Джеймс Келвин — репортер встречает робота, который дает ему устройство, обеспечивающее связь с мозгом человека из далекого будущего, это устройство должно помочь Келвину стать богатым и счастливым.
1.0 — создание файла
Эта история закончилась вполне благополучно…
Джеймс Кельвин представил себе химика с рыжими усами и сосредоточился. Найти его не составляло труда, требовалось лишь установить мысленную связь. Он нажал кнопку на коробочке, которую дал ему робот…
Мужчина с рыжими усами оторвался от книги, поднял голову, ахнул и радостно улыбнулся.
— Ну, наконец-то! Я не слышал, как вы вошли. Где вы пропадали эти две недели?
Кельвин не ответил. Он снова нажал на кнопку… но ничего не произошло. Коробочка перестала действовать. А это должно было означать, что Кельвин стал богатым и знаменитым.
Итак, Джеймс Кельвин получил миллион долларов. И с этого момента началась его счастливая жизнь.
А ведь события развивались не так уж гладко…
Когда он откинул брезентовое полотнище, какая-то веревка сбила его очки в роговой оправе. Одновременно его ослепила ярко-голубая вспышка. На мгновение он потерял сознание, но тут же очнулся.
Он прошел под тент, осторожно опустив за собой полотнище, на котором вновь стала видна надпись: «Гороскопы — узнайте свое будущее». Посмотрел на знаменитого астролога… и обмер. Это был… робот?
— Вы — Джеймс Кельвин, — раздался ровный невыразительный голос. — Вы — репортер, вам тридцать лет, вы холосты и сегодня приехали в Лос-Анджелес из Чикаго по совету вашего доктора. Правильно?
Кельвин поправил очки и попытался вспомнить, что он когда-то писал о различных шарлатанах. Как-то им удавалось создать видимость чуда.
Рубиновый глаз бесстрастно разглядывал посетителя.
— Прочитав ваши мысли, — так же размеренно продолжал голос, — я выяснил, что сейчас тысяча девятьсот сорок девятый год. Мне придется изменить свои планы, так как я собирался прибыть в тысяча девятьсот семидесятый. И я прошу вас помочь мне.
— Разумеется, материально, — Кельвин выразительно хмыкнул. — Через минуту меня здесь не будет. Как вы
это делаете, а? Зеркала? Или еще что-то?
— Я не машина, управляемая на расстоянии карликом, и не оптическая иллюзия, — сообщил робот. — Я вполне материальный живой организм, появившийся на свет в период, который войдет в историю как ваше весьма отдаленное будущее.
— А я не тот болван, за которого вы меня принимаете, — заверил его Кельвин. — Я пришел сюда, чтобы…
— Вы потеряли багажные квитанции, — добавил робот. — И размышляя над тем, как выйти из этого положения, пропустили пару-тройку стопочек виски. А ровно в восемь тридцать пять сели в автобус…
— Давайте оставим чтение мыслей, — оборвал его Кельвин. — И не надо говорить, что вы давно занимаетесь этим делом. Полиция через день села бы вам на хвост. Если вы, конечно, робот.
— Я занимаюсь этим делом приблизительно пять минут. Мой предщественник лежит без сознания за шкафом в том углу. Ваш приход сюда в этот момент — просто совпадение, — он на мгновение замолчал и Кельвину показалось, будто робот проверяет, как восприняты его слова.
— Повторяю, я попал сюда совершенно случайно. Мою схему необходимо слегка изменить. Для этого мне потребуются драгоценные металлы или их бумажный эквивалент. Поэтому теперь я, естественно временно, астролог.
— Конечно, конечно, — согласился Кельвин. — А почему не просто грабеж? Вы же робот и справитесь с этим куда лучше человека.
— Не хочу привлекать внимания. Кстати, я требую сохранения тайны. Дело в том, что я… — робот сделал паузу, ища в памяти Кельвина подходящую фразу, — в бегах. В мою эпоху путешествие во времени строжайше запрещено, если оно не санкционируется государством.
В рассуждениях робота чувствовалось какое-то несоответствие, но Кельвин никак не мог понять, в чем дело. Во всяком случае, робот его не убедил.
