Позвольте представиться. Впрочем, даже если и не позволите, я все равно назову себя. Золия, правительница и Великий Ужас Межгорья, или просто Злыдня, как втайне называют меня слуги и подданные единственного городка, расположенного на моих землях. Но, как видите, это для меня не секрет. Посмотрев в глаза любому человеку этого мира, я с легкостью могу прочесть его мысли. Мало кто знает об этой моей способности, поэтому даже не пытаются защищаться и ставить мысленные блоки. Совсем иначе обстоят дела в моем родном мире. Там меня знают как Льеру — правительницу народа василисков, к которому я принадлежу. Находясь на родине, я могу прочесть только мысли моего младшего брата Кейна и любого дракона-оборотня из соседней державы, если он не позаботился о мысленном блоке. А что я делаю здесь, в другом мире, спросите вы? «Живу! — отвечу я громко и открыто, но про себя добавлю: — И прячусь». Нет, не от врагов, а от гораздо худшей напасти — от обязанностей. Вы представляете, каково править не одним городом, а целой державой? Нет? Вот и я не представляю. Меня, конечно, к этому готовили… Но проблема в том, что тысяча сто шестьдесят восемь лет назад я потеряла память при загадочных и трагических обстоятельствах. Это произошло, когда дядюшка Фарг решил убить наших с Кейном родителей и стать нашим опекуном, чтобы в дальнейшем полностью захватить власть в свои руки. В общем, о жизни в родном мире я знаю только со слов брата, который спустя долгие годы нашел меня здесь, в Межгорье. Надо сказать, трудная это была задача, почти невыполнимая. Но благодаря счастливой случайности он справился с этим делом быстрее, чем огромное войско наемников во главе с дядюшкиным доверенным лицом Тавросом. Все искали черноволосую миниатюрную девушку, обладающую нечеловеческой силой, нуждающуюся в сне лишь пару-тройку раз в году и отзывающуюся на имя Льера, но были не правы. Я звала себя Золией, народ — Злыдней, а истину не знал никто.

Я жила отшельницей в почти неприступном замке, не имея друзей и родных, зато врагов у меня было хоть отбавляй. Можно сказать, врагами были все жители этого мира. То ли в том была моя вина, то ли просто так сложилась судьба — сейчас и не разобрать. Весь город, в котором я захватила власть, был настроен против меня, но народ терпел и исправно платил налоги, так как не мог дать достойного отпора. Надо сказать, город я захватила совершенно случайно, в состоянии аффекта, ведь встретили меня не очень приветливо. Тогда я не знала, что в это изолированное место в горной долине высылали преступников: мятежников с семьями, убийц, чья вина не доказана, — поэтому неудивительно, что у них возникло намерение поизмываться над одинокой, растерянной девушкой. И с годами отношение ко мне населения не изменилось, просто ненависть, передаваемая от поколения к поколению, стала привычной и не такой острой. Да и я никогда не стремилась что-то предпринять в этом плане, будучи злая на весь мир и никому не доверяя, как обиженный ребенок. У меня не было войска, чтобы поддерживать порядок, так что я придумала для себя образ Великого Ужаса и стремилась запутать население любыми доступными средствами. Этому немало способствовало таинственное свечение вокруг моего тела, возникающее каждый раз, стоило мне разозлиться. Захваченный город я из вредности назвала Деревней…

Однажды в Межгорье вторглось огромное войско, состоящее из сверхсильных существ, способных покрываться прочной чешуей, не поддающейся мечу. Пытаясь найти возможность изгнать их со своей территории, я заключила временное перемирие с правителем Карневии Дейконом и даже успела подружиться с его сестрой Илэр. Кстати, они оба — дроу. Да-да, остроухие и, в отличие от эльфов, черноволосые. К тому же все дроу живут в городах среди людей. Это эльфы держатся особняком, редко покидают свои леса и обожают природу, прямо над каждым листиком трясутся. Но их магия гораздо сильнее человеческой. Все знают, что ссориться с эльфами чревато, впрочем, и дружить с ними я лично не советую. Если все они такие же, как Ингрем — посол эльфов в Карневии, то поддерживать с ними хорошие отношения гораздо более опасно, чем придерживаться нейтралитета или проявлять неявную враждебность.

Вместе с братом, Дейконом и Илэр мне удалось пробраться в мой родной мир и заручиться поддержкой посла драконов. Двух предшественников Арвиса на этой должности убили по приказу узурпатора, хотя все обставили как несчастный случай, а потому он был рад помочь нам спрятаться от моего дядюшки Фарга во дворце, рассчитывая на то, что союз с нами поможет в будущем ему лично и спасет его народ от назревающей войны с василисками. Кейн очень надеялся, что в домашней обстановке я вспомню свое прошлое, однако этого не произошло. Открыто я в этом не призналась, но мир василисков и драконов был мне чужд. Даже придворный маг Верилайн, на башню к которому мы с послом поднялись, рискуя жизнью, ничем не смог помочь. Его заклинания не сработали, но он обещал что-нибудь придумать. Так и не вспомнив свое детство, не имея возможности на словах доказать свое происхождение, я вынуждена была драться с Фаргом на суде оружия. Стыдно сознаться, но я оказалась слабее. Если бы не помощь духов предков, то лежать бы мне сейчас в именном гробу в родовом склепе. Но все обошлось, меня короновали. Я приняла присягу, назначила советников, которых наделила полномочиями по управлению державой, подавила восстание и, захватив часть войска, отправилась освобождать тот мир, где нашла приют после потери памяти.

Битва была кровопролитной. Половина населения Дельноры, столицы Карневии, навечно обратилась в камень под воздействием специфического взгляда василисков. Нет, не моих подданных, это постарались наемники Тавроса. Многие дома были разрушены, улицы перегорожены баррикадами из камней, обломков мебели, деревьев и… трупов. Мы победили, но, к сожалению, сам Таврос сбежал. И отнюдь не в панике, осознав, что проигрывает. Он просто отступил, подчиняясь приказу неведомого голоса. Оказалось, что он служил не только Фаргу, но и драконам! Мало того, мы заподозрили, что он и сам не является василиском, хотя успешно маскировался долгие годы, даже голову обрил, чтобы цвет волос не выдал его. И разве загадочный голос из телепорта мог просто так назвать его Парящим?

Битва закончилась два дня назад. В данный момент моя армия стоит у стен столицы Карневии, а я маюсь дурью во дворце Дейкона, ожидая, когда мне откроют телепорт в родной мир. Переселяться туда я не собираюсь. Просто хочу отправить обратно войско, а заодно отпраздновать свое совершеннолетие по традициям василисков. Да-да, этой ночью случится сие знаменательное событие: мне исполнится ровно полторы тысячи лет.

Не удивляйтесь, но больше всех этой ночи ждет Тагерт, маг и советник Дейкона, а также дворцовые слуги. Они побаиваются меня, их нервирует войско под стенами. Кроме Дейкона и его сестры, никто не верит, что я не собираюсь захватывать власть в Карневии, что я уйду просто так, не ставя никаких условий. Конечно, можно попытаться их переубедить, но оно мне надо? Так что я наслаждаюсь вынужденным гостеприимством замка столицы и опасливыми взглядами за своей спиной. Изредка компанию мне составляет сестра правителя, Илэр, иногда забегает Мерк — парнишка из Деревни, волей судьбы вынужденный принять участие в последних событиях. Дейкона, занятого восстановлением города, я почти не видела в эти дни

У меня ничего не получалось, в голову не приходило ни одной дельной мысли. Я сидела за массивным столом перед чистым листом бумаги, грызла кончик пера, терла лоб, морщилась, но не могла придумать способа защиты простого человека от окаменяющего взгляда василисков. Не подумайте, что я решила таким образом облагодетельствовать население Карневии, не говоря уже о моем Межгорье. Их безопасность ничуть меня не волновала. Защита требовалась только для одного человека, вернее дроу — для Дейкона. Он о том не подозревал, но уж очень я расстроилась, когда думала, что Таврос обратил его в статую, перед тем как удрать. Мне будет гораздо спокойнее, если привилегией навечно превратить правителя Карневии в камень буду обладать только я. А то мало ли кто еще из моих сородичей забредет в этот мир.

Проблема была в том, что я плохо понимала суть процесса окаменения. Поскольку я была несовершеннолетней, у меня пока получались только живые статуи, которые в любой момент можно расколдовать без всяких последствий. Оставалось надеяться, что после сегодняшней ночи знаний у меня прибавится. Интересно, в какой именно камень я смогу обращать живых существ? Мрамор, хрусталь, гранит? Под формальную опеку лорда какого Дома василисков попаду? Да, наверное, выяснить это хочется не только мне, так что можно не волноваться, что все забудут про телепорт. Если не посол драконов Арвис, то уж Кейн точно заберет меня из этого мира.

С защитой от окаменяющего взгляда ничего не получалось, так что я просто разграфила лист на две половины, решив прикинуть соотношение союзников и врагов. В первую колонку я без колебаний вписала имя брата, моего главного советника лорда Эйна, его заместителя. Подумав, добавила Илэр. Во вторую графу попали Таврос и жители Деревни. Со статусом остальных лиц я никак не могла определиться. Куда вписать Дейкона? Мы временные союзники, но это не значит, что он больше не считает меня врагом. А Арвис, остальные драконы, советник Тагерт, куда внести их? Да и эльф ставил меня в тупик. С одной стороны, официально мы друзья, но с другой — с такими друзьями и врагов не надо. Ой, как все сложно… Раньше было проще. Я бы без колебаний внесла всех в графу «враги» и с легкой совестью перечеркнула другую колонку. Тяжело вздохнув, я подперла голову рукой, поставив локоть на стол, и принялась бездумно выводить на листе какие-то загогулины.

— Золия! — раздался под дверью комнаты громкий вопль. Вслед за этим ко мне без стука влетел Дейкон собственной персоной. Его глаза лихорадочно блестели, черные волосы растрепались от быстрого шага, цепочки амулетов на груди переплелись.

И чего орет? Вроде я за утро ничего не успела натворить. Подумаешь, поинтересовалась у какого-то слуги, доставившего мне завтрак, сколько он хочет за то, чтобы подмешать в еду советнику Тагерту один порошок. У меня все равно сейчас ничего нет. А спрашивала я отнюдь не со злыми намерениями, скорее из жалости и праздного интереса. Да-да, не удивляйтесь. Я боюсь, что Илэр скоро начнет падать под весом всех тех амулетов, что навесил на нее Тагерт. И ведь маг все никак не угомонится. Стоит мне приблизиться к сестре правителя, как на шею девушки опускается очередной амулет. Знает же, что они бесполезны против окаменяющего взгляда, что защищают только от магии этого мира, но все равно старается. Я надеялась, что он переключится на свою защиту, как только ему передадут о проявляемом мною интересе к его персоне.

— Золия! — еще раз повторил Дейкон.

Пришлось обернуться в его сторону и изобразить внимание.

— Я так больше не могу! — заявил дроу. — Забирай этого эльфа отсюда! У меня по его милости вся площадь в полянку превратилась, а разбитые вокруг дворца газоны — в непроходимые заросли! Там запросто заблудиться можно!

— Не преувеличивай. Площади тех газонов вряд ли хватило бы на посадку более чем трех деревьев.

— Да? Когда это эльфа останавливали какие-то жалкие границы газона?! Ингрем умудрился воткнуть ель даже посреди главной улицы! А если она еще самовосстанавливающаяся — это катастрофа. Позови эльфа к себе, у тебя вокруг замка все равно рощи. Ему там просто негде будет разгуляться, и это вынудит его успокоиться и усмирить свои творческие порывы.

Я с сомнением посмотрела на дроу. Чтобы эльф и не нашел, куда можно воткнуть пару сотен деревьев?! Да мои рощи быстро превратятся в чащи! Я что, похожа на ненормальную, которая добровольно пригласит эльфа к себе в гости? Ну нет, я себе не враг.

— От меня ты такого одолжения не дождешься, — сообщила я Дейкону. — Разбирайся с Ингремом сам. Ты не пробовал просто объяснить ему, что не хочешь, чтобы он вмешивался в планировку города?

— Эльф на это заявляет, что как мой друг и союзник не может остаться в стороне и не помочь с восстановлением столицы! При этом у него такой кристально честный вид, что нельзя не поверить — Ингрем хочет как лучше.

— А в это время он думает, что чем больше деревьев успеет насадить, тем комфортнее будет чувствовать себя в Дельноре, — хохотнула я. — Так что не обольщайся, бескорыстием здесь и не пахнет.

— Мне нет никакого дела до его мотивов. Я просто не могу смотреть, как Ингрем издевается над уцелевшими жителями! Он своими елями и березками перегородил прямую дорогу от рынка к воротам!

— И пусть. Жители сами прорубят путь, когда эльф уедет. Тебе останется просто принести извинения за свой недосмотр и хулиганство подданных при следующем визите Ингрема.

— Я все понимаю, но смотреть на это не могу! — сказал дроу. — Пожалуй, до окончания работ я отсижусь в твоем мире, а Тагерт тут за всем присмотрит. Ингрему как раз не нравится, когда советник начинает выспрашивать о принципах работы эльфийской магии.

Я даже рот открыла от такой наглости. Дейкон не просил взять его с собой, он просто сообщал, что тоже переместится в мой мир! Пусть не обольщается — брать его в гости я не собираюсь. И вовсе не из вредности, нет. Просто любой василиск может превратить его в камень, а мне бы этого не хотелось. Надо бы и мне пообщаться с советником и просветить его на предмет того, куда собрался правитель. Ясно же, что маг его со мной не отпустит и постарается всячески отговорить.

— Где Тагерт? — поинтересовалась я у дроу.

— На площади. Наблюдает за эльфом, — отозвался Дейкон. — А зачем он тебе срочно понадобился? Золия, учти, он мне очень нужен в живом и подвижном состоянии, так что тренируйся превращению в статуи на ком-то другом. По-моему, блондины хорошо смотрятся в застывшем виде, — намекнул дроу на эльфа.

Вот переберется Ингрем в Межгорье, и тогда я подумаю над этими словами. А пока я просто вышла из комнаты и отправилась искать Тагерта. После памятного совместного забега от наемников Тавроса мы демонстративно старались не обращать внимания друг на друга. Он продолжал воспринимать меня как врага Карневии, а я смущалась того, что советник стал свидетелем моей слабости. Ведь если бы не своевременное появление мага Верилайна, нас бы убили.

В коридорах дворца не было никаких разрушений — битва не докатилась до центра Дельноры. Даже деревья и кустарники, высаженные посреди залов с помощью магии, уже убрали. Сам же Ингрем и постарался, осознавая, что погорячился. Хотя, по-моему, он больше жалел не людей, которым кое-где в коридорах и залах приходилось протискиваться сквозь густые ветви, а сами растения. Как же: бедняжки оказались лишены солнца, неба и даже почвы! Но хорошо, что хоть такой мотив заставил его перенести деревья наружу. Мне бы не поверили, но я действительно сочувствовала Дейкону, вынужденному принимать у себя такое опасное существо, как эльф. Но слуги почему-то обожали белокурого Ингрема, зато шарахались от меня, как от ядовитой змеи. Ну и где в этом мире справедливость?! Но если она где-то и есть, то я искать не буду. Пусть меня боятся не совсем справедливо, однако раз мне это выгодно, то зачем возмущаться?

Площадь действительно напоминала полянку. Не знаю, куда эльф дел брусчатку, вряд ли он вручную выковыривал ее по камушку, но под ногами пружинила земля, поросшая чуть желтоватой травой. Странное у этого эльфа представление о восстановлении города… Если он таким же образом решит помочь мне восстановить замок, то надо готовиться, что от моего большого домика останется только плетеный из веток шалашик. Но я против!

— Привет остроухим труженикам! — поздоровалась я с самим белокурым эльфом в тайной надежде, что он обидится.

— А-а… это ты, — отозвался Ингрем, задумчиво осматриваясь вокруг. — Как тебе мое творение?

— Ужас, — честно ответила я, продолжая лелеять мечту о мелкой ссоре с эльфом.

— Да? Тебе тоже кажется, что дворец портит всю картину? — обрадовался Ингрем, сверкнув на меня взглядом сияющих и по-детски невинных глаз. — Он не вписывается в мою полянку, не смотрится на фоне хрупкой зелени.

Ха! Нашел дуру! Уж я-то вижу его насквозь! Решил снести как можно больше зданий, расчистить место, чтобы организовать здесь крупный парк. Хотя то, что он считает парком, нормальные люди обычно зовут лесом…

— Злыдня, ты зачем сюда явилась?! — зашипел на меня Тагерт, стоящий рядом с эльфом. — До твоего прихода мы сошлись на том, что контраст тоже неплохо смотрится.

Нет, ну ничего же не сделала, просто подошла — и уже оказалась виноватой! Вот возьму и соглашусь сейчас с мнением Ингрема. Только, боюсь, Илэр и Дейкон тогда нагло переселятся ко мне на время строительства нового дворца.

— Травка здесь как-то не смотрится, — сказала я эльфу, а потом переключила внимание на мага: — Советник, можно вас на два слова?

Тагерт, маг неопределенного возраста с абсолютно седыми волосами, которые совсем не вязались с моложавым лицом, вслед за мной отошел на край площади. Сделал он это неохотно, из одного чувства долга. Согласитесь, лучше пару минут уделить разговору с неприятным вам человеком и узнать, что он хочет, вместо того чтобы потом, когда будет поздно, столкнуться с нежелательными результатами его действий. Поэтому Тагерт приготовился мня выслушать.

— Сегодня мне должны открыть телепорт, — сообщила я.

— Знаю.

«И уже считаю оставшиеся минуты», — прочла я его мысль, так как маг и не думал отворачиваться.

— А о том, что Дейкон хочет переместиться со мной, тоже знаете?

— Как? Зачем? Не пушу! — было первой реакцией Тагерта. — Ему нечего делать в другом мире!

— Ой, Золия, а ты пригласила братишку на свой день рождения? — раздался за моей спиной радостный голос подкравшейся Илэр. — Я тоже хочу! Возьми и меня!

Тагерта от этих слов чуть удар не хватил. Он явно не понимал, как можно добровольно напрашиваться ко мне в гости. И ладно бы только правитель, он уже совершеннолетний и может за себя постоять, ему нельзя указывать, но сестру Дейкона маг категорически не хотел отпускать. Он достал из кармана нитку с крупной бусиной и на всякий случай навесил на шею Илэр. Девушка покорно, хотя и без всякой радости, снесла появление нового украшения. Поверх высокого ворота розового платья у нее уже красовалась целая уйма амулетов. Даже удивительно, зачем ей при этом понадобилось вплетать нитки жемчуга в сложную прическу из длинных черных волос.

— Тебе нельзя, — обратился советник к Илэр. — Вот увидишь, Дейкон будет против.

А как насчет того, чтобы учесть, что я тоже против? Нет, они обсуждают, кому перемещаться ко мне в гости так, словно я их приглашала! Надеюсь, хоть у эльфа хватит такта, чтобы не напрашиваться.

Я с тревогой оглянулась на Ингрема и нежданно-негаданно стала свидетельницей того, как из-под земли вылезает, разрастаясь, небольшой кустик. И он зеленел на поляне не один! Пока мы разговаривали, эльф успел вырастить пару десятков.

— Что это? — не удержалась я от вопроса.

— Ты же сама сказала, что одна трава тут не смотрится, — оповестил эльф. — Так что я решил еще немного украсить полянку. Надеюсь, так лучше?

— Угу, — закивала я, испугавшись, что Ингрем в случае отрицательного ответа решит добавить деревьев. Дейкон мне этого не простит.

— Злыдня! — зашипел сбоку Тагерт. — Надо было сказать, что кусты здесь не к месту. Я это еще припомню, когда эльф отправится к тебе!

Объяснять свои мотивы и оправдываться я не стала. Все равно не поверит, что я хотела как лучше. Маг привык во всех моих действиях искать подвох и злой умысел. Я поторопилась ретироваться подальше от эльфа и разгневанного Тагерта. Ведь если Ингрему после моего визита взбредет в голову вырастить дерево посреди ближайшей улицы, я могу оказаться крайней. Для Тагерта, дворцовых слуг и челяди это будет выглядеть именно так.

Я вернулась в отведенную мне комнату и снова устроилась за столом над листом бумаги. Именно тут нашел меня дроу ближе к вечеру. Постучаться он опять забыл, просто распахнул дверь и ввалился в комнату. Следом за ним, как привязанная, вплыла черная дыра телепорта.

— Собирайся, — скомандовал Дейкон. — Я уже переправил всех твоих воинов домой, захватил свои вещи и предупредил Тагерта и Илэр. Быстрее, а то Арвис на том конце нервничает.

— Но почему он привязал телепорт к тебе?! — возмутилась я, понимая, что теперь у меня не получится «забыть» захватить правителя Карневии.

— Льера! — раздался бесплотный, искаженный голос Арвиса из телепорта. — Прекращайте выяснять отношения, у меня силы на исходе! Поспорите, когда окажетесь в нашем мире. Можете даже подраться!

Я засобиралась в дорогу: накинула на плечи плащ, пристегнула к поясу меч и прихватила со стола оставшееся после обеда яблоко, решив, что лишним оно не будет. Может, у этих василисков на торжестве есть вообще не положено. Но прежде чем я успела приблизиться к телепорту, в комнату влетела запыхавшаяся Илэр и с возгласом: «Даже не думайте оставить меня дома!» — прыгнула в черный провал. Ни я, ни Дейкон не успели ее остановить. Едва она скрылась из виду, как на пороге показался встревоженный Тагерт.

— Где Илэр? Неужели вы позволили ей телепортироваться в другой мир?!

— Не волнуйся, я за ней присмотрю, — успокоил его Дейкон. — Это не опаснее, чем бродить по дорогам Карневии и Альтии инкогнито и без должной охраны.

Маг тяжело вздохнул, достал из правого кармана своего камзола связку амулетов и начал один за другим цеплять их на дроу. Как всегда, на мужские и женские он их не разделял, а потому наряду с подвесками в виде перекрещивающихся мечей и простых кругляшей на грудь Дейкону опустились всевозможные розочки и цветочки.

— Хватит! — попытался остановить Тагерта дроу. — Там совсем другая магия. Они мне ничем не помогут, вздумай кто напасть.

— Зато мне очень даже помогут спать спокойнее с чистой совестью, — сообщил маг и для надежности добавил еще один амулет. Он достал из левого кармана следующую горсть подвесок и цепочек, не обращая внимания на страдальческое выражение лица Дейкона.

— Передашь Илэр, — строго попросил советник.

— А ты присматривай за городом и эльфом, — не остался в долгу дроу. Торопясь убраться прочь с глаз мага, он попросту толкнул меня в телепорт.

На мгновение я оказалась в кромешной темноте, которая сменилась видом знакомой обстановки моей комнаты в родовом замке. Никаких неприятных ощущений, как после телепорта Кейна, не было — ни тошноты, ни головокружения, ни слабости. В отдалении стояли Арвис, Илэр и Кейн. Братец радостно улыбался, в то время как его пальцы непроизвольно от волнения гнули металлические пуговицы камзола. Это у нас семейное — теребить что-то в руках в попытке обуздать чувства. Несмотря на строгий черный камзол, он все равно выглядел мальчишкой. Впрочем, ему до совершеннолетия еще ждать триста двадцать пять лет — успеет повзрослеть. Братец периодически поражал меня то своей серьезностью и знаниями, то легкомысленностью и беспечностью.

На фоне черноволосых Кейна и Илэр Арвис буквально выглядел белой вороной. Мало того что он был блондином, так еще и возраст имел солидный. По человеческим меркам, ему можно было дать около тридцати.

Я кинулась к брату, освобождая место для Дейкона, но вместо него появился… Мерк — шестнадцатилетний мальчишка, житель Деревни. Он-то что тут забыл?! Тоже любопытство разыгралось? Я начала опасаться, что после такого следует ждать в гости Тагерта и Ингрема, но обошлось. Дроу переместился сам, один, и черный провал с легким хлопком тут же исчез в воздухе, не оставив и следа.

— Я так рад тебя видеть, сестренка, — обнял меня Кейн. — У тебя все в порядке? Раз ты переправила войско обратно, то, я так понимаю, с Тавросом удалось справиться?

— Не совсем, — уклончиво ответила я и повернулась к дракону, здороваясь.

— Вы проиграли и вынуждены были отступить? — удивился Кейн.

— Нет, просто сам Таврос отступил, и, думаю, скоро стоит ожидать от него новых неприятностей. И еще: кажется, он — дракон!

— Этого не может быть! — возмутился Арвис.

— Золия, расскажи им все по порядку, — посоветовал Дейкон.

— Только сначала переоденься, — подтолкнул меня к шкафу Кейн. — Тебе не по статусу расхаживать во дворце в коричневом кожаном костюме. В таком виде я тебя никуда из комнаты не выпушу!

И что за несправедливость?! Сам расхаживает в камзоле моего любимого черного цвета, а я переодевайся в нечто аляповатое!

Спокойно, Золия, спокойно. Традиции имеют обыкновение меняться… иногда… наверное… и не в этом мире! Все василиски чересчур чтят заветы предков. Еще бы с ними не считаться, когда духи предков периодически являются потомкам и наводят порядок! Главное — самой не ляпнуть ничего лишнего, не поминать никого из предков.

Братец вытолкал за дверь Арвиса, Мерка и Дейкона, выхватил у меня из рук яблоко и, жуя, удалился сам. Как всегда, он больше думал о приличиях, традициях и долге перед народом, чем о моем комфорте. Стоило бы обидеться, но, во-первых, это единственный мой родственник, а во-вторых, я знаю, что он меня любит и просто не понимает, что мое благо не всегда совпадает с благом народа.

Я в очередной раз пообещала себе заняться перевоспитанием Кейна и отправилась исследовать содержимое шкафа. Но Илэр успела подскочить к нему первая. Ей, как и мне, было любопытно, что там нашили солдаты мятежной армии в качестве откупных за свою жизнь. После смерти Фарга часть войска взбунтовалась, не желая признавать меня законной правительницей. Воины осадили замок, планируя возвести на трон своего ставленника вместо девицы сомнительного происхождения, ведь на суде оружия они не присутствовали. С помощью отряда королевской стражи и придворного мага Верилайна их попытку взять ворота приступом удалось отбить, а заодно отбили и дальнейшую охоту нападать… Бунтари признали, что ошибались, и предложили выкупить свои жизни и свободу, они даже попросили разрешения присягнуть мне на верность. Конечно, воины рассчитывали отделаться деньгами, ведь даже несколько десятков золотых монет для пустой казны державы — целое состояние, но не тут-то было! Я наказала их по-своему — заставила шить платья для моего оскудевшего гардероба. Я примерно представляла, какое это было для них мучение, так как сама обращаться с иглой не умела. Ничего, лучше будут помнить, что бунтовать вредно! А к тому, что вспоминать меня они будут отнюдь не в молитвах, я уже привыкла. Присяга все равно не позволит им реально причинить мне вред.

Илэр приоткрыла шкаф и разочарованно скривилась. Естественно, воины не утрудили себя отделкой и любимыми сестрой Дейкона оборочками. Платья были простые, и я очень надеялась, что удобные. Будь благословен тот день, когда мне в голову пришла идея о способе пополнения гардероба!

Я схватила первое попавшееся под руку платье темно-голубого цвета и поспешно в него облачилась, пока Илэр не вмешалась с советами. Ботинки пришлось поменять на открытые сандалии, в которых не будет задерживаться песок, ровным слоем покрывающий полы всех жилых комнат замка вместо ковров.

Пока я переодевалась, Илэр успела снять с шеи почти все амулеты, оставив только пару самых симпатичных, на ее взгляд. На лице девушки ясно читалось облегчение от того, что удалось избавиться от лишней тяжести.

Мы вместе вышли в коридор, где нас ждали Кейн, Арвис, Дейкон и Мерк. Дроу торопливо пересказывал моему брату события, произошедшие в Дельноре. Я решила не перебивать, так как об обстоятельствах бегства Тавроса он знает гораздо лучше меня. Слушая правителя Карневии, мы двигались в сторону тронного зала. Вернее, туда шли мой брат с драконом, а я просто старалась не отставать от них, так как сама дорогу ни за что не найду. Главное, ни в коем случае не дать Кейну об этом догадаться. Иначе он не просто вручит мне карту дворца, но и заставит выучить ее наизусть и несколько раз перечертить. Вряд ли ему придется по душе, что посол драконов знает все закоулки лучше, чем я.

— Дейкон, ты точно не ослышался? — уточнил Кейн. — Неизвестный маг действительно назвал Тавроса Парящим?

— Я уверен.

— Но как же так? — растерянно произнес Арвис. — Меня ни о чем подобном не предупреждали. Нет! Участие в планах Фарга — это явно чья-то личная инициатива, а не спланированная Советом Семей акция. Я вообще не понимаю, как Таврос, если он дракон, мог втереться в доверие к вашему узурпатору!

— Верим, верим, — успокоила я Арвиса. — Верим хотя бы в то, что ты не знал…

Дракон обиженно посмотрел на меня, но я не повелась на провокацию. Если ему не сказали, это еще ничего не значит. Может, главы их Семей не слишком дорожат жизнью Арвиса. Ведь послали же его к нам без мысленного блока! И не имеет значения, что у них не было времени на подготовку. Вряд ли на такую опасную должность назначили бы любимого родича, находящегося в курсе всех дел Совета. Послу, не имеющему мысленного блока, глупо было сообщать все тайны и планы, если любой рядовой василиск легко прочтет их в его голове.

— Арвис, а ты не можешь как-то связаться с родичами и аккуратно поспрашивать их о драконе по имени Парящий? — поинтересовалась я. — Это же явно не секретная информация.

— Льера, — простонал рядом Кейн, — где ты витала, когда я рассказывал тебе о наших соседях?! Парящий — это не имя, а обращение к члену определенной Семьи!

— Ну и прекрасно! — обрадовалась я. — Значит, круг подозреваемых все равно довольно узок. Вряд ли в одной семье больше десяти особей.

Я так и не поняла, почему Кейн и Арвис начали дружно смеяться. Мерк, Дейкон и Илэр не смогли разделить их веселья, так как тоже не поняли, в чем дело.

— Драконьи Семьи — это почти то же самое, что наши Дома, — отсмеявшись, пояснил Кейн. — Туда входят те особи, которые могут находиться во второй ипостаси дольше, чем остальные драконы. Это такое же привилегированное общество, как наша аристократия Домов. Только у нас ценится древность рода и чистота крови, а у драконов все более функциональной индивидуально. У нас только члены Домов почти не нуждаются в сне, могут совершать полное обращение во вторую ипостась. У них отец может входить в Семью, а его родной сын — нет, так как сохраняет облик меньше положенного. Льера, Парящих отнюдь не десяток, а добрая сотня!

— Да, и из них я знаком всего с двумя, — уточнил Арвис, — да и то шапочно. Это же не моя Семья.

— А ты из какой? — заинтересовался Дейкон. — И сколько всего у вас Семей?

— Восемь. По одному представителю от каждой входит в Совет, управляющий нашими землями. Считается, что у них одинаковые полномочия, но это не совсем так. Издревле Отец Великих драконов имеет больше власти и является главой, — пояснил Арвис.

— Великие — это Семья, состоящая из каких-то народных героев? — с блеском в глазах поинтересовался Мерк. — Сборище лучших воинов, алхимиков, магов?

— Нет, — рассмеялся Арвис. — Отличительная особенность членов их Семьи — огромные размеры в драконьей ипостаси. А название… у кого-то из предков явно была мания величия. Только не выдавайте мои слова их представителям, — подмигнул посол. — Это я рассказываю только вам, по-дружески.

— Значит, ты не Великий, — сделал вывод Кейн.

— И не Парящий, — уточнил Дейкон.

— Я — Огненный, — просветил нас Арвис. — Парящие лучше других умеют летать, а моя Семья — выдыхать огонь. Я даже в человеческой ипостаси могу что-нибудь сжечь, — похвалился он. — Конечно, струя огня будет не такой большой, но это, согласитесь, лучше, чем ничего. Все же у меня больше возможностей защитить себя, чем у членов других Семей. Наверное, поэтому меня и отправили к вам послом.

— Льера, — тихо пихнул меня в бок братец, — надеюсь, тебе больше не хочется получить статую дракона?

— Мне больше не хочется получить статую Огненного дракона, — с ухмылкой уточнила я на ухо Кейну. — Про других речь пока не идет.

— Помимо Великих, Огненных и Парящих есть еще Зеркальные, Ржавые, Туманные, Бескрылые и Малые, — продолжил рассказывать Арвис. — Признаки у всех очень простые. Зеркальные отличаются блестящей чешуей, в которой можно даже собственное отражение увидеть. Сам неоднократно проверял. Ржавые — коричневато-рыжего цвета, а если поскрести их чешую, то можно получить соответствующий порошок.

— Тоже сам проверял? — заинтересовался Дейкон.

— Да ну вас, — отмахнулся Арвис. — Я похож на сумасшедшего ученого типа вашего Верилайна? Как будто член другой Семьи позволит мне карябать его чешую! Я вам рассказываю общеизвестные факты, а если не верите, проверяйте их достоверность сами.

— Льера, от лица наших предков я тебе запрещаю подобные эксперименты! — заявил Кейн на всякий случай.

— Не нужна мне их ржавчина, — с оскорбленным видом ответила я. — Меня вообще больше Туманные интересуют. Они что, невидимые? Полупрозрачные типа привидений?

— Вот еще! — фыркнул Арвис. — Не заметит их только слепой. Это обычные драконы с чешуей разных цветов. Только у них при попытке выдохнуть огонь образуется огромное количество гари и чадящего дыма. После этого действительно не видно не только самих драконов, но и другие окружающие предметы! Да что там… даже дышать становится возможным через раз! Названием им явно кто-то здорово польстил.

Мне стало понятно, что Туманные драконы своим существованием раздражают Огненных. О Ржавых и Великих Арвис говорил как-то мягче и без такого ехидства в голосе.

— А предыдущий посол почему-то уверял дядюшку, что Туманные драконы могут становиться невидимыми, — припомнил Кейн. — Говорил, что из них состоит половина вашего войска.

— Да? — удивился Арвис. — Эх, убить мало того, кто давал мне инструкции перед отправлением в ваши земли. Я же вам, наверное, уже половину государственных тайн выдал! Да с меня же шкуру живьем сдерут и сделают из нее чешуйчатый коврик для камина! Все, больше ничего рассказывать не буду.

— Ну и пожалуйста, — чуть обиделась на него я. — Только если с тебя будут сдирать шкуру, про меня не забудь.

— То есть? — не понял дракон.

— Отпиши мне ее по завещанию! Хоть потопчусь напоследок по такой вредине.

— Льера! — укоризненно воскликнул Кейн. — Мне как брату за тебя стыдно. Где твое воспитание?!

— Ладно, тебе как родственнику выделю половину шкуры, — стараясь не рассмеяться и делая вид, что не так поняла, поделилась я.

— Льера, — сдерживая смех, выдавил из себя братец, — вспомни, что перед нами посол другой державы. Соседней!

— За вывоз шкуры пошлину платить не буду, пусть здесь сдирают, — опять «не поняла» я слов брата.

— Как дети, — фыркнул Арвис. — Впрочем, кому я это говорю?! Льера же действительно несовершеннолетняя. Хотя мне почему-то кажется, что за оставшиеся до празднования дня рождения несколько часов она все равно не повзрослеет до такой степени, чтобы соблюдать по отношению ко мне правила вежливости.

— Неуважение к статусу посла у нее не от возраста, — уточнил Дейкон, — а из вредности характера и нелюбви к этой должности. Хотя если бы ты сам познакомился с Ингремом…

— Тагерт в этой роли был не лучше, — перебила я его. — И вообще, какие послы, такое к ним и отношение! А тут мы имеем не опытного переговорщика, а скорее неумелого шпиона! Кстати, Кейн, а из василисков кто-нибудь уехал к драконам с дипломатической миссией?

— Вроде нет. Но это ты у своего главного советника уточни, меня могли и не поставить в известность, — сказал Кейн. — Лорд Эйн и другие советники как раз ждут тебя в тронном зале, причем с самого утра. Да и лорды Домов хотят удостовериться, что ты прибудешь на празднование собственного дня рождения, что ты не бросила всех нас, ввергнув страну в новую революцию.

Я представила себе огромную толпу, жадно наблюдающую за каждым моим движением, и почувствовала малодушное желание сбежать куда подальше от своих подданных. Но было уже поздно, так как Кейн услужливо распахивал передо мной двери в тронный зал, а сзади дорогу отрезали Арвис, Дейкон, Мерк и Илэр. Да и не дело это — бегать от кого бы то ни было! Бегать должны от меня. Эх, придется вспомнить юность, когда я только решила стать Великим Ужасом для жителей Деревни. Одно плохо: эти методы тут не сработают, придется выдумывать что-то новое. А то, если у моих подданных хотя бы вполовину такое же мнение об обязанностях правительницы василисков, как у Кейна, я пропала! Поспать ночью мне не удастся не потому, что не хочется, а потому, что на это не будет времени.

Едва я ступила в зал, как гул голосов смолк и на меня обратились взгляды всех присутствующих, в числе которых на этот раз были и дамы. Аристократы, разодетые в свои лучшие камзолы, собрались в полном составе. Только вот не помню, чтобы я их всех приглашала… А бумаги в руках моих новых советников почему-то совсем не смахивают на подарки. Да и отсутствие праздничных столов напрягает.

— Сейчас быстренько выслушаешь доклады, а в полночь начнем праздновать, — сказал Кейн, подталкивая меня в сторону трона. — И, Льера, улыбайся. Подданные подумают, что ты не рада их видеть.

Пусть думают! А кто сам не догадается, я могу вслух подсказать. С чего мне улыбаться, если до полуночи еще целых шесть часов? Если это у Кейна называется «быстренько», то сколько же займут подробные доклады?! Нет, даже знать не хочу.

С видом приговоренной я подошла к трону и осторожно опустилась на его край. Доверия к этому предмету меблировки у меня не было. Выглядел он как крепкий стул с высокой спинкой, но все это было лишь иллюзией. Трон представлял собой обычный для василисков валун, на котором полагалось сидеть. Мне тут же вспомнился конфуз, когда в прошлый раз я решила откинуться на спинку и чуть не навернулась на глазах у всех подданных.

— Добрый вечер, — поздоровалась я. И ведь не соврала. Просто не уточнила, для кого он добрый. — Принесите для правителя державы иного мира камень. Не дело это — заставлять его стоять.

— Нет-нет, не стоит утруждать подданных, — запротестовал Дейкон, который тоже не питал особой любви к валунам. — Ничего страшного, я с удовольствием постою.

Но я все равно настояла. Не одной же страдать! Я, конечно, больше не считаю дроу врагом, но упустить возможность сделать пакость не могу. Нечего ему расслабляться, когда мне покой и отдых только грезится.

Сначала слово взял мой главный советник лорд Эйн. Он кратко рассказал о реформах во всех сферах, о произошедших улучшениях и возникших проблемах. Надо отдать ему должное, последних было не слишком много. Я изо всех сил гримасничала, пытаясь выражением лица показать, как все замечательно. А то не хватало еще, чтобы у меня начали спрашивать указания по дальнейшему проведению реформ! Таким образом, все решения советников я одобрила, однако это не помогло прекратить пытку пораньше. Каждый из советников захотел высказаться лично, изложить мне свои планы на ближайшее будущее и прогнозы. Стиснув зубы, я терпела. Конечно, надо было попытаться во все вникнуть, но обстановка не располагала. Информации было чересчур много, а сосредоточиться в зале, полном народу, и при постоянном тихом гомоне я не могла. Да и стоящий здесь полумрак не настраивал на рабочий лад. Меня очень тянуло встать, подхватить каменюку, на которой сижу, и запулить ее в один из витражей из черных и сиреневых стекол, чтобы впустить хоть немного солнечного света. Только, дав себе волю, я ничего этим не добьюсь. Своей выходкой я вряд ли испугаю подданных — любой из них так же легко поднимет трон. Скорее меня сочтут не Великим Ужасом, а сумасшедшей девицей с неуравновешенной психикой.

Не утешало даже то, что Дейкон начал ерзать на камне намного раньше меня. Мы оба изредка бросали завистливые взгляды на Мерка и Илэр, которые свободно передвигались по залу. Посол драконов выскользнул за дверь еще в конце речи лорда Эйна, решив, что ничего нового и интересного он не услышит. Арвис был здесь, когда реформы претворялись в жизнь, непосредственно наблюдал за ними, а потому мог себе позволить расслабиться до начала празднования. Один только Кейн пытался меня поддержать. Но его поддержка носила чисто моральный характер. Работать спинкой для трона, как прошлый раз, он наотрез отказался. Безобразие!

Я как могла уговаривала себя потерпеть еще немного. Но время, казалось, замедлило свой ход. В слова советников я по-прежнему не вслушивалась. Вместо этого рассматривала лордов и аристократов из их Домов, обдумывала новую информацию о драконах и искала способы произвести разведку, чтобы узнать о Тавросе. Может, он и не собирается больше нападать, но все равно потенциального противника надо изучать, пока на это есть время. Да и меч, оставшийся у него, жалко… Посла к драконам отправить, что ли? Только вот кого? Кейна отпускать недальновидно, советники заняты, а больше я никого и не знаю… Хоть сама отправляйся! Но такую глупость я точно не совершу. А то вдруг теперь соседняя держава решит устроить новоявленному послу несчастный случай при ограблении?

Я так задумалась, что начавшаяся в зале суета и шум застали меня врасплох. Аристократы, подгоняя друг друга окриками, прижимались к стенам, в то время как слуги вносили длинные деревянные столы. Судя по моим ощущениям, было около одиннадцати вечера. Неужели моя пытка закончилась?! Обрадовавшись, я попыталась встать.

— Сядь, Льера! — остановил меня Кейн. — Тебе полагается следить за всем с трона. Встать и подойти к столам можно будет только после церемонии вручения лордами даров. Потерпи еще немного, никто не поймет, если ты начнешь путаться под ногами у слуг.

— И тут церемонии, — вслух простонала я, с завистью наблюдая, как дроу подскочил с камня. Ему-то никто не мешал это сделать. — Неужели мне полагается сидеть с величественным видом, пока вся толпа внизу будет жевать?!

— Все не так плохо. Предки были вполне разумными василисками и не горели желанием питаться объедками. Это в том случае, если какие-то крохи еды еще останутся… Так что твои подданные тоже будут только смотреть на столы, — успокоил меня Кейн.

Слуги торопливо застелили столы скатертями фиолетового цвета и начали вносить яства. По залу расползлись аппетитные ароматы, сводящие с ума и манящие подойти ближе. Блюда разных форм и размеров церемонно устанавливали на столешницы под жадными взглядами всех присутствующих.

Я начала сомневаться в разумности предков, которые ввели глупые церемонии вместо того, чтобы позволить себе расслабиться и наброситься на еду…

Спокойно, Золия, спокойно. Это всего лишь такая низменная вещь, как еда. Нечего потакать своему организму! Ой, ну подумаешь, ароматное жаркое и пирог, как будто ты их никогда не пробовала. А яблоки тебе тем более приелись, даже в обед остались нетронутыми! Ну и что с того, что они тут такие громадные?

Нет, что-то самовнушение не помогает. Организм уже с трудом вспоминает, что десять часов назад был обед. Даже вид яблок заставляет захлебываться слюной. Я, конечно, могу почти не есть, но это во время рабочего транса. Все-таки мои подданные настоящие изверги, раз не протестуют против всяких глупых традиций!

— Льера, — толкнул меня Кейн, — перестань гипнотизировать еду, ты подаешь василискам плохой пример. Сделай невозмутимое лицо и жди! Я тоже довольно давно ел в последний раз, но держу себя в руках.

— Ты яблоком перекусил, — обличила я его.

— Тебе тоже никто не мешал поесть, пока мы не вошли в тронный зал, — отмахнулся Кейн.

Ага! Как будто меня предупредили, что у василисков такие дурацкие традиции. Хотя о чем это я? Давно пора осознать, что я являюсь правительницей сумасшедших мазохистов. Одни камни вместо стульев чего стоят!

Слуги закончили сервировку столов и вышли из зала, а перед моим троном полукругом начали выстраиваться лорды Домов. Каждый держал в руках по шкатулке темного дерева.

— Правительница, — обратился лорд Эйн, — я буду рад видеть вас в своем Доме. Примите этот дар как символ расположения.

Мой главный советник поставил шкатулку на пол и открыл крышечку. Я рассмотрела медальон с кусочком белого мрамора, аккуратно уложенный на бархатную подушечку. Следом с точно такими же словами другие лорды опустили свои дары на пол. Я как-то не удивилась, увидев похожие медальоны, только камни в них были разные. Лорды отошли от трона, оставив меня в мучительных раздумьях рассматривать ряд шкатулок. Я не знала, что мне теперь надо сделать. Нацепить все медальоны на себя? Но тогда выйдет, что зря я наговаривала на Тагерта. Его амулеты по сравнению с этими дарами просто пушинки!

— Кейн, — шепотом позвала я, — а что мне сейчас делать?

— Ждать! — отозвался братишка.

— Долго? — сообразила уточнить я по истечении пяти минут.

— До полуночи, когда стражники принесут клетку с птичкой. Тогда ты превратишь эту жертву в камень и выберешь соответствующий медальон, — пояснил Кейн.

— Хотелось бы, чтобы тебе достался хрусталь, — раздался шепот Илэр слева. — Он очень красиво выглядит.

— Зато хрупкий, — возразил слева Мерк. — Лучше гранит.

— А тебе что хочется? — догадался спросить Дейкон, устроившийся позади, чтобы все видеть и в то же время никому не мешать.

— Больше всего мне хочется… встать, — разочаровала я их. Меня не сильно волновало, в какую именно породу камня я смогу превращать живые организмы. Какая разница, если я с трудом отличаю один камень от другого?

Через пятнадцать минут тишины и неподвижности, ровно в полночь, открылась дверь в тронный зал и стража торжественно внесла клетку, накрытую куском белой ткани. Я так прикинула, что Кейн вряд ли приготовил мне хищницу. Судя по размерам клетки, он остановился на небольшой декоративной птичке. Эх, даже жалко ее будет превращать в камень. Лучше бы братец Ингрема туда упаковал!

Два стражника, порядковые номера которых я не помнила, установили клетку прямо передо мной, сразу за рядом шкатулок, и сдернули ткань. Я рассмотрела небольшую птичку с ярко-розовым оперением. Да-а… Вот с цветом Кейн точно угадал. Терпеть его не могу!

— Ой, какая прелесть! — восторженно воскликнула слева Илэр и бросилась к клетке, чтобы поближе рассмотреть птичку.

Однако стражники не захотели мирно подпустить девушку. Они явно не поняли ее намерений.

— Не трожь, девчонка! — рявкнул один страж и поднял руку, отталкивая сестру Дейкона.

— Стойте! — попыталась остановить его я, понимая, что Илэр может сильно пострадать. Василиск явно не осознает, что девушка не из нашего народа, хоть и черноволосая.

Чисто машинально, по привычке я пожелала превратить всех, кто попал в поле зрения, в живые статуи. События разворачивались так быстро, что бессмысленность этого поступка не успела до меня дойти. Василиски не должны были замереть, у них природный иммунитет. От моих необдуманных действий пострадать должны были только птичка и бедная Илэр. Но замерло чуть ли не ползала!

Они не превратились в каменные изваяния, нет. Просто, судя по неестественным позам, тела им больше не подчинялись. Даже от очень большого усердия, стараясь выполнить мой приказ, аристократы не могли сами замереть подобным образом. Я с удивлением осознала, что превратила ползала в живые статуи!

Та-ак, минуточку… Неужели я что-то напутала со временем? Вроде нет. Да и стража должна была внести клетку ровно в полночь.

— Кейн, — чуть хриплым от волнения голосом позвала я, — а ты уверен, что день рождения у меня именно сегодня? Ты дату не перепутал?

— Уверен, — отозвался братец. Он с ошеломленным видом тоже присел на краешек трона, чуть не спихнув меня.

— Немедленно расколдуй Илэр! — потребовал Дейкон.

Дроу, Мерк и Кейн стояли у меня за спиной, а потому не попали под действие окаменяющего взгляда. Другие везунчики из народа василисков, которым достались места подальше от меня или за чужими спинами, начали медленно отступать к дверям. Я не останавливала их бегство: чем меньше свидетелей моей растерянности, тем лучше. Тем более у меня было другое занятие — я пыталась расколдовать Илэр и собственных подданных. Ситуация усугублялась тем, что в их число попали все лорды Домов и советники! Разве что заместитель лорда Эйна стоял где-то в углу, затесавшись в толпу молодежи, а потому не должен был пострадать.

— Я не могу! — в ужасе громко воскликнула я после пары минут бесплодных усилий. Воздух вокруг ярко вспыхнул — результат сильных эмоций, испытываемых мной в данный момент. Даже Кейн отшатнулся от ослепительного сияния. — У меня не получается их расколдовать!

Сидя на троне, который неожиданно перестал казаться мне таким неудобным, я наблюдала, как Кейн и Дейкон мечутся по залу, ругаясь. Дроу обвинял моего братца в том, что тот плохо продумал все аспекты торжества и что додумался приготовить для превращения безобидную птичку столь любимого Илэр розового цвета. Кейн, ослепляя ореолом вокруг тела, парировал, что сестру надо было лучше воспитывать. Он не мог предусмотреть неуместный восторг девушки. Оба мужчины злились и кричали. Думаю, дроу с удовольствием поругался бы и со мной, но я молчала и на оскорбления не реагировала. Сама пребывала в шоке от случившегося и осознавала свою вину.

Мерк без аппетита жевал что-то, стянутое с праздничных столов, до которых дело так и не дошло. Скорее всего, он просто решил таким образом занять себя, пока мы ждем начальника стражи. Кейн вызвал его после моего признания в бессилии и поручил найти во дворце самого старого василиска, с которым можно посоветоваться. Для этой цели прекрасно бы подошли лорды, но, увы, у нас не было возможности получить от них ответ. Кейн с трудом припомнил, что в истории нашего народа, кажется, были случаи, когда после совершеннолетия живые организмы превращали не в камень. Но сколько я ни расспрашивала братца, никак не могла добиться от него хотя бы источников такой информации.

Появление начальника стражи прервало новый виток ссоры между дроу и Кейном. Мы все с надеждой сосредоточили взгляды на вошедшем.

— Правительница, мой отряд допросил около трехсот василисков, — доложил первый по списку страж. — Среди них были и аристократы, и простые слуги. Никто не помнит случаев, подобных вашему. Мне на ум приходит только один василиск, который мог бы вам помочь, поделившись информацией.

— Верилайн? — с обреченным видом догадалась я.

— Да, правительница, — согласился начальник стражи. — Древнее его никого нет.

Мне очень не хотелось наносить магу новый визит, карабкаясь по трухлявой винтовой лестнице на башню, но выхода не было. Я решила, что если подобный поступок как-то поможет, то у меня нет права отлынивать. Пусть меня и считают злой, бессовестной особой, но оставить все как есть я не могу. Да и кто теперь будет решать государственные вопросы? Уж точно не я! У меня нет ни желания, ни навыков, ни необходимых знаний.

— Ладно, ведите меня к башне, — попросила я, обращаясь ко всем присутствующим. — Кто-нибудь хочет составить мне компанию?

— В чем? — раздался с порога заинтересованный голос Арвиса, который явно услышал только мою последнюю фразу.

Он подошел поближе и с недоумением спросил:

— И почему так тихо? Почему столы стоят нетронутые? Что это за игра с замиранием в нелепых позах? Льера, ты что, запретила всем этим василискам приближаться к еде? Решила, что иначе тебе не хватит?

— Ага, меня обуяла такая жадность, что я превратила всех в статуи от греха подальше. Теперь еще у Верилайна хочу отобрать последнюю кастрюльку супа, — огрызнулась я в ответ.

— Ты чего? — немного обиделся дракон. — Злишься, что я пришел так поздно, что не выстоял здесь весь вечер?

— Нет, Арвис, просто у нас неожиданно возникли проблемы, — вместо меня сказал Кейн. — Большая часть тех, кого ты видишь в этом зале, — статуи. И расколдовать их Льера не может! Не хочешь проводить ее к Верилайну?

Посол драконов обвел зал растерянным взглядом и согласился довести меня до лестницы, но подниматься к Верилайну отказался наотрез. Честно говоря, я его очень хорошо понимала.

Странно, но Арвис не шарахнулся от меня, проникшись страхом, как те аристократы, которые не превратились в статуи. Мне даже стало неудобно: неужели он так твердо верит в данное мной когда-то слово? Случайностей еще никто не отменял… Хотя посол признался, что в зале среди безмолвной тишины, царящей вокруг десятков живых существ, под их, казалось, укоризненными взглядами, ему было неуютно. Впору почувствовать себя польщенной, что взглядам статуй он предпочел мой.

— Льера, но ведь василиски не могут применять окаменение друг против друга. Это особая привилегия правительницы, да? — поинтересовался Арвис по дороге.

— Нет, сама не знаю, что это, — печально вздохнула я. — Одно понятно: праздник не задался.

— Ой, поздравляю тебя с совершеннолетием, — спохватился дракон. Он вынул из рукава длинный футляр и протянул мне. — Вот, может, мой подарок немного неуместен, но я счел, что украшениям ты не очень обрадуешься. А кинжал всегда пригодится.

— Спасибо, — растрогалась я. Это был первый подарок, полученный мною в день рождения. Впрочем, в Межгорье я никогда не отмечала этот праздник, так как не помнила дату. Да и праздновать одной было глупо.

Возможно, братец или Дейкон додумаются еще что-нибудь преподнести, но пока им не до этого. Оба, как и я, пребывают в шоковом состоянии. Они, наверное, уже и забыли причину, которая заставила народ собраться в зале, зато хорошо помнят последствия. Конечно, статуи-то хоть и неподвижные, но так и лезут в глаза. Их ведь получилось немало…

— Льера, мы дошли, — отвлек меня от самобичевания Арвис. — Тебя здесь подождать или снаружи, у подножия башни?

Этот простой вопрос заставил меня сильно задуматься. Как я предпочту спуститься: по винтовой лестнице, которая станет невидимой на обратном пути, или лучше снова попросить Верилайна левитировать меня вниз? В первом случае мне предстоит долго нервничать, рассматривая бездну под ногами, и прислушиваться к скрипу трухлявых ступенек, каждая из которых легко может обвалиться в любой момент. Но второй вариант не милосерднее. Мне опять придется совершить свободный полет с ускорением, гадая, а не случится ли у мага осечка, а замедлится ли мой полет у земли… И даже возможность закрыть глаза при спуске не делает этот вариант легче.

— Арвис, наверное, лучше подожди меня здесь, — приняла я решение. — Вряд ли я надолго задержусь у Верилайна, но на всякий случай наберись терпения. Маг, может, и не сразу вспомнит, что он слышал о даре после совершеннолетия превращать василисков в живые статуи.

— Не переживай, — успокоил меня дракон, — в крайнем случае какая-нибудь информация должна найтись у моего народа в архивах. Надо только посмотреть отчеты моих предшественников.

— Так вы шпионите?! — взбеленилась я. Воздух вокруг меня засиял ярче.

— Нет, что ты, — примиряющее поднял руки Арвис.

Он посмотрел на меня невинным взглядом, забывшись, и я четко прочла мысль: «Ой, опять проговорился о том, о чем должен был молчать. Если Совет Семей узнает — мне конец! Хотя они чересчур помешались на своей секретности. И ведь я ничего такого не делаю, но чувствую себя подлым шпионом, засланным в стан врага».

Дракон моргнул, а я отвернулась и поставила ногу на первую ступеньку. Мне тоже стало неловко читать мысли существа, которого я неожиданно для себя причислила к немногочисленным друзьям. Лестница жалобно заскрипела у меня под ногами. Как и в прошлый раз, я прижалась к наружной стене и судорожно цеплялась за каждый выступ или выемку в камне. В голове занозой засела мысль, что за прошедший месяц лестница новее не стала…

В одиночку подниматься по ненадежной конструкции было намного страшнее. На подгибающихся ногах я преодолела последние три ступеньки. Край одной из них предательски раскрошился под моим весом, заставив сердце тревожно екнуть.

Поворачивая дверную ручку, я заметила, что пальцы у меня подрагивают. За всеми этими переживаниями я совершенно забыла, что, заходя в гости, полагается стучать или хотя бы спрашивать разрешения, как-то предупреждать о визите. Впрочем, вряд ли Верилайн затаит на меня обиду за нарушение правил хорошего тона.

Дверь еле слышно скрипнула, затворяясь за моей спиной. Маг, сидевший на большом ящике за столом и строчивший что-то в блокноте, обернулся и радостно воскликнул:

— Льера, девочка моя, ты наконец-то пришла навестить старика! А у меня для тебя кое-что есть!

Я вспомнила прошлую попытку мага угостить нас с Арвисом супом из хрустальных бокалов и поспешила заверить:

— Мне ничего не нужно. Я заглянула по делу. Срочному!

— Как, ты больше не хочешь вернуть себе память? — удивился Верилайн, теребя длинную седую косу, переброшенную через плечо.

— Хочу, — успокаиваясь, согласилась я. — А у вас появилась новая идея?

— Конечно! Садись, — пригласил маг, указывая на еще один деревянный ящик.

Я не стала сопротивляться. Во-первых, воспоминания о годах юности мне не помешают, может, даже всплывет информация о случаях, подобных моему. А во-вторых, спорить с Верилайном все равно бесполезно, да и опасно. Он абсолютно уверен в своей правоте и не станет учитывать еще чье-то мнение. В плане упрямства маг очень похож на меня: никогда не признает свою ошибку, особенно вслух. Только мое упрямство проистекает скорее не от уверенности в своих поступках, а из простой вредности характера. Но разницы для окружающих почти никакой. Оба мы хороши! Хотя о чем это я? Ведь Верилайн практически занимался моим воспитанием…

Старый маг перекинул косу с плеча за спину, положил мне на лоб руку и, сверкая полными энтузиазма глазами, затянул что-то речитативом. В слова я не вслушивалась, пытаясь максимально расслабиться, и от всего сердца надеялась, что на этот раз заклинание сработает.

Верилайн закончил говорить, убрал руку и с надеждой попросил:

— Льера, ну попытайся теперь что-нибудь вспомнить. Сосредоточься на чем-то важном для тебя.

Та-ак… спокойно, Золия. Надо решить, что меня сейчас больше всего волнует. Смерть родителей? Статуи? Нет, не буду о печальном. Задам себе вопрос попроще: как я раньше, до потери памяти, спускалась с башни Верилайна? Хм… и не помню, и не представляю… Кажется, опять не подействовало! Я задала себе еще пару простых вопросов и перевела взгляд с пола на мага, прикидывая, как бы поделикатнее сообщить ему неприятное известие.

Но маг по моему виду и сам все понял. Он понурился и наморщил лоб, размышляя о чем-то своем. Наверное, думал, как улучшить заклинание.

— Мне очень жаль, — сочла нужным сказать я.

— Эх, — вздохнул маг, — а я хотел сделать тебе такой подарок на совершеннолетие. Ведь если память меня не подводит, тебе сегодня стукнуло полторы тысячи лет?

— Вы правы, — согласилась я.

— Народ внизу, наверное, вовсю веселится и празднует. Как же они тебя отпустили?! — всплеснул руками Верилайн. — Но почему на тебе нет медальона с камнем? Льера, девочка моя, я понимаю, что он не слишком легкий, красивый и удобный, но нельзя же нарушать традиции предков! И где были глаза Кейна?! Неужели этот паршивец не мог тебе все объяснить и проследить за формальностями? Какой хоть у тебя камень? Хрусталь?

— Не знаю, — напряглась я. — А Кейн ни в чем не виноват! Он старался и делал все, что мог! Только я виновата в том, что все пошло не так, как было запланировано.

Верилайн в удивлении посмотрел на меня. Видимо, я и в детстве не баловала его признаниями собственной вины. Но я не могла позволить магу напрасно обвинять в чем-то моего единственного родственника. Тем более Кейн младшенький… Хотя он сам об этом часто забывает и пытается командовать мной, как ребенком. Но мне и это в новинку. И я не сержусь на него за подобное поведение, ведь он меня любит. Главное — не забыть об этом, когда мне в очередной раз захочется его придушить…

— Что у вас случилось? — поинтересовался старый маг, присаживаясь на ящик.

Его вопрос пришелся к месту. Я начала подробно пересказывать события сегодняшнего вечера, стараясь не упустить ни одной детали. Во мне все больше нарастало напряжение: я ждала, какой вердикт вынесет Верилайн.

— Да-а, — протянул маг, когда я замолчала. — Задала ты всем задачку… Надо же было такому случиться! На моей памяти такой странной вещи ни разу не происходило. Но не переживай, я, как и Кейн, слышал о превращении василисков в живые статуи, и отнюдь не в сказках. Кажется, мой дед упоминал о чем-то подобном, в его молодые годы у правителя был такой дар.

— Скорее, проклятие, — вздохнула я. Никогда не думала, что скажу подобное. Но ведь и я, и мои подданные существа вспыльчивые. Сначала непроизвольно, под действием гнева превращу всех в статуи, а потом буду жалеть в безмолвной тишине и в гордом одиночестве. Я ведь только начала заново учиться контролировать себя и усмирять эмоции. Даже Кейну опасно находиться рядом со мной!

От моего волнения воздух вокруг засветился чуть ярче. Но Верилайн уловил эту перемену и попытался невзначай пересесть мне за спину, уйдя таким образом с траектории моего взгляда.

Я сделала вид, что не заметила его перемещения, и поинтересовалась:

— А где можно узнать о даре того древнего правителя? Как его звали?

— Белтвейн. Имя я помню точно, а вот информация о даре вряд ли сохранилась. В те неспокойные годы это было не слишком уникальное явление, заслуживающее внимания. Дед говорил, что и простые василиски после совершеннолетия иногда могли вытворять нечто подобное. Правда, не в таком масштабе, как ты, — пожал плечами Верилайн. — Даже и не знаю, почему в наши годы дар Белтвейна больше не встречается. Скорее всего, он появляется у василисков только во времена смуты, в переломные моменты истории. Когда узнаешь точно, обязательно расскажи мне.

— Как, как я должна это узнать?! — в отчаянии закричала я и на всякий случай прикрыла глаза. Не хватало еще в таком состоянии глянуть на мага и превратить его в статую.

— Поговори с ним, — коротко ответил Верилайн.

— С кем? — не поняла я.

— С Белтвейном, с кем же еще? — Казалось, мага удивила моя несообразительность.

— Он же мертв! — на повышенных тонах напомнила я, сочтя, что старик потерял счет годам.

— Ну и что? — фыркнул Верилайн. — Если ты спустишься в склеп, вызовешь дух Белтвейна и попросишь о помощи, то не думаю, что он откажет своему потомку. Как правило, мертвые любят пообщаться.

— Необходим какой-нибудь особый ритуал? — упав духом, поинтересовалась я. Меня охватил озноб от одной только мысли, что придется вновь навестить ужасную усыпальницу под дворцом.

— Нет, просто позови правителя по имени. И будь вежливой, — предупредил старый маг. — Тебе помочь спуститься с башни?

— Я сама справлюсь.

— Ну-ну, — усмехнулся маг, отворачиваясь к столу с незаконченными записями.

Зря он, между прочим, сомневался в моих способностях. Я и сама не заметила, как оказалась внизу, у подножия хлипкой лестницы. Очнулась только, когда Арвис окликнул меня по имени. И совсем не запомнила спуск! Задумавшись о перспективе похода в склеп, даже не обратила внимания, что иду по невидимой лестнице, а под моими ногами простирается бездна. Один неверный шаг — и конец! Но страх перед призраками и скелетами пересилил все. Наверное, никто из моих подданных и не подозревал о том, что Великий Ужас тоже чего-то боится… Может, Кейн согласится пойти вместо меня? У него склеп не вызывает никаких негативных эмоций. Да, надо попробовать уговорить братца нанести визит Белтвейну.

Всю обратную дорогу до тронного зала посол донимал меня вопросами, интересуясь, каково это — спускаться по невидимой лестнице. Он просил поделиться впечатлениями, но я хранила гордое молчание. Пусть думает, что мне удалось обуздать свой страх перед неимоверной высотой, пусть завидует. Хе-хе. Ну не признаваться же, что на самом деле я такая же трусиха. Необходимо тщательно заботиться о своей репутации, а то ведь никто не будет меня бояться…

В тронном зале меня с нетерпением дожидались Кейн, Дейкон и Мерк. Они разбрелись подальше друг от друга, чтобы устранить возможность новой словесной перепалки. Только мое возвращение вынудило их сойтись вместе. Я коротко пересказала сведения, добытые у Верилайна, и вперила в братца просительный взгляд.

— Кейн, сходи и поговори с этим Белтвейном. Тебе как мужчине будет легче найти с ним общий язык, — немного слукавила я. — Да и в склепе ты ориентируешься намного лучше меня. Я только гробницу два дня искать буду.

Но братец неожиданно заартачился.

— Один не пойду! — твердо заявил он. — Мне этот правитель не внушает доверия.

— Ты так говоришь, как будто с ним знаком, — возмутилась я.

— Нет, зато я хорошо помню его гробницу. Льера, ты и сама видела комнату, по периметру которой ходил отряд скелетов с мечами. Острыми, между прочим, — уточнил братец.

— А кто меня успокаивал, что потомкам правителей в склепе ничего не грозит? Скелеты ведь не должны на нас напасть? — неуверенно сказала я.

— Не грозит, если потомки ведут себя тихо и вежливо, — проворчал Кейн. — Как-то не хочется проверять реакцию охранников гробницы на попытку потревожить покой Белтвейна. У меня сложилось впечатление, что к категории особо общительных призраков этот правитель не относится. Так что, Льера, ты мне нужна на тот случай, если придется обороняться от скелетов.

— Лучше возьми с собой Дейкона, — с надеждой предложила я. — Он не хуже меня владеет мечом.

— Ты себе льстишь, — фыркнул дроу. — По мастерству ты до моего уровня не дотягиваешь. Если бы не сила ударов, поединок между нами закончился бы на первой минуте.

Обстоятельства вынудили меня промолчать и проглотить все возражения. Спорить сейчас было невыгодно.

— Так еще лучше! — усмехнулась я. — Дейкон быстрее расправится со скелетами.

— Нет, — возразил Кейн. — Я не сомневаюсь в мастерстве правителя Карневии, но древняя часть склепа — это не место для чужаков! Льера, я же объяснял тебе, что туда могут войти только потомки правителей, так что мы идем вместе. Сейчас!

— Может, дождемся рассвета? — предложила я. — Нормальные люди или василиски ночью в гости не ходят…

— Не увиливай, сестренка, — попенял мне Кейн. — Ты же прекрасно осознаешь, что после восхода солнца призрак и вовсе может на глаза не показаться.

— Золия, — привычно обратился Дейкон, — время идет! Вам пора спускаться в склеп.

Пришлось согласиться составить брату компанию. Но все же я выпросила себе отсрочку минут на десять, пока один из стражников ходил за моим мечом и оружием для Кейна. Саму меня в комнату не пустили, хотя я им убедительно доказывала необходимость переодеться во что-то более удобное. Видимо, разгадали, что на сей раз я намерена очень критично подойти к выбору туалета и тем самым еще больше отсрочить неизбежное…

— Арвис, а как в этом мире изгоняют призраков? — шепотом поинтересовалась я у посла. Но явно недооценила слух Кейна.

— Не смей! — завопил братец. — Белтвейн наш предок!

Угу, опять у него воспитание берет верх над здравым смыслом. Это же получается, что древний правитель имеет возможность сколько угодно пугать меня, а я в ответ могу только трепетать?!

Злясь на Кейна и сияя не хуже магического светильника или факела, я пристегнула к поясу ножны с мечом, принесенные стражником. Новый кинжал, подаренный драконом, достала из футляра и закрепила под рукавом с помощью специального ремешка. На этом мои приготовления к спуску и закончились. Хотя братец вообще ограничился одним мечом. Он или слишком смелый, или просто дурак! Мучается сомнениями и угрызениями совести по поводу того, что придется потревожить покой духов, а вот они в ответ наверняка будут действовать решительно! Эх, не понимаю я иногда своего братца…

Кейн распахнул массивную дверь, за которой начинался спуск из тронного зала в склеп, и пригласил меня войти:

— Дамы вперед.

Нет, в столовую, например, в оружейную, да хоть в кладовую в крайнем случае я согласна заходить первая, но тут его жест совсем неуместен! Нашел время вспоминать этикет и демонстрировать воспитание!

