Графология – прочно зарекомендовавшая себя в Европе, Америке и Израиле технология психодиагностики.

Графологический анализ базируется на понимании того, что почерк формируется мозгом и в большей степени, чем моторикой, определяется подсознательными процессами. В процессе письма рука является лишь инструментом мозга, личности пишущего.

Научная графология основана на физиологических, психологических, психопатологических и других знаниях, а также научных исследованиях в перечисленных областях и богатом статистическом материале.

Максимальная информативность и достоверность зависит не только от профессионализма графолога, но и от качества, а также количества исследуемого материала. Разумеется, в особых ситуациях, например если имеется только крошечный клочок бумаги и получить образец почерка, отвечающий всем правилам, никак невозможно, специалист работает с тем, что есть. Однако в таких случаях даже у очень опытного специалиста процент погрешности значительно возрастет.

Наша цель – минимизировать эту погрешность. Для профессионального графолога реально добиться погрешности в 5—10 %. Но для этого принимаемый на анализ почерк должен максимально отвечать некоторым требованиям.

Наилучший способ получить приемлемый материал для анализа – попросить написать образец при вас: вы сможете удобно усадить человека за стол, снабдить «правильными» ручкой и бумагой, подложить несколько листов, лично убедиться, что человек не списывает с книги или не пишет стихи.

Итак, ниже – основные правила для получения качественного образца почерка.

В общей картине почерка выделяют три отдельных картины (или аспекта), несущих информацию о разных плоскостях функционирования личности и потому анализирующихся по отдельности.

Речь идет о понятиях «движение», «организация», «форма».

Приступив непосредственно к изучению каждого из аспектов, вы узнаете, какой личностной плоскостью они «заведуют», получите подробные описания возможных вариантов и объяснения соответствующих им значений и характеристик.

Вам предстоит, кроме усвоения теории, научиться самостоятельно распознавать особенности каждого из трех аспектов, а также сравнивать и устанавливать соотношение этих трех «пластов»: какой (какие) из них доминирует (доминируют), то есть на что затрачивается большая доля энергии и направленного внутрь внимания человека.

И только затем – интерпретировать, используя таблицы.

В качестве предисловия к теме лишь скажу, что секрет успеха эксперта – не в обладании этими таблицами, а в умении их использовать, в селективном выборе значений и перекрестном сопоставлении.

В графологии есть так называемая «Шкала развития», позволяющая сориентироваться относительно уровня гармоничности и внутреннего развития анализируемой личности.

О степени гармоничности личности говорит прежде всего соответствие подписи и почерка. Если подпись написана в том же стиле, что и текст, если она не отличается резко ни наклоном, ни нажимом, ни формой букв или читабельностью – значит, перед нами человек, не пытающийся выдать себя за кого-то другого, притвориться, искусственно создать себе имидж, – он тот, за кого себя выдает. Это трудно определить на основании одной лишь подписи.

Что касается уровня развития личности, гармоничности и интеллекта в целом, то существует достаточно быстрый и несложный способ определения развития личности. Это формула, состоящая из сочетания четырех параметров: скорость – читаемость – самобытность – организация.

Чем больше их в почерке одновременно или, точнее говоря, чем выше будет ваша оценка по каждому из них, тем выше личностный и интеллектуальный уровень человека. И наоборот. Обратите внимание: он не связан со склонностями или типом мышления как таковыми.

Помните о принципиальном влиянии скорости почерка! Медленный почерк всегда снижает нашу оценку или «вес» какого-либо из четырех параметров: чем медленнее скорость – тем сильнее снижение оценки. Дело в том, что, располагая лишним временем и соответственно вниманием, намного легче писать понятно, организованно и т. д. Например, порядок или ясность в почерке, написанном в медленном темпе, просто не должен производить на нас впечатления! Другое дело, если такие данные мы обнаруживаем в спонтанном, беглом почерке – тут уже параметры стоит оценить по максимуму, не боясь переоценить человека.

1. Скорость почерка.

Означает: беглость (не путать с небрежностью и другими подводными камнями). Скорость – это не физическая быстрота написания, а динамичность письма.

2. Читабельность (степень читабельности).

Для проверки берут одну отдельно взятую букву (не в контексте слова) и пытаются узнать ее. Читабельность полная, если узнаваема любая буква, частична – если примерно половина букв.

3. Оригинальность-самобытность (индивидуальность).

Означает: необычные с точки зрения стандарта формы букв или связки между ними, развороты и т. д., НЕ мешающие читабельности и НЕ являющиеся просто излишествами или украшениями. Оригинальность – при изобретении своих неповторимых форм и стиля, индивидуальность – при более простых вариантах.

Вряд ли кто-то сомневается в том, что быть умным человеком лучше, чем глупым. Ум не может быть помехой. Всем известное грибоедовское «горе от ума» не подразумевает действительно «ум», а прославившийся своей везучестью и успешностью Иванушка-дурачок из русских народных сказок – лукавил, нося такое прозвище! Ум в широком, жизненном, даже повседневном смысле – это настоящая ценность, преимущество в жизни и безусловно – преимущество на пути к успеху. Давайте разберемся почему, а затем узнаем, как эту тонкую субстанцию обнаружить в почерке.

Прежде всего нужно определиться, что подразумевается под понятием «ум, умный». Важно понять, что умный человек – это не только тот, кого можно считать ходячей энциклопедией, не тот, кто знает много стихов или прочел много книг! Сами по себе эти факты могут говорить о самых разных вещах, о хорошей памяти или, скажем, о любви к литературе. Умный человек также и не тот, кому всегда есть что сказать о политике, экономике, людях или погоде. Далеко не обязательно может быть умен и тот, кто имеет то или иное образование, дипломы или степени, разбирается в какой-то специфической области. Это склонности и способности человека, качества характера или тип мышления, но не ум в его истинном понимании.

Не секрет, что вполне успешно можно окончить университет, получить дипломы, обладая не столько особенно острым умом и мощным интеллектом, сколько такими качествами, как терпение, усердие, ответственность или сильная мотивация!

Ум, умный человек – это прежде всего высокий уровень индивидуальности, самостоятельное мышление. Умение адаптироваться к жизни и людям, одновременно оставаясь собой и не теряя своих принципов и индивидуальности. Умный человек – это личность, которой присуща хотя бы определенная доля внутренней зрелости и мудрости.

Итак, как же проявляются признаки подлинного ума в почерке?

Прежде всего это не может быть банальный почерк. Банальный – значит стандартный, в точности (или почти) остающийся таким, которому нас всех учили в первом классе. Если уже взрослый человек пишет так же, как диктовали в детстве школьные прописи, – о таком человеке можно говорить как о банальном и не очень развитом. Это средний человек, но не тот умница, о котором мы говорим! Почерк не обязательно должен быть и излишне оригинальным, но безусловно – несущим свои индивидуальные черты. Иными словами, отклонения от стандарта прописей обязательны для человека с самостоятельным мышлением.

Важно подчеркнуть: почерк, обладающий различными украшениями или явно нарочито преувеличенными деталями, не имеет никакого отношения к уму, это лишь поза, желание производить впечатление и выглядеть особенным, не будучи таковым. Оригинальная форма продуктивна, экономит усилия руки, сокращает путь и время написания букв: человек настолько занят содержанием, что ему не до формы.

Итак, мы поговорили о форме букв, но в графологии недостаточно одного признака, для достоверности заключения нужно сочетание нескольких элементов, взаимоподкрепляющих друг друга.

На что еще, кроме формы, нужно обратить внимание? Во-первых, на читабельность почерка, а также на организацию написанного текста на листе. Не каждый человек способен, думая о чем-то, сохранять безупречную организацию текста, абзацы, поля, да еще и читаемую форму!

Отдельным признаком истинно умного человека является спонтанность, беглость письма (то есть хорошая скорость почерка). О том, как это определяется, мы отдельно говорили в предыдущих изданиях.

Распознав эти признаки, вы уже с большой долей достоверности можете утверждать, что рядом с вами, а то и вы сам – человек поистине незаурядного ума!

Рассмотрим наглядно почерки людей с разными умственными способностями.

Примечание. Все авторы – взрослые люди, первые двое – мужчины и женщина.

Умственные способности выше среднего:

1) отличные от прописных, оригинальные формы;

2) легкость, беглость, скорость письма;

3) при наличии указанных особенностей организация в пространстве и формы букв должны сохранять оптимальность и продуктивность. Минимализируя время и усилия, лично «изобретенные» человеком формы и связки букв позволяют сохранять оптимальную узнаваемость и читаемость.

Образец подобного почерка:

Умственные способности ниже среднего:

1) формы банальны, в них нет ничего «от себя»;

2) явно очень сниженная скорость либо статичность;

3) несмотря на то что в медленном и банальном почерке для организованности и хорошей формы букв, казалось бы, есть все возможности – этого нет, они не являются эффективными.

Образец подобного почерка:

Или, как вариант, почерк организован и хорошо читаем, но он настолько медлителен и искусственен, что эти признаки теряют свое позитивное значение: человек слишком занят формой, внешним впечатлением в ущерб содержанию.

Образец подобного почерка:

Еще одна часто встречающаяся (но не обязательная) черта успешного, уверенно идущего по жизни человека – это способность быть лидером. Должна быть какая-то внутренняя самостоятельность, отсутствие зависимости от воли окружающих (а также, разумеется, и внешних обстоятельств вообще), «взрослость», способность с полной ответственностью отвечать за себя и даже за других. Отсутствие выжидательной и авось-позиции, привычка и мотивация активно действовать или, если нужно, что-то менять. Безусловно, если добавить сюда хорошую щепотку ассертивности и социальности, мы получим склонность к лидерству в той или иной степени!

