— Джейми! Ты что, оглох? — закричала Холли. — Телефон звонит!

Обычно Холли Адамс старалась подойти к телефону до того, как это сделает ее младший брат Джейми. Она совсем не хотела, чтобы он разговаривал с ее друзьями.

Братец мог быть таким ужасным! Он, казалось, не понимал, что ровесницы его сестры не интересуются компьютерными играми и футболом.

Особенно Трейси и Белинда, две лучшие подруги Холли, составлявшие вместе с ней Детективный клуб. У них были более важные темы для разговора. Поэтому Холли любила подходить к телефону первой. Но в тот момент она застряла в своей комнате.

— Джейми! — снова закричала Холли. По-прежнему ответа не было.

«Вот так всегда!» — подумала она.

Холли начала пробираться сквозь горы книг. Она посвятила первое утро каникул приведению в порядок своей коллекции детективных романов. Коллекция была большая и все время увеличивалась. Обычно книги стояли на полках по всей комнате, но сейчас они горой громоздились на полу.

Холли добралась до двери и сгребла в кучу книги, которые преграждали ей путь. В следующую секунду она мчалась вниз по лестнице, а ее светло-каштановые волосы развевались на ходу. Когда она добралась до последней ступеньки, дверь в гостиную распахнулась, и выскочил Джейми.

Он схватил трубку.

— Резиденция Адамсов. На проводе Джейми Адамс, — отрапортовал он шутовским голосом.

Холли застонала от стыда и попыталась вырвать у него трубку. Но Джейми состроил гримасу и повернулся к сестре спиной.

— Да! Да, конечно! Подождите минуту.

Джейми протянул через плечо трубку сестре.

— Это тебя.

— Кто это? — прошептала Холли. Джейми пожал плечами.

— Какая-то Виджей Джемпсон, — сообщил он, исчезая в гостиной и хлопнув за собой дверью.

Холли была озадачена. Ей никогда не доводилось слышать этого имени.

— Извините, что заставила вас ждать, — сказала она в трубку. — Это Холли Адамс.

— Ну наконец-то! — ответил раздраженный женский голос. — Я уж подумала, что не туда попала. Это П. Дж. Бенсон.

Холли замерла.

— Алло, вы меня слышите?

Холли набрала в грудь побольше воздуха.

— Да, я слышу вас. Кто говорит?

— Бенсон. П. Дж. Бенсон. Вы писали мне. Не помните?

Конечно же, Холли помнила. Как она могла забыть? П. Дж. Бенсон была ее любимым автором. Она писала такие классные детективы, от которых дух захватывало.

— Так вы помните или нет?

— Да, конечно! — выдохнула девочка.

Холли написала П. Дж. Бенсон через ее издателя несколько месяцев тому назад. Но ответ так и не пришел. В письме она рассказала о Детективном клубе, который она организовала вместе с Трейси и Белиндой, и о некоторых их приключениях. Она также спрашивала писательницу, не согласится ли та дать интервью для школьного журнала «Винформация».

— Так вот, — продолжала женщина. — Так получилось, что я буду несколько месяцев работать над своей новой книгой неподалеку от Виллоу-Дейла. Я подумала, что мы могли бы встретиться.

Холли не могла поверить своим ушам.

— С удовольствием! — воскликнула она. — Где вы живете?

— Неважно, — ответила писательница. — К моей работе это не имеет отношения. В Виллоу-Дейле есть гостиница «Голова королевы». Мы можем встретиться там. Сегодня днем. В четыре часа. Вас это устроит?

— В четыре? Думаю, да.

— Хорошо. И еще, Холли, я очень дорожу своим инкогнито. Я не хочу, чтобы кто-нибудь знал, что я нахожусь здесь. Поэтому, пожалуйста, никому не говорите о нашей встрече. Даже не говорите, что вы разговаривали со мной. А если скажете, никакого интервью не будет. Вы поняли?

— Да.

— Прекрасно. Тогда в четыре.

И телефон замолк.

Холли тупо уставилась на трубку. Она не могла поверить в то, что происходит. Она не только говорила с П. Дж. Бенсон, одной из величайших детективных писательниц на все времена, но и встретится с нею!

Как же тут не проговориться? Особенно когда члены Детективного клуба договорились встретиться в два часа дня в кафе-мороженом Виллоу-Дейла.

Холли положила трубку и снова побежала наверх. На ее прикроватной тумбочке лежал мамин подарок — новенький экземпляр «Падшего ангела», последней книги П. Дж. Бенсон.

Холли перевернула книгу. На обороте обложки была фотография автора. Улыбающаяся, с серебряными волосами и круглыми очками в роговой оправе, писательница была похожа на всеми любимую добрую тетушку.

«Странно, — подумала Холли. — То, как она говорит, не соответствует ее внешности».

Именно тогда первые искорки сомнения зародились в голове Холли. Что, если все это шутка? Что, если звонила вовсе не П. Дж. Бенсон? Голос был определенно моложе, чем лицо на фотографии. Но кому понадобилось так шутить?

Единственными людьми, которые знали, что Холли писала П. Дж. Бенсон, были Трейси и Белинда. И они не стали бы так ее разыгрывать. Только не две ее лучшие подруги. А может, стали бы?

«Ну что ж, — подумала Холли. — Я скоро узнаю. Если это их работа, попомнят же они у меня!»

— Хотите кофе или чего-нибудь еще?

Холли покачала головой.

Женщина направилась к столику в вестибюле.

— Вы уверены?

— Мне всего лишь нужно объяснение, — настаивала Холли. — Если вы не возражаете.

Женщина понимающе кивнула.

— Мне жаль, если я потревожила вас. Вы правы, что не церемонились со мной.

Ее глаза внимательно изучали лицо собеседницы в ожидании реакции.

Холли понимала, что женщина старается завоевать ее доверие. Но она была полна решимости не выдать себя.

— Вы уверены, что не хотите кофе? Или еще чего-нибудь попить? — В голосе женщины послышался намек на отчаяние.

Холли посмотрела на часы.

— У меня не так много времени, — заметила она. — Мне пора домой.

— Понимаю, — кивнула женщина. — Я, знаете ли, трудно схожусь с новыми людьми. Я провожу много времени в одиночестве. Это одна из сторон профессии писателя.

Холли ничего не ответила.

Женщина глубоко вздохнула:

— Итак, что бы вы хотели знать?

— Кто вы?

— П. Дж. Бенсон.

— Тогда почему портье назвал вас миссис Пейтон?

— Я зарегистрировалась под вымышленным именем. Я часто это делаю. Так удобнее. Я не люблю, когда люди знают, что я писательница.

— Понимаю. — Холли приготовилась вытащить свой козырь. — И я думаю, вы также сделали пластическую операцию. Чтобы стать не похожей на фотографии на оборотах обложек ваших книг?

Женщина с беспокойством посмотрела через плечо.

— Я буду вам признательна, если вы понизите голос, — тихо проговорила она.

— А я буду вам признательна, если вы скажете мне правду, — резко отпарировала Холли.

На какое-то мгновение женщина растерялась. Потом вдруг лицо ее осветилось улыбкой.

— Знаете, Холли, — произнесла незнакомка. — Теперь я могу понять, как вы переносите все эти приключения Детективного клуба. Вы можете постоять за себя, не так ли?

Впервые у Холли появились проблески симпатии к женщине.

— Извините. Я не хотела быть грубой, — сказала она.

Женщина махнула рукой.

— Вы правы, что не доверяете мне. Вы же меня не знаете. Мы ведь с вами, как говорится, гусей не пасли…

Холли улыбнулась.

— Вы должны быть уверены, что я та, за кого себя выдаю.

— Я рада, что вы понимаете, — сказала Холли.

— Я понимаю, — продолжала женщина. — Я знаю, вся эта история покажется странной, но, как и многое на свете, она имеет очень простое объяснение. Видите ли, хотя я всегда хотела быть преуспевающей писательницей, я никогда не мечтала о славе. Чтобы меня узнавали на улице. Показывали на меня пальцем. Просили бы автограф. И тому подобное. Я ведь очень закрытый человек. Я люблю быть наедине с собой. Вы понимаете?

— Не совсем, — ответила Холли, а сама подумала: «Быть знаменитым писателем — это же так здорово! Или, еще лучше, знаменитым журналистом».

— Не все понимают, — вздохнула женщина. — Особенно издатели. Во всяком случае, когда вышла моя первая книжка, я сказала своему агенту, что не хочу никакой шумихи. Никаких фотографий. Никаких появлений на публике. Ничего. Сначала все было хорошо. Но когда книга стала бестселлером, люди заинтересовались моей персоной. У них появились различные теории по поводу моей замкнутости. Появились даже слухи, что в действительности я — мужчина. Это переросло в настоящую тайну. Поэтому, чтобы положить конец всем вопросам, я дала им фотографию для оборота обложки.

— Но она совсем на вас не похожа, — возмутилась Холли.

— Так это не я. Это фотография сестры моей матери, тети Хильды. Вот с тех пор я везде с ней.

— Но она не была на вашей первой книге?

— Нет.

Холли отодвинула свой стул от стола и встала.

— Думаю, я наслушалась, — сказала она.

Женщина была ошеломлена:

— А в чем дело?

— Складная история, — заметила Холли. — Очень складная история. Но в ней есть одно слабое место.

Женщина нахмурилась:

— Я не понимаю. Какое слабое место?

— У меня есть экземпляр вашей первой книги. Той, что, по вашим словам, была без фотографии. А я могу сказать вам, что на ней на обороте такая же фотография, как и на других книгах. Значит, вы только что сказали мне неправду.

Наступила тишина. Женщина посмотрела на Холли. Когда она наконец заговорила, в ее глазах появился веселый огонек:

— Знаете, Холли, у вас действительно есть задатки очень хорошего детектива. Вам только надо научиться хорошенько думать прежде, чем говорить. У вас, очевидно, более позднее издание моей первой книги. Когда ее переиздавали, издатели добавили фотографию на оборот обложки.

Холли снова поглубже уселась на стуле.

— Первые издания сейчас очень трудно встретить, — продолжала женщина. — Но я думаю, я смогу достать одну книгу. Я дам ее вам как-нибудь, если вам интересно.

Холли почувствовала, что сильно покраснела. Как она могла так оконфузиться? Все ведь так просто… А еще считала себя такой умной!

— Я — я не знаю, что сказать, — промямлила девочка.

— Пожалуйста, не извиняйтесь. Ничего нет плохого в богатом воображении. Только в жизни всегда лучше не усложнять. Не создавайте тайн там, где их нет.

Холли открыла было рот, но женщина продолжала:

— И если вы хотите знать, почему я выждала, пока вы будете уходить из гостиницы, прежде чем обратиться к вам, то у меня не было выбора. Еще одна девушка сидела в ожидании, примерно такого же возраста. Вы, наверное, заметили ее. Только когда она с кем-то ушла, я была уверена, что мне нужны вы.

Холли хмуро разглядывала стол:

— Извините, мисс Бенсон. Все так просто. Почему я этого не увидела?