Не поддавшись на провокацию, я схватила Кейна за предплечье и затолкала в дверной проем. Предпочитаю на время забыть о том, что он младшенький. Сам напомнил, что он в первую очередь мужчина, сильный пол. И без разницы, что братец владеет мечом хуже меня, зато бегает лучше, к выходу доберется быстрее…

Факелы на стенах склепа не горели. Я в очередной раз порадовалась, что вижу в темноте, хотя и хуже, чем при свете солнца. Ступеньки чуть расплывались перед глазами, окружающие предметы виделись как сквозь легкую серую дымку. Я пыталась бороться со страхом, а потому воздух вокруг меня сиял слишком тускло. Кейн, похоже, пока совсем не нервничал. Он с беспечным видом сунул руки в карманы брюк и громко топал по ступенькам. Я, конечно, понимаю, что ближайшие к нам помещения пока пусты, но если братец и дальше не будет вести себя тише — тресну… в воспитательных целях. А еще напомню его же слова, что надо уважать покой предков. Против этого его убеждения я абсолютно не возражаю. Еще бы! Оно ведь должно сберечь мои нервы!

Мы все дальше углублялись в анфилады помещений. Кейн шел быстро и уверенно. Он был истинным обитателем этого мира, а потому близость гробов, захоронений, скелетов и призраков его не пугала. Братец не раз и не два прятался в склепе от приспешников нашего дядюшки. Это только меня удивляло и нервировало наличие усыпальниц предков под каждым домом.

Я вспомнила, что вскоре нам предстоит пройти мимо гроба с телом недавно убитого на суде оружия дядюшки, и нервно поежилась. Свечение вокруг меня стало чуть более интенсивным. А вдруг призрак Фарга уже бродит где-то там? Ой-ой! Я почувствовала, как волосы на голове сделали попытку встать дыбом, и поспешила сократить расстояние между собой и спиной брата.

— О! Мы уже дошли до твоего бывшего гроба! — сообщил несовершеннолетний садист будничным тоном. — Хочешь посмотреть поближе, как мы переделали надпись на крышке?

— Кейн, — зашипела я, — пошли отсюда! Дух Фарга может нас услышать!

— Он не был ни магом, ни великим полководцем, так что вряд ли, — беспечно отмахнулся братец. — Неупокоенные духи в основном встречаются в древней части. Не нервничай, сестренка. Обитатели ближайших комнат весьма смирные особы.

Угу, а вдруг среди них найдется один бешеный тип? Ну нет, Кейн меня не убедил. Я еще раз цыкнула на брата и нервно осмотрелась по сторонам — вроде пусто.

Вскоре ровные базальтовые плиты пола сменились необработанным, местами раскрошившимся камнем. Идти стало чуть труднее, носки сандалий то и дело цеплялись за неровности. До моего слуха изредка начали доноситься глухие стоны, звяканье, чей-то далекий топот… Время от времени я замечала краем глаза свечение где-нибудь сбоку или сзади.

Так, спокойно, Золия, спокойно. В прошлый раз ведь никто не напал. Хотя мало ли… может, у них настроение хорошее было…

Успокоить себя не получалось. Сияние вокруг тела становилось все ярче. Я попыталась применить старый проверенный способ взять себя в руки — счет до ста.

Та-ак… Один, два, три гробик, четыре гробик… Тьфу! Спокойно, Золия, сосредоточься на цифрах, нечего отвлекаться на мелочи. На чем я там закончила?… пять, шесть, семь, восемь гробик… Упс! Ну, на этот раз у меня есть оправдание — подобную громаду гроба мелочью не назовешь. Великан там похоронен, что ли? Эх, нашла чем интересоваться!.. девять, десять, одиннадцать…

— Льера, — шепотом позвал меня Кейн.

— …двенадцать, — вслух сосчитала я, соображая, а стоит ли прислушиваться к словам братца. С этого садиста станется отвлекать меня только затем, чтобы тоном мудрого наставника поделиться очередным занимательным, на его взгляд, наблюдением об обитателях загробного мира. Не уверена, что хочу его услышать.

— Пятнадцать, — сказал Кейн.

— Не сбивай — тринадцать! — глядя в пол, продолжила я.

— Пятнадцать! — настойчиво повторил братец. — Считай лучше. Ты еще два скелета пропустила.

Ох, а мы, оказывается, уже дошли… Встав на носочки, я аккуратно заглянула в комнату из-за плеча Кейна.

Почти в центре стоял гроб, выточенный из цельного куска камня. Крышка без вычурных украшений и скульптур раскрошилась с одного угла, как будто кто-то долбанул ее чем-то тяжелым. Вокруг гроба ровным строем, нога в ногу, маршировали пожелтевшие скелеты. В их пустых глазницах сиял зеленым светом колдовской огонь, напоминая, что некромантия не всегда была запрещенной наукой. Жуткая, скажу я вам, картина получалась. В челюстях у некоторых зияли прорехи на месте отсутствующих зубов. Каждый скелет голыми костяшками пальцев сжимал по легкому одноручному мечу, острые клиновидные концы которых частоколом смотрели в потолок. Что меня особо огорчило — оружие сохранилось гораздо лучше владельцев. Нет, конечно, хотелось бы надеяться, что ржавчину я не могу рассмотреть исключительно из-за скудности освещения, но здравый смысл подсказывал иное.

Скелеты без устали кружили вокруг гроба, не обращая на нас внимания. В прошлый раз я почти бегом пролетела по краю комнаты и не рассмотрела их как следует. Не напали — и ладно. И сейчас я не испытывала никакого желания становиться объектом их пристального внимания.

— К-кейн, может, ты ошибся и нам не сюда? — дрожащим голосом с надеждой поинтересовалась я. — У тебя ведь не было возможности прочитать надпись на крышке гроба.

— Хотел бы я ошибаться, но факты налицо. В соседних комнатах погребены, соответственно, предки и потомки Бел… этого правителя, — с настораживающей осторожностью просветил братец, так и не назвав имени.

Подозреваю, подобную честь он решил предоставить мне. Воздух вокруг Кейна начал слабо светиться, выдавая, что он не столь спокоен, как казалось на первый взгляд.

— Зови, — шепотом предложил братец.

— Ну уж нет! — тихо возмутилась я. — Мое дело в случае нужды мечом махать.

— Тогда хотя бы встань между мной и скелетами, — заметил Кейн. — Со спины врагов нет. Вроде…

— Ты сам не уверен! — торжествующе ухватилась я за его последнее слово. — Так что я пока лучше здесь постою. Зови давай, не тяни время.

Кейн на всякий случай положил руку на рукоять меча, сделал пару шагов вперед, отходя с порога в глубь помещения, и шепотом неуверенно произнес:

— Правитель Белтвейн, можно вас на два слова?

Скелеты как по команде повернули головы в сторону моего братца, осветив его зловещими зелеными огнями колдовских глаз, но буквально тут же потеряли всякий интерес, продолжив патрулирование вокруг гроба. Кейн непроизвольно чуть отступил, теряя остатки самообладания. Мне было видно, что он не горит энтузиазмом устраивать разборки со стражами покоя усопшего правителя. Как назло, дух Белтвейна оказался более глуховатым, чем его скелеты. Он и не подумал отозваться. А может, решил, что посетители, то есть мы, не слишком нуждаются в его обществе, раз так тихо шепчут.

— Громче давай, — попросила я брата. — Дух мог тебя и не расслышать.

— Зато они — прекрасно, — с настороженным видом указал Кейн на скелетов. — Льерочка, может, встанешь вперед? Или сразу преврати эти ходячие кости в какие-нибудь предметы. Даже на гробы согласен — они хоть острыми мечами не махают…

— Кейн, я не уверена, что скелеты хотя бы условно можно отнести к живым организмам.

— На мертвые они тоже не тянут. Нормальные кости лежат себе тихо в сторонке, а не гуляют посреди комнаты! — зашипел братец.

— Ты не отвлекайся, — напомнила я. — Рассвет все ближе.

— Белтвейн! — чуть громче повторил попытку Кейн.

На этот раз ни один череп не повернулся на его зов. Поэтому братец осмелел и завопил:

— Правитель Белтвейн!!! Мы хотим с вами поговорить!

Хоть бы не привирал. Я, например, абсолютно не горю желанием разговаривать с призраком. Скорее вынуждена попытаться это сделать. Гораздо охотнее я бы выбралась из склепа на свежий воздух. Да у меня здесь клаустрофобия разыгрывается не хуже, чем у эльфов в городах!

Кейн тем временем, не обнаружив никакой реакции на свое воззвание, совсем обнаглел. Не доставая меч из ножен, он решительно подошел к хороводу скелетов и… проскочил между ними к гробу, улучив момент, чтобы никого не сбить. У меня прямо сердце в пятки ушло от подобной наглости, а братцу хоть бы хны! Зачем его туда понесло?! Да я его сама убью за подобные выходки, если скелеты не сделают это до меня!

Я глухо застонала, не зная, что предпринять, как защитить дурного родственничка в случае опасности. Дилемма заключалась в том, что самой мне не хотелось близко подходить к бодро марширующим костям. На меня все больше накатывало желание с воплем ринуться к выходу.

Кейн, на мой взгляд, окончательно спятил. Он с интересом постучал по крышке гроба, не жалея при этом сил. Глухой звук его ударов прозвучал для меня как гром среди ясного неба. Я четко поняла, что не стоило отказываться от именного гроба, хоть и не нравится мне здешнее общество. Кажется, он мне скоро понадобится…

— Выходи! — требовательно позвал Кейн.

Я медленно попятилась за порог этой комнаты. Не скажу, что соседняя нравилась мне намного больше, но там хоть никаких аномалий не наблюдалось.

— Вылезай! — настойчиво попросил Кейн и попытался приподнять крышку гроба, но та не поддалась. Братец нахмурился, еще раз постучался и со словами: «Одолжи на минутку, а то свой жалко», — вырвал меч из рук одного скелета! После чего вставил острый кончик в щель под крышкой и навалился на импровизированный рычаг.

— Псих! — услышала я удивленный комментарий за спиной. Голос был довольно приятный, с легкой хрипотцой.

Пребывая в шоке от действий брата, я машинально поддакнула:

— Угу. Полный придурок! И в кого он такой? Явно не в меня. Хоть бы мои нервы пожалел, садист!

— Да мне теперь и самому страшно показываться ему на глаза, — пожаловался голос.

— Куда бы спрятаться?! — хором поинтересовались мы друг у друга.

Я наконец решила обернуться, чтобы взглянуть на персону, с которой у нас обнаружилось такое чудесное взаимопонимание. Наверное, начальник стражи послал за нами кого-то для охраны. Но перед моими глазами предстал белый полупрозрачный силуэт, слабо мерцающий в темноте. Я охнула и медленно сползла вниз по косяку дверного проема.

— Эй, что с тобой? — заботливо поинтересовался призрак высокого мужчины. — Может, тебе надо прилечь? Вон, например, довольно удобная поверхность. Думаю, Аларик, мой племянник, не обидится, если ты немного отдохнешь на крышке его гроба.

Что-то мне подсказывало, что румянее и здоровее после этого предложения я выглядеть не стала…

— Б-белт-твейн? — заикаясь, поинтересовалась я у фигуры.

— Ну да. Только тише, чтобы тот паренек, пытающийся поднять вросшую крышку гроба, не услышал, — забеспокоился дух. — Экспериментатор малолетний! Никакого уважения к праху своего предка. Хоть бы он скелетов мне не попортил, а то где я новые возьму?! Сюда редко кто посторонний забредает.

Я посмотрела на Кейна, который, не обращая внимания на тихие жалостливые завывания скелета, лишившегося меча, мучился над крышкой гроба. Он навалился на импровизированный рычаг коленом и тихо выговаривал охранникам усыпальницы:

— И чего мельтешите? Лучше бы помогли! Ну хоть посветите мне своими зенками, раз по-другому работать не хотите. Эх, и как мне этот дух достать?

Я четко поняла, что братец не успокоится, пока не добьется своего. Если понадобится, он разломает гроб на мелкие кусочки. Его не слишком волновало, что этим он разозлит скелетов или призрака. В его понимании обитатели загробного мира ничем не лучше живых василисков, особого отношения не требуют.

— Белтвейн, Кейн не успокоится. Вам лучше поговорить с ним, это очень важно, — робко обратилась я к мерцающей фигуре, стараясь не слишком громко стучать зубами и не показывать слишком явно, как хочется отползти подальше.

Подумать над моими словами призрак не успел. Братец наконец вспомнил, что у него есть сестра, которую было бы неплохо пристроить к рычагу, чтобы не надрываться одному. Он повернулся в мою сторону и заметил чужеродную фигуру. Кейн тут же радостно поспешил к нам. Так как ждать просвета между скелетами ему было лень, то он просто грубо растолкал ходячие кости в стороны. Даже не знаю, кто при этом застонал громче — обиженные стражи гробницы или Белтвейн. Призрак как-то подозрительно дернулся в сторону ближайшей стены. Если бы я не была твердо убеждена, что духи ничего не боятся, то расценила бы это как попытку к бегству.

— Правитель Белтвейн, это вы?! — на ходу поинтересовался братец. — А я вас здесь ищу уже полчаса. Не могли бы вы уделить мне… нам с сестрой немного времени? Льера, и ты вставай с пола, надо было сразу меня позвать.

«Интересно, это он обо мне так заботится или жалеет о потерянном времени»? — мелькнула у меня мысль. Но спросить не было возможности, так как Кейн продолжил говорить:

— Давайте отойдем подальше от скелетов и спокойно поговорим. А то нервные они какие-то и шумные. Один под ухом постоянно скулит, выпрашивая обратно свой меч. Как будто ему жалко! Подумаешь — попользуюсь и верну. Другие челюстями клацают, рискуя выбить себе последние зубы. А я ведь слабонервный — могу и не пережить такое зрелище, — пожаловался Кейн.

Призрак скептически хмыкнул. Такому, пожалуй, попробуй не удели время! Он же всю гробницу разнесет, с мертвыми он смелее, чем с живыми. Честно говоря, я полностью разделяла недоверие Белтвейна к последним словам братца. Да с него станется забрать выпавшие зубы на память, а потом, если покажется, что их мало, и всю челюсть кому-нибудь вывернуть!

Кейн прошел почти вплотную к Белтвейну и уселся прямо на крышку гроба некоего Аларика. То есть туда, куда я наотрез отказалась подойти, хотя призрак разрешил мне даже прилечь. Экспроприированный меч, лезвие которого не без его помощи покрылось зазубринами, братец положил рядом.

— Садись, Льера, — пригласил Кейн, похлопав по крышке. — Вроде наш вес должна выдержать. Гранит хороший, надежный, даже крошиться за столько тысяч лет не начал.

Как будто для меня это имеет значение! Да я все равно не приближусь к этому гробу. В отношении подобных предметов я, как никогда, уважаю право частной собственности.

Кейна мой отказ не очень удивил. Скорее всего, с его стороны это было не реальное приглашение, а простая дань вежливости.

— Зачем вы меня искали? — не выдержал призрак.

Он как назло предпочитал держаться поближе ко мне. Белтвейн, похоже, не понимал, что я его боюсь. Обидно, но он считал, что самый страшный в нашей компании — это… Кейн.

— Правитель, у нас возникла проблема, которую в состоянии помочь решить только вы, — начал братец. — Дело в том, что сегодня Льере исполнилось полторы тысячи лет и она случайно превратила половину гостей в статуи. Говорят, вы тоже могли так воздействовать на василисков. Это правда?

— Да, — согласился Белтвейн. — Редко кто-то из нас получает дар превращать сородичей в живые статуи. Обычно это самые выдержанные из василисков. Но разве никто из живых не мог объяснить вам это?

— Вы последний, кто обладал подобной способностью, — уточнила я, изрядно удивив духа.

— Странно, — пробормотал Белтвейн. — Ведь дар не зависит от принадлежности к Дому или от рода. Вряд ли я смогу объяснить вам, почему он исчез на многие поколения… Неужели все эти годы мой дух скитался, ожидая не вас, а других потомков и другие вопросы?

— Нам нужны не объяснения, а рецепт, как вернуть статуям подвижность, — уточнил Кейн.

— О! А это я знаю, — обрадовался Белтвейн. — Правда, только в теории… Со мной ни разу не произошло никаких случайностей. Я превращал только того, кого и планировал.

— Нам и теория подойдет, — успокоила я призрака и даже рискнула подойти поближе, чтобы не пропустить ни слова.

— Старинный документ, выданный мне учителем-магом для изучения, гласил следующее: «Василиск, обративший дар карателя против своего народа, имеет право передумать и помиловать. Освободить заточенных в собственных телах возможно, но требует особых усилий. Об этом стоит вспоминать каждый раз, прежде чем обрушить свой гнев на недостойного. Каратель имеет право на ошибку, но не может позволить себе импульсивность. Его удел — строгий контроль над чувствами. Его доля — вершить судьбу народа в переломный момент. Его долг — служение сородичам. Дабы даровать прощение покаранному, коснись его лба кровью живого дракона, рожденного в первородном пламени, — процитировал призрак, тускнея прямо на глазах, — и следи, чтобы твои действия совпадали с желаниями».

С последним словом дух Белтвейна растаял в воздухе. Я больше не ощущала исходящего от его фигуры леденящего холода, от которого мурашки бежали по телу. Не сказала бы, что мне стало совсем тепло, но как-то уютнее. В соседней комнате, где находился гроб Белтвейна, послышался какой-то звон. Кажется, именно с таким звуком меч, выроненный из рук, падает на пол.

Кейн живо соскочил с крышки гроба Аларика и опрометью кинулся на шум. Впрочем, дальше порога он не убежал. С его губ сорвалось несколько крепких слов, выражающих крайнюю степень досады.

— Неужели наверху рассвет? — удивилась я. — Или Белтвейн просто сбежал, не желая больше отвечать на наши вопросы?

— Нет, он сказал все, что должен был, — успокоил меня братец. — Правитель древности до конца выполнил свой долг: сообщил нам все, что сам знал о даре. Так что он не сбежал, просто духу наконец было позволено покинуть мир живых и обрести покой, пока кто-нибудь из потомков не призовет его в свидетели на суд оружия. Все сотворенные им скелеты-охранники обратились в прах, только мечи по-прежнему сохранили остроту, тлен времени их не коснулся. Но когда-нибудь и оружию предстоит рассыпаться… Пошли отсюда, Льера.

— Подожди, но я не все поняла из речи Белтвейна. У меня остались к нему вопросы.

— Только ответы на них придется теперь искать самим, — хмуро сообщил Кейн.

Обдумывая полученную информацию, мы молча побрели к выходу. Настроение у обоих было не слишком радужным, хотя в сердце теплилась надежда…

В тронном зале ничего не изменилось за время нашего отсутствия. Разве что количество продуктов на одном из столов немного уменьшилось за счет неистребимого аппетита Мерка, которому составил компанию Арвис. Дейкон в расстроенных чувствах сидел на троне (моем, между прочим!) и с тоской созерцал скульптуру сестры. В таком виде она выглядела очень юной, трогательной и хрупкой. Илэр казалась прекрасным видением, которое хотелось оживить…

— Льера, — позвал Кейн, — а я знаю, откуда взять кровь…

— Тихо! — зашипела я. — Не спугни! Слева заходи.

Арвис поднял на нас глаза, полные недоумения. Он немного попятился, когда заметил, что мы заходим с двух сторон.

— Вы чего? — опасливо поинтересовался посол, выставляя перед собой вилку с насаженным на нее куском неизвестного мне продукта. — Мое убийство вам ничем не поможет, только создаст дипломатический скандал. Что вам наговорил этот дух? Я абсолютно не причастен к превращению ваших подданных в живые статуи.

— Нам нужна твоя кровь, — хищно осклабилась я, доставая из рукава подаренный самим драконом кинжал.

— Всего пара капель, — поспешил успокоить Арвиса Кейн. — Можешь сам себе палец поцарапать.

Эх, все развлечение сорвал! А ведь мне очень нужно как-то расслабиться после посещения склепа. У меня до сих пор от одних только воспоминаний ноги подкашиваются! Поверить не могу, что я стояла так близко к настоящему призраку!

— Фу-х, — с облегчением выдохнул посол. — Льера, ну ты и злыдня! У меня от твоих слов чуть инфаркт не случился! Нельзя же так пугать бедных объевшихся драконов. Я в вашей стране преждевременно поседею! То меня с башни скидывают, то кровь требуют…

— На твоей шевелюре седина все равно будет почти незаметна, — отмахнулась я от слов Арвиса. — Давай двигайся поближе к Илэр и режь руку.

Я протянула дракону кинжал, держа его за тонкое клиновидное лезвие. Арвис неохотно взялся за рукоять и, обойдя стол, приблизился к сестре Дейкона. Примериваясь, он осмотрел одно запястье, затем второе и тяжело вздохнул.

— Эх, лучше бы я тебе иголку с пяльцами подарил, — пожаловался дракон. — И училась бы ты вышивать крестиком, вместо того чтобы осваивать методы кровопускания драконам! Вот уж не думал, выбирая кинжал, что мне же придется им воспользоваться, проверив заточку. Хорошо, что меч не додумался подарить.

— Не тяни время, — поторопил его Кейн. — От тебя требуется одно решительное движение. И еще скажи спасибо, что необходима кровь живого дракона, и всего капля. А то ведь ты близко, а твои соплеменники на другом конце материка…

— Кошмар, — еще раз вздохнул Арвис. — С вашей стороны это очень недипломатичное заявление.

— Обычному послу я бы никогда такого не сказал, а другу можно, — подсластил пилюлю Кейн.

Судя по выражению лица Арвиса, он оценил признание моего братца. К тому же эти простые слова означали, что ему не грозит разделить участь своих предшественников, погибших от «несчастных случаев» при Фарге.

Дракон осторожно полоснул ладонь левой руки кинжалом и сморщился. Было видно, что он не привык к виду собственных ран, так как обычно кожный покров надежно защищала чешуя. По краям разреза тут же выступила густая красная кровь, несколько капель скатилось в углубления линий.

— На, садистка, — протянул мне руку дракон.

Заинтересованный дроу встал с моего трона и подошел поближе, едва не опрокинув клетку с застывшей птичкой. А я тем временем макнула указательный палец в небольшую красную лужицу, скопившуюся на ладони Арвиса, и коснулась лба Илэр. Чужеродная точка четко вырисовалась между бровями девушки.

Я подождала несколько секунд и попробовала потрясти сестру дроу, очень аккуратно, чтобы Дейкон не счел это вопиющей грубостью с моей стороны. Но девушка не торопилась приходить в себя, ее тело было все так же неподвижно. Даже дыхание не улавливалось.

— Льера, а ты не забыла пожелать, чтобы она перестала быть статуей? — осторожно поинтересовался Кейн. — Помнишь же последнее замечание духа Белтвейна?

— Я и без его замечания желала, чтобы Илэр ожила! Нечего мне тут советовать с умным видом, — огрызнулась я в ответ и ляпнула на лоб девушки еще одну точку.

На всякий случай я опять макнула палец в кровь дракона, отошла к лорду Эйну и опробовала метод на нем. Но в обоих случаях результата почему-то не было. Статуи продолжали стоять неподвижно, что привело меня в состояние, близкое к панике. Я не хочу править сама! Не хочу вновь становиться врагом Дейкона!

— Арвис, а ты точно чистокровный дракон? — в отчаянии поинтересовалась я.

— Льера, что за инсинуации? — обиделся посол.

— Кейн, а может, Белтвейн имел в виду не Огненного дракона, а Туманного или Великого? — с надеждой спросила я.

— Не знаю, — ответил братец, нервничая и сгибая последнюю металлическую пуговицу камзола, до которой у него не дошли руки во время нашей сегодняшней встречи после долгой разлуки. — Но я помню, что призрак вещал что-то про пламя. Это слово у меня больше ассоциируется с Огненными драконами. Хотя ведь не они одни умеют выдыхать струи огня. Вполне возможно, нам нужна кровь дракона другой Семьи.

— Только где ж мы ее достанем?! — воскликнула я в расстроенных чувствах, теребя свой рукав. Хорошо еще, он был пришит на совесть, хоть и не очень аккуратными стежками. Глупо было ждать от воинов мятежной армии незаметных швов.

— Золия, ты должна достать кровь и вернуть мне сестру! Я не отступлюсь и не оставлю все как есть! Ты оживишь Илэр, даже если для этого мне придется лично проводить тебя в земли драконов и самому держать склянку под раной, пока ты будешь выдавливать кровь! — заявил дроу, ударив кулаком правой руки по ладони левой. — Собирай вещи, если не хочешь путешествовать, не имея за душой даже одеяла! Утром мы отправляемся в дорогу.

— Но как же так? — растерялась я. — У нас с драконами мир! Как это будет выглядеть, если я начну приставать к ним с кинжалом?! Да нам тут же объявят войну! Арвис, а ты не можешь попросить у Совета Семей, чтобы они помогли?

— Льера, добровольно вам кровь никто не отдаст, — вздохнул посол. — Слишком много темных заклятий можно сотворить на ее основе. А учитывая, что наши отношения с василисками последнюю тысячу лет были напряженными и вам доверия нет… Отцы Семей вряд ли поверят, что кровь пойдет на благие цели, даже если я поклянусь в этом. Они сочтут, что вы задурили мне голову и ведете какую-то свою игру. Мои соплеменники еще не определились, можно ли верить тебе, Льера, в качестве правительницы. Ведь армия до сих пор не сокращена до приемлемых размеров, в вашей стране голод и нищета! За эти три недели, что прошли со времени свержения узурпатора, реальных доказательств того, что вы желаете жить в мире с драконами, нет! О том, что здесь творится, Отцам известно только из моих докладов, но ведь слова одного посла ничего не значат, есть еще и слухи. А ничего хорошего до драконов пока не докатилось!

— Льера, он прав, — поморщился Кейн. — Официально, легальным путем кровь драконов нам не достать. Это не предмет торговли!

— Собирайся, — Дейкон подтолкнул меня к дверям, — поедешь к соседям с дипломатической миссией. Скажешь, что лично хотела познакомиться с членами их Совета и обговорить принципы сотрудничества и взаимовыгодной торговли. Привыкай, что правителям иногда приходится куда-то ездить.

— Да что я могу обсуждать с их Советом?! — заволновалась я. — Они же поймут, что для меня политика и законы — это темный лес. Не помню я, чем мы с ними торгуем!

— Льера! — укоризненно завопил Кейн. — Я же тебе целую лекцию на эту тему читал. Еще три недели назад ты это помнила. Местами…

Ой, опять попалась. Ну не обращала я внимания на названия их сельскохозяйственных культур и продуктов питания. Не думала, что понадобятся. На процедуре доказательства моего происхождения вряд ли лорды додумались бы принести с собой местные овощи и допытываться их названий. А у братца теперь глаза горят праведным гневом и горячим желанием исправить упущение, прочитав еще одну нудную лекцию. Я ведь себя очень глупо чувствую, когда он, будучи намного младше меня, принимается что-то объяснять. Эх, мне бы сейчас очень пригодились воспоминания из детства. Меня ведь готовили к роли правительницы народа василисков, но вряд ли кто-то предполагал, что я потеряю память и все забуду. Старания наставников пропали впустую.

Наверное, вид у меня был очень растерянный и несчастный. Я в очередной раз жалела, что закончилась моя спокойная жизнь в замке в Межгорье. Новые обязанности приводили в состояние паники, а ответственность казалась непосильным бременем.

— Эх, горе ты мое, — вздохнул Кейн. — Льера, я отправляюсь к драконам с тобой! Одной тебе переговоры точно доверить нельзя. Война будет неминуема.

— А можно ты отправишься сам и без меня? — жалобно попросила я.

— Ну нет! — воспротивился братец. — Пойдем вместе. Мы вдвоем беседовали с духом Белтвейна, сам я могу что-то упустить, забыть или не учесть. Вдруг одному из нас в голову придет еще какая-нибудь идея? Да и запугивание драконов и похищение их крови — это, скорее всего, твое призвание. Я не знаю, как можно будет провернуть все втайне, никого не убив и ни с кем не поссорившись, так что ответственность на себя не возьму.

— Значит, отправляемся втроем, — подвел черту Дейкон.

— Вчетвером, — уточнил Мерк, отвлекаясь от еды. — Я не позволю вам кинуть меня здесь одного!

— Впятером, — вздохнул Арвис. — Я хочу лично убедиться, что вы не причините зла моим сородичам. Я несу ответственность за ваши действия перед народом драконов. Моя обязанность проконтролировать события, раз уж честно доложить Совету о цели вашего визита я не могу. Брать с собой войско не рекомендую, иначе к вам отнесутся настороженно.

— Да зачем оно мне нужно, — отмахнулась я. — У меня не будет времени следить за тем, чтобы между отрядом василисков и драконами не возникло конфликта, не хочу отвечать за их действия.

— Правильно, — одобрил Кейн. — Хотя меня очень волнует тот факт, что мы отправляемся прямиком в логово Тавроса…

Это напоминание действительно не вызвало оптимизма. Придется постоянно быть настороже и внимательно смотреть по сторонам. Я прекрасно помнила, что мое мастерство сражения на мечах не дотягивает до уровня Тавроса. Он прирожденный воин, опытный, сильный, да к тому же маг! А еще беспокоило, что Дейкон может попытаться взять реванш. Хотя ведь не обязательно Таврос обосновался в столице драконьих земель. Городов и поселений много, авось не столкнемся… Остается задать один вопрос: а сама-то я в это верю?!

Я подняла голову и посмотрела на ближайший витраж, который, по мнению моих подданных, украшал тронный зал. У-у, страшилище! Эти цветные стекла заставляли только морщиться. Вот и сейчас я не смогла сквозь них рассмотреть, наступил ли рассвет, взошло ли солнце. Вернее, хоть одно из двух солнц. Я так и не узнала, появляются ли они одновременно — постоянно возникали другие, более насущные проблемы. Но судя по моим биологическим часам, сейчас было около пяти утра. Так что надо успеть совершить главное приготовление в дорогу — нормально поесть напоследок.

Я потянулась к ближайшему столовому прибору — вилке с двумя толстыми зубчиками. Но прежде чем успела запустить ее в блюдо с едой, была остановлена Кейном.

— Стой! Сначала назови, из чего это приготовлено!

Нашел время проводить урок! Меня так и тянуло возмутиться вслух. Но я усмирила себя и попыталась припомнить рассказы Кейна и те блюда, что таскал для нас с кухни Арвис, когда мы прятались в его комнате. Как назло, повара превзошли себя по части украшательства. Я задумалась, рассматривая желтые кубики какого-то овоща и кусочки мяса, посыпанные странными зелеными веточками, листиками и оранжевыми семечками. На ум не приходило ни одного названия.

— Льера, вон те желтые ломтики — это один из главных продуктов, который мы экспортируем драконам, — подсказал Кейн. — Фрукт.

Надо же! Я угадала еще меньше, чем думала…

— Не знаю, — смущенно призналась я. — Но зато точно могу сказать, что здесь есть чье-то мясо.

— А конкретнее? — усмехнулся Кейн. — Чье? Что за зверушка?

У-у! Садист! И хоть бы разочек мне в глаза посмотрел…

— Ну… — почесала я кончик носа и начала гадать, пытаясь прочесть по лицу братца, на правильном ли пути нахожусь. — Пушистая короткошерстная зверушка… с ушками… длинными. Да?

— Это Дейкон у нас с длинными ушками, — ухмыльнулся Кейн, старательно отводя взгляд, чтобы скрыть мысли. — А зверушка, между прочим, недавно летала! Много ты знаешь пушистых птичек с длинными ушами?!

— Утка? — решила предположить я. Они водились в обоих мирах.

— Крупнее.

— Фазан? — с сомнением выдвинула я новый вариант. Видеть их здесь мне не доводилось.

— Не знаю, что это за птица, но, наверное, крупнее.

— Нет, мне таких монстров не показывали, — заявила я и решила поспешно сжевать злосчастные кусочки, избавившись от предметов обсуждения.

— Это грифон, Льера, — смилостивился Кейн. — Я показывал тебе их статуи. А желтый фрукт — ирганевиар.

Такого я точно не помнила. Если Кейн и упоминал при мне это название, то я благополучно его забыла в ту же секунду. Это же выговорить невозможно! От голода будешь умирать — не вспомнишь!

На всякий случай я в ускоренном темпе съела зеленые веточки и листочки, чтобы у братца не было возможности ткнуть в них пальцем и задать еще вопрос. И только после этого взялась за фрукт со сложным названием. Я так и не разобрала: то ли он всегда такой кисловатый на вкус, то ли мне достался особый экземпляр, не успевший дозреть… Но спрашивать не стала. И вовсе не потому, что Кейн тоже облюбовал себе какое-то блюдо и сейчас увлеченно жевал. Не хотелось опять обратить на себя внимание братца.

Я осмотрела стол и аккуратно потянулась к бутерброду. Уж хлеб-то я точно опознала! Не полезет же Кейн специально снимать верхний накрывочный ломтик, чтобы задать вопрос о начинке. Усмехнувшись, я вгрызлась в бутерброд.

— Халтуришь, Льера, — с набитым ртом проворчал братец. — Мы еще не обсудили присутствующий здесь экспортируемый злак и импортируемую приправу.

— Ты лучше сам обсудишь этот вопрос с драконами, — отмахнулась я и перебралась к другому столу от греха подальше. И только оттуда обратилась к дроу: — Дейкон, ты бы тоже позавтракал, через час мы отправляемся в дорогу. Думаю, больше нам на сборы и отдачу последних распоряжений не понадобится.

Но я оказалась неправа. Мы управились быстрее!

Уложить в сумки по запасному комплекту одежды и вещи первой необходимости оказалось минутным делом. Еду нам собрали слуги. Очень надеюсь, что не яд положили, но особой уверенности нет, так как выглядели они очень испуганными и постоянно пытались спрятаться от меня за товарищей, моих спутников и за колонны. Быстро и компактно складывать одеяло я наловчилась еще во время нашего похода с войском до Дельноры, столицы Карневии. Больше всего времени ушло на то, чтобы отстоять перед Кейном право путешествовать не в платье, а в коричневом охотничьем костюме. Братишка, как всегда, принялся объяснять мне правила приличия и доказывать, что правительница василисков не может показываться на глаза представителям другого народа в таком неподобающем виде. Пришлось клятвенно пообещать, что переоденусь в платье на подходе к землям драконов, и даже сунуть в сумку специальный наряд, придирчиво выбранный Кейном в моем шкафу. Я как-то даже не удивилась, когда он указал на нечто белое. Сам будет виноват, если меня опять за призрак в грязном саване примут!

Заместитель лорда Эйна, молодой парень из Дома Гранитной скалы, заверил меня, что справится со всеми вопросами, которые возникнут в ближайшее время. Пообещал приложить все старания, чтобы в землях василисков не зародилась никакая смута. Уверил, что понимает необходимость моей дипломатической миссии и не будет разглашать ее истинную цель. Он постарается пока скрывать случившееся от народа. Но у меня сложилось впечатление, что парень мог пообещать и луну с неба, лишь бы не рассердить, лишь бы сплавить подальше от себя, от дворца, от родственников, от сородичей. Он, конечно, искренне желал мне успеха в моей миссии, так как оказалось, что в зале застыли статуями его родители, принадлежащие к Дому Розового мрамора, однако я натренированным взглядом видела, что он меня боится. Вот так негаданно-нежданно, не прилагая к этому никаких усилий, я стала Великим Ужасом своего народа, хотя вслух меня этим титулом пока не наградили. А в мыслях… Мне ведь, к сожалению, не дано видеть думы сородичей. Но зная, что Кейн упоминал о том, как меня называли в другом мире, можно было не сомневаться — титул перекочевал и сюда. Да и воины, помогавшие расправиться с наемниками Тавроса в Межгорье и Карневии, наверняка наслушались обо мне всякого. К тому же среди выживших скрываются оставшиеся враги, до этого год находящиеся в другом мире. Я не могу это доказать и найти тех, кто служил Тавросу, но знаю, что они затаились в рядах моих войск. Как всегда, у меня нет времени, чтобы разобраться, где принесшие присягу, а где враги. Придется отложить решение этой проблемы на потом.

Одно солнце, более крупное, уже взошло над землей, когда мы приблизились к воротам, ведущим из укрепленного, неприступного замка на длинную лестницу, вырубленную в скале. У каждого из членов нашего небольшого дипломатического отряда за спиной болталось по небольшой сумке, через плечо было привычно переброшено скатанное одеяло. Скажу честно, очень надеялась, что не придется устраиваться спать по-походному на земле. Осень давно вступила в свои права, и погода оставляла желать лучшего. Особенно меня доставал сильный ветер, порывы которого иногда чуть не сбивали с ног. Земля тоже дышала холодом, трава пожухла и являла собой жалкое зрелище. Зима была не за горами.

Кейн тоже предполагал, что мы будем останавливаться в гостиницах и на постоялых дворах, но все же настоял, чтобы захватили одеяла. Мало ли как повернется судьба и как сложится дорога. Мы вполне могли затолкать одеяла в сумки, но нести их на себе было теплее. Хотя вместо плащей на каждом из нас теперь красовалось по короткому меховому тулупчику.

Из-за теплой одежды мне пришлось пересмотреть свой способ ношения меча. Вместо поясных ножен я использовала заплечные, очень непривычные. Меня уверяли, что так гораздо удобнее, но я все еще сомневалась. Раньше я никогда не удалялась зимой от замка в Межгорье дальше чем на сотню шагов. Даже за налогами не высовывалась, когда выходила из продолжительного рабочего транса в это время года. Мне было непривычно тянуться к рукояти за плечо. Но вряд ли я могу случайно отхватить себе что-нибудь мечом. Уши вроде не выпирают, рукав не жалко, а волосы и так короче некуда — еле до плеч достают. Обкорнал меня Фарг во время суда чести, а потом еще и Тагерт со своими огненными шарами постарался в ходе битвы против Тавроса. От роскошной гривы до пояса почти ничего не осталось. Хотя о чем это я? Нашла повод переживать. Ведь ходила же с еще более короткой стрижкой! Но тогда ничье мнение о моей внешности меня не интересовало. Особенно мнение Дейкона…

Зато Арвис, Кейн и Дейкон не испытывали подобных проблем с ножнами. Им было все равно, где нести меч. Мерку мы не доверили никакого другого оружия, кроме короткого кинжала. Он все равно не обучен держать меч, так что проку не будет. Парень может поранить сам себя с большей вероятностью, чем врага. Впрочем, Мерк и не настаивал на серьезном вооружении.

«И хорошо, что не придется таскать на себе такую тяжесть, — прочла я мысль, случайно встретившись с ним взглядом. — Это у Злыдни сил немерено, так что пусть надрывается. Интересно, а вещи из моей сумки как-нибудь постепенно нельзя переложить к ней? Только бы никто не заметил».

Да-а… Мой нахальный подданный в своем репертуаре — никакого уважения к госпоже! Теперь еще и за ним следить всю дорогу, чтобы не мухлевал. Надо бы потом, когда все закончится, не забыть поблагодарить дроу за то, что подсунул мне потомков преступников и бунтарей. Обидно, что я об этом не подозревала столько лет, считала их поведение вполне обычным. Надо сказать, новые поколения были лучше той озлобленной толпы, что встретила меня в Деревне, после того как я перенеслась туда из родного мира.

На воротах замка несли караул четверо стражников королевского отряда. Я даже опознала двадцатого по списку, который первым после коронации принес мне присягу. Отсалютовав, стражники без вопросов открыли передо мной ворота. То ли не знали еще, что ухожу надолго, то ли это не очень их волновало в свете последних событий, ведь у них тоже нет защиты от моего открывшегося после совершеннолетия дара.

Я первая ступила на лестницу, стараясь держаться по центру, так как перила не были предусмотрены. Хотя после подъема на башню Верилайна здесь было не страшно. Да и ширина позволяла спокойно разойтись троим-четверым.

Выдолбленные в скале ступеньки были чуть кривоваты, кое-где их поверхность выровняли, облицевав каменными плитами. В общем, лестница имела только один значительный недостаток — слишком большую длину. Под конец спуска я очень радовалась, что мне надо вниз, а не наверх. Об обратной дороге я старалась пока не думать.

У подножия лестницы простиралась большая открытая площадь, используемая для построения войск, и лишь за ней начинались улочки столицы — Вассарии. Мне пока ни разу не довелось побывать в этом городе, а потому я с любопытством крутила головой по сторонам. Впрочем, Мерк и Дейкон мало чем от меня отличались. Кейн и Арвис снисходительно наблюдали за нами.

Все дома были выложены из природного камня — мрамора, гранита, базальта. Я не заметила никаких следов штукатурки. Из дерева изготавливались только оконные рамы и двери. Как и во дворце, окна больше напоминали небольшие бойницы, на иных стенах их вообще не было. Дома показались мне мрачными, неприступными и холодными. А еще я очень не вовремя вспомнила, что под каждым из них находится склеп… На меня навалилось мрачное осознание того, что, по сути, весь город стоит на одном большом кладбище. От таких мест я и в Межгорье старалась держаться подальше, а тут оказалась в центре! Меня охватил озноб, причиной которого был отнюдь не промозглый ветер.

Одно-двухэтажные дома немного оживлялись резными каменными карнизами, балясинами лестниц и балконов, различными скульптурами. На улицах красовалось огромное количество застывших животных, которые не встречались в приютившем меня мире. Естественно, Кейн не упустил возможности рассказать мне о каждой особи, на статую которой неосторожно падал мой взор. В голове опять образовалась каша из описания повадок различных птичек и зверьков. Особенно меня впечатлили две хрустальные, переливающиеся всеми гранями статуи грифонов на фоне сплошной стены из серого мрамора.

Скульптур василисков тоже было огромное количество. Но я понимала, что они вытесывались мастерами, кропотливо прорабатывающими каждую черточку, а не просто мимоходом обращены в камень каким-нибудь горожанином. Город василисков казался мрачным, чужеродным и… опасным. Я смотрела на оживленные толпы народа и вместо облегчения от их дружелюбия и спокойствия ощущала нарастающее напряжение. Я все четче осознавала, что вокруг меня находятся тысячи сильных, опасных существ, с которыми не справится ни одна армия известных мне государств. И то, что я являюсь их правительницей, облегчения мне не приносило. Это то же самое, что жить на вулкане: ты в безопасности, пока гора спит.

Идя по городу, я наконец осознала, что больше не считаю свой странный дар проклятием. Наоборот, он придавал мне уверенность в себе. Мы еще посмотрим, кто кого одолеет! Мой необычный дар давал превосходную возможность добиться от подданных безоговорочного подчинения, заставить считаться со мной, как с реальной силой. И пусть здесь, в своем родном мире, я чувствовала себя чужой, но хоть не самой слабой и беспомощной! И если судьбе угодно вновь окрестить меня Великим Ужасом в глазах народа, что ж… я не буду против!

Шевелюра Арвиса и уши дроу привлекали к нам пристальное внимание, но дело ограничивалось только любопытными взглядами. В отличие от свергнутого узурпатора, простые василиски не испытывали враждебности по отношению к драконам и не видели необходимости с ними ссориться. Сейчас их главным врагом была нищета, охватившая эти земли вследствие непродуманной политики Фарга, направленной лишь на одно — создание огромной боеспособной армии, которая должна была помочь ему удержаться на троне.

На то, чтобы пешком пересечь город с возвышающегося на скале дворца, видимого из любой точки, до южных ворот, нам понадобилось полтора часа. За это время взошло второе, меньшее солнце, отчего освещение стало ярче, а мрачность темных каменных домов смягчилась. Мне даже начали нравиться некоторые кварталы Вассарии.

За городской стеной простирались обширные возделанные поля, а на горизонте темнел лес. Порывы ветра здесь были ощутимее, чем в городе, хотя и не такие сильные, как на скале в замке.

— Бр-р, как холодно, — пожаловался Мерк. — И спать мне что-то захотелось, ведь вся ночь прошла в суете. Это только нашей Злыдне хорошо. И чего она потащила нас в дорогу с самого утра?

— Я потащила?! Да вы же вами рвались спасать Илэр! Как будто лишняя пара часов что-то решит, — возмутилась я, распространяя вокруг себя слабое сияние.

— Льера, тебе нельзя волноваться, — опасливо напомнил Арвис.

— Ты-то о чем беспокоишься? — поинтересовался Кейн. — Сестренка же дала слово, что не превратит тебя в статую.

— Как будто слово способно сдержать непроизвольный порыв! Нет, она, конечно, будет потом раскаиваться, но мне-то от этого не легче! — заявил дракон.

Я понимала, что он прав. За полторы тысячи лет у меня вошло в привычку свободно, без долгих размышлений превращать всех в живые статуи. Все равно им в любой момент можно было вернуть подвижность. Что ж, придется учиться контролировать себя. Я не переживу, если еще и Кейн с Дейконом по моей вине обратятся в безмолвных истуканов. Да и к Арвису с Мерком я уже как-то привыкла…

— Успокойтесь все, — попросил дроу. — Я не думаю, что одна бессонная ночь сильно нам повредит. На ходу никто из нас все равно не уснет, а вечером наверстаем. Кейн, куда нам сейчас надо двигаться?

— По этой дороге к лесу. Думаю, Арвис должен знать лучше. Он уже преодолевал этот путь, а я только карту изучил, — сказал Кейн.

— Меня сюда соплеменники довели, — запротестовал дракон. — Так что не надо рассчитывать на меня в качестве проводника. Могу только сказать, что у нас на дорогу от границы ушло полтора месяца.

Я произвела в уме нехитрые подсчеты и с запозданием осознала, что в земли драконов мы попадем только к середине зимы. Эта мысль мне совсем не понравилась. Передвигаться пешком по сугробам — отнюдь не самое мое любимое занятие.

— Может, отложим поход до весны? — робко заикнулась я. — Мы ведь не ограничены во времени, можно и позже расколдовать статуи. А путешествовать по морозу глупо, ведь как раз в самые холода на границе окажемся!

— Не бойся, — усмехнулся Кейн. — Скоро тебе еще и жарко будет. В шести неделях пути отсюда на юг, за горным хребтом, климат резко меняется. В землях драконов зимы не бывает.

— А если случится аномалия и там выпадет снег, ты все равно не отделаешься от похода за кровью! — заявил Дейкон, подталкивая меня в сторону леса. — Топай давай.

Дожила! Мною командуют все, кому не лень. И ведь я этим обстоятельством абсолютно не возмущена. Наверное, потому, что понимаю чувства дроу, его волнение за жизнь сестры. Хотя он в это и не поверит… Да и слова братца пока глупо игнорировать, ведь он знает об этом мире гораздо больше меня. Недальновидно было бы вообразить, что сама я лучше во всем разберусь.

Размеренным шагом мы двинулись к лесу по широкой дороге из плотно подогнанных отшлифованных каменных плит. Подозреваю, что если бы не рифленая подошва зимних ботинок, ноги скользили бы по такой поверхности. Ведь, как я заметила, василиски редко думают об удобстве. И еще: у них прямо-таки маниакальная страсть к камням. Впрочем, драконы не лучше, судя по скудным сведениям о них.

Животных для верховой езды в этом мире не было, так что представители обоих народов привыкли передвигаться пешим ходом. А если дело было срочное, то использовали телепорты. Проблема заключалась в том, что василиски умели перемещаться только в пределах своих земель. Для драконьих порталов тоже существовало подобное строгое ограничение. В другой мир телепортироваться было легче, чем в соседнюю державу! Граница никого не пропускала. Такой уж закон магии издревле существует в этом мире, или кто-то искусственно создал эту невидимую стену. Так что нам необходимо было дойти до горного хребта, отделяющего одни земли от других, а уж оттуда Арвис мог переместить нас к столице. У него как раз хватит времени, чтобы восстановить силы после переброски огромного количества войск. Было бы замечательно, если бы к границе нас телепортировал кто-то из василисков, но подходящей кандидатуры не нашлось. Большинство из них стояли статуями в тронном зале и сами нуждались в помощи. Среди василисков намного меньше сведущих в магии, чем среди драконов.

Чтобы открыть портал в определенное место, маг сначала должен был там побывать и запомнить пейзаж, так что Кейн здесь был бесполезен. Братец не уезжал настолько далеко от дворца. А лезть в телепорт ради пары миль, на которые он мог нас перенести, я категорически отказалась.

Конечно, можно было попробовать найти другого мага, из простого люда, но Кейн забраковал эту идею. Мало кто приближался к землям драконов, еще меньше из них умеют колдовать, и совсем небольшому количеству при этом можно доверить собственную жизнь. Телепортация — опасная штука, а в неумелых руках — так вообще смертельная. Недельные поиски специалиста могли окончиться ничем, забрав время, оставшееся до зимы. Лучше действовать наверняка. Правда, этими соображениями ни я, ни Кейн с Дейконом не поделились. Арвис тоже смолчал, ведь он как никто другой знал, что не из всякого телепорта можно выйти целым и невредимым.

Несмотря на ветер, мне было тепло в тулупе, чему немало способствовал наш темп ходьбы. Мы шли по двое, выстроившись цепочкой. Сначала Кейн и Арвис, как наши проводники, затем Дейкон и Мерк и уж следом я, обуреваемая тяжелыми мыслями. Дроу периодически оглядывался назад, проверяя, не сбежала ли я, не отстала ли. Похоже, он волновался, что мне придет в голову бросить их на произвол судьбы. Обидно, но он мне до сих пор до конца не доверял. Вслух дроу этого не говорил, но я же видела. Мысли о себе мне никак не удавалось перехватить, Дейкон бдительно следил, чтобы без нужды не встречаться со мной взглядом.

Эх, и что мне делать у этих драконов, как себя вести, как собрать кровь, не спровоцировав войну между нашими державами? Вдруг окажется, что нужный вид драконов вымер уже несколько тысяч лет назад, подобно моему дару? Множество вопросов крутилось в моей голове, но искать на них ответы пока было рано.

Вот уж не думала, что мне так скоро представится возможность получше познакомиться со своим родным миром! Да я еще лет сто не планировала затевать подобное путешествие — и это как минимум. Сейчас мои знания о родном мире были весьма скудными. Со слов Кейна я помнила, что здесь всего один материк и несколько крупных островов, раскиданных довольно далеко на юге и востоке. Границей служит горный хребет. Так как держав издревле было всего две, то дать им названия никто не удосужился. На картах их обозначали как «земли драконов» и «земли василисков». Обе стороны это вполне устраивало.

Народы живут довольно обособленно, хотя в этом в основном виноваты драконы, которые никак не идут на сближение и неохотно пускают к себе чужаков. В прошлом между нами случались стычки и небольшие, но кровопролитные войны, причин которых я не помнила. Кейн наверняка говорил, но тогда мне было не интересно. К тому же драконы — ярые борцы за чистоту крови и сохранение расы, что тоже подливает масла в огонь.

В землях драконов царит вечное лето, но интенсивность жары зависит от текущего месяца. В землях василисков год делится на привычные мне четыре сезона. В обеих державах огромное количество холмов и гор, равнины здесь — редкость. Так что, чувствую, путь предстоит не из легких.

Впрочем, уж лучше я пройдусь — мне в последнее время не привыкать, — чем останусь разбираться в запутанных делах государства. Ох, и не завидую я сейчас заместителю лорда Эйна. Он один остался во главе всех отраслей хозяйства. И если надеется, что я не спрошу с него результатов — зря.

В лесу каменная дорога резко сузилась, а через полмили и вовсе исчезла, осталась лишь притоптанная полоска земли. Честно говоря, меня это не огорчило. Зато Дейкон укорил Кейна:

— Что ж вы так схалтурили? Такая шикарная дорога — и ведет в никуда! Исчезает у самого леса.

— Ох, не слышит тебя сейчас Ингрем, — ответил Кейн. — Он бы тебе объяснил, что негоже мостить в лесу дорогу. Хотя, по его мнению, и в городе нельзя…

— Не напоминай, — поморщился дроу. — Я боюсь, что, вернувшись, могу обнаружить подобный лес на месте моей столицы. Надеюсь, Тагерт найдет способ приструнить этого эльфа. Кто бы ему объяснил, что негоже делать из города лес…

— Думаю, Тагерт и Ингрем смогут прийти к компромиссу в виде парка, — поддела я дроу.

— Смейся, смейся, — ответил Дейкон. — Я посмотрю, что будет, когда эльф переберется к тебе.

— А я его в Межгорье не пущу! Он же не уточнял, куда именно ко мне в гости хочет отправиться… Так что, Кейн, готовь место под посадки. Я посмотрю, как эльф будет озеленять сплошные скалы, еле прикрытые тонким слоем земли.

— Льера, ты этого не сделаешь! — в панике воскликнул братец.

Вместо ответа я проказливо улыбнулась. Сама еще не решила, как лучше поступить.

— Вы бы во время путешествия не называли правительницу по имени, — подал голос Арвис. — Это может быть опасно. У Фарга вполне могли остаться сторонники вдали от столицы. Вы же не знаете, кто еще оказывал ему поддержку и все ли наемники пойманы. Общеизвестно, что узурпатор платил шпионам во всех уголках державы, чтобы отслеживать появление наследницы. Вряд ли вы их обнаружили, а они могли возжелать мести за свое утраченное благополучие.

— Ладно, сестренка, посол прав, — сказал Кейн. — В ближайшее время я опять буду называть тебя Золией.

— Лучше Злыдней, — проворчал Дейкон. — Ближе к ее истиной сути.

— Ага, — поддакнул Мерк. — Она только и делает, что создает проблемы окружающим. Топай теперь неизвестно куда…

Мне стоило больших усилий не вспылить. Ничего себе обращение подданного к своей госпоже! Хотя сам пацан упорно считает себя свободным человеком, без обязательств и долгов. Как ни старалась, не смогла ему доказать, что если он родился на моей земле, то должен мне подчиняться.

— Золия, держи себя в руках, — еще раз напомнил братец с обеспокоенным видом. — Помни, что тебе говорил призрак насчет контроля и служения народу.

— Он меня еще и карательницей назвал. А оскорбления тоже наказуемы, — намекнула я, посмотрев в сторону Мерка.

Парень через плечо настороженно покосился на меня, но почти тотчас расслабился, так как не обнаружил знакомого сияния воздуха, свидетельствующего об истинном гневе. Так уж получилось с самого начала нашего знакомства, что он лишь слегка меня опасался, в то время как другие теряли голову от страха. Он вполне справедливо полагает, что если я когда-то его не придушила в первый день совместного пути, то сейчас и подавно не причиню ему вреда. Похвальная вера.

Зато Арвиса мой намек, похоже, сильно взволновал.

— Золия, может, ты пойдешь впереди? — с надеждой предложил он. — Тебе же из-за наших спин природу не видно, открывающиеся впереди пейзажи…

Но я четко поняла, что дракон вовсе не искренне пытается меня облагодетельствовать. Он переживает не о видах, которые мне оказались недоступны. Да и на что здесь смотреть? На петляющую тропу, идущую то вверх, то вниз, под откос? На темные невзрачные стволы деревьев, утративших листву, или голые спутанные ветви? Больше всего Арвиса волнует то, что именно его спина загораживает мне обзор и является прекрасной мишенью для окаменяющего взгляда.

Я бы тоже нервничала, если бы сзади шел кто-то столь же опасный для меня. Вот поэтому ни с кем меняться местами не буду! Ведь без зазрения совести дадут по голове, оглушат и потом скажут, что это для моего же блага. С Арвиса и Мерка станется доказывать, что мне же удобнее будет путешествовать скованной и с завязанными глазами.

Конечно, я не считаю того же дракона врагом. Но подозрительность, въевшаяся в мою кровь за тысячу лет правления бунтующими подданными, никуда не делась. Да я и к собственной тени абсолютного доверия не испытываю!

— Не хочу я рассматривать этот мрачный лес. Ваши спины и то живописнее, — сделала я комплимент участникам нашего небольшого отряда. Хотя они его, по-моему, не оценили…

— Лес как лес, — подал голос Кейн. — У вас в Карневии точно такие же.

— Там хоть вечнозеленые деревья есть, — пожаловалась я. — А здесь только черные стволы виднеются, куда ни кинь взгляд. И пахнет сыростью, а не хвоей. Долго нам еще идти по этому лесу?

— К вечеру выберемся, — авторитетно сказал Кейн. — А на той стороне леса как раз расположена деревушка, где можно заночевать. Если вы, конечно, не хотите устроить лагерь на природе. Но сразу говорю — я против! К вечеру, как оба солнца скроются за горизонтом, должно еще похолодать. Да и ветер на открытом пространстве будет очень ощутим.

Спорить с предложением Кейна никто не стал. По косогорам, лощинам и балкам мы шли к деревне, лишь раз сделав короткий привал в обеденное время. Перекусили наскоро, всухомятку, так как долгая остановка грозила тем, что дроу с Мерком могли уснуть, мы бы потеряли время и до темноты не выбрались к жилью.

В лесу стемнело раньше, чем мы рассчитывали. К тому же между деревьями начал сгущаться туман, мокрыми каплями оседая на нашей одежде. В таких условиях даже я плохо видела дорогу и постоянно запиналась о корни, натыкалась на ветки, а один раз даже чуть не врезалась в тонкий ствол, о существовании которого меня вовремя не предупредили бредущие впереди спутники. Странно, но Дейкон и Мерк, лишенные ночного зрения, двигались намного увереннее меня. Ну, с одним все понятно — эльф как-никак, хоть и темный.

Однако вслух правителя Карневии лучше так не называть. А вот Мерк-то как двигается в этом тумане?!

— Тьфу ты, Злыдня! — ругнулся голос впереди.

Выражение было знакомое, но прозвучало отнюдь не из уст Дейкона. Это Арвис перенял у дроу дурную привычку поминать мое прозвище.

— Что там у тебя? — поинтересовался Кейн, спина которого размытым пятном маячила где-то впереди левее дороги.

— Я запнулся о кошелек, — удивленно пояснил дракон. — Он тут на дороге валялся.

— Так что ж ты его к поясу плохо прикрепил? — упрекнул посла Кейн. — Нечего деньгами зря разбрасываться, мы и так мало взяли.

— Но это не мой! — возмущенно возразил Арвис. — Свой я в заплечную сумку положил. А этот явно выпал у кого-то из вас.

— Как? Ты же уже час двигаешься первым! — резонно заметил дроу. — Что там хоть внутри?

— Не могу почти вслепую развязать шнурок, но сквозь ткань нащупываются монеты и еще что-то хрустящее. Кажется, листок бумаги.

— Дай посмотрю, — попросила я и с любопытством протянула руку.

Дракон без колебаний отдал мне чужой кошель. В ладонь опустился тряпичный мешочек с довольно увесистым содержимым. Я явственно услышала, как внутри от соприкосновения тихо звякнули монеты.

— Странно, — задумчиво произнесла я, попытавшись высмотреть узел и развязать мешочек. — Мне казалось, что бросать на дороге кошельки — это не в духе моих подданных. И ведь я не слышу, чтобы тут поблизости были василиски, разыскивающие его. Это ведь не пуговица, которую потеряешь — и не заметишь, и не расстроишься.

— Может, совсем недавно обронили, — попытался найти объяснение Мерк. — Еще не заметили пропажу.

— Мы бы увидели, если бы кто-то вошел в лес впереди нас, — возразил Кейн. — Дорога здесь одна. Потерявший кошель должен был, как и мы, двигаться от Вассарии или же к ней. Но мы ни с кем не столкнулись.

— Некто решил переждать туман, а потом идти на розыски? — предположил дроу.

— Возможно, — с явным сомнением в голосе произнес Кейн. — Только хотелось бы мне увидеть ту беспечную личность, которая спокойно оставила на дороге целое состояние для большинства из наших обнищавших жителей и пошла отдыхать в тепле.

— Госпожа Золия, вы развязали? — нетерпеливо поинтересовался Мерк.

— Нет, не выходит. Могу только шнурок порвать, хотя, по-моему, он необычайно прочный. Наверное, магией заговорен.

— Не надо, — запретил Арвис. — Вдруг нашедшийся владелец будет недоволен. Спрячь пока кошель к себе в сумку, в деревне разберемся. Может, и его хозяин там обнаружится.

Наверное, стоило бы спросить, почему находку дракона должна тащить я, но суматошная, полная потрясений ночь и усталость этого дня отбили у меня всякое желание спорить. Да и было бы из-за чего. На меня же не чугунную колоду пытались нагрузить, а всего лишь горстку монет.

Я без возражений затолкала кошель к себе в сумку и опять побрела вперед по еле различимой в тумане и темноте лесной дороге. Впереди ждал ужин, постоялый двор с растопленным камином, а возможно и кровать. Наверное, и мне стоит попытаться уснуть в эту ночь…

— Золия, очнись, — уговаривал меня чей-то голос сквозь туман в голове. — Приди в себя!

Какая наглость! Зачем меня будят в пять часов утра?! Совести у этого… хм… Дейкона нет. Стоп, минуточку. Будят?! Да еще и дроу?! Мне же вчера спать не хотелось, я просто устала. И с чего так болит голова? Неужели я напилась и Кейн с Дейконом мне это позволили?! У-у-у! Ничего не помню.

— Золия, открой глаза, — занудливо просил голос дроу где-то совсем рядом, справа от меня.

Я попыталась поднять руку, чтобы приложить к ноющей голове, но обнаружила, что тело мне не подчиняется. Ой, что-то мне эта ситуация напоминает… Хотя кандалов на запястьях я не ощущаю. А что же меня удерживает?

Я чуть приоткрыла глаза, изучая обстановку. Ну да, кандалов действительно нет. Зачем они нужны, если какой-то умник просто примотал мне руки к телу с помощью тонкой цепи. И ведь не поскупился — количество витков оправдывает все мои самые худшие ожидания, освободиться сама я не смогу. И сплав цепей тот самый — сверхпрочный и антимагический, который некогда использовал Таврос. В этом мире умеют обездвиживать василисков.

— Где мы? Что произошло? — хрипло, шепотом поинтересовалась я у дроу, поворачивая к нему голову.

Дейкон тоже был надежно обмотан цепью. Тот, кто это сделал, не учитывал иномирное происхождение правителя и не экономил на металле. Дроу хватило бы и половины этих пут.

— А ты ничего не помнишь? — как будто издеваясь, поинтересовался Дейкон.

Стала бы я спрашивать, если бы помнила!

Видимо, мой взгляд был весьма выразительным, так как дроу начал объяснять, не дожидаясь ответа:

— Вчера вечером мы дошли до небольшого постоялого двора в деревне и сняли три комнаты. Затем заказали ужин…

— С вином? — уточнила я.

— Нет, Кейн не позволил. Все пили травяной отвар. Ну, разве что Арвис тайком выдул кружку эля возле барной стойки, — сдал дроу дракона.

— А я?

— Только не при Кейне. Он же за тобой следил похлеще любой гувернантки. Не помнишь, что ли, как он зыркал на того бедного василиска, вздумавшего с тобой познакомиться?

— Не привирай, — раздался раздраженный голос с другой стороны от меня. — Это ты пытался испепелить парня взглядом, а я просто пообещал дать ему по морде, если он не отойдет. Подозрительный какой-то тип, закутанный в плащ с ног до головы. И от него за несколько шагов несло спиртным!

— Ой, помню, — обрадовалась я. — Такой симпатичный был мальчик, совсем юный. Но он не пил. Бедняжка просто замерз, а потому вынужден был растереть руки самогоном и глотнуть немного вина.

— И ты в это поверила? — хмыкнули в унисон дроу и мой братец.

А какая мне была разница? Главное, что тогда нашелся повод досадить братцу. А то он совсем обнаглел со своей заботой и очередным уроком по распознаванию продуктов. Мясо в итоге оказалось не грифоном, а курятиной. Желтый фрукт я опознала, но вот название выговорить так и не смогла… И ведь если бы братец не запретил слугам принести мне эль (как будто это я младше него!), то произношение удалось бы в самый раз. На трезвую голову мне такого точно не сказать.

— Ладно, а что было после ужина? — напомнила я суть вопроса.

— Мы с Мерком сразу удалились спать, — сообщил Дейкон. — Решили занять одну комнату на двоих, чтобы нас не будили. А ты, Арвис и Кейн остались сидеть в общем зале и слушать завывания какого-то заезжего барда. В общем, очнулись мы уже связанные около часа назад. Подозреваю, нам добавили что-то в травяной отвар, чтобы исключить сопротивление.

— Но на меня не действует большинство ядов и снотворное! — возмутилась я. — Кейн, а теперь ты уточни, что произошло в зале после ухода Дейкона.

— Боюсь, я знаю немногим больше, — смущенно сказал братец. — Мы просто сидели, сидели… а потом я, кажется, уснул. У меня нет твоей сопротивляемости.

— Естественно, не тебя же слуги сотни раз пытались то отравить, то усыпить, — хмыкнула я. — Только твой рассказ не объясняет, почему у меня так зверски болит голова.

— Да что тут непонятного? — удивился дроу. — Бандиты, выждав положенное время, наверняка разобрались, что на тебя их снадобье не подействовало, и решили перейти к крайним мерам. А в любом мире и в любой ситуации в таком случае применяют банальный удар по голове. Просто, дешево и сердито. Уж тут осечек не бывает.

— Сволочи, — ругнулась я на бандитов. — Мужиков мирно усыпили, а единственную даму ударили!

— Сама виновата, — вклинился откуда-то сзади абсолютно незнакомый мне голос, даже не пытаясь изобразить раскаяние. — И лучше захлопни рот, пока мы в него кляп не вставили. Мало того что нам приходится вас тащить, так еще и выслушивать.

Ну, умники! А мы их просили нас нести?! Лично я подобного не припоминаю. Своими бы ножками прекрасно дошли до драконов. Так, стоп. А куда нас сейчас тащат?!

Я попыталась чуть приподнять голову из лежачего положения и осмотреться. Затылок взорвался болью, заставив скривиться, в глазах ненадолго потемнело. Та-ак… попробую сориентироваться… Я лежу на деревянном настиле, причем весьма твердом. Хоть бы соломки, гады, подстелили! Судя по качке и характерному скрипу, внизу приделаны колеса. То есть я, Кейн и Дейкон лежим на каком-то подобии телеги без бортиков. А раз лошадей в этом мире нет, то… правильно, ее тащит за канаты весьма крепкий черноволосый тип, спина и затылок которого виднеются впереди. С боков, кроме голых крон деревьев, нет ничего интересного. Все бандиты, скорее всего, топают сзади. Но, боюсь, моя шея эдак не изогнется, чтобы в этом убедиться. Хм… А где Арвис и Мерк?

— Кейн, — шепотом, еле слышно позвала я. — Куда дели пацана и дракона?

— Сзади они. Слышишь, колеса еще одной телеги скрипят?

— А бандитов много?

— Сам не знаю. Мне тоже почти ничего не видно, — с досадой отозвался братец.

— А что они от нас хотят? — продолжила допытываться я.

— У них и спроси. Откуда ж мне знать?!

Ну и спрошу! Должна же у бандитов быть какая-то цель. Ограбить они могли и на постоялом дворе, даже не усыпляя всех. Разве что выкуп решили потребовать. Хм, интересно, а мои новые подданные не откажутся раскошелиться? С них станется сэкономить и не платить за жизнь правительницы с таким опасным даром. Только вот действительно ли бандиты нас опознали и случайно ли захватили? Вполне возможно, это кто-то из затаившихся приспешников покойного дядюшки Фарга. Теперь не успокоюсь, пока не узнаю точно.

— Эй, бандитики, — окликнула я. Назвать их «уважаемыми» у меня не повернулся язык. А слово «бандиты» не подходило, так как звучало слишком грубо. Не хочется зря нарываться, но другого обращения я так и не придумала. — Не подскажете, куда вы нас тащите и зачем? Может, вы бы назвали сумму выкупа, мы бы расплатились и пошли дальше своими ножками и своей дорогой?

— Тех грошей, что мы у вас нашли, явно не хватит, нам больше заплатили, — раздался сзади язвительный голос. — Мы ваши кошельки даже трогать не стали. Из них только милостыню нищим подавать.

— За что вам заплатили? — заинтересовалась я, уловив причину наших неприятностей.

— Говорить не велено, — ответил все тот же бандит, идущий сзади. Очевидно, ему было скучно конвоировать нас просто так, и он не прочь был немного пообщаться.

— А куда мы направляемся, сказать можешь? — решила я выспросить хоть такую малость. — Это не запрещено разглашать?

— На юг, — коротко ответили мне.

Ну хоть в правильном направлении движемся, да еще и не прилагая к этому никаких усилий. Нет необходимости стаптывать обувь, одолевать крутые подъемы и спуски… Главное, чтобы черноволосый тип впереди не выпустил канат из рук да чтобы василиски сзади вовремя придерживали телегу, когда она идет под откос. Хотя я бы не отказалась от одеяла, а то прохладно лежать неподвижно при таком суровом осеннем климате. Очень надеюсь, что когда взойдут солнца, станет теплее. Я понимаю, еще слишком рано, но уж очень хочется согреться. В данном положении у нас есть единственное преимущество — когда лежишь, порывы ветра не так сильно чувствуются. Интересно, а осенью затишье когда-нибудь бывает?