Успешного человека, как правило, характеризует кредо «Я – сам!». Поэтому, даже не будучи ярко выраженным лидером, тем не менее этот человек как минимум самодостаточный и скорее не ведомый, а является все же ведущим по своей сути.

Прежде всего важно понимать: хотя лидеру присущ ведущий склад личности, эти разновидности не означают сами по себе чего-то плохого или хорошего, это всего лишь два типа, два склада мышления, два образа жизни.

Склонность и к одному и к другому типу заложена в нас с детства по большому счету так же, как, например, темперамент или другие индивидуальные особенности личности.

То, что и в самом деле, условно говоря, плохо, – это любая крайность, чрезмерно выраженный в человеке один или другой полюс, отсутствие полутонов. Говоря о вполне нормативных ведущих и ведомых людях, относящихся к золотой середине, можно их охарактеризовать следующим образом.

Быть ведущим – значит быть решающим, активным, более того – иногда это говорит о способности быть настоящим лидером. Сущность ведущего подразумевает меньший консерватизм, большую готовность к риску, лучшую приспособленность и более быструю адаптацию. Несомненно, ведущий – тот, кто не имеет мешающей действовать зависимости от окружающих, не скован потребностью в одобрении. Но и тот, кто сознательно или бессознательно готов брать на себя ответственность за свои действия.

С точки зрения патологии, которая выходит за рамки золотой середины и которую мы не будем рассматривать, крайности ведущей личности выражаются в асоциальности, протесте, властности, тирании или агрессии, подавлении другого, в переоценке своей значимости, в чувстве превосходства.

Быть ведомым – значит быть более пассивным, доверять и соглашаться, отдавать право решений или выбора другому, уступчивость, безупречная исполнительность или желание угодить, отойти в сторону. С другой стороны, такие люди менее адаптивны и самостоятельны и более зависимы от близких людей или начальства.

С точки зрения патологии крайности ведомости выражаются в безынициативности, инфантильности, беззащитности, слабохарактерности, пораженчестве, излишней компромиссности или беспринципности, в недооценке себя, чувстве ничтожности и никчемности.

Научившись определять ведущего и ведомого косвенным образом, через графические признаки, вы можете определить уровень общей мотивации, энергичности, харизматичность личности, а также особенности темперамента и, соответственно, способность к деятельности или процессам в длительной либо кратковременной перспективе.

Итак, как определить по почерку присущую человеку тенденцию быть ведущим или ведомым?

Вопрос на засыпку: что важнее – коэффициент интеллекта или... ума. Оказывается, это не одно и то же: понятие «ума» вообще намного шире. О понятии коэффициента интеллекта, IQ, слышали многие. Но не все люди знают, что есть и другой коэффициент, EQ, который, как показывает жизнь и практическая психология, не менее, а то и более важен для разных аспектов наглей жизни, которые так или иначе связаны с социальной сферой. Не важен EQ разве что в математической или какой-либо другой лаборатории, но лишь при условии постоянного отсутствия там других живых людей.

Итак, EQ – это коэффициент эмоционального интеллекта: речь идет о душевном потенциале личности. Дело в том, что, оказывается, для личного благополучия, счастья и адаптированности (приспособленности) к жизни и пребывания в ладу с собой важен именно этот показатель. Именно обладатель развитого душевного интеллекта по-настоящему умен и субъективно успешен.

Как и в случае с темпераментом, высокие показатели EQ тоже обусловлены врожденными качествами личности. Статистически есть некоторая тенденция к развитию EQ у женской популяции. Однако многое зависит и от среды, воспитания и саморазвития: с одной стороны, врожденные склонности могут не сильно развиться или даже деградировать, а с другой, слабо выраженную склонность можно отчасти, пусть и несколько искусственно, подкорректировать.

Мне очень хотелось бы показать моим читателям, насколько и почему важен эмоциональный интеллект. Необходимо прежде всего понять простую (для имеющих EQ) истину: в нашей жизни и наших отношениях куда важнее быть не правым, а... мудрым.

Коэффициент эмоционального интеллекта напрямую связан с нашей приспособленностью к жизни, особенно к жизни в социуме.

Адаптация – один из самых главных, если не самый главный, фактор личной успешности.

Есть очень важное понятие, введенное когда-то Карлом Юнгом, «персона». Говоря другими словами, это наша «социальная маска», которая есть у каждого.

Человек, адекватно функционирующий в обществе, на работе, в семье и т. д., не может быть абсолютно естествен, так же как и не должен быть абсолютно замаскирован и искусствен.

Абсолютная естественность может привести к антисоциальному поведению, пассивному либо активному неприятию рамок, норм и т. д., агрессией и конфликтностью: человек просто игнорирует адаптационные социальные механизмы, это некая «антиадаптация».

Если человек говорит и делает все, что вздумается, не считаясь ни с кем, то рискует стать изгоем. Чтобы этого не произошло, не помешает научиться надевать на себя маску терпимости или вежливости. Адаптация в обществе требует некоторых жертв.

Если человек абсолютно замаскирован, он в меньшей степени создает дискомфорт окружающим, однако для него самого это означает проблемы либо «недоадаптацию» (см. описание слабой, ведомой личности), либо «переадаптация», при которой происходит «передозировка социальной маски». Прячась за свою бронированную искусственную маску, человек уже не позволяет себе быть самим собой, бросая все усилия и на поддержание «марки», своего задуманного имиджа. Это крайняя степень несвободы. Никогда не снимаемая маска может стать второй натурой и из боязни сказать или сделать что-то не так, человек превращается в ничтожного раба условностей, искусственного настолько, что с ним будет неприятно иметь дело.

Графически наиболее показательным в плане определения социальной адаптивности человека (поведение, образ мыслей) является фактор формы в почерке. Форма также передает информацию о самоощущении, о степени осознания своей значимости (или ничтожности). Посредством формы человек обнаруживает такие свои качества, как самоуверенность, эгоизм, консервативность, протест, властность.

Итак, привожу выводы, которые можно сделать на основании сказанного выше.

«Маска» (или «персона») – это адаптационный механизм личности. Каждый из нас обладает в той или иной степени «маской». Необходимая нормативная «маска» называется интегративной и является свидетельством здоровой адаптации и приспособленности к жизни. Личность в ладу с собой и другими. Почерку такой личности присуща оригинальная или индивидуальная, то есть самобытная и продуктивная, форма.

Существуют две крайности, говорящие о проблеме интеграции личности в обществе.

Неинтегративная «персона», когда человек озабочен производимым им впечатлением и имиджем. Такая маска подменяет настоящую адаптацию и является крайней формой защиты, скрывающей затруднения в проявлении человеком своих истинных чувств, в искреннем доверии, в том, чтобы позволить себе роскошь быть собой, быть индивидуальностью, не боясь не угодить кому-либо или испортить имидж положительного и удобного мальчика (или девочки). В этом случае форма может быть:

а) стандартной, банальной (иногда застывшей, замершей);

б) украшенной или обладающей излишествами, не способствующими читабельности, то есть усложненная, непродуктивная, когда человек «служит» форме.

Отторжение «персоны» имеет место, когда человек не желает и не способен адаптироваться, как-либо вообще приспосабливаться к социуму и окружающим. Полное или почти полное отсутствие маски объясняется либо активным отторжением, презрением к обществу (быстрый почерк), либо слабостью или депрессией (медленный почерк). В этом случае, кроме различий в скорости, остальные признаки почерка одинаковы: скудная, небрежная, запущенная и часто нечитабельная форма.

Наша жизнь складывается так, а не иначе не случайно. Во многом это определяется и уровнем зрелости нашей личности. Что это такое?

Зрелость личности – это «взрослость», адекватность, сознательность восприятия жизни и жизненных ситуаций, естественная (а не вымученная либо гипертрофированная) ответственность за свою жизнь и свои действия, решения, а также самостоятельность, независимость от обстоятельств.

Противоположность зрелой личности – инфантильная личность. Инфантильность – понятие очень точное и выразительное, поскольку происходит от лат. infantilis «младенческий, детский». Однако то, что нормально для незрелой личности ребенка, проявляясь (оставаясь) у взрослого человека, вызывает тревогу.

Признаки незрелой личности, и в этом главная ее проблема, – зависимость от окружающих и ожидание опеки, заботы о себе. Человек, словно ребенок, боится жить «по-настоящему», и самая большая его (и его близких) беда – в его неприспособленности (иногда – полной!) к жизни. Поскольку отсутствует здоровая адаптация, не может быть и нормальных – «на равных» – отношений между ним и другими взрослыми. Окружающим придется или играть по его правилам, или уйти.

Говоря об уровне зрелости или незрелости личности, не могу не отметить интересную тенденцию, с которой сталкиваюсь все чаще в своей графологической практике. Все чаще степень зрелости личности, отражающаяся в почерке, смещается в сторону более старшего возраста. По-видимому, человечество продолжает активно изменяться, и процесс эволюции, не без влияния среды, не останавливается. Все чаще сегодня можно встретить такой уровень внутренней зрелости у сегодняшних 25-летних, который лет пятнадцать назад присутствовал у 18-летних. Известно, что детство и юность становятся все длиннее, а взросление откладывается: личность девушки может окончательно формироваться в наше время до 30 лет, а молодого человека – до 35!..

Личностное неблагополучие, которое влияет на окружение человека, является особенно важным. Имея проблематику социального аспекта, вряд ли можно быть в ладах и с самим собой – мы же обсуждаем истинную личную успешность, в том числе и психологическую.

