Когда в 359 г. до н. э. 23-летний Филипп II взошел на трон, Македония находилась под угрозой завоевания дикими варварскими племенами с севера и запада и греческими полисами с юга. Все враги страны использовали ее внутреннюю слабость: здесь было несколько претендентов на трон, а власть царя оспаривали наполовину независимые князья Верхней Македонии. Филипп должен был собрать все силы или пасть в борьбе с противниками. Создание сильной армии было насущной необходимостью.

Сначала Филипп дал отпор северным племенам. Как и его собственное войско, варварское племенное ополчение было легковооруженным и состояло из пельтастов, вооруженных дротиками и легкими щитами — пельтами (peltai). Филипп перевооружил пехоту снабдив ополченцев — все здоровые мужчины были призваны на службу — длинным тяжелым ударным копьем и легким доспехом, заимствованным у афинского стратега Ификрата, который незадолго до этого воевал во Фракии. Новая пехота тренировалась долгими маршами под лучами летнего солнца, а наемные военачальники были призваны обучить ее дисциплине и маневрам в строю. Северные племена были разбиты этой импровизированной пехотой, однако сравнение с греческими армиями было не в ее пользу. Чтобы эта пехота могла встать рядом с греческими гоплитами, ее нужно было экипировать еще лучше.

В Греции сражения решались маневрами тяжелой пехоты (гоплитов), снаряжение которой в течение IV в. до н. э. постепенно облегчалось, так что большая часть доспехов постепенно исчезла. Последнее обстоятельство позволило воинам быстрее и с меньшим утомлением производить перестроения на поле боя.

Рельеф из Пелинны (Фессалия). Судя по плащу, на рельефе изображен македонец; его шлем фригийского типа очень похож на найденный в погребении в Вергине. Резчик не стал передавать мелкие детали: поводья, сбрую и башмаки всадника. Обратите внимание па выбритое лицо воина. Лувр, Париж.

Филипп создал мощную тяжеловооруженную конницу — ударную силу армии. Сначала у него была конница примерно из 600 гетайров (hetairos), буквально «товарищей». Выходцы из знатных семей со всей греческой земли получали территории, отобранные у врагов царя, и пополняли ряды гетайров, число которых к концу правления Филиппа умножилось. Филипп дал своим гетайрам тяжелые доспехи — паннири и шлемы так называемого фригийского типа — и развил тактические идеи Ясона из Фер, который превратил конницу в решающую силу на поле боя. Пехота больше не нуждалась в мобильности.

Богатые рудники Пангея давали Филиппу в год 1000 талантов; они позволили парю перевооружить пехоту бронзовыми гоплитскими щитами и панцирями, которые были забыты в остальной Греции на протяжении уже более половины столетия. Когда в 338 г. до н. э. при Херонее произошло решающее столкновение, греческие гоплиты разбились о линии тяжеловооруженной македонской фаланги. Филипп объединил покоренную Грецию в Коринфский союз и начал готовиться к экспедиции против Персии, однако в возрасте 46 лет пал от руки убийцы.

Первый год правления Александра был посвящен восстановлению македонских владений в Греции и на Балканах, однако молодой царь нашел также время произвести некоторые изменения в армии. Он ввел в курс подготовки палочный бой, а в коннице заменил фригийский шлем беотийским, который обеспечивал лучшую защиту лица и плеч от рубящих ударов мечом. Он также ввел в армии бритье — официально, чтобы помешать врагу хвататься в рукопашном бою за бороду. Бритье только входило в моду в Греции, и многие из старых придворных предпочли оставить короткие бороды. При взгляде на кутежи нового царя, которому едва перевалило за 20, удивляешься, когда он успевал проводить эти мероприятия.

Основные даты правления Филиппа II и Александра III

359 Филипп становится царем

356 Рождение Александра

338 2 (?) августа: Битва при Херонее

336 весна: Высаженные в Азии экспедиционные силы отозваны в связи со смертью Филиппа лето: Александр становится царем

335 весна: Кампания на Балканах. Разрушение Фив

334 весна: Армия Александра пересекает Геллеспонт май: Битва на Гранике Осада Милета и Галикарнаса.

334/3 Зимняя кампания в Писидии

333 В Гордий прибывают подкрепления сентябрь — октябрь: Битва при Иссе

332 Осада Тира

332/1 В Сирию и Мемфис прибывают подкрепления

331 30 (?) сентября: Битва при Гавгамсдах. ноябрь (?): Реорганизация армии в Ситтакене

Камлания против уксиев

330 конец января: Штурм перевала Персидские ворота. июнь — июль: Греческие союзники разбиты при Экбатане; преследование Дар и я. Кампания в Гиркании

329 Операции в районе Мараканды; резня на реке Политимет

327/6 Захват крепости Аорн

326 Начало Индийского похода. Битва при Гидаспе. Мятеж на Гифасисе

325 Марш через пустыню Гедросии

323 10/11 июня: Смерть Александра

Армия, как и государство, управлялась из царского двора, который перемешался вслед за повелителем. Он включал около сотни придворных, которых именовали «личные гетайры» (hoi amph' auton hetairoi — собственные товарищи) или просто «гетайры». Этих гетайров не следует путать с конницей гетайров, поскольку в первом случае мы имеем дело с придворным титулом. Когда мы читаем, что гетайр командует подразделением, речь идет о «личных гетайрах». Аналогично, когда мы читаем о совете гетайров при Александре, то речь идет о небольшой группе придворных молодого царя, а не о демократическом собрании воинов из конницы гетайров. Наши источники также называют «друзей» царя (philoi) — высокий придворный титул эллинистического времени. Термин «друг» указывает на очень высокое положение «личного гетайра» при дворе, но буквальное его значение — анахронизм, как и буквальный смысл выражения «личный гетайр». В бою «личные гетайры» сражались бок о бок с царем в царской иле конницы гетайров.

Голова Александра, представленного в возрасте около двадцати лет. Перед походом царь приказал воинам сбрить волосы на лице. Происходит из Александрии, ныне в Британском музее.

Одна из фигур на «Саркофаге Александра» носит пурпурный македонский плащ с желтой каймой (рис. ВЗ). В эллинистическое время царь мог пожаловать своему придворному пурпурный плаш как знак ранга. Представляется, что эта практика восходит ко времени Александра, а фигура на саркофаге изображает «личного гетайра». После битвы при Иссе Александр послал Леонната объявить персидской царской семье, что Дарий жив. Диодор называет Леонната одним из «друзей», а Курций Руф обозначает его как ех ригри-ratis — «из одетых в пурпур».

Александр в римской бронзе: обратите внимание на кайму царского таща. Британский музей, Лондон.

Александр время от времени носил особый «костюм» в сражениях; обыкновенно же он одевался как офицер из конницы гетайров. Так царь одет на «Мозаике Александра» (рис, А1), но его плащ при этом является пурпурным плащом «личного гетайра», а не плащом подразделения. Угол мозаики разрушен, но край плаща достаточно хорошо различим на одной из изображающих Александра бронзовых статуэток. Источники сообщают о бронзовых украшениях на царской лошади; именно так можно истолковать видную на мозаике отделку сбруи.

Царь управлял армией из своей палатки. Царская палатка, по всей видимости, включала обширный павильон для сбора военного совета (возможно, отдельный от основной палатки), приемную, в которую никто не мог попасть без разрешения царского эйсангелевса (eisangeleus — распорядитель), оружейную (возможно, отдельную от основной палатки), апартаменты за приемной, в которых царь мылся и спал. Существовал дворцовый обычай снимать головной убор при обращении к царю. Палатка свертывалась и ставилась отдельным подразделением, которым командовал македонец Проксен. Тело царя обслуживали его «камердинеры» — рабдухи (rhabdouchoi — «обладатели жезла») или рабдофоры (rhabdophoroi — «носители жезла»). Жезл был знаком их достоинства. Эти люди прислуживали царю при мытье, одевании и т. д.; их выбирали из людей умных и преданных. Собственно палатку посменно охраняли отобранные соматофилаки (somatophylakes — «хранители тела»), а в целом место расположения царской палатки охраняли гипасписты.

Малоазийский рельеф с изображением Александра. Конская сбруя имеет несколько интересных особенностей, среди которых пряжка на подпруге седла. Фигура слева держит в правой руке трудно определяемый объект, который вряд ли может быть копьем. Возможно, это должностной жезл рабдофора. Национальный археологический музей, Мадрид.

Старший придворный чин, ведавший царскими лошадьми, именовался «царским конюхом».

Ни одна греческая армия не была бы полноценной без «жреческого подразделения», которое должно было искать знамения будущего. Прорицатель Аристандр исполнял свои обязанности с немалой самоуверенностью, но в некоторых случаях и он нуждался в «помощи». Фронтин описывает, как Александр, еам как таковой бывший божеством, приказал Аристандру записать: «битва благоприятна для Александра» еще до жертвоприношения. При совершении церемонии жрец должен был положить руку под внутренности жертвы, дабы магическим образом получить послание божества. Во время сражения при Гавгамелах наблюдали летящего над царем орла. Источники описывают Аристандра. указующего на знамение перед строем македонцев: жрец был одет в белые одежды, на его голове был венок из золотых листьев, а в правой руке он держал лавровую ветвь. Жертвенный нож имел форму небольшого кописа.

Мозаики в царском дворце Пеллы часто изображают сцены охоты с участием молодых придворных, вероятно щарских детей». Они носят небольшие плащи белого цвета, иногда отделанные красной каймой. Музеи Пеллы.

Еще во времена Филиппа детей македонской знати отсылали ко двору царя и делали «царскими детьми» (basilikoi paides). При дворе эти подростки продолжали свое образование, служа в то же время заложниками верности своих родственников. Если кого-то из македонцев признавали виновным в измене, обычай требовал вырезать всю его семью. Никто не имел права назначить «царским детям» наказание поркой, кроме самого царя. Знатная молодежь получала образование в области философии и других общих дисциплин, однако более всего они занимались охотой и игрой в сфайру — силовую игру с мячом, сходную с регби.