Сейчас меня нервировало только одно — я не могла точно подсчитать количество наших противников. Беспомощной я себя не чувствовала, так как бандиты вряд ли озаботились приобретением амулетов, защищающих от магии приютившего меня мира. То есть в любой момент их можно будет превратить в безобидные предметы, если, конечно, позади нас не плетется целая армия. Хотя тогда лучше попробовать применить дар карателя и сделать из бандитов живые статуи. Только пусть не надеются — для них кровь дракона искать не буду.

Так как пока что-либо предпринять было не в моих силах, я постаралась максимально расслабиться и принять благодушный вид. Пусть думают, что я смирилась со своим положением пленницы. А до ближайшего привала можно просто полюбоваться небом. Уснуть мне вряд ли удастся.

Начинающее светлеть небо в этом мире ничем не отличалось от знакомого неба в том же Межгорье. Сиренево-серый колер на горизонте потихоньку наливался голубизной. Кое-где виднелись блеклые пятна исчезающих звезд. В общем, зрелище было привычное, но все равно завораживающее своей красотой.

Однако полюбоваться спокойно мне не дали. Кейн справа начал нервно ерзать, извиваясь, как гусеница, и довольно громко сопеть. Слева вроде все было тихо. Дейкон стойко переносил тяготы плена и, как и я, выжидал.

— Золия, — тихо прошептал Кейн. — Ты чего разлеглась?! Освобождай нас давай! Вспоминай про свой дар, про магию.

— Не нервничай, — попыталась я успокоить братца. — Нам же пока и здесь неплохо, наслаждайся отдыхом.

— Какой, к демонам, отдых! — возмутился Кейн. — У меня все затекло. К тому же вдруг бандиты плохо ориентируются, не знают дороги и отклонились от южного направления?! Они в любой момент могут решить нас убить!

— Ха! Да они наверняка дорогу знают получше твоего, — тихо усмехнулась я, не понимая, почему братец так нервничает. — И вряд ли нас всю ночь тащили просто так, чтобы утром убить. Потерпи пока.

Кейн замолчал, но ерзать не перестал. Он тяжело вздыхал, взывая к моей совести, но мне было не привыкать игнорировать ее порывы. Я, конечно, в последнее время стараюсь во всем угождать братишке, так как очень рада появлению родственника, но рисковать понапрасну не намерена. Тем более что на кону не только моя жизнь.

— Золия, они же нас убьют, — снова заныл Кейн через полчаса, посчитав, что достаточно терпел. — Бандитам обычно платят не за транспортировку пленников. А шайка Косого вообще ничем, кроме убийств, раньше не занималась.

— Ты их знаешь? — удивилась я.

— Наслышан. Они раньше на дядю работали.

Да… Это ж получается, что бандиты прекрасно осведомлены, кого захватили. Так почему мне даже глаза не завязали? Предположим, о магии другого мира они не знают, но неужели и о происшествии во дворце ничего не слышали?! Молва не успела донести о моих способностях? Или они не поверили, что подобное возможно? Не знаю, какой из вариантов соответствует действительности, но спрашивать почему-то не тянет…

Время шло, а я все не могла подгадать момент, чтобы обезвредить бандитов. На востоке взошло большое солнце, осветив землю, но не давая тепла. Однако в поле моего зрения по-прежнему попадал только один василиск, тянущий телегу. Я слышала сзади голоса, топот, но рассмотреть никого не получалось. Даже количество бандитов до сих пор оставалось для меня загадкой. Явно не меньше шести и хорошо бы, чтобы не больше двадцати. Сразу со всеми могу и не справиться.

Когда взошло меньшее солнце и догнало на небосводе собрата, я уже начала немного нервничать. При такой тактике бандитам действительно можно меня не бояться и держать с незавязанными глазами.

Кейн ерзал и пихал меня плечом, уже не таясь. Терпением он явно не отличался. Естественно, бандиты обратили внимание на его телодвижения. Один из них раздраженно рявкнул:

— Кончай елозить, придурок! Еще одно движение — и получишь рукоятью меча по башке! Чего крутишься, как на муравейнике?

— Мне под куст надо, — нашелся Кейн. — Может, распутаете меня хоть на пару минут? Я же с этой цепью даже привстать не смогу.

— Не положено! Или терпи до привала, или иди под себя! — отрезал все тот же бандит.

Было ясно, что снисхождения от него не дождаться. Я все больше волновалась, что каждому члену шайки известно о моих способностях и они настороже.

— А привал скоро? — тем временем поинтересовался Кейн.

— В полдень, — последовал ответ, произнесенный с чуть ехидной интонацией.

Еще бы! Это же еще часов пять терпеть и ждать.

— Изверги, — тихо прошипел Кейн. — Не могу я больше так лежать. Золия, ты что, совсем не волнуешься и не боишься?

Эх, как же ему потолковее объяснить, что боялась я, спускаясь в склеп. А попытки моего убийства — дело для меня привычное. Нервничаю, конечно, не без этого, но голову не теряю. Шансы на вызволение у меня неплохие, можно будет побороться. Зато противники вполне материальные, живые и уязвимые, не бестелесные духи, с которыми я не знаю, как сражаться. Хотя лет триста назад мне, наверное, как и Кейну, не хватило бы терпения. Это сейчас я лежу и выжидаю благоприятный момент, а раньше действовала бы на авось, не учитывая степень риска. В плену у Тавроса было намного хуже, там не было никакой надежды на самостоятельное освобождение.

— Бери пример с Дейкона, — посоветовала я братцу. — Сам же слышал, что в ближайшие пять часов убивать нас не собираются.

— Так дроу, наверное, уснул и ему хорошо, — посетовал Кейн, затихая.

Я чуть повернула голову налево и окинула Дейкона взглядом. Он лежал на спине и с сосредоточенным выражением лица рассматривал небо. Зрачки даже не двигались. Он что, косит под жертву моего взгляда?! Я даже сама немного заволновалась, пока не заметила, что грудь правителя Карневии поднимается и опускается в такт дыханию. Фу-ух, василиски не использовали против него свой специфический взгляд, пока я перепиралась с братцем. А то ведь среди бандитов вполне мог найтись несовершеннолетний вредитель, которому нет никакого дела до четких приказов главаря.

Успокоившись насчет сохранности дроу, я опять погрузилась в ожидание. Так как солнца светили все ярче, вскоре стало невозможно смотреть вверх, не щурясь. Поэтому я переключилась на более прозаическое зрелище — спину василиска, тянущего телегу. Фигуру бандита скрывал плащ, накинутый на мощные широкие плечи. Темно-зеленая толстая ткань выглядела невзрачно, зато наверняка издалека хорошо сливалась с местностью. Это просто незаменимая вещь при устройстве засады где-нибудь на лоне природы. Темные волосы бандита, стянутые у основания шеи в хвост, спускались почти до лопаток, что заставило меня испытывать острое чувство зависти. Ведь совсем недавно и у меня была шикарная копна, ничуть не хуже его. Сама поверить не могу, что сожалею о таких пустяках.

Минут через пятнадцать бандит, одаренный моим пристальным вниманием, начал запинаться. Вот уж не знала, что мой взгляд действует и подобным образом! Я начала опасаться, что при подъеме на очередной холм василиск выпустит из рук канат, а потому поспешила прикрыть глаза. Может, и стоило бы провести подобный эксперимент в надежде, что телега, покатившись назад, задавит бандитов, но рисковать не хотелось. Так недолго и самой шею свернуть.

Спокойно, Золия, спокойно. Осталось меньше пяти часов ожидания. А там, возможно, появится шанс сбежать без всякого неоправданного риска. Но какое же это тяжелое занятие — ждать! Терпение никогда не значилось в числе моих добродетелей.

Чтобы успокоиться и скоротать время, я начала мысленно считать секунды. Причем скороговоркой. К сожалению, время от этого идти быстрее не стало, о чем явственно сообщали внутренние биологические часы.

Юный дракон был раздосадован. И хоть до празднования совершеннолетия ему осталось всего триста с лишним лет, но он еле сдерживался, чтобы не разреветься, как маленький. Ну почему все пошло наперекосяк? Он ведь тщательно продумал свой план, удачно подбросил этой компании путешественников мешочек, организовал их доставку к горам… И все сорвалось из-за самоуверенности какого-то бандита! А ведь Косого для разного рода поручений ему посоветовал сам Отец — непререкаемый авторитет для него!

Кутаясь в купленный в деревне тулуп, поверх которого накинул свой плащ, Оргел брел по дороге вслед за разношерстной компанией из василисков, иномирных созданий и одного дракона. Для надежности он отставал примерно на час пути и следил, чтобы не попасть в их поле зрения. Голову юного шпиона покрывал неизменный капюшон, натянутый до самых глаз. На этот раз из-под него не высовывалось ни одной белокурой пряди.

Впрочем, сам Оргел очень удивился бы, узнав, как можно назвать его деятельность в настоящем. Его убедили, что шпионы работают во вред тому лицу, за которым приставлены следить. А у него задача была мирной: организовать быструю и безопасную доставку подопечных к землям драконов. Отец назвал такую деятельность тайной дипломатией, а он просто не может ошибаться!

Оргел поправил лямки заплечной сумки и тяжело вздохнул. Ему не нравилась порученная миссия, не нравились холодные земли, где он вынужден бродить, не нравились встречающиеся по дороге василиски, которые так и норовили заглянуть под капюшон. Юный дракон тайно жил в Вассарии вот уже полгода, правда, у него был старший и более опытный товарищ, на котором обычно лежали все организационные вопросы и связь с начальством. Но соплеменник заболел в промозглом климате, и Оргел вынужден был один взяться за выполнение поставленной задачи. Он оказался предоставлен сам себе. К тому же Фарг, предыдущий некоронованный правитель василисков, знал об их присутствии на своих землях, а нынешняя власть — нет, и это грозило множеством нелицеприятных вопросов в случае обнаружения. Оргел чувствовал себя не очень уверенно, маскируясь и прячась от василисков.

Вчера вечером на постоялом дворе он попытался прибегнуть к излюбленному приему всех шпионов и дипломатов — познакомиться с компанией и напроситься к ним в попутчики. Оргел назвался курьером и ненавязчиво завел беседу с Льерой, правительницей василисков, хотя и испытывал при этом страх. А ну как возьмет и превратит в статую?! Осведомители доложили ему, что произошло во дворце и сколько народу при этом пострадало. Правда, Оргел так и не понял, зачем Льера, Кейн и их иномирные друзья собрались на земли драконов. Но, наверное, Отец после его донесения разобрался, что к чему. Хотя странно затевать дипломатическую миссию после того, как в собственной державе произошел подобный несчастный случай, жертвами которого стали все лорды и большая часть аристократии Домов. Да и непонятно, зачем с ними увязался посол.

К сожалению, план Оргела не удался. Он почему-то с первого взгляда не понравился спутникам правительницы. Ее брат и черноволосый мужчина с необычными удлиненными ушами так на него взглянули, как будто хотели испепелить на месте! А ведь он честно объяснил, что не выпил ни капли самогона, значит, причина кроется не в этом. Оргелу даже не дали выложить заранее заготовленную легенду, согласно которой его путь совершенно случайно лежит в ту же сторону, что и их. Банда Косого по первоначальному плану должна была изображать отряд охраны, сопровождающий его с ценным курьерским грузом. Это обезопасило бы компанию правительницы от нападения других разбойников, в огромном количестве промышляющих вдоль всей дороги до границы. Никто не посмел бы стрелять из засады арбалетными болтами, опознав Косого. Банды соблюдали нейтралитет по отношению друг к другу, стараясь не переходить дорогу коллегам. Оргел опасался, что шальная стрела или болт могут угодить в кого-то из его подопечных, за жизнь которых он отвечает перед Отцом.

Хотя с захватом компании Льеры в плен он тоже вчера погорячился. Не иначе как эль все же крепковат оказался. Но в принципе это был не самый плохой вариант для выполнения поставленной задачи. Банда в целости и сохранности доставила бы пленников к горам, а там можно было позволить им совершить побег. И пусть бы они гадали, зачем понадобились Косому. Оргел хорошо заплатил за исполнение своей задумки. Вспоминая разгоревшиеся при виде его денег глаза бандитов, он даже начинал сомневаться, а не переборщил ли. Но дракон успокаивал себя, что просил захватить не простых василисков. Он честно предупредил банду Косого, с кем им придется иметь дело, и не забыл предъявить кольцо, подаренное правителем Фаргом в качестве рекомендации для его сторонников. Дядя Льеры был уже мертв, но знак не утратил силу. Оргел не понимал, как такое возможно, но бывшие сторонники Фарга теперь сотрудничали с Отцом. Он и не подозревал, что выступает на стороне заговорщиков и предателей…

Несмотря на предупреждение дракона, бандиты попали под взгляд Льеры, который превратил их в неподвижные статуи. Оргел сам издали наблюдал за событиями. Это сейчас он соблюдал строгие меры безопасности, а тогда еще рисковал держаться на расстоянии взгляда от компании подопечных.

Зная направление движения объектов наблюдения, дракон ничуть не рисковал их упустить, хотя и волновался по поводу возможных разбойничьих засад. Необходимо срочно составить новый план, пока никого не убили.

Время приближалось к вечеру, когда деревья вдоль дороги начали редеть. Если бы Оргел был опытным путешественником, то по этому признаку понял бы, что впереди расположен населенный пункт. Но юный дракон являлся типичным жителем города, да и не интересовался окружающей природой. Голые ветки деревьев без единого зеленого листочка наводили на него тоску и будили воспоминания о родных рощах, радующих глаз в любой сезон. С непривычки у Оргела болели ноги, ныли плечи, оттягиваемые сумкой, ножны на поясе съехали куда-то за спину. Зачехленный кончик короткого меча периодически больно врезался в сгиб ноги под коленом. Дракона все раздражало, он не привык путешествовать пешком, так как обычно пользовался услугами магов. В штате слуг Отца специально для этой цели состояли несколько василисков, работа которых щедро оплачивалась. Маги-перебежчики зарабатывали столько, сколько им и не снилось на родине.

Появление справа от дороги деревенской изгороди стало для Оргела неожиданностью. Покосившиеся бревна сверху были изъедены насекомыми, местами истлели от времени и воздействия непогоды. Кое-где виднелись латки из тонких, криво приколоченных досок. Полезность подобной изгороди дракон ставил под большое сомнение. Скорее всего, она носила чисто декоративный характер, предупреждая путников, что перед ними солидная деревня, а не парочка домов лесников, которые не поделили угодья и устроились рядом, чтобы не уступить друг другу ни дюйма.

Для Оргела деревня была источником одновременно надежды и беспокойства. С одной стороны, если его подопечные остановились здесь на ночлег, можно попросить кого-то из жителей выделить ему угол и наконец отдохнуть. Но с другой стороны, необходимо быть вдвойне осторожным, чтобы не столкнуться с этой компанией новоявленных дипломатов нос к носу.

Дракон вошел в покосившиеся ворота, по звуку нашел взглядом первого попавшегося местного жителя, как раз латавшего изгородь изнутри, и завязал беседу.

— Доброго вам вечера. Да будет ваш труд плодотворен.

— Тьфу, — сплюнул на землю крепкий мужичок, одетый в один лишь вязаный кафтан невыразительного серого цвета и подбитые изнутри ватой толстые брюки. — Мой труд будет плодотворнее, если изгородь понадобится снести, а не починить. Ды-ык без нее-то только несолидно. А ты кто такой будешь? Чай, не сдалека идешь? Говор у тебя нездешний.

Деревенский мужичок, к досаде Оргела, оказался чересчур любопытным. Он сыпал вопросами, не выпуская из рук молотка и продолжая вбивать длинный гвоздь в одну из досок изгороди. Но при этом не забывал косить взглядом на дракона, не заботясь о том, что железная шляпка гвоздя покосилась от неточных ударов.

— Издалека, — поспешил согласиться Оргел. — Курьер я, хожу, куда пошлют. Ищу ночлега и спутников, чтобы вместе преодолеть дорогу, а то опасно нынче стало бродить в одиночку. У вас в деревне случайно никто не останавливался?

— Опоздал ты, милок, — посетовал василиск. — Час назад заглядывали к нам путники обогреться, поесть, дорогу спросить, да только они уже ушли. Тут до соседней деревни рукой подать. Хотя какая там деревня — всего пяток домов в чистом поле. До темноты путники должны туда добраться. Так что если тебе тоже к Драконьим горам, то оставайся ночевать у нас, а утречком выходи пораньше и аккурат догонишь. У них в отряде воины справные, хоть и странный один из них. Я таких ушей, как у него, никогда в жизни не видел. Не иначе как маг какой напортачил. Там три воина, беловолосый мальчонка, похожий на малолетнего дракончика, и девка с мечом, — охотно рассказал мужичок, стуча молотком.

Воспользовавшись паузой в речи местного жителя, Оргел поторопился вставить:

— Я, пожалуй, тоже пройдусь до соседней деревни, а то боюсь не застать там утром попутчиков. Сами знаете, до следующего вечера могу и не нагнать. Да и спешу я.

— Все вы на словах куда-то спешите, — проворчал василиск со странной смесью обиды и разочарования. — А как предлагаешь помощь, так отказываетесь. И ведь недорого прошу: всего по десять серебрушек с носа. Для таких кочевников, как вы, это мелочи, а у нас в деревне деньги нужны. Что я за староста, если не могу народу новую изгородь справить?

— За что десять серебрушек? — не понял Оргел.

— Ды-ык за телепортацию, — пояснил мужичок. — Только это и могу, другими магическими талантами обделен.

— Так это ж чудесно! — обрадовался Оргел. — Сможете переправить шестерых к Драконьим горам?

— Да хоть шесть десятков, — ответил василиск с надеждой во взгляде. — Я давно силы не тратил, все копил, так что количество роли почти не играет. Заплатить-то есть чем?

— Серебрушек нет, — предупредил дракон.

Мужчина поник, но интереса к путнику не потерял. Он был не в том положении, чтобы отказаться хоть от какого-нибудь заработка. Когда в доме нечего есть, не до гордости, не до условий. Главное, что работа честная, и деньги за нее взять можно, не милостыню ведь просит.

— Сколько дашь? — поинтересовался василиск.

— Шесть золотых хватит? — не сомневаясь в ответе, спросил Оргел.

Глаза мужика блеснули. Другой на его месте, может, начал бы торговаться, набивать себе цену, но василиск поспешно согласился. Он и не помнил, когда в последний раз держал в руках настоящее золото, все больше медь.

— Я дам десять золотых, если ты пройдешься со мной до соседней деревни и для начала телепортируешь к горам остановившуюся там на ночлег компанию, — предложил юный дракон, радуясь, что нашел новое решение поставленной задачи. — Желательно бы все организовать так, чтобы путники не успели отказаться.

— Зачем тебе это? — что-то заподозрил староста деревни.

— Хочу сделать им подарок, — с невинным выражением лица ответил Оргел, глядя в землю. — Путешественники могут оказаться щепетильными и отказаться от оплаченной моими деньгами услуги. А мне уж очень не хочется проделывать путь в одиночку, вместе и безопаснее и веселее. Так что лучше поставить ту компанию перед свершившимся фактом.

— Хорошо, — согласился мужичок, отводя глаза в сторону. — Я телепортирую вас всех в горы в лучшем виде. Можешь не беспокоиться.

— Так вы согласны? — порадовался Оргел. — Собирайтесь быстрее, мы должны успеть перехватить тот отряд.

— Я мигом, — успокоил староста. — Мой дом, вот он, рядом совсем. Заходи, обогрейся пока, а я оденусь и инструмент положу.

Вслед за мужичком Оргел зашел в двери ближайшего дома. Сени сразу переходили в единственную комнату. Внутри оказалось темно, обстановка была небогатой, если не сказать убогой. Потухшая печь да два плоских камня — вот и вся мебель. Видимо, мужчина жил без жены и довольствовался малым. Ни занавесок на окнах, ни магического светильника на потолке, ни песчаного покрытия на полу, одни голые доски. Только на стенах, как напоминание о былой сытой жизни, висело несколько рисунков, оправленных в простые самодельные, чуть кривоватые рамки. Дракону стало понятно, что у старосты не лежат руки к плотницкому делу. Даже изгородь можно не вспоминать.

Василиск стащил с печи старенький залатанный тулуп и надел на себя, не обращая внимания на отсутствие двух верхних пуговиц. А потом на глазах у удивленного Оргела подошел к одному из рисунков на стене и бережно вынул его из рамки. На плотном листе бумаги была изображена выцветшими красками бурная река, протекающая меж двух высоких крутых стен каньона. Староста осторожно свернул рисунок вдвое и сунул себе за пазуху.

— Вот и все, я готов, — объявил он.

— Оружие взять не хотите? — поинтересовался дракон.

— Ды-ык, милок, меч я уже давно продал, — развел руками староста. — Да и ни к чему он мне сейчас. Окрестные разбойники наших деревенских не трогают, знают, что взять с нас нечего. С дубиной можно на неприятности нарваться. Без оружия оно как-то спокойнее будет.

Оргел учел доводы василиска и не стал настаивать. Он нетерпеливо переминался с ноги на ногу, отчего доски пола жалобно скрипели. Ему хотелось быстрее выполнить порученную Отцом миссию, ведь за это его ожидает долгожданная награда — гарантированный прием в Семью! Оргел считал себя достойным подобной чести. Его способностей вполне хватало, чтобы принимать вторую ипостась на целых двадцать минут!

Юный дракон не стал интересоваться, зачем старосте в дороге понадобился рисунок. Может, это единственная оставшаяся у него дорогая вещь или память. Оргел не настолько хорошо разбирался в живописи, чтобы прикинуть художественную ценность старого рисунка. Не тяжелый, задерживать в дороге не будет — и ладно.

Дракон живо вышел из дома вслед за старостой. Он даже не почувствовал холода, оказавшись на улице. Хотя, возможно, причина заключалась в том, что разница температур снаружи и внутри дома была не слишком большой. Староста не запер дверь на замок, лишь подпер крупным валуном, чтобы случайный сильный порыв ветра не отворил. Оргел не стал спрашивать о причине такой беспечности — сам уже понял, что брать ворам нечего.

Желая успеть в соседнюю деревню до того, как окончательно стемнеет, василиск и замаскированный дракон вышли за ворота и живо зашагали на юг. Небо над ними медленно, но неуклонно темнело. Кое-где робко наметились пятна первых, тусклых пока звезд, обещающих ясную ночь.

Дорога стелилась под ногами Оргела, с каждым шагом приближая к цели. Но в голову ему так и не пришла мысль задать себе вполне резонный вопрос: почему компания новоявленных дипломатов, явно торопясь, отказалась от магических услуг старосты деревни? Ведь он же, скорее всего, предлагал им организовать телепорт до Драконьих гор. Смешно было бы предположить, что компания пожалела денег, которых у них благодаря банде Косого стало с избытком.

На землю уже давно опустилась ночь, оба солнца скрылись за далеким горизонтом, а Оргел все еще брел по дороге вслед за, казалось, неутомимым старостой деревни. Сам юный дракон готов был упасть тут же на месте, несмотря на дикий холод и подталкивающий в спину ветер. То ли его предел выносливости оказался ниже, чем у василиска, то ли обещанные деньги оказались лучшим стимулом… Но Оргел чувствовал, что даже ради приема в Семью не способен напрячься и идти быстрее. Не привык он к долгим пешим переходам, оказался не готов. Да и кто мог предположить, что правящие особы окажутся столь легкими на подъем и опытными путешественниками? Сам дракон даже нормально вещи уложить не успел, так как был вынужден броситься догонять объекты слежки. И хоть сумка получилась маленькая, сейчас она казалась Оргелу просто неподъемной. Спину ломило от лишнего веса, ноги подкашивались и заплетались.

— Далеко еще? — поинтересовался дракон у спутника.

— За тем холмом, — ткнул вперед василиск. — Сейчас поднимемся наверх и сам увидишь свет в окошках. Припозднились мы малость.

В голосе старосты не звучало осуждения, но Оргел почувствовал себя виноватым. Ведь именно из-за него они задержались в пути, упустили время. Отряд новоявленных дипломатов наверняка уже поужинал и лег спать.

— Я заплачу за наш ночлег, — пообещал дракон. — А утром вы создадите телепорт и отправитесь домой при свете солнца.

— Да, хорошо, — ответил василиск. — Думаю, будет не слишком вежливо переправлять в горы ваших будущих спутников прямо в начале ночи, когда они расположились на отдых. Спасибо за это вам никто не скажет.

Оргел тем временем подумал, что если кто-то и нуждается в отдыхе, то это, несомненно, он. На холм юный дракон поднимался из последних сил, утешая себя мыслью, что спускаться будет легче. Надо только немного потерпеть, а там можно будет расслабиться, согреться у печи в теплом деревенском доме, спокойно поесть, никуда не торопясь и не опасаясь упустить василисков. Наблюдение за отрядом правительницы оказалось очень хлопотным делом.

Но василиск оказался неправ, с холма не было видно ни одного огонька, все окна выглядели темными провалами на фоне серых каменных стен. Расположенные группой небольшие обветшалые домики издалека казались необитаемыми. Оргел не представлял, как можно жить в таких убогих условиях, вряд ли здесь можно рассчитывать на отдельную комнату с нормальной кроватью. Дракон тяжело вздохнул и принялся спускаться вниз. Придется довольствоваться тем, что есть. В любом случае лучше ночевать под крышей в теплом, хоть и тесном доме, нежели в продуваемом всеми ветрами поле на остывшей земле.

Вблизи каменные строения выглядели еще хуже. Похоже, они были построены в незапамятные времена и с тех пор ни разу не обновлялись и не реконструировались. Оргел с удивлением заметил, что даже не во всех окнах вставлены стекла. Некоторые проемы были затянуты кусками легкой, когда-то светлой материи или прозрачными пленками.

— Здесь есть двухкомнатные дома? — нерешительно поинтересовался юный дракон.

— Откуда? — горько усмехнулся староста предыдущей деревни. — По нынешним временам, у нас в деревнях это считается роскошью. Такие дома мы выделяем многодетным семьям. Вон, даже я, почитай, лет триста как переехал. Стучись, милок, в крайний дом, не ошибешься.

Оргел, раздумывая, потоптался возле крыльца. В голову так и не пришло путной мысли, как можно проверить, где остановились его подопечные. Дракону не хотелось искать пристанище в том же доме и раньше времени привлекать к себе внимание, но выхода не было, поэтому пришлось понадеяться на удачу. Немного робея, юный шпион поднялся на высокое крыльцо, сложенное из выщербленных камней, и осторожно постучал в дверь.

— Кого там принесло?! — раздался грубый мужской голос, больше похожий на рык недовольного зверя.

Оргелу даже захотелось трусливо скрыться за ближайшим углом и попытать счастья в другом доме. Но внизу, у подножия первой ступеньки, стоял со спокойным видом василиск, и это придало дракону немного храбрости.

— Путники, — откликнулся он. — Нам бы переночевать…

— Сколько вас? — настороженно поинтересовались изнутри.

— Двое, — ответил Оргел. Хотя он думал, что сначала последует вопрос об оплате. В нищих землях василисков с этого начиналась почти любая просьба или беседа. Все население давно превратилось в расчетливых торгашей. Если они видели, что где-то на чем-то можно заработать, то не упускали свой шанс.

С тихим скрипом дверь открылась наружу, едва не сбив дракона с ног. Он еле успел сделать шаг в сторону, так как не ожидал, что переговоры закончатся так быстро. И где же традиционный вопрос об оплате? Хоть один медяк с него должны спросить!

— Проходите, — скомандовал хозяин дома. — Бегом, а то всю комнату мне выстудите, чай не лето уже на дворе.

Оргел, чувствуя себя как-то неуютно, скользнул внутрь. Вслед за ним вошел и староста, плотно прикрыв за собой дверь. Они оказались лицом к лицу с тремя крепкими мужиками, одетыми лишь в грубые штаны. Видимо, хозяева дома уже легли спать и стук поднял их из кроватей. Только почему всех разом? Да и странный какой-то состав семьи… Этим мужикам пора бы уже жить отдельно с женами и детьми, ведь на несовершеннолетних юнцов они не тянут.

— Вы братья? — поинтересовался Оргел, чтобы рассеять охватившую его тревогу. На душе было как-то неспокойно.

Василиски переглянулись, обменялись непонятными ухмылками, после чего подтвердили:

— Да, а разве не похожи?

Оргел неопределенно пожал плечами. Не хотелось никого оскорблять, но братьями хозяева могли быть только в одном случае — если у них общий отец, но разные матери. Хотя вполне возможно, что это так и есть, или же они названые братья по кровному обряду. Вроде причин для волнения у Оргела не было, но он все равно никак не мог расслабиться.

— Вы одни живете? — задал он очередной вопрос.

Мужики дружно нахмурились и встали теснее, как будто готовились встретить возможную атаку. Во взглядах читалось напряжение. Дракон так и не смог понять эту странную реакцию на простой в общем-то вопрос. Неужели они испугались, что их попытаются ограбить? Да у них и брать нечего! К тому же вряд ли сам Оргел и староста выглядят такими опасными.

— А зачем тебе это знать? — после некоторых раздумий и колебаний, отражающихся на лице, спросил один из василисков, имеющий более мощную комплекцию.

— Так мне бы хоть одну хозяюшку этого дома увидеть, еды попросить, — выкрутился Оргел. И с надеждой поинтересовался: — Вы ж не сами готовите? Мать, сестры, жены, случаем, с вами не живут?

Василиски немного расслабились, но в глазах дракона выглядеть от этого дружелюбнее не стали. Уж лучше бы и дальше продолжали хмуриться.

— Так мы сами по хозяйству, — ответил один из мужиков. — Привыкли уже. И у нас как раз с ужина осталось полкастрюли вкусной каши, проходите к столу.

О деньгах опять не было сказано ни слова… В драконьих землях Оргел не удивился бы, а здесь это выглядело странно. Если уж в столице никто и пальцем бесплатно не шевелил, а на подарок или угощение можно было даже не рассчитывать, то в крошечной деревушке народ и подавно давно должен был растерять остатки щепетильности. Здесь выжить гораздо сложнее, ведь не все можно вырастить на земле, для покупки вещей нужны деньги, которые негде заработать.

Первым на приглашение отреагировал староста. Он, не смущаясь, разулся, подошел к грубо сколоченному столу и уселся на один из окружающих его валунов. Оргел не заметил, чтобы василиск хоть немного нервничал в этой обстановке, а потому и сам постепенно расслабился. Дракон снял ботинки на меху, аккуратно поставил их справа от двери, рядом примостил заплечную сумку и меч и последовал примеру спутника. Как было чудесно наконец-то сесть и дать отдых натруженным за день ногам! Этот валун показался самым удобным из тех, на которых ему когда-либо приходилось сидеть. Оргел даже глаза прикрыл от удовольствия. Наверное, поэтому и не заметил быстрого перемигивания хозяев дома…

С глухим стуком на стол опустились две деревянные миски, до краев наполненные кашей, рядом шлепнулись ложки. Дракон открыл глаза и обнаружил перед собой вполне аппетитное, хотя и слегка остывшее варево. Пар уже не шел, но проголодавшегося Оргела это не смущало. Главное, чтобы на вкус было нормально. Он прикинул, когда лучше завести разговор об оплате трапезы — сейчас или чуть позже. Но этих секунд хватило на то, чтобы староста приступил к уничтожению своей порции, уплетая за обе щеки. Это и стало причиной того, что вопрос о деньгах дракон оставил на потом. Ведь не разорится же он из-за одной миски каши! В его сумке еще на сотню лучших обедов и ужинов в придорожных тавернах хватит. Поле расчета с бандой Косого запас золота, конечно, изрядно сократился, но, по местным меркам, и оставшаяся сумма тянула на целое состояние.

Оргел схватился за ложку и приступил к еде. Он и сам не замечал, как его движения становились все более медленными и вялыми. Конечно, это можно было бы списать на насыщение и удовлетворение аппетита, но настоящая причина заключалась в другом: незаметно для себя Оргел засыпал.

С одной стороны, в этом не было ничего странного, ведь он устал, но с другой — было подозрительным аналогичное состояние старосты, который еще полчаса назад являлся образцом бодрости.

Дракон и не почувствовал, как начал заваливаться вперед, как приземлился лбом на столешницу, наверняка набив себе изрядную шишку. Просто в один прекрасный миг сознание его покинуло. На другом конце стола уснувший староста не удержался на валуне и упал боком на пол, щедро присыпанный мелким чистым песком. Уже один этот факт должен был насторожить любого путника, ведь такое покрытие стоит весьма недешево. Но, увы, дракон не заострил внимания на этом элементе роскоши среди нищеты, в землях василисков диким казалось почти все. А староста, наверное, только порадовался, что хоть кто-то в их краю может позволить себе пройтись не по голым доскам или камням, а по традиционному песку. Ведь он и сам бережно хранит картины — напоминание о хорошей жизни, — хотя мог бы продать в городе или обменять на еду в особо сложный год.

И почему считается, что спускаться обычно легче, чем подниматься? Я категорически с этим не согласна! Опыт восхождения на башню Верилайна и спуск с Драконьих гор подсказывают обратное. Временами мне казалось, что я вместе с сумкой могу кубарем скатиться со скалы. А ведь мне, Арвису и Кейну по очереди, сменяя друг друга, приходилось еще помогать Оргелу. К утру благодаря повышенной способности к регенерации ему стало лучше. Он уже мог сам ходить, но головокружение полностью не прошло, а в горах это не лучшее подспорье. Все оставшиеся у нас тулупы пришлось бросить на вершине — и без них было довольно сложно и тяжело спускаться. Надеюсь, у драконов в лавках имеется теплая одежда, иначе придется повременить с возвращением до весны, несмотря на возражения Дейкона. Ведь надо заметить, что чем ниже мы спускались, тем жарче становилось. И это не только от прилагаемых усилий и движения. С каждым шагом, приближающим нас к относительно ровной земле, оба солнца пекли все сильнее, а климат становился жарче.

Совсем скоро охотничий костюм неприятно лип к телу и казался чересчур плотным, так как в нем не чувствовалась прохлада легкого ветерка. Мои спутники не жаловались, но было видно, что и они чувствуют себя не лучше и сильно потеют. Вода у нас во флягах закончилась буквально за пару часов, и пришлось мне наполнять их вновь магическим способом. Теперь Арвис и остальные участники отряда поменялись ролями. Он советовал потерпеть, а мы постоянно хотели пить. Думаю, не одну меня злил вид улыбающегося и выглядящего относительно свежо посла. Эх, где мой снежок, где ветерок, как с той стороны гор? Конечно, поинтересуйся я об этом вслух, Кейн бы сказал, что на меня не угодишь… Так я ведь, отправляясь сюда, не знала, что здесь будет настоящее пекло, иначе больше бы ценила климат в своих землях. Даже ботинки, казавшиеся раньше очень удобными, тут стали пыточными колодками. Ох, и как драконы выдерживают подобную жару?! Страшно подумать, что здесь творится летом.

Выискивая более пологие участки склона, цепляясь за редкие кустарники и друг за друга, мы кое-как спускались вниз. Сначала мы очень старались поторопиться, а потом плюнули и перестали следить за временем. Ну и что с того, что нас ждут в полдень? Без нас не уйдут! Надеюсь…

Удивительно, но даже Кейн обошелся без поучений о том, что правительница не должна опаздывать. И ни разу не бросил на меня укоризненный взгляд, когда я объявляла короткие передышки. А я уже как-то настроилась выслушивать его ворчание и спорить. Впрочем, сил на разговоры ни у кого не оставалось, все внимание было приковано к склону и выбору оптимальных для спуска мест. Надо сказать, нам еще повезло, что наш путь пролегает на юг. С этой стороны склон более пологий, а с северной — крутой и неприступный. Хотя знание этого факта не делает дорогу легче, а настроение веселее.

В полдень никто и не заикнулся о том, что в это время мы уже должны быть внизу. Все делали вид, что внезапно потеряли способность определять, который час, или попросту забыли о встречающих. Кейн в очередной раз удивил меня молчанием. Так ведь и ему не хотелось свалиться из-за спешки. Лучше уж мы дойдем медленно, но верно, без травм и потерь.

К обеду мы еле передвигали ноги, хотя склон стал еще более пологим. Радовало и то, что сейчас кустарники стали встречаться чаще, трава выглядела свежей, а не засохшей, как наверху, и даже появились дикие цветы. Все свидетельствовало о том, что конец наших мучений близок. Не удержавшись, я сорвала несколько мелких цветков и воткнула в волосы и за шнуровку рубашки. Арвис со снисходительным видом проследил за моими действиями. Хотя, кажется, ему было приятно, что я по достоинству оценила природу его державы. Пока Кейн поддерживал Оргела, посол сорвал еще три цветка покрупнее тех, которыми украсила себя я, и подал мне. Отказываться было неудобно, ведь дракон хотел сделать мне приятное.

Неожиданно Дейкон тоже решил преподнести букетик из пяти цветков. Пришлось принять и их, хотя, думаю, вид у меня был не сильно довольный. Куда я дену такой громадный веник?! Надеюсь, хоть Кейн не примет участия в этом соревновании, кто больше меня нагрузит. Пытаясь получше устроить букет, как-то удобнее его перехватить, я услышала тихое ворчание дроу:

— Кейн, у тебя ненормальная сестра! Арвису за цветы она улыбнулась, а мне состроила такую гримасу, как будто я ей паука преподнес! Что ее не устроило? Даритель?

Ответ братца, как ни старалась, я расслышать не смогла. До меня долетели лишь отдельные слова и фразы: «черноволосый», «возьму дракона», «не позволю передумать». Было интересно, что там так эмоционально выговаривает Кейн. Угадал ли он причину моего недовольного вида?

Так или иначе, а передвигаться мне стало значительно труднее. Хотя идею бросить букет я серьезно даже не рассматривала.

Встречающую нас делегацию мы заметили издалека. Сначала нам бросилось в глаза довольно большое полотнище красной ткани, натянутое между вбитыми в землю шестами, и, лишь подойдя еще ближе, мы рассмотрели драконов под ним. Четыре особы в свободных серо-зеленых брюках и такого же тона жилетках, надетых на голое тело, явно были простыми охранниками или стражниками. В пользу этого говорили и рукояти мечей, выглядывающие из-за мощных плеч, и метательные ножи на поясах. Правда, я плохо поняла назначение широкой полосы ткани, свешивающейся по обеим сторонам шеи на грудь поверх жилетки. Это что, удавки? Не для украшения же их ввели в эту форму одежды!

Между четырьмя драконами-воинами стояли с поджатыми губами двое других субъектов. Мечей у них не было, так что я сразу записала обоих в маги. Один, наверное, понадобился для того, чтобы переместить всех к Драконьим горам, а второму предстоит телепортировать нас в столицу… как там Кейн ее назвал? Акилон, кажется. Определить возраст магов я не бралась. Выглядели они очень солидно, явно не юнцы — это все, что можно было сказать. На расстоянии седину в светлых волосах просто невозможно рассмотреть. Оба мага были одеты в свободные белые брюки из легкой ткани и рубахи до середины бедра, на ногах у них красовались коричневые кожаные сандалии. Я даже заподозрила, что это является их официальной формой. Одежда различалась только незначительными деталями — пуговицами, длиной рукава.

И маги, и сопровождающие их воины были коротко подстрижены. Среди мужчин-драконов явно не было моды на хвосты и косы, что и неудивительно при здешнем климате. Даже мне снова захотелось чувствовать сейчас на голове короткую стрижку, которую я носила двести лет назад при погружении в рабочий транс.

У делегации встречающих был не слишком радушный вид. Подозреваю, не только из-за нашего опоздания. Все были очень напряжены и почти не мигая смотрели в нашу сторону. Было бы естественно, если бы они скрашивали время ожидания легкой беседой, но и воины, и маги молчали. С того момента как мы их заметили, они почти не двигались, хотя на их месте я бы уже давно развалилась на травке. А эти только сверлят нас укоризненными, опасливыми взглядами и стоят, как каменные истуканы. К ним даже не обязательно применять специфический взгляд василисков, чтобы узнать, как они будут смотреться в роли статуй.

Когда до навеса осталась лишь пара десятков шагов, я случайно встретилась взглядом с одним из воинов в серо-зеленом и прочитала мысль, изрядно приправленную долей возмущения: «Мы тут уже три часа стоим жаримся, а они прогуливаются, цветочки по дороге собирают! Неужели эта растрепанная пигалица с букетом и есть опасная правительница василисков? А ее охрана?.. Больше на сброд похожи! И двигаются без всякого порядка».

Хм, интересно, а как Кейн отреагировал бы на это определение внешнего вида нашего отряда? Вряд ли бы оно ему понравилось, так что лучше промолчать, проглотив возмущение. Он же помешан на соблюдении приличий, поэтому очень расстроится. Теперь мне ясно, что почтения передо мной драконы пока не испытывают, хоть и не торопятся это демонстрировать. Они еще не знают, чего от меня ожидать. Войска у меня с собой нет, а донесение Арвиса о даре карателя многим наверняка кажется сказкой. Но на всякий случай встречающие держатся настороже.

Мы подошли еще поближе, и тогда маги ожили. Они отвесили в нашу сторону по легкому поклону. Один из них двинулся ко мне навстречу, приблизился на расстояние в пару шагов и… что-то громко залопотал, какую-то абракадабру из непонятных звуков.

Не поняла?! Дразнится он, что ли? Решил отыграться за наше опоздание?

С вытянувшимся лицом, чувствуя, что начинаю злиться, я слушала бессмысленный набор звуков. Это дурацкий розыгрыш или у них такая традиция? Не зная, как мне реагировать, дать ли волю своему гневу или продолжить сдерживать себя, я повернулась назад, ища глазами Кейна. Почему он меня не предупредил ни о чем подобном?!

— Льера, — прошипел сбоку Дейкон, — не крутись, маг же старается, вон как приветствие завернул. Это невежливо.

Ха! Дроу говорит так, будто что-то понимает из этого странного бормотания! Я решила не обращать внимания на его слова. Наверняка Дейкон тоже решил посмеяться за мой счет!

— Кейн, что это за балаган? — четко, не стараясь говорить потише, поинтересовалась я. — Мне положено произнести такую же белиберду?

— Льера, ты что вытворяешь? — шепотом удивился братец. — А ну, не оскорбляй мага, дослушай приветствие до конца. И начинай составлять ответ на драконьем языке.

Я пришла в замешательство. На каком таком драконьем языке? Арвис же говорит нормально. И Оргел тоже. И мысли одного из воинов мага я поняла! Они меня разыгрывают? Что еще за новости про другой язык?! Нет, с одной стороны, конечно, хорошо, что Кейн не заставил меня учить его по дороге. Все равно он, похоже, здесь только для официальных речей, раз до этого я о нем не слышала. Но, с другой стороны, братец мог хотя бы предупредить меня! А то стою дура дурой с глупым выражением лица и пытаюсь понять, что здесь происходит.

Прояснив для себя ситуацию, я облегченно перевела дыхание и внимательно выслушала всю ту ахинею, что щедро выплеснул на меня маг. Даже попыталась сделать понимающее лицо. Мне не сложно, лишь бы это не вдохновило мага еще на тираду такой же продолжительности.

Наконец дракон замолк и в ожидании уставился на меня. Хотя смотрел он не в глаза, а куда-то в район между грудью и талией. От чтения мыслей, наверное, так страхуется.

— Льера, — толкнул меня сзади Кейн, — ответь же ему.

Да я даже не знаю, как к этому магу обратиться! В прозвучавшей абракадабре хоть его имя было? Придется расстроить брата, изобразив из себя лаконичную грубиянку.

— Приветствую. Надеюсь, вы не слишком утомились, ожидая нас, — сказала я. Желания извиняться за опоздание у меня не было. Мы шли как могли! И не наша вина, что это заняло у нас больше времени, чем должно было, по расчетам драконов.

Дейкон зачем-то пихнул меня в бок. Та-ак, а ему что надо? Считает, я была уж чересчур немногословна? Или хочет быстрее убраться отсюда в тень?

— Мы телепортируемся прямо сейчас? — на всякий случай поинтересовалась я.

Лицо мага выразило озадаченность. Но я так и не поняла, что поставило его в тупик.

— На драконий переведи, — шепотом посоветовал сзади Кейн. — Видишь же, что маг не знает нашего языка.

Минуточку, то есть как — не знает? Меня начали терзать смутные подозрения…

— Сам переведи, — попросила я братца в ответ и ловко выдернула его из-за спины, поставив рядом.

Кейн растерянно моргнул и разразился целой тирадой на неизвестном мне языке в адрес встречающих. Подозреваю, что одним переводом дело там не ограничилось. Впрочем, я ему не мешала, пусть говорит что хочет, лишь бы мне не пришлось это повторять. Смысл фраз я поняла, только когда братец начал представлять магам наших спутников, для ясности указывая рукой. Прозвучали имена Арвиса, Оргела, Мерка, а затем и Дейкона. Вот тогда дроу изрядно меня удивил. Да я еле успела поймать челюсть! Он что-то сказал магу на неизвестном мне языке, и тот его понял! Откуда у дроу такие познания, неужели Кейн успел научить? Так, стоп. А я в это время где была?

Покончив с церемониями, маги отошли в сторону и что-то скомандовали своей охране. Двое воинов тут же подхватили под руки Оргела, имевшего бледный вид после спуска с горы. Юный дракон даже не возразил против смены опоры. Его в этой роли одинаково устраивали и Арвис, и другие соплеменники. Да и мы не протестовали. Драконы быстрее установят его личность и смогут помочь восстановить память. Не нам браться защищать или осуждать Оргела.

Двое других воинов в это время кинулись разбирать навес: вынимать шесты и отвязывать полотнище ткани. Кейн, улучив момент, когда рядом не осталось посторонних, принялся мне выговаривать:

— Льера, что за игру ты затеяла? Я понимаю, что тебе хочется как-то досадить этим напыщенным магам, но ведь в Акилоне все равно придется нормально разговаривать с Советом на драконьем языке. Необходимо хотя бы учтиво поприветствовать Отцов. Это сейчас я объяснил магам, что ты просто немного не в настроении и устала, так как спуск был сложным, что не можешь сосредоточиться на языке, который давно не слышала.

— Кейн, но я не знаю драконьего языка! Когда б я успела его выучить?

— Ты же знала его с детства! — возразил братец. — Ты точно не шутишь?

— Скорее всего, шутит, — заявил дроу. — Ты же сам говорил, что при телепортации перемещающемуся субъекту автоматически дается знание всех основных языков принимающего мира. Даже если бы раньше Золия не знала драконьего языка, то заново выучила бы, как и мы. У нас с Мерком не возникает проблем с пониманием слов магов.

— Но я честно не знаю драконьего! Не могу разобрать ни словечка. Кейн, поверь, я не издеваюсь.

— Да-а…. — в замешательстве протянул братец. — Похоже, амнезия опять сыграла с тобой злую шутку. Телепортация не дала тебе знание языка, так как раньше ты им владела, просто не помнишь. Ох, и как же мы будем выпутываться в Акилоне? Поздновато мы выяснили этот факт. Я не успел тебя обучить хотя бы приветствию! И ведь Совету не объяснишь твое неумение говорить на их языке усталостью и нежеланием напрягаться. Оскорбятся!

— Лучше скажи драконам правду о том, что она потеряла память, — посоветовал Дейкон. — А то одна ложь породит другую. Вы сами запутаетесь, если начнете скрывать.

— Арвис, а ты ничего не сообщал сородичам об амнезии Льеры? — для начала решил поинтересоваться Кейн.

— Нет, вы же просили. Хотя намекнул, что за тысячу лет правительница забыла некоторые вещи… — смущенно признался посол. — Совсем промолчать я не мог!

— Замечательно. В таком случае я объявлю драконам, что Льера не помнит единственную вещь — их язык, — среагировал Кейн. — Опасно давать Совету знать о пробелах в голове сестренки и по другим вопросам. Все равно сами они этого заметить не смогут.

— Только ты не забывай переводить мне их слова, — попросила я. — Хочу быть в курсе событий. Я понимаю только мысли драконов, но, боюсь, найдется не слишком много желающих посмотреть мне в глаза. Разве что подобное произойдет случайно.

— Не слишком надейся на эту нашу способность, у Отцов наверняка хорошие щиты стоят, — предупредил Кейн.

Пока мы решали проблему, воины закончили разбирать навес. Я обратила внимание, что теперь широкая полоса ткани, ранее свободно свисающая с шеи, подобно капюшону прикрывает их головы. Для надежности она крепилась к волосам с помощью миниатюрных дротиков. Настоящий ходячий арсенал получился. Хотя в этих землях, наверное, без головного убора плохо. Тем более стражники часто вынуждены неподвижно стоять в карауле, невзирая на погодные условия. Защита от солнца им просто необходима, да и мне не помешала бы.

Я с удивлением поймала себя на мысли, что жду не дождусь, когда смогу переодеться в воздушное платье ненавистного белого цвета! Надеюсь, мне хоть тогда станет легче дышать. Теперь понятно, почему Арвис постоянно мерз, почему ему не нравилась поздняя осень в землях василисков. Похоже, теперь пришла наша очередь жаловаться на не слишком комфортный климат.

Один из магов что-то громко сказал, повернувшись в нашу сторону. Естественно, его поняли все, кроме меня. Обидно…

— Пошли, Льера, — позвал Кейн. — Маг открывает телепорт к Ализиуму.

— А что это такое? — поинтересовалась я.

— Здание, где собирается Совет Семей, — пояснил братец. — Не отставай.

Едва мы подошли к магам, как рядом с ними в воздухе беззвучно возник темный провал телепорта. Увидев его, Оргел почему-то дернулся в руках воинов и попытался отодвинуться подальше. Да… Похоже, телепорт василиска произвел на него поистине незабываемое впечатление, раз он и при амнезии подсознательно боится подобного. Вряд ли Оргел сейчас понимает разницу. Не завидую я тем драконам, которые, привыкнув к комфортному перемещению, вынуждены воспользоваться помощью василисков, чтобы добраться от границы до Вассарии или другого населенного пункта. Сравнение этого вида магии явно не в пользу моих сородичей.

Маги жестом любезно предложили нам пройти вперед. Но я торопиться не стала. Все равно не смогу объясниться с встречающими, если таковые найдутся на выходе из телепорта. Лучше толкнуть перед собой Кейна или Дейкона. И тот и другой тоже не из простого народа. Так и не решив, кого лучше выбрать, я подпихнула вперед обоих.

— Разведаете местность, — пояснила я.

Братец и дроу артачиться не стали и синхронно шагнули в телепорт, исчезнув из виду. Выждав десяток секунд, чтобы они успели чуть отойти в сторону, я последовала за ними.

Мгновения полной тьмы и дезориентации пролетели для меня незаметно и без последствий — ни головокружения, ни тошноты. Я спокойно открыла глаза. Что поделать, если я их автоматически закрываю, хотя, наверное, и не следовало бы. Мало ли какая опасность или ловушка может поджидать на выходе.

Прямо перед собой я увидела простенькое, но высокое и длинное одноэтажное здание, похожее на склад. Ему бы не помешал капитальный ремонт. Хотя легче снести и заново построить что-то более приличное. Справа и слева от меня вдаль уходила улица, застроенная симпатичными одно- и двухэтажными зданиями, украшенными лепниной и резными элементами из камня. Я отошла от телепорта чуть вправо и обернулась назад. Там на фоне красивого, довольно большого особняка стояли и ждали Кейн и Дейкон. Они тоже крутили головами по сторонам, пытаясь увидеть побольше, пока рядом нет никого из драконов. Потом откровенно пялиться по сторонам будет как-то неприлично. Не по статусу дипломатическим представителям рассматривать все, как в музее.

На улице, конечно, были местные жители, но они находились довольно далеко отсюда и торопились по каким-то своим делам. Место было на редкость тихое и пустынное.

Я заметила, как из телепорта вышел Мерк, а затем и Арвис. Надо сказать, что оба появились с закрытыми глазами, рискуя налететь друг на друга. Пока оставалось еще немного времени до появления магов, я решила получше рассмотреть особняк. Здание (о чудо!) было оштукатурено и выкрашено в золотисто-желтый цвет и украшено белыми мраморными элементами — карнизами, балясинами, сандриками. Оно выглядело вполне привычно для меня и напоминало дома в мире, где я провела последнее тысячелетие. Это у василисков структуру камня старались ничем не маскировать, там всюду можно было рассмотреть каждый каменный блок, каждый шов между ними.

Долго любоваться зданием мне не дали, так как сзади раздалось неразборчивое бормотание одного из магов. Обернувшись, я заметила, что все уже в сборе.

— Кейн, о чем они нам толкуют? — немного раздраженно поинтересовалась я. Меня злила необходимость просить разъяснение каждого слова.

— Маг говорит, что нам сейчас покажут комнаты в посольстве. Там мы сможем умыться и привести себя в порядок. Затем нас отведут в Ализиум на встречу с Советом. Отцы уже собрались и ждут нас. Маг обращает наше внимание, что посольство как раз очень удобно расположено — напротив Ализиума.

— Что? Они выделили нам для жилья этот сарай?! — возмутилась я и ткнула пальцем в здание, смахивающее на просторный склад.

— Самому не нравится, — озадаченно сказал Кейн. — Нас решили оскорбить? Больше на загон для домашнего скота похоже.

Сбоку, услышав такое заявление, икнул Арвис. А что ему не нравится? Мы просто называем вещи своими именами! Большой сарай, хоть и каменный, покрытый облупившейся штукатуркой, дворцом никак не назовешь.

— Хорошо, что остальные не понимают вашего языка, — сдавленно сказал Арвис. — Только никому больше не переводите ваши слова или подождите, пока я отойду от вас подальше, чтобы не краснеть. Это ж наш Ализиум! А посольство, вон, сзади!

— Э-э-э… — не нашелся что на это сказать Кейн.

— Симпатичный сарайчик, — смущенно пробормотала я.

— Льера, — простонал Арвис, и я заметила, что он еле сдерживает смех, стараясь выглядеть серьезным.

— Да-а, — протянул рядом Дейкон. — Мы раньше как-то не так представляли себе здание, в котором собирается Совет Семей. Ты точно не шутишь?

— Нет. Оно, может, и неказистое, но зато там легко помещается дракон во второй ипостаси при полном преображении. Иногда этого требует необходимость принять решение по причислению к Семье. Кандидату же нужно побольше места, да и Отцы не на крыше должны сидеть. Эта ваша вторая ипостась по размеру ничем не отличается от первой, только имеет чешую и хвост.

Хвост?! У меня еще и хвост есть?! О, ужас! Я точно мутантка, что бы там ни утверждал Кейн. Как будто мне недавнего напоминания о чешуе мало!

Спокойно, Золия, спокойно. Подумаешь, хвост. Эка невидаль! Вон, ящерицы со змеями не жалуются, да и звери покрупнее тоже… Ой, нашла с кем сравнивать! В этом мире хвост есть почти у каждого, так что ничего особенного. Так, без паники! Никто же не заставляет меня выращивать хвост немедленно. Может, Кейн и Арвис просто шутят? Да-а, хотелось бы в это верить, но что-то мне подсказывает, что лучше начинать привыкать к мысли о столь необычной части тела.

— Арвис, а почему вы хотя бы не отремонтируете свой Ализиум? — вмешался Мерк.

— Зачем? Все равно его регулярно пытаются снести хвостами неловкие кандидаты для принятия в Семью. У нас тогда на постоянные ремонтные работы весь бюджет уйдет, — пожал плечами посол.

— Так можно для проверки кандидатов площадь приспособить, — заметил Кейн. — Я же знаю, что у вас при трансформации одежда не повреждается, так как с помощью сопутствующей магии вовремя исчезает, чтобы вновь появиться в нужный момент. Ты сам это продемонстрировал, когда падал с башни Верилайна. Так что на площади никакого конфуза не случилось бы, ни у кого не было бы повода для смущения.

— Ну, во-первых, Отцы, как и все, любят комфорт, им совсем не хочется сидеть несколько часов на солнцепеке, — заметил посол. — Даже сейчас, когда погода стоит не самая жаркая, это не лучшая идея. А представьте, каково будет через месяц, когда у нас наступит лето? Это у вас за горами зима и мороз. А во-вторых, не у всех молодых драконов сразу получается разобраться с одеждой. Все приходит с опытом…

У нас было еще множество вопросов к Арвису, но задать их нам не дали. Маги снова что-то залопотали. По жестам и тревожным взглядам в сторону Ализиума даже я поняла, что нас просят поторопиться с вселением в посольство, так как Совет Семей ждет.

А вот нечего было собираться так рано! Рассчитали все по минутам, не предусмотрев, что мы можем опоздать, и зря! Сами виноваты. Могли отправить магов по склону нам навстречу. Вместо этого, пока мы мучились, делегация высмотрела нас, определила примерное место спуска, установила навес и в блаженном ничегонеделании расслаблялась в тенечке!

Маги вежливо проводили нас до входа в здание, но внутрь заходить не стали. Показать нам посольство вызвался Арвис, хотя вид при этом имел не слишком радостный.

— Мы сами можем найти комнаты, — сказал послу Дейкон. — Ты же, наверное, хочешь навестить семью и дом?

— Я за вас головой отвечаю, — проворчал Арвис. — Да и не местный я, прожил здесь всего несколько месяцев до своего назначения, только и успел немного осмотреться. Мне придется жить здесь все время вашего пребывания на наших землях.

— Здорово! — восхитился Мерк. — Так у нас будет личный гид по столице.

— Немного неверно. У вас будет личный шпион! — провозгласил дракон. — Меня к вам приставили в роли надзирателя.

— А-а, ладно, — отмахнулся Кейн. — Следи себе на здоровье. Лучше уж ты открыто будешь за нами присматривать, чем кто-то иной из-за угла.

— Поторопитесь с переодеванием, — попросил нас Арвис, показывая лестницу наверх. — В вашем распоряжении все комнаты на втором этаже. Я, если не возражаете, займу крайнюю по правой стороне.

— Пожалуйста, — сказал Кейн и начал быстро подниматься по лестнице вслед за Мерком и Дейконом.

Я окинула взглядом просторный холл, тянущийся на высоту обоих этажей, широкие окна, в которые вовсю проникал свет солнц, и ненавистные мне камни в роли диванов. Да… на комфорт и здесь можно не рассчитывать. Подозреваю, обстановка в моей комнате тоже будет напоминать кусочек пустыни — горы песка и камни. Надеюсь, хоть нормальная кровать здесь есть.

— Льера! — окликнул меня Кейн. — Бегом переодеваться! У тебя десять минут.

Опять торопят… Да у меня, если по справедливости судить, целый месяц в запасе!

Я поднялась на второй этаж, свернула в левое крыло и на всякий случай легонько стукнула в первую же дверь. Надеюсь, комнату не заняли, а то мне лень мотаться по коридору. Хотя, кажется, остальные предпочли свернуть направо. К счастью, изнутри никто не отозвался, и я вошла, с интересом осматриваясь.

Что ж… могло быть и лучше, но об этом остается только мечтать. Этот мир слишком отличается от того, где я провела большую часть своей жизни. Естественно, что представления о комфорте в них разнятся. К плюсам комнаты я могла отнести высокий потолок, огромные окна, прикрытые кремовыми присборенными шторами и простор. А вот меблировка привела меня в полное уныние. Как и везде в этом мире, сидеть предлагалось на больших валунах, разбросанных, казалось, без всякого порядка, где придется. Разве что возле стола, пристроенного под окном, камень стоял как надо. Кровати как таковой не было. Вместо нее на полу напротив балконной двери лежал довольно широкий матрас высотой мне по колени. Подушки на нем я так и не обнаружила, только небольшой круглый и наверняка очень твердый валик. Нет, в качестве дубинки он, безусловно, будет хорош… но мне-то хотелось класть под голову что-то помягче!

Пол устилал ненавистный мне мелкий белый песочек. Драконы явно не пожадничали и создали слой чуть ли не в четыре пальца, если не толще. У меня даже ноги провалились, оставив глубокие следы и вмятины. Конечно, у всех василисков это считалось высшим шиком, зато у меня — обычным неудобством! Лучше бы драконы решили досадить послам и отделались парой пригоршней песка, кое-как размазанных по поверхности. Мои подданные, боюсь, этого не оценили бы, а вот я — вполне. Эх, и кто им сказал, что лучшее покрытие для пола — это песок? Я даже разуваться не стала как положено.

Справа от матраса всю стену занимало огромное зеркало, зрительно увеличивающее пространство. Но мне больше всего захотелось тут же его разбить. В мире, где я жила раньше, зеркала издавна использовались для слежки. Может, здесь таких заклинаний нет, но я не уверена, а потому лучше поостеречься. Противоположную от зеркала стену занимал ряд дверок встроенных шкафов. Все было рассчитано на то, что посол может прожить здесь десятилетия, а то и столетия. Мне же попросту было почти нечего туда складывать.

Я кинула сумку на матрас, вынула из нее белое платье, выбранное Кейном для моего официального появления перед Отцами, и начала озираться в поисках умывальника или хотя бы тазика с кувшином. Но ничего подобного в комнате не наблюдалось. А ведь хотелось бы иметь собственную туалетную комнату с ванной. Про бассейн, так и быть, даже вспоминать не буду.

Идти, даже не умывшись с дороги, совсем не хотелось. Может, в других комнатах с ванными дела обстоят лучше?

Чтобы проверить свою догадку, я вышла в коридор и заметила Арвиса, стоящего напротив лестницы и явно чего-то ожидающего.

— О, ты уже собрался? — удивилась я.

— Нет, только сумку успел закинуть, — ответил посол.

— А что тогда тут делаешь?

— Тебя жду, чтобы сообщить, где искать ванную. Кейн с этой проблемой постучался ко мне минуты три назад. А вслед за ним и Мерк. Остались только вы с дроу, — пояснил Арвис.

— И куда мне идти?

— В шкаф, — усмехнулся посол.

— Что?! — не поняла я. — Ты шутишь?!

— За одной парой дверок в ряду шкафов действительно скрывается ванная, — объяснил дракон. — Открывай все подряд — и обязательно найдешь.

— Не хватало еще с умывальником в прятки играть, — проворчала я, скрываясь в своей комнате. Следовало торопиться, пока братец не пришел под дверь объяснять обязанности правительницы и доказывать необходимость жертв ради народа.

Ванную я нашла довольно быстро, а вот запоминала ее местоположение гораздо дольше. Для этого мне пришлось сначала пересчитать количество дверок до ближайшей стены. Это у драконов такое изощренное издевательство, что ли? Просто так, с разгону, ванную и не найдешь. Разве что прожив здесь не одну неделю и изучив каждый квадратный метр.

Я с печальным вздохом посмотрела в сторону круглой каменной чаши в полу. К сожалению, купаться мне было некогда. Пришлось просто намочить край полотенца и протереть лицо, плечи, руки, шею. Я вернулась к кровати, надела легкое белое непрактичное платье, расчесалась и услышала, как в дверь начал барабанить Кейн.

— Льера, Арвис сказал, что ты здесь. Выходи! Мы ждем только тебя. Надо идти знакомиться с Отцами. Серьезный разговор, скорее всего, начнется только завтра. Ни мы, ни драконы к нему пока не готовы, так что обойдемся именами и приветствиями.

Я неохотно покинула комнату и, выйдя, попала под испытующий взгляд братца. Он явно проверял, прилично ли я выгляжу. Кейн поморщился, заметив неровные пряди волос, падающие на плечи, но смолчал. Когда была и возможность и время, у меня не возникло мысли о том, чтобы подправить прическу после битвы в Дельноре, а здесь предпринимать что-либо было уже поздно. В круговерти событий последних дней я не обращала внимания на неравномерную длину локонов. Да ведь и Кейна в Вассарии все устраивало, это здесь он стал в два раза придирчивей.

Дейкон в новой рубашке и Мерк топтались напротив лестницы вместе с Арвисом. Сам посол, похоже, даже не умывался и не расчесывался. Похвальная самоотверженность с его стороны. А вот я до сих пор вспоминаю ванну…

— Арвис, а ты почему даже рубашку не переодел? — опередил меня с вопросом Кейн.

— Дейкона ждал, — недовольно буркнул дракон.

— Не понял, — удивленно сказал Кейн. — Вы же вроде выбрали разные комнаты, так что никакой очереди возникнуть не могло. У тебя должна быть своя собственная ванная, так при чем здесь Дейкон? Чем он тебе помешал?

— Он все никак не шел с вопросом о ванной, — пояснил Арвис. — Кто ж знал, что он сам ее нашел! Хотя интересно, что он искал в шкафах. Ну не выбирал же местечко получше для грязной рубашки!

— Я стенки простукивал в поисках потайных дверей, — спокойно объяснил дроу. — В комнате какая-то подозрительная обстановка, да и зеркало… Хотелось бы и по нему постучать…

— Я бы и сама не отказалась исследовать его с помощью тяжелого молота, — сказала я, порадовавшись, что мои опасения хоть кто-то разделяет. — Но, боюсь, драконам такая намеренная порча имущества не понравится.

— Постарайтесь не обсуждать в комнатах ничего серьезного, — попросил Дейкон.

— Само собой, — сказал Кейн, ставя ногу на первую ступеньку лестницы, ведущей вниз.

На улице нас ждали маги, беспокойно поглядывающие в сторону Ализиума. Все воины вместе с Оргелом куда-то ушли. Или нас перестали опасаться, или понимают, что несколько вооруженных драконов ничего не смогут сделать против моего взгляда. Но второй вариант вероятнее, так как маги стараются держаться подальше и желательно за спинами моих спутников. Глаза ни на кого из нас предусмотрительно не поднимают. Их явно хорошо проинструктировали об опасности подобного действия.

Нас сопроводили до самых дверей Ализиума, как будто под конвоем. В принципе это так и было. Конвой, пусть и почетный, соблюдающий видимость подчинения и уважения, он и есть конвой — простая охрана, защищающая от нас население державы, а никак не наоборот. Маги предпочли держаться по бокам и внимательно просматривать всю улицу, которую мы пересекали. Лучше бы они с тем же рвением на гору за нами карабкались!

Дверь в Ализиум оказалась неожиданно очень массивной, металлической, больше приличествующей какой-нибудь крепости. Один из магов энергично в нее забарабанил, даже не подергав за ручку. Явно знал, что на свободный проход можно не рассчитывать. Из-за двери раздался голос с вопросительной интонацией. Наши сопровождающие что-то сказали в ответ, послышалось лязганье засова, и перед нами на пороге предстал светловолосый, коротко стриженный мужчина чуть постарше Арвиса. Он окинул нас настороженным взглядом, особо задержавшись на мне, затем чуть склонил голову и что-то произнес.

Кейн немного отодвинул меня в сторону, почтительно поклонился в ответ и затараторил на драконьем языке нечто непонятное. Моего терпения хватило только на пару минут этой чепухи, а потом стало нарастать раздражение. Нет, он что, собирается все переговоры на пороге проводить?! Не знаю, как ему, а мне хочется скрыться куда-нибудь в тень с этого солнцепека. Да и от стакана чая я бы не отказалась.

Пришлось мне брать дело в свои руки. Я скользнула вперед и чуть ли не вплотную подошла к отворившему дверь дракону, как бы без слов намекая, что хочу войти. Дракон отшатнулся, на мгновение его лицо утратило невозмутимость. Упускать момент я не стала и вошла в помещение, боком протиснувшись в проем. Кейн шагнул следом и что-то успокаивающе сказал мужчине, пытаясь загладить неловкость.

— Льера, так нельзя! — зашипел братец. — Где твое воспитание? Хоть бы вежливо поклонилась Отцу Бескрылых драконов!

— Он первый начал грубить. Нечего было держать нас на пороге! — заявила я, пытаясь рассмотреть потолок. Он потерялся где-то невообразимо высоко, хотя ничего интересного на нем все равно не было.

Мы оказались в небольшой вытянутой комнатке без окон, напоминающей коридор. Пол был обычный, выложенный плитами камня, но без слоя песка. Чуть осмотревшись, я обратила более пристальное внимание на впустившего нас дракона. Ну не тянул он на Отца Семьи в моем понимании! Бескрылый был слишком молод для такой должности. Хотя, наверное, именно поэтому ему, а не кому-нибудь другому, было поручено встретить нас. На драконе была надета голубая рубашка без рукавов, открывающая мускулистые руки, явно привыкшие к мечу. Свободные брюки выглядели немного темнее и плотнее, на кожаном поясе выпирали пустые петли, к которым обычно крепятся ножны с оружием. Мужчина был гораздо выше Арвиса и возвышался надо мной чуть ли не на полторы головы. На предплечье у него блестел серебряный браслет с круглой бляшкой, на которой виднелся какой-то ящер.