— Какие же вам требуются доказательства? — спросил тот. — Я прочел ваши мысли, как только вы вошли, не так ли? Вы, должно быть, ощутили мгновенную амнезию, когда я отделил вашу память, а потом вернул ее на место.
— А я-то гадал, что со мной случилось, — Кельвин отступил на шаг. — Я, пожалуй, пойду.
— Стойте, — скомандовал робот. — Вы, я вижу, относитесь ко мне с недоверием. И, похоже, сожалеете, что предложили мне заняться грабежом. Вы опасаетесь, что я именно так и поступлю. Позвольте мне вас успокоить. Действительно, я могу взять ваши деньги и убить вас самого, не оставив следов, но мне запрещено убивать людей. Я могу предложить вам нечто очень ценное в обмен на небольшое количество золота. Например, — он взглянул на Кельвина, — гороскоп. Он поможет вам обрести счастье, богатство и славу. Астрология, правда, не мой профиль, поэтому для получения тех же результатов я могу использовать лишь технические средства.
— Да, да, — скептически заметил Кельвин. — А почему бы вам не использовать эту технику для себя?
— У меня другие планы, — резко ответил робот, — Возьмите это, — панель на его груди отошла в сторону, обнажив маленькую плоскую коробочку.
Пальцы Кельвина сжались на холодном металле.
— Осторожно! Не нажимайте кнопку! — но предупреждение робота запоздало.
…Он мчался в автомобиле, вышедшем из-под контроля. В его голове был еще кто-то. Этот кто-то думал за него! Не совсем человеческое существо. И не вполне нормальное психически.
К счастью, рефлекс самосохранения почти мгновенно сорвал его палец с кнопки, и Кельвин, весь дрожа, испуганно взглянул на робота.
— Нельзя входить в контакт, не получив от меня инструкцию, как им воспользоваться. Теперь вам грозит опасность, — глаз робота изменил цвет, — Да… Тарн. Берегитесь Тарна.
— Я не хочу в этом участвовать, — быстро ответил Кельвин. — Возьмите эту штуку назад.
— Тогда ничто не защитит вас от Тарна. Оставьте устройство у себя. Я гарантирую, что оно обеспечит вам счастье, богатство и славу гораздо надежнее, чем гороскоп.
— Нет уж, спасибо. Я не знаю, как вам удаются ваши трюки, но….
— Подождите, — воскликнул робот. — Нажимая на кнопку, вы как бы попадаете в мозг человека, живущего в далеком будущем. Это устройство обеспечивает временный контакт, возникающий при нажатии кнопки.
— Ну, зачем это мне? — Кельвин сделал попытку вручить коробочку роботу.
Тот отодвинулся.
— Подумайте об открывающихся возможностях. Представьте себе, что неандерталец имел бы доступ к вашему мозгу. Да для своего времени он стал бы богом!
Кельвину становилось все труднее не соглашаться с роботом. У него разболелась голова. Вероятно, он выпил чуть больше, чем следовало.
— Как неандерталец поймет, что происходит в моем мозгу? — спросил он. — Он не сможет разобраться в полученной информации.
— А у вас никогда не возникали неожиданные и, в общем-то, не логичные идеи? Будто вас заставляли о чем-то думать, суммировать какие-то числа, решать некие проблемы? Короче говоря, человек из будущего, на которого настроена эта коробочка, не знает о контакте, существующем между ним и вами, Кельвин. Вы лишь должны сосредоточиться на какой-нибудь проблеме и нажать кнопку. И он, не подозревая об этом, поможет вам справиться с любыми трудностями. Естественно, имеются кое-какие ограничения, но… Повторяю, мое устройство сделает вас счастливым, богатым и знаменитым.
— Может быть, может быть… Только мне эта штука не нужна.
— Я же говорил, есть определенные ограничения. Как только вы достигнете своей цели, устройство станет бесполезным. Я позаботился об этом. Но пока вы можете решить любую задачу с помощью более развитого мозга из будущего. Самое главное — сосредоточить на ней все внимание, прежде чем нажать на кнопку. Иначе Тарн выйдет на ваш след.
— Тарн? Что… кто это такой?