Наиболее важной целью в воспитании было привить знатной македонской молодежи верность царю. Живя при дворе, «царские дети» одновременно были призваны исполнять обязанности, не намного отличавшиеся от обязанностей рабов. Они прислуживали царю за столом, охраняли вход в его спальню, чистили царскую ванну, готовили ему постель и по указанию царских рабдофоров выполняли все служебные функции в царском хозяйстве.

Они сопровождали царя на улице. Они принимали его лошадь от конюха, подводили к царю и помогали последнему сесть. Они следили за царским оружием и сопровождали царя на охоте. «Царские дети» также выполняли некоторые обязанности по обслуживанию «личных гетайров».

Две мозаики из Пеллы изображают молодых придворных на охоте. Одеждой им служит белый прямоугольный плащ, скрепленный фибулой. В двух случаях плащ украшает красная кайма; двое юношей носят белые шляпы от солнца. Видимо, на мозаике изображены «царские дети».

«Царских детей», если они подходили для этого, готовили к службе царскими телохранителями или же прочили в аристократическую конницу гетайров.

Источники упоминают «охрану тела» (somatophytakia) или «телохранителей» (somatophylakes). Курций Руф называет их «оруженосцами» (armigeri) иди «спутниками» (satellites). Эти люди, по-видимому, входили в состав отряда гипаспистов и выполняли функцию охраны царя. Во всяком случае, Арриан трижды (III.17.2. IV.3.2, IV.30.3) упоминает, что Александра сопровождали соматофилаки и гипасписты. Значит, соматофилаки были отдельным подразделением, причем подразделением довольно сильным, поскольку в третьем из обозначенных выше отрывков Арриан говорит, что общее количество соматофилаков и гипаспистов насчитывало 700 воинов. Если вычесть из этого количества численность лоха гипаспистов, мы получаем около 200 соматофилаков. Подразделение телохранителей считалось достаточно престижным; Гефестион, близкий друг Александра, который в 330 до н. э. был назначен гиппархом в коннице гетайров, годом раньше, при Гавгамелах, командовал соматофилаками (Диодор, XVII.61.3).

Трубач и одежде фессалииского всадника. Прорисовка изображения на коринфской визе У в. до н. э. Национальный музей, Афины.

Наивысшим в армии Александра был ранг царского соматофилака (somatophylax basilikos); в эллинистических армиях эквивалентом ему был чин архисоматофилака (archisomatophylax). Всего было семь царских соматофилаков, причем их количество не менялось. Если царский соматофилак становился сатрапом или погибал, его место занимал другой военачальник. Количество царских соматофилаков происходило, видимо, от старинного обычая посменного дежурства у царской палатки. Когда в Индии Певкеста спас царю жизнь, количество царских соматофилаков увеличилось до восьми, поскольку Александр хотел особенно отметить своего спасителя. В источниках нередки упоминания о царских соматофилаках, которые принимают командование той или иной частью армии.

Соматофилаки, по всей видимости, были знатными молодыми людьми. Диодор сообщает (XVI 1.65.1), что в Ситтакене армия пополнилась пятьюдесятью сыновьями царских «друзей», которые были присланы для службы в качестве соматофила-ков. Соответствующий отрывок из текста Курция Руфа может несколько смутить исследователя, поскольку в нем говорится, что эти пятьдесят сыновей были взрослыми людьми, однако далее автор переходит к описанию обязанностей «царских детей», которые, по определению, никак не могли быть взрослыми. Аминта, сын Андромена, который привел из Македонии подкрепление, пополнившее ряды соматофилаков, свидетельствовал, что Александр послал его в Македонию набрать «для службы молодых людей из тех, кто находился во дворце его матери». Иначе говоря, речь шла о пятидесяти «царскихдетях», служивших во дворце в Македонии.

Соматофилаки, по-видимому, и были теми самыми молодыми людьми, которые раньше выступали в качестве «царских детей». Они приставлялись к царю как личная охрана и охраняли его палатку, однако эти их обязанности совмещались с обучением функциям армейского офицера и штабного офицера. Обычные соматофилаки могли также помогать «царским соматофилакам». За некоторыми исключениями, соматофилаки постоянно находились в центре событий и все время могли наблюдать за процессом управления армией.

Две редкие серебряные декадрихмы с изображениями битвы Александра и Пора. Па реверсе изображена богиня победы Пике, которая держит венок над головой Александра, вооруженного молнией. Обе монеты плохо сохранились. На Александре можно различить панцирь, фригийский шлем с гребнем и султаном и плащ — вероятно, вариант эфаптиды (ephaptis). По-видимому, царь изображен в одежде старшего офицера соматофшаков. Из-под шлема выглядывают ленты подшлемника (см. рис D1). Британский музей, Лондон.

В высшей степени вероятно, что весь офицерский корпус македонской армии в разное время прошел службу в соматофилаках. Во всяком случае, время от времени соматофилаки сражались как боевое подразделение, и молодежь имела возможность получить практический боевой опыт.

Как представляется, соматофилаки отличались особой униформой, во всяком случае, Аминта во время своей поездки за новобранцами был одет в платье соматофилака. Более никаких данных о соматофилаках, к сожалению, нет, но, судя по некоторым текстам, соматофилаки были вооружены дротиками (рис. Е1, Е2, Н2).

Состав армии Александра, которая высадилась в Азии весной 334 г. до н. э., был далек от однородного. Ядром армии была собственно армия царского дома, которая далее будет называться «царской армией». К ней добавлялись вспомогательные контингенты граничащих с Македонией вассальных княжеств одриссов, пеонов, агриан, трибаллов, иллирийцев. Александр был также архонтом Фессалии и главой фессалийской армии. Он возглавлял Коринфский союз, в который были вынуждены вступить большинство греческих городов, обязанных теперь поставлять Александру контингенты пехоты и конницы, а также корабли. Наконец, численность экспедиционной армии увеличивалась за счет большого количества наемников, в основном греков, хотя их ряды пополняли и другие народы.

Греки не понимали странного диалекта, на котором говорили в Македонии, и вообще не считали македонцев эллинами. Последние для греков были неотесанными и полуцивилизованными варварами. Македонцы со своей стороны считали греков изнеженными и развращенными. И те, и другие не понимали, как фракийцы ходят в своих кожаных штанах.

Голова всадника с «Мозаики Александра» в Помпее. Посеребренный беотийский шлем, золотой венок и белый султан из конского волоса, видимо, указывают на высокий ранг изображенного офицера. Немецкий археологический институт, Рим.

Управлять воинами с ярко выраженными племенными различиями было достаточно сложно. Царь Филипп однажды был ранен в стычке македонских солдат с греческими наемниками и едва остался в живых.

Высшее командование армией осуществляли «царские соматофилаки» и военачальники — стратеги (strategoi). Армия была разделена на мойры (moirai — части), в особенности это разделение было выражено во время последних кампаний; во главе каждой мойры стоял свой стратег. Эти военачальники нередко отдавали приказы непосредственно отдельным отрядам, так что многими пехотными таксисами (laxeis) командовали не таксиархи (taxiarchoi), а стратеги. Среди высших военачальников выделялась группа гегемонов (hegemones) — выходцев из македонской аристократии. Офицеры использовали для перевозки своих вешей животных и рабов; судя по всему, у многих был собственный «обоз». Командование подразделениями было семейным делом. Многие подразделения возглавлялись представителями местной знати, правившей территориями, из которых были набраны воины. Возглавлявший таксис из Орестиды Пердикка, сын Оронта, происходил из царского рода, видимо из князей Орестиды. Когда Аминта, сын Аидромсна, находился в Македонии, его таксисом командовал брат Симмий. Другой его брат, Аттал, возглавил таксис после смерти Аминты. Солдатами, набранными из македонских крестьян, командовали уважаемые ими люди. «Новые люди», которых Филипп вводил в число личных гетайров, были не менее знатными, но отличались немакедонским происхождением. Их назначали на менее престижные командные посты. Так, два сына Лариха из Митилены, Эригий и Лаомедонт, фавориты Александра, руководили подразделением союзной конницы и комиссией по делам пленных варваров соответственно.

Руководство армией было централизовано. Царь лично определял распорядок жизни солдат, включая такие детали, как завтрак. Одним из основных сигналов был звук трубы. Труба звучала перед атакой и при отступлении, сигнал трубы был призывом к оружию, свертыванию лагеря, началу передвижения войск, он же сообщал о тревоге. Первым сигнал подавал трубач Александра, затем его повторяли трубачи подразделений. Представляется, что трубачи подразделений добавляли к общему сигналу особый опознавательный сигнал, как это происходит в современных армиях. Стража неоднократно сменялась в течение дня и ночи; существует свидетельство, что смена стражи также производилась по сигналу трубы. С другой стороны, это могла быть деталь римской военной практики, добавленная в повествование Курцием Руфом.

Два фрагмента открытого в 1948 г. большого рельефа. Находка датируется временем Александра или сразу после него. На рельефе изображена лошадь офицера конницы, покрытая шкурой пантеры. Конюх — чернокожий раб из Африки — носит короткую тунику и башмаки. На фоне рельефа можно разглядеть очертания беотийского шлема. Национальный музей, Афины.

Империя Александра управлялась с помощью канцелярии, разделенной на отделения (среди которых было, например, казначейство). Ими, по-видимому, руководили царские грамматеи ( grammateus basilikos). Слово «царский» в обозначении чина вызывает ассоциации с царскими соматофилаками — и те и другие были начальниками высшего ранга в администрации и в армии соответственно. Военной канцелярией управлял Евмен из Кардии, который после смерти Александра стал одним из виднейших диадохов, боровшихся за наследие великого македонца. В источниках Евмен один раз называется «архиграмматеем», однако этот чин существовал в эллинистическое время и по отношению к Евмену вполне может являться анахронизмом.

Люди, служившие в канцелярии, хотя и могли быть также «личными гетайрами», имели, как правило, причины, мешавшие им занять командные посты в войсках — обыкновенно это было низкое происхождение или физические недостатки. Офицеры остальной части армии презирали канцеляристов. После смерти Апександра командир гипаспистов Неолтолем заявил, что он сопровождал царя с копьем и щитом, а Евмен — только с чернильницей.