Да-а… Мудрых Отцов Семей я как-то раньше представляла себе по-другому. Он выглядел воином, только что отложившим меч в сторону, а не обычным советником, привыкшим разбирать рутинные дела и перекладывать бумажки. У меня даже закралась мысль о подмене… Может, настоящие Отцы спрятались где-нибудь в подвале, а мне подсовывают подставных, набранных из тех подданных, кого не жалко? Посмотрим, посмотрим…

Братец с Бескрылым быстро обсудили еще что-то, а потом дракон приглашающе махнул в сторону внутренней двери. Чувства он старался не выказывать, держался вежливо, но отчужденно.

Я не могла понять, что творится в голове у этого Отца, так как у него имелся блок. Как и в случае с Кейном, читалась только бессмысленная чепуха. При зрительном контакте я могла разобрать цифры, цвета, материалы, из которых изготовлены окружающие предметы, но ничего полезного.

Причин для того, чтобы оттягивать момент знакомства с Советом Семей, не было, так что я первая перешагнула порог, войдя в любезно распахнутую передо мной дверь. Помещение оказалось просто невероятно огромным и практически пустым. Только у дальней противоположной стены сиротливо жался длинный прямоугольный стол и ряд почти одинаковых камней, виднеющихся за ним. Свет, льющийся из небольших окошечек где-то под самым потолком, тускло освещал семь фигур, рядочком застывших за столом спинами к стене. И все сидящие светловолосые мужчины как один смотрели в мою сторону. Хотя это меня не смутило. Я неспешно пересекла пустой зал, давая им возможность рассмотреть себя. Пусть пялятся, мне не жалко. Тем более что в таком случае я имею полное моральное право поступить так же. Лишь бы Кейн этого не заметил и опять не полез делать шепотом замечания.

Возраст драконов колебался от среднего до преклонного. Угадать конкретные цифры я бы не взялась, но ведь седину никуда не денешь, да и морщины предательски бороздят их лица. Длина волос и одежда очень разнились, придавая индивидуальность этим пока безличным для меня фигурам. Бляха с изображением крылатого ящера была у всех сидящих. Только один дракон носил ее на налобной повязке, трое — в качестве медальонов, двое — на запястьях как деталь украшения кожаных браслетов и только на последнем красовалось кольцо, как будто специально выставленное на обозрение.

При моем появлении никто и не подумал встать, даже попытки приподняться не сделал. И это уже тянет на преднамеренное оскорбление! Я подошла к столу почти вплотную, но не остановилась. Еще чего! Меня, Великий Ужас Межгорья, решили держать на ногах, как несмышленую крестьянскую девчонку?! Я нагло прошествовала к восьмому, оставшемуся пока свободным камню, и непринужденно устроилась на нем. Ну, вернее, я очень надеялась, что со стороны это выглядело так, что на моем лице не проступила страдальческая гримаса при водворении на камень.

Бескрылый дракон немым изваянием растерянно замер на полпути к своему месту, занятому мной. Эх, а какая бы фактурная статуя из него получилась… Даже жалко, что я не могу запечатлеть его в мраморе или граните.

Дракон перенес вес с одной ноги на другую и в поисках поддержки и совета перевел взгляд на своих коллег. Отцы молча опустили глаза, делая вид, что заинтересовались не раз виденной ими столешницей, покрытой царапинами, уродующими гладкую лакированную поверхность. Нарываться никто не хотел, все ждали действий друг от друга. Я вообще не могла понять, чего они добивались своим оскорбительным поведением, если теперь не воспользовались поводом затеять словесную перепалку.

Насладившись немой сценой, я решила, что пришла пора действовать самой. Нельзя допустить, чтобы у меня перехватили инициативу.

— Ой, я, кажется, заняла ваше место, — с улыбкой растерянной дурочки обратилась я к Бескрылому, надеясь разрядить обстановку.

Впрочем, вряд ли кто-то обманулся моим видом. Отцы сидели напряженные, готовые к любым действиям, только один вяло сполз почти под стол. Та-ак, надо их немного успокоить, а то до беды недалеко, если у кого-то сдадут нервы. Кейн вряд ли оценит семь-восемь хорошеньких статуй…

— Но я не толстая, мы и вместе прекрасно поместимся на камне, — продолжила я и, сдвинувшись на один край, похлопала по другому, приглашая присоединиться ко мне.

Если никто не разобрал слов, то уж жест поняли все. Бескрылый банальным образом покраснел, Кейна, казалось, вот-вот хватит удар. Хотя ведь я устраивала показательное выступление ради других Отцов… И только Дейкон отнесся к моему поведению спокойно, местное «гостеприимство» задело и его. Я заметила, что он тоже осматривается, ища, куда бы присесть. Королевское происхождение давало ему официальное право на это, а гудящие после трудного спуска ноги — моральное. Не обнаружив вблизи никакой подходящей мебели, дроу вместо Бескрылого воспользовался моим предложением. Сейчас его вполне устраивал и твердый камень.

Кейн схватил Мерка за плечо, чтобы и тот чего не натворил. Они остались стоять близ стола, как бедные родственники. Бескрылый очень старался изобразить невозмутимость, хотя и не преуспел в этом. Арвис и маги, похоже, остались в холле, ведь не их с нетерпением ждали в этом зале. И хоть мы опоздали не по их вине, но вполне понятно, что после такого лишний раз показываться на глаза начальству никто не захочет. Ведь крайний — не значит виновный. Его ищут, согласуясь с настроением, а не фактами, доказывающими вину.

— Льера, Дейкон, встаньте, — жалобно попросил Кейн и что-то быстро залопотал на языке драконов.

Но я упорно продолжала считать, что встать должны были Отцы. Они ведь никак не выразили уважения, не посчитались с моим статусом, не позаботились поставить девятый камень. Не на стол же они хотели предложить мне присесть!

— Дейкон, — пихнула я дроу локтем так, что он чуть не свалился, — что там говорят, переведи. Надеюсь, братец не стал униженно извиняться, не заслужили они этого, надо сразу внушить им уважение.

— Кейн пояснил, что ты забыла их язык, после чего вежливо намекнул на отсутствие у Отцов хороших манер, — послушно начал объяснять дроу. — Даже я бы так не сформулировал. Вроде и оскорбление, и ответить на это нечего, так как получится глупо. Он пояснил, что у вас положено вставать, когда в зал заходит дама, тем более правительница. И поинтересовался, почему насчитал в этом зале всего восемь камней, если они нас ждали.

Кейн замолк, предоставляя драконам возможность все объяснить. Мне было интересно, кто из Отцов возьмет слово за всех. Я старалась не упустить ни одного жеста, ни одной гримасы, раз уж речь оказалась мне недоступна. Так что мне удалось заметить, как дракон с перстнем на секунду нахмурился, а потом поднялся со своего места, жестом предложил Кейну присесть на освободившийся камень и начал говорить. Братец не стал отказываться от такой любезности, еще и Мерка рядом пристроил по моему примеру. Хотя дракон, взявший слово, тоже не остался на ногах. Он подсел к ближайшему коллеге, только было видно, что тот не обрадовался подобному соседству. Мужчина с кольцом не был самым старым, но он, несомненно, имел авторитет. Стоять остался один Бескрылый, который решил не испытывать терпение других Отцов предложением подвинуться. Он просто прислонился спиной к стене, делая вид, что в этом нет ничего необычного.

— А дракон что говорит? — в очередной раз толкнула я дроу.

— Если не дословно, то он извиняется за незнание ваших обычаев. У них в державе сидеть в присутствии представителей власти могут только некоторые родовитые мужчины, даже для жен и дочерей Отцов не сделано исключение. Говорит, что они не хотели никого оскорбить, и если бы ты была мужчиной, то Совет непременно сразу бы встал. А так Отцы вели себя в соответствии с традициями их народа. Он просит прощения, что не знал о моем статусе, иначе бы приказал добавить еще камень. В общем, обычные вежливые фразы.

— Что-то у него на лице не видно искреннего раскаяния, — заметила я с подозрением.

— Мне кажется, драконы даже вздохнули с облегчением, узнав, что не ты будешь обсуждать с ними дела, а Кейн, — сообщил мне Дейкон. — Они не привыкли прислушиваться к мнению женщины. С такими лицами, как у них сейчас, не соболезнуют о досадном провале в памяти после нервного потрясения от смерти родителей. Скорее они рады.

— А ну-ка, поинтересуйся у них, не знает ли кто-нибудь язык василисков, — попросила я.

— Зачем тебе? Ты же все равно не разбираешься в вопросах, которые Кейн планировал обсудить, — сказал дроу.

— Спроси, — настойчиво повторила я.

Дейкон тихо кашлянул, обращая на себя внимание, и исполнил мою просьбу. Он внимательно выслушал ответ, после чего развернулся ко мне.

— Они утверждают, что не знают вашего языка, к сожалению, не выучили в свое время. Просят выразить сочувствие по поводу того, что ты не сможешь принимать участия в общей беседе. Самый седой дракон с медальоном на шее интересовался, а не лучше ли тебе будет проводить время в посольстве? Туда могут доставить музыкантов или какое-нибудь рукоделие по твоему выбору.

Что?! Они предлагают мне поработать иголкой?! Р-р-р… Да мне легче проткнуть кого-то мечом, чем сделать один стежок!

Так, спокойно, Золия, спокойно. Нечего показывать драконам свою злость. Не хватало еще засиять на весь зал от не сдержанных эмоций. Раз, два, три… У-у-у! Восемь гадов с лицемерными улыбками. Мне даже хочется взять кровь именно у них, а не у представителей их Семей.

Так, спокойно… Боюсь, любая моя выходка их не впечатлит. Похоже, они будут относиться ко мне как к забавной бессловесной зверушке, которая в любой момент может цапнуть. Побаиваются, но всерьез угрозу с моей стороны пока не воспринимают. Думают, если будут со мной сюсюкать, как с неразумным дитем, то я им ничего не сделаю?! Ошибаются!

— Золия, сделай лицо попроще, — тихо сказал Дейкон, — у тебя скоро искры из глаз посыплются. Сейчас не время ссориться с драконами из-за пустяков. Пойми, они пренебрежительно относятся не только к тебе, а ко всем женщинам. У василисков тоже немногие дамы занимают высокие должности: среди твоих советников ни одной нет, а среди воинов их не больше десяти процентов. Вспомни, что нам позарез нужна кровь драконов, но достать ее желательно, не затевая войны. Пожалей брата — он так старается наладить отношения между вами, просто из кожи вон лезет.

— Я спокойна, — сказала я Дейкону, не зная, кого больше хочу убедить в этом — его или себя.

— Сейчас каждый Отец назовет свое имя и Семью, — перевел мне дроу слова дракона с кольцом на пальце. — Постарайся запомнить их на всякий случай.

Не дожидаясь от меня ответа, дроу сразу же приступил к исполнению добровольно взятой на себя роли переводчика.

— Мужчина с кольцом, говорящий за всех, является Отцом Семьи Великих драконов. Его зовут Астадек, — начал дроу.

— Давай без имен, я их все равно не запомню, — попросила я.

Но Дейкон не обратил внимания на мои слова, продолжая говорить без паузы:

— Его можно называть проще, обычно все так и поступают. Подданные говорят коротко «Великий». С Бескрылым, встретившим нас у двери, мы уже знакомы. Он действительно самый молодой из них, его выбрали в Совет всего лет пять назад. А до этого он занимал очень почетную и опасную должность охотника на скорпикор.

Теперь ясно, почему Бескрылый произвел на меня впечатление воина! Надо взять на заметку, что с ним лучше не связываться. Здравый смысл мне подсказывает, что он привык чувствовать засады и устраивать их и наверняка великолепно владеет мечом.

А тем временем дроу объяснил мне, что самый седой дракон с медальоном на шее является Отцом Туманных. Он даже оделся под стать названию своей Семьи — во что-то серое и невыразительное. Самым ярким пятном в его внешности были глаза: зеленые, с тонкими вертикальными черточками — они выражали не мудрость веков, а неприкрытое лукавство, насмешку над всем и интерес к происходящему.

Зеркальный дракон сидел довольно далеко от меня. Он был одет во что-то небесно-голубое, свою бляху носил в качество подвески на шее. Седина в светлых волосах с такого расстояния была не видна, зато на лице хорошо выделялся острый нос с горбинкой, похожий на клюв хищной птицы.

Отец Ржавых драконов сидел справа от меня, хотя, судя по виду, он с удовольствием подвинулся бы гораздо дальше.

У него на лбу красовалась черная повязка с бляхой, волосы были заплетены в длинную тугую косу, доходящую, наверное, до самой талии, если не ниже. Но если он не прекратит так дергать за кончик этой самой косы, то скоро останется лысым. Одежда на драконе была довольно странного цвета — нечто среднее между желтым и светло-коричневым. Похоже, он пытался подобрать ее под цвет ржавчины, но не сильно преуспел.

Рядом с Ржавым по правую руку на своем валуне устроился Отец Малых драконов. Но по его комплекции я бы ни за что не угадала, какую Семью он возглавляет. Мягко говоря, этот дракон был полноват. В его белую тунику, наверное, можно втолкнуть двух, а то и трех других Отцов. Небольшая бляха, вставленная в медальон, просто терялась на широкой груди. Коротко остриженные волосы на макушке стояли торчком, придавая еще более неряшливый вид.

— О! — воскликнул Дейкон. — А вон тот тип с волосами до плеч, перетянутыми на лбу тонким кожаным шнуром, — это Отец Парящих! Золия, видишь, у него еще браслет с бляхой на левом запястье?

К этому дракону я присмотрелась еще внимательнее, чем к остальным. Да я чуть с валуна не свалилась от усердия! Хотя ничего особенного в его облике не было. Обычный пожилой мужчина с седыми волосами и морщинами на лице. Единственное, что мне не понравилось — это отсутствие у него всякой мимики. Он сидел как будто выточенный из камня — гордо выпрямленная спина, расслабленно лежащие на столе руки, взгляд, обращенный в сторону Великого, взявшего слово. На его лице нельзя было прочесть и тени чувств и намека на мысли. Если у Парящего была нечиста совесть, то он это вполне успешно скрывал за внешним безразличием.

Черная туника без рукавов давала возможность рассмотреть вполне еще крепкие бицепсы, лишь немного уступающие мускулатуре Бескрылого. Дракон в прошлом явно не чурался занятий с мечом. А возможно, он и сейчас поддерживает форму, регулярно упражняясь с оружием. Я бы не удивилась этому. Тем более у него и опытный партнер для тренировок имеется… Таврос!

— А мужчина, который делит валун с Великим, — это Отец Огненных, — продолжил просвещать меня Дейкон. — То есть он — глава Семьи, к которой принадлежит Арвис.

Я заметила, что этот дракон выглядит чуть старше Великого, но по сравнению с Туманным он просто мальчишка. Лет сорок пять по привычным для меня человеческим меркам. Крепкая спортивная фигура подчеркивалась узкой красной туникой. Бляха с изображением дракона терялась на браслете, увешанном стальными кольцами и пластинками. Волосы были подстрижены очень коротко, почти под ноль. Они топорщились в разные стороны еле видным светлым ежиком. У губ Огненного была заметна глубокая складка, но она отнюдь не свидетельствовала об улыбчивости и хорошем нраве. Скорее эта морщинка образовалась от привычки презрительно кривить губы и морщиться. На шее дракона висело множество тонких серебряных цепочек разной длины, в мочке одного уха торчала серьга в виде небольшого колечка. Огненный явно был неравнодушен к различным украшениям, раз не расстался с ними даже на таком серьезном мероприятии, как Совет Семей.

Пока Кейн взял ответное слово, я опять перевела взгляд на Парящего, прикидывая, как его можно разговорить. Мне хотелось, чтобы он сказал хоть пару слов, по которым дроу сможет опознать его голос. Он или не он открыл Тавросу телепорт из Дельноры, столицы Карневии, когда тот дрался с Дейконом?

К сожалению, мне было ясно, что Парящий не поймет, если я обращусь непосредственно к нему. Или сделает вид, что не понимает. Возможно, он в совершенстве знает язык василисков, просто не хочет выдавать себя и выделяться из рядов коллег. А ну как они поинтересуются, откуда такой интерес к соседнему народу? Парящему выгоднее промолчать. Да и не стоит в первый же день давать врагу понять, что мы осведомлены о его роли в истории с захватом приютившего меня мира. Хотя очень хочется узнать, какую цель он преследовал, помогая Фаргу. Вполне возможно, Таврос был приставлен просто шпионить за моим дядюшкой и доносить о его действиях, вот только делать это ему оказалось затруднительно из-за несвоевременного задания.

Кейн, вместе с Мерком сидящий возле Великого на другом конце стола, замолк и встал. Я так поняла, наша аудиенция подошла к концу и ничего нового сегодня мы больше не узнаем. По примеру моего братца тут же поднялся и Дейкон. Он что-то коротко произнес на драконьем языке и медленно пошел к выходу. Вслед за ним рванул Мерк, нарушая все правила этикета. Вот бегать в присутствии особ, облаченных властью, было запрещено в обеих державах этого мира. И лишь Кейн ради своего спокойствия задержался возле меня, чтобы не допустить никакой неожиданности. Я неохотно встала на ноги, ноющие после трудного спуска со скалы, и на всякий случай кивнула Отцам, пусть расценивают этот жест как хотят — то ли знак уважения, то ли прощания. После этого Кейн обхватил меня за плечи и настойчиво повлек к виднеющимся на противоположной стороне зала дверям. Похоже, он и не собирался давать мне слово и переводить.

В холле Ализиума нас терпеливо дожидались два мага и Арвис. Бедному послу даже не предложили присесть. Хотя вряд ли в обязанности драконов-магов входит перенос мебели, тем более если это огромные валуны. Не на пол же усаживать Арвиса.

— Мы вас проводим до посольства, — с любезной миной сообщил один из магов.

Однако у меня при этом возникло такое чувство, как будто мы стали арестантами. Дракон не предлагал, он сразу ставил перед фактом! Показывать нам город явно никто не собирался, решили запереть в здании, к тому же предлог имеется — гости устали с дороги. Теперь следует ожидать, что Отцы постараются организовать наш досуг таким образом, чтобы не выпускать из посольства и в дальнейшем.

— Да, будьте любезны, а то мы, переходя улицу, заблудимся, — съехидничал Кейн, правда, сделал это на языке василисков.

Маг развел руками. Кажется, он действительно ничего не понял, хоть это обстоятельство в нашу пользу.

Кейн с предельно серьезным выражением лица сказал магу пару слов. Вряд ли он решился высказать то, что думал на самом деле, скорее поблагодарил за заботу.

Мы послушно побрели к посольству, сопровождаемые магами, которые теперь предпочитали держаться сзади. Ну точно караул! Искусственные улыбки, казалось, намертво приклеились к их лицам. Оглядываясь, я постоянно натыкалась взглядом на подобные маски, хорошо скрывающие настоящие чувства. Только возле крыльца, когда Кейн взялся за ручку входной двери, маги отправились восвояси.

— Ура! Теперь можно принять ванну! — вслух порадовалась я, заходя в огромный двухсветный холл.

— Нет, Льера, нам необходимо срочно обсудить впечатления и наметить план дальнейших действий, — возразил Кейн.

— Однако мы решили ни о чем серьезном в этом доме не говорить, — напомнил Дейкон. — Вполне можно отвести пару часов на отдых и ванну. Я как-то тоже сейчас не в настроении прогуливаться по городу. И Мерк, вон, буквально с ног падает.

— Ладно, — согласился Кейн, — до сумерек отдыхаем, тем более что нам и тут есть чем заняться.

Все взгляды, выражающие недоумение, скрестились на моем братце. Никто не понимал, что он имеет в виду. Ну не перестановку же мебели и не тщательное простукивание стен в поисках потайных ходов! Первое — глупо, а второе — бесполезно, так как драконы с помощью магии наверняка хорошо позаботились о том, чтобы ходы было сложно обнаружить с этой стороны.

— Будем обучать Льеру языку драконов, — пояснил Кейн. — Вот сразу после купания и приступим.

Братец лучился энтузиазмом, предрекающим мне долгие мучения. Повышенное чувство долга не давало ему оставить меня в покое, раз он обнаружил такой непорядок. И почему, спрашивается, я должна учить язык драконов, а не Отцы — осваивать наш?! Ох, так ведь этот садист теперь не успокоится, пока не заставит меня вызубрить все слова, какие только вспомнит.

Так… Спокойно, Золия, спокойно. Вряд ли братец будет объяснять мне больше необходимого минимума. Скорее всего, он ограничится приветствием, прощанием, словами благодарности и несколькими основными глаголами. Он ведь должен понимать, что за пару недель я не смогу в совершенстве усвоить драконий язык. Да? Хм…

Я пытливо посмотрела на братца и со всей очевидностью поняла, что мои надежды напрасны. Другой на месте Кейна ограничился бы, он — нет. Не то чтобы ему было трудно самому провести переговоры… Просто братец наслаждается ролью покровителя по отношению к своей единственной родственнице, которой — иногда думаю, что к несчастью — являюсь я.

— Ой, а может, действительно сходим прогуляемся, Акилон посмотрим? Ну ее, эту ванну, — поспешно изменила я мнение.

— Нет, рискуем нарваться на магов, которые якобы совершенно случайно гуляют неподалеку отсюда, — трезво оценил ситуацию Кейн. — Надо дать им время успокоиться, усыпить их бдительность.

С такими доводами нельзя было не согласиться. Мы разошлись по комнатам, договорившись собраться в холле часов в восемь вечера. До этого времени Дейкон добровольно вызвался обследовать весь особняк и нарисовать его план на листе бумаги. Пригодится в случае непредвиденных обстоятельств. Мерк, помимо своего желания, был назначен в помощники.

Могу признаться честно: в этот день я побила все рекорды по длительности приема ванны. Да я бы вообще оттуда не вышла, если бы настырный Кейн не забарабанил в дверь, нудно объясняя, что долг правительницы заключается в том, чтобы не допустить бессмысленной войны. А в серьезном разговоре жестами многого не объяснишь.

Стук в дверь я еще могла проигнорировать, а вот нотации портили настроение и выводили из себя. Не привыкла я еще, что меня отчитывают как ребенка. До искрящегося воздуха дело, конечно, не дошло — в последнее время мне удавалось гораздо лучше контролировать себя, но настроение упало.

Тем не менее часов до семи вечера мне пришлось прилежно повторять за Кейном странные звуки, которые были похожи то на кашель, то на рык, то на пение. Вернее, так слова звучали в моем исполнении, у братца выходило намного естественнее. Большими успехами я похвастаться не могла, так как научилась выговаривать правильно только приветствие. Нет, лично я считала, что у меня и прощание неплохо звучит… Но Кейн, слушая, как я произношу слова прощания, почему-то краснел и просил лучше кивать драконам или махать рукой. Ну я же не виновата, что их «до свидания» в моем исполнении очень похоже на пошлое ругательство?! Зато теперь можно сказать, что я выучила целых два слова без особых усилий! Причем, мне кажется, ругательство будет полезнее…

— Льера, сосредоточься, — страдальчески попросил Кейн. — Повтори за мной фразу: «Gartefher'yar, ardetecuderami Feiarethe». Это означает: «До свидания, уважаемые Отцы».

— А может, без «уважаемых» обойдемся? — жалобно попросила я. — Так даже лучше звучит.

— Проще, но не лучше! — упрямо не согласился братец.

— Garrteheriar… э-э… Feiarethe, — послушно попыталась я повторить.

— У-у-у! — взвыл Кейн. — Льера, сестренка, ты знаешь, куда ты только что послала Отцов?!

— Ну… нет. Но могу предположить.

— Лучше не надо. И где было слово «уважаемые»?

— Так я же говорила, что без него лучше звучит… Если уж посылать, то без заверений в уважении…

— Льера, — схватился за голову Кейн, — пообещай мне, что не попытаешься попрощаться ни с одним драконом, пока не научишься правильно выговаривать эти слова. На Арвисе тренироваться тоже не рекомендую. Он, конечно, друг, но может статься, что вспомнит об этом только над горсткой пепла!

— Еще Дейкон с Мерком есть, — напомнила я.

— Хм, и ты рискнешь произнести прощание перед дроу?

— А что он мне сделает? — пожала я плечами. — Не в его правилах бить даму, даже если это всего лишь я. Да и не станет он ничего предпринимать, пока Илэр находится в состоянии живой статуи.

— Я волнуюсь не о возможной драке, а о нежелательном пополнении твоего словарного запаса, — морщась, признался Кейн. — Боюсь, Дейкону было дано абсолютное знание языка со всеми вытекающими отсюда издержками.

Я лукаво улыбнулась. Уж такие слова точно лишними не будут на случай встречи с Тавросом в темном переулке. Победу не одержу, так хоть выскажусь…

Кейн попробовал изменить тактику и предложил фразу, содержащую глаголы действия. Мне предлагалось научиться вежливо просить разрешения присесть. И зачем, спрашивается?! Никогда ни у кого не просила разрешения! У меня правило: не спрашивай — и не получишь отказ. Да и по статусу мне все равно позволено сидеть в любой компании. Как будто, если я спрошу, мне кто-то посмеет запретить!

В общем, удовольствия от занятий не получала ни я, ни Кейн. Братец вечно закатывал глаза, морщился и стонал, демонстрируя, как трудно ему приходится с такой ученицей. Эх, и почему он не хочет себя пожалеть? А заодно и меня…

Кейн, наверное, мучил бы меняло восьми часов — времени, когда мы договорились встретиться с остальными в холле, но нас прервал робкий стук в дверь.

— Войдите! — поспешно пригласила я, испугавшись, что мое спасение от братца не дождется ответа и уйдет.

Дверь тихо приоткрылась. Арвис, перегнувшись через порог, заглянул в комнату и сообщил:

— Нас всех приглашают в столовую на ужин. К особняку, оказывается, прилагается повариха и две служанки, подающие на стол и следящие за чистотой. Так что спускайтесь вниз, а то Мерк с Дейконом все съедят.

— Хм… слежка будет не только тайной, но и явной, — прокомментировала я. — Всем слугам наверняка приказано прислушиваться к нашим разговорам и наблюдать за поведением.

— Возможно, — с сомнением произнес Арвис. — Хотя обычно мы не даем таких поручений женщинам. Вот если бы среди слуг оказался хоть один парень…

— Все равно надо следить за словами, находясь в доме, — не успокоилась я.

— Согласен, — произнес Кейн. — Льера, вставай с кровати, поесть нам не помешает.

Я охотно вскочила, прикидывая, насколько смогу растянуть трапезу, чтобы избежать продолжения урока. Надо бы жевать помедленнее и периодически жаловаться, что не могу наесться.

— Заодно изучим названия продуктов на обоих языках, — добавил Кейн, чем вынудил меня мысленно взвыть.

Передо мной возникла дилемма, решить которую я была не в состоянии. Торопиться или не стоит? К тому же братец совсем не оставил мне времени на то, чтобы обдумать стратегию добычи крови драконов. Нет, в общих чертах все довольно просто. Ночью можно устроить засаду в любом из переулков города, дать по голове чем-нибудь тяжелым любому из жителей, оглушив, и спокойно собрать склянку крови. Только как определить на глаз, кто к какой Семье принадлежит? На них же не написано! Вряд ли драконы ходят по улицам, громко бормоча под нос название своей Семьи. Да и бутылочками мы не запаслись…

Сразу после ужина мы собрались в холле, решив не откладывать обсуждение дел в долгий ящик. Вряд ли за час обстановка сильно изменится и выйти из посольства станет проще.

— Дейкон, ну как, ты осмотрел особняк? Где план? — поинтересовался Кейн.

Дроу достал из кармана мятый лист бумаги, кое-как расправил его и протянул моему братцу, который тут же начал крутить его в руках, изучая.

— А где здесь черный ход? Что-то я не вижу… Но ведь он должен быть предусмотрен для прислуги и доставки продуктов! Можно устроить возле главного входа отвлекающий маневр и ускользнуть через запасной, — предложил Кейн. — Главное — заставить шпионов собраться с одной стороны здания. Мерк и ты, Дейкон, вполне можете попытаться увести за собой наблюдателей, разделившись и пройдя несколько кварталов в разные стороны. Вряд ли их там целая толпа. Они будут вынуждены покинуть посты и сойтись хотя бы для того, чтобы согласовать действия.

— Здесь нет вторых дверей на улицу. Прислуга и та пользуется центральным входом, — огорчил нас дроу. — Так что ничего не получится, да и не хочу я оставаться в неизвестности относительно наших планов. Я против!

Кейну не стоило и предлагать подобное. Естественно, дроу желает знать, когда мы приступим к поиску необходимой крови. Сомневаюсь, что он ограничится ролью простого наблюдателя, ведь на кону жизнь его сестры.

— Через окно можно попробовать, — предложила я, понизив голос до шепота. — Драконы наверняка думают, что наш высокий статус не позволит нам выбираться из дома подобным образом. Несолидно как-то…

— Хорошая идея, — одобрил Кейн. — Не думаю, что наблюдение ведется за всеми фасадами сразу. Ну не могли они пригнать сюда целую армию, ведь ее не спрячешь на ровной дороге. Скорее всего, шпионят все те же два мага.

— Плохая идея, — опять забраковал предложение дроу.

— Почему? — удивился Мерк. — Окна здесь широкие, не то что в вассарийском дворце. Я и госпожа Золия наверняка не застрянем, да и вы — вряд ли. На первом этаже даже решеток нет, как будто драконы действительно и мысли не допускали о неподобающем поведении послов. Окна уж точно пошире той трубы подземелья в Межгорье, мы через любое легко пройдем.

— Нет, — запротестовал дроу. — Нехорошо в первый же день, едва вселившись, начинать бить стекла, а без этого никак. Вы сами присмотритесь внимательнее, ведь ни одно из окон не открывается! Совсем. Драконы действовали хитро и умудрились запереть нас, не привлекая внимания к ограничениям. Решетки могли стать причиной дипломатического скандала, а так все выглядит вполне невинно. Огромные, особенно по меркам василисков, окна создают иллюзию свободы, а на самом деле надежно изолируют от окружающего мира. И не возмутишься же!

— Арвис, что это еще за фокусы? — нахмурилась я. — А если кому-нибудь захочется комнату проветрить?!

— Не знаю, меня не поставили в известность насчет подобной особенности здания, — с виноватым видом ответил посол. — Может, это получилось непреднамеренно и Отцы сами ни о чем не подозревают.

— Не верю, — покачал головой Кейн.

— Я тоже, — со вздохом признался Арвис.

— Ладно, и что нам теперь делать? — с недовольным видом поинтересовался Кейн. — По сути дела, мы здесь заперты. Предлагаете обсуждать дела в комнате, где нас могут подслушать?

— Ну, одна дверь у нас все же есть, — заметила я, для наглядности указывая пальцем. — Так что выйдем через нее.

— А как же конспирация?! — зашипел Мерк. Кажется, ему захотелось поиграть в шпионов.

— Ой, — махнул рукой Дейкон, — драконы наверняка уже знают, куда мы собрались, если действительно слушают наши разговоры в здании посольства.

— Да, — согласилась я. — Так что лучше всего будет отправиться подышать свежим вечерним воздухом в какой-нибудь скверик поблизости. Думаю, это не заставит наших наблюдателей волноваться, у них не будет повода обнаружить себя и под благовидным предлогом завернуть нас обратно.

— Ты права. К тому же Отцы должны понимать, что мы нуждаемся в некотором уединении, чтобы обсудить без лишних ушей государственные дела и стратегию переговоров, — подмигнул нам Кейн, нарочно повысив голос.

— Только я в такую схему не вписываюсь, — еле слышно заметил Арвис.

И действительно, вряд ли кто-то поверит, что мы решили обговорить дела своей державы в присутствии чужого посла. С тем же успехом можно вести беседы, находясь рядом с Отцами, они хотя бы наш язык не знают.

Но мы не можем попросить Арвиса остаться в посольстве, чтобы не вызывать подозрений, так как нуждаемся в его мнении и советах. Он лучше ориентируется в обстановке, сложившейся в столице. Очень надеюсь, его присутствие заставит наблюдателей думать, что мы просто ведем светскую беседу, не представляющую никакого интереса для их державы.

— Выходим! — скомандовала я. — Из окна моей комнаты как раз виднеется какой-то скверик.

— Так вот где было твое внимание, пока я из кожи вон лез, чтобы заставить тебя запомнить хоть пару фраз! — возмутился Кейн.

Да… Лучше ему не сообщать, сколько дверок шкафов я насчитала, не упоминать о трещине на потолке и ни в коем случае не жаловаться на отвратительный пейзаж над кроватью…

Чтобы не дать братцу возможности ворчать и дальше, я первая вышла на улицу и с удовольствием вдохнула свежий воздух. Оба солнца уже скрылись за крышами домов, и дорожка, ведущая к особняку, медленно остывала. Надо признать, сейчас погода для прогулки была гораздо комфортнее, чем днем. Но в окрестностях Ализиума и посольства по-прежнему пустынно, как будто тут специально создали эдакую зону отчуждения. Или Отцы приказали народу держаться подальше отсюда, или граждане сами узнали о нашем визите и решили, безопасности ради, обходить этот район стороной. Как мне все это знакомо… Я бы не удивилась ни одному из вариантов.

Давешних магов, как и прочих шпионов, видно нигде не было. То ли они хорошо прятались, то ли у нас просто мнительность разыгралась… Может, Отцы и не думали приставлять к нам наблюдателей и не приказывали подслушивать все разговоры посредством каких-нибудь потайных ходов в посольстве, а мы навыдумывали лишнего. Но лучше уж проявить осторожность, чем потом жалеть. Да и тема нашего разговора будет не самой безобидной, ведь речь пойдет о крови жителей этой державы. И хотя она предназначена для благих целей, не думаю, что драконы согласятся добровольно отдать хоть каплю.

Никем не остановленные, мы небольшой плотной группой завернули за угол особняка и действительно увидели несколько клумб с цветами на первом плане и редкую рощицу чуть подальше. Под причудливыми, непривычными для нас деревьями, покрытыми крупными листьями или острыми короткими иглами, стояла пара крупных валунов-скамей, но к ним никто не пошел. Не стоит устраиваться там, где нас могут ждать. Было бы логично присесть после долгого дня, проведенного на ногах, но мы выстроились между двумя клумбами на узкой дорожке. Так к нам точно никто не сможет подкрасться незамеченным. Спрятаться в радиусе нескольких десятков шагов не представляется возможным даже для гномов из когда-то приютившего меня мира, а уж тут их просто нет. По обе стороны на фоне ярко-зеленых стеблей пестрели разнообразные диковинные цветы. Что ж… предлог постоять здесь у нас есть.

— Дейкон, — тут же начала я, — ты не узнал голос, позвавший Тавроса через телепорт? Это случайно не Великий? Он вполне может стоять у истоков заговора против нас, а Парящий — только подчиняться ему.

— Нет, точно не он, у него совсем другая манера выражать мысли. Маг, призвавший Тавроса, именно приказывал, не допуская возможности ослушания. А Великий просто сообщает, советуется, спрашивает. Думаю, мы можем исключить его из списка подозреваемых. А вот насчет остальных ничего сказать не могу, ведь они молчали. И меня очень настораживает тот факт, что Тавроса звали на понятном мне языке, ведь это значит, что маг посещал наш мир. Может, стоит узнать, кто из Отцов за прошедший год куда-нибудь отлучался?

— Нет, телепортация — это минутное дело, особенно для драконов, — покачал головой Кейн. — Отлучку врага нашей державы могли и не заметить, а вот долгое отсутствие невинного, по закону подлости, наверняка привлекло внимание.

— А почему вы ищите врага именно среди Отцов? — поинтересовался Мерк. — Это мог быть любой маг. К тому же если Тавроса назвали Парящим, то тогда главный подозреваемый очевиден.

— К Парящему мы присматриваемся особо, — успокоил пацана Кейн. — Просто всем вполне мог верховодить и Великий. Его слово здесь — главный закон, у него больше власти. А простой маг вряд ли стал бы затевать хитроумную игру против нашей державы, ему это не нужно. Да и Таврос не похож на того, кто будет подчиняться мелкой сошке.

— Я тоже считаю, что ваших врагов надо искать среди Отцов, — согласился Арвис. — Только у них есть очевидная выгода от участия Тавроса в делах Фарга. Он был одновременно шпионом и гарантом того, что законная правительница точно не взойдет на престол василисков и страна будет продолжать нищать. Правда, я не вижу, кому нужна назревающая война…

— Арвис, а кто у вас командует войском? — задала я вполне очевидный вопрос.

— Великий лично.

— Та-ак, подозрения с него не снимаем, — сказал Кейн. — Надо завтра как-то разговорить Парящего.

— И его ближайшее окружение, — добавил Мерк. — Тавроса вполне мог позвать кто-то из членов Семьи, участвующих в затее Отца.

— Только как нам с ними познакомиться? — задумалась я. — Не можем же мы вечерком без приглашения заявиться в гости к Парящему и попросить список его друзей и соратников!

— Извините, тут я ничем не могу вам помочь, — развел руками Арвис. — Я и с первой десяткой Огненных лично не знаком, хотя это моя Семья.

— Не переживай, — похлопал его по плечу Кейн. — Тебя назначили послом в наши земли не из благих побуждений, можно сказать, отправили на убой, но разве ж это теперь важно? Раз после смерти Фарга тебя не сняли с должности, значит, все равно доверяют, просто не считают своим. Наплюй на них. Главное, что у нас ты пришелся ко двору.

Арвис тепло улыбнулся всем нам, ему наверняка было приятно чувствовать дружескую поддержку. Честно сказать, я не понимала преданности посла соплеменникам, отправившим его на смерть и раньше времени списавшим со счетов. Ведь даже маги не запомнили внешность Арвиса, выходит, не рассчитывали на его возвращение. Ради кого он старательно трудится, не получая за это заслуженного уважения? Вряд ли бедному послу сегодня было приятно стоять в холле Ализиума, словно бедному родственнику. Его даже не пригласили войти! Не расспросили, не поинтересовались делами, даже инструкций не передали… И как Арвис терпит такое пренебрежительное к себе отношение? Хотя, если он попробует возмутиться, его могут снять с поста, а этого мне не хочется.

— Не познакомившись толком с Отцами, не осмотревшись, мы не сможем вычислить врага, подославшего к Фаргу Тавроса, — подвел итог Кейн. — Надо собрать больше информации, немного поспрашивать, не привлекая к себе внимания.

— Вычислить того, кто злоумышлял против вашего народа, сейчас не главное, — сказал Дейкон. — Враг мог пока затаиться и ничего не предпринимать. Да и с Тавросом вы, наверное, никогда теперь не столкнетесь, если не будете настойчиво его искать. Лучше скажите, что мы предпримем для освобождения моей сестры и ваших лордов? Золия, ты придумала, как нам достать кровь, не нарушив хрупкий мир между вашими державами? Не хотелось бы оказаться в эпицентре войны… Но помните, что дипломатия для нас сейчас стоит на втором месте!

Кейн нахмурился, явно не согласный с этим мнением, но пререкаться не стал. Понимал, что бесполезно. Он ради того, чтобы найти меня, тоже сильно рисковал, даже в другой мир отправился.

Конкретного плана действий по добыче необходимой крови у меня не было, так что я изложила лишь свои предложения и поделилась мыслями о трудностях. То есть посетовала, например, на отсутствие тары для крови. Собирались мы впопыхах, а потому никто не подумал о практической стороне мероприятия. Склянки необходимо будет достать прямо в Акилоне, и в этом я очень полагалась на Арвиса. Также пришлось сознаться, что не знаю, как отличить друг от друга драконов разных Семей.

После моей речи задумались уже все. Арвис присел рядом с клумбой и начал машинально обрывать цветы. Правда, при этом действовал он до странности избирательно и тянулся только к желтым. Глядя на него, Дейкон тоже принялся собирать цветы, но красного цвета. При этом он хмурился и мерил посла не слишком добродушным взглядом. Честно сказать, я не могла разгадать смысла этой пантомимы. И ладно Арвис, но дроу-то с чего цветочками заинтересовался? Пока мы здесь стояли, он на клумбы и внимания не обращал, предпочитая следить за окрестностями. Явно шпионов выискивал, но они не торопились попадаться ему на глаза.

— Бутылки я легко могу достать, — подал голос посол, — но как быть с опознанием соплеменников, сам не знаю. Разве что спрашивать у каждого, но это чревато распространением слухов о странностях нашего поведения.

Арвис сфокусировал взгляд на получившемся букете, с недоумением осмотрел его со всех сторон и поднялся на ноги. Мне было видно, что он сам не понимает, как его угораздило набрать этот веник. Посол понюхал цветы, покрутил их в руках, не зная, куда пристроить. И тут его лицо озарилось какой-то идеей…

Заранее почувствовав, что без меня дело не обойдется, я попыталась бочком отодвинуться за Кейна, но сбежать не успела. С облегченным видом Арвис протянул мне букет.

Вот гад! Он бы хоть для начала цветы пересчитал! А их там ровно двенадцать!!! Я, конечно, не суеверная… просто… зачем мне эти цветочки? Лучше бы уж кресло подарил!

— Очень редкий сорт, — смущенно пояснил посол. — Держи, не выкидывать же такую прелесть.

То ли Арвис действительно не сосчитал цветы, то ли в этом мире не было обычая дарить живым только нечетное число… И Кейн молчал, только ехидно скалился. Нет, нашли моду дарить мне бесполезные веники!

Увидев, что дроу тоже поднимается на ноги, я быстрым шагом отошла к другому концу клумбы. Но это не остановило Дейкона, он последовал за мной! Делая вид, что ничего особенного не происходит, мы навернули пару кругов по дорожкам. Дроу не отставал, хотя догнать меня так и не смог. На третьем круге я четко поняла, что он не успокоится. Пришлось смириться и замереть. Какая в принципе разница: десятком больше, десятком меньше?

Дейкон с сердитым видом протянул мне тринадцать ярко-красных бархатистых цветков с не очень длинными стеблями. Я так и не поняла, что это за чудачество с его стороны. Вроде подарки с таким выражением лица не делают… Но зачем он опять последовал примеру Арвиса?

Перемешивая желтые и красные цветы, я заметила, как Кейн тихо хохочет в кулак. И не стыдно ему веселиться за счет родной сестры?! Я попыталась поймать его взгляд, чтобы прочесть мысли, но наткнулась на блок. Слова не имели логической связи, но были весьма эмоциональны: «Клумба… хи-хи… не поняла! Хи-хи… дура-а… любой ясно… хи… конспираторы!»

Та-ак… В голове у него, конечно, бред, но кого это он назвал дурой?! Что-то я больше не вижу в округе других особ женского пола! Обидеться, что ли…

Арвис, заваривший эту кашу, спокойно стоял и вглядывался куда-то вдаль за деревья. Похоже, последние события ускользнули от его внимания.

— Я заметил между стволов какое-то движение, — напряженно сообщил он. — Там кто-то мелькнул!

— Да, одна фигура спряталась за разлапистым деревом, похожим на наши ели, — сообщил Мерк. — А вторая, кажется, где-то правее, возле низкого куста с красными листьями. Мы будем их ловить?!

— Ни в коем случае! — запретил Кейн. — Прекращайте пялиться в ту сторону и делайте беспечный вид, как будто спокойно гуляете, дышите свежим воздухом.

— У-у-у! — разочарованно опустил голову Мерк. — Может, хоть немного их погоняем, как бы невзначай подойдя поближе?

— Пожалей бедолаг, они просто выполняют свою работу, — сказал Арвис. — Уверяю, вряд ли они получают удовольствие от лазания по кустам в тщетной попытке подобраться к нам поближе и подслушать разговор.

— Мы что-то отвлеклись от темы, — напомнила я. — Как нам вычислить драконов с подходящей кровью? А то может получиться, что под руку попадутся особи из одной и той же Семьи.

— Давай решим этот вопрос завтра, — попросил Кейн. — Возможно, к тому времени нас с кем-нибудь познакомят.

— И я постараюсь разузнать адреса членов разных Семей, — пообещал Арвис.

— У нас и так нет четкого плана, — вздохнул Дейкон. — Учтите, к завтрашнему совещанию надо уже решить, как мы будем действовать, поскольку спать следующей ночью я не намерен!

Высказав все это, дроу пошел к зданию посольства. В отличие от большинства из нас, он нуждался в сне, не в силах без него обходиться. А вот отдохнуть в тишине не помешало бы нам всем. Так что никто не выразил желания героически остаться возле клумб и ждать, пока осенит идея.

Мы разошлись по комнатам и затихли до утра. И если кто-нибудь думает, что я всю ночь ломала голову над решением наших проблем или повторяла выученные фразы драконьего языка, то крупно ошибается! Обычно по ночам в Межгорье мне хорошо работалось, но сейчас сил на это не осталось. Я просто лежала поверх покрывала, прижимая к груди охапку цветов, испускающих нежный аромат, и пыталась сообразить, с какой стати Дейкон уже во второй раз кидается собирать букет вслед за Арвисом.

Эх, хорошо бы я ему хоть немного нравилась… Стоп, Золия, но мы же враги! Или временные союзники, но это ничего не меняет. Дроу обязательно будет припоминать мне превращение Илэр в статую, даже если мы ее успешно освободим. Ай, ну помечтать-то можно… Знаю, что Дейкон меня едва терпит. Вспомнить хотя бы, с каким лицом он отдавал букет! Явно для маскировки старался, играл на публику, на шпионов Отцов.

Я тяжело вздохнула в темноте и перевела взгляд в окно, где виднелся миниатюрный диск тусклой луны. Сердце тоскливо сжалось от непривычной картины. Опять вспомнилась спокойная жизнь в Межгорье, когда мне было не за что переживать. Время без забот, обязанностей и больших тревог, время одинокой борьбы против всего мира…

Нет, думаю, сейчас я не променяла бы все мои проблемы на то спокойствие, его уже не вернуть. Подобная безмятежность теперь не доставит мне радости. Никогда в этом не признаюсь вслух, но мне нравится даже назойливая опека Кейна, его наставления, постоянное ворчание по поводу бестолковости в вопросах управления державой. Все-таки хорошо, что Фарг затеял мои поиски, хоть и с опозданием на тысячу лет. Я уже не представляю себе, как бы дальше жила без Кейна и без Дейкона…

Тьфу, Золия, да при чем здесь этот дроу?! Я без него прекрасно обходилась до нашей встречи в подземелье. И зачем его туда понесло?! Вечно он мне проблемы создавал, вот и теперь из головы не выходит. Прямо сумасшествие какое-то!

В спорах с собой я не заметила, как за окном начало светать. Впрочем, до восхода было еще далеко, когда ко мне в комнату без стука бесцеремонно ввалились Кейн и Арвис. Посол нес в руках свой сундучок для отправления донесений, бережно прижимая его к груди. Братец был налегке. Зато глаза у обоих сверкали от еле сдерживаемого возбуждения — они явно что-то задумали.

Я приподнялась на кровати и открыла рот, чтобы отчитать их за вторжение, однако Кейн приложил палец к губам, прося не поднимать шума. Арвис тоже решил поучаствовать в пантомиме. Он показал на свое ухо, после чего махнул рукой в сторону стены со шкафами, напоминая о возможном подслушивании. Как будто шпионам делать больше нечего в пять часов утра! Но я возмущалась по поводу всей этой секретности исключительно мысленно, а то кто знает этих наблюдателей, может, им действительно нечем заняться…

Тихо ступая, Кейн с Арвисом приблизились к кровати и, опять не спрашивая, опустились на край. Вот так всегда… Братец столько времени объяснял правила этикета, согласно которым даже он, находясь в моей комнате, не может без разрешения сесть на кровать, а теперь сам же их нарушает! И посол не торопится демонстрировать воспитание. Наверное, в отместку за то, что, скрываясь от Фарга у него в комнате, я вынудила его спать на полу вместе с Дейконом и Кейном.

Оба посетителя были одеты в свободные брюки и застегнутые на все пуговицы рубашки, но босиком. То ли отдавали дань традиции, в соответствии с которой ступать по песку надо голыми ногами, то ли страховались, чтобы не топать и не шуметь.

Арвис сдвинул с покрывала рядом с собой один из подвядших цветков, рассыпавшихся по кровати, и поставил туда свою шкатулку. Я с любопытством уставилась на крышечку, ожидая, что он извлечет послание, однако ошиблась. Дракон вынул из рукава скатанный в трубочку лист бумаги — целый и немятый для разнообразия — и протянул мне. Осталось только удивиться, зачем он принес сюда артефакт, наверное, был не в силах с ним расстаться.

Я подтянулась на руках, сев поудобнее, и взяла записку.

Любопытно, что на этот раз пишут послу и в каких выражениях.

Ни приветствия, ни вежливых пожеланий я снова не обнаружила, но хоть начали не со слова «идиот» и писали не в пример сдержаннее.

«Арвис, от тебя завтра требуется подтвердить наличие у нас традиции обязательно лично прощаться с хозяином дома, уходя из гостей. Это поможет держать василисков под присмотром. Тебе вменяется сопровождать их на все запланированные приемы в особняках Отцов. Не отходи от правительницы ни на минуту, хоть в любви ей объясняйся! Если в случае ее гнева первой статуей станешь не ты, на сохранение собственной жизни все равно не рассчитывай!»

Подписи не было, но она меня и не слишком интересовала. Уголки губ непроизвольно приподнялись в усмешке. Из записки я поняла главное: наша проблема с опознанием драконов решена! Зря Отцы думают, что мы попытаемся сбежать с приемов, очень зря. Там вполне можно разжиться несколькими каплями крови дракона из нужной Семьи. В коридорах подкарауливать жертву ничуть не хуже, чем на улицах, даже удобнее. Есть возможность добавить снотворное выбранной особи, отвести ее в уголок и без шума сделать ранку.

Да планы Отцов — это настоящий подарок судьбы! Пусть и не мечтают, что я откажусь хоть от одного приглашения. В толпе именитых гостей вряд ли ко мне приставят других шпионов, кроме Арвиса. Теперь не надо ломать голову, как избавиться от слежки, тем более если ее осуществляют опытные маги, специализирующиеся в этом деле. Я подняла глаза на Кейна и довольно улыбнулась, не скрывая радости от полученных новостей. Драконы сами облегчили нам задачу. Можно уже сегодня начать сбор крови, если посол достанет обещанные емкости.

Арвис забрал у меня лист с предписаниями и смял в руке. Комок бумаги он бросил прямо на пол и, прежде чем я успела высказать возражения, дыхнул на него огнем. На мгновение я почувствовала ужасный жар, распространяющийся от пламени. Кейн шарахнулся в сторону, чуть не снеся меня с кровати. Так получилось, что смятая записка приземлилась недалеко от его ступни…

Огонь исчез, а братец все еще недоверчиво рассматривал свою абсолютно целую ногу, уложив ее на кровать. Вид у него был ошарашенный, но постепенно на лице проступал гнев. Еще бы! Мне бы тоже вряд ли понравилось почувствовать на себе пламя дракона. Хоть и не смертельно, если Арвис не хотел навредить, но, мягко говоря, неприятно и страшно.

Посол с невинным видом наклонился и перемешал несуществующий пепел с мелкими песчинками. Однако, согнувшись, Арвис как-то странно затрясся. Это вызвало у меня подозрение, что таким образом он скрыл лицо, чтобы отсмеяться!

Дракон выпрямился как раз вовремя, успев жестом остановить кипящего от возмущения Кейна. Вокруг братца даже воздух сверкать начал! Слова Кейн сдержал, но зато выразительной пантомимой продемонстрировал послу, что он с ним сделает в коридоре. Правда, так как братец был взвинчен, то я поняла только обещание придушить, прирезать и свернуть шею. Смысл остальных жестов так и остался для меня загадкой. Арвиса это представление тоже не впечатлило. Он спокойно, с легкой улыбкой на губах поднялся на ноги, взял с покрывала шкатулку и последовал за Кейном в коридор. И как я ни прислушивалась, так и не смогла уловить шума потасовки. Значит, наверное, до выполнения угроз дело не дошло, мне можно еще немного поваляться и отдохнуть. Вряд ли здесь предусмотрен завтрак в такую рань.

Я расслабилась и поудобнее устроилась на покрывале в ворохе подвядших цветов. В комнате стояла приятная прохлада, но розоватый оттенок неба за окном говорил о том, что это ненадолго. Вскоре первое солнце поднимется выше, и тогда мне снова придется изнемогать от непривычной жары и мучиться от жажды. Было бы неплохо раздобыть подобие местной одежды, может, в ней станет легче переносить здешний климат. Сделав себе зарубку на будущее, я заколебалась, не пойти ли мне сейчас подышать воздухом, прогуляться, по нервировать наблюдателей…

Однако сбежать из комнаты я не успела. Дверь внезапно распахнулась и с грохотом ударилась о стену. У меня возникло такое ощущение, что открывали ее пинком и визитер не в самом благодушном настроении…

— Подъем, Льера! — с порога гаркнул Кейн. — Пора немного позаниматься драконьим языком, пока нас на завтрак не позвали. Кстати, сегодня разрешаю оттачивать произношение прощания на Арвисе, даже настаиваю на этом!

У-у-у! Надеюсь, братец все же не придушил посла в коридоре, потому что теперь это хочу сделать я! Разозлил Кейна — и ушел, а мне из-за этого страдать?!

— Garrteheriar, Kein, — с чувством сказала я, надеясь, что произношение меня не подведет. И если вы думаете, что я хотела попрощаться, то крупно ошибаетесь…

— Льера! — округлил глаза братец. — Я же просил тренироваться на Арвисе! Ты знаешь, что ты сказала?!

Не знаю, но догадываюсь… Скорее всего, это вчерашнее ругательство. С одной стороны, оно намного полезнее при общении с некоторыми личностями, но с другой — Кейн ведь не отстанет, пока я правильно не воспроизведу слово.

— Поднимайся, — еще раз скомандовал братец. — И так уже все платье помяла, а тебе в нем сегодня на собрание Совета идти!

— Новое куплю, — отмахнулась я. — В этом все равно жарко. Да и новый меч мне не помешает.

— И мне что-нибудь не помешало бы, — задумался Кейн.

— Так я сейчас сбегаю, — живо подскочила я, усмотрев хороший предлог для того, чтобы отложить занятие.

— Э-э нет! Вместе после завтрака сходим или Арвиса с Мерком попросим. Льера, отнесись к своим обязанностям серьезнее, ты должна выучить язык.

— А почему не Отцы? — ворчливо поинтересовалась я. — Только не говори, что их больше, а потому проще заставить меня. Они старше, правят дольше, хотя и не готовились к этому с юности, и должны были давно сами позаботиться о налаживании взаимоотношений с нашим народом.

— Льерочка, но тебя же так уважать больше будут, — пояснил братец, косясь на стены и зеркало. Он явно не хотел, чтобы шпионы передавали Отцам мой упрек.

Я хмыкнула. О каком уважении может идти речь, если драконы находятся во власти страха? Одно с другим сочетается плохо, проверено еще во времена правления в Межгорье.

Однако мне пришлось добросовестно зубрить слова почти до полудня, сделав только короткий перерыв на еду. Кейн, Арвис и Мерк нам не мешали, предпочитая отдыхать в комнатах или гулять вокруг посольства. В общем, держаться подальше от моего раздраженного братца. Да и я, признаться честно, уже после часа занятий находилась не в самом благодушном настроении. Кейн совершенно искренне недоумевал, почему я не в состоянии запомнить все с первого раза и тем более правильно произнести вслед за ним. В его понимании правительница должна быть просто гением! Мне оставалось только удивляться нетерпению Кейна. Я за собой и раньше не замечала склонности к изучению языков, даже эльфийского, на основе которого были созданы многие заклинания моей второй родины. Вот если бы потребовалось изучить какой-нибудь магический ритуал, составить нечто новое…

Пока я боролась с энтузиазмом Кейна и собственной ленью, Дейкон и Мерк, снабженные инструкцией Арвиса, сходили за новой одеждой в местную лавку, расположенную в паре кварталов отсюда, а заодно прихватили хоть и плохонький, но подходящий по размеру меч для меня. Судя по тому, что жалоб от них не поступило, никто не попытался задержать гостей державы или навязаться в сопровождающие. Если за ними и следили, то делали это негласно и незаметно. Возможно, их просто считали не опасными и не заслуживающими пристального внимания. По сути дела, Мерк очень похож на обычного малолетнего дракона, а Дейкон — на василиска со странными ушами. Обоих нельзя обвинить в преследовании каких-то собственных целей, ведь они являются иномирянами, и Совет Семей об этом прекрасно осведомлен.

Почти перед самым полуднем Арвис тоже ненадолго отлучился по делам, хотя при этом немного нервничал, ведь ему приказали не спускать с меня глаз. Однако выхода у посла не было. Он же обещал достать бутылки, а в одиночку это сделать проще — нет лишних глаз. Не будут же шпионы ходить хвостом за своим соотечественником, наблюдать за его действиями и слушать разговоры.

Арвис вернулся буквально за десять минут до начала Совета, и не с пустыми руками. Но времени на то, чтобы посмотреть его приобретение, у нас не было, так как мы спешно переодевались и приводили себя в порядок. К этому часу поднялась невероятная жара, в комнатах стало очень душно, и одежда липла к телу. Пришлось опять нырять в ванну, чтобы освежиться и предстать перед Отцами в подобающем виде. Как вы понимаете, больше всех это заботило Кейна. В ванную комнату он заталкивал меня с тем же энтузиазмом, с каким заставлял учить язык.

Кейн, Дейкон и Мерк переоделись в свободные туники без рукавов и брюки одинакового покроя, различающиеся только цветом. Мне принесли наряд местной аристократки — платье на тоненьких бретельках, свободными складками спадающее от груди до самого пола. К счастью, дроу остановился на фиолетовом цвете, хотя Кейн предпочел бы видеть на мне белое, как некогда Илэр подбирала мне все розовое. Сандалии мы захватили с собой из Вассарии, так как без них передвигаться в домах невозможно — в обувь забивается песок.

Может, это и несолидно, но из посольства мы вылетели почти бегом, так как Кейн не хотел опять опоздать и всячески нас поторапливал. Я на этот счет не волновалась: если Отцы вчера прождали несколько часов, то уж за пару минут с ними точно ничего не случится.

Солнце нещадно палило, а учитывая, что мы неслись сломя голову, уже через пару десятков шагов я запыхалась и снова захотела окунуться в прохладную, приятно освежающую ванну. От мощеных дорожек несло жаром не хуже, чем от драконьего пламени. В общем, было такое чувство, что я оказалась между молотом и наковальней. Холодная ветреная осень в моих землях вспоминалась с тоской и ностальгией. На севере от Драконьих гор можно одеться потеплее и чувствовать себя комфортно, а здесь снять уже нечего, если я, конечно, не хочу никого шокировать.

Судя по виду, остальные участники нашего дипломатического отряда чувствовали себя не лучше, разве что Арвис держался молодцом. Но он привычный, в отличие от нас. Даже думать не хочу, каково в Акилоне живется летом.

Возле самых дверей Ализиума мы наткнулись на наших знакомых магов, сопровождавших нас вчера. Они явно стояли здесь не просто так, а поджидая нас. То ли маги служили при Отцах адъютантами и телохранителями, то ли их приставили конкретно к нам, но, боюсь, мы еще не раз столкнемся лицом к лицу. Правда, сейчас мое внимание привлекли не они, а улыбающийся Оргел, пристроившийся рядом и явно не в качестве арестанта.

— Мне доверили прислуживать Отцам, пока память не вернется! — выпалил парень, торопясь поделиться своим счастьем, хотя его никто ни о чем не спрашивал. Он прямо светился, сообщая о порученной ему работе.

Лично я не вижу в этом ничего чудесного, а паренек радуется так, словно ему предложили одно из мест в Совете! Как мало, оказывается, некоторым надо для счастья…

— С каких это пор шпионов держат не в темнице? — поинтересовался Мерк прямо и без всякой деликатности.

Хотя о чем это я? Ему и слово-то такое неизвестно. Причем не от неграмотности — не зря ведь жители Деревни когда-то растащили мою библиотеку. Просто Мерк и деликатность — понятия несовместимые. Пацан и в разговорах со мной слова не выбирает, говорит первое, что пришло на ум.

— Великий сказал, что пока хочет подержать меня перед глазами, — чуть помрачнел Оргел. — И я пообещал ему назвать имя дракона, поручившего мне слежку за вами, как только вспомню.

— И ты так просто согласился предать нанимателя? — удивилась я, сопротивляясь попыткам Кейна затолкать меня в здание Ализиума. Брат переживал, что время перевалило за полдень, а мы все еще топчемся у порога.

— Наоборот, предательством будет смолчать, ведь Великий представляет интересы всего нашего народа! — с достоинством и полной уверенностью в собственной правоте ответил парень. — Никто не имеет права отказывать самому Астадеку в просьбе, он должен знать, кто чем занимается на этих землях. Наш долг — оказывать ему всяческую поддержку, в чем бы она ни заключалась.

Выслушав пафосную речь Оргела, я поморщилась. Везет мне в последнее время на патриотов и идеалистов — они на каждом шагу. Но этот хоть не мой родственник и убеждать ни в чем не будет. Просто по возможности лучше держаться от него подальше. Хотя и нам не помешало бы узнать от парня имя дракона, нанявшего его для слежки.

Я наконец поддалась усилиям Кейна и сама вошла в здание Ализиума, легонько подталкиваемая в спину. Со вчерашнего дня интерьер в холле не поменялся — здесь по-прежнему были голые стены, чистый пол и отсутствовали валуны для сидения. А между тем маги опять предложили Арвису остаться с ними и подождать окончания Совета. Ха! Как будто посол имеет право спорить. Так бы уж и говорили, что это приказ Отцов!

— Идите, я останусь тут и с господами магами побеседую. Мне даже веселее, чем вам, будет, — успокоил нас Арвис.

— Я, пожалуй, тоже здесь подожду, — внезапно решил Мерк, встав рядом с послом.

«Хорошо, что напомнили, зачем мы сюда торопились, — прочла я мысль пацана. — Это же надо — несколько часов неподвижно сидеть на каменюке и слушать непонятные скучные речи с заверениями в искренности намерений. У-у-у! Да я там через полчаса с ума сойду! Вряд ли будут обсуждать что-то интересное вроде шпионов. Только зад зря отсиживать, мне ведь и рта раскрыть не дадут».

«Ой…» — мысленно простонала я. Что-то и у меня весь энтузиазм пропал, хотя сама ведь рвалась послушать, поиграть в гляделки с Отцами, чтобы не расслаблялись…

— А можно и я…

— Нельзя! — недослушал меня Кейн. — Льера, не дури, ты лицо нашей державы и не имеешь права отлынивать.

Ну, как всегда… Впрочем, а на что я рассчитывала?! Хм… Да ни на что! Просто попытаться-то можно.

Сделав глубокий вдох, я решительно распахнула дверь, ведущую в зал, где собрались Отцы. Если сделать ничего нельзя, то остается только достойно сыграть свою роль, хотя и бессловесную. Почти.

— Alyamaik, Feiarethe, — громко поздоровалась я с драконами через огромное пространство зала, и мой голос эхом отразился от высокого потолка.

— «Уважаемые» забыла, — тихо прокомментировал сзади Кейн.

Нет, он еще чем-то недоволен! Я не забыла, а просто решила опустить это слово из стратегических соображений. А то ведь опять: два неправильно произнесенных звука — и получится нечто нецензурное. А я виновата, что почти все выученные мною слова драконьего языка созвучны какому-нибудь ругательству?!

Пока я приближалась к столу в противоположной части зала, до меня донесся нестройный хор голосов. Скажу честно, не разобрала ни слова. Уж Отцы-то и не подумали за ночь выучить приветствие на языке василисков!

Кейн и Дейкон пристроились по бокам от меня, изображая небольшую свиту и охрану в одном лице. Наши шаги четко звучали в тишине, наступившей после того, как все отдали дань вежливости. Отцы с любопытством рассматривали нас, мы же, в свою очередь, изучали их.

Сегодня камней было гораздо больше восьми, и они стояли вокруг стола, а не по одной прямой. Кто-то перестарался, принеся их сюда. Тут можно было рассадить еще два таких же Совета Семей в полном составе. Странно, но Отцы не сбились плотной кучкой, а рассредоточились по периметру стола, оставив между собой промежутки. Думали, что таким образом я не смогу разом превратить их всех в статуи? Да, похоже на то, ведь никто даже парой не сел. Не поверю, что они до такой степени друг друга терпеть не могут. Хотя нам с Кейном выгодна такая диспозиция Отцов, так как они лишились возможности обсудить что-либо между собой шепотом — только вслух.

Перед самым столом я немного замялась, решая, где бы мне устроиться. Кому здесь испортить настроение? Хотя для начала проще устроить где-нибудь сопровождающих меня парней.

— Дейкон, тебе к Парящему, — шепотом направила я дроу и попросила: — Постарайся его разговорить.

Правитель Карневии без споров пошел занимать свободное место между Парящим с одной стороны и Огненным — с другой. Странно, но оба Отца устроились спиной к залу. Неужели хотели таким образом неявно выразить нам свое презрение? Они не похожи на тех, кто предпочитает оставлять опасность сзади себя.

— Кейн, а ты к Великому поближе устройся, вам так удобнее будет разговаривать, не придется орать через весь стол.

— Согласен, — прошептал братец.

Астадек в одиночестве сидел у торца стола, но по бокам от него остались два свободных валуна. Кейн выбрал тот, что был по правую руку.

Подумав, я отказалась от мысли занять место у второго торца, хотя с него открывался самый лучший обзор. Пожалуй, сегодня лучше быть скромнее, а то вдруг меня в сон потянет от нескольких часов непонятного лопотания… Если уж позориться, то в узком кругу. А глядишь, никто и не заметит моего отсутствующего вида. Я присмотрела себе местечко между Ржавым и Бескрылым где-то по центру стола. Подкупало то, что таким образом сзади окажется стена (на нее можно и спиной опереться), а дверь и все пространство зала будут перед глазами. Да и за Парящим наблюдать очень удобно — он сидит совсем неподалеку, наискосок от моего места.

Когда я начала обходить стол, драконы настороженно замерли, прикидывая, кому не повезет больше всех. Правда, не знаю, чего они опасались больше — оказаться рядом или напротив.

Не обращая ни на кого внимания, я села на заранее выбранный камень, напряженно выпрямила спину и замерла. Со стороны у меня должен получиться гордый и неприступный вид. Только от Кейна вряд ли удастся скрыть правду: я себя чувствую как мученица на пыточном столе, и это только начало… На этих камнях просто нереально расслабиться.

Отцы отнеслись к моему соседству по-разному. Ржавый нервными движениями пальцев затеребил кончик своей многострадальной косы, переброшенной через плечо, а Бескрылый… улыбнулся мне во все тридцать два зуба. Хотя, может, у драконов совсем другое строение челюсти, я не знаю. Но мне показалось, что самый молодой член Совета искренен в своих чувствах. Улыбка не выглядела вымученной гримасой, и это впечатление подтверждали сияющие искорки в зеленых глазах с узкими щелками зрачков.

Улыбнуться в ответ я не решилась. Во-первых, могу спугнуть, а во-вторых, просто не до него! В зале оказалось невыносимо жарко и душно, воздух был затхлый из-за отсутствия системы проветривания. Окна под самым потолком здесь вряд ли когда-то открывались, на дверь тоже надежды не было. Никто не станет проводить Совет при распахнутой двери, за которой находятся маги и посол.

Совсем не ко времени мне очень захотелось пить. В любом другом месте я бы могла наколдовать себе полную пригоршню чистой родниковой воды и утолить жажду, но не здесь. Это будет воспринято как признак отсутствия воспитания. И если осуждающие взгляды Отцов я бы еще как-то смогла не заметить, то Кейн не даст себя проигнорировать. С меня пока лекций по драконьему языку хватит. Эх, любит братец поворчать и покомандовать. Прямо весь в меня!

Но я так прикинула, что не хочу терпеть жажду несколько часов кряду, а потому, пока никто не взял слово, громко обратилась к брату:

— Кейн, нельзя ли попросить у драконов принести мне какое-нибудь питье? Можно Оргелу поручить сбегать.

— Как ты не вовремя! — с досадой произнес братец, но все же послушно перевел Великому мою просьбу.

Астадек выслушал и кивнул. Кончиками пальцев правой руки он прикоснулся к кольцу с изображением дракона на левой руке и что-то тихо произнес с повелительной интонацией. Кейн и Дейкон заинтересованно наблюдали за его действиями. Было похоже, что Великий отдал кому-то приказ на расстоянии! А братец еще недовольство выражал. Да благодаря мне мы узнали такой потрясающий факт!

Великий убрал руку с кольцом под стол и снова повернулся к Кейну.

— Скоро принесут, жди, — перевел для меня братец слова Астадека.