Итак, поговорим о том, как распознать в почерке наличие или отсутствие агрессии и конфликтности.

Прежде всего важно уточнить: существуют разные степень и виды агрессии.

У одного – это результат крайней неуверенности в себе и своей состоятельности, что может выражаться в резкости и неприятии по отношению к окружающим. Такое может чувствоваться даже тогда, когда человек молчит – агрессия может быть тихой! У второго – это впитанный с молоком матери принцип «уважают сильных», а сила – это подавление других. У третьего – агрессия и враждебность являются проявлением единственного имеющегося у него навыка общения и отношений с миром. Такой человек просто не видел и не ожидает другого, он – одинокий недоверчивый «волк», постоянно ждущий подвоха. У четвертого – агрессия проявляется крайне или даже патологически, он не ограничивается словесными или поведенческими проявлениями, включает физическое воздействие, рукоприкладство, насилие.

Однако во всех случаях агрессия не возникает на пустом месте – это защитный механизм личности, которая не имеет способов защититься по-другому, не теряя достоинства и самоуважения.

В основе агрессии лежит неудовлетворенность, разочарование, отчаяние, протест. Очень часто агрессия – это следствие нехватки в детстве тепла, открытости и безусловного приятия себя как личности, в сочетании с родительским подавлением, оценочностью, повышенной критичностью и... родительской агрессией.

По каким же признакам в почерке можно обнаружить различные варианты агрессивного или подавляющего поведения?

В очередной раз повторюсь: рекомендации дают лишь общее представление, и, только изучив весь почерк в целом, можно гарантировать достоверность заключения!

1. Если почерк напоминает интенсивную, плотную массу, пространства, «воздуха» между строками, словами или буквами либо мало, либо почти нет.

2. Строки, удлиненные отростки букв буквально «вмешиваются» в соседние строки, что делает текст более трудным для прочтения.

3. Если почерк нечитабелен – это дополнительный «подозрительный» признак, говорящий о незначительности для человека общепринятых правил приличия или мнения окружающих («никто мне не указ!»). Такой человек очень упрям. А в сочетании с сильным нажимом, быстротой и импульсивными линиями – властен, доминантен, он подавляет своим присутствием.

4. Наши подозрения на агрессию усугубляются, если к тому же рассматриваемый почерк имеет сильный, либо очень сильный нажим.

Важно знать: сила нажима абсолютно никак не связана с реальной физической силой человека. Если бы это было так, то сильнее всего давили бы на ручку мужчины, у всех женщин был бы нажим слабее, а у детей или стариков – еще слабее. Но это совсем не так. Добродушный боксер может писать легкими движениями, не нажимая сильно, а 80-летняя бабушка, тыкающая вас на улице зонтиком и награждающая при этом злобными выпадами по поводу вашей личности, может писать с большим нажимом, протыкающим или рвущим бумагу.

5. Дополнительный признак подавления или агрессии (разумеется, с учетом наличия остальных) – это экспансия, завладение пространством, полный «захват» имеющегося в распоряжении листа. Страница исписана интенсивно, от кромки до кромки, а иногда можно заметить, что при письме части букв или слов просто «вырывались» за пределы листа, что называется, прямо «на стол».

6. Еще один признак – изобилие углов и «палок» в почерке. Угловатость, заостренность почерка, он напоминает забор или заостренные ножи.

Все перечисленные особенности почерка могут говорить о внутренней агрессии, гневе, раздражительности, презрении или недовольстве окружающими, что может выражаться максимум в язвительных или циничных выпадах, жесткости и упрямстве, нечуткости. Чтобы быть явным, активным агрессором, человеку нужна внутренняя психофизическая мотивация, другими словами – природная импульсивность. В этом случае, кроме того что почерк имеет сильный нажим, он более чем беглый, стремительный, размашистый, а также крупный. Прибавим неустойчивость форм, неровность строк и изменчивость расстояний между строками, словами и буквами.

И напоследок, если при очень сильном (почти рвущем) нажиме присутствуют тупые, как бы резко пресеченные окончания линий или букв, когда вместо постепенного схождения линии на нет, она как бы резко останавливается, рвется – перед нами человек, склонный и к физическому насилию, как минимум к тому, чтобы поднять руку на слабого. Особенно же опасны описанные линии, если они принадлежат нижним вертикальным отросткам букв, таким как «р», «ф», «д» и т. д.

В заключение хотелось бы отметить: не все перечисленные признаки должны быть одновременно в одном почерке, важнее видеть общую картину в целом.

Неблагонадежность, нечестность, сниженный моральный уровень – все это разновидности психологического неблагополучия, которые не позволяют говорить об успешности человека.

Казалось бы, по поводу таких понятий, как честность и надежность, не может быть разногласий. Однако не стоит торопиться: здесь есть свои нюансы. Например, не каждый нечестный человек автоматически врун или вор, так же как и не каждый в общем-то честный человек может быть надежным и вызывать доверие! Вся тонкость в том, что не существует абсолюта. Не бывает абсолютной, идеальной, совершенной честности.

Поэтому прежде всего необходимо определиться с понятиями. Прежде всего речь идет об относительной честности, говоря же о нечестности – речь пойдет о различных ее видах.

Насколько честность-нечестность понятия неоднозначные, можно увидеть на следующих примерах-ситуациях.

Человек (работник), который может солгать, в принципе честный, верный, совестливый, надежный. Но его ахиллесова пята в его слишком заниженной самооценке и опасении «не угодить», «не оправдать», «рассердить» и т. д. Именно из этих побуждений он будет слишком бояться ошибок. Казалось бы, он такой честный и щепетильный, при чем здесь обман?

Но именно из страха ошибок и неуверенности в себе этот человек предпочтет замалчивать некоторые детали, касающиеся его ошибок или оплошностей в работе или частной жизни. Например, если он обсчитал свою же фирму или не так оформил документы и т. д. Будет переживать, но скроет. Признаться вслух не решится, ведь придется столкнуться лицом к лицу с недовольством начальства (или, например, супруга).

Другой, который может солгать, – слишком импульсивен, несознательно (!) может приукрашивать факты, сам того не замечая. Ведь его воображение и темперамент заставляют его почти поверить в то, что он говорит!

Третий, который может солгать, – интересант, эгоист: его ложь сознательна, она направлена на достижение личных выгод. Он будет готов идти по головам, его кредо «цель оправдывает средства». Такой может быть вполне честен в быту, в мелочах, почему бы нет? Он играет по-крупному.

Четвертый, который может солгать, – нарциссичен и инфантилен, безынициативен, эгоцентричен. Он врет автоматически: на все найдет для себя оправдание. Он манипулирует окружающими с целью добиться от них помощи и внимания, которые не получишь, не произведя нужного впечатления и не понравившись. Мотив такого человека – потребность компенсировать отсутствие любви к нему в детстве чрезмерной самовлюбленностью, внешней аттрактивностью или многообещающим имиджем...

Возьмем человека, которого природа одарила отличными дипломатическими способностями или тонким психологическим чутьем. Дипломатия всегда подразумевает определенную манипулятивность и комбинаторность мышления. Как же отличить простого обманщика от честного человека, утонченного дипломата от природы?

Это достаточно сложно для непрофессионала и все же попробуем разобраться. Хотя у них обоих почерк будет нитеобразным, почерк «дипломата» будет более организованным, более читаемым, более ясным – что говорит о хорошей социальной адаптированности, готовности к общению и пониманию. Его почерк должен выражать вариативность форм букв и связок между ними, у обманщика нет такой способности к импровизации и сильно развитой интуиции.

Предлагаю полезный профессиональный прием, как научиться определять людей, которым нельзя и даже опасно доверять, с кем лучше не иметь общих дел и кого поберечься.

Как правило, мышление таких людей довольно банально, порой примитивно и нечутко (им ничего не стоит обидеть другого ложью или предать, и их интересует выгода здесь и сейчас). Они падкие на соблазны либо воруют «прямо на месте».

Какие графические признаки свидетельствуют о нечестности человека?

Примечание. 1.Чем больше указанных особенностей вы обнаруживаете, тем выше риск. Если во всем анализируемом вами почерке наберется 4—б таких признаков, то ситуация нормативная, хотя и пограничная. Если же вы обнаружите в почерке человека 8 признаков – уже хуже, нужно бить тревогу, если же 10, то речь идет о явной патологии. Начиная с 7 признаков – будьте осторожны, не доверяйте – лучше проверяйте!

2. Признаки актуальны для людей с 18 лет, так как некоторые подростковые внутренние конфликты и проблемы иногда могут давать кое-какие из признаков лжи.

1. Медленный, не спонтанный, не беглый почерк.

При таком почерке у человека есть время, чтобы скрыть свои спонтанные порывы. Такой почерк может быть обусловлен и потребностью производить впечатление, выглядеть «красиво». Однако в любом случае, так или иначе, речь идет об искусственности и сокрытии своего истинного лица.

2. Наивный стиль школьных прописей.

Этот признак имеет связь с предыдущим и говорит о «делании вида» и необходимости понравиться. Большая вероятность личных психологических проблем. Иногда эти вещи вынуждают человека кое-что утаивать или промолчать...

3. Общая изменчивость и непостоянство: переменчивость наклона, нечитаемость.

Это свидетельствует о чрезмерной податливости внешнему влиянию, а также о трудности устоять перед соблазном. Изменчивость в почерке говорит обычно о нехватке дисциплинированности. Настолько, что ни логика, ни воспитание, ни совесть не могут здесь помочь.

4. Нечитаемость либо двусмысленность букв.

