Действие в первой песни «Илиады» начинается в тот момент, когда греки уже в течение девяти лет осаждали Илион или Трою¹. Описания предшествующих событий нет, но мы сразу оказываемся в курсе ссоры между Агамемноном² и Ахиллом³. Агамемнон силой захватил дочь жреца Хриса и отказался принять за нее громадный выкуп. По этой причине Феб-Аполлон пришел в ярость, многие слышали наводящий ужас звон тетивы его лука, и в течение девяти дней пущенные им стрелы разили направо и налево. В конце концов Агамемнон понял, что лучше возвратить Хрисеиду ее отцу, но взамен он решил взять у Ахилла красавицу Брисеиду, причем богиня Афина не позволила ему отомстить Агамемнону.

Как это часто случалось в те времена, герои являлись потомками бессмертных богов. Так, отцом Ахилла был Пелей, правитель мирмидонян⁴, а матерью– Фетида, богиня морской пены. Возмущенная обидой, нанесенной ее сыну, она восстала из морских волн и отправилась прямо в обитель богов – многоверхий Олимп. Там она обратилась к Зевсу, сыну Кроноса и повелителю всех богов. Она умоляла его оказать помощь троянцам, чтобы они одерживали верх над греками до тех пор, пока те не воздадут должные почести ее сыну Ахиллу. Зевс колебался, опасаясь того, как к подобному повороту событий отнесется его жена, волоокая Гера. Она начала укорять его, и хромой Гефест, их сын, молвил, пытаясь их примирить:

Подобных сюжетов в «Илиаде» можно найти много. Оказывается, не только простые смертные сражаются друг против друга на земле, но и боги иногда спускаются с Олимпа и принимают ту или иную сторону, ссорясь при этом между собой так, что небеса содрогаются от грома.

В первой песни встречается много интересных подробностей. Многомудрый Одиссей⁶ возвратил Хрисеиду ее отцу, прибыв к нему на корабле с двадцатью гребцами, а затем они принесли жертву из ста животных сребролукому Аполлону. Прибыв к Хрису,

Затем описываются подробности обряда жертвоприношения Аполлону. Животные стоят возле алтаря по кругу. Воины омывают руки и сыплют зерна ячменя. Жрец молит Аполлона не оставить своим благорасположением греков, а затем разбрасывает зерна ячменя. Головы животных запрокидывают, перерезают им горло и свежуют. Бедра немедленно отсекают и покрывают кругом двойным слоем жира. На них складывают остатки сырого мяса, и жрец

Затем они устроили пир, а после пели гимны богу под музыку.

Традиция устраивать празднества вслед за жертвоприношением сохранялась вплоть до христианских времен. Папа Григорий даже вынужден был рекомендовать первым христианам «не приносить более животных в жертву диаволу, а забивать скот и устраивать пиры во славу Господа Нашего»⁷.

Следует отметить, что мы до сих пор еще ничего не сказали относительно причин, побудивших греков предпринять осаду Трои. Есть одно упоминание на этот счет в диалоге, состоявшемся во время ссоры между Ахиллом и Агамемноном, причем Ахилл говорит:

Гомеру не было особой необходимости объяснять своим слушателям, что Парис, или Александр⁸, сын правителя Трои, украл Елену⁹ из Аргоса, жену правителя Спарты Менелая¹⁰, который приходился родным братом Агамемнону. «Илиада» точно так же, как и англосаксонская поэма «Беовульф», была эпическим произведением, которое рассказывалось и пересказывалось тысячи раз, до тех пор пока его не зафиксировал в своем, так сказать, каноническом виде Гомер. Древние греки находили большое удовольствие в постоянном повторении этой поэмы.

Мы можем полагать, что «Илиада» именно как поэма была сочинена Гомером, одним из величайших сказителей в истории человечества, и ею можно наслаждаться именно как эпическим произведением.

Если бы Гомер жил в наши дни, он мог бы стать прекрасным радио– или телеведущим. Он ясно осознал необходимость пробудить с самого начала интерес у своих слушателей, отсюда и драматическая насыщенность первой книги «Илиады», начинающейся с эпизода ссоры между Ахиллом и Агамемноном, имевшей столь трагические последствия для греков.

Из второй песни мы узнаем, что греки возобновили нападения на троянцев, а затем следует каталог предводителей с упоминанием количества принадлежавших им кораблей. Они приплыли из Афин, Аргоса, «крепкостенного» Тиринфа, Коринфа, Спарты и Аркадии.

Из всех областей Греции прибыли они, и их главным противником был Гектор, носивший сияющий шлем. Он был сыном Приама и предводителем троянцев.

В третьей песни мы узнаем, что греки и троянцы построились друг против друга в боевых порядках. Однако это отнюдь не следует понимать в том смысле, что одна группа людей с линии горизонта стреляла в другую группу людей на линии горизонта, подобно тому как это происходит в наши дни. Максимум, что могли сделать греки и троянцы, так это лишь обстреливать друг друга из луков.

Затем Парис, тот самый, который украл Елену, бросает вызов всем предводителям аргивян. Он предлагает сражаться один на один вплоть до смерти одного из противников. И этот вызов принимает Менелай, оскорбленный муж. Однако при виде последнего Парис испугался и отступил, тогда как брат его Гектор побуждал юношу к битве. Затем было решено, что эти двое будут биться между собой, победителю достанется Елена и все ее сокровища, и, таким образом, война между греками и троянцами прекратится. Предводители тех и других сели сообща. Были принесены бараны для жертвоприношения, а Приам оповестил всех, что он готов стать гарантом верности данной клятве. Елене было сказано:

Жертвоприношение было совершено, и вслед за этим Парис по жребию выиграл право первым метнуть в своего противника копье:

Далее идет описание сцены боя:

В свою очередь Менелай:

Далее следует типичный для греков поворот сюжета: «Шлем последовал праздный за мощной рукой Менелая» и он мог бы убить Париса и получить обратно свою жену Елену. Но человек – это не скорлупка, плывущая по воле волн, не забава для богов, он должен был бороться на протяжении всего своего жизненного пути, сражаясь до последней возможности, или же потерять все, невзирая на все трагические превратности. Дочь Зевса Афродита пришла на помощь Парису и, окутав его темным облаком, укрыла во дворце Приама. Троянцы не имели ни малейшего желания прятать его от Менелая, потому что «всем он и им уже был ненавистен, как черная смерть».

Рок тяготел над каждым из них; они вынуждены были сражаться, и у них не было другого выбора.

Четвертая песнь открывается с описания сцены совета богов, на котором они обсуждали:

Повелитель богов Зевс, который благоволил жителям священного Илиона (Трои), высказался в пользу заключения мира, тогда как Афина и Гера, сидевшие рядом с ним, желали всевозможных бед троянцам. Именно Гера задумала дьявольский план, согласно которому троянцы вынуждены были бы нарушить клятву и предпринять враждебные действия по отношению к грекам. Афина под видом простой смертной была отправлена к Пандару с целью убедить его послать одну из стрел в Менелая:

Пандар лично подстрелил эту серну и, взяв ее рога, каждый по шестнадцать ладоней, «обработав искусно, сплотил рогодел знаменитый, вылощил ярко весь лук и покрыл его златом поверхность».

Рис. 8. Елена и Парис

После того как лук был натянут, товарищи Пандара укрыли его своими щитами, он взял крылатую стрелу, приспособил «черных страданий источник» к тетиве и дал обет Аполлону, покровителю лучников, принести ему в жертву сотню «агнцев первородных»:Разом повлек он и уши стрелы, и воловую жилу;Жилу привлек до сосца и до лука железо пернатой;И едва круговидный огромный свой лук изогнул он,Рог заскрипел, тетива загудела, и прянула стрелкаОстроконечная, жадная в сонмы влетететь сопротивных.

Дочь Зевса защитила Менелая и выдернула стрелу из его тела:

И насквозь просадила изящно украшенный запон,Броню насквозь, украшением пышную, быстро пробила,Навязь медную, тела защиту, стрел сокрушенье,Часто его защищавшую, самую навязь пронзилаИ рассекла, могучая, верхнюю кожу героя;Быстро багряная кровь заструилась из раны Атрида.

Стрела пробила запон, под которым находилась повязь, выкованная медником-кузнецом. Ноги Менелая были испачканы кровью такого же цвета, как использует «карская или меонская женщина для пышных нащечников коней». Подобные элементы конской сбруи, выполненные из слоновой кости, использовались и в Англии.

Греки имели в составе своей армии врачевателей, поэтому Махаон, сын бога врачевания Асклепия и сам знаменитый врачеватель, был призван на помощь. Он вытащил стрелу из раны, остановил кровь и присыпал ее снадобьями.

Рис. 9. Гефест

Рис. 10. Воины

Этот предательский поступок, к которому троянцы были принуждены самими богами, привел к возобновлению боевых действий между ними и греками. Вот ключевой пункт, который мы не должны упускать из виду. Противники, подобно солдатам нашей великой войны¹¹, сражались не потому, что они любили войну, а потому, что их вел вперед уготованный им рок.

Приемы войны, описанные Гомером, отличаются от тех, что практиковались позднее в античной Греции. Вот как, например, действовал Нестор¹² из Пилоса:

Конных мужей впереди с колесницами Нестор построил;Пеших бойцов позади их поставил, и многих и храбрых,Стену в сражениях бурных; но робких собрал всередину,С мыслью, чтоб каждый, когда не по воле, по нуждесражался.Конникам первым давал наставленья, приказывал им онКоней рядами держать и нестройной толпой нетолпиться.«Нет, – чтоб никто, на искусство езды и на силунадежный,Прежде других не пылал впереди с супостатами биться,Или назад обращаться: себя вы ослабите сами.Кто ж в колеснице своей на другую придет колесницу,Пику вперед уставь: наилучший для конников способ.Так поступая, и древние стены и грады громили,Разум и дух таковой сохраняя в доблестных персях».

Воины сражались копьями и мечами, а также бросали друг в друга камни, прикрываясь при этом щитами. На страницах труда Гомера трудно обнаружить перечисление тех приемов, которые использовались во время сражения, поскольку он в основном уделяет внимание описанию индивидуальных схваток между соперниками с обеих противоборствующих сторон, которые иногда происходили в пешем строю, а иногда и на колесницах. Не сражался только Ахилл: «…сын лепокудрой Фетиды, он пред судами гнев, сокрушительный сердцу, питает».

