Как увлекательные романы читаются книги по истории Древнего Египта, Древнего Рима, Древней Греции, Китая. Какие мощные цивилизации, которые существовали за много веков до Рождества Христова! А вот с древней историей Руси нам как-то не повезло.

Первые историки России, кстати, немецкие ученые, Шлецер, Миллер, Байер писали о нас как о дикарях, которыми мы были вплоть до IX в. нашей эры, пока не пригласили для наведения порядка в нашей земле иностранцев.

Вот что писал, например, почетный член Санкт-Петербургской академии Август Людвиг Шлецер: «Повсюду царствует ужасная пустота в средней и северной России. Нигде не видно ни малейшего следа городов, которые ныне украшают Россию. Нигде нет никакого достопамятного имени, которое бы духу историка представило превосходные картины прошедшего. Где теперь прекрасные поля восхищают око удивленного путешественника, там прежде сего были одни темные леса и топкие болота. Где теперь посвященные люди соединились в мирные общества, там жили прежде сего дикие звери и полудикие люди».

Ему вторят и русские историки. Так, Карамзин отмечает: «Сия великая часть Европы и Азии, именуемая ныне Россиею, в умеренных ее климатах была искони обитаема, но дикими, во глубину невежества погруженными народами, которые не ознаменовали бытия своего никакими собственными историческими памятниками». Вот так представлена Россия до появления норманнов на нашей земле.

Но неужели никто из историков не обращал внимания на Древность русской истории, на то, что корни нашей истории не менее глубоки, чем корни других мировых цивилизаций? Конечно же, многие русские и зарубежные историки писали об этом, но их труды упорно игнорировались. Если прозападной, официальной историографии всегда давался «зеленый свет», то инакомыслие в лучшем случае замалчивалось.

Среди работ, раскрывающих древнейшую русскую историю, можно назвать труды С. Медведева, С. Ремезова, А. Лызлова.

На рубеже XVIII в. выходят семь книг А. И. Манкиева «Ядро Российской истории», который связывает русскую историю с событиями мирового значения. Он часто идет вразрез со сложившейся исторической концепцией. Он отрицает происхождение названия славян от латинского «раб», что было характерно для того времени. Славянский народ, по его мнению, «начало свое берет непрерывным порядком от Мосоха-человека». Наименование славян Манкиев производит вслед за «Синопсисом» от понятия «слава» («славяне» — «славные»).

Около 1751 г. к работе над «Древней Российской историей» приступил М. В. Ломоносов. Он отвергал утверждения немецких историков Байера и Миллера о «великой тьме невежества», царившей якобы в Древней Руси. Особый интерес в «Древней Российской истории» представляет ее первая часть «О России прежде Рюрика».

Помимо М. В. Ломоносова западным историографам противостояли и такие русские историки, как М. М. Щербатов, Ф. Воланский, А. Д. Чертков, А. С. Хомяков и другие, имена которых сегодня незаслуженно забыты.

Настоящий бой западническому направлению в исторической науке дали славянофилы. Среди славянофилов выделяется К. С. Аксаков, автор ряда статей по русской истории, направленных прежде всего против С. М. Соловьева.

Следует отметить и труды Ф. Воланского, Е. И. Классена, а также представителей скептической школы в русской историографии — М. Т. Каченовского, О. И. Сенковского, М. Н. Каткова, И. И. Давыдова, Н. И. Надеждина и др.

Обратили внимание на «перевернутый образ истории» и сторонники концепции евразийства. Это признанный во всем мире филолог и историк, князь Н. С. Трубецкой (1890–1938), крупнейший географ и геополитик П. Н. Савицкий (1895–1968), сын великого русского ученого-естествоиспытателя, историк Г. В. Вернадский, автор многочисленных монографий и статей по истории Древней Руси, взаимоотношений Руси и монголов. К их числу можно отнести и Л. Н. Гумилева.

Сегодня о глубокой древности русской цивилизации, не менее древней, чем Рим, Египет, Китай, пишут А. И. Асов, В. Н. Демин и другие ученые.

Говоря о русской истории, обычно ссылаются на данные летописи «Повесть временных лет». Первой реальной датой в ней указан 852 г. н. э., когда появляется у с ген Царь-града мощный русский флот. Эта дата попала и в византийские хроники.

Следующая дата — 862 г., год призвания на княжение Рюрика и его братьев. В этот год «норманский князь, варяг Рюрик пришел из Скандинавии на Русь, призванный русскими людьми, и стал править на Руси».

Именно с этой даты долгое время было принято вести отсчет русской истории. Как отмечено в предисловии к 12-томному труду Николая Михайловича Карамзина «История государства Российского», древнейший период отечественной истории начинается с 862 г. Вот почему 1000-летие России было отмечено в 1862 г. и в Великом Новгороде в честь этою события воздвигнут знаменитый памятник Тысячелетию России.

Но русский гений М. В. Ломоносов, говоря о древнем пранароде и его наследниках — славянах и русских племенах, называл гораздо более древнюю дату — 400 тыс. лет, точнее, 399 000 лет. Наш современник доктор философских наук В. Н. Демин по этому поводу пишет: «Есть, однако, в русских летописях еще одна дата, не признанная официальной наукой. Речь идет о древнерусском сочинении, известном под названием „Сказание о Словении и Русе и городе Словенске“, включенном во многие хронофафы русской редакции, начиная с XVII в. (всего известно около ста списков данного литературного памятника). Здесь рассказывается о праотцах и вождях русского (и всего славянского) народа, которые после долгих скитаний по всему миру появились на берегах Волхова и озера Ильмень в середине III тысячелетия до н. э. (!), основали здесь города Словенск и Старую Русу и начали впечатляющие военные походы: как сказано в первоисточнике, ходили „на египетские и другие варварские страны“, где наводили „великий страх“».

Резко против данных «Повести временных лет» о начале русской земли выступает писатель Александр Бушков. «Делайте со мной что хотите, — пишет он, — но я твердо уверен, что Нестор — поганый русофоб. Иного определения для него и не подберешь. Надо очень не любить своих земляков, чтобы представить их полными и законченными дикарями, только вчера слезшими с деревьев и не без труда оторвавшими у себя хвосты. По Нестору, киевляне в 986 г. от Рождества Христова были некими тупыми существами с девственно чистыми мозгами. Они впервые услышали о существовании мусульманства, иудаизма, «немецкой веры», они понятия не имели о церковных службах по православному канону — и, угодив в совершенно незнакомую им «землю Греческую», предстали папуасами, разинувшими рты перед сверкающими бусами».

Надо учитывать, что «Повесть временных лет» — не бесстрастно повествовательное произведение, а острополемическое и обличительное. Вся Начальная летопись имеет ярко выраженную тенденциозную направленность. Ее автору необходимо было в первую очередь доказать первородство киевских князей и легитимность династии Рюриковичей.

На страницах Нестеровой летописи в качестве первых исторических лиц России фигурируют варяги. В 859 г. они прибыли «из заморья», дабы собрать со славянских и финских племен причитающуюся им дань, а в 862 г. их изгнали — снова «за море», но не надолго: в том же году варяги вновь вернулись, и трое из них — Рюрик, Синеус и Трувор — стали княжить в Новгородских землях. Синеус и Трувор вскоре умерли, а Рюрик положил начало правящей на Руси династии.

О варягах и их роли в русской истории писали много и часто противоречиво.

Вот как описывает события того времени петербургский писатель Игорь Бунич.

В VI–XIII вв. н. э., по его мнению, ведущей державой в экономическом и военном отношении являлась Византия. По меркам того времени Византию можно было назвать «сверхдержавой» раннего Средневековья. Ее военное могущество было бесспорно, а экономическое превосходство даже не вызывало мысли о соперничестве.

В это же время, по не выясненным до конца причинам, скандинавские фиорды выплеснули на новорожденную, еще эмбрионально формирующуюся Европу, целые полчища норманнов — воинственных и беспощадных. Как смерч пронеслись викинги на своих быстроходных ладьях и конях вокруг Европы и по ней, затаптывая во мрак истории целые королевства и герцогства.

Никто не успел и опомниться, как королевство норманнов возникло аж на Сицилии — в непосредственной близости от Византийской метрополии, где буйные скандинавы слегка перевели дух.

Ошибается тот, кто думает, что норманны-викинги-варяги (как угодно их называйте) были косматыми бандитами, получающими удовольствие от резни, убийств, лязга мечей и великолепного вида горящих городов. Совсем нет. По мнению Бунича, это были разбойники, которые очень хорошо знали, чего хотят. А хотели они денег и власти. Награбив денег, они покупали власть, а захватив где-то власть, использовали ее для добывания денег.

В июле 866 г. 400 боевых ладей норманнов, прорвавшись в Босфор, неожиданно обложили столицу Великой империи. Предводителями варягов были Рюрик, Аскольд и Дир. Они пришли в Босфор необычным путем. Исстари знали они, что если выйти из родных фиордов в открытое море и повернуть не на заход, а на восход, то можно, пройдя через лабиринты рек и озер, протащив свои ладьи волоком через многочисленные мели и перекаты вдоль заросших непроходимыми лесами берегов, выйти к большому морю, на противоположном берегу которого и лежит Константинополь. Этот путь получил название «из варяг в греки».

Но этот путь не принадлежал норманнам. По всей его длине — по берегам Финского залива, Невы, Ладожского озера, Волхова, Ильменя и Днепра — жили люди, как считает Бунич, объединенные в какие-то формы государственности. Эти люди ничего не требовали от свирепых северных разбойников за проход через свои территории. Конечно, норманны не стали бы ничего платить и, по своему обычаю, пытались бы пробить себе путь силой оружия. Но нет никаких упоминаний о том, что им приходилось это делать или платить какие-либо торговые или таможенные пошлины. Более того, они широко пользовались гостеприимством местного населения, его помощью при погрузках, разгрузках и волоке, в строительстве торговых дворов, которые в будущем получили название Новгород и Киев.

Сохранилось много свидетельств того, что местные жители очень помогали пришельцам, но ни одного — что им кто-нибудь за это платил или чтобы они как-то участвовали в прибылях.

Характеризуя этих людей, Бунич отмечает, что это был простой и бесхитростно добрый народ, живший во времена, когда уже на Западе за каждый километр дороги, за прохождение любой речки или пролива приходилось торговым людям платить деньги, и немалые. А он пропускал норманнские банды через свои территории, бескорыстно помогая им и даже сочувствуя: надо же! — так мучиться и так убиваться из-за каких-то желтых кружочков с непонятными знаками и профилями на них. И это не была наивность папуасов при виде стеклянных бус. Это была реакция народа, стоявшего духовно выше всей окружающей его тогдашней цивилизации, имевшего другие ценности и другие эталоны.

Таким образом, по мнению Бунича, варяги — грабители, а русские — наивный добрый народ. «Ни королей, ни ханов, ни эмиров, ни князей, ни вождей не имел этот народ. Все были равны и управляли сообща». Нам уже трудно в это поверить, пишет автор, но существовала там какая-то неизвестная, но исключительно эффективная форма народовластия. Не амбициозная, не агрессивная, а направленная исключительно на процветание. Вот такую идиллию рисует нам Бунич.

Другой позиции придерживается доктор философских наук В. Н. Демин. Он отмечает, что в XVIII–XIX вв. возобладала точка зрения, согласно которой варяги — русское название знаменитых скандинавских викингов (норвежцы, шведы, датчане), терроризировавших Западную Европу на протяжении нескольких столетий. Мнение это преобладает и по сей день. Однако ни Начальная русская летопись, ни скандинавские саги и хроники достаточных оснований для подобных выводов не дают. По его мнению, варяги — какой-то совершенно самостоятельный этнос в ряду других народов, перечисленных Нестором. И уж никак не норманны — не шведы и не норвежцы, которые на Руси хорошо известны, но только не под именем варягов. Сами свей и урмане также никогда себя варягами не называли (а именовались викингами), и в шведском, норвежском и датском языках такого слова вообще нет. Тем не менее, отмечает автор, на основании в основном косвенных данных в умы россиян была внедрена в общем-то совершенно необоснованная и по существу нелепая мысль, что варяги — это не кто иные, как германоязычные викинги-скандинавы.

Дальше — больше: поскольку в «Повести временных лет» варяги сближаются с Русью («Зваху тьи варязи Русь», — говорит Нестор), постольку и этноним «Русь» первоначально относился к какому-то германоязычному скандинавскому племени, а никак не славянскому. Что-либо более абсурдное за 300 лет существования русской историографии, отмечает Демин, трудно было придумать. Летописцы до такой глупости не додумались; они вслед за Нестором писали только, что было на самом деле: варяги — это Русь, и от них пошло название (прозвася) Русская земля. «Что сие значит? — спрашивает Демин и сам же отвечает: — Только то, что написано: варяги были русскими. Какие бы то ни было скандинавские викинги здесь ни при чем».

По его мнению, варяги сыграли выдающуюся роль в мировой истории, однако не разрушительную, а созидательную и объединительную. Такая задача по плечу только энергонесущей популяции, сплоченному сообществу целеустремленных пассионариев.

Демин считает, что варяги, скорее всего, представляли собой особое воинское братство — прообраз будущих рыцарских орденов. Варяжские общины чем-то напоминали будущую структуру казачества.

В. Н. Демин оказался очень близок к истине.

Подобная идея ранее была высказана и объяснена А. Т. Фоменко и Г. В. Носовским. Они исходят из того, что древние летописные записи допускают разночтение. Например, старые летописные названия означали часто не то, что мы понимаем под ними в наши дни.

«Норманнская теория» строилась на том, что:

1. Скандинавией всегда называли только современную Скандинавию.

2. Норманнами и варягами всегда называли людей, вышедших с территории современной Скандинавии.

3. Русью называли лишь сравнительно небольшую область на территории современной России.

При этом не учитывалось, что слова летописей допускают разные истолкования. Например:

1) Скандинавией или Скит(ф)ией Новой в средние века первоначально называли часть Руси. Лишь затем это название было перенесено из Руси на современную Скандинавию;

2) норманнами в средние века называли русских;

3) Русью в средние века называли не только Россию в ее современном понимании, но и завоеванные ею земли, в том числе многие территории Восточной, Северной и Западной Европы;

4) русские князья, объединявшие Русь и завоевывавшие новые земли, были названы в некоторых южнославянских летописях русским словом «враги», т. е. варягами.

В результате мы получаем совсем другое прочтение русских летописей. В частности, современная Скандинавия хранит, по-видимому, в своем названии память о былом русском завоевании и колонизации (с территории Руси). Сами скандинавы были убеждены в заселении их стран из Скифии, т. е. из Свигьод Великой. Швецию они называли Малой Свитьод.

Слово «Скифия» писалось и звучало разными способами. Наиболее распространенным был следующий: Scithia, т. е. звучавший без гласных как СКТ или как СКД. Заселив северные страны, скифы назвали скандинавов Скифией Новой, т. е. СКД-НОВА. Но при прочтении сочетание «скднова» мгновенно озвучивается как Скандинавия! Так возникло название Скандинавии, или Скифии Новой.

Русь росла. Появлялись «Новые Скифии». Например, мы знаем о существовании до настоящею времени на территории России области Аскания Нова около современной Астрахани. Кстати, «Астрахань» произошло, вероятно, от «азиатский татарский хан», т. е. «ас + тр + хан». Не исключено, что Скания означало также Ас-Кания или Ас-Хания, т. е. Азиатское Ханство. В смысле царство. Тогда Скандинавия могло означать Азиатское Ханство Новое. Итак, Скандинавия — это, по-видимому, Скифия Новая, называвшаяся также Готией.

Русь в XIV–XVI вв. имела разные названия: Русия, Руцкия, Рутия и т. д.

Обратим внимание на название Рутия — Ruthia. Без огласовок (гласных) имеем РТ или РД. Это просто Орда. Поскольку название Рутия, вероятнее всего, произошло от слова «Орда», то, значит, англичане называли Древнюю Русь совершенно правильно — Ордой.

Такое обилие синонимов объясняется, вероятно, тем огромным влиянием, которое приобрела Русь в Европе и Азии. Каждый народ называл русские владения по-своему, поэтому до нашего времени и дошло столько ее наименований.

Таким образом, во-первых, никаких иноземных норманнов-варягов, призванных якобы обустроить русскую землю, не было. Более того, название Скандинавии произошло благодаря заселению этой территории скифами. Во-вторых, становление Русского государства происходило никак не позднее становления государств Западной Европы. В-третьих, русский народ нельзя обвинить в отсталости или невежестве по отношению к странам Западной Европы.

Самое же главное заключается в том, что ошибочны представления тех историков, которые относят начало древнейшего периода русской истории к 862 г., а европейцев считают гораздо более древними цивилизациями. Ошибаются и те, кто ищет корни цивилизации в глубочайшей древности.

Европа и Русь начинали свое развитие примерно в одно и то же время, время Средневековья. Истоки мировых цивилизаций действительно следует искать в Египте (Первый Рим), затем центр перемещается в Константинополь (Второй Рим), а европейские государства и Русь в это время представляют собой периферию Византийской империи. В лоне Второго Рима зарождается, крепнет и становится могущественным Третий Рим — Великая русская империя.

Перейдем к еще одному очень интересному вопросу: а есть ли упоминание о Руси в Библии? Согласно традиционным воззрениям на историю, этого не может быть. Государственность на Руси начинает складываться в X–XI вв. н. э., а библейские события Ветхого Завета происходят до нашей эры. Но как ни парадоксально для традиционной истории, Библия рассказывает о событиях нашей, российской истории. На это особое внимание обратили Фоменко и Носовский.

В Библии, в книге Иезекиила, мы читаем: «Обрати лицо твое к Гогу в земле Магог, князю Роша, Мешеха и Фувала… Так говорит Господь: вот Я — на тебя, Гог, князь Роша, Мешеха и Фувала… Гог придет на землю Израилеву…» (Иезекиил 38:2–3, 18 и далее).

Рош упоминается также и в книге Бытия (46:21). О Гоге и Магоге говорит Апокалипсис (20:7).

С одной стороны, по мнению некоторых средневековых хронистов, Гог и Магог — это готы и монголы. Например, в XIII в. венгры считали, что Гог и Магог — это татары. По сообщению Карамзина, название Гог и Магог относилось некоторыми историками к хазарам, т. е. к казакам.

С другой стороны, средневековые византийцы были уверены, что в этом месте книги Иезекиила речь идет о русских, и писали не «князь Рош», а прямо — «князь Рос». Например, Лев Диакон в своей известной «Истории», описывая поход великого князя Святослава Киевского на Византию в конце X в., пишет о русских следующее:

«О том, что этот народ безрассуден, храбр, воинствен и могуч, что он совершает нападения на все соседние племена, утверждают многие; говорит об этом и божественный Иезекииль такими словами: „Вот я навожу на тебя Гога и Магога, князя Рос“».

Отметим, что Диакон говорит здесь не Рош, а Рос.

Авторы новой хронологии объясняют это следующим образом.

1) Под словом «Рош», или «Рос», имеется в виду Русь.

Кстати, в западноевропейском восприятии слово «Россия» пишется, например, по-английски как Russia и читается как Раша, т. е. все тот же Рош.

2) Под именами Гог и Магог скрываются все те же русские и татары, образовавшие «Монголию» — Магог, т. е. «Великую» империю.

3) Под словом «Мешех» имеется в виду Мосох — легендарная личность, по имени которого была названа Москва. Так считали средневековые авторы.

4) Под словом «Фувал» имеется в виду Тобол в Западной Сибири, за Уралом. Дело в том, что Ф (фита = тета) может читаться и как Т, и как Ф, а звук В часто переходит в Б и наоборот из-за двойного прочтения греческой фиты = виты = беты.

До сих пор Тобол и Иртыш — один из центров казачества. Впрочем, отождествление Фувала русского синодального перевода с Тоболом не нуждается в рассуждении о различном звучании фиты.

В самом деле, берем английскую Библию и смотрим, как в ней переведен «Фувал». И видим: Tubal, т. е. попросту Тобол! Весь фрагмент из Иезекиила в английском переводе звучит так: «Gog, the land of Magog, the chief prince of Meshech and Tubal» (Ezekiel 38:2), и далее: «О Gog, the chief prince of Meshech and Tubal» (Ezekiel 38:3).

Гог назван «главным князем (= принцем)» в земле Магога, Мешеха и Тубала (Тобола). Chief Prince на русский язык переводится в точности как Великий Князь.

Хочу обратить ваше внимание, дорогой читатель, на следующее любопытное обстоятельство. В каноническом англиканском переводе Библии XJX в. (London: British and Foreign Bible Society, Instituted in London, in the Year 1804; appointed to be read in the Churches; printed by Eyre Spottiswoode) почему-то пропущено имя Рош! Сравните с нашим русским синодальным переводом. В чем дело?

По-видимому, слово «Рош», или «Ross», по-английски резануло слух политически грамотному переводчику Библии, который, несомненно, понял, о ком здесь идет речь. И испугался. Неудивительно, что он предпочел тут же вычеркнуть опасное имя «русских» из канонического библейского текста, дабы не задавали правоверные англичане ненужных вопросов: о каких таких русских говорит Библия якобы задолго до Рождества Христова?

Отметим, впрочем, что, проявив похвальную бдительность по отношению к имени Рош, переводчик совершенно зря пропустил, по-видимому, незнакомое ему, но не менее опасное слово «Тобол» — «Tubal». И неудивительно. В Англии XIX в. не все переводчики знали что-либо о российской Сибири. А знали бы — наверное, тут же вычеркнули бы.

Цитированное место в книге Диакона, в котором вместо Рош прямо сказано Рос, вызывает особенно сильное раздражение у современных комментаторов. Они пишут: «В Библии слово «Рош» является ошибкой греческого перевода, однако византийцы неизменно понимали его как название народа и начиная с пятого века прилагали к различным варварским племенам… Когда в IX в. на исторической арене появились Росы, эсхатологическое сознание византийцев немедленно связало их с библейским «Рош»…

Текст Иезекиила непосредственно применен к русским в первый раз в житии Василия Нового: «Варварский народ придет сюда на нас свирепо, называемый Рос и Ог и Мог». Здесь, так же как и у Льва Диакона, библейский текст искажен… Так и родилось слово «Россия».

Что же касается Гога и Магога, продолжает комментатор, то они уже в Апокалипсисе названы народами (20:7–8). Начиная с Евсевия, их на протяжении всего Средневековья отождествляли с враждебными племенами. Наиболее распространено было представление о том, что это скифы, отчего схоластическое сближение с Русью получило еще одно подтверждение.

Фоменко и Носовский отмечают, что имя Магог употреблялось и в форме Мог, т. е. Могол. Монголов ранние авторы чаще всего так и называли — моголами. Это указывает на то, что Могол тоже, по-видимому, означал Русское (Рос) государство. По-видимому, и знаменитая Ассирия (описанная в том числе и в Библии), т. е. Сирия, или Ашур, также отождествляется, по крайней мере в некоторых хрониках, — с Русью. При обратном прочтении — например, при арабском или еврейском — неогласованных названий Сирия превращается в Русь, Ассирия — в Россию, а Ашур — в Раша.

Попытаемся подвести некоторые итоги. Мы выяснили один очень важный момент: в Библии говорится о России. Но ведь Ветхий Завет, как нас учит традиционная история, очень древний памятник, созданный задолго до появления христианства. В таком случае можно сделать естественный вывод, что Русь — одно из древнейших государств, существовавших еще в Библейские времена. Но это противоречит данным исторической науки.

Все оказывается гораздо сложнее. К этому выводу, противоречащему данным науки, мы пришли потому, что смотрим на историю глазами традиционной, привычной для нас хронологии. На нас давит хронологический стереотип. В традиционной хронологии библейские события отнесены далеко в глубь веков, а история России является сравнительно молодой. Хронологические парадоксы, противоречащие данным источников, оказывается, встречаются сплошь и рядом. Мы пытаемся как-то объяснить эти противоречия, но даже не задумываемся над тем, что может быть неверна сама хронология.

Вместе с тем оказывается, что все дело действительно в ошибках хронологии. Наличие существенных хронологических ошибок в истории показали Н. А. Морозов и А. Т. Фоменко. Эти ошибки столь значительны, что при их исправлении меняется все представление о ходе нашей истории. Так скромная вспомогательная историческая дисциплина хронология оказалась в центре внимания науки.

Слово «хронология» происходит от двух греческих слов: хронос — время и логос — учение, наука. Хронология — учение о времени, наука об измерении времени. Как наука хронология разделяется на математическую и историческую хронологию.

Было время (еще в XIV–XVI вв.), когда хронология относилась к математике и астрономии. Затем, уже в XVII–XVIII вв. хронология по вольной или невольной ошибке попала в разряд исторических, гуманитарных дисциплин. Но по сути своей она как была, так и осталась разделом математики. Поэтому в наше время историки, не получая основательного математического образования, часто обходят стороной достаточно сложные математические задачи, возникающие в хронологии. Получилось, что развитие этой важной науки, по сути дела, остановилось на Целых 300 лет. Хронология «окаменела» в тех формах, которые были ей приданы в XVII в.

Математическая хронология устанавливает путем исследований и вычислений по движениям небесных тел точное астрономическое время. Считается, что историческая хронология устанавливает на основе изучения письменных или археологических ИСТОЧНИКОВ время того или иного события, а также время возникновения исторических источников. Историческая хронология изучает времяисчисление в историческом развитии. Конечная цель хронологии состоит в том, чтобы дать историку-исследователю точные сведения о времени исторических событий или определить точные даты исторических источников. Хронология занимается изучением истории развития различных систем времяисчисления и уточнением дат, проверкой и переводом на современную систему времяисчисления.

Первые работы, посвященные вопросам хронологии, относятся на Руси к XII в. Тогда были созданы «Хронологические статьи» Кирика, который поставил задачу разобраться во всем многообразии хронологических вопросов своего времени.

Работа над вопросами хронологии шла по двум направлениям:

1) по линии создания справочников для определения дат церковных праздников (пасхалий);

2) по линии накопления астрономических и математических сведений, так как точное определение времени связано с наблюдениями за движением звезд, Солнца и Луны и приемами математических вычислений.

Особенно активизировалась работа в области хронологии со второй половины XV в. Дело в том, что дни церковных праздников на Руси были доведены только до 1492 г., т. е. до того времени, когда кончалась седьмая тысяча по древнерусской эре и предполагался конец света. Составители пасхалии тогда полагали, что после Страшного суда праздновать Пасху уже будет не нужно.

Тогда был составлен «Круг миротворный», в который в дальнейшем включается большое количество вопросов, имеющих отношение к календарю: о солнечных годах и високосе, временах года, месяцах и т. д.

Проблемы хронологии с особой остротой встают в связи со становлением и развитием исторической науки. Уже первые историки занимались вопросами времяисчисления.

За основную величину измерения времени (за эталон времени) во всем мире принимается, как известно, период вращения Земли вокруг своей оси. Видимым результатом этого движения является суточное движение звезд, Солнца и Луны.

Все системы счета времени можно разбить на две основные группы:

1) солнечный счет времени;

2) лунный счет времени.

Древнейший из них — лунный счет времени, но наиболее удобной системой счета времени является солнечная.

Звездные сутки — период времени между двумя последовательными положениями одной и той же звезды, не имеющей заметного собственного движения, в определенной точке.

Солнечные сутки — период времени между двумя последовательными положениями Солнца в определенной точке.

Следует отметить, что сутки в этих двух системах измерения времени разные по величине. Солнечные сутки приблизительно на 4 минуты больше звездных суток. Таким образом, звездные часы уходят вперед в год на сутки. Иначе говоря, в году звездных суток больше, чем солнечных, ровно на одни сутки.

Звездный год — период времени, в который Солнце приходит снова в ту же точку неба, к той же самой звезде.

Отсчет времени во всех обсерваториях мира ведется по звездному времени, так как истинное солнечное время не совсем пригодно для точного измерения времени.

Еще одной единицей измерения времени является тропический, или астрономический, год.

Когда Солнце находится по отношению к Земле в таком положении, что лучи его равномерно падают на оба полушария Земли (Северное и Южное), то день равен ночи на всей Земле. Наступает равноденствие. Положение Солнца в точках весеннего и осеннего равноденствия бывает 21 марта и 23 сентября.

Тропический, или астрономический, год — промежуток времени между двумя последовательными пребываниями Солнца в точке весеннего равноденствия (21 марта).

Исходным, отправным моментом в счете времени является эра.

Эра — счет лет от определенного дня, который признается исходным, отправным моментом в счете времени. Эра необходима, чтобы определить место события во времени, соотнести событие с другими событиями.

Естественно, для того, чтобы обозначить событие во времени, т. е. указать год события, надо иметь какой-то отправной момент, от которого производится счет.

Всякая эра имеет условное значение. Исходным началом эры может быть любое произвольно взятое событие. Счет может вестись от какого-то памятного события: землетрясения, войны и т. д. Может быть взят за основу мифический факт.

Эрами, в основе которых лежат мифические события, являются и так называемые мировые эры. Отправным моментом в счете лет по «мировым эрам» может быть факт «сотворения мира» Богом.

Существовало не менее 200 «мировых эр», резко расходящихся друг с другом.

Наибольшее распространение приобрели три «мировые эры» — александрийская, антиохийская и византийская.

Самая длинная «мировая эра» относила «сотворение мира» к 6984 г. до н. э., а самая короткая — к 3483 г. до н. э.

Традиционная хронология в том виде, в каком мы ее используем сейчас, создавалась и в основном была завершена в фундаментальных трудах XVI–XIX вв. Тогда было введено привычное для нас ведение счета летосчисления исторических событий «до нашей эры» и «нашей эры». Например, события Древнего мира в школьном учебнике относятся в основном к векам и годам до нашей эры (до Рождества Христова), а события Средневековья — к нашей эре (от Рождества Христова).

Мы сказали, что эта хронология начала складываться в XVI в. Но в исторической литературе бытует мнение, что эра от Рождества Христова введена в 525 г. архивариусом Папы Римского монахом Дионисием Ничтожным (или Малым, прозванным так за его рост. Его называли также ласково «жемчужина пасхалий Дионисий») и обозначалась AD — Anno Domini, Года Господа.

Упоминается еще один хронолог — Дионисий, который якобы жил раньше Дионисия Ничтожного, а именно в III в. н. э. Он активно занимался уточнением даты Рождения Христа и вычислениями Пасхи. Но специалисты в области «новой хронологии» считают, что это было одно и то же лицо, а точнее, их вообще не было, а был только один хронолог — Дионисий Петавиус, живший в XVII в. Предыдущие Дионисии являлись лишь «историческими двойниками».

Начало принятой сейчас хронологии положили работы Жозефа (Иосифа) де Скалигера (1540–1609). В 1583 г. он ввел пересчет лет на годы до «нашей эры» и «нашей эры». Был введен сквозной счет дней, начинающихся с января 5713 г. до нашей эры (до н. э.) в так называемых юлианских днях.

Его соратник Дионисий Петавиус (1583–1652) предложил взять за основу летосчисления Рождество Христово и считать события от рождения Христа до наших дней положительными, а события до рождения Христа считать годами до Рождества Христова (до Р. X.).

Скалигер вместе с астрономами Петавиусом и Риччиоли впервые применил астрономический метод для подтверждения хронологии предыдущего периода. Правда, критической проверки они не проводили.

Принятую сегодня хронологию можно назвать «версией Скалигера — Петавиуса».

В основу хронологии было положено толкование числовых сведений, собранных в Библии, и календарно-астрономические вычисления, ошибки которых в то время еще не могли оценивать, а значения этих ошибок были иногда огромными — в сотни и тысячи лет. Возникшая позже «светская хронология» полностью основана на церковной хронологии.

Как отмечают Г. В. Носовский и А. Т. Фоменко, при построении здания древней истории были сделаны, грубо говоря, две основные ошибки.

Первая ошибка. Было неправильно датировано Рождество Христово. Вместо XI в. н. э. была ошибочно названа дата на тысячу лет раньше. Так была введена «новая эра», неправильно названная «эрой от Рождества Христова». Эта ошибка была, скорее всего, непреднамеренной и произошла в XIV в. Эта основная ошибка потянула за собой большое количество следствий, началось «размножение истории».

Вторая ошибка. Она была, по мнению Фоменко и Носовского, преднамеренной. Произошло целенаправленное и вполне осознанное искажение истории.

В результате хронологических ошибок многие события Средневековья были отправлены в глубокую древность.

Возникает вопрос: почему наблюдается стремление историков обосновать удлиненную древнюю историю? Древняя история нужна при решении территориальных споров между странами. Сильная сторона в территориальном споре просто старается захватить спорную территорию при помощи военной силы. Слабая сторона вынуждена обращаться к хронологии и изыскивать исторические аргументы в глубокой древности, доказывая свою правоту.

Искажения истории зависят и от исповедуемой религии. Как отмечают Г. В. Носовский и А. Т. Фоменко, авторитетность той или иной религии, безусловно, в значительной мере обеспечивалась авторитетностью и силой того государства, империи, в которой она исповедовалась.

Г. В. Носовский и А. Т. Фоменко пришли к выводу, что менее всего, в хронологическом смысле, была искажена история Древней Руси. Ислам (мусульманство) вынужден был удлинить свою историю в прошлое. Еще более это коснулось истории католической церкви, и, наконец, наибольшему удлинению подверглась история иудаизма.

Искажения истории были обусловлены борьбой Запада за выживание. В XIV–XVI вв., после распада Византии, все новообразовавшиеся империи и государства начали писать свою историю с целью придания наибольшего авторитета себе и своей религии.

Многие источники XIV–XV вв., не говоря уже о документах XVI–XVII вв., несут в себе исторические, хронологические и географические искажения.

Ввиду сомнительности всех схоластических вычислений дата «сотворения мира», например, варьируется в разных документах в значительных пределах. В результате возникали различные «точки отсчета», от которых развертывалась вся хронология. Приведем лишь основные примеры (указаны годы до н. э.):

5969 (антиохийская, Феофил; другую версию см. ниже);

5508 (византийская, так называемая константинопольская);

5493 (александрийская, эра Анниана, а также 5472 или 5624);

4004 (Ашер, еврейская: по мнению Дж. Ашера (Уссерий, Ушер), мир был создан утром в воскресенье 23 октября 4004 г. до н. э.;

5872 (так называемая датировка 70 толковников, или 70 переводчиков Библии);

4700 (самарийская);

3761 (иудейская);

3941 (Иероним);

5500 (Ипполит и Секст Юлий Африканский);

5515 (Феофил, а также 5507);

5199 (Евсевий Кесарийский);

5551 (Августин) и т. д.

Итак, амплитуда колебаний этой фундаментальной для древней хронологии точки отсчета дат составляет ни много ни мало 2100 лет.

Вопрос о «правильной дате сотворения мира» отнюдь не схоластичен, и ему недаром уделялось такое большое внимание. Дело в том, что огромное число документов датирует описываемые события годами «от сотворения мира», а потому существующие тысячелетние расхождения в выборе этой «даты» существенно сказываются на датировке всех подобных документов.

К XIX в. суммарный объем хронологического материала значительно разросся. Хронологи занимались только мелким уточнением дат. В XX в. вопрос считается в основном уже решенным, и хронология окончательно застыла в той форме, в какой она вышла из писаний Евсевия, Иеронима, Феофила, Августина, Ипполита, Клемента Александрийского, Ашера, Скалигера, Петавиуса.

Тем не менее по мере развития науки и освобождения ее от давления авторитетов новые поколения ученых стали обнаруживать серьезные трудности при согласовании многих летописных данных с версией Скалигера.

В результате глубоких астрономических и математических исследований авторы новой хронологии пришли к выводу о необходимости перенесения событий, описанных в истории Древнего мира в средние века.

Это безусловно сенсационные и ошеломляющие выводы хронологических исследований. Астрономический и математический анализ показал, что события Древнего мира на самом деле происходили в средние века!

Фоменко и Носовский считают, что сегодня потребуется заново пересмотреть даты, стоящие на книгах, изданных в Европе в XV–XVII вв. Для записи дат использовались две системы: арабские цифры и римские цифры. Вот, скажем, на книге стоит дата 1552 в арабской записи. Следует ли отсюда, что это обязательно 1552 г. в современном понимании? Отнюдь нет. Дело в том, что цифра 1 ранее часто писалась как латинская буква I заглавная и иногда даже отделялась точкой от остальных, т. е. col1¦0. Первоначально буква I была сокращением имени Иисус (потом это было забыто). Поэтому дата col1¦1 означала 552-й год Иисуса, т. е. 552-й год от рождения Иисуса Христа.

Когда родился Иисус Христос? Как мы увидим ниже, произошло это приблизительно в 1053 г. н. э. (по скалигеровскому счету), практически одновременно с известной вспышкой сверхновой звезды в 1054 г. н. э., знакомой нам по Евангелиям как Вифлеемская звезда. Отсчитывая вверх 552 г. от 1053 г., мы получаем 1605 г., а отнюдь не 1552-й. Следовательно, несмотря на то что на книге написано 1552 г., реально она могла быть опубликована в 1605 г., т. е. на 53 года позже. Таким образом, восстанавливая правильную хронологию отпечатанных книг, мы увидим, что в некоторых случаях возникает сдвиг некоторых датировок вверх примерно на полстолетия. А скалигеровские историки, напротив, передвинули потом эти даты на полстолетия вниз.

Или вот, например, на первом листе книги Птолемея «География», изданной Себастьяном Мюнстером якобы в 1540 г., год издания проставлен в виде M.D.XL. Сегодня считается, что М — это тысяча лет, D — это пятьсот лет и т. п. Подставив эти значения, действительно получим 1540. Но, как считают Фоменко и Носовский, первые буквы, отделявшиеся точками, тоже могли быть сокращениями слов, связанных с эрой Иисуса Христа. Буква М, например, вполне могла быть сокращением слова «Мегас», = величайший. На иконах Христа часто писались две буквы альфа и омега. Омега, или Мегас, и означало Великий, Величайший применительно к Богу — Христу.

Если это так, то получаем дату: 540 г. от Христа. Снова отсчитывая вверх 540 лет от 1053 г. н. э., получаем 1593 г., т. е. самый конец XVI в., а не первую его половину. Это радикально меняет оценку и самой этой публикации «Географии» Птолемея и помещенных в ней якобы «античных» карт. Становится понятнее, почему на этих картах явственно видны следы скалигеровской версии истории и географии.

Не исключено, считают авторы новой хронологии, что в записи даты M.D.XL собственно датой являются лишь последние буквы XL, т. е. число 40. А первые две буквы M.D. являются начальными буквами слов вроде «Великий Государь» = Magnus Dominus и могут означать отсчет лет от начала правления какого-то императора без указания его имени. Кроме того, D была и начальной буквой слова «Божественный». Тогда дата M.D.XL может иметь смысл «сороковой год Великого Государя такого-то». И придется еще выяснять — от какого императора отсчитывал годы издатель книги. Это обстоятельство еще более увеличивает неоднозначность в прочтении буквенных датировок такого типа. В одном княжестве отсчитывали от одного Великого Государя, в соседнем был свой Великий Государь. И каждый из них требовал, чтобы подданные именовали его просто: «Великий Государь».

Фоменко и Носовский обращают внимание на карту, изготовленную при российской императрице Елизавете. Напомним, что Елизавета Петровна правила с 1741 по 1762 г., т. е. в XVIII в. н. э.

И, тем не менее, на карте четко написано: «Кронштать. Карта морская аккуратная… описана и измерена по указу Ея Императорского Величества в 740-м году флота Капитаном Нагаевым… сочинена в 750 г.». Итак, мы видим, что даже в XVIII в. при обозначении дат часто не употребляли современный знак тысячи и вместо 1740 или 1750 гг. писали просто 740 или 750 г. Если бы мы не знали заранее, что Елизавета жила в XVIII в., мы могли бы уверенно отнести эту карту к VIII в. н. э. в традиционном летосчислении. В результате средневековый документ уехал бы вниз ровно на тысячу лет. Так возникали фантомные отражения средневековых документов в глубокой древности.

Таким образом, дорогой читатель, мы видим с вами, как допускались хронологические ошибки даже в датировании опубликованных книг. Нам остается только догадываться, сколько же таких ошибок допущено в определении времени создания исторических источников.

Поставленный Морозовым, Фоменко, Носовским, Постниковым и другими учеными вопрос о необходимости пересмотра хронологии заставляет серьезно задуматься о существующих методах исторического исследования.

В исторической науке используются разные методы исследования. Любое историческое произведение базируется на данных предшествующих историков. Опыт прошлых исторических исследований отражен в исторической библиографии и историографии.

Исследование строится, естественно, на базе исторических источников — археологических памятниках и письменных документах. При этом историк использует данные различных специальных исторических дисциплин — топонимики, сфрагистики, геральдики, метрологии, хронологии.

Используются естественно-научные достижения — радиоуглеродный метод анализа древних источников для их датировки. Здесь следует учитывать, во-первых, что датировка методом радиоуглеродного анализа возможна только для предметов органического происхождения: дерево, бумага, кости. Во-вторых, этот метод далеко не точен и часто дает существенные погрешности при датировке источников.

Используются также методы дермохронологии, но и они не дают точных результатов. Особенно эффективна датировка исторических событий с помощью астрономических методов. Это возможно в том случае, если в письменных источниках есть данные о положении звезд, солнечных и лунных затмениях в описываемый период.

Большой интерес в последние годы был проявлен к математическим методам исторического исследования и использованию средств вычислительной техники для решения исторических задач.

Используя различные методы исторического исследования, Ученые-математики обратили внимание на серьезные пробелы и существенные ошибки в хронологии, что приводило историков к существенным искажениям истории развития мировых Цивилизаций. Скромная вспомогательная историческая дисциплина неожиданно для историков в последние годы превратилась в центр острых дискуссий по вопросам переосмысления хода развития мировых цивилизаций. Математики, используя эмпирико-статистические методы и методы математического моделирования, обнаружили существенные хронологические сдвиги в истории.

Понятие хронологического сдвига является центральным в концепции новой хронологии, построенной академиком А. Т. Фоменко и его последователями. Попытаемся раскрыть сущность этого понятия.

Чтобы проанализировать хронологию древности, А. Т. Фоменко потребовалось создать полную хронологическую таблицу всех основных событий древней и средневековой Европы, Средиземноморья, Египта, Ближнего Востока, Азии. Когда эта работа была проделана, всю информацию изобразили графически. При этом каждая историческая эпоха со всеми ее основными событиями нашла себе место на оси времени. Каждое событие изображалось точкой или горизонтальным отрезком в зависимости от его продолжительности.

Так была построена А. Т. Фоменко полная таблица, названная Глобальной Хронологической Картой, сокращенно ГХК. Фактически Глобальная Хронологическая Карта является полной «хронологической структурой учебника» по древней и средневековой истории. Для анализа огромного исторического материала, отраженного на Глобальной Хронологической Карте, были применены математические методики датирования и распознавания статистических дубликатов (повторяющихся исторических событий).

Представьте, дорогой читатель, сколько времени и сил потребовалось академику А. Т. Фоменко для создания Глобальной Хронологической Карты. Ведь в нее занесены все события всемирной истории, известные ученым. Достаточно сказать, что эта ГХК представляет собой полотно в сотню метров длиной и больше десяти метров шириной. И всю эту работу академик провел один.

В результате обширного эксперимента, в ходе которого были обработаны сотни текстов с десятками тысяч имен, Фоменко неожиданно были обнаружены пары эпох, которые в традиционной истории считаются независимыми, разными во всех смыслах.

Как показал математико-статистический анализ, отдельные эпохи, династии правителей оказались чрезвычайно схожими друг с другом. При этом чисто визуально они имеют чрезвычайно близкие, а иногда практически неотличимые графики своих количественных характеристик.

Таким образом, в «традиционном учебнике истории» было обнаружено довольно много исторических дубликатов из разных эпох.

Математический анализ показал, что «традиционный учебник истории» как бы склеен из четырех одинаковых хроник.

Древняя и средневековая история в традиционной версии представляет собой слоистую хронику, растянутую по оси времени. Слои этой хроники опускаются вниз (во времени) примерно на 1800, 1050 и 330 лет.

Таким образом, весь современный учебник практически целиком вырастает из своей меньшей части — Средневековья. Глобальная Хронологическая Карта определяет систему хронологических сдвигов внутри «учебника истории» и позволяет вернуть дубликаты событий Средневековья из Древнего мира на свое место — в средние века.

Главная новизна этих исследований состоит в том, что хронологические сдвиги носят, оказывается, глобальный характер и захватывают период XI–XIV вв. н. э. и даже некоторые события XIV–XVI вв., вплоть до начала XVII в. н. э. Интересно, что эффекты дублирования хроник заканчиваются именно в тот момент, когда была окончательно оформлена версия современной хронологии (конец XVI — начало XVII в.). Никакие события вниз уже не опускались.

Можно ли воссоздать «короткую хронологию», не содержащую дубликатов? Да. Эта укороченная история задается короткой хроникой, три другие хроники нужно поднять вверх и наложить на короткую хронику. При этом произойдет следующее. Некоторые события, считаемые сегодня за различные, отождествятся (склеятся), а другие события заполнят «темные века» (белые пятна), которыми изобилует история средневековой Европы и других регионов.

Обнаруженные математическими методами дубликаты в «традиционном учебнике истории» означают следующее. Известная нам сегодня версия глобальной хронологии неверна ранее XIII в. н. э., причем ошибки, содержащиеся в ней, весьма существенны.

Для ее исправления необходима передатировка некоторых крупных блоков событий, относимых ныне к глубокой древности. Нужно вычленить из современного «учебника истории» хроники-дубликаты и поднять их вверх в соответствии со сдвигами на 330, 1050 и 1800 лет. При этом содержащаяся в них историческая информация вернется на свое подлинное место во времени.

После такой процедуры укорачивания хронологии известная нам письменная история Европы и Средиземноморья сократится. Большинство событий, датируемых сегодня ранее XI в. н. э., расположится в интервале XI–XVII вв. н. э.

Ранее же X в. н. э., вероятно, практически весь «учебник истории» состоит из «фантомных» дубликатов, оригиналы которых находятся в интервале X–XVII вв. н. э. Точнее говоря, вся известная нам сегодня история ранее X в. н. э. является «отражением» реальных событий, происходивших в эпоху X–XVI вв. н. э. В частности, «античная история» является фантомной в том смысле, что она, как мираж, в глубоком прошлом отражает реальные события средних веков.

Фрагменты хронологических сдвигов в глубь истории были обнаружены еще раньше учеными Исааком Ньютоном и Н. А. Морозовым, но они не смогли точно определить величины основных сдвигов и выявить все дубликаты истории. Так, Н. А. Морозов считал, что традиционная (скалигеровская) хронология в основном верна с 300 г. н. э. А. Т. Фоменко, на наш взгляд, убедительно доказал, что на современную хронологию можно положиться только с XIII в. н. э.

На факты ошибочных датировок обращали внимание и другие историки. Так, уже в XVI в. профессор Саламанского университета де Арсилла высказал мнение, что вся древняя история — это сочинение средних веков. В XVII в. иезуитский историк и археолог Жан Гардуин указывал, что классическая история — произведение XVI в. Можно привести и другие примеры высказываний ученых по этому вопросу. Так, в начале XX в. немецкий приват-доцент Роберт Балдауф считал не только древнюю, но и раннесредневековую историю фальсификацией эпохи Возрождения.

Для того чтобы разобраться в подлинном ходе событий, который восстановила школа новой хронологии, нужно попытаться отойти от этой традиционной канвы, «забыть» ее. Это нужно для того, чтобы априори не отвергать концепцию новой хронологии, не считать ее бредовой. А именно это происходит с каждым, кто впервые сталкивается с работами А. Т. Фоменко.

Я понимаю, дорогой читатель, что сразу, как говорят, с лету, воспринять сущность хронологических сдвигов сложно. Детально и аргументированно эти вопросы изложены в трудах академика Фоменко.

В исторической науке все активнее используются математические методы и средства вычислительной техники. Компьютеры стали таким же естественным инструментом работы историка, как ручка, бумага, книги, архивные документы.

Для изучения древних документов необходимы знания гороскопов, карт звездного неба, созданных астрологами Средневековья, знания основ прикладной математики. Дело в том, что в архивных документах могут быть описания солнечных или лунных затмений, которые наблюдал, например, летописец. У исследователя, естественно, может возникнуть вопрос: а действительно ли в описываемое время в этом месте летописец мог своими глазами видеть то или иное затмение?

Проверить наличие затмений можно по специальным расчетным таблицам, составленным на основе теории движения Луны. Такие таблицы называются каноном. Точный расчет карт звездного неба, естественно, невозможен без использования математических методов и средств вычислительной техники.

Переосмысление истории вообще и переосмысление хронологии в частности во многом базируется на методах астрономического анализа. Первым серьезно этой проблемой занялся академик Н. А. Морозов, затем академик А. Т. Фоменко, профессора В. В. Калашников и М. М. Постников, Г. В. Носовский, Н. С. Келлин, Д. В. Денисенко и др. Рассмотрим отдельные примеры результатов исследования этих авторов. Более подробные сведения и научные аргументы можно найти в их трудах.

В настоящее время на основе теории движения Луны составлены расчетные таблицы (каноны). В них для каждого затмения Солнца и Луны, происходивших в прошлом, вычислены его характеристики: дата, полоса прохождения тени и т. п.

Это позволяет датировать древние документы, если в них есть описание какого-то затмения. Одним из первых, кто серьезно занялся этой работой, как мы сказали, был академик Н. А. Морозов. Он обнаружил, что сообщения о затмениях в древних документах, как правило, не соответствуют действительным датам затмений. Свой анализ Н. А. Морозов довел только до 300 г. н. э. Он предполагал, что дальше этих годов противоречий не обнаружится.

Академик А. Т. Фоменко решил все же проверить и хронологический период от 400 г. н. э. и далее. Оказалось, что, только начиная приблизительно с 1000 г. н. э., а не с 400 г. н. э., как предполагал Морозов, согласование традиционных дат затмений, данных в древних документах, с результатами научного астрономического датирования становится удовлетворительным и лишь с 1300 г. н. э. — надежным.

В результате огромной работы по анализу солнечных и лунных затмений, описанных в древних документах, А. Т. Фоменко и его коллегам удалось определить правильные даты их появления. Результат оказался ошеломляющим. Опять оказалось, что документы, которые мы относили к периоду Древнего мира, были созданы в средние века!

Помимо затмений для астрономической датировки можно использовать гороскопы.

Сложное и на первый взгляд беспорядочное движение планет вызвало у людей астрологическое представление о взаимозависимости планет и человеческих судеб. Астрологи посвящали всю свою жизнь небу, исследуя и толкуя казавшиеся им такими загадочными и такими важными движения планет. Астрологическими текстами, предсказаниями и толкованиями пронизана большая часть древней литературы. Астрологическая окраска окружающего мира определяла все мировоззрение средневековых ученых. Читая средневековые книги по астрологии, погружаешься в фантастический мир, заполненный чудовищами-созвездиями, живыми кометами, пожирающими города и страны, сражающимися с людьми и животными-созвездиями на небе. Древний астроном видел все это у себя над головой и мыслил только такими образами. Окружающий его земной мир казался ничтожным перед грандиозностью событий, происходящих на небе.

Первым неизбежным последствием астрологии было разделение времени по числу планет. Каждая из них воздействует на свой определенный день. Сейчас мы с трудом можем представить себе, насколько огромное влияние имела астрология на интеллектуальную жизнь средневекового человека. Астрология сделалась главной наукой того времени, основой всех остальных. Чтобы убедиться в этом, достаточно обратить внимание на массу сочинений по астрологии, которые появились в XV и XVI вв. В этом отношении ни одна наука того времени не могла сравниться с астрологией. При этом нужно иметь в виду, что писали эти сочинения не какие-нибудь неизвестные люди, а выдающиеся умы своего времени. В Скандинавии XVI в., например, нет ни одного имени, которое можно было бы поставить наряду с величайшим представителем точной науки Тихо Браге и изысканным знатоком и всесторонне образованным популяризатором Генрихом Рантцау, штатгальтером Шлезвиг-Голштинским. И они были восторженными приверженцами астрологии! Тихо Браге разработал ее до мелочей, и вся его научная деятельность была до известной степени посвящена ее развитию. Из немецких ученых назовем такие блестящие имена, как Меланхтон и Кеплер. Лекции Меланхтона по астрологии в Виттенбергском университете имели необыкновенный успех. В университетах Болоньи и Падуи существовали особые кафедры астрологии. Кеплер составил календарь с прогнозами погоды и историческими предсказаниями по звездам и до самой смерти занимался составлением гороскопов. То же самое наблюдалось в Англии, Франции и Италии. Даже Бэкон, великий предтеча современного естествознания, высказался в 1623 г. об астрологии в том смысле, что он не отвергает ее, а только настаивает на ее преобразовании.

Тот факт, что астрология не только просуществовала от древних времен вплоть до XVI в. н. э., но и пользовалась огромным влиянием, следует помнить при чтении древних текстов.

Астрологическое учение не представляет собой какого-либо единства: оно разбивается на множество школ, более или менее отличающихся друг от друга. Одним из авторитетнейших изложений астрологии является сочинение «Тетрабиблос» («Четыре книги»), приписываемое Птолемею. Впрочем, авторство Птолемея в отношении этих книг всерьез не принимается, хотя бы потому, что представление о мире автора этого сочинения неизмеримо примитивнее представлений Птолемея — автора «Альмагеста».

Изучение астрологических трактатов чрезвычайно затруднено сложнейшей символистикой и терминологией, меняющейся от трактата к трактату. Астрологи пользовались для обозначений планет очень сложной и неоднозначной символикой.

Более ранние планетные символы обязательно несли в себе в той или иной форме идею движения (как правило, быстрого). Например, планеты могли изображаться людьми с посохами (символами движения). Очень была популярна символика, связанная с конными повозками вообще и с конями в частности, поскольку движение планет, естественно, ассоциировалось со скачкой коней. Для изображения остановившихся планет использовались рисунки распряженных колесниц. Кстати, поскольку Солнце и Луна никогда не останавливаются, их колесницы никогда не распрягаются.

В колесницы планет иногда впрягались другие животные, большей частью фантастические. Например, Луну возили девушки, Меркурия — орлы, Венеру — голуби, Юпитера — павлины, Сатурна — грифон и аспид. Иногда колесницы исчезали и оставались одни кони. Такого рода сокращенная символика позволяла изображать — в виде всадника на планете-коне созвездие, в котором планета находится.

Каждой планете в астрологии приписывались «свойства», определяющие ее влияние на земную жизнь. Кроме того, планеты делятся на мужские и женские, а также обладают определенным цветом.

Сила влияния планеты на земные явления неодинакова: она зависит от зодиакального созвездия, в котором в данный момент находится планета. С этим созвездием планета может находиться в особых «соотношениях», которых «Тетрабиблос» насчитывает пять. Например, вступление «кровожадного» Марса в созвездие Льва считалось чрезвычайно опасным и грозило войнами и кровопролитием; вступление зловещего Сатурна в созвездие Скорпиона было еще более худшим знамением, предвещающим гибель от моровых поветрий. На этом основании по принципу обратной связи Сатурн и Скорпион часто определялись как символы смерти.

Из сказанного выше ясно видно, какое в астрологии значение имеет описание расположения планет по созвездиям.

Невооруженным глазом на небе видны пять планет: Меркурий, Венера, Марс, Юпитер, Сатурн. Средневековые астрономы добавляли к ним Солнце и Луну. При движении по эклиптике они попадают в те или иные созвездия зодиакального пояса. Зодиак условно разделен на 12 созвездий. Гороскопом, как мы знаем, называется расположение планет в созвездиях зодиака. Например, Марс — в Рыбах, Венера — в Деве и т. п.

Гороскоп, составленный в момент рождения человека, называется гороскопом этого человека. По этому гороскопу астрологи предсказывали судьбу новорожденного. Но астрология не сводилась к предсказаниям и пророчествам по гороскопам. Это лишь часть ее, которую можно охарактеризовать как «прикладную астрологию». Еще «Тетрабиблос» ставит на первое место не составление и интерпретацию гороскопов, а общетеоретическое изучение влияния планет на земные явления.

Сегодня составлены таблицы, позволяющие вычислять положения планет на зодиаке в прошлые эпохи. Следовательно, встречая в каком-то древнем источнике описание гороскопа, можно датировать его, например, используя такие таблицы. В результате мы узнаем, когда был составлен документ.

В начале XX в. П. Нейгебауэр сделал попытку составить для исторических целей сокращенные планетные таблицы, которые могли бы при возможно меньшем количестве вычислений дать достаточно приближенные места планет.

Таблицы Нейгебауэра отвечают на вопрос: какое было в такой-то день такого-то года положение планет на зодиаке. Однако для датировки исторических документов важно знать обратное: в каком году было известное положение планет на зодиаке.

Впервые соответствующие таблицы были составлены НА. Морозовым и М. А. Вильевым.

По данным гороскопа можно определить день, месяц, год его создания. Но может возникнуть такой вариант, когда вычисления дадут серию возможных дат создания гороскопа. Окончательный выбор даты приходится тогда делать на основе других методов исследования.

Особый интерес для установления хронологии исторических событий дают сохранившиеся до наших дней древние гороскопы. Такими являются, например, египетские гороскопы в Дендерах.

Дендеры — небольшой городок в Египте, к северу от Фив, на берегу Нила. Недалеко находятся развалины древнего города Тентириса с остатками великолепного храма, на потолке которого сохранились скульптурные композиции: так называемые Круглый и Длинный зодиаки. В египтологии этот храм принято называть Дендерским.

Круглый зодиак храма был перевезен в Париж во время египетской экспедиции Наполеона I. Второе изображение, находившееся ранее в предхрамии, называется Длинным зодиаком. Оно также перевезено в Европу.

Первые же ученые, исследовавшие эти зодиаки, поняли, что они изображают зодиакальные созвездия (отсюда и их названия) вместе с планетами, т. е. представляют собой гороскопы. Это дает уникальную возможность точно датировать время постройки Дендерского храма и перепроверить традиционную датировку. Эта датировка, основывающаяся на надписях и искусствоведческом анализе изображений, относит Длинный зодиак к царствованию Тиберия (14–36 гг. н. э.), а Круглый зодиак к царствованию Нерона (54–68 гг. н. э.), т. е. лет на сорок позже.

Зодиаки настолько выразительны, что их интерпретация как гороскопов никаких сомнений не вызывает. Поэтому вопрос об их датировке упирается в чисто астрономическую проблему.

Этой проблемой занимались Дюпюи, Лаплас, Фурье, Летрон, Хольм, Био и другие ученые, но решить ее не смогли, хотя и перебрали все планетные констелляции до III в. н. э. Были сделаны предположения, что зодиаки представляют собой свободную фантазию художника, никак не связанную с реальной картиной звездного неба.

Но дело в том, что один и тот же гороскоп, т. е. расположение планет по созвездиям, повторяется на небе лишь через очень большой период в несколько тысяч лет. Кроме того, далеко не все теоретически возможные сочетания планет реализуются в действительности. Поэтому если бы древний скульптор чисто случайным образом «разбросал» планеты по зодиаку, то такой «гороскоп», скорее всего, никогда не появился бы на реальном небе. Но уже при беглом ознакомлении с зодиаком ясно видно, что в расположении планет нет никаких явных астрономических несуразностей. Древний скульптор-астроном изображал реальное звездное небо.

Специалисты по новой хронологии внимательно изучили Круглый зодиак. Он представляет собой большой диск, покрытый фигурами. Полоса на краю диска заполнена зодиакальными фигурами; в центральной части диска изображены еще две дополнительные процессии; над зодиакальными созвездиями расположены фигуры планет.

Всего по ободку Круглого зодиака расположено 36 фигур, символизирующих календарные декады.

Фигура зловещего в древней астрологии и астральной мифологии Сатурна изображена на Круглом зодиаке египетским богом Анубисом, с головой шакала. Он с посохом в руках идет за Девой. Та же фигура повторяется на зодиаке еще один раз: внизу, в погребальной процессии, в которой она также находится рядом с Девой. Таким образом, Сатурн двумя способами указан в Деве.

Под Раком виден другой путник с посохом в руках — знаком движущегося светила: с орлиной головой, с царским украшением на ней и с соколом над нею. Это — Юпитер. Тут же над Раком символ Юпитера повторен еще раз: в виде такого же путника с посохом, но уже с человеческим лицом, звездою над головой и змеистым знаком молнии над нею. Таким образом, Юпитер двумя способами указан в Раке.

Меркурий и Венера никогда не уходят далеко от Солнца. И действительно, над Овном, около которого стоит Солнце, изображена Венера, и тоже, как Юпитер и Сатурн, она изображена двумя способами: утренней звездой, в виде девушки в газовом прозрачном одеянии, и вечерней звездой, в виде девушки с обезьяньим лицом, в таком же прозрачном одеянии. Таким образом, Венера указана в Овне налево от Солнца и близко к нему.

Между созвездиями Рыб и Водолея изображен путник с посохом в виде двуликого бога Януса со звездою над головой. Это — Меркурий, никогда не отходящий от Солнца, и только на несколько дней показывающий из-за него то одно свое лицо — слева над вечерней зарей на западе, то другое лицо — справа от Солнца над утренней зарей на востоке.

Марс также изображен путником с посохом и орлиной головой. На спине у него выступы, явно изображающие детали какого-то вооружения (или, может быть, кольчуги). Он стоит на спине Козерога со звездой над головой, с ибисом и соколом повыше. Та же самая фигуре путника с посохом, но уже с человеческим лицом, повторена тут же повыше над головой Козерога с ибисом под ногами.

Таким образом, все планеты (за исключением Меркурия, и без того двуликого по природе) указаны двумя изображениями в тех созвездиях, в которых они находились.

Между спиной Овна и Рыбами расположен кружок с петушиным глазом посредине. Это Солнце, показанное при переходе из созвездия Рыб к Овну около весеннего равноденствия. Это дает март.

Под Рыбами нарисован кружок с девушкой в нем, предлагающей жертву. Это — Луна с пятнами, в которых всегда видели те или иные человеческие фигуры. Она в том же созвездии, что и Солнце, но слегка справа. Это обозначает наступление весеннего новолуния, когда Луна приносится в жертву, сгорая в огне утренней зари, для того чтобы снова возродиться на третий день в Овне. (Весеннее равноденствие приходится на юлианский март на всем интервале от 1000 г. до н. э. до наших дней.)

Итак, перед нами следующий гороскоп:

Сатурн в Деве;

Юпитер в Раке;

Марс в Козероге;

Венера в Овне;

Меркурий между Водолеем и Рыбами;

Солнце между Рыбами и Овном;

Луна рядом с Солнцем.

По Сатурну, Юпитеру и Марсу Н. А. Морозов находит единственную дату: 568 г. н. э. Солнце дает март, а Луна — 15 марта. Следовательно, делает вывод Морозов, дата Круглого зодиака — 15 марта 568 г. н. э.

Существование даты, реализующей Круглый зодиак, опровергает предположение, что этот зодиак является плодом фантазии художника, так как в таком случае не могло бы получиться изображение реального расположения звезд.

Но Морозов ограничил свой анализ периодом до начала IV в., считая дальнейшие вычисления бесполезными. С этим не согласились Д. В. Денисенко, Н. С. Келлин, А. Т. Фоменко. Они провели компьютерный анализ и нашли еще одно решение — 22 марта 1422 г.

Теперь, дорогой читатель, рассмотрим Длинный зодиак. Он представляет собой длинную полосу, заполненную барельефами. В его нижнем ряду (как и на Круглом зодиаке) обозначены десятидневки в виде божков с посохами, плывущих в лодочках по направлению от созвездия Рака.

Длинный зодиак представляет следующий гороскоп:

Сатурн в Деве;

Юпитер в Рыбах;

Марс в Рыбах;

Венера в Овне;

Меркурий в Близнецах;

Солнце в Тельце;

Луна в Весах.

Вычисления Морозова показывают, что дата этого гороскопа — 6 мая 540 г.

Результаты Морозова опять же были проверены Д. В. Денисенко, Н. С. Келлиным. Оказалось, существует и другое решение, приводящее нас еще выше по хронологической шкале, — 14 мая 1394 г.

Итак, для обоих Дендерских гороскопов получаются по два решения, интервал между которыми составляет 854 г. Примечательно, что с таким явлением Морозов уже сталкивался при исследовании гороскопа, описанного в библейской книге Апокалипсис. Для него он нашел два решения: 395 и 1249 гг., так что разница между ними — те же 854 года. Что же это за удивительное число?

Дело в том, что Меркурий и Венера каждые 854 года оказываются для земного наблюдателя не только в том же созвездии, но и практически на той же долготе. Они движутся вокруг Солнца ближе Земли и поэтому могут проецироваться в одну и ту же точку на небе, даже находясь на разных относительно Солнца участках своей орбиты.

Таким образом, Морозов на основе астрономического анализа приходит к выводу о времени создания Дендерского храма. Он был создан не ранее VI в. н. э. Это, конечно, наносило сильный удар по традиционной хронологии. Неудивительно поэтому, что, когда Н. А. Морозов впервые вычислил аналогичные гороскопы, академик Тураев безапелляционно заявил: «Это, невозможно!» Вместе с тем объяснение достаточно простое и естественное, если встать на позицию новой хронологии. Оказывается, как мы увидим дальше, события «Древнего Египта» на самом деле происходили в средние века, т. е. после рождения и распятия Иисуса Христа.

Весомость аргументов Морозова столь велика, отмечает профессор Постников, что более поздние историки, по-видимому, молчаливо признали датировку Дендерского храма VI в.! Думать же над вопросом, почему в христианском храме VI в. оказались надписи фараонов, живших, по традиционным представлениям, за три тысячи лет до VI в., по-видимому, никто из историков не захотел.

Как считают Морозов и Постников, единственный архитектурный памятник, на стенах которого имеются изображения астрономического характера, позволяющие его надежно датировать, оказался не античным памятником I в. н. э., а ранне-средневековым сооружением, относящимся к VI в. н. э. Решение Морозова — 540 г. н. э. и 568 г. н. э.

Московскими физиками Н. С. Келлиным и Д. В. Денисенко несколько лет тому назад найдено второе решение — 1394 г. н. э. и 1422 г. н. э. Эти даты обосновывают в своих исследованиях академик А. Т. Фоменко, В. В. Калашников и Г. В. Носовский.

В чем причина ошибки Морозова? Не исключено, считают они, что это могло быть следствием элементарной ошибки в вычислениях или следствием опечатки в планетных таблицах, которыми пользовался Морозов. Не исключено, что, будучи уверенным в верности хронологии начиная с VI в. н. э. (и ближе к нам), он бессознательно стремился оставить лишь одно решение, устраивавшее его, — VI в., и поэтому отбросил слишком «нелепое» (даже для него!) второе решение: 1394 и 1422 гг. н. э.

Хотелось бы подчеркнуть, что результаты данных исследований ошеломляющие. А древнеегипетский Дендерский храм построен не в далекие древнейшие времена, а возведен в конце XIV — начале XV в. н. э.

Финский гороскоп Бругша

В 1857 г. выдающийся египтолог Г. Бругш обнаружил в Египте деревянный гроб с «древне»-египетской мумией. На внутренней крышке гроба в символической форме было изображено звездное небо с планетами в созвездиях, т. е. гороскоп.

Весь ритуал захоронения, его оформление и особенно демотическое письмо несомненно указывали, по мнению египтологов, на глубокую древность замечательной находки. Сам Бругш датировал ее не ранее I в. н. э.

Начались попытки астрономов обнаружить нарисованный гороскоп именно в историческую эпоху, отвечающую традиционной хронологии Египта. Безрезультатно. Как и в случае с Дендерскими зодиаками, звездное небо, от древности до первых веков н. э., ни разу не было таким, каким оно изображено на крышке гроба. Может быть, художник сам придумал карту звездного неба?

Когда Н. А. Морозов взялся за вычисления и двинулся вверх по оси времени — результат оказался неожиданным. Во-первых, точное решение нашлось. Его, скорее всего, не было бы, если бы древний художник измыслил картину звездного неба «из головы». А во-вторых, получившаяся дата абсолютно противоречила всем историческим представлениям о Древнем Египте. Гороскоп указывает на 17 ноября 1682 г., т. е. на XVII в. н. э. И это — единственное точное астрономическое решение на всем историческом интервале.

Тщательный сопоставительный анализ астрономической информации с данными о звездном небе, которые можно найти во множестве древних документов, убедительно показали, что современная датировка подавляющего большинства древних текстов ошибочна.

Другие методы анализа

Часто говорят о точности методов радиоуглеродных определений дат. Но это не так. Достаточно аргументированно это доказал академик А. Т. Фоменко. Результаты этих методов носят иногда анекдотический характер, когда нос погребальной ладьи фараона оказался на несколько столетий старше ее кормы.

Не дают точных результатов и методы дендрохронологического датирования археологических находок, содержащих куски бревен. Этот анализ не работает для находок, относящихся к периоду ранее X в. н. э.

Наивна и попытка Оплели в середине XIX в. определить возраст по нильским наносам ила. Дело в том, что ежегодные затопления Египта Нилом (прекратившиеся после постройки Ассуанской плотины) поднимают почву приблизительно на 1 дюйм в 20 лет.

Оплель в 1852 г. сообщает, что около Кармана под слоем сухого ила в 72 дюйма обнаружены остатки плотины, покоившейся на насыпной террасе из каменных обломков с остатками барельефов, с осколками стекла и фарфора, углубленной в ил на 6 м. Отсюда он вычислил, что эта терраса была построена за 6480 лет до его времени, т. е. около минус 4600 г.

Но ведь ясно, замечает Морозов, что никто никогда не будет строить плотину непосредственно на иле. Чтобы плотина не была смыта первым разливом, необходимо врыть в ил достаточно солидный фундамент. Этим фундаментом и является найденная терраса. Полагая, что она не возвышалась над окружающим илом, Морозов получил как нижнюю оценку для времени, протекшего с момента ее сооружения, 72×20 = 1440 лет. Таким образом, выходит, что эта терраса была насыпана не раньше V–VI вв. нашей эры, т. е. точно тогда, когда это должно быть по теории Морозова.

Морозов добавляет к этому, что там же были обнаружены разбитые колоссы, пьедесталы которых были в 1862 г. покрыты тем же слоем ила в 72 дюйма. Следовательно, и эти пьедесталы были сооружены не раньше V–VI вв. Следует отметить, что исследования А. Т. Фоменко показали, что даже эта дата слишком ранняя и египетская история должна быть отнесена к средним векам.

Важным выводом новой хронологии является утверждение, что события Древнего мира являются всего лишь отражением реальных событий Средневековья.

Но когда мы слышим об обнаруженных «дубликатах» в истории и необходимости перенесения их на свое истинное место в хронологической шкале, невольно возникает вопрос: а как же данные письменных источников? Ведь в древних документах указаны географические названия происходящих событий, имена их участников. О времени событий мы можем судить и по языку документа.

Изучая письменную историю, нужно постоянно помнить, что слова, имена, географические названия могли со временем менять свой смысл. Одно и то же слово могло означать в разные исторические эпохи совсем разные вещи.

Неподготовленный читатель, просматривая исторический текст, не сразу может понять, о чем идет речь. Вот, например, персидский историк XIV в. Фазлулах Хамадани Рашид-ад-Дин, многолетний визирь монгольского государства Хулагидов в Иране, в своем сборнике летописей «Джами аттаварих» на персидском языке описывает поход Чингизидов на Русь. Вот что он пишет: «Осенью в такину-ил, в год курицы сыновья Джучи — Бату, Орда и Беркэ, сын Угедей-каана — Кадан, внук Чагатая — Бури и сын Чингисхана — Кулкан сообща устроили курултай и, по общему соглашению, пошли войной на русских. Бату, Орда, Гуюк-хан, Менгу-каан, Кулкан, Кадан и Бури вместе осадили город Арпан и в три дня взяли его. После того они овладели также городом Ике. Кулькану была нанесена там рана, и он умер. Один из русских эмиров, по имени Урман, выступил с ратью против монголов, но его разбили и умертвили, потом сообща в пять дней взяли также город Макар и убили князя этого города, по имени Улайтимур».

Из этого текста понятно, что монголы пошли на Русь. Они берут русские города Арпан, Ике, Макар. Но что это за города? Кто такой русский эмир по имени Урман? Кто такой русский князь Улайтимур?

Когда, наконец, все это происходило? Как понимать «осенью в такину-ил, в год курицы»?

Теперь прочитаем этот текст в комментариях историков.

«Осенью в такину-ил, в год курицы (4 сентября 1236 — 23 августа 1237 г.) сыновья Джучи — Бату (Батый), Орда и Беркэ, сын Угедей-каана — Кадан, внук Чагатая — Бури и сын Чингисхана — Кулкан сообща устроили курултай (великий совет глав племен) и, по общему соглашению, пошли войной на русских. Бату, Орда, Гуюк-хан, Менгу-каан, Кулкан, Кадан и Бури вместе осадили город Арпан (Рязань) и в три дня взяли его. После того они овладели также городом Ике (Коломной). Кулькану была нанесена там рана, и он умер. Один из русских эмиров, по имени Урман (Роман), выступил с ратью против монголов, но его разбили и умертвили, потом сообща в пять дней взяли также город Макар (Москву) и убили князя этого города, по имени Улайтимур (Владимир)».

Здесь мы ясно видим, что одно и то же историческое лицо, название города в разных странах могло именоваться по-разному. Например, мы хорошо знаем завоевателя Чингисхана. Но это не имя, а титул. Человек, известный как Чингисхан, имел имя Темучин. Согласно традиционной версии истории, в 1206 г. он созвал курултай (или великий совет глав племен) и принял на нем титул Чингис (величайший, могущественный) хан. На курултае стремились избрать не только нового правителя, но и хотели дать ему титул, подобающий величию объединителя и повелителя всей Монголии. Сначала был предложен титул «гур-хан», но поскольку в подданстве у Тимучина было уже несколько гурханов (т. е. великих ханов), этот титул был признан не соответствующим нынешнему могуществу и авторитету вождя всех монголов.

Тогда кто-то из шаманов воскликнул: «Чингиз-хан!» — подразумевая под этим «величайший, храбрейший, могущественнейший из ханов», — и этот вновь изобретенный титул был всеми единодушно принят.

Следует к тому же заметить, что европейскими историками имя его писалось по-разному.

У других историков есть свои варианты написания этого имени. А вот, например, как именовали знаменитого Чингисхана в русских и европейских хрониках: «Под именем Чиркама (в латинском тексте — Cliyrcam…)… скрывается Чингизхан, называемый в русских летописях Чаногизом и Чигизаконом, а в других европейских источниках выступающий под именами Gurgatan, Cecarcarus, Zingiton, Ingischam, Tharsis, David, Presbyter iohannes и т. д.».

Мы с вами, дорогой читатель, проследили различные варианты написания имени всемирно известной исторической личности в трудах историков. Теперь нам не трудно представить себе, Какую путаницу в именах и географических названиях мы встречаем в исторических источниках, написанных в разное время и в разных странах.

Кто объединил два древних царства — Верхний и Нижний Египет? У одних авторов мы читаем — Нармера, а у других — Менее, у третьих — Мана. Кто же прав? Неужели историкам не известно имя основателя единого Египта? Известно. Им был Нармер, он же Менее, он же Мана. Все дело в том, что египетские фараоны имели несколько имен.

В разных странах одних и тех же людей могли называть разными именами.

Двумя известными персонажами Ветхого Завета являются Иосиф и Моисей. Известно, что Иосиф стал правителем Египта. Он, согласно библейским преданиям, был продан египтянам в рабство в 1720 г. до н. э., а примерно через 10 лет стал наместником фараона. «И сказал фараон Иосифу: «Ты будешь над домом моим и твоего слова держаться будет весь народ мой; только престолом я буду больше тебя». И поставил его над всей землей Египетской» (Кн. Бытие. 41: 39–43). Так вот, египтянам «визирь Иосиф» был известен под именем Юя. Юя-Иосиф был отцом Тейе (Ти), которая стала женой Аменхотепа III. Она родила сына Аминодава (по-древнеегипетски Аменхотеп — «Слуга Амона»), который впоследствии, после смерти Аменхотепа III, стал фараоном под именем Эхнатона.

По данным историка и лингвиста Ахмеда Османа, родившегося в Каире, Эхнатон был изгнан из Египта, но для своих приверженцев он оставался единственным законным монархом. И они по-прежнему уважительно называли его Мосом, Мосисом или Моисеем («потомком», или «рожденным от»).

Египетские находки А. Османа свидетельствуют, что Моисей (Эхнатон) вел свой народ от Пи-Рамсеса (вблизи современного города Кантра) на юг через Синайский полуостров к озеру Тимаш в поисках Земли обетованной. Таким образом, мы видим, что одни и те же исторические деятели имели разные имена в Египте и в библейских сказаниях.

В Иудее потомки царских священников, ангельских и патриархальных родов носили множество династических и правонаследственных титулов, являвшихся отличительными признаками их положения и полномочий. Таким образом, могло случиться так, что старший представитель династии был известен, в зависимости от момента, одновременно под несколькими именами. Матвей, например, в своей официальной должности величался Левием. Захария звался Садоком, а в ангельском чине к тому же — и Михаилом. Ионафан Анна (иногда называвшийся Нафанаилом) был также Иаковом Алфеевым и, в дополнение ко всему, Елиазаром. Иаков Праведный был известен под именем Иосифа Аримафейского.

На Руси православные имели два имени — имя, данное от рождения, и имя, которое давали при крещении. Если человек постригался, т. е. уходил в монастырь, он получал новое имя.

Морозов приводит интересный пример с именами русских императриц XVIII в.

Немецкое имя русской императрицы Екатерины II — принцесса Софья Фредерика Августа Ангальт-Цербстская.

Екатерина I Алексеевна, жена Петра I, тоже немка, — урожденная Марта Скавронская. До брака у нее была дочь Елизавета. Мы ее называем Елизавета Петровна, но она родилась до официального брака с Петром 18 декабря 1709 г. Это был торжественный день. Петр I въезжал в Москву, за ним везли пленных шведов. Государь намеревался тотчас праздновать полтавскую победу, но при вступлении в столицу его известили о рождении дочери.

— Отложим празднество о победе и поспешим поздравить с восшествием в мир мою дочь! — воскликнул он. На радостях Петр устроил пир.

Женился же Петр I на Екатерине 20 февраля 1712 г., когда ее первенцу было уже 12 лет. Но, как мы знаем, до брака Екатерина была любовницей немецкого унтер-офицера, потом самого фельдмаршала Шереметева, а затем она жила у Меншикова. В 1705 г. у нее было двое детей якобы от Петра I — Петр и Павел. В период времени от 1704 до 1723 г. она принесла своему любовнику, ставшему потом ее мужем, 11 детей. Ее называли «походной офицерской женой». Так вот, кто же был отец Елизаветы, вопрос весьма спорный. Так что истинное ее отчество неизвестно. Впрочем, это вопрос не исторический, а личный.

Говорю я это к тому, что разных людей, в разных местах могли называть по-разному, хотя у них было и официальное имя. Кстати, Елизавета родилась в селе Коломенском, которое находилось на берегу Москвы-реки. В истории самого села много странных несуразностей, которые невозможно объяснить в рамках традиционной исторической науки.

Как, например, понять рассказ известного римского писателя и историка Диона Кассия о том, что римский легионер Коломний умер на Дону, недалеко от московского села. Там он остановился со своими легионерами по пути в Рим на зимовку. Некоторые историки предполагают, что в честь Коломния и получило название это село. Половина римских легионеров женились на местных девушках и остались там навсегда, а остальные летом вернулись в Рим. Во-первых — как попал римский легионер на Русь? Коломний жил во времена Цезаря, т. е. до нашей эры, а о Руси мы знаем только со времен IX в., когда Рюрик основал государство. О Москве же впервые упоминается в летописи только под 1149 г.

Во-вторых, какая же река протекает в Москве? Конечно же, Москва-река, но никак не Дон. Как же тогда Коломний мог остановиться недалеко от Москвы, да еще на реке Дон?

Эти на первый взгляд несуразности происходят от ошибок во всемирной хронологии и от разного прочтения в разных местах имен и географических названий.

Еще пример. Имя Птолемей — еврейское и значит состязавшийся с богом Громовержцем, т. е. имеет тот же смысл, как и прозвище библейского Иакова (богоборец). Затем, подобно тому как астроном Птолемей имеет еще и другое (латинское) прозвище — Клавдий, значащее сразу и хромой, и замкнутый в себе, или хитрец, так и имя Иаков обычно производится от слова ЭКБ, которое значит и хромой, и преследователь по пятам, т. е. тоже хитрец.

Имя Бога по-еврейски звучит Эшуа (спаситель, врач). Греки произносят Йесуа, итальянцы (Дж)езу (Gesu), французы Жезю (Jesus), русские Исус, а потом Иисус.

Важно, что люди в древности имели не имена в современном смысле, а прозвища с осмысленным переводом на том языке, на котором они первоначально произносились. Прозвища характеризовали качества человека; чем больше было замечательных черт, тем больше он имел прозвищ. Например, разные летописцы давали императору те прозвища, под которыми он был известен в данной местности.

Фараоны имели одни имена до коронации и другие — после нее. Так как они короновались несколько раз, коронами разных областей, то число их «имен» быстро возрастало. Эти имена-прозвища обычно переводятся как «сильный», «светлый» и т. п.

То же самое происходило и в русской истории. Царь Иван III имел имя Тимофей; царь Василий III был Гавриил, царевич Дмитрий (убитый в Угличе) — не Дмитрий, а Уар; одно имя царское, другое — церковное.

Сегодня сложилось представление, будто в средние века были распространены имена, отличающиеся от античных. Но анализ текстов показывает, что античные имена постоянно употреблялись в средние века. Например, Нил Синайский, умерший якобы в 450 г. н. э., пишет письма своим современникам, средневековым монахам, носившим явно античные имена: Аполлодор, Амфиктион, Аттик, Анаксагор, Демофен, Асклепиод, Аристокл, Аристарх, Алкивиад, Аполлос и т. д. Очень большое число имен, считаемых сегодня «исключительно античными», было распространено в Византии в XII–XIV вв. н. э.

Таким образом, при изучении древних документов особое внимание следует уделять анализу имен. Надо всегда помнить, что разные имена в разных источниках могут на самом деле означать одно историческое лицо. Вот что говорит по этому поводу М. М. Постников: «Неверно думать, что имена — это простые звуковые отметки для отличения одного лица от другого. На самом деле роль имени сложнее и глубже. Личное имя — пароль, обозначающий принадлежность носителя к тому или иному общественному кругу». Из-за этого возникают параллельные системы личных имен (официальное имя, домашнее имя, школьное прозвище и т. п.).

Наблюдая огромное значение имени в обществе, но не понимая действительных причин, люди в прошлом приписывали имени божественную силу, «и примитивные суеверия и могущественные религии мистифицировали имя».

Наши современные имена, как правило, не имеют самостоятельного значения; в системе русского языка они бессмысленны. Это объясняется их иноязычным происхождением (в основном из греческого и латинского языков). Однако в исходном языке они имели значение. Этот факт теперь общеизвестен: в популярных книгах и журналах постоянно печатаются «этимологические словарики имен», в которых разъясняется их первоначальный смысл (Александр — Защитник людей, Филипп — Любитель лошадей и т. п.). На этом нам останавливаться нет нужды.

В древности, однако, дело обстояло иначе. Каждое имя имело смысл и давалось неспроста. Имя могло характеризовать какое-нибудь качество человека, иметь магическое (защитное) значение, напоминать о каком-нибудь важном событии (например, о военной победе, одержанной носителем имени) и т. п. Роль и значение имени (или, точнее, имен) зависело от социального статуса его носителя. Для нас особенно важны имена правителей (царей, императоров и т. п.), и поэтому мы ограничимся рассмотрением только их.

В первую очередь обращает на себя внимание многочисленность имен правителей (скажем для определенности, римских императоров). Многие из этих имен мы теперь воспринимаем как часть титулатуры (Божественный, Счастливый, Святейший, Великий, Заступник народа, Потрясатель Вселенной и т. п.), но это только потому, что мы знаем их перевод. Скажем, для Суллы оба имени Люций (Светлейший) и Феликс (Счастливый) были вполне равноправны.

Многочисленность имен объясняется их магической силой: естественно, чем имен больше, тем сильнее их магия. Одной из документально зафиксированных форм лести при обращении к правителю было изобретение нового имени, подчеркивающего и магически усиливающего какое-нибудь приятное качество.

Естественно, что противники (скажем, соперники в борьбе за власть) такого рода магически-благоприятных имен не использовали, а так как центральных имен не было, то им приходилось выдумывать новое имя, магически вредное.

При внедрении имени в чуждую языковую среду (например, латинского имени императора в странах греческого языка) имя редко оставалось прежним, поскольку привычки к именам без ясного значения еще не было. Как правило, имя калькировалось, т. е. осуществлялась передача прежнего этимологического значения средствами иною языка (современные примеры: украинка Надя стала в Канаде носить имя Хоуп, а француз Руа — имя Кинг). Иногда, напротив, жертвовали этимологическим значением, подыскав сходно звучащее имя другого языка (современные примеры: украинец Макогон превратился в Канаде в Мак-Магона, а русский Антонышин — в Интонейшен). Наконец, возможен и третий механизм: изобретение совершенно нового имени на базе местного материала.

Через несколько столетий уже бывает трудно разобраться, являются ли два имени (особенно на разных языках) именами одного человека или разных. Единственное, что может здесь помочь, — его смысловой перевод, но и это не всегда помогает.

Во всяком случае нужно положить за правило обязательно переводить все имена и доискиваться до их смысла.

В древних текстах названия и имена сплошь и рядом употреблялись «без огласовок», т. е. без гласных, — лишь в виде «костяка» из согласных. В то время, в прошлом, гласные при чтении текста иногда добавлялись «по памяти». Особенно ярко это проявляется в арабских языках, где практически все гласные добавлялись по памяти и в какой-то мере произвольно. Но поскольку в средние века арабская письменность использовалась не только для арабских, но и для некоторых других языков, то и в этих языках гласные на письме забывались, даже если в самом этом устном языке они были устойчивы. В наибольшей степени это, конечно, относилось к собственным именам.

В результате с течением времени гласные путались, забывались, заменялись другими и т. п. Согласные, записанные на бумаге, были устойчивее. Представьте себе теперь, насколько неоднозначно можно сегодня прочитать древний текст, записанный одними согласными. Когда, например, сочетание СМИ могло означать либо Осман, либо имя Симон или Измень и т. п. А тем более, когда слово является сокращением более длинного выражения. Вот, например, в Сибири распространено слово «челдон», которое (как известно) произошло от выражения «человек с Дона».

Тем не менее огласовка известных, часто повторявшихся слов более или менее однозначна. Однако положение коренным образом меняется, когда в древнем тексте появляется сочетание, означающее название города, страны, реки, имя царя и т. п. Тут могут возникать самые разнообразные огласовки, иногда радикально меняющие смысл текста.

Наконец, в разных языках было принято разное направление прочтения слов — слева направо (как в европейских) или справа налево (в арабском, еврейском). В результате имя Каспар могло превращаться в Рабсак, имя Сар или Цар — в Рас и т. п.

Такие неоднозначности прочтения древних текстов могли приводить к путанице. Вот наглядный пример. Всем известно выражение: «Скорее верблюд пролезет сквозь игольное ушко…» В Библии сказано: «Удобнее верблюду пройти через угольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие» (Матфей 19:24).

Такое словосочетание представляется несколько странным. Тем не менее известно, что этот привычный сегодня штамп мог возникнуть в результате недоразумения. Слово «верблюд» могло появиться здесь как результат неправильного прочтения слова «канат». Цитируем, например, немецкий этимологический словарь. В библейском выражении «Скорее верблюд пройдет через угольное ушко» слово «верблюд» (kamel) происходит не из греческого kámelos «верблюд», а из kámilos «трос, канат, веревка». Если когда-то спутали похоже звучащие слова «камелос» и «камилос», то вместо вполне понятного выражения: «Скорее канат (трос) пролезет сквозь угольное ушко» могла возникнуть несколько странная формулировка о каком-то «верблюде». Отметим, что и в английском языке «camel» означает «верблюд», а «cable» — это канат, трос, якорная цепь. В латинском языке тоже, возможно, есть повод для путаницы: camelis — верблюд, a canalis — труба.

В данном случае путаница «канат — верблюд» безобидна. Однако когда аналогичные по духу искажения возникают при прочтении древних летописей, они могут иметь куда более серьезные последствия. Они сильно искажают картину прошлого.

И мы увидим, что подобного рода неправильные, глубоко укоренившиеся штампы действительно пронизывают многие наши современные представления о древней истории.

Знает ли дорогой читатель, что многие географические названия перемещались по карте с течением веков? Географические карты и названия на них застыли лишь с началом книгопечатания, когда появилась возможность печатать и распространять много одинаковых экземпляров одной и той же карты для практических целей мореплавания, обучения и т. п. А до этого момента каждая карта была уникальна и в них царил пестрый разнобой.

Ни у кого не вызывает сомнения, что Иерусалим — это важнейший город Палестины и современного Израиля. Сегодня это так. Но так было не всегда.

Название Иерусалим было подвижным и в разное время прикладывалось к разным городам. Иерусалим в переводе с греческого означает «Город мирной жизни». Иерусалимом могли называть любой центр религиозной жизни.

У средневекового человека был непривычный для нас религиозный взгляд на географию. Некоторые вроде бы чисто географические названия на самом деле были связаны в сознании людей того времени не с местом, т. е. с какой-то точкой на карте, а с верой.

Географические названия раньше могли иметь другой смысл, чем сегодня. В частности, могли быть более подвижными — по карте. Для средневекового человека эта подвижность и повторяемость названий была понятна и имела свой смысл. Сегодня этот смысл забыт, и, разбирая старые источники, мы стремимся втиснуть их в современные представления о географии.

Ярким примером такого подвижного названия и является Иерусалим. Например, известно, что в XIV в. была некая секта Пепузиан, которая утверждала, что Иерусалим — это селение Пепуза.

Иерусалимом назывался и Константинополь. Иерусалим строился и в Москве. Новый Иерусалим есть в Подмосковье. Современный же Иерусалим в Израиле возник только в XVII в. Иерусалимом назвали палестинский городок Элькудс. Позднее историки туда перенесли и библейские события, которые, как мы дальше увидим с вами, дорогой читатель, происходили на самом деле в Константинополе на Босфоре.

Рассмотрим фундаментальный атлас «Karten Kimst» средневековых географических карт, изданный в 1994 г., немецкий перевод с английского издания. Ценность атласа в том, что большинство из собранных в нем древних карт уникальны и хранятся в различных архивах, библиотеках и специальных отделах музеев Европы и Азии.

Согласно новой хронологии, ранее XIII–XIV вв. н. э. Новый Рим, Константинополь, Иерусалим и Троя — это были лишь разные названия одного и того же города — на проливе Босфор. Рима в Италии еще не было, и появился он как заметный город не ранее XIV в. Карты из Атласа не противоречат этой гипотезе, а в некоторых случаях ее подтверждают.

Читатель может убедиться в этом сам.

1) На ранней карте 1276 г. в центре мира изображен город Иерусалим. Ни Рим, ни Константинополь отдельно здесь не отмечены. Следовательно, автор карты рассматривал Иерусалим как единственную мировую столицу. Имя Иерусалим пока еще не отделилось от Константинополя.

