремя потушили, горящие шлюпки свалили за борт.
Русские отвечали огнем, однако они находились в невыигрышном положении. Против 16-пушечного бортового залпа обходящих их колонной китайских крейсеров "Мономах" мог задействовать лишь четыре кормовых орудия, к тому же - устревших, заволакивающих всё вокруг после выстрела облаком сгоревшего черного пороха. Между тем с флагмана был получен сигнал на общий поворот вправо. Однако на "Мономахе" сигнал не был своевременно принят к исполнению. Причиной тому был пороховой дым, затруднявший видимость, а также то обстоятельство, что командовавшие на крейсере каперанг Рожественский и контр-адмирал Алексеев предпочли сойти вниз, оправдывая это отсутствием на корабле боевой бронированной рубки. Продолжающий идти прежним курсом "Мономах" и укрывшаяся под его защитой "Рында" удалились от остальных, так что перед китайский крейсерским отрядом возник соблазн отрезать их от основной эскадры.
(КРЕЙСЕР "ВЛАДИМИР МОНОМАХ")
Между тем главные силы русских, совершив одновременный поворот, перестроились из кильватера в строй растянутого фронта и двинулись наперерез кордебаталии адмирала Тинга. Китайский адмирал также скомандовал своим кораблям перестроиться во фронт, сдвоив линию. Тинг посчитал, что фронтальное построение будет ему на руку. Почти все китайские корабли имели орудия, приспособленные к стрельбе вперед, тогда как у русских фрегатов батареи располагались вдоль борта. Среди больших русских кораблей были замечены спущенные на воду катера, шедшие в атаку в общем строю. Можно было только восхититься мужеству экипажей этих крошечных суденышек, которые окажутся сейчас в самой гуще сражения.
В прошлогоднем сражении у Такушаня адмирал Тинг знал, что собирается предпринять японский адмирал Ито. Но этой битвы в той, неизмененной, истории не было! Здесь события пошли по новому, неизвестному пока пути. Тинг мог только догадываться о намерениях русских адмиралов. Да, спуск минных катеров - вполне предсказуемо для Макарова, энтузиаста малых кораблей и торпед. Но почему этот флотоводец, который в будущем станет знаменит своими работами по военно-морской теории, применяет фронтальное построение, которое сам считал устаревшим?!
Командующий Средиземноморской русской эскадрой и младший флагман эскадры объединенной контр-адмирал Степан Осипович Макаров недовольно пощипывал кончик бороды, стоя на мостике броненосца "Николай I". Его мучило неясное ощущение того, что всё вокруг идет как-то не так. Не могло быть этой нелепой войны! Япония не должна была проиграть китайцам, а расчет командовавшего японским флотом адмирала Ито был вполне верным. Пусть он не следовал принципам Мэхема и Коломба - не высаживаться на берег прежде разгрома вражеского флота. Всё у японцев должно было получиться. Но не получилось! И уж, конечно, раз уж китайцам так повезло справиться с Японией, они должны были уступить вполне умеренным русским требованиям уйти из Кореи и Цусимского пролива. Казалось, хватит одной военной демонстрации... Отчего они так осмелели?
Макаров окинул взглядом приближающуюся китайскую эскадру. Как они могли победить японцев?! Так, примерно, выглядел русский Балтийский флот лет двадцать назад. Вон те два броненосца - просто мониторы-переростки, что-то вроде нашего "Петра Великого! А крейсера... Это же не крейсера, канонерки какие-то. Почему японцы с ними не справились? А какие образцовые корабли были у Ито... Эскадра таких малых безбронных судов с хорошей скоростью и сильным вооружением куда предпочтительней броненосных гигантов. Поэтому тип японского крейсера "Такатихо" он, Макаров, открыто назвал наилучшим для будущей русской эскадры на Тихом океане. И был прав. Вот они, бывшие японские крейсера, как лихо подрезали хвост Тыртову!
Главная ошибка Ито была, конечно, не брать с собой миноносцы. Китайцам бы не поздоровилось. Скверно, что и у русских с миноносцами не густо, а у тех, что есть, машины избиты переходом вокруг половины света. Нет, миноносцы надо строить во Владивостоке, создавать там полноценный порт. Ничего, сейчас обойдемся минными крейсерами. Бравые там ребята, быстрый ход и, правда, - подымает боевой дух! Да еще минные катера! Хорошо, что Павел Петрович дал добро пустить их в дело.
Хотя в остальном... Он, Макаров не жалуется, что его срочно переведенную из Средиземного моря боевую эскадру подчинили формальному командиру крейсеров, разбросанных по всему Тихому океану. Нет, он благодарен Тыртову, что тот сразу принял все макаровские предложения по подготовке собранной эскадры к бою. А ведь тут прежде даже совместных маневров не проводилось. Макарову удалось в считанные дни сколотить из разрозненных единиц слаженное соединение, впервые создать на Дальнем Востоке действительно боеспособный флот...
