— А я хааааааааааааачу!! — рыдала я приятным баском, пытаясь периодически уткнуться носом в грудь своего, как я надеялась, будущего наставника.

Удивительное дело, но эта самая грудь никак мне не давалась, все время умудряясь улизнуть! В конце концов, я просто обхватила руками Фьориуса за шею, а когда он в ужасе попытался отойти назад, и вовсе повисла на нем всей своей, отнюдь не маленькой, массой тела. Странные звуки, которые я приняла за кашель, оказались хрипом, видимо мое «объятие» оказалось слишком крепким для худощавого мага.

Я набрала побольше воздуха в горло и завопила:

— Хочу в чернокнижники! Ну, пожааалуйстааааааа!

Фьориус, проявив чудеса невиданной ловкости, извернулся, и все-таки стряхнув меня, резво отпрыгнул в угол:

— Мартьяша!!! О чем ты говоришь! Тебе всего 16 лет, ты ребенок!!!

— Ага, как траву на кладбище собирать или за упырями гоняться, так я взросла-я-я-я, — проревела я, мелкими шажками продвигаясь в сторону собеседника, чье лицо при виде моих маневров приобрело откровенно перепуганное выражение.

— Мартьяша, какая из тебя чернокнижница, ну, посмотри на себя! Тебе самой не смешно? — простонал несчастный маг.

Но я решила, что добью его, в смысле, буду учиться у него, и не отступлюсь! Не отвертится!

— Да! — гордо подняв голову, ответила я, — я маленького роста, пухленькая, у меня светлые кудряшки и круглые голубые глаза, нос-пуговкой… У меня нестандартная красота!

Фьориус поперхнулся, но возразить на мое яростное выступление не рискнул. И правильно сделал! Я с этими упырями так натренировалась, догоню любого! И навешаю! — Мартьяша, тебе придется жрать всякую дрянь! Червяков, например! Или паучьи лапки! — попытался меня застращать колдун.

— Ерунда! — авторитетно заявила я. — Вот если бы ты сказал, гороховую кашу…

Я передернулась и брезгливо скривилась. От одного названия мутит! Подумаешь, пару жучков проглотить!

— Ну, хорошо, Мартьяша, — тяжело вздохнул Фьориус, — я беру тебя в ученицы.

— Ура-а-а-а-а!! — радостно заорала я, бросаясь к нему с намерением не менее радостно обнять.

— Мартьяша, стой! Стой, не надо! Нееееет!

Вопль моего теперь уже наставника прекратился сам собой, когда мы вместе с ним опрокинулись на пол, и он прикусил язык. Я, с неловкостью сползла с него, но не углядела, и случайно наступила ему на руку… Та лексика, которая последовала вслед за этим не то, чтобы удивила меня, но заставила задуматься. Впрочем, какая разница, раз я теперь ученица известнейшего чернокнижника!!!!

— Ну, с чего начнем? — нетерпеливо подпрыгивая на одной ноге, поинтересовалась я у хмурого наставника.

Тот мрачно взглянул на меня и процедил сквозь зубы:

— Хороший вопрос… Я думаю, с развенчания иллюзий по поводу профессии чернокнижника.

— Э-э? — с умнейшим видом переспросила я.

— Чую, моя жизнь страшно осложнится с твоим появлением в ней в качестве обучающейся… Ладно. Значит так, сегодня я тебе расскажу, как делать вызов демона. К несчастью, это именно то, что первым пытаются опробовать все без исключения начинающие маги.

— Эх, едва слышно пробормотал он, перебивая самого себя, — чего ж я тебе-то не посоветовал пригласить демонов домой! Глядишь, и проблема с твоим обучением сама бы разрешилась…

Я дотронулась до рукава глубоко задумавшегося чернокнижника, явно забывшего про меня, отчего тот испуганно дернулся.

— Да, так вот, — продолжил он, с неудовольствием поглядывая в мою сторону. — Выбирай любого демона, читай параграф по его вызову, и начинай.

И отчего у меня возникло ощущение, что он хочет от меня избавиться?

— Постой-ка, — я насупилась, — а разве не ты должен мне наглядно показывать, как подобный процесс происходит?

— Ну, дорогая моя, — маг уселся в кресло и вальяжно откинулся на его спинку, — ты ведь верещала, что самостоятельная? Так вот, и действуй… А я помогу, ежели чего.

Его слегка зловещая усмешка заставила меня немного засомневаться, что он решил помогать именно мне … А, фигня! Да от Мартьяши еще никто не уходил живым! Мертвым, впрочем, тоже. Я и выходцу из другого измерения хвост накручу! Или что там у него имеется вместо оного!

Я нарисовала пентаграмму под ехидное хмыканье Фьориуса, прочитала понравившееся заклинание и принялась ждать.

— Послушай, а я все правильно сделала? — глаза устали всматриваться в рисунок на полу. — Да вот сейчас и проверим, — зевнул наставник. — Если неправильно, поверь мне, ты первая узнаешь об этом…

Только я повернулась, чтобы высказать ему свое мнение относительно его наглого поведения, как он вдруг заорал:

— Мартьяша! В пентаграмме линия повреждена, лови его, гада, лови, уходит!

У меня моментально сработали рефлексы: не думая, что делаю, я размахнулась и со всей немаленькой силы врезала по чему-то огромному, натужно сопящему. Сдается мне, попалась морда. В ту же секунду жуткий грохот падающего чудовища сотряс нашу каморку.

Воцарилась гнетущая тишина. Я приоткрыла один глаз, но поднявшиеся клубы пыли не позволили рассмотреть поверженного монстра, пришлось вытаращить оба. Видимость сразу улучшилась. Фьориус уже находился возле туши, потыкав ее носком сапога, он задумчиво произнес в пространство:

— Ну, чего, он помер.

— Как, помер?! — обалдела я.

— Скоропостижно. Предположительно от удара тупым, слегка закругленным… Руку покажи… С выступающими частями, предметом. Подозреваю, навсегда.

Не успела я пожаловаться на судьбу (как же, мой первый демон, и того угробила!), как наставник меня вновь ошарашил:

— Бери лопату, пошли.

— Кто бери? непонимающе переспросила я.

— Да ты, бери! Не я же! В одну руку лопату, в другую монстра своего, и валим на погост. Его зарыть надо, пока никто не увидел…

— Постой! — завопила я, быстренько приходя в себя. — Почему я всё бери??? А ты не поможешь??

— Мартьяша, наивное дитя… Как наставник, я не могу помогать всяким желторотым (с какого перепуга, возмутилась я, у меня рот нормальный!) ученикам исправлять (или избавляться?) глупые ошибки… Реноме свое уроню. Да и потом, он тяжелый.

С этими словами, Фьориус развернулся и вышел вон. Я оторопело посмотрела ему вслед, но ничего не поделаешь, пришлось подчиниться. А то еще выгонит из учеников.

— Ненавижу физический труд! Ненавижу лопату! И земля мерзлая! — шипела я про себя, едва не извергая огонь от злости. Копалось мне хреново. Солнце садилось, а я сумела вырыть небольшую ямку. И еще этот… помер! Как он мог помереть, чтоб его!

Я никак не могла успокоиться.

— Произвол! — выкрикнула я в пустоту. — Издевательство над будущей чернокнижницей! Детей угнетают!

— Мартьяша-а-а-а….Я все слышу, ученица! — Вдруг долетел до меня голос Фьориуса. — Еще одно высказывание такого рода, и ты будешь перекапывать половину кладбища! Нам для занятий как раз свежие кости нужны!

— А я чего…а я копаю, — радостно налегая на лопату, пробурчала я.

Чегой-то я засомневалась в выборе профессии… Ну, слегка так… Может, мне надо было в некроманты податься?

— Мартьяша, пойми, физическая сила ничего не решает! В магии главное сила мысли! — с удовольствием вещал Фьориус, пока мы шли домой по кривому, пустынному переулку нашего унылого городишка.

Я с состраданием посмотрела на наставника. Вроде умный, а такую чушь иногда несет! Ну, вот, аж слушать противно… и стыдно как-то за него, такого неприспособленного к жизни. Но я проявила нечеловеческое терпение: промолчала!

И вдруг из-за угла к нам подваливают двое, вампир и… гоблин, что ли? Раз зеленый? Не, я, конечно, допускаю, что это могла быть здоровенная лагуха-переросток, вон и зенки выпученные, словно страдает многолетним запором, но я никогда не поверю, что в болоте можно так напиться! Несло от зеленорожего так, что вскоре и я почувствовала некоторую нетвердость в ногах.

— Гоните бабки! — прохрипел гоблин, вытаскивая длинные кривой нож.

Я от удивления даже моргать глазами перестала. Ну, думаю, ща мой маг вам ка-а-ак врежет магией! Не то, что уши, все выпирающие части тела отвалятся, а которые не отвалятся, в узел замотаются! Смотрю, а чернокнижник-то призадумался… Наверное, мыслишки тренирует? Ну, чтобы, значицца, они посильнее стали? Углубиться в развитие его теории мне не дал кровосос, неожиданно шагнув ко мне, он насквозь пропитым голосом прохрипел:

— Девка, а ну, иди сюда, я жрать хочу, а ты вон, какая, упитанная да мягкая…

— Ах, ты, бледная погань клыкастая! — оскорбленно взревела я, и от моего крика волосы на голове у Фьориуса встали дыбом. Симпатичненькая причесочка, кстати. — Да я тебе клыки-то сейчас пообломаю! Ты кого назвал толстой?! Меня?! Красавицу и умницу — и ТОЛСТОЙ?!

Ну, все, ребята сами нарвались. Я спокойная, но вранья по поводу своей потрясающей внешности, страсть как не люблю! Я подскочила к пребывающему в некотором обалдении вампиру, и со всего размаху заехала ему кулаком в лоб, а потом, не дожидаясь ответной реакции, врезала в челюсть. Кровосос издал какое-то хлюпанье и, как подкошенный, рухнул на мостовую. В противоположную от него сторону отлетело что-то беленькое.

Ага, клычок, удовлетворенно подумала я, поднимая острый зубик с мостовой. Я обещала ему клыки выбить? Обещала, а обещания надо выполнять! Даже если не хочется! Я очень обязательная! Гоблин позеленел еще больше и попытался сбежать, но я не позволила. Догнала практически сразу, а, конечно, попробуй побегай, когда сзади в штаны наложено не иначе килограмма два! И я его не осуждаю, у Мартьяшиных «клиентов» это частая реакция!

Зеленомордому я просто въехала в глаз, а нож отобрала (таким классно мясо отделять от костей!) и отпустила. Но потом немного подумала и снова поймала, влупив теперь по другому глазу. Ну, во всем должна быть красота! Синяки будут вполне симпатишно смотреться на его роже! Любовно поглаживая лезвие отобранного трофея, я подошла к наставнику. Тот оглядел меня с ног до головы и насмешливо, но с оттенком восхищения, проговорил:

— Да-а… Из тебя получится настоящая чернокнижница, ибо умеешь ты народ убеждать в своей правоте! Слышала, что гоблин орал, когда сматывался? «Стройная аки тростиночка, стройна-а-а-я! У вампира зрение плохое!»

— Та-ак, — прозвучал голос, в котором я отчетливо распознала угрозу, — и что это такое?

— Правда, красавец? — с гордостью обернулась я к хмурому Фьориусу. Он подошел ближе и с брезгливостью проговорил:

— Мартьяша, я, что просил сделать? Набрать травы на кладбище для сегодняшнего обряда! Сварить сонное зелье! Но я никак не рассчитывал, — загремел наставник, — обнаружить в своем доме вылезшего из могилки мертвяка!!! На что он мне?!

— И ничего не вылезшего, — обиделась я, — я сама его откопала!

— Для чего? — простонал маг, без сил падая в кресло.

— Тихо, Гуццл, — я заехала локтем в бок клацнувшего зубами покойника, и запальчиво сказала:

— Ну, Фьориус, собаку или кошку ты не разрешаешь мне заводить, шерсти от них много, видите ли! Нетопырь может пару лишних отверстий в шее проделать клыками, потом литра-другого крови не досчитаешься… Оборотня не прокормишь…

А мне одиноко! Тебя целыми днями нету! И потом, я читала, что чернокнижникам полагаются помощники!

Маг с проснувшимся интересом посмотрел на меня:

— Ты хочешь чей-то труп сделать моим помощником? А ты тогда мне зачем?

Куда он клонит?! Немедленно пресечь!

— Даже не думай от меня избавиться! — я показала наставнику внушительный кулак и сказала: — Я — твоя ученица, любимая и талантливая! А Гуццл будет мне помогать, а не тебе!

Фьориус покачал головой:

— С ума я сошел, когда взялся тебя обучать… А спятивший чернокнижник, хочу тебе сказать, страшное дело… Ладно, Мартьяша, но имей в виду, кормить своего мертвеца сама будешь!

А чего его кормить, хотела я ответить, деревня ж рядом, люди… Но вежливо промолчала, а не то опять расшумится, что ему постоянно приходится расхлебывать устроенные мною заварушки.

Наставник подозрительно посмотрел на меня, смешно подергал носом, как будто принюхиваясь (что за намеки!!! мертвяк свеженький, недельный, даже и не думает ароматы расточать!) и медленно растворился в пространстве.

И ведь какой вредный, этот Фьориус! Только бы мои огрехи припомнить! Подумаешь, я один раз на местных жителей демона напустила! А куда мне его надо было — в нашу каморку определить на житье? Так тесно и еды нет! Пришлось в деревню отправлять… Вот уж где богатый выбор пищи!

— Мартьяша, — вдруг послышался из пустоты голос наставника, — не вздумай этого Децла…

— Гуццла! — рявкнула я злобно.

— … Гуццла, что за имя выбрала! Так вот, не вздумай свой труп подсовывать деревенским!

— Ладно! — крикнула я в ответ, пожав плечами.

Странный какой… А с чего он решил, что я собираюсь собственный труп кому-то подсовывать? Я помирать в ближайшее время вовсе не планирую, пусть не мечтает! Но если что, профессию я себе выбрала и для мира иного — после смерти буду привидением, народ на погостах шугать.

Я хихикнула. Ща мы с Гуццлом устроим веселенькую прогулку в деревню! Обещание? А-а…так ведь самое главное для магов — точность формулировок. А Фьориус, беря с меня обещание, явно не подумал, что его слова можно истолковать по-другому.

— Эй, люююди, Мартьяша идет! Кто не спрятался, тот, считай, не жилец, — тихонько пропела я, и, обняв мертвеца за талию, направилась к выходу.

— Чего… Ням-ням… Надо? — вежливо прочавкала я, с удовольствием любуясь на здоровенную баранью ногу, которой подкреплялась в данный момент.

— Да-а… Вот так прием… Фьориус окончательно сошел с ума на старости лет! — послышалось в ответ.

Я нахмурилась, и с трудом оторвав взгляд от еды, посмотрела на наглого посетителя. Вернее, посетительницу. Девица, неопределенного возраста, высокая и худая, с длинными светлыми волосами, с неприкрытым отвращением разглядывала меня.

Понятное дело, завидует моей красоте, с оттенком превосходства подумала я, бедненькая. Вон, какая бледная да хилая, кому такая нужна!

— Слышь, тебе чего надо, я не поняла? — проявляя прямо-таки чудеса гостеприимства и тактичности, поинтересовалась я.

— Домашнее животное? — непонятно пробормотала себе под нос гостья. — На внебрачную дочь не тянет, страшненькая, да и нету у Фьора детей…

— Мартьяша, кто там пришел? Не держи человека на пороге, пусть заходит, — донесся до меня голос моего наставника.

— Какой человек, я тебя умоляю! Здесь чья-то прямая кишка пришла! — завопила я в ответ. А чего? Такая же длинная и прямая, как палка!

Я злорадно хихикнула, заметив, что лицо девицы перекосилось от возмущения. А нечего про меня гадости думать!

— Дирсагея? — Донельзя удивленный, маг вышел к нам.

— Не ожидал? — самодовольно отозвалась посетительница. — Но ты же понимаешь, что тебя никто в покое не оставит…

— Как вы мне надоели! Идем, поговорим.

— Фьориус, а что это за создание открыло мне дверь?

— Мартьяша? — наставник усмехнулся.

— Мартьяша? — с недоумением переспросила дамочка.

— Для вас — Мартемьяна, — бесцеремонно влезла я в разговор и, в упор посмотрев на нее, четко проговорила: — Конечно, имя несколько претенциозное, но… Что? Не знаете такого слова? Фу, Фьориус, я была о тебе лучшего мнения! С кем ты общаешься, она деревенщина, репутацию тебе погубит!

Маг устало прикрыл глаза, зато гостья побагровела до кончиков ушей, представляя собой весьма занимательное зрелище. Что-то наподобие сморщенного помидора, только с волосами.

— Зачем ты притащил сюда ребенка? — прошипела она.

— Да она сама притащилась…, — пробормотал наставник. И, помявшись, выдал: — Она моя ученица.

— Она твоя…что? Ты сошел с ума? Ты отказался заниматься с наследником правящей династии, но взял на обучение хомяка с отвратительным характером?

Позвольте, откуда ей знать про мой характер, возмутилась я. Душевный и ласковый, причем! И кого она толстушкой назвала! Да меня за мои аппетитные формы половина окрестных оборотней мечтает сожрать темной ноченькой! А может, перед поеданием и еще кое-чего сотворить, поприятнее!

Я подкралась к Дирсагее, не обращая внимания на страшные рожи, которые мне корчил Фьориус, и рявкнула прямиком в ухо:

— Слышь, червяк, ты кого толстухой назвала?!

Подпрыгнула она красиво, ничего не скажешь. Голосище-то у меня громкий, звучный. Заслышав мои песни на кладбищах, мертвяки старались закопаться поглубже в землю, а вампиры и прочая ночная нечисть и вовсе неслись во весь опор в разные стороны! Одно жаль: теперь от головы посетительницы на потолке след останется.

Уперев руки в бока, я прорычала:

— Думаешь, если ты тощая да убогая, так тебе все можно??

— Чего ты сказала? — взвизгнула в бешенстве светловолосая, — да я тебя сейчас испепелю, мерзкая девчонка!

Не, может, я где-то не права, конечно…Но я не сдержалась. Саданула ей ногой по коленке, она тявкнула как собачка, и полетела на пол. А я сверху на нее приземлилась. Деваха только охнула и глазки закатила. Слабоватые ведьмы пошли!

Я не стала дожидаться, пока она себя придет, скороговоркой пробормотала свое самое любимое заклятие и, полностью довольная, поднялась на ноги.

— Мартьяша, — сдерживая смех, поинтересовался мой наставник, который с нескрываемым интересом наблюдал нашу возню, — в кого ты ее превратила? Странные фантазии тебя посещают, девочка моя!

Завидуй-завидуй! Симпатично получилось! Эх, умею я колдовать, ничего не скажешь! Я показала Фьориусу язык и довольно покосилась на творение своих рук.

Посреди каморки возвышался огромный коричневый гриб на толстенной ножке и с белыми крапинками на шляпке.

— Мартемьяна! — прогремел Фьориус, сминая в руке какой-то листочек бумаги. — Ты хоть знаешь, с чем заявилась к нам Дирсагея, доведись, нам ее выслушать, а не заколдовывать? Она собиралась нас пригласить на ежегодный сбор чернокнижников! Но мы все равно попадем на него, хотя гриб, тьфу, наша гостья и пыталась отозвать официальное приглашение. Ничего не получилось у нее.

Я понимающе ухмыльнулась. Ну да, ну да, знаем мы ваши сборища! Напиться в кругу своих, без свидетелей, устроить оргии с демонами и прочей нечистью, и распугать окрестное население на год вперед! Клевая вечеринка!! Уже хочу туда!

— Мартемьяна, прекрати улыбаться, дай мне договорить, — несколько нервно проговорил наставник, плюхаясь в кресло, словно его ноги не держали. А, еще бы, моя красота кого угодно может свести с ума! А не сможет, так заставит. Заставит, заставит, не извольте сомневаться! Я знаю!

— Все наши прибывают на сейшн со своими учениками, так как это, по сути, своеобразный смотр последних. Для чего?

Он покосился на меня и, немного помявшись, продолжил:

— Как бы тебе объяснить…Тебя должны официально признать моей ученицей, чтобы ненароком не убить… Понимаешь, у нас в сообществе ведется жесткий учет чернокнижников, а чтобы стать последователем, надо получить официальное благословение Высших магов.

— И в чем сие действо заключается? Ну, получение этого разрешения? — мрачно пробурчала я.

— Все очень просто! Проводятся соревнования между учениками. — Фориус широко улыбнулся:

— Кого убьют, тот и проиграл!

Гы, действительно, просто! Мне нравится!

Наставник едва не шарахнулся от моего внезапно просиявшего лица, но усилием воли сдержал недостойный порыв, и сурово оглядев меня с головы до пят, строго сказал:

— И, Мартьяша, прошу вести себя прилично! Не хамить, без причины не колдовать и, самое главное, руки не распускать!

На что он намекает? Я обиженно надула губы. На прошлом приеме я ущипнула того парня за попу, потому что он меня провоцировал! Задницу так выпятил, что и мне завидно стало! Откуда же мне знать, что он такой неженка? Щипок легкий вышел, а он взвыл так, как будто я ему, по крайней мере, что-то важное оторвала! И бегал потом за гостями по залу с воплями, что я ему синяк на заду поставила, пытаясь периодически оный продемонстрировать!

Чем ближе мы подъезжали к замку — месту сбора чернокнижников, тем более мой наставник почему-то нервничал. Уж не знаю, чего переживать? Я вот совершенно спокойна…впрочем, я тренированная, с тех пор, как свалилась случайно в разрытую могилку и разогнала на фиг ее жильцов (а настроение было плохое! платье порвала, пока летела!), меня вообще ничего не волнует. Или он беспокоился за того оборотня, которого я оседлала? Ну, да, я ехала на верфольфе. Но тот сам виноват! На глаза мне попался, вот я его и оприходовала. Какая разница, на коне ли, на волке? Все одно четвероногое и скачет. А повозки всякие я не люблю. Скучно.

— Мартьяша, да отпусти ты несчастное животное! Он хрипит уже! — с явным состраданием прокричал в окошко кареты Фьориус.

Я с подозрением посмотрела на своего мага: он намекает, что я тяжелая?? То есть, много вешу? Я, по его мнению, толстая?! Но посланная мне вдогонку извинительная и немного кривая улыбка чернокнижника меня успокоила, а-а, за зверя переживает…Экий чувствительный, право! Интересно, он перед жертвой никогда не извиняется за предстоящее убийство, нет?