После этого Отцы и Кейн приступили к обсуждению дел. Вокруг поднялся бессмысленный для меня гвалт голосов. Каждый старался что-то вставить, спросить, добавить, хотя и обо мне никто не забывал. В процессе разговора Отцы постоянно бросали взгляды в мою сторону — то ли боялись быть застигнутыми врасплох и превращенными в статуи, то ли считали, что я понимаю их язык, просто не хочу в этом сознаваться из стратегических соображений, намеренно предоставляя брату вести переговоры.

Скажу честно, я заскучала. Мне было абсолютно нечем себя занять, кроме пристального рассматривания Отцов. Но это нехитрое развлечение мне скоро надоест. На драконах узоров не имеется, разве что Огненный надолго привлек мой взгляд своей кучей цепочек, колец и серьгой в ухе. Любая модница позавидовала бы такому количеству украшений. В другое время я бы обязательно заинтересовалась мимикой столь важных персон, но так как тема обсуждения была для меня загадкой, то что толку пытаться интерпретировать чувства окружающих? Драконы скрежетали зубами, морщились, кивали, улыбались, злились или радовались, но для меня их действия не имели смысла. Оставалось только набраться терпения и ждать. Ждать, пока мне принесут долгожданное питье, пока драконы с братцем придут к какому-то решению, пока объявят окончание Совета…

Я заметила, что дроу о чем-то тихо переговаривается с Парящим, выполняя свою задачу. Малый в поднявшейся суматохе стрельнул глазами по сторонам и втихаря начал по одному бросать в рот что-то вроде небольших орешков. Делиться с коллегами он и не подумал. Дракон явно слушал то, что говорят Астадек с Кейном, просто сам при этом жевал и молчал. Но, несмотря на осторожность Малого, Огненный, сидящий через одно пустое место от него, заметил непорядок и бросил на коллегу недовольный взгляд. Чуть нагнувшись, я рассмотрела Туманного, который был полностью поглощен обсуждением. Он сидел рядом с Кейном и постоянно вставлял свои комментарии и при этом не горячился, а имел очень спокойный, умудренный вид.

Вроде при деле были все, кроме меня. Обидно… Я не привыкла бездействовать и бить баклуши. Кажется, все же придется всерьез взяться за изучение языка, чтобы не быть бессловесным наблюдателем.

Я уже начала подумывать, что умру здесь от жажды и скуки, когда наконец вдалеке распахнулась входная дверь. Хотя «распахнулась» — это сильно сказано. Она скорее робко приоткрылась, впуская Оргела с единственной кружкой в руках. Такое ощущение, что он за ней на другой конец света бегал!

Как ни старался потерявший память шпион вести себя тихо, но в его сторону все равно повернулись некоторые из Отцов, в том числе и Огненный с Парящим, сидящие спиной к залу. Оба выглядели, словно насторожившиеся хищники. Хотя, увидев, кто вошел. Огненный тут же расслабился и переключил свое внимание на Астадека. Парящий задержал взгляд на Оргеле чуть дольше.

Бывший шпион, а ныне прислужник Отцов приблизился к столу и нерешительно замер. То ли ему не доложили, для кого предназначена кружка, то ли он в своем благоговении просто не хотел никого отвлекать от важных государственных дел. На собравшихся вокруг стола Отцов Оргел взирал с просто-таки щенячьим восторгом и преданностью. Чтобы подобраться ко мне, ему надо было протиснуться между стеной и сидящими драконами, на что он никак не мог решиться.

Видимо, Астадек понял, что Оргел может еще долго топтаться, поэтому отдал короткий приказ. Бывший шпион вздрогнул и с виноватым видом отдал кружку ближайшему к нему дракону — Парящему, сам же поторопился выйти из зала.

Парящий с недоумением посмотрел на врученную ему кружку, фыркнул и поставил ее на стол перед дроу. У него что, руки отвалятся передать ее мне?! У-у-у, вражина! Вот теперь точно верю, что он не испытывает ко мне дружеских чувств. Скорее презрение, которое пытается продемонстрировать всеми доступными способами, несмотря на опасность быть превращенным в статую.

Астадек снова отвлекся от Кейна и что-то сказал, обращаясь к коллегам. После этого Огненный с поджатыми губами быстро схватился за ручку кружки и переставил ее поближе ко мне. Он чуть опередил Дейкона, собирающегося сделать тоже самое, но без понукания. Бескрылый сбоку тихо хихикнул, щелкнул по боку кружки пальцами и что-то весело произнес. Как позже объяснил дроу, съехидничал, что не ему одному служить бессменным разносчиком.

Но в данный момент меня не интересовало недовольство Огненного и радость Бескрылого, ведь я наконец-то смогу утолить жажду! А то уже начала подумывать, что драконы решили меня уморить. Хватит и того, что мне еще несколько часов с умным видом придется сидеть здесь, а ведь зал и Отцы уже досконально рассмотрены. Скучно… Я ж ни демона не понимаю в их лепете! И хотела бы вникнуть в суть происходящего, да не могу.

Я сделала небольшой глоток из стеклянной кружки в низком серебряном держателе, предохраняющем руки от ожога. Могли бы и на золото не поскупиться! Интересно, это с их стороны еще один знак пренебрежения или у них вся посуда такая?

Питье было обжигающе горячим и одуряюще пахло какими-то травами. Впрочем, оно оказалось вполне вкусным, а потому я не жаловалась. Что здесь обычно пьют, мне было неизвестно. Главное, что явно не помои налили. Оргел, наверное, очень старался, когда варил этот своеобразный чай.

Я вынула кружку из держателя, обхватила ее обеими руками и сделала еще один глоточек, стараясь не обжечь язык от жадности. Горячо, но, говорят, так даже лучше для утоления жажды. Я расслабилась, перестала следить за обстановкой в зале Ализиума, а потому не сразу заметила, что сидящий справа от меня Ржавый дракон начал с подозрением во взгляде принюхиваться. Его голова все ниже и ниже склонялась к моей кружке, пока практически не уткнулась в нее носом. Ну это уже, знаете ли, наглость! Я хотела возмутиться его поведением, но дракон первым что-то заверещал на своем языке. Он в расстройстве с силой дернул себя за кончик косы, рискуя ее оторвать, и, кажется, совсем не почувствовал боли. Ржавый очень бесцеремонно попытался отобрать у меня кружку, но я не отдала. Что за манеры?! У них заведено вырывать угощение из рук всех гостей или это только я такая особенная? Оргел налил мне отвар в его любимую кружку? Или, быть может, полагалось пустить ее по кругу? Так приносили бы в таком случае ведерко! А из этой кружки я уже пригубила и отдавать ее не собираюсь, самой мало. В конце-то концов, где их уважение к правительнице соседней державы?!

Крик тем временем набирал обороты. К Ржавому присоединились еще несколько Отцов, в том числе и сам Великий. Зеркальный с воплем стремглав выскочил из-за стола и кинулся к двери, едва не скинув при этом с камня Малого, на которого впопыхах умудрился налететь. Туманный с непонятными увещеваниями подлетел ко мне, потеснив Ржавого. Бескрылый зачем-то потянул руки в мою сторону. Явно тоже нацелился на кружку. Начался бардак, одним словом! Держа кружку обеими руками, я в растерянности прижала ее к груди. Что здесь происходит?! Что за всеобщее помешательство?!

— Льера! — расслышала я крик Дейкона в общем шуме. — Да отдай ты им эту кружку!

— Еще чего! Она чья-то любимая именная, что ли?

— Нет! Говорят, там яд. Отец по запаху почувствовал, хотя его пытались замаскировать.

— Ну и что? — безразлично пожала я плечами. — Чем только слуги меня не потчевали.

— Льера, — простонал Кейн, проталкиваясь поближе ко мне, — но драконы-то о твоем иммунитете к ядам не знают. Один уже, вон, за врачевателем побежал. Отдай! У них массовая истерика, скоро дело до обмороков дойдет.

Расставаться с отваром, не утолив жажду, мне не хотелось. Я с жалостью посмотрела на кружку и решила, пока есть возможность, сделать последний крупный глоток. Грубо вырвать у меня посудину никто не решился — очевидно, боялись окаменяющего взгляда, — и я этим воспользовалась.

Ох, зря. От жадности я глотнула слишком много, не смогла проглотить и закашлялась. Краем глаза увидела, как Отец, первым почувствовавший яд, упал в обморок под ноги коллегам. И хоть кто бы додумался по спине постучать!

— Льера! — рассерженно рявкнул братец. — Опусти кружку!

Хоть бы посочувствовал, гад. Кашляю же, захлебываюсь!

— Они думают, что у тебя конвульсии, что яд начал действовать, — заявил Кейн.

Я поставила кружку на стол и удивленно уставилась на братца поверх чьих-то голов. Ой, какие все мнительные… меня не так-то просто убить! Над этим билось не одно поколение жителей Деревни в Межгорье. Брали бы пример с абсолютно спокойного дроу. Он тоже знает, что так легко от меня не отделаться!

Кружку тут же забрали и переставили на другой конец стола. Все встревожено смотрели на меня и, казалось, даже не мигали. Неудивительно было захлебнуться при таком внимании! Нашли себе развлечение!

В зал вбежали Зеркальный и пожилой дракон с сумкой, из которой торчали пучки каких-то засушенных трав. Врачеватель и остроносый Отец едва не застряли в дверях, так как пытались протиснуться в нее одновременно, к счастью, обошлось. Оба, задыхаясь и обливаясь потом, быстро пересекли зал. Бедный врачеватель в последний момент, приближаясь к столу, взмахнул в воздухе руками и едва не свалился. Хорошо, что Дейкон успел его поймать. Присмотревшись, я заметила рассыпанные на полу твердые кругляши орешков Малого дракона. Сам диверсант вскочил с поразительной для его комплекции легкостью и попытался ногой незаметно закатить улики под стол. Но сомневаюсь, что ему это спустят с рук, о чем свидетельствовал выразительный взгляд Астадека.

Дейкон придержал врачевателя, стремящегося быстрее попасть к пациентке, ко мне то бишь, и скороговоркой начал что-то объяснять на драконьем языке. По мере того как он говорил, лица окружающих разглаживались и успокаивались. Сразу бы так! Нет, решительно, обедать в их обществе я не хочу. У меня несварение желудка будет! Оно убьет меня быстрее любого, самого вычурного яда.

Через распахнутые настежь двери в зал без приглашения вошли Мерк, Арвис и два сопровождающих нас вчера мага. Им тоже было любопытно, что у нас произошло, к чему вся эта суматоха. Да и врачеватель явно не каждый день посещает Ализиум. Вновь прибывшие выглядели встревоженными.

А вот Отцы начали успокаиваться, отовсюду слышались облегченные вздохи. Бескрылый охотно решил что-то объяснить магам и послу. Все общались между собой на непонятном драконьем языке, и хоть бы кто выразил мне сочувствие по поводу покушения! Даже Кейн не подошел утешить, предпочтя вместо этого начать на повышенных тонах о чем-то спорить с Астадеком. Нет, ему, конечно, известно, что со мной от нескольких глотков яда ничего не случится, но можно же хоть проявить заботу и поинтересоваться, как я себя чувствую?!

Самым внимательным опять оказался Арвис.

— Льера, ты в порядке? — спросил он, вникнув в суть происшествия.

— Да, — одними губами ответила я и кивнула для подтверждения.

— Фу-х, а суматоха, как будто здесь кто-то умирал, — облегченно вздохнул Арвис и осторожно опустился на один из камней возле стола.

Место он выбрал недалеко от Великого — там, где было поспокойнее, а то вся толпа собралась вокруг меня и голосила похлеще торговок на рынке. Причем Отцы больше внимания уделяли друг другу и Кейну, я опять оказалась как бы не у дел.

Посол вытер выступивший на лбу от волнения и жары пот и… схватился за все ту же кружечку. Теперь настала наша с Кейном очередь бледнеть. Караул! Там же яд! Братец одним скачком преодолел расстояние, отделяющее его от посла, и выдернул у него из рук многострадальную посудину. Уж Кейн при этом не церемонился!

— Я просто придержать ее хотел, чтобы не скинули, — начал оправдываться Арвис. — Нам важно сохранить содержимое кружки для магической экспертизы.

— У-у-у! — взвыла я. — Сумасшедший дом!

— Льера, это очень недипломатичное заявление. Вдруг кто-то понимает по-нашему, — укорил меня Кейн.

— Начхать, — отмахнулась я и, вскочив с камня, устремилась к выходу. Пусть заканчивают этот балаган без меня.

— Льера, вернись, — попробовал остановить меня братец. — Тебя за любым углом может ждать наемный убийца.

— Тем хуже для него, — пробормотала я, уходя подальше от шума. Вряд ли сегодня удастся выяснить что-то про яд, все слишком взвинчены.

На пороге меня нагнал Арвис и пристроился чуть позади, выполняя наказ Отцов. Они абсолютно четко выразили желание, чтобы посол не спускал с меня глаз. Впрочем, я не возражала против общества спокойного, рассудительного дракона. А новости Кейн перескажет.

Кейн, Мерк и Дейкон вернулись в посольство спустя пару часов. К тому времени я уже успела принять ванну, переодеться и напугать кухарку своим появлением на кухне. Если бы не присутствие рядом со мной Арвиса, бедная женщина наверняка свалилась бы в обморок. Впрочем, так как я была голодна, то не слишком обратила внимание на ее состояние. Пусть привыкает, у меня, в конце-то концов, ни рогов, ни вампирьих клыков нет! Даже слуги в Межгорье никогда до такой степени не тряслись. Да, они меня побаивались, но еще больше — злились и старались напакостить.

Так что пообедали мы с послом вдвоем, не дожидаясь остальных. И как раз когда выходили из столовой в холл, столкнулись с Кейном и Дейконом. Шаги Мерка слышались где-то на верхней площадке лестницы, он почему-то очень спешил в свою комнату.

— Кошмар. Как у меня разболелась голова из-за всех этих событий, — пожаловался Кейн. — Отцы сказали много, но по делу — ничего. Только стенали и грозились спустить шкуру с того, кто чуть не сорвал им дипломатические переговоры, попытавшись тебя убить, сестренка.

— А сам-то ты кого заподозрил? — поинтересовалась я.

— Даже не знаю, — схватился за голову братец и тяжело опустился на ближайший валун. — В первую очередь я подумал на потерявшего память шпиона, этого Оргела. Именно он принес кружку с ядом в зал Ализиума. Но все же парень невиновен и не представляет, как туда попали листья ирганевиара.

— Это тот желтый фрукт? — припомнила я.

— Да. И растет он только на наших землях! Дерево сбрасывает листья в последний месяц осени, и хранить их можно лишь три недели без потери или ослабления свойств. Кто-то нарвал их совсем недавно и переправил через границу в обход таможни.

— Кейн, а ты что, поверил Оргелу на слово? — поинтересовалась я. — Ему ничего не стоило соврать, особенно если приказ исходил от кого-то из Отцов. Сам видел, как он к ним относится.

— Нет, Льера, я прочел мысли Оргела. Астадек разрешил мне задать парню несколько вопросов, глядя прямо в глаза. Скажу честно, его решение не понравилось остальным, но спорить Отцы не стали, понимают, что ситуация серьезная. Хотя Парящий, например, ворчал и почти в открытую обвинял нас в мистификации. Он убеждал Великого, что мы сами все подстроили.

— Я могу подтвердить Отцам, что вам сейчас абсолютно не нужен скандал! — вмешался Арвис. — Да и не могли положить в кружку столько пряностей просто так. Готовивший отвар наверняка знал, что туда придется добавить яд со специфическим ароматом. Зато от него нет противоядия.

— Золия, а ты точно хорошо себя чувствуешь? — с непонятной для меня тревогой осведомился Дейкон. — Тошноты или рези в животе нет? Были какие-нибудь неприятные ощущения?

— Ага, — кивнула я, — были.

Кейн, Арвис и Дейкон дружно побледнели. Все следили за мной встревоженными взглядами, как будто ожидали, что с минуты на минуту я упаду замертво. Не дождутся!

— У меня в животе аж урчало от голода, — пожаловалась я, пытаясь скрыть усмешку.

— Ах ты ж… — выразил всеобщие чувства дроу.

— Сестренка, ну нельзя же так пугать! — схватился за грудь Кейн. Правда, почему-то за правую ее часть.

— А нечего заседание Совета назначать перед самым обедом, — широко улыбаясь, сказала я. — Не волнуйтесь, мой организм уже давно игнорирует все, даже самые изощренные яды. Кейн, удалось узнать, кто варил питье? Ведь это не Оргел?

— Нет, не он. Парень сбегал на кухню в ближайший особняк и попросил там. Но он даже не знал, для кого предназначалось питье.

— А слуг уже допросили? — задал вопрос Арвис.

— Да, они клянутся, что пряности для вкуса действительно положили, но к яду не имеют никакого отношения, — доложил дроу. — Конечно, своими ушами мы этого не слышали, так как с ними разговаривали маги Отцов.

— Астадек склоняется к мысли, что измельченные листья ирганевиара попали в кружку уже в Ализиуме, — сообщил Кейн. — Правда, признает это с большой неохотой, ему не хочется верить в вероломность коллег. Великий пообещал подумать, провести расследование.

— Он уже кого-то подозревает? — ухватилась я за возможность найти виновного без усилий со своей стороны.

Кейн пожал плечами, без слов сообщая, что тайной информацией Великий с ним делиться не стал. При должности Астадека очень недальновидно и неэтично бросаться пустыми обвинениями. Он не может себе позволить трепать имя невиновного.

— А у кого, по-вашему, была возможность что-то бросить в кружку? — поинтересовался Арвис.

— Льера, вспоминай, — попросил братец. — Я не особо следил за происходящим возле тебя.

Я прошлась по холлу взад-вперед, собираясь с мыслями, восстанавливая картину событий. Остальные терпеливо ждали ответа, хотя на лицах читалась огромная заинтересованность. А я вдруг с тревогой осознала, что в следующий раз могут попытаться отравить не меня, а их! Самых близких для меня существ. Ну тогда я точно камня на камне от этого города не оставлю!

Спокойно, Золия, спокойно. Не нервничай, а то, вон, уже воздух начал чуть-чуть светиться, что у остальных вызвало недоумение. Давненько они не видели проявления моих эмоций и, наверное, сейчас гадают, в чем причина.

— Золия, — тихо позвал Дейкон, — у тебя даже зрачки вертикальными стали и выражение лица зверское. Ты что-то вспомнила?

— Не обращай внимания, — смутилась я и про себя сосчитала до десяти. Сияние унялось, а насчет зрачков не знаю. Не хотелось спрашивать, рискуя снова разнервничаться.

— Так как, Льера? — поторопил меня Кейн с ответом.

— К кружке имели доступ слуги, готовившие отвар, Оргел, два мага, дежурившие возле Отцов, Огненный, Парящий и, пожалуй, Бескрылый, — перечислила я.

— И здесь Парящий! — воскликнул Арвис. — Надо бы его допросить.

— Как? — поморщился Кейн. — У всех Отцов стоят мысленные блоки, а вызывать его на разговор по душам бесполезно.

— Золия, а ты никого не забыла? — уточнил дроу на всякий случай.

— Вроде нет, — засомневалась я. — Хотя вполне возможно, что яда там не было и Ржавый зря поднял панику. Или же Совет с какой-то целью попросил его устроить спектакль, а яд добавили позже.

— В настоящий обморок нельзя упасть даже при самой искусной игре, — покачал головой Дейкон. — А Ржавого осмотрел врачеватель драконов. Он действительно переволновался, думая, что ты выпила яд и сейчас умрешь.

— А вообще, каким образом кружку подержало в руках столько народу? — запоздало удивился Арвис. — Отцы вырывали ее друг у друга из рук? Передавали по кругу? Может, кто сам вызвался подать ее Льере?

— Все произошло случайно, — вместо меня пояснил Дейкон. — Оргел не знал, для кого предназначен отвар, и замялся возле стола. Под взглядом Астадека он смутился и подал кружку близсидящему дракону — Парящему, этот высокомерный субъект сделал вид, что не в состоянии передать ее адресату, а просто поставил на стол, дескать, его это не касается. Тогда Астадек произнес небольшое напутствие. Он сказал, что услужить даме — это не зазорно… как-то так. Я уже сам хотел передать кружку Золии, так как Парящий, похоже, уперся и не собирался реагировать, но меня опередил Огненный, которому надоела эта заминка. Когда Бескрылый успел сцапать отвар, для меня самого загадка…

— Он просто постучал по кружке, сопровождая свой жест какой-то фразой, — пояснила я и примерно воспроизвела ее.

— Ясно, подозреваемых много, — подвел итог Кейн. — Быть может, кого-то мы просто упустили из виду… Хотя, естественно, подозрительнее всех выглядит Парящий. Дейкон, тебе сегодня его голос не показался знакомым?

— Нет вроде. Хотя вы же сами знаете, что телепорт мог исказить голос.

Эх, а я так рассчитывала на положительный ответ. Мне этот Парящий со своим высокомерием с первого взгляда не понравился. Надо бы его как-то подловить на открытых враждебных действиях по отношению к нам. И еще неплохо было бы установить за ним слежку. Только кому можно поручить подобную задачу? Я обвела взглядом стоящих передо мной черноволосых мужчин, понимая, что любой из них будет бросаться в глаза на улицах города. Арвис, естественно, сделать подобное одолжение откажется, ведь ему приказали не отходить от меня. Разве что Мерка послать… Надо бы обдумать этот вопрос на досуге, проверить, приставят ли к нему шпионов, если пацан решит прогуляться один.

Пока я размышляла, на лестнице послышался топот ног спускающегося Мерка. Но возле нас пацан задерживаться не стал, справедливо рассудив, что ничего нового не узнает, только потратит время, которое можно провести с большей пользой. Он пронесся мимо и направился в столовую. Глянув ему вслед, Кейн с Дейконом решили не отставать, ведь ничто не мешает им обсуждать дела в другой комнате за столом. За ними пристроился Арвис, рассчитывая услышать еще что-нибудь интересное о беседе с Астадеком или о покушении. Ну а мне просто некуда было деваться: раз остальные собрались обедать, для успокоения своих нервов придется составить им компанию… Причем не только в беседе, но и в еде!

Я тяжело вздохнула и мысленно порадовалась, что у новых платьев, купленных в драконьей лавке, отсутствует пояс. Ох, как непредусмотрительно с моей стороны было так наедаться.

Мы устроились на валунах вокруг длинного стола, сев компактной группой примерно посередине. Звать слуг не пришлось, они сами начали выносить блюда и сервировать стол для троих голодных парней, деловито обходя стороной нас с Арвисом. Причем женщины старались проскользнуть у меня за спиной. Если бы не знала, чем это вызвано, точно заподозрила бы их в неблаговидных намерениях! Откуда-то из-за моей спины парням поставили три тарелки и столько же вилок, ложек, ножей и стаканов.

Меню было простое: легкая овощная похлебка, каша, бутерброды и графин с соком злополучного ирганевиара. Все то же самое, что подавалось и нам с послом. Только вот за его жизнь я тогда не переживала… Вряд ли соплеменники планировали отравить Арвиса, для них в этом смысла нет. Подкладывать яд мне после одной неудачной попытки тоже нецелесообразно, знают уже, что не подействует.

Кейн протянул руку к своей ложке, но я успела первая! Выхватив у него из-под носа столовый прибор, я зачерпнула похлебку, отправила ее в рот и постаралась сосредоточиться на вкусовых ощущениях. Вроде ничего подозрительного не почувствовала, даже запах был обычный. Братец кинул на меня удивленный взгляд, но смолчал и потянулся к вилке… однако не тут-то было! Я опять оказалась первой, только тянуться пришлось левой рукой. Ложкой я зачерпнула кашу из общей глубокой миски, а на вилку насадила бутерброд, лежавший сверху. Снова пришлось быстро снимать пробу, хотя живот протестовал.

— Льера! — не выдержал братец. — Что за манеры? Ты что, голодная?! Вы же с Арвисом поели, не дожидаясь нас, сам видел, как ты выходила из столовой!

Кейн крепко ухватился за столовый нож, как будто опасался, что сейчас лишится и его. Ну-ну. Все равно еду им не зачерпнешь.

Речь брата я проигнорировала, так как старательно жевала и пыталась определить, не изменился ли вкус странной, непривычной для меня каши из неизвестной крупы и не посыпали ли чем бутерброд. По всем признакам выходило, что нет. Но оставался еще сок! Мне даже его название не понравилось, а вдруг среди плодов при изготовлении затесался один листик?! Проглотив опытные образцы еды, я милостиво махнула рукой парням:

— Да вы кушайте, кушайте.

Кейн, оставшийся без столовых приборов, потянулся, чтобы налить себе хотя бы сока, но при этом не спускал с меня настороженного взгляда. В мыслях у него царил полный сумбур.

— А графин не трожь! — скомандовала я, заметив его движение.

— Льера, ты точно нормально себя чувствуешь? — обеспокоился братец. — Ты какая-то… нервная.

Он значительно смягчил последнюю мысль, так как в его голове навязчиво крутилась идея о сумасшествии.

— Будешь тут с вами нервной, — проворчала я, немного обидевшись на его инсинуации. — Неужели кто-то из вас тоже может похвастаться невосприимчивостью к ядам?

— Э-э-э… нет, — с виноватым видом растерянно протянул Кейн, до которого начала доходить причина моего обжорства. Он даже отложил в сторону столовый нож. — А ты можешь почувствовать яд?

— Не уверена, — честно призналась я. — Но мне так спокойнее.

— Эх, — вздохнул Дейкон, наблюдавший за нашей с братом потасовкой со стороны, не вмешиваясь, — весь аппетит испортила. Я уже даже не уверен, что действительно хочу есть…

— Да, — согласно кивнул Мерк, — что-то и мне расхотелось… Вдруг госпожа Золия плохо распробовала похлебку или бутерброды отравлены через один?

— Или каша плохо размешана, — подхватил мысль Дейкон.

— Везет же некоторым, — буркнул голодный Кейн, зыркнув при этом в мою сторону.

Я только молча развела руками. Что тут скажешь… Не извиняться же за то, что тысячу лет назад меня пытались травить все, кому не лень, а потому пришлось принять меры. Постепенное привыкание к ядам плюс немного магии — и результат достигнут.

— Решено, — сказал Кейн, отодвигая от себя тарелку, — сегодня я буду есть на вечернем приеме в доме Великого, а здесь не рискну. Надо бы завтра как-то наладить собственную доставку продуктов. Арвис, займешься?

— Скоро буду требовать доплату за услуги, — съязвил посол. — Я у вас уже и телепортистом, и проводником, и закупщиком работаю! Хотя официально мое дело — сторона.

— Так ты берешься? — настоял на ответе Дейкон.

— Куда же я денусь, — проворчал Арвис. — Ведь и сам вынужден здесь питаться.

Решив вопрос с едой, мы разбрелись по своим комнатам, чтобы начать готовиться к приему. Мне надо было как-то закрепить под одеждой кинжал, чтобы с его помощью добывать кровь, да и склянку, купленную Арвисом, не мешало бы пристроить. Вот когда я особенно пожалела, что здесь стоит такая жара — ни нормальных рукавов, ни высоких сапог, ни широкого пояса, где можно спрятать необходимые атрибуты. Пришлось снова гонять Арвиса в лавку за прозрачной липкой лентой, чтобы с ее помощью примотать кинжал повыше коленки под длинным платьем.

Мои метания по комнате с небольшим пузырьком в руках сопровождались нудной речью Кейна, пытающегося втолкнуть в мою голову еще хоть пару фраз на драконьем языке. Нет, ну что за братец мне достался?! Сам лишний раз не умоется, не посмотрится в зеркало — лишь бы сестру помучить! Легкомысленный в любых житейских вопросах, Кейн становится невероятно серьезным и сосредоточенным, когда дело доходит до проблем государства. Он уже раз тридцать успел напомнить мне, чтобы прощалась со всеми улыбкой, кивком, взмахом руки, но ни в коем случае не на родном языке драконов. Как будто я с первого раза не запомнила!

Я примотала пузырек для крови над второй коленкой и попрыгала по комнате, проверяя, не отвалятся ли прикрепленные предметы.

— Не волнуйся, лента держит надежно, сам недавно проверял, — с мрачным видом успокоил меня Кейн, явно вспомнив инцидент с Арвисом.

— Тс-с, — зашипела я, обводя стены взмахом руки, напоминая о возможном подслушивании. Надеюсь, хоть без подглядывания дело обошлось…

Кейн зажал себе рот ладонью, но долго так не просидел. Он дал мне побыть в благословенной тишине не больше пары минут, а затем решил возобновить наставления:

— Льера, на приеме у Великого, пожалуйста, не забывай о манерах. Дамам на подобных мероприятиях нельзя много есть, зато просто необходимо держаться на виду и не слишком часто отказываться от приглашений на танец. Ни в коем случае не отвергай приглашения Астадека!

— Кейн, я и танцевать-то нормально не умею, — сказала я. — Для Великого же будет лучше, если он пригласит другую даму.

Но братец совсем не встревожился по этому поводу, как будто не понял суть проблемы.

— Твоя задача проста: копировать движения окружающих и делать па в ту сторону, куда тебя будут вести, — отмахнулся он. — Ничего сложного. Постарайся держать себя вежливо и никому не угрожать даже жестами! Лучше молчи и улыбайся, а то вдруг кто-то понимает нашу речь. Мы с Арвисом и Дейконом по возможности постараемся отвлечь внимание местного общества на себя. Это позволит тебе немного расслабиться в тот момент, когда будет очень необходимо.

В последней фразе братца прозвучал явный намек на добычу драконьей крови. Мог бы и не напоминать, ведь я сюда прибыла именно за этим, а вовсе не из политических соображений.

— На приеме не старайся прочесть чьи-то мысли, — продолжил давать наставления Кейн. — Во-первых, это будет вопиющей грубостью и неуважением к хозяину дома, а во-вторых, все равно наткнешься на блок. Скорее всего, там не будет никого из простых драконов, не имеющих защиты. Разве что несколько дам найдется, но они не в курсе политики и, поверь мне, вряд ли знают что-то полезное. Нет, если, конечно, ты захочешь больше узнать про местную моду, то пожалуйста. А сплетни они тебе и сами выложат, тут и чтение мыслей не понадобится. И прошу, не увязни в их обществе, постарайся не влезать в самую толпу!

— Кейн! — с мученическим видом перебила я нескончаемый поток советов. — Ты забыл, кому все это говоришь! Да ни одна дама ко мне и близко не подойдет, а местных аристократов придется тащить в мою сторону с помощью аркана! Разве что Отцы мужественно потерпят мое общество пару минут, чтобы сбежать при первой возможности. В общем, если вдруг не сможешь сам пробиться к столу с закусками — обращайся. Я гарантирую, что, если сосредоточу на нем свой взгляд, все присутствующие срочно найдут что-то чрезвычайно интересное в противоположном конце зала, у меня за спиной.

— Пожалуй, ты права, — со смущенной улыбкой признал Кейн. — Сюда уже докатились слухи о том, как тебя называли в другом мире. Да и Арвис зря доложил о статуях в тронном зале. Я даже начал подумывать, что попытка отравить тебя может быть никак не связана с Тавросом и руководящим им магом….

— Льера, Кейн! — нетерпеливо окликнул нас Арвис, стоя где-то в коридоре под дверью. — Вы идете или желаете по привычке опоздать?

Никогда не думала, что на драконьем приеме может быть так весело! Хотя, по-моему, другие гости мое мнение не разделяли… Ну так это их проблемы, если они такие нервные! Я же ничего особенного не делаю: просто стою, прохаживаюсь иногда из одного конца зала в другой и наблюдаю за остальными приглашенными. Вполне допускаю, что немного пристально и невоспитанно пялюсь на многих, так и драконы с меня глаз не сводят! Если бы я не знала причину, то предположила бы, что у них главная народная черта — косоглазие!

Лениво опершись спиной о колонну и изредка прикладываясь губами к широкому бокалу с чем-то ярко-желтым, чуть сладковатым и терпким на вкус, я стояла посреди зала в полном одиночестве и развлекалась как могла. Дейкон, Кейн, Арвис и Мерк бросили меня, чтобы в полной мере насладиться закусками, и, боюсь, на ближайшее время они потеряны для общества, так как ни о чем другом думать не способны, да и разговаривать с набитым ртом неприлично.

Я в очередной раз выбрала среди кружащихся под красивую медленную мелодию одну пару драконов и начала их рассматривать. А уже через несколько секунд получила результат. Молодой дракон аристократичного вида и элегантная девушка в узком длинном платье сбились с такта, ускорились и в ритме быстрой польки упрыгали куда-то в другой конец зала, ускользнув из поля моего зрения.

Спрятав лицо за бокалом, я усмехнулась и выбрала следующие жертвы. Пожилой мужчина и моложавая дама, обвешанная украшениями, резко побледнели и с успехом повторили маневр своих юных соплеменников. Взглядом я нашла в толпе танцующих Отца Бескрылых с девушкой и, не скрываясь, начала наблюдать. Надо признать, член Совета повел себя достойно — удрать не попытался. Но явно перестал получать наслаждение от танца. Девушка наступала ему на ноги, лихорадочно разворачивалась, пытаясь отгородиться от меня, тянула и рвалась куда-то в сторону. Я хмыкнула и медленно перевела взгляд на другую пару. Безукоризненные движения драконов тут же стали дергаными и неуклюжими. Выделывая немыслимые па, юноша с девушкой лихорадочно поскакали в сторону широкими приставными шагами. Мне особо понравились их лица при этом — невозмутимые и гордые, как будто ничего особенного не происходит, как будто они всегда так пляшут, не попадая в такт мелодии.

Как я и думала, пригласить меня никто не пытался. Все нарочито улыбались мне и бочком стремились убраться подальше, желательно за спины своих соплеменников. Впрочем, за моих спутников прятались с не меньшей охотой. В зале развернулась настоящая тайная война за лучшие места: за колоннами, в углах и небольших альковах — в общем, там, где раньше толкались самые непопулярные члены высшего общества. Теперь дурнушки и неказистые парни неожиданно для себя раз за разом оказывались в центре зала, но отнюдь не радовались этому обстоятельству.

Отцы хоть и явились в полном составе, но общаться не желали даже друг с другом. Со мной, как вы понимаете, и подавно. Сам хозяин дома просто бесследно растворился в пространстве бального зала, так как, сколько я его ни искала, обнаружить не смогла. А ведь нам с Кейном даже не представили других гостей! Великий просто встретил нас в огромном двухсветном холле, провел в зал, указал на стол… и исчез.

Я сделала последний глоток, допив напиток, и решила, что теперь мне не помешает закуска. Заодно посмотрю, как там обстоят дела у моих спутников, не закончили ли они трапезу. Я примерилась и шагнула в просвет между танцующими. Ха! Могла бы и не стараться. Передо мной тут же оказался пустой коридор, образованный из тел драконов, отчаянно прорывающихся на задний план. И при этом лица у женщин были откровенно испуганные, а у мужчин — нарочито почтительные, с приклеенными улыбками, как будто они освобождали дорогу из одного только уважения ко мне, к моему статусу.

Я подошла к длинному столу, заметив, как толпа тут же отхлынула в другой конец помещения, держа в руках недоеденные закуски.

— От так и постой, — прочавкал Арвис, забыв правила этикета. Все равно в округе не осталось никого, кто мог бы это заметить. — Из-под гук тащут бутеброды, гады.

— Ты жуй, а не давай моей сестре вредные указания, — пихнул его Кейн. — Льера, вообще-то пугать гостей — дурной тон. Прекращай!

— Так я же ничего не делаю! Они, похоже, сами хотят поразмяться, побегать, потолкаться…

— А ты на них поменьше пялься, — посоветовал Дейкон. — Скромно смотри в пол — и все.

— Да им без разницы, куда я смотрю! Все равно разбегаются в стороны, стоит мне только подойти! Ржавый так вообще за сердце схватился, когда я приблизилась, чтобы поздороваться! Псих. А когда я попыталась поймать за руку Зеркального, чтобы проверить на нем отрепетированную речь о хорошем вечере, то он непроизвольно дернулся, отпрыгнул от меня на полметра назад, налетев при этом на слугу с подносом, и куда-то умчался. Сумасшедший!

— Не расстраивайся, потренируешься на ком-нибудь другом, — утешил меня Кейн. — Главное, слова не забудь и не перепутай.

— Я вообще странно чувствую себя в этой толпе, почти голой, — пожаловалась я. — Почему-то у всех в такую жару длинные рукава, стоячие воротнички или шарфики, а у дам еще и перчатки! Арвис, у вас принято всегда так одеваться на вечерние приемы, невзирая на погоду?

— Нет, сам не пойму, что на всех нашло, — пробормотал посол, протягивая руку за следующим бутербродом с мясом грифона.

— Госпожа Золия, сделайте десять шагов вправо, а то там на столе очень вкусные фрукты стоят, но сам я сквозь толпу не могу до них добраться, — попросил Мерк. — Тем более что меня принимают за дракончика и начинают распекать, чтобы не путался у взрослых под ногами!

Я выполнила просьбу Мерка, наблюдая, как толпа синхронно двигается вместе со мной, не позволяя сократить расстояние. Счастливый пацан набрал сразу штук шесть ярко-оранжевых плодов с нежной блестящей кожицей и вернулся на место. Один экземпляр я нагло у него реквизировала на пробу — не зря же старалась.

— Сестренка, — обратился ко мне Кейн, — раз уж тебе все равно нечем заняться, то попробуй пока устроить где-нибудь в коридоре засаду для драконов. Лучше спрячься, потому что добровольно с тобой никто никуда не пойдет. Здесь все, кроме Отцов, принадлежат к Семье Великих. Так что дерзай, мы скоро придем.

Я фыркнула, окинула взглядом стол, ломящийся от всяческих яств, и прикинула, что Кейну с Дейконом еще минимум полчаса будет не до меня.

— Кейн, — потеребила я брата за плечо, — а как поинтересоваться на драконьем, где здесь туалетная комната?

— Ac'xarame gra tealehate? — выдал братец и впился зубами в бутерброд.

— Ты лучше сама поищи, здесь должно быть недалеко, — просветил меня Арвис. — Незачем всех оповещать, куда ты направилась.

— Так я туда не собираюсь. А найти необходимо, чтобы рядом устроить засаду. Это самое удобное место, и мое присутствие там в случае чего не вызовет вопросов и подозрений.

— Действительно, там будет легче подкараулить драконов поодиночке, — заметил Дейкон. — Надеюсь, Золию никто не потеряет и не обеспокоится ее отсутствием в бальном зале. Да и наблюдатели, если таковые здесь есть, не пойдут же за ней прямо до дверей!

— Да? Хотите поспорим, что все равно через минуту буквально все гости будут знать, куда она ушла? — не согласился Арвис.

— Не преувеличивай, — сказала я. — Хоть драконы и пристально наблюдают за моими перемещениями, но не станут же передавать по цепочке, что я пошла в туалетную комнату. Это будет чересчур даже для них.

— Попробуй, — пожал плечами посол.

Я осторожно подкралась со спины к какой-то дамочке, чересчур увлекшейся разговором с Парящим, и продемонстрировала свое знание языка:

— Ac'xarame gra tealehate?

Женщина забавно подпрыгнула на месте, резко развернулась и, бочком прячась за Парящего, проблеяла:

— Chere?

— Что, что… Туалет где, спрашиваю, дура! — не выдержала я, видя такую откровенную трусость. Дамочка ведет себя так, будто услышала от меня вопрос, а не желает ли она навечно стать живой статуей.

Но, похоже, язык василисков эта драконица знала еще хуже, чем свой собственный, так как ответа я от нее не получила. По ее лицу вообще было не похоже, что она поняла смысл слов!

Зато Парящий среагировал вполне адекватно — разразился целой тирадой, выписывая рукой в воздухе зигзаги. Я так поняла, что он вместо своей дамы мужественно пытается объяснить мне дорогу. Этот Отец не так сильно сторонился меня, как остальные.

Я с глубокомысленным видом, будто понимая, что он там бормочет, выслушала Парящего, коротко поблагодарила и, гордо задрав подбородок, удалилась к выходу из зала. Туда, по моим наблюдениям, периодически ныряли многие женщины. Буду искать сама, а то все равно не понимаю объяснений. Народ живо освобождал мне дорогу, шарахаясь как от прокаженной.

За дверью оказалась длинная галерея, стены которой были украшены вереницей портретов в богато инкрустированных рамках. Я так поняла, что это либо предки Астадека, либо нынешние члены его Семьи. Но разбираться, какое из предположений верно, у меня сейчас не было ни времени, ни намерения. Ведь для этого как минимум надо поймать кого-то из драконов! А они, как только я вошла, тут же начали разбегаться, ныряя в боковые коридоры, отходящие от галереи через примерно равные на глаз промежутки. Я едва успела сделать десяток шагов вдоль рядов картин, когда обнаружила, что осталась в гордом одиночестве. Меня так и тянуло проверить, далеко ли убежали драконы. Вполне возможно, они попрятались за углами в надежде переждать мой визит и вернуться в зал тем же кратчайшим путем. И ведь никто так и не объяснил им, что такое поведение просто неприлично!

Первая развилка находилась недалеко от входа, и отсюда открывался вид на два совсем коротких коридорчика гораздо уже галереи. Коридорчики тоже не имели ни одного окна и освещались только магическими светильниками. В ответвлении по правую руку от меня виднелась всего одна резная дверь прямо по ходу, а вот слева размещались две двери на противоположных стенах. В торце была организована полукруглая ниша с валунами для сидения. Углубление прикрывалось бархатными шторами, которые в настоящий момент оказались почти полностью раздвинуты. Насколько я успела узнать, это было место для ожидания своей очереди, если вдруг туалетная комната окажется занята. Легко смущающиеся особы даже могут полностью задвинуть шторы и ориентироваться по звуку открываемой двери. В основном альков рассчитан на дам, которым не хочется топтаться под дверью прямо напротив комнаты для мужчин. В замке в Вассарии все было устроено точно так же, хотя, по-моему, это глупость. Лучше бы они двери комнат устроили подальше друг от друга! Однако в настоящий момент ниша прекрасно подойдет для моей цели — спрятаться, выждать время, пока народ успокоится и решит, что я пошла прогуляться по особняку, и уж тогда напасть на выбранную жертву. За занавес все равно никто не сунется, дабы не оказаться лишним.

На дверях туалетных комнат не обнаружилось ни надписей, ни опознавательных табличек, просто одна из них оказалась чуть шире другой. Я на всякий случай заглянула в обе, чтобы убедиться, что они не заперты и пусты и мне не надо опасаться быть застигнутой на месте преступления какой-нибудь нервной дамочкой.

Комнатки были просто крошечные, рассчитанные на одну персону, и без освещения. Драконы тоже хорошо видят в темноте, так что тратиться на магическое освещение здесь не стали, просто проделали малюсенькое окошечко под самым потолком.

Убедившись, что намеченная жертва никуда от меня не денется, я полностью задвинула бархатные шторы и спряталась за ними в нише, но садиться на валун не стала. Во-первых, с него ничего не будет видно, а во-вторых, стоять и то удобнее!

Время ожидания тянулось невыносимо медленно. Поначалу в коридоре не замечалось вообще никакого движения, но потом в галерее стали мелькать драконы. Все настороженно зыркали по сторонам, изучая пространство на предмет опасности. Даже не сомневаюсь, что основной опасностью для них являюсь я и именно меня они и высматривают. К сожалению, все драконы сновали мимо и плевать им было на тот факт, что я их жду и уже совсем потеряла терпение!

Братец с Дейконом тоже не торопились присоединиться ко мне в засаде. Если они и пытались меня найти, то явно не в стенах галереи, так как я их не заметила. Хотя, наверное, это и к лучшему. Должен же кто-то отвлекать внимание хозяев в зале. Да и гораздо легче самой подскочить сзади к выбранному дракону, когда он будет входить в дверь туалетной комнаты и окажется спиной ко мне, чем толкаться с кем-то еще, мешая друг другу. Вроде сложностей возникнуть не должно. Не толпой же гости пойдут в туалет!

Устав стоять на одном месте и напряженно следить за коридором через узкую щель между занавесками, я принялась тихо ходить вдоль них — два шага в одну сторону и столько же в другую. Авось не пропущу, если буду ориентироваться на слух.

Я успела раз десять совершить моцион от одной стены к другой, когда мои уши уловили топот снаружи. Да-да, отнюдь не простой звук шагов. Я глянула в щель и обнаружила, что в мою сторону движется целая группа из семи драконов. Эх, все планы насмарку! Придется их пропустить и ждать следующих визитеров.

Пока драконы по очереди проскальзывали в дверь туалетной комнаты, я сверлила их недовольным взглядом. Нашли моду ходить толпой! Их легко можно превратить в статуи и еще во что угодно, но незаметно подобраться явно не получится.

За то время, что мужчины стояли под дверью, они не перекинулись ни одним словом, словно заранее договорились соблюдать тишину. Хотя, удаляясь, топали по мраморному полу все так же громко, как и при подходе сюда.

Ждать следующих пришлось недолго. Они свернули с галереи в коридор буквально спустя минуту, но их было трое! Мужчины то и дело оглядывались назад и явно боялись оказаться загнанными в этот тупик одной хорошо знакомой мне персоной… Они и не подозревали, что я их уже жду здесь!

Самый щуплый дракон настороженно посмотрел на альков, но, к счастью, отдергивать занавесь не стал. И действительно: тут вполне могла уединиться не одна особа, а, скажем, парочка, причем разных полов. Хорош бы он был, вломись в неподходящий момент! Вместо этого мужчина пролепетал что-то на своем языке и махнул рукой в сторону моей ниши. На мгновение кончики его пальцев засияли, как светлячки, и я поняла, что передо мной маг. Только вот чего он хотел добиться своим заклинанием и не опасно ли оставаться здесь? У меня как выработан иммунитет к некоторым проявлениям враждебной магии василисков, а вот магия этих ящеров вполне может сработать.

— Теперь те, кто уединился в алькове, не узнают нас по голосу и не поймут ни слова из сказанного, — громким шепотом пояснил маг. — Не хочу, чтобы весть о том, что Ювен Великий трусит и ходит в туалет с друзьями, смаковалась потом между членами других Семей! Мало ли кто родственникам проболтается… Так что без опаски можно говорить хоть час, впрочем, нам столько и не понадобится.

От изумления я застыла на вдохе, забыв про то, что надо дышать. Не знаю, как должно было сработать заклинание, однако явно не так, как хотел маг. Я поняла каждое слово, сказанное этим щуплым драконом! Вот так заклинание у него… Хорошее подспорье для меня в этой враждебной стране. Если бы оно еще было долгосрочным… Хотя и от такого я не откажусь. Только, боюсь, вытрясти из этого Ювена заклинание, дабы получить возможность самой применять его при необходимости, не удастся. Опасно это, да и цель у меня сейчас совершенно другая.

— Омейн, Сидик, подождите меня здесь, поболтайте, я скоро, — сказал Ювен и попытался закрыть за собой дверь.

Названные лица тревожно переглянулись, с опаской покосились в сторону галереи и дружно вцепились в ручку двери.

— Стой! — хором попросили они. — Мы с тобой!

— Вы что? — пришел в недоумение мужчина, пытавшийся уединиться. — Здесь и так места едва хватает, не сходите с ума!

— Можно подумать, ты здраво мыслил, когда попросил проводить тебя, чтобы в одиночестве не попасться на глаза некромантке, — возмутился тот, кого Ювен назвал Омейном.

— Двигайся, — попросил Сидик. — Как-нибудь поместимся в комнате. Не хочу быть застигнутым в тупике и без нормального оружия.

— А если нас кто-нибудь увидит выходящими отсюда вместе? — с опаской поинтересовался маг. — Мы же потом стыда не оберемся!

— Не волнуйся, никто и слова не скажет, — успокоил его Сидик. — Зря ты перестраховывался, все такие же. А то ты не видел, как Ржавый, отправляясь наверх в комнату, чтобы приладить выпавшие из-под камзола кинжалы, взял с собой четверых! Не умеет обращаться с оружием, так хоть не позорился бы!

— Да, — согласился Омейн. — Кинжалы выпали прямо под ноги василиску Кейну, и тот как истинный дипломат был вынужден сделать вид, что ничего не заметил. Хотя сам же ногой подпихнул один из клинков поближе к Отцу!

— Garrteheriar! — выругался Ювен. — Я тоже весь вечер еле хожу из-за этих дротиков с ядом. Боюсь, скоро сам нарвусь. Да и ножи надоели, так и норовят выпасть во время танцев!

— А ты бы поменьше брал, все равно против некромантки ничего не поможет. Хоть с оружием, хоть без, а долго сопротивляться не сможешь, — сказал Омейн. — Сама кровь предаст и сделает неподвижным, если она захочет.

— Знаю, но не хочу заранее сдаваться. Ты так говоришь, как будто сам уже два раза не ловил выпавшую из рукава удавку!

— Тс-с, — зашипел Омейн. — Это явно не оружие аристократов, болтай потише.

— Я же заклинание наложил!

— Все равно.

— Мы заходим? — напомнил о цели визита Сидик. — Или вы хотите дождаться некромантку тут?!

Драконы кое-как утрамбовались в комнату и закрыли за собой дверь, оставив меня досадовать на неудачу. Ведь к двоим был шанс незаметно подкрасться и оглушить их, пока они разговаривали. Тем более что появления какой-то некромантки ждут со стороны галереи, и никто не догадывается о засевшей в нише опасности в моем лице.

И вот интересно, как выглядит та персона, которую они опасаются больше, чем меня? Как бы самой на нее не нарваться. Особа, владеющая запрещенной магией, может быть весьма опасна, если ее вовремя не заметить. Я почти ничего не знаю о ритуалах черного колдовства, но при первой же возможности сделаю одолжение и драконам, и себе, превратив гадину в статую. Навечно, разумеется. А то даже немного обидно: весь вечер драконы демонстративно шарахались от меня в бальном зале, а как удалились от него, так и не вспоминают, страшась какой-то некромантки! Решено: если найду ее, сдам драконам. Может, тогда они станут спокойнее относиться ко мне. За ними, конечно, очень забавно наблюдать, но уже никаких сил нет! Как прикажете ловить жертву для сбора крови, если она ни на минутку не расслабляется и нервничает от самого невинного жеста?!

Мужчины, гогоча и обмениваясь колкостями, вышли из крошечной комнаты и дружно, выстроившись в ряд по всей ширине коридора, отправились обратно в зал. На повороте они чуть не столкнулись с другой компанией драконов.

Печально пересчитав новеньких, я поняла, что опять останусь без добычи. К демонам эту некромантку! Даже если четверо останутся под дверью, а внутрь войдет только один, у меня нет шансов подкрасться. Кошмар, мужчины ходят в туалет толпой, а дамы вообще в эту часть здания носа не кажут! Эх, придется возвращаться в бальный зал и обдумывать другой план, благо время еще есть. Возможно, придется попросить Мерка проследить за кем-то до дома и позже, отделавшись от слежки, нанести визит.

За то время, что я отсутствовала, Кейн, Дейкон и Арвис успели насытиться и теперь скопом осаждали Парящего, который, судя по виду, отнюдь не горел желанием с ними общаться. Только правила этикета удерживали Отца на месте. Он стрелял глазами по сторонам, надеясь найти предлог и удрать. Мерк продолжал кружиться возле стола, чем невольно меня удивил. И куда в него столько влазит?

Мне не грозило завязнуть в толпе, а потому я легко добралась до брата. Парящий, увидев меня, веселее не стал. Он скривился, будто хватанул чего-то кислого. Но я решила не заострять на этом внимания и дернула Кейна за руку, заставив наклониться ко мне.

— Говорят, на приеме присутствует опасная некромантка! — доложила я. — Очень хочется узнать, как она выглядит. Подскажи, какими словами можно попросить ее описать.

Узнав новость, братец непроизвольно бросил взгляд по сторонам. Но вскоре на его лице отразилось сомнение в правдивости моих слов. Он задумался на несколько секунд, а потом вроде успокоился.

— Ты же не поймешь ответ, — напомнил он.

— А я проверю, — усмехнулась я, решив пока не говорить, что в течение еще как минимум сорока минут буду в курсе темы любого разговора.

Братец снисходительно прошептал мне на ухо требуемую фразу и снова вернулся к разговору с Парящим. Его очень интересовало, что думает этот Отец по поводу периода правления Фарга. По-моему, он старался подловить дракона на излишней осведомленности и как-то подтвердить наши подозрения.

Постояв, я поняла, что не пробьюсь сквозь поток слов Кейна и Дейкона, чтобы задать Парящему вопрос. Пришлось искать другую кандидатуру для опроса.

— Извините, — обратилась я на драконьем языке к седовласому мужчине, не успевшему вовремя нырнуть в толпу. Подойти к дамам было вообще нереально.

— Не знаю, ничего не знаю, — пробормотал тот, весьма невоспитанно проскочив мимо меня и скрывшись за Парящим.

Так я же еще ничего не спросила! Безобразие! Нет, я и раньше знала, что меня боятся, но не думала, что до такой степени!

Спокойно, Золия, спокойно. Просто, похоже, все драконы — нервные психи! Эк как их перекашивает при одном моем появлении. Даже Отцы сейчас утратили спокойствие и невозмутимость. Может, на них так действует вечер и отсутствие солнца за окном? Так я не вампир, они в этом мире и не водятся. Эх, понять бы, что здесь творится.

Я предприняла еще две безуспешные попытки найти собеседника и вынуждена была сделать вывод, что, кроме Отцов, меня никто даже не дослушает до конца. Пришлось пробираться к Туманному, подпирающему собой колонну. Я задала вопрос, надеясь, что не забыла произношение слов. Эффект был поразительный! Цветом лица Туманный сравнялся с белоснежной колонной.

— Не знаю, — выдал он уже набивший мне оскомину ответ и отошел.

Да… Теперь я лучше понимаю кошку, пытающуюся поймать верткую мышь. И пусть у меня таких «мышей» много, но результат все равно не впечатляет.

Так, спокойно, Золия, держи себя в руках. Скоро драконы должны привыкнуть к моему виду и перестать так остро реагировать. Знать бы еще, что в их понимании «скоро»… А то рискую умереть от старости, так и не выяснив конкретный срок.

Я пошла вслед за Туманным, так что хорошо расслышала его слова, обращенные к Малому:

— Некромантка знает, что ее раскрыли. Только я не понял, неужели она пыталась со мной кокетничать?!

— Кошмар! Надо предупредить Великого. Где он, кстати, спрятался?

— А я откуда знаю? Он мне не докладывал!

— Да… — озадаченно протянул Малый. — Придется искать. А то вдруг некромантка занервничает, подумав, что ее собираются арестовать за практикование запрещенного колдовства. За это казнят в обеих странах.

Отцы скрылись из виду, а я все так же стояла с отвисшей челюстью. Они считает некроманткой меня?! Да с чего они взяли? Нет, статую себя любимой я им точно дарить не буду… Перебьются! Интересно, и кому я обязана столь опасным званием? Наверное, опять происки неизвестного врага. И кто же он? Теперь не только Кейн заинтересован в его поимке, но и я! Причем весьма сильно. И пусть только потом попробуют помешать мне сделать из него статую!

Следующие полчаса я опять развлекалась, гоняя народ по залу, но на этот раз не в самом хорошем настроении. Драконы всеми силами пытались удрать от моего пристального взгляда и при этом не выйти за рамки приличий, сохранить видимость нормальности ситуации. Это было бы не так заметно, если бы меня сторонились несколько особ, но когда весь зал… Даже не знаю, плакать от этого или смеяться. На этот раз я ведь не приложила ни капли усилий для создания устрашающей репутации, наоборот, была бы рада избавиться от нее, но кто-то постарался вместо меня. С Кейном и Дейконом все общались вполне нормально.

Я ходила по залу, пытаясь найти хоть одного спокойного, здравомыслящего дракона, помимо Арвиса, поэтому появление Астадека заметила не сразу. Великий с трудом протискивался сквозь ряды своей Семьи, направляясь к Кейну. Я тоже решила подобраться туда и послушать, о чем пойдет речь.

— О! Вы уже уходите? — поинтересовался у братца глава Совета.

— A'yet! — возразила я коротко, так как не могла самостоятельно составить более длинную фразу.

Но Астадек сделал вид, что отвлекся на галдящих подданных и не расслышал.

— Да, да, понимаю, время уже позднее, пора спать, готовиться к завтрашнему заседанию Совета, — пробубнил он как ни в чем не бывало.

— Так еще рано, — заикнулся было Кейн, не понимая, что стряслось.

— Что вы сказали? — очень достоверно изобразил глухого Великий. — Точно, вставать рано придется, ведь заседание в девять.

— По-моему, нас нагло выпроваживают, — на языке василисков заметил дроу.

Кейн нахмурился, но спорить с Астадеком не стал. В его планы явно не входил скандал с главой Совета.

У меня был отличный аргумент против вопиющей бестактности драконов — окаменяющий взгляд, но, к сожалению, пришлось сдержаться. Из статуй, будь их хоть сотня, хоть две, не выжать ни одной капли крови. Да я и сама теперь не хочу ссориться с Отцами в открытую. Ух, доберусь я еще до вражины, которая так меня подставила! Сделаю из него статую и ткну ее под нос каждому дракону, чтобы знали, кого надо было сторониться!

Кейн от имени нашей делегации прохладно простился с Астадеком и гостями. «Не съела бы нас эта некромантка! Нашли самых беззащитных, — с возмущением думал он. — Да она к Льере и приблизиться не успела бы! Я понимаю, что долг хозяина — заботиться о гостях, но не так же! Мог просто негласно приставить к нам охрану из надежных лиц».

Да… Это братец еще всей правды не знает!

Астадек лично проводил нас до дверей, будто опасался, что кто-то спрячется и останется в доме. Несолоно хлебавши нам пришлось возвращаться в посольство.

— Золия, ты достала? — поинтересовался Дейкон, едва мы отошли от особняка.

В уточнении, что он имел в виду, я не нуждалась. И так ясно, о чем переживает дроу.

— Нет, не вышло. Эти трусы даже в туалетную комнату набивались по трое!

— Как? — удивился Кейн. — Там же и одному, должно быть, тесно.

— Ты меня спрашиваешь?! — огрызнулась я в ответ и пересказала свои злоключения.

— Garrteheriar! — выругался братец. — Так дело не пойдет. Весь прием насмарку — ни успехов в дипломатии, ни удачи в решении проблем со статуями. Надо хоть Мерка попросить выследить дом кого-то из Великих.

— А где он? — поинтересовался дроу.

И только тут, осмотревшись, мы поняли, что забыли Мерка в зале возле стола, где он увлеченно дегустировал закуски.

Возвращаться в дом, откуда нас только что выставили, было неудобно, а потому мы продолжили брести в сторону посольства. В конце-то концов Мерк не маленький, сам дорогу найдет. Тут и идти-то всего ничего.

Здание посольства встретило нас тишиной, темными окнами и… странным запахом в моей комнате. Аромат был вполне приятный, однако настораживало то, что я не знаю его источник. Очень похоже на мужской одеколон, только откуда бы он здесь взялся? Ни Кейн, ни Дейкон ничем подобным не пользуются, а Арвис последний раз заходил сюда еще утром!

Я внимательно осмотрела комнату, каждый ее угол, даже во все шкафы не поленилась залезть. Вроде никаких сюрпризов не было, ничего не исчезло и не появилось. Только у меня все же возникло стойкое чувство, что, пока я была на приеме, в комнате кто-то побывал…

Аромат быстро выветрился, или я просто начала к нему привыкать. Однако тревога не проходила. Мне очень хотелось узнать, кто и зачем сюда залез. Неужели шпионы Отцов что-то искали или… наоборот, подкладывали?

Как бы мне не было лень, а пришлось полностью вытряхнуть на кровать содержимое так и не разобранной до конца сумки. Мешочки с деньгами тяжело шлепнулись на покрывало, и я сделала вывод, что навещали меня точно не воры. Вы удивитесь, но этот факт меня расстроил! Все было бы гораздо проще, если бы неизвестный забрался сюда с целью банального грабежа.

Мой взгляд зацепился за совсем маленький по сравнению с другими полотняный мешочек, и я нахмурилась, вспоминая, откуда он у меня взялся. А! Точно! Мы же его в лесу нашли, но так и не посмотрели, что внутри. Нас тогда схватили разбойники, и стало не до кошеля. Запоздалое любопытство заставило меня взяться за завязки и начать распутывать узел. Хм, странно, но шнурок легко поддался, хотя в прошлый раз я его даже подцепить нормально не могла.

Я расслабила горловину мешочка, перевернула его вверх дном и осторожно потрясла. Сначала на покрывало посыпались черные овальные пластинки со странными символами вперемешку с золотыми монетами, а сверху на них мягко спланировал свернутый пополам листок бумаги. Оставалось только удивляться, как он не размок в воде, когда сумка не меньше получаса полоскалась в реке. Почему-то все эти вещи сразу же вызвали у меня стойкую необъяснимую антипатию. Я взяла в руки лист бумаги, развернула его и вгляделась в строчки. Писал их явно большой оригинал, так как чернила были какие-то ржаво-коричневые: очень неприятный оттенок, вызывающий тревожные ассоциации…

Слова оказались мне непонятны, хотя в них чудилось что-то знакомое. На язык василисков не похоже, так как родной письменностью я владею, проверено во время подписания указов. Напрашивался один вывод: писал кто-то из драконов.

Так как сама я не могла во всем разобраться, то сложила вещи обратно в мешочек и направилась консультироваться к Кейну. Заодно о подозрительном запахе расскажу.

Братца на месте не обнаружилось. После непродолжительных поисков оказалось, что он вместе с Дейконом сидит в гостях у Арвиса и… они распивают нечто рубиновое и явно не столь безвредное, как сок! Естественно, меня мужчины пригласить на это пиршество забыли…

— Э-э-э, Льера, а что ты тут делаешь? — поинтересовался Кейн, застигнутый врасплох. — Ты же отдыхать собиралась!

— Да вот, решила проверить, чем тут братишка занимается. Младшенький! Не потребляет ли чего… вредного.

— Я уже взрослый! — возмутился Кейн. — Мне больше тысячи лет!

— А помнится, кто-то мне даже эль запрещал пить…

— Это была шутка, — открестился братец, но тут же уточнил: — Хотя правительнице действительно несолидно пить такое. Тебе о репутации надо думать.

— Ага, — ехидно усмехнулась я, — некромантка-трезвенница звучит лучше и заставляет народ меньше нервничать.

— Сестренка, не расстраивайся, эти слухи — явно происки нашего врага. Никто не решится официально предъявить тебе обвинение. Э-эх, хотя и без того дело плохо. Из-за дара карателя тебя и так побаивались, а теперь — тем более. Сожалею.

— Впрочем, я сейчас пришла не для того, чтобы жаловаться или ловить тебя с поличным, — просветила я брата, присаживаясь прямо на угол стола, вокруг которого собралась компания.

Кейн вопросительно посмотрел на меня снизу вверх. Он все еще сидел на камне вразвалку — у меня так не получалось, — но взгляд уже приобрел сосредоточенность. Кажущаяся расслабленность уступила место настороженности и вниманию. Я не сомневалась, что братец готов анализировать события и искать способы избежать лишних проблем.

— У меня в комнате кто-то побывал! — выложила я новость.

— Ты уверена? Что-то пропало? — уточнил Дейкон.

— Всё на месте, но когда я вошла, пахло мужским одеколоном!

— Хм… — задумался Арвис. — А ведь мне тоже почудился странный запах в комнате.

— А я подумал, это твой одеколон. Удивился еще, почему ты воспользовался им после приема, а не до, — признался Дейкон.

— Арвис, и тебя ничего не насторожило?! — возмутился Кейн. — Мы же ведем негласное противостояние с твоими соплеменниками! Наше положение слишком хрупко, чтобы не обращать внимания на разные странные мелочи.

— Так следом за мной вошли вы, и я подумал, что запах исходит от кого-то из вас! — сделал попытку защититься посол. — И вообще, сохраняйте спокойствие. Пока нет причин для переживаний, все нормально. Ну изучил кто-то наши вещи. Неприятно, конечно, но ведь ничего подозрительного он там обнаружить не мог! Разве что денег многовато…

— Деньги не главное, — отмахнулась я. — Шпион Отцов мог обнаружить нечто похуже!

— Льера! — завопил Кейн. — Что ты умудрилась пронести на земли драконов?! Garrteheriar!

— Я не специально! Вы же сами попросили положить этот кошель в мою сумку.

— Какой кошель? — наморщил лоб Кейн.

— Тот, что Арвис нашел в лесу неподалеку от Вассарии и не смог сразу открыть.

— А что в нем? — решил уточнить дроу.

— Сами смотрите, — сказала я и, соскочив со стола, высыпала на столешницу содержимое мешочка.

Мужчины в немом оцепенении изучали бирки из странного черного металла и углубления в них, складывающиеся в сложные руны и символы. Кейн даже отставил в сторону бокал и склонился ниже. Арвис двумя пальцами взялся за уголок листа и легонько тряхнул его, расправляя. Дейкон тоже заинтересовался написанным, так как это могло пролить свет на назначение бирок. Все смотрели на содержимое кошеля, однако щупать не торопились. Дракон, не обращая внимания на неудобство, продолжал брезгливо держать лист двумя пальцами.

— Это же кровь! — воскликнул дроу, ткнув в коричневато-ржавые строки.

Посол тут же выпустил бумагу из рук, как будто она была отравлена. Листок приземлился на столешницу написанным вниз, и парням оставалось созерцать чистую сторону.

— Арвис, а ну-ка, подними его еще раз, — попросил Кейн.

— Давай ты лучше сам, не нравится он мне, — пробормотал дракон. — От него веет чем-то зловещим, у меня чуть чешуя дыбом не встала!

— Ты прав, это явно не любовное послание, — согласился Кейн. — Я чувствую магическую ауру, только какую-то… грязную, что ли.

Дроу решительно схватил лист бумаги и перевернул его так, чтобы можно было читать. Три головы дружно склонились вниз, едва не стукнувшись. Как назло, никто из парней не проронил ни слова, не сделал ни одного комментария. А мне, между прочим, тоже было любопытно!

— Ну что там? — не выдержала я. — О чем идет речь?

— Это какой-то некромантский обряд, — соизволил ответить Дейкон. — Причем для него нужна кровь и необязательно много. А в качестве ее источника фигурируют драконы!

— Теперь понятно, почему тебя сочли некроманткой, — заметил Кейн. — Заклинание, описанное здесь, очень мощное и полезное для тех, кто не обременен совестью и моральными принципами. А тебя как раз считают такой. Молва о твоей репутации докатилась и до этого мира, чему немало поспособствовали наши воины, наслушавшиеся сплетен в Карневии. Неудивительно, что драконы испугались и не смогли вести себя как ни в чем не бывало. Я так думаю, Великий счел своим долгом предупредить членов Семьи об опасности.

— Выходит, наш враг в Совете здесь ни при чем, — сделала вывод я.

— Ну не знаю, — засомневался Кейн. — Уж больно подозрительно все выглядит.

— Согласен, — сказал дроу. — Сомневаюсь, что некромант совершенно случайно потерял свой инвентарь прямо перед нашим появлением. Да он бы уже давно в таком случае явился по наши души!

— Остается убедить в этом Отцов, — заметил Арвис. — Я, конечно, расскажу им, как было дело… если мне предоставят аудиенцию. Подозреваю, что в донесении писать бесполезно — не поверят, скажут, что вы добрались до шкатулки. При личной встрече больше шансов доказать правдивость слов. Так уж получилось, что о находке кошеля я не докладывал, это ведь мелкое происшествие, да и разбойники отвлекли.

— А вы ткните Великого носом в тот факт, что заклинание написано на драконьем. Я на нем и говорить-то нормально не могу, а уж о чтении и речи быть не может!

— Точно, — просиял Кейн. — Кто-то явно перемудрил, не предусмотрев возможность того, что Льера не знает языка. Правителей василисков учат ему с детства.

— И лучше отдайте драконам кошель со всем содержимым, — заявила я. — Мне он ни к чему. После переполоха на приеме даже не знаю, как мы будем доставать кровь. Обвинения, может, и снимут, но подозрения-то останутся! Все Семьи будут очень внимательны и осторожны.

От расстройства я схватила со стола бокал Кейна и залпом его опустошила. Проблемы совсем не радовали. Очень хотелось найти того, кто меня подставил, и доказать Отцам, что они крупно неправы. Хоть и лень, но придется учить язык, и желательно побыстрее. Или, как вариант, надо поработать над заклинанием и разобраться, что именно применил маг на приеме у Великого. Хочется самой заняться этим Парящим и его прихвостнями.

— Льера, ты выпила мое вино, — возмутился братец.