Но вот только началось сражение, а командующий умудрился нарушить главнейшие принципы морской тактики. Вместо того, чтобы обрушиться всеми силами на слабейшую часть противника, Тыртов повел корабли широким, растянутым фронтом, да так, что главные русские корабли оказались против мощных неприятельских броненосцев, а под удар сильнейших вражеских крейсеров Тыртов подставил самые старые корабли - "Рынду" и "Мономаха". Но главное, что заставляло адмирала кипеть от возмущения - внезапно просигналенное с "Памяти Азова" распоряжение перестроиться из кильватерных колонн в строй фронта. Зачем?! Тараны, по Коломбу, в ход пускать? К чему это применяемое только по крайности холодное оружие, коли имеется огнестрельное? Или, может, Тыртов думает, что китайские суденышки побегут от одного вида движущихся на них русских громад?
Не побежали... Редкие пристрелочные выстрелы сменились общей канонадой сходящихся флотов. Против "Николая I" оказался крейсер "Ицукусима" - последний уцелевший из трех построенных для Японии по французскому проекту. Неказистый, к слову сказать, кораблик. "Одна труба, одна мачта, одна пушка - одно недоразумение". Так говорят на Балтийском флоте о броненосце "Гангут". Очень этим "Ицукусима" на "Гангут" похожа. Только что поменьше, без брони и пушка впереди калибром посерьезней - 12,5 дюймов. Китаец выпалил, окутавшись черным дымом. Высокий белый фонтан встал совсем рядом с "Николаем I". В ответ броненосец чуть двинул своей громадной башней, захватывая цель, и громоподобно ударил один за другим из обоих стволов главного калибра. В рубке у всех разом заложило уши. Прильнув к смотровой щели, Макаров пытался рассмотреть сквозь пороховую гарь результат попадания. Похоже, удалось добиться накрытия с первого залпа. Над "Ицукусимой" вспухало облако взрыва, разлетались в стороны какие-то обломки. Крейсер повернул, накренившись набок... "Тонет! Тонет!" - радостно загалдели офицеры.
(КРЕЙСЕР "ИЦУ-ЮАНЬ" (В РИ - "ИЦУКУСИМА")
- Распорядитесь, чтобы известили батареи! - обратился Макаров к стоящему рядом капитану фон Фелькерзану. Согласно изданному накануне приказу, в бою команде следовало сообщать - "для ободрения и усилении энергии" - о видимых повреждениях неприятельских судов. Скоро по кораблю разнеслось общее громогласное "ура!" Однако "Ицукусима" не думал тонуть. Крейсер уходил, ведя беглый огонь из скорострельных 4,7-дюймовых орудий. Над палубой "Николая I" засвистели осколки; сообщили о первых раненых. По "Ицукусиме" ударили носовые 6-дюймовки, потом рявкнули, посолиднее, 9-дюймовки на углах каземата, заговорили 6-дюймовые орудия батарейной палубы, вновь стала поворачиваться главная башня, но уже не могла бить так сильно назад... "Ицукусима" быстро выходила из боя. Следом пошел, было, катер-миноноска, но Макаров приказал вернуть его обратно - не догонит, ход у китайца изрядный. Пусть бежит, даст Бог, "Всадник" с "Гайдамаком" перехватят. Ну а броненосцу пора и другим помочь.
Сражение кипело уже на всей линии схождения эскадр. Над затянувшимся клубами черного порохового дыма, вспененным снарядами морем безостановочно раздавался гул далеких и близких выстрелов. Идущий от "Николая I" справа флагманский броненосный крейсер "Память Азова" оказался сразу против двух китайских броненосцев. "Память Азова" был гордостью флота. Спущенный на воду к двухсотой годовщине первого российского корабля - ботика Петра I, "Память Азова" прямо тогда получил георгиевское знамя предшественника - героя Наваринской баталии парусного линкора "Азов". Пять лет тому назад на "Памяти Азова" побывал на Дальнем Востоке наследник русского престола Николай, нынешний самодержец всероссийский. Трехмачтовый, трехтрубный корабль был удивительно красив, роскошно отделан и сильно перегружен. При этом артиллерия русского флагамана была достаточно сильная - два 8-дюймовых и тринадцать 6-дюймовых орудий, но располагалась по старинке по бортам, что ослабляло крейсер, особенно, как сейчас, в бою на встречных курсах.
Чтобы ввести в действия стволы батарейных палуб, "Память Азова" лавировал, поворачиваясь к противнику то одним, то другим бортом. Однако ни бортовые залпы из 6-дюймовых орудий, ни огонь носовых 8-дюймовок не наносили, похоже, вражеским броненосцам большого вреда. Даже попаданий было не очень много. Боевыми стрельбами на эскадре Тыртова почти не занимались, берегли снаряды... Китайцы били по "Памяти Азова" из 12-дюймовок куда метче. Рядом с русским крейсером то и дело вставали высоченные фонтаны, от которых испуганно шарахались сопровождавшие крейсер минные катера. Несколько раз "Память Азова" вздрагивал всем корпусом от попаданий. Внезапно нос крейсера охватило яркое пламя. Лишь бы не взорвались боевые погреба, тогда с русским флагманом будет покончено!
