Том 15 (4–5) Русского архива включает документы и материалы, которые до последнего времени не были известны широкому кругу читателей. Наряду с подготовкой и проведением Берлинской операции важное место отведено таким проблемам, как взаимоотношения Красной Армии и населения Германии, военные связи между союзниками по антигитлеровской коалиции, судьба главарей третьего рейха, капитуляция вермахта, репатриации и плен.
1.0 — создание файла
Посвящается солдатам, офицерам, генералам, прославленным полководцам и безвестным героям самой кровопролитной войны в истории человечества — тем, кто своими ратными подвигами, мужеством и стойкостью принес миру Победу. Ваши имена навечно останутся в памяти благодарных потомков, а ваши боевые и трудовые свершения составляют славу и честь Отечества.
Представленный на суд читателей сборник документов посвящается одной из самых ярких страниц отечественной военной истории — Берлинской наступательной операции советских войск. За прошедшие полвека эта тема освещалась в тысячах томов научной и художественной литературы, воспоминаниях, статьях, в кино- и телефильмах, появившихся как в нашей стране, так и за рубежом. Берлинская операция нашла отражение в мемуарах выдающихся полководцев Великой Отечественной — Г. К. Жукова, И. С. Конева, К. К. Рокоссовского, В. И. Чуйкова, С. М. Штеменко, М. Е. Катукова… Плеяда профессиональных историков, военных специалистов не единожды обращалась к летописи этого сражения, увенчавшегося славной Победой. В связи с этим может возникнуть вопрос — целесообразно ли в очередной раз возвращаться к известной, хотя и героической, теме?
Отдадим должное нашим предшественникам — высококвалифицированным военным историкам, которые на основе огромного количества оригинальных материалов смогли сразу же после Великой Отечественной войны осмыслить, обобщить и написать историю второй мировой войны и ее кульминационного момента — Берлинской операции. Оставим в стороне вопрос, насколько созданные ими труды адекватны действительности. Важно другое: практически все последующее время битва за Берлин, как, впрочем, и другие события этой войны, рассматривалась и изучалась догматично, по раз и навсегда выбранной схеме, скованной к тому же идеологическими условностями. Не случайно поэтому подлинные документы по Берлинской операции в архивах изучались лишь единицами исследователей, а некоторые дела — вообще выпадали из поля зрения историков. Восполнению этого пробела и служит данный сборник, целиком построенный на документах Центрального архива Министерства обороны РФ (ЦАМО РФ).
Настоящий сборник, естественно, не может претендовать (и не претендует) на полное и комплексное раскрытие заявленной темы. Он дает лишь подборку документов, отражающих различные аспекты подготовки и проведения Берлинской операции. Наряду с этим большое и важное место в труде отведено таким проблемам, как взаимоотношения Красной Армии и населения Германии, военные связи между союзниками по антигитлеровской коалиции, судьба главарей третьего рейха, капитуляция вермахта, советский плен.
Исходя из общего замысла труда, при отборе документов составители руководствовались двумя критериями. С одной стороны — дать широкую и последовательную картину описываемых событий с акцентом на их ключевые моменты. С другой — подробнее осветить мало известные или вообще не известные стороны и аспекты заключительного этапа Великой Отечественной войны. Именно поэтому значительная часть документов, включенных в сборник, публикуется впервые.
Сборник приурочен к 50-летнему юбилею Победы и рассчитан на массового читателя, интересующегося историей Отечества. Именно поэтому он построен на несколько иных принципах, отличных от принятых в издаваемой Институтом военной истории серии документальных изданий. Ориентация на широкие круги читательской аудитории побудила авторов-составителей прежде всего отказаться от устоявшихся подходов к структуре сборника, сделав ее более свободной, построенной по тематическому принципу. Вместе с тем, даже профессиональные военные историки найдут в данном труде немало новых и интересных ракурсов и аспектов знакомой им темы.
Практически все публикуемые документы имели в прошлом гриф «секретно», «совершенно секретно», «особой важности». Боевые документы, как правило, направлялись в войска шифром. В настоящем издании грифы секретности опущены.
К сожалению, даже по прошествии 50 лет некоторая часть документов по Берлинской операции по-прежнему находится в архивах на секретном хранении, что исключает возможность их публикации. Это, безусловно, не может не отразиться на полноте освещения некоторых сторон исследуемого явления.
Археографическая обработка документов и материалов выполнена в соответствии с общими требованиями, предъявляемыми к изданиям военно-исторических документов. При этом полностью исключен нередко применявшийся в прошлом прием сокращений документов по идеологическим соображениям. Все опущенные места в тексте документов обозначены отточием в квадратных скобках с обязательной оговоркой в примечании о причине этого. Если оговорки нет, значит пропуск вызван необходимостью сократить большой по объему документ за счет опущения второстепенных данных.
В документах сохранен стиль исполнителя, исправлены только явные опечатки и ошибки, а также пунктуация.
В приводимых в сборнике документах содержится много немецких географических названий, имен и фамилий, написание которых отличается от принятых в настоящее время нормативных вариантов. Это объясняется следующим: на картах пятидесятилетней давности многие немецкие населенные пункты действительно писались по-иному, определенным образом изменилась за прошедшие годы транскрипция немецких собственных имен. Чтобы избежать необходимости приводить все собственные имена к принятым сегодня нормативным описаниям, составители оставили немецкие географические названия, в основном, в том виде, в каком они приводятся в документах. Одновременно в приложение вынесен список соответствий географических названий, где наряду с нормативным написанием даются и другие встречающиеся в сборнике варианты.
Ряд немецких терминов в текстах документов дается в русской транскрипции («фольксштурм», «вервольф», «фаустпатрон» и др.). Наиболее распространенные из них давно вошли в русский язык, менее употребительные объяснены в примечаниях.
В сборник включено в общей сложности около 300 документов и материалов, систематизированных по тематическому принципу в 15 отдельных глав. Каждая глава посвящена какому-либо отдельному аспекту Берлинской операции советских войск. Авторы-составители признают условность этого деления, но считают такой способ подачи материала наиболее оптимальным для массового читателя. Документы в главах и в Приложениях расположены в хронологическом порядке и имеют сквозную нумерацию, что подчеркивает их органическую взаимосвязь. Каждый документ имеет редакционный заголовок, кратко отражающий его содержание.
Отдельно в качестве приложений даются: сводки обобщенного боевого опыта некоторых армий, принимавших участие в Берлинской операции; материалы двух конференций по изучению опыта Берлинской операции; список командно-начальствующего состава советских войск, принимавших участие в Берлинской операции; алфавитный перечень сокращений и аббревиатур; список соответствий географических названий. Сборник иллюстрирован новыми или малоизвестными фотографиями военных лет.
Генерал-майор В. А. ЗОЛОТАРЕВ,
профессор, доктор исторических наук
Авторы-составители выражают свою искреннюю признательность за помощь в подборе и обработке архивных документов:
сотрудникам Центрального архива МО РФ Н. П. Брилеву, А. Н. Грильеву, В. М. Холодному, С. И. Чувашину;
сотрудникам Института военной истории МО РФ В. Ф. Бутурлинову, Е. В. Жбанковой, Е. И. Зюзину, В. Г. Исаковой, А. Н. Почтареву.
В подготовке сборника к печати приняли участие: Л. И. Веселова, Т. Н. Горбунова, Г. П. Горбачева, Л. Е. Донская, Г. Л. Иванова, И. М. Калинина, Г. М. Рагозина, Т. В. Рожкова, П. Н. Рябченков, Л. А. Сыркашева.
Составители хотели бы особо отметить организаторскую и творческую помощь со стороны доктора исторических наук В. Н. Вартанова и доктора исторических наук В. П. Зимонина.
Деятельное участие в решении целого комплекса технических проблем, связанных с подготовкой рукописи сборника, принял В. В. Молчанов.
Новый 1945 год — четвертый год Великой Отечественной войны — начался активными широкомасштабными действиями Советских Вооруженных Сил на всем советско-германском фронте. Советские войска вступили на территорию стран Центральной и Юго-Восточной Европы, уничтожая и отбрасывая противника к границам третьего рейха. Однако вооруженные силы Германии, несмотря на тяжесть нанесенных им на востоке и западе ударов, сохраняли высокую степень боеспособности и насчитывали в своем составе свыше 300 дивизий и бригад, из которых 180 действовали на советско-германском фронте (док. № 1).
В соответствии с замыслом Ставки Верховного Главнокомандования зимой — весной 1945 г. советские войска провели серию стратегических наступательных операций, в результате которых общее оперативно-стратегическое положение вермахта резко ухудшилось. Война пришла непосредственно на территорию Германии. Череда поражений и большие потери подрывали моральный дух немецких войск на фронте и населения в тылу, хотя до конца он еще не был сломлен. Советская разведка доносила об упадочнических настроениях личного состава вермахта, дезертирстве, страхе за свою судьбу и участь родных. Однако выводы разведсводок были единодушны: враг силен, фанатичен и способен оказывать ожесточенное сопротивление (док. № 3, 6). К середине апреля 1945 г. в войска поступили разведсводки о противнике, где численность вермахта оценивалась в 223 дивизии и бригады, из которых большинство действовало на советско-германском фронте (док. № 13). Германия готовилась к тотальной войне на своей территории (док. № 168–171).
В феврале-марте 1945 г. войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов разгромили противника в Восточной Померании и Силезии и вышли на рубеж рек Одер и Нейсе. К началу апреля советские войска захватили кюстринский плацдарм и находились в 60 км от Берлина. Соединения и части 2-го Белорусского фронта разгромили противника в районе Данцига и Гдыни. Англо-американские войска завершили окружение рурской группировки врага и к середине апреля передовыми частями вышли на Эльбу в 100–200 км от Берлина.
Главная группировка противника была сосредоточена на берлинском направлении. Она включала группу армий «Висла» и основные силы группы армий «Центр». Здесь была создана глубоко эшелонированная оборона, включавшая одерско-нейсенский рубеж, состоявший из трех полос глубиной 20–40 км, и Берлинский оборонительный район. Наиболее сильная группировка была создана врагом против кюстринского плацдарма. Оперативная плотность его сил на этом участке составляла 3 км на дивизию. На 1 км фронта здесь приходилось 60 орудий и минометов, 17 танков и штурмовых орудий. Общая численность гарнизона Берлина превышала 200 тысяч человек.
Замысел Берлинской операции в Ставке ВГК в основном определился в ноябре 1944 г. Разработка его проходила в ходе Висло-Одерской (12 января — 3 февраля 1945 г.), Восточно-Прусской (13 января — 25 апреля 1945 г.) и Восточно-Померанской (10 февраля — 4 апреля 1945 г.) стратегических наступательных операций.
Уже в процессе планирования операции по разгрому противника между Вислой и Одером Ставка нацеливала на Берлин 1-й Белорусский фронт, поставив во главе его Маршала Советского Союза Г. К. Жукова — заместителя Верховного Главнокомандующего.
26 января командование 1-го Белорусского фронта, переоценив свои успехи и недооценив противника, внесло в Ставку предложение через четыре дня выйти на подступы к Одеру, подтянуть тылы, пополнить запасы и с утра 1–2 февраля с ходу форсировать Одер и развивать наступление на берлинском направлении.
Первоначально боевые действия развивались успешно. Войска фронта 3 февраля захватили небольшой плацдарм у Кюстрина. 10 февраля маршал Г. К. Жуков представил на имя И. В. Сталина план Берлинской наступательной операции (док. № 18). Через три дня оперативные директивы на проведение Берлинской операции получили все армии 1-го Белорусского фронта (док. № 19, 20).
К этому времени угроза удара с севера со стороны немецкой группировки войск стала объективной реальностью, что вынудило командование 1-го Белорусского фронта отказаться от активных действий, перегруппировать танковые армии на север.
10 февраля началось наступление 2-го Белорусского фронта Маршала Советского Союза К. К. Рокоссовского, войска которого должны были овладеть всей Восточной Померанией от Данцига (Гданьск) до Штеттина (Щецин) и выйти на побережье Балтийского моря.
Наступление развивалось трудно, и только с переходом в наступление с 1 марта 1-го Белорусского фронта темп его соседа справа резко возрос, и 5 марта левофланговая группировка маршала Рокоссовского вышла на побережье Балтийского моря, а после захвата Кезлина (Кошалин) все армии его фронта повернули на восток, на Гдыню, Данциг (Гданьск). Ставка ВГК временно передала Рокоссовскому 1-ю гвардейскую танковую армию для разгрома противника в районе Гдыни. Остальные армии правого крыла 1-го Белорусского фронта выходили на побережье Балтийского моря и на Одер в его нижнем течении. Войска 1-го Украинского фронта под командованием Маршала Советского Союза И. С. Конева не смогли форсировать Нейсе и перешли к обороне. В этих условиях наступательная операция на Берлин в феврале 1945 г. была нереальна.
29 марта по вызову Ставки маршал Г. К. Жуков прибыл в Москву с детальным планом 1-го Белорусского фронта по Берлинской операции. С аналогичным планом этой же операции через два дня в Ставку прибыл и маршал И. С. Конев. 1 апреля 1945 г. в Ставке ВГК был заслушан доклад начальника Генерального штаба Красной Армии генерала армии А. И. Антонова об общем плане Берлинской наступательной операции, затем доклады маршалов Г. К. Жукова и И. С. Конева.
Наступление на Берлин было решено начать 16 апреля, не дожидаясь действий 2-го Белорусского фронта, который мог начать наступление с Одера не ранее 20 апреля.
В ночь на 2 апреля в Ставке была подписана директива 1-му Белорусскому фронту о подготовке и проведении операции с целью овладения Берлином и выхода на 12 — 15-й день на р. Эльбу (док. № 23).
Главный удар приказано было нанести с кюстринского плацдарма силами четырех общевойсковых и двух танковых армий. Последние предполагалось ввести в сражение после прорыва обороны противника в обход Берлина с севера и северо-востока. Кроме того, предусматривались два вспомогательных удара, при этом второй с плацдармов на р. Одер наносился в обход Берлина с юга.
Директиву 1-му Украинскому фронту Верховный Главнокомандующий подписал 3 апреля (док. № 99). Этой директивой фронту предписывалось «…разгромить группировку противника в районе Котбуса и южнее Берлина, не позднее 10 — 12-го дня овладеть рубежом Беелитц, Виттенберг и далее по р. Эльба до Дрездена. В дальнейшем после овладения Берлином иметь в виду наступать на Лейпциг». Главный удар силами пяти общевойсковых и двух танковых армий предстояло нанести из района Трибель в общем направлении на Шпремберг, Бельциг.
6 апреля получил директиву на наступление и 2-й Белорусский фронт (док. № 130). Он должен был 20 апреля форсировать р. Одер, разгромить штеттинскую группировку противника и не позднее 12 — 15-го дня операции овладеть рубежом Анклам, Виттенберг.
Краснознаменный Балтийский флот, продолжая блокировать прижатую к морю группу армий «Север» в Курляндии, обеспечивал приморский фланг 2-го Белорусского фронта. В оперативном подчинении маршала Г. К. Жукова находилась Днепровская военная флотилия.
Следовательно, главная роль при взятии Берлина отводилась армиям маршала Г. К. Жукова. При этом в директивах Ставки не предусматривалась организация оперативно-тактического взаимодействия с 1-м Украинским и 2-м Белорусским фронтами. При прорыве одерско-нейсенского рубежа 1-й Белорусский фронт должен был наносить главный удар с небольшого плацдарма, наступать с открытым правым флангом, атаковать в лоб глубоко эшелонированную оборону противника.
На основании директив Ставки ВГК командующие войсками фронтов направили подчиненным армиям частные оперативные директивы (док. № 26). Они в основном соответствовали директиве Ставки ВГК, но были и изменения. Так, по директиве Ставки предусматривался ввод в сражение 1-й и 2-й гвардейских танковых армий «после прорыва обороны для развития успеха в обход Берлина с севера и северо-востока…».
Однако маршал Г. К. Жуков принял решение поставить 1-ю гвардейскую танковую армию генерала М. Е. Катукова в исходное положение за 8-й гвардейской армией генерала В. И. Чуйкова (док. № 26). Развивая наступление, армия должна была овладеть южными окраинами Берлина, а в дальнейшем во взаимодействии со 2-й гвардейской танковой армией, вводившейся за 5-й ударной армией, овладеть северо-западной частью Берлина. При этом ввод в прорыв обоих танковых объединений планировался после овладения Зееловскими высотами. Однако при благоприятном развитии наступления 69-й армии, наносившей удар южнее кюстринского плацдарма, маршал Г. К. Жуков предусмотрел ввод 1-й гвардейской танковой армии в ее полосе. Следовательно, командующий войсками 1-го Белорусского фронта по разрешению Сталина изменил направление нанесения танковых ударов, указанных в директиве Ставки.
Командующие войсками фронтов разрешили командармам ознакомить с директивой только начальников штабов, начальников оперативных отделов штабов армий и командующих артиллерией. Остальным исполнителям задачи ставились в пределах выполняемых ими обязанностей. Командиры полков задачи получили устно за три дня до наступления. Всему личному составу войск армий разъяснялось, что основной задачей является упорная оборона на длительное время. Младшему комсоставу и красноармейцам задачу на наступление разрешалось объявить за два часа до атаки.
Времени на подготовку оставалось мало — 14–15 дней. Темпы наступления определялись для общевойсковых армий — 8 — 14 км, для танковых — 30–37 км в сутки. Устанавливалась высокая плотность танков и артиллерии на участках прорыва. Так, в 1-м Белорусском фронте она достигала 20–44 танков и САУ и 300 орудий и минометов на 1 км. Глубина поражения противника во время артиллерийской подготовки составляла 10–12 км и более. Для авиационного обеспечения операции, помимо 16-й воздушной армии 1-го Белорусского фронта, привлекалась авиация соседа справа (4-я воздушная армия) — до начала его наступления и 18-я воздушная армия авиации дальнего действия. На время прорыва тактической зоны обороны противника авиационные соединения поддерживали общевойсковые армии, а с вводом в сражение танковых армий и корпусов переключались на их поддержку. Для этой цели выделялось до 75 процентов сил авиации (док. № 101, 135, 143).
Днепровской военной флотилии ставилась задача поддержать наступающие войска и содействовать их переправе через реки, обеспечивать водные коммуникации войск, производить высадку десантов, обеспечивать конвоирование воинских грузов, перевозимых водным путем, Для более тесного взаимодействия флотилия побригадно распределялась между 5-й ударной, 8-й гвардейской и 33-й армиями (док. № 144).
По характеру выполняемых задач и результатам Берлинская операция делится на три этапа.
На первом этапе (16–19 апреля) войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов прорвали одерско-нейсенский оборонительный рубеж, а 2-й Белорусский фронт завершил перегруппировку и проводил разведку боем.
На втором этапе (19–25 апреля) войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов по дополнительным указаниям Ставки ВГК окружили и расчленили берлинскую группировку врага.
На третьем этапе (26 апреля — 8 мая) окруженные войска противника были уничтожены. Советские войска овладели Берлином и соединились с союзниками. Германия капитулировала.
За два дня до начала наступления войск 1-го Белорусского фронта была проведена разведка боем. 32 разведывательных отряда в течение двух суток (14 и 15 апреля) уточняли огневую систему обороны врага, его группировки, определяли сильные и наиболее уязвимые места обороны (док. № 27, 283, 287). Противник принял эту разведку за начало наступления. В результате действий разведотрядов некоторые немецкие части были выбиты из первых позиций, а в отражении этого наступления участвовала почти вся немецкая артиллерия. Противник начал поспешно подтягивать на вторую позицию свои резервы, но советские войска неожиданно прекратили продвижение и закрепились на достигнутых рубежах. Это озадачило германский генштаб.
Противник во время нашей разведки боем часть войск отвел на вторую полосу — на Зееловские высоты, где сосредоточил основные силы. Командование фронта переоценило результаты боев 14–15 апреля и, не заметив этого отвода войск противника, сократило продолжительность артподготовки с 30 до 20–25 минут.
16 апреля в 3 часа по местному времени началась авиационная и артиллерийская подготовка. Оборона немцев подавлялась на глубину до 8 км, а отдельные узлы сопротивления — до 10–12 км. После окончания авиационной артподготовки были включены 143 прожектора, и пехота, поддержанная танками, атаковала противника. Не встречая сильного сопротивления, она продвинулась на 1,5–2 км. Одновременно 745 бомбардировщиков 18-й воздушной армии нанесли удар по Зееловским высотам. С утра начала действовать 16-я воздушная армия, нанося удары небольшими группами самолетов, так как погода затрудняла массированное использование авиации (док. № 143). С рассветом сопротивление противника стало возрастать. Для повышения темпов наступления были введены вторые эшелоны стрелковых дивизий, а в 10 часов — подвижная группа 3-й ударной армии — 9-й танковый корпус.
Однако чем ближе подходили наши войска к Зееловским высотам, тем сильнее нарастало сопротивление врага. Этот естественный рубеж господствовал над окружающей местностью, имел крутые скаты и являлся во всех отношениях серьезным препятствием на пути к Берлину. Сплошной стеной стоял он перед главной ударной группировкой 1-го Белорусского фронта, закрыв собой плато, на котором должно было развернуться сражение на ближних подступах к Берлину. Именно у подножья Зееловских высот и на них немцы сосредоточили наибольшее количество сил и средств.
С целью усиления натиска маршал Г. К. Жуков во второй половине дня ввел в сражение обе танковые армии. Их передовые отряды, нарастив усилия общевойсковых армий, завершили прорыв первой полосы обороны. Однако, подойдя к Зееловским высотам, общевойсковые и танковые армии встретили неподавленную оборону противника.
За первый день наступления войска фронта продвинулись всего на 3–8 км и прорвать оборону на Зееловских высотах не смогли. Наличие сильной обороны противника потребовало перегруппировки артиллерии и проведения новой артиллерийской и авиационной подготовки, а это планом предусмотрено не было. Не был отработан и вариант допрорыва танковыми армиями тактической обороны немцев. Преждевременный ввод танковых объединений создал хаос в оперативном построении общевойсковых армий, вызвал нарушение их тыловых коммуникаций, неразбериху в управлении войсками (док. № 43–46). Весьма противоречивыми оказались оценки эффективности примененного войсками тактического приема — использования прожекторов для ослепления противника (док. № 42).
Вечером 16 апреля маршал Г. К. Жуков приказал армиям продолжать наступление ночью и к утру прорвать вторую полосу обороны, для чего сосредоточить на участках прорыва 250–270 стволов на 1 км фронта и провести 30 — 40-минутную артиллерийскую подготовку (док. № 31). При этом он потребовал от командармов не втягиваться в затяжные бои за сильные опорные пункты противника, а обходить их, передавая задачу уничтожения гарнизонов последнего частям второго и третьего эшелонов армий. Танковым армиям было приказано с утра 17 апреля организовать эффективное взаимодействие с пехотой.
Лишь к исходу 17 апреля войска фронта преодолели вторую полосу. Через два дня был окончательно прорван одерский рубеж обороны немцев. В ходе наступления маршал Г. К. Жуков ввел в прорыв 7-й гвардейский кавалерийский корпус, который должен был во взаимодействии со 2-й гвардейской танковой армией овладеть северовосточной частью Берлина.
В итоге четырехдневной ожесточенной борьбы войска 1-го Белорусского фронта продвинулись на глубину до 34 км, разгромив 15 дивизий первого эшелона и резерва немцев. Глубокая оборона, заранее занятая войсками, высокие плотности сил и средств противника, многочисленные контратаки потребовали от советских войск огромного напряжения сил. Поэтому каждый день наступления начинался мощной авиационной и артиллерийской подготовкой продолжительностью до 30–40 минут. Происходило своеобразное «прогрызание» обороны (док. № 283, 284, 287).
Наступлению главных сил 1-го Украинского фронта также предшествовала разведка боем силами стрелковых рот, выделенных из дивизий первого эшелона. В ночь на 16 апреля они переправились через Нейсе и атаковали противника, установив, что тот прочно обороняет позиции вдоль реки. С рассветом началась артиллерийская и авиационная подготовка. Одновременно была поставлена дымовая завеса. Инженерные войска приступили к наводке понтонных мостов грузоподъемностью 16 и 30 т. С окончанием артиллерийской подготовки начали переправу на подручных средствах стрелковые батальоны. Через 1–2 часа были наведены понтонные, а через 4–5 часов собраны 60-тонные низководные мосты для переправы артиллерии и танков. К концу дня ударная группировка фронта прорвала первую полосу обороны и на 1–1,5 км вклинилась во вторую (док. № 103).
Несмотря на ввод немцами свежих резервов (в том числе четырех танковых дивизий), ударная группировка фронта прорвала и вторую полосу обороны. Противник начал отход за р. Шпрее. Маршал И. С. Конев 17 апреля отдал приказ войскам «на плечах противника» форсировать Шпрее и «открыть безостановочный путь на Берлин» (док. № 104).
Именно в этот день Ставка ВГК приказала маршалу И. С. Коневу двумя танковыми армиями нанести удар на Берлин с юга.
На следующий день получил директиву и маршал К. К. Рокоссовский о развитии наступления главными силами на юго-запад и нанесении удара в обход Берлина с севера (док. № 132). Учитывая «заминку» армий маршала Г. К. Жукова и успех 1-го Украинского фронта, Ставка ВГК приняла решение об окружении города силами трех фронтов, что планом операции не предусматривалось.
Во исполнение указания Верховного Главнокомандования командующий войсками 1-го Украинского фронта приказал командующим 3-й и 4-й гвардейскими танковыми армиями в течение ночи форсировать р. Шпрее и развивать стремительное наступление на Берлин с юга, с тем чтобы в ночь с 20 на 21 апреля ворваться в город и овладеть соответственно его южной и юго-западной частью (док. № 106).
За три дня ударная группировка 1-го Украинского фронта, продвинувшись до 30 км, прорвала третью полосу обороны врага и создала условия для маневренных действий. В это время войска 1-го Белорусского фронта все еще были лишены этой возможности.
2-й Белорусский фронт 18–19 апреля форсировал восточный рукав Одера силами полков, выделенных от дивизий первого эшелона; в сложных условиях весеннего разлива овладел междуречьем и, выйдя к западному рукаву реки, занял исходное положение для наступления главными силами. Своими действиями фронт сковал противника в широкой полосе, лишив его возможности перегруппировать войска на подступах к Берлину и облегчив тем самым действия армий 1-го Белорусского фронта (док. № 132).
Несмотря на неослабевающее сопротивление противника, войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов своими подвижными соединениями, и прежде всего танковыми армиями, решительно «вгрызались» в оборону противника и, обходя укрепленные населенные пункты, приближались к Берлину.
К исходу 21 апреля танковые армии 1-го Украинского фронта вышли к внешнему оборонительному рубежу Берлина, оторвавшись от общевойсковых армий на 30–35 км. В этот же день соединения 3-й и 5-й ударных, 47-й и 2-й гвардейской танковой армий 1-го Белорусского фронта преодолели сопротивление противника на внешней полосе Берлинского оборонительного района и вышли на северо-восточную окраину города. Часть сил 1-го Белорусского фронта обошла Берлин и продолжила стремительное продвижение в сторону Эльбы, где предполагалась встреча с войсками союзников.
Для ускорения разгрома противника маршал Г. К. Жуков бросил 1-ю и 2-ю гвардейские танковые армии вместе с 8-й гвардейской, 5-й и 3-й ударными и 47-й армиями в бой за город.
Именно накануне решающего штурма Берлина между маршалами Г. К. Жуковым и И. С. Коневым развернулось ничем не оправданное соревнование за право первому доложить И. В. Сталину о прорыве войск именно своего фронта в Берлин. Приказы и распоряжения подчиненным войскам стали жесткими, изобилующими фразеологией типа: «немедля», «во что бы то ни стало», «обязательно сегодня ночью», «ворваться в Берлин первыми» и т. д. (док. № 48, 50, 51, 109, 110). Командиры частей и соединений, командующие армиями лично от Г. К. Жукова и И. С. Конева получали взыскания за «нерешительность», «отсутствие инициативы» (док. № 44, 45, 111, 112). По сути дела, командование фронтов требовало от войск идти вперед, не считаясь ни с какими потерями, будь то в живой силе или технике.
В это время 3-я гвардейская танковая армия 1-го Украинского фронта прорвала внешний оборонительный рубеж и завязала бои на южной окраине Берлина. 4-я гвардейская танковая армия обходила город с запада, а общевойсковые армии, используя успех танковых объединений, успешно продвигались к Эльбе.
22 апреля в имперской канцелярии состоялось последнее оперативное совещание германского верховного командования, на котором присутствовал Гитлер. Было принято решение снять с позиций на Эльбе 12-ю армию и наступать на восток, навстречу войскам 9-й армии, наносившей удар по советским войскам, из района юго-восточнее Берлина.
Стремясь задержать наступление 1-го Украинского фронта, немецкое командование предприняло контрудар из района Герлица в тыл ударной группировки фронта. Удар пришелся по левому флангу 52-й армии и 2-й армии Войска Польского. К 23 апреля немецкие войска вклинились в их расположение на 20 км. Однако к исходу следующего дня продвижение противника было остановлено (док. № 58, 59, 115, 122).
24 апреля 8-я гвардейская и 1-я гвардейская танковая армии 1-го Белорусского фронта соединились юго-восточнее Берлина с 3-й гвардейской танковой и 28-й армиями 1-го Украинского фронта (док. № 116, 118). Замкнулось кольцо окружения западнее города. В это же время в районе Торгау 5-я гвардейская армия 1-го Украинского фронта встретилась с 1-й американской армией (док. № 229, 231).
Таким образом, берлинская группировка врага оказалась рассеченной на две изолированные группы: берлинскую и франкфуртско-губенскую.
2-й Белорусский фронт начал операцию 20 апреля. Его войска, форсировав Одер, к исходу 25 апреля прорвали главную полосу обороны и, продвинувшись на 20–22 км, сковали 3-ю танковую армию противника, лишив ее возможности нанести контрудар с севера по советским армиям, окружившим Берлин. В связи с выходом войск 1-го Белорусского фронта к северо-западу от Берлина Ставка ВГК отменила свою директиву 2-му Белорусскому фронту от 18 апреля 1945 г. и приказала развивать наступление в соответствии с первоначальным планом, то есть в западном и северо-западном направлениях согласно директиве от 6 апреля.
С 26 апреля три армии 1-го Белорусского и две армии 1-го Украинского фронтов начали уничтожение окруженной франкфуртско-губенской группировки врага. Учитывая ее стремление прорваться на запад (для капитуляции перед союзниками), маршал И. С. Конев приказал 28-й и части сил 3-й гвардейской армий перейти к обороне. Остальные армии должны были ударами по сходящимся направлениям уничтожить окруженную группировку. Противник, используя лесные массивы, скрытно сосредоточил на узком участке около пяти дивизий, значительное количество артиллерии и танков и с утра 26 апреля нанес удар в стык 28-й и 3-й гвардейской армий, 3 прорвав спешно подготовленную ими оборону. Контратаками танковых и стрелковых соединений при поддержке авиации, которая за день произвела около 500 самолето-вылетов, прорвавшийся противник был отсечен и уничтожен. Попытки 12-й армии генерала Венка нанести удар с запада навстречу прорывавшимся из окружения частям немецкой 9-й армии успешно отражались частью сил 4-й гвардейской танковой и 13-й армий.
В ночь на 29 апреля немцам удалось прорвать кольцо окружения советских войск на стыке двух фронтов. В результате они образовали коридор шириной до двух километров, через который начали отходить на запад к Луккенвальде. Но к исходу дня враг был остановлен, а его войска были рассечены, окружены и к 1 мая уничтожены.
25 и в ночь на 26 апреля 16-я и 18-я воздушные армии произвели три массированных удара по военным объектам Берлина (док. № 138, 139, 143). Четыре общевойсковые и две танковые армии 1-го Белорусского фронта, две танковые армии и стрелковый корпус 1-го Украинского фронта начали штурм Берлина, нанося удары по сходящимся направлениям к центру города. Бои шли днем и ночью. Они велись на земле, в подземных коммуникациях и в воздухе. К исходу дня окруженная группировка была вначале рассечена на две части: большая — в Берлине, меньшая — в Потсдаме. На следующий день противник в Потсдаме был уничтожен, а в Берлине сжат в полосе 2–3 км, растянутой с востока на запад на 16 км.
Напряжение боев в Берлине нарастало по мере продвижения советских войск к центру города, к рейхстагу и правительственным зданиям. Штурмовавшие Берлин армии имели заранее определенные полосы наступления, части и подразделения атаковали конкретные объекты — районы, улицы, здания и сооружения. Бои велись, как правило, штурмовыми группами и отрядами, составленными из подразделений всех родов войск; использовались танки, орудия прямой наводки, огнеметы и даже трофейные гранатометы — фаустпатроны (док. № 57, 60, 283–287).
28 апреля маршал И. С. Конев обратился к маршалу Г. К. Жукову с просьбой об изменении направления наступления 1-й гвардейской танковой и 8-й гвардейской армий (док. № 119). Однако командующий войсками 1-го Белорусского фронта не ответил на это обращение и, в свою очередь, обратился к Верховному Главнокомандующему с ходатайством о необходимости изменения разгранлинии с 1 — м Украинским фронтом (док. № 71).
28 апреля Ставка ВГК (с учетом предложений Г. К. Жукова) указала новую разгранлинию между 1-м Белорусским и 1-м Украинским фронтами, которая отсекала войска 1-го Украинского фронта от борьбы за центр германской столицы (док. № 70).
К концу 28 апреля окруженная группировка в Берлине была рассечена на три части. На следующий день вечером командующий обороной города генерал Вейдлинг вновь представил Гитлеру план прорыва на запад, и Гитлер его утвердил. Осуществление прорыва было назначено на 30 апреля.
29 апреля начались бои за рейхстаг. После ряда атак подразделения полков 171-й и 150-й стрелковых дивизий ворвались в здание. 30 апреля в 14 часов 25 минут над рейхстагом было водружено Знамя Победы (док. № 72, 75, 76, 77, 80, 81, 82, 96, 97).
Взятие рейхстага имело огромное политическое и моральное значение. Мужество, самоотверженность и героизм советских воинов активно пропагандировались в войсках, имена героев боев звучали в сводках Совинформбюро на всю страну.
1 мая в 3 часа 50 минут на командный пункт 8-й гвардейской армии был доставлен начальник генерального штаба сухопутных сил вермахта генерал пехоты Кребс. Он заявил, что уполномочен установить непосредственный контакт с Верховным Главнокомандованием Красной Армии для проведения переговоров о перемирии. Генерал В. И. Чуйков по телефону доложил маршалу Г. К. Жукову, что генерал Кребс сообщил ему о самоубийстве Гитлера и передал письмо Геббельса и Бормана к советскому Верховному Командованию (док. № 190). К письму было приложено политическое завещание Гитлера со списком нового имперского правительства. Документ был подписан Гитлером и заверен свидетелями.
К В. И. Чуйкову для переговоров с Кребсом направился заместитель Г. К. Жукова генерал В. Д. Соколовский с приказом Сталина никаких переговоров, кроме как о безоговорочной капитуляции, ни с кем не вести. Маршал Г. К. Жуков поставил ультиматум: если до 10 часов не будет дано согласие Геббельса и Бормана на безоговорочную капитуляцию, советские войска нанесут такой удар, от которого в Берлине «не останется ничего, кроме развалин».
Руководство гибнущего рейха медлило с ответом. Поэтому в 10 часов 40 минут советские войска открыли ураганный огонь по остаткам обороны центра Берлина. К 18 часам стало известно, что враг отклонил требование о безоговорочной капитуляции. После этого начался последний штурм центральной части города, где находилась имперская канцелярия.
Ночью 2 мая в 1 час 50 минут радиостанция штаба берлинской обороны передала на немецком и русском языках: «Высылаем своих парламентеров на мост Бисмарк-штрассе. Прекращаем военные действия».
2 мая в 6 часов 30 минут на участке 47-й гвардейской стрелковой дивизии сдался в плен командующий зоной обороны Берлина генерал Вейдлинг со своим штабом. Он отдал войскам приказ о прекращении сопротивления (док. № 88, 177, 204). В тот же день сдавшийся в плен заместитель министра пропаганды доктор Фриче обратился к советскому командованию с просьбой о разрешении выступить по радио с обращением к немецким войскам берлинского гарнизона о прекращении всякого сопротивления (док. № 88, 193). После выступления Фриче был отправлен в Москву.
К 15 часам 2 мая остатки берлинского гарнизона общим количеством более 134 тысяч человек сдались в плен. В приказе Верховного Главнокомандующего было сказано, что войска 1-го Белорусского фронта при содействии войск 1-го Украинского фронта после упорных уличных боев завершили разгром берлинской группировки немецких войск и полностью овладели столицей Германии городом Берлином (док. № 89).
Однако бои на других направлениях продолжались.
С 3 по 8 мая войска 1-го Белорусского фронта, уничтожая отдельные группы противника, пробивавшиеся на запад, вышли к Эльбе. 1-й Украинский фронт приступил к освобождению Чехословакии. Соединения 2-го Белорусского фронта к исходу 2 мая достигли Балтийского моря и на следующий день на рубеже Висмар, р. Эльба установили связь с английской армией. На завершающем этапе операции войска этого фронта взаимодействовали с Краснознаменным Балтийским флотом, особенно тесно — при овладении военно-морской базой Свинемюнде. Успешно решал задачи и высаженный на датский остров Борнхольм десант, который пленил 12-тысячный гарнизон врага (док. № 131).
Берлинская стратегическая операция завершилась полным разгромом противника. Фашистский третий рейх был повержен.
7 мая в Реймсе, в 150 км от Парижа, немцы подписали акт о безоговорочной капитуляции перед верховным командованием всей антигитлеровской коалиции. С советской стороны стояла подпись генерала И. А. Суслопарова, который представлял советское Верховное Главнокомандование в ставке Эйзенхауэра (док. № 230).
Союзники предполагали объявить о победе одновременно в СССР, США и Великобритании, придавая такому официальному объявлению большое политическое значение (док. № 210–213). Однако по просьбе Сталина в связи с непрекращающимся сопротивлением вермахта союзники согласились считать документ, подписанный в Реймсе предварительным протоколом о капитуляции.
7 мая распоряжением Ставки ВГК № 11083 Маршал Советского Союза Г. К. Жуков был уполномочен подписать протокол о безоговорочной капитуляции германских вооруженных сил. На помощь ему был направлен А. Я. Вышинский, который затем должен был остаться помощником Г. К. Жукова по политической части.
Союзники снизили уровень своих представителей в этой церемонии и направили в Берлин маршала авиации Великобритании Артура В. Теддера, командующего стратегическими воздушными силами США генерала Карола Спаатса и главнокомандующего французской армией генерала Жана Делатра де Тассиньи.
С немецкой стороны акт подписали начальник штаба верховного командования вермахта генерал-фельдмаршал В. Кейтель, главнокомандующий ВМС адмирал флота Г. Фридебург и генерал-полковник авиации Г. Штумпф, имевшие соответствующие полномочия от рейхспрезидента К. Деница.
9 мая 1945 г. в 0 часов 43 минуты историческая церемония подписания Акта о безоговорочной капитуляции Германии совершилась (док. № 215, 216).
С окончанием Берлинской операции война на Западе завершилась. И хотя разрозненное очаговое сопротивление противника продолжалось, постепенно на передний план выдвигалась задача подведения итогов операции, подсчета потерь, учета трофеев.
Битва за Берлин явилась одной из самых ожесточенных и кровопролитных наступательных операций заключительного этапа второй мировой войны. Обе стороны, не считаясь ни с какими потерями, стремились к достижению своих военно-стратегических целей.
Только в полосе действия войск 1-го Белорусского фронта за период с 16 апреля по 9 мая вермахт потерял 218 691 человека убитыми и 250 534 человека пленными. За этот же период уничтожено и захвачено 1 806 танков и штурмовых орудий, 12 680 орудий и минометов, огромное количество других трофеев (док. № 91, 93, 95). Даже если допустить, что эти данные могли быть несколько завышенными, потери противника, несомненно, были очень значительными.
В справке оперативного управления верховного командования вермахта общие потери немецкой армии за период с 1 января по 1 мая 1945 г. оценивались в 250 тыс. человек погибших и 1 млн пленных (док. № 185).
Войска 1-го Белорусского фронта за период Берлинской операции также понесли серьезные потери, значительно выше ожидавшихся (док. № 299). Общее количество убитых и раненых составило 179 490 человек. По оценке Генерального штаба ВС РФ, войска трех фронтов и взаимодействовавших с ними сил флота потеряли в Берлинской операции безвозвратно 81 116 человек, а всего — 361 367 человек.
Велики были потери наших войск в технике и вооружении. Только за период с 14 апреля по 3 мая 1945 г. в полосе наступления 1-го Белорусского фронта бронетанковые и механизированные войска потеряли 1 940 танков и самоходных артиллерийских установок (док. № 288, 300). Большие потери в танках были вызваны тем, что они, как уже отмечалось, использовались не в качестве высокомобильных ударных клиньев для обхода столицы рейха с севера и северо-запада, а были направлены вначале для допрорыва мощной обороны немцев, а затем — на улицы Берлина. Характерно, что советское командование понимало неизбежность тяжелых потерь в танках и, соответственно, в людях, однако сознательно пошло на этот шаг. Все списывалось на необходимость скорейшего взятия германской столицы и окончания войны, хотя не последнюю роль при этом играли и некоторые другие факторы, такие как, например, стремление опередить западных союзников, личные амбиции советских военачальников и др. (док. 288).
С окончанием военных действий, по мере сбора и анализа трофейных немецких документов прояснялась картина военно-политической агонии третьего рейха на завершающем этапе войны.
Еще 15 апреля к солдатам восточного фронта с воззванием обратился А. Гитлер (док. № 171). Он утверждал, что немецкое командование, предвидя удар советских войск, противопоставило ему сильный фронт, что наступление русских «захлебнется в своей собственной крови». Выражая уверенность, что «Берлин останется немецким», фюрер все же не надеялся на стойкость своих войск и в этом же воззвании требовал расстрела на месте всех, кто отдаст приказ на отход или будет отходить без приказа.
Для сдерживания продвижения наступающего «большевистского врага» немецкое командование прибегло к разрушению объектов в районе боевых действий — мостов, железнодорожных путей, шоссейных дорог, средств связи (док. № 170). Проводилась работа по поднятию боевого духа немецких войск, в особенности подразделений фольксштурма, число которых достигало 200 батальонов. Большие надежды возлагались на новое противотанковое оружие — фаустпатроны.
Немецкое командование выдвинуло лозунг: «Лучше сдать Берлин англосаксам, чем пустить в него русских». Было издано немало приказов, требующих прекратить сопротивление на западе, усиливая за счет этого сопротивление на восточном фронте (док. № 174, 180, 181, 182). Лишь после окончательного краха германской военной машины и подписания Акта о капитуляции были изданы последние приказы командования вермахта о полном прекращении военных действий.
Однако еще до формального военного краха фашистской Германии, бросив свое детище — третий рейх — на произвол судьбы, в бункере рейхсканцелярии 30 апреля покончил с собой А. Гитлер. Вслед за ним покончил жизнь самоубийством Геббельс. Советское командование предприняло необходимые шаги по подтверждению фактов гибели главарей третьего рейха (док. № 188, 194, 195, 196). С падением Берлина, тонущий фашистский корабль покинули многие руководители национал-социалистической партии и государства. Среди них — Риббентроп, Геринг, Гиммлер и многие другие. Геринг, разжалованный в последний момент Гитлером, бежал в Баварию, Риббентроп с кучкой дипломатов пробивался на север к гросс-адмиралу Деницу. Рейхсминистр Гиммлер тщетно искал контактов с англичанами и американцами, надеясь заключить с ними сепаратное соглашение о мире. «Основанием» для этого явилось политическое завещание Гитлера, обязывающее остающихся руководителей создать «временное германское правительство», в которое должны были войти, в частности, Борман, Геббельс, Фридебург, Шернер и другие (док. № 190). Политическое завещание Гитлера, составленное в духе его книг «Моя борьба» и «Вторая книга», призывало новые поколения немцев «защитить идеи национал-социализма». Особый упор делался на необходимость «борьбы с евреями и большевиками» (док. 189).
В соответствии с последней волей фюрера вся полнота власти возлагалась на гросс-адмирала К. Деница (док. № 191). Новый немецкий рейхспрезидент призвал вермахт и население к продолжению упорной борьбы до конца.
Деятельность «правительства Деница» была направлена, с одной стороны, на затягивание войны на востоке, а с другой — на ведение переговоров о сдаче в плен войск вермахта англо-американскому командованию и подписание в конечном итоге сепаратной капитуляции в Реймсе. Когда союзники пришли к решению, не без давления с советской стороны, арестовать 23 мая весь состав правительства Деница, Советский Союз подтвердил свое согласие с этим шагом (док. № 197). В конечном счете Гиммлер и Фридебург покончили жизнь самоубийством, остальные немецкие военные преступники предстали перед Международным трибуналом в Нюрнберге.
Закономерное возмездие в отношении главарей фашистского рейха, его идейных вдохновителей не означало гибели немецкого народа. Однако война, пришедшая в начале 1945 г. в Германию, неизбежно оказала сильное морально-политическое воздействие на население страны. Массовые разрушения от действий артиллерии и авиации, хаос, жестокие репрессии в тылу, голод и общая безысходность усиливали панику и страх немецких граждан, их обеспокоенность за судьбу родных и близких. В информационных сводках органов спецпропаганды советских войск приводились факты фанатичного поведения немецкого населения, запуганного грядущими «зверствами большевиков»: отмечались факты индивидуальных и групповых самоубийств, террористических акций против одиночных военнослужащих Красной Армии (док. № 148, 149, 155, 160). Нацистская пропаганда активно использовала в своих целях ложь, одурманивание и без того отчаявшихся людей.
Положение в ряде случаев усугублялось и неправильным поведением советских военнослужащих на оккупированной территории. Отмечались случаи пьянок, мародерства, насилия над женщинами, незаконных самозаготовок продовольствия и т. д. (док. № 165).
Сложной проблемой, с которой столкнулись командование и политорганы советских войск на территории Германии, явилась необходимость в корне изменить направленность всей политико-воспитательной работы. Почти четыре года у советских солдат воспитывалась ненависть к немцам, принесшим столько горя и разрушений на землю Отчизны. Вступившие на территорию врага советские воины горели жаждой мщения (док. № 100, 150).
Учитывая это, Ставка ВГК 20 апреля потребовала от командующих войсками и членов военных советов изменить отношение к немецким военнопленным и гражданскому населению. В директиве требовалось: «…Обращаться с немцами лучше. Более гуманное отношение к немцам облегчит нам ведение боевых действий на их территории и, несомненно, снизит упорство немцев в обороне» (док. № 153).
Одновременно Ставка приказала в оккупированных советскими войсками районах Германии «создавать немецкие администрации, а в городах ставить бургомистров — немцев». Рядовых членов национал-социалистической партии, если они лояльно относятся к Красной Армии, предписывалось «не трогать, а задерживать только лидеров». Однако Ставка предупреждала, что вся эта работа не должна приводить «к снижению бдительности и панибратству с немцами». Аналогичные, но более подробные по содержанию директивы пошли в войска от военных советов фронтов (док. № 154).
В Берлине и его окрестностях еще шли бои, а советское командование приступило к организации нормальных условий жизни для населения Германии. С этой целью создавалась сеть военных комендатур, учреждались из числа местных жителей органы исполнительной власти (док. № 256, 258, 259, 260).
28 апреля 1945 г. был опубликован приказ № 1 военного коменданта Берлина Героя Советского Союза генерал-полковника Н. Э. Берзарина о переходе всей полноты власти в Берлине в руки советской военной комендатуры (док. № 225). Населению города объявлялось, что национал-социалистическая партия Германии и ее организации распускаются и деятельность их запрещается. Приказ устанавливал порядок поведения населения и определял основные положения, необходимые для нормализации жизни в городе.
С первых же шагов своей работы военным комендатурам пришлось в весьма сложной обстановке решать многие трудные задачи. 70 процентов зданий в городе были или разрушены полностью или находились в полуразрушенном состоянии. Городской транспорт не работал. Более трети станций метро было затоплено водой. Не функционировали 225 мостов. Улицы, особенно в центре, оставались заваленными обломками и были непроходимы. Вся система коммунального хозяйства находилась в плачевном состоянии. Главное же — необходимо было спасти берлинское население от голодной смерти, организовать продовольственное снабжение, которое было прекращено еще до вступления в город Красной Армии.
Советские войска, начали незамедлительно тушить пожары, приступили к организации уборки и захоронению трупов, производили разминирование (док. № 87, 152). Однако решить все задачи без массового привлечения к активной работе местного населения было просто невозможно.
В мае Военный совет 1-го Белорусского фронта принял ряд важных постановлений: о снабжении продовольствием немецкого населения Берлина, о восстановлении и обеспечении нормальной работы городского коммунального хозяйства, о снабжении молоком детей и т. д. (док. № 256, 257, 261).
6 июня 1945 г. в соответствии с постановлением Совета Народных Комиссаров СССР была создана Советская военная администрация по управлению советской зоной оккупации в Германии, которая занималась разрешением широкого круга политических, экономических, социальных и культурных проблем Восточной Германии.
Налаживание мирной жизни в Германии проводилось советским командованием в тесном контакте с союзниками. За годы войны и особенно в ходе Берлинской операции между англо-американским альянсом и советскими фронтами сложилась комплексная система взаимодействия на всех уровнях.
К началу Берлинской операции западные союзники захватили значительную часть территории Германии и в ряде районов вышли на рубежи встречи с советскими войсками. Этому способствовало то, что наступающие союзные войска после Рурской операции фактически не встречали на своем пути сколько-нибудь серьезного сопротивления со стороны немцев.
Между штабом экспедиционных сил союзников и Генеральным штабом РККА была согласована демаркационная линия как на центральном участке, так и на всей территории Германии, Чехословакии и Австрии (док. № 225, 234, 236).
Вместе с тем, несмотря на наличие этой линии, а также военных миссий в ходе боевых действий допускались отдельные случаи несогласованных действий. Это выражалось, в частности, в атаках американскими истребителями советских боевых самолетов, нарушении бомборазграничительной линии между советскими и англоамериканскими ВВС и в ряде других случаев (док. № 220, 228, 240, 250).
Одним из важных вопросов во взаимодействии советских войск с союзниками являлся вопрос о занятии Берлина. Ощущая давление Черчилля, выступавшего за упреждение русских в захвате германской столицы, Эйзенхауэр тем не менее от подобного «соблазна» отказался, хотя попытки подготовить для этих целей специальные подразделения предпринимались.
В ходе боевых действий советская сторона оперативно передавала информацию об освобожденных американских и английских военнопленных (док. № 221, 235, 237)..
Важным событием второй мировой войны явилась встреча советских и союзных войск на Эльбе в районе Торгау 25 апреля 1945 г. Германские вооруженные силы оказались расчлененными на две изолированные группировки — на севере и на юге, что облегчало их ликвидацию. После этой встречи была похоронена надежда гитлеровцев на возможность раскола антигитлеровской коалиции. Кроме того, встреча военнослужащих союзных армий давала большой моральный заряд солдатам и офицерам на заключительном этапе войны. В дальнейшем встречи союзников регламентировались командованием с обеих сторон, но проходили в дружеской, непринужденной обстановке (док. № 242, 243, 249). На встрече командиров дивизий В. В. Русакова и Эм. Ф. Рейнхардта последний сказал: «Я переживаю самые радостные дни в моей жизни. Я горд и счастлив, что моей дивизии посчастливилось первой встретиться с частями героической Красной Армии» (док. № 243).
Сразу же после окончания войны начались взаимные консультации между высшим военно-политическим руководством СССР, США и Великобритании. Необходимо было окончательно определить зоны оккупации, создать объединенный секретариат для координации действий союзников в Германии, разрешить вопрос содержания и репатриации союзных военнопленных, а также русских репатриантов и немецких граждан, рассматривать различные жалобы и просьбы (док. № 250, 252, 253, 282). Штабы готовили большое количество документов справочного характера, в частности, о количестве освобожденных и взятых на учет военнопленных и гражданских лиц союзных государств (док. № 252).
Несмотря на имевшие место трения, большинство возникавших проблем разрешалось успешно, к удовлетворению обеих сторон. Как советские, так и союзные военачальники понимали, что им предстоит длительная совместная работа на территории оккупированной Германии.
Кроме того, разгром Германии еще не означал окончания второй мировой войны. Союзники готовились к совместным скоординированным действиям на Дальнем Востоке против милитаристской Японии.
5 июня 1945 г. в Берлине была подписана Декларация о поражении Германии и принятии верховной власти в Германии правительствами СССР, США, Англии и Франции. С этой целью учреждался Контрольный совет по управлению Германией. Еще 30 мая 1945 г. Ставка ВГК назначила маршала Г. К. Жукова представителем Советского Верховного Главнокомандования в Контрольном совете по оккупации Германии. В этот Совет вошли: от США — генерал армии Д. Эйзенхауэр, Великобритании — фельдмаршал Б. Монтгомери, Франции — генерал Ж. Делатр де Тассиньи.
Все постановления Контрольного совета были действительны при единогласном решении вопроса. Главная их цель — быстрейшее налаживание мирной жизни Германии, полное уничтожение фашизма и организация работы местных властей.
Первое время Контрольный совет и все его органы работали без особых трудностей. Заседания проводились по мере надобности, но не чаще одного раза в неделю. Между заседаниями вопросы предварительно обсуждались в рабочих комитетах, решались в ходе встреч главнокомандующих оккупационными войсками или их представителей (док. № 270, 274, 275). Однако со временем в работе Совета начались трения. Его решения в зонах оккупации выполнялись односторонне, чисто формально, а в ряде случаев и просто саботировались. К примеру, решения о демилитаризации Германии, о репарациях (док. № 276, 280) вызвали острые разногласия и в конечном итоге не были полностью осуществлены. Не смогли союзники договориться и о порядке допроса уцелевших главных военных преступников, находившихся в основном в американской зоне оккупации (Геринг, Риббентроп, Кальтенбруннер, Кейтель, Йодль).
Разногласия в стане союзников возникли и на Потсдамской конференции, проходившей с 17 июля по 2 августа 1945 г. в пригороде Берлина. Здесь проявилось стремление правительств США и Англии воспользоваться поражением Германии для усиления своих позиций. Особенно это касалось проблем по разделу трофейного флота. Позиции Англии и США были заранее согласованы, и советская делегация оказалась в меньшинстве.
Основным вопросом на конференции был вопрос о послевоенном устройстве стран Европы и главным образом — переустройстве Германии на демократической основе. Германский вопрос перед конференцией готовился Европейской консультативной комиссией, Международной репарационной комиссией и детально рассматривался на Крымской конференции.
По решению глав правительств трех великих держав готовился Нюрнбергский процесс над главными военными преступниками. Глава Советской военной администрации в Германии в телеграммах наркому иностранных дел СССР сообщал о сложностях и недостатках в подготовке этого международного суда (док. № 278, 281).
Наряду с решением политических проблем послевоенного устройства Германии в центре внимания советского руководства оставалась задача создания там военной инфраструктуры, формирования группировок войск Вооруженных Сил СССР, налаживания боевой учебы, укрепления воинской дисциплины (док. № 277). После отвода войск западных союзников из районов, которые входили в советскую зону оккупации, туда в конце июня — начале июля 1945 г. вводились советские войска (док. № 272, 273). С 10 июня 1945 г. Ставка ВГК переименовала 1-й Белорусский фронт в Группу советских оккупационных войск в Германии, а 1-й Украинский и 2-й Белорусский фронты соответственно в Центральную и Северную группы войск (док. № 267, 268, 269).
В это время советская военная разведка уже тщательно отслеживала военное присутствие западных держав в Германии, регулярно докладывала о составе и дислокации войск на Западно-Европейском ТВД (док. № 254).
Война на Западе закончилась. Советский Союз, его союзники, выполнив свою историческую миссию по уничтожению фашизма, постепенно втягивались в «холодную войну», в которой территория Германии становилась передним краем военно-политического противоборства. На долгие годы…
Содержание главы
№ 1. Информация Главного Разведывательного Управления Красной Армии о группировке ВВС противника на 1 января 1945 г… 31 декабря 1944 г.
№ 2. Информация разведуправления Генерального Штаба о группировке войск противника на 1 января 1945 г… 3 января 1945 г.
№ 3. Информация разведотдела штаба 60-й армии 1-го Украинского фронта о политико-моральном состоянии войск противника в феврале 1945 г… 2 марта 1945 г.
№ 4. Информация разведотдела штаба 5-й гвардейской армии 1-го Украинского фронта о политико-моральном состоянии противника за февраль 1945 г… 9 марта 1945 г.
№ 5. Справка-доклад разведотдела штаба 3-й гвардейской армии 1-го Украинского фронта о политико-моральном состоянии противника за март 1945 г… 28 марта 1945 г.
№ 6. Информация разведотдела штаба 59-й армии 1-го Украинского фронта о политико-моральном состоянии противника за март 1945 г… 29 марта 1945 г.
№ 7. Информация разведотдела штаба 5-й гвардейской армии 1-го Украинского фронта о политико-моральном состоянии противника за март 1945 г… 2 апреля 1945 г.
№ 8. Донесение начальника разведотдела штаба 59-й армии начальнику разведотдела штаба 1-го Украинского фронта о мероприятиях немецкого командования по эвакуации имущества и населения из восточных районов Германии. 3 апреля 1945 г.
№ 9. Из итогового информационно-разведывательного донесения военно-химического управления 1-го Украинского фронта за март 1945 г. — о подготовке противника к применению химического оружия. 12 апреля 1945 г
№ 10. Справка разведывательного отдела штаба 2-го Белорусского фронта о группировке войск противника в полосе фронта. № 180. 12 апреля 1945 г.
№ 11. Из информации разведуправления ГШ КА о группировке ВВС противника на 17 апреля 1945 г. 17 апреля 1945 г.
№ 12. Информация разведуправления ГШ КА о перегруппировке войск противника с 1 по 17 апреля 1945 г. 17 апреля 1945 г.
№ 13. Информация разведуправления ГШ КА о группировке войск противника на 17 апреля 1945 г. 17 апреля 1945 г
№ 14. Справка-доклад разведывательного отдела штаба 3-й гвардейской армии 1-го Украинского фронта о политико-моральном состоянии противника за апрель 1945 г. 26 апреля 1945 г
№ 15. Информация разведуправления ГШ КА о группировке войск противника на 4 мая 1945 г. 5 мая 1945 г.
№ 16. Информация разведуправления ГШ КА о перегруппировке войск противника с 17 апреля по 4 мая 1945 г. 5 мая 1945 г.
№ 17. Информация разведуправления ГШ КА о группировке ВВС противника на 4 мая 1945 г. 5 мая 1945 г.
В главе собраны почти два десятка документов, которые характеризуют боевой и численный состав немецких войск, их политико-моральное состояние за период с января по май 1945 г. В основном это информативные сводки Разведывательного управления Генерального штаба и Главного разведывательного управления Красной Армии, разведдонесения и справки разведотделов фронтов и армий. В них отражены не только сильные, но и слабые стороны немецкой армии, прежде всего упадок морального духа войск. Их учет в конечном счете способствовал успешному продвижению войск 1-го и 2-го Белорусских, 1-го Украинского фронтов к столице германского рейха.
Содержание данной главы во многом дополняется документами, приводимыми в VIII и X главах и в приложениях к сборнику.
№ 1. Информация Главного Разведывательного Управления Красной Армии о группировке ВВС противника на 1 января 1945 г.
31 декабря 1944 г.
I. Общая численность ВВС противника
На 1 января 1945 г. в составе военно-воздушных сил противника насчитывалось 6880 боевых самолетов, из них:
— немецких……. 6800
— венгерских…… 80
Из указанного количества немецких боевых самолетов в строевых частях имелось 5260 самолетов.
В парковом ремонте и в складском резерве находилось 1540 самолетов.
К настоящему времени в немецких ВВС имеется до 100 самолетов ФВ-190 с реактивным вооружением: некоторая часть их намечается к переброске на советско-германский фронт. […]
III. На 1 января 1945 г. численность военно-воздушных сил противника распределялась:
[…]
Выводы:
1. На 1 января 1945 г. в составе военно-воздушных сил противника насчитывалось 6880 боевых самолетов, из них: немецких — 6800, венгерских — 80.
2. Численность военно-воздушных сил противника по сравнению с численностью на 1.12.44 г. имеет следующие изменения:
а) численность ВВС Германии увеличилась на 200 боевых самолетов;
б) численность ВВС Венгрии уменьшилась на 120 самолетов. В итоге произошло увеличение на 80 боевых самолетов.
3. Отмечается уменьшение численности в Юго-Восточной Германии на 380 самолетов (переброшены в Северо-Западную и Северо-Восточную Германию).
4. Отмечается значительное повышение активности немецких истребителей против ВВС союзников, действующих над территорией Германии.
5. В связи с сокращением территории, оккупированной Германией, и перегруппировками ВВС за последние месяцы 1944 г. немецким командованием расформированы II, III и V воздушные флоты и вместо них созданы оперативные группы. Воздушный флот «Митте», в который входили части ПВО, переименован в воздушный флот «Рейх».
Начальник Главного разведывательного управления Красной Армии генерал-лейтенант Ильичев
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 31, 32, 32 об., 33 об. Типограф, издание.
№ 2. Информация разведуправления Генерального Штаба о группировке войск противника на 1 января 1945 г.
3 января 1945 г.
I. На 1.1.45 года в составе вооруженных сил Германии и ее вассалов выявлена 301 дивизия и бригада, в том числе:
— немецких — 276, из них 13 бригад;
— венгерских — 18, из них 2 бригады;
— латышских — 1;
— инонациональных — 7, из них одна бригада.
Кроме того, в составе вооруженных сил Германии на особом учете числится 37 административных соединений дивизионного типа (запасных дивизий и дивизий особого назначения «2ВУ»).
II. Распределение дивизий противника по странам и театрам войны
1. Советско-германский фронт
По состоянию на 1.1.45 года установлено 180 дивизий и бригад, в том числе:
— немецких — 159, из них 13 бригад;
— венгерских — 18, из них 2 бригады;
— латышских — 1;
— инонациональных — 2, из них одна бригада.
Кроме того, перед фронтом СССР действует 48 отдельных полков и 178 отдельных батальонов.
В сравнении с картой группировки противника на 15.12.44 г. произошли следующие изменения:
— Взяты на учет: 251 пд, как вновь восстановленная — перед 1-м Белорусским фронтом; 2 пбр СС, прибывшая из Польши — перед 2-м Украинским фронтом; 1-я «казачья» дивизия, прибывшая из Югославии — перед 3-м Украинским фронтом.
Итого — три дивизии и бригады.
— Сняты с учета: 2 гсд, находящаяся в переброске в Германию с Карельского фронта; 21 апд как расформированная — перед 2-м Прибалтийским фронтом; 137 пд как расформированная, остатки которой влиты в состав вновь восстановленной 251 пд — перед 1-м Белорусским фронтом; 357 пд как разгромленная и действующая, как боевая группа, — перед 2-м Украинским фронтом; 153 пд как расформированная и 13 пд СС мусульман как понесшая большие потери и действующая одним 27 пп — перед 3-м Украинским фронтом.
Итого — шесть дивизий.
В результате количество соединений противника на советско-германском фронте уменьшилось на три дивизии.
Примечание: 203-я охр. див. учитывается как 203 пд.
2. Вне советско-германского фронта
Вне советско-германского фронта на 1.1.45 года установлена 121 дивизия, в том числе:
— немецких — 115
— инонациональных — 6 […]
Начальник разведуправления Генштаба Красной Армии
генерал-полковник Ф. Кузнецов{3}
Начальник Главного разведуправления Красной Армии
генерал-лейтенант И. Ильичев{3}
Начальник 4-го отдела
разведуправления Генштаба Красной Армии полковник Романов
ЦАМО. РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 22–26. Копия.
№ 3. Информация разведотдела штаба 60-й армии 1-го Украинского фронта о политико-моральном состоянии войск противника в феврале 1945 г.
2 марта 1945 г.
Показания военнопленных по вопросу о политико-моральном состоянии частей противника за отчетный месяц характерны в двух отношениях:
1. Безнадежность положения Германии после январского наступления наших войск осознала, по-видимому, большая часть немецких солдат. Редко еще кто может надеяться на победу Германии при создавшемся положении.
2. Несмотря на очевидный проигрыш войны Германией, признаков разложения в немецких частях все еще не видно. Немцы продолжают сражаться очень упорно, и дисциплина в частях держится крепко.
Все это иллюстрируется следующими показаниями военнопленных.
Военнопленный майор, командир 164-го запасного батальона, Анзорге Вильгельм, захваченный в плен 5.2.45 г., но оторвавшийся от части около 20.1.45 г. в районе Тарновиц, показал:
«После январского наступления русских большинство из нас убедилось, что война для Германии проиграна. Наступления русских мы все, конечно, ожидали, но никто не думал, что Германия при этом окажется так бессильна и не сможет предотвратить вторжение русских на свою территорию».
Военнопленный обер-лейтенант (начальник связи 3/81 ап 97 гсд) Крумп Антон, захваченный 30.1.45 г. в районе Тыхы, показал:
«Солдаты и офицеры в немецких частях считают, что при создавшемся положении вряд ли можно сдержать наступление русских. Германия потеряла ценные промышленные районы и резервов у нее нет, кроме фольксштурма, ценность которого ничтожна».
Военнопленный обер-ефрейтор 1/1 леп 1 лед Мюльман Ганс, захваченный 24.2.45 г. в районе Ленг, показал:
«Настроение солдат для нынешнего положения Германии следует признать очень высоким, так как несмотря на полную безнадежность положения, солдаты не теряют голову, продолжают сохранять спокойствие и дисциплину».
Военнопленный обер-ефрейтор 1-й роты 1-го тяжелого лыжного батальона 1 лед, захваченный в плен 23.2.45 г. в районе Ленг, показал:
«Солдаты сознают безнадежность положения Германии, однако считают, что лучшее, что они могут сделать в настоящее время, это молчать, терпеть и ждать дальнейшего развития событий».
Военнопленный солдат 6-й роты 2/1243 пп Ледерер Ганс, захваченный 24.2.45 г. в районе Ленг, показал:
«Многие солдаты, в особенности из Северной Германии, все еще продолжают твердо верить в победу Германии. Некоторые солдаты еще надеются, что немцам удастся обратно отвоевать Силезию».
Эти немногие, но характерные показания военнопленных позволяют сделать тот вывод, что немецкие части перед фронтом армии еще способны сражаться с большим упорством.
Начальник РО штаба 60-й армии
полковник Козырев
Начальник 2-го отделения РО штаба 60-й армии
подполковник Гвоздков
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 130, 130 об. Подлинник.
№ 4. Информация разведотдела штаба 5-й гвардейской армии 1-го Украинского фронта о политико-моральном состоянии противника за февраль 1945 г.
9 марта 1945 г.
В феврале противник упорной обороной и ожесточенными контратаками препятствовал наступлению нашей армии на одерском плацдарме юго-восточнее Бреславля. Однако немецкие войска были отброшены на запад и соединения нашей армии в начале февраля окружили г. Бриг, гарнизон которого после 3 — 4-дневного сопротивления капитулировал. В середине февраля было завершено окружение крупной группировки немцев в г. Бреславле.
Немецкое командование, пытаясь задержать наступление наших войск за Одером и не допустить расширения плацдарма, спешно сколачивало боевые группы из запасных подразделений, из остатков разгромленных дивизий и отрядов фольксштурма и бросало их в бой. Были брошены в бой полицейские и жандармские части, батальоны фольксштурма «Бреслау», «Штрелен», «Олау», «Бриг» и др.
Одновременно из глубины Германии с западного фронта и др. участков восточного фронта в район Бреславля подтягивались танковые и пехотные дивизии. Так, перед нами появились 254 пд, прибывшая из Словакии, 269 пд с западного фронта из района Страсбурга. Во второй половине февраля перед нами появились 208 и 408 пд, 10 мд, 19 и 20 тд. 1 марта из района Тешен (Верхняя Силезия) прибыла 359 пд.
Немецких солдат старались убедить, что необходимо задержать наступление русских на Одере, после чего последует контрнаступление немецких войск и русские будут выброшены из Германии.
Командир роты лейтенант Хольц сказал нам: «Мы должны удерживать позиции до последнего человека и не отступать. Каждый отступающий будет расстрелян. У нас есть еще оружие, которое Гитлер применит весной 1945 года для контрнаступления. Война будет закончена в этом году нашей победой» (из показаний обер-солдата Зигфрида Шуберта, 5-я рота 948 пп 359 пд).
«Сверху нам говорят, что придет и наше время. Будут созданы новые соединения. Эти соединения выбросят русских из Германии» (из показаний обер-лейтенанта Эриха Лиса, командира 7-й роты 112 мп 20 тд).
Сейчас в связи с временной стабильностью фронта на нашем участке немецкое командование усиливает пропаганду немецкого «контрнаступления».
Чтобы заставить солдат сражаться еще упорнее, им вколачивается в голову одна мысль: «Русские хотят уничтожить всех немцев».
«После отступления из д. Кисленгрунд (района Оппельн) командир роты лейтенант Петтеер собрал нас и сказал: «Друзья! Теперь дело идет не об отдельных жизнях, дело идет о всей Германии. Мы, солдаты, должны доказать, что мы настоящие немцы. Представьте себе, что будет с нашими семьями, когда русские придут в ваши дома. Они всех уничтожат». (Из показаний солдата Эвальда Шалленберга, 1-я рота 92-го саперного батальона 20 тд.)
Усилилась пропаганда «зверств большевиков» в оккупированных районах Германии, особенно в Восточной Пруссии, «ужасов» в русском плену и т. д.
«Командир взвода Хуммель заявил: «Держаться до последнего, иначе мы все погибнем. Помните Восточную Пруссию, что там делают большевики».
Действительно, многие солдаты от ужасов русских просто без ума. Перед занятием Красной Армией г. Лигниц нацисты развернули везде коллективные читки газеты «Фёлькишер беобахтер», где была напечатана статья о зверствах русских в Восточной Пруссии. Жителей города она привела в ужас». (Из показаний фольксштурмиста Кройса Корнела, боевая группа «Штефан».)
Младшим офицерам немецкое командование стремилось доказать, что русских можно легко победить, но вся беда в том, что немецкий солдат не хочет воевать. Характерно в этом отношении выступление полковника фон Белов, адъютанта командующего группой армий «Центр» генерал-полковника Шёрнера. Белов заявил офицерам резерва: «Германские солдаты не хотят воевать, а считают за лучшее разойтись по домам. Спасти положение можете вы — офицеры. Нам нужно выиграть время, чтобы создать новые части, которые могли бы драться. От вас, офицеров, это зависит. Помните, что генерал-полковник Шёрнер лично приказал расстрелять ряд командиров частей, отступивших без приказа» (из показаний лейтенанта Карла Элингера, 489 пп 269 пд).
Пропагандистская обработка немецких солдат дала свои результаты, но она оказалась явно недостаточной. В немецких частях нарастает недовольство продолжением войны, увеличивается число дезертиров, так называемых «отставших от части». Немецкие солдаты переодеваются в гражданское платье и устремляются в глубь страны с потоками эвакуированных. Этим обеспокоено немецкое командование и принимает ожесточенные меры.
«Офицеры все чаще вынуждены применять оружие против солдат», — показывают пленные.
Военнопленный обер-солдат Зигфрид Шуберт 5-й роты 948 пп 359 пд показал: «За отступление и дезертирство солдат строго наказывают. Например, в Тешене (Верхняя Силезия) были пойманы и расстреляны полевой жандармерией солдаты, которые отступили и переоделись в гражданское платье. В Тешене и на больших дорогах в Верхней Силезии я видел приказы и плакаты, в которых было написано: «Отбившиеся от своей части, стойте. Вы бежите к своей смерти. Кто отступает, будет расстрелян. Являйтесь на сборные пункты для отбившихся частей». Везде на больших дорогах расставлены жандармерия, полиция и фельдфебели от военных штабов. Они задерживают всех — пеших, повозки и автомашины и проверяют документы. Всех подозрительных отправляют на сборные пункты отставших. На этих сборных пунктах из них создаются боевые группы, которые затем бросаются в бой на самые опасные участки».
«Если ты не сможешь доказать, что, отступая, ты не мог поступить иначе, то тебя расстреливают», — заявил солдат Эвальд Шалленберг, 1-я рота 92-го саперного батальона 20 тд.
Усилились также репрессии против офицеров, отступающих без приказа.
«Боевой группой сначала командовал подполковник Штекман. В начале февраля он бесследно исчез. Через несколько дней мне по секрету рассказал капитан Кесслер, что подполковник Штекман расстрелян по приказу генерала за трусость». (Из показаний штабс-фельдфебеля Иоганнеса Порволя, боевая группа «Блиц».)
Фельдфебель Пауль Кроль 6-й роты 948 пп 359 пд показал: «Перед вступлением 948 пп в бой в районе Цобтен солдатам был зачитан приказ командира 948 пп о расстреле двух командиров взводов за то, что те не смогли устоять перед русскими, струсили и отступили. Чувствовалось, что солдаты не одобряли этот приказ. Ефрейтор Флор так и заявил: «Мы боремся за Германию, а нас за это расстреливают, тогда лучше сдаться в плен русским. После этого 4 наших солдата перебежали на сторону русских. Никто из солдат их не осудил».
Продвижение Красной Армии в глубь Германии сильно сказалось на политико-моральном состоянии немецких войск:
«Продвижение Красной Армии на территории Германии все ясней показывает, что Германия войну окончательно проиграла. Особенно беспокоит солдат положение семей, которые эвакуированы в глубь Германии. Русские придут и туда, говорят солдаты». (Из показаний ефрейтора Герхарда Мацурека, 1-я рота 73 мп 19 тд.),
«Успехи Красной Армии и проникновение ее в глубь Германии приводят солдат в ужас… Поражение Германии убивает дух немецкого солдата, в то время как русских их успехи только лишь ободряют». (Из показаний фольксштурмиста Кройса Корнела.)
«Русские продвигаются уже по Германии. Страна разрушается. Остановить русских мы не можем. А раз мы не можем остановить продвижение русских все дальше в глубь Германии, то мы никогда не выиграем войну. О чем думает только наше правительство? Оно хотя бы попыталось запросить мир у русских. Пусть русские даже возьмут часть Германии. Пусть они будут хозяевами в Германии и мы будем работать на них, лишь бы закончилась эта война и не разрушалась наша страна… Война на территории Германии означает гибель для народа и государства. (Из показаний солдата Эвальда Шалленберга, 1-я рота 92-й саперный батальон, 20 тд.)
Немецкие солдаты, по словам пленных, рассуждают так: «Приход русских в Германию нежелателен для нас, но против этого ничего не поделаешь. Мы отчасти радуемся, что находимся сейчас в Германии. Это значит, что, во-первых, война скоро кончится, во-вторых, во время отступления можно отстать от своей части, переодеться и укрыться дома или у населения, и переждать, пока война кончится».
Солдаты, территория которых оккупирована Красной Армией, больше всего беспокоятся за судьбу своих семей. Многие из них считают, что им бороться не за что и сдаются в плен (главным образом уроженцы Верхней Силезии, Познани, среди них есть часть поляков).
Продолжение бессмысленной войны обостряет отношения между немецкими солдатами и офицерами, вызывает недоверие к Гитлеру и нацистскому руководству. Если офицер применяет силу против отдельных немецких солдат, то он вызывает этим общее недовольство своих подчиненных.
«Во время контратаки у д. Хайндендорф (Верхняя Силезия) командир 5-й роты лейтенант Хольц приказал снайперу Крюммелю взять ручной пулемет. Крюммель ответил, что он снайпер и не нуждается в пулемете. Лейтетант разозлился, вытащил из кобуры пистолет и, угрожая расстрелом, повторил приказание. Крюммель снова отказался выполнить приказание, тогда другой солдат взял пулемет. После этого случая солдаты смеялись и говорили, что если бы лейтенант попытался стрелять, то он был бы убит первым». (Из показаний обер-солдата Зигфрида Шуберта, 359 пп.)
Гитлера и нацистов солдаты в узком кругу поругивают, но сказать открыто боятся.
«Солдаты сожалеют, что покушение на Гитлера 20 июля не удалось».
«В г. Гротткау солдаты видели, как нацисты на машинах с награбленными вещами сбежали, а солдатские семьи были брошены. Это многих возмутило». (Из показаний штабс-фельдфебеля Иоганнеса Порволя, боевая группа «Блиц».)
Наряду с этим имеются настроения, что во всех бедах Германии Гитлер не виноват, виноваты во всем окружающие Гитлера генералы и офицеры, которые предают Германию. По словам пленных, Бреславль был окружен якобы по вине какого-то генерала, который открыл фронт русским.
«Гитлера все признают за значительную фигуру». (Из показаний пленных.)
Хотя мы имели рост числа случаев групповой добровольной сдачи в плен, в массе немецкие солдаты продолжают еще упорно сражаться. Чаще всего немецкие солдаты и офицеры сдаются в плен только в безнадежном положении.
Обер-лейтенант Эрих Дис, командир 7-й роты 112 мп 20 тд, сдавшийся в плен с 57 солдатами своего батальона, показал: «На мысль о сдаче в русский плен меня натолкнули следующие обстоятельства: 1) большие потери, которые мы понесли в последних боях; 2) положение в тот момент было для нас безнадежным, и вообще я считаю, что сейчас немецкая армия находится в безнадежном положении и сопротивление бессмысленно. Русские войска стоят недалеко от Берлина, Штеттина и глубоко проникли в Силезию. Продвижение русских продолжается, несмотря на отчаянные попытки верховного командования остановить его».
В чем же причина возросшего упорства немцев в боях? Об этом красноречиво свидетельствуют показания военнопленных:
«Солдаты беспрекословно повинуются офицерам» (военнопленный обер-лейтенант Эрих Лис, командир 7-й роты 112 мп 20 тд).
«Все солдаты должны выполнять присягу, иначе их расстреляют. Солдаты также очень боятся русской оккупации и русского плена. Они верят, в основном, пропаганде о зверствах в русском плену» (обер-фельдфебель Пауль Шмидт, боевая группа «Закс»).
«Немецкие солдаты не надеются, что офицеры возглавят борьбу за мир. Сейчас, конечно, армия и народ сильнее НСДАП, но вся беда в офицерах. Их солдаты боятся, у солдат нет организаторов». (Штабс-фельдфебель Иоганнес Порволь, боевая группа «Блиц».)
«Только боязнь перед русскими заставляет солдат бороться. Если бы немецкие солдаты были убеждены, что русские пленных не расстреливают и они вернутся на родину после войны, то многие давно сдались бы в плен» (обер-солдат Зигфрид Шуберт, 5-я рота 948 пп 359 пд).
«Немецкий солдат борется потому, что у него нет другого выхода» (солдат Эвальд Шалленберг, 1-я рота 92-го сап. батальона 20 тд).
Некоторая часть солдат еще надеется на благополучный исход войны. Эти надежды покоятся на следующем: 1) будут созданы новые части, которые перейдут в контрнаступление против русских и выбросят их из Германии; 2) будет применено новое оружие; 3) провидение спасет Германию от поражения; 4) возможно, Англия и Америка заключат договор против России.
Такие настроения характерны, главным образом, для молодых солдат и ярых нацистов.
«Командир 1-го взвода 5-й роты фельдфебель Зитценштуль говорил: «Одна Германия войну никогда не выиграет. Возможно, Англия и Америка заключат договор с Германией против России. Это единственная надежда на победу». (Из показаний обер-солдата Зигфрида Шуберта, 948 пп 359 пд.)
«Молодые солдаты говорят: «Если меня убьют, то обо мне никто не будет печалиться. Останусь жив, меня наградят. Один молодой солдат моей роты Заявил однажды: «Мой отец погиб на восточном фронте. Почему же я должен сохранять свою жизнь и не бороться за дело отца» (солдат Эвальд Шалленберг, 20 тд).
Старые фронтовики, пережившие отступление немецкой армии и видевшие ее огромные потери, в победу Германии не верят.
«Где уж нам выиграть войну, когда мы не можем остановить русских, Мы ежедневно несем тяжелые потери и все-таки отступаем», — говорят они.
Настроения офицерства характеризуются следующим показанием обер-лейтенанта: «До тех пор, пока русские не перешагнули через Одер, я еще верил, что нам удастся не пустить русских дальше в Германию… Когда меня откомандировали из штаба дивизии в роту снабжения 59 мп, то меня сразу
возненавидел командир этой роты и другие офицеры полка. Офицеры, главным образом молодежь — выпускники военных училищ, вероятно, боялись, что я как обер-лейтенант займу их место. Каждый предпочитает теперь отсиживаться на теплой тыловой должности… Сейчас офицеры потеряли всякое веселье. Настроение поднимается у них только после изрядной выпивки. Друг другу офицеры не доверяют. Старые фронтовики стараются держаться в стороне от молодых офицеров, прибывающих на фронт из военных школ. Появление нового незнакомого офицера в кругу офицеров, сослуживцев по части, всегда вызывает некоторую неловкость. Это я достаточно испытал на себе. На политические темы офицеры стараются не говорить». (Из показаний обер-лейтенанта Эриха Лиса, командира 7-й роты 112 мп 20 тд.)
Офицер связи штаба 269 ап 269 пд вахмистр Иохим Пимент рассказал: «Большая часть офицеров смотрит скептически на будущее германской армии. В разговорах офицеров часто можно услышать иронические замечания: «Я хотел бы знать, как мы добьемся победы». Офицеры, пришедшие из резерва, говорят, что Германия потеряла основные промышленные районы, надвигается голод, людские резервы исчерпаны. В этих условиях Германия не может победить. Пожилые офицеры-резервисты часто подшучивают над молодежью. Они говорят: «Вы, молодежь, готовы пробить стену собственной головой. Лучше поберегитесь…» Офицеры сожалеют, что война происходит на территории Германии, но об этом никто не задумывается: у офицерского состава еще теплится надежда на новое оружие и контрнаступление. Гитлера все офицеры признают за значительную фигуру и верят ему».
Таким образом, большая часть офицерства, главным образом резервисты и старые фронтовики, скептически смотрят на возможность победы со стороны Германии.
Заместитель начальника РО
штаба 5-й гвардейской армии по политчасти
гвардии подполковник Юдин
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 153–158. Подлинник.
№ 5. Справка-доклад разведотдела штаба 3-й гвардейской армии 1-го Украинского фронта о политико-моральном состоянии противника за март 1945 г.
28 марта 1945 г.
Многочисленные показания пленных, а также захваченные в марте месяце документы противника говорят о том, что политико-моральное состояние солдат и офицеров противника продолжает ухудшаться.
Большая часть солдат не верят больше в существование нового секретного оружия и поэтому убеждены в бесполезности дальнейшего сопротивления.
Солдаты молодых возрастов, не участвовавшие еще в боях, под влиянием немецкой пропаганды продолжают верить в победу Германии.
Пленный солдат Сташи Алоиз, 3-й роты б-на особого назначения, подчиненного 533-му полиц. полку, захваченный 20.3.45 г. в р-не 15 км сев. Шлагсдорфа, показал:
䋜 — 17-летние солдаты продолжают еще верить в победу Германии, но они составляют небольшой процент. Большая часть солдат, хоть раз побывавшая в боях, в победу Германии не верит. Все они ждут еще одного наступления Красной Армии, в результате которого Германия будет разбита и война закончится.
Две недели назад командир 3-й роты сказал солдатам, что через три недели немцы снова будут в р-не Познани. Солдаты смеялись потом между собой: «Может быть, мы и будем дальше, чем Познань, через три недели, но только пленными».
О настроениях окруженного гарнизона в г. Глогау рассказывает военнопленный младший врач боевой группы «Биль» Альфред Яцковский, захваченный 14.3.45 г. в Льежских казармах:
«Настроение офицерского состава плохое, хотя высказывать свои мысли вслух они боятся и не имеют никакой веры в возможность спасения.
Полковник граф Ойленбург всех офицеров призывал к борьбе до последнего человека.
Часть молодых солдат (особенно танкоистребителей) желают воевать, надеясь на подход свежих сил.
7 — 8.3 один фельдфебель с группой солдат (7–9 чел.) готовил покушение на коменданта крепости полковника графа Ойленбурга, которое не удалось, поскольку один солдат их выдал. Из разговоров офицеров и солдат стало известно, что все они были расстреляны.
8 марте месяце из боевой группы «Биль» дезертировало несколько человек. Случаи дезертирства отмечены также и в других подразделениях. Пойманных дезертиров расстреливают».
В конце февраля — начале марта 1945 г. из Фленсбурга (на германо-датской границе) в Губен прибыла вновь сформированная 275 пд. И в этой дивизии за небольшой сравнительно промежуток времени отмечено снижение настроения солдат и случаи дезертирства.
Пленный солдат 14-й роты 985 пп Герхард Андре, захваченный 5.3. сев. — вост. Губена, показал:
«Солдаты недовольны ухудшением питания в течение последних недель. Настроение солдат понизилось. Последние две недели в 14-й роте было отмечено 3 случая дезертирства. Когда командир 14-й роты обер-лейтенант Кох сообщил приказ командира дивизии о том, что за бегство с поля боя будут расстреляны, солдаты между собой смеялись и высказывали желание сдаться в плен русским в случае безвыходного положения».
Пленный солдат 2-й роты 984 пп Иосиф Ягуш, захваченный 4.3 в р-не кладбища в Губене, показал: «Настроение солдат и унтер-офицеров плохое. Никакого желания воевать нет. Многие солдаты хотят перебежать к русским, но не делают этого потому, что, согласно существующему закону, семья перебежчика подлежит расстрелу. Уже полгода прошло с тех пор, как все время обещают применить новое оружие, и теперь никто из солдат в него больше не верит».
О падении дисциплины и увеличении случаев дезертирств свидетельствуют также статьи, помещенные в немецкой фронтовой газете «Раупе унд рад» («Гусеница и колесо») от 8.3.45 г. Одна из этих статей называется: «Трусы теряют голову». Приводим перевод: «Бывший лейтенант сборного пункта призывников, до настоящего времени служивший в штабе одного корпуса, и ефрейторы Д. и Ст., оба принадлежавшие к воинской части, действующей на восточном фронте, покинули свои части в тягчайшее время и пытались с помощью подложных документов, переодевшись в гражданское платье, скрыться в тылу. Этим они не только постыдно изменили данной ими присяге, но также покинули и предали свой народ. Они были приговорены к смерти военно-полевым судом и расстреляны».
Несмотря на плохое политико-моральное состояние и полное признание поражения Германии в этой войне, большая часть солдат противника продолжает оказывать сопротивление. Это можно объяснить тремя причинами:
1. Солдаты запуганы геббельсовской пропагандой о русском плене.
2. Часть немецких солдат, желающая перейти на сторону Красной Армии, боится за жизнь своих семей.
3. Солдаты боятся того возмездия, которое наступит после разгрома Германии.
Начальник РО штаба 3-й гвардейской армии
гвардии подполковник Купенко
Начальник 2-го отдела
РО штаба армий
гвардии майор Копачинский
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 207–209. Подлинник.
№ 6. Информация разведотдела штаба 59-й армии 1-го Украинского фронта о политико-моральном состоянии противника за март 1945 г.
29 марта 1945 г.
Усиление пропаганды среди войск, издание ряда приказов, напряжение всех сил и возможностей немецкое командование направляло на укрепление боевого духа, дисциплины и наступательного порыва среди солдат с тем, чтобы ликвидировать плацдарм на р. Одер с дальнейшим развитием своего успеха по возврату Силезии.
Неудавшееся наступление по ликвидации плацдарма и новый прорыв частей Красной Армии на всем протяжении фронта армии с новой силой потрясли моральный дух немецкого солдата, резко снизив дисциплину.
Немецкие документы.
I. «Бои последних дней частично обнаружили очень серьезное снижение боевого духа наших солдат. Предстоят еще более серьезные бои. Поэтому крайне важно вновь поднять этот дух, пользуясь всеми средствами и путями. Каждый офицер по нац. — соц. руководству должен пользоваться любой возможностью душевного освежения вверенной ему части. В предстоящих боях работа по нац. — соц. воспитанию войск должна дать свои результаты.
Касаясь военных целей России, следует подчеркивать намерения Советов сослать миллионы немецких мужчин и использовать германскую армию в качестве рабочих батальонов. При этом подчеркивать нечеловеческое обращение в русских ссыльных лагерях на строительстве Беломорского канала, где погибло большое количество русских людей. Сейчас речь идет не только о Родине, жене и ребенке. Решение будущей судьбы каждого солдата — стать или не стать рабом, прозябающим или медленно гибнущим на просторах России, — в его собственных руках.
Распространено мнение о том, что сейчас «без пяти минут 12», а посему следует позаботиться о том, чтобы уберечь свою шкуру в течение этих пяти минут. Эту отрицательную точку зрения следует превратить в положительную: осталось 5 минут, чтобы предотвратить несчастье, которое может постигнуть каждого солдата, если его боевой дух пропадет и мы потерпим поражение.
В различных частях очень по-разному обстоит дело с приветствиями, которые часто являются признаком боевого духа части. Необходимо вмешательство нац. — соц. руководства. Офицерам вменить в обязанность проявлять большую требовательность в этом отношении. Офицер должен четко выделяться безукоризненным состоянием формы и знаков различия.
Ежедневно от 20.15 до 20.45 в передаче «Силезский час», транслируемой через ст. Моравска-Острава на волне 250 метров, даются сообщения о подвигах наших солдат и о большевистских зверствах в зоне действия армейской группы. Для того, чтобы не возникло впечатление, что в программы этих передач поступают главным образом материалы тех дивизий, которые наиболее активно дают информацию, и что именно эти дивизии отличаются наибольшим количеством геройских подвигов, устанавливается порядок непрерывной присылки информации о подвигах и большевистских зверствах, вместо еженедельной информации, которая предписывалась в отношении от 19.3.45». (Перевод с немецкого. Документ 16 тд — отдел нац. — соц. руководства.)
II. «Нац-социалистическое воспитание войск так же важно, как и тактическое управление ими. Всегда было законом, что офицер, неполноценный в тактическом отношении, сменялся другим. Надо, наконец, понять, что офицер, неграмотный в вопросах политики и мировоззрения, также подлежит немедленному устранению. Кто до сих пор не понял, что эта война есть война мировоззрений, тот безнадежно глуп или преступен.
Я требую, чтобы каждый тактический приказ содержал бы в себе политические и идеологические моменты, стимулирующие волю людей. При выездах в войска я постоянно буду на выборку удостоверяться в том, что каждый офицер способен дать мне ответ на поставленный мною вопрос о нац. — соц. воспитании войск.
Офицер, относящийся к нац. — соц. руководителю как к «политруку» или называющий работу нац. — соц. руководителя «комиссарской деятельностью», должен считаться бесхарактерным подлецом. Точно так же тот офицер, который чувствует себя «терроризованным» нац. — соц. политической работой в момент, когда речь идет о жизненных вопросах нашего народа, доказывает этим, что он не способен вести людей. Поэтому его надо немедля отправить на передовую, где с оружием в руках он мог бы стать фронтовиком.
Я запрещаю всякое проявление несолдатского стиля жизни в штабах, что является вызывающим перед лицом борьбы за жизнь, которую ведет народ. Штабной быт должен быть простым и соответствовать условиям жизни передовых частей. Улучшенное питание, попойки, непрекращающиеся празднования дней рождения и т. п. являются преступным в военном отношении отсутствием фронтового духа. В эти дни с большой серьезностью встал вопрос о моральном факторе в войне.
Русские и польские женщины, отнюдь не перегруженные работой и вдобавок получающие полный армейский паек, немедленно должны исчезнуть из частей и штабов.
От органов нац. — соц. руководства я требую максимальной жесткости в реализации моих требований. Я привлеку к ответственности каждого нац. — соц. руководителя, который не доложит по команде мне лично о случаях злостного упорствования в таких фактах разложения». (Перевод с немецкого. Документ 4 ТА — офицер по нац. — соц. руководству.)
III. «Есть основания указать на необходимость воспитания глубокого чувства ненависти к большевизму. Этого нельзя достигнуть простой информацией об установленных фактах зверств. Сообщения об этих фактах должны сопровождаться волнующим и проникновенным комментарием с таким расчетом, чтобы у солдата возникла адская ненависть к этим красным бестиям. Если этого не делать, то все эти факты будут восприниматься как простая сенсация и ни в коей мере не достигнут цели». (Перевод с немецкого. Документ 16 тд.)
IV. «В начале марта с. г. я читал воззвание, в котором говорилось, что в настоящее время не должно больше существовать для немецкого солдата слово «разрозненные». Каждый, кто отстает от своей части, должен немедленно явиться в любую воинскую, желательнее — в действующую часть, чтобы снова участвовать в бою. Никто не должен ни одной минуты быть вне действующей части. Каждый, кто длительное время будет находиться вне части, будет рассматриваться дезертиром и будет отвечать по законам военного времени. Читали нам приказ Гитлера. В нем говорилось, что каждый военнослужащий, который оставит свой пост и отойдет без приказа или сдастся в плен, не будучи раненым, и не будет воевать до последнего патрона, считается изменником и исключается из состава немецкого народа». (Из показаний военнопленного командира взвода 1-й роты 1/854 пп 344 пд фельдфебеля Шевера Франца.)
Телеграмма от 9.3.45 г. Фюрер приказал: «Каждый, кто сдается в плен не будучи раненым, или не будет доказано, что он сопротивлялся до последнего, теряет свою честь. Честные и храбрые солдаты исключают его из своего общества. Родственники несут за него ответственность — снимаются со всех видов довольствия и лишаются денежного пособия. Об этом немедленно довести до сведения всего личного состава».
Приговоры.
«Нижеследующие приговоры о смертной казни довести до всего личного состава дивизии.
1. Солдаты Франц Миттельберг, 32 лет, и Герхард Левандовский, 23 лет, оба 1/500 штрафного полка, в начале февраля 1945 года во время марша, на новые позиции сбежали из своих подразделений и шатались в районе дивизионных тылов. Оба были арестованы и 23.2.45 г. военно-полевым судом 344 пд за дезертирство приговорены к смертной казни. Тремя днями позднее приговор приведен в исполнение.
2. Ефрейтор Гюнтер Шульц, 20 лет, и ст. ефрейтор Гейнц Вагнер, 18 лет, штабной роты 832 пп 5.2.45 г. бежали из своего подразделения и через два дня были задержаны в районе дивизионного тыла. 13.2.45 года оба за дезертирство военно-полевым судом приговорены к смертной казни.
3. Гренадер Эмиль Больц, 39 лет, и ефрейтор Герман Раберт, 29 лет, 854 пп 7.2.45 г. дезертировали из своих подразделений и, чтобы не быть опознанными, переоделись в гражданскую одежду. Несмотря на это, они были арестованы и 6.3.45 г. за дезертирство приговорены к смертной казни. Через три дня после вынесения приговора оба были расстреляны.
4. Ст. ефрейтор Феликс Денк, 21 год, 9-й роты 1058-го грен, полка 25.10.44 г., находясь на передовой линии, оставил свой пост и перебежал на сторону врага. 13.2.45 г. Феликс Денк за дезертирство и измену был заочно приговорен к расстрелу.
5. Солдат Курт Фельнер, 20 лет, 6-й роты 500-го штрафного батальона после вторичного побега из своего подразделения 8.2.45 г. был арестован в районе дивизионного тыла и 23.2.45 г. приговорен военно-полевым судом к смертной казни и в тот же день расстрелян».
«…Разрушения и даже мародерство с нашей стороны в оставленных нами районах приносят нам больше ущерба, чем русским, т. к. мы опять будем хозяевами этих районов. Такого рода действия дают русским моральное оружие против нас. Они это оружие немедленно применяют с приходом в деревни, в которых немецкие войска занимались ненужным разрушением. В таких случаях комиссару дан материал для использования в своей агитации, в которой он указывает на бескультурность немецких солдат. Это дает временное моральное преимущество русским войскам над немецкими». (Из директивы нац. — соц. партии № 13 от 14.3.45 г.)
V. 䋚.2.45 г. один солдат-фольксштурмовец во время боя пытался дезертировать и застрелил офицера, который хотел задержать его. В другой раз так называемые «разрозненные» открыли ружейный огонь по патрулю, пытавшемуся их остановить. Все это — случаи низкого, недостойного солдата поведения. Подобные факты показывают степень обороноспособности подразделения.
Приказываю немедленно провести инструктаж до рот включительно о чрезвычайных полномочиях в применении оружия, которым пользоваться не по усмотрению, а в обязательном порядке. Каждый командир не только имеет право, но обязан со всей строгостью, в случае необходимости применяя оружие, пресекать малейшее нарушение дисциплины и измену. Явления разложения душить в их зародыше. Командир, прошедший мимо этих безобразий и не применивший оружия, когда этого требовала обстановка, будет сам привлечен к ответственности». (Перевод с немецкого. Командующий армейской группой «Митте».)
Из показаний пленных.
«Перед наступлением командир 2-й роты лейтенант Фольхшлендер сказал, что немецкие части начали наступление на плацдарм, начиная от района Эйхунген и до Ратибор с задачей выйти на р. Одер. Русские наступать не будут, т. к. у них нет для этого достаточных сил и средств». (Из показаний пленного командира 2-го взвода 2-й роты 1 /854 пп 344 пд унтер-офицера Штроп Альфреда.)
«…Сегодняшнее наступление русских оказалось для солдат неожиданным. В ночь на 15.3.45 г. командир 6-й роты приказал нести бдительную службу на переднем крае, траншеи занимать всем личным составом. Несмотря на это солдаты не думали, что русские начнут так скоро наступать, т. к. местность в этом районе, за исключением дорог, болотистая». (Унтер-офицер 8-й роты 2/854/пп 344 пд Адальберт Ян.)
«…15.3.45 г. большинство солдат 1-й и 2-й рот сбежало с переднего края, но к вечеру снова были собраны и брошены в бой. За невыполнение приказа идти в контратаку каким-то прибывшим из тыла лейтенантом расстреляно 14 солдат». (Фельдфебель 2-й роты 24-го полиц. полка Цирбка Вальтер.)
«Днем 16.3.45 г. к нам в окопы приходил командир роты Зейдель и предупреждал, что в случае, если кто-нибудь из солдат попытается сдаться в плен, его семья будет репрессирована. Угрожал расстрелом, если солдаты будут плохо драться. Когда же в 18.00 16.3.45 г. русские предприняли атаку, никого из командиров в окопах не оказалось, боем никто не руководил. Два солдата, не выдержав огня со стороны русских, бросили свои позиции и их примеру последовали остальные. Началось паническое бегство, никакого сопротивления оказано не было». (Ефрейтор 1-й роты 124-го строит, батальона Кейзерик Антон.)
«Все перемешалось, отсутствовало общее руководство. Каждый офицер давал свои приказания, но никто точно не знал обстановки. Создавались отдельные группы по 25–30 человек, пытавшиеся разными путями выбраться из кольца. Часть из них попала под огонь, часть пленена». (Унтер-офицер 9-й роты 3/46 пп 20 зпд «Фахте».)
«Многие надеялись, что русские здесь наступать не будут, больше того, что их удастся выбить из Силезии. Все старались оттянуть эвакуацию. В частности я стремился отсрочить изъятие у меня иностранных и в особенности русских рабочих, от которых я в качестве сельскохозяйственного предпринимателя имел большую выгоду». (Ст. лейтенант резерва артиллерии Людвиг.)
«В связи с неоднократными случаями дезертирства, дисциплина в батальоне за последнее время стала строже. Только за попытку оставить позиции без разрешения командира отделения штрафники предаются суду. Но, несмотря на строгость, штрафники уходят и крадут у оставшегося населения разные продукты. Многие скрываются в подвалах с тем, чтобы незаметно перейти на сторону русских или сбежать в тыл». (Солдат 5-й роты 2/500 штрафного полка Золотовский Георг.)
«За все время войны не было такого подавленного настроения у солдат, как сейчас. Солдаты очень озабочены судьбой своих семейств, которые ежедневно испытывают все тяжести войны». (Фельдфебель 3-й роты 3103-го крепостного батальона Губер Иозеф.)
Несмотря на подавленное моральное состояние немецкого солдата, вызванное поражениями, он еще продолжает упорно сопротивляться из-за повышенной требовательности офицерского состава и ряда мероприятий, принимаемых немецким командованием.
Начальник РО штаба 59-й армии
подполковник Мацукевич
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 198–203. Подлинник.
№ 7. Информация разведотдела штаба 5-й гвардейской армии 1-го Украинского фронта о политико-моральном состоянии противника за март 1945 г.
2 апреля 1945 г.
Показания военнопленных 359 пд, 100 лпд, 45 нгд, 20 тд.
Военнопленный фельдфебель Модер Корча, командир взвода 6-й роты 2-го батальона 948 пп 359 пд, показал: «Солдаты моей роты говорят, что после такого наступления русских, какое идет теперь, война Германией проиграна и должна скоро закончиться. Солдаты оказывают упорное сопротивление по двум причинам: они должны сражаться, иначе их расстреляют офицеры-эсэсовцы или полевая жандармерия, которые стоят позади передовых частей в 10–15 км и ловят всех, кто убегает с поля боя.
Гитлеру уже никто не верит, он нас уже слишком часто обманывал, обещая новое чудо-оружие, обещал каждый год победу, а год приносил только поражения, хвастался, что там, где стоит немецкий солдат, не ступит уже нога противника, что ни один пароход Советов не поднимется вверх по Волге. Нам еще в 1941 г. говорили, что силы большевиков иссякли, а на деле мы убедились, что силы их с каждым годом все возрастают, я уже не верю больше Гитлеру, но многие немцы еще доверчивы».
«Когда русские начали это наступление и ясен стал темп их продвижения, то солдаты между собой говорили, что теперь война скоро кончится. Русские дойдут до Берлина, тогда будет новое правительство и будет мир. Поэтому некоторые солдаты с удовлетворением смотрели на быстрое продвижение русских. Ведь среди солдат есть многие, которые уже 18–24 месяца не были дома и согласны на все, лишь бы поскорее попасть домой». (Из показаний военнопленного егеря Отто Вельгубера, 1-я рота 1-й батальон 947 пп 359 пд.)
Перебежчик унтер-офицер Виктор Рунге, санитар 6-й роты 948 пп 359 пд: «Надежда на то, что враг будет вытеснен из Германии очень незначительна. Продолжающееся наступление Красной Армии, потеря Силезии, Познани, Пруссии значительно подорвали эту надежду. Война на территории Германии морально убивает нас. Мы уже забыли, когда на территории Германии велись войны. Мы видели войну на чужой земле, там многое подвергалось уничтожению и разрушению. Теперь то же самое, только в большей мере, происходит на нашей земле. От нас сейчас требуют выстоять, удержать, сражаться до последнего человека и т. д., и что же дальше. Над этим мы стараемся не думать, иначе придешь в тупик и не выйдешь из него. Все же, несмотря на все это, солдаты остаются в окопах и продолжают упорно сражаться. С одной стороны, каждый солдат верит, что он действительно защищает свою родину, с другой стороны, солдат должен бороться. Террор в армии огромен. За отступление и дезертирство — расстрел».
Военнопленный Виллие Мильке, обер-ефрейтор 3-й роты 948 пп 359 пд, показал что он 21.3 читал в солдатской газете «Меч на Востоке» за 15 марта приказ командующего группой армий, что с момента опубликования этого приказа солдаты всех вооруженных сил Германии перестают получать водку, конфеты и папиросы по линии маркитантского снабжения (за плату). Дальше в приказе говорилось, что положение в настоящее время таково, что маркитантские товары отсутствуют и что все солдаты должны понять это положение и примириться с ним.
Перебежчик солдат Рудольф Геслер, 100 лпд, показал: «Несколько дней назад командир нашего отделения унтер-офицер Кокошка сказал: «Будьте осторожны, у русских есть комитет «Свободная Германия». От его имени к нам могут приходить в немецкой форме всякие шпионы с целью узнать нашу оборону. Они будут рассказывать о том, как хорошо в русском плену, таких людей надо сразу же отправлять в штаб».
Военнопленный Ежия Лямка, сапер 2-й роты 92-го сап. б-на 20 тд, от солдат своей роты слышал, что руководство войсками на этом участке фронта 1 принял Гиммлер. Модель находится тут же. Подготавливается что-то крупное.
Военнопленный фельдфебель Ульрих Генрих, 45 нгд, показал: «Положение в Германии безвыходное, русские с востока, союзники с запада все время наступают. Офицеры заставляют солдат воевать, они говорят, что нужно держаться, изматывать этим самым резервы русских. Офицеры надеются на какое-то «чудо», которое изменит положение, и наша армия начнет наступать. Я разговаривал с офицерами о положении Германии, они стараются успокоить солдат тем, что немцы в 1941 году были под Москвой, и то, что русские сейчас в 70 км от Берлина, еще не говорит о том, что русские победили. Эта пропаганда не убедительна для солдат. Солдаты говорят, что вполне понятно, когда русские в 1945 г. находятся на территории Германии, не может быть и речи о капитуляции России, чего хотели добиться немцы в 1941 г.
Вся пропаганда сейчас направлена на то, чтобы показать, что положение Германии еще не совсем критическое, что вопреки бомбардировкам в Германии существует полнейший порядок. В газетах ежедневно пишут о «зверствах» русских на занятой территории, что русские убивают женщин и детей, а всех мужчин и юношей отправляют в Сибирь. Многие не верят этой пропаганде. Жители одной деревни, которая была отбита у русских, рассказывали о поведении русских в деревне. Они говорили, что офицеры тактично относились к жителям. Был случай, когда солдат хотел взять у одного хозяина сапоги, но русский офицер не допустил этого. Сейчас часто поговаривают о том, что русские не могут так обращаться с населением, как об этом пишут. Ясно одно, что русские не бомбят немецкие города и не уничтожают женщин и детей своими налетами. Русские подвергают бомбардировкам объекты военного значения, в то время как англичане и американцы безжалостно уничтожают немецких женщин и детей. Сейчас распространяются слухи о том, что русские на занятой территории наводят полный порядок и что люди в безопасности».
Заместитель начальника РО
штаба 5-й гвардейской армии по политчасти
гвардии подполковник Юдин
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 210—] 211. Подлинник.
№ 8. Донесение начальника разведотдела штаба 59-й армии начальнику разведотдела штаба 1-го Украинского фронта о мероприятиях немецкого командования по эвакуации имущества и населения из восточных районов Германии
3 апреля 1945 г.
Эвакуация немецкого населения и имущества из прифронтовой полосы и восточных районов страны в целом проводится немецким командованием и фашистскими партийными организациями в обязательном порядке. Эти мероприятия распространяются на абсолютное большинство населения как городов, так и сел. Как показывает большинство военнопленных, из прифронтовой полосы эвакуирована большая часть населения, исключение составляют жители не немецкой национальности и «фольксдойче».
В военно-политическом обзоре 18-й добровольческой танково-гренадерской дивизии СС «Хорст Вессель» за март месяц 1945 года по поводу эвакуации приводятся следующие факты.
В разделе обзора под названием «Внимание, враг подслушивает!» говорится: «Точно так же следует понимать слухи, которые раздражающе действуют на гражданское население. Например, говорят — не эвакуироваться, или обратное — вернуться домой из районов, в которые население было эвакуировано. Все эти слухи исходят от врага и служат врагу, ибо этим самым он сильно затрудняет наше руководство. Эвакуация и все связанные с нею мероприятия могут оказаться сорванными, если думать, что они могут быть осуществлены всеми самостоятельно, за исключением людей преклонного возраста, без строгого руководства соответствующих организаций, проводящих эти мероприятия по мобилизационному календарю».
Далее в этом же обзоре указывается: «Вывоз запасов во многих случаях невозможен, ибо за несколько недель нельзя вывезти то, что накапливалось годами. Кроме того, потребность в эвакуации наступила в тот момент, когда верхнесилезский уголь, необходимый для топок паровозов, уже попал в руки врага, что еще больше усилило наши затруднения. Дело здесь кроется не в попустительстве руководства, а под нажимом более сильных обстоятельств».
В разделе «Руководящие указания» обзора говорится: «Правительству удалось эвакуировать 8 000 000 человек, что составляет большинство населения германских восточных районов. При всех недостатках и нужде, которые перенесли эвакуированные, достижения партии в этом вопросе велики.
Необходимо подчеркнуть, что многие из-за боязни большевиков умышленно оставили свои посты и покинули гражданские и партийные учреждения. Это старый недостаток немцев, который далеко не распространяется на большинство служащих, а является недоразумением отдельных лиц, которых необходимо уволить».
В телефонограмме группы армии «Митте» от 4.3.45 года за подписью генерал-полковника Шёрнера говорится следующее:
«Поведение нашего тыла в большей степени зависит в настоящее время от поведения фронтовых офицеров. Поэтому непростительно, когда жены офицеров оставляют свои места еще до того, как издано распоряжение об эвакуации. Я обязываю всех офицеров повлиять на своих родных по этому поводу. Исключения допускаются к семьям офицеров, оставшихся без крова в результате действий врага».
Начальник РО штаба 59-й армии
подполковник Мацукевич
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 213, 214. Подлинник.
№ 9. Из итогового информационно-разведывательного донесения военно-химического управления 1-го Украинского фронта за март 1945 г. — о подготовке противника к применению химического оружия
12 апреля 1945 г.
[…]
1. В последнее время среди солдат и офицеров противника более широко стали распространяться слухи о возможности применения ОВ Германией в ближайшее время.
По показанию пленного 6 нгд ефрейтора Хорста Калиновского, офицеры в последнее время часто говорят о том, что в недалеком будущем должна быть химическая война, при этом упоминают о каком-то новом оружии, которое должно обеспечить немцам победу.
Пленный солдат 17 тд Франц Гофман, который до 24 марта служил в 487 пд в Италии, показал:
«В Италии однажды командир роты, требуя от солдат постоянной противохимической готовности, заявил, что Германия в критическую минуту применит ОВ».
По показанию пленного командира взвода 75 пд лейтенанта Карла Штенгарда, «пропаганда утверждает, что подготовка проводится на случай применения ОВ русскими. Однако в разговорах между собой офицеры говорят, что первые начнут химвойну немцы. В газетах пишут о чуде, которое должно спасти Германию. Под этим чудом нужно понимать применение ОВ, так как о новых видах оружия не упоминается. Ходят слухи, что рабочим выданы противогазы. Солдат тренируют выполнению различных работ в противогазах. По моему мнению, немцы в крайнюю минуту применят ОВ».
2. Документы, захваченные на заводе ОВ, и снаряжение химбоеприпасов в Дихернфурте <свидетельствуют>, что авиахимбомбы с завода увозились в следующие адреса:
— Эрель (сев. Бремен)
— Лоссо (у Ваймар)
— Краппитц (юж. Оппельн)
— Домнау (юж. Бавария)
— Франкинберг.
Химические снаряды вывозились в Санкт-Георген (у Браунау на р. Инн).
При занятии нашими войсками района Краппитц в лесу, 4 км сев. — зап. Краппитц, был обнаружен большой склад авиабомб, в том числе и химических.
[…]
Показания пленных и документы свидетельствуют о том, что командование противника продолжает восстанавливать и повышать противохимическую готовность своих войск.
Большинство соединений и частей, действующих перед фронтом, полностью обеспечено средствами зашиты и укомплектовано химслужбой.
[…]
Заслуживает внимания показание пленного тд «Охрана фюрера» Герхарда Ритнера: «В середине марта на построении солдатам было приказано постоянно иметь противогазы и держать их в образцовом порядке ввиду того, что Германия скоро применит новое оружие, в ответ на которое Россия, якобы, применит ОВ. Здесь же было объявлено, что для детального изучения требуется собрать возможно больше русских противогазов новейших образцов»,
По показанию пленного той же дивизии Клеменса Гурковского, в марте были заменены противогазовые фильтры. В течение месяца окуривание проводилось два раза.
Пленный 6-й роты 2-го батальона 1 пп 36 пд СС Алекс Брозавский, захваченный 5.4.45 г., показал: «Четыре дня назад командир 6-й роты, собрав солдат, заявил, что немецкая армия должна пережить несколько тяжелых дней, потом будет применено новое оружие, которое принесет победу Германии. Кроме того, командир роты сказал, что русские должны применить газы, а поэтому немцы также должны вооружиться средствами зашиты. Два дня тому назад солдаты получили противогазы с двумя дополнительными фильтрами, защищающими в течение 8 часов, накидки, защитная мощность которых до одного часа, и универсальный дегазатор тела и оружия. Из каждой роты выделено 8 человек для прохождения химкурсов. Среди солдат ходят разговоры о подвозе к фронту химснарядов».
Наряду с соединениями, в которых химическая служба полностью восстановлена, имеются соединения, недоукомплектованные средствами защиты
Пленный командир 669 пп 371 пд полковник Ганс Зичель показал: «Полк не полностью обеспечен противогазами. Часть солдат растеряла свои противогазы. Сейчас за утерю противогаза дают 10 суток ареста. В последнее время приказ об обязательном ношении противогазов снова подтвержден. Накидки и другое химимущество возятся в полковом обозе. В санроте дивизии имеется дегазационный взвод. Ответственность за состояние противохимической подготовки возложена на командиров подразделений. Я считаю, что Германия первой химической войны не начнет, но противохимическая подготовка войск проводится регулярно и обученность их вполне достаточная».
Начальник военно-химического управления
1-го Украинского фронта
полковник П. Вершинин
Начальник 1-го отдела С. Иващенко
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2673. Д. 1982. Л. 193, 146–148.
№ 10. Справка разведывательного отдела штаба 2-го Белорусского фронта о группировке войск противника в полосе фронта
№ 180 12 апреля 1945 г.
Перед 2-м Белорусским фронтом на рубеже Берг, Воллин, Штеттин, Шведт, протяженностью 70 км, обороняются соединения 3 ТА противника в составе 3 тк, предположительно, 39 тк и двух ак н/н.
В первой линии пр-к имеет: пех. дивизий— 1 (281-я пд), дивизионных групп — 1 (дивизионная группа «Шведт»), боевых групп — 1 (боевая группа «Кройц»), отдельных полков — 4 (1-й и 2-й сводн. крепостные, 4 пп «Померания», 1-й парашютный полк особ, назн.), отдельных спец. батальонов — 8 (6-я школа ВВС, 2-й морской батальон, 3-я зенитная школа, сводный морской батальон, 1098-й охранный батальон, батальон СС, батальон морской пехоты, батальон «Ашенбах»).
Всего в первой линии до 31 пех. и спец. батальонов.
Действующие части усилены: 503 тб РГК, 8-й противотанковой бригадой, арт. частями 406-го арт. корпуса (три ад), двумя ад н/н, четырьмя зен. ап (11, 34, 411 и 611 ап), тремя зен. ад (272, 291 и 616 ад).
В резерве — на переформировании и доукомплектовании противник имеет: тд — 1 (22 тд в районе Позевальк), пд — 1 (15 пд СС (лат.) в районе сев. — зап. Штеттина), до двух пд на формировании в районе Пенцлина (юго-зап. Нойбранденбурга), полков — 1 (1-й румынский полк в районе Нидер-Ландин — 10 км сев. — зап. Шведта).
В полосе фронта до рубежа Росток, Берлин авиаразведкой выявлено базирование свыше 400 самолетов противника разных типов.
Начальник разведывательного отдела
штаба 2-го Белорусского фронта
генерал-майор Виноградов
Начальник 4-го отделения
разведывательного отдела
штаба 2-го Белорусского фронта
подполковник Щербинин
ЦАМО РФ. Ф. 237. Оп. 2394. Д. 1309. Л. 124. Подлинник.
№ 11. Из информации разведуправления ГШ КА о группировке ВВС противника на 17 апреля 1945 г.
17 апреля 1945 г.
I. На 17 апреля 1945 года в составе ВВС противника насчитывается 4360 боевых самолетов в составе:
— сорока пяти групп бомбардировщиков;
— двадцати одной группы штурмовиков;
— шестидесяти шести групп одномоторных истребителей;
— тридцати шести групп двухмоторных истребителей;
— двух отрядов бомбардировщиков;
— четырех отрядов штурмовиков;
— десяти отрядов ночных истребителей;
— тридцати семи отрядов дальних разведчиков;
— тридцати четырех отрядов ближних разведчиков.
Из 4360 боевых самолетов — 3240 самолетов находятся в действующих частях.
II. Распределение ВВС противника по театрам войны:
а) Норвегия — действуют части оперативной группы «Камхубер» общей численностью 155 боевых самолетов. […]
б) Курляндия — дислоцируются части 1-го воздушного флота общей численностью 165 боевых самолетов, действующие на советско-германском фронте. […]
в) Северная Германия — дислоцируются части и соединения 6-го воздушного флота, воздушного флота «Рейх» и оперативной группы «Холле» общей численностью 2130 боевых самолетов. […]
Из 2130 боевых самолетов 1200–1400 самолетов действуют на советско-германском фронте.
г) Южная Германия, Западная Чехословакия и Австрия — дислоцируются части и соединения 4-го воздушного флота и оперативной группы «Холле» общей численностью 740 боевых самолетов. […]
Из 740 боевых самолетов 500 самолетов действуют на советско-германском фронте.
Таким образом, из состава ВВС противника, дислоцирующихся в Курляндии, Германии, Зап. Чехословакии и Австрии, на советско-германском фронте действуют 1900–2100 боевых самолетов. […]
Выводы:
1. За период с 1.4 по 17.4.45 г. в составе ВВС противника в результате снятия с учета четырех групп бомбардировщиков, одной группы штурмовиков, пяти групп истребителей, четырех отрядов ночных истребителей, одного отряда ближних разведчиков из состава действующих частей немецких ВВС и перевода их в неоперативные части, а также снятия с учета венгерских ВВС в составе двух отрядов истребителей и одного разведотряда произошло уменьшение количества боевых самолетов с учетом потерь на 390 единиц.
2. Из 3240 боевых самолетов противника, находящихся в действующих частях, 1900–2100 самолетов действуют на советско-германском фронте. Приложение: карта группировки ВВС противника, экз. № 71{6}.
Начальник разведуправления
Генштаба Красной Армии
генерал-полковник Ф. Кузнецов{7}
Начальник Главного разведуправления Красной Армии
генерал-лейтенант И. Ильичев{7}
Начальник 4-го отдела разведуправления
Генштаба Красной Армии
полковник Романов
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 245–249. Копия.
№ 12. Информация разведуправления ГШ КА о перегруппировке войск противника с 1 по 17 апреля 1945 г.
17 апреля 1945 г.
I. За первую половину апреля месяца основные перегруппировки противника отмечены на следующих направлениях:
— на берлинском — группа армий «Висла»
— на моравска-остравском — Центральная группа армий;
— на венском — группа армий «Юг».
II. Изменения в группировке противника:
Курляндская группа войск
Противник перебросил 12 тд и 205 пд из района Скрунда в район южйее Тукумс.
Северная группа армий
На Земландском полуострове выявлены вновь восстановленные 1, 14, 21, 32, 170 пд и 28 лпд.
Группа армий «Висла»
Противник перебросил: 23 мд СС «Нидерланды», 10 тд СС «Фрунсберг» из района зап. Штеттина и 9 адд из района сев. — вост. Ангермюнде в район вост. Берлина. 1-я морская пехотная дивизия, 610-я резервная дивизия, фюрерско-гренадерская тд и 25 мд выведены в резерв. В районе восточнее Эберсвальде выявлена вновь восстановленная 5 лпд.
Центральная группа армий и группа армий «Юг».
Противник перебросил:
— из района Нейссе — тд «Г. Геринг» на дрезденское и 10 мд, 16, 17 тд — на моравска-остравское направления;
— 8 тд из района южнее Ратибора, 101 гсд из района сев. Кшинна, 357 пд из района сев. — зап. Нове Место и тд «В. Германия» из СГА на венское направление;
— из района сев. Вены — 14 пд СС «Галиция» в район Лейбниц и 356 пд в район Берндорфа;
— 117 лпд с загребского направления переброшена в район вост. Брука, 710 пд из Италии прибыла на усиление венского направления.
Противник ввел в первую линию из резерва 31 пд СС и вывел в резерв тд «Охрана фюрера» и 153-ю рез. дивизию. 20 тд отмечена в переброске из района юж. Нейссе в северном направлении.
В группе армий «Юг» выявлены: 25 тд — вновь восстановленная; тд «Фельд-хернхалле», 93 кд СС — вновь сформированные, и 487-я зап. дивизия — ранее учитывавшаяся в числе административных штабов дивизионного типа.
Выводы:
1. Отмеченные перегруппировки противника в первой половине апреля месяца были связаны, главным образом, с усилением берлинского и моравска-остравского направлений и с противодействием наступлению наших войск на венском направлении.
2. В первой половине апреля месяца на советско-германский фронт прибыла одна дивизия (710 пд) и выявлено одиннадцать дивизий (1, 14, 21, 32, 170 пд, 5, 28 лпд, 25 тд, тд «Фельдхернхалле», 93 кд СС и 487 зап. див.).
Приложение: карта перегруппировки противника, экз. № 71{8}.
Начальник разведывательного управления
Генштаба Красной Армии
генерал-полковник Ф. Кузнецов{9}
Начальник 4-го отдела разведуправления
Генштаба Красной Армии
полковник Романов
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 243–244. Копия.
№ 13. Информация разведуправления ГШ КА о группировке войск противника на 17 апреля 1945 г.
17 апреля 1945 г.
I.
На 17.4.45 г. в составе вооруженных сил Германии выявлено 223 дивизии и бригады, в том числе:
— немецких — 206, из них 4 бригады;
— венгерских — 3;
— инонациональных — 9, из них одна бригада;
— итальянских — 5.
Кроме того, в составе вооруженных сил Германии на особом учете числится 17 административных штабов дивизионного типа (запасных дивизий и дивизий особого назначения «ZBY»),
II. Распределение дивизий противника по странам и театрам войны
1) Советско-германский фронт
По состоянию на 17.4.45 г. [здесь] установлено 145 дивизий и бригад, в том числе:
— немецких — 138, из них 4 бригады;
— венгерских — 3;
— инонациональных — 4, из них одна бригада.
Кроме того, перед фронтом СССР действуют 96 отдельных полков и боевых групп, 251 отдельный батальон.
В сравнении с картой группировки противника на 1.4.45 г. произошли следующие изменения:
Взяты на учет:
а) Вновь сформированные и прибывшие из тыловых районов Германии:
— 93 кд СС, тд «Фельдхернхалле» — перед 2-м Украинским фронтом;
— 48-я зап. див. — перед 3-м Украинским фронтом.
б) Вновь восстановленные:
— 1, 14, 21, 32, 170 пд, 28 лпд — перед 3-м Белорусским фронтом;
— 5 лпд — перед 1-м Белорусским фронтом;
— 25 тд — перед 3-м Украинским фронтом.
в) Прибывшая из Италии:
— 710 пд — перед 3-м Украинским фронтом.
Итого: двенадцать дивизий.
Сняты с учета:
а) Как разгромленные:
— 69, 367, 548 пд — перед 3-м Белорусским фронтом;
— 12 апд, 7 тд, 4 мд СС «Полицай» — перед 2-м Белорусским фронтом;
— 2-я рез. див. (венгр.) — перед 4-м Украинским фронтом;
— 24 пд (венгр.) — перед 2-м Украинским фронтом.
б) Как разгромленные и действующие боевыми группами:
— 73, 389 пд — перед 2-м Белорусским фронтом.
в) Как расформированные:
— 408 пд, 100 пбр — перед 1-м Украинским фронтом.
г) Как неподтвердившаяся:
— 558 пд — перед 1-м Украинским фронтом. Итого — тринадцать дивизий и бригад.
В результате количество соединений противника на советско-германском фронте уменьшилось на одну дивизию.
Примечание: За период с 1.4 по 17.4.45 г. установлено: переформирование 2 пбр СС «Дирлевангер» в 36 пд СС; 9-я погран. див. (венгр.) учитывается как 9-я пд (венгр.).
2) Вне советско-германского фронта на 17.4.45 г. установлено 78 дивизий, в том числе:
— немецких — 68;
— инонациональных — 5;
— итальянских — 5 […]
3) В стадии формирования и восстановления находятся:
— в Германии — пд «Ганновер», пд «Донау», 25, 35 пд СС, 85, 88, 106, 214, 291, 325, 604 пд, 10, И адд;
— в Италии — 24 пд СС;
— в Австрии — 49 пд, 177-я запасная дивизия и 417-я дивизия особого назначения.
Итого — семнадцать дивизий.
4) Переброска войск противника
В переброске из Норвегии в Германию находится одна дивизия (199 пд).
Кроме того, из Норвегии в Германию перебрасываются 6, 8 гсд (указанные дивизии учитываются перед Карельским фронтом). Не исключена возможность переброски на другие фронты: 160 рд — из Дании; 26 тд, 29, 90 мд, 34, 232, 334 пд, 5 гсд и 188 рд — из Италии.
Приложение: карта группировки противника, экз. № 71{11}.
Начальник разведуправления
Генштаба Красной Армии
генерал-полковник Ф. Кузнецов{12}
Начальник Главного разведуправления Красной Армии
генерал-лейтенант И. Ильичев
Начальник 4-го отдела разведуправления
Генштаба Красной Армии
полковник Романов
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 238–242. Копия.
№ 14. Справка-доклад разведывательного отдела штаба 3-й гвардейской армии 1-го Украинского фронта о политико-моральном состоянии противника за апрель 1945 г.
26 апреля 1945 г.
Апрельское наступление войск 3-й гв. армии на коттбуском направлении привело к частичному разгрому и деморализации частей пр-ка, действующих перед фронтом армии.
Многочисленные пленные показывают о больших потерях, понесенных частями 342, 275 пд, 10 тд СС, 21 тд и другими частями пр-ка, отходившими под ударами Красной Армии в направлении Коттбуса и далее на северо-запад.
В результате этих новых мощных ударов разлетелись в прах надежды тех солдат и офицеров, которые еще продолжали верить демагогической лжи Гитлера и Геббельса о том, что Германия имеет достаточно резервов и нового оружия, чтобы изменить ход военных событий, остановить и отбросить русские армии.
Пленный полковник Клейн — командир дивизии «Фридрих Людвиг Ян», захваченный 23.4, показал: «До весеннего наступления Красной Армии мы (немецкие офицеры) надеялись на то, что германское командование располагает достаточным количеством резервных дивизий и новым оружием, чтобы остановить противника на рубежах рек Одер и Эльба, а затем отбросить его. Однако успешное весеннее наступление русских окончательно убедило нас, что обещание применить новое оружие и уверения в победе Германии были лишь пропагандистскими трюками фюрера. Германское командование снова недооценило силы пр-ка и переоценило свои собственные силы».
Перед лицом полной военной катастрофы немецкое командование, стремясь оттянуть сроки окончательного разгрома германской армии, применило испытанное оружие беспощадного террора. Так, военнопленный солдат Курт Моргенрот, принадлежащий 4-й роте 12-го зап. противотанкового б-на, захваченный 19.4, показал: «В начале апреля 1945 г. солдатам был зачитан приказ Гитлера, согласно которому за утерю оружия (включая противогазы) виновные будут караться вплоть до расстрела, а за разложение немецких войск, распространение вредных слухов и разговоров виновные будут казнены через повешение».
Растратив свои людские резервы, командование германской армии вынуждено бросать в бой части, укомплектованные неблагонадежными элементами, как в национальном, так и в политическом отношении. Ранее эти части использовались в тылу немецких войск на оборонительных и других работах.
Военнопленный солдат Лоренц Бибер, принадлежащий к танкоистребительной роте 2-го полка 36 пд СС показал: 䋰 пд СС укомплектована политическими и уголовными преступниками, которые до недавнего времени содержались по нескольку лет в немецких концентрационных лагерях, а теперь призваны искупить свою «вину» на фронте. Офицерский состав дивизии укомплектован эсэсовцами, и дивизия имеет название «эсэсовской». Эти новоиспеченные солдаты настроены против гитлеровского режима, часто перебегают на сторону русских или дезертируют с поля боя.