2) А вот на карте 1339 г. уже показаны три отдельных города:

Иерусалим, Рим и Константинополь.

А потому вероятно, что, по крайней мере, в середине XIV в. эти три названия уже разделились, расползлись в разные стороны и приклеились к трем разным городам.

3) Все остальные карты из атласа, на которых Иерусалим.

Рим и Константинополь уже изображены как три разных города, датированы не ранее XV в. н. э. Этот факт тоже согласуется с реконструкцией новой хронологии.

Значительные трудности сопровождают попытки правильной географической локализации многих древних событий. Например, Неаполь, т. е. просто «новый город» в переводе, присутствует в древних хрониках в разных географических регионах:

А знает ли читатель, что первоначально в X–XII вв. н. э. Константинополь назывался в некоторых хрониках Лондоном? Затем, после падения Константинополя и бегства потомков крестоносцев на Запад, это название перекочевало на Английские острова и дало имя возникшей здесь столице — Лондону в Англии.

Название пролива Босфор как «пролива Св. Георгия» также было увлечено вслед за названием Лондона в современную Англию, где и осело на позднейших картах в виде канала св. Георгия, отделяющего Ирландию от Англии. В самом деле, обратимся к карте «Хартина Меркаторская Америки или Индии западныя» 1750 г. Это копия с подлинника, хранившегося в кабинете Петра I.

Пролив, отделяющий Ирландию от Англии, назван здесь каналом Св. Георгия, т. е. проливом Святого Георгия. Так он называется до сих пор.

Сегодня считается, что знаменитый «древний Вавилон» был расположен в современной Месопотамии. Однако некоторые средневековые тексты помещают Вавилон в Египет: более того, локализуют в Египте и смерть Александра Македонского, произошедшую, согласно сегодняшней версии, в Месопотамии.

Названия Вавилон (БЕЛ) означает «Врата Бога», и оно прекрасно подходит для священного поля, на котором расположены пирамиды. Как сообщают редакторы книги Лауэра, «Вавилон — греческое название поселения, расположенного напротив пирамид на восточном берегу Нила. В эпоху средних веков так иногда называли Каир, предместьем которого стало это селение». Вот где, оказывается, располагался библейский Вавилон! Точнее, один из городов, которые Библия называет этим именем. Немудрено, что в развалинах месопотамского города, который теперь принимается за Вавилон, не найдено никаких следов «вавилонской башни», и историки вынуждены доказывать, что поводом к легенде об этой башне послужили храмы-зиккураты, невероятная якобы высота которых (в три или в семь этажей!) и вызвала к жизни эту легенду.

На этом географические разногласия средневековых хронистов не заканчиваются. То, что Рим называли Вавилоном, сообщает Евсевий. Под Вавилоном византийские историки (в средние века) чаще всего имеют в виду Багдад.

Таким образом, мы видим, что прочтение древних текстов весьма неоднозначно. Можно по-разному локализовать события не только во времени, но и географически. Другими словами, встречая в хронике, например, город Вавилон, следует сначала выяснить — какой же город имеется в виду: Вавилон в Месопотамии, Рим в Италии или Новый Рим на Босфоре, Каир в Египте и т. п.

«Античный» автор Руф, говоря об известных реках «античности» Тигре и Евфрате, указывает, что они прорываются к Красному (т. е. Чермному) морю. Но если посмотреть на современную карту, то мы увидим, что эти реки впадают в Персидский залив. Вместе с тем мы знаем, что в средние века Волгу иногда называли Тигром, а Евфрат могли именовать Доном. Следует знать, что словом «Дон» обозначалась любая река. Таким образом, становится ясным, что Руф имел в виду Волгу и Дон, которые впадают в Черное (Чер(м)ное) море.

Удивительные факты были обнаружены в 1994 г. А. В. Нерлинским. Он изучал старые русские карты, и в частности морские карты, хранящиеся сегодня в военно-морских архивах Санкт-Петербурга. Вот перед нами атлас «Русские морские карты 1701–1750 гг.», изданный в Санкт-Петербурге в 1993 г. Здесь собраны карты, показывающие развитие морской картографии за 50 лет — от создания первых карт при участии Петра I до более поздних работ «птенцов гнезда Петрова».

Рассмотрим рукописную карту Азовского моря, составленную в 1702 г. Интересно, что съемка и промер производились с участием Петра I.

Эта карта перевернута по отношению к современным картам. Север у нее расположен внизу, а юг наверху. Такая непривычная для современного зрителя ориентация карт — весьма частое явление в средневековой и античной картографии. Перевертывание географической карты — не такая безобидная вещь, как может показаться на первый взгляд. Представьте, что вы читаете летопись, где сообщается, какая страна расположена на западе, какая — на востоке и т. п. Если вы не знаете заранее, какой картой (т. е. с какой ориентацией) пользовался древний летописец, вы легко можете перепутать восток с западом и север с югом, а в результате восстановите неправильную картину прошлого. И примеры такой серьезной путаницы действительно известны. При таких переворачиваниях Вавилон накладывается на Рим, Персия — на Францию и т. п.

Но дело не только в перевернутости карт. Есть и другие сложности восприятия исторической географии.

На карте Петра I там, где жили и живут до сих пор кубанские казаки, крупным шрифтом написано «кубанские татары».

Кстати, здесь же наряду с их русским названием Кубанссси Татари (именно так, с тремя «с») написано и их латинское прозвище Cubanse Tartar!

Итак, Петр I и его картографы, ничуть не смущаясь, именовали казаков татарами. Следовательно, в эпоху Петра I отождествление татар с казаками было широко распространено, никого не удивляло и изображалось на военно-морских картах.

Нам могут возразить так: кубанские казаки — это потомки запорожских казаков, ушедших при Петре I в Турцию, а затем, уже в XVIII в., возвратившихся в Россию и поселившихся на Кубани.

Отвечают на это Фоменко и Носовский.

Хорошо, пусть в XVIII в. возвратившиеся из Турции казаки поселились на Кубани. Но куда при этом бесследно исчезли жившие здесь до этого «кубанские татары»? Если бы эти «татары» были действительно татарами, в современном смысле этого слова, а не казаками, то после поселения запорожцев на Кубани в XVIII в. там должно было бы возникнуть смешанное татарско-казачье население. Как, например, это было на Кавказе, завоеванном в начале XIX в. Россией. Так куда же подевались кубанские татары?

По их мнению, — Кубань всегда была казачьей областью — как до переселения запорожцев на Кубань из Турции, так и после. Следовательно, «татары» и «казаки» одно и то же понятие.

А вот интересная история с понятием «Персия». На карте наряду с надписью «Московская Страна» рядом написано: Moskowiae Pars. Следовательно, страна названа Pars, что звучит как Персия, или ПРС без огласовок. Отсюда следует, что слово «Персия» на античных, средневековых и даже позднесредневековых каргах отнюдь не обязательно означало Персию в ее современной географической локализации. Мы видим, что «персия» — это просто «страна». Так в некоторых документах — Персия — это П-Руссия, т. е. П-РУС, или Б-Русь, т. е. Белая Русь, или Белоруссия. Стран всегда было много, и поэтому на средневековых каргах было мною Персии. Персией называли то Францию, то Турцию, то Иран и т. д.

А вот метаморфозы с наименованием Азовское море. Азовское море на карте 1702 г. названо Меотийским — Zee Paless Meootiss, т. е. в точности так, как его называли античные историки. Таким образом, в XVIII в. при Петре I в ходу было еще античное наименование Азовского моря.

Оказывается, Константинополь назван на картах XVIII в. не Стамбулом и даже не Константинополем, как положено было бы в XVII–XVIII вв., если традиционная хронология верна, а своим древним именем Царь-Град. Итак, полезно запомнить, что в эпоху Петра I Константинополь еще назывался древнерусским именем Царь-Град. Это пример того, что употребление древнего, архаичного имени в каком-либо тексте совсем не обязательно означает древность самого текста.

Вот перед нами карта 1755 г. на французском языке «Carte de divifee en fes Principaux Etats». На ней юг современной Украины назван Малой Татарией — Petite Tartarie. Интересно, что внутри Малой Татарии отмечена область «Запорожские Казаки» — Cosaques Zaporiski. Другими словами, Запорожские Казаки являются составной частью Малой Татарии. Это тоже хорошо отвечает реконструкции новой хронологии, согласно которой Татарская Орда — это Казацкая Орда.

Таким образом, тождество татар и казаков прямым текстом указывалось еще на картах XVIII в.

Берем другую французскую карту 1754 г.: «Ill Carte de 'I Europe 1754». И опять на ней мы видим три разные области: Русь, Московию и Малую Татарию, примыкающие друг к другу. Малая Татария — это юг современной Украины, Русь — остальная часть Украины, а Московия — начинается от Москвы и простирается на запад до Западной Двины, на север — до Северного океана, на восток — до 75-го меридиана, т. е. за Урал, и охватывает больше половины Сибири.

Много интересного мы узнаем при анализе карт, собранных в фундаментальном атласе «Искусство картографии», но сейчас, дорогой читатель, обратим внимание на то, что «татары» и «казаки» в старые времена означали одно и то же понятие. Татарская Орда — это Казацкая Орда. Татарией часто называли всю Русь. Это очень важно знать для понимания дальнейшего материала.

Интересны перемещения славянских названий на карте Западной Европы. Обнаруживая сходство, а иногда даже удивительное тождество названий и терминов в истории Древней Руси и Западной Европы, Н. А. Морозов, придерживаясь свой априорно-западнической точки зрения, считал, что это сходство может указывать лишь на распространение названий с Запада на Восток, т. е. из Западной Европы — на Русь.

Но это хронология: «кто жил раньше, а кто — позже». После исправления ошибочной хронологии, говорят Фоменко и Носовский, мы видим возможность и обратною заимствования, из Руси на Запад.

Западнее Литвы и севернее Польши на берету Балтийскою моря в районе Кенигсберга — Konigsberg и Данцига — Dantzick довольно большая область обозначена как Russe, Россия. Современный читатель скажет, что здесь имелась в виду Пруссия — Prusse. Но на карте четко написано Russe. Нет никаких следов латинской буквы Р.

Мы видим, что пруссов иногда называли руссами. Вообще стоит отметить, что имя Руссов в форме Russie Noire проставлено также еще на одном регионе — на юте Польши около Lemberg'a. Таким образом, слово «Руссы» появляется на карте Европы не менее трех раз в разных регионах.

Складывается ощущение, отмечают Фоменко и Носовский, что средневековая Русская Великая империя в эпоху своего наибольшего расширения включала в себя не только Россию и Турцию, но и некоторые страны нынешней Европы, в частности Чехословакию, Пруссию, часть Германии.

Любопытно, что основная масса славянских названий покрывает прежнюю Пруссию, т. е. П-Руссию. Это еще раз указывает на глубокие связи между П-Руссией и Русью средних веков.

Известно также, что уже в нашем веке, в период правления национал-социалистов в Германии перед Второй мировой войной, многие славянские названия сел и городов на севере Германии и на территории бывшей Пруссии были специально заменены на якобы чисто германские, чтобы стереть с географической карты следы бывшего единства Германии (в лице Пруссии) и России.

Да и в других западноевропейских странах есть много названий, звучащих по-русски, или по-славянски. Это было давно замечено, и об этом существует большая научная литература. Очень много примеров такого рода по всей Западной Европе было собрано известными русскими историками А. Д. Чертковым и А. С. Хомяковым.

Например, известное Женевское озеро называется Leman, т. е. попросту Лиман. Так оно отмечено на современных картах, изданных в Швейцарии. А Женевское озеро — это его второе название. Напомним, что по-русски и по-украински «лиман» означает просто «залив».

Возможно, что и само название Женевы происходит от славянского слова «новое». На такую мысль наводит старый камень с именем города, помещенный в археологическом музее в подвале древнего собора Св. Петра в Женеве. На камне написано NAVAE (дальше неразборчиво). Современная табличка сообщает, что на камне написано название города Женевы в форме Genavae, но никаких следов букв «GE» на камне нет, хотя эта его часть хорошо сохранилась.

Не исключено, что первоначальное название города было именно таким, как написано на камне, т. е. Navae = Новое, а приставка GE могла появиться позже, например, как сокращение от слова «город». Таким образом, полное название Женевы могло раньше означать попросту «Город Новый». Сокращенно: G-navae.

Таких примеров можно привести много. Например, название Вена может происходить от славянского слова «венец». «Царский венец», «корона» — вполне подходящее название для столичного города. Кстати, раньше название города Вены писалось по-русски через ять — так же, как и слово «венец». Отметим, что, как правило, ять не ставилось в словах неславянского происхождения.

Другой пример — название города Венеции. Оно, возможно, происходит от названия славянского племени «венедов» или «вендов». Эта гипотеза подтверждается тем, что, оказывается, раньше венецианцев по-русски так и называли — «венедици» или «венетиане».

Следующий пример — откуда произошли названия знаменитых западно-европейских рек Рона и Рейн? Некоторые ученые, например А. С. Хомяков, А. Д. Чертков, утверждали, что бассейн реки Роны был заселен славянами, а современные жители этих мест являются их потомками. В этой связи любопытно посмотреть, что означает слово «Рона» на славянских языках? Открываем «Этимологический словарь русского языка» Фасмера и читаем: «Ронить, роню означает па сербском и церковно-славянском пролить, на словацком — течь, струиться. Практически на всех славянских языках — проливать». Оказывается, было древне-верхненемецкое слово rinnan, означавшее «течь, бежать». Точно такое же слово и с тем же значением было и в готском языке. Да и по-английски run означает «бежать, течь, расплываться, наливать воду» и т. п.

Все эти значения хорошо подходят для названия реки. Причем подчеркнем, что именно в славянских языках этот корень является общераспространенным и до сих пор.

По-видимому, отсюда происходит также и название германской реки Рейн.

Область Франции, граничащая с Испанией и находящаяся недалеко от устья Роны, западнее ее, еще на картах XVIII в. называлась Руссильон. Так может быть, правы были некоторые историки XIX в., утверждавшие, что Рона была когда-то заселена славянами? Да и не только она одна в Западной Европе.

Но тогда возникает законный вопрос: не входила ли бывшая Германия или хотя бы Пруссия в состав Великой Русской империи? Или, быть может, в средние века «русские, или п-русские» жили на территории Германии и на части территории современной России? Затем территории Германии и Пруссии слегка, но далеко не полностью очистились от славян, бывшие ареалы их распространения онемечились. О прежнем славянском прошлом было в значительной мере забыто, а часть славян, выдавленная обратно на восток, вернулась, в частности, на территорию современной России — к своим же соплеменникам-славянам, унесла с собой некоторые следы западной культуры, в частности латинские названия, имена, обычаи.

Если Великая Русская империя включала в себя Пруссию и Чехословакию, то появление имени «татар» в названии Татрских гор также вполне естественно.

Итак, названия могли перемещаться при завоеваниях. Традиционная история уверяет нас, будто бы некие загадочные кочевые народы, «татаро-монголы» завоевали Русь. Но еще Н. А. Морозов справедливо отмечал, что кочевые народы вряд ли могли выступать в роли завоевателей огромных культурных территорий или больших развитых государств.

Кочующие народы по самому характеру своей жизни должны быть широко раскинуты по большой некультивированной местности отдельными патриархальными группами, неспособными к общему дисциплинированному действию, требующему экономической централизации, т. е. налога, на который можно было бы содержать войско взрослых холостых людей. У всяких кочевых народов, как у скоплений молекул, каждая их патриархальная группа отталкивается от другой в поисках все новых и новых пастбищ для питания их стад.

Соединившись вместе в количестве хотя бы нескольких тысяч человек, они должны также соединить друг с другом и несколько тысяч коров и лошадей и еще более овец и баранов, принадлежащих разным патриархам. В результате этого вся ближайшая трава была бы быстро съедена, и всему сообществу пришлось бы вновь рассеяться прежними патриархальными мелкими группами в разные стороны, чтобы иметь возможность дольше пожить, не перенося своих палаток каждый день на другое место.

Вот почему априорно должна быть отброшена как чистейшая фантазия и самая идея о возможности организованного коллективного действия и победного нашествия на оседлые народы какого-либо широко раскинутого кочующего народа, питающегося от стад, вроде монголов, самоедов, бедуинов и т. д., за исключением такого случая, когда какая-нибудь гигантская, стихийная катастрофа, грозящая общей гибелью, погонит такой народ из гибнущей степи целиком на оседлую страну, как ураган гонит пыль из пустыни на прилегающий к ней оазис.

Но ведь даже и в самой Сахаре ни один большой оазис не был навсегда засыпан окружающим песком и по окончании урагана снова возрождался к прежней жизни. Аналогично этому и на всем протяжении нашего достоверного исторического горизонта мы не видим ни одного победоносного нашествия диких кочующих народов на оседлые культурные страны, а лишь как раз наоборот. Значит, не могло быть этого и в прошлом. Все эти переселения народов взад и вперед накануне их выступления в поле зрения истории должны быть сведены лишь на переселение их имен или в лучшем случае — правителей, да и то из более культурных стран в менее культурные, а не наоборот.

Это замечание, уважаемый читатель, для нас очень важно. Оно, пусть косвенно, показывает, что никаких завоеваний кочевников монголо-татар не было и не могло быть. Более того, как отмечает талантливый ученый Л. Н. Гумилев, русские всегда находились в самых теплых и чисто родственных отношениях со степными народами.

Мы уже говорили с вами, дорогой читатель, что история ранее XIV в. является лишь отражением событий Средневековья. Проще говоря, все события истории Древнего мира на самом деле происходили в средние века. Позднее историки по разным причинам, о которых мы будем говорить ниже, стали «создавать» историю Древнего мира. Так родилась история Древнего Египта, Древней Греции, Древнего Китая, Древней Руси. Математическими методами А. Т. Фоменко удалось определить древние периоды, которые были «выдуманы» историками, установить «древние» события, которые на самом деле происходили в средние века.

Хочу подчеркнуть, что этот вывод не плод домыслов и теоретизирования, а факты, полученные в результате статистического анализа существующих хроник.

Например, традиционный учебник русской истории, заключают авторы новой хронологии, грубо говоря, «склеен» из разных экземпляров одной и той же летописи. К оригиналу, состоящему из римско-византийской хроники X–XII вв. и русской хроники XIV–XVI вв., разделенных 100-летним периодом «хаоса», была дважды «подклеена» русская хроника XIV–XVI вв., отодвинутая в ранний период истории на 100 и 400 лет.

Эпоха XIV–XVI вв., как обнаружили Г. В. Носовский и А. Т. Фоменко, включает в себя оригиналы всех трех периодов, на которые принято делить русскую историю: Древней Киевской Руси, Владимиро-Суздальской Руси и Московской Руси.

Таким образом, ключевым моментом в понимании новой хронологии является осознание того, что события истории Древнего мира, которые описаны в школьных учебниках, как и события истории России до XIII в., являются в большинстве своем «выдуманными» историками XV–XVI вв. Точнее сказать, их не просто выдумали как сказку, а перенесли многие события, факты, героев Средневековья в ранний период под другими именами, в другие географические регионы. Такие события А. Т. Фоменко и называет фантомными.

А. Т. Фоменко использует и другие термины: «дубликаты исторических событий», «дубликаты исторических деятелей», «исторические двойники».

«Грубо говоря, — пишет А. Т. Фоменко, — вся известная нам сегодня история до X века н. э. является «отражением» реальных событий, происходивших в эпоху X–XVI вв. н. э. В частности, «античная история» фантомна в том смысле, что она, как мираж в глубоком прошлом», отражает реальные события средних веков.

Отчего и как это происходило — вопрос крайне сложный. Это раскрывается в работах Н. Морозова, А. Фоменко, С. Валянского и Д. Калюжного. Единого объяснения нет, каждый из авторов часто те или иные «фантомные» явления толкует по-своему. Для нас важно уяснить, что «фантомность» истории действительный и распространенный факт, которому в традиционной истории не уделялось достаточного внимания.

Я часто ездил в Орел. Там, в Орле, гуляя по тургеневским местам, заходя в Дом-музей Лескова или в Орловский исторический музей, я никогда не слышал, что Орел в переводе с тюркского означает «дорога на подъем». Для меня, как и для жителей Орла, он ассоциировался с городом-птицей, высоко парящим гордым орлом. Город расположен на реке Орлик. От названия этой реки, рассказывают экскурсоводы в краеведческом музее, и произошло название этого города. Оказалось же, что это тюркское слово — «дорога на подъем». Как четко, оказывается, соответствует это название истории города. Действительно, в Орле и под Орлом произошло рождение и подъем нашей литературы — Толстой, Тургенев, Лесков, Тютчев…

Через Орел протекает река Ока. «Ока» — тоже тюркское слово — «река с течением». На полпути из Орла в Москву расположен город Тула. Тула — один из русских городов, который служил камнем преткновения для многих завоевателей. Войска Наполеона, которые стремительно шли к Москве, грабя и сжигая на своем пути множество городов, застряли под Тулой, так и не сумев захватить этот город. Фашистские войска тоже застряли под Тулой и тоже не сумели сломить туляков. Город великого тульского оружейного завода и тульских умельцев. Не только тульский Левша мог подковать блоху. Каждый второй житель Тулы — Богом данный оружейный мастер. В переводе с тюркского Тула означает «полный».

Не правда ли, удивительно — русские города названы тюркскими словами? И не только Орел и Тула. Оказывается, Саратов, Пенза, Ростов — это тоже тюркские слова. Больше того, древний русский танец кадриль — это и тюркский национальный танец. Только потом его стали танцевать в Париже. И, как оказывается, танцевать под русскую дудку. А знаменитая камаринская — это русская национальная музыка, но и национальная музыка татар. Частушки — русское и татарское национальное творчество. И ничего здесь удивительного нет. Русские и тюрки — дети одной земли, одного рода. И язык у нас был один — русско-тюркский. В древние времена мы были двуязычны. Не многие, возможно, знают, что «Слово о полку Игореве» содержит огромное количество тюркских слов и написано двуязычным человеком.

Ошибается тот, кто думает, что тюрки были дикими кочевыми племенами, совершавшими постоянные набеги на Русь и, наконец, полонившими ее на 300 лет во времена татаро-монгольского нашествия. Не врагами, а скорее друзьями были мы на протяжении всей нашей древней истории. Это, как мы отмечаем, неоднократно подчеркивал в своих работах Л. Н. Гумилев. «Да, скифы — мы! Да, азиаты — мы. С раскосыми и жадными очами», — справедливо писал Александр Блок.

Вот вам, дорогой читатель, еще один штрих, показывающий, что русские и тюркские народы всегда были единым целым.

Большинство ученых, в силу искаженных хронологических представлений, начало первобытного общества относит в глубину веков. Легендарных шумеров, например, ищут за многие тысячелетия до нашей эры. То же касается фараонского Египта с роскошной «древней» культурой. А сколь очаровательны и интригующи рассказы о древнейших цивилизациях, связанных с богами или пришельцами из космоса. Дух захватывает и мурашки бегут по коже от этих рассказов. Не захочешь, а поверишь. Человек так стремится к вере. Так хочет верить в очаровательное прошлое или будущее.

Но будем реалистами. В то время не было письменности. От этого времени до нас дошли лишь отдельные примитивные орудия, которые сегодня хранятся в залах музеев. Люди жили в пещерах или землянках вплоть до X–XI вв. н. э.

Эта эпоха покрыта глубоким мраком, хотя и происходило все это в IX–X вв. н. э.

По представлениям традиционной истории, человечество развивалось очень медленно. Тысячелетиями разобщенные племена в разных уголках земли накапливали знания и суеверия. Древние цивилизации, о которых мы имеем сведения, начинают складываться якобы в IV тысячелетии до н. э.

Новая хронология утверждает, что древняя цивилизация начала формироваться около X в. н. э. в едином центре — Средиземноморье. Обратите внимание, уважаемый читатель, разница во времени зарождения цивилизаций — 50 веков. На 50 веков укорачивается наша история! Это значит, что человечество развивается гораздо быстрее, интенсивнее, чем предполагали историки.

Только с XI в. мы можем говорить о становлении цивилизации. Эта цивилизация родилась на берегах Нила, на территории современной Африки.

Это время становления Первого Рима — единственной мощной империи той эпохи. Столицей империи была Александрия.

Сегодня историю Первого Рима заменяют искаженной историей Древнего Египта. Уважаемый читатель спросит: почему мы говорим «Первый Рим», а не «Древний Египет»? Дело в том, что Древний Египет назывался раньше на библейском языке Миц-Римом, что значит «Высокий Рим». Название «Египет» этой древней земле было дано значительно позже, когда стали переписывать историю. Тогда и придумали древнюю страну Египет, что означает «загадка», «тайна». В древних надписях, в книгах поздних египетских христиан, Египет назывался «Кем», или «Ками», что значит «черная земля». Сами египтяне называли свою страну «Кемит», что значит «черная».

«Не верь написанному», — говорил Козьма Прутков. Он был прав. Если в тексте документа написано «Иерусалим», это вовсе не означает город, который находится на территории современного Израиля. Речь может идти, например, о Ярославле, который, как мы увидели из предыдущего изложения, также мог называться Иерусалимом. Если речь идет о реке и она в тексте называется Доном, то речь может идти и о Москве-реке, так как любая река могла называться Доном.

История, как мы с вами увидели, — это не хронологически последовательное изложение событий. События, происходившие в средние века, могли быть изложены как события Древнего мира. Не все в жизни происходило так, как играется на сцене театра, именуемого исторической наукой.

Эпоха Первого Рима — это период, который, как мы сказали, назван в традиционной истории Древним миром. О Древнем мире можно говорить бесконечно. Это наиболее загадочные и увлекательные страницы истории мировых цивилизаций, которые мы находим в наших учебниках, романах.

О Древнем Египте, Древнем Риме, Греции и других цивилизациях, кажется, мы знаем все: где и как строились города, дворцы, жилые дома, какая была у древних мебель. Мы знаем их обычаи и быт: одежду, праздники, игры, свадебные и похоронные ритуалы. Знаем, когда и что они ели, какие любили напитки, как путешествовали и охотились.

О повседневной жизни древних египтян, например, мы многое можем узнать из увлекательной книги известного французского египтолога Пьера Монтэ, а о нравах и быте жителей Древней Греции и Рима хорошо пишет чешский археолог Франтишек Велишкий. Его книга так и называется «Истории цивилизации. Быт и нравы древних греков и римлян». Безусловно, есть много других интереснейших книг по истории древних цивилизаций. Их тысячи. Читая эти работы, просто изумляешься тому, как прекрасно мы знаем не только историю древних цивилизаций, но даже подробности их быта. Так досконально, кажется, мы не знаем даже нашу современную жизнь. В Древнем мире нас интересуют малейшие тонкости, и создается впечатление, что мы знаем все — кто с кем спал, кто что ел, как гуляли и развлекались, что любили и ненавидели. Наша «желтая пресса» так детально не освещает жизнь современных звезд, как историки высветили повседневность людей древних цивилизаций.

Но эта глубина наших знаний о Древнем мире заставляет насторожиться и задуматься: откуда у нас такие сведения и насколько они достоверны?

Древний Египет, Древнее Двуречье, Вавилонское царство, Древняя Шумера, Ассирийская держава…

Кто из нас не зачитывался легендами и сказаниями Древней Греции. Поэмы Гомера «Илиада» и «Одиссея». Знаменитая Троянская война. Она считается крупнейшим событием в истории античной Греции. Об этой войне мы узнаем из поэм Гомера. Стоп! Но Троянская война происходила около 1225 г. до н. э. Гомер жил несколько сотен лет спустя после этой войны. Значит, о событиях этой войны он писал с чьих-то слов. В таком случае откуда такая достоверность описываемых событий? Но дело даже не в этом. Гомер был слепой. То есть сам он ничего писать не мог. Текст поэм в современном издании составляет 700 страниц мелкого убористого шрифта. Как же мог запомнить Гомер такой огромный текст! И этот текст в 700 страниц передавался из поколения в поколение в устной форме. Впервые записаны были поэмы через несколько сотен лет после Гомера особой комиссией, созданной афинским тираном Писистратом. Несколько сотен лет люди дословно запоминали текст поэмы и в точности передавали его из поколения в поколение? Нет, это невероятно!

Я даже не представляю себе, как можно слепому поэту сочинять огромный текст, не записывая его. Кто из нас в юности не писал стихи. А пробовали ли вы сочинять стихи, не записывая их, не правя текст? Четверостишье сочинить можно, ну два, а дальше запоминать сложнее — нужна ручка и бумага. А Гомер сочинил и запомнил семьсот страниц текста! И последующие поколения запоминали этот текст дословно. Это из области фантастики.

Мой одноклассник, будучи школьником, пытался выучить поэму Пушкина «Евгений Онегин» наизусть. Ничего не получилось. А текст гомеровских поэм значительно больше. Конечно, мне могут возразить, мол, можно выучить «Евгения Онегина». Безусловно, кто-то, может быть, и знает поэму Пушкина. Но учил-то он поэму по написанному тексту, учил постепенно. Поэмы же Гомера передавались якобы устно из поколения в поколение. Запомнить огромный текст со слуха может только вундеркинд. Но чтобы передавать огромную поэму устно из поколения в поколение — невозможно! Нет, я не верю в возможность выучить текст поэм Гомера. Не знаю, как вы, дорогой читатель, а я не верю. Что-то здесь не так. Может быть, поэмы Гомера были написаны позднее, когда была уже письменность и книгопечатание?

В Средневековье при дворе Карла Великого работал знаменитый поэт Ангильберт. И носил он имя Гомер! Не он ли дал свое имя Гомер будущему греческому варианту описания Троянской войны?

А что мы знаем, помимо поэм Гомера, о Троянской войне? Были ли какие-нибудь тексты о Троянской войне, написанные еще кем-то? Оказывается, были — сухие и монотонные «дневники» участников войны. Историки знают, что при римском императоре Клавдии была вскрыта гробница некоего Диктиса, в которой «в оловянном ковчежце» было обнаружено «списание Троянской войны». Имеются и тексты о Троянской войне Дареса (Дарес Фригиец). Оба они участники Троянской войны. Гомер в своих произведениях упоминает эти имена. О Даресе он говорит в начале 5-й песни. Кроме того, Гомер рассказывает о критском царе Идоменее, сподвижником которого при походе на Трою был Диктис…

В 1907 г. в египетских папирусах был обнаружен отрывок дневника Диктиса.

Посмотрим на древние тексты. Если внимательно читать древние рукописи за разные периоды, то часто обнаруживаются странные совпадения. Например, события античной Троянской войны удивительно похожи на события средневековой Готской войны, которые протекали в VI в. н. э., т. е. спустя 1800 лет после троянских историй. Напомню читателю, что Готская война хорошо известна специалистам как важнейший поворотный момент в истории Римской империи. Согласно данным историков, Готская война ставит последнюю точку в развитии императорского Рима: падение Римской империи, нашествие варваров, превращение блестящего императорского Рима в хмурый папский средневековый Рим, начало «темных веков» в Европе.

События Готской войны VI в. н. э., в свою очередь, чрезвычайно похожи на описание событий VI в. до н. э., данное Титом Ливнем.

Читая эти тексты, невольно ловишь себя на мысли, что события трех войн повторяются и похожи друг на друга, как три капли воды. Только разные имена участников трагических событий, и происходят они якобы в разных местах.

Кратко рассмотрим эти странные совпадения. В Троянском царстве было семь царей. Падение Трои и гибель царства происходит при седьмом царе. Троянское царство гибнет в результате крупнейшей войны с греками-пришельцами. Война длилась 11 лет.

Римское царство, описанное Ливнем, включало также семь последовательно правивших римских царей. Римское царство Тита Ливия и Римская империя III–VI вв. н. э. уничтожаются в итоге крупной войны с пришельцами. Война длилась 12 лет.

В истории Троянского царства зафиксировано два разрушения. Два разрушения мы наблюдаем и в истории Римского царства по Ливию.

Троянская война вспыхивает «из-за женщины» — поводом к войне является так называемое оскорбление Елены (жены Менелая). Парис насильно похищает Елену. Это происходит ночью. Троянские хроники по-разному рассказывают о похищении Елены. По одной версии, она сама охотно отдается Парису, по другим — противится насилию.

В Римской империи, описанной Ливнем, Тарквинийская война также вызвана оскорблением Лукреции — Амалазуны.

По Ливию, Секст Тарквинский силой овладевает Лукрецией и обесчещивает ее. Он врывается к ней ночью, когда Лукреция спит.

Согласно некоторым троянским хроникам, Елена была убита. Парис, насильник Елены, был убит. В готской версии Амалазуна тоже убита. Именно ее смерть вызывает Готскую войну. Насильник Лукреции Секст Тарквиний тоже был убит.

Троянские летописи отмечают большой флот, на котором греки-завоеватели прибывают в Троянское царство. Флот отплыл в Трою из Греции.

Римские хроники свидетельствуют, что в Италию вторгается мощный флот греков-ромеев, прибывший из Греции и Византии.

Троянские летописи почему-то особое внимание уделяют большому числу мельниц на реке, протекающей через Трою.

Средневековые истории, рассказывая о Готской войне, тоже много говорят о мельницах на реке Тибр, протекающей через Рим.

Падению Трои предшествует длительная безуспешная осада. Несколько штурмов кончаются неудачей. Греческое войско под предводительством Ахиллеса охватывает уныние.

Неаполь (Новый Город) также долго сопротивляется. Несколько штурмов заканчиваются полным провалом. Греко-ромейское войско, возглавляемое Велизарием, деморализовано, и греки даже собираются отойти от Нового Города.

Можно приводить еще множество примеров удивительных совпадений.

Во время осады в Трое, например, сложился заговор с целью сдачи города грекам.

При осаде Неаполя (или Рима) внутри города был организован заговор. Заговорщики хотели сдать Новый Город ромеям-грекам. Заговор был неудачным и в Трое, и в Неаполе. И Троя, и Неаполь были взяты в результате нетривиальной хитрости. Эта хитрость уникальна в обоих случаях.

Для взятия Трои греки использовали «некоторое подобие серого коня». Фоменко и Носовский подчеркивают — не коня, а лишь некое его подобие. Вроде бы разница не велика, но это имеет принципиальное значение при сравнении текстов.

Вот, например, что написано в троянских хрониках. «Возвестили волхвы, что невозможно в бою овладеть Троей, а можно взять ее только хитростью. И тогда соорудили греки деревянного коня невиданных размеров, спрятали в его чреве храбрых воинов. Троянцы решили втащить коня в город. Втащив коня, предались пирам, потом уснули. Воины же, спрятанные в коне, тихо вышли из него и стали поджигать дома троянцев. Через ворота, отворенные находившимися уже в Трое греками, хлынуло бесчисленное греческое войско. Так пала крепкобашенная Троя». А в других книгах говорится, что из стекла, меди и воска было сооружено подобие серого коня, а внутри его спрятались триста вооруженных витязей.

Историки предлагают считать все это описание красивой древней сказкой, мифом. В сказке, мол, все возможно. Но Фоменко и Носовский отмечают, что процитированный текст не похож на сказку. Он довольно сухой и трезвый. Летописцы явно описывают какое-то реальное событие, им уже не очень понятное.

Отнесемся к летописцам с уважением, предлагают авторы новой хронологии, и предположим, что они искренне хотели достоверно рассказать нам о чем-то очень интересном и реальном. Однако, не будучи современниками войны, они кое-что утратили из описания происходящего, не все понимали и, вчитываясь в туманные, скупые строки дошедших до них хроник, пытались добросовестно понять, что же произошло в Трое?

Современный читатель, руководствуясь элементарным здравым смыслом, вряд ли согласится с тем, что древние троянцы в XIII в. до новой эры действительно изготовили гигантскую полую статую коня, внутри которой могла разместиться тысяча воинов. И что глупые, доверчивые троянцы с трудом втащили статую внутрь Трои (зачем?!).

Авторы новой хронологии обращают внимание в троянской хронике на следующие детали.

а) Для взятия Трои греки использовали некое подобие коня.

б) Говорится о гигантских размерах этого «подобия коня».

в) Внутри его могли разместиться несколько сотен воинов.

г) «Конь» стоит на огромных ногах.

д) По мнению одних, он — деревянный, по мнению других — медный либо сделан из стекла, воска и т. п.

Налицо разнобой.

е) Якобы «конь» каким-то образом «вошел в город».

Сопоставление этого рассказа о падении Трои с готской версией падения Неаполя дает нам четкую картину произошедших событий. Становится ясно, что же такое троянский конь.

В Неаполь сквозь его мощные крепостные стены снаружи внутрь города проникал старый разрушенный акведук, т. е. огромная каменная труба (именно труба, а не желоб). Акведук начинался вне города, и когда-то по нему в Неаполь поступала вода. Отверстие трубы — водопровода на уровне стен было заделано каменной пробкой. Акведук давно не действовал, был заброшен.

Специальный вооруженный отряд греков-ромеев (несколько сотен, якобы около четырехсот человек) тайно проникает внутрь огромной трубы с наружной стороны городской стены. По другим версиям, внутрь акведука вошли триста воинов конницы и сто пехотинцев. Во всяком случае, термин «конница» (конники) связывается с «операцией акведук» летописцами Готской войны.

Вся эта чрезвычайно рискованная операция держалась в тайне не только от осажденных, но даже и от остального войска греков-ромеев.

Пройдя по трубе до крепостной стены, они выбивают каменную пробку и ночью пробираются в Неаполь. Рано утром греки выбираются из акведука, подают сигнал основной массе войск, находящихся снаружи, и открывают ворота изнутри. В Неаполь стремительно врываются войска Велизария. Начинается резня. Полусонные защитники Неаполя не успевают даже схватиться за оружие. Так пал Неаполь (Новый Город).

Прокопий описывает акведук как гигантскую трубу на массивных ногах-опорах. Внутри ее человек мог стоять в полный рост. Фотографии сохранившихся древних акведуков в Италии можно увидеть во многих книгах.

Древние авторы, полагают Фоменко и Носовский, вполне могли сравнить акведук с огромным животным (конем?), которое, «шагая» на своих опорах, входит в город, доставляя воду. Недаром опоры современных мостов через реки иногда называют быками. Возможно, полуразрушенный акведук был воспринят как «огромное животное».

По их мнению, знаменитый троянский конь — это поэтический образ реального огромного каменного инженерного сооружения — акведука-водопровода, удачно использованного греками для взятия города.

Хотелось бы отметить также, что по-латыни слово «лошадь», «кобыла» пишется equa (equae). По-латыни слово «вода» пишется aqua (aquae), т. е. вода и лошадь пишутся практически одинаково.

Первые дошедшие до нас троянские хроники тоже написаны по-латыни. Более того, слова «водопровод» (акведук), «ведущий воду» пишутся по-латыни так: aquae-ductio, что практически тождественно со словами «ведущий лошадь» (проводник лошадей) — equae-ductio (equae-ductor). Отличие лишь в одной гласной. Неогласованные же термины буквально совпадают.

Практически совпадают также слова «смотритель водопроводов» и «смотритель лошадей» (конюх). А также aqualiculus — желудок, живот, чрево. Вспомним воинов в чреве, брюхе троянского коня.

Фоменко и Носовский делают вывод, что троянская версия, в том числе и версия «классического Гомера», всплывшая на поверхность лишь в XIV в. н. э., — более поздняя, чем римско-готская версия Прокопия. Поэтому водопровод-акведук (акведук = ведущий воду) превратился в восприятии поздних иностранных авторов (спутавших одну гласную) в лошадь, это и вызвало к жизни букет легенд о «громадном подобии серого коня» — троянском коне.

Мы привели лишь небольшой пример сопоставления Троянской, Готской и Тарквинийской войн.

Авторы новой хронологии проделали огромную работу по сопоставительному анализу различных событий и войн античной и средневековой истории. Использовались разные современные методы такого анализа, включая методы математических исследований. Основной вывод заключается в том, что следующие войны отражают одни и те же события:

1) Троянская война якобы XIII века до н. э.

2) Война с Тарквиниями в Риме якобы VI в. до н. э.

3) Готская война якобы середины VI в. н. э. в Италии.

4) Война между Суллой, Помпеем и Юлием Цезарем в Италии якобы I в. до н. э.

Эти войны как реальность на самом деле никогда не существовали. В истории этих войн отражены события Крестовых походов. Это война в Италии середины XIII в. н. э., захват Константинополя, нападение Гогенштауфенов, установление Анжуйского дома.

Эта война XIII в. является средневековым оригиналом всех других «античных» войн.

Читатель волен соглашаться или не соглашаться с выводами Фоменко и Носовского. Чтобы прийти к какому-либо выводу, безусловно, надо серьезно изучить позицию этих авторов и их аргументы.

Меня же не оставляет мысль о том, что все же что-то не так во всей древней истории. Подозрительно много, как мы отмечали, подробностей и бытовых деталей нам известно из тех далеких дней.

Помню, с каким увлечением юношей я читал о зарождении демократии в Афинах, о Древней Спарте. Кто не знает восхитительную историю о мужестве трехсот спартанцев.

А древнегреческие философы, афинские театры… Мы о них знаем больше, чем о современных философах, о современном театре. Вот, например, якобы за 412 лет до «Рождества Христова» на афинской сцене была поставлена пьеса «Прекрасная Елена» Еврипида. Сохранилось описание декораций. На переднем плане стоит гробница покойного царя. За нею стена кремля, у которой ворота настежь открыты. Далее холм, на котором возвышается роскошный дворец Феоклимена, но двери его заперты. Сцена первая. Перед гробницей на ложе из листьев и ветвей Елена. Утро. Царица поднимается с ложа.

Читатель, естественно, удивлен — о каком снеге в Египте может идти речь! Такое мог написать не грек, а только человек, не имеющий представления о климате южных широт.

«Снег в Египте» не является единственным «перлом» у Еврипида. Например, в «Ипполите и Федре» хор поет:

Морозов справедливо указывает, что «коса золотая» является атрибутом блондинок Севера, так что «одно представление о блондинкой красоте показывает уже северное происхождение автора…». И ведь действительно, женщины Древнего Египта и Древней Греции волосы в одну косу не заплетали. Из литературы мы знаем, что гречанки действительно иногда спускали заплетенные волосы в виде многочисленных кос. Гомер называет своих героинь «прекраснокосыми». Но древность самого Гомера, как мы сказали выше, вызывает сомнение. Чаще волосы, как известно, укладывали на темени или на затылке, закрепляя шпильками (белона) и повязками (тайниа). Иногда волосы собирали в сетку (цекрифалос).

Обычай красить волосы в золотистый цвет (ксантизессфан), который впоследствии у гречанок переняли римские женщины, у греков появился, согласно традиционной версии истории, в V в. до н. э. Чуть позже начали использовать парики из чужих волос (пенаке, фенаке).

Ну да бог с ними, с подробностями. Меня больше интересует, откуда мы знаем эти детали и насколько они достоверны. Это знание деталей и настораживает. Например, мы знаем, что женщины уделяли прическе огромное внимание и проявляли в этом немалую изобретательность. В более поздние времена римские женщины носили волосы распущенными, иногда их завивали или заплетали и стягивали в узел на макушке. Жена верховного жреца Юпитера и некоторые другие женщины собирали волосы в конический пучок (titulus). В других случаях волосы закрепляли на затылке повязками (fasciae, taeniae) и шпильками (acus crinalis). Во времена Империи, когда Рим стал центром мировой моды, женщины начали придавать прическе самые причудливые формы, зачастую используя накладные волосы. Примером может служить прическа Плотины, супруги Трояна, состоящая из бесчисленного множества кос (anuli).

Мне, конечно же, скажут, что о прическах, нарядах мы знаем из их описаний в источниках и дошедших до нас изображений. Это так, но бесспорных доказательств отнесения этих источников и изображений к столь древнему периоду нет. Напротив, как мы увидим ниже, эти источники и изображения, включая скульптуры, относятся скорее к Средневековью, чем к Древнему миру. Опять же вызывает удивление и настораживает переход моды из Древнего мира в средние века. Например, историки утверждают, что римлянки, как позднее венецианские, неаполитанские и другие модницы XV–XVI вв., окрашивали свои черные волосы в светло-русый цвет при помощи щелочного мыла. Нет, воистину, удивительный переход моды на женские прически через тысячелетия!

Вызывает удивление и описание декораций в пьесе «Прекрасная Елена». Как могли такие декорации построить в открытом древнегреческом театре?

Еще сложнее обстановка сцены в тех местах, где являются боги. Вот, например, трагедия «Геркулес» того же Еврипида, на которой скромно написано, что она «представлена в Афинах около 420 г. до Рождества Христова». Набегает мрак. Глухие раскаты грома. В воздухе над домом Геркулеса показывается крылатая молодая богиня Ирида в шафранном плаще и страшное костлявое создание, Лисса, со змеями в черных волосах и с отвратительным лицом, в черном одеянии.

Какими техническими средствами можно было произвести этот мрак и видения говорящих призраков на афинской открытой сцене еще за 420 лет до «Рождества Христова»? — задает вопрос Морозов и сам же отвечает: никакими, следовательно, ничего подобного и не производилось. Значит, Еврипид, а с ним и все его «классические современники» были уже прекрасно знакомы с западноевропейским театром эпохи Возрождения, когда машины на закрытых сценах могли производить и свет, и тьму, перенося на невидимых зрителям черных проволоках в полумраке даже летающих актеров.

Итак, мы видим, что с точки зрения декорационной техники, подчеркивает Морозов, классические греческие драмы не могли быть написаны в те далекие времена.

Поражают своей детальностью описания жизни и деятельности выдающихся личностей того времени. Сначала удивляешься, потом начинаешь сомневаться: а было ли это на самом деле?

Часами можно читать о походах Александра Македонского. Сын македонского царя Филиппа II и ученик великого философа Аристотеля поражает воображение по сей день. Когда двор Филиппа посетила афинская делегация, десятилетний мальчик Александр играл на арфе и пел. Уроженец Афин Демосфен, закоренелый противник Македонии, насмешливо заметил, что этот «маменькин сынок» вряд ли будет опасен для Греции Но Демосфен ошибся. Когда Александру исполнилось 16 лет, Филипп счел ученичество своего сына завершенным. Он назначает сына наместником, а позже отправляет его в первые военные походы.

Согласно средневековой легенде, Аристотель, пытаясь положить конец увлечению молодого Александра женщинами, особенно его страсти к куртизанке Кампаспе, убеждал его, что женщины могут довести до гибели даже очень сильных мужчин.

Разгневанная Кампаспа, давно мечтавшая взять реванш, ловко разожгла страсть к ней старого философа, а затем потребовала, чтобы он, в доказательство своей любви, позволил кататься на нем верхом. Этот эпизод отражен на многих картинах и фресках итальянских ренессансных дворцов, на кессонных панелях и гобеленах. Престарелый философ изображен в очень недостойном положении — на четвереньках, в узде и удилах. Красавица Кампаспа сидит на нем верхом, держа вожжи и размахивая кнутом.

Александр случайно увидел эту сцену, научившую его не доверять хитростям женщин, перед которыми даже старый философ оказался столь очевидно бессилен.

Вот другой интересный пример из жизни юного Александра. Царю предложили купить отличного фессалоникийского жеребца, которого никто не мог укротить. И поскольку ни один наездник не мог справиться с конем, Филипп решил отправить жеребца обратно. Тут вмешался Александр: «Позволь мне попробовать, отец. Я знаю, как объездить его». Александр взялся за повод и повернул коня головой к солнцу. После этого Александр спокойно сел в седло и прогарцевал на покорившемся упрямце. Юноша догадался, что конь пугается собственной тени. Филипп воскликнул: «Поищи царство, сынок, которое будет достойно тебя!» Жеребец получил имя Буцефал и служил Александру в течение почти всей его жизни.

Победы Александра потрясают. При вступлении на трон в казне Александра было всего 70 талантов. Чтобы набрать войско, ему пришлось взять в долг 800 талантов. Под ударами войск Александра пал персидский царь Дарий. В результате победы над персами он получил в казну 235 000 талантов!

Нет, меня просто поражают подробности жизни Александра и наши знания истории его времени!

После победы над Дарием планы Александра принимают неожиданный поворот: целью становится Египет. Обгоняющая его слава отпирает все двери. В Мемфисе ею коронуют как фараона. В 331 г. Александр рисует на песке западной дельты Нила очертания будущего города Александрии. Построенный по греческому образцу, он станет одной из важнейших метрополий античности. Почти год продолжалась экспедиция в Египет.

О пребывании Александра в Египте можно говорить много, но еще больше можно рассказывать о необыкновенно занимательной истории самого Древнего Египта.

Древний мир с его волшебной по красоте культурой внезапно возник и внезапно пал. Древнейшая культура умерла вместе с древними государствами. Наступил период полного культурного мрака. В небытие ушли Древний Египет, Древний Рим, Древняя Греция. Только руины и мертвые камни остались от некогда цветущей культуры.

Возрождение новой цивилизации, как нас учит историческая наука, начинается только в средние века. Эпоха Возрождения разбудила интерес к глубоким древним цивилизациям. Собственно, об этих древних цивилизациях мы и узнаем от европейских авторов эпохи Возрождения.

Когда мы говорим о цивилизациях Древнего мира, невольно возникает вопрос о достоверности дошедших до нас сведений. Ведь эти сведения носят, как мы отмечали, характер мельчайших подробностей жизни и быта людей древнейшей эпохи. Например, откуда известно, как Александр Македонский объездил своего коня Буцефала? Вероятно, должны были быть свидетели этого события, которые и рассказали о нем. Но письменных источников того периода не осталось.

Когда нам говорят, что две тысячи лет тому назад существовал на земле Юлий Цезарь, мы можем этому верить, а можем сомневаться в истинности этого утверждения, справедливо замечает известный математик, профессор М. М. Постников. Мы не можем отправиться в прошлое и проверить справедливость этого сообщения. Гробницы Цезаря нигде нет, и неизвестно, где она была после его смерти, когда и куда исчезла. Имеющиеся у нас сообщения о нем дошли до нас только в средневековых источниках. Как правило, это печатные издания не ранее XV в. н. э. или рукописи на пергаменте. Найдены все эти документы большей частью в XV–XVI вв. в библиотеках европейских аристократов или в монастырях, причем неизвестно, кем и когда они туда доставлены. Папирусные же документы не содержат обыкновенно никаких связных исторических сообщений, и неизвестно, кем, где и когда они были написаны. Короче говоря, хотя мы и располагаем определенными доказательствами существования Юлия Цезаря, но мы не можем анализировать эти доказательства с достаточной степенью глубины. На определенном уровне анализа мы неизбежно приходим к утверждениям, в которые мы должны просто верить. Здесь наука, справедливо отмечает М. М. Постников, переходит в веру.

Конечно, было бы нелепо требовать от историка, специалиста по античности того же уровня, надежности сообщаемых их фактов, как, скажем, от математика или физика. Факты истории Древнего мира не допускают исчерпывающего логического обоснования и не могут быть по желанию воспроизведены. Но все же некоторые минимальные требования должны соблюдаться. Когда историк сообщает нам, что «Юлий Цезарь был», он должен сообщить не только, кто первый об этом объявил, но также и информировать, где это было сказано, при каких обстоятельствах, на чем основано это заявление и где хранятся документы, на основании которых это заявление сделано. В противном случае, считает Постников, обсуждение вопросов древней истории превращается в туманные рассуждения о «предании» и об «устной традиции», прикрывающие отсутствие всякой действительной информации.

Историки все это хорошо понимают и, как правило, требуют выполнения этих условий. Исключением является древняя история, в которой целый ряд, положений принимается без обсуждения как истины, не требующие доказательств. Историков Древнего мира можно понять: для доказательства этих «истин» у них нет абсолютно никаких средств.

Вместе с тем трезвый взгляд на сообщения историков античности немедленно вызывает массу недоуменных вопросов. Достаточно указать, например, что история Древнего мира в описании войн не считается с элементарными требованиями стратегий и выбирает для побед такие неудобные пункты и такие условия, при которых можно было только погибнуть. Она ведет армии по странам, в которых они все через неделю умерли бы с голоду, а на поле боя она заставляет скакать по полям царей и полководцев на парах лошадей в одноколках с одним дышлом, которые при первом крутом повороте, а тем более на поле, заваленном трупами, переворачиваются. Такого рода экипажи могли служить только для передвижений по ровной дороге, для медленных триумфальных шествий, когда лошадей ведут специальные сопровождающие, для состязаний на гладком треке и т. д. и т. п., но никак не для сумасшедшей скачки в горячке боя на пересеченной местности. Уже одного этого достаточно, чтобы признать многие сообщения «античных» авторов апокрифами.

Это отмечают в своих исследованиях и историки. Так, известный специалист по истории Древней Греции Р. Виппер справедливо сомневается в сведениях о греко-персидской войне, сообщаемых Геродотом. Он пишет: «Необходимо решительно отвергнуть цифры традиции. Число воинов Ксеркса, приведенное у Геродота, 1 700 000, стоит наравне с любым эпическим преувеличением Гомера. Такое войско не только не смогло бы поместиться в Греции: в самом персидском государстве оно заняло бы при движении линию во всю длину от Геллеспонта до Инда. Необходимо затем выяснить реальные условия, при которых могло совершаться передвижение и продовольствование в то время, и, наконец, отыскать прочный исходный пункт для суждения о силах отдельных греческих кантонов; это дало бы возможность оценить и силы противника, которые, принципиально говоря, должны были приблизительно равняться греческим.

Некоторую опору мы имеем в цифрах афинского ополчения в начале Пелопоннесской войны; они невелики, несмотря на то что граждан весьма интенсивно притягивали к несению военной повинности и забирали очень немолодые возрастные группы. В эпоху греко-персидской войны население было, вероятно, менее плотно и ополчение было еще меньше. Афины едва ли могли выставить более 5000 гоплитов. Спарта, вероятно, — столько же».

Удивительна потрясающая подробность, с которой нам известна древняя история. Она, пожалуй, известна нам лучше, чем средневековая. Наши сведения, например, о Шекспире, жившем менее 400 лет тому назад, отличаются крайней неполнотой. До сих пор ведутся серьезные споры по поводу установления основных фактов в его биографии. Вместе с тем насколько точнее и полнее нам «известна», скажем, биография Аристотеля. Хотя это и было более 2000 лет тому назад, но здесь все как на ладони. Отец его был врач Никомах. Ровно 17 лет от роду мудрец прибыл в Афины, где учился у Платона, ученика Сократа, жену которого звали Ксантиппой (о ее характере также имеются самые достоверные сведения). Учился Аристотель у Платона 20 лет, а затем он купил участок земли для своей собственной школы по соседству с храмом Аполлона Ликейского.

В 343 г. до н. э. Аристотель берет на себя воспитание и образование 13-летнего Александра, сына Филиппа Македонского. «И если Александр впоследствии широтой ума и образованностью превосходил всех современных ему политических деятелей, то в этом, несомненно, сказались плоды выработанного им в юности, под руководством Аристотеля, широкого умственного кругозора». Скончался Аристотель в 322 г. до н. э., правда, неизвестно, в какой день недели, но, во всяком случае, «от давней болезни желудка».

Поражают «древние письма», якобы дошедшие до нашего времени. Вот пример знаменитого письма Плиния Младшего, в котором описывается извержение Везувия, погубившее Геркуланум и Помпею.

«Ты спрашиваешь, как я провожу дни на моей тосканской вилле? — пишет Плиний другу. — Просыпаюсь, обыкновенно, часу в первом, иногда раньше, редко — позже. Окна оставляю закрытыми: мысль ярче и живее во мраке и безмолвии… Работаю то больше, то меньше, смотря по тому, чувствую ли себя расположенным. Потом зову секретаря, велю открыть ставни, диктую то, что сочинил. Он уходит, зову его снова; опять отсылаю… Продолжаю сочинять и диктовать. Сажусь в экипаж… Немного отдохнув, громко читаю какую-нибудь латинскую или греческую речь, более для укрепления груди, чём голоса, но и голосу это полезно. Еще гуляю, меня натирают елеем, занимаюсь гимнастикой, беру ванну. Во время обеда за столом сидит со мною жена или несколько друзей; что-нибудь читаем вслух. За десертом в залу приходит комический актер или музыкант с лирою…»

Переводчик этого текста, Д. С. Мережковский, в комментариях восклицает: «Как эти древние люди похожи на нас! Как мало меняется самая ткань повседневной человеческой жизни! Только узоры — иные, а основа старая». Но действительно ли так стара эта описанная жизнь? Все это подозрительно похоже на страницы современных «бытописательных» романов. Кроме того, «Плиний» не сообщает никаких реальных подробностей, новостей из своей жизни или жизни своих знакомых; весь текст преследует только одну цель — продемонстрировать читателю жизнь «римского аристократа». Это — тенденциозное подчеркивание не для друга (который, кстати, и без того должен был знать, что вилла Плиния находится в Тоскане, так как из текста следует, что Плиний давно уже живет на ней), а для постороннего читателя, и это не просто письмо, а литературное произведение, имеющее целью в форме частного письма ознакомить публику с домашней жизнью и обстановкой «римского писателя»; вся обстановка и характеристика жизни «Плиния» на вилле не реальна, а такова, какой воображали ее себе именно писатели эпохи Возрождения, да и слог письма — это слог этого времени.

А вот, кстати, что пишет Плиний Тациту: «Я не знаю, заслужим ли мы оба почести в потомстве, не скажу — нашим умом — надеяться на это было бы тщеславием, — но нашим трудолюбием, нашим уважением к потомству. Будем продолжать наш путь: если и немногих он привел к свету и славе, то все-таки многих вывел из мрака и забвения».

В другом письме: «Какая у нас сладкая, какая благородная дружба, о Тацит! Как радостно думать, что если потомство не забудет нас, то всюду будут говорить о нашем союзе, о нашей искренней дружбе, о нашем братстве!..» и так далее, в таком же роде. Н. А. Морозовым приведен подробный разбор всех писем Плиния и предъявлено большое число явных анахронизмов, характеризующих автора как человека эпохи Возрождения.

Недоверие к сведениям о древней истории высказывали многие ученые. Уже в XVI в. профессор Саламанского университета де Арсилла высказал мнение, что вся древняя история — это сочинение средних веков. В XVII в. иезуитский историк и археолог Жан Гардуин указывал, что классическая история — произведение XVI в.

А вот высказывание Вольтера: «Существует еще более смешная история, чем римская, со времен Тацита: это — история Византийская. Ее недостойный сборник содержит лишь декларации и чудеса и является позором человеческого ума».

В начале XX в. немецкий приват-доцент Роберт Балдауф считал не только древнюю, но и раннесредневековую историю фальсификацией эпохи Возрождения, отрицая тем самым само название этой эпохи; т. е. если история античности — фальсификация, то и события XIV–XVI вв. не могли быть «возрождением» античной культуры.

Можно приводить еще много примеров скептического отношения ученых к сведениям о древней истории. Многие высказывали мнение о подделке произведений античных авторов.

Морозов, Постников, Фоменко отмечали, что не успел в 1465 г. заработать в Италии первый типографский станок, как история литературы зарегистрировала подделку латинских авторов. Можно привести огромное количество подобных примеров.

В 1498 г. Анниус де Витербе опубликовал в Риме сборник произведений Семпрониуса, Катона и многих других, которые он якобы нашел в Мантуе, а на самом деле сам же и сочинил.

В 1519 г. французский ученый де Булонь подделал две книги В. Флакка, а один из известных ученых-гуманистов, Сигониус, опубликовал в 1583 г. неизвестные до него отрывки из Цицерона. Эта подделка была выполнена с таким мастерством, что обнаружилась только через два века, да и то случайно: было найдено письмо Сигониуса, в котором он сознавался в фальсификации.

В том же веке один из первых немецких гуманистов, познакомивших Германию с римскими классиками, Пролюциус, написал седьмую книгу «Календарной мифологии» Овидия. Францисканец Гевара опубликовал «найденный» им во Флоренции философский роман, героем которого является Марк Аврелий. Исторический роман имел успех, однако анализ обнаружил мистификацию.

В конце XVI в. испанский монах Хигера после большой и сложной работы написал хронику от имени никогда не существовавшего римского историка Флавиуса Декстера.

В 20-е гг. XX века немец Шейнис продал в Лейпцигскую библиотеку несколько фрагментов из классических текстов. Среди других был листок из сочинений Плавта, написанный пурпурными чернилами. Хранители кабинета рукописей Берлинской академии наук, совершенно уверенные в достоверности своей покупки, расхваливали ее: «Прекрасный почерк носит все черты, характерные для очень давнего периода. Видно, что это фрагмент роскошной книги; употребление пурпурных чернил свидетельствует о том, что книга находилась в библиотеке богатого римлянина, может быть, в императорской библиотеке. Мы уверены, что наш фрагмент является частью книги, созданной в самом Риме». Однако через два года последовало скандальное разоблачение всех рукописей, представленных Шейнисом.

Ученые эпохи Возрождения (и более позднего времени) не довольствовались «находками» рукописей уже известных до них писателей, они сообщали друг другу об «открытиях» ими новых и новых, неведомых до тех пор авторов. Так, в XVI в. Мюрэ прислал Скалигеру собственные свои стихи под именем забытых латинских поэтов Аттия и Тробея. Даже историк Ж. Бальзак создал вымышленного латинского поэта. Он включил в издание латинских стихотворений, вышедшее в 1665 г., одно, якобы найденное им на полуистлевшем пергаменте стихотворение, приписанное неизвестному современнику Нерона, восхвалявшее того. Это стихотворение даже включалось в антологии латинских поэтов, пока не обнаружилась подделка.

В 1729 г. Монтескье опубликовал во французском переводе греческую поэму в духе Сафо, сообщив в предисловии, что эти семь песен написаны неизвестным поэтом, жившим после Сафо, и найдены им в библиотеке одного греческого епископа. Позже Монтескье признался в мистификации.

Знаменитой подделкой античных классиков являются мистификации Пьера Луиса, выдумавшего поэтессу Билитис. Он печатал ее песни в «Меркюр де Франс», а в 1894 г. выпустил их отдельным изданием. В предисловии Луис изложил обстоятельства «находки» им песен неизвестной греческой поэтессы VI в. до н. э. и сообщил, что некий д-р Хейм даже разыскал ее могилу. Двое немецких ученых — Эрнст и Вилламовиц-Мюллендорф тотчас же посвятили новооткрытой поэтессе статьи, и имя ее было внесено в «Словарь писателей» Лолье и Жиделя. В следующем издании «Песен» Луис поместил ее портрет, для которого скульптор Лоране скопировал одну из терракот Лувра. Успех был огромен. Еще в 1908 г. не всем было известно о мистификации, так как в этом году он получил от одного афинского профессора письмо с просьбой указать, где хранятся оригиналы песен Билитис.

Давайте, уважаемый читатель, возьмем в руки книгу древнеримского историка Тита Ливия, написанную в I в. до н. э., и прочитаем из нее любой отрывок. Вот, например: «Будет ли стоить труда, если я напишу историю римского народа от основания столицы? Этого я хорошо не знаю, да если бы и знал, то не решился бы сказать. Дело в том, что предприятие это, как я вижу, и старое, и многими опробованное, причем постоянно появляющиеся новые писатели думают или принести нечто новое со стороны фактической, или превзойти суровую древность искусством изложения…»

Не правда ли, написано изысканным стилем? Такой стиль вырабатывается годами напряженной работы. Нужно писать, писать и писать. Как говорил В. В. Маяковский: «Единого слова ради изводишь тонны словесной руды». Сколько же нужно извести бумаги! Но в I в. до н. э. писали не на бумаге, а на пергаменте.

А знает ли наш читатель, что, для тою чтобы приготовить один лист пергамента, нужно:

Сколько труда надо для приготовления только одного листа пергамента. Все это делало пергамент дороже золота. Положение сохранялось вплоть до изобретения тряпичной бумаги накануне эпохи Возрождения.

На «золотом» пергаменте были написаны 144 книги Тита Ливия по истории Рима. В копеечку вылилась эта работа. Впрочем, для шедевра денег не жалко. Но вот ведь закавыка — шедевры одним росчерком пера не рождаются. Значит, нужен пергамент для черновиков, для заметок, выписок. Нет, я лично в это не верю. Такой стиль и такое произведение не могли родиться в столь древние времена.

Чем были вызваны подделки? Почему с XVI в. появляются все новые «древние» писатели, ученые, философы? Если древние документы, написанные якобы до нашей эры, не такие древние и относятся скорее к средним векам, то как вся эта путаница могла произойти? Социально-психологические аспекты этого явления я показал в своей книге «Спираль времени».

Конечно, становится как-то не по себе от мысли, что древнегреческий театр, древнегреческая литература, да и сама история Древней Греции и Древнего Рима всего лишь плод воображения средневековых авторов и писателей нового времени. Неужели напрасны и бессмысленны труды сотен ученых — литературоведов, искусствоведов и историков, посвятивших свою жизнь античности? Уверен, что нет. Они, проделав огромную работу по систематизации и описанию памятников культуры Древнего мира, открыли путь к изучению нового пласта культуры Средневековья. Не их вина, что они были приверженцами ложной хронологии. Другой хронологии тогда просто не было.

Огромный пласт культурного наследия «античности» будет изучен в новой плоскости. Теперь становится понятным, что средние века были далеко не темными, дремучими и глухими. Напротив, в них появляются истинные шедевры искусства, которые просто по ряду причин, в коих следует разобраться серьезно, были отнесены в античность. Этот пласт «древних» источников даст возможность нам по-новому оценить средневековую культуры, быт, нравы. Возможно, «древняя» литература и искусство были единственной возможностью выражать свои представления о мире, об идеалах, выдавая их за древние. Средневековье — эпоха «сурового» христианства. Но люди хотели видеть и других богов, и другую действительность. Поэтому свои мысли и чаяния они выдавали за «древность». Античная литература похожа на современную фантастику, опрокинутую в прошлое. Если бы, скажем, историк-инопланетянин, ничего не зная о нашем современном обществе, имел в руках только нашу современную фантастическую литературу, то он мог бы сделать выводы о реальности существования межгалактических полетов, о звездных войнах и т. д.

Информация сама по себе о прошлом (историческая литература) или будущем (фантастика) как бы приобретает черты реальности, оживает. Если мы «вживаемся» в информационный мир, то он приобретает для нас все черты реальности. Так, для нас стали реальны образы Александра Македонского, Юлия Цезаря, Аристотеля, Платона и т. д.

Перед учеными встает сложнейшая проблема изучения феномена «измышленного общества», т. е. общества, созданного в нашем воображении.

Рассмотрим эти вопросы на примере увлечения собиранием материалов «античности» выдающегося поэта эпохи Возрождения Франческо Петрарки.

Петрарка является одним из первых и наиболее яростных пропагандистов античных авторов и, в частности, «величия Древнего Рима». Это был человек, как мы знаем, с обостренным, слегка истерическим восприятием действительности, постоянно выдававший желаемое за действительное и приходивший в священный восторг при виде развалин античности в Италии. Историю собирания «античных источников» хорошо раскрыл Н. А. Морозов.

Петрарка впервые посетил Вечный город Рим в 1337 г. Он был потрясен: «Рим показался мне еще более великим, чем я предполагал, особенно великими показались мне его развалины… Я уже не удивляюсь, что этот город завоевал мир, скорее удивляюсь, что завоевал его так поздно».

Рим и его окрестности встретили Петрарку хаосом легенд, из которых поэт отбирал те, которые казались ему «историческими воспоминаниями». В Падуе ему показывали гробницу Антенора, в Милане с благоговением относились к статуе Геркулеса. В Пизе утверждали, что она основана Пелопсом, ссылаясь при этом на название — Пелопоннесская Пиза. Венецианцы говорили, будто бы Венеция построена из камней разрушенной Трои. Существовало мнение, что Ахиллес правил некогда в Абруццах, Диомед — в Апулии, Агамемнон — на Сицилии, Евандр — в Пьемонте, Геркулес — в Калабрии. Аполлона считали то астрологом, то дьяволом и даже богом сарацин. Античным писателям изменили профессии: Платон стал врачом, а Цицерон — рыцарем и трубадуром. Вергилий считался магом…

Этот хаос легенд и литературных источников сплошь и рядом противоречил реальным историческим памятникам. Вместо величественных памятников прошлого перед глазами Петрарки открывались непонятного происхождения руины. Петрарка писал: «Где термы Диоклетиана и Каракаллы? Где цимбриум Марса Мстителя? Где святыни Юпитера Громовержца на Капитолии и Аполлона на Палатине? Где портик Аполлона и базилика Гая и Луция, где портик Ливия и театр Марцелла? Где здесь построил Марий Филипп храм Геркулеса и Муз, а Луций Корнифиций — Дианы, где храм свободных искусств Азиния Паллиона, где театр Бальбоа, амфитеатр Статилия Тауреа? Где бесчисленные сооружения Агриппы, из которых сохранился только Пантеон? Где великолепные дворцы императоров? В книгах находишь все, а когда ищешь их в городе, то оказывается, что они исчезли или остался от них только жалкий след». Дымка мечты настолько заволакивала взор Петрарки, что, глядя на отчетливую надпись на пирамиде Цеотия, он продолжал уверять, что это могила Рема! Реальная действительность Рима удивляла Петрарку. Колизей был почему-то замком и крепостью одного из феодальных родов, та же участь постигла «мавзолей Андриана», «театр Марцелла», арку «Септимия Севера».

С прибытием Петрарки в Рим начинается новая эпоха в переоценке упадка великого города. Петрарка был первым человеком нового времени, чьи глаза наполнились слезами при виде разрушенных колонн и от одного только воспоминания о забытых именах, чье сердце было взволновано немым свидетельством камней. Сам Петрарка писал: «Остатки древних стен, благоговенье внушающие, либо страх, когда былого вспоминаются картины…»

Петрарка развернул активную деятельность: разыскивал статуи, собирал римские медали, пытался восстановить старинную топографию Рима и т. д. Но большую часть своей энергии он направил на поиски и комментирование произведений «античных классиков». Петрарка пополнял свои архивы в течение всей жизни с помощью друзей и своих многочисленных иностранных корреспондентов, которые разыскивали и переписывали для него забытые и полузабытые рукописи. Он постоянно занимался копированием рукописей. Став богатым, он организовал целую мастерскую, в которой работали секретари и переписчики, о чем он сам неоднократно упоминал в письмах. О его страстном увлечении — собирать древние книги — знали все. Почти в каждом письме к друзьям он напоминает об этом. «Если я тебе дорог, сделай так: найди образованных и достойных доверия людей, пусть перетрясут всю Тоскану, перероют шкафы ученых, как духовных, так и светских». Он щедро оплачивает находки, и они стекаются к нему со всех сторон.

Петрарка писал: «Как только увижу монастырь, сразу же сворачиваю туда в надежде найти что-нибудь из произведений Цицерона». Впоследствии Петрарка найдет много произведений Цицерона. Вот пример одной странной находки сочинения Цицерона «О славе». О существовании этой рукописи было известно из письма, приписываемого Цицерону, к Аттику. Петрарка заявил, что он будто бы обнаружил эту рукопись, но дал ее на время своему старому учителю Конвеневоле, который ее якобы «потерял».

Письма Цицерона Петрарка якобы обнаружил в библиотеке капитула в Вероне, причем до Петрарки никто не знал о существовании этих произведений. Почему-то оригинала у Петрарки вскоре не оказалось, он предъявил копию, разослав ее всем заинтересованным лицам. Эта рукопись содержала письмо к Аттику, к брату Квинту, к Марку Бруту и несколько апокрифов.

Насколько Петрарка сжился с воображаемым миром античности, видно из его манеры писать письма «античным» мертвецам. «Франческо Петрарка приветствует Марка Туллия Цицерона. Долго разыскивал я твои письма и наконец нашел их там, где меньше всего ожидал. Я читал их с жадностью. Я слышал твои слова, твой плач, узнал твою переменчивость, Марк. До сих пор я знал, каким ты был учителем для других, теперь знаю, каким ты был для самого себя… В горном краю, на правом берегу Адидже, в городе Вероне, шестнадцатого июня, года от Рождества Христова, которого ты не знал, 1345».

Несколько сочинений Цицерона Петрарка получил от юриста Дало ди Кастильонкьо, страстного коллекционера и собирателя античных авторов. От того же Дало ди Кастильонкьо восторженный Петрарка получил и фрагменты из произведений Квинтилиана, в частности «О воспитании оратора». Петрарка был абсолютно уверен в подлинности этой рукописи. Рукопись была небрежной, истрепанной, в ней не хватало нескольких книг, а в тех, которые уцелели, было множество пробелов; в общем — рукопись очень походила на древнюю, а большего Петрарка и не требовал; он тотчас же написал восторженное письмо, обращаясь к духу Квинтилиана. Петрарка был прирожденным филологом. Он первым стал изучать произведения древнеримских поэтов, сопоставляя различные списки и привлекая данные смежных исторических наук. Именно Петрарка-филолог разрушил средневековую легенду о Вергилии — маге и волшебнике, уличил автора «Энеиды» в ряде анахронизмов, отнял у Сенеки несколько произведений, приписанных ему в средние века, и доказал апокрифичность писем Цезаря и Нерона, что в середине XIV в. имело немаловажное политическое значение.

Обращение Петрарки к античности являлось, по мнению Постникова, следствием идеологического конфликта поэта с окружающей его средой, и он создает себе легендарный мир древности, резко противопоставляя «античную цивилизованность» феодальному «варварству». В письме к Титу Ливию (опять письмо в прошлое) он патетически восклицает: «О, зачем не дано мне судьбою жить в твое время… Пока начитаю тебя, мне кажется, будто я нахожусь рядом с Корнелием, Сципионом Африканским, Лелием, Фабием Максимом, Метеллом, Брутом, Децием, Катаном, Регулом, Торкватом… В сладостных мечтах я мыслю себя живущим среди этих великих людей, а не среди воров и бандитов, которые на самом деле меня окружают… С наибольшим рвением предавался я, среди многого другого, изучению древности, ибо время, в которое я жил, было мне всегда так не по душе, что, если бы не препятствовала тому моя привязанность к любимым мною, я всегда желал бы быть рожденным в любой другой век и, чтобы забыть этот, постоянно старался жить душою в иных веках».

Петрарка написал серию биографий «О знаменитых людях», почти все герои которой — деятели республиканского Рима. В частности, в этом труде содержатся биографии Юлия Брута, Горация Коклеса, Камилла, Маилия Торквата, Фабриция, Фабия Максима, Катона Старшего, Сципиона Африканского. Предполагается, что источниками служили для него произведения Тита Ливия, Светония, Юстина, Флора, Цезаря. Но насколько это обоснованно? В действительности мы не знаем, отмечал Морозов, какими источниками пользовался Петрарка, да и пользовался ли. Ведь он писал романы. «В моем сочинении содержится только то, что имеет отношение к добродетелям или порокам, ибо, если я не ошибаюсь, истинная задача историка состоит в том, чтобы показать, чему читатели должны следовать или чего им надобно избегать». Не его вина, что потом сочинения эти стали рассматриваться как бесспорные исторические первоисточники.

Следует обратить особое внимание на деятельность Петрарки вокруг собственного эпистолярного наследия. Он оставил три сборника писем, которые были им самим отредактированы, причем многие письма уничтожены как нежелательные свидетели. В своей латинской корреспонденции он затушевывал действительность, вводил древние прозвища и имена — Сократ, Лелий, Олимпий, Симонид и т. д. и латинизировал свои письма так, что они приобретали яркий характер древности, как ее понимали в то время. Даже рассказывая о событиях современности, он маскировал их под античными одеждами. Эти письма расходились по всей Европе — в Лондон, Париж, Прагу, не говоря об Италии, и создавали античный колорит.

Анализируя деятельность Петрарки, М. М. Постников делает определенные выводы. Не подвергая сомнению личную добросовестность Петрарки, он отмечает его болезненную увлеченность, явно не допускающую критической оценки «образованных и достойных доверия людей», доставляющих ему (за деньги) «древние» сочинения.

Не нужно пренебрегать также реальной возможностью, что некоторые сочинения Петрарки, написанные им в подражание классикам, могли быть впоследствии приняты за копии истинно «древних» сочинений. Естественно, нельзя утверждать, что все гуманисты эпохи Возрождения были мошенниками и фальсификаторами. В массе они были лишь увлеченные люди, недостаточно критично относившиеся к попадавшим в их руки манускриптам.

Фальсификаций, в соответствии с требованиями рынка, было очень много, но большинство из них было сделано столь неумело, что подделка разоблачалась первым же покупателем рукописи. Лишь подделки более искусные разоблачались не сразу и успевали получить известность. Наиболее же искусные подделки признавались подлинными произведениями древности.

С чего же началась вся эта деятельность? Пока не было гуманистов типа Петрарки, древние римляне были никому не нужны и не было никакой выгоды их подделывать. Коллекционеры же рукописей, вокруг которых уже начали виться фальсификаторы, не могли возникнуть, пока не было рукописей. Значит ли это, что какой-то запас истинно древних рукописей должен был существовать изначально?

Может быть, да, а может быть, и нет. Не надо забывать, что громадное большинство дошедших до нас рукописей Средневековья анонимно.

Как использовали Петрарку окружавшие его люди, видно на примере деятельности его ученика Поджо Браччолини. Как мы сказали, Петрарка выявил много «древних» имен, его последователям осталось только найти их произведения.

Эти «поиски» успешно осуществил Поджо Браччолини. Вот что пишет о нем Морозов. Он родился в 1380 г. в Терра Нуова, маленьком городке близ Флоренции, и уже в раннем возрасте прослыл юношею незаурядно образованным и острого ума. Служебную карьеру свою он начал при кардинале Бари, но вскоре мы видим его при дворе Папы Бонифация IX в звании копииста…

Понемногу он возвысился до звания секретаря одного из чиновников-редакторов, на обязанности которого лежало выправлять официальные документы (корреспонденцию, грамоты, резолюции), исходящие от имени Папы.

XV век в Италии богат образованными умами, но Браччолини среди них — один из самых ярких и замечательных. Он великолепно знал латинский, греческий и еврейский языки. Древности он изучал с пылким пристрастием. Его почти невозможно было застать иначе как за латинскою или греческою книгою или за отметками из нее. Это был настоящий глотатель библиотек. Список изученных им античных писателей, языческих и христианских, поистине грандиозен. Он — антикварий, нумизмат, разбирает и толкует надписи и медали; он собрал прекрасный музей древностей, приобретенных лично им или по его поручению в Италии, Греции и на Востоке. Он — писатель первоклассного дарования, блещущий не только почти невероятною эрудицией, но и такою же гибкостью таланта. О богословских вопросах и христианских добродетелях он умеет говорить языком, который без подписи Браччолини всякий принял бы за язык кого-либо из отцов церкви.

В погоне за Плинием, от которого он в восторге, Браччолини пишет книгу «О нравах индийцев». Составляет любопытнейшее археологическое руководство к изучению римских памятников (De varietate fortunae). Рассказывает о путешествии по Персии венецианца Никколи де Конти. Переводит на итальянский язык Astronomicon Манилия. Угодно сатиру в духе Петрония? Поджо предлагает свою язвительнейшую «Historia convivales» (Застольная история), в которой бичует шарлатанов — юристов и медиков, сделавшихся господами своего века, наживающих через глупость человеческую и огромную власть, и огромные капиталы. Угодно исторический труд типа Тацитовой Летописи? Такова Historia Florentina (История Флоренции): рассказ замечательного ясного и точного тона, твердого рисунка, яркого колорита, полный художественных образов и характеров и глубоко проницательный в суждениях и предвидениях. Наконец, великую славу Поджо Браччолини непрерывно укрепляли и поддерживали остроумные и глубокомысленные письма, которыми он обменивался с великими мира сего (Николаем, Лаврентием и Козьмою Медичи, с герцогами Сфорца, Висконти, Леонелло д'Эсте, королем Альфонсом Арагонским), с большинством современных кардиналов и почти со всеми замечательными деятелями эпохи. Великолепные письма Поджо Браччолини ходили по рукам, перечитывались, переписывались, заменяя итальянской интеллигенции XV в. газеты и журналы. Словом, этот блистательный подражатель был в полном смысле слова властителем дум своего века. Критика ставила его на один уровень с величайшими авторами Возрождения. Как высоко его ценили, доказывают его гонорары: за посвящение «Кироподии» Альфонсу Арагонскому Поджо получил 600 золотых — 7200 франков. По тогдашней цене денег это огромный капитал.

Литература выдвинула его в ряды государственных деятелей, и жизнь свою он окончил на высоте большого и властного поста — канцлером Флорентийской республики. Он до такой степени в центре современной ему литературы, что первую половину итальянского XV в. многие находили возможность определять — «веком Поджо». Флоренция воздвигла ему заживо статую, изваянную резцом Донателло.

Сперва она стояла под портиком собора Сайта Мариа дель Фиере, теперь перенесена в самую церковь.

Таковы светлые стороны этого замечательного человека, отмечает Морозов и анализирует его теневые стороны.

Великий писатель имел отвратительный характер, который перессорил его со всеми литературными знаменитостями эпохи. Его называли «самым злоречивым человеком на свете: всегда-то он либо на государей наскакивает, или обычаи человеческие атакует, без всякого разбора, либо писании какого-либо ученого терзает, — никому от него нет покоя!» Он был весьма сластолюбив. Живет широкою жизнью гуляки и бабника, большой любитель непристойных картин, рассказов и стихов, а в старости и сам их усердный и разнузданный сочинитель. Словом, перед нами такой же большой талант жить в свое удовольствие, как большой талант творческий: типичный флорентийский барин, эстет и буржуа, эпикуреец XV в., с красивою мечтою и низменною жизнью, человек-вулкан, из которого то брызжет живой огонь, то течет вонючая грязь.

Широкий образ жизни стоил Поджо Браччолини дорого, превосходил смолоду его средства и заставлял его вечно нуждаться в деньгах. Источником добавочных доходов явились для него розыски, приготовление и редактирование списков античных авторов по подлинным манускриптам. В XV в., с жадностью устремившимся к воскресающей древности, это была очень доходная статья. При содействии флорентийского ученого, книгоиздателя и книгопродавца Пикколо Никколи (1363–1437), который в то время был царем литературного рынка, Поджо Браччолини устроил нечто вроде постоянной студии по обработке античной литературы и привлек к делу целый ряд сотрудников и контрагентов, очень образованных и способных, но сплошь — с темными пятнами на репутации. Издатель кредитовал Поджо оборотным капиталом и служил агентом по сбыту манускриптов.

Первые свои «находки» Поджо Браччолини сделал в эпоху Констанцского собора. В забытой сырой башне Сен-Галленского монастыря, «в которой заключенный трех дней не выжил бы», ему посчастливилось найти кучу древних манускриптов: сочинения Квинтилиана, Валерия Флакка, Аскония Педиана, Нония Марцелла, Проба и др. Открытие это сделало не только сенсацию, но и прямо-таки литературную эпоху. Издатель и Поджо хорошо нажились на этих «находках» и мечтали нажиться еще. Поджо, ободренный громадным успехом, усердно рылся по монастырским библиотекам Англии и Германии. Манускрипты, выходившие из мастерской Поджо, ценились очень высоко. В своих письмах к издателю он постоянно требует бумагу, пергамент, переплетный приклад, и, если тот запаздывает с доставкою, Поджо плачется, что ему приходится даром кормить мастеров своих. Любительские экземпляры хозяин готовил сам. Он брал за манускрипты огромные деньги. Например, за копию Тита Ливия он купил виллу во Флоренции.

Клиентами Поджо были Медичи, Сфорца, д'Эсте, аристократические фамилии Англии, Бургундский герцогский дом, кардиналы Орсини, Колонна, богачи, как Бартоломео ди Бардио, университеты, которые в эту пору благодаря щедрости просвещенных правителей либо начали обзаводиться библиотеками, либо усиленно расширяли свои старые книгохранилища.

Мы увидели с вами, дорогой читатель, что история античности — миф, созданный в Средневековье. А что представляет собой Древний Египет?

До вторжения Наполеона в Египет в 1798 г. эта страна была в значительной мере закрыта для посещения европейцев.

О Древнем Египте IX–XIV вв. н. э. имеется несколько фантастических сообщений арабов и средневековых паломников.

Недостоверность хронологии Египта хорошо показали Морозов, Фоменко, Постников. На ранних этапах развития египтологии бытовали совершенно фантастические представления о длительности египетской истории. Чего стоит Геродотова оценка древности Египта в 15 тыс. лет! С течением времени эта цифра постепенно сокращается. Вот, например, годы, приводимые разными исследователями, о восшествии на престол первого фараона Мена:

За столетие египетская история «сократилась» на 3643 года!

Три тысячи шестьсот лет! Несмотря на все открытия в области египтологии, числовые данные находятся до сих пор в неудовлетворительном состоянии.

Откуда же брали египтологи эти фантастические числа? Как это делалось, хорошо показал Морозов. Они применяли «метод счета поколений». Из трудов Манефова или из иероглифических таблиц было известно, сколько фараонов сменилось на престоле Египта со времен Менеса. Поэтому, чтобы получить искомую дату, достаточно сложить число лет царствований каждого фараона. Но тут-то и начинаются затруднения, поскольку о длительности царствований большинства фараонов можно было только гадать, что открывало необозримый простор субъективным толкованиям.

Проще всего поступали те, кто, следуя примеру Геродота, отвел каждому фараону ровно по 33 с третью года. Следовательно, каждым трем фараонам — по 100 лет.

Такова, например, вся шестая династия, по Бругшу. Вот его «датировки» шестой династии:

Усакара правит от 3300 г. до н. э.;

Тета — от 3266 г. до н. э.;

Мерира Пепи — от 3233 г. до н. э.;

Меренра — от 3200 г. до н. э.;

Ноферкара — от 3166 г. до н. э.;

Меренра Цафемсаф — от 3133 г. до н. э.

По такому же принципу «датированы» Бругшем все династии.

Этот «метод датировки» настолько нелеп, что, естественно, не заслуживает серьезного обсуждения. Но ведь он, лишь с небольшими позднейшими модификациями, лежит в фундаменте принятой сегодня версии египетской хронологии!

Но, правда, подчеркивает Постников, и другие хронологи недалеко ушли от Бругша, что и понятно, поскольку никакой новой, внятной информации они на самом деле не имели. Даже к настоящему времени египетские даты крайне приближенны и те или иные индивидуальные хронологические оценки практически несовместимы. Сейчас имеются две хронологические школы. Сторонники «длинной» хронологии располагают всех фараонов в ряд, последовательно друг за другом, и спорят только о том, сколько лет царствовал тот или иной фараон. Сторонники «короткой» хронологии полагают, что некоторые из фараонов правили одновременно и лишь впоследствии, по ошибке, были расположены друг за другом. Разнобой в оценках доказывает, что нет никаких надежных данных о длительности египетской хронологии. Сейчас мы имеем «условную» хронологию истории Египта.

Вместе с тем все египтологи уверены в глубокой древности истории Египта, продолжавшейся, по их мнению, несомненно, несколько тысяч лет. Но на чем, собственно, покоится эта уверенность?

Когда средневековый писатель хотел произвести впечатление, он непринужденно бросался тысячами. Так, например, и надо воспринимать «информацию» Геродота о том, что до него в Египте в течение 11 340 лет царствовали «смертные люди». Таким образом, первоначально тысячи лет египетской истории были чисто словесным оборотом, указывающим всего лишь на глубокую древность.

Но какие же «документальные» источники питают представление о тысячелетней истории Египта? Оказывается, что египетская хронология основывается на списке фараонов, составленном жрецом Манефоном. Этот список был якобы составлен Манефоном на греческом языке в III в. до н. э., но вскоре был утерян. До нас дошли только изложения этого списка в трудах христианских писателей Евсевия, Африкана, Зонараса, а также Эратосфена. Хотя эти авторы единодушно утверждают, что все они заимствовали свою информацию у Манефона, их данные поразительно расходятся не только в определении времени царствований и именах царей, но даже в числе членов одной и той же династии.

Особо полным и авторитетным считается список Африкана, автора якобы III в. н. э., который рассматривается как основатель христианской хронографии. Список был составлен через шестьсот лет после Манефона! Морозов считал этого автора апокрифом. Его труды дошли до нас только в изложении греческого средневекового писателя Георгия Синкеллоса. Таким образом, древняя хронология Египта основана на книге, написанной не ранее VIII в. н. э., когда, по преданию, жил Синкеллос. Но даты жизни Синкеллоса также неизвестны. По преданию, он жил в VIII в., но после рассмотрения античной древности мы теперь понимаем, что и он был средневековым автором.

Реальность Древнего Египта якобы подтверждается необозримым множеством археологических памятников, к числу которых принадлежат и столь «весомые» памятники, как пирамиды.

Около Каира на равнине в Гизе высятся три величайших монументальных памятника, когда-либо созданных человеком — великие египетские пирамиды.

Все путешественники единодушно отмечают, что пирамиды представляют собой «одно из самых прекрасных, самых впечатляющих зрелищ». Назначение пирамид, время их постройки и технические средства, с помощью которых были построены эти гиганты, до настоящего времени были неизвестны.

Начало археологического изучения пирамид в XIX в. ознаменовалось серией разных теорий об их происхождении и назначении.

«Единодушное мнение египтологов» состоит в том, что пирамиды были построены как усыпальницы фараонов IV династии Хеопса (Хуфу), Хефрена (Хафра) и Микерина (Менкаура). Считается, что пирамиды построили рабы, но, как справедливо отметил Морозов, мыслящие историки понимают всю невозможность строительства пирамиды без широкой социальной основы. Стоимость пирамид и колоссальность необходимых трудовых затрат должны были вконец обескровить страну. Это понимал еще Геродот, рассказывая предание о том, что Хеопс отдал свою дочь в публичный дом, чтобы заработать деньги для строительства пирамиды.

Сомнения вызывают и сроки строительства пирамид, указанные Геродотом: 20–30 лет на каждую. В указанные Геродотом сроки невозможно, трудно даже при современной технике перевезти и аккуратно уложить те миллионы тонн камня, из которых состоят пирамиды. Следовательно, пирамиды сооружались при жизни не одного поколения, а потому никак не могли строиться в качестве усыпальниц здравствующих царей.

Морозов предполагает, что пирамиды строились как храмы и как лестницы на небо. Постников подчеркивает, что представление о пирамидах как лестницах на небо, настолько естественно, что оно не осталось чуждым и традиционным историкам. Некоторые египтологи полагают, что в первой пирамиде — ступенчатой — фараона Джосера в Саккаре воплощена идея гигантской лестницы, долженствующей облегчить умершему царю восхождение на небо — к его отцу Ра.

О назначении пирамид, методах и времени их строительства я рассказывал в своей книге «Спираль времени». Здесь я хотел бы только подчеркнуть, что Египет был удобным местом захоронения. Дело в том, что в силу климатических условий трупы в Египте не гниют, а сохраняются, высыхая в раскаленном от солнца песке.

Египет становится огромным имперским кладбищем. Вот почему здесь огромное количество захоронений, гробниц и пирамид. Вот почему здесь процветал культ мертвых. Интересно отметить, что захоронения и пирамиды свидетельствуют о том, что в Египте формировалась христианская религия. Это отмечают многие ученые.

По мнению сторонников новой хронологии, Египет был имперским кладбищем. Ранневизантийские императоры не только находили в Египте место вечного успокоения, но и короновались в его храмах, и приезжали в Египет на богомолье. Они, по-видимому, считали себя египтянами (хотя бы «духовно») и полагали своим долгом развивать в Египте строительство храмов и других сакральных строений. Этим и объясняется невероятная концентрация в Египте культовых сооружений во всех их видах.