В пятой песни говорится о том, что Диомед с помощью Афины Паллады смог понять разницу между богом и простым смертным, но та предупреждает его:

Диомед атаковал троянцев со всей яростью и чуть было не убил Энея, матерью которого была Афродита. Она пришла на помощь своему сыну, но была сама ранена Диомедом:

Афродита отправилась на Олимп и там подговорила Ареса, наводившего ужас на смертных, вдохновить троянцев на новые подвиги, которые должны были свести на нет все усилия, предпринимавшиеся Герой при помощи дочери ее Афины:

Рис. 11. Составной лук Одиссея

Так в колеснице пламенной став, копием ополчиласьТяжким, огромным, могучим, которым ряды сокрушаетСильных, на коих разгневана дщерь всемогущего бога.

Они отправились на Олимп и спросили отца всех богов Зевса:

«Зевс, наш отец! на меня раздражишься ли, если АреяБрань я принужу оставить ударом, быть может, жестоким?»

Рис. 12. Скульптура из Додоны

Они получили его разрешение и затем отыскали Диомеда на поле брани. Греки вынуждены были отступить под натиском троянцев, которым помогал Арей. Афина подала Диомеду колесницу, после чего богиня направила ее на Арея и Диомед с ее помощью ранил его копьем:

…взревел Арей медноборныйСтрашно, как будто бы девять иль десять воскликнулитысячСильных мужей на войне, зачинающих ярую битву.Дрогнули все, и дружины троян, и дружины ахеян,С ужаса: так заревел Арей, ненасытный войною.

Это тот редчайший случай, когда Гомер позволяет себе изобразить бога как простого смертного, он точно так же громко кричит, когда ранен.

Итак, по словам автора «Илиады», таким образом смертельная схватка между греками и троянцами разгорелась вновь и охватила всю равнину, обе стороны метали друг в друга дротики с «медноострыми жалами».

Для нас «Илиада» просто произведение искусства, которое рисует впечатляющую картину войны и сражения; но для греков и особенно для детей античного времени впечатление от услышанного, тем более рассказанного с драматическими интонациями, должно было быть весьма сильным. Для нас боги из «Илиады» представляются просто мифологическими персонажами, тогда как для греков Афина была богиней, которой Перикл¹³ посвятил храм Парфенон, построенный на афинском Акрополе.

В шестой песни Гектор направляется в Трою, чтобы попросить свою мать дать обет совершить жертвоприношение в честь Афины, если она соблаговолит простить их родной город, включая троянских женщин и маленьких детей. Там он встретился со своей женой Андромахой, затем следует патетическая сцена, в которой они сетуют на рок, грозивший гибелью Трое. Она напоминает ему:

Но Гектор не может не принять участия в битве, даже если, как он сам говорит:

Сама же Андромаха будет захвачена греками в качестве добычи. Гектор сетует:

В седьмой песни Аполлон и Афина останавливают решающее сражение, а Аполлон говорит:

Воины получают отдых:

Греки бросают жребий, согласно которому сражаться с Гектором предстояло Аяксу:

Затем следует детальное описание поединка, и, поскольку ни один из противников оказывается не в силах одолеть другого, они обмениваются дарами. Это кажется довольно странным, если мы не вспомним, что нечто подобное можно найти и в произведениях английского автора XIV века Фрос-сара. Во все времена поединок рассматривался как разновидность весьма рискованного вида спорта.

Поскольку всеобщее сражение не возобновилось, сторонам представилась возможность собрать тела погибших:

Представляется, что в тот день греки приняли довольно запоздалое решение предпринять дополнительные меры к укреплению своего лагеря. Их обычная практика заключалась в том, что они вытаскивали свои корабли на сушу, а затем огораживали для их защиты определенный участок земли. Из этой же главы мы можем также узнать, каким образом они доставляли себе припасы. Вино поступало с острова Лемнос:

Предпринимаются новые попытки заключить мирный договор, на этот раз со стороны троянцев, но Парис, который по своей сути был недостойным человеком, отказался вернуть Елену.

В восьмой песни битва возобновляется, но мы должны помнить, что все это время Ахилл не принимал участия в сражениях из-за обиды, нанесенной ему Агамемноном. Боги все еще помнили призыв Фетиды, матери Ахилла, что троянцы до тех пор будут одерживать верх, пока греки не воздадут должных почестей ее сыну:

Рис. 13. Колесница (реконструкция)

Рис. 14. Медуза Горгона. Изображение на чернофигурной вазе из Коринфа. Около 570 года до н. э.

В конце этой песни греки оказываются отброшенными внутрь стен своего лагеря, к вытащенным на сушу судам.

В девятой песни выясняется, что греки впали в уныние и Агамемнон пытается возобновить дружбу с Ахиллом. Он предлагает ему:

Он даже обещает вернуть ему Брисеиду. С подобными предложениями к Ахиллу был отправлен многомудрый Одиссей, но тот отверг его, заявив:

В десятой песни упоминаются приключения Одиссея и Диомеда, которые отправились ночью на разведку в лагерь троянцев.

В одиннадцатой песни Агамемнон, Диомед и Одиссей получают ранения. Появляются первые упоминания о Патрокле, друге Ахилла. Его отправляют выяснить причину, по которой Нестор покинул поле брани. Придя в его хижину, он обнаружил, что Гекамеда готовила для них смесь:

В двенадцатой песни описывается осада троянцами греков в их лагере. В конце концов им удалось прорваться через стены и отбросить последних к их кораблям.

В тринадцатой песни бог морей Посейдон приходит на помощь грекам и сражение продолжается.

В четырнадцатой песни дела у греков по-прежнему идут так плохо, что Агамемнон принимает решение спустить на воду первую линию кораблей и поставить их на каменные якоря, чтобы в случае необходимости была возможность спастись бегством. За это ему пришлось выслушать горькие упреки со стороны Одиссея. Посейдон опять вдохновляет греков на бой, а Гера смогла усыпить Зевса. Греки отбрасывают троянцев от лагеря, и в этом сражении Гектор получает ранение.

В пятнадцатой песни Зевс пробуждается ото сна и узнает о том, что Гектор ранен. Громовержец в страшном гневе. Он отправляет Ириду в качестве посланницы к Посейдону и требует от владыки морей, чтобы тот перестал помогать грекам и вернулся в свою стихию. Он также отправляет Аполлона ободрить Гектора, и троянцы вновь переносят сражение к кораблям и даже поджигают корабль Протесилая.

В шестнадцатой песни Патрокл уговаривает Ахилла прийти на помощь грекам и, когда тот отказывается, просит у него разрешения лично повести на битву мирмидонян. Он берет доспехи Ахилла и сражается так доблестно, что ему удается оттеснить троянцев обратно к стенам их города. В конце главы Гектор убивает Патрокла. Именно этот эпизод, как мы вскоре убедимся, является поворотным пунктом всей истории.

В семнадцатой песни сражение разгорается вокруг тела Патрокла, который одолжил доспехи у Ахилла, доспехи были захвачены Гектором.

В восемнадцатой песни Ахилл узнает о смерти своего друга:

Его мать Фетида является для того, чтобы успокоить сына, утром она обещает принести ему новые доспехи. Тем временем, даже не имея доспехов, он вдохновляет греков на битву и помогает им доставить в лагерь тело Патрокла. Тело приготовлено к омовению:

Фетида направляется к Гефесту, хромому богу, и просит его изготовить для Ахилла новые доспехи. На что Гефест охотно откликнулся:

Точно таким же образом бронза выплавлялась в бронзовом веке и на территории Англии. Гефест в первую очередь изготовил:

Рис. 15. Бросание жребия перед Афиной

Рис. 16. Торговый корабль (реконструкция выполнена по изображению на чернофигурной вазе из Британского музея)

Он был украшен изображениями земли, небес, солнца, луны и звезд, а также прекрасных городов, воздвигнутых простыми смертными, и живописными картинками сельской жизни. Очевидно, Гомер перечисляет те сцены, которые ему были хорошо знакомы. Вы читаете о земледельцах, жнущих острыми серпами и связывающих снопы скрученной в жгуты соломой, в то время как другие под дубом готовят трапезу. Затем мы узнаем о сборе винограда и о мальчике, наигрывающем приятную мелодию во время сбора винограда. Затем мы видим место для хоровода и большую группу юношей и девушек, весело пляшущих в кругу. Гефест был прав, когда обещал Фетиде, что, хотя он и не может отвратить от Ахилла верную смерть, его доспехи будут восхищать всех людей.

Девятнадцатая песнь начинается со сцены примирения между Агамемноном и Ахиллом. Всего один день прошел с тех пор, как Одиссей впервые появился в жилище Ахилла с предложением заключить мир. И вот теперь герой принял обещанные дары, к нему также вернулась и Брисеида. Ахилл облачается в свои доспехи – поножи с серебряными застежками и панцирь на груди. Серебряно-гвоздый бронзовый меч висел у него на плече, а громадный щит предохранял от ударов. Высокий шлем, украшенный сверху конским гребнем, покрывал его голову, а в руке он нес копье своего отца. Вооруженный таким образом, Ахилл вступает в битву и громит беспощадно троянцев. Вот об этом и идет речь в двадцатой песни.

Зевс созывает богов на совет. Он решает остаться на вершине Олимпа, где он может потешить свое сердце, наблюдая сверху за битвой, но другим богам дает разрешение помогать тем, кому они сами пожелают.

Таким образом, перед нами разворачивается захватывающее зрелище, в котором сражаются между собой не только люди, но и боги.

В двадцать первой песни Ахилл захватывает в плен двенадцать троянских юношей и, связав их клятвами, отправляет в греческий лагерь. В этой песни Ахилл воюет с рекой Ксанфом. Мы должны помнить, что для греков каждая река могла персонифицироваться в божество, которое нужно было умилостивлять жертвами:

Эта река в «Илиаде» предстает как некое живое существо, которое способно обратиться к Аполлону с просьбой о защите от Ахилла:

Река приближалась все ближе с явным намерением поглотить Ахилла, но тут Гефест пришел ему на помощь, осушив с помощью сильного огня равнину и остановив воду. После этого греки с помощью Ахилла вынудили троянцев укрыться за городскими стенами Трои.

В двадцать второй песни Гектор показывается за пределами городских стен, ожидая внезапного нападения Ахилла. Он укорял сам себя за то, что не внял совету Полидама, который предупреждал его, что троянцы должны укрыться за стенами, едва услышав, что Ахилл вновь принимает участие в битве. Гектор спасается бегством от Ахилла:

И каждый раз Ахилл опережал его на равнине, преграждая дорогу к городским стенам, откуда ему могли оказать помощь лучники, укрывшиеся за зубцами.