В феврале месяце в Дубловиц солдатам был зачитан приказ Гитлера, согласно которому солдаты, добровольно сдавшиеся в плен (т. е. не будучи ранеными), заочно приговариваются к смертной казни, их семьи арестовываются, а имущество конфискуется. За дезертирство с поля боя производятся частые расстрелы. Дезертиров и трусов неоднократно расстреливал лично командир 2-го полка 36 пд СС полковник Эйлере».
Видя в национальной разношерстности армии угрозу ее разложения, немецкое командование пытается изолировать и сковать свободу действий солдат не немецкой национальности внутри армии, учитывая частые случаи перехода их на сторону Красной Армии.
Пленный солдат Томас Конад, принадлежащий 1-й роте 108-го зап. саперного батальона, показал: «Перед боем 17.04 солдатам 1-й роты был зачитан приказ, в котором указывалось, что в бою возле каждого француза, чеха, австрийца должен действовать немец, не допуская совместных действий солдат не немецкой национальности хотя бы попарно».
Солдат Курт Моргенрот из 4-й роты 12-го зап. противотанкового б-на показал, что «50 % личного состава батальона составляют эльзасцы, австрийцы, чехи и силезские немцы. Эти солдаты теперь более склонны сдаваться в плен, ибо территории их государств освобождены от немецких войск».
По многочисленным показаниям пленных, немецкие солдаты воюют неохотно, по принуждению со стороны офицеров и унтер-офицеров и из боязни попасть в плен, продолжая верить фашистской клевете о русском плене.
Как правило, солдаты очень боятся окружения, быстро впадают в панику при первом появлении русских танков и пехоты, рассеиваются по лесам, не желая оказывать упорного сопротивления. При этом теряется управление со стороны офицеров и часты случаи неподчинения.
Курт Моргенрот продолжал: 䋞.4 разбитые подразделения 108-го б-на были собраны в Казель, но в результате неожиданного сильного артналета
бежали в беспорядке и рассеялись по лесам. 19.4 4-я рота оборонялась по вост. берегу р. Шпрее, имея задачу драться до последнего и не допустить выхода русских на вост. берег реки. Во второй половине дня 19.4 солдаты узнали, что южнее их русские форсировали Шпрее. Боясь окружения, рота в панике начала переправляться через реку, при этом бежали и другие подразделения».
Солдат Томас Конад из того же б-на сообщил: «17.4 отходившей в беспорядке из р-на Деберн 1-й роте было приказано остановиться и перейти в контратаку. Лейтенант, пытавшийся остановить роту, был убит немецкими солдатами. 18.4 унтер-офицер 1-й роты Фоглендер заявил своим солдатам, что он больше не видит смысла оказывать сопротивление русским, и предложил своему отделению бежать на запад, чтобы сдаться там в плен американским войскам. Большинство солдат до настоящего времени боятся сдаваться в плен русским, находясь под влиянием фашистской пропаганды».
Выводы:
1. Политико-моральное состояние немецкой армии характеризуется ясным пониманием ее солдатами и офицерами неизбежности скорого окончательного военного поражения Германии. Отсюда — нежелание оказывать больше упорное сопротивление, случаи неподчинения и часто паническое беспорядочное отступление. Теперь не только солдаты, но и многие преданные национал-социалистическому режиму офицеры не верят более лживым обещаниям Гитлера и Геббельса, считая их ошибкой или обманом.
2. Большинство солдат и офицеров боятся до сих пор сдаваться в плен русским, опасаясь расстрела или каторжных работ в плену, страшатся карающей мести за совершенные немцами злодеяния, которую несет с собой наступающая Красная Армия.
3. Введенная германским командованием система жестокого террора по отношению к семьям добровольно перешедших в плен, всех нарушителей дисциплины и элементов, разлагающих немецкую армию, продолжает удерживать солдат в рамках повиновения и спасает германскую военную машину от полного развала.
4. В связи с большими потерями, понесенными на советско-германском фронте, и отсутствием достаточного количества контингентов для восполнения их германское командование вынуждено формировать новые соединения из морально-политически неблагонадежных элементов, освобожденных из концентрационных лагерей (35 и 36 пд СС).
Начальник РО штаба
3-й гвардейской армии
гвардии подполковник Купенко
Начальник 2-го отдела РО
штаба 3-й гвардейской армии
гвардии майор Копачинский
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 250–252. Подлинник.
№ 15. Информация разведуправления ГШ КА о группировке войск противника на 4 мая 1945 г.
5 мая 1945 г.
I. На 4.5.45 г. в составе вооруженных сил Германии выявлено 163 дивизии и бригады, в том числе:
— немецких — 153;
— венгерских — 3;
— инонациональных — 7.
II. Распределение дивизий противника по странам и театрам войны
1. Советско-германский фронт
По состоянию на 4.5.45 г. [здесь] установлено 114 дивизий и бригад, в том числе:
— немецких — 107;
— венгерских — 3;
— инонациональных — 4.
Кроме того, на советско-германском фронте действуют 87 отдельных полков и боевых групп, 285 отдельных батальонов противника.
В сравнении с картой группировки противника на 17.4.45 г. произошли следующие изменения:
Взяты на учет:
а) Вновь сформированные и прибывшие из тыловых районов Германии:
— 103 пбр СС — перед 2-м Белорусским фронтом;
— 1 уч. апд, 3 морпд, 1-я народно-гренад. див., пд «Регенер» (переименованная в 286 пд) — перед 1-м Белорусским фронтом;
— пд «Теодор Кернер», пд «Фридрих», пд «Саксония», 35-я полиц. пд СС — перед 1-м Украинским фронтом;
— 154, 158-я рез. див. — перед 4-м Украинским фронтом;
— 10 адд — перед 3-м Украинским фронтом.
б) Вновь восстановленные:
— 7, 83 пд — перед 3-м Белорусским фронтом;
— 549, 23, 35, 547 пд, 7 тд, 12 апд — перед 2-м Белорусским фронтом;
— 214, 344, 269, 168 пд, 20 эст. пд СС — перед 1-м Украинским фронтом;
— 254 пд — перед 4-м Украинским фронтом.
в) Прибыли с Западного фронта:
— пд «фон Гуттен», пд «Тарнхорст» — перед 1 — м Украинским фронтом. Итого двадцать восемь дивизий. Сняты с учета:
а) Как разгромленные:
— 1, 21, 32, 58, 93, 95, 170, 551, 561 пд, 28 лпд, 5 тд — перед 3-м Белорусским фронтом;
— 549, 281 пд, 28 пд СС «Валония», 27 пд СС «Лангемарк», 1 морпд, 25 мд, 7 тд, 547 пд, 103 пбр СС, 610-я рез. див. — перед 2-м Белорусским фронтом;
— 309, 303, 169, 712 пд, полиц. бр. «Вирт» (переформированная в 35-ю полиц. пд СС), 11 мд СС «Нордланд», 20 мд, мд «Мюнхеберг», 23 мд СС «Нидерланды», 391-я охр. див. (переименованная в 337 пд), 9 адд, 606-я рез. див., 5 лпд, пд «Регенер» (переименованная в 286 пд), 113 тд (сформированная на базе тд «Силезия»), 1-я уч. апд, 3-я морпд, 1-я народно-гренад. див., пд «Курмарк» (переформированная в мд «Курмарк»), 32 пд СС, 608-я рез. див. — перед 1-м Белорусским фронтом;
— 21 тд, тд «Охрана фюрера», 10 тд СС «Фрунсберг», мд «Бранденбург», 35-я полиц. пд СС, 36 пд СС, 545 пд, 342, 344, 275, 214 пд — перед 1-м Украинским фронтом;
— 999-я креп, бр., 3 гсбр (хорват.) — перед 3-м Украинским фронтом.
б) Как расформированные:
— фюрерско-гренадерская тд — перед 1-м Белорусским фронтом;
— рез. див. «Меттершток» — перед 1-м Украинским фронтом;
— 487-я пех. див. — перед 3-м Украинским фронтом.
в) Убывшие с советско-германского фронта:
— 264 пд, убывшая в Данию, — перед 3-м Украинским фронтом.
Итого пятьдесят девять дивизий.
В результате количество соединений противника на советско-германском фронте уменьшилось на тридцать одну дивизию.
На 4.5.45 г. на советско-германском фронте прекратили свою деятельность штабы противника: СГА, группы армий «Висла», 2, 4, 9, 11-й армий и 3-й танков. армии.
2) Вне советско-германского фронта
Вне советско-германского фронта на 4.5.45 г. установлено 49 дивизий, в том числе:
— немецких — 46;
— инонациональных — 3.
По странам и театрам военных действий эти дивизии распределяются:
— Западный фронт — 33 дивизии (2, 11-я морские, 36, 47, 84, 106, 159, 212, 226, 256, 257, 265, 319, 331, 346, 347, 361, 405, 413, 416, 553, 716-я пех. дивизии, 34-я голландская пд СС; 38 пд СС «Нибелунги» 2 гсд; 17 мд СС «Гетц фон Берлихинген», 15 мд; 2, 11 тд, тд «Клаузевиц» 6, 7, 8 адд).
— Норвегия —7 дивизий (274, 295, 702 пд; 14 апд; 230, 270, 280-я дивизии береговой обороны).
— Дания — 4 дивизии (199, 264 пд, 160, 233 рд).
— Югославия — 3 инонациональных дивизии (21 пд СС «Скандберг», 369, 392 пд хорватов);
— Северо-восточная часть Италии (Истрия) —2 дивизии (237 пд, 188 рд).
В сравнении с картой группировки противника на 17.4.45 г. произошли следующие изменения:
Взяты на учет:
— как вновь сформированные — тд «Клаузевиц», 38 пд СС «Нибелунги»
— как восстановленные— 106, 212, 264, 716 пд, 233 рд;
— как переформированные из дивизий особого назначения — 405, 413 пд. Итого — девять дивизий, из них 264 пд и 233 рд восстановлены в Дании, а остальные дивизии введены в бой на Западном фронте. Сняты с учета:
— как разгромленные—16, 26, 166, 198, 246, 340, 352, 559, 719 пд — на Западном фронте, 373 пд хорватов — в Югославии;
— как капитулировавшие в Северной Италии — 26 тд, 29, 90 мд, 34, 65, 94, 98, 232, 278, 305, 334, 362 пд, 42, 114 лпд, 5 гсд, 148, 157 рд, 155 упд, 1, 4 адд — немецкие; 162-я инонациональная пд; пд «Италия», пд «Литторио», пд «Сан Марко», пд 䋖 Мае», гсд «Монте Роза» — итальянские;
— как расформированные — 538-я погран. дивизия — в Австрии, 30 пд СС — в Германии.
Итого — тридцать восемь дивизий.
В результате количество соединений противника вне советско-германского фронта уменьшилось на двадцать девять дивизий.
Кроме того, сняты с учета числившиеся на особом учете 17 административных штабов дивизионного типа:
— девять запасных (депо) дивизий (147, 152, 193, 418, 464, 465, 467, 471, 473-я).
— восемь дивизий особого назначения (404, 405, 407, 410, 413, 438, 539, 540-я), использованные для новых формирований (405 и 413 пд) и пополнения действующих соединений, а также как дислоцировавшиеся ранее на территории Германии, занятой Красной Армией и англо-американскими войсками.
3) В стадии формирования и восстановления находятся в Чехословакии и Австрии — 11 адд, 49, 88, 291, 469 пд.
ИТОГО — пять дивизий.
Приложение: карта группировки противника{13}.
Начальник разведуправления
Генштаба Красной Армии
генерал-полковник Ф. Кузнецов
Начальник Главного разведуправления Красной Армии
генерал-лейтенант И. Ильичев
Начальник 4-го отдела разведуправления
Генштаба Красной Армии
полковник Романов
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 267–271. Копия.
№ 16. Информация разведуправления ГШ КА о перегруппировке войск противника с 17 апреля по 4 мая 1945 г.
5 мая 1945 г.
I.
За вторую половину апреля месяца основные перегруппировки противника отмечены на штеттинском, берлинском, коттбуском, моравска-остравском направлениях и на направлении Брно.
II. Изменения в группировке противника
В Курляндской группе войск противник вывел в резерв 12 тд, 126 пд и ввел в первую линию 263 пд.
В районе юго-восточнее Данцига выявлены вновь восстановленные: 83, 7, 23, 35 пд и 12 апд.
С целью противодействия наступлению войскам Красной Армии на штеттинском, берлинском и коттбуском направлениях противник ввел в бой:
— 118 тд (ранее учитывалось как тд «Силезия»), 28 пд СС «Валония», 27 пд СС «Лангемарк», 1-ю морскую пд, 23 мд СС «Нидерланды», 10 тд СС «Фрунсберг» — из резерва;
— 7 тд, 549, 547, 214, 344 пд — вновь восстановленные;
— 3-ю морскую пд, 1-ю народно-гренадерскую дивизию, 103 пбр СС, 286 пд (ранее учитывалась как пд «Регенер»), 1-ю учебно-авиаполевую дивизию, 35-ю полицейскую пд СС (ранее учитывалась как полицейская бригада «Вирт») — вновь сформированные;
— тд «Охрана фюрера» — переброшенную из ЦГА.
(Все перечисленные 17 дивизий, введенные в бой на этих направлениях, были разгромлены.)
25 мд, ранее действовавшая в районе вост. Берлина, была переброшена на штеттинское направление (в последующем разгромлена).
За это же время в районе южнее и юго-западнее Берлина были выявлены: пд «фон Гуттен», пд «Шарнгорст» (переброшенные с западного фронта), пд «Теодор Кернер», пд «Фридрих» и пд «Саксония».
В Центральной группе армий и группе армий «Юг» выявлены: 269 пд, 20 эст. пд СС, 168, 254 пд — вновь восстановленные и 158, 154-я рез. див., 10 адд — вновь сформированные.
Противник перебросил: 1-ю лыжно-егер. дивизию из района юж. Опава в район южнее Нейссе; 19 тд из района зап. Цешина, тд «Фельдхернхалле» из района Бржеслава и 6 тд из района сев. Вены в район Брно.
9 тд СС «Хоенштауфен» (нем.) и 27 пд (венгр.) выведены в резерв.
264 пд с загребского направления убыла в Данию.
Выводы:
1. Отмеченные перегруппировки противника во второй половине апреля месяца были связаны, главным образом, с противодействием наступлению Красной Армии на берлинском направлении.
2. За вторую половину апреля на советско-германском фронте выявлено двадцать восемь дивизий (83, 7, 23, 35 пд, 12 апд, 7 тд, 549, 547, 215, 344, 269 пд, 20 эст. пд СС, 168, 254 пд — вновь восстановленные, и 103 пбр СС, 3-я мор. пд, 1-я народно-гренад. див., 286 пд, 1-я учебно-авиаполевая див., 35 полиц. пд СС, пд «фон Гуттен», пд «Шарнгорст», пд «Теодор Кернер», пд «Фридрих», пд «Саксония», 158, 154-я рез. див., 10 адд), из них одиннадцать за этот период были разгромлены.
Приложение: карта перегруппировки противника, экз. № 71
Начальник разведуправления
Генштаба Красной Армии
генерал-полковник Ф. Кузнецов
Начальник 4-го отдела разведуправления
Генштаба Красной Армии
полковник Романов
ЦАМО РФ. Ф.236. Оп.2721. Д. 166. Л. 272–273.
№ 17. Информация разведуправления ГШ КА о группировке ВВС противника на 4 мая 1945 г.
5 мая 1945 г.
I. На 4 мая 1945 г. в составе ВВС противника насчитывается 1360 боевых самолетов в составе:
— семнадцати групп бомбардировщиков;
— шестнадцати групп штурмовиков;
— двадцати пяти групп одномоторных истребителей;
— пятнадцати групп двухмоторных истребителей;
— одного отряда бомбардировщиков;
— одного отряда ночных истребителей;
— двадцати одного отряда дальних разведчиков;
— одиннадцати отрядов ближних разведчиков.
Из 1360 боевых самолетов 1150 самолетов находятся в действующих частях.
II. Распределение ВВС противника по театрам войны
а) Норвегия — действуют части оперативной группы «Камхубер», общей численностью 250 боевых самолетов в составе:
— одной группы бомбардировщиков (II — 26 бэ);
— семи групп одномоторных истребителей (III, IV — 5, I, II, III — 26, II, III —77 иэ);
— одной группы двухмоторных истребителей (IV — 26 эди);
— семи отрядов дальних разведчиков (1/22, 1/120, 1/124 рг; 1,2,3/130 гмбр; 5 мо);
— одного отряда ближних разведчиков (1/32 гбр).
б) Курляндия — дислоцируются части оперативной группы «Север», общей численностью 100 боевых самолетов, действующие на советско-германском фронте, в составе:
— трех групп одномоторных истребителей (I — 51, I, II — 54 иэ);
— пяти отрядов ближних разведчиков (1,2,3/4; 1,2/5 гбр).
в) Дания и Северная Германия — дислоцируются части оперативной группы «Север», общей численностью 275 боевых самолетов, в составе:
— одной группы бомбардировщиков (III — 77 бэ);
— двух групп штурмовиков (I — 3, II — 77 шэ);
— одной группы одномоторных истребителей (III — 3 иэ);
— шести групп двухмоторных истребителей (II — 1, IV — 2, I — 3, II, IV — 5 эди; одна группа реактивных истребителей);
— восьми отрядов дальних разведчиков (3/22, 1,5/122 рг; 4/54 гнр; 1,3/196 гмбр; 1,76 мо);
— двух отрядов ближних разведчиков (2/3; 4/31 гбр). Из 275 боевых самолетов до 200 самолетов действуют на советско-германском фронте.
г) Чехословакия и Австрия — дислоцируются части оперативной группы «Юг», общей численностью 525 боевых самолетов, в составе:
— четырех групп бомбардировщиков (I, III — 1, I, II — 27 бэ);
— одиннадцати групп штурмовиков (I, II — 1; I, III — 2; II, III — 3, II — 4, I, II, III — 10, 111 — 77 шэ);
— пяти групп одномоторных истребителей (II — 51, II, III — 52, I — 53, I — 77 иэ);
— четырех групп двухмоторных истребителей (II — 1 эди; I — 2; II — эни; одна группа реактивных истребителей);
— одного отряда бомбардировщиков (14/27 бэ);
— одного отряда ночных истребителей (1/100 эни);
— шести отрядов дальних разведчиков (2/11, 2/100, 3,4/121 рг; 1,3/54 гнр);
— трех отрядов ближних разведчиков (1,3/14, 5/41 гбр).
Из 525 боевых самолетов 300–400 самолетов действуют на советско-германском фронте.
Таким образом, из состава ВВС противника, дислоцирующихся в Курляндии, Дании, Германии, Чехословакии и Австрии, на советско-германском фронте действуют 600–700 боевых самолетов.
д) Неоперативные части, неотмечающиеся части и парковый ремонт, общей численностью 210 боевых самолетов.
Состав неоперативных частей
— Одиннадцать групп бомбардировщиков (I, III — 26, IV — 27, I, II, III — 53, I, II, III — 55, I, II — 100 бэ);
— три группы штурмовиков (I, III — 4, I — 77 шэ);
— девять групп одномоторных истребителей (I, II — 5, I, II, III — 11, III, IV —51, I, II — 300 иэ);
— четыре группы двухмоторных истребителей (I, III — 1 эди; I — 1, II— 100 эни).
В сравнении с картой группировки ВВС противника на 17.4.1945 г. в составе немецких ВВС произошли следующие изменения:
1) Управления 1, 6, 4-го воздушных флотов, воздушного флота «Рейх», оперативных групп «Холле» и «Рихтгофен», ранее действовавшие на советско-германском, западном и итальянском фронтах расформированы, а все оставшиеся боевые части немецких ВВС объединены в один воздушный флот. Для оперативного руководства боевой деятельностью ВВС созданы две оперативные группы — «Север» и «Юг».
2) Сняты с учета:
— как разгромленные и расформированные:
— двадцать восемь групп бомбардировщиков (I, II, III — 1, I, II, III — 2, II — 4, I, II, III — 6, III — 27, две группы — 40, I, II — 51, I, II, III — 54, I — 66, I, II, III — 76, I, II — 77, III — 100 бэ; I, II, III — 1 смэ);
— пять групп штурмовиков (III — 1, II — 2, I — 5, I, II — 9 шэ);
— сорок одна группа одномоторных истребителей (I, II, III — 1, I, II, III — 2, I, II, IV — 3, I, II, III, IV — 4, I, II, III — 6, I, II, III, IV — 27, I — 52, II, III, IV — 53, III, IV — 54, I, II, III — 76, III, IV — 300, I, II, III, IV — 301, I, II, III — 302; 10 сиг; 10 ониг; 1—11 эни);
— двадцать одна группа двухмоторных истребителей (III–I, II, III — 2, III, IV — 3, II, III — 4, I, III — 5, I, И, III, IV — 6, I — 7, I, II — 200 эни; одна группа ночных истребителей, I, II, III — 26 эди; одна группа реактивных истребителей);
— один отряд бомбардировщиков (14/55 бэ);
— четыре отряда штурмовиков (10, 12, 13, 14/9 шэ);
— девять отрядов ночных истребителей (10/1; 2, 3, 7/4; 3, 4, 7, 8, 9/100 эни);
— шестнадцать отрядов дальних разведчиков (4/14; 2/22; 1/31; 4/120; 1/121; 2, 4, 6/122; 5/123; 3/124 рг; 2/54 гнр; 4/11 рд ДД; 1, 3/126; 2/131; 2/196 гмбр);
— двадцать три отряда ближних разведчиков (1, 2, 3/1; 1, 2, 3/2; 1,2/6; 1, 2, 3/8, 1, 2, 3/11; 1, 2, 3/12; 1,2, 3, 12/13; 1/21; 7/32 гбр).
3) Переведены из состава действующих частей и зачислены в неоперативные части:
— III и IV группы — 51 иэ — с аэродромов Курляндии;
— I группа — 1 эни, I, II, III группы — 11 иэ, II, III группы — 4 шэ с аэродромов Северной Германии.
Выводы:
1. За период с 17.4 по 4.5.45 г. в составе ВВС противника в результате снятия с учета двадцати восьми групп и одного отряда бомбардировщиков, пяти групп и четырех отрядов штурмовиков, шестидесяти двух групп и девяти отрядов истребителей и тридцати девяти отрядов дальних и ближних разведчиков, а также перевода в неоперативные части двух групп штурмовиков и шести групп истребителей произошло уменьшение на 3000 самолетов.
2. Из 1150 боевых самолетов противника, находящихся в действующих частях, 600–700 самолетов действуют на советско-германском фронте.
Приложение: карта группировки ВВС противника, экз. № 71{17}.
Начальник разведуправления
Генштаба Красной Армии
генерал-полковник Ф. Кузнецов{18}
Начальник Главного разведуправления
Красной Армии
генерал-лейтенант И. Ильичев{18}
Начальник 4-го отдела разведуправления
Генштаба Красной Армии
полковник Романов
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 274–277. Копия.
Содержание главы
№ 18. Доклад командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о плане берлинской наступательной операции. № 00297/оп. 10 февраля 1945 г. 15.15
№ 19. Оперативная директива командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 8-й гвардейской, 69-й и 33-й армиями на проведение берлинской операции № 00310/оп. 13 февраля 1945 г. 02.10
№ 20. Оперативная директива командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 47-й, 5-й ударной,1-й и 2-й гвардейскими танковыми армиями на проведениеберлинской операции. № 00309/оп. 13 февраля 1945 г. 02.45
№ 21. Ходатайство командующего войсками 1-го Белорусского фронта перед Верховным Главнокомандующим о выделении дополнительных сил и средств для проведения берлинской операции. 27 февраля 1945 г. 01.00
№ 22. Директива командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 3-й ударной и 47-й армиям, начальнику тыла фронта, начальнику войск НКВД по охране тыла фронта о борьбе с немецкой агентурой и создании прифронтовой полосы отселения. № 00478/оп. 28 марта 1945 г.
№ 23. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Белорусского фронта на подготовку и проведение берлинской операции. № 11059. 2 апреля 1945 г.
№ 24. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 61-й, 16-й воздушной и 1-й Польской армиями на проведение разведки боем с форсированием реки Одер. № 00534/оп. 11 апреля 1945 г. 02.25
№ 25. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 3-й и 5-й ударными, 8-й гвардейской, 69-й, 33-й, 47-й и 16-й воздушной армиями на проведение разведки боем. № 00535/оп. 11 апреля 1945 г. 02.25
№ 26. Частная оперативная директива командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 5-й ударной, 8-й гвардейской, 1-й и 2-й гвардейскими танковыми армиями о переходе в наступление. № 00539/оп. 12 апреля 1945 г. 03.00
№ 27. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 5-й и 3-й ударными, 8-й гвардейской, 69-й, 33-й, 47-й и 16-й воздушной армиями о переносе времени начала разведки. № 00546/оп. 12 апреля 1945 г. 16.40
№ 28. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 3-й и 5-й ударными, 8-й гвардейской, 69-й и 16-й воздушной армиями о времени начала артподготовки и атаки переднего края противника. № 533/оп. 15 апреля 1945 г. 15.30
№ 29. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 33-й и 47-й армиями о времени начала артподготовки и атаки переднего края противника. № 00554/оп. 15 апреля 1945 г. 15.40
№ 30. Указания командующего войсками 1-го Белорусского фронта подчиненным войскам о мерах безопасности при обращении с боеприпасами, захваченными в немецких траншеях. № 00555/оп. 15 апреля 1945 г. 19.00
№ 31. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта всем командующим армиямио порядке действий на вторые сутки берлинской операции. № 00558/оп. 16 апреля 1945 г. 19.30
№ 32. Указание Военного совета 1-го Белорусского фронта военным советам 5-й ударной, 8-й гвардейской, 69-й, 1-йи 2-й гвардейских танковых армий об изготовлении красных боевых стягов для водружения над правительственными зданиями в Берлине. 16 апреля 1945 г. 02.00
№ 33. Оперативная сводка штаба 1-го Белорусского фронта начальнику оперативного управления ГШ КА о первом дне общего наступления. № 00106/пп. 16 апреля 1945 г. 24.00
№ 34. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта всем командующим армиями о выброске в тыл противника диверсионных отрядов. № 00564/оп. 17 апреля 1945 г. 1.30
№ 35. Боевое донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о первом дне берлинской операции. № 00453. 17 апреля 1945 г. 01.50
№ 36. Боевое распоряжение командующего 8-й гвардейской армией командирам 4-го, 29-го и 28-го гвардейских стрелковых корпусов, заместителю командующего по инженерным войскам о выброске диверсионных отрядов в тыл противника. 17 апреля 1945 г. 11.35
№ 37. Указание Верховного Главнокомандующего командующему войсками 1-го Белорусского фронта о важности скорейшего взятия Берлина советскими войсками. № 11069. 17 апреля 1945 г. 17.50
№ 38. Приказ командующего войсками 1-го Белорусского фронта всем командующим армиями и командирам отдельных корпусов о необходимости устранения недостатков и активизации наступательных действий на Берлин. 17 апреля 1945 г. 20.30
№ 39. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 2-й гвардейской танковой армией на продолжение наступательных действий. № 00565/оп. 17 апреля 1945 г. 22.30
№ 40. Распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 1-й и 2-й гвардейскими танковыми армиями, командиру 9-го танкового корпуса о запрете выдачи водки всему личному составу. № 10388. 17 апреля 1945. 22.45
№ 41. Донесение начальника политического отдела 69-й армии начальнику политического управления 1-го Белорусского фронта о морально-политическом состоянии личного состава. № 0470. 18 апреля 1945 г.
№ 42. Политическое донесение начальника политического отдела 69-й армии начальнику политического управления 1-го Белорусского фронта о некоторых итогах и недостатках первого дня боя на одерском плацдарме. № 0471. 18 апреля 1945 г.
№ 43. Приказ командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 1-й и 2-й гвардейскими танковыми, 5-й ударной, 8-й гвардейской и 33-й армиями об улучшении организации наступления на Берлин. № 00566/оп. 18 апреля 1945 г. 22.00
№ 44. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командиру 9-го танкового корпусао незамедлительном выходе в район Фройденберга. 18 апреля 1945 г. 24.00
№ 45. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командиру 11-го танкового корпуса о незамедлительном выходе в район Вердера и Беторсхагена. 18 апреля 1945 г. 24.00
№ 46. Донесение командира 79-го стрелкового корпуса Военному совету 3-й Ударной армии о неудовлетворительном взаимодействии с частями 9-го гвардейского танкового корпуса. 19 апреля 1945 г.
№ 47. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим армиями и отдельными корпусами о запрещении продвижения бронетанковой техники по дорогам Германии. 19 апреля 1945 г. 20.00
№ 48. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 2-й гвардейской танковой армией на продолжение наступления и выход в район Вернойхен. № 00572/оп. 20 апреля 1945 г. 00.20
№ 49. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командиру 7-го гвардейского кавалерийского корпуса о наступлении в западном направлении. № 00576/оп. 20 апреля 1945 г. 05.45
№ 50. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 2-й гвардейской танковой армией с требованием первыми ворваться в Берлин. 20 апреля 1945 г. 21.50
Глава посвящена подготовке Берлинской операции и ходу боевых действий вплоть до выхода войск 1-го Белорусского фронта на окраину Берлина. Приводимые ниже более 30 документов Ставки Верховного Главнокомандования, фронта, армий и отдельных соединений носят разноплановый характер. Это директивы, приказы, боевые распоряжения, оперативные сводки, а также различные частные указания. Естественно, в ограниченных объемах сборника невозможно дать даже перечень всех подобных документов, поэтому составители включили лишь их малую толику. Приоритет отдавался документам, имеющим ключевое значение для более полного показа Берлинской операции, а также малоизвестным или совсем неизвестным материалам того времени. Читателям предлагаются документы, в которых не только дается описание успехов войск 1-го Белорусского фронта, но и приводится первичный анализ недостатков, выявленных прежде всего в ходе прорыва немецкой обороны на Зееловских высотах. Документы в своем абсолютном большинстве подлинники; они во многом дополняют образы известных советских полководцев, раскрывают их интриги и погоню за лаврами «основного победителя».
Более глубоко и комплексно осмыслить действия войск 1-го Белорусского фронта можно при ознакомлении со сводками обобщенного боевого опыта и материалами научных конференций, приводимыми в приложении к сборнику.
№ 18. Доклад командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о плане берлинской наступательной операции
№ 00297/оп 10 февраля 1945 г. 15.15
I.
Противник производит перегруппировку войск группы армий «Висла» с целью организовать устойчивую оборону на подступах к Штеттину и на рубеже р. Одер.
Стремясь не допустить выхода наших войск к Штеттину и изоляции померанской группировки, противник усиливает левое крыло группы армий «Висла», перебрасывая соединения с курляндского плацдарма и из Восточной Пруссии. Одновременно усиливает 9-ю армию, прикрывающую Берлин с востока, выдвигая в первую линию новые дивизии: 21 тд, 25 мд, 15 тд СС, 212 тд и пд «Деберити» для развития и укрепления обороны по зап. берегу р. Одер и по системе озер восточнее Берлина.
Кроме этого спешно перебрасывает с Западного фронта на берлинское направление 6 ТА СС […]общей численностью до шести танковых и до шести пехотных дивизий.
II.
Цель операции — сорвать оперативное сосредоточение противника, прорвать его оборону на западном берегу р. Одер и овладеть городом Берлином.
III. Задачи армий по дням и рубежам. 47-я армия — прорвать оборону противника на участке Ной Левин, Ортвиг и, развивая удар в общем направлении на Врицен, Трампе, Клостерфельде, Креммен, овладеть рубежами:
а) в первый день операции — Ной Литцегерике, Альтмэдевитц, Врицен, Вевэ, искл. Кунерсдорф;
б) во второй день операции — Нидерфинов, Хоенфинов, искл. Штайнбек;
в) на четвертый день операции — искл. Кол. Берг, Лоттше, Клостерфельде, Вандлитц;
г) на пятый день операции — искл. Кол. Берг, искл. Либенвальде, восточная окраина Зандхаузен, искл. Кол. Боргсдорф;
д) в дальнейшем правым флангом и центром удерживать занятый рубеж, левым флангом выдвинуться на фронт: Ораниенбург, Шванте с задачей обеспечивать правый фланг ударной группы от контрударов противника с севера и с северо-запада.
Фронт прорыва — 5 км.
Плотность артиллерии — 250 стволов на 1 км фронта прорыва.
Разграничительные линии:
Справа: Петцих (14 км зап. Зольдин), Альт Литцегерике, Бад Фрайенвальд, Эберсвальде, Мариенвердер, Либенвальде, Нассенхайде. Все пункты кроме Бад Фрайенвальд и Эберсвальде исключительно для 47-й армии.
Слева: Бернойхен (18 км ю-зап. Зольдин), Гросс Ноендорф, Кунерсдорф, Штайнбек, Бизенталь, Велефанц. Все пункты, кроме Гросс Ноендорф, Кунерсдорф и Штайнбек, включительно для 47-й армии.
5-я ударная армия с 9 тк — прорвать оборону противника на участке: искл. Ортвиг, искл. Зофиенталь и, развивая удар в общем направлении на Нойтреббин, Штернебек, Бернау, Геннинсдорф, овладеть рубежами:
а) в первый день операции — Кунерсдорф, Готтесгабс, Ной Харденберг;
б) во второй день операции — Штайнбек, Претцель;
в) на четвертый день операции — Басдорф, Шенвальде, искл. Буххольц.
В дальнейшем развивать удар на Геннинсдорф, Бризеланг, с целью охватить Берлин с севера и северо-запада.
Фронт прорыва — 7 км.
Плотность артиллерии — 300 стволов на 1 км фронта прорыва.
Разграничительная линия слева: Ландсберг, р. Варта, Кюстрин, Горгаст, оз. Штаф-зее, Вернойхез, Хермсдорф. Все пункты включительно для 5-й ударной армии.
8-я гв. армия с 11 тк — прорвать оборону противника на участке: Ратшток, Ной Подельциг и, развивая удар в общем направлении Зеелов, Штраусберг, Бланкенбург, овладеть рубежами;
а) в первый день операции — искл. Ной Харденберг, Альт Розенталь, Дидерсдорф;
б) во второй день операции — Грунов, Буков, Мюнхеберг;
в) на четвертый день операции — Каров, Мальхов, Хоэншонхаузен.
В дальнейшем овладеть северной частью города Берлина.
Фронт прорыва — 7 км.
Плотность артиллерии 300 стволов на 1 км фронта прорыва.
Разграничительная линия слева: Глассен, Дроссен, Альт-Подельциг, Мюнхеберг, Петерсхаген, Лихтенберг, Сименсштадт, все пункты включительно для 8-й гв. армии.
69-я армия — прорвать оборону противника на участке: искл. Альт — Подельциг, Лебус и развивать удар в общем направлении Хайнерсдорф, Херцфельде, Каульсдорф, овладеть рубежами:
а) в первый день операции — Лицеи, Петерсхаген, Зиферсдорф;
б) во второй день операции — искл. Мюнхеберг, Буххольц, Фридсхоф;
в) на четвертый день операции — Бисдорф, Карлсдорф, Идельрсхоф, Венденшлос.
В дальнейшем овладеть центральной частью города Берлина.
Фронт прорыва — 5 км.
Плотность артиллерии — 250 стволов на 1 км фронта прорыва.
Разграничительная линия слева: Штернберг, Реппен, Франкфурт-на-Одере, Фюрстенвальде, Мариендорф, Далем, все пункты, кроме Мариендорф, исключительно для 69-й армии.
33-я армия — прорвать оборону противника на участке: искл. Цшецшнов, Брисков, и, развивая удар правым флангом в общем направлении Лихтенберг, Кочендорф, Вильдау и обеспечивая свой левый фланг от ударов противника с юга и юго-запада, овладеть рубежами:
а) в первый день операции — Петерсдорф, Биген, Дубров, Шлаубхаммер, Оринкенхерд;
б) во второй день операции — Беркенбрюк, Штрейтберг, Драхендорф, Расмансдорф, Миксдорф, Бремсдорф, Нойцеллс;
в) на четвертый день операции — Шмеквиц, Нидерлеме, Зенциг, Гросс-Клайн, Мюнхегоф, Кассенблатт.
В дальнейшем овладеть юго-зап. частью г. Берлина и рубежом: Целен-дорф, Штонсдорф, Шпутендорф, Витшток, Цоссен, Гросс-Крейс, Мюнхегоф.
Фронт прорыва — 5 км.
Плотность артиллерии — 200 стволов на 1 км фронта прорыва.
Разграничительная линия слева: Унруштадт, р. Фауле-Обра, р. Одер, Ратцдорф, Фридланд, Гросс-Крейс, Михендорф, все пункты включительно для 33-й армии.
2 гв. ТА после атаки, с продвижением пехоты на 2 км, приступить к переправе через р. Одер на участке Альт-Блессин, Гросс-Нойендорф.
С выходом пехоты 47-й армии и 5-й уд. армии на рубеж Врицен, Ной Харденберг войти в прорыв на участке Врицен, Кунерсдорф, и, развивая удар в общем направлении Штайнбек, Биркенвердер, на второй день ввода в прорыв выйти в район: Вельтен, Бризелинг, Фарлянд, Шпандау с задачей, обеспечивая себя от контрударов противника с северо-запада и запада, овладеть западной и северо-западной частью г. Берлина.
Артиллерийское и инженерное обеспечение ввода в прорыв армии возлагаю на командующего 47-й армией. Авиационное обеспечение — на командующего 16-й воздушной армией.
1 гв. ТА после атаки с продвижением пехоты на 2 км приступить к переправе через р. Одер на участке: искл. Гросс-Ноендорф, искл. Каленциг.
С выходом пехоты 5-й уд. армии на рубеж Кунерсдорф, Ной-Харденберг войти в прорыв на участке искл. Кунерсдорф, Карнсдорф и, развивая удар в общем направлении Претцель, Вернойхез, ударом с севера и северо-востока на второй день ввода в прорыв овладеть восточной и северо-восточной частью г. Берлина.
Артиллерийское и инженерное обеспечение ввода в прорыв армии возлагаю на командующего 5-й ударной армией.
Авиационное обеспечение — на командующего 16-й воздушной армией.
В связи с отставанием 2-го Белорусского фронта оставляю для обеспечения главной группировки фронта от ударов противника с севера с задачей оборонять рубежи:
3-я ударная армия — двумя корпусами — Обендорф, Цемпельбург, Ной Баттров, Баумгартен, Куменфлисс, юж. окр. Ландек.
Один стрелковый корпус к утру 13.2.45 г. сосредоточить в район Нойведель для смены 61-й армии.
2 гв. кк — искл. Ландек, Баренбуш, юж. окр. Барк, искл. Цахарин, искл. Редевитц.
1 ПА — Редевитц, Хаугсдорф, Хансфельде, Меркиш-Фридланд, Альт-Любитц.
7 ск с приданным ему 115 УР к утру 14.2.45 г. сменить 61 А на рубеже искл. Альт-Любитц, Калисс, Вильдорф, Гламбек, Клайн Зильберг, Реетц.
7 гв. кк с приданным ему 119 УР к утру 14.2.45 г. сменить части 61-й армии и 12 гв. тк, 2 гв. ТА на рубеже: искл. Реетц, Шлангентин, Браллентин, Барнимскунов, Земсдорф.
61-я армия — после передачи боевого участка 7 ск перейти в район Зольдин с задачей к утру 17.2.45 г. сменить части 2 гв. ТА и 1 гв. ТА на рубеже искл. Земсдорф, Альт-Грапе, юж. окр. Бан, юж. окр. Ухтдорф, вост. берег р. Одер до Альт-Литцегерике.
Задача армии упорно оборонять этот рубеж, с переходом в наступление часть сил выдвигать за 47-й армией для выставления заслонов по южному берегу Альт-Одер и Канал Гогенцоллерн с целью прикрывать правый фланг ударной группы фронта от контрударов противника с севера.
По мере продвижения 2-го Белорусского фронта предполагаю войска 3-й уд. армии последовательно перебрасывать на р. Одер для действий на берлинском направлении, а всеми силами 1 ПА, 2 и 7 гв. кк последовательно переходить от обороны к наступлению и развивать удар на Штыргард.
16-я воздушная армия всеми силами обеспечивает действия ударной группы фронта:
а) истребительная авиация прикрывает переправы и боевые порядки войск ударной группы, обеспечивает ввод в прорыв 2 и 1 гв. ТА и их действия в глубине. Общая задача истребительной авиации — завоевать господство в воздухе в районе Берлина;
б) штурмовая авиация до ввода в прорыв подвижных войск подавляет артиллерию противника и обеспечивает наступление общевойсковых армий. С вводом в прорыв 2 и 1 гв. ТА основная задача штурмовой авиации — обеспечить действия этих армий;
в) бомбардировочная авиация наносит массированные удары по артиллерии противника, разрушает переправы на участке юж. берег Бухты Померанской, Штеттин. Наносит массированные удары по железнодорожному узлу Берлин и не допускает подхода крупных резервов противника к району Берлина.
IV. Перегруппировку сил и средств с правого фланга фронта на р. Одер я могу начать только с переходом 2-го Белорусского фронта в наступление, т. е. с 10.2.45 г. и закончу ее 18.2.45 г. В связи с этим войска, предназначенные для действий на Берлин, будут подготовлены к переходу в наступление лишь 19–20.2.45 г.
Наступление на Берлин могу начать 20.2.45 г.
V. Для полного проведения Берлинской операции необходимо иметь:
а) боеприпасов — по тяжелым калибрам — 6, по остальным — 4 боевых комплекта.
б) горюче-смазочных материалов для танков — 3 заправки, для автомашин — 4, для авиации — 8 заправок.
VI. Докладывая изложенное, прошу:
1. Утвердить представляемый мною план наступательной операции.
2. Дать указания об ускорении продвижения занаряженных фронту{20} транспортов с боеприпасами и дополнительно отпустить:
мин 82 мм……….. 500 тысяч
мин 120 мм……….. 100 тысяч
мин 160 мм……….. 20 тысяч
снарядов 76 мм ПА 27……. 100 тысяч
снарядов 76 мм ПА 43……. 40 тысяч
снарядов 76 мм ПА…….. 500 тысяч
снарядов 122 мм гаубичных….. 80 тысяч
снарядов 122 мм пушечных….. 10 тысяч
снарядов 152 мм 37 г…….. 30 тысяч
снарядов 203 мм……… 5 тысяч
снарядов 280 мм……… 700 штук
снарядов 152 мм ВР-2……. 500 штук
снарядов 210 мм……… 200 штук
мин РС М-13………. 27 тысяч
мин РС М-31………. 10 тысяч
Командующий войсками 1-го Белорусского фронта
Маршал Советского Союза Г. Жуков
Член Военного совета
1-го Белорусского фронта
генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233.Оп. 2307. Д. 193. Л. 9—18. Подлинник.
№ 19. Оперативная директива командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 8-й гвардейской, 69-й и 33-й армиями на проведение берлинской операции
№ 00310/оп 13 февраля 1945 г. 02.10
1. Части 212 пд, 21 тд, две тд неустановленной нумерации, 433-я зап. дивизия, 1-й сводный полк Потсдамской военной школы, полк СС «Курмарк», зап. полк «Великая Германия», 2-й полицейский полк, боевая группа «Зитлер», 459, 514, 338-й зап. батальоны, 540-й саперный, 28, 845, 928, 932-й зап. саперные батальоны, 65, 471-й охр. батальоны, штурмовой батальон С А, 103-й крепостной батальон, 16-й учебный батальон СС, 142/69 и 16-й батальоны фольксштурма и боевая группа ГРО, усиленные 359-м артполком РГК, 59-м тяж. артдивизионом РГК, 26-м артдивизионом, 75 и 6-м зап. артдивизионами, четырьмя артдивизионами неустановленной нумерации и 118-м минометным дивизионом, упорно обороняются на рубеже: Геншмар, Альт-Блейэн, Кюстрин, приг. Китц, Горгаст, Ратшток, Вуден, Лебус, Франкфурт, Цшецшнов, Брисков, Финкенхерд, Цильтендорф, Фогельзанг, ст. Дюрстенберг, фл. Брух-Форверк, Ратцдорф, Линденкайн.
Возможен подход танковых и пехотных соединений на берлинское направление с западного фронта.
2. Справа 5-я уд. армия прорывает оборону противника на участке: искл. Ортвиг, искл. Зофиенталь и развивает удар в общем направлении на Нойтреббин, Штернебек, Бернау, Шенвальде.
Разграничительная линия с ней: Ландсберг, р. Варта, Кюстрин, Гольцов, оз. Штаф-зее, Вернойхен, Хермсдорф, все пункты для 8 гв. А исключительно.
Слева наступает 3 гв. А.
Разграничительная линия с ней — прежняя.
3. 8 гв. А с 5 и 29 ад, 4 кабр, 8, 45, 25, 38 иптабр, 1 пап ОМ, 295 гв. пап, 32, 34 оад ОМ, 293 мап, 1091 пап, 5 гмд, 37, 41, 59, 311 гмп, 3 гв., и 19-й зен. дивизией, 11 тк, 34 гв., 259 тп, 394 гв. сап, 371, 694 сап, 63, 136 мпомб (7 мпомбр), 7, 9 и 10 шисб (2 шисбр), 166 ипт, 516 отп, 41 ороб, 72 ВСО, 19-м огн. б-ном, 29 обхз — прорвать оборону противника на участке: Ратшток, Подельциг и, развивая удар в общем направлении Зеелов, Буков, Штраусберг, Бланкенбург, овладеть рубежами:
а) В первый день операции — искл. Ной-Харденберг, Альт-Розенталь, Дидерсдорф, оз. Кюхензее;
б) Во второй день операции — искл. Грунов, Буков, Мюнхеберг;
в) На четвертый день операции — Каров, Мельхов, Хоэншонхаузен.
В дальнейшем овладеть северо-восточной частью города Берлина.
С началом артиллерийской подготовки в оперативное подчинение командующего 8 гв. А передать 176 и 518 иап (13 иак).
Разграничительная линия слева — Глассен, Дроссен, Лессиг, Подельциг, Мюнхеберг, Петерсхаген, Лихтенберг, Зименсштадт, все пункты включительно для 8 гв. А.
4. 69 А с 12 ад, 33 иптабр, 303 и 305 гмп, 18 зен. дивизией, 68 гбр, 12 сабр, 33 гв. тп, 344 гв. тп, 35 исбр (без 120 исб), 85 омпмб, 131 омпмб, 154 ВСО, 40 обхз прорвать оборону противника на участке: искл. Подельциг, Лебус и, развивая удар в общем направлении Хайнерсдорф, Херцфельде, Каульсдорф, овладеть рубежами:
а) В первый день операции — Лицен, замок Фалькенхаген, Петерсхаген, искл. Петерсдорф;
б) Во второй день операции — искл. Мюнхеберг, Эгтерсдорф, Буххольц, Фридрихсдорф;
в) На четвертый день операции — Бисдорф, Карлсхорст, Адлерхоф, Венденшлос.
В дальнейшем, нанося удар с востока, овладеть центральной частью города Берлина.
Разграничительная линия слева — Штернберг, Реппен, Франкфурт, Фюрстенвальде, Эркнер, Мариендорф, Далем, все пункты, кроме Эркнер и Мариендорф, исключительно для 69-й армии.
5. 33 А с 35 гв. мбр, 20 иптабр, 64-й зен. дивизией, 56 гмп, 257 тп, 360 и 361 гв. сап, 150 ВСО, 10 омпоб, 20 обхз — прорвать оборону противника на участке: Лоссов, Визенау и, развивая удар в общем направлении Брисков, Биген, Кочендорф, Вилдау и обеспечивая свой левый фланг от ударов противника с юга и юго-запада, овладеть рубежами:
а) В первый день операции — Питередорф, Биген, Дубров, Шлаубехаммер, Финкенхерд;
б) Во второй день операции — Беркенбрюк, Штрейтберг, Драхендорф, Расмансдорф, Миксдорф, Бремсдорф, Мебискруге, Нейцелле;
в) На четвертый день операции — Мюггельхайм, Шмеквиц, Нидерлеме, Зенциг, Пец, Клейн-Керис, Мюнхегоф, Коссенблатт.
В дальнейшем овладеть южной и юго-западной частью города Берлина и рубежом Целендорф, Штансдорф, Шпутендорф, Витшток, Цоссен, Гросс-Керис, Мюнхегоф.
6. Подготовку к наступательной операции, перегруппировку и выход войск в исходное положение для наступления производить скрытно от противника с соблюдением всех мер маскировки, стремясь при этом обязательно достигнуть внезапности действий армии.
7. С директивой разрешаю ознакомить начальника штаба, начальника оперативного отдела штаба армии и командующего артиллерией армии.
Остальным исполнителям ставить задачи в пределах выполняемых ими обязанностей.
Задачи на наступление в письменном виде ставить корпусам — за пять дней, дивизиям первого эшелона — за три дня, дивизиям второго эшелона — за два дня до начала наступления.
До постановки задач в письменном виде распоряжения по подготовке войск к наступательным действиям отдавать устно.
Командирам полков письменных распоряжений не давать, задачи поставить устно за два-три дня.
По службе тыла общих директив не давать, ограничиться устными распоряжениями.
8. Всему личному составу войск армии разъяснять, что нашей задачей является упорная оборона на длительное время. Мл. ком. составу и красноармейцам задачу на наступление объявить за 2 часа до атаки.
9. Время начала наступления согласно моих личных указаний. Порядок проведения артиллерийской подготовки — согласно прилагаемого графика.
10. План наступательной операции армии представить мне на утверждение к 12.00 17.2.45 г.
Получение подтвердить.
Командующий войсками
1-го Белорусского фронта
Маршал Советского Союза Жуков
Член Военного совета
1-го Белорусского фронта
генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 459. Л. 7—11. Подлинник.
№ 20. Оперативная директива командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 47-й, 5-й ударной, 1-й и 2-й гвардейскими танковыми армиями на проведение берлинской операции
№ 00309/оп 13 февраля 1945 г. 02.45
1. Части дивизии «Гросс-адмирал Дениц», пд «Дебериц», 212 пд, 25 мд, 21 тд, 3/7 боевая группа, 488 зап. батальон, 68, 513-й зап. саперные батальоны, 50-й зап. мотобатальон, 1450-й крепостной батальон, 1-й батальон охранного полка «Великая Германия», «Туркестанский батальон», танковый батальон «Курмарк» и танковый батальон неустановленной нумерации, усиленные 309-м тяж. артдивизионом РГК и 26-м артдивизионом, упорно обороняются на рубеже устье р. Альте-Одер, Ной-Глитцен, Христианхауз, Цолльбрюке, Карлсхоф, Ной-Левин, Ной-Барним, юго-зап. часть Ортвиг, Амт, Кинитц, Рефельд, Гентшмар, Альт-Блейэн, Кюстрин, Приг, Китц, Горгаст, Ратшток.
Возможен подход танковых и пехотных соединений на берлинское направление с Западного фронта.
2. Справа — 61 А частью сил наступает в направлении Ной-Рюднитц, Ной-Китц, Нидерфинов, с задачей выйти на юж. берег р. Альте-Одер, канал Гогенцоллерн, на участке Хоэн-Вутцов, Эберсвальде и прикрыть правый фланг ударной группы войск фронта от контрударов противника с севера и северо-запада.
Разграничительная линия с ней — Пэтцих (16 км зап. Зольдин), Альт-Литцегерике, Бад-Фрайенвальде, Эберсвальде, Мотиенвердер, Либенвальде, Нассенхайде, все пункты, кроме Бад-Фрайенвальде и Эберсвальде, исключительно для 47 А.
Слева 8 гв. А — прорывает оборону противника на участке: Ратшток, Подельциг и развивает удар в общем направлении — Зеелов, Буков, Штраусберг, Бланкенбург.
Разграничительная линия с ней — Ландсберг, р. Варта, Кюстрин, Гольцов, оз. Штафзее, Вернойхен, Хармсдорф, все пункты включительно для 5-й уд. армии.
3. 47 А с 22 ад, 4 гв. иптабр, 20 гв. мбр, 75 и 86 гмп, 24-й и 31-й зен. дивизиями, 70 гв. тп, 334 гв. сап, 13 и 5 омпмб, 4 и 5 гв. миб (1 гв. мибр), 122 ВСО, 20-й огн. батальоном — прорвать оборону противника на участке Ной-Левин, Ортвиг и, развивая удар в общем направлении на Врицен, Трампе, Клостерфельде, Креммен, овладеть рубежами:
а) в первый день операции — Ной-Литцерике, Альтмэдевитц, Врицен, Вевэ, Блисдорф;
б) во второй день операции — Нидерфинов, Хохенфинов, Вельзикендорф, искл. Штайнбек;
в) на четвертый день операции — Церпеншлойзе, Лоттше, Клостерфельде, Вандлиц(юж.);
г) пятый день операции — Церпеншлойзе, искл. Либенвальде, Берневе, вост. окраина Фридрихсталь, Ленитц, искл. кол. Боргсдорф.
В дальнейшем правым флангом и центром удерживать занятый рубеж, левым флангом выдвинуться на фронт Ораниенбург, Шванте, Нойшванте с задачей обеспечивать правый фланг ударной группы фронта от контрударов противника с севера и северо-запада.
С началом артподготовки в оперативное подчинение командующего 47 А передать 174 гв. шап (11 гв. шад) и 278 над (3 иак).
Разграничительная линия слева — Бернойхен (7 км сев. — вост. Нойдамм), Гросс Нойендорф, Кунерсдорф, Штайнбек, Бизенталь, Велефанц, все пункты, кроме Гросс Нойендорф, Кунерсдорф, Штайнбек, включительно для 47 А.
4. 5 уд. А с 14 и 6 ад, 3, 39, 40 и 41 иптабр, 2 габр, 5 габр (1 ПА), 2 гмбр, 79, 92, 94 и 316 гмп, 2 гв., 4 гв., 13-й и 74-й зен. дивизиями, 9 тк, 220 тбр, 89 гв. тп, 92 тп трал, 17 шисбр, 1 и 7 гв. миб (1 гв, мибр), 61, 138 мпмб (7 мпомбр), 530 мпомб, 71 ВСО, 10 обхз — прорвать оборону противника на участке: искл. Ортвиг, искл. Зофиенталь и, развивая удар в общем направлении на Нойтреббин, Штернебек, Бернау, Шенвальде, овладеть рубежами:
а) В первый день операции — Кунерсдорф, Готтесгабе, Ной-Харденберг;
б) Во второй день операции — Штайнбек, Претцель, Грунов;
в) На четвертый день операции — Басдорф, Шенвальде, искл. Буххольц,
В дальнейшем частью сил развивать удар на Геннисгсдорф, Бризеланг, главными силами нанести удар на Берлин с севера и северо-запада.
С началом артиллерийской подготовки в оперативное подчинение командующего 5-й уд. армией передать 173 гв. шап (11 гв. шад) и 265 над (3 иак).
5. 2 гв. ТА после атаки, с продвижением пехоты на 2 км, приступить к переправе через р. Одер на участке: Альт-Блессин, Гросс Нойендорф.
С выходом пехоты 47 А и 5 уд. А на рубеж Врицен, Готтесгабе войти в прорыв на участке Врицен, Кунерсдорф и, развивая удар в общем направлении Штайнбек, Биркенвердер, на второй день ввода в прорыв, ударом с севера и северо-востока овладеть районом: Биркенвердер, Хейлигензее, Розенталь, Буххорст.
В дальнейшем во взаимодействии с 1 гв. ТА овладеть западной частью города Берлина.
Сильные передовые отряды выдвинуть на фронт Паузин, Бризеланг, Эльшталь, Гросс-Глиникке, с целью не допустить подхода резервов противника к городу Берлину с запада и северо-запада.
Артиллерийское и инженерное обеспечение ввода армии в прорыв возлагаю на командующего 47-й армией. Авиационное обеспечение — на командующего 16-й воздушной армией.
С момента ввода в прорыв 2 гв. ТА, 174 гв. шап (11 гв. шад) и 278 иад (3 иак), переподчинить командующему 2 гв. ТА.
6. 1 гв. ТА после атаки с продвижением пехоты на 2 км приступить к переправе через р. Одер на участке искл. Гросс Нойендорф, искл. Каленциг.
С выходом пехоты 5-й уд. и 47-й армий на рубеж Блисдорф, Рингенвальде, зап. опушка леса южнее Рингенвальде войти в прорыв на участке искл. Кунерсдорф, Ригенвальде и, развивая удар в общем направлении Претцель, Вернойхез, на второй день ввода в прорыв ударом с севера и северо-востока во взаимодействии с 2 гв. ТА овладеть северо-восточной частью города Берлина.
Артиллерийское и инженерное обеспечение ввода армии в прорыв возлагаю на командующего 5-й уд. армией. Авиационное обеспечение — на командующего 16-й воздушной армией.
С момента ввода в прорыв 173 гв. шап (11 гв. шад) и 265 над (3 иак) переподчинить командующему 1 гв. ТА.
7. Подготовку наступательной операции, перегруппировку и выход войск в исходное для наступления положение производить скрытно от противника, с соблюдением всех мер маскировки, стремясь при этом обязательно достигнуть внезапности действий армии.
8. С директивой разрешаю ознакомить начальника штаба, начальника оперативного отдела штаба армии и командующего артиллерией армии.
Остальным исполнителям ставить задачи в пределах выполняемых ими обязанностей.
Задачи на наступление в письменном виде ставить корпусам — за пять дней, дивизиям первого эшелона — за три дня до начала наступления.
До постановки задач в письменном виде распоряжения по подготовке войск к наступательным действиям отдавать устно.
Командирам полков письменных распоряжений не давать, задачи поставить устно за три дня.
По службе тыла общих директив не давать, ограничиться устными распоряжениями.
9. Всему личному составу войск армии разъяснять, что нашей задачей является упорная оборона на длительное время.
10. Время начала наступления согласно моих личных указаний. Порядок проведения артиллерийской подготовки согласно прилагаемого графика{22}.
11. План наступательной операции армии представить мне на утверждение к 12.00 17.2.45 г.
Командующий войсками
1-го Белорусского фронта
Маршал Советского Союза Жуков
Член Военного совета
1-го Белорусского фронта
генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 459. Л. 1–6. Подлинник.
№ 21. Ходатайство командующего войсками 1-го Белорусского фронта перед Верховным Главнокомандующим о выделении дополнительных сил и средств для проведения берлинской операции
27 февраля 1945 г. 01.00
Для приведения частей в порядок после Померанской операции и для подготовки фронта к Берлинской операции прошу Вас дать 1-му Белорусскому фронту:
1. 100 танков М4-А2;
2. 250–300 танков Т-34;
3. 10 °CУ-76;
4. 5 °CУ-85;
5. 30 тысяч [человек] пополнения для доведения [численности] стрелковых дивизий до 5 — 6-тысячного состава;
6. 2 боевых комплекта снарядов и мин.
Ваше решение прошу сообщить.
Жуков
Телегин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 28. Подлинник.
№ 22. Директива командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 3-й ударной и 47-й армиям, начальнику тыла фронта, начальнику войск НКВД по охране тыла фронта о борьбе с немецкой агентурой и создании прифронтовой полосы отселения {24}
№ 00478/оп 28 марта 1945 г.
В целях создания условий для успешной борьбы с агентурой и диверсантами приказываю:
1. Создать прифронтовую полосу отселения глубиной 25 км, в которой воспретить проживание гражданского населения.
2. Тыловую границу прифронтовой полосы установить: а) для 3-й ударной армии: Бан, Вильденбрух, Бад-Шенфлис, Пэтцих; б) для 47-й армии: искл. Пэтцих, Бабин (13 км юго-западнее Зольдина), Варнитц.
3. К 4.4.45 г. выселить в тыл за пределы указанной полосы все гражданское население.
4. В крупных населенных пунктах, расположенных на дорогах, по которым производится подвоз войскам, размещение выселенного населения не допускать.
5. Объявить всему местному населению, что лица, появившиеся в полосе отселения, будут немедленно арестовываться и подвергаться строгому наказанию по законам военного времени. Потребовать от всего личного состава войсковых частей, тыловых частей и учреждений обязательного задержания всех лиц гражданского населения, появившихся в полосе отселения, и передачи их комендантам или в штабы частей и соединений.
6. В связи с тем, что агенты и диверсанты противника могут проникать на территорию войскового тыла и в район действий войск, одеваясь в нашу военную форму, войскам НКВД по охране тыла не допускать в отселенную прифронтовую полосу военнослужащих без командировочных предписаний, выдаваемых штабами соединений и отдельных частей. Установить строгий контроль на всех дорогах, ведущих к фронту, и периодически производить проверку всех населенных пунктов в войсковом тылу с целью выявления и задержания подозрительных лиц.
7. Об окончании выселения из установленной прифронтовой полосы донести 5.4.45 г. с указанием количества отселенных семей и общего количества людей.
Командующий войсками
1-го Белорусского фронта
Маршал Советского Союза Жуков
Член Военного совета
1-го Белорусского фронта
генерал-лейтенант Телегин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 185. Л. 138–139. Подлинник.
№ 23. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Белорусского фронта на подготовку и проведение берлинской операции
№ 11059 2 апреля 1945 г.
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Подготовить и провести наступательную операцию с целью овладеть столицей Германии городом Берлином и не позднее двенадцатого — пятнадцатого дня операции выйти на р. Эльба.
2. Главный удар нанести с плацдарма на р. Одер западнее Кюстрина силами четырех общевойсковых армий и двух танковых армий.
На участок прорыва привлечь пять-шесть артиллерийских дивизий прорыва, создав плотность не менее 250 стволов от 76 мм и выше на один километр фронта прорыва.
3. Для обеспечения главной группировки фронта с севера и с юга нанести два вспомогательных удара силами двух армий каждый.
Первый удар — из района северо-западнее Бервальде в общем направлении на Эберсвальде, Фербеллин; второй удар — с плацдармов на р. Одер севернее и южнее Франкфурта-на-Одере в общем направлении на Фюрстенвальде, Потсдам, Бранденбург, в обход Берлина с юга.
4. Танковые армии ввести на направлении главного удара после прорыва обороны для развития успеха в обход Берлина с севера и северо-востока.
5. Армию второго эшелона использовать для развития успеха на главном направлении.
6. Разграничительные линии: со 2-м Белорусским фронтом — согласно директиве Ставки № 11053 от 1.4.45 г.; с 1-м Украинским фронтом — с 15.4.45 г. до Унруштадт прежняя, далее оз. Енсдорфер-зее, Гросс-Гастрозе, Люббен: все пункты, кроме Люббен, для 1-го Белорусского фронта включительно.
7. Ответственность за обеспечение стыков со 2-м Белорусским и 1-м Украинским фронтами — прежняя.
8. Начало операции согласно полученных Вами лично указаний.
Ставка Верховного Главнокомандования
Сталин
Антонов
РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 89–90. Копия.
№ 24. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 61-й, 16-й воздушной и 1-й Польской армиями на проведение разведки боем с форсированием реки Одер
№ 00534/оп 11 апреля 1945 г. 02.25
С целью установить систему и степень прочности обороны и систему всех видов огня главной оборонительной полосы противника приказываю:
1. 14.4.45 г. провести разведку боем с форсированием р. Одер.
2. Для ведения разведки выделить по одному стрелковому батальону от каждой армии, имея главные силы полка в готовности развить успех наступающего батальона.
3. Переправу батальонов через р. Одер прикрыть дымами и поддержать огнем двух артполков и минометов.
4. Переправу батальонов начать перед рассветом 14.4.45 г. после десятиминутного огневого налета.
5. Участок для переправы и захвата плацдарма на западном берегу р. Одер назначить командующим армиями своим распоряжением.
6. За действиями разведки наблюдать командующим армиями, командирам полков, дивизий и корпусов, наряду с этим организовать тщательное наблюдение с общевойсковых и артиллерийских наблюдательных пунктов.
7. Командующему 16 В А во время действий разведывательных частей вести непрерывную авиаразведку поля боя. Для ведения авиаразведки выделить наиболее опытный летный состав. Об отданных распоряжениях донести.
Командующий войсками
1-го Белорусского фронта
Маршал Советского Союза Жуков
Член Военного совета
1-го Белорусского фронта
генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 185. Л. 201–202. Подлинник.
№ 25. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 3-й и 5-й ударными, 8-й гвардейской, 69-й, 33-й, 47-й и 16-й воздушной армиями на проведение разведки боем
№ 00535/оп 11 апреля 1945 г. 02.25
С целью установить систему и степень прочности обороны и систему всех видов огня главной оборонительной полосы противника приказываю:
1. 13.4.45 г. провести разведку боем.
2. Для ведения разведки выделить два стрелковых батальона. Батальонам первого эшелона придать по 5 танков, 4–6 самоходных орудий и поддержать наступление б-нов огнем двух артполков, огнем минометов и огнем РС.
3. Разведку начать в 6.00 13.4.45 г. после десятиминутного огневого налета.
4. Разведку провести на более слабых участках обороны и не направлять наступающие подразделения на сильные опорные пункты обороны противника.
5. За действиями разведки наблюдать командующему армией, командирам полков, дивизий и корпусов, а наряду с этим организовать тщательное наблюдение с общевойсковых и артиллерийских наблюдательных пунктов.
6. Силы и средства для ведения разведки на участках 3 уд. А и 47 А выделить от 5 уд. А, организацию и руководство действиями разведки возложить на командующих 3 уд. А и 47 А.
7. Командующему 16 ВА во время действий разведывательных частей вести непрерывную авиаразведку поля боя. Для ведения авиаразведки выделить наиболее опытный летный состав. Действия разведбатальонов поддержать штурмовой авиацией по 30–40 самолето-вылетов на каждую армию.
Об отданных распоряжениях донести.
Командующий войсками
1-го Белорусского фронта
Маршал Советского Союза Жуков
Член Военного совета
1-го Белорусского фронта
генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 185. Л. 203–204. Подлинник.
№ 26. Частная оперативная директива командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 5-й ударной, 8-й гвардейской, 1-й и 2-й гвардейскими танковыми армиями о переходе в наступление {24}
№ 00539/оп 12 апреля 1945 г. 03.00
1. Части 309, 303, 169, 712 пд, 9 адд, мд «Мюнхеберг», 20 и 25 мд, тд «Фюрер» противника, усиленные 5-м и 408-м арткорпусами РГК, дивизионом 411-й артбригады РГК, 292-м и 770-м противотанковыми дивизионами РГК и батальоном 26 тп «Бранденбург», обороняют рубеж: Золиканте, Рефельд, Зофиенталь, Гольцов, Альт-Тухебанд, Подельциг, искл. Лебус.
Резервы противника в районах:
а) 25 тд — Буков, Мюнхеберг;
б) до тд — вост. часть Берлина;
в) до двух пд — лагерь Дебериц.
2. Справа — 3-я ударная армия переходит в наступление с задачей прорвать оборону противника на участке: Золиканте, отм. 8, 7 (3 км юго-зап. Кинитц) и развивать удар в общем направлении Нойтреббин, Мецдорф, фл. Херцхорн, Бернау.
Разграничительная линия с ней: Людвигсру, Нойдамм, Каленциг, Лечин, Альт-Фридлянд, Претцель, Вернойхен, Бух, Хейлигензе; все пункты, кроме Людвигсру и Каленциг, исключительно для 5-й ударной армии.
Слева 69-я армия переходит в наступление с задачей прорвать оборону противника на участке: выс. 62, 7 (3 км юго-вост. Мальнов), выс. 48, 4 (2 км юж. Лебус) и развивать удар в общем направлении Дебберин, Аренсдорф, Требус, Эркнер, Рансдорф, Бриц, Далем.
Разграничительная линия с ней: Глайссен, Дроссен, Подельциг, Лицеи, Шенфельде, Херфельде, Карлсхорст, Гатов. Все пункты включительно для 8-й гв. армии.
3. 5-я уд. армия с 2 и 14 ад, 4, 40 и 41 иптабр, 4 кабр, 295 и 1091 пап, 35 гв. мбр, 2 и 25 гмбр, 92, 94 и 37 гмп, 32 и 332 оад ОМ, 2-й гв. зен. дивизией; 11 и 67 ттбр, 220 тбр, 244 тп, 396 тсап, 1504 сап, 92 тп трал, 1-м понтонным полком, 82, 83, 84 шисб и 29 бро (17 шисбр), 2 и 3 миб (1 мибр), 67, 69 ВСО (27 УОС); 10 обхз и 8 ооб перейти в наступление с задачей прорвать оборону противника на участке: отм. 9,3 (2 км сев. Цехин), Гольцов и, развивая удар в общем направлении Цехин, Ной-Харденберг, Грунов, Везенталь, Блюмберг, Бланкенбург, Тегель, овладеть рубежами:
а) В первый день операции — искл. Альт-Фридлянд, Ной-Харденберг, искл. Альт-Розенталь;
б) Во второй день операции — искл. Претцель, Рульсдорф;
в) В третий день операции — искл. Люме, Куммензее, Альт-Ландсберг.
В дальнейшем овладеть северо-восточной и северной частью г. Берлина и на шестой день операции выйти на восточный берег оз. Хавельзее.
С началом артиллерийской подготовки, в оперативное подчинение командующего 5-й уд. армии передать 6 шак с прикрывающими его истребителями.
Разграничительная линия слева: Ландсберг, р. Варта, Кюстрин, Горгаст, Вербиг, Оберсдорф, Штраусберг, Альт-Ландсберг, Хоэншонхаузен, Шпандау. Все пункты, кроме Оберсдорф, включительно для 5-й уд. армии.
4. 8-я гв. армия с 18 и 29 ад, 25 и 38 иптабр, 1 тпап, 2 гмд, 59, 311 и 316 гмп, 34 и 391 оад ОМ, 1 тппап, 3-й гв. зен. дивизией; 7 ттбр, 65 тп, 34 ттп, 259 тп, 394 тсап, 371 и 694 сап; 63 и 136 помб (7 помбр), 6, 8, 9 шисб, 41 бро, 166 итп трал, и 516 огнем, тп (2 шисбр), 72 ВСО (27 УОС) и 19-м огн. батальоном, перейти в наступление с задачей прорвать оборону противника на участке: ст. (1 км юго-вост. Гольцов), г. дв. (2 км вост. Заксендорф) и, развивая удар в общем направлении: Зеелов, Требнитц, Гарцау, Дальвиц, Силезский вокзал, Шарлоттенбург, овладеть рубежами:
а) В первый день операции — Альт-Розенталь, Ной-Энтемпель, Лицеи;
б) Во второй день операции — Гарцин, выс. 78, 2, оз. Максзее;
в) В третий день операции — искл. Альт-Ландсберг, вост. окр. Хоппегартен, Калькберге.
В дальнейшем овладеть пригородами: Марцан, Фридрихсфельде, Карлсхорст, Каульсдорф, Мальсдорф, Дальвиц, центральной частью г. Берлина и на шестой день операции выйти на восточный берег оз. Хавель.
С началом артиллерийской подготовки в оперативное подчинение командующего 8-й гв. армией передать 9 шак с прикрывающими его истребителями.
5. 2 гв. ТА с 24-й зен. арт. дивизией с выходом пехоты 5-й уд. армии на рубеж Лечин, Гузов войти в прорыв на участке Лечин, искл. Гузов и, развивая удар в общем направлении Ной-Харденберг, Илов, Претцель, Бер-нау, на второй день ввода в прорыв выйти в район: Биркенвердер, Хейлигензе, Розенталь, Шенвальде.
В дальнейшем — одним корпусом захватить переправы через Гогенцоллерн-канал на участке Ораниенбург, Геннигсдорф и овладеть плацдармом на его зап. берегу. Главными силами армии ударом на юг, во взаимодействии с 1-й гв. ТА, овладеть северо-западной частью г. Берлина до линии железной дороги Бернау, Панков, Шарлоттенбург, ст. 1 км вост. Ваннзее.
Артиллерийское и инженерное обеспечение ввода армии в прорыв возлагаю на командующего 5-й уд. армией.
Авиационное обеспечение — на командующего 16-й воздушной армией.
С момента ввода в прорыв 2 гв. ТА, 6 шак с прикрывающими его истребителями переподчинить командующему 2 гв. ТА.
6. 1 гв. ТА с 11 тк и 4-й гв. зен. дивизией — с выходом пехоты 8-й гв. армии на рубеж искл. Гузов, Зеелов, Долгелин, Альтмалиш войти в прорыв на участке ст. Гузов, Долгелин и, развивая удар в общем направлении Зеелов, Оберсдорф, Гарцин, Альтландсберг, Карле хорст, на второй день ввода в прорыв овладеть районом: Марцан, Карле хорст, Шеневейде, Копеник, Фридрихсхаген, Ноенхаген.
В дальнейшем ударом на юго-запад, во взаимодействии со 2 гв. ТА, овладеть районом: Шарлоттенбург, Вильмерсдорф, Целендорф, Лихтенраде, Ру-дов, приг. Трептов, Нейкельн.
Артиллерийское и инженерное обеспечение ввода армии в прорыв возлагаю на командующего 8-й гв. армией.
Авиационное обеспечение — на командующего 16-й воздушной армией.
С момента ввода 1 гв. ТА в прорыв 9 шак с прикрывающими его истребителями переподчинить командующему 1 гв. ТА.
Командующему 1 гв. ТА при благоприятном развитии наступления в полосе 69 А иметь в виду возможность ввода армии в прорыв на участке: Долгелин, Дебберин с этой же задачей.
7. Подготовку наступательной операции, перегруппировку и выход войск в исходное для наступления положение производить скрытно от противника, с соблюдением всех мер маскировки, стремясь при этом обязательно достигнуть внезапности действий армии.
8. С директивой разрешаю ознакомить начальника штаба, начальника оперативного отдела штаба армии и командующего артиллерией армии.
Остальным исполнителям ставить задачи в пределах выполняемых ими обязанностей.
Командирам полков письменных распоряжений не давать, задачи поставить устно за три дня.
По службе тыла общих директив не давать, ограничиться устными распоряжениями.
9. Всему личному составу войск армии разъяснять, что нашей задачей является упорная оборона на длительное время.
Младшему ком. составу и красноармейцам задачу на наступление объявить за 2 часа до атаки.
10. Время начала наступления согласно моих личных указаний.
Порядок проведения артиллерийской подготовки согласно прилагаемого графика.
11. План наступательной операции армии представить мне на утверждение к 12.00 14.4.45 г.
Командующий войсками
1-го Белорусского фронта
Маршал Советского Союза Жуков
Член Военного совета
1-го Белорусского фронта
генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 459. Л. 74–79. Подлинник.
№ 27. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 5-й и 3-й ударными, 8-й гвардейской, 69-й, 33-й, 47-й и 16-й воздушной армиями о переносе времени начала разведки
№ 00546/оп 12 апреля 1945 г. 16.40
Во изменение приказания от 11.4.45 г. за № 00535/оп командующий войсками фронта приказал разведку начать в 7.30 14.4.45 г.
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 185. Л. 215. Подлинник.
№ 28. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 3-й и 5-й ударными, 8-й гвардейской, 69-й и 16-й воздушной армиями о времени начала артподготовки и атаки переднего края противника
№ 533/оп 15 апреля 1945 г. 15.30
Командующий войсками фронта приказал:
Артподготовку начать ровно в 5.00 16.4.45 г. Атаку пехоты начать на двадцатой минуте артподготовки, т. е. в 5.20 16.4.45 г.
Все остальное — по ранее установленному плану.
Не позже 24.00 15.4.45 г. провести поверку времени во всех командных инстанциях армии.
Часы выверить по московскому времени, передаваемому по радио.
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 185. Л. 213. Подлинник.
№ 29. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 33-й и 47-й армиями о времени начала артподготовки и атаки переднего края противника
№ 00554/оп 15 апреля 1945 г. 15.40
Командующий войсками фронта приказал:
Артподготовку начать в 5.45 16.4.45 г. Атаку пехоты — в 6.15. Все остальное — по ранее установленному плану.
Не позже 24.00 15.4.45 г. провести поверку времени во всех командных инстанциях армии.
Часы выверить по московскому времени, передаваемому по радио.
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 232. Оп. 2307. Д. 185. Л. 214. Подлинник.
№ 30. Указания командующего войсками 1-го Белорусского фронта подчиненным войскам о мерах безопасности при обращении с боеприпасами, захваченными в немецких траншеях
№ 00555/оп 15 апреля 1945 г. 19.00
14.4.45 г. во время разведки боем в траншеях противника захвачены русские патроны, которые заряжены не порохом, а взрывчатым веществом.
Командующий войсками фронта приказал:
Сегодня же разъяснить всем бойцам и офицерам о цели подготовленного противником сюрприза и запретить использовать для стрельбы из винтовок и пулеметов русские патроны, захваченные в траншеях противника. Это позволит нам избежать несчастных случаев и порчи оружия.
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 185. Л. 216. Подлинник.
№ 31. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта всем командующим армиями о порядке действий на вторые сутки берлинской операции
№ 00558/оп 16 апреля 1945 г. 19.30
Командующий войсками фронта приказал:
На тех участках, где не требуется прорыв второй оборонительной линии, продолжать наступление, не прекращая его и ночью с 16 на 17.4.45 г. На участках, где войска встречали организованное сопротивление на второй оборонительной полосе противника, организовать прорыв этой полосы с утра 17.4.45 г. С этой целью на участках прорыва сосредоточить 250–270 стволов на 1 км фронта прорыва.
Провести артподготовку продолжительностью 30–40 минут. Атаку пехоты и танков начать в 8.00 17.4.45 г. и продолжать наступление с прежней задачей.
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 185. Л. 221. Подлинник.
№ 32. Указание Военного совета 1-го Белорусского фронта военным советам 5-й ударной, 8-й гвардейской, 69-й, 1-й и 2-й гвардейских танковых армий об изготовлении красных боевых стягов для водружения над правительственными зданиями в Берлине
16 апреля 1945 г. 02.00
Обеспечьте изготовление и вручение соединениями первого эшелона красного боевого стяга размером 1,5 X 3 м для водружения над правительственными зданиями [в Берлине]. Порядок водружения и оформления этого будет указан дополнительно.
Телегин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 185. Л. 217. Подлинник.
№ 33. Оперативная сводка штаба 1-го Белорусского фронта начальнику оперативного управления ГШ КА о первом дне общего наступления
№ 00106/пп 16 апреля 1945 г. 24.00
1. Войска 1-го Белорусского фронта после удачно проведенной 30 — 45-минутной артиллерийской подготовки в 5.30 — 6.30 16.4.45 г. перешли в общее наступление. Преодолевая вначале слабое, а в дальнейшем нарастающее огневое сопротивление, заграждения и отражая многочисленные контратаки, наступающие части прорвали первую полосу обороны противника и на отдельных участках вклинились во вторую полосу, нанесли ему большие потери и, захватив в плен 3823 солдата и офицера, продвинулись вперед до 9 км.
Противник, как сейчас окончательно установлено, более двух месяцев укреплял занимаемые позиции, особенно перед нашими плацдармами на западном берегу р. Одер, и развил их на значительную глубину. Его оборонительная система состоит из целого ряда полос по 2–4 траншеи с широко развитой сетью инженерных заграждений, состоящих главным образом из минных полей, проволоки, противотанковых препятствий и системы заболоченных каналов.
Опираясь на эти позиции, противник в течение дня оказывал упорное сопротивление наступающим войскам фронта, стремясь не допустить прорыва своей обороны.
Авиация противника одиночными самолетами вела разведку вдоль линии фронта и на глубину армейского тыла. Пятью группами 6 — 18–20 самолетов бомбила боевые порядки наших войск в районах Лебус, Визенау, Лоссов.
По уточненным данным, за истекшие сутки отмечено 269 самолето-пролетов, из них ночью 92.
Огнем зенитной артиллерии сбито 3 самолета противника.
2. 61-я армия — обороняла прежний рубеж, вела разведку боем и производила частичную перегруппировку.
80 ск: 234 сд — обороняла прежний рубеж. В 8.00 двумя усиленными стрелковыми ротами предприняла разведку боем. Роты под прикрытием дыма и тумана на лодках переправились на западный берег р. Одер. Одна рота овладела дамбой в районе 500 м севернее Нидеркрэниг, и вторая овладела дамбой в районе Нидер Заатен. К исходу дня роты, удерживая захваченные районы, продолжали огневой бой с противником;
212 сд — в прежнем районе;
356 сд — оставаясь в прежнем районе сосредоточения, передана в оперативное подчинение 89 ск.
89 ск: 397 сд — обороняя прежний рубеж, одним батальоном в 6.15 после 15-минутного огневого налета предприняла разведку в районе 500 м севернее ж.-д. моста (юго-зап. Нидер-Вутцов). Встретив сильное огневое сопротивление противника, батальон успеха не имел. В 15.00 батальон вторично пытался форсировать р. Одер в этом же районе, но успеха также не имел.
Положение остальных частей корпуса прежнее.
9 гв. ск: 75 гв. сд — в 6.15, после 15-минутного огневого налета, одним стрелковым батальоном и 152-й штрафной ротой предприняла разведку боем в районе Ной-Глитцен. Под сильным огнем противника одна стрелковая рота и два взвода 152-й штрафной роты форсировали р. Одер и завязали бой с противником на северной окраине Ной-Глитцен. Дальнейшие попытки усилить группу на западном берегу р. Одер успеха не имели;
12 гв. сд — на прежнем рубеже;
415 сд — с 20.00 на марше в район Карштайн, отм. 69,6, Брюнеберг.
41 оиптабр — переданная из 47-й армии в оперподчинение командующего 61 А, с 11.00 16.4.45 г. на марше в новый район сосредоточения.
19 гв. мп — прибывший из резерва Ставки, передан в оперподчинение командующего 61 А и занял огневые позиции в районе 4 км севернее Нидер-Вутцов.
В результате боя частями армии уничтожено до 150 солдат и офицеров противника.
Потери армии за 15.4.45 г. — ранено 4 человека.
Обеспеченность армии боеприпасами в боекомплектах на 20.00 15.4.45 г. (числитель в войсках, знаменатель на гол. складах) мин: 82-мм — 1,78/ 0,64; 120-мм 1,22/0,4; артвыстрелы: 76-мм ПА 27 г. — 1,43/0,63; 76-мм ПА 43 г. — 1,12/0,33; 76-мм ДА — 1,0/0,19; 122-мм гауб. — 0,66/0,34.
3. 1-я Польская армия — в 6.15 после артиллерийской подготовки продолжительностью 30 минут силами 1, 2 и 3 ппд перешла в наступление.
1 ппд — форсировала р. Одер в районе ж.-д. моста (1,5 км северо-зап. Цэкерик) и, преодолевая сильное огневое сопротивление противника, отразив в течение дня 10 контратак силою до роты пехоты каждая, к исходу дня вела бой на рубеже ж.-д. мост (2 км сев. — зап. Цэкерик), отм. 8,6, мост через ручей (2 км вост. Ной-Рюднитц).
2 ппд — форсировав р. Одер и преодолевая огневое сопротивление противника, овладела Цолльбркже, Цэкерике-Лоозе, Ной-Литцэгерике, к 21.00 вела бой на рубеже 600 м западнее Цолльбрюке, Цэкерике-Лоозе, 300 м западнее Ной-Литцегерике.
3 ппд — преодолевая упорное сопротивление противника и минные заграждения, овладела Ной Карсхоф, Карсхов и к 21.00 вела бой на рубеже: 800 м сев. — зап. отм. 6,5, мельница (1 км юго-зап. отм. 6,5), сев. — вост. окр. Альтвритцен.
Положение остальных частей армии без изменений.
В результате боя частями армии уничтожено до 500 солдат и офицеров, 4 артиллерийских батареи, из них две 105-мм, 7 минометов, 30 пулеметов, 15 автомашин и взято в плен 23 солдата противника.
Потери армии за 15.4.45 — убито 11, ранено 118 человек.
Обеспеченность армии боеприпасами в боекомплектах на 20.00 15.4.45 г. (числитель в войсках, знаменатель на гол. складах) мин: 82-мм — 1,2/0,5; 120-мм — 0,9/0,5; артвыстрелы: 76-мм ПА 27 г. — 1,4/1,3; 76-мм ПА 43 г. — 0,7/1,1; 76-мм ДА — 1,0/0,3; 122-мм гауб. — 0,6/0; 122-мм пуш. — 1,8/2,5.
4. 47-я армия — после 25-минутного артналета в 6.15 атаковала противника, прорвала его глубоко эшелонированную оборону, овладела первой полосой обороны и вела бой за вторую полосу.
Противник, используя заранее подготовленные позиции, населенные пункты, подготовленные к обороне, сильным огнем и контратаками оказывал упорное сопротивление наступающим частям армии.
77 ск: 260 сд — перейдя в наступление и преодолевая огневое сопротивление противника, овладела его опорными пунктами: Карлсбизе, Хайнрихс-дорф и к 20.00 вела бой на рубеже Хайнрихсдорф, вост. окр. Борегард;
328 сд — преодолевая огневое сопротивление противника, к 21.00 вела бой на рубеже: юж. окр. Борегард, вост. окр. Айхвердер;
185 сд — во втором эшелоне, сосредоточилась в районе: Керстенбрюх, Ной-Левин.
125 ск: 60 сд — атаковав противника, овладела во взаимодействии с частями 175 сд сильным опорным пунктом противника Ной-Левин и в дальнейшем, преодолевая его огневое сопротивление, к 21.00 вела бой за овладение Терингсвердер;
175 сд — овладев во взаимодействии с частями 60 сд Ной-Левин и, преодолевая огневое сопротивление противника, к исходу дня вела бой на рубеже: южная окр. Терингсвердер, жел. дорога (1 км юго-западнее Терингсвердер);
76 сд — во втором эшелоне корпуса сосредоточена: одним полком Ной-Левин и двумя полками 2 км западнее Целлин.
129 ск: 132 сд — овладев во взаимодействии с 143 сд опорным пунктом противника Ной-Барним, продолжала наступление и, отразив в 9.00 контратаку до роты пехоты противника с северной окраины Альт-Левин, к исходу дня овладела жел. дорогой на участке: канал (1 км юго-зап. Терингсвердер), изгиб жел. дороги (700 м сев. — зап. Херренхоф);
143 сд — во взаимодействии с частями 132 сд овладела Ной-Барним и, продолжая наступление, форсировала канал в районе сев. — вост. Нойнцигерт и к исходу дня очищала от противника Херренхоф, Нойнцигерт.
82 сд — перейдя в наступление и преодолевая сопротивление противника, овладела Альт-Треббин, после чего выведена во второй эшелон корпуса.
В результате боя частями армии уничтожено до 300 солдат и офицеров, 50 пулеметов, 3 артиллерийских и 2 минометных батареи, полевых орудий — 10, орудий ПТО — 15, автомашин — 8, разрушено ДЗОТов — 25 и домов, приспособленных к обороне — 45. Захвачено: пулеметов — 60, орудий — 4, фаустпатронов — 3000 и взято в плен более 300 солдат и офицеров, принадлежащих частям 606 пд противника.
Потери армии за 15.4.45 г. — убито — 62, ранено — 191 человек.
Обеспеченность армии боеприпасами в боекомплектах на 20.00 15.4.45 г. (числитель в войсках, знаменатель на гол. складах): мин: 82-мм — 1,5/1,4; 120-мм — 1,5/0,8; артвыстрелы: 76-мм ПА 27 г. — 1,3/2,4; 76-мм — ПА 43 г. — 1,2/2Д; 76-мм ДА — 1,16/0,15; 122-мм гауб. — 0,95/0,18; 122-мм пуш. — 4,0/1,1; 152-мм гауб. — 0,8/0.
5. 3-я уд. армия — в 5.00, после 30-минутной артиллерийской подготовки, при прожекторном освещении перешла в наступление с рубежа: восточная окраина Ортвиг, 2 км западнее Рефельд. Преодолевая упорное сопротивление противника и отразив пять контратак силою рота-батальон пехоты с 4–8 танками, наступающие части продвинулись вперед до 8 км.
79 ск: 150 сд — перейдя в наступление и преодолевая сильное огневое сопротивление противника, продвинулась вперед до 9 км. С 10.00 до 14.00 отразила две контратаки противника силою до батальона пехоты при поддержке 8 танков и самоходных орудий, овладела Гросс-Барним и к исходу дня вела бой на рубеже: 300 м восточнее отм. 4,8 (1 км юго-западнее Альт-Треббин), восточный берег канала (1 км южнее Клайн-Барним);
171 сд — перешла в наступление и, преодолевая сильное огневое сопротивление противника, продвинулась вперед до 8 км. В 14.00 отразила контратаку противника силою до роты пехоты с 4 танками из района Клайн Ной-ендорф и к исходу дня вела бой на рубеже: западный берег канала (1200 м сев. — зап. Зитцинг), мост (700 м севернее Зитцинг);
207 сд — перейдя в наступление, овладела Ортвиг, после чего была сменена частями 150 сд и выведена из боя во второй эшелон корпуса. К исходу дня сосредоточилась в районе — платф. (западнее Ортвиг), отдельные дома (1,5 км южнее Ортвиг).
12 гв. ск: 23 гв. сд — перешла в наступление, преодолевая упорное сопротивление противника и отразив его контратаку силою до батальона пехоты с 8 танками и самоходными орудиями из района Позелин, овладела Позелин, Зитцинг. К 20.00 дивизия вела бой на рубеже: мост (700 м севернее Зитцинг), западная окраина Зитцинг, полевая дорога (1 км южнее Зитцинг);
33 сд — наступала в направлении Лечин во взаимодействии с частями 52 гв. сд, овладела Лечин и к 20.00 вела бой на рубеже: полевая дорога (1 км южнее Зитцинг), вост. скаты высот 6,0, отдельный дом (600 м севернее Кинверлер);
52 гв. сд — наступала в направлении Лечин, отразила контратаку противника силою до батальона пехоты при поддержке 8 танков и самоходных орудий из района Лечин. Во взаимодействии с частями 33 сд овладела Лечин, после чего была сменена частями 33 сд и выведена во второй эшелон корпуса. К исходу дня оставалась в районе Лечин.
7 ск — к 15.00 сосредоточился в районах:
265 сд — лес (4 км вост. Гросс Ноейндорф);
364 сд — лес (3 км севернее Хельзе);
146 сд — лес (1 км западнее Хельзе);
9 тк — к 18.00 вышел в район:
23 тбр — Вубригсберг;
95 и 108 тбр — Позедин.
За день боя огнем пехоты и артиллерии уничтожено свыше 2500 солдат и офицеров, 29 пулеметов, 7 минометов, 17 орудий, 12 автомашин и 4 самоходных орудия; захвачено в плен 900 солдат и офицеров противника. По неполным данным, захвачено винтовок и автоматов — 930, минометов — 12, орудий — 20, автомашин — 10, складов разных — 16.
Потери армии за 15.4 — убито — 158, ранено — 483 чел., сожжено самоходных орудий — 8, подбито самоходных орудий — 8.
Обеспеченность армии боеприпасами в боекомплектах на 20.00 15.4 — (числитель в войсках, знаменатель — на гол. складах) — мин: 82-мм 1,81/0,09, 120-мм — 1,73/0,96, артвыстрелы: 76-мм ПА — 27 г. — 3,95/0,98, 76-мм ПА — 43 г. — 1,47/1,57, 76-мм ДА — 1,13/0,98, 122-мм гауб. — 0,6/0,02, 122-мм пуш. — 1,65/4,04, 152-мм гауб. — 0,94/0.
6. 5-я уд. армия — в 5.20 16.4 после мощной 20-минутной артподготовки при прожекторном освещении перешла в наступление и, преодолевая упорное огневое сопротивление противника, минные поля, проволочные заграждения, прорвала первую полосу обороны противника и продвинулась вперед до 10 км.
26 гв. ск — после мощной 20-минутной артподготовки в 5.20 перешел в наступление и, преодолевая упорное сопротивление противника, к 20.00 вел бой на рубеже:
94 гв. сд — главными силами — вост. окраина Кинвердер, шоссе (1 км южнее Кинвердер). Ее передовой отряд вышел на р. Альте-Одер в районе Кваппендорфер;
266 сд — шоссе (1 км южнее Кинвердер), перекресток полевых дорог (2,5 км юго-вост. Кинвердер);
89 гв. сд — второй эшелон корпуса в районе г. дв. (2 км севернее Генш-мар), отм. 16,3;
32 ск — перейдя в наступление, сбил противника с занимаемого рубежа и, преодолевая его упорное сопротивление, инженерные заграждения, развивал наступление. К 20.00 части корпуса вели бой на рубеже:
60 гв. сд— иск. перекресток полевых дорог (2,5 км юго-вост. Кинвердер), далее по вост. берегу Альте Одер от изгиба (1 км юго-западнее выс. 7, 2);
295 сд — изгиб канала Альте Одер (1 км юго-западнее выс. 7, 2), отдельный дом (1,0 км восточнее Гузов);
416 сд — второй эшелон корпуса — в районе Бушдорф (2 км юго-западнее Цехин), Фридрихсауэ.
9 ск — после 20-минутной артиллерийской подготовки в 5.20 перешел в наступление, прорвал оборону противника и, ведя упорные бои, к 20.00 вышел и ведет бой на рубеже:
301 сд — южный берег Альте Одер (1,5 км восточнее Гузов), западная окраина Вербиг;
248 сд — второй эшелон корпуса — в районе г. дв. Аннагоф (3 км юго-западнее Гольцов).
230 сд — резерв командующего армией — в районе Нойблейэн, Горгаст сев. (2 км юго-вост. Геншмар).
67 гв. тяж. тбр — в течение суток вела бой совместно с частями 94 гв. сд.
11 тбр — в течение дня наступала двумя полками совместно с 266 сд и одним полком с 60 гв. сд;
220 тбр — наступала совместно с частями 301 сд 9 ск.
По неполным данным, за день боя уничтожено до 2500 солдат и офицеров, 50 пулеметов, 43 орудия, 67 минометов и взято в плен до 400 солдат противника.
Потери армии за 15.4 — убито 33, ранено 84 чел.
Обеспеченность армии боеприпасами в боекомплектах на 20.00 15.4 (числитель — в войсках, знаменатель — на гол. складах) — мин: 82-мм — 2,2/1,2, 120-мм — 1,4/0,1, артвыстрелы: 76-мм ПА — 27 г. — 2,3/1,4, 76-мм ПА — 43 г. — 2,6/2,4, 76-мм ДА — 1,6/0,1, 122-мм гауб. — 1,3/0,2, 122-мм пуш. — 2,3/0,6, 152-мм — гауб. — 2,2/0,6.
7. 8-я гв. армия — после 25-минутной артподготовки при прожекторном освещении в 5.25 атаковала противника. Преодолевая его огневое сопротивление и отражая на отдельных участках его контратаки, части армии в первой половине дня прорвали первую полосу обороны, подошли к заранее подготовленному второму оборонительному рубежу противника и в течение второй половины дня вели бой за овладение этим рубежом.
4 гв. ск — преодолевая огневое сопротивление противника, в первой половине дня вышел ко второму оборонительному рубежу противника на участке:
47 гв. сд — вост. окр. Вербиг, Ной-Вербиг, мост на жел. дор. (500 м южнее Ной-Вербиг);
57 гв. сд — 300 м сев. — вост. ст. Зеелов, северная окраина Вейнберг;
35 гв. сд — во втором эшелоне корпуса, на марше в район Ной-Вербиг.
Во второй половине дня части корпуса, встречая сильное огневое сопротивление противника с заранее подготовленного рубежа и отражая его контратаки из района Зеелов, продвижения не имели и к исходу дня продолжали бой на ранее достигнутом рубеже.
29 гв. ск — преодолевая огневое сопротивление противника, в первой половине дня вышел к его второму оборонительному рубежу, где встретил возросшее огневое сопротивление и контратаки противника из района Фридерсдорф, к исходу дня продолжал бой на рубеже:
27 гв. сд — Вейнберг, Фл. Людвигслуст;
74 гв. сд — Платф. (1 км сев. — вост. Фридерсдорф), выс. 53, 2, иск. ж.-д. ст. Дольгелин;
82 гв. сд —. второй эшелон корпуса — в районе Альт-Тухебанд.
28 гв. ск — перейдя в наступление и преодолевая сопротивление противника, в первой половине дня вышел ко второму заранее подготовленному оборонительному рубежу противника на участке:
79 гв. сд — 200 м восточнее ст. Дольгелин, вост. скаты выс. 58, 9;
88 гв. сд—300 м юго-вост. выс. 58, 9, отм. 10,8, 700 м зап. отм. 11,5;
39 гв. сд — второй эшелон корпуса — в районе Хатенов, г. дв. (1,5 км зап. Хатенов), иск. фл. (1 км южнее Хатенов).
Во второй половине дня части корпуса, встретив сильное и организованное огневое сопротивление противника, продвижения не имели и к исходу дня продолжали бой на ранее достигнутом рубеже.
В результате боя частями армии уничтожено свыше 1800 солдат и офицеров, до 115 пулеметов, 32 орудия разных калибров, 9 бронетранспортеров, 18 автомашин, разрушено 24 ДЗОТа и до 250 зданий, приспособленных к обороне. Подбито и сожжено 8 танков и 12 самоходных орудий. Взято в плен свыше 600 солдат и офицеров противника.
Обеспеченность армии боеприпасами в боекомплектах на 20.00 15.4.45 г. (числитель в войсках, знаменатель на гол. складах) мин: 82-мм — 1,6/2,9; 120-мм — 1,8/0,5; артвыстрелы: 76-мм ПА 27 г. — 1,2/4,5; 76-мм ПА 43 г. — 1,4/2,0; 76-мм ДА — 1,8/0,2; 122-мм гауб. — 1,4/0,3; 122-мм пуш. — 2,3/1,7.
8. 69-я армия — в 5.30 после 10-минутной артподготовки при прожекторном освещении перешла в наступление с рубежа Клесин, Лебус, выс. 48, 7 и обороняла прежний рубеж на остальном фронте.
Преодолевая огневое сопротивление противника и отражая его контратаки, наступающие части в первой половине дня вышли ко второму оборонительному рубежу противника. Встретив на этом рубеже сильное организованное огневое сопротивление и отражая неоднократные контратаки противника, войска армии дальнейшего продвижения не имели.
25 ск: 4 сд — перейдя в наступление и прорвав оборону противника на своем левом фланге и свертывая его оборону к северу, овладела опорным пунктом на высоте 54,2 и, отразив контратаку до батальона пехоты противника северо-восточнее Мальнов, к исходу дня продолжала бой на рубеже: сев. — вост. и восточные скаты выс. 66, 3; иск. Мальнов;
77 гв. сд — преодолевая сильное огневое сопротивление противника и отразив его контратаку с западной части Мальнов, к исходу дня вела бой на рубеже: 600 м сев. — зап. Мальнов, центральная часть Мальнов и 1 км юго-западнее.
В 12.00 после 10-минутного артналета и в 17.00 части корпуса вновь дважды атаковали противника, но успеха не имели и продолжали бой на прежнем рубеже.
81 ск: 274 сд — прорвав оборону противника, с упорными боями продвигалась вперед и в первой половине дня вышла за рубеж; изгиб шоссейной дороги (1 км юго-зап. Мальнов), иск. узел дорог севернее ст. Шенфлис;
247 сд — перейдя в наступление, прорвала оборону противника и, преодолевая его упорное сопротивление, в первой половине дня вышла на рубеж: узел дорог сев. ст. Шенфлис, вост. окр. ст. Шенфлис.
134 сд — второй эшелон корпуса; с началом наступления переправилась на западный берег р. Одер и сосредоточилась в районе: выс. 62, 7, зап. часть Лебус.
Во второй половине дня части корпуса, встретив организованное сопротивление противника, с подготовленного второго оборонительного рубежа продвижения не имели и к исходу дня продолжали бой на прежнем рубеже.
91 ск: 41 сд — перейдя в наступление и преодолевая упорное сопротивление противника, в 14.00 овладела Шенфлис; но в 18.20 в результате контратаки противника силою до двух батальонов пехоты с 12 танками и 15 самоходными орудиями оставила этот населенный пункт и к исходу дня вела бой на рубеже: иск. ст. Шенфлис, вост. окр. Шенфлис;
312 сд — перейдя в наступление и свертывая оборону противника на юг, к исходу дня вела бой на рубеже: иск. Шенфлис, перекресток железной и полевой дорог (1 км вост. Вульков);
370 сд — используя прорыв 312 сд, овладела Вюсте-Кунерсдорф и к исходу дня вела бой на рубеже: иск. перекресток железной и полевой дорог (1 км вост. Вульков), развилка железных дорог (1 км южнее Вюсте-Кунерсдорф), сев. скаты выс. 45, 3.
117 сд — арм. резерв в прежнем районе.
Положение остальных частей армии прежнее.
В результате боя уничтожено свыше 2000 немцев, 120 пулеметов, 35 орудий и захвачено 600 пленных, 18 орудий, 43 пулемета, 800 винтовок.
Потери армии за 15.4 — убито 28, ранено 120 чел.
Обеспеченность армии боеприпасами в боекомплектах на 20.00 15.4.45 г. (числитель в войсках, знаменатель на гол. складах) мин: 82-мм — 2,1/1,3; 120-мм — 2,5/0,7; артвыстрелы: 76-мм ПА 27 г. — 2,3/2,2; 76-мм ПА 43 г. — 1,8/0,6; 76-мм ДА — 2,0/0; 122-мм гауб. — 0,8/0,3; 122-мм пуш. — 2,2/1,7; 152-мм гауб. — 2,7/0.
9. 33-я армия — в 6.15, после 30-минутной артподготовки, главными силами перешла в наступление с рубежа: восточнее Цшецшнов, Визенау. Преодолевая упорное сопротивление противника и отразив шесть его контратак силою рота — батальон пехоты с 4 — 10 танками, продвинулась вперед до 6 км и овладела крупными опорными пунктами Лоссов, Брисков. Частью сил продолжала оборонять прежний рубеж.
38 ск: 129 сд — продолжала оборонять прежний рубеж, вела усиленное наблюдение и перестрелку с противником;
89 сд — после 30-минутной артподготовки атаковала противостоящего противника на рубеже: иск. ж.-д. мост (1 км восточнее Цшецшнов), отм. 22,5. Преодолевая огневое сопротивление и отразив две контратаки противника силою батальона пехоты с 10 танками из района Цшецшнов и до роты пехоты с 6 самоходными орудиями из района Франкфуртер-Хеэ, к 20.00 вела бой на рубеже: 400 м южнее ж.-д. моста (2,5 км юго-вост. Франкфурт), южная окраина Цшецшнов, иск. жел. дорога западнее Цшецшнов;
64 сд — второй эшелон корпуса — в районе леса (1,5 км восточнее Шветиг).
16 ск — перейдя в наступление, прорвал оборону противника на рубеже: платф. (2 км западнее Шветиг), иск. отм. 63,2 и, отразив частями 339 сд его контратаку силою до батальона пехоты с 10 танками и самоходными орудиями из района Лоссов, овладел Лоссов и к исходу дня вел бой на рубеже:
383 сд — жел. дорога (2 км западнее Цшецшнов), северная и западная опушки леса (1 км вост. и юго-вост. Маркендорф-сев.);
339 сд — зап. опушка леса (2 км сев. — вост. Маркендорф-юж.), зап. опушк. леса (вост. Маркендорф-юж.), фл. Мальхов;
323 сд — второй эшелон корпуса, двумя полками на рубеже: Лоссов, юж. опушка рощи (2 км юго-вост. Лоссов), одним полком в районе леса (1 км юго-вост. Шветиг).
62 ск — после 30-минутной артподготовки в 6.15 перешел в наступление. Преодолевая упорное огневое сопротивление противника и отразив его три контратаки: из района Брисков силою батальона пехоты с 8 танками и самоходными орудиями, из района Раутенкранц (3 км юго-зап. Визенау) силою роты пехоты с 6 танками и из района Обер-Линдов силою до батальона пехоты с 10 танками, к 20.00 вел бой на рубеже:
49 сд — уг. (1,5 км зап. Брисков), Унтер-Линдов;
362 сд — вост. окр. Обер-Линдов, двумя полками форсировала канал Одер-Шпрее и овладела Раутенкранц;
222 сд — второй эшелон корпуса, двумя полками, на рубеже Брисков, Визенау, одним полком — в районе г. дв. Аурит.
119 УР — оборонял прежний рубеж. Одним батальоном обеспечивал левый фланг 62 ск и вышел на рубеж: железной дороги и шоссе (2 км юго-вост. Визенау).
115 УР — в ночь на 16.4.45 г. сменил части 3 гв. кд на рубеже Кушерн, Будерозе, продолжая оборонять на остальном фронте прежний рубеж.
2 гв. кк: 3 гв. кд — в ночь на 16.4.45 г. сдала занимаемый рубеж обороны частям 115 УР и выходила в район сосредоточения корпуса сев. — вост. и вост. Цибинген.
95 сд — резерв командующего армией в прежнем районе.
За день боя уничтожено до 2000 солдат и офицеров, 56 пулеметов, сожжено 3 СУ и захвачено: орудий 23, минометов 14, пулеметов 61, паровозов 2, вагонов с грузами 100, складов разных 4 и взято в плен свыше 1000 солдат и офицеров противника.
Потери армии за 15.4 — убито 90, ранено 604 чел.
Обеспеченность армии боеприпасами в боекомплектах на 20.00 15.4 (числитель в войсках, знаменатель на гол. складах) мин: 82-мм — 2,5/1,2; 120-мм — 2,3/0,6; артвыстрелы: 76-мм ПА — 27 г. — 1,95/1,9; 76-мм ПА — 43 г. — 1,45/0,8; 76-мм ДА—1,8/0,3; 122-мм гауб. — 1,15/0,26; 152-мм гауб. — 2,15/0,65.
10. 2-я гв. танковая армия — в первой половине дня 16.4.45 г. переправилась на западный берег р. Одер и вышла в исходные районы для наступления.
В 16.00 части 9 и 12 гв. тк выступили с исходных районов и к исходу дня головными бригадами достигли:
9 гв. тк — Позедин (3 км сев. — зап. Лечин); 12 гв. тк — Вульков (4 км юго-зап. Лечин);
1 мк — передовым отрядом в составе танкового полка и мотострелкового батальона 37-й мех. бригады достиг г. дв. Аннахоф. Главные силы корпуса в районе Геншмар.
6 гв. ттп — в движении в район Цехин.
5 отд. гв. мцп — в движении за головным отрядом 9 гв. тк, в 19.00 прошел Лечин.
16 гв. мцб — сосредоточен в лесу (2 км южнее Цорндорф).
Обеспеченность армии боеприпасами в боекомплектах на 20.00 15.4.45 г. (числитель в войсках, знаменатель на гол. складах) мин: 82-мм 1,0/1,8; 120-мм 1,1/1,3; артвыстрелы: 76-мм ДА 1,4/0,5; 85-мм танковые 1,7/2,0.
И. 1-я гв. танковая армия — главными силами к 6.00 сосредоточилась в исходном районе: Зоненбург, Запциг, иск. Лессиг, иск. Дроссен, иск. Альт-Лиммритц, имея передовые отряды на западном берегу р. Одер в районе Ней-Маншнов. Переправу на западный берег р. Одер части армии закончили в 15.00 16.4.45 г.
11 тк — передовым отрядом с 7.00 начал движение за пехотой и к 19.00 двумя бригадами вел бой на рубеже: вост. окр. Вербиг, Ной-Вербиг, остальные бригады вышли в районы фл. Херцерсауэ (2 км юго-западнее Гольцов), Альт-Тухебанд.
11 гв. тк — двумя бригадами, наступая за стрелковыми частями, вел бой совместно с пехотой 4 и 29 гв. ск в районах: вост. ст. Зеелов и фл. Людвигслуст, остальные части корпуса выдвигались на рубеж головных бригад.
8 гв. мк — выдвигаясь за пехотой 28 гв. ск, к 19.00 1 гв. тбр совместно с 19 гв. мбр вел бой на рубеже: отм. 53,2, вост. окр. Либбенихен, остальные бригады корпуса в движении на этот рубеж.
64 гв. тбр — к 18.00 перешла в новый район — лес (2,5 км вост. Геритц).
19 сабр — к 18.00 вышла в район рощи (1 км зап. Запциг).
6 мцп и 12 мцб — сосредоточены в лесу (2 км вост. Гартов).
11 гв. ттп — в районе сосредоточения 64 гв. тбр.
В результате боя частями армии уничтожено до 100 солдат и офицеров противника, сожжено 2 и подбито 2 танка, подбито 3 самоходных орудия и захвачено 40 пленных.
Потери армии за 16.4 — убито 12, ранено 27 чел. Подбито танков 4, тракторов 1, сожжено танков 2.
Обеспеченность армии боеприпасами в боекомплектах на 20.00 15.4.45 г. (числитель в войсках, знаменатель на гол. складах) мин: 82-мм — 1,4/1,3; 120-мм — 1,5/0,5; 76-мм ДА — 1,12/0,7; 85-мм танковые — 1,5/1,35.
12. 7 гв. кк — после ночного марша к утру 16.4 сосредоточился в районе:
15 гв. кд — лес (2–4 км юго-западнее Фюрстенфельде);
14 гв. кд — лес (южнее Клоссов);
16 гв. кд — лес (2–4 км вост. г. дв. Фельдишенбак).
13. 3-я армия — оставаясь в прежних районах сосредоточения, проводила занятия по боевой подготовке.
Артиллерия на конной тяге и обоз продолжали марш в район сосредоточения армии.
14. Днепровская Краснознаменная флотилия:
1-я бригада речных кораблей — артиллерийским огнем поддерживала наступление частей 9 ск 5 уд. А. За день боя уничтожила 4 минометных батареи, 12 пулеметов, 7 орудий и 5 минометов противника.
2-я бригада речных кораблей — артиллерийским огнем поддерживала наступление частей 4 гв. ск и 8 гв. А. Огнем артиллерии уничтожила до 100 солдат и офицеров и 10 автомашин противника.
1-я и 2-я бригады речных кораблей к исходу дня сосредоточились в районе Альт-Древитц.
3-я бригада речных кораблей — на огневых позициях в районе 4 км восточнее устья реки Нейсе.
15. 16 В А — ночью самолетами ПО-2 и в течение дня группами бомбардировщиков и штурмовиков уничтожала войска противника и разрушала его опорные пункты перед фронтом наступающих частей. Истребителями прикрывала свои войска на поле боя и вела разведку. Всего произведено 5184 самолето-вылета, из них ночью 109.
Кроме этого, в интересах фронта действовали 4-я и 18-я воздушные армии, которыми произведено 1206 самолето-вылетов.
Уничтожено и повреждено: орудий — 135, танков — 4, вагонов — 26, автомашин — 285, паровозов — 1, подавлен огонь 53 артиллерийских батарей, подожжен ж.-д. эшелон, создано свыше 80 очагов пожаров, отмечено 14 сильных взрывов, рассеяно и частично уничтожено до 1500 солдат и офицеров.
В 140 воздушных боях сбито 139 самолетов противника.
Потери армии — сбито 19 и с боевого задания не вернулись 60 самолетов.
16. Связь с ГШ КА, подчиненными и соседними штабами — проводная, радио. Проводная связь с ГШ КА в течение суток работала с перебоями.
17. Погода — преимущественно ясно. Дымка, утром местами туман. Видимость 2–4 км, в тумане 600 — 1000 м. Ветер слабый до штиля. Температура ночью от 1 гр. мороза до 1 гр. тепла, днем 13–17 гр. тепла.
Грунтовые и проселочные дороги проходимы для всех видов транспорта.
Прогноз погоды на 17.4.45 г. — преимущественно ясно. Дымка, ночью и утром местами туман. Видимость 2–4 км, в тумане менее 1 км. Ветер южной четверти 0–3 м/сек. Температура ночью около 0, днем 16–20 гр. тепла.
Зам. начальника штаба
1-го Белорусского фронта
Бойков
РФ. Ф. 233. Оп. 2356, Д. 600. Л. 188–207. Подлинник.
№ 34. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта всем командующим армиями о выброске в тыл противника диверсионных отрядов
№ 00564/оп 17 апреля 1945 г. 1.30
В целях создания паники в войсках противника и дезорганизации работы его тыла командующий войсками фронта приказал:
1. Выбросить в тыл противника отряды с задачами: а) занимать переправы, узлы дорог, дефиле и расстреливать огнем проходящие войсковые и тыловые колонны, и этим создавать панику в тылу противника; б) разрушать узлы и линии связи и этим нарушать управление войсками противника.
2. В отряды назначить проверенных и смелых офицеров и бойцов, вооруженных автоматами, а для подрывных работ в состав отряда включать саперов-подрывников с взрывчаткой.
3. О количестве высланных отрядов с указанием состава отряда, времени высадки и его задаче доложить командующему фронта к 14.00 19 апреля 1945 г.
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 185. Л. 227. Подлинник.
№ 35. Боевое донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о первом дне берлинской операции {25}
№ 00453 17 апреля 1945 г. 01.50
1. Противник, как сейчас окончательно установлено, более двух месяцев укреплял занимаемые оборонительные позиции, особенно перед нашими плацдармами на западном берегу р. Одер, и развил их на значительную глубину. Его оборонительная система состоит из целого ряда полос по 2–4 траншеи с широко развитой системой инженерных заграждений, состоящих главным образом из минных полей, проволоки, противотанковых препятствий и системы заболоченных каналов.
Опираясь на эти оборонительные позиции, противник в течение 16.4.45 оказывал упорное сопротивление наступающим войскам фронта, стремясь не допустить прорыва своей обороны.
Авиация противника одиночными самолетами вела разведку вдоль линии фронта и на глубину армейского тыла. Пятью группами 6 — 18–20 самолетов бомбила боевые порядки наших войск в районах Лебус, Визенау, Лоссов. По предварительным данным, за сутки отмечено 231 самолето-вылет, из них ночью — 92.
2. Войска фронта, после тщательной и всесторонней подготовки, 16.4.45 приступили к выполнению поставленной Вами задачи.
Учитывая, что противник утром отводит свою пехоту из первой во вторую и третью траншеи, мною была применена ночная артподготовка с большой плотностью огня в течение 30 минут и с применением прожекторов для ослепления противника и освещения местности впереди наступающих войск фронта.
По показаниям пленных, артиллерийский огонь был настолько неожиданным и ошеломляющим, что из первой траншеи противник отойти не успел, а вторые и третьи траншеи все время находились под сильным огнем нашей артиллерии. В результате этого части противника, находящиеся в первой полосе обороны, понесли большие потери.
После удачно проведенной артиллерийской подготовки войска фронта в 5.30 16.4.45 перешли в общее наступление. Преодолевая вначале слабое, а в дальнейшем нарастающее сопротивление всех видов огня, заграждения и отражая многочисленные контратаки, наступающие части прорвали первую полосу обороны противника, на отдельных участках вклинились во вторую полосу, нанесли ему большие потери и, захватив в плен 3823 солдат и офицеров, продвинулись вперед до 10 км.
3. 61-я армия главными силами продолжала оборонять прежний рубеж и вела разведку боем.
Две усиленные стрелковые роты переправились на западный берег р. Одер в районах Нидеркрэниг (3 км юго-вост. Шведт), Нидер Заатен и вышли на дамбу в этих районах.
Два усиленных батальона форсировали р. Одер в районе ж.-д. моста сев. зап. Альткюстринхен и южнее и завязали бой с противником в районе Ной-Глитцен. Под сильным огневым воздействием противника батальон, действующий в районе ж.-д. моста, отошел в исходное положение. Другой батальон продолжает бой на западном берегу р. Одер у вост. окр. Ной-Глитцен.
В результате дневного боя уничтожено до 150 солдат и офицеров.
4. 1-я Польская армия: 1 ппд — форсировала р. Одер в районе ж.-д. моста (1,5 км сев. зап. Цэкерик); 2 ппд— частью сил форсировала р. Одер южнее Альт-Лютцегерике. Главные силы дивизии с плацдарма на западном берегу р. Альте-Одер у устья этой реки перешли в наступление в северо-западном направлении; 3 ппд — всеми силами перешла в наступление с плацдарма на западном берегу р. Альте-Одер.
Преодолевая упорное сопротивление противника и отразив 10 контратак силою до роты пехоты, наступающие части в трудных условиях местности продвинулись до 5 км и к исходу дня вели бой на рубеже: ж.-д. мост (2 км северо-западнее Цэкерик), отм. 8,6, Цэкерикер-Лоозе, 300 м западнее Ной-Лютцегерике, восточная окраина Альтвритцен.
За день до боя уничтожено до 500 солдат и офицеров, 4 артиллерийских батареи, 7 минометов, 30 пулеметов, 15 автомашин и взято в плен 23 солдата противника.
5. 47-я армия, перейдя в наступление с рубежа: восточная окраина Карлсбизе, восточная часть Ной-Карним, северная окраина Ортвиг, с упорными боями продвинулась вперед до 9 км и к исходу дня вышла на рубеж: южный берег канала Альте Одер, восточнее отм. 6,4, восточная окраина Борегард, восточная окраина Терингсвердер, жел. дорога (1,5 км юго-западнее Терингсвердер), восточная окраина Херренхоф и восточная окраина Винкель.
По предварительным данным, за день уничтожено до 3000 солдат и офицеров, 50 пулеметов, 3 артиллерийских и 2 минометных батареи и захвачено: пулеметов — 60, орудий — 4, фаустпатронов — 2000, взято в плен более 300 солдат и офицеров, принадлежащих частям 606 пд противника.
6. 3-я ударная армия перешла в наступление с рубежа восточная окраина Ортвиг (2 км зап. Рефельд). Преодолевая упорное сопротивление противника и отразив пять контратак силою рота — батальон пехоты с 4–8 танками, наступающие части продвинулись вперед до 8 км, овладели крупными опорными пунктами Ортвиг, Лечин и к исходу дня вели бой на рубеже;
79 ск — отдельные дома на шоссе (0,5 км южнее Альт-Треббин), северная окраина Зитцинг;
12 гв. ск — Зитцинг, иск. отм. 6,0, отдельные дома (200 м северо-восточнее Кинвердер);
7 ск — во втором эшелоне — в районе леса восточнее Гросс-Нойендорф.
За день боя уничтожено до 2000 и взято в плен 900 солдат и офицеров противника, принадлежащих частям пд «Курмарк» и 309 пд. Уничтожено пулеметов — 7, орудий — 17, автомашин — 12, подбито 6 танков и 4 самоходных орудия. Захвачено: винтовок — свыше 900, пулеметов — 208, орудий — 20, минометов — 12, автомашин — 10 и складов разных — 16.
7. 5-я ударная армия, преодолевая упорное огневое сопротивление противника, минные поля, проволочные заграждения и систему каналов, прорвала первую полосу обороны противника и, продвинувшись вперед до 10 км, вышла на рубеж:
26 гв. ск — р. Альте-Одер в районе Кваппендорфер;
32 ск — отдельные дома (2 км Сев. Платков), отд. дома (1 км вост. Гузов);
9 ск — Ной-Пангзов, овладел Вербиг и наступает на Гузов.
По предварительным данным, за день боя уничтожено до 2500 солдат и офицеров, более 50 орудий, 43 миномета и взято в плен до 400 солдат и офицеров противника.
8. 8-я гв. армия в первой половине дня, в результате стремительного наступления, прорвала первую полосу обороны противника и, преодолевая его огневое сопротивление, вышла на рубеж:
4 гв. ск — юго-восточная окраина Вербиг, Ной Вербиг, восточная окраина ж.-д. ст. Зеелов, иск. Вейнберг;
29 гв. ск — Вейнберг, платф. (1 км северо-восточнее Фридерсдорф), высота 53,2;
28 гв. ск — иск. высота 53,2, восточные скаты выс. 58, 9, отдельный дом (2 км северо-восточнее Карциг).
Во второй половине дня, встретив организованное сопротивление противника на заранее подготовленном рубеже, войска армии продвижения не имели.
По предварительным данным, за день боя уничтожено до 1800 солдат и офицеров, свыше 100 пулеметов, 32 орудия, 9 бронетранспортеров, 18 автомашин, 35 повозок, подбито и сожжено 8 танков и 12 самоходных орудий и взято в плен свыше 600 солдат и офицеров.
9. 69-я армия главными силами с рубежа Клессин, Лебус, высота 48,4 перешла в наступление, обороняя прежний рубеж на остальном фронте.
Преодолевая огневое сопротивление противника и отражая его контратаки, наступающие части продвинулись до 4 км и вышли на рубеж: восточные скаты высоты 66,3 (300 м севернее Мальнов), центр Мальнов, высота 60,2, Шенфлис, стык железных дорог (3 км юго-восточнее Шенфлис), северные скаты высоты 45,3.
В результате контратаки противника силою свыше двух батальонов пехоты при поддержке 15 самоходных орудий и 2 бронепоездов подразделения, занимающие Шенфлис, отошли на восточную окраину этого пункта.
Контратака противника силою до двух батальонов пехоты, предпринятая им из района Вульков в восточном направлении, отбита с большими для него потерями.
В результате дневного боя уничтожено свыше 2000 солдат и офицеров, до 120 пулеметов, 35 орудий и взято в плен 600 солдат и офицеров противника. Захвачено: орудий — 18, пулеметов — 43 и винтовок — свыше 800.
10. 33-я армия главными силами с рубежа восточнее Цшецшнов, Визенау перешла в наступление. Преодолевая упорное сопротивление противника и отразив шесть контратак силою рота-батальон пехоты с 4 — 10 танками, наступающие части продвинулись вперед до 6 км, овладели крупными опорными пунктами Лоссов, Брисков и к исходу дня вели бой на рубеже: южная окраина Цшецшнов, северо-западная опушка леса (3 км западнее Цшецшнов), западная опушка леса (0,5 км восточнее Маркендорф, тир. фл. Мальхов, уг. (1,5 км западнее Брисков), восточная окраина Унтер-Линдов, восточная окраина Унтер-Линдов, Раутенкранц.
За день боя уничтожено до 2000 солдат и офицеров, 56 пулеметов, сожжено 3 самоходных орудия и захвачено: орудий — 23, минометов — 14, пулеметов — 60, винтовок и автоматов — 550, гранатометов «Фауст» — 80, паровозов — 2, вагонов с грузом — 100, складов разных — 9, автомашин с грузом — 7 и взято в плен до 1000 солдат и офицеров противника.
11. 2-я гв. танковая армия — в 16.00 части 9 и 12 гв. тк выступили с исходных позиций и к исходу дня головными бригадами достигли:
9 гв. тк — Позедин (3 км северо-западнее Лечин);
12 гв. тк — Вульков (4 км юго-западнее Лечин).
1 мк — передовым отрядом достиг г. дв. Аннахоф (3 км юго-западнее Гольцов). Главные силы корпуса в районе Геншмар.
12. 1-я гв. танковая армия — продвигаясь за пехотой 8-й гв. армии, главными силами к исходу дня достигла рубежа: 1 км восточнее Вербиг, Вейнберг, высота 53,2, восточная окраина Либбенихт.
13. 16 В А — ночью самолетами ПО-2 и в течение дня группами бомбардировщиков и штурмовиков уничтожала артиллерию противника и разрушала его опорные пункты перед фронтом наступающих частей. Истребителями прикрывала свои войска на поле боя и вела разведку. Всего произведено 6390 самолето-вылетов, из них ночью 109.
Уничтожено и повреждено: орудий — 135, танков — 4, вагонов — 26, автомашин — 285, паровозов — 1, подавлен огонь 53 артиллерийских батарей, подожжен ж.-д. эшелон, создано свыше 80 очагов пожаров, отмечено 14 сильных взрывов, рассеяно и частично уничтожено до 1500 солдат и офицеров.
В 140 воздушных боях сбито 13 самолетов противника.
Потери армии — сбито 19 и с боевого задания не вернулись 60 самолетов.
Войска фронта продолжают выполнять поставленную Вами задачу.
Командующий войсками
1-го Белорусского фронта
Маршал Советского Союза Жуков
Член Военного совета
1-го Белорусского фронта
генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 574. Л. 137–145. Подлинник.
№ 36. Боевое распоряжение командующего 8-й гвардейской армией командирам 4-го, 29-го и 28-го гвардейских стрелковых корпусов, заместителю командующего по инженерным войскам о выброске диверсионных отрядов в тыл противника
17 апреля 1945 г. 11.35
Для создания паники в рядах противника, дезорганизации его тыла и нарушения линий связи каждому корпусу выбросить в тыл противника по одному диверсионному отряду в составе 35–40 человек.
Отряды создать в следующем составе:
1) Из каждой стрелковой дивизии взять в состав отряда по 10 разведчиков. Во главе корпусных отрядов поставить одного из лучших командиров разведрот, а его заместителем — одного из лучших командиров разведвзводов.
2) Генерал-майору Ткаченко в каждый корпусный отряд выделить по 6 человек саперов-подрывников во главе с офицером, обеспечив их подрывными средствами.
3) Корпусные отряды обеспечить радиосвязью.
4) Отрядам действовать в полосе наступления корпусов на глубину 10–15 км от наших передовых отрядов.
5) О выброске отрядов в тыл противника командирам корпусов доложить к 9.00 19 апреля 1945 г.
Командирам стрелковых корпусов вручить немедленно.
РФ. Ф. 345. Оп. 5497. Д. 94. Л. 78. Подлинник.
№ 37. Указание Верховного Главнокомандующего командующему войсками 1-го Белорусского фронта о важности скорейшего взятия Берлина советскими войсками
№ 11069 17 апреля 1945 г. 17.50
Получил Вашу шифровку с изложением показания немецкого пленного насчет того, чтобы не уступать русским и биться до последнего человека, если даже американские войска подойдут к ним в тыл.
Не обращайте внимание на показания пленного немца. Гитлер плетет паутину в районе Берлина, чтобы вызвать разногласия между русскими и союзниками.
Эту паутину нужно разрубить путем взятия Берлина советскими войсками. Мы это можем сделать и мы это должны сделать. Рубите{26} немцев без пощады и скоро будете в Берлине.
Сталин
Верно: Антонов
РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 103. Зав. копия.
№ 38. Приказ командующего войсками 1-го Белорусского фронта всем командующим армиями и командирам отдельных корпусов о необходимости устранения недостатков и активизации наступательных действий на Берлин
17 апреля 1945 г. 20.30
1. Хуже всех проводят наступательную Берлинскую операцию 69-я армия под командованием генерал-полковника Колпакчи, 1 ТА под командованием генерал-полковника Катукова и 2 ТА под командованием генерал-полковника Богданова.
Эти армии, имея колоссальнейшие силы и средства, второй [день] действуют неумело и нерешительно, топчась перед слабым противником.
Командарм Катуков и его командиры корпусов Ющук, Дремов, Бабаджанян за полем боя и за действием своих войск не наблюдают, отсиживаясь далеко в тылах (10–12 км). Обстановки эти генералы не знают и плетутся в хвосте событий.
2. Если допустить медлительность в развитии Берлинской операции, то войска истощатся, израсходуют все материальные запасы, не взяв Берлина.
Я требую:
А) Не медля развить стремительность наступления. 1-й и 2-й танковым армиям и 9 тк прорваться при поддержке 3, 5 и 8-й гв. армий в тыл обороны противника и стремительно продвинуться в район Берлина.
Все крупные населенные пункты и узлы дорог обходить, имея в виду, что в этих местах противник будет иметь сильную ПТО. Танковым армиям не разбрасываться по фронту и действовать кулаком.
Б) Всем командирам находиться на НП командиров корпусов, ведущих бой на главном направлении, а командирам корпусов находиться в бригадах и дивизиях первого эшелона на главном направлении.
Нахождение в тылу войск категорически запрещено.