Психологически совершенно не исключено, что египтяне считали не себя присоединенными к Риму-Византии, а, наоборот, Рим и Византию присоединенными к себе. Тот факт, что их правители не жили на своей «древней родине» и даже, по-видимому, не владели местным, коптским языком, население долины Нила объясняло и оправдывало стратегической необходимостью, тем более что на вечный покой императоры всегда приезжали в свою страну и в ней же воздвигали себе гробницы.

Факт наличия в Египте пирамид и захоронений не опровергает выдвинутого Морозовым положения о мифичности и средневековом происхождении «древней истории» Египта, а, как считает Постников, даже его поддерживает.

Согласно новой хронологии Фоменко, грандиозные пирамиды Египта были воздвигнуты не в глубочайшей древности, как это считается в традиционной истории, а сравнительно недавно, в эпоху XIV–XVII вв. н. э.

Оказывается, что по отношению к египетским пирамидам не только в корне неверна их хронология, но скорее всего глубоко ошибочны и принятые сегодня представления о том, каким образом и из чего они были построены.

Считается, что египетские пирамиды были сложены из монолитных каменных блоков, вырубленных в каменоломнях, перевезенных на значительные расстояния и не очень понятно, каким образом поднятых вверх и уложенных друг на друга. Причем получились каменные сооружения, некоторые из которых поднимаются более чем на сотню метров. Например, высота пирамиды Хеопса — около 140 метров. Однако размеры и высота многих таких мегалитических сооружений «античности» вступают в противоречие с возможностями древних строителей. Именно поэтому до сих пор придумываются различные теории, чтобы объяснить, каким образом огромные блоки транспортировались и затем якобы поднимались на такую высоту. Предполагают, будто тысячи и тысячи рабов трудились в каменоломнях, вырубая монолиты весом от 2,5 до 15 тонн, а затем на «санях» тянули их к месту строительства. А затем якобы при помощи хитроумных подъемных машин (их рисунки, приводимые в современных книгах, — чистые фантазии художников) или при помощи каких-то гигантских наклонных насыпей из песка пятнадцатитонные блоки втаскивали на высоту многих десятков метров. Однако подобные «теории» остаются чистыми фантазиями.

Тем более что некоторые блоки пирамид весят даже не пятнадцать, а около пятисот тонн. Известный египтолог Ж.-Ф. Лауэр полагает, что древние египтяне «успешно перемещали монолитные блоки еще большего веса». Предел в этом отношении был, по-видимому, достигнут в правление Хефрена. Хелппер обнаружил в толще стен нижнего храма его пирамиды блоки объемом от 50 до 60 куб. метров весом около 150 тонн, а в стенах верхнего храма один блок длиной 13,4 метра весом, около 180 тонн, другой — объемом 170 куб. метров, весом около 500 тонн! Совершенно очевидно, справедливо говорит Ж.-Ф. Лауэр, что не могло быть и речи о погрузке таких блоков на волокуши. Лауэр высказывает предположение, что, «вероятно», такие чудовищные блоки передвигали на катках. Но такое предположение остается чистой гипотезой, ничем пока не подкрепленной, и представляется крайне сомнительным. Даже в наше время транспортировка 500-тонного каменного блока была бы крайне сложной технической задачей. В конце концов, отчего «древние» египтяне не распиливали такие гигантские блоки на несколько частей? Все это остается загадкой. Недаром до сих пор пишут книги о загадках египетских пирамид. Например, книга самого Ж.-Ф. Лауэра так и называется «Загадки египетских пирамид».

Оказывается, однако, что никаких загадок здесь нет. Загадка состоит лишь в том, как египтологи смогли «не увидеть», что подавляющее большинство блоков больших египетских пирамид, за исключением облицовки и некоторых внутренних конструкций, выполнены из бетона.

Поясним, что имеется в виду. Проблема дробления пород и руды в древности решалась по образу и подобию дробления зерна — ступки, зернотерки, жернова. В районе месторождения Гебейт в Красноморских горах доктор А. В. Разваляев наблюдал десятки жерновов для дробления золотой руды диаметром до 50–60 сантиметров. Порода растиралась жерновами и переносилась на берег ныне безводной долины реки. Там шла промывка. Известны также более мелкие дробильные устройства подобного рода — терки. Эта несложная технология дробления породы могла довольно быстро привести к изобретению бетона.

Уже много лет назад американский химик, профессор Бернского университета Джозеф Давидович выдвинул эту любопытную гипотезу. Анализируя химический состав «монолитов», из которых сложены пирамиды, он высказал предположение, что они изготовлены из бетона. Д. Давидович определил 13 компонентов, из которых он мог приготовляться. Таким образом, всего несколько бригад «древнеегипетских» бетонщиков вполне могли бы справиться с возведением пирамиды 100–150-метровой высоты. Причем за довольно короткое время, во всяком случае не десятки лет.

Проблема приготовления порошка также могла решаться не очень сложно. Какое-то, вероятно, не очень большое число рабочих могли растирать при помощи примитивных жерновов или терок мягкую породу. Затем ее просушивали, ссыпали в корзины и обычным образом перевозили (например, на ослах или лошадях) к месту стройки. Несколько носильщиков поднимали наверх корзины с порошком. Наверху готовили деревянную опалубку, заполняли ее порошком-смесью. Заливали воду, перемешивали раствор. После застывания блока опалубку снимали. Переходили к следующему. Так росла пирамида.

По словам профессора Д. Давидовича, ему удалось обнаружить в иероглифической надписи на одной из стел эпохи фараона Джосера рецепт приготовления древнего бетона. Информация о гипотезе Д. Давидовича попала даже на страницы популярной прессы. Эта идея позволяет существенно по-другому взглянуть на процесс возведения некоторых особо крупных сооружений «античности». Как доказали Фоменко и Носовский, они возводились в XIV–XVII вв. н. э., а потому использование бетона представляется вполне естественным и своевременным, отвечающим уровню средневековой строительной технологии.

Исчезает и ореол таинственности вокруг процесса якобы «очень древнего» мегалитического строительства. Оно превращается хотя и в сложную, но в общем-то вполне рутинную процедуру.

К идее бетонных египетских пирамид можно было бы относиться по-разному. Например, считать это еще одной «теорией» в ряду других, столь же необоснованных. И мы бы не стали так подробно писать об этом, если бы не поразительное обстоятельство. Дело в том, что существует неоспоримое доказательство того, что, например, пирамида Хеопса действительно изготовлена из бетона.

Это доказательство — обломок каменного блока пирамиды Хеопса, взятый с высоты 50 метров, с наружной кладки пирамиды. Этот обломок является сколом верхнего угла блока. Максимальный размер обломка около 6,5 сантиметра. Поверхность блока покрыта мелкой сеткой. Внимательное рассмотрение показывает, что это след циновки, которая была наложена на внутреннюю поверхность ящика-опалубки.

Верхняя поверхность блока неровная, бугристая. Часть верхней поверхности обломка была спилена для химического анализа. Остальная часть имеет первозданный, явно бугристый вид. Так и должно быть, если это бетон, поскольку бетон при застывании образует бугристую поверхность. Чтобы избежать этого, в наше время применяют специальные вибраторы, выравнивающие застывающую поверхность бетона. У египтян XIV–XVII вв. вибраторов, ясное дело, не было. Поэтому и поверхность блоков получалась неровной. Причем именно верхняя, не касающаяся опалубки. Боковая же поверхность ровная, но сетчатая от следов циновки. Если бы это был выпиленный камень-блок, то верхняя поверхность ничем не отличалась бы от боковой.

Такие следы опалубки видны на всех блоках в этом месте пирамиды. Напомним, что это место находится на высоте 50 метров, на стороне пирамиды, противоположной входу в нее. Экскурсии туда не водят. Обычный турист может увидеть лишь нижние ряды кладки, обойдя пирамиду вокруг ее основания. А внизу таких следов опалубки нет. Может быть, они стесаны нарочно, а может быть, и нет. Дело в том, что частые песчаные бури в этих местах несут мелкий песок на пирамиды и, конечно, обтачивают, сглаживают поверхность нижних блоков. Ведь блоки пирамид довольно мягкие. Их твердость соответствует твердости гипса или человеческого ногтя. Поэтому песчаные бури могли полностью «обтесать» поверхность нижних блоков и уничтожить следы циновок на опалубке. А вот на высоту 50 метров песок ветром уже не поднимается. И там такие следы, как мы видим, прекрасно сохранились.

Трудно допустить, что современные специалисты, занимающиеся пирамидами, «не заметили» этого поразительного факта. По мнению Фоменко и Носовского, объяснение тут может быть только одно. Конечно, заметили. Но пытаются сохранить прекрасную сказку, нарисованную историками-египтологами об огромной древности пирамид. Ведь все мы прекрасно понимаем, что если пирамиды бетонные, то им никак не может быть много тысяч лет.

Теперь, как считают Фоменко и Носовский, исчезают и другие «загадки пирамид». Например, почему блоки пирамид не покрыты трещинами. Ведь геологам хорошо известно, что любой естественный известняк, будучи осадочной породой, имеет слоистую структуру. Поэтому со временем в нем неизбежно появляются естественные трещины, идущие вдоль слоев. А вот бетон, будучи однородным, аморфным материалом (поскольку был размолот и перемешан), трещин не образует. Также становится понятным отсутствие так называемого «загара» на поверхности блоков пирамид. Такой «загар» образуется со временем на открытой поверхности любого естественного камня. Она темнеет в связи с тем, что на нее выходят изнутри различные химические элементы. Это связано с кристаллической структурой естественного камня. А на бетоне «загар» почти не образуется, поскольку кристаллическая структура в нем разрушена при измельчении породы в порошок.

Пропадает и еще одна «поразительная загадка» пирамиды Хеопса. Уже давно замечено, что в пирамиде Хеопса толщина швов, которые на первый взгляд кажутся простыми царапинами, сделанными на поверхности камня, а иной раз даже почти незаметны, равна… примерно 0,5 мм. «Представляете ли вы себе, — патетически восклицает Ж.-Ф. Лауэр, — сколько усилий потребовалось для такой подгонки блоков, зачастую весивших много тонн?» Действительно, представить себе это вряд ли возможно. Тем более что, как мы видим, верхняя поверхность блоков бугристая, не выровненная. И на такую бугристую поверхность идеально наложили следующий, верхний блок так, что зазор между ними оказался ничтожно мал! Причем верхний блок весом тонн в пятнадцать! Никаких вразумительных объяснений по этому поводу историки не дают.

Но теперь все становится на свои места. Если верхний блок делался из бетона прямо на месте, то, естественно, зазор между ним и нижним блоком образоваться сам по себе не мог. Жидкий цемент, наливавшийся в деревянную форму (опалубку) сверху, полностью повторял бугристую форму нижнего блока. Но тогда откуда же взялись «тонкие швы» между блоками? Оказывается, что эти швы образует тончайший слой известкового раствора, по сей день сохранившийся в виде тончайшей ниточки, не шире листочка кованого серебра. Следовательно, строители пирамид специально разделяли соседние блоки, чтобы они не прилипали друг к другу. Это было сделано грамотно, поскольку иначе пирамида превратилась бы в единый огромный бетонный монолит без швов. Такое колоссальное сооружение неизбежно вскоре лопнуло бы под воздействием как внутренних напряжений, так и под влиянием постоянных сильных перепадов температур в этом районе Египта. Избежать этого можно, лишь сложив пирамиду из отдельных бетонных блоков так, чтобы она могла «дышать», снимать возникающие напряжения.

Что касается сохранившихся на другом берегу Нила каменоломен и описаний перевозки камня к пирамидам, то это относится лишь к изготовлению каменной облицовки, которой когда-то была полностью покрыта пирамида Хеопса. Остатки гранитной и известняковой облицовки до сих пор сохранились у вершины пирамиды.

И наконец обратимся к «отцу истории» Геродоту. Ведь именно Геродот оставил подробное описание строительства пирамид, на которое ссылаются все современные египтологи. Поразительно, что Геродот фактически почти прямым текстом описывает строительство пирамиды с помощью передвижной деревянной опалубки, т. е. строительство из бетона. Чтобы увидеть это, достаточно лишь вдуматься в его текст. Вот он.

«Построена же эта пирамида вот как. Сначала она идет в виде лестницы уступами, которые иные называют площадками, или ступенями. После того как заложили первые камни, остальные поднимали при помощи помостов, сколоченных из коротких балок. Так поднимали с земли камни на первую ступень лестницы. Там клали камень на другой помост; с первой ступени втаскивали на второй помост, при помощи которого поднимали на вторую ступень. Сколько было рядов ступеней, столько было и подъемных приспособлений. Быть может, однако, было только одно подъемное приспособление, которое после подъема камня без труда переносилось на следующую ступень».

Сегодня египтологи предлагают понимать текст Геродота как описание каких-то деревянных машин для подъема многотонных каменных блоков по 15 и даже по 500 тонн. Понятно, что никакие деревянные подъемные машины для этого непригодны. Поэтому историки вынуждены считать сообщение Геродота о «деревянных машинах» недостоверными. Историки предлагают взамен теорию земляных насыпей. Правда, немецкий инженер Л. Кроон путем длинных расчетов доказывает невозможность использования земляных насыпей, так как сооружение их, по его мнению, потребовало бы почти столько же труда, как и строительство самой пирамиды, и все равно они не дали бы возможности достроить последние метры вершины пирамиды.

Если вчитаться в текст Геродота, то трудно не увидеть в нем описание переносной деревянной опалубки, с помощью которой «поднимались», т. е. шаг за шагом отливались, ставились друг на друга все новые и новые бетонные блоки.

Таким образом, мы снова столкнулись с ярким примером нежелания современных историков отказаться даже от абсурдных теорий, раз уж они вошли в учебники по истории. При этом, по нашему мнению, главным движущим мотивом является страх затронуть скалигеровскую хронологию. Ведь если начать в ней сомневаться, то все здание «древней» и средневековой скалигеровской истории, как мы видим, разваливается, как карточный домик.

По сообщениям греческих авторов, Египет состоял из 42 автономных царств, или номов, правители которых после объединения Египта под властью фараонов сохранили определенную самостоятельность и позднее образовали верхний правящий слой при дворе фараона. И мы должны верить, что эта типично феодально-средневековая структура существовала пять тысяч лет тому назад!.

Морозов замечает, что разместить 42 нома на крохотной территории Нильской долины столь же трудно, как многочисленные библейские государства на территории Палестины. По его мнению, «то, что нам сообщают средневековые греческие авторы о географическом положении 42 номов, до того микроскопично и неправдоподобно с географической точки зрения, что не заслуживает даже серьезной критики». Он считает, что 42 нома — это 42 области Византийской империи.

Аналогично известное деление Египта на Верхний и Нижний также является плодом недоразумения. На самом деле здесь первоначально имелись в виду две части Империи — Восточная и Западная, и даже после отпадения Запада восточные императоры по-прежнему короновались в Египте двойной короной, подчеркивая свои притязания на главенство в обеих частях империи.

Морозов находит подтверждение своей теории в географии. В египтологии считается, что династии отличались друг от друга, помимо всего прочего, еще и резиденциями их царей. Например, столицей VI династии был город Мемфис (отчего и династия называется Мемфисской), а столицей IX династии — город Гераклеополь (отчего и династия называется Гераклео-политанской). При этом храмы и надписи, скажем, VI династии концентрируются около Мемфиса (или, точнее, около места, куда современные египтологи относят Мемфис; обнаружено же это место было как раз по храмам Мемфисских династий). Таким образом, география доказывает, казалось бы, реальность династий и, следовательно, ложность отождествлений Морозова.

Однако именно в географии Морозов находит дальнейшие подтверждения своей теории. В первую очередь он обращает внимание на большие несообразности в наших сведениях о столицах наиболее известных династий — Мемфисе и Фивах. Знаменитейшие «стовратные» Фивы помещаются египтологами в такой пустынный и удаленный от всех географически, стратегически и экономически важных пунктов уголок Верхнего Египта, около городка Коптоса, что даже при беглом взгляде на карту делается ясной полная невозможность существования здесь столицы мало-мальски обширного и богатого государства. В этом отношении Фивы вполне аналогичны Риму — на редкость неудачное географическое расположение. Однако в отличие от Рима от Фив не осталось ничего, даже развалин.

Чтобы объяснить чудесное исчезновение города (с крепостными стенами и многочисленными каменными дворцами!), историки ссылаются на Яхмеса IX, который будто бы приказал этот город полностью уничтожить (задача, которая в отношении, скажем, нашего Смоленска оказалась не по плечу даже гитлеровской армии, вооруженной современной военной техникой). Истории известны полностью разрушенные города, от которых не осталось даже развалин, но и они обнаруживаются, например, аэрофотосъемкой по остаткам фундаментов, улиц и т. п. К тому же для того, чтобы от города не осталось развалин или хотя бы камней, необходимы совершенно особые условия. Понимая это, известный египтолог Мариетт предположил, что камни фивских руин (все без остатка!) унесены ежегодными наводнениями. Но ведь Нил не горная река, а камни в воде не плавают. Да и кто же будет строить столицу на месте, заливаемом ежегодно Нилом?

Почти такое же недоумение возникает и относительно Мемфиса, который египтологами помещается недалеко от Каира у разветвления Нила при входе в дельту. В отличие от местоположения Фив это место почти идеально и стратегически, и экономически. Недаром здесь находится Каир, столица Египта в продолжении всей достоверной его истории. Однако египтологи помещают Мемфис не в Каире (тогда трудно было бы что-нибудь возразить), а километров на 50 южнее, где ныне ничего нет, кроме пустого поля и пальмового леса. Археологи прямо пишут о «разочаровывающей бедности» находок в районе Мемфиса, где были найдены только остатки фундамента храма и несколько других мелких развалин, никак не соответствующих пышным описаниям первоисточников (к которым принадлежат даже арабские писатели XIII в. н. э). Морозов пишет:

«Несомненно, — говорит Бругш, стараясь словом «несомненно» успокоить пораженного читателя (только что перед этим Бругш писал об отсутствии каких-либо достойных упоминания археологических находок в районе Мемфиса), — что громадные камни, употребленные здесь на кладку храмов и зданий, в течение продолжительного времени вывозились постепенно в Каир и пошли на постройку мечетей, дворцов и домов города калифов».

Но почему же калифам нельзя было обосноваться прямо в том же месте, какое годилось для столицы столько тысяч лет? Да и не легче ли было накопать камней поближе?

И здесь выходит несоответствие: систематическая перевозка камней с одного берега на другой за полсотни верст едва ли могла окупать расходы, да и щебня при ломке осталось бы достаточно на месте. А его нет!

И вот, для двух самых пышных столиц, так часто упоминаемых в египетских памятниках, одна (близ Коптоса) оказывается пропавшей без вести и стратегически неприемлемой, да и от другой (близ Каира) не осталось даже и щебня. Обе провалились сквозь землю…

Аналогично дело обстоит и со столицами менее заметных династий. Например, столицей «Тинисской» династии считается город Тинис, от которого, как говорят нам, осталась лишь кучка развалин около Абидосского храма в Гарабитэль-Модер-цкэ, вдали от культурных низовьев Нила, где так же, как и в Фивах, никогда не могла организоваться столица Египта. Столицу «Элефантинской» династии египтологи помещают на остров Джезирет Ассуан совсем уже далеко от Каира. Допустить, что тут скрывалась в пустыне целая династия его властелинов, отмечает Морозов, даже смешно. Кто в людных центрах жизни стал бы признавать такую беглую пустынножительствующую династию? Разве не нашлось бы в «Мемфисе» тысяч людей, поспешивших заменить ее собою?

О некоторых фараонах нам сообщают, что они строили свои столицы на новом месте. И тут удивление вызывает невероятно неудачный выбор ими места для новых столиц. Так, например, новая столица Эхнатона Ахтатон (Горизонт Атона) расположена, по уверению историков, в замкнутой долине, из которой имеются лишь два узких горных прохода. В таком месте может быть все, что угодно, но только не столица обширного государства. Построивший новый столичный город Рамзес II этой ошибки не сделал. «Он сооружает себе столицу на границе Азии и Египта, которая была воздвигнута им столь же быстро, как Горизонт Атона Эхнатоном… Город, воздвигнутый на границе Египта, сделался крупным центром и вызывал восторг тех, кто его видел». Кстати, не удивительна ли поразительная скорость, с которой египтяне возводили новые города? Ведь даже Петербург, заложенный Петром, потребовал для своего строительства несколько десятков лет, пока сложился его ансамбль, а строила его вся Российская империя.

Иероглифические памятники подробно описывают город Рамзеса, его храмы и дворцы, многочисленное, разноязычное население, каналы и озера около него. Этот громадный город (описание которого так напоминает Константинополь, который, заметим, находится на границе Азии и Европы) полностью исчез, и местоположение его неизвестно. Некоторые египтологи помещают его вблизи нынешнего поселка Сан, но там раскопки обнаружили лишь обломки нескольких статуй (относимых к VI и VII династиям) и никаких остатков крупных зданий. Если город Рамзеса действительно был там, то он так же исчез бесследно, как Мемфис и Фивы. Но спросим себя еще раз, можно ли допустить полные исчезновения крупных городов в такой стране, как Египет, в почве которой сохранились многочисленные сооружения существенно меньшего масштаба? На этот вопрос мы от историков ответа не имеем.

С точки зрения Морозова, в отношении города Рамзеса вопросов нет — это явно Константинополь, город Константина. То обстоятельство, что в некоторых папирусах его местоположение якобы указано «между Египтом и Финикией», означает лишь шуточки переводческой фантазии.

Но, например, с Фивами или Элефантиной дело обстоит совсем иначе. Египтологи не случайно помешают Фивы в столь неудобном месте около Коптоса. Там, на восточном берегу Нила, до сих пор стоят величественные и хорошо сохранившиеся остатки Карнакского и Луксорского храмов, а на другом берегу — также хорошо сохранившиеся остатки храма Рамзеса и нескольких других храмов. Ясно, рассуждают египтологи, что и столица, которую, судя по надписям, обслуживали эти храмы, должна быть неподалеку. Но если сохранились храмы, то полное уничтожение всех остальных зданий делается уж совсем необъяснимым. Поэтому не остается ничего другого, как предположить, что на этом месте никогда не было никаких капитальных строений, кроме храмов, т. е. что здесь был крупный религиозный центр, но никак не светский. Заметим, что по-египетски Фивы назывались «Городом Амона», что греки переводили как «Диополис» — город Зевса.

Если мы предположим, что названия династий произошли не от светских столиц, а от религиозных центров, то все отмеченные выше трудности исчезнут и, более того, станет прозрачно ясным, почему эти «столицы» располагались в столь удаленных местах, подальше от мирской суеты.

Морозов полагает, что в Египте IV–VI вв. н. э. существовало много религиозных центров, связанных единством почитания Бога Отца, но отличающихся конкретными формами культа. Сейчас мы эти расхождения воспринимаем как поклонение различным богам, но, по-видимому, эти расхождения были ближе к тому, как в России в одном монастыре поклонялись Смоленской Божьей Матери, а в другом — Владимирской.

Каждый центр в идеологических условиях того времени собирал вокруг себя художников, поэтов и ученых, т. е. был не только религиозным центром, но и сосредоточием культуры и учености. Поэтому Морозов предпочитает называть эти центры «схоластическими школами». Каждая из этих школ имела свой «научный» жаргон и развивала свой собственный ритуальный стиль в художестве.

Морозов подчеркивает, что школы древней науки были замкнутыми организациями, ревниво относящимися к успехам других. «Каждая древняя школа, находясь в связи с культом того или иного местного бога, старалась держать свои открытия только для себя, оберегая от других… Почитатели бога Хема в Коптосе скрывали свои знания от почитателей Бога Отца (Латы) в Мемфисе, а эти от них и т. д. и т. д.».

Каждое «августейшее посещение» такой школы императором или его сановником выливалось в панегирическое торжество. Чтобы снискать благосклонность императора (и получить кредиты и людскую силу для украшения существующих храмов и строительства новых), жрецы храма всячески изощрялись. Они присваивали императору новое имя, долженствующее своей магической силой привлечь на него благословение Божие, высекали на каменных панелях надписи и изображения, прославляющие императора и его предков, устраивали народные гуляния и т. д.

Таким образом, в каждой школе император получал имя (или имена), специфичное для этой школы, которое только и использовалось в высекаемых надписях. Результат понятен: в каждом религиозном центре создался свой собственный список имен императоров и свой собственный набор прославляющих надписей, связанных друг с другом общими именами. Эти списки в руках апокрифистов и дали начало династиям, а стелы с надписями послужили современным археологам для «доказательства» реального существования династий.

Религиозные центры, естественно, различались по степени своей авторитетности. Наиболее авторитетные включали в орбиту своего влияния меньшие храмы, разбросанные по всему Египту. Эти меньшие храмы были вынуждены в прославлении императоров копировать своих старших собратьев, что и объясняет, почему стелы с именами, выдуманными, скажем, в Карнакском храме, обнаруживаются теперь археологами и в других частях Египта.

Наиболее влиятельные школы дали начало наиболее знаменитым династиям, а школы маловлиятельные породили династии незаметные и, быть может, даже не попавшие в список Манефона. (До сих пор археологи находят обломки надписей с ранее неизвестными именами царей, которые они могут часто только гадательно сопоставить с известными фараонами.)

Эта теория Морозова снимает все вопросы, возникающие в связи с династиями. В частности, она объясняет, почему династии не «перемешиваются». Ведь если один и тот же император имел, скажем, имена Усеркафу (V династия) и Яхмес (XVIII династия), а его сын — имена Сахура и Аменхотеп, то, казалось бы, в надписях, упоминающих этого императора и его сына, все четыре пары имен Усеркафу-Сахура, Усеркафу-Аменхотеп, Яхмес-Сахура и Яхмес-Аменхотеп должны встречаться одинаково часто. На деле этого не происходит, и пары Усеркафу-Сахура и Яхмес-Аменхотеп существенно превалируют. В теории Морозова это объясняется соперничеством школ и их враждебностью, вызванной борьбой за благоволение императоров. Имена одной школы были запретны для другой (употребление их могло считаться даже богохульством), и потому перемешивания имен различных школ не происходило.

К слову сказать, употребление имен царей в иероглифических надписях совсем не так закономерно и однозначно, как это может показаться из переводов и кратких обзоров. Имена плывут и видоизменяются от надписи к надписи, и египтологам понадобилось много остроумия и догадливости, чтобы привести их хотя бы в какое-то подобие системы. С точки зрения Морозова, весь этот труд на девять десятых излишен.

Мы не будем анализировать с точки зрения теории Морозова все особенности употребления имен в иероглифических надписях (их слишком много, и они слишком специальны), а ограничимся только одной чертой, наиболее резко бросающейся в глаза.

Как только были прочтены иероглифические памятники, сразу было замечено, что во многих из них первоначальные собственные имена царей — фараонов или их предков тщательно выскоблены и заменены другими.

«Доверчивые и простодушные египтологи XIX в. вроде Бругша пытались объяснить это завистью преемников к своим предшественникам и желанием приписать себе их дела».

Морозов издевается над этим объяснением. Он пишет: «Ведь надписи на общественных зданиях читали все грамотные люди в продолжение более или менее значительного времени, и могли даже жить и участники и очевидцы этих событий. Все стали бы только смеяться над таким откровенным фатовством своего властелина. Как бы ни были бесстыдны нравы того времени — чего мы, впрочем, не замечаем, — но это была бы уже такая степень бесстыдства перед своими собственными сотрудниками и придворными, которую психологически нельзя допустить ни для какого времени.

Такие подделки могли делаться только тайно, а не на глазах у всех…»

С этим рассуждением Морозова, говорит Постников, можно спорить, поскольку извороты человеческой психики неисповедимы, а степень возможного бесстыдства неизмерима. Но продолжение его рассуждений уже неоспоримо: «…да и зачем были бы они? Кто мешал могучему султану приказать вырезать о себе какую угодно полную надпись, не стирая имен предшествовавших? Или недоставало места на плитах? Но в таком случае всегда он мог приказать вытереть любую надпись целиком и вместо нее поместить… рассказ из своей собственной жизни…

Нет! Это объяснение египтологов XIX в. совершенно не годится для реальной жизни».

Объяснение Морозова заключается в том, что рассказ был написан молодым ученым о жизни давно умершей знаменитости. Автор получил разрешение смотрителя здания выцарапать свое произведение на стене, но, когда оно стало общедоступным, появились из среды старых ученых критики, которые начали опровергать сказанное и утверждать, что оно относится к жизни совсем другого лица. Тогда было решено, хотя, может быть, и неосновательно, выскоблить неправильно поставленное имя и заменить его другим, «правильным».

Это объяснение, по мнению Постникова, страдает тем недостатком, что оно имплицирует нужные только для него подробности внутренней жизни схоластической школы. Кроме того, оно не объясняет массового распространения подчищенных имен.

Мы предлагаем читателю вообразить картину неожиданного известия, что в ближайшем будущем в школу прибудет фараон со свитой. Лихорадочные приготовления выявляют отсутствие приветственных надписей, которые не успели приготовить заранее, а теперь уже нет времени их высекать. В отчаянии руководство школы решает использовать старые панегирики, относящиеся к предыдущим фараонам, заменив в них только имена. В суматохе торжественной встречи обман благополучно сходит с рук. Воодушевленные успехом, жрецы превращают подчистку имен в постоянную практику, чтобы заново не повторять для каждого следующего царя изнурительный труд высекания всей надписи.

Это объяснение — целиком в русле идей Морозова, во всяком случае, полностью согласуется с тем, что известно (на примере более поздних монастырей) о формах взаимоотношений светской и церковной власти.

Наряду с надписями, в которых имена заменены другими, есть много надписей, в которых имена стерты, но вместо них ничего не написано. Более того, во многих надписях стерты не только имена царей, но и другие несущие информацию собственные имена (названия месяцев, городов, племен и т. п.). Морозов объясняет это деятельностью позднейших христианских фанатиков, уничтожавших информацию, которая могла бы «ввести верующих в соблазн». Но почему же эти фанатики не уничтожали всей надписи? Не имея ответа на этот вопрос, Морозов обсуждает также и другие варианты объяснений.

Второе же объяснение, пишет он, я высказываю лишь с большой неохотой, но во всестороннем исследовании надо показать все возможности. В надписи могло оказаться хорошо знакомое имя слишком поздней эпохи для сторонника глубокой египетской древности и… оно могло быть вытерто каким-нибудь слишком правоверным путешественником… когда чтение иероглифов… было только что восстановлено Шампольоном…

Я никогда не позволил бы себе высказать последней мысли, если бы… не воспоминания о рассказе одного русского путешественника по Египту в первой половине XIX в. Автор рассказывает там, что когда он посетил… гробницы и постройки, описанные Шампольоном, но не нашел и следа от многих приводимых им рисунков, и на его вопрос: кто их стер? — сопровождавший ею араб ответил, будто сам Шампольон. На новый изумленный вопрос моряка: зачем же? — он получил от араба, еще помнившею Шампольона, лаконический ответ: «Для того чтобы его книги оставались единственным документом для позднейших исследователей и люди не могли бы без них обойтись».

Конечно, араб мог и соврать, но зачем? И точно ли значительное число рисунков Шампольона оказалось стертым при приезде в Египет следующих египтологов? Если да, то его рисунки не могут считаться безусловно достоверными документами, как бы огромны ни были его заслуги в деле основания современной египтологии.

Исследование стертых в египетских надписях собственных имен и замена их на вытертом кем-то месте новыми именами неизбежно наводит на предположение, что тут была сделана умышленная мистификация, и, может быть, сделана именно тем, кто первый опубликовал эти надписи, особенно если опубликовано было в первой половине XIX в. Хотя ложное честолюбие и желание прославиться во что бы то ни стало и бывает чуждо по самой своей природе истинно гениальным мыслителям, однако, к сожалению, нельзя этого сказать о кропотливых компиляторах исторических фактов. Поразительным доказательством этого служит вся древняя история христианства, да и современный нам скандал с «нетленными мощами» в православных монастырях служит не меньшим образчиком недобросовестности тех, кому следовало бы быть особенно добросовестными. Вот почему при каждом отдельном случае серьезному исследователю приходится рассматривать, какое из двух данных Морозовым объяснений наиболее вероятно.

По мнению Постникова, объяснять какие-либо несоответствия в источниках фальсификацией со стороны современных исследователей, особенно когда на это нет прямых улик, — означает идти по линии наименьшего сопротивления и немногим лучше, чем просто отказываться от объяснения. Вопрос, почему и кем в иероглифических текстах стиралась информация, — это, таким образом, один из немногих вопросов, который у Морозова не имеет удовлетворительного ответа. Заметим, что у египтологов на этот вопрос вообще нет никакого ответа.

Хорошо, письменные источники, надписи можно подделать, скажет любознательный читатель, но ведь от Древнего мира до нас дошли памятники архитектуры, произведения изобразительного искусства. Как быть с ними? Ответ на этот вопрос читатель может найти в недавно вышедшей книге А. Жабинского «Другая история искусства». Автор на основе сопоставления произведений искусства Древнего мира и средних веков убедительно доказывает, что они созданы не в разное время, не отделены друг от друга тысячами столетий, а создавались начиная с XI в. н. э. В Египте, Индии, Сирии, Южной Италии искусство возникло вследствие политики, проводившейся византийцами. До и после падения Константинополя бегство художников в разные страны инициировало там всплеск художественного творчества.

Немыслимую неподвижность египетского художества историки «объясняют» общей косностью египетской культуры, что, конечно, совершенно неудовлетворительно. С точки же зрения Морозова, никакой неподвижности не было. Все развитие египетского искусства укладывается в несколько сотен лет, а «разница, которую мы замечаем в искусстве различных местностей Египта, не есть разница культур, разделенных друг от друга тысячелетиями, а разница различных культов в различных местностях, разница культуры столиц и провинций, приморских и внутренних городов; в крайнем случае, это — разница культуры «отцов и детей» быстро и разнообразно прогрессировавшей страны».

Эта схема Морозова, прекрасно объясняя искусство отдельно взятого Египта, немедленно наталкивается на возражения, когда мы переходим ко всей Византийской империи.

Действительно, в самой Византии также строились здания, высекались статуи, писались иконы и работали златокузнецы. Однако оставшиеся от того времени здания, статуи, иконы и ювелирные изделия по своему стилю резко отличны от египетских. Почему же стиль византийского искусства не испытал египетского влияния, если египетские художники творили в то же время, как и византийские, и если Египет был одним из важнейших религиозных центров империи?

Ответ очень прост. Замкнутость художественно-религиозных школ и ритуальность их искусства делали для них невозможным свободное заимствование друг у друга не только внутри Египта, но и за его пределами. Поэтому художественные находки Египта не оказали никакою влияния на одновременное искусство Византии, и наоборот.

Можно, правда, возразить, что, поскольку искусство Египта и Византии развивалось в одно и то же время, в рамках одного и того же государства и под влиянием одной и той же в целом религии, в них должно быть достаточно много общих элементов. Действительно, даже беглый взгляд обнаруживает в средневековом византийском искусстве «следы» египетского влияния. Например, известны изображения евангелиста Матфея, как будто сошедшие со стелы египетского храма.

Одновременность развития «древнего» Египта и Европы, протекавшая в средние века, подтверждается и сопоставительным анализом религий. Морозов и Фоменко убедительно показали, что египетская религия представляет собой одну из локальных форм раннего послеапокалиптического христианства.

Значительно большая часть сохранившихся памятников с находящимися на них подписями — храмы, пирамиды, гробницы, обелиски были посвящены религиозным целям. Из дошедших до нас папирусов девять десятых религиозного содержания. Тем не менее весь этот материал довольно односторонний: происхождением своим он почти всецело обязан существовавшим похоронным обрядам, и содержание его имеет ближайшее отношение к погребению и загробной жизни.

Односторонность имеющегося материала, несмотря на его количественное богатство, позволяет создать целостное представление о египетской религии только в рамках определенной его интерпретации с большим числом домысливаний. Неудивительно поэтому, что различных мнений о характере египетской религии практически столько же, сколько специалистов, ее изучавших.

На самом же деле имеющийся материал сам по себе не позволяет определить тип египетской религии. Выбор той или иной схемы определяется исключительно исходной установкой исследователя. И все же факты говорят о христианском характере религии Египта.

Историки религии вскрыли многочисленнейшие параллели между христианским и египетским культами. Подытоживая эти исследования, профессор Мейэффи пишет: «Едва ли есть в иудаизме и в христианской религии хоть одна великая и плодотворная идея, нечто аналогичное которой нельзя было найти в вере египтян. Проявление единого бога в троице; воплощение божества, являющегося посредником, от девы без участия отца; его борьба с темными силами и его временное поражение; его частичная победа (так как враг не уничтожен); его воскресение и основание им вечного царства, которым он правит вместе с праведниками, достигшими святости; его отличие и вместе с тем тождество с несотворенным, непостижимым отцом, форма которого неизвестна и который живет в храмах нерукотворенных, — всеми этими богословскими понятиями проникнута древнейшая религия Египта. Точно так же и контраст и даже явное противоречие между нашими нравственными и богословскими взглядами — объяснение греха и виновности то нравственной слабостью, то вмешательством злых духов и подобным же образом объяснения праведности то нравственными заслугами, то помощью добрых гениев и ангелов; бессмертие души и страшный суд; чистилище, муки осужденных — со всем этим мы встречаемся в текстах, описывающих египетские обряды, и в египетских нравственных трактатах».

Мы не будем здесь излагать всех черт сходства между христианством и египетской религией, поскольку большинство из них общеизвестны, как, например, параллель Христос и Озирис, а также параллель Изида и дева Мария. Впрочем, по поводу последней параллели стоит указать, что в иероглифических текстах имя Изиды сопровождается теми же эпитетами (царица небесная, дева непорочная, матерь божия, мать пренепорочная, утешительница скорбящих), что и дева Мария у христиан. Очень интересно, что в изобразительном искусстве египтян широко распространено изображение христианского креста.

Посетитель Эрмитажа может видеть этот крест в левой руке статуи «египетской богини», на надгробной плите и в других местах. Известна фреска, изображающая фараона Аменхотепа III. На этой фреске фараон держит в левой руке державу и крест. Египтологам эти кресты давно известны. Они даже различают два их типа: собственно «египетский крест» и так называемый «крест тау». Существует много остроумных теорий, объясняющих появление символа креста «за три тысячи лет до Христа», но само их обилие показывает, что убедительных среди них нет.

Кроме креста в иероглифических надписях и сопровождающих их картинках можно найти и все другие христианские символы и обряды например, крещение.

Общеизвестно широкое распространение в Египте культа животных (кошек, быков, крокодилов и т. п.) и богов с собачьими, птичьими и т. п. головами, но менее известно, что остатки аналогичного культа имеются и в христианстве. Не говоря уже о «раннехристианских» культах Рыбы и Овна (Агнца), в полной параллели с собакоголовыми египетскими «богами» можно указать на православного святого мученика Христофора, также имевшего на плечах песью голову («чудотворную» икону этого мученика с собачьей головой можно видеть в Костромском краеведческом музее), и на католического святого Гинефора, при жизни бывшего гончим псом. Известны христианские памятники, в которых Иисус изображен в виде сфинкса с туловищем барана. Не является ли, кстати, египетский сфинкс с туловищем льва изображением Иакова, который в Библии сравнивается со «львом молодым»? Только в VIII в. Папа Адриан формально запретил изображать Христа бараном и повелел рисовать и вырезать его исключительно в человеческом облике.

До XIX в. сообщения греческих авторов были, по существу, единственным источником, откуда можно было черпать информацию о религиозной жизни Древнего Египта. Когда же были прочтены иероглифы, стало ясно, что вся эта информация в высокой степени фантастична и находится в одном ряду с географическими описаниями стран песьеголовцев и лотофагов. Поэтому современные ученые пишут, что пользование данными Геродота о религии Египта требует большой осторожности.

Обобщая идеи Морозова, Постников делает следующее заключение.

1. В IV–VII вв. н. э. Египет был «Святой землей» Византийской империи, куда свозили для захоронения набальзамированные трупы и ездили на богомолье.

2. Пирамиды являются усыпальницами трех великих религиозных деятелей IV в. Они строились несколько тысячелетий не только в память этих святых, но и в тщетной надежде достичь неба.

3. Иероглифические панегирики высекались на скалах для снискания благосклонности византийских теократических властителей. В их же честь строились храмы и создавались монументы.

Очень похоже, например, что три из четырех знаменитых статуй в Абу-Симбеле изображают Диоклетиана, Константина и Юлиана или, в другой системе отнесения, Моисея, Арона и Христа. Четвертая статуя, быть может, изображает Иоанна.

4. Разнообразие имен объясняется конкуренцией различных религиозных центров, каждый из которых давал императору свое собственное, магически наиболее благоприятствующее имя.

5. Средневековые книжники по собственному, произвольному разумению расположили позже эти имена в последовательный ряд, создав тем самым представление о бесконечно долгой истории Египта. Но всюду из-под овечьей шкуры торчат волчьи уши.

6. Эта схема не находит прямых опровержений ни в археологических, ни в письменных памятниках, ни в том, что мы знаем о культуре и религии египтян.

С выводами Морозова и Постникова можно согласиться, если при этом учесть выявленные А. Т. Фоменко и Г. В. Носовским хронологические сдвиги. Если Морозов и Постников относят историю «Древнего Египта» к IV–VII вв. н. э., то Носовский и Фоменко — к XII–XVII вв. н. э. С учетом этого хронологического уточнения и следует реконструировать историю Египта.

Таким образом, на примере «древнего» Египта рассыпается еще одно звено вымышленной истории Древнего мира.

С китайской историей положение примерно такое же, как с античной историей и историей Египта. Традиционная история считает, что Китай исключительно древняя страна, что ее датировки абсолютно надежны, что она во многом предшествует европейской истории. Предполагается, что основы китайской хронологии настолько прочно установлены, что она являет собой пример безусловно древней и надежной хронологии. Но так ли это на самом деле?

Китайцы оставили записи о появлении комет. Эти сведения дошли до нас в двух основных кометных каталогах, считаемых сегодня очень древними. Кроме кометных каталогов в китайских летописях упомянуты затмения. Сохранился и единственный китайский гороскоп. Астрономические явления, зафиксированные китайцами, были тщательно изучены Н. А. Морозовым.

Оказывается, что в китайских первоисточниках нет описаний астрономических инструментов, а на территории Китая не осталось следов древних астрономических обсерваторий. Это очень странно, если верить тому, что китайцы на протяжении нескольких тысяч лет с большой аккуратностью вели астрономические наблюдения.

В Европе, где астрономические наблюдения того времени считаются далеко не столь выдающимися, как китайские, тем не менее сохранились подробные описания инструментов, техники наблюдений и т. д. Вспомним хотя бы древний энциклопедический труд — «Альмагес» Птолемея. Что же, китайцам, якобы наблюдавшим небо много столетий, ни разу не пришло в голову рассказать, как именно и при помощи каких инструментов они это делали?

Знание астрономических достижений китайской науки крайне необходимо для выяснения древности китайской цивилизации. Проанализировав их представления о кометах и затмениях, можно говорить о подлинности китайской хронологии.

Затмения в китайских хрониках описаны очень неопределенно — не указывается фаза, место наблюдения и т. п. При такой туманности описаний датировать затмения практически нельзя. Китайские сообщения о затмениях не в состоянии подтвердить или опровергнуть правильность китайской хронологии.

Еще хуже, обстоят дела с китайскими гороскопами. Их практически нет.

Единственный гороскоп, относящийся к китайской истории, сохранился в восточно-азиатских летописях. Гороскоп относится к правлению внука самого первого китайского Желтого императора Хуан-Ди.

Историки датируют начало правления этого императора первой половиной третьего тысячелетия до нашей эры. В царствование внука Желтого императора, весной, в первый день первого месяца, согласно китайским хроникам, все пять планет сошлись под группой звезд альфа-бета Пегаса, т. е. в Водолее и отчасти в Козероге. Но в третьем тысячелетии до нашей эры, куда историки помещают Желтого императора, а следовательно, и его внука, не было даже и намека на соединение всех пяти планет около Водолея. Такое событие осуществилось, как доказал Морозов, лишь 9 февраля 1345 г., и притом в очень эффектном виде.

Итак, Желтый император — первый правитель древнейшего Китая — правил в XIV в. нашей эры.

В наше время многие знают о «древнейшем» китайском 60-летнем цикле и следят за тем, какой сегодня год: обезьяны, свиньи, петуха и т. п., предполагая, что соприкасаются с древнейшей мудростью седого Востока, который еще задолго до Потопа обнаружил загадочные закономерности календаря, управляющие нашими судьбами. Особую прелесть этой теории придает, конечно, ее якобы невероятная древность.

Историки отмечают, что исчисление по 60-летнему циклу было принято китайцами на самой заре их истории, во времена все того же известного Желтого императора, — в 2638 г. до н. э. 60-летний цикл хорошо известен в астрономии. Это приблизительный период соединений Юпитера и Сатурна. Таким соединениям в средние века придавали очень большое значение. Они-то и легли в основу китайского гороскопа, но только в средние века. 60-летний период в соединениях Юпитера и Сатурна приблизителен. С течением времени накапливается расхождение между астрономическими соединениями Юпитера с Сатурном и календарными началами 60-летнего китайского цикла. Если определить, когда они совпадали, то это и даст нам эпоху введения такого цикла или время создания гороскопа.

Оказывается, как вычислил Морозов, эти совпадения были только между 1204 и 1623 гг. н. э. Кстати, только 1345 г. н. э. в точности накрывает гороскоп Желтого императора. Таким образом, китайский 60-летний цикл был впервые введен не ранее XIII в. н. э. Скорее всего, как считают Фоменко и Носовский, в XIV в., т. е. мы еще раз получаем подтверждение, что Желтый император правил в XIV в. н. э.

У нас сложились ошибочные представления о глубокой древности Китая. Приводятся фанастические, необоснованные данные. Например, пишут, что в VI в. до н. э., т. е. в то время, когда многие европейские народы еще ютились в пещерах, в Китае уже знали подзорную трубу и широко ею пользовались. При этом ссылаются на древнюю китайскую книгу «Канонические стихи» (Ши-Цзин), которые были перередактированы еще великим мудрецом Конфуцием, жившим якобы в минус XVI в. до н. э. Книга «Канонические стихи» считается современными китайскими учеными одной из пяти книг их древнего «Пятикнижия».

Первая часть этой книги, называемая «Высший Император», рассказывает о деяниях императора Высшего (Яо), взошедшего на престол в 41 г. 5-го цикла… В параграфах 3–8 «Канонических стихов» дана инструкция этого «Высшего Царя» его двум астрономам Плану и Чертежу (Хе и Хо). Он повелевает им наблюдать небеса, вычислить календарь, устроить прибор, на котором были бы представлены 12 знаков зодиака и движения по ним Солнца и Луны. В традиционной истории считается, что Юлианский год был открыт в Китае еще Конфуцием и что прецессия климатического года была известна китайскому народу.

Вторая часть этих «Канонических стихов», называемая «Покорный Император» (Шун-Ди), сообщает о деяниях императора Покорного (наследника Высшего). Он приказал сделать инструмент, «зрительную трубу», чтобы семь движущихся светил «могли быть наблюдаемы ежедневно». Отсюда выходит, что подзорная труба Галилея была известна китайцам еще за четыре тысячи лет до великого европейского ученого Галилея. Такой уровень астрономических знаний «древнейшего Китая» соответствовал бы уровню европейской астрономии эпохи XV–XVI вв. н. э. Современных историков это почему-то не удивляет.

В древнекитайские сообщения можно было бы поверить, если бы сохранились древние тексты. Но китайские хроники написаны не ранее XVII в. н. э.

Мифичность китайской древности ясно видна из анализа китайских планет, который был проведен Морозовым. Называя комету «китайской», имеется в виду, что запись о ней содержится в какой-то хронике, считаемой сегодня за китайскую.

Полный список китайских комет содержит более 300 записей. Считается, что эти записи говорят о появлении комет в 309 различных годах. Традиционно они распределяются от минус 610 г. до 1640 г. н. э. Таким образом, список накрывает собою примерно 2200 лет, и, следовательно, в среднем на каждые семь лет приходится по комете. Но поскольку список имеет несколько лакун, так как от некоторых эпох сведений о кометах не сохранилось, то частота появления китайских комет оказывается существенно выше.

Например, для некоторых эпох получается приблизительно по комете в три года. Например, в III в. н. э. китайцы видели на небе тридцать пять комет. В IV в. н. э. — двадцать комет.

Причем все эти кометы были хорошо видны невооруженным глазом. Ведь они упоминаются не в специальных астрономических сочинениях, а в летописях, зачастую содержащих личные впечатления летописцев. Естественно предположить, что кометы, упомянутые в летописи, были эффектными, видимыми многими людьми. Но в таком случае китайский кометный список очень странен. Зафиксированная им частота появления комет велика, даже если считать, что китайцы в своих летописях упоминали не только эффектные, но и мельчайшие кометы, которые с трудом можно было бы наблюдать невооруженным глазом в виде малозаметной точки на небе.

Сколько комет видел в своей жизни современный читатель? Были, конечно, мелкие кометы, которые, найдя предварительно телескопом, можно было затем разглядеть на звездном небе. Но ведь древние китайцы, надо полагать, не шарили еженощно по небу мощными телескопами, тщательно осматривая квадрат за квадратом весь небосвод в поисках кометы. А найдя, тут же спешили вписать обнаруженную слабо светящуюся точку в летопись.

Кстати, чтобы отличить малую комету от звезды, китайцам нужно было иметь полный каталог видимых звезд, чтобы распознать среди них медленно смещающуюся точку-комету. А что же мы видим? Н. А. Морозов, например, приводит древние китайские звездные каталоги XIX в. Они весьма примитивны, грубы и неполны.

Абсурдность того, что древние китайские астрономы успешно обнаруживали почти каждые три года по комете, очевидна. Н. А. Морозов справедливо отмечал, что наши современные, точные сведения о числе виденных простым глазом за последние три века комет достаточно показывают, что эти межпланетные странницы совсем не падают к нам с неба таким частым дождем, как в списке китайских комет.

Н. А. Морозов составил сравнительные таблицы датировок китайских и европейских сообщений о кометах. По отношению к кометам до начала нашей эры можно увидеть в таблицах нечто поразительное. Случайно вполне совпали только кометы минус 109, минус 86 и минус 83 гг., а даты остальных комет все разошлись до такой степени, что там, где есть записи у китайцев, почти полностью отсутствуют у европейцев, и наоборот: где имеются целые «пачки» европейских записей, там нет ни одной китайской. Европейцы тут опровергают китайцев, а китайцы опровергают европейцев…

Если посмотрим на период от начала нашей эры до воцарения Константина (от 0 до 306 г.), то и тут мы видим ту же чехарду китайских и европейских датировок вплоть до Александра Севера (222 г.). Еще замечательнее вышел промежуток в 85 лет от воцарения Александра Севера до воцарения Константина.

В этот промежуток китайские сообщения дают нам 38 комет, а европейские — ни одной, за исключением смутного сообщения о чем-то в 252 г.! Но и после этого перерыва европейские и китайские датировки комет играют друг с другом в чехарду, хотя становятся многочисленнее и потому более доставляют примеров для случайных совпадений… Лишь с XII в. согласие обоих первоисточников делаются настолько частыми, что их нельзя объяснить случайностью.

Почему происходит такая нестыковка в описаниях комет? Оказывается, принятые сегодня датировки и европейских записей о кометах ранее XIII в. н. э. неверны.

Н. А. Морозов, анализируя кометные списки, обнаружил как в китайском, так и в европейском списках странную закономерность. Все древние кометы вплоть до 59 г. н. э. повторяются через 540 лет. Более того, через такой же промежуток времени повторяются и крупные лакуны, перерывы в записях комет. Конечно, случайности здесь нет, и потому могут быть только два объяснения. Первое — древние кометы списаны с более поздних. Второе — в реальной астрономической жизни комет имеется странный период в 540 лет. Через 540 лет кометы «повторяются». По мнению Морозова, возможно и третье, самое правильное объяснение. Сдвиг в 540 лет «возможен и в том случае, если сами исторические события, в связи с которыми приводятся все европейские кометы, были хронологически сдвинуты на 540 или 1080 лет назад». Но сдвиги в 540 и в 1080 лет обнаружил математическими методами и А. Т. Фоменко. Таким образом, хронологические сдвиги действительно присутствуют в древней истории и обнаруживаются самыми разными независимыми друг от друга методами — от астрономических до статистических. О них много писали в своих работах А. Т. Фоменко и Г. Н. Носовский.

Нас учили, что китайская история самобытна, имеет древние корни и уходит в глубь веков. В то время как далекие предки европейцев еще греются у костров каменного века и кутаются в шкуры, «древние китайцы» уже давно ходят в шелковых одеждах, внимательно рассматривают кометы, невидимые простым глазом, возводят Великую стену, посещают театры и вообще создают высокую цивилизацию, которая потом по непонятным причинам была забыта. Она вновь расцветает лишь в средние века.

Мы знаем, что бумагу, порох и шелк очень давно изобрели в Китае. Бумагу, например, во II в. н. э., около 105 г. н. э., а порох — в IX в. н. э. С другой стороны, так же хорошо известно, что бумагу независимо изобрели в Европе, в Испании примерно в 1150 г. н. э., т. е. примерно через 1050 лет после китайцев. А порох в Европе изобрели в XIV в. н. э., причем тоже независимо от китайцев.

Считается, будто китайцы писали свои книги и летописи на бумаге на протяжении двух тысяч лет. Но до нас дошли китайские рукописи лишь от XVII в. н. э.

Возникает вопрос: а были ли вообще в Китае рукописи ранее XVII в. н. э.? Доказательств, что в Китае были такие рукописи, нет. В таком случае возникает сомнение в том, что китайцы изобрели бумагу так давно. Скорее всего, отмечают Фоменко и Носовский, бумага пришла в Китай из Европы в XIV в. н. э. во время становления Великой Русской империи («монгольского» = великого завоевания, по Фоменко и Носовскому) вместе с написанными на ней рукописями о «китайской истории». В то время древний способ письма египетскими иероглифами и их позднейшими модификациями еще не был забыт и удержался в Китае до наших дней. Таким образом, бумага попала в Китай с написанной на ней китайской историей.

Есть сомнения, отмечают авторы новой хронологии, и по поводу древнего китайского пороха. Он был изобретен в Китае, как мы уже сказали, якобы в IX в. н. э. Возникает вопрос: почему же тогда в Китае в этот период не использовали огнестрельное оружие? Где древние китайские пушки? Где толстые каменные стены, построенные против тяжелой китайской артиллерии II–III в. н. э.? Великая стена не в счет. Она была построена, как нас уверяют, против стрел и луков диких кочевников, у которых пороха не было.

Вместе с тем в Европе, как только изобрели порох в XIV в, тут же его стали применять в огнестрельном оружии. Идея настолько проста и важна для обороны государства, что остается только гадать, как китайцам удалось на протяжении нескольких сотен лет упорно препятствовать изобретению пушек.

Есть сомнения и по поводу изобретения шелка в Китае в 2640 г. до н. э., т. е. около пяти тысяч лет тому назад.

Как мы знаем, шелк независимо от китайцев изобрели в Европе. Производство шелка началось в Византийской империи в 552 г. н. э. Многие ученые признают, что Китай заимствовал идею производства шелка из Византии в средние века. И лишь затем традиционная история отодвинула византийские документы, говорящие о шелке, на тысячи лет вниз, в глубокую «китайскую древность».

Кстати, замечают Фоменко и Носовский, даже если допустить на мгновение, что шелк действительно изобрели в Китае около пяти тысяч лет тому назад, то возникнет простой вопрос: а откуда это китайцам известно? Ведь бумагу они изобрели только через три тысячи лет после шелка, примерно в 105 г. н. э. И только после этого они смогли бы записать на ней историю своего великого открытия. А до этого, на протяжении трех тысяч лет, приходилось, по-видимому, держать эту великую дату в уме.

Все эти якобы «древнекитайские» изобретения — результат неверной хронологии Китая. Изобретения были сделаны в Европе и занесены в Китай не ранее XIV–XVI вв. н. э.

Значительная часть древней китайской истории — это фрагменты европейской, византийской и русской истории. Эти реальные события были изложены в европейских, византийских, русских хрониках. Когда-то давно эти тексты были занесены в современный Китай пришельцами из Европы, затем включены в местную историю и стали ее основой, базой древней китайской истории. Потомки пришельцев и местные жители вскоре забыли о европейском происхождении этих документов. Будучи затем переписаны «в китайской транскрипции», они стали неузнаваемы. Так возникла «древняя история Китая». Затем она была продолжена местными летописцами уже как история своей страны. Получился убедительный и увесистый учебник по истории «древнего» Китая.

Вот почему, занимаясь китайской историей, следует, во-первых, учитывать, что китайские исторические источники чрезвычайно хаотичны, бессистемны. Разобраться в них крайне сложно даже высококлассному специалисту. Во-вторых, надо знать, что современное китайское произношение исторических имен, названий и т. д. сильно отличается от древнекитайского произношения. Звучание современных китайских имен и названий нам ничего не говорит. Но если мы обратимся к старым названиям, то сразу же начнем улавливать в них знакомые нам имена и термины из европейской истории.

Правда, увидеть этот факт сегодня по современным публикациям практически невозможно. Сегодня мы читаем старые имена и названия в современном китайском произношении, да еще и без перевода. Если перевести все имена, встречающиеся в китайских старых хрониках, то эти хроники полностью утрачивают свой ярко выраженный «китайский вид» и привязку к территории Китая.

Оставляя китайские имена без перевода, мы теряем смысл текста. Например, в китайских историях мы читаем: «В третьем веке между 221 и 264 гг. в Китае царствовали одновременно три императора: Чжао-Ле-Ди, Вен-Ди и Да-Ди… В начале четвертого века была династия Си-Цзинь, замечательнейшим царем в которой был У-Ди… А затем от 317 по 419 г. была династия Дунг-Цзинь, в которой царями были Юань-Ди, Мин-Ди, Чэн-Ди, Кун-Ди и т. д.».

Здесь все кажется исторически документально и китайски-национально. Но эти имена написаны не звуками, а рисунками. Если перевести их, то весь этот псевдодокументальный рассказ теряет историческое и национально-китайское значение. Выйдет следующее. «В третьем веке между 221 и 264 гг. в Средиземной империи царствовали одновременно три императора: ясно-пылкий, литературный и великий… В начале четвертого века была династия западного процветания, замечательнейшим царем в которой был военный император… А затем от 317 по 419 г. была династия восточного процветания, в которой царями были первый главный царь, светлейший царь, царь-завершение, царь-процветание и т. д.».

Мы видим, что при полном переводе ничего не осталось от национально-китайского. Более того, очевидно, что здесь очень хорошо описана Средиземная империя Диоклетиана на берегах Средиземного моря с ее первым триумвиратом, лишь на несколько десятков лет отодвинутым вспять.

Таким образом, перевод исторических текстов на современный китайский язык полностью изменяет их смысл. Переписав европейскую хронику в современной китайской транскрипции, мы не узнаем хорошо знакомый текст. Дело в том, что, как мы уже сказали, европейские имена полностью изменяются в китайской транскрипции. Например, Иосиф по-китайски будет Яосуму, а Георгий — Колицзисы. Вот почему многие наши представления об уникальности, неповторимости и древности истории Китая в значительной степени происходят из-за сильнейшего искажения европейских и христианских имен в китайском произношении.

Следует иметь в виду, что ранняя история Китая вплоть до XV в. нашей эры в действительности является историей Европы и Средиземноморья, в основном это история Византии. Исторические летописи, рассказывающие о ней, были принесены в Китай во время становления Великой Русской империи («монгольскими» = великими завоевателями по терминологии Фоменко и Носовского) не ранее XIV–XV вв. н. э. Потом, уже после XVII в., эти летописи были ошибочно приняты в Китае за сообщения о «древней китайской истории». Это во многом произошло от того, что в Китае писали иероглифами, т. е. попросту картинками.

Такой способ записи был, по-видимому, занесен в Китай из Египта, возможно, еще в XII–XIII вв. А чтение картинок-иероглифов существенно зависит от языка. Одни и те же иероглифы читаются совершенно по-разному в зависимости от того, кто их читает: китаец, японец, кореец, вьетнамец и т. д.

Собственные имена передаются иероглифами путем подыскивания похожих по звучанию иероглифов в используемом языке. Поэтому написание и, следовательно, современное нам прочтение старого китайского имени оказывается существенно зависящим от того, кто именно первоначально переводил его в иероглифическую запись. Кроме того, язык тоже меняется. И одно и то же имя через несколько сотен лет приобретает совсем другое звучание в изменившемся языке — даже если иероглифы, которыми оно записано, остались прежними.

Итак, чтение иероглифов зависит от времени. Иероглифы, кроме того, много раз реформировались. Последняя крупная реформа иероглифов в Китае и Японии была уже в наше время, в XX в. Сегодня многие старые иероглифы уже невозможно прочесть в рамках многократно обновленной, измененной иероглифической письменности.

Китайские хроники — «источник сверхсложный», хаотичный и бессистемный. Вот что писал известный историк В. П. Васильев. «С первого взгляда на полное собрание китайской истории можно подумать, что в ней уже все сделано и что знающему китайский язык стоит только читать многотомные сочинения и извлекать из них машинально сведения, но на деле оказывается совсем не то. Кроме странного расположения, которое заставляет занимающихся перебирать все сочинения для того, чтобы получить полное понятие об одном каком-нибудь отдельном событии, кроме утомительного труда, кроме постоянного критического напряжения, которое, однако ж, может открыть истину только при полном изучении предмета, историку, сверх того, постоянно представляются вопросы, которым он напрасно ищет разрешения, постоянно встречает он искажения, пропуски».

Когда в XVII–XVIII вв. какие-то старые записи, сделанные полузабытыми иероглифами, пытались переводить на новые иероглифы, то переводчики уже с трудом понимали смысл того, что они переводили. Поэтому им приходилось добавлять многое «от себя». Вставляя свои пояснения, они раздували объем источников. И это происходило, по-видимому, не один раз. Получились запутанные, неясные хроники. То же самое мы видим и в европейской истории, но не в такой степени. Там путались в именах, географических названиях, отдельных терминах, но отдельные буквы все же имели, как правило, более или менее постоянное, устойчивое звучание. Совсем не то было в Китае. Здесь хаос достиг существенно больших масштабов.

Поэтому привыкшие к европейскому материалу историки приходят в смущение, когда начинают изучать вроде бы так хорошо и добросовестно изложенную «древними китайскими летописцами» историю Китая.

Сегодня употребительны два названия: Китай и Чина = China. Считается, что это — одна и та же страна. Мы к этому привыкли. Всегда ли так было? Нет, не всегда. Берем известное «Хождение за три моря» Афанасия Никитина и с удивлением читаем: «А иду я на Русь… А от Чины до Китая итти сухом шесть месяц, а морем четыре дни». Здесь четко сказано, что Чина и Китай — две разные страны, разделенные шестью месяцами пути.

Название Чина (China) прочно закреплено за современным Китаем практически во всех современных языках. Поэтому не возникает особого вопроса, какую страну назвал Чина Афанасий Никитин. Скорее всего, современную страну Чина (China), т. е. современный Китай. Но тогда встает другой вопрос: а какую же страну Афанасий Никитин назвал Китаем?

Ответ, по мнению авторов новой хронологии, прост: так он назвал Русь, возможно, ее восточную часть. На это прямо указывают его слова: «А иду я на Русь». Тогда все становится на свои места. Действительно, от Чины до Московии, скажем, до Урала, так примерно и будет — шесть месяцев пути по суше. При тогдашних средствах сообщения.

Может быть, Афанасий Никитин очень медленно ходил, и ему нужно было шесть месяцев, чтобы с трудом добраться из Южного Китая в Северный Китай?

Нет, Афанасий Никитин передвигался не так уж медленно. В самом деле, описание своего пути он начинает от современного Ормузского пролива в Персии и идет через Индию в Южный Китай около пяти месяцев морем. Посмотрите на карту. Вполне нормальная скорость передвижения. Затем он и говорит, что от Чины до Китая — шесть месяцев пути. Но такой большой срок достаточен, чтобы добраться до Руси. А до Северного Китая Афанасий Никитин при его скорости передвижения смог бы дойти из Южного Китая месяца за полтора-два. Но не за шесть же.

Фоменко и Носовский отмечают, что если считать, что он шесть месяцев добирался из Южного Китая в Северный, то где же он нашел тут по дороге море, по которому ему пришлось плыть четыре дня? Нет в Китае никаких внутренних морей! А по дороге на Русь он мог пересекать, например, Каспийское море, или Аральское море, или Балхаш. Скорее всего, какое-то из них он и имел в виду. Даже если считать союз «а» (во фразе «а морем четыре дни») за «или», то все равно в современном Китае не удается найти такого морского пути, между конечными пунктами которого пришлось бы добираться сушей шесть месяцев.

Авторы новой хронологии подмечают, что Афанасий Никитин упоминает о некотором государстве кайтаков на берегу Каспийского моря. Не тот ли это Китай, через который собирался возвращаться домой Афанасий Никитин? Дело в том, что, подробно описывая весь свой обратный путь до Руси, Афанасий Никитин заканчивает Китаем. Следовательно, он предполагает, что любой его читатель знает, как добраться до Средней Руси из Китая, и лишних слов не тратит. Отсюда, делают вывод Фоменко и Носовский, следует, что Китай — часть Средней Руси или соседняя с ней область. Но уж во всяком случае, не отделенная многими тысячами километров далекая сказочная страна.

Свой вывод они подтверждают картой якобы 1635 г. из Атласа Блау. На ней именем Катай, т. е. Cathaya, названа дальневосточная часть России, а отнюдь не территория современного Китая. Более того, на карте 1635 г. название Китайско, т. е. Китай, написано рядом с Тюменью, т. е. в Сибири. Еще дальше от современного Китая. Они отмечают, что здесь же, рядом со словом Kithaisko, написано красноречивое название «казаки татары», а именно — kasakki tartari. В центре Сибири на карте 1635 г. отмечена область под интересным названием пустыня Бельгийская — Desertum de Belgian. Сегодня название Бельгия уцелело лишь в Западной Европе.

«Китай» — это старое русское слово. Сегодня оно уже не употребляется, но до XVII в. оно было обычным в нашем языке. Как сообщает, например, «Словарь русского языка XI–XVII вв.», слово «кита» означает нечто плетеное, связанное в пучок, в косу. В частности, кита означало косичку, жгут, султан из перьев. Автор XVII в. пишет: «У шапок [янычары] имели киты». Таким образом, кита означала часть воинского снаряжения. Слово «кита» — с тем же смыслом — существует и в других славянских языках, например, в польском как kita (см. там же).

Слово «кита» означало часть воинского обмундирования, в частности русского. Например, гусары носили киты — высокие султаны на шапках. Привычное сегодня слово «султаны» — это уже более позднее название кит, а в XVII в. они еще назывались по-старому — китами. Это видно, например, из следующей цитаты, взятой из источника второй половины XVII в., где описывается воинское обмундирование: «Конь ездной, седло на нем гусарское… чапрак шит золотом, кита, перье то же (т. е. кита из того же пера)».

Даже на современном памятнике Богдану Хмельницкому в Киеве можно увидеть киту — султан из перьев на тюрбане. Высокий султан-киту на тюрбане носили турецкие воины, например, знаменитые янычары.

Носовский и Фоменко предполагают, что слово «кита», означавшее часть воинского снаряжения, произошло от имени «киданей» — македонцев (кита = кида), пришедших когда-то на Русь с Балкан. Тогда становится понятным, почему «китайкой», или «китаей», называли гладкую одноцветную хлопчатобумажную ткань. Ведь она производилась в России — «стране китаев».

От того же слова «кита», возможно, произошло и название знаменитого Китай-города в Москве. Возможно, что так назвали когда-то московский укрепленный воинский стан — «город воинов-китаев».

Слово же «кара» из сочетания «кара-китайское» — это, скорее всего, просто кир или царь. (Напомним переходы Ц в К типа цезарь-кесарь.) И тогда Кара-Китайское государство оказывается попросту Царским Китаем. Оно же — царство Пресвитера Иоанна, т. е. Древняя Русь и Великая империя.

Кара-Кита и Калита созвучны. Фоменко и Носовский предполагают, что прозвище Калита является позднейшим искажением титула кара-кита = царь китаев.

Анализируя скандинавские карты, они отмечают, что Скифия называлась также Китией, т. е. Китаем! Поэтому Китай — это просто слегка искаженное название Скифии.

Русское слово «кита» было использовано для названия государства Китай не случайно. Оно пришло в Китай из России вместе с манчжурами, которые до того были частью русско-тюркской «монгольской» Орды. Манжурская династия — это русские или татары, выходцы из Руси, пришедшие на территорию Китая в XVII в. Почему именно слово «кита» дало имя новой родине манжуров? Дело, по мнению авторов новой хронологии, было в том, что манжуры, завоевав Китай, заставили всех жителей страны под страхом смертной казни выбривать часть головы и носить косу или волосы, завязанные в пучок. Туземцы сначала упорно сопротивлялись этому необычному для них манжурскому нововведению. Но в конце концов смирились, решив, что лучше остаться с частично выбритой головой, чем вовсе без нее. Ведь власти приказывали рубить голову на месте всякому сохранившему волосы. На многих старых рисунках можно увидеть изображения китайцев эпохи манжурской династии с косичками.

Они отмечают сходство этого манжурского обычая с обычаями казаков на Руси. Запорожские казаки носили оселедец, т. е. длинную прядь волос на темени, выбривая всю остальную часть головы. Донские казаки носили чубы, т. е. оставляли длинные волосы только над лбом.

Носить специальную прическу, косу, было принято в то время и в Европе. Например, в XVIII в. в Пруссии = П-Руссии военные обязаны были носить косу.

Таким образом, по их мнению, название «Китай» связано с тем, что и манжуры придерживались того же европейского обычая — носить киту — воинский султан. А кроме того, они носили киту-косу и заставили носить ее всех жителей покоренной ими страны.

Название Китай, имеющее европейское, русское происхождение — Скития = Скифия и связанное, с одной стороны, с манжурами, а с другой стороны, с европейским воинским обычаем — носить киту-султан, — говорит о том, что манжуры, по-видимому, были когда-то европейцами. Предки манжур пришли из Европы.

Конечно, не все многочисленное манжурское войско пришло в XVII в. прямо из Европы и Руси для завоевания Китая. Манжуры, по-видимому, населяли области, пограничные с Китаем — Пегую Орду, со времен колонизации этих регионов в XI–XIII вв. выходцами из Руси и Европы — казаками. Лишь после воцарения Романовых на Руси и бегства в Пегую Орду остатков разгромленной Ордынской Русской династии, они вторглись в Китай и основали там новое государство. Манжуры отделились от России и, более того, предприняли все необходимые шаги, чтобы отгородиться от Романовской империи. В частности, возвели гигантскую Китайскую стену как границу между двумя империями.

Заканчивая рассмотрение «древнего» Китая, хотелось бы рассмотреть еще один вопрос, поставленный Фоменко и Носовским: а почему Пекин называется Пекином? Современное русское слово «Пекин» весьма неточно отражает подлинное наименование этого города. Еще в конце XVII в. он назывался по-русски Пежин. Это видно, например, из отчета русского посольства Н. Г. Спафария в Китай, посланного царем Алексеем Михайловичем.

«15 мая 1676 г. (Спафарий) добрался до царствующего града Пежина (Пекина)», — писал С. М. Соловьев. Итак, в XVII в. Пекин называется Пежин.

По поводу названия Пежин нужно сказать следующее. Мы уже видели, что Русь = «Монгольскую» империю делили на области, или на ОРДЫ. Были Белая Орда, Синяя Орда и т. д. Но была еще одна Орда, самая восточная, и называлась она Пегая Орда.

Это название мы находим в «Словаре русского языка XI–XVII вв.». Оно употреблялось на Руси в XVII в.: «Чертеж… Московскому государству… от реки Оби вверх по Оби Обдорскую и Югорскую и Сибирскую землю до Нарыма, до Пегие Орды».

С. М. Соловьев также говорит, что Пегой Ордой «называли приамурские страны». Трудно отделаться от мысли, что название города Пежин, т. е. Пегин, ввиду обычного чередования звуков «г» и «ж» по правилам русского языка, происходит от русского слова «пегий». Возможно, Пежин был столицей русско-«монгольской» = великой Пегой Орды.

Могут быть возражения, что Пекин был основан в глубочайшей древности, задолго до «монгол», упоминается в китайских летописях и т. п. Хорошо. А как назывался Пекин в этих самых «древнекитайских» летописях? Может быть, Пекин или, как его сегодня называют китайцы, Бейджин? Нет. По мнению историков, он назывался скромно и просто — Ю. Спрашивается, почему Ю — это современный Пекин? Кстати, в донесениях Федора Байкова, посланного в Китай из России в 1654 г., столица Китая названа не Пекин, а Канбалык.

На этом, к сожалению, я вынужден закончить свой рассказ о Первом Риме. Жаль. О Древнем мире можно говорить бесконечно, приводить новые и новые факты, но объем книги ограничен. Но и на немногих примерах, которые я привел, очевидно, что древние цивилизации не столь уж и древние. Они рождены в Средневековье.

Я снова перелистываю тома Николая Александровича Морозова «Христос. История человеческой культуры в естественнонаучном освещении». Я поражаюсь легкой руке писателя, обилию фактического материала и глубине мысли этого ученого. Блестящий математик, астроном, лингвист, полиглот, химик, биолог. Он первый переосмыслил фантастически огромный материал всемирной истории, разбросанный в тысячах источников на разных языках мира. Он систематизировал его и, как Менделеев создал научную периодическую систему элементов, создал свою периодическую систему развития общества.

Я беру его книгу «Повести моей жизни», чтобы разобраться, что послужило толчком для переосмысления мировой истории.

Начало работы над произведением относится к 1882 г., когда Морозов был заключен в одиночную камеру. Это было долгое, более 20 лет заключение. После длительного нахождения в одиночной камере Алексеевского равелина Н. А. Морозову разрешили читать книги.

Первые семь месяцев заключения в 1882 г. прошли без чтения каких-либо книг. Только после этого, неожиданно для умника, выдали «для наставления нигилиста в православной вере» старинную Библию на французском языке, вероятно, наследие декабристов, так как она была помечена 1817 г.; другие издания на русском языке разнесли остальным заключенным. Морозов сразу начал читать Апокалипсис, которым он заинтересовался раньше благодаря роману Чернышевского «Что делать?»: там Рахметов говорит о Ньютоне, написавшем комментарии к Апокалипсису, что один сумасшедший объясняет другого… «С этим представлением, — говорит Морозов, — я и принялся за чтение, но с первой же главы я, пораженный, должен был совершенно изменить, свое заимствованное мнение об этой книге».

«Подобно ботанику, который узнает свои любимые растения по нескольким словам их описания, тогда как для остальных людей эти слова — пустые звуки, вызывающие лишь неясные образы, я с первой же главы вдруг начал узнавать в апокалипсических зверях наполовину аллегорическое, а наполовину буквально точное, и притом чрезвычайно художественное, изображение давно известных мне грозовых картин, а кроме них еще замечательное описание созвездий древнего неба и планет в этих созвездиях».

Морозову пришлось сделать гороскоп, переведя поэтическое изложение подлинника на язык научной астрономии. Например, в гл. XII Апокалипсиса говорится о «женщине, одетой Солнцем, внизу ног которой была Луна». Это значит, что Солнце находилось в созвездии Девы, а ниже — серп Луны, так как в гл. XIV сказано, что в этот день было новолуние. Простой пересчет показывает, что за полторы тысячи лет до нас Солнце бывало ежегодно в этой точке около 30 сентября. Такое заключение подтверждается и концом гл. XIV: «Опусти свой острый серп и обрежь гроздья винограда, на земле, потому что они созрели». Значит, дело было осенью…

Составив таким образом гороскоп, мы имеем описание положения всех упоминаемых планет в определенных точках небесной сферы. Остается только сделать расчет, на какой год и день приходилось такое расположение светил.

Морозов захотел вычислить при помощи астрономических таблиц, в какой день какого года произошло указанное расположение планет по созвездиям неба.

Астрономическое происхождение символов Апокалипсиса не вызывало сомнений и до Морозова. Но в то время как ортодоксальные историки подгоняли описание к установившейся дате, т. е. приносили астрономию в жертву церковной хронологии, Морозов отрешился от всякой предвзятой хронологии. Его вычисления показали, что Апокалипсис был произведением не глубокой древности, а написан в средние века!

Опровергающий установившуюся церковную дату Откровения расчет Морозова побудил его обратиться к другим гороскопам. Такими оказались библейские пророчества. Три из них Морозов исследовал в том же году, а остальными занялся в 1912 г. в Двинской крепости, где «на свободе» (как он шутливо определял новое свое заключение) изучил древнееврейский язык и выполнил новый перевод библейских пророчеств. Результатом работ явилась книга «Пророки».

Морозов жадно изучает историческую литературу.

Вот что он пишет по этому поводу в своих мемуарах:

«Я, прежде всего, попросил книг по общественным наукам, которыми хотел здесь особенно заняться, как не требующими лаборатории, и одна дама из общества, особенно занимавшаяся нами, Юркевич, тотчас же доставила мне многотомные всемирные истории Шлоссера, Гервинуса, а затем русскую историю Соловьева.

Бросив чтение романов, я с жадностью накинулся на них. Но все эти истории не давали мне удовлетворения. Привыкнув в естествознании иметь дело с фактами только как с частными проявлениями общих законов природы, я старался и здесь найти обработку фактов с общей точки зрения, но не находил даже и попыток к этому. Специальные курсы оказались только расширением, а никак не углублением средних курсов, которые я зубрил еще в гимназии.

Кроме того, вся древняя и средневековая история казалась мне совсем неубедительной.

«В естествознании, — думал я, читая их, — ты сам можешь проверить все что угодно в случае сомнения. Там благодаря этому истинное знание, а здесь больше вера, чем знание. Я должен верить тому, что говорит первоисточник, большею частью какой-нибудь очень ограниченный и односторонний автор, имеющийся лишь в рукописях эпохи Возрождения или исключительно в изданиях нашей печатной эры и проверяемый по таким же сомнительным авторам. Л кто поручится, что этот первоисточник и его подтвердители написаны не перед самым печатанием? Тысячи имен различных монархов, полководцев и епископов приводятся в истории без всяких характеристик, а что такое собственное имя без характеристики, как не пустой звук. Разве два Ивана всегда больше похожи друг на друга, чем на двух Петров? Да и все вообще характеристики разве не всегда характеризуют больше характеризующею, чем характеризуемого? Разве мизантроп не даст совершенно другого изображения тех же самых лиц, чем добродушный человек? А ведь историк не машина, а тоже человек, да еще вдобавок никогда не знавший лично характеризуемых им лиц! Чего же стоят его характеристики!»

Месяца четыре продолжался у меня период сплошных исторических занятий, но если читатель примет во внимание, что я читал часов по двенадцати в сутки, да и остальное время ни о чем другом не думал, то он не удивится, когда я скажу, что приравниваю это время не менее как к двум годам обычных занятий на свободе, когда человек постоянно отвлекается от своих главных работ и размышлений окружающими людьми или своей посторонней деятельностью.

Всего Шлоссера я прочел от доски до доски, кажется, дней в десять, и затем прочел более внимательно второй раз. На чтение всего Соловьева пошло, кажется, две недели, и он был тоже повторен вновь. Так я читал и каждую другую книгу. Первый раз для общего ознакомления, второй раз для отметки деталей. Начав один предмет, как в данном случае историю, я уже не уклонялся от него ни в какой другой, пока не чувствовал, что осилил все.

Так я поступал и со всякой другой наукой. Взявшись за одну, я уже шел в этом направлении, отмахиваясь от всяких случайных соблазнов, как бы ни были они привлекательны…

Я не могу заниматься сразу двумя предметами и никогда не мог. Мне легче работать самостоятельно, а не под чужим руководством, как это было в учебные годы. Но и тогда, кроме школьных предметов, у меня всегда был какой-нибудь один излюбленный, которому я и посвящал все свободное время.

Итак, сухая политическая история мало удовлетворила меня сначала в моем заточении, не показав мне никаких общих законов, и я сам стал отыскивать их.

И вот, по аналогии с современными зоологиями и ботаниками, мне захотелось написать: естественную историю богов и духов, и я составил ее план. Вырабатывалась большая и очень оригинальная книга, иллюстрированная старинными и новейшими рисунками фантастических существ, которые я уже отметил в разных попадавшихся мне изданиях для воспроизведения в ней.

Эскизировав эту свою предполагаемую большую работу в общих чертах (так как письменные принадлежности можно было беспрепятственно иметь в Доме предварительного заключения) и чувствуя, что ее детальная отделка требует редких материалов, которые можно добыть только в академических библиотеках, я оставил ее в том общем наброске, какой я мог сделать при своих наличных условиях, и принялся пока изучать последнюю отрасль исторических наук — экономическую.

В результате двух-трех месяцев постоянных занятий я составил план и начал писать наброски для новой книги, опять по образцу зоологии, которую я назвал: «Естественная история человеческого труда и его профессий».

Так набрасывал я мало-помалу свои заметки в полутемной камере».

Заметки Морозова выросли в научный труд, который до настоящего времени вызывает споры и дискуссии. Сам Морозов понимал, что нужно время для осознания его идей.

Вот что он пишет по этому поводу академику О. Ю. Шмидту.

«Глубокоуважаемый и дорогой Отто Юльевич!

Только теперь через пять дней после Вашего отъезда начал приходить в себя от неожиданной для меня высокой оценки моих научных работ.

Я признаюсь, что с самого начала я считал себя правым, но думал, что мои выводы будут настолько неожиданны для моих современников, что возбудят с их стороны скорее всего одни насмешки и будут приняты в науке только через десятки лет. Нечто подобное и случилось действительно, так как мои теоретические выводы о сложном составе атомов, о вхождении в их периодическую систему положительных и отрицательных электронов, о существовании группы нейтральных химических элементов и о возможности превращения одних атомов в другие, напечатанные в моей книге «Периодические системы строения вещества», начали признаваться серьезными лишь теперь, когда все это подтверждено опытами.

А мои историологические работы еще ждут своего признания, и четыре их больших тома, которые я Вам показывал и которые уже десять лет назад я предлагал Государственному издательству, еще не напечатаны. Но я не впадаю от этого в уныние и часто говорю: „Мой товар от времени не портится“».

В XI в. столица империи была перенесена на Босфор, в город Царьград, который потом стал называться Константинополем, Стамбулом. Столицу называли также Иерусалимом, Троей.

Это была столица Второго Рима. Государства Европы подчинялись Византии, были ее фемами-провинциями и платили императору Второго Рима дань.

К сожалению, дорогой читатель, невозможно достаточно просто рассказать историю Второго Рима по версии новой хронологии. Эта история дошла до нас в кривом зеркале представлений позднейших историографов, как искаженная история Древнего мира и Византийской империи. Для восприятия подлинных событий от читателя требуется достаточно серьезное знание всемирной истории.

Напомним кратко, как рассматривается Византийская империя в традиционной версии истории.

Восточная Римская империя, или Византийская империя, пишут ученые, — это государство, образованное в IV–XV вв. при распаде Римской империи, в ее восточной части (Балканский полуостров, Малая Азия, юго-восточное Средиземноморье). Столица — Константинополь. Население — греки, сирийцы, копты, армяне и др. Господствующий язык — греческий. В IV — начале VII в. в Византии стал складываться феодализм (при сохранении до VII в. рабовладения). Наибольшего территориального расширения Византия достигла в VI в. при Юстиниане I, превратившись в средиземноморскую могущественную державу. Но войны VII — середины IX в. с арабами, славянами, лангобардами свели ее территорию в основном к части Балканского полуострова и Малой Азии. Захват в 1204 г. участниками четвертого Крестового похода Константинополя привел к падению Византийской империи, основанию Латинской империи, а на не завоеванной крестоносцами территории — греческих государств (Никейской, Трапезундской империй, Эпирского государства). Византийская империя была восстановлена Михаилом VIII в 1261 г. Взятие в 1453 г. Константинополя турецкими войсками положило конец Византии.

По-другому история Византийской империи трактуется в новой хронологии. В X в. н. э. столицей империи становится Царь-град, город на западном берегу Босфора. Это было единственным и правильным решением. Царьград стал сердцем новой формирующейся империи — Второго Рима. По сравнению с Александрией Царьград был расположен в центре империи, что давало несравненные преимущества для управления ею.

Хотелось бы подчеркнуть, дорогой читатель, что Второй Рим в средневековых источниках разных стран назывался по-разному: Иерусалимом, Троей, Византией. Существовали и другие названия Второго Рима.

Любопытно, что имя «второй» проступает в самом названии «Византия», которое когда-то могло означать BIS-ANTIK, т. е. «Второй Древний» (Рим). Здесь bis означает повтор, второй. «Первым Древним», как мы уже говорили, был Рим в Египте.

Эта империя включала в себя территории современной Англии, Франции, Германии, Италии, Испании, Египта и всю Северную Африку, Болгарию и Балканский полуостров с архипелагом, Малую Азию, Сирию, Русь. Тогда это были фемы-провинции единого имперского центра. Каждая фема являлась по существу самостоятельным государственным образованием, но возглавлялась византийским наместником (королем, царем, князем). Эти домены являлись вассалами Царьграда на Босфоре. Одним из признаков вассального подчинения — выплата дани Царыграду.

Государственной религией империи с XI в. становится христианство. Византийская или, как ее еще называли, Ромейская империя являлась единственной мощной империей той эпохи.

Главное религиозное событие XI в. — появление Иисуса Христа, его жизнь и распятие. Уважаемый читатель не ослышался — Иисус Христос родился в XI в., если хотите точнее, то в 1053 г. Эта дата была получена в результате математического анализа астрономических данных, указанных в библейских рассказах о рождении и распятии Христа.

Переосмысление даты рождения и распятия Иисуса Христа никак не может задевать чувства верующих и не затрагивает догматы христианства. Это, естественно, никак не затрагивает и факт существования Иисуса. Это вопрос науки хронологии, а не религии.

Но прежде чем мы поговорим о дате рождения Христа, хотелось бы отметить, что первоначальной формой религий было христианство. Традиционно считается, что каждая хронологическая эпоха имела свои собственные религиозные культы, разделенные столетиями и тысячелетиями. Историками и этнографами XIX в. была проведена огромная работа по сравнительному изучению всемирных религий и культов. Выяснилось, что между религиями, отделенными друг от друга сотнями и тысячами лет, существует неестественно большое число параллелей, иногда даже поразительных совпадений.

Этот факт породил многочисленные теории влияний, заимствований. Но все они покоятся исключительно на традиционной хронологии. Новая хронология пересматривает прежнюю точку зрения на развитие и формирование религий. Рассмотрим некоторые типичные примеры параллелей религий.

«Кельтический памятник», открытый в 1771 г., считается традиционно изображением языческого дохристианского бога лесов у галлов. Однако над головой этого бога отчетливо вырезано ESUS. Историки вынуждены признать, что это — дохристианский «бог Иисус».

Известный специалист по сравнительной истории религий Л. Древе придал большое значение мифологическим параллелям между христианством и язычеством. Он отмечает, что кто не видит общеизвестного родства пасхальной истории Евангелий с мифами и культовыми обрядами религии Аттиса-Адониса-Озириса и т. д., кто утверждает, что в мифах об Аттисе и Адонисе «совершенно не фигурирует» погребение и воскресение, кто надеется доказать отличие смерти Иисуса от рода смерти его малоазиатских родственников, кто в Марии Магдалине и других Мариях, стоявших у креста и гроба Спасителя, не могут узнать индийскую, малоазиатскую и египетскую богиню-мать Майю, Мариамму, Мариталу… Марианну… Мандану — мать «мессии» Кира, «Великую матерь» Пессинунту, скорбную Семирамиду, Мариам, Мерриду, Мирру, Майру (Меру) и Майю — тот пусть не суется в религиозно-исторические вопросы.

А. Древе приводит много параллелей, отождествляющих христианское святое семейство с другими святыми семействами малоазиатских богов, отделенных якобы от начала нашей эры многими столетиями. Фоменко и Носовский подчеркивают, что все эти параллели указывают просто на одновременность этих культов, разнящихся только национальными особенностями их мест локализации.

Например, в Риме главное святилище Митры находилось в Ватикане, на месте нынешнего собора Святого Петра. Митра-Аттис носил здесь имя «папы-отца». «Отцом» (отец — отец отцов) называется также верховный жрец этого бога, как «святым отцом» до сих пор еще именуется Римский Папа.

Митраизм, как и христианство, обладает: учением о чистилище, употреблением кропильницы, обычаем креститься, т. е. совершать крестное знамение. Полностью совпадают обрядные формы публичных служб, совершение литургии, употребление гостии, причастной облатки, просфоры и т. д. Культ Митры и культ Христа практически неотличимы, и различие между ними в несколько сотен лет присутствует только в традиционной хронологии.

С христианским средневековым культом практически совпадает смешанный культ египетской богини Изиды, поклонники которой имели свои заутрени, обедни и вечерни, удивительно напоминающие соответствующие католические, частично даже православные богослужения. Историк религии Н. Румянцев писал: «Это совпадение молитв египетского богослужения с христианской ектенией слишком большое и разительное, чтобы оно могло быть случайным».

Классической «страной крестов» считается Древний Египет. Такие же христианские кресты распространены в древней Индии, Месопотамии, Персии. Огромное количество египетских изображений богов содержат анаграмму Христа.

Резюмируя свое исследование, Н. Румянцев писал: «Перед нами прошел целый ряд страдающих, умирающих и воскресающих богов Древнего мира, мы видели их мифы, знакомились с посвященными им праздниками, обрядами и т. п. Но, несмотря на то что у них разные имена, своеобразны мифы, различны родина или арена деятельности, все же невольно чувствуется, что в основе их всех лежит что-то одно, что-то общее. Этим общим была идея христианства».

Когда же родился Иисус Христос? Для выяснения этого вопроса мы должны прежде всего выяснить дату первого Вселенского собора. Согласно традиционной истории, в 325 г. н. э. состоялся первый Вселенский собор в Никее (Никея — город в Вифинии, в Малой Азии). По окончании собора император издал окружную грамоту, в которой убеждал единодушно исповедовать установленную на соборе веру. Там был принят и утвержден церковный календарь. В дальнейшем этому календарю, называемому пасхалией, церковь всегда придавала очень большое значение.

Церковный календарь-пасхалия состоит из двух частей — неподвижной и подвижной. Неподвижная часть церковного календаря — это обычный юлианский календарь вместе с приписанными к числам этого календаря неподвижными праздниками. Неподвижными в том смысле, что они приходятся ежегодно на одно и то же число одного и того же месяца. Подвижная же часть церковного календаря определяет изменяющиеся год от года сроки Пасхи в числах юлианского календаря, а также счет церковных недель и отсчитываемые от Пасхи подвижные праздники.