Хотя согласна с ним, оборотни нынче хилые пошли… На самом деле, что такое день стремительного бега с поклажей в виде меня? Ерунда! А смотрите-ка, волк задыхается, уже и пошатываться начал…

О, приехали! Отлично, пора ноги размять, попу расправить…

— Мартьяша, твое средство передвижения, похоже, сдохло, — обрадовал меня наставник, как только мы с ним оказались перед входной дверью в замок. Я обернулась: оборотень, уткнувшись носом в пыль, лежал, вытянув конечности, абсолютно неподвижно.

— Фьориус, да он только выглядел молодым и крепким, а вообще, болезненный какой-то, бедняга, — я скорбно поджала губы, обозревая лицо моего мага, приобретающее при каждом моем слове все более недоверчивое выражение. — Смерть для него лучший выход, все равно в клане его рано или поздно прибили, — с пафосом закончила я.

Наставник поперхнулся, словно хотел что-то сказать, но вдруг резко передумал. Однако его бормотание я умудрилась расслышать:

— Ага, болезный, как же… это в него я раз по весне серебряным кинжалом попал, причем почти в сердце — и то выжил…а здесь…помер от девки-малолетки…Заездила хорошего парня с клыками и хвостом! Охо-хо, что-то будет на смотре!

— Это что? — холодно осведомился мой наставник.

— Гм…гхм…мм…э-э…, — подробно и с чувством ответил я.

— Я вижу, что животное, почему оно в моем доме? Избавься немедленно! — Как вы можете так говорить? — завопил я в голос, с ужасом отмечая перекосившееся от неудовольствия лицо мага.

— Оно, то есть, она — мой лучший друг!

— Хервин, ты когда напиться успел? Да еще с утра! Подросткам категорически запрещено издеваться над своим организмом! Да еще таким изощренным способом — хмельными напитками…

— Ага, то есть, вам можно над своим организмом издеваться, а мне нет?? Это дискриминация! — воинственно выкрикнул я, забывая предыдущую тему спора напрочь.

— Ты все-таки пил? Понимаю тогда, почему ты притащил Мурчу… «то уродливое создание в дом! В пьяном виде все кажутся намного симпатичнее… даже ты.

Я слегка попятился от мечтательного взора собственного учителя, но взял себя в руки. В конце концов, я никогда не верил тем слухам, которые про него распускали всякие несознательные личности!

— Господин, но она на самом деле миленькая, посмотрите, какая мордочка, а пузико, — я воспользовался излюбленным методом — начал ныть.

Брезгливая гримаса, исказившая физиономию Грайзела, заставила меня засомневаться в правильности применяемого способа убеждения, но я набрал больше воздуха в легкие и заорал, что есть мочи:

— Она умная, она понимает человеческую речь, прошу вас, сэр, пожалуйста, разрешите мне ее оставить, я буду усердно учиться, ну, пожалуйста-а-а-а! Наставник хмыкнул:

— Ради какой-то лесной уродины ты готов пойти на эдакие жертвы? Забавно, забавно… Ну, вот что, голубчик. Я разрешу тебе оставить зверюшку… Однако тебе придется действительно постараться, в будущем… И для начала ты поедешь со мной на ежегодный сбор чернокнижников.

Я открыл рот и тут же закрыл его. Может, я погорячился насчет домашнего животного? В конце концов, у нас есть ручная гиппопопа… (Нечто вроде живой горы, здорово напоминающей…э-э…пятую точку, только с ушами…)

— Вот и славно, — добродушно заключил мой учитель, приняв мое длительное молчание и интенсивное помаргивание глазами за согласие. И потрепав меня по плечу, ласково добавил:

— Выезжаем послезавтра. Оденься поприличнее и… хм… прихвати те шортики… гм… сиреневые.

Я машинально кивнул, и уныло побрел к выходу, терзая по холке своего новоприобретенного зверька. Уже возле двери я остановился. Минутку… Ка… Ка-акие шортики?! Зачем мне — шортики?! Да еще столь пакостного цвета?! Я застонал, схватившись за голову: так слухи вовсе не слухи?! И Грайзел — голубой?! Голубой чернокнижник?! Даже одно словосочетание способно устрашить врагов! А я всего лишь ученик…

— Хервин, ты еще не ушел? Не желаешь провести тихий вечер… до утра… со своим старым, и, смею надеяться, любимым наставником? — в глубине спальни что-то подозрительно загрохотало.

Я подпрыгнул на месте, словно мне в зад воткнули вилку, и, потянув драгоценную Мурчу за хвост, вылетел наружу, вопя на ходу:

— Нет-нет, я уже ушел! Благодарю за приглашение, господин, но меня нет! Пока я несся домой, в голове билась только одна мысль: откуда этот пройдоха узнал имя моего зверя?!

— Я надеюсь, тут кормят? — ворчливо осведомилась я, недовольно обозревая внутреннее убранство замка. Просторный холл меня не впечатлил. Бедненько, однако. Роскоши почти никакой, они что, приверженцы аскетизма? Неее, мне такое не подходит. Что толку быть крутым чернокнижником, но с голым… э-э… короче, без портков! Шелковых. С кружевами. И расшитых жемчугом….

— Мартьяша, закрой рот, — вежливо посоветовал мне Фьориус. — Видишь, нас вышел встречать сам Верховный маг Забендер!

Действительно, к нам неторопливо направлялся величественный старик с длинной бородой и весьма примечательным черно-красным посохом с серебряным набалдашником.

Я восхищенно уставилась на последний, да, вот это я понимаю, оружие! Им легко можно черепушки упыриные раскалывать! Да и не только их.

— Здравствуй, здравствуй, Фьор. Не ожидал тебя увидеть, приятно удивлен, — старик доброжелательно посмотрел на моего наставника, потом перевел пытливый взгляд на меня. И с любопытством осведомился:

— Значит, вот она какая, твоя ученица? А я, признаться, Дирсагее сначала не поверил. Никогда бы не подумал, что ты возьмешься обучать такое создание…

— Слышь, Запупендер, или как там тебя! — я моментально вышла из себя. — Меня зовут Мартемьяна, и я не намерена с тобой лясы точить! Выкладывай, что имеешь, и я жрать пойду!

— Мартьяша, — простонал мой маг, закрывая глаза рукой.

А дедок, оторопев, вытаращился на меня и, кажется, даже рот приоткрыл от изумления. Я брезгливо посмотрела на него: тьфу, ты, что это еще за Верховный, из него ж не то, что песок сыплется, он практически разваливается на фрагменты! Вон, и челюсти не держатся на месте! Чего пасть раскрыл? Так и хочется ему по ней кулаком заехать!

— А давненько я не боксировала, — задумчиво проговорила я, — с того времени, как на погосте с довольно активным зомби сцепилась…

— На редкость прелестная девочка! — поспешно проскрипел Забендер, вводя в ступор теперь Фьориуса. Было от чего удивляться: по его рассказам старейший чернокнижник всегда отличался невероятным высокомерием и отвратительным характером. Правда, лично я понятия не имею, как выглядит отвратительный характер. У меня самой-то он замечательный!

Наконец, мне надоело бесцельно топтаться на одном месте, да и усталость брала свое, и, сдвинув густые брови, я сурово вопросила:

— Нам жилье полагается? Да? Дедуль, не тряси так интенсивно головой, меня даже замутило!

— Ваши апартаменты в правом крыле замка, на втором этаже. Там табличка есть, увидите.

Не дослушав его до конца, я решительно зашагала вперед, потащив за собой слегка упирающегося наставника. Поднимаясь по лестнице, я услышала бормотание Верховного мага:

— Умеет Фьориус учеников находить! Откуда он взял это голубоглазое чудовище с кудряшками! Ну, ничего, ничего. В нашем замке она быстро научится вежливости! Если выживет, конечно.

Я усмехнулась про себя. Экий наивный дед! Побеспокоился бы лучше об остальных! Главное, чтобы они выжили. Ведь, когда я рядом, окружающие постоянно стремятся переселиться в мир иной… Но я нахожу их и там! И тогда начинается веселье…

Я радостно хрюкнула и поймала встревоженный взгляд учителя. Что, приятель, ты лелеял мысль избавиться от меня посредством дурацкого ученического соревнования? Гыыы… щаз! Разве я могу не участвовать в этой клевой развлекухе?? Да никогда!

— Так, слушай внимательно, — строго проговорил мой наставник, когда мы вошли в отведенные нам комнаты, (помещение представляло собой две соединенные между собой опочивальни довольно внушительных размеров). — Основные состязания проводятся каждый день в строго определенное время. Но! Ты должна быть осторожна, ибо хитрож… э-э… Высшие маги, в смысле, люди коварные и не всегда нормальные… Для учеников по всему замку понатыканы ловушки и прочие сомнительные «сюрпризы». Это делается специально, чтобы отсеять слабых и никчемных.

— Э-э, Фьориус, не волнуйся! — я уверенно кивнула.

Однажды я уснула в свежевырытой могиле (я тоже имею право на отдых!), а когда явился ее хозяин, ну, проведать будущее место жительства, пинками и тумаками прогнала его прочь! Несчастный мертвяк потом дооо-олго заикался и рассказывал друзьям страшные сказки про «бешеную деву с кладбища». Вот это я понимаю — сомнительный сюрприз! Для мертвяка. Поскольку я совершенно не переношу, когда меня не вовремя будят! Сразу впадаю в бешенство. А здешние «подарочки» для меня ерунда ерундой.

Мы распаковали вещи и разбрелись по своим спальням. Я не стала заморачиваться с выбором наряда на завтрашнее мероприятие и без затей улеглась спать.

Однако выспаться мне не дали. Посреди ночи я внезапно ощутила чье-то натужное сопение. Какая сволочь сопит?! Да еще прямо над ухом?! Муха, что ли, какая издевается?? Впрочем, вторглась в сонное сознание смутная мысль, судя по издаваемым звукам, та муха должна быть размерами со слона…

Я недовольно заворочалась, но не проснулась, стану я отвлекаться на глупости! Однако к сопению вдруг присоединилось и пыхтение с кряхтением, чего я уже не смогла вынести. Я распахнула глаза, и, стремительно выбросив руку вперед, ухватила за непонятное одеяние странного незнакомца, который окопался рядом со мной на постели. Тот испуганно дернулся, но вырваться из моих тисков еще мало кому удавалось. Я наклонилась к нему и прошипела:

— Тебе чего надо, гад?

— Дак…я…чего…ж…вампир я!!! — с отчаянием выкрикнул ночной гость, и лунный свет озарил его переполошенную физиономию с окровавленным ртом.

— Вампи-ир! — протянула я зловеще. — Ах ты, скотина клыкастая!! Девочку обидеть вздумал?! Спать мне не даешь, погань бледнючая?! И вообще, полагаешь, приятно, когда в тебя клыками вцепляются?! А вот проверим!

И не долго думая, я впилась в его плечо своими крепкими зубами. Местный кровопийца взвыл дурным голосом, и, продолжая орать, с выражением дикого ужаса на посиневшем лице, бросился вон из опочивальни. Я встретила его еще и у двери (я ж говорю, намастрячилась быстро бегать, пока упырей ловила) и успела пнуть коленом под тощенький зад.

— Мартьяша, устраивать свидания по ночам совершенно недопустимо для приличной девушки! — послышался полусонный голос наставника из соседней комнаты.

— ХОРОШО, ФЬОРИУС! — проорала я в ответ, и, услышав грохот падающего на пол тела, с чувством выполненного долга вернулась в кровать.

Когда утром я вышла из своей опочивальни, радостная и мечтающая о потрясающих впечатлениях от нового дня в замке чернокнижников, меня как раз ожидал один из тех сюрпризов, о которых вчера говорил Фьориус. (Умчавшийся ни свет, ни заря на какое-то собрание.)

В коридоре обнаружился дракон.

Здоровенный, весьма устрашающего вида, он расположился таким образом, что полностью перекрыл мне дорогу, не давая пройти.

Я нахмурилась. Тааак!

Монстр оглядел меня пристально, и, раскрыв пасть вдруг «выплюнул» тонкую струйку пламени. Я мгновенно вышла из себя. С громким визгом я подпрыгнула в воздух, выбрасывая ногу вперед и метя в морду наглой твари. Мой удар оказался удачным: я заехала прямиком по драконьему носу, и, приземляясь обратно на пол, я свирепо прорычала:

— Что, гад, за девственницами бегаешь?! Чистого, невинного, юного тела захотелось?!

Зверь моргнул огромными глазами, в которых на мгновение промелькнул ужас, и явно сделал попытку отойти назад.

Ага, щаз! Все вы, мужики, такие, только про непорочность упомянешь — и сразу деру! А мне же надо как-то от девственности избавляться?! А хоть и с драконом, чем не кандидат? И я давно хотела узнать, как вообще с этой зверюгой можно нечто подобное провернуть…

Но дракон с паникой на клиновидной морде вдруг резво развернулся, и, косолапо переваливаясь лапы на лапу, двинул от меня прочь.

— Куда, дурачок? Я тебе про упырей не рассказывала? — ласково пропела я.

И ловко вцепилась в мощный хвост огнедышащего создания, болтаясь на нем, как постирушки на ветру, все то время, что перепуганный до икотки зверь бежал. Периодически звонко выкрикивая:

— Не уйдешь, гад! Стоять!! Пообещал невинности лишить, так и лиша-а-а-ай.

Уж не знаю, сколько мы так развлекались, сотрясая жутким грохотом узкие коридоры, а только отдирали меня от дракона впятером. Фьориус и четыре незнакомых чернокнижника, причем мой маг в процессе давился от смеха, а остальные едва не плакали от сострадания к нечастному монстру.

А, конечно, еще бы им не рыдать. Дракошик-то заикой остался!

— Э-э, наставник, — старательно оглядевшись по сторонам, негромко проговорила я, — гони мою долю! Думаешь, я не знаю, что тебе приплатили, чтобы ты меня забрал?!

— Посмотри! Посмотри, какой он хорошенький! — восторженно надрывался Грайзел, пытаясь подтолкнуть меня к оживленному им трупу местного парня-поселянина. — Хервин, ну чего молчишь?? Красавец, да?

Ответить я не мог при всем желании, так как был занят. Меня тошнило.

— Хервин, — осуждающе проговорил наставник, — ты все-таки испорченный ребенок… перепил вчера, признавайся! Эвон, как тебя с похмелья плющит!

— Да не пил я! — умудрился я простонать, отходя подальше от мертвяка, который нестерпимо «благоухал».

— Конечно, пил, — уверенно откликнулся маг, — но я тебя не осуждаю, что поделать, переходный возраст. А вот что ты не позвал на гулянку своего учителя — это полное безобразие! Придется мне заняться твоим воспитанием…

Надеюсь, он не прямо сейчас начнет меня воспитывать?! Я испуганно попятился назад, пока не уперся спиной во что-то странно мягкое. Правы люди, мой наставник — абсолютно ненормальный! Додумать я не успел, поскольку позади меня что-то негромко гукнуло, и, резко обернувшись, я столкнулся с вполне дружелюбной, но тошнотворно противной рожей мертвяка. Внезапно он подмигнул мне, и, дико заорав, я отпрыгнул в сторону:

— Зачем нам эта страхолюдина?! Оно же совсем неживое!

— А ты ему нравишься, — задумчиво ответил Грайзел, с нехорошей улыбкой посматривая на меня.

Я нервно сглотнул и испуганно забормотал:

— Вы ошибаетесь! Я вовсе не претендую быть предметом воздыхания данного трупа… Нет, ну, он, конечно, достаточно симпатичный, раз вы его вернули к жизни, но явно не мой типаж… э-э… я как-то светленьких предпочитаю…

— Хервин, что ты несешь? — учитель укоризненно покачал головой, — ты несносен… Наш мертвый друг нам нужен, чтобы каретой управлять. Некому ведь больше! Сам знаешь, местные жители и за пуд золота не повезут нас никуда.

— А я? Лошади меня слушаются! — я взмок от нехороших предчувствий.

— Глупости! Ученику полагается ехать вместе с наставником, — строго проговорил мой маг.

Какая гадкая идея! Не люблю я наедине со своим чернокнижником оставаться, он все-таки слишком непредсказуемая личность. Я вздохнул. Но деваться некуда, пришлось расположиться вместе с ним.

Довольно долго мы ехали спокойно, наставник вел себя безупречно, напоминая вполне разумного человека, а я любовался в окошко проносящимися мимо живописными пейзажами. Пока вдруг не осознал, что Грайзел смотрит на меня.

В упор.

И довольно давно.

Медленно я повернулся к нему, моментально напрягшись при виде его широчайшей улыбки. В последний раз он так радовался, когда за мной по всей деревне ведьма с вилами гонялась…

— А скажи-ка мне, мой мальчик, — вкрадчиво произнес наставник, — взял ли ты с собой то, что я просил?

— Ч-что именно? — заикаясь от волнения, восхотел уточнить я.

Явно погорячился. Явно. Мог ведь не спрашивать!! В конце концов, от многих знаний… и вообще, мне неинтересно!!!

— Шортики, — сладострастно прошептал извращенец-чернокнижник, — сиреневые…

Оторопев, я вытаращился на него. Он сошел с ума?! Ну почему?! Почему он сбрендил, когда мы на ходу?! Не мог позже свихнуться?? И потом, он же не пил! А его странности проявляются исключительно во хмелю! Тут я отметил слегка затуманенные глаза моего мага и выглядывающую из-под сиденья небольшую фляжку и моментально все понял.

Он таки напился!! Караул!!! Спасите-помогите!!! Извращенцы окружают!!!

— Хервин, дружочек, не хочешь ко мне пересесть поближе? — ласково осведомился Грайзел.

Я помотал головой, лихорадочно выискивая варианты отхода.

— Ну, тогда я к тебе переберусь, — решил учитель. — Мне та-а-ак одиноко!

Слабая отговорка! В карете не повернуться, настолько она мала! Интересно, если я врежу наставнику по носу, он сильно на меня обидится? Злопамятный уж очень… Как бы меня в комфортную могилку не определил за дерзость. Пожалуй, по носу не надо — больно. Лучше в лоб! Или хуже? А если я там мозги как-нибудь…того… сотрясу? И наставник будет всю жизнь улыбаться? Ох, нет, столь страшное зрелище я не вынесу!

— Хервин, а здесь ведь жарко! Почему бы тебе не переодеться? В шорты!!

— А-а-а-а-а-а-а!! — с громким воплем я вынес дверцу кареты собственной черепушкой, и, хаотично размахивая конечностями, вывалился наземь. Но весьма резво поднялся на ноги, и, оглядевшись по сторонам, стремительно помчался, подскакивая на пригорках и неровностях, к возвышавшемуся мрачной громадиной черному замку. Когда до него оставалась всего пара шагов, я внезапно споткнулся обо что-то непонятное и неуклюже растянулся в пыли. Завершила сию эффектную картину Мурча. Появившись из ниоткуда, она очень изящно запрыгнула на мою голову, заставив меня от души воткнуться лицом в грязь.

Не успел я отплеваться и прийти в себя, как около меня послышались тихие шаги, и знакомый насмешливый голос произнес:

— Эй, малец, ты ведь не думаешь, что здесь можно отдохнуть? Или ты и впрямь решил вздремнуть на дохлой шкуре?

Я немедленно опустил глаза и обнаружил, что с удобством разлегся на мертвом животном! Меня словно подбросило в воздух неведомой силой, и, снова заорав, я бросился наутек, таща за хвост надрывно хрюкающую Мурчу. Вихрем я пронесся мимо стоящего на ступеньках замка длиннобородого деда с примечательным посохом. Дедок проводил меня заинтересованным взглядом и с доброжелательным ехидством обратился к моему наставнику:

— Грайзел! А ты, я смотрю, привычек не изменил… Твоих учеников не перепутаешь ни с чьими другими! Эх, хорошо орут! И бегают весьма быстро!

И старый черт весело захихикал.

После полудня я решила прогуляться по замку, поскольку еще не везде побывала, и меня снедало любопытство. Предостережения Фьориуса насчет ловушек и тому подобных вещей я проигнорировала, ибо Мартьяша по прозвищу Гроза упырей, Неистовая дева и, наконец, Кладбищенский кошмар, ничего не боится!

Но в конечном итоге по поводу разнообразных гадостей наставник оказался прав: в очередном зале, который я решила осмотреть, я наткнулась на самого обычного тролля.

Пузатая двухметровая зараза с маленькими глазками на мерзкой роже изобразила нечто вроде счастливой ухмылки при моем появлении, и, громко топая ножищами, двинулась ко мне. Я спокойно стояла на месте: не каждый же день встречаешь подобное уродище! Надо рассмотреть получше!

А красно-коричневый монстр, тем временем, повел себя довольно странно. Он поглаживал себя по животу, довольно хрюкал, выразительно облизывался, а потом и вовсе начал то подпрыгивать, сотрясая стены, то приседать, то хлопать в ладоши.

Я непонимающе вскинула брови: что он делает? Пляски танцует?? Или какое представление разыгрывает? А на фига? Разве им не полагается людей жрать? Вон зубищи какие… Больной, наверное? А если… В голове у меня забрезжила смутная догадка, перерастающая в крепкую уверенность. А не брачный ли это ритуал?! Эгей, я ему нравлюсь!! Даже такое существо не осталось равнодушным к моей невероятной красоте!!!

Пока я размышляла над непростыми вопросами, тролль подошел ко мне вплотную и принялся обнюхивать.

— Эй! — радостно воскликнула я. — Монстр враждебно замер, а я кокетливо прошептала ему в огромное волосатое ухо:

— Женишься на мне?

Всхрапнув от неожиданности, тот отпрянул назад, но я не отступала:

— Ты со мной заигрывал? Чего мотаешь башкой — заигрывал, говорю! Ага, думал, развлечешься и бросишь?! Фиг тебе! А ну, женись теперь!!!

В процессе моей вдохновенной речи изумление на уродливой роже сменилось откровенной паникой, но соглашаться со мной будущий кандидат в мужья, похоже, и не собирался.

— Та-ак, — я уперла руки в бока, — Вы что, сговорились все?! Или тебе тот трус огнедышащий чего натрепал про меня? Так вот! У нас с драконом ничего не было! Даже не целовались. Кстати, — я хищно улыбнулась перепуганному чудовищу, — о поцелуях…

Тролль взвизгнул тоненьким голоском, который никак не вязался с его массивной тушей, и бросился прочь от меня.