В) Всю артиллерию, в том числе БМ, подтянуть к первому эшелону и держать ее не далее 2–3 км за эшелоном, ведущим бой.
Действия артиллерии концентрировать на тех участках, где решается задача на прорыв.
3. Иметь в виду, что до самого Берлина противник будет сопротивляться и цепляться за каждый дом и куст, а потому танкистам, самоходчикам и пехоте не ждать, пока артиллерия перебьет всех немцев и предоставит удовольствие двигаться по чистому пространству.
4. Бейте беспощадно немцев и двигайтесь вперед днем и ночью на Берлин, тогда Берлин будет очень скоро наш.{27}
Жуков
Телегин
РФ. Ф. 233. Оп. 2707. Д. 193. Л. 65–67. Подлинник.
№ 39. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 2-й гвардейской танковой армией на продолжение наступательных действий
№ 00565/оп 17 апреля 1945 г. 22.30
5 уд. А к 20.00 17 апреля 1945 г. вышла на рубеж: восточная окраина Рингенвальде, отм. 52,8, отм. 62,5 и успешно продвигается на запад.
Командующий войсками фронта приказал: 2 гв. ТА в течение ночи во что бы то ни стало выйти в район Илов, Предиков, Грунов и с утра 18 апреля 1945 г. продолжать выполнение ранее поставленной задачи.
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 185. Л. 232. Подлинник.
№ 40. Распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 1-й и 2-й гвардейскими танковыми армиями, командиру 9-го танкового корпуса о запрете выдачи водки всему личному составу
№ 10388 17 апреля 1945. 22.45
Командующий войсками фронта приказал:
До особого распоряжения выдачу водки всему личному составу запретить.
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 185. Л. 231. Подлинник.
№ 41. Донесение начальника политического отдела 69-й армии начальнику политического управления 1-го Белорусского фронта о морально-политическом состоянии личного состава
№ 0470 18 апреля 1945 г.
Когда перед прорывом вражеской обороны силами партийно-политического аппарата и офицерского состава личному составу войск зачитывалось Обращение Военного совета фронта, а в некоторых соединениях (77 гв. сд, 41 сд, 247 сд, 274 сд) проносились перед личным составом полковые знамена, красноармейцы, сержанты и офицеры, высказывая свои чувства, поклялись беспощадно бить немецких захватчиков, чтобы приблизить победу.
В ходе боевых операций по прорыву вражеской обороны бойцы и офицеры выполняют данную клятву и показывают храбрость и отвагу в бою.
В 247 сд командир 916 сп подполковник Гордейчук ночью за два часа до наступления пронес по траншее перед всем составом полка полковое знамя и призвал личный состав к героической борьбе с врагом. Каждый офицер полка становился на колени, целовал знамя и от имени своего подразделения давал клятву командиру полка, что знамя не будет запятнано, а будет через любые преграды пронесено до Берлина.
Командир 3-й роты лейтенант Шпаковский, чл. ВКП(б), сказал: «Я — офицер, клянусь под знаменем части, что честь советского офицера, честь нашего полка в бою не опозорю. Если потребуется, отдам свою жизнь во имя окончательной победы над врагом. Поклянемся, товарищи, что мы первые водрузим Знамя Победы над Берлином».
В боях личный состав этого полка героически вел борьбу с врагом, чтобы не уронить честь полка и выполнить свою клятву, данную перед полковым знаменем. Например, 5 ср [916 сп] (командир роты — ст. лейтенант Багильдин, чл. ВКП(б), парторг роты — ст. сержант Габдарахманов) первой поднялась в атаку и стремительным рывком ворвалась во вражескую траншею. Каждый боец, одержимый высоким наступательным порывом, стремительно продвигался вперед, отбивая у немцев одну траншею за другой. В ходе боя погиб командир роты ст. лейтенант Багильдин, который, находясь в боевых порядках роты, смело руководил боем и личным примером увлекал бойцов. Парторг роты Габдарахманов взял на себя командование ротой и поклялся отомстить врагу за смерть командира. Мстя врагу, бойцы за короткий промежуток времени истребили 20 гитлеровских солдат. Командир взвода этой роты лейтенант Тимошенко, кан. ВКП(б), от разрыва вражеского снаряда получил ожог лица, однако, преодолевая боль, он остался в строю и продолжал командовать взводом.
За личную храбрость, умелое и мужественное руководство боем ст. лейтенант Багильдин посмертно представлен к званию Героя Советского Союза, а весь личный состав роты представляется к награждению орденами.
В 77 гв. сд, вслед за читкой и разъяснением Обращения Военного совета фронта, в полках по траншеям, окопам, по огневым позициям перед личным составом были пронесены полковые знамена. Офицеры, сержанты и красноармейцы целовали знамена. Гв. сержант Крива, пулеметчик 215 гв. сп, поцеловав знамя, обратился к своему пулеметному расчету со словами: «Мы в этом году прошли славный боевой путь от Вислы до Одера. Мы — участники многочисленных боев за завоевание плацдарма на западном берегу р. Одер. Мы еще и еще раз покажем немцам, на что способны советские воины. Свое полковое знамя с честью пронесем до Берлина».
Ефрейтор Тазельматов, б/п, перед полковым знаменем сказал: «Клянусь беспощаднее бить врага и с честью выполнить приказ товарища Сталина по захвату Берлина».
В момент пронесения полкового знамени в 215 гв. сп среди бойцов зачитывалось и подписывалось письмо на имя товарища Сталина.
В 218 гв. сп в момент пронесения полкового знамени среди бойцов зачитывалось и подписывалось письмо к трудящимся города Москвы, где была сформирована 77 гв. сд в 1941 году. Кроме того, в этом же полку в некоторых подразделениях было зачитано патриотическое письмо, присланное на имя зам. командира полка по политчасти гв. майора Шелыгова матерью красноармейца Виноградова, активного участника боев за Клессен (плацдарм на западном берегу р. Одер), награжденного орденом «Красная Звезда», ныне находящегося на излечении в госпитале.
Проводимая работа по доведению и разъяснению Обращения Военного совета фронта, пронесение знамен, краткие беседы по выполнению предстоящей задачи подняли в бойцах высокий боевой дух. Поэтому при прорыве обороны противника бойцы дружно поднялись в атаку и, преодолевая сопротивление, за короткий промежуток времени овладели тремя линиями траншей.
Гв. старший сержант Крива, который около полкового знамени дал клятву беспощадно бить немецких захватчиков и которому за день до боев был вручен партийный билет, в бою из своего пулемета уничтожил 30 немецких солдат. Несмотря на тяжелое ранение, Крива не выпустил пулемет из рук, превозмогая боль, продолжал двигаться с бойцами вперед. Пример героизма и храбрости пулеметчика Крива популяризирован через письма-летучки и дивизионную газету среди всего личного состава дивизии.
Подобные примеры героизма имеют место и в других соединениях.
В ходе боевых операций партийно-политический аппарат продолжает вести воспитательную работу с личным составом вокруг Обращения Военного совета фронта, памяток и листовок, сводок Совинформбюро. Политработники, агитаторы, коммунисты в групповых и индивидуальных беседах призывают бойцов к стойкости, упорству и наступательному порыву. Лучшие примеры героизма и отваги отдельных бойцов в бою популяризуются среди личного состава через письма-летучки, дивизионные и армейские газеты.
Коммунисты и комсомольцы, в том числе парторги и комсорги, занимая авангардную роль, личным примером увлекают бойцов в бой.
Парторг стрелковой роты гв. старшина Орбей во время атаки шел одним из первых, выкрикивал короткие лозунги-призывы, способствовал успеху роты. Представлен к награждению орденом «Красная Звезда».
В 274 сд парторг 1 сб 961 сп лейтенант Ионов вместе с первой ротой шел в атаку. Будучи контуженным, он не ушел из роты, продолжал вести партийно-политическую работу и воодушевлять бойцов. Когда в критическую минуту боя вышел из строя командир взвода, Ионов принял командование взводом на себя. Взвод под командой Ионова продвинулся в глубь обороны немцев и оказался в опасности быть отрезанным. Однако Ионов, воодушевляя бойцов словом и личным примером храбрости, сумел выдержать натиск противника и дал возможность соседним взводам развить успех. В этом бою Ионов был ранен.
Комсорг стрелковой роты ст. сержант Городнянский в период атаки первым поднялся и со словами: «За Родину, за Сталина! Вперед на Берлин!» — увлекал за собой бойцов. Он лично истребил четырех немцев.
В 312 сд 4-я рота 1079 сп с боем подходила к третьей траншее противника. В это время с фланга противник открыл из пулемета сильный огонь. Бойцы роты залегли. Тогда красноармеец комсомолец Рабычев первым поднялся и с возгласом: «За мной, вперед!» — бросился на пулеметную точку противника, забрасывая ее гранатами. Увлеченные подвигом Рабычева, бойцы роты ворвались в траншею и выбили немцев. В этом бою Рабычев погиб смертью храбрых. Комсомольский билет Рабычев получил за день до наступления.
Следуя примеру коммунистов и комсомольцев, беспартийные бойцы также храбро дерутся с врагом. В том числе и бойцы нового пополнения.
Недавно призванный в армию красноармеец Ростовкус (литовец), когда проносили знамя полка, заявил: «Я крепко буду бить немцев». И он выполнил свое слово. В бою Ростовкус получил два ранения, но не уходил с поля боя и продолжал истреблять немцев. Им уничтожено 7 гитлеровцев. За храбрость и отвагу Ростовкус представлен к награждению орденом Отечественной войны 2-й степени, ему присвоено звание ефрейтор.
Красноармеец Джагомбаев, б/п, узбек, вместе с красноармейцем Волынец, б/п, в бою за первую и вторую линии траншей, забрасывая противника гранатами, взяли в плен пять немецких солдат и уничтожили один пулемет вместе с расчетом. Джагомбаев и Волынец представлены к награждении: орденом Славы 3-й степени.
Лучшие бойцы и офицеры в ходе боя подают заявления в ряды ВКП(б) и ВЛКСМ. Например, за два дня (16 и 17 апреля) в 312 сд поступило заявлений для приема в партию (главным образом в кандидаты) — 24, из них рассмотрены первичными парторганизациями — 18, подано заявлений в ком сомол — 37, из них рассмотрено — 30.
Подобные примеры имеют место и в других соединениях.
Отзывы военнослужащих об операции в первые дни боя:
«Артиллерийская подготовка была хорошей. Большую роль при нашей атаке сыграли прожекторы. Я чувствовал, как было продумано и хорошо организовано начало наступления». (Кр-ц Сапунов А. В., 1908 г. рождения пулеметчик, 274 сд.)
«Артподготовка по своей мощности была сильнее и продолжительнее, чем на Висле. Но мы от Вислы быстрее пошли вперед, чем здесь. Здесь у немцев оборона крепкая». (Кр-ц Викторович, 1911 г. рождения, в РККА с 1944 г., из Пинской области.)
Следует отметить, что артподготовка не везде оказалась эффективной. Причем выявились такие явления: например, в 39 оиптабр, подготовив орудия для стрельбы по первой и второй траншеям противника, в 3 часа 16 апреля с. г. (за два часа до артподготовки) получили сведения, что из указанных траншей противник увел основную силу в глубину своей обороны.
Во всех соединениях личный состав положительно отзывается о введении прожекторов для освещения пути пехоте и танкам и для ослепления противника. Однако высказывается ряд моментов, которые сводятся к тому, что при движении пехоты и танков в глубину обороны немцев прожекторы, продолжая оставаться на месте, уже не оказывают того эффекта, как в начале атаки. «В начале атаки прожекторы действовали хорошо. Но, когда мы пошли в глубь обороны немцев, свет их уменьшился, стало темно и пехота не смогла быстро продвигаться». (Ст. сержант Вербенко, 1925 г. рождения, кан. ВКП(б), на фронте с 1943 г.)
О действиях танков в [полосе наступления] 274 сд кр-ц сапер Лазаревич Г. Т., б/п, в РККА с 1944 г., заявил: «Я действовал в составе танкового экипажа. Мы, саперы, расчищали путь для танков и видели, как действовали наши танкисты. Они смело и геройски уничтожали огневые точки врага, пехота не отставала от танков, в атаку все шли дружно».
Однако в ряде случаев, танковые подразделения и отдельные экипажи танков действовали слабо, особенно 68-й танковой бригады. На действие танков этой бригады поступали жалобы из соединений 61-й и 91-й стрелковых корпусов, показывающие, что танки бригады входили в действие с опозданием, отставали. Взаимосвязь танковых подразделений с пехотными была налажена недостаточно.
17 апреля с. г. в 68-ю танковую бригаду мной направлен работник ПОАРМа — майор Тарасов для проверки партийно-политической работы в период настоящего наступления и оказания помощи в устранении недостатков.
Были жалобы со стороны личного состава по поводу действия нашей истребительной авиации. 16 апреля утром и днем авиация противника, особенно «мессершмитты», часто появлялись над полем боя, наносили много потерь нашим войскам и не встречали особого сопротивления со стороны нашей истребительной авиации.
В ряде соединений слабо было организовано разминирование минных полей перед передним краем нашей обороны и проделывание проходов для пехоты и танков (247 сд, 274 сд, 312 сд). В результате чего имели место случаи подрыва танков, автомашин и людей на своих минах. Например, из числа 22 танков 89-го отд. тяжелого танкового полка, восемь подорвались на своих минах (танки вскоре были восстановлены и вошли опять в строй). В 247 сд зарегистрировано 30 случаев подрыва людей на своих минах.
Некоторые саперные подразделения работали недостаточно. Проходы делались узкие, причем полностью не разминировались. Особенно плохо с этим делом обстояло в 247 сд. Дивизионный инженер подполковник Ломов, чл. ВКП(б), и командир 416 осб дивизии майор Лебедев, чл. ВКП(б), вместо того чтобы организовать работы по разминированию, накануне перед наступлением занялись пьянством. Подполковник Ломов до такой степени был пьян, что не мог явиться к командиру дивизии по его вызову.
Ломов и Лебедев привлекаются к дисциплинарной и партийной ответственности.
Войска армии, расположенные на левом фланге (312 сд, 41 сд, 274 сд), во время прорыва обороны противника понесли много жертв от артиллерийского огня противника из района Франкфурта. Франкфурт не входил в район действия армии и не подвергался какому-либо воздействию со стороны войск армии. В связи с этим многие бойцы и офицеры задают вопрос: «Почему мы не бьем по Франкфурту? Немцы по нам бьют, а мы им не даем отпора».
В области партийно-политической работы имели место следующие недостатки.
Ряд политработников батальонного звена в период наступления не справились со своими обязанностями.
В 247 сд зам. командира 1-го батальона 916 сп капитан Тарасов в период подготовки не проявил никакой инициативы в проведении партийно-политической работы, работал под большим нажимом. А в период боевых действий Тарасов стремился уйти подальше в тыл, чтобы не подвергнуться опасности. В первый день боя в батальоне выбыли из строя командир батальона, его заместитель по боевой части, старший адъютант.
Зам. командира 916 сп майор Белов потребовал от Тарасова, чтобы он немедленно был в батальоне, навел порядок и продолжал работать. Однако Тарасов не выполнил этого приказания и до конца дня 16 апреля не явился в батальон. Мною Тарасов снят с должности и будет привлечен к партийной ответственности.
В 77 гв. сд в момент, когда среди личного состава 2-го батальона 215 гв. сп проводилась работа по доведению Обращения Военного совета и боевой задачи, комсорг этого батальона гв. лейтенант Виноградов лег спать, мотивируя это тем, что он ночь дежурил по батальону. Будучи посланным к группе бойцов-десантников для доведения Обращения и боевой задачи, Виноградов скрылся в землянке и не работал. Виноградов привлекается к партийной ответственности.
В той же дивизии зам. командира 2-го батальона по политчасти капитан Быков (215 гв. сп) во время атаки и продвижения не руководил партийно-политической работой, а находился вместе с командиром батальона. Он заявлял так: «Раз оборону прорвали, значит, партийно-политическую работу провели хорошо. Дальше дело командиров».
В отдельных подразделениях Обращение Военного совета фронта перед атакой до некоторых бойцов доведено не было (например, во 2-м батальоне 215 гв. сп 77 гв. сд). Причем в ряде случаев Обращение доводилось сухо, без дополнительного разъяснения и без призывов.
В первый день боя в некоторых частях газеты до бойцов (в том числе дивизионные) были доставлены с опозданием — к 15, а кое-где и к 18 часам (77 гв. сд, 247 сд, 4 сд и др.). Сводка Совинформбюро доводилась до бойцов также с опозданием.
В связи с наличием такого недостатка мною дано указание всем начальникам политорганов усилить контроль за доставкой газет в подразделения и за доведением сводок Совинформбюро.
18 апреля провел совещание с работниками ПОАРМа, которые работали в дивизиях и бригадах 15, 16 и 17 апреля с. г.
На совещании каждый из них доложил о проведенной партийно-политической работе в соединениях.
Начальник политотдела 69-й армии
гв. полковник Вишневский
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 92. Л. 124–135. Подлинник.
№ 42. Политическое донесение начальника политического отдела 69-й армии начальнику политического управления 1-го Белорусского фронта о некоторых итогах и недостатках первого дня боя на одерском плацдарме
№ 0471 18 апреля 1945 г.
17 апреля с. г. группа работников политотдела армии в составе заместителей начальника политотдела армии полковника т. Гуревича, подполковника т. Хачикогляна, секретаря армейской партийной комиссии подполковника т. Наумова, начальника политотдела тыла полковника т. Свешникова работала в госпиталях 1-й линии, провела ряд бесед с ранеными бойцами и офицерами по выявлению их мнений и отзывов по итогам первого дня боя — 16 апреля 1945 г. в наступательной операции на одерском плацдарме. В беседах с ранеными были поставлены такие вопросы:
1. Доведение боевой задачи до личного состава.
2. Как прошла артиллерийская подготовка.
3. Действие прожекторов в момент атаки.
4. Организация взаимодействия на поле боя.
5. Награждение раненых.
6. Организация эвакуации с поля боя раненых, уход за ними в госпиталях.
Беседами были охвачены раненые, находящиеся на излечении в госпиталях, где начальниками майоры м/с Ипошвили, Лукашенко, Баданов, подполковник Шварц.
1. Доведение боевой задачи до личного состава.
Поголовно все раненые заявили, что боевая задача была доведена до всего личного состава. Каждый боец и офицер знали задачу своего подразделения и части.
В то же время установлено, что сроки доведения боевой задачи были различные. В отдельных частях задача была доведена вечером 15 апреля (12 сабр, 247 сд и др.), в других частях — только после завтрака, с 4.00 16 апреля.
В этот же период времени, т. е. с 3–4 часов утра, доводилось Обращение Военного совета 1-го Белорусского фронта. В отдельных частях (344 гв. сап, в отдельных подразделениях 4 сд) Обращение доводилось вечером 15 апреля — засветло.
Доведение Обращения в ночное время выявило большие трудности в связи с отсутствием блиндажей и мест укрытий для сбора людей, а также отсутствием света. В ряде подразделений Обращение зачитывалось при использовании спичек и карманных фонарей.
Раненые высказывают мысль о необходимости доведения подобных документов в светлое время.
2. Как прошла артиллерийская подготовка.
Все раненые единодушно высказали мнение об огромной силе артиллерийского огня, хвалили артиллеристов. Многие сравнивают артподготовку на одерском плацдарме с подготовкой на вислинском плацдарме и указывают, что сила огня сейчас была большей, однако, большинство раненых подчеркивает, что эта артподготовка не была столь эффективной по ее результатам, т. к. не расстроила огневую систему противника на всю его глубину.
По мнению многих раненых, артиллерийский огонь, сосредоточенный по второй и третьей траншеям, был метким, однако, больших потерь противнику не нанес, ввиду того, что последний заблаговременно отвел свою пехоту в глубину обороны.
«Трупов немцев, — заявляют раненые, — во 2-й и 3-й траншеях мы видели очень мало».
Командир пульвзвода 1-го батальона 1079 сп 312 сд мл. лейтенант Бутылкин заявил: «Артиллерийская подготовка проведена по пустому месту, т. к. противник накануне перенес свои огневые точки».
Об этом заявил также командир роты танков 68-й танковой бригады капитан Шимков.
Ряд раненых бойцов и офицеров частей и соединений, действующих на левом фланге армии, заявляют, что очень сильно мешал дальнейшему продвижению вперед фланговый артиллерийско-минометный огонь из Франкфурта (сержант Яковлев 1232 сп 370 сд; красноармеец Степанов 1079 сп 312 сд и др.).
Анализ ранений показывает, что подавляющее большинство красноармейцев и офицеров было ранено между 2-й и 3-й траншеями и за линией ж. д. Шефлис и южнее ее. Большинство из них получили осколочные ранения, что также свидетельствует о том, что основная огневая система противника не оказалась расстроенной огневым воздействием нашей артиллерии.
Отдельные товарищи высказали мнение, что наша артиллерийская разведка не выявила полностью огневой системы противника и, следовательно, она не была подавлена нашей артиллерией.
3. Действие прожекторов в момент атаки.
Подавляющее большинство раненых заявило, что пехота дружно поднялась в атаку с момента окончания артподготовки и включения прожекторов.
Командир взвода 77 гв. сд мл. лейтенант Дмитриев заявил: «Мы пошли в атаку дружно, буквально прижимаясь к разрывам наших снарядов. В первых двух траншеях немцев было мало, они охотно сдавались в плен. Сильное сопротивление противник начал [оказывать] лишь с 4-й траншеи, до этого во взводе потерь не было. Наступательный порыв у всех бойцов был высокий».
О действии и эффективности прожекторов во время атаки и боя в глубине обороны противника раненые высказывались противоречиво.
Одни (большинство) заявляют, что свет прожекторов ослеплял противника, освещал впереди лежащую местность, что дало возможность передвигаться вперед и сравнительно быстро овладеть тремя траншеями противника.
Особенно хорошо отзываются о действиях прожекторов танкисты и самоходчики, которые, используя свет, двигались со своими танками и самоходками в условиях ночного боя не вслепую.
Другая группа раненых отрицательно оценивает действия и использование прожекторов, которые не давали большой видимости вперед, ввиду наличия большого дыма и пыли после артподготовки, а также предутреннего тумана, ограничивавших видимость.
Некоторые раненые заявляли, что именно прожекторный свет дал возможность противнику сосредоточить свой огонь по местам скопления наших войск, чем объясняются такие большие потери.
4. Организация взаимодействия на поле боя.
Бойцы и офицеры, получившие ранения на своих минных полях, высказывают большие недовольства действием саперов, особенно перед фронтом 247 сд, которые плохо разминировали минные поля, следствием чего имели место факты подрыва на своих минах людей, танков и самоходных орудий.
Отдельные раненые заявляют, что проходы в минных полях сделаны узкие, плохо обозначены и малозаметны. Анализ показывает, что большинство ранений произошло не на минных полях противника, а на наших.
Командир СУ-152 68-й танковой бригады Спадбеков заявил: «Впереди меня идущая самоходка подорвалась на своей же мине. Я получил приказание вытащить ее. Приступив к выполнению приказа, был ранен. Как мы попали на свои мины — не знаю».
Обращает внимание наличие значительного количества раненых артиллеристов, особенно полковой и батальонной артиллерии, которая сопровождала своим огнем пехоту и шла в ее боевых порядках.
О взаимодействии пехоты с танками и самоходными орудиями раненые высказывают различные мнения. Так, например, командир отделения 247 сд мл. сержант Давиденко заявил: «На нашем участке каждому взводу был придан танк. Мы двигались вслед за нашими танками. Увидев наши танки, немцы пустили в контратаку свои танки. Наши танки крепко таранили их. Это было буквально танковое побоище».
Отдельные раненые заявляют, что танки и самоходки отставали от пехоты и шли сзади нее.
Сержант Сафронов, командир отделения 916 сп 247 сд заявил: «Танки помогали плохо. Они шли за пехотой. Лично видел, как наш танк, переползая через нашу траншею, раздавил четырех бойцов».
Командир танковой роты 68-й танковой бригады капитан Шимков сказал: «В одной балке скопилось большое количество танков и самоходок. Танки не были приготовлены к ночной стрельбе. В момент наступления стреляли вслепую».
Наводчик СУ-76 12 сабр Козаренко заявил: «Взаимодействие было организовано плохо. Цели для подавления огневых точек не указывались. Видимость была плохая, и стреляли наугад».
О действиях авиации раненые отзывались положительно.
Командир роты 370 сд Герой Советского Союза капитан Горбатенко заявил: «Авиация наносила удары по глубине обороны противника. Недостаточно наносили удары по переднему краю. То, что она всегда находилась в воздухе, ободряло бойцов».
Командир отделения 5 ср 961 сп 274 сд сержант Ковальчук заявил, что во время наступления три пулемета пулеметной роты батальона, которые поддерживали его роту, вышли из строя. По его словам, пулеметные расчеты были укомплектованы из красноармейцев-молдаван, которые не могли устранить задержек в пулеметах и не смогли своевременно поддержать своим огнем пехоту.
Многие раненые указывают, что они получили ранения, находясь во втором эшелоне действующих частей (1083 сп 312 сд, 909 сп 247 сд и др.) и объясняют это большой скученностью в районе Лебус, где боевые порядки фактически перепутались, что дало возможность противнику наносить нам ущерб даже [не] прицельной стрельбой.
Отдельные бойцы заявляют, что противник перед своим отходом минирует блиндажи, землянки и т. д.
Так, например, красноармеец 39 сп 4 сд Николаев заявил: «Выполняя боевое задание, я с четырьмя товарищами расположился в немецкой землянке. Осмотр ее мы не сделали, и через 3 часа четверо из нас были ранены взорвавшейся миной, т. к. землянка была заминирована».
5. Награждение раненых.
Опрос раненых выявил много бойцов, сержантов и офицеров, имеющих по нескольку ранений, до сих пор не награжденных или награжденных такими правительственными наградами, которые не соответствуют их подвигам.
Командир взвода 1 сб 39 сп 4 сд лейтенант Грундовский Н. В. до 16 апреля был ранен пять раз. 16 апреля ранен шестой раз — тяжело (слепое осколочное ранение в грудь). Награжден лишь медалью «За отвагу» в октябре 1942 г. и после этого больше не награждался.
Характерно, что тов. Грундовский в числе четырех офицеров прибыл в полк 8 апреля с. г. Был направлен на должность ПНШ по учету. Никто из командования полка с ним не беседовал. Он ни разу даже не видел командира полка и его заместителя по политчасти.
Выявлены бойцы и офицеры, имеющие два и три ранения и до сих пор не награжденные (312 сд, 247 сд и др.).
У многих раненых, уже награжденных, отсутствуют на руках удостоверения о их награждении орденами и медалями.
Красноармеец батареи 76-мм орудий 920 сп 247 сд Хасанов дважды ранен, награжден орденом «Красная Звезда», до сих пор не получил справку о награждении.
Пом. комвзвода 1-й минроты 39 сп 4 сд ст. сержант Куличенко награжден орденом «Красная Звезда» и медалью «За боевые заслуги», до сих пор удостоверений о награждении не получил.
Санинструктор санвзвода 2 сб 965 сп 274 сд Поляков в действующей армии с 1941 г., четыре раза ранен, имел награды — орден «Красная Звезда» и медаль «За отвагу». При отходе с плацдарма в р-не Кемпа на Висле, будучи раненым, оставил в р. Висла все обмундирование с наградными знаками и документами. Еще в августе 1944 г. возбудил ходатайство, находясь в 101 сп 4 сд, о восстановлении наград. До сих пор ответа не получил.
Есть необходимость продолжить практику выезда в госпиталя представителей частей, отделов кадров для выявления отличившихся в боях, награждения их на месте и вручения наградных знаков.
6. Организация эвакуации с поля боя раненых и уход за ними в госпиталях.
Раненые в своем большинстве не выражают особых претензий в деле
своевременной эвакуации их с поля боя. Особенно отмечают быструю эвакуацию их от полкового медпункта до медсанбата и госпиталей. Как правило, на полковых медпунктах раненым давали водку и питание.
Больше претензий высказывают раненые при эвакуации их с поля боя и доставке их до полковых медпунктов.
Уход и забота о раненых в госпиталях в основном организованы неплохо. Раненые в санпропускниках, в ожидании бани, получают бутерброды и горячий чай. Размещаются на матрацах. Медицинский персонал во всех госпиталях работает с большим подъемом, а иногда даже без отдыха.
Почти все госпиталя усилены группами ОРМУ.
В ХППГ 2401 (начальник госпиталя майор Лукашенко) много раненых не побриты.
В госпиталях, где начальниками майоры Лукашенко и Лямин, умерло 13 раненых (доставлены в госпиталь из медсанбата в шоковом состоянии).
Похороны умерших от ран своевременно не организуются ввиду отсутствия патологоанатомов, которые должны вскрывать трупы. Последние выехали в медсанбаты для вскрытия трупов умерших от ран на месте.
Партийные и комсомольские билеты у тяжелораненых, как правило, отбираются зам. начальниками госпиталей по политчасти, за исключением зам. по политчасти начальника ХППГ 2401 майора Кочергина, который перепоручил это дело парторгу госпиталя, зав. санпропускником старшине Розенштейну. Не всем раненым выдаются квитанции в отборе у них партдокументов.
Похороны умерших от ран в госпиталях первой линии производятся на кладбище, на площади в с. Гросс-Рада, где расположен госпиталь легкораненых (численность 1200 человек). Похороны производятся на виду у раненых. Было бы целесообразно кладбище перенести в другой район.
Лимит на газеты госпиталям первой линии увеличен, однако доставка их организована плохо. Армейская газета «Вперед к победе» доставляется к исходу дня.
В лучшую сторону по организации массово-разъяснительной работы среди раненых выделяется госпиталь легкораненых, где заместителем начальника госпиталя по политчасти майор Ткачев.
Начальник политотдела 69-й армии
гв. полковник Вишневский
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 92. Л. 124–129. Подлинник.
№ 43. Приказ командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 1-й и 2-й гвардейскими танковыми, 5-й ударной, 8-й гвардейской и 33-й армиями об улучшении организации наступления на Берлин
№ 00566/оп 18 апреля 1945 г. 22.00
1. Наступление на Берлин у вас развивается недопустимо медленно. Если так будет операция и дальше проходить, то наступление может захлебнуться.
2. Основная причина плохого наступления кроется в неорганизованности, отсутствии взаимодействия войск и отсутствия требовательности к лицам, не выполняющим боевых задач. Приказываю: 1. Всем командармам, командирам корпусов, дивизий и бригад выехать в передовые части и лично разобраться с обстановкой, а именно: а) где и какой противник; б) где свои части, где средства усиления и что они конкретно делают; в) имеют ли части взаимодействие, боеприпасы и как организовано управление.
3. До 12 часов 19 апреля привести части в порядок, уточнить задачи, организовать взаимодействие всех частей, пополнить боеприпасы и в 12 часов по всему фронту начать артиллерийскую и авиационную подготовку и, в зависимости от характера артподготовки, атаковать противника и стремительно развить наступление согласно плану.
Координацию действий на участке 5-й ударной и 2 гв. ТА возлагаю на командарма 5-й ударной. На участке 8 гв. и 1 гв. ТА— на командарма 8 гв. А. […]
4. Все транспортные машины механизированных бригад, механизированных корпусов и тылов бригад и корпусов немедля убрать с дорог и отвести в укрытия. В дальнейшем мотопехоте продвигаться пешком.
5. Для организации жесткого порядка на дорогах немедленно организовать командирскую комендантскую службу.
6. Для поддержания взаимодействия стрелковых дивизий и танковых бригад танковых армий военным советам 5-й и 8-й армий иметь своих ответственных командиров со средствами связи в каждой танковой бригаде 1 и 2 ТА. Военным советам 1 и 2 гв. ТА иметь своих представителей в стрелковых дивизиях.
7. Всех командиров, проявивших неумение выполнять задачи и проявивших нерешительность, заменить умелыми и отважными командирами.
Жуков
Телегин
Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 68–69. Подлинник.
№ 44. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командиру 9-го танкового корпуса о незамедлительном выходе в район Фройденберга
18 апреля 1945 г. 24.00
9 гв. тк действует очень плохо и нерешительно. За плохие действия объявляю Вам выговор. [К] исходу дня 19 апреля 1945 г. любой ценой корпусу под Вашу ответственность выйти в район Фройденберга.
Исполнение донести лично мне.
Жуков
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 70. Подлинник.
№ 45. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командиру 11-го танкового корпуса о незамедлительном выходе в район Вердера и Беторсхагена
18 апреля 1945 г. 24.00
Вы лично и Ваш штаб во главе с начальником штаба в проводимой операции работаете плохо и нерешительно.
Я очень строго предупреждаю Вас о неполном служебном соответствии и требую более смелых и организованных действий.
Любой ценой 19.4 выйти в район Вердер, Беторсхаген.
Исполнение донести лично мне.
Жуков
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 185. Л. 233. Подлинник.
№ 46. Донесение командира 79-го стрелкового корпуса Военному совету 3-й Ударной армии о неудовлетворительном взаимодействии с частями 9-го гвардейского танкового корпуса
19 апреля 1945 г.
18.4.45 г. в районе г. дв. Меглин скопилось три танковые бригады. В 19.30 18.4.45 г. прибыл в этот район; я приказал в 21.00 подготовить артогонь и пехоту для атаки противника. Через начальника штаба 23 тбр 9 тк Катырлова я передал приказание командиру бригады подготовить бригаду и совместно с пехотой смять противника и войти в прорыв.
Командир бригады Морозов мой приказ не выполнил и, несмотря на то, что пехота атаковала противника в течение всей ночи, наступала и продвинулась на 5 км, танки в прорыв не вошли.
В 2.00 я приказал разыскать еще раз любого командира бригады. В 4.00 был найден командир 65 тбр 9-го гвардейского танкового корпуса подполковник Максимов, который отказался явиться ко мне для увязки вопросов взаимодействия.
В течение трех суток боев пехота прошла 26 км с непрерывными боями и в течение этого времени танки все время болтались сзади боевых порядков пехоты.
Переверткин
Верно: пом. нач. отделения по использованию
опыта войны
штаба 3-й ударной армии гвардии капитан Дмитренко
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 776. Л. 125. Зав. копия.
№ 47. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим армиями и отдельными корпусами о запрещении продвижения бронетанковой техники по дорогам Германии
19 апреля 1945 г. 20.00
Учитывая, что противник создает на дорогах, особенно на шоссейных, заграждения и сильную противотанковую оборону, командующий войсками фронта приказал:
во время наступления запретить передвижения и действия танков и САУ по дорогам;
разрешить пользоваться дорогами только в исключительных случаях при прохождении через переправы и дефиле.
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 79. Подлинник.
№ 48. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 2-й гвардейской танковой армией на продолжение наступления и выход в район Вернойхен
№ 00572/оп 20 апреля 1945 г. 00.20
Командующий войсками фронта приказал: продолжать наступление и во что бы то ни стало 20.4.45 г. главными силами 2 гв. ТА выйти в район Вернойхен.
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 83. Подлинник.
№ 49. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командиру 7-го гвардейского кавалерийского корпуса о наступлении в западном направлении
№ 00576/оп 20 апреля 1945 г. 05.45
Во исполнение ранее поставленной задачи командующий войсками фронта приказал: 7 гв. кк, выставляя заслоны по каналу на шоссейных дорогах для обеспечения себя с севера, главными силами корпуса продолжать наступление в западном направлении с задачей — к утру 21 апреля 1945 г. овладеть районом Зандхаузен, Ораниенбург и этим создать себе выгодные условия для удара с севера на Берлин.
Начальник штаба
1-го Белорусского фронта
генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 86. Подлинник.
№ 50. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 2-й гвардейской танковой армией с требованием первыми ворваться в Берлин{29}
20 апреля 1945 г. 21.50
2-й гвардейской танковой армии поручается историческая задача: первой ворваться в Берлин и водрузить Знамя Победы. Лично Вам поручаю организовать исполнение.
Пошлите от каждого корпуса по одной лучшей бригаде в Берлин и поставьте им задачу: не позднее 4 часов утра 21 апреля 1945 г. любой ценой прорваться на окраину Берлина и немедля донести для доклада т. Сталину и объявления в прессе.
Жуков
Телегин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 88. Подлинник.
Содержание главы
№ 51. Боевое распоряжение командующего 3-й Ударной армией командиру 9-го танкового корпуса о необходимости активизации действий танковых бригад на берлинском направлении. 21 апреля 1945 г.
№ 52. Боевое донесение командующего 3-й Ударной армией командующему войсками 1-го Белорусского фронта о прорыве на северо-восточную окраину Берлина. № 0098. 21 апреля 1945 г. 22.00
№ 53. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 33-й армией и командиру 2-го гвардейского кавалерийского корпуса об изменении задачи. № 00577/оп. 21 апреля 1945 г. 01.05
№ 54. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 1-й Польской армией об ускорении темпов наступления. № 00578/оп. 21 апреля 1945 г. 01.15
№ 55. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 47-й армией и 2-й гвардейской танковой армией о выделении сил и средств для наступления на Потсдам
№ 56. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 5-й ударной и 1-й гвардейской танковой армиями, командиру 11-го танкового корпуса о действиях танков в составе штурмовых отрядов для непосредственной поддержки пехоты. № 00594/оп. 22 апреля 1945 г. 17.30
№ 57. Распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта войскам фронта по улучшению организации боев в Берлине и активизации боевых действий. № 00595/оп. 22 апреля 1945 г. 22.45
№ 58. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующим войсками 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов на окружение франкфуртско-губенской группировки противника. № 11074. 23 апреля 1945 г. 00.45
№ 59. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 69-й и 33-й армиями, командиру 2-го гвардейского кавалерийского корпуса о завершении окружения франкфуртско-губенской группировки противника. № 00601/оп. 23 апреля 1945 г. 18.00
№ 60. Директива командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим всех армий фронта об организации артиллерийского обеспечения уличных боев в Берлине. № 00603/оп. 24 апреля 1945 г. 03.00
№ 61. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 2-и гвардейской танковой армией о временном переподчинении двух танковых бригад и нанесении удара на Потсдам. № 00608/оп. 25 апреля 1945 г. 00.30
№ 62. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командиру 7-го гвардейского кавалерийского корпуса на продолжение стремительного наступления с целью упреждения войск 1-го Украинского фронта в занятии Бранденбурга. № 00607/оп. 25 апреля 1945 г. 01.00
№ 63. Боевое распоряжение командующего 8-й гвардейской армией командирам 4-го, 28-го и 29-го гвардейских стрелковых корпусов на штурм Берлина. 25 апреля 1945 г. 23.30
№ 64. Боевое донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о ходе наступательной операции. № 00492. 26 апреля 1945 г. 03.00
№ 65. Боевое распоряжение командующего 5-й ударной армией командирам 9, 26 и 32-го стрелковых корпусов на боевые действия штурмовыми отрядами. № 00112/оп. 27 апреля 1945 г. 09.15
№ 66. Боевое распоряжение командующего 5-й ударной армией командирам 9, 26 и 32-го стрелковых корпусов на засылку военнопленных и местных жителей в расположение немецких войск, оказывающих сопротивление в Берлине. 27 апреля 1945 г.
№ 67. Краткий доклад о действии артиллерии 1-го Белорусского фронта в ходе подготовки и на первом этапе берлинской операции. 27 апреля 1945 г.
№ 68. Боевое распоряжение командующего 1-й гвардейской танковой армией подчиненным войскам на продолжение наступления в направлении рейхстага. № 0032/оп. 27 апреля 1945 г. 14.05
№ 69. Боевое распоряжение командующего 3-й ударной армией командирам 12-го гвардейского, 79-го, 7-го стрелковых и 9-го танкового корпусов на продолжение наступления в Берлине. № 3382/ш. 28 апреля 1945 г. 14.50
№ 70. Директива Ставки Верховного Главнокомандованиякомандующим войсками 1-го Белорусского и 1-го Украинскогофронтов об установлении разграничительной линии в Берлине. № 11077. 28 апреля 1945 г. 21.20
№ 71. Доклад командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о положении войск и необходимости изменения разграничительной линии с 1-м Украинским фронтом. № 00627/оп. 28 апреля 1945 г. 22.00
№ 72. Боевое распоряжение командующего 5-й ударной армией командирам 9-го, 26-го и 32-го стрелковых корпусовна штурм Берлина. 28 апреля 1945 г. 23.50
№ 73. Из итоговой разведсводки штаба 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта. Потери противника за период 15–28 апреля 1945 г… 28 апреля 1945 г. 24.00
№ 74. Приказ командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 3-й и 5-й ударными, 8-й гвардейской, 1-й и 2-й гвардейскими танковыми армиями о приеме военнопленных в случае капитуляции Германии. № 00631/оп. 29 апреля 1945 г. 22.30
№ 75. Боевое распоряжение командующего 8-й гвардейской армией командирам 4-го, 29-го гвардейских стрелковых корпусов на штурм центральной части Берлина. № 032. 30 апреля 1945 г.
№ 76. Приказ командующего 3-й ударной армией 1-го Белорусского фронта о поощрении личного состава за взятие рейхстага. 30 апреля 1945 г. 16.00
№ 77. Боевое донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о ходе боев в Берлине и взятии рейхстага. № 00655. 30 апреля 1945 г. 16.30
№ 78. Донесение Военного совета 8-й гвардейской армии Военному совету 1-го Белорусского фронта о результатах расследования факта нахождения частей 1-го Украинскогофронта в полосе наступления 1-го Белорусского фронта. 30 апреля 1945 г. 16.45
№ 79. Боевое распоряжение командующего 3-й ударной армией командиру 79-го стрелкового корпуса на продолжение наступления в Берлине. № 3454/ш. 30 апреля 1945 г. 17.20
№ 80. Донесение начальника штаба 150-й стрелковой дивизии начальнику штаба 79-го стрелкового корпуса о взятии рейхстага и водружении знамени Победы над ним. 30 апреля 1945 г. 18.00
№ 81. Боевое донесение начальника штаба 79-го стрелкового корпуса командующему 3-й ударной армией о штурме рейхстага. № 0078. 30 апреля 1945 г. 18.00
№ 82. Приказ командующего войсками 1-го Белорусского фронта по случаю взятия рейхстага частями 79-го стрелковогокорпуса 3-й ударной армии. № 6. 30 апреля 1945 г.
№ 83. Боевое донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о ходе боевых действий и положении войск фронта на 30 апреля 1945 г… № 00514. 1 мая 1945 г. 21.30
№ 84. Выписка из боевого распоряжения командира 150-й стрелковой дивизии 3-й ударной армии об организацииобороны взятого рейхстага. № 036. 30 апреля 1945 г. 22.00
№ 85. Распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 2-й гвардейской танковой армией, командирам 1-го механизированного, 9-го и 12-го танковых корпусов о повышении личной ответственности за ведение боевых действий. № 11708. 1 мая 1945 г. 21.50
№ 86. Донесение командира 150-й стрелковой дивизии командиру 79-го стрелкового корпуса о ходе боев за рейхстаг. 2 мая 1945 г.
№ 87. Приказ командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 3-й и 5-й ударными, 8-й гвардейской, 1-й и 2-й гвардейскими танковыми армиями о наведении порядка в Берлине. № 00643/оп. 2 мая 1945 г. 14.45
№ 88. Из журнала боевых действий войск 1-го Белорусскогофронта. — О боевых действиях 8-й гвардейской армии 1–2 мая 1945 г. и ходе капитуляции немецких войск в Берлине.
№ 89. Боевое донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему об овладении городом Берлином. № 00524. 3 мая 1945 г. 02.30
№ 90. Донесение командира 79-го стрелкового полка военному совету 3-й ударной армии о замене знамени Победы над рейхстагом большим алым стягом. 9 мая 1945 г. 14.00
№ 91. Из журнала боевых действий 1-го Белорусского фронта. — Справка о потерях противника и захваченных трофеях в берлинской операции с 16 апреля по 9 мая 1945 г…
№ 92. Из краткого доклада командующего 2-й гвардейской танковой армией командующему войсками 1-го Белорусскогофронта о ходе боевых действий армии с 15 апреля по 3 мая 1945 г… № 0226/оп. 15 мая 1945 г.
№ 93. Справка разведотдела штаба 5-й ударной армии 1-го Белорусского фронта о количестве пленных, захваченныхв боях за Берлин с 22 апреля по 3 мая 1945 г… 15 мая 1945 г.
№ 94. Итоговая разведсводка штаба 1-го Белорусского фронта о ходе капитуляции немецких войск в полосе действий фронта. № 140. 15 мая 1945 г. 24.00
№ 95. Cправка оперативного управления штаба 1-го Белорусского фронта о потерях противника за период с 16 апреля по 13 мая 1945 г… 17 мая 1945 г.
№ 96. Донесение командующего 3-й ударной армией начальнику главного политического управления Красной Армии о бое за рейхстаг и водружении над ним знамени Победы. 2 июля 1945 г.
№ 97. Донесение начальника политического отдела 3-й ударной армии начальнику политического управления 1-го Белорусского фронта о водружении знамени Победы над рейхстагом. № 0459. 3 июня 1945 г.
№ 98. Донесение начальника политического управления 1-го Белорусского фронта заместителю начальника Главного Политического Управления Красной Армии об инциденте с передачей знамени Победы. № 0562. 3 июня 1945 г.
Глава продолжает рассказ о боевых действиях войск 1-го Белорусского фронта, которым выпала сложная, но почетная задача окончательного уничтожения врага в его столице. Более 50 документов, приводимых ниже, подробно освещают ход боевых действий в Берлине, героизм советских военнослужащих, упорное сопротивление немецкого гарнизона. За строками боевых распоряжений, приказов, донесений встают реальные люди — бойцы, офицеры, генералы, которые своими подвигами, а зачастую и жизнью внесли неоценимый вклад в победу над фашистской Германией. В главе описываются яркие эпизоды битвы за Берлин: действия штурмовых отрядов, применение танков в уличных боях, взятие рейхстага.
Дополняют и углубляют содержание данной главы материалы приложений к сборнику — сводки обобщенного боевого опыта армий и документы научных конференций, связанных с Берлинской наступательной операцией.
№ 51.
Боевое распоряжение командующего 3-й Ударной армией командиру 9-го танкового корпуса о необходимости активизации действий танковых бригад на берлинском направлении
21 апреля 1945 г.
Вы плохо выполняете не только мои приказы, но и приказы тов. Жукова.
Прикажите командирам бригад возглавить на головных танках свои бригады и повести их в атаку на Берлин, иначе ни чести, ни славы своего корпуса Вы не завоюете.
О панцерфаустах будете потом рассказывать детям.
Кузнецов
Верно: пом. нач. отделения по использованию опыта войны штаба 3-й ударной армии гвардии капитан Дмитренко
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 776. Л. 126. Зав. копия.
№ 52.
Боевое донесение командующего 3-й Ударной армией командующему войсками 1-го Белорусского фронта о прорыве на северо-восточную окраину Берлина
№ 0098 21 апреля 1945 г. 22.00
1. Противник разрозненными частями 11 мд СС «Нордланд», 1-й учебной авиадивизии, различными спецподразделениями и личным составом частей усиления, потерявших матчасть, частыми контратаками силой взвод — рота с 4–6 танками и самоходными орудиями в уличных боях пытался задержать продвижение наших войск.
Авиация противника одиночными самолетами вела разведку; группами от 4 до 12 самолетов бомбила боевые порядки наших войск.
2. Войска армии, успешно продолжая наступление, сломили сопротивление противника на ближних подступах к Берлину, в 6.00 ворвались на сев. — вост. окраину Берлина и к 20.00 ведут уличные бои в Буххольц, зап. окраине Бланкенбург, сев. — вост. окраине приг. Вейсензее, 1 км сев. — вост. Хоэншонхауезен.
79 ск к 20.00 ведет бой на рубеже:
207 сд — ж.-д. мост 1 км сев. Каров (3296 б), 1 км. зап. плтф. (3294 г.);
150 сд — (введена в бой с 17.00) — вост. окраина Буххольц (3094 б, 3094 в);
171 сд — зап. окраина Бланкенбург (2894 а и б);
12 гв. ск: 23 гвсд — отм. 49,8 (2694 а), отд. дома 1,5 км юго-зап. Мальхов, (2994 г);
52 гвсд — шоссейная дорога 1 км юго-зап. Мальхов (2696 в), перекресток шоссейной и железной дорог (2496 г);
33 сд — во втором эшелоне в районе: лес 1,5 км сев. Арнсфельде.
7 ск: 364 сд ведет бой на рубеже: отм. 58,6 (2498), поселок 1 км сев-вост. Хоэншонхаузен;
две дивизии к 18.00 сосредоточились в районе: 1–3 км юж. Блюмберг.
9 тк на 17.00:
95 и 23 тбр — вост. окраина Буххольц;
108 тбр — сев. — вост. окраина приг. Вейсензее;
8 мсбр — зап. окраина Каров.
3. Потери противника за 21.4.45 г.: уничтожено до 900 и взято в плен 800 солдат и офицеров противника; разбито: орудий — 35, самоходных орудий — 3, автомашин — 60, мотоциклов — 30, винтовок и автоматов — 250; захвачены трофеи: орудий разных — 84, самоходных орудий — 3, автомашин — 35, мотоциклов — 20, велосипедов — 300, винтовок и автоматов — 350, складов разных — 4.
Командующий 3-й ударной армией генерал-полковник Кузнецов
Член Военного совета 3-й ударной армии генерал-майор Литвинов
Начальник штаба армии гвардии генерал-майор Букштынович
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 442. Л. 521–522. Подлинник.
№ 53. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 33-й армией и командиру 2-го гвардейского кавалерийского корпуса об изменении задачи
№ 00577/оп 21 апреля 1945 г. 01.05
Командующий войсками фронта приказал: немедля вывести из боя передовые части 2 гв. кк и всеми силами корпуса выступить по маршруту Бринсков, Кунерсдорф, Лебус, Лицеи (14 км северо-западнее Лебуса) и к 12.00 21 апреля 1945 г. выйти в район Марксдорфа (5 км северо-западнее Лицена).
После привала в районе Марксдорфа нанести удар во фланг и тыл франкфуртской группировки противника в общем направлении Белендорф, Темпельберг, Фюрстенвальде.
О передвижении корпуса доносите каждые три часа.
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 89. Подлинник.
№ 54. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 1-й Польской армией об ускорении темпов наступления{32}
№ 00578/оп 21 апреля 1945 г. 01.15
47-я армия к 22.00 20 апреля 1945 г. вышла на фронт Ладебург, Бернау, Берникке. 1 ПА отстала на 20 км, что ставит под угрозу правый фланг 47-й армии.
Командующий войсками фронта приказал:
Командующему 1 ПА: а) немедля выдвинуть одну пехотную дивизию через полосу 47-й армии в район Темпельфельде; б) подвижный отряд выдвинуть в район Грюнталь; в) принять меры к ускорению передвижения главных сил армии.
Об отданных распоряжениях донести.
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 90. Подлинник.
№ 55. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 47-й армией и 2-й гвардейской танковой армией о выделении сил и средств для наступления на Потсдам
№ 00592/оп 22 апреля 1945 г. 16.40
Командующий войсками фронта приказал:
1. Командующему 47 А — с выходом войск армии в район Шпандау одну усиленную стрелковую дивизию с одной тбр 9 гв. тк 2 гв. ТА направить из
этого района в юго-западном направлении с задачей захватить Потсдам.
2. Командующему 2 гв. ТА выделить одну тбр 9 гв. тк в распоряжение
командующего 47-й армией для использования ее в наступлении на Потсдам.
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 110. Подлинник.
№ 56. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 5-й ударной и 1-й гвардейской танковой армиями, командиру 11-го танкового корпуса о действиях танков в составе штурмовых отрядов для непосредственной поддержки пехоты
№ 00594/оп 22 апреля 1945 г. 17.30
Командующий войсками фронта приказал:
11 тк Ющука передать в оперативное подчинение командующему 5 уд. А. Командующему 5 уд. А использовать 11 тк как танки НПП для действий в составе штурмовых отрядов.
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 112. Подлинник.
№ 57. Распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта войскам фронта по улучшению организации боев в Берлине и активизации боевых действий
№ 00595/оп 22 апреля 1945 г. 22.45
1. Оборона г. Берлина противником организована очень слабо, а операция наших войск по взятию города развивается очень медленно.
Если допустить и дальше такой плохой темп, [то] противник, пользуясь нашей неповоротливостью, подтянет дополнительные силы и средства и усилит оборону.
2. Я имею сведения о том, что бой организован плохо и части не организованы для ведения боя в городе в соответствии [с] инструкцией по ведению боя в городах.
Я требую: а) немедля организовать штурмовые подразделения в соответствии [с] нашей инструкцией по ведению боя в городах и поставить им конкретные задачи по объектам. Состав техники, придаваемой штурмовым подразделениям, определить в зависимости от важности и характера задач; б) для непрерывности ведения боя организовать круглосуточный бой, для чего в дивизиях иметь дневные и ночные штурмовые подразделения; в) танки и танковые подразделения включить в состав штурмовых подразделений. Ночью для подсвета применить прожектора; г) 9 тк придать 3-й уд. армии для НПП, 11 тк придать 5-й уд. армии для НПП, 8-ю гв. армию усилить за счет 1 ТА, одной тбр, одного ттп и тсап. Количество танков должно быть в этих трех единицах 75–80.
3. 1-й гв. танковой армии переправиться на участке 8-й гв. армии через р. Шпрее и не позднее 24 апреля выйти в район пригорода Темпельхоф, пригорода Штерлиц, Мариенфельде.
2-й гв. танковой армии (без 9 гв. тк) нанести удар из района Витенау, Рейникендорф и 24 апреля выйти в район Шарлотенбург, Дален, иск. Вильгельмштадт.
4. Общевойсковым армиям продолжать выполнять ранее поставленные задачи.
Жуков
Телегин
Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 114–115. Подлинник.
№ 58. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующим войсками 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов на окружение франкфуртско-губенской группировки противника
№ 11074 23 апреля 1945 г. 00.45
Ввиду выхода правофланговых частей 1-го Украинского фронта в район Ланквиц (южнее Берлина) Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Установить с 6.00 23.04 временно следующую разграничительную линию между 1-м Белорусским и 1-м Украинским фронтами: до Люббен прежняя и далее Тойпитц, Миттенвальде, Маркендорф, Ангальтский вокзал Берлина. Все пункты для 1-го Украинского фронта включительно.
2. Командующим войсками 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов не позднее 24.04 завершить окружение франкфуртско-губенской группировки противника и ни в коем случае не допустить ее прорыва в Берлин или в западном и юго-западном направлениях.
3. Об отданных распоряжениях донести.
Ставка Верховного Главнокомандования
И. Сталин
Антонов
РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 109. Копия.
№ 59. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 69-й и 33-й армиями, командиру 2-го гвардейского кавалерийского корпуса о завершении окружения франкфуртско-губенской группировки противника
№ 00601/оп 23 апреля 1945 г. 18.00
По данным радиоперехватов, франкфурт-беесков-губенская группировка противника имеет задачей отходить в западном и юго-западном направлениях.
Войска правого крыла 1-го Украинского фронта к 12.00 23 апреля 1945 г. вышли на фронт: Гросс-Гастрозе, Хайнерсбрюк, Котбус, Дебрик, Бург, Любенау, Люббен. Командующий войсками фронта приказал: 2 гв. кк, 69 А и 33 А во взаимодействии с войсками правого крыла 1-го Украинского фронта не позднее 24 апреля 1945 г. завершить окружение франкфурт-беесков-губенской группировки противника и ни в коем случае не допустить ее прорыва в западном и северо-западном направлениях.
2 гв. кк — продолжать наступление в общем направлении: Герсдорф (6 км западнее Шторков), Мюнхегофе, Лейбш, с задачей овладеть рубежом: Краусник (11 км северо-западнее Люббен), Нойендорф, северный берег оз. Нойендорферзее, Керигк (10 км южнее Шторков), и не допустить прорыва противника на запад и северо-запад от этого рубежа.
69-й армии продолжать наступление и, нанося главный удар правым флангом в южном направлении, овладеть рубежом: Кечендорф, Бадзаров, оз. Шармютцельзее, Керигк (10 км южнее Шторков), с задачей не допустить прорыва противника на запад и северо-запад от этого рубежа.
Левым флангом армии продолжать наступление в общем направлении: Бризен, Ламич (12 км юго-восточнее Фюрернвальде), южный берег оз. Шармютцельзее.
Разграничительная линия слева: Реппен, Франкфурт, Биген, Нойбрюк, Херцберг, Керигк; все пункты, кроме Нойбрюк и Херцберг, включительно для 69-й армии.
33-й армии продолжать наступление в общем направлении Мюлльерозе, Беесков, Альт-Шадов.
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 124–125. Подлинник.
№ 60. Директива командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим всех армий фронта об организации артиллерийского обеспечения уличных боев в Берлине
№ 00603/оп 24 апреля 1945 г. 03.00
Артиллерийское обеспечение уличных боев в Берлине организовать на следующих принципах:
а) в армии иметь только одну армейскую группу ДД из средств апабр и пабр ад, а при недостатке этих средств включать в состав группы габр ад;
б) все остальные артиллерийские средства передать в стрелковые корпуса и дивизии. В ск создать мощные группы разрушения, в которые включить бригады БМ, тгабр, тмбр, гмбр и дивизионы ОМ. В сд — ДАГ из средств габр и мбр ад и дивизионов М-13. Батареи габр, иптабр и армейских полков включить в состав штурмовых отрядов (рот, батальонов).
Действиям штурмовых отрядов должна предшествовать короткая мощная артиллерийская подготовка средствами армейской, корпусной и дивизионных групп. Под огневое воздействие одновременно брать глубину в 1 км на участке главного удара армии;
в) армейская группа ДД в этот период подавляет все разведанные артбатареи и все участки вероятного расположения батарей в тактической глубине. Огонь артиллерии корпусных и дивизионных групп накладывать на участки: 1) в кварталах, обращенных к наступающей пехоте на глубину 400 м по всему фронту прорыва, с задачей сплошной обработки всего массива зданий и заключенных между ними улиц и переулков; 2) далее на глубину до 1 км — на перекрестки улиц, захватывая угловые здания и свободные от строений участки.
Бригадам М-31, в отдельных случаях полкам М-13, давать самостоятельные участки, не накладывая их на участки ствольной артиллерии;
г) штурмовые отряды с началом артподготовки выкатывают [орудия] на заранее разведанные ОП и открывают огонь по целям, непосредственно угрожающим пехоте. С продвижением пехоты на глубину 600 м артиллерия разрушения и ДАГ обрабатывают следующую километровую полосу по принципу первоначальной артподготовки. Такой метод сопровождения проводить до полного подавления сопротивления противника;
д) в составе штурмовых отрядов (рот) иметь 8 — 12 орудий калибра от 45 до 203 мм и 4–6 минометов калибра 45 — 120 мм, а в отрядах силою [один] стрелковый батальон иметь 16–24 орудия и 8 — 12 минометов.
В развитие данной директивы командующему артиллерией фронта дать армиям подробные указания с детальной разработкой использования артиллерии в уличном бою.
Командующий войсками 1-го Белорусского фронта Маршал Советского Союза Г. Жуков
Член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба фронта генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 128–129. Подлинник.
№ 61. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 2-и гвардейской танковой армией о временном переподчинении двух танковых бригад и нанесении удара на Потсдам
№ 00608/оп 25 апреля 1945 г. 00.30
В частичное изменение ранее отданного распоряжения командующий войсками фронта приказал: 1. Немедля выдвинуть одну тбр 9 гв. тк из района Науен в Швенебек (7 км юго-западнее Науен) и передать ее во временное подчинение командира 7 гв. кк для удара на Бранденбург.
2. Ранее отданное распоряжение о передаче одной тбр 9 гв. тк во временное подчинение командующего 47-й армией для наступления на Потсдам остается в силе.
3. 9 гв. тк без двух тбр немедленно нанести удар из района Науен на Потсдам и к утру 25 апреля 1945 г. занять Потсдам. Исполнение донести по телефону ВЧ.
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 138. Подлинник.
№ 62. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командиру 7-го гвардейского кавалерийского корпуса на продолжение стремительного наступления с целью упреждения войск 1-го Украинского фронта в занятии Бранденбурга
№ 00607/оп 25 апреля 1945 г. 01.00
6 мк 1-го Украинского фронта на подходе к г. Бранденбургу с юго-востока.
Командующий фронтом приказал:
Одну кавалерийскую дивизию с одной танковой бригадой немедля повернуть для стремительного удара на юг с задачей занять г. Бранденбург до подхода 6 мк к утру 25.4.45 г.
Командующему 2 гв. ТА дано распоряжение о выдвижении одной тбр из г. Науен в г. Шванебек в Ваше распоряжение.
Главным силам корпуса продолжать наступление на г. Ратенов и выполнять ранее поставленную задачу.
Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 139. Подлинник.
№ 63. Боевое распоряжение командующего 8-й гвардейской армией командирам 4-го, 28-го и 29-го гвардейских стрелковых корпусов на штурм Берлина
25 апреля 1945 г. 23.30
1. В течение ночи с 25 на 26 апреля продолжать действовать штурмовыми группами, делая штурм города непрерывным.
2. Основными силами дивизий штурм начать с утра 26 апреля 1945 г. В течение ночи на 26 апреля подтянуть артиллерию, переправить ее вплоть до тяжелых калибров вместе с танками и самоходными орудиями через канал, усилив к утру 26 апреля артиллерией и танками штурмовые группы.
3. Основной задачей ставлю соединение в черте города всех корпусов. Наступая в своих полосах, в течение 26 апреля овладеть районом аэропорта Темпельхоф и выйти к железнодорожному узлу в центре города.
Командирам 28 гв. ск в течение ночи на 26 апреля ночными действиями штурмовых отрядов с плацдарма у кладбища Темпельхоф расширить его [плацдарм] и соединиться с частями 27 гв. сд в районе кладбища Симеона и Луки.
Начало наступления 26 апреля 1945 г. в 8.00.
Получение подтвердить.
Чуйков Пронин Белявский
РФ. Ф. 345. Оп. 5497. Д. 96. Л. 259–260. Подлинник.
№ 64. Боевое донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о ходе наступательной операции
№ 00492 26 апреля 1945 г. 03.00
1. Противник в течение 25.4.45 г. продолжал оказывать упорное сопротивление наступлению наших войск. В городе Берлине большое количество батальонов фольксштурма, различные спецчасти и остатки разбитых в предыдущих боях соединений и частей, опираясь на заранее созданные оборонительные сооружения и используя крупные городские здания, подготовленные к обороне, упорно обороняются, предпринимая многочисленные контратаки.
Авиация противника вела разведку с попутным бомбометанием до рубежа р. Одер и группами от 6 до 24 самолетов бомбила боевые порядки наших войск в районе Берлина.
Огнем зенитной артиллерии сбито 8 самолетов противника.
2. Войска фронта, продолжая наступление, в течение 25.4.45 г. вели напряженные уличные бои в городе Берлине и, продвигаясь к центру города, заняли ряд кварталов. Продвигаясь в направлениях Ратенов, Бранденбург, Потсдам, обошли Берлин с севера, северо-запада и с запада, соединились с войсками 1-го Украинского фронта в районах Кетцин, Потсдам и этим завершили окружение группировки противника в городе Берлин. В результате дневного наступления противнику нанесены большие потери и взято в плен до 2000 солдат и офицеров.
3. 61-я армия — частью сил вела бой за овладение районом Эберсвальде, обороняя прежний рубеж на остальном фронте. Преодолевая сильное огневое сопротивление и отражая контратаки противника, наступающие части ликвидировали плацдарм противника на южном берегу канала Гогенцоллерн, овладели городами Финов, Финовфурт и, заканчивая очищение от противника Эберсвальде, вышли на рубеж: южная часть Нидерфинов, северная окраина Эберсвальде, иск. ж.-д. мост севернее Эберсвальде, вдоль железной дороги на юг до канала Финов, южный берег канала Финов, Купферсхаммер, далее по южному берегу канала Гогенцоллерн, восточная окраина Мариенвер-дер, южный берег канала Финов, южный берег Гогенцоллерн-канала, Берневе.
За день боя уничтожено до 250 солдат и офицеров и захвачено: орудий — 3, пулеметов — 18, автомашин — 20, мотоциклов — 10, склад с запасными авиачастями и в районе южнее Финофурт захвачен аэродром противника с 70 разбитыми самолетами. Взято в плен 163 солдата противника.
4. 1-я польская армия — обороняя прежний рубеж, вела разведку противника.
Положение войск армии прежнее.
5. 47-я армия — продолжая наступление в южном и юго-восточном направлениях, с боями продвинулась вперед до 18 км и к исходу дня вела бой на рубеже:
77 ск: 260 сд — перешла к обороне на рубеже Науен, Нойкаммер, отм. 44,4 (3 км зап. Марке), выс. 57, 1 (1 км вост. Тремм, Кетцин, Парец, зап. берег озера, 6 км юго-вост. Кетцин).
328 сд — с танковой бригадой 9 гв. тк форсировала канал Закровер Па-рецер и ведет бой на северо-западной окраине Потсдама.
185 сд — наступая из района Дальгов, ведет бой на западной окраине Штакен;
125 ск — Финлянд (юж.), северный берег оз. Леницзее, северная окраина Гросс-Глинике, Зеебург.
129 ск — западная и северная окраина Гартенштадт, сев. окр. Шпандау, западный берег оз. Хавельзее.
По предварительным данным, за день уничтожено до 300 солдат и офицеров, 14 пулеметов, 2 орудия, 3 миномета и взято до 500 пленных.
6. 7 гв. кк — продолжая наступление и преодолевая огневое сопротивление противника, двумя дивизиями вышел к восточной окраине. Ратенов и ведет бой за город. Одна его дивизия с танковой бригадой 9 гв. тк ведет бой за переправы через Зило-канал на северной окраине Бранденбурга.
За день боя уничтожено до 350 солдат и офицеров, подбито 5 танков и захвачен 1 исправный танк.
7. 2-я гв. танковая армия: 9 гв. тк 33 мсбр совместно с частями 47-й армии ведет бой на северо-западной окраине Потсдама. Танковые бригады вышли в район Марквардт (7 км сев. — зап. Потсдама) и готовят переправы для танков через канал Закровер Парецер.
1 мк — форсировал канал Берлин-Шпандауэр-Шиффартс и, наступая в юго-западном направлении, вышел на северный берег р. Шпрее на участке НУ — 47, 76{33}.
12 гв. тк: 49 и 48 тбр — переправились через канал Берлин-Шпандауэр-Шиффартс и овладели кварталами ФМ — 40, 55. 34 мсбр — ведет бой на рубеже ФМ — 86, РК — 27, 58. Ее передовой отряд ведет бой в районе ФМ — 76.
8. 3-я ударная армия — продолжая уличные бои и отражая контратаки противника силою до батальона пехоты с танками, на правом фланге форсировала канал Берлин-Шпандауэр-Шиффартс и к исходу дня вела бой на рубеже:
79 ск — ФМ — 49, 82, 85, 89, РК — 51, 27, 34, 15, КД — 99, ПП — 76, 77, РК— 40, 39, 63, 8, 41;
12 гв. ск — ПП — 85, 95, 97, ЛА — 79, 63, 90, 98, 39, 24, 20, 13, 38, 15, ЛЛ — 22, 17, 48, 70, 76, 80, 77, 73, 82, ЛФ — 41;
7 ск — ПУ — 45, 38, 98, 90, 43, 10, 80, 15, 86, 16, ЯА — 44.
За день боя уничтожено до 1300 и взято в плен 78 солдат и офицеров, уничтожено самоходных орудий — 8, орудий — 7, пулеметов — 28, автомашин — 6, и захвачено — самоходных орудий — 6, орудий — 150, пулеметов — 144, автомашин — 1187, мотоциклов — 378, паровозов — 40, вагонов — 1904, трамвайных вагонов — 101, тракторов — 10, авиамоторов — 850, винтовок — свыше 700, заводов и фабрик — 27 и крупный склад с обмундированием.
9. 5-я ударная армия — в течение дня продолжала уличные бои в городе. Преодолевая сильное огневое сопротивление противника, заняла свыше 50 кварталов и вела бой на рубеже:
26 гв. ск — ШЕ —41, 83, 22, 18, 24;
32 ск — главными силами на северном берегу р. Шпрее на прежнем рубеже. Переправившиеся на южный берег реки подразделения вели бой за расширение плацдармов;
9 ск — успешно продвигаясь, вышел на рубеж ВФ — 38, 48, 68, 67, 78, 98, 97, ЛН — 14, 32, 44, 45, 57.
По неполным данным, за 25.4.45 г. уничтожено свыше 700 солдат и офицеров, 17 орудий, 19 минометов, 35 автомашин и захвачено: пулеметов — 23, тягачей — 5, бронетранспортеров — 4, складов разных — 4, взято в плен 150 солдат противника и освобождено до 1500 русских военнопленных.
10. 8-я гв. армия — продолжая уличные бои и преодолевая огневое сопротивление противника, частями 4 и 29 гв. ск форсировала канал Ландвер-канал и кан. Тельтов, заняла до 50 кварталов и к исходу дня вела бой на рубеже:
4 гв. ск — ЛН — 13, 28, 27, 25, 24, 39, 49, 60, 68, 72, 74.
29 гв. ск — ЛН — 76, 77, ПР — 1, 7, 37, КР — 80, 88, вост. половина 86 и восточная половина 87.
28 гв. ск — СК — 11 и далее по юж. берегу Тельтов-канал до ТР — 60.
В результате дневного боя уничтожено свыше 500 солдат и офицеров, 25 пулеметов, 5 орудий, 18 автомашин, сожжено 2 самоходных орудия и взято 420 пленных и госпиталь с ранеными до 500 человек. Захвачено — орудий — 66, пулеметов — 11, завод радиоаппаратуры, химзавод, завод электрокабеля, завод авиабомб и много другого военного и народнохозяйственного имущества, танков и самоходных орудий — 23, паровозов — 12, вагонов — 1500, автомашин — 150, телефонных аппаратов — 6000.
11. 1-я гв. танковая армия — продолжая наступление, главными силами переправилась на западный берег кан. Тельтов, ведет бой совместно с частями 8 гв. А на рубеже:
11 гв. тк — ЛН — 13, 28, 27, 25, 24;
8 мк — ЛН — 49, 60, 68, 72.
По предварительным данным, за день боя уничтожено до 800 солдат и офицеров, подбито и сожжено 4 танка и самоходных орудия и взято в плен 163 солдата противника.
12. 3-я армия — продолжая наступление и преодолевая огневое сопротивление противника в трудных условиях лесисто-озерного района, продвинулась на отдельных участках до 14 км и к исходу дня ведет бой на рубеже:
40 ск — Васманодорф, вост. окр. Зальхов, сев. окр. Брузендорф, узел дорог (2 км северо-западнее Кёнигс — Вустерхаузен);
35 ск — выс. 72, 6 (1 км юго-зап. Вильдау), северная и восточная окраины Кёнигс — Вустерхаузен, северный берег оз. Крюпель-зее-Церисдорф;
41 ск — Каблов, Индов, восточный берег р. Даме, оз. Цист-зее, Блоссин, северный берег оз. Вольцигер-зее, Вольциг, Альтштансдорф.
За день боя уничтожено до 600 солдат и офицеров, 5 орудий, 8 миномеметов, 23 пулемета, подбито 3 самоходных орудия и захвачено: пленных — 180, орудий — 12, пулеметов — 19, минометов — 7, автомашин — 56, складов разных — 4, барж и катеров (большинство неисправных) — до 50.
13. 2 гв. кк — в результате упорных боев продвинулся до 5 км и к исходу дня вел бой на рубеже: Буш (4 км юго-зап. Шторков), северный берег оз. Грассер — Зельховер-зее, юго-западная, западная и северо-западная окраины Шторков.
14. 69-я армия — продолжая наступление, производила перегруппировку.
91 ск — преодолевая сильное огневое сопротивление противника и заграждения в лесах северо-восточнее Шторков, имел незначительное продвижение и к исходу дня ведет бой: северная часть Шторков, Ной-Рейхенвальде (5 км сев. — вост. Шторков);
25 ск — фл. Заров (4 км юж. Рауэн), Петерсдорф, сев. окр. Лангеваль, Беркенбрюк;
61 ск — одной сд продолжает удерживать рубеж по восточному берегу р. Шпрее на фронте: иск. Беркенбрюк, отм. 46,2 (4 км сев. Нойбрюк), главными силами вышел на правый фланг армии в район Фридерсдорф, северный берег оз. Вольцигер-зее, лес северо-западнее Альтштансдорф.
В результате дневного боя уничтожено до 1500 солдат и офицеров противника, танков — 2, орудий — 12, автомашин — 25, взято в плен до 100 солдат и захвачено: орудий — 11, пулеметов — 41, автоматов — 820, автомашин — 54, мотоциклов — 45, тракторов — 20.
15. 33-я армия — в течение 25.4.45 г. вела упорные бои с противником, отражая его контратаки на отдельных участках. К исходу дня ведет бой на рубеже:
16 ск — Герциг (8 км сев. зап. Беесков), Клейнритц, сев. окр. Беесков;
119 УР — вышел на р. Шпрее и занял рубеж: восточную часть Беесков, Лейсниц (3 км зап. Фридланд), северный берег оз. Швилох-зее, далее по восточному берегу до озера Доббербус.
115 УР — занял рубеж: иск. Доббербус, вост. берег оз. Гроссер — Мохов-зее, вост. берег оз. Бутценер-зее.
62 ск — одной дивизией вышел в обход оз. Швилох-зее с юга и ведет бой на рубеже Хофнунгсбай, шоссе (2 км юго-западнее Хофнунгсбай).
В результате дневного боя уничтожено до 500 солдат и офицеров, орудий — 5, минометов — 7, пулеметов — 18, тягачей — 2 и захвачено: паровозов — 1, орудий — 6, минометов — 12, велосипедов — 70, взято в плен 280 солдат противника.
16. 16 ВА — в течение суток бомбардировала войска и технику противника в городе Берлин, а также на других участках перед фронтом наступающих войск. Истребителями прикрывала свои войска на поле боя и вела разведку, а также блокировала аэродромы противника.
Всего произведено 2581 самолето-вылет, из них ночью — 416.
Уничтожено и повреждено: автомашин — 165, танков — 5, орудий — 15, на аэродромах уничтожено и повреждено 15 самолетов, создано 60 очагов пожаров, рассеяно и уничтожено до 600 пехотинцев противника.
В 17 воздушных боях сбито 10 самолетов противника. С боевого задания не вернулись 24 самолета.
Командующий войсками 1-го Белорусского фронта Маршал Советского Союза Г. Жуков
Член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 574. Л. 331–338. Подлинник.
№ 65. Боевое распоряжение командующего 5-й ударной армией командирам 9, 26 и 32-го стрелковых корпусов на боевые действия штурмовыми отрядами
№ 00112/оп 27 апреля 1945 г. 09.15
Обстановка требует окончания выполнения задачи армии. Командарм приказал: в течение ночи с 27 на 28 апреля сильными штурмовыми отрядами под командой лучших офицеров при непосредственном руководстве командиров дивизий и корпусов добиться окончательного решения задачи, поставленной корпусам.
Получение подтвердите. Об отданных распоряжениях донести.
Начальник штаба 5-й ударной армии Кущев
РФ. Ф. 333. Оп. 4894. Д. 60. Л. 36–37. Подлинник.
№ 66. Боевое распоряжение командующего 5-й ударной армией командирам 9, 26 и 32-го стрелковых корпусов на засылку военнопленных и местных жителей в расположение немецких войск, оказывающих сопротивление в Берлине
27 апреля 1945 г.
Политико-моральное состояние окруженной группировки в Берлине понижается с каждым часом. На противостоящие вам войска противника оказывают воздействие жители города, понижая их стойкость.
Командарм приказал: срочно организовать засылку военнопленных и местных жителей в войска, оказывающие сопротивление в Берлине, с целью разъяснения положения об обращении с пленными и местными жителями и с целью агитации за прекращение бессмысленного сопротивления.
О ходе выполнения этого указания доносить ежедневно шифром через начальника разведотделения штаба армии.
Кущев
РФ. Ф. 333. Оп. 4894. Д. 60. Л. 47. Подлинник.
№ 67. Краткий доклад о действии артиллерии 1-го Белорусского фронта в ходе подготовки и на первом этапе берлинской операции
27 апреля 1945 г.
Берлинская операция должна была начаться еще 19.2.45 г. Штабы артиллерии фронта и армий уже закончили планирование, были отданы все распоряжения на перегруппировку артиллерии, и началось планирование в армейских группах и штабах артиллерии ск, когда было принято решение отложить операцию.
Причиной этого явились данные разведотдела фронта о крупной группировке войск противника на открытом правом крыле фронта.
Все данные о противнике свидетельствовали о его намерениях нанести мощный удар по открытому правому крылу фронта в южном направлении, что угрожало выходом противника в тыл группировке наших войск.
Командующим фронтом было принято решение провести операцию по уничтожению Померанской группировки войск противника и только после этого, очистив Померанию (полностью всю территорию до Балтийского моря и до р. Одер), начать Берлинскую операцию.
1 марта 1945 г. армии правого крыла фронта начали операцию по уничтожению померанской группировки войск противника, завершив ее к 20 марта 1945 г.
К планированию артобеспечения наступательной операции 16.4.45 г. штаб артиллерии фронта приступил 27.3.45 г.
Для доклада маршалу тов. Жукову было подготовлено три варианта распределения артиллерии и плотности в соответствии с вариантами войскового решения.
В ночь на 28.3.45 г. было принято новое решение (два варианта), вследствие чего распределение артиллерии и плотность несколько изменились.
29.3.45 г. маршал тов. Жуков с генерал-полковником артиллерии тов. Казаковым вылетел в Москву для доклада Ставке плана операции.
К докладу командующего артиллерией фронта были подготовлены: ведомости распределения артиллерии и плотности насыщения артминсредствами фронта прорыва армий ударного направления.
Плотность насыщения артминсредствами ударных направлений армий была доведена до 285 орудий на 1 км фронта прорыва, которая при планировании в армиях дала возможность довести ее на участках ск ударных направлений до 310 орудий на 1 км фронта.
По прибытии командующего фронтом из Москвы штаб артиллерии фронта приступил к разработке графиков артиллерийского наступления, расчету расхода боеприпасов и подготовке артчастей и соединений к перегруппировке.
К этому времени управления 4 и 6 акп, 6 ад РГК и 3 гв. оиптабр после непрерывных боев, в которых они участвовали, начиная с Варшавской операции и до ликвидации померанской группировки войск противника, были выведены в резерв фронта для приведения себя в порядок.
Кроме этого в резерве фронта находились: 122 и 184 габр БМ, 1 пап ОМ, 34 оад ОМ, 5 гв. мд, 41, 6, 36, 2 и 25 гв. мбр, 41, 38, 318 и 316 гв. мп.
Накануне операции в состав фронта прибыли 2 гв. мд, 19 и 93 гв. мп.
Предстояло в короткий срок провести рокировку целого ряда частей между армиями и организовать вывод частей резерва фронта в районы предстоящих действий.
К началу перегруппировки артиллерии в состав фронта начали прибывать части 3 акп РГК из состава 2-го Белорусского фронта. Таким образом, за 4–5 суток нужно было вывести из резерва фронта 11 бригад, три арт. дивизии, 5 артиллерийских и гвардейских минометных полков и переместить между армиями одну ад, пять бригад, один полк и два дивизиона ОМ (305-мм).
Подобную перегруппировку артиллерии в чрезвычайно сжатые сроки удалось четко осуществить, благодаря большому опыту артчастей в организации и совершении маршей на большие расстояния при самых неблагоприятных условиях дорог и времени суток.
[…]
В 5.00 16.4.45 г. в полной темноте, на фронте всех армий мощным залпом 9000 орудий и минометов и более 1500 установок РС М-13 и М-31 началась артиллерийская подготовка, длившаяся 25 минут.
Все присутствовавшие на наблюдательных пунктах, как зачарованные, наблюдали величественную картину — зарницы многих тысяч выстрелов и огня разрывов в расположении врага.
Даже бывалые артиллерийские офицеры отмечали особенную мощь огня артподготовки, которая в обстановке ночи являла еще более грозное зрелище, чем днем.
Ровно в «Ч» — 5 ч. 25 мин. — темноту ночи прорезали несколько мощных вертикальных лучей прожекторов — сигнал для начала работы прожекторов на всем фронте.
По этому сигналу все прожектора включили полный свет и направили свои лучи на расположение противника.
Одновременно с этим пехота поднялась в атаку. Артиллерия все в той же темноте, пронизываемой только лучами прожекторов, начала сопровождение пехоты огневым валом, впервые в ночных условиях.
Наблюдавшим бой из глубины, с НП командующего артиллерией 8-й гв. армии, показалось, что лучи прожекторов не пробивают облаков пыли и дыма, поднятых непрерывными разрывами, и не достигают ожидаемых результатов. Однако уже при предварительных опросах командиров пехотных и артиллерийских подразделений, непосредственно ведущих бой, стало ясным, что это мнение ошибочно и создалось только вследствие неблагоприятных условий наблюдения.
Бесспорным является то, что прожектора освещали путь пехоте на поле боя и продвигающуюся пехоту поддерживающим ее артиллеристам. Таким образом, оставляя противника во мраке (степень ослепления противника еще достоверно не установлена), свет прожекторов создавал благоприятные условия для действий наших войск.
Эффективность огня артиллерии была велика, несмотря на то, что оттесненный во время разведки боем противник не был достаточно полно разведан.
Доказательством этого может служить прекрасный темп продвижения пехоты, которая еще до наступления рассвета, продвинулась вперед на 1,5–2 км, не встречая серьезного сопротивления со стороны подавленного противника.
Особенно убедительно о действиях артиллерии в этот день, о результатах новой тактики проведения ночной артподготовки и атаки говорят показания пленного подполковника Панков Вернера — командира 653 пп дивизии «Берлин» (309 пд), захваченного в плен 18.4.45 г. у Альт Фридлянд (13 км сев. — вост. Мюнхеберг):
«После действий русских подразделений, видимо, с целью разведки, 14.4 мы были в боевой готовности и ожидании наступления ваших войск на утро 15.4. Когда же 15.4 ваши войска не перешли в наступление, мы были убеждены, что наступление последует только через три-четыре дня, но никак не ожидали наступления на следующий день.
Кроме того, мы, я говорю о немецких офицерах всех степеней, включая и командиров крупных соединений, никак не предполагали, что ураганная артиллерийская подготовка будет проводиться фактически ночью, а она началась в 4 часа.
Говоря о ночной артиллерийской подготовке русских, мне хочется сказать следующее:
Русская тактика такова, что никогда не знаешь, в какие часы русские войска начнут наступление; артиллерийскую подготовку русских можно было ожидать и на рассвете, и в первой половине дня, и во второй половине дня, и вечером, уже это причиняло нам много хлопот и беспокойства. Но артиллерийской подготовки ночью мы никогда не ожидали. Когда же она последовала, ее моральное воздействие, а также воздействие в отношении потерь было огромным и уничтожающим.
В течение двух-трех минут все телефонные линии были выведены из строя, и если штаб полка еще мог поддерживать с батальонами и дивизией связь по радио, то связь с ротами и взводами совершенно отсутствовала.
По-моему, преимущества ночной артиллерийской подготовки для наступающих заключаются в следующем:
1. Темнота не давала возможности обороняющимся рассматривать с НП, что делается на передовых позициях;
2. Обороняющимся затруднено определить момент перехода пехоты противника к атаке;
3. Пехота противника получает возможность под покровом темноты приблизиться вплотную к нашим оборонительным линиям;
4. Темнота затрудняет офицеру управлять, а также морально поддерживать своих солдат и лишает его возможности следить за их поведением и направлять их действия;
5. Солдаты обороняющейся стороны, не видя из-за темноты своих офицеров, в значительной степени теряют мужество и стойкость, отсюда увеличенное моральное воздействие ночной артиллерийской подготовки в сравнении с артподготовкой, проводимой в другие часы дня.
Суммируя сказанное, я считаю, что одной из характерных черт советских войск является умение почти во всех операциях добиваться внезапности, что достигается разнообразием тактических приемов.
Я хочу отметить еще следующие характерные черты операций русских войск:
1. Умелая маскировка русских войск на исходных позициях и в районах сосредоточения, что почти во всех случаях дает возможность русскому командованию скрыть размеры подготавливаемого удара.
2. Умение сосредоточить крупные силы, и в первую очередь тяжелое оружие, в короткие сроки, что опять-таки обеспечивает определенную скрытность подготовки.
3. Мастерское массирование артиллерийских средств и умение создавать уничтожающие артиллерийские налеты.
4. Блестящее взаимодействие пехоты и танков.
5. Сопровождение наступающих частей большим количеством противотанковой артиллерии, что в значительной степени парализует наши контратаки и придает устойчивость вашей обороне во время немецких контратак в противотанковом отношении.
6. Сильная концентрация зенитных средств в районах сосредоточения войск, что затрудняет нашу авиаразведку».
Сопровождение пехоты шло по плану, переходя от метода огневого вала к ПСО. Ломая сопротивление противника в опорных пунктах, широко используя массированный огонь артиллерии 3–5 бригад крупных калибров, уже к 12.00 16.4.45 г. пехота на участке 8-й гв. армии подошла к основному рубежу сопротивления — Зееловским высотам.
На участках 47-й армии, 3-й и 5-й ударных армий наступление шло также успешно. Отставали фланговые армии, особенно слева — 69-я и 33-я.
С подходом пехоты 8-й гв. армии ко второму рубежу была проведена предусмотренная планом артиллерийская подготовка, но пехота успеха не имела.
По решению командующего 8-й гв. армией, войска стали готовиться к штурму высот утром следующего дня — 17.4.45 г.
В первый день боя войска фронта, прорвав первую оборонительную полосу, преодолевая сопротивление противника и множество естественных и искусственных препятствий в полосе наступления, за первый день боя продвинулись на глубину от 3 до 7 км.
За первый день боя общий расход боеприпасов по 7 активно действующим армиям составил 904000 выстрелов, или 975 вагонов.
[…]
В 8.00 17.4.45 г. на участке 8-й гв. армии была проведена 25-мин. артподготовка, после которой пехота, преодолевая ожесточенное сопротивление противника, овладела гребнем Зееловских высот.
На участке 3-й и 5-й ударных армий войска продвигались более успешно, не встречая серьезных естественных препятствий.
17.4.45 г. на центральном участке тактическая глубина оборрны противника была полностью прорвана, и в бой были введены 1-я и 2-я танковые армии, которые устремились на запад. Особенно успешно действовала 2 ТА.
К исходу второго дня боя войска продвинулись на глубину до 16 км на фронте 120 км.
Несмотря на совершенный прорыв, войска не получили оперативного простора, так как весь путь до Берлина представлял собой крайне пересеченную местность, изобилующую лесами, озерами, болотами и большим количеством высот, на которых противник легко, хотя и поспешно, организовывал оборону.
Кроме этого, навстречу наступающим войскам противник непрерывно бросал свои резервы.
Таким образом, все эти причины привели к тому, что нашим войскам пришлось прогрызать оборону противника на всем пути до самого Берлина.
И все же, несмотря на все усилия врага, на 5-й день операции войска 47-й армии, 3-й и 5-й ударных армий подошли к Берлину настолько, что в 20.29 20.4.45 г. был дан первый залп по Берлину.
21.4.45 г. завязались первые уличные бои на окраинах Берлина и началось окружение города.
Только от огня артиллерии за два дня боев 16 и 17.4.45 г., по предварительным данным, противник понес следующие потери:
Уничтожено:
Танков — 20
Самоходных орудий — 16
Отд. орудий и минометов — 106
Пулеметов — 469
Живой силы — 5100
Разрушено:
Дзотов — 59
Блиндажей — 117
НП — 38
Подавлено:
Артбатарей—173
Минбатарей — 120
Отд. орудий и минометов — 8
Войсками фронта за это время взято в плен 5762 чел.
[…]
Начальник штаба артиллерии 1 БФ генерал-лейтенант артиллерии Г. Надысев
Начальник оперативного отдела полковник Левит
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 24. Л. 465–475. Подлинник.
№ 68. Боевое распоряжение командующего 1-й гвардейской танковой армией подчиненным войскам на продолжение наступления в направлении рейхстага
№ 0032/оп 27 апреля 1945 г. 14.05
С овладением железнодорожной сетью южнее Ангальтского и Потсдамского вокзалов армия танковым корпусом форсирует канал западнее Потсдамского вокзала и наносит удар в направлении рейхстага. Механизированным корпусом продолжает наступление вдоль южного берега канала.
Командарм приказал:
1. 11 гв. тк с прежними частями усиления и 274-м батальоном особого назначения с овладением сетью железнодорожных путей южнее Ангальтского и Потсдамского вокзалов и выходом на рубеж Потсдамерштрассе форсировать канал на участке Потсдамский вокзал, Викторияштрассе и нанести удар на север вдоль Герман Герингштрассе и овладеть рейхстагом.
С овладением рейхстагом главными силами корпуса, наступая в направлении Шарлоттенбургер шоссе, очистить от противника парк Тиргартен. В районах переправ вдоль южного берега р. Шпрее иметь дозоры.
2. 8 гв. мк с прежними частями усиления без 274-го батальона особого назначения продолжать наступление в северо-западном направлении в полосе: справа канал Ландсвер, слева Бюловштрассе, Клейстштрассе, Кюрфюрстенштрассе, Харденбергштрассе и овладеть юго-западной частью парка Тиргартен, войдя в связь с 2 гв. ТА.
3. Командирам частей установить и поддерживать тесную связь со стрелковыми соединениями 5 уд. А и 8 гв. А.
4. Свое решение донести нарочным к 21.00 27 апреля 1945 г.
Начальник штаба 1-й гвардейской танковой армии гв. генерал-лейтенант Шалин
РФ. Ф. 299. Оп. 213953. Д. 1. Л. 41. Подлинник.
№ 69. Боевое распоряжение командующего 3-й ударной армией командирам 12-го гвардейского, 79-го, 7-го стрелковых и 9-го танкового корпусов на продолжение наступления в Берлине
№ 3382/ш 28 апреля 1945 г. 14.50
Командующий армией приказал: в ночь на 29 апреля 1945 г. продолжать наступление с прежней задачей. Для ночных действий заранее подготовить полки вторых эшелонов дивизий, усилить их артиллерией, танками, саперами и огнеметами. Со всем офицерским составом, выделенным для ночных действий, провести днем 28 апреля 1945 г. рекогносцировку, определить направление и объекты атак.
Учитывая опыт уличных боев, избегать наступления вдоль улиц, которые противник простреливает пулеметным огнем.
Наступать, как правило, через улицу, из дома в дом, захватывая в первую очередь нижние этажи и подвалы.
Максимально использовать автоматчиков для открытого просачивания в тыл противника, захвата мостов и опорных пунктов противника.
Исполнение доложить лично командующему армией в 10.00 29 апреля 1945 г.
Букштынович
РФ. Ф. 317. Оп. 4307. Д. 318. Л. 47–48. Копия.
№ 70. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующим войсками 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов об установлении разграничительной линии в Берлине
№ 11077 28 апреля 1945 г. 21.20
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. С 24 часов 28.4.45 г. установить следующую разграничительную линию в Берлине между 1-м Белорусским и 1-м Украинским фронтами: до Мариендорф прежняя, затем ст. Темпельхоф, Виктор-Луизе плац, ст. Савиньи и далее по железной дороге до ст. Шарлоттенбург, ст. Весткройц, ст. Рулебен. Все пункты для 1-го Украинского фронта включительно.
2. Об отданных распоряжениях донести.
Ставка Верховного Главнокомандования
И. Сталин
Антонов
РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 113. Копия.
№ 71. Доклад командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о положении войск и необходимости изменения разграничительной линии с 1-м Украинским фронтом
№ 00627/оп 28 апреля 1945 г. 22.00
Докладываю: войска 1-го Белорусского фронта, продолжая уличные бои в центре г. Берлина, к 19.00 28 апреля 1945 г. ведут бой на линии (по плану г. Берлина 1:25000): […]
2. Я решил встречным ударом 2 гв. ТА и правого фланга 3 уд. А в юго-восточном направлении, всеми силами 5 уд. А, 1 гв. ТА и 8 гв. ТА в северо-западном направлении расколоть окруженную группировку в Берлине на две части, после чего оставшиеся очаги обороны уничтожить по частям.
По состоянию на 19.00 28 апреля 1945 г. эти наступающие навстречу друг другу группы войск фронта находятся на удалении полтора километра одна от другой и в ближайшее время соединятся.
3. Две стрелковые дивизии 28-й армии и одна мсбр 3 гв. ТА 1-го Украинского фронта, имея от Конева задачу наступать из района ст. Палештрассе (полтора километра западнее аэропорта Темпельхоф) на север вдоль железной дороги, 28 апреля 1945 г. вышли в тыл боевых порядков 8 гв. А и 1 гв. ТА.
Наступление частей Конева по тылам 8 гв. А и 1 гв. ТА создало путаницу и перемешивание частей, что крайне осложнило управление боем. Дальнейшее их продвижение в этом направлении может привести к еще большему перемешиванию и к затруднению в управлении.
Докладывая изложенное, прошу установить разграничительную линию между войсками 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов или разрешить мне сменить части 1-го Украинского фронта в г. Берлине.
Командующий войсками 1-го Белорусского фронта Маршал Советского Союза Г. Жуков
Член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 159–161. Подлинник.
№ 72. Боевое распоряжение командующего 5-й ударной армией командирам 9-го, 26-го и 32-го стрелковых корпусов на штурм Берлина
28 апреля 1945 г. 23.50
Командарм приказал:
1. 29 апреля 1945 г. произвести решительный штурм г. Берлина (с 11.30 до 12.00 — артподготовка, 12.00 — штурм).
2. К исходу дня 29 апреля вывести в резерв корпусов: 89 гв. 266, 301, 416 и 601 гв. сд; в районы: 89 и 266 сд — в парк 1,5 км восточнее и юго-восточнее Лихтенберг; 601 и 416 сд — Штралац, Руммелтсбург; 301 сд — Трептов-парк. К 8.00 30 апреля донести о сосредоточении.
Кущев
РФ. Ф. 333. Оп. 4894. Д. 60. Л. 73–74. Подлинник.
№ 73. Из итоговой разведсводки штаба 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта. потери противника за период 15–28 апреля 1945 г.
28 апреля 1945 г. 24.00
За период с 15.4.45 г. по 28.4.45 г. войсками армии уничтожено: до 16980 солдат и офицеров, винтовок и автоматов — 1995, пулеметов — 382, минометов — 114, орудий разных — 285, танков — 17, самоходных орудий — 40, автомашин — 312, мотоциклов — 90, самолетов — 2, повозок — 49, лошадей — 73, бронетранспортеров — 5, зен. пулеметов — 2.
Захвачены трофеи: винтовок и автоматов — 6005, пулеметов — 793, минометов — 58, орудий разных — 699, танков — 17, самоходных орудий — 33, автомашин — 7030, тягачей и тракторов — 31, мотоциклов — 563, велосипедов — 3311, повозок — 14, лошадей — 43, складов разных — 123, бронетранспортеров — 3, паровозов — 203, вагонов и цистерн — 5408, зенпулеметов — 5, заводов — 22, электростанций — 2, прожекторов — 5, автоприцепов — 100, вагонов трамвайных — 201, авиамоторов — 850, серебра — 20 тонн, золота — 46 кг.
Захвачено пленных — 8896 солдат и офицеров.
Вывод:
1. Различные спецподразделения и части фольксштурма г. Берлина, опираясь на заранее подготовленные сооружения, широко используя для борьбы с нашими танками противотанковые средства ближнего боя и зенитную артиллерию, оказывают в уличных боях упорное сопротивление наступлению наших войск.
2. Перед фронтом армии обороняется тридцать один пехотный б-н, примерно равные по своему численному составу четырем пехотным дивизиям.
Начальник штаба 3-й уд. А гвардии генерал-майор Букштынович
Нач-к РО штаба 3-й уд. А. подполковник Гвозд
РФ. Ф. 233. Оп. 2352. Д. 103. Л. 149–150. Подлинник.
№ 74. Приказ командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 3-й и 5-й ударными, 8-й гвардейской, 1-й и 2-й гвардейскими танковыми армиями о приеме военнопленных в случае капитуляции Германии
№ 00631/оп 29 апреля 1945 г. 22.30
В связи с возможной капитуляцией или массовой сдачей в плен окруженного противника в г. Берлине в целях быстрого приема, разоружения и вывода пленных за пределы города командующий войсками фронта приказал:
1. 3, 5-й уд. и 8-й гв. армиям подготовиться к приему 40–50 тысяч пленных каждой армией. Для этого: а) в полосе армии вне черты города, но не далее 10–12 км от его окраин, не позднее 1 мая 1945 г. подготовить достаточной емкости армейский пункт сбора военнопленных; б) для питания военнопленных подвести необходимый запас продовольствия; в) для надежной охраны пленных на армейских пунктах и для их конвоирования с армейских пунктов во фронтовые лагеря военнопленных в распоряжение начальника тыла армии выделить два-три стрелковых батальона; г) на случай капитуляции противника в г. Берлине заранее наметить места для разоружения и пути вывода частей противника из города на армейский пункт сбора военнопленных.
2. Танковым армиям из своих пунктов пленных передавать: а) 1 гв. ТА — на армейский пункт сбора военнопленных 8-й гв. армии; б) 2 гв. ТА — на армейский пункт сбора военнопленных 3-й уд. армии.
3. С 1 мая 1945 г. из армейских пунктов военнопленных направлять во фронтовые лагеря военнопленных: 3 уд. А — Врицен и Бизенталь; 5 уд. А — Херцфельде; 8 гв. А — Фюрстенфельде.
4. Командующим 3-й, 5-й уд. и 8-й гв. армий о готовности к приему пленных донести 1 мая 1945 г.
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 165–166. Подлинник.
№ 75. Боевое распоряжение командующего 8-й гвардейской армией командирам 4-го, 29-го гвардейских стрелковых корпусов на штурм центральной части Берлина
№ 032 30 апреля 1945 г.
8-я гвардейская армия с утра 30 апреля 1945 г. продолжает штурм центральной части г. Берлина. Приказываю:
1. 29 гв. ск с 35 гв. сд […], мп (в оперативном подчинении) и прежними средствами усиления с 10.30 30 апреля продолжать штурм центральной части города с ближайшей задачей овладеть кварталами и восточной частью парка Тиргартен в своей полосе. В дальнейшем наступать на запад южнее р. Шпрее.
Разгранлинии: справа (иск.) Аллиансе Плац, Сарландштрассе, Саар, Ландштрассе, Беллевюштрассе, Зигес-алле; слева — Флотт Велльштрассе, мост восточнее канала 563, Шеллингштрассе, Маргаретенштрассе, озеро Воог, Альтонаэрштрассе.
2. 4 гв. ск (47 и 57 гв. сд) с прежними средствами усиления (без 11 тп) с 10.30 30 апреля продолжать штурм центральной части города с ближайшей задачей овладеть кварталами южнее парка Тиргартен в своей полосе; в дальнейшем наступать в направлении квартал 559, озеро Нойэр-Зее. Разгранлиния слева — Клукштрассе, квартал 567, Ландвер-канал.
3. 29 гв. ск с прежними средствами усиления и 38 иптабр, двумя дивизионами 2 габр, одним дивизионом 80 габр, 34 ттп с 10.30 30 апреля 1945 г. продолжать штурм центральной части города с ближайшей задачей овладеть зоологическим садом и соединиться с частями 2 ТА.
Разгранлиния слева прежняя.
4. Артподготовка 30 минут (с 10.00 до 10.30 30 апреля 1945 г.). Начало общего штурма— 10.30 30 апреля 1945 г.
5. О готовности к штурму доложить в 9.00 30 апреля 1945 г.
Командующий 8-й гвардейской армией гв. генерал-полковник Чуйков
Член Военного совета гв. генерал-лейтенант Пронин
РФ. Ф. 345. Оп. 5487. Д. 326. Л. 48–48 об. Подлинник.
№ 76. Приказ командующего 3-й ударной армией 1-го Белорусского фронта о поощрении личного состава за взятие рейхстага
30 апреля 1945 г. 16.00
Сегодня в 14 часов 25 минут части генерал-майора Переверткина, полковника Негоды, генерал-майора Шатилова после ожесточенного упорного боя штурмом овладели зданием рейхстага в Берлине и водрузили над ним гордый флаг Советского Союза.
Разгромлен оплот немецкого фашизма.
За отличные боевые действия объявляю благодарность всем офицерам, сержантам и рядовому составу соединений генерал-майора Переверткина, генерал-майора Шатилова, полковника Негоды, участвовавшим в бою за овладение зданием рейхстага.
В ознаменование одержанной победы отличившихся генералов, офицеров, сержантов и красноармейцев представить к присвоению звания Героя Советского Союза и к награждению орденами.
Да здравствует Верховный Главнокомандующий Маршал Советского Союза товарищ Сталин!
Приказ объявить всему личному составу армии.
Кузнецов
Литвинов
Букштынович
Верно: ст. пом. нач. отдела по использованию опыта войны оперуправления штаба 1 БФ подполковник Павловский
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 739. Л. 515. Зав. копия.
№ 77. Боевое донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о ходе боев в Берлине и взятии рейхстага
№ 00655 30 апреля 1945 г. 16.30
Противник оказывает упорное сопротивление нашим войскам, наступающим в Берлине. Каждая улица, квартал, отдельный дом, квартира, комната, подвал упорно обороняются противником и превращены в опорные пункты и очаги обороны.
Особенно упорное сопротивление противник оказывал в районе рейхстага. На лестницах и в помещениях главного здания рейхстага борьба переходила в неоднократные рукопашные схватки.
Район рейхстага обороняли отборные части СС. Для усиления обороны этого района противник в ночь на 28 апреля 1945 г. выбросил на парашютах батальон морской пехоты. Продолжая наступление и ломая сопротивление противника, части 3-й ударной армии заняли главное здание рейхстага и в 14.25 30 апреля 1945 г. подняли на нем советский флаг.
В боях за район рейхстага и его главное здание отличились войска 3-й ударной армии генерал-полковника Кузнецова, командира 79 ск генерал-майора Переверткина, командира 171 сд полковника Негоды и командира 150 сд генерал-майора Шатилова. Наступление в Берлине продолжается, войска фронта продолжают выполнять поставленную Вами задачу.
Командующий войсками 1-го Белорусского фронта Маршал Советского Союза Г. Жуков
Член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 476. Л. 24–25. Подлинник.
№ 78. Донесение Военного совета 8-й гвардейской армии военному совету 1-го Белорусского фронта о результатах расследования факта нахождения частей 1-го Украинского фронта в полосе наступления 1-го Белорусского фронта
30 апреля 1945 г. 16.45
Комиссией, проводившей расследование в соответствии с вашими указаниями № 11532/ш от 29 апреля 1945 г., установлено:
1. Правофланговые части 1-го Украинского фронта с выходом в район Марксдорф действовали в полосе 8 гв. А и проходили по ее тылам. 61 сд 128 ск, двигаясь по тылам 28 гв. ск, пересекая его полосу в северном направлении, к исходу 27 апреля 1945 г. вышла к каналу Ландвер южнее Ангальтского вокзала. С утра 28 апреля [она] переправилась через канал Ландвер вслед за боевыми порядками 29 гв. ск, который к этому времени вел бой за Ангальтский вокзал с юга. К 12.00 28 апреля 1945 г. 221 сп 61 сд находился южнее Ангальтского вокзала в боевых порядках 29 гв. ск. Остальные части этой дивизии двигались в тылах 28 гв. ск южнее Ландвер-канала. Боевым распоряжением 28-й армии № 00111/оп от 28 апреля 1945 г. (15.10) 128 ск ставилась задача овладеть Ангальтским вокзалом, после чего повернуть на запад (копия боевого распоряжения у нас имеется). К этому времени части 29 гв. ск вели бой в южной части Ангальтского вокзала.
2. Части 9 мк 3 гв. ТА также двигались в полосе 8-й гвардейской армии, пересекая боевые порядки и тылы 28 гв. ск. К исходу дня 28 апреля 1945 г. 9 тк 3 гв. ТА вышел в боевые порядки 28 гв. ск на рубеже Ландвер-канал в районе улицы Косстер Уфер и получил задачу с 6.00 29 апреля 1945 г. форсировать канал на участке Флотт Вельштрассе, Войршштрассе, и наступать в северном направлении. Форсирование канала 9 мк не удалось, и он повернул на запад вслед за 39 гв. сд 28 гв. ск.
3. Движение частей 1-го Украинского фронта в полосе 8-й гвардейской армии объясняется стремлением первыми захватить район центральных учреждений Германии и овладеть рейхстагом. Это подтверждается показанием помощника начальника оперативного отдела 128 ск 28 А о том, что такое распоряжение командиром 128 ск было отдано командиру 61 сд.
Командующий 8-й гвардейской армией гв. генерал-полковник Чуйков
Член Военного совета гв. генерал-майор Пронин
Заместитель начальника штаба 8-й гв. армии гв. полковник Толивнюк
РФ. Ф. 345. Оп. 5487. Д. 94. Л. 113—1124. Подлинник.
№ 79. Боевое распоряжение командующего 3-й ударной армией командиру 79-го стрелкового корпуса на продолжение наступления в Берлине
№ 3454/ш 30 апреля 1945 г. 17.20
Командующий армией приказал: 79 ск 30 апреля 1945 г. продолжить наступление двумя дивизиями на юг с задачей выйти на перекресток улиц, что один километр южнее Кенигсплац.
Одну дивизию иметь в резерве в районе северо-западнее рейхстага.
Букштынович
РФ. Ф. 317. Оп. 4307. Д. 318. Л. 55. Копия.
№ 80. Донесение начальника штаба 150-й стрелковой дивизии начальнику штаба 79-го стрелкового корпуса о взятии рейхстага и водружении знамени Победы над ним 30 апреля 1945 г. 18.00
Доношу, в 14.25 30.4.45 г., сломив сопротивление противника в кварталах северо-западнее здания рейхстага, 1 сб 756 сп и 1 сб 674 сп штурмом овладели зданием рейхстага и водрузили на южной его части Красное знамя.
Знамя водрузили командиры батальонов капитан Неустроев и майор Давыдов.
Очистка здания рейхстага от оставшихся в нем и его подвалах групп противника продолжается.
Начальник штаба 150-й стрелковой дивизии полковник Дьячков
Копия с копии верна: Начальник общей части политотдела 3-й ударной армии капитан Грехов
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 71. Л. 210. Зав. копия.
№ 81. Боевое донесение начальника штаба 79-го стрелкового корпуса командующему 3-й ударной армией о штурме рейхстага
№ 0078 30 апреля 1945 г. 18.00
1. Противник с остатками разгромленных 617, 403, 407-го и 421-го батальонов фольксштурма продолжает оказывать упорное сопротивление наступающим частям корпуса. 28.4.45 г., перебросив на самолетах в район рейхстага сборный батальон СС, состоящий из моряков, летчиков, отборных пехотинцев, оказывает ожесточенное сопротивление, имея железобетонные надолбы, вокруг рейхстага противотанковый ров, залитый водой, проволочные заграждения, траншеи полного профиля с ходами сообщения.
Все здания на подступах к рейхстагу приспособлены для обороны.
По показаниям пленного, 28.4.45 г. офицерский состав сборного батальона СС был на приеме у Гитлера в главной квартире [в] 360 м от рейхстага по Доротеенштрассе.
Батальон состоит из трех рот, общей численностью до 900 чел. Роты разделены на боевые группы по 25–30 человек, задача которых оборонять отдельные окна, подъезды к зданию рейхстага.
Артиллерия противника, особенно зенитная, на прямой наводке, беспрерывно воздействовала на боевые порядки пехоты, мешая их продвижению.
Авиация противника отдельными самолетами вела разведполеты с попутным бомбометанием.
2. 79 ск в прежнем составе поддержке 22-й, 23-й бригады М-31, 104-й, 124-й бригады 203-мм калибра, 86 габр, 40 мптабр, захватив плацдарм на южном берегу р. Шпрее 1 км сев. — зап. рейхстаг, в 15.00 29.4.45 г. передовыми отрядами 150 и 171 сд начал штурм района рейхстага. Встречая ожесточенное сопротивление противника, ведя упорные бои за каждый метр земли, части корпуса захватили ряд прилежащих зданий и вышли на рубеж 300–400 м сев. — зап. рейхстага.
В 23.00 29.4.45 г., подтянув артиллерию, после сильного артналета, части корпуса начали второй штурм рейхстага. Ведя упорные ожесточенные бои, захватили дом Гиммлера, часть района Кенигсплац и вплотную подошли к зданию рейхстага.
В течение ночи отдельными группами вели разведку в направлении рейхстага, очищали от противника отдельные дома и подвалы, подтягивали артиллерию большой мощности на прямую наводку.
В 11.00 30.4.45 г. после сильной артподготовки части корпуса начали третий штурм рейхстага и прилегающих зданий.
Ведя исключительно ожесточенные бои, преодолев противотанковый ров, залитый водой, 1/380 сп в 14.00 ворвался в рейхстаг, водрузив Знамя Победы.
Одновременно в 14.25 в рейхстаг ворвались части 674 и 756 сп 150 сд.
Бой в районе рейхстага продолжается.
207 сд в ночь на 30.4.45 г., очистив от противника район ж.д. вост. стадиона Моабит одним полком, встречая упорное сопротивление противника, захватила мост. сев. Гумбольтской гавани и плацдарм на восточном берегу.
594 сп в течение ночи, выйдя на западный берег канала в р-не моста на Инвалиденштрассе, одной ротой захватил дом на восточном берегу.
598 сп, наступая за 594 сп, уничтожая отдельные группы противника, к утру вышел на северный берег Гумбольтской гавани.
С 9.00 30.4.45 г. полк сосредотачивается в районе 400 м юго-западнее тюрьмы Моабит. 597 сп, действуя во втором эшелоне с 9.00 30.4.45 г., сосредотачивается в районе Зейдлицштрассе.
3. Командир корпуса на НП.
Начальник штаба 79-го стрелкового корпуса полковник Летунов
РФ. Ф. 317. Оп. 4306. Д. 499. Л. 324–325. Подлинник.
№ 82. Приказ командующего войсками 1-го Белорусского фронта по случаю взятия рейхстага частями 79-го стрелкового корпуса 3-й ударной армии
№ 6 30 апреля 1945 г.
1. Район рейхстага в Берлине обороняли отборные части СС. Для усиления обороны этого района противник в ночь на 28.4.45 г. выбросил на парашютах батальон морской пехоты. Противник в районе рейхстага оказывал ожесточенное сопротивление нашим наступающим войскам, превратив каждое здание, лестницу, комнату, подвал в опорные пункты и очаги обороны. Бои внутри главного здания рейхстага переходили в неоднократные рукопашные схватки.
2. Войска 3-й ударной армии генерал-полковника Кузнецова, продолжая наступление, сломили сопротивление врага, заняли главное здание рейхстага и сегодня, 30.4.45 г. в 14.25, подняли над ним наш советский флаг. В боях за район и главное здание рейхстага отличился 79 ск генерал-майора Переверткина и его 171 сд полковника Негоды и 150 сд генерал-майора Шатилова.
3. Поздравляю с одержанной победой. За проявленную храбрость, умелое и успешное выполнение боевой задачи всем бойцам, сержантам, офицерам и генералам 171 и 150 сд и непосредственно руководившему боем командиру 79 ск генерал-майору Переверткину отъявляю благодарность. Военному совету 3-й ударной армии наиболее отличившихся в боях за рейхстаг бойцов, сержантов, офицеров и генералов представить к правительственным наградам.
4. Близится час окончательной победы над врагом. Наш советский флаг уже развевается над главным зданием рейхстага в центре Берлина.
Товарищи бойцы, сержанты, офицеры и генералы 1-го Белорусского фронта! Вперед на врага — последним стремительным ударом добьем фашистского зверя в его логове и ускорим приближение часа окончательной и полной победы над фашистской Германией.
Приказ объявить во всех ротах, эскадронах и батареях войск фронта.
Командующий войсками 1 БФ Маршал Советского Союза Г. Жуков
Член Военсовета 1 БФ генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба 1 БФ генерал-полковник Малинин
Верно: стар. пом. нач. отдела по использованию опыта войны оперуправления штаба 1 БФ подполковник Павловский
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 739. Л. 516–517. Зав. копия.
№ 83. Боевое донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о ходе боевых действий и положении войск фронта на 30 апреля 1945 г.
№ 00514 1 мая 1945 г. 21.30
1. Противник на правом фланге фронта продолжает отходить в западном направлении под ударами наших войск. В Берлине оказывает упорное сопротивление, где каждая улица, квартал, отдельный дом, квартира, комната и подвал превращены в опорные пункты и очаги обороны. Особенно упорное сопротивление противник оказывал в районе рейхстага. На лестницах и в помещениях главного здания рейхстага борьба переходила в неоднократные рукопашные схватки. Район рейхстага обороняли отборные части СС и для усиления обороны этого района в ночь на 28.4.45 г. противник выбросил на парашютах батальон морской пехоты.
Авиация противника вела разведку с попутным бомбометанием вдоль линии фронта и на глубину войскового тыла.
Огнем ЗА сбито 4 самолета противника.
Войска фронта в течение 30.4.45 г. продолжали наступление в прежних направлениях. На правом крыле, форсировав р. Хавель, с боями продвинулись до 30 км и овладели городами Цеденик, Линдов. В Берлине, ломая сопротивление противника и отражая контратаки, заняли более 100 кварталов, овладели рейхстагом и на главном здании рейхстага подняли советский флаг. На левом фланге в результате напряженных семидневных боев наши войска закончили уничтожение окруженных соединений 9-й армии противника.
В ходе дневного наступления противнику нанесены большие потери. Уничтожено свыше 11 000 солдат и офицеров, до 100 орудий, 40 минометов, до 400 пулеметов, 52 танка и самоходных орудия, до 600 автомашин. Захвачено: орудий — 270, танков и самоходных орудий — 63, минометов — 64, пулеметов — более 300, винтовок и автоматов — до 5000, автомашин — 3300, тракторов — 18, мотоциклов — 500, складов разных — 25. Взято в плен 13 500 солдат и офицеров противника.
2. 61-я армия, преодолевая огневое сопротивление противника, с боями продвинулась вперед до 30 км, заняла до 50 населенных пунктов и к исходу дня вела бой на рубеже:
89 ск — Линдов, Шенберг;
9 гв. ск — вост. окр. Вульков, Раденслебен;
80 ск — Людвигсхуэ (5 км южнее Херцберг), Валль.
За день боя уничтожено до 200 и взято в плен более 600 солдат и офицеров противника.
3. 1-я Польская армия в течение дня продолжала бой передовыми отрядами.
Передовые отряды 4 ппд совместно с частями 2 гв. кк овладели Бредиков и Вагенитц.
Передовые отряды других дивизий успеха в продвижении не имели и к исходу дня продолжали бой на прежнем рубеже, встречая сильное сопротивление противника.
В результате дневного боя уничтожено до 400 солдат и офицеров, сожжено и подбито 3 танка, разбито 5 орудий и захвачено: паровозов — 3, вагонов — 113, ж.-д. платформ — 92, складов разных — 4. Взято в плен 15 солдат противника.
4. 2 гв. кк — в результате упорного боя совместно с частями 1 ПА овладел Бредиков, Вагенитц и продолжает бой за Занцке, встречая упорное сопротивление противника.
5. 7 гв. кк — 14 и 15 гв. кд — на прежнем рубеже. 16 гв. кд совместно с частями 47-й армии вела бой за Бранденбург и овладела сев. — зап. частью города до р. Хавель.
6. 47-я армия—129 ск обороняет прежний рубеж. 77 ск — совместно с частями 16 гв. кд овладел сев. — зап. и северной частью Бранденбурга и вышел на рубеж:
иск. ж.-д. мост через р. Хавель в городе Бранденбург, северный берег р. Хавель, Клайн-Кройтц.
125 ск — очистил от противника лес юго-зап. Потсдама и овладел опорными пунктами Гольм, Гельтов, Кладов. На остальном фронте занимает прежний рубеж.
За день боя войсками армии уничтожено свыше 600 и взято в плен до 2000 солдат и офицеров противника.
7. 2-я гв. танковая армия — продолжая уличные бои и преодолевая сильное сопротивление противника, заняла более 20 кварталов.
[…]
По предварительным данным, за день боя уничтожено: два самоходных орудия, 20 орудий разного калибра, до 80 пулеметов, 60 автомашин и взято в плен 286 солдат и офицеров противника.
8. 3-я ударная армия — преодолевая сильное сопротивление противника и отражая контратаки, заняла до 40 кварталов и овладела рейхстагом.
[…]
В результате дневного боя уничтожено до 1800 солдат и офицеров, 64 пулемета, 14 орудий и захвачено: пулеметов — 72, орудий — 5, автомашин — 200, тягачей — 3, мотоциклов — 23.
9. 5-я ударная армия, ломая упорное сопротивление противника, в результате напряженных уличных боев заняла до 30 кварталов.
[…]
В результате боя частями армии за день уничтожено: свыше 500 солдат и офицеров, 12 орудий, 4 миномета, 20 пулеметов и взято 275 пленных.
10. 8-я гв. армия — продолжая уличные бои в центре города и преодолевая сильное сопротивление противника, заняла 25 кварталов.
[…]
За день боя уничтожено до 1500 солдат и офицеров, 12 орудий, 30 пулеметов, 5 минометов. Захвачено орудий — 8, автомашин — 90, складов разных—15, мотоциклов—150. Взято в плен до 100 солдат и офицеров.
11. 1-я гв. танковая армия: 8 гв. мк — во взаимодействии с частями 8-й гв. армии, частью сил мотопехоты ворвался в зоологический сад. Танки ведут бой на прежнем рубеже.
1 гв. тк — переправившись на южный берег Ландвер-канала, в движении в район действия 8 гв. мк для наступления на зоологический сад.
В результате дневного боя уничтожено до 800 солдат и офицеров, 6 орудий, до 40 автомашин и взято 26 пленных.
12. 3-я армия — закончила уничтожение окруженного противника западнее города Вендиш-Бухгольц и к исходу дня сосредоточила войска в районах:
41 ск — Грэбендорф (15 км сев. — зап. Вендиш-Бухгольц) и лес юго-восточнее;
35 ск — Клайн-Керис и лес северо-западнее;
40 ск — Гросс-Керис, Шверин, Тойпитц.
В результате дневного боя уничтожено до 4500 солдат и офицеров, до 20 танков и самоходных орудий, 25 орудий, 20 минометов и захвачено: танков и самоходных орудий — 23, орудий — 75, минометов — 23, пулеметов — 112, автомашин — 1300, складов разных — 14 и взято в плен 3800 солдат и офицеров противника.
13. 69-я армия — в течение дня производила прочесывание лесов и населенных пунктов и вылавливала остатки разбитых частей окруженного противника. К исходу дня войска армии занимают положение:
61 ск — одной сд на восточном берегу р. Дамме западнее Хермсдорф. Главные силы корпуса сосредоточились в районе Фридерсдорф (8 км восточнее Нойе-Мюле) и в лесах севернее и южнее этого пункта;
91 ск — одной сд на восточном берегу р. Дамме севернее Вендиш-Бухгольц. Главные силы корпуса сосредоточены в районе: Ной-Вольтередорф (7 км сев. — зап. Шторков), Альт-Штенсдорф, Герсдорф, Рыплос;
25 ск — одной сд на восточном берегу р. Дамме в районе Вендиш-Бухгольц, одна сд в районе Хермсдорф и одна сд сосредоточилась в лесу южнее Маркграфписке.
За 30.4.45 г. взято в плен 2188 солдат и офицеров и захвачено: орудий— 6, минометов — 17, винтовок и автоматов — свыше 1000, автомашин — 88.
14. 33-я армия — в течение дня уничтожала разрозненные остатки окруженного противника и сосредоточила свои войска в районах:
16 ск — лес западнее Вендиш-Бухгольц;
62 ск — Хальбе и лес сев. — зап.
За 30.4.45 г. уничтожено до 300 и взято в плен 3735 солдат и офицеров. Захвачено: орудий — 175, самоходных орудий — 40, пулеметов — 103, винтовок и автоматов — 3400, бронемашин — 21, автомашин—1735, тракторов — 15, минометов — 24, мотоциклов — до 400.
15. 16 ВА — в течение дня группами штурмовиков уничтожала войска противника в районе юго-зап. Потсдама и Бранденбурга. Бомбардировала и штурмовала ж.-д. эшелоны западнее Ратенов. Истребителями прикрывала свои войска на поле боя и вела разведку.
Всего за сутки произведено 1253 самолето-вылета, из них ночью 120.
Уничтожено и повреждено: автомашин — до 100, орудий — 15, паровозов — 2, ж.-д. цистерн — 2, подавлен огонь шести артиллерийских и минометных батарей, создано свыше 40 очагов пожаров, сопровождаемых взрывами.
С боевого задания не вернулись 5 самолетов.
Войска фронта продолжают выполнять поставленную Вами задачу.
Командующий войсками 1-го Белорусского фронта Маршал Советского Союза Г. Жуков
Член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 574. Л. 431–439. Подлинник.
№ 84. Выписка из боевого распоряжения командира 150-й стрелковой дивизии 3-й ударной армии об организации обороны взятого рейхстага
№ 036 30 апреля 1945 г. 22.00
1. Противник разрозненными, наспех сколоченными боевыми группами под руководством и влиянием нацистских организаций СС продолжает оказывать упорное сопротивление наступлению наших частей, применяя в обороне пехотное оружие, фаустпатроны и артиллерию прямой наводки. В наш тыл забрасывает диверсантов и лазутчиков.
2…………..
3. 756 сп прочно оборонять рейхстаг; подготовить резерв для отражения контратак в направлении с Цельтен-аллее и с Зигес-аллее. Комендантом рейхстага назначаю командира 756 сп полковника Зинченко. Последнему организовать охрану ценностей рейхстага и не допустить их хищения.
Командир 150 сд генерал-майор Шатилов
Верно: Начальник оперативного отдела 3-й ударной армии полковник Семенов
РФ. Ф. 32. Оп. 11289. Д. 681. Л. 203. Зав. копия
№ 85. Распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 2-й гвардейской танковой армией, командирам 1-го механизированного, 9-го и 12-го танковых корпусов о повышении личной ответственности за ведение боевых действий
№ 11708 1 мая 1945 г. 21.50
Части 2-й [гв.] танковой армии ведут наступление исключительно плохо. За последние 3 дня армия не имеет вообще никаких результатов. Я вынужден строго лично вас предупредить и требую:
1. Организовать лучше бой, чем вы организовывали до сих пор.
2. Вылезти из подвалов и видеть лично бой.
3. Подготовить три-четыре танковые бригады и под личным командованием комбригов прорваться бригадам в тыл противника. За бригадами пустить главные силы корпусов и армии.
4. Проявить больше решительности. Действия 12 тк увязать с действиями авиации.
5. Результат донести 2.5.45 г. лично мне.
Жуков
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 181. Подлинник.
№ 86. Донесение командира 150-й стрелковой дивизии командиру 79-го стрелкового корпуса о ходе боев за рейхстаг
2 мая 1945 г.
Доношу обстоятельства и краткое описание хода боя 150 сд по овладению рейхстагом.
Бою за овладение рейхстагом предшествовали тяжелые бои по овладению мостом Мольтке через р. Шпрее и ближайшими кварталами на южном берегу р. Шпрее.
В течение 29.4.45 г. 756-й стр. полк, захватив мост через р. Шпрее, сумел переправиться полностью на южный берег и очистил квартал от противника восточнее дороги, идущей от моста.
В 21.00 29.4.45 г. мною было принято решение о вводе в бой 674 сп.
План операции был намечен следующий: в ночь на 30.4.45 г. 674 сп и 756 сп очищают от противника кварталы министерства внутренних дел и, выходя в район парка, непосредственно прилегающего к рейхстагу, к утру овладевают рейхстагом. Начало действий в 4.30 30.4.45 г.
К 9.00 30.4.45 г. здание министерства внутренних дел в тяжелом бою обходом с востока было очищено от противника и части, стремительно продвигаясь в юго-восточном направлении, вышли в район и непосредственную близость к западному и южному фасаду рейхстага.
Подтянув артиллерию, минометы, танки, самоходные орудия, после короткой массированной артиллерийской обработки, атаковали позиции противника у здания рейхстага 1/756 сп — командир батальона капитан Неустроев и 1/674 сп — командир батальона капитан Давыдов.
Группа смельчаков 756 сп водрузила знамя на первом этаже в юго-западной части рейхстага в 13.45 30.04.45 г. (флаг армии № 5). 674 сп — в 14.25 30.04.45 г. в северной части западного фасада здания (флаг полка).
Очистка рейхстага от противника в основном была закончена к 22.00 30.04.45 г.
Комендантом рейхстага был назначен в 15.00 30.04.45 г. капитан Неустроев, а в 22.00 30.4.45 г. — полковник Зинченко, который до сих пор выполняет эту должность, находясь в рейхстаге.
Вывод:
1. Рейхстаг был взят 1/674 и 1/756 сп и очищен полностью 674 и 756 сп.
2. Трофеи при взятии рейхстага: захвачено 34 орудия разного калибра, 4 танка, 1400 автоматов и винтовок, 8 складов с различным военным имуществом, до 1000 автомашин. Уничтожено 2500 солдат и офицеров, 6 автомашин, из них две груженные фаустпатронами, до 70 пулеметов, 10 орудий разных калибров. Захвачено в плен 1650 чел., из них 2 генерала и 16 офицеров.
Командир 150 сд генерал-майор Шатилов
Начштадив 150 сд полковник Дьячков
Верно: Начальник оперативного отдела 3-й ударной армии полковник Семенов
Ф. 32. Оп. П289. Д. 684. Л. 199–200. Зав. копия.
№ 87. Приказ командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим 3-й и 5-й ударными, 8-й гвардейской, 1-й и 2-й гвардейскими танковыми армиями о наведении порядка в Берлине
№ 00643/оп 2 мая 1945 г. 14.45
Командующий войсками фронта приказал командующим армиями в своих полосах:
а) срочно приступить к строительству мостов в Берлине на основных направлениях;
б) организовать тушение пожаров в Берлине;
в) население города привлечь для очистки улиц;
г) город Берлин и тыл армии очистить от противника;
д) на линии фронта, на которой стояли войска, к исходу 1 мая 1945 г. выставить заставы для проверки документов у населения, проходящего из центра города через эту линию. Это необходимо для того, чтобы не допустить выхода ответственных лиц противника из Берлина. Об отданных распоряжениях донести.
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 185. Подлинник.
№ 88. Из журнала боевых действий войск 1-го Белорусского фронта. — О боевых действиях 8-й гвардейской армии 1–2 мая 1945 г. и ходе капитуляции немецких войск в Берлине
[…]
8-я гвардейская армия
Войска армии в течение первой половины ночи продолжали наступательные бои в г. Берлине.
В 3.30 1.5.45 г. перешел линию фронта в указанном ему месте и прибыл к командующему 8-й гв. армией начальник генерального штаба сухопутных войск немецкой армии генерал пехоты Кребс в сопровождении начальника штаба 56 тк полковника немецкого генштаба фон Дуфвинг, переводчика и одного солдата.
Генерал пехоты Кребс передал командующему 8 гв. А. генерал-полковнику тов. Чуйкову письменное сообщение на имя Советского Верховного Главнокомандования от 30.4.45 г., подписанное Геббельсом и секретарем Гитлера Борманом, в котором сообщалось, что 30.4.45 г. в 15.50 Гитлер покончил жизнь самоубийством, назначив своим завещанием президентом империи — гросс-адмирала Деница и имперским канцлером — доктора Геббельса.