"Император Николай I", изменив курс, шел на "Дин-Юань" и скоро уже обрушил на него первый залп. Китайский броненосец тут же перевел огонь на корабль Макарова, оставив израненный "Память Азова". Второй броненосец, "Чин-Юань", оттянул от русского флагмана броненосный крейсер "Адмирал Нахимов". У главных кораблей Тинга появились сильные соперники. В тяжелой артиллерии за китайцами, правда, можно было признать некоторое преимущество - восемь 12-дюймовых орудий "Дин-" и "Чин-Юаней" против двух 12-дюймовых и четырех 9-дюймовых орудий "Императора Николая". Но у "Нахимова", начинавшего строиться как броненосец, было целых восемь башенных 8-дюймовок, да еще добавим две батарейных 8-дюймовки на "Памяти Азова". Что же касается средней артиллерии, которая еще скажет свое слово, когда корабли сойдутся борт о борт, то у каждого китайского броненосца было всего по четыре 6-дюймовки, защищенные легкой броней. "Нахимов" же располагал десятью, а "Николай I" восемью 6-дюймовками, да еше изрядная артиллерия "Памяти Азова". Нет, китайцам не должно было поздоровиться, хотя их орудия, и имели лучшие сектора обстрела. Но и тут можно было попробовать изменить ситуацию.
(БРОНЕНОСЕЦ "ДИН-ЮАНЬ")
Башни у китайских броненосцев располагались по диагонали в середине корпуса, так что в принципе могли бить вместе во все стороны. Но Макаров распорядился держать курс "Николая I" к противнику наискосок, чтобы правая башня "Дин-Юаня" закрывала бы левую. Теперь китайцы могли пустить в ход лишь половину своей тяжелой артиллерии. Сближаясь, "Дин-Юань" и "Николай I" один за другим слали друг в друга тяжелые снаряды. Первое попадание в русский броненосец пришлось в клюзы и цепной ящик. Потом разворотило борт у камбуза. Потом скользнувший по башне снаряд раскололся о стенку рубки. От сотрясения на некоторое время отказал штурвал, несколько осколков попали в смотровую щель. Среди раненых оказался командир броненосца фон Фелькерзан. Командование кораблем перешло к старшему офицеру капитану 2-го ранга Рудневу.
Русские осыпали китайский броненосец градом снарядов. Макаров распорядился вести огонь и по средине корпуса, где у "Дин-Юаня" была сосредоточена основная артиллерия, и по незащищенной броней носовой оконечности. На неприятельском корабле были замечены языки пожаров, он стал заметно оседать в воду. Пристрелявшись, "Николай I" поразил из передней правой 9-дюймовки правую башню "Дин-Юаня". Стальная махина окуталась густым дымом и больше не поворачивалась. "Ура! Ура!" - разнеслось по русскому броненосцу. Макаров удовлетворительно вздохнул. Да, он именно так и говорил - башенная артиллерия проигрывает перед установленный на палубе открыто.
- Посылайте миноноски! - распорядился адмирал, осматривая развороченные надстройки вражеского броненосца. Пожалуй, турки в такой ситуации давно бы спустили флаг, но у китайцев на палубе шла обычная боевая работа. Темные фигурки сновали между брустверов из мешков, убирали раненых, подносили снаряды к легким орудиям, тянули шланги, заливая огонь.
(МИННЫЕ КАТЕРА)
Два минных катера с "Николая I" и еще один, подоспевший с "Памяти Азова", пошли в атаку. На "Дин-Юане" сразу захлопали частые выстрелы малокалиберной артиллерии. Катера спешно выпустили торпеды. Мины, очевидно, прошли мимо. Два катера повернули, а третий пошел вперед, развернулся у самого борта китайского броненосца, чтобы пустить еще и метательную мину, но взорвался, пораженный очередями скорострелок с марса.
Обойдя отставший "Память Азова", "Николай I" шел прямо навстречу китайцу, приближавшемуся по правой раковине. Неприятельский флагман был теперь совсем близко, орудия стреляли прямой наводкой. На огонь русского броненосца "Дин-Юань" отвечал только из 6-дюймовых и малокалиберных орудий, однако твердо держался курса. Носовая малая башня каждую минуту делала выстрел, скрывавший броненосец за черным облаком пороховой гари, но уже через мгновение "Дин-Юань" величественно выступал из дыма, гоня перед собой накатывающую на осевший нос тяжелую волну. Макаров предположил, что "Дин" намеревается, разминувшись с его кораблем, вновь обрушиться с оставшимися 12-дюймовками левой башни на "Память Азова". Допустить этого было никак невозможно!
- Огонь картечью! - адмирал решительно взъерошил бороду. - Приготовиться к тарану!
Произведенный почти в упор картечный залп из главных орудий "Николая I" был ужасающим. Вода между кораблями вскипела белой широкой полосой, а по палубе "Дин-Юаня" будто пронеслась чудовищная огненная метла, сметая за борт орудия, остатки шлюпок, мостика, людей. Пороховой дым великодушны скрыл наиболее ужасающие подробности результатов залпа. Русский броненосец прибавил ход, пол рубки завибрировал в лад биению огромных механизмов. Перед ударом "Николай I" разрядил в противника носовой торпедный аппарат. Торпеда ушла куда-то вглубь, всё же большие корабли мало годятся для минных атак.