Таким образом, в пасхальных таблицах упоминалась не только Пасха, но и другие праздники. Вот их полный перечень:

Рождество Христово;

Благовещение;

память Георгия Победоносца (23 апреля стар, ст.);

память Иоанна Богослова (8 мая стар. ст.);

день Петра и Павла (29 июня стар. ст.);

а также следующие мартовские праздники: память св. Евдокии — начало мартовского года (1 марта стар, ст.), память 40 севастийских мучеников (9 марта стар, ст.) и память Алексея человека Божия (17 марта стар. ст). Остальные праздники в пасхалии в то время (XVI–XVII в.) не упоминались.

Очевидно, что это были главные христианские праздники времен первого Вселенского собора, когда утверждали пасхалию.

Рождество Христово и Благовещение и сегодня являются наиболее чтимыми после Пасхи христианскими праздниками, поэтому их присутствие в коротком списке основных праздников неудивительно. Но на третьем месте в числе важнейших праздников стоит праздник памяти Георгия Победоносца! Сегодня мало кто из верующих знает об этом важнейшем христианском празднике и почитает его. А зря. Георгий Победоносец, как мы увидим в дальнейшем, основатель Великой Русской империи — Третьего Рима! Но об этом позднее, а сейчас для нас важно, что якобы в III в. методика расчета дат Пасхи уже была надежно разработана. Начиная с IV в. н. э. христианская церковь связала свой годичный цикл праздников с юлианским календарем, а важнейший из них — Пасху (и сопутствующий ей цикл постов и «переходных» праздников) — с лунно-солнечным календарем.

На Никейском соборе было запрещено праздновать Пасху одновременно с иудеями. Известный специалист начала XX в., автор авторитетных «Лекций по истории древней церкви», профессор В. В. Болотов писал: «Никейский собор определил: праздновать Пасху в воскресенье, следующее за полнолунием первого весеннего месяца, т. е. того месяца, полнолуние (14-я луна) которого или совпадает со днем весеннего равноденствия, или бывает после этого дня».

Вопрос о «сочетании» лунного календаря с солнечным (юлианским) встал воистину «во весь рост» перед христианскими богословами во II в. н. э., когда начала складываться христианская традиция празднования Пасхи. Они составили расписание фаз («возраста») Луны по календарным месяцам 19-летнего цикла. Другими словами, был построен своеобразный «вечный календарь», в котором для каждого года 19-летнего цикла новолуния были сопоставлены с конкретными датами календарных месяцев.

Эта таблица и использовалась на протяжении многих сотен лет как для расчетов дат Пасхи, так и для датировки событий.

Подлинный текст Никейского постановления не сохранился. Его не было в архиве Константинопольской церкви уже в начале V в. В качестве официального документа имеется лишь послание императора Константина из Никеи епископам, не присутствующим на соборе. В этом послании утверждается, что собору показалось неприличным совершать этот святейший праздник по обыкновению иудеев. Вопрос о том, когда именно было сформулировано правило празднования Пасхи только после весеннего равноденствия, остается открытым.

Для нас сейчас важно, что пасхалистические таблицы были составлены в 352 г. на Никейском соборе на 532 года. Дело в том, что каждые 532 г. Пасха христианская начинает повторяться в исходном порядке.

Вычисление новой 532-летней пасхальной таблицы сводится к простому сдвигу предыдущей на 532 года. Этот порядок действует и поныне: последний великий индиктион (532-летний период пасхалии) начался в 1941 г. и является сдвигом предыдущего великого индиктиона (1409–1940 гг.), который, в свою очередь, получается сдвигом из великого индиктиона 877–1408 гг. и т. д. Поэтому, сдвигая современную пасхальную таблицу на подходящее кратное 532 годам, мы должны получить в точности ту таблицу, которая была утверждена на Никейском соборе. Значит, первоначальный вид пасхалии может быть легко восстановлен.

Правило о Пасхе полагает четыре ограничения:

1) не праздновать Пасху с иудеями;

2) праздновать Пасху только после весеннего равноденствия;

3) праздновать Пасху только после первого весеннего полнолуния (т. е. после иудейской Пасхи, которую в христианской святоотеческой литературе называли иногда «законной Пасхой» — т. е. Пасхой по закону Моисея, а иногда — «14-й луной»);

4) праздновать Пасху не в любой день недели, а в первое воскресенье, следующее за этим полнолунием (т. е. за иудейской Пасхой).

В «Собрании святоотеческих правил» Матфея Властаря (Константинополь, XIV в.), представляющем собой изложение правил вселенских и поместных соборов, сказано следующее: «Правило о Пасхе полагает два ограничения: не праздновать вместе с иудеями и праздновать только после весеннего равноденствия. К ним были по необходимости добавлены еще два: совершать праздник после первого же по равноденствии полнолуния, но не в любой день, а в первое по полнолунии воскресенье. Все эти ограничения, кроме последнего, соблюдаются твердо и поныне, но теперь мы часто переходим на более позднее воскресенье. Именно мы всегда откладываем два дня от Пасхи законной (иудейской Пасхи, полнолуния. — Авт.) и переходим к следующему за тем воскресенью. Случилось же это не по неведению или неумению утвердивших правила отцев, но из-за движения лунного…»

С определением Пасхи все было бы понятно и ясно, но дело в том, что астрономическое содержание пасхалии противоречит традиционной датировке Никейского собора (352 г.), на котором пасхалия была канонизирована.

Известно, что разница между пасхальными и истинными полнолуниями набегает со скоростью 1 день за 300 лет. Ко времени Властаря (приблизительно 1330 г. н. э.) набежало 2 дня разницы. Значит, пасхалия была составлена приблизительно в 730 г. н. э., поскольку 1330 — (300 × 2) = 730.

Понятно, что канонизированной на соборе пасхалия могла стать только еще позже. Но это никак не вяжется с датировкой акта канонизации 325 годом!

Следовательно, принятая сегодня «традиционная датировка» возникла уже позже Матфея Властаря, т. е. после XIV в.

Задачу определения даты Никейского собора решили Носовский и Фоменко.

Собор, установивший пасхалию, не мог произойти ранее 784 г. н. э., так как только начиная с этого года из-за медленного астрономического смещения лунных фаз прекратились совпадения календарной (определяемой пасхалией) христианской Пасхи с «лунной» иудейской Пасхой-полнолунием. В 784 г. такое совпадение произошло в последний раз, и затем даты христианской и иудейской Пасхи навсегда разошлись. Следовательно, Никейский собор заведомо не мог канонизировать пасхалию в IV в. н. э., когда календарная христианская Пасха совпала бы с иудейской восемь (!) раз — в 316, 319, 323, 343, 347, 367, 374, 394 гг. н. э., а пять (!) раз пришлась бы даже раньше ее на два дня (что прямо запрещено 4-м правилом о Пасхе), а именно — в 306, 326 г. (т. е. уже якобы через год после Никейского собора!), а также в 46, 350 и 370 гг.

Таким образом, отмечают они, если следовать принятой сегодня хронологической версии, то придется считать, что первые же празднования Пасхи после Никейского собора грубейшим образом нарушали три из четырех правил, по которым собор этот праздник установил! Причем это нарушение происходит якобы на следущий же год после установления правил на соборе. И только спустя пятьсот (!) лет после собора установленная на нем пасхалия стала безупречно выполняться, т. е. соответствовать тем правилам, которые ее определили! Эта картина настолько фантастична, что возникают сомнения в ее правдоподобности.

В результате астрономического и математического анализа ученые пришли к выводу, что удовлетворительное совпадение (плюс-минус 1 сутки) календарных пасхальных полнолуний, зафиксированных на Никейском соборе, с наблюдаемыми астрономическими полнолуниями существовало лишь в промежутке времени от 700 до 1000 г. н. э. До 700 г. наблюдаемые полнолуния приходились всегда позже пасхальных, а после 1000 г., наоборот, наблюдаемые весенние полнолуния (иудейская Пасха) стали происходить раньше пасхальных полнолуний. Начало 13-го Великого индиктиона (877 г.) приходится как раз на время идеального совпадения пасхальных и истинных полнолуний. Это означает, что пасхалия могла быть составлена лишь в эпоху с VII по ХI в. новой эры.

Следовательно, и датировка Никейского собора как собора, установившего пасхалию, возможна лишь VII–XI вв., а наиболее вероятная датировка — эпоха X–XI вв. (после 877 г.).

Смена таблицы-пасхалии (начало Великого индиктиона) — исключительно редкое событие, оно случается лишь один-два раза за тысячелетие. И что же мы видим? Как раз на отрезок времени, когда совпадение пасхальных и астрономических полнолуний становится идеальным, попадает начало одного из Великих индиктионов — 877 г.!

Фоменко и Носовский считают: именно 877 г. по каким-то соображениям и был назначен началом Великого индиктиона собором, установившим пасхалию.

С началом одного из Великих индиктионов совпадает и точка отсчета византийской эры от Адама (или, как ее позже стали называть, «эры от сотворения мира»). Соответствуюший индиктнои называют первым и ведут от него отсчет всех других Великих индиктионов.

Таким образом, оказывается, что широко используемая в средние века эра от Адама тесно связана с пасхальными астрономическими вычислениями. Это косвенно подтверждается также тем, что, по мнению специалистов, летосчисление от Адама вошло в употребление при императоре Констанции, т. е. почти сразу же после Никейского собора.

Важное место в хронологических расчетах заняли две византийские эры. По первой из них летосчисление велось с субботы 1 сентября 5509 г. до н. э. Эта эра была создана при императоре Констанции (правил с 337 по 361 г.)… С VI в. в Византии начала использоваться другая эра «от сотворения мира» с эпохой от 1 марта 5508 г. до н. э.

Носовский и Фоменко делают вывод, что вместе с датой составления и канонизации пасхалии «уехало в прошлое» (в скалигеровской версии хронологии) и время, когда вошла в употребление эра от Адама («от сотворения мира»). Вероятно, эта эра была установлена уже после назначения точки отсчета Великого индиктиона в 877 г.

По мнению авторов новой хронологии, составление пасхалии относится к эпохе X–XI вв., т. е. к эпохе возникновения древней христианской империи со столицей в Новом Риме — Константинополе. Это и была эпоха Константина Великого (он же — император-фараон Алексей Комнен) и первого Вселенского собора.

Рождество Христово и начало «нашей эры»

Считается, что впервые год «новой эры» как год Рождества Христа вычислил римский монах Дионисий Малый в VI в. н. э., т. е. более чем через 500 лет после датируемого им события. При этом Дионисий сначала вычислил дату Воскресения Христа, а затем воспользовался церковным преданием о том, что Христос был распят на 31-м году жизни. Дата Воскресения, по Дионисию, — 25 марта 5539 г. от Адама, а год Рождества Христова, следовательно, — 5508-й от Адама (по византийской эре).

Сегодня мы знаем, что вычисления Дионисия на самом деле неверны (из-за недостаточного развития астрономии в то время). Их ошибочность стала известна уже в XVI–XVII вв., и с тех пор было сделано несколько попыток пересчитать за Дионисием и исправить даты Рождества и Воскресения Христа.

Перечислим некоторые из попыток «исправить Дионисия»:

— Христос воскрес 5 апреля 33 г. н. э. в 34 года;

— Христос воскрес 5 апреля 33 г. н. э. в 33 года (наиболее распространенное до последнего времени мнение; возникло в XIX или XX в.);

— Христос воскрес 9 апреля 30 г. н. э., а родился за несколько лет до «новой эры» (современная точка зрения Римско-католической церкви).

Ни одно из приведенных выше решений не удовлетворяет календарным «условиям Воскресения». Более того, оказывается, что вблизи начала «нашей эры» вообще нет дат, удовлетворяющих этим условиям. Другими словами, если бы Дионисий знал современную астрономию, то он не мог бы даже близко указать год рождения Христа там, где он его указал, — в начале «новой эры». К сожалению, когда астрономические данные стали достаточными для того, чтобы это понять (а это произошло лишь в XVII в.), «новая эра» и дата «Рождества Христова» были уже общераспространены на Западе и канонизированы Римско-католической церковью, а затем и Православной церковью.

Естественно, возникает вопрос: что представляют из себя календарные «условия Воскресения»?

Церковное предание в согласии с Евангелиями утверждает, что Христос воскрес 25 марта в воскресенье на следующий день после иудейской Пасхи, которая, следовательно, приходилась в этот раз на 24 марта (субботу). Именно эти «пасхальные условия», которые мы будем называть «условиями Воскресения», и имел в виду Дионисий, пр®водя свои вычисления даты Воскресения Христа, а затем и Рождества Христова.

То, что Христос воскрес на следующий день после иудейской Пасхи, совершенно ясно сказано в Евангелии от Иоанна. Это подтверждено также церковным преданием и всей средневековой традицией.

Полный набор календарных условий, сопровождающих, согласно устойчивому церковному преданию, Воскресение Христа, можно найти в «Собрании святоотеческих правил» Матфея Властаря (XIV в.):

«Ибо господь пострадал ради нашего спасения в 5539 г., когда круг солнцу был 23, круг луне — 10, и иудеи Пасху иудейскую имели в субботу (как пишут евангелисты) 24 марта. В следующее же за этой субботой воскресение 25 марта… воскрес Христос.

Законная пасха (иудейская) совершается по равноденствии в 14-ю луну (т. е. в полнолуние) — от 21 марта до 18 апреля — наша же Пасха совершается в следующее за ней воскресение».

Матфей Властарь дает следующие календарные указания для года Воскресения Христа:

1) круг солнцу 23;

2) круг луне 10;

3) накануне, 24 марта, была иудейская Пасха, совершаемая в день 14-й луны (т. е. в полнолуние);

4) иудейская Пасха была в субботу, а Христос воскрес в воскресенье.

Носовский и Фоменко провели компьютерные расчеты для каждого года из промежутка от 100 г. до н. э. до 1700 г. н. э. День весеннего полнолуния (14-я луна, или иудейская Пасха) вычислялся по формулам Гаусса, а христианская Пасха, круг солнцу и круг луне, — по пасхалии. Так же как и Дионисий (и Матфей Властарь), они предполагали, что день Воскресения являлся пасхальным днем по пасхалии.

В результате исследования они пришли к выводу, что календарные «условия Воскресения» выполнялись лишь один раз: в 1095 г. н. э.

Рождество Христово относится, таким образом, примерно к 1064 г. н. э. — за 31 год до 1095 г. н. э.

Дата 1095 г. н. э. идеально соответствует новой хронологии, построенной в работах А. Т. Фоменко.

Сопоставляя ее с датировкой первого Вселенского собора, мы видим, что получается, будто первый Вселенский собор был до воплощения Христа. Противоречит ли это церковному преданию? Оказывается, нет. Это безусловно противоречит лишь взгляду на историю церкви, сложившемуся не ранее XIV–XV вв., но не церковному преданию.

Древние тексты сохранили для нас «условия Воскресения», позволяющие однозначно восстановить искомую дату.

Рассмотрим внимательнее «условия Воскресения» 1–4. Они не равноправны. Условия 3 и 4 известны из многих источников и составляют устойчивое церковное предание. Условия 1 и 2 являются весьма специальными календарными указаниями. Что получится, если попытаться удовлетворить лишь двум условиям З и 4?

Как показал анализ компьютерного расчета, проведенный авторами новой хронологии, «условия Воскресения» 3 и 4 на промежутке времени от 100 г. до н. э. до 1700 г. н. э. выполнялись лишь в следующие годы:

1) 42 г. (ДО Н. Э.);

2) 53 г. н. э.;

3) 137 г. н. э.;

4) 479 г. н. э.;

5) 574 г. н. э.;

6) 658 г. н. э.;

7) 753 г. н. э.;

8) 848 г. н. э.;

9) 1095 г. н. э. (удовлетворяет полному набору условий 1–4);

10) 1190 г. н. э.

Легко видеть, что и тут нет ни одного решения, которое удовлетворило бы традиционную хронологию. Итак, сделаем вывод.

Общераспространенное церковное предание, явно отраженное в Евангелии от Иоанна и в трудах множества церковных писателей, не может быть согласовано с датой рождения Христа около начала «новой эры». Для того чтобы достичь такого согласования, необходимо сместить дату Рождества Христа не менее чем на 70 лет назад или же не менее чем на 20 лет вперед. Если же мы добавим сюда еще и условия 1–2, то решение становится однозначным и дает XI в. н. э.

Фоменко и Носовский рассматривают содержательный смысл полученной «даты Воскресения Христа» — 25 марта 1095 г. н. э.

25 марта 1095 г. н. э. был день так называемой «кириопасхи» (т. е. «царской Пасхи», «Пасхи первосвященника») — Пасхи, совпавшей с Благовещением (25 марта). Кириопасха — достаточно редкое событие. В церковном предании оно связывается с пришествием Христа.

Согласно Евангелиям и церковному преданию, в год Рождества Христова вспыхнула новая звезда на востоке, а через 31 год, в год Воскресения, произошло полное солнечное затмение. Церковные источники ясно говорят именно о солнечном затмении в связи с Воскресением Христа, причем не всегда относят его к страстной пятнице. Отметим, что солнечное затмение в данной местности, а тем более полное солнечное затмение — исключительно редкое событие. Дело в том, что солнечные затмения хотя и случаются каждый год, но видны они только в области узкой полосы траектории лунной тени на Земле — в отличие от лунных затмений, которые видны сразу с половины земного шара. Библейская наука XVIII–XIX вв., не обнаружив, естественно, евангельского солнечного затмения там, «где надо», — в Палестине начала н. э., переделала его в лунное. Это, правда, все равно не помогло — в точности подходящего лунного затмения тоже не нашли. Однако с тех пор повелось считать, что в Евангелиях описано не солнечное, а лунное затмение.

Фоменко и Носовский рассматривают исходную точку зрения, отраженную в первоисточниках, согласно которой затмение было солнечным.

Оказывается, такая пара редчайших астрономических событий — вспышка новой звезды и через 31 год полное солнечное затмение, в Средиземноморье действительно была, но только не в первом, а в XI в. н. э.! Это — знаменитая вспышка новой звезды в 1054 г. и полное солнечное затмение 16 февраля 1086 г. (в понедельник).

Полоса тени этого затмения прошла через Италию и Византию.

Любопытно, что следы упоминаний о Христе в средневековых хрониках, относящиеся именно к XI в., сохранились даже до нашего времени. Например, в хронографе 1680 г. сообщается, что Папу Льва IX (1049–1054) посещал сам Христос: «Повествуется, яко Христос во образе нищаго, посещал его (Льва IX) в ложнице». Важно, что это — единственное упоминание такого рода, кроме случаев пересказа Евангелий.

В качестве 1-го года по «Р.Х.» во многих хрониках подразумевается 1054 г. н. э. (так называемый «основной сдвиг на 1053 г. в хронологии»). Это значит, что средневековые хронисты часто датировали Рождество Христово именно 1054 (или 1053) г.

По всей видимости, это следы еще одной традиции датировки Рождества и Воскресения Христа эпохой XI в. н. э. Согласно этой традиции, Рождество было в 1054 г. — в год вспышки новой звезды, а Воскресение в 1086 г., когда наблюдалось полное солнечное затмение.

Кстати говоря, начало первого Крестового похода — похода «за освобождение Гроба Господня» — датируется 1096 г. С другой стороны, средневековые церковные источники, которые часто более, подробно, чем Евангелия, описывают события, связанные с Христом, утверждают, что сразу после Воскресения Пилат был вызван в Рим и казнен там, а войска кесаря были посланы в поход на Иерусалим и захватили его. Сегодня считается, что это средневековые домыслы, поскольку в хронологии Скалигера никакого похода римлян на Иерусалим в 30-х гг. I в. н. э. нет. Однако, если Воскресение датируется концом XI в., это утверждение средневековых источников приобретает буквальный смысл — имеется в виду первый Крестовый поход, в ходе которого был взят Иерусалим. Если же датировать Воскресение 1095 г., то получится, что Крестовый поход начался уже на следующий год — в точности, как описано в упомянутых средневековых текстах.

Куда шли войска крестоносцев, освобождая Гроб Господень? Естественно, скажет читатель, в Иерусалим. Это так. Но дело в том, что Иерусалимом в то время назывался, как мы уже говорили, город, расположенный на месте современного Стамбула, который и был столицей Второго Рима. Значит, Христос был распят не на территории современного Иерусалима, что находится в Израиле, а на территории современной Турции. Вот, оказывается, почему войска крестоносцев воевали с Византией. Шла война за Гроб Господень.

Согласно Евангелиям, гора Голгофа, на которой был распят Христос, находилась где-то в Иерусалиме или рядом с ним. Когда ошибочно отождествили Иерусалим с палестинским селением Эль-Кудс, то, естественно, постарались «найти» тут подходящую гору. Однако эти попытки, считают Фоменко и Носовский, следует признать безуспешными. Поскольку то, что предлагается нам сегодня в качестве евангельской Голгофы, — это небольшой холм, каковой при желании можно отыскать практически в любом месте. А есть ли под Стамбулом место, которое можно было бы достаточно надежно отождествить с евангельской Голгофой? Оказывается, есть. Это самая высокая гора на Верхнем Босфоре под названием Бейкос. На самой вершине этой горы расположена гигантская символическая могила, называемая «могилой Иисуса» (по-турецки — Юши).

Согласно реконструкции новой хронологии, это и есть знаменитая евангельская гора Голгофа, т. е. место распятия Христа.

Вот что пишет об этом известный мусульманский автор XIX в. Джелал Эссад.

«Следуя вдоль азиатского побережья Босфора, достигаем до маленькой пристани, называемой Сютлюджэ, откуда тропинка ведет на самую высокую гору Верхнего Босфора (на Голгофу, по предположению Фоменко и Носовского). На вершине этой горы (180 метров над уровнем моря) находится могила Иисуса Навина (Иуша)… Всевозможные суеверия, относящиеся к различному времени, связаны с этой гигантской могилой, имеющей четыре метра длины и полметра ширины. По мнению одних, это было ложе Геракла, по мнению других, могила Амика, убитого Полидевком (Пилатом). Мусульмане полагают, что это могила Иисуса Навина. Туда отправляются многие больные… надеясь таким образом получить исцеление от своих недугов.

На этой горе видны кое-какие византийские развалины, быть может, остатки церкви Св. Пантелеймона, а также аязма (священный источник)… В византийскую эпоху это место называлось… ложе Геракла… У подножия этой горы находится знаменитое селение Бейкос, где аргонавты запаслись съестными припасами и где был убит царь Амик».

Согласно Джелалу Эссаду, могила Иисуса (Юши) отождествлялась в некоторых средневековых версиях с ложем Геракла. «Геракл» можно воспринимать здесь как синоним слова «большой», т. е., говоря о ложе Геракла, вероятно, имели в виду просто огромное ложе. Отождествление Геракла с Иисусом Христом хорошо известно, отмечают Фоменко и Носовский. В некоторых средневековых и «античных» изображениях Геракл представлен в виде Христа, и наоборот, Христос — в виде Геракла.

Эта огромная «могила» Иисуса существует и сегодня и является предметом поклонения. Местные жители называют ее могилой святого Юши, или Иуши, т. е. Иисуса. Вот как описывают состояние могилы авторы новой хронологии. Сегодня над могилой сделано плоское прямоугольное земляное возвышение длиной 17 метров и шириной около 2 метров. Оно окружено высокой чугунной решеткой, которая, в свою очередь, дополнительно затянута железной сеткой, чтобы многочисленные паломники не могли коснуться священной земли внутри ограды. Решетка окружает участок земли, поросший густой травой. Внутри ограды растет также несколько высоких деревьев. В противоположных концах «могилы» находятся два круглых цилиндрических камня, напоминающих небольшие жернова. В центре одного из них, наверху камня, видно четырехугольное отверстие и хорошо заметная трещина в камне.

Все это сооружение обнесено высокой каменной стеной, в которой сделаны две двери и несколько окон. Паломники входят в одну из этих дверей, обходят «могилу» кругом и выходят через вторую дверь наружу.

Оказывается, эта могила соответствует древним описаниям могилы Иисуса Христа. Такое описание, например, мы видим в произведении «Хождение игумена Даниила». В современном русском переводе этот текст звучит так: «Распятие Господне находится с восточной стороны на камне. Оно было высоко, выше копия. Камень же TOI был круглый, вроде маленькой горки. А посреди того камня, на самом верху, высечена скважина около локтя глубиной, а шириной менее пяди в окружности (в периметре). Тут был водружен Крест Господень. В земле же под тем камнем лежит голова первозданного Адама… И разошелся тот камень над головой Адама… и есть расселина эта на камне том и до нынешнею дня… Распятие Господне и тот святой камень кругом обнесены стеной… дверей же (в стене) две».

Это описание Даниила места распятия Христа, отмечают Фоменко и Носовский, прекрасно отвечает тому, что сегодня мы видим на горе Бейкос на окраине Стамбула.

А именно — круглый камень вроде маленькой горки с отверстием на самом верху, в центре. Трещина на этом камне. Само название памятника — «могила Иисуса». Стена вокруг этой святыни. Совпадает даже количество дверей в стене — две. Кроме того, рядом с камнем воткнут в землю и привязан к нему высокий шест, на вершине которого сегодня находится золотой (или позолоченный) диск с арабской надписью. Этот шест вполне может символизировать упоминаемое Даниилом копье, которым, как известно (по Евангелиям), был поражен в бок Иисус на кресте. Вернемся к Даниилу. Далее он говорит: «А от распятия Господня до снятия есть сажен пять». Действительно, говорят Фоменко и Носовский, в другом конце «могилы» лежит второй камень, примерно того же размера, что и первый, и примерно такой же формы. Но без трещины. Лежит он приблизительно на расстоянии 10–15 метров от первого камня. Других таких камней внутри огороженного места (размером 17 метров на 2 метра) не видно. Трудно отделаться от впечатления, подчеркивают они, что второй камень отмечает место снятия, т. е. то место, куда положили тело Иисуса после снятия его с креста.

Работы по новой хронологии часто подвергаются критике. Исследователи, как правило, специализирующиеся на локальных вопросах исторической науки, ограниченные определенным отрезком времени или той или иной проблемой, встречая несоответствия утверждений А. Т. Фоменко общепринятым взглядам, возмущаются «безграмотностью академика». Действительно, все знают, например, что Новгород находится на севере, на реке Волхов, а академик утверждает, что это Ярославль.

Любой школьник знает, что Куликовская битва была на Дону, на Куликовом поле, а академик думает, что в Москве.

Все знают, что Иисус Христос родился две тысячи лет назад, а академик доказывает, что в 1095 г.

Дело, естественно, не в том, что автор новой хронологии плохо знает историю. Дело в том, что критик, будучи специалистом в своей области, смотрит на новую хронологию со своих узких позиций. Тогда высказывания Фоменко кажутся ему лишенными здравого смысла.

Историк, как грибник, собирает урожай под своим кустиком и за деревьями не видит леса. Фоменко же смотрит на проблему с высоты птичьего полета. Он взором охватывает весь лес. С высоты ему видна вся карта местности. На этой карте ему не нужно фиксировать каждый кустик данного леса. У него другой масштаб измерения. Ему нужно показать лес в целом.

Создав карту леса, он дает возможность грибникам рассказывать и описывать каждый кустик и дает возможность правильно расположить этот кустик на Глобальной хронологической карте мира.

Часто Фоменко пытаются «уличить» в математических или астрономических ошибках. Вот, например, У. В. Чащихин пишет:

Замечания весьма существенные и, прямо сказать, убийственные. Академик не помнит элементарных астрономических сведений, не владеет научно-исследовательским методом. Академик Фоменко не придает значения тому, что иудейская Пасха всегда приходится на март-апрель и не может совершиться в феврале. Полное солнечное затмение, к сведению Фоменко, длится всего 2–3 минуты. При частичном солнечном затмении не бывает тьмы, а лунное затмение не бывает днем.

Но действительно ли академик не помнит элементарных астрономических сведений? Как мы с вами, уважаемый читатель, видели, Фоменко твердо знает, что «все восточные церковные писатели единогласно утверждают, что Христос воскрес 25 марта». Он подчеркивает, что «законная Пасха (иудейская) совершается по равноденствии в 14-ю луну (т. е. в полнолуние) — от 21 марта до 18 апреля, наша же Пасха совершается в следующее за ней воскресенье». Мы видим, что Фоменко четко знает, что Пасха совершается в полнолуние. Он знает календарные условия для года Воскресения Христа и, как мы с вами видели, указывает их.

Исходя из этих «условий Воскресения», он и восстанавливает дату Воскресения. В результате скрупулезного, четкого анализа он и приходит к выводу, что календарные «условия Воскресения», связываемые с датой страстей и Воскресения Христа, выполнялись лишь один раз: 25 марта 1095 г. н. э.

Все четко и обоснованно. Тогда Рождество Христово относится примерно к 1064 г. (за 31 г. до Воскресения 1095 г.).

Теперь к вопросу о солнечных затмениях. Оказывается, что и здесь суждения Фоменко абсолютно четкие. Он пишет: «Согласно Евангелиям и церковному преданию, в год Рождества Христова вспыхнула новая звезда на востоке, а через 31 год, в год Воскресения, произошло полное солнечное затмение. Церковные источники, подчеркивает Фоменко, ясно говорят именно о солнечном затмении в связи с Воскресением Христа, причем не всегда относят его к страстной пятнице.

Фоменко, как мы видели выше, учитывает разницу возможности солнечного и лунного затмений в Палестине в день казни Христа.

Он прекрасно знает, что на следующий день после Пасхи солнечного затмения не могло быть в принципе, так как оно бывает только в новолуние. Вот почему он пишет, что „оказывается, такая пара редчайших астрономических событий — вспышка новой звезды и через 31 год полное солнечное затмение в Средиземноморье — действительно имела место, но только не в первом, а в XI в. н. э.!“ Это — знаменитая вспышка новой звезды в 1054 г. и полное солнечное затмение 16 февраля 1086 г. (в понедельник)».

Прав Чащихин, что академик Фоменко в своем расчете полагает, что иудейская Пасха была 24 марта в субботу, причем называет это условие «совершенно неоспоримым». Но Чащихин, как мы сейчас увидели, совершенно не прав, что Фоменко сам же оспаривает свой расчет и считает, что иудейская Пасха была аж 16 февраля 1086 г.

Мы видели, что Фоменко нигде не пишет, что иудейская Пасха была 16 февраля. Он пишет, что полное солнечное затмение могло быть только 16 февраля 1086 г. Он не связывает распятие Христа с 16 февраля 1086 г., когда и было полное солнечное затмение. Он только подчеркивает, что утверждение богословов (но никак не Фоменко) о том, что во время распятия Христа 25 марта было полное солнечное затмение, ошибочно. Оно могло быть только 16 февраля 1086 г. Неясно, зачем же Чащихин приписывает Фоменко то, чего он никогда не утверждал.

Фоменко рассматривает и дату лунного затмения. Он обнаруживает лунное затмение 3 апреля 1075 г., которое произошло за два дня до Пасхи. Фаза затмения — 4,8, т. е. не очень велика.

Таким образом, мы имеем следующие астрономические даты, относящиеся к Воскресению Христа:

• лунное затмение — 3 апреля 1075 г.;

• солнечное затмение — 16 февраля 1086 г.;

• календарные «условия Воскресения» — 1095 г.

В таком случае Рождество относится примерно к 1064 г. за 31 год до 1095 г.

Астрономические даты к вспышке новой звезды и рождение Христа — 1054 г.

В качестве первого года по «Р. X.» во многих хрониках мог подразумеваться 1054 г., что породило основной сдвиг в хронологии на 1053 год.

Фоменко не определяет однозначную дату распятия Христа. Он констатирует, что распятие произошло в конце XI в. «Возможно, — приблизительно в 1085 году н. э., через 31–33 г. после «нулевого года», совпадающего с 1053 г. н. э. Или в 1095 г. н. э. («пасхальная» датировка). Но, так или иначе, это событие конца XI века».

Таким образом, критика Чащихина совершенно необоснованна. Просто надо внимательнее читать академика, а не пытаться «ловить его за руку».

Морозова и Фоменко обвиняют в приверженности к оккультизму. Г. А. Елисеев пишет: «Если внимательно посмотреть на биографию Морозова, то нельзя не отметить его склонности к мистическим переживаниям, и вообще, неоформленной религиозности пантеистического толка».

А какие доводы приводит Елисеев этому утверждению? Оказывается, по его словам, Морозов сам вспоминал в своих мемуарах. «Любовь к природе, — писал Морозов, — была у меня прирожденной. Вид звездного неба ночью вызывал во мне какое-то восторженное состояние». Оказывается, по Елисееву, любовь к природе и восторженное состояние при виде звездного неба является свидетельством «склонности к мистическим переживаниям, и вообще, неоформленной религиозности пантеистического толка». Вот это здорово! Далее Елисеев пишет: «Были у Морозова и настоящие видения, описанные им в начале книги «Откровение в грозе и буре». По мнению Елисеева, они очень напоминают видения К. Э. Циолковского, мистика и последователя Н. Ф. Федорова, бывшего одновременно и другом Н. А. Морозова. Значит, основатель теории космонавтики К. Э. Циолковский просто мистик? Астроном же Морозов доказывал в книге «Откровение в грозе и буре», что Откровение Иоана Богослова в Библии (Апокалипсис) — не мистика, а описание реального звездного неба. Все поставлено у Елисеева с ног на голову. По его мнению, выходит, что только потому, что среди друзей математика, химика, астронома Морозова были оккультисты и люди, мечтавшие о создании «новых религий», Морозов тоже был оккультистом. И что предосудительного в том, что Циолковский и Морозов могли быть в дружеских отношениях с Николаем Федоровичем Федоровым? Это замечательный русский мыслитель (1828–1903), автор труда «Философия общего дела», оказавшего большое влияние на развитие в России антропокосмических идей. Кстати, евразийцы использовали его идеи в обосновании своей доктрины.

Да и говорить о дружбе Морозова с Федоровым можно с большой натяжкой. Судите сами: Федоров на 26 лет старше Морозова. В 16 лет (в 1870 г.) Морозов приехал учиться в Москву во 2-ю Московскую гимназию. Федорову тогда было 42 года. Через пять лет Морозов был арестован. Тогда ему был всего 21 год (а Федорову — 47). Дальше сплошные скитания Морозова по тюрьмам. А когда Морозов в 1905 г. вышел из заключения в Шлиссельбургской крепости, Федоров уже умер. Так что здесь Елисеев как-то передергивает факты, стремясь подчеркнуть то, чего не было, — оккультизм Морозова.

Елисеев пишет: «Также Морозов был хорошо знаком с поэтом и мистиком В. Я. Брюсовым, печатанию его книг способствовали Ф. Э. Дзержинский и А. В. Луначарский. Первый поддерживал секретные экспедиции оккультистов на север России, второй в начале XX в. пытался создать «новую религию» для «нового общества». Очень интересовался трудами Николая Александровича и поддерживал его исследования В. Д. Бонч-Бруевич, в свое время изучавший и пропагандировавший идеи русских сектантов-хилиастов». По Елисееву, выходит, что все кругом оккультисты — и «железный Феликс», и атеист Ленин (они тоже оказывали поддержку Морозову). Ну а как быть с гениальным химиком Менделеевым? Менделеев сам представил на защиту докторскую диссертацию Морозова по химии. Менделеев ценил Морозова как блестящего химика. По Елисееву, вообще все советские естественники — оккультисты! Вот что пишет Елисеев: «Советские естественники традиционно либо просто антирелигиозны, либо враждебны к христианству, предпочитая ему восточные религии, как якобы более научные. Объясняется подобная неприязнь, возможно, тем, что естественники обычно стремятся к созданию тотальных теорий, объясняющих «все и вся». Особенно это характерно для математиков, так как они имеют дело с числами, которые можно записать как угодно и суть их от этого не изменится, и с которыми можно проводить самые дикие операции — ничего им от этого не будет».

Что касается последней фразы, то, как говорят, комментарии излишни. Автор просто не понимает сущности математики, и дискуссии здесь ни к чему.

Оказывается, «успех книг Фоменко обеспечивается и общим подъемом интереса к оккультизму, который переживает сейчас наше общество».

И опять грубое передергивание фактов. Фоменко в своих работах как раз выступает против традиционной хронологии, построенной Скалигером в Средневековье, когда оккультные науки были в самом расцвете.

Если Елисеев говорит о Морозове и его друзьях как об оккультистах, то неплохо было бы знать, что оккультист и предсказатель Нострадамус, книги которого сегодня так любят читать, был современником Скалигера и другом его отца, который тоже занимался хронологией Юлия Цезаря (Жюля Сезара).

У Скалигера, естественно, были предшественники. Так, Никколо Макиавелли (1469–1547), написавший труд «История Флоренции», позаимствовал якобы у античного историка Полибия идею циклизма. Эта идея, вероятно, и была положена в основу хронологии Скалигера, который связал гражданскую историю с историей Библии.

Идея циклизма заключается в том, что ситуации, имевшие место в прошлом, повторяются: таково божественное предвидение. Причем повторения в традиционной истории имеют явную закономерность. Но «хронологические сдвиги», которые выявил в результате математического анализа А. Т. Фоменко, не имеют никакого отношения к идее цикличности (повторяемости) в истории.

Несколько десятков хронологических сдвигов группируются вокруг величин, названных «основными жесткими сдвигами»:

Реже наблюдаются и вторичные сдвиги, определяемые суммой или разностью «основных сдвигов». Но эти хронологические сдвиги, которые определил Фоменко, по его мнению, есть результат переписывания, искажения истории, а не цикличности, повторяемости в истории.

Скалигер же, будучи основателем нашей традиционной хронологии, и заложил в нее идеи циклизма.

Как отмечает А. Жабинский, Скалигер положил в основу своих хронологических расчетов нумерологию, философскую систему, согласно которой все тайны мира сокрыты в числах.

Хронологией в то время занимались оккультисты и каббалисты. Они умели «рассчитывать» историю. Астролог Мишель Нострадамус был хронологом Екатерины Медичи. Корнелиус Агриппа, автор «Оккультной философии», был придворным хронологом Карла V. Джон Ди, автор книги о магии чисел «Монас Иероглифика», был хронологом Елизаветы Тюдор. Аббат Тритемий, учитель Парацельса, писал историю для Максимилиана I. Можно приводить еще примеры, но и так видно, что в средние века хронологией занимались маги. Как отметил А. Жабинский, хронолог Скалигер составил не свод знаний о прошлом человечества, а магическую причуду. Пример — история Константинополя времен Крестовых походов.

В 1204 г. Константинополь завоевали крестоносцы. За 999 лет до этого, около 200 г., Византии был покорен Септимием Севером. А через 333 года после Севера и за 666 лет до захвата Константинополя крестоносцами, в 538 г. Рим завоевал полководец Велизарий. В 1261 г. православные отбили Константинополь. За 693 года до этого (360 + 333), в 568 г., началось завоевание Рима лангобардами. В 1453 г. Константинополь завоевали турки. За 999 лет до этого, в 455 г., Рим завоеван вандалами.

И это отражено в нашей традиционной истории. Если вдуматься в числа годов, через которые повторяются многие события, пишет А. Жабинский, становится ясно, что перед нами — чистейшей воды оккультизм! Могли бы сроки «повторов» столь точно соответствовать «магическим» числам 333 и 360, если наша «традиционная история» имела естественный ход?… Судите сами, события от древности до Средневековья повторяются со следующей периодичностью:

Будучи представителями философской концепции, что мир создан не Богом, а Сатаной, отец и сын Скалигеры, а также Нострадамус положили в основу своей хронологии «число зверя».

Г. Кваша определяет другой цикл развития цивилизаций (империй). Он исходит из 144-летнего цикла с 36-летними фазами развития. Но как протекает это развитие? Сначала предполагалось, что первое 36-летие — планирование, второе 36-летие — реализация, третье 36-летие — это отрицание трех предыдущих. Казалось, все логично. Однако впоследствии выяснилось, что у 144-летия совсем другая, так называемая обратная логика.

Сначала идет сновидческое, мистическое 36-летие, затем террористическое завершительно-разрушительное второе 36-летие (вечер), третье 36-летие соответствует стихии воли с ее созидательным энтузиазмом, наконец, завершающее, четвертое 36-летие ничего, по сути, не завершает, ибо становится утром новой эпохи, планом грядущего устройства страны, народа, мира. Отсюда ясно, что имперский цикл, являясь изолированным историческим образованием, на деле — всегда водораздел между эпохами, переходное состояние от одного мира к другому. При этом первая фаза еще сохраняет лицо старого мира, четвертая фаза имеет лицо нового мира, а у второй и третьей фаз вообще нет лица. Кваша выявил 20 уникальных, ни на что не похожих между собой циклов, однако имеющих массу общих свойств.

Интересно понятие 36-летняя фаза развития (3 + 6 = 9).

10 фаз — это выявленный А. Т. Фоменко сдвиг на 360 лет (36 × 10 = 360).

Цикл — 144 (1 + 4 + 4 = 9). Это число образовано умножением 12 на 12, что символизирует собой определенное число колен, предназначенных в Жизни Вечной. Мистическим корнем данного числа является девятка.

1000 циклов по 144 года составит число 144 000. Это сакральное число в христианской символике и, прежде всего, в «Откровении Богослова», где оно означает число будущих святых праведников, которым суждено спастись и войти в Царство Небесное.

20 циклов, определенных Квашой, и 1000 циклов имеют также сакральное значение.

Самодвижущуюся сущность чисел вскрывает Генон, который говорит о трех видах числового движения:

1) «локальное движение», выраженное числом 2;

2) «изменение», вызванное числом 20;

3) «элементарное движение», называемое также «увеличением» и представленное числом 1000.

Выявлены и другие циклические закономерности в истории. Как отмечает С. Ю. Ключников, числа проявляются в человеческой истории не случайно и хаотично, а в соответствии со строгим законом периодичности, что соответствует оккультной теории циклов. Блаватская, со ссылкой на исследования немецкого ученого Е. Засса, утверждает, что наука начинает подтверждать древнюю доктрину циклов, по которой развивается человечество и человек:

«Эти периоды, которые меняют направление повторяющихся событий, начинаются с бесконечно малых, например десятигодовых, чередований и достигают циклов длительности 250, 500, 700 и 1000 лет, — они совершают круговращение в самих себе и друг в друге. Все они содержатся внутри Махаюги, «Великого Века», или Цикла по исчислению Ману, который сам вращается между двумя вечностями — называемыми «Пралайя», или «Ночь Брахмы».

Блаватская указывает, что Засс, представляющий периоды мира в виде малых и больших волн, пробегающих по пространству Древнего мира, не открыл ничего нового — подобные образы с иллюстрациями широко применялись еще древними и средневековыми мистиками, например Генрихом Кунратом. Так, Засс говорит о 250-летних циклах или «исторической волне» и рассматривает их влияние на мировые события. Можно выделить несколько исторических волн, в основе которых лежит «мистическое число» — 250.

Первая волна возникла в Китае примерно за 2000 лет до нашей эры и распространилась и по Европе, и по Азии. Ее проявления связаны с несколькими событиями: образование в 1750 г. до н. э. мощной империи монголов в Центральной Азии, расцвет Египта в 1500 г., угасание этой волны к 1000 г. до н. э. вместе с осадой Трои.

Вторая историческая волна проявилась приблизительно в то же время в Центральной Азии. Затем последовало: миграция скифов к 750 г. до н. э., расцвет древней Персии примерно к 500 г., культурный и цивилизационный подъем Греции к 250 г. и расцвет (по крайней мере внешний, материальный) Римской империи к моменту рождения Христа.

Третья историческая волна началась в этот период на Дальнем Востоке, в Китае, где в I в. н. э. была образована мощная империя. Затем через 250 лет — появление гуннов, в 500 г. — начало формирования Персидского царства, в 750 г. возникает Византийское государство, а в 1000 г., в западной части, появляется вторая римская власть, Империя Папства.

В это же время с Востока, с расцветом Китая, начинается четвертая волна. Примерно в 1250 г. начинается расцвет великой империи монголов. Около 1500 г. наблюдается расцвет Оттоманской империи, которая завоевывает Балканы, но при этом в Восточной Европе, в России, наблюдается мощный подъем, связанный с периодом царствования Екатерины Второй. Волна эта распространяется на Запад, где, начиная с середины XVIII в., Европа вступает в полосу революций и реформ. Подытоживая рассмотрение цикла в 250 лет, Блаватская пишет: «Если от цикла продолжительностью в два с половиной столетия мы спустимся к циклам, которые составляют свой отпечаток каждое столетие, и, группируя вместе события древней истории, рассмотрим развитие и рост империй, то мы убедимся, что начиная с 700 г. до н. э. волна продолжительностью 100 лет двигалась вперед, принося с собой процветание следующим народам — ассирийцам, мидийцам, вавилонянам, персам, грекам и германцам».

Интересно, что рассматриваемое число 250 в сумме дает знаменитую семерку, проявляющуюся не только в периоде, но и в истории.

Не менее интересно следующее наблюдение Блаватской, блестяще иллюстрирующее наличие своеобразной числовой символики истории. Речь идет о периодически вспыхивающих войнах или революциях. Становится очевидно, что многие разрушительные события в Европе отмечены циклом длиною в 50 лет. Блаватская пишет:

«Мы можем ограничить наше исследование только циклом, начинающимся с 1712 г., когда все европейские нации воевали одновременно, — Северная, Турецкая война, война за трон в Испании. Примерно в 1761 — «Семилетняя война», в 1810 — войны Наполеона I. К 1861 г. волна слегка отклонилась от регулярного курса, но, как бы для компенсации за это или, возможно, как отражение действия каких-то необычайных сил именно годы, непосредственно предшествующие этому или следующие за ним, оставили в истории напоминание о наиболее яростных и кровавых войнах — Крымской войне (в этот первый период) и гражданской войне в Америке (во второй).

Периодичность войн между Россией и Турцией кажется в высшей степени удивительной и представляет собой очень характерную волну. Вначале интервалы между циклами весьма постоянны и составляют тридцать лет — 1710, 1740, 1770, — затем эти интервалы уменьшаются, и мы имеем двадцатилетний цикл — 1790, 1810, 1929–1830; далее эти интервалы опять расширяются — 1853, 1878. Но если мы определим полную длительность фазы роста этой волны, тогда в центре этого периода — от 1768 по 1812 год — мы получим три войны продолжительностью семь лет каждая, а в начале и конце этого периода — двухлетние войны».

Повторяемость в истории — факт установленный. Но отчего происходит эта повторяемость? Оттого, что цивилизации имеют цикличный ход развития, или оттого, что история изложена неверно и события средневековой истории переносятся в Древний мир, т. е. дублируют друг друга? Если традиционная история верна и верна хронология Скалигера, то повторы обусловлены повторяемостью событий. В таком случае ценность работ Морозова и Фоменко в том, что они определили эту повторяемость, определили циклы повторяемости, но тогда их реконструкция укорачивания истории ошибочна.

Однако в основе циклических кругов, как мы выяснили, лежит оккультная нумерология. Тогда мы должны признать эзотерику и нужно изучать эзотерические свойства развития цивилизаций.

Но если верна теория Морозова-Фоменко, то повторяемость истории объясняется искажениями в скалигеровской версии истории. В таком случае мистика исчезает и все объясняется естественно-научными методами.

Средневековье в традиционной версии истории раскалывается как бы на два периода — «темные века» и зарождение «эпохи Возрождения». История Второго Рима падает как раз на «темные века». Что же собой представляют «темные века»? Согласно традиционной истории, после расцвета экономики, науки, культуры, искусства Древнего мира происходит загадочный спад в эволюции человечества. Падает и исчезает древняя Египетская цивилизация, уходит в небытие культура Китая, гибнет философская мысль Древней Греции, теряет величие Древний Рим, завоеванный варварами. Наступает период погружения человечества в почти первобытное состояние. Отчего это происходит, традиционная наука объяснить не может. Строятся разные социологические догадки, гипотезы, которые, впрочем, остаются лишь теориями.

Все это, естественно, вызывает недоумение. Поражающие воображения знания древних, скажем, астрономии и математики напрочь забываются. В Средневековье бытует представления о Земле как о плоской «тарелке», которая держится на слонах, которые, в свою очередь, стоят на спинах гигантских китов.

Знаменитый Козьма Индикоплевст, живший якобы в VI в. н. э. и специально исследовавший вопрос о движении Солнца и о звездах, искренне считал, что Вселенная — это ящик, в центре которого из плоской Земли, омываемой Океаном, поднимается гора Арарат, а крышка ящика усеяна звездными гвоздиками. По углам ящика — четыре ангела, производящих ветры. Это — уровень средневековой научной космографии.

Люди разучились строить храмы, создавать живописные полотна, ваять скульптуры, подобные шедеврам Древней Греции. Вместо мыслителей масштаба Аристотеля, Платона появляются дикие шаманы, великая литература предков сменяется полной безграмотностью. И только несколько веков спустя человечество начинает «возрождаться» вновь.

Подобная картина эволюции человечества, мягко говоря, выглядит странно.

Вместе с тем с позиции новой хронологии все достаточно просто и логично объясняется. На самом деле «темные века» — это не упадок культуры, а период становления мировых цивилизаций. Мы уже выяснили с вами, дорогой читатель, что Древнего мира в традиционном понимании просто не было. Становление и настоящее развитие цивилизации начинается только с Х в.

Эволюция этого становления, происходящая в X–XIII в., отнесена традиционной историей в Древний мир. То есть события ранней истории Византии отнесены историками в период Древнего Рима. И этот перенос византийских событий в Древний Рим начал происходить в средневековый период «Возрождения».

На этот перенос событий византийской истории в прошлое первый обратил внимание Н. А. Морозов.

История древней Римской империи, описанная в современных учебниках, в результате сравнительного анализа событий разбивается на три периода.

I Римская империя — древнейшее, легендарное государство, основанное Ромулом и Ремом. 754 г. до н. э. — 82 г. н. э.

744 г. — традиционная дата основания Рима.

II Римская империя — империя, основанная Суллой и продолженная Юлием Цезарем и Октавианом. Эта империя пережила после Каракаллы тяжелый кризис, приведший к ее почти полному развалу. 82 г. н. э. — III в. н. э.

III Римская империя — империя после преодоления кризиса Аврелианом и Диоклетианом. Они восстановили империю, которая просуществовала до завоевания ее Одоакром и Теодорихом (270–275 г.) — (493–526 г.).

События этих трех периодов истории Римской империи, как показал математический анализ источников, повторяются и на самом деле отражают историю «темных веков» Средневековья.

Морозов первый обнаружил и объяснил поразительный параллелизм между событиями в Римской империи от Суллы до Каракаллы и от Аврелиана до Теодориха. То есть он первый обнаружил, что история II Римской империи тождественна истории III Римской империи.

Для удобства читателей мы вкратце изложили историю империй II и III и показали параллели этой истории в приложении № 1.

М. М. Постников обобщил основные факты, которые выявил Морозов в параллельном обозрении династических потоков Римских империй II и III, и пришел к следующим выводам.

Возникает вопрос: случаен ли этот параллелизм двух династических потоков, скрыта ли под ним какая-то объективная реальность, или он представляет собой простую игру стохастических феноменов?

Отвечая на него, Постников справедливо замечает, что биографические аналогии и совпадения нам помочь не могут, и не только потому, что о степени их проявления можно спорить, но и главным образом потому, что в колоссальном многообразии окружающих человека событий всегда, по-видимому, можно подобрать для любых двух людей в чем-то сходные факты их биографий. (Ярким примером такого подбора является нашумевшее недавно сходство обстоятельств, окружающих убийства двух президентов США — Линкольна и Кеннеди.)

Замеченный Морозовым параллелизм биографий императоров двух династических потоков, подчеркивает Постников, приобретет серьезное значение только тогда, когда мы сможем его «взвесить и измерить», оценить численно и показать, что он не случаен. После этого, и только после этого, сходство биографических деталей приобретет вес и будет служить дополнительным, не столько объективным, сколько субъективно-психологическим аргументом.

На этом основании он сосредоточивает внимание на основной, числовой характеристике правителя — длительности его правления. Эти числа представляются ему наиболее надежными характеристиками, не подверженными влиянию идеологических, политических и религиозных установок летописцев и составителей историй.

Информация о длительностей правителей (и их соправителей) обоих династических потоков дана в Приложении № 2.

Мы видим, что длительности правлений императоров-аналогов, как правило, совпадают или почти совпадают. Для наглядности всю ситуацию можно изобразить графически.

Отложим на горизонтальной оси длительности правлений, соправлений, смут и т. д., а на вертикальной — номера от 1 до 36. Длительности правлений Империи II отложим налево, а Империи III — направо. Получающиеся графики изображены на рисунке.

Видно, что графики практически зеркально-симметричны. Отдельные отклонения от симметричности не влияют на общую качественную картину явления.

В общих математических терминах поставленный выше вопрос Постников формулирует следующим образом.

Имеется две последовательности чисел, состоящие из 29 членов. Каждое число является результатом некоторой вероятностной выборки, независимой от всех остальных (сколько лет правит один император, не влияет на то, сколько лет правит следующий). Может ли случайно оказаться так, что эти две последовательности имеют вид, изображенный па графике?

Достаточно так поставить вопрос, отмечает он, чтобы ответ стал очевидным: нет, не могут. Вероятность случайного совпадения двух независимых последовательностей по 29 позициям настолько мала, что всерьез принимать ее в расчет нельзя. Каждый человек, даже не знающий математики, бросив один взгляд на оба графика, скажет: «Случайно такое сходство возникнуть, конечно, не могло. Обязательно должны быть какие-то причины».

Должен существовать какой-то механизм, коррелирующий эти две последовательности, связывающий их друг с другом. Существование такого механизма, безусловно, утверждается как математикой, так и здравым смыслом.

Конечно, математика ничего не говорит о том, какой это механизм. Ясно только, что в рамках традиционной истории найти его не представляется возможным.

Морозов и Постников полагают, что история Римской империи II скомпилирована с истории Римской империи III, так что самостоятельное существование имела лишь последняя, а империя II является только ее фантомной тенью.

Естественно, что в процессе компилирования из Римской империи III в Римскую империю II должны были перейти не только длительности правлений, но и отдельные события (в той мере, в какой они были зафиксированы летописцем). И действительно, такого рода параллелизм достаточно отчетливо выражен.

Надеюсь, читатель достаточно легко воспринял идею дублирования империй. Из этой идеи вытекает следующее.

На территории Средиземноморья сложилось крупное военно-теократическое государство, известное ныне нам как Византийская империя. В различных частях этой многонациональной и многоязычной империи хронисты-летописцы составляли своды текущих событий. Их записи отражали в основном местные события, а правителей они называли своими местными, локальными именами-прозвищами.

Через несколько столетий в связи с ростом влияния папского Рима возникла необходимость подкрепить его притязания на мировое господство в религиозной и светской сфере ссылками на прошлое могущество. На этой основе начались попытки создания его истории. Хроники, описывающие одно и то же время, но созданные в разных местах и на разных языках, были приняты за описания различных правлений и были расположены последовательно во времени.

Так создалось представление о Древнем Риме, являющееся на самом деле лишь тенью, отброшенной Византийской империей в прошлое.

Конечно, это не был одномоментный процесс. Все раннее Средневековье было временем разнообразнейших представлений о прошлом, в которых крупицы правды терялись в широком потоке легенд и мифов. Даже в XIV в. Петрарка столкнулся с хаосом противоречивых легенд, хотя основы некоего унифицированного представления к тому времени были уже заложены. Дальнейшее развитие этого унифицированного представления привело к общепринятой теперь картине жизни Древнего Рима. На самом же деле этой империи никогда не было.

Естественно, что это лишь весьма грубая и приблизительная схема. Чтобы полностью понять механизм создания мифа о Древнем Риме, необходимо более детально изучить период его создания и глубже проанализировать происходившие в то время процессы. Тем не менее этот механизм представляется единственной возможностью объяснения параллелизма между обеими империями.

Работа, начатая Н. А. Морозовым, была продолжена много лет спустя академиком А. Т. Фоменко. Он значительно расширил и углубил сопоставительный анализ истории Средневековья и Древнего мира. Им были составлены списки всех правителей на интервале от 4000 г. до н. э. до 1800 г. и проведен анализ по выявлению дубликатов династий.

Под династией Фоменко понимает последовательность фактических правителей страны безотносительно к их титулатуре и родственным связям. Из-за наличия соправителей иногда возникали трудности в расположении династов в ряд. Поэтому был принят простейший принцип их упорядочения — по серединам периодов правлений. Последовательность правлений в истории государства названа династическим потоком, а ее подпоследовательности, получающиеся отбрасыванием тех или иных соправителей, — династическими струями.

От династической струи требовалось, чтобы она была монотонна, т. е. чтобы середины периодов, входящих в струю правлений, монотонно возрастали, и чтобы она была полной, т. е. без пропусков и разрывов покрывала весь период, охваченный потоком. Перекрытия при этом допускались. В реальных ситуациях по понятным причинам эти требования могут быть слегка нарушены. Например, из рассказа летописца может выпасть год междуцарствия. Поэтому допускались незначительные пробелы длительностью не более года.

Имеется еще одна причина нарушения четкой формальной картины. Иногда трудно с определенностью установить начало правления царя.

Например, считать ли его с момента фактического прихода к власти или от момента формальной интронизации? В то же время с определением конца правления царя обычно трудностей нет. В подавляющем большинстве случаев это смерть правителя. Для начала правления Фридриха II, например, в разных таблицах приводятся различные варианты: 1196, 1212, 1215, 1220 гг. Это привело к необходимости «раздвоения» царя или даже к рассмотрению его в большем числе вариантов. Все эти варианты включались в общий династический поток. При этом требовалось, чтобы ни одна струя не содержала двух различных вариантов одного и того же правителя.

Приведем примеры зависимых исторических династий, выявленных Фоменко.

1) Династия А.

Римская империя, фактически основанная Люцием Суллой якобы в 82–83 гг. до н. э. и закончившаяся Каракаллою якобы в 217 г. н. э.

Династия Б.

Римская империя, восстановленная Люцием Аврелианом якобы в 270 г. н. э. и закончившаяся Теодорихом якобы в 526 г. н. э.

Здесь династия А получается из династии Б сдвигом династии вниз приблизительно на 333 года.

2) Династия А.

Израильские цари якобы 922–724 гг. до н. э. Они описаны в Библии, 1–4 кн. Царств.

Династия Б.

Струя из Римской империи якобы 300–476 гг. н. э.

3) Династия А.

Иудейские цари якобы 928–582 гг. до н. э. Они описаны в Библии, 1–4 кн. Царств.

Династия Б.

Струя из Восточной Римской империи якобы 300–552 гг. н. э.

4) Династия А.

Римские Папы якобы 140–314 гг. н. э.

Династия Б.

Римские Папы якобы 324–532 гг. н. э.

5) Династия А.

Империя Карла Великого от Пепина Геристальского до Карла Толстого якобы 681–887 гг. н. э.

Династия Б.

Струя из Восточной Римской империи якобы 324–527 гг. н. э.

6) Династия А — Священная Римская империя якобы 983–1266 гг. н. э.

Династия Б.

Струя Римской империи якобы 270–553 гг. н. э.

Династия Б получается из династии А смещением последней вниз примерно на 720 лет.

7) Династия Л.

Священная Римская империя якобы 911–1254 гг. н. э.

Династия Б.

Якобы Германо-римская империя Габсбургов 1273–1637 гг. н. э. Династия А получается из династии Б смещением последней вниз на 362 года, как жесткого целого.

8) Династия А.

Священная Римская империя якобы 936–1273 гг. н. э.

Династия Б.

Римская империя якобы от 82 г. до н. э. до 217 г. н. э.

9) Династия А.

Иудейские цари якобы 928–587 гг. до н. э. Описаны в Библии, 1–4 кн. Царств.

Династия Б.

Струя Священной Римской империи якобы 911–1307 гг. н. э.

10) Династия А.

Израильские цари якобы 922–724 гг. до н. э. Описаны в Библии, 1–4 кн. Царств.

Династия Б.

Формальная династия римских коронаций якобы германских императоров в Италии на интервале якобы 920–1170 гг. н. э.

Здесь имеются в виду римские коронации императоров следующих якобы германских династий: саксонская, салийская, или франконская, швабский дом — Гогенштауфены.

Две последние пары особенно поразительны, так как они означают наложение ветхозаветной библейской истории на средневековую историю Европы X–XIV вв. н. э. и частично на восточноевропейскую историю XIV–XVI вв. Это наложение отличается примерно на тысячу лет от наложения, предложенного Морозовым, и на две тысячи лет расходится со скалигеровской хронологией.

Перечислим вкратце некоторые другие примеры династий-дубликатов.

11) Тройное совмещение армянских католикосов с римско-германской империей якобы X–XIII в. и иудейскими царями, описанными в Библии.

12) Первая Византийская империя якобы 527–829 гг. н. э. и Вторая Византийская империя якобы 829–1204 гг. н. э.

13) Вторая Византийская империя якобы 867–1143 гг. н. э. и Третья Византийская империя 1204–1453 гг. н. э. Обнаружено тройное совмещение всех этих трех империй.

14) Сдвиг на 410 лет в русской истории. Оказывается, эпоха 945–1174 гг. н. э. является в значительной степени фантомным отражением, дубликатом эпохи 1363–1598 гг. н. э.

15) Совмещение «античной» греческой истории со средневековой греческой историей при сдвиге на 1810 лет. Этот событийно яркий параллелизм отождествляет отрезок истории средневековой Греции 1250–1460 гг. н. э. с отрезком истории античной Греции якобы 510–300 гг. до н. э.

16) Наложение средневековой истории Англии на средневековую историю Византии.

«Скалигеровский учебник» по древней и средневековой истории Европы и Азии является «слоистой летописью», получившейся склейкой четырех практически одинаковых экземпляров «короткой летописи».

А. Т. Фоменко приходит к выводу, что «Скалигеровский учебник» получается из «короткой летописи» ее сдвигом, как жесткого целого, вниз во времени, на 333 года, 1053 года и 1778 лет соответственно. Указанные величины сдвигов, конечно, приблизительные.

«Скалигеровский учебник», а потому и современный, полностью восстанавливается по своей меньшей части («короткой летописи»), целиком расположенной правее 300 г. н. э. Более того, оказывается, что практически вся масса информации в «короткой летописи» расположена правее 960 г. н. э. Другими словами, каждая историческая эпоха, расположенная левее, ниже 960 г. н. э., является «фантомным отражением» некоторой более поздней исторической эпохи, целиком расположенной справа от 960 г. н. э. и являющейся «оригиналом» всех порожденных ею фантомных дубликатов.

Этот факт справедлив не только для истории Европы, но и для всей глобальной хронологической карты, включая Азию, Египет и т. д.

А. Т. Фоменко проанализировал также династический поток римских епископов. Анализ показал, что епископы до IV в. списаны с более поздних епископов.

Этот список начинается девятью фигурами, которые большинство историков признает фантастичными. «Мифичность римских епископов до 120 г. н. э. признается и протестантскими богословами. Поэтому анализ списка римских епископов он начинает с 140 г. н. э., т. е. со времени, когда, согласно ортодоксальной истории церкви, уже полностью сложилось христианское учение.

Фоменко проводит параллельное сравнение римских епископов со 140 по 314 г. (Первый епископат) и с 314 по 532 г. (Второй епископат). См. приложение № 3.

Наглядно видна их коррелированность и, значит, списанность Первого епископата со Второго. Сравниваемые струи практически полностью исчерпывают династические потоки обоих епископов: в первой струе пропущен только епископ Ансер, усидевший на престоле Петра меньше месяца (и введен период смуты № 11), а во второй струе пропущены два «кратковременных» епископа Марк и Зосим, «двухлетний» епископ Анастасий II и «четырехлетний» епископ Анастасий I в одном варианте пропущен, а в другом объединен с Иннокентием I.

Таким образом, мы видим, что не только «светская» Империя II списана с Империи III, но и отвечающий ей Первый епископат списан со Второго епископата, отвечающего Империи III.

В заключение хотелось бы показать основные выводы Носовского и Фоменко по истории Второго Рима.

1. Тит Ливий описывает «Царский Рим семи царей» со столицей якобы в итальянском Риме. Его книга в основном правдива, но только при ее чтении нужно отдавать себе отчет в том, что на самом деле это — описание Римской Византийской империи X–XIII вв. со столицей в Новом Риме на Босфоре.

2. После Тарквинийской войны Ливии переходит к описанию «республиканского Рима» в Италии. И это тоже верно. Начиная с XIV в. н. э. в Италии возникает итальянский Рим с элементами республиканского правления. Поэтому вторая часть «Римской истории» Ливия уже совершенно правильно локализует описываемые события в Италии. Не исключено, конечно, что к ним многое добавлено из византийской истории X–XV вв. По нашему мнению, Ливии — западноевропейский автор XV или даже XVI в. н. э.

3. Сегодня считается, что Римская империя I–III вв. н. э. — это государство на территории Италии и со столицей в итальянском Риме. По-видимому, это неверно. Это — Византийская империя X–XIII вв. н. э. на территории Византии со столицей в Новом Риме — Константинополе. Хронологический сдвиг составляет здесь примерно 1000 лет.

4. В традиционной истории произошла путаница между Восточным Римом и Западным Римом.

История описывает возникновение двух ветвей Римской империи якобы в IV–VI вв. н. э. — Западной Римской империи на территории Италии со столицей в итальянском Риме, и Восточной Римской империи, впоследствии — Византии, со столицей в Новом Риме на Босфоре.

Чтобы восстановить правильную историю, здесь нужно поменять местами итальянский Рим и босфорский Рим. Не говоря уже о том, что события следует перенести в XIII–XV вв. н. э. Того же эффекта мы достигнем, поменяв местами восток и запад в классических описаниях Римской империи якобы III–VI вв. н. э.

Другими словами, традиционно «западноримские события якобы III–VI вв.» — это византийские события XIII–XV вв., т. е. восточные события. А традиционно «восточноримские события якобы III–VI вв.» — это итальянские события XIII–XV вв., т. е. западные события.

В частности, император Константин Великий основывает в 330 г., т. е. на самом деле примерно в 1380 г., по нашей новой хронологии, не босфорский Рим, а итальянский Рим.

Дело в том, что в традиционной истории произошла путаница между босфорским Римом и итальянским Римом.

При этом в скалигеровской истории западная часть Римской империи гибнет раньше восточной. Якобы в V–VI вв. н. э. Это верно. Но после замены Запада на Восток.

Действительно, в середине XV в. восточная Византия гибнет.

Затем, в традиционной истории восточная часть Римской империи отнюдь не гибнет, а продолжает свое существование якобы в V–VI вв. и якобы под именем Византии. Это тоже верно. Но опять-таки после замены Востока на Запад.

Действительно, после основания итальянского Рима в XIV в. Западная Римская империя начинает свою жизнь и продолжает ее, включая эпоху Габсбургов.

Считая себя наследниками Византийской империи, итальянские и европейские политики объявили свою историю продолжением византийской. И пересадили византийскую историю X–XIII вв. на итальянскую почву.

5. Классическая «античная» Греция — это период с XI в. н. э. до середины XV в., т. е. до захвата Константинополя в 1453 г. В основном это — история крестоносных государств, возникших в этот период на территории Греции и Византии. Государства эти не только воевали, но и создали богатую и разнообразную культуру, объявленную затем «очень древней».

Поскольку античная культура и образованность, как она отражена в «античной» литературе, является мифом, нет никаких оснований предполагать ее реальное существование. Как отмечал Морозов, в истории драматичные картины гибели целых цивилизаций должны уступить место непрерывной эволюционной схеме. Эволюционная теория Морозова не только не отрицает революционных изменений в социально-политических структурах, но непосредственно их предусматривает. Его теория утверждает, что революционные смены общественных формаций не влекут за собой уничтожения накопленных ранее культурных богатств, а, наоборот, способствуют их расцвету и новому быстрому росту, невозможному в мертвящих рамках отмирающей формации. Человеческая культура никогда не прерывалась и не возникала через несколько столетий, как птица Феникс из своего пепла. Лишь гегемония ее преемственно переходила из страны в страну, следуя развитию производительных сил и производственных отношений. Вся культура никогда не гибла; гибли только отдельные центры в результате локальных социально-экономических катастроф (землетрясений, эпидемий, неурожаев, нашествий врагов).

Раннее Средневековье было периодом зарождения европейской культуры. Никакого упадка не было, интерес к науке никогда не исчезал, культура медленно, но верно развивалась. Зияющий провал в культурном развитии человечества, известный как «темные века», является иллюзией, возникшей из-за того, что почти все научные и культурные достижения этого периода были приписаны мифической античности.

В XIII в. устои Византийской империи, или Второго Рима, начинают расшатываться. Окрепшие западные государства стремятся отделиться от империи, расколоть ее. Единственной надеждой Второго Рима становятся восточные фемы-провинции, точнее — Русь.

Сначала великий князь ростовский Георгий Данилович, а затем его брат Иван начинают собирать Русь, создавать регулярную армию и становятся оплотом Империи. Иван Данилович и стал легендарным пресвитером Иоанном, или Белым царем.

Третий Рим зарождается во времена Крестовых походов и так называемого монголо-татарского нашествия.

В средние века вся Западная Европа и весь Ближний, Средний и Дальний Восток ждали пришествия неведомых сил Белого царя, или пресвитера Иоанна, как его называли, с территорий Руси.

В 1145 г. пронесся слух, потрясший всю Европу, о царе первосвященнике Иоанне, который поработит всех. А к востоку от Уральских гор до степей современной Монголии и Китая в средние века ходила другая любопытная легенда об ожидании пришествия Белого царя. Слова «Белый царь» для людей Востока означали царь из-за Урала, из Европы.

Об этой легенде мы узнаем из записки Бадмаева Александру III о задачах русской политики на Азиатском Востоке. Приведем текст этой любопытной записки.

Из этой записки видно, что Восток ждал великого русского (Белого) царя. Но, как мы уже сказали, и Запад жил в ожидании русского царя.

До наших дней сохранилась древняя романтическая легенда об огромном и сильном царстве, управляемом могущественным монархом Иоанном. Фантастическое богатство этого государства поражало, а политическое превосходство перед другими мировыми державами было неоспоримо.

В этой легенде рассказывается, как щедрый Иоанн подарил германскому императору Фридриху драгоценный камень, который стоил больше, чем вся империя Фридриха. От императора требовалась покорность, и он с благодарностью согласился.

Фридрих ответил, что он как знаток соколиной охоты мог бы быть полезным хану. Иоанн предложил ему должность сокольничего (сенешаля), и Фридрих с благодарностью принял это предложение.

Французский король, как и германский император, считал себя подданным Иоанна. Да вряд ли был в мире правитель, который не считал бы себя подданным великого императора. Иоанн, говорит легенда, был равен в общении только с могущественным византийским императором Мануилом. Вот что мы можем прочитать в письме Иоанна, сохранившемся в латинском переводе, к византийскому императору: «Пресвитер Иоанн, всемогуществом Божиим и властью Господина нашего Иисуса Христа Царь Царей, повелитель повелителей, желает другу своему другу Мануилу, князю Константинопольскому, здравствовать и благоденствовать».

Почему же Европа считала себя подданной Иоанна? Почему жители Востока признали себя подданными Белого царя? Ответ на эти вопросы прост — в эти годы на территории Руси формировалась могущественная империя, которая будет названа Третьим Римом.

Об этой Империи читатель знает мало в силу того, что наши представления о развитии цивилизаций в силу ряда причин сильно искажены.

В XII–XIII вв. Византийская империя начинает слабеть. Причиной этого является рост противоречий между ее Западными и Восточными провинциями. Происходит усиление Восточных (сфер?). Особенно усиливается Русь. Она начинает оказывать существенное влияние на Византию, вынуждая ее проводить «восточную политику»!

Западные провинции, естественно, проявляют недовольство восточной политикой Византии. Они начинают борьбу с Русью за власть в Царьграде. Эта борьба сначала носит, так сказать, идеологический, точнее, церковный характер. В Европе начинается процесс трансформации религии.

Как мы говорили выше, в Империи была единая религия — христианство. Русь и Турция придерживаются старой, строгой формы религиозных обрядов. На Западе же христианство модернизируется. Чтобы представить себе религиозный культ Запада того времени, достаточно вспомнить античный пантеон олимпийских богов.

Восток продолжает усиливаться, и тогда западные фемы отвечают на это волной Крестовых походов. Их цель — перехватить власть в Византии. Для обоснования этих походов Запад проводит религиозный раскол внутри единой христианской религии.

Вот как рассматривает Крестовые походы традиционная история.

Крестовые походы — это походы 1096–1270 гг., организованные западноевропейскими феодалами и католической церковью под знаменем борьбы против «неверных», освобождения Гроба Господня и святой земли — Палестины.

Первый Крестовый поход (1096–1099) завершился захватом крестоносцами у сельджуков Иерусалима и образованием Иерусалимского королевства. Второй (1147–1149, повод — взятие в 1144 г. сельджуками Эдессы) и третий (1189–1192, вызван завоеванием в 1187 г. Иерусалима Салах-ад-дином) были безрезультатны. Четвертый Крестовый поход (1202–1204), организованный по инициативе Римского Папы Иннокентия III, был направлен (главным образом усилиями венецианского купечества) против Византии, на части территории которой после захвата крестоносцами Константинополя была создана Латинская империя (1204–1261). Последние походы — пятый (1217–1221), шестой (1228–1229), седьмой (1248–1254), восьмой (1270) — существенной роли не играли. С переходом к мусульманам Акры (1291) крестоносцы полностью утратили свои владения на Востоке.

Крестовыми походами часто называют походы немецких феодалов в XII–XIII вв. против славян и других народов Прибалтики, а также Альбигойские войны.

Рассмотрим подробнее эти походы.

Предпосылками Крестовых походов были: традиции паломничеств к святым местам; изменение взглядов на войну, которая стала считаться не греховным, а благим делом, если велась против врагов христианства и церкви; захват в XI в. турками-сельджуками Сирии и Палестины и угроза захвата Византии; тяжелое экономическое положение Западной Европы во второй половине XI в.

26 ноября 1095 г. Папа Урбан II призвал собравшихся на поместном церковном соборе в г. Клермон отвоевать захваченный турками Гроб Господень. Взявшие на себя этот обет нашивали на одежду кресты из лоскутов и потому именовались «крестоносцами». Отправившимся в Крестовый поход Папа сулил земные богатства в Святой земле и райское блаженство в случае гибели, они получали полное отпущение грехов, с них запрещалось на время похода взыскивать долги и феодальные повинности, их семьи оказывались под защитой церкви.

В марте 1096 г. начался первый этап первого Крестового похода (1096–1101) — так называемый поход бедноты. Толпы крестьян, с семьями и скарбом, вооруженные чем попало, под руководством случайных вожаков, а то и вовсе без них, двинулись на Восток, отметив свой путь грабежами (они полагали, что поскольку они воины Божьи, то любое земное имущество принадлежит им) и еврейскими погромами (в их глазах евреи из ближайшего городка были потомками гонителей Христа). Из 50-тысячного войска Малой Азии достигли всего 25 тысяч, и практически все они погибли в битве с турками под Никеей 25 октября 1096 г.

Осенью 1096 в путь двинулось рыцарское ополчение из разных частей Европы, вождями ею были Готфрид Бульонский, Раймунд Гулузский и др. К концу 1096 г. — началу 1097 г. они собрались в Константинополе, весной 1097 г. переправились в Малую Азию, где совместно с византийскими войсками начали осаду Никеи, взяли ее 19 июня и передали византийцам. Далее путь крестоносцев лежал в Сирию и Палестину. 6 февраля 1098 г. была взята Эдесса, в ночь на 3 июня — Антиохия, года спустя, 7 июня 1099 г., они осадили Иерусалим, а 15 июля захватили его, учинив в городе жестокую резню. 22 июля на собрании князей и прелатов было учреждено Иерусалимское королевство, которому подчинялись графство Эдесское, княжество Антиохийское и (с 1109) графство Триполи. Главой государства стал Готфрид Бульонский, получивший титул «защитник Гроба Господня» (его преемники носили титул королей). В 1100–1101 гг. в Святую землю отправились новые отряды из Европы (историки называют это «арьергардным походом»); границы Иерусалимского королевства установились лишь к 1124 г.

Выходцев из Западной Европы, постоянно живших в Палестине, было немного, особую роль в Святой земле играли духовно-рыцарские ордена, а также образовывавшие особые привилегированные кварталы в городах Иерусалимского королевства переселенцы из приморских торговых городов Италии.

После того как в 1144 г. турки завоевали Эдессу, 1 декабря 1145 г. был объявлен второй Крестовый поход (1147–1148), возглавленный королем Франции Людовиком VII и германским королем Конрадом III и оказавшийся безрезультатным.

В 1171 г. власть в Египте захватил Салах-ад-Дин, который присоединил к Египту Сирию и весной 1187 г. начал войну против христиан. 4 июля в длившейся 7 часов битве близ деревни Хиттин христианское войско было разбито, во второй половине июля началась осада Иерусалима, и 2 октября город сдался на милость победителя. К 1189 г. в руках крестоносцев осталось несколько крепостей и два города — Тир и Триполи.

29 октября 1187 г. был объявлен третий Крестовый поход (1189–1192). Поход возглавлял император Священной Римской империи Фридрих I Барбаросса, короли Франции Филипп II Август и Англии — Ричард I Львиное Сердце. Немецкое ополчение 18 мая 1190 г. захватило г. Иконий (ныне Кония, Турция) в Малой Азии, но 10 июня при переправе через горную речку Фридрих утонул, и деморализованное этим немецкое войско отступило. Осенью 1190 г. крестоносцы начали осаду Акры — города-порта, морских ворот Иерусалима. Акра была взята 11 июня 1191 г., но еще до этого Филипп II и Ричард поссорились, и Филипп отплыл на родину; Ричард предпринял несколько безуспешных наступлений, в том числе два на Иерусалим, заключил 2 сентября 1192 г. крайне невыгодный для христиан договор с Салах-ад-Дином и в октябре покинул Палестину. Иерусалим остался в руках мусульман, столицей Иерусалимского королевства сделалась Акра.

В 1198 г. был объявлен новый, четвертый Крестовый поход, состоявшийся много позднее (1202–1204). Предполагалось нанести удар по Египту, которому принадлежала Палестина. Поскольку у крестоносцев не хватило денег на оплату кораблей для морской экспедиции, Венеция, обладавшая самым мощным в Средиземноморье флотом, запросила в уплату помощь в завоевании христианского г. Задар на Адриатическом побережье, что и произошло 24 ноября 1202 г., а затем побудила крестоносцев двинуться на Византию, главную торговую соперницу Венеции, под предлогом вмешательства в династические распри в Константинополе и соединения православной и католической церквей под эгидой папства. 13 апреля 1204 г. Константинополь был взят и жестоко разграблен. Часть завоеванных у Византии территорий отошла к Венеции, на другой части была учреждена так называемая Латинская империя. В 1261 г. православные императоры, закрепившиеся в не оккупированной западными европейцами Малой Азии, с помощью турок и соперницы Венеции — Генуи — снова заняли Константинополь.

Ввиду неудач крестоносцев в массовом сознании европейцев возникло убеждение в том, что Господь, не давший победы сильным, но грешным, дарует ее слабым, но безгрешным. Весной и в начале лета 1212 г. в разных частях Европы стали собираться толпы детей, заявлявших, что они идут освобождать Иерусалим (так называемый Крестовый поход детей, не включаемый историками в общее число Крестовых походов).

Церковь и светские власти отнеслись к этому спонтанному взрыву народной религиозности с подозрением и всячески препятствовали ему. Часть детей умерла в пути по Европе от голода, холода и болезней, часть достигла Марселя, где ловкие купцы, обещав переправить детей в Палестину, привезли их на невольничьи рынки Египта.

Пятый Крестовый поход (1217–1221) начался экспедицией в Святую землю, но, потерпев там неудачу, крестоносцы, не имевшие признанного вождя, в 1218 г. перенесли военные действия в Египет. 27 мая 1218 г. они начали осаду крепости Дамиетта (Думьят) в дельте Нила; египетский султан пообещал им за снятие осады Иерусалим, но крестоносцы отказались, взяли Дамиётту в ночь с 4 на 5 ноября 1219 г., попытались развить успех и занять весь Египет, но наступление захлебнулось. 30 августа 1221 г. был заключен мир с египтянами, по которому воины Христовы возвращали Дамиётту и уходили из Египта.

Шестой Крестовый поход (1228–1229) предпринял император Фридрих II Штауфен. Этот постоянный противник папства был накануне похода отлучен от церкви. Летом 1228 г. он отплыл в Палестину, благодаря умелым переговорам заключил союз с египетским султаном и в качестве помощи против всех его врагов, мусульман и христиан, получил без единого сражения Иерусалим, куда вступил 18 марта 1229 г.

Поскольку император находился под отлучением, возвращение Святого города в лоно христианства сопровождалось запретом богослужения в нем. Фридрих вскоре отбыл на родину, заниматься Иерусалимом ему было недосуг, и в 1224 г. египетский султан снова и окончательно взял Иерусалим, устроив резню христианского населения.

Седьмой Крестовый поход (1248–1254) был делом почти исключительно Франции и ее короля Людовика IX Святого. Объектом нападения снова стал Египет. В июне 1249 г. крестоносцы вторично взяли Дамиетту, но позднее были блокированы и в феврале 1250 г. сдались в плен в полном составе, включая короля. В мае 1250 г. король был отпущен за выкуп в 200 тыс. ливров, но не вернулся на родину, а переехал в Акру, где напрасно дожидался помощи из Франции, куда и отплыл в апреле 1254 г.

В 1270 г. тот же Людовик предпринял последний, восьмой Крестовый поход. Целью его был Тунис, самое сильное мусульманское морское государство Средиземноморья. Предполагалось установить контроль над Средиземноморьем, чтобы беспрепятственно отправлять отряды крестоносцев в Египет и Святую землю. Однако вскоре после состоявшейся 18 июня 1270 г. высадки в Тунисе в лагере крестоносцев вспыхнула эпидемия, 25 августа умер Людовик, а 18 ноября войско, так и не вступив ни в одно сражение, отплыло на родину, везя с собой тело короля.

Дела в Палестине шли все хуже, мусульмане отбирали город за городом, и 18 мая 1291 г. пала Акра — последний оплот крестоносцев в Палестине.

И до, и после этого церковь неоднократно провозглашала Крестовые походы против язычников (поход против полабских славян в 1147 г.), еретиков (см. Альбигойские войны, Гуситы) и против турок в XIV–XVI вв., но они не включаются в общее число Крестовых походов.

Историки по-разному оценивают итоги Крестовых походов. Одни считают, что эти походы способствовали контактам между Востоком и Западом, восприятию мусульманской культуры, науки и технических достижений. Другие считают, что все это могло быть достигнуто путем мирных связей и Крестовые походы останутся лишь феноменом бессмысленного фанатизма.

Крестовым походам современная история придает чрезвычайно большое значение. В реконструкции новой хронологии их роль вырастает еще больше. Они определили дальнейшие события в Европе и Азии на несколько столетий.

В традиционной истории крестоносцы стремятся освободить Гроб Господень, который находится якобы в Палестине, в Иерусалиме. Но дело в том, что во времена Крестовых походов в Палестине города Иерусалима не было. На месте современного израильского Иерусалима тогда был маленький городок Эль-Кудс. Иерусалимом в те годы называли Царьград на Босфоре. Потом его стали называть Константинополь, сейчас Стамбул. Помните, дорогой читатель, мы с вами в начале книге говорили о перенесении географических названий. Так вот, Иерусалимом был назван палестинский городок Эль-Кудс только в XVII в. Поэтому позднейшие историки отнесли события Крестовых походов в Палестину.

На самом деле Крестовые походы были направлены не в Палестину, а на столицу Византии Царьград. Именно там и находился Гроб Господень. В летописи прямо записано: «Пришел Добрыня Ядрейкович из Царьграда и привез с собою дерево от Гроба Господня, а сам постригся на Хутине у святого Спаса».

Реальная цель Крестовых походов — перехватить власть в Византии. Для идеологического обоснования военных походов на Восток — в Новый Рим выдвинута идея «освобождения Гроба Господня от неверных». Этот лозунг хорошо известен по документам средних веков. Сторонники новой хронологии лишь предлагают взглянуть на него по-новому. По их мнению, на Западе, в частности в фемах-провинциях Франции, Германии, Италии, первичное христианство приобретает черты культа, хорошо знакомого по описанию «античных» авторов. Это вакхический оргиастический культ, вакхические праздники и т. п. На Востоке, в частности на Руси, удерживается форма первичного христианства — более строгая, сдержанная, даже отчасти аскетичная.

С годами назревают противоречия между «восточным христианством» и «западным христианством». Восточные христиане объявляются «неверными». Запад объявил «неверными» своих недавних собратьев по вере — восточные фемы. А поскольку восточные фемы теперь контролировали Царьград (Константинополь), в пригороде которого находилась гора Бейное, а на вершине этой горы была могила Иисуса Христа («Гроб Господень»). На Западе, естественно, зазвучала и нашла живой отклик главная мысль лозунга — пойти войной на «неверных» и освободить Гроб Господень.

Именно поэтому Крестовые походы направлялись в основном на Царьград, т. е. на столицу империи.

Таким образом, Запад ответил на усиление Востока Крестовыми походами — военно-идеологическими мероприятиями. Это была борьба за власть в слабеющем имперском сердце Византии. Так был сделан первый шаг и в направлении религиозного раскола внутри прежде единой христианской религии. Грубо говоря, на «восточные» и «западные» религии.

Накопившиеся противоречия между Западом и Востоком выливаются в кровопролитную и затяжную войну с далеко идущими последствиями для всей истории Европы и Азии.

История Крестовых походов сегодня представлена в виде различных войн, которые мы часто относим в глубокую древность. Так, Крестовые походы отражены в традиционной истории как легендарная древняя Троянская война. Во многих документах она известна также как Тарквинийская война, Готская война и т. д.

В изложении, например, Гомера, под именем «греки» в ней выступал Запад, а под именем «троянцы», ТРК, или ТРНК, — Восток, т. е. готы, «монголы», турки, татары.

Эта война XIII в. н. э. разбивается на целую серию отдельных кровопролитных войн, что и описано, например, якобы «античным» Гомером, средневековым Прокопием.

В XIII в. исход Троянской войны (Крестовых походов) еще не определен — в одних битвах побеждал Запад, в других — Восток.

Но в целом победа склоняется в пользу Востока. 13 апреля 1204 г. Константинополь был взят и жестоко разграблен западными армиями крестоносцев, но в 1261 г. под ударами восточных войск Константинополь переходит в руки армий Востока. На престол сажают никейского императора. В дальнейшем Никейская династия стала склоняться в сторону Запада. Восточным армиям снова пришлось брать Константинополь.

Восточные фемы Византийской империи стали объединяться вокруг Руси, получившей позднее на Западе название Ордынская Монгольская империя, или Монголия. Название «Монголия» в переводе с греческого означает «Великая». Монгольская империя означает «Великая империя».

Помимо русских в состав империи входили народы других национальностей. Формировалось многонациональное государство, превосходившее по своим размерам Российскую империю XX в.

Эта «битва народов» закончится в 1453 г. полным падением агонизирующей старой Византийской империи, захватом восточными войсками Константинополя. Таким образом, в итоге все-таки победил Восток.

Естественно, возникает вопрос: что представляли собой победители — восточные фемы Византийской империи? Как и за счет чего им удалось победить западные войска крестоносцев?

Мы, уважаемый читатель, подошли к очень важному моменту в истории формирования мировых цивилизаций.

На историческую арену во всей силе и могуществе выходит Русь. Дело в том, что на основе одной из прежних византийских фем-провинций, вышедшей из-под контроля ослабевшей Ромейской империи, формируется новая политическая сила Руси, получившая на Западе название Ордынская Великая империя.

Дело в том, что Русь и Ордынская Великая империя — это название одного и того же государства. Ее еще называли Монгольской империей. Само название «Монголия» происходит от греческого слова «Мегалион», т. е. «Великий». Еще русский историк Карамзин и многие другие Монголию называли Моголией. Иностранцы называли Русь Монголией, как перевод русского слова «Великий». До сих пор Восточная Русь называется Велико-Россией (Великороссией). Следовательно, «Монгольская империя» — это «Великая империя», т. е. средневековая Русь, а «Монголия» — внешнее название Руси-Орды, которое использовали иностранцы.

Здесь следует подчеркнуть, что еще Л. Гумилев отмечал, что ханами были правители авар, болгар, венгров и даже русов: этот титул носил Владимир Святой, Ярослав Мудрый и, наконец, его внук — Олег Святославич.

Русь тогда была не единым государством, а множеством раздробленных княжеств, или орд. Во главе этих княжеств стояли обрусевшие потомки византийских наместников из знатных родов. Одним из таких княжеств было Ростовское, где на престоле восседал великий князь Георгий Данилович, которому суждено было стать основателем Русско-Ордынской «Монгольской» империи. А начинает он с объединения Руси, присоединив сначала Поволжье, а затем планомерно продвигаясь на запад.

Таким образом, основоположником этой империи стал ростовский князь Георгий Данилович. В русских летописях — Рюрик, Юрий Долгорукий, Мстислав Удалой, Георгий Всеволодович.

В иностранных источниках он известен как Чиркам, Чино-гиз, Давид, Пресвитер Иоанн. Он же Юлий Цезарь, т. е. Юрий Цезарь, Юрий царь.

Георгий Данилович нам больше всего известен и как крупнейший военачальник того времени, и как Чингисхан. Именно он создал профессиональное войско — Орду. Орда — это русское войско. Слово «орда» означает ряд, порядок.

Ростовский князь Георгий Данилович обладал живым умом и ясным видением перспективы развития. Он понимал, что межгосударственные и внутренние княжеские распри ведут к полнейшему краху рода человеческого. Кровь и страдания заполнили сердца людей. Война не давала возможности пахать землю и собирать урожай, выращивать скот, строить города, заниматься ремеслами.

Мир пребывал в состоянии хаоса — «тело без головы, государство без законов. У каждого свой повелитель, у каждого повелителя свой собственный интерес».

Нужно было во что бы то ни стало остановить пожар кровавых войн. Нужна была какая-то сила, которая могла бы воспрепятствовать распрям и войнам.

Георгий Данилович видел один-единственный выход — создание объединенной, профессиональной армии, которая могла бы разводить враждующие стороны. Эта армия должна состоять из представителей разных народов и княжеств.

Для создания такой армии нужно было найти среди соседних князей сторонников этой идеи. Сторонники нашлись, и первоначально было создано ядро княжеских дружинников, готовых полностью посвятить себя военному делу для борьбы с междоусобицей. Это ядро профессиональных воинов стало называться рыцарским орденом. Иногда их называли ордой. Потом эта орда стала называться великой ордой. Слово «орда» означало лагерь, или военную ставку хана. От него произошло английское слово horde (hard — орда, ватага, шайка, толпа, народа).

Следует отметить очевидную близость слов «орда» и русско-украинского «рада», т. е. совет, или ряд, порядок. Отсюда же происходит и русское слово «род». Все эти слова одного корня — «род» и означают упорядоченное общество, общину. Отсюда и слово «народ». Слова «рада» и «род» на Руси давно и хорошо известны. Например, в один из периодов эпохи «Грозного Царя» действует Избранная рада.

В южнославянском, украинском языке до сих пор известно слово «рада», что также означает совет, собрание старейшин. Естественно считать, что «орда» и «рада» (род) — одно и то же славянское слово, означающее совет, правительство. Отсюда же могло потом пойти и латинское ordo — порядок, и немецкое ordnung — порядок. А направление заимствования зависит только от выбранной хронологии.