Женщина потянулась и взяла ее за руку.

— Вы ищете более захватывающего объяснения, вот и все, — сказала она дружелюбно. — Между прочим, друзья называют меня просто Бенсон. А не мисс Бенсон. Вначале это звучит странно, я знаю. Но вы скоро привыкнете.

— Хорошо, Бенсон, — улыбнулась Холли.

— Так-то лучше, — ответила женщина. — А теперь, может быть, мы выпьем кофе, как я раньше предлагала.

— Извините меня, я вас ненадолго покину, — сказала Бенсон, исчезая в ванной с маленькой дорожной сумочкой в руках. — Только приведу себя в порядок. Чувствуйте себя как дома.

Холли огляделась. В голове у нее все перепуталось. Она была здесь, в гостиничном номере со своей любимой писательницей, которая обращалась с ней, как с подругой после давней разлуки. Трейси и Белинда так и попадают!

Холли села на краешек кровати. Рядом стояла маленькая тумбочка. На ней лежал экземпляр последней книги П. Дж. Бенсон. Девочка взяла его и пролистала.

На титульном листе кто-то сделал надпись толстым черным фломастером. Она гласила:

— Эйнсли Джеймсу с наилучшими пожеланиями от П. Дж. Бенсон.

Фамилия была сначала написана как «Джоунс», а потом исправлена на «Джеймс».

Было ясно, что, кто бы ни был этот Эйнсли Джеймс, Бенсон не слишком хорошо его знала. И она не слишком беспокоилась о том, чтобы произвести на него хорошее впечатление, иначе она не перепутала бы его фамилию.

Холли аккуратно положила книгу на место. Она снова покраснела при мысли о том, какие скоропалительные выводы она сделала о П. Дж. Бенсон. Удивительно, что писательница сразу не выгнала ее. Хороший урок на будущее — не усматривать тайн там, где их нет.

Стук в дверь вернул Холли к действительности.

— Холли! Открой, пожалуйста! — прокричала Бенсон из ванной.

Девочка вскочила и открыла дверь. Высокий мужчина в темно-синем плаще смотрел на Холли, широко улыбаясь.

— Конечно, это лишь догадка, — проговорил он. — Но я почему-то думаю, что вы не П. Дж. Бенсон.

— Нет, — ответила Холли. — Но это номер П. Дж. Бенсон.

— Просто повезло, — засмеялся мужчина. — Я очень плохо ориентируюсь. Обычно я попадаю, куда мне нужно, только с третьей попытки. Меня зовут Эйнсли Джеймс, кстати, я пришел, чтобы получить интервью у знаменитого автора детективов. Можно войти?

— Да, конечно, — Холли отошла от двери, и Эйнсли Джеймс вошел. У него были темные вьющиеся волосы и темно-карие глаза. Но самым примечательным в нем была его удивительная улыбка, которая заставляла почувствовать, что он хочет быть только с вами. Она завораживала, и Холли не могла оторвать от репортера глаз.

— Что-нибудь не так? — спросил мужчина, расстегивая плащ.

Холли почувствовала, что снова краснеет.

— Нет, — ответила она. — Извините, я просто подумала о другом.

— Я не самая обворожительная личность на свете, — пошутил журналист. — Но обычно мне удается задерживать внимание людей больше, чем на пятнадцать секунд.

— Извините, — повторила Холли. — Бенсон, я хочу сказать мисс Бенсон, выйдет к вам через минуту.

— Прекрасно, — ответил Джеймс. — Это даст мне время подготовить технику. — Он уже расстегивал кнопки черной кожаной сумки, которая висела у него на плече. — И время, чтобы, конечно, познакомиться с вами.

Он снова обратил свою улыбку на Холли. Несмотря на замешательство, девочка не могла отвести взгляд. Она была прикована к месту, как кролик, ослепленный светом автомобильных фар.

— Вы не поняли моего намека, — усмехнулся репортер. — Я надеялся, что вы назовете мне свои имя.

— Простите, — снова извинилась Холли. — Меня зовут Холли. Холли Адамс.

Эйнсли Джеймс стал привычно готовиться к интервью: расставил стулья, подключил микрофон, перемотал новую пленку, проверил батарейки. Колдуя над аппаратурой, он задал Холли великое множество вопросов. Но сделал это так легко, что у них получился чрезвычайно естественный разговор.

Когда все было установлено, Холли рассказала репортеру о том, что ее семья перебралась из Лондона, что ее мать работает в банке, что отец принялся за новую работу и стал изготавливать мебель, а ее брат помешался на компьютерных играх. Она уже собиралась рассказать о Детективном клубе, когда дверь ванной открылась, и появилась П. Дж. Бенсон.

На мгновение Холли была ошеломлена тем, что увидела. Писательница полностью изменила свою внешность! Серебристо-седой парик прикрыл ее короткие темные волосы, круглые очки в роговой оправе совершенно изменили форму ее лица. Это не было лицо женщины с обложки книги, но оно очень даже напоминало его.

Бенсон немедленно оценила обстановку.

— Должно быть, вы мистер Джеймс, — заметила она, протягивая репортеру руку. — Извините, что заставила вас ждать.

Эйнсли Джеймс поколебался всего лишь одно мгновение, потом пожал руку.

— Счастлив познакомиться с вами, — сказал он. — Я ваш большой поклонник. Очень большой поклонник.

— Спасибо. Вы ведь понимаете, что я не готова отвечать на все вопросы о моей личной жизни, верно?

Улыбка репортера работала вовсю.

— Я прекрасно понимаю, — продолжал он. — И я нисколько не виню вас. В жизни большинства людей есть вещи, о которых они предпочитают молчать. Семейные тайны. Тайны, которые создадут массу неприятностей, если станут известны. Я не хочу сказать, что в вашей семье есть такие тайны.

Казалось, Бенсон не знает, что ответить.

— Рада слышать это, — наконец вымолвила она. — А теперь, может быть, начнем? У меня не так много времени.

Репортер понимающе кивнул:

— Конечно. Если вы сядете вот сюда, сейчас прямо и начнем.

Он усадил Бенсон на стул, а потом обратил свое внимание на Холли.

— Может быть, вы хотите спуститься вниз и выпить кофе, пока мы здесь работаем? — спросил он ее. — Это займет минут двадцать.

Холли не знала, что ответить на это предложение. Она повернулась к писательнице за помощью.

— Я бы хотела, чтобы Холли была здесь во время интервью, — настойчиво сказала Бенсон. — Она хочет стать журналисткой. Она считает, что сможет чему-нибудь научиться.

На секунду неловкая улыбка промелькнула на лице репортера.

— Сомневаюсь, что она многому сможет научиться, наблюдая за мной, — заметил он. И снова улыбнулся в полную силу. — Но, конечно, милости просим. В конце концов, мне нечего скрывать.

Репортер сел на стул рядом с Бенсон. Он поднял микрофон и включил магнитофон.

Даже такому новичку в журналистике, как Холли, было ясно, что Эйнсли Джеймс знает свое дело. Каждый вопрос легко и естественно вытекал из предыдущего, и репортер казался искренним, когда интересовался ответами. Он также умел растормошить собеседника, так что к концу интервью П. Дж. Бенсон с удовольствием говорила о своей работе.

— Это было захватывающе, — говорил репортер, укладывая свой магнитофон. — Совершенно захватывающе. Надеюсь, наша беседа вас не утомила?

— Как ни удивительно, совсем нет, — ответила Бенсон.

Она взглянула на Холли:

— Не могли бы вы, Холли, передать мне вон ту книгу на тумбочке, пожалуйста?

Холли взяла книгу и протянула ее через кровать.

— Мне действительно было очень интересно, — сказал Эйнсли Джеймс, вешая магнитофон на плечо. — Но для меня это не было удивительным. Мне говорили, что вы за словом в карман не полезете.

Бенсон, которая просматривала надпись на первой странице, вдруг подняла на него глаза.

— Говорили? — повторила она. — Кто вам это говорил?

— Одна женщина, у которой я брал интервью несколько месяцев назад, — ответил Джеймс. — По-моему, ее звали Дженис Маклин. Она сказала, что была знакома с вами несколько лет тому назад.

Бенсон вдруг повернулась и подошла к трюмо. Она стояла спиной к Холли и репортеру, но со своего места Холли было видно лицо женщины в зеркале. Писательница была напряжена и нервничала.

— Должно быть, вы ошиблись, — тихо сказала она. — Я не знаю никакой Дженис Маклин.

— В самом деле? — искренне удивился репортер.

— Возможно, я перепутал имя. У меня плохая память на имена. Она вроде говорила, что она приятельница вашего брата. У вас ведь есть брат, не так ли? Или я опять что-то перепутал?

Возникла неловкая пауза. Казалось, Бенсон вся ушла в размышления.

Репортер нарушил молчание:

— Извините, это ведь вопрос о личной жизни, так? А мы договорились, что не будет никаких личных вопросов.

Он повернулся к Холли.

— Видите, Холли, — он улыбнулся, — вы все-таки чему-то у меня научились. Даже если это только как не надо делать.

Он протянул ей руку:

— Мне все равно пора. Не стану дальше испытывать ваше терпение, милые дамы.

Холли пожала руку.

Репортер снова переключил свое внимание на писательницу:

— Если только, конечно, вы не захотите продолжить наш разговор в баре. Я уверен, мы бы могли о многом поговорить.

— Боюсь, не получится, — ответила Бенсон. — У меня много дел.

— Хорошо, я предлагаю так. Я пробуду там где-то полчаса или около того, если вы передумаете, — сказал Эйнсли Джеймс.

Бенсон быстро повернулась и посмотрела на него. Ее улыбка была натянутой и неубедительной.

— Я подумаю, — ответила она.

Репортер широко улыбнулся.

— Замечательно! — просиял он. — Тогда до свидания, Холли. И успехов тебе с репортажами!

Как только дверь за журналистом закрылась, Бенсон стала быстро собирать свои вещи. Книга, которую она подписала Эйнсли Джеймсу, сейчас лежала на туалетном столике.

Холли подошла и взяла ее.

— Бенсон, — обратилась она, — вы забыли про книгу. Может быть, мне догнать мистера Джеймса и отдать ее ему?

— Что? — казалось, Бенсон удивилась, увидев, что Холли еще в номере.

— Эта книга. Вы собирались подарить ее мистеру Джеймсу.

— Не глупите, — Бенсон выхватила книгу из рук Холли, — я и не собиралась дарить ему книгу. Почему вы так подумали?

Писательница напрочь утратила все свое дружелюбие. Какое-то мгновение она сердито смотрела на Холли. Потом ее взгляд смягчился.

— Мне очень жаль, — сказала она, — но мне надо идти. Было приятно с вами познакомиться.

Бенсон исчезла в ванной, а Холли смотрела ей вслед.

Холли смутилась. Вероятно, она сказала или сделала что-то, что расстроило писательницу. Но она не могла понять, что это было.

Бенсон вышла из ванной без очков и парика, с маленькой дорожной сумкой в руке. Она быстро оглядела комнату. Убедившись, что ничего не забыла, писательница направилась к двери.