Военная канцелярия располагалась в палатке «царского грамматея», который хранил копии всей военной корреспонденции и всю военную документацию. Основной армейской документацией были силлогисмы (syllogismous) — списки личного состава — и синтелеи (synteleas) — тетради с приказами. В них для каждого из множества разнообразных подразделений фиксировались численность, снаряжение, финансирование, подкрепления, а также нормы снабжения и производство по службе. Канцеляристами учитывались вооружение, доспехи, одежда, утварь и обозные животные, и военачальник всегда мог справиться о текущем состоянии дел для планирования своих действий. Стоит добавить, что отдельные подразделения не имели собственных складов, а все хранилось в централизованном обозе.

В случае надобности запасы делались в пехоте на уровне лоха, а в коннице — на уровне илы, которые с 331 г. до н. э. были переформированы в гекатостии (hekatostuas — сотни). На этом уровне запасами распоряжались гипереты (hyperetai), упомянутые только один раз у Диодора (XVII.109.2); в их руки были переданы для наказания заводилы мятежа. В эллинистическое время чин гиперета стал примерно соответствовать современному старшине. Для поддержания дисциплины и лучшего управления гиперет вел списки личного состава и тетради приказов и в целом помогал лохагам (bchagas) и илархам (ilarchos) управлять своими соединениями. Поднимаясь по инстанциям, собранные гипере-тами сведения в конце концов стекались в военной канцелярии царя.

Военная канцелярия была разделена на отделения; каждое из них управлялось грамматеем, который руководил несколькими эпископами (episkopoi — надзиратели). Нам известны грамматей конницы и грамматей египетских наемников, имевший в подчинении двух эпископов. Известно, что эпископов командировали из армии управлять войсками в сатрапиях. У грамматея конницы была самая тяжелая работа, поскольку в его обязанности входили поставка и восполнение потерь лошадей. Много лошадей гибло в битвах, кроме того, поскольку подковы не применялись, много животных терялось во время маршей. После битвы при Гавгамелах насчитывавшая 7000 всадников конница недосчиталась 1000 лошадей; примерно треть потеряли гетайры. Для восполнения потерь проводились реквизиции. Многие города и области платили подать натурой, в эту подать входила и поставка верховых лошадей для армии. Нам известен спор между могущественным аристократом Аминтой, сыном Андромена, и грамматеем конницы Антифаном. Аминта заявлял, что Антифан, «худший из людей», забрал у него 8 из Юлошадей, привезенных из Македонии.

Рационы в целом не исследованы. Каждый солдат приобретал себе пищу у сопровождавших армию поставщиков; часто это были финикийские торговцы. Население завоеванных территорий нередко отказывалось поставлять продукты на рынок, где его закупали солдаты Александра. Последней мерой была реквизиция. Если армии предстояло пересечь пустынную местность, где нормальная система снабжения нарушалась, продовольствие заранее собиралось в обозе и запечатывалось хранителем царской печати, ответственным за его распределение в дальнейшем.

Основной единицей конницы была ила (Не) численностью в 200 всадников под командованием иларха (llarchos) и четырех тетрархов (tetrarchos), каждый из которых возглавлял тетрархию из 49 всадников. Тактическим построением тетрархии был введенный Филиппом II клин (см. с. 12), во главе которого находился тетрарх, а по краям и в середине замыкающей шеренги из 13 всадников — старшие всадники. Иларх, видимо, имел в распоряжении трубача, для передачи команд тетрархам, и гиперета, помощника в управлении илой.

Четыре клина строились в боевую линию с такими интервалами, чтобы сохранять возможность маневра и перестроения, которое становилось необходимым, поскольку при атаке на галопе ширина фронта каждой тетрархии увеличивалась.

Излюбленным приемом Александра было вывести армию косой линией, стремясь разрушить линию персов своим правым флангом. Персидская конница, стремившаяся охватить неприятеля с правого фланга, встречалась линией ил легкой конницы. В результате персы были вынуждены забирать еще дальше вправо и фактически отрывались от основной боевой линии. Как только это происходило, Александр лично вводил в разрыв тяжелую конницу. Еще в начале IV в. до н. э. возможностей для этих маневров не было: формирования конницы не умели перестраиваться на поле боя и менять направление начавшейся атаки.

Построение клином давало коннице Александра особенную гибкость, блестяще описанную Курцием Руфом в рассказе о действиях фессалийской конницы в битве при Иссе:

Несколько ил, обычно две, три или четыре, объединялись в гиппархию (hipparchy) под командованием гиппарха (hip-parch). Сначала количество ил в гиппархии колебалось, но затем система была стандартизована.

Каждый всадник имел для обслуживания лошади конюха, который также мог передвигаться верхом. Конюхи во время сражения располагались за строем илы. Всадники имели собственных лошадей; вступавшие в конницу мужчины обыкновенно подтверждали, что их состояние позволит им приобрести лошадь соответствующего качества. Потери в конском составе восполнялись из специальных армейских запасов. Александр и остальная конница обычно совершали марши пешком, дабы сберечь конские копыта, и всадники садились на лошадей только непосредственно перед боем. Греки использовали очень строгие удила с «ежами», которые могли поранить нежные губы и язык лошадей при слишком сильном натягивании.

По-видимому, Александр заменил окрашенный в цвет подразделения фригийский шлем на беотийский, выполненный из гладкой бронзы. Шлемы конников на «Саркофаге Александра» и мозаике из Помпей, судя по всему, имеют указывающие на ранг владельцев знаки, что было обычным в греческой практике. Один из шлемов на мозаике посеребрен, снабжен золотым венком и укрепленным на куполе «хвостом» из конских волос, еще один шлем с этого же изображения сохраняет цвет бронзы и дополнен белым «хвостом» из конского волоса. Один из шлемов на саркофаге также сделан из непокрытой бронзы и украшен белым или серебряным венком. Дополняющие шлемы детали вполне могут быть знаками различия иларха или тетрарха, а также старшего всадника. Известно, что в качестве награды за храбрость Александр пожаловал своим войскам золотые венцы, которые, хотя это и мало вероятно, могли быть трактованы как венки на шлемах (так или иначе, но один венок на трех рассмотренных нами шлемах серебряный). Увенчанную шлемом с венком фигуру на саркофаге украшают еще и браслеты. Подобно золотым браслетам и цепям, служившим знаками различия у персов, браслеты на македонском воине могут также свидетельствовать об определенном ранге изображенного.

Длинное кавалерийское копье ксистон (xyston), древко которого делалось из древесины кизила, часто ломалось в бою, поэтому вместо подтока на нем крепился еще один наконечник. Ксистон не держали наперевес, подобно средневековому рыцарскому копьюлэнсу (lance), а кололи им в незащищенное лицо вражеского всадника и в голову лошади. Персидская конница использовала пару более коротких копий, одно было метательным, другое — колющим, но они уступали македонским ксистонам. Вторым оружием македонца был меч, который носили под плащом на левом боку. В основном меч был колющим оружием; наряду с ятаганными кописами (kopis, kopides) конники использовали и прямые клинки. Всадники-аристократы имели свои собственные богато украшенные мечи, отделанные золотыми накладками и пластинами из слоновой кости, подобно примерам с «Мозаики Александра» и из гробницы Филиппа. Греческая конница в это время щиты не использовала, хотя высшие военачальники обыкновенно имели при себе личных щитоносцев и прибегали к щитам в случае спешенного боя. В одной из стычек во время Балканской кампании Александр приказал «личным гетайрам» и соматофилакам поднять щиты вверх и галопом подняться на холм, чтобы там спешиться и вступить в пеший бой.

Некоторые конники носили только тунику с короткими рукавами, но большинство надевало на нее еще одну — с длинными рукавами. Панцири носили только воины из подразделений тяжелой конницы (гетайры, фессалийцы, союзники). Во время ранних кампаний Александр, видимо из бравады, редко надевал панцирь, и подобное его поведение вполне могло передаться представителям молодой знати из подразделений тяжелой конницы, особенно гетайрам. Обувь была, вероятно, одинаковой для всех воинов конницы; ее покрой хорошо различим на бронзовых изображениях Александра. Мягкий кожаный «носок» удерживается на ноге с помощью ремней.

На рис. С1 видно, что использовавшееся вместо седла покрывало имело цвет подразделения и кайму цвета илы. Цвет подразделения, видимо, был пурпурным для гетайров, темно-пурпурным для фессалийцев, розовым для продромов (proclromoi) приборный цвет илы мог быть зеленым, красным, желтым или иным — но это спорно. Иногда сверху на тканое покрывало-вальтрап накидывалась шкура пантеры; возможно, такое дополнение было привилегией офицеров. Второе покрывало образовывала целая шкура животного — голова, спина, хвост и лапы. Шкура укладывалась вдоль спины лошади; в области загривка она прорезалась и надевалась на шею, так что маска пантеры смотрела с груди лошади, лапы свисали по бокам, а хвост вытягивался по крупу. Такие шкуры можно увидеть па созданных приблизительно в одно и то же время рельефах из Афин и Серр (Македония). Иногда македонцы использовали персидские покрывала для сидения. Видимо, не будет неправдой сказать, что богато украшенные изделия из Персии были очень популярны среди аристократии и стали в

Греции предметом роскоши. Пояс панциря был, вероятно, цвета илы.

Гетайры составляли главное подразделение армии и набирались из знатной македонской молодежи. Диодор сообщает, что в начале похода гетайров насчитывалось 1800 человек, но, возможно, что некоторые илы гетайров были оставлены в Македонии.

Все гетайры были поделены на восемь ил; царская ила (basilike ile) была агемой (agema) — авангардным подразделением гетайров, занимавшим почетное место во главе боевой линии. Царская ила, в рядах которой сражались «личные гетайры», отличалась двойной численностью воинского состава. Остальные семь ил имели по 200 всадников. Они пристраивались к царской иле слева, ежедневно меняя последовательность своего расположения. Илы называются в текстах по именам своих командиров, однако каждая была набрана в определенном районе Македонии, и их официальные наименования были, видимо, территориальными. В Азии мы видим илы из Боттиэи, Амфиполя, Аполлонии, Анфсма, а также так называемую Левгейскую илу; ила из Верхней Македонии упоминается в связи с Балканской кампанией. Другие илы никак не названы.