От имени этих лиц генерал пехоты Кребс заявил, что он уполномочен установить непосредственный контакт с Верховным Командованием Красной Армии для начала переговоров о перемирии.
Прибывший в штаб 8-й гв. армии зам. командующего войсками 1 БФ генерал армии Соколовский от имени командующего 1 БФ Маршала Советского Союза тов. Жукова выдвинул перед генералом пехоты Кребсом требование о безоговорочной капитуляции берлинского гарнизона.
Генерал пехоты Кребс заявил, что он не уполномочен сам решить этот вопрос, и в 9.00 убыл для доклада к Геббельсу.
В 10.40 войска армии после короткого огневого налета возобновили штурм центральной части Берлина.
В 18.00 перешел линию фронта и прибыл в штаб 8-й гв. армии парламентер с ответом германского правительства, подписанным Геббельсом и Борманом, в котором отклонялось предложение советского командования о безоговорочной капитуляции берлинского гарнизона.
По приказу командующего 8-й гв. армией в 18.30 артиллерия и минометы открыли массированный огонь и войска армии возобновили штурм в центральной части Берлина;
8-я гвардейская армия
Войска армии в течение ночи на 2.5.45 г. продолжали уличные бои и соединялись в районе парка Тиргартен с войсками 3-й уд. армии.
В 00.40 2.5.45 г. радиостанция 79 гв. сд перехватила следующую радиограмму рации 56 тк противника, передающую на русском языке: «Просим прекратить огонь. Высылаем парламентеров. Опознавательный знак — белый флаг на красном древке. Ждем ответа».
Радиограмма была доложена командующему войсками 8-й гв. армии генерал-полковнику тов. Чуйкову, который приказал прекратить огонь на участке 4 гв. ск, принять парламентеров.
Прибывшим парламентерам во главе с начальником штаба 56 тк полковником фон Дуфвингом было передано распоряжение командующего войсками 1 БФ: частям 56 тк к 7.00 2.5.45 г. полностью разоружиться и организованно сдаться в плен.
В 6.00 2.5.45 г. командир 56 тк генерал артиллерии Вейдлинг в сопровождении генералов Шмидта, Ланкварта и Веташа перешли линию фронта и сдались в плен.
Отвечая на вопросы командующего 8 гв. А, генерал Вейдлинг заявил, что 26.4.45 г. приказом Гитлера он был назначен командующим обороной Берлина, но решение о капитуляции, принятое им, распространяется только на части 56 тк, так как весь гарнизон города Берлина разбит на отдельные группы, связи с которыми нет в течение нескольких дней.
Командующий 8 гв. А предложил генералу Вейдлингу написать приказ о капитуляции всего берлинского гарнизона. В 7.00 генерал Вейдлинг написал приказ о капитуляции, который был размножен и доведен до частей противника, обороняющихся в центре города Берлина, через офицеров штаба 56 тк при помощи громкоговорящих установок и по радио.
В 11.30 перешли линию фронта представители от заместителя министра пропаганды доктора Фриче, которые заявили, что в ночь на 2.5.45 г. Геббельс покончил жизнь самоубийством и что Фриче остался единственным представителем власти в городе Берлине.
Прибывшим представителям было объявлено требование советского командования: в течение 2.5.45 г. осуществить организованную сдачу в плен частей всего гарнизона города Берлина.
В 13.00 перешел линию фронта, сдался в плен и прибыл на КП командующего 8 гв. А доктор Фриче, который сообщил, что приказ о капитуляции им написан, передан по радио всем частям и подразделениям, обороняющим город Берлин.
По мере доведения приказов генерала Вейдлинга и доктора Фриче о капитуляции до солдат, офицеров и генералов противника сопротивление постепенно прекращалось, и к исходу дня войска 8 гв. А очистили от противника занятые кварталы в центральной части города, взяв при этом в плен 17 300 солдат, офицеров и генералов противника.
[…]
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 739. Л. 375, 376, 385, 386. Подлинник.
№ 89. Боевое донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему об овладении городом Берлином
№ 00524 3 мая 1945 г. 02.30
1. Противник на правом крыле фронта продолжал отходить в западном направлении, оказывая слабое сопротивление наступлению наших войск.
Окруженный гарнизон города Берлина во главе с комендантом города генералом от артиллерии Вейдлингом и его штабом прекратил сопротивление и сдался в плен нашим войскам. Отдельные группы окруженного гарнизона, пытаясь прорваться в западном направлении, уничтожаются нашими войсками в районе Шпандау и западнее.
2. Войска фронта, сломив сопротивление окруженного противника, овладели столицей Германии — городом Берлином и в течение дня пленили войска, оборонявшие город, а также уничтожили отдельные группы, пытающиеся прорваться из города Берлина в западном направлении. По предварительным учтенным данным, за 2.5.45 г. из состава войск окруженного берлинского гарнизона противника взято в плен более 64 000 солдат и офицеров. В числе пленных взяты генералы: 1) начальник обороны и комендант города Берлина генерал от артиллерии Вейдлинг; 2) личный представитель гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера — вице-адмирал Фосс; 3) командир воздушной правительственной эскадры генерал-лейтенант Баур; 4) начальник медслужбы полиции г. Берлина генерал-майор медицинской службы Врубель; 5) генерал-лейтенант в отставке Ваташ; 6) генерал-лейтенант в отставке Шмидт-Данквард; 7) генерал-лейтенант полиции Раттенгубер, а также видные деятели: 1) первый заместитель министра пропаганды и печати доктор философии и истории Фриче; 2) руководитель печати и радио министерства пропаганды доктор философии и истории Криг; 3) правительственный советник доктор философии и истории Хайнрихсдорф; 4) секретарь министерства пропаганды и печати Иоганн Курцава; 5) начальник канцелярии Геббельса Сайлер.
Учет пленных в городе Берлине продолжается.
На правом крыле фронта войска продолжали стремительное наступление и, преодолевая слабое сопротивление противника, за день продвинулись вперед до 50 км и в районе Вильснак (12 км юго-вост. Виттенберга) передовыми частями соединились с американскими войсками.
В ходе дневного наступления войсками фронта уничтожено до 6000 солдат и офицеров, 18 танков и самоходных орудий, до 100 полевых орудий, более 200 пулеметов, до 70 минометов, 140 автомашин и 6 разных складов. Захвачено: танков и самоходных орудий — 29, орудий полевых — 320, минометов — 80, пулеметов — 700, винтовок и автоматов — до 40 000, автомашин — 1500, самолетов в разобранном виде — 703, паровозов — 19, ж.-д. вагонов — 163, бронетранспортеров — 12, складов разных — 37 и много другого военного и народнохозяйственного имущества. По предварительным данным, на всех участках фронта за 2.5.45 взято в плен 90 050 солдат и офицеров, в том числе 7 генералов, более 600 офицеров и в госпиталях — 10 700 раненых солдат и офицеров противника.
3. 61-я армия — преодолевая слабое сопротивление разрозненных групп противника, продолжала стремительное наступление и, продвинувшись вперед до 50 км, к исходу дня вышла на рубеж: 89 ск — Клетцке (20 км восточнее Виттенберге), Клайн-Леппин. Его передовой отряд вышел в район Вильснак и соединился с американскими частями;
9 гв. ск — Главен, Нитцов. Его ПО вышел на восточный берег р. Эльба в районе Леннгвитц,
80 ск — восточная окраина Хавельберг, Вельгаст.
В результате дневного наступления войсками армии уничтожено свыше 100 и взято в плен до 1000 солдат и офицеров. Захвачено: паровозов — 6, вагонов — 123, склад с продовольствием, в районах Цеденик и Ной-Руппин захвачено 703 самолета в разобранном виде.
4. 1-я Польская армия — отбивая мелкие группы противника, продвигалась в западном направлении и к исходу дня вышла за рубеж:
2 ппд — Зиверсдорф, Гросс-Дершау; 6 ппд — Ринов и лес 2 км южнее; 4 ппд — Шпатц, Науен (7 км сев. Ратенов).
Передовые отряды армии вышли на восточный берег р. Хавель на участке Штродене (9 км сев. — зап. Ринов), Парец (10 км сев. — зап. Ратенов).
Войсками армии за день уничтожено свыше 150 и взято в плен 50 солдат и офицеров. Захвачено ж.-д. вагонов 58, и склад с техническим имуществом.
5. 2 гв. кк — продолжая наступление в сев. — зап. направлении, к исходу дня вышел на рубеж: Шенебек (11 км юго-вост. Притцвальк). Даннсвальде.
6. 7 гв. кк— 14 и 15 гв. кд — на прежних рубежах вели разведку противника.
16 гв. кд — вышла на вост. берег р. Хавель и заняла рубеж: Мегелин (3 км южнее Ратен), Премнитц.
7. 47-я армия — 129 и 77 ск занимают прежнее положение.
125 ск — в течение дня вел бой с группой противника численностью до 5000 чел., прорвавшейся из города Берлина в район Шпандау. В результате боя эта группировка в основном уничтожена и пленена. Мелкие ее группы, просочившиеся в западном направлении, уничтожаются.
По предварительным данным, частями армии из прорвавшихся уничтожено до 600 и взято в плен до 1400 солдат и офицеров.
Кроме того, частями аэродромного обслуживания в 16 В А в этих районах из числа прорвавшейся группировки противника взято в плен до 1400 солдат и офицеров.
8. 2-я гв. танковая армия — в течение ночи на 2.5.45 г. продолжала бои в южной части Шарлоттенбург и в западной части парка Тиргартен. Днем войска армии пленили прекратившего сопротивление противника и частью сил вели бой с отдельными группами, пытающимися прорваться из города в западном направлении. К исходу дня войска армии занимают положение:
1 мк — сосредоточен в районе ЯР 43, 35, 26, 54, 53, 37;
12 гв. тк — в районе ГП 31, 33, ЦК 91, 80, 82, 79;
9 гв. тк — с 19.00 в движении в район Дальгов (6 км западнее Шпандау). Его головная бригада в 21.00 переправлялась через р. Хавель южнее Шпандау.
За 2.5.45 г. войсками армии уничтожено: танков — 2, орудий — 40, минометов— 14, пулеметов — 25. Захвачено: орудий — 91, танков — 15, винтовок — 800, радиостанций — 2, складов с боеприпасами — 2, автомашин — до 250 и взято в плен 9 460 солдат и офицеров противника.
9. 3-я ударная армия — в 6.00 2.5.45 г. войска армии соединились с частями 8-й гв. армии в районе парка Тиргартен и в течение дня, очищая центральную часть города, пленили войска противника.
К исходу дня войска армии занимают положение:
79 ск — в районе ШП 66, ФГ 54, 69, 1, 41, 18, НП 55, 79, 65, 97, РК 95, 25, 94, 83, ШП 4, 21, 57, 65, 97;
12 гв. ск — в районе ФГ 19, 40, 29, НП 72, 74, 50, 57, 53, 41, 92, 63, 20, 18;
38 ск — продолжая бой с мелкими группами противника, пытающимися прорваться в северном направлении, главными силами в районе НШ 84, 28, 5, 29, 35, 85, 15, 17, 25, 61, 4, 40, 37, 19;
7 ск — продолжает очищать от противника кварталы в районе НШ 63, 90, 58, 98, 76, 78, 51, 91, 81, 73, 77, 50, 49.
По предварительным данным, за 2.5.45 г. уничтожено до 1700 и взято в плен 20 000 солдат и офицеров. Подсчет трофеев продолжается.
10. 8-я гв. армия — в течение ночи на 2.5.45 г. продолжала уличные бои и соединилась с войсками 3-й ударной армии. Днем очищала от противника занятую территорию в центральной части города и пленила его войска.
К исходу дня войска армии занимают положение:
29 гв. ск — в районе ФГ 42, 96, 21;
4 гв. ск — ФГ 86, ШП 81, 11, 18, 83;
28 гв. ск — ШП 90, 27, 79, ЯР 87, 78, 97;
За истекшие сутки частями армии уничтожено до 2000 и взято в плен 17 370 солдат и офицеров. Уничтожено: танков и самоходных орудий — 10, орудий разных — 37, минометов — 12, пулеметов — до 100. Захвачено: орудий — 129, пулеметов — 465, минометов — 49, винтовок и автоматов — до 13 000, танков — 2, самоходных орудий — 4, автомашин — 1000, складов разных — 24 и много другого военного имущества, которое подсчитывается.
11. 5-я ударная армия — в течение ночи продолжала уличные бои. Днем войска армии производили очистку от противника занятого района и пленили его войска. К исходу дня, продолжая прочесывание кварталов, войска армии занимают положение:
32 ск — в районе ФГ 40, 61, 52, 94;
9 ск — ФГ 93, 55, 59, 58, 73;
26 гв. ск ЦП И, 47, 1, 12, 18, 54.
По предварительным данным, за 2.5 уничтожено до 600 и взято в плен свыше 20 000 солдат и офицеров противника. Уничтожено орудий — 27, минометов — 43, пулеметов — 60, автомашин — 110, бронетранспортеров — 7, складов разных — 6. Захвачено: орудий — 90, минометов — 26, пулеметов — 128, автомашин — 200 и складов — 6.
12. 1-я гв. танковая армия — в районе западной части парка Тиргартен производила очистку района от противника.
По предварительным данным, за 2.5 взято в плен 7 730 солдат и офицеров и захвачено: самоходных орудий — 6, бронетранспортеров — 12, орудий — 14, минометов — 7, пулеметов — 120, автомашин — 290, складов разных — 3, паровозов — 13, ж.-д. вагонов — 400 и 8 барж.
13. 3-я армия — совершив марш, к исходу дня сосредоточилась в районах:
41 ск — Эркнер и лес сев. — вост.;
35 ск — Вольтерсдорф, Фихтенау, Рансдорф;
40 ск — Кепеник, Адлерсхоф, Вендешлос.
1244 сап — выйдя в район Шильдов, встретил группу противника численностью до 300 человек с самоходными орудиями и завязал с ним бой. В результате трехчасового боя уничтожено до 100 и взято в плен до 200 солдат и офицеров. Захвачено 2 самоходных орудия.
14. 69-я армия — продолжая марш, к исходу дня вышла на рубеж:
61 ск — Древиц (5 км юго-вост. Потсдама), Михендорф;
91 ск — иск. Михендорф, Шлункендорф;
25 ск — Шенефельд (1 км юго-восточнее Беелитц), Виттбритцен.
При попутном прочесывании лесов войсками армии взято в плен до 300 солдат и офицеров противника.
15. 33-я армия — после дневного марша сосредоточилась в районах:
16 ск — Нибель (7 км сев. — вост. Троенбритцен), Троенбритцен, Барденитц;
62 ск — Денневитц (5 км юго-зап. Ютербог), Зеехаузен, иск. Зайда.
При попутном прочесывании лесов войсками армии взято в плен до 300 солдат и офицеров противника.
16. 16 ВА — из-за плохих метеоусловий боевую работу вела ограничено.
Всего за сутки произведено 299 самолетов-вылетов, из них ночью — 29, в основном на разведку противника с попутным бомбометанием обнаруженных целей.
С боевого задания не вернулось 2 самолета.
Авиация противника в течение суток вела слабую разведку вдоль линии фронта.
Командующий войсками 1-го Белорусского фронта Маршал Советского Союза Г. Жуков
Член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 575. Л. 28–36. Подлинник.
№ 90. Донесение командира 79-го стрелкового полка военному совету 3-й ударной армии о замене знамени Победы над рейхстагом большим алым стягом
9 мая 1945 г. 14.00
Моим личным приказом красное знамя, водруженное 30 апреля 1945 г. 150 сд над зданием рейхстага, сейчас снято.
Вместо знамени я приказал поставить большой алый стяг.
Знамя, водруженное над рейхстагом 30 апреля 1945 г., я приказал хранить и прошу ходатайства перед Маршалом Советского Союза тов. Жуковым, чтобы делегация 1-го Белорусского фронта, 3-й ударной армии и 79 ск смогла лично вручить это Знамя Победы в Кремле или в другом месте нашему великому вождю, любимому маршалу Иосифу Виссарионовичу Сталину.
Командир 79-го стрелкового корпуса генерал-майор Переверткин
Начальник штаба 79-го стр. корпуса полковник Летунов
Копия верна: капитан Грехов
РФ. 233. Оп. 2374. Д. 71. Л. 209. Зав. копия.
№ 91. Из журнала боевых действий 1-го Белорусского фронта. — Справка о потерях противника и захваченных трофеях
в берлинской операции с 16 апреля по 9 мая 1945 г.
Уничтожено:
Солдат и офицеров…………. 218 691
Танков и самоходных орудий……. 1030
Орудий разных калибров……… 3218
Минометов…………….. 1702
Пулеметов……………… 9946
Винтовок и автоматов……….. 23 787
Автомашин……………… 6700
Тягачей……………….. 84
Бронетранспортеров………… 266
Мотоциклов…………….. 754
Велосипедов…………….. 698
Повозок………………. 1638
Лошадей………………. 1341
Паровозов……………… 9
Вагонов………………. 215
Складов разных…………… 211
Бронемашин…………….. 42
Самолетов……………… 1253
Захвачено
Орудий разных калибров………. 5362
Минометов…………….. 1398
Пулеметов……………… 12 549
Винтовок и автоматов……….. 106 140
Автомашин…………….. 35 703
Тракторов и тягачей………… 572
Бронетранспортеров………… 151
Мотоциклов…………….. 6597
Велосипедов…………….. 19 617
Повозок………………. 6485
Лошадей………………. 8332
Паровозов……………… 503
Вагонов………………. 11 797
Раций……………….. 48
Бронемашин…………….. 20
Бронепоездов……………. 2
Складов разных…………… 657
Самолётов……………… 2173
Фаустпатронов…………… 12 000
Ст. пом. нач. отдела по использованию опыта войны оперуправления штаба 1 БФ подполковник Павловский
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 739. Л. 505а, 5056. Копия.
№ 92. Из краткого доклада командующего 2-й гвардейской танковой армией командующему войсками 1-го Белорусского фронта о ходе боевых действий армии с 15 апреля по 3 мая 1945 г.
№ 0226/оп 15 мая 1945 г.
Противник силами 9 А в составе ак «Одер», 11 тк, 5 гск, 40 тк с начала февраля 1945 года вел упорные оборонительные бои на западном берегу р. Одер на фронте Карлсбизе, Ортвиг, зап. Кинитц, Цехин, Альт-Тухебанд, Гольцов, зап. Лебус, Франкфурт, Брисков, Визенау, Пильтендорф, Фюрстенберг и далее по западному берегу р. Одер. Одновременно усиленно совершенствовал оборонительные рубежи на подступах к Берлину.
Перед началом боевых действий на участке Карлсбизе, Франкфурт (фронт 50 км) 309, 303, 169, 712 пд, 9 адд, мд «Мюнхеберг», 20 и 25 мд, усиленных 5-м и 408-м артиллерийскими корпусами РГК, дивизионом 411-й бригады РГК, 292-м противотанковым дивизионом, батальоном 26-го танкового полка «Бранденбург».
Всего на участке Карлсбизе, Франкфурт противник имел до 1500 стволов с учетом минометов и противотанковых орудий, что составляет 23–25 стволов на 1 км фронта. Основную группировку артиллерии противник имел в районах Ной Левин, Вушевир, Лечин, Рефельд, Цехин, Бушдорф, Гольцов, Вербиг, Альт-Тухебанд.
Танки противника были сосредоточены в районах: Лечин — 40, Цехин — 15, Зеелов — 60, Цешдорф — 20. В районе Мюнхеберга отмечалось сосредоточение до 60 танков.
Таким образом, противник имел на фронте 50 км до 245 танков и СУ, что составляло 4–5 единиц на 1 км фронта.
На плацдарме западнее Кюстрина на участке Карлсбизе, Рейтвен противник имел главную полосу обороны с тремя позициями глубиной до 13 км и в глубине обороны ряд промежуточных рубежей.
Главная полоса обороны состояла из трех позиций траншейного типа:
первая позиция — по переднему краю — Ортвиг, зап. Кинитц, Цехин, Гольцов, Альт Тухебанд;
вторая позиция — Ной Левин, Лечин, Альт-Лангзов;
третья позиция — Ной Треббин, Платков, Зеелов.
Второй оборонительный рубеж противника проходил: Врицен, далее по высотам южнее Врицен, Мюнхеберг, Фюрстенвальде.
Вся оборона противника строилась главным образом по принципу опорных пунктов и узлов сопротивления. Все узлы дорог и населенные пункты превращались в противотанковые районы, каменные дома использовались как ДОТы и ДЗОТы.
На подступах к Берлину и в самом городе оборона строилась главным образом на улицах и перекрестках дорог, строились баррикады и в некоторых местах противотанковые рвы, шлагбаумы и др. препятствия. Для обороны использовались крупные каменные (особенно угловые) строения.
Улицы центральной части Берлина почти все забаррикадированы и прикрывались зенитной артиллерией, которая действовала как противотанковая.
В ходе боевых действий противник, бросая в бой спецчасти, вел упорные бои на заранее подготовленных рубежах, стремясь задержать наступление наших частей на подступах к Берлину.
С подходом наших войск к окраинам Берлина, противник ежедневно бросал в бой наспех сформированные батальоны фольксштурма и полицейские отряды, вооруженные главным образом винтовками, ручными пулеметами и фаустпатронами.
С 25 апреля с. г. противник начал бросать в бой все мужское население, в том числе и всех находившихся в госпиталях и домах заключения. Ввиду ограниченности вооружения, отряды фольксштурма получали винтовку или ручной пулемет на 2–3 человека.
[…]
В итоге боев в период с 16.4 по 1.5.45 г. 2 гв. ТА во взаимодействии с 3, 5 уд. А и 47 А прорвала глубоко эшелонированную оборону противника на берлинском направлении.
[…]
За этот же период армия нанесла следующий урон противнику:
Уничтожено: самолетов — 121, солдат и офицеров — 16 761, танков — 65, самоходных орудий — 61, бронетанковых ружей — 77, орудий разного калибра — 574, бронетранспортеров — 78, минометов — 121, пулеметов — 2189, бронемашин — 8, тракторов и тягачей — 30, автомашин — 668, мотоциклов — 198, велосипедов — 459, повозок — 368, фаустпатронов — 669, автоматов — 2688, радиостанций — 41, складов разных — 39, ж.-д. эшелонов — 9.
Захвачено: пленных — 7 020 солдат и офицеров, танков — 15, самоходных орудий — 1, орудий разных калибров — 190, противотанковых ружей — 47, бронетранспортеров — 7, минометов — 48, пулеметов — 385, фаустпатронов — 4371, автоматов — 814, винтовок — 670, радиостанций — 4, складов разных — 56, ж.- д. эшелонов — 25, автомашин — 479.
При взятии города Науен захвачена в исправном состоянии мощная радиостанция. Захвачены заводы артиллерийского вооружения и 3 авиазавода.
Освобождено пленных и ранее угнанных на работу в Германию (граждан Советского Союза, чехов, французов, поляков) — 10 500 человек.
За этот же период войска армии понесли потери: безвозвратные потери танков Т-34 — 123, М4, А2 — 91, самоходных орудий ИСУ-122 — 6, СУ-85 — 2, СУ-76 — 7, СУ-100 — 7, ИС-2 — 4.
Разбито орудий 76-мм — 24, пулеметов — 68, автоматов — 298, минометов 82-мм — 21, 120-мм — 11, сгорело автомашин — 80, убито — 1518 человек, ранено — 6039 человек.
Выводы:
1. В результате удара войсками 2 гв. ТА во взаимодействии с войсками 3, 5 уд. и 47 А были прорваны многочисленные оборонительные рубежи противника, начиная от р. Одер и кончая последним рубежом в предместьях Берлина.
Несмотря на неблагоприятную для наступающих войск местность, изобилующую бесчисленными старицами, озерами и каналами в районе р. Одер и постепенно переходящую в холмисто-лесистую местность, и наконец на наличие в черте Берлина многочисленных каналов, войска армии умелым маневром, обойдя сильно укрепленные узлы сопротивления противника, на четвертый день наступления преодолели с боями все естественные и искусственные рубежи обороны противника, вышли в тыл группировке противника, сдерживавшей наступательный порыв 3 и 5 уд. А, овладели мощными опорными пунктами на ближних подступах к Берлину — г. Альт Ландсберг, Бернау и, завязав бои в пригородных районах Берлина, способствовали быстрому продвижению частей 3 и 5 уд. А к черте Берлина.
2. Войска 2 гв. ТА, развивая наступление, 21.4.45 г. первые завязали бои за Берлин.
Ведя ожесточенные уличные бои в Берлине, самостоятельно форсировали канал Нидер Нейендорфер, канал Закровер Парецер, канал Берлин — Шпандауер — Шиффартс, р. Шпрее, Ландвер канал, заняли пригороды Вейсензее, Панков, Рейникендорф, городские районы Берлина: Сименсштадт, Вемстенд, Шарлоттенбург, захватив при этом большой концерн заводов Сименса, и вышли в район парка Тиргартен.
3. В результате наступления армий намеченный рубеж ввода танковой армии в прорыв был достигнут стрелковыми соединениями к исходу первого дня операции, но ввода танковой армии в прорыв не произошло, так как на всю глубину, вплоть до Берлина, противником были подготовлены и заранее заняты войсками оборонительные рубежи, которые танковая армия и преодолела совместно с армиями{47}.
Опыт боевых действий показал, что когда после прорыва первой оборонительной полосы противника определяется невозможность ввода танковой армии в прорыв по причине глубоко эшелонированной и заранее занятой войсками обороны противника и танковая армия вводится в сражение для допрорыва всей глубины обороны, то в этом случае целесообразна нарезка танковой армии самостоятельной полосы допрорыва обороны противника, причем необходимо усиление танковой армии стрелковыми частями и тяжелой артиллерией из расчета — одна стрелковая дивизия и артбригада на один танковый корпус.
При совместном же действии с армиями, в силу забитости дорог и загруженности непосредственного тыла этих армий, сковывается маневр танковых соединений и затрудняется управление войсками, чего можно избежать при действии танковой армии в своей полосе.
Целесообразность нарезки самостоятельной полосы для танковой армии проверена в ходе боевых действий непосредственно за город Берлин, когда танковая армия, имея самостоятельную полосу для наступления, достигла значительных успехов (форсировала два канала, р. Шпрее и заняла городской район Шарлоттенбург), особенно в последние дни операции, при усилении танковой армии одной пехотной дивизией Войска Польского и тяжелой артбригадой.
Ввиду создания противником сильной огневой системы по типу огневой системы ДОТ в укрепленном районе, обязательно усиление артиллерии танковой армии тяжелой артиллерией, не менее 2–3 артиллерийскими бригадами.
4. В ходе боев выявилась потребность в реорганизации инженерных войск танковой армии, особенно в их техническом оснащении. Наличные инженерные средства для организации переправ в танковой армии составляют резкий контраст с возлагаемыми на армию задачами.
Главной причиной необходимости усиления инженерных войск совершенными техническими средствами для организации переправ является медлительность строительных работ (забивка свай вручную, ручная заготовка и подноска деталей и т. д.).
5. В связи с применением противником в массовом масштабе реактивных средств борьбы с танками (фаустпатроны, офенроры), необходимы средства защиты брони танков в виде защитных сеток или иных технических приспособлений, ослабляющих и защищающих броню от действий фаустмин (экранировка танков, действующих в составе штурмовых групп).
6. В целях наиболее эффективного использования танковых бригад, необходимо моторизованный батальон автоматчиков иметь на бронетранспортерах, тогда танки будут иметь возможность во всех случаях вести контрборьбу с фаустниками и кроме того получат возможность закреплять достигнутые рубежи.
Сам танк как боевую машину необходимо вооружить зенитным пулеметом и тремя-четырьмя пулеметами для создания огня во всех направлениях.
В мотострелковых бригадах необходимо роту ПТР заменить подразделением, снабженным оружием типа фауст.
Командующий войсками 2 гв. ТА дважды Герой Советского Союза гвардии генерал-полковник танк. войск С. Богданов
Член Военного совета гвардии генерал-майор танковых войск П. Латышев
Начальник штаба армии гвардии генерал-лейтенант А. Радзиевский
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 24. Л. 479–491. Подлинник.
№ 93. Справка разведотдела штаба 5-й ударной армии 1-го Белорусского фронта о количестве пленных, захваченных в боях за Берлин с 22 апреля по 3 мая 1945 г.
15 мая 1945 г.
Принято пунктом военнопленных № 93 — 6 372 пленных, из них отправлено во фронтовой лагерь 3 795 пленных, на пункте находится 2 577 пленных.
Принято пунктом № 77 — 4 661 пленный, из них отправлено во фронтовой лагерь 4 541 пленный, на пункте находится 386 пленных.
Сдано 105-му пограничному полку 5 000 военнопленных, пленные отправлены во фронтовой лагерь.
В немецких госпиталях г. Берлина находится 4 280 военнопленных (раненых).
Принято спецгоспиталем армии 600 легкораненых пленных.
Принято сборно-пересыльным пунктом армии лиц не немецкой национальности 7 000 человек.
Всего с 22 апреля по 3 мая 1945 г. захвачено в плен 27 913 человек, из них 20 913 немцев.
Начальник РО штаба 5-й ударной армии полковник Синяев
РФ. Ф. 333. Оп. 4885. Д. 355. Л. 285. Подлинник.
№ 94. Итоговая разведсводка штаба 1-го Белорусского фронта о ходе капитуляции немецких войск в полосе действий фронта
№ 140 15 мая 1945 г. 24.00
В течение первой декады мая на правом фланге фронта разбитые соединения 9-й армии продолжали отходить в западном и северо-западном направлениях. Окруженный гарнизон Берлина после безуспешных попыток приостановить сжимание кольца окружения был вынужден капитулировать.
Гарнизон Берлина после пятидневных упорных боев в окружении с утра 2.5 по приказу командующего гарнизоном — командира 56 тк генерала артиллерии Вейдлинга, прекратил сопротивление и начал массовую сдачу в плен. Всего за 2.5–3.5 на пункты сбора военнопленных принято 87 170 солдат и офицеров, в том числе 13 генералов: командующий обороной Берлина и командир 56 тк генерал артиллерии Вейдлинг, личный представитель гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера вице-адмирал Фосс, командир 18 мд генерал-майор Раух, командир правительственной воздушной эскадры генерал-лейтенант Баур, полицай-президент Берлина генерал-лейтенант полиции Герум, начальник берлинской полиции генерал-майор полиции Хайнбург, начальник охраны имперской канцелярии генерал-майор войск СС Мунке, начальник управления правительственной охраны генерал-лейтенант полиции и группенфюрер СС Раттенгубер, начальник санслубжы берлинского гарнизона — генерал-майор медслужбы Шрейбер, начальник санслужбы берлинской полиции генерал-майор медслужбы Врубель, руководитель Красного Креста Берлина и провинции Бранденбург — генерал-лейтенант медслужбы Брекенфельд, генерал-лейтенант для поручений при командующем берлинского гарнизона Войташ, генерал-лейтенант для поручений при командующем берлинским гарнизоном Шмидте — Данквард, комендант Берлина — генерал-майор Бремер.
До 30 000 солдат и офицеров различных частей из состава окруженного гарнизона под командованием генерал-майора Зидова, пытавшихся пробиться в западном направлении, к исходу 4.5 были уничтожены и пленены нашими войсками в районе Шпандау и западнее.
На правом фланге фронта разбитые соединения 101 ак продолжали отходить в западном и северо-западном направлениях, оказывая сопротивление лишь в отдельных населенных пунктах. К исходу 2.5 наши передовые отряды соединились с частями 9-й американской армии в районе Вильснак (10 км юго-вост. Виттенберга) и 4.5 вышли на вост. берег р. Эльба на участке юго-вост. Виттенберг, вост. Арнебург; при этом остатки 3 мпд, боевой группы 5 лпд, боевой группы 606-й дивизии особого назначения отошли к соседу справа, а подразделения 199 пд, введенные в бой в районе сев. Ратенов, совместно с разрозненными группами различных частей, — были отброшены на западный берег р. Эльба.
В период 4–7.5 на участке сев. — зап. Ратенов, зап. Бранденбург противник, прикрываясь р. Хавель, оказывал упорное сопротивление наступлению наших войск, переходя на отдельных участках в контратаки силою до батальона пехоты. В ходе этих боев восточный берег р. Эльба на участке зап. Арнебург, Нойдербен был очищен от противника.
С 3.5 на вновь принятом нашими войсками участке южн. Бранденбург, Виттенберг части прикрытия из состава пд «Ульрих фон Гуттен», «Шарнгорст», «Теодор Кернер», «Фридрих-Людвиг Ян», сводной дивизии «Гартке» и различные части, прорвавшиеся из состава группировки, окруженной в районе юго-зап. Беесков, не оказывая сопротивления, отходили в западном направлении, оставляя на пути отхода артиллерию и тяжелые минометы.
К исходу 7.5 войска фронта на всем протяжении вышли на вост. берег р. Эльба; в период 8 — 15.5 производилась очистка лесов и населенных пунктов от разрозненных групп противника.
1. В ходе боев с 1 по 8.5 и в результате капитуляции гарнизона Берлина, а также при приеме сдавшихся по условиям капитуляции в период 8 — 11.5 уничтожено и пленено:
Дивизий и боевых групп дивизий — 6 (1-я учебная апд, боевые группы 18 мд, мд «Мюнхеберг», 20 мд, 11 мд СС, 9 адд).
Отдельных полков — 15 (пп «Мюллер», пп СС «Ангальт», 245-й уч. полк, 8 мп 4 мд СС «Полицай», 2 пп дивгруппы «Шиль», 68-й запасной полк, 1344 пп, 101-й полиц. полк, 5-й уч. авиаполк, боевые группы «Фрике» г «Винтер», «Шлессер», «Бранденбург», 901, 902 ап особого назначения, действовавшие как пехота).
Отдельных батальонов — до 230 — […].
Средства усиления:
Зенитных дивизий — 3 (1, 17, 28 зен. див.);
Бригад штурм, орудий — 2 (101-я бригада, учебная бригада штурмовых орудий);
Танково-истребительных бригад — 2 (танко-истреб. бриг. «М», танко-истреб. бригада «фридриххалле»); Танко-истребительных полков — 1 (танко-истреб. полк «Теодор Кернер»); Артдивизионов — 11 (36 уч. ад, до десяти ад н/н); Противотанковых д-нов — 2 (40, 101 птд); Танковых б-нов — 1 (тб «Рихард»).
2. Отошли и с 3.5 действовали перед соседом справа: 3-я морская пехотная дивизия, боевые группы 5 лпд и 606-й дивизии особого назначения.
3. Отошли в полосу союзников: части 199 пд, пд «Ульрих фон Гуттен», «Шарнгорст», «Теодор Кернер», «Фридрих-Людвиг Ян», сводная дивизия «Гартке».
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
Нач. разведотдела фронта генерал-майор Трусов
РФ. Ф. 233. Оп. 2352. Д. 100б. Л. 383–386. Копия.
№ 95. Cправка оперативного управления штаба 1-го Белорусского фронта о потерях противника за период с 16 апреля по 13 мая 1945 г.
17 мая 1945 г.
Уничтожено:
Солдат и офицеров………….. 232 726
Танков и самоходных орудий…….. 1184
Орудий разных калибров……….. 3619
Минометов………………. 2019
Пулеметов………………. 10 966
Винтовок и автоматов………… 30 268
Автомашин………………. 7903
Тягачей………………… 212
Бронетранспортеров…………. 427
Мотоциклов……………… 1063
Велосипедов……………… 662
Повозок………………… 1836
Лошадей……………….. 1876
Паровозов………………. 9
Вагонов………………… 215
Складов (разных)…………… 225
Бронемашин……………… 43
Самолетов………………. 1255
Захвачено:
Пленных……………….. 250 675
Танков и самоходных орудий…….. 629
Орудий разных калибров……….. 5728
Пулеметов………………. 13 851
Минометов……………… 1597
Винтовок и автоматов………… 115 476
Автомашин……………… 40 270
Тракторов и тягачей…………. 742
Бронетранспортеров…………. 224
Мотоциклов……………… 7325
Велосипедов……………… 20 401
Повозок……………….. 7496
Лошадей……………….. 12 889
Паровозов………………. 603
Вагонов……………….. 14 950
Раций………………… 75
Телефонных аппаратов……….. 78
Бронемашин…………….. 27
Бронепоездов…………….. 2
Складов (разных)…………… 778
Парашютов……………… 2430
Самолетов………………. 1544
Фаустпатронов……………. 14726
Начальник оперативного управления штаба 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант И. Бойков
Начальник отдела перевозок оперативного управления штаба 1-го БФ полковник Сафонов
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 434. Л. 496, 497. Подлинник.
№ 96. Донесение командующего 3-й ударной армией начальнику главного политического управления Красной Армии о бое за рейхстаг и водружении над ним знамени Победы
2 июля 1945 г.
Командующий войсками 1-го Белорусского фронта Маршал Советского Союза тов. Жуков приказал войскам 3-й ударной армии стремительным продвижением вперед ворваться в Берлин, овладеть центральным районом города и рейхстагом и водрузить на нем Знамя Победы.
Военный совет армии, в целях повышения наступательного порыва воинов, учредил 9 красных знамен для водружения над рейхстагом и вручил их стрелковым дивизиям, наступающим на Берлин. Одно из этих знамен в ночь на 22 апреля 1945 года в пригороде Каров было вручено 150-й Идрицкой ордена Кутузова 2-й степени стрелковой дивизии генерал-майора Шатилова.
Знамя представляет собой красное полотнище размером 188 на 82 см, прикрепленное к древку; на левой стороне его вверху изображены пятиконечная звезда, серп и молот, а в нижнем углу у древка — № 5.
Разбив противника на ближних подступах к городу, войска армии 21 апреля 1945 года в 6.00 первыми ворвались в Берлин. Соединения 79-го стрелкового корпуса генерал-майора Переверткина, развивая наступление, с упорными уличными боями подошли к центру города.
Противник предпринимал энергичные меры к защите центральных улиц и площадей с министерствами и музеями, с рейхстагом и имперской канцелярией, превратив каждое здание, комнату, лестницу и подвал в опорные пункты и очаги обороны. Бои шли за каждую улицу, за каждый дом и подвал. Захватив центральную часть города Моабит, войска 3-й ударной армии к исходу 29 апреля 1945 г. проникли в район рейхстага.
30 апреля с рассветом начался общий штурм рейхстага. Знамя было передано 756 сп полковника Зинченко, который наступал на рейхстаг в первом эшелоне 150 сд, а в полку — роте старшего сержанта Сьянова из батальона капитана Неустроева. Каждый участник штурма стремился быстрее водрузить знамя над рейхстагом, чтобы навеки прославить нашу Родину.
Преодолевая яростное сопротивление врага, 756 сп полковника Зинченко, 674 сп подполковника Плеходанова с ожесточенными боями занимали одну позицию за другой, шаг за шагом приближаясь к рейхстагу. В первых рядах атакующих шли бойцы старшего сержанта Сьянова со знаменем в руках. После ожесточенного кровопролитного боя батальон капитана Неустроева ворвался в рейхстаг; почти одновременно, наступая с севера и востока, в рейхстаг ворвались батальоны майора Давыдова 674 сп 150-й стрелковой дивизии и капитана Самсонова 380 сп 171-й Идрицкой Краснознаменной ордена Кутузова 2-й степени стрелковой дивизии полковника Негоды.
Сознание того, что советские воины ворвались в германский рейхстаг — центр немецкого империализма и очаг немецкой агрессии — наполняло их сердца чувством величайшей ответственности, множило их силы и порождало массовый героизм. Все бойцы и командиры, сражаясь мужественно и храбро, неудержимо шли за знаменосцем, овладевая входами и выходами из здания, комнатами и залами. Со ступеньки на ступеньку, с этажа на этаж, все выше и выше поднималось знамя, сопровождаемое десятками героев, рвущимися вперед. На колоннах, на окнах здания, на лестницах и балконах, на первом и втором этажах рейхстага вслед за знаменем появились красные флажки, устанавливаемые героями коммунистами, комсомольцами, беспартийными воинами.
И, наконец, 30 апреля 1945 года в 14.25 бойцы роты старшего сержанта Сьянова с боями прорвались по лестнице на крышу здания и достигли купола рейхстага. Отважные воины коммунист лейтенант Берест, комсомолец красноармеец Егоров и беспартийный младший сержант Кантария установили знамя, над зданием германского парламента взвился гордый флаг Советского Союза — символ нашей великой победы.
Этот исторический момент водружения Знамени Победы над Берлином отмечен 30 апреля 1945 года приказом № 06 командующего войсками 1-го Белорусского фронта Маршала Советского Союза тов. Жукова.
[…]
Но бой по очищению рейхстага не стихал. Немцы, засевшие в тоннелях и подвалах, продолжали сопротивление, метали гранаты, били из «фаустов», автоматов и пулеметов. Громадное помещение рейхстага с глубокими разветвленными подвалами, с обилием верхних переходов, балконов, закоулков, где легко было укрыться врагу, создавало большие трудности для штурмующих. Но ничто не могло остановить русских богатырей. Советские воины, умело маневрируя, нащупывая пути в лабиринте подвалов, коридоров и комнат, беспощадно уничтожали врага и принудили его к капитуляции.
Водруженное над рейхстагом Знамя, пробитое пулями и опаленное, победно реяло над поверженным Берлином.
Советский народ никогда не забудет исторического события — взятия столицы Германии и водружения Знамени Победы над Берлином войсками 3-й ударной армии.
В нашем народе навеки сохранится слава о воинах Красной Армии, участвовавших в великой битве за Берлин. Потомки наши откроют книгу побед и в ней увидят золотыми буквами выведенные имена героев, водрузивших Знамя Победы над Берлином.
Командующий войсками 3-й ударной армии Герой Советского Союза генерал-полковник Кузнецов
Член Военного совета 3-й ударной армии генерал-майор Литвинов
Верно: Начальник 2-го отделения АХО ГлавПУ РККА
РФ. Ф. 32. Оп. 11289. Д. 681. Л. 186–191. Зав. копия.
№ 97. Донесение начальника политического отдела 3-й ударной армии начальнику политического управления 1-го Белорусского фронта о водружении знамени Победы над рейхстагом
№ 0459 3 июня 1945 г.
Перед войсками 3-й ударной армии, как и перед всеми войсками 1-го Белорусского фронта, была поставлена почетная и ответственная задача — нанести последний решающий удар по немецко-фашистским войскам и вместе со всеми войсками Красной Армии победно завершить Великую Отечественную войну.
Задача, поставленная перед войсками армии, была ясно выражена в обращении Военного совета 1-го Белорусского фронта:
«Верховный Главнокомандующий Маршал Советского Союза товарищ Сталин от имени Родины и всего советского народа приказал бойцам нашего фронта разбить противника на ближних подступах к Берлину, захватить столицу фашистской Германии — Берлин и водрузить над нею Знамя Победы!
Пришло время нанести врагу последний удар и навсегда избавить нашу Родину от угрозы войны со стороны немецких разбойников…»
Выполняя поставленную боевую задачу, войска 3-й ударной армии 16 апреля перешли в наступление. Прорвав сильно укрепленную, глубоко эшелонированную оборону немцев на плацдарме на западном берегу реки Одер северо-западнее города Кюстрин, войска армии с боями неотступно продвигались вперед. Немцы отчаянно сопротивлялись. Они превратили в опорные оборонительные пункты каждый населенный пункт, цепляясь за каждый рубеж. Но ничто не могло остановить наших доблестных воинов.
Разбив противника на оборонительном рубеже у Одера, наши части разгромили немецко-фашистские войска на ближних подступах к столице Германии и 21 апреля 1945 года в 6.00 первыми ворвались в город Берлин. Развивая наступление, войска армии вскоре ворвались в центральные районы немецкой столицы. Соединения 79-го стрелкового корпуса под командованием генерал-майора Переверткина, продолжая наступление, с упорными уличными боями подошли к центральной части города с северо-запада.
Противник предпринимал энергичные меры к защите центральных улиц и площадей с министерствами и музеями, рейхстагом и имперской канцелярией, превратив каждое здание, комнату, лестницу, подвал в опорные пункты и очаги обороны.
Захватив центральную часть города (Моабит), войска 3-й ударной армии к исходу 29 апреля проникли в район рейхстага.
С рассветом 30 апреля разгорелось решающее сражение за рейхстаг. Ломая сопротивление гитлеровцев, 756 сп 150 сд полковника Зинченко, 674 сп подполковника Плеходанова с ожесточенными боями занимали одну позицию за другой, шаг за шагом приближаясь к рейхстагу. Бесстрашно сражались бойцы стрелковых батальонов под командованием капитана Неустроева, майора Давыдова (150 сд) и капитана Самсонова (171 сд). В первых рядах атакующих шли бойцы стрелковой роты под командованием старшего сержанта Сьянова.
После ожесточенного кровопролитного боя батальон капитана Неустроева ворвался в рейхстаг. Почти одновременно, наступая с севера и востока, в рейхстаг ворвались батальоны майора Давыдова (674 сп 150 сд) и капитана Самсонова (380 сп 171 сд).
И, наконец, в 14.25 30 апреля 1945 года над зданием рейхстага было водружено Знамя Победы.
(Военный совет армии в целях повышения наступательного порыва воинов учредил 9 красных знамен для водружения над рейхстагом и вручил их стрелковым дивизиям, наступающим на Берлин. Одно из этих знамен в ночь на 22 апреля 1945 года было вручено 150-й стрелковой Идрицкой ордена Кутузова 2 степени дивизии генерал-майора Шатилова.
Знамя представляет собой красное полотнище размером 188 X 82 см, прикрепленное к древку. На левой стороне его, вверху, изображены пятиконечная звезда, серп и молот, а в нижнем углу, у древка, — № 5).
После падения рейхстага стало ясно, что сопротивление врага сломлено, хотя он и продолжал яростно сопротивляться. Утром 2 мая вражеский гарнизон Берлина капитулировал.
В боях за овладение рейхстагом отличились части 79 с к генерал-майора Переверткина и, в частности, 171 сд полковника Негоды и 150 сд генерал-майора Шатилова.
Бесстрашно сражались в боях за рейхстаг воины 1-го стр. батальона 674 сп 150 сд под командованием капитана Неустроева Степана Андреевича.
Капитан Неустроев родился в 1922 году, русский, канд. в чл. ВКП(б), в Красной Армии с 1941 г. Домашний адрес: Свердловская область, гор. Березовск.
Капитан Неустроев за время Отечественной войны прошел славный боевой путь. Позади тяжелая дорога походов и сражений. Семь раз был ранен в боях. Командование высоко оценило его боевые подвиги, наградив его пятью высокими правительственными наградами.
Выполняя приказ командования, с тяжелыми боями капитан Неустроев со своим батальоном пришел к берегам берлинской реки Шпрее, за которой лежала Королевская площадь — центр Берлина, и на ней — здание рейхстага.
Был дан приказ — прорваться к площади, овладеть рейхстагом и водрузить Знамя Победы. Неустроев сознавал, что он должен выполнить сталинский приказ. Он гордился этим и действовал смело и решительно. Предприняв стремительную атаку, батальон Неустроева, несмотря на ожесточенное сопротивление противника, форсировал реку Шпрее и ворвался в здание министерства внутренних дел. Гранатами и автоматным огнем бойцы расчистили путь к Королевской площади. Через проломы в стенах, по подвалам они проникли на подступы к рейхстагу.
Когда была подана команда — вперед на штурм рейхстага, — бойцы ринулись вперед, захватили лестницу главного входа и ворвались в рейхстаг. Одновременно с ними достигли здания воины 1-го стр. батальона 674 сп 150 сд майора Давыдова Василия Иннокентьевича и бойцы командира стрелкового батальона 380 сп 171 сд капитана Самсонова Константина Яковлевича. Они обтекали рейхстаг справа, просачивались в здание, выбивали немцев, распространялись по коридорам, комнатам, подвалам.
Комбат Неустроев умело управлял действиями своего героического батальона в этой сложной обстановке. Громадное помещение рейхстага, с глубокими разветвленными подвалами, с обилием верхних переходов, балконов, закоулков, где легко было укрыться врагу, создавало большие трудности для атакующих. Немцы метали гранаты, били из «фаустов», автоматов и пулеметов. Ничто не могло остановить Неустроева и его воинов. Бойцы умело маневрировали в запутанном лабиринте коридоров и комнат, смертным боем били немцев.
В это время воины 1-ой стрелковой роты мл. сержант Кантария Мельтон Варламович, красноармеец Егоров Михаил Алексеевич и заместитель командира батальона по политчасти лейтенант Берест Алексей Прокопьевич с боем прорвались на купол — самую высокую точку здания рейхстага и водрузили на нем Знамя Победы.
Так 30 апреля в 14.25 минут над Берлином взвилось Красное знамя — Знамя Победы, водруженное нашими храбрецами.
Но бой по очищению рейхстага не стихал до вечера. К исходу дня немцы были полностью изгнаты из всех этажей. Остатки вражеского гарнизона засели в тоннелях и подвалах рейхстага. Продолжая вести ожесточенные бои, батальон Неустроева вместе с другими подразделениями в последующих атаках полностью разгромил гитлеровцев, засевших в тоннелях и подвалах.
В 15.00 советский офицер Неустроев был назначен комендантом рейхстага.
(Майор Давыдов Василий Иннокентьевич, 1919 года рождения, русский, член ВЛКСМ, в Красной Армии с 1941 года. Домашний адрес: Красноярский край, Тюкутский район, поселок Чайдант.
Младший сержант Кантария Мельтон Варламович — разведчик 764 сп 150 сд, 1920 года рождения, грузин, член ВЛКСМ, в Красной Армии с 1941 года. Домашний адрес: Абхазская АССР, г. Ачангери.
Красноармеец Егоров Михаил Алексеевич, разведчик того же полка, 1923 года рождения, русский, комсомолец, в Красной Армии с декабря 1944 года. Уроженец Смоленской области, Куднянского района, Богдановского сельсовета.
Лейтенант Берест Алексей Прокопьевич, 1919 года рождения, член ВКП(б), украинец, в Красной Амии с 1939 года. Уроженец Горяйстовского сельсовета Ахтырского района Сумской области.)
Велика заслуга перед Родиной у коммунистов, штурмовавших рейхстаг. Их личный пример героизма увлекал на подвиги во имя Родины всех воинов. Коммунисты в глазах беспартийных всегда были вожаками и организаторами победы в схватках с врагом.
Первыми ворвались в рейхстаг бойцы 1-й стрелковой роты 756 сп 150 сд под командованием коммуниста старшего сержанта Сьянова Ильи Яковлевича.
Сьянов, 1905 года рождения, русский, член ВКП(б) с 1943 года, в Красной Армии с 1942 года. Домашний адрес: Казахская СССР, г. Кустанай.
Старший сержант Илья Сьянов бесстрашно сражался в боях. На подступах к Берлину был ранен командир роты. Он получил приказание разгромить опорный пункт противника. Командир Сьянов незаметно провел свою роту за передний край и ударил с фланга по немцам. Пробираясь по кустарнику, ст. сержант достиг подножья высоты, где внезапно наткнулся на группу немцев до 40 человек. Герой не растерялся. Три гранаты он метнул в самую гущу гитлеровцев. Уцелевшие немцы в панике заметались. Воспользовавшись их замешательством, Сьянов стал расстреливать их в упор из автомата. Огнем и прикладом он уничтожил 26 немцев.
Ломая упорное сопротивление немцев, рота успешно продвигалась к центру Берлина и вышла к Шпрее. За рекой возвышалось здание рейхстага. «Сколько труда, крови и пота стоило нам, чтобы прийти сюда. Победители, вперед!» — громко крикнул Сьянов и перескочил через баррикаду. Презирая смерть, он упрямо пробивался вперед. Первым из батальона Неустроева вступил в рейхстаг коммунист старший сержант Сьянов. За ним в здание ворвались бойцы его роты.
Мужественно сражался с врагом ст. сержант коммунист Осанидзе. Он вступил в партию в период боев в Берлине. В момент боя по захвату рейхстага был ранен командир взвода. Осанидзе по своей инициативе принял командование взводом и повел бойцов на штурм гитлеровского осиного гнезда. Своим личным примером он увлекал бойцов на боевые подвиги во имя победы.
Бессмертной славой покрыли себя коммунисты Пятницкий, парторг роты красноармеец Самсонов, Мягченков, Сорокин, Астахов, Покатов и многие другие.
Героически сражались в боях за рейхстаг бойцы стрелкового батальона 380 сп 171 сд капитана Самсонова Константина Яковлевича.
Самсонов, 1916 года рождения, русский, член ВКП(б), в Красной Армии с 1934 года, уроженец г. Москвы.
Батальон коммуниста Самсонова одновременно с батальоном Неустроева ворвался в рейхстаг. Огнем и кровью и ценой человеческой жизни прокладывался путь вперед. Воины Самсонова неудержимо продвигались к рейхстагу, амбразуры которого беспощадно изрыгали огонь. Сам комбат шел в боевых порядках. Он на ходу призывал своих воинов: «Богатыри! На нас смотрит весь мир. Дело нашей чести быть первыми в рейхстаге! Вперед, к победе!»
Перебегая и припадая к камням, с огромным напряжением неустрашимые воины рвались к огромному зданию. Первыми на широкую лестницу вбежали мл. сержант Михаил Еремин и красноармеец Григорий Савенко. Красноармеец Еремин на ходу вытащил из-под гимнастерки алое полотнище знамени, врученного ему Самсоновым, и прикрепил его у главного входа рейхстага. Это воодушевило бойцов и они еще стремительнее бросились вперед.
Мужество и отвагу проявил в боях за Берлин полковник Зинченко Федор Матвеевич, член ВКП(б) с 1926 года, командир 756 сп 150 сд, воины которого первыми ворвались в рейхстаг и водрузили Красное знамя.
Военный совет 1-го Белорусского фронта высоко оценил боевые действия наших войск. В приказе от 30 апреля 1945 года № 06 говорится:
گ. Район рейхстага в гор. Берлине обороняли отборные части СС. Для усиления обороны этого района противник в ночь на 28.4.45 г. выбросил на парашютах батальон морской пехоты. Противник в районе рейхстага оказывал ожесточенное сопротивление нашим наступающим войскам, превратив каждое здание, лестницу, комнату, подвал в опорные пункты и очаги обороны. Бои внутри главного здания рейхстага переходили в неоднократные рукопашные схватки.
2. Войска 3-й ударной армии генерал-полковника Кузнецова, продолжая наступление, сломили сопротивление врага, заняли главное здание рейхстага и сегодня 30.4.45 г. в 14.25 подняли на нем наш советский флаг. В боях за район и главное здание рейхстага отличился 79 ск генерал-майора Переверткина и его 171 сд полковника Негоды и 150 сд генерал-майора Шатилова…»
Боевым распоряжением командира 150 сд № 036 от 30.4.45 г. в 22.00 полковник Зинченко был назначен комендантом рейхстага.
Ожесточенные бои продолжались до 2 мая. Противник оказывал яростное сопротивление. С южной и западной стороны площади немцы били по зданию рейхстага из пушек, метали фаустпатроны, бросали в бой танки и самоходные орудия. Немцы решились на последнее средство. Они зажгли здание. Но не вышло. Умело борясь с гитлеровцами и с огнем, бойцы измотали врага в упорном бою и вместе с другими нашими частями принудили остатки вражеского гарнизона к капитуляции.
2 мая 1945 года Берлин пал. Боевая задача, поставленная перед войсками, была выполнена.
Знамя, водруженное над рейхстагом 30.4.45 г., снято и хранится в 150 сд. Вместо снятого знамени, по приказанию командира 150 сд генерал-майора Шатилова, был поставлен большой алый стяг.
Начальник политотдела 3-й ударной армии полковник Лисицын
РФ. Ф. 233. Оп. 2374, Д. 71, Л. 203–207. Подлинник.
№ 98. Донесение начальника политического управления 1-го Белорусского фронта заместителю начальника Главного Политического Управления Красной Армии об инциденте с передачей знамени Победы
№ 0562 3 июня 1945 г.
По поводу обстоятельств, связанных с водружением знамени над рейхстагом в Берлине и передачей знамени генерал-полковником Берзариным, доношу следующее:
30 апреля 1945 года в 14 ч 25 мин знамя было водружено на куполе здания рейхстага лейтенантом Берестом, младшим сержантом Кантария и красноармейцем Егоровым 1-го стрелкового батальона (командир — капитан Неустроев С. А.) 674 сп 150 сд 3-й ударной армии. Через несколько дней распоряжением командующего 3-й ударной армией, знамя как историческая реликвия было снято с рейхстага, заменено алым стягом, и в настоящее время хранится в армии. В ближайшие дни знамя будет в сопровождении почетного эскорта отправлено в Москву и на параде будет пронесено сборным полком фронта по Красной площади.
19 мая к команданту гор. Берлина генерал-полковнику Берзарину обратился прибывший из Центрального артиллерийского музея Красной Армии (Ленинград) капитан, командированный для сбора материалов, с просьбой передать знамя на хранение в представляемый им музей. Он же представил т. Берзарину план проведения церемонии по передаче знамени.
Не зная, что над рейхстагом висит не подлинное знамя, водружавшееся в ходе боев, Берзарин, надо полагать движимый соображениями честолюбия, дал согласие на передачу знамени и утвердил план осуществления этого мероприятия, не испрашивая на то разрешения командования фронта.
20 мая состоялся парад в составе частей одного из корпусов 5-й ударной армии, на котором генерал-полковник Берзарин вручил капитану знамя для передачи музею.
Член Военного совета армии генерал-лейтенант Боков не сумел занять в данном вопросе принципиальной позиции и не поставил в известность ни Военный совет фронта, ни политуправление.
Корреспонденты ТАСС и «Красной Звезды», не перепроверив материалы в политуправлении, срочно передали их в Москву.
22 мая, как только о происшедшем стало известно политуправлению, мною был поставлен в известность редактор «Правды» тов. Поспелов и сообщено работнику ГлавПУ РККА, звонившему по Вашему приказанию.
Одновременно были приняты меры к выяснению места нахождения знамени и его возвращению. Знамя в настоящее время находится в политуправлении.
Корреспонденты центральных газет строго предупреждены о необходимости тщательной перепроверки получаемых в войсках информации и материалов.
Начальник политуправления 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Галаджев
РФ. Ф. 32. Оп. 11289. Д. 681. Л. 127–128. Подлинник.
Содержание главы
№ 99. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Украинского фронта на подготовку и проведение берлинской наступательной операции. № 11060. 3 апреля 1945 г. 21.00
№ 100. Донесение начальника Политического Управления 1-го Украинского фронта начальнику Главного ПолитическогоУправления Красной Армии о политико-воспитательной работе с новым пополнением из числа граждан, освобожденных из фашистской неволи. 7 апреля 1945 г.
№ 101. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Украинского фронта об оказании содействия левому флангу войск 1-го Белорусского фронта. № 10046. 14 апреля 1945 г. 04.00
№ 102. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующему 3-й гвардейской армией о продолжении наступательных действий ночью в связи с невыполнением задачи первого дня операции. № 00128/оп. 16 апреля 1945 г. 21.40
№ 103. Оперативная сводка штаба 1-го Украинского фронта начальнику оперативного управления Генерального штаба Красной Армии на 24.00 16 апреля 1945 г… № 00106. 17 апреля 1945 г. 06.00
№ 104. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта начальникам инженерных войск фронта, 3-й и 5-й гвардейских, 13-й армий, командирам 6-й и 3-й понтонных бригад с требованием обеспечить быстрейшее форсирование р. Шпрее. 17 апреля 1945 г.
№ 105. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующим 3-й и 4-й гвардейскими танковыми, 3-й и 5-й гвардейскими и 13-й армиями об ускорении форсирования р. Шпрее. 17 апреля 1945 г. 18.15
№ 106 Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующим 3-й и 4-й гвардейскими танковыми армиями о форсировании р. Шпрее и стремительном наступлении на Берлин. 18 апреля 1945 г. 01.40
№ 107. Донесение командующего 3-й гвардейской танковой армией командующему войсками 1-го Украинского фронта о форсировании р. Шпрее и продолжении наступления в направлении Берлина. 19 апреля 1945. 21.00
№ 108. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующему 3-й гвардейской танковой армией о преодолении рубежа Барут. 20 апреля 1945 г. 17.30
№ 109. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующим 3-й и 4-й гвардейскими танковыми армиями о необходимости вступления в Берлин раньше войск 1-го Белорусского фронта. 20 апреля 1945 г. 19.40
№ 110. Боевое распоряжение командующего 3-й гвардейской танковой армией командирам 6-го, 7-го гвардейских танковых и 9-го механизированного корпусов о начале наступления на Берлин. 20 апреля 1945 г. 23.50
№ 111. Распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командиру 33-го стрелкового корпуса 5-й гвардейской армии о необходимости улучшения организации боевых действий. 21 апреля 1945 г. 03.30
№ 112. Боевое распоряжение командующего 4-й гвардейской танковой армией командиру 10-го танкового корпуса на овладение юго-западной частью Берлина. 21 апреля 1945 г. 13.45.
№ 113. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующему 3-й гвардейской танковой армией о недопущении отхода противника в Берлин. 22 апреля 1945 г. 16.15
№ 114. Донесение командующего войсками 1-го Украинского фронта Верховному Главнокомандующему о взятии Коттбуса. 22 апреля 1945 г. 17.40
№ 115. Донесение командующего войсками 1-го Украинского фронта Верховному Главнокомандующему о разгроме остатков шпрембергской группировки противника. 24 апреля 1945 г. 01.40
№ 116. Донесение командующего войсками 1-го Украинского фронта Верховному Главнокомандующему о завершении окружения Берлина с запада и овладении городом Бранденбургом. 25 апреля 1945 г. 01.00
№ 117. Разведдонесение штаба 4-й гвардейской танковой армии о нанесенном противнику ущербе с 16 по 23 апреля 1945 г. 26 апреля 1945 г.
№ 118. Боевое распоряжение командующего 3-й гвардейской танковой армией командиру 71-й механизированной бригады на уничтожение прорывающихся на запад войск противника. № 034/оп. 27 апреля 1945 г. 9.50
№ 119. Обращение командующего войсками 1-го Украинского фронта к командующему войсками 1-го Белорусского фронта с просьбой об изменении направления наступления 8-й гвардейской и 1-й гвардейской танковой армиям. № 00222/оп. 28 апреля 1945 г. 20.45
№ 120. Донесение командующего войсками 1-го Украинского фронта Верховному Главнокомандующему о захвате района размещения Генерального штаба германской армии. № 00221/оп. 28 апреля 1945 г.
№ 121. Распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта Военным советам 28-й и 3-й гвардейской танковой армий о выставлении постов на дорогах, ведущих в Берлин, для временного задержания возвращающегося в город населения. 30 апреля 1945 г. 19.50
№ 122. Из разведсводки штаба 1-го Украинского фронта о действиях противника за период с 15 по 30 апреля 1945 г… № 7. 30 апреля 1945 г.
№ 123. Справка разведотдела штаба 3-й гвардейской армии о потерях противника за период с 16 по 28 апреля 1945 г… 1 мая 1945 г.
№ 124. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующим войсками 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов об установлении новых разграничительных линий и наступлении на Прагу. № 11078. 1 мая 1945 г. 01.30
№ 125. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта всем командующим армиями о необходимости первоочередного захвата аэродромов в ходе наступления. № 00234/оп. 8 мая 1945 г. 18.30
№ 126. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующему 4-й гвардейской танковой армией о немедленном захвате населенного пункта Бенешов. № 00236/оп. 9 мая 1945 г. 18.45
№ 127. Распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта Военным советам армий и отдельных корпусов о создании заградительных постов для сбора и пленения немецких военнослужащих. 10 мая 1945 г. 17.45
№ 128. Приказ командующего «Русской освободительной армией» всему личному составу о немедленном переходе на сторону Красной Армии. 12 мая 1945 г. 20.15
№ 129. Донесение командира 25-го танкового корпуса Военному Совету 1-го Украинского фронта о пленении командующего РОА Власова А. А. Май 1945 г…
Глава посвящена боевой деятельности войск 1-го Украинского фронта в подготовительный период и в ходе Берлинской наступательной операции. В нее вошло около 30 документов, как боевых, так и отчетных, которые дают представление о славном и героическом пути 1-го Украинского фронта, его объединений и соединений на завершающем этапе второй мировой войны. Некоторые из публикуемых материалов (подобно документам 1-го Белорусского фронта) проникнуты духом упорного и вряд ли оправданного соревнования за право первыми вступить в Берлин. Естественно, составители не могли привести в сборнике все имеющиеся в архивах документы о действиях войск 1-го Украинского фронта. Выбраны в основном те, которые раскрывают наиболее яркие эпизоды боевых действий: форсирование р. Шпрее, овладение юго-западной частью Берлина, взятие Брандебурга, наступление на Прагу.
№ 99. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Украинского фронта на подготовку и проведение берлинской наступательной операции
№ 11060 3 апреля 1945 г. 21.00
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Подготовить и провести наступательную операцию с целью разгромить группировку противника в районе Коттбус и южнее Берлина. Не позднее 10–12 дня операции овладеть рубежом Беелитц, Виттенберг и далее по р. Эльбе до Дрездена. В дальнейшем, после овладения Берлином, иметь в виду наступать на Лейпциг.
2. Главный удар силами пяти общевойсковых армий и двух танковых армий нанести из района Трибель в общем направлении на Шпремберг, Бельциг.
На участке прорыва привлечь шесть артиллерийских дивизий прорыва, создав плотность не менее 250 стволов от 76 мм и выше на один километр фронта прорыва.
3. Для обеспечения главной группировки фронта с юга силами 2-й Польской армии и частью сил 52-й армии нанести вспомогательный удар из района Кольфурт в общем направлении Бауцен, Дрезден.
4. Танковые армии и общевойсковые армии второго эшелона ввести после прорыва обороны противника для развития успеха на направлении главного удара.
5. На левом крыле фронта перейти к жесткой обороне, обратив особое внимание на бреславльское направление.
5-ю гв. армию сменить и использовать для наступления на главном направлении.
6. Установить с 15.4.45 г. следующую разграничительную линию с 1-м Белорусским фронтом: до Унруштадт прежняя и далее оз. Енсдорфер-Зее, Гросс-Гастрозе, Люббен. Все пункты, кроме Люббен, для 1-го Белорусского фронта включительно.
Ответственность за обеспечение стыка прежняя.
7. Начало операции согласно полученным Вами лично указаний.
Ставка Верховного Главнокомандования
И. Сталин
Антонов
РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 91–92. Копия.
№ 100. Донесение начальника Политического Управления 1-го Украинского фронта начальнику Главного Политического Управления Красной Армии о политико-воспитательной работе с новым пополнением из числа граждан, освобожденных из фашистской неволи
7 апреля 1945 г.
За время боев на территории Германии соединения и части фронта несколько восполнили свои боевые потери в людях за счет советских граждан призывного возраста, освобожденных из немецкой неволи. На 20 марта было направлено в части более 40 000 человек.
Подавляющее большинство этого пополнения состоит из украинцев и русских в возрасте до 35 лет. В среде нового пополнения имеются военнослужащие, бывшие в немецком плену, в том числе офицеры в звании младший лейтенант, лейтенант, ст. лейтенант, капитан. Некоторые бойцы и офицеры, освобожденные от немецкого плена, имеют ранения и правительственные награды, полученные в боях с немецкими захватчиками до момента их пленения немцами.
Почти все молодые бойцы имеют неполное или полное среднее образование и лишь незначительная часть с высшим и начальным образованием. Неграмотные или малограмотные составляют единицы.
В числе 3870 человек, поступивших в феврале на пополнение частей соединения, где начальником политотдела генерал-майор Воронов, бывших военнослужащих 873 человека, вновь призванных в армию 2997 человек, в том числе 784 женщины. По возрасту: до 25 лет — 1922, до 30 лет — 780, до 35 лет — 523, до 40 лет — 422 и старше 40 лет — 223 человека. По национальности: украинцев — 2014, русских — 1173, азербайджанцев — 221, белоруссов — 125, армян — 10, узбеков — 50 и других национальностей — 125 человек. Из общего числа этого пополнения работало: 70 % в немецкой промышленности, 15–20 % в сельском хозяйстве и до 10 % являлись заключенными немецких тюрем и концлагерей.
Из 100 человек нового пополнения, поступившего в 36-й пластунский полк соединения, где начальником политотдела подполковник Петрашин, находились в Германии: до 1 года — 5, от 1 года до 2 лет — 55, от 2 до 3 лет — 34 и свыше 3 лет — 6 человек.
Новое пополнение из числа советских граждан, освобожденных из немецкой неволи, значительно засорено враждебными элементами. Среди него немало выявлено немецких шпионов, диверсантов, власовцев, лиц, служивших в немецкой армии и учреждениях. Большая часть этих людей специально оставлена или заслана немецким командованием для шпионской и диверсионной деятельности. В соединении, где начальником политотдела полковник Кладовой, выявлено среди нового пополнения 15 шпионов, диверсантов и других преступных элементов. В соединении, где начальником политотдела генерал-майор Воронов, выявлено в среде нового пополнения 11 предателей Родины, среди которых — три бывших советских военнослужащих, добровольно перешедших на сторону врага, два агента гестапо и один фолькс-штурмовец — Беккер Борис Григорьевич, уроженец и житель города Сталинграда, 1912 г. рождения, принял в 1942 г. немецкое подданство, вступил в карательный отряд немцев, активно участвовал в расстрелах и избиениях советских граждан и летчиков, попавших в плен к врагу. В 1943 году Беккер добровольно эвакуировался в Германию, где работал на военном заводе. Он вступил в фольксштурм, прошел специальную подготовку и был оставлен немцами в нашем тылу для борьбы с Красной Армией.
В сознании многих бойцов нового пополнения фашистская лживая пропаганда, под воздействием которой они находились длительное время, оставила заметный след.
На распропагандирование молодых бойцов в запасных полках времени не было, так как боевая обстановка настоятельно требовала быстрого введения в бой пополнения. Все это налагало на политорганы, партийные и комсомольские организации фронта еще большую ответственность за воспитание и обучение пополнения непосредственно в ходе боев.
Политико-воспитательная работа с новым пополнением
Политорганы и партийные организации соединений и частей фронта проводят большую напряженную политико-воспитательную работу с новым пополнением, используя при этом весь накопленный богатый опыт. В основе всей политической работы с новым пополнением является книга товарища Сталина «О Великой Отечественной войне Советского Союза» и приказ № 5 от 23.2.45 г., а также благодарственные приказы в связи с новыми победами Красной Армии. В свете сталинских указаний проводится среди пополнения широкая пропаганда славных побед Красной Армии, боевых традиций соединений и частей, героических дел и самоотверженности бойцов и офицеров в борьбе с врагом, великого трудового подвига советского тыла. Пополнение воспитывается в духе глубокого осознания благородных целей Красной Армии в Великой Отечественной войне, ненависти к врагу, преданности своей Родине, большевистской партии, в духе любви к своей части, стойкости, мужества, самопожертвования в бою и высокого наступательного порыва.
Политико-воспитательная работа с бойцами нового пополнения начинается на сборно-пересыльных пунктах, через которые проходят советские граждане, освобожденные из немецкой неволи.
Для политической работы на сборно-пересыльных пунктах выделены работники политотделов армий. Они вместе с офицерским составом этих пунктов проводят с репатриируемыми советскими гражданами читки газет, групповые и индивидуальные политбеседы, вечера вопросов и ответов, выявляют настроения, нужды, запросы, изучают этих людей в процессе работы.
На сборно-пересыльном пункте № 49, действующем в зоне соединения, где начальником политотдела генерал-майор Воронов, проводится с советскими гражданами большая и непрерывная политическая работа. Для этого выделено три работника ПОАРМа. Помещения украшены лозунгами и плакатами. На пункте ежедневно проводятся политинформации, выдаются гражданам газеты, проводятся с ними читки, политбеседы, вечера вопросов и ответов. Часто для них демонстрируются советские кинофильмы. За последние дни марта с советскими гражданами на этом пункте проведены беседы по темам: «Славные победы Красной Армии», «Героическая работа советского тыла», «Крымская конференция руководителей трех союзных держав», «Зверства и издевательства немецких захватчиков над советскими гражданами и военнопленными», «Международное положение Советского Союза».
Более организованно, целеустремленно и значительно лучше проводится политико-воспитательная работа с новым пополнением в армейских и фронтовом запасных полках, в которые направляются все призванные для службы в Красной Армии лица из числа советских граждан, освобожденных из немецкой неволи. Здесь с ними организуется и проводится политико-воспитательная работа квалифицированными кадрами командиров и политработников. В помощь партполитаппарату запасных полков направляются работники политотделов армий, спецчастей, агитмашины и ансамбли красноармейской художественной самодеятельности. С молодыми бойцами регулярно проводятся политзанятия, политбеседы, для них читаются лекции и доклады. С ними изучается текст воинской присяги. Молодые бойцы с торжественной обстановке приводятся к присяге.
В запасном полку соединения, где начальником политотдела полковник Королев, оказывают непрерывную помощью партполитаппарату лекторы и агитаторы ПОАРМа. Для полка выделены агитмашина, литература, карты, лозунги и плакаты для наглядной агитации. Перед молодыми бойцами часто выступает армейский ансамбль. Для них организован стол справок, в котором даются разъяснения о льготах семьям военнослужащих и по другим вопросам. Для пополнения прочитано большое количество лекций и докладов. Только работниками ПОАРМа в течение одного месяца прочитано докладов и лекций на темы: «Международное положение» — 8, «Добьем фашистского зверя в его собственном логове и водрузим Знамя Победы над Берлином» — 6, «Великий подвиг советского народа в Отечественной войне» — 5, «Историческое решение Крымской конференции руководителей трех держав» — 8, «Железная дисциплина и высокая бдительность — залог скорой победы над фашистской Германией» — 22, «Воинская присяга — священная клятва воина Красной Армии» — 18, «Зверства немецко-фашистских захватчиков» — 14, «Боевой путь армии» — 6.
Большая работа проведена в этом полку с новым пополнением по тексту воинской присяги. Текст присяги был вручен каждому бойцу. Он зачитывался и глубоко разъяснялся. На видных местах были расклеены выдержки и лозунги из текста воинской присяги. Бывалые бойцы рассказывали молодым бойцам, как на переднем крае и в бою они выполняли присягу, считая ее высшим законом воина Красной Армии. Присяга от бойцов нового пополнения была принята в торжественной обстановке командиром полка, который после принятия присяги поздравил их со званием красноармейцев, пожелал успеха в боях с ненавистным врагом. К приему воинской присяги молодые бойцы относятся с большим чувством, как к важнейшему моменту в своей жизни, и клянутся быть честными, мужественными и бесстрашными воинами Красной Армии.
Новое пополнение из числа советских граждан, освобожденных из немецкой неволи, направляется из запасных полков почти исключительно в действующие стрелковые части. Перед отправкой оно обмундировывается.
Из запасных полков бойцы направляются на пополнение стрелковых соединений отдельными командами в сопровождении офицеров и политработников. В пути следования с пополнением проводятся политбеседы по приказам Верховного Главнокомандующего о новых победах Красной Армии, по сводкам Совинформбюро, о дисциплине и бдительности на марше.
В стрелковых соединениях и частях новое пополнение встречается организованно, тепло и приветливо. На встречах молодых бойцов присутствуют командиры дивизий и полков, начальники политорганов, заместители командиров полков по политчасти, работники прокуратуры, военного трибунала, контрразведки СМЕРШ и офицеры штабов. Для прибывших бойцов устраивается санитарная обработка, хороший обед, представляются условия для отдыха после марша. Как правило, при встрече нового пополнения в соединениях или полках проводятся митинги под боевыми знаменами. На них выступают командиры, политработники, Герои Советского Союза, орденоносцы и с ответным словом молодые бойцы. На этих митингах и в первых полит-беседах новым бойцам рассказывается о боевых традициях части, ее героях и ближайших боевых задачах. После митингов для бойцов демонстрируются кинофильмы и выступает красноармейская художественная самодеятельность. При встрече нового пополнения нередко играет оркестр духовой музыки. Вручение боевого оружия молодым бойцам производится командирами в торжественной обстановке, часто с рассказом, кому принадлежало это оружие и как он бил из него немецких захватчиков.
При встрече нового пополнения в 915 сп соединения, где начальником политотдела полковник Голубев, был проведен митинг, который открыл командир полка полковник Гришко. Он рассказал бойцам о боевом пути части, о выдающихся боях и их героях, призвал свято блюсти дисциплину, умножать боевые традиции полка, быть его героями. После него выступил командир батальона, двое бывалых воинов — орденоносцев, один из молодых бойцов и в заключение заместитель командира полка по политчасти майор Костыркин. После митинга бойцы были распределены по подразделениям. Вечером им перед строем вручено командирами батальонов боевое оружие.
Вся дальнейшая политическая работа с пополнением проводится в частях командирами, политработниками, партийными и комсомольскими организациями с учетом отсталости молодых бойцов от советской действительности и определенного влияния на них фашистской пропаганды за время пребывания в Германии. В большинстве соединений с новым пополнением политико-воспитательная работа строится особо, по специальным планам. Для политбесед имеется отдельная тематика. Для работы с молодыми бойцами выделяются лучшие агитаторы подразделений, с ними проводится инструктаж по отдельным темам политбесед. В ряде частей, особенно в тех, в которых имеется значительное количество пополнения, некоторые молодые бойцы, после тщательной проверки, выдвигаются агитаторами, чтецами и им доверяется выполнение различных общественных поручений.
В соединении, где начальником политотдела генерал-майор Гришаев, после тщательной проверки выделено из числа нового пополнения до 200 агитаторов подразделений, с ними проведены двухдневные семинары и проводится систематический инструктаж.
Как правило, новое пополнение распределяется по подразделениям так, чтобы не было земляческих групп, чтобы оказывалось влияние бывалых воинов на молодых бойцов.
Новое пополнение, прибывшее в соединение, где начальником политотдела полковник Светлов, было распределено по подразделениям так, что в стрелковых ротах на каждого бывалого воина приходилось по 3–4 молодых бойца.
Политотделы часто организуют встречи молодых бойцов с бывалыми воинами, которые делятся своим боевым мастерством, передают накопленный ими боевой опыт.
В 36-м пластунском полку соединения, где начальником политотдела полковник Петрашин, в марте была организована встреча нового пополнения с Героем Советского Союза лейтенантом Шишкиным. Он провел поучительную беседу о боях своей дивизии, форсировании рек Днепр и Висла, участником которых был, рассказал, за что ему присвоено звание Героя Советского Союза. Эта встреча произвела большое впечатление на молодых бойцов. Красноармеец Печеницкий, прослушав беседу, заявил: «Нам нужно воевать так, как воюет лейтенант Шишкин, и своими боевыми делами заслужить правительственные награды».
Бывалые воины обучают молодых бойцов боевому мастерству, мужественному и отважному поведению в бою, помогают быстрее освоить грозное боевое оружие, которое доверил им советский народ. Бывалый воин из соединения, где начальником политотдела Якушкин, минометчик Шикаренко собрал 10 молодых бойцов, рассказал им, как стрелять из миномета, и произвел в их присутствии 5 выстрелов по противнику. Каждый боец был обучен им наводке и приемам стрельбы из миномета. Комсомолец Вызов рассказал бойцам о правилах ведения огня в ночное время из винтовки и автомата. При этом продемонстрировал огонь трассирующими пулями.
В воспитании бойцов нового пополнения широко используется посылка писем на родину отличившихся бойцов, объявление благодарностей за отличное овладение боевым оружием, образцовое несение службы и награждение за первые боевые успехи в бою.
Политико-моральное состояние большинства бойцов нового пополнения здоровое и боевое. Они искренне стремятся в бой, чтобы отомстить немцам за все перенесенные страдания, снять с себя вину перед Родиной, заслужить правительственную награду, вернуться домой с победой.
Красноармеец Шарипов заявил: «Я ненавижу немцев, как подлых гадов. Пребывание в немецком рабстве мне раскрыло глаза на многое. Нет страны лучше нашего Советского государства. Нам надо воевать особо, с тем чтобы стереть с себя позорное пятно фашистского плена».
Красноармеец Иванченко: «Я находился за колючей проволокой, когда до нас доносился гул советских орудий. Вы можете себе представить, что пережил я вместе со своими товарищами, ожидая свободу или уничтожение от рук фашистских палачей. Теперь я свободен, получил полную возможность с оружием в руках отомстить немцам сполна. Заверяю товарищей, что за свою Родину я буду драться храбро».
Красноармеец Войтек: «Лучше смертью героя погибнуть в боях за любимую Родину, чем быть рабом немцев или предателем своей отчизны».
В боях с немецкими захватчиками подавляющее большинство бойцов нового пополнения ведет себя стойко, мужественно, отважно. Нередко молодые воины идут на самопожертвование во имя советской Родины.
Стрелковый батальон соединения, где начальником политотдела гв. полковник Кладовой, состоявший на 80 % из нового пополнения, неоднократно дрался в сложной боевой обстановке. Ему приходилось отбивать контратаки численно превосходящего противника. Все бойцы […] немцам за все их злодеяния! И в упор расстрелял 7 гитлеровцев. В этом бою он пал смертью героя.
Командир отделения из того же батальона Скрипников, пробывший два года в плену у немцев, умело и мужественно управлял своими бойцами, действовавшими в составе танкового десанта. Его отделение в одном бою истребило 50 немцев. Лично Скрипников уничтожил 10 и взял в плен 9 гитлеровцев. В другом бою отделение Скрипникова успешно отразило 4 контратаки превосходящих сил немцев. Скрипников заменил выбывшего в бою командира взвода.
Бойцы нового пополнения Карпенко и Кунаков заметили в тылу своего батальона до 20 немцев. Обойдя их с двух сторон, они внезапно открыли огонь из автоматов по немцам, в результате чего 12 было убито, а пять немцев захвачено в плен.
В упорных боях за г. Штрелен мужество и отвагу проявили многие бойцы нового пополнения. Рядовой Пироговский, умело маскируясь, подполз к расчету немецкого пулемета, уничтожил его гранатой и захватил исправный пулемет врага. Красноармеец Цыбуля в одном бою убил 4 немцев.
Подобные примеры не единичны.
Трудности в работе с новым пополнением
Во-первых. Молодые бойцы, призванные в Красную Армию из числа освобожденных советских граждан, находившихся в немецкой неволе или плену, плохо обучены в военном отношении. В запасном полку новое пополнение проходило боевую подготовку по 7-дневной программе, что крайне недостаточно. Вливаясь в подразделения переднего края, молодые бойцы, как правило, вводились немедленно в бой, о какой-либо планомерной учебе не могло быть и речи, так как части фронта вели непрерывные, напряженные наступательные бои с немцами.
Вследствие недостаточной сколоченности и боевой выучки некоторые бойцы из этого пополнения, отдельные подразделения в боях проявляли неустойчивость, трусость, панику, становились на путь дезертирства, членовредительства.
Стрелковый батальон соединения, где начальником политотдела подполковник Ощепков, состоявший на? из бойцов нового пополнения, при контратаке немцев позорно бежал с поля боя. На месте командирами было расстреляно пять трусов и паникеров с целью восстановления порядка.
В соединении, где начальником политотдела полковник Королев, при отражении контратаки немцев молодой боец бросил винтовку, уничтожил документы и бежал с поля боя. В этом же соединении командир оиптд лейтенант Латругин расстрелял в боевой обстановке трех бойцов нового пополнения за бегство с поля боя.
В соединении, где начальником политотдела гвардии полковник Милославский, новые бойцы Тарасюк и Чебурко категорически отказались от принятия воинской присяги, объясняя это тем, что они евангелисты. Чебурко заявил: «Я иду по стопам Христа, оружия в руки не возьму и убивать людей не буду». Чебурко и Тарасюк арестованы и преданы суду военного трибунала.
В соединении, где начальником политотдела подполковник Петрашин, боец нового пополнения Вихренко проявил в бою трусость и совершил членовредительство. Он расстрелян перед строем.
Во-вторых. Отдельные бойцы из этого пополнения высказывают нездоровые, а иногда явно антисоветские настроения, сеют провокационные слухи, выражают недовольство службой в Красной Армии. Все это является следствием длительного воздействия лживой фашистской пропаганды и наличия в рядах нового пополнения вражеских элементов, находившихся на службе у немцев и еще не разоблаченных нами.
Красноармеец Гришко распространял среди бойцов провокационный слух о том, что якобы «на берлинском направлении немцы пустили 3000 танков, смяли войска маршала Жукова и заняли более 3000 населенных пунктов. Поэтому мы здесь остановились». Гришко арестован.
На политзанятиях боец Кулешов, из кулаков, бывший в плену у немцев, сказал: «В Германии крестьяне имеют много земли, говорят, что все это награблено. У нас в России кулаки имели меньше земли и скота. Это не было ими награблено, а нажито трудом. Почему же их раскулачили. Мой отец тоже раскулачен. До войны меня не призывали в армию, а сейчас призвали. Выходит, что пошли на уступку кулаку? Со всем этим я не согласен».
Красноармеец Воронкин в разговоре с бойцами на строительстве обороны сказал: «В 1941 г. нас предали и сейчас предадут, так что напрасно мы копаем эти ямы. У немцев мне было лучше. Я совершил роковую ошибку, что не ушел в глубь Германии. Как начнутся бои, можно будет удрать».
Красноармеец Берсонев, придя в подразделение, спросил: «Есть ли в роте автомашина, а то когда немцы перейдут в наступление, то пешком от них не убежишь».
Отрицательные и враждебные настроения учитываются при проведении с новым пополнением политико-воспитательной работы и пресекаются. Явно враждебные элементы изолируются органами контрразведки СМЕРШ.
В-третьих. В частях фронта создалось исключительно тяжелое положение с обеспечением обмундированием нового пополнения. Несмотря на острую, далеко не покрываемую нужду в людях, бойцы нового пополнения нередко задерживаются в запасных полках и командах выздоравливающих из-за отсутствия обмундирования и обуви.
В группе львовских госпиталей 3600 бойцов 15 дней не отправлялись в действующие части из-за отсутствия обмундирования. В соединении, где начальником политотдела генерал-майор Гришаев, для обмундирования нового пополнения, направляемого в части, собрали в тыловых частях и учреждениях различную потрепанную обувь и одежду. Все же по причине недостатка обмундирования более двух тысяч бойцов было задержано в запасном полку, тогда как действующие части вследствие недостатка людей не выполняли иногда боевые задачи.
Часто молодых бойцов можно встретить в действующих частях в плохой обуви, без гимнастерок и нательного белья, в различных куртках вместо шинелей. Это вызывает серьезные нарекания со стороны бойцов, приводит к потере воинского вида.
Интендантское управление фронта с января с. г. имеет наряд на 65 тысяч комплектов обмундирования для нового пополнения, но, несмотря на неоднократные запросы, это обмундирование до настоящего времени не получено.
Прошу Вашей помощи в разрешении этого вопроса.
Выводы:
1. Политико-моральное состояние подавляющего большинства бойцов, призванных из числа советских граждан, находившихся в немецкой неволе, здоровое. Испытав на себе все ужасы немецкой неволи, фашистского плена, бойцы пополнения сильно ненавидят немецких оккупантов и выражают нетерпение с оружием в руках скорее отомстить им на поле боя.
Большинство бойцов нового пополнения в боях дерется стойко, при этом многие проявляют мужество и отвагу.
2. Вместе с тем в числе этого пополнения имеются лица, которые в период пребывания в фашистской Германии находились на службе у немцев, были завербованы ими и с целью диверсий против Красной Армии оставлены гитлеровцами на занятой нами территории. Попав в ряды Красной Армии, эти изменники пытаются проводить свою гнусную работу: распространяют ложные слухи, восхваляют жизнь в Германии, высказывают недовольство службой в Красной Армии. Многие из них уже разоблачены и изолированы. Имеются также отдельные лица, зараженные лживой фашистской пропагандой, под воздействием которой они находились длительное время.
Все это требует от политорганов фронта пристального внимания к изучению нового пополнения, к вопросу бдительности, умелой организации политико-воспитательной работы в бойцами нового пополнения.
3. Политорганы и партийные организации фронта провели и проводят большую работу в этом направлении. Широко используются различные формы и методы воспитания у бойцов нового пополнения беспредельной любви к Советской Родине, к большевистской партии, к товарищу Сталину, ненависти к немецким захватчикам, прививается любовь к своей части, желание умножить ее славу новыми боевыми подвигами.
4. Отдельные политорганы еще недостаточно глубоко изучают новое пополнение, медленно реагируют на имеющиеся отрицательные явления в поведении этих бойцов, не всегда умело, с учетом всех особенностей, проводят воспитательную работу с новым пополнением.
Военный совет и политическое управление фронта обратили внимание политорганов и партийных организаций на эти и другие недостатки в работе с новым пополнением.
Начальник политического управления 1-го Украинского фронта гвардии генерал-майор Ящечкин
РФ. Ф. 32. Оп. 11289. Д. 680. Л. 1—10. Подлинник.
№ 101. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Украинского фронта об оказании содействия левому флангу войск 1-го Белорусского фронта
№ 10046 14 апреля 1945 г. 04.00
Верховный Главнокомандующий приказал:
Поставить задачу на один вылет бомбардировочной авиадивизии «Пе-2» с целью оказания содействия левому крылу войск 1-го Белорусского фронта.
Время и задачу авиадивизии [уточнить] по указанию командующего войсками 1-го Белорусского фронта.
Антонов
На документе собственноручная резолюция Г. К. Жукова: «Т. Руденко. Заготовьте телеграмму для Конева с постановкой задачи на бомбежку противника перед Колпакчи».
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 185. Л. 211. Копия.
№ 102. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующему 3-й гвардейской армией о продолжении наступательных действий ночью в связи с невыполнением задачи первого дня операции
№ 00128/оп 16 апреля 1945 г. 21.40
Армия задачи дня не выполнила. Командующий фронтом приказал: с наступлением темноты действий не приостанавливать, продолжая выполнение задачи частями вторых эшелонов и резервов.
На 17 апреля 1945 г. задача в соответствии с оперативной директивой № 00211/оп. Время начала действий с утра 17 апреля 1945 г. [будет сообщено] дополнительно.
[Об] отданных распоряжениях донесите.
Генерал армии Ив. Петров
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 346. Л. 89. Подлинник.
№ 103. Оперативная сводка штаба 1-го Украинского фронта начальнику оперативного управления Генерального штаба Красной Армии на 24.00 16 апреля 1945 г.
№ 00106 17 апреля 1945 г. 06.00
1. Войска ударной группировки фронта на правом крыле 16.4.45 г. после мощной артиллерийской и авиационной подготовки форсировали р. Нейсе, прорвали сильно укрепленные позиции противника по зап. берегу р. Нейсе на участках г. Форст — Мискау; Ротенбург — Пенцих, всего по фронту 45 км.
Ведя бои в тяжелых условиях лесистой местности и преодолевая развитую систему инженерных заграждений противника, в условиях возникших лесных пожаров с боями продвинулись на глубину до 13 км.
В результате боев овладели городами и сильно укрепленными опорными пунктами противника: Мускау, Ротенбург, Гедвигсхютте и 80 населенными пунктами.
16.4.45 г. захвачено свыше 2000 пленных из мд «Бранденбург», 342, 545, а также 208 и 359 пд противника.
2. К исходу дня войска ударной группировки фронта овладели рубежами: 3-я гв. армия — 76 ск, 287 сд на прежнем рубеже. 106 сд овладела вост. частью г. Форст. 120 ск, 149 сд овладела южн. частью г. Форст и вела бой за южн. окр. Эйло. 127 сд на рубеже: вост. окр. Носсдорф, Дамсдорф. 197 сд во втором эшелоне корпуса в лесу сев. — зап. Грос-Бадемейзель 21 ск, 329 сд — (иск) Дамсдорф, сев. окр. Грос-Цтаксдорф; 253 сд овладела Грос-Цтаксдорф и вела бой на вост. окр. Зиммерсдорф. 58 сд в лесу юго-зап. Грос-Бадемейзель. 389 сд — резерв армии, на марше к переправе Грос-Бадемейзель 25 тн ведет бой за Носедорд. ШТАРМ на прежнем месте.
3. 13-я армия — 27 ск, 147 сд вела бой на рубеже: (иск.) Зиммерсдорф, Иоксдорф. 117 сд — (иск) Иоксдорф, Клейн Кельциг. 172 сд — (иск.) Клейн Келышг, Грос Кельциг. 102 ск, 6 гв. сд — Гедвигсхотте, Деберн. 350 сд — (иск.) Деберн, Дубруцке, 1,5 км южнее. 280 сд во втором эшелоне корпуса сосредоточена в лесу юго-зап. Еришке. 24 ск во втором эшелоне армии переправляется на зап. берег р. Нейсе. 395 сд в районе Цельц 121 гв. сд в районе Грос-Зерхен. ШТАРМ на прежнем месте.
4. 5-я армия — 32 гв. ск, 95 гв. сд — Дубрауцке южное, сев. — вост. окр. Тцпернитц (Черниц). 13 гв. сд — вост. окр Тцпернитц, (иск.) Клейн-Добен. 97 гв. сд во втором эшелоне корпуса сосредотачивается в районе Емлиц. 34 гв. ск, 58 гв. сд — Клейн-Дюбен, 15 гв. сд (иск.) выс. 128, 5, Воссинка, Гласхютте, Берг. 14 гв. сд — г. Мискау, Кеула, сев. окр. Загар. 33 гв. ск — во втором эшелоне армии, сосредоточен в районе: 9 гв. вдд — Клейн-Зерхен, лес. зап. Квольсдорф. 118 сд — Квольсдорф, ж.-д. ст. Тепферштедт. 78 гв. сд. — в районе Браунсдорф в готовности с наступлением темноты к переправе на зап. берег р. Нейсе. 4 гв. тк — в боевых порядках 95 гв. сд. ШТАРМ на прежнем месте.
5. 2-я армия Войска Польского — 10 пд на прежнем рубеже по вост. берегу р. Нейсе. 7 пд — одним сп на вост. берегу р. Нейсе на участке Зерниц, (иск.) Тормеродорф, двумя пп форсировала р. Нейсе и ведет бой на ж.-д. линии участке изгиб реки, (иск.) Ротенбург. 9 пд — Ротенбург, Якобехейзер, лес вост. 8 пд вела бои на зап. берегу озер, что в 1 км зап. Бихайн. 5 пд во втором эшелоне армии, сосредотачивается в районе леса сев. — вост. Бихайн. 1 тк сосредотачивается в лесу зап. Нидер-Нойдорф. 16 тбр вела бои за ж.-д. на участке Горка, выс. 188, 3. ШТАРМ на прежнем месте.
6. 52-я армия — 73 ск, 254 сд — южн. окр. Веркирх, Монкенуайн ж.-д. станция Кодерсдорф. 50 сд — 1 км вост. выс. 182, 2, далее по опушке леса зап. Гросс Крауша, 111 сд — (иск.) Гросс Крауша, кол. Ной-Крауша, сев. часть Цодель и далее до р. Нейсе. 78 ск, 373 сд правым флангом овладел сев. частью Пенци кирп. зап. Нидер-Лангенау, далее вел бой на прежнем рубеже. 31 и 214 сд на прежних рубежах. 48 ск на прежнем рубеже. 213 сд — резерв армии на марше в район леса зап. Цинтендорф. 7 гв. мк на марше к переправам. ШТАРМ на прежнем месте.
7. 3 гв. ТА, 6 гв. тк — в р-не Дамсдорф, Гросс Цшаксдорф. 7 гв. тк — в районе Клейн Кельциг, Деберн — 9 мк — на переправе в районе Клейн Бадемейзель. ШТАРМ на прежнем месте.
8. 4 гв. ТА, 10 гв. тк вели бои за Фридрихсуай; 6 гв. мк сосредоточивается в р-не Емлиц. 5 гв. мк: 10 мбр переправлялась на зап. берег р. Нейсе в районе сев. Кебельн. Главные силы корпуса в р-не Браунсдорф, Биркенштедт, Тепферштедт. 93 отбр — в лесу сев. Цибелле. 22 сабр — лес сев. — вост. Геберс-дорф. ШТАРМ на прежнем месте.
9. 1 гв. кк выступил на переправе в район Нидер-Билау.
10. 6-я армия вела бои отдельными штурмовыми группами. 181 сд, 74 ск овладела 106 кварталом. Положение остальных войск армии без изменений. ШТАРМ на прежнем месте.
11. 21-я и 59-я армии укрепляли занимаемые рубежи, вели разведку и в ряде пунктов огневой бой. Изменений в боевых порядках войск не произошло.
12. ВВС фронта произвели за день 3376 самолето-вылетов на бомбежку и штурмовку войск противника. В воздушных боях сбито 37 самолетов противника. Авиация противника произвела за день 220 самолето-вылетов.
13. Погода за сутки: в первой половине срока ясно, во второй — увеличение облачности до 3–7 баллов, высота облаков 800 — 1000 м, местами дымки. Видимость 4 — 10 км, при дымке 1–3 км. Ветер юго-вост. четверти 2–5 м/с. Температура воздуха +10°, +15°. Проходимость грунтовых дорог хорошая.
Погода для авиации летная; для действия артиллерии удовлетворительная.
Зам. нач. оперуправления полковник Федулов
Начальник отдела информации подполковник Будаковский
РФ. Ф. 236. Оп. 2673. Д. 2487,1–4. Подлинник.
№ 104. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта начальникам инженерных войск фронта, 3-й и 5-й гвардейских, 13-й армий, командирам 6-й и 3-й понтонных бригад с требованием обеспечить быстрейшее форсирование р. Шпрее
17 апреля 1945 г.
На путях наших войск к Берлину последняя водная преграда р. Шпрее. Приказываю:
1. Всем рядовым, сержантам, офицерам инженерных войск фронта обеспечить быстрое и организованное форсирование р. Шпрее нашими войсками. Главное — быстрейшая переправа танков армий Рыбалко и Лелюшенко.
2. Подтянуть ближе к войскам переправочные средства. Проявить напор и изобретательность героических солдат нашего фронта для быстрейшего преодоления рубежа р. Шпрее. Родина ваших героических дел не забудет.
3. Солдаты! Смелее и решительнее штурмуйте последнее водное препятствие на пути к Берлину, открывайте безостановочный путь нашим славным войскам на Берлин.
4. Приказ довести до всех инженерных войск армий и всего рядового и офицерского состава.
Конев Крайнюков
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 259. Л. 23. Подлинник.
№ 105. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующим 3-й и 4-й гвардейскими танковыми, 3-й и 5-й гвардейскими и 13-й армиями об ускорении форсирования р. Шпрее
17 апреля 1945 г. 18.15
С половины дня 17 апреля 1945 г. противник мелкими группами отходит за р. Шпрее. Небольшими группами танков и самолетов по дорогам на основных направлениях стремится задержать наше наступление восточнее р. Шпрее с целью отвести разбитые части за р. Шпрее.
Приказываю:
1. Стремительно развивать наступление на плечах противника, ночью 17 апреля 1945 г. форсировать р. Шпрее, не дав противнику закрепиться на рубеже р. Шпрее.
2. Смелее маневрировать танками и пехотой вне больших дорог, населенные опорные пункты решительно обходить, не ввязываться в затяжные лобовые бои. Мобилизуйте всех со страстью бить немцев и ломать сопротивление. Стремление только вперед!
Наши войска должны быть в Берлине первыми, они это могут сделать и с честью выполнить приказ Великого Сталина.
3. Подтягивайте артиллерию и снаряды к р. Шпрее и в случае сопротивления противника нанесите мощный артиллерийский удар с утра 18 апреля 1945 г.
4. Отданные распоряжения и план боя донести и доложить к 24.00 17 апреля 1945 г.
Конев
Крайнюков
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 259. Л. 221 (об). Подлинник.
№ 106. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующим 3-й и 4-й гвардейскими танковыми армиями о форсировании р. Шпрее и стремительном наступлении на Берлин
18 апреля 1945 г. 01.40
Во исполнение приказа Ставки Верховного Главнокомандования приказываю:
Командарму 3 гв. ТА
1. В течение ночи с 17 на 18 апреля форсировать р. Шпрее и развивать стремительное наступление в общем направлении Фетшау, Гольсен, Барут, Тельтов, южная окраина Берлина. Задача армии в ночь с 20 на 21 апреля 1945 г. — ворваться в Берлин с юга.
2. Командарму 4 гв. ТА
В течение ночи с 17 на 18 апреля форсировать р. Шпрее севернее Шпрем-берга и развивать стремительное наступление в общем направлении Дребхау, Калау, Даме, Лукенвальде. Задача армии с исходу 20 апреля овладеть районом Белиц, Тройенбритцен, Лукенвальде. В ночь с 20 на 21 апреля 1945 г. овладеть Потсдамом и юго-западной частью Берлина. При повороте армии на Потсдам, район Тройенбритцен обеспечить 5 мк. Вести разведку в направлениях: Зенфтенберг, Финстервалде, Герцберг.
3. На главном направлении танковым кулаком смелее и решительнее пробиваться вперед. Города и крупные населенные пункты обходить и не ввязываться в затяжные фронтальные бои. Требую твердо понять, что успех танковых армий зависит от смелого маневра и стремительности в действиях.
Пункт 3 приказа довести до сознания командиров корпусов, бригад.
4. Об исполнении отданных распоряжений донести.
Конев
Крайнюков
Петров
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 359. Л. 24–25. Подлинник.
№ 107. Донесение командующего 3-й гвардейской танковой армией командующему войсками 1-го Украинского фронта о форсировании р. Шпрее и продолжении наступления в направлении Берлина
19 апреля 1945. 21.00
1. Противник отходящими частями 21 тд, частью сил 10 тд и вновь введенной в бой 10 тд СС, выброшенной из района Берлина, пытался задержать наступление армии.
2. Войска армии, форсировав к утру 19 апреля 1945 г. р. Шпрее, сломив, разгромив и рассеяв значительные части его живой силы, развивали наступление в направлении Фетшау, Гольсен, Барут и к 19.00 вышли на рубеж: Вовлитц, Гросс-Любенау, Букхов.
3. 6 гв. тк, форсировав Шпрее, развивал наступление в направлении Фетшау, Гольсен и к 14.30 с боем овладел Фетшау. К 19.00 вышли: 51 гв. тбр — Вовлитц, 53 гв. тбр — Гросс-Любенау, 52 гв. тбр — Фетшау, 22 гв. мсбр продолжала очищать Фетшау от мелких групп противника и частью сил подтягивала артиллерию к Фетшау.
4. 7 гв. тк, форсировав Шпрее, развивал наступление в направлении Калау, Люккау и к 19.00 овладел Калау 54 гв. тбр с боем овладела Вукков, 56 гв. тбр с боем овладела Калау, 55 гв. тбр и 23 гв. мсбр в движении за 56 гв. тбр.
5. В резерве 9 мк, форсировав Шпрее, наступал во втором эшелоне армии и к 19.00 вышел на рубеж Фетшау, Огродзен. За день боя взято до 500 пленных.
6. Решил: к исходу 19 апреля выйти в район Вирту и к 20 апреля 1945 г. продолжать наступление в направлении на Берлин.
Рыбалко
Бахметьев
РФ. Ф. 315. Оп. 4446. Д. 20. Л. 487. Подлинник.
№ 108. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующему 3-й гвардейской танковой армией о преодолении рубежа Барут
20 апреля 1945 г. 17.30
Опять двигаетесь кишкой. Одна бригада дерется, вся армия стоит. Приказываю: рубеж Барут, Лукенвальде через болото переходить по нескольким маршрутам развернутым боевым порядком. Смелее маневр по преодолению рубежа Барут. Исполнение донести.
Конев
Крайнюков
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 359. Л. 35. Подлинник.
№ 109. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующим 3-й и 4-й гвардейскими танковыми армиями о необходимости вступления в Берлин раньше войск 1-го Белорусского фронта
20 апреля 1945 г. 19.40
Войска маршала Жукова в 10 км от восточной окраины Берлина. Приказываю обязательно сегодня ночью ворваться в Берлин первыми. Исполнение донести.
Конев
Крайнюков
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 359. Л. 36. Подлинник.
№ 110. Боевое распоряжение командующего 3-й гвардейской танковой армией командирам 6-го, 7-го гвардейских танковых и 9-го механизированного корпусов о начале наступления на Берлин
20 апреля 1945 г. 23.50
Войска правого соседа находятся в 10 км восточнее Берлина. Приказываю: во что бы то ни стало к утру 21 апреля 1945 г. ворваться в Берлин. Задача по моему приказу от 19 апреля 1945 г.
Начало наступления на Берлин в 01.00 21 апреля 1945 г.
Рыбалко
РФ. Ф. 315. Оп. 4446. Д. 20. Л. 497. Подлинник.
№ 111. Распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командиру 33-го стрелкового корпуса 5-й гвардейской армии о необходимости улучшения организации боевых действий
21 апреля 1945 г. 03.30
За последнее время 33 ск под Вашим командованием систематически срывает выполнение боевых приказов. Значение боевого приказа утрачено. В корпусе отсутствует требовательность к войскам в выполнении боевых приказов. Слабо организуется бой. Силы противника переоцениваются, а свои недооцениваются. Все это приводит к нерешительности действий войск и к топтанию на месте перед слабым противником. Войска не приучены к ведению лесного боя, и незначительный лесной участок для войск корпуса представляет преграду. Плохое маневрирование войск на поле боя.
За невыполнение боевых приказов частями корпуса, нетвердое управление корпусом в бою и нерешительность, объявляю Вам выговор и предупреждаю Вас о неполном служебном соответствии. Предупреждаю Вас, т. Лебеденко, что, если Вы не сделаете для себя выводов и не перестроитесь, вынужден буду отстранить Вас от занимаемой должности.
Конев
Крайнюков
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 259. Л. 37, 37 об. Подлинник.
№ 112. Боевое распоряжение командующего 4-й гвардейской танковой армией командиру 10-го танкового корпуса на овладение юго-западной частью Берлина
21 апреля 1945 г. 13.45.
Подтверждаю мой устный приказ: обходя Лукенвальде, продолжать стремительное наступление в направлении Бергхольц — Ребрюкке, Штопсдорф, Целендорф […] 21 апреля 1945 г. овладеть юго-западной частью Берлина.
Требую особенной решительности и стремительности действий.
Лелюшенко
Гуляев
Упман
РФ. Ф. 324. Оп. 4761. Д. 54. Л. 180а. Подлинник.
№ 113. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующему 3-й гвардейской танковой армией о недопущении отхода противника в Берлин
22 апреля 1945 г. 16.15
Противник, по данным пленных, от Коттбуса отходит на Берлин.
Приказываю: одной бригадой с самоходным полком нанести удар из района Цоссен на Бонсдорф, с задачей не допустить отходящего противника в Берлин.
[Об] исполнении донести.
Конев
Крайнюков
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 359. Л. 46. Подлинник.
№ 114. Донесение командующего войсками 1-го Украинского фронта Верховному Главнокомандующему о взятии Коттбуса
22 апреля 1945 г. 17.40
Войска 1-го Украинского фронта 22 апреля 1945 г. полностью овладели городом Коттбусом, важным узлом железных и шоссейных дорог и сильно укрепленным опорным пунктом немцев на юго-восточных подступах к городу Берлину.
Конев
Крайнюков
Петров
РФ. Ф. 236. Оп. 2673. Д. 2448. Л. 57. Подлинник.
№ 115. Донесение командующего войсками 1-го Украинского фронта Верховному Главнокомандующему о разгроме остатков шпрембергской группировки противника
24 апреля 1945 г. 01.40
Окруженные в лесах западнее г. Шпремберга остатки разгромленной в боях шпрембергской группировки противника (части 10 тд СС, тд «Охрана фюрера», 344 пд) к утру 23 апреля 1945 г. полностью уничтожены и частично пленены.
При ликвидации окруженной группировки противника уничтожено 4640 солдат и офицеров. Захвачено: пленных — 3850 человек, танков — 58, СУ — 27, бронетранспортеров — 185, орудий разных — 162 и свыше 1300 автомашин.
Конев
Крайнюков
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 346. Л. 132. Подлинник.
№ 116. Донесение командующего войсками 1-го Украинского фронта Верховному Главнокомандующему о завершении окружения Берлина с запада и овладении городом Бранденбургом
25 апреля 1945 г. 01.00
4 гв. танковая армия Лелюшенко, развивая наступление 6 мк, овладела г. Кетцин и в 23.30 24.4.45 г. в районе Бухов-Карпцов (6 км сев. — вост. Кетцина), соединилась с частями 1-го Белорусского фронта, завершив тем самым окружение Берлина с запада. 6 мк 4 гв. ТА в 23.00 24.4 полностью овладел Бранденбургом.
Конев
Крайнюков
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 346. Л. 134. Подлинник.
№ 117. Разведдонесение штаба 4-й гвардейской танковой армии о нанесенном противнику ущербе с 16 по 23 апреля 1945 г.
26 апреля 1945 г.
Подбито и уничтожено:
Танков………………. 129
СУ…………………. 50
Орудий разного калибра……… 423
Пулеметов…………….. 530
Самолетов…………….. 34
Бронетранспортеров……….. 92
Автомашин……………. 1050
Мотоциклов……………. 309
Велосипедов……………. 2185
Повозок с воен. грузом……… 2023
Минометов…………….. 315
Бронемашин……………. 13
Винтовок и автоматов………. 4633
Складов с воен. имуществом……. 20
Захвачено:
Танков………………. 14
СУ………………… 44
Орудий разного калибра…….. 71
Бронетранспортеров……….. 14
Пулеметов…………….. 477
Автомашин…………….. 1496
Мотоциклов……………. 251
Самолетов исправных……….. 223
Самолетов неисправных……… 265
Винтовок и автоматов………. 5697
Минометов…………….. 18
Велосипедов……………. 1511
Орудийных стволов………… 350
Паровозов…………….. 52
Вагонов………………. 1462
Авиамоторов……………. 362
Прожекторов……………. 332
Парашютов……………. 1000
Тягачей……………… 2
Авиабомб……………… 3000
Выстрелов зенитных……….. 24 000
Складов с боеприп., продов. и др. имуществом……………… 301
Освобождено:
Военнопленных………….. 19 000
Из них русских…………… 2500
Военных заводов и промышленных предприятий……………. 31
Мастерских с оборудованием…… 10
Убито 11 495 солдат и офицеров противника. Взято в плен 4 490 солдат и офицеров.
Начальник РО штаба 4-й гвардейской танковой армии гвардии полковник Бзырин
РФ. Ф. 236. ОП. 2721. Д. 166. Л. 258–259. Подлинник.
№ 118. Боевое распоряжение командующего 3-й гвардейской танковой армией командиру 71-й механизированной бригады на уничтожение прорывающихся на запад войск противника
№ 034/оп 27 апреля 1945 г. 9.50
Противник продолжает отдельными группами прорываться в западном направлении в районе Яхцен-Брик.
Командующий армией приказал:
1. 71 мбр форсированным маршем выступить из Цоссена и выйти в район Шпремберга с задачей не допустить выхода противника на запад. Имея заслоны на дорогах, перекрыть дорогу юго-западнее Шпремберга между озерами, перехватить дорогу у Клаусдорфа и дорогу на северном берегу озера Мелен-Зее.
Маневренную группу иметь в районе Рехаген.
Принять все меры к уничтожению и пленению прорывающегося противника.
2. Иметь связь с 54 сд. КП дивизии — Нейхов.
3. Доносить мне через каждый час.
Заместитель начальника штаба 3-й гвардейской танковой армии гв. полковник Еременко
РФ. Ф. 315. Оп. 4440. Д. 526. Л. 55. Подлинник.
№ 119. Обращение командующего войсками 1-го Украинского фронта к командующему войсками 1-го Белорусского фронта с просьбой об изменении направления наступления 8-й гвардейской и 1-й гвардейской танковой армиям
№ 00222/оп 28 апреля 1945 г. 20.45
Войска армии т. Рыбалко и т. Лучинского сегодня 28 апреля 1945 г. с боями правым флангом к Ангальтскому вокзалу (правая разграничительная линия фронта), уступом и левым флангом ведут бой за Вильмерсдорф, Халензее.
По донесению т. Рыбалко, армии т. Чуйкова и т. Катукова 1-го Белорусского фронта получили задачу наступать на северо-запад по южному берегу Ландвер-канала. Таким образом, они режут боевые порядки войск 1-го Украинского фронта, наступающих на север.
Прошу распоряжения изменить направление наступления армий т. Чуйкова и т. Катукова.
О Вашем решении прошу сообщить.
Конев
Крайнюков
Петров
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 346. Л. 152. Подлинник.
№ 120. Донесение командующего войсками 1-го Украинского фронта Верховному Главнокомандующему о захвате района размещения Генерального штаба германской армии
№ 00221/оп 28 апреля 1945 г.
В лесу 2 км юго-восточнее Цоссен захвачен район, где с начала 1941 года по март 1945 года размещался генеральный штаб сухопутных войск германской армии.
Генштаб размещался в 24 2-этажных, тщательно замаскированных наземных зданиях и двух подземных на глубине 35–40 метров сооружениях с общим количеством комнат до 200.
В одном из подземных сооружений смонтированы: две автоматические и одна междугородная телефонные станции общей емкостью свыше 10 тыс. номеров, телеграфный узел на 60 телеграфных аппаратов, пневматическая почта и бюро времени.
Все сооружения обеспечивались автономным электропитанием, имея мощную аккумуляторную батарею, два дизеля в 1500 лошадиных сил и 18 электрических агрегатов.
Одновременно в районе Белитц, 40 км юго-западнее Берлина, захвачен трансокеанский приемный радиоцентр Германии, при помощи которого Германия поддерживала радио- и бильдсвязь с Токио, Шанхаем и другими удаленными точками мира.
Радиоцентр состоит из 50 магистральных высококачественных приемников, установок бильдсвязи и автономного электропитания.
Приняты меры к охране захваченных объектов и дальнейшему их изучению.
Конев
Крайнюков
Петров
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 359. Л. 60. Подлинник.
№ 121. Распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта Военным советам 28-й и 3-й гвардейской танковой армий о выставлении постов на дорогах, ведущих в Берлин, для временного задержания возвращающегося в город населения
30 апреля 1945 г. 19.50
Гражданское немецкое население, бежавшее из Берлина при прорыве туда наших войск, в настоящее время толпами возвращается в Берлин. Вместе с гражданским населением проходят переодетые военнопленные, фольксштурмовцы, полицейские.
Все это может привести к усилению сопротивления в городе, усилению шпионажа, осложнить очистку города.
Приказываю:
До полного освобождения Берлина не допускать возвращения туда граждан, ранее бежавших из города.
На дорогах, ведущих в Берлин, выставить посты, обеспечивающие задержку возвращающегося туда населения и направление его для временного проживания в городах и селах, находящихся за 25-километровой зоной от линии фронта.
Конев
Крайнюков
РФ. Ф. 236. ОП. 2712. Д. 346. Л. 165. Подлинник.
№ 122. Из разведсводки штаба 1-го Украинского фронта о действиях противника за период с 15 по 30 апреля 1945 г.
№ 7 30 апреля 1945 г.
1. Боевая деятельность войск противника
В течение второй половины апреля войска 4 ТА и часть сил 9-й армии противника вели тяжелые оборонительные бои с нашими наступающими войсками.
С утра 16.04 на участке юж. Губена, сев. Герлица противник частями 342 пд, 545 нгд, мд «Бранденбург», огнем и контратаками пехоты оказывал упорное сопротивление наступлению наших войск. К исходу дня на ряде участков противник был отброшен из первой линии траншей.
Стремясь не допустить развития успеха наших войск, противник в течение 16–18.04 спешно перебросил к участку прорыва: 21 тд, тд «Г. Геринг», тд «Охрана фюрера», 10 тд СС, 20 тд, 275 пд и сильными атаками пехоты при поддержке 20–40 танков пытался задержать продвижение наших войск.
В результате боев к 20.04 войска 4 ТА и 9 А оказались рассеченными. Танковая группировка в составе подразделений и частей 10 тд СС, 21 тд, тд «Охрана фюрера» общей численностью до 4000–5000 человек, до 100 орудий и свыше 25 танков была окружена в районе Шпремберг.
Противник, стремясь выручить окруженную группировку, перебросил с 1-го Белорусского фронта 214 пд в район Коттбус, 344 пд с левого фланга в район юго-зап. Шпремберг, безуспешно пытался оказать содействие окруженным частям.
Противник, потеряв способность к организованному сопротивлению, в последующих боях под ударами наших войск продолжал отходить в зап., сев. и сев. — зап. направлениях.
В результате выхода наших подразделений в район Берлина и к р. Эльбе войсками фронта, совместно с войсками 1-го Белорусского фронта, было завершено окружение частей и соединений 9-й армии в районе юго-вост. Берлина в составе одиннадцати пехотных дивизий (303, 169, 712 пд, 32 пд СС, пд «Регенер», 391-я охр. дивизия, 36 пд СС, 342, 275, 214 пд, 35-я полиц. дивизия СС), двух моторизованных дивизий (23 мд СС, мд «Курмарк»), дивизионной группы 21 тд, пяти бригад, четырех отдельных пехотных и двух артиллерийских полков, шести отд. арт. дивизионов и до сорока разных отд. батальонов, всего общей численностью до 90 000 солдат и офицеров, свыше 1400 орудий, до 100 танков и СУ и до 500 минометов.
Последующими ударами наших войск, совместно с войсками 1-го Белорусского фронта, 24.4.45 г. было завершено окружение берлинской группировки противника.
Пытаясь задержать дальнейшее продвижение наступающих войск, противник подбросил на активный участок фронта шесть наспех сформированных пехотных дивизий (18 мд, пд «Фридрих», пд «Саксония», пд «Теодор Кернер», пд «Шарнгорст», пд «фон Гуттен») и две дивизии (1 апд, 9 адд), снятые из района восточнее Берлина.
Одновременно в районе Герлиц противник производил перегруппировку войск, перебросил части 17 пд, 72 пд, 20 тд, тд «Г. Геринг» в район сев. — зап. Герлица и в течение 11 дней предпринимал активные действия в северном направлении.
В результате 15-дневных упорных боев войска 4 ТА и 9 А отброшены с рубежа р. Нейсе на 100–140 км в западном направлении, а на участке Виттенберг, Мейссен — на западный берег р. Эльба.
В ходе боев с 16 по 30.04 противник выбит из городов Форст, Коттбус, Мискау, Веясвассер, Ротенбург, Ниски, Люббен, Любенау, Гойерсверда, Зенфтенберг, Фалькенберг, Потсдам, Виттенберг, Эссен, Торгау, Риза, Гроссенхаин, из юго-зап. и юж. предместий г. Берлина, из внутреннего кольца обороны города и на 30.04 вел бои в центре Берлина.
В районе г. Бреслау окруженные части противника вели упорные оборонительные бои и были выбиты из шестидесяти семи городских кварталов и девятнадцати других объектов.
В центре и на левом крыле фронта противник в течение второй половины апреля продолжал оборонять прежние рубежи, на отдельных участках вел бои за улучшение занимаемых позиций и силами до роты пехоты — разведку.
Авиация противника, группами до 24 самолетов, действовала по нашим войскам, одиночными самолетами транспортировала грузы окруженной бреславской группировке и вела разведку поля боя, дорог и тыловых объектов. Отмечено свыше 3000 самолето-пролетов. В воздушных боях и огнем ЗА сбит 301 самолет противника.
[…]
2. ПОТЕРИ (с 15 по 29.4.45 г.)
Людей
Пулем.
Мином.
Оруд.
Танки и СУ
Уничтожено
114349
3400
905
1631
1067(уничтожено и подбито)
Захвачено
55080
2042
188
1053
432
Всего
169 429
5442
1093
2684
1499
Выводы:
1. На правом крыле фронта войска 4 ТА и часть сил 9 А вели упорные оборонительные бои.
Стремясь задержать успешное продвижение наших войск, противник с 16 по 30.04 перебросил на активный участок фронта тринадцать дивизий, из них: пять танковых (10 тд СС, 20, 21 тд, тд «Охрана фюрера», тд «Г. Геринг»), семь пехотных (214, 275 пд, пд «Фридрих», пд «Саксония», пд «фон Гуттен», пд «Шарнгорст», пд «Теодор Кернер»), одну мотодивизию (18 мд), три бригады штурмовых орудий, три отдельных танковых батальона, три спец. бригады, два арт. полка, десять арт. дивизионов, четырнадцать разных полков и сто семь отдельных батальонов.
2. В результате боев разгромлено девять дивизий: 10 тд СС, 21 тд, тд «Охрана фюрера», мд «Бранденбург», 36 пд СС, 545 нгд, 342, 275, 214 пд, одна бригада штурмовых орудий, две арт. мин. бригады, три специальные бригады, одна танко-истребительная бригада, четыре отб, два птб, шесть зенитных дивизионов, восемь разных полков и шестьдесят отдельных батальонов.
3. На 30.04 перед фронтом продолжают действовать:
восемнадцать пехотных дивизий (пд «фон Гуттен», пд «Шарнгорст», пд «Теодор Кернер», пд «Фридрих», пд «Саксония», 17, 72 пд, 6 нгд, 20 пд СС «Эстония», 100 лпд, 208, 359, 269 пд, 31 пд СС, 45, 168, 254 пд, 609 дон), одна мотодивизия (18 мд); две танковых дивизии (тд «Г. Геринг», 20 тд), две зенитные дивизии (17 и 10 зд), двенадцать разных бригад, три дивизионные группы (див. гр. 344 пд, 545 нгд, мд «Бранденбург»), один отп, восемь отд. арт. полков, тринадцать отд. арт. дивизионов, шесть отд. птд, шесть отд. зен. дивизионов, двадцать два отд. полка и сто шестнадцать разных батальонов и боевых групп.
Начальник штаба 1-го Украинского фронта генерал армии И. Петров
Начальник РО штаба 1-го Украинского фронта генерал-майор Ленчик
РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 159 Л. 141–143, 158–160. Подлинник.
№ 123. Справка разведотдела штаба 3-й гвардейской армии о потерях противника за период с 16 по 28 апреля 1945 г.
1 мая 1945 г.
Войсками армии за период с 16.4. по 28.4.45 г. нанесены следующие потери противнику:
[…]
За нач. РО штаба 3 гв. ТА Гв. подполковник Михалев
РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 260. Подлинник.
№ 124. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующим войсками 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов об установлении новых разграничительных линий и наступлении на Прагу
№ 11078 1 мая 1945 г. 01.30
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Установить с 24.00 6 мая следующую разграничительную линию между 1-м Белорусским и 1-м Украинским фронтами: до Люббен прежняя и далее Виттенберг, для 1-го Украинского фронта включительно.
2. Командующему войсками 1-го Белорусского фронта не позже 4 мая сменить войска 1-го Украинского фронта в своих новых разграничительных линиях, используя для этого освободившиеся армии левого крыла фронта (3, 69 и 33-ю армии).
3. Командующему войсками 1-го Украинского фронта не позже 3 мая закончить ликвидацию окруженной группировки немцев в районе восточнее Лукенвальде и очистить от противника территорию Берлина в своих разгранлиниях. После смены войска правого крыла фронта использовать для стремительного наступления в общем направлении на Прагу. Передовыми частями правого крыла фронта выйти на р. Мульде. 4. Об отданных распоряжениях донести.
Ставка Верховного Главнокомандования
И. Сталин
Антонов
РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 132. Копия.
№ 125. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта всем командующим армиями о необходимости первоочередного захвата аэродромов в ходе наступления
№ 00234/оп 8 мая 1945 г. 18.30
[Чтобы] не допустить улета самолетов немцев на запад, приказываю:
1. При наступлении в первую очередь захватывать аэродромы и самолеты в полосе фронта.
2. Во время капитуляции немцев выбросить подвижные отряды, танки, орудия пехоты на машинах на оставшиеся аэродромы для захвата самолетов, раций, оборудования.
3. [Об] исполнении донести.
Конев
Крайнюков
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 346. Л. 190. Подлинник.
№ 126. Боевое распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта командующему 4-й гвардейской танковой армией о немедленном захвате населенного пункта Бенешов
№ 00236/оп 9 мая 1945 г. 18.45
Приказываю немедленно занять Бенешов (20 км юго-восточнее Праги). Не допустить отхода немцев на соединение с союзниками. Прекратите празднование [в] Праге.
[Об] исполнении донести.
Конев
Крайнюков
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 346. Л. 198. Подлинник.
№ 127. Распоряжение командующего войсками 1-го Украинского фронта Военным советам армий и отдельных корпусов о создании заградительных постов для сбора и пленения немецких военнослужащих
10 мая 1945 г. 17.45
Военнослужащие разбитых и капитулировавших немецких частей группами движутся по дорогам, населенным пунктам без всякой охраны. Не будучи пленными они расходятся по домам. Приказываю: немедленно организовать заградительные посты по сбору, пленению и направлению в лагеря военнопленных.
Конев
Крайнюков
Шавер
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 346. Л. 203. Подлинник.
№ 128. Приказ командующего «Русской освободительной армией» всему личному составу о немедленном переходе на сторону Красной Армии
12 мая 1945 г. 20.15
Я нахожусь при командире 25-го танкового корпуса генерале Фоминых. Всем моим солдатам и офицерам, которые верят в меня, приказываю немедленно переходить на сторону Красной Армии.
Военнослужащим 1-й Русской дивизии генерал-майора Буняченко, находящимся в расположении танковой бригады полковника Мищенко, немедленно перейти в его распоряжение.
Всем гарантируется жизнь и возвращение на Родину без репрессий.
Генерал-лейтенант Власов
РФ. Ф. 236. ОП. 2727. Д. 30. Л. 184. Подлинник.
№ 129. Донесение командира 25-го танкового корпуса Военному Совету 1-го Украинского фронта о пленении командующего РОА Власова А. А.
май 1945 г.
1. 25-й танковый корпус, действуя из района Горжовице, что западнее Праги, на юг и юго-запад с задачей: преследовать отходящего противника разгромленных войск СС и частей РОА Власова, к 12.00 11 мая передовым отрядом вышел на западную окраину г. Клатови, главными силами в район г. Непомук. Выйдя в указанные районы, корпус глубоко вклинился в расположение американских войск, тем самым создал затруднительную обстановку противнику, который имел намерение обойти наши части и сдаваться в плен американским войскам.
Дальнейшее продвижение корпуса было приостановлено ввиду того, что командование американских частей считало указанные районы своим рубежом.
После встречи с американскими частями я решил остановить корпус и на основных направлениях и узлах дорог выставить засады, пикеты, вести разведку с задачей: в случае обнаружения частей СС и власовцев уничтожить и пленить.
2. Проведенной разведкой в районе Бржезнице и западнее, а также из опросов захваченных власовцев стало известно, что в данном районе находится 1-я дивизия Власова под командованием бывшего генерала Буяниченко и штаб Власова во главе с ним.
Имея такие данные, я поставил перед командованием 162 тб задачу во чтобы то ни стало найти и пленить Власова. А в том случае, если он окажется в расположении американских частей, то украсть Власова.
Имея эту задачу, части производили поиски штаба дивизии и Власова.
3. 11 мая 1945 г. 162 тбр, который командует полковник Мищенко, установлено, что в Брежи и окрестностях Брежи находится 1-я власовская дивизия и ее штаб.
В 16.00 12 мая 1945 г. полковник Мищенко поставил задачу командиру механизированного батальона 162 тбр капитану Якушеву выехать в расположение 1-й дивизии РОА и взять в плен Власова с его штабом и командиром дивизии Буяниченко.
Южнее 2 км Брежи капитан Якушев встретил командира 2-го батальона 3-го полка 1-й дивизии РОА капитана Кучинского, который указал, что впереди следует колонна легковых автомашин со штабом дивизии, где находится и сам Власов.
Капитан Якушев на машине обогнал колонну и машиной загородил дорогу.