Тут уж я не выдержала. Рассвирепев, я схватила какой-то кувшинчик с подставки и метнула его вслед удиравшему предателю. Раздавшийся чуть позже громогласный рев подсказал мне, что я попала точно в цель. И действительно: вскоре чудовище покачнулось и с жутким шумом свалилось на каменный пол.

Я удовлетворенно кивнула, получай, негодяй! Но ты от меня все равно никуда не денешься! Девушкам нельзя перечить, сказала, женишься, значит, женишься!

Когда я почти доволокла свою бездыханную добычу до опочивальни, мне навстречу попался Фьориус. Он обалдевшим взором окинул нашу экзотическую пару, и, заикаясь от удивления, спросил:

— К-куда ты тащишь этого урода?!

А, присмотревшись внимательнее, вдруг взвыл:

— За что ты его тащишь?! Нет, это не хвост!! Отпусти немедленно, ты же из приличной семьи!! Брось, живо!

Я послушалась наставника. Но отнюдь не потому, что он мне приказал. Просто мимо нашей развеселой компании пронесся незнакомый паренек со странным пушистым зверьком на плече. Я задумчиво проводила его глазами: вот так милашка! А чем он размахивал, словно флагом? Какой-то яркой тряпкой сиреневого цвета?

А, нет, сдается мне, то шорты были!

— А почему у нас комнаты рядом?! — немедленно завопил я, осматривая предназначенные для нас апартаменты.

Плохие предчувствия прямо-таки атаковали меня. Я довольно длительное время успешно избегал странностей учителя, которыми тот периодически оживлял наши однообразные занятия. И во многом как раз благодаря тому, что жил отдельно от Грайзела, хотя он весьма жарко и доказывал, что ученик непременно должен обретаться в непосредственной близости от наставника. Убеждать чернокнижник умел, так что в какой-то момент я засомневался в правильности раздельного проживания, но дальнейшие аргументы в виде обеих рук, положенных мне на плечи с непонятными целями магом и последующего отнюдь не дружеского объятия, заставили меня еще более рьяно придерживаться собственного решения. А здесь мы будем жить в двух шагах друг от друга?

— Чем ты недоволен? Обстановка просто шикарная! И смотри, у тебя интерьер розовый, а у меня…, — учитель прошел вперед, заглядывая в свою опочивальню, — голубой! Знали, знали, чем меня порадовать!

Я невольно попятился назад, чувствуя, что мне сейчас станет плохо:

— Господин, я не знал, что ваш любимый цвет — голубой.

— Что? А, нет, Хервин, мой любимый цвет — сиреневый… А голубой — это прозвище.

От широкой улыбки наставника меня бросило в жар, сменившийся вскоре ознобом. Многого я не знал про этого чокнутого мага!!! Угораздило меня попасть к нему в обучение! Как бы он мне вместе со знаниями чего другого не передал, привычек каких нехороших, вроде пристрастия к одежде сиреневого оттенка!

— Хервин, хватит стоять столбом, распакуй наши вещи, — распорядился наставник, — а я пока прилягу, устал с дороги. Заодно помедитирую, пообщаюсь с духами…

Я с облегчением выдохнул, слава всем демонам! Вроде, обошлось. Может, вообще уснет, я хоть по замку прогуляюсь.

С нашим багажом мне удалось разобраться не сразу, понабрали ерунды всякой! В одной из сумок я обнаружил три черные фляжки с изображением переплетенных змей — пойло Грайзела, и, воровато оглянувшись, спрятал их подальше. Не хочу коротать время где-нибудь на потолке, как в прошлый раз, когда, напившись, учитель пытался заставить меня танцевать восточные танцы! На столе и в проклятых шортах! Под конец из кучки непонятных хламид показался ручной скорпион моего чернокнижника, Пиллз, и шустро умчался под кровать.

Вот зараза! Лови его теперь, иначе ночью покоя не будет! Он любитель ползать по спящим и щекотать их своим хвостом с погремушкой! Однажды в трусы мне забрался! Видать, какой хозяин, такие и животные! Тоже с прибабахами.

Только я наклонился и заглянул под ложе, как позади меня промурлыкал знакомый голос:

— Ух, ты, ну и зрелище!

Я выпрямился, как ужаленный, и в панике обернулся: довольный Грайзел, втихаря материализовавшийся в пространстве, с интересом наблюдал за моими действиями. Вернее, и, не наблюдая даже, он просто пялился на… э-э… а куда он пялится, демон его забери?!

— Да ты продолжай, не обращай внимания на меня, — лениво протянул наставник. — Я пока посижу у тебя, одному мне скучно. Или тебе надоело? Ну, тогда… Давай выпьем? И он отсалютовал мне фляжкой.

Я отвернулся, вот ведь, гад приставучий! Везде достанет.

Минутку…

Фляжка?!

Матово— черная?!

Он выпил?? Он выпил!!!

— Э-Э… господин…а Вы поесть не хотите? Может, я сбегаю, принесу чего-нибудь? — дрожащим голосом пробормотал я, поглядывая на запертую дверь. Если удастся выбраться, фиг я сюда вернусь в ближайшую пару дней!

— Не…я не голоден, мой милый мальчик, — ласково пропел наставник.

Милый?! Ох, ты… это у него не первая фляжка! И даже не вторая! Ну, все, сейчас начнется! Как-то неудачно я тут застрял, надо признать! Впрочем, теперь надо думать, как бы чего постороннего во мне не застряло! Сматываться надо!

— Хервин, ну, иди, посиди со мной! Видишь, я в печали! — капризно сказал мой маг.

Я покачал головой, сильнее вжимаясь спиной в стену рядом с кроватью. Чем бы его успокоить?? Метлой, что ли, шарахнуть по башке? Но пока я буду бормотать соответствующее заклинание, он сто раз успеет… э-э… знать не хочу, чего он там успеет!

— Кстати, а где твое новое домашнее животное? Ну, то, пушистое? — вдруг рядом послышалось вкрадчивое, и я в ужасе вытаращил глаза.

На ложе, в двух шагах от перепуганного меня, безмятежно разлегся наставник. Когда он успел переместиться?! Да так молниеносно! И вот тут я свалял дурака.

— Мурча? Э…Она гуляет, наверное, Мурча-то.

Не успел я произнести ее имя, как из пустоты мне на голову с душераздирающим хрюканьем выпрыгнул мой зверек, его хвост хлестнул меня по лицу, и, не удержавшись на ногах, я свалился прямиком на Грайзела! И пока я приходил в себя в непростой ситуации, наставник игриво шепнул мне на ухо:

— Шортики наденем?

С диким воплем я подскочил на месте и рванул прочь от кровати. Однако после обильных хмельных возлияний чернокнижник был настроен весьма воинственно, а потому, мой отчаянный бег к двери остановила огромная дубинка, материализованная им из пространства, которая ударила меня по лбу.

— У-у-у-у, — взвыл я, когда передо мной закружились в полете разноцветные птички неопределенной разновидности. — Вы чего творите, учитель?! Больно же!! Сделаете своего единственного ученика слишком умным![1] — чуть не плача, простонал я.

— Болит, да?? Где болит, мой сладкий, покажи! Я поцелую!

Взглянув на сложенные сердечком губы моего мага, я взвизгнул так, что у скорпиона, с любопытством взиравшего на наши пока еще невинные развлечения, отвалилась погремушка с хвоста, и, поднявшись на ноги, рванул в противоположную сторону. Однако около двери в голубую опочивальню я почти натолкнулся на неизвестную рожу бледно-зеленого цвета, возникшую из ниоткуда. Рожа светски улыбнулась мне, и мелькнувшие в глубине пасти огромные клыки заставили меня заорать еще громче:

— А-а-а-а-а! Упырь!

Не прекращая вопить, я кинулся обратно, и, совершенно окосев от страха, залез на Грайзела, обхватив его руками за шею. Меня трясло и колотило. Я вообще боюсь кровососов!

А спустя краткое мгновение до меня дошло, что я нахожусь в тесных объятиях своего наставника-извращенца, который мне отчего-то радостно улыбается. Да такой улыбкой можно на погосте мертвяков распугивать темной ночью!

Я сглотнул и попытался пошевелиться, но был еще крепче прижат к широкой груди.

— И чего я тебя мучаю? — тихонько поинтересовался у себя учитель, неся меня к ложу.

Только я встрепенулся, может, он в себя пришел? Но тут он ответил на собственный вопрос, и мне резко поплохело.

— А мучаю я тебя, потому что мне полагается по статусу… мы ведь черной магии обучаемся, верно? А она и так одно сплошное извращение… Могу я иметь слабости? Что ты там мычишь, Хервин? Очень неразборчиво! Миллион раз тебе говорил, тренируй речь! Впрочем, это позже, а пока… Я надену на тебя шортики! Сиреневые! Или сниму… как-то так, короче!

Последняя реплика придала мне сил, и, извернувшись всем телом, я лягнул Грайзела ногой по уху. От неожиданности он меня выпустил, и я, не долго думая, ловко приземлившись на четвереньки, забавными скачками попрыгал к двери.

— Ах, ты, маленький негодник! — взревел наставник, устремляясь за мной. Но ему не удалось меня догнать, видимо, сегодня вечером судьба решила перетасовать карты: я вылетел из опочивальни, таща одной рукой случайно попавшуюся мне на пути Мурчу за хвост, и размахивая другой рукой, с зажатыми в ней шортами.

Свобода!!!

Пробегая по коридору, я случайно заметил живописную группу, состоящую из высокого типа в длинной коричневой накидке с мрачным лицом (явно чернокнижник), пухлой девчушки с копной светлых кудряшек (явно ученица) и… тролля (явно местный монстр). Последнего девчонка, пыхтя, куда-то тащила, схватив за…гм… Демоны, да тут кругом извращенцы!!!

Неудачную профессию я выбрал, сдается мне! Ох, и неудачную!

Бал, посвященный знакомству учеников и чернокнижников (его перенесли на день позже из-за опоздавших гостей), проходил в огромном зале, весьма неоригинально украшенном светильниками в виде черепов и картинами в тяжелых позолоченных рамах.

Я с удовольствием разглядывала мерзкие рожи, изображенные на портретах, пока мое хорошее настроение виртуозно не испортил мой маг.

— Мартьяша, — обворожительно улыбаясь окружающим, сквозь зубы прошипел мне наставник, — где тролль?

— А, ну… гм… в общем…, — замялась я, отворачиваясь. Дался ему этот неудачник!

— Куда ты его девала, Мартьяша?!

— Я его… того… добила случайно.

— Ты его до… что?! — громкий голос Фьориуса сорвался на дискант. — Как можно кого-тослучайно добить??

— Ну, понимаешь, он ожил, начал возмущаться…

— Возмущаться?! Что ты несешь, Мартемьяна?! — простонал мой маг. — Тролли не умеют разговаривать, они только мычат и хрипят!

— Так он и хрипел! — радостно ответила я. — Он очень зловеще хрипел! Наверняка ругался! Неприлично! — Я энергично качнула головой. — Пока он совсем не развопился, я и стукнула его по лбу… Да и стукнула легонько, а он, возьми и помри…

— Возьми и помри, — эхом откликнулся чернокнижник, с безнадежностью глядя на меня.

— Слушай, да он слабенький какой-то был! Не жилец, точно тебе говорю! Они тут все через одного задохлики! Даже удивительно!

— Ну, я еще понимаю, оборотень… Но тролль! Здоровая туша весом под сто пудов …, — чуть не плача, бормотал Фьориус, — и что я скажу Великому Зебендеру?? Что мы угрохали его разлюбезное чудовище?! Как я ему в глаза посмотрю??

— А чего тебе ему в глаза смотреть?? Ты ж не влюбленная дева на свидании! — раздраженно откликнулась я.

Распереживался, тоже мне! У его ученицы личная жизнь, может быть, рушится, а он волнуется о постороннем монстре! Все мужики одинаковые… Бесчувственные колоды! Бедная я, бедная… Вся такая нежная и ранимая!

— Мартьяша, давай потише, на нас уже обращают внимание, — укоризненно проговорил наставник.

Я фыркнула, размечтался! На меня обращают, на меня! Чего таращиться на мрачную занудливую дылду? Вот я, другое дело! И вдруг среди толпы народу мое внимание привлек парнишка с неизвестным пушистым зверем на плече. Где я его видела? А-а, да! Вспомнила! Он пробегал мимо, когда я как раз возилась с троллем!

— Ах, какой милашка! — прошептала я, замирая на месте.

— Где? Кто? — Фьориус обернулся ко мне. И, проследив мой взгляд, насмешливо осведомился:

— Тебе наше безвинно пострадавшее создание не успело по темени заехать? Пока ты его случайно добивала? Кто милашка? Вон тот нескладный парняга с веснушками и светлыми вихрами?

— Да, он настоящий красавец! — с вызовом ответила я, выразительно посматривая то на свой кулак, то на наставника. Тот чуть вздрогнул и нервно сказал:

— Мартьяша, имей в виду, он чей-то ученик! Если ты его в качестве своей жертвы хочешь приспособить, то…

— Фьориус, да ты совсем спятил! Какой жертвы? Я ж его люблю! — я мечтательно вздохнула.

По лицу моего собеседника промелькнула тень ужаса, но я упрямо продолжила:

— Мне ведь и замуж пора, шестнадцать лет как-никак! Я пойду к нему, нам надо срочно поговорить! Вот он обрадуется! Я развернулась и торжественно направилась к счастливчику, слыша краем уха бормотание Фьориуса:

— Обрадуется, а как же! Смертельно, я бы сказал, обрадуется. Надо мне, наверное, заранее подготовить соболезнования наставнику этого несчастного мальчика… Вот интересно, на местном кладбище найдется свободное местечко под новую могилку или мне лично придется его выбивать?

Переживания Фьориуса оставили меня равнодушной: в конце концов, я профи в любовных вопросах! Сердцеедка та еще! Наставник просто не в курсе, но в родной деревне от меня почти все поголовье оборотней, вампиров и прочей нечисти было без ума! Причем без ума в прямом смысле… Ведь стоило мне кого-нибудь из них шарахнуть по башке дубинкой или ломиком дедушкиным, как они сразу слегка косели, глупо улыбались и пытались чего-то сюсюкать! Флиртовали ведь, козе понятно! Хотя со свернутыми набекрень челюстями флиртовать сложновато, конечно… Но чего не сделаешь ради меня!

Я подошла вплотную к парню со зверушкой на плече (пушистик, кстати, при моем появлении моментально растворился в пространстве), и не долго думая, со всей силы заехала ему кулаком в живот. С коротким вскриком, он согнулся пополам, хватая ртом воздух, а я радостно проговорила:

— Привет! Я — Мартемьяна, а тебя как зовут?

— Хер… Хер, — неразборчиво прохрипел мой новый знакомый.

— Гм, — я задумчиво кивнула, — хорошее имя, редкое! И очень мужественное, тебе идет!

— Хервин! — наконец, удалось ему выговорить. И слегка выпрямившись, он воскликнул: — Ты зачем меня ударила?

— А я тебя люблю! — нежно улыбаясь, призналась я.

Эх, обожаю я эти моменты! Надо видеть, как меняются физиономии моих будущих мужей! Ага, именно, мужей! Я девушка весьма серьезная! Если признаюсь кому в любви, то все! От женитьбы предмета моей страсти ничего не спасет! Хотя один способ, правда, есть… Но я и на том свете отыщу, я ж рассказывала!

Парнишка застыл на месте, вытаращив на меня глаза и часто-часто помаргивая ресницами. Я прямо им залюбовалась, удивительно умный вид! Молчание затягивалось, и я даже немного заволновалась — а не онемел ли он от счастья? Еще бы, ведь я — такое счастье, такое! Не каждый столько и выдержит! Я присмотрелась к Хервину: а он и вовсе хрупкий! Худенький да бледненький! Его учитель не кормит совсем? Ничо, я приведу жениха быстро в норму! Ему всего-то требуются здоровые игры на свежем воздухе, например, догонялки с упырями на кладбище или раскапывание могилок в полночь, и обязательно хорошее питание! После оживления мертвецов аппетит зверский просыпается!

Я тихонько вздохнула, представляя наше с Хервином счастливое будущее, как вдруг в мои сладкие мечты вторгся чей-то отвратительно хриплый голос:

— Вы чем тут занимаетесь? Девчонок мне только не хватало!

Я неохотно вернулась в реальность: на меня с неудовольствием взирал высокий мужик с взлохмаченными волосами, судя по мрачному виду, наставник моего любимого.

— Пока ничем не занимаемся, рано еще, на погосте никого нет! — язвительно ответила я.

Не понравился мне дядя! Впрочем, мне вообще мало кто нравится. Из живых. А прочих я бью! Я собиралась еще кое-чего высказать, но вдруг услышала рядом с собой голос своего учителя:

— Мартьяша, ты куда пропа…, — фразу он не закончил, ошеломленно уставившись на другого чернокнижника.

— Фьориус! — изумился тот.

— Грайзел?! — недоверчиво откликнулся мой маг.

— А имена у вас обоих дурацкие, чтоб вы знали! — радостно сообщила я им, поближе подходя к изрядно перепуганному Хервину. Оба наставника, проигнорировав мое правдивое замечание, замерли на месте, прожигая друг друга злобными взглядами.

— Пожиратель червяков! — сквозь зубы процедил мой учитель.

— Троллья какашка! — прошипел в ответ другой.

А вот последнее маловероятно… Особенно, учитывая нынешнее состояние несчастного тролля! Я расстроенно вздохнула, как некстати напомнил о бедолаге!

— Жертва любвеобильного вампира!

— Неудачный эксперимент некроманта!

Ух, ты! Я вскинула брови: талантливые ребята! Столь куртуазные речи ведут, заслушаешься! Вот что значит — прекрасное образование! Грамотно испортить ближнему настроение, это надо настоящий талант иметь! И длительную практику!

— Что ты здесь забыл? — с яростью осведомился Грайзел. — Тебя давно выкинули из Старейшин! Ты никто!

— Я сам ушел! — с не меньшей яростью прорычал Фьориус, и, прищурившись, ехидно осведомился:

— А ты не меняешь привычки, я смотрю? Очередной юнец в учениках? Интересно, надолго ли! Обычно они около полугода выдерживают, правда? А последний, кстати, рехнулся, люди говорят. Зарабатывает себе на жизнь тем, что танцует на столах восточные танцы. В сиреневых шортах!

Ого! А Грайзел-то крут! Я с уважением взглянула на побелевшего Хервина, (от гордости, наверное?), вот повезло парню! Только он вроде как не рад, что ли? Хм. Странно. Не понимаю я мужскую логику! Или верно говорил знакомый мертвяк-философ, ее просто нет в природе? Однако чужому магу слова Фьориуса не понравились, и он угрожающе двинулся на моего учителя. Я расслабилась и приготовилась наблюдать клевую драку, но, к сожалению, представление прервал Забендер.

— А ну, валите все, на середину зала! — вежливо продребезжал он. — Окопались здесь, понимаешь… Ща задание дадут для ваших ученичков! Кто не выполнит, тот, считай, помер!

Я задумчиво посмотрела на своего милого мальчика. Не, я, конечно, понимаю, любовь любовью… Но и развлекаться надо! А то ничего в замке не происходит, скучно, сил нет! И я рванула вперед, обогнав своих спутников.

Я несся по коридорам замка чернокнижников, петляя, как заяц, удирающий от охотников, и с грустью думая о том, что моя жизнь стала удивительно однообразной! С тех пор, как мой наставник встретился с неведомым Фьориусом, он начал пить с утра до ночи, отравляя мое существование попытками натянуть на меня (или стянуть, в зависимости от ситуации) чертовые сиреневые шорты! Каким образом он доставал свое пойло, выброшенное мною еще по приезде, оставалось для меня загадкой.

Вот и сейчас я мчался от наклюкавшегося Грайзела, молясь всем демонам сразу о спасении, ибо именно сегодня учитель почему-то был настроен крайне серьезно. На редкость целеустремленный извращенец! Я уже отбил пару его атак, но если он бросит на меня магическую «сеть», фиг я куда денусь… Ох, как бы мне не пришлось вскоре танцевать восточные танцы на столе!

Но, видимо, я не зря обращался к демонам за помощью, потому что в итоге получил то, на что никак не рассчитывал. И, будучи в здравом уме, никогда в жизни рассчитывать бы не стал!

Я как раз добежал до поворота, когда на мою и без того многострадальную голову вдруг обрушился не хилый удар. Падая навзничь, я успел заметить лишь копну светлых кудряшек и невинно помаргивающие голубые глазки с длинными ресницами.

Мартемьяна, выплыло в сознании имя, прежде, чем я с грохотом растянулся на каменном полу.

— Что это было? — прохрипел я, приходя в себя, как мне показалось, спустя краткое мгновение.

— Как что? — искренне удивилась пухленькая блондинка. — Мой кулак!

Ах, кулак? Всего-то? А ощущение, словно на мне в свое удовольствие попрыгала сотня увесистых Мартьяш…

Вредная девчонка, тем временем, с восхищением проговорила:

— А ты быстро бегаешь! Мог бы ловить упырей! Хочешь, поохотимся вместе на них как-нибудь? Я покажу тебе, как правильно клыки выбивать!

— Да на что они мне?! Я не ношу экзотические ожерелья и украшения в принципе!! — в отчаянии простонал я, безуспешно пытаясь подняться на ноги.

Моя собеседница со жгучим интересом наблюдала за моими действиями, с трудом удерживаясь, как мне показалось, чтобы не добить меня окончательно. Ну, или хотя бы пнуть под зад. А я вдруг некстати вспомнил слухи, упорно ходившие в замке, о какой-то девушке-ученице, зверски покусавшей местного вампира. Теперь последний непрерывно клацает зубами, бедняга, что, конечно, здорово мешает его традиционному образу жизни, особенно, питанию: ведь в самый ответственный момент раздается жуткий перестук… После чего несостоявшийся завтрак, обед или ужин непременно просыпается и от души лупасит несчастного кровососа.

Да-а, если моя новая знакомая и есть та самая девица… уж больно похожа по характеру… то по сравнению с ней любой упырь покажется безобидной кладбищенской тварюшкой. Ну, да, пугают они прохожих по ночам, ну, пьют кровь, бывает, громко воют, мешая спать окрестному населению… Но это разве повод, чтобы бить им морды??

Я, наконец, вернулся в вертикальное положение, и с облегчением выдохнул. Эх, как хорошо стоять на ногах! Которые почему-то, правда, подгибаются… Но ведь не разъезжаются же, с другой стороны?

— А ты куда летел? — вдруг спросила Мартемьяна, и я замер от нахлынувшей паники.

Грайзел!