Двое всадников на «Саркофаге Александра» могут быть идентифицированы как гетайры. Оба воина одеты в пурпурные туники с длинными рукавами и желто-золотые плащи с пурпурной каймой. Плащ-хламида (chlamys) — македонского типа, поэтому всадники являются македонцами, а цвета их одежды заставляют думать об элитном подразделении. Свидетельство Диодора (XVII.77.5), что после смерти Дария Александр дал гетайрам персидские плащи с пурпурной каймой, также подтверждает наши догадки. Аналогичные сочетания цветов встречаются и в изображениях воинов эллинистического времени, которые также могут быть идентифицированы как гетайры (см.: Head, Duncan. Armies of the Macedonian and Punic Wars. Wargames Research Group, 1982. CI04).

На помпейской мозаике Александр одет как офицер конницы гетайров. Он изображен (несомненно, по воле художника) с обнаженной головой, однако небольшая мраморная голова Александра (обломок изображавшего боевую сцену рельефа; см. с. 33) покрыта шлемом беотийского типа, принятым в коннице. Вместо обычных цветовых сочетаний одежды гетайров на мозаике царь одет в пурпурный плащ предположительно с желто-золотой каймой — такая расцветка была знаком «личных гетайров» или «друзей». Сравнивая образ Александра с изображением на рис. С2, можно предположить, что обычные воины подразделения гетайров также носили белые панцири, аналогичные царскому, представленному на мозаике, обхватывая его поясом цвета, принятого в иле. Панцирь был сделан из небольших металлических пластин, нашитых или подшитых с изнанки ко льну или коже, в данном случае белого цвета. Такая конструкция панциря делала его более мягким, но в то же время и более гибким. Длина ксистона Александра была, вероятно, увеличена автором мозаики для улучшения композиции.

В источниках часто указывается, что фессалийцы были лучшей конницей во всей армии. Это неудивительно, особенно если учесть, что их подразделение формировалось из представителей фессалийской аристократии — лучших всадников Греции. По политическим и социальным соображениям на первое место в армии были выдвинуты гетайры, сражавшиеся под командованием Александра, а фессалийцы занимали следующее по важности место на левом фланге.

Диодор говорит, что при высадке в Азии фессалийская конница насчитывала 1800 всадников. Это соответствует численности конницы гетайров, и можно предположить, что фессалийцы были аналогичным образом организованы в восемь ил. Авангардом была ила из Фарсала — «самая многочисленная и лучшая», как сообщает Арриан (III.11.10), которая составляла в сражении при Гавгамелах личную охрану Пармениона. Это был фессалийский аналог царской илы гетайров, и возможно, что в нее входили 400 всадников. Наименования остальных семи ил историкам неизвестны, но очевидно, что в их названиях были отражены основные города Фессалии, из которых они были набраны, например Ларисса, Феры, Трикка, Фаркадон, Пелинна, Олоосон и Филиппы/Филиппополь — бывшие Гомфы. В Гордионс в армию было доставлено 200 фессалийских лошадей, однако они были нужны для восполнения потерь в существующих илах, а не для формирования девятой.

Македонский плащ в виде развернутой боковой поверхности усеченного конуса носили на левом плече. Верхние углы плаща скалывали фибулой на правом плече, нижние его углы оставляли свободными. На голове носили похожую на берет македонскую каусию (knasia) или уменьшенный вариант фессалийской шляпы.

Фессалийская конница была расформирована под Экбатаной, когда в Грецию были отпущены все союзные контингенты, однако в армии осталось 130 добровольцев. Эти фессалийцы образовали отдельную единицу армии, «однако именно этот небольшой отряд поставил точку в погоне за Бессом; перед форсированием Окса после менее чем годичной наемнической службы под началом гиппарха Филиппа отрад был окончательно расформирован» (см.: West-lake, Н. D. Thessaly in the Fourth Century ВС. London, 1935. С. 227–228).

Два всадника с «Саркофага Александра» — один в охотничьей сцене, другой в боевой — одеты в фессалийские плащи, которые могут быть идентифицированы по краям пол, неровно спускающихся спереди и сзади фигуры. Эти полы развевались на скаку и среди греков получили прозвище «фессалийские крылья». Оба всадника, очевидно, воины фессалийской конницы. Их плащи темно-пурпурного цвета с белой каймой по краю. Воины одеты в красные туники с короткими рукавами, однако только фессалиец, представленный в момент сражения, одет еще и в пурпурную тунику с длинными рукавами. Прочие детали одежды сходны с одеждой гетайров или всадников в целом. Одетый на одном из воинов белый панцирь подобен панцирю Александра с помпейской мозаики.

Греческие города — участники Коринфского союза — были обязаны поставлять в экспедиционную армию подкрепления в виде контингентов конницы и пехоты. Тем не менее, очевидно, не все эти государства имели собственную конницу. Диодор говорит о наличии в армии при переправе в Азию 600 греческих всадников под командованием Эригия. Это, видимо, те самые три илы, которые находились под командованием последнего в сражении при Гавгамелах: пелопоннесская и ахейская ила, ила из Фтиотиды и Малии, ила из Фокеи и Локриды. При Гранике союзной конницей командовал Филипп, сын Менелая; это командование было временным, но причины отсутствия Эригия нам не известны. В Гордионе в армию прибыло подкрепление — 150 всадников из Элиды. «Пелопоннесцы и другая союзная конница» при Иссе сражались на левом крыле под общим командованием Пармениона, но их непосредственного командира мы не знаем.

По-видимому, ни один греческий город не мог выставить собственную илу, и каждая ила формировалась из контингентов различных городов. Наши источники не позволяют установить все подкрепления, которые поступали в армию в Азии; информация о состоянии армии перед Гавгамелами чрезвычайно обрывочна. Мы знаем, что Александр не повел в Египет всю армию, но оставил одну ее часть в Сирии. Если античные авторы говорят о действиях Александра в Египте и полученных им там подкреплениях, мы ничего не знаем из того, что происходило с остальной частью армии. После битвы при Иссе союзная конница была отправлена к сатрапу Сирии, где она, вероятно, получала подкрепления. Еще до Псса, по словам Курция Руфа, греческий наемник Харидем говорил Дарию про «фессалийскую конницу и акарнанцев и этолийцев», так что возможно, что армию усилили акарнанская и этолийская илы. Однако речь Харидема может быть продуктом риторических упражнений Курция Руфа и оказаться вложенной в уста исторического персонажа для усиления эффекта. Мы полагаем, что в Азии к Александру прибыла беотийская ила: об этом свидетельствует посвятительная надпись из Орхомена, которую сделали люди, уходившие в армию Александра в Азии и упомянувшие своего иларха.

При Гавгамелах мы видим отрад союзной конницы (hoi xymmachoi hippeis) под командованием Эригия, сына Лариха, включивший илу пелопоннесцев и ахейцев, илу Фтиотиды и Малии и илу из Локриды и Фокеи. Скорее всего, это были те самые 600 всадников, которые переправились в Азию вместе с Эригием. На противоположном (левом) крыле мы видим второй отряд союзной конницы под командованием Койрана. По-видимому, второе соединение также насчитывало 600 всадников и делилось на три илы: возможно, среди них были илы из Беотии и из Акарнании и Этолии. Элейцы сражались в иле пелопоннесцев и ахейцев на правом крыле или в третьей иле на левом крыле. Соединения союзной конницы были распушены под Экбатаной, но часть воинов осталась в наемной коннице.

Эта выполненная в рельефе небольшая мраморная голова, вероятно, принадлежала изображению Александра. Шея несколько наклонена влево, глаза смотрят вверх, рот приоткрыт — все это характерные внешние черты македонского царя, которые так охотно копировали его преемники; современники Наполеона впоследствии будут так же копировать манеры своего императора. Метрополитен-музей, Нью-Йорк.

По их действиям в сражениях мы можем заключить, что союзные греческие всадники составляли тяжелую конницу. К сожалению, деталей их одежды или снаряжения не сохранилось. Однако нам известны некоторые подробности одежды и снаряжения воинов эпохи Александра Македонского, которые не были идентифицированы (см. рис. Е2, ЕЗ).

Фессалийский плащ скалывали фибулой на правом плене па значительном расстоянии от верхних углов полотнища. В результате за счет свободно свисающих боковых краев пол он приобретал неровные очертания нижнего края. На голове фессалийцы носили широкополую фессалийскую шляпу.

Продромы (prodromoi) или разведчики — обозначение, применяемое обычно к четырем илам фракийской легкой конницы, входившим в состав собственно царской армии, но иногда также и к остальным фракийским всадникам. Продромы царской армии рекрутировались с территории Македонии, из присоединенных Филиппом II фракийских областей, и возглавлялись македонскими офицерами. Илы легкой конницы были несколько усилены при форсировании Геллеспонта; Диодор сообщает, что продромы и ила пэонов насчитывали 900 человек. В Мемфисе продромы, ила пэонов и конница одриссов, по-видимому, были усилены 500 фракийскими всадниками. Следующее пополнение прибыло в армию в Ситтакене.

Фракийская конница была соединением диких, нецивилизованных наемников, которых можно сравнить с кроатами Тридцатилетней войны (то есть прославившимися грабежами и мародерством хорватскими наемниками). Они были весьма охочи до выпивки, женщин и денег. Когда царь Александр отдал Фивы на разграбление, некий Александр, командир илы фракийских наемников, «нисколько не соответствовавший своему имени», ворвался в дом знатной женщины по имени Тимоклея. Надругавшись над женщиной и насладившись ее домом, он заставил ее рассказать, где спрятано семейное золото. Она отвела его в глубину сада и показала колодец. Когда иларх нагнулся, Тимоклея столкнула его вниз. Тем не менее представшая перед царем Александром женщина получила помилование.