Макаров осторожно опустился в приготовленное для него кресло. Хорошо, всё же, что он заранее озаботился осмотреть таранные отделения и закрепить машины на такой крайний случай. Но китайскому броненосцу точно придет конец. Таран есть средство простое и сильное, форштевень должен войти в неприятельский корпус как в масло. "Дин-Юань" быстро вырастал впереди. Казалось, что высокий русские броненосец сейчас просто подомнет под себя низкий китайский. "Так ведь и льды ломать можно!" - пронеслось отчего-то в голове у Макарова. Удар выбросил его из кресла к стенке рубки, больную ногу пронизала острая боль. Снаружи раздавался страшный скрежет, потом корабль повело в сторону, заваливалило чуть набок. Таран вышел скользящим, корпус вражеского броненосца, похоже, не был пробит.
(БРОНЕНОСЕЦ "НИКОЛАЙ I")
Инерция повела "Николая I" вдоль борта "Дин-Юаня". Тот размашисто раскачивался из стороны в сторону. На конце мачты, чертившей в небе широкие восьмерки, метался желтый флаг, дракон на нем будто хлопал крыльями. Палуба вражеского корабля, где, казалось, не должно было остаться ничего живого, вдруг снова наполнилась высыпавшими, как тараканы из щелей, юркими фигурами китайцев. Вновь захлопали умолкшие, было, скорострелки, затараторили пулеметы и даже винтовки. По броне русского корабля зацокали пули, несколько залетели, жужжа, через щели рубки. Малая кормовая башня китайского броненосца развернулась и выпалила из 6-дюймового орудия, разнеся марс на фок-мачте "Николая I". Впереди рухнула сбитая с мачты револьверная пушка и несколько изувеченных матросов.
Проскрежетав друг о друга рвущимся железом бортов, броненосцы разошлись. Когда "Дин-Юань" был уже сзади, он чуть развернулся, так что из-за его исковерканных надстроек показалась неповрежденная левая башня. 12-дюймовые орудия с грохотом выпалили прямо в корму русского броненосца. "Император Николай I" будто подпрыгнул, когда на него обрушился этот удар. Спроектированный как адмиральский корабль, "Николай" напоминал сзади скорее пассажирское судно или старинный парусник, чем броненосец. Крупнокалиберный снаряд снес на лету красивый балкон, решетчатые окна и взорвался в кают-компании. Роскошно отделанные помещения мгновенно превратились в горящие завалы. Оказавшиеся среди обрушившихся палуб ослепшие от дыма, контуженые люди взывали о помощи. Кормовой флаг был сорван взрывом и упал в море. Его подобрали с идущего за броненосцем катера.
В азарте боя Макаров немедленно скомандовал поворот. К счастью, рулевое управление продолжало действовать. Со сбитым тараном, с развороченной, горящей кормой "Николай I" совершал циркуляцию, чтобы идти за уходящим "Дин-Юаня", которого всё больше заволакивало густым дымом. Нападать и еще раз нападать - вот главное правило в сражении. Нападать и преследовать противника до полного уничтожения! Позади шел тяжело израненный крейсер "Память Азова". Угодившие в него под острыми углами снаряды не пробили брони, но плиты в местах ударов прогнулись и разошлись. Похоже, сквозь расшатавшуюся обшивку началась сильная течь. И без того перегруженный крейсер погрузился теперь так низко, что вода едва не вливалась в иллюминаторы.
(КРЕЙСЕР "ПАМЯТЬ АЗОВА")
Тем не менее, "Память Азова" продолжал бой. Его орудия прошлись бортовым залпом по проходившему мимо "Дин-Юаню", окутав всё вокруг дымным облаком. Когда "Николай I" уже завершил поворот, готовясь направиться обратно, в черную гарь сражения, "Память Азова" стал разворачиваться следом, стреляя и стреляя в почти уже не видимый в пороховом дыму силуэт искалечившего его вражеского флагмана. Внезапно из плывущей над морем дымной стены появилось две низкие и стремительные тени. Это были русские минные крейсера, проскочившие на полном ходу линию столкновения двух эскадр. Передовой "Всадник" стал обходить оказавшийся у него на пути "Память Азова", взял чуть в сторону, чтобы избежать идущего рядом минного катера... "Память Азова" уже плохо слушался руля, возможно ошибку совершил его рулевой или рулевой минного крейсерка. Прежде чем кто-то успел опомниться, "Всадник" влетел носом в борт "Памяти Азова". И почти одновременно ослепительно блеснула вспышка, всех оглушил страшный взрыв, всё опять заволокло дымом. Похоже, при столкновении у минного крейсера взорвалась торпеда в носовой аппарате.