Человек упускает важные детали, либо отвечает двусмысленно, способность избегать ответственности. При неспонтанном почерке нечитаемость обычно говорит о пренебрежении, а порой – о скрытности или сокрытии чего-то: человек не заинтересован, чтобы его поняли.

5. Прямонаклонность или левонаклонность.

Специфика этих видов наклона почерка в том, что они говорят либо о сдержанности (сдерживании себя), либо о скрытности (сокрытии своих настоящих чувств).

6. Выделение первых букв в словах.

Ощущение своей значительности и самонадеянность. Может не счесть (или, наоборот, счесть) нужным сказать или сделать что-либо исключительно на свое собственное усмотрение, не думая о других.

7. Замена, пропуск букв либо одинаковое написание разных букв (если нет дислекции).

При медленном письме, например, есть достаточно времени, чтобы писать не запутываясь.

8. Исправления.

Говорят часто о попытке сокрыть правду или личные ошибки, недостатки. Особенно подозрительны исправления, не способствующие читаемости этой буквы или слова.

9. «Поломанность» линий или дрожащие линии.

Страх, запуганность, большая неуверенность.

10. Сильная нитеобразность в форме букв.

Хитрость, манипулятивность, отсутствие четкой позиции, колебания, может рассказывать не все, а «примерно».

11. Кресты, перекрещивание линий. Скрытность, закрытость в себе.

12. Висящие в воздухе буквы. Страх перед обязательствами.

13. Сложные петли и «пузыри». Несбыточные фантазии (человек может мечтать, но по сути – невольно обманывать).

14. Буквы, открытые снизу, у основания.

Нечестность.

15. «Залитые» буквы (чернильными кляксами).

Скрытность в сочетании с необходимостью удовлетворения чувственных потребностей.

16. Слишком сильная правонаклонность.

Легко подвергается влиянию сильных и авторитетных.

17. Два разных стиля в одном почерке.

Неискреннее представление себя с целью создания желаемого образа.

18. Внезапные перемены в нажиме.

Неожиданные перемены поведения.

19. Сильно петляющий ход строк и/или отступающие начальные поля.

Нахождение поводов и отговорок, приспособленчество.

20. Крючки в конце линии по типу вязального крючка.

Алчность.

Огромное влияние на нашу жизнь оказывают такие врожденные факторы, как общий уровень энергии и темперамент. Дело в том, что во многом именно уровень энергии и темперамент предопределяют стиль жизни и отношение человека к происходящему. Каким образом?

У каждого из нас свой определенный, присущий от рождения уровень энергии. Он влияет буквально на все! В том числе и на то, как мы справляемся с жизненными трудностями: для одних они являются стимулами к действию, а для других, по причине отсутствия больших запасов душевных сил, поводом для избегания различных ситуаций.

Чем больше у человека сил, тем выше его психический иммунитет и тем ниже уязвимость. Люди с большим запасом внутренней энергии деятельнее, активнее, инициативнее в жизни и во взаимоотношениях с окружающими.

Но с каким бы темпераментом и уровнем энергии человек ни родился, он может достичь относительной благополучности в жизни и отношениях, если будет оптимально распоряжаться своим энергетическим потенциалом.

Те, чья витальность, энергия, активность очень велики, должны обеспечить себе в жизни и во взаимоотношениях много возможностей тратить излишек: их работа, хобби, личная жизнь должны быть переполнены новыми впечатлениями, адреналином, динамичностью, большим количеством дел или людей.

Те, у кого жизненная активность невысока, в деловой и личной жизни должны стремиться к экономии энергии. Этого можно достичь, если стиль жизни и деятельности не будет требовать постоянной траты энергии на адаптацию к новому, на разруливание неожиданных ситуаций или на слишком интенсивное общение с большим количеством людей. Все должно быть ровно, предсказуемо, не требовать затрат большого количества сил. Сведение количества стрессовых ситуаций к минимуму позволит компенсировать небольшой врожденный запас психической и физической энергии.

Напомним основные показатели врожденных запасов энергии в почерке:

• Особенности нажима: при высоком запасе энергии нажим сильный, постоянный, напряжение чередуется с расслаблением; при низком запасе – нажим слабый и безвольный, нерегулярный и эпизодический.

• Качество линии: при высоком запасе энергии линия четкая, «непроницаемая», интенсивная; при низком запасе – линия неоднородная, штрихи прерывистые, наблюдаются перепады цвета.

• Скорость почерка: при высоком запасе энергии почерк динамичный, быстрый, беглый и стремительный; при низком запасе – заторможенный, статичный, зацикленный лишь на форме и (или) организации текста.

• Нижний регистр букв (о котором уже упоминалось выше): при высоком запасе энергии состоит из твердых с нажимом и динамичных, хорошо выраженных штрихов; при низком запасе нижние отростки короткие, слабые, осторожные и бледные.

Перед вами два почерка с высоким уровнем врожденной витальности:

...и два почерка с низким уровнем витальности:

Наше подсознание – огромный кладезь всего того, что мы приобрели, потеряли, с чем сталкивались, по поводу чего переживали в течение нашей жизни. Ничего не исчезает в никуда.

Конечно, психике нецелесообразно держать всю эту огромную информацию на сознательном уровне. Подсознание же почти бездонно.

Подсознательная «память» то здесь, то там пытается подавать знаки, но обычно человек привык их игнорировать. Хотя наш глубинный пережитый багаж или травмы прорываются в нашу жизнь с целью самопроработки и нейтрализации, хотя они порой проявляются в наших сновидениях, мы о них вспоминаем нечасто.

Самые тревожные моменты и переживания (да и риск суицида) открываются, говоря языком наших графологов, в третьем измерении почерка, в измерении глубины: в качестве линии, глубине, перепадах нажима, перепадах расслабление-напряжение. Часто признаками состояния на грани суицида являются две крайности.

Первая – почерк слишком бледный, практически без нажима или перепадов мышечного напряжения (отсутствие волевых усилий) в сочетании, например, с огромными пустотами белого (незаписанного) пространства бумаги, недописанные буквы и т. д.

Другая крайность – когда почерк человека из последних сил кричит «спасите!», взывает о помощи: нажим сильный до предела, нет перепадов напряжения (но не по причине постоянного расслабления, а из-за непрерывающегося крайнего напряжения мышц) в сочетании с крайне маленькими пробелами между словами, строками, почти нет полей. Все это относится к признакам бедствия в почерке, человек просто задыхается, нет сил больше терпеть...

Отдельно остановимся на пустотах. Пустоты на бумаге в тексте имеют огромное значение и при чрезмерности говорят о страшном одиночестве человека, его беззащитности перед наступающим со всех сторон и поглощающим его болезненным подсознательным содержанием («белые дыры» – выход подсознания).

Белые дыры на бумаге символизируют «черные дыры» подсознания.

Прежде всего, «дыры» имеют прямое отношение к пространственному, двухмерному пласту почерка. К так называемой сетке. Сеткой называют все вместе взятые расстояния, пропуски, одним словом – «географический разброс» и расположение частей текста на листе бумаге (жизненном пространстве), по вертикали и по горизонтали.

Когда хотят получить первое впечатление о пишущем, смотрят именно на разброс текста, на «густо» или «пусто». При этом учитывается психофизическая и коллективно-бессознательная символика сторон (право-лево, верх-низ) и значение выраженности расстояний (отсутствие, умеренность, большая выраженность, чрезмерность) между буквами, словами, строками, абзацами. Также обращается внимание на поля листа.

Нет сомнений в том, что человек – единое целое, и существует как прямое, так и косвенное взаимовлияние между тем, что называется душой и телом. Дуалистическое разделение, все еще принятое в традиционной медицине и психологии, как показывает практика, не вполне оправдывает себя. Более того, уже многие из современных специалистов готовы отнести к психосоматической области большую часть человеческих диагнозов и физических проблем.

Говоря о психосоматике, важно понимать, что речь не идет о том, что «проблемы нет» или «это все в голове»! Человек, его организм, нервы, психика страдают совершенно по-настоящему – дискомфорт или боль не выдуманы.

Депрессивное расстройство является наиболее ярким примером психосоматического расстройства, поскольку нагляднее всего демонстрирует тесную связь психических и физиологических (соматических) симптомов.

Депрессия является «эпидемией XXI века». «Разносчики» эпидемии – информационные внешние раздражители, стремительно меняющаяся цивилизация, в том числе развитие компьютерных технологий, стрессы и т. д. За всем этим просто не успевает инертная по своей природе человеческая психика, которая не способна к адекватной реакции на такой шквал информации! Обработка информации все сложнее, а вместо переживаний по своим насущным проблемам (такое сегодня возможно, пожалуй, лишь в глухой провинции) человек подвергается тяжелой артиллерии стрессов, поводы для которых возникают постоянно. Человек жил бы лучше и дольше, зная о том, на что он повлиять все равно не в силах и что не имеет к нему прямого отношения. Неудивительно, что менее стойкие не выдерживают.

Считаю важным и уместным поговорить о качестве личности, порой чрезвычайно важном и влияющем на всю жизнь человека, – о степени общительности, о коммуникативности или замкнутости. Одни люди более открыты, другие закрыты, одни непосредственные, другие – контролируют каждое свое слово. Так или иначе, у каждого из нас складывается тот или иной коммуникативный имидж, который влияет на все и прежде всего на наши взаимоотношения с окружающими, как с более близким нам кругом общения, так и с более дальним – с обществом вообще.

Являются ли коммуникативные качества людей врожденными? Поскольку в личности слишком много завязано на врожденных особенностях темперамента, нервной системы, характере реакций на раздражители, склонности, например, к экстравертности или интровертности и т. д. – то и здесь можно утверждать, что эти способности изначально заложены в нас. Однако во многом присутствует и влияние внешних факторов, например воспитания, среды, в которой формировалась личность.