Функции продромов, как показывает их наименование, заключались в разведке пути перед армией. При надобности их объединяли с легкой пехотой или подразделениями тяжелой конницы. Во время Балканской кампании некоторые подразделения использовали дротики; речь идет, вероятно, о продромах, которые в первые годы правления Александра имели на вооружении не только ксистон, но и дротик. При описании событий после пересечения Геллеспонта параллельно встречаются термины «продромы» и «сариссофоры» (sarissophoroi), а дротики уже не упоминаются, так что складывается впечатление, что Александр перевооружил фракийскую конницу с дротиков на пехотные сариссы.

Из оборонительного вооружения про-дромы использовали шлемы, однако, скорее всего, не носили панцирей. В изображении на стене «гробницы Кинха», названной так по имени раскопавшего ее датчанина, можно разглядеть некоторые детали снаряжения и одежды воинов из легкой конницы. Могила была найдена близ Науссы в Центральной Македонии, в стороне от фракийских областей, откуда набирались мужчины в отряды продромов. Тем не менее нас не должно это смущать, поскольку командовавшие подразделением продромов старшие офицеры были выходцами из македонской аристократии. Всадник представлен с бородой, так что изображение должно датироваться правлением Филиппа II, а не Александра III; он пронзает персидского пехотинца ксистоном. Логично предположить, что он воевал в составе корпуса, отправленного Филиппом II в Азию весной 336 г. до н. э. Данкен Хэд идентифицирует изображенного воина как продрома (см.: Head, Duncan. Annies of the Macedonian and Punic Wars. Wargames Research Group, 1982. C.105). С наступлением эпохи Александра бороды начали сбривать, выкрашенные фригийские шлемы заменили на беотийские, а сариссы пришли на смену ксистонам. На лошади продрома обыкновенно лежача шкура пантеры, но в цвет подразделения ее не окрашивали. Можно предположить, что цветом подразделения продромов был розовый, использовавшийся для туники и основного поля плаща, однако цвета ил установить не представляется возможным.

На золотом римском медальоне из Тарса Александр изображен во время охоты. Короткое охотничье копье заменило ксистон, но остальные элементы снаряжения остались прежними. Обратите внимание на покрывающую спину лошади шкуру пантеры. Изгиб нижнего края панциря является, вероятно, анахронизмом. Национальная библиотека, Париж.

Четыре илы царской армии дополнялись остатьными илами фракийской конницы. Ила пэонов пересекла Геллеспонт вместе со всей армией. По всей вероятности, воины для этой илы были предоставлены зависимым от македонского властителя царем Пэонии; командовал ими Аристон — наследник царского дома Пэонии. Конница одриссов была собрана, вероятно, царем одриссов, но находилась под командованием македонца — Агафона, сынаТирима. Одриссы своевременно присоединились к походу, чтобы участвовать уже в битве при Гранике. Возможно, две илы одриссов участвовали в сражении при Гавгамелах.

Хотя, с одной стороны, мы можем предположить, что экипировка одриссов и пэонов соответствовала экипировке продромов, с другой стороны, общий облик и одежда простых фракийских всадников вполне могли иметь и характерные отличия, поскольку их илы не входили в собственно царскую армию. Пэонская монета изображает воина в тунике с длинными рукавами, на его голове — увенчанный султаном аттический шлем. Воин сидит на лошади, покрытой шкурой пантеры, и поражает копьем пешего воина в штанах. Подобные монеты связываются с эпизодом сражения при Гавгамелах, когда командир пэонов Аристон поразил Сатропата. Идентификация, однако, далека от однозначной.

Бронзовый беотийский шлем изготовляет путем чеканки по модели в мастерской оружейника. Данный пример подобной модели, высеченный из известняка, был найден в Египте; возможно, он относится к более позднему периоду. Музей Алларда Пирсона, Амстердам.

Александр переходил Тигр. Пехота испытывала трудности с переправой, но царь с небольшим отрядом легкой конницы уже достиг противоположного берега. Внезапно появился отряд из 1000 персидских всадников под командованием Сатропата, намеренный помешать переправе. Ситуация была критической: на берегу успел построиться только передовой отряд конницы, а пехота еще переправлялась через реку и не была готова к атаке. Александр немедленно бросил вперед илу пэонов во главе с Аристоном, а вся армия наблюдала за развитием событий со стороны реки.

Аристон схватился на берегу с персидским военачальником Сатропатом и поразил его копьем. Перс попытался скрыться под защитой своих товарищей. Однако Аристон настиг свою жертву, сбросил Сатропата с коня и после короткой схватки отсек ему голову. С отрубленной головой Сатропата пэонский наследник галопом вернулся к своему царю и продемонстрировал трофей армии. Бросив голову перса к ногам Александра, Аристон заявил: «Среди нас, Александр, такой подарок вознаграждают полным рогом вина!» «Ты его получишь, — ответил македонский царь, — ноты получишь полный рог неразбавленного вина».

В своих ранних кампаниях Александр испытывал недостаток в легкой коннице. Наемные всадники восполняли этот недостаток, особенно проявившийся в сражении при Гавгамелах, когда стратегическое планирование Александра сильно зависело от точности информации о местонахождении противника. Около 200 наемных всадников участвовали в осаде Галикарнаса, но эти войска были оставлены в Карий как часть местной армии.

При Гавгамелах действуют два соединения наемной конницы: «чужеземная наемная конница» Андромаха, сына Гиерона, и «наемная конница» Менида. Последнее соединение обычно ассоциируют с 400 греческими наемниками, которых привел в Мемфис Меноит, сын Гегесандра. «Чужеземная наемная конница» имела, вероятно, ту же численность — две илы; нам неизвестно, появилась ли она ранее или в то же самое время, что и отряд Менида, возможно, в Сирии.

Александр включил эти формирования в свою армию. При Гавгамелах соединение Андромаха располагалось на левом крыле, а соединение Менида — на правом. Битва началась, когда Александр послал всадников Менида расстроить скифских и бактрийских тяжелых конников — последние насчитывали несколько тысяч всадников. Наемная конница, безусловно, получила свои деньги 30 сентября 331 г. до н. э., свою долю получил и сам Менид, позднее умерший от ран, полученных в одной из битв.

После роспуска греческих союзников в Экбатане Александр поддержал всех, кто пожелал продолжить службу в его войске в качестве наемника. Наемная конница была расширена за счет бывших представителей конницы союзников, которые теперь воевали с македонцами на контрактной основе, а также прочих вновь набранных наемников; новые наемные отряды возглавили командиры, ранее служившие в союзной коннице. Более подробные сведения отсутствуют.

Во время погони за Дарием, и Менид, и Андромах вместе со своими воинами остались под командованием Пармениона в Мидии. Несколько позже командование «наемной конницей» было доверено Филиппу, сыну Менелая, который при Грани-ке руководил всадниками союзной конницы. Андромах сохранил командование «чужеземной наемной конницей». Между тем мы также узнаем, что некие «наемные всадники» подчинялись также и Эригию. Таким образом, можно заключить, что в середине 330 г. до н. э. существовало три соединения наемной конницы.

Годом позже, во время операций в районе Мараканды, Александр узнал, что оставленный им в этом городе гарнизон осажден Спитаменом. Для снятия осады македонец отправил около 60 гетайров, 800 наемных всадников и отрад наемной пехоты, оставив одну гиппархию наемной конницы под своим командованием. После долгого марша колонна попала под обстрел конных стрелков Спитамена и понесла потери при переходе через реку Политимет. Уцелело только 40 всадников и около 300 пехотинцев.

Этот бронзовый беотийский шлем был найден в июне 1854 г. в Тигре а месте его слияния с притоком Серт (древний Сентрит) близ Тиля на территории современной Турции. Р. Б. Окли из Освальдкирка (Йоркшир) спускался вниз по Тигру в сторону Мосула. Один из лодочников забросил якорь, а когда вытаскивал его, на крюк попал этот шлем! Лодочник продал его за шиллинг, и этот экспонат попал в Британию. Сейчас он находится в музее Эшмола в Оксфорде.

Деблокирующей колонной неудачно командовал Фарнух; под его началом был командир пехотинцев Менедем, а также Андромах и Каран, вероятно возглавлявшие два отряда по 400 всадников соответственно. Такой вывод можно сделать, поскольку в описании битвы Каран (его можно отождествить с Койраном, который возглавлял второй отряд союзной конницы при Гавгамелах) назван гиппархом, с другой стороны, нет никаких указаний, что он был старше Андромаха по званию. Кажется вполне вероятным, что в наемной коннице сохранялось три соединения, каждое состояло из двух ил и называлось гиппархией. Каран мог принять командование одним из этих формирований после Эригия или Филиппа, но также, вполне возможно, что всего в наемной коннице было четыре гиппархии.

Этот рельефный фрагмент был недавно найден в окрестностях города Бурсы (Турция). В нижней части скульптурного изображения представлена сцена наступления тяжелой кавалерии ни греческую (?) нехоту. Обратите внимание на беотийские шлемы, панцири, греческие и персидские подстилки для сидения на лошадях. Фрагмент следует датировать правлением Александра III или несколько более поздним временем. Археологический музей, Бурса; Немецкий археологический институт, Стамбул.

Описание неравного боя конницы Менида с бактрами при Гавгамелах заставляет думать, что первая была вооружена легче. По всей вероятности, наемные всадники имели копье и меч и носили беотийский шлем, башмаки, тунику и плащ. Не дошло никаких изображений, которые можно было бы отождествить с представителями этого подразделения, но вполне вероятно, что их экипировка была идентична экипировке продромов, и они могли различаться только цветами.

Минимальной организационной единицей был декас (dekas — десяток), который, как следует из названия, вначале состоял из десяти человек, но при Александре был увеличен до шестнадцати воинов. Декас составлял один ряд фаланги.