— Считай, это было успокоительное для меня, — буркнула я, решая, стоит ли подавлять слабое сияние вокруг тела или и так сойдет.

— Арвис, больше ей не наливай, — попросил Кейн. — А то как бы сестренка от расстройства не переборщила с этим успокоительным. У нас завтра в девять заседание Совета!

— Да что тут пить, — фыркнула я.

— Только не говори, что на приеме обошлась без спиртного, — хмыкнул Кейн. — Не поверю.

— Придется. Там ничего крепче сока не было!

— Разве? — удивился дроу, который, похоже, максимум внимания уделил еде. Тем более что в нее труднее подсунуть яд. — Так не бывает! Или у драконов какие-то особые традиции?

— У нас не традиции особые, а гостья, — пояснил Арвис, с чуть виноватым видом глядя на меня. — Скорее всего, Отцы боялись, что она, перебрав коктейлей, может потерять голову и утратить контроль над своим даром.

Я возмущенно засопела. Да за кого они меня принимают?!

В Межгорье и то так не паниковали. И ведь если там я специально старалась всех запугать, то в родном мире даже попытки не делала! Это все простые случайности и наговоры.

— Ладно, сестренка, принести еще один бокал для тебя? — поинтересовался Кейн.

— Нет, — отказалась я. — Пойду лучше поработаю, мне есть над чем поразмыслить. Интересное заклинание применил один маг на приеме, полезное. Надеюсь, за ночь разберусь.

— Только в рабочий транс не впадай! — крикнул вдогонку Дейкон, обеспокоившись.

— Растолкаете если что, только вежливо и осторожно, — пробормотала я, погружаясь в свои мысли и выходя за дверь.

Я устроилась в темной комнате за столом, положила перед собой несколько листов бумаги, раскупорила чернильницу и погрузилась в работу. Надо было детально описать принцип действия заклинания, которое использовал на приеме дракон, все субъективные ощущения, их длительность и для каждого из этих факторов подобрать соответствующую руну, слово или жест, их последовательность и количество. Мне предстоял сложный и кропотливый труд. Ошибиться ни в коем случае нельзя. Одно слово, произнесенное не в том месте и не с той интонацией, может вызвать самые непредсказуемые последствия. А поскольку заклинание предназначалось не для кого-нибудь, а лично для меня, то сами понимаете… Я старалась как могла, отрешившись от всех посторонних звуков окружающего мира. Наверное, это состояние уже можно было назвать рабочим трансом. Я даже перестала замечать неудобство валуна, на котором сидела!

Постепенно листы покрывались словами и символами. Что-то перечеркивалось, заменялось на другое, что-то дописывалось над строчками мелкими, едва заметными в темноте даже для меня буковками.

Я очень увлеклась, погрузившись в мир знаков. Но на периферии сознания все равно назойливым насекомым витала мысль, что надо поторапливаться с решением.

Громкий вопль, ворвавшийся в мой замкнутый мирок, стал полной неожиданностью.

— Золия, берегись! — отчаянно закричал чей-то весьма знакомый голос. Только я была не в том состоянии, чтобы сообразить, кому он принадлежит.

Сбившись с мысли, я вздрогнула. Это было мое последнее самостоятельное действие. Дальше неведомая сила развернула меня на камне боком к столу, а потом нечто твердое резко ткнулось в мой живот. Было очень больно, глаза непроизвольно заволокла пелена не пролившихся слез. Мои руки сомкнулись на чем-то холодном, уткнувшемся в живот, ладони защипало. Что-то горячее потекло по пальцам. Но предмет, причинивший мне боль, я из рук не выпустила. Может, подсознательно боялась еще одного удара, а может, просто была слишком ошарашена.

Я слетела с валуна на песок, приземлившись как-то боком, согнувшись, и поняла, что упущенную мысль про заклинание вряд ли уже поймаю… В голове было пусто, а вот в руках ощущалось нечто материальное.

Я чувствовала странное онемение в районе живота. Боли не было. Однако, может быть, так и приходит смерть: вспышка боли — и потеря осязания?

Как будто издалека до меня донеслись ругань, проклятия и звук чего-то, врезающегося в стену. Знакомый голос охнул, как от боли. Я дернулась. Почему-то в мозгу возникла странная мысль, что нельзя допустить, чтобы этому существу нанесли вред. Мысль о его смерти причиняла ни с чем не сравнимую боль, абсолютно перекрывая физические страдания.

У меня даже в глазах немного прояснилось, и я рассмотрела мелкие неоднородные песчинки перед глазами и несколько бурых пятен, в пределах которых крупинки склеились, образовав неопрятные комочки. Из глубины существа поднялось осознание, что это кровь, и, кажется, моя.

Я не успела окончательно прийти в себя, когда в темной комнате раздался просто-таки нечеловеческий рык, а потом бурный поток ругательств. Судя по эмоциональности, кто-то явно пострадал не телесно, скорее жутко злился. Этот голос тоже был мне смутно знаком, но добрых чувств не вызывал. Он ассоциировался у меня если не с ненавистью, то с глухим раздражением и смутным желанием что-то разбить. Желательно лицо, и явно не мое…

Я уже почти сообразила, кто этот неизвестный, когда его голос смолк. Послышался звук быстро удаляющихся шагов, скрип — и все затихло.

В комнате остался лишь навязчивый аромат одеколона, смешавшийся еще с каким-то запахом, не столь приятным. Кажется, так пахнет кровь.

— Сюда! Все сюда! — раздался громкий крик, и я наконец опознала голос Дейкона.

«Жив! Он жив!» — забилась в мозгу радостная мысль. Я расслабилась и начала анализировать свое состояние. Но глаза на всякий случай закрыла. Если я увижу лужу крови на песке, то просто не выдержу и скончаюсь от страха, в независимости от степени тяжести ранения. Эх, кажется, моя безотказная реакция в этот раз меня подвела… Или я слишком расслабилась в кругу друзей и перестала отовсюду ждать подвоха.

— Кейн, Арвис, быстрее. Кто-нибудь! — еще раз крикнул Дейкон.

Хлопнула дверь, и Кейн встревожено спросил с порога:

— Что случилось?!

— Золию пытались убить! Кажется, она жива, пока дышит. Я ничего не могу рассмотреть в темноте и боюсь ей навредить. Сделай же что-нибудь!!!

Я приоткрыла глаза и рассмотрела лицо склонившегося надо мной брата.

— Льера, отдай, — попросил он и осторожно взялся за рукоять короткого меча, в лезвие которого я вцепилась обеими окровавленными руками. Ладони были разрезаны, хоть и не так глубоко, как можно было предположить. Впрочем, тогда я не заострила внимания на этом факте.

— Что с ее глазами? — осторожно поинтересовался дроу.

Хм, странно… Вот они у меня как раз не болят. Хотя я подозрительно четко вижу все, даже самые мелкие детали обстановки, а ведь рассвет еще не наступил.

— Все в порядке, — подтвердил мои ощущения Кейн.

— А почему они светятся и зрачки вытянулись? — не успокоился Дейкон.

— Это нормально для василисков. Простая трансформация, очевидно, от нервов, — пояснил Кейн. — Явно не признак приближения смерти.

— А-а, — протянул дроу понятливо.

— Льерочка, тебе где-нибудь больно? — ласково спросил Кейн. — Скажи сама или убери чешую, а то в разрезе платья мне ничего не видно. Хотя кровь по краям дыры есть, но ее не слишком много.

Я охнула, слишком резво для умирающей приняла сидячее положение и принялась себя ощупывать кончиками плохо гнущихся пальцев. Какая еще чешуя?! Ужас! Не хочу! Это противоестественно!

Кейн едва успел отпрянуть, иначе я бы врезалась в него головой. Он с недоумением наблюдал за моей пантомимой.

— Как убрать эту мерзость? — сдавленно поинтересовалась я.

— Какую? — искренне не понял братец.

— Чешую!!! Я кожу и платье на животе не чувствую. О ужас! Какое отвратительное ощущение. Кошмар!

— Спокойно. Вполне естественно, что при наличии чешуи чувствительность участка тела снижается, — пояснил Кейн. — А где-нибудь болит?

— Руки, — буркнула я.

— Дейкон, найди, чем их можно перевязать, и сбегай разбуди Арвиса, — попросил Кейн. — Посол решил, что не останется ночевать в комнате, где витает аура некромантских атрибутов. Он оставил черные бирки с рунами на столе, куда их высыпала Льера, и переселился в дальний конец коридора.

— Сейчас, — кинулся дроу.

Он быстро разорвал на полосы простыню, стянутую с кровати, и подал их моему братцу, а сам выбежал в коридор.

Кейн, нахмурившись, изучил несколько пятен крови на белоснежной ткани и растерянно почесал кончик носа. Однако ситуация не располагала к долгим размышлениям. Он осторожно начал бинтовать мои руки, обещая, что их вылечат маги драконов. Раз уж они допустили в своей стране покушение на гостью, то просто обязаны оказать помощь.

Кейн как раз заканчивал, когда в коридоре под дверью раздался топот ног. Это Дейкон, Арвис и Мерк, вернувшийся, видимо, пока я работала, не утруждали себя соблюдением тишины.

— Как она? — с порога поинтересовался посол.

— Руки порезала, перенервничала, но в остальном порядок, — ответил братец. — На чешуе почти нет крови, меч только кожу немного проткнул, так как Льера запоздала с трансформацией.

Дейкон осторожно присел рядом со мной на песок и обнял за плечи, проигнорировав мимолетную ухмылку Кейна. Я не нашла причин отстраняться. Будучи раненной, имею право на поблажки! Наоборот, я расслабилась и почувствовала, как спадает напряжение, как проходит онемение в районе живота. Только жалко, что видеть стала чуть хуже.

Мерк помялся возле порога, но потом нерешительно вошел и пристроился на камне, с которого меня скинул нападавший своим сильным ударом. Арвис приземлился на кровать, забыв про условности, и непререкаемым тоном потребовал:

— Объясните, что здесь произошло! Кейн? Льера?

— Я мало что поняла, — созналась я.

— Дейкон, рассказывай, — попросил Кейн.

— Может, сначала Арвис слезет с кровати и мы устроим на ней Золию? — сказал дроу. — Она же пострадала!

— Не выдумывай. С ней все в порядке, — возразил Кейн. — Скоро полностью придет в себя, и тогда посмотрим, кому мы начнем сочувствовать больше. Пока она просто в шоке после первой частичной трансформации.

Я почувствовала огромную признательность Дейкону за заботу, однако мысленно была склонна поддержать слова брата. Не хотелось переходить на кровать, ведь там не будет обнимающего меня дроу!

— Рассказывай, — присоединилась я к просьбе Кейна. Во мне тоже проснулось любопытство, требующее удовлетворения. Хотелось разобраться в ситуации и понять, что произошло.

— Начну с того, что полчаса назад ко мне в комнату ввалился Мерк, разбудил и предложил прогуляться за кровью.

После приема он выследил парочку Великих и на обратном пути обнаружил рядом с посольством всего четверых стражей. Момент показался ему вполне подходящим для небольшой вылазки. Похоже, никто не ожидал, что мы можем куда-то отправиться этой ночью, — сообщил Дейкон. — Вот я и пошел к Золии, чтобы рассказать ей о появившейся возможности, она все равно не собиралась спать. До утра мы бы как раз успели тихонько разжиться кровью драконов и вернуться сюда.

— Так я тоже не спал! — вмешался Кейн с явным возмущением в голосе. — Мог бы сначала ко мне заглянуть, тем более что наши двери рядом. Так нет, тебя к Льере понесло!

— Лучше бы спасибо сказал за то, что я решил тебя не брать и выбраться из посольства малым отрядом из двух персон, — заметил дроу. — Между прочим, это спасло жизнь твоей сестре!

— Спасибо, — вместо Кейна произнесла я с искренней благодарностью.

— Эх, наворотили бы вы вдвоем дел, — проворчал братец, который не без оснований предполагал, что мы могли начать действовать напролом, без всякой дипломатии. Я была слишком зла на драконов, а дроу слишком переживал из-за того, что мы еще не набрали ни одной склянки.

Дейкон оставил комментарий Кейна без внимания и продолжил рассказывать:

— Чтобы не шуметь и не рисковать жизнью Мерка, я оставил его ждать в комнате. Золия же хотела поработать, и я не знал, как она отреагирует на попытку ее отвлечь. Однако готовился к худшему. Чтобы не стеснять себе свободу движения, оружие брать с собой не стал. Да и против кого оно могло мне понадобиться в посольстве?

— Дурак, — еще раз перебил Кейн. — Ко мне обратиться было проще и не так опасно. Мы бы сами по-тихому сходили, пока Льера работала.

— Ты мог отказаться из-за опасения быть пойманным, — объяснил дроу. — У тебя сейчас мирные переговоры на уме.

— Ладно, чего уж теперь ссориться, — вздохнул Кейн. — Что там было дальше? Ты услышал шум?

— Нет, все было тихо. Я просто осторожно открыл дверь, заглянул в комнату и увидел темный силуэт на фоне окна. Фигура была намного выше ростом и крепче, чем Золия, и явно принадлежала мужчине. В руках этого типа блеснул меч, отразивший свет луны. Я крикнул, чтобы предупредить Золию, однако опоздал. Мужчина стремительно ткнул в нее мечом и развернулся ко мне. Рассмотреть лицо было невозможно, уж больно ночи темные в этом мире. Я скорее угадывал движения незнакомца, а не видел их, и совсем упустил момент, когда он одним прыжком сократил расстояние между нами. Этот бандит отшвырнул меня к стене и, пока я приходил в себя, достал откуда-то нож. Хорошо подготовился, гад. Могу сказать только одно: судя по физической силе, он явно не из моего мира. Это либо василиск, либо дракон.

— Эх, жалко ты ему клок волос не выдрал, — вздохнул Мерк.

— Ну уж не до того мне было! Хорошо хоть сам жив остался.

— Стоп, — помотал головой Кейн. — Ты был без меча, и он с тобой не справился?! Не верю!

— Я сам не верю. Он как-то странно себя повел, — сказал дроу и замолк с задумчивым видом.

— И в чем это выражалось? — напомнил Арвис о том, что мы ждем продолжения.

— Пусть рассказывает по порядку, все вопросы потом, — вмешалась я, так как сравнивала слова дроу со своими смутными воспоминаниями.

— Бандит замахнулся на меня ножом, а я, так как не успевал увернуться, попытался перехватить его запястье и отвести лезвие подальше, используя инерцию движения. Только немного не рассчитал в темноте и раскроил себе палец. Вот, — показал дроу свое боевое ранение.

Порез в действительности был небольшой, можно сказать, царапина. На правой руке вдоль пальца шла красная полоса длиной во всю фалангу, но она уже не кровоточила. Немного удивляло отсутствие припухлости по краям ранки, но, наверное, собирая своего правителя в дорогу, советник Тагерт хорошо поколдовал. Вполне возможно, на шее дроу под рубашкой и сейчас болтается кое-что из его амулетов. В общем, на мой взгляд, дроу легко отделался в произошедшей стычке.

— Нож бандита вошел в стену в том месте, откуда я едва успел отодвинуться, — продолжил Дейкон, — и основательно там застрял. Я попытался ударить его и оттолкнуть от оружия, но это было бесполезно. Он даже не согнулся от прямого удара в живот! Я только зря руку об него ушиб, хотя этого стоило ожидать, учитывая, с кем я имел дело. Бандит легко отшвырнул меня и кинулся вытаскивать из стены свой нож. То ли он к нему сильно привязан, то ли посчитал ниже своего достоинства драться со мной на кулаках, как простолюдин, если это слово применительно в отношении жителей вашего мира.

— Скорее, наш ночной визитер побоялся, что его найдут по остаточной ауре на ноже, — предположил Арвис. — У нас очень хорошие специалисты по таким вещам, хотя их мало и все на службе у Отцов.

— Согласен, — сказал Кейн. — Дейкон, давай дальше рассказывай.

— Я ударил бандита кулаком под колено, и следующие несколько секунд мы валялись на полу вдвоем. Но, как вы понимаете, недолго. Без оружия у меня не было никаких шансов против подобного силача, поэтому пришлось подниматься. Мы почти одновременно вскочили и кинулись к ножу, однако он был чуть быстрее. Его рука сомкнулась на рукояти, а я сжал ее сверху. Бандит ругнулся, похоже, тоже порезавшись. Уж больно маленькая рукоятка у ножа, намного короче лезвия. Да я и сам заработал еще один крошечный порез. Дальше он, наверное, применил какую-то магию, так как возникло ощущение, что в мою руку врезалась молния. Только я не понял, почему он действовал так неаккуратно, как дилетант, и сам тоже от нее пострадал. Нас обоих тряхнуло и разбросало в стороны. А вот потом этот тип страшно зарычал, как раненый зверь. Возможно, в него воткнулся нож, отлетевший следом. Или он просто расстроился из-за того, что заклинание вышло неудачным. Кто его, этого психа, разберет? Но других объяснений я не вижу, — сказал дроу.

— Он рычал, как будто для него наступил конец света, — заметила я. — Из-за одного неудачного заклинания так не расстраиваются.

— Ну не знаю, — с сомнением протянул дроу. — Я тоже могу только гадать, с чего этот бандит так бурно отреагировал.

— А следов его крови на песке нет? — спросил Мерк. — Если он был ранен, то должны остаться пятна.

Арвис поднялся с кровати, и они вдвоем с Кейном досконально изучили весь пол, едва не зарываясь носами в песок. Дейкон и Мерк в поисках не участвовали, так как не видели в темноте. Так что пока братец с послом трудились, я ждала результатов, опираясь на плечо дроу. По моим ощущениям, рассвет должен наступить только через час-полтора.

— Ничего нет, — разочарованно доложил Арвис — Если гад и порезался, то не сильно. Тем более что с его стороны было бы естественным выпустить чешую после того, как он хватанулся за лезвие ножа.

— Ладно, Дейкон, продолжай, — попросил Кейн, вместе с Арвисом устраиваясь на кровати.

— Да тут и рассказывать уже нечего. Бандит вскочил, добежал до стены со шкафами и скрылся за одной из дверок. Только не просите меня сейчас показать, за какой именно! Я не запомнил, у меня не было времени ее отметить. Но и так ясно, что где-то на той стене замаскирован потайной ход. Я тогда обнаружил только стенку пустого шкафа.

— Хм, почему же бандит сбежал, если у него был реальный шанс покончить и с тобой, и с Льерой? — задумался Кейн. — Может, вы и наделали шуму, только мы с Арвисом не слышали. Убийце было нечего опасаться.

— Вот сам и спросишь у него, когда поймаем, — сказал Дейкон.

— Если поймаем, — мрачно поправила я. — У нас нет никакой зацепки.

— Ладно, я так понимаю, отдыхать сегодня больше никто не будет? — поинтересовался Арвис. — После такого расслабляться не хочется. За кровью Великих нам тоже уже не успеть, да и настроя, честно говоря, нет.

Посол говорил довольно громко, но на него никто не шикнул. Возможно, просто забыли о необходимости следить за речью в доме. Хотя лично я думаю, что сейчас нас не подслушивают. Если бы за стеной были шпионы Отцов, то, скорее всего, вмешались бы, чтобы не допустить моего убийства. Пусть я и не нравлюсь драконам, однако они должны понимать, что мир между нашими странами напрямую зависит от сохранности моей жизни. Убийство почти наверняка спровоцирует войну. Обстановка слишком неспокойная: все василиски готовы напасть, хорошо подготовлены и нуждаются в добыче, которую могут достать на землях богатых соседей. И вряд ли кто-то будет разбираться, виновен ли Совет, главное, найдется хороший способ быстро разбогатеть. Отцы и их приближенные не могут не понимать такой простой вещи.

— Льере нужен врачеватель, — напомнил Кейн.

— Ладно, пойду поищу, — вздохнув, сказал Арвис. — Мне все равно надо доложить кому-нибудь о покушении. Надеюсь, я найду в Ализиуме магов, а еще лучше — самого Великого.

Посол удалился, а уже через десяток минут вокруг меня забегали драконы. Они, конечно, немного трусили, помня об окаменяющем взгляде и подозрении в некромантии, однако еще больше боялись, что их обвинят в желании убить своим бездействием правительницу василисков. В результате помимо врачевателей вокруг меня крутился Совет Семей в полном составе, а из-за их спин робко выглядывали лица, которым было поручено расследование.

В поднявшейся суматохе я не могла разобрать ни слова из взволнованных речей Отцов. Маги порядка, на плечи которых легла обязанность найти преступника, пытались меня о чем-то спрашивать, но без толку. Я не понимала их, они — меня.

Чувствовала я себя довольно сносно. Руки мне обмыли какими-то настоями трав, заново перевязали и наложили заклинание исцеления. Немного болел живот, но виновата в этом была не рассеченная кожа. Наверное, это из-за сильного удара по чешуе. Однако при всех мне было неудобно разорвать ткань платья и посмотреть, нет ли огромного синяка. Сами врачеватели тоже не стремились осмотреть мой живот, поверив на слово, что ничего смертельного там нет.

Маги порядка, отчаявшись добиться от меня ответов, тщательно расспросили Дейкона и Кейна, а потом принялись шарить по шкафам и простукивать их стенки. Один дракон скрупулезно просеивал сквозь пальцы песок. Мерка выставили из комнаты еще в самом начале, чтобы «драконыш» не мешался. Арвис, застыв перед Астадеком, что-то лепетал на своем языке. Для него это был удобный случай пообщаться с начальством, будучи уверенным, что его внимательно выслушают. И действительно, Великий сосредоточился на его словах и даже начал задавать вопросы. Вокруг посла и главы Совета стали собираться и остальные Отцы, явно заинтересовавшиеся темой беседы. Только Бескрылый оторвался от всех, рассматривая углубление в стене, оставленное ножом несостоявшегося убийцы. Маги наблюдали за ним, но не мешали удовлетворять любопытство. В общем, каждый был при деле, что-то изучая, рассказывая или опрашивая. Драконы даже перестали периодически опасливо коситься в мою сторону!

Я с сожалением вспомнила, что так и не закончила работу над расшифровкой языкового заклинания. Мне оставалось только спокойно сидеть на валуне под присмотром врачевателей и наблюдать за мимикой окружающих. Эти сумасшедшие лекари бледнели и всякий раз хватались за флаконы с чем-то ужасно вонючим, стоило мне немного расслабиться и сползти с камня пониже для удобства! Объяснить им, что со мной все в порядке, я так и не могла — не хватало словарного запаса. И хотелось бы довести до их сведения, что лечение начало плавно переходить в мучение пациентки, но не получалось. Хорошо хоть обзор не загораживали, жались по бокам, помня об окаменяющем взгляде. Зайти со спины я им не позволила, предпочтя прислониться к столу.

На моих глазах Арвис рьяно затряс головой, отказываясь от чего-то. Тогда Великий окликнул Бескрылого и отдал ему короткое приказание. С недовольным видом Отец поплелся к двери, вслед за ним устремились подозрительно сочувствующие или злорадные взгляды коллег. Я совсем не удивилась, увидев усмешки на лицах Парящего, как всегда облаченного во все черное, и Огненного, увешанного побрякушками. А вот аналогичное выражение лица Туманного меня поразило.

Бескрылый вернулся довольно быстро, держа на ладони кошель, пальцами другой руки он сжимал одну из черных пластинок с руной и с любопытством ее осматривал. У некоторых Отцов от такой картины вытянулись лица, Ржавый сделал попытку нащупать сердце. Бескрылый спокойно, с самым невинным видом протянул Великому мешочек из плотной ткани, однако тот не взял. Глава Совета позвал одного из магов порядка и указал ему на кошель.

— Льера, — обратился ко мне Арвис. — Великий заверил нас, что проведет самое тщательное расследование, чтобы найти настоящего владельца некромантского инвентаря. Он сказал, что не будет обвинять никого из нас.

— Ха! Естественно, — подал голос Кейн. — Тут уж и дураку стало ясно, что моя сестра не может быть некроманткой!

Эх, как бы им помягче объяснить, что дураку, может, и понятно, а вот одной весьма умной, сообразительной особе… не совсем. С чего драконы должны преисполниться такой уверенностью?

Я жалобно посмотрела на Кейна, взглядом прося пояснить. Спрашивать вслух мне было неудобно, даже зная, что Отцы не понимают наш язык.

Братец мученически вздохнул, возвел глаза к потолку, но добавил специально для меня:

— На любой нормальной некромантке раны тут же затянулись бы сами собой без всяких врачевателей. Энергия отнятой через кровь жизни делает не смертельным даже прямой удар ножом в сердце. Таким способом некромантку скорее можно разозлить, а не убить.

Да… Вот уж не знала, что ночной визитер окажет мне услугу и по его милости с меня снимут обвинение в запрещенном колдовстве. Но пусть не думает, что при нашей следующей встрече это ему зачтется! Может быть, я его и поблагодарю… но только после того, как в отместку ткну мечом в не защищенный чешуей живот! Посмертно, так сказать.

Астадек подошел ко мне, произнес несколько слов, отвесил легкий поклон и удалился из комнаты. Вслед за ним потянулись и остальные Отцы, правда, молчком.

— Великий пожелал тебе скорейшего выздоровления, — перевел мне Дейкон. — Он выразил надежду, что завтра на заседании Совета увидит тебя уже без повязок на руках.

— А сегодняшнее заседание он отменил, — вздохнул Кейн, явно не очень обрадовавшись. — Извинился и сообщил, что в связи с покушением у него возникло множество неотложных дел. И самое первое: выяснить, почему он ничего не знал про потайной ход. Хотя, возможно, в этом Великий лукавил.

— И кстати, он посоветовал переселить тебя в другую комнату, — сказал Арвис.

— А толку? — хмуро спросила я. — Там тоже может обнаружиться ход, и не один! Здесь я хотя бы знаю, где он. Если, конечно, маги порядка его наконец найдут.

Я недовольно покосилась на занятых делом магов. Похоже, хоть со шкафом они определились, так как сосредоточились только на одном, игнорируя другие.

Кейн тоже счел, что они слишком долго возятся и слишком деликатничают. Он подошел к магам, отодвинул одного из них в сторону и сам лупанул кулаком по стене. Правда, я так и не поняла, чего он хотел этим добиться…

Драконы что-то быстро залопотали, тыкая в стену пальцами.

— Льера, они говорят, что потайной ход, по их мнению, точно начинается из этого шкафа. Только маги не могут открыть его так, чтобы ничего не сломать, — доложил мне братец. — Они спрашивают разрешения раздолбить стену.

— Не надо! Мне здесь еще жить! — запретила я. — Пусть остается как есть, у меня на него свои планы. Буду караулить, когда убийца решится снова нанести мне визит. Только драконам этого не объясняй, а то они проболтаются и спугнут бандита.

Кейн кивнул и вежливо выпроводил магов порядка, не очень довольных таким поворотом дел. Мы остались в здании посольства одни, если не считать слуг. Для начала было решено позавтракать, а затем я собиралась вернуться к работе над заклинанием. Естественно, идти в столовую никто не рискнул. Пришлось Арвису и Мерку, ворча и жалуясь на наш произвол, отправиться в ближайшую лавку за продуктами.

Пока они ходили, я успела переодеться в другое платье, полюбовавшись на небольшой, но ярко выраженный синяк, и привести себя в порядок. Дейкон и Кейн в это время, не рискуя оставлять меня одну, болтались под дверью в коридоре, топали, громко разговаривали и вообще действовали на нервы! Конечно, я была им благодарна за заботу, но чувствовала смущение, так как они оказались свидетелями моей слабости. Впрочем, показываться на глаза драконам мне не хотелось еще больше. Они сейчас наверняка обсуждают тот факт, что правительница василисков, которую все так боятся, оказалась не способна защитить себя.

Эх, сама не понимаю, как я могла подпустить убийцу так близко. Знала же, что в посольстве нельзя чувствовать себя в безопасности. Я даже в Межгорье, находясь в рабочем трансе, легко ощущала чужое присутствие и машинально, не задумываясь, тут же превращала всех в статуи. Возможно, сейчас на подсознательном уровне я боялась, что под раздачу попадут Кейн или Дейкон. Или просто в этот раз потенциальный убийца действовал профессионально и подобрался бесшумно? А я как-то больше привыкла иметь дело с обычными горожанами, вооруженными кухонными ножами или иным подручным инвентарем, которым они и замахнуться-то нормально не могли…

На сердце у меня было неспокойно, но я постаралась взять себя в руки и выйти к завтраку с легкой улыбкой на губах.

После еды все опять собрались в моей комнате, причем никто не спрашивал разрешения войти и не интересовался, а не занята ли я. Арвис, проскочив вперед, нахально занял валун у стола, Кейн и Дейкон уселись на кровать, а Мерк с энтузиазмом принялся за ощупывание стенки шкафа, на которой, по-моему, и так не осталось ни одного участка без отпечатков пальцев.

Я растерянно замерла посреди комнаты, решая, как в данной ситуации лучше поступить. Мало того что дракон занял мое рабочее место, так еще и Мерк производил слишком много шума!

— Садись, Льера, — подозрительно любезно предложил Кейн, похлопав рукой по кровати рядом с собой.

— Братец, я вообще-то поработать над языковым заклинанием хотела…

— А вместо этого для твоей же безопасности и удобства поработаешь просто над языком, — усмехнулся Кейн. — Не ленись.

Мне очень захотелось выругаться, и я решила не отказывать себе, к тому же нецензурные слова на драконьем языке оседали в памяти лучше всего…

— Gartefher'yar! — с чувством произнесла я.

— Делаешь успехи, сестренка, — ехидно усмехнулся Кейн. — Первый раз абсолютно правильно произнесла слова прощания! Только, я так понимаю, ты хотела сказать нечто другое…

— Gartefher'yar! — еще раз попробовала я.

Кейн улыбнулся еще шире, наблюдая за моими тщетными потугами.

— А ты с ним поздороваться попробуй, а не обругать, — посоветовал Дейкон.

Я задумалась на пару секунд, собираясь с мыслями, и выдала:

— Garrteheriar, ardetecuderami Kein.

Братец от неожиданности икнул и вперил в меня укоризненный взгляд. Дроу хлопнул его по плечу и захохотал. Конечно, ведь послала-то я не его…

— Дейкон, ты чему учишь мою сестру?! — возмутился Кейн.

— Правильной прощальной речи, — с нарочито невинным выражением лица ответил дроу. — Сам же слышал.

— Ну ладно, Льера хотя бы усвоила слово «дорогой», — вздохнул братец. — Однако странно так называть кого-то и в то же время очень далеко его посылать.

Так я не виновата, что Кейн тренировал меня произносить фразу: «До свидания, дорогие Отцы»! У меня сейчас это словосочетание машинально вырвалось!

— Льерочка, а произнеси «дорогие Отцы» с чем-нибудь цензурным, — попросил Кейн. — Попробуй поздороваться.

— Alyamaik… э-э… Feiarethe, — попыталась я.

— А слово где? — нахмурился братец.

— Забыла, — развела я руками.

— Странные комбинации слов она запоминает, — заметил Арвис. — Кейн, ты уверен, что с таким словарным запасом ее можно подпускать к Отцам?

— А ты попробуй не пустить Льеру на заседание Совета, — проворчал братец. — Разрешаю.

— Только если соберешься ограничивать ее свободу, прими сначала вторую ипостась, — посоветовал дроу с серьезным выражением лица.

— Неужели тогда ее взгляд не действует?! — аж подпрыгнул на валуне Арвис.

— Действует, просто Золия как раз хотела большую чешуйчатую статую дракона, — усмехнулся Дейкон.

— Тьфу! — с чувством произнес посол, разочаровываясь в своей заветной надежде. — Вот и делала бы статую из того гада, что на нее напал!

— Сделаю еще, — пообещала я. — Главное, чтобы Мерк своим стуком его не спугнул.

— Вряд ли этот тип явится днем, — убежденно произнес пацан. — Да и сомневаюсь, что он во второй раз воспользуется тем же ходом.

— Мерк, лучше пробегись вокруг посольства, посмотри, как обстоят дела с охраной и наблюдателями, — попросил Дейкон. — Хочется верить, что к нам не приставили толпу магов, но это вполне вероятно после случившегося. Тебя все равно принимают за приезжего родственника Арвиса, да еще и совсем несмышленого. Ты сам сказал магам порядка свой возраст, а ведь для драконов это очень мало.

— Я мигом, — согласился Мерк и почти бегом выскочил за дверь.

Наступила тишина, которую тут же нарушил Кейн, начав проговаривать фразы на языке драконов. Я хоть и неохотно, но усердно повторяла за ним. Все равно спокойно поработать над заклинанием не дадут.

Не возьмусь сказать, сколько времени прошло за этим занятием, так как не засекала, но по ощущениям — не слишком много. Меня прервал на середине предложения громкий стук в дверь.

— Кто там? — недовольно поинтересовалась я.

— Это я, Мерк.

— Так чего тарабанишь? Может, попросишь еще и дверь тебе открыть и придержать?! — раздраженно произнесла я, поняв, что конец фразы теперь вряд ли вообще вспомню. — Входи уж без обслуживания.

— Э-э-э, — неуверенно протянул пацан с нотками страха в голосе. — А я не один. Тут к вам пришли.

— Так вместе заходите! Чего мнетесь-то?

— Госпожа Золия, вы только не нервничайте, — попросил Мерк жалобно, отчего я насторожилась.

Неужели он притащил с собой Парящего? Хотя его вид не способен заставить меня нервничать, а другие кандидатуры просто не приходят на ум. Ведь не призрака же он ведет ко мне посреди бела дня!

— Может, вы из-за двери поговорите с правительницей? — с надеждой спросил Мерк у кого-то. — И вам лучше, и мне спокойнее.

— Трус! — презрительно процедил чей-то подозрительно знакомый голос.

Однако идентифицировать посетителя по одному слову было затруднительно. Сто процентов, не дух Белтвейна или Фарга — и ладно.

Дверь резко распахнулась во всю ширь и с грохотом врезалась в стену. Следя за ее полетом, я не сразу обратила внимание на две тесно прижатые друг к другу фигуры, перешагнувшие через порог. Впереди шел бледный, как мел, Мерк, а за ним, приставив нож к горлу пацана, шествовал… Таврос! Это больше напоминало кошмарный сон. Его визит будет похуже, чем приход духов!

Я мгновенно вскочила на ноги и по привычке рефлекторно постаралась найти взглядом в комнате меч. Меня обуял ужас оттого, что он покоился очень далеко, почти на другом конце помещения. Это был тот самый меч, которым меня пытались убить этой ночью. Маги порядка не забрали его, просто проверили на остаточную ауру владельца и выяснили, что ничего определить не могут, кто-то стер все следы. Обнаженное оружие поблескивало на широком подоконнике, рукоять, как будто дразнясь, немного свисала в воздухе. Вот я дура! Как будто ближе места не нашлось, да после ночного покушения мне надо было с ним не расставаться!

У меня совсем вылетело из головы, что теперь я могу превратить в статую даже Тавроса. Опыт предыдущих встреч настойчиво вопил, что враг неуязвим и очень опасен, и перед этим убеждением в первые мгновения отступил даже здравый смысл.

Дейкон и Кейн тоже подскочили и машинально потянули руки за левое плечо, но нащупали лишь воздух. Их мечи находились еще дальше, чем мой. Так получилось, что мы оказались безоружны перед лицом врага и очень растеряны. Но ведь никто не ожидал, что неприятель явится днем и в открытую! Лишь Арвис сохранял спокойствие и продолжал сидеть как ни в чем не бывало, ведь он не знал Тавроса в лицо. Наверное, наша реакция на визитера заставила его насторожиться, но вряд ли испугала.

— Спокойно! — командным голосом произнес наш враг. — Я пришел просто поговорить.

— Отпусти пацана, — напряженно попросил дроу. — Тогда и поговорим.

— Перебьетесь, это гарантия того, что мне дадут высказаться и не оборвут на полуслове, что Льера подумает, прежде чем пускать в ход дар карательницы.

— Что ты об этом знаешь? Мы никому не говорили, какое историческое название носит дар сестры, — тут же отреагировал Кейн.

— Сейчас вы сядете, и мы все обсудим, — примиряющее сказал Таврос, но нож от горла Мерка не убрал. — Вас наверняка мучает любопытство, зачем я явился. Или сами поняли?

Таврос, подталкивая Мерка, дошел до середины комнаты и остановился, насмешливо наблюдая, как мы сбились в кучу. Вокруг меня и Кейна начало распространяться слабое сияние, и мы были не в силах его убрать. Самоконтроль давал сбой, и даже тот факт, что я не одна такая, не утешал.

Спокойно, Золия, спокойно. Это он должен тебя бояться! Из него должна получиться чудесная статуя. Только вдруг не получится? Мало ли какой на нем артефакт надет… Так, отставить это упадническое настроение! Надо взять себя в руки. И как этому гаду хватило смелости улыбнуться мне в лицо?!

Назло ему я тоже постаралась приподнять уголки губ, изобразив нечто вроде ехидной самоуверенной улыбки. Однако, чувствую, получилось плохо, так как Таврос скептически приподнял одну бровь и заулыбался еще шире и еще наглее.

— Я ведь даже без меча, — соизволил успокоить нас этот гад, некогда командовавший наемниками в Межгорье и Карневии.

Но если Таврос думал, что после такого сообщения мы расслабимся, зря. Я поверить не могла, что у него не приготовлен какой-нибудь неприятный сюрприз в рукаве. Он не производит впечатления дурака, который согласен явиться в логово врага с пустыми руками, почти безоружным.

Никто из нас так и не сел. Мы продолжали стоять плечом к плечу, напряженные и готовые ко всему.

— Зачем пришел? — сквозь стиснутые зубы процедил дроу.

— Увидеть тебя, дорогой, — явно забавляясь, ответил Таврос. — Не рассмотрел во время нашего последнего боя.

Ну вот, и как прикажете с ним разговаривать?! Мне еще больше захотелось опробовать на нем свой взгляд, но останавливало опасение, что при этом может пострадать Мерк.

— Увидел? Тогда лучше убирайся! — между тем заявил дроу. Напоминание о чуть не проигранном поединке явно не улучшило его настроение.

— Не так быстро! — резко бросил Таврос.

— А тебе никто не запрещает убраться отсюда медленно, ползком на пузе, — огрызнулся в ответ Дейкон. — Главное результат. Исчезни!

— Хм, пожалуй, ты мне нравишься, — сказал Таврос. — Хотя, честно говоря, хладный труп был бы мне милее.

— Извращенец! — внесла я свою лепту в эту милую беседу. Но на языке крутились куда более нецензурные слова.

— Грубиянка! — в тон мне произнес Таврос. — Твое счастье, что этот дроу, не умеющий нормально держать в руках меч, привязан к тебе.

— Да, мы союзники, — подтвердила я.

— Не смеши меня! А то я не видел, как вы друг на друга смотрите.

Возможно, Дейкон действительно зол на меня и еле терпит в последнее время…

— Мы враги, но сейчас объявили перемирие, — поправилась я.

— Ну-ну, ври дальше, — хмыкнул Таврос. — Впрочем, мне нет никакого дела до ваших отношений. Я здесь совсем по другому поводу.

— Так излагай уже, — раздраженно бросил Кейн. — Чего ты мнешься, как барышня!

— Сам не знаю, с чего начать, — с предельно честным видом сказал Таврос.

— Мое терпение на исходе! — пригрозила я, бравируя. — Сейчас решу, что, превратив тебя в статую, ничего не потеряю. Ты и так молчишь!

— Ладно. Наверное, вы уже догадались, что в посольстве этой ночью побывал я?

— Как?! — взвился с камня Арвис, подхватив со стола чернильницу в качестве оружия.

Ха! Как будто какая-то склянка, пусть и увесистая, поможет одолеть Тавроса. Я не уверена, что, даже вооружившись мечом, посол справится с командиром наемников.

— Бросишь в меня, запачкаешь рубашку — убью, — спокойно сказал Арвису Таврос.

Он даже не угрожал, просто констатировал факт, ничуть не сомневаясь в своих способностях. И от этой его уверенности мороз продирал по коже, несмотря на неимоверную жару в комнате.

Похоже, посол тоже все прочувствовал. Да и мертвенно-бледное лицо Мерка не давало забыться и изображать гордого и непримиримого героя. Арвис сел на место и преувеличенно аккуратно поставил чернильницу обратно.

Дракон здраво оценил свои шансы, а вот Кейн от ярости неожиданно потерял голову.

— Ты пытался убить мою сестру! — обвинил он и с перекошенным от ненависти лицом сделал шаг вперед.

Мне пришлось обхватить братца за плечи и прижать к себе, чтобы он не натворил глупостей. Но теперь спина Кейна полностью перекрыла мне обзор, что заставило нервничать еще больше.

— Пытался, — спокойно сознался Таврос, подлив масла в огонь.

— Ты подлец, негодяй! — начал вырываться из моих объятий Кейн.

— Ни то, ни другое, просто хороший стратег, — усмехнулся наш враг, ничуть не взволновавшись вспышкой гнева Кейна. — Мне надо было убрать Льеру, и я попытался это сделать, пусть и не совсем благородным способом. Тут уж кто кого. Раньше в прямой схватке все шансы были на моей стороне, а теперь — на ее. И я не собирался как дурак подставляться под окаменяющий взгляд!

— А что теперь изменилось? Зачем ты пришел? Решил свести счеты с жизнью или хочешь предложить мне постоять спокойно, пока ты воспользуешься ножом? — поинтересовалась я, выглядывая из-за спины брата. — Учти, на последний вариант можешь не рассчитывать!

— Мне теперь не до тебя, — хмуро сообщил Таврос. — Я пришел поздороваться с родственничком.

— С кем?! — в один голос удивленно воскликнули мы.

— Арвис, это твой родич? — напряженным голосом спросил дроу, не ожидавший такого поворота событий. — И ты молчал?! Предатель!

— Я его первый раз вижу, — открестился посол. — Из родственников у меня только родители остались.

— Я не к Арвису Огненному, — подтвердил Таврос.

— Ке-эйн?! — вопросительно протянула я, решая, можно ли начинать паниковать или лучше подождать ответа. Такого родственника мне и даром не нужно.

— Нет, — покачал головой Таврос. — Это не он и не ты.

— Так у нас здесь больше нет ни драконов, ни василисков, — подал голос Арвис.

— Зато есть дроу, — вздохнул Таврос. — Сыночек, не хочешь подойти поближе?

— Ты лжешь, негодяй! Я тебе не сын! Не смей порочить имя моей матери! — вышел из себя Дейкон.

Теперь уже нам с Кейном вдвоем пришлось удерживать правителя Карневии, чтобы он не спровоцировал Тавроса на убийство Мерка. Странно, но мы еле справлялись…

— Ну-ну, тише, братишка, — попросил Таврос.

— Не смей меня так называть! — возмутился дроу.

— По-моему, он над нами просто измывается! — воскликнула я. — Что-то он никак не определится со степенью родства.

— Племянник? — продолжил гадать Таврос.

И тут Дейкона скрутило. Он выгнулся, будто тело свела судорога, и зашипел сквозь стиснутые зубы, как от сильной боли. На лице застыла маска страдания.

— Что случилось? — встревожилась я.

— Кровь как будто раскалилась, — еле выдавил из себя дроу, тяжело и часто дыша.

— Значит, угадал, — не менее несчастным голосом прохрипел Таврос.

Я заметила, что его рука, держащая нож, мелко подрагивает, рискуя проткнуть Мерку шею. Цвет лица у этого гада тоже стал мертвенно-бледным, совсем как у захваченного им пацана.

Рядом начал ругаться чем-то расстроенный Кейн, его эмоциональную речь подхватил Арвис. Братец и посол в два голоса поносили Тавроса и законы этого мироздания. У меня создалось впечатление, что я упустила нечто важное, что другие понимают в происходящем гораздо больше. Хотелось бы тоже войти в курс дела.

— Что случилось? — потребовала я объяснений, ни к кому конкретно не обращаясь. Сейчас я готова была внимательно выслушать даже Тавроса. Меня очень беспокоил бледный вид дроу и совсем не утешал тот факт, что наш враг выглядел не лучше.

— Дейкон действительно приходится Тавросу племянником! — коротко бросил Кейн, прервав на пару секунд поток ругательств.

Как будто от этого ситуация стала понятнее! С чего он вообще взял, что командир наемников не соврал? Да и советник Тагерт неоднократно говорил, что Дейкон чистокровный дроу. Значит, в нем нет примеси крови драконов или василисков. И совсем не похоже, чтобы в роду Тавроса присутствовали дроу. У потомков темных эльфов до четвертого колена кончики ушей чуть заострены. Этого просто не может быть!

— Таврос пошутил! — уверенно заявила я. — Неужели вы ему поверили? Да я готова поклясться, что о существовании народа дроу он узнал только в Карневии. Он врет!

— Нет, — опроверг Арвис. — Они действительно родичи, их кровь смешалась, теперь я понимаю, почему ночью убийца отступил. Он не ожидал, что так глупо породнится с собственным противником в обычной схватке.

— А нечего было своей дырявой рукой прижимать мою ладонь к лезвию ножа, — с ноткой злорадства сказал Таврос. — Теперь я умру на месте, если предам установившуюся кровную связь и прикончу своего новоявленного племянничка. Мне, между прочим, тоже не нужен был ни брат, ни сын, ни кто-либо еще. От родственников одни неприятности!

— Согласен, — процедил дроу, сверля «дядюшку» ненавидящим взглядом. Похоже, приступ прошел и ему стало лучше.

— Garrteheriar! — выругался Таврос. — Что я теперь буду делать с этим несовершеннолетним дитятком?!

— Сам несовершеннолетний! — огрызнулся в ответ дроу. — А мне уже пятьсот четыре!

— Вот я и говорю, что до тысячи пятисот ты не дотягиваешь. А до этого возраста я за тебя отвечаю!

— Ты сам староват для дроу. Рухлядь! Даже не пытайся мною командовать.

Мы с Кейном только и успевали переводить взгляд с одного горячащегося спорщика на другого.

— Кто тебя учил рычать на старших?! — совсем по-родственному сделал замечание Таврос. — Где ты вообще воспитывался? В канаве?

— Да уж явно не там, где ты! Я хотя бы никому не навязываюсь в качестве нового члена семьи.

— Как будто меня кто-нибудь спрашивал, хочу ли я стать твоим дядей! Нечего было кровью разбрасываться. Хорошо еще, что узы родства не признали тебя моим сыном!

— Кейн, я не верю! — громко воскликнула я, перебив спорщиков. — Не может быть, чтобы из-за простого смешения крови они стали родичами. Так не бывает! Враги веками борются друг с другом, истекая кровью, и ничего!

— Льера, ты не понимаешь, — подал голос Арвис, тоже ошеломленный развитием событий. — Можно сколько угодно драться в луже совместно пролитой крови, если она вытекает из рук, из ног, из груди, но не из ладони! Законы нашего мира таковы, что два дракона легко могут стать родственниками, если для этого решатся разрезать ладони и пожать друг другу руки, смешивая кровь. А дальше магия устанавливает между ними связь, которую уже нельзя порвать. Если один будет страдать, то и второму станет плохо. Извини за каламбур, но родственники по кровной связи ближе друг другу, чем кровные родичи, ведь это их сознательное решение! На такой шаг идут только самые смелые, те, кто уверен во взаимной преданности и уважении. А еще у нас так сирот усыновляют, и тогда держава точно может не волноваться за их судьбу, хорошая забота им обеспечена.

— Мы не пожимали друг другу руки, — замотал головой дроу. — И вообще, я просто палец поранил!

— Заметь, с внутренней стороны ладони, — обратил внимание Арвис.

— И вспомни, кто обхватил мою руку и сжал ее поверх ножа, — с кислой миной сказал Таврос. — Я был слишком самонадеян, рассчитывая с легкостью победить и при этом обойтись даже без чешуи. Пожалуй, первое, чем мне стоит заняться, это научить тебя нормально драться, чтобы я также случайно не оброс другими дальними родственниками! Связь будет слабее, однако от нее все равно не отмахнешься.

Я удивленно посмотрела на бывшего командира наемников. Неужели он надеется, что мы позволим ему спокойно разгуливать рядом с Дейконом?

— Ты не успеешь этим заняться, так как ближайшие несколько лет будешь изображать статую, — зловеще пообещала я.

— Только попробуй, и хуже от этого станет дроу, — уверенно сказал Таврос.

Я вопросительно посмотрела на Кейна.

— Он прав, — неохотно признал братец. — Дейкон будет все время страдать, ощущая какую-то тяжесть на сердце. Он просто зачахнет, если не возьмется помочь так называемому дядюшке.

— Garrteheriar! Так что, теперь мы не сможем и пальцем тронуть этого гада, чтобы не навредить Дейкону?! — ужаснулась я.

Кейн с мрачным видом кивнул. Мысль о неприкасаемости Тавроса ему тоже удовольствия не доставляла.

— Да, — вслух подтвердил Арвис.

— Хорошо, что вы это признали, — приторно улыбнулся Таврос и наконец убрал нож от горла Мерка.

Пацан, обессиливший от волнения, доплелся до кровати и грузно на нее опустился. А мы продолжали в шоке рассматривать такого доступного для уничтожения врага. К сожалению, после всех разъяснений я и помыслить не могла о том, чтобы убить Тавроса и тем самым навредить дроу. Вдруг он тоже умрет?

— Что застыли? Хоть сесть предложите. Тем более что я теперь буду жить в посольстве, чтобы оберегать этого олуха, — ворчливым тоном сказал Таврос, ткнув пальцем в дроу. — Наши судьбы теперь связаны.

— Я против! — завопила я.

— Да, — поддержал Кейн.

— Убирайся! — фыркнул дроу, но без особой твердости в голосе. Он пока плохо себе представлял, как на его жизнь повлияет эта кровная связь, но заранее опасался.

— Так вас никто и не спрашивает. Мне без разницы, что вы думаете по этому поводу, — ехидно усмехнулся Таврос. Кажется, он начал получать удовольствие от ситуации.

— Я не буду жить с тобой под одной крышей. Ты наш враг! У нас разные цели, — возразила я. — Не собираюсь ждать удара ножом из-за каждого угла!

— Можешь построить себе шалашик во дворе или вырыть землянку, — заявил Таврос с наглым видом. — Я отсюда никуда не уйду, я не дурак, чтобы так рисковать. А что до целей, то теперь их придется немного подкорректировать. Обещаю помогать вам в пределах разумного, когда дело не касается особы, пристроившей меня к Фаргу. Против своего… мм… нанимателя не пойду. Я ничего не расскажу вам о сути происходящего, о ваших врагах, об их планах. Догадывайтесь сами! Теперь я — нейтральная сторона. Наниматель об этом осведомлен и не возражает. От организованных им покушений спасать буду только Дейкона, я не хочу умереть из-за ваших раздоров. У меня тоже были другие планы!

— Я не хочу с тобой общаться! — зло выкрикнул Дейкон. Вряд ли он забыл, как Таврос допрашивал нас в Дельноре.

— А придется. Если тебя убьют, а я останусь в стороне, будучи осведомленным об опасности, то меня постигнет кара. Я долго не проживу, судьба обязательно устроит какой-нибудь несчастный случай.

— Это сумасшествие, — простонала я, не в силах сообразить, что еще можно сделать в такой ситуации.

— Первый раз вижу перед собой нечистокровного дракона, — отстраненно произнес Арвис, который воспринял все спокойнее, чем мы. Он-то не сталкивался с Тавросом раньше.

— Я тоже никогда не видел подобный… гибрид, — явно желая оскорбить врага, сказал Кейн.

— Нет, видел, — как ни в чем не бывало поправил Таврос. — Я и раньше был драконом только наполовину. А от матери унаследовал дар читать мысли. Очень полезное умение в этих землях, хоть и требующее от меня огромных усилий. Кровь драконов во мне доминирует. Нет, доминировала. Надеюсь, так будет и впредь, не хочется вылететь из Семьи. Пока не могу сказать, как повлияет эта кровная связь. Garrteheriar! Вот же вляпался!

— А нечего было разгуливать здесь по ночам, сам виноват, — поддел его дроу.

— Молчи уж лучше, чистокровный мой, — с издевкой произнес Таврос. — Я посмотрю, как ты будешь разбираться со своей новой родословной. Не думай, что проблемы возникнут только у меня!

Сказав это, Таврос, насвистывая, спокойно вышел за дверь, оставив нас переваривать услышанное. Неожиданный поворот судьбы, видимо, больше забавлял его, нежели пугал. Для него это наверняка стало хорошим развлечением в бесконечной череде тысячелетий.

Весь день мы провели в комнате. Отчасти из-за того, что не хотели наткнуться в коридоре на Тавроса, отчасти по причине ужасной жары на улице. В общем, нас не тянуло на прогулку ни по городу, ни по зданию. Еще бы Кейн не мучил меня языком драконов… Но об этом можно было только мечтать, украдкой вздыхая. Я и сама понимала, что входить при всех в рабочий транс и заканчивать расшифровку заклинания — не самая лучшая идея. К тому же мои страдания на ниве изучения языка отпугивали Тавроса лучше любого убойного артефакта. Один раз, примерно в обед, он попытался сунуться в комнату, но, выслушав мой очередной перл, сбежал с перекошенным лицом. Братец даже не стал меня ругать за эту неправильную фразу, хотя и похвалы за изгнание врага я от него тоже не дождалась…

Однако, несмотря на некоторые трудности, за день я очень поднаторела в языке. А вот настроение оставляло желать лучшего. Мысль о болтающемся поблизости Тавросе тоже благодушия не прибавляла. В общем, не завидовала я тем, кто вместе со мной этим вечером приглашен на прием в дом Парящего. Отцы так и не удосужились сообщить нам об отмене этого светского раута, в итоге пришлось собираться. Не хочется щеголять перед всеми с перебинтованными руками, но поделать ничего нельзя. Может, это немного успокоит драконов и они не будут так шарахаться от меня?

Стремясь подчеркнуть свою безобидность и сделать бинты менее заметными, я надела белое платье, но к ноге, как и раньше, прикрепила кинжал и пару пустых склянок, а также не забыла захватить чистый платок, с помощью которого можно остановить кровь.

Опасливо оглядываясь по сторонам, мы начали собираться в холле возле лестницы за полчаса до приема. Никто не шумел, чтобы не привлечь внимание врага. Естественно, приглашать с нами Тавроса мы не собирались. Хотя всех очень интересовал вопрос, в какой именно комнате он поселился.

— Вы готовы? — шепотом спросил Кейн. — Ничего не забыли? Тогда идемте, на улице нас должен ждать посыльный Отцов, чтобы провести по столице.

Стремясь быстрее удрать от Тавроса, я открыла наружную дверь, вылетела на крыльцо и… попала как раз в его объятия. Эх, надо было разбег побольше брать, а то этот гад только немного покачнулся, но на ногах устоял. Я поспешно вывернулась из рук Тавроса и отскочила подальше.

— Ну наконец-то, — ворчливо произнес бывший приспешник Фарга. — Сколько вас можно ждать?

— Э-э… а тебя никто не приглашал на прием, — пискнула я. — Нечего пристраиваться к нам!

— У меня отдельное приглашение, — широко улыбнулся Таврос, забавляясь. — Не забывайте, что идете в гости к Отцу моей Семьи. Поэтому хотелось бы узнать, что за железяку Золия тащит на ноге в дом Парящего?

Точно профессионал. Буквально за секунды почувствовал кинжал! Я посмотрела на крепкого, одетого во все черное наемника с бритой головой, прикидывая слова оправдания. Не верилось, что он признает любое более-менее правдоподобное. Ладно, буду действовать по принципу: «Лучшая защита — это нападение».

— У меня всего один кинжал. И не надо мне рассказывать, что ходить в гости с оружием не принято! То-то все Великие прошлым вечером гремели ножами, ловили выпадающие из рукавов удавки и шипели от боли, натыкаясь на острые иглы своих же дротиков! В связи с этим я, можно сказать, голой себя чувствовала.

— Ты?! — крайне удивился Таврос и не счел необходимым это скрывать. — Да твой взгляд — это лучшее оружие, которое только можно придумать. Мне, например, окаменяющий взгляд недоступен. Наследственность подкачала.

— Уж кто бы прибеднялся, — заметил Арвис. — И так владеешь чтением мыслей, полноценной второй ипостасью дракона с возможностью летать и магией.

— Про владение мечом забыл добавить, — сказал Кейн.

— Вы не правы, колдовать я не умею, — покачал головой Таврос. — Хотя иногда, накопив силы, могу выдохнуть пламя, даже не прибегая к трансформации. Мой так называемый племянничек наверняка вам рассказал.

— Так вот что за огненные потоки разрядили магические амулеты советника Тагерта, — догадалась я.

— Так вот почему этот дроу не сгорел, — в свою очередь понял Таврос.

— Мы есть идем? — вмешался Мерк.

— Тихо ты, мы же не в таверну собираемся, — зашипел Кейн. — На приемы ходят общаться!

— Видела я, как вы вчера общались. Сначала с салатами, потом с бутербродами, — поддела я братца, вспомнив, что так и не дождалась их в засаде.

— Это был исключительный случай, — смутился Кейн.

— Ладно, где там наш провожатый? — поинтересовалась я.

— У ворот мнется, — лениво ответил Таврос. — Не понимаю, зачем прислали этого бестолкового мальчишку!

Я посмотрела в указанном направлении и заметила фигуру Оргела, переминающегося с ноги на ногу в нетерпеливом ожидании. В руках юноша держал плотный лист бумаги, хорошо выделяющийся на фоне его зеленого камзола.

Прикинув, что действительно задержались, мы поспешили к нашему проводнику. Если опоздаем, будем валить на Тавроса. Это он отвлек нас одним своим видом.

— Приветствую. Пойдемте быстрее, пожалуйста, — взмолился Оргел.

Не дожидаясь нашего согласия, он живо двинулся вдоль улицы, изредка заглядывая в свою бумажку. Сразу за ним пристроилась я, поддерживаемая под руку Дейконом. Следом шли Кейн, Мерк и Арвис. Таврос, не претендуя на место рядом с кем-то из нас, пристроился замыкающим.

Честно говоря, поначалу я была удивлена приступом галантности у дроу. Не ожидала, что он предложит мне руку. Но потом сообразила, чем это вызвано. Правитель Карневии наверняка опасался, что по дороге Таврос попытается навязаться к нему в собеседники. Атак моя компания гарантировала ему хотя бы временное избавление от новоявленного дядюшки. Как говорится, третий лишний.

Тихо обсуждая красоты города, мы послушно брели за Оргелом, стараясь не отставать. Он двигался почти бегом, так что периодически нам приходилось туго. К счастью, пока он притормаживал на перекрестках, сверяясь со своей бумажкой, мы успевали его нагнать.

Сзади постоянно слышалось весело-беззаботное насвистывание Тавроса, до крайности нас раздражающее. Бывшему командиру наемников не досаждала ни едва начавшая спадать жара, ни спешка, ни наша компания. А вот нам хотелось бы уже попасть в дом Парящего, чтобы что-нибудь выпить, да и время поджимало.

Когда до начала приема осталось минуты три, Кейн с тревогой поинтересовался у нашего проводника:

— Оргел, а долго еще идти?

— Не знаю. Судя по карте, начерченной одним из членов Семьи Парящего, еще квартала три прямо и один — налево, — неуверенно ответил юноша.

Сзади хмыкнул Таврос, но мы, не сговариваясь, решили его игнорировать.

— А ты сам разве ни разу там не был? Даже мимо дома не проходил? — удивился Дейкон.

— Может, и проходил, только уже не помню, — с искренним огорчением сказал Оргел и еще ускорил шаг, так как чувствовал, что мы опаздываем.

Путаясь в подоле платья, практически вися на дроу, я попыталась не отставать от резвого парня. Удивительно, но Дейкон против такой нагрузки не возражал. Сзади тяжело сопел Мерк, зато Кейна почти не было слышно.

На улицах на глаза попадалось совсем мало прохожих, да и те не стремились рассмотреть нас поближе. Они спокойно, без паники и спешки шли мимо по своим делам. Надо сказать, сравнение их поведения с отношением ко мне членов Семей прошлым вечером говорило явно не в пользу аристократов. Во взглядах простых драконов проскальзывал скорее интерес, а не страх. К тому же ушам Дейкона они уделяли гораздо больше внимания, чем мне. И правильно, чего меня опасаться-то? Арвис, например, тоже серьезный противник, способный за мгновения испепелить кучу народа. А Тавроса тем более нельзя назвать кроткой овечкой. Даже сейчас, когда у меня есть против него безотказное средство, я чувствую какой-то иррациональный страх.

— И где обещанный особняк? — громко спросил запыхавшийся Мерк. — На этой улице только небольшие одноэтажные домики.

— Оргел, мы уже на месте? — уточнил Кейн. — Вроде от перекрестка полквартала налево прошли.

— Сам не знаю, — заволновался юноша. — Я четко следовал по маршруту, указанному на карте, и уверен, что не пропустил ни одного поворота. О, нет! Неужели я не оправдал доверия Отцов, неужели подвел их?!

Оргел чуть не плакал и выглядел донельзя расстроенным. Он всматривался в начерченную схему, закусив нижнюю губу, и водил в воздухе пальцем. Только вряд ли линии дорог и квадратики кварталов могли подсказать ему, туда ли он нас привел.

— Это явно происки наших врагов! — заявил Кейн. — Наверное, кто-то не так составил карту.

— И чего он хотел этим добиться? — выразил недоумение Дейкон. — Мы оказались почти без присмотра посреди столицы. И на ловушку с засадой не похоже, кварталы-то жилые, не заброшенные, хотя и пусто здесь как-то.

— Скорее всего, это ваш олух не той стороной повернул карту, — подал голос Таврос.

— А чего же ты раньше молчал?! — возмутился Дейкон. — Видел же, что мы не туда идем!

— Меня никто не спрашивал, — спокойно пожал плечами Таврос. — К тому же откуда мне знать, какой маршрут для вас спланировали Отцы? Может, они хотели достопримечательностями похвастаться или выбирали улицы с редкими прохожими, не заботясь о том, что вам придется петлять зигзагами.

— Garrteheriar! — прибегла я к навязчивому средству выражения эмоций. Теперь, когда мне нельзя было допускать свечения вокруг тела, я пристрастилась выпускать пар с помощью ругательств.

— Ясно, еды тут явно не будет, — вслух пожаловался вечно голодный Мерк.

— К Парящему мы уже опоздали, — мрачно подвел черту Кейн. — Прием начался без нас.

— Оргел, ты что-то напутал, — мягко пожурил Дейкон.

А в следующий момент мы получили явное опровержение его слов. Юный дракон ничуть не ошибся в маршруте. Ошиблись мы, позволив себе расслабиться…

Из-за ближайших углов, из-за заборов, из окон, с крыш к нам устремилась туча стрел, с тревожным свистом разрезающих воздух. Быстрее всех отреагировал Таврос. Как истинный профессионал, он моментально прыгнул на дроу, повалив его на землю и закрыв собой. Из-под кожи прямо на глазах проступала чешуя. Арвис, тоже частично трансформировавшись, закрыл собой Мерка. Пацан сам бросился на землю под бок к Тавросу, чем облегчил ему задачу. Кейн упал до кучи. Вот только я с ужасом поняла, что мне не хватит роста, чтобы его прикрыть. Во всем теле чувствовалось знакомое неприятное онемение. Я как могла распласталась на брате, ощутив первый удар стрелы где-то на ноге. Буквально тут же следующие наконечники ударились в груди и живот.

Меня охватили растерянность и страх. Я не знала, как выпутаться из этого положения, сохранив жизнь тем, кто не имеет чешуи. И еще не покидало смутное чувство, что я забыла нечто очень важное. Впрочем, вспомнить получилось довольно быстро, хотя моей заслуги в этом не было, только вина…

Сверху на меня тяжело рухнул Оргел. Я почувствовала, как от удара из легких вылетел весь воздух. Да и обзор мне изрядно перекрыло, ведь теперь нападающие спокойно могут подкрасться ближе с мечами, ничем не рискуя. Все драконы довольно увесисты, а этот мне еще и кислород перекрыл своей спиной. Тело юноши содрогалось от попадающих стрел. На миг я в ужасе замерла, сообразив, что он не защищен чешуей, что каждый наконечник буквально убивает его.

Понимая, что все равно опоздала, я спихнула с себя окровавленное тело Оргела и еще раз испытала шок. Таврос был на ногах! А кто же тогда прикрывает Дейкона?! Я и сама не соображала, что плачу и в голос подвываю. Никогда не боялась сражаться, но страх за близких, за их жизнь доконал меня. Разрываясь на части от желания что-нибудь сделать — кинуться на подло напавших на нас врагов, врезать Тавросу, проверить состояние дроу, — я была вынуждена неподвижно лежать на месте, спасая родное мне существо. Три стрелы сплющились о чешую на животе, еще одна врезалась прямо в лоб.

Подо мной коротко вскрикнул Кейн. Я так поняла, что и ему досталось. На сердце стало еще тревожнее, воздух вокруг меня сиял, наверное, ярче солнца.

— Нога, — простонал братец.

Это меня немного успокоило, так как от подобной раны он не умрет, если вовремя оказать помощь. Но повода для радости тоже не было, так как обстрел продолжался.

Я не заметила, куда делся Таврос, и это беспокоило. В голову закралась мысль, что он и организовал покушение, а теперь просто присоединился к своим наемникам. Но что-то не позволяло мне поверить в это до конца. Кажется, Таврос искренне обещал ничего не предпринимать против нас.

Обстрел прекратился неожиданно, но я осознала это с опозданием, погруженная в пучину переживаний. Да и потом поверила не сразу, заподозрив военную хитрость со стороны напавших. Может, они хотят, чтобы я убрала чешую и встала, оставив ничем не защищенного от стрел брата на их милость. Арвис рядом тоже не двигался, хотя и шумно дышал. Скосив глаза в сторону, я поняла, что посол перенапрягся, удерживаясь на руках, чтобы не задавить Мерка своим весом. Это нехитрое спортивное упражнение нелегко далось ему под градом стрел. Вся рубашка Арвиса была в прорехах, по краям которых, к счастью, не наблюдалось крови.

— Льера, надо встать и попытаться добраться до укрытия, — прохрипел Кейн. — Ни ты, ни Арвис не сможете вечно удерживать чешую, а для первого почти полного превращения это тем более слишком долго.

Я и сама чувствовала, что все тело начало ломить, суставы дергало, как от перенапряжения. Онемение от чешуи тяготило все больше, хотелось скинуть ее, как доспехи.

— Арвис, прикрой Кейна, — попросила я громким шепотом.

Посол повернул голову в мою сторону, продемонстрировав узкие щелки трансформировавшихся зрачков, окинул взглядом и ответил:

— Постарайся передвинуть его поближе ко мне. Я попробую. Но, осматриваясь, не отходи далеко на случай возобновления стрельбы.

— Сестренка, я сам подкачусь к послу. Давай на счет «три». Раз, два…

Чуть замешкавшись из-за непривычных ощущений во всем теле, я вскочила на ноги, готовая в любой момент снова упасть. Но в меня никто не стрелял. Я бегло осмотрела крыши и окна домов, однако нигде не было заметно движения. Улица выглядела пустынной, и только кучи обломанных, затупленных стрел напоминали о том, какое оживление царило тут совсем недавно.

Из-за забора где-то слева неожиданно раздался короткий резкий свист, заставив меня вздрогнуть. Сейчас я в полной мере осознала, насколько напряжена была все это время. Чешуя мгновенно пропала, оставив меня без зашиты.

— Эй! Это я, Таврос. Здесь все чисто, бандиты смылись. Я только одного успел завалить. Льера, не дергайся! Я сейчас выйду из калитки! — предупредил бывший командир наемников.

Надо же! Боится попасть под мой взгляд, зараза. Так и хочется сделать вид, что ничего не услышала, но не могу. А вдруг Дейкона еще можно спасти…

Я изо всех сил сжала кулаки и несколько раз моргнула, чтобы сдержать непрошеные слезы. Вроде помогло. Не хватало, чтобы Таврос заметил мою слабость. Сейчас не время раскисать!

В заборе неподалеку тихо отворилась калитка, из которой вышел Таврос. Дракон был уже без чешуи, в изрезанных брюках и черной рубахе. В руках он сжимал длинный окровавленный нож, бритая голова блестела от пота, на лице застыло напряжение.

— Ранена? — проявил небывалую заботу Таврос.

Я бросила беглый взгляд на свое платье, по которому расплылись пятна крови. Алые кляксы казались кричаще-яркими на фоне белой ткани, но сквозь прорехи в моем наряде проглядывала абсолютно целая кожа. Кровь была не моя. Оргела.

— Нет, — выдавила я из перехваченного спазмом горла. — Мальчишка…

Однако Таврос и сам заметил тело юного дракона, утыканное стрелами. Он проскользнул к нему мимо меня.