Афина с помощью довольно низкого трюка принудила Гектора принять бой, и в результате он был убит Ахиллом.

Мы не будем подробно описывать причитания Андромахи, когда

В двадцать третьей песни описываются поминки Патрокла.

Быки, овцы, козлы и свиньи были принесены в жертву. Ночью дух Патрокла явился его другу:

На следующее утро

Дрова были принесены к берегу и сложены в большие кучи. Затем мирмидоняне выступили в полном вооружении, вначале двинулись воины на колесницах, за ними последовали пешие воины. В середине шествия находилось тело Патрокла, которое несли его товарищи. Они срезали свои волосы и положили их на тело. Был сложен большой погребальный костер. Затем овцы и быки были принесены в жертву.

Рис. 17. Сундук и стол

Рис. 18. Битва над телом Патрокла

Тело Патрокла с головы до ног было обложено нутряным жиром жертвенных животных. Затем его возложили на погребальный костер. Вокруг него были уложены освежеванные тела животных. Туда же были помещены двуручные сосуды с медом и оливковым маслом, а также четыре могучие лошади и два домашних пса. Затем двенадцать несчастных троянских юношей, которых Ахилл захватил в плен, были убиты, и их тела также бросили в костер для придания ему еще большего великолепия. Погребальный костер полыхал всю ночь, а утром Ахилл призвал вождей греков и молвил:

«Время костер угасить; вином оросите багрянымВсе пространство, где пламень пылал, и на пеплекостерномСына Менетия мы соберем драгоценные кости,Тщательно их отделив от других; распознать же удобно:Друг наш лежал на средине костра; но далёко другиеС краю горели, набросаны кучей, и люди и кони.Кости в фиале златом, двойным покрывши их туком,В гроб положите, доколе я сам не сойду к Аидесу.Гроба над другом моим не хочу я великого видеть,Так, лишь пристойный курган; но широкий над ним ивысокийВы сотворите, ахеяне, вы, которые в ТроеПосле меня при судах мореходных останетесь живы»

Рис. 19. Сбор оливок

В гроб положите, доколе я сам не сойду к Аидесу.Гроба над другом моим не хочу я великого видеть,Так, лишь пристойный курган; но широкий над ним ивысокийВы сотворите, ахеяне, вы, которые в ТроеПосле меня при судах мореходных останетесь живы».

Сцены, подобные этой, могли неоднократно повторяться и курганы возводились также и в Англии на протяжении всего бронзового века¹⁴.

Затем следует описание игр, которые устраивались в честь погребенного:

…Ахиллес жеТам народ удержал и, в обширном кругу посадивши,Вынес награды подвижникам: светлые блюда, треноги;Месков представил, и быстрых коней, и воловкрепкотелых,И краснопоясанных жен, и седое железо.Первые быстрым возницам богатые бега наградыОн предложил: в рукодельях искусная дева младая,Медный, ушатый с боков, двадцатидвухмерный треножникПервому дар; кобылица второму шестигодовая,Неукрощенная, гордая, в недрах носящая меска;Третьему мздою– не бывший в огне умывальникпрекрасный,Новый еще, сребровидный, четыре вмещающий меры;Мздою четвертому золота два предложил он таланта;Пятому новый, не бывший в огне фиал двусторонний.

Победитель в кулачном бою получил в награду сильного мула, а проигравший – двуручный кубок. Для победителя в соревнованиях по борьбе главным призом был большой треножник, который можно было устанавливать на огонь, но достаточно неожиданно для проигравшего:

Мздой побежденному он (Ахилл) рукодельницу юнуювывел,Пленную деву, – в четыре вола и ее оценили.

Участниками соревнований были Аякс, сын Телемона, а также Одиссей. Поскольку ни один из них не смог одержать верх, им было сказано, что они могут получить равноценные призы, и мы не знаем, кто из них получил оцененную в четыре вола девушку.

Для победителя в беге призом служили серебряная чаша для смешивания вина из Сидона, бык, крупный и очень упитанный, а также половина таланта золота.

В последней песни Приам приходит к Ахиллу и выкупает тело Гектора. Ахилл обещает приостановить войну на двенадцать дней, в течение которых будут проходить погребальные церемонии в честь Гектора.

Приам с помощью Гермеса приносит тело своего сына обратно в Трою, и народ выражает свое горе.

Затем тело Гектора было предано огню, точно так же, как и тело Патрокла:

Этом эпизодом, собственно говоря, и заканчивается «Илиада», а Троянская война, как и все прочие войны, имела весьма печальный конец.

Рис. 20. Бегущие воины

Мы будем не правы, если станем утверждать, что Гомер воспевает войну. Боги бросали жребий, и люди вынуждены были сражаться и, сражаясь, вели себя как герои. Представьте себе, что Троянская война означала для греков. В течение долгих томительных лет они были оторваны от дома, не говоря уже о том, как мало их вернулось обратно. Агамемнон, их предводитель, был одним из тех, кто смог вернуться, но он взял с собой в качестве наложницы девственную жрицу Кассандру и в наказание за это отправился навстречу гибели от руки Эгисфа, любовника его жены Клитемнестры. Одиссей, возможно за его подстрекательство к убийству младенца Астианакса, был осужден странствовать еще в течение десяти лет, перед тем как он вновь смог увидеть свою жену Пенелопу, мать его умерла от горя, так и не дождавшись сына. Если вспомнить об участи троянцев, то все мужчины были перебиты, а женщины отданы грекам в качестве рабынь.

Рис. 21. Борьба

Трагедия Еврипида «Троянские женщины» представляет собой ужасающее описание последствий войны. Андромаха, жена Гектора, была отдана Пиррху, сыну Ахилла, а Гекуба, мать Гектора, пыталась помочь ей. Она говорила, что Андромаха красивая и добрая и если она будет ублажать Пиррха, то он в свою очередь, должен быть также добр к ее сыну Астианаксу. Однако грекам была чужда даже сама мысль позволить Астианаксу вырасти, поскольку затем он мог отомстить за своего отца Гектора. Был послан гонец, чтобы забрать его у матери, а затем сбросить вниз с городских стен. Последующая сцена описана профессором Гилбертом Мюрреем как, «возможно, самая трагическая во всей мировой литературе».

«Быстро! Хватай его; тащи его; сбрось его со стены,Выпала ему такая доля! Оплакивайте его, ничтожные,быстрее!Бог оставил меня, я не могу поднятьХотя бы одну руку, одну руку, чтобы спасти моегоребенка от смерти…О, куда мне скрыться от позора: лучше мне бытьприкованнойК скамье на галере».

Рис. 22. Прыгун, держащий в руках гири для прыжков

Андромаха была уведена прочь, а мальчика отнесли к его бабке Гекубе, которая положила мертвое тело в щит Гектора и оплакала.

Еврипид, возможно, находился под впечатлением драматических событий того времени. У него перед глазами был пример позорной резни, когда афиняне перебили всех мужчин и продали в рабство всех женщин с острова Мелос. Это произошло в 416 году до нашей эры, а в следующем году на Сицилию отправилось громадное войско, потерпевшее вскоре сокрушительное поражение. В Афинах тогда правила военная партия, мечтавшая создать империю. Трагедия «Троянские женщины» была поставлена как раз перед тем, как военная экспедиция отправилась в путь, и должна была прозвучать как своего рода предостережение.

Если мы хотим узнать о тех событиях, которые произошли после завершения осады Трои, то должны обратиться к «Одиссее» Гомера, в которой описываются путешествия Одиссея. Интересно отметить, что если в «Илиаде» автор в самом начале обращает наше внимание на ссору между Ахиллом и Агамемноном, то в «Одиссее» первая песнь начинается своего рода перечнем товаров, которые имеются для нас в торговой лавке. Так, мы узнаем, что Одиссей находился в плену у нимфы Калипсо в ее мрачных пещерах; что все боги сочувствовали ему, за исключением Посейдона, гневавшегося на Одиссея за то, что тот ослепил его сына Полифема, который был одним из циклопов и к тому же еще и людоедом. Вся история как раз и закручена на вражде между Одиссеем и Посейдоном.

Богиня Афина просила за Одиссея своего отца Зевса, и в результате к Калипсо был отправлен Гермес, который объяснил ей, что Одиссей должен быть освобожден, чтобы продолжать свой путь домой. Афина лично отправилась на Итаку, родину Одиссея, и «под видом странника» явилась Телемаку, сыну Одиссея. От него богиня узнала, что богатства Одиссея попросту растранжириваются многочисленными молодыми людьми знатного происхождения, которые, думая, что Одиссей мертв, сватаются к его жене Пенелопе. Эти женихи представляют собой настоящий сброд.

Афина посоветовала Телемаку снарядить корабль и отправиться к Нестору и Менелаю, которые были вместе с Одиссеем во время осады Трои, чтобы узнать, есть ли у них хоть какие-нибудь известия о его отце. Богиня вселила мужество в сердце Телемака и приказала женихам, чтобы они покинули его дом.

Во второй песни Телемак созывает совет вождей ахейцев (первый после исчезновения Одиссея) и, держа в руке врученный ему жезл, рассказывает им о бесчинствах женихов. Но Антиной, который был одним из них, ответствовал, что причиной всему была Пенелопа, которая обнадежила всех и теперь, поскольку Одиссея нет в живых, согласна выйти замуж за одного из них, но только после того, как свяжет саван для Лаэрта, его отца:

Рис. 23. Гермес и сатир

Но затем по ночам Пенелопа распускала все, что она успела сделать за день:

Три года длился обман, и она убеждать нас умела…

Женихи сообщили совету, что, пока Пенелопа не придет к окончательному решению, они останутся в доме Телемака и далее будут расходовать припасы во время своих буйных застолий.

Рис. 24. Гибель Эгисфа

Телемак сделал приготовления, необходимые для путешествия в Спарту и «песчаный» Пилос. Он направился в кладовую:

…злата и меди там кучи лежали;Много там платья в ларях и душистого масла хранилось;Куфы из глины с вином многолетним и сладким стоялиРядом у стен, заключая божественно-чистый напиток…

Телемак сказал ключнице:

…амфоры наполни вином благовонным, вкуснейшимПосле того дорогого, которое здесь бережешь ты,Помня о нем, о несчастном, и все уповая, что в дом свойЦарь Одиссей возвратится, и смерти и Парк избежавши.Им ты двенадцать наполни амфор и амфоры закупорь;Так же и кожаных, плотных мехов приготовь, оржаноюПолных мукой; и чтоб в каждом из них заключалосядвадцатьМер…

Телемак и команда корабля поднялись на борт, а Афина послала им попутный ветер:

Бодрых гребцов возбуждая, велел Телемак им скорееСнасти устроить; ему повинуясь, сосновую мачтуПодняли разом они и, глубоко в гнездо водрузивши,В нем утвердили ее, а с боков натянули веревки;Белый потом привязали ремнями плетеными парус;Ветром наполнившись, он поднялся, и пурпурные волныЗвучно под килем потекшего в них корабля зашумели.