В нормальной ситуации декас образовывал сомкнутый строй — пики (pyknos, pyknosis), в котором каждый воин занимал площадь около одного квадратного метра (или один квадратный ярд). Синасписм (synaspismos) применялся, когда нужно было усилить построение для обороны, но не увеличить его гибкость. В этом случае задний полуряд заходил вперед и вставал рядом с передним полурядом, в результате глубина фаланги приблизительно равнялась восьми метрам, а по фронту на каждого воина приходился один локоть (около половины метра). Такой вариант построения был слишком жестким для маневрирования, поэтому еще одним вариантом построения был так называемый открытый строй глубиной в два обычных ряда (около тридцати двух метров глубиной), причем каждый удвоенный в длину ряд занимал по фронту около двух метров. Этот боевой порядок, по-видимому, назывался в армии Александра «глубокий строй» или «батос» (bathos — глубокий). Очевидно, что при всех описанных вариантах построения занимаемый фалангой фронт оставался неизменным.

Во время всех этих перестоений подразумевалось, что копье остается поднятым, поскольку его склонение помешало бы передвижению. Копья склоняли непосредственно во время атаки, которая иногда происходила на бегу, если быстрое движение было тактически неизбежно в быстроменявшейся ситуации. Атаку пехота начинала с македонским боевым кличем «Ала-ла-ла-лай», взывающим к Эниалию (греческое прозвище бога войны Ареса). Дальнейшее быстрое наступление, напротив, происходило в тишине, что усиливало эффект от боевого клича.

Монета царя Бактрии Антимаха П. Об истории греков и македонцев на Востоке после времени Александра III мало что известно. Мы знаем, что последователи великого македонца завоевали Пенджаб, а часть из них приняла буддизм. Впоследствии греко-македонцы были завоеваны степными племенами с севера. Антимах изображен в македонском национальном головном уборе — каусии. Предполагается, что каусию носил и сам Александр Великий.

Для марша армия строилась в колонну, причем фаланга, по-видимому, делилась на два крыла. Точный способ перестроения фаланги из колонны в линию все еще не понятен до конца, однако есть описание последовательности ее перехода к предельно сомкнутому построению, сделанное современником Александра III историком Каллисфеном (описано у Полибия, XII. 19.6):

«Непосредственно при входе на открытую местность он перестроил порядок так, что фаланга перестроилась сначала в 32 человека глубиной, затем в 16 человек и, наконец, при сближении с противником в 8 человек глубиной».

Александр к концу своей жизни включил в фалангу персидских стрелков и метателей дротиков. Арриан говорит (VII.23.3–4), что ряд возглавлял декадарх (dekadarchos), под началом которого были также входившие в ряддимойрит (ditno'trites — двудольник) и два декастатера (dekastateros— получающий десять статеров). Термин «димойрит» принято переводить «получающий двойную плату» — как это следует из сочинения Ксеиофонта. По данным Асклепиодота (II.2), в эллинистическое время ряд из шестнадцати человек делился на четыре части: полуряд именовался димойрией (dimoiria) и возглавлялся димойритом (dimoirites). Представляется, что декадарх командовал рядом и одновременно первым полурядом, а стоявший в ряду девятым ди-мойрит — вторым полурядом. Два декастатера замыкали полуряды и занимали соответственно восьмое и шестнадцатое места в строю. Эти старшие солдаты соответствовали британским младшим сержантам и европейским унтер-офицерам.

Пехотное подразделение лох (lochos) состояло из 512 человек, построенных в 32 ряда и занимавших по фронту около 32 метров. Это была базовая административная и организационная единица пехоты. Командир лоха назывался лохагом (lochagos). В правление Александра это формирование именовалось «пятисотенным», и им командовал пентекосиарх (pentekosi-archos) — «пятисотник». Каждое такое формирование имело своего гиперета (Hуperetes) и трубача. Несколько таких формирований, обычно два или три, сводились в таксис (taxis). В некоторых случаях такой отряд назывался хилиархия (chiliarchia) или «тясяча», однако этот термин не употреблялся, если в отряде было более двух лохов.

Шлем фригийского типа был сравнительно недавно найден и опубликован И. Вотокополу, эфором музея Иоаннины, который и предоставил нам эту фотографию. По-видимому, шлем был изготовлен вскоре после смерти Александра. Крепления для перьев по бокам шлема были, возможно, заимствованы с пехотных шлемов Александра.

Бронзовый подток; надпись расчищена в 1977 г. Греческий музей университета, Ньюкасл-на-Тайне.

Каждый декас имел слугу, отвечавшего за транспортировку тяжелого багажа. В помощь слуге был дан вьючный мул или осел. После завоевания Египта во время азиатских кампаний начали использоваться верблюды, обладавшие большей грузоподъемностью. Обозные слуги назывались эктакты (ektaktoi), то есть сверхштатные, поскольку они не сражались в строю.

Главным багажом декаса была палатка. Мы не знаем, сколько воинов жило в каждой палатке — весь ряд, полуряд или четверть ряда. Палатки перевозили в водоустойчивых кожаных чехлах, которые после установки палаток разворачивали и использовали как тенты. При форсировании рек эти же чехлы сшивали и наполняли соломой, создавая плавучие мосты. По этим мостам обычно переправляли животных, а люди форсировали реки на надутых кожаных мешках для воды. Кожаные мешки с водой транспортировали вьючные животные, они же везли железные колья пашток и растяжки. Нам известно об использовании топоров, а также о том, что каждый декас перевозил с собой ручную мельницу; вероятно, иные инструменты только выдавались декасам.

На марше пехота обычно двигалась с оружием, но неудобный шлем заменялся на каусию (kausia) — македонскую шапку, по форме напоминающую берет. Воины также несли личный багаж. Нам известно, что он включал постель; в Индии воины спасались от змей, на веревках подвешивая постели к деревьям. В багаж каждого солдата также входила чашка для питья и другая личная утварь. Люди сами несли свои съестные припасы; пищу готовили во время привалов. Приготовление пиши было делом медленным и трудным до тех пор, пока в Средние века в обиход не вошло кресало из кремня и стали. В греческой военной практике было нормальным переносить огонь в глиняных сосудах. Огонь могли переносить слуги, вероятно, вместе с небольшим количеством сухого хвороста.

Фрагмент «Мозаики Александра» в Помпеях: македонские сариссы предрекают гибель персидского царя Дария. Обратите внимание на поперечные полоски на втулках наконечников. Немецкий археологический институт, Рим.

Остальное солдатское имущество перевозилось в обозных телегах, так же как и трофеи. Больных также перевозили в обозе, возможно, для них предназначались особые санитарные телеги. Помимо телег обоз включал метательные и осадные машины. Обоз двигался позади армии и защищался арьергардом; его сопровождали солдатские семьи и маркитанты.

Интересный отрывок из текста Курция Руфа (VI.2.16) описывает сцену в лагере, когда прошел слух, будто царь решил возвращаться в Македонию: «Солдаты как безумные бросились к своим палаткам и начали укладывать свои вещи для похода; можно было подумать, что был дан сигнал собираться в путь. Крик солдат, разыскивающих своих товарищей по лагерю и нагружающих повозки, достиг ушей царя».

Фрагмент «Мозаики Александра» в Помпеях, Этот пехотинец в пурпурной каусии и красном плаще является, вероятно, офицером гипаспистов. Немецкий археологический институт, Рим.

Пехотинец на «Саркофаге Александра» имеет гоплитский щит. Многие современные авторы считают, что пехота при Александре продолжала использовать пельты (peltai), которые были у нее в первый период царствования Филиппа, однако это утверждение противоречит археологическим данным и текстам источников. В описании кампании на Балканах у Арриана говорится (1.1.9), что фракийцы укрепились на холме и метали оттуда дротики. Тогда Александр приказал фаланге сомкнуть шиты и поднять их. Дротики били по щитам, но ни один воин не был ранен. Трудно представить, чтобы эту процедуру можно было проделать без больших щитов. Поданным Курция Руфа, такая тактика, называемая им «черепахой», была использована в кампании против уксиев и при штурме перевала Персидские ворота.

Кроме того, ряд пехотинцев на саркофаге одеты в панцири, однако большинство современных авторов не признают, что пехота имела тяжелое вооружение. Тяжелые доспехи фаланги упомянуты в описании кампании в Писидии у Арриана (I.28.7), а также у Диодора (XVII.44.2), когда он говорит, что защитники Тира сыпали на осаждаюших раскаленный песок, который попадал под панцири и одежду и становился причиной мучительной смерти. Наконец, Диодор (XVH.95.4) говорит, что в Индии были выданы 25000 паноплий, а Курций Руф добавляет (IX.3.22), что старые комплекты были сожжены. Представляется, что по крайней мере часть пехоты использовала панцири, частично сделанные из таких сгораемых материалов, как лен или кожа.

Шлемы были так называемого фригийского типа. Некоторые из них были просто бронзовыми, однако большинство окрашивались в синий цвет, который, видимо, и был различительным цветом пехоты. Небольшое количество шлемов имело позолоченную полосу вдоль «петушиного» гребня, что могло быть признаком офицерского ранга. Эти и другие шлемы имели крепления для султанов, не сохранившихся на изображениях саркофага. Султаны состояли из длинных перьев, что можно заметить по шлему, нарисованному позади одной из фигур на саркофаге, а также по некоторым монетам с изображением Александра. Один шлем с позднемакедонской стенной росписи имеет султан в форме хвоста из конского волоса, поэтому вполне справедливы реконструкции шлема с использованием этой детали. Некоторые фигуры на рельефе саркофага не имеют мечей и ножен, однако следует думать, что это простое упущение художника и на самом деле мечи были у всех пеших воинов.

Пехота была вооружена длинным балканским копьем — сариссой (sarissa). Теофраст в своей «Истории растений» (III. 12.1–2) говорит, что длиннейшая (!) сарисса имеет 12 локтей (5,55 м) в длину, однако он написал свой труд после начала преподавания в Афинах в 322 г. до н. э., так что речь должна идти о сариссах в армиях диадохов. Сариссы были более короткими в правление Александра, однако в любом случае их нужно было держать двумя руками.