Холли нервно откашлялась.

Бенсон остановилась.

— В чем дело?

— Ничего. Просто вы говорили, что подвезете меня.

— Подвезу?

Холли кивнула.

— Или вы остаетесь, чтобы побеседовать с мистером Джеймсом?

— О нет. Конечно, нет. Ну, если я говорила, что подвезу вас, я не нарушу обещания.

— Вы уверены?

— Конечно. Но поторопитесь. Я очень спешу.

Писательница уже направлялась к двери. В коридоре она не пошла по главной лестнице, а направилась к пожарному выходу.

— Мы пойдем здесь, — показала она, — так быстрее. А счет я уже оплатила.

Пожарный выход вывел из здания на маленькую автомобильную стоянку позади гостиницы. В углу стоянки притулилась серебристо-серая «Тойота».

Бенсон отключила противоугонное устройство.

— Залезайте, — пригласила она Холли.

Холли еще пристегивала ремень, когда Бенсон на скорости выехала со стоянки.

Движение перед «Головой королевы» было односторонним. Бенсон, не останавливаясь, влилась в поток машин. Белый фургон резко затормозил и начал сигналить, но писательница, казалось, ничего не слышала.

Холли подумала, что ей было бы лучше подождать следующего автобуса.

Бенсон прилаживала зеркальце водителя, глядя на двигающуюся за ними машину. Холли оглянулась. За ними быстро ехал темный автомобиль с закрытым кузовом.

— Лучше повернуть налево вон там, в конце, — сказала Холли.

Бенсон начала подавать сигнал поворота. Она посмотрела в зеркало. Едущая за ней машина тоже показывала, что поворачивает налево. Бенсон подъезжала в левом ряду к Т-образному перекрестку. Но в последний момент она развернулась поперек дороги и повернула направо, едва не врезавшись в бетонный столб.

Раздался скрежет тормозов, когда машина сзади резко остановилась.

— Извините, — почти сразу же произнесла Бенсон. — Я почему-то решила, что надо ехать сюда.

Писательница снова посмотрела в зеркало заднего обзора.

— Хотя все равно, — проговорила она. — Я уверена, что ты знаешь другой путь.

У следующего светофора Бенсон резко увеличила скорость, как только загорелся желтый свет. Она снова посмотрела в зеркало заднего обзора. Холли взглянула назад. Других машин не было видно.

Впервые после того, как они уехали из гостиницы, Бенсон немного успокоилась.

— Извините, — обратилась она к Холли. — Терпеть не могу ездить в час пик. А теперь куда ехать?

Трейси сделала три шага вперед и нырнула в бассейн. Волны сомкнулись у нее над головой. В следующее мгновение она выплыла на поверхность с массой пузырьков. Трейси лениво, без усилий поплыла брассом и заскользила к середине бассейна.

В дальнем конце одинокий пловец рассекал воду от правого борта к левому и обратно. Он плыл головой вниз, кролем, отчего поднимал фонтаны брызг и почти не двигался вперед. Он напоминал Трейси буйвола!

Бассейн в «Парадизе» был гораздо меньше, чем в спортивном центре Виллоу-Дейла. Чтобы пересечь его посередине, опытному пловцу достаточно было сделать не больше пяти взмахов.

Трейси легко поплыла вдоль бассейна. Буйвол несколько раз преграждал ей путь, отчаянно взмахивая руками и ногами.

«Он, должно быть, даже не осознает, что я здесь», — подумала Трейси, когда мужчина проплыл, брызгаясь, в метре от нее.

В тот момент, когда его ноги освободили место, она пронеслась вперед. Через три взмаха Трейси схватилась за поручень в конце бассейна. Посмотрев напротив, девочка увидела, что другой пловец тоже остановился. Пользуясь возможностью, она повернулась и оттолкнулась от бортика. В это же время мужчина бросился в воду и поплыл на спине.

Его голова ударилась о бедро Трейси, а потом исчезла под водой. Отчаянно цепляясь, чтобы выплыть, незнакомец схватил Трейси за ногу, увлекая за собой.

Когда Трейси с головой ушла под воду, она отпихнулась ногами, чтобы ослабить хватку мужчины, потом снова выплыла на поверхность. Ухватившись одной рукой за поручень, она опустила другую в воду. Ее пальцы сомкнулись на кисти мужчины. Собрав все свои силы, она подтащила его к бортику.

Когда показалась его голова, Трейси поняла, что видела этого мужчину раньше. Накануне он устроил ужасную сцену в солярии: официантка принесла ему грейпфрутовый сок, а он утверждал, что заказал апельсиновый. Официантка извинилась. Но и она, и Трейси, которая сидела рядом, знали, что мужчина совершенно точно просил грейпфрутовый.

Пловец принялся отфыркиваться и отряхиваться и потому поначалу не заметил Трейси. Когда он наконец взглянул на нее, его глаза сузились, а рот злобно скривился.

— Что ж ты делаешь?! — вскинулся он. — Я чуть не утонул из-за тебя, идиотка!

Трейси была так удивлена, что ничего не сказала. Она ожидала получить не медаль, а всего лишь слова благодарности. Но ничего такого она не услышала.

— Ты что, ослепла? — продолжал мужчина. — Неужели ты не видела меня? Разве в бассейне яблоку некуда упасть, а? Или ты специально это сделала?

— Я ничего не сделала! Кроме того, что вытащила вас! — воскликнула Трейси. — Вы бросились назад прямо поверх меня. Вы даже не посмотрели, есть ли кто-нибудь за вами.

— А-а, понятно, так это я виноват? Она чуть не потопила меня, а я, выходит, виноват. Ах, эти дети! Все одинаковы. От них только одни неприятности. Не понимаю, почему их сюда пускают.

Трейси не успела ответить, как скандалист вылез на бортик. Вытаскивая ноги из воды, он ударил ими по воде и направил столб брызг в лицо Трейси.

Когда Трейси протерла глаза от воды, он уже схватил свои полотенце и халат и направился в раздевалку.

Трейси сразу же бросилась в воду и быстро поплыла кролем, вымещая всю свою злость на воде. Она уже давно ни на кого так не сердилась.

После десятка быстрых заплывов в длину ее пыл охладился. Она подтянулась к бортику и заметила что-то мерцающее на солнце. Девочка наклонилась и подняла золотые часы.

Они были не новые, но довольно дорогие. Трейси покрутила их на руке. На оборотной стороне часов стояла проба, и красовались инициалы владельца.

«Должно быть, они принадлежат Буйволу, — сказала себе Трейси. — Наверное, они выпали из кармана его халата».

Трейси очень хотелось выбросить их в бассейн, но в ней взыграла совесть.

«Я не опущусь до его уровня, — подумала девочка. — Отдам их портье по дороге домой».

Холли долго размышляла над тайнами Бенсон и Питера Крофорда после того, как Трейси и Белинда ушли домой.

— Старайся не видеть тайн там, где их нет, — сказала ей писательница. И все-таки Холли нутром чувствовала, что все тут не так гладко, как казалось на первый взгляд. Ночью ей приснилась переодетая писательница с золотыми часами верхом на буйволе, скачущем по улице с односторонним движением!

Когда Холли проснулась на следующее утро, было почти без четверти девять. Она натянула халат и побежала вниз. Ее мать уже уезжала в банк.

— Я заглянула к тебе, — крикнула она Холли из машины, — и мне показалось, что ты тревожно спала.

— Так и есть, — закричала ей Холли. — Меня кое-что беспокоит. Я потом расскажу тебе.

Миссис Адамс помахала ей рукой и включила мотор:

— Пойди повидай отца, у него великолепные новости.

Холли направилась в кухню. Она подумала, что, наверное, застанет отца до того, как он исчезнет в мастерской.

За кухонным столом сидел Джейми, расправляясь с пакетом сладких хлопьев и пинтой молока.

— Привет! Папу видел? — спросила Холли.

Джейми пробормотал что-то, что могло означать как «он в мастерской», так и «пошла вон».

В любом случае Холли решила поискать сама.

Мистер Адамс шлифовал столешницу. Облако из мелкой древесной пыли висело в воздухе. Холли подождала, пока отец выключит шлифовальный станок, прежде чем говорить.

— Ты давно встала? — спросил он, сняв защитные очки и вытащив затычки из ушей. — Мама сказала, что ты еще спишь.

— Я и спала, — согласилась Холли. — Я видела ее, когда она уезжала на работу. Она сказала, что у тебя есть новости.

Мистер Адамс стряхнул пыль с волос и улыбнулся.

— Да, есть, — подтвердил он. — Вчера поздно вечером мне позвонили. Это был репортер. Он хотел взять у меня интервью.

— Интервью? — вскинула брови Холли. — У тебя? О чем?

Ее отец обвел рукой мастерскую.

— Об этом. Знаешь, это ведь необычно. Не каждый день известный адвокат оставляет престижную практику в Лондоне и переезжает в Йоркшир, чтобы стать знаменитым мебельщиком. А почему же еще репортеру надо поговорить со мной?

Холли пожала плечами:

— Я подумала, может быть, он хочет проинтервьюировать отца известной разгадчицы тайн?

Мистер Адамс рассмеялся:

— За тобой всегда последнее слово, правда?

Холли прижалась к нему и обняла за талию.

— Извини, папа, я просто пошутила, — сказала она. — Это действительно замечательная новость. Может быть, такая реклама даст тебе новые заказы.

— Они нужны мне. Чтобы мы могли заниматься твоими детективами, а Джейми — компьютерными играми. Кстати, ты уходишь сегодня утром?

— Я не собиралась.

— В таком случае откроешь дверь. Когда репортер придет, приведи его сюда. И, ради бога, не подпускай к нему Джейми!

Белинда остановила Мелтдауна у выступа холма и спешилась. Вид сверху был потрясающий. Впереди простиралась плоская долина, окруженная с трех сторон холмами. Целая сеть ручейков сбегала со склонов и устремлялась к реке, которая лениво извивалась, пересекая все пространство.

В одном месте канал, отведенный от реки, наполнял искусственное озеро. На озеро выходило большое здание из серого камня. Это был Ганновер Холл, деревенский дом, в конюшне которого стояла Краснеющая Невеста.

— Если мне повезет, — сказала себе, отправляясь в путь, Белинда, — я смогу взглянуть на нее.

Белинда снова вскочила в седло. Отсюда конная тропа огибала холм и поворачивала вправо. Потом она проходила за лесом, прежде чем слиться с дорогой, которая вела к Холлу.

Мелтдаун пустился по конной тропе к группе деревьев. Там, где тропа проходила за лесом, корни деревьев выступали на поверхность, делая землю неровной и опасной. Мелтдаун инстинктивно замедлил шаг.

В одном месте ветви дуба нависали над тропой. Именно в тот момент, когда Белинда пригнулась, чтобы не задеть их, она впервые услышала голоса. Мужские голоса. Они доносились из леса.