В третьей песни Афина предстает в наряде Ментора, а Телемак прибывает в Пилос и видит Нестора и его народ на морском берегу, совершающих жертвоприношение в честь Посейдона. Телемак справляется у Нестора относительно своего отца Одиссея, но Нестор мог только рассказать ему о возвращении ахейцев домой после падения Трои. Перессорившись между собой из-за добычи, каждый из них отправился домой своим путем. Он поведал юноше историю, которая впоследствии получила широкую популярность в древнегреческой литературе. Суть ее сводилась к тому, что Агамемнон вернулся домой и обнаружил, что у его жены есть любовник по имени Эгисф, который и убил его, а затем правил в Микенах в течение семи лет, пока и сам, в свою очередь, не был убит Орестом, сыном Агамемнона.

История Нестора показывает, как сильно греческие мореплаватели зависели от милости моря. Имея единственный квадратный парус, они могли плыть только по ветру и, подобно Отеру, другу короля Альфреда¹, вынуждены были ждать попутного ветра. Если ветер становился неблагоприятным, они садились на весла, а когда их силы иссякали, корабль носило по воле волн. Вот что случилось с ахейцами, возвращавшимися домой из Трои.

В четвертой песни Телемак и Писистрат прибывают на колеснице в Спарту, прямо к дому Менелая. Вот как их там приняли:

Потом они осмотрели дворец: «Начали в гладких купальнях они омываться…», а затем:

Менелай, в знак уважения, дал им попробовать со своего блюда поджаренного бычьего мяса. Все это время Менелай развлекал своих гостей, и, надо сказать, он был очень поражен сходством Телемака с его другом Одиссеем.

Затем пришла Елена, ради которой ахейцы сражались под Троей, и также обратила внимание на их сходство.

Она рассказала Телемаку о его отце, о том, как во время осады Трои он прикинулся нищим и отправился в город на разведку. Менелай добавил от себя:

И вот тогда пришла Елена:

Затем Телемак попросил у них разрешения отправиться спать:

Утром Менелай рассказал Телемаку о том, как во время своих восьмилетних странствий он слышал от морского божка Протея, что Одиссея держит в плену Калипсо. Больше об этой истории он не мог добавить ничего. Тем временем женихи

Они также строили планы относительно убийства Телемака во время его возвращения из Пилоса и для этой цели снарядили корабль, который должен был поджидать его в проливе возле южной оконечности Пелопоннеса. Подробное описание обратного путешествия Телемака имеется в пятнадцатой книге.

Рис. 25. Плот Одиссея (реконструкция)

Рис. 26. Игра с мячом

Рис. 27. Танцовщица

В пятой песни Афина отправляется к богам, которые собрались на совет, и просит Зевса, чтобы Калипсо освободила Одиссея. Гермес отправляется к ней с посланием, в котором говорится, что она должна это сделать. Калипсо обязана подчиниться воле Зевса, но при этом оплакивает горькую участь богини, которая имела несчастье влюбиться в простого смертного:

Она сказала, что спасла Одиссея во время кораблекрушения, когда «обхватив корабельную доску, в волнах он гибнул».

Здесь мы впервые непосредственно встречаемся с самим Одиссеем на страницах «Одиссеи». Первые четыре песни призваны были возбудить наше любопытство, и они являются своего рода продолжением «Илиады».

Калипсо находит Одиссея сидящим на берегу моря и проклинающим свою судьбу. Как без корабля и команды он может вновь добраться до Итаки? Вот что Калипсо сказала ему:

И на самом деле Калипсо помогла ему:

Затем Калипсо принесла ему материю для паруса. Их, как и все остальное, он смастерил сам. Подпорки, фалы и шкоты Одиссей быстро сделал на своем плоту, а затем с помощью рычага спустил его в священное соленое море.

Одиссею понадобилось всего четыре дня на то, чтобы построить плот, а уже на пятый день он отправился в путь и Калипсо послала ему легкий попутный ветерок. Он плыл в течение семнадцати дней и на восемнадцатый день увидел землю феа-ков (остров Корфу), и все было бы хорошо, если бы Посейдон не заметил его издали. Морской бог знал, что Зевс помог Одиссею, но, невзирая на это, решил собрать облака, вздыбить воды и наслать ветры. В результате Одиссей едва не расстался с жизнью и был выброшен волнами на берег, скорее мертвым, чем живым.

Шестая песнь открывается красочным описанием того, что придумала Афина. Она сделала так, что Навзикая, дочь Алкиноя, правителя феаков, убедила свою семью в том, что ей необходимо отправиться искупаться в маленькой речке, возле которой спал Одиссей. Она просит своего отца дать колесницу, и он отвечает ей:

Рис. 28. Ослепление Полифема

И, сказав так, позвал своих людей. За пределами дворца они приготовили быструю колесницу, подвели мулов под ярмо и запрягли их, в то время как из комнаты царевны девушка выносила яркие одеяния и складывала их в украшенную повозку. В корзинку мать положила для дочери всевозможную еду, какую только может пожелать сердце, а также различные лакомства и, помимо этого, наполнила мех из козьей шкуры вином. Затем Навзикая поднялась на колесницу и мать подала ей золотой фиал с благовонным оливковым маслом для того, чтобы, искупавшись, она и ее служанки могли умастить себя. Навзикая взяла бич, а также блестящие поводья и, подхлестнув мулов, отправилась в путь. Затем, под цоканье копыт, двинулись они вперед, смотря перед собой, с грузом одежды на колеснице и служанками, следующими позади.

Рис. 29. Одиссей, спрятавшийся под бараном

Когда они добрались до реки, то сняли одежду, выстирали ее в водоемах, а потом расстелили для просушки. Затем они искупались, умастили себя оливковым маслом и перекусили на берегу реки.

Рис. 30. Цветок асфоделя

После этого девушки затеяли игру с мячом, а Навзикая начала петь. Мяч упал в реку, и все подняли пронзительный крик. Одиссей, естественно, проснулся, и все служанки убежали, осталась только белорукая Навзикая. И именно к ней вынужден был обратиться Одиссей. Она снабдила его мантией и хитоном, очевидно, из числа тех, что сушились после стирки на берегу, а также дала ему нежное оливковое масло в золотом фиале. Одиссей искупался, умастил себя оливковым маслом и облачился в свои красивые одеяния, после чего Афина

Станом возвысила, сделала телом плотней и густымиКольцами кудри, как цвет гиацинта, ему закрутила.

С Навзикаей что-то случилось, когда она увидела его преображенным, сердце девушки начало учащенно биться. По-видимому, люди в Древней Греции испытывали те же чувства, что и в наше время. Затем она объяснила Одиссею, как добраться до дворца Алкиноя.

В седьмой песни Одиссей находит дорогу к увенчанному высокой крышей дому Алкиноя:

Вдоль стен располагались лавки, застеленные искусно вытканными покровами. Пятьдесят рукодельниц ткали и пряли, а также мололи зерно на ручных жерновах. Там был сад, где росли груши, гранаты, яблоки, сладкие смоковницы, оливки, имелись также и виноградники. Кроме того, были еще и грядки со всевозможными культурами и два источника с водой.

Одиссей постоял, огляделся и быстро прошел в дом, где упал на колени перед Аретой, женой Алкиноя, умоляя ее о защите, а также о позволении продолжить свой путь. Правитель поднял его с колен и усадил на кресло, после чего Одиссей поведал ему о всех своих приключениях, случившихся с ним после того, как он покинул на плоту остров Калипсо. После этого Одиссей отправился спать в сени. По всей видимости, эта часть дома предназначалась для гостей.

В восьмой песни феаки собираются на совет, и Алкиной рассказывает им о госте, который объявился среди них. Затем он приказал, чтобы чернобокий корабль спустили на воду, для его команды были отобраны пятьдесят два юноши из знатных семей. Когда все это исполнили, будущие мореплаватели должны были явиться во дворец. Там уже принесли в жертву двенадцать овец, восемь свиней и двух быков. Слуга приводит во дворец прославленного слепого сказителя Демодока. Он усадил его на кресло рядом с колонной, на которой висела лира. Сказитель подобрал мелодию и начал петь речитативом о знаменитых людях, и от этого Одиссей расчувствовался до слез. После пира феаки и их гость отправились на место собраний, где устроили соревнования по бегу, борьбе и кулачному бою. Одиссей стал лучшим в состязаниях по метанию больших камней. Затем они

Затем Алкиной

Затем добрый Алкиной решил, что двенадцать правителей, находившихся у него в подчинении, также должны преподнести подарки Одиссею, так что он мог отправиться на ужин с легким сердцем. Во время ужина Одиссей

Через слугу он отослал этот лакомый кусок сказителю Демодоку и попросил его поведать всем о деревянном коне. Таким образом, мы узнаем новые подробности истории, о которой уже рассказывал Менелай в четвертой книге. Сказитель спел о том, как Одиссей построил коня и поместил внутрь его храбрейших из греческих воинов. Чтобы усыпить бдительность троянцев, другие греки потушили костры рядом со своими хижинами, сели на корабли и уплыли прочь. Троянцы затащили коня внутрь крепостных стен и сели вокруг него, удивляясь и споря между собой, что с ним делать. А затем ахейские сыны выскочили из коня и захватили город. Нужно помнить, что все это время феаки не подозревали, что они развлекают того самого Одиссея.

В конце восьмой книги Алкиной обращается к нему с просьбой рассказать о своих приключениях.

В девятой песни он так и делает, начиная свое повествование со слов:

Здесь самое место обратиться к тем из наших читателей, которые сами любят рассказывать истории, чтобы они оценили по достоинству, как хорошо продумана структура «Одиссеи».

Итак, до сих пор у нас шла речь только о том, что произошло с Одиссеем после того, как он покинул остров Калипсо. Наше любопытство лишь отчасти было удовлетворено краткими упоминаниями о тех приключениях, которые произошли с ним до этого момента. И наш интерес не ослабевает, поскольку мы знаем, что еще много событий должно произойти до того, как он в конце концов доберется до Итаки.