Независимо от длины важнейшим отличительным признаком сариссы был небольшой железный наконечник, лучше подходящий для пробивания доспехов, нежели широкий листовидный наконечник греческого копья. Писавший об охоте римлянин Граттий в своем сочинении «Кинегетикон» (117–120 гг.) говорит, что огромное македонское копье с его маленьким «зубом» непригодно для охоты. Сарисса, видимо, имела бронзовый подток, однако категорично этого утверждать нельзя. Бронзовый подток из Греческого музея университета в городе Ньюкасл-на-Тайне является образцом подобного при способления и представляет значительный интерес (см. с. 42). Подток очень тяжел, на нем сохранились следы смолы, при посредстве которой его скрепляли с древком. В 1977 г. подток очистили от ржавчины, и на нем была найдена надпись. Буквы МАК («македонский») между двумя параллельными линиями указывают на то, что эта деталь оружия была поставлена В армию государством. Подобные линиям на подтоке черные линии можно увидеть на наконечниках копий с помпейской мозаики. Вполне возможно, что подток был изготовлен в конце IV в. до н. э., но с уверенностью этого утверждать нельзя.

Найденную в Тиволи герму Асара преподнес Наполеону дон Хосе Николас де Асара, дипломат и покровитель искусств, библиофил, археолог и антиквар, представлявший интересы Испании сначала в Риме, а затем в Париже. На этой герме Александру около тридцати лет. Лувр, Париж.

Педзетайры (pezhetairoi — буквально «пешие гетайры») числом 9000 человек делились на шесть таксисов (taxeis): каждый таксис, в свою очередь, делился на три лоха. Таксисы обычно именовались по именам командиров. Вплоть до 330 г. до н. э. четырьмя таксисами командовали Кен, сын Полемократа, Пердикка, сын Оронта, Кратер, сын Александра, и Мелеагр, сын Неоптолема. Таксисом Аминты, сына Андромена, пока он находился в Македонии в командировке за подкреплениями, командовал его братСиммий. Последним таксисом при Гранике командовал Филипп, сын Аминты, а при Иссе — Птолемей, сын Селевка, убитый в этом сражении. После Птолемея таксис возглавил Полиперхонт, сын Симмия. Таксисы располагались на поле боя в порядке, определенном на день, но таксис Кена, который был в некотором роде элитным, занимал почетное место на правом крыле в битвах при Иссе и Гавгамелах. Воины некоторых таксисов, включая таксис Кена, носили название «астетайров» (asthetairoi — городские гетайры), что может указывать на их элитный статус или на то, что они были набраны в Верхней Македонии.

Каждый таксис был набран из отдельной области Македонии, и это определяло его официальное наименование. К сожалению, происхождение таксисов педзетайров указано только в описаниях войск Александра при Гавгамелах, сохранившихся в текстах Диодора и Курция Руфа. Хотя оба автора и базировались на общем источнике, их описания отличаются друг от друга, кроме того, оба текста расходятся с данными Арриаиа. Этот вопрос является темой длительной научной дискуссии, но, согласно возможной интерпретации, Кен командовал таксисом из Элимиотиды, Пердикка— из Орестиды, Мелеагр — из Линкестиды, а Полиперхонт — из Тимфеи. Возможно, что по меньшей мере три таксиса педзетайров набирались из сепаратистски настроенных областей Верхней Македонии, но, вполне вероятно, что оттуда набирали и все таксисы. Такая мера вполне могла входить в общую политику Александра: нам известно, что наиболее надежные с политической точки зрения отряды, набранные в самом сердце Македонии, царь оставил при Антипатре.

На афинском надгробии, найденном в 1888 г. в Элев-сине, можно увидеть детали нового снаряжения греческих воинов, появившегося в период после разгрома при Херонее: бронзовый анатомический торакс с кожаной фестончатой юбкой и шлем фригийского типа в македонском стиле. В музеях Афин и Элевсипа хранится множество изображений подобного типа; все они датируются 338–317 гг. до н. э., на некоторых сохранились следы краски. Все воины, видимо, носили красную тунику и эфаптиду, а некоторые из них также убирали голову особой повязкой. Национальный музей, Афины.

На «Саркофаге Александра» изображены только пять фалангитов, из которых четверо одеты в панцири. Они, вероятно, изображают педзетайров. Фалангиты одеты и экипированы по-разному и, видимо, представляют разные таксисы. Никаких оснований для отождествления фигур с определенными таксисами нет, за исключением одной, которая одета в пурпурную тунику и может быть отнесена к элитному таксису астетайров, например к таксису из Элимиотиды под командованием Кена. В центре бронзовых шитов красовался нарисованный медальон. На нем могла изображаться голова какого-нибудь местного божества: возможно, каждый таксис имел собственный защитный образ.

Эта стела из коллекции Наш в Венеции была опубликована Пачиоди в 1761 г. Она была выкуплена музеем Кальве в 1841 г. вместе с другими мраморными изображениями этой коллекции. Надпись гласит, что мегарскии военачальник Фокин назначается проксеном (proxenos — представитель государства) Афин. Все три фигуры изоора-жены в анатомических панцирях, однако фригийские шлемы отсутствуют. Музей Калыге, Авиньон.

Гипаспист (hypaspisias) по-гречески означает «щитоносец». Официальное название гипаспистов — «гипасписты гетайров» (hoi hypaspistoi tov heiairon), поэтому считается, что это подразделение было первоначально сформировано из личных оруженосцев гетайров. Формально первоначальная функция оруженосцев проявлялась в том, что во время сражения наиболее выдающиеся представители гипаспистов несли личное оружие царя, включая священный щит из Трои. На первых порах гипасписты насчитывали 3000 человек. Они делились на шесть лохов, и ими до своей смерти в 330 г. до н. э. командовал Ника-нор, сын Пармениона. Имена офицеров гипаспистов нам известны из текстов: погибший под Тиром Ад мет (возможно, командир агемы), Филота, Гелланик, погибший под Галикарнасом Адей, Тимандр. Адсй назван хилиархом (chiliarchos), однако этот термин может быть анахронизмом.

Воины агемы (agema) — авангардного лоха гипаспистов — именовались «царскими (basilikoi) гипаспистами». В нее входили высокорослые мужчины, отобранные из всей армии. Этот лох, впоследствии, возможно, разросшийся в хилиархию (chiliarchia), охранял в лагере царскую палатку и всегда занимал место на правом фланге, а остальные лохи пристраивались к нему слева.

Гипасписты действовали как подвижная связь конницы гетайров и педзетайров. Когда конница вырывалась вперед, гипасписты бросались за ней, закрывая разрыв. Логично предположить, что гипасписты были вооружены несколько легче, чем педзетайры. В нескольких случаях говорится, что Александр брат с собой наиболее легкую часть фаланги (или гоплитов); в этих случаях следует полагать, что речь идет о гипаспистах. Когда Александр формирован из армии «летучий отряд», в него всегда включались гипасписты, поскольку они могли передвигаться быстрее, чем тяжелые педзетайры.

Из пяти гоплитов на «Саркофаге Александра» один изображен без панциря, и мы можем идентифицировать его фигуру как гипасписта. Он имеет одежду и снаряжение греческого гоплита до проведенного Филиппом перевооружения. Хитон, спущенный с правого плеча для большей свободы движений, можно определить как греческую эксомиду (exomis). Из всей пехоты только гипасписты носили обувь. Во время погони за Дарием гипаспистов сажали на лошадей за спину конникам, так что, возможно, башмаки предназначались именно для этих случаев. В описании убийства Клита Арриан сообщает, что Александр выхватил у соматофилака копье, другие говорят, что он выхватил сариссу у охранника — предположительно, гипасписта. Короткое сломанное копье, изображенное на саркофаге рядом с лежащим подле гипасписта щитом, может принадлежать этому воину. Также рядом с ги-паспистом лежит окрашенный в пурпур фригийский шлем с гребнем с золоченой окантовкой, который может принадлежать офицеру гипаспистов (рис. Е). Одежда на солдате, бегущем рядом с Александром на помпейской мозаике (см. с. 44), включает каусию и красный (македонский?) плащ, и может также указывать на офицера гипаспистов, поскольку именно это формирование должно было идти вслед за конницей.

Бронзовая статуэтка Александра в Национального музея в Неаполе. Андерсон.

Надгробие на могиле Аристонавта, найденное в Афинах в 1864 г., хорошо известно и неоднократно публиковалось. Аристонавт был пехотным офицером; его одежда и снаряжение идентичны тем, что изображены на других аттических надгробиях. Шлем Аристонавта приспособлен для присоединения служившего знаком его ранга специального металлического венка: для этого по окружности шлема закреплены специальные шпеньки. Национальный музей, Афины.

После Гавгамел армия вступила в Вавилон, а оттуда пришла в Сузиану По дороге в Сузы, в богатой Ситтакене, армию нагнало присланное Антипатром большое подкрепление под командованием Аминты: 6000 македонских пехотинцев, 600 македонских всадников, 600 фракийских всадников, 3500 траллов, 4000 наемных пехотинцев и 380 наемных всадников. Александр остановил армию и провел первую из своих реорганизаций. Он воспользовался возможностью провести некоторые административные реформы и назначить офицеров на появившиеся вакантные должности.

Многочисленность подкреплений, которых оказалось более, чем достаточно для восполнения погибших и уволенных со службы солдат, подтолкнула Александра к расширению пехоты. Курций Руф говорит, что лохи гипаспистов были сведены в хи-лиархии, которых раньше не было (?). Новые офицеры назначались в соответствии с их воинскими заслугами. Упоминается восемь имен (включая Филоту и Гелланика), из чего мы можем предположить, что количество лохов гипаспистов было увеличено до восьми. Соединения педзетайров, по-видимому, пополнились седьмым таксисом. На следующий год царь оставил 6000 македонских пехотинцев (четыре таксиса) охранять сокровищницу в Экбатане и отправился в погоню за Дарисм, взяв с собой гипаспистов и таксисы Кена, Кратера и Аминты. Семь таксисов упомянуты на Гидаспе.