В первой остановленной машине был обнаружен командир дивизии Буяниченко, которому тов. Якушев предложил следовать за ним, но Буяниченко категорически отказался.
В это время власовец Кучинский сообщил капитану Якушеву, что в этой же колонне находится Власов.
4. После первого осмотра тов. Якушев не обнаружил Власова, но один из шоферов колонны показал машину, в которой находился Власов.
Подойдя к машине Власова, тов. Якушев обнаружил прикрывшегося одеялом и заслоненного сидевшими в машине переводчиком и женщиной Власова.
На приказание тов. Якушева сойти с машины и следовать за ним в штаб 162 тбр Власов отказался, мотивируя свой отказ тем, что он едет в штаб американской армии и находится в расположении американских войск.
Только под угрозой расстрела тов. Якушев заставил сесть в машину Власова. В пути Власов делал попытку выпрыгнуть из машины, но был задержан.
Следуя в расположение штаба бригады, тов. Якушев встретил командира бригады тов. Мищенко. Тов. Якушев передал Власова полковнику Мищенко.
Власов в разговоре с тов. Мищенко снова заявил, что должен ехать в штаб американской армии.
После краткого разговора тов. Мищенко в 18.00 12 мая доставил Власова ко мне.
5. После опроса и разговора с Власовым я предложил ему написать приказ всем частям о сдаче оружия и переходе на нашу сторону.
Власов дал согласие и тут же собственноручно написал приказ.
Приказ Власова был отпечатан в 4-х экземплярах и снова подписан Власовым.
О пленении Власова немедленно донес командующему 13-й армией и в штаб фронта.
В 22.00 12 мая 1945 г. Власов в сопровождении начальника штаба 25 тк полковника Зубкова и начальника контрразведки СМЕРШ подполковника Симонова был направлен в штаб 13-й армии, где был 13 мая передан в отдел контрразведки СМЕРШ 13-й армии.
Через 2 дня 15 мая был взят командир 1-й дивизии Буяниченко, начальник штаба дивизии Николаев, офицер по особым поручениям Ольховик, личный переводчик Власова Ресслер.
6. В результате пленения Власова 13 и 14 мая 1945 г. разоружена 1-я дивизия в количестве 9 тысяч человек.
Взято 5 танков, 5 самоходных орудий, 2 бронетранспортера, 3 бронемашины, 30 автомашин легковых, 64 автомашины грузовые, 1378 лошадей.
Командир 25-го танкового корпуса гвардии генерал-майор т/в. Фоминых
Начальник штаба полковник Зубков
РФ. Ф. 236. Оп. 2727. Д. 30. Л. 180–182. Подлинник.
Содержание главы
№ 130. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 2-го Белорусского фронта на проведение операции с целью форсирования р. Одер. № 11062. 6 апреля 1945 г.
№ 131. Доклад Военного совета 2-го Белорусского фронта начальнику ГШ КА о занятии острова Борнхольм (Дания) и возникших в связи с этим политических проблемах. 14 мая 1945 г. 14.05
№ 132. Из отчета о боевых действиях войск 2-го Белорусского фронта за апрель — май 1945 г. — краткие итоги боевой деятельности войск фронта в одерской операции и капитуляции немецких войск в полосе наступления фронта. 20 февраля 1946 г.
№ 133. Справка оперативного управления штаба 2-го Белорусского фронта о количестве освобожденных военнопленных и гражданских лиц за период с 20 апреля по 9 мая 1945 г… 10 мая 1945 г.
№ 134. Справка разведывательного отдела штаба 2-го Белорусского фронта о потерях противника за период с 29 апреля по 15 мая 1945 г… Май 1945 г.
В основу главы положен отчет штаба 2-го Белорусского фронта о боевых действиях войск за апрель — май 1945 г., где наиболее полно и систематизирование описываются действия войск фронта при форсировании р. Одер и развитии наступления севернее Берлина. Сковав значительные силы немецкой группы армий «Висла», 2-й Белорусский фронт обеспечил во многом успех своего южного соседа — 1-го Белорусского фронта — в битве за Берлин.
№ 130. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 2-го Белорусского фронта на проведение операции с целью форсирования р. Одер
№ 11062 6 апреля 1945 г.
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Подготовить и провести наступательную операцию с целью форсировать р. Одер, разгромить штеттинскую группировку противника и не позднее 12–15 дня операции овладеть рубежом: Анклам, Деммин, Мальхин, Варен, Притцвальк, Виттенберге.
2. Главный удар силами трех общевойсковых армий с двумя танковыми и одним мехкорпусом нанести из района севернее Шведт в общем направлении на Штрелитц.
На участок прорыва привлечь три артиллерийские дивизии и создать плотность не менее 150 стволов от 76 мм и выше на один километр фронта прорыва.
3. При благоприятных условиях использовать успех войск 1-го Белорусского фронта для свертывания обороны противника по р. Одер, действуя частью сил из-за правого крыла 1-го Беллорусского фронта.
4. Общевойсковую армию второго эшелона, танковые и механизированный корпуса ввести после прорыва обороны противника для развития успеха на главном направлении.
5. Побережье Балтийского моря от устья р. Висла до Берг-Дивенов и участок Берг-Дивенов, Альтдамм прочно прикрыть частью сил фронта.
6. Разграничительная линия и ответственность за обеспечение стыка с 1-м Белорусским фронтом согласно директиве Ставки от 1.4.45 г. за № 11053.
7. Начало операции согласно полученным Вами лично указаниям.
Ставка Верховного Главнокомандования
И. Сталин
Антонов
РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 94–95. Копия.
№ 131. Доклад Военного совета 2-го Белорусского фронта начальнику ГШ КА о занятии острова Борнхольм (Дания) и возникших в связи с этим политических проблемах
14 мая 1945 г. 14.05
Докладываю:
1. Остров Борнхольм нашими войсками занят. Вывезено с острова до 12 000 немецких солдат и офицеров.
2. В связи с занятием острова возникли следующие вопросы: а) Остров имеет хозяйственную связь с основной территорией Дании, как-то: подвоз промтоваров, продовольствия, обмен почтой и т. д. Разрешать ли в дальнейшем эту связь? Временно ее разрешил, б) Остров имеет подводный кабель и радио с Копенгагеном, а также местную т/т связь по всему острову. Временно связь с Копенгагеном запретил, а местную т/т связь разрешил. Прошу указаний на дальнейшее, в) На острове разрешил полностью вести сельхозработы и рыбакам выход в море для рыбной ловли, г) Из Копенгагена желают посетить остров из министерства иностранных дел и один английский генерал. Прошу указаний, давать ли им это разрешение и как поступать в дальнейшем.
3. В целом прошу срочно информировать о порядке поведения на острове Борнхольм.
Рокоссовский
Н. Субботин
А. Боголюбов
РФ. Ф. 237. Оп. 2430. Д. 75. Л. 99—101. Подлинник.
№ 132. Из отчета о боевых действиях войск 2-го Белорусского фронта за апрель — май 1945 г. — краткие итоги боевой деятельности войск фронта в одерской операции и капитуляции немецких войск в полосе наступления фронта
20 февраля 1946 г.
[…] Завершив разгром данцигско-гдынской группировки противника овладением Данциг и Гдыня, воска 2-го Белорусского фронта в период с 4.4 по 15.4.45 г., выполняя директиву Ставки Верховного Главнокомандования № 11053 от 1.4.45 г., совершили комбинированный марш — 250–350 км.
Главные силы войск фронта сосредоточились на вост. берегу р. Одер на рубеже Вальддивенов (на берегу Балтийского моря), Шведт и к исходу 16.4 заняли исходное положение для наступления.
Директивой Ставки Верховного Главнокомандования № 11062 от 6.4.45 г. была поставлена войскам 2-го Белорусского фронта следующая задача: форсировать р. Одер, разгромить штеттинскую группировку противника и не позднее 12–15 дней операции овладеть рубежом: Анклам, Деммин, Мальхин, Варен, Притцвальк, Виттенберге. Главный удар нанести из района севернее Шведт в общем направлении на Штрелитц.
В последующем директивой Ставки Верховного Главнокомандования № 11071 от 18.4.45 г. была поставлена задача: после форсирования р. Одер, не позднее 22.4.45 г., главными силами развивать наступление на юго-запад в общем направлении Грайфенберг, Гросс Шенебек, Биркенвердер, нанося удар в обход Берлина с севера.
Апрель
17 — 19.4.45 г.
Войска фронта вели разведку боем, передовыми отрядами вели бои в междуречье Ост Одер и Вест Одер, овладели междуречьем и вышли на вост. берег Вест Одер на фронте Альтдамм, Шведт.
20.4.45 г.
Войска фронта вели упорные бои на прорыву обороны противника на зап. берегу Вест Одер, форсировали реку, захватили ряд плацдармов и на отдельных направлениях продвинулись до 2 км. Овладели сильными опорными пунктами Шиллерсдорф, Унтер Шининген.
Отбито 25 контратак противника, силою от роты до полка пехоты, при поддержке 3 — 15 танков и самоходных орудий и 8 бронетранспортеров.
23.4.45 г.
Продолжая наступление с плацдармов, занятых на зап., берегу Вест Одер, войска фронта в упорных боях продвинулись на 2–5 км, овладели городом Гартц и рядом опорных пунктов; перерезали шоссейную дорогу Штеттин — Шведт и железную дорогу Штеттин — Ангермюнде.
За три дня (21–23.4) отбито 105 контратак противника, силою от роты до полка пехоты, при поддержке 3— 15 танков и самоходных орудий.
25.4.45 г.
Войска фронта с боями продвинулись на 5 — 15 км, овладели городом Пенкун и рядом крупных опорных пунктов.
В полосе 65 А введен в бой 1 гв. тк.
26.4.45 г.
1. Приказ Верховного Главнокомандующего № 344:
«Войска 2-го Белорусского фронта форсировали Вост. и Зап. Одер южнее Штеттина, прорвали сильно укрепленную оборону немцев на западном берегу Одера и продвинулись вперед на 30 км.
В ходе боев войска фронта овладели главным городом Померании и крупным морским портом — Штеттин, а также заняли города Гартц, Пенкун, Казеков, Шведт».
2. В направлении Пренцлау форсировали Рандов и прорвали оборонительный рубеж противника, проходящий по зап. берегу.
Всего за день занято 77 населенных пунктов, 14 ж.-д. станций.
27.4.45 г.
1. Приказ Верховного Главнокомандующего № 348:
«Войска 2-го Белорусского фронта, развивая наступление, сегодня, 27 апреля, овладели городами Пренцлау, Ангермюнде — важными опорными пунктами обороны немцев в Западной Померании».
2. За день боя продвинулись на 15–30 км, заняли 225 населенных пунктов, 32 ж.-д. станции.
3. В районе Пренцлау освобождены из германского плена 33 генерала бельгийской армии. 28.4.45 г.
1. Приказ Верховного Главнокомандующего № 350:
«Войска 2-го Белорусского фронта сегодня, 28 апреля, с боями овладели городами Эггезин, Торгелов, Пазевальк, Штрасбург, Темплин — важными опорными пунктами обороны немцев в Западной Померании».
2. Войска фронта с боями продвинулись на 15–30 км, очистили от противника южный берег Штеттинской гавани, заняли 285 населенных пунктов и 39 ж.-д. станций.
29.4.45 г.
1. Приказ Верховного Главнокомандующего № 351:
«Войска 2-го Белорусского фронта, продолжая наступление, сегодня, 29 апреля, овладели городами и важными узлами дорог Анклам, Фридланд, Нойбранденбург, Лихен и вступили на территорию провинции Мекленбург».
2. За день боя продвинулись на 15–30 км, форсировали р. Пеене, Толлен-зее, заняли около 300 населенных пунктов, 24 ж.-д. станции.
30.4.45 г.
1. Приказ Верховного Главнокомандующего № 352:
«Войска 2-го Белорусского фронта, развивая наступление, сегодня, 30 апреля, овладели городами Грайфсвальд, Трептов, Нойштрелитц, Фюрстенберг, Гранзее — важными узлами дорог в северо-западной части Померании и в Мекленбурге».
2. Войска фронта с боями продвинулись на 12–50 км, заняли свыше 400 населенных пунктов, 52 ж.-д. станции.
Май
1.5.45 г.
1. Приказ Верховного Главнокомандующего № 354:
«Войска 2-го Белорусского фронта, развивая стремительное наступление, сегодня, 1 мая, овладели городами Штральзунд, Гриммен, Деммин, Мальхин, Варен, Везенберг — важными узлами дорог и сильными опорными пунктами обороны немцев».
2. Продолжая наступление, с боями продвинулись на 15–35 км, заняли свыше 400 населенных пунктов, 47 ж.-д. станций. 2.5.45 г.
1. Приказ Верховного Главнокомандующего № 358:
«Войска 2-го Белорусского фронта, развивая наступление, сегодня, 2 мая, овладели городами Росток, Варнемюнде — крупными портами и важными военно-морскими базами немцев на Балтийском море, а также заняли города Рибнитц, Марлов, Лааге, Тетеров, Миров».
2. Войска фронта с боями продвинулись на 18–45 км, заняли свыше 450 населенных пунктов, 53 ж.-д. станции.
3.5.45 г.
1. Приказ Верховного Главнокомандующего № 360:
«Войска 2-го Белорусского фронта, развивая наступление, овладели городами Барт, Бад, Доберан, Нойбуков, Варин, Виттенберге и сегодня, 3 мая, на линии Висмар, Виттенберге соединились с союзными нам английскими войсками».
2. Всего занято свыше 700 населенных пунктов, 77 ж.-д. станций.
4.5.45 г.
Продолжая наступление, войска фронта овладели большей частью о. Воллин, сев. частью о. Узедом, юго-зап. частью о. Рюген.
Противник на о. Воллин и Узедом оказывал сильное огневое сопротивление.
5.5.45 г.
1. Приказ Верховного Главнокомандующего № 362:
«Войска 2-го Белорусского фронта сегодня, 5 мая, овладели городом Свинемюнде — крупным портом и военно-морской базой немцев на Балтийском море».
2. Войска фронта, продолжая наступление, полностью очистили от противника о. Узедом.
6.5.45 г.
Приказ Верховного Главнокомандующего № 363:
«Войска 2-го Белорусского фронта, продолжая наступление, форсировали пролив Штральзундер-Фарвассер, заняли на острове Рюген города Берген, Гарц, Путбус, Засснитц и сегодня, 6 мая, полностью овладели островом Рюген».
8.5.45 г.
В г. Берлине подписан акт о безоговорочной капитуляции германских вооруженных сил.
9.5.45 г.
День всенародного торжества — Праздник Победы.
9 — 14.5.45 г.
Войска фронта в районе юго-вост. Данциг и на косе Путцигер-Нерунг производили прием пленных из состава капитулировавших частей противника.
За пять дней принято 111 604 пленных, в том числе 12 генералов.
10.5.45 г.
На о. Борнхольм отправлен морем десантный отряд. Капитуляция немецких войск на о. Борнхольм.
Краткие итоги боевых действий войск 2 БФ
Пройдено с боями и маневром:
правым флангом……………. 200 км
центром……………….. 190 км
левым флангом…………….. 180 км
Форсирован Восточный и Западный Одер на фронте 40 км 19–21 апреля 1945 г.
Очищена от противника территория…………….. 26 910 кв км
в том числе по капитуляции… 940 кв км
Занято населенных пунктов:
Перечень занятых городов
Померания
1) Гартц……………….. 23.4
2) Пенкун………………. 25.4
3) Штеттин……………… 26.4
4) Казеков………………. 26.4
5) Пелитц………………. 26.4
6) Поммеренсдорф………….. 26.4
7) Немитц………………. 26.4
8) Анлаген………………. 26.4
9) Браунсвельде……………. 26.4
10) Эггезин……………… 28.4
11) Торгелов…………….. 28.4
12) Пазевальк…………….. 28.4
13) Анклам……………… 29.4
14) Лассан……………… 30.4
15) Вольгаст……………… 30.4
16) Грайфсвальд…………… 30.4
17) Штральзунд…………… 1.5
18) Гриммен…………….. 1.5
19) Деммин……………… 1.5
20) Барт……………….. 2.5
21) Дамгартен……………. 2.5
22) Рихтенберг……………. 2.5
23) Францбург……………. 2.5
24) Трибзес……………… 2.5
25) Кольцов……………… 4.5
26) Гарц……………….. 4.5
27) Путбус………………. 4.5
28) Берген………………. 4.5
29) Свинемюнде…………… 5.5
30) Засснитц…………….. 5.5
31) Узедом……………… 5.5
Бранденбург
1) Фирраден……………… 26.4
2) Шведт……………….. 26.4
3) Пренцлау……………… 27.4
4) Ангермюнде……………. 27.4
5) Штрасбург…………….. 28.4
6) Темплин……………… 28.4
7) Лихен………………… 29.4
8) Райнсберг…………….. 30.4
9) Гранзее………………. 30.4
10) Путлитц……………… 3.5
11) Притцвальк……………. 3.5
12) Перлеберг…………….. 3.5
13) Виттенберге……………. 3.5
14) Ленцен……………… 3.5
15) Виттшток…………….. 3.5
16) Перлеберг…………….. 3.5
Макленбург — Штрелитц
1) Фридланд……………… 29.4
2) Вольдегк……………… 29.4
3) Бург-Штаргард………….. 29.4
4) Нойбранденбург………….. 29.4
5) Фюрстенберг……………. 30.4
6) Нойштрелитц…………… 30.4
7) Везенберг…………….. 1.5
8) Миров……………….. 2.5
Мекленбург-Шверин
1) Мальхин……………… 1.5
2) Штавенхаген……………. 1.5
3) Варен……………….. 1.5
4) Росток………………. 2.5
5) Варнемюнде……………. 2.5
6) Марлов………………. 2.5
7) Ребель………………. 2.5
8) Тессин………………. 2.5
9) Рибнитц……………… 2.5
10) Зюльце……………… 2.5
11) Гнойен………………. 2.5
12) Лааге………………. 2.5
13) Дарген………………. 2.5
14) Тюрков……………… 2.5
15) Тетерев……………… 2.5
16) Нойкален…………….. 2.5
17) Бад Доберан…………… 3.5
18) Нойбуков…………….. 3.5
19) Ной Клосте……………. 3.5
20) Варин……………….. 3.5
21) Штернберг……………. 3.5
22) Гюстров……………… 3.5
23) Гютцов……………… 3.5
24) Гольдберг…………….. 3.5
25) Плау……………….. 3.5
26) Грабов………………. 3.5
27) Репелин……………… 3.5
28) Любц………………. 3.5
29) Пархим……………… 5.5
Остров Борнхольм (Дания)
1) Сванеке
2) Нексе
3) Окиркебю
4) Аллинге
5) Сандвиг
6) Ренне
7) Хасле
Польша
1) Город и военно-морской порт Хель
Города с населением около и свыше 10 тыс. жителей и военно-морские порты (по данным 1936 — 39 гг.)
1) Штеттин………………268 000
2) Росток……………….118 000
3) Штральзунд……………. 49 000
4) Грайфсвальд……………. 34 000
5) Виттенберге……………. 28 000
6) Гюстров……………… 27 000
7) Пренцлау……………… 23 000
8) Нойштрелитц…………… 22 000
9) Свинемюнде……………. 21 000
10) Нойбранденбург…………. 21 000
11) Анклам……………… 17 000
12) Деммин……………… 16 000
13) Варен………………. 15 000
14) Пархим……………… 14 000
15) Пазевальк…………….. 13 000
16) Перлеберг…………….. 12 000
17) Шведт………………. 9000
18) Притцвальк……………. 9500
[…]
Потери противника и трофеи войск 2 БФ за период 5.4–8.5.45 г.
Освобождено:
бывш. военнопленных КА…….. 65 541
«— союзных стран…. 51 833
граждан СССР……………. 63 515
«— союзных стран…. 16 634
1. В числе пленных захвачены — начальник госпиталя г. Штральзунд адмирал — врач Кааниц
начальник трудового округа Зап. Померании и г. Штеттин генерал-майор Матц
начальник моботдела 5 Штеттинского округа контр-адмирал Хорстман
2. В числе захваченных судов — линкор «Лютцов» (полузатоплен).
3. В числе освобожденных военнопленных союзных стран освобождена из германского плена группа бельгийских генералов:
1) Командир 5 ак (бывш. начальник генштаба бельг. армии) генерал-лейтенант Ван дер Берген
2) Начальник генштаба бельгийской армии генерал-лейтенант Франц Филе Оскар Минкельс
3) Зам. (пом) начальника генштаба бельгийской армии генерал-майор Оливье Деруссо
4) Зам. (пом) начальника генштаба бельгийской армии генерал-майор Густав Жорж Фелипс Фромонк
5) Командующий объединенными ВВС и войсками ПВО Бельгии генерал-лейтенант Эмиль Франц Ламберт дю Биевер
6) Главный интендант бельгийской армии генерал-лейтенант Эмиль Ганос
7) Командующий артиллерией генерал-лейтенант Эмиль Ренард
8) Командир 1-го гвардейского корпуса генерал-лейтенант Алексис Ван дер Веккен
9) Командир 3 ак генерал-лейтенант Иосиф Губерт де Краге
10) Командир 2 ак генерал-лейтенант Виктор Кирил Мишем
11) Командир кав. корпуса генерал-лейтенант Морис Кеартс
12) Командир 5 пд генерал-лейтенант Морис Спинстте
13) Командир 1 пд генерал-лейтенант Вальтер Коппенс
14) Командир 9 ад генерал-лейтенант Ришард Иосиф Морис Ван Дерхов Штад-Стайт
15) Командир 12 пд генерал-майор Константин Морис Альберт Алемар де Вульф
16) Командир 8 пд генерал-майор Андреи Юлий Павел Лессафр
17) Командир 3 пд генерал-майор Павел Массарет
18) Командир 1-й див. арденских стрелков генерал-майор Виктор Филипп Жозеф Декампе
19) Командир 11 пд генерал-майор Инан Леберт
20) Адъютант командира 9 пд генерал-майор Жорж Лиенар
21) Адъютант командира 4 пд генерал-майор Фернанд Бробант
22) Генеральный инспектор рекрутского резерва генерал-лейтенант Эрнест Иоганн ле Ремт Энссенс
23) Начальник отдела механизированных войск ставки генерал-майор Эрнест Виккер (Эдуард Вьене)
24) Командующий наземной ПВО генерал-майор Андриен Леон Фрерис
25) Военный комендант провинции Западная Фландрия Флорент Франц Мария ван Роллегген
26) Начальник артиллерии 1 ак генерал-майор Жюль Шарль Жан Едвард Ренард
27) Командующий морской базой береговой обороны генерал-майор Едвен Глери
28) Начальник артиллерии 4 ак генерал-майор Рене Дюба
29) Начальник артиллерии бельгийской армии генерал-майор Роберт Поль Ленгар
30) Адъютант командира 2 пд генерал-майор Роберт Жан Перет
31) Командующий ВВС генерал-майор Поль Герно
32) Заместитель командующего ВВС генерал-майор Рено-Легрос
33) Начальник нюпорских саперов генерал-майор резерва Рене Дегент.
Перечень разгромленных частей и соединений противника
В результате успешно проведенных операций войсками 2-го Белорусского фронта в период с 5.4 по 8.5.45 разгромлены соединения и части, входившие в состав 3 ТА — 10, 32 ак, ак «Одер», 46 тк.
3 ТА входила в состав группы армий «Висла», позже переименованной в группу армий «Ост» под общим командованием генерал-полковника Хейнрици.
Разгромлены:
пехотные дивизии…………… 9
танковые дивизии…………… 1
моторизован. дивизии…………. 2
бригады……………….. 6
дивиз. Боев. группы………….. 4
отдельные полки…………… 22
военные школы……………. 2
отдельные батальоны…………. 39
арт. корпуса……………… 1
ап РГК………………… 1
ад РГК………………… 1
зенитные полки……………. 7
зен. дивизионы……………. 22
Капитуляция войск противника
Перечень капитулировавших частей и соединений противника
В результате общей капитуляции вооруженных сил Германии на фронте боевых действий войск 2-го Белорусского фронта капитулировали в районе юго-восточнее Данцига, на косе Путцигер-Нерунг и на о. Борнхольм следующие части и соединения 18 гск и ак «Хель» армии немцев «Восточная Пруссия» (образованной из остатков 2-й и 4-й армий и армейской группы «Земланд»), под общим командованием генерала танковых войск фон Заукен.
Дивизии……………….. 7
Бригады……………….. 9
Боев. див. группы…………… 2
Отд. полки………………. 9
Отд. батальоны……………. 46
ап РГК………………… 3
ад РГК………………… 15
Зенитн. дивизионы………….. 21
Пленены управления: армии «Восточная Пруссия», 9 ак, 18 гск, ак «Хель», а также часть личного состава управлений 6, 20, 55 ак, личный состав 3-й авиагруппы истребительного полка «Мельдерс», эвакуировавшихся из полосы 3-го Белорусского фронта.
В числе плененных генералы немецкой армии:
1) генерал танковых войск фон Заукен, командующий 2А.
2) генерал-лейтенант Рихерт, зам. к-ра 18 ак, он же к-р 35 пд.
3) генерал-лейтенант Ширмер, к-р 23 пд.
4) генерал-лейтенант фон-Беркен, к-р 558-й гренад. дивизии.
5) генерал-лейтенант Бек-Беренс, к-р 31 пд.
6) генерал-майор Гедике, к-р 203 пд.
7) генерал-лейтенант Шлиппер, к-р 12 апд.
8) генерал-майор Махер, нач. штаба армии «Восточная Пруссия» (2А).
9) генерал-майор Шпехт, к-р 20-го резерв, ак (к-р ак «Хель»).
10) генерал-майор Гротте, зам. к-ра 203 пд и к-р 1 минбр. РГК.
11) генерал-майор Ноак, нач. арм. курсов.
12) генерал-штабс-врач Эльман, нач. санслужбы армии «Восточная Пруссия» (2 А).
13) генерал артиллерии Вутман, командир 9 ак.
РФ. Ф. 237. Оп. 2397. Д. 1623. Л. 4–6, 46–70. Подлинник.
№ 133. Справка оперативного управления штаба 2-го Белорусского фронта о количестве освобожденных военнопленных и гражданских лиц за период с 20 апреля по 9 мая 1945 г.
10 мая 1945 г.
Нач. оперативного управления штаба 2 БФ генерал-майор Котов
Нач. оперативного отдела штаба 2 БФ полковник Головань
РФ. Ф. 237. Оп. 2394. Д. 1215. Л. 417. Подлинник.
№ 134. Справка разведывательного отдела штаба 2-го Белорусского фронта о потерях противника за период с 29 апреля по 15 мая 1945 г.
Май 1945 г.
а) Потери противника в период с 29 апреля по 8 мая 1945 г.
Уничтожено:
Солдат и офицеров………….. 13 070
Танков и самоходных орудий…….. 58
Самолетов………………. 5
Орудий разного калибра……….. 283
Минометов……………… 55
Пулеметов………………. 382
Автомашин……………… 1 199
Повозок……………….. 375
Захвачено:
Пленных……………….. 66 871
Танков и самоходных орудий….. 45
Бронетраспортеров…… 49
Орудий разного калибра… 609
Минометов………. 95
Пулеметов……….. 758
Винтовок и автоматов…. 5478
Автомашин……………… 2 652
Повозок……………….. 830
Лошадей……………….. 182
Тягачей……………….. 150
Самолетов………………. 808
Мотоциклов……………… 399
Складов……………….. 102
б) Принятый личный состав и техника в период с 9 по 15 мая 1945 г. в порядке выполнения условий капитуляции
Принято:
Военнопленных……………. 124 220
генералов………………. 12
офицеров………………. 3 399
Из них:
раненых и обслуживающего персонала……………….. 1 889
юго-восточнее Данцига……… 15 134
на косе Путцигер-Нерунг…….. 96 470
на острове Борнхольм……… 12 616
Танков и самоходных орудий…….. 10
Бронетранспортеров…………. 13
Орудий разного калибра……….. 669
Минометов……………… 149
Пулеметов………………. 3 459
Винтовок и автоматов………… 51 733
Автомашин……………… 2 385
Тракторов и тягачей…………. 91
Мотоциклов……………… 117
Повозок……………….. 700
Лошадей……………….. 4 335
Катеров и барж……………. 23
Санитарных самолетов………… 4
Радиостанций…………….. 210
Складов……………….. 5
Примечание. Большинство принятого трофейного имущества — в неисправном виде.
Начальник 4-го отделения разведотдела штаба 2-го Белорусского фронта подполковник Щербинин
РФ. Ф. 237. Оп. 2400. Д. 51. Л. 90, 91. Копия.
Содержание главы
№ 135. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о состоянии авиации фронта накануне берлинской операции. 10 марта 1945 г. 20.30
№ 136. Боевое распоряжение командующего 16-й воздушной армией командиру 6-го бомбардировочного авиационного корпуса на разрушение опорных пунктов противника в полосе действий 8-й гвардейской армии. 17 апреля 1945 г. 3.00
№ 137. План командующего 16-й воздушной армией (план «Салют») по нанесению массированного удара по Берлину 24 апреля 1945 г… 23 апреля 1945 г.
№ 138. Оперативная сводка штаба 18-й воздушной армии начальнику Оперативного управления ВВС Красной Армии о результатах бомбардировки юго-западной окраины г. Берлина. № 116. 26 апреля 1945 г. 17.00
№ 139. Боевое донесение командующего 2-й воздушной армией командующему войсками 1-го Украинского фронта о действиях авиации противника и частей армии в ночь на 26 апреля 1945 г… 26 апреля 1945 г. 21.00
№ 140. Указание Верховного Главнокомандующего командующим войсками 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов, командующему ВВС Красной Армии о назначении координатора действий авиации в берлинской операции. № 30545. 27 апреля 1945 г. 01.00
№ 141. Боевое распоряжение командующего 4-й воздушной армией командиру 325-й ночной бомбардировочной авиационной дивизии о нанесении удара по отходящему на запад противнику. № 244. 29 апреля 1945 г. 19.00
№ 142. Боевое распоряжение командующего 16-й воздушной армией командирам 6-го штурмового и 6-го истребительного авиационных корпусов на бомбардировку противника в Берлине. 2 мая 1945 г. 2.45
№ 143. Из обзора боевой деятельности 16-й воздушной армии в берлинской операции. 19 мая 1945 г.
№ 144. Из обзорного отчета Военного совета Краснознаменной Днепровской флотилии о боевой деятельности на берлинском направлении за период с 1 января по 9 мая 1945 г… 25 октября 1945 г.
Авторы-составители намеренно выделили в отдельную главу боевые действия воздушных армий и Днепровской флотилии на берлинском направлении, включив в общей сложности около десятка боевых и отчетных документов, в которых приводятся наиболее яркие моменты боевых действий или подводятся их итоги. Интерес представляет обзор боевой деятельности 16-й воздушной армии, в котором описываются действия авиасоединений и частей и результаты массированных бомбовых ударов по Берлину. Представленные в главе документы, а также материалы Приложения к сборнику позволяют шире раскрыть содержание предыдущих глав, посвященных действиям наземных войск в битве за Берлин. Наряду с успехами авиации на поле боя были и трагические инциденты, когда советские войска попадали под бомбо-штурмовые удары своей авиации. В целом значение авиационной подготовки, поддержки и прикрытия с воздуха наземных войск в Берлинской операции трудно переоценить. Важную роль в победе над врагом сыграли также и моряки Днепровской военной флотилии.
№ 135. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о состоянии авиации фронта накануне берлинской операции
10 марта 1945 г. 20.30
Для проведения предстоящей операции фронт имеет: 353 бомбардировщика, 619 штурмовиков, 1002 истребителя, 126 разведчиков и корректировщиков, две дивизии ночников По-2. Для проведения операции имеющейся во фронте авиации мало.
Фронту необходимо иметь:
бомбардировщиков — 700–750, штурмовиков — 720, истребителей — 1440.
Прошу:
1. К началу операции усилить фронт двумя бомбардировочными корпусами, из них один корпус Ту-2, один Пе-2. Корпус Ту-2 необходим для разрушения крупных опорных пунктов и зданий на подступах к Берлину и в самом городе.
Для борьбы с истребительной авиацией противника и для надежного обеспечения бомбардировочной и штурмовой авиации усилить фронт одним истребительным корпусом.
2. Для укомплектования частей авиации и создания минимально необходимого строевого резерва подать самолетов: Пе-2 — 50 шт.; ТБ-3 — 30 шт.; Ил-2 — 140 шт.; Як-3 — 100 шт.; Як-9ДД — 90 шт.; «Кобра» — 80 шт.; По-2 — 80 шт. Летчиков на Ил-2 — 40; «Кобра» — 60; Ла-7 — 20; Пе-2 — 20 экипажей.
3. Для разрушения крупных опорных пунктов бомб калибра 1000 кг — 1500; 500 кг — 4000 и 250 кг — 500 [штук].
Жуков
РФ. Ф. 233. Он. 2307. Д. 185. Л. 190. Подлинник.
№ 136. Боевое распоряжение командующего 16-й воздушной армией командиру 6-го бомбардировочного авиационного корпуса на разрушение опорных пунктов противника в полосе действий 8-й гвардейской армии
17 апреля 1945 г. 3.00
Части 8-й гвардейской армии в 10.00 атакуют противника на участке Зеелов, Либенихен. Задачи корпусу с полком Б-25: с 9.20 до 10.10 разрушить опорные пункты Нейзитемпель, Лицей — 3/4 средств. Более 1/4 сил разрушить опорный пункт Дидерсдорф. Последующий вылет через 3–4 часа. Цели дополнительно.
С. Руденко
РФ. Ф. 368. Оп. 20550. Д. 5. Л. 185. Подлинник.
№ 137. План командующего 16-й воздушной армией (план «Салют») по нанесению массированного удара по Берлину 24 апреля 1945 г.
23 апреля 1945 г.
Итого привлекается в операции: 420 бомбардировщиков (49 групп)
370 истребителей
Всего…………. 790 самолетов. 518,4 т
Примечания:
1. Полет к цели и обратно 3 и 6 бак севернее реки Варта, 188 и 221 бад южнее реки Варта. Боевой порядок «колонна девяток», полковыми группами по 2–3 девятки. Интервал между девятками 2–3 км, полковыми группами — 5 мин.
2. Бомбометание по ведущему в девятке с горизонтального полета.
3. Заход на цель с востока через озеро Гроссер-Мюггель-Зее вдоль реки Шпрее только с разрешения по радио с КП.
4. Уход от цели для 3 и 6 бак с правым разворотом, 188 и 221 бад — с левым разворотом.
5. Минимальная высота бомбометания 1500 метров.
Приложение:
Цель № 1 — ст. Вестенд, отметка 138, район и ст. Вицлебен, все пункты запасной части города юж. реки Шпрее.
Цель № 2 — район Шарлотенбург и восточная часть парка Тиргартен.
Цель № 3 — район парк Тиргартен и на юг от парка до канала Парвер.
Цель № 4 — ж.-д. узел, что южнее цели номер один.
Цель № 5 — район Халензее.
Цель № 6 — район с севера от Зоолог, что юго-западнее парка Тиргартен. Восточная часть Прейсен-Парк, Гинденбург-Парк.
Цель № 7 — район с запада. Цель номер шесть с юга, 500 м севернее ст. Шенсберг и с востока зап. окр. ж.-д. узла.
Цель № 8 — ж.-д. узел, что вост. цели номер семь.
Командующий 16 ВА генерал-полковник авиации Руденко
Начальник штаба 16 ВА генерал-лейтенант авиации Брайко
Начальник оперативного отдела генерал-майор авиации Шпагин
РФ. Ф. 368. Оп. 21168. Д. 4. Л. 167–168. Подлинник.
№ 138. Оперативная сводка штаба 18-й воздушной армии начальнику Оперативного управления ВВС Красной Армии о результатах бомбардировки юго-западной окраины г. Берлина
№ 116 26 апреля 1945 г. 17.00
1. 18 ВА в ночь на 26 апреля 1945 г. произвела 640 самолето-вылетов (261 Ил-4, 261 Ли-2, 115 Б-25, 3 А-20ж), из них: 563 самолето-вылета на бомбардирование юго-западной окраины Берлина (в районе, ограниченном южной окраиной парка Тиргартен, по реке Шпрее до Шарлоттенбург, далее на юг до Вильмерсдорф, далее на восток до Шенеберг, исключительно Ангальтский вокзал) — бомбардировало 517 самолетов; 57 самолето-вылетов на бомбардирование Бреслау — бомбардировало 55 самолетов; 8 самолетов бомбардировали запасную цель — Штеттин; 9 самолетов вылетали по спецзаданию разведотдела 4-го Украинского фронта и разведуправления Генштаба Красной Армии на сбрасывание людей и грузов в районах городов Прага, Брно, Табор, Зальцбург; 11 самолетов вылетали на разведку погоды.
34 самолета задание не выполнили, из них 16 из-за плохих метеоусловий, из них 2 самолета (Б-25 и Ли-2) донесли по радио о выполнении задачи.
2. Израсходовано: 197 ФАБ-500, 3 ЗАБ-500 ТШ, 1200 ФАБ-250, 1764 ФАБ-100, 158 ЗАБ-100 ЦК, 43 ЗАБ-50, 20 АО-25, 58 °CАБ-100, 27 САБ-15, 106 ФОТАБ-35.
Всего сброшено 4098 бомб, общим весом 630,43 т. В тыл противника сброшен 31 человек и груз весом 3,4 т.
Боевой налет 3278 ч 26 мин (1423 ч 45 мин Ил-4; 1319 ч 25 мин Ли-2; 523 ч 31 мин Б-25; И ч 45 мин А-20ж).
Войска противника на юго-западной окраине Берлина в период 00.20–03.10 с высоты 700—1500 м бомбардировали 517 самолетов. Сброшено 3808 бомб весом 569,2 т, в том числе: 182 ФАБ-500, 3 ЗАБ-500 ТШ, 1002 ФАБ-250, 1759 ФАБ-100, 158 ЗАБ-100 ЦК, 43 ЗАБ-50, 20 АО-25, 516 САБ-100, 27 САБ-15, 98 ФОТАБ-35.
В результате бомбардировки в районе цели возникло до 30 очагов пожара, из них 5 больших размеров, и произошло 3 сильных взрыва. В центральной части цели четыре квартала охвачены сплошными пожарами. Пожары в основном наблюдались в районах штаба гестапо, штаба военного округа, штаба группы инспекции войск, казарм; в районе газового завода произошел сильный взрыв, перешедший в крупный площадной пожар.
[…]
А) 1 гв. ак произвел 149 самолето-вылетов (139 Ил-4, 10 Б-25). В период 2.30 — 3.10 с высоты 700 — 1500 м 139 самолетов бомбардировали юго-западную окраину Берлина (129 Ил-4 и 10 Б-25).
1 самолет Ил-4 производил разведку погоды.
7 самолетов Ил-4 задание не выполнили, из них 3 — из-за неисправности матчасти и 4 — из-за неточного выхода на цель. 2 самолета Ил-4 с боевого задания не возвратились.
Израсходовано: 26 ФАБ-500, 56 ФАБ-250, 895 ФАБ-100, 158 ЗАБ-100 ЦК, 17 °CАБ-100, 22 ФОТАБ-35.
Боевой налет 777 ч 14 мин (732 ч 36 мин Ил-4; 44 ч 38 мин Б-25).
Б) 2 гв. ак произвел 122 самолето-вылета Ил-4. В период 01.50–02.25 с высоты 700 — 1500 м 110 самолетов бомбардировали юго-западную окраину Берлина. 1 самолет бомбардировал Штеттин. 5 самолетов производили разведку погоды.
6 самолетов задание не выполнили, из них 3 — из-за неисправности матчасти и 3 — из-за неточного выхода на цель.
Израсходовано: 19 ФАБ-500, 67 ФАБ-250, 842 ФАБ-100, 129 САБ-100, 21 САБ-15, 34 ФОТАБ-35.
Боевой налет 691 ч 09 мин.
В) 3 гв. ак произвел 225 самолето-вылетов (195 Ли-2, 30 Б-25). 201 самолет (172 Ли-2, 29 Б-25) в период с 24.00–02.15 с высоты 1200–1500 м бомбардировал юго-западную окраину Берлина. 2 самолета Ли-2 бомбардировали Штеттин. 2 самолета Ли-2 производили разведку погоды.
17 самолетов Ли-2 задание не выполнили, из них 15 — из-за плохих метеусловий, 2 — из-за неисправности матчасти, 4 самолета (3 Ли-2, 1 Б-25) с боевого задания не возвратились, из них 1 Ли-2 донес по радио о выполнении задачи.
Израсходовано: 29 ФАБ-500, 3 ЗАБ-500 ТШ, 692 ФАБ-250, 43 ЗАБ-500, 20 АО-25, 137 САБ-100, 6 САБ-15, 35 ФОТАБ-35.
Боевой налет 1184 ч 00 мин (1054 ч 00 мин Ли-2, 130 ч 00 мин Б-25).
Г) 4 гв. ак произвел 134 самолето-вылета (66 Ли-2, 65 Б-25, 3 А-20ж). В период 00.40–01.10 с высоты 800 — 1500 м 60 самолетов (59 Б-25, 1 А-20ж) бомбардировали юго-западную окраину Берлина; в период 21.48–22.25 с высоты 1500–2200 м 55 самолетов Ли-2 бомбардировали Бреслау; 4 самолета Б-25 бомбардировали Штеттин; 9 самолетов (8 Ли-2, 1 Б-25) сбросили людей и груз в районе городов Прага, Брно, Табор, Зальцбург. 3 самолета (1 Ли-2, 2 А-20ж) производили разведку погоды.
2 самолета Ли-2 задание не выполнили из-за неисправности матчасти.
2 самолета Б-25 с боевого задания не возвратились, из них 1 донес по радио о выполнении задачи.
Израсходовано: 7 ФАБ-500, 371 ФАБ-250, 27 ФАБ-100, 144 САБ-100, 16 ФОТАБ-35.
Боевой налет 569 ч 21 мин (265 ч 25 мин Ли-2; 292 ч 11 мин Б-25; 11 ч 45 мин А-20ж).
Д) 45 ад произвела 10 самолето-вылетов Б-25. В период 00.20–00.40 с [189] высоты 700 — 1500 м 7 самолетов бомбардировали юго-западную окраину Берлина. 1 самолет бомбардировал Штеттин.
2 самолета задание не выполнили, из них 1 — из-за неисправности матчасти, 1 — из-за плохих метеусловий.
Израсходовано: 16 ФАБ-500, 14 ФАБ-250.
Боевой налет 56 ч 42 мин.
Е) Над городом Берлином самолеты обстреливались слабым огнем ЗА до батареи и до батареи МЗА. Патрулировали истребители противника.
3 самолета Ли-2 атаковывались истребителями противника, и в результате атак самолеты имеют повреждения. Над г. Бреслау самолеты обстреливались огнем МЗА до батареи.
3. Погода: на аэродромах базирования до 20.00 облачность 6 — 10 баллов, высота 300–600 м. После 20.00 малооблачно. По маршруту облачность 5 — 10 баллов, высота 400–800 м, дымка. В районе цели облачность 7 — 10 баллов, высота 1300–1800 м. Видимость 4 км.
Днем 25 апреля 1945 г. 4 гв. ак 18 самолетами Б-25 в 14.16 с высоты 1400 м бомбардировал юго-западную окраину Берлина.
Израсходовано: 36 ФАБ-500, 55 ФАБ-250. Всего 91 бомба весом 31,75 т.
Боевой налет 42 ч 16 мин.
В районе цели возникло 10 пожаров и произошло 3 взрыва.
Заместитель начальника штаба 18 ВА генерал-майор авиации Хмелевский
Заместитель начальника оперативного отдела 18 ВА подполковник Романов
РФ. Ф. 480. Оп. 7106. Д. 231. Л. 62–65. Зав. копия.
№ 139. Боевое донесение командующего 2-й воздушной армией командующему войсками 1-го Украинского фронта о действиях авиации противника и частей армии в ночь на 26 апреля 1945 г.
26 апреля 1945 г. 21.00
1. Авиация противника в ночь на 26 апреля 1945 г. одиночными самолетами вела разведку, бомбардировала и обстреливала наши войска на дорогах в районе западнее Заган и Форст, транспортировала грузы окруженному гарнизону в Бреслау.
Днем двумя группами по 5–6 Ме-109 [авиация] сбросила 13 парашютов.
Патрулированием 4–6 истребителей [авиация противника] прикрывала свои войска в районе Бауцен и противодействовала работе нашей авиации. Бомбардировочных действий не отмечено.
Всего по неполным данным ПВО, над нашей территорией отмечено 97 самолето-пролетов, из них 20 ночью (из числа ночных пролетов 7 — на транспортировку грузов в Бреслау).
2. Части 2 ВА в ночь на 26 апреля 1945 г. бомбардировочными действиями разрушали переправы на р. Даме, в районе Дамм-Лейбш, Шлепциг, уничтожали живую силу и технику противника на узлах дорог и в лесу юго-восточнее озера Дольген-Зее (12 км северо-западнее Люббен) и в районе Рейхенбах.
Днем массированными и эшелонированными беспрерывными ударами групп бомбардировщиков и штурмовиков, содействуя наступлению войск фронта, [авиация 2 ВА] разрушала узлы сопротивления на южной окраине [190]а, уничтожила окруженную группировку войск противника в районе Вендиш-Бухольц, Кушнов, Претшен, Шлепциг, Хальбе, Тойпитц, Барут, Керис и содействовала войскам 52 А и 2 ПА в отражении контратак противника в районе севернее Бауцен.
[Части 2 ВА] — истребителями прикрывали от воздействия авиации противника боевые порядки войск фронта и сопровождали бомбардировщиков и штурмовиков до целей и обратно. Вели разведку войск противника до рубежа Гентин, Лейпциг, Прага.
Всего произведено 2253 самолето-вылета, из них на бомбардировочные действия — 596, на штурмовые действия — 582, на прикрытие, сопровождение и разведку войск противника — 1075.
Проведено 7 воздушных боев, в которых сбито 7 самолетов противника, из них 5 ФВ-190, 1 Ме-109, 1 «Физелер-Шторх».
В результате боевых действий уничтожено и повреждено 26 танков и самоходных орудий, 7 бронетранспортеров, 729 автомашин с войсками и грузами, 205 повозок, 26 ж.-д. вагонов, взорван 1 склад с боеприпасами, подавлен огонь 4 батарей ПА, 3 батареи ЗА, разрушено 30 строений, создано 27 очагов пожара и 13 взрывов большой силы, рассеяно и частично истреблено до 1100 солдат и офицеров противника.
3. Погода: облачность 5–9 баллов, высота 800 — 1000 м. Дымка, утром местами туман, при видимости 800 — 1000 м. Видимость вне тумана 4–6 км.
Командующий 2-й воздушной армией генерал-полковник авиации Красовский
Начальник штаба 2-й воздушной армии генерал-майор авиации Пронин
РФ. Ф. 302. Оп. 4196. Д. 103. Л. 115–115 об. Зав. копия.
№ 140. Указание Верховного Главнокомандующего командующим войсками 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов, командующему ВВС Красной Армии о назначении координатора действий авиации в берлинской операции
№ 30545 27 апреля 1945 г. 01.00
Верховный Главнокомандующий приказал:
Возложить на командующего ВВС РККА главного маршала авиации тов. Новикова координацию действий 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов в районе Берлина.
Антонов [191]
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 151. Копия.
№ 141. Боевое распоряжение командующего 4-й воздушной армией командиру 325-й ночной бомбардировочной авиационной дивизии о нанесении удара по отходящему на запад противнику
№ 244 29 апреля 1945 г. 19.00
Командующий 4-й воздушной армией приказал 325 нбад в ночь с 29 на 30.4.45 г.:
1. Уничтожить отходящую живую силу и технику противника по дорогам на запад от рубежа Грайфсвальд, Деммин, Мальхин, Варен.
2. Напряжение — максимальное.
3. Предупредить экипажи — внимательно наблюдать за наземной обстановкой, и если наши наземные части подойдут к указанным целям, то экипажам, во избежание удара по своим, действия самостоятельно переносить западнее.
Начальник штаба 4 ВА Алексеев
Начальник оперативного отдела штаба 4 ВА Одинцов
РФ. Ф. 319. Оп. 4798. Д. 345. Л. 298. Подлинник.
№ 142. Боевое распоряжение командующего 16-й воздушной армией командирам 6-го штурмового и 6-го истребительного авиационных корпусов на бомбардировку противника в Берлине
2 мая 1945 г. 2.45
С 9.00 до 9.30 2 мая 1945 г. отлично подготовленными экипажами бомбардировать противника в г. Берлине:
1. В границах: с севера р. Шпрее, с запада Канонир штрассе, с юга Лейпцигер штрассе, с востока Оберваль штрассе. Бить только по центру этого прямоугольника. Заход на цель через западную часть аэропорта Темпельхоф. Далее на север через Белов, Альянсплац и по Фридрихштрассе, имея в створе мост через Шпрее, с запада — сады, примыкающие к парку Тиргартен и с востока — остров, образуемый рекой Шпрее и каналом. Первый заход делать обязательно холостыми. При неуверенности бомбы не сбрасывать.
2. Бомбардировать центр парка Тиргартен — перекресток дорог Шарлоттенбургер шоссе и церковь севернее букв «Шарл» в надписи «Шарлоттенбургер шоссе». На эти цели заход с востока на запад. Учитывать близость наших войск и бить по целям только наверняка.
С. Руденко [192]
РФ. Ф. 368. Оп. 20550, Д. 5. Л. 613. Подлинник.
№ 143. Из обзора боевой деятельности 16-й воздушной армии в берлинской операции
19 мая 1945 г.
Начало операции — первый день — 16.4.45 г.
Берлинская операция началась в 5.00 по московскому времени (за два часа до начала рассвета) 16.4.45 г. мощной артиллерийской подготовкой, продолжавшейся в течение часа на участке 47-й армии, 3-й и 5-й ударных армий, 8-й гвардейской и 69-й армий.
Началу артиллерийской подготовки предшествовал одновременный 30-минутный удар ночников По-2 16 ВА по штабам и узлам связи противника на направлении главного удара с задачей дезорганизации связи и управления войсками противника.
Мощная артиллерийская подготовка, производимая всеми средствами артиллерии и минометов на участках упомянутых армий, имела задачей подавление живой силы, артиллерийских и минометных батарей противника в районе первых, вторых и третьих траншей с последовательным переносом огня несколько раз в течение часа.
Вслед за окончанием артиллерийской подготовки, произведен был массовый налет ночных бомбардировщиков Ил-4 18 ВА с задачей уничтожения живой силы, артиллерийских и минометных батарей и опорных пунктов противника в районе четвертых и пятых линий траншей на удалении 6–9 км от переднего края.
Удар был осуществлен в период 6.15 — 7.15, т. е. перед рассветом.
Атака пехоты началась вслед за окончанием артиллерийской подготовки — в момент действий ночных бомбардировщиков Ил-4. Это содействовало более точному и эффективному бомбометанию по артиллерийским позициям противника в связи с четким обозначением переднего края нашими войсками, ведением огня в темноте из всех видов оружия. При этом достаточно легко обнаруживались артиллерийские позиции противника, которые вели ответный огонь по нашим войскам.
В период 7.15 — 8.15 производились групповые удары штурмовиков, действия которых, по существу, сводились к сопровождению наступающей пехоты и содействию в прорыве обороны противника, подавлению огневых средств, мешающих их продвижению.
В период 8.15 — 9.30 производились действия дневных бомбардировщиков Пе-2, Ту-2 и «Бостон» в глубине обороны противника по четвертым и пятым линиям траншей с задачей уничтожения артиллерийских позиций, опорных пунктов и живой силы противника на удалении от переднего края 4–6 км.
Таким образом, с 4.30 до 9.30 на направлении главного удара оборона противника на глубину до 10 км была подвергнута массированному воздействию авиации и артиллерии.
После 9.30 действия штурмовиков, бомбардировщиков и истребителей производились в соответствии с планом боевого использования авиации в первый день операции во взаимодействии с наступающими наземными войсками.
С рассвета и в течение дня главные усилия авиации 16 ВА были направлены на участки 5-й ударной и 8-й гвардейской армий, т. е. на направление главного удара.
Несмотря на мощную артиллерийскую и авиационную подготовку, противник оказывал упорное сопротивление. Опираясь на сильно разветвленную оборону, подготовляемую свыше двух месяцев до начала операции, он упорно оборонял отдельные участки уцелевшей обороны, опорные пункты, узлы сопротивления. [193]
Наряду с упорным сопротивлением наземных войск противника, большое противодействие боевой работе нашей авиации оказывала вражеская авиация.
Несмотря на полное господство в воздухе нашей авиации, истребители противника группами 4–6 и до 20 самолетов пытались бомбардировать боевые порядки наших войск и пробиться к переправам на Одере. Воздушные бои, как правило, завязывались еще на подходе к цели с нашими истребителями прикрытия наземных войск и сопровождения бомбардировщиков и штурмовиков.
В 20.58 было отмечено сбрасывание пяти самолетов-снарядов в районе Тирпитц. Ущерба не было. В этот же период были применены спаренные самолеты 4 ФВ-190, которые сбросили 4 Ю-88, являющиеся самолетами-снарядами, в районе Запциг-Эчер. Ущерба также не было.
Постами ПВО фронта в течение первого дня операции было отмечено 269 самолето-пролетов, в своем большинстве истребителей. Эти данные далеко не полно отражают действительную активность вражеской авиации, так как системой ПВО зафиксированы только те самолето-пролеты, которые пересекали линию фронта. Ввиду того что воздушные бои, как правило, проходили над территорией противника и вражеская авиация в своем большинстве появиться над боевыми порядками наших войск не могла, количество самолето-пролетов противника в этот день, по наблюдениям экипажей истребителей и других видов авиации, составляло не менее 1000 самолето-пролетов.
Метеообстановка первого дня операции была крайне неблагоприятной для боевой деятельности ВА. С рассвета и до 12.00 район базирования и район целей закрыты были туманами и дымкой при видимости менее 1000 м. Видимость вне туманов — 1–4 км. Ветер слабый, неустойчивого направления. Температура 4-17.
В соответствии с планом боевого использования, соединения и части 16 В А для выполнения поставленной задачи должны были произвести самолето-вылетов:
2 гв. шад с истребителями прикрытия 6 иак на участке 47-й и 3-й ударной армий — 886, из них 346 штурмовиками;
9 гв. нбад, 6 шак, 6 иак, 3 бак, 1 гв. над, 282 над, 3 иак на участке 5-й ударной армии и 2 гв. ТА — 3400 самолето-вылетов;
242 нбад, 9 шак, 13 иак, 6 бак, 1 гв. иак, 188 бад, 286 над и 221 бад на участке 8-й гв. армии — 3236 самолето-вылетов;
11 гв. шад, 282 над на участке 69-й армии — 596 самолето-вылетов.
Из-за неблагоприятных метеоусловий график боевой деятельности ВА в первой половине дня не был выполнен.
Планируемые массированные удары штурмовиков и бомбардировщиков не состоялись. По метеоусловиям штурмовики действовали мелкими группами и парами. Крайне ограничены были также действия бомбардировщиков. Лишь с улучшением метеоусловий во второй половине дня напряжение в боевой деятельности ВА значительно возросло.
Несмотря на неблагоприятные метеоусловия, все же авиация 16 ВА — штурмовики, бомбардировщики и истребители — по существу в усложненных метеоусловиях в первой половине дня выполняли поставленную задачу, содействуя наземным войскам в прорыве обороны противника и развитии успеха в глубине.
В связи с неравномерностью метеоусловий в отдельные периоды дня в районах базирования нашей авиации и в районах целей — напряжение в боевой деятельности отдельных соединений и частей также было неравномерным.
Командование ВА, осуществляя управление авиацией с КП, принимало все меры к усилению напряжения.
Вот один из типичных переговоров начальника штаба 16 ВА с начальником штаба 6 шак.
Начало переговора в 13.20.
«Брайко. — Здравствуйте. Тов. Факов, не хотел отрывать вас, но приходится. У вас с полетами хуже всего. Если сегодня норму не выполните, то [194] не появляйтесь на глаза, так же точно сказал и Руденко для Токарева. Нажмите на все педали. Сколько у вас сейчас сделали всего вылетов?
Факов. — Докладываю: всего на 13 ч 15 мин 166 самолето-вылетов. Из них 66 в воздухе. Выпуск групп продолжается. Принимаем все меры и постараюсь ваши указания выполнить. Жму все, что могу.
Брайко. — Мало, и очень мало, в два раза меньше против Комарова (2 гв. шад) и отдельно против Наконечникова (11 гв. шад). А ведь у вас столько, сколько у них у двоих вместе. Все. До свиданья.
Факов. — До свиданья».
Начальник штаба ВА предупредил начальника штаба 6 шак, а также других соединений штурмовиков, чтобы экипажи, вылетающие на задания, при малейшей неуверенности опознавания войск из-за плохой видимости — били глубже.
В связи с пестротой метеообстановки по району, для повышения напряжения в боевой деятельности всех видов авиации командующим ВА были даны указания командирам авиасоединений истребителей и штурмовиков производить посадку самолетов на тех из аэродромов, которые не были закрыты туманом. Производить на них дозарядку и вылет на последующие задания.
Часть экипажей штурмовиков и некоторые бомбардировщики в первой половине дня по причине плохой видимости и неуверенности в выходе на цель возвращались обратно с бомбами.
Командующий ВА потребовал от командиров всех соединений, наряду с увеличением активности, с бомбами не возвращаться.
При неуверенности в обнаружении заданной цели идти глубже и действовать по населенным пунктам противника и узлам хорошо заметных дорог. Запланированная норма напряжения должна быть выполнена. Фамилии командиров групп, не выполнивших задания по метеоусловиям и вернувшихся с бомбами на аэродром, немедленно докладывать.
[…]
На обеспечение прорыва обороны противника и развитие успеха в глубине в первый день Берлинской операции было произведено 6548 самолето-вылетов, из них 5342 авиацией 16 ВА, 766 — 18 ВА, и 440 — 4 ВА.
Всего летало самолетов 16 ВА — 2531, из них 109 По-2 ночью, 603 бомбардировщика, 631 штурмовик и 1188 истребителей днем. Ими произведено 5342 самолето-вылета. (109 — бомбардировщиками По-2 ночью, 1315 — бомбардировщиками, 1383 — штурмовиками, 2545—истребителями днем). Самолето-вылетов по задачам:
бомбардировка противника……… 2406
штурмовка —» —…………..1321
сопровождение…………….1771
прикрытие наших войск………..738
разведка противника………196
свободная охота…………….101
разведка погоды…………….14
фотографирование…………..1
Общий налет без 4 и 18 ВА — 6126 часов, в том числе самолетами По-2 — 114, дневными бомбардировщиками — 2143, штурмовиками — 1359, истребителями — 2510 часов.
[…]
В проведенных за день 140 воздушных боях сбито 165 самолетов противника — все истребители.
В результате бомбардировочно-штурмовых действий нашей авиации, по неполным данным, уничтожено и повреждено: танков — 6, орудий ПА — 119, орудий ЗА — 71, минометов — 4, пуль. точек — 2, паровозов — 3, вагонов — 61, автомашин — 359, тягачей — 2, ж.-д. цистерн — 12, повозок — 62. Подавлен огонь 31 батареи ПА, 32 батарей ЗА, разрушено 69 строений, взорвано 12 складов боеприпасов, отмечен 21 взрыв большой силы, создано 152 очага пожаров. Подожжен ж.-д. эшелон на ст. Рамсдорф. Уничтожено и рассеяно до 2000 солдат и офицеров противника. [195]
Наши потери: 87 самолетов. Из них боевых — 75. В числе боевых потерь сбиты огнем ЗА — 8 самолетов, сбиты ИА противника — 13 самолетов, не вернулись с боевого задания — 54 самолета. Потерь не связанных с выполнением боевой задачи, — 12 самолетов.
В результате наступательных действий наземных войск, поддержанных мощными ударами авиации 16 ВА, наши части к исходу дня 16.4 на берлинском направлении прорвали оборону противника, продвинувшись по фронту на 40 км, глубиной от 4 до 6 км.
[…]
Выводы за день.
1. Несмотря на упорное сопротивление противника на берлинском направлении, войска 1-го Белорусского фронта при содействии авиации 16 ВА в первый день операции прорвали оборону противника глубиной 4–6 км и по фронту до 40 км, достигнув, таким образом, тактических успехов.
2. Несмотря на неблагоприятные метеорологические условия, авиация 16 ВА почти выполнила запланированное количество вылетов, производя не менее половины из них в усложненных метеоусловиях. По количеству произведенных самолето-вылетов первый день Берлинской операции является рекордным за весь период существования 16 ВА. Действиями авиации противнику был нанесен огромный ущерб.
3. Авиация противника оказывала значительное противодействие боевой работе нашей авиации и пыталась действовать по боевым порядкам наших наступающих войск. В многочисленных воздушных боях, проведенных за день, попытки противника были сорваны, а в отдельных случаях применение самолетов-снарядов никакого практического значения не имело.
4. Противодействие ЗА противника, в особенности в районе опорных пунктов, было весьма активным.
Первые налеты нашей авиации на Берлин — 20 апреля 1945 г.
Три группы По-2 3 бак в сопровождении 24 Р-39 1 гв. иад в период 16.30–17.00 бомбардировали северо-восточную окраину гор. Берлин. Задание выполнено. Налет нашей авиации оказался внезапным для противника. Противодействия ЗА и ИА не было. Все наши самолеты благополучно вернулись на свои аэродромы.
Содействуя наземным войскам в наступлении, части 16 ВА 20.4 произвели 4054 самолето-вылета (604 самолетами По-2 ночью, 445 бомбардировщиками, 872 штурмовиками, 2133 истребителями днем).
Летало 1892 самолета (159 По-2 ночью, 301 бомбардировщик, 427 штурмовиков, 995 истребителей днем).
По задачам: бомбардировка — 997, штурмовка — 831, сопровождение — 1943, прикрытие войск — 774, разведка противника — 208, свободная охота — 74, перехват — 2, контроль бомбометания — 4, спец. задание — выброска парашютистов — 5, разведка погоды — 16.
Общий налет — 4135 часов.
[…]
Проведено 77 штурмовок войск противника, в которых участвовало 215 истребителей, из них 102 самолета с бомбами.
В результате бомбардировочно-штурмовых действий уничтожено и повреждено: танков — 11, орудий ПА — 59, орудий ЗА — 13, минометов — 5, автомашин — 539, паровозов — 3, вагонов — 107, тягачей — 2, повозок — 72, ж.-д. цистерн — 4, Ю-52 — 1, Хе-111 — 1. Подавлен огонь 15 батарей ПА, 11 батарей ЗА, 4 минометов, 4 пулеметов.
На аэродроме Калькберге уничтожено 2 Ю-87 и 5 ФВ-190, взорвано 5 складов боеприпасов. Отмечено 36 взрывов. Создано 173 очага пожара. Разрушено 52 строения. Уничтожено и рассеяно до 2000 солдат и офицеров противника. [196]
В проведенных 122 воздушных боях сбито 90 самолетов противника, из них: 76 ФВ-190, 13 Ме-109 и 1 Хе-126.
Свои потери — 50 самолетов. Из них 43 боевых потерь и 7 самолетов — потери, не связанные с выполнением боевого задания.
[…]
Выводы за день.
1. Войска фронта, развивая наступление при поддержке мощных ударов авиации 16 ВА, прорвали оборону противника на всю ее тактическую глубину и, преодолевая ожесточенное сопротивление противника, передовыми отрядами подвижных войск вышли к окраинам гор. Берлина.
2. Авиация противника по-прежнему проявляла значительную активность, выполняя задачи прикрытия своих войск и оказывая противодействие боевой работе нашей авиации.
Шестой день операции — 21.4.45 г. бои на окраинах Берлина
Преодолевая сопротивление противника, войска 1-го Белорусского фронта продолжали развивать успешное наступление.
Противник непрерывно вводил в бой остатки своих резервов — батальоны фольксштурма, формируемые в районе Берлина, и продолжал оказывать упорное сопротивление наступлению наших войск. На некоторых участках противник предпринимал контратаки силами пехоты и танков.
По показаниям военнопленных, с 19.4.45 г. все трудоспособное население гор. Берлина было мобилизовано в батальоны фольксштурма, которые поспешно вооружались и с хода бросались в бой. Численность таких батальонов составляла от 250 до 500 человек. Возрастной состав преобладал 15–65 лет.
Метеообстановка для действий нашей авиации была неблагоприятной: облачность 10 баллов, высотой 100–300 м, дожди, местами туман и дымки. Видимость 0,5–4 км.
Авиация противника одиночными самолетами и парами вела разведку вдоль линии фронта и коммуникаций до рубежа Зольдин, Дансберг, Циленциг. В ночь на 21.4 отдельными самолетами бомбардировала наши войсковые тылы и дороги в районе Врицен, Буков, Гузоб, Мюнхеберг, Мальнов. Во второй половине дня группами 10–20 ФВ-190 общей численностью до 100 самолетов пыталась бомбардировать боевые порядки наших войск в районе Зальцхаузен.
Постами ПВО фронта в течение дня отмечено 183 самолето-пролета противника, в подавляющем большинстве истребители.
В соответствии с развитием операции и наметившимся успехом на участке 3-й и 5-й ударных армий командующий 16 ВА поставил задачу:
1. В ночь на 21.4 ночникам По-2 наносить удары по центру Берлина и прилегающим к нему кварталам, а также бомбардировать Франкфурт-на-Одере.
2. 9 и 6 шак, 2 и 11 гв. шад — небольшими группами или парами, бомбардировочно-штурмовыми ударами уничтожать живую силу и технику противника на северо-восточной и восточной окраинах Берлина, обстреливая все улицы, дома, создавать панику.
3. Кроме того, 11 гв. шад нанести бомбардировочно-штурмовой удар по Франкфурт-на-Одере.
4. Истребительным авиасоединениям было приказано парами в свободном полете, пушечно-пулеметным огнем терроризировать противника на восточной и северо-восточной окраинах Берлина.
Наряду с этим авиасоединения и части штурмовиков должны были продолжать взаимодействие с наземными войсками в соответствии со складывавшейся обстановкой.
Выполняя поставленные задачи, части 16 ВА в ночь на 21.4 одиночными самолетами бомбардировали технику и живую силу противника в районах [197]
Генингсдорф, Панков, Мальков, Бух, Аренсфельде, Дальвиц, Уленхорст, вост. и юго-восточную окраины Фюрстенвальде. Вели разведку противника в полосе: справа — Франкфурт-на-Одере, Кепеник, слева — Беесков, Вендиш-Бухгольц.
Днем 21.4 из-за плохих метеоусловий боевую работу вели крайне ограниченно. До 20.00 парами штурмовиков в сопровождении истребителей, парами истребителей в сложных метеоусловиях вьшетали для терроризирования войск противника в районе сев. — вост. и восточной окраин Берлина. С 20.00 с улучшением метеоусловий группами штурмовиков в сопровождении истребителей бомбардировали и штурмовали технику и живую силу противника, создавали очаги пожаров в районах Франкфурт-на-Одере, на восточной окраине Берлина и в центре города.
Истребителями прикрывали боевые порядки наших войск, вылетали на охоту в район Берлина и вели разведку противника в районе Берлина, Миттенвальде, Беесков, Франкфурт-на-Одере, Фюрстенвальде.
В связи с первым массовым ударом штурмовиков по Берлину командование ВА интересовалось результатами этого налета с тем, чтобы определить противодействие ЗА и ИА противника, и тем самым установить более эффективные тактические приемы при дальнейших действиях штурмовой авиации по живой силе и технике противника в городе. Характерным для выяснения результатов первого налета является следующий переговор:
«У аппарата Романенко (подполковник, зам. нач. оперативного отдела штаба 16 ВА)
У аппарата Зиньковский (нач. ОРО 2 гв. шад)
Романенко. — Доложите результаты бомбардировочно-штурмового удара ваших по Берлину.
Зиньковский. — Докладываю: видимость в районе Берлина была весьма ограниченной, город покрыт дымкой и во многих местах застилается дымом от пожаров. Наши штурмовики появились над целью на высоте 600 м и были обстреляны огнем ЗА средней плотности. Преимущественно вели огонь крупнокалиберные зенитки. С отдельных крыш домов наблюдался огонь «Эрликонов». Характерным следует отметить, что разрывы крупнокалиберных зениток ложились на 1000 м выше полета наших штурмовиков. Следует также отметить, что в районе города барражировали крупные группы истребителей противника, но в бой с нашими истребителями и штурмовиками не ввязывались. Поведение их было весьма пассивным. Потерь не имеем, только два самолета имеют незначительные повреждения от «Эрликонов». Посадку производили в сумерках. Краснов (Комаров) считает, что экипажи поставленную задачу выполнили хорошо.
Романенко. — Учтите, что это первый удар штурмовиков по логову зверя. Нас интересуют в деталях наблюдения экипажей, и поэтому доложите обо всем подробно, если потребуется, дополнительно опросите экипажи. Опыт сегодняшнего вашего удара нам нужно использовать для действий штурмовиков на завтра и в последующие дни.
Зиньковский. — Все ясно. Будет выполнено».
Аналогичный переговор имел место с начальником штаба 6 шак.
Опыт первого удара штурмовиков по Берлину был использован для действий штурмовой авиации в последующие дни и для выявления главным образом зенитных средств противника и тактики их действий.
Содействуя наземным войскам в наступлении, части 16 ВА в крайне неблагоприятных метеоусловиях произвели 539 самолето-вылетов (184 самолетами По-2 ночью, 63 штурмовиками, 282 истребителями днем).
Летало 414 самолетов (124 По-2 ночью, 70 Ил-2, 220 истребителей днем).
По задачам: бомбардировка — 175, штурмовка — 64, сопровождение — 69, прикрытие войск — 154, разведка — 51, охота — 18, разведка погоды — 8.
Общий налет — 592 часа.
Кроме того, частями 18 ВА ночью произведено по Берлину 553 самолето-вылета. [198]
Проведено 10 штурмовок войск противника, в которых участвовало 25 истребителей.
В результате бомбардировочно-штурмовых действий уничтожено и повреждено: автомашин — 22, орудий ПА — 5, паровозов — 1, вагонов — 13, повозок — 13. Подавлен огонь батареи ПА, 2 батарей ЗА, создано 5 взрывов и 30 очагов пожара. Отмечены прямые попадания бомб в газовый завод в пригороде Берлина — Фридрихсфельде. Убито до 50 солдат.
В проведенных 13 воздушных боях сбито 11 самолетов противника, из них 9 ФВ-190, 2 Ю-87.
Наших потерь не было.
Выводы за день.
1. Развивая успешное наступление, войска 1-го Белорусского фронта при содействии авиации 16 В А продвинулись на участках 47-й, 3-й ударной и 5-й ударной армий до 30 километров и завязали бои на улицах Берлина.
Огромный клин на направлении главного удара наших войск был вбит в оборону противника, включая и столицу Германии.
2. Крайне неблагоприятные метеоусловия ограничивали боевые действия нашей авиации. Командиры соединений и частей стремились повысить напряжение, но из-за метеоусловий часть экипажей возвращалась, не выполнив задания.
3. В связи с вступлением наших войск в пределы Берлина, активность ВВС противника снизилась.
Девятый день операции — 24.4.45 г.
Готовившийся бомбардировочно-штурмовой удар по центру Берлина не состоялся по причинам неблагоприятных метеоусловий.
В этот день в районе Берлина и прилегающих к нему районах действовала авиация союзников.
Штурмовики 2 гв. шад, вылетавшие под командой капитана Тышевич и капитана Гудушина в сопровождении Ла-5 на штурмовку техники и живой силы противника в район Шванебек, Гросс Бенитц, после выполнения задания в 5 км северо-вост. Науен в 11.30 встретили до 150 истребителей союзников типа «Мустанг» и «Сандерболт». Обе стороны обменялись установленными сигналами.
В 11.50 группа 14 Як -9 под командой майора Власова произвела штурмовку аэродрома Вильгельмштадт, на котором находилось до 120 ФВ-190. Самолеты противника были расположены на северной окраине аэродрома. Атаку произвели с северо-западной стороны пикированием с 1800 до 300 м. Уход после атаки на бреющем. По докладам экипажей, в результате штурмовки аэродрома возникло 5 очагов пожара. Сожжено 5 ФВ-190 и несколько самолетов повреждено. ЗА противника во время штурмовки аэродрома противодействия не оказала. Только при уходе от аэродрома экипажи наблюдали огонь двух батарей ЗА с северной окраины аэродрома и огонь одной батареи с юго-восточной окраины. Налет был внезапным. Наших потерь не было.
В течение 24.4, содействуя наземным войскам в развитии наступления, части 16 В А, несмотря на неблагоприятные метеоусловия, произвели 2345 самолето-вылетов (525 самолетами По-2 ночью, 22 бомбардировщиками, 543 штурмовиками, 1255 истребителями днем).
Летало — 1058 самолетов, (140 По-2 ночью, 297 штурмовиков, 19 бомбардировщиков, 601 истребитель днем).
По задачам: бомбардировка — 524, штурмовка — 557, сопровождение — 424, прикрытие войск — 521, прикрытие аэродромов — 3, разведка противника — 232, охота — 76, разведка погоды — 7, разбрасывание листовок — 1. [199]
Общий налет — 2396 часов.
[…]
Истребителями проведено 58 штурмовок войск противника, в которых участвовал 181 самолет.
В результате бомбардировочно-штурмовых действий уничтожено и повреждено: танков — 2, бронетраспортеров — 5, орудий ПА — 10, орудий ЗА — 1, минометов — 2, пулеметов — 5, автомашин — 335, повозок — 118, паровозов — 7, вагонов — 83. Взорвано 18 складов боеприпасов. Разрушен ж. д. мост через р. Шпрее у Беесков. Разрушено 2 переправы через р. Шпрее. На аэродромах Ной Руппен, Дальгов, Вильгельмштадт уничтожено 13 самолетов (6 ФВ-190, 5 Ю-87, 1 Ю-88, 1 Хе-111). Подавлен огонь 8 батарей ПА, 15 батарей ЗА, одной минометной батареи. Отмечено 33 взрыва. Разрушено до 100 строений. Создано до 200 очагов пожаров. Уничтожено и рассеяно свыше 1600 солдат и офицеров.
В проведенных 54 воздушных боях сбито 36 самолетов противника, из них 30 ФВ-190, 5 Ме-109, 1 Хе-126.
Наши потери — 5 самолетов. Из них 3 боевых и 2 небоевых.
Выводы за день.
1. Войска 1-го Белорусского фронта, продолжая уличные бои в Берлине, развивали при содействии авиации 16 ВА успешное наступление на правом фланге фронта, продвинувшись при этом на 15–20 км, чем создали непосредственную угрозу полного окружения Берлина с севера и северо-запада.
2. Войска 1-го Белорусского фронта, которые вышли к южной и юго-западной частям Берлина, продолжали движение навстречу войскам 1-го Белорусского фронта с задачей сомкнуть кольцо окружения западнее Берлина.
3. Авиация противника все еще продолжала оказывать противодействие боевой работе нашей авиации и делала попытки воздействовать по боевым порядкам наших наступающих войск, используя для этого преимущественно часть аэродромов, уцелевших севернее Берлина.
Десятый день операции — 25.4.45 г. полное окружение Берлина
Развивая успешное наступление, войска фронта, преодолевая сопротивление противника, осуществляли обходный маневр севернее и севере-западнее гор. Берлина, продвигаясь неуклонно на запад и совершая маневр, направленный к полному окружению Берлина.
Уличные бои в Берлине не стихали ни днем, ни ночью. Противник оказывал ожесточенное сопротивление, бросив в бой различные специальные части и батальоны фольксштурма. На ряде участков немцы предпринимали яростные контратаки, но везде были отброшены с большими для них потерями.
Авиация противника вела разведку боевых порядков наших войск, переправ через р. Хавель и коммуникаций до р. Одер. Группами от 6 до 24 ФВ-190 пыталась воздействовать по боевым порядкам наступающих войск в районах Вайсензее, Фалькенхаген и по переправам через р. Хавель у пункта Генигсдорф. Всего отмечено 8 попыток с участием свыше 80 самолетов.
Постами ПВО фронта отмечено 242 самолето-пролета — преимущественно истребители.
Метеоусловия по-прежнему были неблагоприятными для боевых действий нашей авиации. Облачность 5–9 баллов, высотой 1000–1500 м. Местами туманы при видимости менее 1 км и дымки при видимости 2–4 км. Днем улучшение видимости. В районе Берлина видимость ухудшалась образованием значительного количества дыма непрекращающихся в городе пожаров. Видимость в районе города не превышала 1 км.
Командующий ВА в соответствии с создавшейся обстановкой и задачами наземных войск отдал следующие боевые распоряжения: [200]
1. Бомбардировщикам 3 бак, 6 бак, 221 и 188 бад нанести два массированных удара по Берлину согласно плану «Салют».
2. Командирам штурмовых соединений — продолжать взаимодействие с наземными войсками и подвижными частями (танковыми и кавалерийскими), содействуя развитию успеха в наступлении.
3. Истребителям продолжать активную борьбу с авиацией противника и надежно прикрыть наступающие наземные войска.
Для нанесения массированного удара бомбардировщиков по Берлину был разработан специальный план, который приводится ниже.
Выполняя поставленные задачи и содействуя наземным войскам в развитии успешного наступления, части 16 ВА в ночь на 25.4.45 г. боевую работу вели по причине плохих метеоусловий ограниченно. Бомбардировали войска и технику противника в гор. Берлин в районах парк Тиргартен, Моабит, Шарлоттенбург, Вестей, Рулебен, лес южнее Тифбердер, Далем, Фриденау, Шенеберг, Кетцин (30 км зап. Берлина).
Днем 25.4, продолжая содействовать наступлению войск фронта, группами штурмовиков в сопровождении истребителей бомбардировали и штурмовали танки, артиллерию, минометы и живую силу противника в районе Альтголь, Бадзаров, Альт Штандтсдорф, Блосиин, Герсдорф, Клайн Эйхольц, Зельхов, Альт Шадов, Линсдорф, Бришт, Премсдорф, Линденберг, Керцберг, Гроссритц, Ламич.
Массированными ударами бомбардировщиков в сопровождении истребителей уничтожали технику и живую силу противника в гор. Берлин.
Истребителями окаймляли район действий бомбардировщиков, вылетали на охоту и разбрасывание листовок.
Одиночными бомбардировщиками, парами штурмовиков и парами истребителей вели разведку противника в районе Пазевальк, Ной Бранденбург, Варен, Притцвальк, Гентин, Цизар, Берлин и в районе южнее Фюрстен-вальде.
Для уничтожения живой силы и техники противника, оказывающего ожесточенное сопротивление в уличных боях в Берлине, бомбардировщиками 16 В А было нанесено два массированных удара по центру города в соответствии с планом «Салют».
Удар осуществляли бомбардировщики 3 бак, 6 бак, 188 и 221 бад.
Первый массированный удар был нанесен в период 13.00–14.00 составом 896 самолетов, из них 413 бомбардировщиков, 486 истребителей.
Второй массированный удар был нанесен в период 18.30–19.30 составом 590 самолетов. Из них 267 бомбардировщиков, 323 истребителя.
Перед нанесением первого массированного удара группы истребителей 3 иак блокировали аэродром Ной Руппин, уничтожая на нем самолеты противника и обслуживающий персонал.
Массированные удары бомбардировщиков были весьма эффективны, в результате них немецким войскам были нанесены крупные потери в живой силе и технике, что оказало значительное содействие наземным войскам в уличных боях за овладение Берлином.
Содействуя наземным войскам в наступлении, части 16 В А, несмотря на неблагоприятные метеоусловия, произвели 2979 самолето-вылетов (416 самолетами По-2 ночью, 708 бомбардировщиками, 436 штурмовиками, 1419 истребителями днем).
Летало: 1671 самолет (117 По-2 ночью, 430 бомбардировщиков, 214 штурмовиков, 910 истребителей — днем).
По задачам: бомбардировка — 1095, штурмовка — 426, сопровождение — 881, прикрытие войск — 235, окаймление района действий бомбардировщиков — 142, разведка — 131, охота — 52, корректировка — 2, разбрасывание листовок — 6, разведка погоды — 8.
Общий налет — 3196 часов.
[…]
В результате бомбардировочно-штурмовых действий уничтожено и повреждено: [201] танков — 4, орудий ПА — 17, орудий ЗА — 5, минометов — 4, пулеметов — 5, автомашин — 268, бронетранспортеров — 2, вагонов — 2, повозок — 133. Взорвано 13 складов боеприпасов. Подавлен огонь 3 батарей ПА, 3 батарей ЗА, одной минометной батареи. На аэродроме Ной Руппин уничтожен один Ю-88, 3 ФВ-190 и повреждено до 10 ФВ-190. На аэродроме Кладов уничтожен один Ю-88 и 3 ФВ-190. На аэродроме Темпельхоф уничтожен один транспортный четырехмоторный самолет. Разрушено 79 строений. Отмечен 31 взрыв. Создано до 120 очагов пожаров. Уничтожено и рассеяно до 900 солдат и офицеров.
Проведено 27 воздушных боев, из них 12 над Берлином. Сбито 20 ФВ-190, из них 13 ФВ-190 в районе Берлина.
Наши потери — 14 самолетов. Не вернулись с боевого задания — 8 самолетов, подбито огнем ЗА — 2 самолета, потерпели аварию 4 самолета.
Выводы за день.
1. Войска фронта при содействии авиации 16 ВА завершили окружение столицы фашистской Германии — Берлина, соединившись с войсками 1-го Белорусского фронта западнее города в районе Кетцин. К исходу дня наступающие войска достигли значительных успехов в уличных боях, благодаря массированным ударам бомбардировщиков по центру Берлина.
2. Кольцо окружения вражеской группировки юго-западнее Шторков и западнее Бесков при содействии авиации 16 В А все время сжималось.
3. Авиация противника, используя последние силы, пыталась противодействовать боевой работе нашей авиации, но активность ее заметно ослабевала. […]
Эффективность действий нашей авиации
При обследовании комиссией ВА и комиссиями авиасоединений районов действий авиации 16 ВА во многих случаях установлена высокая эффективность поражения заданных целей. Обследованы были, главным образом, важнейшие опорные пункты, подвергнутые воздействию авиации на подступах к Берлину, и объекты в гор. Берлине.
Непосредственно по гор. Берлину авиацией 16 ВА было произведено 4030 самолето-вылетов, из них ночными бомбардировщиками По-2 — 1175, дневными бомбардировщиками (Ту-2, Пе-2 и «Бостон») — 928, штурмовиками — 449, истребителями — 1438.
На город было сброшено свыше 1300 тонн бомб разных калибров, в том числе значительное количество ФАБ-1000.
По отзывам немецких военнопленных, а также при обследовании объектов воздействия нашей авиации на месте установлено, что эффективность действий 16 ВА по Берлину была весьма высокой.
Особенностью действий нашей авиации по Берлину является поражение оборонных объектов, что способствовало наземным войскам в овладении ими в короткие сроки.
Несмотря на длительное воздействие по Берлину задолго до начала операции авиации союзников и причиненные этими действиями значительные разрушения, в ходе операции действиями авиации 16 ВА нанесены противнику самые чувствительные удары по тем объектам, которые использовались немцами для жесткой обороны в городе.
На общем фоне разрушений от действий авиации разрушения, причиненные авиацией 16 В А, резко выделяются и без особого труда обнаруживаются по всем районам, где действовала наша авиация.
Показатели боевых действий 16-й воздушной армии
В апреле месяце и за пять дней мая, т. е. в подготовительном периоде и в ходе Берлинской операции, авиацией 16 ВА произведено 37562 самолето-вылета. За этот же период вместе с авиацией 18 и 4 ВА, действовавшей на [202] участке 1 БФ, произведено 41 965 самолето-вылетов. Из них 39 003 непосредственно в операции с 16.4 по 6.5.45 г.
По количеству самолето-вылетов Берлинская операция для авиации 16 ВА является рекордной за весь период боевой деятельности воздушной армии.
Кроме того, произведено 29 443 небоевых самолето-вылета.
Количество самолетов (исправных) перед началом операции составляло:
бомбардировщиков дневных……… 533
ночников По-2…………….. 151
штурмовиков…………….. 687
истребителей…………….. 1548
разведчиков……………… 51
корректировщиков………….. 67
Всего…………………. 3037
Это наивысший боевой состав, которым располагала 16 ВА в ходе Отечественной войны.
В ходе операции проведен 1101 воздушный бой, в которых сбито 966 самолетов противника, и 55 уничтожено на земле при нанесении бомбардировочно-штурмовых ударов по аэродромам противника. Всего уничтожено в воздухе и на земле 1021 самолет противника, из которых подтверждено — 791 самолет.
Наши потери составили — 357 самолетов, из них боевых потерь — 271, потерь, связанных с выполнением боевой задачи, — 41 и небоевых — 45 самолетов.
Обращают на себя внимание отдельные виды потерь, в частности потери от ЗА противника. Несмотря на огромное насыщение противником своей обороны зенитными средствами и активное противодействие нашей авиации, потери от ЗА противника в Берлинской операции все же весьма незначительны. Это явилось результатом грамотных действий всех видов авиации по подавлению зенитных средств противника и широкого применения противозенитного маневра.
Несмотря на значительное сопротивление противника в воздухе и многочисленные воздушные бои, потери от вражеских истребителей являются также небольшими.
Потери летного состава по отношению к потерям материальной части составили 70 проц.
Расход боеприпасов в операции достиг почти 6000 тонн авиабомб всех калибров, из них свыше 1300 тонн сброшено на объекты в Берлине. Процент осколочных бомб был достаточно высоким у штурмовиков (67 %), объектами воздействия которых были живая сила и техника противника. У бомбардировщиков, объектами воздействия которых были главным образом опорные пункты, процент осколочных бомб несколько ниже.
[…]
Оперативно-тактические выводы
1. Все задачи, поставленные перед авиацией 16 ВА в Берлинской операции, выполнены полностью, несмотря на крайне неблагоприятные метеоусловия в течение всего периода, что во многих случаях ограничивало боевую деятельность ВА и приводило к необходимости частого изменения тактики действий и оперативного использования авиации в целом. По количеству произведенных самолето-вылетов Берлинская операция является рекордной за весь период боевой деятельности 16 ВА.
2. Массовость применения авиации на всех этапах развития Берлинской операции является характерной особенностью применения наших ВВС. Наряду с этим, к участию в операции, помимо авиации 16 ВА, были привлечены силы 18 ВА и часть сил 4 ВА. Координирование действий и направление усилий авиации разных, значительно удаленных друг от друга крупных авиасоединений потребовало новых методов в управлении авиацией при проведении крупных операций, что нашло блестящее разрешение на решающем этапе войны по разгрому гитлеровской Германии. [203]
Координирование действий нашей авиации с авиацией союзников, отлично осуществленное в ходе Берлинской операции, обогатило оперативное искусство по использованию ВВС в крупных операциях и получило полное практическое разрешение на завершающем этапе войны.
3. Массовость применения авиации одновременно сочеталась с непрерывностью нанесения ударов, зачастую в непосредственной близости от переднего края наших войск в целях максимального содействия им в прорыве вражеской глубоко эшелонированной обороны и развитии успеха в глубине.
4. Как и следовало ожидать, наряду с ожесточенным сопротивлением наземных войск, противник упорно оборонялся также в воздухе. Это привело к многочисленным воздушным боям, по количеству которых Берлинская операция не имеет себе равных (свыше 1000). Упорство, с которым боролся противник, являлось уже не признаком его силы, а отчаянием. Это была попытка противника бороться остатками своей авиации за господство в воздухе на подступах к Берлину, но она потерпела полное поражение. Практически в воздушных боях и на земле авиация 16 ВА уничтожила силы ВВС противника, защищавшие Берлин.
5. Управление авиацией в ходе операции во всех случаях было весьма эффективным и отличалось достаточной гибкостью. Это обеспечивалось хорошо налаженной связью штаба ВА с авиасоединениями и КП командующих наземных армий.
6. Как ни в одной из предыдущих операций, было четко организовано взаимодействие авиации с наземными войсками. Эта четкость была достигнута совершенством планов и точностью выполнения их, т. к. были составлены командирами авиасоединений с командующими наземными войсками, в том числе и подвижными, с которыми они взаимодействовали. Весьма положительно сказался в этом вопросе опыт зимнего наступления войск 1-го Белорусского фронта, широкое использование которого нашло свое применение в Берлинской операции.
Ход операции показал, что, несмотря на оперативное подчинение авиасоединений командующим наземными войсками на период операции этим самым не исключается необходимость постоянного управления боевой деятельностью этих соединений командующим ВА. В зависимости от обстановки и задач командования фронта командующий ВА должен при необходимости использовать часть таких соединений на тех участках фронта, где это необходимо для развития максимального успеха в действиях наземных войск.
7. Несмотря на многочисленную насыщенность района боевых действий зенитными средствами противника, задача подавления и уничтожения зенитных средств в операции была успешно решена. В результате этого резко снизилось количество потерь от зенитного огня по всем видам авиации, и в частности, у штурмовиков.
8. Высокая эффективность авиации была достигнута совершенством и разнообразием тактических приемов, применяемых всеми видами авиации, в зависимости от обстановки, метеоусловий и тактики действий ВВС противника.
9. Ограниченное применение противником новой авиационной техники в Берлинской операции (до 10 случаев применения самолетов-снарядов и самолетов с реактивными двигателями) показывает, что противник не располагал достаточным количеством этих средств, а ограниченное применение их никакого практического значения в операции не имело.
Начальник штаба 16 ВА генерал-лейтенант авиации Брайко
Начальник оперативного отдела штаба 16 ВА генерал-майор авиации Шпагин [204]
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 776. Л. 432–565. Подлинник.
№ 144. Из обзорного отчета Военного совета Краснознаменной Днепровской флотилии о боевой деятельности на берлинском направлении за период с 1 января по 9 мая 1945 г.
25 октября 1945 г.
…К началу навигации 1945 года войска 1 БФ вышли к реке Одер, местами форсировали ее и, закрепившись на плацдармах, перешли к обороне.
Со вскрытием рек 1-я и 2-я бригады речных кораблей начали движение по Висле и Бромбергскому каналу на запад. При этом кораблям пришлось преодолеть исключительные навигационные трудности в виде большого количества подорванных мостов, шлюзов, затопленных судов, танков и т. п. Одновременно с этим из Пинска по железной дороге начал движение на запад оперативный резерв флотилии — отдельный дивизион речных кораблей (впоследствии переформированный в 3-ю бригаду речных кораблей).
Совершив 500-километровый марш-маневр по рекам и каналам 1 и 2 брк к 10.04.45 г. сосредоточились на реке Одер в районе Кюстрин. Отдельный дивизион речных кораблей после 1000 км пути по жел. дороге, прибыл в порт Одерек (река Одер) и к 10.04.45 сосредоточился в Гроссене (река Одер).
В начавшемся 15 апреля наступлении войск 1 БФ на Берлин 1 брк содействовала 5-й ударной армии на реке Одер и реке Шпрее (в районе города Берлина), затем 61-й армии на реке Одер и канале Гогенцоллерн; 2 брк содействовала 8-й гвардейской армии на реке Одер; 3 брк — 33-й армии.
3 брк в результате совместных действий с подразделениями морской пехоты флотилии овладела опорным пунктом противника при входе в канал Одер-Шпрее — городом Фюрстенберг.
Боевую деятельность в Великой Отечественной войне флотилия закончила в составе 2-го Белорусского фронта, содействуя войскам фронта в очистке от противника района Свинемюнде.
В ходе боевых действий корабли флотилии проводили разведывательное и контрольное траление рек Висла, Одер и Бромбергского канала, продолжая эту работу и после окончания войны.
За успешные боевые действия в боях за Берлин в составе 1 БФ флотилия отмечена в берлинском приказе Верховного Главнокомандующего т. Сталина и награждена орденом Ушакова 1 степени, а 1 брк присвоено наименование «Берлинской».
Флотилией за первое полугодие 1945 года, в результате проведенных боевых операций, нанесены следующие потери противнику:
Уничтожено:
отдельных орудий среднего калибра…. 7
минометных батарей…………. 8
артбатарей (75 — 105 мм)………. 3
пулеметных точек…………… 39
наблюдательных пунктов……….. 2
складов с БЗ……………… 2
дзотов…………………. 8
разрушено блиндажей………… 15
самолетов:
Ю-88…………………. 4
Хе-111………………… 3
Ме-109………………… 10
Ме-110………………… 3
ФВ-190………………… 3
«Фау-3»……………….. 4
автомашин……………… 2
до двух рот солдат и офицеров противника. [205]
Подавлено:
артбатарей………………. 13
минометных батарей…………. 12
пулеметных точек…………… 29
Рассеяно и частично уничтожено:
колонна автомашин (до 10 ед.)
до четырех батальонов пехоты противника
Подбито и уничтожено:
до 15 танков противника
Переправлено через водный рубеж частей КА:
личного состава…………. более 17 000
танков……………… 27
орудий……………… 225
минометов……………. 439
пулеметов……………. 48
лошадей…………….. 1526
повозок с грузами……….. 866
мотоциклов…………… 16
боезапаса……………. более 105
кухонь…………….. 18
различных грузов……….. более 15 тонн
наведено понтонных мостов…… 1
Потери флотилии:
погибли со всем личным составом КАТЩ № 140 и 696 и один полуглиссер;
получили повреждения:
бронекатера……………… 3
тральщики……………… 5
сторож, катера…………….. 2
полиглиссеры…………….. 3
убитыми……………….. 95 чел.
ранеными, контужеными, обожженными 165 чел.
пропавшими без вести………… 8 чел.
Израсходовано боезапаса:
100 мм………………. 1 750 шт.
85 мм……………….. 3 458 шт.
76 мм……………….. 5 098 шт.
37 мм……………….. 7 214 шт.
25 мм……………….. 10 300 шт.
12,7 мм………………. 10 120 шт.
Врид командующего Краснознаменной ордена Ушакова Днепровской флотилией капитан 1 ранга Балакирев
Член Военного совета Краснознаменной ордена Ушакова Днепровской флотилии капитан 1 ранга Боярченко
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 22. Л. 101–105, 141–172. Подлинник.
Содержание главы
№ 145. Донесение начальника политического управления 1-го Украинского фронта начальнику Главного Политического Управления РККА о настроениях немецкого населения в селах и городах, занятых войсками фронта. 28 января 1945 г.
№ 146. Донесение начальника Политического Управления 1-го Белорусского фронта начальнику Главного Политического Управления РККА о массовом уничтожении людей, организованном немцами в одном из уездов Польши. 1 февраля 1945 г.
№ 147. Информационный бюллетень политотдела 5-й гвардейской танковой армии о фольксштурме. 8 февраля 1945 г.
№ 148. Донесение начальника 7-го отдела политуправления 2-го Белорусского фронта начальнику 7-го управления Главного Политического Управления РККА об умерврщлении фашистом граждан немецкой национальности. 2 апреля 1945 г.
№ 149. Донесение члена Военного совета 1-го Украинского фронта начальнику Главного Политического Управления РККА о политической обстановке на занятой территории Германии в полосе войск фронта. 4 апреля 1945 г.
№ 150. Выписка из политического донесения 1-го Белорусского фронта об угнанных в Германию иностранных рабочих и советских гражданах. 14 апреля 1945 г.
№ 151. Указание члена Военного совета 1-го Белорусского фронта Военному совету 61-й армии об использовании рабочей силы на демонтажных работах в Германии. № ВС/00376. 20 апреля 1945 г.
№ 152. Указание Военного совета 1-го Белорусского фронта начальнику тыла фронта об использовании пленных на очистке занятых территорий от трупов. № ВС/00378. 20 апреля 1945 г.
№ 153. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующим войсками и членам Военных советов 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов об изменении отношения к немецким военнопленным и гражданскому населению. № 11072. 20 апреля 1945 г. 20.40
№ 154. Директива Военного совета 1-го Белорусского фронта Военным советам армий, командующим 16-й воздушной и 1-й польской армиями, начальникам управлений фронта и военным комендантам городов и районов об изменении отношения к немецкому населению. ВС/00384. 22 апреля 1945 г.
№ 155. Донесение начальника политического отдела 8-й гвардейской армии начальнику Политического Управления 1-го Белорусского фронта о поведении немецкого населения в занятых пригородах Берлина и его отношении к советским военнослужащим. № 0677. 25 апреля 1945 г.
№ 156. Донесение начальника политического отдела 2-й гвардейской танковой армии начальнику Политического Управления 1-го Белорусского фронта о настроениях советских военнослужащих и антифашистской деятельности населения Германии. 24 апреля 1945 г.
№ 157. Донесение начальника Политического Управления 1-го Белорусского фронта заместителю начальника Главного Политического Управления РККА об антифашистских листовках "Группы сопротивления", обнаруженных в пригородах Берлина. 26 апреля 1945 г.
№ 158. Информационная сводка 7-го отдела политического управления 1-го Белорусского фронта о ситуации в Берлине и настроениях немецкого населения. № 54. 27 апреля 1945 г.
№ 159. Донесение начальника политического отдела 8-й гвардейской армии начальнику Политического Управления 1-го Белорусского фронта об отношении советских военнослужащих к немецкому населению. № 0713. 29 апреля 1945 г.
№ 160. Донесение начальника политотдела 7-го гвардейского кавалерийского корпуса начальнику Политуправления 1-го Белорусского фронта о фактах враждебного отношения немецких граждан к советским военнослужащим. 30 апреля 1945 г.
№ 161. Донесение члена Военного совета 1-го Украинского фронта заместителю Народного Комиссара Обороны и начальнику Главного Политического Управления РККА о путях улучшения работы среди немецкого населения. 30 апреля 1945 г. 18.00
№ 162. Информационная сводка 7-го отдела политуправления 1-го Белорусского фронта о ходе боев за Берлин и настроениях местного населения. 1 мая 1945 г.
№ 163. Донесение начальника политотдела 3-й ударной армии начальнику политического управления 1-го Белорусского фронта о работе по разложению берлинского гарнизона в ходе наступления. Май 1945 г.
№ 164. Донесение члена Военного совета 3-й ударной армии Военному совету 1-го Белорусского фронта об отношении немецкого населения к советским военнослужащим. 2 мая 1945 г.
№ 165. Доклад военного прокурора 1-го Белорусского фронта Военному совету фронта о выполнении директив Ставки Верховного Главнокомандования и Военного совета фронта об изменении отношения к немецкому населению. 2 мая 1945 г.
№ 166. Информационная сводка 7-го отдела политического управления 1-го Белорусского фронта о ходе капитуляции немецких войск и о работе среди населения Берлина. № 60. 5 мая 1945 г.
№ 167. Информационная сводка 7-го отдела политического управления 1-го Белорусского фронта об обстановке в Берлине, настроениях среди немецкого населения и деятельности различных антифашистских групп. 8 мая 1945 г.
В конце января 1945 г. Красная Армия вступила на территорию Германии. Офицеры и солдаты, горевшие желанием отомстить фашистам, встретились с мирным населением — немцами, которые в сознании советских людей ассоциировались с образом «врага».
В главу вошло около трех десятков документов из закрытых фондов бывшего Главного политического управления РККА, в основном посвященных отношению советских воинов к немецкому населению и немецких граждан к военнослужащим Красной Армии. Представленные материалы позволяют составить объективное представление о политико-моральном состоянии советских военнослужащих, а также о настроениях различных категорий немецкого населения и военнопленных вермахта. Вопросы взаимоотношений с местными жителями решались на самом высоком уровне и регламентировались директивами Ставки Верховного Главнокомандования. Интерес представляют также документы, в которых анализируются ход и эффективность работы по разложению войск противника в Берлинской операции.
№ 145. Донесение начальника политического управления 1-го Украинского фронта начальнику Главного Политического Управления РККА о настроениях немецкого населения в селах и городах, занятых войсками фронта
28 января 1945 г.
В немецких селах и городах, занятых войсками фронта, населения по-прежнему встречается мало, оно эвакуируется или убегает. В ряде городов Гросс-Вартенберг, Ноймительвальд и других жителей совсем нет. Немецкое командование принимает все меры к эвакуации. С целью более успешного осуществления эвакуации населения фашистская пропаганда усилила агитацию, применяет запугивание населения ужасами, которые якобы будет чинить Красная Армия над населением. В населенных пунктах расклеены печатные призывы и воззвания к населению не оставаться дома, уходить в глубь страны. Из показаний пленных немцев и разговоров с жителями города Кхайцбург стало известно, что гауляйтер Верхней Силезии от имени Гитлера обратился с призывом к населению. В призыве сказано, что русские прорвали оборону и крупными силами продвигаются на запад. Районам Верхней Силезии угрожает опасность. Немецкая армия вынуждена временно оставить эти районы. В связи с этим фюрер приказал всем от мала до велика уходить в глубь страны, уносить с собой все ценное имущество, оставшееся имущество уничтожать, сжигать, продукты делать негодными к употреблению, [207] чтобы на немецкой земле, оставляемой врагу, не было ни пищи, ни крова. Всякий, нарушивший приказ, будет караться по закону военного времени как изменник родины. Этот приказ не расклеивался на видных местах и не распространялся среди населения. С ним старосты сел ходили по дворам, давали каждому прочитывать, а на обороте после слов: «если я нарушу приказ, то меня покарает закон военного времени как изменника родины», заставляли расписываться. Исполнение этого приказа проверяли полицейские и представители жандармских управлений. Из показаний известно, что этот приказ возымел на население действие. В селе Брейтенмарт (район города Розенберга) жители перед уходом выбили все стекла в домах, разбили всю посуду, распороли подушки. Один дом был цел. В нем было обнаружено три трупа красноармейцев, отравленных продуктами. В доме был накрыт стол, стояло три бутылки шнапса, огурцы, сало. В селе Крейценфельд были случаи отравления продуктов мышьяком, стрихнином и ядом немедленного действия (название не определено).
Однако во многих населенных пунктах в результате стремительного наступления Красной Армии большая часть населения не успевала эвакуироваться. Работоспособные мужчины и женщины, боясь расправ над ними, бегут в леса. С приходом наших частей, спустя некоторое время, убедившись, что Красная Армия над населением не чинит расправ, жители возвращаются в свои дома. В селе Ильнау утром 23 января было только два старика и старуха, к вечеру 24 января было уже более 200 человек. Население запугано фашистской пропагандой. На улицах и в домах при встрече с нашими военнослужащими поднимают руки вверх. Старуха-немка села Нацхармен заявила: «Уже прошло полдня, как пришли русские, а я еще жива». Немцы стараются всячески скрыть свою национальность, выдают себя за поляков-силезцев. Знающие хотя бы немного польский язык не говорят по-немецки. Среди оставшегося населения значительное количество онемеченных поляков. Например, в селе Руделак насчитывается 22 немецких двора и 48 польских. Поляки, проживая долгое время под властью немцев, восприняли их язык и обычаи. С приходом к власти Гитлер запретил польский язык, разговор на польском языке карался смертной казнью. В Верхней Силезии много поляков, привезенных сюда из других областей Польши, в том числе эвакуированных в конце августа 1944 г. из г. Стопница и Сташув. Эти поляки группами возвращаются по домам. В занятых населенных пунктах осталось много имущества, скота и птицы, брошенного уехавшими немцами. Много имущества и особенно личных вещей растаскивается оставшимися жителями-поляками. Часть скота и птицы, находясь без присмотра, пропадает. На промышленных предприятиях устанавливается охрана, наводится порядок.
В занятых городах и населенных пунктах освобождается много украинских и русских людей, угнанных в Германию. Плача от радости, они рассказывают о немецкой каторге. Освобожденный Яков Квасник, 17 лет, из села Богдановка Ново-Николаевского района Запорожской области рассказал, что его в 1943 г. немцы схватили в подвале и вместе с другими привезли в концлагерь города Розенберга. С ними были Наталка Кулешенко, Михаил Морозенко и полька Зося Томась, всего в лагере было около 4000 человек. Все переносили страшные муки, голодали. Затем в лагерь приехал немецкий помещик, отобрал молодых парней на полевые работы.
Навстречу нашим бойцам вышла украинка Розалия Манзелевская из села Судилки Шепетовского района. Горячо благодаря бойцов за освобождение от рабства, она рассказала, как работала у немецкого кулака, обрабатывала 65 моргов земли, работала от зари до зари. Зимой доила 5 коров, кормила 20 свиней. Все время она слышала презрительные слова хозяина «Русь-швайн». Она сказала, что спешит домой, где будет отдавать все силы на помощь Красной Армии. К мужу Захарко, находящемуся в Красной Армии, она обратилась с призывом отомстить немцам за ее муки. Многие из освобожденных советских граждан [208] (украинцы Каменец-Подольской области — Беда Алексей, Олесюк Павел и др.) изъявили желание влиться в ряды Красной Армии, чтобы отомстить немцам за издевательства над ними.
Яшечкин
«Верно» начальник отделения информации оргинструкторского отдела ГлавПУ РККА полковник Леонов
РФ. Ф. 32. Оп. 11 289. Д. 815. Л. 24–26. Зав. копия
№ 146. Донесение начальника Политического Управления 1-го Белорусского фронта начальнику Главного Политического Управления РККА о массовом уничтожении людей, организованном немцами в одном из уездов Польши
1 февраля 1945 г.
Жители дер. Янышев сообщили о том, что в Хеминском лесу Хеминской волости Коловского уезда немцами была организована «фабрика смерти» для евреев, поляков и других национальностей.
Как рассказывают местные жители, на этой «фабрике» немцы не только сжигали людей, но и некоторую часть трупов перетапливали, не подвергая сожжению, и использовали для производства мыла.
Поляк Станислав Мрук (житель дер. Майдане) рассказал о «фабрике смерти» следующее: «В 1941 году в Хеминском лесу на площади примерно до 1000 квадратных метров немцы устроили «фабрику смерти». Место, где производилось массовое уничтожение людей, было огорожено деревянным забором с колючей проволокой и охранялось специальной охраной. Жителей к нему не подпускали. Здесь были душегубки, печи (перевозные) для сжигания человеческих трупов. Днем и ночью из труб этих печей валил дым, который был виден издалека».
Показание Станислава Мрука подтверждает Валентин Марек и другие местные жители-поляки.
Из их рассказов выясняется, что немцы привозили к дер. Хемино евреев, поляков, людей других национальностей на машинах из различных городов Польши, а отсюда переправляли прибывших прямо на «фабрику смерти». Там жертвы пересаживались в душегубки, и, пока эти душегубки доходили до печей, люди умерщвлялись.
Некоторые солдаты из охраны рассказывали местным жителям, что часть трупов на «фабрике смерти» сжигалась, и пепел увозился в Германию, где использовался как удобрение. Некоторую часть трупов немцы перетапливали в специальных печах и затем использовали для производства мыла.
Станислав Мрук рассказывает, что к «фабрике смерти» душегубка отправлялась через каждые полчаса.
Работала «фабрика смерти» до 17 января 1945 года.
Отступая, немцы увезли железные печи для сжигания людей, а кирпичные печи взорвали. На месте «фабрики смерти» остались груды кирпича и запасы дров.
Точное количество уничтоженных немцами людей установить пока не удалось, но жители окрестных деревень заявляют, что здесь были истреблены сотни тысяч евреев, поляков, русских и др.
Валентин Марек рассказывает, что часто из леса доносились душераздирающие крики людей, слышалась стрельба из автоматов. Он же рассказывает, [209] что одежду и ценности, изъятые у замученных и умерщвленных людей, немцы отправляли в Германию.
Для детального выяснения всех сведений о «фабрике смерти» в этот район направлены работники 7-го отделения политотдела 8-й гв. армии. Полученные подробные материалы представлю дополнительно.
К донесению прилагаю акт, подписанный местными жителями, о злодеяниях немцев на «фабрике смерти» в Хеминском лесу.
Начальник политуправления 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Галаджев
РФ. Ф. 32. Оп. 11289. Д. 700. Л. 142–143. Подлинник.
№ 147. Информационный бюллетень политотдела 5-й гвардейской танковой армии о фольксштурме
8 февраля 1945 г.
I. Из указа Гитлера 29.9.44 г. о создании фольксштурма
После пятилетней тяжелейшей борьбы вследствие отхода всех наших европейских союзников враг на некоторых фронтах стоит вблизи или на самой немецкой границе. Он напрягает все силы для того, чтобы разбить нашу империю, а немецкий народ и его социальный порядок уничтожить. Его конечная цель — искоренение немецкого человека.
Как и осенью 1939 г. мы вновь стоим в полном одиночестве на фронте перед лицом наших врагов. В течение немногих лет нам тогда удалось, впервые введя в действие огромные силы народа, решить тяжелейшие военные проблемы, на годы обеспечить безопасность империи и тем самым Европы. В то время как противник готовится нанести последний удар, мы решили ввести в действие во второй раз всю огромную массу нашего народа.
Опираясь исключительно на свои силы, как и в 1939–1941 гг., нам может и должно удасться не только сорвать истребительные планы врагов, но и вновь отбросить их назад и удерживать до тех пор, пока не будет обеспечено будущее Германии, ее союзников и тем самым прочный мир в Европе.
Мы противопоставляем истребительным планам наших еврейско-интернациональных врагов тотальное введение в действие всех немецких людей.
Для усиления активных сил нашей армии, и в особенности для ведения беспощадной борьбы там, где враг хочет ступить на немецкую землю, — я призываю всех способных носить оружие немецких мужчин к участию в борьбе.
Я приказываю:
…Образовать во всех областях Великогерманской империи немецкий фольксштурм из всех способных носить оружие мужчин в возрасте 16–60 лет. Он будет защищать родную землю всеми доступными средствами.
…Формирование и руководство немецким фольксштурмом в областях (гау) берут на себя гауляйтеры.
…Призванные в фольксштурм на период боевых действий являются солдатами в соответствии с военными законами.
…Национал-социалистическая партия выполняет перед немецким народом свою высшую почетную обязанность, вводя в первые линии свои организации как главные носители этой борьбы. [210]
…Гауляйтеры при образовании и руководстве немецкого фольксштурма пользуются помощью прежде всего способнейших организаторов и вождей, испытанных организаций партии, СА, СС и «Гитлерюгенд».
II. Боевые положения немецкого фольксштурма
1. Верность, послушание и храбрость составляют основу государства и делают его неодолимым. Верный своей присяге, солдат фольксштурма сражается во всех положениях ожесточенно, с верой в победу. Будучи верен до гроба фюреру, он предпочитает лучше погибнуть в бою, чем когда-либо просить врага о пощаде.
2. Будучи непревзойденным в своей стойкости, самоотверженности и товариществе, фольксштурм представляет собой армию величайших идеалистов Германии.
3. Если какой-нибудь командир в безнадежном положении задумает прекратить борьбу, то в этом случае в немецком фольксштурме действует традиционный обычай наших храбрых воинов-моряков. Командование частью передается тому, что хочет продолжать борьбу, — будь это даже самый молодой.
4. Будучи воспитанным к сохранению тайны, солдат фольксштурма больше всего презирает предательство по отношению к своей родине и своим товарищам. Его скрытность не могут сломить ни соблазн, ни угрозы.
5. Относясь по-рыцарски к женщинам, предупредительно к детям, больным и старикам, солдат фольксштурма из любви к народу, к отечеству готов на крайнее самопожертвование. По отношению же к врагу, который угрожает свободе и жизни и хочет опозорить наших жен, а детей умертвить, он питает страстную ненависть.
6. Если мы [по] примеру наших отцов останемся верны себе и нашему высшему долгу по отношению к народу, то Господь Бог благословит нашу борьбу. Призванные в самое тяжелое время к защите родины, мы не успокоимся до тех пор, пока не будут завоеваны победа и мир и упрочена свобода империи.
III. Текст присяги солдата фольксштурма
«Я даю перед Богом эту священную клятву в том, что буду беспрекословно верен и послушен Великогерманской империи, Адольфу Гитлеру.
Я торжественно обещаю, что буду смело сражаться за свою родину и лучше умру, чем поступлюсь свободой, бросив тем самым на произвол судьбы социальное будущее моего народа».
IV. Из обращения ортсгруппенфюрера Зольдау
Немецкие народные товарищи и народные товарки!
Фюрер мобилизовал все силы нашей родины для борьбы за уничтожение мирового большевизма. Каждый в отдельности должен это понять. В ближайшие недели и месяцы каждый человек будет использован на важном или даже на решающем участке для того, чтобы совместно с фронтом провести уничтожение мирового еврейства как можно быстрее. Работа и задачи, которые не служат цели — «Победа немецкого народа», — не имеют для нас никакого смысла и значения и поэтому должны быть отброшены.
Мы знаем, что объявленные мероприятия для многих женщин и мужчин будут очень обременительны, но они, однако, ничтожны по сравнению с лишениями на фронте. Каждый будет нести долю своего участия тем легче, чем больше и справедливее эта тяжесть распределена между всеми. Даже самые тяжелые испытания — ничто по сравнению с теми страданиями, которые немецкому народу пришлось бы переносить в случае, если бы большевизм не был разбит. Сталин требует немецких рабочих — рабов, которые должны быть сосланы в Сибирь и использованы на самой низкой работе. Европа должна быть полностью выдана большевизму — этого не раз ясно требовало еврейство Англии и Америки.
Нашим лозунгом будет: «Победа или хаос».
Начальник политотдела 5-й гвардейской танковой армии гвардии полковник А. Костылев
Ст. инструктор политотдела по работе среди войск и населения противника гвардии майор Лозоватский
«Верно» Секретарь 7-го отдела ПУ 2 БФ ст. лейтенант Торопова
РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 569. Л. 387–389. Зав. копия.
№ 148. Донесение начальника 7-го отдела политуправления 2-го Белорусского фронта начальнику 7-го управления Главного Политического Управления РККА об умерврщлении фашистом граждан немецкой национальности
2 апреля 1945 г.
При прочесывании населенных пунктов в районе огневых позиций 94-го гаубичного артполка 23-й артдивизии 12 марта 1945 года вблизи деревни Зюбитц (22 км от города Данцига) в лесу в отдельном сарае были обнаружены три немецкие семьи из деревни Зюбитц, всего 16 человек, а именно:
1. Бюхенен Фрида (возраст не установлен)
2. Губерт — ее сын, 7 лет
3. Гейнц — ее сын, 6 лет
4. Морбин — ее сын, 5 лет
5. Гарри — ее сын, 2,5 года
6. Шварц Эрвин — 37 лет
7. Шварц Эрика, его жена — 39 лет
8. Петер — их сын, 6 лет
9. Карин — их сын, 5 лет
10. Вольфган — их сын, 2,5 года
11. Лере Берта — 39 лет
12. Бруно — ее сын, 7 лет
13. Герберт — ее сын, 14 лет
14. Линиял — 40 лет
15. Гизелла — ее дочь, 15 лет
16. Эйверелах Эмген — ее племянница, 2 года.
Из них Лере Бруно, Лере Герберт, Линиял Гизелла и Эйверелах Эмген оказались мертвыми, т. к. у них было перерезано горло, а у остальных 12 человек вскрыты вены на обеих руках, но в момент обнаружения они еще были живы.
При оказании им медицинской помощи они отказывались от помощи, заявляя: «Лучше умереть, чем жить с русскими».
К вечеру 12 марта 1945 года умерло 11 человек: семеро детей и четыре женщины.
Расследованием установлено, что убийство указанных лиц было совершено Шварцем Эрвином, 1908 года рождения, уроженцем дер. Зюбитц, по национальности [212] немцем, членом партии национал-социалистов с 1933 г., образование 7 классов, женат, работал авиамотористом на аэродроме в г. Гдыня.
На допросе он показал: «К приходу русских войск по месту моего проживания я увидел, что все имущество потеряно и, будучи убежден в своей фашистской партии, начал действовать, чем мог, против русских войск. Поэтому 12 марта 1945 года своей жене и троим детям вскрыл вены на руках с целью уничтожения их. После убийства своей семьи я предложил [то же самое сделать] соседям, которые привели свои семьи в сарай и при моей помощи вскрыли вены, а затем я вскрыл вены и себе. Убийство 15 человек я совершил с целью, чтобы остальные немцы узнали и распространили слух, что все это совершили русские солдаты».
Оставшиеся в живых женщины подтвердили, что на умерщвление они согласились в результате агитации Шварца Эрвина, который и произвел вскрытие вен лезвием безопасной бритвы, а также перерезал горло 4 человекам.
Одна из женщин, оставшаяся в живых, Фрида Бохенен, показала, что она не желала резать руки, но когда Шварц ей насильно вскрыл вены, она потеряла сознание и не видела, что делалось с ее детьми.
Далее Фрида Бохенен показала, что Шварц ей говорил о том, что когда придет Красная Армия, то будет насиловать и угонять немцев в Сибирь, поэтому жить дальше нет никакого смысла.
В распространении провокационной агитации Шварцу активно помогала Лере Берта, которая после вскрытия вен умерла.
В тот же день в районе деревни Зюбитц в лесу в шалаше была обнаружена женщина-немка Лере Маргарита — 18 лет, со следами удушения на шее. Лере заявила, что ее душили красноармейцы и пытались изнасиловать.
В отношении этого заявления Лере Бохенен Фрида показала, что Лере Маргарита является дочерью Берты Лере и следы удушения у нее являются следствием ее попытки к самоубийству.
Несмотря на оказанную медицинскую помощь, Шварц Эрвин 15 марта 1945 года умер от потери крови, также умерли и все остальные лица, обнаруженные в сарае.
Начальник 7-го отдела ПУ 2 БФ подполковник Забаштанский
РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 569. Л. 427–428. Подлинник.
№ 149. Донесение члена Военного совета 1-го Украинского фронта начальнику Главного Политического Управления РККА о политической обстановке на занятой территории Германии в полосе войск фронта
4 апреля 1945 г.
1. Во второй половине марта войсками фронта занято на территории Германии 10 городов, в том числе 2 областных центра (Ратибор и Нейсе).
Большинство немецкого населения этих районов самостоятельно эвакуировалось или насильно угнано немецкими властями в глубь Германии.
На месте остались, главным образом, старики, женщины и дети.
Перед приходом Красной Армии фашисты вели лживую пропаганду среди немецкого населения о «зверствах», которые якобы будет чинить Красная Армия над немецким населением.
В селах Брайтенвельд, Вольдорф и Ламсдорф фашистскими властями распространялось большое, количество ложных фотографий и листовок, в [213] которых показывались «зверства» большевиков над немецким населением в ранее занятых районах Германии.
В одной из таких провокационных листовок было написано: «Действительность сталкивает нас в одной части восточных районов и областей с чудовищными зверствами большевиков. Они не люди, которых можно мерить масштабом цивилизации. Это дикие орды с низменнейшими инстинктами и жаждой крови, которую мы; немцы, ни представить, ни объяснить себе не можем. Они не знают никакой пощады и получили от евреев и еврейских комиссаров свободу убийств и разрушений на немецкой земле. Из чувства дикой радости при виде убийств и мучений беззащитные старики, женщины и дети будут зарезаны, угнаны в рабство, а их добро бессмысленно разграблено и разрушено. Москва уже начала вывозить тысячи немецких солдат на принудительные работы в глубь страны. Этим самым подтверждено твердое убеждение немцев, что планы противника обращены на полное порабощение и уничтожение немецкого народа».
Вот почему немецкое население встречает приход Красной Армии с ужасом и страхом за свое будущее.
Имели место даже случаи самоубийства. Так, при вступлении частей Красной Армии в село Медниц не успевшие эвакуироваться 58 женщин и подростков перерезали себе вены на руках для того, чтобы Красная Армия не забрала их на работу.
Многие из оставшихся немцев пытаются скрыть свою немецкую национальность, называют себя поляками и пытаются разговаривать на польском языке.
Среди оставшегося на месте немецкого населения имеется много пасторов, один из них заявил: «Мне говорили эсэсовцы, что, как только придут русские, немедленно меня повесят. Но я не верил им и теперь вижу, что я прав».
Во все занятые города назначены военные коменданты, которые вводят жесткий оккупационный режим для немецкого населения, наводят строгий военный порядок для военнослужащих Красной Армии, собирают и охраняют трофейное имущество.
Отношение немецкого населения к Красной Армии на ранее занятой территории Германии остается враждебным. Они совершают диверсионные акты и помогают скрываться немецким солдатам, оставшимся в тылу войск фронта.
Так, во время боев немецкое население города Штренгау всячески вредило нашим подразделениям. В одну только ночь двадцать раз нарушали связь, из окон домов платками и флажками указывали расположение наших подразделений и корректировали огонь.
Однако внешне немцы покорны, аккуратно выполняют все поручения и высказывают удовлетворение установленным для них режимом. Так, пастор города Заган Эрнст Шлихен заявил: «Мероприятия, проводимые советским командованием, расцениваются немецким населением как справедливые, вытекающие из военных условий.
Но отдельные случаи произвола, особенно факты изнасилования женщин, держат немцев в постоянном страхе и напряжении.
Однако каждый немец понимает, что судьба тех, кто бежал, тоже не легкая. Поэтому оставшиеся не жалеют о том, что они остались, и надеются, что скоро будет установлен порядок, при котором каждый сможет заниматься своим делом под контролем командования советских войск».
Военные советы фронта и армий ведут решительную борьбу против мародерства и изнасилования немецких женщин.
Остается до сих пор не разрешенным вопросом снабжение продовольствием рабочих, больниц, детских домов и домов престарелых, а также городского немецкого населения.
Немецкое население ряда городов, таких, как Беутен, Глейвиц, Грюнберг и других, голодает, часть пухнет и умирает от голода.
Разумеется, что это не может не повлиять на настроение немецкого населения и отношение его к Красной Армии. [214]
Врач города Грюнберг Фишер заявил: «Мы все готовы работать и выполнять любые распоряжения военных властей, но работать трудно. Я не имею возможности организовать питание больных, которые лежат в моей клинике».
Имеются отдельные случаи положительного отношения части немецкого населения к Красной Армии. Эта часть немецкого населения охотно выдает членов различных фашистских организаций, высказывается против руководящей фашистской клики и их политики. Так, немка села Богенау заявила: «Виновниками войны является Гитлер и его клика. Но всю тяжесть войны приходится переносить населению, которое ничего не может сказать против правительства, так как немедленно будет схвачено гестаповцами. Война Германией уже проиграна. Скорее бы закончилась она, чтобы народ меньше страдал».
Весьма нелестно немецкое население отзывается о Геббельсе. Его считают главным виновником войны с Советским Союзом и поражения Германии.
Жительница села Шмельниц Шайбель заявила: «Геббельс — главный виновник войны, потому что он все время обманывал народ. О России он говорил как о стране, с силой которой немцам не приходится считаться. На самом же деле Россия оказалась самой сильной державой в мире».
Особенно немцы не любят поляков. Эта неприязнь к полякам наиболее остро проявляется в тех немецких районах, которые переданы Польше.
Немцы заявляют: «Лучше мы будем все время находиться под русской оккупацией, чем быть под властью поляков, так как поляки не умеют управлять и не любят работать».
Отношение между немцами и поляками обостряется еще и потому, что польские власти, как только приняли от Красной Армии немецкие районы — сразу же запретили немцам разговаривать на их родном языке и отправлять службу в кирхах, а также ввели телесное наказание за неповиновение.
Это имело место в городах Беутене, Глейвице и Гинденбурге.
2. При отступлении немцы оставляли и оставляют в тылу Красной Армии членов фашистской партии, а также забрасывают различного рода диверсантов, шпионов и агентов гестапо с целью организовывать из оставшихся в тылу фронта немецких солдат отряды, чтобы убивать офицеров Красной Армии, создавать завалы на главных автомобильных дорогах, взрывать линии железных дорог, поджигать автомашины и танки, организовывать саботаж на промышленных предприятиях, отравлять колодцы, разыскивать штаб фронта и штабы армий, изучать силы Красной Армии и их расположение, [узнавать], какие денежные знаки пущены в обращение, какой режим установлен для немецкого населения, куда отправляются трудоспособные мужчины, а также вести агитацию среди немецкого населения против Красной Армии.
Пропаганда среди немецкого населения ведется не только устно, но и посредством печати. Найдена листовка под названием «Немец в оккупированной врагом Верхней Силезии».
В этой листовке написано: «В недалеком будущем Верхне-Силезский промышленный округ возвратится обратно в немецкие руки. Перед отступлением враг будет пытаться разрушить твою родину, уничтожить рабочие предприятия, построенные еще родителями. Таким образом, ты станешь настоящим пролетарием.
Хочешь ли ты этого?
Формируйте из заслуживающих доверие [жителей] Верхней Силезии группы отпора. Приобретайте оружие и держите наготове уже имеющееся у вас. Вредите врагу, где это только возможно. Уничтожайте его танки, мастерские, нападайте на штабы, на связных и курьеров, уничтожайте его связь. Тот, кто сотрудничает с врагом, заплатит своей жизнью».
Террористические диверсионные группы врага действуют главным образом по основным автострадам и на левом фланге войск фронта, в промышленном районе Верхней Силезии. С этими группами немецкие разведывательные органы пытаются установить связь и сбрасывать им с самолетов [215] боеприпасы. Особенно часто появляются немецкие самолеты и сбрасывают боеприпасы в районе Гросс-Вартенберга, Фестенберга, Кротошина, Милича, Трахенберга, Кемпно, Обернигка, Требница, Ельса, Гинденбурга, Беутена и Опельна.
24 марта комендатурой города Обернигк были пойманы диверсанты в количестве 11 человек. На допросе показали, что они были сброшены в составе группы в 110 человек, которую возглавлял немецкий генерал-майор.
Засылаются также диверсанты и шпионы не только немецкой национальности, но и поляки, русские, украинцы, белорусы, казахи и другие, одетые в форму офицеров и бойцов Красной Армии.
Зафиксирован ряд диверсионных актов. Так, в районе деревни Закрау диверсанты убили двух офицеров Красной Армии — уполномоченного контрразведки СМЕРШ 624 шап лейтенанта Лапкина, уполномоченного контрразведки СМЕРШ 946 шап лейтенанта Петухова — и работника СМЕРШ старшего сержанта Ильева. На дороге около села Фрайвальд обнаружены установленные мины, на которых подорвалась одна повозка и ранено три бойца. Около деревни Купер группа немцев захватила и увезла с собой повозку с продовольствием.
Имеют место и такие случаи, когда немецкое командование пытается заслать через линию фронта в тыл наших войск целые подразделения. Так, в марте немцы пытались в районе села Кюршен заслать в тыл наших войск 4-ю танкоистребительную роту в составе 89 человек с целью нарушения нормального подвоза боеприпасов, уничтожения одиночных машин, танков, производства подрыва железных дорог на участке Губен — Гроссен, уничтожения отдельно следующих или отдыхающих небольших групп солдат и офицеров Красной Армии, совершения налетов на небольшие гарнизоны населенных пунктов, установления начертания переднего края, группировки артиллерии и резервов.
Карательные органы ведут решительную борьбу со шпионами, диверсантами и бандами. На 1 апреля органами контрразведки СМЕРШ арестовано агентов военной разведки и контрразведки 361 человек. Кроме того, за период действия войск фронта на территории Германии органами контрразведки СМЕРШ в порядке очищения тыла фронта арестовано 10 689 человек, из них 8421 член фашистской партии и добровольцы фольксштурма.
3. Военные советы фронта и армий продолжают мобилизацию мужчин-немцев в возрасте от 17 до 50 лет, годных к физическому труду.
Немцы всеми средствами пытаются уклониться от мобилизации — уходят в леса и скрываются там или подделывают паспорта. К уклонению от мобилизации призывают немцев заброшенные и оставленные фашистские агенты. В связи с этим военные коменданты проводят прочесывание населенных пунктов, городов и вылавливают мужчин-немцев призывного возраста.