Оживая, я в волнении схватил ученицу чужого мага за руку и потащил за собой, возбужденно выкрикивая:

— Сматываемся! Мой наставник идет сюда! Он…

— Это тот, взлохмаченный? Со скорбным выражением на интеллигентной роже? Придет, а как же! Принесут, скажи лучше! — послышался за спиной ангельский голосок. — По моим прикидкам, завтра утром…

Я круто обернулся:

— А…что с ним?

— Ну… птичек считает. Или звездочки. Я точно не знаю, не уточняла. Да и вообще, не разговорчивый он у тебя что-то совсем, глазки закатил и молчит, — беззаботно ответила Мартьяша, дружелюбно улыбаясь. И от этой улыбки меня вдруг продрал мороз.

— Э…о? — беспомощно прокрякал я. Удивительно, но она меня преотлично поняла! Красноречие — великая вещь!

— Живой, естественно, — очень удивилась юная чернокнижница, и, кажется, даже немного обиделась, — я девушка приличная, с первого раза редко убиваю! Но, знаешь, твой учитель все же весьма странный… Пока ты отдыхал, я к нему вышла, поздороваться, о погоде поговорить, о делах… А он каааак набросится на меня!

Я в изнеможении закрыл глаза. Жуть… Грайзел точно сумасшедший. Как он мог пристать к такой вроде бы милой девчушке!

Но тут Мартемьяна продолжила рассказ, и мне стало дурно:

— Понятное дело, чернокнижник просто одурел от моей красоты неземной, но не так же сразу и целоваться! Хоть бы погоду обсудили сначала! А когда он какие-то помятые шорты попытался на меня приспособить, я и вовсе рассвирепела. — Она гневно топнула ногой, обутой в черную лакированную туфельку: — МНЕ НЕ ИДЕТ СИРЕНЕВЫЙ ЦВЕТ!!! Я предпочитаю розовые и нежно-голубые оттенки! Ну, и стукнула его слегка. Он икнул и растянулся на полу… Слабенький какой-то, право слово! Тролли все-таки покрепче будут…

Я вздрогнул, и, словно в забытьи, проговорил:

— Грайзел извращенец…

— Ух, ты! Первый раз живого извращенца вижу!!! — радостно воскликнула она.

— Можно подумать, до этого ты их только мертвыми встречала! — съязвил я в ответ.

— А, конечно! На каждом кладбище таких целые стада бродят! Знай, отмахивайся дедушкиным ломиком!

Я не нашелся, что сказать, и только растерянно хлопал глазами.

И почему мне кажется, что приглашать в гости это белокурое голубоглазое чудовище вместе с наставником — было очень, очень, очень большой ошибкой?

— Какое задание вам дали? — спросил Грайзел, внимательно изучая какой-то пожелтевший от времени свиток.

Я кинул на него быстрый взгляд, но почти сразу отвел глаза: сегодня излишний интерес к наставнику приводил последнего прямо-таки в неистовство. А интересоваться, действительно, было чем: на лице чернокнижника, придавая ему мрачно-загадочный вид, красовался здоровенный синячище. Уже начиная потихоньку приобретать столь любимый им сиреневый оттенок…

Я невольно фыркнул и огромным усилием воли подавил готовое вырваться гадкое хихиканье, прекрасно осознавая, что могу за него и жизнью поплатиться. Любое неуважение к себе такими, не совсем нормальными, личностями, обычно не прощается.

На мой благоразумно невысказанный утром вопрос по поводу перемен во внешности, чрезвычайно хмурый и трезвый (чудеса!), учитель пояснил, что споткнулся на неровных ступеньках лестницы, ведущей на крышу, где он якобы собирался любоваться звездами, и ударился о перила. Хм… Мда, те перила явно приложились со знанием дела… Красивый синяк получился!!! Загляденье! Жаль, не моего производства…

— Хервин, не витай в облаках, я вопрос задал! — раздраженно обернулся ко мне Грайзел, откладывая бумагу в сторону.

— А-а…да…, — я быстренько сориентировался, — нам необходимо вызвать демона.

— Какого? — наставник с любопытством осмотрел меня с головы до ног, как будто прикидывая размеры будущего гробика.

Я нервно вздрогнул и неуверенно пробормотал:

— Ну, э-э… я полагаю, любого…

— Так-так… Узнаю Забендера с его заморочками… Кстати, со всеми этими событиями я тебя забыл предупредить об осторожности. Имей в виду, помимо тех заданий, что вам дает лично Верховный маг, придется еще разбираться с массой посторонних магических штучек, которыми изобилует здешний замок. Будь внимателен.

Признаться, столь неожиданная забота о моей персоне здорово удивляла. Неужели от точного удара Мартьяши у чернокнижника мозги встали на место?? А вдруг он и пить бросит… и приставать ко мне с разными глупостями… Будем с ним, как обычные колдуны, зелья мерзкие варить да страшные проклятья сочинять… Или нечисти хвосты крутить, вконец размечтался я.

— А что с демоном? Ты хотя бы примерно представляешь, как будешь проводить ритуал вызова? Чтобы без последствий в виде твоей безвременной кончины… Я, видишь ли, расстроюсь, если ты вздумаешь помереть, — вдруг раздался тихий шепот прямо у моего уха.

Я непроизвольно дернулся и моментально пришел в себя, дико оглядываясь по сторонам. Суровая действительность заставила меня съежиться от ужаса: предаваясь безмятежным размышлениям, я потерял бдительность, и вот теперь на моей талии обнаружилась горячая рука наставника. Я ощущал ее адский жар даже сквозь ткань рубахи.

— Ч— что Вы… Я… То есть, мы ведь изучали демонологию, — испуганно пролепетал я, безуспешно пытаясь выдраться из цепкого объятия Грайзела. — Я попробую…

— Вообще-то, демона проще простого призвать с помощью колдовской книги. Но в ваших состязаниях, — тут мой маг интимно улыбнулся, — ее нельзя использовать. Так что придется, видимо…

Почувствовав, что шустрая конечность извращенца перемещается с талии куда-то ниже, и, разглядев на лице учителя странное мечтательное выражение (так, наверное, выглядит романтически настроенный монстр), я с утроенной силой начал вырываться на свободу.

— Хервин, прекрати толкаться, ты мне мешаешь размышлять!

А ты мне жить мешаешь! Я хотел громогласно возмутиться, но не успел, так как временно потерял дар речи от очередного «чудесного» высказывания собственного наставника:

— В демонологии ты определенно безнадежен. Единственное, что ты сможешь вызвать — это сердечный приступ у окружающих. Однако…, — Грайзел наградил меня лучезарной улыбкой, от которой меня охватила настоящая паника, и вкрадчиво договорил:

— Однако ты всегда можешь обратиться ко мне. Конечно, нам запрещено помогать ученикам. Но если ты попросишь…

Призрак шортиков сомнительной расцветки отчетливо замаячил передо мною.

Вытаращив глаза (от усердия) и высунув язык (совершенно случайно!), я рванулся в сторону, и — о чудо! — наконец отлепился от наставника. Не дожидаясь его реакции на столь наглое поведение, я бросился к двери, приглаживая на ходу всклокоченные волосы.

— И еще, Хервин, — донесся до меня серьезный до крайности голос моего мага. — Держись подальше от сво… короче, от того чернокнижника, Фьориуса. И от его ученицы. Она явно безумна.

«Кто бы говорил! Сам извращенец, а другим теперь нельзя, что ли? — подумал я мельком, выходя в коридор. — И уж если выбирать из двух зол, то… Мартьяше хотя бы не нравится ничего сиреневое!»

Я ухмыльнулся и быстрым шагом направился в сторону холла, где меня уже давно поджидала пухленькая, голубоглазая девчушка с густой копной светлых, кудрявых волос.

Мартемьяна по прозвищу Неистовая дева, Гроза упырей и Кладбищенский кошмар.

Нет, не прав мой наставник, эта прелестница со столь лирическими прозвищами не безумная.

Она абсолютно безумная!!!

Чокнутая, сдвинутая, сбрендившая, а также безбашенная и отвязная!

Но сдается мне, что с появлением этой невозмутимой оторвы моя упорядоченная жизнь начинает приобретать пугающую притягательность…

— А куда мы идем? — опасливо спросил я у своей решительно настроенной спутницы. Кто их, знает, как там у ненормальных в голове все устроено… Вдруг заманит сейчас в темный уголок… вон их сколько… да и учинит надо мной непотребство… И никто из здешнего колдовского сообщества не поможет! Подправила же она физиономию Грайзела сообразно своему вкусу!

— Ты с демоном определился? Тебе известны основы ритуалов по их вызову? — вместо ответа, поинтересовалась Мартемьяна, а я в который раз подивился ее сходству с собственным наставником. Не родня ли? Как бы не влезть во что-то много хуже, чем проклятущие шорты!

— Ну… я изучал демонологию немножко…, — я смутился под презрительным взглядом белокурой бестии и быстро закончил: — Нет, я понятия не имею, как их вызывать! Зачем спрашиваешь, и так ведь знаешь!

— Ага, знаю. Но мне нравится слушать, как ты шепелявишь, — несносная девчонка весело хихикнула.

Я покраснел от злости и выпалил:

— Что за ерунда! У меня хорошая речь! Просто… Ну… Я язык прикусил нечаянно! Когда Мурчу ловил!

На самом деле совсем по другой причине, но о приступах «нежности» моего чернокнижника ей лучше не знать. Ее разум и так вызывает серьезные подозрения в адекватности…

— Поймал? — невинно осведомилась малолетняя истязательница. Я мрачно покосился на нее, но промолчал, хотя это стоило мне огромного труда. Она невыносима! Интересно, как с ней справляется неведомый Фьориус? Кляп в рот впихивает? Или приковывает цепями к кровати? Гм, что-то у меня фантазия разгулялась не туда…

— Я тут нашла небольшой зал, — вдруг соизволила ответить на мой давний вопрос ученица чужого мага, — вот в нем и будем наши заклинания пробовать. А то здесь народу больно много бродит. И живого, и не совсем. Еще выяснят, что я тебе помогаю…

— А, кстати, зачем ты это делаешь? — я пристально посмотрел на Мартемьяну.

— Забавный ты! Или память плохая? Нет, я определенно предпочитаю первый вариант. Ибо болезные да увечные мне мало подходят в основной деятельности…

Для чего подходят?? Я невольно остановился и едва не попятился назад, готовый в любой момент смотаться от блондинистой очаровашки с носом-пуговкой. Не заметив моего позорного отступления, она уверенно топала вперед, что-то звонко вещая, каблучки ее черных туфелек выстукивали по каменному полу затейливую дробь.

Однако я больше не слышал, о чем она говорила, поскольку моим вниманием безраздельно завладела одна из картин, развешанных в определенном порядке на стенах коридора, в шикарной золотой раме. Изображенная на ней молодая женщина с высокой старинной прической и потрясающим декольте была настолько красива и настолько мастерски выписана (казалась живой!), что я не мог отвести взгляд, таращась, словно зачарованный. Спустя пару мгновений восторженного обозревания предмета живописи, я вдруг понял, что абсолютно не в состоянии пошевелиться, более того, речь мне тоже оказалась неподвластна: кричать не получалось.

И пока я стоял, подражая памятнику и вяло соображая, как выпутаться из явно опасной ситуации, нарисованная дамочка вдруг хищно улыбнулась, продемонстрировав устрашающие клыки, и протянула ко мне руки…

Я честно пытался заорать, ибо ее клешни с острыми когтями показались мне не очень дружелюбными, но из перехваченного ужасом и неизвестным заклинанием горла вырвалось только писклявое кваканье.

Цепкие конечности девы с портрета крепко ухватили меня за талию и потянули к себе, заставив инстинктивно закрыть глаза…

И тут над моим ухом внезапно просвистело нечто непонятное, раздался смачный звук удара, визг портретной твари и знакомый голос гневно проорал:

— Ах, ты зараза, моего парня вздумала увести?! Я его первая нашла, значит, он мой!!

Мартьяша!!!

Молодец, успела, с облегчением подумал я, прежде чем костлявые руки, удерживающие меня, разжались, и я полетел вниз.

— Чем ты ее? — спросил я, потирая прилично ушибленный зад. Не могли ковер постелить, чернокнижники, гады! Об этот пол вполне можно отбить себе все самое важное! Нет, ну, не то, чтобы мой зад был настолько важным… Хотя я лично знаю кое-кого, кому он небезразличен! Тьфу, чушь какая! Вроде, пострадала совсем не голова, а я эдакий бред несу! Я к тому, что каменные покрытия давно из моды вышли! Как и леди с метровыми зубками, живущие в картинах…

— Чем? — весело переспросила Мартьяша. — А вот!

И она помахала перед моим носом небольшой изящной вилочкой дымчато-серого цвета.

— Ты ткнула ее столовым прибором? — недоверчиво уточнил я, в легком обалдении рассматривая страшно довольную собой девушку.

— Болван! Она серебряная! Вообще, я ее утащила у Фьориуса… А чего? У него их много, а мне приданое надо собирать! Замуж надо выходить по правилам! — строго проговорила она. И, нахмурив брови, грозно добавила: — А ты завязывай с посторонними девицами флиртовать! Ишь, до портретной жительницы докопался! Завязывай, понял? Не то получишь от меня!

Я судорожно сглотнул, невольно вспомнив шикарный синяк Грайзела, и покусанного вампира и решил благоразумно промолчать. И только навязчивое предположение о том, в какое место пышногрудой нарисованной монстры Мартемьяна догадалась воткнуть нестандартное оружие, почему-то не давало покоя…

— Так, бери мел, рисуй пентаграмму, — распорядилась светловолосая всезнайка, когда мы пришли, наконец, в подходящее для священнодействия помещение. — А я пока приготовлю остальные причиндалы.

Я с подозрением покосился на нее: не нравится мне веселый блеск в ее голубых и невинных глазищах. Та еще штучка! Я отлично помню нашу первую встречу — незабываемый момент, когда она от души врезала мне по животу!

— Ты закончил с напольной живописью? — нетерпеливо поинтересовалась наглая девица. — Тогда отойди. Дальше!

Я повиновался и, прислонившись к стене, принялся наблюдать за ее манипуляциями.

Мартьяша обошла меловое изображение, внимательно проверяя, нет ли повреждений в линиях, затем вытащила из потайного кармашка непонятную склянку с черно-багровой жидкостью и капнула несколько капель в центр рисунка. Там, куда они упали, вверх поднялся ядовитый белый пар с резким, неприятным запахом.

— Э-э… а кого ты вызываешь? Что за разновидность демона? — рискнул я поинтересоваться, нервно поеживаясь. Процесс выглядел слишком серьезным даже по моему — неискушенному в подобных мероприятиях — мнению.

— Откуда мне знать? — удивилась юная колдунья, и ее ответ заставил меня побледнеть, если не позеленеть, от страха, — но ты не волнуйся, все получится. У меня никогда не бывает промахов!

Вот это меня и пугает, помня о ее прицельных ударах кулаком, подумал я в отчаянии, но развить мысль не успел: начинающая чернокнижница приступила в последней части ритуала, чтению заклинания.

Холодный ветер пронесся по залу, когда в середине пентаграммы заклубился знакомый по занятиям с наставником сине-серый дым, сквозь который едва просматривались очертания громоздкой фигуры.

Впрочем, спустя пару томительных мгновений дым исчез, и перед нами во всей красе предстало… ну, довольно необычное создание.

Нечто непонятное, округлое со всех сторон, странного розового цвета, с совершенно не опознаваемыми частями тела! Я недоуменно моргнул глазами: ни разу не видел ничего похожего!

— Мартьяша… Мартьяша, кто это?? — оторопело вопросил я.

— Я полагаю, громыкоид, — пожала плечами пухленькая блондинка.

Громыкоид?! Никогда не слышал… И где рожа, а где зад у этого…?!

— Интересно, а вот это не нос ли? — пробормотал я вслух, наклоняясь ближе к существу из другого измерения.

— Хервин… э-э… не хочу тебя расстраивать, но это совсем не лицо! — виноватым тоном проговорила ученица Фьориуса.

Я отпрянул в сторону, как ужаленный, и, немного помявшись, осведомился:

— А что оно… он умеет?

— Ну… гадить, — отозвалась Мартемьяна.

Словно в подтверждение ее слов раздался характерный звук, и около моих ног оказалась темно-коричневая кучка, издающая отвратительное зловоние. Сдерживая тошноту, я в ужасе вытаращился на свою подельницу, которая поспешно заявила:

— Я не то имела в виду! Гадости он умеет делать! Гадости! Причем, отличного качества!

— Ага… я вижу, — косясь на кошмарную кучу, просипел я, пытаясь не дышать.

— Классный демон, да? — самодовольно улыбнулась ужасная девчонка, погладив того по спине.

— Угу, — едва не теряя сознание от мерзкого запаха, согласился я. И жалобно простонал: — А мне обязательно забирать вонючку… то есть, громыкоида с собой? Меня ж с ним Грайзел не пустит на порог!

— Не поняла? Тебе не нравится твой личный демон? — Мартьяша гневно прищурилась, но я отреагировал быстро:

— О, нет, нет, он чрезвычайно мил! Вот наставник… Боюсь, гм, не оценит его благоухающей прелести… Да и шорты на него не нацепишь… Ладно, — я обреченно вздохнул, — уговорил же я его на Мурчу… Кстати, а что с тобой? Как насчет твоего собственного задания?

— Ха! Да мне стоит только свистнуть, и здесь появится целая куча демонических отродьев! Но я пока не буду их вызывать… А вот на встрече с Запупендером…, — не закончив предложения, начинающая чернокнижница мечтательно улыбнулась.

Ой-ей, мысленно я горячо посочувствовал Верховному магу. Есть у меня определенные опасения, что демон Мартьяши, ему точно не понравится. Как и всему замку в целом.

… Вы знаете, и ведь я оказался прав!

Мы гуляли по местному кладбищу. Не очень большому, но вполне ухоженному и милому. Конечно, выбор места для данной прогулки целиком и полностью принадлежал мне. И, конечно, Хервин не был от него в восторге. Он сопротивлялся, кричал, что здесь полно мертвяков (как спокойных, так и не очень), кровососов и прочих, гадких и мерзких, личностей. Но что может быть лучше таинственного мерцания луны в чернильно-темном небе, прелестных надгробий и памятников и уютных могилок?

Короче, мы гуляли по кладбищу.

Наше первое свидание, вот как это называется. Правда, сначала мой милый пытался от него отвертеться, но я приперла его к стене (в прямом смысле), и, нежно напомнив о помощи в вызове демона, притащила сюда. Нет, Хервин не неблагодарный, застенчивый просто! Гы, но мне такие нравятся!!

Побродив для приличия где-то с полчаса, мы чинно уселись на дубовую скамеечку возле мраморного склепа и погрузились в светские беседы. Обсудили достоинства и недостатки проклятий, упокоения вампиров, дурные привычки своих наставников, потом мой возлюбленный гордо продемонстрировал мне свое домашнее животное. Пушистого зверька, что я видела с ним в один из первых дней после нашего приезда в замок.

— Мурча никого не признает, кроме меня! — немного извинительно пробормотал Хервин, когда наглый пушистик попытался цапнуть меня за палец.

— Да? А меня животные любят! Я, знаешь, какая добрая! — Я незаметно сунула под нос зверенышу свой внушительный кулак. Мурча беспомощно хрюкнула и уставилась на меня преданным взором.

— Удивительно! — восхищенно отозвался ученик чужого мага. А я подумала, что пора переходить к активным действиям…

Целоваться!!!

Если так и будешь сидеть, как недоразвитая, то еще сотню лет девственницей проходишь… А я несогласная! И так уже несколько кавалеров извела ненароком!

— Дорогой, — пропела я ласково, — дай-ка я тебя поцелую…

Хм, не уверена, но, по-моему, начинающий чернокнижник с трудом подавил недостойное желание рвануть прочь. И правильно, я ж догоню… А тогда хуже будет! Я подвинулась поближе к парню, заранее выпятив губы, и уже приготовилась смачно чмокнуть, как вдруг Хервин прошептал едва слышно:

— М-Мартьяша, позади меня кто-то странно пыхтит…

— Если ты пытаешься увильнуть от поцелуя, то зря! — я сурово насупилась, но все-таки заглянула ему за спину. Мда… там и, правда, кое-кто обретался, ибо на меня выпучились мутные глазки, находящиеся на смущенной болотно-серой морде.

— О, точно! — радостно воскликнула я. — Ты прав! У нас тут упырь!

Хервин слегка изменился в лице, сдается мне, позеленел даже, сразу же походя обликом на этого самого упыря, но через мгновение взвыл не своим голосом:

— Прогони!! Прогони его! Я их боюсь!!!

Странные завихрения для мага, подумала я, срываясь с места вслед за жутко перепуганным неожиданным воплем, удирающим кровопийцей.

Поймала я его достаточно быстро, так как он, по-моему, слегка одурел от крика и особого сопротивления не оказал. Впрочем, я его почти не тронула, только по шее надавала, чтобы не пугал излишне впечатлительных юношей!

— На, держи, — вернувшись обратно, мрачно протянула я Хервину букетик чахлых синеньких цветочков.

— А на хрена? — вежливо осведомился тот.

— Упырь передал, — пожала я плечами. — Оказывается, ты ему нравишься.

Парень передернулся от отвращения, но я не собиралась пускать ситуацию на самотек! Иначе оглянуться не успеешь, а жениха какая-нибудь прыткая сволочь уведет! Я не уступлю своего будущего мужа наглому кровососу!

— Мне, конечно, лестно, что ты пользуешься популярностью, но все же теперь ты мой, так что забудь о своих прежних пассиях!

— Прежних… что?! — с ужасом переспросил Хервин.

— Да расслабься ты! Я — девушка широких взглядов, к нетрадиционным союзам отношусь вполне лояльно, но…

— Нетрадици… чего?! — голос у ученика Грайзела сорвался на дискант.

— А что? Упыри тоже люди. Ладно, не совсем люди, признаю, так как немножко неживые и пованивают… Но когда это клыки, зеленая рожа и запах мертвечины были помехой любви?

Хервин издал странный звук, как будто его тошнило, и вдруг рявкнул:

— Мартьяша, я в принципе не переношу клыкастых уродов!!!

«Ого, какой громкоголосый мужчина…», — с энтузиазмом подумала я, а вслух ехидно сказала:

— Ага, верю… А наш упырь просто романтическая натура… цветочки любит первым встречным парням дарить…

— Мартьяша, — процедил мой визави сквозь зубы, — прекрати, ты невыносима! Я не встречаюсь с нечистью!