Вот та история, которую Одиссей поведал феа-кам. Когда он и его люди покинули Трою, ветер отнес их корабль к городу Измару, что во Фракии. Они захватили город и успели перебить многих из его жителей, но тут их соседи пришли им на помощь, и ахейцы вынуждены были отступить на свои корабли.

Затем в течение девяти дней их корабль носила буря, пока его не прибило к «земле лотофагов, пищей цветочной себя насыщающих». Некоторые из греков, отправившиеся на разведку, рискнули эту пищу попробовать:

Вновь они отправились в путь и вскоре прибыли в землю циклопов на Сицилии. Там Одиссей и двенадцать человек из его команды отправились осмотреть окрестности и попали в пещеру великана. Они затаились в ней, предвкушая забавное приключение, но, когда великан вернулся и швырнул на пол огромное бревно, предназначенное для костра, Одиссей и его спутники спрятались в глубине пещеры. Между тем великан перекрыл вход в пещеру громадным валуном, а затем начал готовить себе ужин.

Рис. 31. Ахилл направляется на остров Блаженных

Вскоре он заметил ахейцев и, не обращая внимания на объяснения Одиссея,

……………….. ответа не дав никакого, он быстроПрянул, как бешеный зверь, и, огромные вытянув руки,Разом меж нами двоих, как щенят, подхватил и ударилОземь; их череп разбился; обрызгало мозгом пещеру.Он же, обоих рассекши на части, из них свой ужасныйУжин состряпал и жадно, как лев, разъяряемый гладом,Съел их, ни кости, ни мяса куска, ни утроб ни оставив.

Вскоре великан уснул. Утром он проглотил еще двоих людей и ушел, перекрыв перед этим вход в пещеру камнем, так что Одиссей и его спутники оказались в западне.

Одиссей придумал план их спасения. Циклоп оставил в пещере здоровенную дубину, и мы можем себе представить, каким на самом деле громадным он был, если дубина его по размерам равнялась «мачте черного корабля, двадцативесельного». Одиссей отрубил от нее кусок длиной в три локтя, гладко обтесал, выровнял, заострил конец и закалил его на огне.

Рис. 32. Остров вблизи Корфу, возле которого, согласно легенде, потерпел крушение корабль Одиссея

Вечером великан вернулся обратно, запустил всех своих овец в пещеру, а затем съел еще двух человек. У Одиссея было с собой вино, и он подал великану сначала один кубок, потом другой и так до тех пор, пока тот не опьянел. Перед этим Одиссей сказал великану, что его зовут «Никто». И вот пришло время действовать:

Кол свой достав, мы его острием на огонь положили;Тотчас зардел он; тогда я, товарищей выбранных кликнув,Их ободрил, чтоб со мною решительны были в опасномДеле. Уже начинал положенный на уголья кол нашПламя давать, разгоревшись, хотя и сырой был;поспешноВынул его из огня я; товарищи смело с обоихСтали боков – божество в них, конечно, вложилоотважность;Кол обхватили они и его острием раскаленнымВтиснули спящему в глаз; и, с конца приподнявши,его яНачал вертеть, как вертит буравом корабельныйстроитель,Толстую доску пронзая; другие ж ему помогают, ремнямиОстрый бурав обращая, и, в доску вгрызаясь, визжит он.Так мы, его с двух боков обхвативши руками, проворноКол свой вертели в пронзенном глазу: облился онгорячейКровью; истлели ресницы, шершавые вспыхнули брови;Яблоко лопнуло; выбрызнул глаз, на огне зашипевши.Так расторопный ковач, изготовив топор иль секиру,В воду металл (на огне раскаливши его, чтоб двойнуюКрепость имел) погружает, и звонко шипит он в холоднойВлаге: так глаз зашипел, острием раскаленнымпронзенный.Дико завыл людоед – застонала от воя пещера.В страхе мы кинулись прочь; с несказанной свирепостьювырвавКол из пронзенного глаза, облитый кипучею кровью,Сильной рукой от себя он его отшвырнул…

В агонии великан кричал столь громко, что его соседи прибежали ему на помощь. Они спросили его снаружи, в чем дело, на что тот отвечал, что: «его убил Никто». На это они ему резонно ответствовали, что если его убивает «Никто», так в чем тогда, собственно говоря, дело?

Великан ощупью нашел дорогу к выходу из пещеры, убрал валун и сел около него, так что ахейцы не могли убежать. Тем не менее, Одиссей придумал, как его перехитрить. Для этого нужно было связать овец по трое. В каждой такой связке к средней овце снизу цеплялся человек. Одиссей и сам прицепился к одной подобным образом. Ослепленный великан ощупывал только спины своих овец и поэтому не нашел непрошеных гостей.

Великан Полифем был сыном Посейдона, бога морей, именно поэтому и обратился к нему с просьбой, чтобы Одиссей и его люди никогда не смогли бы добраться до своей родной Итаки. Если же им это все-таки удастся, то только после многочисленных злоключений. Вот так и начались трудности Одиссея.

В десятой песни они добираются до родного острова Эола, который плавает по морю, окруженный скалами, грозно выступающими из моря, укрепленными сверху неприступной медной стеной. Здесь Одиссея радушно приняли, и он продолжил свой путь дальше. Все должно было закончиться хорошо, поскольку Эол – хранитель ветров – даровал странникам добрый западный ветерок, как раз тот, который и нужен был Одиссею, а все остальные спрятал в мешок из бычьей кожи. Западный ветер почти донес их корабль к родным берегам, так что издали уже можно было разглядеть Итаку, но, пока Одиссей спал, его люди развязали мешок с ветрами, желая узнать, какое сокровище в нем хранится. Но из мешка вырвались буйные ветра и отнесли их обратно к острову Эола. На этот раз их встретили плохо и прогнали прочь как «ненавидимых бессмертными богами».

Рис. 33. Изображение эпинетрона, или прялки

Рис. 34. Работа на веретене

Одиссей и его спутники плыли в течение шести дней, а на седьмой день прибыли к Ламосу. Здесь на них напал народ великанов, и из двенадцати кораблей только тот, на котором находился сам Одиссей и его люди, смог спастись. Теперь он плыл в одиночестве и прибыл на остров Эа, где обитала светлокудрая Цирцея.

Вперед с несколькими людьми отправился Эврилох, и они подошли к палатам Цирцеи:

Около дома толпились горные львы и лесныеВолки: питьем очарованным их укротила Цирцея.Вместо того чтоб напасть на пришельцев, ониподбежалиК ним миролюбно и, их окруживши, махали хвостами.

Мореплаватели подошли к дворцу и зашли внутрь. Цирцея предложила им вина, но Эврилох несколько замешкался, а затем с ужасом увидел, что происходит с его приятелями:

…ими отведан напиток, ударомБыстрым жезла загнала чародейка в свиную закутуВсех; очутился там каждый с щетинистой кожей,с свиноюМордой и с хрюком свиным, не утратив, однако,рассудка.Плачущих всех заперла их в закуте волшебница, бросивИм желудей, и свинины, и буковых диких ореховВ пищу, к которой так лакомы свиньи, любящие рыломЗемлю копать.

Гермес одарил Одиссея травой добродетели, с помощью которой можно было противостоять чарам Цирцеи. Обретя такую способность, он заключил с ней соглашение, согласно которому его люди вновь обретают человеческий облик, что и было сделано, но взамен они должны были оставаться у нее в течение года: «…наслаждайтесь питьем и едою покуда».

В одиннадцатой песни Одиссей покидает Цирцею и отправляется к пределам обитаемого мира, где жили ужасный Аид и его жена Персефона. Там он совершает жертвоприношения, и души умерших являются ему. Один из них, Терезий, предупреждает Одиссея, что его собственная смерть придет с моря, и советует ему при возвращении на Итаку:

Одиссей видит дух своей матери, и она говорит ему:

Много других душ известных людей подходило к Одиссею, перейдя через луг Асфодель, – Агамемнон, Ахилл, а также Патрокл, с которыми он сообща сражался под Троей. Там же он увидел и обреченного на страдания Тантала, который стоял в воде, доходившей ему до подбородка, но она каждый раз отступала, как только он наклонялся, чтобы напиться. Точно так же и высокие деревья отклоняли свои ветви с плодами, как только он начинал к ним тянуться. Там можно было встретить еще и Сизифа, который был обречен на то, чтобы постоянно пытаться закатить вверх громадный камень.

В двенадцатой песни Одиссей покидает владения Аида, и его следующее приключение острова сирен, которые зачаровывали людей своим пением и заманивали их на гибель. Одиссея привязали к мачте его корабля, а уши других моряков были залеплены воском, поэтому они и не могли слышать чудесного пения.

Затем настал черед приключению, связанному со Сциллой и Харибдой. Сцилла была ужасным чудовищем с двенадцатью ногами, шестью шеями, каждую из которых венчала голова с тремя рядами зубов. Она жила в пещере и, обрушившись сверху на корабль, утащила с него шестерых членов команды. Харибда была водоворотом, который сначала засасывал воду, а затем выталкивал ее обратно. При преодолении этих опасностей моряков ожидала неминуемая гибель, поскольку на острове Тринакиа они убили быков, принадлежавших богу Гелиосу. Вот почему корабль и вся его команда погибли во время сильного шторма и только Одиссей был спасен Калипсо и жил потом вместе с ней на острове Огигия, где, собственно говоря, мы впервые и встречаемся с Одиссеем в «Одиссее».

С этого момента повествование о возвращении Одиссея на Итаку подходит к завершающей стадии, но интрига все еще сохраняется, поскольку мы уже знаем, что там должны произойти драматические события, после того как он найдет в своем доме женихов.

В тринадцатой песни Одиссей отправляется на Итаку благодаря помощи Алкиноя. Он уснул на корабле, и его перенесли на берег родного острова, даже не разбудив. После этого добрые феаки отправились восвояси. Грустно рассказывать о том, что Посейдон отомстил им, когда их корабль уже приближался к родным берегам:

В наши дни на Корфу местные жители покажут вам островок, возле которого, по их словам, корабль Одиссея разбился о прибрежные камни. На рис. 32 представлен вид этого островка.