За период с 14 февраля по 1 апреля 1945 г. мобилизовано в трудовые батальоны 41 709 человек, из них отправлено на фронтовой сборный пункт 38 883 человека. Во время мобилизации выявлено членов фашистских организаций и их пособников — 1905 человек и военнослужащих немецкой армии — 2945 человек. За невыполнение приказа о явке на мобилизационные пункты привлечено к суду военного трибунала — 109 человек, из них расстреляно — 92.
Своевременные мероприятия по мобилизации немцев на работы значительно ограничивают возможности гитлеровского руководства организовывать диверсионные и террористические группы, а равно и их деятельность.
4. Войска фронта за время наступления освободили из фашистского рабства десятки тысяч советских граждан и подданных союзных с нами государств. На 1 апреля 1945 г. зарегистрировано и принято на пункты советских граждан 102 000 человек и иностранных подданных — 23 650 человек. Из освобожденных советских граждан мобилизовано в Красную Армию 54 000 человек, репатриировано на родину — 10 300 человек, оставлено на работе по сбору скота и трофейного имущества — 16 300 человек.
Во время мартовского наступления войска фронта освободили русский [216] лагерь военнопленных № 318 около села Ламсдорф, где находилось 15 000 человек. Перед отступлением немцам удалось угнать в глубь Германии из лагеря 10 000 человек, а 5000 человек были освобождены, из них до 2000 человек — больных туберкулезом, калек и истощенных до такой степени, что они не в состоянии ходить. Освобожденные советские граждане рассказали о потрясающей картине систематического, хладнокровного уничтожения фашистами десятков тысяч советских граждан, попавших к немцам в рабство.
В этом лагере была разработана целая система уничтожения людей — голодом, побоями и просто расстрелом на глазах у всех военнопленных.
Бывший военнопленный Петр Иванович Антонов рассказал: «В сентябре 1943 года нас привезли на работу на шахты в городах Гинденбург и Котовице. Здесь нас разбили на команды по 900 — 1000 человек каждая — количество команд соответствовало числу шахт, их было около 70. Всего в этом районе работало около 100 000 русских военнопленных. Работали мы ежедневно по 14–16 часов. Весьма частые избиения, плохое питание (выдавали 1,5 литра супа из брюквы и травы, 300 граммов хлеба и иногда по 25 граммов маргарина), — все это подрывало здоровье людей. Самые крепкие в течение нескольких месяцев превращались в калек. Нередко от побоев наши товарищи умирали прямо в забое. В таких случаях немцы даже не трудились поднимать трупы наверх, их закапывали под землей. Многих заболевших на шахте немцы добивали на месте. Однажды было прекращено снабжение продовольствием больных туберкулезом. Дошло до того, что обезумевшие от голода люди поедали трупы своих же товарищей, а также ремни и ботинки».
Многие из бывшие военнопленных просят как можно скорее помочь им восстановить здоровье и отправить на фронт, чтобы отомстить немецко-фашистским извергам за муки, которые они причинили советскому народу.
Бывший военнопленный Передунов сообщает: «В лагерь несколько раз приезжали представители Власова для вербовки в РОА из военнопленных. Первый вопрос, который они задавали, — пострадал ли кто-нибудь из твоих родственников от большевиков? Однако, несмотря на невыносимый режим, который был в лагере, добровольцев было очень мало».
5. В связи с непрерывными поражениями и отступлением немецкой армии на востоке и западе, потерей Верхней Силезии и Рурского промышленного района, а также нехваткой боеприпасов началось падение политико-морального состояния войск противника — дезертирство, членовредительство и сдача в плен.
Это подтверждается рядом документов начальника генерального штаба немецкой армии фельдмаршала Кейтеля. В одном из документов Кейтель пишет: «На решающей стадии нашей борьбы за существование имеют место случаи перехода отдельных, потерявших честь элементов на сторону противника с целью избежать боя и сохранить свою жалкую жизнь. Этим они не только предают своих боевых товарищей, но ставят под угрозу военные усилия фронта и тыла и, в конечном счете, — жизнь всех немецких женщин и детей.
Приказываю: немедленно открывать огонь из всех видов оружия по каждому солдату, явно переходящему на сторону противника. Сдавшихся в плен или пытающихся сдаться — немедленно судить и приговаривать к смерти. Семьи приговоренных к смерти перебежчиков отвечают за преступление осужденного имуществом, свободой или жизнью».
В другом документе, посвященном борьбе с членовредительством, Кейтель пишет: «За последнее время участились случаи самоувечья. Борьба с этими явлениями требует особого внимания. Необходимо вести воспитание солдат, но если и это не воздействует на них, тогда нужно использовать все имеющиеся средства наказания, вплоть до расстрела, с немедленным исполнением приговора».
Особенно много случаев дезертирства в немецкой армии. Один из бывших военнопленных Александр Кривомазенко рассказал: «У многих немецких солдат настроение упадническое. Они говорят, что у русских много техники, и никто не остановит их. Поэтому воевать они не хотят, но их заставляют [217] эсэсовцы. Я сам видел, как немецкие солдаты переодевались в гражданскую одежду и дезертировали из армии. Некоторые даже срывали и бросали партийные значки. Я был очевидцем, когда за 3–4 дня до прихода частей Красной Армии в село Матцирх на кладбище было расстреляно до 100 немецких солдат за дезертирство».
Весьма тяжелое впечатление произвела на офицерский состав немецкой армии потеря Верхней Силезии. «Потеря Силезии в офицерском корпусе расценивается, — показывает военнопленный капитан Фрон Генрих, — как одна из наибольших потерь немецкой армии, так как Силезия за последнее время по степени своей значимости для Германии важнее, чем Рур. Большое недовольство офицерский корпус высказывает тем, что верховное командование немецкой армии до сего времени не принимает никаких мер, чтобы вернуть этот важный промышленный район. Для этого нужны силы и средства, в которых армия остро нуждается и которых, по-видимому, нет».
Немецкое командование пытается пресечь дезертирство, членовредительство и сдачу в плен и поднять политике-моральное состояние солдат и офицеров как мерами воспитания, так и мерами строгого наказания.
Немецким командованием созданы заградотряды, которым даны большие полномочия.
В одном из документов приказывается: «Офицеры заградотряда должны исполнять свои обязанности без пощады и всеми средствами стараться, чтобы каждый отставший от части солдат возвратился в бой. Все офицеры в должности командира полка являются военными судьями и должны на месте созывать военный суд и все приговоры немедленно приводить в исполнение. Военные суды обязаны принимать строжайшие меры по принципу: кто боится честной смерти в бою, тот заслужил подлую смерть труса».
В другом документе, подписанном командующим 4-й танковой армией Грезером, указывается: «Бои последних дней показывают серьезное ослабление боевого духа наших солдат, и в первую очередь в небольших, наспех сформированных подразделениях. Мы не можем рассчитывать на их замену, наоборот, мы должны вместе с ними выдержать предстоящие бои.
Отсюда перед нами чрезвычайно трудная задача — всеми силами и средствами поднять снова боевой дух и боеспособность солдат. Этот вопрос настолько серьезен, что требует особого внимания командиров корпусов и дивизий, и особо важные в этом отношении задачи должны поручаться только с их разрешения».
Все приведенные факты свидетельствуют о начале падения политико-морального состояния войск противника и о нехватке людских резервов и боеприпасов для артиллерии, особенно для тяжелых и легких полевых гаубиц.
Член Военного совета 1-го Украинского фронта генерал-лейтенант Крайнюков
РФ. Ф. 32. Оп. 11289. Д. 680. Л. 37–48. Подлинник.
№ 150. Выписка из политического донесения 1-го Белорусского фронта об угнанных в Германию иностранных рабочих и советских гражданах
14 апреля 1945 г.
В районах провинции Бранденбург работало большое количество советских людей, поляков, французов и др [угих] народов.
В городе Ландсберг было 5 лагерей, в которых работало не менее 4500 мужчин и женщин. [218]
В самом крупном лагере «Игифарб» работало 3500 чел., большинство из них — советские люди. В лагере «Нец-фабрик» работало 100 русских и польских девушек. В лагерях «Кафель-фабрик» и «Ют-фабрик» работало по 300 девушек из Советского Союза и Польши, а в лагере «Машин-фабрик» работало 300 мужчин различных национальностей.
Положение работающих на немцев людей было тяжелое: жили они в темных, холодных и грязных бараках по 40 человек и больше, спали на нарах, на которых вместо постели был пучок соломы. Питание было плохое и однообразное. В большинстве лагерей пищу давали только два раза в сутки. Хлеба выдавалось 250–300 грамм, суп из брюквы или тухлой капусты, иногда из мучной болтушки. Работать приходилось по 12–14 часов в сутки. Почти во всех лагерях немцы избивали работающих на них людей.
В лагере «Ют-фабрик» работала семья белорусов Бордиловских из Могилевской обл [асти]. Мать Анеля и четыре дочери — Мария, Анна, Александра и Зоя. Анеля Бордиловская в беседе заявила: «В 1943 г. немцы угнали всю нашу семью в Германию. Два моих младших сына умерли в дороге, а я с четырьмя дочерьми до последних дней мучилась в немецком рабстве. Тяжело нам жилось в проклятой Германии. Немецкая брюква и 300 г какого-то суррогата-хлеба превратили нас в чахлых людей. Спасибо Красной Армии, освободившей нас из немецкой неволи».
Петр Лаузин из Сабецкого района Ленинградской обл [асти] рассказал: «В немецкой каторге я вместе с женой и двумя детьми нахожусь с 1942 г. Эти годы были страшными годами в нашей жизни, нам их не забыть до самой смерти. Немцы нас не считали за людей, мы для них были рабочим скотом. Нас били, сажали в карцеры, ходили мы в обуви с деревянной подошвой. Сейчас всему этому настал конец. Во мне говорит лютая ненависть к немцам. Я желаю с оружием в руках в рядах Красной Армии бороться с проклятыми немцами».
В деревне Янсфельде (округ Ландсберг) работало у немцев свыше 20 советских военнопленных. Они также рассказывали об издевательствах, которые совершали над ними немцы.
Юноши-поляки Эдвард Казимирский и Ян Бжозовский, находившиеся в рабстве у немцев в Гросс-Даммер, заявили: «В 1941 г. нас угнали в Германию. За эти годы мы постарели на много лет. То, что мы видели и пережили, тяжело рассказать. Нас морили голодом, били и издевались над нами. Мы должны были носить позорную повязку раба с буквой «Р». Сейчас, когда нас освободила Красная Армия, мы счастливы и благодарны ей».
Еще более тяжелым было положение советских, польских, французских и итальянских военнопленных.
В городе Ландсберг было 3 лагеря военнопленных: военнослужащих Красной Армии, поляков, французов и итальянцев. В лагере советских военнослужащих находилось около 500 чел. Все они при отступлении фашистской армии были угнаны в сторону Берлина.
Верно: Красноглядов [219]
РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 574. Л. 412–413. Зав. копия.
№ 151. Указание члена Военного совета 1-го Белорусского фронта Военному совету 61-й армии об использовании рабочей силы на демонтажных работах в Германии
№ ВС/00376
20 апреля 1945 г.
[В отношении] упомянутых Вами в постановлении № 014 заводов фронтом сделано представление в ГОКО на предмет их демонтажа и вывоза в СССР.
Просимые Вами 10 тракторов и 300 человек рабочих фронтом выделены не будут, так как фронтовые части до предела загружены на демонтажных работах.
Военный совет считает, что 10 тракторов Вы сможете найти из наличного у Вас тракторного парка. Что касается рабочей силы, то надо с максимальной загрузкой использовать имеющиеся в армии 20-й трофейный батальон, 160-й армейский рабочий батальон и 8-ю армейскую трофейную роту.
В случае крайней необходимости, когда армейские части с объемом работ не справятся, нами будет оказана Вам помощь рабочей силой для выполнения конкретных задач.
Член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Телегин
Верно: капитан
РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 34. Л. 534. Зав. копия.
№ 152. Указание Военного совета 1-го Белорусского фронта начальнику тыла фронта об использовании пленных на очистке занятых территорий от трупов
№ ВС/00378
20 апреля 1945 г.
Ниже сего сообщаю выписку из докладной записки пом. нач. ПУ фронта, работавшего в войсках 5-й ударной армии:
«…Встал также вопрос об обязательной уборке и закапывании трупов лошадей и фрицев: они начинают разлагаться и не исключена возможность эпидемических заболеваний. Произвести эту работу, а равно делать ее и в дальнейшем, необходимо силами пленных, создавая специальные команды. Впереди, где будет население, — уборку трупов будет делать оно. Здесь населения нет, поэтому очищать территорию от трупов нужно только силами пленных»
Секретарь Военного совета 1-го Белорусского фронта майор Лысак [220]
РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 34. Л. 537. Подлинник.
№ 153. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующим войсками и членам Военных советов 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов об изменении отношения к немецким военнопленным и гражданскому населению
№ 11072 20 апреля 1945 г. 20.40
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Потребуйте изменить отношение к немцам как к военнопленным, так и к гражданским. Обращаться с немцами лучше. Жесткое обращение с немцами вызывает у них боязнь и заставляет их упорно сопротивляться, не сдаваясь в плен. Гражданское население, опасаясь мести, организуется в банды. Такое положение нам невыгодно. Более гуманное отношение к немцам облегчит нам ведение боевых действий на их территории и, несомненно, снизит упорство немцев в обороне.
2. В районах Германии к западу от линии устье реки Одер, Фюрстенберг, далее река Нейсе (западнее) создавать немецкие администрации, а в городах ставить бургомистров — немцев.
Рядовых членов национал-социалистической партии, если они лояльно относятся к Красной Армии, не трогать, а задерживать только лидеров, если они не успели удрать.
3. Улучшение отношения к немцам не должно приводить к снижению бдительности и панибратству с немцами.
Ставка Верховного Главнокомандования
И. Сталин
Антонов
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 390. Л. 350–351. Копия.
№ 154. Директива Военного совета 1-го Белорусского фронта Военным советам армий, командующим 16-й воздушной и 1-й польской армиями, начальникам управлений фронта и военным комендантам городов и районов об изменении отношения к немецкому населению
ВС/00384 22 апреля 1945 г.
Для устранения произвола и самовольства в отношении к немцам Военный совет фронта в соответствии с директивой Ставки Верховного Главнокомандования требует от вас проводить строго в жизнь следующие мероприятия:
1. Прекратить самовольное изъятие у оставшихся немцев их личного имущества, скота, продовольствия, за исключением неотложных нужд боевых частей, если в каком-либо имуществе будет ощущаться необходимость для обеспечения боя.
2. Все имущество, товары, продовольственные запасы в складах и магазинах, предназначенные для потребительских нужд оставшегося населения, немедленно брать под войсковую охрану и передавать военным комендантам для организованного использования на нужды войск и обеспечения продовольствием городского населения.
3. Решительно бороться с незаконными самозаготовками продовольствия и мяса. Всех лиц, самовольно изымающих скот и продовольствие у оставшихся [221] немцев, задерживать и наказывать, особенно строго наказывать лиц, поощряющих это и дающих право подчиненным на незаконные заготовки.
Скот и продовольствие, брошенные бежавшими немцами, необходимо собирать и передавать военным комендантам, от которых получать на довольствие войскам порядком, установленным интендантом фронта.
У оставшихся немецких хозяйств весь скот и продовольственные запасы военные коменданты берут на учет, разрешают расходовать только необходимое количество для питания (16 кг зерна, 30 кг картофеля, 3 кг зернофуражных на лошадь и т. д.) и посева, а остальное сдают владельцам для сохранения, запрещая расходовать без разрешения военного коменданта. Резать скот — запретить.
4. Прекратить имевшие место в прошлом факты, когда при размещении воинских частей и штабов немецкое население выгонялось из зданий без запасов продовольствия и личных вещей, а последнее растаскивалось. Впредь необходимые выселения производить только при размещении штабов и командиров и при отсутствии зданий, брошенных немцами. В остальном надлежит немецкое население изолировать от военнослужащих в отдельные постройки, разрешать им свое имущество собирать в отдельные комнаты и кладовые, закрывать на замок, а командирам размещающихся частей и штабов гарантировать сохранность его.
При выселении немцев указывать конкретно район вселения. Запретить произвольно перегонять их с места на место.
Вновь прибывающие части и учреждения в населенный пункт обязаны получить от военного коменданта разрешение на размещение с конкретным указанием района и помещений.
5. Военным комендантам собирать брошенное немцами бытовое имущество и выдавать его частям как посылочный фонд только с разрешения Военного совета армии, начальников тылов армий и командиров отдельных корпусов.
6. Военным советам и командующим армиями, командирам корпусов, начальникам политорганов, военным прокурорам взять под личный контроль проведение в жизнь настоящей директивы, в самый кратчайший срок навести необходимый порядок, в нужных случаях применяя суровые меры наказания.
О проводимых мероприятиях доносить Военному совету фронта каждые пять дней, начиная с 25.4.45 г.
С директивой ознакомить весь офицерский состав и через него довести до всего сержантского и рядового состава.
Командующий войсками 1-го Белорусского фронта Маршал Советского Союза Г. Жуков
Член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Телегин
РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 35. Л. 3–5. Зав. копия.
№ 155. Донесение начальника политического отдела 8-й гвардейской армии начальнику Политического Управления 1-го Белорусского фронта о поведении немецкого населения в занятых пригородах Берлина и его отношении к советским военнослужащим
№ 0677 25 апреля 1945 г.
Измотав противника в пятидневных упорных боях, наши части быстрее стали продвигаться вперед. Ослабло сопротивление как наземным нашим войскам, так и авиации. Днем 22 апреля наши самолеты буквально «гуляли» [222] над пригородами и окраинами Берлина, не встречая огня зениток и истребителей. Немецкая артиллерия бьет редко и только с дальних позиций. Настроение личного состава, несмотря на усталость от боев, боевое. Люди воодушевлены приказом — взять центр фашистского логова — Берлин. Личный состав 266 и 269 гв. сп 88 гв. сд в ночь с 21 на 22 апреля первым переправился через озера в районе Вольтерсдорф и Эркнер. Переправа в 266 гв. сп проходила без мостов, на подручных средствах, тем не менее в стрелковых подразделениях полка не было ни одного случая задержки в переправе или отставания бойцов и офицеров.
Поведение немецкого населения в занятых пригородах Берлина
Части 28 гв. ск, вступив в пригороды Берлина в ночь с 21 на 22 апреля, заняли населенные пункты Вильгельмсхаген и Рансдорф. Ночью оставшиеся жители прятались, а с утра постепенно стали появляться около домов. Все они — с белыми повязками на руках. При встрече с нашими бойцами и офицерами женщины поднимали руки вверх, плакали и тряслись от страха. Убедившись, что бойцы и офицеры ничего с ними делать не собираются, они, как мужчины, так и женщины, начинали проявлять услужливость, лебезить. Но так делают не все. Жители наиболее богатых особняков, как правило, не показываются на улице, шторы на окнах не открывают, запирают ворота.
Общее же впечатление от первых встреч с жителями пригородов Берлина — населенных пунктов Рансдорфа и Вильгельмсхагена — такое, что большинство населения относится к нам лояльно, стремится подчеркнуть это и в разговорах, и в поведении. Рабочий брикетной фабрики немец Вольман Шмидт, 45 лет от роду, участвовал в войне 1914–1918 гг.; жалуется на нужду, говорит, что Гитлер довел его и жену до истощения и он не поддерживал якобы политику Гитлера. Говоря об этом, он показывает на себя, на истощенную жену и такую же истощенную дочь.
Многие жители стараются хоть чем-нибудь угостить наших бойцов и офицеров, предлагают свои услуги. Когда наши части переправлялись через канал южнее Рансдорфа, к офицерам подошли два местных жителя — немец и словак и робко спросили, чем они могут помочь. Ст. инструктор политотдела 28 гв. ск гв. майор Бронштейн предложил им собрать мужчин и подвезти лес и другие материалы на строительство моста. Через короткое время заготовкой леса занялись более 50 мужчин-немцев. Кроме того, они указали место, где находится 5 самоходных полупонтонов, и помогли [доставить] их. Оставшиеся владельцы предприятий ведут себя более настороженно. Владелец нефтеперегонного завода в Верке, у которого хозяйственники проходящих частей брали горючее, был немногословен, внешне старался показать, что ему все равно — берут ли у него горючее или не берут. Завод его частично разбит авиацией союзников.
В разговорах с нашими бойцами и офицерами, в том числе и с политработниками, почти все жители говорят: «Мы воевать не хотели, пусть теперь Гитлер воюет». При этом каждый старается подчеркнуть, что он не причастен к нацистам, не поддерживал никогда гитлеровской политики, некоторые настойчиво стараются убедить, что они коммунисты.
В населенных пунктах Вильгельмсхаген и Рансдорф работают рестораны, где имеются в продаже спиртные напитки, пиво и закуски. Причем владельцы ресторанов охотно производят продажу всего этого нашим бойцам и офицерам на оккупационные марки. 22 апреля некоторые бойцы и офицеры побывали в ресторанах и покупали спиртные напитки и закуски. Часть из них поступала осторожно — в одном из ресторанов в Рансдорфе танкисты перед тем, как пить вино, попросили хозяина ресторана выпить его первым. Но некоторые военнослужащие поступают явно неправильно, разбрасываясь оккупационными марками. Например, литр пива стоит 1 марку, а отдельные военнослужащие платят по 10–20 марок, а один из офицеров отдал за литр [223] пива дензнак достоинством в 100 марок. Начальник политотдела 28 гв. ск полковник Бородин приказал владельцам ресторанов Рансдорфа закрыть рестораны на время, пока не закончится бой. Сейчас немецкие торговцы начинают открывать свои магазины и продавать товары за оккупационные марки.
22 апреля в Рансдорфе работниками политотдела 28 гв. ск обнаружена листовка — воззвание к жителям восточных районов Берлина и немецким воинским частям, находящимся в районе Берлина, подписанное «Комиссарским организационным руководителем Берлина» (подпись неразборчива). Из бесед с местными жителями — немцами установлено, что многие из них читали воззвание. Образец листовки и перевод ее прилагаю.
Начальник политотдела 8-й гв. армии гв. генерал-майор Скосырев
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 92. Л. 54–56. Подлинник.
№ 156. Донесение начальника политического отдела 2-й гвардейской танковой армии начальнику Политического Управления 1-го Белорусского фронта о настроениях советских военнослужащих и антифашистской деятельности населения Германии
24 апреля 1945 г.
Сегодня в 15.00 в корпуса посланы работники ПОАРМа для доведения до командования требований члена Военного совета фронта генерал-лейтенанта тов. Телегина в отношении подготовки к встрече с войсками союзников.
Обращение Военного совета фронта об отношении с военнопленными и к гражданскому населению Германии разослано в соединения и части с указанием организовать доведение его до каждого бойца, сержанта и офицера. Политорганам предложено немедленно расследовать каждый случай мародерства, изнасилования и т. п. и виновных привлекать к строгой ответственности.
Политотдел армии располагает документами и фактами, что в Берлине имеются группы сопротивления гитлеровскому режиму, которые распространяют листовки и обращения, призывающие население Берлина, фольксштурмовцев и солдат прекратить бесцельную борьбу и поднять восстание против нацизма.
При допросе пленного фольксштурмовца из 617-го б-на гор. Берлина стало известно, что среди солдат и фольксштурмовцев, обороняющих Берлин, распространяются листовки так называемой «Группы сопротивления». Экземпляр этой листовки он передал при допросе. (Текст листовки прилагаю).
22 апреля в 21.00 в р-не кондитерской фабрики пригорода Берлина Вейсензее на КП командира 19-й механизированной бригады явилась группа немцев в числе 7 человек, одетых в гражданскую одежду. Они принесли с собой Красное знамя с надписью на русском языке, которое якобы было преподнесено физкультурниками гор. Москвы рабочим-физкультурникам гор. Берлина в 1932 г. во время Берлинской всемирной спартакиады.
Знамя принесли: [224]
Средки Игильд, 1917 г. рождения, электросварщик по профессии;
Галеруд Макс, 1900 г. рождения, строитель;
Эцхольц Л ос, 1921 г. рождения, портниха;
Средки Кевда, 1917 г. рождения, машинистка;
Ветерлис Ганс, 1916 г. рождения, столяр;
Эльцгольц Пауль, 1922 г. рождения, кондитер;
Берлрман Гертруда, 1918 г. рождения, безработная.
Эти немцы заявили, что при гитлеровском режиме они подвергались преследованию как антифашисты, сидели в тюрьмах и с приближением Красной Армии к Берлину усилили свою активность: 16 апреля отпечатали на множительном аппарате 25 тыс. листовок и распространили их среди жителей города (листовки на немецком языке прилагаю).
Пришедшим немцам через переводчика было разъяснено отношение Красной Армии к солдатам, сдающимся в плен, и к гражданскому населению Германии. После этого с ними занялся отдел контрразведки СМЕРШ бригады.
Отмечается много случаев, когда в занятых нашими войсками немецких городах и в самом Берлине немцы из гражданского населения предъявляют членские билеты коммунистической партии Германии, а отдельные из них обращаются к нашим офицерам с просьбой разрешить им организацию коммунистических ячеек и дать разрешение на это.
Экземпляр такого билета, изъятого при предъявлении в местечке Бланкебурге, направляю Вам.
Соединения получили указания о представлении к польским орденам и медалям бойцов и офицеров, отличившихся в боях за освобождение Польши.
В связи с тем, что к наградам польского правительства разрешено представить единицы военнослужащих, например, по 12 гв. тк — 4 человека, среди офицеров есть настроения, что польское правительство очень скупо на награды бойцов и офицеров соединений армии, так много сделавших для освобождения польской территории от немецких оккупантов.
Нач. политотдела армии гв. полковник Литвяк
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 92. Л. 165, 165 об. Подлинник.
№ 157. Донесение начальника Политического Управления 1-го Белорусского фронта заместителю начальника Главного Политического Управления РККА об антифашистских листовках «Группы сопротивления», обнаруженных в пригородах Берлина
26 апреля 1945 г.
В занятых нашими войсками районах и пригородах Берлина обнаружено несколько листовок, отпечатанных на пишущей машинке и на стеклографе. Эти листовки, выпущенные так называемой «Группой сопротивления», призывают немецкое население Берлина всячески противодействовать гитлеровцам и оказывать помощь и содействие Красной Армии.
Из бесед с местными жителями освобожденных районов Берлина и из [225] опроса пленных немецких солдат установлено, что многие из них читали эти листовки. Одна листовка была на руках у пленного. Приложение: 4 листовки и переводы к ним.
Начальник политуправления 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Галаджев
Приложение
Листовка, распространяемая в Берлине так называемой «Группой сопротивления». Листовка отпечатана на стеклографе и отмечена красной звездой и изображением серпа и молота.
«Берлинцы!
Красная Армия стоит у ворот Берлина! Солдаты Советского Союза пришли к нам не как наши враги, они пришли как враги наших угнетателей и эксплуататоров, как враги гитлеровского фашизма!
Берлинцы, будьте смелыми! Берите за горло палачей немецкого народа! Спасайте то, что у нас осталось!
Объединяйтесь поквартально! Не допускайте, чтобы ваша квартира стала точкой сопротивления для нацистов! Жены и матери, не допускайте чтобы ваших детей гнали на убой! Защищайте свой дом, но только — против Гитлера! А шпионам и доносчикам — смерть! Смерть всем, кто затягивает войну! Вас — большинство! Вы — сила!
Объединяйтесь по предприятиям!
Не допускайте удаления деталей машин! Не допускайте подрыва предприятий! Не допускайте того, чтобы вы остались надолго без зарплаты и хлеба! Защищайте ваши предприятия, но — против Гитлера! И тогда — смерть всем прислужникам предпринимателей! Смерть тем, кто по собственной вине уже давно распрощался с жизнью! Вас — большинство! Вы — сила!
Объединяйтесь в фольксштурме! Не допускайте подрыва мостов и зданий! Не допускайте многонедельной блокады Берлина! Не допускайте лишений, нужды, голода и смерти ваших близких! Защищайте Берлин, но против Гитлера! И тогда — настоящий фольксштурм! Смерть тем, кто хочет гнать вас на смерть! Вас — большинство! Вы — сила!
Берлинцы, на борьбу! На борьбу за свои интересы: за демократию трудящегося народа!
На борьбу за свободную социалистическую Германию!»
Перевела:
переводчик 7-го отдела ПУ 1 БФ
мл. лейтенант Широкова
РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 623. Л. 129–131. Подлинник.
№ 158. Информационная сводка 7-го отдела политического управления 1-го Белорусского фронта о ситуации в Берлине и настроениях немецкого населения
№ 54 27 апреля 1945 г.
Приказ военного коменданта Берлина
Захвачен приказ военного коменданта Берлина, датированный 20.4.1945 г., который в этот день был расклеен по стенам домов Берлина. Вот его текст: «Приказ военного коменданта Берлина. Отпускники-военнослужащие, за исключением получивших отпуск для работы, [226] должны сегодня же явиться в Шпандау, в казармы Секта (вход с ул. Секта), имея при себе оружие, личную поклажу, боеприпасы и запас продовольствия на одни сутки.
В случае отсутствия средств сообщения они должны прибыть к месту явки пешком.
Берлин, 20.4.45. Военный комендант Берлина (подписи нет)».
О радиостанции Науэн
24.4.1945 г. нашими частями захвачена радиостанция Науэн. За несколько часов до ее захвата из Берлина приехал представитель имперского управления связи инженер Бауэр вместе с командой специалистов на двух автомашинах. По его указаниям эта команда изъяла особо важные части дизелей и аппаратуры, чем вывела станцию из строя.
На территории радиостанции осталась часть руководящего и технического персонала, а также квалифицированные рабочие. Остальные рабочие находятся в близлежащих населенных пунктах.
О санитарном состоянии Берлина
Военнопленные — начальник сводных санитарных подразделений Берлина подполковник м/с Илов и начальник 142-го резерв, госпиталя майор м/с Буссе — дали следующие показания:
«Медицинское обслуживание берлинского населения очень плохое из-за недостатка медикаментов. Оно затрудняется также из-за нехватки воды и электроэнергии. Примерно месяц тому назад корпусной врач и начальник санотдела 3-го (берлинского) резервного корпуса отдали по всем госпиталям Берлина приказание создать резерв медикаментов и перевязочных материалов на месяц, на случай «чрезвычайных обстоятельств». Этот приказ не был выполнен. Так например, 142-й резервный госпиталь, рассчитанный на 235 коек, имел на 22.4.45 г. запас медикаментов и перевязочных материалов всего на 2–2,5 дня. Примерно таким же было положение во всех берлинских госпиталях и др [угих] санитарных учреждениях. Ощущается острый недостаток в санитарных машинах. Не хватает коек, и наличные госпиталя не в состоянии обслуживать поступающее количество раненых.
После 15.4.45 г. к нам приходило много рабочих, которые просили справки об освобождении их от работы. Они заявляли: «Надоело работать на этот режим. Наши руководители завели Германию в тупик». В последние дни, по их рассказам, было много случаев, когда берлинцы рвали и сжигали на улицах портреты Гитлера».
О настроении населения занятой части Берлина и его пригородов
Настроение населения занятой части Берлина и его пригородов определяется, в основном, двумя моментами: отношением к войне и к предстоящему установлению власти военных комендантов.
Подавляющая часть населения, изуверившись в возможности победы Германии и желая скорейшего окончания войны, выражает удовлетворение тем, что берлинцы избавлены теперь от значительной части связанных с войною опасностей. Так, некий Хартвиг заявил: «Мы рады, что с приходом русских война для нас закончилась и мы не будем больше подвергаться ужасам бомбардировок. Мы хотим работать, чтобы заслужить себе пропитание, и если нам будут выдавать по 300 г хлеба в день, то это будет почти втрое больше, чем мы получали при Гитлере». Сильно поражает берлинцев контраст между тем, что говорила о личном составе и технике Красной Армии [227] немецкая пропаганда, и тем, что оказалось в действительности. Так, рабочий Дитмар заявил: «Впечатление было ошеломляющим. В Красной Армии оказалось множество молодых, крепких и прекрасно вооруженных солдат и такое обилие техники, какого мы никогда не могли себе представить. Если бы мы раньше знали правду, мы бы давно поняли, какое преступление совершил Гитлер, начав войну против России».
Население ожидает установления власти военных комендантов, надеясь, что они установят определенный распорядок жизни и окончательно искоренят те отдельные случаи бесчинств, которые все еще имеют место. Так, некий Иосиф Бендер заявил: «Нам говорили неправду о русских. Русские отнеслись к нам хорошо, а нашему дому даже дали грузовик, чтобы привезти картошку. Правда, были отдельные случаи безобразий, но война — это война, и я надеюсь, что когда сюда будет назначен комендант, он сумеет окончательно прекратить подобные выходки. Кроме того, мы ждем, чтобы жизнь поскорее вошла хоть в какие-нибудь рамки». Следует отметить, что в последнее время зарегистрированы случаи бесчинств, творимых поляками, французами, итальянцами, бельгийцами и представителями других национальностей, освобождаемыми из трудовых лагерей.
Часть населения, в принудительном порядке или добровольно покинувшая Берлин и его пригороды перед вступлением туда Красной Армии, начинает возвращаться в свои дома и квартиры. В занятой части города расклеены и распространяются по рукам наши листовки: «Маршал Сталин о Германии и немцах», «Листок известий для немецкого населения» и др. Так, в Фридрихсфельде расклеено 300 листовок. Работники 7-х отделений проводят индивидуальные и групповые беседы, в частности на темы: «Маршал Сталин о Германии и немцах» и «О решениях Крымской конференции». Проводится также звуковещание для населения. Ко всем этим мероприятиям население относится с живым интересом. В своих высказываниях население отмечает, что эти мероприятия способствуют рассеиванию нацистской клеветы на Россию и о ее целях в этой войне.
О засылке гражданского населения
26.4.45 г. на участке армии т. Кащеева заброшено в западные районы Берлина 46 лиц из числа гражданского населения. Перед заброской с ними проводились беседы на политические темы и им зачитывались наши листовки. Эта группа взяла с собою для распространения за линией фронта около 1000 экз. различных листовок. Вернулось две группы из засланных 25.4.45 г.: двое из них привели с собою колонну жителей Берлина численностью около 200 чел. Другая группа привела с собою 28 фольксштурмовцев.
О г. Эберсвальде
Пленные, захваченные при штурме г. Эберсвальде, показывают, что многие немецкие подразделения и части самвольно оставляли позиции и что отступление противника превратилось в беспорядочное бегство. Так, штабс-фельдфебель Альфред Тарах показал: «Мой взвод занимал рубеж в районе казармы. Русские накрыли нас очень сильным артиллерийским и минометным огнем и вскоре, где-то очень близко, раздалась ружейно-пулеметная стрельба. Мои солдаты побежали назад. Недалеко от передовой их встретил какой-то полковник и, дав по ним несколько выстрелов, заставил вернуться на прежние позиции. В это время русские начали новый артналет, и на этот раз побежала вся рота, вместе с ее командиром. Никто не попытался их остановить, и через несколько минут началась невообразимая сумятица и паника. Части перемешались, никто не знал, что делать и откуда грозит опасность, каждый думал лишь о спасении своей жизни». Многие пленные заявляют, что перестали понимать политику гитлеровского правительства, [228] которое продолжает войну, несмотря на то, что положение совершенно безнадежно.
В г. Эберсвальде из 40 000 жителей осталось около 25 000 чел. Среди большинства населения страх перед Красной Армией еще не рассеялся: отношение к нам настороженное и выжидательное. В городе ощущается резкий недостаток продовольствия, и жители постоянно спрашивают у офицеров, будет ли организована выдача продуктов для них и для их детей.
В расположенном неподалеку от г. Эберсвальде м. Клостерфельд к моменту прихода наших частей осталось всего лишь 10 жителей. После того как этим жителям были розданы листовки «Маршал Сталин о Германии и немцах», они направились в соседний лес, где, оказывается, скрывалось большинство населения этого местечка, и к вечеру из леса вернулись в свои дома 2638 чел. Бургомистром назначено лицо, занимавшее этот пост до прихода Гитлера к власти. На следующий же день в м. Клостерфельд начала налаживаться нормальная жизнь и, в частности, начала работать пекарня. Жители были изумлены и говорили друг другу: «Русские не только не делают нам зла, но заботятся о том, чтобы мы не голодали».
Листовка роты пропаганды при 9-й армии
Захвачена листовка роты пропаганды «Белка» (9 А), направленная на то, чтобы дискредитировать Национальный комитет «Свободная Германия» и найти еще один аргумент для запугивания немецких солдат перспективою плена. В листовке говорится: «Разве смог этот Национальный комитет «Свободная Германия» воспрепятствовать убийствам, грабежам и насилиям над нашими женщинами, творимым большевиками в занятых ими восточных районах Германии? Разве создал он там, где имел для этого возможность, «свободную» Германию? Нет. А теперь бывшие солдаты, попавшие во власть советской террористической системы, должны быть введены в бой. Немцы должны сражаться против немцев и служить мишенью для красноармейских пуль… Теперь те самые большевики, которые обещали им жизнь, посылают их на верную смерть. Такова судьба предателей. Она постигнет всякого, что потеряет честь».
Начальник 7-го отдела политического управления 1-го Белорусского фронта полковник Мельников
РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 623. Л. 138–143. Подлинник.
№ 159. Донесение начальника политического отдела 8-й гвардейской армии начальнику Политического Управления 1-го Белорусского фронта об отношении советских военнослужащих к немецкому населению
№ 0713 29 апреля 1945 г.
В происходящих боях за Берлин бойцы и офицеры проявляют исключительное мужество и отвагу, находчивость и дерзость. Замечательный подвиг совершил 28 апреля заместитель командира по политчасти 117 гв. сп 39 гв. сд гв. майор Кухарев. [229] В 14.00 немцы, находящиеся в тоннелях укрепленного опорного пункта (3-этажный подвал), предложили 2-му батальону 117 гв. сп вести переговоры по вопросу выселения из этих тоннелей гражданского населения, для чего прислали трех своих представителей из гражданских немцев. Переговоры немцы желали вести только с офицерами. Как только стало известно об этом гв. майору тов. Кухареву, он проявил сам инициативу, взял с собой переводчика гв. рядового Эрика и 10 автоматчиков и направился для переговоров. Пришедшие делегаты от немцев привели тов. Кухарева к месту назначения. Из тоннеля вышли комендант, капитан, лейтенант и еще один офицер. Они предложили Кухареву завязать глаза и вести переговоры только после этого. Гвардии майор тов. Кухарев отверг это предложение и предложил вести переговоры на улице. Автоматчиков Кухарев оставил в стороне, за домом и переговоры он вел только в присутствии переводчика Эрика. Переговоры длились около двух часов. Основное условие было поставлено перед переговорами — положить оружие обеим сторонам. Гв. майор Кухарев положил свой пистолет, а маленький пистолет оставил у себя в руке. После переговоров было выведено мирное население немцев — около 1500 человек. Немцы сказали, что все население надо распустить. Кухарев с этим не согласился и вышедшее население было оцеплено автоматчиками 2-го и 3-го батальонов.
Когда все гражданское население вышло из тоннеля, немецкий капитан отдал приказание своим офицерам продолжать выполнять приказ Гитлера — сопротивляться до конца — и ушел в тоннель. Тов. Кухарев не растерялся. Он предложил Эрику позвать капитана. Когда капитан пришел, находчивый политработник Кухарев вытащил из рукава маленький пистолет и застрелил из него капитана и двух остальных офицеров. Автоматчики 117 гв. сп ворвались в подвал, немцы подняли руки и сдались в плен. Таким образом, было взято в плен 650 немцев. Это были немецкие солдаты и офицеры из школы фаустников. В тоннеле было много складов с продовольствием и вооружением.
Сегодня член Военного совета гвардии генерал-майор Пронин провел совещание военных комендантов. Присутствовало 19 человек. На совещании были заслушаны доклады четырех комендантов о их работе, даны указания на будущее.
Общее мнение всех комендантов — немецкое население в связи с назначением комендантов и бургомистров стало чувствовать себя лучше, увереннее. Коменданты имеют большой авторитет среди населения — к ним обращаются массы жителей с самыми разнообразными вопросами: об организации питания, о разрешении на проезд, о порядке в населенных пунктах и т. п.
Население активно берется за наведение порядка в населенных пунктах. Немцы начинают налаживать местное производство, убирают улицы, разбирают баррикады. Военные коменданты заботятся об организации снабжения населения продовольствием. В населенных пунктах Кёпеник и Рансдорф второй день налажена выпечка хлеба и выдача его по карточкам. Правда, запасов муки и других продуктов в распоряжении комендантов мало — всего на 7–8 дней. Военный совет армии разрешил выдать с мясокомбината около 100 тонн отходов и направить их на снабжение населения. Оружие жители сдают, — главным образом винтовки, патроны и в ряде случаев пулеметы. Совсем мало сдают пистолетов и придерживают хорошие радиоприемники и фотоаппараты, [а] сдают приемники и фотоаппараты старые, недоброкачественные.
Военные коменданты отмечают, что в последние дни резко уменьшилось количество случаев барахольства, изнасилования женщин и других аморальных явлений со стороны военнослужащих. Регистрируется по 2–3 случая в каждом населенном пункте, в то время как раньше количество случаев аморальных явлений было намного больше.
Член Военного совета гвардии генерал-майор Пронин детально разъяснил [230]
комендантам директиву Ставки Верховного Главнокомандования и указания Военного совета фронта об отношении к местному немецкому населению, детально проинструктировал их по основным вопросам работы.
Выступив на совещании, я особое внимание обратил на вопросы повышения бдительности, дал указания о проведении займовой кампании среди служащих комендатур.
В Берлине, в расположении соединений и частей, ведущих боевые действия, до сих пор наблюдаются случаи исключительно плохого поведения военнослужащих. Как и прежде, такие факты отмечаются прежде всего среди артиллеристов, самоходчиков и других военнослужащих специальных частей. Некоторые военнослужащие дошли до того, что превратились в бандитов. Об этом говорит следующий факт, происшедший 28 апреля в расположении 4 гв. ск.
В 23.30 в помещение, где расположился инженер корпуса гвардии полковник Шанин, пытался войти боец, как впоследствии выяснилось рядовой 350-го легкоартиллерийского особого назначения штурмового полка Попов Максим Федорович (зам. командира полка по политчасти майор Васин).
Попов открыл дверь и, выставив впереди себя пистолет, начал осматривать помещение. Полковник Шанин приказал Попову предъявить документы и тут же сделал замечание — почему он вошел без разрешения и не имеет должного воинского вида — шинель в беспорядке, на ремне немецкий кинжал, в руках пистолет, который не положен рядовому, на руках кольца. Вместо того, чтобы стать смирно перед полковником, рядовой Попов стал материться, заявив: «Не хочу с Вами разговаривать». Полковник Шанин с автоматчиком доставил Попова к начальнику штаба корпуса, где последний также хулиганил, заявляя начальнику штаба: «Чего Вы хотите, если Вам нужно что, я Вам дам». При обыске в карманах у Попова и в голенищах сапог обнаружено: четыре бумажника, игральные карты, 4000 оккупационных марок, 300 польских злотых, 2 пистолета, машинка для стрижки волос, 4 ножа, двое ручных и одни карманные часы, две лупы, одна золотая монета достоинством в 10000 марок, две русские золотые монеты (николаевские) по 10 рублей, 3 браслета, 11 золотых и простых колец, 11 разных цепочек, две брошки, перламутровый кошелек, бритва, замок, два флакона духов, под шинелью — кожаное пальто.
Безусловно, Попов с целью грабежа ходил по квартирам, забирал ценные вещи и забыл о своих обязанностях воина, превратился в бандита. Попов арестован, ведется следствие на предмет отдачи его под суд военного трибунала. Соцдемографические данные Попова М. Ф. — 1910 года рождения, русский, образование 1 класс, б/п, до войны — шахтер, призван в Красную Армию в марте 1942 года Лисичанским РВК Ворошиловградской области. В документах Попова имеется благодарность за взятие Гдыни и две квитанции на отправку посылок.
Проверка, проводимая работниками политотдела армии, показывает, что в частях началась более решительная борьба с барахольством и другими фактами недостойного поведения военнослужащих. Партийные комиссии ежедневно рассматривают персональные дела коммунистов, замеченных в недостойном поведении. Так, партийная организация управления 28 гв. ск привлекла к ответственности офицера связи штаба корпуса, члена ВКП(б) майора Терентьева, который во время боя напился пьяным, недостойно вел себя на глазах у местного населения, потерял облик советского офицера. Бюро парторганизации объявило Терентьеву выговор и возбудило ходатайство перед командованием о направлении его на должность командира батальона.
Сегодня в типографии армейской газеты печатается приговор по делу военнослужащего Доманского, который за недостойное поведение осужден военным трибуналом к 8 годам ИТЛ с заменой наказания в частях действующей армии (подробности в политдонесении от 28 апреля с. г.). Приговор будет разослан в части с расчетом, чтобы он дошел до каждого батальона, роты. [231]
Приложение: Арм. газета — 1 экз.
Начальник политотдела 8-й гв. армии гвардии генерал-майор Скосырев
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 92. Л. 71–75. Подлинник.
№ 160. Донесение начальника политотдела 7-го гвардейского кавалерийского корпуса начальнику Политуправления 1-го Белорусского фронта о фактах враждебного отношения немецких граждан к советским военнослужащим
30 апреля 1945 г,
В городе Ратенов, где действует 14-я гв. кавдивизия, имели место многие случаи явно враждебного отношения немцев из гражданского населения к нашим военнослужащим.
Так, за несколько дней боев зарегистрированы следующие факты: комсорг 54-го гв. кавполка гв. лейтенант Абакумов 26 апреля, проходя по улице далеко от передовой, из окна одного из домов был обстрелян. В результате — пробита планшетка и в двух местах прострелена шинель.
27 апреля зам. командира 54-го гв. кавполка по политчасти гв. майор Якунин, находясь в р-не действий 2-го эскадрона полка, вышел на улицу. С чердака соседнего дома раздалась автоматная очередь. Стреляла немецкая женщина из автомата. Якунин получил тяжелое ранение в руку, после чего умер.
27 апреля в селе Флорисдорф был выловлен переодетый в гражданскую одежду немецкий полковник войск СС, в свое время служивший в «Майданеке». Он явился сюда с целью производить диверсии в тылу действующих частей Красной Армии.
28 апреля по дороге из города Ратенов в нас. пункт Нойхаузен возвращался из служебной поездки помощник по технической части командира 145 гиптап инженер-майор тов. Лурье. На дороге ему в спину немцем, одетым в гражданскую форму, был произведен выстрел. Личность стрелявшего выяснить не удалось. Пуля прошла через кузов и пробила лобовое стекло. Пострадавших не было.
28 апреля командир батареи 76-мм орудий 54-го гв. кавполка 14-й гв. кавдивизии гв. ст. лейтенант Сибирцев, находясь на огневых позициях батареи в освобожденной части г. Ратенов, выстрелом с чердака был убит немцем 58 лет. В этот же день были ранены красноармеец 318 гмп Карпов и гв. старшина м/с Мальчиков (54-й гв. кавполк) при следующих обстоятельствах: Карпов и Мальчиков стояли с гв. майором Колесовым далеко от передовой. В это время сзади, из дома, раздалась автоматная очередь, в результате чего Карпов и Мальчиков были ранены. При обыске в доме была обнаружена немецкая семья. Хозяин дома старик был захвачен с автоматом в руках.
28 апреля командир взвода гв. ст. лейтенант Катюжанский (54-й гв. кавполк) следовал по улице г. Ратенова на передовую. Выстрелом из окна одного из домов он был ранен в грудь.
28 апреля немец-мужчина из окна дома в освобожденной части города Ратенова пытался убить из пистолета Героя Советского Союза зам. командира 52-го гв. кавполка гв. майора Бирюкова, проходившего по улице. Бдительность следовавших с тов. Бирюковым автоматчиков упредила немца. Выстрелом из автомата он был убит. [232]
29 апреля гв. майор Колесов следовал с передовой по улице. Около наблюдательного пункта командира 54-го гв. кавполка тов. Колесов был обстрелян из автомата с чердака дома, где был выловлен один немец.
28 апреля штаб 52-го гв. кавполка был подвергнут артиллерийско-минометному налету, в результате чего убит старшина 3-го эскадрона полка. При обыске подвала были захвачены 8 гражданских немцев, из них 5 мужчин, 3 женщины, с карманной рацией и автоматами.
В бою за г. Ратенов нашими частями был захвачен танк «Пантера», который был сразу же использован в бою для отражения контратаки танков противника. Следуя по улице, танк был поражен из окна дома «фаустом».
Кроме приведенных здесь фактов имеются еще случаи враждебного отношения немцев к военнослужащим приданных частей.
Командованием приняты меры поголовного выселения немецкого населения из города. Усилено тщательное прочесывание домов, чердаков, подвалов, сараев и др [угих] построек.
Начальник политотдела 7 гв. кк гвардии полковник Степаненко
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 92. Л. 278–279. Подлинник.
№ 161. Донесение члена Военного совета 1-го Украинского фронта заместителю Народного Комиссара Обороны и начальнику Главного Политического Управления РККА о путях улучшения работы среди немецкого населения
30 апреля 1945 г. 18.00
Западнее р. Нейсе значительно больше немецкого населения, чем это было в прежних районах. Сейчас [немцы] выходят из лесов и возвращаются по своим селам и городам. В Берлине осталось много населения. Начали назначать и создавать немецкую администрацию (в городах — бургомистров с его аппаратом, в районах и селах — старост). Население в подавленном состоянии, питается различными слухами. Все меры принимаем, чтобы коренным образом изменить отношение к населению, исходя из указаний Ставки Верховного Главнокомандования. Сейчас вполне назрел вопрос разрешить следующее:
1. Начать выпускать газету при политуправлении фронта для немецкого населения.
2. Смелее применять различные формы работы среди населения (обслуживать специальными кинофильмами, наладить информацию о положении дел на фронтах, проводить собрания сельских общин, где рассказывать нашу политику отношения к населению.
3. Быстрее наладить хозяйственную деятельность, в частности, разрешить вопрос торговли, денежного обращения.
4. Принять меры к тому, чтобы охранять личную собственность, в первую очередь крестьянина, рабочего и интеллигенции. Запрещаем всякую незаконную конфискацию имущества.
5. Издать обращение к населению, в котором коротко изложить нашу политику в отношении немецкого населения. Некоторые из этих вопросов требуют вашего решения.
6. На днях собираю широкое фронтовое совещание руководящих работников по всем этим вопросам.
Крайнюков [233]
РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 346. Л. 163–164. Подлинник.
№ 162. Информационная сводка 7-го отдела политуправления 1-го Белорусского фронта о ходе боев за Берлин и настроениях местного населения
1 мая 1945 г.
О ходе боев в г. Берлине
Количество переходов на нашу сторону военнослужащих, а также лиц гражданского населения из окруженных районов Берлина возрастает. Вместе с заброшенными обратно в свои части военнопленными приходят немецкие офицеры. Так, 30.4.45 г. семь заброшенных военнопленных привели с собою, среди нескольких групп солдат, около 20 офицеров. Особенно многочисленны переходы на нашу сторону фольксштурмистов. 30.4.45 г. двое засланных привели с собою колонну лиц гражданского населения численностью более 200 чел. и среди них 34 фольксштурмовцев, переодетых в гражданское платье. Один засланный в тыл противника рабочий с табачной фабрики после двух дней работы в тылу противника привел с собой 700 фольксштурмистов.
Ряд немецких солдат, сдающихся в плен в одиночку или мелкими группами, подбирают при переходе в плен наших раненых и доносят их до ближайшего медпункта. Перебежчик ефр. Ганс Мюллер при сдаче в плен подобрал на поле боя раненого советского офицера и принес его на медпункт батальона. Больше половины перебежчиков сдается в плен, имея на руках наши листовки.
В высказываниях пленных все чаще отмечается сознание безнадежности продолжения сопротивления. Рассказывают о многочисленных случаях, когда офицеры и эсэсовцы заранее переодеваются в гражданское платье с нарукавной повязкой фольксштурмовца. Назревает сознание, что приказ Гитлера — удерживать Берлин любою ценой и до последнего человека — невыполним, но открыто говорить о капитуляции еще не решаются.
О настроениях населения занятых нашими частями районов Берлина
У большинства населения занятых нашими частями районов Берлина по-прежнему отмечается готовность к выполнению приказа военного коменданта города. Приносят оружие, радиоаппаратуру. Владельцы предприятий и магазинов часто обращаются к работникам комендатуры с вопросами, касающимися их заведений. Спрашивают, например, как быть, если раньше предприятия начинали свою работу с 6 ч. утра, а теперь приказ не разрешает выходить на улицу ранее 8 ч. утра. Много вопросов, как и где получить работу. Немка Паш, 56 лет: «Я хочу работать, чтобы быть сытой. Когда мы получим работу?»
Население по-прежнему с большим интересом читает наши листовки: в случаях, когда листовки раздаются населению, их буквально вырывают из рук. Особенный интерес вызывают сообщения о ходе военных действий и политических новостях. 30.4.45 г. на одной из площадей Берлина была организована передача через ОГУ последних известий. Слушать ее собралось более 2,5 тыс. чел. Наряду с удовлетворенностью перспективой быстрого окончания войны и тем, что нацистская пропаганда об «ужасах большевизма» оказалась ложной, высказываются недовольства существующим положением. Так, некая Фрида Розен сказала, читая вывешенную на стене листовку: «Это хорошо, что нас информируют о событиях на фронтах, и очень хорошо то, что говорит о нас Сталин, но еще лучше было бы, если бы нам дали побольше хлеба».
Среди некоторой части населения имеется страх перед вервольфовцами. Так, жители недавно занятых пригородов утверждают, что на многих углах [234] улиц, еще не занятых нами зап. районов города, имеются повешенные за отказ участвовать в фольксштурме, причем казнь производилась вервольфовцами. В связи с этим, а также независимо от этого имеются элементы страха мести со стороны членов этой организации. Например, некто Иоганн Шер, уклонившийся в свое время от мобилизации в фольксштурм, заявил, что опасается того, что будет убит вервольфовцами. Совершено покушение на бургомистра Вейсензее, но связано ли это покушение с организацией «Вервольф», не установлено.
Об остатках окруженной южнее Берлина группировки противника
Сдаются в плен одиночки и группы солдат и офицеров противника как из числа тех, кто находится в составе окруженной группировки, так и из числа тех, кто разбрелся по лесам. К 30.4.45 г. сдачи в плен приняли массовый характер. Сдаются, однако, более или менее случайно собравшиеся группы, а не целые подразделения и части. С 29.4.45 г. начали сдаваться небольшими группами эсэсовцы. Из лесов продолжает выходить довольно значительное количество солдат, переодетых в гражданское платье, и некоторое количество гражданского населения, которое пыталось уйти на запад вместе с окруженной группировкой. Военнопленные показывают о больших потерях и о крайне жестоких репрессиях, применяемых командным составом в целях поддержания дисциплины. Так, перебежавшие в группе в 60 чел. солдаты 26-го зен. полка 392 пп 169 пд и 778-й штурмовой роты показали: «За эти дни мы понесли такие потери, что от наших подразделений ничего не осталось. Офицеры стали крайне придирчивы, за каждую мелочь угрожают расстрелом, постоянно напоминают о расстреле за попытку перехода на сторону русских. Немало солдат расстреляно на поле боя». В ряде показаний говорится о потере управления. Так, командир 1-го батальона 782 пп 712 пд капитан Тойбнер показал: «О том, что мы находимся в окружении, я узнал от одного товарища, который мне сказал по телефону: «Кик» (сокращенное: «камераден ин кессель», т. е. «товарищи в котле»). С 26.4.45 г. все перепуталось, я потерял связь со своими ротами и лишь спорадически мог поддерживать связь с полком. Я собирал отставших, но они снова отставали и, как мне кажется, умышленно разбредались в разные стороны. Затем я окончательно потерял управление своим батальоном». Обер-ефрейтор Платцер показал: «За последние дни мы ни к какой определенной части не принадлежали, а переходили из подразделения в подразделение. За последние 4 дня я сменил 5 командиров».
Из газеты «Дас Шварце Кор»
Захвачены два номера газеты «Дас шварце кор» от 5 и 12.4.45 г. В номере газеты от 5.4.45 г., в передовой статье, озаглавленной «Это будет последний и решительный бой» (буквально: «Народы, внимайте сигналу»), говорится: «Мы стоим перед примечательной ситуацией вынужденного признания того, что, может быть, нас оказалось возможным победить в военном отношении, но что наша вера в правильность взятой нами на себя задачи ни в малейшей степени не поколеблена. Мы можем представить себе, что задача, за которую мы в течение ряда лет боролись, как это должен признать мир — храбро и непримиримо, будет отодвинута на конец столетия, что она должна быть и будет осуществлена». В номере от 12.4.45 г. в статье «Не под одну гребенку» говорится о людях, потерявших ныне веру в нацизм: «Большинство из них за этот срок снова вернутся к себе и к своей немецкой душе. Если они это не сделают под влиянием внутренних побуждений, то в этом им помогут враги. Враги научат их, что воздушные бомбардировки прекратились вовсе не из-за любви к немецкому народу, но лишь потому, что нельзя сбрасывать [235]
авиабомбы на голову оккупационных частей. Враги научат их далее тому, что приготовлены другие методы уничтожения, которые вовсе не более гуманны и не менее опасны, чем воздушные бомбардировки, но выглядят по-другому: голод, разрушение производства, выселения. Довольно скоро придет время, когда можно будет снова осторожно взять заблудших за руку и вернуть их в общенародную общность немцев».
Начальник 7-го отдела ПУ 1 БФ полковник Мельников
РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 623. Л. 205–209. Подлиник.
№ 163. Донесение начальника политотдела 3-й ударной армии начальнику политического управления 1-го Белорусского фронта о работе по разложению берлинского гарнизона в ходе наступления
Май 1945 г.
Разгром германской армии на западном берегу Одера, стремительное продвижение наших войск и вступление их в пригороды Берлина оказали решающее влияние на моральную устойчивость войск противника. Наспех сколоченные и малообученные части фольксштурма, полицейских, а также остатки ранее разбитых регулярных частей не смогли сдержать натиска наших войск. Создались благоприятные условия для развертывания работы среди войск противника с целью их разложения.
В работе по разложению берлинского гарнизона приходилось учитывать то, что на поведение и моральную устойчивость немецких солдат оказало большое влияние настроение и поведение немецкого населения города Берлина после вступления наших войск в его пригороды. Поэтому работа проводилась одновременно как среди войск противника, так и среди немецкого населения занятых районов.
Характеристика противостоящих частей противника
К периоду начала нашего наступления на западном берегу Одера нашим частям противостояли следующие части противника:
309-я пехотная дивизия, носившая первоначально название дивизии «Берлин», в составе 652, 653 пп, пехотного полка «Великая Германия» и других спецподразделений.
Пехотная дивизия «Курмарк» в составе 1234-го и 1235-го народно-гренадерских полков, артполка и спецподразделений.
Мотодивизия «Мюнхеберг».
В первые 2–3 дня нашего наступления эти части противника были разгромлены. Остатки этих частей вместе с подброшенными батальонами фольксштурма (713, 803 и др.) пытались остановить наше наступление на ближних подступах к Берлину.
Части нашей армии, прорвав оборонительные укрепления вокруг Берлина, 21 апреля ворвались в его пригороды.
Начался бой на улицах города. К этому периоду в Берлине было сконцентрировано большое количество остатков разгромленных регулярных частей, батальонов фольксштурма, отрядов полицейских и СС. В том числе остатки [236] дивизии «Беренфенгер», дивизии «Нордланд», батальона фольксштурма, 811-го батальона «Роланд», батальона берлинского фольксштурма № 320, 4-го учебного батальона ВВС, зенитного батальона «Айлерс», танко-истребительной группы союза «Гитлерюгенд», лейпцигского учебного полка летчиков, 1113-го зенитного тяжелого дивизиона 23-й зенитной дивизии и др.
На настроение этой наспех сколоченной группы войск противника, входившей в состав берлинского гарнизона, оказали исключительно большое влияние разгром немецких войск на Одере, последующее окружение Берлина и занятие частями Красной Армии и армии союзников большей части Германии.
Так, унтер-офицер Бернер Баренбад из 1-й зенитной батареи 23-й зенитной дивизии, взятый в плен 24 апреля, показал: «Немецкое командование мобилизовало на оборону города все мужское население. Воля к сопротивлению у основной массы солдат сломлена, за исключением нацистов, которые под страхом расстрела заставляют солдат удерживать занимаемые рубежи».
Часть солдат из состава войск СС, полицейских и отрядов гитлеровской молодежи оказывала яростное сопротивление.
Так, военнопленный лейтенант Герберт Трикке из дивизии «Беренфельд», захваченный в плен 25 апреля, показал: «Резервы немецкой армии исчерпаны. Берлин защищают 15- и 16-летние юнцы и пожилые солдаты фольксштурма в возрасте 50–60 лет. Большинство из молодых солдат настроены фанатически и оказывают яростное сопротивление. Гитлеровская пропаганда среди молодых солдат пользуется до сих пор большим влиянием».
Германское командование Берлинского гарнизона принимало самые жестокие меры к пресечению дезертирства. О том, какие размеры приняло дезертирство, свидетельствует показание унтер-офицера Макса Рюгера из 309-й команды выздоравливающих. Он показал: «Сейчас в частях, находящихся в Берлине, развито дезертирство. В нашем взводе было 30 человек, из них за 25 апреля дезертировало 6 человек. Каждый день в Берлине — Шпандау публично расстреливают до 30 человек за дезертирство. Население злится на солдат. Оно требует, чтобы солдаты бросили воевать».
Солдат Гари Нойман из 1-й роты фольксштурма «Роланд» показал: «Немецкое командование издает много приказов о расстрелах солдат за проявление трусости. В Берлине на одном из железнодорожных мостов повешен немецкий обер-ефрейтор, и у виселицы прибит плакат: «Я не хотел защищать жену и детей и поэтому здесь повешен».
Заброска немецких военнопленных в гарнизон города Берлина
Исходя из сложившейся обстановки, мы считали, что наиболее эффективным средством разложения берлинского гарнизона является массовая заброска немецких военнопленных в войска противника.
За период с 16 апреля по 2 мая соединениями нашей армии заброшено в противостоящие части противника 210 немцев, из них 146 военнопленных немецких солдат и офицеров и 64 немца из состава гражданского населения.
В результате заброски вернувшиеся обратно привели с собой 2215 немецких солдат и офицеров, в том числе заброшенные немцы из гражданского населения привели с собой 1615 немецких солдат и офицеров.
Из общего числа заброшенных немецких военнопленных и гражданских немцев в окруженный гарнизон города Берлина было заслано 104 немецких военнопленных и 64 из состава гражданского населения. Засланные военнопленные привели к собой, вернувшись обратно, 1756 немецких солдат и офицеров.
Заброска военнопленных в части противника приняла широкий характер и производилась не только инструкторами по работе среди войск противника, но и командирами частей и заместителями командиров полков и батальонов по политчасти. [237]
Нижеприведенная таблица свидетельствует о том, что заброска производилась всеми соединениями нашей армии.
16 апреля в районе Ортвик была окружена группа противника в количестве 230 человек из различных частей. К ним был послан солдат Альберт Кнойпф из 606-й немецкой дивизии с белым флагом и устным предложением о сдаче в плен. Солдат обратно не вернулся; по показаниям пленных, он был расстрелян.
Через некоторое время был заслан второй солдат — Франц Лебес, который вернулся с запиской от командира группы. В записке командир группы писал, что он просит явиться для переговоров русского офицера. К окруженной группировке был направлен капитан Толмачев, с ним переводчик Водовский и пленный Лебес. Группа немцев отказалась капитулировать, мотивируя это тем, что им нужно получить приказ от командира полка.
Между тем в период переговоров к нам переползли по траншеям мелкие группы немецких солдат общей численностью 34 человека. В течение ночи сдались добровольно в плен 74 немецких солдата из этой группы. Пленные показали, что командир батальона убит, а остальные офицеры исчезли.
На рассвете капитан Захаров заслал к окруженным немцам еще одного военнопленного, который передал, что на немецкий гарнизон направлено 10 артбатарей и что в случае отказа сложить оружие по немцам будет открыт сильный артогонь. Через несколько минут из хутора появилась колонна немцев из 82 человек с белым флагом. Таким образом, в результате заброски и переговоров на данном участке было взято в плен 190 немецких солдат.
8 апреля ст. инструктором по работе среди войск противника 52 гсд капитаном Гнетковским было заброшено 6 немецких солдат, которые, вернувшись, привели с собой 150 немецких солдат, в том числе одного лейтенанта, сдавшегося в плен.
20 апреля на один из участков фронта прибыл батальон фольксштурма в составе 200 человек. Захваченные в плен в ту же ночь 5 немецких солдат из этого батальона были засланы обратно. Батальон попал в окружение и солдаты разбрелись по лесу. Заброшенные 5 солдат, вернувшись через день, привели с собой почти всех солдат батальона.
23 апреля из 364-й стрелковой дивизии было заброшено 18 военнопленных, из них 7 солдат быстро вернулись обратно, привели с собой еще 72 немецких солдат и дали ценные показания о состоянии берлинского гарнизона.
24 апреля были засланы лично командиром 52 гсд генерал-майором Козиным 2 немецких солдата, которым была дана записка с разрешением пройти через наши боевые порядки.
29 апреля был заброшен один лейтенант с письмом к командиру немецкой дивизии генерал-майору Беренфенгеру. [238]
1 мая в передовых частях 63-го полка 23 гсд находился немецкий военнопленный Гайнц Райнхольд, который шел впереди боевых порядков наших войск, выкрикивая лозунги о бессмысленности сопротивления немецкого гарнизона и призывая немецких солдат сдаваться в плен. В результате этого многие немецкие солдаты прекращали сопротивление.
2 мая к немецким солдатам, не сдавшим оружие, из 23 гсд были направлены два немецких офицера — капитан и лейтенант, которые, проведя митинги среди немецких солдат, добились того, что группа немецких солдат сдалась в плен.
Использование гражданского населения города Берлина для разложения войск противника
Ввиду того что положение населения города Берлина чрезвычайно беспокоило войска окруженного гарнизона, состоявшего в большинстве из фольксштурмовцев города Берлина, нами было уделено особое внимание работе по использованию гражданского населения для разложения войск противника.
С этой целью нами на территорию противника забрасывались лица из гражданского населения, которые рассказывали солдатам противника о хорошем обращении советских войск с немецким населением и немецкими военнопленными и призывали солдат прекратить сопротивление, так как артиллерийский огонь и налеты авиации приводили к большому числу жертв среди гражданского населения и еще большему разрушению города Берлина.
Одновременно забрасываемым из состава гражданского населения давались наши листовки и письма немецких военнопленных.
Лица из немецкого гражданского населения использовались также в качестве парламентеров при переговорах с немецкими частями.
Часто гражданское население использовалось для борьбы с группами немецких солдат, обстреливавших наши войска с тыла.
22 апреля на нашу сторону из части города, занятой немцами, пришли 300 человек гражданского населения. 15 человек из этого населения были нашим инструктором по работе среди войск противника 33 сд капитаном Никитенко посланы обратно. Посланные быстро вернулись и привели с собой 165 фольксштурмовцев и полицейских.
25 апреля из 33 сд был направлен немец — рабочий табачной фабрики района Панкова к фольксштурмовцам, оборонявшим эту фабрику, с тем чтобы склонить гарнизон к капитуляции. Рабочий вернулся и сообщил, что гарнизон фабрики отказывается капитулировать. Тогда наши офицеры убедили рабочего снова пойти к окруженному гарнизону, ознакомив его предварительно с положением военнопленных немецких солдат, с которыми хорошо обращались наши бойцы.
Вторичная попытка склонить гарнизон к сдаче увенчалась успехом: 700 человек фольксштурмовцев сложили оружие и сдались в плен.
30 апреля немка Елена Славинская из гражданского населения Берлина была послана из района 146 сд к немецкому гарнизону для раздачи листовок солдатам и населению Берлина и выяснения настроения окруженного гарнизона. В этот же день она вернулась обратно и сообщила нам ряд ценных данных о настроении населения. На следующий день захваченные пленные показали, что перед казармами они нашли листовки (которые распространила Славинская), обсудили их содержание и решили сдаться в плен.
2 мая к командующему артиллерией 364-й стрелковой дивизии явился немец из гражданского населения и заявил, что он хочет провести советских бойцов к группе эсэсовцев, сопротивляющихся в одном из районов юго-восточной части Берлина. Начальник артиллерии направил к данному участку две гаубицы. После отказа от капитуляции по немецким частям был дан залп из гаубиц. После залпа немцы сдались.
Ведение уличных боев поставило перед всем личным составом и командованием задачу борьбы против вражеских снайперов и солдат, вооруженных фаустпатронами, обстреливавших наши войска с тыла. [239]
Население предупреждалось об ответственности за действия одиночных стрелков, прячущихся в домах и находящихся в тылу Красной Армии. Вместе с тем население привлекалось к борьбе со снайперами и стрелками из фаустпатронов.
25 апреля один немец из гражданского населения вызвался проводить наших бойцов 52 гсд к дому, откуда велась стрельба. При этом он довел наших бойцов до этого дома, сам набросился на немецкого стрелка и помог нашим бойцам взять его.
Посылка парламентеров в войска противника
В условиях резкого снижения политико-морального состояния войск противника эффективные результаты иногда давала посылка парламентеров в противостоящие части.
1 и 2 мая было послано для переговоров о сдаче в плен немецких солдат и офицеров 12 парламентеров, в результате чего на нашу сторону перешло свыше 7800 немецких солдат и офицеров.
Посылка парламентеров была вызвана тем, что не всем солдатам был известен приказ о капитуляции берлинского гарнизона. К тому же 2 мая в 13.00 адмирал Дениц обратился по радио к солдатам берлинского гарнизона, приказывая регулярным частям продолжать сопротивление.
Посылка парламентеров целиком оправдала себя. В результате переговоров тысячи немецких солдат, сложив оружие, переходили на нашу сторону.
Из 150 сд был послан парламентером майор Соколовский. Из 171 сд был послан парламентером капитан Плотников. Из 364 сд был послан парламентером капитан Гавриленко, который направился вместе с военнопленным немецким полковником к генералу Рауху и склонил его к сдаче подчиненной ему дивизии. Всего сдалось немецких солдат и офицеров во главе с генералом Раухом 3000 человек.
Из 23 гсд 1 мая был послан парламентером старший инструктор по работе среди войск противника ст. лейтенант Кириленко. Товарищ Кириленко вел переговоры с немецким гарнизоном на стыке Мюллерштрассе и Мизенштрассе.
2 мая из 23 гсд было послано 6 парламентеров, которые привели 700 солдат и офицеров.
Парламентерские группы обычно состояли из наших офицеров и переводчиков. Иногда в эти группы включались немцы-военнопленные из состава офицеров. В качестве парламентеров посылались также немецкие солдаты и офицеры-военнопленные. Всего в течение этих двух дней, 1 и 2 мая, было использовано в качестве парламентеров 18 немецких солдат и офицеров из числа военнопленных.
Наиболее интересен факт переговоров о капитуляции немецких частей в районе действий 146 сд, в результате которых сдалось в плен свыше 5000 немецких солдат и офицеров.
2 мая 1945 года майор Шадзунский, старший инструктор политотдела дивизии по работе среди войск противника, и подполковник Олефир, начальник связи 146 сд, собирая разрозненные группы немецких солдат, сдававшихся в плен, натолкнулись на большую вооруженную группу немецких солдат, отказавшихся сложить оружие.
Майор Шадзунский и подполковник Олефир послали к немецким солдатам 6 женщин из немецкого гражданского населения и одного немецкого военнопленного с целью склонить эту группу вооруженных солдат к сдаче в плен. Однако это не имело успеха. Тогда майор Шадзунский и подполковник Олефир приблизились к окруженной группировке и предложили сдаться в плен. Немецкие солдаты ответили, что приказа сложить оружие они не получали. Из толпы солдат были слышны выкрики:
«Не для того я 5 лет воевал, чтобы капитулировать!»
«Я не буду капитулировать!» и т. д.
Немецкие солдаты, обступившие майора Шадзунского и подполковника Олефира, повели их в штаб. В штабе их разоружили и привели к генералу. [240]
На вопрос немецкого генерала, для какой цели они прибыли, майор Шадзунский и подполковник Олефир ответили, что они предлагают группе немецких солдат, находящихся под командованием генерала, сложить оружие, так как организованное сопротивление всего берлинского гарнизона прекратилось. Генерал ответил, что не только не получил приказ сложить оружие, но даже в 13.00 2.5.45 г. немецкое радио от имени адмирала Деница передавало приказание регулярным частям продолжать войну.
Подполковник Олефир и майор Шадзунский стали разъяснять генералу всю бессмысленность дальнейшего сопротивления немцев и изложили условия сдачи в плен.
После 40-минутных переговоров генерал приказал отправиться в качестве парламентеров к нашему командованию немецкого полковника, майора, адъютанта и переводчицу с задачей окончательного уточнения капитуляции.
На одной машине отправились подполковник Олефир, с ним немецкий полковник, на другой — майор Шадзунский, с ним немецкий майор, адъютант и переводчица. Прибыв в расположение 265 сд, немецкие парламентеры начали вести переговоры с нашим командованием об условиях сдачи в плен.
Немецким парламентерам был задан вопрос, почему они не прекратят сопротивление.
Ответ: «Мы не получили приказа капитулировать. Сегодня по радио мы слышали сообщение, что принявший на себя командование адмирал Дениц приказал регулярным частям продолжать борьбу».
Вопрос: «Какой смысл вам сопротивляться? У вас небольшая группа людей. Остальные части гарнизона Берлина капитулировали. Дальнейшее ведение боя приведет к ненужным жертвам».
Ответ: «Мы поэтому и прибыли сюда, чтобы уточнить условия сдачи в плен».
Немецким парламентерам были предложены следующие условия капитуляции:
1. Сложить оружие и прекратить сопротивление.
2. Оружие должно быть сдано в неповрежденном состоянии.
3. Солдатам и офицерам гарантируется жизнь, хорошее обращение и сохранение личных вещей.
4. Раненым — оказание медицинской помощи.
5. Офицерам сохраняются награды, холодное оружие. Высшему офицерскому составу разрешается иметь ординарцев.
Немецкие парламентеры осведомились об отношении к немецким военнопленным — офицерам войск СС. Их заверили, что к немецким военнопленным-эсэсовцам относятся так же, как и к другим военнопленным.
Парламентеры просили 5–6 часов для передачи условий капитуляции начальнику гарнизона. Однако наше командование предложило им вернуться через час и сообщить решение начальнику гарнизона. Срок сдачи в плен был намечен в 16.00 по московскому времени.
Ровно через час парламентеры возвратились обратно; вместе с ними прибыл генерал-лейтенант Гюром, полицей-президент Берлина, и генерал-майор Хайнбург, начальник полиции Берлина, который сообщил, что условия капитуляции приняты немецким командованием данного участка. В 18.00 2.5.45 г. немцы этого участка начали организованно сдаваться в плен. Таким образом, в результате работы, проведенной подполковником Олефиром и майором Шадзунским в качестве парламентеров, было прекращено сопротивление немецкого гарнизона и свыше 5000 немецких солдат и офицеров капитулировали.
Устная пропаганда
Устная пропаганда проводилась путем передач через армейскую МГУ и четыре ОЗС.
С 16 апреля по 2 мая через МГУ проведено 183 передачи и через ОЗС — 118 передач. [241] Гарнизону Берлина через МГУ было передано 148 передач и через ОЗС — 118.
Через МГУ и ОЗС передавались программы, присланные из ГлавПУ РККА, политуправления фронта и составленные на основе оперативных материалов.
В передачах принимали участие военнопленные немецкие офицеры и солдаты и лица из гражданского населения, призывавшие гарнизон города Берлина прекратить бессмысленное сопротивление.
Так, один из жителей Берлина Герман Менх обратился через МГУ со следующими словами к окруженному гарнизону: «Дорогие товарищи немцы! К вам обращается немец. Со вчерашнего дня я нахожусь в районе, занятом русскими. Я должен сказать вам, что русские офицеры и солдаты хорошо обращаются с немецким населением. Я не знаю случая, когда кому-либо был причинен какой-либо ущерб. Повсюду господствуют порядок и спокойствие. Товарищи, я старый берлинец. У меня болит сердце, когда я думаю, что будут разрушены еще уцелевшие дома Берлина. Для чего это, товарищи? Совершенно ясно, что русские и американцы все равно возьмут Берлин. Не умирайте напрасно. Спасите то, что еще осталось от Берлина. Капитулируйте».
28 апреля через МГУ выступал рядовой член нацистской партии Курт Шенк, призывавший всех членов нацистской партии, находившихся в германской армии, сдаваться в плен. Он сказал: «Я был членом немецкой национал-социалистической партии. Но ни мне, ни моей семье русские не причинили никакого вреда. Призываю всех рядовых членов партии бросить оружие. Не бойтесь русских. Они относятся хорошо к населению».
Выступавшая через МГУ женщина из гражданского населения города Берлина — немка Гани Кюмер сказала: «Немецкие женщины, мои сестры. Сегодня к нам пришли русские. То, что нам рассказывали раньше о русских, было ложью. Ни русские солдаты, ни офицеры не причинили мне и всем моим знакомым никакого вреда. Солдаты, я говорю вам как немецкая женщина. Прекращайте борьбу. Вы же видите, что тысячи солдат и ваших любимых родственников погибают, что весь Берлин превращен в груду развалин. Сдавайтесь без колебания. С вами не случится ничего плохого».
В устной пропаганде через МГУ было использовано 14 военнопленных и 12 человек из гражданского населения.
В 23 гсд для работы среди войск противника была использована клубная машина. К передачам было привлечено 20 человек из гражданского населения.
Печатная пропаганда
С 16 апреля по 2 мая 7-м отделением было издано 8 листовок тиражом 75 000 экз., из них для гарнизона Берлина изданы 4 листовки тиражом 55 000 экз.
В листовках показывалась бессмысленость сопротивления немецких солдат и офицеров и велась пропаганда за переход в русский плен.
Так, в листовке «Сопротивление — смерть» писалось: «Солдаты дивизии «Берлин»! Ваш фронт прорван на широком участке. Мощные советские части уничтожили ваши укрепления и сейчас продвигаются к Берлину. Ничто вам не поможет… Ваша последняя надежда на одерский фронт рухнула. Знайте… Красная Армия ведет свое последнее решительное наступление со все возрастающей силой… Ваша смерть сейчас бессмысленна, так как исход войны предрешен».
В листовке «Мы выполнили свой долг» 7 офицеров 309 пд, перешедшие на нашу сторону с 350 своими солдатами, написали обращение к солдатам и офицерам германской армии, призывая прекратить сопротивление и сдаться в плен. В ней писалось: «Офицеры, вы будете наверняка находиться в таком же положении, как и мы. Подавляющее превосходство русских в технике и людях поставят вас перед выбором: капитуляция или смерть. Не медлите с [242] капитуляцией. Это — единственный выход. Поверьте нам, ваши солдаты и наша родина будут вам благодарны за это».
В листовке «К женщинам Берлина» говорилось: «Гитлер и его нацистская клика навлекли на вас и ваши семьи тяжелую судьбу. Они начали разбойничью войну и окончательно ее проиграли. Теперь нацистские лидеры хотят спасти свою шкуру за вашей спиной кровью ваших мужей, отцов и сыновей. Нацистская клика боится суда и справедливой расплаты. Но вам, женщинам, и всем другим немцам — нечего бояться. Никто вас не тронет, если вы будете лояльно относиться к советским войскам. Вам нужна мирная жизнь. Вам нужен конец ужасов и страданий. Так требуйте от офицеров и солдат капитуляции. Разъясняйте им бессмысленность сопротивления».
Две листовки были изданы к населению Берлина. В них разъяснялось, что Красная Армия не имеет целью уничтожение или порабощение немецкого народа. В одной из них говорилось: «Одновременно предупреждаем всех тех, кто нарушает и содействует нарушению военного режима и порядка, кто совершает или помогает совершать террористические акты, диверсии и другие враждебные действия по отношению к Красной Армии, военным властям и их представителям, что они будут сурово наказаны по законам военного времени. В установлении и поддержании полного порядка должно быть заинтересовано все население, так как от этого зависит его нормальная жизнь».
Распространение листовок производилось агитминами и самолетами У-2. Наряду с этим листовки распространялись военнопленными и лицами из гражданского населения, которые забрасывались в противостоящие части противника.
Наряду с листовками распространялись также письма немецких военнопленных, в которых последние сообщали о хорошем обращении с ними в русском плену. Всего было переслано через агитмины и другими средствами 1400 писем немецких военнопленных.
Над Берлином кроме листовок 7-го отделения распространялись листовки политуправления фронта и ГлавПУ РККА. Всего среди солдат берлинского гарнизона было распространено 120 000 листовок издания ГлавПУ РККА и ПУ фронта, а также 55 000 листовок, изданных 7-м отделением ПОАРМа.
Организационная работа 7-го отделения
За период боевых операций инструктаж работников политотделов дивизий происходил путем выезда работников отделения в дивизии. Все работники отделения принимали непосредственное участие в организации и проведении заброски пленных, гражданского населения, а также в передачах через МГУ.
Начальник отделения майор Матвеев был в четырех дивизиях. Ст. инструктор отделения майор Бернадинер — в шести дивизиях. Инструктор-литератор капитан Цехановский — в четырех дивизиях. Инструктор отделения майор Смирнов — в двух дивизиях. Переводчик ст. лейтенант Шувалов — в двух дивизиях.
МГУ (начальник ст. лейтенант Апштейн) работала в трудных условиях уличных боев, неоднократно подвергаясь артиллерийскому и минометному обстрелу. Были случаи обстрела из фаустпатронов. 25 апреля МГУ была подожжена, но, благодаря находчивости экипажа, машина была спасена.
Необходимо отметить хорошую работу по разложению войск противника ст. инструкторов по работе среди войск противника политотделов 146 сд майора Шадзунского, 33 сд капитана Никитенко, 207 сд капитана Ярокера и 52 гсд капитана Гнедковского.
При выполнении заданий по разложению войск противника ранены 3 ст. инструктора по работе среди войск противника: 150 сд — ст. лейтенант Губельман, 207 сд — капитан Ярокер и 17 сд — ст. лейтенант Драбкин. [243]
Большую помощь отделению оказала группа ГлавПУ РККА в составе майора Звонаревой и ст. лейтенанта тов. Мочалина, выезжавшая в дивизии и принимавшая непосредственное участие в заброске пленных и посылке парламентеров.
Начальник политотдела 3-й ударной армии полковник Лисицын
РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 623. Л. 186–195. Копия.
№ 164. Донесение члена Военного совета 3-й ударной армии Военному совету 1-го Белорусского фронта об отношении немецкого населения к советским военнослужащим
2 мая 1945 г.
С вступлением наших войск в Берлин отмечены многие случаи террористических актов со стороны немецкого населения по отношению к нашим военнослужащим. Эти акты совершаются главным образом фашистами, немецкими солдатами и офицерами, переодетыми в гражданскую форму. Они укрывались в домах и стреляли в бойцов и командиров, обстреливали повозки, танки, орудия, автомашины. В результате обстрела немецкими автоматчиками и фаустниками был убит и ранен ряд бойцов и офицеров в тылу наших войск. Так, выстрелами из-за угла был тяжело ранен командир 12 гв. ск генерал-лейтенант Казанкин, убит начальник химотдела армии полковник Марра. В 52 гв. сд в результате действий отдельных немецких террористов было убито и ранено 26, а 27.4.45 г. 9 офицеров и 12 бойцов, в 33 сд только 27.4.45 г. были убиты 3 офицера и 9 бойцов.
Наряду с этим необходимо указать, что основная масса немецкого населения лояльно относится к Красной Армии. Особенно это стало заметно, когда в наших войсках была проведена большая работа по разъяснению директивы Ставки Верховного Главнокомандования и директивы Военного совета фронта об изменении отношения к немецкому населению и к военнопленным. В результате проведенной большой работы коренным образом изменилось отношение наших военнослужащих к немцам и вместе с тем изменилось отношение немцев.
Отмечаются многочисленные факты, когда основная масса немецкого населения лояльно относится к Красной Армии, оказывает содействие нашим войскам.
Характерным является то, что гражданское население Берлина указывает бойцам и командирам, как пройти в тот или иной район, чтобы избежать обстрела фашистами, засевшими в отдельных домах. Многие немцы добровольно вызываются проводить наших военнослужащих в необходимые районы. Имеются неединичные факты, когда жители Берлина предупреждают наших бойцов и командиров о грозящей им опасности в той или иной части города, не только в тылах наших частей, но и во время боев по очищению города от гитлеровцев.
Жители Берлина часто сообщали ценные сведения об окруженном в Берлине гарнизоне гитлеровцев. Так, 27.4.45 г. немка Славинская (уроженка г. Берлина) обратилась к командованию 146 сд, заявив, что она послана от 60 семей немцев пригорода Вайсензее, чтобы сообщить ценные сведения о противнике и тем самым ускорить окончание военных действий в Берлине. Славинская подробно рассказала об укреплениях немцев в парке севернее [244] Силезского вокзала, о гарнизоне этого укрепленного района, указала скрытые пути подхода к ним и проводила наших разведчиков по этим проходам.
Отмечены многие факты, когда немецкое население оказывает помощь раненым нашим бойцам и командирам.
27.4.45 г. на участке 146 сд во время боя жители Берлина оказывали помощь нашим раненым.
27.4.45 г. на перекрестке улиц фашистами были ранены бойцы 52 гв. сд Шуменов и Силин. Немки Шлирке и Минер оказали первую помощь раненым и доставили в ближайший медсанбат.
26.4.45 г. был ранен выстрелом из-за угла красноармеец 136 апабр Сильченко. Находившийся вместе с ним лейтенант Воропаев пошел в штаб, чтобы взять бойцов и доставить Сильченко в госпиталь. Когда Воропаев возвратился, раненого не оказалось. Немецкое население отправило Сильченко в наш госпиталь, оказав первую медпомощь.
27.4.45 г. немецкими снайперами был убит офицер связи штаба армии капитан Проскурин. По просьбе майора Муравьева труп Проскурина охранял один немец, а затем вынес его в безопасное место.
Немецкое население помогает нашим подразделениям выявлять фашистов, обстреливающих военнослужащих в тылах войск.
Так, 28.4.45 г. в комендатуру пригорода Вайсензее явились 20 немцев и подробно рассказали о местах хранения гитлеровцами панцер-фаустов, оружия и боеприпасов. Они же указали места жительства и фамилии фашистски настроенных немцев, которые совершают террористические акты против воинов Красной Армии.
26.4.45 г. 8 немцев, проживающих в городском районе Веддинга, рассказали командирам 52 гв. сд, в каких домах прячутся фашисты и совершают убийства красноармейцев. Немцы сами оказали помощь по вылавливанию их.
27.4.45 г. при размещении штаба 146 сд комендантом квартала был назначен немец, который сразу же навел порядок и не было больше случаев совершения убийств военнослужащих. Жители сами разоблачили одного фашиста, стрелявшего из окон в наших тылах и передали его командованию.
26.4.45 г. в заводской район Вайсензее пришла группа рабочих, которые предложили свои услуги командованию, чтобы ремонтировать трофейные машины и, если будет разрешение, приступить работать на заводе на нужды Красной Армии.
В Берлине, особенно в городском районе Веддинг, встречаются многие немцы, которые приветствуют наших воинов с поднятым кулаком — «Рот фронт», объявляют себя коммунистами или сочувствующими им и заявляют, что довольны поражением гитлеровской Германии.
Характерным является также и то, что во время наших передач через звуковещательные станции для окруженного гарнизона гитлеровцев в Берлине десятки немцев из числа гражданского населения изъявляют желание выступить с призывом о прекращении сопротивления.
Многие немцы переходили линию фронта и приводили в расположение наших частей немецких солдат и офицеров, добровольно желающих сдаться в плен Красной Армии.
Рабочий табачной фабрики Берлина (район Панков), узнав о хорошем отношении Красной Армии к немецкому населению, пошел обратно на табачную фабрику и привел с собой 600 чел., охранявших фабрику, которые добровольно сдались со своим оружием.
Подобные факты лояльного отношения немецкого населения к Красной Армии являются многочисленными.
Из этого следует сделать вывод, что основная масса немецкого населения, в частности, жителей Берлина, лояльно относятся к Красной Армии.
Немецкое население с большим интересом читает наши приказы и листовки, сводки Совинформбюро.
Считаю, что в настоящее время необходимо поставить вопрос об усилении нашей печатной пропаганды среди немецкого населения. Проведение соответствующей [245] работы с немецким населением через печатную пропаганду, безусловно, окажет нам большую помощь в улучшении отношения немецкого населения к Красной Армии.
Член Военного совета 3-й ударной армии генерал-майор Литвинов
РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 41. Л. 336–338. Копия.
№ 165. Доклад военного прокурора 1-го Белорусского фронта Военному совету фронта о выполнении директив Ставки Верховного Главнокомандования и Военного совета фронта об изменении отношения к немецкому населению
2 мая 1945 г.
По получении директивы Ставки Верховного Главнокомандования и директивы Военного совета фронта военная прокуратура двумя шифротелеграммами и подробной директивой потребовала от военных прокуроров армий и соединений взять под личный контроль исполнение этих особо важных указаний и всеми мерами обеспечивать их выполнение.
Вслед за этим весь оперативный состав военной прокуратуры фронта выехал в армии и дивизии для проведения этой работы. Отдельно силами военной прокуратуры фронта и тыла была организована проверка с целью оказания практической помощи, значительного количества военных комендатур как в армейском, так и во фронтовом тылу.
Вся массово-правовая работа военных прокуроров была переключена на темы, связанные с изменением отношения к немецкому населению. Были разработаны специальные планы проведения массовой и правовой работы, согласованные с политорганами.
В целом ряде армий на основе материалов военных прокуроров изданы специальные приказы с приведением конкретных фактов неправильного отношения к немецкому населению; были вынесены решения о предании виновных лиц суду и т. д.
В этом, примерно, заключается организационная работа военной прокуратуры фронта по обеспечению выполнения директивы Ставки Верховного Главнокомандования и директивы Военного совета фронта.
В отношении к немецкому населению со стороны наших военнослужащих, безусловно, достигнут значительный перелом. Факты бесцельных и [необоснованных] расстрелов немцев, мародерства и изнасилований немецких женщин значительно сократились, тем не менее даже и после издания директив Ставки Верховного Главнокомандования и Военного совета фронта ряд таких случаев еще зафиксирован.
Если расстрелы немцев в настоящее время почти совсем не наблюдаются, а случаи грабежа носят единичный характер, то насилия над женщинами все еще имеют место; не прекратилось еще и барахольство, заключающееся в хождении наших военнослужащих по бросовым квартирам, собирании всяких вещей и предметов и т. д.
Привожу ряд фактов, зафиксированных в последние дни:
25 апреля в г. Фалькензее был задержан заместитель командира 1-й батареи по техчасти 334-го гв. тяжелого самоходного артполка ст. лейтенант Энчиватов, который в нетрезвом состоянии ходил по домам и насиловал женщин.
Энчиватов арестован, дело следствием закончено и передано для слушания в военный трибунал.
Красноармейцы заставы 157-го отдельного погранполка Иванов и Мананков в г. Фронау, будучи в нетрезвом состоянии, зашли в дом одного немца. В этом доме Мананков изнасиловал больную немку Лизелет Люре. [246] 22 апреля с. г. она была изнасилована группой наших военнослужащих, после чего отравила своего сына полутора лет, отравилась ее мать и она сама пыталась отравиться, но была спасена. В состоянии болезни после отравления ее Мананков и изнасиловал. Иванов в это время изнасиловал немку Кирхенвиц.
Иванов и Мананков арестованы, дело следствием закончено и передано в военный трибунал для слушания.
Командир минометной роты 216-го стр. полка 76-й стр. дивизии ст. лейтенант Буянов самовольно объявил себя начальником патруля г. Бернау и в пьяном виде останавливал всех проходящих немцев, отбирая у них ценные вещи.
Буянов предан суду военного трибунала.
Начальник штаба 278-го стр. полка 175-й стр. дивизии подполковник Лосьев послал подчиненного ему лейтенанта в подвал, где скрывались немцы, чтобы тот выбрал и привел к нему немецкую женщину. Лейтенант приказание выполнил, и Лосьев приведенную к нему женщину изнасиловал.
Приказом Военного совета армии подполковник Лосьев отстранен от занимаемой должности и назначен с понижением.
22 апреля в населенном пункте Шенерлинде командир орудия 695-го артполка 185-й стр. дивизии старшина Дорохин в пьяном виде, угрожая оружием, на глазах у родителей изнасиловал 15-летнюю девочку.
Дорохин арестован и предан суду военного трибунала.
25 апреля завдел оперативного отдела штаба 79-го стр. корпуса лейтенант Курсаков в присутствии мужа и детей пытался изнасиловать пожилую немку.
Против Курсакова возбуждено уголовное преследование.
Можно привести еще целый ряд таких фактов и по другим соединениям.
Считаю необходимым подчеркнуть ряд моментов:
1. Командиры соединений и военные советы армий принимают серьезные меры к тому, чтобы ликвидировать факты безобразного поведения своих подчиненных, тем не менее, отдельные командиры самоуспокаиваются тем, что некоторый перелом достигнут, совершенно забывая о том, что до их сведения доходят донесения только о части насилий, грабежей и прочих безобразий, допускаемых их подчиненными.
Вследствие того, что один и тот же участок проходят различные соединения, отдельные командиры непрочь безобразия, которые имеют место и о которых им становится известно, сваливать на другие части. В беседе с командирами такая тенденция часто проскальзывает.
2. Насилиями, а особенно грабежами и барахольством, широко занимаются репатриированные, следующие на пункты репатриации, а особенно итальянцы, голландцы и даже немцы. При этом все эти безобразия сваливают на наших военнослужащих.
3. Есть случаи, когда немцы занимаются провокацией, заявляя об изнасиловании, когда это не имело места. Я сам установил два таких случая.
Не менее интересно то, что наши люди иной раз без проверки сообщают по инстанции об имевших место насилиях и убийствах, тогда как при проверке это оказывается вымыслом.
Заслуживает интереса такого рода факт: когда я 27 апреля находился в 3-й ударной армии, был донесено, что командир 85-го танкового полка Чистяков в пьяном состоянии приводил к себе немок, насиловал их, а когда на крик одной немки военнослужащие хотели зайти в дом, где находился Чистяков, он дал приказ развернуть самоходную установку и открыл стрельбу, убив при этом 4 человека и ранив 6 наших военнослужащих.
Я приказал заместителю военного прокурора армии и военному следователю немедленно выехать на место.
29 апреля прокурор армии шифром донес мне о том, что этот факт не подтвердился.
Необходимо коротко остановиться на анализе причин, которые все еще способствуют невыполнению директив Ставки Верховного Главнокомандования и Военного совета фронта: [247]
1) Директивы Ставки Верховного Главнокомандования от 20 апреля и Военного совета фронта от 22 апреля с. г. не доведены полностью до всех бойцов и офицеров.
В отдельных мелких подразделениях, особенно там, где личный состав в большинстве своем находится в разъездах, эти важнейшие документы доведены формально и многие военнослужащие их не знают.
В частях, где много националов, эти документы даже не разъяснены как следует. Представители политуправления и военной прокуратуры фронта в 301-й стр. дивизии, где много латышей и молдаван, установили, что эти военнослужащие что-то слышали о наличии таких документов, но что именно в них сказано, толком не знают.
2) Назначение комендантов в населенные пункты, занимаемые нашими войсками, проводится чрезвычайно медленно; патрулирование в этих населенных пунктах поставлено плохо; для патрулирования выделяется очень незначительное количество людей, им дается большой участок и они, по существу, проходят по улицам, не зная, что делается в домах и на других улицах. Таким образом, это патрулирование, по существу, превращается в фикцию.
Вот факты:
В Эберсдорфе, занятом нашими войсками 21 апреля, на 27 апреля не было коменданта: в Херцфельде, Карлсхорсте, Шеневейде, Адлерсхофе, Рудове и в ряде других пунктов на 28 апреля не было комендантов.
Отдельно необходимо остановиться на работе комендантов. Военная прокуратура фронта и военные прокуроры армий проверили выполнение директивы Ставки Верховного Главнокомандования и директивы Военного совета фронта примерно в 50 комендатурах. Этой проверкой были выявлены обстоятельства, которые, несомненно, заслуживают внимания.
Целый ряд комендантов не знает директив Ставки Верховного Главнокомандования и Военного совета фронта (комендант г. Петерсхаген ст. лейтенант Пащенко, комендант г. Фридрихсхеген ст. лейтенант Неволин, комендант г. Эркер майор Лебедев и др.), другие коменданты знают об этих документах только по слухам.
Выше я уже указывал на то, что коменданты назначаются с большим опозданием. К этому надо добавить, что в целом ряде пунктов подбор комендантов проходит весьма неудачно.
Из 8-й гв. армии получено донесение о том, что комендант Рансдорфа ст. лейтенант Зиновьенко вместе с бургомистром издали объявление для наших военнослужащих, в котором говорится: «С сего числа грабежи прекращаются».
Штаб воинской части № 70594 25 апреля выдал временное удостоверение бывшему обер-лейтенанту полиции Максу Киперу, в котором написано: «На основании приказания генерал-майора Михалицына предъявитель сего Макс Кипер временно назначается комендантом г. Эзехвальде». Подписал начальник штаба подполковник Анисов.
Комендант городского района Берлина Темпельгоф назначил бургомистром лицо, которое при немцах занимало должность заместителя бургомистра.
Эти факты достаточно говорят о том, что некоторые комендаты политически совершенно не подготовлены к выполнению таких важнейших функций.
И в смысле хозяйственном целый ряд комендантов не соответствует своему назначению.
На совещании в 8-й гв. армии комендант г. Кепенник подполковник Титов заявил, что он располагает запасом хлеба для питания населения на 3–4 месяца. Путем дальнейших распросов его было установлено, что в этом населенном пункте имеется свыше 100 000 жителей и что запасы его составляют 35 тонн.
Во время моего пребывания в армии я получил по телефону задание от члена Военного совета фронта генерал-лейтенанта Телегина установить структуру местной власти Берлина и всех населенных пунктов, которые входят в зону города. [248]
Считаю необходимым в этом докладе осветить этот вопрос.
Я беседовал с целым рядом немцев, которые хорошо знают схему устройства органов местной власти. Эта схема представляется так:
Во главе города Берлина стоял главный президент города. Ему подчинен обер-бургомистр. Берлин и населенные пункты, которые входят в его зону, разделены на 20 административных районов. В каждом из этих районов был бургомистр, который подчинялся берлинскому обер-бургомистру. Каждый административный район объединяет 5–6 населенных пунктов.
Управление районного бургомистра состоит из ряда отделов, основные из которых: продовольственный, который ведает вопросами распределения продовольствия, карточной системой и проч.; хозяйственный, который ведает вопросами обеспечения населения одеждой, обувью, коммунальными предприятиями; отдел по воспитанию молодежи, который ведает школами, вопросами воспитания молодежи в фашистском духе; отдел по работе среди женщин и т. д. Эти отделы уже непосредственно связаны с населением.
Эта местная власть была тесно связана в своей работе и проводила свои функции через полицию.
Схема устройства полиции такова:
Во главе полиции Берлина стоит главный полицей-президент, который подчиняется главному президенту Берлина и находится на одинаковом положении с обер-бургомистром. Ему подчинено около 350 участков полиции (по числу населенных пунктов, входящих в зону города). Каждый полицейский участок располагал 40–50 полицейскими, во главе которых стоял лейтенант, капитан или старший офицер (в зависимости от важности того или иного населенного пункта).
Что касается схемы построения судебных органов, то она представляется таким образом: в подчинении министерства юстиции находится главный суд; следующее судебное звено — это областной суд, действующий в пределах области.
Далее следует окружной суд, обслуживающий несколько административных районов. В Берлине и его зоне было, таким образом, несколько окружных судов.
Изучив этот вопрос и побеседовав с целым рядом руководящих работников армий, я пришел к выводу, что наиболее стройная была бы следующая структура.
Во главе Берлина должен стоять военный комендант города. По его усмотрению должен быть назначен президент Берлина. В 20 районах города должны быть назначены военные коменданты.
Президент Берлина, по согласованию с комендантом Берлина и в соответствии с кандидатурами, представляемыми районными комендантами, назначает районных бургомистров по количеству районов; районные военные коменданты назначают бургомистров населенных пунктов.
Точно так, как бургомистр Берлина подчинен военному коменданту Берлина, так и районные бургомистры и бургомистры населенных пунктов должны быть подчинены районным военным комендантам.
В каждом населенном пункте должна быть организована гражданская милиция примерно по 10–20 человек (в зависимости от величины населенного пункта). Эта милиция должна быть подчинена бургомистру и военному коменданту.
Для связи с населением в каждом квартале должен быть назначен из населения квартальный уполномоченный и в каждом доме ответственное лицо за выполнение всех требований, предъявляемых к жильцам дома.
Таковы соображения, относящиеся к организации власти в Берлине и его зоне.
Военные прокуроры армий и соединений, в соответствии с указаниями военной прокуратуры фронта, продолжают работу по проверке выполнения директив Ставки Верховного Главнокомандования от 20 апреля и Военного совета фронта от 22 апреля с. г. об изменении отношения к немецкому населению. [249]
5 мая я представляю Военному совету фронта очередную докладную записку по этому поводу, в которой дам подробный анализ всех фактов неправильного отношения к немецкому населению, которые будут зафиксированы за период с начала издания этих документов.
Военный прокурор 1-го Белорусского фронта генерал-майор юстиции Л. Яченин
На этой странице документа имеется собственноручная резолюция Г. К. Жукова: «Тов. Шестакову. Я от Вас требую: немедля снять с комендантской работы всех не соответствующих своему назначению комендантов. Имейте в виду, что немцы, наблюдая комендантов и их работу и поведение, судят о нашей армии. Потребуйте, чтобы коменданты не позорили офицерский корпус Красной Армии». Жуков 4.5.45 г.»
РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 40. Л. 1–7. Подлинник.
№ 166. Информационная сводка 7-го отдела политического управления 1-го Белорусского фронта о ходе капитуляции немецких войск и о работе среди населения Берлина
№ 60 5 мая 1945 г.
О поведении противника к северо-западу от Берлина
3 и 4.5.45 г. происходила массовая сдача в плен солдат и офицеров противника. В большинстве случаев солдаты сдавались в плен большими группами, иногда в несколько сот человек. Иногда сдавались в плен целые подразделения и части во главе с их командирами. Так сдался в плен капитан Кампаноки, командир роты снабжения 169 пд, во главе своей роты, численностью около 100 чел. Большинство сдавшихся в плен говорят, что падение Берлина показало полную безнадежность дальнейшего сопротивления и что после смерти Гитлера они считают себя свободными от присяги и полагают поэтому возможным прекратить сопротивление и сдаться в плен. Плененные показывают также, что среди солдат существовала сильная тенденция сдаваться в плен не Красной Армии, а американцам. Однако, когда американцы вышли к Эльбе, то они, по словам пленных, прекратили прием немецких солдат, переправляющихся с восточного берега Эльбы, и объявили через громкоговорящие установки, что согласно соглашению с советским военным командованием все немецкие офицеры и солдаты, находящиеся к востоку от Эльбы, рассматриваются как военнопленные, взятые советской стороной. Американцы, по словам пленных, говорили дальше, что русского плена бояться не следует, что для приема военнопленных оборудован большой лагерь в Аппендорфе и что тот, кто будет пытаться переправиться через Эльбу, будет пристрелен.
Ликвидация изолированных групп противника, продолжавших оказывать сопротивление в Берлине
В течение 23.5.45 г. происходила ликвидация отдельных изолированных групп противника, которые продолжали сопротивление, главным образом потому, что не знали, что гарнизон Берлина капитулировал. В эти группы проводилась заброска военнопленных и лиц гражданского населения, а через звуковещательные средства им передавался приказ генерала Вейдлинга о [250] капитуляции. Работа протекала успешно. Так, 2.5.45 г. на одном из участков армии т. Кащеева засланные лица из числа гражданского населения, числом в 9 чел., привели с собою 2450 немецких офицеров и солдат. Один немец привел с собою группу численностью в 540 чел. Солдат Буш привел с собою группу в 180 чел. На одном из участков армии т. Лисицина командир противостоящей немецкой части отказался сдаться в плен, мотивируя это тем, что ему ничего не известно о приказе о капитуляции. К нему был направлен парламентер и дан часовой срок для принятия решения. Через час он приказал капитулировать. В плен сдалось около 5000 чел., в том числе полицей-президент Берлина генерал-лейтенант полиции Герум и нач. полиции г. Берлина генерал-майор полиции Хайнбург. Пленные показали, что гражданское население этого района, узнав о приходе парламентера, стало активно призывать солдат сложить оружие. Ряд военнопленных и лиц гражданского населения забрасывались по нескольку раз. Характерной чертой этих забросок стало то, что забрасываемые быстро возвращались назад, т. к. им очень легко удавалось склонить солдат противника к сдаче в плен. При этом во многих случаях, когда собиралась небольшая группа солдат, готовых идти в плен, то по пути к этой группе начинали примыкать другие солдаты и по мере приближения к нашим окопам группа возрастала до многих десятков человек. Лишь в единичных случаях засылка успеха не имела. Так, отказалась сдаться в плен группа немецких солдат численностью до 150 чел., засевшая в одном из туннелей метро. 25 чел. из ее состава в последний момент покончили самоубийством. Отмечены случаи, когда население активно помогало ловить видных деятелей нацистского режима. Так, по указанию нескольких немцев был задержан успевший уже переодеться в гражданское платье вице-адмирал Фосс, представитель гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера.
Под влиянием засланных военнопленных и лиц гражданского населения гарнизон цитадели Шпандау принял ультиматум о капитуляции. В плен взято около 400 чел., в том числе 24 офицера.
О группах противника, окруженных в районе Кетцин
К окруженным в районе Кетцин группам противника издана листовка и для них проводится звуковещание, к которому привлечены пленные, взятые из этих групп. В звукопередачах солдатам и офицерам противника рекомендуется выходить с белым флагом на звук МГУ. Часть сдающихся таким путем в плен, немедленно забрасывается обратно. Так, ефр. Вернер 5 раз засылался обратно и привел с собою 52 чел. Засылается также гражданское население с письмами от тех, кто уже сдался в плен. В течение 4.5.45 г. вышли, преимущественно группами в 5 — 10 чел., на звук МГУ и приведены засланными около 300 немецких офицеров и солдат, в том числе 1 майор, 3 капитана, 5 об. л-тов и 8 лейтенантов.
Из показаний пленных генералов
Генерал-майор Раух, командир 18 ид, показал: «Еще две недели тому назад никто не предполагал, что война закончится столь быстро и столь катастрофично для Германии. Я сражался, потому что не знал, что наши резервы уже исчерпаны и кроме того потому, что считал, что последствия поражения будут настолько ужасны, что никакое сопротивление не сможет их ухудшить. Известие о смерти Гитлера буквально ошеломило меня и моих солдат. Оно послужило как бы сигналом к прекращению сопротивления». Генерал-лейтенант полиции Риттенгубер показал: «Как только появилась опасность окружения Берлина, Кейтель и его штаб бежали из города и местопребывание их осталось неизвестным. Падение Берлина и известие о смерти Гитлера означают безповоротный проигрыш войны. Будущее Германии — ужасно. Единственная надежда на разногласия между союзниками, что даст Германии [251] шанс на улучшение своего положения». Генерал-майор м/с Врубель показал: «Я считаю, что после падения Берлина и смерти Гитлера Германия прекратила самостоятельное государственное существование. В ближайшее время должен наступить голод, вместе с которым придут его неизбежные спутники — эпидемические заболевания. Немецкий народ впал в политическую летаргию, его могут спасти только разногласия между победителями».
О печатной и устной пропаганде среди населения противника
Продолжается в Берлине и др. населенных пунктах расклеивание листовок, изданных 7-м отделом для населения противника. Кроме того, листовки раздаются немецкому населению на руки.
Население по-прежнему проявляет исключительно большой интерес к нашим листовкам.
Лишь за последние три дня 7-й отдел издал для населения следующие листовки:
Информационный листок № 15, тираж — 150000 экз.
Приказ тов. Сталина № 20, «"» —115000 «"»
Обращение командования фронта к берлинцам и бранденбуржцам. — 200 000 «"»
Выдержки из приказа тов. Сталина № 20 «"» — 300 000 «"» «"» из решений Крымской конференции «"» — 75 000 «"» «"» из приказа тов. Сталина № 55 «"» — 75 000 «"»
7-е отделения политотделов армий также издают листовки для немецкого населения. Так, например, отделение тов. Лихачева 2.5.1945 года издало первомайский приказ тов. Сталина № 20 тиражем в 10 000 экз. и в тот же день распространило весь тираж.
Однако потребность в печатной информации немецкого населения еще в достаточной степени не удовлетворена. Отсутствие газеты на немецком языке для населения и все еще недостаточная информация способствуют распространению среди немецкого населения различных слухов. Одни говорят, что Красная Армия вскоре уйдет за Одер, а сюда придут англичане и американцы. Другие говорят, что Красная Армия установит в Германии коммунистический строй.
Все возрастающий интерес проявляют берлинцы и жители других городов к звукопередачам ОЗС, армейских и фронтовой МГУ, которые передают последние известия, первомайский приказ тов. Сталина, решения Крымской конференции и др.
Так, например, 3.5.45 г. в районах Берлина — Лихтенберг и Франкфурте-ралле собралось у МГУ несколько тысяч жителей, которые прослушали передачи МГУ и оживленно обсуждали последние события и первомайский приказ тов. Сталина.
Отклики берлинцев на известие о смерти Гитлера и Геббельса
О судьбе Гитлера и Геббельса среди берлинцев существует много версий. Одни говорят: «Гитлер и Геббельс застрелились». Другие — «Гитлер и Геббельс повесились». Третьи утверждают, что Гитлер и Геббельс отравились. Однако все слухи предполагают смерть Гитлера и Геббельса.
Жители не выражают никакой жалости по отношению к ним. 65-летний берлинец Франц Ланг в беседе заявил: «Я слышал, что Гитлер и Геббельс покончили с собой. Туда им и дорога. С ними погибли и их сумасбродные идеи. Они ведь хотели покорить всю Европу, Россию и весь мир».
Рабочий Альфред Мюллер заявил следующее: «Жаль, что Гитлер покончил жизнь самоубийством. [252] После тех страданий, которые он принес нашему народу и стране, он заслужил другого наказания».
Берлинец Матеус Вальтер сказал: «Мы очень долго ждали гибели Гитлера. Мы также ждали русских, чтобы скорее окончились наши мучения».
Об отношении берлинцев к капитуляции берлинского гарнизона
Капитуляцию Берлинского гарнизона население встретило с большим удовлетворением. «Я был 20 лет тому назад в России, — говорит Франц Ланг, — и знаю эту страну. Желание покорить Россию — это сумасшествие. Россия способна без особого труда проглотить десятимиллионные армии. Мы рады, что война окончилась и можем вздохнуть свободно». Присутствовавшая при этом разговоре Анни Райнец добавила: «Сталин должен был придти в Берлин тремя годами раньше». Врач Ганс Позер в беседе заявил: «Последние недели жизни в Берлине были кошмарны. Дальше это продолжаться не могло. Поэтому все вздохнули свободно, когда прекратились военные действия. Мы рады и благодарны советскому командованию за проводимые мероприятия по нормализации жизни в городе».
О положении в Берлине
В городе резко ощущается недостаток воды. У колонок артезианских колодцев в очередях стоят сотни жителей, чтобы получить пару ведер воды. Продовольственное положение населения тяжелое. Нормальное снабжение населения города хлебом еще не налажено. Жители жалуются на недостаток продовольствия и спрашивают, как будет с продовольственным снабжением в будущем. Однако своей инициативы в преодолении продовольственных трудностей берлинцы не проявляют. Так, никто из них не занялся разведением огородов, хотя такая возможность есть у большинства.
О некоторых недостатках в работе районных военных комендатур г. Берлина
Во всех комендатурах Берлина имеется недоукомплектованность личного состава (особенно сержантского и рядового). В связи с этим комендатуры не в состоянии обеспечить охрану даже важнейших объектов. Так, в районе Веддинг до сих пор не охраняется всемирно известный институт Коха.
Не все коменданты взяли на учет и организовали охрану сохранившихся берлинских типографий, что делает возможным использование их во враждебных целях.
Весьма затрудняет работу то, что коменданты до сих пор не имеют штампов и печатей. Был случай, когда вновь назначенный бургомистр и ряд других немцев не выполнили задание комендатуры, т. е. были задержаны красноармейцами, не поверившими справке без печати.
Мешает работе также разнобой в структуре назначенных гражданских властей, являющийся следствием отсутствия указаний на этот счет.
Начальник 7-го отдела ПУ 1 БФ полковник Мельников [253]
РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 623. Л. 210–216. Подлинник.
№ 167. Информационная сводка 7-го отдела политического управления 1-го Белорусского фронта об обстановке в Берлине, настроениях среди немецкого населения и деятельности различных антифашистских групп
8 мая 1945 г.
Об антифашистских листовках и газетах, издававшихся в Берлине до занятия его Красной Армией
В районе Ной-Кельн нашим работникам был предъявлен экземпляр листка-газеты за № 112 под названием «Свободный Берлин» — орган Национального Комитета «Свободная Германия». В газете помещено обращение ко всем берлинцам. В нем указывается, что Красная Армия находится в 40 км от Бранденбургских ворот и что лишь 100 км отделяют Красную Армию от англо-американских армий. Далее в обращении говорится: «Либо мы погибнем вместе с гитлеровскими бандитами под развалинами и руинами Берлина, либо мы будем бороться против нацистов, затягивавших войну, и спасем себя и наших детей от гибели». В следующей статье берлинцам предлагается наблюдать за нацистами и по мере своих сил препятствовать подготовке ими подпольных нацистских организаций. Заканчивается статья словами: «Период страданий немецкого народа не завершится, если мы своевременно не покончим с бандитами «Вервольфа». В статье под заголовком «О чем умалчивает нацистская пропаганда» даются известия с фронтов и отмечаются успехи Красной Армии и союзников. Заканчивается газета хроникой — «Известия из Берлина».
Предъявившая упомянутую газету жительница Берлина Шулыпен заявила, что газета печаталась на стеклографе тиражем в 3000 экз. и расклеивалась на стенах домов. Она указывала адрес центра, выпускавшего газету «Свободный Берлин».
В Берлине обнаружены различные листовки, наклеенные на стены домов до занятия города нашими войсками и во время городских боев. Листовки призывали немецких солдат прекратить сопротивление и выступить против нацистов, а жителей Берлина — охранять промышленные предприятия от подрывных команд нацистов. Одна из подобных листовок имеет следующую подпись: «Объединенная коммунистическая партия Германии. По поручению: Маннгарт». Другая подписана так — «Группа сопротивления. Берлин, Эрнст».
О сдаче в плен зам. коменданта Берлина генерал-майора Бремера
7.5.45 г. в комендатуру района Целендорф (Берлин) явился и сдался в плен генерал-майор Вальтер Бремер. Генерал-майор Бремер показал: «Я занимал пост зам. коменданта Берлина. В последние дни я получил приказание со своей группой в 600 чел. солдат пробиваться на западную окраину Берлина. Приказ о капитуляции до меня не дошел. Во время боев я потерял почти всех своих солдат и, оставшись в конце один, два дня прятался по подземельям, а узнав о капитуляции, решил сдаться советским военным властям». Бремер далее показал, что Геринг и гросс-адмирал Редер скрываются в Берлине. [254]
О берлинских госпиталях с русскими гражданами
В районах Пренцлауэрберг и Шпандау обнаружены 4 госпиталя с русскими гражданами, тяжело больными туберкулезом. Больным оказывается помощь, организовано усиленное питание.
О террористических актах в Берлине
В последние дни в районе Вайсензее совершено 13 террористических актов. 7 террористов задержаны. Были случаи открытой агитации против Красной Армии на улицах города. В районе Митте террористом был ранен майор Красной Армии.
О подпольных фашистских организациях в Берлине
В Берлине раскрыты две фашистские подпольные группы: одна численностью в 5 человек и вторая — в 7 человек. В районе Фридрихсфельде найден склад оружия подпольной фашистской группы. На складе выявлено: 80 винтовок, 56 фаустпатронов, 10 пулеметов, 205 гранат, 400 000 патронов.
О выявлении руководителей национал-социалистических организаций Берлина
Выявление национал-социалистических руководителей происходит недостаточно удовлетворительно. Регистрация населения дает пока незначительные результаты, так как национал-социалистические руководители в большинстве своем скрываются и избегают регистрации. Так, комендатура района Шарлотенбург по состоянию на 5 мая зарегистрировала: полицейских — 24, эсэсовцев — 1, сотрудников СА — 1 и ни одного руководителя. Население пока еще мало помогает в этом нашим органам и, по-видимому, придерживается выжидательной политики. Бывшие коммунисты также еще недостаточно помогают выявлению национал-социалистических руководителей.
Некоторые жители боятся репрессий со стороны подпольных фашистских организаций. Так, в селе Хозенфельде проходившим немцам были розданы листовки «Немецкие генералы против Гитлера». В это время фотограф одного из наших соединений щелкнул затвором фотоаппарата. Одна немка, читавшая листовку, испугалась, бросила листовку и побежала прочь. Когда оставшихся спросили, почему она испугалась, они ответили: «Она боится, что ее фотографию отпечатают в листовке, и ее имя станет известно всем».
О случаях самоубийства среди населения
У некоторой части населения все еще не изжит страх перед «большевистскими ужасами». Имеется несколько случаев самоубийства. Так, по дороге из Фюрстенвальде в Цигилей одна немка вскрыла себе вены на руке. В дер. Дамсдорф покончили с собой два немца — муж и жена. В доме № 5 по Бергманштрассе (Берлин) некоторые женщины держат при себе яд, который они собираются принять тогда, когда их станут отправлять в Сибирь. Грета Берг из этого же дома говорит: «Я очень боюсь, что у меня отберут моего трехлетнего сына». [255]
Об организациях, образуемых в Берлине бывшими коммунистами
В районе Лихтенберг комендатурой распущен «Районный коммунистический партийный центр». Руководители и организаторы этого центра — бывшие коммунисты Бауэр и Дювель выразили недовольство вновь назначенным бургомистром района, потому что он социал-демократ, и начали организовывать население на срыв мероприятий бургомистра. Бауэр и Дювель были вызваны в комендатуру; им предложено сдать все дела и списки организации, а организацию ликвидировать. В районе Панков распущен «Народный комитет». Распущена также группа во главе с неким Шпалингером, назвавшим себя комиссаром Берлина. Группа издала типографским способом следующее извещение: «Комитет социалистических немецких рабочих и солдатских советов г. Берлин — есть высшее учреждение. Ему подчинены магистрат Берлина, полиция и все государственные учреждения. Кто проводит саботаж против воинских учреждений Советского Союза, будет наказан. Также строго будут наказаны лица, укрывающие у себя лиц, обвиняемых в шпионаже и саботаже в пользу НСДАП». Группа Шпалингера имела гербовую печать, бланки со штампом, бланки справок, которые они собирались выдавать лицам, не являющимся членами НСДАП.
О некоторых фактах, тормозящих работу военных комендатур
Военные комендатуры все еще недоукомплектованы личным составом. Так, штат военной комендатуры района Веддинг состоит из 9 офицеров и 9 бойцов в то время, как район насчитывает около 300 тысяч жителей.
Начальник 7-го отдела политического управления 1-го Белорусского фронта Полковник Мельников
Ф. 32. Оп. 11306. Д. 623. Л. 159–163. Подлинник.
Содержание главы
№ 168. Приказ А. Гитлера о разрушении объектов на территории Германии для сдерживания продвижения вторгшегося противника. 19 марта 1945 г.
№ 169. Донесение начальника 7-го отдела политуправления 2-го Белорусского фронта начальнику 7-го управления Главного Политического Управления РККА о показаниях немецкого полковника Веймера об аудиенции у Гитлера. 2 апреля 1945 г.
№ 170. Приказ А. Гитлера о разрушении путей сообщения и средств связи на территории Германии для сдерживания продвижения противника. 7 апреля 1945 г.
№ 171. Обращение А.Гитлера к солдатам вермахта на Восточном фронте с призывом сражаться до конца. 15 апреля 1945 г.
№ 172. Информация представителя ВМС в штаб-квартире фюрера для начальника оперативного отдела штаба ВМС Германии об обстановке в Берлине. 26 апреля 1945 г.
№ 173. Директива начальника штаба Верховного Командования вермахта командующим видами вооруженных сил и группами армий о безоговорочном подчинении главе государства и продолжении сопротивления до конца. № 004003. Сов. секретно. 30 апреля 1945 г.
№ 174. Распоряжение рейхспрезидента Деница немецким войскам о поведении при капитуляции перед англо-американскими войсками. Май 1945 г.
№ 175. Воззвание рейхспрезидента Деница к немецкому народу и солдатам вермахта с извещением о смерти А. Гитлера и призывом продолжать войну. Май 1945 г.
№ 176. Воззвание рейхспрезидента Деница к немецким войскам с извещением о смерти А. Гитлера и призывом к продолжению сопротивления. Май 1945 г.
№ 177. Приказ командующего обороной Берлина немецким войскам о немедленном прекращении сопротивления. 2 мая 1945 г.
№ 178. Проект письма бывшего министра иностранных дел Германии Риббентропа рейхспрезиденту Деницу с предложением начать сепаратные переговоры с англо-американской стороной о сохранении хотя бы небольшой территории Германии неоккупированной. Плён. 2 мая 1945 г.
№ 179. Директива начальника штаба оперативного руководства Верховного Командования вермахта об образовании группы армий "Остмарк" и необходимости продолжения сопротивления советским войскам. № 003005/45. Сов. секретно. 4 мая 1945 г.
№ 180. Указания начальника штаба Верховного Командования вермахта представителю немецких войск при американских войсках о прекращении боевых действий вермахта на западе. 5 мая 1945 г. 17.35
№ 181. Директива начальника штаба Верховного Командования вермахта командующему группой армий "Юг" о беспрепятственном пропуске американских войск в восточном направлении. 6 мая 1945 г.
№ 182. Директива начальника штаба Верховного Командования вермахта об отступлении немецких войск на советско-германском фронте и прекращении сопротивления англо-американским войскам. № 89002/45. Сов. секретно. 7 мая 1945 г. 01.35
№ 183. Выступление по радио рейхсминистра финансов графа Шверина фон Крозига к населению Германии по поводу безоговорочной капитуляции вермахта. 7 мая 1945 г.
№ 184. Директива начальника штаба оперативного руководства Главного Командования вермахта командующему группой армий "Юг" о прекращении боевых действий и сдаче в плен противостоящим войскам противника. № 0010010/45. Сов. секретно. 8 мая 1945 г.
№ 185. Справка Верховного командования германской армии о безвозвратных потерях в сухопутных войсках за период с 1 сентября 1939 г. по 1 мая 1945 г. № 5815/45. 10 мая 1945 г.
№ 186. Приказ рейхспрезидента деница немецким войскам о порядке демобилизации личного состава. 11 мая 1945 г.
В главу вошло около двух десятков различных документов, объединяет которые то, что они были подготовлены в высших инстанциях погибающего рейха.
Гитлер отдает приказы о применении на территории Германии тактики «выжженной земли», одновременно обращается к солдатам на восточном фронте сражаться до конца. Советские войска уже в сердце Германии, а штабы войск вермахта разрабатывают директивы о продолжении войны, отводе войск на запад для сдачи англо-американским войскам и одновременно об ужесточении отпора «большевистской агрессии». Представленные документы подтверждают беспомощность немецкой военной машины на конечном этапе войны и цинизм военного руководства Германии, жертвовавшего жизнями своих солдат и мирных граждан.
№ 168. Приказ А. Гитлера о разрушении объектов на территории Германии для сдерживания продвижения вторгшегося противника
19 марта 1945 г.
Борьба за существование нашего народа заставляет также и на территории Германии использовать все средства, которые могут ослабить боеспособность противника и задержать его продвижение. Необходимо использовать все возможности, чтобы непосредственно и косвенно нанести максимальный урон боевой мощи противника. Ошибочно было бы полагать, что после возвращения потерянных территорий можно будет снова использовать не разрушенные перед отступлением или выведенные из строя на незначительный срок пути сообщения, средства связи, промышленные предприятия и предприятия коммунального хозяйства. Противник оставит нам при своем отступлении лишь выжженную землю и не посчитается с нуждами местного населения.
Поэтому я приказываю:
1. Все находящиеся на территории Германии пути сообщения, средства связи, промышленные предприятия и предприятия коммунального хозяйства, а также материальные запасы, которыми противник может в какой-либо мере воспользоваться, немедленно или по прошествии незначительного времени подлежат уничтожению.
2. Ответственность за уничтожение возлагается: на военные командные инстанции — в отношении всех военных объектов (включая дорожные сооружения и средства связи), на гауляйтеров и государственных комиссаров обороны — в отношении всех промышленных предприятий, предприятий коммунального хозяйства, а также всякого рода материальных запасов. Войска должны оказывать гауляйтерам и государственным комиссарам обороны необходимую помощь в выполнении стоящих перед ними задач. [257]
3. Настоящий приказ немедленно довести до сведения всех командиров. Все распоряжения, противоречащие данному приказу, утрачивают свою силу.
Адольф Гитлер
Печ. по: Дневник боевых действий… Пер. с немецкого. С. 1088–1089.
№ 169. Донесение начальника 7-го отдела политуправления 2-го Белорусского фронта начальнику 7-го управления Главного Политического Управления РККА о показаниях немецкого полковника Веймера об аудиенции у Гитлера
2 апреля 1945 г.
31 марта 1945 г. я был вызван в главную ставку фюрера для получения «дубовых листьев»:
На террасе Бергхофа нас встретили генерал-лейтенант Шмундт и подполковник Боргман. Через некоторое время к нам присоединился имперский руководитель войск СС Гиммлер и несколько высших руководителей СС и полиции. Нас пригласили в рабочий кабинет фюрера. Когда я в первый раз увидел фюрера после того, как не видел его полтора года, я испугался. Моей первой мыслью было, что этот человек проиграл войну. Фюрер производил впечатление усталого и измученного человека, в глазах его стояли слезы, он ходил согнувшись и поседел. После рапорта он сказал нам примерно следующее: «Господа, благодарю вас за вашу личную работу и руководство вашими войсками и от имени немецкого народа вручаю вам эти «дубовые листья». Вслед за этим он подал каждому из награжденных руку и вручил «дубовые листья»…
Затем фюрер пригласил нас к стоявшему в углу большому столу и сел вместе с нами. В комнате остались генерал Шмундт, Гиммлер и 2–3 младших офицера, по-видимому, из органов охраны. После того как мы сели, фюрер сказал примерно следующее:
«Я знаю ваши заботы, но если у вас есть еще что-нибудь, то напишите об этом мне или адъютанту, мне об этом доложат. Я хочу рассказать вам сегодня о моих заботах для того, чтобы вы меня поняли. Я знаю, что немецкий народ будет смотреть на вас, и что вы своим авторитетом в результате вашего отличия, будете подходящими пропагандистами для меня». После этого фюрер стал говорить сперва о внешнеполитическом положении, рассказал о трудностях, которые он имел за последние дни с Венгрией и Турцией, дал обзор политического положения, который сводился к тому, что рано или поздно между правительствами противника произойдут разногласия, которые приведут к расколу вражеской коалиции. Тогда для Германии сложится благоприятное положение. До тех пор необходимо выиграть время как в политическом, так и в военном отношении.