— Да? Тогда ты ужасен! Мало того, что флиртуешь с ними да соблазняешь (признавайся, чего своему мертвому воздыхателю наобещал??), так еще и не встречаешься потом?! — я неодобрительно поджала губы.

Хервин душераздирающе застонал:

— Ты меня сейчас в гроб вгонишь…

— О, ты тоже любишь в них отдыхать? — радостно уточнила я, делая шаг к нему, — у нас, оказывается, много общего…

Но только я вознамерилась продолжить начатое — нас ведь грубо прервали на поцелуе — как со стороны замка раздался гонг, созывающий учеников в главный зал.

Мой жених и практически муж сразу как-то подозрительно заторопился в замок чернокнижников, приговаривая на ходу:

— Мартьяшенька, пойдем, пойдем быстрее! Великий маг задания будет оглашать! Нельзя опаздывать!

Я недовольно хмыкнула, чертов Забулдыга, в смысле, Забендер который, столь романтический момент испортил! Но, делать нечего, пришлось, двигать вслед за Хервином.

Ничего… Никуда ты от меня не денешься, любимый!!! Мы еще сольемся с тобой в страстном поцелуе, даже если мне придется тебя предварительно связать! Это, кстати, куда интереснее… Я и местечко подходящее присмотрела: шикарный склеп в западной части погоста! Конечно, он пока занят… Но с хозяевами я уж как-нибудь договорюсь, силу убеждений, подкрепленных кулаками, нельзя недооценивать!

Гыы… нравится мне быть влюбленной!

Я с тоской посмотрел на свою спутницу и непроизвольно поежился — широкая улыбка на лице Мартемьяны могла кого угодно напугать до не проходящей икотки!

Великий маг разрешил участвовать в новом задании парами, чем не преминула воспользоваться белокурая бестия с ангельским личиком. Она подошла ко мне, и, больно впившись ногтями в мою ладонь, нежно проворковала:

— Милый, ты со мной?

Тянуло ответить — навеки, но я чудом удержался от рискованного высказывания (еще засунет в гроб на пару столетий), хотя руку жгло, как огнем, и, ограничился кивком. Подумав мимолетно, что мне вполне хватило Мартьяши в прошлый раз, когда демона вызывали! Нет, она мне помогла, не спорю, но зато, что отколола потом!

… Когда мы втроем с громыкоидом, важно шествуя, вернулись в главный зал, оказалось, что остальные ученики уже давно собрались, и ждали только нас. Похвалив меня за необычный выбор демонического экземпляра, Верховный маг, явно предвкушая исключение моей вредной сообщницы из состязаний, вкрадчиво поинтересовался у последней:

— Деточка, а где же твое создание?

Несносная девчонка ухмыльнулась и небрежно ответила:

— А вот!

Свист, который последовал за этими словами, оглушил половину присутствующих, а над ученицей Фоьриуса появился голубой вихрь, с вспыхивающими в нем серебристыми молниями.

— Достаточно, Мартемьяна, я тебе верю! Прекрати!!! — мертвецки побледнев, проскрипел, Забендер. — Ты не смеешь сюда приглашать Гадкую Пару…

— Поздняк метаться, уважаемый! — начинающая чернокнижница озорно хихикнула, — Будет весело, я обещаю! А то скучно здесь у вас…

Я нахмурился. Гадкая Пара? Демоны высочайшего уровня?? Не может быть, с ним даже опытнейшие колдуны не связываются! Но…

Но когда из искрящегося портала между мирами вынырнула черная кошка, мгновенно трансформировавшаяся в изящную девушку с длинными рыжими волосами, я онемел. Гадкая Киса?!

А в мерцающем огоньками воздухе тем временем постепенно проявлялось наглое мужское лицо с ехидно торчащими густыми усами.

Гадкий Котег!!

Верховный маг судорожно дернулся, когда демонические отродья, оглядевшись по сторонам и явно прикидывая, что разломать в первую очередь, рванули к выходу.

В следующие несколько дней замок трясся, как в лихорадке.

Гадкая Парочка оторвалась на славу: Кот умудрился перепортить почти всех служанок, научил молодое поколение будущих магов воскурять удивительные травы, от коих глаза сами собирались в кучку, и сладковатый дымок надолго окутывал покои… А также с удовольствием отметился во всех углах, от нестерпимого «благоухания» которых благородные чернокнижники и прочий люд перемещались, зажимая носы. И еще с его стороны особому нападению почему-то подвергся пиршественный зал, в котором сразу после жуткого буйства останки некогда богатой обстановки перемежались с клочьями серой шерсти. Я все понять не мог: неужели ему кто-то стукнул, что кормят здесь отвратительно? Но тогда проще было бы повара сожрать…

Киса развлекалась несколько иным способом: она уперла все ценное, до чего смогла добраться. В список утраченного в неравной битве с демонессой попали: драгоценности приехавших на сбор гостей, столовое серебро в буфете, редкая колдовская книга в переплете из драконьей кожи (владелица — некая ведьма по имени Дирсагея), и, самое страшное, — девственность родного племянника Забендера!

Утихомирить жутких созданий удалось только Фьориусу, как наставнику виновной в происшествии Мартьяши. На мой взгляд, он не шибко и расстроился из-за действий своей подопечной, скорее, повеселился от души.

Я вздохнул, отмахиваясь от воспоминаний. Надо смотреть в будущее. А будущее вдруг предстало прямо передо мной в виде сияющей счастьем пухленькой физиономии в обрамлении множества светленьких кудряшек.

Я испуганно отпрянул назад, но Мартемьяна лишь ухватилась за меня покрепче:

— Хервин, не спи! У нас с тобой ответственное дело!

Мало мне ритуалов по вызову дьявольских существ, застонал я мысленно, а теперь еще и эта! Вернее, это.

Поимка единорога.

Да, с некоторых пор в окрестностях замка завелся дикий единорог. И нас обязали его добыть. Кошмар! Я поежился. Новое задание и так вызывало серьезные сомнения в его успешном завершении, а вкупе с моей чокнутой решительной компаньонкой… В ее духе ненароком пристукнуть меня и не заметить! Но никуда от нее не денешься…

— Как будем искать чертово животное? — обреченно спросил я, когда мы вышли во двор.

— А чего его искать? — беспечно отозвалась юная колдунья. — Я в курсе, где наш волшебный друг обретается. На здешнем болоте, что рядом с кладбищем.

— Откуда ты…?? — изумился я.

— А мне Гадкая Парочка рассказала, — хихикнула моя собеседница, — по секрету. Они его случайно обнаружили, когда …мм…отдыхали здесь.

Мда, не хило они отдыхали, в натуре! Конкретно так. До сих пор мурашки по телу, как вспомню Великого Забендера, который в изжеванном ночном колпаке и рваных подштанниках несколько ночей подряд с яростными воплями выскакивал из своей опочивальни по причине разодранного в хлам постельного белья… Как сообщила позже невозмутимая Мартьяша, Гадкая Киса просто точила когти. Но почему вандализму с завидным упорством подвергалось исключительно ложе Верховного мага и его пижама?? Да и демоница пребывала в облике девушки, а разве последние имеют обыкновение точить… хм…ногти?

Демоны, одним словом! Хотя, маленькое уточнение, демоны Мартемьяны!

Словно услышав мои мысли, несносная девчонка обняла меня за шею, и, заставив наклониться, прошептала на ухо:

— Не волнуйся, я знаю, как изловить единорога!

Вот уж в чем ни капли не сомневаюсь! Правда, подобные познания, применяемые на практике ученицей Фьориуса, неизменно вызывают у окружающих безумное желание бежать без оглядки…

Я с подозрением посмотрел на нее и осторожно поинтересовался:

— И как?

— А мы тебя используем в охоте!

— Почему меня?

— Так ты ж девственник! — искренне удивилась блондинка.

Я поперхнулся словами, а Мартьяша, заметив мое смущение, насмешливо хмыкнула:

— Девственник, девственник, не отпирайся! Ну, вот, ты отлично подойдешь!

— Ты тоже!!! — выкрикнул я возмущенно, немного придя в себя.

— Не смеши меня! Я буду исполнять в нашем тандеме главную роль — охотника. У меня опыта побольше некоторых… щеголяющих в шортах. Забыл, как круто я упырей ловлю?

— Но единорог девушек предпочитает! А я, по-твоему, кто?? В каком месте я девушка?? — завопил я в отчаянии.

— А мы тебя в платье нарядим! Стильное! Будешь похож! — ухмыльнулась наглая девица.

От потрясения я не сразу вспомнил человеческую речь, на ум приходили лишь тролльи ругательства. Однако я понял одну вещь: я серьезно влип. По сравнению с голубоглазой очаровашкой, мой наставник Грайзел — сущий ангел. Надо при случае у него крылья поискать…

Болото мне сразу не понравилось. Здоровенное, покрытое зеленой ряской, тухлыми яйцами несет за версту! Фу, у местных чернокнижников нет никакого вкуса в оформлении ландшафта!

Я скривился, пережидая новую волну гадостного запаха, и с отвращением покосился на жутко довольную напарницу. Конечно, ей весело, спятившие вообще на редкость жизнерадостные ребята! Вот сойду с ума, и тоже таким стану! Лишь бы дожить до счастливого момента…

— Откуда здесь единороги?? — простонал я, путаясь в подоле длинного платья, и едва не падая носом в мерзкую, серо-бурую жижу.

«Лишь бы меня в эдаком виде наставник не узрел, — мелькнула единственная здравая мысль, — есть у меня некоторые подозрения, что ничем хорошим это не закончится».

— Тихо! — больно толкая меня локтем в бок, прошипела Мартьяша. — Вон он… видишь?

Я присмотрелся: за деревьями и, правда, мелькало какое-то белое пятно.

— Давай, иди к нему, — подтолкнула меня вперед начинающая чернокнижница.

— А…чего сказать? — растерялся я.

— «Не хотите ли выпить?» — язвительно отозвалась вредина. — Хервин, я тебя еще ни разу не стукнула, так что не будь идиотом! Подойди аккуратно, ну, не знаю, погладь по холке… Не забывай, ты — девушка.

— Да помню я! И как ты меня втискивала в девчачий наряд — тоже! Главное, не привыкнуть к женским тряпкам, я где-то слышал, что это очень нехорошая привычка, — пробормотал я, с усилием продираясь сквозь колючий кустарник.

Удивительно, но зверь как будто специально меня поджидал. Явно слыша мое натужное сопенье и громкое шлепанье по грязи, он, тем не менее, не шелохнулся, когда я с опаской приблизился к нему почти вплотную. Но не успел я и рта раскрыть, как он повернулся ко мне.

Я застыл, восхищенно рассматривая великолепное животное. Белоснежная, без единого пятнышка, бархатная кожа, умная морда, понимающие глаза и — совершенно потрясающий рог на лбу!

Красавец! Не какой-то вонючка — громыкоид, напоминающий обликом обезьянью задницу!

Некоторое время мы с любопытством таращились друг на друга, потом единорог двинулся ко мне. Я благожелательно следил за ним, но радужное настроение растворилось без следа, когда он вдруг попытался залезть мне под платье!

— Мартьяша, куда он запихивает свою башку?! Чего ему там надо?! — с беспокойством крикнул я, непроизвольно пятясь назад. — Я ему рог пообломаю, если не прекратит!

А ведь производил вполне приличное впечатление!! Понятно теперь, чего он с девственницами обычно творит!

— Не трогай рога! Они — его самая важная часть! — завопила невдалеке моя напарница.

— Да я сам сейчас лишусь какой-нибудь важной части тела, если эта рогатая сволочь рассмотрит меня поближе! И поймет, что я парень! — заорал я в ответ, отмахиваясь от «волшебного» создания, которое с ослиным упрямством напирало на меня. Отпихнув его в очередной раз, я зацепился ногой за кривую корягу и крайне неудачно растянулся на влажной траве.

И вот тут мне показалось, что зверюге — при наличии невинности — пол и вовсе без разницы…

Ибо единорог, издав довольное хрюканье, вдруг резво подскочил ко мне и слегка придавил передними копытами к земле!

— Сними его с меня!! Сними или я немедленно окочурюсь!!! — страшным шепотом надрывался я, пока животное, в приступе дикой любви (его морда выражала беспредельное счастье, здорово напоминая незабвенного Грайзела), нежно топтало меня сильными конечностями.

— А вы прекрасно смотритесь вместе, — хихикнула где-то около меня невыносимая чернокнижница. — Сейчас… Я дам милой зверушке особенное угощение… с заклинанием. Держи, — спустя краткое мгновение передо мной мелькнула ее рука с куском хлеба.

Единорог неохотно отвлекся от меня, и, обнюхав подношение, с аппетитом схрумкал его. Мартьяша довольно улыбнулась и весело сообщила мне:

— Ну, мы пошли. Покажемся Запупендеру, плюнем ему в лицо….

— А я?? — я пытался подняться, но скованное пережитым страхом и холодом тело отказывалось подчиняться.

— А ты переоденься! Странновато выглядишь… Платье разорвалось по бокам едва не до талии! Чем ты тут занимался?? И поправь декольте! Оно аж до пуза опустилось! Приличные девушки так не ходят!

И, обняв смирного зверя за мощную шею, она неторопливо направилась вместе с ним к замку. Причем единорог, сдается мне, ехидно повиливал толстым задом в мою сторону, словно намекая на что-то…

В наши покои я вернулся чрезвычайно вовремя: наставник отсутствовал. Отлично! Зато не увидит, в каком виде ходит его подопечный, имеются у меня обоснованные опасения, что он, этот вид, то есть, подтолкнет учителя к новым гадостям в отношении собственного ученика. Фантазия-то у него пугающе буйная…

Но моя радость оказалась несколько преждевременной, безуспешно стягивая с себя намертво прилипшую шелковую ткань, я вдруг услышал за спиной голос, полный искреннего удовольствия:

— Хервин! Дружочек! Я и не знал, что ты любитель платьев!

Я медленно обернулся и наткнулся на откровенно восторженную физиономию Грайзела.

— Я-а…э…ну…

Если я скажу, что в сопровождении поклонницы кладбищенских прогулок ловил на жутко воняющих болотах единорога-извращенца, и последний к тому же с наслаждением поплясал на моих ребрах… Он мне поверит? Да проще признаться, что втихаря носишь женскую одежду!

— Дорогой мой, ты великолепен! Нет, восхитителен! Бордовый — определенно твой цвет, — вдохновенно вещал мой маг.

Я никак не мог придумать ничего подходящего в качестве оправдания, когда чернокнижник вдруг вкрадчиво проговорил:

— Не снимай остальное… Я сам сниму!!

И тогда я сделал то единственное, что идеально вписывалось в данную ситуацию. Заорал.

Неожиданно, очень громко и весьма противно, судя по страдальчески перекошенной физиономии наставника. Он настолько одурел от моего вопля, что даже и не подумал остановить меня, когда я, продолжая пронзительно верещать, помчался к выходу из опочивальни.

И пока я бежал по коридору замка, одна-единственная мысль не давала покоя. Я совершил чудовищную ошибку, связавшись с Мартьяшей! Может, надо было все-таки выбрать того упыря с цветочками?! По крайней мере, они спокойный и предсказуемый народ!

— Ученики! — внезапно прогремел голос Верховного мага под сводами пиршественного зала. Сам он не появился, переутомившись после бессонной ночи, послав нам свое изображение, парящее под потолком. Но и у изображения рожа была какая-то помятая. Перечитал вчера слишком много умных книг в винном подвальчике?

Ну, его появление в принципе оказалось для нас достаточно эффектным… Я не подавилась едой только в силу привычки перекусывать вместе с Гуццлом. Мой мертвый друг мало придерживался этикета за столом (подозреваю, он его просто не знал), и вполне мог посетить обед или ужин в самый неподходящий момент и в самом неподходящем виде. Например, в комьях грязи и с извивающимися червячками на обрывках одежды… Или со свежепойманными жирными крысами в руках.

Да, он настоящий помощник для начинающей чернокнижницы! Я выпрямилась и гордо огляделась по сторонам. А моим соседям с друзьями явно не повезло… Сделала я вывод, заметив посиневшие лица некоторых присутствующих, не сумевших вовремя проглотить то, что они запихали в рот.

Что ж, я философски хмыкнула, не судьба им, значит, освоить правила поведения в светском обществе! Особенно, если оно, общество это, в данный момент питается!

— Ученики! — повторил Забендер внушительно и продолжил: — Ваше новое задание заключается в следующем. Вы должны поймать, повторяю, поймать! Живым и хотя бы отчасти невредимым неизвестное существо, которое… гм, устраивает пакости в замке последние несколько дней!

Мне показалось, что Великий несколько подозрительно косится на меня левым глазом, и я, широко оскалившись, послала ему одну из своих лучших приветственных улыбок. Подсмотренную, кстати, у знакомого гепарда-оборотня. Порхающая рожа Верховного мага ощутимо перекосилась, и он торопливо добавил:

— Действовать будете в одиночку. Кто первый поймает нечисть, тот и победил в соревновании. И предупреждаю, что пользоваться подсказками и помощью собственных наставников строжайше запрещено! Как и портить имущество! Наш бюджет не предусматривает еженедельного обновления интерьера!

На кого он намекает? Вроде, особенных разрушений здесь никто и не производил… Ах, я вздохнула, скучные все-таки люди, наши хозяева! Права, ох, как права в данном вопросе Гадкая Парочка!

— Хервин, дорогой, а каким образом ты планируешь ловить неведомую тварь? — вкрадчиво осведомилась я после завтрака у знакомой спины, которая явно пыталась незаметно улизнуть из зала. Спина дернулась и крайне медленно, и, как мне показалось, неохотно обернулась. Неужели мое сокровище еще злится из-за той ситуации с платьем и единорогом? Странно, а вот единорогу понравилось…

— Здравствуй, Мартемьяна, — обреченно поздоровался мой возлюбленный, с непонятной надеждой посматривая в сторону выхода.

— Не меняй тему, — я широко улыбнулась, и, подхватив парня под локоть, потащила за собой. — Так как ты собираешься…?

— Понятия не имею… наверное, никак. Ты ведь знаешь, я плохо разбираюсь в магических ритуалах и прочем… А…куда мы?

— Что за вопрос! — удивилась я, — Охотиться на демона!

— На демона?! — выкрикнул Хервин и в ужасе уставился на меня. Ой, какие у него глазки красивые, особенно, когда вытаращенные! Большие, круглые! Прелесть!

— А ты не знал? Так ведь то демон третий день подряд буйствует в винном погребе замка! Иначе стал бы тебе Запупендер разбрасываться подобными поручениями!

— О…э…ы? — с отчаянием поинтересовался будущий муж.

Обожаю я ораторов!

— Как откуда сведения? У меня свои источники есть! Но вообще, местный вампир на него наябедничал. Стоило ему верхний клык выбить, — задумчиво добавила я почти про себя, — как он мне столько любопытного поведал! Кстати, ты неплохо танцуешь, Хервин. Только передай Грайзелу, что сиреневый цвет тебе не очень идет…

Парень побледнел, потом позеленел, потом покраснел, а я с огромным удовольствием любовалась «радугой» на его лице, гадая, станет ли лиловеть, к примеру?

— Я тебе помогу поймать гада, — безмятежно проговорила я.

— Ну, почемуууууууууууууу? — практически взвыл мой собеседник, отчего-то вцепляясь в свои волосы руками, словно намереваясь их повыдергать к черту. И чего мучается, с состраданием вздохнула я: сказал бы мне, я бы выдрала их куда профессиональнее!

— Да ты ж пропадешь, нельзя тебя на произвол магической судьбы бросать, — пожала я плечами. — Есть один нюанс, правда, который делает новое задание трудновыполнимым. И Забендер о нем прекрасно осведомлен. Нашего демона можно обнаружить лишь с помощью гримуара.

— Колдовская книга? — уточнил компаньон серьезно.

Я кивнула и радостно сообщила:

— А пользоваться ею по дурацким правилам нельзя! Но это не значит, что не будем. У твоего наставника она есть?

— Нет, Грайзел оставил ее дома.

— Что за чернокнижник без своего главного инструмента? — неодобрительно поджала я губы.

— Плохо ты его знаешь… Его главный инструмент всегда с ним, — мрачно ответил Хервин.

— Фьориус сам не даст книжку… значит, придется навестить здешнюю библиотеку, — поразмыслив, резюмировала я.

— А не слишком ли неосмотрительно для владельцев замка оставлять такие вещи на виду? — пропыхтел мой парень, пока мы неслись к заветной цели, цепляясь каблуками за густой ворс бархатного ковра, змеей извивающегося по коридору.

— А она наверняка охраняется, — пытаясь отдышаться, порадовала я его, влетая в нужное помещение.

— К-кем? — спросил мой соучастник, пока я рассматривала многочисленные шкафы и полки с книгами, пытаясь вычислить искомый предмет. — Мартьяша, кем охраняется??

Я отмахнулась, не сожрут нас, и ладно, а объяснять некогда. И только спустя некоторое время, заслышав противный хрип за спиной, соизволила просветить парня об охране сего книжного рая. Настойчивый какой! И хрипит так натурально, даже завидно!

Я обернулась и от неожиданности замерла на месте. Он не только настойчивый, он еще и наглый!

Около комода со старинными пергаментами на небольшом диванчике полулежал Хервин, а сверху на нем уютно устроилась незнакомая девушка, судя по всему, я внимательно присмотрелась, мертвая. Мой милый сипел и натужно булькал или хлюпал, а может, чавкал, зачем-то дрыгал ногами, а его кожа постепенно приобретала красивый белоснежный оттенок.

Ты посмотри, что творится! В библиотеке! В святом для любого мага месте, предаваться непотребству! Я гневно засопела. А я?! Я тоже хочу предаваться!!

— Эй, ты! А ну оставь Хервина в покое! — я решительно шагнула вперед и легким движением отшвырнула мертвячку на пол. Она жалобно заскулила, но я моментально выпалила заклятие упокоения, и вскоре на мраморном покрытии блестела матово-черным аккуратная кучка праха.

Не, ну народ! Стоит расслабиться, а твоего возлюбленного уже уводят! Я подошла к нахалу, и, не скрывая опасного блеска в глазах, ласково проговорила:

— Если еще раз повторится подобная ситуация, переселишься в уютный гробик (кстати, тебе больше нравится красная шелковая обивка или синяя?) и на погост! Я еще могу понять наивного упыря, которого ты коварно соблазнил, но неживые девицы! Экий ты любвеобильный!

Хервин порывался что-то сказать, но я сурово пресекла его попытки, рявкнув:

— Живо ищи колдовскую книгу!