От неожиданного шума Мелтдаун слегка натянул поводья. Белинда остановила его и прислушалась. На мгновение наступила тишина. Потом снова раздались голоса. Белинде показалось, что она расслышала слова:

— Отсюда видно лучше всего.

Потом второй голос, ближе, добавил:

— Если только они не видят нас.

Белинда пустила Мелтдауна вперед.

— Вперед, мальчик, — прошептала она. — Давай как можно быстрее спустимся по этой дороге.

Этой тропинкой редко пользовались. Здесь незнакомцы не должны были оказаться.

Мелтдаун слегка прибавил шаг. Но тропинка была ненадежная, и он устал идти по ней. Теперь Белинда увидела впереди узкую аллею. От края леса конная тропа резко спускалась к уровню дороги. Всадница почти добралась туда, когда совершенно неожиданно перед ней возникла фигура мужчины.

Было трудно сказать, кто больше испугался; Мелтдаун отступил, а мужчина бросился назад и прижался к одному из деревьев.

— Что вы делаете? — вскричал он. — Уберите от меня эту лошадь.

— Не волнуйтесь, — успокоила его Белинда. — Он не тронет вас. Вы просто напугали его, вот и все.

Мужчина отошел от дерева. Он был невысокого роста, приземистый, а свою одежду он наверняка приобрел в магазине подержанного военного обмундирования. Его длинные седые волосы были собраны в «конский хвост», на шее болтался сильный бинокль.

— Это ведь опасно, а? — в голосе мужчины послышалось раздражение. — Ездить здесь на лошади?

— Это конная тропа, — быстро сказала Белинда. — Я проверяла по карте.

— Возможно, и так. Но здесь безлюдно. Если с вами не дай бог что случится, некому будет прийти на помощь. На вашем месте я бы держался отсюда подальше.

Для Белинды это прозвучало скорее как угроза, чем как совет.

— Если все так серьезно, — спросила она, — то что вы здесь делаете?

— Просто проходил мимо. — Незнакомец постучал по биноклю. — Наблюдаю птиц.

Белинда смутилась и натянула поводья.

— Я лучше поеду дальше, — предложила она. — Постойте спокойно, пока мы проезжаем, и все будет хорошо.

Мужчина все время настороженно поглядывал на дорогу. Когда Белинда направилась вперед, он поднял руку, чтобы остановить ее.

— Я лучше поеду дальше, — предложила она. — Постойте спокойно, пока мы проезжаем, и все будет хорошо.

Мужчина все время настороженно поглядывал на дорогу. Когда Белинда направилась вперед, он поднял руку, чтобы остановить ее.

— Я вот тут подумал… — нерешительно начал он и замолчал, как будто обдумывая продолжение. — Здесь есть поблизости пивная?

Белинда пришпорила Мелтдауна.

— Извините, — бросила она через плечо. — Не имею представления.

Когда они с Мелтдауном приблизились к концу конной тропы, Белинда оглянулась. Мужчина шел следом за ними по тропе.

Еще несколько шагов, и они повернули на открытую дорогу. Белинда вздохнула с облегчением. Но ее ожидал еще один сюрприз.

На самом краю дороги стоял красный фургон. Задние дверцы были открыты, и мужчина в зеленой куртке что-то выгружал сзади. При звуке копыт Мелтдауна по бетонному покрытию он обернулся. У него были коротко остриженные волосы и черные усы.

Белинда резко направила Мелтдауна вперед. Она не собиралась задерживаться. Когда Мелтдаун проскакал рядом, Белинда заметила, что мужчина, видимо, выгружал из фургона палатку. А внутри она углядела спальные мешки и печку. Кто бы ни были владельцы фургона, и что бы они ни замышляли, они собирались остановиться надолго.

Белинда больше не останавливалась, пока не добралась до моста через реку. Отсюда она посмотрела назад на холм. Лес было видно хорошо. Так же хорошо просматривался и красный фургон, припаркованный у края дороги. И вдруг ей в глаза бросилось еще что-то.

Это был отблеск света, похожий на солнечный зайчик. Он появился на опушке леса на верху холма, несколько раз мелькнул на одном месте, а потом немного подальше.

«Что там происходит? — недоумевала Белинда. — Очень странное место для лагеря. Даже для тех, кто наблюдает за птицами».

Мелтдаун нетерпеливо топтался. Он хотел скакать. Белинда снова переключила свое внимание на дорогу. Над рекой висел каменный мост, а потом сразу начиналась широкая, обрамленная деревьями дорога, которая вела к главной части Ганновер Холла. Однако конюшни располагались вдоль дороги, и к ним можно было подойти через второй вход, в километре подальше.

Здания конюшен образовывали прямоугольник вокруг большой площадки, спрятанной от дороги высокой стеной. Когда Белинда скакала вдоль стены, ей показалось, что она слышала цокот копыт. У нее появилась надежда. Может быть, ей все-таки удастся как следует рассмотреть Краснеющую Невесту.

Когда Белинда и Мелтдаун приблизились к входу в конюшни, раздался звук подъезжающей машины. Белинда оглянулась назад. Разбитый деревенский грузовик тарахтел, спускаясь с холма к мосту. Он слишком быстро ехал по узкой дороге.

Даже Мелтдаун занервничал. Белинда остановила лошадь перед въездом во двор конюшен. Как бы близко она ни находилась к стене, все равно возникнут сложности. А если кто-нибудь подойдет с противоположной стороны, они будут еще больше.

Белинда огляделась. У въезда в конюшни висело большое объявление:

Белинда огляделась. У въезда около моста дорога резко поворачивала вправо, так что на короткое время грузовика не было видно. Ожидая, когда он снова покажется, Белинда приняла решение.

«Ничего не случится, — сказала она себе. — Просто загляну сюда на пару минут».

Она направила Мелтдауна внутрь, во двор. Почти тут же перед ними оказалась другая лошадь. На ней сидела девочка не старше Белинды. Она, очевидно, очень испугалась.

В это же время раздался чей-то голос:

— Эй, ты! Ты что, читать не умеешь? Убери отсюда лошадь.

Маленький мужчина с худым лицом бежал к ней через двор. Он был похож на стареющего жокея. И он был очень недоволен.

— Ты что, не слышала меня? — заорал он. — Я сказал: убирайся!

— Подождите минутку, — отозвалась Белинда. — Пускай проедет грузовик.

Лошади испугались крика. Белинда натянула поводья.

Через секунду мимо промчался грузовик. Почти тут же он начал тормозить у следующего поворота. Раздался громкий скрежет.

Мелтдаун устремился вперед. А другая лошадь встала на дыбы, выйдя из-под контроля. На мгновение ее всадница рискованно прижалась к спине, а потом тяжело рухнула на землю. Среди звуков падения и цокота копыт Белинда различила еще один звук. Это был противный треск ломающейся кости.

Маленький человечек удержал лошадь без всадника. Из конюшни появился второй, более молодой мужчина и побежал к девушке, которая извивалась на полу.

Когда лошадь наконец укротили, первый мужчина снова перевел взгляд на Белинду.

— Не знаю, что ты затеяла, — закричал он ей сердито, — но могу сказать тебе, что ты находишься в частном владении. И у тебя будут большие неприятности!

Трейси зарядила еще одну пленку в фотоаппарат и направилась в зал, где поднимали тяжести. Фотографии должны были стать важной частью ее сообщения о каникулах, и чем быстрее она их сделает, тем лучше.

Когда Трейси вошла, на снарядах занимались три человека: две сестры средних лет, которых Трейси сфотографировала раньше в бассейне, и Крофорд — тот самый Буйвол. Женщины выгоняли пот, работая на двух велотренажерах, а Крофорд тяжело дышал, шумно загребая вперед и назад в гребной машине.

— Она снова здесь, — сказала одна из женщин, нажимая на педали. — Надеюсь, мы получим по экземпляру этих фотографий, чтобы показать дома.

— Может быть, тогда они поверят, что мы не врали, когда говорили, что развлекаемся всю неделю, — проговорила другая.

Трейси подняла фотоаппарат, чтобы они его увидели.

— Вы не возражаете? — спросила она.

— Нет, если вы сделаете нас на десять килограммов тоньше, — засмеялась женщина.

— И на десять лет моложе, — добавила вторая.

— Я постараюсь, — усмехнулась Трейси.

Трейси прижала глаз к видоискателю и стала наводить фокус.

Вдруг из дальнего угла комнаты раздался страшный шум. Крофорд выскочил из гребной машины и понесся по направлению к девочке. На миг она подумала, что он хочет выхватить фотоаппарат, но вместо этого он прошагал мимо нее и вышел за дверь.

— Интересно, в какой школе обаяния он учился? — фыркнула одна из женщин.

— Возможно, он просто пошел причесаться, — хихикнула другая. — Чтобы лучше выглядеть на фотографиях.

— В таком случае, ему нужна не расческа. Ему нужна метелка для пыли!

Обе женщины залились смехом, и Трейси щелкнула. Получится хороший снимок. Но Трейси не стала смеяться. У нее возникло ощущение, что надо ждать неприятностей от Крофорда.

— Мог произойти несчастный случай. Ты сама сказала, что становилось темно, а у тебя не было фонарей.

— Если это был несчастный случай, зачем возвращаться и рыться в моей сумке?

Холли и Трейси пили фруктовые коктейли в баре «Парадиза».

— Возможно, она испугалась. Подумала, что тебя сильно ранило, и искала какой-нибудь документ с твоим именем и адресом.

— И потом исчезла, когда я закричала? Не вяжется. — У Трейси не было сомнений. На нее наехали нарочно. И она знала, кто стоял за этим. Крофорд.

— У тебя нет доказательств, что он был в машине, — заметила Холли.

— Он был на автобусной остановке, правда, в других очках и с чем-то вроде усов. Но я тут же узнала его, когда он снял шляпу.

Трейси похлопала по своему фотоаппарату:

— И у меня есть фотографии в качестве доказательства.

— И что он делал?

— Ждал, что кто-то подхватит его.

Холли задумчиво пососала соломинку:

— Это не означает, что он был в машине.

— Я помню, что слышала его голос, — подтвердила Трейси.

Холли выловила из стакана кусочек киви и начал грызть его:

— Конечно, непонятно, почему он не вылез. Это ведь не тюрьма.

— А зачем устраивать такой шум по поводу того, что он ложится спать и не хочет, чтобы его беспокоили? — возразила Трейси. — Нет. Он все время знал, что уйдет. Но он хотел, чтобы все думали, будто он в своем номере. Потом, когда он понял, что я видела его, он запаниковал.

Холли выловила из своего коктейля кусочек яблока:

— Но женщину ты бы не узнала?

Трейси покачала головой:

— Было слишком темно. Кажется, с длинными волосами, в светлой одежде. Да и что я могла запомнить в таком состоянии?

— А какая была машина?

— Темного цвета. Зеленая… Или синяя?.. А может быть, черная. Что-нибудь в этом роде. А теперь у нее нет бокового зеркала.

Холли уставилась в стакан:

— Я все-таки не вижу причины.