(МИННЫЙ КРЕЙСЕР "ВСАДНИК")
"Всадник", от которого осталась лишь половина корпуса, мгновенно затонул. "Память Азова" какое-то время держался на плаву, так что возникла надежда на спасения. Однако после всех выпавших на долю несчастливого корабля испытаний ему оказалось достаточным последнего рокового, удара. Вода хлестала в широкую пробоину. "Память Азова" покачнулся, заваливаясь на борт... Все шлюпки и вельботы на крейсере оказались разбиты. С него стали прыгать в воду, стараясь отплыть подальше от тонущего гиганта. Спасавшихся принимали с минных катеров, "Гайдамака"; к гибнущему кораблю подходил и "Николай I". Машина на "Памяти Азова" была уже остановлена, он быстро погружался в море. В плотной, вязкой тишине лишь шумела где-то внизу, в трюмах, вода и что-то трещало... Потом страшно зашипело в заливаемых кочегарках, всё окуталось паром. Когда горячее и влажное облако рассеялось, от огромного корабля осталась лишь куча качавшихся на волнах обломков, облепленных людьми. Макаров изо всей силы дернул себя за бороду. Что за проклятье! Когда надо, таран тяжелого броненосца соскальзывает без вреда для неприятеля, а как ударил свой своего - так хватило маленького крейсера.
Тягостное происшествие сильно подействовала на людей. Канонада вокруг почти стихла. Пройдя насквозь через порядки друг друга, эскадры на время прекратили сражение. Один за другим из затянувшей море черной пелены появлялись русские корабли. На вышедшем из боя с броненосцем "Чин-Юань" "Адмирале Нахимове" спешно заделывали досками опасную пробоину, зияющую над тараном. Идти на полной скорости крейсеру было теперь опасно - вода залила бы носовые отсеки.
(КРЕЙСЕР "АДМИРАЛ КОРНИЛОВ")
На большой, шестисоттонный бронепалубный крейсер "Адмирал Корнилов" насело сразу четыре маленьких китайских - "Лай-", "Пин-", "Кин-" и "Цзин-Юани". Против четырнадцати 6-дюймовок "Корнилова" у них было: 10-дюймовка на "Пине", по две 8-дюймовки на "Лай", "Кин" и "Цзи", а также еще семь 6-дюймовок на всех. Небольшие китайские крейсера, по существу, канонерки, имели преимущество в том, для чего они предназначались и что происходило сейчас - артиллерийской дуэли на встречных курсах. Высокобортный красавец "Корнилов" мог им отвечать только из двух носовых 6-дюймовок, ведя огонь по взявшим его в полукольцо приземистым противникам. Русскому крейсеру пришлось бы трудно, если бы не две свои подоспевшие канонерки, которые уравняли шансы. Русские канонерские лодки по величине мало уступали китайским крейсерам и имели мощное вооружение, способное бить вперед: "Гремящий" - одно 9-дюймовое орудие, "Кореец" - две 8-дюймовки. Сражение переосло в общую свалку, в которую на стороне русских пытались вмешаться минные катера, сильно пострадавшие от вражеских скорострелок. Китайцы тоже пытались пускать торпеды, но со слишком большой дистанции и не достигали успеха. Когда же командир "Корнилова" каперанг Вульф, пользуясь превосходством хода, описал циркуляцию и, обойдя противника с кормы, где у китайцев стояло лишь по одной ретирадной 6-дюймовке, стал бить по ним продольно бортовыми залпами, четверка малых китайских крейсеров поспешила выйти из боя, сильно дымя, очевидно, от занявшихся у них пожаров.
"Владимир Мономах" и "Рында" подошли к месту сбора последними, когда другие уже потеряли надежду. У Макарова защемило сердце, когда увидел, что сталось с "Рындой" - двойником "Витязя", на котором проплавал три года. Изрешеченная вражескими снарядами "Рында" потеряля все мачты, ее трубы зияли пробоинами, не действовала одна из машин - броневая защита над ней не выдержала прямого попадания. Немного лучше выглядел "Мономах", хотя его броневой пояс держал удары. Адмирал Алексеев заявил, что крейсер смог прорваться сквозь неприятельский строй только чудом. Впрочем, на "Мономахе" так не считали. Большой броненосный крейсер оказался не по зубам китайским "собачкам", а они, в свою очередь, серьезно пострадали от нескольких попаданий, которые добились русские комендоры из своих устаревших орудий. То здесь, то там по морю плыла целлюлоза, высыпавшаяся из разбитых бортовых отсеков китайских крейсеров. Такие целлюлозные отсеки заменяли им нормальное бортовое бронирование.
(КАНОНЕРКА "ГРЕМЯЩИЙ")
Макарову передали записку от поднятого из воды на "Гайдамак" адмирала Тыртова, написанную дрожащей рукой: "Степан Осипович! Принимайте командование эскадрой. Да поможет Вам Бог!" Макаров мрачно обдумывал ситуацию. Ни один корабль неприятеля не был потоплен. Не привели к успеху ни артиллерийская стрельба, ни атаки минных катеров, ни таранный удар. И, хотя, по крайней мере, часть китайских кораблей получили тяжелые повреждения, русские нелепо потеряли "Память Азова" и "Всадника". Разбитая корма броненосца "Николай I" не сильно сказалась на боевой мощи корабля. Но "Адмирал Нахимов" из-за своей пробоины и вышедшей из строя башни нельзя было уже отнести к боеспособным. Полностью лишилась хода "Рында", нуждающаяся в буксире. А впереди, когда посвежевший ветер отнес в сторону клубившийся над морем дым, открылась неприятельская эскадра, заканчивавшая перестроения.