По свидетельству Герберштейна (XVI в.) «Орда… на их языке [т. е. «татарском»] значит собрание или множество».

Сегодня мы привыкли к тому, что слово «орда» относилось лишь к толпам диких кочевников. Однако еще в XVII в. употребление этого слова было другим. Оно означало просто войско. Вот примеры употребления этого слова в старых хрониках XVI–XVII вв. «Яган третий… Полюбили его свейские орды владети тем королевством». Еще пример. «Начат же с собою поднимати орды немецкие». Таким образом, слово «орда» в значении «войско» успешно прикладывалось и к шведским, и к немецким войскам. И, естественно, к русским. «А ордынци и людей, а не знают своя служба по старине».

Слово «великий», как мы уже отмечали, переводилось как мегалион. Вот почему впоследствии войско стало называться монгольской ордой. Дружинники, или рыцари, стали называться монголами, т. е. великими. Руководитель ордена стал называться ханом, или монгольским императором.

Каждый князь, входивший в орден, выделял десятую долю своего имущества и людей для нужд ордена. Дружинники, или, как их называли, рыцари, монголы занимались только военным делом. Они были, как принято говорить сейчас, профессионалы.

Постепенно возникла имперская идея ордена. Как справедливо отмечал Г. В. Вернадский, монгольские императоры вели свои войны с очевидной целью достижения всеобщего мира и международной стабильности. В случае достижения этой цели ценой безопасности человечества становилось постоянное служение государству каждого и всех; это должно было установить порядок жизни и социального равенства. Богатые будут служить государству так же, как и бедные; и бедные должны быть защищены от несправедливости и эксплуатации со стороны богатых.

Уклад жизненных норм и законов был определен в кодексе ордена, получившем название Яса. Яса не является законодательством в прямом смысле слова. Она, как верно отметил Вернадский, была монгольским (великим) императорским законом. Для воинов орды она была обобщенной мудростью основателя империи. Общая идея Великой Ясы, как отмечал Вернадский, сводилась к следующему:

1. Следует возвеличивать и уважать чистых, непорочных, справедливых, ученых и мудрых, к каким бы людям они ни принадлежали; осуждать злых и несправедливых людей.

2. Первым является следующее: любите друг друга; во-вторых, не совершайте прелюбодеяние; не крадите; не лжесвидетельствуйте; не предавайте кого-либо. Уважайте стариков и детей.

3. Уважать старые и возникающие новые религиозные обряды и не выказывать предпочтения какому-либо из них.

4. Нужно избегать фанатизма и не предпочитать одну веру другой, не превозносить одних над другими. Поддерживать престиж любимых и уважаемых мудрецов и отшельников любого племени, рассматривая это как акт любви к Богу.

Одной из посылок Ясы было «уважение старых и бедных». С точки зрения Ясы, каждая нация, отказывающая признать высший авторитет великого хана, рассматривалась как восставшая. Как справедливо отмечал Эрик Фогелин, «Монгольская империя не есть государство среди других государств мира, a imperium mundi statu nascendi, а представляет собою Мировую-империю-в-Процессе-Становления».

Можно констатировать следующую иерархию трех основных элементов концепции имперской власти:

1. Бог (Небо — Вечное Небо).

2. Чингисхан (Данный Богом). Его называли также «Высший хан» (Далай-хан), «величайший, могущественнейший». Таким образом, Чингисхан это не имя, а титул.

3. Правящий император.

Великая империя, в понимании ростовского князя Георгия Даниловича, была инструментом Бога для установления порядка на земле.

Создание императорской гвардии стало одной из главных задач Георгия Даниловича. Им был заложен принцип десятичной организации армии. «Бойцами» рекрутируются мужчины от двадцати лег и старше. Для каждого десятка должен назначаться офицер, и для каждой сотни, и офицер для каждой тысячи, и офицер для каждых десяти тысяч Ни один воин из тысячи, сотни или десятка, в которые он был зачислен, не должен уезжать в другое место; если он сделает это, то будет убит, и так же будет с офицером, который принял его (Аб-уль-Фарадж, разд. 5 и 7). Армия империи, орда или орден, называйте как угодно, вскоре стала наилучшей военной организацией мира в этот период. В основном орда состояла из кавалерии, сопровождаемой инженерными войсками. Стратегия и тактика армии базировались и развивали идеи кавалерийских армий степных народов — лучших из всех известных.

Основная черта жизни степных кочевников и основание их армий базировались на идее «культуры коневодства». Любой кочевник — прирожденный кавалерист. Мальчики начинают ездить на коне в раннем детстве. Каждый юноша — идеальный кавалерист. Кроме того, каждый степной житель — прирожденный разведчик. При кочевой жизни обостряется острота зрения и развивается зрительная память, вырабатывается необыкновенная выносливость.

Степные лошади могут покрывать длинные расстояния с короткими передышками, нетребовательны к еде. Они могут питаться пучками травы и листьев, найденными на своем пути. Каждое подразделение имперской гвардии использовало коней особой масти: черные, рыжевато-коричневые, гнедые, пегие.

Стандартным вооружением были лук и стрела. Каждый лучник обычно имел при себе до четырех коней, скача на каждом по очереди. При нем были обычно два лука и два колчана. Лук был очень широк и принадлежал к сложному типу. Он требовал гораздо большего натяжения, чем, скажем, английский длинный лук; его поражающая дистанция составляла от 200 до 300 шагов.

Воины тяжелой кавалерии были вооружены саблей и копьем, а в дополнение — боевым топором или булавой и лассо. Их защитное вооружение состояло из кожаного или железного шлема и кожаной кирасы или кольчуги. Кони также были защищены кожаными головными пластинами и доспехами, предохранявшими верхнюю часть туловища и грудь. Седло делалось прочным и приспособленным для езды на дальнее расстояние. Крепкие стремена давали хорошую опору всаднику, державшему лук.

Вооруженные силы делились на три группы — центра, правой и левой руки. Каждое десятитысячное соединение (темен) состояло из различных социальных групп. Это делалось с тем, чтобы большие армейские соединения были скорее приверженными империи, нежели старым родам и племенам.

Предводители больших соединений назначались лично императором. Основным критерием выдвижения была талантливость личности вне зависимости от социального происхождения.

Специальные офицеры (юртчи) назначались для планирования диспозиции войск, направления движения армий в течение кампании и расположения лагерей. Они также отвечали за разведку. Должность главного юртчи напоминает должность квартирмейстера в современной армии. Комиссарские службы входили в обязанность так называемых черби. Вся военная организация была под постоянным наблюдением и инспекцией императора.

Армия была сплочена сверху донизу железной дисциплиной, которой подчинялись как офицеры, так и простые воины. Начальник каждого подразделения нес ответственность за всех подчиненных.

Перед началом большой кампании для обсуждения планов и целей войны собирался совет — курултай. На нем присутствовали начальники всех крупных армейских соединений, они получали необходимые инструкции от императора. Выслушивались показания разведчиков. Определялась территория, где надлежало сконцентрировать армии до выступления, и пастбища вдоль дорог, по которым пойдут войска.

Армия никогда не вступала на вражескую землю, не собрав о ней достаточной и надежной информации. Использовались любые разногласия в стане врагов. Недовольных в стане врагов поддерживали, склоняя их на свою сторону. Задолго до того как войска достигали вражеской страны, секретные агенты, находившиеся там, старались убедить религиозных инакомыслящих, что будет установлена веротерпимость; бедных убеждали в том, что им помогут в борьбе с богатыми; богатых купцов убеждали в том, что дороги станут безопасными для торговли. Всем вместе обещали мир и безопасность, если они сдадутся без борьбы, и ужасную кару, если окажут сопротивление.

Войско выходило в поход несколькими колоннами, осуществлявшими операции на некотором расстоянии друг от друга. Каждая колонна состояла из пяти частей: центра, правой и левой рук, арьергарда и авангарда. Связь между колоннами поддерживалась через посланников или дымовыми сигналами. Приказы передавались также поднятием и движением флагов. Способность командиров отдельных колонн к координации своих действий была поразительной. Они действовали, как часовой механизм.

Легкая кавалерия первой входила в битву. Она изматывала врага постоянными атаками и отступлениями, а ее лучники поражали ряды противника с расстояния. Всадник галопом проносился мимо выстроившихся перед ним рядов противника и прежде всего пускал в ход стрелы. Когда же их огонь вносил беспорядок во вражеские ряды, имперские сотни брались за сабли. Они всегда начинали атаку с флангов, нанося именно там первый удар и отвлекая внимание неприятеля. Если враг был дисциплинирован и стоек, его продолжали обстреливать до тех пор, пока под прикрытием этого огня свежие силы не заходили в тыл к врагу. Когда приближался неприятель, навстречу ему высылался мощный головной дозор конных разведчиков, рассыпавшийся по степи широким полукругом, в свою очередь выставлявший перед собой мобильные аванпосты. Этот заградительный щит предупреждал малейшую возможность нанесения внезапного удара по главной армии, а также проводил общую рекогносцировку местности. Именно так позднее поступал и Наполеон Бонапарт.

В зимнюю кампанию воины были одеты в меховые шапки и шубы, войлочные носки и кожаные сапоги. Они круглогодично носили шелковое нижнее белье. Каждый воин имел при себе запас сушеного мяса, кожаный кувшин для воды и кумыса, набор для отточки стрел, шило, иголку и нитки.

На вооружении были осадные механизмы и артиллерия. Дистанция поражения — 400 метров.

Внезапность и военная хитрость — вот характерные и основные признаки военной стратегии. Как отмечает военный историк С.-С. Уолкер, в английском языке слово «татарин» обозначает человека, который, будучи внезапно атакованным и преследуемым, после притворною бегства поворачивается назад и наносит своему преследователю смертельный удар. В этом заключается «ключ» к пониманию способа ведения войны.

Время, когда вражеский полководец начинал думать, что одержал победу, становилось началом поражения его армии. Вот как описывает такой способ ведения войны Марко Поло: «Совершенно справедливо и то, что когда враг видит их бегущими и уже воображает, что выиграл сражение, он уже повержен и наверное погиб, ибо татарские всадники и колеса их телег поворачиваются в тот момент, когда они сочтут, что подходящее время пришло».

Они преследовали разгромленные ими армии, не считаясь со временем, вплоть до их полного истребления, и даже если из их рук ускользал один лишь командующий разгромленным войском, для его поимки не жалели ни сил, ни времени, подчас многие месяцы объезжая, осматривая и прочесывая местность.

Если же войска приступали к осаде города или крепости, го в очень редких случаях отступали от задуманного и не оставляли ее, даже если блокада города грозила затянуться на многие месяцы.

Для ведения осады использовалась эффективная техника. Если предвиделась длительная осада, на некотором расстоянии от города воздвигалась деревянная стена вокруг него, с тем чтобы предотвратить поставки извне и отрезать гарнизон от связи с местной армией за пределами городской территории. Ров вокруг засыпался. Приводились в действие осадные машины.

Войскам строго приказывалось подбирать на поле боя и вывозить в безопасное место раненых, тщательно собирать на поле брани тела всех убитых товарищей и предавать их погребению.

Подготовка к лагерной жизни в имперской армии начиналась в раннем возрасте. Охота рассматривалась как отличная тренировка для взрослых воинов. Это явствует из статуса об охоте, включенного в Ясу. Начало зимы определялось как сезон большой охоты. Предварительно направлялись приказы войскам, прикрепленным к ставке великого хана (князя), и в орду, или в лагеря князей. Каждое армейское подразделение должно было выделить определенное количество людей для экспедиции. Охотники разворачивались как армия — с центром, правым и левыми флангами, каждый из которых находился под командованием специально назначенного предводителя. Затем имперский караван во главе с великим ханом направлялся к главному театру охоты. Вокруг огромной территории, определяемой для охоты, которая охватывала тысячи квадратных километров, формировался круг облавы, который постепенно сужался в течение нескольких месяцев, загоняя дичь к центру, где ожидал великий хан. Если круг не охранялся соответствующим образом и какая-либо дичь ускользала, то командующие офицеры — тысячники, сотники и десятники, отвечали за это лично и подвергались суровому наказанию.

Великий хан Георгий Данилович, или Чингисхан, был абсолютным монархом. Он был Богом Пяти Цветов. Как известно, различные цвета обозначали разные стороны света. Черный был цветом севера, красный — юга, синий — востока, белый — запада. Центральная территория была представлена желтым цветом. Все вместе пять цветов символизировали весь мир. Желтый цвет стал императорским цветом. Поскольку желтый цвет — цвет золота, государственный шатер в орде великого хана стал известен как Золотая Орда (Алтан Орда).

Будущие императоры и ханы избирались исключительно из мужского рода.

Хребтом администрации империи была армия. Лагерь каждого из армейских командиров становился центром местной администрации. Через армейских офицеров народ узнавал приказы Великого хана. Когда было необходимо, собиралось заседание ханского совета.

Организация почтово-конной службы была важна для поддержания быстрой связи через курьеров между центральным правительством и его местными представительствами, равно как и для координации действий армейских соединений. Почтово-конные станции строились через определенные интервалы на главных дорогах. Определенное количество всадников, возниц и служащих, равно как и коней, быков и кибиток, приписывались к каждой станции. Несколько коней стояли постоянно оседланными для имперских курьеров. Каждый курьер носил пояс с колокольчиками. «И когда те, кто находился на следующем посту, слышал колокольчики, они готовили следующего коня и человека, экипированного таким же образом».

Был создан Ямской департамент для наблюдения за почтово-конной службой. Почтовые дороги были разделены с целью лучшей организации управления на множество районов. Лежащие рядом тумены должны были поставлять все необходимое для поддержания службы каждого ямского района. По всем линиям были через 25 верст установлены ямы, на которых находилось до 400 лошадей… На всех реках были установлены паромные и лодочные переправы, обслуживание которых также производилось русским народом…

Таким образом, российская система сообщений, просуществовавшая до конца XIX в., также была введена «монголами». В том числе всем известные ямщики. И даже само название «ямщик» — «монгольского» происхождения. Русские летописцы с началом господства Орды прекратили записи только о взаимоотношениях князей, а стали больше писать об отношениях князей с Ордой. Сведения о внутреннем устройстве Золотой Орды оставлены иностранными купцами, совершавшими путешествия через земли Золотой Орды.

Росла империя. Территория ее постепенно охватила всю Европу, земли современной Монголии, Китая, Индии. Об этом мы узнаем из многих дошедших до нас свидетельств. Так, современник Петра I, некий Виниус, составил таблицу расстояний от Москвы до различных столиц. Он в то время ведал Посольским, Аптекарским и Сибирским приказами, а также занимался еще и почтовыми делами. Виниус был организатором почтового дела в России, первым почтмейстером. Таблица Виниусом была составлена на основе старой книги, хранившейся в то время в Посольском приказе. Эта книга называлась «Книга, именуемая водных мер и иных принадлежащих описание Российского государства от первопрестольного по алфавиту его царского величества града Москвы». Из этой книги Виниус извлек данные о расстоянии от Москвы до Парижа, Багдада, Вены, Мадрида, а также до Мексики. Старая русская книга рассматривала не только европейские столицы, но даже американскую Мексику как часть Российского государства!

Анализ расстояний от Владимира до европейских и азиатских столиц дает поразительные результаты. Оказывается, все столицы строились по единому плану. Само географическое расположение большинства европейских и азиатских столиц несет в себе следы некоторого древнего порядка. Этот порядок проявляется в концентрическом расположении этих столиц вокруг некоторого центра. Этот центр — русский город Владимир (т. е. Владеющий Миром).

Расстояния от Владимира до разных столиц всегда кратны тысяче верст. Владимир является центром нескольких окружностей, вдоль которых располагались все столицы. Из всего сказанного можно сделать следующий вывод. Под владычеством Великой империи на огромных просторах Евразии возникла система торговых путей, соединяющих центр империи (Владимир) с самыми отдаленными ее землями (такими, как, например, Китай, Испания и Египет). Колонизация происходила во времена становления и развития империи. Центры управления (наместничества) начали располагать вдоль торговых путей империи. Их строили через одно и то же расстояние — тысяча верст. Такая система вносила разумный порядок в торговлю, в курьерскую службу и т. д. В таком случае великий хан империи мог знать, сколько времени потребуется курьерам, чтобы доставить из столицы империи приказ в ту или иную область. Империя «набрасывала» на географическую карту нечто вроде паутины, в узлах которой, вдоль радиусов, исходящих из центра, возникали местные центры управления.

Следует особо отметить, что администрация империи проводила программу поддержки нуждающихся. Среди обязанностей императора была помощь бедным. Собрание высших чиновников и военных вождей рекомендовало ввести специальный налог для создания благотворительного фонда.

Можно много говорить о влиянии имперских порядков на экономическое, политическое и духовное развитие Руси. Часто можно слышать, что татаро-монгольское иго отбросило Русь на столетия назад. На самом деле ига, как его принято понимать в традиционной истории, не было. Интересным, например, фактом является то, что в этот период происходит укрепление на Руси христианства. Именно в годы становления и развития империи интенсивно строятся монастыри и церкви. Согласно Ключевскому, в первое столетие монгольского периода было основано тридцать монастырей и примерно в пять раз больше — во второе.

А. А. Гордеев отмечал, что «в ставке хана с первых дней образования Орды был построен православный храм. С образованием военных поселений в пределах Орды начали строиться повсюду храмы, призываться духовенство и налаживаться церковная иерархия. Митрополит Кирилл из Новгорода переехал жить в Киев, где им была восстановлена митрополия всея Руси».

Задумаемся на мгновение. Ведь в действительности все это звучит странно, если придерживаться традиционной точки зрения. Судите сами. «Монгольский» завоеватель, вероятно, даже не знавший русского языка, а тем более русской веры начинает строить по всей им завоеванной империи враждебные ему православные храмы. А митрополит тут же переезжает в Киев, как только его взял Батый. А. Т. Фоменко и Г. В. Носовский дают простое объяснение: никакого иноземного завоевания тут на самом деле, по-видимому, нет. Попросту русская военная власть = Орда ведет обычное государственное строительство институтов империи: строит храмы и т. п. Это — естественные события внутри развивающегося государства.

Когда средневековые западноевропейцы рассказывали о России, они время от времени писали так: «Такой-то московский государь выступил с татарами в такой-то военный поход».

Вот, например, цитата из книги Герберштейна (XVI в.): «В 1527 г. они (т. е. московиты) снова выступили с татарами (?) (mit den Tartaren angezogen), в результате чего произошла известная битва при Каневе (?) (bev Carionen) в Литве». Вопросительные знаки поставлены здесь современными комментаторами, которым, конечно, все это не очень нравится.

Еще один пример аналогичного характера. В средневековой немецкой хронологической таблице, изданной в Брауншвейге в 1725 г., написано: «Иван Васильевич со своими татарами взял в свое царство Казань и Астрахань».

Современных комментаторов смущает этот странный обычай московских правителей идти на войну не со своим войском, а с какими-то загадочными татарами.

Фоменко и Носовский по этому поводу говорят, что татары и были казацким войском, т. е. казацкой ордой, московских царей. Все становится на свои места.

В состав Великой империи вошла вся Европа. Следы зависимости Европы от империи мы видим повсюду. Заметны они и в западноевропейских родословных известных фамилий.

Обратим внимание читателя на известный средневековый род де ла-Рош, участвовавший в XIII в. н. э. в завоевании Греции и Византии. Оттон, или Одо де ла Рот — рыцарь-крестоносец — был правителем Афин в 1205–1225 гг. н. э.

При этом Оттон де ла-Рош-сюр-Лунион, сеньор де-Рэ принадлежал к одному из знатнейших родов Бургундии. Ознаменовал себя храбростью при осаде Константинополя. Он считается владельцем богатых фиванских земель и «родоначальником фамилии Рош».

Рассказу об участии многочисленных представителей рода ла-Рошей в войнах XIII в. н. э., описанных затем как Троянская война (по реконструкции новой хронологии), посвящено много фрагментов труда Ф. Грегоровиуса.

Как считают Фоменко и Носовский, французский род ла-Рошей ведет свое происхождение от завоевателей Европы — русских-ордынцев.

Они обратили внимание и на не менее известный французский род Рошфоров. Рош-форы, рыцари-крестоносцы, имя которых, с учетом постоянного перехода «Ф» в «Т» и наоборот, тождественно с Рош-Тр, т. е. Рош-франки, также, вероятно, происходили от русских-турок или русских-татар.

О рыцарях Рош-Тр = Рошфорах много говорится в средневековых хрониках, рассказывающих о войнах XIII в. н. э. на территории Византии и Греции.

Среди рыцарей-крестоносцев мы видим и выходцев из французского Руссильона. Не исключено, что и название Руссильон на территории Франции является следом бывшего русско-ордынского нашествия на Западную Европу.

Итак, по мнению Фоменко и Носовского, значительная часть французской аристократии являлась, вероятно, потомками славян, заселивших когда-то эти области Западной Европы. Потому аристократы и сохранили в своих родовых именах названия Русь, Рош и т. д. А затем первоначальный древний смысл этих названий был в значительной степени забыт.

Вспомним здесь также и французских рыцарей-крестоносцев из рода Брашэ, например «Пьера де Брасье (де Брашэ, де Брашель, де Брешаль)… брат Гюга (т. е. Гога) де Брасье». Вероятно, здесь мы видим имя П-Рашэ, т. е. П-Руссию = Пруссию, или имя П-Рашу, или Б-Руссию, т. е. Бело-Руссию = Белую Русь.

Получается, что Белая Орда также оставила свой заметный след во Франции после того, как русско-ордынское завоевание схлынуло с территории Западной Европы.

Или вот, скажем, французский клирик Пьер де Росси. Не исключено также, что и имя Роже, встречающееся среди рыцарских имен, тоже родственно с Рош или Раш.

После сказанного любопытно пристальнее вглядеться в списки рыцарей-крестоносцев, воевавших на территории Византии и Греции в XIII в. н. э. Фоменко и Носовский обнаружили среди них, кроме имен типа Рош или Рош-Фр = Рош-Тр, еще и имя народа Гог (т. е. готов — казаков, по реконструкции новой хронологии).

Вот, например, Робер де Клари — автор хроники «Завоевание Константинополя» — описывает взятие Константинополя в 1203–1204 гг. Он начинает свою книгу перечислением наиболее известных рыцарей-крестоносцев, участвовавших во взятии Константинополя. И вот среди них мы видим следующих ГОГов:

Далее, среди основных героев-рыцарей Робер де Клари называет трех Готье и двенадцать Гюи.

Отметим также крестоносца Гига, графа де Форэ, участника четвертого Крестового похода. Его имя звучит как Гог-Тр, т. е. Гог-турок.

Фоменко и Носовский обращают внимание и еще на один известный франкский род, де Монфор, т. е. Мон-Тр, что могло когда-то означать МОНгол-турок, или МОНгол-татарин, т. е. великий турок, татарин.

Рыцарь Жоффруа де Виллардуэн — автор хроники «Завоевание Константинополя», маршал Шампаньи и один из предводителей четвертого Крестового похода, перечисляет одиннадцать Готье и восемнадцать Гюи среди основных героев похода. Здесь мы видим, в частности, Гюга де Брасье (Брашэ), т. е. опять-таки Гога Б-Русса, или Гота П-Русского (или Гота Бело-Русского?).

Кроме того, они обращают внимание на рыцарей-крестоносцев, носивших имя Монферратский, т. е. имя Мон-ТРРТ. Здесь, по их мнению, звучит имя монгол-татарин, МОНгол-тартарский, или МОНгол тартар = «адский», «ужасный». Более того, Бонифаций Монферратский, т. е., по-видимому, МОНгол татарин, был предводителем четвертого Крестового похода начала XIII в., маркизом и королем Фессалоникийским (1204–1207).

Или вот, скажем, рыцарь-крестоносец «Годфруа де Торон — феодальный владетель в Иерусалимском королевстве». Его имя Гот-ТР де ТРН, по-видимому, также происходит от Гот — троянец — франк — турок.

Таким образом, отмечают Фоменко и Носовский, здесь мы сталкиваемся с лингвистическими следами того, что монголо-татары возглавляли нападение на Константинополь в XIII в.

Эти факты еще раз подтверждают гипотезу новой хронологии — русские участвовали вместе с турками во взятии Константинополя.

Георгий Данилович погиб в битве на реке Сити, но его войска ее выиграли.

Создатель Русско-Ордынской, или «Монгольской», империи — Георгий = Чингиз-Хан — оставил глубокий и неизгладимый след в мировой истории.

Память о Георгии (Чингиз-Хане) проникла в мировую историю глубже и шире, чем мы это представляли себе до сих пор. Память о нем сохранилась не только на всей территории Великой (Монгольской) империи, но и в тех землях, которые оказались в сфере ее влияния.

Эта историческая фигура XIV в. н. э. и легла в основу широко распространившегося по всему миру культа святого Георгия Победоносца. Вот что говорит энциклопедия «Христианство».

Что такое древняя Сирия? В части летописей Сирия, Ассирия, или Ашур, как мы уже выяснили, — это просто обратное прочтение названия Русь, Россия, Раша, библейский Рош. Как мы видим, здесь христианское предание правильно связывает св. Георгия именно с Русью-Ассирией. Напомним, что название современной Сирии было принесено сюда, согласно реконструкции новой хронологии, из Руси-Орды во время великого («монгольского») завоевания.

Энциклопедия продолжает: «По сказаниям Метафраста, св. Георгий происходил из знатного каппадокийского рода, занимал высокое положение в войске».

Верно, отмечают авторы новой хронологии. Стоял во главе всех войск Орды. Христианское предание говорит далее, что затем св. Георгий сложил с себя военный сан и явился «исповедником христианства», за что якобы был обезглавлен и канонизирован как мученик христианской церкви. Поскольку Орда и ее вожди, в том числе и Георгий = Юрий, были православными христианами, распространявшими христианство на все завоеванные ими страны, то, естественно, что культ Георгия Победоносца поддерживался именно христианской церковью.

Конечно, святой Георгий, именем которого и был назван при крещении Чингиз-Хан (Георгий Данилович), был уже известен в XIV в. Но затем яркая личность Чингиз-Хана — Георгия стала основным наполнением этого уже нового культа Георгия Победоносца. Недаром даже иконописный образ св. Георгия изменился в XIV в. Его стали изображать на коне, с копьем, т. е. очень своеобразно, не так, как всех остальных христианских святых. В то же время известно, что первоначальные, древние изображения св. Георгия были обычными.

И прозвище Победоносец появилось лишь благодаря личности Чингиз-Хана Георгия. А то, что Георгия Победоносца чтят и мусульмане, лишь подтверждает реконструкцию, что в XIV в. мусульманство еще не выделилось из православия.

На Руси «с первых времен христианства его имя давалось членам великокняжеского семейства: уже в 988 году великий князь Ярослав получил при св. крещении имя Георгия».

Ярослав Мудрый (хан Батый) — родственник Георгия Даниловича (Чингиз-Хана) и продолжатель его дела объединения Руси. Поэтому появление имени Георгий в «биографии» Ярослава — вполне закономерно.

Ярослав основал в Киеве монастырь Св. Георгия и повелел по всей Руси «творити праздник» св. Георгия 26 ноября. После победы над чудью великий князь Ярослав-Георгий, т. е. хан Батый, он же Иван Калита, устроил в трех верстах от Новгорода Юрьев храм, т. е. храм Георгия = Юрия = Гюргия = Рюрика, на месте которого существует Юрьев монастырь. Св. Георгия изображают юношей, воином на белом коне, копьем поражающим дракона. Со времен Ярослава, т. е. со времен хана Батыя = Ивана Калиты, такое изображение встречается на княжеских печатях и монетах. С Дмитрия Донского св. Георгий считается покровителем Москвы.

И это тоже понятно, отмечают Фоменко и Носовский. Согласно обнаруженному параллелизму, основатель Москвы Юрий Долгорукий — один из дубликатов Георгия Даниловича (Чингиз-Хана). Потому и появился на гербе Москвы Георгий Победоносец, поражающий дракона.

С XIV в. изображение всадника на коне становится эмблемой Москвы (затем входит в герб города Москвы, а позже — в состав государственного герба Российской империи). В царствование Федора Ивановича монету с изображением св. Георгия давали за храбрость воинам для ношения на шапке или на рукаве.

Недаром на Руси большим почетом пользовался Георгиевский крест. Орден св. Георгия учрежден в 1769 г. для награждения офицеров и генералов за военные отличия. Исказив предыдущую древнерусскую историю, отмечают Фоменко и Носовский, Романовы тем не менее не могли отказаться от знаменитого символа св. Георгия. Но, конечно, постарались изгладить память о том, что Георгий — это хан Орды — Рюрик = Чингиз-Хан = Юрий Долгорукий.

Почитался культ святого Георгия Победоносца и в Европе, и в Азии. Энциклопедия «Христианство» пишет: «На Западе почитание св. Георгия и храмы в его честь явились в конце V — начале VI в., и особенно со времени Крестовых походов». По новой математической хронологии — это как раз XIV–XVI вв., когда Русско-Турецкая Ордынско-Атаманская империя распространилась и на Запад, принеся туда и культ Георгия.

Ричард Львиное Сердце верил в особое покровительство, оказываемое св. Георгием. Английский орден Подвязки, учрежденный Эдуардом III, считает св. Георгия своим патроном.

Св. Георгий сделался до того народным, что чуть ли не в каждой стране имя его переделывалось на особый лад:

Иорге у средневековых немцев,

Жорж у французов,

Егорий или Юрий у русских,

Герги у болгар,

Хорхе у сербов,

Джерджис у арабов и т. д.

Иногда Георгий прославлялся под туземными именами. Например, Уастырджи у осетин или Хызр, Кедер на мусульманском Востоке. Праздник его пользуется высоким уважением во всех славянских землях.

Христианское житие св. Георгия «послужило источником французских и немецких поэм и распространилось на мусульманском Востоке. Оно же, в славянских переделках, легло в основу русского духовного стиха о Егорий Храбром, в котором святой является устроителем земли русской».

Это хорошо отвечает летописному рассказу о Рюрике (= Георгии), основателе земли русской. Другая энциклопедия сообщает: «Черты блестящего аристократа («комита») сделали Георгия образцом сословной чести: в Византии — для военной знати, в славянских землях — для князей, в Западной Европе — для рыцарей».

Весенний праздник Георгия отмечался 23 апреля. Ритуальный выгон коней султана на пастбище назначался на этот день дворцовым укладом османской (Атаманской) Турции. Постоянно отмечается «мотив особой связи Георгия с конями». По мнению авторов новой хронологии, в этом проявляются воспоминания о конной казацкой Орде, во главе которой стоял Георгий = Чингиз-Хан.

Изображение вооруженного всадника, характерное для княжеских печатей западноевропейских стран этого периода (т. е. XIV–XV вв.), делает ее типичной в общеевропейском масштабе. Все верно, замечают авторы новой гронологии. Ордынский символ Георгия Победоносца — Чингисхана, естественно, должен был присутствовать в государственной символике стран, оказавшихся в ту эпоху под контролем Русской Орды.

Среди особо популярных рассказов о св. Георгии следует отметить его борьбу с драконом, опустошавшим страну и которому жители были вынуждены отдавать на съедение детей. «Когда на жертву змею была выведена царская дочь, является Георгий в образе молодого воина и усмиряет змея».

Одним из вариантов этой легенды, как считают Фоменко и Носовский, является и романтический «античный», «древнегреческий» миф о воине Персее, освобождающем красавицу Андромеду от ужасного дракона.

Кстати, Персей носит на своем щите голову чудовища горгоны Медузы, обеспечивающую ему все его победы. В имени горгона, возможно, звучит имя Гюргий, т. е. Георгий. А имя Персей здесь, может быть, указывает на П-Руса.

В народе всех христианских стран это чудо пользовалось огромной известностью, много устных песен породило в Греции, на Балканах вообще и у славян.

Любопытно, что возникшая у Фоменко и Носовского мысль о возможном происхождении имени горгона от имени Георгий находит определенное подтверждение в самой структуре «древнегреческого» мифа о горгонах.

Энциклопедия говорит: «Горгоны, в греческой мифологии чудовищные порождения морских божеств Форкия и Кето, внучки земли Геи и моря Понта».

По-видимому, после того, как Греция была затоплена Русско-Ордынским и Турецко-Атаманским нашествием XIV–XV вв. н. э., среди некоторой части ее перепуганных жителей сохранились рассказы, объявленные потом «античными», о страшных георгиевцах — горгонах, обрушившихся на них под предводительством Георгия-завоевателя.

Миф правильно указал и на море Понт — так часто называли именно Черное море. А имя богини Геи, говорят авторы новой хронологии, хранит здесь отзвук уже хорошо знакомого нам имени ГЕТ = ГОТ = ГОГ, т. е. готы = казаки.

В то же время, отмечают Фоменко и Носовский, дошедшая до нас запись этого действительно древнего, т. е. из XIV в. н. э., мифа датируется, скорее всего, уже существенно более поздним временем, когда в Западной Европе уже стали изображать русско-турецкое завоевание как чудовищное, страшное и т. п. Эта «воспитательная» терминология проникла и в «античный» миф о Горгонах, т. е. о георгиевцах-ордынцах.

По поводу легенды о Персее они делают следующее любопытное замечание.

В Троянской войне XIII в. н. э. имя ТРК огласовывалось (по нашей реконструкции) и как турки, и как франки. Затем имя турок осталось в Турции, а имя франков перекочевало в Европу и превратилось здесь в название Франции — Франкии, вероятно, в результате «монгольского» завоевания. В позднейших документах имя франки прикладывалось иногда и к крестоносцам. Эти колебания термина ТРК между Востоком и Западом объясняются их военным столкновением в Троянских битвах. В хаосе войны и в путанице позднейших документов одно и то же имя приклеивалось к разным группам, вовлеченным в войну.

Так и имя П-Русов, пришедших из Руси-Орды, могло оставить свой след в Азии в виде персов. А потом в результате Троянской войны и последующего «монгольского» завоевания прокатилось и на Запад, где мы и сегодня видим его след в виде Париса = Парижа.

Поэтому и в «древнегреческом» мифе Персей = Парис, с одной стороны, побеждает Горгону, а с другой — «взяв ее голову», побеждает ею своих врагов. В описаниях войн всегда имеется путаница, замечают Носовский и Фоменко: кто — победитель, а кто — побежденный, зависит от того, кто пишет историю.

Георгий Победоносец изображается, как правило, в виде всадника, поражающего дракона, но на некоторых изображениях (например, на русских печатях) Георгий Победоносец поражает не дракона, а единорога. Откуда и почему здесь появляется рог как символ некой силы, побежденной Георгием? Вот как на этот вопрос отвечают Фоменко и Носовский.

Одной из главных побед георгиевцев-ордынцев был захват Нового Рима, Константинополя. Символом Нового Рима являлся Золотой Рог. Это хорошо известное название залива, у которого расположен Константинополь. Древнее название Золотой Рог происходит от его формы, напоминающей рог изобилия. Золотой Рог имеет приблизительно 11 километров длины, средняя ширина его 450 метров, а наибольшая глубина 45 метров. Берега его не так извилисты, как берега Босфора. Они образуют огромный порт, очень удобный для стоянки самых больших судов и безусловно верную пристань для маленьких судов. Это очень выгодное положение и привлекало всегда внимание народов к городу Византии.

Когда в результате Троянской войны Новый Рим = Константинополь был взят, его символ — Золотой рог, изображенный в виде единорога, и попал на гербы Георгия Победоносца как символ побежденного города — столицы Византии. Георгий поразил «единорога», т. е. Золотой рог Нового Рима. Другими словами, изображение Георгия, поражающего единорога (дракона), первоначально означало простую и понятную всем мысль: георгиевцы разгромили и захватили Новый Рим.

Таким образом, по их мнению, на распространенном по всему миру гербе Георгия условно изображена Троянская война — битва за Новый Рим, победа над Золотым рогом.

Мы уже видели, что реальности далеких XIII–XIV вв. неоднократно описывались на страницах Библии. Отразилось ли в Библии это отождествление Нового Рима с «носорогом» — «единорогом»?

По-видимому, да. Еще Н. А. Морозов отметил в 5-м томе своего труда «Христос», что в еврейском и халдейском словаре О. Н. Штернберга указано: «Рам и Ром, Раим или Рим представляет из себя по новейшим исследованиям род антилопы… Это слово упоминается в Числах (23:22); в Псалмах (92:11 и 22:22); у Иова (39:9); у Исайи (34:7). А о молодом животном говорили — сын Рома (29:6)». Псалмы у Штернберга даны в еврейской нумерации. В синодальном варианте ссылки таковы: (Пс. 91:11) и (Пс. 21:22).

Как справедливо отмечает Н. А. Морозов, соответствующие библейские тексты, говорящие о животном Рим или Ром, слабо вяжутся с образом пугливой антилопы. Вот, например, что говорит Библия: «Спаси меня от пасти льва и от рогов единорогов, т. е. рогов Рима» (Пс.21:22). Скорее всего, здесь идет речь о носороге, действительно опасном и свирепом животном, образ которого, вероятно, и связывался с Константинополем = Троей.

Дело Чингисхана, как отмечают западные источники, продолжил хан Батый.

Мы с вами, дорогой читатель, уже знаем, что Чингисхан — это Георгий Данилович. Хан Батый переводится как хан «батя», «отец».

Специалисты по новой хронологии отмечают, что Батый — это русский князь Иван Калита, которого уважительно звали «батя», «отец». Вот почему в иностранных источниках он и проходит под именем Батый.

В Ярославовом дворище Великого Новгорода Иван Калита организовал центр международной торговли между Востоком и Западом. Создал двор «наместников Великого Новгорода» как центр административного управления империей. При нем и его преемниках к Великой Русской империи были присоединены такие отдаленные области, как Китай и Египет.

Перед смертью Иван Калита завещал управление империей своим детям, разделив ее на три части. Он променял княжескую одежду на мантию схимника. Так в середине XIV в. возникли три Руси — Великая, Малая и Белая.

Карамзин пишет, что московитяне, прощаясь с ним в гробе, орошаемом слезами народными, единогласно дали ему имя собирателя земли Русской и государя-отца.

Великим князем, или верховным ханом, становится его сын Симеон Гордый (1340–1353).

26 апреля 1353 г. Симеон Иванович умер. Он был причислен к лику святых под именем святого благоверного князя Александра Невского Чудотворца.

С 1354 г. Великим князем становится третий сын Ивана Калиты Иван Иванович (Иван II) Красный. Он продолжал строительство империи. При нем развиваются пути сообщения, денежная система, международная торговля Востока и Запада.

Он умер 13 ноября 1359 г. в возрасте 33 лет и был погребен в Архангельской церкви. Согласно завещанию отца, Великим князем должен стать его сын Дмитрий Иванович, но он был слишком маленьким и реальная власть находилась в течение нескольких лет в руках бояр во главе с митрополитом Михаилом и тысяцкими.

Дубликатом Ивана II в русской истории является Ярослав Тверской.

В 1359 г. на великое княжение был поставлен Дмитрий Константинович Суздальский, но в 1363 г. в результате борьбы с московским князем Дмитрием Ивановичем уступил великое княжение.

В 1363 г. Великим князем (ханом) становится Дмитрий Донской, о котором вы хорошо знаете по Куликовской битве.

Здесь следует остановиться. Дело в том, что понимание Куликовской битвы в школе А. Т. Фоменко резко отличается от традиционного трактования событий.

По их мнению, причиной Куликовской битвы послужил пограничный спор между князем Великого Новгорода Дмитрием Ивановичем и рязанским и литовским князьями Олегом и Ольгердом.

Рязанский и литовский князья, как считают авторы, договорились выгнать Дмитрия из Москвы, Коломны, Владимира и Мурома, считая, что Москва по праву принадлежит Литве, а Коломна, Владимир и Муром — Рязанскому княжеству. Для осуществления этого плана они пригласили царя ордынского Мамая.

Таким образом, Куликовская битва была сражением русских с русскими за обладание спорными городами Москвой, Коломной, Муромом и Владимиром, а не внешней агрессией. При этом князья собирались отогнать Дмитрия Ивановича либо в Новгород Великий (Ярославль), или на Белоозеро, или на Двину (Белоозеро и Двина — области, примыкающие к Ярославской земле с севера).

Суть Куликовской битвы — междоусобная борьба в Орде. Согласно их реконструкции, Дмитрий Донской не кто иной, как хан Тохтамыш.

Следовательно, Дмитрий был законным наследником ханов Золотой Орды, и Москва демонстрировала верность законному наследнику. Хотелось бы заметить, что Куликовская битва — развязка крупной смуты в XIV в. За короткий период с 1359 по 1380 г. в Орде сменилось около двух десятков ханов.

Интересно посмотреть, как необычно реконструируется Куликовская битва Фоменко и Носовским. Казалось бы, об этой битве мы знаем все, но они находят новое толкование этих событий.

Даже место знаменитой битвы историки, оказывается, искали не там, где проходили героические события. Сегодня считается, будто Куликово поле расположено между реками Непрядва и Дон, ныне — Куркинский район Тульской области. Это примерно в 300 километрах к югу от Москвы. Якобы именно в этом месте и произошла самая знаменитая в русской истории битва между русскими войсками под предводительством Дмитрия Донского с татаро-монгольскими войсками под предводительством Мамая.

Однако известно, что никаких следов знаменитой битвы на этом Тульском «Куликовом поле» не обнаружено. Нет ни старого оружия, ни следов захоронений погибших воинов и т. п. Кроме того, размер этого поля явно мал для такой крупной битвы. На это обращали внимание многие историки.

Фоменко и Носовский по-новому прочитывают тексты источников. Основным первоисточником по истории Куликовской битвы, как мы знаем, считается «Задонщина».

«Задонщина» дошла до нас в шести списках. Самый ранний из них представляет собой сокращенную переработку только первой половины всего произведения. Что касается остальных, то другие списки «Задонщины» дают сильно искаженный переписчиками текст. Каждый в отдельности список «Задонщины» имеет такое количество искажений и дефектов, что издание произведения по какому-либо одному из списков не даст достаточно полного и ясного представления о тексте произведения. Поэтому уже с давних времен принято давать реконструкцию текста «Задонщины» на основе сравнительного анализа всех списков памятника. Все списки, кроме одного, датируются XVI–XVII вв. Самый ранний список, содержащий только половину «Задонщины», датируется концом XV в. В фундаментальном издании «Задонщины» сразу обращает на себя внимание тот факт, что значительная часть географических названий выделена в тексте курсивом. Это означает, что эти фрагменты были восстановлены, реконструированы позднейшими историками на основе сравнения нескольких версий текста. При этом, оказывается, довольно часто исходные географические названия, присутствовавшие в основном списке, почему-то заменялись на другие. Среди «курсивных названий» особенно часто почему-то встречаются Дон и Непрядва. Авторы новой хронологии задают законный вопрос: а какие же исходные географические имена стояли здесь в первичном памятнике? На каком основании они заменены на названия Дон и Непрядва?

А может быть, Куликовская битва произошла не на Дону? Тогда где же? Оказывается, по мнению авторов новой хронологии, на территории современной Москвы!

Они начинают с того, что некоторые летописи прямо говорят о том, что Куликово поле находилось в Москве. Например, известный архангелогородский летописец, описывая встречу иконы Владимирской Божьей Матери в Москве во время нашествия Тимура в 1402 г., сообщает, что икону встретили в Москве «на поле на Куличкове, иде же ныне церкви каменна стоит во имя Сретенья Пречистыя, месяца августа, в 26 день».

Упомянутая церковь стоит, как известно, на Сретенке. А недалеко от Сретенки в Москве есть место, до сих пор известное под своим древним названием — Кулишки. Причем, как известно, Кулишки существовали до образования Москвы. Следовательно, это место не могло быть так названо в связи с победой Дмитрия на Куликовом поле якобы на Дону.

Именно на Кулишках до сих пор стоит церковь Всех Святых, которая, по старому преданию, была построена Дмитрием Донским в честь воинов, убитых на Куликовом поле. В переделанном виде церковь сохранилась до нашего времени. До сих пор она так и называется Церковь Всех Святых на Кулишках. Рядом проходит улица Солянка, называвшаяся раньше также Кулижки, т. е. Кулишки.

Именно в этом большом районе Москвы, по их мнению, и произошла знаменитая Куликовская битва, в результате которой костромской князь Дмитрий Донской победил западнорусские, рязанские и польские войска Мамая и присоединил к своим владениям область, в которой впоследствии возник большой город — Москва.

Считается, что Мамай был разгромлен дважды в одном и том же 1380 г. Первый раз — Дмитрием Донским, а второй раз — Тохтамышем. На самом деле, отмечают Фоменко и Носовский, это — два отражения одного и того же события, поскольку Дмитрий Донской и Тохтамыш — одно и то же лицо. При этом во второй раз Мамай был разгромлен «на Калках». Но «Калки» (Кулики) — это вариант все того же Куликова поля, т. е. московских Кулишек («кулачки», «кулачный», «бой на кулачках», место, где мерялись силами).

Кстати, они обращают наше внимание на малоизвестный факт. Мамай — это христианское имя, до сих пор присутствующее в наших святцах в форме Мамий. По их мнению, это — слегка искаженное «мама», «мамин», т. е. «сын матери». Раньше на Руси бытовала пара имен сходного происхождения: Батый — от «батька», «отец», а Мамий (Мамай) — от «мамы», «матери».

Итак, Дмитрий Донской воюет с полководцем, имя которого — христианское!

А есть ли еще какие-то доказательства того, что Куликовская битва произошла на территории Москвы? Да, есть.

Согласно русским источникам, ставка Мамая во время Куликовской битвы была расположена «на Красном Холме», который находился рядом с Куликовом полем. Во время сражения «Мамай с тремя князьями находился на Красном Холме, он руководил войсками». Есть ли в Москве на Кулишках такой Холм? Да, есть. Прямо к Кулишкам (к Яузским воротам) спускается очень высокий крутой холм, который назывался Красным Холмом. На его месте сейчас находится известная Таганская площадь. Вспомните крутой спуск к высотному зданию у Яузских ворот. Не на этом ли Красном Холме, т. е. на Таганской площади, была ставка Мамая? Более того, рядом с этим местом до сих пор находится Краснохолмская набережная Москвы-реки и известный Краснохолмский мост.

Согласно летописи, Дмитрий выступил на Куликовскую битву из Коломны, где он соединился со своими союзниками. Из какой Коломны выступил Дмитрий Донской на Куликовскую битву?

Сегодня считается, что Дмитрий вышел из города Коломна под Москвой (примерно 100 километров от Москвы). Но на самом деле Дмитрий Донской выступил на битву из знаменитого села Коломенского, находящегося сегодня внутри Москвы (метро «Коломенская»). Напомним, что именно в этом Коломенском находился огромный деревянный царский дворец. Это подтверждается свидетельством «Сказания о Мамаевом побоище». Дмитрий, узнав о готовящемся нападении, приказал своим соратникам явиться в Москву, куда они и прибыли. Тут же, через страницу, летопись буквально в тех же словах еще раз говорит о точно таком же (полностью идентичном!) приказе Дмитрия своим соратникам. Он приказывал им собраться, но на этот раз в Коломне. По всей видимости, здесь попросту идет речь об одном и том же приказе Дмитрия своим сподвижникам собраться в Коломенском — в Москве. Летопись два раза повторила один и тот же фрагмент. Летопись постоянно фактически накладывает Коломну на Москву. Так, сказав, что Дмитрий собирает полки в Коломне, она тут же продолжает, что войска выступают на битву из Москвы. Это снова помещает Коломну в известное село Коломенское в Москве.

Куда он направился далее со своими войсками? Как говорит летопись, Дмитрий движется по направлению «на Котел». Если это — в Москве, то где? Посмотрите на карту. Вы сразу увидите реку Котловку недалеко от Коломенского (в Москве), железнодорожную станцию Нижние котлы (находящуюся недалеко от Коломенского, в Москве). Следовательно, выступив из Коломенского, Дмитрий направляется вверх по течению Москвы-реки в сторону речки Котловки. Между прочим, двигаясь в этом направлении, Дмитрий должен был бы вскоре оказаться в районе Новодевичьего монастыря (правда, по другую сторону Москвы-реки). Давайте проверим по летописи, оправдается ли наш прогноз.

По дороге на поле битвы Дмитрий устроил своему войску смотр «на поле Девичьем». «Сказание о Мамаевом побоище» прямым текстом говорит следующее: «Наутро же князь великий повелел выехать всем воинам на поле к Девичьему монастырю». Но Девичье поле и Девичий монастырь находятся в Москве. Это — знаменитое поле в излучине Москвы-реки, на котором сегодня стоит Новодевичий монастырь. Это огромное поле и называлось Девичьим полем. До сих пор здесь остались названия: проезд Девичьего поля (раньше просто Девичье поле, Новодевичья набережная, Новодевичий переулок).

Согласно летописям, русские войска, двигаясь на Куликово поле, шли через реку Дон. Да и победитель Дмитрий, и даже его брат, назывались Донскими.

Сегодня считается, что речь идет об известной реке Дон к югу от Москвы. Но эта современная река Дон в средние века чаще называлась Танаис. Именно так она называется во многих описаниях Московии, составленных иностранцами, посещавшими Русь в XV–XVI вв. Волгу, кстати, иногда называли Ра.

Но тогда возникает законный вопрос: а где же в средние века была русская река Дон? Сегодня название Дон обычно связывается лишь с одной рекой — современным Доном. Но, как мы уже говорили, слово «Дон» означало — и во многих языках означает до сих пор — просто «река». Это — известный факт. А следовательно, Доном должны были называться многие реки.

Поскольку авторы новой хронологии выдвинули гипотезу, что Куликово поле было на территории нынешней Москвы, то возникает вопрос: а где же в Москве река Дон? Видимо, считают они, что сама Москва-река ранее называлась Доном. Следы названия Дон в Москве сохраняются до сих пор. Недалеко от Старо-Симонова монастыря (сегодня он расположен рядом с метро «Автозаводская»), который, как мы вскоре увидим, непосредственно связан именно с Куликовской битвой, находилось подворье хорошо известной Сарской и Подонской епархии, с кафедрой этой епархии, архиерейским домом и соборной церковью. Считается, что здесь в Москву-реку впадала речка Сара, что и дало этому месту имя Сарский. Видимо, и название Подонская было связано с чем-то местным, московским, может быть, с Москвой-рекой.

Дмитрий, выступив из Коломенского, перешел Москву-реку и попал на Девичье поле, где устроил военный смотр. В летописи этот переход реки непосредственно перед битвой назван «переходом через Дон».

Теперь понятно, что здесь Доном была названа будущая Москва-река. Напомним, что, по реконструкции Фоменко и Носовского, Москва фактически еще не заложена, а потому названия Москва-река могло еще и не быть. Если это так, то прежнее название Москвы-реки — это Дон, т. е. просто река.

Поразительно, что «Задонщина» явно имеет в виду Москву-реку, когда говорит о реке Дон. В самом деле, княжна Марья рано поутру плакала на забралах стен московских, так причитая: «О Дон, Дон, быстрая река… принеси на своих волнах моего господина Микулу Васильевича ко мне». Итак, река Дон течет через Москву. Какая река течет через Москву? Правильно, Москва-река. Таким образом, гипотеза, что в древности Москва-река называлась Доном, получает прямое летописное подтверждение.

Согласно летописи, Куликовская битва продолжалась в течение дня, после чего войска Мамая побежали и были прижаты к реке Меча, где многие татары потонули, а сам Мамай спасся с немногими воинами. Таким образом, Меча — довольно большая река (в ней можно утонуть), находящаяся рядом с полем битвы, так как все события произошли в один день. Где находится река Меча? Конечно, сегодня вы можете найти небольшую речку Кривая Меча в Тульской области, где якобы была битва, но, повторим, следов битвы там нет. Да и само название Меча могло появиться здесь уже значительно позже, когда историки перенесли сюда Куликовскую битву. Ведь, следуя указаниям историков, именно здесь (в Тульской области) в 1848–1850 гг. был воздвигнут памятник героям Куликовской битвы и основан музей. Возможно, только поэтому и появилась здесь на карте Кривая Меча.

Но если Куликовская битва была на территории Москвы, то где же здесь река Меча? Ответ авторов новой хронологии прост: это либо сама Москва-река, либо ее приток Моча (длиной 52 километра). Слова «Меча» и «Моча» практически тождественны! Впрочем, отмеченная на современной карте речка Моча впадает сначала в реку Пахру, а затем Пахра — в Москву-реку. Таким образом, сегодняшняя Моча находится за пределами Москвы.

Но, скорее всего, считают авторы этой гипотезы, летопись имеет здесь в виду саму Москву-реку. Большая река, на берегу которой и находится поле Кулишки. Разгромленные войска Мамая были прижаты к Москве-реке, где вполне могли потонуть много воинов. Да и само название Меча может быть легким искажением имени Москвы-реки. Дело в том, что имя Москва происходит, как считали в XVII в., от имени Мосох, или Мешех, т. е. (без огласовок) МСХ, или Mosh — Moch — Moscow. Ясно, что из всех этих вариантов вполне могло родиться слово «Меча».

Куликовская битва происходила на реке Непрядве. Она, по описанию летописей, протекала прямо по полю битвы и также, судя по описанию битвы, была маленькой речкой (бились в том числе прямо на ней).

Можем ли мы указать реку Непрядву в Москве? Поразительно, но эта речка действительно есть, причем там, где ей и следует быть, — на московских Кулишках. Это река Напрудная (Самотека) в центре Москвы.

Непрядва — это просто вариант имени Напрудная, от слов «на руду», «на прудах». Возникновение имени Непрядва-Напрудная совершенно естественно, поскольку в Москве много прудов.

Авторы делают интересное замечание, что название Непрядва в некоторых местах современных изданий «Задонщины» выделено курсивом. Это означает, что в этих местах текста «Задонщины» имя Непрядва было «реконструировано».

По московским Кулишкам протекала раньше река Неглинка. Она впадала в Москву-реку. Это маленькая речка. Кулишки назывались Кучковым полем у Неглинной. Приставка «не» в названии реки — довольно редкое явление. Возможно, предполагают авторы, преобразование приставки «НА» в «НЕ» в имени «НАпрудова-Непрядва» возникло из-за близости реки Неглинки. Названия рек Напрудной и Неглинки могли переплетаться в сознании людей еще и потому, что на Неглинке была запруда, в результате чего перед Кремлем в древности образовался пруд. Вот что писал об этом Сигизмунд Герберштейн в XVI в.: «Неглима (Неглинная) вытекает из каких-то болот и пред городом, около высшей части крепости (Кремля) до такой степени запружена, что разливается в виде пруда, вытекая отсюда, она наполняет рвы крепости и… под самой крепостью соединяется с рекой Москвой».

Исход Куликовской битвы решила засада, во главе которой был князь Владимир Андреевич с воеводой Дмитрием Боброком. Именно его удар решил судьбу сражения. Этому переломному событию в «Сказании о Мамаевом побоище» уделено довольно много места. Естественно ожидать, что на месте битвы должны были бы сохраниться какие-то воспоминания об этом засадном полке. И действительно, на одном из холмов, совсем рядом с Кулишками, до сих пор стоит известная церковь Святого Владимира в Садах (Старосадский переулок). Здесь, по-видимому, и стоял засадный полк Владимира Андреевича. Это — южный склон, он был сильно заросший, и впоследствии там были сады (отсюда и название Старосадского переулка и «церковь в садах»).

Перед началом Куликовской битвы был густой туман. Известно, что «русские полки… поддерживали между собою связь трубными гласами». «Туманное утро было, но начали христианские стяги развеваться и трубы боевые во множестве звучать… Русские кони взбодрились от звука трубного…»

Воспоминание об этом звучании боевых русских труб на Куликовом поле и хранит сегодня хорошо известная московская Трубная площадь.

Таким образом, подчеркивают Фоменко и Носовский, географические названия четко подтверждают версию о том, что Куликовская битва происходила в Москве.

«Сказание о Мамаевом побоище», рассказывая о Куликовской битве, постоянно упоминает о двух знаменитых полководцах прошлого, предках Дмитрия Донского, — о Ярославе и Александре. При этом другие его знаменитые предки почему-то вовсе не упоминаются. Это довольно странно. Два предка упоминаются постоянно, а о других — знаменитых (взять хотя бы Владимира Мономаха) — хранится молчание. Сегодня считается, что речь здесь идет о древнем Ярославе Мудром из XI в. и о великом Александре Невском из XII в. Конечно, можно предположить, что летописец питал особое уважение именно к этим двум великим князьям, из которых первый отстоял от описываемых событий лет на 300, а второй — на 100. По гипотезе авторов новой хронологии, все намного проще. Дело в том, что Ярослав — это дубликат Ивана Калиты — отца Дмитрия Донского, а Александр — дубликат Симеона Гордого — брата и предшественника Дмитрия Донского. Таким образом, летописец абсолютно естественно упоминает посредственных предшественников великого князя Донского, а не его далеких туманных предков.

Кто с кем сражался на Куликовом поле? Сегодня нам объясняют, что на Куликовом поле сражались русские с татарами. Русские победили. Татары проиграли. Первоисточники, как считают Фоменко и Носовский, придерживаются другого мнения. Посмотрим, кто сражался на стороне татар и Мамая. Оказывается, «волжские татары неохотно служили Мамаю, и в его войске их было немного». Войска Мамая состояли из поляков, крымцев, генуэзцев (фрягов), ясов, касогов. Финансовую помощь Мамай получал от генуэзцев!

А теперь посмотрим, кто же сражался в русских войсках? «Москва… продемонстрировала верность союзу с законным наследником ханов Золотой Орды — Тохтамышем, стоявшим во главе волжских и сибирских татар».

Совершенно ясно, что описывается междоусобная борьба в Орде. Волжские и сибирские татары в составе «русских войск» воюют с крымцами, поляками и генуэзцами в составе войск Мамая! Русское войско «состояло из княжеских конных и пеших дружин, а также ополчения… Конница… была сформирована из крещеных татар, перебежавших литовцев и обученных бою в татарском конном строю русских». Союзником Мамая был литовский князь Ягайло, союзником Дмитрия считается хан Тохтамыш с войском из сибирских татар.

Сегодня никого, конечно, не удивляет, что войска Мамая называются в летописях Ордой. Но, оказывается, и русские войска также называются ордой! Причем не где-нибудь, а в знаменитой «Задонщине». Вот, например, что говорят Мамаю после его поражения на Куликовом поле: «Чему ты, поганый Мамай, посягаешь на Рускую землю? То тя била орда Залеская». Напомним, что Залеская Земля — это Владимиро-Суздальская Русь. Таким образом, здесь русские войска Владимире-Суздальской Руси прямо названы ОРДОЙ, как и монголо-татарские. Это в точности отвечает реконструкции новой хронологии.

Кстати, замечают авторы, древнерусские миниатюры, изображающие Куликовскую битву, одинаково изображают русских и татар — одинаковые одежды, одинаковое вооружение, одинаковые штыки и т. д. По рисунку невозможно отличить «русских» от татар.

Так что даже с традиционной точки зрения нельзя считать, что Куликовская битва была сражением между русскими и пришельцами-татарами. «Русские» и «татары» перемешаны так, что отделить их друг от друга невозможно. По гипотезе А. Т. Фоменко и Г. В. Носовского, слово «татары» в летописях означало конные русские войска и совсем не обязательно означало национальность. Здесь слово «татары» попросту заменяет слово «казаки». По-видимому, позднее, при тенденциозном редактировании, первоначальное слово «казаки» было заменено везде в летописях на «татары».

Итак, делают вывод Фоменко и Носовский, Куликовская битва — это сражение волжских и сибирских казаков во главе с Дмитрием Донским с войском польских и литовских казаков, возглавляемых Мамаем.

Где захоронены воины, павшие в Куликовской битве? Согласно летописям и «Сказанию о Мамаевом побоище», в Куликовской битве полегло около 250 тысяч человек (с обеих сторон). Скорее всего, это число сильно преувеличено. Тем не менее число погибших должно быть очень велико, так как после окончания битвы «стоял князь Великий за Доном на поле боя восемь дней, пока не делили христиан от нечестивых. Тела христиан в землю погребли, нечестивые тела брошены были зверям и птицам на растерзание».

Читатель, воспитанный на традиционной версии нашей истории, наверное, думает, что все это происходило в современной Тульской области в верховьях Дона, куда помещают сегодня место Куликовской битвы.

Оказывается, однако, что русские воины, павшие в Куликовской битве, захоронены почему-то не в Тульской области, а в Москве — в Симоновом монастыре! Здесь были похоронены, во всяком случае, знаменитые герои Куликовской битвы русские воины-иноки Пересвет и Ослябя. Похоронили Пересвета и Ослябю у церкви Рождества Богородицы. Героев-иноков, павших на поле брани, не повезли в Троицкую обитель, а предали земле у стен именно этой церкви.

Но позвольте, если допустить (как нас уверяют сегодня), что тела героев везли из Тульской области до Москвы на расстояние около 300 (трехсот!) километров, то неужели же их «не смогли» довезти небольшой остаток пути до Троице-Сергиевой обители? Осталось ведь совсем немного! Другой недоуменный вопрос. Восемь дней Дмитрий стоял на поле боя и хоронил убитых. Только затем тронулся в путь. Надо думать, не один день шли от Тульской области до Москвы (триста километров). Сколько же дней в итоге трупы Пересвета и Осляби были без погребения? Неужели их не хоронили несколько недель?

Поскольку битва произошла в день праздника Рождества Богородицы, то естественно, что при погребении на поле брани должны были построить церковь, посвященную Рождеству Богородицы. Именно это мы и видим — эта церковь до сих пор стоит в Симоновом монастыре в Москве, который основан практически накануне Куликовской битвой.

Скорее всего, по мнению Фоменко и Носовского, Симонов монастырь в Москве был основан и построен прямо на московском поле Куликовской битвы (или непосредственно около него) как усыпальница павших здесь русских воинов. Симонов монастырь, основанный в 1379 г., был одним из важных форпостов обороны Москвы. Основная часть памятников была разобрана в начале 30-х гг. XX в. в связи со строительством Дворца культуры завода имени Лихачева (ЗИЛ). Сохранилась лишь южная стена с тремя башнями. Сегодня эта церковь находится, к сожалению, на территории завода «Динамо» (хотя в нее уже можно попасть по длинному проходу)!

Таким образом, и традиционная история согласна с тем, что Симонов монастырь основан практически одновременно с Куликовской битвой. Этот монастырь находится на берегу Москвы-реки, рядом с Краснохолмской набережной, о которой мы уже говорили. Таким образом, все обнаруженные нами выше места и названия, связанные с Куликовской битвой, расположены в Москве очень близко друг к другу, между двумя крайними точками. Этими точками являются: церковь Всех Святых, построенная Дмитрием в честь Куликовской битвы, и Симонов монастырь, где были захоронены павшие воины. Получается естественная картина: павших воинов хоронили на месте битвы, а не везли их за сотни километров в Москву.

Нельзя не отметить следующее любопытное обстоятельство. Носовский и Фоменко с большим трудом нашли в литературе указание на место захоронения героев Куликовской битвы. Это место должно быть (как им казалось) весьма знаменитым. Как-никак, здесь лежат герои одной из величайших битв русской истории! И что же? Пересмотрев несколько современных фундаментальных исторических исследований, монографий, обзоров и т. п. по истории Куликовской битвы, они нигде не нашли даже смутного упоминания о месте захоронения. Современные историки хранят странное молчание на эту тему. Более того, руководитель сектора археологии Москвы Института археологии РАН Л. А. Беляев пишет о Старо-Симоновом монастыре: «Археологические работы в широких масштабах здесь не велись. Нам известно лишь о некоторых поверхностных наблюдениях Б. Л. Хворостовой при реконструкции храма в 1980 г. Исследовавший вопрос захоронения Пересвета и Осляби В. Л. Егоров полагал даже полную разрушенность слоя в трапезной храма и бесперспективность археологических работ здесь».

И только благодаря счастливой случайности, отмечают авторы новой хронологии, им удалось наконец найти нужную информацию только в книге 1806 г., на которую сослался М. Поспелов в связи со скандалом, вспыхнувшим из-за отказа завода «Динамо» (являющегося частью завода ЗИЛ) освободить церковные здания Симонова монастыря на своей территории. И лишь затем, уже побывав в самом монастыре, мы в нем обнаружили ксерокопию очень редкой книги, изданной в 1870 г. и также рассказывающей о захоронении Пересвета и Осляби.

Отметим, что обе эти книги 1806 и 1870 гг. посвящены истории именно Симонова монастыря. Ни в одном из доступных нам солидных общих исторических трудов и даже специальных монографий по истории Москвы нужной информации мы не нашли. Краткое указание есть у Карамзина.

В чем же дело? Почему хранится молчание о том, где захоронены герои, павшие на поле Куликовом? Они считают, что ответ ясен. Потому что захоронение это оказывается расположенным не в Тульской области (куда сместили Куликовскую битву, стремясь удревнить город Москву), а в самой Москве. Поэтому о нем предпочитают молчать. Ведь любой здравомыслящий человек тут же задаст естественный вопрос: неужели тела погибших везли более трехсот километров из Тульской области в Москву? Если захоронение в Москве, то и битва была в Москве. Это же совершенно естественный вывод. Еще раз повторим, что в Тульской области никаких следов захоронений не найдено. Даже если число погибших сильно преувеличено (что, скорее всего, так), после такой крупной битвы, как Куликовская, должны были остаться большие захоронения. И их следы должны быть видны до сих пор.

В Москве они есть. В Тульской области их нет.

Впрочем, надо понять позицию историков. Дело в том, что, согласно их «теории», в год Куликовской битвы Москва уже давно существовала как крупный город. Кулишки в Москве, по их мнению, были давно застроены ко времени Куликовского сражения. Какая же битва «на огромном поле» может быть в тесном городе?!

По версии новой хронологии, в эпоху Куликовской битвы Москва еще только-только создается, она — небольшое селение, а на месте Кулишек — незастроенное большое поле. Лишь после Куликовской битвы (т. е. лишь в конце XIV в.!) Дмитрий стал отстраивать Москву, что и говорит летописец: «Князь великий Дмитрий Иванович заложи град Москву камену и начаша делати безпрестани».

На территории Старо-Симонова монастыря расположен Дворец культуры завода ЗИЛ. А попетляв по узкому проходу, углубляющемуся внутрь территории завода «Динамо», на маленьком пятачке, окруженном заводскими строениями, можно увидеть церковь Рождества Богородицы. Церковь вновь открыта лишь несколько лет тому назад: до этого в ней находился заводской склад.

Здесь захоронены по крайней мере два наиболее известных героя Куликовской битвы — Пересвет и Ослябя. А нет ли здесь еще и массового захоронения других участников битвы? Ведь если битва произошла действительно в Москве и, как говорят летописи, Дмитрий восемь дней стоял на поле и хоронил убитых, то где-то здесь должны были остаться массовые захоронения павших воинов.

Так оно и оказалось! Вся земля вокруг церкви в радиусе около ста метров и на глубину в несколько метров буквально забита человеческими черепами и костями. Еще при постройке завода был обнаружен целый слой из костей. Эти древние кости тогда выкапывались в огромном количестве и просто выбрасывались.

Останки были расположены в земле в полном беспорядке. Один из скелетов был даже расположен вертикально вниз головой! Совершенно ясно, что это — не обычное кладбище, а массовое захоронение.

Мертвые тела складывали в беспорядке в ямы. Копавших поразило, что почти у всех черепов были здоровые, молодые, целые зубы. Складывается впечатление, что все похороненные были молодыми, здоровыми людьми. Это были воины, а не немощные старики. Кроме черепов и костей в земле были найдены каменные надгробные доски (плиты) одного и того же образца и размера, без каких-либо надписей. На всех этих досках изображен один и тот же узор. Он состоит из бляхи в центре, от которой отходят три полосы: прямая — вниз и две дуги, расходящиеся кверху. Этот рисунок чрезвычайно напоминает воинский щит. Отсутствие каких-либо надписей указывает на то, что могилы были безымянными и, главное, общими. Досок существенно меньше, чем костей. По-видимому, ям было несколько, и на каждую клали однотипную надгробную доску. Идентичность всех обнаруженных каменных досок ясно говорит о том, что все захоронения были сделаны одновременно. Отметим, что на досках не было изображения креста!

Поэтому трудно предположить, что под этими досками хоронили обычных иноков монастыря (в этом случае крест, конечно, присутствовал бы). А для воинов в то время крест могли и не рисовать. Как мы уже обсуждали выше, казаки в составе ордынских войск того времени далеко не все были крещены. Возможно, в те времена не было обычая крестить младенцев (этот обычай появился на Руси в XV в.). Крестили в зрелом возрасте, поэтому многие молодые воины могли быть некрещеными. В захоронении полностью отсутствуют какие-либо остатки гробов, металлических предметов, одежды и т. п. Сохранились только кости.

Это говорит о том, что захоронение очень старое: дерево, железо, медь, одежда полностью истлели, рассыпались. На это нужны столетия. Да и каменные надгробные доски совершенно не похожи на те, которые употребляются в церкви в последние несколько сотен лет. Впрочем, доказывать древность этого захоронения, видимо, излишне, поскольку археологи, специально вызванные сюда, датировали захоронение XIV в., т. е. временем Куликовской битвы. Археологи тут же уехали, почему-то не заинтересовавшись погребением. Видимо, итогом этого их посещения и является приведенное выше мнение археологов о якобы «бесперспективности археологических работ» здесь. Как говорят Фоменко и Носовский, все это кажется чрезвычайно странным.

Допустим, пишут они, историки не знают о братских могилах павших на Куликовом поле воинов в Старо-Симоновом монастыре. В конце концов, это пока лишь гипотеза авторов новой хронологии.

Но ведь о том, что здесь, в самой церкви Рождества Богородицы, лежат останки Пересвета и Осляби, они знают прекрасно! Наверное, старое надгробие с их могилы до сих пор бережно здесь хранится. Ничуть не бывало!

Внутри церкви, слева от входа — надгробие над могилами героев Пересвета и Осляби, сделанное всего лишь несколько лет назад. Подлинная древняя каменная «доска» (плита), возложенная на их могилу в XIV в., о которой упоминает, например, Карамзин, сегодня вообще не видна. Под новым надгробием ее нет.

Возможно, она до сих пор заделана в стену церкви, как о том пишет Карамзин. Но об этом сегодня никто не знает. Скорее всего, она была варварски раздроблена отбойными молотками среди множества других древних плит с надписями, которые на одном из субботников в 1960-х гг. были вынесены из церкви и здесь же уничтожены!

Авторам новой хронологии не удалось обнаружить и в исторических трудах текст надписи на плите. Что же на ней было написано? И почему в 60-е гг. прошлого века, когда вроде бы спал революционный угар борьбы с религией, кто-то безжалостно (и с пониманием дела) отдал изуверский приказ методично раздробить отбойными молотками бесценные плиты с подлинными древними надписями, хранившиеся вплоть до нашего времени в храме? Даже в 20-е и 30-е гг. их не тронули. Так, может быть, дело не в религии, а в русской истории? Мы, пишут Фоменко и Носовский, под давлением известных нам фактов вынуждены заключить, что уже много лет в нашей стране ведется методическое и незаметное для общественности подлое уничтожение русских памятников старины, которые могли бы пролить свет на подлинное содержание древнерусской истории.

Где находилось село Рождествено, пожалованное Дмитрием Донским Старо-Симонову монастырю после Куликовской битвы? В «Истории церкви Рождества Богородицы на Старом Симонове в Москве» сказано, что сразу после Куликовской битвы Дмитрий Донской передал этой церкви село Рождествено, находившееся на Куликовом поле. Вот эта цитата: «Великий князь, одержав победу над Мамаем, в день праздника Рождества Пресвятыя Богородицы, Рождественской, на Старом Симонове обители дал вкладу село Рожествено, находившееся на месте Мамаева побоища».

Историки считают, что Куликовская битва была в Тульской области. Не странно ли тогда, спрашивают Фоменко и Носовский, что Дмитрий Донской передал московской церкви село, удаленное от нее на 320 километров?! Да и к тому же не из своего великокняжеского удела: в Тульской области в то время были уделы других князей! Такого в достоверной русской истории никто и никогда не делал!

Эта нелепость, по их мнению, мгновенно исчезает, если Куликовская битва была в Москве, т. е. совсем рядом с Симоновым монастырем. И действительно, по сохранившимся свидетельствам, Старо-Симонов монастырь в последние 200–300 лет никаких владений в Тульской области не имел, а имел Симонову слободу, или «сельцо», в Москве, недалеко от себя. Действительно, «при Богородицерождественской, на Старом Симонове, обители находилась слобода, в которой жили служители Симонова монастыря, как-то: воротники, плотники, кузнецы и другие рабочие и ремесленные люди».

Оказывается, что битва Мамая с Тохтамышем в 1380 г. — это еще одно описание Куликовской битвы 1380 г. Сразу после Куликовской битвы, как нам говорят историки, «Мамай, бежавший в свои степи, столкнулся там с новым врагом: то был Тохтамыш, хан заяицкой Орды, потомок Батыя. Он шел отнимать у Мамая престол Волжской Орды, как похищенное достояние Батыевых потомков. Союзник Мамая Ягелло… оставил Мамая на произвол судьбы. Тохтамыш разбил Мамая на берегах Калки и объявил себя владетелем Волжской Орды. Мамай бежал в Кафу… и там был убит генуэзцами».

Фоменко и Носовский обращают внимание на схожесть между описанием Куликовской битвы и битвы на Калке.

1) Две крупные битвы происходят в один год (1380).

2) В обеих битвах разбит один и тот же полководец — Мамай.

3) Одна битва происходит на Калках (КЛК без огласовок), вторая — на Куликовом поле (тоже КЛК). Явная близость названий: Калка — Куликово.

4) В обеих битвах присутствует литовский союзник Мамая, изменивший ему (или «не успевший оказать помощь»).

5) После битвы с Тохтамышем Мамай убегает в Кафу. Точно так же после Куликовской битвы Мамай убегает в Кафу.

По мнению Фоменко и Носовского, разгром Мамая на Калке — это просто еще одно описание Куликовской битвы, попавшее в летописи. В этом случае оказывается, что Тохтамыш — это Дмитрий Донской. Это очень интересный вывод, идеально укладывающийся в общую реконструкцию новой хронологии. Авторы отождествили Батыя с Иваном Калитой. Дмитрий Донской — внук Ивана Калиты, т. е. он действительно потомок Батыя, как и говорят летописи.

В начале XIV в. основной удар Орды был направлен па Запад в ответ на Крестовые походы западных европейцев. Начинается «монгольское» великое нашествие. В результате часть западноевропейских стран была захвачена Великой («Монгольской») Русью. Остальные вынуждены были признать свою вассальную зависимость от Великой Руси — Орды.

Проходят годы, западные страны стараются перетянуть на свою сторону недовольных ордынских князей с целью реванша.

Мамай и оказался прозападно настроенным ханом. Вот почему союзником Мамая является литовский князь Ягайло.

Как мы сказали, Дмитрий победил в Куликовской битве, но события, развернувшиеся в этой битве и в последующие годы (нашествие Тохтамыша на Москву), мало соответствуют их описанию в официальной историографии.

И опять, дорогой читатель, давайте остановимся на этом месте. Хочу обратить ваше внимание на то, как разнятся толкования событий этого периода у официальной исторической науки и новой хронологии. Нас учили в школе, что в XIV в. Русь находится в порабощенном состоянии под игом татаро-монгол. А выходит, что Русь — это Великая империя, которая сама подчиняет Западную Европу. Хотелось бы еще раз подчеркнуть, что Мамай — это не монгольский хан, который пришел разорять Русь, а один из правителей Великой Русской империи.

Империя распространила свою власть на огромные территории Евразии, включая современные Китай, Индию, Иран, Ирак, Турцию, Западную Европу, Египет. Они становятся фемами империи и платят дань.

Западная Европа в XV в. продолжает находиться в составе Великой Русской империи. В каждой стране Западной Европы был свой ордынский наместник-король или ордынский наместник-герцог. Все они подчинялись центральному правительству Великой империи, императору, и платили дань. На Руси императора называли великий царь-хан Руси-Орды. Получаемая дань делилась, и часть ее, собираемая в Южной Европе, отдавалась Османскому (Атаманскому) султану, который был полным союзником Руси.

В это время начинается религиозный раскол прежде единого христианства.

Ортодоксальное христианство, наиболее близкое к первичному культу XI в., сдержанное и суровое по духу, сохранялось на Руси, на Балканах и на Востоке. Но на Востоке из первичного христианства начинает возникать ислам или мусульманство. Первоначально оно было достаточно близко к православию.

Запад же все более удаляется от первичною сдержанного культа XI в. Там возникает католицизм.

От отшельнической и благочестивой жизни монастырей первых веков христианства на Западе не остается и следа. В литературе приводится большое количество примеров монастырских вакханалий. Н. А. Морозов привел много данных, свидетельствующих о том, что официальная проституция была неотъемлемой частью западного средневекового богослужения.

В XV в. возникает еще один вариант первичного христианства — буддизм. Он распространяется в Китае, Индии и других странах Юго-Восточной Азии.

На Западе и на Востоке возникает иудаизм. Первоначально он тоже возникает как форма христианства, но со временем подвергается довольно сложной эволюции.

Вернемся с вами, дорогой читатель, в светскую жизнь этого периода.

С 1389 по 1425 г. великим князем (ханом) был Василий I. Время его правления — период великого церковного раскола в 1378–1415 гг., когда происходил «выбор» веры во всех странах. Этот раскол сопровождался большим количеством междоусобных войн и смут в империи.

При Василии I укрепляется православие на Руси. Именно к этому времени относится крещение Руси, которое известно нам как знаменитое летописное событие — Крещение Руси Владимиром Святым в 988 г.

Я понимаю, как ужаснется читатель от этого невероятного факта. Выходит, что Владимир Святой не что иное, как фантомное отражение Василия I. Это осознать, конечно же, трудно, но именно к такому выводу приходят авторы новой хронологии.

Но не только Владимир Святой является фантомом более поздних исторических событий. Василий I отразился на страницах западноевропейских хроник как Габсбург «Венцеслав». Василий I — это и Витовт Литовский.

С 1425 по 1431 г. Великим князем был Юрий Дмитриевич, а с 1425 по 1462 г. в течение 37 лет на престоле был Василий II Темный. При нем происходит разрыв Русской церкви с константинопольской (в это время униатской). В 1448 г. без согласия Константинополя на Руси был поставлен митрополит Ион.

Василий II готовит новое завоевание Константинополя и Южной Европы, которая в это время отделилась в религиозном отношении от Руси и являлась метрополией империи. Это завоевание было успешным. В 1453 г. Константинополь был взят приступом и переименован в Стамбул.

Согласно новой хронологии, «дубликатами» Юрия Дмитриевича являются Святополк, убийца Бориса и Глеба, ошибочно отнесенный историками в XI в.; Сигизмунд Литовский, а на страницах западноевропейских летописей он известен под именем Габсбурга «Роберта», или «Рупрехта Палатинского».

У Василия II тоже были «дубликаты» из более ранней истории. Это Ярослав Мудрый, отнесенный историками в XI в., на страницах западноевропейских хроник известный как Габсбург «Венцеслав + Сигизмунд».

С 1462 по 1505 г. великим князем, ханом Орды, становится Иван III. Его другое имя Тимофей.

Ивана III называли Иваном Грозным, как и хорошо всем известного царя Ивана IV Грозного, о котором мы расскажем ниже. А сейчас, может быть опережая события, хотелось бы обратить внимание читателя на то, что Иван III и Иван IV Грозный, согласно новой хронологии Фоменко и Носовского, одно и то же лицо.

Жизнь царя Ивана III является в значительной степени отражением жизни царя Ивана IV.

Авторы новой хронологии приводят много интересных фактов совпадений биографий этих двух царей и приходят к выводу, что дважды в историографии описан один и тот же царь.

Турция входила в состав Великой Русской империи. Основателя Османско-Оттоманской империи в русских документах XV–XVI вв. называют именем Отоман. Происходит это имя от слова «атаман». Атаманами, как мы знаем, называли руководителей казацких войск. Лызлов, автор «Истории Скифской», так и пишет: «Атаман — прародитель султанов турецких».

Уже Орхан, сын основателя Османского государства Османа, в 1354 г. овладел европейским берегом Дарданелл.

Наследник Орхана султан Мурад I завоевал Фракию и в 1356 г. перенес свою столицу в Адрианополь. Турки оказались в непосредственной близости к Константинополю, столице Византийской империи.

В конце XIV в. данниками турок стали Сербия, Болгария, Валахия. Наступление турок на Балканы было временно приостановлено в начале XV в. вследствие удара, нанесенного туркам Тимуром, но при султане Мураде II (1421–1451) оно возобновилось с новой силой.

В 1422 г. Мурад II осадил Константинополь, правда, неудачно. Но при дворе византийского императора Иоанна VIII Палеолога прекрасно понимали, что снятие осады Константинополя — это временная передышка и что если Византия не получит помощи извне, то дни ее сочтены.

Согласно новой хронологии, турки-оттоманы — это казаки-атаманы. Казацкие атаманы упорно расширяют свои завоевания. В списке посольства Франциска де Колла указан «перечень стран и областей, завоеванных турками в Азии и Африке». В этот перечень правильно включены в Азии — вся Малая Азия, часть Кавказа, Месопотамия, Иудея, в Африке — Египет, Аравия, Берберия.

Итак, турецко-казацкие атаманы захватили и Египет. Кстати, в древности Африкой называли также часть Европы и Азии, тогда указание, что «турки завоевали Берберию», т. е. Скифию, означает лишь то, что Скифия и Турция входили тогда в состав Великой Русской империи. Это вполне отвечает реконструкции новой хронологии.

В 1453 г. русская орда и турки-атаманы берут Константинополь. Для облегчения управления огромной империей она разделяется на два центра. В империи кроме Великого Новгорода в Руси-Орде возникает второй центр: Стамбул на Босфоре. Древний Царьград стал столицей южных областей Великой империи. Таким образом, русские контролируют северные земли империи, а турки-атаманы — южные земли. Западная Европа контролируется Русью-Ордой и Турцией-Атаманией. На месте Древней Византии возникла новая, союзная Руси-Орде империя. Это Турция-Атамания, или Атаманская империя. Религией этой империи становится мусульманство.

Волна турецко-атаманского нашествия затапливает все новые и новые страны. После захвата Константинополя в 1453 г. Мехмед II завоевал Сербию, греческие княжества Морей, герцогство Афинское, подчинил Албанию, овладел островами Эгейского моря.

Сын Мехмеда II Баязид II (1481–1512) вел длительную войну с Венецией, а также с Венгрией и австрийскими Габсбургами, принудил Молдавию признать суверенитет Турции.

При Селиме I (1512–1520) Европа получила кратковременную передышку, потому что основные удары турок были направлены на Восток (Селим I завоевал Сирию, Палестину, Египет), но при преемнике Селима I Сулеймане I Кануни (1520–1566) с новой силой возобновляется турецкое наступление на Европу.

В то время как Западную Европу турки собираются завоевывать («покорити»), с Русью они хотят объединиться, причем с очевидной целью подготовки военного похода на Запад.

Турки, «дав передышку итальянцам и венецианцам и вступив в союз с татарами, покорят это царство и будут иметь свободу для завоевания Германии и Италии. Потому что (султан надеется), будучи научен советом русских, пребывающих при его дворе, после того, как он получит власть на Руси, ему будет легче покорить Италию, Францию, Испанию и Германию».

Турция и Русь стремятся преодолеть возникающие между ними разногласия, а затем захватить Западную Европу. Султан надеется взять первенство в династическом споре с русским государем, опираясь при этом на русских в своем окружении. Такое объединение с Русью турки считают важной предпосылкой для завоевания Европы.

Полного объединения не произошло, так как это уже время религиозного раскола. Но тем не менее военный союз и дружественные отношения между Русью и Турцией сохранялись до эпохи Романовых. При турецком дворе была сильная русская партия. Да и запорожские казаки-атаманы часто воевали на стороне Турции. Может быть, даже чаще, чем на стороне других государей. А после победы Петра I над Мазепой на какое-то время часть запорожских казаков с их гетманом даже ушла в Турцию.

Авторы новой хронологии отмечают, что имена «русские», «турки» и «татары» переплетены в древних источниках настолько тесно, что отделить их друг от друга очень сложно. И понятно — почему. Они обозначали тогда одно и то же.

Если Селим I острие своих завоеваний обращал на Восток (Сирия, Палестина, Египет), то сменивший его на султанском престоле в 1520 г. Сулейман Кануни (т. е. попросту Сулейман ХАН, или хан Соломон) объектом своей агрессии избрал Европу.

В 1521 г. под натиском турок (атаманов) пал Белград, в 1522 г. турки захватили Родос, а во второй половине 20-х гг. они направили свои удары против Центральной Европы: в 1526 г. взяли столицу Венгрии Буду, а в 1529 г. подошли к столице империи (Габсбургов) Вене и осадили ее.

После битвы при Мохаче в 1526 г. турки-татары-атаманы захватили большую часть Венгрии, и граница Оттоманской = Атаманской империи теперь проходила недалеко от Вены, столицы Австрии.

На Средиземном море турки угрожали владениям Венеции и Испании. Для борьбы против турок не раз создавались «священные лиги», непременными участниками которых были австрийские и испанские Габсбурги, Римский Папа, Венеция.

Попав в вассальную зависимость от Великой Русской империи, находившейся в то время в союзе с Оттоманской (Атаманской) Турцией, большая часть Западной Европы находилась под постоянной угрозой повторного разгрома вплоть до конца XVI в.

Против турецкого султана «стоит» один испанский король; Римский Папа уплачивает испанскому королю Филиппу ежегодную дань в 200 тысяч «золотых черленых» для того, чтобы Филипп его оборонял от турок.

Собирая, таким образом, деньги с других европейских стран, испанский Филипп тоже уплачивал дань туркам-атаманам. И также стремился не задерживать ее выплату.

Досрочную уплату дани на дипломатическом языке вполне можно назвать «обороной от турок».

А затронули мы этот вопрос потому, что оттоманское = атаманское нашествие косвенно, а может, и не только косвенно — коснулось даже западных берегов Европы. Португальского короля «убили турки и арапы в Индейской земле», погибший король «был сродичь» испанскому королю Филиппу.

А что же Франция и Англия? Что они делают в это время? Оказывается, они «были заинтересованы в развитии торговли с Турецкой империей». Это — после разгрома оттоманами = атаманами крестоносных армий, в состав которых входили и французские рыцарские отряды.

Фоменко и Носовский отмечают, что в конце XVI в. Англия имеет тесные дружеские отношения с Турцией, хотя вроде бы старается их не афишировать. Например, английская королева «Елизавета отрицает справедливость слуха о том, что она оказывает помощь турецкому султану, воюющему с христианскими государями… Торговля с Турцией ведется с давних лет».

Этот факт указывает на какую-то глубинную связь между. Англией и Великой = «Монгольской» империей.

Происхождение особых дружеских связей между Францией — Англией, с одной стороны, и Ордой — Турцией — с другой, можно, наверное, усмотреть в истории XIII в. В традиционной истории известно, что франки, т. е. предки французов, упорно считали себя потомками троянцев: как мы теперь понимаем, по-видимому, готов, турок, «монгол» = великих.

А по реконструкции новой хронологии островная Англия была также заселена выходцами из Византии.

Откуда, вероятно, и само название Англия — по имени византийской императорской династии Ангелов.

Так или иначе, но все это указывает, что Великая империя и ее союзник Оттоманская = Атаманская Турция глубоко и давно внедрились на Западе и в итоге сыграли огромную роль в формировании Западной Европы в эпоху XIII–XV вв. Существенно большую, чем это вынужденно признается традиционной историей.

Сегодня считается, что в середине и в конце XVI в. уже начинаются трения между Турцией и Россией. Надо думать, упорная работа западноевропейской дипломатии в этом направлении начала наконец приносить свои плоды. А в XIV–XV вв. все подобные попытки кончались неудачей.

Итак, Западная Европа платила дань туркам-атаманам. Одной из наиболее устойчивых ее форм была выплата в виде ефимков — специального вида особо крупных серебряных монет. Собственно, уже не монет, а фактически слитков драгоценного металла весом от 28,5 до 32 граммов.

Известный ученый И. Г. Спасский говорит про ефимки: «Это общее название любых высокопробных западных монет весом 28,5–29,0 грамма, а изредка до 32 граммов», на Западе их называли талерами.

Согласно концепции новой хронологии, ефимки в не меньшем количестве поступали в то время и в Россию, либо через посредство турок-атаманов, а скорее всего — напрямую.

Оказывается, вплоть до XVII в. на Русь потоком шло западноевропейское серебро. И это факт, хорошо известный в русской истории. Россия была буквально завалена серебром и золотом при полном отсутствии в то время собственных серебряных рудников.

По-видимому, это и была та самая дань, которую Западная Европа платила Великой = «Монгольской» Русской империи.

Кстати, по-видимому, именно поэтому до XVIII в. в России не было нужды в разработке собственных серебряных рудников. Серебра хватало, пока исправно шла дань. А когда дань прекратилась, на Руси стали искать свои источники этого драгоценного металла. И действительно, на пороге XVIII в. в Нерчинске открылся единственный тогда серебряный рудник в России. Да и то «не давал за год и пары пудов». Какое-то время жили еще на старых запасах дани западноевропейского серебра.

В XIV–XV вв. это была прямая уплата дани. Но затем форма выплаты изменилась, стала «более цивилизованной» и изощренной, прямо-таки современной. Произошло это в XVI–XVII вв. и выглядело так.

Денежные взаимоотношения между Россией и Западом покоились в то время на двух началах.

1. Внутри России расчеты велись исключительно в копейках. Что это значило в то время? Это означало, что в копейках велись все торговые расчеты Запада и Востока, так как все торговые пути между Западом и Востоком шли через Россию.

До открытия пути в современную Индию другого пути у Запада не было.

Только с начала XVI в., точнее, с 1510 г. европейские купцы впервые открыли морской торговый путь в современную Индию. Но путь этот шел вокруг Африки и был очень неудобен и дорог. А через Россию торговать было удобнее.

2. Западный купец не мог рассчитываться своим серебром — ефимками. Он обязан был их продать и купить русские копейки по жестко ограниченному «низкому», установленному русским государством курсу.

Таким образом, западноевропеец был вынужден оставлять в России около 15 процентов своего серебра, которым он рассчитывался. Это был фактический налог со всего торгового оборота между Западом и Востоком, который в то время почти весь шел через Россию.

Такой невыгодный для западноевропейцев порядок, очевидно, мог опираться только на военную силу Русской («Монгольской») империи. Это и была одна из поздних форм взимания дани с Западной Европы.

Русский государственный надзор над закупкой ефимков-талеров был очень строгим. Назначаемые государством из купечества контролеры осуществляли надзор за закупками серебра в Архангельске и за торговлей им в Серебряных рядах Москвы.

В Россию разрешалось поставлять только высококачественные талеры-ефимки. Как сообщает И. Г. Спасский, «второсортные» талеры «на московском рынке были неизвестны» до середины XVII в.

За этим ревниво следило русское государство. Сдаваемые России западноевропейцами талеры придирчиво сравнивались с эталонными образцами — «заорлеными талерами», т. е. «надчеканенными небольшим штемпелем с двуглавым орлом».