— Я имею в виду андроида. Искусственного человека… Однако пора вспомнить и о моих трудностях. Мне нужно небольшое количество золота.
— Очень вам сочувствую, но у меня его нет.
— Ваши часы.
Кельвин взглянул на левое запястье.
— О нет. Эти часы стоят недешево.
— Мне нужна лишь позолота, — из глаза робота вырвался красноватый луч. — Благодарю вас, — часы мгновенно стали серыми.
— Эй! — возмущенно воскликнул Кельвин.
— Если вы воспользуетесь устройством для мысленной связи, вам обеспечены богатство и слава. Вы будете счастливы, как никто другой. Оно поможет вам справиться со всем, включая и Тарна. Одну минуту, — робот скрылся за ковром, отгораживающим часть помещения.
Наступила тишина.
Кельвин перевел взгляд с часов на плоский металлический предмет, лежащий у него на ладони. Размерами примерно два на два дюйма, он напоминал женскую пудреницу, если не считать кнопки на боковой поверхности. Кельвин положил коробку в карман, подошел к ковру и отогнул его. Робот исчез. Кельвин выглянул наружу: вокруг шумел парк развлечений.
Он вернулся под тент и осмотрел помещение. За шкафом, как и говорил робот, лежал то. лстый мужчина. Судя по доносившемуся дыханию, совершенно пьяный.
…Счастье… богатство… слава… мысленный контакт… Бред какой-то. Не может быть, что это робот. Нет сейчас таких роботов. Иначе он бы знал. Как репортер. А если это ему привиделось? С чего бы так вдруг? Он же уехал из Чикаго, чтобы избавиться от синусита. Обыкновенного синусита. А не потому, что ему слышались голоса или мерещились роботы. Нет, эта штука не могла быть роботом. Должно найтись естественное объяснение. Наверняка, должно.
Счастье… богатство… слава… продолжало крутиться в мозгу. «Тарн!» — будто молнией ударило его. «Я схожу с ума», — пронеслось в голове Кельвина. А чей-то голос твердил: «Тарн, Тарн, Тарн…»
Чтобы избавиться от наваждения, Кельвин стал повторять: — Я — Джеймс Ноэль Кельвин, репортер, холост, сегодня приехал из Лос-Анджелеса, потерял багажные квитанции, — мне нужно найти отель, чтобы провести ночь. Местный климат способствует излечению синусита…
И потом, вот оно — доказательство, что он в своем уме. Кельвин нащупал плоскую коробочку, лежающую в кармане, и одновременно почувствовал, как что-то коснулось его плеча. Инстинктивно он оглянулся и увидел руку с семью пальцами, без ногтей, белую и гладкую, как слоновая кость.
В то же мгновение Кельвина охватило непреодолимое желание оказаться как можно дальше от владельца этой руки. Он нажал кнопку, думая лишь об одном:
— Я должен убраться отсюда.
…Поток странных мыслей увлек его за собой. Мозг из будущего тут же решил столь неожиданно возникшую проблему…
Он очнулся на холодном тротуаре. Прохожие не обращали внимания на темную фигуру, сидящую на углу Голливудского бульвара и Кахуэнги. Лишь одна женщина заметила внезапное появление Кельвина. Она решила, что последний бокал коктейля, несомненно, был лишним, и сразу пошла домой.
Кельвин засмеялся и встал.
— Телепортация, а? Как же я это сделал? Все исчезло… Я ничего не помню. Пожалуй, пора заводить записную книжку, — и тут же вздрогнул. — А где Тарн?
Кельвин в испуге оглянулся, но не заметил ничего подозрительного. Окончательно он успокоился лишь часа через полтора. Изредка он засовывал руку в карман и поглаживал подарок робота…Счастье… слава… богатство… Но Кельвин не нажимал кнопки. Ему не хотелось лишний раз вступать в контакт с мозгом далекого потомка. К такому контакту следовала подготовиться. Теперь он верил каждому слову робота.
Сняв номер в недорогом отеле, он задумался над тем, как лучше использовать связь с будущим. И пришел к выводу, что разумнее всего пока не изменять своего образа жизни. А тем временем выбрать подходящий момент для решительного шага.