(БРОНЕНОСЕЦ "ЧИН-ЮАНЬ")
Укрывшийся от противника за дымовой завесой китайский флот представлял собой печальное зрелище. Протараненный огромным русским броненосцем "Дин-Юань" получил трещину в корпусе, которую сейчас спешно заделывали мешками с цементом. Старые переборки могли сдать в любой момент. Вода стояла почти вровень с палубой. "Дин-Юань" был в немного лучшем состоянии, "Нахимов" крепко избил его своими 8-дюймовками. "Лай", "Цзи", "Кин", "Пин-Юани" - все они несли на себе следы неприятельских ударов.
Адмирал Тинг всё никак не мог отойти от шока, который испытал во время атаки его корабля русским гигантом "Николаем". Жутко было слышать, как прямые попадания рвут толстую немецкую броню, от которой раньше так и отлетали японские снаряды. Тесная боевая рубка "Дин-Юаня", зажатая между двух башен главного калибра, тряслась, как погремушка в руках у ребенка. В конце-концов Тинг покинул ее, поднявшись на полуосыпавшийся бруствер из мешков с песком, сооруженный на обломках кормового мостика. Рядом вел огонь расчет трофейной 6-дюймовки, поднятой с затонувшей японской "Нанивы". Он весь полег от ужасающего картечного залпа в упор, когда сам адмирал спасся каким-то чудом. А потом был таран, когда Тинг упал с мостика и бешенно покатился по палубе к борту, пытаясь хоть за что-то зацепиться. И едва успел отползти в сторону, увидев глядящие прямо на него 12-дюймовые дула орудий, наводимых через ют на уходящий за кормой русский броненосец...
К основной эскадре подошли три быстроходных крейсера, у которых было свое сражение с двумя русскими кораблями. Трофейные крейсера тоже выглядели неважно, но сохранили ход, что было самым главным. Тинг вспомнил, как в прошлогоднем сражении гнал японцев броненосцами, а они тщетно пытались прикрыть свои поврежденные корабли маневрами "летучего отряда". Теперь он, Тинг, сам оказался в подобной ситуации. Ему не остается ничего другого, как пытаться задержать русские тяжелые корабли быстроходными крейсерами, чтобы тихоходные успели отойти к Цусиме. Китайский флот вновь построился в две кильватерные колонны. Первая - из тихоходных кораблей - будет прорываться, не обращая внимание на отстающих. Вторая - из быстроходных - попытается отвлечь на себя неприятеля...
(КРЕЙСЕР "ТАКИ-ЮАНЬ" (В РИ "ТАКАТИХО")
В море заметно посвежело, на волнах стали появляться белые барашки. Пришлось поднять на палубы сильно бившиеся волнами минные катера. Адмирал Макаров заканчивал перестроение эскадры. Он оставил в хвосте кильватерной колонны наиболее поврежденные корабли - "Нахимова" и "Рынду", которую буксировала канонерка "Гремящий". Рядом с ним были "Кореец" и "Гайдамак". В голове шел атакующий отряд - броненосец "Николай I" и два крейсера, способные дать нормальный ход - "Корнилов" и "Владимир Мономах". Бывший на "Мономахе" адмирал Алексеев пытался было опротестовать приказ, утверждая, что его корабль проявил себя в бою "ниже посредственного" и его надлежит оставить в арьергарде. Однако Макаров был тверд. В бою себя оправдывают только активные действия. У трех тяжелых русских кораблей еще осталось преимущество в скорости перед главной китайской эскадрой. Надо, пользуясь этим, нагнать ее и охватить голову или хвост ее кильватерного построения...
Проклятье! Китайцы его перехитрили! От неприятельской эскадры, идущей к Цусиме, отошла тройка быстроходных крейсеров и на полной скорости ринулась на пересечении русской кильватерной линии. Макаров мог бы удержать ход своих головных кораблей, чтобы встретить атакующего противника общим бортовым залпом эскадры. Но это означало бы уступить инициативу врагу, перейти к обороне. Нет, только наступление!
- Самый полный ход! - ответил адмирал на немой вопрос Руднева. - Передайте на "Корнилов" и "Мономах", чтобы не отставали!
Три русских корабля устремились вперед, стараясь обогнать главный китайский отряд с броненосцем. Между передовыми кораблями Макарова и отставшими тихоходными образовалась широкая брешь, в которую вошли, перерезая русский строй, китайские крейсера, немедленно открыв огонь на оба борта. Их огонь был весьма неточен, видимо, из-за наставшего волнения. Перегруженные мощным вооружением небольшие узкие "Таки" и "Аки-Юани" сильно раскачивались, что сбивало прицелы орудий. К тому же стала сказываться и плохая мореходность этих легких корабликов. Они потеряли ход и, вместо того, чтобы догонять передовые русские корабли, вышли на задние.