Часто, как это ни наивно звучит, простой добротой, улыбкой, общительностью и открытостью человек может достичь в жизни многого. Почему? Потому что искренность, открытость и неподдельное доверие, интерес к другому всегда ценятся. Мудрые слова «улыбнись миру – и он улыбнется тебе» – истинная правда. Таким людям, легким в коммуникации, во много раз проще в жизни, часто они выглядят «везучее», такое впечатление, что им все легче дается, у них больше друзей...

Разумеется, мы не говорим о другой крайности общительности – об отсутствии «хорошего вкуса», меры в общении или фамильярности. Непосредственность отнюдь не означает бесцеремонность!

Здоровая общительность в почерке в целом выражается в центрифугальных движениях, в достаточно высокой скорости письма, в живости штрихов, чувствуется свободная беглость и прогрессирующие движения. Форма букв подвижная, гибкая, цельная либо с тенденцией к округлости, самобытна, но не слишком нестандартна в сравнении с прописными буквами, щедрая, просторная организация текста в пространстве.

Необщительность мы можем заметить в несоответствии описанным выше особенностям письма, то есть движение будет намного более сдержанное и скованное, с центрипитальной (центростремительной) тенденцией, с намного большим прикладываемым волевым контролем и упорядоченностью. Организация в пространстве будет экономна и, главное, более равномерна, интервалы тесноваты. Порой написанный таким образом лист может вызвать ассоциацию с взятой из книжки печатной страницей. Форма же может иметь индивидуальный стиль, но без преувеличений и быть простой.

Если же упомянуть о крайностях, то общительность, или экстравертность, переходящая уже в истеричный склад, в почерке проявится в чрезмерно преувеличенном либо аномальном движении. Буквы крупны либо непредсказуемо меняющие размер. Форма – с характерными преувеличениями или чертами вульгарности либо искусственная, может быть также смазанная или нечитабельная. Организация сбивчива, с экспансией на листе.

О крайней необщительности, до замкнутости и обсессивности, свидетельствует прежде всего очень механический, монотонный, однообразный и безжизненный почерк. Для него будет характерно постоянство во всех его графических признаках. Движение будет выглядеть застывшим и напряженным.

Склонность к абстрактному либо конкретному мышлению, как и многие другие особенности личности, является врожденной, и ее совсем несложно определить в почерке. И прежде всего много информации об этом дает форма и структура букв.

В целом об абстрактном мышлении говорит легкость штрихов, нажима, упрощенность и поверхностность формы, порой до схематичности, нитеобразности.

При конкретном мышлении почерк, наоборот, подробен, обстоятелен, словно хорошая артикуляция, часто медленнее и тяжелее, линии и буквы основательнее выписаны, тенденция скорее к лишним деталям, чем к их недостатку, могут подчеркиваться даже вспомогательные штрихи, связки между буквами.

Если абстрактный пролетает над всем, то конкретный останавливается на всем.

Кроме признаков неблагонадежности, когда речь идет о риске при «внешнем» взаимодействии или отношении с человеком, существует и группа признаков, свидетельствующих о бедственном психологическом, психоэмоциональном состоянии человека, когда ущерб наносится прежде всего самому себе, своему качеству жизни.

Крайне важно поговорить о том, как определить те случаи, когда человеку необходима как воздух психологическая реабилитация или терапия.

Перед тем как перейти непосредственно к списку таких признаков – своего рода крика о помощи, важно исключить случаи подростков, бурно переживающих временный «переходный возраст», или людей, страдающих серьезными физическими недугами или инвалидностью. Чем больше обнаружится признаков[3] из нижеследующего списка, тем случай серьезнее и тем острее человек нуждается в помощи (там, где это необходимо, будут даваться дополнительные пояснения):

1. Наиболее значительный признак: недостаток или отсутствие гибкости, эластичности, «гладкости» линий. Например, различные виды сбоев, дрогнувший или дрожащий штрих либо более или менее заметные надломленности линии.

2. «Миандерово письмо» – лишние, ненужные, непродуктивные элементы, как правило, закругления или завитки на вертикальных линиях. Такие явления часто обусловлены сильным «Супер-Эго» («Я-Идеальное»), заставляющим человека предъявлять к себе излишне жесткие требования, провоцирующим появление навязчивого стремления «быть в порядке», нравиться.

3. Очень «представительный» почерк: слишком стилизованный, суперкаллиграфический или украшенный, при этом обычно медленный. Свидетельствует о служении форме: человек выкладывается (тратит много сил) ради нее. Это «играние роли», поведение и внешность человека – искусственны. Человек устроен в соответствии с внешними ожиданиями, живет, чтобы соответствовать им.

4. Пустоты, дыры в распределении текста, очень большие расстояния между буквами или словами. Эти явления могут быть свидетельствами проблем с концентрацией внимания, «прыгающих мыслей», обусловленных состоянием внутреннего смятения, затрудненной коммуникацией с другими людьми и сложностями в личных отношениях. В случае очень неоднородной и неустойчивой средней зоны речь идет о депрессивном расстройстве.

5. Расслабленность (безвольность) движения, нетвердость в линиях («Пофаль, 1–2»).

6. Излишняя жесткость и негибкость линии, когда несбалансированность напряжения и расслабления дает искаженное движение, вплоть до надломленностей или сбоев («Пофаль, 3–4»). О такой жесткости линии свидетельствует (в сочетании) постоянный нажим, тупые окончания штрихов, угловатости и негибкость линий.

7. Левый наклон в почерке, как правило, при напряженном, аркадическом почерке с проблемными штрихами либо при очень высокой однородности почерка. Движение, с одной стороны, «избегает» наиболее естественного наклона вправо, а с другой – не справляется с вертикальной постановкой букв. Все это свидетельствует о нарочитости в поведении, отторжении спонтанности, о защитно-оправдательной, противопоставляющей (что-то чему-то) позиции, скрытности, сокрытии.

8. Движения, направленные назад, говорят об опасениях, избегании, неприятии контактов.

9. Серьезные ограничения окончаний: обрезанные окончания слов или штрихов, когда дальнейшее продвижение вперед пресечено. Это значительные проблемы и затруднения в коммуникации, в отношениях, в связях, а также отсутствие «отдачи», умения отдавать, нести тепло.

10. Узость букв, теснота в буквах. При сочетании с п. 9 – неготовность действовать, проявлять инициативу, пробиваться, закрытость.

11. Текстура линии «мягкотелая», не чистая (не эстетичная, загрязненная), слабая (безвольная) линия, аморфность, «шершавость». При медленном почерке – свидетельство бессилия, отсутствие собственного мнения, стержня, признак слабости, возбудимости и безволия, состояния душевного ступора, возможно, физическая парализованность. Человек не функционирует, находится в глубокой депрессии или страдает алкоголизмом.

12. Почерк обсессивным образом словно «прилеплен» коснованию строки. Строка служит «ограждающей чертой», защитой от страха окружающего мира, которого человек боится, но от которого зависит. Личность не в состоянии справляться с требованиями действительности и занимается рационализацией.

13. Верхняя зона в почерке искажена, чрезмерна либо с завитками в правую или левую сторону. Это манерность, притворство, позерство, искусственная, демонстративная общительность, самоуверенность, может быть, также гиперактивность.

14. Нижняя зона почерка искажена или чрезмерна. Неуверенность в своем «тыле», защищенности, безопасности, проблемы со своим прошлым, с корнями. Трудно даются будни, нет ни в чем определенности. Также протест, упрямство. У подростков – сексуальные проблемы.

15. Закрученность вовнутрь, «улитки», движение «в себя». Защита уходом в себя, характерно для переходного, незрелого возраста.

16. Нечеткость пространства, неконкретность и несбалансированность организации в пространстве. Обычно это говорит о дезориентированности, неспособности разобраться или организоваться в обстоятельствах окружающей среды, обыденной жизни. Проблема сориентироваться, не потеряться самому или не терять вещи.

17. Навязчивая, нарочитая организованность текста в пространстве – хроническая тревожность, неуверенность, неспонтанность.

18. Перекрывающиеся штрихи или части букв. Состояние напряженности, неуверенности, страх неудачи.

19. Обилие исправлений или помарок. Постоянное ощущение неудачи, страх провала, неуверенность, проблема своего Я, самооценки. Кроме того, большой разрыв между намерением и способностью его выполнить. Нехватка энергичности, веры в свои силы.

20. Чрезмерность движения при ущербности формы. Импульсивность, агрессия, гиперактивность.

21. Линии надломленные либо просто разбитые – или «разобранные», распадающиеся на части буквы. Человек ощущает, что живет в состоянии неопределенности и неизвестности. Его нервозность, раздражительность и разочарование берутся из ощущения, что он задавлен, задыхается душевно. Иной вариант, когда данное графическое явление обусловлено врожденной органической дислексией.

22. Очень мелкий почерк – скрытность, скрывание чего-то. Вкупе с таким признаком, как большие расстояния между словами, – отключенность от окружающей жизни, обособленность, комплекс неполноценности, желание спрятаться, укрыться. Страх быть замеченным, обнаруженным, разоблаченным (например, в своей лжи).

23. Множество резких изменений в почерке, почерк нервный, очень неоднородный, частая смена размеров, наклона, скорости, форм и т. д. Чем их больше, тем выше степень бедственного состояния, которое ударяет по функционированию в каждодневной, обыденной жизни, становится хроническим. Неустойчивость эмоциональных реакций, подверженность смене настроений, беспокойство, гиперактивность, злость, агрессия. Проблема концентрации, которая влечет проблему удерживать постоянство в действиях. Плохая приспособленность (адаптивность), конфликты внешние и внутренние.