Попытки западноевропейцев сдать второсортное серебро сурово пресекались Россией.

Любопытно подсчитать, сколько же процентов своего серебра европейский купец был вынужден оставлять в России в качестве косвенного налога?

Вес ефимка = 28,5–29,0 грамма. Копейка весила 0,66–0,68 грамма. Талер в начале XVII в. западноевропейцы обязаны были продавать не дороже 36 копеек. Отсюда очевидно вытекает, что реально в талере было от 42 до 44 копеек.

Таким образом, западный купец выплачивал русской казне налог от 6 до 8 копеек с талера, т. е. 15–18 процентов.

Известно, что торговля с Востоком была для Западной Европы делом исключительной важности. Также известно, что торговля с Востоком пронизывает и всю «античную» эпоху, включая Римскую. И вплоть до XIX в. это было одно из самых «больных мест» в западноевропейской внешней политике.

И вот почему «римлянин Плиний Старший (якобы «античный» автор)… пишет, что ежегодно из Римской империи в этом направлении (т. е. на Восток) уходило 100 млн сестерциев, причем 50 млн шло в Индию, вторую же половину забирала торговля с Китаем и Аравией».

Речь тут идет, считают Носовский и Фоменко, не об «античности», а о XIV–XVIII вв. н. э. «Индия» и «Китай» в эту эпоху — это Русь-Орда. А «Аравия», вероятно, Турция-Атамания. Вот куда безжалостно вывозились «древнеримские» сестерции.

Те же жалобы громко звучат и в XVII в. Французский путешественник XVII в. Франсуа Бернье сравнивал, например, Индостан с пропастью, поглощающей значительную часть золота и серебра всего мира, «которые, — как он писал, — находят многие пути, чтобы туда проникнуть со всех сторон, и почти ни одного — для выхода оттуда».

То же самое происходит якобы и в «античном» Риме. «Недовольство государственных мужей Рима такой утечкой драгоценных металлов и дороговизной — практически неизменный лейтмотив сообщений, связанных с китайскими, индийскими или аравийскими товарами».

Английский экономист Эдуард Мисселден в начале XVII в. пишет: «Денег становится меньше вследствие торговли с нехристианскими странами, с Турцией, Персией и Ост-Индией… Деньги же, которые вывозятся для торговли с нехристианскими народами в вышеуказанные страны, всегда расходуются и никогда не возвращаются назад».

Только в XIX в. европейцы, совершив переворот в производстве товарной продукции, сделав ее качественной и очень дешевой, сумели остановить поток западноевропейского золота на Восток, и западные товары на восточных рынках впервые стали более чем конкурентоспособны.

Со времен Средневековья целыми кораблями к берегам Восточного Средиземноморья везли звонкую монету средневековые европейские государства. И уже оттуда она по торговым путям развозилась купцами по всей Азии. Венецианский дож Томазо Мочениго (его правление относится к 1414–1423 гг.) в своем завещании отмечал, что Венеция ежегодно чеканит 1,2 млн золотых и 800 тыс. серебряных дукатов, из которых примерно 300 тыс. дукатов отправляется в Сирию (т. е., по-видимому, на Русь, которую некоторые называли тогда Сирией, при обратном прочтении) и Египет (под властью Оттоманов = Атамании).

Иногда цифры бывали выше. Например, в 1433 г. в Александрию и Бейрут было доставлено 460 тысяч дукатов. По всей видимости, это в основном были золотые монеты. Везли деньги в обмен на восточные товары и французы, и англичане, и все остальные европейские нации.

Деньги везли, «сдавали», западноевропейские нации. А получали — Турция и Русь.

Не прекратился отток золота и серебра из Западной Европы на Восток и после Великих географических открытий.

A. M. Петров справедливо отмечает: «То, что Запад платил Востоку драгоценными металлами, свидетельствовало не о его богатстве, а о бедности». Запад всеми силами старался остановить отток своего золота и серебра на Восток. Конечно, золото приходилось отдавать кораблями. Но чтобы эти корабли загрузить, приходилось дрожать над каждой копейкой.

Были запреты и ограничения на вывоз звонкой монеты и слитков, табу на ношение шелковой одежды и т. д. Но это мало помогало. Нужны были товары, чтобы устранить пассивность торговли. Однако Европа не могла почти ничего предложить — ее ремесленные изделия были грубы, плохого качества и не пользовались спросом у восточного потребителя. Всем необходимым Восток сам себя обеспечивал.

Возможно, что, в частности, из-за такого одностороннего торгового обмена средневековый Запад и оказался на долгое время в очень тяжелом экономическом положении.

Западная Европа в раннее Средневековье, опираясь только на свои, нищенские ресурсы, вынуждена была резко свернуть связи с Азией. В. Зомбарт, говоря о неразвитости западноевропейского общества того времени, подчеркивает следующее красноречивейшее обстоятельство: «В обширной империи франкского короля не было, в сущности, ни одного города, не существовало никакой городской жизни». Еще один авторитет по истории западноевропейского Средневековья И. М. Кулишер дает такую характеристику: потребности европейца ограничивались «простой и грубой пищей, довольно примитивным жилищем и немногими предметами одежды и утвари, напоминающими по своей простоте обстановку… диких народов. И немногим лучше жили вотчинники вплоть до герцогов и королей».

A. M. Петров пишет: «Впоследствии Западу придется приложить гигантские усилия, чтобы за счет научной и промышленной революций, огромной и взаимосвязанной системы изобретений, внедрения принципиально новых производств ликвидировать это превосходство, а пока средневековое западноевропейское общество с трудом изыскивало что-либо из продуктов, которые могли хоть как-то заинтересовать Восток. Это было в основном сырье: немного меди, немного олова, немного других металлов; небольшая часть азиатских товаров выменивалась у ближневосточных правителей на корабельный лес…

Открытие Америки и приток оттуда золота и серебра облегчили европейцам проблему покрытия импорта с Востока».

Одним из основных товаров, который Запад покупал у Востока, начиная с раннего Средневековья, был шелк. И платили за него большие деньги.

О товарах, шедших по Великому шелковому пути, можно говорить бесконечно, а перечислить их, пожалуй, вообще невозможно. Здесь торговали фарфором, мехами, рабами (особенно женщинами), металлическими изделиями, пряностями, благовониями, лекарствами, слоновой костью, породистыми лошадьми, драгоценными камнями. Но был еще товар товаров. Именно он дал имя этому пути. Это шелк.

Почему такой постоянный ажиотаж вокруг шелка на протяжении всего Средневековья, почему такая дороговизна?

Конечно, это легкая, прочная, красивая и удобная ткань. Но есть у этой ткани еще одна, гораздо более важная особенность — она обладает дезинсекционными свойствами. У нити тутового шелкопряда уникальная способность отпугивать вшей, блох и прочих членистоногих, не давая им гнездиться в складках одежды.

А это при повсеместной, порой чудовищной антисанитарии в прошлые века было буквально спасением для обладателя шелкового платья. Это отнюдь не преувеличение. Вот цитаты из работ двух крупнейших исследователей экономической истории средневековой Европы — Иосифа Михайловича Кулишера и Фернана Броделя. Первый пишет: «Грязны были и люди, и дома, и улицы. В комнатах гнездились всевозможные насекомые, которые в особенности находили себе удобное место на трудноочищаемых балдахинах, устраиваемых над кроватями именно в защиту от находящихся на потолке насекомых. Но они находились и в платье, и на теле». Фернан Бродель добавляет: «Блохи, вши и клопы кишели как в Лондоне, так и в Париже, как в жилищах богатых, так и в домах бедняков». Поэтому шелк составлял предмет жизненной необходимости. При своей дороговизне он был доступен лишь богатым.

С. Самоделова в газете «МК» отмечала, что Леонардо да Винчи в портрете Чечилии Голлерани изобразил красавицу с горностаем в руках. На самом деле красавица Голлерани держит не горностая, а белого хорька-альбиноса. Но дело не в этом. Главное, дамы держали зверьков как средство от блох. «Трудно поверить, — пишет Самоделова, — но в прежние времена зловредные насекомые досаждали и дамам при дворе французского короля. От блох были изобретены и быстро вошли в обиход специальные блохоловки — тонкие полые трубочки, в которые вставлялся стерженек с приманкой. Искусно сделанная блохоловка из серебра или слоновой кости стала принадлежностью туалета, как веер или табакерка. Нередко на нежных шеях красоток висел в золотой оправе маленький стеклянный сосуд, наполненный медом или кровью, куда, как в западню, и попадали дамские обидчики. Захватывали дамы с собой и длинные спицы, которыми они изящно почесывали головы. Блохи стали весьма популярны. Их стали даже дрессировать».

А как же обстояли дела на Востоке? Путешественники прошлого постоянно обращали внимание на, казалось бы, вопиющие контрасты в жизни кочевников: ужасающую антисанитарию и грязь и одновременно ношение даже самыми бедными из них шелковых одежд.

Кто такие средневековые кочевники, изображаемые западными европейцами, мы уже хорошо знаем. Это русское войско-орда, находящееся в походе, т. е. кочующее. Конечно, в походных условиях казаков-ордынцев мучили вши. Особенно в то время, когда еще не было мыла. Да, впрочем, и в наше время (вспомним крупные войны XX в.), когда мыло уже было, в окопах все равно было много вшей.

Но это — в военном походе. А дома? Хорошо известно, что даже без шелковых одежд у русских в домашних условиях практически не было вшей. Потому что на Руси мылись в банях, которых на Западе не было. В банях легко было отмыться и без мыла. А вот в военных походах орды у каждого, даже у самого бедного, оказывалась шелковая рубашка.

Известно, что в Западной Европе вши стали исчезать только после изобретения мыла. Возможно, многие привыкли к внушенной нам мысли, будто утопающий в роскоши «античный» и средневековый Запад вовсю покупал дорогие восточные пряности, чтобы ублажить утонченный вкус западноевропейских аристократов. Действительно, кроме шелка с Востока в Западную Европу везли также пряности. Однако их использовали не столько как пищевые добавки, но, что куда важнее, как лекарства. Корица, перец, кардамон, имбирь, нард, тропическое алоэ присутствуют в сочинениях выдающегося «античного» ученого Гиппократа и другого крупнейшего авторитета «античной» медицины — Галена.

Когда в начале XVII в. в Англии шел яростный спор между сторонниками и противниками торговли с Азией (а она забирала огромные количества драгоценных металлов за свои товары, и в частности за пряности), чаша весов во многом склонилась в пользу продолжения этих связей после аргументации великого английского экономиста Томаса Мена. «Пряности, писал он, вещь необходимая для сохранения здоровья или лечения болезни».

Таким образом, Запад покупал пряности, скорее всего, в силу суровой необходимости, а не от роскоши. И за лекарства приходилось опять-таки платить серебром и золотом.

Что же происходило далее с описанным выше потоком западноевропейского золота, серебра и, в частности, серебряных ефимков-талеров в Россию? Оказывается, неисчислимое множество ефимков-талеров переливалось из европейского обращения в Россию, чтобы превращаться там в проволоку для выделки русских копеек, т. е. западноевропейская валюта шла в Россию в качестве сырья. И. Г. Спасский писал: «В самой России роль талера стала совершенно иной — только товарно-сырьевой… Правительство увидело в талере наилучший вид монетного металла».

А до талеров из Европы сырьевое серебро сдавали на Русь в виде слитков. При этом в русском быту западноевропейский талер-ефимок был совершенно неизвестен. В России же популярный за ее южной и западной границей талер оставался для широких масс населения неведомым, настолько быстро уходили партии талеров на монетный двор, а русские люди пользовались у себя дома своими русскими копейками, которые чеканил монетный двор из западного серебра.

По мнению Фоменко и Носовского, это означает, что Русь того времени фактически брала дань серебром и золотом из Западной Европы. Часть ежегодно ввозившегося в Россию серебра расходовалась ювелирным промыслом и оседала в убранстве храмов России, в царской сокровищнице и в богатых домах бояр и купечества; монетные клады — хорошо известная всем особенность русского старинного быта. «Уму непостижимо обилие монетных кладов в России и СССР», — пишет И. Г. Спасский.

В отличие от серебряных на Руси были свои золотые рудники (Урал, Казахстан). Кроме того, золото поступало на Русь также и в виде дани. Только на Руси крыши, купола храмов не только в столице, но и во всех городах крыли золотом. Мы к этому настолько привыкли, что это нас, в общем-то, и не удивляет. А вот путешественников из Западной Европы это поражало до глубины души. Стоит заметить, что даже на купол главного латино-католического собора в Ватикане — собора Святого Петра — золота не положили.

В XVII–XIX вв. путешествующих европейцев поражало обилие золота на Руси, где оно было даже выставлено напоказ, особенно в убранстве церквей. Золотые купола, золотые оклады икон и книг, покрытые золотом иконостасы.

А вот в уже хорошо знакомой путешественникам Индии, на современном полуострове Индостан, обилия золота в XVII–XIX вв. как-то не замечали. А в XIV–XV вв. все было якобы наоборот. Путешествующих европейцев, напротив, поражало обилие золота в далекой сказочной для них «Индии», где оно было тоже выставлено напоказ. А вот обилия золота на тогдашней Руси — да и саму Русь заодно — тогда почему-то не замечали.

Конечно, можно по-разному трактовать этот факт. Мы лишь отметим, что он хорошо объясняется концепцией новой хронологии, согласно которой «Индией», т. е. далекой страной, до конца XV в. на Западе называли именно Древнюю Русь.

Возможно, кто-то сейчас возмутится, почему все средневековые изображения «восточных стран» почему-то обязательно описывают Русь. Средневековая Индия — Русь. Средневековый Китай — тоже Русь.

Обойти ее было никак нельзя. Поэтому уже тот факт, будто некий западный путешественник вроде Марко Поло по дороге в Китай якобы ничего не замечает на Руси, уже странно.

Таким образом, Великая Русская империя, которая получила название Третий Рим, была мощным многонациональным государством, в которое входили вся Европа, Ближний, Средний и Дальний Восток, Индия, Египет и Китай. Чтобы убедиться в этом, давайте, дорогой читатель, посмотрим, что представляли собой Китай и Египет в это время.

Сегодня не все понимают старый смысл русского слова «Индия». Оно писалось раньше как «индея» (через ять) и, очевидно, происходило от сегодня уже забытого наречия инде (тоже через ять), т. е. «в другом месте», «с другой стороны», «кое-где», «где-нибудь». Поэтому Индия — это просто далекая страна, заграница.

Сейчас наречие инде уже не употребляется, но раньше оно использовалось наряду с другими наречиями вроде «везде», «где», «здесь» и т. д.

Русское слово «инде» перешло в латинский язык, даже не изменив своей формы. Сегодня вы увидите его в латинском словаре: «INDE — оттуда, с того места». Латинские купцы-гости, возвращаясь на родину с русских ярмарок, принесли с собой и это ставшее привычным им слово «инде». А также происходящее из него слово «Индия» — далекая страна.

Именно в таком смысле, далеких стран вообще, употреблено слово «Индия» и в русском «хождении за три моря» Афанасия Никитина.

Изучая китайские хроники, Морозов, Фоменко и Носовский пришли к парадоксальным выводам. Оказывается, Древний Китай населяли все европейские народы — венгры, сербы, готы, донские казаки, татары, турки, шведы… Например, в древней истории Китая хорошо известен народ хунны. Но в начале н. э. те же хунны живут в районе Средиземноморья. Современные историки вынуждены предположить, что гунны-хунны разделились на две части. Одна часть якобы оказалась в Средиземноморье, а другая — в Китае. Но гунны — это средневековое название венгров. Причем венгры появляются в китайской истории и под своим европейским именем угры, т. е. практически те же самые угры. Проблема происхождения европейских гуннов из якобы «китайских хуннов» не дает покоя историкам. Недавно гуннов стали называть сюннами, следуя современному китайскому произношению.

Таким образом, приходят к заключению Фоменко и Носовский, в Древнем Китае жили венгры.

Но не только венгры жили в Китае, а и другие народы Европы. Л. Н. Гумилев сообщает: «В Азии победителями хуннов стали не сами китайцы, а народ, ныне не существующий, известный только под китайским названием «Сяньби». Это название звучало в древности как «Sarbi, Sirbi, Sirv».

Авторы новой хронологии не соглашаются с Л. Н. Гумилевым, будто этот народ бесследно исчез. Все мы хорошо знаем знаменитый европейский народ: сербы. Сербы («Sarbi, Sirbi, Sirvi») живут до сих пор на Балканах и совсем не собираются бесследно исчезать.

В китайских хрониках хорошо известен и знаменитый народ киданей. Они считаются потомками «сяньби», т. е. сербов. Кроме того, кидани якобы принадлежали к юго-восточной ветви сербов. Фоменко и Носовский считают, что это попросту македонцы. В самом деле, Македония граничит с Сербией на юге. Языки сербов и македонцев очень схожи. Поэтому македонцев раньше иногда называли южными сербами. Мы видим полное соответствие с «древней китайской географией». Считается, что кидани в X в. н. э. основали государство «в Китае».

В китайских хрониках упоминаются и племена жундиского (от названия Жуны) происхождения. Это те же гунны. Слившись, они образовали средневековых тангутов. (Китайцы иногда фигурально называли их «динлинами», подчеркивая их европеоидность как отличительную черту.) Настоящие динлины были другим народом и жили не в Китае, а в Сибири. В имени тангутов легко узнать дон-готов, или танаис-готов, т. е. попросту готов, живших на Дону (Танаис — старое название реки Дон) или на Дунае. Получается, что донские или дунайские готы жили в Китае. Недаром китайская хроника подчеркивает европеоидность этого народа. Еще одно важное замечание. Готы — это просто другое название для казаков и татар, т. е. донские казаки жили в Китае.

В Китае жил многочисленный народ шивэй, т. е. свей. Это — шведы. Напомним, что шведов раньше по-русски называли свей. Да и сама их страна до сих пор называется Sweden, т. е. от слова «Свей». Китайские шведы жили на севере Китая, как и европейские шведы живут на севере. Опять мы видим, что в китайской истории всплывает название народа, жившего и живущего до сих пор в Европе. А в Китае все эти якобы жившие там когда-то народы загадочно и бесследно исчезли.

А вот интересное свидетельство о том, что чехи жили в Древнем Китае. «В 67 г. н. э. хунны и китайцы вели ожесточенную войну за так называемый Западный Край. Китайцы и их союзники… разорили союзное с хуннами княжество чеши… Хуннский шаньюй собрал остаток чешиского народа и переселил их на восточную окраину своей державы… Чешийцы принадлежали к восточной ветви индоевропейцев». Здесь не только названы чехи, в форме чеши, но и совершенно справедливо отмечено, что чехи — соседи венгров, т. е. гуннов.

А вот еще интересный факт. Оказывается, китайские историки убеждены, что в Китае испокон веков жили татары и турки.

Китайские татары были трех видов. Средневековые китайские историки делили восточные кочевые народы на белых, черных и диких татар. Но это деление татар на три группы хорошо известно и в России. Это — Великая Орда, т. е. Великая Русь, Синяя Орда, т. е. Малая Русь, и Белая Орда, т. е. Белая Русь.

В Китае и в Европе, как только речь заходит о татарах, сразу же начинается путаница. Дело в том, что в нашей русской истории слово «татары» было собирательным. Оно часто означало одновременно и русских, и турок, и татар (в современном смысле этого слова). То же самое мы видим и в китайской истории.

То, что татары было собирательным именем, отмечал еще Рашид-ад-дин: «Многие роды поставляли величие и достоинство в том, что относили себя к татарам и стали известны под их именем, подобно тому как… другие племена, которые имели каждое свое определенное имя, называли себя монголами из желания перенести на себя славу последних».

С китайскими татарами происходят какие-то фантастические превращения. В XIII в. татар стали рассматривать как часть монголов. Название татар в Азии исчезло и перешло на поволжских тюрок, подданных Золотой Орды, где с течением времени превратилось в этноним. Многочисленные татары (в узком смысле слова) составляли передовые отряды монгольского войска.

Все это хорошо знакомо. Западные европейцы тоже называли нас всех «татарами» в широком смысле слова. Однако на Руси жили, конечно, и «настоящие» татары — поволжские тюрки, т. е. татары в узком смысле слова. Сегодня татарами уже называют только их.

Как мы видим, то же самое было и в Китае. Китайцы тоже почему-то, в точности как западные европейцы XIII–XVI вв., путались между «монголами», т. е. русскими, и татарами, т. е. поволжскими тюрками.

Все эти «китайские сведения» о перечисленных выше народах, в том числе о татарах и монголах, — европейского происхождения. Они были занесены в Китай (на бумаге) лишь в XVI–XVIII вв. А затем были адаптированы, включены в якобы местную китайскую историю. Так и возникли в китайской истории (на бумаге) татары, бесследно затем исчезнувшие из Китая и каким-то чудом оказавшиеся в Поволжье.

Фразой «монголы жили в Древнем Китае» никого не удивишь. Это всем известно. До сих пор современные монголы там живут. Да и современная Монголия граничит с Китаем. Эти монголы относятся к монголоидной, а не к индоевропейской расе.

Однако оказывается, что «древние монголы», жившие в Древнем Китае, были индоевропейцами. «Согласно свидетельствам современников, монголы в отличие от татар были народом высокорослым, бородатым, светловолосым и голубоглазым».

Непонятно. Куда же они делись? Ведь современные народы, называемые сегодня монголами, совершенно другие. Этого вопроса не мог не задать себе и Л. Н. Гумилев. И он строит весьма искусственную теорию, долженствующую разъяснить удивленному читателю, как голубоглазые, бородатые и высокорослые «древние монголы» неожиданно полностью сменили свой расовый тип. Умозрительность этих построений очевидна.

Фоменко и Носовский приходят к мысли, что «китайская история» до XV в. н. э. развертывается — по крайней мере отчасти — не в Китае, а в Европе. И лишь затем эти европейские хроники попали в Китай и там были включены в местную историю как ее начальная фаза. Такие примеры авторы новой хронологии неоднократно приводили. Именно так, по их мнению, создавалась и английская история. Византийские хроники, излагавшие историю Средиземноморья, были занесены в островную Англию потомками крестоносцев, вернувшимися из Византии, и затем по ошибке положены в фундамент истории островной Англии.

Не часто мы задумываемся и о названии Китай. Это название в наше время сохранилось только в России. Конечно, сегодня мы называем именно современный Китай Китаем, но, кроме нас, так его никто не называет. Как, кстати, и сами китайцы себя так не называют. Да и в русском языке Китай стал называться Китаем уже после XVII в. Так, в «Словаре русского языка XI–XVII вв.» слово «Китай» как название государства вообще отсутствует. Современный Китай в XVII в. на Руси называли еще Богдойским царством.

В русской дипломатической переписке, по крайней мере до конца XVII в., ни о каком Китае, ни о каких китайцах речи не шло. Государство называлось Богдойским ханством, а его жители — богдойцами.

Китайского императора называли Богдыхан, и никак иначе, или же богдойский хан, т. е. хан богдойцев.

Богдойский хан — это русский термин «Богом Данный Хан», т. е. хан, благословенный Богом, Хан Богдан. На Амстердамской карте XVIII в. область Богдой изображена вне Китая, рядом с его северной границей, за Китайской стеной. Это указывает, что еще в XVII в. вокруг Китая было много путаницы. Неясно, например, в Китай ли направлялись посольства, о которых мы говорили. И что именно означало в то время название Китай?

В старых документах мы время от времени наталкиваемся на Кара-Китайское государство, оно же — государство Пресвитера Иоанна. Спрашивается, где оно? По гипотезе Фоменко и Носовского, это — Древняя Русь XIII–XIV вв. н. э. После объединительных войн Ивана Калиты Древняя Русь расширилась и стала называться иностранцами, западноевропейцами «Монгольской» = Великой империей.

Но, как считают они, одним из самоназваний этого государства или какой-то его части, было название Китай. Поэтому в русском языке до сих пор сохраняются следы старых русских названий: Китай-город, китайка — простая хлопчатобумажная ткань, а также сорт яблок; кита — старое название чего-то свитого, сплетенного и т. д.

Название Китай связано не только с понятием «кита», о чем мы говорили выше, но и происходит от имени народа киданей. Киданей называли также хитаями, т. е. китаями. Но это означает, что Китай обязан своим названием европейской Македонии. Поскольку китайские кидани — это македонцы. История киданей оказывается тесно переплетенной с историей «Монгольской», т. е. Русской, Великой империи. С государством китайских киданей, как мы уже говорили, историки связывают также и западноевропейские легенды о государстве Пресвитера Иоанна, т. е. о той же Великой Руси. И все это происходит вскоре после того, как кидани навсегда покидают Китай. С карты современного Китая этот знаменитый в китайской истории народ странным образом бесследно исчезает.

Язык македонцев считается прообразом церковно — славянского языка, долгое время использовавшегося на Руси в качестве официального. Составители церковно-славянской азбуки-кириллицы — «солунские братья» Кирилл и Мефодий были родом из славянского города Солунь, находящегося на территории Македонии, т. е. были скорее всего македонцами. Таким образом, в древней русской культуре прослеживаются явные связи с македонской славянской культурой.

Фоменко и Носовский сопоставляют это важное обстоятельство с тем, что, согласно китайским хроникам, государство «убежавших из Китая киданей» стало зародышем будущей «Монгольской», т. е. Великой, Русской империи с центром на Волге — Золотой Орды.

Фоменко и Носовский выдвигают интересную версию о строительстве Великой Китайской стены. Традиционно считается, что Великая Китайская стена начала строиться в III в. до н. э. для защиты от северных кочевников. Но мысль о том, что знаменитая Китайская стена высотою от 6 до 7 метров и толщиною до 3, тянущаяся на три тысячи километров, начата была постройкой еще в 246 г. до н. э. императором Ши-Хоангти и была окончена только через 1866 лет, к 1620 г. н. э., до того нелепа, что может доставить лишь досаду серьезному историку-мыслителю. Ведь всякая большая постройка имеет заранее намеченную практическую цель. Кому пришло бы в голову начинать огромную постройку, которая может быть окончена только через 2000 лет, а до тех пор будет лишь бесполезным бременем для населения. Да и сохраниться так хорошо, как теперь, Китайская стена могла лишь в том случае, если ей не более нескольких сот лет.

Когда же построили стену? Поскольку, по мнению авторов новой хронологии, «древнекитайская» история разворачивалась в действительности в Европе вплоть до XV в., то Китайскую стену создали не ранее XV в. н. э. И строили ее, конечно, не против стрел и копий с медными или даже каменными наконечниками III века до н. э. Против них каменная стена толщиной около трех метров не нужна. Такие стены нужны против огнестрельных орудий. И, строить подобные сооружения начали не ранее XV в., когда на полях сражений появились пушки и осадные орудия. Например, Константинополь брали при помощи орудий.

Великая Китайская стена строилась прежде всего как сооружение, обозначающее границу между двумя странами: Китаем и Россией. Конечно, задумывалась она как военно-оборонительное сооружение, но вряд ли использовалась именно в этом качестве.

Оборонять 4000-километровую стену от нападения противника бессмысленно, даже если она тянется «лишь» на одну или две тысячи километров. Стена в ее сегодняшнем виде не достигает четырех тысяч километров. Высота ее была 10 метров, и через каждые 60–100 метров высились сторожевые башни. Но когда работы были закончены, оказалось, что всех вооруженных сил Китая не хватит, чтобы организовать эффективную оборону на стене. В самом деле, если на каждую башню поставить небольшой отряд, то неприятель уничтожит его раньше, чем соседи успеют собраться и подать помощь. Если же расставить пореже большие отряды, то образуются промежутки, через которые враг легко и незаметно проникнет в глубь страны.

Крепость без защитников не крепость. Если бы кочевники захотели перейти стену, они с легкостью сделали бы это в любом месте и не один раз.

На самом деле стена была построена прежде всего для обозначения границы между двумя государствами, чтобы исключить пограничные споры. В наше время границы проводят на карте (т. е. на бумаге). А в случае России и Китая китайцы, по-видимому, придавали договору такое значение, что решили увековечить его не только на бумаге, но и «на местности», проведя стену по договоренной границе. Это было надежнее и, как думали китайцы, надолго исключило бы пограничные споры. В пользу такого предположения говорит и сама длина стены. Четыре или одна-две тысячи километров — нормально для границы между двумя государствами. Но для чисто военного сооружения — бессмысленно.

Соглашаясь в целом с мнением Фоменко и Носовского, я хотел бы подчеркнуть, что Великая Китайская стена как единое целое вообще никогда не строилась. Как показали последние исследования американских ученых, то, что мы называем «стеной», просто естественное геологическое смещение земной породы. Это смещение пород произошло несколько миллионов лет назад. Горная складка, возникшая в результате смещения земли, и была использована в качестве естественной границы. Кстати, границы, как правило, всегда и проходили по естественным географическим образованиям — рекам, озерам, горам, морям и т. д.

Сегодня Китайская стена находится внутри Китая. Было ли такое время, когда она обозначала границу страны? И когда это происходило? Ясно, что если ее строили как пограничную стену, то в то время она должна была идти в точности по политической границе Китая. Это позволит датировать постройку стены.

Фоменко и Носовский приводят географические карты, на которых Китайская стена проходит точно по политической границе Китая. Это карты XVII–XVIII вв. Например, карта Азии XVIII в., изготовленную Королевской Академией в Амстердаме. На этой карте отображены два государства: Тартария (Tartarie) и Китай (Chine). Северная граница Китая идет примерно вдоль 40-й параллели. В точности по этой границе идет Китайская стена. Более того, на карте эта стена обозначена как жирная линия с надписью Muraille de la Chine, т. е. в переводе с французского — «высокая стена Китая». Имеются и другие аналогичные карты.

Если картографы XVIII в. поместили на политическую карту мира Китайскую стену, то, следовательно, эта стена имела смысл политической границы. Ведь не изобразили же картографы на этой карте другие «чудеса света», например египетские пирамиды. А Китайскую стену нарисовали.

Когда же была установлена-построена граница-стена между Россией и Китаем? Считается, что ее строительство «завершилось» лишь в 1620 г. Именно в это время между Россией и Китаем происходили пограничные войны. Лишь в конце XVII в. договорились о границе. И тогда же построили стену, чтобы зафиксировать договор.

Можно даже более точно указать время постройки Великой Китайской стены. Вооруженные столкновения разгорелись с середины XVII в. Войны шли с переменным успехом. Описания этих войн сохранились в записках Хабарова.

Договор, зафиксировавший северную границу Китая с Россией, был заключен в 1689 г. в Нерчинске. Может быть, были и более ранние попытки заключить русско-китайский договор. Отсюда Фоменко и Носовский делают вывод, что Китайская стена была построена между 1650 и 1689 гг. Известно, что Богдыхан Канси начал осуществление своего плана вытеснения русских с Амура, построив в Маньчжурии цепь укреплений. Цепь укрепленных башен, соединенных стеной, и есть Великая Китайская стена.

На гравюре начала XVIII в. изображено русское посольство, проходящее через Великую Китайскую стену. Изображенная здесь стена не является военным укреплением. Оба прохода в башнях, сквозь которые проложена дорога из России в Китай, полностью лишены каких-либо запорных ворот или заградительных решеток. Оба сквозных прохода-арки довольно высокие, просторные и ничем не закрыты! Загородить их очень трудно из-за больших проходов. Кроме того, вся кирпичная стена сделана довольно тонкой. Наверху стены нет никакого защищенного коридора, по которому могли бы перемещаться воины вдоль гребня стены в случае осады, перебегая от одного ее участка к другому. Перед нами просто высокий каменный забор. Вообще непонятно, как на такую тонкую стену могли бы, в случае необходимости, вскарабкаться изнутри ее защитники. Хорошо видно, что никаких лестниц, ведущих на стену из огороженного ею двора, нет. С военно-оборонительной точки зрения стена бессмысленна.

Ясно видно, подчеркивают авторы новой хронологии, что Китайская стена исполняла лишь декоративно-знаковую функцию, указывая политическую границу между двумя государствами.

С другой стороны, та Великая Китайская стена, которую туристам показывают сегодня, устроена по-иному. Она значительно толще, и, что особенно важно, по ее верху уже идет широкая дорога-проход. С обеих сторон мы видим невысокую ограду. Когда же Великую стену перестроили в ее современном виде? Не в нашем ли веке? Ведь дорога по верху современной Китайской стены выглядит так, как будто она специально сделана для прогуливающихся туристов. Это широкая аллея, с которой открываются красивые виды на окрестности.

Если бы стену построили все-таки в III в. до н. э., подчеркивают Фоменко и Носовский, то в таком случае пришлось бы допустить, что «древние» китайцы обладали настолько поразительным даром предвидения, что точно предсказали, как именно будет проходить граница между Китаем и Россией в XVII–XVIII вв. н. э., т. е. через две тысячи лет.

Могут возразить: напротив, границу между Россией и Китаем в XVII в. провели по древней стене. Однако в таком случае стена должна была бы быть упомянута в письменном русско-китайском договоре. Таких упоминаний нет.

В XIV–XV вв. Русь и Китай, отмечают авторы новой хронологии, еще составляли одну империю. А потому не было никакой потребности возводить стену-границу. Скорее всего, такая потребность возникла после Смуты на Руси, поражения Русской Ордынской династии и захвата власти Романовыми. Как известно, Романовы резко сменили политический курс России, пытаясь подчинить страну западному влиянию. Такая прозападная ориентация новой династии привела к распаду империи. Отделилась Турция, и с ней начались тяжелые войны.

Отделился и Китай. И фактически был утрачен контроль над значительной частью Северной Америки. В конце концов была потеряна Аляска.

Отношения Китая с Романовыми стали напряженными, начались пограничные конфликты. Потребовалось возвести стену, что и было сделано.

А вот еще один интересный вопрос. Сохранились ли в Китае еще какие-либо фундаментальные каменные постройки ранее XVII в., т. е. ранее манжурской династии? Или же Великая стена стояла до прихода манжуров в XVII в. в гордом одиночестве? Если так, то очень странно. Неужели за две тысячи лет, якобы прошедших со времени постройки стены, китайцам не пришлось строить других сооружений, хоть отдаленно сравнимых со стеной? Ведь нам говорят, будто долгая история Китая наполнена междоусобными войнами. Почему же не отгораживались стенами друг от друга?

В Европе и на Руси, например, каменных крепостных сооружений сохранилось очень много. Если китайцы две тысячи лет назад построили гигантское каменное сооружение, в общем-то бесполезное с военной точки зрения, то почему же они не направили свои замечательные таланты на постройку действительно нужных каменных кремлей в своих городах, которые постоянно воевали друг с другом? Имея такой грандиозный опыт «строительства стен», можно было бы весь Китай покрыть мощными каменными оборонительными сооружениями задолго до XVII в. А не ждать тысячелетиями прихода манжуров.

Если же стена была построена лишь в XVII в. и была одной из первых грандиозных каменных построек в Китае, то все становится понятно. С XVII в. в Китае крупных междоусобных войн не было, правила все время одна и та же манжурская династия. Продолжалось это до XX в. А в XX в. стен и каменных крепостей уже никто не строил по понятным причинам.

Параллелизм между китайской и европейской историей ранее X в. н. э.

Европейцы плохо усваивают историю Китая. Непривычные для европейского слуха китайские имена, названия династий, географические названия затрудняют восприятие китайской истории.

Фоменко и Носовский рассматривают эпизоды китайской истории X в. н. э.

1. В I в. до н. э. в Китае возникает знаменитая древняя империя Хань. Это одна из четырех мировых империй древности. Первый ее император по имени У правил в 140–148 гг. до н. э. Нельзя не отметить «содержательное имя» первого императора, которого звали просто У. Цель династии Хань — создание мировой империи путем завоевания соседних народов и насаждения в их среде китайской культуры.

2. Китайская империя Хань успешно проводила военное объединение соседних земель. Но затем начались трудности. Война на севере не только оказалась неудачной, но и повлекла за собой полное экономическое истощение Китая. В 184 г. в Китае вспыхивает восстание Желтых повязок, которое подорвало силу династии Хань.

3. В начале III в. н. э. в далеком Китае прекращает свое существование и империя Хань. К власти пришли безграмотные, морально разложившиеся солдаты. Гибель империи Хань историки датируют 220 г. (всего на 3 года позже, чем гибель Римской империи).

Вскоре после развала в III в. н. э. империи Хань к власти в стране приходит жена одного из императоров, которая была энергична и свирепа. Она приказала казнить лаву правительства, отца императрицы-матери и его трех братьев, ознаменовав этим начало новой кровавой эпохи. Через некоторое время она была убита. Эти события датируются в китайской истории 291–300 гг.

По мнению авторов новой хронологии, это и есть фантомное отражение «римской Юлии Мессы».

Они сравнивают события китайской истории с европейскими событиями этого периода. Вот результат этого сравнения. Обратите внимание на схожесть происходящих событий.

1. В I в. до н. э. в Европе возникает знаменитая Римская империя, основанная Суллой. С самого начала своего существования эта империя заявила свои права на мировое господство, которого она пыталась достичь путем завоевания соседних народов и насаждения среди них римских обычаев.

2. Римская империя поначалу успешно проводила объединение под своей властью соседних земель путем завоеваний. Затем, однако, Рим стал терпеть поражения. Империя столкнулась с сильными противниками на севере — в частности, с кочевыми племенами на Дунае, прорвавшими римские пограничные укрепления.

Правление Марка Аврелия (161–180 гг.) превратилось «во время жестоких войн и экономического оскудения».

3. В начале III в. н. э. Великая Римская империя прекращает свое существование в огне междоусобных войн и анархии. Период 217–270 гг. носит в истории Рима официальное название «Политическая анархия середины III века. Время «солдатских императоров».

4. После развала в середине III в. н. э. Римской империи власть в Риме вскоре переходит в руки знаменитой женщины — Юлии Мессы, родственницы императора Каракаллы. Она фактически правит Римом, возводит на престол своих ставленников. В конце концов ее убивают в междоусобной борьбе. Эпоха ее правления характеризуется как исключительно кровавая.

Даже самый общий взгляд на хронологическую таблицу истории Китая позволяет увидеть параллелизм между китайской и римской историей того времени. Совпадения событий прослеживаются и дальше. См. приложение № 4.

Выше мы остановились на VI в. н. э. Пропустим смутный период до IX в. н. э. После этого начинается провал в истории Китая с 860 г. н. э. по 960 г. н. э., т. е. примерно 150 лет темноты, Гумилев называет его «темным веком». Но можно проанализировать легенды, которые все-таки дошли до нас из темноты китайской истории IX–XI вв. н. э. Во-первых, это легенда о завоевании Китая киданями, которую в силу наложения киданцев на македонцев можно сравнить с легендой о завоеваниях Александра Македонского.

Во-вторых, легенда о «Сыне Неба». В ней явно прослеживаются следы повествований о Христе, причем в этом случае китайская легенда дает верную датировку — XI в. н. э.

Анализ легенд показывает, что «китайская история» ранее XIV в. н. э. в действительности есть описание европейской истории, занесенной в Китай и ошибочно воспринятой там как якобы «местная китайская история». В XIII в. н. э., когда, даже по мнению самих историков, «китайская история» смыкается с европейской. Именно в этом месте современная традиция стыкует историю Китая с историей Европы. По мнению историков, получается, будто предки гуннов, монголов и других народов изначально жили в Китае, а лишь затем из Китая распространились по всей Азии и Европе. Грубо говоря, получается, будто сегодня «все мы — китайцы», потомки либо монголов, либо гуннов и т. д.

Но мы уже говорили о том, что «монголы» — это просто «великие», название населения Древней Руси. Таким образом, предков «монголов» = русских, современная история практически раздваивает, помещает и в Древний Китай, как «монголов», и на Русь как русских.

Произошло раздвоение на бумаге предыстории «Монгольской» империи на европейскую и якобы восточную, «китайскую» историю. На самом деле история Китая, по крайней мере до XIV в. н. э., является просто вариантом европейской истории, перенесенной на Восток. В этом варианте могут содержаться ценные подробности, которые в Европе были утрачены. Возвращая их «на свое место», можно более полно реконструировать средневековую историю Европы по «китайским хроникам». Поэтому «китайская история» представляется исключительно ценной. Вопрос лишь в правильной ее интерпретации. Описанные в ней события «были в действительности». Но только не всегда в Китае. Часто — в Европе.

С этой новой точки зрения Фоменко и Носовского интересно посмотреть, как же возникла «Монгольская» = Великая империя. Теперь мы можем отбросить нелепые теории о грандиозном переходе диких кочевников через весь континент из Китая в Европу. Свежий взгляд позволяет понять многие явления в истории «монгольского» завоевания, которые в прежнем их изложении были непонятны.

Рассмотрим традиционный взгляд на историю возникновения «Монгольской» империи в сопоставлении ее с европейской историей. При внимательном анализе мы увидим, что события по «китайским» хроникам на самом деле происходили в Европе.

Согласно концепции Гумилева, после захвата столицы Китая чжурчжэнями во главе с царем Алтаном образовались две империи. Одна империя — чжурчжэньская, основанная захватчиками-иноземцами. Это — Латинская империя на территории Византии. Другая — китайская, основанная новым императором из прежней китайской, т. е. византийской, ромейской династии. Китайскому императору пришлось основать новую Южную столицу.

Но эти события происходили в европейской истории, т. е. после четвертого Крестового похода, когда Константинополь был захвачен франками-латинянами. Отсюда и имя китайского царя Алтан. Вторая, китайская империя является хорошо известной Никейской империей, расположенной на территории Византии. Основание новой китайской Южной столицы — это основание новой ромейской столицы в Никее.

На севере у чжурчжэней, т. е. у крестоносцев-латинян, появляется противник — некий киданьский, т. е. македонский, князь Елюй Даши, т. е. князь Илья.

Елюй (Илья) Даши родился в 1087 г. н. э. в царственной семье империи Ляо. Он был потомком основателя династии — Елюя Амбаганя в восьмом поколении.

Елюй киданьский (точнее, македонский князь) пытается сопротивляться захватчикам, но в конце концов вынужден уйти из страны на север вместе с верными ему войсками.

Он пересек «Черную реку» и оказался среди онгутов. Здесь говорится о хорошо известном Черном море. А онгуты — это готы, жившие, естественно, в Европе и, в частности, на Балканах.

После нескольких дней пути Елюй достиг некой крепости Хотунь. До сих пор в Европе, например в Белоруссии, сохранились следы этого древнего названия — Хотунь. Скажем, современная Хатынь или Катынь.

Елюй Даши принял титул гурхан и основал «кара-китайское» государство, т. е. Елюй (Илья) Даши стал ханом. В титуле гурхан явно улавливается сочетание гургий-хан, т. е. хан Георгий. Напомним, что Гургий, или Гюргий, — это просто старая русская форма имени Георгий. Почему Илья-Елюй принял именно такой титул? Оказывается, потомком Елюя Даши был Джулху (Джурка, т. е. Юрка, Юрий), правивший до 1213 г. Он был вынужден ввязаться в политику, связанную с войнами Чингисхана.

Фоменко и Носовский обращают внимание на любопытные имена, которые носили некоторые «кара-китайские» правители. Например, «кара-китайский» император Юрий. Или «кара-китайский» император Илья (Елюй). Кстати, имя Джурка, будучи прочитано без огласовок, звучит как Георгий, Гюргий, Гургий. Эти древние формы имени Георгий или Юрий очень часто упоминаются в летописях. Хан Георгий — это, скорее всего, Георгий Данилович, или Юрий Московский, он же — Чингисхан, он же — Рюрик русских летописей.

Главный результат его деятельности — создание огромной империи. Она известна сегодня под именем «Монгольской» империи (Чингисхан) или Древней Руси (Рюрик). На самом же деле это два названия одного и того же государства, раздвоившегося лишь на бумаге — в результате хронологических ошибок, допущенных при написании русской истории.

Итак, мы видим, что в «китайских летописях» в этом месте происходит легкая путаница: имя знаменитого хана Георгия = Гурги было слито с его титулом хан. Так, по-видимому, и возник «новый титул» гурхан, которым в позднейших летописях по ошибке назвали не только самого Георгия, но и предшествующих ему правителей «кара-китайского» государства, основанного Елюем = Ильей Даши. Восприняв имя как титул, перенесли его и на других лиц.

После бегства из «Китая», т. е. на самом деле из Византии, Елюй Даши собрал своих командиров и обратился к ним с речью. Он признал поражение своего народа, катастрофическое распадение империи Ляо (т. е. Ромеи-Византии) и рассказал о бегстве последнего императора. Затем он объявил им о своем намерении сплотить кочевые племена великой степи для отвоевания родной земли.

Мы видим здесь хорошо знакомую нам (по истории Руси в свете новой хронологии) политическую программу создания объединенного «всемирного царства» военным путем. Программа Елюя Даши была впоследствии реализована «монголами», т. е. великими русскими князьями. Это произошло в XIV в., примерно через сто лет. Начало было положено Чингисханом (Георгием Даниловичем, он же Рюрик), а завершена она была его братом, а не племянником, как принято считать, ханом Батыем (Иваном Даниловичем Калитой).

Фоменко и Носовский предполагают, что братья Даниловичи были прямыми потомками бежавшего из Ромеи-Византии македонского = «киданьского» князя Ильи (Елюя Даши).

Елюй Даши сначала основал свое, в то время еще небольшое государство в долине реки Имиля, а удержался только в долине реки Имиля и в Семиречье, где кидани приняли участие в распре кангалов и карлуков с ханом города Баласагуна.

Но в Китае и в Монголии нет реки Имиль. А вот река Имиль на территории Руси есть. (Это — известный Илмерь, куда пришел Рюрик, якобы «призванный на Русь», согласно подложному листу в Радзивилловской летописи. А может быть, Имиль — это Итиль, т. е. Волга.)

Наряду с «рекой Имиль» «китайские» летописи называют город Баласагун. Где он находился? В Китае или Монголии его тоже нет. Но мы знаем большой город Балахну на Волге, выше Нижнего Новгорода. Более того, некоторые ученые считали Балахну одной из столиц Древней Руси. В названии Балахна просматривается сочетание корней белый и хан. Точно так же, как и в «китайском» названии Баласагун, т. е. Белесый гун или Белесый хан. Оказывается, что в русской истории название Баласагун присутствует практически в той же форме, как Балгасун. Так, по преданию, назвал хан Батый взятый им город Козельск. Как пишет Татищев, «May Балгасун» означало по-калмыцки «злой город».

Таким образом, Балгасун — это тюркское название русского города, попавшее в «китайские» летописи. Может быть, это была Балахна.

Знаменитое «китайское» Семиречье в действительности означало семь рек, или «семью рек», по которым селились казаки. Таковыми были: Волга, Дон, Яик, Днепр, Днестр, Терек, Иртыш. Напомним также о существовании на Руси семиреченских казаков.

И здесь, читая «китайскую» историю Ильи-Елюя Даши, мы вновь сталкиваемся с Семиречьем.

Обосновавшись в Семиречье «на обширных пастбищах», Илья-Елюй Даши через некоторое время неожиданно оказывается во главе огромного войска. С ИЗО по 1135 г. силы Елюя Даши возросли до огромной цифры.

Как сообщает Ибн ал-Асир, в 1130 г. карлукские и гузские наемники поссорились с самаркандским правителем Арслан-ханом и убежали к Гурхану.

Но карлукские наемники — это просто королевские наемники. (Сравните слова «Карл» и «Король».) Гузы — это казаки.

Самарканд — слегка искаженное название известного русского города Самара на Волге, или Сарматии-Скифии. Арслан-хан означает Руслан-хан, или русский хан. У поволжских тюрок до сих пор есть имя Руслан. (Вспомним также распространенную на Руси фамилию Русланов.)

Таким образом, все упомянутые в «китайской» летописи имена и названия можно непротиворечиво указать в древнерусской истории.

Следовательно, здесь речь идет о начале объединения Руси под властью будущей Русской Ордынской династии. Это начало создания «Монгольской» = Великой империи.

Фоменко и Носовский считают, что началом надежной истории Китая (на его современной территории) является лишь эпоха прихода к власти манжурской династии, т. е. монгольской. Точнее, династии, пришедшей из России-Монголии (Великой). Эта династия, скорее всего, была русской или татарской.

Еще в XVIII в. было принято писать не как сегодня — «маньчжуры», а просто манжуры, т. е. мангуры или мангулы, поскольку в Китае звуки «л» и «р» часто не различаются. Таким образом, само название манжуров указывает на их происхождение. Они были «монголами» = великими.

Но все это происходит уже в XVII в. н. э. Кстати, эта граница — XVII в., отделяющая эпоху манжурского владычества в Китае от предшествовавшего ей «чистокитайского» периода, — совпадает с датировкой самых древних дошедших до нашего времени китайских рукописей. Напомним, что датируются они временем не ранее XVII в. н. э.

Считается, что в 1644 г. манжуры = мангулы вторглись в Китай и овладели Пекином. На самом деле они, скорее всего, основали Пекин приблизительно в то время. Манжуры назвали свою новую столицу Пегин = Пежин, по имени Пегой Орды, из которой они вышли. О том, что Пекин назывался раньше Пежином, мы говорили выше.

В 1644 г. манжуры, или, как их называли, мангулы, провозгласили императором Китая малолетнего манжурского князя Ши-цзу, т. е. просто Ши, поскольку «цзу» — это окончание, которое добавлялось к китайским именам вообще. Подчеркнем, что манжуры (мангулы) были не китайцами. Манжурский язык не имеет ничего общего с китайским и даже относится к другому семейству языков — тунгусо-манжурскому. Манжурский язык был наряду с китайским официальным языком в стране до начала XX в., когда в 1911 г. манжурская династия перестала править в Китае.

Манжуры (мангулы), видимо, были первыми, кто развернул по всему Китаю монументальное строительство. Представление об этой архитектуре дают пекинские дворцы, а также знаменитые императорские мавзолеи в Мукдене (ныне Шэньян) — колыбели Цинской династии. Восстанавливались и перестраивались городские стены с монументальными воротами в них. Китайские архитекторы в период Цинской династии с чрезвычайной полнотой развили то, что в постройках XV–XVI вв. только начало проступать: грандиозность размеров, обилие декоративности.

В Китае никаких крупных военных укреплений не строили. Во всяком случае, они почему-то не сохранились. Конечно, нам скажут, что в «древнем Китае» монументализм был очень развит. Может быть, и так. Но тогда где же его остатки? Кроме, конечно, Великой Китайской стены, построенной якобы в III в. до н. э., о которой мы уже говорили выше.

Их нет. А потому учебники и говорят о странном «упадке монументализма» в Китае перед вторжением манжуров. С приходом же «диких» манжуров в «просвещенный» Китай монументальное строительство почему-то чрезвычайно расцветает.

Авторы новой хронологии подчеркивают, что манжуры назвали созданную ими в Китае империю Золотой (по-китайски Цинь). Причем назвали так ее в память о своем прежнем государстве. Так откуда же пришла эта загадочная манжурская, мангулская, т. е., по-видимому «монгольская», орда? Почему ее прежнее царство называлось Золотым? Не Золотой ли Ордой? Ведь мы знаем, что одна из частей Великой империи называлась Золотой Ордой. Золотая Орда была расположена на Волге, но ее власть, видимо, распространялась, в частности, и на всю Сибирь. Пегая же Орда, из которой вышли манжуры, была наиболее удаленной восточной частью Золотой Орды, расположенной в Приамурье и вдоль границ современного Китая. Поэтому утверждение манжуров о том, что их прежнее государство называлось Золотым, скорее всего, просто указывает на то, что они вышли из Золотой Орды, т. е. из средневекового Русского Ордынского государства.

Исключительно интересно, что манжуры (мангулы), насаждая в Китае конфуцианство, сами, оказывается, придерживались какой-то другой религии, про которую историки, видимо, мало что знают. Религию манжуров учебники по истории Китая называют шаманизмом. Обычно современные авторы вкладывают в это слово вполне определенный смысл: первобытная и не очень развитая религия. Но тогда все это более чем странно.

Могущественные владыки просвещенного Китая, создатели грандиозных сооружений, авторы книг, переведенных, кстати, на русский язык, поэты и т. п. придерживались, оказывается, дикого первобытного обряда шаманизма. Надо ли это понимать так, что, освободившись от государственных дел и переодевшись в шкуры, они плясали под звуки бубнов вокруг костров под заклинания шаманов? Все это напоминает аналогичные «догадки» романовских историков о «монгольских» ханах. Те тоже, будучи могущественными владыками и беря в жены византийских царевен, якобы являлись в то же время шаманистами, огнепоклонниками, дикими кочевниками и т. п.

Эта картина маловероятна. Скорее всего, манжурский двор придерживался одной из мировых религий. Возможно, православной или мусульманской. Не исключено, что средневековый шаманизм — это вовсе не первобытный культ, а название, одна из ветвей какой-либо известной религии.

Известно, что манжуры (мангулы), придя к власти в Китае, провозгласили принцип, согласно которому манжурский император-хан, или, как его называли, богдыхан является верховным правителем по отношению ко всем остальным государям мира.

Манжурские («монгольские») владыки Китая считали себя наследниками огромной империи, покрывавшей, по их мнению, «весь мир». Если их царство было осколком Золотой Орды, то такое мироощущение становится понятным. Если же стать на принятую сегодня точку зрения, будто бы манжуры до захвата ими Китая были диким народом, жившим где-то возле северных китайских границ, то тогда такая нелепая напыщенность манжурских владык становится не только странной, но и не имеющей аналогов в мировой истории.

Сегодня считается, будто бы в эпоху правления манжуров китайские мастера не искали новых путей, а возвращались к старым, забытым приемам. Оказывается, что именно в эту эпоху в Китае вдруг появляются описания различных ремесел в древности и в средние века.

С такими явлениями странного «возрождения» в истории мы сталкиваемся часто. Вдруг якобы начинают «возрождаться» древние ремесла, выходить из печати древние учебники и т. п. Как правило, это означает, что никакого возрождения нет, а мы видим зарождение, чего-то нового. Сама же «теория возрождения» появилась позже, когда в скалигеровской истории начали всплывать дубликаты и их надо было как-то объяснять. Поэтому «возвращение» китайских мастеров эпохи манжурского владычества к «старым забытым приемам» означает, скорее всего, что именно при манжурах эти приемы были впервые применены или изобретены. И лишь затем, при удревнении китайской истории, их изобретение было отнесено в баснословную древность. Отчего и получилось, будто бы в XVII в. китайские мастера вдруг каким-то загадочным образом стали вспоминать старые, давно забытые приемы.

Были ли эти «давно забытые приемы» чисто китайскими? Фоменко и Носовский сомневаются в этом. Дело в том, что манжурские богдыханы не особенно придерживались китайской традиции и охотно привлекали художников из среды европейских миссионеров. Некоторые из них, например итальянец Джузеппе Кастильони и австриец Игнатий Зикерпарт, стали придворными живописцами. Они работали в своеобразной манере, сочетавшей приемы живописи европейской и традиционной китайской. Отметим, что и в Европе произведения китайской культуры получили широкую известность в XVII и особенно в XVIII вв., т. е. только с эпохи манжуров.

В XVII–XVIII вв., при манжурах, в Китае происходила какая-то исключительно бурная деятельность по написанию китайской истории. Эта деятельность сопровождалась спорами, преследованиями инакомыслящих, уничтожением книг и т. д.

Вот как говорят об этом труды по истории Китая. «Борьба оппозиционных течений развернулась и на почве изучения истории. Манжурские правители… образовали особый комитет для составления истории предшествующей династии Мин…»

Оппозиция не смогла примириться с такой трактовкой истории павшей династии… поэтому появились «частные» истории минской династии (т. е. каждый писал свою историю?).

Манжурские власти ответили на деятельность оппозиционных историков решительными мерами: казни, заключения в тюрьмы, ссылки. Эти репрессии применялись неоднократно в XVII–XVIII вв. Неугодные правительству книги изымались. Так, в промежуток между 1774 и 1782 годами изъятия производились 34 раза. Подлежащие изъятию книги были внесены в «список запрещенных книг».

С 1772 г. был предпринят сбор всех печатных книг, когда-либо вышедших в Китае. Сбор продолжался 20 лет. Для разбора и обработки собранного материала было привлечено 360 человек. Через несколько лет 3457 названий были выпущены в новом издании, а остальные 6766 названий были описаны в подробно аннотированном каталоге. По сути дела, это была грандиозная операция по изъятию книг, рассказывают нам сами историки, и не менее грандиозная операция по фальсификации текстов. В вышедших новых изданиях были изъяты все нежелательные места, менялись даже названия книг. Это говорят историки в академическом научном труде.

На основании такой информации можно утверждать, что имеющаяся сегодня китайская историческая литература была написана или значительно отредактирована после 1770 г. н. э.

Отредактированы были летописи, списки комет, история династий и вообще вся китайская история. Если после этого кто-то будет вновь и вновь повторять о древности китайской истории, то на это следует ответить, что об этой «древности» известно лишь из источников конца XVIII в. н. э.

Итак, манжуры пришли в Китай в XVII в. Точнее, в 1644 г. А историю Китая они, как мы видим, начали писать примерно в 1770 г., т. е. через 130 лет после своего появления в Китае. Манжуры принесли с собой свои хроники. Это были золотоордынские хроники, описывавшие подлинную русскую, европейскую и византийскую историю.

В первое время в Китае наверняка еще помнили, о чем идет речь в этих хрониках. Однако через 130 лет это было либо забыто, либо с какими-то политическими или другими целями манжуры решили пересадить всю свою древнюю европейскую историю на китайскую почву. Возможно, ввиду неудачи использования Китая как плацдарма для восстановления бывшей мировой империи и видя увеличивающееся отставание Китая в военной области от Европы, манжуры решили «забыть» о своих претензиях на мировое господство и о своем прошлом. Тем более что к этому времени манжуры уже в значительной степени ассимилировались с китайцами.

Так писалась история Китая. Конечно, при этом были и несогласные. Им, возможно, попросту отрубили головы. Дискуссия быстро смолкла. С тех пор китайцы перестали сомневаться в правильности предложенной им истории Китая.

Окончательное составление «древней» истории Китая, причем важных частей этой истории, велось вплоть до XIX в. Именно в середине XIX в. на Западе стала известна окончательная версия «древнекитайской» истории. И кометные списки окончательно были отредактированы в XIX в.

Чрезвычайно интересным фактом являлось стремление манжуров = мангулов избежать ассимиляции с китайцами. Манжуры составляли обособленную привилегированную группу. Их положение было определено законом. Принимались меры против их ассимиляции, в этих целях были строго запрещены смешанные браки. Тем не менее ассимиляции им избежать не удалось. Хорошо известно, что уже через сто лет начался бурный процесс ассимиляции. И к нашему времени, как считается, они практически полностью растворились внутри многомиллионного Китая. Уже через 100 лет, в конце XVIII в. «манжурские солдаты… давно потеряли свою былую боеспособность». Но если бы манжуры были целым народом, захватившим власть в Китае в XVII в. и проявившим исключительную активность в течение первых 100 лет своего правления, то вряд ли бы они ассимилировались так быстро. Сохранились же до сих в разных странах небольшие народы, избежавшие ассимиляции. А манжуры — мангулы, имея неограниченную власть в Китае и прикладывая специальные усилия против своей ассимиляции, почему-то вынуждены были ассимилироваться. Объяснение этому может быть такое.

Манжуры, вероятно, вторглись в Китай почти без женщин, т. е. вторгся не народ, а войско, в котором, естественно, женщин почти не было. Таким образом, им пришлось брать жен-китаянок. А потому их ассимиляция была, конечно, неизбежна. Что мы и видим.

Что же это могло быть за войско, вторгшееся в Китай в середине XVII в.? Войско-орда, состоящая из всадников, людей, непохожих на китайцев, без жен, очень активных, захвативших всю страну, в результате длительной и жестокой войны основавших династию, которую они назвали Золотой (Цинь), и развернувших в Китае строительство мощных крепостных сооружений.

Манжуров было мало. Со временем они почти полностью ассимилировались с китайцами. Тем не менее до нашего времени на северо-востоке Китая сохранилось около 100 тысяч мансур, говорящих на манжурском языке. Кстати, в той же области Китая — на северо-востоке, встречаются и русские села. По сведениям Большой советской энциклопедии, численность русского населения в северо-восточном Китае приблизительно равна численности манжурского — также около 100 тысяч человек.

Вероятно, после падения Третьего Рима в результате кровопролитной гражданской войны и разгрома Русской Великой Орды оставшиеся в живых представители прежней ордынской династии бежали в разные стороны. В частности, и на Восток. Некоторые, впрочем, пытались вернуться на московский престол. По-видимому, именно к таким попыткам следует отнести известное «восстание» Степана Разина.

Но кто-то бежал на Восток. Самой восточной Ордой была Пегая Орда, расположенная в то время вдоль границ современного Китая. Возможно, земли, занятые этой Ордой, и назывались Китаем. А современный Китай — Чиной.

Бежавшая группа была немногочисленной. Это и были манжуры = монголы. Видимо, они везли с собой малолетнего царевича. Кстати, в восстании Разина тоже фигурировал некий загадочный для историков царевич Алексей. Набрав войско в Пегой Орде, они захватили Китай, обосновались там и предприняли все меры, чтобы не быть поглощенными романовской Россией. Для этой цели и была, в частности, создана Китайская стена в середине или в конце XVII в.

В 1644 г., как рассказывает традиционная история, они захватили, а скорее всего, основали Пекин. Или, как его тогда называли, Пежин, от слов «Пегая Орда». Они провозгласили императором малолетнего царевича Ши, которого привезли с собой из Золотой Орды, т. е. с Волги, где в то время воевал Разин.

Войско завоевателей ушло в поход почти без женщин. Поэтому сохранять чисто манжурское = монгольское происхождение мог разве только императорский двор. Да и то с трудом.

Таким образом, основная масса манжуров ассимилировалась. Это произошло уже примерно через 100 лет. Поэтому через 100 лет характер манжурского войска полностью изменился. К концу XVIII в. манжурской армии практически не стало.

Манжурский = мангулский язык — это язык Пегой Орды. На китайский он, естественно, не похож. Итак, Манжурская Золотая империя в Китае XVII–XVIII вв. — это последний осколок русской славяно-тюркской Великой Золотой Орды. А манжуры — это те «монголы», русские и татары, которые в XVII в. бежали от власти Романовых. Это были остатки Древней Русской Орды. Они и выстроили Великую Китайскую стену, чтобы отделиться от новой империи Романовых.

Что же происходило на территории современного Китая ранее XVII в. новой эры? Сегодня, по-видимому, на этот вопрос ответить уже не удастся. По крайней мере, на основании письменных источников.

Сохранившиеся до нашего времени китайские летописи рассказывают нам о событиях на территории современного Китая начиная лишь с эпохи XVI–XVII вв. н. э., а первые их главы повествуют не об истории современного Китая, а об истории Европы.

Читатель может возразить: но ведь есть современные монголы, живущие на территории современной Монголии. А как же у них обстоят дела с их древней историей? Есть, наверное, у них свои летописи, хроники и т. п. Современные монголы, считают Фоменко и Носовский, являются остатками, потомками той самой Пегой Орды, которая завоевала в начале XVII в. Китай. Об этом говорит и само их название.

Монголы = мангулы = манжуры.

Поэтому очень интересно взглянуть на их исторические источники. Монгольских исторических источников много, но все они, даже по мнению историков, созданы, а более точно — впервые написаны в период с XVII по XIX в. н. э.

Интересно, что, как правило, монгольские хроники, несмотря на то что написаны в XVII–XVIII вв., доводятся до манжурского завоевания. Эти хроники содержат старинные предания о Золотом Роде. А также — о Чингисхане и о его потомках, правивших в «Монголии». Но это опять-таки легендарные воспоминания о Золотой Орде и о знаменитом русском князе XIV в. — Георгии Даниловиче. Хроники эти были занесены сюда, по мнению Фоменко и Носовского, на территорию современной Монголии, манжурами — выходцами из Золотой Орды. А потому и кончаются эти хроники манжурским завоеванием. После этого завоевания сами монголы, как правило, никаких исторических сочинений почему-то уже не писали.

Имеющиеся сегодня монгольские хроники — это поздние поэтические переложения старых летописей. Возможно, они содержат какие-то ценные сведения об истории Золотой Орды, Золотого Рода, как они ее называют.

Читателю, вероятно, трудно расстаться с мифом о громадной древности Китая и вообще восточных цивилизаций. Все мы с детства приучены к мысли, что Восток гораздо древнее Запада. Однако в результате беспристрастного анализа, по-видимому, приходится признать, что возраст восточной цивилизации примерно такой же, как и западной.

А вот письменные источники на Востоке находятся в гораздо худшем положении, чем на Западе. Если на Западе мы располагаем древнейшими рукописями, восходящими к XIV в. н. э., и они доносят до нас европейскую историю, начиная приблизительно с X–XI вв. н. э., то в Китае ситуация куда хуже. Здесь мы имеем письменные документы, восходящие, по-видимому, лишь к XVII в. н. э. Поэтому вряд ли мы сможем узнать что-либо о китайской истории ранее XIV в. н. э. Тем более что, как мы показали выше, окончательная версия «древнекитайской» истории создана, вероятно, лишь в конце XVIII — начале XIX в. н. э.

Из общей реконструкции новой хронологии следует, что история «Древнего» Египта является лишь многократным фантомным отражением его средневековой истории от X до XVII в. н. э.

Поэтому практически все известные нам сегодня события Египта произошли, скорее всего, в средние века, не ранее X в. н. э., а затем, размножившись в различных хрониках, частично остались «на своем месте» — в X–XVII вв., а частично были сдвинуты хронологами в глубокое прошлое.

В древних надписях, как в книгах позднейших египетских христиан, Египет обозначается словом, которое значит «черная земля», по-египетски Кем, или Ками. Заметим, что имя Египет неизвестно было жителям Нила. Высказывалось мнение, что слово «Египет» могло произойти от имени города Коптос, или Гуптос. В отношении своего происхождения и объяснения название Египет представляет настоящую загадку: то имя собственное, которым чужеземцы Азии означали на языках своих Египет. В источниках Египет называется Мицраимом, ассирияне — Муцур, персы — Мудрайя. Академик Н. А. Морозов считал, что Миц-Рим произошло от слова «РИМ» — Ромейская империя, что значит «высокомерный Рим». Хотелось бы отметить присутствие в древнем имени Египта названия РИМ.

Посмотрим краткий очерк традиционной истории средневекового Египта. Данные новой хронологии свидетельствуют, что начало XIII в. — это «место стыка» и начало новой эпохи в традиционной истории Египта средних веков. Здесь кончается династия Эюбидов и начинается новая династия мамелюков.

В 1201–1202 гг. — в Египте чума и голод.

В 1240 г. воцарился последний из Эюбидов — Салех-Эюб. При нем составляется из рабов, преимущественно черкесов и других кавказских горцев, охранная стража. Эта стража стала известна под именем мамелюков.

В 1250 г. Салех-Эюб умирает, и мамелюки захватывают власть. Сначала под предводительством Фахреддина, а затем (после смерти Фахреддина) под начальством Туран-шаха они отражают нападение французов — Крестовый поход Людовика IX Святого.

Крестоносцы разгромлены в 1250 г., Людовик Святой взят в плен. Султанша Шагаредор, вдова Салех-Эюба, управляет царством совместно с советом мамелюков. Этот совет назывался диваном и имел решительное влияние на решение государственных дел.

Мамелюк Ибек принимает титул султана.

В 1253 г. заключен мир между Сирией и Египтом.

До 1380 г. над Египтом властвуют Бахаритские мамелюки, или Багериды.

С 1380 по 1517 г. в Египте властвуют черкесские султаны.

В 1468 г. — война против турок.

В 1517 г. турецкий султан Селим I в битве у Каира разбивает войско мамелюков. Власть переходит в руки турок.

В 1585 г. мамелюки снова берут власть в Египте. И правят там вплоть до конца XVIII в.

В 1798 г. Наполеон Бонапарт высаживается в Египте у Александрии. Начинается французское вторжение в Египет. Мамелюки Мурад и Ибрагим отступают.

21 июля 1798 г. — битва у пирамид.

22 августа 1798 г. — битва при Абукире. Фактический конец династии мамелюков в Египте.

В 1801 г. французы очищают Египет от мамелюков. В 1811 г. — избиение, резня мамелюков.

Фоменко и Носовский убедительно показали, что «Древний» Египет фараонов — христианская страна.

В документах и искусстве «Древнего» Египта в полный голос звучат христианские мотивы, хорошо известные нам из истории средних веков. Например, как отмечают сами историки, с христианским культом практически совпадает «смешанный культ египетской богини Изиды, поклонники которой имели… свои заутрени, обедни и вечерни, удивительно напоминающие соответствующие католические, частично даже православные богослужения… Это совпадение молитв египетского богослужения с христианской великой ектенией слишком большое и разительное, чтобы оно могло быть случайным».

«Древний» Египет даже в традиционной скалигеровской истории считается классической «страной крестов». Многие египетские боги на рисунках, барельефах, памятниках фараонов и т. п. держат в руках одну из средневековых анаграмм Иисуса Христа — так называемый Коптский крест с ушком. Это те же самые кресты с ушком наверху, что и средневековые изображения христианских египетских коптских крестов.

Этот ряд примеров можно легко продолжить, открыв практически любой достаточно полный альбом по «древнеегипетскому» искусству.

На многих изображениях христианские кресты соседствуют со змеей коброй — символом, изображаемым на головном уборе (уреусе) фараона и сфинксов. Такое соседство явно намекает на то, что и известный фараонский уреус-змея — тоже христианский символ, который сегодня забыт. Из Библии мы знаем о змее-икусителе, который уговорил Еву отведать плод с древа познания добра и зла.

Фоменко и Носовский обратили внимание на то, что имя популярного египетского бога Озириса происходит, вероятно, от Esu-Rex, т. е. Иисус-Царь.

Они приводят любопытный комментарий Н. Румянцева к одному из «древнеегипетских» рисунков, иллюстрирующему известную египетскую легенду о боге Озирисе: «Это — воскресение Озириса из мертвых после трехдневного пребывания его во гробе он в момент воскресения, восстания из гроба… Рядом с ним стоит его жена и сестра… Изида». Но это же полностью библейский сюжет — воскресение Иисуса-Царя! Около воскресающего Озириса стоит женщина, в точности как на христианских изображениях. Рядом с лежащим в гробу Христом обычно изображали Богородицу и Марию Магдалину (жены-мироносицы). Другое божество подносит поднимающемуся Озирису крест.

А вот интересный комментарий Н. Румянцева к пяти каменным барельефам, иллюстрирующим различные моменты египетского мифа о рождении царя Аменофиса якобы около 1500 г. до н. э.

«На первой картине Божественный вестник Тот стоит перед царицей-девой Метемве (Марией?) и благовествует, что она родит сына.

На второй объясняется, кто будет отцом последнего: названная дева и верховный солнечный бог Аммон сжимают друг друга в любовных объятиях. Третья картина дополняет и раскрывает смысл предыдущей: непорочное зачатие от божественного семени. Эта идея образно выражена через поднесение к носу («дух») Метемве креста — знака жизни и округлостью живота… Так египетские жрецы на стене своего храма писали первые страницы биографии царственного богочеловека».

Комментируя эту поразительную, но далеко не единственную серию христианских и евангельских барельефов «Древнего» Египта, выдающийся исследователь религий Дж. Робертсон писал: «Наиболее точной является все же аналогия (сходство) с христианским Благовещением, которую мы находим в египетском мифе о рождении царей».

А что же изображено на двух оставшихся картинах? «Из пяти картин, изображающих различные моменты его (царя Аменофиса) рождения, три первые показали благовещение, любовное соитие… и результат соития — непорочное зачатие… На четвертой картине представлена сцена рождения царственного богочеловека, и, наконец, пятая рисует нам поклонение младенцу (как и положено по Евангелиям). Три коленопреклоненные человеческие фигуры (три евангельских волхва?) приветствуют и подносят ему (младенцу Христу? — Фоменко, Носовский) дары, а рядом с ними то же самое совершают и боги… Полагаем, что всякие дальнейшие объяснения к этим пяти картинам излишни», — заканчивает Н. Румянцев.

А вот египетское помазание — крещение фараона — царями Гором и Тотом. Они льют на царя священную воду, изображаемую здесь струями крестов…

Реконструкция Г. В. Носовского и А. Т. Фоменко хорошо объясняет все эти явно евангельские мотивы в фараонском Египте. «Древний» Египет — составная часть христианской византийской империи X–XIII вв., а потом — христианской Великой империи XIV–XVI вв.

Поскольку Иисус Христос жил, как показали авторы новой хронологии, в XI в. н. э., то, следовательно, все эти памятники «Древнего» Египта с евангельскими изображениями были созданы не ранее XI в. н. э.

Египтологам хорошо известно, что в средневековом Египте было распространено коптское христианство. Отсюда и само название Египта — Гипта, от слова «Копт».

Фоменко и Носовский выявили периодичности в египетской истории. Они раскрыли этот эффект, показав фантомные отражения одной и той же средневековой реальности отодвинутыми в глубокое прошлое.

Г. Бругш отмечал, что, по «верному замечанию Мариетт-бея, имена людей современников двенадцатой и особенно одиннадцатой династии возвращаются на памятниках восемнадцатой династии в тех же формах, и что в этих двух периодах египетской истории появляются одни и те же гробницы с одинаковыми на них украшениями. Здесь перед нами является историческая загадка, для разрешения которой у нас еще недостает способов».

На повторы в египетской истории обращал внимание Шантепи де ля Соссей. Он писал: «Если мы обратимся теперь к более поздним временам египетской истории, то, к удивлению своему, заметим, что саитская культура в точности воспроизводит культуру эпохи пирамид. Тексты, употреблявшиеся почти 3000 лет назад, снова входят в употребление, снова могилы украшают на старинный образец».

На стенах египетских храмов египтологи обнаруживают надписи, относящиеся к фараонам и царям, разнесенным традиционной хронологией на тысячелетия. Чтобы хоть как-то объяснить такое странное соседство, египтологи придумали следующее объяснение.

«Вновь построенные Птолемеями и украшенные римлянами храмы почти без исключения воздвигались на местах древнейших святилищ, и притом в новые храмы переносились со строгой точностью, основанной на глубоком религиозном уважении К святыне, — предполагает Бругш, — древние надписи, находимые на стенах древнего храма».

В достоверной истории такая странная практика буквального копирования на стенах новых построек древних уже непонятных надписей не встречается. Надо полагать, не было такой бессмыслицы и в «Древнем» Египте.

Все такие периодичности-«возрождения» получили у египтологов официальное название «реставраций». Вот, например, после 19-й династии «наступает реставрация… Египет теперь снова возвращается к древнему времени строительства пирамид… на эпоху пирамид стали смотреть как на время, достойное подражанию. Снова вызываются к жизни древние религиозные тексты, хотя они были понятны только наполовину. Погребальные обряды царей 4-й династии снова входят в употребление, пирамиды их реставрируются, древние титулы царей, бывшие в забвении более чем две тысячи лет, снова вводятся в употребление, искусство возвращается к солидному реалистическому направлению Древнего царства».

Конечно, историки были вынуждены как-то объяснять эти очень странные «возвращения старых обычаев», не понимая, что они являются лишь «фокусами» ошибочной скалигеровской хронологии. И тогда выдвинули «объяснение» — якобы исключительный консерватизм египтян.

Новая хронология Г. В. Носовского и А. Т. Фоменко показывает, что никаких глобальных «возрождений» таких масштабов не было.

Последовательно проанализировав все тридцать царских династий фараонского Египта, Морозов, Носовский и Фоменко пришли к выводу, что практически все они, помещаемые Сегодня ранее IV в. н. э., являются дубликатами — фантомными отражениями нескольких средневековых династий.

Большая часть сохранившихся в Египте памятников с находящимися на них надписями посвящена религиозным целям. Из дошедших до нас папирусов, быть может, девять десятых — религиозного содержания. Весь этот материал довольно односторонний; происхождением своим он почти всецело обязан существовавшим похоронным обрядам.

Г. В. Носовский и А. Т. Фоменко считают, что Египет был одним из основных религиозных центров как Византийской империи X–XIII вв., так и Великой «Монгольской» империи XIV–XVI вв. Здесь, как мы говорили, был сосредоточен культ мертвых.

Непредвзятое прочтение фараонских списков, дошедших до нас в Туринском папирусе, списке Манефона, Саккарской таблице, не скованное традиционной хронологией, ставит много вопросов. Вот что отметил Н. А. Морозов.

Например, под номером 16 в Абидосской таблице стоит Цесар-Ша, или с гортанным акцентом — Цезарь Шах. Это явное соединение слова «цезарь» с восточным его названием «шах».

Под номером 30 стоит «Унас», но ведь это латинское слово «Unus» — «единственный».

Под номером 1 стоит Мна. Греко-латинские авторы произносили это как мэнэс. Но ведь это греческое слово «монос», то же самое, что латинское Unus и означающее «единственный». Это — первичный корень слова «монарх» — единодержавец, единственный царь, Рекс.

Почти во все начертания таблицы входит слово «Э», символизируемое кружком — Солнцем. Оно считается египтологами титулом-символом единодержавца-теократа. Вероятно, это латинское Re — царь, как он называется и теперь, и только у поздних классических «античных» авторов путем придыхания это слово, вероятно, перешло в Ren, затем в Regus и, наконец, в Rex.

Под несколькими номерами стоит Рэ Дэд. Но ведь Дэд — еврейское произношение слова «Давид» («Дауд»). И тут же под номером 14 нарисован человек с пращой, по-видимому, в воспоминание о том, что Давид убил камнем из пращи Голиафа.

Вот несколько раз в таблице стоит слово «Жук», которое египтологи произносят как Хепер. Но это похоже на еврейское Heber, т. е. переселенец. Изменение этого слова в Хепру — тоже библейское слово «hebri» — «еврей».

Под номером 74 стоит Рэ Цесар Хеперу, что может означать Caesar Heber, т. е. царь-цезарь переселенец.

Под номером 13 стоит «Сента». Но ведь это латинское слово «Sanctus» — «святой, посвященный».

Под номером 58 стоит Санх-Рэ, т. е. Sanctus Rex — Святой Царь.

Под номером 59 стоит Рэ С Хотеп Пата-Аб. Но Хотеп означает служитель, Пата — патер, Аб — отец. Следовательно, это выражение может означать Царь Святой Служитель Отца Отцов.

Отсюда легко следует, что часто встречающиеся, например, в Абидосской таблице отдельные буквы S и Q означают просто Sanctus (святой) и Quirinus («божественный» — термин, прикладывавшийся, например, к Ромулу после его обожествления), что отдельное М означает монарх и т. д. Возможно, это сокращения стандартных средневековых терминов.

Имя Марен-Рэ (под номером 37) может означать Marinus Rex, т. е. Морской Царь.

А встречающиеся в других египетских списках выражения вроде Биу-Рэс (вероятно — Pius Rex), Хе-Рэс (вероятно — ho-Rex) и т. п. еще более усиливают впечатление странности, которой веет от всех этих фараонских списков. Но все станет на свои места, как только мы откажемся от современной хронологии, отодвигающей их на тысячелетия в глубь веков.

В Египте на многих надписях уничтожены отдельные имена, названия городов, а в некоторых случаях даже заменены на другие. Вину за это египтологи возлагают на самих «древних фараонов».

Вот, например, что писал Бругш: «С восшествием на престол царей 18-й династии начинается уничтожение памятников, принадлежащих Гиксосам, выбивание их имен и титулов до неузнаваемости и вписывание своих имен и титулов на чужих памятниках в извращение исторической истины».

Но точно ли это — дело рук фараонов? Конечно, иногда с приходом новой власти памятники предыдущей династии могли разрушаться из каких-то политических соображений. Но чтобы вместо имени древнего царя вписать свое, сохранив при этом памятник! Это выглядит весьма странно. Вот, например, в Москве в 1991 г. убрали с площади памятник Ф. Э. Дзержинскому. Но никому же не пришла в голову дикая мысль оставить статую на месте, сбив при этом его имя и вписав вместо него какое-нибудь новое.

Более того, в Египте это сбивание имен и названий носило странно целенаправленный характер. Вот, например, на известной Карнакской надписи идет длинный список городов, завоеванных фараоном Тутмесом III. И в некоторых местах — очень интересных — кем-то старательно сбиты названия городов. Кому и чем они так помешали?

Н. А. Морозов тоже обратил внимание на это весьма странное и многозначительное обстоятельство. Мы говорили об этом выше, рассказывая о сбивании надписей Шампольоном.

«Исследование, — резюмирует Н. А. Морозов, — стертых в египетских надписях собственных имен и замена их на вытертом кем-то месте новыми именами неизбежно наводит на предположение, что тут была сделана умышленная мистификация, и, может быть, сделана именно тем, кто первый опубликовал эти надписи, особенно если опубликование было в первую половину XIX в.».

Приведем еще пример откровенного свидетельства очевидцев, фактически поймавших Шампольона за руку. Вот что сообщает Петер Элебрахт о посещении Египта архитектором Гессемером: «Мне очень не повезло, что я попал в Фивы сразу после Шампольона…» Эту неутешительную весть о положении дел осенью 1829 г. дармштадтский архитектор Фриц Макс Гессемер передал своему покровителю, дипломату и коллекционеру Георгу Августу Кестнеру (1777–1853), основавшему Немецкий археологический институт в Риме… Что же сделал повсюду превозносимый Шампольон? Гессемер — Кестнеру: «Ученость Шампольона я всячески почитаю, однако должен сказать, что как человек он выказывает такой характер, какой может весьма сильно повредить ему в глазах людей! Найденная Бельцони гробница в Фивах была одной из лучших; по крайней мере она полностью сохранилась и нигде не была повреждена.

Теперь же, — продолжает Гессемер, — из-за Шампольона, лучшие вещи в ней уничтожены. Прекрасные, в натуральную величину росписи лежат, разбитые, на земле… тот, кто видел эту гробницу прежде, не сможет теперь узнать ее. Я был до крайности возмущен, когда увидел такое святотатство».

Наивный Гессемер, замечают Фоменко и Носовский, не понял, чем именно тут занимался Шампольон. Гессемер простодушно решил (или кто-то услужливо подсказал ему эту мысль), будто, круша молотком надписи, Шампольон был движим «тщеславным намерением», как пишет Гессемер, перевезти эти изображения во Францию. Якобы «чтобы вырезать одно изображение, решили пожертвовать двумя другими. Но разрезать камень оказалось невозможным, и все было испорчено».

Такое «объяснение» в принципе можно было бы допустить. Но после того что нам теперь становится известно, трудно отделаться от мысли, что мотивы были иными.

Оказавшись в 1824 г. в итальянском, т. е. в европейском, архиве города Турина, Шампольон, по некоторым свидетельствам, демонстрирует якобы совсем другое отношение к «древнеегипетским» папирусам.

Французский ученый Ж. Позенер писал об изучении Шампольоном египетских документов в Турине в 1824 г.: «Шампольон… занимается многочисленными папирусами… переписывает части текстов, особенно даты и имена правителей… Шампольон начал изучать обрывки фрагментов, обращаясь с ними с бесконечной осторожностью».

Не потому ли, что тут уже не было столь насущной и спешной необходимости в «корректировке» древней истории? Ведь в Европе, как мы начинаем понимать, эта операция была уже с успехом проведена некоторыми предшественниками Шампольона.

Кстати, а все ли документы, переписанные Шампольоном в Турине (и других местах), уцелели до наших дней?

Наивная мысль об уничтожении надписей с целью «сделать свои рисунки единственными первоисточниками для потомков», кажется понятной. Но не исключено, что дело тут не в простом (и в общем-то объяснимом) тщеславии, а в куда более серьезных мотивах.

Фоменко и Носовский выдвинули интересную гипотезу о том, кто, когда и зачем сбивал имена, названия городов и стран на памятниках «Древнего» Египта.

По-видимому, кто-то из первых католических миссионеров или египтологов намеренно уничтожал слишком яркие следы подлинной средневековой истории, радикально расходившейся с уже созданной в Европе скалигеровской версией хронологии.

К счастью, уничтожили не все. Многое уцелело. И то, что случайно сохранилось — из опасного для «скалигеровщины» материала, — на памятниках «древних» фараонов, показывает, что мы на правильном пути. Как мы увидим ниже, история «Древнего» Египта — это (в значительной мере) история части объединенной империи.

Фоменко и Носовский считают, что первые католические миссионеры (иезуиты) и некоторые западноевропейские египтологи сразу это заметили. А увидев, не смогли смириться. Ведь у них дома, в Европе, аналогичные воспоминания о Великой империи были уже в значительной степени стерты.

Счастливо уцелели лишь их фантомные отражения, отодвинутые в далекое прошлое в результате ошибки с датировкой Рождества Христова. И потому — не распознанные. И потому — избежавшие уничтожения.

А в Египте выход был прост. Цивилизованные путешественники взяли в руки молоток и зубило. И, воровато оглядываясь, начали расчетливо, безжалостно сбивать бесценные свидетельства древних камней. Может быть, они искренне верили, что улучшают неправильную историю. Но вряд ли суд признал бы это смягчающим обстоятельством.

Надо отдать им должное, отмечают авторы новой хронологии, они добились того, чего хотели. И на довольно долгое время.

Фоменко и Носовский обратили внимание на физическое состояние дошедших до нас мумий фараонов.

Нам рассказывают об «уважении Наполеона к священным местам». За его армией следовали «многие ученые, рисовальщики и литераторы… Сам Наполеон говорил, что он пришел туда, чтобы «помочь Египту идти к свету»… Он основал научные учреждения, поручил зарисовать все сооружения и остатки памятников… Наполеон немало потрудился в Египте».

В Сфинксе было просверлено отверстие в поисках ходов, «упоминавшихся в древности. В Дендере он поступил так, как ни один завоеватель ни до, ни после него: он оставил точную копию большого камня с изображением зодиака взамен настоящего, увезенного в Париж».

Приказал расстрелять из пушек прямой наводкой лицо древнего Сфинкса. К. Керам, рассказывая об этом, явно старается сгладить впечатление у читателя от такого варварского поступка наполеоновских солдат: «Там разлегся один из сфинксов — получеловек, полузверь с остатками львиной гривы и дырами на месте носа и глаз; в свое время солдаты Наполеона избрали его голову в качестве мишени для своих пушек; он отдыхает вот уже многие тысячелетия, — уверен Керам, — и готов пролежать еще многие; он так огромен, что какой-нибудь из Тутмесов мог бы соорудить храм между его лап».

Фоменко и Носовский считают, что по ходу дела французские артиллеристы, по просьбе ли кого-то из египтологов, сопровождавших войска, заодно корректировали историю. Уничтожая какую-то символику, не укладывавшуюся в «правильную скалигеровскую историю» Египта. Скажем, христианский крест на голове Сфинкса? Любопытно отметить, что форма змеи-уреуса на головных уборах двух «древнеегипетских» сфинксов, вывезенных в XVIII в. из Египта в Петербург и ныне стоящих на набережной Невы, на левом берегу, приблизительно напротив Эрмитажа, действительно напоминает христианский крест.

Может быть, на голове Большого Сфинкса это сходство было слишком уж отчетливым…

В настоящее время большие щели и ямы, особенно в лице у Сфинкса, замазаны цементом. Но даже после этой «реставрации» лицо Сфинкса осталось безнадежно изуродованным.

В общем, «Наполеон немало потрудился в Египте», делают вывод Фоменко и Носовский.

Согласно скалигеровской истории, в 1240 г. в Египет вторгаются мамелюки. Они считаются черкесами. Вместе с ними в Египет прибывают и другие кавказские горцы. Но черкесы — одно из наименований казаков. Об этом говорит, например, Н. М. Карамзин. Именно поэтому, кстати, город Новочеркасск — столица донских казаков. А то обстоятельство, что мамелюки считаются, кроме того, еще и выходцами с Кавказа, т. е. с границ Руси, еще раз указывает, что в 1240 г. н. э. (по традиционной хронологии) в Египет пришли казаки.

Мамелюки, как и подобает казакам, составляли охранную стражу.

Мамелюки основывают династию в Египте, которая правит с середины XIII в. до 1517 г. Причем первая половина этой династии называется обычно Багеритской, а мамелюки — Бахаритскими. Затем с 1380 по 1517 г. властвуют в Египте черкесские султаны.

Мамелюки-казаки правят в Египте до 1517 г., затем на короткий период с 1517 по 1585 г. сменяются турками. Но потом, с 1585 г. мамелюки вновь приходят к власти и правят вплоть до 1798 г., когда в Египет вторгается Наполеон.

Начинается война. В 1801 г. французы покидают Египет. Однако в 1811 г. мамелюков вырезают. Окончательно их власть была ликвидирована Мухаммедом Али в 1811 г.

Возникает вопрос: а какова же была судьба черкесских султанов после 1517 г.? Оказывается, последующая судьба черкесских султанов подчеркивает версию сближения истории Египта с историей Руси.

Как раз в это время, в XVI в. н. э., в России появляется род князей Черкасских. «В России Черкасские принадлежали к верхушке правящего класса». Считается, что предками Черкасских были египетские султаны. Это отражено и на их гербе, носящем ярко выраженный «царский» оттенок: в центре герба изображена царская держава, вокруг — красная мантия, подбитая горностаями и увенчанная «княжескою шапкою, над которой изображена чалма, знак султанов египетских, предков князей Черкасских».

Таким образом, в трудное для египетских султанов время, когда в Египте их временно отстранили от власти, на Руси появляется род их потомков, который немедленно входит в верхушку правящего класса. Например, на княжне черкесской был женат царь Иоанн IV Грозный. На их гербе — мусульманский полумесяц, и при этом в центре — держава с крестом, далее — всадник с пикой, лев, вытянутые вертикально вверх две переплетенные змеи. Напомним также, что именно князьям Черкасским принадлежало село Иваново, само название которого, вероятно, связано со знаменитым пресвитером Иоанном.

В середине XVII в. война Романовых с Разиным была с формальной точки зрения войной за русский престол между Черкасскими и Романовыми. Конечно, сегодня история войны Романовых с Разиным весьма искажена и затемнена. Несмотря на это поражение, род Черкасских удерживал некоторые ведущие посты в русском государстве вплоть до конца XVII в.

Поражают и языковые связи между Русью и Египтом в средние века. Копты — это христианские жители средневекового Египта. Они, согласно скалигеровской истории, дали стране свое имя: Копт = Гипт = Египет. Коптское письмо очень похоже на славянское. «Мы полагаем, — пишет Бругш, — что славянская азбука составлена под влиянием коптской». Она практически тождественна кириллице.

Концепция новой хронологии сразу объясняет этот факт. В Египте действительно должны были остаться потомки казаков — великих = «монгольских» завоевателей Египта XIV в.

Многозначительно и наличие египетских имен на Руси.