(БРОНЕНОСНЫЙ КРЕЙСЕР "АДМИРАЛ "НАХИМОВ")
Шедший в голове хвостового отряда "Адмирал Нахимов" прибавил ход, пытаясь закрыть брешь. Обнаружив перед собой три вражеских крейсера, командир "Нахимова" каперанг Кашерининов довольно потер ладони. Его мощный корабль как раз предназначался для такого - одновременного боя с несколькими слабыми противниками. Позиция давала возможность вести огонь сразу тремя из четырех двухорудийных башен "Нахимова", и Кашерининов выделил командиру каждой башни свою цель. Заливаемые накатывавшими на них волнами низкие китайские крейсера не могли толком ответить. Лишь один случайный снаряд разорвался на передней труде, осыпав осколками батарейную палубу "Нахимова". Китайцы поспешно уходили в сторону, наскольку им позволяла сильнейшая качка. Кашерининов досадливо стукнул кулаком о переборку. Если бы не пробоина в носу "Нахимов" легко догнал бы этих недомерков и покончил бы с ними!
Чудом избежавшие гибели под огнем "нахимовских" 8-дюймовок "Таки", "Аки" и "Чио-Юани" нестройной кучей брели по штормовому морю, когда неожиданно натолкнулись за "Владимира Мономаха". Русский крейсер из-за поврежденной машины или подзуживания адмирала Алексеева отстал от головной колонны и теперь шел в одиночестве.Вторая встреча с троицей китайских трофейных крейсеров оказалось для "Мономаха" тяжелее первого боя. Китайцы решили, что русские начала на них охоту, зажимая броненосными гигантами, и дрались с остервением обреченных. Большинство из выпущенных с бешено раскачивавшихся кораблей снарядов было растрачено зря, но какая-то часть всё же попала в русский крейсер. "Мономах" окутал плотный дым от пожаров и собственных выстрелов. В это время канонирам с "Таки-Юаня" повезло послать 10-дюймовый снаряд прямо в борт "Владимира Мономаха". Броневой пояс был пробит, вода хлынула в угольную яму. Корабль сильно накренился, так что стрельба стала невозможной. Раненый в голову осколком капитан Рожественский приказал поворачивать к маячившему уже впереди берегу. "Мономах" выходил из боя.
(КРЕЙСЕР "ВЛАДИМИР МОНОМАХ")
Адмирал Макаров старался не обращать внимания на то, что творилось с его мателотами. Сзади подходили вражеские корабли, которые он считал идеальными бойцами. Все многократно высказанными им ранее доводы были за то, что в столкновении больших броненосных и малых безбронных кораблей последние обязательно возьмут верх. Его эскадра была обречена. Но это не значило, что он должен равнодушно ждать погибели! У него еще есть запас времени для последней атаки, главное - успеть добраться и вцепиться в китайский броненосец. Пусть спину грызут вражеские крейсера! "Николай I" шел на охват передовых кораблей основной китайской эскадры. Носовая башня русского броненосца развернулась, орудия поднялись на максимальный угол. Прогремел пристрелочный выстрел, оглушая людей и сотрясая весь корпус... И вот уже первый 12-дюймовый снаряд летит в сторону "Чин-Юаня".
Выведя из строя "Мономаха", три крейсера капитана Фонга не желали больше испытывать судьбу. На флагмане Фонга "Таки-Юане" русские снаряды разнесли мостик, свалили за борт трубу, так что идущие следом крейсера чуть было не налетели на своего окутавшегося дымом флагмана. Фонг поднял сигнал идти на соединение с основными силами адмирала Тинга. Тому, похоже, приходилось не сладко."Император Николай I" и "Адмирал Корниловым" вели перестрелку с двумя китайскими броненосцами. "Николай" мог стрелять на борт из двух 12-дюймовок носовой башни, двух 9- и четырех 6-дюймовых орудий, "Коринлов" - из семи 6-дюймовых. Частые залпы скорострельных русских 6-дюймовок раз за разом накрывали китайские корабли. "Дин" и "Чин-Юани" могли бы ответить общем восьмиорудийным залпом 12-дюймовых орудий, но, увы, в начинающийся шторм это было почти невозможно. На низкосидящих китайских броненосцах вода стала подниматься почти вровень с орудийными стволами. Стрельба из них была не только бесполезна, но и небезопасна. Адмиралу Тингу оставалось только прикрывать корпусами своих броненосцев более слабые корабли. Огонь по громыхающих залпами высоким русским кораблям вели лишь по одной 6-дюймовки с задних мостиков "Дин" и "Чин-Юаня". Тем не менее, один раз китайцам повезло - от случайного попадания на "Николае" вспыхнул пожар, задымление из-за скверной вентиляции заставило канониров на время покинуть батарейную палубу, и несколько русских орудий замолчало.
На "Николае" между тем разгорался пожар. Его не удавалось затушить - пожарных шлангов не хватало, а запасенные перед боем по адмиральскому приказу ведра с водой давно опрокинулись. Матросы покидали отсек за отсеком. Качка сбивала прицелы, делала стрельбу всё более нерезультативной, хотя под сокрушительными ударами русского броненосца китайская эскадра уже превратилась в кучку кое-как ковыляющих дымящихся развалин. Лишь бы не вражеские миноносцы, которые могут всё изменить в любой момент...