Ну, дальше дело пошло интенсивнее. Часа два мы усиленно рылись по всей библиотеке, напоминая кротов-извращенцев (почему извращенцев? А вы хоть раз видели образованных кротов?), а еще через час случилось очередное происшествие.

Мой напарник спокойно перебирал старинные свитки, когда на него из ниоткуда вдруг выпрыгнула прозрачная фигура, настроенная явно агрессивно.

— Мартьяша! — взвыл ученик Грайзела. — Убери ее, чего она дерется!

— Ну, наконец-то, хоть одна правильная личность женского пола! — с удовлетворением произнесла я, лениво выползая из-под огромного фолианта, украшенного драгоценными камнями. Нет, я его не изучала, я случайно… гм, задремала я. А чего? Я сплю везде, где тихо, и никто не мешает! Хоть в склепе, хоть в комнате, разницы, собственно никакой. У меня здоровый, крепкий сон, чтоб вы знали!

— В отличие от прочих, она не пристает к тебе, видать, ты ее не вдохновляешь, — продолжила я ехидно вещать, направляясь к перепуганному Хервину, которого вовсю пыталось атаковать привидение с горящими красными зенками и угрожающе перекошенной пастью. Наловчившемуся достаточно быстро сматываться от наставника, моему другу пока удавалось вполне удачно спасаться бегством.

Погодите-ка… Я нахмурилась. Бесплотная сущность здорово напоминала… Шпингалюту! [2]

— Хервин, а ну, вали прочь!!! — завопила я, что есть мочи (мое будущее замужество в опасности!), и стремительно рванула к развлекающейся парочке.

Удивительное дело, но мой дикий вопль тут же заставил призрак забыть о своей новой игрушке и… ломануться в противоположную сторону. Пааазвольте, просвечивающая зараза решила слинять?!

— А ну, стоять! — Взревела я, устремляясь за резво удирающей по воздуху Шпингалютой, на ходу проговаривая старинное заклинание.

Хлясть!

Мой файербол попал точнехонько в грудь привидения, прожигая в ней огромную дыру. Тоскливый вой огласил помещение, после чего тварь, корча зверские гримасы, медленно растаяла в пространстве.

Отряхнув платье, я подошла ближе и теперь с задумчивостью обозревала то место в стене, куда, пролетев сквозь бестелесное создание, попал мой огненный шар. Оно обуглилось, сама стена от потолка и до пола покрылась здоровенными трещинами, а спустя мгновение и вовсе обрушилась с жутким грохотом.

Мда, громковато получилось. А здания хлипкие, надо полагать… А что там говорил Верховный маг про порчу интерьера? Да ладно, он не расстроится, я знаю! Я ведь уничтожила злобную Шпингалюту! Да и новый выход в библиотеку образовался, малость обработать, и — готовая арка!

— Ма…Мартьяша, а как…?? Огонь ведь не причиняет им вреда, — беспомощно пробормотал Хервин, ошеломленно рассматривая масштабы разрушений.

— Так-то обычный огонь. А у меня — демонический! — весело ухмыльнулась я. — Ладно, идем за пакостником в винный погребок, я откопала колдовскую книгу!

И мы пошли.

Я топтался перед узорными воротами кладбищенской оградки, не решаясь войти внутрь. Ледяной ветер пронизывал до костей, подозрительные звуки, несущиеся отовсюду, заставляли ежиться и вздрагивать. Кроме того, голова неимоверно раскалывалась, в горле образовалась средних размеров пустыня, меня сильно мутило и невероятно хотелось спать.

Еще бы! Ведь накануне мы с Мартьяшей ударно поработали: шесть часов кряду вызывали демона в винном погребе Забендера. Правда, сам ритуал занял полчаса, остальное время мы дегустировали великолепнейшее вино, рассчитывая впоследствии свалить вину за уничтоженные бутылки и ополовиненные деревянные бочки с чудесным виноградным напитком на жителя другого мира. Кстати, последнего нам все же удалось вытащить в наше временное и уютное пристанище.

Когда традиционные клубы дыма рассеялись, я в изумлении наблюдал весьма колоритное создание.

Оно явно было самцом, учитывая одеяние (красные шаровары с рубахой в вышитых узорах) и прическу (длинный черный локон на абсолютно лысом черепе), а также серьгу с внушительным изумрудом в проколотом ухе.

Говорил демон тоже удивительно, совершенно не по-нашему.

— Де я? — прокуренным басом поинтересовался он сразу после вызова, удивленно оглядываясь по сторонам.

— Здесь! — подробно ответила начинающая чернокнижница.

— Мартьяша, к-кто это?? — я тихонько попятился к выходу.

— Демон, конечно! — уверенно сказала белокурая ученица Фьориуса и обратилась к гостю: — Ты кто?

— Та Петро я, Галушко! З станицы Озерной!

— Точно, демон, — с удовлетворением проговорила Мартемьяна, и продолжила: — А чего в погребке местном делаешь? И каким образом попал сюда?

— Та звидки же мне знати?? Спав спокийно на сеновале з Полькой, а утром — тут! Но зато горилка, горилка всюди! Эх, и смачная горилка!!

И, конечно, я не понимал ни единого слова, но пухляшка с носом-пуговкой вполне ориентировалась в невиданном наречии. Закончилось дело тем, что она просто отправила демона по имени Петро обратно, на родину, снабдив бочонком шикарного красного винца. Якобы для многочисленной родни. На мои робкие возражения, что нам-то полагалось изловить злодея, ученица Фьориуса лишь махнула рукой, с зажатой в ней бутылкой, а поскольку махала непосредственно перед моим лицом, то заехала ею мне по уху… И я сразу перестал возражать, озаботившись состоянием собственного здоровья.

…Где-то неподалеку раздался пронзительный вой, буквально выбросивший меня из воспоминаний в суровую реальность. Я настороженно осмотрелся: страшно, холодно и вообще!

И вообще, места скопления мертвяков пугали меня с детства. А в темноте я бы и вовсе никому не советовал совершать экскурсии по ним (если только вас не Мартемьяной кличут!). Но сейчас иного выбора у меня, по всей видимости, не предвидится: очередное задание Верховного мага требовало наличие трупа.

Я тоскливо вздохнул. Наверное, Великий все-таки расстроился, обнаружив слегка разгромленную библиотеку, иначе с чего он так орал в зале для приемов, требуя выдать злостных истребителей замкового имущества? Понятное дело, себя самого я выдать никак не мог, стеснялся, а Мартьяша и вовсе отсутствовала (она учила Гуццла варить суп), так что Забендер ничего не узнал.

Последний, конечно, подозревал, что дело не обошлось без подопечной Фьориуса, и потому периодически вперивал в меня налитые кровью глазки, но я держался стойко, памятуя о крутом нраве начинающей чернокнижницы. И шелковой обивке для собственного гробика…

В итоге Верховный маг поставил крайне сложную задачу: сотворить зомби из мертвецов. Учитывая, что в обычной практике их делают из еще живых людей, которые потом благополучно помирают, сия процедура представлялась крайне сложной. И не самой приятной. Может, скелет сойдет? Они, по крайней мере, не столь «ароматные» и редко распадаются на фрагменты в самый неподходящий момент. Разве только рассыпаются в прах…

Я нервно пригладил растрепанные волосы и робко толкнул дверцу от себя. Она с трудом, неохотно, подалась, издав отвратительный скрип, заставивший меня подпрыгнуть.

— Да этот вой и мертвого поднимет! — пробормотал я почти про себя, делая несколько неуверенных шагов вперед по утоптанной дорожке. И, как всегда, оказался прав!

Позади неожиданно послышалось знакомое кряхтение, и я стремительно обернулся. На меня дружелюбно таращился упырь. Тот самый, который с синенькими цветочками.

— Гы! — радостно поздоровался он.

— Ох, … мать! — неожиданно ответил я любимыми словами одной светловолосой очаровашки.

На зеленоватой физиономии кровопийцы промелькнуло изумление пополам со странной задумчивостью, а я почувствовал некоторую неловкость: в самом деле, чего я к его маме прицепился? Наверняка, она была во всех смыслах приличной и достойной дамой. И не ее вина, что сын непотребствами по ночам занимается, в смысле, постороннему, да еще и живому, парню букеты носит и флиртует к тому же… Мда, не самое хорошее влияние на меня оказывает Мартемьяна!

Но тут кровосос осклабился, сдается мне, как-то подозрительно счастливо, и я невольно обратил внимание на блеснувшие в лунном свете огромные и кривые клыки.

И чего он хочет?? С беспокойством подумал я. Рожи корчит, улыбается… Не понимаю!

А вот когда клыкастый товарищ выразительно зачмокал синими губами и попер на меня, выпятив костлявую грудь, я моментально все понял и едва не взвыл.

Да что ж им всем надо непременно меня поцеловать?! На мне где-то медом намазано?? Нет, здесь, наверное, воздух отравленный, раз даже нечисть больная на голову!! Интересно, а не погулял ли здесь в свое время Грайзел? Он по молодости со своими шортами мог и упырей перепортить…

Эти безумные мысли пролетели в моей голове в мгновение ока, и пока я соображал, как выпутываться из дурацкой ситуации (пока еще — дурацкой, но она с каждым ударом моего сердца грозила перерасти в нечто ужасное), случилось чудо.

Мимо моего уха внезапно просвистело что-то непонятное, и в ту же секунду здоровенный булыжник заехал кровопийце по лбу! Он обалдело моргнул мутными, выпученными глазками, и, обиженно икнув, медленно осел на задницу.

— Хервин, тебя нельзя оставлять одного ни на мгновение! — раздраженно проговорила Мартьяша, подходя ко мне.

— Так я чего… он первый начал! — выкрикнул я несколько нервно.

Клыкастый укоризненно покосился на меня, но встать и не попытался. Правильно, между прочим. Ведь Мартемьяну не зря прозвали «Гроза упырей»…

— А тебе не надо было с ним заигрывать! — сурово отрезала начинающая чернокнижница.

— Кому — мне?! С кем — с ним?! — от несправедливого упрека я даже слова позабыл. Приличные. Но зато резко вспомнил неприличные… И, видимо, от пережитого страха, тут же их и выдал. Все пять.

— Ты…! Я…! Оно…! И вообще! — с претензией завершил я свою речь. Ох, лучше бы я промолчал… Ибо, посмотрев на пухленькую блондинку, лишился дара речи.

Она сияла. Сверкала и искрилась. Потом расплылась в совершенно невероятной улыбке (куда там кровососам до нее!) и восторженно завопила:

— Я всегда знала, что ты настоящий мущщина! Строгий и непреклонный! Истинный черный маг!

И пока я, шокированный и почти оглохший от вопля, пятился назад от неумолимо надвигающейся на меня Мартьяши, она страстно шептала на всю сонную округу:

— О, да! Ты, безусловно, составишь мне достойную партию! Я, конечно, понимаю, что ты привязан к наставнику, я ведь видела ваши трогательные отношения. Ну, если тебе с ним трудно будет расстаться после свадьбы, давай его усыновим? Тьфу, в смысле, пригласим к нам жить…

Ага, и он, типа, в постели третьим будет?! Слава демонам, я не высказал предположение вслух, она же ведь способна на многое!

— Они с Фьор… с Фьориусом не ладят, — прохрипел я, наконец.

— Да ерунда! Поверь мне, главное, чтобы он со мной ладил, — светловолосая девица с ангельским личиком хищно усмехнулась. — А он будет, не сомневайся.

Сомневаться? Да никогда! Верю!! Ей — верю. Попробуй, не поверь, сразу без каких-либо важных частей тела останешься… Или новые заимеешь, дополнительные!

— Мартьяшенька, а нам бы зомбика надо… хоть завалящего, — робко пробормотал я, не надеясь, собственно, ни на что.

Однако моя попытка отвлечь Малолетний Ужас от не менее страшной темы увенчалась успехом. Она остановилась и задумчиво проговорила:

— Ты прав. Да, мечты мечтами, а задание надо выполнять. Ладно, идем.

— Куда??

— Как куда? Могилку раскапывать. Вон и копалка хорошая лежит, видишь? Бери ее и вперед.

— А почему я? — простонал я, обреченно хватая черенок слегка поржавевшей лопаты.

— Хервин, ты меня удивляешь, — ученица Фьориуса жалостливо посмотрела на меня, — кто-то же должен физическим трудом заниматься! Ты, например. А для благовоспитанной девушки это не кошерно… И потом, я-то с заданием справлюсь на раз, а вот некоторые…

Да-да, понятно. Только вот у благовоспитанных обычно нет привычки приставать к драконам с поцелуями, а к троллям — с неприличными предложениями! Да еще и лупить всех подряд по морде…

— Что делать-то? — мрачно спросил я, когда мы в третий раз прошлись мимо черного мраморного надгробия с жизнеутверждающей надписью «Скоро вернусь».

— Нам нужно найти захоронение какого-нибудь неспокойного мертвеца, — безмятежно отозвалась моя напарница. — Из них проще зомби сотворить, если я правильно помню.

Боюсь предположить, что произойдет, если она неправильно помнит.

— А…как и где искать подобные места?

— Хервин, что ты как неродной?? — неожиданно разозлилась Мартьяша.

«Слава всем демонам, что я здесь никому не родной, в отличие от некоторых вредин с кудряшками! Хватит с меня давешнего упыря…», нервно подумал я.

— Ну, спроси у кого-нибудь, где беспокойные ребятки обретаются… — продолжила несносная девчонка. — Здешние обитатели лучше знают ассортимент… тьфу, контингент погоста!

Меня мало прельщала необходимость вступать в светские беседы с местными жителями, но с аргументом в виде крепко сжатого кулачка, сунутого мне под нос с прозрачными намерениями, особо не поспоришь.

Первых двоих, встреченных около склепа, я пугливо обошел по широкой дуге. Ну, не внушали мне доверия их заляпанные кровью рубахи, мало ли, вдруг они еще не наелись?? А я вроде бы аппетитный, если судить по уверениям Фьриуса. Еще сожрут не разобравшись, а мне меня жалко! Правда, совсем не жалко Мартьяшу, но ее нечисть упорно игнорирует, даже, кажется, активно избегает.

Однако заговорить с… ну, не совсем живыми людьми, мне в любом случае пришлось — очень поспособствовал свирепый взгляд блондинки, прожигающий во мне дыру. Я невольно дернулся, и, заметив очередного местного, бросился к нему, как к дорогому родственнику, от которого ожидал наследства.

— СКАЖИТЕ! — проорал я ему прямо в ухо, которое возьми и… отвались на землю, прямо мне под ноги! Я заверещал от ужаса и шарахнулся в сторону, а моя жертва, огласив пространство воплем «Мерзкий извращенец!» — в другую.

Отдышался я не сразу, а, успокоившись (и принюхавшись), с отвращением спросил у подошедшей чернокнижницы:

— А что это за мерзкий запах?

— О, Хервин. Ты зачем так его напугал? — укоризненно посмотрела она на меня вместо ответа.

Тьфу, ты! Я сплюнул. Нет, точно, воздух здесь отравленный!

Наконец, совместными усилиями мы нашли нужную могилку. Я часа два пыхтел, раскапывая каменистую почву и поминая исключительно «добрыми» словами мою мучительницу, но все-таки раскопал. Представший нашим взорам гроб лично мне не очень понравился, узкий какой-то, наверняка неудобный! Вот с ним я долго провозился: никак не получалось открыть.

И вдруг в какой-то момент крышка неожиданно сама отлетела в сторону, попав мне прямиком по лбу! Я неуклюже растянулся на земле, а счастливый хозяин гроба, обретя свободу, резво выпрыгнул из деревянного обиталища и помчался прочь!

— Лови его, лови, Хервин, уходит! Ты чего там, спать примериваешься?! Нашел время!! — кричала где-то рядом Мартьяша.

Я моментально ожил, и, вернув себе вертикальное положение, бросился за мертвецом, который развил приличную скорость (хоть в упряжку запрягай), молодым козликом подскакивая на пригорках. Почти догнав нашего будущего зомби на выходе с кладбища, я рванулся из последних сил, и сумел-таки ухватить его за ногу.

Послышался неприятный треск и — о, ужас! — нога осталась у меня в руках! Прыткий мертвяк что-то неразборчиво хрюкнул (ругался, по-моему) и шустро попрыгал дальше на одной левой. А я, переведя мутный взгляд на нежно обнимаемую мной оторванную конечность, закатил глазки в беспамятстве.

— Хервин, на черта ты поперся в чернокнижники? — тихо, но с непонятной угрозой поинтересовалась у меня ученица Фьориуса, когда я, наконец, очнулся. Мне пришлось очухаться в спешном порядке: побоялся, что после ее крепких пощечин по лицу мои мозги навсегда покинут родную черепушку.

— Эм…я…хм…и вот…, — опечаленно ответил я, уныло осматриваясь по сторонам. Выкопанный мертвец, конечно, сбежал, поскольку моя добровольная помощница не стала его догонять, предпочитая заниматься мной.

— Так, ладно. Вставай и пошли, — деловито распорядилась Мартемьяна, — Ничего не поделаешь, придется делать мертвяков из подручных материалов!

— К-как? — не понял я.

— Ученика какого-нибудь пристукнем, как! — рявкнула несносная девчонка. — Многовато их развелось здесь, надо бы уменьшить поголовье…

Согласно ее плану, в который она посвятила меня в холле замка, мне полагается выбрать жертву и аккуратненько ее прикончить. Неважно, чем, главное, чтобы будущий труп не шибко пострадал физически. С ущербными зомби работать проблематично! Потому предметы для убийства надо выбирать тщательно.

Надо ли говорить, что наши попытки, ладно, ладно, мои! Так вот, попытки потерпели неудачу. Чем я только не пробовал угрохать хоть кого-нибудь, бесполезно!

В результате мы имели:

1. Разъяренного полукровку-гнома.

Я ему лопатой по спине заехал, а он мне — кувалдой в глаз… Тот стал сразу на два размера больше и самовольно закрылся, а Мартьяша потом с неделю радостно звала меня циклопом.

2. Разъяренного Забендера.

Я сбросил ему на лысину с крыши приличных размеров камешек… Правда, я не знал, что внизу топчется именно Верховный маг, а Мартьяша, естественно, не предупредила. Так вот, камень разлетелся вдребезги, а старому пню хоть бы хны! Но матерился он долго, с чувством, и с редкой фантазией поминая многочисленных родственников того, кто с ним такое сотворил. Я с тихим благоговением внимал его эмоциональной речи, старательно запоминая некоторые выражения на будущее, вдруг пригодится. Все-таки он Великий, правда, в каких местах — неведомо…

3. Разъяренного волка-оборотня, которого я усиленно пытался накормить мясом с отравой.

Ага… накормил, а как же! По всему залу потом пришлось убирать его… гм… продукты его жизнедеятельности! Вперемешку с моими, что характерно…

4. Разъяренного ученика некроманта, который прибыл сюда в гости.

— Он все равно туповат, не жалко! — логически обосновала мне Мартемьяна необходимость данного убийства и, всучив в руки мне копьецо, серьезно добавила: — Поверь мне, некроманту совершенно без разницы, живой у него ученик или не очень! Главное, чтобы сильный: земельку раскапывать, гробики тягать… А мы его вернем в целости, сохранности, и даже — с необходимыми для держания лопаты верхними конечностями!

Но пришпилить парня копьем мне не удалось, он бегал довольно резво, в конце концов, я устал за ним носиться и, не вписавшись в поворот, влетел в стену. Перед глазами замелькали разноцветные искорки, и, не выдержав последних событий, я без сил плюхнулся на ледяной пол.

Как сложно кого-нибудь прибить! Зверский труд, однако, зверский! И жертвы гады, еще сопротивляются! Могли бы и уступить, в конце концов! Я сидел и горячо сочувствовал несчастным наемным убивцам, которым в силу профессии приходится избавляться от оплаченных клиентами персон.

Я тягостно вздохнул: провалил я задание, наверняка. И зомби не сделал, и людей зря обнадежил неудачными покушениями…

Еще и Мартьяша не удержалась, «успокоила» меня, задумчиво выдав в пространство:

— Главное, чтобы недобитки не додумались всей толпой тебя встретить где-нибудь в укромном местечке…

Я, вероятно, побледнел, а истязательница добавила ободряюще:

— Да ты не переживай! Забендер-то тебя все равно не видел! Если что, бить будут только втроем…

Перепуганный малоприятной перспективой, я вскочил на ноги, вцепившись руками в ремень брюк, и пытаясь ровно дышать. Но успокаивалось мне на редкость плохо.

— А что там у тебя, Хервин? — заинтересованно осведомилась белокурая фурия, окидывая мою фигуру цепким взглядом.

О чем она? Я не успел уточнить вопрос, как она шагнула ко мне и незаметным движением вытащила из внутреннего кармана камзола знакомую… матово-черную фляжку!

— О, я совсем про нее забыл, — пробормотал я.

— Интересная штучка, — проговорила девчонка, осторожно дотрагиваясь пальчиками до выбитого на корпусе рисунка в виде переплетенных змей. — Твоя?

— Да нет, у Грайзела забрал, — морщась от боли в висках (результат «поцелуя» со стеной), ответил я. — Он в ней хранит какое-то странное питье…

Зря я ей сказал, ох, и зря! Невинные голубые очи зажглись поистине демоническим огнем, после чего Мартьяша лихо отвинтила крышку и сделала глоток. Потом еще. И еще.

Я невольно затаил дыхание, пристально следя за нею. А если сейчас и она захочет на меня шорты надеть?! Ей ведь удастся, многострадальной пятой точкой чую!

— Слушай, а напиток-то непростой, с интересной добавкой, — заявила начинающая чернокнижница, пытаясь собрать в кучу глаза, которые норовили расползтись в разные стороны или вовсе нагло вытаращиться.

— П-правда? С к-какой? — боязливо покосился я на нее.

— Дурман-трава! — назидательно подняла палец моя напарница и неожиданно захихикала. Отсмеявшись, она протянула мне фляжку наставника и безапелляционно приказала:

— Пей!

Прекословить созданию с торчащими дыбом волосами и пугающе счастливым выражением лица, я не рискнул. А потому пришлось подчиниться.

В результате мы в тандеме вполне благополучно уничтожили пойло Грайзела, а вот дальнейшее я помню смутно, в основном, по рассказам очевидцев.

Картина происшествия, по мнению последних, выглядела следующим образом.

Две нетвердо стоящие на ногах личности, одна непрерывно икающая, другая — в кудряшках, тайком пробрались глубокой ночью на кладбище, и давай бесцеремонно ломиться во все склепы и захоронения без разбору, производя жуткий шум. И требуя пустить переночевать, ну, или хотя бы дать выпить.