24. Как дополнительный к п. 23 признак – почерк, меняющийся полностью (будто разные почерки).

25. Проблемы нажима, когда нажим очень слаб либо практически исчезает, почерк расслаблен, вял, нажим и наклон меняются непредсказуемо и неожиданно. Это отсутствие физической и психической (душевной) энергии, беззащитность (вялый штрих), отсутствие мотивации. При штрихе надломленном или даже разбитом – нервозность, безнадежность, чувство неопределенности, неизвестности.

Задание: глядя на представленные ниже образцы, попробуйте посчитать количество признаков «бедствия», вычислить степень проблематичности и охарактеризовать душевное состояние автора почерка. Не пытайтесь делать выводы по содержанию написанного!

Состояние, когда человек не в ладу с собой, влияет на его восприятие окружающих и подход к ним. Он (ошибочно) ищет причины душевного разлада в других, становится подозрительным или даже агрессивным. Если такому человеку присуще чрезмерное самомнение, он будет выставлять неадекватные претензии и требования, что может навредить окружающим.

Проблемы самовосприятия в почерке проявляются нарушениями однородности, ритмичности и организации. Особенно характерна для проблем самовосприятия заметная разница между текстом и подписью. Также следует указать на то, что почерк чрезмерно крупный или мелкий, первые буквы в словах преувеличенные, наклон меняющийся и нисходящие линии слабые.

Усталость не является болезнью, но может быть симптомом таковой. В почерке усталость может проявляться слегка, но неровно поднимающимися или опускающимися строками, меньшей твердостью штриха, чем обычно, меньшим нажимом к вечеру, уменьшенными размерами и общей экономией движения. Чем сильнее усталость, тем более явными будут эти признаки. Почерк теряет упорядоченность и может становиться неразборчивым. Могут появляться многочисленные поправки и ошибки (перепутаны слова, больше или меньше штрихов, чем надо, и т. д.)

Хроническая усталость выражается в появлении и усилении вышеописанных признаков, которые будут проявляться не только вечером, но и в течение всего дня.

При наличии признаков особого страдания в почерке велик шанс более серьезного расстройства. О таких признаках мы уже говорили, но в целом при различных изломах, трясущихся штрихах, «вывертах» и искажениях, разделенности на фрагменты, толчках, перерывах или ненужных точках, нарушениях и сбоях в письме требуется дополнительная информация, поэтому, как я уже говорила, всегда рекомендуется не угадывать медицинские диагнозы самостоятельно, а послать проверяемого к врачу.

На мой взгляд, выразительно объясняет понятие комплекса в своих лекциях Ренна Незос, в прошлом глава Британской графологической академии:

Комплексы складываются в течение первых лет жизни в рамках конкретного окружения. В их корне всегда лежит синдром «любви-ненависти». В противоположность распространенному мнению, они не всегда патологичны и зачастую могут сами разрешиться со временем. Они могут, однако, развиваться и принимать неприятные формы, создавая личностные проблемы и превращаясь в нервные расстройства, мешающие в реальной жизни.

Любое событие в детстве может вызвать появление комплекса. Например, возьмем рождение младшего брата или сестры в семье. Это часто вызывает приток противоречивых чувств (чаще всего к матери) в старшем ребенке. Эти чувства могут создать целый ряд комплексов и неврозов (о них ниже) в дальнейшей жизни, если мать не поведет себя правильно. Эти чувства могут быть болезненными и травмирующими, и впоследствии в подсознании остаются следы, которые могут привести к чувствительности к вышестоящим авторитетам, к протесту против несправедливости действительной или воображаемой, к подверженности влиянию фрустраций и травм, к комплексу бессознательного протеста против общества или определенных людей.

Существует много видов комплексов. Чаще всего встречаются комплекс неполноценности, комплекс вины, эдипов комплекс, комплекс утраты (или лишения) и т. д.

Очень важно понимать, что комплексы есть практически у всех людей. Таким образом, само по себе наличие комплексов не является чем-то ненормальным.

Например, сексуальные комплексы и табу будут наблюдаться в почерке в штрихе и в нижней зоне букв (подробнее о зонах букв см. в книге «Графология шаг за шагом: Как расшифровать почерк»). Нижняя зона может быть по форме «вздутой» или странной (сексуальные фантазии) (пример 1), может быть явной треугольной формы (табу) (пример 2), быть чрезмерно развитой (сексуальность, чувственность) и т. д. Она при этом часто характеризуется и толстым, жирным штрихом либо тяжелым, так называемым смещенным давлением (нажимом), который идет в неестественных направлениях в горизонтальных штрихах или штрихах вверх (запреты с компенсацией) (пример 3). Нижняя зона букв также может быть или загнутой влево (интровертированный эротизм, нарциссизм) (пример 4), или статичной, короткой, поджатой, почти сравнявшейся со средней зоной (большие затруднения, отрицание своих чувственных или эротических потребностей), или выраженной простыми «палками», твердыми («обрубленными») или вялыми (нарушение функционирования) (пример 5).

Пример 1. Сексуальные фантазии:

Пример 2. Табу:

Пример 3. Чувственность:

Пример 4. Нарциссизм:

Пример 5. Отрицание эротических потребностей:

Поговорим о вредных привычках, а точнее, о зависимостях. Когда они входят в жизнь человека и постепенно порабощают его, вызывая как минимум чувство бессилия, а как максимум приводя к деградации личности, ситуация становится драматичной еще и потому, что удар наносится и близким людям. Зависимость может оказаться настоящим монстром и не только подорвать здоровье, но и сломать судьбы, разрушить семью.

Люди изначально имеют природно (генетически) обусловленные отличия, и никакие нравоучения, никакие «технологии воспитания» или тренинги развития не сделают всех одинаковыми – это утопия. Отсюда вывод: каждый человек должен развиваться и обучаться в соответствии со своими особенностями, не говоря уже о том, что каждого ожидает соответствующая индивидуальным и личностным особенностям профессия.

Основную трудность в использовании типологии, имеющей огромный потенциал, представляет правильная диагностика специалистами личностного психотипа человека. Ошибка в определении психотипа приводит к ложным результатам.

В этом смысле графологический анализ – незаменимый и надежный инструмент, благодаря которому не приходится полагаться лишь на свою интуицию в процессе психодиагностики.

Перед вами еще один наглядный пример того, насколько важно глубинное измерение почерка, которое свидетельствует о врожденном.

Речь пойдет собственно о темпераменте.

Возьмем только два параметра почерка: скорость и напряжение. Конечно же, это достаточно общий и поверхностный подход, и тем не менее уже только эти параметры в почерке смогут дать нам возможность определить темперамент человека (по Гиппократу).

Итак, мы уже знаем, что такое «скорость» и «напряжение», а также принципы их определения в почерке.

Проще говоря, почерк может быть быстрым (стремительно-беглым) и медленным (сдержанно-статичным). Кроме того, напряженным (внутренний контроль) и расслабленным (спонтанно-раскованным). Сочетания этих критериев приведут к следующему.

1. Высокая скорость (подвижность) + напряженность (применяется внутренний контроль): сангвиник.

2. Низкая скорость (замедленность) + напряженность (применяется внутренний контроль): флегматик.

3. Высокая скорость (подвижность) + расслабленность (не применяется внутренний контроль): холерик.

4. Низкая скорость (замедленность) + расслабленность (не свойствен внутренний контроль): меланхолик.

Разумеется, важно понимать, что речь пойдет сугубо о личности Петра, и здесь нет никакой оценки, попытки интерпретировать исторические факты, связанные с этим именем.

Прежде всего отметим, что этот образец почерка был написан в достаточно юном возрасте.

Бросается в глаза противоречивость натуры, внутренние конфликты и прежде всего бедственное психоэмоциональное состояние. Дело даже не в незрелости личности (она еще не сформировалась), а в ее психологическом неблагополучии.

Говоря современным языком, проблемы и с собственной самооценкой, потребность в постоянном самоутверждении, а также проблемы в социальном аспекте: межличностные отношения, общение затруднены. Почти полностью уверена, что у этого человека не было по-настоящему близких друзей и счастливой семейной жизни, прежде всего, из-за практически совсем неразвитого EQ (психологического интеллекта, который, как мы уже говорили, является одним из врожденных качеств): неспособность и нежелание понять другого, считаться с окружающими, уважать чужое мнение (себя не уважает тоже). При этом подсознательно сильно зависим от близких.

В поведении – игнорирование норм, бесцеремонность, вмешательство в жизнь других. Предпочтение отдает силовым аргументам. Личностью движет чувство гнева, возмущения и раздражение. Конфликтность высока, но она усугубляется сдерживаемой внутренней агрессией – вербальной, но не сомневаюсь, что – если выдавался, на его взгляд, провоцирующий случай – и физической.

Мышление явно конкретное, мыслит и живет понятиями «здесь и сейчас». Неорганизован, непродуктивно распоряжается и тратит свои силы, энергию, ресурсы. Планы или распорядок дня складываются сами собой, в последний момент, импульсивно. Им руководят порывы, непостоянное, скачущее настроение, такой человек не может четко представлять стратегию на относительно продолжительный отрезок времени вперед. Ему трудно видеть перспективу, объективно ее воспринимать, он не стратег – именно тактик, действующий пошагово, смотря только перед собой, уделяя много внимания деталям, но часто погружаясь в них, плохо отделяя главное, глобальное от второстепенного. Суждения отличаются субъективностью («Я сказал – значит, это правильно»).