Тарн появился следующим вечером и вновь напугал Кельвина до полусмерти. Стоя перед зеркалом в ванной, Кельвин размышлял над тем, стоит ему побриться перед обедом или нет. В этот момент он увидев в зеркале высокую белую фигуру с гигантским тюрбаном на голове и длинными закрученными кверху усами. Кельвин рванулся прочь. Подскочив к шкафу, выхватил коробочку из кармана пиджака и положил палец на кнопку.
Тарн в блестящих башмаках и белой набедренной повязке показался из ванной.
— О, — простонал Кельвин. — Только этого не хватало. На кой черт нужна связь с будущим, если он будет появляться каждый день! Это меня сума сведет!
И, что хуже всего, ему казалось, что он давным-давно знает это страшилище.
Тарн поднял какой-то цилиндрический предмет и направил его на Кельвина. Этот жест заставил репортера поторопиться. Он нажал кнопку, подумав:
— Я хочу убраться отсюда!
…Ледяная вода была везде — Кельвину казалось, что не только снаружи, но и внутри него. Он не умел плавать. Захлебываясь, судорожно колотил по воде руками и ногами. Инстинктивно, стиснув в кулаке коробочку, Кельвин нажал кнопку…
…Он стоял на незнакомой улице, но, похоже, на Земле и в двадцатом столетии. Вода, стекающая с его одежды, образовала небольшую лужицу. Оглядевшись, он увидел рекламный щит, приглашающий посетить турецкие бани, и пошел к нему. Оказалось, что он в Новом Орлеане.
Позднее, в отеле, Кельвин вновь попытался разобраться в том, что происходит. Он получил в свое распоряжение могучую силу и хотел использовать ее наиболее эффективно. Все, что мне нужно, думал Кельвин, это счастье, слава и богатство. Чтобы спокойно прожить остаток жизни. Он вынул из кармана коробочку робота и внимательно осмотрел ее. Попытался открыть коробочку, но безрезультатно. Палец Кельвина коснулся кнопки. А почему бы и нет…
…На этот раз мозг человека будущего не показался ему таким странным. Человека звали Кварр Ви. Он играл в какую-то непонятную игру, отдаленно напоминающую шахматы. Правда, его партнер находился в планетной системе Сириуса. Сложные построения временно-пространственных дебютов проносились сквозь мозг Кварра Ви. Наконец, возникла проблема Кельвина. Вернее, две: как избавиться от простуды и как стать счастливым, богатым и знаменитым в доисторической эпохе, разумеется с точки зрения Кварра Ви.
Впрочем, едва ли это можно было назвать проблемой. Во всяком случае, не для Кварра Ви. На поиски решения ушло не больше секунды, и его мысли вернулись к игре с обитателем Сириуса…
А Кельвин очутился в небольшой лаборатории. Лысеющий мужчина с рыжими усами, сидевший за столом, удивленно поднял голову.
— Как вы сюда попали?
— Спросите у Кварра Ви, — ответил Кельвин.
— У кого?
Кельвин вдруг забыл, что он должен сказать рыжеусому и, нажав на кнопку, мысленно обратился за подсказкой к Кварру Ви.
— Улучшение белковых систем Вудворда. Достигается простым синтезом.
— Кто вы такой, черт побери?
— Зовите меня Джимом, а пока молчите и слушайте, — он говорил с одним из ведущих биохимиков Америки.
Когда Кельвин закончил, рыжеусый с восхищением посмотрел на него.
— Это невероятно. Если все получится…
— Мне необходимы счастье, слава и богатство, — прервал его Кельвин. — Все получится.
В итоге они договорились о создании новой компании. Процесс, предложенный Кельвином, открывал необозримые перспективы. Дюпон и Дженерал Моторс с удовольствием купили бы исключительные права на его использование.
— Мне нужны деньги. Богатство.
— Вы заработаете миллион долларов, — ответил рыжеусый.
— Тогда напишите расписку. Если только вы не хотите дать мне этот миллион немедленно.
Нахмурившись, биохимик покачал головой.
— Я не могу этого сделать. Сначала надо провести контрольные тесты, потом начать переговоры с предпринимателями. Но вы не волнуйтесь. Ваша открытие несомненно стоит миллион. И вы станете знаменитым.