О военном положении фюрер сказал, что наши дела за последнее время шли плохо и что примерно месяца четыре еще нам будет плохо и еще хуже, но что после этого все опять наладится. Он обосновал это мнение примерно так:
«Для того чтобы германская армия могла продолжать борьбу, необходимы следующие предпосылки:
1. Реорганизация противотанковой обороны. Пехотные дивизии должны быть в состоянии собственными силами препятствовать прорыву танков. Невозможно держать наготове за линией фронта чисто танковые соединения, как это делалось до сих пор, для того, чтобы бросать их в качестве пожарной помощи, причем, они все же приходят слишком поздно. Для этого пехотная дивизия должна иметь свою бригаду штурмовых орудий, а гренадерские полки, батальоны и роты должны быть снабжены ручным противотанковым [258] оружием в такой степени, чтобы быть в состоянии самим себе помочь».
После этого фюрер привел еще отдельные данные о новом самоходном орудии и новом противотанковом оружии, которые я сейчас забыл. Он также заявил, что в скором времени выпуск самоходных орудий достигнет 1000 в месяц.
2. Введением в действие на Востоке 55 дивизий союзников (подразумевались венгерские и румынские соединения) необходимо высвободить немецкие части для того, чтобы иметь их наготове в качестве наступательных войск.
Авиация, по его словам, находится в стадии реорганизации, и следует ожидать, что в начале будущего года мы снова завоюем себе господство в воздухе. Турбинный истребитель дал очень хорошие результаты, новый же ракетный самолет, чисто немецкое изобретение, он хочет приберечь для решающей стадии борьбы. Выпускающие эти самолеты заводы, равно как и источники сырья для них, гарантированы от воздушных бомбардировок.
Военно-морской флот имеет в своем распоряжении в данный момент такое количество подводных лодок, какого Германия еще никогда не имела. Однако эти подводные лодки, благодаря английским приемам обороны, настолько устарели, что было бы безумием ввести их сейчас в действие — это повлекло бы за собой только бесполезную трату горючего и излишние потери. Новая немецкая подводная лодка, которая уже находится в серийном производстве, имеет такую скорость хода под водой, которая на 1\5 или на? превышает скорость самых быстроходных английских транспортных судов. Кроме того, эта подводная лодка может находиться долгое время под водой, не будучи обнаруженной. Она может идти на такой глубине, на какой она не может быть обнаружена даже пеленгированием с самолета. Он сказал буквально следующее: «Я верю в возрождение подводных лодок примерно к концу года. Вообще, я считаю, что наряду с другими предпосылками, именно это будет содействовать улучшению нашего военного положения. В первую же очередь мы с помощью наших новых самолетов прекратим бомбовый террор и нанесем чувствительный ущерб Англии с помощью нашего оружия возмездия. Сейчас мы уже добились 50 % точности попадания на расстоянии нескольких сот километров одного нашего оружия «Фау», в то время как другое, еще более ужасное оружие, дает 62 % попадания. Оба этих оружия в состоянии стереть с лица земли английские города, и я это сделаю в качестве возмездия».
Фюрер призвал нас как носителей высшего немецкого отличия германской армии быть моральной поддержкой для солдат в критические моменты и в тяжелых поражениях и выполнять наш долг в соответствии с нашей присягой.
Беседа продолжалась 40 минут.
Мне бросилось в глаза, что фюрер через несколько минут после того, как начал говорить, оживился сам и подчинил себе всех присутствующих. Его голос стал громче, темп речи ускорился и всеми своими манерами он производил впечатление фанатика, который полностью проникнут сознанием своей задачи и убежден в том, что выиграет войну. В беседе в товарищеском кругу выяснилось, что и все остальные из награжденных были сначала разочарованы видом фюрера, потом же он произвел на них то же самое впечатление, что и на меня.
Подписал: полковник Веймер, командир 25-го полка 4 тд.
Перевела ст. л-т а/с Макарова
Начальник 7-го отдела ПУ 2-го Белорусского фронта подполковник Забаштанский [259]
ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 569. Л. 470–472. Подлинник.
№ 170. Приказ А. Гитлера о разрушении путей сообщения и средств связи на территории Германии для сдерживания продвижения противника
7 апреля 1945 г.
В целях однообразного проведения в жизнь моего приказа от 19 марта 1945 г. в отношении путей сообщения и средств связи приказываю:
1) Мосты, важные в оперативном отношении, должны быть разрушены с таким расчетом, чтобы противник не мог ими воспользоваться. Участки и рубежи (реки, автострады и т. п.), в районе которых следует производить разрушение мостов, имеющих оперативное значение, будут установлены в каждом случае распоряжением главного штаба вооруженных сил.
В тех случаях, когда мосты такого рода останутся не разрушенными, к виновным следует применить самые жестокие наказания.
2) Все прочие мосты должны разрушаться только в том случае, когда имперские комиссары по обороне совместно с органами министерства путей сообщения и министерства вооружения и военного производства признают, что производство должно быть приостановлено вследствие приближения противника и невозможности отправки готовой продукции.
Перевозки должны продолжаться до последнего момента с тем, чтобы по возможности не срывать выпуска той продукции, которая упоминалась в моем приказе от 30 марта 1945 года.
3) Все прочие объекты и сооружения, важные с точки зрения коммуникаций (искусственные сооружения разных видов, железнодорожные пути, подвижной состав и ж.-д. мастерские), а также линии почтовой и железнодорожной связи, равно как и сеть связи частных фирм, должны быть сильно повреждены.
При производстве всех работ по разрушению и эвакуации следует иметь в виду, что те или иные объекты могут быть снова использованы в интересах германской промышленности в том случае, если потерянная территория снова попадет в германские руки. Это не относится к объектам:, перечисленным в пункте 1, а также к таким объектам, в отношении которых последовали особые распоряжения.
Адольф Гитлер
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12462. Д. 9. Л. 10–11. Копия. Пер. с немецкого.
№ 171. Обращение А.Гитлера к солдатам вермахта на Восточном фронте с призывом сражаться до конца
15 апреля 1945 г.
Солдаты на восточном фронте!
В последний раз смертельный враг в лице большевиков и евреев переходит в наступление. Он пытается разгромить Германию и уничтожить наш народ. Вы, солдаты на восточном фронте, знаете большей частью уже сами, какая судьба уготована прежде всего немецким женщинам, девушкам и детям. В то время как старики и дети будут убиты, женщины и девушки будут низведены до казарменных проституток. Остальные попадут в Сибирь.
Мы предвидели это наступление и уже с января этого года делали все, чтобы построить прочный фронт. Врага встретит мощная артиллерия. Потери нашей пехоты компенсированы многочисленными новыми подразделениями. [260]
Штурмовые подразделения, новые формирования и отряды фольксштурма усиливают наш фронт. Большевиков в этот раз постигнет судьба азиатов, то есть им будет нанесено кровавое поражение у стен Берлина.
Кто в этот момент не выполнит своего долга, действует, как предатель своего народа. Полк или дивизия, покинувшие свои позиции, поведут себя так подло, что им придется стыдиться женщин и детей, выстоявших перед воздушным террором врага. Прежде всего следите за немногими офицерами и солдатами — предателями, которые, чтобы сохранить себе сносную жизнь в русском рабстве, возможно, будут воевать против нас в немецкой форме. Тот, кто дает вам приказ на отступление, а вы его точно не знаете, должен быть тотчас схвачен и, если необходимо, тотчас расстрелян, безразлично, в каком он чине. Если в эти грядущие дни и недели каждый солдат на восточном фронте выполнит свой долг, последний натиск азиатов разобьется о нашу оборону, равно как и вторжение наших врагов на Западе в конце концов потерпит провал.
Берлин останется немецким, Вена снова будет немецкой, а Европа никогда не будет русской.
Образуйте монолитную общность для защиты не пустого понятия «Отечество», а для защиты вашей родины, ваших жен, ваших детей, а с ними и вашего будущего.
В эти часы весь немецкий народ смотрит на вас, мои восточные бойцы, и надеется только на то, что ваша стойкость, ваш фанатизм и ваше оружие потопят большевистский натиск в море крови. В момент, когда судьба убрала с лица земли самого большого военного преступника всех времен, решается исход этой войны.
Адольф Гитлер
Печ. по: Дневник боевых действий… Пер с немецкого. С. 1101–1103.
№ 172. Информация представителя ВМС в штаб-квартире фюрера для начальника оперативного отдела штаба ВМС Германии об обстановке в Берлине
26 апреля 1945 г.
1). Фюрер одобрил решительные действия командования ВМФ по оказанию помощи сражающемуся Берлину.
2). Из-за отсутствия связи оценка обстановки весьма приблизительна.
2). В сражении за Берлин радуют своими наступательными действиями армия (с юго-запада) и 9-я армия (с юго-востока). С севера успешно наступает боевая группа Штайнера. В самом городе обстановка обострилась. Правительственный квартал подвергается обстрелу тяжелой артиллерией и бомбардировке авиацией. Фюрер надеется на успех операций, проводимых по оказанию помощи городу извне. Все, что только возможно, должно быть предпринято для спасения города извне. По моему убеждению, предстоящие 48 часов станут решающими. Для помощи городу извне должно быть предпринято все, что только возможно.
4). Наступление ГА Шернера в районе Бауцена успешно развивается, и это является подтверждением того, что где есть воля, там враг может быть отброшен.
5). Сегодня ночью в Берлин переброшен авиацией только один батальон морской пехоты и тотчас же введен в бой комендантом города. Предлагаю [261] перебросить воздушным транспортом в район рейхсканцелярии отд. бойцов из соединения […] для личной охраны фюрера.
6). По неуточненным данным г. Ульм находится в руках противника. На других участках фронта, по сравнению со вчерашним, днем существенных изменений не произошло. Согласно вражескому радиовещанию в районе Торгау произошла встреча большевиков с американцами.
Штаб-квартира фюрера, адмирал Фосс
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12462. Д. 654. Л. 63–64. Копия. Пер. с немецкого.
№ 173. Директива начальника штаба Верховного Командования вермахта командующим видами вооруженных сил и группами армий о безоговорочном подчинении главе государства и продолжении сопротивления до конца
№ 004003 Сов. секретно. 30 апреля 1945 г.
Командующему ВМФ гросс-адмиралу Деницу — 4 экз.
Командующему ВВС генерал-фельдмаршалу Грейму — 2 экз.
Генерал-лейтенанту Винтеру, штаб оперативного руководства «Б» (по телеграфу) — для доведения по назначению в Южной Германии.
Командующему группой армий «Висла» — 3 экз.
Командующему войсками на Северо-Западе — по телеграфу.
Командующему войсками в Дании —»—
Командующему войсками в Норвегии —»—
В штаб группы армий «Курляндия» —»—
В штаб армии «Восточная Пруссия» —»—
Рейхсфюреру СС — полевой командный пункт —»—
1. Фюрер и его ближайшее окружение — рейхсканцлер Борман, рейхсминистр д-р Геббельс с женой и детьми оставались в Берлине в бункере рейхсканцелярии. Фюрер лично руководит оттуда обороной Берлина.
2. Я нахожусь за пределами Берлина и, согласно указаниям фюрера, руковожу всеми боевыми операциями на театрах военных действий. В этих целях генеральный штаб сухопутных войск был объединен со штабом оперативного руководства вермахта под началом генерал-полковника Йодля.
3. Прилетевшего в Берлин генерал-полковника Грейма фюрер назначил главнокомандующим ВВС и присвоил звание генерал-фельдмаршала. Несмотря на сильное огневое воздействие противника, генерал-фельдмаршалу удалось вылететь по оси Восток — Запад.
4. Для деблокирования столицы империи привлечены все наличные силы. В результате беспримерной героической борьбы наступление противника остановлено в пригородах столицы. Дивизии получили приказ с боями отступать в северо-западном направлении с целью избежать уничтожения. Защитники внутреннего кольца города уплотнили свои ряды.
5. Фюрер связал свою судьбу с судьбой Берлина. В случае падения столицы империи фюрер пожертвует свою жизнь за немецкий народ. Единственной предпосылкой существования германского рейха и немецкого народа является наша политическая и военная сплоченность. Высшим законом для вермахта остается безоговорочное подчинение новому главе государства, чьи указания будут доведены через штаб ОКВ.
6. Пока продолжение борьбы является единственной возможностью спасти миллионы немецких солдат от большевистского произвола. Ни один командующий, [262] ни один командир, ни один офицер не имеет права на самовольные действия. Того, кто несмотря на это попытается не выполнить приказ и сложит оружие, следует рассматривать как изменника Родины.
7. Каждый должен быть готов даже в последнюю минуту пожертвовать своей жизнью за свой народ.
Фюрер готов пожертвовать своей жизнью ради немецкого народа. Судьба народа зависит от стойкости и преданности вермахта.
Вышеприведенный приказ следует довести только до высшего командования включительно до армии. Передачу по радио запретить. Для доведения до войск приказ обрабатывать соответствующим образом.
Хайль Гитлер!
Генерал-фельдмаршал Кейтель
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12462. Д. 641. Л. 61–62. Копия. Пер. с немецкого.
174. Распоряжение рейхспрезидента Деница немецким войскам о поведении при капитуляции перед англо-американскими войсками
Май 1945 г.
При встрече с нашими англо-американскими противниками наше поведение должны отличать гордость и достоинство. Нам нечего стыдиться. То, чего достигли наши вооруженные силы и народ в течение последних 6 лет, не имеет аналогов в истории человечества. Мы проявили невиданный доселе героизм. Нашу воинскую честь мы не замарали. Для нас было бы недостойно идти к нашим бывшим противникам с поклоном. Пусть они идут к нам, но мы встретим их вежливо и с достоинством.
Дениц
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12462. Д. 641. Л. 104. Копия. Пер. с немецкого.
№ 175. Воззвание рейхспрезидента Деница к немецкому народу и солдатам вермахта с извещением о смерти А. Гитлера и призывом продолжать войну
Май 1945 г.
Немецкие мужчины и женщины! Солдаты вермахта!
Фюрер погиб. Его жизнь была образцом служения нашему народу. Он своевременно разглядел страшную опасность большевизма и посвятил себя борьбе с ней не на жизнь, а на смерть. В конце борьбы и своего непоколебимого прямого жизненного пути он геройски погиб в столице немецкого рейха. Придет день, когда Европа и весь мир узнают, что Адольф Гитлер пытался спасти Европу и весь мир от большевистского нашествия. Тогда не только в Германии люди с благоговением будут поклоняться героической личности фюрера.
Фюрер назначил меня своим преемником. Я беру на себя ответственность за судьбу немецкого народа в тяжелейшие часы его истории. Моей первейшей [263] целью является спасение немцев от уничтожения их большевиками, рвущимися вперед. В соответствии с этой целью война продолжается.
До тех пор пока англичане и американцы мешают достижению этой цели, мы должны также защищаться от них и продолжать работу против них.
Таким образом, англо-саксы ведут войну не в интересах своих народов, а способствуют распространению большевизма в Европе. То, что немецкий народ совершил в упорных боях на фронтах этой войны, и то, что перенес в тылу, с исторической точки зрения — неповторимо. В это тяжелое время для нашего народа я буду стремиться к тому, чтобы создать для наших храбрых женщин, мужчин и детей необходимые условия жизни. Я сделаю все, что зависит от меня. Но для этого мне нужна прежде всего ваша помощь. Доверьтесь мне.
Сохраняйте полный порядок и дисциплину в городе и деревне. Каждый выполняй свой долг на своем месте. Только так мы сможем облегчить страдания, которые принесет каждому из нас это время, и сможем предотвратить катастрофу.
Дениц
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12450. Д. 373. Л. 4. Копия. Пер. с немецкого.
№ 176. Воззвание рейхспрезидента Деница к немецким войскам с извещением о смерти А. Гитлера и призывом к продолжению сопротивления
Май 1945 г.
Германские вооруженные силы! Мои друзья!
Фюрер погиб. Верный своей идее о предохранении народов Европы от большевизма, фюрер отдал свою жизнь и нашел героическую смерть. В его лице ушел из жизни один из величайших героев в истории Германии. В глубоком уважении и трауре мы склоняем перед ним свои знамена.
Фюрер назначил меня своим преемником, главой государства и верховным главнокомандующим вооруженными силами. Я принимаю на себя верховное командование всеми вооруженными силами Германии в стремлении продолжать борьбу с большевиками до тех пор, пока действующие части […]. Против Англии и Америки я должен буду продолжать борьбу до тех пор, пока они будут мне мешать в борьбе против большевиков. Обстановка требует от Вас, уже выполнивших большую историческую миссию и стремящихся теперь к окончанию войны, дальнейших безоговорочных жертв. Я требую дисциплины и повиновения. Только путем выполнения моих приказов можно будет избежать хаоса и гибели. Трусом и предателем будет всякий, кто именно теперь будет уклоняться от выполнения своего долга и этим самым приведет немецких женщин и детей к смерти и порабощению. Присяга, данная Вами фюреру, в дальнейшем безоговорочно относится ко мне как к преемнику, назначенному фюрером.
Немецкие солдаты, выполните Ваш долг! Речь идет о самой жизни нашего народа. [264]
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12462. Д. 9. Л. 17. Копия. Пер. с немецкого.
№ 177. Приказ командующего обороной Берлина немецким войскам о немедленном прекращении сопротивления
2 мая 1945 г.
30 апреля 1945 г. фюрер покончил жизнь самоубийством. Мы, поклявшиеся ему в верности, оставлены на произвол судьбы.
Согласно приказу фюрера, Вы должны продолжать борьбу за Берлин, несмотря на то, что недостаток в тяжелом оружии, боеприпасах и общее положение делают эту борьбу бессмысленной.
Каждый час продолжения Вами борьбы удлиняет ужасные страдания гражданского населения Берлина и наших раненых.
Каждый, кто падет в борьбе за Берлин, принесет напрасную жертву.
По согласованию с Верховным Командованием советских войск, требую немедленно прекратить борьбу.
Командующий обороной Берлина генерал от артиллерии Вейдлинг
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 3. Л. 107. Пер. с немецкого. Подлинник.
№ 178. Проект письма бывшего министра иностранных дел Германии Риббентропа рейхспрезиденту Деницу с предложением начать сепаратные переговоры с англо-американской стороной о сохранении хотя бы небольшой территории Германии неоккупированной
Плён 2 мая 1945 г.
Уважаемый господин гросс-адмирал!
Я хотел бы кратко изложить свою точку зрения относительно политической обстановки, в которой мы сейчас находимся:
1) В военном отношении война проиграна. Как такового единого германского фронта больше не существует ни на западе, ни на юге, ни на востоке. Фронт распался, но боевые действия ведут отдельные небольшие части некоторых армий, которые, хотя и могут сражаться дальше, но долго не продержатся. Всю оборону необходимо сконцентрировать на севере и удержать Шлезвиг-Гольштейн. Все, что еще имеют в наличии боеспособные части, необходимо сконцентрировать в этом районе. Вследствие того, что англичане будут воздерживаться от русской военной поддержки для захвата этого района, представляется возможным силами действующих частей ВМС удержать продолжительное время этот район от одних англичан, но, несомненно, недолго.
2) Цель такого рода политической акции должна заключаться в том, чтобы не дать захватить Шлезвиг-Гольштейн или хотя бы часть его, чтобы правительство рейха под вашим руководством получило шанс править со свободной германской территории. Чтобы понять, есть ли на это шанс, необходимо прежде всего — во что бы то ни стало — перейти к переговорам. [265]
3) Начать переговоры германского правительства с правительствами других стран трудно, поскольку Рузвельт, Черчиль и Сталин требуют безоговорочной капитуляции. Я предлагаю попытаться начать переговоры с генералом Эйзенхауэром и генералом Монтгомери. Если верховное командование Англии и Америки знает, что захват Шлезвиг-Гольштейна и Дании стоит много крови, они были бы заинтересованы в сделке. К тому же следует, что на сегодняшний день английская армия, несомненно, опасается превосходства сил Красной Армии, а потому не хотелось бы англичанам использовать дополнительные силы против Германии. Возможно, уже сегодня в английской армии считают, что когда-нибудь срочно потребуется немецкая сила против Красной Армии.
4) Я считаю, что не было бы шанса на успех вести переговоры с Эйзенхауэром и Монтгомери на основе того, что мы хотим заключить соглашение именно с ними, а не с русскими. Думаю, что было бы бессмысленным, например, официально предлагать англичанам, чтобы мы вели боевые действия не против английских войск, дислоцирующихся в Гольштейне, а против большевиков, когда они подойдут к Гольштейну. Одного слова Сталина было бы достаточно, чтобы англо-американцы тотчас же прервали такого рода переговоры. Я считаю, что нужно ясно себе представить, что разъединить союзников открыто нельзя, а поэтому нужно выдвигать тезис взаимопонимания со всеми союзниками, также и с русскими. Я считаю, что мы должны так действовать, чтобы дать возможность англо-американцам сохранить свое лицо, т. е. англо-американцы должны преподнести русским немецкие предложения так, чтобы русские — хотя они точно знают, что такого рода германо-английское соглашение (о неоккупации Гольштейна) является не в интересах русских и для военного превосходства имеет слишком широкое политическое значение — не смогли отклонить эти предложения.
5) Сущность моего предложения заключается в том, чтобы найти подход к американцам и англичанам и совместно с ними заключить военное соглашение относительно, например, Шлезвиг-Гольштейна, Дании, а также Норвегии, сообразно с чем постепенно освободить Данию и Норвегию, но оставив при этом в ведении Германии Шлезвиг-Гольштейн или же часть его с таким расчетом, чтобы там могло функционировать как свободное правительство правительство рейха под Вашим руководством. Я предлагаю отослать к Эйзенхауэру и Монтгомери какого-нибудь парламентера, чтобы попытаться вывести их на путь переговоров относительно такого частичного военного соглашения и побудить их выступить среди политиков за подобное решение вопроса с военной позиции. Если удалось бы как-либо заключить такого рода соглашение, то это был бы первый шаг в сторону от формальности безоговорочной капитуляции и шаг к установлению переговоров со стороны правительства рейха и Вашего руководства с союзниками. На это можно было бы постепенно рассчитывать.
6) По сравнению с русскими, которые по-прежнему продолжают наступать и стремятся стереть Германию с лица земли, как и при фюрере, англо-американцы сами могут заключить такое военное соглашение, но при условии, если Вы заявите о своей готовности заключить соглашение со всеми союзниками. Я считаю к тому же особенно важными, что при беседе с Эйзенхауэром (который к этому времени, несомненно, привлечет Мэрфи, политического уполномоченного американского президента) и Монтгомери, разрабатывается внешне- и внутриполитическая программа Германии, которая, возможно, станет приемлемой для англичан и американцев, а также через них (это чрезвычайно важно) и для русских, а мы можем иметь алиби. Эта программа во внешнеполитическом смысле представляет собой: сосредоточение немцев там, где они и жили в Европе, никакого угнетения чужих народов, а свобода всех наций внутри Европы, тесное сотрудничество с ними и мировыми державами в целях сохранения мира. Во внутриполитическом смысле: эволюция в вопросах мировоззрения и особенно догматическая приверженность к мировоззренческим принципам направлены на то, чтобы помешать [266] сотрудничеству с другими нациями; эта догматика, по взглядам наших противников, автоматически должна привести к войне. По этим вопросам может, конечно, проводиться определенная тактика. Я хотел бы изложить мою личную точку зрения устно. Но особенно важным, мне кажется, чтобы прежде всего мы вышли из нынешней мертвой точки к установлению синтеза между внутриполитической необходимостью, которую вот уже много лет я пытался напрасно установить, и внешнеполитической возможностью. Только одно мы должны себе ясно представить: в настоящей обстановке для правительства рейха под Вашим руководством есть только две возможности: либо Германия будет полностью оккупирована, правительство рейха интернировано, управление страной будет взято союзниками и тогда через некоторое время союзники назначат правительство Брюнинга с демократами и коммунистами, либо правительство Тельмана с католиками, демократами и т. д. Тем самым национал-социализм будет уничтожен, а германский вермахт без остатка разбит, немецкий народ же приговорен к рабству на десятки лет. Или же правительству рейха под Вашим руководством удастся с помощью обширной программы, путем отступления или же отхода на задний план или модификацией определенных мировоззренческих вопросов найти попытку осуществления политики сотрудничества со всеми нациями, даже, по меньшей мере, формально с Россией и, путем признания правительства рейха под Вашим руководством и Вашей программы, сохранить национальную Германию, а также национал-социализм и хотя бы небольшие силы вермахта, и тем самым проложить немецкому народу путь к новому возрождению.
Если мы, хотя бы как-нибудь, перейдем к переговорам с англо-американцами, то мы уже много выиграем. Ввиду большой мощи России это неизбежно приведет затем ко все более тесному сотрудничеству с англо-американцами. Самое важное для нас то, что мы теперь можем преодолеть препятствия. Придерживаясь открытой проангло-американской и антисоветской позиции, преодоление препятствий, по моему мнению, было бы очень затруднено. Но у нас нет времени, так как я знаю, что англичане значительно расширили свой плацдарм.
Я хотел бы предложить прежде всего переждать реакцию на смерть фюрера и Ваше провозглашение его преемником и лишь потом немедленно действовать.
Хайль Гитлер!
Ваш глубоко преданный Риббентроп
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12450. Д. 382. Л. 1–4. Копия. Пер. с немецкого.
№ 179. Директива начальника штаба оперативного руководства Верховного Командования вермахта об образовании группы армий «Остмарк» и необходимости продолжения сопротивления советским войскам
№ 003005/45 Сов. секретно 4 мая 1945 г.
Начальнику оперативного штаба «Б»
Командующему группой армий «Центр»
Начальнику штаба группы армий «Центр»
1. После свершившейся капитуляции войск группы армий «Юго-запад» и «Запад» между Богемскими лесами и рекой Инн командование группам армий «Центр», «Юг» и «Юго-восток» принимает на себя командующий группой армий «Юг» фельдмаршал Кессельринг. Исполнение доложить [267]
Группа армий «Юг» переименовывается в Группу армий «Остмарк» (Австрия).
2. Боевые действия вести таким образом, чтобы выиграть время для спасения как можно большего количества гражданского населения от Советской Армии. Обеспечивать линии фронта. Своевременно отвечать на попытки прорыва, при необходимости сокращением линии фронта. Если Богемскую область более нельзя будет удержать, то отходить в юго-западном направлении с целью вывода драгоценного человеческого материала групп армий из зоны влияния русских.
Генерал-полковник Йодль
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12462. Д. 654. Л. 45. Копия. Пер. с немецкого.
№ 180. Указания начальника штаба Верховного Командования вермахта представителю немецких войск при американских войсках о прекращении боевых действий вермахта на западе
5 мая 1945 г. 17.35
Генералу пехоты Кинцелю
Довести до фельдмаршала Монтгомери и как можно скорее передать адмиралу фон Фридебургу для генерала Эйзенхауэра:
«Гросс-адмирал [Дениц] еще 4 мая в 16.14 приказал командирам подводных лодок прекратить боевые действия и вернуться на свои базы. Он готов прекратить сопротивление крепостей в проливе Ла-Манш и на островах в Бискайском заливе. Он подчеркивает свою точку зрения, что бои на Западе должны быть прекращены. Наша цель на Западе — мирная работа по сохранению жизни немецких людей».
Генерал-фельдмаршал Кейтель
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12462. Д. 654. Л. 43. Копия. Пер. с немецкого.
№ 181. Директива начальника штаба Верховного Командования вермахта командующему группой армий «Юг» о беспрепятственном пропуске американских войск в восточном направлении
6 мая 1945 г.
Генерал-фельдмаршалу Кессельрингу
Никаких препятствий продвижению американских войск на Восток (в протекторат и далее южнее) более не чинить.
Генерал-фельдмаршал Кейтель [268]
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12462. Д. 654. Л. 6. Копия. Пер. с немецкого.
№ 182. Директива начальника штаба Верховного Командования вермахта об отступлении немецких войск на советско-германском фронте и прекращении сопротивления англо-американским войскам
№ 89002/45 Сов. секретно 7 мая 1945 г. 01.35
1. Главнокомандующему группой армий «Юг» генерал-фельдмаршалу Кессельрингу.
2. В оперативный штаб «Б» генералу Винтеру.
3. Для сведения: в группу армий «Центр».
4. Для сведения: в группу армий «Остмарк».
5. Для сведения: в группу армий «Юго-восток».
Гросс-адмирал Дениц приказал:
Всем войскам, противостоящим восточному противнику, как можно скорее отступать на Запад, при необходимости пробиваться через боевые порядки русских.
Немедленно прекратить всякое сопротивление англо-американским войскам и организовать сдачу войск в плен.
Общая капитуляция будет подписана уже сегодня у Эйзенхауэра.
Эйзенхауэр обещал Йодлю прекращение огня к 01.00 9.5.1945 г. (по немецкому времени).
Генерал-фельдмаршал Кейтель
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12462. Д. 654. Л. 30. Копия. Пер. с немецкого.
№ 183. Выступление по радио рейхсминистра финансов графа Шверина фон Крозига к населению Германии по поводу безоговорочной капитуляции вермахта
7 мая 1945 г.
Мужчины и женщины Германии!
Верховное командование вермахта по приказу гросс-адмирала Деница объявило сегодня безоговорочную капитуляцию всех войск. Как руководящий министр имперского правительства, которое гросс-адмирал созвал с целью приостановления военных действий, в этот трагический момент нашей истории я обращаюсь к немецкому народу.
После почти шестилетней героической и несравнимой по жестокости борьбы силы Германии уступили превосходящим силам наших противников. Продолжение войны означало бы только бессмысленное пролитие крови и неоправданные разрушения. Правительство, имеющее чувство ответственности за будущее нашего народа, после крушения всех физических и материальных сил должно сделать соответствующие выводы и просить противника о прекращении враждебных действий.
После ужасных жертв, которые были принесены в этой войне в последней ее фазе, благородной задачей гросс-адмирала и поддерживающего его правительства явилось стремление спасти жизнь как можно большему числу немецких людей. То, что война была окончена не сразу и не одновременно на востоке и на западе, объясняется только этим стремлением. В этот тяжелый час для немецкого народа и его государства мы с благоговением склоняемся перед погибшими в этой войне, чьи жертвы накладывают на нас высокие обязательства. Наше сочувствие и забота относятся прежде всего к инвалидам, родственникам погибших и ко всем тем, кому эта война нанесла раны. [269]
Тяжелые условия, возложенные нашими противниками на немецкий народ, не должны никого вводить в заблуждение. Надо воспринимать их без лишних слов, ясно и трезво. Никто не может сомневаться в том, что для каждого из нас наступает суровое время и что во всех сферах жизни от нас потребуются жертвы. И мы должны их совершить, оставаясь лояльными к тем обязательствам, которые мы взяли на себя. Но мы не должны также отчаиваться и впадать в немой пессимизм. На пути через темноту будущего нам должны светить и направлять нас три звезды, которые всегда были залогом настоящей немецкой души: единение, закон и свобода.
Из краха прошлого мы хотим вынести и сохранить одно: единение — идею общности народа, которая в годы войны нашла свое прекрасное выражение во фронтовом товариществе на полях войны и в постоянной готовности оказать помощь в любых лишениях у себя на родине. В этом чувстве дружбы и готовности оказать помощь мы будем также нуждаться в наступающие времена голода и нищеты, как мы нуждались в нем во время сражений и бомбовых налетов. Только при условии, что мы сохраним это единение и не распадемся опять на воюющие между собой классы и группы, мы сможем пережить это тяжелое время.
Мы должны сделать закон принципом жизни нашего народа. Справедливость должна быть для нашего народа высшим законом и высшим принципом. Мы должны также по внутреннему убеждению признавать и уважать закон как принцип во взаимоотношениях между народами. Уважение к заключенным договорам должно быть для нас так же священно, как и чувство солидарности нашего народа с европейской семьей народов, в качестве члена которой мы приложим все человеческие, моральные и материальные силы, чтобы залечить те ужасные раны, которые принесла война.
Тогда мы сможем надеяться, что атмосфера ненависти, которой окружена сегодня Германия во всем мире, уступит место духу примирения народов, без которого невозможно оздоровление мира, и нам опять улыбнется свобода, без которой никакой народ не может вести обеспеченное и достойное существование.
Мы хотели бы видеть, что будущее нашего народа опирается на лучшие внутренние силы немецкого народа, которые дали миру вечные творения и ценности.
С гордостью за героическую борьбу нашего народа мы будем связывать его стремление, как члена западно-христианской культуры, добросовестной работой внести в дело мира свой вклад, который будет соответствовать лучшим традициям нашего народа.
Пусть Бог нас не оставит в несчастье и благословит наш тяжелый труд!
Граф Шверин фон Крозиг
Печ. по: Дневник боевых действий… Пер. с немецкого. С. 1165–1168.
№ 184. Директива начальника штаба оперативного руководства Главного Командования вермахта командующему группой армий «Юг» о прекращении боевых действий и сдаче в плен противостоящим войскам противника
№ 0010010/45 Сов. секретно 8 мая 1945 г.
Генерал-фельдмаршалу Кессельрингу
1. 6 мая генерал Эйзенхауэр был мною уведомлен, что солдаты и отдельные воинские части не выполняют приказ о сдаче в плен Советам и пробиваются к американцам. [270]
Мне было сказано, что возлагать ответственность за это на ОКВ нельзя.
2. Все командные инстанции должны издать письменный однозначный приказ с 00.00 9.5 остановиться и сдаться в плен тому противнику, который подойдет первым.
3. 7 мая во второй половине дня полковник Мейер-Дитринг вылетает в Пльзен на американском самолете, чтобы объяснить близлежащему штабу причины и подробности такого поведения.
После ознакомления радиограмму уничтожить.
Генерал-полковник Йодль
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12462. Д. 654. Л. 74. Копия. Пер. с немецкого.
№ 185. Справка Верховного командования германской армии о безвозвратных потерях в сухопутных войсках за период с 1 сентября 1939 г. по 1 мая 1945 г.
№ 5815/45 10 мая 1945 г.
I. Потери за время с 1.9.39 г. по 31.12.44 г.
(По данным Верховного командования вооруженных сил, управления общих дел Верховного командования, продовольственного управления вооруженных сил)
1. Убитые:
а) От воздействия пр-ка — около 1 600 00 [чел.];
б) В результате несчастных случаев, заболеваний, самоубийств — 149 000 [чел.];
в) По другим причинам — 8 000 [чел.]. Всего погибло — около 1 757 000 [чел.]. Из них: офицеров — около 69 000 [чел.].
2. Пропавшие без вести — около 1 610 000 [чел.].
Из этого количества подтвердилось в качестве военнопленных — около 276 000 [чел.].
Всего пропавших без вести — около 1 610 000 [чел.]. Из них офицеров — около 27 000.
3. Общие потери (погибших и пропавших без вести): — около 3 367 000 [чел.].
Из них офицеров — около 96 000 [чел.].
II. Потери за время с 1.1.45 г. по 1.5.45 г.
Оценено в соответствии с потерями в предыдущих больших сражениях:
а) Погибшие — около 250 000 [чел.];
б) Пропавшие без вести — около 1 000 000 [чел.].
Общие потери (погибшие и пропавшие без вести) — около 1 250 000 [чел.].
Из них офицеров — около 30 000.
III. Общие потери за время с 1.9.39 г. по 1.5.45 г.
а) Погибшие — около 2 007 000 [чел.].
б) Пропавшие без вести — около 2 610 000 [чел.]. Из них военнопленных — около 276 000. Общие потери — около 4617 000 [чел.]. Из них офицеров — около 126000 [чел.]. [271]
Действительный состав действующей сухопутной армии на 1.5.45 г. — около 3 000 000 человек.
Подпись — генерал-полковник Йодль
Примечание: Эта справка содержит точные данные за время с 1.9.39 по 31.12.44 гг. Потери с 1.1 по 1.5.45 г. даны на основе расчета и должны рассматриваться, как неточные. Точными данными Верховное командование вооруженных сил в данный момент не располагает.
Подпись: полковник Генштаба Вентланд
Перевел: капитан Суркис
Верно: Начальник следственной части РО штаба 1-го Белорусского фронта подполковник Савицкий
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2352. Д. 226. Л. 302–303. Зав. копия. Пер. с немецкого.
№ 186. Приказ рейхспрезидента Деница немецким войскам о порядке демобилизации личного состава
11 мая 1945 г.
Каждому солдату, пока он не получит от своего командира иного приказа, оставаться на своем месте. Начало демобилизации зависит от воли оккупационных властей и от транспортных возможностей. Поэтому до начала демобилизации каждый немецкий солдат обязан сохранить свое достоинство и выполнять приказы командования. Внутреннее достоинство солдата проявляется в наличии твердой воли быть полезным своему народу и своей семье, а внешнее — в соблюдении дисциплины и уважительном отношении к военной форме.
Дениц [272]
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12462. Д. 641. Л. 103. Копия. Пер. с немецкого.
Содержание главы
№ 187. Из воспоминаний стенографиста рейхсканцелярии Г. Херргезеля о последнем совещании у А. Гитлера. 22 апреля 1945 года
№ 188. Распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 1-й танковой армией о выделении специального отряда для пленения германского руководства в районе берлинского аэропорта. 23 апреля 1945 г. 19.35
№ 189. Политическое завещание А. Гитлера, составленное им в бункере рейхсканцелярии накануне самоубийства. 29 апреля 1945 г.
№ 190. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о смерти Гитлера и встрече с начальником Генерального штаба сухопутных войск Германии. 1 мая 1945 г. 10.35
№ 191. Послание Геббельса и Бормана гросс-адмиралу Деницу с извещением о смерти А. Гитлера и назначении новых руководителей Германии в соответствии с завещанием фюрера. 1 мая 1945 г.
№ 192. Заявление личного представителя гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера вице-адмирала Фосса о последних часах жизни А. Гитлера. 2 мая 1945 г.
№ 193. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему с текстом письменного обращения к нему первого заместителя Геббельса г. Фриче о прекращении военных действий. 2 мая 1945 г. 17.30
№ 194. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему об опознании трупа Геббельса. № 255. 3 мая 1945 г. 05.55
№ 195. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему об опознании трупов имперского министра пропаганды и начальника Генерального штаба сухопутных сил Германии. 3 мая 1945 г.
№ 196. Донесение начальника политического отдела 3-й ударной армии начальнику политического управления 1-го Белорусского фронта о смерти Гитлера, опознании трупов Геббельса и других лиц. № 0352. 5 мая 1945 г.
№ 197. Указание Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Белорусского фронта для советского представителя в Союзной Контрольной комиссии в Германии о согласии советской стороны на арест правительства Германии во главе с Деницем. № 11093. 18 мая 1945 г. 19.50
В данной главе подобраны документы, в которых в той или иной степени раскрываются малоизвестные страницы последних дней высшего военно-политического руководства Германии.
Берлинская операция советских войск подходит к своему победоносному завершению. Берлин в огне. В бункере рейхсканцелярии А. Гитлер пишет свое политическое завещание. Советское командование формирует специальный отряд для пленения главарей рейха. Со смертью фюрера его преемники продолжают войну, требуя от немецкого народа новых и новых жертв. Все это находит свое отражение в представленных материалах, которые перекликаются с содержанием предыдущей главы.
№ 187. Из воспоминаний стенографиста рейхсканцелярии Г. Херргезеля о последнем совещании у А. Гитлера
22 апреля 1945 года
Последние часы Адольфа Гитлера
В Берхтесгадене, на прошлой неделе, Герхард Херргезель, стенографист ставки германского верховного главнокомандования, рассказал корреспонденту «Тайм» Персивалу Кноту историю последних записей совещаний, проводимых верховным главнокомандованием в небольшом бомбоубежище, расположенном глубоко в земле под зданием берлинской канцелярии:
«Я должен умереть здесь»
Херргезель рассказал: «Решающее совещание, которое определило судьбу всех нас, началось в 3 часа после полудня 22 апреля и длилось почти до 8 часов вечера. На этом совещании Адольф Гитлер заявил, что он хочет умереть в Берлине. Он повторил это 10 или 20 раз в разных выражениях. Он говорил: «Я погибну здесь» или: «Я погибну перед канцелярией», или «Я должен умереть здесь, в Берлине». Он сделал вывод, что дело было окончательно проиграно, что было в полном противоречии с его прежними взглядами, которые всегда выражались фразой: «Мы будем бороться до самого конца Германского рейха».
Никому не известно, какие причины побудили его так резко изменить свое мнение. Он заявил, что его вера была подорвана. Он потерял веру в вермахт довольно давно, объясняя это тем, что он не получал правдивой информации, что плохие новости скрывались от него. В этот день он первый раз сказал, что теряет веру в войска СС. Он всегда рассчитывал на войска СС как на отборные части, которые никогда не подведут его. Сейчас он указал на ряд донесений, которые, по его утверждению, были ложными».
Этот факт и неудачная попытка войск СС удержать русских севернее Берлина, как заявил Херргезель, очевидно, убедили Гитлера в том, что его [273] отборные части пали духом. «Фюрер всегда утверждал, что никакие войска, как бы хорошо они ни были подготовлены и вооружены, не в состоянии сражаться, если они пали духом, и сейчас он понял, что его последний резерв не существует».
Контроль нервов
«В течение всего этого времени участники совещания постоянно менялись. Сам Гитлер был, как обычно, собран. Каждый раз, когда он по-настоящему начинал злиться или волноваться, он снова быстро брал себя в руки. Однако лицо его было возбужденным и красным, и он почти все время ходил взад и вперед, ударяя иногда кулаком по ладони. Из всех участников всех прежних совещаний фюрер обычно лучше других держал себя в руках.
Настоящее решающее совещание произошло вечером. Оно длилось всего 15 минут. Присутствовали: Гитлер, Мартин Борман, преемник Гесса в качестве личного заместителя фюрера, фельдмаршал Вильгельм Кейтель и генерал-полковник Адольф Йодль. Всех других отпустили, за исключением двух стенографистов.
Гитлер снова объявил о своем решении остаться в Берлине и заявил, что хочет здесь умереть. Он считал, что это будет самой большой жертвой, которую он может принести немецкой нации. Его решение остаться в канцелярии было встречено на этом совещании решительным протестом. Кейтель говорил с ним довольно в резких выражениях, напоминая ему, что его новое решение противоречит его прежним планам. Борман поддержал Кейтеля не менее решительно».
«Йодль был спокойным человеком, который мало говорил, но если он говорил, то всегда ясно, откровенно и по существу. Теперь он тоже резко выступил против Гитлера. Он очень решительно заявил, что лично он не остался бы в Берлине; он рассматривал Берлин, как мышеловку, и его делом было руководить войсками, а не стоять с кремневым ружьем в руках, защищая город, и погибнуть под конец в облаках его руин. Когда Кейтель и Борман убедились, что им не удастся уговорить Гитлера изменить свое решение, они заявили, что, несмотря на его приказ, они тоже останутся. Гитлер снова приказал им покинуть Берлин; он сказал, что русские могут появиться перед зданием канцелярии через 10 минут. Кейтель и Борман повторили, что они остаются. Кейтель добавил: «Мы никогда не сможем посмотреть в глаза нашим женам и детям, если мы уйдем».
Тогда Гитлер заявил, что через два или три дня, самое позднее через неделю, с Берлином будет покончено и канцелярия будет захвачена. Он сказал, что обдумал, что должно произойти после его смерти. Он дал приказ трем присутствующим — было непонятно, кому он отдал его, возможно, что он имел в виду кого-то из них персонально. Он приказал: «Вы должны отправиться в Южную Германию, сформировать правительство, и Геринг будет моим преемником. Геринг будет вести переговоры».
Колеблющийся и неуверенный
«Никто не знает, являлось ли это последнее заявление приказом или пророчеством. Он мог сказать это, находясь в состоянии отрешенности, понимая, что если Геринг станет его преемником, он предпримет попытки к переговорам. Он мог также иметь это в виду как прямой приказ начать переговоры после его смерти. В это время фюрер был весьма неуверен в себе и выражался неясно, не давая прямых указаний, очевидно, полностью занятый мыслями о своей неизбежной смерти.
Йодль заметил, что Германия все же еще имеет несколько армий, способных [274] вести боевые действия. Он упомянул группу армий «Центр» под командованием фельдмаршала Шернера, которая находилась южнее Берлина в направлении на Дрезден, и вновь сформированную 12-ю армию генерала Венка, которая должна была противостоять американцам на Эльбе. «Возможно, — сказал Йодль, — эти армии смогут изменить ход событий вокруг Берлина». Гитлер почти не проявил к этому интереса. Он не отдал никаких распоряжений, передернул плечами и сказал: «Делайте, что хотите».
В поисках смерти
«Что касается смерти Гитлера, то я не верю, что мы когда-нибудь найдем свидетеля, который мог бы рассказать нам, как это случилось. Но я не верю, что фюрер остался в бункере. Я думаю, что он выходил, возможно, несколько раз, ища смерти, с которой он теперь полностью смирился, желая умереть под артиллерийским огнем. Одно мы знаем точно — он не был последним живым человеком в бункере канцелярии, так как после его смерти мы еще раз получали оттуда какие-то сообщения по радио.»
Здесь корреспондент Кнот рассказал Херргезелю о сведениях, полученных им от офицеров службы безопасности США, что Гитлер был убит гаупт-штурмфюрером СС Генше, личным адъютантом фюрера.
Херргезель ответил: «Генше был человеком гигантского роста и очень горячим. Он был способен это сделать, если бы его попросили, или если бы он думал, что пришло время застрелить фюрера, а потом самого себя. Но я не верю, что все произошло именно так. Я искренне уверен, что Гитлер искал смерти. Он был убежден, что все абсолютно потеряно, что он никому больше не может верить, и что он должен умереть.
Все это время усиливался артиллерийский огонь по зданию канцелярии, и даже глубоко внизу, в бункере, мы ощущали толчки, сотрясавшие здание. Совещание, наконец, кончилось без определенного решения. Мне было приказано покинуть Берлин с моими стенографическими записями, а мой партнер должен был остаться. На это он заметил, что в таком случае записи потеряли бы свою ценность, т. к. если он останется, то никто не сможет расшифровать его записи, а без этого мои записи будут неполными. Тогда Борман приказал нам обоим вылететь самолетом этим вечером.
Это был последний самолет и мы были последними, кто покинул Берлин».
Печ. по: Дневник боевых действий… С. 1188–1193. Пер. с немецкого.
№ 188. Распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 1-й танковой армией о выделении специального отряда для пленения германского руководства в районе берлинского аэропорта
23 апреля 1945 г. 19.35
Я имею данные, что Гитлер, Геббельс и Гиммлер находятся в Берлине. На случай бегства для них стоят самолеты в аэропорту. Отберите отряд смельчаков, 15–25 танков с десантом и прикажите прорваться перед рассветом к аэропорту. Проскок отряда поддержите артиллерийским огнем.
Жуков [275]
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 126. Подлинник.
№ 189. Политическое завещание А. Гитлера, составленное им в бункере рейхсканцелярии накануне самоубийства
29 апреля 1945 г.
С тех пор как в 1914 году в качестве добровольца я вложил свои скромные силы в первую, навязанную рейху мировую войну, прошло уже более тридцати лет. В течение этих трех десятилетий при всех моих мыслях, действиях и жизни мной руководили только любовь и верность моему народу. Они дали мне силу принять сложнейшие решения, какие еще никогда не стояли ни перед одним из смертных. Я истратил мое время, мою рабочую силу и мое здоровье за эти три десятилетия. Это неправда, что я или кто-то другой в Германии хотели войны в 1939 году. Ее хотели и ее устроили исключительно те международные государственные деятели, которые или были еврейского происхождения, или работали в интересах евреев. Я сделал слишком много предложений по сокращению и ограничению вооружений, которые потомство никогда не посмеет отрицать, чтобы ответственность за эту войну можно было возложить на меня. Кроме того, я никогда не хотел, чтобы после первой злосчастной мировой войны возникла вторая — против Англии и даже Америки. Пройдут столетия, но из руин наших городов и исторических памятников будет возрождаться ненависть против того, в конечном счете ответственного народа, которому мы всем этим обязаны: международному еврейству и его пособникам. Еще за три дня до начала немецко-польской войны я предложил британскому послу в Берлине решение немецко-польских проблем, подобное решению Саарского вопроса под международным контролем. И это предложение не могут отрицать. Но оно было отвергнуто, так как круги, задающие тон в английской политике, желали войны, частично из-за выгодных сделок, частично подгоняемые организованной международным еврейством пропагандой. Но у меня не оставалось никакого сомнения в том, что если народы Европы будут опять рассматриваться только как пакеты акций этих денежных и финансовых заговорщиков, то тогда к ответу будет привлечен также и тот народ, который является истинным виновником этой убийственной войны: еврейство! Далее, я никого не оставил в неведении на тот счет, что миллионы взрослых мужчин могут умирать и сотни тысяч женщин и детей сгорать в городах и погибать под бомбами для того, чтобы истинный виновник искупил свою вину, хотя бы даже и гуманными средствами.
После шестилетней борьбы, которая, несмотря на все неудачи, войдет когда-нибудь в историю как самое славное и смелое выражение жизненной воли народа, я не могу расстаться с городом, который является столицей этого рейха. Так как силы очень малы, чтобы как раз на этом месте выдерживать и далее натиск врага, а наше сопротивление, ослепленное этим, как бывает у бесхарактерных и в такой же степени ослепленных людей, постепенно обесценится, я бы хотел, оставшись в этом городе, разделить мою судьбу с тем, что миллионы других уже приняли на себя. Кроме того, я не хочу попасть в руки врагов, которые для увеселения своих подстрекаемых масс нуждаются в инсценированном евреями зрелище. Поэтому я решил остаться в Берлине и здесь добровольно избрать себе смерть в тот момент, когда я буду уверен, что местопребывание фюрера и канцлера уже не может быть больше удержано. Я умру с радостным сердцем перед лицом осознанных мною неизмеримых подвигов и достижений наших солдат на фронте, наших женщин дома, достижений наших крестьян и рабочих и единственных в истории деяний нашей молодежи, которая носит мое имя.
То, что я выражаю им всем исходящую из самой глубины сердца благодарность, так же понятно, как и мое желание, что они ни при каких обстоятельствах не прекратят борьбы и, безразлично, где и когда будут продолжать [276] ее против врагов отечества, оставаясь верными призывам великого Клаузевица. Из жертв наших солдат и из моего собственного единения с ними до самой смерти в немецкой истории так или иначе когда-нибудь опять взойдет семя сияющего возрождения национал-социалистического движения и тем самым осуществления настоящей общности народа. Многие храбрые мужчины и женщины решили связать свою жизнь с моей до самого конца. Я их просил и, наконец, приказал, не делать этого, а принять участие в дальнейшей борьбе нации. Командующих армиями, военно-морским флотом и военно-воздушными силами я прошу с помощью крайних средств усилить дух сопротивления наших солдат в национал-социалистическом смысле с особой ссылкой на то, что также и я сам, основатель и творец этого движения, предпочел смерть трусливой сдаче или даже капитуляции. Пусть со временем станет понятием чести немецкого офицера, как это уже имеет место в нашем военно-морском флоте, что сдача местности или города — невозможна и что здесь прежде всего командиры своим ярким примером должны идти впереди, преданнейше выполняя свои обязанности вплоть до самой смерти.
Перед своей смертью я изгоняю бывшего рейхсмаршала Германа Геринга из партии и лишаю его всех прав, которые следуют из указа от 29 июня 1941 года, а также из моего заявления в рейхстаге от 1 сентября 1939 года. Вместо него я назначаю гросс-адмирала Деница рейхспрезидентом и Верховным командующим вермахта.
Перед своей смертью я изгоняю бывшего рейхсфюрера СС и рейхсминистра внутренних дел Генриха Гиммлера из партии, а также со всех государственных постов. Вместо него я назначаю гайляйтера Карла Ганке рейхсфюрером СС и начальником немецкой полиции, а гаулейтера Пауля Гизлера — рейхсминистром внутренних дел. Геринг и Гиммлер своими тайными переговорами с врагом, которые они вели без моего ведома и против моей воли, а также своей попыткой, вопреки закону, захватить власть в государстве в свои руки, причинили стране и всему народу неизмеримый ущерб, не говоря уже об измене по отношению ко мне лично.
Чтобы дать немецкому народу правительство, состоящее из честных людей, которые выполнят обязательство дальше продолжать войну всеми средствами, я назначаю в качестве руководителей нации следующих членов нового кабинета: рейхспрезидент Дениц, рейхсканцлер д-р Геббельс, министр партии Борман, министр иностранных дел Зейсс-Инкварт, министр внутренних дел гаулейтер Гизлер, военный министр Дениц, главнокомандующий сухопутными войсками Шернер, военно-морским флотом — Дениц, военно-воздушными силами Грейм, министры: юстиции Тиракк, культа Жеель, пропаганды д-р Науман, финансов Шверин фон Крозигк, рейсфюрер СС и начальник немецкой полиции гаулайтер Генке, министры: экономики Функ, сельского хозяйства Бакке, труда д-р Гупфауер, вооружения Заур, руководитель ДАФ и член райхскабинета рейхсминистр д-р Лей.
Хотя некоторое число этих людей, таких как Мартин Борман, д-р Геббельс и т. д., включая их жен, примкнули ко мне по доброй воле и ни при каких обстоятельствах не хотят покинуть столицу рейха, а готовы погибнуть вместе со мной, я должен их все же просить подчиниться моим требованиям и в данном случае поставить интересы нации над своими собственными чувствами. Как товарищи они после смерти будут стоять ко мне так же близко, как и мой дух будет пребывать среди них и постоянно их сопровождать. Пусть они будут твердыми, но никогда — несправедливыми; пусть они никогда не берут страх в советчики их дел и честь нации ставят превыше всего на земле. Пусть они, наконец, осознают, что наша задача построения национал-социалистического государства представляет собой труд будущих поколений, который обязывает каждого отдельного человека всегда служить общему делу и в соответствии с ним отодвигать назад свои собственные выгоды. От всех немцев, всех национал-социалистов, мужчин и женщин, и всех солдат вермахта я требую, чтобы они до самой смерти были верны и послушны новому правительству и своему президенту. Я обязываю руководство [277] нации и подчиненных прежде всего к неукоснительному соблюдению расовых законов и к беспощадному сопротивлению мировому отравителю всех народов — международному еврейству.
Составлено в Берлине 29 апреля 1945 года в 4 часа.
Адольф Гитлер
В качестве свидетелей:
Д-р Иозеф Геббельс
Мартин Борман
Вильгельм Бургдорф
Ганс Кребс
Печ. по: Дневник боевых действий… Пер. с немецкого. С. 1143–1148.
№ 190. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о смерти Гитлера и встрече с начальником Генерального штаба сухопутных войск Германии
1 мая 1945 г. 10.35
1. Сегодня, 1 мая в 4 часа, на участок 8-й гвардейской армии явился начальник генштаба сухопутных войск немецкой армии генерал инфантерии Кребс, который передал Чуйкову для передачи Верховному советскому командованию письменное заявление за подписью Геббельса и Бормана следующего содержания:
«Берлин, 30 апреля 1945 г. Имперская канцелярия.
Сообщение.
Мы уполномачиваем начальника генерального штаба сухопутной армии генерала пехоты Ганса Кребса для передачи следующего сообщения: «Я как первый из немцев сообщаю вождю советских народов, что сегодня, 30 апреля 1945 г., в 15.50 вождь немецкого народа Адольф Гитлер покончил жизнь самоубийством.
В соответствии с законно отданными им распоряжениями (завещанием), он передал свою власть и ответственность гросс-адмиралу Деницу как президенту империи и министру доктору Геббельсу как имперскому канцлеру, а также назначил исполнителем своего завещания своего секретаря рейхсляйтера Мартина Бормана.
Я уполномочен новым имперским канцлером и секретарем Адольфа Гитлера Мартином Борманом установить непосредственный контакт с вождем советских народов. Этот контакт имеет целью выяснить — в какой мере существует возможность установить основы для мира между немецким народом и Советским Союзом, которые будут служить для блага и будущего обоих народов, понесших наибольшие потери в войне.
Доктор Геббельс
Борман».
Примечание к сообщению:
1. Причины смерти Адольфа Гитлера — военное надежда освободить для немецкого народа дорогу го, для которого он сам более не может создать сылки.
поражение в воине, для нового будуще-достаточные предпосылки. [278]
2. Состав единственного легального правительства в Германии, назначенного фюрером:
имперский президент — гросс-адмирал Дениц;
имперский канцлер — доктор Геббельс;
министр иностранных дел — доктор Зейсс-Инкварт;
министр по делам партии — Мартин Борман;
главнокомандующий сухопутной армией — генерал-фельдмаршал Шернер;
главнокомандующий ВВС — фельдмаршал фон Грейм;
главнокомандующий морским флотом — гросс-адмирал Дениц;
министр внутренних дел — гауляйтер Гислер;
командующий войсками СС и начальник немецкой полиции — гауляйтер Ханке».
2. На наши вопросы: а) Где застрелился Гитлер и где находится сейчас его труп? — Кребс ответил, что Гитлер застрелился в Берлине, а труп сожжен согласно завещанию 30 апреля 1945 г.; б) Когда Геббельс и Борман будут объявлять народу о самоубийстве Гитлера и о его завещании? — Кребс ответил: «Объявлять о самоубийстве Гитлера и его завещании мы не будем, т. к. об этом узнает Гиммлер и воспользуется этим для создания своего правительства. Кроме того, у нас в Берлине нет средств связи для объявления. Мы думаем объявить о смерти Гитлера и о создании нового правительства после перемирия и открытия переговоров о мире» в) Знают ли Геббельс, Борман и другие о том, что Гиммлер обращался к англичанам и американцам с предложением о безоговорочной капитуляции? — Кребс ответил, что об этом ему стало известно только от советского командования и что Геббельс, Борман и другие об этом якобы не знают. Насчет Гиммлера Кребс добавил, что Гиммлер — это предатель, он очень нечестно относился к Гитлеру, обманывал его, не выполнил приказа о снятии войск с западного фронта на защиту Берлина и за это исключен из партии; г) Будет ли объявлено Гиммлеру, армии и народу о том, что Гиммлер оказался предателем и что он исключен из партии? — Кребс ответил: «У нас нет связи для передачи и это будет сделано тогда, когда будут налицо условия перемирия и когда будет легализовано новое правительство».
На вопрос, не лучше ли это сделать сейчас, чтобы знали армия и народ о Гиммлере как о предателе, Кребс ответил: «Это должен сделать Геббельс» д) Где сейчас находятся Геринг, Гиммлер, Риббентроп и Гудериан и какую роль они будут играть в проектируемом правительстве? — Кребс ответил, что завещанием Гитлера в правительство эти лица не включены. Геринг находится в Баварии на территории, уже оккупированной союзниками. Риббентроп и Гиммлер находятся в Мекленбурге.
Гудериан болен и с 15 марта освобожден от должности начальника имперского штаба, а вместо него Гитлером на эту должность назначен я — Кребс; е) Кто сейчас является верховным главнокомандующим, кто начальником штаба ставки? — Кребс ответил: «Верховным главнокомандующим будет гросс-адмирал Дениц, сейчас он находится в Мекленбурге. Там же находится и ставка» ж) На наш вопрос, не думает ли Геббельс сдать Берлин ввиду безнадежного положения гарнизона? — Кребс ответил, что Геббельс без Деница не может принять решения о капитуляции и сдаче Берлина, но так как Дениц находится в Мекленбурге, то Кребс просил разрешения послать своего офицера на машине через линию нашего фронта за получением указаний.
3. Из разговоров с Кребсом я сделал вывод, что главной целью Геббельса является прощупать возможность признания со стороны Советского правительства проектируемого правительства Германии (составленного по указанию Гитлера) и прощупать возможность начала переговоров о перемирии.
Сдавать Берлин на условиях безоговорочной капитуляции до получения гарантии о перемирии Геббельс и Борман не считают возможным.
Посылку немецкого офицера в Мекленбург к Деницу через линию нашего фронта я не разрешил.
Примечание. Подлинные документы за подписью Геббельса и Бормана хранятся в штабе фронта.
Г. Жуков
Передано по телефону ВЧ в 10.35 1.5.45 г.
Принял дежурный генерал Генерального штаба Красной Армии генерал-майор Соколов
Передал генерал-лейтенант И. Бойков
Верно: Ст пом. нач. отдела по использованию опыта войны оперуправления подполковник Павловский
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 739. Л. 522–525. Зав. копия.
№ 191. Послание Геббельса и Бормана гросс-адмиралу Деницу с извещением о смерти А. Гитлера и назначении новых руководителей Германии в соответствии с завещанием фюрера{112}
1 мая 1945 г.
Гросс-адмиралу Деницу
Вчера в 15.30 фюрер скончался. Завещание от 29 апреля 1945 г. возлагает на вас пост рейхспрезидента. На рейхсминистра доктора Геббельса пост рейхсканцлера, на рейхсляйтера Бормана — пост руководителя партии, на рейхсминистра Зейсс-Инкварта — пост министра иностранных дел.
Завещание, согласно распоряжению фюрера, было направлено из Берлина вам, фельдмаршалу Шернеру и в надежное место для общественного мнения.
Рейхсляйтер Борман будет еще сегодня пытаться прибыть к вам, чтобы информировать вас о положении. Форма и время опубликования для общественного мнения и войск предоставляется вам.
Подписали: Доктор Геббельс, Борман
Примечание:
Документ изъят у пленного вице-адмирала Фосса 2 мая 1945 г.
Перевел с нем. Нач. следственной части РО 3-й уд. армии капитан Альперович
Верно: Ст. пом. нач. отдела по использованию опыта войны оперуправления штаба 1 БФ подполковник Павловский [280]
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 739. Л. 526. Зав. копия. Пер. с немецкого.
№ 192. Заявление личного представителя гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера вице-адмирала Фосса о последних часах жизни А. Гитлера
2 мая 1945 г.
В последние дни перед кончиной фюрера неоднократно говорилось о том, является ли наилучшим исходом для Европы ориентация на Англию и Америку или на Россию. Фюрер видел в маршале Сталине наиболее сильного из своих противников и в последние дни в разговорах со мной часто высказывался о суровой и не способной на компромисс волевой личности этого противника. Поскольку он, вследствие полного прекращения связи, в течение последних 14 дней не смог сообщить гросс-адмиралу об этом изменении своих взглядов, несмотря на то, что была сделана попытка через курьеров передать соответствующее извещение, фюрер незадолго до своей смерти поручил мне лично передать эту точку зрения своему преемнику — гросс-адмиралу Деницу. Это волеизъявление должно было найти свое выражение в назначении кабинета на время после смерти [фюрера].
Я был особенно предан фюреру и гросс-адмиралу. Ввиду того, что гросс-адмирал счел бы неизвестное ему волеизъявление, переданное каким-либо другим лицом, провокацией, сам же он как моряк до сего времени в политическом отношении ориентировался на запад, я считаю необходимым информировать его лично и прошу дать мне возможность в сопровождении русского офицера ориентировать его.
Я хотел бы при этом сообщить ему последние слова благодарности фюрера за его и мою верность и описать ему последний час [(фюрера)] так, как. я сам его пережил.
Прошу это заявление не опубликовывать.
Р. S. Фюрер последний раз говорил со мною 30.4.45 г. в 14.30 и в длившейся около 10 минут речи простился со мной. Я знал о том, что он дал приказ сжечь свой труп сразу же после смерти. Такое же распоряжение дал рейхсминистр доктор Геббельс, который хотел до самого конца оставаться в рейхсканцелярии. Он также не хотел покидать горящий корабль и быть обузой прорывающейся группе.
Труп Гитлера я видел лично.
Вице-адмирал Фосс
Перевел:
Нач. следственной части РО штаба 3-й ударной армии капитан Альперович
Верно: пом. нач. по использованию опыта войны штаба 3-й ударной армии гвардии капитан Дмитренко
РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 776. Л. 134. Зав. копия.
№ 193. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему с текстом письменного обращения к нему первого заместителя Геббельса г. Фриче о прекращении военных действий
2 мая 1945 г. 17.30
Докладываю письменное обращение министериального директора и первого заместителя Геббельса Ганса Фриче, присланное через 8-ю гв. армию на мое имя. Ганс Фриче сдался и находится у нас.
Г. Жуков
«Главнокомандующему Русскими армиями в Берлине, господину Маршалу Жукову
Господин Маршал!
Как Вы из переговоров с начальником германского генерального штаба, генералом Кребсом, осведомлены, Адольф Гитлер не находится в живых.
Назначенный Адольфом Гитлером рейхспрезидент Дениц из Берлина недостижим. Известно, что назначенный Адольфом Гитлером рейхсканцлер д-р Геббельс не находится в живых. Другие ответственные члены германского правительства и ответственные военные представители недостижимы. Они частью, вероятно, не находятся в живых или не находятся в центре Берлина, находящегося еще в руках германских войск.
Я, как один из немногих находящихся в Германии в живых высоких чиновников правительства, прошу Вас взять в свои руки Берлин под защиту советских войск. Имевшие до сих пор правительственную власть [чиновники] германской империи, которые, как уже упомянуто, не находятся больше в живых, меня на этот шаг не уполномочили. Но я хотел бы указать на то, что мое имя в германской империи и по эту сторону германских границ небезызвестно, и что мое слово, транслированное через еще имеющиеся имперские радиостанции, авторитетно; особенно тогда, когда я германскому народу и германским войскам мог бы дать сообщение о событиях, происшедших после смерти Адольфа Гитлера. Я уверяю, что с моим словом последнее, еще имеющееся сопротивление будет иметь свой конец.
Другие имеющиеся предложения отдельным союзным: великим державам находятся вне этого шага, который я предпринимаю в тяжелую минуту [для] германского народа.
Для технического проведения передачи германской столицы под защиту советских войск прошу о немедленном прекращении военных действий и предоставлении возможности через радиовещательную станцию Берлина дать германскому народу соответственную трансляцию. Парламентер уполномочен все подробности, согласно Вашему желанию, установить.
Я предлагаю, господин Маршал, эту передачу в надежде дать возможность оставшимся в живых после этой большой катастрофы, постигшей мою родину, мужчинам, женщинам и детям, работать на благо человечества.
В этом смысле я высказываю уважение не от своего имени, но в признании Вашей победы прошу милости от имени моих сограждан.
Министериалъный директор Ганс Фриче [282]
РФ. Ф. 233. П. 2307. Д. 3. Л. 109, 121–124. Подлинник.
№ 194. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему об опознании трупа Геббельса
№ 255 3 мая 1945 г. 05.55
Докладываю, что органами СМЕРШ 79 ск 3-й ударной армии 2.5.45 г. на территории германского рейхстага были задержаны личный повар Геббельса Вильгельм Ланге, работавший 10 лет в семье Геббельса, и начальник гаража Геббельса — Шнайдер, работавший на этой должности с 1937 года. Задержанные показали, что Гитлер застрелился 30 апреля, но место им не известно, а Геббельс и его жена покончили самоубийством 1 мая с. г. в подземном убежище под рейхстагом, где они проживали в последнее время.
При спуске в подземелье Геббельса у входа в его рабочий кабинет были обнаружены обгоревшие трупы мужчины и женщины, в которых Ланге и Шнайдер сразу же опознали Геббельса и его жену.
Дополнительно был вызван работавший 4 года в министерстве пропаганды «генеральный секретарь белорусского комитета» Барткевич, который также опознал Геббельса и его жену. Никаких документов при трупах не обнаружено, но в кабинете Геббельса найдены папки с различными документами, которые опечатаны и взяты под охрану.
Для подтверждения полученных данных приказано утром 3.5.45 г. предъявить трупы пяти пленным генералам, задокументировать их показания, зафотографировать трупы, изучить детально обстановку в убежище и установить причину обгораний трупов, после чего донесено будет вам дополнительно.
Одновременно приняты меры к обнаружению места жительства в последнее время Гитлера и детального исследования всех сведений по самоубийству Гитлера.
Жуков
Телегин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 3, Л. 119–120. Подлинник.
№ 195. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему об опознании трупов имперского министра пропаганды и начальника Генерального штаба сухопутных сил Германии
3 мая 1945 г.
2 мая 1945 года в Берлине на территории гитлеровской канцелярии рейхстага на Вильгельмштрассе, где в последнее время была ставка Гитлера, обнаружены обгоревшие трупы, в которых опознаны имперский министр пропаганды Германии доктор Геббельс и его жена.
3 мая с. г. на той же территории в штаб-квартире Геббельса (бомбоубежище на глубине 80 метров) обнаружены и извлечены трупы шестерых детей Геббельса.
По всем признакам трупов детей можно судить о том, что они были отравлены сильнодействующими ядами.
Лично начальником управления контрразведки СМЕРШ фронта генерал-лейтенантом тов. Вадисом были предъявлены обнаруженные трупы задержанным:
— личному представителю гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера — вице-адмиралу Фоссу; [283]
— начальнику гаража рейхсканцелярии — Шнайдеру;
— повару — Ланге и начальнику технических учреждений имперской канцелярии — Циену, в которых они опознали Геббельса, его жену и детей.
При осмотре трупов Геббельса и его жены были обнаружены золотые значки, два пистолета «Браунинг № 1», портсигар с монограммой.
По заявлению Фосса, золотой значок имела только единственная женщина Германии — жена Геббельса; значок был вручен Гитлером за три дня до его самоубийства, также Фосс опознал личную подпись Гитлера на портсигаре.
На территории имперской канцелярии во дворе министерства пропаганды был обнаружен труп в форме генерала, в котором Фосс опознал генерал-лейтенанта Кребса, являвшегося начальником Генерального штаба сухопутных сил Германии.
Кроме того, на подкладке мундира у левого бокового кармана обнаружена нашивка с надписью «Кребс».
1 мая Кребс приходил в 8-ю гв. армию в качестве парламентера для переговоров о капитуляции.
При осмотре трупа обнаружено пулевое отверстие в правой стороне подбородка с выходным отверстием в затылочной части головы, что свидетельствует о самоубийстве.
Трупы Геббельса, его жены, а также Кребса находятся в СМЕРШе.
Прошу указаний, как поступить с трупами.
Г. Жуков
Телегин
РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 3. Л. 125–126. Подлинник.
№ 196. Донесение начальника политического отдела 3-й ударной армии начальнику политического управления 1-го Белорусского фронта о смерти Гитлера, опознании трупов Геббельса и других лиц
№ 0352 5 мая 1945 г.
За время наступательных боев на берлинском направлении и в боях по овладению столицей Германии войсками 3-й ударной армии взято в плен 41 130 немецких солдат и офицеров. В числе пленных — 275 офицеров германской армии, среди которых: полковников — 7, подполковников — 2, майор — 1, а также 10 генералов, в том числе:
1. Генерал-майор медицинской службы Тарель Врубель — начальник санитарной службы полиции Берлина.
2. Генерал-лейтенант Баур — командир воздушной эскадры фюрера.
3. Вице-адмирал Фосс — личный представитель гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера.
4. Генерал-майор полиции фон Хаймбург — начальник охранной полиции Берлина.
5. Генерал-лейтенант полиции Гюром — полицей-президент Берлина.
6. Генерал-лейтенант Роттенхубер — начальник полиции госбезопасности.
7. Генерал-майор Раух — командир 18 мд.
8. Генерал-майор войск СС Монке — командир центрального участка обороны Берлина, до этого — начальник личной охраны Гитлера.
9. Генерал-майор медслужбы Шрайдер — начальник военно-санитарного управления Берлина.
10. Генерал-лейтенант медслужбы Брикенфельд — ведущий врач Красного Креста г. Берлин-Бранденбург. [284]
11. Полковник Герман — командир 9 адд.
12. Полковник Бланкенбург — начальник артиллерии 9 адд.
13. Полковник Адольф Зур — начальник 5-го отдела вооружения 3-й инспекции вооружения Берлина.
14. Полковник войск СС фон Ганс Уолар — резерв ставки Гиммлера.
15. Полковник войск СС Гюнтер Пенк — главный врач центрального участка обороны Берлина.
16. Полковник Райнбабен — резерв главного штаба сухопутной армии.
17. Полковник Крехан — командир 51-го укреп. полка участка «Г».
Только за время с 1 по 4 мая 1945 г. взято в плен 31 801 солдат и офицер противника.
Особую ценность представляет вице-адмирал Фосс — личный представитель гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера, который был в близких отношениях с Гитлером, Геббельсом и дал особо важные показания.
Согласно заявлению Фосса, 30 апреля 1945 г. Гитлер покончил жизнь самоубийством, а 1 мая 1945 г. совершил самоубийство министр пропаганды доктор Геббельс.
Незадолго до смерти, 30 апреля с. г., Гитлер вызывал к себе вице-адмирала Фосса, с которым беседовал в течение 10 минут и передал ему устное завещание, которое он должен был лично передать гросс-адмиралу Деницу, следующего содержания. (Перевод с немецкого).
«В последние дни перед кончиной фюрера неоднократно говорилось о том, является ли наилучшим исходом для Европы ориентация на Англию и Америку или на Россию. Фюрер видел в маршале Сталине наиболее сильного из своих противников и в последние дни в разговорах со мной часто высказывался о суровой и неспособной на компромисс волевой личности этого противника. Поскольку он, вследствие полного прекращения связи, в течение последних 14 дней не мог сообщить гросс-адмиралу об этом изменении своих взглядов несмотря на то, что была сделана попытка через курьеров передать соответствующее извещение, фюрер, незадолго до своей смерти, поручил мне лично передать эту точку зрения своему преемнику — гросс-адмиралу Деницу. Это волеизъявление должно было найти свое выражение в назначении кабинета на время после смерти фюрера.
Я был особенно предан фюреру и гросс-адмиралу. Ввиду того, что гросс-адмирал счел бы неизвестное ему волеизъявление, переданное каким-либо другим лицом, провокацией, сам же он как моряк до сего времени в политическом отношении ориентировался на запад, я считаю необходимым информировать его лично и прошу дать мне возможность в сопровождении русского офицера ориентировать его.
Я хотел бы при этом сообщить ему последние слова благодарности фюрера за его и мою верность и описать ему последний час фюрера так, как я сам его пережил.
Прошу это заявление не публиковать.
2.5.45 г. Фосс, вице-адмирал
Пост-скриптум. Фюрер последний раз говорил со мною 30.4.45 г. в 14.30 и в длившейся около 10 минут речи простился со мной. Я знал о том, что он дал приказ сжечь свой труп сразу же после смерти. Такое же распоряжение дал рейхсминистр доктор Геббельс, который до самого конца хотел оставаться в рейхсканцелярии. Он также не хотел покидать горящий корабль и быть обузой прорывающейся группе. Труп Гитлера я видел лично.
Фосс».
В изъятых документах у вице-адмирала Фосса найдена телеграмма на имя гросс-адмирала Деница за подписью Геббельса и Бормана следующего содержания:
Вчера в 15.30 фюрер скончался. Завещание от 29.4 возлагает на Вас пост рейхспрезидента, на рейхсминистра доктора Геббельса — пост рейхсканцлера, на рейхсляйтера Бормана — пост руководителя партии, на рейхсминистра Зейсс-Инкварта — пост министра иностранных дел.
Завещание, согласно распоряжению фюрера, было направлено из г. Берлина [285] Вам, фельдмаршалу Шернеру и в надежное место для общественного мнения.
Рейхсляйтер Борман будет еще сегодня пытаться прибыть к Вам, чтобы информировать Вас о положении. Форма и время опубликования для общественного мнения и войск предоставляется Вам.
Доктор Геббельс Борман».
Учитывая заявление Фосса о самоубийствах Геббельса и Кребса, были приняты меры по розыску и опознанию их трупов.
2 мая 1945 года в процессе фильтрации задержанных немцев отделом контрразведки СМЕРШ 207 сд было задержано два немца, работавших ранее в рейхстаге. Первый — Вильгельм Ланге — повар рейхсканцелярии, работал 10 лет, Геббельса знает хорошо. Второй — Карл Шнайдер — техник гаража рейхсканцелярии, работал с 1937 г.
Во время разговора с ними они заявили, что из хорошо осведомленных источников знают, что Гитлер застрелился 30.4.45 г., а Геббельс со своей семьей покончил жизнь самоубийством 1 мая с. г.
После этого работники отдела контрразведки СМЕРШ Быстров, Катышев, Хозин и Клименко вместе с поваром и техником гаража выехали к месту жительства Геббельса. Не доходя 2 метра до бомбоубежища (квартира Геббельса), против входной двери на земле были обнаружены два трупа — мужской и женский. Повар и техник гаража, осмотрев мужской труп, сразу заявили, что это Геббельс, а на женский труп указали, что это, очевидно, его жена. (Женщина была больше обгоревшая.)
На второй день, 3 мая, были найдены и привезены в 79 ск из квартиры Геббельса 6 трупов детей и труп обгоревшей женщины, а также труп генерала в чине генерала пехоты.
В связи с тем, что был обнаружен якобы труп Геббельса, на место выехала комиссия в составе представителей отдела контрразведки СМЕРШ, политотдела и разведотдела армии, которая взяла с собой вице-адмирала Фосса, знавшего Геббельса лично.
При осмотре трупов вице-адмирал Фосс, повар Вильгельм Ланге и техник гаража Карл Шнайдер опознали в обожженном мужском трупе доктора Геббельса, в обгоревшем трупе женщины — его жену, в шести детских трупах в в возрасте от 4 до 14 лет — детей Геббельса. В мужском трупе генерала был опознан начальник генерального штаба германской армии генерал пехоты — Кребс.
Признаками для опознания трупов послужили следующие:
У Геббельса — овал головы, профиль лица и наличие протеза на правой ноге (ниже колена), золотой значок фашистской партии на обгоревшей куртке.
Вице-адмирал Фосс, который хорошо знал жену Геббельса, опознал ее в обгоревшем женском трупе по наличию у нее фашистского золотого значка, который за три дня до смерти вручил ей Гитлер (единственная женщина в Германии, имевшая фашистский золотой значок), а также по дамскому золотому портсигару с монограммой на внутренней стенке крышки «Адольф Гитлер. 1934 год», который также подарил в свое время Гитлер жене Геббельса.
В детских трупах вице-адмирал Фосс опознал детей Геббельса, которых он хорошо знал, и назвал их имена.
В мужском трупе генерала вице-адмирал Фосс опознал генерала пехоты Кребса по шраму на лице и по хорошо сохранившимся чертам лица. На внутреннем кармане кителя генерала была надпись: «Кребс».
Можно указать на тот факт, что из сотен офицеров и солдат, приходивших посмотреть труп Геббельса, все заявляли, что это Геббельс.
На месте составлен акт опознания трупа Геббельса комиссией под председательством начальника управления контрразведки СМЕРШ 1-го Белорусского фронта.
Трупы Геббельса, его жены, детей, начальника генерального штаба германской [286] армии генерала пехоты Кребса были вывезены из Берлина в пригород Бук в отдел контрразведки СМЕРШ 3-й ударной армии для опознания выехавшей из Москвы правительственной комиссией.
Начальник политотдела 3-й ударной армии полковник Лисицын
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 92. Л. 97—100. Подлинник.
№ 197. Указание Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Белорусского фронта для советского представителя в Союзной Контрольной комиссии в Германии о согласии советской стороны на арест правительства Германии во главе с Деницем
№ 11093 18 мая 1945 г. 19.50
Немедленно передайте генералу Трусову следующий ответ правительства Советского Союза и Верховного Главнокомандующего на запрос главы англоамериканской Контрольной комиссии в Германии генерала Рукса:
«Правительство Советского Союза и Верховное Главнокомандование поручило мне передать Вам:
1. Что они не возражают против немедленного ареста всего состава так называемого правительства гросс-адмирала Деница.
2. Нет также возражений против ареста Йодля, Фридебурга и других генералов и офицеров с тем, однако, чтобы была создана комиссия из представителей Советского Верховного Главнокомандования и англо-американского Верховного командования для ликвидации штаба германского командования, принятия от него архивов, документов и имущества.
С советской стороны представителем в эту комиссию назначается генерал Трусов».
Сталин
Антонов [287]
РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 151. Копия.
Содержание главы
№ 198. Из протокола политического опроса командира 423-й запасной дивизии генерал-лейтенанта A. Люббе о перспективах войны. 9 февраля 1945 г.
№ 199. Из протокола краткого политического опроса коменданта крепости Познань генерал-майора Э. Маттерна о перспективах войны. 9 марта 1945 г.
№ 200. Из протокола политического опроса командира пехотной дивизии "Бервальде" генерал-лейтенанта В. Райтеля. О перспективах войны. 14 марта 1945 г.
№ 201. Из протокола допроса командира 402-й запасной дивизии генерал-лейтенанта З. Шпайница о перспективах войны. 18 марта 1945 г.
№ 202. Из протокола политического опроса штурмбанфюрера СС К. Нейхауса, ведающего в имперском руководстве СС вопросами культа и вероисповедания. 6 апреля 1945 г.
№ 203. Протокол допроса командующего войсками охраны тыла 9-й армии генерал-лейтенанта Ф. Бернгарда
№ 204. Протокол допроса командующего обороной Берлина немецкого генерала Г. Вейдлинга, сдавшегося в плен 2 мая 1945 г. № 39. Май 1945 г.
№ 205. Из протокола политического опроса личного референта Геббельса по вопросам науки и культуры В. Хейрихсдорфа. 4 мая 1945 г.
В главу вошло около десяти документов, основу которых составили протоколы допросов и политических опросов ряда пленных немецких генералов. Их показания проливают свет на военно-политическую обстановку в гибнущем третьем рейхе, вносят дополнительные штрихи к портретам главарей фашистской Германии, характеризуют общий морально-политический климат в немецком обществе накануне и в ходе Берлинской операции.
№ 198. Из протокола политического опроса командира 423-й запасной дивизии генерал-лейтенанта A. Люббе о перспективах войны
9 февраля 1945 г.
Вопрос: Сообщите краткие автобиографические данные.
Ответ: Генерал-лейтенант Фольрат фон Люббе, 51 год, женат, постоянное место жительства город Ольмюц в Протекторате (Чехословакия). До 1 февраля 1944 года в течение 1–1,5 лет командовал 2-й танковой дивизией. Потом до начала июля 1944 года — 81 пд. Вследствие серьезной болезни сердца сдал командование и лечился сперва в Лодзи, потом в Силезии.
12 августа был назначен комендантом предмостного укрепления Мец. Успешно защищал это укрепление до 14 ноября 1944 г. Преемник фон Люббе был вскоре после этого взят в плен вместе с остатками войск.
14 ноября принял в качестве временного командира штаб разбитой дивизии, которая должна была формироваться. На формирование уехать не удалось, так как все, что осталось от дивизии, было снова брошено в бой. В начале декабря вернулся после ранения постоянный командир дивизии и фон Люббе уехал в начале декабря в отпуск домой.
В начале января 1945 г. принял 423-ю запасную дивизию в Франкфурте-на-Одере.
Вопрос: Чем вы объясните чрезвычайно быстрый разгром немецкого восточного фронта.
Ответ: Фронт был слишком жидким, а в глубине не хватило оперативных резервов.
Мы, по-видимому, снова недооценили сил русских.
Вопрос: Каковы, по вашему мнению, преспективы войны.
Ответ: Я и до последнего русского наступления не оценивал их слишком оптимистически. Я не сомневался в том, что русским снова удастся продвинуться, [288] но я не думал, что продвижение будет таким стремительным и глубоким.
Если обратиться к доводам разума, то ожидать немецкой победы уже нельзя, но представить себе немецкое поражение очень уж тяжело. Хочется еще верить в победу. И поэтому веришь в обещания нового оружия, веришь в возможность чуда. Впрочем, терять нам, немцам, уже нечего, все равно в случае поражения Германия погибнет, лучше уж погибнуть с честью. Вообще дело солдата — повиноваться, не рассуждая, и быть верным присяге. Если в армии каждый начнет рассуждать и действовать по собственному усмотрению, армия развалится.
Вопрос: Что вам известно о движении «Свободная Германия».
Ответ: Я слышал, что в Москве существуют две организации — «Свободная Германия» и «Союз немецких офицеров». Я знаю, что во главе стоит генерал фон Зейдлиц и что у нас он заочно приговорен к смертной казни. Цели этого движения мне неясны. Я не понимаю, как они могут добиваться поражения Германии.
Вопрос: Ознакомьтесь с последними материалами «Свободной Германии» и выскажите ваше мнение. Считаете ли вы их пропагандистским трюком.
Ответ: Нет, я этого не считаю. Материалы, безусловно, подлинные. Многих из изображенных на фотографиях генералов я хорошо знаю лично. Это — почтенные и заслуживающие уважения люди. Они однако, по-видимому, не знают нынешнего положения в Германии, они оторвались от нее. За последние месяцы настолько усилился всесторонний надзор и нажим, что ни о какой попытке организованного сопротивления правительству речи быть не может.
Вопрос: Каково ваше мнение о событиях 20 июля.
Ответ: Я считаю метод, примененный заговорщиками, недостойным офицеров. Если уж офицер решается на такое дело, он должен действовать открыто, а не положить на пол портфель со взрывчаткой и скрыться. Я считаю также, что правительство не могло не наказать сурово участников покушения. Однако пропагандистская кампания, поднятая в связи с покушением, была по своему характеру для нас, офицеров старшего поколения, неприятной.
Вопрос: Как оцениваете вы возрастающее влияние Гиммлера и СС. Не является ли это проявлением недоверия со стороны Гитлера к армии.
Ответ: Эсэсовцы, в особенности офицеры, — фанатичны и поэтому дерутся упорней. Поэтому Гитлер им больше доверяет и усиливает эсэсовские войска. Последние события можно, конечно, оценивать как проявление известного недоверия к армии. Впрочем, лично меня это мало беспокоило, так как по возрасту и состоянию здоровья я все равно не собираюсь после войны оставаться на военной службе (действительной).
В своих личных отношениях с эсэсовскими офицерами я не замечал также с их стороны никакой недружелюбности. В Меце мне пришлось все время сталкиваться с гауляйтером и со многими эсэсовцами. Отношения наши были самые товарищеские.
Вопрос: Как вы оцениваете ваших противников на западе.
Ответ: Американцы никуда не годятся. Они сражаются слишком осторожно. Они хотели бы очень дешево выиграть войну. После мощной авиационной и артиллерийской подготовки они пробуют наступать. Если они встречают сопротивление, они сразу отходят на исходное положение и через некоторое время возобновляют подготовку. Оснащены они превосходно.
Американская авиация хороша, многочисленна и действует массированно. Делать это ей нетрудно, так как на западе у нас почти нет истребителей. Впрочем, я понимаю американцев. Я говорил с американскими пленными офицерами: они говорят, что им и их солдатам эта война в Европе совершенно чужда, и им трудно понять, ради чего они должны здесь проливать свою кровь. [289]
С англичанами я столкнулся только в течение нескольких дней в 1940 году. Тогда они дрались очень хорошо. Как они ведут себя теперь — я не знаю.
Инструктор-литератор 7-го отдела политуправления 1 БФ В. Розенфельд
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 154. Л. 21–23 об. Подлинник.
№ 199. Из протокола краткого политического опроса коменданта крепости Познань генерал-майора Э. Маттерна о перспективах войны
9 марта 1945 г.
Эрнст Маттерн (Ernst Mattern) родился в 1890 г. в Пруссии, профессиональный военный, образование — среднее, женат, имеет детей. На военную службу вступил в 1907 г. Окончил унтер-офицерскую школу. В войне 1914–1918 гг. участвовал в качестве унтер-офицера. Звание лейтенанта получил в 1919 г. С 1920 г. по 1934 г. служил в полицейских частях. В 1934 г. получил звание майора и был на командной работе в пехотных частях. В 1937 г. — командир запасного полка в Бреславле. В 1940 г. получил звание полковника и назначен начальником военно-технической школы. В 1941 г. командовал 183 пп 63 пд на советско-германском фронте и был ранен. В 1942 г. — командир запасного полка (112-го зап. полка) во Франции. В 1943 г. — командир учебного лагеря «Вартелагер». С октября 1944 г. по 31 января 1945 г. — комендант крепости Познань. Звание генерал-майора получил в октябре 1944 г.
Вопрос: При каких обстоятельствах вы сдались в плен?
Ответ: К исходу дня 22.2.1945 г. мой участок обороны оказался полностью изолированным. Телефонная связь оборвалась, радиосвязи не было. Я дважды посылал связных к коменданту крепости генерал-лейтенанту Гоннель, но они не могли пройти, так как все проходы были либо заняты русскими, либо завалены, либо просматривались и простреливались. Боеспособных людей у меня оставалось всего около 120 человек. Была масса раненых. Начинались пожары, которые нельзя было тушить, в частности из-за отсутствия воды. Я решил капитулировать и на рассвете послал своего адъютанта с белым флагом, поручив передать русскому командованию, что я нахожусь в лазарете не потому, что я болен, а как знак того, что прекратил сопротивление, и что отдаю себя в распоряжение русского командования. О решении генерал-лейтенанта Гоннель капитулировать я узнал лишь в плену. Я полагаю, что капитуляция участка обороны началась независимо от этого решения. Штурм, предпринятый русскими 22.2.1945 г., сломил у наших солдат и офицеров волю к сопротивлению. […]
Вопрос: Ваше мнение о перспективах войны?
Ответ: Война проиграна. Это особенно ясно стало для меня после того, как русские вышли на р. Одер. Сейчас происходит добивание лежачего. Собственно говоря, проигрыш войны стал несомненен после выхода русских на р. Вислу, но тогда, т. к. никто из немцев не хотел поражения, в сердцах у всех еще таилась надежда на то, что действительно русских удастся удержать на р. Висла и добиться компромиссного мира. Грозные предвестники поражения появились, впрочем, еще раньше. Уже в 1942–1943 гг. Так, например, в это время во Франции, кроме частей, расположенных на побережье, дислоцировались [290] всего два армейских корпуса — 64 ак и 66 ак, каждый в составе трех дивизий. Эти дивизии беспрерывно передвигались с места на место с целью создать у противников впечатление наличия во Франции крупных германских сил.
Я полагаю, что причина поражения Германии лежит в том, что она начала войну с Россией. Я никогда не был сторонником этой войны, так как отлично сознавал всю ее бесперспективность: нельзя захватить такую большую страну, подобно тому, как была захвачена какая-нибудь Голландия. Все мы жили под гипнозом того, что Россия осталась такой же слабой, какой была до 1917 года, а может быть, стала еще слабее. Здесь, как и всегда, недооценка сил противника привела к самым катастрофическим результатам. Помимо этого, нам не имело смысла начинать войну с Россией, так как это означало войну на два фронта, что не могло не привести к поражению. Но в источнике войны с Россией лежали не военные, а политические соображения, и это не могло привести к добру. Сейчас для каждого немца ясно, что больше воевать с Россией он никогда не захочет.
Инструктор-литератор 1-го отдела политуправления 1 БФ майор Ф. Шемякин
РФ. Ф. 233. Он. 2374. Д. 154. Л. 39, 41, 41 об. Подлинник.
№ 200. Из протокола политического опроса командира пехотной дивизии «Бервальде» генерал-лейтенанта В. Райтеля. О перспективах войны
14 марта 1945 г.
Вилли Райтель (Willi Raithel), родился в 1894 г. в Ингольштадт (Бавария). Окончил классич. гимназию в Мюнхене. Женат, имеет двух дочерей, католик, профессиональный военный — артиллерист. Отец — майор в отставке.
На военную службу вступил добровольно в 1918 г. Звание «лейтенанта» получил в 1914 г. В войне 1914–1918 гг. участвовал в качестве командира батареи. В 1918 г. получил звание «обер-лейтенант». Затем — непрерывно на военной службе в артчастях. В 1939 г. — командир дивизиона в арт. школе в Ютерборг. В 1940 г. — штабс-офицер артиллерии в группе армий «Б» во Франции. В 1941 г. — сначала нач. артиллерии 18 ак в Греции, затем — нач. артиллерии 36 ак в Финляндии. В 1942 г. — командир 199 пд в Норвегии. В 1943 г. — нач. артиллерии 4-й танк. армии (Украина), с мая 1944 г. по февраль 1945 г. — нач. артиллерийской школы Гроссборн. С начала февраля 1945 г. — командир дивизии «Бервальде».
Немного знает русский язык, в 1938 г. сдал испытания на переводчика.
Звания «капитан» получил в 1925 г., «майор» — в 1934 г., «подполковник» — в 1936 г., «полковник» — в 1940 г., «генерал-майор» — в 1942 г. и «генерал-лейтенант» 〿 в 1943 г. […]
Вопрос: Ваша оценка перспектив войны.
Ответ: С чисто военной точки зрения война проиграна. Тут нет никаких шансов на успех. Я считаю, что в этих условиях долг каждого солдата сражаться до конца, чтобы погибнуть с честью. Но я лично не потерял еще надежды на то, что нам предоставится дипломатический шанс на благоприятное [291] окончание войны. Этот шанс — разногласия среди союзников, хотя, каким может быть источник таких разногласий, я не знаю. Я просто предпочитаю не думать над этим и надеяться на судьбу и на правительство Германии. О Крымской конференции я знаю лишь из короткого сообщения по радио о том, что она состоялась, переданного мне капитаном Вельдманн. Какие соглашения на ней достигнуты, я не знаю и, признаться, не интересовался этим. Я слишком мало верю в силу каких-либо договоров между государствами, чтобы придавать значение подобным конференциям. Сегодня договорились, а завтра могут возникнуть неразрешимые противоречия.
О наступлении англо-американских войск я тоже ничего не знаю. Основной опасностью для Германии все же, по-моему, продолжает оставаться восточный фронт. Именно отсюда следует ждать последнего и решающего удара.
Мысль о перспективах поражения Германии меня ужасает. Я верю, что после этого Германия перестанет существовать как самостоятельное государство, будет поделена между победителями и большинство мужчин будет угнано в рабство. Кроме того, Германия лишится нацистской системы управления, а это, я считаю, будет для нее большим несчастьем. Это — наиболее подходящая для немецкого народа система, выражающая его интересы. Основной заслугой этой системы являются политика поддержания чистоты расы и вытекающее отсюда признание прав германской расы на господство.
Крупнейшей ошибкой руководства я считаю войну против России. Это шло вразрез с традициями немецкой военной науки. Потенциальная мощь России была недооценена. Я изучал русский язык, изучал экономику, политический строй и армию России и с самого начала отдавал себе отчет в безнадежности этого предприятия, хотя, должен сознаться, что обнаруженная русскими сила и способность вести войну превзошли все, что я мог предвидеть. Я повиновался командованию и считал, что оно знает лучше меня и видит слабые стороны России, которые я не вижу. Но таких сторон не оказалось, в том смысле, чтобы они заметно повлияли на ход войны.
Вопрос: Ваша оценка фольксштурма.
Ответ: Фольксштурм велик по своему замыслу, но военная его значимость весьма незначительна. Тут играют роль возраст людей, плохая их военная обученность и почти полное отсутствие вооружения. Батальоны фольксштурма, которые мне довелось видеть, были очень плохо обмундированы и еще хуже вооружены. Для фольксштурмистов в Померании просто невозможно было, по-моему, доставить оружие. Их предполагалось вооружить трофейным оружием, имеющимся в изобилии, но это было невыполнимо из-за нехватки транспорта, который мог бы подвезти его из центральных областей Германии. На передовой я видел батальоны фольксштурма только на окопных работах. Когда встал вопрос о том, чтобы пополнить мою дивизию за счет фольксштурма, я отказался от этого. Фольксштурмисты снизили бы боеспособность моей дивизии и внесли бы еще больше неприятного разнообразия в ее и без того довольно разношерстный состав.
Вопрос: Что вам известно о комитете «Свободная Германия».
Ответ: О национальном комитете «Свободная Германия» я знаю только из официальных немецких источников, если не считать того, что в конце февраля, когда над нашей дивизией было сброшено много листовок, я просмотрел иллюстрированную листовку, на которой были изображены видные немецкие генералы, подписывающие какое-то обращение. Я знаю о том, что генерал Зейдлиц приговорен к смерти, и слыхал, что такой же приговор вынесен фельдмаршалу Паулюсу. Зейдлица лично я знал очень мало и определенного мнения о нем у меня нет. Должен сознаться, что я не понимаю, как эти генералы, герои Сталинградской эпопеи, могли решиться нарушить присягу. Сначала я отнес все дело к пропагандистскому трюку большевиков. Но приговор над Зейдлицем показал мне, что дело серьезно. Исходя из предположения, что это — честные люди, я решил, что в основе их поступков лежат какие-то крупные, но совершенно непонятные для меня мотивы. [292] Я не считаю, что я нарушил присягу, когда перешел со службы от кайзера Вильгельма на службу Веймарской республике и затем от нее — к Гитлеру. Но как можно нарушить присягу Гитлеру — я не понимаю. Члены комитета «Свободная Германия» выступают против самого ценного, что есть в немецком народе, — его солдатства. Национал-социализм выражает интересы этого солдатства. Я должен сознаться, что не понимаю, как такие прекрасные солдаты, несомненные носители лучших традиций немецкой армии, как фельдмаршал Витцлебен и другие, могли в июле выступить против фюрера и покушаться на его жизнь. Это доставило мне много мучительных переживаний, и я до сих пор не понимаю этого, говоря себе, что и тут есть какие-то вещи, стоящие вне пределов моих знаний. В том факте, что Витцлебен и его группа, с одной стороны, а Паулюс и его соратники, с другой, выступают против нацизма, я еще не вижу доказательства того, что существуют противоречия между традициями немецкой армии и нацизмом. Сейчас традиции немецкой армии, видоизмененные в соответствии с духом времени, все больше и больше переходят к войскам СС, и я считаю это закономерным. Поэтому в том, что касается Национального комитета, меня интересует только персональный вопрос об его участниках, и я остаюсь совершенно равнодушным к содержанию его пропаганды.
Инструктор-литератор 7-го отдела политуправления 1 БФ майор Ф. Шемякин
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 154. Л. 42, 45 об. Подлинник.
№ 201. Из протокола допроса командира 402-й запасной дивизии генерал-лейтенанта З. Шпайница о перспективах войны
18 марта 1945 г.
Зигмунд фон Шпайниц, 1890 года рождения, родился в Берлине, образование — среднее, женат, беспартийный, немец, в армии с 1909 года.
Вопрос: Опишите вкратце свой боевой путь в армии.
Ответ: Я вступил в немецкую армию в 1909 году, в 1911 году получил звание «лейтенант», в 1915 году — звание «ст. лейтенант», в 1918 г. — звание «капитан».
Участвовал в первой мировой войне в качестве адъютанта батальона, затем офицером по поручениям при штабе 1-й резервной гренадерской дивизии. С 1914 по 1916 г. я был на восточном фронте. С 1918 по 1919 год я был в этой же дивизии на западном фронте.
С 1919 до 1921 года я работал начальником отделения по делам младшего начальствующего и рядового состава при 3-й дивизии. С 1923 до 1929 года я был командиром роты в этой же дивизии.
С 1929 до 1933 год я был адъютантом у командира трех пехотных полков. (Примечание: в немецкой армии в мирное время, кроме командира дивизии, существовала должность командира только пехотных полков этой дивизии, подчинявшегося командиру дивизии).
В 1931 году я получил звание «майор», в 1934 году — «подполковник».
В 1937 году я получил звание «полковник».
С 1932 до 1934 год я был командиром батальона в 5-м прусском полку 2-й пехотной дивизии, дислоцировавшейся в Штеттине. [293]
С 1934 до осени 1937 года я был адъютантом командира 2-го корпуса, сперва у генерала Бока, затем у генерала Бласковица.
В декабре 1940 года я получил звание «генерал-майор», в сентябре
1942 года — «генерал-лейтенант». С осени 1937 года до конца 1940 года я был командиром 48-го полка 12-й пехотной дивизии.
С января 1941 года до августа 1943 года я был командиром 9-й пехотной дивизии, участвовал с нею в борьбе на восточном фронте в составе армии Рейхенау.
С августа 1943 года до ноября 1943 года я был в резерве ставки, с ноября
1943 до августа 1944 года был командиром 361-й пехотной дивизии и действовал с нею [в боях] в районе Броды.
В августе 1944 года я должен был получить в командование дивизию во Франции, но этой дивизии не оказалось (была разгромлена к моменту моего приезда), я вернулся в Берлин. 20 сентября 1944 года я был назначен командиром 402-й резервной дивизии.
Имею ряд наград, полученных в первую мировую войну и в эту войну, в 1939 году получил «Пряжки к железным крестам I и II класса», в 1941 году — «Немецкий крест в золоте», в августе 1943 года ㄇ «Рыцарский крест». […]
Вопрос: Каковы, по Вашему мнению, дальнейшие перспективы хода войны для Германии, в чем Вы видите основные причины серьезных поражений Германии на Востоке, а также и на западном фронте?
Ответ: Должен сказать, что положение Германии в данный момент более, чем критическое. Больше того, Германия, видимо, уже стоит на грани своих возможностей. В последние несколько недель русские армии своими наступательными операциями кардинально ухудшили военное и экономическое положение Германии.
Я лично считаю, что ближайшей операцией русских будет операция с целью разгрома немецких войск на Одере и овладения Берлином.
Я предполагаю, что русские нанесут мощные, охватывающие удары из района Верхней Силезии, с целью охвата Берлина и берлинской группировки с юго-востока и юго-запада, а также со своих плацдармов севернее Кюстрин и из района Франкфурта.
Основными причинами поражения немецких армий на фронтах, приведших к тяжелому положению Германии, я считаю следующие:
1. Переоценка руководством Германии сил и возможностей Германии как в военно-стратегическом, так и в хозяйственно-экономическом отношении.
2. Превосходство противников Германии как в людях, так и в материалах.
3. Определенные просчеты немецкого политического и военного руководства в планировании и проведении войны, что привело к образованию коалиции против Германии и вынудило немецкое командование вести войну на два фронта.
[…]
Вопрос: Что, по Вашему мнению, является самым характерным в тактике и проведении крупных наступательных операций советским командованием?
Ответ: Я хотел бы по этому вопросу осветить следующие моменты:
1. Скрытность в переброске и сосредоточении крупных воинских соединений всех родов, умелая маскировка войск в районах сосредоточений и на исходных позициях.
2. Гибкость и, я сказал бы, маневренность русского командования в руководстве и проведении операций на всех ее этапах.
3. Умелое взаимодействие различных родов войск и в первую очередь артиллерии и пехоты.
4. Применение в каждой крупной наступательной операции каких-либо новых тактических приемов. В январской операции, например, русские, как мне рассказывали наши офицеры, сумели вгрызться в нашу оборону еще во время артподготовки. Это было достигнуто тем, что в определенный момент [294] ураганной артиллерийской подготовки и сплошной линии огня на остальных участках были созданы «коридоры», по которым отдельные русские подразделения прорвались к нашим позициям и штурмом овладели ими. В этом вопросе я хотел бы отметить еще следующие моменты:
а) исключительное мастерство в концентрации в короткие сроки больших масс артиллерии и умелое массирование арт. огня, а также гибкое маневрирование им;
б) отличную материальную часть русских войск;
в) насыщенность пехоты автоматическим оружием.
[…]
За начальника следственной части РО штаба 1-го Белорусского фронта капитан Суркис
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 154. Л. 86, 88, 89–92. Подлинник.
№ 202. Из протокола политического опроса штурмбанфюрера СС К. Нейхауса, ведающего в имперском руководстве СС вопросами культа и вероисповедания
6 апреля 1945 г.
Карл Людвиг Нейхаус (К.L. Neihause) р. 22.7.1910 г. в г. Хольцхаузен под Гладенбахом, обр. — высшее, д-р философии и биологии, лютеранин, женат, имеет 3 детей. Член НСДАП с 1933 г.
Дом. адрес: Оффенбах-на-Майне, Германиштрассе, д. 36, 2-й этаж. (Дом разрушен и теперешнего местонахождения семьи — не знает). В 1933 г. защитил диссертации «Закон Ягве, как откровение» и «Определение нравственного у Фихте». Преподавал латинский язык и древнюю историю в гимназии, сотрудничал в ориенталистических журналах, был доцентом по исламизму и арабизму в университете во Франкфурте-на-Майне. В июле 1940 г. призван непосредственно главным командованием вооруженных сил и назначен руководителем библиотеки 649-й роты пропаганды (при 2-й армии), дислоцировавшейся в Париже. С 11.1940 г. работает в имперском руководстве СС в качестве референта по вопросам культа и вероисповеданий. 1 ноября 1944 г. находился в служебной командировке в г. Познань, где, согласно приказу, гласящего, что все способные носить оружие мужчины должны защищать крепость, остался в окружении, входя в состав «боевой группы Келлер». 15.2.45 г. согласно приказу выходить из окружения мелкими группами стал пробираться на запад. 25.2.45 г. взят в плен в районе Вольден-берг.
Вопрос: Что вам известно о положении в правящей верхушке Германии?
Ответ: В настоящее время Германией правят три человека: Борман, Гиммлер и Геббельс. Гитлер в последнее время, в особенности после 20 июля, отошел на второй план. Одно время у меня были сильные сомнения — жив ли он вообще. Эти сомнения были не только у меня: его новогоднее выступление объясняется тем, что ряд гауляйтеров и руководителей пропаганды довели до сведения Геббельса, что в народе ходят тревожные слухи, будто Гитлера уже нет в живых. Во всяком случае сейчас Гитлер находится в крайне тяжелом психическом состоянии. Утверждаю, что его психическая болезнь, по-видимому эпилепсия, обострилась и что припадки, [295] за которые он в свое время получил прозвище «кусателя ковров» («тепих-байсер»), участились и происходят почти беспрерывно. Есть слухи, что у него — частичный паралич. Во всяком случае в государственные дела он вмешивается мало и дело дошло до того, что Гиммлер находит возможным отменять его приказы. Так было, например, с приказом Гитлера о том, чтобы не посылать на передовую курсантов артиллерийских училищ. Около Гитлера много времени проводит его любовница. Ее зовут Кэтэ Браун, она — одна из сотрудниц известного «фотографа нацистской партии» — Генриха Гоффманн («Прессе — Гоффманн»). Каков характер этой связи, при условии, что Гитлер — импотент, я не знаю. Но о существовании этой связи известно лишь очень ограниченному кругу лиц.
Все это вовсе не означает, что Гитлер совсем сошел со сцены. Имя его пользуется огромной популярностью в Германии и с этим вынуждены считаться. Так, в конце 1944 г. между Борманом, Гиммлером и Геббельсом возникли острые трения и в дело пришлось вмешаться Гитлеру. Известно, что в правящей тройке наибольшие трения существуют между Геббельсом и Гиммлером. Это — старая вражда, тянущаяся еще со времен «Реммовского путча». Гиммлер не прочь подчеркнуть, что сознает свое превосходство над Геббельсом и, говорят, однажды заявил, что не принимает Геббельса всерьез. Со своей стороны Геббельс — стремится «не пустить Гиммлера в пропаганду»: когда, начиная со второй половины 1944 г., Гиммлер стал чаще, чем раньше, делать публичные выступления, то Геббельс счел себя обязанным выступать через 2–3 дня после его речей.
Вопрос: Расскажите кратко, что вам известно о Бормане.
Ответ: Борман — преемник Гесса. Он стал личным секретарем Гитлера и руководителем канцелярии партии. Как личность он бледен. Мало образован, не особенно умен, но обладает колоссальным упрямством и настойчивостью. Это — настоящий «упрямый козел» («штурер бок») и этой чертой характера схож с Гиммлером. Выступать не любит — предпочитает оставаться в тени. Несмотря на то, что очень мало известен, пользуется властью едва ли не большей, чем Гиммлер. Известно, что ни один закон, ни один указ не обходится без его визы. Если при этом возникают разногласия между ним и министрами, то всегда побеждает он. Он оттеснил в этом отношении Ламмена, секретаря имперской канцелярии, между ними существуют не особенно хорошие отношения.
Свою власть Борман построил на укреплении влияния партийного аппарата на все стороны жизни государства, к чему Гесс, по особенностям своего характера, не был способен. Он сумел провести свою линию даже по отношению к армии. Я имею в виду осуществленное по его инициативе введение в армии офицеров по нац. — соц. руководству. С самого начала проведения своей линии ему пришлось столкнуться с оппозицией гауляйтеров, которые хотели, как и при Гессе, продолжать чувствовать себя независимыми от канцелярии партии — Борман стал на путь снятия т. н. «старых гауляйтеров» и замены их «новыми гауляйтерами», которые во всем чувствовали бы свою зависимость от него. Иногда, как например гауляйтера Вестмарка Штора, он назначал вопреки резкому протесту областной организации НСДАП. Иногда он пользовался случаем дискредитировать старого гауляйтера. Так было с назначением Герланда гауляйтером Касселя (Кургессена). Его предшественник Вейнрих был известен своей коррумпированностью. Его богатства обнаружились после одной из бомбардировок, когда все пожарные командиры были по его приказу собраны для тушения принадлежащих ему складов и занимались только этим. Он сорвал также эвакуацию детей из Касселя. Но споткнулся он на свадьбе своей дочери. Это была непозволительно пышная по военным временам свадьба. Но в утро дня свадьбы утопилась девушка — бывшая любовница жениха, доведенная до этого шага Вейнрихом. Борман, опираясь на нач. полиции Кассель Пфеффера, не дал замять это дело и Вейнрих был отстранен.
В итоге надо сказать: Борман сумел подчинить себе партию. Так же, как СС — в руках Гиммлера, НСДАП теперь — в руках Бормана. [296]
Вопрос: Расскажите о Гиммлере.
Ответ: Отличительная черта характера Гиммлера — это его фанатическая преданность идеям нацизма, упрямство и жестокая прямолинейность в их проведении в жизнь. Он часто повторяет, что его девиз звучит: «Моя честь — это моя верность». Примером его фанатизма может служить то, что сравнительно недавно, выступая как командующий группы армий «Висла» на каком-то офицерском собрании, он заявил: «Мы построим оборонительный вал империи на Урале». Другой пример — в начале февраля он отдал приказ о наступлении из сев. части Померании с целью окружить и уничтожить одерскую группировку противника и выйти на Вислу, хотя вся эта гигантская по замыслу операция была обеспечена всего 26 000 литрами горючего. Мне рассказывали, что в корпусе генерала Краппе были использованы как солдаты 3500 молодых офицеров и что более 1500 из них было убито. Гиммлер, по-видимому, искренне считает, что в современных условиях, если внушить солдатам фанатизм, можно будет немецким мясом пробить русское железо. Этот фанатизм является также источником его бессердечной жестокости. Например, он воспользовался 20 июля, чтобы расправиться с неугодными ему лицами, хотя бы они и не были замешаны в заговоре. Другой пример, — это введение режима безудержного террора в войсках группы армий «Висла». Естественно, что он подбирает себе соответствующих помощников. После катастрофы на Висле он вызвал из Курляндии генерала Шёрнера, известного под кличкой «кровавый Фердинанд», который лично расстреливает солдат, заподозренных им в трусости. Кстати, Гонелль, последний комендант Познани, был тоже человеком этой марки, но только с актерскими наклонностями. Его называли «великим актером» за театральность поз, жестов и голоса, что было особенно неприятно, когда он отдавал приказания. На голове он постоянно носил черную тюбетейку — говоря, что в результате ранения часть черепной кости вырезана и вместо нее вставлена металлическая пластинка. Он хвастался, что знает русских, так как будто бы одно время находился в плену у партизан, но успешно бежал оттуда.
Гиммлер требует абсолютной верности себе, но своих друзей он в обиду не дает. Известен случай, когда один из его друзей во время увеселительной поездки на автомобиле задавил двух детей. Наказание постигло, однако, не друга Гиммлера, но родителей этих детей, которые попробовали жаловаться. На «верности» Гиммлера есть, все же, по крайней мере одно крупное черное пятно. Утверждают, что еще в 1943 г. министр финансов Пруссии Попиц и государственный прокурор д-р Лангебзин, участники заговора 20 июля, прощупывали Гиммлера на предмет выяснения его отношения к устранению Гитлера и к участию в будущем правительстве. Прощупывание проводилось через нач. личного штаба Гиммлера обергруппенфюрера СС Вольф. Гиммлер не стал на сторону заговорщиков но, говорят, попытался использовать эти переговоры, чтобы прощупать нити заговора. Однако непонятно, почему он тотчас не арестовал заговорщиков, тем более не сделал это перед 20 июлем, когда всем стало ясно, что покушение нависло в воздухе.
Гиммлер знает, что в народе его не любят и старается смягчить впечатление от своих жестокостей, разыгрывая из себя «доброго папашу». Например, у семей казненных по делу 20 июля было конфисковано все. Им не позволили взять из дома даже лишнее полотенце. Но в то же время он позаботился о том, чтоб они были поселены в приличных условиях, определил им недурные пенсии и назначил в своей канцелярии специальное лицо, к которому они могут обращаться со всеми жалобами.
Среди народа Гиммлеру вменяются в вину в особенности две вещи: гонения против церкви и грубопроведенное отчуждение церковного имущества, ликвидация монастырей и пр., т. е. все, что вызвало известное выступление епископа Мюнстера, граф Галан. Затем Гиммлеру ставят в вину закон об уничтожении неизлечимых больных, в том числе душевнобольных. Этот закон превращает врача в палача. В Германии он стал осуществляться еще задолго до войны, но практика его осуществления мне не знакома.
Вопрос: Расскажите о Геббельсе. [297]
Ответ: За время войны авторитет и удельный вес Геббельса очень повысился. Это результат блестящей постановки им пропаганды. Он достиг в этом деле — высшего искусства: заставляя верить себе, несмотря на то, что ему не верят. Он, как мне кажется, владеет умами и сердцами немцев. И за это массы прощают ему и его похождения с женщинами и неказистую наружность и многое другое. Показательно в этом отношении, что еще недавно его избрали почетным членом танково-гренадерской дивизии «Великая Германия». В последнее время повышению его авторитета способствовали два обстоятельства: во-первых, это его поведение 20 июля, когда он, как это признал Гитлер, спас режим, т. е. был первым, кто связался по телефону из Берлина со ставкой Гитлера. Во-вторых, это пост комиссара обороны Берлина, который он, действительно, намеревается защищать. О нем говорят, что он второй раз будет завоевывать Берлин для национал-социализма.
Одна из черт, дающая Геббельсу преимущество перед другим человеком, претендующим на идеологическое руководство партией, — Розенбергом, состоит в следующем: Розенберг хочет выдать себя за принципиального человека и ученого, хотя не является ни тем, ни другим. Эти его потуги видны каждому и не внушают к нему ни доверия, ни уважения. Геббельс же не выдает себя ни за высокопринципиального человека, ни за мудрого ученого, а как бы говорит: «берите меня таким, как я есть», исходя из принципа: «не по хорошему мил, а по милу хорош», если он «мил» немецкому народу, то это — отнюдь не к чести для последнего.
Вопрос: Что вам известно о Геринге.
Ответ: Геринг фактически сошел с политической сцены. За ним официально сохранены многие из его официальных постов, но от вмешательства в государственные дела он отстранен. Так, за ним числится пост командующего ВВС, но заместителем его назначен Риттер фон Грайм, который осуществляет все руководство. Окончательному устранению Геринга мешает его широкая популярность.
Причина падения Геринга двоякая: во-первых — это провал его планов воздушной войны: сначала наступательной, потом оборонительной. Германия оказалась беззащитной с воздуха. Эта была, кстати, одна из причин самоубийства Удета. Во-вторых, это — связи Геринга с заговорщиками 20 июля. Один из обвиняемых заявил, что заговорщики рассчитывали на участие Геринга в новом правительстве. Кроме того, непосредственным участником заговора был его племянник — Герберт Геринг, представитель промышленных кругов.
Как личность Геринг крайне несимпатичная фигура. Мне рассказывали, что он встречал по утрам приходящих к нему генералов, лежа на диване, в халате, обсыпанном бриллиантами и в засыпанных бриллиантами ночных туфлях. Рассказывают о праздновании дня рождения его дочери Элы, которой исполнилось 7–8 лет. К этому дню он заказал серебряную вазу такой величины, чтобы девочка могла с головой уместиться в ней. Накануне этого дня его жена Эмма разъезжала на автомобиле по сожженному и разрушенному бомбами Берлину и искала шелк, обязательно шелк, на платье для своей дочки.
Инструктор-литератор 7-го отдела политуправления 1-го Белорусского фронта майор Ф. Шемякин [298]
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 154. Л. 93, 98, 98об., 99, 99об., 100, 103 (с об.) Подлинник.
№ 203. Протокол допроса командующего войсками охраны тыла 9-й армии генерал-лейтенанта Ф. Бернгарда
Фридрих Бернгард, 1888 года рождения, родился в Бад-Гербург, в семье землевладельца, окончил гимназию, женат, немец, беспартийный. В армии с 1909 года.
Вопрос: Расскажите вкратце свой боевой путь в армии.
Ответ: Я вступил в армию в 1909 году, окончил военное училище в г. Нец. В августе 1910 года получил звание «лейтенант», а 1915 году — «ст. лейтенант», в 1917 году — «капитан». В 1917 году я на восточном фронте попал к русским в плен, где находился до 1920 года сперва в Красноярске, затем в Канске. После возвращения из плена я снова вступил в армию и служил в войсках связи. В 1930 г. я получил звание «майор», в 1932 году — «подполковник». В 1933 году — «полковник».
С 1932 до 1933 года я был командиром батальона связи, а с 1935 до 1939 г. — командиром полка связи во 2-м корпусе, дислоцировавшемся в г. Штеттин.
В 1940 году я получил звание «генерал-майор». В 1942 году — «генерал-лейтенант».
С 1939 года я был начальником связи 7-й армии, в войне [против] Франции я был начальником связи 18-й армии. Со второй половины 1940 года до 1942 года я был начальником связи группы армий генерал-фельдмаршала Рундштедта сперва на западе, затем на востоке.
С апреля 1942 года я был назначен командующим войсками охраны тыла сперва 2-й танковой армии, а затем 9-й армии, к моменту моего пленения я занимал данный пост.
Имею ряд наград, в том числе «Немецкий крест в золоте».
Вопрос: Укажите фронт действий 9-й армии и состав 9-й армии к середине апреля с. г.
Ответ: К началу апреля с. г. северная граница 9-й армии проходила по линии (иск.) Бад-Фрейенвельде; южная граница проходила по южной конечности оз. Шпилох-Зее (20 км южнее Бесков).
К этому времени в состав 9-й армии входили:
а) 101-й армейский корпус — на северном фланге армии; б) 11-й танковый корпус СС — в центре армии; в) 5-й горнострелковый корпус СС — на южном фланге армии.
В резерве 9-й армии находилось корпусное управление 39-го танкового корпуса.
В первых числах апреля северный фланг 9-й армии был поднят на север и проходил по линии (иск.) канал Гогенцоллерн; южная граница 9-й армии осталась неизменной. Незадолго до начала наступления русских войск, числа 13–14 апреля, 101-й армейский корпус был выведен из подчинения 9-й армии и переподчинен 3-й танковой армии. Северная граница 9-й армии спустилась на юг и проходила, примерно, в районе Вернойхоэ.
В это же время 9-й армии был подчинен левофланговый корпус 4-й танковой армии — 5-й армейский корпус.
Числа 13–14 апреля управление 39 тк, находившееся в резерве 9-й армии, было выведено из состава 9-й армии и на его место прибыло управление 56 тк, которое до начала русского наступления дислоцировалось в Вельд-Зиферсдорф (северо-западнее Мюнхеберг).
Предполагалось, что управление этого корпуса объединит дивизии, находившиеся в резерве 9-й армии, и будет введено в бой, если обстоятельства этого потребуют.
Я не располагаю точными данными о количественном составе 9-й армии к моменту начала русского наступления, но предполагаю, что она насчитывала 100 тысяч человек боевого состава, в эту цифру я не включаю подразделения фольксштурма. [299]
Вопрос: Какими данными располагало немецкое командование о готовящемся наступлении советских войск, какие контрмеры принимались немецким командованием, каковы были приказы высшего командования немецкой армии?
Ответ: Я могу категорически заявить, что наше командование располагало совершенно точными данными о предстоящем большом наступлении русских войск в направлении Берлина. В частности, 5 или 6 апреля у командующего 9-й армии генерала пехоты Буссе состоялось совещание, на котором присутствовали командиры корпусов, я, начальник штаба и начальники служб 9-й армии.
Начальник разведотдела 9-й армии подполковник (фамилию забыл) сделал доклад о положении и о противостоящем 9-й армии противнике. Начальник разведотдела армии указал, что нам противостоят войска генерала Жукова, что сюда, после завершения операции в Восточной Померании, прибыли две танковые армии и что русские обладают превосходством в танках и в артиллерии в десятикратном размере, а в пехоте в пятикратном.
Начальник оперативного отдела штаба армии подполковник генштаба Эйфер выступил с заявлением о том, что заградительная зона 9-й армии, проходящая, в общем, по линии г. Эберсвальде, г. Штраусберг, г. Мюнхеберг, оз. Шармютцель-зее, оз. Швилох, в основном занята саперными частями, подразделениями фольксштурма, что является совершенно незначительной силой. Он также указал, что по приказу Гитлера все запасные части, дислоцирующиеся в Берлине, должны занять эту заградзону, на эту же заградзону была также посажена танко-истребительная бригада из «Гитлерюгенд», насчитывавшая до 2000 человек.
На этом же совещании также выступил командующий армии генерал Буссе, заявивший, что есть приказ верховного командования, согласно которому фронт должен быть удержан при всех обстоятельствах и несмотря ни на что, что 9-я армия должна оборонять Берлин и сражаться, даже если американцы нам будут стрелять в спину.
Основные мероприятия немецкого командования, в предвидении русского наступления, сводились к следующему:
1. Была построена глубоко эшелонированная оборона на всем фронте армии, эти оборонительные сооружения тянулись до заградзоны 9-й армий, на линии заградительной зоны все населенные пункты были превращены в опорные пункты. Полевые укрепления заградзоны тянулись до внешнего обвода обороны Берлина, т. е. были построены оборонительные рубежи на всю глубину от р. Одер до Берлина.
2. Командование 9-й армии в основном пополняло дивизии, находившиеся в первой линии, и именно в резерве в качестве [контр] ударного кулака [было] четыре дивизии.
3. В Берлине и в районе Берлина формировалось огромное количество батальонов фольксштурма.
Вопрос: Какие соединения немецкой армии оказались в окружении, кто из руководящего состава 9-й армии находился в окружении, каковы были приказы немецкого командования?
Ответ: В окружении оказались остатки дивизий 11 тк СС, 5-го горнострелкового корпуса СС, 6-го армейского корпуса, части фольксштурма, различные тыловые подразделения.
Я считаю, что в окружении оказалось до 50 000 человек боевого состава, до 10 000 фольксштурмистов. А вместе с тылами, я думаю, в окружении оказалось до 150 000 человек.
В окружении также оказалось все командование 9-й армии, в том числе генерал пехоты Буссе, работники штаба 9-й армии, командиры и штабы 11 тк СС, 5-го горнострелкового корпуса СС и 5 ак, а также старшие и высшие офицеры тыловых учреждений армии.
Приказ высшего немецкого командования гласил — держаться до последнего человека. При всех обстоятельствах — удерживать занимаемые рубежи и не предпринимать попыток прорваться. Была обещана помощь самолетами, [300]
на деле оказалось, что наше командование не было в состоянии осуществить снабжение окруженных войск при помощи самолетов.
28.4 командующий армии генерал пехоты Буссе, разозлившись, послал радиограмму, в которой писал: «Вы, видимо, уже списали 9-ю армию…», и дал войскам приказ на прорыв.
Немецкие части должны были прорываться на запад тремя группами, прорыв должен был быть осуществлен вечером 28.4. Прокладывать дорогу должны были остатки танковых подразделений 9-й армии, с которыми шел командующий — генерал Буссе. Прорыв не удался. Основной причиной, побудившей генерала Буссе принять решение на прорыв, видимо, явилось отсутствие боеприпасов, так как к 28.4 у нас осталось боеприпасов на два дня, а надежд на получение их с воздуха не было никаких.
Вопрос: Перечислите известный Вам командный состав группы армий, 9-й армии и соединений 9-й армии.
Ответ: 9-я армия входила в состав группы армий «Висла», которой до второй половины марта с. г. командовал Гиммлер, во второй половине марта он был сменен генерал-полковником Хейнрици.
Начальник оперативного отдела группы армий «Висла» — полковник Айзман.
Командующий 9-й армии — генерал-пехоты Буссе.
Начальник штаба 9-й армии — генерал-майор Ельц.
Начальник тыла 9-й армии — подполковник генштаба Швамбек.
Командир 56 тк — генерал артиллерии Вейдлинг.
Командир 5 ак — генерал артиллерии Вегер.
Командир 5-го горнострелкового корпуса СС — Мекельн.
Командир 11 тк СС — обергруппенфюрер СС Клейн-Хейстеркамп.
Вопрос: Дайте месторасположение штаба 9-й армии.
Ответ: До начала апреля штаб 9-й армии находился в г. Фюрстенвальде. 1–3 апреля он переехал в Бад-Заров (южнее Фюрстенвальде).
Последнее место его нахождения было в районе Хермсдорф (севернее и северо-восточнее Вендиш-Бухгольц).
Вопрос: В чем Вы видите основные причины поражений немецкой армии и Германии в нынешней войне?
Ответ: Я считаю основными причинами поражений немецких армий как в отдельных операциях, так и во всей войне следующие:
1. Колоссальное материальное превосходство, в особенности это сказалось в последних операциях. Русские концентрировали огромные массы артиллерии, мы ощущали острый недостаток в артиллерии, русские вводят в бой тысячи танков, так, например, нам говорили, что в зимнем наступлении русских войск с плацдармов на Висле участвовало до 9000 бронеединиц, мы же не располагаем ни достаточным количеством танков, ни необходимым горючим для них.
2. Кошмар трех фронтов, наша стратегия оказалась явно не способной справиться с этим кошмаром.
3. Действия англо-американской авиации, в значительной степени подорвавшие материальную базу наших армий, в Германии уничтожены десятки крупнейших промышленных центров, среди гражданского населения сотни тысяч убитых. Мне рассказывали, что в одну ночь, в конце января или в начале февраля, в Дрездене погибло 100 тысяч человек в результате одной бомбардировки, это был самый тяжелый налет англо-американской авиации на Германию за все шесть лет войны.
4. Порочность системы немецкого руководства. Командующие армий и даже групп армий фактически не руководят войсками, они находятся в положении слепых исполнителей воли Ставки. Командующий армии не может передвинуть батальон без разрешения Ставки.
Я лично считаю, что одной из основных причин гибели 9-й армии является приказ Гитлера держаться, держаться до последнего человека. Когда создалась угроза охвата русскими войсками 9-й армии с флангов и выхода [301] ей в тыл, командующий армии настойчиво предложил отвести армию на линию Ораниенбург — Кенигсвустерхаузен и обороняться на укрепленных позициях Берлина.
Командующий группы армий «Висла» генерал-полковник Хейнрици одобрил и поддержал этот план, Гитлер приказал — не отходить, удерживать занимаемые рубежи за всякую цену.
5. Мастерское, искусное и очень маневренное руководство русских армий. В данном вопросе я хочу отметить необычайное искусство русских в выявлении слабых мест в нашей обороне и в выборе направлений главных ударов, в данном случае, мне кажется, есть и заслуга русской разведывательной службы.
Вопрос: Каковы были настроения немецких генералов и офицеров до начала наступления советских войск (16 апреля с. г.) и после окружения 9-й армии советскими войсками?
Ответ: После выхода русских войск на р. Одер и после поражений наших армий на Западе иллюзии рассеялись. Подавляющее большинство генералитета и офицерского корпуса поняло всю серьезность положения Германии.
Больше того, серьезность этого положения осознали и руководители нашего правительства.