Конница была реорганизована. Каждая ила была разделена на два лоха (по две тетрархии в каждом), офицеры были назначены в зависимости от способностей и послужных списков из книг учета личного состава. Эта реформа, видимо, была вызвана административными соображениями, так как илой в 200 всадников, 200 коней и 200 конюхов не всегда было легко управлять. Распространение получил термин «гекатостия» (hekatostuas — сотни), это слово в случае конницы было равнозначно термину «лох».

Еще более ощутимые изменения были произведены в Экбатане. Фессалийская конница и союзники, как конница, так и пехота, были распущены и отправлены домой. Некоторые, однако, остались и были зачислены в армию как наемники и в будущем активно привлекались к операциям в Азии. К концу своего правления Александр начал набирать и обучать персидские части, которые он незадолго до смерти хотел включить в фалангу.

В начале 330 г. до н. э. при подготовке к кампаниям в горных и пустынных областях Ирана и Средней Азии педзетайров стали освобождать от панцирей. Полиэн (IV.3.13) сообщает, что Александр вместо панцирей ввел полупанцири (hemitorakion), дабы воины не показывали противнику спины. Это событие связывается с первой (неудачной) попыткой Александра взять Персидские ворота, и я склонен считать информацию Полиэна правдивой, хотя указанная автором причина появления нового типа снаряжения вряд ли соответствует действительности. Во время Гирканской кампании таксис Кена именуется «самым легковооруженным во всей фаланге». «Наиболее легковооруженные из фаланги» упоминаются и годом позже в связи с операциями близ Мараканды. В 326 г. до н. э. при осаде крепости Аорн «наиболее легко, но в то же время лучше [то есть удачнее) вооруженные» мужчины были отобраны из прочих таксисов. Таким образом, представляется, что другие таксисы или некоторые их ряды начали облегчать свое снаряжение.

Видимо, именно со вступлением в Индию сариссы значительно удлинились; это должно было повысить устойчивость фаланги в бою со слонами и их погонщиками. Панцирь был оставлен, и снаряжение теперь состояло из щита, меча, дротика и сариссы. Во время сражения последнюю сначала держали в левой руке, а затем, после метания дротика, перекладывали в правую. На Гидаспе для отрубания хоботов слонов Пора использовались махайры (ко-писы), а для подрубания ног — топоры.

Армия в Индии стала представлять странное зрелище. Перед кампанией Александр пожаловал гипаспистам серебряные щиты, коннице — золотые удила; снаряжение остальных пехотинцев было украшено золотом и серебром. Целесообразность стала уступать место роскоши. Трудности со снабжением из Македонии и других европейских областей привели к тому, что сначала войска Александра переоделись в персидские одежды, а затем перешли на индийские. Панцири и прочие доспехи исчезли.

В Индии боевой дух войск был сильно подорван встречей со слонами Пора, и когда армия узнала о войске в 4000 слонов, которое ожидало их на другом берегу Гифасиса, солдаты взбунтовались. Страх перед слонами заставил Александра вновь на короткое время ввести в пехоте панцири: первой целью возвращения панциря было не защитить воина, а придать ему ощущение заигишенности.

Геллеспонт пересекли 7000 греческих пехотинцев. Их прислали страны — участники Коринфского союза; каждый контингент состоял из эпилектов (epilektoi — отборные), отобранных из государственных армий, и управлялся собственными офицерами. Всем соединением греческой пехоты командовал македонский стратег (strategos).

После разгрома при Херонее греки провели в своих армиях ряд реформ, которые были призваны усовершенствовать снаряжение воинов и повысить боеспособность армий в новых условиях крупномасштабной войны. Сведения о результатах военной реформы, проведенной в Афинах под эгидой политика Ликурга, можно почерпмуть при изучении надгробий, которые датируются временем между 338 и 317 гг. до н. э. (см. с. 46 и 50). Вышедшие из употребления со времен Пелопоннесских войн доспехи вернулись в виде анатомического панциря-торакса (thorax), а спартанский шлем пилос (pilos) был заменен на македонский шлем фригийского типа, В Мега-ре фригийский шлем не зафиксирован, но зато вновь появляется анатомический торакс, аналогичный афинскому (см. с. 47). Мы можем сделать вывод, что подобные мероприятия были проведены и в других государствах Греции, хотя археологически это пока подтвердить невозможно. Одна из фигур на «Саркофаге Александра» (рис. НЗ) может быть идентифицирована как изображение грека, поскольку перед нами предстает бородатый мужчина, а в македонской армии бритье было обязательным. Эта фигура одета в анатомический панцирь.

Помимо обязательных контингентов стран-участников Коринфского союза в армию также входило множество греческих наемников. Основной ролью этих наемников было составлять гарнизоны занятых областей. Эти части нередко формировали на месте, зачастую из бывших греческих наемников на персидской службе. Такие подразделения были не самыми надежными, настроения у многих наемников были антимакедонскими, и на этой почве в конце правления Александра не были редкостью мятежи. Наемники также использовались для усиления пехоты в полевой армии, однако в последнюю включались наиболее надежные части, которые давно входили в состав армии или были набраны из дружественных государств.

Сохранившиеся описания битвы при Гавгамелах неполны и существенно различаются, однако сходятся в том, что в сражении участвовало два самостоятельных формирования наемников. Арриан говорит, что на правом фланге сражались наемники-ветераны (archaioi) — вероятно все или часть из состава тех 5000, которые переправлялись вместе с Александром через Геллеспонт. Сражавшиеся на левом фланге ахейские наемники, которых упоминают Диодор и Курций Руф (последний, правда, не называет их ахейцами), вероятно, являются теми самыми 4000 наемников, которые, по сообщению Арриаиа (11.20.5), были набраны на Пелопоннесе и присоединились к армии в Сидоне годом раньше.

Греческая наемная пехота была снаряжена по традиционному спартанскому образцу: бронзовые гоплитские щит и шлем, однако панцирь и поножи отсутствовали. Воины были вооружены обычными для пехоты копьем и мечом и носили красную эксомиду (exomis) — хитон со спущенным правым рукавом. Изображения греческих наемников на персидской службе в такой одежде и с таким вооружением присутствуют на «Саркофаге Александра» (рис. F2) и на «Мозаике Александра». Возможно, наемники на македонской службе носили панцири, но в этом случае их подвижность была бы снижена; тем не менее в битве при Гавгамелах греческие наемники занимали позиции на флангах, что предполагает повышенную мобильность.

Не очень много информации сохранилось о псилах (psilot) — воинах легкой пехоты. Они обычно действовали в открытом строю, возможно, менее глубоком, чем в случае фаланги, поэтому подразделения легкой пехоты при той же численности могли занимать по фронту больше места, чем фаланга. Базовым, по-видимому, было соединение из 500 человек, но нам неизвестно, чтобы такое соединение именовалось лохом, как это было в фаланге.

«Мозаика Александра» в Помпеях — копия картины современного Александру греческого художника. Автор исходного произведения точно не установлен, но предполагают, что им мог быть Апеллес или Фштксеп. Немецкий археологический институт, Рим.

Токсоты (toxotoi), то есть лучники, находились под командованием особого стратега и делились на соединения по 500 человек, каждое под командованием токсарха (toxarchos). Первый стратег токсотов Кдеандр погиб в Писидии и был заменен на Антиоха, также вскоре умершего, В Египте в 331 г. до н. э. токсотов возглавил критянин Омбрион.

Александр, видимо, имел подразделение критских токсотов еще в начале своего правления. Эти критяне могли быть наемниками, но они набирались из дружественных Македонии городов Крита. После роспуска союзников в Экбатане они не упоминаются. Критские токсоты носили небольшую бронзовую пельту (pette) — легкий серповидный шит, который позволял им сражаться в ближнем бою и не мешал стрелять из лука. Критяне служили под командованием своих собственных офицеров — сначала Еврибота, погибшего под Фивами в 335 г. до н. э., а затем Омбри-она, который в 331 г. до н. э. в Мемфисе возглавил всех лучников.

Второе соединение токсотов примкнуло к экспедиции под командованием токсарха Клеарха, который погиб под Галикарнасом. Его, видимо, заменил Антиох, который назван токсархом при Иссе, хотя он же назван стратегом всего подразделения после смерти Клеандра. Нам не известны имена токсархов, которые командовали вторым соединением токсотов после смерти Антиоха в 331 г. до н. э. Мы не знаем также и национальности токсотов второго соединения, хотя они вполне могли быть македонцами. Третье соединение токсотов под командованием Брисона примкнуло к армии перед Гавгамелами, и их определенно называют македонцами. Некритяне, судя по всему, носили бронзовую пельту и были, по словам Арриана (111.18.5), «наиболее легко вооруженными из всех токсотов» во время штурма Персидских ворот.

Агрианские аконтисты (akontistai), то есть метатели дротиков, находившиеся под командованием македонца Аттала, были легкой пехотой. На рис. H1 предлагается возможная реконструкция их одежды и снаряжения, однако помимо дротиков у них могла быть и пельта. Агрианских аконтистов, по всей видимости, прислал из своих собственных войск зависимый от Македонии царь аг-риан Лангар. Геллеспонт пересекло только одно соединение агриан, еще одно, насчитывавшее 1000 человек, присоединилось к армии перед сражением при Иссе.

Мало что известно об остальных представителях легкой пехоты, которые в текстах выступают под общим термином «фракийцы». Это были 7000 одриссов, трибаллов и иллирийцев, которые перечисляются Диодором в составе войска, пересекавшего Геллеспонт. Они могли быть наемниками, однако, судя по выплатам денег войскам в ранних кампаниях, более вероятно, что их прислали Александру зависимые от него цари. Вероятно, все воины легкой пехоты были аконтистами и делились на несколько таксисов, хотя не исключено, что в их числе было и несколько отрядов пращников. Все «фракийцы» находились под командованием человека, которого Арриан (IV.7.2) называет «Птолемей, стратег фракийцев». Одриссами руководил Ситалк, представитель царствующего дома Одриссии; другие подразделения также могли возглавиляться командирами, происходившими из одной местности с подчинявшимися им воинами.