Это отмечено в работе известного лингвиста Н. А. Мещерского под интересным названием «Египетские имена в славяно-русских месяцеловах». Он пишет, что древнеславянский и древнерусский языки принадлежали к восточно-христианскому кругу языков, который образовался в странах юго-востока Европы, Передней Азии и северо-востока Африки. Центром названного культурно-исторического региона являлся мир Греции (Византии) с его общегреческим языком койне; к периферии примыкали такие языки, как коптский и эфиопский (с юга), сирийский, армянский и грузинский с востока, готский и, наконец, древнеславянский с севера и с северо-востока. От древнеславянского языка ответвились такие его изводы, как древнерусская разновидность церковно-славянского языка, болгарский и сербский изводы того же языка; к ним примыкает старорумынский извод языка, использовавшийся в Молдавии и Валахии в XIV–XVII вв. Непрерывно обновлявшиеся экономические, политические и культурные связи между народами, говорившими и писавшими на вышеперечисленных языках, повлекли за собою их тесное взаимодействие в течение всего периода Средневековья. С наибольшей ясностью такого рода межъязыковые контакты прослеживаются в области ономастики и особенно в сфере личных имен людей.

Сказанное Н. А. Мещерским очень хорошо соответствует новой хронологии. Именно в средние века, когда возникла Великая = «Монгольская» империя, перечисленные выше языки начали сильно влиять друг на друга и, по мнению лингвистов, составили один культурно-исторический круг. А кстати, где же здесь «монгольский язык» завоевателей «монголов»? Его почему-то нет. И понятно почему. На самом-то деле он есть. Это просто другое название русского языка.

Н. А. Мещерский приводит много примеров коптских (египепетских) имен, вошедших в русские святцы. Он отмечает, что почти четыре десятка имен в славяно-русском фонде объединяют историю и культуру русского народа с историей и культурой древнего (дохристианского), как он предполагает, и коптского (христианского) Египта. Это след давних культурно-исторических связей. Обсуждая связи между египетским и русскими языками, Н. А. Мещерский с сожалением отмечает, что египтологи данный вопрос почти не рассматривали. И понятно почему. Для египтологов эти языковые связи необъяснимы. Для новой хронологии они естественны.

В заключение напомним, что, согласно «древним» мифам, души умерших перевозит через огромную «реку» в потусторонний мир перевозчик Харон. Мы уже говорили, что речь тут могла идти о перевозке мертвых в средние века через Средиземное море для их захоронения в Египет. В частности, и из Руси. А тогда в имени Харон мы узнаем хорошо известное русское слово «хоронить». Нельзя не отметить, что в таком случае и слово «фараон», в котором звук «Ф» до сих передается, например, по-английски как РН, могло происходить от русского слова «похороны» (ПХРН), т. е. фараон — это похороненный царь.

Таким образом, подводя итог, Фоменко и Носовский приходят к следующим выводам.

1) Ранее X в., по-видимому, ничего не известно. Документов той эпохи просто не сохранилось.

2) Период X–XII в. н. э. освещен слабо, по крайней мере в переведенных текстах. Поэтому здесь мы не будем касаться этого периода. Его история в значительной мере легендарна и туманна.

3) Период XIII — начала XIV в. н. э. освещен лучше. Он описан в источниках, относимых египтологами к так называемой 19-й династии фараонов. Они предложили датировать ее приблизительно XIII в. до н. э., т. е. «всего лишь» на две с половиной тысячи лет раньше, чем это предполагается в новой хронологии.

В масштабе обычных для египтологии хронологических колебаний на плюс-минус две-три тысячи лет это не так-то уж и много.

4) Период от первой половины XIV в. до начала XVI в. дал наибольший вклад в историю «Древнего» Египта. Отсюда почерпнуты многие знаменитые «события египетской истории».

XIV–XVI вв. — это эпоха «монгольского» = великого завоевания и Атаманской = Оттоманской империи. Великое = «монгольское» завоевание отразилось в истории «Древнего» Египта как его так называемая 14-я династия фараонов (Гиксосы). Египтологи датируют эпоху Гиксосов 1786–1570 гг. до н. э. (Только наивные люди могут поверить такой удивительной хронологической точности до одного года!)

События, последовавшие за «монгольским» = великим завоеванием, отражены в «древнеегипетской» истории как история его знаменитой 18-й династии фараонов. Египтологи датируют ее 1570–1342 гг. до н. э.

5) Период от середины XVI в. до 1798 г. Сначала — правление турок до 1585 г., а затем — вторая династия мамелюков. Завершается вторжением Наполеона в Египет в 1798 г.

Этот период не дал заметного вклада в «древнюю» историю Египта. Поэтому мы его здесь не будем обсуждать.

6) Египет был религиозным и культурным центром Византийской и Атаманской = Оттоманской империи. В частности, здесь писались летописи, в том числе и на камнях, рассказывавшие не только об истории самого Египта, но и обо всей великой = «монгольской» империи и о соседних народах, в том числе и о европейских. При этом надо иметь в виду, что, по-видимому, далеко не все иероглифические тексты «Древнего» Египта сегодня прочтены и переведены.

В результате династического анализа Фоменко и Носовский доказали, что «Древний» Египет XIII в. до н. э. идентичен Египту XIII в. н. э.

Они проанализировали знаменитую 19-ю династию фараонов, которая, по мнению египтологов, относится к XIII в. до н. э. Но события, разворачивающиеся в этой династии, отражают в действительности реальную историю XIII в. н. э. В новой хронологии это — эпоха Троянской войны.

Перечислим фараонов так называемой 19-й династии.

1) Рамессу I,

2) Минепта I, Сети I,

3) Миамун I, Рамессу II,

4) Минепта II Хотефима,

5) Сети II, Минепта III,

6) Сетнахт Мерер Миамун II.

Наиболее известным фараоном этой династии является Рамессу II, имя которого означает Рим-Иисус. Иногда его называют также Рамзесом, т. е. опять-таки Рам-Езус или Рам-Иисус.

Рассказ о 19-й династии они начинают, как это сделал и египтолог Бругш, с описания великого народа Хита или Хета. Бругш отмечает, что народ Хита — неизвестного происхождения. Бругш подозревал кровную связь народа Хита и «монголов». Он пишет, что египетские надписи того времени называют народ Хета «великий народ» или «Великая земля». «Великий» в переводе на греческий язык — «мегалион», что, в свою очередь, означает «монгол». Следовательно, можно отождествить хетов-готов с «монголами». Это народ готов, т. е. русский народ.

В египетских источниках здесь рассказывается история взаимоотношений Византии и Руси XIII в. н. э. Здесь фараоны — это византийские императоры, а цари народа Хета — это русские великие князья, они же «монгольские» = великие ханы.

В истории известно, что хеты были «обнаружены в Малой Азии» лишь в 1880 г. Профессор Арчибальд Сэйс, а затем Уильям Райт, опираясь на Библию и будучи убеждены, что библейская «земля обетованная» расположена в современной Палестине, предложили считать область севернее Палестины «землей древних хетов». После этого некоторые археологические находки, обнаруженные здесь, были приписаны «тем самым хетам». Сэйс был даже награжден титулом «изобретателя хетов».

Памятниками культуры малоазиатского народа считаются барельефы с носатыми приземистыми человеческими фигурами в остроконечных шапках и в башмаках с загнутыми вверх носками. Из местных эмблем особенно интересны: крылатый солнечный диск и змеи, как у египтян, а кроме них двуглавый орел, как у византийцев, двойная секира и крылатые божки, явные прообразы херувимов. Но вот вдруг недавно обнаружилось нечто совсем изумительное. Исследование южнорусских курганов привело к находкам предметов того же типа. Так, в Чертомлыцком кургане на Кубани у чертомлыцкой царицы найден остроконечный головной убор, как у хетов. Да и на Кубани во втором тысячелетии (н. э.!) жил народ, создавший такие же предметы, какие найдены в Майкопе; а в Киевской губернии откопан бронзовый пояс типа тех, которые «несомненно» принадлежали культуре, близко родственной хетской. Оказалось, что воздействие хетской культуры было столь могущественно, чтобы сказываться долгое время (через две тысячи сто лет!) на большом расстоянии… после того как народ и государство, создавшие ее, давно отошли в вечность. И действительно, как не изумиться такому могуществу хетской культуры.

В описании народа Хета легко угадываются донские казаки.

Вот примеры имен царей народа Хета: Мауросар, т. е. Мавр-Царь, т. е. черный царь, или Мал-царь, т. е. Царь Мал, имя хорошо известное и из русских летописей.

Еще пример: Хитасар, т. е. Гот-Царь, или царь готов. Этот царь готов (Хитасар) был другом, союзником и тестем фараона Рамзеса II. Что и естественно: византийские императоры и «монгольские» ханы, они же — русские великие князья — очень часто были в родственных отношениях. Влияние народа Хета росло с каждым годом и стало настолько сильно, что в египетских надписях появляются имена царей Хета и воспоминаются с уважением имена богов их.

Имя, употребленное в египетских надписях для обозначения страны, которой владели хеты, КА-ЦА-У-ТА-НА, указывает на местность Гозан (Гауцанитинис). Войсками народа Хета управляли Кацаны. Трудно отделаться от впечатления, что здесь прямо названы: казаки под именем Гозан, или Кацан, казаки Дона или казаки Таны, т. е. Азова, — под именем Кацау-Тана, или Гауца-Тинис, т. е. казацкий Тнаис-Дон.

В описании хетов мы встречаем Мигдонию, т. е., вероятно, Маг-Донию, т. е. Дон моголов, или Дон монголов, или реку монголов, поскольку «дон» означало просто «река». Между городами Хита нам вполне известны и точно определены Тунеп (Дафна) и Хилибу (Халеб). Вероятно, здесь речь идет о городе Азове = Тана, Тунеп.

Город Хилибу египетские источники называют также и в форме Алеппо, что сразу ассоциируется с известным русским словом «лепо, лепый» — красивый или любый (любимый). На Руси хорошо известен город Липецк, расположенный на западе Окско-Донской равнины, т. е. в том же регионе, что и Тана-Дон. Река Ворона, на которой стоит Липецк, впадает прямо в Дон. Город Липецк стоит на месте одного из древнейших поселений на Руси.

Египетские хроники отмечают, что сидит царь Хита в земле Хилибу (Алеппо). Действительно, в «земле Дона» находился центр готов — донского казачества.

Народ Хита (Хета) был тесно связан с народом Ханаанским. Они были союзниками, а некоторые ученые считают, что это — вообще одно и то же.

Здесь мы видим появление слова «хан» в форме ханаан. И вполне естественно. Если уж на стенах египетских памятников появились готы-казаки, то должны были появиться и ханы.

Фоменко и Носовский обратили внимание на русские названия на камнях Египта.

Приведя список названий городов народа Хита, Бругш пишет: «Пусть читатель со вниманием просмотрит предложенные ему собственные имена, ибо в них (исключая имена семитического происхождения) лежит ключ к разумению языка хита, а им только мы в состоянии будем определить место народа Хита в жизни древних народов». Фоменко и Носовский следуют рекомендации Бругша.

Они отмечают, что среди хетских имен и названий присутствуют также:

САМАРИУС = САРМАТИЯ или САМАРА?

ТАРГАТА = ТУРЕЦКИЙ ГОТ?

АРТА = ОРДА?!

МАШАУА = МЕШЕХ? — МОСКВА?

ТАНИРОС = ТАН-РУСЬ, РУССКАЯ ТАНА?

ЮРИМА (ИУРИМА) = ЮРЬЕВ или ЮРЬЕВЕЦ?

АТИНИ = опять та же ТАНА?

АРЕС = РОС или РУС?

КАРШУА = КЕРЧЬ?

ТАРИЦА = СТАРИЦА?

СУР = ЦАРЬ или РУС в обратном прочтении или впадающая в Оку река СУРА?

АМАРСЕКИ = МАРС или МОРСКОЙ?

МАГНАС = «великий», т. е. МЕГАЛИН, МОНГОЛИЯ?

ХАТА'АИ = КАТАЙ или КИТАЙ, т. е. КИТИЯ = СКИФИЯ?

АРЦАКАНА = РУС-ХАНА или РУССКОЕ ХАНСТВО или АСТРАХАНЬ?

АТУР = ТУРЕЦКИЙ?

МАУРМАР = МРАМОРНОЕ МОРЕ? или город МУРОМ?

ПУКИУ = ПСКОВ? «Псковитяне были известны всем древним историкам под именем PEUCINI».

ХАЛЕБ = АЛЕППО, он же Халбу, Телеб, Талаба = Лепый = Липецк или Апулия?

Таким образом, им удалось «определить место народа Хита в жизни древних народов». Это место — Русь-Орда. Еще раз напомним, что в процессе великого = «монгольского» завоевания многие из этих названий расползлись по карте и попали в другие страны Западной Европы, Малой Азии и т. д.

В источниках «Древнего» Египта упоминаются и другие страны и народы. Например, хорошо известна страна Тини, которая была одним из древнейших поселений египетских и главным городом удельного княжества. Ее называли также Тинис. Это известная Тана — казацкий Дон в Руси-Орде. Дело в том, что Дон называли Таной, Форма Тинис созвучна с Танаис, т. е. тот же Дон. Первые две династии фараонов Египта были родом из Тиниса или Тини; и первый из фараонов первой тинитской династии назывался Мена. Действительно, первые мамелюкские династии были казачьими, пришедшими, вероятно, в том числе и с Дона.

Оказывается, что главный город четырнадцатого дома Танис носил и другое, чужеземное имя царь, цал и иногда даже во множественном числе пару, т. е. как будто в смысле «город царов». Тем самым «древнеегипетские» тексты сообщают нам, что из города или страны Тана = Дона происходили цари.

Фоменко и Носовскому удалось найти «войска кавказского происхождения» в «Древнем» Египте.

Оказывается, в эпоху 19-й династии в «Древнем» Египте воюют «наемные войска кавказско-колхидского происхождения, которые в это время переселились в Ливию». Итак, даже по признанию самих египтологов, мы видим в «Древнем» Египте кавказцев. Тут имеются в виду казаки, а само слово «Кав-Каз» (Кау-Каз = ККЗ = Caucasus) происходит от слова «казак». Напомним, что кавказское терское казачье войско считается одним из главных казацких войск.

Они снова появляются на сцене египетской истории во времена Рамзеса III, усиленные некоторыми народами и племенами, имена которых сохранились частью у греков, в правильной транскрипции. Вот их перечень:

1. КАИКАША — КАВКАЗЦЫ (это пишет сам Бругш!).

2. АКАИУАША — Ахеяне КАВКАЗА.

3. ШАРДАНА, Сардоны, Хартанои (т. е. ЦАРИ ДОНА).

4. ТУРША — жители Тавра (ТУРКИ). Стоит отметить, что египтолог Масперо приводил данные, указывающие, по его мнению, что народ ТУРША — это Тирсены, или Тиррены, т. е. ЭТ-РУСКИ.

5. ЦАККАР, ЦАККАРИ, ЦИГИ, ЦИГРИТА (т. е. ГУЗЫ-казаки при обратном чтении имени ЦИГ, или ЗИГ).

6. ЛЕКУ, Лигийцы (вероятно, ЛАКЕ-ДЕМОНЦЫ (?), спартанцы-греки).

7. УАШАШ — ОСЕТИНЫ (это пишет сам Бургш!) Т. е. по сути дела, опять казаки.

Можно привести и другие примеры, свидетельствующие об отождествлении египетских надписей с географическими регионами Третьего Рима.

В египетской истории большую роль играет великий город-крепость Кадеш, лежащий вблизи царства фараонов в стране Аморреев, т. е. город Кадеш лежит в ромейской стране. (Поскольку Амор при обратном прочтении превращается в Рома.) Напомним, что в тех местах читали как слева направо (по-гречески), так и справа налево (по-арабски, по-еврейски).

ЛИМАНОН = РИМАНОН = РИМСКИЙ

Более того, город Кадеш, оказывается, находился по соседству со страной Лиманон, или Риманон, или даже в самой этой стране. Но Риманон — это уже совсем явное название Рим. (Не нужно забывать, что скалигеровская история уверяет нас, будто все это происходит не в средние века, а в глубочайшей древности. Когда Рима якобы еще не было и в помине!)

Жители этой страны, оказывается, чистейшие ханааниты, а мы знаем, что «библейская земля Ханаанская» есть попросту ханская земля. Это окрестности Нового Рима — Константинополя.

Даже сегодня на современной карте Стамбула, т. е. бывшего Константинополя, вы увидите название его пригорода Kadikoy, т. е., вероятно, все тот же Кадеш! Итак, одно из древних названий Нового Рима — Кадеш — сохранилось до нашего времени.

Таким образом, есть все основания предположить, что знаменитый город и «великая крепость» Кадеш «древнеегипетских» хроник — это Новый Рим, Константинополь. Средневековый Новый Рим был одной из сильнейших крепостей мира.

«Древнеегипетские» хроники сообщают, что город-крепость Кадеш стоял на реке Оронте.

Но Оронта, т. е. Рона, означает «река», а потому здесь просто сказано, что город Кадеш стоит на реке. Что и естественно, так как Новый Рим стоит на берегу длинного и узкого пролива Босфор, который древние называли рекой. Даже моря называли ранее реками ввиду первоначально каботажного плавания лишь вдоль берегов. В результате моря казались морякам широкими реками.

Кадеш запирал путь в страну готов. Двигаясь из Египта и Турции, войска подходили к Босфору, переход через который запирал Новый Рим. В этом заключалось одно из важнейших стратегических преимуществ Нового Рима — он контролировал Босфор. Взяв Новый Рим, войска получали открытый доступ на славянские Балканы и далее — в страну готов.

Следовательно, Кадеш не что иное, как Новый Рим на Босфоре.

А вот еще примеры, говорящие о том, что в египетских источниках идет описание Третьего Рима.

Через всю «древнеегипетскую» историю красной нитью проходит рассказ о могущественной земле Рутен Ханаанской, или Рутении. Она граничит с царством фараонов, ее народы то воюют с фараонами, то вступают с ними в союз.

Но Рутения это название Руси. Поэтому Рутения Ханаанская — это просто Ханская Русь.

Город Алеппо — это русский город Липецк недалеко от реки Дон. Это предположение хорошо подтверждается тем, что Хилибу = Халеб, есть древнее имя Алеппо, гораздо далее лежащего на север, чем Кадеш на Оронте. Таким образом, город Алеппо надо искать существенно севернее Нового Рима. Реальное положение города Липецка хорошо отвечает этому географическому описанию. Затем, после великого = «монгольского» завоевания Западной Европы, русское название Лепо, Лепый, что значит красивый, вероятно, «переехало» в Италию и осталось там до сего дня в виде Апулии.

Таким образом, Фоменко и Носовский приходят к выводу, что земля Рутен Ханаанская — это Русь ханская.

В «древнеегипетской» истории большую роль играет «земля Нахараин». В эпоху фараона Рамзеса II это царство является союзником хитов, т. е. союзником готов.

Фоменко и Носовский рассматривают два возможных варианта отождествления «земли Нахараин» с реальной местностью средних веков.

Первый вариант. Слово «рона» означало «река». А потому трудно отделаться от мысли, что Наха-Раин, или Нага-Раин, означает ногайская река, или ногайская Ра, т. е. ногайская Волга. Так как река Волга называлась раньше Ра.

А нагаи — это знаменитая Ногайская Орда, располагавшаяся вплоть до XVIII в. в низовьях Волги вплоть до берегов Азовского моря. Отсюда, кстати, казацкие нагайки. Можно увидеть «древнеегипетскую» страну Нах-Раин, т. е. Нагайскую страну около Азовского моря, например, на печатной русской морской карте 1701 г.

Кстати, при Романовых — в эпоху Екатерины II — эта знаменитая Нагайская Орда была полностью уничтожена. Романовы добивали не покорившиеся им остатки Великой Орды.

Второй вариант. Нахараин могло означать «Нагорная» страна, т. е. Греция. Грецией, т. е. Горецией = Горной страной, по-славянски называлась Византия. Поэтому «древнеегипетский» Нахараин мог на самом деле означать Византию.

Следовательно, земля Нахараин — это ногайская река, или Греция-Византия.

В «древнеегипетских» хрониках «земля Хита» называется также «землей Кити», т. е. Китаем. Но мы говорили, что Кита, или Китай, — это просто одно из названий Руси-Скитии, или Скифии.

В «древнеегипетских» надписях упоминается Сирия и Ассирия, Ашур. Это, как показали авторы новой хронологии, Русь-Орда. Об этом мы говорили в разделе «Русь и Московская Русь на страницах Библии». Сейчас для нас интересно то, что и среди египетских надписей упоминается Русь.

Название Сирия превращается в Русь при обратном прочтении. Поскольку без огласовок мы имеем Сирия — СР, а Русь — PC. При этом считается, что название Сирия происходит от древнего названия Ассирия, читавшегося также как Асур и Ашур.

Но название Ассирия (т. е. ССР без огласовок) получается обратным прочтением из России (т. е. РСС), Асур (т. е. СР) — это обратное прочтение слова «Русь» (т. е. PC), а Ашур (т. е. ШР) — это обратное прочтение слова «Раша» (т. е. РШ).

Таким образом, все три названия: Россия, Русь и Раша появляются здесь в форме трех имен Ассирия, Асур и Ашур. Более того, отождествление Сирии и Ассирии «древнеегипетских» памятников с Русью-Рутенией прямо присутствует на камнях Египта!

Вот что сообщает Бругш: «С помощью демотического перевода большого двуязычного Танисского камня (известного под именем Канопского декрета), документа времен Птолемеев, мы можем утвердительно сказать, что обычное в устах народов в это время имя для обозначения Сирии было Ашер, но древнейшее имя той же страны, прочитанное в иероглифической части камня, было Рутенну с прибавкой «востока».

Поэтому в разные времена и на разных языках следующие имена тождественны: «Сирия, Рутенну востока, Ашер и Менти…В позднейшем Ашер скрыто древнейшее семитическое Ашур или Ассирия».

Напомним, что Рутения — это название Руси. Даже в стандартной хронологии и скалигеровской истории! А «древнеегипетская» добавка «с Востока» лишь еще раз подчеркивает правильность отождествления Рутении с Русью в этом месте.

Итак, в определенный исторический период именем Ашур, или Ассур, или Ассирия называли Русь-Орду.

А вот еще интересное наблюдение. Известный филолог Шафарик считает слово «Мат» арийским словом, означающим род или народ, и указывает, что оно входило в названия Савро-Мат, Cap-Мат и так далее. Но слово «мать» хорошо известно в русском языке, и действительно его смысл тесно связан со словом «род», «народ». Земля-мать — говорим мы до сих пор. А славянское словосочетание «народ-мать» неожиданно всплывает в «древнеегипетском» имени «царя царей Наро-Мата».

Мысль Шафарика о сарматах хорошо подтверждается присутствием в «древнеегипетских» надписях титула Сара-Ен-Мать, т. е. именно сармат! — сменившегося затем на титул Сара-Ен-Машуш.

Последний титул Бругш переводит как «князь, или вождь Максиев». Возможно, это слегка искаженный титул — «Царь Мешеха», т. е. «Царь Московский». Великое = «монгольское» завоевание Египта оставило следы и в географических названиях, существовавших по крайней мере до XVIII в. Берем, например, карту Азии, изготовленную в Амстердаме в XVIII в. На этой карте, в Африке, в среднем течении Нила, в Нубии, указаны: R-me. De Gaoga и R-me. De Gorhan. А в нижнем течении Нила мы видим название Girge. В этих названиях, по-видимому, звучат уже хорошо знакомые нам имена народа гог, т. е. готов-казаков, и Гурхан, т. е. Гюргий хан, или Юрий хан, или Георгий хан. Название же Girge вообще практически тождественно с именем Георгий = Гюргий = Юрий. На современной карте мы видим примерно в этом районе название Эль-Xapra, вероятно аналогичное GIRGE. Скорее всего, это — след завоевания Египта готами-георгиевцами в XIV в. н. э.

Таким образом, Фоменко и Носовский нашли много подтверждений того, что в «древней» египетской истории описываются события истории Третьего Рима. Примеры можно было бы продолжить, но мы отошлем читателя к работам авторов новой хронологии. Там эти вопросы освещены лучше и гораздо глубже.

Согласно традиционной хронологии, Рамзес II правил якобы в XIII в. до н. э. Это как раз эпоха Троянской войны в ее скалигеровской датировке. Поэтому, как следует из новой хронологии, в «древнеегипетской» биографии Рамзеса II скорее всего должно быть рассказано о Троянской войне, т. е., как мы уже знаем, о войне XIII в. н. э. Как мы ниже увидим, это предположение блестяще подтверждается в исследованиях Фоменко и Носовского.

Отметим любопытное обстоятельство. Оказывается, что для исправления традиционной египетской хронологии на новую хронологию достаточно просто заменить знак «минус» на «плюс», т. е. вместо XIII в. до н. э. написать XIII в. н. э.

Не является ли это следствием того, что египетская «хронология» была создана очень поздно, т. е. гораздо позже, чем вошла в обиход эра от Рождества Христова? Может быть, кто-то решил «удревнить» средневековые события, правильно датированные в источниках, попросту заменив «плюс» на «минус»?

Вот список имен Рамзеса II: Ра-Усерма-Сотепен-ра Рамессу II Миамун I, Сес, Сестезу, Сетесу, Сестура, Сетозис, Рамессес, Сезострис.

Его титул «Великий фараон Рамессу», естественно, воспринимается как «Великий ТРИ Рам-Иисус», т. е. Великий Рим Иисус. Здесь ТРН = царь, тиран, троянский, турецкий или франкский. Вероятно, это имя прикладывалось тогда не только к какому-то конкретному царю, но и ко всему Новому Риму или даже ко всей Византийской империи XIII в. н. э.

Рамзес II считается одним из самых знаменитых фараонов «Древнего» Египта — всемирный завоеватель и герой легендарных сказаний. «Количество памятников этого монарха, которые покрывают в виде развалин славного прошлого почву Египта и Нубии… велико, или лучше сказать неисчислимо».

Фараон Рам-Ессу II — это, скорее всего, по мнению Фоменко и Носовского, один из византийских императоров XIII в. н. э. Возможно, что именем Рам-Ессу II названы все византийские императоры той эпохи, т. е. Рам-Ессу могло быть не индивидуальным собственным именем, а обозначением какого-то императорского титула «римский царь».

Поскольку Рам-Ессу явно означает также Рим-Иисус, то новые хронологи высказали гипотезу, что Рам-Ессу это просто Христос, а выражение «Рам-Ессу победил» означало просто: «Христос победил», т. е. победило христианство, христианское воинство.

Это согласуется с описанием ранних битв между Византией и русскими. Эти битвы и описаны на «древнеегипетских» камнях, неправильно отодвинутых египтологами в глубокую древность. В действительности, утверждают Фоменко и Носовский, тут речь идет о временах, когда Византия была уже христианской, а Русь — пока еще нет. В результате одной из таких битв (после нее) Русь и крестилась.

Как, собственно, и излагает нам миллеровско-карамзинская версия историю крещения Руси. В этом она, видимо, права. И совпадает с «древнеегипетской» версией.

Фоменко и Носовский считают, что Рам-Ессу означало в «древнеегипетских» текстах не конкретного царя, а Иисуса Христа как покровителя Ромейского христианского царства, т. е. Византии X–XIII вв., подтверждается свидетельством Диодора Сицилийского. Он называет Рамзеса II Осиман-Диасом, т. е. — Осман-Богом, так как Диас — это, очевидно, Deus = Бог. Deus читалось также и как Теос.

Но османы — это ведь турки средних веков!

В том, что Иисус Христос назван здесь Богом Османом, нет на самом деле ничего удивительного. Согласно новой хронологии, раскол христианства на православие, мусульманство и католицизм произошел лишь в XV в. н. э. Поэтому в XIII в. турки были еще обычными христианами. Как и все остальные христианские народы.

Диодор много говорит о гробнице Осман-Диаса, а также и его статуе — «самой большой статуе в Египте».

Термин «турки», или ТРН-ТРК (без огласовок), в средневековой истории был связан прежде всего с Константинополем. Поэтому, когда речь идет о «турках»-ТРК, то имеются в виду народы, живущие в Малой Азии, на Балканах, недалеко от Константинополя. Эти места были ареной многочисленных битв, и поэтому имя ТРК-ТРН в разные времена обозначало разные народы. Это и троянцы, и турки-сельджуки, и франки. Кроме того, ТРК-ТРН обозначало династические имена: фараон, тарквинии, также так или иначе связанные с Константинополем.

По поводу «турок» Носовский и Фоменко высказывают следующую гипотезу. Этим именем, как мы уже сказали, называли жителей Малой Азии. Их же называли «греками», а Византию или Малую Азию — Грецией. И сегодня Турция расположена именно в Малой Азии. Турки-греки — коренное население этих земель. Но во время русско-тюркского «монгольского» завоевания в Малую Азию пришли русские, а также и тюркские народы из Руси. Осев здесь, они тоже стали называться «турками». Из-за этого, видимо, наших татар, чувашей и некоторые другие российские народы называют сегодня тюрками, поскольку их язык родствен современному турецкому, который, скорее всего, в Турцию именно от них и пришел во время «монгольского» нашествия. Так в Малой Азии возникла Турция-Атамания, в которой, как известно, длительное время исключительно большую роль играли славяне.

Поэтому исторический термин «турки» неоднозначен. В разное время он означал разные народы. Грубо говоря, «турки» — это те, кто в данный момент жил в Малой Азии. Название «турки» прилипало и к завоевателям, которые сюда приходили. Так оно прилипло и к русским. Поэтому в XIV–XVI вв. и даже в XVII в. Русь называли Татарией.

В XI–XIII вв. на Константинопольской арене выступают турки-сельджуки. По-видимому, они и есть греки-византийцы тою времени, упоминаемые в русских летописях. То, что сегодня отличают турок-сельджуков от греков, — это, вероятно, результат ошибочного отнесения религиозного раскола в далекое прошлое. В нашей реконструкции эпоха турок-сельджукидов в точности совпадает с эпохой Византийской империи XI–XIII вв. н. э.

Известно, что династия Сельджукидов возникла в XI в. и была названа по имени предводителя Сельджука, жившего в X–XI вв. Сельджуки «в 40-х — начале 80-х гг. XI в. завоевали часть Средней Азии, большую часть Ирана, Азербайджана, Курдистана, Ирак, Армению, Малую Азию, Грузию и некоторые другие территории. Наибольшее политическое могущество — при Мелик-шахе 1072–1092… До начала XIV века под началом сельджуков находился Конийский (т. е. Ханский, так как ХАН = КАН. — Авт.) султанат».

По мнению Фоменко и Носовского, здесь описывается Византийская империя XI–XIII вв. Это попросту мусульманский вариант византийских летописей. Он не был распознан как византийский и «дал жизнь» новому царству турок-сельджуков. Тем более что многие события Византии хронологи уже отправили в прошлое, очистив от них место в XI–XIII вв. А сюда вставили сельджуков.

А позже, уже в XIV в., на арене появляются османы-оттоманы, т. е. атаманы. Они приходят сюда из Руси-Орды и принимают на себя — по наследству — славное имя ТУРОК (сельджуков). В XV в. турки-атаманы (оттоманы) уже отделяются от Руси-Орды и создают свое собственное государство. Хотя и дружественное с Русью, но все же — независимое, и даже на некоторое время получившее первенство и признанное Русью-Ордой после взятия турками-атаманами Константинополя в 1453 г.

А теперь посмотрим на «Троянскую войну», которая, как это на первый взгляд ни странно, описана в египетских источниках.

Мы будем говорить о событиях XIII в. н. э. Напомним, что, согласно реконструкции новой хронологии, суть дела была такова. Произошла грандиозная война, состоявшая из нескольких сражений.

С одной стороны, выступал РИМ, т. е. Ромея, Византийская империя, к которой, вероятно, относился тогда и Египет, как его называли, Миц-Рим, или Высокомерный Рим. На этой же стороне выступили и турки. Другие их имена — троянцы, фраки из Фракии, имя которой происходит от Тираса-Фираса, и, наконец, франки. А с другой стороны — ГОТЫ = Хеты = Русь-Орда, т. е. русские казаки.

Итак, в Троянской войне сталкиваются две силы. Верх одержала Ромея в союзе с турками, хотя эта победа отнюдь не означала разгрома готов. Наоборот, дело кончилось крупным мирным договором, грубо говоря, между Русью и Турцией. Это тот самый договор, который затем на протяжении нескольких сотен лет, вплоть до XVII в. н. э., цементировал две могущественные силы — Русь-Орду и Турцию. Он позволил через несколько десятков лет, в первой половине XIV в., создать Великую Русскую империю, или Третий Рим.

Во Втором Риме, Константинополе, в это время, т. е. в XIII в. н. э., еще находились потомки крестоносцев — Латинская империя.

Видимо, после заключения договора между Русью-Ордой и Турцией и был захвачен ими Второй Рим. Сами историки пишут, что в 1261 г. н. э. войско никейского императора, взявшее Константинополь, включало в себя «монголов» и турок. Византийская армия второй половины XIII–IV в. была невелика и состояла в основном из наемников — турок и «монголов».

Напомним здесь, что один из наиболее известных дубликатов Троянской войны XIII в. н. э. — это Готская война якобы VI в. н. э., в которой сталкиваются Ромея-Византия и готы. В этой версии Ромея тоже побеждает готов.

Обо всем этом, как и следовало ожидать (по реконструкции новой хронологии), рассказывают и «древнеегипетские» хроники.

В самом деле, «Великая война вспыхнула между Египтом (Миц-Римом) и землею Хита. Царь Хита созвал своих союзников, чтобы противустать Египту. В числе их (кроме князей Хита) являются цари и народы, которые названы «народами из отдаленнейших концов моря до земли Хита».

При Кадете приготовлялась в полном смысле битва народов».

Итак, мы видим, что из «земли Хита» пришла Русь-Орда. Кроме этого, здесь (на египетских изображениях) появляется неизвестный египтологам народ, дружественный с Ханаанским (т. е. с ханским), на головах которого — чалма. А именно: «род турбанов или же шапок вроде тех, которые в настоящее время носят персияне». А чалму в средние века носили казаки.

При Кадеше произошла крупнейшая битва, закончившаяся победой Рамзеса. Описанию сражения отведено довольно много страниц, но мы не будем здесь вникать во все эти военные детали.

Для нас важно, что был подписан мирный договор между фараоном Рамзесом (турками-греками) и готами (русскими) якобы в XIII в. до н. э.

Бругш пишет: «Когда мир с народом Хита была заключен, Египет не умалил границ народа Хита, удерживая над ними лишь верховное господство». Более того, между ними «состоялся мирный договор, весьма занимавший умы того времени, так как в письмах той эпохи беспрерывно встречаются намеки и указания на дружбу двух великих царств Азии и Африки».

Текст договора между Хитасиром (т. е. готским царем) и Рамзесом II дошел до нас начертанным на каменной скрижали, или таблице, находящейся около наружной стороны юго-западной стены Карнакской залы колонн Сети I. Текст этого договора обнародован сперва Шампольоном, потом Бругшем.

Историческое сведение об этом союзе дошло до нас в ясных и вполне понятных выражениях, не считая нескольких пробелов.

То, что именно Шампольон впервые обнародовал текст, заставляет насторожиться. Возникает естественный вопрос: откуда взялись «пробелы»? Может быть, ветры, врывавшиеся внутрь храма, так выборочно стерли некоторые иероглифы? Вряд ли. Потому что, оказывается, в некоторых случаях среди всего окружающего текста уничтожены только собственные имена, т. е. уничтожение носило явно целенаправленный характер. Скорее всего, тут постарались трудолюбивые ревнители чистоты скалигеровской истории.

Вот какими словами начинался русско-греческий, он же русско-турецкий, договор XIII в. н. э., записанный на камнях «Древнего» Египта: «Хитасир великий царь Хита, вступает в договор с Рамессу Миамуном, великим властелином Египта (Миц-Рима), от сего настоящего дня в том, чтобы существовали тесная дружба и верный союз между ними навсегда. Он, да будет моим союзником, да будет моим другом! Я, да буду его союзником, да буду его другом навсегда!.. Никогда да не восстанет между ними вражда».

В 1253 г. н. э. был заключен мирный договор между Сирией и Египтом.

Поскольку Сирия «древнеегипетских» хроник — это, скорее всего, Русь, а «древнеегипетская» история — это, в частности, история XIII в. н. э., то возникает вопрос: не сохранились ли сведения о договоре 1253 г. н. э. между русскими и греками-турками на стенах «древнеегипетских» храмов?

Оказывается, сохранились.

Например, тот самый договор между Рамзесом II и Готским царем Хитасаром, о котором мы только что говорили. И подписан он был (по нашей реконструкции) в середине XIII в. н. э. А не в «глубокой древности до н. э.».

Договор 1253 г. н. э. между Сирией (Русью) и Египтом и «древнеегипетский» договор между Рамзесом II и хетским царем Хитасаром — это, скорее всего, одно и то же.

Датировка 1253 г. н. э. для этого договора между «Сирией» и Египтом, предлагаемая египтологами, — действительно правильная. Видимо, этот договор был настолько знаменит в свое время, что оставил множество следов, некоторые из которых мы теперь и находим… Оказывается, исключительно яркий след он оставил и в русских летописях.

Русско-турецкий договор 1253 г. н. э. — это, по мнению Носовского и Фоменко, и есть знаменитый «договор с греками», заключенный русскими якобы в IX–X вв. н. э. Ему очень много внимания уделяет наша «Повесть временных лет».

При 400-летнем сдвиге в русской истории историческая эпоха середины XIII в. н. э. (1253 г.) накладывается в точности на начало русской истории — примерно на 862 г. н. э., когда на Руси якобы начал княжить Рюрик.

«Повесть временных лет» сообщает нам, что при первых русских князьях — Олеге, Игоре, Ольге — были заключены известные договоры с греками, причем каждый раз летопись приводит обширный текст договора. Все три договора очень похожи друг на друга.

Любопытно сравнить их тексты с «древнеегипетской» записью — как мы теперь понимаем — о том же самом событии XIII в. н. э. Конечно, русские и «древнеегипетские» тексты договоров не дословно совпадают, но в общем довольно близки.

Вот результат сопоставления текстов, проведенный Носовским и Фоменко.

В «древнеегипетском» договоре появляется и имя Тартисеб. Так звали посланника царя Хитов (Готов) к фараону. Здесь явственно проглядывает имя татар.

Договор был засвидетельствован «сутехами» нескольких городов земли Хита (Гота).

В слове «сутех» легко улавливается русское слово «судья». Кстати, обычай скреплять русские грамоты печатями нескольких городов — это известный обычай Великого Новгорода. Именно к его грамотам привешивалось много печатей.

Фоменко и Носовский проанализировали, какие же Хетские, т. е. русские, города были упомянуты в «древнеегипетском» экземпляре договора. К сожалению, многого нельзя увидеть, потому что кто-то (Ричард Покок? Шампольон?) аккуратно «обработал» этот список молотком и зубилом.

Кацаудан. — это земля казаков Дона, а Мигдония — это Монгольский Дон, или Великий Дон.

Много интересных свидетельств о русской истории, оказывается, можно найти в Египте. Фоменко и Носовский доказывают, например, что в «древнеегипетских» текстах описано «крещение Руси».

Бругш пишет: «Писцы двора фараонова… выражают свою радость по поводу великого события, заключенного мира. Письма их… наполнены ликованиями о том, что война кончена и народы Кеми (т. е. Миц-Рима, Египта) и Хита отныне соединяются в один братский народ. В высокопарных и тщеславных своих египетских преувеличениях они доходят до того, что предполагают, что царь Рамессу занял место божества для народа Хита, и «Круга языков» или Кати (Катая-Скифии)».

Фоменко и Носовский считают, что здесь на якобы очень древних камнях «Древнего» Египта рассказано о знаменитом крещении Руси. «Древнеегипетская» запись связывает это «крещение» с заключенным договором.

И русская «Повесть временных лет», описав договоры Руси и Греции при Олеге, Ольге, Игоре, Святославе, тоже переходит к рассказу о крещении Руси.

Напомним, что крещение Руси состоялось якобы в X в. при Владимире, после его военного похода в Византию. Почему же «древнеегипетские» хроники отнесли это событие к XIII в. новой эры (при реконструкции новой хронологии)?

Вероятно, считают авторы новой хронологии, в X в. сначала крестилась Украина вместе с Балканами. И лишь позднее крестилась восточная Русь-Орда. И было это, возможно, уже в XIII в., о котором мы сейчас и ведем рассказ. Эта разница в триста лет между «двумя крещениями» и могла привести к хронологическому сдвигу в истории Руси, когда перепутали два крещения. Или же «древнеегипетские» тексты являются слоистыми, и в них — после хронологических сдвигов — наложились друг на друга события X в. (крещение Руси) и XIII в. (договор Руси-Орды с Турцией).

Вчитаемся еще раз в описание крещения Руси в «древнеегипетской» записи. «Рамессу занял место божества для народа Хита, и «Круга языков» или Кати».

Поскольку Катай — это Орда, т. е. казачья Русь, то сразу же становится ясно, что это за загадочный «Круг языков», упомянутый в «древнеегипетской» записи. Конечно же Казачий круг, или совет, рада-орда, хорошо известный и сегодня.

А вот еще интересный факт о крещении Руси. Из русской истории нам хорошо известно, что крещение Руси сопровождалось и было даже связано с женитьбой великого князя Владимира на греческой царевне Анне. «Повесть временных лет» сообщает, что крещение было поставлено ромейскими императорами-соправителями Василием и Константином условием женитьбы Владимира на их сестре Анне. И что же мы видим в каменных летописях «Древнего» Египта? Сразу после заключенного договора Рам-Ессу с Хетами «Рамзес жил в таких дружеских отношениях с современным ему царем Хита, что между ними возникли даже семейные узы. По памятной каменной таблице, поставленной в храме Ибсамбула… фараон Рамзес женился на дочери царя Хита».

Сегодня уже трудно понять, что произошло: русский великий князь женился на дочери византийского императора или, наоборот, византиец на дочери русского царя. Но факт женитьбы отмечен в обоих источниках.

Важным выводом новой хронологии стал тот факт, что «монгольское» вторжение в Египет XIV в. н. э. относится к эпохе Гиксосов в «Древнем» Египте.

Историки считают, что в 1786 г. до н. э. в Египет вторглись полчища пришельцев — гиксосов и правили там 200 лет. Время их правления считается «темным периодом египетской истории», а также «периодом иноземного владычества в Египте».

Бругш, цитируя Манефона, сообщает нам прелюбопытную вещь: «Весь их народ назывался Гиксос, т. е. «цари-пастухи». Египтологи, видимо буквально поняв слова Манефона, так и называют царей Гиксосов — царями-пастухами. Наверное, полагая, что они произошли от настоящих пастухов, гонявших отары овец по тучным лугам, а потом решивших стать египетскими царями.

По этому поводу Н. А. Морозов писал: «Прочитав впервые, кажется у Евсевия, что четырнадцатая династия в Египте была династиею царей-пастухов, я прежде всего посмотрел, не найдется Ли у него же на следующих страницах еще династии царей-извозчиков или царей-портных, но ничего подобного не было… При дальнейшем знакомстве мое удивление еще более увеличилось. У Иосифа Флавия объяснено, что, по утверждению одних рукописей, это были кочующие арабы, а по утверждению других, взятые в плен пастухи. Пастухи, да еще взятые в плен, как будто в Египте не было своих собственных пастухов для торжественного коронования на царство!»

Н. А. Морозов резонно предположил, что под «пастухами» здесь имеются в виду просто «пастыри», т. е. христианские священники. А тогда сразу приходит на ум «царство пресвитера Иоанна», которое было одним из средневековых названий Орды-Руси. И в самом деле, Н. А. Морозов отмечает, что последним из царей-«пастухов» был Асес, т. е. латинское Езус и старорусское Исус. «Мы видим, что по книге Софис он помещен отдельно от других в особую династию, а у Флавия перед ним стоит Иоаннас, очевидно, греческое Иоаннес».

«Царь-пастух» — пресвитер Иоанн — появляется в истории гиксосов не случайно. Эпоха Гиксосов в истории «Древнего» Египта — это на самом деле эпоха великого = «монгольского» завоевания, когда Орда Батыя (он же Иван Калита и пресвитер Иоанн), или его потомков, пришла в Египет и действительно основала там новую династию «чужеземцев».

По сказанию Манефона, в некое время дикий и грубый народ, пришедший с востока, наводнил своими толпами нижние земли, напал на туземных царей, сидевших в своих городах, и овладел всею страною, не встретив сильного сопротивления от египтян. Затем сделали они одного из среды себя царем, имя ему было Салатин, или Салтис, также Силитис. Найдя в Сетроитском округе город Аварис, он обстроил его, укрепил его весьма крепкими стенами и ввел в него 240 000 тяжело вооруженных воинов, долженствовавших составлять его гарнизон.

Страна, из которой пришли гиксосы, называлась на разных языках по-разному: Сирия, Рутенну Востока, Ашер и Менти, а наиболее древнее имя этой страны было Рутенну востока.

Комментируя упоминание «пастухов рутен» в одной из «древнеегипетских» надписей, Бругш говорит, что это выражение дает намек, откуда вышли пастухи-цари, владевшие Египтом. Рутенией называли Русь.

Таким образом, делают вывод Фоменко и Носовский, сами египтологи фактически сообщают нам, что гиксосы пришли из восточной Руси, поскольку Рутения — это Русь-Орда. Тогда сразу становится понятным название их новой столицы — Аварис. Ведь авары — это племенной союз главным образом тюркоязычных племен, которые в VI в. образовали в бассейне Дуная Аварский каганат.

Бругш приводит имена первых шести царей гиксосов. Из них одного мы уже назвали. Это Салатис, т. е. просто султан. Имя второго — Бнон, или Банон, или Беон, Может быть, это старое русское имя Боян или Баян. Оно до сих пор употребляется в Болгарии.

Следующий царь — Апахнан, т. е. Aпа-хан. За ним следует Афобис, или Апофис. Затем, совсем уж откровенно, — Аннас, или Ианниас, или Ианас, т. е. попросту Иоанн или Иван. И наконец, Асеф, или Асет, т. е. Асаф. А это — хорошо известное русское имя. Полная его форма Иоасаф.

Историки говорят даже об аваро-славянах как о завоевателях Европы.

Азиатские пришельцы сделали Египту бесценный подарок: они привели туда коня. До их пришествия этот царь домашних животных не был известен в долине Нила. Ослов на памятниках изображено сколько угодно, употребляемых для всевозможных сельских работ, лошади же — ни одной. Лошадь скоро обжилась и стала размножаться.

Гиксосы-казаки издавна передвигались на конях и, естественно, придя в Египет и Малую Азию, принесли туда культуру коневодства. Отсюда, вероятно, и знаменитые арабские скакуны.

«Монгольское» завоевание XIV в. было русско-турецким, поэтому в Египте и появились авары и город Аарис. А само имя гиксосов после этого начинает напоминать нам гузов-казаков. И не отсюда ли знаменитое поле гробниц и пирамид в Египте до сих пор носит название Гизех (Гиза) — Gizeh. Ведь имя Гизех опять-таки очень созвучно с именем казак!

Бругш сообщает, что древние места жительства финикийцев распространялись к западу до города Цор-Таниса. Но это же совершенно явно Царь-Танаис, или Царь-Дон. Таким образом, традиционная египтология фактически утверждает, что «древние» гиксосы-финикийцы когда-то жили рядом с Танаисом-Доном, т. е. как раз там, где и донские казаки.

Далее. Цари гиксосов чтили сына небесной богини Нут, бога по имени Сет, или Сутех с прозвищем Нуб — «золото или золотой». Но ведь здесь явно идет речь об Иисусе Христе — «сыне Божием» и «судье неба и земли». Сутех — это, видимо, русское слово «судья», а золото обязательно сопровождает изображения Христа на иконах.

Кстати, бог Сутех считается ханаанским богом. Как и должно быть — бог-судья действительно был ханским богом, т. е. богом ханской Орды-Руси.

Таким образом, пишут Фоменко и Носовский, гиксосы — это и есть казаки-мамелюки, вторгшиеся в Египет в первой половине XIV в. н. э. Скалигеровская история ошибочно отодвигает момент появления мамелюков на сто лет раньше — в середину XIII в. н. э.

Поскольку мамелюки — это казаки, то их совершенно правильно назвали черкесами.

Гиксосы приняли с нравами и обычаи египтян, их язык и письменность. В городах Цоане и Аварисе чужеземцы воздвигли в честь бога Сутеха, или судьи, т. е. Христа, великолепные храмы и создали другие памятники, из которых особенно замечательны сфинксы. Бругш пишет, что «характеристической фигурой этого нового, извне привнесенного направления искусства является крылатый Сфинкс». Таким образом, как нам сообщают египтологи, именно гиксосы построили египетских сфинксов.

Надпись на плечах некоторых сфинксов, скорее всего, означает вполне понятную христианскую формулу: «папа, любимый богом судьей» или «папа, любимый Христом». Но ведь «пастырь папа» — совершенно откровенный средневековый христианский термин. Да и в имени первого царя гиксосов содержится слово «апопи», или «апопа», т. е. папа. Головной убор на голове Сфинкса — это хорошо известный христианский клобук — особый вид головного платка. Его до сих пор надевают православные патриархи.

Поэтому христианская надпись «папа», т. е. «духовный пастырь», на некоторых сфинксах становится совсем неудивительной.

Далее, самый знаменитый египетский Большой Сфинкс, стоящий рядом с пирамидами, по мнению некоторых ученых, представлял четыре стихии в виде быка, орла, льва и человека.

Напомним, что Большой Сфинкс считается древнейшей постройкой «Древнего» Египта.

Но ведь символы быка, орла, льва, человека считаются символами евангелистов! Получается, что в знаменитом Сфинксе в Гизе эти христианские символы евангелистов просто были объединены в единой гигантской скульптуре! Что же это за символ? Это — хорошо известный христианский херувим. Таким образом, Большой Сфинкс, сочетающий в себе человека, льва, быка и орла, — это и есть херувим, который занимает в христианской символике одно из важнейших мест.

Таким образом, на поле пирамид в Гизе возвышается в виде Большого Сфинкса знаменитый христианский символ — херувим. Недалеко от него — другие многочисленные херувимы-сфинксы. Они образуют известную аллею сфинксов.

Место для Большого Сфинкса тоже было выбрано не случайно. Гигантская голова Сфинкса виднеется посреди гробниц, и он есть, быть может, древнейший здесь памятник этого древнейшего кладбища.

Таким образом, Большой Сфинкс стоит на христианском кладбище, каковым, следовательно, и является Гизехское поле гробниц и пирамид около Каира.

Фоменко и Носовский делают следующие выводы.

1) Черкесы, т. е. казаки, мамелюки, которые взяли власть в Египте якобы в середине XIII в. н. э., — это и есть знаменитые гиксосы «древнеегипетской» истории. Вторжение гиксосов — это одно из отражений реального великого = «монгольского» нашествия XIV в. н. э.

2) Именно в это время, т. е. в XIV в. н. э., гиксосами-казаками и был создан Большой Сфинкс на христианском кладбищенском Гизехском, т. е. казацком, поле пирамид в Гизе как христианский символ херувима. Смутное воспоминание о крылатом сфинксе до сих пор осталось в русском и других языках в виде легенд о птице Феникс. Ведь «сфинкс» и «феникс» — практически одно и то же слово, поскольку феникс — это просто полнегласный вариант слова «сфинкс». С характерным для русского языка отбрасыванием первых букв при сокращении имен: Николай — Коля, Алексей — Леша и т. д.

Видимо, птица Феникс и не менее популярная птица Рух — одно и то же. Это — символы бога, связанные с его египетским изображением в виде птицы. Птица эта называлась у египтян Хор или Гор. Бог Солнца — Гор считался покровителем власти царя. Его почитали в образе сокола.

Слово «рух» является, вероятно, обратным прочтением слова «хор» или «гор».

3) Вторгшись в XIV в. н. э. в Египет, захватив власть, основав новую династию, привнеся в историю и культуру Египта свои русско-турецкие имена, географические названия и обычаи, гиксосы-казаки = мамелюки затем смешались с местным населением, и лишь французская армия Наполеона положила конец их правлению (точнее, правлению их потомков).

Имена мамелюков-казаков-гиксосов вошли в обиход Египта. Между гиксосами и местным населением, без сомнения, не существовало такой коренной наследственной вражды, как в том стараются уверить нас предания времен Наполеона.

Гиксосы не повинны в уничтожении и осквернении храмов, разрушении творений предшествующих царей и т. д. Наоборот, в Египте прослеживается систематическое уничтожение памятников, принадлежащих гиксосам, выбивание их имен и титулов до неузнаваемости и вписывание своих имен и титулов на чужих памятниках в извращение исторической истины. В массовом порядке надписи сбивали, скорее всего, начиная с экспедиции Наполеона. Уничтожали следы русско-турецкой династии мамелюков.

Известно, что имена царей гиксосов, начертанные на египетских памятниках, были частично или полностью выбиты, так что прочитать эти имена по слабым следам чрезвычайно трудно. Понятно, что это делалось с целью искажения истории. Трудолюбивый работник молотка и зубила усердно поправлял древнюю историю. С утра сбивал имена, а по вечерам, утомившись от тяжелой физической работы, писал «древнеегипетскую» историю.

Мы с вами, дорогой читатель, убедились, что, согласно новой хронологии, в состав Великой Русской империи, или Третьего Рима, входили такие крупные государства, как Китай и Египет. Сегодня история вхождения этих государств в Третий Рим скрыта и преподнесена нам в виде истории Древнего Китая и истории Древнего Египта.

Таким образом, еще раз подчеркнем, что Великая Русская империя была мощнейшим и богатейшим государством того времени.

Свидетельством этого является раздел земель Европы и Азии между османами (атаманами) и между русско-ордынскими наместниками. Это событие известно нам в русской истории под другим именем. Это — грандиозный и многолетний раздел «новгородских земель» конца XV — начала XVI в. Здесь, дорогой читатель, следует учитывать один факт. Слово «Новгород» означает то же, что и Новый Рим, т. е. Константинополь. Потому что слово «Рим» означало просто «город». Именно поэтому, например, труд Тита Ливия по истории Рима называется «Историей от основания города» — «ab urbe Condita». Urbe — это город.

Давайте вспомним, что говорят русские летописи о «разделе новгородских земель». Новгород был покорен при Иване III Грозном в 1471–1478 гг., т. е. как раз в то время, когда закончились завоевания османа (атамана) Магомета II второй половины XV в. В 1475 г. Магомет II захватывает Кафу (Феодосию) и присоединяет Крым. Это — конец османских = атаманских завоеваний XV в.

В русской истории в это время происходят следующие труднообъяснимые на первый взгляд события. «После покорения Новгорода казна стала обладательницей огромных богатств. Власти поначалу не знали, как ими распорядиться». Уже сама постановка вопроса вызывает удивление, подчеркивают Фоменко и Носовский, и спрашивают: и где вы видели такие власти, которые, растерявшись, «не знают», что же им делать с захваченным богатством? Действительно, такого вроде бы не бывает.

Да и какие такие огромные богатства обнаружили и захватили русские войска на туманных северных новгородских болотах? Ведь нас пытаются убедить, будто тут речь идет о захвате Новгорода на реке Волхове, т. е. небольшого города в Псковской области, затерянного среди болот.

Читатель, возможно, скажет: тут летописец преувеличивает. Назвал «богатствами» несколько телег с монастырской утварью и с большим трудом завоеванные болота. Не надо, мол, все уж так понимать буквально.

Но нет, раздел «новгородских» земель продолжался, оказывается, несколько десятков лет:. До середины XVI в.!

Первыми потребовали своей доли в завоеванных землях братья царя Ивана III. Затем начался грандиозный дележ. Р. Г. Скрынников сообщает: «В дележе желали участвовать не только удельные князья, но и великие бояре, руководившие войной с Новгородом, а затем возглавившие новую администрацию земли… Дума поначалу распределила конфискованные в Новгороде земли среди знати».

Но знати не хватило. К дележу были привлечены (не допущены, а именно привлечены) дети боярские и дворяне. Но и их не хватило! Оказалось, что на Руси не хватает знати, детей боярских и даже просто дворян, чтобы рассадить их на завоеванных землях. И тогда «пошли в ход» — кто бы вы думали? — холопы. Завоеванные земли стали, чуть ли не принудительно, раздавать даже «лучшим холопам». Сразу же после завоевания Новгорода, т. е. около 1478 г., «на Новгородских землях поместья получили примерно полторы-две тысячи московских служилых людей… К началу XVI в. фонды конфискованных вотчин в Новгороде были столь велики, а контингент детей боярских, претендовавших на поместья, столь ограничен, что правительство вынуждено было наделить поместьями более сотни боевых холопов из состава распущенных боярских свит». Заметьте, что к началу XVI в. дележ «новгородских» земель длится уже почти двадцать лет. И все еще не заселили. «Лишних» дворян уже нет. Детей боярских не хватает! В ход пущены холопы. И все равно многие завоеванные земли пока еще пустуют без рачительных хозяев. Правительство мечется в поисках выхода. «При таких обстоятельствах, — пишет известный историк Скрынников, — казна смогла вслед за поколением «старых» помещиков обеспечить землей второе и третье поколения — сыновей и внуков «старых» помещиков, «приспевших» в службу. В дальнейшем такой порядок приобрел значение традиции… Вновь народившаяся военно-служивая система могла функционировать лишь в условиях постоянных завоевательных войн и захватов».

Все это продолжалось до середины XVI в., когда, наконец, «рост поместного фонда замедлился». Итак, лишь «пустив в ход» сыновей и внуков, удалось хоть как-то обеспечить управление завоеванными территориями.

Где же находились все эти земли? Фоменко и Носовский отмечают, что русские источники счастливым образом сохранили для нас названия некоторых из них. Так, например, в пределах Новгородской земли было образовано обширное удельное княжество для князя Федора Вельского. Вельский получил «городок Демон в вотчину да Мореву со многими волостьми». Но, дорогой читатель, безуспешно вы будете искать в топких болотах Волхова Мореву с многими волостями и город Демон. На самом деле, отмечают Фоменко и Носовский, здесь указаны средневековые названия.

Морева — это знаменитая средневековая Морея, т. е. Пелопоннес. В этом, уважаемый читатель, вы сможете убедиться, заглянув в Большую советскую энциклопедию, на слово «Морея».

А город Демон — это город ЛакеДЕМОН в Морее (Пелопоннесе), т. е. «Лаконийский Демон», или город Демон, в области Лакония. Напомним, что Лакония — это область Пелопоннеса. Именно эта область называлась «Древней» Спартой.

По поводу Морей нужно добавить следующее. Ф. Грегоровиус сообщает: «Вся Греция вкупе с островами именовалась в ту эпоху вообще Романиею; что касается народного ее прозвища — Морей, то оно… позднее распространилось на Пелопоннес или Ахайю». Понятно, почему русский летописец назвал «Мореву со многими волостьми». В «античной» Греции действительно было много княжеств, т. е. волостей. Да и Пелопоннес тоже не маленький.

Таким образом, делают вывод Фоменко и Носовский, русский боярин Федор Вельский при разделе «новгородских» земель в конце XV в. получил в удел ни много ни мало — всю Грецию с островами. Или всего лишь Пелопоннес. Между прочим, Вельский не был «столичным боярином». Он прибыл в Москву из Литвы совсем недавно, лишь в 1482 г. и тем не менее сразу же получил себе в вотчину всю Морею. Надо полагать, столичным боярам доставались куски получше.

Мы привели один пример с уделом Федора Вельского. Если читатель сам посмотрит старые русские документы о раздаче «новгородских» земель в XV в., то, не сомневаюсь, сам сможет найти другие примеры.

Таким образом, гипотеза Фоменко и Носовского очень проста: под «новгородскими» землями здесь понимались все страны, завоеванные османами = атаманами в XV в., включая Западную Европу, Южную Европу, Малую Азию, вероятно, Египет.

Еще поразительный факт. Оказывается, не все, кому предлагалось вступить во владение далекими землями, ее брали! Многие столичные русские бояре пытались всеми силами увильнуть от переселения в отдаленные земли Европы и Азии. Им было хорошо и в Руси-Орде. Федор Вельский, может быть, только потому и согласился уехать владеть Грецией, что в столице, в Великом Новгороде (Ярославле), оказался не у дел. А вот другие были более разборчивыми. Р. Г. Скрынников пишет: «В Новгороде поместья получили те московские дворяне, которые согласились переселиться на окраину». И действительно, легко понять проблемы русско-ордынского правительства, пытавшегося заставить свою знать покинуть родину, Русь-Орду, и фактически начать новую жизнь наместниками в далеких странах. Ясно, что далеко не все были готовы к такой перестройке своей жизни. Западная и Южная Европа (а тем более Египет) были очень отдалены от столицы орды Великого Новгорода (Ярославля), и не каждый хотел удаляться от столицы.

В XIV–XV вв. н. э. Западная Европа предпринимает отчаянные попытки выйти из состава Третьего Рима. Для этого она пытается расколоть единую в то время Русь и Турцию.

Как отмечают историки, разительно меняются в результате объединения русских земель и создания Русского централизованного государства роль и значение России в жизни Европы. Сильное Русское государство, сформировавшееся во второй половине XV в., сразу стало важным фактором международной жизни Европы. О силе «Московита» настойчиво говорили при европейских дворах, писали в «летучих листках».

Все правильно. Только сюда, по мнению Фоменко и Носовского, надо добавить, что еще в XIV в., в котором Древняя Русь выступает на историческую арену в виде Великой = «Монгольской» империи, Западная Европа того времени всячески старалась остановить «Монгольское», Турецкое = Атаманское нашествие и заключить мирный договор. Такой договор был подписан между Россией и Габсбургами лишь в 1514 г.

Привлечение России к борьбе с Турцией становится главной задачей габсбургских дипломатов в отношении России. Аналогичные планы лелеял и папский Рим. Папы Александр XI, Лев X и Климент VII неоднократно обращались к великому князю московскому с призывом выступить против турок.

Суть подлинных событий более или менее наглядно проступает сквозь позднейшую обработку древних документов романовскими историками. Западная Европа стремится расколоть Великую империю. Но пока в Древней Руси царили великие князья («монгольские» ханы), об этом не могло быть и речи. Странно было бы ожидать, пишут Фоменко и Носовский, чтобы великий хан-князь выступил против своей собственной орды, т. е. казацкого войска, возглавляемого атаманами = оттоманами.

И действительно, сквозь искаженную призму романовской истории до нас доносятся подлинные события той эпохи. Планы соединения церквей русское правительство решительно отвергло. Оно уклонилось также от присоединения к антитурецкой лиге, создаваемой усилиями Империи (Габсбургов) и папского Рима.

В XV в. Западная Европа пытается найти пути «к сердцу Руси», чтобы отвести наконец от себя нажим с Востока. Вот одна из таких попыток. «В 1489 г. в Москве появилось имперское посольство (от Габсбургов)… с изъявлением от имени императора великому князю московскому «любви и приятельства» и предложением королевской короны, а также проекта выдачи замуж дочерей Ивана III за германских князей. Королевскую корону Иван III отвергнул, но послал к императору ответное посольство».

Фоменко и Носовский замечают, вряд ли великого хана-князя Русской Орды могла в ту эпоху интересовать «королевская корона». И без того империя Габсбургов и значительная часть Западной Европы уже аккуратно платила вассальную дань казацким атаманам, сегодня именуемым «турками-оттоманами». Причем, как мы видели, Европа старалась не опаздывать с выплатами налога.

Они отмечают также вполне понятное «желание римского короля Максимилиана вступить в «связание» (союз) с великим князем московским».

В первой половине XVI в. в переговорах Габсбургов с Русью центральное место занимает турецкая тема. Чтобы воздействовать на Россию и побудить ее к борьбе с Турцией, габсбургские дипломаты всячески подчеркивали колоссальные размеры турецкой угрозы. Но все эти призывы были бесполезны. Великий русский государь (хан) и его казацкие атаманы составляли в ту эпоху единый имперский организм.

Этот факт отчетливо проступает даже тогда, когда мы смотрим в прошлое сквозь искаженную призму традиционной истории. Непосредственно России Турция долгое время не угрожала, поэтому дипломатические отношения между Россией и Турцией, установившиеся в конце XV в. (а по версии Фоменко-Носовского — существенно раньше), сохраняли мирный характер вплоть до 1569 г., т. е. до второй половины XVI в.

Теперь нам остается подвести итоги событий Третьего Рима этого периода. Как мы говорили, в 1453 г. пал Константинополь — Второй (новый) Рим. Он был завоеван русскими войсками совместно с турками-османами. Отношения Москвы с Константинополем к этому времени были разорваны из-за принятия Византией унии.

Хотелось бы подчеркнуть, что в XV в. появляются трудности в управлении Великой империей из одного центра. Империю потрясали к тому же эпидемии (чума, холера), которые возникали на юге и быстро через налаженные торговые пути охватывали всю империю. В связи с этим назрела необходимость разделения управления Великой Русской империей, введения административных границ внутри империи между ее северными и южными областями. В результате в империи возникли два центра: Великий Новгород в Руси-Орде и Стамбул на Босфоре. Древний Царьград снова стал столицей, но на этот раз южных областей Великой = «Монгольской» империи. Непосредственно перед падением Константинополя в Византии боролись за власть две партии: одна — прозападной ориентации (Палеологи), другая — протурецкая (в частности, Иоанн Кантакузен). Когда власть брали прозападные императоры, отношения с Русью портились (так как русские называли их униатами). Напротив, когда на трон всходили проосманские правители, отношения с Русью сразу восстанавливались.

Из захваченного турками-османами в 1453 г. Константинополя в Русь-Орду была вывезена группа пленных, которые представляли собой, говоря современным языком, интеллектуальную элиту Византии. Их предполагалось использовать как образованных людей «по специальности» у себя в империи. Иногда им даже вручали государственные должности. Так, будущий министр иностранных дел при Иване III Курицын был вывезен из Крыма, где находился в плену около четырех лет. Империя, как отмечает Г. В. Носовский и А. Т. Фоменко, по-видимому, считала себя настолько сильной, что ее ханам даже в голову не приходило опасаться «подрывной» работы некоторых пленных, назначенных на высокие должности. И «подрывная работа» началась.

В Западной Европе в XVI в. наряду с католицизмом и православием, как основными течениями христианства, возникает протестантизм. Его появление связано с широким антикаф(т)олическим движением — Реформацией, охватившей многие страны Европы.

Протестанты воспользовались возникшим на Западе лютеранством как поводом для политического отделения от «Монгольской» империи. В Западной Европе, в Германии, в XVI в. начинается мятеж ордынских наместников, которые не желают подчиняться великому царю-хану Руси-Орды. Мятеж разрастался. Этот мятеж получил в официальной исторической науке название Реформация.

На Руси казанский царь (хазарский каган) и его двор принимают иудейство. Казань тоже пытается отделиться от империи. А. Т. Фоменко и Г. В. Носовский полагают, что между Казанским царством (хазанский Каганат) и западноевропейской Реформацией существовала связь.

В 1552 г. царь-хан Руси (Иван Грозный) жестоко подавляет казанский мятеж. Русь-Орда готовится к карательному походу против мятежников на Западную Европу для усмирения Реформации.

Но в это время на Руси готовится государственный переворот под патронажем Западной Европы.

Западная Европа, как мы отмечали, пытается избавиться от османско-ордынского влияния. Не в силах добиться этого военным путем, она стала использовать смуту в Орде-Руси, чтобы привести к власти прозападную династию. Во что бы то ни стало они пытались расколоть союз Орды-Руси и Турции-Атамании, натравить их друг на друга.

В конце концов и то, и другое им удалось осуществить любопытным способом. Они стали распространять в империи ересь, которая на Руси получила название «ересь жидовствующих».

Из-за того что упоминание термина «жидовствующие» на страницах печати вызывает неоднозначную реакцию у читателей, обратимся с разъяснением этого вопроса к митрополиту Московскому и Коломенскому Макарию. В силу важности этой проблемы для новой хронологии раскроем взгляды Макария достаточно подробно.

Вот что рассказывает об этой ереси известный знаток истории Русской церкви митрополит Московский и Коломенский Макарий.

8 ноября 1470 г. в Новгород прибыл из Киева или, по данным некоторых летописей, из Литвы (так как Киев состоял тогда в Литовском государстве) брат киевского князя Симеона Михаил Олелькович, присланный польским королем Сигизмундом по просьбе самих новгородцев. С князем Михаилом прибыла из Литвы весьма многочисленная свита, в которой находился и некто жидовин Схария. Этот «жидовин, — скажем словами современника, оставившего нам и краткую историю, и подробное опровержение ереси жидовствующих, — был научен всякому изобретению злодейства, чародейству и чернокнижию, звездозаконию и астрологии. Сначала он прельстил в Новгороде попа Дионисия и обратил его к жидовству. Дионисий привел к нему попа с Михайловской улицы Алексия, который также сделался отступником от истинной веры Христовой. Потом пришли из Литвы иные жиды — Иосиф Шмойло-Скарявей и Моисей Хануш. Алексий и Дионисий до того возревновали о жидовской вере, что с ними всегда пили и ели и от них учились жидовству, и не только сами учились, но научили жидовству своих жен и детей. Хотели даже обрезаться в жидовскую веру, но жиды им не велели, говоря: если узнают вас христиане и вздумают освидетельствовать, то будете обличены, а держите жидовство тайно, явно же христианство. Алексию переменили имя, назвали его Авраамом, а жену его назвали Саррою». Таково начало ереси жидовствующих: жид Схария совратил в жидовство двух новгородских священников, два другие жида вместе с ними совратили и самые их семейства! Более об этих жидах — удалились ли они из Новгорода или оставались в нем — ничего не известно. Несомненно только, что распространителями ереси были уже не они, а совращенные ими попы — Алексий и Дионисий. Первый научил жидовству зятя своего Ивана Максимова, и отца его попа Максима, и многих других попов, и диаконов, и простых людей. Дионисий научил также многих жидовству и, между прочим, софийского протоиерея Гавриила. В числе множества совращенных в жидовство, преимущественно священников, диаконов, дьячков, клирошан, находился и сын одного лица, имевшего великую власть в Новгороде, Григорий Тучин.

Что же это была за ересь жидовствующих и почему она так легко привилась в Новгороде? В строгом смысле, пишет митрополит Макарий, это была не ересь только, а полное отступничество от христианской веры и принятие веры иудейской. Схария и его товарищи учили:

Схария и его товарищи проповедовали у нас свою собственную, иудейскую, веру и отвержение христианской, из чего уже неизбежно следовали всевозможные христианские ереси, т. е. отвержение всех христианских догматов и установлений. Несомненно, что когда жидовствующие излагали свое догматическое учение против христиан и утверждали, что Бог есть един, а не Троичен, что Мессия еще не пришел, а Иисус Христос не есть Мессия и Сын Божий, что должно держаться иудейского, или Моисеева, закона, тогда они основывались исключительно на священных книгах Ветхого Завета. Нельзя забывать, что распространителями и защитниками ереси жидовствующих были у нас не сами жиды, а совращенные ими христианские священники и постоянно носившие личину христиан. Потому неудивительно, если они, чтобы удобнее совращать христиан, в своих возражениях по второстепенным предметам указывали иногда на тексты Нового Завета и на свидетельства святых отцов.

Преподобный Иосиф в своем сочинении против жидовствующих многократно свидетельствует, что они, собственно, не еретики, а отступники, что они отверглись от Христа и мудрствуют жидовское, учат и других держать жидовство и отвергать Христа. Он пишет: «Новгородские еретики сделались отступниками не в младенчестве, не во время плена, не ради нужды, но и родились, и много лет пребывали в христианской православной вере, и самохотением, самопроизвольно отверглись Святой Единосущной Троицы и православной христианской веры, и изрекли многие хулы на Святую Единосущную Троицу, и на Пречистую Богородицу, и на всех святых, и совершили многие сквернения на святую Божественную Церковь, и на святые иконы, и на животворящие кресты, и на священные мощи святых, и многих православных христиан прельстили, и отвели в жидовство, и осквернили всякими сквернами. Они отверглись Христа и всего христианства в лето 1471, и даже доныне ни один не покаялся. Они злейшие из всех еретиков и отступников: таких не было ни в древние времена, ни в средние, ни в новейшие». Заметим, что при дальнейшем развитии ереси она привлекала к себе и имела двоякого рода последователей: одни, отвергшись Христа, принимали самое жидовство — это люди простые, необразованные, а другие, образованные и книжные, отвергшись Христа, не принимали самого жидовства, но усвоили все воззрения жидовствующих на христианство, отвергали все собственно христианские догматы. С этими-то последними преимущественно и приходилось бороться преподобному Иосифу, и в этом-то виде ересь жидовствующих, даже после окончательного подавления ее внешними средствами, долго еще существовала у нас между лицами высших классов.

Каким же образом жид Схария мог навязать православным русским свою жидовскую веру, а новгородские священники могли принять ее и отвергнуться от Христа? Разгадка этому заключается в том, что Схария был человек ученый и, главное, искусный в чернокнижии и астрологии, которые пользовались тогда полным доверием и уважением, особенно между людьми малообразованными, а наши новгородские священники были не только малообразованны, но и совершенные невежды даже в истинах исповедуемой ими религии. Схария очень хорошо знал, чем иудеи доказывают против христиан истинность своей иудейской веры. Впоследствии ересь приобрела себе сильных покровителей, которые содействовали ее распространению и привлекали многих обаянием вольномыслия и распущенности нравов.

Прошло уже несколько лет со времени появления ее в Новгороде, а еретики умели скрывать себя под личиною христианства. В 1480 г., когда великий князь Иоанн Васильевич прибыл в Новгород, вожди ереси, Алексей и Дионисий, до того понравились ему, что он взял их в Москву и первого определил протоиереем в Успенский собор, а последнего — священником в Архангельский собор. Здесь они старались казаться святыми, кроткими, воздержными, а тайно сеяли свое лжеучение и многих обратили к жидовству, так что некоторые даже обрезались. Между прочим, они привлекли к своей ереси: в духовенстве — симоновского архимандрита Зосиму и чернеца Захарию, при дворе великого князя — знатного дьяка Феодора Курицына да дьячков крестовых — Истому и Сверчка и из купцов — Семена Кленова. Последние четыре также научили многих жидовствовать. «Протопоп Алексей и Феодор Курицын, — замечает при этом преподобный Иосиф Волоцкий, — такое имели тогда дерзновение к Державному, как никто другой, ибо они прилежали звездозаконию, астрологии, чародейству и чернокнижию. Потому-то многие и уклонились к ним и погрязли в глубине вероотступничества». Зять протоиерея Алексея Иван Максимов свел в жидовство даже невестку великого князя Елену, как впоследствии сознавался сам Иоанн преподобному Иосифу Волоцкому. Таким образом, ересь утвердилась не только в Новгороде, но и в Москве. Ни церковная, ни гражданская власти не знали о ее существовании или не обращали на нее внимания.

Здесь, уважаемый читатель, мы отойдем от рассказа митрополита Макария и проясним ситуацию. Родственный, профессиональный, семейный характер сектантства бросается в глаза. По всем признакам все дело принципиально было поставлено как секретный заговор. Десять лет удалось секте сохранять конспирацию. Даже при дворе Ивана III «министр иностранных дел», дьяк Посольского приказа Федор Васильевич Курицын был членом секты жидовствующих.

В число еретиков вошла невестка Ивана III, жена Ивана молодого, Елена Волошанка (Молдаванка). Более того, московским митрополитом становится жидовствующий еретик Зосима.

Первым ратоборцем против жидовствующих, как отмечает митрополит Макарий, выступил архиепископ Геннадий. Как ни скрывали себя еретики, но однажды в пьяном виде некоторые из них начали упрекать друг друга. Услышав об этом, Геннадий немедленно дал знать митрополиту и великому князю и, получив приказ не допускать распространения ереси, начал делать обыск. Во время обыска один из виновных, поп Наум, открыл архиепископу все и всех и принес к нему даже псалмы, по которым правили еретики свою жидовскую службу.

Геннадий велел брать их и отдавать на поруки до окончания следствия. А как четверо из отданных на поруки бежали в Москву, то он отправил туда к князю и митрополиту все обыскное дело в подлиннике вместе со списком открытых уже еретиков и их псалмами. Это было в августе или сентябре 1487 г. Не получая, однако ж, ответа ни от князя, ни от митрополита, Геннадий к концу того же года обратился с просьбою о содействии к Сарскому епископу Прохору, жившему в Москве на Крутицах, и уведомлял его, что в Новгороде открылись еретики, которые мудрствуют по-жидовски.

В январе следующего 1488 г., когда в Москву прибыли епископы Суздальский Нифонт и Пермский Филофей, Геннадий поспешил написать и к ним, и просил обоих этих святителей ходатайствовать пред великим князем и митрополитом, чтобы позаботились «тому делу исправление учинити». Дело приняло быстрый ход: оно рассмотрено на Соборе, трое из еретиков найдены виновными, и великий князь «по правилам царским» подверг их торговой казни, а четвертого признали недостаточно обличенным, так как против него было только одно свидетельство попа Наума.

В феврале того же (1488) года князь и митрополит уже извещали об этом Геннадия и поручали ему, чтобы он продолжал обыск о еретиках с великим прилежанием и тех, которые покаются, отдавал «по царским правилам» для торговой казни двум боярам, Якову и Юрию Захарьевичам. Заметим, что в это время великий князь Иван Васильевич отнюдь не опасался казнить еретиков жидовствующих «по царским правилам». При производстве обыска над жидовствующими оказалось, что вероотступничество распространилось не только в Новгороде, но и по селам. Некоторые отступники нарочно ставились в попы, чтобы удобнее совращать своих духовных детей.

Если замечали кого-либо твердыми в вере и православии, то таились пред ним и старались казаться православными. А встречая людей простых, слабых и преданных тяжким грехам, увлекали таких в свою прелесть и отпускали им все грехи. Когда же кто из православных начинал обличать их самих в ереси, они отрекались от нее с клятвою, величали себя православными и даже проклинали еретиков. Потому-то крайне трудно было производить над ними обыск, но при содействии назначенных великим князем бояр Геннадий удачно окончил дело: всех покаявшихся еретиков осудил на церковную епитимию, а непокаявшихся и продолжавших хвалить жидовскую веру передал боярам для торговой казни и все подлинное дело отослал к митрополиту и великому князю, известив о том же архиепископов и епископов. Но в Москве не обратили теперь на донесение Геннадия никакого внимания.

Услышав, что в Москве еретики живут в ослабе, туда же бежали и все новгородские еретики, уже принесшие было покаяние пред Геннадием, и там не только пользовались полною свободою, но имевшие священный сан даже служили в московских церквах вместе с православными архимандритами, игуменами, протоиереями и нагло издевались над христианскою святынею.

Покровителем их был сильный при дворе великокняжеском дьяк Федор Курицын, незадолго пред тем возвратившийся из посольства в Венгрию. К нему собирались еретики и совещались между собою против православия. Особенной дерзостью из них отличался чернец Захария. Прежде он был настоятелем одного монастырька близ Новгорода, в Немчинове. И когда иноки этого монастыря пожаловались Геннадию, что настоятель уже три года ни сам не причащается, ни им не позволяет причащаться, и Геннадий потребовал у него отчета, то Захар отвечал: «А у кого причащаться? Попы по мзде ставлены, митрополит же и владыки тоже по мзде ставлены». Признав Захара за стригольника, Геннадий сослал его в какую-то пустынь, но вскоре по грамоте великого князя должен был возвратить Захара в его обитель, взяв только с него клятвенную подписку, что впредь и сам он будет причащаться и не будет возбранять того своим инокам. Но Захар не захотел исполнять клятвы, бежал в Москву еще в 1487 г. и там нашел себе защиту в кругу жидовствующих. Более всего он действовал лично против Геннадия и уже три года с лишком рассылал на него по всей России и Новгородской епархии многочисленные хульные грамоты, в которых называл его даже прямо еретиком.

Государь знал про ереси любимцев своих, Федора Курицына и протопопа Алексея, и, однако ж, продолжал к ним свое благоволение. Геннадия совсем не стали приглашать в Москву для соборных совещаний, несмотря на заявленные им желания и просьбы. И когда по кончине Геронтия нужно было избирать нового митрополита, то сам великий князь прислал Геннадию приказание, чтобы он оставался в Новгороде ради каких-то «великих дел» и не приезжал в Москву.

Между тем протопоп Алексей пред своею смертию успел «своим волхованием» склонить государя, чтобы на митрополитскую кафедру избран был не кто другой, а именно симоновский архимандрит Зосима, которого действительно и избрали и поставили митрополитом. Нет сомнения, что ни государь, ни святители не знали еще о еретичестве Зосимы, да и Геннадий ничего не подозревал, потому и прислал свою повольную грамоту на поставление его. Новый митрополит немедленно потребовал от Геннадия исповедания веры, как бы сомневаясь в его православии.

В своем послании к Зосиме (октябрь 1490 г.) Геннадий, кратко изложив весь ход дела о жидовствующих и на чем оно остановилось, умолял первосвятителя рассмотреть это дело на Соборе. Не удовольствовавшись посланием к митрополиту, Геннадий написал еще к Собору владык, находившихся тогда в Москве, именно: к Тихону, архиепископу Ростовскому, и епископам — Нифонту Суздальскому, Вассиану Тверскому, Прохору Сарскому и Филофею Пермскому.

Подробно рассказывал о чернеце Захарии, жаловался на него и просил себе обороны от него. Наконец настоятельно требовал, чтобы составился Собор на еретиков, чтобы их предать проклятию, казнить, жечь, вешать, так как они, дав в Новгороде покаяние и приняв епитимию, изменили клятве, бежали в Москву и снова сделались еретиками. «Да не штошите, — прибавлял Геннадий, — станьте крепко, чтобы гнев на нас не пришел, да некако человекоугодници обрящемся и со Иудою Христа продающе: они иконы щепляют, режут, Христу поругаются, а мы их учреждаем да их воле сходим…»

Геннадия и в этот раз не позвали в Москву, но Собор на еретиков состоялся, и состоялся не более как через двадцать дней после возведения Зосимы на митрополитский престол, именно 17 октября 1490 г. На Соборе кроме самого великого князя присутствовали с митрополитом те же самые святители, которые участвовали в его избрании и поставлении. Еретиков обвиняли пред лицом Собора в том, что они старались погубить православное христианство; отвергали Божество Иисуса Христа, Его Воплощение от Пресвятой Девы и Воскресение; ругались святым иконам, совершали литургию по принятии пищи и пития, считали Тело и Кровь Христовы в таинстве Евхаристии простым хлебом и вином, держались больше Ветхого закона и праздновали Пасху по-иудейски; в среды и пятки ели мясо и молоко, и творили многие другие еретические дела, и многих простых людей прельстили своими ересями. Обвиняемые ни в чем не хотели сознаться пред великим князем, митрополитом и всем Собором, упорно запирались в своих ересях и были как бы в исступлении ума.

Но благоверный государь Иоанн Васильевич, а с ним митрополит, и прочие святители, и весь Собор, обыскав по подлинникам архиепископа Геннадия и по московским свидетельствам ереси означенных еретиков, предали их проклятию, низвергли всех из сана и осудили на заточение. Таким образом, настоящий Собор поступил с жидовствующими снисходительнее, нежели первый на них Собор, бывший при митрополите Геронтии, и далеко не так строго, как желал Геннадий. Некоторых из осужденных еретиков великий князь велел отослать в Новгород к Геннадию. Геннадий же приказал посадить их еще за сорок поприщ до Новгорода на коней, каждого лицом к хвосту, и в одежде, перевернутой передом назад, надеть на головы их берестовые остроконечные шлемы, в каких изображаются бесы, с мочальными кистями, с венцами из соломы и сена и с надписью на шлемах: «Се есть сатанино воинство». В таком виде осужденные водимы были по городу, и встречающиеся плевали на них и говорили: «Се враги Божий и хульники христианские». Наконец шлемы на их головах были сожжены. Это сделал архиепископ, чтобы устрашить еретиков и предохранить православных.

Торжество ревнителей православия было, однако ж, далеко не полным. Не все еретики были осуждены, и главные между ними — Зосима и Федор Курицын — остались неприкосновенными. Зосима сумел выдержать на Соборе пред лицом православных то правило, какого и прежде держались все жидовствующие: он казался православным и даже участвовал в проклятии ереси. Этого мало: скоро ему представился новый случай показаться действующим в пользу православных и против жидовствующих. В то время, как известно, и в Греции, и в России было общераспространенное мнение, что с окончанием седьмой тысячи лет от сотворения мира должен окончиться мир и явится Всемирный Судия. Конец седьмой тысячи падал на 1492 г., до этого же года был доведен у нас и миротворный круг, или наша церковная пасхалия, и далее не продолжен. Между тем роковой год приближался и настал, а кончины мира не последовало. Тогда жидовствующие начали глумиться над православными и говорить: «Семь тысяч лет окончились, и ваша пасхалия прошла, отчего ж Христос не является, вопреки вашим ожиданиям? Значит, ложны писания и ваших апостолов и ваших отцов, в особенности же Ефрема Сирина, (будто бы) возвещавших славное Пришествие Христово по истечении семи тысяч лет». Нужно было успокоить православных и установить для них пасхалию на последующее время. И вот, в самом начале осьмой тысячи лет, в сентябре 1492 сентябрьского (а следовательно, в сентябре 1491 январского) года повелением великого князя и, разумеется, с согласия митрополита Зосимы собрались в Москве все до одного русские святители, в том числе и Геннадий, и вместе со всем освященным Собором определили «написати пасхалию на осмую тысящу лет… по преданию св. отец, иже в Никеи Седмаго Собора». Но осуществить это определение не спешили. Не прежде как через год и почти три месяца (27 ноября 1492 г.) «Зосима митрополит на Москве изложил соборне пасхалию на двадцать лет».

Но, являясь поборником православия на Соборах, которые созывал против жидовствующих и по делу составления пасхалии, и прикрываясь подобными действиями пред глазами православных, митрополит Зосима не считал нужным скрываться в кругу своих единомышленников и в частных беседах. Он, по словам преподобного Иосифа, когда обретал людей «простейших», то напоял их ядом жидовским и, провождая самую невоздержную и нечестивую жизнь, предаваясь даже грехам содомским, изрыгал иногда дерзкие хулы на Самого Христа Бога и Богородицу, издевался над святыми крестами и иконами, не признавал ни евангельских, ни апостольских, ни отеческих уставов и в своем лжеучении простирался даже далее, нежели, сколько известно, простирались прочие жидовствующие.

Вместе с митрополитом действовали Федор Курицын, Сверчок, Иван Максимов, Семен Клеванов и многие другие, тайно державшиеся ереси. Они, когда встречали людей благоразумных и знающих Божественное Писание, то не осмеливались приводить их прямо в жидовство, но старались криво толковать им разные места Ветхого и Нового Заветов и таким образом хитро склоняли этих людей к своей ереси, обольщая их, с другой стороны, астрологиею и баснословиями. А людей простейших учили прямо жидовству. Потому если кто и не отступал в жидовство, то многие научились от еретиков укорять Божественное Писание, впали в сомнения и не только в домах, но и на торжищах производили прения о вере.

Невольно думается, что в словах Иосифа, вовсе не скрывавшего своей неприязни к Зосиме, есть преувеличения о его поведении и особенно о его лжеумствованиях, тем более что Иосиф судил только по слухам и хотя в одном месте ссылается на достоверных свидетелей, но тут же замечает, как иные говорили: «Мы у него (митрополита) не слыхали ничего». Да и самые преступления и мудрования, приписываемые Зосиме, так чудовищны и почти невероятны в лице первосвятителя Церкви, еще занимающего кафедру!

Но нет никакого основания сомневаться, что Зосима держался ереси жидовствующих и вел недостойную жизнь. Когда некоторые из православных, будучи не в силах переносить это, стали его обличать в отступничестве и содомских делах, то он одних из обличителей отлучал от Божественного причастия, а других — священников и диаконов — лишал священства, говоря: «Не должно осуждать ни еретика, ни отступника, и если святитель будет даже еретик и кого-либо отлучит, то за его приговором последует суд Божий». А как некоторые, несмотря на все это, продолжали свои обличения против митрополита, то он жаловался государю и клеветал на них.

И по воле государя невинные осуждались на заточение, заключаемы были в оковы и темницы, лишались своих имений. Другие же, не ограничиваясь словесными обличениями ереси, собирали от Божественных книг письменные ответы и посылали против еретиков. В это-то время решился писать и действовать против жидовствующих и преподобный Иосиф Волоколамский, которого пригласил к себе на помощь его епархиальный владыка Геннадий Новгородский.

Иосиф смело выступил против еретиков и начал (около 1493 г.) писать против них свое знаменитое творение, известное под именем «Просветителя». Он не щадил отступников от христианства, и в особенности главу их — митрополита Зосиму, называл его Иудою-предателем, предтечею антихриста, первенцем сатаны, злодеем, какого не бывало даже между вероотступниками. В то же время Иосиф написал пламенное послание к Суздальскому епископу Нифонту, на которого, по словам Иосифа, все православные смотрели тогда как на своего главу в борьбе с жидовствующими, и убеждал его, чтобы он постоял крепко против осквернившего святительский престол митрополита, научил православных не ходить к нему, не принимать от него благословения, не есть и не пить с ним, а сам не боялся ни его угроз, ни проклятий, так как проклятия еретика не имеют никакой силы и возвращаются на его же главу, и сами еретики должны подлежать по правилам не только проклятию, но и гражданским казням.

Это удаление Зосимы от престола совершилось в отсутствие главного печальника жидовствующих — дьяка Федора Курицына. Зосиме, однако ж, оказано было снисхождение: он не был судим на Соборе, не был осужден и наказан как еретик. Сначала он отошел в Симонов монастырь, а потом переведен в Троице-Сергиев. Но беспристрастная история должна сказать, что Зосима был самый недостойный из всех русских первосвятителей и единственный между ними не только еретик, но и вероотступник.

Прошел год и три с лишком месяца со времени удаления Зосимы от кафедры, и 6 сентября 1495 г. изволением великого государя и советом архипастырей и всего освященного Собора избран был, и наречен на святейшую митрополию всея России, и возведен на митрополичий двор, а 20 сентября поставлен в митрополита игумен Троице-Сергиева монастыря Симон.

Новый митрополит не был покровителем жидовствующих, но им по-прежнему покровительствовал сильный дьяк Федор Курицын. Он и брат его Волк упросили великого князя послать в Юрьевский новгородский монастырь архимандритом какого-то Кассиана, которого сами же научили держать жидовство и отречься от Христа. Кассиан, надеясь на Курицына и не боясь Геннадия, начал смело собирать в своем монастыре всех еретиков, дотоле или скрывавшихся в Новгороде, или даже рассеявшихся по другим городам и селам.

Приободренные еретики позволили себе тогда совершать в Новгороде такие «сквернения и поругания на Божественные церкви, и на вся священные вещи, и на все православное христианство», которые невозможно передать словом, пишет митрополит Макарий. Да и в Москве и во всех местах, где находились еретики, они полагались на братьев Курицыных и на Ивана Максимова, совратившего в жидовство самую невестку великого князя Елену.

А теперь, уважаемый читатель, очень важный момент. Посмотрите, как описывает митрополит Макарий проникновение ереси в княжескую семью и ее последствия.

Тогда же совершилось в Москве событие, которое могло иметь весьма важные последствия для ереси. Со времени смерти старшего сына и наследника Иоаннова, Иоанна-младшего (в 1490 г.), возник вопрос: кого теперь объявит государь своим наследником — внука ли своего Димитрия от покойного сына и княгини Елены или другого своего сына, Василия, от второй жены своей Софии Палеолог. Государь медлил. Образовались партии, из которых одна благоприятствовала одной, а другая — другой стороне.