За собой вообще и за своим здоровьем в частности не следит.

Склад прикладной, яркий сенсорик – на первом месте в его жизни информация и впечатления, получаемые органами чувств. Поддержать беседу об абстрактных науках, философии, психологии, вере, культуре и т. д. не сможет по причине отсутствия личной заинтересованности предметом. Он грубо чувствен, жаждет испытывать простые, приземленные удовольствия, материальные, физиологические наслаждения (вкусная еда, физическая деятельность, секс, активные приключения). Ему присуща тактильность, необходимо все потрогать, проверить лично на ощупь, вкус или увидеть. Наверняка любил природу, характерно отсутствие брезгливости, не отличается душевной утонченностью, не боится, например, крови или таких зрелищ, которые в наше время запрещено показывать по телевидению, даже если это кадры военных или оперативных репортажей.

Вряд ли как обыватели, так и историки согласятся с моей характеристикой Петра, не совпадающей с его привычным историческим имиджем или традиционно поддерживаемым в литературе, искусстве и кинематографе образом.

Например, принято считать его прогрессивным реформатором и заботящимся о простом народе – однако почерк явно показывает достаточно грубую, бесчувственную к другим натуру, действующую из личных Эго-интересов, предпочитая силовые и диктаторские приемы.

К слову, не совпадают также общепринятые характеристики относительно его ума – показатели не «тянут» на уровень интеллекта выше среднего, а прикладные способности и очень узкие конкретные интересы перекрывают и нейтрализуют стратегические. Недостаток дальновидности и терпения («после меня хоть потоп») в сочетании с неспособностью к дипломатии – не очень лестные характеристики.

Все это по сути означает, что большинство совершенных им в своей жизни поступков и принятых решений (в том числе оказавшихся и исторически важными и полезными для страны вообще) имели часто совсем другие мотивы, нежели принято считать!

Почерк поражает своей внутренней графологической эстетикой. Речь не идет о «красоте», подразумевается тонкая простота, баланс графических признаков, не нарушающий общей гармонии и однородности в «хорошем вкусе».

Удивительно, но почерк Эйнштейна вовсе не несет в себе печати «типичной» гениальности. Безусловно, нельзя не отдать должное когнитивным и интеллектуальным возможностям его автора, но здесь не доминирует этакая «характерная для гения» постоянная и бесконечная новизна и творчество.

Попробуем объяснить, в чем же заключался «фирменный секрет» Эйнштейна.

Сыграть свою роль в науке и достичь своего признания Альберт Эйнштейн смог неслучайно, это действительно было во многом предопределено. Он обладал потенциалом яркого, неповторимого интеллектуала. В нем была способность к углубленному исследованию и вбиранию информации (концентрация, сдержанность, основательность – в почерке), к пониманию различных аспектов сложных проблем.

При этом (почерк развит по горизонтали) он был человеком, расположенным к социуму, к людям вообще, был открыт к выводам других умов. Просторность в почерке свидетельствует об обладании ясностью суждений, объективности в оценке идей других. Однако это не подразумевает увлечение критикой или опровержениями, потому что Эйнштейн не имеет ни врожденной предрасположенности, ни сил (какой-либо напористости, пробивной силы) для этого.

Отсутствие признаков какой-либо спешки или влияния эмоций дают ему способность действовать полностью продуманно, при этом обстоятельно вникая в предмет изучения.

Почерк характеризует стойкое постоянство и индивидуальность признаков. Постоянство линий, штрихов, наклона, углы – стойкость в своей индивидуальности.

Угловатость в почерке этого человека необходима, чтобы он мог быть способным задержаться на любой интересной проблеме и обстоятельно разобрать ее, однако, хотя угловатостей и достаточно много, при этом они не слишком резко выражены.

Итак, «типичная гениальность» подразумевает и графологически и психологически больше признаков раскованности, внутреннюю свободу, раскрепощение и непосредственность. Но это все не может сочетаться хорошо с усилиями, постоянно проявляющимися волевыми актами, которые можно отметить в почерке Эйнштейна. Полагаясь на интуицию и будучи ведомыми ей одной, такие люди склонны не заморачиваться, а избегать препятствия или, по их мнению, бесполезную трату сил.

Поэтому, поскольку признаки интуиции не доминируют, а дополняют, то есть гармонизируют, личность, это дает Эйнштейну блестящую способность синтезировать. Информацию, данные, достижения других людей и т. д. он мог неожиданным образом отлично объединить формально. Но ему были необходимы начальные данные, уже имеющиеся факты, он не мог действовать или прийти к чему-либо полностью с нуля. Другими словами, графологически, он, безусловно, великий интегратор, но не гений. Уверена, что теория относительности, так или иначе, была результатом того, что Эйнштейн был тем, кто смог формально выразить и описать всю эту теорию, используя то, что было известно до него.

Прежде всего, Эйнштейн – это чисто математический талант, это подтверждается и полной графической однородностью и ясностью. Схематичность предполагает лаконичность, которая здесь присутствует и свидетельствует о природной склонности к чистейшему анализу, математической лаконичности. Здесь в полной мере, я бы сказала, подходит выражение «краткость – сестра таланта». Таким образом, была предопределена склонность Эйнштейна к теоретическим направлениям более чем к экспериментальным, прикладным областям науки.

Среди врожденных свойств личности Эйнштейна такие качества, как внутренняя дисциплина, четкость суждений и естественная точность, эти качества необходимы для неизбывного состояния внутренней стабильности в личности этого человека.

Но у любой медали есть две стороны.

Чрезмерное развитие некоторых психических функций может усложнить адаптацию в областях жизни, связанных с другими функциями. Человек, одаренный исключительным творческим потенциалом, так называемый гений, мог бы затрудняться вести обычную жизнь и быть приспособленным к ней.

Эйнштейну повезло: его гениальность (то, что принято подразумевать под этим понятием) не настолько «интенсивна», чтобы вызвать действительно трудную социальную адаптацию. Как раз то удивительное с графологической точки зрения чувство меры, графическая однородность, движение и отвечают за отличный баланс и внутреннее равновесие между мерами интеллектуального и эмоционального. Эйнштейну удается соблюдать такую меру интуитивно, спонтанно и очень эффективно: это у него в крови.

Его почерк показывает обратное тому, что можно было бы вообразить о гении: здесь нет исключительных качеств, не встречаемых в обычной жизни. Зато есть замечательная способность балансировать, сохранять правильную меру, которая удерживает от слишком сильных эмоций, реакций, влечений, распущенности, тем, что иногда связывается с гением. Этот человек абсолютно неподвластен подобным порывам.

Обладатель этого почерка способен полностью использовать свои интеллектуальные ресурсы, при этом ему не достает некоторых других психологических качеств. Прежде всего, отсутствует внутренняя гибкость и открытость, но именно они свидетельствуют о способности воспринимать и тонко чувствовать окружающих.

Проще говоря, почерк обнаруживает то, что Эйнштейну неподвластно в полной мере какое-то умение входить в душевный резонанс с другими людьми, отсутствует главный навык психологического понимания других личностей. Еще одно слабое место личности Эйнштейна в том, что спокойствие, которое характеризует его, не происходит от сознательного, вдумчивого контроля, а это просто последствие нехватки живости в чувствах, эмоциональной подвижности. Почерк не демонстрирует заметной тенденции, скажем, к экстравертности или живому стремлению к сопереживанию.

Таким образом, наряду с присущими Эйнштейну качествами доброты, великодушия, этакого полного и спокойного баланса, ему недостает некой способности прочувствовать нечто совершенно для него неуловимое и даже, возможно, «глупое» в своей нерациональности – разнообразие проявлений человеческой природы. Его стабильное постоянство не дает ему прочувствовать и оценить необходимость и даже ценность чего-то непостоянного, разнообразного, неуловимого. Хотя теоретически, как отец, он запросто и мог бы вести с детьми интеллигентные, умные, тихие и немного отстраненные беседы (поскольку чувствовал себя в такой стихии как рыба в воде), однако он совершенно бы терялся, не представляя, на каком языке общаться с «этими странными детьми», если бы это были обычные непосредственные дети! Здесь ахиллесова пята Эйнштейна: в таких ситуациях он просто чувствовал себя болезненно беззащитным перед такими детьми (или людьми) и не знал, что сказать...

Поэтому инстинктивной психологической защитой Эйнштейна было поведение, характеризующееся дружелюбным, рациональным, несколько эмоционально отстраненным отношением с окружающим его миром. Защита – в неком отрицании чувств и эмоциональной причастности. Но это происходило не потому, что в почерке Эйнштейна присутствовали грубость, резкость и другие признаки, означая жестокость или эгоизм, а из-за некоего эмоционального дефицита в его личности, который он никак не мог восполнить.

Разумеется, Эйнштейн не мог жить мощными, страстными человеческими чувствами. Груз эмоций, которые могли пытаться подавить его ум, связанные с любыми, даже самыми бытовыми аспектами человеческой жизни, он автоматически уменьшал, отрицал, переводя их в разряд не имеющих значения.

Однозначно можно утверждать, что этот человек был защищен от безумия СМИ, их информационной и эмоциональной перенасыщенности. Именно поэтому, вопреки СМИ, желавшим превратить его в звезду, пытавшимся бросать его как сенсацию или, наоборот, скандал на суд толпы, он устоял, будучи отстраненным от всего этого. Секрет в том самом его экстраординарном внутреннем балансе, а также природных стабильности и устойчивости, именно благодаря этому, на мой взгляд, вся шумиха и ажиотаж вокруг его имени просто сходят на нет.