Когда Одиссей проснулся, он обнаружил рядом с собой свою верную союзницу богиню Афину, и она сказала:

В этом наряде он и отправился в дом Эвмея, свинопаса, в то время как Афина поспешила в Спарту, чтобы поскорее вернуть обратно Телемака. Этот эпизод возвращает нас к событиям, упоминавшимся в четвертой книге.

В четырнадцатой песни Одиссей приходит в дом свинопаса и выясняется, что

Рис. 35. Телемак и Пенелопа у ткацкого станка

Рис. 36. Омывание ног Одиссея

Свинопас радушно принял Одиссея, угостив его жареной свининой, посыпанной белой ячменной мукой. От него же Одиссей услышал о бесчинствах женихов.

В пятнадцатой песни Телемак возвращается домой благодаря помощи Афины и, счастливо избегнув встречи с женихами, которые поджидали его, приходит в дом свинопаса.

В шестнадцатой песни Эвмей отправляется в город, а Одиссей представляется своему сыну. Помогая ему в этом, Афина:

Когда свинопас возвращается, Одиссей опять превращается в старого нищего.

В семнадцатой песни Телемак приходит к своей матери Пенелопе, чтобы рассказать о своем путешествии, а вечером Одиссей и свинопас идут к

По дороге они встретили Мелантия, козопаса, который обругал их. В доме Одиссея никто не узнал их, кроме его старого пса, Аргуса, который

Итак, пес узнал голос своего хозяина и:

Затем Одиссей входит в дом, садится вблизи входа, наблюдая за пиршеством и слушая сказителя. Там же был и Телемак, который через свинопаса передал ему еду, а также сказал, чтобы он попросил женихов подать что-нибудь. Это Афина убедила его так поступить, чтобы испытать женихов. Все подали Одиссею хоть что-нибудь, за исключением Антиноя, который схватил скамейку и ударил ею его по спине. Пенелопа услышала это и, возмущенная тем, что со странником поступают подобным образом, послала за ним.

В восемнадцатой песни настоящий нищий, по имени Ир, приходит в этот дом и, полагая, что Одиссей является его соперником, хочет прогнать его прочь. Женихи подзадоривают их обоих и обещают победителю вознаграждение:

В состоявшемся затем кулачном бою Одиссей легко одержал победу и получил в награду лакомое блюдо.

Затем Пенелопа в сопровождении своих служанок спустилась с верхних покоев в зал и Афина одарила ее неземной красотой. «Стоя возле столбов, подпиравших на совесть сработанную крышу», она пристыдила Телемака за то, что он позволил, чтобы со странником плохо обращались. Великолепная красота Пенелопы побудила женихов вновь возобновить свои попытки покорить ее:

Затем последовала веселая сценка. Одиссей ликовал, что Пенелопа поступает с женихами подобным образом. Когда Пенелопа ушла вместе с дарами, женихи начали плясать:

Одиссей посоветовал служанкам отправиться за ней следом и помочь ей мотать пряжу или же прясть шерсть, но они только смеялись в ответ. Женихи также начали издеваться над Одиссеем, а затем отправились по домам.

В девятнадцатой песни Одиссей побуждает Телемака убрать все оружие из зала и говорит ему, как это нужно объяснить женихам. Дескать, это делается для того, чтобы они могли перессориться между собой и поранить друг друга: «Само собою прилипает к руке роковое железо».

Рис. 37. Строительство лодки

Рис. 38. Замок времен Гомера

Это первое упоминание о железном оружии – до сих пор мы слышали только об изделиях из бронзы. На помощь Телемаку была призвана старая кормилица Эвриклея, и с ее помощью все оружие было спрятано в кладовой. Афина Паллада принесла огонь в лампаде. Его сияние привело Телемака в восхищение, и он сказал:

«…Родитель,В наших очах происходит великое, думаю, чудо;Гладкие стены палаты, сосновые средние брусья,Все потолка перекладины, все здесь колонны так ясноВидны глазам, так блистают, как будто б пожар былкругом их,Видно, здесь кто из богов олимпийских присутствуеттайно».

Телемак отправился отдыхать, а Пенелопа спустилась в зал:

…Сесть ей к огню пододвинули стул, из слоновойКости точенный, с оправой серебряной, чудной работыИкмалиона (для ног и скамейку приделал художникК дивному стулу). Он мягко-широкой покрыт быловчиной.

Рис. 39. Одиссей, стреляющий в женихов

Пенелопа переговорила с Одиссеем и рассказала ему, как досаждали ей женихи, как три года водила их за нос. В течение дня она ткала саван для Лаэрта, а ночью распускала все сделанное за день, однако теперь она не может прогнать женихов прочь, хотя: «Одиссей, лишь его неотступное требует сердце».

Одиссей не решился открыться своей жене, лишь сказал ей: «Правду одну я скажу, ничего от тебя не скрывая», и намекнул, что ее муж находится где-то поблизости. Пенелопа уже и не чаяла поверить в то, что это может быть правдой, и послала за старой няней Эвриклеей, чтобы та омыла страннику ноги. Няня узнала Одиссея по шраму на ноге, полученному им давно во время охоты. Пенелопа не заметила того, что та его узнала.

Рис. 40. Истребление женихов

Она рассказала Одиссею о том, какое испытание собирается устроить женихам утром:

«…предложить им стреляньеИз лука в кольцо хочу я: супруг Одиссей здесьдвенадцатьС кольцами ставил, бывало, жердей, и те жердине близкоСтавил одну от другой, и стрелой он пронизывалкольцаВсе. Ту игру женихам предложить я теперь замышляю;Тот, кто согнет, навязав тетиву, Одиссеев могучийЛук, чья стрела пролетит через все (их не тронув)двенадцатьКолец, я с тем удалюся из этого милого дома,Дома семейного, светлого, многобогатого, где яСчастье нашла, о котором я сонная буду крушиться».

Пенелопа затем поднялась в верхние покои.

В двадцатой песни Одиссей устраивается на ночлег в прихожей дома, а поутру являются женихи, чтобы продолжить свой пир. Афина возбуждает в них гнев на Одиссея.

В двадцать первой песни Пенелопа спускается по высокой лестнице из своих покоев, берет изогнутый бронзовый ключ с рукояткой из слоновой кости и отправляется в кладовую:

Там она находит изогнутый лук Одиссея, а также колчан и стрелы. Все это Пенелопа относит в зал к женихам, побуждает их устроить между собой соревнование и, предлагая в качестве приза себя, говорит:

Телемак поставил жерди:

Телемак сам попытался натянуть лук, но это ему не удалось. Затем то же самое попытался сделать Леодей, но с тем же результатом. Антиной, еще один из женихов, приказал козоводу:

Рис. 41. Охота на кабана

Однако огонь и сало не помогли, и женихи один за другим потерпели неудачу, так и не сумев натянуть лук. Пока все это происходило, Одиссей отправил из прихожей козовода и свинопаса, открывшись им, кто он такой. Он распорядился, чтобы они возвращались обратно в прихожую по отдельности, а также сказал Эвмению, свинопасу, сделать так, чтобы лук оказался у него в руках; помимо этого

«…ты велишь, чтоб рабыни немедляЗаперли в женские горницы двери на ключ и чтоб, еслиШум иль смятенье в столовой послышится им, непосмелаТронуться с места из них ни одна, чтоб спокойно сиделиВсе, ни о чем не заботясь, и делом своим занимались».

Филиту, коровнику, было сказано, чтобы он

…запер ворота;Был там в сенях корабельный пеньковый канат; имсвязал онКрепко затвор у ворот…

К тому времени уже все женихи испытали свои силы, но не смогли натянуть лук. Одиссей попросил, чтобы ему также дали возможность принять участие в состязании, но это только вызвало гнев у женихов. Телемак отослал свою мать из прихожей в ее верхние покои и вручил лук Одиссею.

Рис. 42. Игра в шашки

Свинопас предупредил няню Эвриклею, чтобы та заперла на засов двери в женские покои, а коровник молча бросился к воротам во дворе и закрыл их. Игра подошла к своему последнему акту. Одиссей берет свой громадный лук и

…Как певец, приобыкшийЦитрою звонкой владеть, начинать песнопенье готовясь,Строит ее и упругие струны на ней, из овечьихСвитые тонко-тягучих кишок, без труда напрягает —Так без труда во мгновение лук непокорный напряг он.Крепкую правой рукой тетиву потянувши, он еюЩелкнул: она провизжала, как ласточка звонкая в небе.

И великая печаль овладела женихами. Одиссей затем берет одну из стрел и:

К луку притиснув стрелу, тетиву он концом оперенным,Сидя на месте своем, натянул и, прицеляся, в кольцаВыстрелил, – быстро от первого все до последнегокольца,Их не задев, пронизала стрела, заощренная медью.

Затем:

…Телемак богоравныйПонял условленный знак; он немедля свой меч опоясал,В руки схватил боевое копье и за стулом отцовымСтал, ко всему изготовясь, оружием медным блестящий.

В двадцать второй песни Одиссей скидывает с себя лохмотья и запрыгивает на порог вместе со своим луком и колчаном, полным стрел. Первым же выстрелом он убивает Антиноя, и женихи бросаются искать свои щиты и копья, но тут выясняется, что кто-то убрал их из зала. Затем Одиссей дал им знать, кто он такой, и бойня стремительно продолжилась. Женихи схватились за мечи, и кто-то сказал:

Амфиномий напал на Одиссея из-за двери, но Телемак выбил у него копье и, убив его сзади, бросился к отцу. Одиссей отправил сына за оружием, и он «бросился в верхнюю горницу, где находились доспехи». Там он взял четыре шлема, четыре щита и восемь копий, то есть по одному шлему, щиту и по два копья для Одиссея, Телемака, свинопаса и коровника, которые сражались на их стороне.

В данном месте поэма представляет значительный интерес с точки зрения описания архитектурных подробностей, и мы призываем наших читателей обратить внимание на некоторые детали, которые мы намереваемся привести ниже:

Затем один из женихов спросил, может ли кто-нибудь выбраться через боковую дверь, поскольку основной выход был перекрыт, а затем позвать на помощь. Меланфий, козовод, который сражался на стороне женихов, сказал, что это невозможно, но обещал найти оружие: «В горницу тайно прокрался, где складены были доспехи».

Там он взял двенадцать шлемов, щиты, копья и принес их женихам. Как ему удалось вернуться обратно, история умалчивает. Это был тот же самый покой, куда ходил и Телемак, поскольку он помнил, что он оставил дверь открытой. Дверь должна была быть видна из прихожей, поскольку Телемак говорит, что один из женихов мог проследить за ним. Меланфий опять туда направился, но Эвмей и коровник были отправлены, чтобы схватить его, что они и сделали, а затем, связав, подтянули вверх и оставили висеть на потолочной балке.