(НАМЕСТНИК СЕВЕРНОГО КИТАЯ ЛИ ХУН ЧЖАН)
Празднично расцвеченная китайская эскадра стояла в заливе Золотой Рог. Год назад адмирал Тинг не мог и думать, что так скоро окажется во Владивостоке. В то памятное сражение у Цусимы Тинг считал даже, что этот день станет для него последним в той измененной исторической реальности, куда он попал. Тогда, 14 мая 1895 г. у Цусимы они готовы были драться до конца, но вдруг в штормовом море по соседству с намертво сцепившимися флотами появился русский клипер, отчаянно сигнализирующий флажками. Рядом с ним бился на волнах китайский миноносец, также пытавший передать какое-то сообщение. Клипер и миноносец не потопили чудом, но когда разобрали сигналы, оказалось, что Росси и Китай заключили перемирие и теперь призывают своих адмиралов немедленно отвести флоты из Цусимского пролива.
Это оказалось не так просто. У русских поврежденный "Владимир Мономах" выбросился на мелководье вблизи острова Цусима; флагманский китайский броненосец "Дин-Юань" из-за открывшихся пробин стоял на грунте у острова Каргодо. Другие корабли, участвовавшие в сражении, также не могли отправиться из-за повреждений в долгий морской переход. Поэтому, пока не был закончен первоначальный ремонт, русская и китайская эскадры еще простояли по соседству, хороня погибших. Тинг побывал на "Мономахе", снятие которого с мели произошло при содействии китайцев, встречался по этому поводу с Макаровым. Для закрепления мира на следующий год был объявлен дружеский визит китайской эскадры во Владивосток. Всю зиму в доках Вейхавэя кипела работа - выбранные для плавания корабли приводили в парадный вид. Теперь в них и узнать было нельзя исковерканные руины, какими они выходили из боя.
И вот Тинг во Владивостоке. За иллюминатором адмиральской каюты взлетают фейерверки, в городе шумят балы в честь встречи двух молодых монархов древних держав, заключивших союз. Сразу после своей коронации самодержец Всероссийский Николай II прибыл во Владивосток, чтобы встретиться с императором Поднебесной Гуан Сюем...
Адъютант сообщил Тингу о катере канцлера Ли Хун Чжана. Адмирал поспешил встретить великого реформатора у трапа. В темной воде отражались, качаясь на волнах, огоньки иллюминации. Старый канцлер, тяжело дыша, поднялся на борт "Чин-Юаня". На его лице белела повязка. Недавно в Ли Хун Чжана стрелял террорист, подкупленный японцами. Канцлера спасло лишь то, что пуля отклонилась, попав в дужку очков. Тинг проводил гостя в свою каюту и велел принести трубки. Ли Хун Чжан молча курил, пуская дым в низкий потолок.
- Я рад, что тогда ваше дело кончилось именно таким образом, - заговорил, наконец, канцлер, будто возвращаясь к начатому когда-то разговору. - Отступи мы без боя, нас сочли бы слишком слабыми... Теперь же русские не могут назвать себя победителями, хотя и говорят, что их флагманский корабль затонул только из-за несчастного случая....
- Хорошо, - адмирал выпустил дым из ноздрей, - но почему тогда, когда я узнал условия мира, мне показалось, что Макаров всё же потопил мой флот?
- Поднебесной нужен мир, чтобы продолжать необходимые преобразования. - прервал Тинга канцлер. - Время для войны с рыжеволосыми дьяволами еще не пришло. Достаточно того, что мы сохранили лицо. Пусть знают, что отныне нас нельзя заставить делать то, что мы не хотим. Я был в России на коронации русского царя и не встал при исполнении их гимна. Только сказал, что таковы НАШИ правила.
Ли Хун Чжан довольно засмеялся.
- То есть мы сами хотим, чтобы северные варвары заняли наш Люйшунь, построили дорогу через всю Маньчжурию, устроились бы, как у себя дома, в Корее? - Тинг отложил трубку. Он знал, что канцлер простит ему в разговоре то, что не позволяется никому.
Но канцлер только продолжал тихонько смеяться.
Что поделать, деньги оказалась сильнее, чем военная сила. Тинг не знал, сколько получил от русских за железнодорожные контракты сам канцлер Ли, но некоторые суммы других подкупов стали известны. Просто обидно, флот отстоял далекую, плохо укрепленную Цусиму против всей русской эскадры, а Бэйянская армия сдала великолепно защищенные Люйшунь и Талиеван единственному русскому крейсеру, зашедшему в Порт-Артур, якобы, для ремонта. Адмирал Алексеев заплатил китайским генералам, чьи войска обороняли северные гавани, 150 тысяч золотых рублей - 100 тысяч генералу Сун Цину и 50 тысяч - генералу Ма Ю Куну. После этого китайские войска ушли, оставив важнейшие порты русским.
- Да, я согласился, что русские получают в аренду Люйшунь вместе с Талиеванем, - вновь заговорил канцлер. - Да пусть строят свой порт хоть под самим Тяньцзинем. Чем ближе, тем проще нам будет потом его вернуть. Железная дорога? Она позволит быстро развиваться нашим северным провинциям. Пусть русские вкладывают туда свои деньги. Пусть тянут дорогу до Люйшуня, всё равно это рано или поздно достанется нам. Китай так велик, что может позволить себе ждать несколько десятилетий...
Тинг задумался.
Всё-таки история стремится вернуться в своё старое, привычное русло. Порт-Артур, КВЖД... Всё повторяется. Так или иначе.