Жидовствующие и между ними Иван Максимов, совратитель Елены, не могли не желать торжества ее сыну Димитрию, а противники жидовствующих, и в особенности преподобный Иосиф, естественно, должны были желать успеха сыну Софии. Наконец сторонники Елены превозмогли: они успели вооружить Иоанна и против сына Василия, и против жены, так что государь немедленно не только провозгласил своим наследником, но и торжественно венчал (4 февраля 1498 г.) на великое княжение в Успенском соборе внука своего Димитрия. К счастию, торжество Елены, а следовательно, и жидовствующих продолжалось не более года.

Иоанн узнал крамолы главных сторонников Елены, знатнейших князей Патрикеевых, своих близких родственников, и князя Ряполовского, вооруживших его против жены и сына, и (5 февраля 1499 г.) Ряполовского казнил, а Патрикеевых — отца Ивана Юрьевича, своего двоюродного брата, и сына его Василия Косого велел постричь в монахи.

Заметим, что этот сын, постриженный в Кирилле-Белозерском монастыре и названный Вассианом, с которым не раз придется нам встречаться, был одним из первых приверженцев еретички Елены и за эту-то приверженность насильно пострижен в монашество, на которое столько нападали жидовствующие: не здесь ли тайная причина, почему он, как увидим, постоянно обнаруживал сильную неприязнь против преподобного Иосифа Волоцкого, его учеников и против всего монашества и почему ревностно заступался за жидовствующих. После опалы крамольных бояр Иоанн примирился с женою своею Софиею и сыном Василием и объявил (21 марта) последнего великим князем Новгорода и Пскова, а чрез два года 414 апреля 1502 г.) посадил на великое княжение всея Руси по благословению митрополита Симона; внука же Димитрия вместе с матерью его Еленою (11 апреля 1502 г.) заключил в темницу и не велел поминать более великим князем.

Последующие события расположились еще больше не в пользу жидовствующих. В Москве начался ряд Соборов, вызванных отчасти самими же еретиками, — Соборов для внутреннего благоустроения Церкви, на которые вызываем был и преподобный Иосиф Волоколамский, успевший в это время приблизиться к Иоанну и расположить его к окончательному поражению ереси.

В 1503 г. составился Собор в Москве. На нем присутствовали под председательством митрополита Симона Геннадий, архиепископ Новгородский, шесть епископов и множество низшего духовенства, в среде которого находились и знаменитые старцы — Паисий Ярославов, Нил Сорский и Иосиф Волоколамский. В совещаниях Собора принимали участие оба великих князя — Иоанн III и сын его Василий.

Вызванный в Москву для присутствования на Соборах знаменитый игумен волоколамский не мог не воспользоваться этим случаем, чтобы не походатайствовать лично пред государем о том деле, в котором принимал такое живое и пламенное участие.

Иоанн не раз с любовию принимал у себя преподобного Иосифа, беседовал с ним наедине о новгородских еретиках, сознавался, что знал и прежде их ереси, знал, какую ересь держал протопоп Алексей и какую держал Федор Курицын (верно, тогда уже умерший, а он еще был жив в 1497 г.), объявил, что даже невестка его Елена увлечена была в жидовство, и просил прощения у Иосифа, присовокупив: «А митрополит и владыки меня в том простили». Иосиф отвечал: «Государь, подвигнись только на нынешних еретиков, а за прежних Бог тебя простит». Знак, что прежде Иоанн действительно покровительствовал жидовствующим или, по крайней мере, снисходил им, чего нельзя было не заметить особенно при удалении с кафедры митрополита Зосимы.

Одно только смущало теперь престарелого Иоанна: не грех ли казнить еретиков (хотя прежде казнил)? И когда Иосиф объяснил ему, что не грех, то дал слово обыскать их по всем городам и искоренить. Но Иосиф по окончании Соборов возвратился в свой монастырь; время шло, а великий князь не исполнял данного слова. Иосиф не утерпел: он написал (весною 1504 г.) к духовнику Иоанна, андрониковскому архимандриту Митрофану, рассказал ему о своих свиданиях и беседах с государем, о его обещаниях, доказывал, что еретиков следует проклинать и казнить, и умолял Митрофана, чтобы он напомнил и подокучил Иоанну исполнить данные обещания относительно еретиков. Кончилось тем, что в декабре 1504 г. состоялся в Москве Собор на жидовствующих, на котором присутствовал сам государь с сыном Василием, митрополит Симон и святители со множеством духовенства.

Приглашен был на Собор и преподобный Иосиф и был здесь главным обличителем еретиков. Несчастные были не только преданы церковному проклятию, но и осуждены. Одни из них, виновнейшие, — Иван Волк Курицын, Димитрий Коноплев и Иван Максимов были сожжены в клетке 27 декабря в Москве; другие сожжены потом в Новгороде: Некрас Рукавов, которому предварительно урезали язык, архимандрит Кассиан с братом и еще многие; третьих отправили в заточение, иных разослали по монастырям, а чрез двадцать дней после первой казни (может быть, случайное совпадение) скончалась в темнице (18 января) и несчастная княгиня Елена.

Эти страшные казни произвели на всех потрясающее действие. Многие из еретиков стали каяться в надежде получить помилование, многие из православных почувствовали к ним сострадание. Князь-инок Вассиан по своему близкому родству с государем первый начал ходатайствовать пред ним за каявшихся. Вместе с Вассианом ходатайствовали за них и некоторые из владык, бояр и старцев. Но Иосиф, узнав о том, непрестанно писал к Василию Иоанновичу (Иоанн уже скончался 27 октября 1505 г.), чтобы он не верил раскаянию жидовствующих, как вынужденному и притворному, и велел держать их неисходно в темнице, дабы они не прельстили других людей. И великий князь послушал Иосифа. Это возбудило против Иосифа великое негодование в бывших ходатаях: они разразились на него такими хулами и укоризнами, которых даже нельзя передать письменно.

27 июля 1511 г. преемник митрополита Симона Варлаам возведен на митрополичий двор и наречен митрополитом всей России, а 3 августа поставлен на митрополию.

В дни первосвятительства Варлаамова происходили последние вспышки ереси жидовствующих. Ее держались тайно еще многие, особенно между вельможами, которые, по выражению одного почти современного писателя, обратились тогда из страха от ереси к православию только лицом, а не сердцем.

Главным покровителем этих мнимо покаявшихся еретиков был старец-князь Вассиан, который, прибыв еще в 1503 г. из своей пустыни в Москву, поселился в Симоновом монастыре. Он вошел в особенную доверенность государя и сделался таким временщиком, что его боялись некоторые даже более, нежели самого Василия Иоанновича. Вассиан не упускал случаев действовать в пользу покровительствуемой им партии, враждебной православному духовенству и монашеству, и продолжал борьбу с преподобным Иосифом Волоцким.

Однажды ученики последнего, Дионисий, князь звенигородский, да Нил Полев, жившие в Белозерской пустыни, донесли ему, что нашли следы ереси жидовствующих у двух белозерских пустынников, и прислали к нему священника, бывшего свидетелем события. Иосиф препроводил присланную грамоту и священника к Ростовскому архиепископу Вассиану, своему брату, в епархии которого состояли белозерские монастыри и пустыни.

Вассиан, находившийся тогда в Москве, представил грамоту великому князю, а великий князь показал ее старцу-князю Вассиану Косому и спросил его: «Хорошо ли делают твои пустынники?» Вассиан отвечал, что все донесение ложно, и когда присланный священник подтвердил справедливость грамоты, то Вассиан просил дозволения отдать его на пытку. Священника пытали, изломали ему ногу, и он умер, но от своих слов не отказался. Великий князь прогневался на старцев Дионисия и Нила, писавших грамоту (хотя следовало бы прогневаться не на них, а на старца-князя Вассиана за такую пытку), и сказал: «Сами между собою бранятся, а меня в грех ввели». И велел сжечь пустыни старцев Дионисия и Нила, а самих отдать под начало в Кириллов монастырь. Вассиан Косой, без сомнения, торжествовал с своею партиею, а Иосиф должен был перенести скорбь со своими учениками.

Но, видно, Вассиан не довольствовался одними хульными словами против Иосифа и святителей, не пощадивших на Соборе ереси жидовствующих; вероятно, еретики, пользуясь покровительством этого сильного временщика, начали смело поднимать свои головы и угрожать опасностию православию, потому что Иосиф в 1511–1512 гг. нашелся вынужденным снова со слезами умолять великого князя Василия Иоановича от лица всей своей обители и писал к нему:

«Ради Бога и Пречистой Богородицы, попекись и промысли о Божественных церквах и православной вере и об нас, нищих твоих и убогих…

Как прежде, боговенчанный владыко, ты поревновал благочестивому царю Константину и вместе с отцом своим до конца низложил скверных новгородских еретиков и отступников, так и теперь, если ты, государь, не позаботишься и не подвигнешься, чтобы подавить их темное еретическое учение, то придется погибнуть от него всему православному христианству… Как в первом обыску все ты, государь, обыскал и управил, так и ныне подобает тебе попещися: ты всем глава, покажи ревность твоего благочестия… Отец твой по проклятии еретиков Захарии чернеца и Дионисия попа велел заключить их в темницу, и они там скончались и не прельстили никого из православных.

А которые начали каяться и отец твой покаянию их поверил, те много зла сотворили и многих христиан увлекли в жидовство. Так, невозможно никому той беды утолить, кроме тебя, государя и самодержца всей Русской земли».

Убеждения святого старца и в этот раз подействовали на Василия Иоанновича: он «повелел всех еретиков побросать в темницу и держать там неисходно до конца их жизни». Но преподобный Иосиф вскоре скончался (9 сентября 1515 г.), а по смерти его жидовствующие снова приободрились. Дошло до того, что явился, как было при начале этой ереси, какой-то «жидовин-волхв, чародей и прелестник» по имени Исаак, который обольщал и увлекал православных.

Около 1520 г. составился Собор на еретика, и только что прибывший к нам Максим Грек написал отцам Собора «Совет» — подвигнуться ревностию за православие и единодушно с дерзновением предать смутившего стадо Христово внешней власти на казнь, чтобы и другие научились не смущать более овец Христовых и земля наша очистилась от таких бешеных псов. После этого, казалось, ересь жидовствующих совсем исчезла, так что Новгородский архиепископ Макарий около 1527 г. величал великого князя Василия Иоанновича окончательным ее низложителем. Но на самом деле она только притаилась и продолжала существовать, хотя уже под другим названием.

27 февраля 1522 г. на Русскую митрополию поставлен был Даниил, игумен Иосифова монастыря. О достоинствах Даниила в должности настоятеля можем заключать из того, что он заслужил особенное благоволение самого государя, часто посещавшего монастырь, и удостоился быть избранным прямо в сан митрополита. Он был по своему времени человек очень образованный и весьма начитанный, как свидетельствуют его сочинения и другие памятники. Он с ревностию проповедовал истины святой веры как в храмах, что составляло тогда у нас редкость, так и чрез послания разным лицам, смело обличал современные пороки в обществе, в духовенстве, в самых вельможах. Особенно он вооружался против господствовавшего тогда у нас вольнодумства и неповиновения уставам Церкви, старался охранить свое духовное стадо «от еретиков, хуливших Христа Бога и Его Пречистую Матерь», т. е. жидовствующих, которые, значит, еще существовали.

Прошло уже около двадцати лет, как Василий Иоаннович вступил в брак (4 сентября 1505 г.) с дочерью князя Юрия Константиновича Сабурова Соломониею, но не имел от нее детей. Такое неплодство жены сильно огорчало государя, тем более что он желал оставить по себе наследником на престоле своего сына. Однажды Василий открыл свою скорбь пред боярами и начал с плачем говорить им: «Кому по мне царствовать на Русской земле и во всех городах моих и пределах? Братиям отдать? Но они и своих уделов управить не умеют». Бояре отвечали: «Неплодную смоковницу посекают и извергают из виноградника», намекая на необходимость развода. Бояре, конечно, знали слабость государевых братьев, могли страшиться за будущность отечества и в видах государственной пользы могли дать такой совет. Но не боярам предлежало решить этот вопрос, а власти церковной. Сохранилось предание, будто великий князь по совету митрополита Даниила посылал грамоту ко всем четырем патриархам Востока и просил у них разрешения развестися с неплодною женою и вступить в новый брак и будто патриархи все отвечали князю решительным отказом.

Дело весьма возможное, хотя самое сказание мало возбуждает к себе доверия. Да и в России, если верить Курбскому, нашлись люди, которые смело объясняли Василию Ивановичу всю противозаконность его намерения. Но Даниил, глава Русской церкви, вопреки ясному учению Евангелия и церковных правил, дозволил государю развод с его женою за одно только ее неплодство. И несчастная Соломония, по одним известиям, добровольно, а по другим — вследствие крайнего насилия, пострижена в черницы под именем Софии 28 ноября 1525 г. и потом отпущена в суздальский Покровский монастырь. Этого мало: не прошло двух месяцев после незаконного развода, как митрополит, опять вопреки церковным правилам, благословил Василия вступить в новый брак с княжною Еленою Глинскою, и даже сам 21 января 1526 г. обвенчал их.

Правление митрополита Даниила продолжалось еще около семи лет, но о действиях его в это время известно весьма немного. Пока жива была Елена, Даниил не чувствовал над собою никакой перемены. Но когда Елена скончалась (3 апреля 1538 г.) и настали смуты бояр, теснивших и давивших друг друга из-за власти, судьба митрополита скоро изменилась. Он имел неосторожность пристать к стороне князя Ивана Вельского, пользовавшегося некоторое время особенною доверенностию малолетнего Иоанна. Но князья Шуйские успели низложить Вельского и заключить в темницу. Затем свергли с престола и митрополита Даниила (в начале февраля 1539 г.) и сослали его в Волоколамский монастырь, где он прежде был игуменом. Там спустя почти два месяца заставили его написать грамоту, в которой он отрекался от митрополии не по болезни или немощи.

Свергнув Даниила, князь Иван Шуйский, естественно, мог рассчитывать, что в новом, избранном по его желанию первосвятителе найдет себе верного союзника и твердую опору, но скоро увидел свою ошибку. Иоасаф вместе с некоторыми боярами в июле 1540 г. осмелился ходатайствовать пред государем об освобождении из темницы князя Вельского, заключенного туда Шуйскими, и Вельский был освобожден. С того времени Вельский и митрополит сделались самыми приближенными лицами у государя, его «первосоветниками» и, надобно сказать, старались употреблять свою власть для умиротворения и благоденствия отечества.

Но чем больше отличал их государь, тем сильнее негодовали на них бояре, сторонники Шуйского, и составили против них заговор, в котором приняли участие многие дворяне, дети боярские и новгородцы. Сам Шуйский, находившийся тогда с войском в Новгороде, в ночь на 3 января 1542 г. прибыл в Москву без ведома государя, прислав туда наперед сына своего с тремястами всадников. В ту же ночь в Кремле произошла сильная тревога: схватили Вельского в его доме и утром отправили на Бело-озеро, где впоследствии его умертвили; схватили и двух главных его советников и разослали по городам, окружили кельи митрополита, бросали в них камнями и разбудили его. Испуганный, он думал найти убежище во дворце, но заговорщики бросились за ним и туда и своим шумом разбудили государя и привели его в трепет.

Митрополит бежал на Троицкое подворье, но дети боярские и новгородцы преследовали его с бранными словами и едва не убили его на подворье, только троицкий игумен Алексей именем преподобного Сергия Чудотворца да князь Дмитрий Палецкий с трудом умолили их воздержаться от убийства. Митрополит был взят и сослан на Белоозеро в Кириллов монастырь, откуда впоследствии был переведен в Троицко-Сергиев, где и скончался.

Вся власть снова перешла в руки Шуйского — он сделался главою бояр. И потому очень вероятно, что под его преобладающим влиянием совершилось избрание и нового митрополита, тем более что выбор пал на архиепископа Новгородского Макария, внушениям которого Шуйский мог приписывать такое горячее участие новгородцев в свержении Вельского и Иоасафа.

Марта 9-го числа 1542 г. архиепископ Новгородский Макарий приехал в Москву, 16-го был избран Собором Святителей по соизволению великого князя, наречен и возведен на митрополичий двор, а 19-го поставлен в митрополита. Настоящий выбор принадлежал к числу самых счастливых: Макарий по своему образованию и архипастырской деятельности явился знаменитейшим из всех наших митрополитов XVI в.

Самым любимым, если не самым главным, занятием Макария для пользы не только новгородской паствы, но и всей Русской церкви было дело книжное.

Он поручал одним составлять жизнеописания отечественных святых, другим — переводить полезные книги с иностранного на русский язык. Содержал при себе множество писцов и не щадил никаких издержек, чтобы собирать и списывать жития святых, книги Священного Писания, творения святых отцов и вообще назидательные сочинения, сам пересматривал и исправлял рукописи и переводы и в продолжение двенадцати лет составил огромнейший сборник, известный под именем «Великих Четий-Миней» на все двенадцать месяцев года. Преданный постоянно делам церковным, Макарий умел в то же время заслужить благоволение гражданского правительства.

16 Января 1547 г. в Успенском соборе митрополит торжественно совершил священный обряд царского венчания над Иоанном, возложив на него животворящий крест, венец и бармы, а 13 февраля сам сочетал боговенчанного царя законным браком с избранною им девицею из дома Романовых-Захарьиных Анастасиею и преподал новобрачным обширное и приличное наставление.

В начале 1551 г. был созвал в Москве Собор, важнейший из всех Соборов, какие только были доселе в Церкви Русской. Сведения о нем, вовсе не встречающиеся в наших летописях, сохранились в особой книге, известной под именем Стоглава, или Стоглавника, потому что она разделена на сто глав, отчего и самый Собор обыкновенно называется Стоглавым.

Как ни многочисленны были предметы, о которых рассуждал и сделал свои постановления Стоглавый Собор, но догматов веры православной он почти не касался. Зато едва протекло около двух лет после Стоглавого Собора, как открылась потребность в новом Соборе, который должен был рассуждать преимущественно об истинах христианской веры или, точнее, защищать их против новых проповедников старой уже у нас ереси жидовствующих.

Мы знаем, что эта ересь чрез несколько времени после происхождения своего явилась в двояком виде: одни из ее последователей, люди простые и необразованные, отвергаясь веры христанской, предпочитали ей иудейскую, принимали жидовство и иногда даже обрезывались; а другие, люди образованные, книжные, не принимали самого жидовства, но только усвояли себе воззрения жидовствующих на христианскую веру и потому отвергали все собственно христианские догматы и установления и делались религиозными вольнодумцами. Знаем также, что даже после окончательного осуждения этой ереси в 1504 г. следы ее и сочувствие ей замечались еще в странах заволжских между иноками вологодскими и белозерскими и что ее продолжали тайно держаться многие в Москве, особенно между вельможами, против вольнодумства которых находил нужным ратовать митрополит Даниил.

Когда не стало князя-старца Вассиана (осужденного в 1531 г.), главного покровителя ереси жидовствующих, или новгородских еретиков, она, по-видимому, исчезла в России. Но теперь, лет через двадцать, под влиянием отчасти нового брожения умов, проникавшего к нам с Запада, она обнаружилась вновь в обоих своих видах.

В качестве вольнодумства, простиравшегося до отвержения всех догматов и установлений христианских, ее проповедовал некто Матфей Семенов Башкин, живший в Москве, человек книжный и, вероятно, если не знатный, то богатый или достаточный, потому что имел у себя слуг и рабов. В качестве не только отвержения христианства, но и приверженности к иудейству, или Моисееву закону, проповедовал эту ересь некто Феодосии Косой, бывший слуга одного из московских бояр, обокравший его, бежавший на Белоозеро и там принявший монашество. Но обратимся к подробностям.

В Великий пост 1553 г. к священнику придворного Благовещенского собора в Москве Симеону пришел Матфей Семенов Башкин и умолял принять его на исповедь. Речи Башкина были, очевидно, очень хороши и не заключали в себе ничего предосудительного. Но, верно, он говорил многое и совсем в другом роде, потому что Симеон сказал товарищу своему по собору, известному священнику Сильвестру, любимцу царя Иоанна: «Пришел ко мне сын духовный необычен и великими клятвами умолил меня принять его на исповедь в Великий пост; многие предлагает мне вопросы недоуменные, требует от меня поучения, а в ином и сам меня учит, и я удивился тому и весьма усомнился». Сильвестр отвечал: «Каков-то сын тот будет у тебя, а слава про него носится недобрая».

Значит, про Башкина уже знали и толковали в обществе с невыгодной стороны, и Сильвестр слышал о нем от других еще прежде. Царя не было тогда в Москве: он ездил для богомолья в Кириллов монастырь. И Башкин снова пригласил к себе Симеона и показал ему Апостол, который был извощен (закапан воском) во многих местах, до трети, предлагал вопросы, а сам толковал «не по существу и развратно». Когда Симеон молвил: «Я сам того не знаю, о чем ты спрашиваешь», Башкин отвечал: «Ты, пожалуй, спрашивай у Сильвестра; он тебе скажет, и ты пользуй мою душу; я знаю, что тебе самому некогда ведать того за суетою мирскою: ни днем, ни ночью покою не знаешь».

Симеон передал о всем этом Сильвестру. Скоро возвратился в Москву царь, и Сильвестр вместе с Симеоном рассказали ему все про Башкина, а протопоп Андрей и Алексей Адашев засвидетельствовали, что и они тоже про Башкина слышали. Государь велел Симеону представить книгу Апостол, извещенную Башкиным. Башкин извощил ее всю, и Симеон принес ее к церкви, где и видел книгу царь и все слышали в ней и речь, и мудрование Башкина. Но дело пришлось отложить, потому что царь, получив известие (6 июля) о предполагаемом набеге крымцев на Россию, поспешил в Коломну.

Впрочем, отъезжая, царь велел схватить Башкина, посадить его у себя в подклеть. Башкин не сознавался в ереси и исповедовал себя христианином, но скоро был постигнут гневом Божиим и начал, как свидетельствуют современники, бесноваться и, взвесив свой язык, долгое время кричал разными голосами и говорил «непотребная и нестройная».

Потом он пришел в разум и слышал будто бы голос: «Ныне ты исповедуешь меня Богородицею, а врагов моих, своих единомышленников, таишь». Устрашенный этим голосом, Башкин начал каяться пред своим отцом духовным. Известили митрополита, и по его приказанию Башкин «своею рукою исписа и свое еретичество и свои едино-мысленники — о всем подлинно».

Он указал как на своих советников на Григория и Ивана Борисовых и на других и сознался, что принял свое злое учение от аптекаря Матфея, родом литвина, да от Андрея Хотеева — латынников и что заволжские старцы не только «не хулили его злобы», но еще «утверждали его в том». Значит, это лжеучение хотя возникло собственно в Башкине под влиянием западного вольномыслия чрез названных латынников, но развивалось и укреплялось под влиянием вольномыслия домашнего, уже существовавшего в России между заволжскими старцами.

Сущность же еретичества Башкина и его единомысленников, по его показанию, состояла в том, что они:

а) хулили Господа Иисуса Христа, исповедуя Его неравным Богу Отцу;

б) Святое Тело Его и Кровь в таинстве Евхаристии считали простым хлебом и вином;

в) Церковию называли только собрание верных, а церкви, или храмы вещественные, признавали за ничто;

г) отвергали вообще святые иконы и называли их идолами;

д) отвергали таинство покаяния и говорили: «Как перестанет человек грешить, хотя бы и не покаялся пред священником, ему нет более греха»;

е) предания и жития святых отцов называли баснословием;

ж) Вселенские Соборы укоряли в гордости, говоря: «Все писали они для себя, чтоб им владеть всем — и царским и святительским»;

з) короче сказать, все Божественное Писание называли баснословием, а Евангелие и Апостол излагали неистинно. Легко заметить, как сходно это новое лжеучение с бывшим лжеучением жидовствующих.

Государь, когда возвратился в Москву (18 августа) и узнал, в чем состояла ересь Башкина, то «содрогнулся душою» и велел схватить единомысленников его и созвать на них Собор. Оказалось, что этих единомысленников — единомыслеников, а отнюдь не учеников Башкина, — было весьма много, особенно между заволжскими старцами-пустынниками.

В Москве размещали единомысленников Башкина по монастырям и подворьям и несколько раз допрашивали на очных ставках с ним еще до открытия Собора.

Собор открылся не позже октября 1553 г. и продолжался и в следующем году. Пред лицом Собора Башкин вновь исповедал свои заблуждения, каялся в них и начал обличать своих единомысленников с очей на очи. Сам государь «начат их испытовати премудре», но они хотя убоялись царя, так крепко поборавшего по благочестию, однако ж запирались и не сознавались.

Только некоторые из них сказали сами на себя, что они не поклонялись святым иконам и положили зарок и впредь им не поклоняться. Из всех заподозренных в ереси и судившихся на Соборе только об одном, именно — о бывшем игумене Троицко-Сергиева монастыря Артемии, дошла до нас соборная грамота, из которой можно видеть, в чем обвинялся он и какие давал ответы.

До игуменства своего Артемий жил в псковском Печерском монастыре, потом поселился в какой-то Белозерской пустыни и оттуда вызван был в Москву. Здесь царь велел остановиться ему в Чудовской обители, а священнику Сильвестру поручил поприсмотреться к нему, поиспытать его. И когда Сильвестр нашел, что Артемий имеет «довольно книжнаго ученья и исполнен добраго нрава и смирения», то по просьбе троицких братии и по повелению государеву Артемий поставлен был в игумена к Троице (в 1551 г.). У Артемия был ученик Порфирий; этот ученик в качестве старца-странника не раз приходил для духовной беседы к благовещенскому священнику Симеону, который, заметив, что он «от Писания говорит недобро», передал все слышанное Сильвестру.

Сильвестр пригласил странника к себе и во время неоднократной беседы с ним заметил то же самое и свои сомнения пересказал царю. Царь обратил свое внимание на самого Артемия и начал примечать «вся слабостная учения» Порфирия и в его учителе.

Но Артемий скоро оставил игуменство «за свою совесть» и отошел в пустынь. Когда начались разыскания по поводу ереси Башкина, тогда приведен был в Москву из своей пустыни и Артемий вместе с учеником своим Порфирием и другими старцами. Артемию было сказано, будто он вызван, чтобы «говорить книгами», или состязаться, с Башкиным; но, услышав в Москве, что Башкин указывает и на него как на своего сообщника, тайно бежал из Андроникова монастыря, где был помещен в свою Белозерскую Порфириеву пустынь. Его, однако ж, вновь взяли оттуда и представили пред лицо Собора. Здесь прежде всех выступил против Артемия сам Башкин и как письменно, так и словесно свидетельствовал, что Артемий изрекал хулы на поклонение святым иконам, на таинство Евхаристии, на предания святых отцов и многие другие.

Но Артемий ни в чем не сознался и на все убеждения митрополита покаяться отвечал: «Я так не мудрствую, я верую во Отца и Сына и Святого Духа, в Троицу Единосущную». Кроме Башкина еще шесть свидетелей один за другим говорили против Артемия. Собственный его келейник и ученик Леонтий рассказал только, как Артемий бежал тайно из Андроникова монастыря в свою пустынь. Артемий сознался, что бежал от наветующих, будто он неистинствует в христианском законе; самих же наветующих, несмотря на неоднократные допросы, не поименовал.

И Собор поставил Артемию в вину, зачем он не бил челом царю и митрополиту на этих наветующих и не свел с себя навета, а тайно бежал из Москвы. Собор лишил Артемия священного сана и отлучил по церковным правилам.

А за те вины, которые взводили на Артемия другие и в которых он сознался, Собор определил: чтобы Артемий не мог своим учением и писаниями вредить другим, живя где захочет, сослать его в Соловецкую обитель, там поместить его в самой уединенной келье, лишить его всякой возможности переписываться или иначе сноситься с кем бы то ни было, даже с иноками, чтобы он не соблазнил кого-либо из них, и поручить наблюдение за ним только духовнику и игумену; в этом заключении оставаться Артемию до тех пор, пока он совершенно не покается и не обратится от своего нечестия; если он истинно покается и игумен донесет о том, тогда Собор рассудит и примет его, Артемия, в единение с Церковию по священным правилам; а если не покается, то держать его в заключении до его кончины и только пред смертию удостоить его святого причастия. Но Артемий не захотел оставаться в Соловецком монастыре и бежал оттуда в Литву.

Собор поступал с еретиками далеко не так строго, как поступил Собор 1503 г. с жидовствующими: теперь только осудили виновных на заключение в монастырях, «да не сеют злобы своея роду человеческому».

Можно думать, что Собор продолжал свои действия и после осуждения Артемия, следовательно, после января 1554 г. Есть современные свидетельства, что вслед за Артемием привезен был в Москву с Белоозера Феодосии Косой с другими старцами и что о Косом происходило соборное дело, которое и хранилось потом вместе с такими же делами о Башкине и Артемии.

Исходною точкою всего лжеучения Косого была та же самая, что и еретиков жидовствовавших, или новгородских. Он утверждал, что истинные, «столповые» книги суть только книги Моисеевы и вообще ветхозаветные: в них одних содержится истина, их должно читать, а других книг читать не должно, потому что в них нет истины. И этими-то «ветхими книгами», которые Косой постоянно носил в руках и давал читать другим, он старался «отвращать людей от Евангелия Христова».

Косой отвергал всю христианскую внешность, или церковность, и христианские учреждения. Крест Христов и святые иконы называл кумирами или идолами, христианские церкви — кумирницами, христианское богослужение — идольскою службою, епископов и священников — идольскими жрецами. И потому учил: иконы и кресты сокрушать, а не поклоняться им, в церкви не ходить, к священникам и епископам не обращаться и не слушать их как учителей ложных; вообще никакого внешнего богослужения и поклонения не творить, а поклоняться Богу духом и истиною. На митрополита, епископов и игуменов Косой нападал в особенности за то, что они будто бы были чужды духа любви и кротости, преследовали еретиков и не принимали от них даже покаяния. Косой отвергал все церковные посты, называя их преданием человеческим и считая их непотребными.

Косой, когда жил в Литве, вопреки не только христианского, но и ветхозаветного откровения восставал против некоторых начал быта семейного и общественного. Не должно, учил еретик, почитать родителей и именовать отцов, ибо сказано: Не порицайте себе отца на земли, един есть отец ваш Бог. Не должно повиноваться никаким земным властям и начальствам и платить им дань: между христианами вовсе не подобает быть властям. Не должно помогать бедным, сирым, вдовицам, хромым, слепым и вообще нищим, ибо нищие — псы, а написано: Несть добро отъяти хлеба чадом и поврещи псом.

Нет никаких данных для того, чтобы выводить лжеучение Косого с запада Европы чрез Литву или Польшу. Напротив, известно, что он начал свое лжеучение на Белоозере, где бродили тогда вольные идеи между монахами, и даже прямо называется вместе с своими товарищами учеником одного из белозерских старцев — Артемия. По своему существу и началам лжеучение Косого однородно с ересию жидовствовавших, но имеет еще более отрицательный характер и доведено до последних крайностей.

На лжеучение Косого можно смотреть как на последнее слово того антихристианского направления, которое началось у нас в конце XV столетия с ересию жидовствовавших и продолжалось более или менее явно до половины XVI в. и против которого после Иосифа Волоцкого должен был бороться еще митрополит Даниил.

В России Косой проповедовал свое лжеучение около трех лет (1552–1555) и не мог приобресть многих последователей; но в Литве он представляется действующим даже в 1575 г. Не напрасно Зиновий заметил, что как «Восток развратил дьявол Бахметом, а Запад — Мартином немчином (Лютером)», так и «Литву — Косым».

Святитель Макарий правил Церковию в лучший период царствования Иоаннова, хотя и тогда уже, особенно со смерти (в 1560 г.) первой своей супруги Анастасии, Иоанн часто обнаруживал свой неукротимый и свирепый характер. Преемникам Макария сделалось гораздо труднее проходить свое высокое поприще, потому что царь с каждым почти днем становился все необузданнее в своих нравах и действиях, подозрительнее, бесчеловечнее. Ему казалось, и не без основания, что бояре и вельможи злоумышляют против него, что он окружен изменниками, которых потому и спешил поражать различными казнями. А если митрополит и другие духовные лица по своему древнему праву и чувству человеколюбия осмеливались ходатайствовать за несчастных, подвергавшихся опале царя, он воображал, что и духовенство держит сторону его врагов и мешает ему карать преступников.

Я прошу прощения у дорогого читателя за столь длительный пересказ, хотя и с большими сокращениями, писаний митрополита Макария о ереси жидовствующих. Я хотел лишь показать, какое огромное внимание этому вопросу уделяла Русская церковь.

Теперь давайте обобщим и выделим главное из рассказа митрополита Макария.

После неожиданной смерти Ивана III его вдова Елена Волошанка (Молдованка) — сторонница еретиков — делает все, чтобы поссорить свекра с женой, Софьей Палеолог — приверженницей православной церкви. Она становится любовницей Ивана III. После этого его старший сын Василий заключается в темницу, а царица Софья Палеолог бежит на Белоозеро. Приближенные опальных членов царской семьи подвергаются жестокой казни, а на царство венчают сына Елены — Дмитрия. Жидовствующие победили в этой борьбе, и главную роль, несомненно, сыграла Елена Волошанка.

На следующий год Иван III «одумывается» и возвращает свое расположение своей жене Софье Палеолог. Сын Василий вызволяется из темницы и назначается наследником. Иван III просит прощения у духовных лиц и кается в прежней слабости к еретикам. Елену Молдаванку сажают в темницу, где она вскоре умирает. По московскому государству прокатывается волна казней жидовствующих еретиков. Ересь фактически прекращает свое существование.

Ересь была приостановлена, но не уничтожена. Она «вновь» возникает на Руси в XVI в., в эпоху Реформации и религиозных войн в Европе. Реформационное движение Запада проникает в северо-западные пределы Руси и в Москву. Еретики-лютеране окружают русский трон. Пользуясь доверием царя, они громят своих противников.

В 1555 г. снова собирается церковный Собор, который осуждает жидовствующих, и их ссылают в заточение. Но опять ересь не была уничтожена в корне.

Настоящая трагедия разыгрывается при Иване Грозном. В традиционной истории считается, что у Ивана Грозного было 7 жен.

В 1963 г. специальная комиссия Министерства культуры СССР произвела вскрытие гробниц Ивана Грозного и его сына Ивана Ивановича, убитого царем в 1581 г. Анализ останков показал, что у Ивана IV Васильевича резко повышена концентрация одного из самых ядовитых металлов — ртути. Грозный был отравлен ртутью между 1554 и 1557 гг. Не является ли это свидетельством попытки насильственного прекращения правящей династии русских князей?

Совершенно по-новому фигура Ивана Грозного трактуется в новой хронологии Фоменко и Носовского. Вместо одного царя Ивана Грозного, которого мы хорошо знаем по традиционной истории, по мнению авторов новой хронологии, существовали 4 самостоятельных государя: Иван IV (1547–1553), Дмитрий Иванович (1553–1563), Иван Иванович (1563–1572) и Симеон-Иван, сын Ивана III.

Вот как реконструируется царствование «Грозного» в новой хронологии.

Первый царь — Иван Васильевич. Он правил в 1547–1553 гг.

Его женой была Анастасия Захарьина (Романова). Она была первой и единственной его женой. Ее отец — Роман Захарьин — родоначальник будущих Романовых. У Ивана Васильевича уже было два сына — Дмитрий и Иван. В 1553 г. Иван Васильевич серьезно заболел. Он занемог тяжким огненным недугом. Он бредил в жару, перестал узнавать близких людей. Кончины его ждали со дня на день. Вечером 11 марта 1553 г. ближние бояре присягнули на верность наследнику престола грудному младенцу Дмитрию.

Но царь выздоровел, с ним произошли серьезные психические изменения. Он полностью отошел от государственных дел. Более того, он стал бродить по Москве как юродивый. В эти годы к юродивым относились с особым уважением. Они пользовались большим почетом. Согласно новой хронологии, знаменитый юродивый того времени Василий Блаженный — это и был царь Иван Васильевич. Через 4 года Блаженный царь умер. Его смерть была отмечена в официальных записях Разрядного приказа. Юродивого похоронили в Троице-Сергиевом монастыре при офомном стечении народа. Хоронили не просто юродивого, а бывшего царя!

Малолетний Дмитрий Иванович — второй царь «Иван Грозный». Дмитрий правил в 1553–1563 гг.

Историки утверждают, что первый сын Ивана — младенец Дмитрий — умер сразу же после того, как ему присягнули в 1553 г.

По мнению авторов новой хронологии, это не так. Царю-младенцу была принесена присяга, и от его имени опекунский совет, «избранная рада», начала править страной.

Главными регентами при младенце Дмитрии были назначены шурины Ивана Грозного Д. Р. и В. М. Юрьевы-Захарьины. Боярская дума отнеслась к регентству Захарьиных с крайним неодобрением. Знать не желала уступать власть регентам Захарьиным, не обладавшим ни авторитетом, ни популярностью.

В регентском совете основную роль стал играть Адашев, а также Глинские — родственники матери Ивана Грозного (т. е. бабки Дмитрия), Захарьиных, которые, как мы отмечали, были предками Романовых, оттесняют от трона Дмитрия. Их место у престола занимают Глинские.

В 1563 г. царевич Дмитрий, которому в это время было около 12 лет, погиб.

На престол вступил второй сын Ивана Грозного малолетний Иван Иванович. Ему было в то время около десяти лет. По всей видимости, он воспитывался Захарьиными-Романовыми, так как никто не предполагал, что Дмитрий погибнет мальчиком и власть перейдет к царевичу Ивану.

Правил в 1563–1572 гг. В этот период снова приходят к власти Захарьины-Романовы. Избранная рада (регентский совет) была уничтожена. Знать негодовала на царя, но еще больше — на Захарьиных.

Только с этого времени и начинается знаменитый террор — опричнина, приписываемый Ивану «Грозному». Террор был развязан Захарьиными, которые начали расправу со своими противниками. А к их противникам принадлежала (как традиционно известно) практически вся старая боярская знать, т. е. русская = «монгольская» знать старой Ордынской династии. Началась борьба между ордынскими боярами и новой группировкой Захарьиных-Романовых, рвавшихся к власти.

Захарьины-Романовы выражали «прозападные» интересы. Фактически началась гражданская война — подлинное начало Великой смуты на Руси.

Опричнина была учреждена в 1564 г. Одним из главных инициаторов опричнины стал боярин В. М. Юрьев-Захарьин, и именно вокруг Захарьиных сгруппировался руководящий кружок опричнины.

Весь террор «Грозного» укладывается в период 1563–1572 гг., т. е., по гипотезе Носовского и Фоменко, в точности во время царствования подростка Ивана Ивановича, от имени которого фактически правили Захарьины-Романовы.

Новая группировка Захарьиных-Романовых решила искоренить старую Русско-Ордынскую династию, старой столицей и оплотом которой был Великий Новгород-Ярославль.

Московские опричные войска Захарьиных разгромили Новгород-Ярославль и казнили Владимира Андреевича, который мог претендовать на престол от старой Ордынской династии. После этого начинается вооруженное сопротивление Орды. В традиционной истории это представлено как нашествие крымского хана. В 1571 г. «крымцы» (т. е. Орда) подошли к Москве. Москва была взята и разгромлена. Царь Иван «покинул армию и умчался в Ростов». Незадолго перед этим, в 1569 г., царь просил убежища в Англии (видимо, предчувствуя такой оборот событий). Таким образом, в этот момент Орда берет верх. Начинается известное «московское дело». Это был разгром Ордой партии Захарьиных — Романовых.

Таким образом, пишут Носовский и Фоменко, первая попытка Захарьиных-Романовых захватить престол империи провалилась. Монгольская (Великая) Орда восстановила свои позиции.

На границах протягивались линии новых и возобновленных крепостей. В этих крепостях водворялись гарнизоны, в состав которых поступали люди из низших слоев населения, менявшие посадский или крестьянский двор на двор в стрелецкой, пушкарской или иной «приборной» слободе. Этот вновь поверстанный в государеву службу мелкий люд, пишет историк Платонов, в большинстве своем извлекался из уездов, которые тем самым теряли часть своего трудоспособного населения.

В это время, отмечает В. О. Ключевский, «населенные имения переходили из рук в руки чуть не с быстротой ценных бумаг на нынешней бирже».

После возврата Ордынской династии к власти в 1572 г. фактическим правителем стал глава земской Думы Симеон. В 1575 г. 22-летнего царя Ивана Ивановича (уже лишенного в 1572 г. фактической власти) заставили отречься от престола в пользу Симеона. Это и есть известное «отречение Грозного» 1575 г.

На престол взошел ордынский хан Симеон, один из сыновей Ивана III (у него был сын Симеон), который в 1576 г., по-видимому, венчался с тронным именем Иван. Симеону было около 80 лет (так как Иван умер в 1505 г., т. е. за 79 лет до 1584 г.). Умирает Симеон-Иван в 1584 г.

На престол садится его сын Федор Иванович, известный в традиционной истории как второй сын Ивана Грозного.

Федор Иванович, вступивший на престол, был чрезвычайно религиозным царем. Он был женат на Ирине Годуновой. От этого брака у них родился сын, будущий царь Борис Годунов. Борис, соответственно, был внуком Симеона-Ивана, т. е. продолжателем старой Ордынской династии.

Еще при жизни отца (царя Федора) Борис (Годунов по матери) уже именуется царем и фактически выполняет царские обязанности, принимает послов. Следовательно, Борис Годунов был не братом Ирины, как утверждает официальная история, а ее сыном.

Таким образом, по мнению Фоменко и Носовского, возникло две династических ветви.

Первая — потомки Ивана и Ивана Ивановича, воспитанные Романовыми.

Вторая — потомки хана Симеона-Ивана. Эта ветвь старой Ордынской династии. Ее представители — царь Симеон-Иван, его сын царь Федор Иванович, а затем сын Федора — царь Борис Федорович (известный нам как «Годунов»).

Умирая, царь Федор завещал царство царице Ирине и сыну Борису. Вскоре Ирина уходит в монастырь, и вся власть переходит к Борису Годунову.

Сразу же с приходом его к власти вновь прозападная партия Романовых начинает борьбу за власть. С этой целью они устраивают побег заточенного в монастырь Симеоном Бекбулатовичем сына Ивана Ивановича Дмитрия, который был пострижен под именем Григорий. В народе сразу был пущен слух, что царевич Дмитрий жив и объявился в Польше.

Дальше известное всем собирание в Польше ополчения для воцарения на русский престол законного царя Дмитрия. Ополчение идет на Москву.

На руку партии Романовых играли стихийные бедствия, пришедшие на Русь. Два года был неурожай. Начался страшный голод, уносивший тысячи людей. Народ питался бог знает чем: травой, сеном и даже трупами животных и людей; для этого даже нарочно убивали людей. Чтобы облегчить положение голодавших, Борис объявил даровую раздачу в Москве денег и хлеба, но эта благая по цели мера принесла вред: надеясь на даровое пропитание, в Москву шли толпы народа, даже и такого, который мог бы с грехом пополам прокормиться дома; в Москве царской милостыни не хватало, и много народа умерло.

13 апреля 1605 г. за обедом царю Борису внезапно становится плохо. Он едва встал из-за стола. Изо рта и носа хлынула кровь, и он наскоро был пострижен в монахи под именем Боголепа, а через два часа умер.

Приносится присяга на верность жене Бориса Марии и его сыну Федору Борисовичу.

Войска же, под влиянием тяжелого экономического положения, под воздействием партии Романовых отказались принять присягу и перешли на сторону Дмитрия, который уже стоял под Москвой.

В этот момент князь Шуйский заявляет, что Дмитрий — настоящий царь. В Москве начинается бунт. Романовские бояре врываются в царские покои и убивают вдову Бориса и его сына.

В стране ходили слухи о том, что царевич Дмитрий не погиб в Угличе, а чудом уцелел.

Московское правительство, встревоженное вестями о появлении самозваного царевича, объявило, что под личиной «Дмитрия» скрывается беглый чудовский монах Григорий Отрепьев. Этот период русской истории вошел в историографию под названием Смутное время.

К сожалению, отмечает известный русский историк Сергей Федорович Платонов, историография долго не разбиралась в обстоятельствах Смутного времени настолько, чтобы точно показать, в какой мере неизбежность Смуты определялась условиями внутренней жизни народа и насколько она была вызвана и поддержана случайностями и посторонним влиянием.

Наша Смута, говорит он, вовсе не революция и не кажется исторически необходимым явлением, по крайней мере на первый взгляд. Началась она явлением совсем случайным — прекращением династии; в значительной степени поддерживалась вмешательством поляков и шведов, закончилась восстановлением прежних форм государственного и общественного строя и в своих перипетиях представляет массу случайного и труднообъяснимого.

Одну из теорий происхождения Смуты дает в своей «Истории России» С. М. Соловьев. Он считает первой причиной Смуты дурное состояние народной нравственности, явившееся результатом столкновения новых государственных начал со старыми дружинными. Это столкновение, по его теории, выразилось в борьбе московских государей с боярством. Другой причиной Смуты он считает чрезмерное развитие казачества с его противогосударственными стремлениями. Смутное время, таким образом, он понимает как время борьбы общественного и противообщественного элементов в молодом Московском государстве, где государственный порядок встречал противодействие со стороны старых дружинных начал и противообщественного настроения многолюдной казацкой среды.

Другого воззрения держится К. С. Аксаков. Во время междуцарствия разрушалось и наконец рассыпалось вдребезги государственное здание России, говорит Аксаков. И. Е. Забелин причины Смуты видит в «правительстве», иначе — в «боярской дружинной среде» (эти термины у него равнозначны). Боярская и вообще служилая среда во имя отживших дружинных традиций (здесь Забелин становится на точку зрения Соловьева) давно уже крамольничала и готовила смуту. Н. И. Костомаров (в разных статьях и в своем «Смутном времени») высказал иные взгляды. По его мнению, в Смуте виновны все классы русского общества, но причины этого бурного переворота следует искать не внутри, а вне России. Внутри для Смуты были лишь благоприятные условия. Причина же лежит в папской власти, в работе иезуитов и в видах польского правительства. Указывая на постоянные стремления папства к подчинению себе восточной церкви и на искусные действия иезуитов в Польше и Литве в конце XVI в., Костомаров полагает, что они, как и польское правительство, ухватились за самозванца с целями политического ослабления России и ее подчинения папству. Их вмешательство придало нашей Смуте такой тяжелый характер и такую продолжительность.

Неизвестно, кто был на самом деле «возродившийся» царевич Дмитрий, хотя о его личности делалось много разысканий и высказано много догадок. Московское правительство объявило его галицким боярским сыном Гришкой Отрепьевым только в январе 1605 г. Раньше в Москве, вероятно, не знали, кем считать и как назвать самозванца. Достоверность этого официального показания принимали на веру все наши историки. С. М. Соловьев считал, что обман самозванца с его стороны был неумышленный и что Отрепьев сам верил в свое царственное происхождение.

Костомаров доказывал, во-первых, что Лжедмитрий и Отрепьев два разных лица, во-вторых, что названный Дмитрий не был царевичем, но верил в свое царское происхождение, и, в-третьих, что самозванец был делом боярских рук. Виднейшим деятелем этой интриги он считает Богдана Вельского. Особо следует отметить мнение крупнейшего нашего ученого B. C. Иконникова. В своей статье «Кто был первый Лжедмитрий» (Киевские университетские известия, февр. 1864 г.) Иконников берет в основу своего исследования точку зрения Маржерета и некоторых других современников, что Лжедмитрий есть истинный царевич, спасенный вовремя от убийц.

При разногласии исследователей и неполноте исторических данных составить себе определенное мнение о личности названного Дмитрия трудно. Большинство историков признает в нем Григория Отрепьева; Костомаров прямо говорит, что ничего не знает о его личности, a B. C. Иконников и граф С. Д. Шереметев признают в нем настоящего царевича.

Бесспорно, однако, считает Платонов, то, что Отрепьев участвовал в этом замысле: легко может быть, что роль его ограничивалась пропагандой в пользу самозванца. (Есть известия, что Отрепьев приехал в Москву вместе с Лжедмитрием, а потом был сослан им за пьянство.) За наиболее верное можно также принять и то, что Лжедмитрий — затея московская, что это подставное лицо верило в свое царственное происхождение и свое восшествие на престол считало делом вполне справедливым и честным.

В рассказах о странствованиях царевича на Руси и Польше трудно отличить быль от сказки. Посмотрим, уважаемый читатель, что об этом говорит историк С. Ф. Платонов.

Обыкновенно об Отрепьеве повествуют так: в молодости он живал во дворе у Романовых и у князей Черкасских, странствовал по разным монастырям, приютился в Чудове монастыре и был взят к патриарху Иову для книжного письма. Потом он бежал в Литву, пропадал несколько времени безвестно и вновь выплыл, явившись слугой у кн. Вишневецкого; там, во время болезни, открыл свое царское происхождение. Вишневецкие и Мнишек первые пустили в ход самозванца в польском обществе. Как только самозванец стал известен и основался у Мнишеков в их замке Самборе, около него явились францисканцы и овладели его умом, склонив его в латинство; иезуиты продолжали их дело, а ловкая панна Марина Мнишек завладела сердцем молодого цесаревича.

Будучи представлен к польскому двору и признан им в качестве царевича, пишет Платонов, самозванец получает поддержку, во-первых, в Римской курии, в глазах которой он служил прекрасным предлогом к открытию латинской пропаганды в Московской Руси, во-вторых, в польском правительстве, для которого самозванец казался очень удобным средством или приобрести влияние в Москве (в случае удачи самозванца), или произвести смуту и этим ослабить сильную соседку; в-третьих, в бродячем населении южных степей и в известной части польского общества, деморализованной и склонной к авантюризму. При этом нужно, однако, заметить, что взятое в целом польское общество сдержанно относилось к делу самозванца и не увлекалось его личностью и рассказами.

О приключениях московского царевича канцлер и гетман Ян Замойский выражался с полным недоверием: «Это комедия Плавта или Теренция, что ли» (Czy to Plavti, czy Terentiuszova comaedia). Не верили самозванцу лучшие части польского общества, не верил ему и польский сейм 1605 г., который запретил полякам поддерживать самозванца и решил их за это наказывать. Хотя король Сигизмунд III и не держался этих постановлений сейма, однако он и сам не решался открыто и официально поддерживать самозванца и ограничился тем, что давал ему денежную субсидию и позволял вербовать в свою дружину охочих людей. Яснее выражала свои симпатии к «несчастному царевичу» Римская курия.

С такой поддержкой, с войском из поляков, а главным образом казаков, Дмитрий выступил на Русь и имел успех в южных областях ее: там его охотно признавали. Некоторые отдельные стычки самозванца с московскими войсками ясно показали, что с его жалкими отрядами он никогда бы не достиг Москвы, если бы Борисово войско не было в каком-то странном состоянии моральной растерянности. Имя царевича Дмитрия, последней ветви великого царского рода, лишало московские войска всякой нравственной опоры: не будучи в состоянии проверить слухи о подлинности этого воскресшего царевича, московские люди готовы были верить в него и по своим религиозным и политическим взглядам не могли драться против законного царя.

А боярство, в известной своей части, было просто радо успехам самозванца и давало ему возможность торжествовать над царскими войсками, в успехе Лжедмитрия предвидя гибель ненавистных Годуновых.

А гибель Годуновых была близка.

В то время, когда положение дел в Северском крае было очень неопределенно, когда слабый Лжедмитрий, усиливаясь час от часу от бездействия царских воевод, становился все опаснее и опаснее, умирает царь Борис с горьким сознанием, что он и его семья лишены всякой почвы под ногами и побеждены призраком законного царя.

При сыне Бориса, когда не стало обаяния сильной личности Бориса, дела самозванца пошли и скорее, и лучше. Боярство начало себя держать более определенно: новый воевода Басманов со всем войском прямо передался на сторону Дмитрия. Самозванца признали настоящим царем все высшие боярские роды, и он триумфальным шествием двинулся к Москве.

Настроение умов в самой Москве было очень шатко. 1 июня 1605 г. в Москву явились от самозванца Плещеев и Пушкин, остановились в одной из московских слобод и читали там грамоту самозванца, адресованную москвичам. В грамоте описывалась вся история царевича, его спасение, военные успехи; грамота кончалась обещанием всевозможных льгот народу.

Плещеева и Пушкина народ повлек в Китай-город, где снова читали грамоту на Красной площади. Толпа не знала, чему верить в этом деле, и решила спросить Василия Шуйского, который вел следственное дело об убийстве царевича Дмитрия и лучше других знал все обстоятельства смерти этого последнего.

Шуйский вышел, говорят, к народу, совершенно отрекся от своих прежних показаний и уверил, что Борис послал убить царевича, но царевича спасли, а был убит поповский сын. Тогда народ бросился в Кремль, схватил царя Федора с матерью и сестрой и перевел их в прежний Борисов боярский дом, а затем начал грабить иноземцев, «Борисовых приятелей».

Вскоре затем приехали от самозванца в Москву князья Голицын и Масальский, чтобы «покончить» с Годуновыми. Они сослали патриарха Иова в Старицу, убили царя Федора и его мать, а его родню подвергли ссылке и заточению. Так кончилось время Годуновых.

20 июня 1605 г. Дмитрий с торжеством въехал в Москву при общем восторге уверовавших в него москвичей. Через четыре дня (24 июня) был поставлен новый патриарх, грек Игнатий, одним из первых признавший самозванца. Скоро были возвращены из ссылки Нагие и Романовы. Старший из Романовых, монах Филарет, был поставлен митрополитом Ростовским. За инокиней Марфой Нагой, матерью Дмитрия, ездил знаменитый впоследствии князь М.В. С копии — Шуйский.

Признание самозванца со стороны Марфы сыном и царевичем должно было окончательно утвердить его на московском престоле, и она признала его. В июле ее привезли в Москву, и произошло первое трогательное свидание с ней Лжедмитрия. Инокиня Марфа прекрасно представилась нежной матерью; Дмитрий обращался с ней, как любящий сын.

При Дмитрии мы имеем много свидетельств, доказывающих, что он верил в свое царское происхождение и должен был считать Марфу действительно своей матерью, так что его нежность при встрече с ней могла быть вполне искренна. Но совершенно иначе представляется поведение Марфы. Внешность самозванца была так исключительна, что, кажется, и самая слабая память не могла бы смешать его с покойным Дмитрием. Для Марфы это тем более немыслимо, что она не разлучалась со своим сыном, присутствовала при его смерти, горько его оплакивала.

В нем были надежды всей ее жизни, она его берегла как зеницу ока, и ей ли было его не знать? Ясно, что нежность ее к самозванцу проистекала из того, что этот человек, воскрешая в себе ее сына, воскрешал для нее то положение царской матери, о котором она мечтала в угличском заточении. Для этого положения она решилась на всенародное притворство, малодушно опасаясь возможности новой опалы в том случае, если бы оттолкнула от себя самозваного сына.

В то самое время как инокиня Марфа, признавая подлинность самозванца, способствовала его окончательному торжеству и утверждала его на престоле, Василий Шуйский ему уже изменил. Этот человек не стеснялся менять свои показания в деле Дмитрия: в 1591 г. он установил факт самоубийства Дмитрия и невиновность Бориса; после смерти Годунова перед народом обвинял его в убийстве, признал самозванца подлинным Дмитрием и этим вызвал свержение Годуновых.

Но едва Лжедмитрий был признан Москвой, как Шуйский начал против него интригу, объявляя его самозванцем. Интрига была вовремя открыта новым царем, и он отдал Шуйского с братьями на суд выборным людям, Земскому Собору. На Соборе, вероятно, составленном из одних москвичей, никто «не пособствовал» Шуйским, как выражается летопись, но «все на них кричали» — и духовенство, и «бояре, и простые люди».

Шуйские были осуждены и отправлены в ссылку, но очень скоро прощены Лжедмитрием. Это прощение в таком щекотливом для самозванца деле, как вопрос об его подлинности, равно и то обстоятельство, что такое дело было отдано на суд народу, ясно показывает, что самозванец верил, что QH «прирожденный», истинный царевич; иначе он не рискнул бы поставить такой вопрос на рассмотрение народа, знавшего и уважавшего Шуйских за их постоянную близость к московским царям.

Москвичи мало-помалу знакомились с личностью нового царя. Характер и поведение царя Дмитрия производили различное впечатление — перед москвичами, по воззрениям того времени, был человек образованный, но невоспитанный, или воспитанный, да не по московскому складу. Он не умел держать себя сообразно своему царскому сану, не признавал необходимости того этикета, «чина», какой окружал московских царей; любил молодечествовать, не спал после обеда, а вместо этого запросто бродил по Москве. Не умел он держать себя и по православному обычаю, не посещал храмов, любил одеваться по-польски, по-польски же одевал свою стражу, водился с поляками и очень их жаловал; от него пахло ненавистным Москве латинством и Польшей.

Но и с польской точки зрения это был невоспитанный человек. Он был необразован, плохо владел польским языком, еще плоше — латинским, писал «in perator» вместо «imperator». Такую особу, какой была Марина Мнишек, личными достоинствами он, конечно, прельстить не мог.

Он был очень некрасив: разной длины руки, большая бородавка на лице, некрасивый большой нос, волосы торчком, несимпатичное выражение лица, лишенная талии неизящная фигура — вот какова была его внешность. Брошенный судьбой в Польшу, умный и переимчивый, без тени расчета в своих поступках, он понахватался в Польше внешней «цивилизации», кое-чему научился и, попав на престол, проявил на нем любовь и к Польше, и к науке, и к широким политическим замыслам вместе со вкусами степного гуляки.

В своей сумасбродной, лишенной всяческих традиций голове он питал утопические планы завоевания Турции, готовился к этому завоеванию и искал союзников в Европе. Но в этой странной натуре заметен был некоторый ум. Этот ум проявлялся и во внутренних делах, и во внешней политике. Следя за ходом дел в Боярской думе, самозванец, по преданию, удивлял бояр замечательной остротой смысла и соображения.

Он легко решал те дела, о которых долго думали и долго спорили бояре. В дипломатических сношениях он проявлял много политического такта. Чрезвычайно многим обязанный Римскому Папе и королю Сигизмунду, он был с ними, по-видимому, в очень хороших отношениях, уверял их в неизменных чувствах преданности, но вовсе не спешил подчинить Русскую церковь папству, а русскую политику — влиянию польской дипломатии. Будучи в Польше, он принял католичество и надавал много самых широких обещаний королю и Папе, но в Москве забыл и католичество, и свои обязательства, а когда ему о них напоминали, отвечал на это предложением союза против турок: он мечтал об изгнании их из Европы.

Но для его увлекающейся натуры гораздо важнее всего было его влечение к Марине; оно отражалось даже на его дипломатических делах. Марину он ждал в Москву с полным нетерпением.

В ноябре 1605 г. был совершен в Кракове обряд их обручения, причем место жениха занимал царский посол Власьев. (Этот Власьев во время обручения поразил и насмешил поляков своеобразием манер. Так, во время обручения, когда по обряду спросили, не давал ли Дмитрий кому-нибудь обещания, кроме Марины, он отвечал: «А мне как знать? О том мне ничего не наказано!») В Москву, однако, Марина приехала только 2 мая 1606 г., а 8-го происходила свадьба. Обряд был совершен по старому русскому обычаю, но русских неприятно поразило здесь присутствие на свадьбе поляков и несоблюдение некоторых, хотя и мелких, обрядностей.

Не нравилось народу и поведение польской свиты Мнишеков, наглое и высокомерное. Царь Дмитрий с его польскими симпатиями не производил уже прежнего обаяния на народ; хотя против него и не было общего определенного возбуждения, но народ был недоволен и им, и его приятелями-поляками; однако это неудовольствие пока не высказывалось открыто.

Лжедмитрий сослужил свою службу, к которой предназначался своими творцами, уже в момент своего воцарения, когда умер последний Годунов — Федор Борисович. С минуты его торжества в нем боярство уже не нуждалось. Он стал как бы орудием, отслужившим свою службу и никому более не нужным, даже лишней обузой, устранить которую было бы желательно, ибо, если ее устранить, путь к престолу будет свободен достойнейшим в царстве.

И устранить это препятствие бояре стараются, по-видимому, с первых же дней царствования самозванца. Как интриговали они против Бориса, так теперь открывают поход на Лжедмитрия. Во главе их стал Шуйский, как прежде, по мнению некоторых, стоял Богдан Вельский. Но на первый раз Шуйские слишком поторопились, чуть было не погибли и, как мы видели, были сосланы. Урок этот не прошел им даром; весной 1606 г. В. И. Шуйский вместе с Голицыным начал действовать гораздо осторожнее; они успели привлечь на свою сторону войска, стоящие около Москвы; в ночь с 16 на 17 мая отряд их был введен в Москву, а там у Шуйского было уже достаточно сочувствующих.

Однако заговорщики, зная, что далеко не все в Москве непримиримо настроены против самозванца, сочли нужным обмануть народ и бунт подняли якобы за царя, против поляков, его обижавших. Но дело скоро объяснилось. Царь был объявлен самозванцем и убит 17 мая утром. «Истинный царевич», которого еще так недавно трогательно встречали и спасению которого так радовались, сделался «расстригой», «еретиком» и «польским свистуном».

Такова традиционная точка зрения историков, выраженная словами Платонова.

В новой хронологии загадочная история с «Лжедмитрием» находит свое новое любопытное разрешение.

В 1584 г. на престол, как мы уже говорили, восходит Федор Иванович. Он считается сыном «Грозного». По гипотезе Фоменко и Носовского, это — сын предыдущего царя Симеона-Ивана, т. е. сын последнего царя из эпохи «Грозного». Историки считают Федора Ивановича бездетным.

По мнению авторов новой хронологии, это не так — у него был сын Борис Федорович, который ему наследовал. В позднейшей «романовской» версии истории его назвали по фамилии матери, т. е. — Годуновым. Царь Иван Иванович — сын Ивана, отстраненный от власти в 1572 г. (в результате гражданской войны), умер в 1581 г. в возрасте около 30 лет. У него был сын Дмитрий. В традиционной истории это — смерть Ивана Ивановича (сына Грозного в 1581 г.).

Таким образом, по мнению Фоменко и Носовского, возникло две династические ветви. Первая — потомки Ивана и Ивана Ивановича, воспитанные Романовыми. Вторая — потомки хана Симеона-Ивана. Эта ветвь старой Ордынской династии. Ее представители — царь Симеон-Иван, его сын царь Федор Иванович, а затем сын Федора — царь Борис Федорович (известный нам как «Годунов»).

Есть ли доказательства, что царь Борис Федорович — сын царя Федора Ивановича?

Вот некоторые свидетельства в пользу такой версии. В 1591 г., в правление царя Федора Ивановича, крымский хан Гази Гирей прислал в Москву на имя Бориса Федоровича («Годунова») письмо. На обороте письма имеются записи, сделанные в царской канцелярии, где письмо зарегистрировали. В записи написано: «писал царю Борису Федоровичу крымского царя ближней его человек Ахмат-Ага». Поразительно здесь то, что Годунов еще в 1591 г., за 7 лет до смерти царя Федора, был назван царем. Причем не где-нибудь, а в официальном подлинном документе, сохранившемся до нашего времени! Это может означать только одно — Борис был сыном и наследником царя Федора Ивановича.

Только в этом случае он мог быть назван царем! Это было в обычае московских царей — именовать царем и великим князем своего сына и наследника еще при своей жизни. Этот старый обычай идет из Византии. Так поступал позже и сам Борис Федорович «Годунов». Когда его сын Федор подрос, он стал именоваться в официальных бумагах царем и великим князем вместе со своим отцом.

Таким образом, гипотеза Фоменко и Носовского, что Борис «Годунов» — сын царя Федора, подтверждается документами.

До нас дошло прямое указание, что Борис Годунов был сыном царя Федора Ивановича. Такое свидетельство — не единственное. Вот, например, еще при жизни Федора «в Москву прибыл австрийский посол Варкоч. Правитель пригласил его к себе в хоромы. Церемония как две капли воды походила на царскую аудиенцию. Во дворе от ворот до ворот стояла стража. Борисовы дворяне «в платье золотном и в чепях золотных» ждали посла в зале. Австриец поцеловал руку Годунову, после чего вручил личное послание императора». Фоменко и Носовский считают, что здесь описан прием посла московским царем Борисом. Его отец — царь Федор еще жив, но его сын и наследник Борис ужу не только именуется царем, но и фактически выполняет царские обязанности, например принимая послов. Обычная практика при русском дворе. При Борисе его сын и наследник Федор — еще мальчик! — уже именовался царем.

Аргументы авторов новой хронологии мне представляются убедительными. Если исходить из традиционной версии истории, то сразу возникает масса вопросов. Действительно ли «царский шурин» мог так демонстративно подменять собою на московском престоле живого царя? Да и что это за странная должность «правитель» при живом царе, о которой нам рассказывают историки, пытаясь согласовать показания документов со своим искаженным видением русской истории?

Кому завещал престол царь Федор Иванович? После смерти царя Федора существовала официальная версия завещания царя, согласно которой царь Федор «учинил» после себя на троне жену Ирину, а Борису «приказал» царство и свою душу. Таким образом, согласно официальным русским документам того времени, царство было передано Борису, который, таким образом, был явно указан как наследник.

Что и естественно, если он был сыном Федора. Борис был еще молод в момент смерти Федора. Этим и объясняется то, что Федор в своем завещании временно «учиняет» Ирину на троне (как мать и опекуншу сына). Не была Ирина «сестрой» Бориса (как считают историки)! Она была его матерью!

Более того, источники сообщают, что после смерти царя Федора «подданных заставляли принести присягу на верность патриарху Иову и православной вере, царице Ирине, правителю Борису и его детям». Присяга всегда приносится новому царю. В данном случае страна приносит естественную присягу царю Борису — как сыну умершего царя Федора. И его детям. Царским детям.

А что пишут о происхождении «Годунова» историки? Традиционно Борис Годунов считается сыном никому не известного «помещика Федора Ивановича». Обратите внимание, читатель, отец — Федор Иванович! А почему «никому не известный»? Да потому, что историки не могут указать никакого другого Федора Ивановича, кроме царя.

А назвать реального царя Федора Ивановича отцом «Годунова» они не догадываются. Вот и получается, что пришлось объявить Федора Ивановича — отца будущего царя «Годунова» — безвестным помещиком. Более того, нам сообщают, что когда московские власти составили списки «тысячи лучших слуг», включавшие весь цвет тогдашнего дворянства, ни Федор, ни его брат Дмитрий Иванович Годунов не удостоились этого звания, т. е. не вошли в список. «Вытесненные из узкого круга правящего боярства в разряд провинциальных дворян, они перестали получать придворные чины и ответственные воеводские назначения». Таким образом, царь Борис Годунов в традиционной истории «возник из ничего», т. е. его непосредственные предки были якобы совершенно неизвестными людьми, не имевшими никакого отношения к царскому московскому двору.

С другой стороны, совершенно неожиданно мы читаем, что «Борис, по свидетельству своей собственной канцелярии, оказался при дворе подростком (т. е., оказывается, рос при дворе, был здесь с детства), а его сестра Ирина воспитывалась в царских палатах с семи лет (и, таким образом, также выросла при дворе)». Затем Ирина Годунова выходит замуж не за кого-нибудь, а за наследника престола — царя Федора Ивановича и становится царицей.

По мнению Фоменко и Носовского, предки Бориса Годунова по отцовской линии — это цари (а не какие-то худородные помещики). В частности, отец его, Федор Иванович, был царем, и потому, само собой разумеется, не мог упоминаться в списках своих же «лучших слуг».

С точки зрения концепции новой хронологии объяснение истории Лжедмитрия совершенно очевидно.

Он действительно был сыном царя Ивана, а именно Ивана Ивановича, правившего с 1563 по 1572 г. и лишенного затем престола. Напомним, что сам Иван Иванович был воспитан в семье Захарьиных-Романовых и именно они от его лица управляли государством, поскольку он был в то время еще молод. Поэтому и его сын Дмитрий («Лжедмитрий») также воспитывался в семье Романовых. Чтобы не допустить Дмитрия на трон, его постригли. Напомним, что пострижение царевича, согласно старым русским законам, автоматически лишало его права занимать престол.

Но, скажет нам читатель, ведь считается, что царевич Дмитрий был действительно убит в Угличе. Напомним, что при «Грозном» были якобы две трагические гибели якобы двух разных царевичей с одинаковыми именами: оба — Дмитрии Ивановичи. И оба — дети Ивана «Грозного». Одна — из-за неосторожности няньки, утопившей ребенка. Мы уже говорили об этом выше. Вторая — знаменитая угличская трагедия.

По мнению Фоменко и Носовского, гибель царевича была только одна. И только в XVII в. во время Смуты была придумана версия убийства Димитрия в Угличе. Авторы версии пытались представить живого царевича Дмитрия Ивановича (боровшегося в то время за власть) — самозванцем.

Согласно их реконструкции, малолетний царь Дмитрий Иванович погиб при трагических обстоятельствах в 1563 г., когда ему было около 10 лет. Историки считают, что он погиб грудным младенцем. Когда Шуйскому пришла в голову мысль объявить царевича Димитрия самозванцем, была придумана история угличской трагедии.

При этом действительная могила царя-мальчика Дмитрия Ивановича была объявлена могилой того самого царя Дмитрия Ивановича, который боролся с Шуйским. А таким образом Дмитрия Ивановича объявили самозванцем.

Романовы были в то время на стороне Шуйского и потом, вероятно, развили эту версию уже для своих целей.

Напомним, что угличская трагедия теснейшим образом связана с именем Шуйского. Он лично расследовал угличское дело, как следует из документов. И что же мы видим? Скрынников откровенно пишет: «Давно возникли подозрения насчет того, что подлинник «углицкого дела» подвергся фальсификации. Даже при беглом осмотре бросаются в глаза следы его поспешной обработки. Кто-то разрезал и переклеил листы «обыска» (следственного дела), придав им неверный порядок. Куда-то исчезло начало».

Следствием в Угличе руководил князь Шуйский. И исследователей смущало то, что Шуйский несколько раз менял свои показания. Более того, существует мнение, что сохранившиеся угличские материалы являются беловиком, составленным в Москве. Черновики допросов в Угличе не дошли до наших дней. Таким образом, вся «угличская история» могла быть попросту написана в Москве.

Фоменко и Носовский считают, что приход Дмитрия («Лжедмитрия») к власти — это явный боярский заговор против царя Бориса. Во главе заговора стояли те же люди: Шуйские, Голицыны, Романовы. Как показали дальнейшие события, царевич Дмитрий был для них лишь орудием в этой борьбе. Меньше чем через год те же люди попытались его убить и, как говорят нам историки, действительно убили. Царем стал Шуйский, который давно рвался к власти.

«Лжедмитрий» — настоящий царевич Дмитрий, сын царя Ивана. Воспитанные на стандартном «романовском» курсе русской истории, мы обычно глубоко убеждены, что «Лжедмитрий» был действительно самозванцем, неким Гришкой Отрепьевым. Но то, что вроде бы так «очевидно» сегодня, спустя почти четыреста лет было почему-то совсем не очевидно современникам «Лжедмитрия».

В самом деле, с самого начала борьбы Дмитрия за престол все, кто его видел, признавали в нем царевича. И польские аристократы, и польский король, и русские бояре, и крупные стечения народа в Путивле и других городах, и, наконец, его собственная мать — царица Мария Нагая (к этому времени — инокиня Марфа). Находясь еще в Путивле, Дмитрий «рассылал повсюду грамоты, призывая русский народ под свои знамена. В его руках находилось 18 городов, и население в 600 верст с запада на восток признавало его действительным царевичем. В Путивль Димитрий вызвал настоящего Отрепьева и показывал его народу».

Вспомним, что русская история окончательно писалась при Романовых. Романовы специально объявили Дмитрия самозванцем и «Лжедмитрием». Зачем? Ответ очень прост. У Дмитрия, ставшего царем и имевшего царское происхождение, оказывается, был сын.

После гибели Дмитрия ему должен был наследовать его сын, но Романовы сами рвались к власти еще при живом сыне Дмитрия. Следовательно, избрание Михаила Романова царем было незаконным: ведь был еще жив законный наследник, сын настоящего предыдущего царя Дмитрия. Единственный выход для Романовых из создавшегося положения — объявить этого Дмитрия «самозванцем». Что и было сделано. Правда, оставалось еще одно препятствие: живой сын Дмитрия. Проблема была решена очень просто. Романовы повесили его на Спасских воротах.

Таким образом, по мнению Фоменко и Носовского:

1) Романовы узурпировали власть, после чего убили сына царя Дмитрия — законного наследника.

2) История этой эпохи писалась уже после. Писалась она Романовыми.

3) Объявив Дмитрия «самозванцем», Романовы убивали сразу двух зайцев. Во-первых, они скрыли незаконность избрания Михаила Романова. Во-вторых, они избежали обвинения в цареубийстве (если Дмитрий «самозванец», то убийство его и его сына цареубийством не является!).

Это действительно сложный момент русской истории. А для Романовской династии это — узловой пункт. Романовы нуждались в доказательстве законности своего воцарения на троне. И они решили эту задачу вполне понятными и доступными им средствами.

Выше, при изложении реконструкции новой хронологии, мы остановились на том, что царевич Дмитрий был возведен на престол в результате боярского заговора (свергнувшего царя Бориса). Однако бояре рассматривали царевича лишь как промежуточную фигуру. Главой заговора был Шуйский. Именно он и стремился к власти. Поэтому царевич Дмитрий явно стал мешать. Вскоре после венчания Дмитрия произошел дворцовый переворот. Считается, что в результате Дмитрий был убит.

На престол вступает Василий Шуйский. В этом заговоре Романовы выступили, по-видимому, на стороне Шуйского, так как Федор Романов (будущий патриарх Филарет), возвращенный из ссылки, был назначен московским патриархом.

Фоменко и Носовский считают, что царь Дмитрий убит не был и спасся. Царице Марфе предъявили чье-то другое тело. Поэтому-то его и обезобразили, чтобы нельзя было опознать личность убитого, а чтобы окончательно замести следы, тело сожгли. Таким образом, царь Дмитрий остался жив после этого переворота. Вскоре он вновь появился на исторической сцене. Сразу же после этих событий в том же самом Путивле (который был ранее ставкой Дмитрия) возникает «Лжедмитрий II».

«Лжедмитрий II» — тот же царь Дмитрий, т. е. «Лжедмитрий I». Вскоре у Марины родился сын от «Лжедмитрия II», которого Романовы назвали «воренком». Самого «Лжедмитрия II» они назвали «Тушинским вором», тем самым признавая этого ребенка за сына «Лжедмитрия 2».

На Земском соборе 1613 г. царем провозгласили 16-летнего Михаила Романова. Романовы добились своего и пришли к власти. На Руси прочно водворилась на престоле ветвь Романовых, которые правили чуть более 300 лет.

Романовы вскоре разбили войска Заруцкого и Марины. Они были схвачены, и Заруцкий посажен на кол. Марину и ее четырехлетнего сына повесили в Москве.

Никаких законных прав род Романовых, естественно, на престол не имел. Приближение к трону произошло, как мы отмечали выше, при Иване IV, который женился на Анастасии Романовой.

Отец Михаила Романова Филарет был возведен в ранг Московского патриарха. Филарет взял попечительство над летописанием, печатанием книг, архивами. Фактически он и стал первый «наводить порядок» в источниках, отражающих историю того времени. Тот «порядок», который мы имеем сейчас.

Обычно считается, что в 1613 г. Михаил Романов стал царем всей Руси. Это не так. Первоначально Романовы объединили вокруг Москвы только территорию бывшей Белой Руси и северную часть Волги — Великий Новогород. Южная же Русь и даже Средняя Волга образовали другое государство со столицей в Астрахани.

Там были свои цари. Причем по своему происхождению они принадлежали к старой русской Ордынской династии.

По-видимому, они считали Романовых незаконными правителями. Поэтому называли их «ворами, изменниками».

Начинается ряд войн, которые в нашей историографии названы крестьянскими войнами.

По гипотезе Фоменко и Носовского, знаменитое разинское «восстание», например, было на самом деле войной между двумя русскими государствами, образовавшимися после Смуты начала XVII в. Постоянно повторяющиеся утверждения разинцев о том, что они воюют против бояр за царя, видимо, означают, что бояре Романовы не признавались ими за законных царей. В Астрахани, очевидно, был свой царь, которого разницы и считали «иеликим государем всея Руси».

В реконструкции новой хронологии так называемое разинское восстание 1667–1671 гг. было настоящей и тяжелой войной, длившейся четыре года. С московской стороны воеводой был князь Долгорукий. Ставка его помещалась в Арзамасе. Воеводой астраханских войск был Степан Тимофеевич Разин.

Восстание в России, возглавленное Разиным, вызвало большой резонанс в Европе, особенно Западной. Иностранцы нередко смотрели на события в России весьма своеобразно — как на борьбу за власть, за престол. Это восстание называли «татарским мятежом».

По гипотезе авторов новой хронологии, Степан Тимофеевич Разин был воеводой «великого государя всея Руси», происходившего из рода князей Черкасских. Его столица была в Астрахани. После Смуты начала XVII в. и прихода Романовых к власти в Москве, южная часть России образовала отдельное государство со своим царем и столицей в Астрахани. Кто именно из Черкасских был астраханским царем, сказать трудно. История того времени тщательнейшим образом «заштукатурена» Романовыми.

Разинская война окончилась взятием Астрахани, столицы побежденного Романовыми Южнорусского царства. В Астрахани после пленения и казни Разина еще долго, до конца ноября 1671 г., существовали повстанческие власти, сначала во главе с В. Усом, потом, после его смерти, во главе с Ф. Шелудяком и другими предводителями.

Таким образом, победа досталась сторонникам раздела империи. Победившие в скрытой войне западные партии приводят к власти Романовых, которым при разделе «Монгольской» империи отошел всего лишь кусок вокруг прежней столицы империи.

Так пал Третий Рим.

История монголов и монгольского завоевания в том виде, в каком мы ее знаем сегодня, появилась только в XIII и окончательно сложилась в XIX–XX вв. В 1826 г. Российская Академия наук предложила ученым России и Западной Европы представить в трехлетний срок на соискание премии в 100 червонцев научный труд о последствиях монгольского завоевания России. Представленное в срок сочинение на эту тему было забраковано.

Через шесть лет после первой неудачи Академия наук вновь выступила с предложением принять участие в разработке вопроса о монгольском завоевании Восточной Европы… Задача формулировалась так: «Написать историю так называемой Золотой Орды на основании как восточных, так и древних русских, польских, венгерских и прочих летописей». В ответ на конкурс в 1835 г. Академия наук получила огромный труд, представленный немецким востоковедом Хаммер-Пургшталлем. Комиссия Академии наук не сочла возможным присудить Хаммеру какой бы то ни было премии. После второй «неудачи» Академия наук не возобновляла своего конкурса. Л. Н. Гумилев писал: «Несмотря на то что проблема создания и разрушения державы Чингисхана волновала многих историков, она до сих пор не решена».

Сегодня известны два якобы первоисточника XIII в. по истории монголов. Один из них — это «Тайная история монголов». Однако известные специалисты В. В. Бартольд и Г. Е. Грумм-Гржимайло поставили вопрос о степени достоверности этого источника.

Второй источник — Золотая книга — основан на сборнике трудов арабского историка Рашида-ад-дина. Однако вот что сообщает И. Березин, впервые переводивший этот труд на русский язык в середине XIX в. «Я имел список «Истории Монголов», принадлежащий Санкт-Петербургской Академии наук, список… принадлежащий Санкт-Петербургской Публичной библиотеке, и отчасти список… принадлежащий бывшему нашему посланнику в Персии. Лучший из этих списков есть принадлежащий Публичной библиотеке; к сожалению, собственные имена здесь не всегда означены точками и даже не всегда вписаны».

Как далее признается И. Березин, ему приходилось вставлять собственные имена самостоятельно, на основе его «знания» о том, где и когда происходили (якобы) эти события.

История более позднего периода — Золото-Ордынского ханства — также содержит много темных мест.

Известный исследователь монголов В. В. Григорьев, живший в XIX в., писал: «История Золото-Ордынского Ханства есть одна из наиболее обедненных временем и обстоятельствами: мало того что они истребили важнейшие письменные памятники… они стерли с лица земли и большую часть следов существования Ханства. Его некогда цветущие и многолюдные города лежат в развалинах… а о столице Орды, о знаменитом Сарае, мы не знаем даже наверное, к каким бы развалинам могли приурочить его громкое имя».

Далее В. В. Григорьев продолжает: «Самых положительных указаний на эпоху основания Сарая надлежало бы, казалось, ожидать от наших летописей… но летописи наши в настоящем случае зло обманывают ожидания: говоря о хождении князей в Орду, или ко Двору, они не определяют, где находилась Орда… выражаются в таких случаях просто: «поиде в Орду», «прииде из Орды», не означая, где именно находилась Орда».

Столицей Орды считается город Каракорум. Напомним, что Каракорум считается столицей Чингисхана. При этом — что хорошо известно — в тех местах, где археологи до сих пор упорно ищут Каракорум, остатков крупного средневекового города почему-то нет.

Тогда выдвинули гипотезу, что «монастырь Эрденитсу (Erdinidsu), основанный в 1585 г., был воздвигнут на развалинах города Каракорума». Этот монастырь, существовавший еще в XIX в., был окружен земляным валом длиной всего лишь около одной английской мили. Тем не менее историки считают, что знаменитая столица Каракорум целиком помещалась на территории, впоследствии занятой этим монастырем.

Сегодня слово «монголы» употребляется для обозначения одной из человеческих рас. Всем хорошо знакомы выражения вроде «монгольский тип лица», «монголоид» и т. д.

Однако слово «Монголия» в средние века употреблялось совсем в другом смысле. Монголией, или Монголо-Татарией, иностранцы называли средневековое русское государство, которое авторы новой хронологии называют Ордынским.

В отличие от академической школы историков, Фоменко и Носовский предлагают точку зрения, согласно которой «Монгольская», или, иначе, Великая империя была создана совместными усилиями русского и татарского народов, или — более общо — славянского и тюркского.

Традиционная история заявляет, что Монгольская империя была создана в результате борьбы между этими двумя народами и победы татар над русскими. Точка зрения Фоменко и Носовского иная. Татары с русскими не воевали, за исключением внутренних гражданских войн, когда и с той, и с другой стороны воевали и те, и другие народы.

Государственным языком в «Монгольской», а в переводе на русский язык Великой империи был церковно-славянский, но разговорных языков было по меньшей мере два — русский и татарский. Причем не только татары знали русский, как сегодня, но и русские — татарский. В тех же частях империи, где после церковного раскола XV–XVII вв. восторжествовало мусульманство, государственным языком стал арабский или тюркский.

Вслед за НА. Морозовым авторы новой хронологии считают, что «Монголия» — это просто греческое слово «мегалион», что означает «великий». До сих пор Восточная Русь называется Великороссией, Великой Россией. Поэтому «Монгольская Империя» — это «Великая Империя». В западных источниках так называли средневековую Русь. «Монголия» — внешнее название Руси-Орды. Сначала ее так называли иностранцы.

Средневековые источники постоянно говорят о том, что в так называемых «татаро-монгольских войсках» — практически одни русские. Конечно, этот поразительный факт не укладывается в традиционную версию истории Руси.

Отметим, что во времена «монгольского» завоевания иностранцы не описывали Русь, так как она «стала называться Татаро-Монголией». По мнению Фоменко и Носовского, «Татаро-Монголия» — это иностранный, т. е. внешний, термин, обозначавший средневековую Русь до XVI в. С XVI в. иностранцы стали называть Русь «Московией» и одновременно перестали упоминать «Монголию».

Русские князья и татарские ханы Золотой Орды — это в основном одни и те же лица. Анализируя исторические источники, можно найти много косвенных подтверждений этой гипотезе.

Например, после «завоевания Руси» ханом Батыем освобождено было от уплаты дани духовенство, церковное имущество и состоявшее на учете церквей население. Первым князем в русских княжествах монголами был поставлен суздальский князь Ярослав Всеволодович. Вскоре после этого князь Ярослав был вызван в ставку Батыя и отправлен им в Монголию, в Каракорум, где предстояли выборы верховного хана. Батый не поехал сам в Монголию, а отправил в качестве своего представителя князя Ярослава. Пребывание русского князя в Монголии описано Плано Карпини.

Вместо Батыя на выборы верховного хана прибывает почему-то русский князь Ярослав. Не возникла ли гипотеза позднейших историков о том, что Батый якобы «вместо себя» послал Ярослава лишь с целью согласовать свидетельство Карпини с той естественной мыслью, что лично Батый должен был бы участвовать в выборах верховного хана?

Авторы новой хронологии видят здесь возможное документальное свидетельство того, что хан Батый — это попросту русский князь Ярослав. Это подтверждается и тем, что сын Ярослава Александр Невский был, как считают историки, «приемным» сыном Батыя. И снова возникает тождество: Ярослав = Батый.

Мы привыкли к тому, что татарские правители называли себя будто бы исключительно «ханами», а русские — исключительно «великими князьями». Это — устойчивый стереотип. Однако приведем любопытное свидетельство Татищева, согласно которому татарские послы именовали своего государя Батыя — не ханом, а великим князем: «Прислал нас Батый, великий князь». Смущенный Татищев поспешно объясняет такой титул тем, что Батый якобы в то время еще не был ханом. Но это дела не меняет. Для нас тут важно, что татарский правитель именовался великим князем.

Итак, еще в XVIII в. Российскую империю именовали также Монголо-Татарией. Тождество Россия = Монголо-Татария изображено прямым текстом прямо на карте XVIII в.

Как же такое может быть? Ведь романовская история уверяет нас, что «татаро-монгольское иго» на Руси давно исчезло — по крайней мере за 300 лет до создания этой карты. Да неужели же трехсот лет недостаточно, чтобы иностранцы забыли «татаро-монгольское» название Руси?

Никаких загадок здесь нет. Просто «Монголо-Татарская» империя — она же Великая Российская империя доромановской эпохи — существовала несколько столетий вплоть до захвата власти Романовыми, т. е. вплоть до начала XVII в. После свержения Романовыми старой русской царской династии — которую мы условно назвали «Ордынской» — начался политически необходимый для новой династии процесс переписывания древнерусской истории «в пользу Романовых».

В ходе этого переписывания Романовы сотворили политическую сказку о «плохих монголо-татарах, в прежние времена поработивших Русь». А старое русское слово «орда» = войско превратилось под пером услужливых романовских историков чуть ли не в ругательство.

Делалось все это не спеша, осторожно, шаг за шагом. Но имя знаменитой Великой, т. е. «Монгольской», Русско-Татарской империи все-таки еще долго простиралось над страной. Как-никак весь мир несколько столетий знал нашу страну именно под этим громким названием.

Романовым потребовалось немало времени, чтобы заштукатурить подлинную историю России. В России это, вероятно, было сделано сравнительно быстро. Но иностранцы не сразу отвыкли писать на картах старое название Руси. Долгое время, как мы видим, на картах они писали оба названия — Emperie Russienne и Grande Tartarie.

А потом как-то незаметно перестали писать второе. И осталась лишь «Российская империя». Так были стерты последние следы истории Ордынской Русской «Монголо-Татарской» династии, т. е. в переводе на современный русский язык: велико-русско-казацкой, или великоказацкой династии. Напомним, что «Монголо-Татария» было название, данное нам иностранцами, и в русском языке оно, по-видимому, не употреблялось.

Полистаем и другие карты XVIII в. Та же картина.

Вот, например, «I Carte de l'Asie. 1754». Через всю Российскую империю идет ее старое название Grande Tartarie = Монголо-Татария в переводе.

А вот еще одна карта XVIII в. — «L'Asie dresse' sur les observations de l'Academie Royale des Sciences et quelques autres, et Sur les memoires les plus recens. Amsterdam. Chez R. J. Ottens».

Западнее Волги мы видим «Европейскую Московию» — Moscovie Europeane. Вся гигантская территория Российской империи восточнее Волги обозначена — крупными буквами! — как Grande Tartarie, т. е. Великая = «Монгольская» Татария. Замечательно, что внутри Grande Tartarie указаны московские татары. Эта обширная область — Tartarie Moscovite — по территории больше, чем многие государства Западной Европы; она накрывает собой значительную часть Сибири.

Кстати, на территории Российской империи = Grande Tartarie мы видим еще много других «татарских областей»: Независимая Татария — Tartarie Independante, Китайская Татария — Tartarie Chinoise, Татария около Тибета, Малая Татария — Крым, юг и восток Украины.

Северная часть Индии отмечена как «Государство Великих моголов». Но моголы — это те же «монголы», т. е. великие. Любопытно, что в это время в состав Русской Монголо-Татарии входила Китайская Татария. Она захватывала часть современного Китая, включала «Великий Тибет».

Исследуемый параллелизм двух Римских империй наиболее выпукло и доказательно проявляется в длительностях правления императоров, но будем сравнивать не только длительности, но и события. С этой целью мы используем данные Н. А. Морозова, обобщенные в книге М. М. Постникова.

Будем отмечать правителей и хронологические интервалы Империи II индексом «а», а Империи III — индексом «б». Это даст возможность читателю легче следить за аналогией, мы будем чередовать правителей обеих империй.

1^а. ЛЮЦИЙ СУЛЛА. Классические первоисточники называют его «Восстановителем Города» — «Restitutor Urbis». Сулла поднялся на вершину власти в результате гражданской войны. После окончания войны с Митридатом он был объявлен вне закона и подлежал казни; однако, располагая обученной армией, Сулла весной 83 г. до н. э. высадился в Брундизии. «После четырехлетнего отсутствия он вновь вступил на землю Италии, которая стала ареной одной из кровопролитных гражданских войн римской истории». Этот год (83-й) является началом победного шествия Суллы к власти, в котором он опирался на свое войско. В 82 г. до н. э. в битве под стенами Рима Сулла разгромил своих противников, и перепуганный сенат назначил его диктатором.

В 78 г. Сулла формально отказался от диктаторской власти и вскоре после этого скончался.

Длительность правления Суллы составляет 4 года: с 83–82 г. до 78 г. до н. э.

1^б. ЛЮЦИЙ АВРЕЛИАН. Классические первоисточники называют его «Восстановителем Мира» — «Restitutor Orbis» Аврелиан поднялся на вершину власти в результате жестокой войны с готами. «Аврелиан» благодаря своему мужеству и военному таланту прошел все звания от простого воина до военачальника.

Провозглашенный войсками императором (как и Сулла. — Авт.), он был признан римским сенатом. В течение пятилетнего правления (270–275 гг. н. э.) Аврелиан не только отбил несколько крупных вторжений в пределы Римской империи, но и восстановил ее политическое единство, за что сенат преподнес ему почетный титул «Восстановителя Мира».

Длительность правления Аврелиана составляет 5 лет: 270–275 гг. н. э.

Параллельный список правителей Империй II и III

Параллельный список римских епископов

1. СВ. ПИЙ. Во время его понтификата «император Антонин пресекает гонения на христиан» (/20/ табл. 14).

Длительность понтификата св. Пия — 16 лет: 141–157 гг.

1^а. СИЛЬВЕСТР. Во время его понтификата император Константин пресекает гонения на христиан (Миланский эдикт 314 г.).

Длительность понтификата Сильвестра — 22 года: 314–336 г.