Не получив желаемое, они устроили догонялки с упырями, причем нескольким в процессе наставили синяков, а кое-кому выбили и все имеющиеся клыки. Двум нетопырям, случайно попавшим в эпицентр пьяных забав, завязали крылья на спине морским узлом, а благородному ворону, который вообще-то колдун, свернули клюв на сторону. Ни в чем не повинный вампир, задержавшийся в гостях у родни, получил по морде, причем насыщенный лиловый цвет последней наводил на мысли о высоком профессионализме бьющего.

Наутро половина кладбища зияла разрытыми могилками: мертвяки дружно снялись с «насиженных» мест, переселившись на другой погост. Подальше, как они объяснили горько плачущему Забендеру, от агрессивных и явно опасных для окружающих, учеников.

Но это отнюдь не все.

Нетрезвая и боевая пара умудрилась поймать в небе двух молоденьких ведьм, и, отобрав у них метлы, принялась на большой скорости наворачивать круги над замком, стараясь как можно чаще пролетать мимо окон преподавательского состава. От их невероятно быстрого мельканья вытошнило не одного чернокнижника…

Кроме того, на крыше потом не досчитались трех из пяти шпилей, являвшихся длительное время архитектурной гордостью Верховного мага.

Почти на рассвете злоумышленники вернулись в замок, бродили в обнимку по коридорам, злобно хохотали и противно хихикали, активно мешая всем спать…

Самое замечательное во всей этой истории (исключая отсутствие адского похмелья) то, что, несмотря на нашу явную неудачу с решением поставленного вопроса, нам его засчитали!

Да, стоило Мартьяше на очередном собрании учеников отсалютовать Великому Забендеру знакомой матово-черной фляжкой, как тот мертвецки побледнел и, быстренько метнувшись за деревянную конторку, торопливо объявил, что мы победили в соревновании.

Все-таки он неплохой человек, правда? А я на него камень уронил… Эх, надо было целую плиту! Гранитную! Тогда наш зомби уж точно получился бы самым лучшим!

Я с умилением наблюдала, как Фьориус с подозрительной миной пробует свежеприготовленный супчик красивого золотистого цвета.

— Из чего ты его сварганила? — поморщился он, с трудом проглотив первую порцию.

— А что, сильно не вкусно? — обеспокоенно осведомилась я и, задумчиво проговорила:

— Странно, рецепт проверенный, столетней выдержки… Может, соли маловато?

Учитель тягостно вздохнул, и снова несмело зачерпнул ложкой наваристый бульон. Попалось нечто непонятное, как будто бы кусочек мяса. Рассмотрев поближе «улов», мой маг вдруг страшно захрипел и схватился одной рукой за сердце, а другой зажал свой рот, словно опасаясь, что оттуда выскочит лягушка.

— О, вот оно! — жизнерадостно сказала я, наклоняясь ближе к тарелке и аккуратно подцепляя двумя пальцами бесформенный коричневый комок. — Ухо! Мы его все-таки отыскали!

Я счастливо улыбнулась и быстро продолжила:

— Понимаешь, Фьориус, суп варил Гуццл, а у него совершенно неожиданно правое ухо отвалилось… Да прямо в котелок и угодило. Бедняга очень расстроился, конечно, кому понравится части тела терять! Да ты не переживай, ничего ему, уху, в смысле, не станется, оно совсем недолго покипело!

С каждым моим словом и без того жутко перекошенная физиономия наставника бледнела все сильнее и сильнее, приобретая местами приятный зеленоватый оттенок. В конце концов, громко икнув, и окончательно сравнявшись обликом со свеженьким покойником (губы замечательно посинели), наставник резво вскочил на ноги и умчался из опочивальни в неизвестном направлении.

Я пожала плечами, провожая его задумчивым взглядом, ох, уж мне эти неизвестные дела чернокнижников! И зачем такую таинственность разводить? Я и сама в некотором роде… магиня, и имею право знать подробности их мероприятий! Ладно, некогда сидеть, пора идти на очередное собрание учеников. Забендер обещал дать поистине сложное задание. Я хмыкнула: для кого сложное? Для Мартемьяны по прозвищу Гроза упырей, нет ничего сложного в этом мире!

Да, и супчик надо пристроить! Я такого не ем, а местному населению вполне пойдет. Видела я здесь виверну… Скормлю ей! Заодно проверю, правду ли говорят, что виверны — кровожадные монстры? Только бы ее не упрятали куда подальше: здешние обитатели чего-то с предубеждением ко мне относятся. Как узнают, что я намереваюсь с кем-либо из чудовищ пообщаться, так потом я никого из них найти не могу! Прячут их, что ли? Странные люди, на самом деле! А то я не отыщу…

К началу собрания я успела вовремя, даже при том, что потратила полчаса, пытаясь уговорить виверну съесть мой суп. Почему-то он ей не понравился, зверюга принюхалась и аж скукожилась вся! Наверное, Фьориус меня обманул, и я явно недосолила блюдо. Вот нету веры мужикам, что угодно наврут, лишь бы не расстраивать! А наставник, так тот вообще мне всегда старается только приятное говорить… Покосится на мои кулаки, и ну, заливаться соловьем! Очень вежливый и воспитанный у меня маг! Надеюсь, Хервин похож на него… А не похож, тоже не беда — воспитаем в своем, в лице меня, коллективе!

Так вот, я отвлеклась. Как я уже сказала, ужимки виверны на меня не подействовали. Я просто скрутила из ее хвоста кукиш (симпатично получилось, кстати), и пришлось ей суп доедать! Я ведь хозяйственная, не могу добро выливать за здорово живешь! Правда, виверна после приема пищи какими-то подозрительными бордово-лиловыми пятнами покрылась… Переела, что ли? Или просто нездорова?

И зачем они в замке болезных животных держат, не понимаю! Следить лучше надо, а то жрут, чего не попадя, а потом хворают!

— Господа наставники, ученики! — прозвучал в зале дребезжащий голос Верховного мага, и я вынырнула из размышлений в реальность. — И ученицы, — добавил он, угрюмо посмотрев на меня, и я благоразумно оскалилась в приличной улыбке. Великий непроизвольно сделал шаг в сторону, но вовремя опомнился и немного нервно продолжил:

— Сегодняшнее задание отличается от прочих. Я бы хотел проверить умение работать с магическими предметами. И живыми существами. Сейчас перед вами предстанет…

Особо вникать дальше я не стала, мгновенно уяснив из его путаной и пространной речи самое главное: нам требуется, во-первых, забрать у вервольфа колдовскую книгу (кто не сможет или просто окочурится в процессе изъятия волшебного предмета, тот сразу считается выбывшим из состязания); во-вторых, зачаровать любого из присутствующих по выбору, хоть преподавателя. Гы, и ничего сложного! Зато есть шанс кое-кого грамотно заколдовать!

«Сколько можно играть с животным? Как дети малые!» — раздраженно подумала я, когда вызванный заклинанием одного из наставников оборотень, эдакая здоровенная мохнатая зверюга, одним ударом мощного хвоста вырубила очередного ученика.

Словно услышав мои мысли, волк ощетинился и зарычал, демонстрируя окружающим острые и хищные зубы.

— Мартьяша, твоя очередь! Или ты надеешься увильнуть? — ехидно обратился ко мне Забендер.

Пренебрежительно фыркнув, я быстро подошла к верфольфу, благожелательно взглянула на его раскрытую пасть, потом снисходительно — на сиреневый колпак Верховного мага, и вытащила из внутреннего кармана своего одеяния серебряную ложку.

Хрясть!

Мой прицельный удар по лбу явно оказался неожиданным для оборотня: он слегка зашатался, но сумел, пусть и с трудом, устоять на четырех лапах, издав в ответ протестующий хрип.

— Че ты хрипишь, че хрипишь? — возмутилась я, уперев руки в бока, — а ну, говори по-человечески, когда с тобой благородная девица изволит светскую беседу вести!

— Па-азвольте! Погодите! — вдруг прорезался противный голос у Великого, метнувшегося ко мне с грацией подвыпившего тролля. — Откуда у тебя этот половник?? Он недавно пропал из замковой кухни, повара обыскались!

Моя ложечка? Половник? Я обернулась к суетившемуся Забендеру и, пожав плечами, с безмятежным видом шарахнула его загадочным столовым прибором по макушке. Дважды. Для верности.

Хрясть! Хрясть!

Удивительно, но Верховный маг моментально замолчал! Только мелко-мелко затрясся и, совсем по-лягушачьи выпучив на меня осоловевшие глаза, грузно осел на пол. Громадный волк от неожиданности попятился назад, переводя внимательный и настороженный взгляд с сидящего на пятой точке человека на меня, затем прижал уши к черепу и вдруг чего-то коротко провыл в пространство. Как будто… как будто ругался!

Я замерла, пытаясь сохранить спокойствие, но вой повторился снова, и разозлил он меня теперь не на шутку.

— Я не поняла, что он щаз сказал? — оскорбленно спросила я у окружающих. Окружающие странно притихли, стараясь, по-моему, даже сопеть и дышать через раз. Зловеще хмыкнув, я половчее ухватилась за серебряную ложку и повторно осведомилась у зверя:

— Чего ты сейчас вякнул, морда волосатая?! Это кто здесь толстая??

Однако разобраться с зарвавшимся вервольфом по старинке, врукопашную, не получилось: не успела я съездить кулаком по наглой, заросшей шерстью, роже, как передо мной из ниоткуда внезапно материализовалась искомая колдовская книга!

И протягивал мне ее на дрожащих лапах оборотень! Явно перепуганный, во всяком случае, сдается мне, шесть у него дыбом не по своей воле стояла.

Мой гнев мгновенно остыл, уступив место жгучему любопытству: откуда это он вытащил гримуар, ведь не…? Я задумчиво посмотрела на заднюю часть животного, отметив грустно повисший хвостик.

— Мартемьяна, немедленно оставь его в покое! Ты молодец, добыла книгу, и хватит! — неожиданно послышался от двери слегка задыхающийся голос Фьориуса, и мой учитель резво вбежал в зал.

Гы! Я почувствовала, как мое лицо расплывается в счастливой улыбке: переживает наставник за меня! Даже сюда примчался, дабы оградить от возможных неприятностей! Дабы оградить от возможных неприятностей всех присутствующих! А то я в раж войду, никому не поздоровится… Да, я очень активная чернокнижница! Хотя и начинающая.

— Что ж, первую часть задания ты выполнила, приступай ко второй, — проблеял Забендер, поднимаясь на ноги с помощью своих помощников. — Проверим, умеешь ли ты колдовать подобающим образом!

Ну-ну, я с интересом воззрилась на него, он хочет мне что-то предложить?

— Преврати кого-нибудь в зале в любое магическое существо, — проскрипел Верховный маг и добавил ядовито: — Если сможешь, конечно.

Превратить кого-нибудь? То есть, неважно, кого? Потрясающие открываются перспективы!

— Да легко! — приятно улыбнулась я и взмахнула рукой его в сторону.

— Мартьяша, нет! — предостерегающе крикнул Фьориус, пытаясь пробраться поближе ко мне, но было уже поздно.

Одно из моих любимейших заклинаний, которое я быстро прочитала про себя (сказывается упорная практика, между прочим!), сработало безупречно, и на месте Великого Забендера теперь стоял грифон! И, наверное, ничуть не менее великий, ведь это я его сотворила!

— Геть, птичка! — жизнерадостно заорала я, бросаясь к обескураженному созданию, и молниеносно взбираясь на его загривок. — Полетели!

Грифон недовольно всхрапнул или хрюкнул, я не сумела разобрать, и задергался, совершенно точно намереваясь сбросить меня вниз. Ага, как же! Ничего у него не вышло, уцепилась я крепко, кроме того, каблучки моих модных туфелек весьма ощутимо впивались в его бока. Я треснула ладонью по торчащему хохолку, и зверь, неуклюже расправив крылья, мощным толчком оторвался от пола.

Перепуганные ученики и наставники с визгами разбегались прочь, пока мы метались по залу, ища выход. Настырная тварь почему-то никак не желала протискиваться через дубовую дверь (может, она посчитала, что это ниже ее или — моего — достоинства?), а в небольшом окне мы бы и вовсе застряли, наполовину снаружи, наполовину внутри помещения. Ну, насчет окна и я была солидарна: не хотелось бы торчать задней частью к чернокнижникам, они такие странные все….

Проблема решилась сама собой, когда помесь льва с орлом рванула к стене, и с жутким шумом проломив последнюю, вырвалась на свободу. И этот человек еще толковал о порче имущества! Разрушитель замков, блин…

А вот летать на Забендере-грифоне мне понравилось. А что, свежо, высоко, вид красивый отовсюду, под попой тепло… Летай — не хочу. Но меня все-таки умудрились вернуть на землю.

Фьориуса позвали, гады! Без моего наставника фиг бы нас отыскали в ближайшую пару дней! А я-то размечталась наше родное кладбище у дома навестить, со знакомыми упырями поболтать, клыки кому-нибудь выбить по старинной дружбе…

Но ничего, зато я получила моральное удовлетворение. Пока четыре угрюмых мага снимали меня с Великого Забендера, я умудрилась ему со всей силы заехать пяткой по уху. Весьма удачно, надо признать, так как бывший «скакун» закатил глазищи и рухнул безвольной тушкой на землю, сотрясая округу кошмарным грохотом.

Экий здоровый парняга, наш Верховный маг! Худеть пора ему, худеть! И физическими упражнениями заниматься, хотя бы и за кровопийцами на погосте побегать недельку-другую! А то стыдно от легкого прикосновения хрупкой девушки (меня, то есть), в обмороки сваливаться! Да и народ распугал…

— Мартьяша, держи, — Фьориус протянул мне туго набитый мешочек нехилых размеров.

На мой слегка удивленный взгляд, он весело ухмыльнулся:

— Один из помощников Великого Забендера заплатил мне приличную сумму, чтобы я вызволил его любимого учителя. Гы, да он почти полностью опустошил замковую казну ради тебя!

Какие милые люди! Как они меня любят! Я расцвела счастливой улыбкой. Надо задержаться здесь подольше, сделать им приятное! Последнюю идею я с энтузиазмом изложила своему наставнику, но у него, увы, она понимания не нашла.

Фьориус очень внимательно посмотрел на меня и, покачав головой, укоризненно сказал:

— Не будь столь меркантильной, Мартемьяна. Да у чернокнижников не найдется столько денег, чтобы выдержать тебя еще несколько дней!

После полета в виде грифона, Верховный маг, сдается мне, немного спятил. Не то, чтобы мне не нравилось его нынешнее состояние, так как слегка бессмысленная улыбка и туманный взор лазоревых очей придавали облику Забендера некий неповторимый шарм. Теперь ученики, встречая его в сумрачных коридорах замка, почти всегда испытывали нервозность и смутное желание смотаться подальше, пока этот подозрительный тип в сиреневом колпаке не начал делать странностей. Ага, его видок нынче вполне располагал к странным занятиям, вроде плетения веночков из кладбищенских цветов или танцев голым при луне и любопытных зрителях, или воровства чужих подштанников с неизвестными целями.

Удивительно нежная и ранимая натура для черного мага с вековым-то опытом! А я еще Фьориуса считала слишком чувствительным! Нее, мужчины все-таки на редкость слабые создания! Настоящими чернокнижниками должны быть мы, женщины!

— Слышь, женщина, ты хотела сказать, чернокнижницами? — насмешливо уточнил у меня наставник, когда я поделилась с ним своими мыслями.

— Неее! — я подняла вверх указательный палец, с любопытством осмотрела его, и, шмыгнув носом, торжественно возвестила: — Именно чернокнижниками! Это звучит гордо! И вообще, я так хочу!

Последний аргумент показался мне железным, поскольку мой собеседник не нашелся, что ответить. Молодец я, умею грамотно убеждать!

Но развивать дальше интересную тему я не стала: меня ждал в холле Хервин.

Новое задание Великого Забендера заключалось в том, чтобы разработать (без колдовской книги, конечно!) и применить к заранее выбранной жертве какое-нибудь проклятие. Между прочим, очень хорошая, местами светлая, идея, ибо я проклинающими заклинаниями мало занималась, попрактиковаться будет весьма полезно. Плохо было другое: данным поручением состязание между учениками чернокнижников заканчивалось.

Увы! Приходилось признать, что турнир планомерно подошел к логическому завершению. Жаль, очень жаль, я давно столь душевно и весело не отдыхала! Конечно, развлечений немного, но зато какой замечательный коллектив! Я мечтательно вздохнула, только единорог да романтически настроенный упырь чего стоят…

— М-Мартьяша, я не умею проклятья составлять! — едва не плача, сообщил мне Хервин, когда мы вошли в присмотренный заранее зал, чтобы поупражняться.

— Расслабься, милый, я сумею проклясть и за нас двоих, мало никому не покажется! — ласково улыбнулась я, обозревая милое личико в веснушках, на котором и без того перепуганное выражение после моих слов перешло в откровенную панику.

— А, может, не надо? — шепнул он и осторожно огляделся… в поисках выхода, что ли? И трясется как-то слишком интенсивно… Замерз, решила я, или стесняется. Ведь не из-за дурацкого задания он так переполошился? Нееет, стесняется и волнуется из-за того, что остался наедине с девушкой! Но мы не в первый раз вместе занимаемся… магией занимаемся! Или беспокоится за свою честь? Я призадумалась, окидывая ладную фигурку жениха оценивающим взглядом, но дробный перестук его зубов привел меня в чувство. Ладно, сейчас времени нет, а вот после… Осчастливлю его жарким поцелуем! А то мне кажется, что я недостаточно внимания ему уделяю, еще зачахнет от тоски по мне!

— Давай, Хервин, жги! — великодушно разрешила я ему.

— Гм? В смысле, что жечь? — наивно переспросил он, удивленно моргая глазками цвета пожухлых осенних листиков. Карими, то есть.

— Ну, проклинай! — с неудовольствием пояснила я.

Парень неловко потоптался на месте, яростно почесал макушку, затем нерешительно мяукнул:

— А…как?

Я шумно вздохнула:

— Послушай, ты каким образом попал в чернокнижники? Извини, конечно, но из тебя маг, как бальная туфля из портянки! Как праздничная ваза из ночного горшка, как…

— Мартьяша, хватит! — неожиданно твердо остановил он меня.

Я восхищенно взглянула на него: ах, какой строгий мущщина!! Не ошиблась я в нем! Замечательный, нет, исключительный у меня жених, даже если сам он в этом сомневается! А я всенепременно докажу ему его исключительность, даже если доказывать до утра придется! Гм, надо не забыть Фьориуса спровадить из опочивальни, а не то он своим драконьим храпом жениха до заикания доведет….

— Понимаешь, в чем дело, — Хервин печально улыбнулся, — я не собирался изучать колдовство. Видишь ли, в моей семье, кроме меня, еще пятеро детей, все младшие. Средств на проживание вечно нет, еды тоже… И вот однажды к нам заглянул Грайзел. Ему отчаянно требовался ученик, а нам — деньги. Так что в результате каждый получил свое. Не могу я уйти от наставника, он просто купил меня.

Я понимающе кивнула: судя по пристрастиям Грайзела, у него наблюдалась напряженка с подопечными. Сматывались они от него, короче говоря. А свое умение чернокнижнику надо в течение жизни обязательно кому-нибудь передать, иначе после смерти душа не найдет покоя. Ясно теперь, что связывает этих двоих. Ясно и то, что способностей у Хервина к насильно выбранному ремеслу нет ни-ка-ких.

— Ага, — обстоятельно ответила я ему, — а сейчас давай проклинать!

Мой возлюбленный горестно вздохнул, а я весело усмехнулась: меня на жалость не поймаешь! Я привычная, упыри чего только не рассказывали в свое время! И, дескать, могилка неуютная, и земля твердая, и людей кусают не со зла — жрать зверски хочется! А на голодный желудок, какой вечный сон?? Но страдальцам это мало помогало, клыки я выбивала все равно!!

Я наскоро объяснила структуру проклятий, и мы перешли к практике. Тренировались мы долго, часа три, наверное, прежде чем у Хервина начало что-то получаться. В последний раз он вообще выдал нечто шедевральное, увязав с моей помощью несколько заклинаний из различных разделов курса черной магии.

Но как только в пространстве отгремела последняя буква мощного проклятья, результат которого даже я не могла предсказать, в наш зал буквально ворвались нежелательные гости.

Встревоженный Фьориус, раздраженный Грайзел и зело злобный Запупендер.

— Мартьяша, ты чего натворила? — с нескрываемым опасением поинтересовался у меня наставник. — По всему замку ученики обликом гарпий напоминают, а последние, смею заметить, суть женского пола! Но ведь почти все подопечные-то парни! И у них впечатляющая грудь выросла! А зачем она им вообще??

— Ты не имела права ему помогать! — тыча кривым пальцем в моего возлюбленного, зловредно пропыхтел в свою очередь Великий.

Представление закончил сольным выступлением любитель нестандартной одежды, ревниво взвизгнув:

— Какого черта вы тут делаете вместе?!

Я вздохнула и утомленно посмотрела на троицу. Надоели мне некоторые из них чегой-то… Ох, и надоели!

— Значит, не имела права никому помогать? — переспросила я негромко. — Самостоятельное исполнение, да? Будет сейчас вам проклятье лично от меня! Самостоятельное!

Ушлый Фьориус деликатно отодвинулся в сторону, а я щелкнула пальцами, активируя заклинание, и, мельком посмотрев на учителя Хервина, четко проговорила:

— Да чтоб тебе повсюду сиреневые шортики мерещились!

И весело хихикнула, когда Грайзел, обернувшись к нашему Главному магу, задержал пристальный взгляд на его колпаке.

Остроконечном колпаке нежно-сиреневого цвета.

— Ты…ты чего? — севшим голосом спросил Верховный маг и невольно попятился назад, заметив мечтательно затуманившийся взор проклятого мною извращенца.

— Гы-ы-ы, — с дурацкой улыбкой ответил тот и, облизав губы, двинулся на Забендера.

Великий не выдержал напряжения, полузадушенно пискнул и с приличной скоростью бросился вон из зала, потеряв от усердия свой головной убор, а за ним, забавно повиливая тяжеловатым задом, рванул абсолютно счастливый, сияющий Грайзел.

— Куда же ты, куда, драгоценный мой? — ласковым фальцетом вопрошал он новую жертву своей нестандартной любвеобильности. — А шортики снимать?!