Многие люди восхищаются этим человеком, его умением контролировать себя, настолько, чтобы отказаться от того, чтобы стать кумиром, когда этого просит весь мир! Он остался равнодушным к огромным по масштабам лести и признанию человечества... Но все это – живые человеческие эмоции, и именно в этой же эйнштейновской природе крылись большие затруднения в межличностном взаимодействии...

Почерк Фрейда характеризуется очень высокой скоростью, он очень угловатый, узкий, со спазматическими сковывающими элементами и очень переменчив, неоднороден. Ритм неровен, а форма, хотя и безусловно нестандартна, при этом несет отпечаток усложненности, преувеличения, непродуктивна и трудно читаема. Почерк ориентирован прежде всего на движение, нежели на форму или организацию.[5]

Почерк Фрейда как нельзя лучше демонстрирует врожденный потенциал этого человека, поскольку именно здесь мы видим особенно сильное проявление и влияние подсознания, его незамаскированные защитные механизмы.

В почерке с точки зрения размера и выраженности есть баланс между тремя зонами (регистрами) букв, но средняя зона неблагополучна, она не выразительна, неполноценно развита, как бы стерта, угловата, скудна и одновременно резка и запутана.

Таким образом, можно утверждать, что у Фрейда действительно был сбалансирован разрыв между его «хочу» и «могу», между его сильными физическими, инстинктивными движущими силами и его интеллектом, амбициями, идеями и стремлениями.

Однако, вместе с этим, он испытывал недостаток в социальных навыках, был резким и нетерпеливым. Нельзя было не согласиться с Фрейдом и просто невозможно выиграть с ним интеллектуально-напористый поединок. Высокая степень резких импульсивных движений, угловатость и негибкость свидетельствуют о психологической жесткости и несгибаемости, он просто не мог бы спокойно и объективно выслушать оппонента! Не сомневаюсь, что Фрейд был человеком, с которым было очень трудно иметь дело. Он был упрямым, даже упертым и хотел, чтобы все было только так, как считает он, то есть только его мнение истинно.

Проблемный социальный аспект, неблагополучие во взаимодействии с людьми следует из непостоянства и неразборчивости письма в средней зоне почерка: это человек, который совершенно непредсказуем, а также непоследователен в отношениях с окружающими. Как это ни странно и неожиданно звучит, но если перед нами подлинный почерк самого Фрейда, то отец психоанализа далеко не психолог по натуре! Наоборот, это «одинокий волк», с блестящим интеллектом и крайне критическим, негативистским отношением к окружающему миру.

Можно не сомневаться в том, что автор этого почерка был во власти большого противоречия, глубокого внутреннего конфликта, а также и в том, что он постоянно пытался бороться с собой, применяя волевое усилие и самообладание. Однако против природы пойти крайне трудно, и он должен был обычно проигрывать своему гневу и импульсам.

Такой человек не желает повернуться в сторону других людей, сближение или обращение к ним за советом, как и спокойное, непосредственное общение, – невозможны. В общении он был авторитарен, скорее приказывал и не давал никакого объяснения.

Судя по почерку, Фрейд не только имел тяжелый характер, но и испытывал мучительные чувства, им владели мрачность и фатализм, в глубине его подсознания скрывались поистине взрывоопасные по своей силе эмоциональное напряжение, злость, возмущение, крайнее беспокойство, неустойчивость и неудовлетворенность, также прослеживаются депрессивные и тревожные тенденции.

Об этом, в частности, говорят внезапные, нездоровые и непредсказуемые перепады нажима, переменчивость средней зоны букв, ступенчатая строчная линия («черепица»), а также снижение строчной линии. Подавленность и зажатость – в болезненно искаженных и узких буквах, часто с надломленными штрихами.

При этом он имел пытливый ум, был любознателен, ощущал потребность утолять интеллектуальную жажду – об этом свидетельствуют многие необычные формы верхней зоны букв. Здесь же и гордость своими достижениями. Но из-за его постоянных эмоциональных проблем, сильно мешающих ему, жизнь не была легка для Фрейда.

Итак, почерк Фрейда потрясающе не соответствует общепринятому внешнему имиджу ученого – основателя психоанализа. Психолога, тихо слушающего своего пациента, сидя позади кушетки, чтобы не вмешиваться ни в коем случае в свободное течение образов и воспоминаний подсознания пациента, проходящего психоанализ.

Почерк Фрейда четко и однозначно передает прямое, сильное, порой резкое межличностное взаимодействие, глубокое стремление влиять на окружающих. Почерк Фрейда – это постоянный поиск провокаций, негативизм (искажения и заострения форм), с целью вывести на чистую воду другого человека (пациента ли, коллеги или оппонента).

Вести себя тихо и позволить другому говорить Фрейду было очень трудно, поскольку ему «на роду написано» быть нападающей стороной, этаким мачо, напористым и нетерпимым! Индивидуальность форм по большей части резка и остроконечна, угловатости, узость букв и их высота – все это вместе дает острый ум и тягу к противоречию, что проявляется в импульсивности, пристрастности и стремительности.

Интеллект и мышление Фрейда очень оригинальны, это позволяет применять творческий, креативный, интуитивный и проницательный подход, в том числе и в психологической области.

По складу ума Фрейд не является рациональным ученым, это человек, чувствующий силу своих интуитивных утверждений и защищающий их любым возможным способом. Способность синтезировать информацию у него слаба, поэтому его «озарения» или «открытия» остаются изолированными и не могут быть связаны в теории. Графологически для того, чтобы стать настоящим теоретиком, Фрейду не хватало способности соединять свои интуитивные утверждения в более широком, общем контексте. Не хватало ему и адекватно развитого критического мышления (в почерке – доминантности интервалов между словами).

К сожалению, Фрейду недоставало ни интегративных способностей, ни объективной критичности, поэтому он оставался достаточно односторонним в своем представлении о человеческой личности. Высокий IQ и неразвитый EQ, а также категоричность, негибкость, мачоизм и собственные комплексы, безусловно, не могли не оставить своего следа в учении Фрейда, особенно когда дело касалось психологии полов. Женщины так и оставались лишь менее совершенной версией мужчины со всеми вытекающими последствиями. Весь секрет такого восприятия Фрейдом женщин в том, что он не мог и приблизиться к пониманию иного, пониманию женской психологии.

Удивительно, что этот яркий исследователь аномалий человеческой души сам имел такую беспокойную личность, настолько нелогичную, которую захлестывало противоречиями, эмоциональностью, потребностью быть всегда, так или иначе, правым. Фрейд всегда находился на грани истощения собственных сил, потому что по своей природе он как бы был в позиции самозащиты. Он видел со стороны окружающего мира угрозу, от которой нужно защищаться.

Можно сказать, что Фрейд мог исследовать мир нелогичности именно потому, что это была его собственная стихия, владевшая им самим. Свой острый ум он направил на исследование именно негативной стороны наблюдаемых явлений. С точки зрения личности Фрейда скорее именно негатив был центром его внимания, поскольку в этом – дестабилизация и зловещий мир, против которого мы должны защититься!

Исследуя бессознательный мир, Фрейд, как ни странно, как бы отрицал его по отношению к себе. В неумолимо материалистической позиции видно его желание внести логику в человеческую душу и победить неясные силы. Их-то он и должен был «вывести на чистую воду» путем строго определенной терапевтической практики, которую он разработал, чтобы прийти к главному – смочь управлять своим бессознательным.

В разных вариантах его почерка прослеживается заметная тенденция к резким переходам от состояния истерической и импульсивной мании до состояния депрессии, сопровождающегося резкой подавленностью и снижением самооценки.

Подъемы в его психическом состоянии можно сравнить с чувством эйфории, при таких переживаниях возникают фиксированные, утопические мысли о всемогуществе, величии, идеализм.

Периоды же спада, судя по почерку, могут быть настолько серьезны, что из них почти невозможно выбраться, они несут с собой драматизацию и трагизм восприятия мира. Очень трудно жить живой личности в черно-белом мире, в мире категоричности и сверхидей, сменяющихся глубоким разочарованием и таким же тотальным, как и порой идеализм, фатализмом...

Данный отрывок почерка Маяковского отражает депрессивный период его жизни. Строки, ниспадающие к концу, почерк обнаруживает вязкость штрихов, расколы в связанности букв. Особенно тревожный признак – контраст расслабленного нажима и нажима неестественно постоянного, также контраст между вогнутыми, выгнутыми и расслабленными штрихами и статичными неподвижными штрихами, особенно как перечеркивание в слове «механические».

Данный почерк отражает упадок душевных сил и депрессию. Однако на подсознательном уровне у Маяковского присутствует сильное внутреннее беспокойство, не дающие покоя энергия «одинокого волка» и следы нарциссичности. Впоследствии именно эти тенденции привели к демонстративному взрыву насилия, в результате чего этот человек покончил с собой в возрасте 37 лет.

Была ли предрешена его судьба? Что можно было изменить и можно ли это было сделать? Насколько фатален был сценарий его жизни? Наверняка ответить на все эти вопросы не сможет никто, однако выявить тенденции и расположенность ко всему тому, что и как переживалось этим человеком, его склонности и мировоззрение – мы можем. Приходит в голову интересный вопрос: что, если бы Маяковский был диагностирован, смог сам осознать, что происходит в его личности, понял бы природу борящихся в ней противоречий? Возможно, он смог бы, работая над собой, в чем-то измениться...

Однако, подумав еще раз, я опять прихожу к выводу – скорее всего, даже если бы такая возможность у него была, он не захотел бы ее принять – именно исходя из своей натуры...