— А я не вижу причины, почему Бенсон так повела себя в парке. Я думаю, нам надо поработать над этим. — Трейси выпила остатки своего сока.

— Есть еще одна тайна, — добавила она.

— Какая же?

— Где Белинда? Она опаздывает на сорок пять минут. Мы же договорились встретиться в вестибюле в половине седьмого. Трейси предлагала пойти в сауну, а потом поплавать в бассейне. Белинда еще сказала, что это ее устраивает.

— Может быть, ее похитили, — предположила Холли. — Но кто?

— П. Дж. Бенсон и Буйвол.

— Извините, я ищу книгу П. Дж. Бенсон.

Члены Детективного клуба отходили от переживаний предыдущего вечера в тишине библиотеки Виллоу-Дейла.

Библиотекарь на минуту оторвалась от своей работы:

— Они вон там, где детективы. Только Бенсон у нас почти всегда на руках.

Белинда посмотрела на Трейси и безнадежно покачала головой.

— Эта книга, — вежливо проговорила Холли, — называется «Смерть берет отпуск». Я проверила по компьютеру, она у вас есть. Но в описании сказано: «На руки не выдается». Видимо, потому, то это первое издание.

По лицу библиотекарши было видно, что она вспомнила.

— О да, — сказала она. — Боюсь, тогда вы не можете его получить. Но я уверена, что у нас есть более поздние издания этой книги.

Белинда закатила глаза к потолку и вздохнула. Трейси неловко отодвинулась. Ей не улыбалось быть слишком близко к Белинде, если она взорвется.

Холли понимающе кивнула.

— Мы это знаем, — подтвердила она. — Но нам сказали, что первое издание немного отличается, и нам хотелось бы проверить. Можно, мы только взглянем?

Библиотекарша положила ручку.

— Извините, — промолвила она. — Такие книги держат в специальном хранилище, отдельно от основного фонда библиотеки. Самое раннее, когда я смогу достать ее, это завтра днем.

— Ну и порядки у вас! — резко бросила Белинда.

Трейси схватила ее за руку и вытолкала вон. Библиотекарша смотрела, как она уходит, с выражением изумления на лице.

— Простите мою подругу, — извинилась Холли. — Завтра днем нас устраивает.

Белинда отстегнула ремень безопасности и открыла дверцу машины.

— И еще, — продолжала миссис Хейес. — Делай, что тебе говорят. Не забывай, ты там, чтобы работать.

— Задаром? — пробормотала Белинда.

— Что ты сказала?

— Я сказала «задаром». Я буду работать бесплатно. Все время.

— Надеюсь, — сказала миссис Хейес, приглаживая свою безукоризненную прическу. — Нам повезло, что мистер Шах не подает на нас в суд.

Белинда протянула руку и взяла свою сумку.

— Вот еще что, — добавила она.

— Что на этот раз? — вздохнула миссис Хейес. — У меня в десять часов кулинарные курсы.

— Я просто напоминаю тебе. Я могу задержаться сегодня вечером, — продолжила Белинда. — Наш Детективный клуб делает выезд.

Миссис Хейес кивнула и включила сцепление.

— Главное, чтобы не надо было подвозить тебя, — заметила она, глядя в зеркало. — Сегодня вечером у меня бадминтон.

Белинда захлопнула дверцу, и машина отъехала.

В конюшне было необычно тихо. Казалось, вообще ничего не происходит. Все двери были плотно закрыты. Не было никакого движения и никакого шума.

Белинда хотела открыть дверь в стойло Краснеющей Невесты. Дверь была закрыта изнутри.

Белинда огляделась. Внезапно она осознала, что не имеет представления, где живут Грег и Хинкли. Она полагала, что они ночуют в Холле, но ведь никто об этом прямо не говорил.

Белинда снова повернулась к двери в конюшню и забарабанила по ней тыльной стороной ладони. Может быть, Грег отправился выезжать Краснеющую Невесту? Внутри негромкое ржанье, затем стук копыт неловко переминающейся с ноги на ногу лошади. Еще одна теория была повержена в прах.

Белинда уже хотела отправиться к самому Холлу, когда услышала лязганье задвижек. Еще через минуту дверь открылась. Грег с взъерошенными волосами стоял, моргая на солнце. Он был похож на огородное пугало — весь в пыли и соломе.

— Что ты здесь делаешь так рано? — с удивлением спросил он, зевая.

— Рано? О чем ты говоришь? Уже почти десять часов.

Грег прислонился боком к дверному косяку.

— О нет, я, должно быть, проспал. Мне лучше уйти, пока не появился Хинкли.

Он исчез в темноте конюшни. Белинда последовала за ним.

Грег слонялся в дальнем углу конюшни в поисках своих сапог. На куче соломы валялся спальный мешок, на стуле у стены стояли фонарь и будильник с треснувшим циферблатом.

— Что это? Ты спишь здесь? — спросила Белинда.

Грег кивнул:

— Что-то вроде этого.

— Вроде этого?

— То есть — да. Но не каждую ночь.

— В Холле нет места?

— Полно места. Но… — Грег замолк.

— Что «но»?

Грег запустил руку в волосы и пожевал нижнюю губу.

— Подожди там, — бросил он Белинде.

Он добрел до двери в конюшню и выглянул наружу. Убедившись, что там никого нет, он повернулся к Белинде:

— Я не должен говорить тебе этого.

У Белинды забилось сердце.

— Можешь довериться мне, — тихо сказала она.

Грег взвешивал в уме.

— Ну, хорошо, — проговорил он наконец. — Ты все равно узнаешь рано или поздно. Кто-то хочет навредить Краснеющей Невесте.

— Навредить ей?

— Добраться до нее. Накачать ее лекарствами.

— Но почему?

— Через месяц она должна участвовать в забеге на Золотой приз принца Уэльского. Она почти наверняка выиграет. Конкуренцию ей может составить только Танец Дождя. Если Краснеющую Невесту выведут из заезда, тогда те, кто стоит за Танец Дождя, получат много денег. Вот поэтому мистер Шах и привез нас сюда. Подальше от всех. Так спокойнее.

Глаза Белинда загорелись от волнения.

— Кто же это делает? — спросила она, подумав о мужчинах в красном фургоне.

— Мы не знаем, — ответил Грег.

— Мистеру Шаху намекнули пару недель назад. Вот поэтому мы так быстро и переехали сюда.

— Понятно, — кивнула Белинда. Тайна принимала красивые очертания. — Но какое это имеет отношение к тому, что ты ночуешь в конюшне?

Грег нашел сапоги и с трудом натягивал их.

— Мы должны быть уверены в том, что никто не подберется к Невесте ночью. Мы с Джеки должны были меняться, но она сломала запястье. Тогда мистер Шах велел Хинкли ее заменить. Но он почти все вечера пьянствует и не возвращается до утра.

— Что здесь происходит? — раздался резкий голос.

Белинда в тревоге повернулась. Краснеющая Невеста стала тревожно топтаться на месте. У двери, в ярком свете с улицы, стоял мистер Шах.

— Я спросил, что происходит? Грег?

— Э-э… Мы, к сожалению, немного запаздываем, мистер Шах.

— Я вижу. Я хочу кое-что тебе сказать. Подойди ко мне, пожалуйста. — Владелец скаковой лошади повернулся на каблуках и прошел на середину двора.

Грег неохотно последовал за ним.

— Пожелай мне удачи, — прошептал он Белинде. — Она мне понадобится.

Грег приближался к своему боссу, как будто шел на расстрел.

Лицо Шаха не выражало никаких эмоций, когда Грег подходил к нему. Только пальцы его правой руки, похлопывающие по ноге, выдавали его страх. Когда Грег подошел к нему, Шах взял его за руку и стал уводить. Они прошли всего несколько шагов, когда во двор внеслась машина и резко остановилась в нескольких метрах от них. Двое мужчин с беспокойством обернулись и увидели, как с переднего сиденья вылезает Хинкли. Почти тут же машина развернулась и помчалась по дороге в облаке пыли.

— Где ты был? — резко спросил Шах. — Я думал, что вчера была твоя очередь ночевать здесь.

Хинкли нервно облизнул губы.

— Я хочу поговорить с вами обоими, — снова заговорил Шах, не дожидаясь ответа. — Сейчас. В Холле.

Хозяин скакуна оглянулся и посмотрел на конюшни.

— Белинда! — позвал он.

Белинда заторопилась к двери.

— Займись тут, хорошо? Грег вернется через час. — С этими словами он повернулся и зашагал к Холлу, а Грег и Хинкли поплелись за ним.

— Трейси Фостер, а это П. Дж. Бенсон, — представляла Холли.

— Мне действительно очень жаль, — извинилась писательница. — Я не хотела напугать вас.

— Но вам это удалось. Вдруг появились без предупреждения. Я думала, что это привидение или что-то в этом роде! Я видела только ваше лицо.

— Я и не подозревала, что у меня такое страшное лицо.

Бенсон хотела пошутить, но Трейси не развеселилась.

— Как вы ухитрились к нам подкрасться?

— Я уверена, Бенсон не хотела тебя напугать, — вступилась за своего любимого автора Холли.

Вообще-то ей тоже было немного не по себе. Правда, больше под впечатлением криков Трейси, чем от внезапного появления Бенсон на верху лестницы. Хотя вышедшая из тьмы и одетая во все черное писательница напоминала призрак.

— Я все-таки не понимаю, что вы затеяли, — сказала Трейси.

— Боюсь, это поиски, — смутилась она. — Это у меня такая плохая привычка.

— Поиски? — эхом отозвалась Трейси.

— Что вы хотите сказать? — спросила Холли.

— Эпизод, который я описываю в своей книге, происходит в уединенной церкви. Вот поэтому я приехала сюда. Чтобы впитать атмосферу. Так или иначе, убийца заманивает частного детектива в церковь, чтобы от него избавиться. Пока я вас ждала, я придумала, как он мог это сделать. Я не могла устоять, чтобы не попробовать, так сказать, живьем.

Холли уже все продумала:

— Итак, горящая свеча и открытая дверь на башню были частью вашего плана.

Бенсон сверкнула глазами.

— Правильно, — подтвердила она. — Я предположила, что настоящий следователь не сможет не заметить таких очевидных вещей. Поэтому я все подготовила, спряталась и стала ждать развития событий. Потом мне оставалось только прокрасться за вами и столкнуть вас с башни.

— Что ж, по крайней мере, вы избавили нас от этой части, — усмехнулась Трейси.

Бенсон протянула ей руку:

— Я прощена?

— Думаю, да. — Трейси пожала ей руку. — Я читала некоторые ваши книги. Но никогда не думала, что буду помогать написать какую-нибудь из них. Я заслуживаю благодарности?

Бенсон засмеялась:

— Я позабочусь об этом.

Она взяла обеих девочек под руки и оглядела окрестности.

— Я рада, что вы смогли прийти, — сказала она. — Но я думала, что вас трое.

— Белинда не пришла, — пояснила Холли. — Должно быть, она сбилась с пути.