Я вспомнила, как содрогнулся Оргел под залпом стрел, и закусила губу. После такого не выживают, это было понятно уже тогда. И ведь знала же, что у него нет чешуи, уж слишком юным он выглядел, но не позаботилась о нем. Хотя где ж мне было успеть в том кошмаре? И так мое промедление из-за непривычной чешуи чуть не стало фатальным для Кейна.

На сердце образовалась тяжесть от осознания собственной вины. В момент нападения я совсем забыла об Оргеле, а вот он обо мне — нет. Даже будучи уже раненным, он постарался упасть так, чтобы получше прикрыть меня и Кейна от стрел. Осознанно стал щитом, хотя мог еще укрыться между мной и Арвисом, попытавшись спастись.

Я тоже подошла к Оргелу и опустилась перед ним на колени рядом с Тавросом. Из тела юноши торчало не меньше дюжины стрел, зеленая туника и брюки полностью пропитались кровью, утратив первоначальный цвет. На мостовой собралась темная лужа. Лицо Оргела превратилось в бледную восковую маску, из уголка губ стекала струйка крови. Глаза юноши были широко открыты и смотрели в небо, однако грудь еще еле-еле вздымалась, но не плавно, а конвульсивно. Благодаря хорошей регенерации дракон пока дышал, но находился при смерти.

Каким-то образом Оргел заметил меня, слабо дернулся и, делая большие паузы, еле слышно невнятно прохрипел:

— Скажи Отцам… выполнил долг… достоин… Семью драконов… нет семьи…

— Я передам, — пообещала я, чувствуя, что одинокая слезинка все-таки прорвалась через плотину и теперь плавно скользит к подбородку.

— Имя… вспомнил… меня нанял…

Оргел замолк, недоговорив. Его глаза, казалось, распахнулись еще шире. Он умер, пытаясь до конца выполнить свой долг перед родиной и главой Совета.

И хоть юноша успел произнести не слишком много и говорил не слишком внятно, у меня сложилось крепкое убеждение, что у него нет родной семьи, а потому он всеми силами хотел заслужить честь вступить в аристократическую Семью.

Таврос закрыл Оргелу глаза и поднялся на ноги. Рядом с телом парня остался лежать его нож со следами крови одного из нападавших. Наверное, тот самый нож, с помощью которого Таврос породнился с Дейконом.

— Что с дроу? — встрепенулась я, быстро осматривая мостовую. Среди кучи стрел распластались только Кейн, Мерк и Арвис, так и не убравший чешую. В изнеможении дракон лежал на моем брате, прижимая к боку белобрысого пацана.

— Хм, — нахмурился Таврос. — А действительно, где его носит?

— Куда ты его дел, вражина? Ты же должен был беречь его как зеницу ока! — разволновалась я.

Так как сил сдерживаться у меня уже не было, воздух вокруг ярко заискрился. Но мне было начхать на это, не до солидности сейчас. И пусть все видят, что я не могу сдерживать свои чувства!

— Э-э, — чуть отступил назад Таврос и едва не свалился, запнувшись о стрелу. — Успокойте ее кто-нибудь. Живой ее Дейкон, живой. Вот же угораздило моего новоявленного племянничка связаться с этой психованной! Как будто никого попроще не мог найти. Надеюсь, свадьба не в ближайшие сто лет, а то я этого не перенесу.

Однако из всего его бормотания я четко уловила только, что Дейкон жив, пропустив остальное мимо ушей как несущественное в данный момент.

— Дроу ранен? Почему ты перестал укрывать его от стрел, зачем встал?! — начала я наступать на Тавроса, наверное, с совершенно безумным видом.

— Дейкон в полном порядке. Я бы почувствовал его боль, — постарался успокоить меня бывший командир наемников, не забывая, однако, отступать. — Просто мы выяснили, что благодаря родству со мной он тоже может выпускать чешую. Все-таки он совершеннолетний, хоть и не по нашей возрастной шкале. Дейкон пошел устранять нападавших с другой стороны улицы, мы разделились.

— Какая чешуя? — опешила я. — Он же дроу!

— Был, — поправил Таврос. — Теперь в нем течет и моя кровь. Вряд ли она позволит Дейкону полностью принять вторую ипостась, но уже добавила силу, выносливость и некоторые способности. Честно говоря, я сам не ожидал от него столь быстрой адаптации, думал, что изменения станут заметны через пару лет. Э-э, Льера, а у меня уши случайно не заострились?

Таврос выглядел на удивление серьезным и встревоженным. Он старательно ощупывал кончик уха, выискивая изменения. Мне было ясно, что полудракон опасается еще чем-то выделиться среди сородичей. Мало того что он полностью обрил волосы, так теперь и уши могут заостриться. Это не та особенность, о которой может мечтать дракон, принятый в Семью.

Вместо того чтобы успокоить врага, я неопределенно пожала плечами. Мне было недосуг рассматривать его уши. Гораздо больший интерес вызывали у меня окружающие дома, а в особенности строения на той стороне улицы, куда, по словам Тавроса, удалился Дейкон.

— Я иду на поиски. Вдруг дроу все еще дерется с бандитами, пока мы разговариваем? — сообщила я всем и добавила: — Арвис, наверное, можно вставать. Если бы кто-то остался в засаде, то уже непременно выстрелил бы в меня. Однако будь начеку и не отходи далеко от Кейна и Мерка.

— Лучше я схожу, — вызвался Таврос. — Мне статуя племянничка ни к чему.

— Я бы не стала его превращать!

— Мало ли какие случайности бывают, — сказал Таврос. Он то ли намекал на происшествие во дворце Вассарии, то ли это вырвалось у него без всякой задней мысли…

Но хватать его за руки и останавливать я не стала. Если хочет, пусть идет. Тем более что Таврос в связи с установившимся кровным родством должен быть больше всех озабочен безопасностью Дейкона. Он не посмеет причинить ему вред и не даст это сделать другим.

Таврос удалился на поиски, а я решила заняться раной брата, пока он не истек кровью. Впрочем, Арвис уже успел разорвать брючину и обнажить щиколотку, из которой торчала стрела. Мерк на свою голову тоже полюбопытствовал, после чего с бледно-зеленым видом отполз подальше. Скорее всего, он просто перенервничал под обстрелом и вид раны стал для него последней каплей. Я не обнаружила ничего особо ужасного, просто наконечник стрелы застрял где-то в мышцах под кожей. Хотя, возможно, он засел в кости. Я видела раны и похуже, правда, тогда они были не на моем единственном родственнике…

— Что нам делать? Выдернуть стрелу? — с легкой паникой в голосе спросила я у Арвиса. Лечить мне не доводилось. Мелкие порезы на себе не в счет, они сами затягивались под повязкой. Раненых мятежников в Межгорье мне проще было умертвить, чем возиться с бинтами и сложной, неподдающейся магией. Но такой метод хорош для врагов, однако не для брата же!

— Не трогайте! — попросил Кейн с беспокойством. Он совершенно правильно понял, что опыта обращения с такими ранами ни у кого из нас нет. — Я сейчас прижму к ноге лоскут брючины, чтобы немного остановить кровь, а вы бегите за врачевателями. Арвис, ты найдешь дорогу к Ализиуму?

— Я, конечно, совершенно не знаю эту часть города, так как прожил в Акилоне всего несколько месяцев до своего назначения послом, но, думаю, сориентируюсь. Если что, спрошу дорогу у кого-нибудь.

— Тогда быстрее, — попросил Кейн.

— Пожалуйста, — тихо добавила я.

Арвис сорвался с места и устремился вдаль по пустынной улице. Он тоже искренне переживал за Кейна, не только долг заставлял его сейчас нестись сломя голову. Однако мне интересно, а где же драконы, приставленные к нам в качестве наблюдателей? Почему они не вмешались? Хотелось бы верить, что они просто отстали по дороге, а не убиты и не отозваны специально кем-то из Совета…

Ладно, будем надеяться на лучшее. Вряд ли решение о попытке нашего устранения было единогласно принято всеми Отцами. Скорее всего, это опять чья-то личная инициатива. Подозрительно, что нападение произошло по дороге к дому Парящего и что карту для Оргела рисовал один из членов его Семьи. Ух, доберусь я до этого гада! Давно пора.

— Льера, а ты посматривай по сторонам, — попросил Кейн. — Мне что-то совсем не хочется получить еще одну стрелу. Да и Тавросу Парящему я до конца не доверяю.

— А я совсем не доверяю. Он же пытался меня убить! Так что второй возможности я ему не дам.

— Смотри, он возвращается, — морщась от боли, заметил Кейн.

И действительно, откуда-то из-за угла дома показался Таврос, который почти нес на себе Дейкона, прижав его к боку. Правитель Карневии пытался сам переставлять ноги, однако это не совсем у него получалось. Взгляд у дроу был отсутствующий, одежда превратилась в лохмотья, впрочем, как и у большинства из нас.

— Что с ним? — испугалась я.

— Просто последствия долгого пребывания в чешуе без должной тренировки, — ответил Таврос. — Обычный упадок сил и ломота во всем теле. Немного отдыха — и с ним все будет в порядке.

— Да, — на всякий случай подтвердил Кейн. — Странно, что ты еще не свалилась по этой же причине. Как-никак тоже первая почти полная трансформация.

Я не стала признаваться вслух, что близка к тому, чтобы свалиться. Неизвестно, как этим решит воспользоваться Таврос, а потому лучше молчать и делать бодрый вид. Больше всего мне сейчас хотелось растянуться на любой горизонтальной поверхности и уснуть на сутки. Суставы буквально выворачивало, болели абсолютно все мышцы в теле.

Таврос сгрузил своего новоявленного племянника прямо на мостовую возле Кейна и сам уселся рядом, благо камни хорошо прогрелись за день. Он бросил ленивый взгляд на ярко-белое оперение стрелы, торчащей из ноги моего брата, но ничего по этому поводу не сказал и не попытался помочь. Наверное, осмотр раны противоречил бы нашему соглашению и шел вразрез с планами бывшего нанимателя командира наемников. Он, кажется, и так сегодня превысил свои полномочия, помогая Дейкону спугнуть бандитов.

— А куда делся ваш посол? — поинтересовался Таврос. — Неужели сбежал?

— Он отправился за врачевателями, — ответила я, разозлившись на такое нелепое предположение.

— А-а, — глубокомысленно протянул Таврос. — Только немедленной помощи не ждите, сначала вам придется выслушать оханье всех Отцов и их прихвостней, уж я-то знаю. Скоро все будут тут в полном составе.

Предупредив, он спокойно и беззаботно растянулся на мостовой в полный рост и даже глаза закрыл. Таврос вел себя так, словно в нашем присутствии ему было абсолютно нечего опасаться. Меня из-за этого даже злость взяла. Хотя, возможно, я просто завидовала. Я-то не могу себе позволить расслабиться, а очень хочется.

Дейкон кое-как сел, осмотрел место происшествия, не упустив ни одной детали, и пожаловался:

— А я так и не смог никого достать, хотя у бандитов тоже не было мечей, только луки. Они попробовали выстрелить в меня почти в упор, а не сумев попасть, решили уносить ноги.

— Ну и ладно, нам ведь нужны не их трупы, а наниматель, — заметила я.

— Неужели ты еще сомневаешься, кто это? — поинтересовался дроу.

Я неопределенно пожала плечами. Доказательств вины Парящего у нас все равно не появилось, а выдвигать против него голословное обвинение перед Советом как-то глупо. Получится патовая ситуация: наше слово против его. У меня нет никакого желания участвовать в очередном суде оружия. С самого первого взгляда Парящий произвел на меня впечатление настоящего воина, крепкого и опытного. И на этот раз на моей стороне может не оказаться кучи духов предков, готовых вмешаться и защитить.

— Дейкон, Отцам будем рассказывать только факты, — предупредил Кейн. — Никаких предположений.

— О, а вот и они! — воскликнула я, увидев, как над землей недалеко от тела Оргела почти беззвучно возник черный провал телепорта.

Но несмотря на то что была уверена в личностях прибывших, я напряглась и приготовилась в случае нужды защищаться.

Первым из телепорта вылетел Арвис. То ли он так спешил к нам на помощь, то ли его кто-то хорошенько толкнул, придав ускорение… Он пробежал несколько шагов, запнулся обо что-то и рухнул аккурат на растянувшегося Тавроса. Командир наемников сдавленно ухнул и попытался спихнуть с себя посла. Именно эту сцену и застал Огненный, появившийся из телепорта следующим. Он внимательно осмотрелся, а потом громко скомандовал:

— Прекратить потасовку! Арвис, а ну отойди от Парящего! Ты в чем-то обвиняешь Тавроса?

— Нет, — отрекся посол, поднимаясь. — Просто вы немного не рассчитали силы, запих… приглашая меня в телепорт.

Смысл этих реплик я худо-бедно поняла, хотя дословно перевести не смогла бы. Но меня сейчас интересовали не собственные успехи в изучении языка. Тем более что разговаривать на нем я бы не рискнула.

— Где врачеватели? — перебила я их. — Кейн истекает кровью!

— Сейчас подойдут. Они просто немного нервничают из-за того, что ты можешь пребывать не в духе. Мало ли как ты отреагировала бы на телепорт, — пояснил Арвис.

— Это что, вперед послали самых ненужных? — хмыкнул Мерк, правда, на языке василисков, чтобы Огненный не понял. — Решили устранить неугодных с помощью госпожи Золии?

Посол тяжело вздохнул. Он и сам прекрасно понял, почему его затолкали в телепорт первым. А вот насчет Отца он решил пояснить:

— Огненный сам любезно вызвался помочь, так как в случае необходимости мог попотчевать вернувшихся бандитов пламенем. У остальных нет никакого оружия, только чешуя для личной защиты. Впрочем, Бескрылый тоже рвался в бой с одним только ножом, но его не пустили.

— А Парящий? — поинтересовался Кейн.

— Он же дома, ждет нас на прием, — напомнил Арвис. — В Ализиуме обнаружились только Великий, Огненный, Бескрылый и Туманный. У них там было какое-то совещание по поводу архивных записей.

Пока мы проясняли ситуацию, остальные Отцы решили, что здесь, наверное, уже безопасно. Правда, сначала все равно показались их доверенные маги, а затем уже Бескрылый, Великий и Туманный соответственно. Врачеватели шли последними, настороженно озираясь. Если учесть их возраст — явно меньше полутора тысяч лет, — то опасения драконов становились вполне понятными.

Лица врачевателей были мне уже знакомы. Только утром они перевязывали мне руки и колдовали для ускорения регенерации. Оба бросили беглый взгляд в сторону тела Оргела, утыканного стрелами, и, не сговариваясь, разделились. Один из них направился прямиком ко мне, а второй — к Кейну. Они на ходу доставали из сумок травы и бинты.

Маги-телепортисты, повинуясь короткому приказу Астадека, сразу отправились куда-то прямо по улице. Подозреваю, что они получили задание найти драконов, приставленных к нам в качестве наблюдателей. Или, может, просто должны осмотреть местность, выискивая свидетелей и следы бандитов.

А Отцы, вопреки прогнозам Тавроса, повели себя сдержанно. Они не охали, не накидывались на нас с расспросами о самочувствии и приметах напавших, просто замерли, ожидая вердикта врачевателей. Хотя на мое белое окровавленное платье все косились чуть ли не с ужасом, ведь пока не распущено войско, собранное Фаргом, им с меня надо пылинки сдувать. А тут уже второе покушение за сутки! И третье за весь непродолжительный визит…

— A'yet, — попыталась я отказаться от услуг врачевателя. — Со мной все хорошо.

Однако молодой дракон, подгоняемый чувством долга, бесстрашно наступал вперед. Он видел кровь и не понимал моих слов. Эх, и как же ему все объяснить? Не надо меня осматривать, а то еще кинжал со склянками найдет и заинтересуется, зачем они мне понадобились на приеме у Парящего. Да и Дейкону помощь врачевателя гораздо нужнее. Подозреваю, что хоть пара синяков на нем найдется.

— Арвис, объясни ему, что кровь не моя, — поспешно попросила я, расправляя свои лохмотья. — Пусть лучше диагностикой дроу займется или поможет коллеге лечить Кейна.

Посол выполнил мою просьбу, и я заметила, как лица Отцов разгладились. Просто невероятно! Раньше все боялись меня, а теперь опасаются за меня. Присягнувшие воины в случае чего в стороне не останутся…

Молодой врачеватель бегло осмотрел Дейкона, констатировал невероятный упадок сил и ретиво рванул к Тавросу. А что? Он же лежал на мостовой и даже глаза прикрыл, как будто ему плохо… Мало ли какие раны могут скрываться под его лохмотьями.

Командир наемников кувырком через голову откатился от бедного дракона, как будто у него в руках был не бинт, а по меньшей мере удавка. Он быстро затараторил, тоже отказываясь от помощи. Таврос указывал при этом на Дейкона и объяснял что-то про племянника и связь. Кажется, часть ощущений правителя Карневии передалась ему.

Оставшийся не у дел врачеватель решил помочь с лечением Кейна, а меня, Тавроса и посла захотел расспросить Астадек, раз уж с нами все в порядке. Арвис вызвался переводить. Мерка никто не просил отвечать на вопросы, но он сам подошел поближе, чтобы послушать.

— Что вы делали в этой части города? — поинтересовался Великий. — Насколько я знаю, вы должны были посетить прием Парящего, но его дом в шести кварталах отсюда!

— Мы как раз шли туда, — ответил Арвис. — Но Оргел или заблудился, или ему кто-то дал неправильную карту… Она все еще лежит рядом с телом парня.

— Бескрылый, найди карту, — попросил Астадек.

Он внимательно изучил небрежно сделанный чертеж и нахмурился. Мне без слов стало ясно, что ошибся отнюдь не Оргел. Стрелка действительно вела сюда, на эту пустынную улицу. Я решила, что сейчас как раз подходящий момент, чтобы окончательно обелить имя потерявшего память шпиона, и с помощью Арвиса передала его последние слова Великому.

— Спасибо, — сказал Астадек. — Я и не сомневался в его преданности. Парню просто кто-то задурил голову. Так вы говорите, он очень хотел попасть в Семью? Хм… А в какую именно, не упоминал?

Мы с Арвисом с сожалением признались, что не в курсе. Таврос просто промолчал. Подозреваю, что он был знаком с Оргелом раньше, ведь взялся же давать ему характеристику возле ворот посольства. Однако на красноречие нашего врага можно не рассчитывать, вряд ли он признается.

— Да… — протянул Великий. — Все нити обрываются или заводят в тупик. Я могу точно сказать, что приказы исходят от кого-то из Совета, но конкретнее определить не получается. Только вчера я подписал указ об эвакуации жителей этих трех кварталов, так как тут якобы творился некромантский обряд и теперь улица нуждается в очистке магами. Никто, кроме одного из Отцов, не мог приказать секретарю составить подобную бумагу. Предатель начал действовать масштабно и нагло.

— Так расспросите секретаря, — посоветовала я с помощью Арвиса. — Он же должен помнить, кто распорядился об эвакуации.

— Вот уже целый день его никто не видел, — с мрачным выражением лица сказал Астадек. — Я искал его с самого утра. Надеялся, что парню просто понадобилось куда-то отлучиться и он не успел предупредить меня, такое уже случалось. Ему иногда до невозможности хотелось полетать над горами. Он из Семьи Парящего.

— Теперь больше и не увидите, — подал голос Таврос.

То ли он что-то знал, то ли просто предполагал… Но мысленно все с ним согласились. Исчезновение секретаря именно в этот день не может быть простым совпадением. Похоже, враг решил подстраховаться.

— Не нравится мне, что все события так или иначе связаны с Парящим, — заметил Бескрылый.

— Да, — подтвердил Туманный. — Прием должен был состояться у него, карту рисовал член его Семьи, пропал секретарь тоже из его Семьи! Да и с какой стати Парящий послал к гостям в качестве проводника именно Оргела? Неужто из своих никого не мог найти?

— Явно от свидетеля хотел избавиться, ведь знал же, что тут засада, — подхватил Бескрылый.

— Огненный, а ты что скажешь? — поинтересовался Астадек. — Ты тоже так считаешь?

— Я бы не стал делать столь поспешных выводов, — заюлил дракон, теребя цепочку на груди.

— Хм, ты же всегда его недолюбливал, так чего теперь сомневаешься? — прямо спросил Бескрылый.

— Мы просто немного не сходимся характерами, но это не повод делать голословные утверждения. Хотя, конечно, члены его Семьи так и крутятся вокруг гостей… Вон, и Таврос тоже…

Астадек нахмурился и окинул подозрительным взглядом новоявленного родственничка Дейкона. Но, похоже, его очень смущала кровная связь и многочисленные дырки в рубашке Тавроса. Обычно организаторы покушения так не рискуют. А здесь смерть грозила не только ему, но и родичу!

— Таврос Парящий, а откуда вы так хорошо знаете гостей? Где и когда познакомились? — поинтересовался Великий. — Я требую правдивого ответа!

Мне бы очень хотелось, чтобы вопросы вызвали у Тавроса затруднение, заставили замяться, но этого не произошло. Лицо врага осталось безмятежным, взгляд — до невозможности невинным. Ну прямо не наемник, а безобидный горожанин, падающий в обморок при одном только намеке на преступление!

— Мне не по душе спокойная жизнь на одном месте, а потому я принимал участие в поисках Льеры в другом мире в составе войск Фарга, — с невозмутимым видом ответил Таврос. — Там и познакомились несколько месяцев назад. Конечно, Совет не одобряет потомство от смешанных браков, но так уж получилось, что я наполовину василиск, хотя кровь драконов во мне сильнее. Мы с дроу сразу нашли темы для беседы…

— Это правда? — требовательно спросил Астадек, глядя на меня.

Я уже открыла рот, чтобы сделать ряд уточнений, но Таврос глазами указал мне на Дейкона, напоминая про их связь. Рисковать, разоблачая командира наемников и правую руку Фарга, сразу расхотелось. А ну как он сейчас попытается сбежать и его при этом убьют? Нет уж, с Тавросом я и сама как-нибудь разберусь. А врага, похоже, уже и так вычислили со стопроцентной уверенностью, без его откровений.

Я просто кивнула, подтверждая сказанное командиром наемников. Он, собственно, и не врал вовсе, просто недоговаривал и трактовал события так, как ему было выгодно. А допрос действительно при желании вполне можно назвать беседой. И какая разница, если один из собеседников не слишком охотно принимал в этом участие?

Пока мы разбирались с ролью Тавроса в покушении, вернулись маги-телепортисты с весьма удрученными лицами. Вслух они ничего не говорили, просто кивнули в ответ на вопросительный взгляд Астадека. Судя по огорченному виду Великого, это означало, что наблюдатели мертвы.

— Бескрылый! — подозвал молодого Отца глава Совета, а потом что-то тихо, шепотом приказал ему.

Ни я, ни Арвис ничего не расслышали и не поняли. Но после этого дракон с одним из магов куда-то удалился.

— От лица нашей державы я приношу вам извинения за этот печальный инцидент, — чуть позже громко объявил Астадек. — Заверяю, что виновные будут найдены и покараны по всей строгости закона. Я лично приму участие в расследовании и к Парящему присмотрюсь особо.

— Да уж, присмотритесь, а то мы его с самого начала подозревали, — буркнул невоздержанный на язык Мерк.

Кейн, взятый в оборот парой врачевателей, но все равно прислушивающийся к разговору, погрозил пацану кулаком. Он же попросил всех молчать и до появления реальных доказательств предоставить драконам право разбираться самим.

— Правда? — удивился Великий. — А что, есть еще факты, которых я не знаю?

— Нет, что вы, — поторопился выкрикнуть Кейн. — Ребенок просто предположил.

— Я не ре… — начал Мерк, но осекся под моим взглядом.

— Прошу вас ничего от меня не скрывать, это в ваших же интересах, — сказал Великий. — Я так понимаю, что завтрашнее собрание Совета необходимо отменить?

— Ни в коем случае, — запротестовал Кейн. — Дела прежде всего. Мы с Льерой обязательно будем на собрании.

— Как вам угодно, — согласился Великий. — Наш маг сейчас телепортирует вас до посольства, чтобы вы смогли отлежаться и прийти в себя.

Всю ночь после очередного покушения я тихо-мирно спала в своей кровати, так как первое почти полное принятие второй ипостаси очень меня вымотало. Ни о какой работе над языковым заклинанием и речи быть не могло. Хотя на этот раз, засыпая, я положила рядом с собой меч, а под подушку засунула кинжал, перестраховываясь на случай нового визита наемных убийц… или Тавроса. Теперь меня не застанут врасплох, я буду настороже.

Но вопреки опасениям ночь прошла спокойно, зато утром, часов в восемь, я проснулась от громкого звона мечей в коридоре. Караул! На нас напали? Неужели снова придется защищаться? Как-то быстро враги организуют покушения.

Я торопливо вскочила с кровати, схватила меч и, как была в одной ночной рубашке до пола и с босыми ногами, вылетела в коридор разбираться. Сейчас всех превращу в статуи и пойду еще часок посплю или поработаю.

Однако осуществить эти намерения не получилось, потому что на площадке перед лестницей сражались Дейкон и Таврос. Мечи так и порхали в их руках. Но я не заметила, чтобы у кого-то был существенный перевес в мастерстве. Дроу, казалось, не очень тяготится этим боем, да и ярости в его глазах не наблюдалось. Он просто парировал удары дракона, не стараясь ускользнуть в сторону и как-то увернуться. Оба двигались быстро и легко, не задыхаясь от усталости и прилагаемых усилий. Прямо на моих глазах Дейкон сделал удачный обманный финт и безжалостно, не сдерживая удар, ткнул Тавроса в сердце. Послышался лязг, когда кончик клинка врезался в чешую, при этом рубашка оказалась сильно распорота.

— Garrteheriar! — выругался Таврос. — Кто же так сражается в учебном бою?!

— Ты! А то не помнишь, как две минуты назад со всей дури ткнул меня в плечо! Я еле чешую успел выпустить.

— Это был не смертельный удар, тебе ничего не грозило. Тем более сейчас врачеватели недалеко дежурят, в Ализиуме.

— Тебе тоже не грозило! Ведь успел же, зар-р-раза, — протянул правитель Карневии.

— Дейкон, ты рискуешь. К тому же ты первый врезал мне по локтю рукоятью меча.

— А ты мне брюки прорезал, как будто у меня их бесконечный запас! — не остался в долгу дроу.

— Мы же договорились не давать волю чувствам, — напомнил Таврос. — Я тоже хочу тебя убить, но ведь не могу! Кровная связь, чтоб ее…

— Вот-вот, кишка тонка! И кто кого здесь обязан учить бою на мечах?! Теперь, когда мы примерно равны по силе, ситуация поменялась!

— Нарываешься, горстка пепла! — фыркнул Таврос, делая выпад. Он удачно пробил защиту дроу и полоснул его по бедру. Громкий скрежет возвестил о том, что меч задел не только одежду…

— У меня амулеты от твоего пламени, так что не обольщайся! — заявил Дейкон.

— Надолго их не хватит. Уже проверено.

— Тебя тоже, ты ведь не Огненный, — чуть отступая под натиском дракона, заметил дроу.

— Я все равно выносливей. Ты уже начинаешь уставать, — злорадно отметил Таврос.

— А я злее! И если вы сейчас не прекратите маяться дурью, то убедитесь в этом! — рявкнула я. — Оба!

Таврос и Дейкон встали как вкопанные и опустили мечи. Оба с недоверием и опаской покосились в мою сторону. Никому из них не хотелось проверять, шутка это или нет, поскольку искры, проскальзывающие в воздухе, четко свидетельствовали о моем отвратительном настроении, под воздействием которого я могу поддаться импульсу.

— Э-э… Золия, а что ты здесь делаешь, да еще и в таком виде? — поинтересовался правитель Карневии, беззастенчиво меня рассматривая. Он даже и не подумал отвести взгляд как любое воспитанное разумное существо.

— Выясняю, кто мешает мне спать, — с угрозой в голосе сказала я.

— Но ты же обычно бодрствуешь по ночам, как и все правители василисков, — попытался уличить меня во лжи Таврос. Он вел себя гораздо скромнее и рассматривал преимущественно новоявленного племянника и пол под его ногами. — Тебе достаточно одной-двух ночей в год.

— Считайте, что сегодня как раз одна из двух таких ночей! — заявила я.

— Так рассвет уже наступил, — заикнулся было Таврос.

— Лично я его не видела и мне начхать! Ночь закончится тогда, когда я решу. И вообще, Таврос, как ты мог навязывать Дейкону учебный бой, зная, что вчера он и передвигался-то с трудом?! — напустилась я на дракона.

— С этого бы сразу и начинала. А то спать ей мешают… тьфу! Никогда этих баб не поймешь, — в сердцах пожаловался Таврос. — В мыслях одно, а на словах совсем другое. Так бы и говорила, что переживаешь за своего женишка!

— Кого?! — возмущенно переспросила я.

— Пожалуй, вам стоит поговорить наедине, — быстро затараторил дракон, сообразив, что ляпнул что-то не то. — Дейкон, я продолжу разминку один.

— Не стоит, я с тобой, — заторопился дроу вслед за Тавросом.

Сейчас он почему-то предпочитает его общество моему. Но не выйдет!

— Дейкон, подожди, — попросила я, для надежности хватая его за руку. — Что за выдумки озвучивает твой дядя?

— Не называй его так, — возмутился дроу. — И вообще, я не в ответе за чужие слова. Спрашивай с Кейна.

— Стоп. А при чем здесь мой братец?

— Так это его идея представлять меня драконам как твоего жениха. Правда, свои мотивы он мне не объяснил, только сказал, что так надо по политическим соображениям. Именно по этой причине Таврос больше не хочет с тобой связываться. Ему неудобно убивать невесту своего племянника. Garrteheriar! И как такое могло произойти?..

— Это что, так ужасно? — с замиранием сердца поинтересовалась я.

— Да!

— Неужели тебе невыносима даже сама мысль об этом?

— Да, — еще раз подтвердил дроу. — Кошмар! Как я влип.

— В таком случае можешь смело объявлять о разрыве отношений и изменении планов, — обиженно фыркнула я.

— И что от этого изменится? — тяжело вздохнул правитель Карневии. — Связь нерушима.

— Ой, подожди, это ты о чем? — спохватилась я.

— А ты о чем?

— Да так, — неопределенно произнесла я. Ну не объяснять же, что спрашивала, как он относится к идее о нашей свадьбе! А ведь очень интересно.

Тихо, Золия, тихо. Прекращай льстить себя надеждой, что Дейкон хоть когда-то начнет воспринимать тебя не как врага. Молчи. Ну не приставать же к нему самой с предложением?! Эх, все было гораздо проще, когда я его плохо знала и ненавидела просто так, за компанию со всем остальным миром.

— Ладно, Золия, я пойду еще немного отведу душу — наделаю дырок в одежде Тавроса и наставлю ему синяков, а ты одевайся. Заседание Совета сегодня в час, а в полдень Кейн хотел собрать всех в скверике, чтобы откровенно поговорить.

— А где он сам?

— Лежит в комнате, набираясь сил и давая возможность ране лучше затянуться. Так что пользуйся пока свободой, — подмигнул мне Дейкон и, развернувшись, начал спускаться вниз по лестнице.

Я решила последовать его совету и немного поработать над языковым заклинанием, пока есть возможность. Ведь только-только сама убедилась, что переводят мне не все. Даже Арвис молчал о выдумке Кейна. Но неужели Мерк и сам Дейкон не пытались опровергнуть его слова, когда он представлял правителя Карневии как моего жениха?

Терзаясь вопросами, на которые у меня не было ответов, я вернулась в комнату, положила меч на кровать и переоделась в легкое платье из лавки драконов. Под руку попался ярко-зеленый наряд, который наверняка будет хорошо гармонировать с цветом лица Кейна уже к середине заседания Совета…

Расчесав волосы пятерней и таким образом покончив с утренним туалетом, я уселась на неудобный валун перед столом и погрузилась в работу.

Дело пошло неожиданно быстро, так что уже за десять минут до назначенного в скверике совещания я вывела требуемое заклинание. Правда, оно имело очень неудобное ограничение во времени, которое не удалось обойти. Магия позволит мне свободно понимать язык драконов и говорить на нем в течение четырех часов, а потом придется дать мозгу отдохнуть около половины этого времени. Обновлять заклинание немедленно ни в коем случае нельзя. Но лучше уж так, чем вообще оказаться не у дел и надеяться на милость Арвиса, Кейна или Дейкона.

Бумаги со своими выкладками и рассуждениями я разорвала на мелкие кусочки и выбросила, чтобы их никто не нашел. Делиться знаниями с какими-нибудь шпионами Отцов мне не хотелось. После этого я на всякий случай захватила перевязь с мечом и направилась в скверик, виднеющийся из моего окна.

Возле знакомых клумб еще никого не было. Мужчины не торопились выходить на улицу под нещадно палящие лучи солнца. Прикинув, что и мне пока ни к чему мучиться на открытом участке, я отошла под деревья в тень и стал а ждать…

Сначала показался Кейн. Опираясь на плечо Арвиса, он тяжело ковылял по дорожке. Я неодобрительно нахмурилась. Зря братец отказался отложить собрание Совета хотя бы на день. Как он пойдет в таком состоянии?! Но, боюсь, спорить с Кейном бесполезно, когда дело касается решения государственных вопросов.

Следующим к месту встречи подошел Мерк, одетый в аккуратную светло-серую тунику. А через пару минут показался и Дейкон. Но он был в сопровождении Тавроса! Одежда на обоих висела клочьями, наглядно демонстрируя, что они не один раз пробили защиту друг друга. Видимо, бой шел с переменным успехом. Под левым глазом Тавроса красовался довольно большой фингал по форме кулака, на подбородке Дейкона тоже было заметно темное пятно синяка. Зато оба улыбались!

— Зачем ты его притащил? — зашипела я на Дейкона. — Мы же хотели поговорить без лишних ушей.

— Я сам пришел, чай, не хромой, — заявил Таврос.

— Неужели я так слабо попал тебе по левой коленке? — удивился дроу. — Непорядок. Но ничего, обещаю исправить это завтра утром.

— Держи карман шире, — ухмыльнулся дракон. — Тебе сегодня просто везло.

— А ты, оказывается, мечтатель… дядюшка, — с издевкой сказал Дейкон. — Это не везение, а мастерство и опыт.

— Нет. Многотысячелетний опыт у меня, а у тебя просто удачный день, — продолжил настаивать на своем Таврос.

— У тебя скорее дряхлость от прожитых лет, — подколол дроу. — Нормальные живые существа столько не живут.

— Посмотрим, как ты сам запоешь в моем возрасте, находясь в самом расцвете сил, — отпарировал бывший командир наемников.

— Прекратите! — не выдержал Кейн. — Что за мальчишество? Ведите себя достойно, раз уж так влипли. Если будете молчать, разрешу остаться здесь обоим, а в противном случае идите упражняться в остроумии где-нибудь в другом месте!

— Ты что, с ума сошел? — удивленно спросила я у брата. — Не хватало еще посвящать в наши проблемы этого… этого…

— Козла, — явно нарываясь, подсказал Мерк.

Таврос, не собираясь спускать оскорбление, мгновенно щелкнул пацана по лбу двумя пальцами. Хм… Надо будет взять на вооружение этот прием, а то подзатыльником я боюсь сломать ему шею, да и слишком круто получится для наказания за простые слова. Но научить Мерка думать и оценивать ситуацию, прежде чем говорить, крайне необходимо.

— Ничего страшного, — сказал Кейн. — Я все равно сегодня собирался вынести на голосование вопрос о том, чтобы честно рассказать Отцам о причинах нашего срочного прибытия сюда. Сами подумайте, мы здесь уже несколько дней, но не можем ничем похвастаться. Будем надеяться на понимание драконов и… их чувство вины за покушения.

— О чем речь? — заинтересовался Таврос.

— Тебе пока знать не положено, мы еще не решили, — отмахнулся Кейн. — Льера, Дейкон, ну так как? Тем более что дело напрямую касается Илэр, а она теперь, если вы поняли, приходится Тавросу племянницей.

Скажу честно, последнее замечание брата меня огорошило. Я даже и не думала, что проблему можно частично переложить на плечи врага. Но меня это полностью устраивало, пусть тоже крутится, доставая кровь. Подозреваю, у него получится быстрее, так как он знает столичных аристократов.

— Связь с Илэр очень слаба, — заметил Арвис. — Мы все равно рискуем. Вот если бы дело касалось самого Дейкона…

— Специально превращать его в статую не буду, — тут же замотала я головой. — Лучше так рискну.

— Ладно, на собрании Совета я все честно расскажу Отцам и попрошу их о помощи, — подвел черту Кейн. — Собственно говоря, ради этого решения мы здесь и собрались. Теперь можно разойтись по комнатам и переодеться перед визитом в Ализиум. Надеюсь, кое у кого еще остались запасные брюки и рубашки.

— Так о чем вы хотели рассказать? — не выдержал Таврос. — Я ничего не понял! При чем здесь Илэр?

— Узнаешь в свое время из распространившихся слухов, — невесело усмехнулся Дейкон.

— Тьфу! — сплюнул Таврос. — И стоило спускаться вниз и выходить под палящие лучи солнца ради того, чтобы толком так ничего и не сказать?! С тем же успехом могли поговорить в посольстве.

Он развернулся и решительно пошел прочь, не волнуясь, что мы можем поднять еще какой-то вопрос в его отсутствие. Ножны с мечом плавно покачивались на боку в такт его шагам.

— Что-то еще надо обсудить? — поинтересовался Арвис.

— Ничего из того, что не предназначено для чужих ушей, — покачал головой Кейн.

— Только у меня просьба. Пожалуйста, будьте осторожнее, держитесь настороже и не забывайте брать с собой оружие, — сказала я, не заботясь о том, какое впечатление произведут мои слова на дроу, всегда считавшего меня бессердечной. — Как бы Парящий не занервничал и не выкинул чего, почувствовав, что кольцо вокруг него сжимается, что коллеги его подозревают.

— Это не Парящий, — твердо сказал Дейкон. — Наш враг — не он!

— Ты шутишь?! — недоверчиво воскликнула я.

— Не может быть, — произнес Арвис. — Все улики против него.

— Дейкон, ты уверен? — уточнил Кейн. — С чего ты так решил?

— Просто я наконец все обдумал, не поддаваясь эмоциям, — пожал плечами дроу. — Вероятность девяносто процентов из ста, что Парящий не злоумышлял против нас, его просто кто-то подставляет. Сами подумайте, нам слишком явно указывают на него. Не верю, что он не мог организовать последние покушения так, чтобы не оставлять зацепок против членов своей Семьи.

— Мало ли что бывает впопыхах, когда намеченные жертвы рядом и цель близка, — протянул Кейн.

— Вы хотя бы вспомните, как маг, открывший телепорт в Дельноре, позвал Тавроса, — посоветовал Дейкон.

— Ну-у… Парящий, — вслух сказал Мерк.

— А разве так обращаются к члену своей Семьи? Там все Парящие! Между собой они называют друг друга по именам, — выложил Дейкон.

— Точно, — хлопнул себя по лбу Арвис. — Только главу Семьи могут так назвать свои же, но ведь обращались к Тавросу…

— А вдруг? — все еще сомневался Кейн.

— Нет, Дейкон прав, — поддержала я правителя Карневии. — Даже на приеме Великие обращались друг к другу по именам.

— Это не показатель, там их было слишком много, — не успокоился братец. — А если взять всего двоих? Хотя, кажется, вероятность все равно мала…

— Дейкон, а конкретный подозреваемый у тебя уже есть? — спросила я.

— Да.

— Кто?! — хором воскликнули мы.

— Я пока точно не уверен, надо кое-что уточнить, — замялся дроу.

— А все же? — попробовала я настоять на ответе.

— Скажу, когда буду уверен. А пока наблюдайте за Отцами и делайте выводы сами. Не хочу, чтобы у вас было предвзятое мнение о ком-то. Вдруг я неправ?

На этом наше небольшое совещание на относительно свежем воздухе закончилось, всем осталось только самостоятельно строить догадки. Направляясь в комнату, я в уме перебирала все кандидатуры, примеряя на них роль злодея, устраивающего покушения. Исключение сделала только для Астадека, ему моя смерть точно ни к чему. Сейчас в руках у Великого и так находится вся власть над драконами, и я не вижу, какие выгоды он может извлечь от войны с василисками и возможного переворота.

Размышления завели меня в тупик. Фактов, которые могут свидетельствовать против кого-то из Отцов, у меня не было. Одни предположения, основанные на личной симпатии или антипатии. Естественно, самым высокомерным и невыносимым я привыкла считать Парящего…

До выхода из посольства на заседание Совета я так ничего и не решила для себя. Буду надеяться, что Дейкон действительно выяснил личность нашего врага, а не ткнул пальцем в небо. Да и Великий со своей стороны должен разобраться, что к чему. Ему изнутри должно быть виднее, кто пренебрегает общими интересами, пытаясь играть против всех.

На заседание Таврос нагло увязался с нами. Бывшего командира наемников не смущал тот факт, что его никто не приглашал, он даже слушать не стал наши возражения. Впрочем, нам-то что? Не драться же с ним из-за такой малости. Если его не слишком вежливо попросят удалиться из зала Ализиума, сам будет виноват, вступаться за него никто из нас не собирается.

Не знаю, как остальные, а я прицепила под платье аж два кинжала. Эх, жалко меч не получится так спрятать, с ним я себя чувствую увереннее. Хотя, возможно, если откуда-то и выглянет кончик лезвия, Астадек предпочтет сделать вид, что не заметил, но лучше не рисковать.

Я, Мерк, Таврос и Дейкон первые почти одновременно вышли на крыльцо, где было назначено место сбора. Зайти за Кейном и помочь ему спуститься вызвался Арвис. Они тоже не слишком припозднились, появившись почти следом. Братец выглядел немного бледновато, что еще больше подчеркивалось голубой рубашкой, но передвигался вполне живо, хоть и хромая. А вот брючина вокруг его раны странно топорщилась, как будто туда намотали невесть сколько бинтов.

— Что это? — поинтересовалась я.

— Каркас, чтобы мне было легче ходить, — невинно пояснил Кейн.

— Да? А разве помогает? У тебя ж не перелом, который надо фиксировать. Зря ты примотал к ноге кучу палок, они только затрудняют передвижение и совсем скоро могут показаться ничуть не легче пудовой гири.

— Обижаешь, — протянул Кейн. — Какие палки? Мой каркас сделан из чистейшей стали по особому, очень полезному рецепту.

— И что там такого полезного? — так же недоверчиво спросил Таврос. — Рану ничто быстрее не затянет.

— Это не для лечения раны, а для спокойствия души, — усмехнулся Кейн. — Целый ряд плотно примотанных метательных ножей, аж десять штук.

— Ого, — удивилась я.

Дейкон присвистнул от изумления, а Таврос уважительно посмотрел на «каркас». Даже Отцы засмущаются попросить Кейна снять ножи. Не потому, что поверят в их медицинские свойства, просто вспомнят о ране, полученной братом правительницы василисков по их недосмотру…

— То-то же, — сказал Кейн. — Ладно, похромали, а то нехорошо будет опять опоздать.

В здание Ализиума нас беспрепятственно пропустили. Если состоящие при Отцах маги и заметили оружие, то дипломатично промолчали. Обидно только одно: они предпочли не заметить не только ножи, но и Тавроса! Да и Арвиса на этот раз не попросили подождать в холле.

— Alyamaik, — вежливо, но коротко поздоровалась я с Отцами, входя в зал. Не хотелось с ходу удивлять их целой тирадой на чистейшем драконьем языке.

Ответный нестройный хор голосов прозвучал довольно тихо, так как нас разделяло значительное пространство. Отцы, как всегда, сидели за столом. Однако на этот раз они плотно устроились на одном его конце, предоставив нам возможность занять места на другом. То ли драконы перестали бояться, что я превращу их всех скопом в статуи, то ли Великий хотел получить возможность понаблюдать за своими коллегами в ходе переговоров.

— В торец, Льера, — подпихнул меня Кейн. — Я сяду справа.

Дейкон устроился по левую руку от меня. Рядом с ним по-хозяйски расположился Таврос, поставив локти на стол. Похоже, он чувствовал себя здесь как рыба в воде и ничуть не тяготился официальностью обстановки. Арвис и Мерк сели напротив дракона-полукровки, но с заметной робостью и неловкостью. Хотя пацана, по-моему, не столько смущали Отцы, сколько присутствие Тавроса.

— Рад вас видеть, — взял слово Великий. — В прошлый раз мы закончили обсуждать экономические соглашения, когда нас неожиданно прервало то ужасное дело с попыткой отравления, а сейчас предлагаю обговорить порядок пересечения границ в двухстороннем режиме.

— Нет, — покачала я головой. — У нас есть другая тема, которую необходимо вынести на обсуждение, очень важная и, можно сказать, деликатная. Именно она и привела нас к вам накануне зимы, незапланированно и без предварительной договоренности.

— Какая? — заметно заинтересовался Великий.

— Статуи моих лордов и сестры Дейкона, — четко сказала я.

На лицах Отцов отразилось недоумение, они не понимали, какое имеют к этому отношение. Вот если бы в число статуй попал их посол… Но он, вон, сидит целехонек, моргает и с любопытством рассматривает огромный пустой зал — сердце столицы.

— Мне кажется или вы действительно стали говорить по-нашему гораздо лучше и даже без акцента? — неожиданно поинтересовался Огненный. — Так вы раньше лукавили, что не знаете язык?

— Нет! Это просто магия.

— Значит, вы и раньше могли воспользоваться ею? — настойчиво уточнил Огненный, теребя сережку в ухе. — Коллеги, вспомните про некий переданный нам лист бумаги…

— Нет! — резко перебила я. — Заклинание для перевода стало мне доступно только сейчас. Я час назад закончила с ним разбираться, даю слово.

— А стоит ли верить? — засомневался Малый. Он в кои-то веки ничего не жевал на заседании Совета и, наверное, поэтому был не в самом благодушном настроении.

— Это правда! — подтвердил Арвис с горячностью. — Правительница не знала наш язык, она не является некроманткой.

— Но мне все равно нужна ваша кровь, — огорошила я драконов без предварительных вступлений и разъяснений.

Кейн весьма ощутимо пнул меня под столом и пробормотал:

— Дипломатка, называется. Кто ж так делает?!

Ну я. А меня не учили полчаса ходить вокруг и около, делая намеки и проверяя реакцию. Я привыкла сразу переходить к сути дела. Хм, а разве это не главное для достижения понимания? Вот сейчас Отцы покричат вволю, повозмущаются, а там, глядишь, успокоятся и молча выслушают уточнения. Обычно в таком случае хорошо было превращать окружающих в статуи, чтобы они переварили информацию, не терзая мои уши воплями, но, увы, сейчас это невозможно. Так и быть, потерплю… если они не собираются продолжать в том же духе еще час…

Отцы, может, и собирались, но Астадек не позволил. Он с силой опустил ладонь на столешницу и громко скомандовал:

— Тихо! Всем сесть на свои места и успокоиться!

— Но как же… — начал Парящий.

— Давайте выслушаем объяснения до конца, — попросил коллег Великий. — Мы еще не знаем, о чем конкретно идет речь. Вам же сказали, что Льера не увлекается некромантией. Война ей вроде тоже ни к чему. Так что слушаем.

— Здравая мысль, — тихо пробормотал Таврос. — Рассудительный мужик этот Великий.

В зале установилась относительная тишина. Кричать Отцы прекратили, ну а скрипеть зубами им никто не мог запретить. Большинство драконов сверлили меня не очень дружелюбными взглядами, Ржавый медленно начал сползать куда-то под стол, теребя кончик своей многострадальной косы. Малый и Зеркальный зачем-то придвинулись поближе к Бескрылому, для чего им понадобилось чуть переместить свои валуны. Самыми спокойными оказались Великий и… Парящий.

— Льера, не тяни, — пихнул меня под столом братец.

— Вы, наверное, уже знаете, что я случайно превратила своих лордов в статуи? Только не надо играть на публику и восклицать, что это невозможно, — сказала я, сразу расставляя точки над «ё». — Не пытайтесь меня убедить, что ваши подданные шарахались от меня просто так. Они наверняка боялись моего дара карательницы и не хотели быть превращенными в живые статуи.

— Они боялись не вашего дара, а случайности, — спокойно, но с легкой усмешкой пояснил Великий. — Хотя конечно же очень жутко оказаться навечно запертым в собственном теле. Гораздо гуманнее, когда существо просто превращают в бесчувственный и безжизненный камень.

— Вы так говорите, словно я пользуюсь своим взглядом направо и налево, — чуть обиделась я.

— Не сочтите за дерзость, но если говорить откровенно, то вы производите впечатление не очень сдержанной особы, — осторожно заметил Великий. — Посол об этом неоднократно писал в своих донесениях.

— Это было в начале нашего знакомства, — краснея, принялся оправдываться передо мной Арвис. — Льера, ты сама вспомни, как мы в первый раз встретились. Я был вынужден написать правду!

— Сейчас-то многие из нас поняли, что слухи о вашем нраве несколько преувеличены, — поспешил успокоить меня Астадек. — К сожалению, основная масса народа верит молве, и я не в состоянии ничего исправить. Вас называют Великим Ужасом. Только, честно говоря, ужас будет не в том случае, если вы немного ослабите контроль над собой по отношению к тем же бандитам, пытающимся вас убить, а в случае, если им это удастся… Тогда последствия будут масштабнее.

— Я понимаю и очень стараюсь себя контролировать. Вашим подданным, за исключением нескольких враждебно настроенных персон, нечего опасаться, у меня самые благие намерения, — заверила я. — В Вассарии все действительно произошло случайно и очень неожиданно для меня. Кто ж знал, что после совершеннолетия взгляд будет действовать и на василисков.

— А зачем вам кровь? — не выдержал Бескрылый наших расшаркиваний с главой Совета.

— Она может вернуть к жизни лордов, — ответила я. — Нужна всего капля крови живого дракона, рожденного в первородном пламени.

— Это Огненного, что ли? — уточнил Парящий с искренним интересом.

— Не знаю, — развела я руками. — Но кровь Арвиса не подействовала, значит, нет. Наверное, все же имелся в виду дракон какой-то другой Семьи.

— Не везет, кровопускание этим огнеметам отменяется, — с искренним огорчением пробормотал Парящий. — А хотелось бы на такое посмотреть.

— Лучше смотри, как бы лично твою не попросили, — не смолчал Огненный.

— Так, тихо! Говорите только по делу, нечего демонстрировать гостям наши разногласия, — потребовал Великий.

— Может, имеется в виду дракон с чешуей, закаленной в пламени Огненного? — предположил Бескрылый.

— Льера, а сами вы что по этому поводу думаете? — спросил Туманный.

— У меня слишком мало сведений о вас, — призналась я. — Мы надеялись разобраться на месте…

— Коллеги, кто в силах помочь информацией? — поинтересовался Великий. — Бескрылый, ты точно ничего не видел в архивах? Огненный, может, ты?

— Я видел, — раздался спокойный голос Зеркального. — В хрониках времен Белтвейна объяснялось, что это дракон, который в своей ящероподобной ипостаси искупался в лаве вулкана. Чешуя после такой «ванны» становится ярко-алой. Дракон перерождается в сильнейшего Огненного, если выживет, конечно.

Его последние слова камнем зависли в воздухе. Никто не страдал отсутствием воображения, поэтому бурлящая «ванна» представилась очень хорошо, отбивая охоту оказаться в числе смельчаков, желающих перерождения.

Я очень сомневаюсь, что в этих землях найдется хоть один дракон, уже прошедший подобную процедуру. Пока что никто из представителей соседнего народа не показался мне сумасшедшим, способным нырнуть в лаву. До этого момента вряд ли кто-то знал, какие выгоды сулит купание в жерле вулкана, за многие тысячелетия информация забылась.

— Кажется, добровольца будет довольно сложно найти, — в тишине вздохнул Великий.

— Так он у нас уже есть, — заявила я.

Арвис несколько побледнел и спал с лица. Он недоверчиво посмотрел на меня, пытаясь понять, а не ослышался ли. Вокруг него даже слабое сияние появилось!

— Льера, я что-то не помню, чтобы соглашался на подобное…

— Не ты, — покачала я головой. — Не переживай.

— Я не пущу Дейкона в кратер вулкана! — встав, громко, с решительным видом объявил Таврос. — Это самоубийственно для него! Кровь дракона в нем весьма слаба и не защитит от жара магмы, он даже полное превращение совершить не сможет. Я не могу допустить, чтобы мой кровный родич так рисковал. Да я лучше сам вместо него…

Таврос осекся, поняв, что увлекся, но было поздно. Я уже подловила его на слове, в связи с чем улыбалась от уха до уха. Его весьма эмоциональную и прочувственную речь слышали все Отцы, они не позволят ему отступить.

Я оказалась права.

— Весьма похвально, молодой человек, — тут же сказал Туманный. — Родина не забудет вашего подвига во имя мира между двумя народами. Надеюсь, вы не окажетесь трусом и не передумаете.

Туманный благодаря своему большому жизненному опыту прекрасно знал, куда надавить и на чем сделать акцент. Уж теперь Таврос точно оказался приперт к стенке, ведь вряд ли ему захочется прослыть трусом на всю страну. Его репутация оказалась полностью во власти Отцов, способных как возвеличить, так и изничтожить доброе имя.

• Бывший командир наемников одарил меня взглядом, в котором смешались злость и уважение. С одной стороны, я видела, что он готов меня придушить, если не придумает другой, более достойной кары. Лезть в лаву добровольцем ему явно не хотелось. Впору казнить себя за несдержанность, но любой предпочтет отыграться на враге, а не обвинять себя. С другой стороны, Таврос умел уважать сильного противника, способного его достать. Он не мог не признать, что мой ход был весьма удачен, провокация полностью удалась.

— Сочтемся, — пообещал Таврос с кривой усмешкой.

— Льера, а как же наша кровная связь? — напомнил дроу. — Если он умрет…

— Ничего не произойдет, — перебил Арвис.

— Дейкон, твой дядюшка прыгнет в лаву не с целью самоубийства, а для перерождения, — пояснила я. — Кровная связь не сможет стать препятствием, если кто-то из родичей решил усовершенствовать свои способности и выйти на другой уровень бытия. Ну а если не получится… черное будет тебе к лицу.

— Стерва, — произнес Таврос одними губами.

— Злыдня, — поправил Мерк с довольной улыбкой. — Уела она вас.

— Нахал, — выдал очередной эпитет дракон-полукровка. На более решительные меры в зале Ализиума он не пошел: мало ли как это воспримут Отцы.

— Согласна, — подтвердила я. — Вот и займешься потом его воспитанием… если выживешь.

— Ради такого дела… — угрожающе начал Таврос, но так и не закончил.

— Зеркальный, а откуда вы так хорошо знаете хроники? — раздался громкий голос Бескрылого. — Даже я таких сведений в архиве не видел, а ведь все перерыл! Подозрительно как-то…

— Естественно, не видел, — спокойно подтвердил остроносый Отец. — Свиток был у меня.

— Но я не поручал тебе ничего изучать, — нахмурился Великий. — Ты помешал Бескрылому нормально выполнить возложенную на него обязанность!

— Ничуть. Это свиток из моего личного архива. Помните, кто-то решил выбросить ненужные бумаги… Ну а я подобрал все, что счел интересным, и на досуге просмотрел.

— Да он просто решил угробить моего сына! — громко возмутился Огненный, кипя от распирающих его чувств. — Вы верите, что написанное на какой-то ветхой бумажке — правда?! Это могут быть просто сказки, сборник непроверенных слухов!

— Вот и проверим! — припечатал Великий. — И кого это ты назвал своим сыном?

— Так Арвиса же!

— Как? — удивилась я. — Это правда?

— Конечно, — гордо провозгласил Огненный. — Все члены Семьи мне как дети.

Мягко говоря, посол выглядел растерянным, так как не ожидал такого заявления от особы, отправившей его на верную смерть.

— Никто не трогает твоих детей, — проворчал Астадек. — Мы же сошлись на том, что эксперимент будем ставить на члене Семьи Парящего, а с его стороны возражений не поступало.

— Так он только о своей шкуре заботится! — не унимался Огненный.

— Неправда! Просто я думаю, Тавросу купание в лаве не повредит, — возразил Парящий. — Он сильный, закаленный воин, крепкий телом и духом. И если пробовать на ком-то описанный рецепт, то на нем, а не на хлипком горожанине, который умрет от инфаркта еще на подходе к вулкану!

— Поддерживаю, — подал голос Ржавый.

— За своих испугался? — ехидно усмехнулся Парящий.

— А хоть бы и так! — поддержал Малый коллегу, нервно теребящего косу.

— Завтра будем телепортироваться к ближайшему вулкану, — постановил Великий, проигнорировав перепалку Отцов. — Мага я найду. Таврос, советую вам подготовиться морально и не поддаваться упадническим настроениям. Вы должны желать перерождения, а не ожидать смерти!

— А я и не жду, — громко объявил бывший подручный Фарга и тихо добавил только для нашего конца стола: — Я еще не всем отомстил.

— Пока у вас один-ноль, — заметил ему Дейкон.

— Не понял.

— Мы с Золией каждый для себя вели такой счет, соревнуясь в подлянках друг другу, — ухмыльнулся дроу. — Не волнуйся, ты не одинок в своей ненависти, она и меня доставала не одну сотню лет. Так что, глядишь, лет через пятьсот вы тоже найдете общий язык и объявите перемирие.

— Ни за что! — заявила я, а потом вспомнила, что Таврос теперь является родственником правителя Карневии, и исправилась: — Раньше чем через полтора тысячелетия не прощу!

— И не надо! Я и сам твою подставу дольше буду помнить. Хотя интересно, чем конкретно я заслужил такую стойкую ненависть.

— И ты еще спрашиваешь?! — возмутилась я и принялась загибать пальцы: — Золотую скульптуру в Межгорье сломал, в эльфийском лабиринте и телепорте чуть не уморил, оскорбил, выставив на площади в качестве статуи, позволил своему прихвостню ткнуть меня кинжалом, в именной гроб загнал в конце-то концов!

— Эти обвинения просто смехотворны. Что-то твой труп хорошо сохранился, гроба вокруг него не замечаю.

— И в этом не твоя заслуга!

— Да по-твоему, выходит, что и эльфийский телепорт создавал лично я! Не вижу достойного повода для столь долгосрочной ненависти.

— Вы просто не туда смотрите, — ухмыльнулся Мерк. — Гораздо весомее ее испорченное настроение и попытки убить Дейкона.

— Вот в это готов поверить.

Я громко фыркнула, выражая свое отношение к их инсинуациям. Вообще-то они не так уж неправы… Больше всего меня бесило то, что Таврос оказался сильнее и что жизнью я обязана скорее простому случаю, а не своим силам и способностям. Он олицетворял собой всех тех, кто совсем недавно показал мне, что я уязвима, как и любое другое существо в мире.

— И Льера почему-то забыла упомянуть недавнее ночное нападение на себя, — заметил Арвис. — По-моему, с этого стоило бы начинать список. А то она навесила на Тавроса события в Межгорье, а главное упустила.

— Так за это я уже сегодня отомстила.

Пока мы выясняли отношения между собой, Отцы были заняты тем же. Судя по обрывкам долетающих до нас фраз, Великий настаивал, что сегодня вечером прием опять должен проходить у Парящего, ведь мы до его дома вчера так и не дошли. Естественно, эти слова встретили сопротивление. Отец, которого мы так долго подозревали в заговоре, доказывал, что это не его вина и, если случай распорядился так, никто не вправе вмешиваться. Астадек и остальные члены Совета были с ним абсолютно не согласны, особенно Ржавый. Они настолько увлеклись спором, что не заметили, что перешли на повышенные тона, позволяя себя подслушать.

— Я никого сегодня не жду, — сказал Парящий свое последнее слово. — Пусть отдуваются другие.

— Ладно, — с досадой в голосе согласился Великий. — Но тогда тебе вменяется в обязанность присутствовать на приеме в доме Огненного. Это касается всех Отцов!

— А что сразу я? — возмутился Огненный, по привычке теребя серьгу в ухе. — Нашли крайнего! Давайте я буду послезавтра.

— Хватит торговаться. Огненный, хоть ты меня не расстраивай, — попросил Астадек.

Парящий улыбнулся с чувством собственного превосходства, радуясь, что сомнительная честь досталась его основному оппоненту. Огненный ответил ему многообещающим взглядом.

— Зеркальный, принеси, пожалуйста, на прием свиток с информацией о драконе, рожденном в первородном пламени, — попросил Великий. — Бескрылый, на тебя ложится организация безопасности наших гостей. Делай что хочешь, но они не должны пострадать ни по пути, ни в самом доме. Хоть весь свой арсенал под одежду спрячь и личную гвардию приведи.

— Ко мне?! — возмутился Огненный. — У меня своя охрана найдется.

— Извини, но Бескрылый в этом вопросе компетентнее, и я больше доверяю его опыту.

Огненный раздраженно дернул цепочку у себя на груди и смерил молодого коллегу не менее злобным взглядом, чем совсем недавно — Парящего.

— Я лично провожу гостей, — пообещал Астадеку Бескрылый.

— А можно мне взять с собой на прием сопровождение? — поинтересовался Ржавый.

— Да, пожалуйста, — согласился Великий.

— Э-э-э, никакого сопровождения, — почти одновременно с Великим сказал Огненный.

— Не думаешь же ты, что несколько лишних драконов тебя сильно стеснят? — попенял ему Туманный.

— Вы сами прикиньте, кого он может взять с собой и в каком количестве. У меня места не хватит для его личного войска, — возразил Огненный.

— Да их всего около двадцати… или тридцати, — с обезоруживающей простотой сказал Ржавый.

— Все приходят одни, — постановил Астадек. — Никакого сопровождения на прием, а то вместо аристократов там соберется куча ваших вояк и телохранителей с оружием. Я на месте правительницы в таком случае начал бы нервничать, это будет очень похоже на организацию очередного покушения.

— Вы хоть василисков для начала на прием пригласите, — подал голос Малый. — Кажется, они уже закончили обсуждать свои дела и прислушиваются к нашему разговору.

Да мне и слух-то напрягать не пришлось! Отцы сами слишком громко и слишком бурно вели беседу. Хотя тот же дроу наверняка уловил еще больше. На всякий случай я сделала отсутствующее лицо и с нарочитым вниманием принялась рассматривать крошечные окна под потолком. Сделать, что ли, доброе дело, с моей точки зрения, и выбить стекла, когда соберусь уходить из этих земель? Отцы хоть немного узнают, что такое свежий воздух…

— Уважаемая Льера, могу я пригласить вас с друзьями на прием к моему коллеге? — поинтересовался Великий, как будто я могла отказаться. — Бескрылый лично проводит вас к дому Огненного часам к восьми вечера, так что не беспокойтесь.

Мне оставалось только склонить голову, соглашаясь. Хотя я бы предпочла посидеть в посольстве, чтобы Кейн получил возможность нормально отдохнуть и окончательно регенерировать. Просить его остаться в комнате одному бесполезно, с одной стороны, и опасно — с другой, лучше держаться толпой.

— А теперь предлагаю вернуться к вопросу о границах, — сказал Астадек.

Возразить я не успела, так как Кейн с энтузиазмом маньяка тут же выкрикнул:

— Конечно!

— Льера, вы согласны? — осведомился Великий, желая услышать подтверждение лично из моих уст.

— Я не против. Только у меня действие заклинания по переводу закончится через пятнадцать минут…

— Ты же говорила, оно на четыре часа рассчитано, — зашипел сбоку Кейн. — Еще половина времени осталась!

Да какая разница, когда выйдет время, если я что с заклинанием, что без него не буду понимать, о чем идет речь?! Не думает же братец, что я в курсе, как сейчас народ пересекает границу. Ведь опозорюсь же перед драконами.

— Понимаю, — между тем сказал Великий, но, судя по выражению лица, был не слишком доволен этим обстоятельством. Очевидно, действительно настроился на сотрудничество и добрососедские отношения.

— Скажи ему, что я останусь, — шепотом попросил Кейн. — В комнате все равно скучно.

— Вместо меня вопрос о границах с вами согласен обсудить мой брат, — порадовала я главу Совета. — И Дейкон желает послушать.

— Я? — удивился дроу.

— Ты, ты, — пнула я его ногой под столом.

— Ну, раз так надо… — протянул правитель Карневии, оставшись сидеть на месте.

Еще как надо! Я хоть отдохну нормально в посольстве, не карауля Тавроса и не ощущая его присутствие поблизости. Ведь он наверняка предпочтет находиться рядом с дроу, чтобы охранять его от собственного бывшего нанимателя.

И действительно, вместе со мной на ноги поднялись только Мерк и Арвис. Мы, радуясь свободе, вышли из зала и решили сходить в ближайшую лавку, чтобы прикупить еще одежду. При этом я в основном думала о Дейконе, который явно скоро ощутит дефицит рубашек, если и дальше будет проводить бои с Тавросом. Хотя и я за последнее время лишилась двух платьев — одно продырявил этот бывший прихвостень Фарга, а второе изрешетили стрелами неизвестные бандиты. Надеюсь, больше ничего подобного не случится, но мало ли…

Ровно к восьми часам вечера Бескрылый без приключений довел нас до огромного двухэтажного дома Огненного. Держался он весьма любезно, от меня больше не шарахался и с удовольствием рассказывал о достопримечательностях Акилона, встречающихся по дороге. Если дракон и был хорошо вооружен, то это не бросалось в глаза. Ничего не звенело, не брякало, ниоткуда не выглядывало и не норовило выпасть. Мне даже стало интересно, как он собирается нас защищать в случае нападения. Заболтает бандитов до смерти? Хотя мой интерес простирался не до такой степени, чтобы желать реального нападения и проверять на деле, и без того только-только успела снять с рук бинты. В этом мире слишком хорошо знают, как лучше всего убить василиска — осыпать градом стрел и ждать, пока не иссякнет способность жертвы к трансформации и чешуя не исчезнет. Никто не может находиться во второй ипостаси вечно или бесконечно долго удерживать частичное преобразование тела. Хотя я склонна предполагать, что в прошлый раз основной целью все же был Оргел, а не мы. Нас рассчитывали достать, если повезет, если позволят обстоятельства и время.

Думаю, было бы безопаснее, если бы Огненный сам вызвался нас проводить, однако ведь это ниже его достоинства… У Отцов только Бескрылый бегает на посылках как самый молодой и пока не испорченный осознанием собственной власти.

Дом был ярко освещен магическими огнями, хотя и не стемнело, слышалась музыка в исполнении небольшого оркестра, но звук шел из примыкающего сада, из беседки. Чего не замечалось, так это гомона большой толпы, лишь между деревьями раздавались отдельные голоса Отцов. Нам тоже было предложено прогуляться по дорожкам, так как бальный зал «немного не успели привести в порядок». Огненный вполне вежливо извинился за это неудобство, на время оставив свою высокомерную манеру общения.

По аллеям, обсаженным какими-то экзотическими растениями, действительно гулял Совет Семей в полном составе, и нам не оставалось ничего другого, как присоединиться к Отцам. Хозяин дома вызвался показать свои владения, возглавив шествие.

— А вот это моя гордость, — говорил Огненный как заправский гид, указывая на странное дерево с ярко-синей корой, причудливо изогнутыми ветками и мелкими изумрудно-зелеными овальными листочками. — Растет только на Южных островах, а здесь приходится постоянно поддерживать его с помощью магии. Дерево не плодоносит, зато красиво цветет, а из листьев получается вкусный чай.

— На столе он будет? — поинтересовался Малый. — Я не против попробовать.

— Будет.

— А там что за куст? — осведомился Туманный. — Сколько живу, такого не видел.

— Это северное растение, довольно распространенное в землях василисков.

— Только не в окрестностях Вассарии, — заметил Кейн, хромая по дорожке вслед за хозяином дома.

Передвигался он уже вполне резво и самостоятельно, да и цветом лица теперь не сливался с зеленой рубашкой. Я даже заподозрила, что братец хромает не столько из-за боли в щиколотке, сколько по политическим соображениям: чтобы еще раз напомнить драконам, как они виноваты перед нами.

— Огненный, а где же члены твоей Семьи? — поинтересовался Великий. — Неужели все опаздывают?

— Да, действительно, кроме нас, в саду никого не видно, — отметил Малый недовольным тоном. Явно хотел быстрее добраться до столов с закусками, вместо того чтобы гулять по парку и растрясать пустой желудок.

— Я пригласил не слишком много народу, — пожал плечами Огненный. — А те, кто пришел, сейчас находятся в зале и пытаются закончить с его убранством, там был довольно большой объем работы.

— Ты так говоришь, будто у тебя в бальном зале раньше была захламленная кладовая с облупившейся штукатуркой, — удивился Бескрылый.