Затем Афина приходит на помощь Одиссею:

И женихи побросали свои копья в отчаянии. Сторонники же Одиссея воспряли духом:

Пощадили только сказителя Фемия и слугу Медона, которые вышли во двор и сели возле алтаря. Одиссей отправил Телемака за старой няней Эвриклеей, а затем попросил ее отправить женщин, чтобы они прибрали в зале, а заодно потребовал у нее назвать имена служанок, которые сочувствовали женихам. Затем Одиссей приказал Телемаку убить этих служанок, и их вывели из прихожей «во двор, меж стеною и житною круглою башней».

К высокой перекладине был привязан корабельный канат, протянутый под сводом. На шеях женщин были затянуты петли, и они были повешены так, «что было ногой до земли им достать невозможно».

Затем слуги вымыли и очистили дом с помощью горящей серы, «и все кончено было».

В двадцать третьей песни старая няня идет в покои Пенелопы, чтобы сообщить ей добрые вести о возвращении Одиссея, но Пенелопа думает, что та сошла с ума, и отказывается ей верить. Тем не менее, она спускается вниз и входит в зал, переступая через камень у порога. Она садится напротив Одиссея в свете очага и все еще отказывается верить, что этот незнакомец в рваной одежде и есть ее благородный муж, который оставил ее двадцать лет назад. Телемак упрекает ее за эти сомнения, а Одиссей ждет, когда она с ним заговорит. Афина приходит ему на помощь, после того как он искупался и облачился в новые одежды, она дарует ему красоту и делает его моложе – так что в конце концов Пенелопа убеждается в том, что это на самом деле ее муж, который возвратился домой.

Утром Одиссей разбудил Телемака, коровника, а также свинопаса и отправился вместе с ними проведать своего престарелого отца Лаэрта, который жил за городом:

Они застали его в саду подчищающим деревцо, и Одиссей открылся ему. Лаэрт попросил его предъявить в доказательство только ему известные знаки, и Одиссей показал ему рубец, оставленный некогда бивнем кабана, а также деревья в саду, которые отец ему подарил, когда сын еще был ребенком. Таким образом Лаэрт убедился, что его сын на самом деле вернулся назад, после чего они отправились в его дом и устроили там пир.

Тем временем стали распространяться слухи об убийстве женихов и их друзья вооружились, чтобы отомстить Одиссею. В этом месте, как мы полагаем, Гомер остановился в некотором раздумье относительно того, как бы ему повернуть повествование в нужное русло. Понятно, что другие убийства в поэме после истребления женихов уже были излишними, однако и жажда мести их друзей также каким-то образом должна была быть удовлетворена. Поэтому поэт делает так, что Афина обращается к владыке Зевсу, и тот предлагает, чтобы Одиссей оставался правителем до конца своих дней, а на мстителей напало забытье, и они бы позабыли об убийстве их детей и братьев. Это был бы типичный современный «happy end», но это не устраивало слушателей Гомера. Он делает так, что мстители выступают против Одиссея и приходят к дому Лаэрта в тот момент, когда пир в самом разгаре. Одиссей вместе со своим сыном поднимаются и облачаются в доспехи, а старик счастлив сказать:

И сероглазая богиня Афина из сострадания к Лаэрту вдохнула в него великую силу, и прожитые им годы отступили от него. Он вновь стал молодым, схватив копье, метнул его в Эвпейта и убил того. После этого, и не только вслед за этим, забвение напало на всех людей, так что они могли жить далее счастливо.

1 Капитель – выделенная верхняя часть столба или колонны.

2 Эрехтейон – совместный храм Афины и Посейдона Эрехтея на афинском Акрополе. Построен в конце V в. до н. э. Свою известность получил благодаря портику в виде скульптурной группы кариатид, представляющих собой один из шедевров древнегреческого искусства.

3 При раскопках античных городов в Северном Причерноморье неоднократно находили отрывки из произведений Гомера, как правило, начальные строки «Илиады» или «Одиссеи», которые, очевидно, представляли собой ученические упражнения. Такие же отрывки, только написанные чернилами на деревянных табличках, находили и при раскопках в Египте. Одна из них хранится в Британском музее.

Кроме того, древнегреческий автор рубежа I–II вв. н. э. Дион Хрисостом, лично посетивший Ольвию, рассказывает о том, что в его время каждый ольвиополит считал делом чести знать наизусть произведения Гомера (Orat. XXXVI, 9—10).

1 Древние греки называли симпозиумом дружескую вечеринку, на которой пили вино. Свое нынешнее значение это слово приобрело только в Новое время.

2 Все цитаты из «Одиссеи» даны в переводе В.А. Жуковского.

3 Все цитаты из «Аргонавтики» даны в переводе Н.А. Чистяковой.

4 Колхида – древняя страна на территории современной Грузии, где греки основали несколько городов, в том числе Фасис и Диоскуриаду.

5 Феб – одна из эпиклез Аполлона, воплощение его солнечной ипостаси. Среди других его наиболее известных эпиклез можно назвать Дельфиний – покровитель купцов и мореходов, а также Целитель – покровитель первых колонистов и колонизационных мероприятий. Особое распространение культ Аполлона Целителя получил в Северном Причерноморье. Так, например, на Боспоре Киммерийском он являлся на протяжении архаического, классического и эллинистического периода верховным божеством Европейского Боспора (совр. Керченский полуостров), а также выступал как покровитель правящих династий Археанактидов и Спартакидов.

Культ Аполлона в своей основе имеет малоазийское происхождение, очевидно, именно поэтому в «Илиаде» он неизменно выступает на стороне троянцев.

6 «Беовулъф» – героический эпос германских народов, сложился в конце VII – первой трети VIII в.

7 Данные археологии не подтверждают связи между неолитическим населением Греции и Британии. Не исключено, что авторы имели в виду культуры эпохи бронзы. Одна из них, так называемая культура колоколовидных кубков, охватывала огромную территорию, включавшую в себя в том числе северные области Балканского полуострова, большую часть Центральной Европы, Францию, а также и Британию. Именно носителями этой культуры был возведен знаменитый Стоунхендж.

Летом 2002 г. недалеко от Стоунхенджа было найдено исключительно интересное захоронение мужчины, которому могло быть примерно 35–45 лет. Судя по данным радиоуглеродного анализа, оно датируется в пределах 2400–2200 гг. до н. э. и, таким образом, появляется как раз в то время, когда древние строители возводили основной комплекс Стоунхенджа и прокладывали мощеную дорогу в сторону реки Эйвон.

Отличительной чертой этого захоронения был богатейший набор медных и золотых изделий, подобного которому в комплексах этого времени на территории Британии ранее еще никогда не находили. Местная пресса уже окрестила погребенного мужчину «лучником из Эмсбери» и даже «королем Стоунхенджа», намекая, с одной стороны, на лежавший рядом с ним колчан, полный стрел, от которых, естественно, сохранились только каменные и костяные наконечники, а с другой – на его явно высокое общественное положение.

Судя по химическому анализу зубов и костных останков мужчины, свои молодые годы он провел в области с более прохладным климатом, чем Британия, скорее всего, расположенной недалеко от Альп. К сожалению, мы никогда не знаем причин, побудивших его проделать длительное и невероятно трудное по тем временам путешествие, чтобы оказаться у своих соплеменников на далеком острове.

Рядом с упомянутым захоронением было найдено еще одно погребение того же времени, принадлежавшее мужчине примерно 20–25 лет, по своему богатству и разнообразию инвентаря почти не уступавшее первому. Получается, что окрестности Стоунхенджа служили местом погребения местной элиты раннего бронзового века, поддерживавшей тесные контакты с континентом.

1 Многие читатели «Илиады», наверное, обращали внимание на то обстоятельство, что город, который осаждали греки, именуется то Троей, то Илионом, точно так же, как и сами греки называются то данайцами, то ахейцами, то аргивянами, хотя эти названия отнюдь не являются синонимами и ими обозначались совершенно разные греческие племена. Безусловно, вся эта путаница является следствием поэтапного формирования эпоса, его многослойности. По всей видимости, в «Илиаде» отразились сведения о многочисленных военных экспедициях греческих племен против различных городов, расположенных на побережье Малой Азии.

Нетрудно заметить, что греки и троянцы разговаривают на одном и том же языке, почитают одних и тех же богов, имеют одинаковые обычаи, носят одни и те же одежды и тому подобное. Все это еще раз ставит под сомнение реальность описываемых событий.

2 Трактовка образа Агамемнона в «Илиаде» выглядит очень противоречивой – он может быть добрым другом и советчиком, но может выступать и как злобный и завистливый тиран. Как мы помним, именно его конфликт с Ахиллом, у которого он захватил его законную добычу, чуть не привел к поражению греков. Безусловно, подобная противоречивость отражает поэтапное формирование образа этого героя.

По всей видимости, Агамемнон был реальным историческим персонажем. Устойчивая традиция неизменно связывает его со «златообильными» Микенами, Ахеей и Арголидой. В конце VIII в. до н. э. в Микенах существовало святилище Агамемнона. Есть данные и о его связи со Спартой, где, согласно Гомеру, правил его младший брат Менелай.

3 Имя Ахилл встречается в табличках микенского времени, написанных линейным письмом В, из Кносса и Пилоса. Однако это самые обычные люди, отнюдь не герои.

Судя по всему, в троянский цикл Ахилл был включен достаточно поздно, так как он не участвует ни в завязке войны, ни в ее окончании. Трактовка его образа у Гомера выглядит крайне недостоверной. Так, он постоянно говорит о том, что Ахилл был наследником Пелея, правившего во Фтии, небольшом царстве на севере Греции, тогда как его подданными неизменно называются мирмидоняне, жившие, согласно легендам, на острове Эгина, располагавшемся в южной части Центральной Греции.

Первоначально, очевидно, Ахилл выступал как бог смерти и лишь позднее превратился в героя. Особое распространение его культ получил в Северном Причерноморье. Так, например, его святилища обозначали границы Ольвийского полиса. На Боспоре Киммерийском также существовал городок Ахиллий с расположенным в нем святилищем этого героя (Strabo, XI, 2, 6–8). Автор перевода и этих комментариев опубликовал исключительно интересные материалы, связанные с культом Ахилла, найденные в святилище на поселении Каменная Батарейка (Таманский полуостров). Именно там и должен был располагаться античный Ахиллий.