— Скорее, сбилась с седла, — добавила Трейси. — Она помешана на лошадях и…

Трейси остановилась на полуслове. Лицо Бенсон исказилось от ужаса. Ее глаза безумно смотрели вперед.

— В чем дело? Что случилось? — спросила Трейси.

— Ничего, — выдохнула Бенсон. Но ее взгляд говорил о другом.

Трейси посмотрела на Холли, которая кивнула на дорогу, ведущую к церкви. По ней неслась машина. Бенсон, казалось, была ошеломлена видом приближающегося автомобиля. Она ничего не замечала.

Водитель в последнюю минуту нажал на тормоза, и автомобиль остановился всего лишь в нескольких сантиметрах от калитки. Через секунду пассажирская дверца открылась, из машины вылезла довольно бледная дрожащая девочка.

— Это Белинда! — закричала Трейси. — Эй! Мы здесь!

— Подожди, — закричала Холли. — Мы идем!

Когда Холли повернулась к лестнице, Бенсон с облегчением прислонилась к стене.

— Как вы?

— Со мной все хорошо, — слабо улыбнулась писательница. — Просто небольшой обморок. Думаю, нам всем пора перекусить.

Холли, Трейси и Белинда тяжело дышали, когда взобрались на вершину холма после долгого пути на велосипедах. И хотя ехали они в основном не спеша, Белинда почувствовала, что ей отказывают ноги.

— Хорошо бы пикник Грега стоил того, — задыхалась она. — После такой поездки я смогла бы съесть лошадь.

— Сравнение не самое удачное — особенно для тебя, — прокричала через плечо Трейси, когда стала съезжать на холостом ходу с холма по направлению к Ганновер Холлу.

Холли засмеялась, спускаясь следом за Трейси. Ее светло-каштановые волосы развевались на ветру. Эта поездка пришлась ей очень кстати. Миссис Адамс провела целый день на профессиональной выставке, поэтому Холли пришлось заниматься тем, что она терпеть не могла — приглядывать за Джейми. Она сделала все возможное, чтобы быть подальше от него.

Почти весь день Холли читала «Сокровища гробниц Древнего Египта». И была поражена и зачарована сотнями различных предметов, найденных в пирамидах и в знаменитой Долине царей. Не только мумии и саркофаги, мебель и статуи, но и более мелкие, обиходные предметы, такие, как гребни, зеркала, ювелирные изделия, — все изготовлено более трех тысяч лет назад.

Холли стала понимать, как люди становились одержимыми этой темой. К тому же она начала подумывать, что, возможно, нашла подходящую тему для статьи в школьном журнале. Но она никак не могла понять, почему этим заинтересовался Крофорд. Он был слишком эгоистичным и самовлюбленным, чтобы интересоваться чем-либо просто так. Очевидно, чем-то египетские гробницы привлекали его. Но чем?

Холли зашла в тупик. И решила выкинуть все из головы. Ничего хорошего без конца думать об одних и тех же вещах. Однако, как она ни старалась, ее мысли возвращались к событиям вчерашнего вечера.

Родители внимательно выслушали ее рассказ о том, как почти сразу же подъехало такси. Но ни один из них особенно не удивился.

— Наверное, шофер откуда-то возвращался и захватил ее по пути, — предположила мать. — Так часто бывает.

Отец согласился.

— И еще одно, — заметил он. — Если бы это было не настоящее такси, настоящее подъехало бы вскоре после него.

— Может быть, так и было, — согласилась Холли. — После того, как вы забрали нас. А эти порезанные шины? Что вы скажете об этом?

— Вандализм, — сказала миссис Адамс. — И ничего больше.

Мистер Адамс видел, что они не убедили Холли.

— Послушай, — начал он. — Ты можешь со мной не соглашаться, но, по-моему, это просто хулиганство, а никакое не похищение.

Когда все объяснилось таким образом, Холли поняла, насколько слабы ее доводы. И все-таки она чувствовала: что-то не складывается. А в прошлом интуиция ее не обманывала.

Но сколько бы она ни думала об этом, ничто не вставало на свои места. Поэтому было облегчением выбраться на открытую дорогу и забыться на время.

Велосипеды катились с холма, все время набирая скорость. Впереди ехала Трейси, низко наклоняясь над рулем, чтобы уменьшить сопротивление ветра, за ней Холли, замыкала колонну Белинда.

Холли слегка притормозила и выпрямилась в седле. Торопиться было некуда. Она вполне могла насладиться поездкой.

При повороте налево холм резко поднимался в сторону небольшого леска. Холли подумала, не здесь ли Белинда в первый раз увидела мужчину с «конским хвостом». Вдруг недалеко от края леса вспыхнул огонек. Холли старалась не отрывать взгляда от этого места. Огонек снова блеснул, затем еще раз — совсем недалеко.

— Подождите! — закричала Холли и нажала на тормоза.

— Осторожно! — раздался крик сзади. В следующую минуту Белинда пронеслась мимо, отчаянно пытаясь управлять своим буксующим задним колесом. Холли с ужасом наблюдала, как Белинда промчалась через дорогу и исчезла в живой изгороди.

Холли соскочила с велосипеда и бросилась к переплетению веток, колес и ног, в которое превратилась Белинда. Но по ее крику Холли поняла, что она не слишком ушиблась.

Было трудно понять, где кончалась живая изгородь, и начиналась Белинда. Но нога, высовывающаяся из-под обломков, была вроде бы цела. Поэтому Холли схватила ее и потащила. Показалась очень злая Белинда.

— Зачем это ты так резко затормозила? — заорала она. — Я могла сломать себе шею!

— Извини, — пробормотала Холли, выбирая из волос подруги сучки и листья. — Мне показалось, я что-то увидела.

— Чего? — Белинда готова была взорваться.

— Ты опять хотела перепрыгнуть через живую изгородь? — спросила Трейси, слегка задыхаясь после подъема в гору. — Тебе уж пора понять, Белинда, что лошади перепрыгивают через живую изгородь, а велосипеды — нет.

— Через минуту вы обе будете прыгать через изгородь, — огрызнулась Белинда. — А сзади будет моя нога.

— Это я виновата, — объяснила Холли. Она взялась за велосипед Белинды и подняла его. Ветки подломились, и изгородь вдруг отпустила его. Холли отступила назад.

— Она вдруг затормозила, прямо передо мною. Мне ничего другого не оставалось, — сообщила Белинда.

— А в чем причина? — спросила Трейси, выпрямляя руль велосипеда.

— Еще какая! — ответила Холли. — Я увидела там в лесу мерцающие огоньки.

— Вот видите! Я это знала! — торжествующе закричала Белинда.

Сразу все раны и ушибы были забыты.

— Это те люди. Они все еще там.

— Если они все еще там, то где их фургон? — спросила Трейси. — Его нет на дороге. И к тому же зачем им носиться с фонарями белым днем?

Холли поднялась на цыпочки, чтобы посмотреть поверх живой изгороди.

— Думаю, это были не фонарики. Это больше похоже на солнечные зайчики от биноклей.

— Я говорила вам, что они следят за конюшнями, — напомнила Белинда. — Они ждут случая подобраться к Невесте.

— Где ты видела их? Покажи, — сказала Трейси.

— Мы лучше увидим оттуда, — махнула рукой Холли.

Дальше вперед по дороге изгородь прерывалась, там, где ворота вели в поле. Отсюда хорошо были видны холм и лес.

— Видите, где перед деревьями кусты? — спросила Холли, взбираясь на ворота. — Это справа от них. Но глубже.

Холли и Трейси вглядывались в лес в поисках каких-нибудь признаков жизни. Однако внимание Белинды захватило совсем другое. Она смотрела на подножье холма. Там, в канаве за изгородью, в стороне от дороги стоял красный фургон.

Вскрикнув от восторга, Белинда начала перелезать через ворота.

— Посмотрите, что я нашла! — закричала она, спрыгнув на поле и бросившись бежать к фургону.

Когда Холли и Трейси домчались до нее, Белинда уже смотрела в заднее стекло.

— Туристического снаряжения нет, — заметила она.

— А что же там?

— Мотки веревки, шлемы, лопаты, пара бутылок с горючим, канистра с бензином. Я не могу всего разглядеть.

— Дай мне посмотреть, — попросила Трейси. — У меня зрение лучше, чем у тебя.

Но прежде, чем Трейси сдвинулась с места, издалека раздался крик:

— Эй, вы! Что это вы там делаете?

Холли оглянулась. По направлению к ним с холма сбегали двое мужчин.

— Однако мы им явно не понравились, — произнесла Холли.

Расстояние между мужчинами и девочками стремительно сокращалось. Незнакомцы добежали до ворот в ту самую минуту, когда члены Детективного клуба взбирались на велосипеды.

— Поехали! — закричала Холли.

Подруги рванули с места, изо всех сил нажимая на педали, и мужчины, которые сердито кричали им вслед, остались позади. На этот раз девочки не замедлили ход, пока не добрались до дороги, ведущей в Ганновер Холл.

— Но кто была эта женщина?

— Мы не видели, а Шах не называл ее имени. Хотя я узнала ее голос.

Члены Детективного клуба сидели у фонтана в торговом центре Виллоу-Дейла. Они ждали Стива Биггинса и Джефа Пэдмана. Джеф тоже учился с ними в одной школе и работал во время каникул в банке у матери Холли.

В Виллоу-Дейле выдался настоящий праздник. В магазине компакт-дисков торгового центра выступала вживую модная поп-группа. Это была частью рекламного турне для продажи их последнего альбома. Члены Детективного клуба договорились пойти вместе со Стивом и Джефом.

Одновременно они пытались разобраться в ссоре между женщиной и Шахом.

— Что бы то ни было, это противозаконно, — сказала Белинда.

— И это касается незаконного ввоза чего-то в страну. Из Голландии, — добавила Холли. — Чего-то, что таможенники хотели бы захватить в свои руки.

— Драгоценности. Она говорила про драгоценности, — напомнила ей Белинда. — Редкие и ценные украшения. Наверное, бриллианты. Ценою в восемьдесят тысяч фунтов.

Трейси поднялась.

— Мне это не нравится, — сказала она. — Немного похоже на волосы Белинды.

— При чем тут мои волосы?

— Одно к другому не укладывается!

— Тоже мне острячка! — с презрением воскликнула Белинда. — Надеюсь, что из тебя детектив лучше, чем комедиант.

Холли сделала вид, что не слышит их перебранки.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, — объявила она. — Вроде головоломки, когда нет каких-то кусочков, которые поставят все на свои места.

— Не паникуйте, — доверительно проговорила Белинда. — Детективный клуб не терпит поражений. Рано или поздно что-нибудь появится.

— Уже появилось, — сказала Трейси, махая рукой. — Вон Стив.

Стив Баггинс кивнул в знак приветствия.

— Из оздоровительного клуба нет новостей? — спросила Трейси.

— Ничего, — ответил Стив. — Я внимательно следил за всем. Но в последние пару дней Крофорд был особенно сдержан. Он все время был в гордом одиночестве.

— Какая жалость, — разочарованно произнесла Трейси. — Нам надо, чтобы что-нибудь произошло.