— И счастливым?
— Счастье — в здоровье, — хмыкнул биохимик. — А с помощью вашего способа мы излечим все болезни. Это настоящее чудо.
— Напишите все на бумаге, — потребовал Кельвин.
— Хорошо. Назовем это предварительным соглашением. Документы мы оформим завтра. Естественно, основная заслуга будет принадлежать вам. Подождите минутку, — рыжеусый начал рыться в ящиках стола. Кельвин, довольно улыбаясь, оглядывал лабораторию.
Тарн материализовался в трех футах от него. В руке он держал тот же зловещий цилиндр.
Не мешкая, Кельвин нажал на кнопку и очутился на пшеничном поле. Еще одно нажатие и он перенесся в Сиэтл.
Бегство от Тарна продолжалось две недели. Все это время Кельвин ругал себя за то, что не спросил, как зовут биохимика. Где теперь его счастье, слава и богатство? И что делать с Тарном?
На этот раз Кельвин попал в пустыню. Вокруг росли кактусы, в фиолетовой дымке виднелись горы. Тарн не появлялся. Кельвину хотелось пить. Что, если коробочка сломается? Нет, так продолжаться не может. И тут его осенило…
Кельвин сконцентрировал внимание на проблеме, как избавиться от Тарна, и нажал кнопку.
Через мгновение он получил ответ. Не так уж это и сложно. У Кельвина сразу улучшилось настроение. Теперь он мог спокойно дожидаться Тарна.
Не прошло и получаса, как рядом появилась фигура в белом тюрбане. Цилиндр начал подниматься в направлении Кельвина.
Чтобы не испытывать судьбу, тот еще раз нажал на кнопку, получил ответ и сделал все, как велел Кварр Ви.
— Нет! — воскликнул Тарн, отступив на шаг. — Я же пытаюсь…
Кельвин удвоил усилия.
— Я ведь должен был… — Тарн упал на горячий песок. Руки с семью пальцами дернулись и застыли навеки.
Кельвин облегченно вздохнул. Он спасен. Нерешенной осталась только одна проблема: как найти рыжеусого биохимика?
Кельвин нажал кнопку…
Мужчина с рыжими усами оторвался от книги, поднял голову, ахнул и радостно улыбнулся:
— Ну, наконец-то. Я не слышал, как вы вошли. Где вы пропадали эти две недели?…
А начиналось все совсем иначе…
Кварр Ви вместе с андроидом расположились в темпоральной капсуле.
— Как я выгляжу? — спросил Кварр Ви.
— Все в порядке, — ответил Тарн. — Ни у кого не возникнет ни малейшего подозрения.
— Да, пожалуй, одежда выглядит сшитой из настоящих шерсти и хлопка. Часы, деньги…
— Не забудьте очки, — напомнил андроид.
— Да, хотя, мне кажется…
— Так будет спокойнее. Оптические свойства линз предохранят вас от мысленной радиации. Не снимайте их, а то робот выкинет какой-нибудь фортель.
— Пусть только попробует, — буркнул Кварр Ви. — Это же надо, беглый робот. Интересно, чего он добивается? И зачем я только сделал его! Представляешь, что он натворит в том веке, если мы не сможем его поймать?
— Сейчас он в палатке астролога, — Тарн склонился над приборами. — Только что пришел туда. Вы должны застать его врасплох. Иначе робот станет опасным. Кто знает, какие у него теперь возможности. Не забудьте, что он прекрасно владеет гипнозом и умеет вызывать амнезию. Если вы потеряете бдительность, он сотрет вашу память и заменит ее другой. Не снимайте очки. Если что-нибудь случится, я воспользуюсь восстановительным лучом.
Кварр Ви кивнул.
— Не беспокойся. Я скоро вернусь. Вечером я обещал доиграть партию.
Ему так и не удалось выполнить обещание.
Когда он откинул брезентовое полотнище, какая-то веревка сбила его очки в роговой оправе. Одновременно Кварра Ви ослепила ярко-голубая вспышка. На мгновение он потерял сознание, но тут же очнулся.
— Вы — Джеймс Кельвин, — сказал робот.