— Мартемьяна-а-а-а!!! — завопил удирающий от него с прытью молодого зайца Верховный маг, — я признаю тебя официально выигравшей соревнование между учениками чернокнижников!! Только убери проклятие, убери-и-и-и!!

А я довольно ухмылялась: э, нет, Запупендер, дорогой, так просто ты от меня и моего колдовского дара не избавишься!!! Магию во мне не задушить! И не утопить. И не… Короче, ясно, да?

Тем временем, где-то в глубине коридора раздался оглушительный грохот, словно упали сразу два тела, потом послышались звуки борьбы, смачные поцелуи и… отборный мат. У меня мелькнула мысль, что вряд ли ругается Великий, ему по статусу не положено, да и рот наверняка занят, но тогда это изощряется наставник Хервина? Надо бы при случае у него пару-тройку уроков взять, негоже таланту пропадать…

— Мартьемьяна!!! — плаксиво прокричал Забендер, в промежутках между звонкими шлепками, — промоги-и-и-и!! Убери этого изверга от меня, я тебе денег дам!!! Много-много денег!!!

И ведь пришлось помочь. Я же добрая! Ну, да, добрая! Понахваталась, понимаешь, дурных привычек от сердобольных окружающих вроде Фьориуса! Спасай вот теперь всяких…

— Мартьяша, прекрати мучить Забендера! — прошипел сквозь зубы Фьориус и недовольно нахмурился.

— А ничего не делаю! — почти искренне заметила я, но губы сами расползались в предательской усмешке, и, не выдержав, я весело хихикнула.

— Верно, не делаешь! Но ты уже полчаса в упор его рассматриваешь! А он из-за этого мучается, то подпрыгивает на месте аки лягуха, правда, явно ученая лягуха, ибо в колпаке и в мантии… Или лягух? Он вроде мужского пола? Во всяком случае, до догонялок с Грайзелом точно был! Ну вот, значит, то подпрыгивает как лягух, то дергается, словно ему в зад трезубец воткнули, да не один, а как минимум, две штуки, чтоб на каждую половинку хватило! Он престиж роняет, а сие никак не допустимо для фикции… или нет, фракции? Тьфу, для сообщества благородных чернокнижников! И в кого ты такая бессердечная уродилась! — не найдя во мне понимания, в сердцах (но с оттенком восхищения) воскликнул мой учитель, и тут же вынужденно замолчал, ощутив на себе укоризненные взгляды присутствующих.

Мы находились на собрании, посвященном прошедшему состязанию в черной магии, и дружно делали вид, что полностью поглощены нудным выступлением Верховного мага. На самом деле выдержать изощренную словесную пытку ораторствующего Главы магического Совета, поминутно срывающегося с благородного баритона на дрожащий фальцет (интересно, учитель Хервина ему вчера что-то важное прищемил или оторвал?), оказалось непросто даже столь закаленным в боях людям, как мы с Фьором. Фьор и не выдержал: решил провести со мной воспитательную беседу.

Однако в торжественной обстановке, да еще и в компании разодетых чернокнижников и их подопечных, обсуждать личное получалось плохо. Поскольку окружающие моментально навостряли уши в нашу сторону! Нет, меня это ни капли не смущало (я вообще не застенчивая, могу легко поведать и про интимные проблемы упырей или отдельно взятых магов с шортиками), но наставник откровенно стеснялся всеобщего внимания.

— Гы, — радостно хрюкнула я в ответ на его страстную речь, — Фьориус, ты удивительно похож на мою мамочку! Вы не встречались? Она тоже меня постоянно спрашивает, в кого я уродилась! Странная особа, не находишь? Почем я-то знаю?? Лично мне момент зачатия вообще весьма смутно помнится!

Учитель душераздирающе вздохнул, но ничего не сказал. И правильно! Нечего задавать дурацкие вопросы… Да и какая ему разница, на кого из родителей я похожа? Ему с ними все равно не общаться! К его счастью, между прочим, если только он не планирует укоротить свою жизнь на пару-тройку десятилетий.

— Дорогие гости! — внезапно повысил голос Верховный маг и вдруг запнулся: высокий остроконечный колпак сполз ему на длинный нос. Сражение с настырным головным убором вызвало нездоровую ажиотацию среди присутствующих, тем более, что, на мой взгляд, колпак явно побеждал.

В конце концов, Великий Забендер раздраженно сорвал его с себя, явив миру блестящую лысину в окружении седовласых кудельков и, прочистив горло, повторил:

— Дорогие гости!

Ага, ухмыльнулась я, некоторые еще какие дорогие! Едва ли не бесценные, учитывая полупустую казну и разгромленный замок!

— Я хотел бы сообщить вашему вниманию удивительную и потрясающую новость!

Значит, потрясающую новость? А мою победу в соревновании он назвал всего лишь блестящей? То есть, она, типа, никого не потрясла?

Я — девушка не вспыльчивая, но тут сильно возмутилась. Ах, он гад! Вздумал мне настроение портить? Ничего, сейчас я ему тоже его испорчу! Я слегка переместилась в сторону для удобства маневрирования, но сделать ничего не успела.

— Мартьяша, — Фьориус предостерегающе взял меня за руку и легонько сжал ее, вынудив оборвать плетение заклинания в самом зародыше.

Я с недоумением покосилась на него и вдруг ощутила неясную тревогу. Что-то затевается нехорошее…

— Как Вы знаете, должность Верховного мага сообщества чернокнижников является выборной, — вдохновенно вещал Запупендер. — И я занимал ее в течение последних двух веков. Но с сегодняшнего дня я покидаю данный пост! На отдых хочу, пока не помер от магических экзерсисов какой-нибудь прыткой ученицы в кудряшках…, — пробормотал он почти про себя. И громко продолжил:

— Именно поэтому мы устроили состязание между учениками, ведь главной, хотя и скрытой его целью, было наблюдение за наставниками и определение самого достойного из них. Достойного стать новым Верховным магом! И мы определились! Большинством голосов (кстати, многоуважаемые, здесь где-то бегают крупные таракашки с выпученными глазками, не давите их! это несогласные с моим мнением…) Совет решил пригласить на пост Верховного мага небезызвестного всем Фьориуса!!!

Мгновение зал переваривал услышанное, а потом взорвался рукоплесканьем. Я подпрыгнула вверх, прицельно чмокнула смущенного наставника в щеку, и счастливо заорала:

— Ура!!!!!!!! Я знала, что ты величайший!!! Ура-ура!!!

Я бурно радовалась примерно минут пять, оттоптав за это время ноги нескольким соседям и случайно заехав по шее незнакомому вертлявому юнцу, прежде чем учитель тихонько тронул меня за плечо:

— Мартьяша… Мартьяша, послушай.

Не переставая прыгать, я обернулась к нему.

— Мартьяша, — сконфуженно сказал Фьориус, — конечно, я рад назначению, но, видишь ли, Верховному магу не положено иметь учеников…

— И не надо иметь, я не настаиваю! Достаточно меня просто учить! — с живостью перебила я его.

— Ему не положено иметь учеников! — с силой повторил наставник. — У него могут быть только помощники! Но из числа окончивших обучение, а твое еще не завершено…

Приехали. Чего он имеет мне сказать? Позволив, наконец, уползти прочь пухлощекому чернокнижнику, на спине которого я подскакивала от восторга, я мрачно уставилась в пространство.

Но ситуацию я просчитала молниеносно, не зря мне математику и логику в детстве преподавал дракон, имеющий обыкновение в случае неправильного ответа плеваться в меня огнем! Потому-то я и в состоянии поймать любого: бегаю очень быстро!

Сделав соответствующие выводы, я мгновенно пришла в бешенство.

— Та-ак, — протянула я зловеще, — и кто из этих уродцев метит в твои помощники?!

Уперев руки в бока, я свирепо оглядела собравшихся. Удивительно дело, но почти каждый, на ком останавливался мой взгляд, сразу мертвецки бледнел, и, странно дергаясь, пятился задом, напоминая сильно укрупненного рака. У-у, какие скучные, чего это они заранее? Я ж еще только собираюсь гадость, в смысле, заклинание сотворить!

— Мартьяша, перестань! И, может, ты успокоишься? Да, ты правильно поняла, ты не будешь больше моей подопечной, но ведь есть иные варианты! — с отчаянием проговорил наставник.

— Например? — угрюмо пробурчала я, косясь на него влюбленным правым глазом. Левый почему-то нехорошо щурился на Забендера.

— Ты могла бы поучиться у другого мага.

— Например? — без особого энтузиазма повторно осведомилась я.

— Э-э, ну, — Фьориус махнул рукой в сторону, — допустим, у Грайзела!

Для последнего, судя по грохоту падающего тела, подобное предложение тоже оказалось крайне неожиданным!

Но я молчала, и мой наставник торопливо продолжил мысль:

— Послушай, Грайзел — очень сильный маг, даже если с виду похож на идиота. У нас вообще одинаковый магический потенциал… был. И во времена нашего ученичества мы шли на равных, никто из нас друг друга в поединках ни разу не одолел… Но если я всегда стремился постичь тайны колдовского искусства, то он пошел по пути всяческих излишеств…э-э, развлечений. А что касается его необычных завихрений… Ну, Мартьяша, чернокнижники всегда со странностями, а в странностях конкретно Грайзела и вовсе я повинен.

— Да? — с живейшим интересом откликнулась я.

Фьориус усмехнулся:

— Лет сорок назад он попал под действие моего проклятья, которое я тогда практиковал. С тех самых пор и стал приверженцем сиреневых шортиков и их обладателей, соответственно. А поскольку заклинание я плел мощное, то со временем его сила возросла. И снять мои чары нельзя, они вечные. Сама понимаешь, почему мы с ним не ладим.

— Я прям даже и не знаю…, — мрачно проворчала я. — Уж больно картинка привлекательная… Впрочем, ладно, уговорил.

Я вздохнула. Понимаю отлично, что предложенный пост — это потрясающий поворот в карьере, но мне нравилось учиться у Фьора…

— Давай обнимемся? — хлюпнула я носом и, не успел наставник опомниться, как я стремительно бросилась к нему, с силой сжала в объятиях и прорыдала:

— Но как я буду без тебя, Фьориус!! Я же так к тебе привязана!!!

— Мартемьяна, не начинай снова! И отпусти меня! — прохрипел мой маг, и мне пришлось подчиниться, так как лицо у него угрожающе побагровело.

Хиляк! Не может как следует с хрупкой девушкой обняться!

— Мартьяша, дорогая, чтобы ты не расстраивалась, давай сделаем следующим образом: ты завершишь образование у Грайзела, и я возьму тебя своим помощником. Идет?

— Я подумаю, — пробормотала я задумчиво. Я уже успела прикинуть плодотворность нашего с Грайзелом тандема… И предложенная альтернатива неожиданно мне понравилась!

Да, Грайзел с прибабахами. Да, у него масса подозрительных привычек и нездоровых пристрастий (вроде сиреневой одежды). Но у кого их нет? Я и сама неравнодушна, гм… к гробам, например… Зато наставник Хервина не столь принципиален в некоторых вопросах! Мой мертвый Гуццл ему понравится точно! И — как знать, — может, наша славная компания еще будет весело шугать на кладбищах упырей? Ого, какие открываются потрясающие перспективы!!

— Э-э… Одну минуточку… Прощу прощения, что прерываю ваше представление, тьфу, объяснение, но есть одна ма-а-аленькая деталь. У меня есть ученик! — внезапно рявкнул Грайзел.

— А это ненадолго, — успокаивающе заметила я, но, профессионально определив по посиневшей физиономии, что он собрался почтить своим присутствием небытие, то есть, банально плюхнуться в обморок, быстро добавила: — Я не в том смысле, милейший! Ведь по поводу Хервина и шортиков я с вами тоже в чем-то солидарна… Только сейчас я про другое, вот, держите!

И я протянула удивленному Грайзелу туго набитый, тяжелый мешочек, который тот машинально принял.

— Я для своего любимого никаких денег не пожалею! — гордо сообщила я присутствующим. Все равно они не мои, я их у наставника позаимствовала. Я говорила, нет, что хозяйственная? А хозяйственные на свое благо собственные средства не тратят, они чужие изыскивают для этого!

— Ваш договор официально расторгнут, — обратился к моему красавцу Фьор.

— Я свободен? А…что мне теперь делать? — растерянно посмотрел на меня Хервин.

Действительно, что?

Я пожала плечами, понятия не имею, что ему делать. Более того, я не знаю, как и мне теперь быть… Ведь он больше не ученик, да и, строго говоря, никогда им не являлся в силу отсутствия способностей. В данный момент Хервин — простой человек. А замуж за обычного смертного я не пойду. Ибо нашенскую, колдовскую, породу всенепременно требуется воспроизвести в потомках!

— Не хочешь остаться в замке? — спросил его Фьориус, явно зная о моих заскоках. — Нам нужные крепкие ребята.

Тот отрицательно покачал головой.

— Сладкий мой, оставайся со мной, поживешь какое-то время, — вкрадчиво проворковал Грайзел, и, облизав губы, мечтательно добавил: — Втроем можно устроить такое, и вот эдакое, а еще…

Тут я показала ему свой кулак — пускай привыкает — и мой новый наставник несколько пугливо поправился: — Учиться вам интереснее будет, учиться!

— Нет, спасибо, конечно, но нет. Я домой поеду, — застенчиво улыбнулся мой бывший возлюбленный.

Я горестно вздохнула. М-да, нового учителя приобрела, а жениха потеряла… Ну и ладно, все равно мне замуж рано!! И потом, мне обязательно надо в супруги колдуна, ибо никто другой мой расчудесный характер не потянет!

— Ладно, Грайзел, пойдем, — распорядилась я, по-хозяйски хватая его за руку, — нам пора домой! Магии обучаться! Попрощайся со всеми и пошли.

Я обняла по очереди печального Фьориуса, грустного Хервина и отчаянно сопротивляющегося Забендера, поставив ему красивый фингал на память о себе, и помахав всем напоследок сиреневыми шортами, вышла. Таща за собой упирающегося Грайзела.

Вперед на освоение магического искусства! Мне еще столько всего узнать предстоит!

А громыкоида я заберу в следующий раз. И портал по вызову Гадкой Парочки окончательно закрою как-нибудь потом. Отобранную у оборотня колдовскую книгу вообще не отдам, моя! У единорога рог точно отрастет, пусть не волнуются, а мне он нужнее. В колпак Забендера наделала не Мурча, а горгулья! Причем, не местная, она приперлась зачем-то на мое заклинание вызова вместо демона, начала пакостничать…

И почему мне кажется, что нас скоро опять пригласят в этот чудный замок?

— Мартьяшенька, а, может, все-таки шортики? — пытаясь в сотый раз воткнуть мне в руки сомнительный предмет одежды, жалобно вопрошал Грайзел.

Обычно я слушала его завывания и стенания вполне спокойно, даже с некоторым интересом, ведь мольбы и просьбы он просто потрясающе аргументировал! (Я и то пару раз засомневалась в своей принадлежности к женскому роду.) Но сейчас, при виде скомканной тряпки неопределенной расцветки, которую он собирался мне всучить, я рассвирепела.

— Убери ты от меня это убожество! Пока я тебе их на уши не натянула! — рявкнула я, и наставник пугливо отскочил в сторону. — Еще раз увижу что-то сиреневое в непосредственной близости от себя — сделаю из тебя громыкоида!

Нашу светскую беседу прервал стук в дверь.

Обогнув своего мага, с печальной миной мнущего потрепанную ткань в руках, я отправилась открывать, почти уверенная в том, что нас посетил староста близлежащей деревеньки с очередной жалобой. Ну да, да, не уследила я за стаей гарпий однажды, ну, перепортили они половину мужиков у них, так и чего теперь, каждый раз бегать к нам и ругаться? Впрочем, ругался-то, как правило, Грайзел, а я деликатно посылала жалобщиков по матушке. Или по батюшке, смотря по настроению.

Однако гость оказался весьма и весьма неожиданным…

Ибо за порогом обнаружился высокий худощавый мужчина в длинном темном плаще и неизменной насмешливой улыбкой на интеллигентном лице.

— Фьориус!! — восторженно заорала я, бросаясь ему на шею.

Он слегка пошатнулся, но устоял, позволив мне немного повисеть на себе. Затем чуть отстранился и с искренним интересом пробежался по мне взглядом. Еще бы, соскучился по моей красоте неземной!

— Как ты выросла, Мартемьяна, — наконец, протянул законно избранный Глава магического Совета, уставившись мне почему-то на грудь.

— Ага! — довольно согласилась я и расплылась в счастливой улыбке: — Проходи, Фьор, не стой столбом.

Мой бывший учитель согласно кивнул, но не успел сделать и пары шагов, как к нему резвым зябликом подскочил Грайзел.

— Ты кого мне подсунул, скотина?! — рычал он, напирая на Фьориуса. — Да она же чума, ходячий кошмар!!! И ты знал, потому так быстренько и сплавил мне ее!!

А я со слезами умиления смотрела на прелестную сцену встречи двух старых друзей. Как же каждый скучал, оказывается, по обществу другого! Что хорошо заметно по силе эмоций и вытаращенным глазам Фьора, в шею которого нежно вцепился обеими руками мой нынешний наставник…

Я любовалась ими пару мгновений, а потом мне стало завидно, и я спросила:

— Ребята, а можно я вас обоих обниму? С разбега…

«Ребята» моментально расцепились, словно их моя идея слегка напугала, и, тяжело дыша, бросали друг на друга яростные взоры. Экие темпераментные мущщины! Подумала я с душевным трепетом и вдруг неожиданно вспомнила правила гостеприимства.

— Садитесь, я сейчас распоряжусь насчет ужина… Садитесь, — громче повторила я и выразительно посмотрела на свои кулаки. Когда я подняла глаза, оба наставника уже сидели в мягких креслах, пытаясь вежливо улыбаться.

Нет, ну как мне повезло с преподавателями магического искусства! До чего они дисциплинированные! Мне бы поучиться этому у них надо!

— Я не хочу есть, Мартемьяна, — махнул рукой Фьориус. — Расскажи лучше, какие новости у вас здесь. Хотя слухи о ваших подвигах до нашего сообщества долетали, долетали…

— Мы — известные личности? — радостно переспросила я. — Здорово!

— Да, здорово, — кисло подтвердил мой прежний учитель, — хотя с разрушением каменной ратуши в местном городке ты погорячилась, конечно.

— А зачем они меня злобной ведьмой обозвали? — обиделась я, — Против злобной ничего не имею, но вопиющая безграмотность здешнего народа меня расстроила! Ведь они не понимали разницы между благородным чернокнижником и ведьмой! Ну, я и объяснила им, наглядно, так сказать, что я чернокнижница. Ладно, дела прошлые. А насчет новостей… О! — я встрепенулась, — Грайзел пить бросил!

— Неужели? Потрясающе, я и не думал, что такое возможно, — восхитился Фьор, но я его перебила:

— Бросил пить в одиночку! Мы теперь вдвоем выпиваем, — я почти влюблено посмотрела на краешек матово-черной фляжки, выглядывающей из кармана моего нынешнего мага. — Но редко. Почему-то Грайзелу не нравится, когда я под хмельком… Подумаешь, ведьминская метла ему однажды по заду угодила! Я случайно то заклинание активировала: язык после ядреного напитка заплетался! А рога, которые выросли на его башке, придавали ему мужественный вид! Девицей он так и вовсе прехорошенькой вышел! Да, пузатенькая, лупоглазая, ножки кривенькие, но зато обаятельная-я-я!

Фьориус с горячим сочувствием посмотрел на мрачного Грайзела, и между ними впервые за вечер вспыхнуло взаимопонимание. Чего они переглядываются? Я насторожилась. Надо пресечь, а то они изобретательные парни!

— Слушай, а ты пить не хочешь? — ласково поинтересовалась я у бывшего наставника.

— Ну…можно. Давай, — согласился тот.

— Гуццл! — рявкнула я, заставив чернокнижников подпрыгнуть на месте, и спустя мгновение мой неживой помощник принес нам на подносе чай в глиняных пузатых чашках.

Фьориус опасливо принял одну из них, и, видя напряженное выражение его лица, я сказала успокаивающе:

— Не волнуйся, как с супом не получится, у Гуццла ухи давно поотрывались!

Глава Совета заметно расслабился и уже спокойно сделал глоток дымящегося, ароматного, напитка. А я доброжелательно добавила:

— Ага, теперь у Гуццла пальцы отваливаются, и нос вот какой-то неустойчивый…

Фьориус поперхнулся, и, позеленев, как жаба, выскочил вон из комнаты. Когда он вернулся, посвежевший и порозовевший, я с любопытством осведомилась:

— Слушай, а ты как сам здесь оказался? По делу или у тебя отпуск?

— Ни то, ни другое, — таинственно усмехнулся он. — Понимаешь, мне надоело быть Верховным магом. Скучная работа, куча хлопот, забот, ученички еще носятся вокруг… Не мое это занятие, не мое. Короче, я ушел. С поста ушел.

Я ошеломленно вытаращилась на него:

— Ничего себе!! А чем ты будешь теперь заниматься?

— Черной магией. — Он снисходительно посмотрел на меня. — Вернусь к наставничеству. Тем более, что где-то в мире существует моя любимая ученица по имени Мартемьяна…

— Ух, ты! — с восторгом согласилась я на завуалированное предложение. Снова обучаться у Фьориуса — предел моих мечтаний!

— Минуточку! — мерзким голосом проскрипел вдруг позабытый нами Грайзел. — Вы ничего не перепутали? Мартьяша теперь моя ученица! У нас официальный договор!

— А я первый ее нашел! И талант развивал тоже я! — вскочил на ноги бывший Верховный маг.

— А мы вместе ратушу громили! — угрожающе прорычал Грайзел, тоже поднимаясь.

— И что нам делать? — воинственно спросил Фьор.

— Да, что? — не менее воинственно откликнулся его собеседник.

Я не выдержала и фыркнула. Оба наставника, прежний и нынешний, одновременно повернули головы ко мне.

— Как что? — ухмыльнулась я. — Учить меня!

Чернокнижники вытаращились на меня в безмолвном изумлении, а я энергично подтвердила:

— Учить меня, конечно! Я ж вся неопытная, местами наивная, ни разу шортики не примерявшая…И вообще, где сказано, что у ученика не может быть двух сразу учителей? Правильно, нигде! Вот и не спорьте!

Я довольно рассмеялась. Гы, обожаю учиться черной магии!

Эх, чувствую, что вместе с моими голубками-наставниками («голубки» сверлили друг друга неприязненными взглядами), меня ждут необыкновенные, невероятные, сногсшибательные приключения!