— А тогда почему бы вам не зайти сегодня вечером? — предложил Стив. — Босса вечером не будет, поэтому я за все отвечаю. Я всех вас запросто проведу. А когда вы рядом, всегда что-нибудь случается.

— Принято, — согласилась Холли. — А что случилось с Джефом? Он должен был прийти десять минут назад.

— Дай ему еще пять минут, — предложила Белинда.

Джеф пришел, как раз когда они хотели уходить. Он был возбужден и немного нервничал.

— Мне действительно очень жаль, — извинился он. — Неприятности с клиентом.

— Уж не ограбление ли? — спросила Холли с усмешкой.

— Если бы! Одна женщина захотела получить большую сумму денег — в пятифунтовых банкнотах. А мне поручили проверить в ее банке.

— А что тут сложного?

— Они немного занервничали. Для получения наличными это очень большая сумма. Подумали, не украдена ли чековая книжка. Поэтому попросили описать эту женщину. Но когда я описал ее, сказали, что это не она.

Холли вступила на эскалатор, который поднимал на верхнюю площадку:

— Стало быть, она украла чековую книжку?

— В том-то и фокус, что нет. Помощник управляющего ненадолго пригласил ее к себе в кабинет. Потом он велел выдать ей деньги. Поверьте мне, она не слишком была довольна всем этим.

Холли хотела еще поспрашивать о женщине, когда Трейси закричала, поднявшись наверх на эскалаторе. Она показывала вниз на торговый центр. Там, торопясь к выходу, ведущему на многоэтажную автомобильную стоянку, шла П. Дж. Бенсон. Она несла маленький черный чемоданчик.

Холли и Трейси увидели, как Бенсон исчезла за дверьми на стоянку.

Джеф ждал, на его лице было написано удивление.

— Ничего особенного, — прокомментировала Холли. — Мы просто увидели кое-кого знакомого.

Выражение лица Джефа не изменилось. Его что-то беспокоило. И вдруг Холли все поняла.

— Это она, так ведь? Эта женщина была в банке?

Джеф ничего не ответил. Но его глаза показали Холли, что она попала в точку.

— Пошли в кухню, — предложила Трейси, когда на следующий день вскоре после полудня Холли постучала в дверь. — Я приготовила нам поесть.

Холли была поражена.

— С каких это пор ты принялась за готовку?

— Я и не принималась, — ответила Трейси. Она положила на стол две плоские коробочки, сняла с них крышки и поставила коробочки в микроволновку.

— Вот, пожалуйста, — объявила она. — Не говори, что я никогда ничего не делаю для тебя.

Это был не самый лучший или самый здоровый обед, который когда-либо ела Холли. Но ей пришлось согласиться с одним — он был определенно горячий.

Трейси выбросила пустые упаковки в мусорную корзину.

— Оставь себе ложку, — посоветовала она. — Она понадобится тебе для десерта.

Десертом послужили остатки глазированного шоколадного мороженого в пластиковом корытце. Через пять минут пластиковое корытце последовало за упаковками из микроволновки в корзину для мусора. Вилки и ложки сполоснули под краном, и трапеза была завершена.

— Спасибо большое, — поблагодарила Холли, глотнув из бутылки колы. — Но не стоило так беспокоиться.

— Ладно тебе, — отмахнулась Трейси. — Теперь займемся делом.

Холли достала красный блокнот Детективного клуба и приготовилась записывать.

— Откуда начнем?

— С Краснеющей Невесты, — откликнулась Трейси. — Мне неприятно говорить, но, очевидно, Белинда была права. Эти типы в фургоне хотят подобраться к Хинкли. А никто лучше не подходит для того, чтобы напортить лошади, чем он.

— Они ничего не говорили, что хотят использовать его именно для этого.

— Что же еще это могло бы быть?

Холли пожала плечами:

— Понятия не имею.

— Значит, так оно и есть, — уверенно заявила Трейси.

— В таком случае нам нужен план, чтобы уличить их.

— Для этого нам нужна Белинда, — сказала Трейси. — Сведения изнутри!

— Согласна. — Холли пролистала страницы блокнота. — Теперь, что по поводу мистера Шаха?

Трейси подняла руки, как будто хотела сдаться.

— Это по твою душу. Что ты думаешь?

Холли пожевала кончик ручки:

— Думаю, мы застряли. Что бы он ни задумал, теперь он не участвует. Остается безымянная безликая женщина с шотландским акцентом, которая, возможно, хочет что-то ввезти контрабандой в страну. Не слишком много, чтобы продолжать.

Трейси состроила гримасу:

— Думаю, даже Детективный клуб тут почти бессилен.

— Также и в отношении Бенсон, — откликнулась Холли. — Единственное, что мне приходит в голову, это шантаж.

— Это объяснило бы чемоданчик с деньгами, — согласилась Трейси. — Но кому надо шантажировать ее? И зачем?

— Итак, — возвысила голос Холли, — что мы имеем?

— Ее странное поведение — вся эта таинственность, — ответила Трейси. — Все может происходить, потому что она не хочет рекламы.

— Или потому, что она хочет что-то скрыть.

— Но она известная писательница, — возразила Холли.

— Поэтому ей больше терять, — настаивала Трейси. — Вернись назад. Может быть, мы что-нибудь упустили. Отчего она так взбесилась во время того интервью?

Холли задумалась:

— Это случилось, когда Эйнсли Джеймс упомянул женщину по имени Маклин. Он сказал, что она приятельница брата Бенсон. Не слишком веская причина, чтобы огорчиться, верно?

— Это и подозрительно, — заметила Трейси. — Думаю, эта история с братом важнее, чем кажется на первый взгляд. Что у нас еще есть?

Холли посмотрела в записи:

— Темно-синяя машина. Она стояла около парка. И она последовала за нами от церкви в ресторан.

— Верно.

— Если это была та же самая, — заметила Холли. — Вокруг много машин такого же цвета — у Грега, например.

Холли пришлось согласиться, что Трейси права. Синяя машина каким-то образом должна была относиться к делу. Но как? И что за женщина сидела в ней за рулем?

Ее мысли были прерваны телефонным звонком.

— Так всегда! — воскликнула Трейси, собираясь ответить. — Как раз когда у нас наконец-то что-то вытанцовывается.

Когда Трейси вернулась, поговорив по телефону, она раскраснелась от волнения:

— Это был Стив.

Она схватила свою куртку.

— Он посоветовал нам немедленно прийти в оздоровительный клуб. Что-то происходит.

— Что?

— Он не мог сказать по телефону. Пошли!

Холли заснула только под утро. Новость об аресте Бенсон повергла ее в шок. Холли не сомневалась: Бенсон не могла стоять за этим коварным преступлением. Но если не она стояла за ним, как же деньги попали к Хинкли? Это была загадка. У нее должна быть и разгадка. Но Холли не могла найти ее.

Будильник был поставлен на семь часов. Холли решила пораньше позвонить Трейси и Белинде. Она хотела сообщить им о том, что случилось, до того, как они услышат об этом в новостях. Но на этот раз она проспала. Когда она открыла глаза, стрелки показывали четверть девятого.

Холли вскочила с кровати и натянула халат. Несколько минут спустя она набирала номер Трейси. К телефону подошла мать Трейси.

— Сожалею, — сказала она, — но Трейси ушла около получаса тому назад. Она пошла в «Парадиз», чтобы поплавать в бассейне, пока там не набежал народ. Что-нибудь передать?

— Нет, все в порядке, миссис Фостер. Я позвоню попозже.

Холли быстро положила трубку и стала набирать номер Белинды.

— Тогда, если полиция не хочет ничего предпринимать в отношении них, нам придется этим заняться.

Члены Детективного клуба грелись в лучах утреннего солнышка около конюшни Краснеющей Невесты. Вокруг никого не было. Грег ушел тренировать скаковую лошадь, а Шах поехал поискать кого-нибудь на место Хинкли.

— Ну, — начала Белинда, — мы будем что-нибудь делать или нет?

Холли закрыла глаза и подняла лицо к солнцу.

— Я думаю, — сказала она. — Пытаюсь отработать связь. Эта Маклин появляется повсюду. Следит за Бенсон. Встречается с Шахом. Встречается с Майклом Барретом. Должно же быть какое-то связующее звено. Но какое?

— Только не надо снова, — попросила Белинда. Она закрыла лицо руками и застонала. — Пожалуйста, не надо.

Они обсуждали факты много-много раз. Но по-прежнему на многие вопросы не было ответов.

— Ясно, что Маклин — это та женщина, которая разговаривала с Шахом, — заключила Трейси. — Тут все сходится. Она ему сказала, что есть еще кто-то, кто готов заплатать большие деньги. Это Майкл Баррет. И сделка состоится сегодня.

— И мы ничего не можем поделать, — вздохнула Белинда.

— Кроме как пойти в полицию, — подхватила Холли.

— Вы смеетесь? — Трейси не могла поверить своим ушам. — И разве они обратят на это внимание? Мы практически преподнесли им тех парней на тарелочке, а они ничего не стали делать!

— Вот поэтому мы должны все сделать сами, — настаивала Белинда. — Только так мы сможем вызволить Бенсон из тюрьмы. А это самое главное.

Трейси вскочила на ноги.

— Хорошо, Белинда, — сказала она. — Что ты предлагаешь?

— Пойти туда и обыскать их лагерь. Может быть, мы сможем найти что-нибудь, что докажет, что они навели Хинкли.

— Да? А что они будут делать в это время?

Белинда выложила главный козырь:

— Они будут защищать свой фургон он вандалов.

На мгновение наступила тишина. Холли и Трейси подозрительно посмотрели на Белинду, потом повернулись друг к другу.

— Думаю, у нее есть план, — предположила Холли.

План Белинды был прост. Одна из них проберется в поле и начнет вертеться около фургона. Мужчины увидят ее и сбегут с холма, чтобы ее остановить. В последнюю минуту она перепрыгнет через ворота и умчится на своем велосипеде. А пока мужчины будут в стороне от лагеря, остальные обыщут палатки.

— Это слишком просто, — сказала Трейси. — Так не получится.

— Другого плана у нас нет, — заметила Холли. — Все лучше, чем сидеть сложа руки.

Трейси немного подумала.

— Хорошо! — воскликнула она. — Мы так и поступим. Но при одном условии. Около фургона будет вертеться Белинда.

Белинда собралась было возразить, но осеклась. Она это придумала — значит, ей нужно принять главный удар на себя.

Чтобы попасть к причалу до прихода парома, надо было поторопиться. Пит вел красный фургон на предельной скорости, отчего членов Детективного клуба бросало из стороны в сторону.

Фил звонил в таможню, чтобы их предупредить.

— Это женщина по имени Маклин, — старался он перекричать шум мотора. — Хотя она может путешествовать и под другим именем. Она провозит контрабандой предметы, украденные в каирском музее.

В кузове Холли наклонилась к Трейси.

— Хоть бы мы оказались правы, — прокричала она. — Иначе мы сядем в галошу.