— Нет, просто кадки с растениями. Не думаю, что вам бы понравилось лавировать в узких проходах между ними, пригибаясь под ветвями.

— Ты за нас не думай. Лучше признайся честно, что тебе жалко эти зеленые лопухи, — ухмыльнулся Парящий. — Ты явно заботился не о нас, а о растениях.

— И что с того? Уж ты точно постарался бы сломать как можно больше.

— Нужны они мне!

— Тише, — попросил Великий. — Не знал, что ты, Огненный, так серьезно увлечен разведением растений. Сад очень красивый и необычный, я впечатлен. А что у тебя находится по другую сторону от дома?

— Может быть, покажу к концу вечера, — усмехнулся Огненный, как всегда, одетый во все красное. — Мне уже подают знак, что можно идти в зал.

Спорить с хозяином дома никто не стал. Тем более что Малый с поразительной для его комплекции скоростью рванул по дорожкам назад, приняв решение за всех нас. Он явно очень торопился к столам, так как, подозреваю, братец задержал Отцов на заседании, не оставив им времени перекусить. Сами, между прочим, нарвались, надо было тоже удирать, когда появилась возможность. Кейн и Дейкон хоть по бутерброду успели в посольстве перехватить, чтобы снова не выглядеть обжорами перед остальными гостями. Но им от Ализиума добираться было близко, а Отцам пришлось потратить время на дорогу домой и переодевание.

Так как Кейн, Дейкон и Арвис в этот раз не сильно голодны, можно надеяться, что они не оставят меня в зале одну опять подпирать колонну. Хотя сегодня и драконы ведут себя сносно, никто не пытается удрать от меня подальше. Вечер обещает пройти вполне хорошо. Единственное, что немного портит настроение, — это присутствие Тавроса. Но новоявленный дядюшка Дейкона тоже ведет себя непривычно тихо, молчит, не дерзит, даже многообещающих взглядов в мою сторону не кидает! Обдумывает месть или решил провести свой последний вечер жизни в мире и согласии со всеми? Хм, во второй вариант что-то не верится. Надо будет внимательно за ним наблюдать, а то как бы не удрал, оставив нас без «добровольца».

Малый дождался нашу группу возле крыльца, так как ему неудобно было заходить без хозяина дома. Однако Огненный еще за пару десятков шагов махнул коллеге рукой и предложил:

— Да ты проходи, не смущайся.

Повторять ему не пришлось.

Огненный любезно пропустил всех вперед, оставшись замыкающим. За свой сад волновался, что ли? Боялся, что идущий последним решит обломать пару веток на память за его спиной? Еще один фанатик выискался на мою голову, как будто мне недавнего общения с эльфом не хватило!

В холле было довольно пусто и просторно, все убранство состояло из единственной лелеемой хозяином дома кадки с растением. Только десять Огненных драконов переминались с ноги на ногу в отдалении. Неужели это все гости? У Великого их было не меньше пары сотен!

— Огненный, ты пригласил всего десятерых? — удивился Астадек.

— Нет, конечно, проходите в зал. Там я познакомлю вас с остальными членами Семьи. Вон та большая двухстворчатая дверь справа.

— Единственная дама — вперед, — галантно сказал Бескрылый, распахивая передо мной створки и отступая в сторону.

Сквозь проем я рассмотрела огромный зал с широкими витражными окнами, двумя рядами колоннад и фонтанчиком по центру. Высокий потолок представлял собой не слишком покатый стеклянный купол, который был бы более уместен в оранжерее. В нескольких свисающих на цепях хрустальных шарах, прикрепленных к каркасу купола, ярко горели магические огни. На стенах выделялись фрески, изображающие густую растительность, а кое-где были натянуты шпалеры, увитые настоящими живыми лианами. Возле дальней стены виднелся покосившийся стол с закусками и напитками, но он терялся в пространстве, казался крошечным и неуместным здесь. Еще десятка Огненных явно не хватало, чтобы заполнить зал, сделать его более обжитым и приземленным.

Драконы плотной группой стояли на возвышении в левом дальнем углу недалеко от стола, хотя за ними было еще несколько метров пространства до стены. И это был единственный в зале участок пола, не покрытый слоем ненавистного мне песка!

Мысленно ругнувшись в адрес Огненного, явно желающего всех поразить, я сделала быстрый шаг вперед и… вместе с сандалиями по колено провалилась в рыхлый песок, едва сохранив равновесие. Обе ноги прочно завязли. Подол платья складками собрался вокруг меня, так как не был рассчитан на подобную «роскошь». Я, конечно, понимаю, что чем толще слой песка, тем богаче дом, но зачем же это так явно демонстрировать? Неужели по этим барханам вообще можно нормально передвигаться?! Да это уже не комната, а просто песочный склад! А я-то, наивная, рассчитывала, что сегодня вечером у меня будет возможность попробовать потанцевать с Дейконом и Кейном, ощутить себя обычной девушкой… Пока что я даже не представляю, как буду здесь шагать. Теперь понятно, почему десять Огненных предпочли залезть на помост для оркестра и подождать нас там. Да тут впору брать с собой не веер, а лопату и копать колею, чтобы пройти к столу!

— Золия, ты в порядке? — с тревогой осведомился Дейкон. — Там хоть пол есть?

— Кажется, да, но очень глубоко.

Я с трудом просеменила на полметра вперед, чтобы освободить место для остальных.

— Garrteheriar! — донеслось до меня сдавленное ругательство Кейна, который вошел вторым. Он был уже предупрежден о коварстве покрытия, но, очевидно, оказался не готов к неприятным ощущениям и скованности движения.

— Вы что-то сказали? — поинтересовался Огненный, сделав вид, что ничего не разобрал.

— Вам послышалось, — с растерянным видом и долей смущения из-за столь недипломатичного выражения произнес братец. — Просто непривычно, что песок набился в штанины и совсем не держит на поверхности.

— Да-да, это имитация зыбучих песков, — радостно покивал Огненный. — Влетела мне в целое состояние, зато есть чем удивить гостей.

— То-то гости один раз приходят, донельзя удивляются и предпочитают больше сюда не соваться, — еле слышно на языке не этого мира пробормотал Таврос.

С трудом волоча ноги в песке, опираясь друг на друга, мы с Кейном отошли чуть дальше и со злорадным ожиданием остановились посмотреть, как сюда будут нырять остальные. Отцы «любезно» пропустили вперед Дейкона, Мерка, Арвиса и даже Тавроса, а потом начали уступать друг другу. Наш пример их не вдохновил, но отступать было некуда. Кажется, драконы тоже начали понимать, что песок в качестве покрытия пола не так уж хорош, как они думали раньше…

Великому пришлось мужественно показать им пример, перевалившись через порог первым. Глава Совета очень старался удерживать на лице невозмутимое выражение, и это ему даже удавалось… до того как он попробовал сделать шаг.

Передвигаться здесь довольно сложно, это я уже знала по себе. К тому же мне не нравилось, что задравшийся подол волочится по песку. Боюсь, вид у меня при этом не самый элегантный.

— А может, в саду посидим? — раздалось робкое предложение Ржавого.

— Да-да, — поддержал Зеркальный. — Там такой чудесный воздух, наполненный ароматами цветущих растений…

— Не выдумывайте! — твердо сказал Великий. — Нам накрыли здесь стол, Огненный старался.

С тяжелыми вздохами и страдальческими гримасами Отцы цепочкой принялись спускаться в песок, не смея противиться приказным ноткам, слышавшимся в голосе Астадека. Причем Малый, несмотря на голод, оказался отнюдь не в первых рядах. Ему не удалось пропихнуть вперед себя только Парящего.

Огненный вошел самым последним. Именно вошел, а не провалился, как остальные! Почему-то он легко передвигался на поверхности, словно она была из камня, а не из зыбкого песка. Его коротко обстриженная шевелюра возвышалась над всеми почти на две головы.

— Прошу, прошу, — пригласил Огненный пройти в глубь зала, улыбаясь при этом так, будто не видел заминки коллег.

Десять драконов из холла так и не последовали за нами в зал, но мы не обратили на это внимания, не до этого было. Не сговариваясь, мы все ломанулись в сторону помоста, на котором уже стояли члены Семьи хозяина дома, каждый старался успеть первым. Ничего, подвинутся! А если не захотят — скинем… случайно. Думаю, сегодня никто не усмотрит в моих действиях злого умысла. Хотя в такой обстановке… уж лучше бы меня и дальше боялись! А теперь придется на равных условиях бороться с остальными за право постоять на краешке возвышения.

Со стороны мы, наверное, выглядели просто стадом баранов, увидевшим полянку зеленой, сочной травы среди бескрайних просторов сухостоя. То-то Огненный отвернул от нас лицо — явно усмешку прячет.

— А почему проваливаются не все? — недовольным тоном спросил Бескрылый.

— У меня обувь особая, забыл переменить, — серьезно ответил хозяин дома. — Да и покрытие рассчитано только на то, чтобы удивлять гостей.

— Скорее, чтобы поизмываться над ними, — пробормотал Мерк без всякой дипломатии. К счастью, он говорил на языке василисков.

— Проходите ближе к помосту, — попросил Огненный. — Я как раз хотел вас познакомить кое с кем, находящимся там. Это один из лучших магов моей Семьи.

Едва мы приблизились к возвышению, как драконы, стоявшие там, отхлынули в стороны, чуть не свалившись в песок, а вперед выступила одетая в белое фигура мужчины средних лет. Все выглядело так, будто было тщательно отрепетировано. Помост стал напоминать театральную сцену, на которой эффектно появился главный актер. Мужчина не отличался особой красотой — обычный дракон с аккуратной стрижкой, идеально гладким лицом без морщин и глубоким взглядом умудренного годами долгожителя. Одежда была простая, но, словно в подражание хозяину дома, грудь украшала связка тонких цепочек.

— Знакомьтесь, — начал Огненный, поднимаясь на возвышение и становясь рядом с мужчиной в белом, — это мой лучший маг с особой специализацией.

— Какой же? — поинтересовался Парящий, с недоумением созерцая пафосную сцену в исполнении своего главного и постоянного оппонента.

— А ты попробуй сейчас немного сдвинуться с места и догадаешься сам, — широко улыбнулся Отец Огненных с довольным видом.

После его предложения не только Парящий попытался отодрать ноги от пола, я тоже забеспокоилась. Вечер резко перестал мне нравиться. Однако сколько я ни пыталась, не смогла пошевелить даже пальцем! Тело полностью перестало меня слушаться, как будто я превратилась в одну из своих статуй. Волной накатила паника. Я не могла понять, что случилось. Еще один каратель среди драконов? Но это невозможно!

— Ну что, догадались или мне назвать специализацию мага вслух? — спросил Огненный.

— Это плохая шутка, — внезапно севшим голосом произнес Зеркальный.

— Некромант, — в два голоса с ужасом произнесли Бескрылый и Великий.

— Молодцы. Надо же, с первого раза угадали, — с деланным удивлением произнес хозяин дома.

— Ты с ума сошел! — воскликнул Парящий. — Как ты мог пригреть у себя черного колдуна?! Они вне закона! Твой маг опасен для общества!

— Он опасен только для моих врагов, — ухмыльнулся Отец Огненных. — Для вас, например…

— Это пока, — мрачно произнес Великий. — Ты недолго будешь оставаться хозяином положения, скоро он наберет силу и выйдет из-под контроля.

— Не выдумывай, мы прекрасно ладим и понимаем нужды друг друга. Вот сейчас, например, мне надо устранить вас всех, чтобы прибрать к рукам этот мир, а некроманту нужна всего лишь ваша кровь для совершения обряда.

— Он сумасшедший, — простонал Ржавый.

— Огненный, ты добьешься не власти, а войны! — предупредил Великий. — Она захлестнет оба народа на сотни лет, пока не выкосит всех мужчин, способных держать оружие. Василиски не признают над собой власть дракона!

— А куда они денутся, если не захотят иметь дело с некромантом? Он один стоит целой армии! Все бунтари забьются по углам и будут дрожать от страха. Я буду единолично править этим миром, а не поддакивать какому-то выскочке, вообразившему себя самым умным!

— Вам вдвоем здесь будет тесно, — запротестовал Бескрылый. — Рано или поздно твой некромант тоже захочет власти. Это неизбежно! Вспомни случаи из истории. Некроманта невозможно контролировать, твоя власть над ним — это иллюзия, которая будет существовать только до тех пор, пока это выгодно магу.

— Не учи меня, молокосос. У меня все продумано на тысячи лет вперед. Я сам маг не из последних и сейчас вплотную изучаю некромантию. Скоро меня, а не какую-то пигалицу будут называть Великим Ужасом и беспрекословно слушаться.

— У тебя мания величия, — фыркнул Парящий.

Сузившимися глазами Огненный посмотрел на своего давнего недруга в Совете и попросил некроманта:

— А ну-ка, подведи его поближе к помосту.

— Хорошо. Главное, не требуйте двигать сразу двоих, боюсь, не справлюсь. Меня очень беспокоит вон тот бритый субъект в черном. В его венах течет такая странная смесь крови, что я просто теряюсь и не могу гарантировать полный контроль.

— Можешь не волноваться, он свой.

— Что?! В моей Семье предатель?! — возмущенно произнес Парящий.

— Папа, ты меня компрометируешь! — воскликнул Таврос. — Мы не договаривались насчет уничтожения всего Совета. Ты же хотел устранить только Льеру, чтобы прибрать к рукам ее земли, не встретив большого сопротивления со стороны присягнувшей армии.

— Планы немного изменились, — усмехнулся Огненный. — Зачем мне завоевывать пост наместника земель василисков и при этом по-прежнему подчиняться Совету, когда можно править единолично?!

— Мы бы не пошли на установление наместничества, — сказал Великий. — Каждый народ должен править сам, защищая свои интересы. Мы не можем допустить ни рабства, ни полного кровосмешения народов!

— Значит, я правильно прикинул вашу позицию. Так что не взыщите, но вы мне мешаете.

— Ты не сможешь управлять василисками, — запротестовал Туманный. — Тебе не на кого будет опереться.

— Я уже несколько лет плачу сотням василисков за услуги. Заверяю: им все равно, от кого получать деньги. Они и не возмутятся, если их таинственный благодетель обретет лицо и встанет во главе нищей державы. Всегда приятно оказаться на стороне победителя.

— Хозяин, я подвел к вам Парящего, — сказал некромант, дождавшись паузы в хвастливой речи. — Что желаете с ним сделать?

— Спасибо, я сам. Всегда мечтал безнаказанно разбить ему рожу, — с предвкушением сказал Огненный.

Он подошел к краю помоста, встав напротив Парящего, сделал большой замах, резко выпрямил руку… и остановил кулак в сантиметре от носа одетого во все черное Отца. Тот даже не моргнул, сохраняя брезгливо-презрительное выражение лица. Властолюбивый интриган щелкнул пальцами по самому кончику носа своего недруга, измываясь, и насмешливо поинтересовался:

— Страшно?

— Да ты просто жалок! Обвешался цацками, как баба, даже ударить нормально не можешь!

Лицо Огненного посуровело.

— Ты так считаешь?

Он размахнулся еще раз и со всей дури ударил Парящего, который никак не мог ни уклониться, ни защититься. Кулак врезался прямо в челюсть, голова бедного дракона запрокинулась, несмотря на контроль некроманта. А после Парящий как подкошенный рухнул в песок. Страшнее всего было то, что при этом он не сделал обычных для любого падающего конвульсивных движений — ни взмахов руками, ни шага назад.

— Не утопи его! — быстро крикнул Огненный некроманту.

— Опять поднять?

— Да, только поставить на колени.

— Ты мелочный ублюдок, — фыркнул Парящий, с трудом двигая разбитыми в кровь губами.

— Может, лишить его дара речи? — поинтересовался некромант.

— Ни в коем случае. Лучше поставь-ка и остальных в коленопреклоненные позы. Только моего сына не трогай.

— Отец, нельзя…

— Молчи, предатель! Как ты мог породниться с каким-то иномирным мутантом?! Растяпа.

— Я…

— Молчать! Мы это еще обсудим, но в другой обстановке. Надо было слушать меня и бить всех со спины.

— Я и так…

— Не хочу слушать твоих жалких оправданий. Для профилактики тоже постоишь на коленях.

Огненный отдал соответствующее приказание некроманту, не пожалев достоинство родного сына.

Мне было непривычно видеть Тавроса в такой роли. Вся его самоуверенность, так бесившая меня, куда-то испарилась. Он выглядел растерянным и несчастным, как любой несправедливо обиженный ребенок. Но для жалости в моей душе не было места — там вовсю полыхала ярость, которая никак не могла найти выход.

Помимо воли мое тело опустилось на колени. То же произошло и с остальными. Позорное положение немного скрывал песок, достающий теперь почти до талии, но факта это не меняло. Я стояла на коленях перед амбициозным драконишкой и ничего не могла сделать! Некромант контролировал каждый мой жест, оставалась только свобода слова. Раньше я и не предполагала, что окажусь в такой ситуации, о черном колдовстве мне было известно до ужаса мало. Честно говоря, я наивно предполагала, что некроманты умеют только трупы и скелеты поднимать. Об их реальной власти над кровью любого существа мне стало известно только сейчас. Мое понимание, почему драконы так опасались некромантки, немного запоздало. Обычно говорят, что лучше поздно, чем никогда… Не согласна! Мне бы еще тысячу лет не знать о возможностях черной магии.

— Льера, сделай же что-нибудь, — прошипел сбоку Кейн. — Преврати его в плащ, например, ты же раньше неоднократно проделывала это с наемниками Тавроса!

— Не получается! Ни магия, ни мой взгляд на него не действуют.

— Попробуй еще раз. Взгляд некромант контролирует, но вербальная магия должна сработать, ведь за нашей речью никто не следит.

— Честно не выходит, — раздраженно сказала я.

— Не мучайтесь, вы же видите, что на заговорщиках висит гроздь амулетов, которые там явно не для красоты, — пояснил Дейкон. — Надо было раньше догадаться, что эти цепочки Огненный носит неспроста.

— Я его просто… э-э… модником считал, — простонал Кейн.

— Я тоже, — вздохнул дроу. — А потом произошло то злополучное покушение в центре Акилона, после которого я услышал, как этот интриган просит Арвиса оставить Тавроса Парящего в покое. Голос и интонации показались мне очень знакомыми.

— Так надо было раньше сказать! — возмутилась я.

— А что это вы так бурно обсуждаете? — обратил на нас внимание Огненный. — Может, и мне будет интересно послушать?

— Вряд ли, — буркнул Кейн.

— Я настаиваю! — резко бросил интриган, притопнув ногой.

— Украшения ваши обсуждаем, — соизволил ответить Дейкон. — Очень интересные вещицы.

— Да-да, вы правы. Ради их защитных свойств мне даже пришлось сменить имидж и терпеть насмешки коллег и неодобрительные взгляды Астадека. Глупцы! Я с легкостью дурил им головы! И им, и Фаргу!

— Ты пытался отравить Льеру на заседании Совета, — обвинил Бескрылый.

— Это был глупый экспромт, — поморщился Огненный. — Глупый и неудачный. Зато я очень позабавился, наблюдая за вашими лицами во время обыска. Хотя этот дурной щенок чуть меня не выдал!

— Оргел? Так он хотел попасть в твою Семью? — уточнил Великий.

— Да. Способный был мальчик, но уж очень наивный и доверчивый. Надо же — опознал мои духи! Только он забыл сообщить или попросту не знал, что настойка цветов амелии, содержащаяся в них, хорошо нейтрализует запах листьев ирганевиара.

— Ты все спланировал, — осуждающе сказал Туманный.

— Я просто предположил, что правительница может захотеть пить, — с удовольствием пояснил Огненный, хвастаясь перед коллегами. — В крайнем случае, пришлось бы самому попросить воды и заодно угостить всех. А на роль отравителя был выбран Оргел.

— Вы не могли знать, что он принесет отвар с пряностями, а не обычную воду, — заметил Арвис. — Вам просто повезло!

— И это везение организовал я сам, своими руками! Надо было всего лишь по-дружески поговорить с Оргелом перед заседанием и показать ему один очень любопытный исторический документ, где предшественник Астадека рассуждал о статусе Отцов и приличествующих им вкусах. Там недвусмысленно говорилось, что членам Совета не пристало пить простую воду, только изысканнейшие напитки. Пряный отвар, например…

— Подлец! Ты организовал убийство сущего ребенка! — обвинил Туманный.

— Всегда приходится чем-то жертвовать, — с наигранным сожалением вздохнул Огненный. — Жаль, что тогда не получилось добить остальных, а я надеялся…

— «Чем-то»? Так он был для тебя просто вещью?! — возмутился Парящий. — Ты так относишься ко всем членам своей Семьи?

— Он еще не вошел в ее состав, — заметил Огненный. — Только претендовал на эту привилегию. Пламя у него выходило неплохо уже в этом возрасте, но сами знаете, что до полного обращения в день совершеннолетия точно ничего сказать нельзя.

— Вот почему Оргел не шарахнулся от пламени Арвиса в Драконьих горах, — припомнила я.

Все то время, пока нашего врага отвлекали вопросами, я попеременно пыталась превратить во что-нибудь то его, то некроманта, то остальных Огненных. Надежда на благоприятный исход дела медленно таяла. Группа лиц на помосте не поддавалась ни одному известному мне заклинанию. Ситуация казалась просто безвыходной!

— А листья ирганевиара, как я теперь понимаю, были из твоего сада? — с мрачным лицом спросил Великий. Он явно не видел возможности остановить предателя, не знал, как найти управу на бывшего коллегу.

— Конечно, у меня собственные деревья, — с гордостью сказал Огненный.

— И он больше всех настаивал на обыске в комнатах посольства, — припомнил Туманный.

— Хозяин, ваш сын по миллиметру тянется к поясу, — вклинился некромант. — Кажется, у него там нож!

— Вот дурак! Я его спасаю от купания в лаве, а он еще чем-то недоволен! Таврос, и что ты хотел сделать с помощью этого ножа? Неужто убить родного отца?

— Нет, сам бы зарезался, — непочтительно огрызнулся в ответ бывший командир наемников. — Я тебе и раньше говорил, что мне не нравится твоя связь с некромантом!

— Остынь! Он мне нужен. К тому же против него ты все равно бессилен. Даже с твоим тройственным составом крови полноценное сопротивление невозможно. Смирись и постарайся найти общий язык с моим магом.

— Папа, ты слишком заигрался, не имея реальной силы. Прикажи меня освободить и давай все спокойно обсудим, — попросил Таврос. — Я не буду возражать против твоих планов, только их надо немного подкорректировать.

Короткий ответ Огненного заглушил хлопок открывающегося телепорта. Звук был довольно тихий, не похожий на гром, после которого мы с Дейконом очутились в реке в Драконьих горах. Черный провал разверзся где-то по правую сторону, довольно далеко от меня. Скосив глаза, его вполне можно было рассмотреть. Я ожидала увидеть очередного подручного Огненного, прибывшего доложить о выполнении срочного дела, но из телепорта показался… Верилайн собственной персоной. Похоже, ему было начхать на все устоявшиеся магические законы этого мира. Или же в его жилах текла толика драконьей крови, сметающая все препоны и запреты? Маг сделал шаг вперед и, как и все до этого, по колено погрузился в песок.

— Льера, девочка моя, ну нельзя же так издеваться над стариком! — воскликнул маг. — Зачем ты забралась в этот гадкий зыбучий песок?!

Верилайн щелкнул пальцами, произнес несколько слов и… «роскошное» покрытие пола мгновенно испарилось в неизвестном направлении.

Не веря глазам, я осмотрела зал и заметила ошеломленное выражение лица Огненного. Он явно растерялся, не зная, как реагировать на внезапный визит странной седовласой личности и ее наглое самоуправство. Лицо Отца медленно багровело, предвещая вспышку гнева.

— Льера, почему ты так странно сидишь и не поднимаешься? Неужели не рада видеть старика? — как ни в чем не бывало продолжил Верилайн. — А я новое заклинание для восстановления памяти придумал! Давай попробуем, а?

Пожилой маг, лавируя между застывшими коленопреклоненными фигурами, целенаправленно двинулся ко мне.

— Останови его! — приказал Огненный своему некроманту. — Немедленно! Мне что-то совсем не нравится этот чудак.

Не ему одному. Мои подданные опасаются Верилайна ничуть не меньше, чем своей правительницы, хотя оснований для этого у них вроде нет. Старик живет себе отшельником в башне, никого не трогает, только с помощью магии еду с кухни таскает. За последнюю тысячу лет он лишь однажды показался василискам на глаза — когда заинтересовался новым для него заклинанием. В тот день я на глазах у Верилайна превратила нескольких воинов мятежной армии в предметы.

Меня начали терзать угрызения совести из-за того, что, желая помочь мне восстановить память, старый безобидный маг попал в ловушку. Хотя, по-моему, он еще не осознает этого.

Верилайн случайно задел Дейкона и поспешил цветисто извиниться. Он абсолютно не обращал внимания на драконов на возвышении, как будто они — пустое место.

— Чего ты возишься? — со злостью спросил Огненный у некроманта.

— Я не могу подчинить его кровь, — удивленно сказал тот. — Кажется… кажется, мы коллеги.

— Этого не может быть! Некромантия официально запрещена тысячи лет назад. Весь мир знал бы, если бы где-то остался хоть один представитель вашей профессии! — возмутился Огненный. — Страх не забывается.

— А мир до сих пор боится, — подал голос Арвис. — О Верилайне знает каждый, его опасаются, но никто уже не помнит почему. Страх до сих пор жив, пройдя через поколения, только память мертва.

— Кто это здесь претендует на звание моего коллеги? — заинтересовался старый маг, уловив суть разговора. Он даже остановился и отвернулся от меня.

Но на возвышении царило молчание. Подручный Огненного не торопился признаваться. Наверное, пытался просчитать последствия, оценить угрозу или просто ждал, пока Отец ответит за него.

Верилайн степенно, заложив руки за спину, подошел к краю платформы и посмотрел вверх. Такая позиция, похоже, ему не слишком понравилась. Старик с помощью магии плавно приподнялся над полом, левитируя, чтобы оказаться лицом к лицу с предполагаемым коллегой.

— Это ты, что ли? — удивленно спросил он, вульгарно ткнув пальцем в грудь дракона, одетого во все белое. — Мальчишка! Да что ты можешь знать о нашей профессии?! Научился балаганным фокусам, которыми можно только народ пугать, и рад?! Да от тебя веет смертью и болью жертв! А настоящий некромант должен властвовать не только над смертью, но и над жизнью. Ты способен вылечить смертельные раны? Вернуть душу с того света в здоровое тело? Да ты только безмозглого зомби и способен сотворить.

— Лечение — это не для настоящего некроманта, — запротестовал уязвленный дракон.

— Вот из-за таких, как ты, нас и поставили вне закона! — обвинил Верилайн. — Научился самой легкой части профессии и считаешь, что достиг цели?! Да из-за таких, как ты, народ и забыл, что некромантия изучает не только смерть, но и жизнь! В мое время лучшие лекари были некромантами. А теперь что? Есть врачеватели, изучившие зачатки магии жизни, но не способные избавить от многих недугов, и есть темные изгои, подлежащие уничтожению. Целостность науки утеряна!

— Он словно рассуждает в своей башне перед нерадивым учеником, — прошипел Кейн. — Льера, может, ты напомнишь, что нас надо спасать? Или мы так и будем сидеть истуканами?

— Я пока не рискну вмешиваться. Верилайн — особа увлекающаяся… Хочешь выпасть из телепорта где-нибудь над водопадом, чтобы не мешал разговору старших?

— Пожалуй, стоит подождать, — согласился Кейн, хоть и неохотно. — Пока Верилайн горячится, он не лучше некроманта Огненного.

— А вас что, совсем не удивило признание собственного придворного мага, не испугало? — поинтересовался Парящий.

— Мне без разницы, кем он себя считает, лишь бы помог, — честно призналась я.

— Не думаю, что он опасен для общества, — добавил Кейн. — К тому же вы слышали его объяснения? Он не темный маг.

— Золия, осторожно, Таврос дотянулся до ножа! — предупредил Дейкон. Дроу никак не мог привыкнуть называть меня именем, данным при рождении.

— Нужна она мне, — фыркнул бывший командир наемников. — Тут противник посерьезнее, и я не уверен, что старик с ним справится. Силен, зараза.

— Это ты об отце? — удивился Мерк.

— Нет, о некроманте. Он меня унизил, — прошипел Таврос. — Ненавижу чувствовать себя беспомощным!

Я с пониманием грустно усмехнулась. К счастью, хоть двигать губами мне не запрещалось. Надо же, у нас с Тавросом есть одна общая черта!

— Я тебя предупредил, — сказал Дейкон. — Не смей трогать Золию!

— Да что ты нервничаешь?! Я же не дурак, чтобы соваться к ней без амулетов. А они, вон, на груди у папеньки, его охраны и этого черного колдуна! Весь мой запас реквизировал. Не трону я твою невесту!

— Нашли время выяснять отношения, — шикнул на них Великий. — Сейчас решается наша судьба. Да что там — судьба целого мира!

— Таврос, двигай со своим ножом к платформе, подстрахуешь Верилайна, — попросила я.

— Раскомандовалась! Ты представляешь, сколько времени у меня на это уйдет?! — возмутился командир наемников. — Они раз по десять успеют друг друга поубивать!

— Таврос, не спорь! — грозно произнес Парящий. — Это приказ!

— Тьфу, garrteheriar! Сколько командиров на одного воина. И ведь амнистии за это я не получу….

— Перерождение смоет грехи, позволив начать жизнь с чистого листа. Великий, ты же не будешь наказывать его после смерти и возрождения? — с хитринкой в голосе поинтересовался Зеркальный.

— Не буду, — не слишком охотно пообещал Астадек. — Пусть только сейчас ползет поближе к некроманту.

— Так я уже начал. Передвинулся на целых три миллиметра, — с иронией похвастался Таврос.

Пока мы выясняли отношения, ситуация возле платформы резко изменилась. Огненный и его охрана из простых драконов Семьи отступили за спину некроманта, вокруг которого начал формироваться кокон из темных сгустков энергии, видимых невооруженным глазом. Эта оболочка увеличивалась, становилась все темнее, в ней возникли какие-то двигающиеся тени. Огненные из задних рядов, отступая под натиском коллег, с грохотом и руганью посыпались вниз. А кокон, между тем, все рос. На его фоне Верилайн казался совсем маленьким и беспомощным. Я не заметила, чтобы пожилой маг хоть как-то готовился к бою.

— Не нравится мне все это дело, — сообщил Таврос в пустоту, ни к кому конкретно не обращаясь.

Как будто мы от происходящего в восторге! Мне очень хотелось отползти отсюда куда-нибудь подальше. Моя душа испуганно трепыхалась в темнице неподвижного тела.

В сгустке тьмы, клубящейся вокруг дракона-некроманта, проступали и исчезали искаженные страданием лица, чьи-то призрачные тела корчились, как от невыносимой боли. Веяло чем-то потусторонним, страшным и ужасно мощным.

— Сила смерти — это власть! — выкрикнул некромант с фанатичным блеском в глазах.

— Ты что-то путаешь, парень, — грустно усмехнулся Верилайн. — Смерть — это тупик, конец всему, и она ничто без жизни!

— Да ты просто жалкий старикан, растерявший на старости лет последние мозги! И где же твое могущество? Где оно, я не вижу?!

Верилайн спокойно пожал плечами и осторожно, будто касаясь чего-то очень хрупкого, кончиком пальца дотронулся до кокона вокруг дракона. Раздался оглушительный хлопок, до которого даже грохоту телепорта василисков было далеко, и остатки сферы брызгами полетели вверх к потолку, постепенно светлея и обретая формы отдельных фигур. Они были нематериальны, всего лишь сгустки энергии, но огромный купол зала под их натиском лопнул. Осколки стекла опасным крошевом полетели вниз прямо на нас. Последним моим желанием было рвануть к младшему брату, чтобы защитить его от опасности.

Казалось, острое стекло было везде, я полностью перестала ориентироваться в пространстве. Где низ? Где верх? Осколки врезались в плечи, в спину, в затылок. Эти мгновения показались мне вечностью, в ушах стоял бесконечный, сводящий с ума звон. Но, к счастью, стеклянный дождь все же закончился. Последний осколок звякнул вдалеке, и пространство замерло. Наступила поразительная тишина.

Я отчетливо услышала глухой стон Кейна где-то под собой, но, присмотревшись, заметила, что лежу на спине у Тавроса!

— Garrteheriar! — выругался тот. — Что за бревно на меня упало? Спасибо, конечно, но я сам в состоянии защититься от осколков стекла.

— Сам бревно, — оскорбилась я. — И не льсти себе, я спасала Кейна! Ты просто почему-то оказался прямо на пути к нему.

— Не на пути, а уже на Кейне, — поправил бывший приспешник Фарга. — Я рассудил, что некромант далеко и к нему соваться опасно, лучше уж раздавить своим весом кого-то поблизости.

— Ты же должен был защищать Дейкона в опасной ситуации! — возмутилась я.

— Не маленький, сам чешую создаст. Да и не успел бы я, он же за тобой стоял.

— Ох, — еще раз простонал Кейн. — Может, вы сначала слезете с меня, а потом будете выяснять отношения?

— Не могу, я тебя еще не раздавил, — серьезно сообщил Таврос. — К тому же Льера мешает с тебя слезть.

Не торопясь убирать чешую, я сползла со спины Тавроса и оказалась в стеклянном крошеве, укрывшем пол вместо песка. В теле чувствовалась какая-то скованность, как будто все затекло. Вокруг трясли головами и приходили в себя невредимые драконы, хищно щетинился чешуей правитель Карневии, поражая необычным экзотическим видом. Все прибегли к частичной трансформации и теперь мало напоминали простых людей. Отцы и сопровождающие меня лица тяжело поднимались на ноги, осматриваясь. И только одна маленькая окровавленная фигурка осталась лежать на полу — Мерк. Его тело было иссечено стеклом, крупный осколок торчал из спины между лопаток, еще один насквозь пробил бедро. Я всхлипнула и отвернулась, поняв, что ничего сделать нельзя.

В поле зрения попал оркестровый подиум, на котором белел голый скелет дракона-некроманта с обрывками тряпок на нем. На ребрах блестели цепочки-амулеты, не защитившие своего владельца от чего-то немыслимого. Перед костями спокойно, словно и не было дождя из стекла, по-прежнему левитировал Верилайн в своем обычном виде. Он единственный в зале мог похвастаться целой одеждой. Поднимающиеся на ноги за возвышением Огненные драконы во главе с Отцом были в лохмотьях.

Едва заговорщики пришли в себя, как начали извлекать из одежды разнообразнейшее оружие: ножи, удавки, цепи, кастеты, дротики, кинжалы. К счастью, ради создания первого благоприятного впечатления они не взяли с собой ни одного меча. А может, просто надеялись на некроманта и не думали, что придется вступать в серьезное сражение.

Естественно, наша группа тоже не осталась стоять с пустыми руками. Худо-бедно, но вооружены оказались все, даже Малый и Великий. Особенно поражал арсенал Бескрылого и Тавроса. Я с изумлением посмотрела на длинные парные кинжалы в руках бывшего командира наемников и два кастета, надетые на пальцы.

— А что? — смущенно произнес Таврос. — Думаешь, Огненные будут вежливо обходить меня стороной? Я же из другой Семьи, никто не станет слушать, каким образом я оказался среди вас и почему вынужден защищать одного известного тебе ушастого типа. Начхать им на родственные связи. Все будут спасать свою шкуру и избавляться от лишних свидетелей.

— И ты направишь оружие против отца? — удивился Кейн.

— Нет. Я буду убивать только тех, кто нападет на меня или Дейкона.

— Сын, ты все еще стоишь среди наших врагов? — раздался грозный голос Огненного из-за спин его воинов. — Подумай, на чьей стороне ты должен сейчас сражаться.

— На своей, — хмыкнул Таврос. — Папа, ты проиграл, лучше сложи оружие, и тебе сохранят жизнь. У них же маг, они сильнее. К тому же я не могу позволить вам убить племянника, сам понимаешь.

— Трусливая расчетливая скотина! — гаркнул Огненный. — Ты еще пожалеешь!

— Насчет расчетливости согласен, — крикнул в ответ Таврос. — Я еще пожить хочу, и отнюдь не изгоем. Ты замахнулся слишком высоко, но не допрыгнул, признай это.

— Золия, мелкое стеклянное крошево в том конце зала только что немного всколыхнулось в воздух. Кажется, там открывают телепорт, — сделал предупреждение Дейкон.

— Верилайн, останови его, — попросила я.

— Девочка моя, ты уверена, что он тебе нужен?

— Да!!! — раздалось сразу несколько подтверждающих голосов, среди которых мой просто потонул.

— Garrteheriar! — одновременно выругались Огненный и Таврос.

— Теперь телепортация в радиусе мили отсюда невозможна, — спокойно сообщил Верилайн.

— Прости, папа, — тихо пробормотал Таврос.

Услышав это, я подумала, что он специально начал перепалку с отцом или с тем, кто имитировал его голос, чтобы выгадать время. Но, честно говоря, осуждать дракона-полукровку не могла. Он оказался в сложной ситуации — и с одной, и с другой стороны по родственнику, которому необходимо сохранить жизнь.

Тем временем Верилайн вместо того, чтобы влиться в наши ряды, мягко слевитировал на край платформы и с кряхтением опустился на колени рядом со скелетом некроманта. Он вытянул руки над костями и начал произносить монотонное заунывное заклинание. Мага, склонившегося над останками дракона, окружила мерцающая зеленая завеса, скрыв от чужих глаз. Не знаю, насколько важен этот ритуал, но Верилайн, похоже, самоустранился от участия в дальнейшей битве, что весьма воодушевило Огненных.

— В атаку! — скомандовал глава заговорщиков. — В живых никого не оставлять.

— Даже вашего сына? — раздался чей-то уточняющий голос.

— Он сам о себе позаботится. Нападать не запрещаю, но лучше не суйтесь — убьет.

И одиннадцать воинов, огибая платформу, кинулись к нам для последнего отчаянного сражения. Шансы у них были неплохие, так как наш численный перевес составлял всего одного дракона-полукровку, доверять которому до конца ни в коем случае было нельзя. Только они забыли маленькую детальку… Для победы Огненных существовало всего одно, зато серьезное препятствие — мой взгляд. Неужели они надеются на честную схватку? Неужели думают, что я благородно не воспользуюсь своим преимуществом, пока они будут мериться силами с Отцами и моими спутниками?

Едва заговорщики приблизились на расстояние нескольких шагов, как я обратила против них свой взгляд. Бегущие фигуры застыли, кто как был, в самых невероятных позах. Где-то в центре этой группы виднелась ярко-красная туника Отца Огненных.

— Льера, а раньше вы так не могли? — проворчал Парящий, быстро пряча за спину в пройму рубашки плоский нож без рукояти.

— Раньше некромант был жив и полностью меня контролировал, как и вас.

— Ну, хоть драться не пришлось, — облегченно вздохнул Туманный, методично втыкая обратно в тунику множество длинных дротиков, украшенных небольшими полудрагоценными камнями в основании. Еще совсем недавно эти камни образовывали на ткани невинный цветной орнамент.

— Только что нам теперь делать со статуями? — задумался Бескрылый. — Ведь не казнишь же и не запрешь в темнице.

— Ой, нашел о чем беспокоиться, — заметил Парящий. — Лично меня их дальнейшая судьба не волнует. Тут возник вопрос важнее: кто займет новую вакансию в Совете? Можно ли считать тех Огненных, что стояли в холле, но не вошли сюда, обычными жертвами обстоятельств, ничего не знающими о заговоре, или нет?

— Разберемся, — пообещал Великий. — Надеюсь, правительница василисков с братом не откажут нам в одном маленьком одолжении и прочитают их мысли на допросе.

— Конечно, мы тоже заинтересованы в поимке всех вовлеченных в заговор, — заверил Кейн главу Совета.

— А я с удовольствием допросила бы еще самого Огненного. Хочется знать, как много василисков он успел подкупить в моей стране, занимает ли кто-то из них важные должности или все простые бандиты и сброд? — задумчиво произнесла я. — Нельзя оставлять предателей безнаказанными, так недалеко и до второй попытки переворота.

— Может, в доме остались какие-нибудь записи, финансовые отчеты, — предположил Арвис. — Не мог Отец держать все в голове.

— Мы вам сообщим, если обнаружим нечто подобное, — пообещал Астадек. — А сейчас не могли бы вы забрать отсюда своего придворного мага? Он нас немного… нервирует.

Я посмотрела в сторону оркестрового подиума, но он оказался совершенно пуст — не было ни Верилайна, ни костей, ни зеленого светящегося барьера.

— Кажется, он уже сам ушел, — пожала я плечами.

— Не опробовав новое заклинание по восстановлению памяти? — засомневался Кейн.

— Значит, стоит ждать его повторного визита, — тихо пробормотал Дейкон и добавил громче: — Я тут обнаружил, что Верилайн зачем-то забрал с собой останки некроманта и Мерка. Надеюсь, он просто похоронит пацана и не будет проводить над его телом сомнительных экспериментов. Золия, поговори со своим магом! Я хочу лично увидеть гробницу парня или пепел, развеиваемый по ветру.

Я кивнула, так как говорить была не в состоянии. Перед глазами как наяву предстала окровавленная спина Мерка с торчащими из нее обломками стекла. Надеюсь, Верилайн не откажет мне, потому что теперь я даже не знаю, каким образом на него можно надавить. Мы, конечно, хорошо ладим, но ведь он опасен и непредсказуем. Если уж маг шутя справился с черным колдуном, обездвижившим меня… Я рада, что он на моей стороне. Иногда просто невеселый смех разбирает: Великим Ужасом даже в этом мире почему-то считают меня, хотя на самом деле многие гораздо опаснее и вообще… я их боюсь!

— Астадек, — тем временем обратился Туманный к главе Совета, — а оживить Огненного, наверное, все же придется, иначе нам никак не снять с него знак власти. Или браслет и так легко расстегнется? Мы не можем оставить артефакт на предателе.

— Льера, что скажете? — переадресовал вопрос Великий.

— Вроде должно получиться, ноя не знаю. Можно попробовать снять и без оживления, а то мороки много. У нас еще нет дракона, рожденного в первородном пламени.

Выслушав, Астадек обогнул коллег и решительно направился к группе драконов, застывших в нелепых позах. Вслед за ним увязались любопытствующие — я, Дейкон и Таврос. Великий не церемонился с живыми статуями заговорщиков, отталкивая их с дороги, одного даже уронил и не оглянулся. Мы следовали его примеру, причем Таврос был особенно неаккуратен. Не похоже, чтобы у него были хорошие отношения с членами Семьи родного отца.

Глава Совета подобрался к фигуре Огненного и остановился, с сожалением осматривая бывшего коллегу. Тот замер в спокойной позе: одна нога чуть впереди другой, так как мой взгляд застал его на полушаге, левая рука опущена вниз и чуть отведена назад, правая с зажатым в ней ножом находится на уровне живота. Выражение лица было бесстрастное, без всяких гримас или ухмылок, зрачки на фоне небесно-голубой радужки вытянуты в узкие вертикальные щели.

Пока Астадек пытался расстегнуть защелку браслета на левой руке Огненного, я заинтересовалась одной из цепочек на его груди, так как сплав был мне незнаком, да и плетение оказалось необычным. И тут статуя ожила… Так враг, оказывается, все это время просто притворялся и выжидал нужного момента!

С ужасом я заметила, как ресницы Огненного дрогнули, его взгляд опустился на меня, и на губах появилась злорадная улыбка. Сказать, что я растерялась — значит, не передать и половины охвативших меня чувств. Это было слишком неожиданно, слишком невероятно и страшно, тем более что я стояла почти вплотную… Времени на то, чтобы прийти в себя и что-то предпринять, Огненный мне не дал, события развивались слишком стремительно. Я почувствовала сильный рывок за плечо в сторону и обжигающую боль в левом боку.

— Осторожно! — послышалось запоздалое предупреждение Дейкона, в его голосе звучала тревога.

Но дернул меня в сторону и спас от прямого удара в живот не он, а… Таврос Парящий.

Огненный издал просто-таки нечеловеческий рык, поняв, что нож только скользнул по боку намеченной жертвы.

Над его головой внезапно возник сгусток тьмы размером с приличный валун, повеяло каким-то загробным холодом. Несмотря на жару в зале, меня мгновенно охватил озноб. Меня передернуло, и без всякого понукания с чужой стороны я попятилась назад. Жутко было видеть, как глаза Огненного из голубых стали черными, словно ночь. Казалось, там поселилась сама Тьма.

— Держите некроманта! — воскликнул Великий, одной рукой пряча в карман браслет с символом власти бывшего коллеги, а второй пытаясь перехватить его запястье с ножом.

Я продолжала медленно пятиться, лихорадочно соображая, что могу сделать в данной ситуации. Выходило — ничего. Цепочки все еще на Отце, значит, магия бесполезна, взгляд карателя не действует на некроманта, физически он сильнее, да еще и это темное пятно энергии над его головой… У меня галлюцинации, или оттуда действительно слышатся стоны?

Дейкон и Таврос попытались скрутить Огненного, но не смогли даже с места его сдвинуть. Новоявленный некромант легко, небрежным взмахом руки отшвырнул их в сторону, а следом отправил Астадека. Он громко расхохотался, опьяненный своей силой. Пятно тьмы над ним продолжило разрастаться и постепенно начало опускаться ниже, образуя купол, который должен был окружить своего хозяина.

— Папа, ты связался не с той силой, отрекись от нее, — осипшим голосом умоляюще попросил Таврос. — Тьма поглотит твою душу.

— Она даст мне победу! Слюнтяй! Зачем ты помешал мне убить девчонку?!

— Льера — невеста племянника. Мой долг защищать будущую родственницу. Я был бы обесчещен, если бы ее убили в моем присутствии и при моем попустительстве. Я тебе объяснял это!

— Честь — всего лишь пустой звук! Выдумка для таких глупцов, как ты!

— Нет!

— Я плохо воспитал тебя, сын. Или это тлетворное влияние матери? Ну так у меня еще будет время, чтобы завести себе другого наследника! — произнес Огненный с жестокой усмешкой на губах, в которой чудилось что-то чуждое. Он перехватил нож удобнее и сделал шаг к Тавросу.

Бывший командир наемников с ужасом и растерянностью смотрел на отца и явно не узнавал. Он помотал головой и начал отступать, не решаясь поднять оружие против близкого родственника. Наверное, все еще не мог до конца поверить, что подобное происходит в реальности, что это не ночной кошмар.

В такой напряженный момент на еле слышный хлопок никто и внимания не обратил. Так что раздавшаяся следом скороговоркой тирада застала нас врасплох:

— Ой, Льера, девочка моя, прости старика, совсем забыл… А что здесь происходит?!

— Меня убивают, — жалостливо пискнула я и для достоверности указала на свой бок, залитый кровью.

Лицо Огненного вытянулось. Новой встречи с Верилайном он сегодня явно не ожидал. Даже глаза на мгновение вновь стали голубыми, а сгусток тьмы над головой замер. Новоявленный некромант быстро забормотал заклинание телепорта, собираясь отступить или попросту сбежать. Он уже знал, что тягаться в честной схватке с моим придворным магом не сможет. Однако произнести все слова до конца ему не удалось. Верилайн нахмурился, что-то шепнул и указал пальцем на Огненного, на месте которого тут же возник столб пламени. Жара от него я не почувствовала, хотя огонь выглядел как реальный. Он почти мгновенно исчез, оставив в воздухе легкий дымок, тянущийся к ночному небу, и кучку пепла, укрывшую стеклянное крошево на полу…

— Прости, девочка, я чуть не прозевал, ты ведь просила не допускать телепортации, — сказал Верилайн. — Теперь дракон точно никуда не денется.

Я оторопело кивнула, соглашаясь. Маг в точности выполнил мое пожелание, методы-то я не уточняла…

Впрочем, у остальных особ, присутствующих в зале, вид был не лучше. Старик без усилий, всего за несколько секунд расправился с обоими некромантами, которые казались нам непобедимыми. Он действовал спокойно и методично, как будто прихлопывал мух или других вредных мелких насекомых, распространенных в этом мире.

— Я ж совсем забыл попробовать новое заклинание, — повинился Верилайн. — А ну-ка, давай немного тебя подлечим и приступим.

Взгляд мага был полон отеческой заботы, так как именно он занимался моим воспитанием до того, как я потеряла память. У нас даже образ мышления был одинаковым, поэтому я без опаски охотно подошла к старику. Если вызвался — пусть лечит, пока я не истекла кровью.

Верилайн полуобнял меня за плечи, махнул рукой в воздухе, материализовав откуда-то здоровенный валун, и аккуратно усадил на него. Едва я пристроилась на краешке, как он прижал ладонь к моему боку, его лицо стало серьезным и сосредоточенным. Я почувствовала легкую прохладу, снимающую боль, а потом спокойное согревающее тепло.

Маг убрал руку и ласково, как маленькому ребенку, сказал:

— Вот и все, даже шрама не осталось.

Я недоверчиво исследовала свой бок и вынуждена была признать, что он прав. О ране напоминали только следы крови на изрезанной одежде.

— А сейчас не крутись и расслабься, — попросил Верилайн. — Закрой глаза.

Я выполнила его инструкции, уже зная, чего следует ожидать. И действительно: на этот раз маг приложил ладонь к моему лбу и забормотал свое очередное заунывное заклинание, заметно волнуясь, судя по голосу. Едва закончив, он в полной тишине с надеждой поинтересовался:

— Ну что?

— Хм… не хотелось бы вас огорчать…

Верилайн в расстройстве схватился руками за голову и сел прямо на осколки стекла на полу. Он даже еле слышно застонал.

— Впрочем, вы и сами поняли, что заклинание не сработало, — с виноватым видом сказала я, пытаясь поднять старика.

— Пойду еще поработаю, — тяжело вздохнул маг, вставая. — О! Чуть не забыл! Заберите, пожалуйста, из моей башни вашего мальчишку, а то от него очень много шума, прямо думать не дает со своими едкими комментариями. Льера, девочка, надо было лучше заботиться о воспитании своих подданных и о культуре их речи. Он вопит, что по лестнице не пойдет, а через стену я его скинуть не могу. Малец и так меня извергом называет без всякого повода!

— У вас поселился призрак Мерка? — с опаской поинтересовалась я.

— Если бы. С призраком я бы не церемонился.

— Зомби? — выдвинула я еще одно предположение.

— Да с чего ты взяла? Я же не шарлатан вроде этих, — с обиженным видом кивнул Верилайн на кучку пепла. — Мне удалось вылечить его тело и вернуть душу, используя кости дракона в качестве связующего звена с миром теней.

— Так телепортируйте Мерка сюда, — радостно сказал Дейкон. Он даже не усомнился в способностях мага.

— Да вы что! — возмутился Верилайн. — Угробите ребенка, ведь ему и сотни еще нет. Не буду я телепортировать парня в эту варварскую страну, где на десять квадратных метров приходится по два недоученных темных некроманта!

— Ну, это вы немного преувеличиваете, — смущенно произнес Арвис.

— Да? — с иронией уточнил старый василиск. — Неужели всего по полтора?

— Верилайн, все действительно не так уж плохо, — вмешалась я. — К тому же Мерк не из нашего народа, он простой человек из другого мира и проживет всего лет восемьдесят-девяносто.

— Почему? — пришел в недоумение старик. — Задатки мага у него хорошие, хотя знаний абсолютно никаких! Кто ж так разбрасывается талантом? Льера, девочка, как вернешься, позаботься об учителе для парня, а то так и проживет тысячу лет полным неумехой!

— А-а-а… э-э-э… — не нашлась я, что сказать. Только нахального мага мне и не хватало! И почему о его обучении должна думать я? У меня вообще знакомых магов нет, тем более способных долго выдержать бесцеремонный характер Мерка. Разве что… Устрою-ка я небольшой сюрприз советнику Тагерту, чтобы не скучал в мое отсутствие. А так, глядишь, займется воспитанием пацана и забудет про мое Межгорье.

— Сейчас пойду слевитирую мальчишку с башни и пристрою под опеку какого-нибудь аристократа из своего Дома, — сообщил Верилайн и исчез в телепорте.

Едва он скрылся, как Таврос громко произнес безжизненным голосом:

— Я… я воздухом подышу.

И прежде чем кто-то успел его остановить, с разгону легко запрыгнул на высокий порог зала.

— Сбежит! — дернулась я, но Дейкон остановил меня, крепко схватив за плечо.

— Золия, ему надо побыть одному, — тихо сказал он. — Даже у самых сильных личностей бывают моменты, когда чувства невозможно удержать под маской, а показать безумно стыдно.

— Ты что-то почувствовал?

— Боль, мы же связаны…

— Давайте вернемся в посольство и подождем его там, — предложил Кейн. — Надеюсь, к утру он немного успокоится и сам придет для процедуры перерождения.

— Да-да, идите отдыхайте, — сказал Астадек. — С домом и делами Огненного мы должны разобраться сами.

— Секреты? — усмехнулся Кейн.

— А как же без них, — развел руками Великий.

Мы в нервном ожидании сидели в столовой и завтракали, когда на пороге появился Таврос и каким-то нарочито веселым и бесшабашным тоном поинтересовался:

— Ну и где тут у нас кончают жизнь самоубийством?

— Чего? — не понял Кейн.

— Я спрашиваю, где ваша лужа с лавой, — более понятно пояснил дракон-полукровка.

— Великий с магами-телепортистами должен зайти к нам часов в девять, — ответил Кейн.

— Ты пока хотя бы перекуси, — посоветовала я.

— С чего это такая забота? — насторожился Таврос.

— Тонуть будешь лучше, — пояснила я.

— Но, несмотря на мои слова, полукровка все равно подсел к столу и сгреб к себе большую часть продуктов, с успехом заменив прожорливого Мерка. Да такими темпами он не то что из лавы, из простого тазика с водой не выберется! Я с тревогой наблюдала, как бутерброды один за другим исчезают в недрах его живота. Он решил зараз отъесться до такой степени, чтобы не пролезть в кратер вулкана?!

Тавросу пришлось прерваться, когда в столовой объявился Парящий собственной персоной. Наверное, это был первый и единственный раз, когда я искренне обрадовалась при виде его.

— Собирайтесь, Великий и маги-телепортисты ждут вас возле ворот, — сообщил Отец, поправляя кожаный пояс, на котором открыто висел кинжал. — Можете взять с собой оружие, никто возражать не будет. Главный заговорщик, конечно, мертв, но мало ли сколько у него сторонников, желающих отомстить или продолжить дело. Не было печали, так…

Парящий не закончил, но и без того было ясно, что он досадует на сложившуюся ситуацию. На Огненного могли работать множество драконов, и по сей день занимающих важные и ответственные посты.

— Я вас прекрасно понимаю, — тяжело вздохнула я. — Мне тоже необходимо выловить предателей, подкупленных вашим коллегой.

— Не называйте его так. Мы сегодня с утра как раз рассматривали кандидатуры на пост Отца Огненных. Не хотелось бы опять допустить в свои ряды опасную личность, о моральных принципах и целях которой мы ничего не знаем. Поверьте, нашему Совету не нужно мировое господство, достаточно спокойной и обеспеченной жизни на подконтрольных землях. Никто не претендует на вашу власть.

— Жалко, — на языке василисков сказала я.

— Льера, привыкай к ответственности, не позорь нас, — укоризненно сказал Кейн.

— Таврос, на выход, — скомандовала я. — Ванна ждет, бегом, пока не остыла.

— Садистка, — не смущаясь Отца своей Семьи, сказал бывший командир наемников. — Не могла втихую кого-нибудь на улице схватить и окунуть. Я, между прочим, твой будущий родственник.

— А мне вполне хватает нравоучений одного родственника, так что желания приобрести второго совсем нет, — ухмыльнулась я. — Впрочем, меня устроят оба варианта исхода эксперимента — и твоя смерть, и твое перерождение.

— На кончину можешь не рассчитывать, я еще не показал Дейкону свой коронный прием.

— Сам же час назад о самоубийстве мечтал, — напомнила я.

— Ты не так поняла, — усмехнулся Таврос. — Я мечтал об убийстве, просто усыплял вашу бдительность.

— Таврос Парящий, ты разговариваешь с дипломатическими гостями, — напомнил Отец его Семьи. — Будь аккуратен в высказываниях.

— А мне их после перерождения все равно обязаны списать, — подмигнул бывший командир наемников и бодро вышел за дверь, как будто его ожидала не опасная авантюра, грозившая обернуться смертью, а обычная увеселительная прогулка. Хотя, может, он действительно твердо уверен в результате?

Возле ворот нас уже с нетерпением ждали Великий, Зеркальный и два незнакомых дракона в белых туниках, какие здесь предпочитали носить маги. Другие члены Совета или отказались от участия в эксперименте, или их просто не взяли, учтя возможности телепортистов. И это было хорошо, так как и без них получилась приличная толпа.

— Таврос, вы готовы? — поинтересовался Астадек.

— А мой ответ что-нибудь изменит? — спросил сын Огненного с усмешкой вполне спокойным тоном, но бледность выдавала его волнение.

— Парящий, ты по-прежнему готов рискнуть жизнью члена своей Семьи? Не передумал? Ведь если он не умрет, то станет Огненным, — уточнил Великий на всякий случай.

— Нет, Таврос должен искупить свою вину перед нашим народом и перед народом василисков. Он — наиболее подходящая кандидатура для перерождения. Судьба сама рассудит, чего он достоин за свои поступки — смерти или нового шанса.

— В архивах времен Белтвейна действительно не указано, кто из смельчаков выжил и что для этого нужно, — заметил Зеркальный. — Может, Таврос хочет подать ходатайство с просьбой о честном суде? Мы не вправе его заставлять.

— Мне больше по душе несколько минут риска, чем сотни лет заключения и каторги, — отказался дракон-полукровка. — Давайте не будем тянуть время.

Астадек подал магам знак, и они быстро и бесшумно открыли теле порт. Цепочкой мы вошли в темноту разрыва мировой ткани и, перенесшись через расстояния, очутились на небольшом скальном уступе, откуда не было спуска, зато хорошо просматривался высокий конус вулкана. Время от времени до нас долетал глухой рокочущий звук, отбивающий всякую охоту подбираться ближе. Местность ничуть не напоминала уже знакомые мне Драконьи горы. Похоже, мы телепортировались куда-то намного южнее, в глубь земель драконов.

Таврос без понуканий подошел к обрыву и сделал шаг в пустоту, исчезнув из виду, но ненадолго. Вскоре снизу, размеренно махая крыльями, поднялся огромный ящер с черной глянцевой чешуей и гордо изогнутой длинной шеей. Надо признать, он имел полное право задирать подбородок вверх, так как смотрелся намного лучше того же Арвиса, падающего с башни. Дракон уверенно держался в воздухе рядом с уступом, вздымая ветер, буквально сбивающий с ног. Мы все сплотились тесной группой и держались друг за друга, чтобы нас не сдуло.

— Эх, — вздохнул Арвис, — и как можно так летать?

— Приходи на тренировочную площадку в Драконьих горах — научим, — усмехнулся Парящий. Длинные пряди его волос, перехваченные кожаным шнуром, полоскались по ветру и открывали одухотворенное лицо. Отец оказался в своей стихии и упивался воздухом, пейзажем, ощущением простора и свободы.

— Нет, спасибо. Вы путаете восхищение с удивлением, — пояснил Арвис. — Мне хватило и одной попытки помахать крыльями, больше не хочу прыгать с высоты, даже если внизу будет сетка.

— Таврос, лети к вулкану, — прокричал Парящий. — И без ярко-алой чешуи не возвращайся!

— Garrteheriar! — прогромыхал черный дракон. — Легче было нанять бригаду маляров и попросить их подежурить неподалеку.

Он развернулся к нам хвостом и более интенсивно замахал огромными кожистыми крыльями, быстро удаляясь. Зрелище было впечатляюще красивым, только воздушный поток, сносящий с ног, стал сильнее. Мы пригнулись и крепче ухватились друг за друга. Лично я почти повисла на Дейконе, хотя он не возражал и не сопротивлялся. Я, можно сказать, придавала ему устойчивость благодаря своему весу.

Силуэт дракона все уменьшался и уменьшался, пока не превратился в почти бесформенную черную точку, которая на несколько мгновений зависла над кратером, как бы раздумывая и морально готовясь, а потом камнем упала вниз. Таврос опять пропал из виду, нырнув прямо в центр рокочущей горы, и нам оставалось только ждать и надеяться на лучшее.

Как бы я ни подзуживала новоявленного родственника Дейкона, а мне надо было, чтобы он вернулся живым и здоровым. Не потому, что я его простила и воспылала дружескими чувствами, просто другую кандидатуру для повторения эксперимента будет сложно найти. Сомневаюсь, что Совет согласится собрать из темниц всех преступников, доставить их к вулкану и насильно скинуть в лаву. Отцы явно будут отпираться, цитировать законы, толковать о свободе выбора…

Внезапно Дейкон издал тихий стон. Похоже, он изо всех сил пытался сдержаться, но не смог. Дроу вскрикнул чуть громче, согнулся пополам, рухнул на землю и начал по ней кататься.

— Что с ним? — испугалась я. — Он умирает вместе с Тавросом?!

— Не должен. Ваш жених просто разделяет боль, — попытался успокоить меня Астадек. — Так бывает: если один участник кровной связи не может чего-то вынести сам, то часть этих ощущений передает родичу, облегчая свою участь.

— Ах он гад! — разозлилась я.

— Льера, Таврос не специально, — пояснил Арвис. — Это просто обычный защитный механизм в подобном тандеме. Не думай, что сыну Огненного было легче, когда Дейкона ломало после первой трансформации.

Я присела рядом с правителем Карневии, положила его голову себе на колени и стала ждать, когда боль пройдет. Дроу кусал губы, стараясь сдерживать стоны, но хоть метаться перестал. Постепенно он стал вести себя все спокойнее.

— Перерождение закончено, — доложил Дейкон севшим голосом, пытаясь отдышаться. — У Тавроса получилось, только это больно, очень больно.

— Еще бы, — передернулся Парящий, сдвигаясь ближе к краю уступа, чтобы лучше видеть окрестности. Носы его сандалий просто висели в воздухе без всякой опоры.

Повторить подобный номер никто не решился, так как для остальных падение со скалы было смертельным. Мы сгрудились за спиной Парящего, не жалуясь на перекрытый обзор. Все равно он не способен загородить собой огромного дракона, если тот покажется.

— Что-то не летит, — с тревогой заметил Великий. — Неужели сбежал? Парящий, может, сгоняешь проверить?

— Сам вернется, мне красная чешуя будет не к лицу, — проворчал названный Отец.

— Не к морде, — поправила я.

— Льера! — одернул меня Кейн.

— Да ладно, все правильно, — на удивление добродушно сказал Парящий. — Ха! А ведь Тавросу, наверное, тоже не нравится новый цвет чешуи.

— Переживет, — усмехнулась я. — Гораздо хуже ему будет, когда я примусь выкачивать кровь.

— Льера, Белтвейн же предупреждал, что дракон должен быть живым, — напомнил Кейн.

— Зато про аккуратность и всего одну ранку он ничего не говорил…

— И чего вы делите шкуру не пойманного дракона? — прогромыхал Таврос, тенью нависая над уступом. Похоже, он облетел гору вокруг, чтобы появиться неожиданно. Все чешуйки его тела резали глаза яркой окраской.

— Нет, — вздохнул Таврос. — Я же, оказывается, чувствую связь с девушкой, обращенной в статую, хотя и не так остро, как с Дейконом. Мой долг — сделать все возможное для ее освобождения. Теперь она и ее брат — моя семья, самые близкие родственники.

— Удивительное чувство ответственности, — заметил Кейн. — Учись, Льера.

Я потрясла головой, не веря, что Тавроса ставят мне в пример. Дожила! Интересно, а его ответственность не может дойти до такой степени, чтобы ее обладатель смог провести военную реформу для мнимой невесты своего племянника? Ума не приложу, как мне лучше сократить войско.

Таврос подлетел к краю уступа, завис над ним, максимально снизившись, и прямо в воздухе начал обратную трансформацию. Его тело быстро уменьшалось в размерах, теряло яркую окраску, падая. Я даже забеспокоилась, что он разобьется. Но перерожденный дракон ловко перевернулся и приземлился прямо на полусогнутые ноги. Он мягко спружинил и выпрямился во весь рост, высоко вздернув подбородок. Похоже, Таврос не собирался жаловаться и выкладывать, каково ему пришлось в жерле вулкана, предпочитая бравировать перед нами.

— Отличное приземление, — похвалил Парящий. — Даже немного жалко, что теперь ты будешь числиться в Семье Огненных. А ну-ка, дыхни.

— На что именно? — начал оглядываться Таврос.

— Да просто продемонстрируй струю пламени, направив ее в воздух, — ответил Парящий.

Но перерожденный дракон решил поступить по-своему. Он неуловимым движением достал откуда-то из одежды нож и обрезал низ черной длинной рубахи. Уложив полоску ткани на край уступа, Таврос отошел и дыхнул.

Я как раз стояла в своем замке в Межгорье над толстым фолиантом, озаглавленным как «Свод законов Карневии», и мучительно решала, а так ли мне надо его читать. Может, ограничиться изучением подобного талмуда, действующего на землях василисков? Вряд ли они так уж принципиально отличаются, зато мне не придется мучиться, когда я решу отвлечься от Межгорья и заняться делами на родине. Я нерешительно мялась, посматривая то на толстый кожаный переплет, то на мягкий стул, то на кресло возле горящего камина, где можно просто посидеть и посмотреть на огонь. Именно этот момент выбрал Кейн, чтобы застать меня с поличным. Раздался гром и треск, прямо перед столом разверзся телепорт, и из него резво вылетел братец с сияющим лицом.

Я тут же, подпрыгнув, плюхнулась на стол, проигнорировав стул, чтобы пышной юбкой черного платья прикрыть злосчастный свод законов.

— Льерочка, у меня для тебя радостная новость, — растянув улыбку от уха до уха, выпалил он, абсолютно проигнорировав мой странный вид. — Я только что от твоего имени дал предварительное согласие на твой брак с племянником Отца Огненных! Это очень удачный союз, который на многие годы скрепит отношения между василисками и драконами.

— Ты что?! — возмутилась я. — Не собираюсь выходить замуж за этого типа! И мне все равно, кому из Отцов он приходится родственником. Да хоть самому Великому! Немедленно откажись!

— Ты уверена? — расстроился Кейн. — Может, еще подумаешь?

— Уверена! И даже не уговаривай. Как ты мог все решить без меня?!

— Эх, для тебя же старался, — опустил плечи братец. Он открыл обратный телепорт и, замерев с поднятой ногой для шага в него, обернулся ко мне: — Я думал, тебе все-таки нравится Дейкон, у него и приметы сходятся с твоим идеалом. Извини, сестренка.

— Стой! — Спрыгнув со стола, я схватила его за руку. — А при чем здесь Дейкон?

— Так он — племянник Отца Огненных, которым назначили Тавроса.

— И дроу сам внес такое предложение? — с замиранием сердца спросила я, боясь радоваться раньше времени.

— Нет, скорейший брак для скрепления мира предложил на заседании Совета Таврос.

Я почувствовала острое разочарование и выпустила руку брата.

— Дейкон тоже никогда не согласится на подобное, — сказала я, сжав кулаки так, что ногти впились в кожу. Может, хоть физическая боль отвлечет меня от душевного разочарования.

— Он присутствовал на заседании, и я сам спросил у него согласия, — запротестовал Кейн. — Дейкон ответил, что в принципе он не против брака, если ты согласна… Ну так что, мне передать отказ? Или ты с радостью примешь предложение?

— Не надо про радость, — запретила я, ужаснувшись тому, что дроу может возгордиться. Упускать шанс я, конечно, не собираюсь, но нельзя же так откровенно давать ему понять о своих чувствах. Он-то сам лишь снисходительно не стал протестовать против идеи дяди, в любви и вечной преданности мне не клялся.

Кейн тяжело вздохнул, но терпеливо дождался моего ответа.

— Скажи Совету, что раз этого требуют интересы моего народа василисков, то я в принципе тоже не против этого брака. Запомнил?

— Тьфу! — сплюнул Кейн, не посчитавшись с ковром. — Тоже мне, выискались две жертвы во имя народа! Не замечал раньше за вами такого патриотизма. Почему, ну почему в каждом мире находятся такие личности, которым надо все усложнить, вместо того чтобы сказать о своих чувствах откровенно?!

Кейн, ворча, скрылся в темном мареве телепорта, а я так и осталась стоять посреди комнаты с улыбкой на губах, какой эти стены еще ни разу не видели.