4 Мирмидоняне – в античной легендарной традиции послушный и исполнительный народ, готовый беспрекословно выполнить любое повеление своего повелителя.

5 Все отрывки из «Илиады» даны в переводе В.Н. Гнедича.

6 Имя Одиссея исходя из древнегреческого языка трактовке не поддается, что может говорить о том, что в основе этого образа лежит местное догреческое божество, особенно популярное в западных областях Средней Греции и Северного Пелопоннеса.

На Итаке существовал грот, посвященный нимфам, но в нем также почитался и Одиссей. В ходе раскопок, предпринятых в 1930-х гг., в этом святилище было найдено тринадцать прекрасно изготовленных бронзовых светильников IX–VIII вв. до н. э. Скорее всего, об этой достопримечательности знал Гомер, поскольку в тринадцатой песни «Одиссеи» он упоминает о том, что феаки преподнесли в дар Одиссею именно тринадцать бронзовых светильников.

Согласно позднейшим легендам, Одиссей умер в Италии, на территории Этрурии, где пытался основать город Кормону.

7 Имеется в виду папа Григорий I Великий (539–604), который в 597 г. отправил в Британию миссию во главе со святым Августином (ум. 604) проповедовать христианское вероучение в королевстве Кент, положив тем самым начало христианизации германских племен – ютов, саксов и англов. Именно в этом году было основано знаменитое Кентерберийское аббатство, которое до сих пор является одним из важнейших религиозных центров Великобритании, а глава англиканской церкви, как известно, носит звание архиепископа Кентерберийского.

8 Как мы помним, Парис появляется в самом начале «Илиады», участвуя в споре между богинями относительно степени их привлекательности. Его выбор решил дело в пользу Афродиты, что и послужило прологом к Троянской войне. Следующим заметным эпизодом, в котором он принимает участие, стало убийство Ахилла. Но и здесь он как бы принимает пассивное участие, поскольку выпущенную им стрелу направлял Аполлон. На протяжении всего остального повествования Парис заметной роли не играет, отходя на второй план. Это может говорить о том, что автор или авторы «Илиады» использовали какие-то легенды с его участием, но при позднейших неоднократных редакциях от них остались лишь незначительные фрагменты. Двойное имя героя – Парис и Александр – также указывает на сложность формирования его образа.

Вот что хотелось бы особо отметить. При раскопках столицы хеттского государства Хаттусы (совр. городок Богазкей в Малой Азии) была найдена клинописная табличка XIII в. до н. э. с текстом договора, в котором упоминается Александус, царь Вилусы (Илиона). Этот договор он вынужден был заключить с хеттским правителем, обещая ему в обмен на помощь сохранение союзнических отношений. Причем гарантом нерушимости договора со стороны Александуса выступает бог Апалиунас, в котором не так уж и трудно опознать позднейшего Аполлона.

9 Елена в «Илиаде» также упоминается только в самом начале, не играя затем по ходу повествования особой роли. Гомер не случайно постоянно подчеркивал ее связь со Спартой. Оказывается, что в этом городе еще с микенских времен она почиталась как богиня и там же существовало ее святилище. Есть еще одно очень примечательное свидетельство архаичности ее культа – она относилась к числу тех богинь, которых для достижения определенной цели необходимо было похищать. В качестве аналогии вспомним хотя бы весьма известный миф о Коре (или Персефоне), которую похитил Аид, но затем по требованию ее матери, богини плодородия Деметры, вынужден был отпускать ее на определенное время каждый год.

10 Достоверных сведений о Менелае в источниках не сохранилось. По всей видимости, это вымышленный персонаж, причем попал он в «Илиаду» достаточно поздно.

11 Авторы закончили свою книгу еще до начала Второй мировой войны, поэтому великой войной они явно называют Первую мировую войну. Однако в современной западной историографии великой войной принято называть Первую и Вторую мировые войны, вместе взятые, справедливо полагая, что одна явилась следствием другой и в ходе их обеих решался один и тот же комплекс противоречий.

12 Нестор в «Илиаде» играет второстепенную роль, но выделяется он тем, что по ходу повествования выступает как единственный безусловно положительный персонаж. Никакие дурные поступки за ним не числятся, а к его мнению всегда прислушиваются. Достоверных сведений о нем не сохранилось, по всей видимости, это вымышленный образ, причем попал он в «Илиаду» достаточно поздно.

13 Перикл – афинский государственный деятель (ок. 490–429 г. до н. э.). С его именем связан пик политического и военного могущества Афин, при нем же демократический строй достиг своего наивысшего развития.

14 Курганы в эпоху бронзы возводились не только на территории Англии. Хорошо они известны, например, и на пространствах бывшего СССР. Раньше всего курганы появляются у населения так называемой ямной культурно-исторической общности рубежа энеолита – ранней бронзы, занимавшей огромную территорию от Дуная до

Урала и названной так по характерным погребениям в ямах под невысокими курганами. Впрочем, в последнее время некоторые исследователи предпочитают делать ударение на первой части сочетания «культурно-историческая общность», полагая, что это не единая археологическая культура, оставленная родственными племенами, а совокупность совершенно разных по происхождению культур, объединенных лишь общностью мировоззрения и некоторыми религиозно-мифологическими представлениями, нашедшими свое самое яркое воплощение в погребальном обряде. Как предполагается, новые мировоззренческие представления стали следствием импульсов, шедших из так называемой Балкано-Карпатской метталергической провинции.

1 Имеется в виду король западных саксов Альфред Великий (871–899), который первым из англосаксонских правителей смог подчинить себе большую часть острова, а также успешно противостоять вторжениям норманнов. Он вошел в историю как один из самых мудрых и просвещенных правителей своего времени, при дворе которого были созданы «Англо-Саксонская хроника», а также первый в Англии письменный кодекс законов. Кстати, именно при нем названия «Британия» и «Англия» эпизодически стали употребляться для обозначения одной и той же территории, хотя как синонимы они стали использоваться гораздо позднее – только с XII в.

1 Авторы сильно преувеличивают значение черноморских проливов как торговых коммуникаций для греков эпохи Троянской войны и «темных веков». Никакой экспорт зерна в то время в Грецию из припонтийских областей не шел, хотя бы потому, что для греков того времени они были практически недоступны из-за господствующих в проливах встречных ветрах и встречного течения. Греки смоги их преодолеть только на рубеже VIII–VII вв. до н. э., после того как были изобретены галеры с сорока веслами, расположенными в три ряда. Только после этого, собственно говоря, и началась колонизация южного побережья Понта.

Экспорт зерна из Северного Причерноморья на самом деле достиг значительных масштабов во время так называемой Пелопоннесской войны между Афинами и Спартой (431–404 гг. до н. э.), в которую так или иначе были втянуты почти все древнегреческие города-государства. Он продолжался примерно вплоть до рубежа IV–III вв. до н. э., пока припонтийское зерно не вытеснила более дешевая и более качественная пшеница из Египта.

2 Еще античные авторы точно высчитали дату Троянской войны – 1194–1184 гг. до н. э., но, принимая во внимание все сказанное об исторической недостоверности самого события, нельзя, конечно, принимать на веру и эту дату.

3 Речь идет о событиях в Британии, последовавших после ухода римлян с острова в 410 г. Дело в том, что кельтское население южной части острова, известное под обобщенным названием бритты, за четыре века римского господства в вопросах обеспечения собственной безопасности полностью привыкло полагаться на римлян. Воспользовавшись благоприятным моментом, на них стали нападать их северные соседи пикты, а также ирландские пираты. Тогда правитель бриттов Вортигерн в 425 г. вынужден был пригласить с континента германских наемников, среди которых были представители различных племен – саксы, англы, юты, свевы, бургунды и некоторые другие, но вскоре их всех обобщенно стали называть саксами. Последние не зря славились как искусные воины и вскоре прекрасно справились со своей задачей. Но затем, оглядевшись и собравшись с силами, подняли около 442 г. мятеж против хозяев. Началась многовековая борьба бриттов против захватчиков, которая шла с переменным успехом, но в конце концов верх одержали англосаксы, которые основали на территории Британии ряд своих королевств. На определенном этапе борьбу бриттов возглавил знаменитый король Артур.

В результате мятежа саксов в значительной мере было уничтожено богатейшее римское культурное наследие, поэтому последовавший затем период культурной деградации и принято называть «темными веками».

4 Время жизни Гомера остается предметом ожесточенной дискуссии уже на протяжении нескольких столетий. Разброс мнений по этому поводу колеблется от XII до VII вв. до н. э., однако в настоящее время большинство исследователей склонны считать, что «великий слепец» жил примерно на рубеже VIII–VII вв. до н. э. Конечно, он не был автором «Илиады» и «Одиссеи» в современном значении этого слова. Не исключено, что Гомеру принадлежит последняя редакция этих эпических произведений, в которой он собрал и обобщил все ходившие до него в устном виде версии.

5 Древнегреческий историк Павсаний жил во II в. н. э. Его труд «Описание Эллады» до сих пор является настольной книгой не только для археологов, но и для всех интересующихся историей Древней Греции. В нем подробнейшим образом описываются все достопримечательности, имевшиеся в той или иной области Эллады.

6 Это был один из элементов обязательного домашнего воспитания девушек, которому придавалось немаловажное значение. Интересное подтверждение этому происходит из дорийской колонии Тарас в Италии, при раскопках которой была найдена чернолаковая чаша аттического производства 540–530 гг. до н. э., на внешней стороне дна которой была процарапана надпись, гласившая: «Я – приз Мелисы: она победила в соревновании между девушками по прочесыванию (шерсти)».

7 Авторы необоснованно удревняют время распространения железного оружия в Греции. На самом деле оно там началось только с Х в. до н. э.

8 Зола, образовывавшаяся при сжигании жертв в святилище, считалась священной, и ее было принято собирать в определенном месте. Туда же сбрасывались остатки жертвоприношений, храмовой утвари и тому подобное, так что постепенно на этом месте возникал громадный зольный холм. Павсаний упоминает о наличии подобных зольников вблизи святилищ Зевса в Олимпии (Paus., V, 13, 8 – 11), Зевса Ликейского в Аркадии (Paus., VIII, 38, 7), Геракла в Дидимах (Paus., V, 14, 8, 10). Известны они и в Северном Причерноморье. Самыми крупными из них были зольник в Китее, функционировавший с V в. до н. э. по IV в. н. э., и зольник в Мирмекии, время формирования которого относится к IV–III вв. до н. э.