— Не волнуйся, — откликнулась Трейси. — Только бы успеть до прихода парома!

Через секунду Фил сообщил своим пассажирам хорошую новость:

— Они свяжутся с капитаном и попросят его отследить ее до того, как они войдут в порт. Если будет необходимо, они задержат ее до нашего туда приезда.

— А что, если она воспользовалась вымышленным именем?

— Тогда вам придется ее опознать. Вы сможете это сделать?

— Запросто, — откликнулась Трейси. — Только дайте мне шанс!

Таможенники ожидали фургон сбоку от причала.

— Капитан проверил список пассажиров, — сказал один из них. — На борту нет никого с таким именем. Но не волнуйтесь. Он объявил, что по техническим причинам будет небольшая задержка. Это даст нам время подняться на борт.

С парома спустили трап. Таможенники шли первыми, а за ними по пятам следовали члены Детективного клуба и двое полицейских.

На борту их ждал капитан.

— Надеюсь, мы не напрасно теряем время, — заметил он. — Я не люблю задерживать пассажиров без особой причины.

Он провел их к лестнице, которая вела к выходу с парома. Десятки пассажиров топтались на одном месте внизу, ожидая, когда можно будет покинуть судно.

— Теперь смотрите в оба, — предупредил Пит членов Детективного клуба. — Сейчас все зависит от вас.

Капитан отдал приказ, и на верху трапа открыли ограждение. Тут же люди начали продвигаться вперед. Трейси смотрела вниз на толпы пассажиров. У нее пересохло во рту от напряжения. Шутка сказать, на нее возложили такую ответственность! В конце концов, только она как следует видела женщину. И только она слышала разговор о пароме. Если она ошиблась, все обернется пустой тратой времени.

Вдруг Трейси вскрикнула от нервного напряжения.

— Это она! Там, одна, внизу. У нее в руке серая сумка.

Начальник таможни приложил к губам рацию и проинструктировал своих коллег внизу. Спокойно, без шума они подошли и быстро что-то сказали Маклин. Потом они бережно взяли ее за руку и повели к боковой каюте.

Члены Детективного клуба, равно как и Пит с Филом, были вне себя от радости. Все пожимали руки и похлопывали друг друга по спине.

— Надеюсь, вы не слишком рано радуетесь, — сказал таможенник, ведя их вниз по лестнице.

— Не волнуйтесь, — отозвалась Трейси. — Не рано. Все идет по плану!

Главный таможенник отвел их в сторону.

— Извините, но вам придется подождать здесь, — предупредил он, исчезая в каюте, куда отвели Маклин.

Напряжение было невыносимым. Члены Детективного клуба молчали. Даже двое полицейских шагали взад-вперед, не в силах стоять спокойно.

Через десять минут дверь открылась, и вышла Маклин. Она несла свою сумку. Таможенник шел за нею. На его лице было недоумение.

— Спасибо за помощь, мадам, — говорил он. — Извините за беспокойство. Работа такая.

Он посмотрел на Пита и Фила и слегка кивнул головой.

Маклин обернулась и мило ему улыбнулась.

— Не волнуйтесь, — сказала она. — Я все прекрасно понимаю. Мне можно сойти на берег?

— Да, мадам, — ответил за таможенника подошедший капитан. — Вот сюда, если не возражаете. Надеюсь, вы приятно провели время.

Проходя к выходу для пассажиров, Маклин окинула Детективный клуб быстрым взглядом. Улыбка не сходила с ее лица. Но в глазах появился холодок.

Таможенник тихо разговаривал с двумя полицейскими.

— Ничего. Она совершенно чиста. Проверили все.

— Вы уверены?

— Абсолютно. Видно, ваша информация неверна.

И вдруг все уставились на Детективный клуб. Вот кто во всем виноват!

Холли и Трейси были потрясены. Они не могли поверить своим глазам. В изумлении смотрели они, как Маклин пожала руку капитану и ступила на трап. Все еще не веря, что она свободна, девочки побежали, чтобы посмотреть, как она идет к пристани.

Только Белинда, казалось, не удивилась повороту событий.

— Все очень просто, — хмыкнула она. — Если бы я хотел что-нибудь провезти контрабандой, я бы попросила кого-нибудь еще пронести это для меня.

— Кого, например? — спросила Трейси.

— Не знаю, — ответила Белинда. — Кого-нибудь, кого никто не заподозрит.

— Подождите минуту, — подала голос Холли. Она смотрела вниз на людей, толпившихся на набережной.

— Посмотрите туда. Видите?

Она показывала на группу японских туристов, которые сошли с парома и не знали, куда идти дальше. Как раз за ними, с краю толпы, виднелась длинная фигура человека, внимательно следившего за выходящими с судна пассажирами.

Холли запрыгала от нетерпения.

— Разве вы не видите, кто это?

— Эйнсли Джеймс! — закричала Трейси. — Это же Эйнсли Джеймс!

— Тот радиорепортер? — спросила Белинда.

— Так вы его знаете? — спросил все еще стоявший рядом капитан.

— Да, — ответила Холли. — Мы знаем его. Но что он здесь делает?

Капитан улыбнулся.

— Он был на борту и брал интервью у меня и команды для своего репортажа. Очаровательный человек, не правда ли?

— Очаровательный, — согласилась Холли. — И он всегда в нужном месте и в нужное время!

— Это он, — твердо сказала Трейси. — Должно быть, так. Иначе слишком уж много совпадений.

Маклин дошла до конца трапа. На какую-то долю секунды она взглянула в сторону Джеймса. Тот повернулся и быстро пошел. Когда Холли посмотрела назад, Маклин старалась смешаться с толпой.

Холли подхватила подруг и потащила их вниз по трапу.

— Куда мы идем? — спросила Белинда.

— За ними, конечно! — ответила Холли.

Когда девочки дошли до набережной, то услышали, как полицейские кричат им вслед, требуя вернуться назад. Но подруги не стали обращать внимания.

Еще довольно много людей покидали паром. Торопиться было невозможно. Поэтому когда троица вновь ступила на твердую землю, не было никакой возможности проследить, куда исчезли Маклин и Джеймс.

— А теперь что будем делать? — спросила в отчаянии Трейси.

— Похоже, они скрылись, — заметила Белинда.

— Но ненадолго, — откликнулась Холли, проталкиваясь сквозь толпу. — В конце концов, мы ведь знаем, куда они пошли, разве нет?

— Что за чертовщина? — Дверь в офис открылась, и полился свет.

— У вас посетители, — сказал Крофорд Маклин. Он прошелся по коридору, злобно размахивая перед собой железным прутом.

— Хорошо, мы уходим, — кивнула Холли. Детективный клуб попятился назад к двери.

— Кого я вижу! — кривляясь, протянул Джеймс. — Холли Адамс с друзьями. Ну что ж, проходите. Боюсь показаться невежливым, но я рассчитывал, что больше никогда не увижу вас.

Маклин схватила одну за другой Холли, Белинду и Трейси и втолкнула их в комнату.

— Кажется, я недооценила вас, девочки. Вы очень умные.

— Слишком умные, чтобы это пошло им на пользу, — заметил Джеймс с ледяной улыбкой.

Он согнал подруг в угол и поставил перед ними стол, загораживая их.

— Теперь мы разберемся с вами раз и навсегда!

— Думаю, мне лучше предупредить вас. Полиция уже в пути, — сказала Холли. — Они будут здесь с минуты на минуту.

— Я бы на вашем месте тоже надеялся на это, — откликнулся Джеймс. — Три девочки — одни в аварийном здании. Это очень опасно. Никто и не удивится, когда узнают, что с вами произошел ужасный несчастный случай.

Майкл Баррет закрыл дверь.

— Позже, — сказал он. — Их судьба меня не интересует. Приступим к делу. Товар у вас, верно?

— О да, он у нас. Но не благодаря этим троим.

Эйнсли Джеймс снял свой магнитофон и положил его на стол в центре комнаты. Затем снял кожаный чехол, перевернул магнитофон и вынул из кармана монетку. Ребром монеты он освободил зажимы, которые удерживали дно на месте, осторожно снял панель. Внутри на месте радиопотрохов лежал толстый слой ваты. Джеймс полез туда и достал ожерелье из массы зеленых, красных и желтых бусин, с серебряным брелком в виде скарабея.

Майкл Баррет сделал шаг вперед.

— Остроумно! — тихо заметил он. — Кто бы мог догадаться искать здесь?

Глаза Баррета жадно смотрели на ожерелье. Наконец он протянул руку, чтобы потрогать его. Но Эйнсли Джеймс остановил его.

— Всему свое время, — сказал он. И осторожно положил ожерелье в вату.

— А что с другими вещами? — спросил Баррет.

— Все в целости здесь. — Эйнсли Джеймс улыбнулся. — Браслет. Два кольца. Флакончик для благовоний. Все точно, как обещали.

— Дайте мне взглянуть на них, — настаивал Баррет.

— Нет, деньги вперед, — ответил Эйнсли Джеймс и снова начал собирать магнитофон. — У вас ведь при себе деньги?

— Они в машине, — ответил Баррет. — Я подумал, лучше сначала убедиться, что сделка состоится, а потом нести деньги.

— Тогда несите, — посоветовала Маклин. — Несите деньги, и мы все уберемся отсюда.

— Не все, — угрожающе произнес Эйнсли Джеймс. — У меня в багажнике есть канистра с бензином. Думаю, пора устроить здесь еще один пожар. На этот раз с трагическим исходом. С ужасными жертвами. Не спускай глаз с этой троицы, пока нас не будет, — обратился он к Маклин.

Майкл Баррет и Эйнсли Джеймс вместе вышли из офиса. Через несколько секунд на лестнице послышались шаги.

— У вас этот номер не пройдет, — сказала Трейси.

Женщина не обращала на нее внимания.

— Как только Бенсон услышит о том, что с нами случилось, она тут же расскажет о вас полиции.

Женщина сверкнула глазами.

— Заткнись! — рявкнула она.

— А уж с кем разделаются, так это с вами, — продолжала Трейси. — Эта парочка обвинит вас во всем, в чем только можно.

Маклин медленно встала и подошла к Трейси.

— Я же сказала, заткнись, — повторила она.

Трейси опустила руки на край стола и наклонилась к женщине.

— Знаете, вы, видно, действительно глупая. Брать на себя всю вину за этих типов…

Вдруг Маклин отреагировала. Она подняла руку, чтобы ударить Трейси, но, когда она подошла, Трейси с силой оттолкнулась и перевернула стол. Маклин упала спиной на пол.

— Бежим! — закричала Трейси.

Холли и Белинда перепрыгнули через стол и помчались к лестнице. Только в конце коридора они поняли, что Трейси нет с ними. Они повернулись назад, но уже услышали шаги внизу.

— Трейси! Что случилось? — заорала Белинда.

— Бегите! — скомандовал им голос Трейси. — Бегите!

Холли схватила Белинду и потащила ее к лестнице.

— Слишком поздно, — сказала она. — Нам придется оставить ее.

Был только один путь к спасению — наверх. Туда они и направились.