8 апреля с. г. в штабе 9-й армии состоялось совещание, на котором присутствовали командующий армии, руководящие работники штаба армии, командиры и начальники штабов корпусов. На совещании выступил ответственный работник министерства пропаганды Науман с докладом о положении. Он заявил, примерно, следующее: военное положение Германии исключительно критическое и с военной точки зрения мы войну выиграть не можем, но 9-я армия все же должна держать фронт при всех обстоятельствах и удержанием Берлина оказать благоприятное воздействие на политическое положение, что может дать Германии определенные шансы.
Я думаю, что большинство офицеров осознало абсолютное безумие дальнейшей борьбы, в последние два-три дня мне неоднократно говорили офицеры штаба армии (генерал-майор Шенглер — комендант полевой комендатуры Штраусбергского района и другие), что непонятно, почему 9-я армия не капитулирует.
Я думаю, что одной из основных причин упорства наших частей является боязнь русского плена, так как у нас на протяжении последних лет убеждали, что «русские расстреливают всех военнопленных».
Начальник разведотдела штаба 1-го Белорусского фронта генерал-майор Трусов
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 154. Л. 117—: 121. Подлинник.
№ 204. Протокол допроса командующего обороной Берлина немецкого генерала Г. Вейдлинга, сдавшегося в плен 2 мая 1945 г.
№ 39
Май 1945 г.
Вейдлинг Гельмут, 1891 года рождения, родился в Эльберштадт (Гарц), образование — среднее, беспартийный, в армии с 1911 года.
Вопрос: Расскажите вкратце свой боевой путь в немецкой армии.
Ответ: Я вступил в армию в 1911 г., в 1912 г. получил звание «лейтенант», в 1915 г. — «ст. лейтенант». В первой мировой войне я служил в подразделениях аэростатов, [302] был командиром «Цепеллина». После первой мировой войны я был командиром артиллерийской батареи, затем дивизиона. В 1922 г. я получил звание «капитан» в 1933 г. — «майор», в октябре 1935 г. — «подполковник», в марте 1938 г. — «полковник».
В войне против Польши в 1939 г. я командовал артиллерийским полком, в войне против Франции — в 1940 г. — был начальником артиллерии 9, а затем 4 ак.
В войне на Балканах в 1940 г. и затем на восточном фронте, до конца декабря 1941 г. я был начальником артиллерии 40-го танкового корпуса. С конца декабря 1941 до октября 1943 г. — командиром 86-й пехотной дивизии.
С 20 октября 1943 г. я был командиром 41-го танкового корпуса, этим корпусом я командовал до полного его разгрома — до начала апреля с. г. 10 апреля с. г. я был назначен командиром 56-го танкового корпуса, а 24 апреля назначен командующим обороной Берлина.
Вопрос: Дайте группировку немецких войск на берлинском направлении к моменту начала наступления советских войск — 16 апреля с. г.
Ответ: Русским войскам на берлинском направлении к середине апреля с. г. противостояли войска 9-й армии, входившей в состав группы армий «Висла».
К середине апреля в состав 9-й армии входили:
а) 101-й армейский корпус — на левом (северном) фланге армии;
б) 11-й танковый корпус СС — в центре армии;
в) 5-й горнострелковый корпус СС — на правом (южном) фланге армии.
До 12–13 апреля в резерве 9-й армии находилось управление 39-го танкового корпуса; 10 апреля с. г. штаб 56 тк, после разгрома его войск в Силезии, был переброшен в Бланкенбург (Гарц), на следующий день прибыл приказ Ставки немедленно отправиться на восточный фронт и сменить управление 39 тк, которое уже имело опыт борьбы на Западе.
12 — 13 апреля с. г. управление 56 тк расположилось в Вальд Зиферсдорф (4 км сев. — зап. Мюнхеберг). Управление 39 тк убыло на Запад. В районе восточнее Мюнхеберг располагались в тылу 20 мд — мотодивизия «Мюнхеберг», а в тылу 9 адд — 25-я мотодивизия. Это были резервы 9-й армии.
Предполагалось, что 56 тк, когда он будет введен в бой, получит под свое командование эти две дивизии и мотодивизию «Курмарк», но на деле получилось по-иному.
В результате действий русских разведотрядов 14 апреля части 20 мд были выбиты с занимаемых позиций. Наше командование решило, что к предстоящему большому наступлению русских нельзя оставлять в первой линии 20 мд и приказало в ночь с 15 на 16 апреля произвести смену 20 мд частями «Мюнхеберг».
15 апреля командующий 9-й армией, учитывая многочисленность дивизий в 11 тк СС, приказал 56 тк принять от 11 тк дивизии: 20 мд, 9 адд и из резерва — мд «Мюнхеберг».
25 мд ушла после начала русского наступления в подчинение 101 ак, а мд «Курмарк» — в подчинение 11 тк СС.
Учитывая, что к началу русского наступления — к утру 16 апреля — 20 мд была только частично выведена с первой линии, я создал из 20 мд и мд «Мюнхеберг» одну боевую группу под командованием командира мд «Мюнхеберг» — генерал-майора Муммерт.
В ходе наступления русских 56 тк была переподчинена дивизия «Берлин», входившая к началу наступления в состав 101 ак, а из резерва были введены под командование 56 тк 18-я мотодивизия и 11-я мотодивизия СС «Нордланд».
К 16 апреля дивизии 56 тк были, примерно, следующего состава:
а) Дивизия «Мюнхеберг» имела в своем составе — два мотополка, двухбатальонного состава каждый, артиллерийский дивизион, дивизион зенитной артиллерии, саперную роту, разведроту, должна была получить танковый полк «Кунерсдорф», но получила только один батальон — до 35 «Пантер» и штурмовых орудий. [303] Всего дивизия насчитывала (с тылами) до 6 000 человек.
б) 20 мд имела два мотополка, фюзелерный батальон, полевой запасной батальон, артиллерийский полк — трехдивизионного состава и танковый батальон, имевший на вооружении до 30 танков.
Всего дивизия насчитывала (с тылами) до 8 000 человек.
в) 9 адд имела три мотополка трехбатальонного состава, три артиллерийских дивизиона, два дивизиона зенитной артиллерии, полевой запасной батальон, 15 штурмовых орудий.
Всего дивизия насчитывала (с тылами) до 12 000 человек.
г) 18-я мотодивизия имела два мотополка (30 и 51 мп), фюзелерный батальон, запасной батальон, артиллерийский полк — трехдивизионного состава, танковый полк.
Всего дивизия насчитывала (с тылами) до 9 000 человек и имела до 55 исправных танков и штурмовых орудий и до 30 бронетранспортеров.
д) Мотодивизия СС «Нордланд» имела два мотополка, танковый полк, в том числе до 20 «Королевских тигров», 20 «Т-4» и до 20 штурморудий, саперный батальон, разведотряд, противотанковую роту, артиллерийский полк трехдивизионного состава, зенитный дивизион.
Всего дивизия насчитывала (с тылами) до 11 000 человек.
56-му танковому корпусу был подчинен «народно-артиллерийский корпус» пятидивизионного состава.
Таким образом, 56 тк до начала боев насчитывал до 50 000 человек.
Состав других корпусов я не знаю, так как за те два дня, что у меня было до начала наступления русских, я не успел ознакомиться детально с их составом.
Вопрос: Какими данными располагало немецкое командование о готовящемся наступлении советских войск, дайте ход операции, укажите основные моменты, характеризующие действия советских войск в данной операции.
Ответ: 13 апреля я встретился с командующим 9-й армией — генералом пехоты Буссе. Он изложил мне положение и указал, что надо рассчитывать на наступление советских войск, которое они предпримут с очень крупными силами в направлении Берлина. Генерал Буссе был озабочен и, характеризуя положение как очень серьезное, заявил, что 9-я армия имеет приказ при любых обстоятельствах и ценой любых жертв удержать фронт на Одере, так как здесь будет решаться судьба Берлина.
Мой начальник штаба также получил информацию от начальника штаба 11 тк СС, а также из штаба армии о большой концентрации русских сил и о предстоящем наступлении.
Однако то, что русские после действий своих разведотрядов 14 апреля, 15 апреля не наступали, ввело наше командование в заблуждение, и когда мой начальник штаба — полковник фон Дуффинг от моего имени сказал начальнику штаба 11 тк СС 15 апреля, что нельзя менять 20 мд дивизией «Мюнхеберг» накануне русского наступления, начальник штаба 11 тк ответил: «Если русские сегодня не наступали, значит, они предпримут наступление только через несколько дней». Таково было мнение и других высших офицеров 9-й армии.
К 16 апреля 56 тк частями 9 адд, «Мюнхеберг» и оставшейся не выведенной частью 20 мд, занимал оборону на участке Цехин — южнее Альт Тухебанд. 16 апреля в первые же часы наступления русские прорвались на правом фланге (южнее) 101 ак, на участке дивизии «Берлин», создав этим самым угрозу для левого (северного) фланга 56 тк. Во второй половине дня русские танки прорвались на участке 303 пд, входившей в состав 11 тк СС, и создали угрозу нанесения удара с фланга по частям дивизии «Мюнхеберг». Одновременно русские оказывали сильное давление с фронта на участке моего корпуса: в ночь на 17 апреля части моего корпуса, неся большие потери, были вынуждены отойти на высоты восточнее Зеелов в р-н Гузов (зап. Кюстрин), 5 км западнее Хатенов (сев. Лебус). [304]
17 апреля русские войска продолжали оказывать сильнейшее давление на всем фронте 56 тк, стремясь одновременно расширить прорывы между 11 тк СС и 56 тк и 101 ак с другой стороны.
Чтобы предотвратить дальнейшее разобщение корпусов 9-й армии и сохранить фронт, 11 тк СС 17 апреля ввел в бой на участке прорыва русских, т. е. на стыке между 11 тк СС и 56 тк, мотодивизию «Курмарк», что дало возможность частично восстановить связь между обоими корпусами.
Я 17 апреля ввел в бой 18 мд в районе Хермерсдорф, Вульков (6–8 км сев. — вост. Мюнхеберг) с задачей контратаковать русские части и восстановить связь с 101 ак.
18 мд сумела ценой больших потерь задержать дальнейшее наступление русских, но ликвидировать разрыв между 56 тк и 101 ак она не сумела. Наоборот, русские продолжали вводить в бой все новые силы и разрыв между этими двумя корпусами достиг 16 км. К исходу 17 апреля я был вынужден под сильным давлением русских отвести войска корпуса на линию Дидерсдорф (3 км юго-зап. Зеелов), Альт Розенталь (5 км сев. зап. Зеелов), Хермерсдорф, 2 км сев. — зап. Хермерсдорф (6 км сев. — вост. Мюнхеберг).
18 апреля русские продолжали расширять прорыв между 56 тк и 11 тк СС, а равно между 56 тк и 101 ак, оказывая одновременно давление с фронта на части 56 тк. К исходу 18-го части 56 тк отошли на линию Янсфельде, Трабнитц, восточнее Оберсдорф, восточнее Мюнхехофе, севернее Буков (севернее Мюнхеберг).
Чтобы предотвратить дальнейшее расширение прорыва между 56 тк и 11 тк СС и одновременно попытаться войти в связь с 11 тк СС, я приказал дивизии «Нордланд» сосредоточиться и 18 апреля утром нанести контрудар из района юго-восточнее Янсфельде (восточнее Мюнхеберг) на юго-восток. Приказ не мог быть выполнен из-за отсутствия бензина. Командир мд СС «Нордланд» весь день просидел у меня на КП, только к вечеру 18 апреля дивизия получила бензин.
19 апреля утром мд СС «Нордланд» была введена в бой, но не на правом (южном) фланге моего корпуса, как предполагалось, а на северном фланге между Претцель (8 км сев. — вост. Штраусберг) и западнее Шермютцель-Зее (восточнее Штраусберг), так как разрыв между 56 тк и 101 ак достиг катастрофических размеров.
В этот же день мне была переподчинена дивизия, вернее остатки дивизии «Берлин», однако, ни ввод дивизии «Нордланд», ни передача мне дивизии «Берлин» не изменили положение, русские ввели в этот прорыв очень крупные танковые силы и глубоко нависли над северным флангом 56 тк, начала вырисовываться серьезная угроза моему корпусу с тыла.
20 апреля сильно побитые части 56 тк вели бои на линии Гартенштадт (севернее Штраусберг), Клостнрдорф, Хозенхольц, Дамсдорф, Мюнхеберг. Это был самый тяжелый день для моего корпуса, и, пожалуй, для всех немецких частей; части, понесшие огромные потери в предыдущих боях, измотанные и усталые до крайности, не могли больше выдержать огромный натиск превосходящих русских войск и к 21 апреля отошли в район Зеберг (2 км юго-зап. Альт Ландсберг), южнее Альт Ландсберг, севернее Брухмюле, южная конечность оз. Бец-Зее (6 км восточнее Альт Ландсберг), западная окраина Хенникендорф (8 км южнее, юго-западнее Штраусберг).
22 апреля разбитые части 56 тк продолжали отход и к 23 апреля вели бои уже на восточных окраинах Берлина на участке севернее Бисдорф, Бисдорф, Карлхорст, Шеневейде, Адлерсхоф, Каралиненхоф.
23 апреля я получил приказ от 9-й армии перегруппировать свои части, отойти из района восточнее Берлина и во что бы то ни стало соединиться с частями 9-й армии в р-не Клейн-Киниц (западнее Кенигсвустерхаузен), где я должен был войти в связь с 21-й танковой дивизией.
23 апреля я послал в штаб 9-й армии командира разгромленной дивизии «Берлин» — генерала Фоигтсбергер для связи, он вернулся и доложил мне, что Гитлеру кто-то донес, что я со штабом переехал в Дебериц (западнее Берлин) и что туда послан генерал с приказом Гитлера расстрелять меня за [305] это. В этот же день мой начальник штаба получил приказ о моем отстранении от командования 56 тк и о назначении на мое место генерала Бурмейстера.
Я в этот же день поехал к Гитлеру в Берлин, так как обвинение против меня не имело никакого основания, ибо штаб 56 тк в действительности находился в нескольких стах метрах от передовой линии.
Приказ о моем расстреле был отменен, Гитлер приказал мне не уводить 56 тк на соединение с 9-й армией, а принять этим корпусом борьбу за Берлин. Одновременно я 24 апреля или 25 апреля был назначен командующим обороной города Берлин.
Я считаю, что основными чертами данной операции русских, как и в других операциях, является следующее:
1. Умелый выбор направлений главного удара.
2. Концентрация и ввод крупных сил, и в первую очередь танковых и артиллерийских масс, на участках, где наметился наибольший успех, быстрые и энергичные действия по разрешению созданных разрывов в немецком фронте.
3. Применением различных тактических приемов, достижение моментов внезапности, даже в случаях, когда наше командование располагает данными о предстоящем русском наступлении и ожидает это наступление.
4. Исключительно маневренное руководство войсками, операция русских войск характеризуется ясностью замыслов, целеустремленностью и настойчивостью в осуществлении этих планов.
Я должен отметить, что русские за время войны далеко шагнули вперед в тактическом смысле, наше же командование шагнуло назад. Наши генералы «парализованы» в своих действиях, командир корпуса, командующий армией и частично командующий группой армий не обладают никакой самостоятельностью в своих действиях. Командующий армией не имеет права перебрасывать по своему усмотрению батальон с одного участка на другой без санкции Гитлера. Такая система руководства войсками неоднократно приводила к гибели целых соединений.
О командирах дивизий и корпусов не приходится и говорить, они вообще были лишены возможности действовать самостоятельно соответственно обстановке, проявить инициативу, все должно делаться по предначертаниям сверху, а эти предначертания часто не соответствовали положению на фронте.
Вопрос: Каково было положение в Берлине к моменту, когда Вы приняли командование обороной города, состав обороняющихся войск?
Ответ: Уже 24 апреля я убедился, что оборонять Берлин невозможно и с военной точки зрения является бессмысленным, так как для этого немецкое командование не располагало достаточными силами, больше того, в распоряжение немецкого командования к 24 апреля в Берлине не было ни одного регулярного соединения, за исключением охранного полка «Гросс Дейчланд» и бригады СС, охранявшей имперскую канцелярию.
Вся оборона была возложена на подразделения фольксштурма, полиции, личного состава пожарной охраны, личного состава различных тыловых подразделений и служебных инстанций.
Город был поделен на восемь участков и один внутренний участок обороны, связь между участками была плохая, связь штабов обороны с отдельными участками была никуда не годной. Не было радиосвязи, телефонная связь поддерживалась только через гражданские телефонные провода. Возглавлял оборону до 22 апреля генерал-лейтенант Рейман, он был заменен полковником, получившим в последние дни звание генерал-лейтенанта, Кеттер.
Берлин располагал запасами продовольствия и боеприпасов на 30 дней, но склады были расположены на окраинах, в центре почти не было ни боеприпасов, ни продовольствия, и чем больше суживалось кольцо русских войск вокруг обороняющихся, тем тяжелее становилось положение с боеприпасами и продовольствием, а в последнюю пару дней мы почти остались и без того, и без другого. [306]
Я думаю, что части фольксштурма, полицейские подразделения, подразделения пожарной охраны, зенитные подразделения насчитывали до 90 000 человек, кроме тыловых подразделений, обслуживающих их.
Кроме того, были подразделения фольксштурма второй категории, т. е. такие, которые вливались в ряды обороняющихся уже в ходе боев и по мере закрытия тех или иных предприятий.
56-й танковый корпус прибыл в Берлин, вернее отступил в Берлин, имея в 18 мд до 4000 человек, в дивизии «Мюнхеберг» до 200 человек, артиллерию дивизии и четыре танка; мд СС «Нордланд» имела в своем составе 3500–4000 человек; 20 мд — 800 — 1200 человек; 9 адд — до 500 человек, но в Берлине она пополнилась до 4000 человек, т. е. 56 тк к началу своих операций непосредственно в Берлине насчитывал 13 000 — 15 000 человек.
Дать точное количество обороняющихся в Берлине невозможно, так как я не получил от своих отдельных участков данные о количестве людей в их подразделениях.
Вопрос: Каковы были приказы Гитлера в вопросе обороны Берлина, осветите создавшееся положение в Берлине к моменту Вашей капитуляции.
Ответ: Будучи назначен командующим обороны Берлина, я получил приказ от Гитлера оборонять Берлин до последнего человека. Для меня было ясно с первого же момента, что оборонять Берлин с надеждой на успех нет никакой возможности. С каждым днем положение оброняющихся ухудшалось, русские сжимали кольцо вокруг нас все больше и больше, с каждым днем приближаясь все ближе к центру города. Я ежедневно докладывал вечером Гитлеру обстановку и положение.
К 29 апреля положение с боеприпасами и продовольствием стало очень тяжелое, в особенности с боеприпасами. Я понял, что дальнейшее сопротивление с военной точки зрения безумно и преступно.
29 апреля вечером, после полуторачасового доклада моего Гитлеру, в котором я подчеркнул, что нет никакой возможности продолжать сопротивление, что все надежды на снабжение с воздуха рухнули, Гитлер со мной согласился и заявил мне, что он отдал специальное распоряжение о переброске самолетами боеприпасов и что, если 30 апреля положение с доставкой воздушным путем боеприпасов и продовольствия не улучшится, он даст санкцию на оставление Берлина, на попытку войск прорваться.
30 апреля днем я созвал командиров дивизий (участков) на совещание и, к своему удовлетворению, убедился, что все присутствующие разделяют мою точку зрения о необходимости прорваться и оставить Берлин.
В это время ко мне в штаб пришел оберштурмбанфюрер СС (подполковник), положение к этому времени было до того напряжено, что я был убежден, что слухи о моем совещании проникли к Гитлеру и что это он прислал офицера СС убить меня, я сказал присутствующим офицерам: «Внимание, он имеет приказ расстрелять меня», в действительности же оказалось, что оберштурмбанфюрер принес письмо за подписью Гитлера, это было в 13.30. В этом письме Гитлер мне предоставлял свободу действий.
В 17–18 часов 30 апреля этот оберштурмбанфюрер снова принес пакет, в нем было приказание, подписанное адъютантом командира бригады СС, оборонявшей имперскую канцелярию, чтобы я приостановил все намеченные мною мероприятия по оставлению Берлина, что Берлин должен обороняться до последнего и что мне необходимо немедленно явиться к генералу Кребсу.
Я немедленно приказал командирам дивизий прекратить подготовку к оставлению города. Между 19 и 20 часами я прибыл в имперскую канцелярию. Меня ввели в комнату Гитлера, здесь я застал генерала Кребса, имперского министра Геббельса и личного секретаря Гитлера Бормана.
Они мне заявили, что после 15 часов дня (30 апреля) Гитлер с женой покончили самоубийством, путем принятия яда, после чего Гитлер еще застрелился. Они мне также заявили, что по особому желанию Гитлера он и его жена были немедленно сожжены в саду имперской канцелярии. После этого они мне заявили, примерно, следующее: «Фюрер в своем завещании назначил правительство, президентом, согласно завещанию, должен быть [307] гросс-адмирал Дениц, канцлером — Геббельс, министром партии Борман и т. д.
Гиммлер предложил безоговорочную капитуляцию Англии и Америке, они отклонили, заявив, что она может быть принята только в случае капитуляции и перед Россией. Гиммлер действовал как предатель, без полномочий.
Мы хотим обратиться по радио к маршалу Сталину, чтобы он первый узнал о создании нового правительства Германии…»
После этого мне было приказано в течение ближайших 24 часов ни при каких обстоятельствах не допустить изменения в военном положении Берлина. Учитывая поздний час, мне было предложено остаться на ночь в имперской канцелярии, я остался. В ночь на 1 мая генерал Кребс, в сопровождении начальника штаба 56 тк — полковника генштаба фон Дуфинга, отнес условия временного перемирия русскому командованию.
Днем 1 мая Кребс вернулся, мы с ним встретились и он мне заявил, что русское командование настаивает на безоговорочной капитуляции Берлина. Снова собрались Геббельс, Борман, Кребс и я. Геббельс и Борман отклонили требование русских о капитуляции, заявив: «Фюрер запретил капитулировать». Я в сильном возбуждении воскликнул: «Но ведь фюрера уже нет больше в живых», на что Геббельс ответил: «Фюрер все время настаивал на борьбе до конца и я не хочу капитулировать». Я ответил, что держаться больше не могу и ушел. Прощаясь с генералом Кребсом, я его пригласил к себе на командный пункт, он мне ответил: «Я остаюсь здесь до последней возможности, затем пущу себе пулю в лоб». Кребс мне заявил, что Геббельс решил в последнюю минуту покончить жизнь самоубийством.
Я отдал приказ частям, кто может и хочет, пусть пробиваются, остальным сложить оружие.
1 мая в 21.30 я собрал работников штаба 56 тк и работников штаба обороны Берлина с целью решить — будет ли штаб пробиваться или сдаваться русским. Я заявил, что дальнейшее сопротивление бесполезно, что прорываться означает при успехе попасть из «котла» в «котел». Меня все работники штаба поддержали и в ночь на 2 мая я послал полковника фон Дуфинг парламентером к русским с предложением о прекращении немецкими войсками сопротивления.
Хотя я и был командующим обороной Берлина, положение в Берлине было таково, что после принятого мною решения я почувствовал себя в безопасности только у русских.
Вопрос: Дайте характеристику политического положения в Германии к моменту падения Берлина, каково было состояние Гитлера в последние дни, считаете ли Вы фактом версию о том, что Гитлер покончил самоубийством?
Ответ: Я солдат и впервые в последние дни попал в водоворот политических событий. Я был поражен увиденным и услышанным мною. У меня сложилось впечатление, что Гитлера, за исключением Геббельса, в последнюю минуту все покинули.
Мне рассказывал генерал Кребс, что 25 апреля или 26 апреля Геринг прислал телеграмму Гитлеру, в которой напоминал, что в речи в рейхстаге в 1939 г. Гитлер заявил, что в момент, когда он не будет в состоянии дальше руководить государством, он передаст власть и руководство Гессу, в отсутствии Гесса — Герингу. Геринг указывал, что наступил момент, когда Гитлер оторван от страны, и он должен передать ему руководство. Гитлер, по словам Кребса, категорически отклонил требование Геринга и принял против него какие-то меры.
Когда я увидел Гитлера 24 апреля (до этого я его видел в последний раз в прошлом году), я был поражен, передо мною сидела развалина (руина) человека. Голова у него болталась, руки дрожали, голос был невнятный и дрожащий. С каждым днем его вид становился все хуже и хуже. 29 апреля я был совершенно потрясен его видом. При этом, это был мой последний доклад ему, он мне показался просто фантазером, так, например, на мои слова: «Мой фюрер как солдат я должен сказать, что нет больше никакой возможности защищать Берлин и Вас. Может быть, есть еще возможность [308] для Вас выбраться отсюда…», он ответил: «Бесцельно выбираться, мои приказы ведь все равно никем не выполняются…». При этом присутствовали — Кребс, адъютант Гитлера генерал пехоты Бургдорф, Геббельс, Борман.
Гитлер мне также начал строить совершенно несбыточные планы, он мне заявил еще 25 апреля: «Положение должно улучшиться, 9-я армия подойдет к Берлину и нанесет удар по противнику вместе с 12-й ударной армией генерала Венка, которая должна подойти с юго-запада. Этот удар последует по южному флангу наступающих на Берлин русских войск, с севера подойдут войска под командованием Штайнера и нанесут удар по северному крылу русских. Эти удары должны изменить положение в нашу пользу…»
Для меня было ясно, что это несбыточные планы, 9-я армия вела тяжелые бои в окружении. Армия генерала Венка вела бои и к тому времени была обескровлена, я также не верил в наличие войск у Штайнера.
Я лично считаю, что версия о том, что Гитлер покончил жизнь самоубийством, соответствует действительности, насколько мне известно положение, я считаю, что после вечера 29 апреля (последняя встреча с Гитлером) не было никакой возможности для него выбраться из Берлина. Я себе не представляю, чтобы Гитлер был жив и была устроена просто подлая инсценировка, ибо это было бы самым подлым и, пожалуй, самым глупым деянием национал-социализма.
Вопрос: Дайте известный Вам командный состав группы армий «Висла», 9-й армии и Вашего корпуса, что Вам известно о судьбе Гудериана?
Ответ: В середине марта Гиммлер был сменен на посту командующего группы армий «Висла» генерал-полковником Хейнрици; начальник штаба группы армий «Висла» — генерал-майор Трота; командующий 9-й армией — генерал пехоты Буссе; командир 101 ак — генерал артиллерии Берлин; командир 5 гск СС — Иэкельн; командир 11 тк СС — Клейнхейстеркамп; командир 18 мд — генерал-майор Раух; командир 20 мд — полковник, в последние дни получил звание «генерал-майор», Шольц — застрелился из-за гибели его жены и четырех детей в Потсдаме; командир мд «Мюнхеберг» — генерал-майор Муммерт; командир 9 адд — полковник Герман.
Генерал-полковник Гудериан был в середине или в конце марта заменен генералом Кребсом на посту начальника генштаба, причина снятия Гудериана мне неизвестна.
Примечание. Начальник штаба обороны Берлина — полковник генштаба Рефиор и начальник штаба 56 тк полковник фон Дуфинг в основном подтвердили показания генерала артиллерии Вейдлинга.
Начальник разведотдела штаба 1-го Белорусского фронта генерал-майор Трусов
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 154. Л. 122–131. Копия.
№ 205. Из протокола политического опроса личного референта Геббельса по вопросам науки и культуры В. Хейрихсдорфа
4 мая 1945 г.
Вольф Хейрихсдорф, род. в 1907 г. в Мариенбурге, Вост. Пруссия. В 1934 г. окончил филологический факультет (Гамбург, Берлин, Кенигсберг, Грац), имеет звание доктора филологии. Женат, детей нет. Отец — ст. учитель — жив. До 1939 г. работал в различных газетах. [309] Был в Гамбурге руководителем городской организации студенческого союза. С апреля 1939 г. взят в министерство пропаганды. В последнее время работал государственным советником и личным референтом Геббельса по вопросам культуры и науки. Член НСДАП с 1930 г.
Вопрос: Что вам известно о капитуляции Берлина?
Ответ: К 30 апреля даже для высшего государственного руководства стала совершенно очевидна совершеннейшая безнадежность дальнейшей обороны Берлина и продолжения войны. Германия была разрезана на несколько частей, Красная Армия и англо-американские войска соединились, а ожидаемый конфликт между ними не возник. Ставки верховного командования, штаба сухопутных сил больше не существовало — они рассыпались вследствие продвижения союзных армий. Государственный аппарат тоже, по существу, распался. Единственно отрадным было то обстоятельство, что после того как, согласно заявлению ставки верховного командования, «немецкие войска на Эльбе повернулись спиной к англо-американским войскам и пошли на выручку Берлина», — англо-американцы не перешли Эльбу. Но немецкие армии не могли так быстро, как надо, подойти к Берлину. Оборонять же Берлин против трех прекрасно оснащенных современных армий маршала Жукова было совершенно бессмысленно и преступно. Каков мог быть выход. Незадолго перед этим Гиммлер попытался капитулировать перед англичанами и американцами. Эта попытка не удалась. 30 апреля Гитлер решил капитулировать перед русскими. Для этой цели он избрал генерала Кребс — быв. военного атташе в СССР, который, как у нас полагали, пользовался в глазах правительства СССР известным авторитетом. В тот же день Кребс был назначен начальником гл. штаба вооруженных сил вместо Кейтеля, который неизвестно где находился. О самоубийстве Кейтеля мне ничего не известно. Кребс был направлен к маршалу Жукову. Возможно, что формально данное ему поручение звучало иначе, но, насколько я был в курсе дел, вопрос был именно об односторонней капитуляции перед Россией. После своего возвращения Кребс доложил, что он лично разговаривал с маршалом Жуковым, а по телефону также с маршалом Сталиным, но что его старания успехом не увенчались. О самоубийстве Кребса мне ничего не известно.
Еще до возвращения Кребса Гитлер покончил жизнь самоубийством, точнее — был убит путем впрыскивания яда. Сделанное от имени ставки верховного командования (ОКВ) гросс-адмиралом Деницем сообщание о том, что Гитлер пал на поле боя, — ложь. Я полагаю, что эта ложь сфабрикована со специальной целью — создать основу для ложного мифа о Гитлере. Самоубийство или убийство Гитлера я расцениваю как логический вывод из того краха, который претерпел возглавляемый им режим. В особенности — капитуляция перед Россией, этим актом Гитлер перечеркивал все, что говорил и делал до сих пор. Через несколько часов после Гитлера покончил самоубийством Геббельс, собственно, по тем же мотивам, что и Гитлер.
К вечеру 1 мая в Берлине оставалось два лица, которые могли решать его судьбу: военный комендант — генерал Вейдлинг, в руках которого находилась высшая военная власть, и д-р Фриче, имперский руководитель радио, в руках которого как самого старшего из оставшихся чиновниках оказалась гражданская власть. Оба понимали, что удерживать Берлин невозможно, но, во-первых, никто из них не хотел сказать об этом первым, а, во-вторых, обоим предстояло решить трудную задачу — как капитулировать, избежав слова капитуляция, что было неоднократно запрещено приказами по армии и ставило каждого, кто на это решится, вне закона. Меня самого, когда я шел с белым флагом и белой повязкой в качестве парламентера, чуть не расстрелял один немецкий офицер, направивший на меня автомат и начавший кричать: «Вы, сударь, изменник, вас надо по приказу фюрера расстрелять, как собаку». Вечером 1 мая между представителями военного командования и гражданской власти происходило совещание. Выход нашел Фриче: он заявил, что, во-первых, поскольку фюрер умер, они свободны от присяги, которую приносили ему, а, во-вторых, речь должна идти не о капитуляции, а о безоговорочной сдаче в плен. Каково различие между капитуляцией и безоговорочной [310] сдачей в плен я не представляю, но, впрочем, об этом никто не спрашивал. Все были довольны найденным выходом. Фриче официально заявил генералу Вейдлингу, что предлагает ему, во имя сохранения гражданского населения от напрасных жертв, отдать приказ о безоговорочной сдаче гарнизона в плен. Мне Фриче предложил отправиться в качестве парламентера к маршалу Жукову, чтобы довести до его сведения наше решение и получить соответствующие указания о порядке сдачи в плен. Но когда я пришел к представителю маршала Жукова, то узнал, что генерал Вейдлинг поспешил отдать свой приказ еще до того, как я успел добраться до места назначения. Воинские части Берлина уже складывали оружие, что подавляющее большинство солдат и офицеров делало весьма охотно.
Вопрос: Что вам известно о самоубийстве, или убийстве, Гитлера и Геббельса.
Ответ: Мне известно, что Гитлер и Геббельс покончили самоубийством 30.4.45 г. Самоубийство было осуществлено при помощи лейб-врача Гитлера профессора Морелль. Морелль по их приказу вспрыснул им какой-то яд, находящийся в растворе, вызывающим приятное самочувствие. Гитлер умер после полудня 30.4.45 г. Где находится его труп, не знаю. Он был спрятан генералом Бургдорф, шеф-адъютантом фюрера и начальником управления кадров военного министерства, а также штурмбанфюрером Зеверитт, референтом при государственном секретаре д-ре Науманн. Я лично знаю об этом от Зеверитта, который со слезами на глазах сказал мне, что фюрер умер, приняв яд, и что спрятал его труп в такое место, где его не найдет ни одна человеческая душа. Геббельс покончил с собою вечером 30.4.45 г. Вместе с ним покончили самоубийством все члены его семьи, т. е. его жена и шесть дочерей. Всем им профессор Морелль сделал инъекцию яда. Трупы Геббельса и его близких были перенесены в бомбоубежище при имперской канцелярии, залиты там бензином и сожжены. Это было сделано адъютантом Геббельса Швегерманом и его шофером Рах. Они сами рассказали мне об этом. Вечером 30.4.45 г. в бомбоубежище имперской канцелярии произошел сильный взрыв: показались большое пламя и дым. Сразу возникли панические слухи о том, что там взорвалась бомба и многих убило. Вскоре после этого Швегерман рассказал мне, что это загорелся бензин, которым были облиты тела Геббельса и членов его семьи. Трупа Геббельса я не видел и действительно ли он сгорел, я не знаю.
Вопрос: Что вам известно о последних днях Гитлера и Геббельса?
Ответ: Я полагаю, что после 20 июля дни Гитлера были сочтены. Покушение не удалось в том смысле, что Гитлер не был убит, но оно надломило его физически и духовно. Он смог еще собрать силы для того, чтобы тотчас после покушения выступить по радио и встретиться с Муссолини, но затем на долгие месяцы слег в постель. У него обнаружилось сильное потрясение мозга. Был ли инсульт, мне неизвестно. Во всяком случае после 20 июля он резко переменился: он стал производить впечатление старого, больного, сломленного человека. Он был в таком состоянии, что не мог лично выступать по радио и те две-три речи, которые он после 20 июля произнес, были записаны на тонфильм и передавались с него. Речи свои он готовил сам, причем, они стоили ему колоссальных трудов, что тоже свидетельствовало о его тяжелом, болезненном состоянии. Он произносил их также по-иному, чем раньше, монотонно, без подъема. Я думаю, что он был близок к душевному расстройству. Геббельс его речи не редактировал. Гитлер, как обычно, присылал ему их на просмотр, но Геббельс ограничивался внесением лишь незначительных поправок. Я знаю, что ряд положений в последних речах Гитлера вызывали недоумение как в руководящих кругах министерства пропаганды, так и у самого Геббельса. Таково, например, большинство исторических аналогий. Не совсем тактично, конечно, вспоминать о Карфагене и Каннах или о 7-летней войне и Фридрихе Великом, когда русские стоят у ворот Берлина. Но возражать фюреру не полагалось и эти рискованные сравнения не только оставлялись в речах Гитлера, но переносились затем на все содержание пропаганды. [311]
Геббельс, по моему убеждению, в большинстве случаев сам верил в то, что он говорил и писал. В частности, он действительно верил в то, что фронт на Одере стоит непоколебимо. В этом случае он полагался на авторитет генералов. Я допускаю возможность, что генералы лгали, т. к. если бы они рассказывали действительное положение вещей, то рисковали бы впасть в немилость. Когда русские все же прорвались к Берлину, то Геббельс использовал весь свой авторитет комиссара обороны Берлина для того, чтобы провести в жизнь лозунг: «Берлин будет обороняться всеми средствами и до последнего человека». Ряд ближайших сотрудников Геббельса были против этого и даже решались открыто говорить ему о том, что это бессмысленно и жестоко подвергать ужасам войны город с 3-миллионным населением. Но на эти возражения у Геббельса всегда был готов один ответ: «Я должен оборонять Берлин до конца, чтобы донести до конца свое историческое имя». Это было огромным самомнением и самовлюбленностью: из-за его «исторического имени» должен был подвергаться разрушению Берлин и должны были гибнуть тысячи и десятки тысяч солдат, женщин, детей, стариков, не говоря уже о гибели многих культурных ценностей. Но об этом, конечно, никто не решался даже намекнуть Геббельсу, хотя в кругу его приближенных такие разговоры велись. О том, что его имя вовсе не «историческое» и что история, если и вспомнит о нем, то только как о позорном и скандальном явлении, из нас никто не думал. Хотя все мы понимаем, что гибель Третьей Империи означает крах национал-социализма, мы все же полагали, что во главе нацистской Германии стояли крупные исторические фигуры. После того как русские ворвались в Берлин, Геббельс был крайне подавлен и я определил бы его состояние, как фанатическое отчаяние. Он, как мне кажется, понимал, что гибель неизбежна, но все же сохранял какие-то остатки надежды. Эти остатки надежды покоились на уверенности в том, что конфликт между СССР, с одной стороны, и Англией и Америкой, с другой, вот-вот должен разразиться. Ежедневно Геббельсу тщательно подбирали весь материал, поступающий из газет, через радио и из других источников о противоречиях между союзниками. Этот материал подбирался тенденциозно, я сам его неоднократно читал. Он действительно производил впечатление, что разногласия очень серьезны и дело каждую минуту может дойти, если не до войны, то до разрыва. Первой серьезной предпосылкой для этого Геббельсу представлялась Польша, второй — встреча русских и англо-американских войск. Я до сих пор полагаю, что конфликт между союзниками неизбежен и сожалею о том, что он не произошел еще тогда, когда можно было спасти Германию. Геббельс как государственный деятель делал ту ошибку, что, правильно предвидя этот конфликт, слишком оптимистически рассчитывал его сроки. Незадолго до своей смерти Геббельс напомнил своим приближенным, что он всегда считал войну с Россией крайне тяжелым предприятием. Он имел в виду одно из своих выступлений, сделанное в очень узком кругу лиц недели за две до начала войны с Россией. Он тогда говорил, что предстоящая война будет не похожа на те войны, которые Германия вела против Польши, Франции и др. стран. «Война Германии и России будет войною мировоззрений, и обе стороны будут сражаться ожесточенно не на живот, а на смерть», — говорил он тогда. Надо добавить, что после летних поражений 1944 г. Геббельс составил меморандум, в котором предлагал немедленно пойти на заключение мира с Россией любою ценой, т. е. предлагал отдать России Польшу, хотя бы вплоть до Одера, Чехословакию, Балканы, предложить ей Дарданеллы. Расчет был на то, чтобы отколоть Россию от союзников, доказав ей, что большего, чем предлагает ей Германия, они ни от кого не получат. Гитлер этот меморандум отверг.
Вопрос: Как происходила эвакуация Берлина в момент приближения к нему Красной Армии и кто из видных нацистов оставался в Берлине к моменту его капитуляции.
Ответ: Эвакуация Берлина началась 15 или 16.4.45 г. Когда Красная Армия подошла к Берлину, там началась самая настоящая паника. Из числа руководителей бежали все кто мог и кто куда мог. [312] Никакого порядка не было. Министры и начальники управлений и отделов покидали свои учреждения на произвол судьбы, забывая сжечь или захватить с собою секретные бумаги, совершенно игнорируя приказ фюрера о том, что без его разрешения нельзя оставлять свой пост. Один из руководителей министерства пропаганды Хаммель, спешно запрятал в сундук, прикрепленный позади его автомобиля, наиболее ценные бумаги. Едва машина тронулась, сундук раскрылся и позади автомобиля, увозившего Хаммеля, веером разлетались секретные бумаги министерства пропаганды. Конец нацистского режима был похож на плохой фарс. Удирали главным образом в направлении на Гамбург, и отчасти рассчитывая попасть в плен к англичанам, и отчасти потому, что дорога на юг была по существу перерезана. Геринг уехал из Берлина 15.4.45 г. и после этого раза два возвращался в город. Гиммлер в городе не появлялся — он постоянно находился в своем поезде в районе Любека. Из числа руководящей тройки — Гиммлер, Геббельс и Борман — только двое последних оставались в городе. В самые последние дни Борман примкнул к группе Мунке, которая делала попытку пробиться на Шпандау. Эта попытка не удалась и, по моим соображениям, Борман должен находиться в Берлине. В Берлине находится также Риббентроп. Я видел его в последний раз 30.4.45 г. в имперской канцелярии: он, сгорбившись, сидел в кресле, маленький, жалкий, никому не нужный комок тряпок. В городе остались также многие руководители полиции. Где находятся Дей и Розенберг, я не знаю. Кох находится в Пилау, на борту крейсера, и в последнюю минуту, по-видимому, постарается уплыть в Швецию. Трайзер после своего бегства из Познани впал у Гиммлера в немилость и был направлен в один из танковых корпусов, сражающихся в Померании. В этом корпусе он несет службу в чине лейтенанта, который имел до войны.
Вопрос: Как вы расцениваете силы, оборонявшие Берлин, и их политико-моральное состояние.
Ответ: Стремительность продвижения войск маршала Жукова была такова, что все планы обороны Берлина рухнули как карточный дом. Я знаю, что для обороны Берлина был приготовлен солидный резерв сил, и я ума не приложу, куда он мог исчезнуть. К моменту вступления русских в Берлине оказались в качестве его гарнизона, во-первых, остатки разбитых на Одере дивизий, во-вторых, наспех мобилизованные батальоны фольксштурма и отряды гитлерюгенд и, в-третьих, «СС-фрайкор Мунке», которым командовал СС-бригаденфюрер Мунке и который насчитывал до 3000 чел. Этот корпус имел задачей защищать «оборонительную зону зет», т. е. квартал имперской канцелярии. Этот корпус подчинялся непосредственно ОКВ и мог действовать независимо от коменданта Берлина. Продовольствием гарнизон Берлина был обеспечен: еще до подхода русских был сделан запас продовольствия из рассчета на 3 000 000 чел. сроком на 3 недели. Правда, Красная Армия захватила ряд складов, но все же в руках командования оставалось еще достаточное количество продовольствия. Если население и воинские части ощущали недостаток продовольствия, то это происходило исключительно из-за плохого распределения. Управленческий аппарат отказал. Остро ощущался недостаток в вооружении и боеприпасах. Один знакомый мне командир батальона фольксштурма рассказывал мне, что у него на роту приходится всего по 10 шт. старых французских винтовок. Панцерфаустов было более или менее достаточно. Что касается политико-морального состояния, то фольксштурм, за исключением небольшой группы убежденных нацистов, а также солдаты разбитых на Одере частей драться не хотели. Эсэсовцы Мунке сражались остервенело — им ничего другого не оставалось. Довольно хорошим было настроение у некоторой части «гитлеровской молодежи». Эти мальчишки просто не понимали, что происходит, и в голову их было крепко вбито, что они сражаются за свою жизнь и свободу. При условии, когда бои велись главным образом путем ружейно-пулеметного огня, они могли держаться. Представление о том, что только эсэсовцы расстреливали и вешали отступающих и дезертиров — неверно. Их ловили и казнили молодчики из «Гитлерюгенда» и нацисты из всех родов войск, а не только эсэсовцы. Непосредственно перед капитуляцией я видел двух повешенных на Фридрихштрассе и одного повешенного на Унтер-дер-Линден. [313] Немного подняло настроение, когда около рейхстага был высажен воздушный десант моряков. Подняло также настроение известие о том, что немецкие войска спешат на помощь к Берлину, снявшись с позиции на Эльбе, а англо-американцы Эльбу не перешли. Сюда же прибавилось известие, что Дениц идет на Берлин со своими моряками из Гамбурга. Все эти надежды очень скоро рассеялись. Когда вечером 1 мая я готовился идти парламентером, то комендант Берлина генерал Вейдлинг сказал мне: «Почему вы не сделали этого вчера».
Инструктор-литератор 7-го отдела политуправления 1-го Белорусского фронта майор Ф. Шемякин
РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 154. Л. 107–110, 112–113. Подлинник.
Содержание главы
№ 206. Протокол соглашения между правительствами СССР, США и Великобритании о зонах оккупации Германии и управлении большим Берлином, принятого в европейской консультативной комиссии12 сентября 1944 г.
№ 207. Соглашение между правительствами СССР, США и Великобритании относительно изменений в протоколе соглашения от 12 сентября 1944 года, принятое в европейской консультативной комиссии14 ноября 1944 г.
№ 208. Соглашение между правительствами СССР, США и Великобритании о контрольном механизме в Германии, принятое европейской консультативной комиссиейЛондон. 14 ноября 1944 г.
№ 209. Послание президента США председателю Совета Народных Комиссаров СССР с предложениями о порядке капитуляции немецких войск. 26 апреля 1945 года
№ 210. Письмо главы миссии США в Москве начальнику генерального штаба Красной Армии с предложением Эйзенхауэра закончить войну с Германией одновременно. 4 мая 1945 г.
№ 211. Послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР Президенту США относительно одновременного объявления о Дне Победы 8 мая 1945 г. 6 мая 1945
№ 212. Послание председателя Совета Народных Комиссаров СССР президенту США относительно переноса даты объявления о капитуляции Германии на 9 мая 1945 г. 7 мая 1945 г.
№ 213. Письмо начальника Генерального штаба к главам британской и американской военных миссий в СССР о переносе срока объявления капитуляции Германии на 9 мая 1945 г… № 64-а. 7 мая 1945 г.
№ 214. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующим войсками действующих фронтов о мероприятиях в связи со вступлением в силу акта о капитуляции Германии. № 11082. 7 мая 1945 г. 22.55
№ 215. Стенограмма выступления заместителя Верховного Главнокомандующего Красной Армии во время подписания акта о безоговорочной капитуляции Германии. 8 мая 1945 г.
№ 216. Акт о военной капитуляции германских вооруженных сил. 8 мая 1945 г.
№ 217. Информация Штаба оперативного руководства вермахта о беседе генерал-фельдмаршала Кейтеля с генерал-полковником И. А. Серовым после церемонии подписания акта о капитуляции Германии. 9 мая 1945 г.
№ 218. Письмо Начальника Генерального штаба КА главам британской и американской военных миссий в СССР о нежелании центральной и южной групп немецких войск выполнить требования акта о военной капитуляции Германии. № 65-а. 9 мая 1945 г.
Подписание Акта о безоговорочной капитуляции Германии — кульминация Берлинской операции и второй мировой войны в целом. Союзники по антигитлеровской коалиции готовились к этому тщательно. Свыше десятка документов, приводимых ниже, раскрывают некоторые новые и интересные грани этого события. Все они во многом дополняют содержание изданных в прошлом сборников документов, посвященных внешней политике СССР в годы минувшей войны.
№ 206. Протокол соглашения между правительствами СССР, США и Великобритании о зонах оккупации Германии и управлении большим Берлином, принятого в европейской консультативной комиссии
12 сентября 1944 г.
Правительства Союза Советских Социалистических Республик, Соединенных Штатов Америки и Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии пришли к следующему соглашению относительно выполнения статьи II Документа о безоговорочной капитуляции Германии:
1. Германия в границах, существовавших на 31 декабря 1937 г., будет разделена для целей оккупации на три зоны, по одной из которых будет отведено каждой из трех держав, а также будет выделен особый район Берлина, оккупируемый совместно тремя державами.
2. Границы трех зон и района Берлина, а также распределение трех зон между СССР, США и Соединенным Королевством устанавливаются следующие:
Восточная зона (как показана на прилагаемой карте «А»)
Территория Германии (включая провинцию Восточная Пруссия), расположенная к востоку от линии, проходящей от пункта на берегу Любекского залива, где сходятся границы Шлезвиг-Гольштейна и Мекленбурга, по западной границе Мекленбурга до границы провинции Ганновер, затем по восточной границе Ганновера до границы Брауншвейга, затем по западной границе прусской провинции Саксония до западной границы Ангальт, далее по западной границе Ангальт, затем по западной границе прусской провинции Саксония и западной границе Тюрингии до пересечения ее с баварской границей и далее на восток по северной границе Баварии до чехословацкой границы 1937 г., занимается Вооруженными Силами СССР, за исключением района Берлина, для которого ниже предусматривается особый порядок оккупации.
Северо-западная зона (как показана на прилагаемой карте «А»)
Территория Германии, расположенная к западу от линии, описанной выше, и ограниченная с юга линией, проходящей от пункта пересечения западной границы Тюрингии с границей Баварии, и далее на запад по южным границам Баварии, и далее на запад по южным границам прусских провинций Гессен-Нассау и Рейнпровинц до пересечения последней с границей Франции, занимается вооруженными силами…
Юго-западная зона (как показана на прилагаемой карте «А»)
Вся остальная территория западной Германии, расположенная к югу от линии, указанной в описании северо-западной зоны, занимается вооруженными силами…
В вышеприведенных описаниях зон границы земель (Lander) и провинций внутри Германии являются теми, которые существовали после вступления в силу декрета от 25 июня 1941 г. (опубликован в «Reichsgestztblatt» часть 1, № 72 от 3 июля 1941 г.).
Район Берлина (как показан на прилагаемой карте «Б»)
Район Берлина (под этим выражением подразумевается территория «Большого Берлина», определенная законом от 27 апреля 1920 г.) занимается совместно вооруженными силами СССР, США и Соединенного Королевства, выделяемыми соответствующими главнокомандующими. С этой целью территория «Большого Берлина» разделяется на следующие три части:
Северо-восточная часть «Большого Берлина» (районы: Панков, Пренцлауерберг, Митте, Вейсензее, Фридрихсхейн, Лихтенберг, Трептов, Кепеник) занимается Вооруженными Силами СССР;
Северо-западная часть «Большого Берлина» (районы: Рейникендорф, Веддинг, Тиргартен, Шарлоттенбург, Шпандау, Вильмерсдорф) занимается вооруженными силами [Соединенного Королевства Великобритании].
Южная часть «Большого Берлина» (районы: Целлендорф, Штеглиц, Шенеберг, Крейцберг, Темпельгоф, Нейкёльн) занимается вооруженными силами [Соединенных Штатов Америки].
В вышеприведенных описаниях границы районов внутри «Большого Берлина» являются теми, которые существовали после вступления в силу декрета, опубликованного 27 марта 1938 г. (Amtsblatt der Reichshauptstadt, Berlin, № 13 от 27 марта 1938 г., страница 215).
3. Оккупационные вооруженные силы в каждой из трех зон, на которые разделяется Германия, подчиняются главнокомандующему, назначенному правительством той страны, вооруженные силы которой оккупируют данную зону.
4. Каждая из трех держав по своему усмотрению может включать в число вооруженных сил, предназначенных для выполнения оккупационных обязанностей под командованием своего главнокомандующего, вспомогательные контингенты из числа вооруженных сил любой другой союзной державы, которая принимала участие в военных операциях против Германии.
5. Для совместного управления районом «Большого Берлина» создается Межсоюзная комендатура в составе трех комендантов, назначаемых их соответствующими главнокомандующими.
6. Настоящий протокол составлен в трех экземплярах, каждый на русском и английском языках. Оба текста являются аутентичными. Протокол вступает в силу одновременно с подписанием Германией Документа о безоговорочной капитуляции.
Вышеприведенный текст протокола Соглашения между правительствами Союза Советских Социалистических Республик, Соединенных Штатов Америки и Соединенного Королевства о зонах оккупации Германии и об управлении «Большим Берлином» разработан и единогласно принят Европейской [316] консультативной комиссией на заседании от 12 сентября 1944 г. за исключением распределения северо-западной и юго-западной зон оккупации Германии, а также северо-западной и южной частей «Большого Берлина», что подлежит дополнительному обсуждению и совместному решению правительств СССР, США и Соединенного Королевства. Подлинный экземпляр подписали:
Представитель правительства СССР
в Европейской консультативной комиссии
Ф. Т. Гусев
Представитель правительства США
в Европейской консультативной комиссии
Д. Г. Вайнант
Представитель правительства Соединенного Королевства
в Европейской консультативной комиссии
У. Стрэнг
С подлинным верно: И. Пригорный
И. О. Генерального Секретаря ЕКК
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 44. Л. 10–12. Зав. копия.
№ 207. Соглашение между правительствами СССР, США и Великобритании относительно изменений в протоколе соглашения от 12 сентября 1944 года, принятое в европейской консультативной комиссии
14 ноября 1944 г.
1. Вместо описания северо-западной зоны, приведенного в п. 2 вышеупомянутого протокола, принять новое описание северо-западной зоны и изложить его в следующем виде:
Северо-западная зона (как показано на прилагаемой карте «С»)
Территория Германии, расположенная к западу от линии, установленной в описании восточной зоны, и ограниченная с юга линией, проходящей от пункта пересечения границы между прусскими провинциями Ганновер и Ге-ссен-Нассау с западной границей прусской провинции Саксония, далее по южной границе Ганновера, далее по северо-западной, западной и южной границам Гессен-Нассау до пункта, где последняя перестает следовать [по] реке Рейн, затем по центру судоходного русла реки Рейн до пункта, где она выходит из Гессен-Дармштадт, далее по западной границе Бадена до пункта пересечения ее с франко-германской границей, занимается вооруженными силами Соединенного Королевства».
2. Вместо описания юго-западной зоны, приведенного в п. 2 вышеупомянутого протокола, принять новое описание юго-западной зоны и изложить его в следующем виде:
«Юго-западная зона (как показано на прилагаемой карте «С»)
Территория Германии, расположенная к югу от линии, начинающейся от скрещения границ Саксонии, Баварии и Чехословакии и идущей на запад по северной границе Баварии до скрещения границ Гессен-Нассау, Тюрингии [317] и Баварии, далее к северу, западу и югу по восточной, северной, западной и южной границам Гессен-Нассау до пункта, где южная граница Гессен-Нассау перестает следовать [по] реке Рейн, затем на юг по центру судоходного русла реки Рейн до пункта, где она выходит из Гессен-Дармштадт, далее по западной границе Бадена до пункта пересечения ее с франко-германской границей, занимается вооруженными силами Соединенных Штатов Америки».
3. После описания юго-западной зоны вставить следующий дополнительный пункт:
«С целью облегчения сообщения между юго-западной зоной и морем главнокомандующий вооруженными силами Соединенных Штатов в юго-западной зоне будет:
а) осуществлять такой контроль над портами Бремен и Бремерхафен и необходимыми пересадочными площадками вблизи их, который в будущем может быть признан необходимым военными властями Соединенного Королевства и Соединенных Штатов для удовлетворения его потребностей;
б) пользоваться такими возможностями транзита через северо-западную зону, которые в будущем могут быть признаны необходимыми военными властями Соединенного Королевства и Соединенных Штатов для удовлетворения его потребностей».
4. В конце описания северо-западной части «Большого Берлина», приведенного в п. 2 вышеупомянутого протокола, добавить следующие слова: «Соединенного Королевства».
5. В конце описания южной части «Большого Берлина», приведенного в п. 2 вышеупомянутого протокола, добавить следующие слова: «Соединенных Штатов Америки».
6. В английском тексте пункта 2 вышеупомянутого протокола во фразе, начинающейся словами «В вышеприведенных описаниях зон…», слова «descriptions to the zones» следует читать «descriptions of the zones».
Вышеприведенный текст Соглашения относительно изменений в протоколе Соглашения от 12 сентября 1944 года между правительствами Союза Советских Социалистических Республик, Соединенных Штатов Америки и Соединенного Королевства о зонах оккупации Германии и об управлении «Большим Берлином» подготовлен и единогласно принят Европейской консультативной комиссией на заседании, состоявшемся 14 ноября 1944 года.
Подлинный экземпляр подписан:
Представитель правительства
Союза Советских Социалистических Республик
в Европейской консультативной комиссии
Ф. Гусев
За представителя правительства
Соединенных Штатов Америки
в Европейской консультативной комиссии
Филипп Э. Мозли
Представитель правительства
Соединенного Королевства
в Европейской консультативной комиссии
Уильям Стрэнг
Ланкастер хаус, Лондон
С подлинным верно:
Секретарь Европейской
консультативной комиссии
И. Пригорный [318]
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 44. Л. 13–14. Зав. копия.
№ 208. Соглашение между правительствами СССР, США и Великобритании о контрольном механизме в Германии, принятое европейской консультативной комиссией
Лондон 14 ноября 1944 г.
Правительства Союза Советских Социалистических Республик, Соединенных Штатов Америки и Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии пришли к следующему соглашению в отношении организации контрольного механизма союзников в Германии на период выполнения Германией основных требований безоговорочной капитуляции.
Статья 1
Верховная власть в Германии будет осуществляться главнокомандующими вооруженных сил Союза Советских Социалистических Республик, Соединенных Штатов Америки и Соединенного Королевства, каждым в своей зоне оккупации, по инструкциям своих соответствующих правительств, а также совместно по вопросам, затрагивающим Германию в целом, действующими в качестве членов верховного контрольного органа, учрежденного по настоящему соглашению.
Статья 2
При каждом главнокомандующем в его зоне оккупации будут состоять военные, военно-морские и военно-воздушные представители двух других главнокомандующих для выполнения функций связи.
Статья 3
а) Три главнокомандующих, действуя совместно, образуют верховный контрольный орган, называемый Контрольным советом.
б) В функции Контрольного совета будет входить:
1) обеспечение соответствующей согласованности в действиях главнокомандующих в их соответствующих зонах оккупации;
2) выработка планов и достижение согласованных решений по главным военным, политическим, экономическим и другим вопросам, общим для всей Германии, на основании инструкций, получаемых каждым главнокомандующим от своего правительства;
3) контролирование германской центральной администрации, которая будет действовать под руководством Контрольного совета и будет нести перед ним ответственность за обеспечение выполнения его требований;
4) руководство через соответствующие органы администрацией Большого Берлина.
в) Заседания Контрольного совета будут созываться не реже одного раза в десять дней и в любое время по просьбе какого-либо из его членов. Решения Контрольного совета должны быть единогласными. Обязанности председателя Контрольного совета будут выполняться по очереди каждым из его трех членов.
г) Каждому члену Контрольного совета будет помогать политический советник, который, когда это окажется необходимым, будет присутствовать на заседаниях Контрольного совета. Каждый член Контрольного совета может также в случае необходимости пользоваться на заседаниях Контрольного совета помощью военно-морского и военно-воздушного советника. [319]
Статья 4
При Контрольном совете будет создан постоянно действующий Комитет по координации, состоящий из трех представителей в звании не ниже генерала или ему соответствующих в военно-морских и военно воздушных силах, по одному от каждого из трех главнокомандующих. Члены Комитета по координации, когда понадобится, будут присутствовать на заседаниях Контрольного совета.
Статья 5
В задачи этого Комитета по координации, действующего от имени Контрольного совета и через контролирующий аппарат, будет входить:
а) проведение в жизнь решений Контрольного совета;
б) повседневное наблюдение и контроль за деятельностью соответствующих органов германской центральной администрации и учреждений;
в) согласование текущих вопросов, требующих единообразных мероприятий во всех трех зонах;
г) предварительное рассмотрение и подработка для Контрольного совета всех вопросов, поднимаемых отдельными главнокомандующими.
Статья 6
а) Из персонала контролирующего аппарата, назначаемого соответствующими национальными властями, будут созданы следующие отделы: военный, военно-морской, военно-воздушный, транспортный, политический, экономический, финансовый, по репарациям и поставкам, внутренних дел и связи, правовой, по делам военнопленных и перемещенных лиц и отдел рабочей силы.
Уточнение числа и функций отделов может быть произведено в свете приобретенного опыта.
б) Во главе каждого отдела будут стоять три высокопоставленных чиновника, по одному от каждой державы. В обязанности этих трех начальников каждого отдела, действующих совместно, будет входить:
1) осуществление контроля над соответствующими германскими министерствами и германскими центральными учреждениями;
2) использование функций советников Контрольного совета, присутствуя, когда это необходимо, на его заседаниях;
3) передача германской центральной администрации решений Контрольного совета, сообщаемых через Комитет по координации.
в) Три начальника отдела будут принимать участие в заседаниях Комитета по координации, на которых рассматриваются вопросы, затрагивающие работу их отдела.
г) В состав отделов могут входить как военные, так и гражданские лица. В него могут также в особых случаях быть включены граждане других Объединенных Наций, назначаемые в качестве частных лиц.
Статья 7
а) Для совместного управления районом «Большого Берлина» будет создана Межсоюзническая комендатура в составе трех комендантов, по одному от каждой державы, назначаемых их соответствующими главнокомандующими. Межсоюзническая комендатура будет возглавляться главным комендантом, обязанности которого будут выполняться поочередно каждым из комендантов.
б) При Межсоюзнической комендатуре из персонала каждой из трех держав будет создан технический аппарат, структура которого будет отвечать задачам наблюдения и контроля за деятельностью местных органов «Большого Берлина», ведающих его городским хозяйством. [320]
в) Межсоюзническая комендатура будет действовать под общим руководством Контрольного совета и будет получать приказы через Комитет по координации.
Статья 8
Необходимая связь с правительствами других наиболее заинтересованных Объединенных Наций будет обеспечена назначением такими правительствами военных миссий при Контрольном совете (в состав которых могут быть включены гражданские лица), имеющих доступ через соответствующие каналы к органам контроля.
Статья 9
Организации Объединенных Наций, которым может быть разрешено Контрольным советом действовать в Германии, в отношении своей деятельности в Германии будут подчинены контрольному механизму союзников и ответственны перед ним.
Статья 10
Органы союзников по контролю и управлению Германией, указанные выше, будут действовать в течение начального периода оккупации Германии, следующего непосредственно за капитуляцией, то есть в течение периода выполнения Германией основных требований безоговорочной капитуляции.
Статья 11
Вопрос о том, какие органы союзников должны осуществлять функции контроля и управления в Германии в более поздний период, будет предметом особого соглашения между правительствами Союза Советских Социалистических Республик, Соединенных Штатов Америки и Соединенного Королевства.
Подлинный экземпляр подписали:
Представитель правительства СССР
в Европейской консультативной комиссии
Ф. Гусев
За представителя правительства США
в Европейской консультативной комиссии
Филипп Э. Мозли
Представитель правительства Соединенного Королевства
в Европейской консультативной комиссии
Уильям Стрэнг
С подлинным верно:
Секретарь ЕКК И. Пригорный
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 44. Л. 15–19. Зав. копия.
№ 209. Послание президента США председателю Совета Народных Комиссаров СССР с предложениями о порядке капитуляции немецких войск
26 апреля 1945 года
Г. Трумэн И. В. Сталину
1. Посланник Соединенных Штатов и Швеции информировал меня, что Гиммлер, выступая от имени германского Правительства в отсутствие Гитлера, который, как утверждается, болен, обратился к шведскому правительству с предложением о капитуляции всех германских вооруженных сил на западном фронте, включая Норвегию, Данию и Голландию.
2. Придерживаясь нашего соглашения с Британским и Советским правительствами, Правительство Соединенных Штатов полагает, что единственными приемлемыми условиями капитуляции является безоговорочная капитуляция на всех фронтах перед Советским Союзом, Великобританией и Соединенными Штатами.
3. Если немцы принимают условия вышеприведенного 2-го пункта, то они должны немедленно сдаться на всех фронтах местным командирам на поле боя.
4. Если Вы согласны с вышеуказанными 2-м и 3-м пунктами, я дам указания моему Посланнику в Швеции соответственно информировать агента Гиммлера.
Аналогичное послание направляется Премьер-Министру Черчиллю.
Печ. по: Переписка председателя Совета министров СССР с президентом США и премьер-министром Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Т. 2. М., 1986. С. 236.
Дата получения.
№ 210. Письмо главы миссии США в Москве начальнику генерального штаба Красной Армии с предложением Эйзенхауэра закончить войну с Германией одновременно
4 мая 1945 г.
Уважаемый генерал Антонов!
От генерала Эйзенхауэра только что получено следующее: «Все немецкие войска в северо-западной Германии и Дании только что сдались фельдмаршалу Монтгомери. Военные действия прекратятся завтра, 5 мая. Фельдмаршал Монтгомери информировал меня, что представитель адмирала Деница прибудет завтра, 5 мая, в штаб союзников для переговоров о дальнейших капитуляциях, что является намеком на то, что все остальные вооруженные силы противника желают капитулировать. Я намереваюсь информировать этого представителя, что адмиралу Деницу следует установить связь с русским Верховным Командованием по вопросу о капитуляции всех войск, противостоящих сейчас Красной Армии, в то время как я приму капитуляцию всех войск, находящихся на Западном фронте, включая Норвегию. Капитуляция, которую я приму, будет чисто военной и будет ясно дано понять, что она будет совершенно независимой от политических и экономических условий, которые будут предложены Германии руководителями союзных [322] стран. Я считаю, что было бы чрезвычайно желательным, чтобы капитуляция немцев на русском фронте и капитуляция их на нашем фронте были точно согласованы по времени с тем, чтобы военные действия были прекращены одновременно. Естественно, что в целях спасения жизней этот день и час должны быть возможно более близкими. Представитель Красной Армии генерал Суслопаров будет приглашен присутствовать на этих переговорах о капитуляции противника на нашем фронте. Желательно немедленно знать, являются ли изложенные выше условия приемлемыми для Советского Верховного Командования.
Для видоизменения изложенных выше соображений и в интересах ускорения, если Советскому Верховному Командованию желательно послать в мой штаб группу офицеров, снабженных всеми полномочиями, чтобы действовать от его имени, я буду чрезвычайно счастлив предоставить им прием и помещения и встретиться вместе с ними для выработки единого и общего плана военной капитуляции. В этом случае основные условия капитуляции остались бы теми же, как предложено выше, а именно, что все войска, противостоящие русским, капитулируют перед Красной Армией и все войска на моем фронте капитулируют перед англо-американскими войсками.
Чрезвычайно важно, чтобы я получил ответ на этот вопрос раньше, чем представитель адмирала Деница покинет мой штаб завтра 5 мая, с тем, чтобы я мог точно информировать его об этих условиях».
Мы готовы передать генералу Эйзенхауэру Ваш ответ как вопрос чрезвычайной срочности в момент его получения.
Искренне Ваши,
И. Р. Арчер
Контр-адмирал,
и. о. главы военной комиссии Великобритании
К. Е. Олсен
Контр-адмирал американского флота
(глава военной миссии США)
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 305. Л. 240–241. Копия. Пер. с английского.
№ 211. Послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР Президенту США относительно одновременного объявления о Дне Победы 8 мая 1945 г.
6 мая 1945
Личное и секретное послание премьера И. В. Сталина президенту СШ г-ну Г. Трумэну.
Ваше послание относительно объявления о Дне Победы в Европе получил 5 мая.
Согласен с Вашим предложением, чтобы мы трое — Вы, г-н Черчил. и я — сделали одновременно соответствующие заявления. Г-н Черчилль предлагает установить это время — три часа после полудня по британскому летнему времени, что соответствует четырем часам после полудня московского времени и девяти часам утра по вашингтонскому времени. Я уведомил г-на Черчилля, что это время для СССР удобно. [323]
Печ. по: Переписка председателя Совета министров СССР с президентом США и премьер-министром Великобритании. С. 243–244.
№ 212. Послание председателя Совета Народных Комиссаров СССР президенту США относительно переноса даты объявления о капитуляции Германии на 9 мая 1945 г.
7 мая 1945 г.
Секретное и личное послание премьера И. В. Сталина президенту г-ну Трумэну.
Ваше послание от 7 мая относительно объявления о капитуляции Германии получил.
У Верховного Командования Красной Армии нет уверенности, что приказ германского командования о безоговорочной капитуляции будет выполнен немецкими войсками на восточном фронте. Поэтому мы опасаемся, что, в случае объявления сегодня Правительством СССР о капитуляции Германии, мы окажемся в неловком положении и введем в заблуждение общественное мнение Советского Союза. Надо иметь в виду, что сопротивление немецких войск на восточном фронте не ослабевает, а, судя по радиоперехватам, значительная группа немецких войск прямо заявляет о намерении продолжать сопротивление и не подчиняться приказу Деница о капитуляции.
Поэтому командование советских войск хотело бы выждать до момента, когда войдет в силу капитуляция немецких войск, и, таким образом, отложить объявление Правительств о капитуляции немцев до 9 мая, в 7 часов вечера по московскому времени.
Печ. по: Переписка председателя Совета министров СССР с президентом США и премьер-министром Великобритании… с. 244–245.
№ 213. Письмо начальника Генерального штаба к главам британской и американской военных миссий в СССР о переносе срока объявления капитуляции Германии на 9 мая 1945 г.
№ 64-а 7 мая 1945 г.
И. О. главы Британской военной миссии в СССР контр-адмиралу И. Р. Арчеру
Главе американской военной миссии в СССР генерал-майору Джон Р. Дину
Уважаемый адмирал Арчер!
Уважаемый генерал Дин!
Прошу незамедлительно передать генералу Эйзенхауэру следующее:
У Верховного Командования Красной Армии нет уверенности, что приказ Главного германского командования о безоговорочной капитуляции будет выполнен немецкими войсками на Восточном фронте. Поэтому мы опасаемся, что, в случае объявления сегодня Правительством СССР о капитуляции Германии, мы окажемся в неловком положении и введем в заблуждение общественное мнение Советского Союза. Надо иметь в виду, что сопротивление немецких войск на Восточном фронте не ослабевает, а, судя по радиоперехватам, значительная группа немецких войск прямо заявляет о намерении продолжать сопротивление и не подчиняться приказу Деница о капитуляции. Поэтому командование Советских войск хотело бы выждать до [324] момента, когда войдет в силу капитуляция немецких войск, и, таким образом, отложить объявление правительств о капитуляции немцев на 9 мая 1945 года в 7 часов вечера по московскому времени.
Уважающий Вас,
Начальник Генерального штаба Красной Армии
генерал армии Антонов
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 292. Л. 73. Зав. копия.
№ 214. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующим войсками действующих фронтов о мероприятиях в связи со вступлением в силу акта о капитуляции Германии
№ 11082 7 мая 1945 г. 22.55
7 мая в Реймсе немцы подписали акт военной капитуляции всех немецких вооруженных сил как на западном, так и на восточном фронтах.
Акт о безоговорочной капитуляции вступает в силу с 23 часов 8 мая по среднеевропейскому времени. Приказ немецким войскам о капитуляции должен дать верховный главнокомандующий немецкими вооруженными силами Дениц.
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Издать обращение от фронта к немецким войскам и их командованию с изложением факта подписания немцами акта военной капитуляции и распространить это обращение к вечеру 8 мая как через радио, так и листовками с предложением сложить оружие.
2. После 23 часов 8 мая, т. е. утром 9 мая, потребовать от командования противостоящих Вам немецких войск прекратить военные действия, сложить оружие и сдаться в плен.
3. Если немецкие войска не выполнят Вашего требования, не сложат оружия и не сдадутся в плен, всеми силами нанести решительный удар по противостоящим немецким войскам и выполнять задачи, поставленные Ставкой для каждого фронта.
4. Об исполнении и ходе капитуляции немецких войск донести.
Ставка Верховного Главнокомандования
И. Сталин
Антонов
ЦАМО РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 136–137. Копия.
№ 215. Стенограмма выступления заместителя Верховного Главнокомандующего Красной Армии во время подписания акта о безоговорочной капитуляции Германии
8 мая 1945 г.
Господа!
Здесь в этом зале собрались по уполномочию Верховного Главнокомандования Красной Армии — заместитель Верховного Главнокомандующего Красной Армии Маршал Советского Союза Жуков, по уполномочию Верховного Главного Командования экспедиционными силами союзников — заместитель [325] Верховного Главнокомандующего экспедиционными силами союзников главный маршал авиации Теддер.
Присутствуют в качестве свидетелей:
Генерал-полковник американской армии Спаатс.
От французской армии — главнокомандующий французской армией генерал Делатр де Тассиньи и для принятия условий безоговорочной капитуляции от верховного главнокомандования вооруженных сил Германии прибыли уполномоченные верховного главнокомандования германской армии — фельдмаршал Кейтель, генерал-адмирал фон Фридебург, генерал-полковник Штумпф.
Их полномочие на право подписи Акта безоговорочной капитуляции проверено.
Я предлагаю приступить к работе и пригласить сюда уполномоченных представителей от немецкого верховного главнокомандования, прибывших для принятия условий безоговорочной капитуляции.
Перевод.
(В зал входят уполномоченные от немецкого главнокомандования).
Сядьте!
Господа, сейчас предстоит подписание Акта представителями верховного главнокомандования германской армии о безоговорочной капитуляции вооруженных сил Германии.
Перевод.
Я обращаюсь к представителям германского верховного главнокомандования с вопросом:
Имеют ли они на руках Акт о безоговорочной капитуляции, ознакомились ли они с этим Актом и готовы ли они как представители верховного главнокомандования немецких вооруженных сил подписать Акт о безоговорочной капитуляции?
Такой же вопрос задает главный маршал авиации Теддер.
Перевод.
Я предлагаю представителям германского верховного главнокомандования подписать Акт о безоговорочной капитуляции.
Перевод.
Я предлагаю уполномоченным германского главнокомандования подойти вот сюда к столу и здесь подписать Акт о безоговорочной капитуляции.
Перевод.
Немецкая делегация может быть свободна.
На этом, господа, позвольте заседание объявить закрытым.
Поздравляю главного маршала авиации Телдера, генерал-полковника американской армии Спаатса, главнокомандующего французской армии генерала Делатра де Тассиньи с победным завершением войны над Германией.
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 44. Л. 1–3. Копия.
№ 216. Акт о военной капитуляции германских вооруженных сил
8 мая 1945 г.
1. Мы, нижеподписавшиеся, действуя от имени Германского Верховного Командования, соглашаемся на безоговорочную капитуляцию всех наших вооруженных сил на суше, на море и в воздухе, а также, всех сил, находящихся в настоящее время под немецким командованием, — Верховному Главнокомандованию Красной Армии и одновременно Верховному Командованию Союзных Экспедиционных сил. [326]
2. Германское Верховное Командование немедленно издаст приказы всем немецким командующим сухопутными, морскими и воздушными силами и всем силам, находящимся под германским командованием, прекратить военные действия в 23.01 по центральноевропейскому времени 8-го мая 1945 года, остаться на своих местах, где они находятся в это время, и полностью разоружиться, передав все их оружие и военное имущество местным союзным командующим или офицерам, выделенным представителями Союзного Верховного Командования, не разрушать и не причинять никаких повреждений пароходам, судам и самолетам, их двигателям, корпусам и оборудованию, а также машинам, вооружению, аппаратам и всем вообще военно-техническим средствам ведения войны.
3. Германское Верховное Командование немедленно выделит соответствующих командиров и обеспечит выполнение всех дальнейших приказов, изданных Верховным Главнокомандованием Красной Армии и Верховным Командованием Союзных Экспедиционных сил.
4. Этот акт не будет являться препятствием к замене его другим генеральным документом о капитуляции, заключенным Объединенными Нациями или от их имени, применимым к Германии и германским вооруженным силам в целом.
5. В случае, если немецкое Верховное Командование или какие-либо вооруженные силы, находящиеся под его командованием, не будут действовать в соответствии с этим актом о капитуляции, Верховное Командование Красной Армии, а также Верховное Командование Союзных Экспедиционных сил предпримут такие карательные меры или другие действия, которые они сочтут необходимыми.
6. Этот акт составлен на русском, английском и немецком языках. Только русский и английский тексты являются аутентичными.
Подписано 8 мая 1945 года в гор. Берлине.
От имени Германского Верховного Командования:
Кейтель, Фридебург, Штумпф
В присутствии:
по уполномочию
Верховного Главнокомандования Красной Армии
Маршала Советского Союза
Г. Жукова
по уполномочию
Верховного Командующего Экспедиционными
силами Союзников
Главного Маршала Авиации
Теддера
При подписании также присутствовали в качестве свидетелей:
Командующий стратегическими воздушными силами США
Генерал Спаатс
Главнокомандующий Французской Армией
Генерал Делатр де Тассинъи.
Печ. по: Известия. 9 мая 1945 г.
№ 217. Информация Штаба оперативного руководства вермахта о беседе генерал-фельдмаршала Кейтеля с генерал-полковником И. А. Серовым после церемонии подписания акта о капитуляции Германии
9 мая 1945 г.
После церемонии капитуляции германского вермахта 9 мая 1945 года около 1.00 в здании, предоставленном в распоряжение немецкой делегации, появился генерал-полковник Серов, начальник тыла у маршала Жукова, в сопровождении своего переводчика полковника Короткова, чтобы задать [327] некоторые принципиальные вопросы. Не сразу было ясно, действовал ли он по поручению маршала Жукова, хотя это можно было предположить, несмотря на то, что он от начала до конца беседы подчеркивал личные интересы.
Генерал-полковник Серов обсудил прежде всего с немецкой делегацией их возражение по поводу дополнения условий капитуляции. Он хотел обязательно иметь сведения немецких войск об этом дополнении из Берлина, на что фельдмаршал Кейтель ответил, что это невозможно из-за отсутствия связи с Берлином. Этот факт дал генерал-полковнику Серову повод к замечанию, что необходимо обязательно откомандировать офицера связи в чине генерала с радиостанцией в распоряжение командования русских в Берлине. Эту точку зрения подчеркнул также фельдмаршал Кейтель и предложил послать туда во второй половине дня 9 мая офицера генерального штаба, который должен был доставить самолетом затребованные генерал-полковником Серовым карты о построении боевых порядков немецких войск на востоке, а также приказ о назначении их командующего. На следующий день, 10 мая, немецкий штаб связи заверил генерал-полковника Серова в решении всех без исключения текущих вопросов.
Следующий вопрос генерал-полковника Серова коснулся ставки фельдмаршала и одновременно связанного с этим вопроса о ставке гросс-адмирала. Он считал, что гросс-адмирал должен был бы вместе со своим штабом легализоваться, к чему обстановка во Фленсбурге непригодна. По словам фельдмаршала Кейтеля, необходимо еще раз обсудить вопрос передислокации в центр Германии с целью установления связи и, позднее, поддержания контактов с союзниками. По мнению генерал-полковника Серова, гросс-адмирал вместе со своим штабом должен был бы, наряду с чисто военными задачами, выполнять также и гражданские задачи с тем, чтобы могли быть решены все проблемы, которые возникли в результате подписанной теперь безоговорочной капитуляции.
Следующий вопрос генерал-полковника Серова коснулся гросс-адмирала. Он спросил, в качестве кого следует рассматривать гросс-адмирала Деница. Он поставил вопрос сознательно, т. к. им было непонятно, кто назначил гросс-адмирала главой государства.
Фельдмаршал Кейтель объяснил, что назначение произошло на основе конституции фюрером, который мог сам определить своего преемника.
Мнение генерал-полковника Серова о том, что германский вермахт присягал еще фюреру, было опровергнуто фельдмаршалом, т. к. присяга автоматически переходила на гросс-адмирала.
Далее генерал-полковник Серов задал вопрос о том, действительно ли фюрера нет в живых. После себя он не оставил никакого завещания, а также не найден его труп. Тем самым у них появилось справедливое сомнение насчет того, действительно ли фюрера нет в живых. Можно было предположить, что скрытый за теперешним главой государства, он продолжает руководить им. Фельдмаршал Кейтель опроверг эту точку зрения и заверил его в смерти фюрера.
Генерал-полковник Серов также хотел знать, действительно ли нет в живых рейхсминистра Геббельса и что об этом знает фельдмаршал Кейтель. Прежде всего его интересовало, какая нога Геббельса ненормально развивалась. Точного ответа генерал-фельдмаршал Кейтель на это не смог дать, что генерал-полковника Серова удивило, т. к. можно было что-то знать, если по нескольку раз в день видеть его.
Генерал-полковник Серов заметил на мундире фельдмаршала золотой партийный значок и удивился тому, что он является членом партии, что якобы запрещено. Фельдмаршал Кейтель объяснил положение о награждении золотым партийным значком отдельных военачальников. Генерал-полковнику Серову разъяснили, что награждение золотым партийным значком приравнивалось к награждению орденом.
Далее генерал-полковник Серов задал вопрос о том, действительно ли [328] мертв Гиммлер. Фельдмаршал мог только сообщить, что Гиммлер исчез с неизвестной целью.
Генерал-полковник Серов закончил беседу последним вопросом, который звучал так:
«Как Вы рассматриваете создавшуюся в данный момент обстановку для Германии и перспективы на будущее?»
Фельдмаршал не захотел остановиться на этом объемном вопросе, решение которого требовало много времени и сократил свой ответ, констатировав, что Германия является централизованно управляемым государством, которое постоянно должно и будет оставаться единым.
Фельдмаршал закончил беседу просьбой не давать интервью для общественности о переговорах и настойчиво подчеркнул, что речь шла исключительно о беседе двух старших офицеров, которая не подходит для другого круга.
Подпись
ЦАМО РФ. Ф. 500. Оп. 12450. Д. 382. Л. 15–17. Копия. Пер. с немецкого.
№ 218. Письмо Начальника Генерального штаба КА главам британской и американской военных миссий в СССР о нежелании центральной и южной групп немецких войск выполнить требования акта о военной капитуляции Германии
№ 65-а 9 мая 1945 г.
Главе американской военной миссии в СССР генерал-майору Джон Р. Дину
И. О. главы британской военнгай миссии в СССР контр-адмиралу И. Р. Арчеру
Уважаемый генерал Дин!
Уважаемый адмирал Арчер!
Прошу незамедлительно сообщить генералу Эйзенхауэру следующее:
1. Центральная группа немецких войск под командованием генерал-фельдмаршала Шернера и южная группа немецких войск под командованием генерал-полковника Велера не прекратили сопротивления в установленный Актом о военной капитуляции срок — в 23 часа 01 минуту 8 мая 1945 года. Они не остались на своих местах и не разоружились, как это было предписано пунктом 2 Акта о военной капитуляции, и, таким образом, нарушили этот Акт. Сейчас уже 16 часов 9 мая 1945 г., а войска Шернера и Велера не капитулируют.
2. Центральная и южная немецкие группы войск, оказывая сопротивление войскам Красной Армии, отходят на запад, видимо, с целью сдачи в плен войскам союзников.
3. В связи с нарушением указанными группами немецких войск Акта о военной капитуляции прошу дать приказ Вашим войскам не принимать в плен отходящие немецкие войска и одновременно прошу сообщить, какие Вы считаете необходимо принять меры против нарушивших Акт о военной капитуляции генерал-фельдмаршала Шернера и генерал-полковника Велера.
Уважающий Вас
начальник Генерального штаба Красной Армии
генерал армии Антонов
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 292. Л. 74–75. Зав. копия.
Содержание главы
№ 219. Донесение начальника 7-го отдела политического управления 1-го Белорусского фронта начальнику 7-го управления ГЛАВПУ РККА о бомбардировках Берлина самолетами 8-го воздушного флота США с приложением записи беседы с экипажем американского бомбардировщика. № 096. 8 февраля 1945 г.
№ 220. Письмо начальника Генерального штаба КА главе военной миссии США в СССР о недопустимости атак американскими истребителями советских боевых самолетов. № 005. 19 марта 1945 г.
№ 221. Письмо уполномоченного Совета Народных Комиссаров СССР по делам репатриации начальнику ГШ КА и заместителю Народного Комиссара иностранных дел СССР с предложениями о совершенствовании порядка допуска представителей военных миссий союзных держав на пункты репатриации. 4 апреля 1945 г.
№ 222. Донесение начальника политического отдела 3-й армии начальнику политического управления 2-го Белорусского фронта об оценках советскими воинами боевых действий союзников. № 0607. 18 апреля 1945 г.
№ 223. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующим войсками 1-го и 2-го Белорусских и 1-го Украинского фронтов об установлении опознавательных знаков и сигналов при встрече с войсками союзников. № 11073. 20 апреля 1945 г. 23.30
№ 224. Иформация начальника Генерального штаба КА Верховному Главнокомандующему о предупреждении Генерального штаба Великобритании о намерении немцев провести авиадесантную операцию по захвату советских танков. № 127802. 22 апреля 1945 г.
№ 225. Директива начальника Генерального штаба КА командующим войсками 1-го, 2-го Белорусских и 1-го Украинского фронтов об установлении бомборазграничительной линии между советскими и англо-американскими ВВС. № 10850. 22 апреля 1945 г. 16.15
№ 226. Директива командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим армиями фронта о действиях советских войск при встрече с войсками союзников. № 00604/оп. 24 апреля 1945 г.
№ 227. Письмо военной миссии США в Москве в адрес помощника начальника ГШ КА с перечислением объектов планируемых воздушных ударов союзников. 24 апреля 1945 г.
№ 228. Докладная записка начальника Главного Разведывательного Управления КА начальнику Генерального штаба о недовольстве американцев отношением к ним советской стороны. 24 апреля 1945 г.
№ 229. Боевое донесение командира 34-го гвардейского стрелкового корпуса командующему 5-й гвардейской армии о встрече с разведкой войск союзников. № 00335. 25 апреля 1945 г. 20.00
№ 230. Письмо помощника начальника ГШ КА по внешним сношениям главам военных миссий США и Великобритании в СССР о назначении советских представителей при штабах союзных экспедиционных войск. № 0038. 25 апреля 1945 г.
№ 231. Донесение начальника политического отдела 5-й гвардейской армии начальнику политического управления 1-го Украинского фронта о встрече с представителями 69-й и 104-й пехотных дивизий и 5-го корпуса 1-й американской армии. 27 апреля 1945 г.
№ 232. Донесение начальника политического отдела 5-й гвардейской армии начальнику политического управления 1-го Украинского фронта о встрече командира 34-го гвардейского стрелкового корпуса с командиром 5-го американского корпуса и отношении американских войск к населению Германии. № 0424. 28 апреля 1945 г.
№ 233. Ходатайство командующего войсками 1-го Украинского фронта Верховному Главнокомандующему о передаче освобожденных английских и американских военнопленных непосредственно на линии соприкосновения с союзниками. 19 апреля 1945 г. 17.30
№ 234. Письмо помощника начальника ГШ КА по внешним сношениям заместителю Наркома иностранных дел Союза ССР с информацией для союзников о решении начальника ГШ КА проводить боевые операции на территории Германии вне зависимости от установленных зон оккупации. № 127880. 29 апреля 1945 г.
№ 235. Доклад уполномоченного Совета Народных Комиссаров СССР по делам репатриации начальнику ГШ КА об освобождении и взятии на учет военнопленных и гражданских лиц союзных государств. № 02413. 30 апреля 1945 г.
№ 236. Письмо помощника начальника ГШ КА по внешним сношениям главам военных миссий США и Великобритании об установлении бомборазграничительной линии на подступах к Берлину. № 56. 2 мая 1945 г.
№ 237. Ходатайство начальника политического управления 1-го Украинского фронта начальнику Главного Политического Управления Красной Армии о передаче освобожденных граждан государств — союзников [их] военным властям непосредственно через линию фронта. 5 мая 1945 г. 10.20
№ 238. Донесение начальника политического управления 1-го Украинского фронта начальнику Главного Политического Управления Красной Армии о встрече командования фронта с командным составом 12-й армейской группы американскихвойск. 7 мая 1945 г.
№ 239. Доклад командующего войсками 2-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о встрече с фельдмаршалом Монтгомери. 8 мая 1945 г. 01.00
В главу вошло свыше 20 документов, которые в общем плане отражают основные направления военного сотрудничества между странами антигитлеровской коалиции. Среди них директивы Ставки Верховного Главнокомандования, документы Генерального штаба Красной Армии, приказы и распоряжения командующих войсками фронтов, письма военных миссий США и Великобритании в Москве по конкретным вопросам взаимодействия. Основная масса документов до сих пор была неизвестна даже специалистам. Приводимые материалы отражают сложный и противоречивый характер взаимоотношений союзников и трудности на пути совместной борьбы с фашистской Германией.
№ 219. Донесение начальника 7-го отдела политического управления 1-го Белорусского фронта начальнику 7-го управления ГЛАВПУ РККА о бомбардировках Берлина самолетами 8-го воздушного флота США с приложением записи беседы с экипажем американского бомбардировщика
№ 096 8 февраля 1945 г.
Самолет № 48 — 130 Боинг-17 («Летающая крепость»), входивший в состав 3-й воздушной дивизии 8-го воздушного флота США, стартовал в 7.30 утра 3 февраля с авиабазы № 174, находящейся в районе Ярмут в Англии в составе основных сил 8-го воздушного флота с задачей бомбардировать центральную часть Берлина.
Самолет является ведущим самолетом отряда. Экипаж его состоял из:
командира отряда — майора Джона Рекса,
старшего пилота — ст. лейтенанта Артура Огля,
второго пилота — лейтенанта Альберта Хольмана,
штурмана — ст. лейтенанта Ричарда Хегинса,
штурмана — ст. лейтенанта Джона Йепа,
штурмана — лейтенанта Абрама Горнштейна,
бомбардира — лейтенанта Джеймса Нольте,
бортмеханика — техника-сержанта Джорджа Тейлора,
радиста — техника-сержанта Уэйна Льюиса,
стрелка — ст. сержанта Бена Галея.
Весь экипаж — здоров.
3 февраля задача 8-го воздушного флота, находящегося под командованием генерала Дулиттла, заключалась в бомбардировке Берлина, а также нескольких менее важных объектов. В бомбардировке участвовало 40 групп «Летающих крепостей» и «Либерейторов», насчитывающих каждая по 38 самолетов. Большая часть этих групп действовала непосредственно против Берлина. Соединение было прикрыто около 1000 истребителей «Мустанг». [330]
Длительность вылета рассчитана на 9 часов, причем, один час был выделен на сборы в воздухе и занятие отрядами и группами своих мест в строю.
Над объектом один из моторов вышел из строя. В связи с этим экипаж был вынужден форсировать работу остальных моторов и в результате еще два мотора отказали. На одном моторе самолет не дотянул бы до Англии, тем более, что дул сильный западный ветер. Однако экипаж успел отбомбиться над объектом — центром города, после чего было принято решение идти в расположение Красной Армии. Точных сведений о прохождении линии фронта у экипажа не было, так как даже американская разведка знает о линии советско-германского фронта только то, что сообщается в сводках Совинформбюро. Ввиду этого экипаж старался протянуть как можно дальше, стремясь выйти в район южнее Бромберг. Дотянуть до этого района не вполне удалось, и самолет сделал посадку в 7 км юго-западнее Рогозин. Посадка была произведена благополучно и, помимо выхода из строя трех моторов, самолет крупных повреждений не имеет.
Структура 8-го американского воздушного флота следующая.
Тяжелые бомбардировщики объединены в отряды по 13 самолетов каждый. Каждый отряд имеет ведущий самолет с несколько иным составом экипажа, чем остальные самолеты отряда. Второй штурман руководит штурманами остальных самолетов, помогает командиру отряда и поддерживает связь со штурманом командира группы. Третий штурман обслуживает секретный прибор — редут или так называемый «магический глаз», дающий возможность выходить на цель в условиях плохой видимости и ночью. Такие приборы установлены только на ведущих самолетах.
Состав экипажа самолета более или менее стабильный, но командир отряда не прикреплен к определенному отряду, а вылетает с любым из отрядов данной группы по мере необходимости.
Три отряда составляют группу. Нормальный состав ее — 38 самолетов.
4 — 6 групп составляют крыло. Несколько крыльев составляют дивизию.
В состав 8-го воздушного флота входит три дивизии, кроме того, в состав воздушного флота входят истребители сопровождения, в основном системы «Мустанг». Структура их экипажа в точности не известна.
Максимальное количество самолетов, поднятое одновременно для одной операции 8-м воздушным флотом, составляло 23 декабря 1944 г. 2200 бомбардировщиков и свыше 1000 истребителей.
Экипажей имеется почти вдвое больше, чем самолетов, и хотя экипажи летают обычно на одном и том же самолете, они не считаются прикрепленными к определенной машине. К машине прикреплен только наземный технический персонал.
Бомбардировка проводится залпом, целым отрядом, по команде командира отряда. Группе, состоящей из трех отрядов, дается две минуты, чтобы отбомбиться. Таким образом, операция, подобная налету на Берлин, проведенному 3 февраля, занимает 80 минут. Операция рассчитывается и планируется очень точно, так что беспорядка или столкновения в воздухе не бывает. Нормальная боевая высота — от 7 до 8 тысяч метров.
Наличие облачности над объектом не мешает проведению операции благодаря наличию редутов. Летной считается погода, которая дает возможность самолетам идти строем выше облачности.
8-й воздушный флот входит в состав стратегической авиации. В его задачу входят только массированные налеты на крупные, стратегически важные объекты. Как правило, самолеты этого флота мелкими группами не действуют. Задачу ставит командующий флотом, а командиры групп ставят частные задачи командирам отрядов.
Во время данного налета, как было выше указано, основным объектом являлся Берлин, причем в отличие от прежних налетов на Берлин, когда предполагалось бомбить в первую голову промышленные предприятия и железнодорожные коммуникации, на этот раз было приказано бомбить центр города и ж.-д. станции, расположенные в центральной части города.
В прежних налетах истребительная авиация противника оказывала обычно сильное сопротивление. [331] Огонь зенитной артиллерии был также очень плотный. На этот раз ни один немецкий истребитель не поднялся, хотя погода была летная, а огонь зенитной артиллерии был значительно слабее, чем обычно. Благодаря этому бомбометание было точным и разрушения, произведенные в центральной части города, весьма значительны.
Данный самолет входил в двадцать пятую по порядку группу, выходящую на цель, и наблюдал поэтому значительные пожары в центральной части Берлина. При подходе к линии советско-германского фронта экипаж наблюдал также горящий немецкий город. Других наблюдений экипаж делать не мог из-за большой высоты, на которой проходил полет. Ни немецких, ни советских истребителей самолет не встречал.
Данный экипаж имеет 23 боевых вылета над Германией, командир отряда — майор Рекс — 30 вылетов. Экипаж считает, что наиболее опасным и наилучше защищенным немцами объектом во всей Германии являются крупнейшие заводы синтетического горючего и химические Леуна близ Берзебурга. Несмотря на то, что они занимают сравнительно небольшую площадь, их защищает свыше 500 зениток.
Беседы проводили:
Начальник следственной части разведотдела штаба 1-го Белорусского фронта подполковник Савицкий
Инструктор-литератор 7-го отдела политуправления фронта майор Розенфельд
ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 578. Л. 211–213. Подлинник.
№ 220. Письмо начальника Генерального штаба КА главе военной миссии США в СССР о недопустимости атак американскими истребителями советских боевых самолетов
№ 005 19 марта 1945 г.
Главе военной миссии США в СССР Господину генерал-майору Джон Р. Дину
Уважаемый генерал Дин!
Настоящим довожу до Вашего сведения, что:
1. 18 марта 1945 года в период времени с 13 часов 15 минут до 13 часов 30 минут над расположением советских войск на восточном берегу реки Одер, севернее города Кюстрин, прошли курсом на север восемь групп американских бомбардировщиков типа «Летающая крепость» в сопровождении истребителей «Мустанг». Американские самолеты преследовались немецкими истребителями Ме-109 и ФВ-190.
Когда группа американских самолетов подошла к Морин (35 км северо-западнее Кюстрин), в это время над районом Морин находились в воздухе 6 советских истребителей Як-3. Советские летчики, заметив немецкие истребители, преследовавшие американцев, атаковали немцев, но сами в свою очередь были атакованы американскими истребителями.
Советские летчики, ясно различая американские самолеты, уклонились от воздушного боя с ними, но, несмотря на это, американские истребители продолжали преследовать советские самолеты. [332]
В результате атаки американских истребителей шесть советских самолетов были сбиты, причем два советских летчика погибли и один получил тяжелое ранение.
Этот случай является уже вторым случаем нападения американских истребителей на советские самолеты над территорией, занятой советскими войсками.
2. Этот из ряда вон выходящий случай произошел в условиях, когда по обоюдному соглашению между советским, британским и американским штабами авиации была установлена разграничительная зона для боевых действий союзной авиации, проходящая на этом участке по линии Пазевальк, Берлин, т. е. в 50 км к западу от района происшествия; причем никаких извещений о предполагаемом пролете здесь американскими самолетами линии советского фронта сделано не было.
Указанный случай вызывает справедливое возмущение советских войск, особенно тех, которые были свидетелями этого исключительного происшествия.
Об изложенном прошу довести до сведения начальников Объединенных штабов и просить их произвести срочное расследование происшедшего случая, наказать виновников нападения на советские самолеты и потребовать от союзных военно-воздушных сил впредь строго выполнять соглашение об ограничительной зоне.
О принятых мерах прошу меня уведомить.
Уважающий Вас генерал армии Антонов
Начальник Генерального штаба Красной Армии
Верно. Н. Славин
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 292. Л. 5–6. Зав. копия.
№ 221. Письмо уполномоченного Совета Народных Комиссаров СССР по делам репатриации начальнику ГШ КА и заместителю Народного Комиссара иностранных дел СССР с предложениями о совершенствовании порядка допуска представителей военных миссий союзных держав на пункты репатриации
4 апреля 1945 г.
В соответствии с подписанным на Крымской конференции 11 февраля с. г. с США и Англией соглашением о взаимной репатриации нами организованы сборные пункты для освобожденных из плена англичан и американцев в г.г. Волковыск, Львов, Бронницы (под Москвой) и Песочная (под Харьковом); кроме этого создан транзитный лагерь в Одессе.
Указанные сборные пункты созданы и дислоцированы по указанию ГШ КА.
Согласно статье 2 Соглашения мы обязаны допускать офицеров репатриации на перечисленные сборные пункты для свидания и оказания помощи своим соотечественникам.
В настоящий момент группы офицеров репатриации британской и американской военных миссий находятся с разрешения НКИД в следующих пунктах:
Англичане: Сборный пункт г. Львов — 6 чел. Сборный пункт г. Волковыск — 5 чел. Транзитный лагерь г. Одесса — 11 чел.
Американцы: Сборный пункт г. Львов — 2 чел. Сборный пункт г. Волковыск — 2 чел. Транзитный лагерь г. Одесса — 8 чел. [333]
Выдача пропусков на сборные пункты в Волковыск и Львов, где англичан и американцев пока нет, разрешена с целью ознакомления с готовностью пунктов, завоза в них посылок и медикаментов и явилась в то же время своеобразной отдушиной в требованиях американцев и англичан выехать в Польшу.
Кроме того, разрешены поездки: старшему офицеру репатриации британской миссии подполковнику Херндолл из Москвы в Одессу до 13.4.45; представителю военной миссии США полковнику Крокет в Волковыск, Львов и в Одессу по 10 суток в каждый пункт (включая дорогу).
Все эти группы, как и одиночные офицеры репатриации, сопровождаются нашими офицерами, специально выделенными для этой цели.
Наши офицеры репатриации за рубежом: в Англии — 13 человек, Италии — 16 человек и во Франции — 35 человек, допускаются, как правило в лагеря с нашими людьми, включая и тыловые зоны армейских групп.
Исходя из этого, я полагал бы необходимым:
1. Допускать и впредь представителей Англии и США в одесский транзитный лагерь.
2. В Волковыск, Львов и в другие пункты выдавать пропуска после прибытия в них освобожденных из вражеского плена англичан и американцев — каждый раз с ведома Генштаба и НКИД.
3. В такой же плоскости необходимо решить вопрос допуска и французов в специально созданные для них комендатуры и лагеря (Одесса, Мурманск, Вильно, Луцк) и во вновь подготовляемые лагеря (4 лагеря в Киевском военном округе, 1 лагерь в Одесском военном округе).
Прошу по этим вопросам Ваших указаний.
Приложение: Список представителей иностранных миссий, находящихся в лагерях и сборных пунктах.
Генерал-полковник Голиков
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 265. Л. 68–70. Подлинник.
№ 222. Донесение начальника политического отдела 3-й армии начальнику политического управления 2-го Белорусского фронта об оценках советскими воинами боевых действий союзников
№ 0607 18 апреля 1945 г.
В настоящее время в частях армии идет политическая и боевая подготовка личного состава к новым предстоящим боям по окончательному разгрому немецко-фашистских захватчиков. Помимо проводимых групповых бесед, политинформаций, читок благодарственных приказов товарища Сталина и сводок Совинформбюро об успехах Красной Армии на советско-германском фронте, политработники широко популяризируют успешные действия наших союзников на территории Германии. Такие беседы, как правило, сопровождаются показом на карте расположения наших и союзных нам армий.
Рядовые, сержанты и офицеры положительно отзываются о действиях союзных войск. Стремительное наступление союзников на широком фронте вызывает общее удовлетворение.
Комсорг 4-й батареи 307-го артиллерийского полка 169 сд сержант Николай Чуркин говорит: «Теперь каждый видит, как на деле осуществляются решения Крымской конференции. Зажатая в железные тиски с двух фронтов, Германия подвергается мощным ударам. Я беседовал со многими комсомольцами на эту тему, и все уверены в том, что вскоре доследуют еще более согласованные, [334] еще более мощные удары союзных армий, и гитлеровская Германия будет разгромлена».
Вот что в кругу офицеров сказал младший лейтенант Одинцов, командир стрелкового взвода 1020 сп 269 сд: «Здорово получается: Красная Армия громит немцев во Франкфурте-на-Одере, а союзники — уже восточнее Франкфурта-на-Майне, приближаются к Берлину. Когда-то это было мечтой. Теперь стало действительностью то, что фашистской Германии приходит конец».
Красноармеец 1-й стр. роты 922 сп 250 сд Кондратов в кругу своих однополчан говорил: «Отрадно слышать, что и наши союзники научились стремительно бить немцев, а главное — стали продвигаться в глубь Германии не ярдами, а десятками километров».
Говоря об успехах союзников, личный состав отмечает, что решения Крымской конференции выполняются наглядно. Привожу характерные высказывания. Сержант Федяев из минометного батальона в разговоре с другими товарищами говорил: «Решения Крымской конференции, как всем теперь видно, направлены на ускорение окончательного разгрома гитлеровской Германии. Сопротивление фашистской армии против таких сильных держав, как наш Советский Союз с союзными объединенными нациями, — безнадежно».
Красноармеец Новиков из 250 сд заявил: «Если решение Тегеранской конференции, по словам Черчилля, опоздало в выполнении на один день, то можно не сомневаться, что решение Крымской конференции выполняется точно».
Большинство уверенно заявляют о неминуемом разгроме фашистской Германии. Младший сержант Новиков, командир пулеметного отделения 339 гсп 120 гсд, заявил: «Фашистская Германия будет скоро разгромлена и мы должны еще решительнее сейчас действовать, тем более, что в Германии томится в неволе много наших братьев и сестер. Зимнее наступление показало, что Красная Армия располагает резервами, не только способными разгромить Германию, но и защитить нашу страну от агрессии в дальнейшем».
Вместе с этим есть высказывания: «Как бы не опоздать к вступлению в Берлин. Надо усилить натиск».
Рядовой 1-й стр. роты 885 сп 290 сд Рядушкин, беспартийный, заявляет: «Англичане и американцы начали двигаться в сутки по 60–70 километров вперед, часто не встречая серьезного сопротивления. Поэтому они раньше нас могут вступить в Берлин и скажут, что они победители. Нам нужно торопиться с подготовкой и вступить в решающие бои по штурму Берлина».
Красноармеец 269 сд 1018 сп минометчик Лонгвинов во время беседы о продвижении союзников замечает: «Вот союзники возьмут Берлин и скажут: «Все сделали мы». Нам надо не допустить этого. Пусть они знают, что все это сделали мы».
Есть отдельные разговоры о церемониале, который, вероятно, будет устроен при встрече наших войск с союзными. Поэтому люди высказывают настроение встретиться с нашими союзниками так, «чтобы не ударить лицом в грязь». Например, красноармеец 250 сд 922 сп Соколов говорит: «О Красной Армии мир знает многое. Значит, нам надо встретиться с союзниками так, чтобы они с первого взгляда с нами сказали: «Да, это действительно Красная Армия». Нам надо во всем себя подтянуть».
Наряду с такими разговорами у отдельных бойцов имеются и отрицательные настроения. Рядовой 885 сп 290 сд Павлов, до трех лет находившийся в плену у немцев, по вопросу перспектив войны и наступления на Берлин заявил: «Немцы в 1941 году тоже доходили до Москвы, но потом их погнали. Так может получиться и под Берлином с нашей стороны».
Рядовой 1-й минометной роты 882 сп этой же дивизии, беспартийный Фомичев, проживавший на оккупированной немцами территории, говорит: «О немцах много пишут и говорят плохого, но в самом деле всего этого не было». [335]
Как показывает сравнение, подобные настроения являются единичными и исходят от лиц, бывших в плену и живших на оккупированной территории.
Вывод:
Личный состав частей армии в массе своей правильно оценивает действия наших союзников.
Мероприятия:
1. Бригады политотдела армии, работающие в частях, вместе с главными вопросами подготовки подразделений к боям, нацеливают внимание командования и политсостава частей на подготовку бойцов и командиров к предстоящей встрече с союзными войсками, на подтянутость личного состава и внешнюю выправку.
2. По линии интендантской службы армии и соединений и хозяйственного аппарата принимаются меры к обеспечению рядовых, сержантов и офицеров положенным обмундированием.
Начальник политотдела 3-й армии генерал-майор Амосов
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 72. Л. 151–154. Подлинник.
№ 223. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующим войсками 1-го и 2-го Белорусских и 1-го Украинского фронтов об установлении опознавательных знаков и сигналов при встрече с войсками союзников
№ 11073 20 апреля 1945 г. 23.30
Ввиду возможной в ближайшее время встречи советских войск с англоамериканскими войсками, по соглашению с командованием союзных войск, установлены следующие знаки и сигналы для опознавания советских и англоамериканских войск:
1. Советские войска (пехота, танки, авиация) обозначают себя серией красных ракет.
Помимо ракет советские танки обозначаются одной белой полосой вокруг башни по ее середине и белым крестом на крышке башни. Полоса и крест должны быть шириной 25 см. Эти опознавательные знаки устанавливать не на всех танках, а только на головных, которые вероятнее всего первыми встретятся с английскими или американскими войсками.
2. Англо-американские войска (пехота, танки, авиация) обозначают себя серией зеленых ракет.
Помимо ракет англо-американские танки и бронемашины обозначаются желтыми или вишнево-красными флуорисцирующими (ночью) щитами и белой пятиконечной звездой, окруженной белым кругом, на горизонтальной поверхности танка.
3. Советские и англо-американские самолеты, помимо установленных для них сигналов ракетами, обозначаются своими национальными опознавательными знаками.
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
а) Установленные сигналы и опознавательные знаки довести до сведения войск, и прежде всего танковых, и обеспечить их практическое применение, когда этого потребует обстановка, т. е. за день до вероятной встречи с английскими или американскими войсками.
Кроме того, для облегчения опознавания снабдить войска силуэтами английских и американских танков и самолетов.
Для авиации установленные сигналы ввести немедленно. [336]
б) При встрече с английскими или американскими войсками командующим танковыми или общевойсковыми армиями по договоренности со старшими начальниками союзных войск устанавливать временную тактическую разграничительную линию между советскими и английскими или американскими войсками с тем, чтобы избежать перемешивания войск. При установлении такой линии исходить из фактического положения наших войск и войск английских или американских ко времени их встречи.
Об исполнении донести.
Ставка Верховного Главнокомандования
И. Сталин
Антонов
ЦАМО РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 107–108. Копия.
№ 224. Иформация начальника Генерального штаба КА Верховному Главнокомандующему о предупреждении Генерального штаба Великобритании о намерении немцев провести авиадесантную операцию по захвату советских танков
№ 127802 22 апреля 1945 г.
Представляю перевод письма и. о. главы британской военной миссии контр-адмирала Арчера, в котором изложено сообщение британского генерального штаба о намерении немцев провести авиадесантную операцию для захвата наших танков, чтобы применить их против союзников.
Приложение: упомянутое на 1 листе.
Начальник Генерального штаба Красной Армии генерал армии Антонов
Приложение
Британская военная миссия в СССР.
Москва.
22 апреля 1945 года,
Генералу армии А. И. Антонову начальнику Генерального штаба Красной Армии
Я получил от британского генерального штаба следующее сообщение, датированное 21 апреля:
«Случайный источник, заслуживающий всякого доверия, сообщил в середине апреля, что немцы намечают авиадесантную операцию небольшого масштаба для захвата русских танков. Место операции не указано».
Британский генеральный штаб предполагает, что немцы, может быть, намереваются использовать русские танки против американских войск, в то время как танки «Шерман» будут применяться против русских войск.
И. Р. Арчер контр-адмирал глава британской военной миссии
Перевел: мл. лейтенант Кольцов [337]
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 305. Л. 314–315. Зав. копия.
№ 225. Директива начальника Генерального штаба КА командующим войсками 1-го, 2-го Белорусских и 1-го Украинского фронтов об установлении бомборазграничительной линии между советскими и англо-американскими ВВС
№ 10850 22 апреля 1945 г. 16.15
21.4.45 г. между советскими и англо-американскими ВВС установлена следующая бомборазграничительная линия: Варнемюнде, Росток, Гюстров, Киритц, Бранденбург, Виттенберг, р. Эльба до Мельник-Прага.
Все пункты для советских ВВС — исключительно. Западнее указанной бомборазграничительной линии боевых действий авиацией не вести. Воздушная разведка не ограничивается.
Антонов
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 113. Копия.
№ 226. Директива командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующим армиями фронта о действиях советских войск при встрече с войсками союзников
№ 00604/оп 24 апреля 1945 г.
Во исполнение директивы Ставки Верховного Главнокомандования от 23.4.45 г. за № 11075 приказываю:
При встрече наших войск с американскими или английскими войсками руководствоваться следующим:
1. Старшему войсковому начальнику, на участке которого произошла встреча, в первую очередь связаться со старшим начальником американских или английских войск и установить совместно с ним разграничительную линию согласно указаниям Ставки, объявленным в моей директиве от 21.4.45 г. за № 00583/оп.
Никаких сведений о наших планах и боевых задачах наших войск никому не сообщать.
2. Инициативу в организации дружеских встреч на себя не брать.
При встречах с союзными войсками относиться к ним приветливо. При желании американских или английских войск организовать торжественную или дружескую встречу с нашими войсками, от этого не отказываться и высылать своих представителей. О всех такого рода приглашениях немедленно докладывать по команде и посылать своих представителей в каждом случае с разрешения старшего начальника не ниже командира корпуса. После такой встречи нашим войскам приглашать к себе представителей американских или английских войск для ответной встречи. Приглашения представителей американских или английских войск для ответной встречи осуществлять с разрешения старших начальников не ниже командира корпуса. Офицеров и генералов, выделенных в качестве представителей для участия в дружеских встречах с представителями американских или английских войск, а также выделенных для участия в ответных встречах, тщательно инструктировать о поведении и порядке взаимоотношений с представителями американских или английских войск в соответствии с требованиями настоящей директивы, обращая при этом особое внимание на сохранение военной тайны.
3. Нашим войскам во всех случаях быть образцом дисциплинированности и порядка. Всему генеральскому и офицерскому составу строго соблюдать форму одежды и иметь опрятный вид. Этого же потребовать от всех войск, [338] которые могут иметь соприкосновение с частями американских или английских войск.
В случаях посещения наших частей представителями американских или английских войск обратить особое внимание на четкий порядок и организацию их встречи. Прием этих представителей в рабочих помещениях штабов не производить, а иметь для этой цели специально подготовленные помещения.
4. О всех случаях встреч с союзными войсками доносить в штаб фронта с указанием места, времени и нумерации встретившихся частей.
Командующий войсками 1-го Белорусского фронта Маршал Советского Союза Г. Жуков
Член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 131–133. Подлинник.
№ 227. Письмо военной миссии США в Москве в адрес помощника начальника ГШ КА с перечислением объектов планируемых воздушных ударов союзников
24 апреля 1945 г.
Уважаемый генерал Славин!
Генерал Эйзенхауэр информировал нас, что, если Генеральный штаб Красной Армии не будет возражать, перечисленные ниже объекты будут атаковаться 26 апреля 1945 года воздушными силами, находящимися под его командованием, куда входят как американские, так и британские ВВС:
1. Колин — 54 км восточнее Праги
2. Йиглава
3. Гмюнд — 120 км северо-западнее Вены
4. Вустермарк — 30 км западнее Берлина
5. Усти — 45 км юго-восточнее Дрездена
6. Фрейберг — 30 км юго-западнее Дрездена
7. Дебельн — 43 км северо-западнее Дрездена
8. Риза — 40 км северо-западнее Дрездена
9. Торгау — 45 км северо-восточнее Лейпцига
10. Фалькенберг — 62 км северо-восточнее Лейпцига
11. Виттенберг — 28 км западнее Дессау
12. Потсдам — 20 км юго-западнее Берлина
13. Роудница — 40 км северо-западнее Праги
14. Ютербог — 60 км юго-западнее Берлина
15. Эльстерверда — 80 км северо-восточнее Лейпцига
16. Ной-Руппин — 60 км северо-западнее Берлина
17. Нойштрелитц — 30 км северо-западнее Берлина
18. Нойбранденбург — 115 км севернее Берлина
19. Дрезден
20. Теплице Шанов — 75 км северо-западнее Праги
21. Науен — 35 км северо-западнее Берлина
22. Табор — 75 км юго-восточнее Праги
23. Ческе Будеевице — 60 км северо-восточнее Линца
24. Виттшток — 95 км северо-западнее Берлина
25. Ратенов — 70 км северо-западнее Берлина
26. Черчаны — 32 км юго-восточнее Праги
27. Троиенбритцен — 50 км юго-западнее Берлина [339]
28. Печки — 40 км восточнее Праги
29. Брюкс — 80 км северо-западнее Праги
30. Боденбах-Цетшен — 80 км северо-западнее Праги
31. Вшетаты — 24 км северо-восточнее Праги
32. Руланд — 44 км северо-восточнее Дрездена
33. Добрилуг — 60 км севернее Дрездена
34. Ораниенбург — 30 км севернее Берлина
35. Зеддин— 15 км южнее Потсдама
36. Герцберг — 70 км северо-восточнее Лейпцига
37. Пирна — 15 км юго-восточнее Дрездена
38. Духцов — 50 км южнее Дрездена
39. Обернице — 62 км южнее Дрездена
40. Жерносек — 54 км северо-западнее Праги
41. Ловосице — 55 км северо-западнее Праги
42. Покау — 26 км юго-восточнее Хемниц
43. Лиса — 30 км северо-восточнее Праги
44. Цезен — 32 км юго-восточнее Берлина
45. Лалендорф — 40 км юго-восточнее Ростока
46. Бранденбург — 50 км западнее Берлина
47. Цоссен — 25 км южнее Берлина
48. Укро — 75 км южнее Берлина
49. Мезимости— 100 км южнее Праги
Аэродромы
1. Росток — 175 км северо-западнее Штеттина
2. Нойбранденбург — 115 км севернее Берлина
3. Рехлин — 120 км западнее Штеттина
4. Рехлин-Ларц — 120 км западнее Штеттина
5. Виттшток — 95 км северо-западнее Берлина
6. Ной-Руппин — 60 км северо-западнее Берлина
7. Ораниенбург — 30 км севернее Берлина
8. Прага-Кбели
9. Прага-Летняни
10. Прага-Рузине
11. Барт — 50 км северо-восточнее Ростока
12. Гюстров — 30 км южнее Ростока
13. Тутов — 40 км севернее Нойбранденбурга
14. Ческе-Будеевице — 80 км северо-восточнее Линца
15. Шенвальде — 20 км северо-западнее Берлина
16. Гатов — 10 км западнее Берлина
17. Дебериц — 16 км западнее Берлина
За генерал-майора Эдмунда — В. Хилл
Подполковник, дежурный офицер Франсис В. Крэндолл.
Перевел: мл. лейтенант Кольцов [340]
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 296. Л.88–89. Копия. Пер. с английского.
№ 228. Докладная записка начальника Главного Разведывательного Управления КА начальнику Генерального штаба о недовольстве американцев отношением к ним советской стороны
24 апреля 1945 г.
Докладываю сообщение нашего заслуживающего доверия источника: «Глава военной миссии США в Москве генерал Дин вернулся в Вашингтон и доложил о натянутых взаимоотношениях в Москве. Дин считает, что только крутое изменение политики в отношении русских может повлиять на улучшение взаимоотношений и условий для работы. Американцы недовольны большим количеством возникающих мелких недоразумений, какими-то оскорблениями, посадкой их самолетов, а также плохим обращением с американскими военнопленными и ранеными летчиками.
В ответ на отказ русских разрешить американским экспертам посетить порт Гдыню Дин советует отменить очередной конвой на север.
Глава английской военной миссии в Москве адмирал Арчер поддерживает Дина и считает, что англичане также должны изменить свою политику по отношению к русским».
Начальник Главного разведывательного управления Красной Армии генерал-лейтенант Ильичев
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 248. Л. 18. Подлинник.
№ 229. Боевое донесение командира 34-го гвардейского стрелкового корпуса командующему 5-й гвардейской армии о встрече с разведкой войск союзников
№ 00335 25 апреля 1945 г. 20.00
1. Части корпуса, продолжая наступление, с утра 25.4.45 г. передовыми частями форсировали р. Эльба и соединились с частями 1-й американской армии.
В 15.30 в районе г. Торгау 173 гв. сп 58 гв. сд (командир полка гвардии майор Рогов, командир 1-го батальона 173 гв. сп. гвардии капитан Неда, командир 3-й роты гвардии старший лейтенант Бабичев, командир 2-го взвода гвардии лейтенант Кузминский) встретился с разведгруппой 69 пд 5 ак 1-й американской армии — начальник разведгруппы лейтенант Робертсон.
В 13.30 (6 км юго-западнее Мюльберг) передовые части 175 гв. сп 58 гв. сд (командир полка гвардии подполковник Гордеев, командир 2-го батальона гвардии майор Глотов, командир 6-й роты гвардии старший лейтенант Белобородько, командир 3-го взвода гвардии лейтенант Смирнов) встретились с разведгруппой 69 пд 5 ак 1-й американской армии (начальник разведгруппы — лейтенант Котцебу).
При встрече с указанными подразделениями союзников никаких происшествий не было.
2. Противник разрозненными группами продолжал отход в западном направлении и оказывал незначительное огневое сопротивление. Его авиация не действовала.
Командир 34 гв. ск гвардии генерал-майор Бакланов
Начальник штаба корпуса гвардии полковник Мительман [341]
ЦАМО РФ. Ф. 495. Оп. 1. Д. 275. Л. 391. Подлинник.
№ 230. Письмо помощника начальника ГШ КА по внешним сношениям главам военных миссий США и Великобритании в СССР о назначении советских представителей при штабах союзных экспедиционных войск
№ 0038 25 апреля 1945 г.
И. о. главы американской военной миссии в СССР контр-адмиралу К. Е. Олсену
И. о. главы британской военной миссии в СССР контр-адмиралу И. Р. Арчеру
Уважаемый адмирал Олсен!
Уважаемый адмирал Арчер!
Начальник Генерального штаба Красной Армии генерал армии Антонов поручил мне через Ваше посредство информировать начальников Объединенного штаба, что в связи с возможными переговорами о капитуляции крупных сил немецких войск на любом из основных фронтов советскими представителями назначены:
1. При штабе экспедиционных союзных войск в Западной Европе — генерал Суслопаров.
2. При штабе средиземноморских союзных войск — генерал Кисленко.
Уважающий Вас, помощник начальника Генерального штаба КА генерал-майор Н. Славин
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 292. Л. 46. Копия.
№ 231. Донесение начальника политического отдела 5-й гвардейской армии начальнику политического управления 1-го Украинского фронта о встрече с представителями 69-й и 104-й пехотных дивизий и 5-го корпуса 1-й американской армии
27 апреля 1945 г.
Выйдя 23 апреля на восточный берег реки Эльба, 2-й стрелковый батальон 173 гв. сп 58-й гвардейской стрелковой Красноградской Краснознаменной дивизии, которым командует гвардии капитан Негода, занял участок обороны в районе моста через реку Эльба, напротив города Торгау, расположенного на западном берегу реки.
Днем 25 апреля с каланчи церкви города Торгау американский солдат, махая флажками, выкрикивал что-то радостное для наших солдат. Не понимая языка, наши бойцы и офицеры полагали, что это немец, и поэтому наш лейтенант Сельвашин попытался договориться на немецком языке. Но ответа не последовало. Тогда наши солдаты сделали несколько выстрелов по каланче.
Находившийся там один нерусский солдат сошел с каланчи и на русском языке произнес два слова: «Москва — Америка». Тогда наши воины поняли, что это американский солдат и потребовали, чтобы один из них подошел к нашим подразделениям. Пришедший американский солдат заявил, что он из группы американских разведчиков, которые имеют задачу установить местонахождение русских войск. Вскоре пришел туда офицер американской армии, который рассказал, что разведчики принадлежат 69-й пехотной дивизии 1-й американской армии и попросил, чтобы наш офицер проехал [342] вместе с ним в американский штаб, заявив при этом, что штаб их батальона находится в 15 километрах от места встречи.
По приглашению командования 69-й американской дивизии, в 23 часа 30 минут 25 апреля 1945 года наши представители (от полка) в составе заместителя командира 173 гв. сп по строевой части гвардии майора Иларионова, командира 2-го батальона этого полка гвардии капитана Неда, гвардии лейтенанта Сельвашина, гвардии сержанта Андреева прибыли в штаб 69-й дивизии, который находился в 40 километрах западнее реки. На протяжении всего этого пути от реки Эльба до расположения главных американских сил наши представители не встретили ни немцев, ни американцев. По дороге встречались лишь мелкие группы немцев, среди них были и вооруженные, которые спрашивали у американцев дорогу на сборный пункт военнопленных.
В штабе 69-й американской пехотной дивизии наши представители были встречены американским майором. Находившиеся там американские солдаты встретили наших представителей с озлоблением, приняв их за пленных. Но когда они узнали, что это советские офицеры, они устроили дружные аплодисменты и выкрикивали различные приветствия по адресу Красной Армии и советского народа, снимали с погон наших офицеров звездочки и цепляли их себе, отрезали пуговицы, стремясь приобрести что-нибудь себе на память о русских. Затем наших офицеров принял командир 69-й американской пехотной дивизии генерал-майор Райнхардт.
Встреча была исключительно дружеской. Генерал и его офицеры фотографировались вместе с нашими представителями, договорились о последующей встрече, для чего генерал Райнхард, бригадный генерал Марест, офицеры штаба дивизии вместе с охраной на 13 «виллисах» направились в город Торгау.
26 апреля в 11 часов дня состоялась встреча между командиром полка 69 пд и командиром 173 гсп гвардии майором Роговым (по просьбе командира американского полка). Встреча состоялась на мосту через реку Эльба в районе Торгау. Как с нашей, так и с американской стороны кроме командиров полков присутствовали другие офицеры. При встрече товарищ Рогов и командир американского полка обменялись краткими приветственными речами. Оба подчеркнули в своих речах о необходимости путем крепкой дружбы между обоими народами и армиями и общими усилиями ускорить полный разгром гитлеровской Германии. Командир американского полка задал вопрос тов. Рогову: «Какую вы имеете задачу?» На что товарищ Рогов ответил, что задача была выйти на реку Эльба и ждать дальнейших указаний. Затем тов. Рогов пригласил к себе американцев на завтрак. Американские офицеры вели себя свободно. Каждый из них стремился получить какую-либо память от русских воинов, с этой целью они снимали у наших офицеров звездочки с погон, дарили свои знаки различия, менялись часами, носовыми платками.
Во второй половине дня произошла встреча между командиром 58 гв. сд генерал-майором тов. Русаковым и командиром 69-й американской пехотной дивизии генерал-майором Райнхардт. При встрече присутствовали с нашей стороны: начальник штаба дивизии гвардии подполковник Рудник, командир 173 гв. сп гвардии майор Рогов и др. офицеры. С генералом Райнхардт были: его заместитель — бригадный генерал Марест, нач. штаба дивизии — полковник Пилинч. На встрече присутствовали около 70 журналистов американских, английских, французских и советских газет и несколько кинорепортеров. Здесь же встретились представитель ТАСС при 1-й американской армии Жданов и писатель Константин Симонов. Встреча состоялась в господском доме на восточном берегу реки Эльба в расположении второго батальона 173 гв. сп.
На приеме гвардии генерал-майор Русаков и генерал-майор Райнхардт обменялись приветственными речами. В своей речи американский генерал Райнхардт заявил: «Я переживаю самые радостные дни в моей жизни. Я горд и счастлив, что моей дивизии посчастливилось первой встретиться с частями [343] героической Красной Армии. На территории Германии встретились две Великие Союзные Армии. Эта встреча ускорит окончательный разгром военных сил Германии».
В своей ответной речи гвардии генерал-майор Русаков сказал: «Наступил долгожданный и радостный день. На территории Германии встретились две Великие Армии. Героическая Красная Армия прошла большой путь напряженной борьбы и славных побед. Мы рады встретить союзные американские войска на территории вражеской Германии. Встреча двух союзных армий является большим историческим событием в борьбе с гитлеровской Германией. Пусть эта встреча послужит залогом быстрейшего и окончательного разгрома гитлеровской армии и установления прочного мира».
Генерал-майор Райнхардт вручил генерал-майору Русакову национальный американский флаг.
Прием, устроенный гвардии генерал-майором Русаковым в честь встречи двух великих армий, прошел в исключительно теплой и дружеской атмосфере. Генерал-майор Райнхардт и бригадный генерал Марест, а также сопровождавшие их офицеры 1-й американской армии поздравляли офицеров 58 гсд с боевыми победами Красной Армии и выражали свое восхищение и восторг героическими подвигами русской армии.
На приеме генерал-майор Райнхардт провозгласил тост за здоровье и во славу руководителя и вдохновителя побед Красной Армии Маршала Советского Союза товарища Сталина.
26 апреля в 18.00 часов произошла встреча наших войск с союзными войсками на участке 118 сд (на западном берегу Эльбы юго-западнее города Презитц).
На этом участке первыми с нашей стороны встретились с представителями американской армии командир 1-й стрелковой роты 527 сп 118 сд капитан Ушаков и командир первого взвода этой роты лейтенант Кондрашов. К боевым порядкам нашего стрелкового подразделения подъехала на «виллисе» группа американских солдат в количестве пяти человек во главе с лейтенантом Шинком с поднятым флагом. Их встретили наши солдаты, а затем офицеры Ушаков и Кондрашов. Это были разведчики 104-й пехотной дивизии американцев, которой командует генерал-майор Эллен. Встретившиеся воины обеих армий сначала по-воински приветствуют друг друга, а затем следуют солдатские рукопожатия. Сегодня здесь, за немецкой рекой Эльба, участник сталинградских боев капитан Ушаков жмет руку американскому лейтенанту Шинку как самому близкому человеку, как родному брату.
Наши офицеры и солдаты, присутствовавшие на встречах, вели себя хорошо, выдержанно и, наоборот, американские офицеры вели себя несколько развязно.
Наши воины сравнивали форму одежды: нашу и американскую. Один сержант заявил: «У нас генералы видны издалека, генералов можно различить по их одежде, они одеты в отличительную форму от других офицеров, а у американцев трудно отличить генерала от солдата. Вообще нужно сказать, что форма одежды Красной Армии, от рядового до генерала, лучше американской формы».
При встречах инцидентов и эксцессов никаких не было.
Сегодня на правом берегу реки Эльба в районе расположения 173 гв. сп 58 гв. сд состоялась встреча командира 34-го гвардейского стрелкового корпуса гвардии генерал-майора Бакланова с командиров 5-го американского корпуса 1-й американской армии.
Начальник политотдела 5-й гвардейской армии гвардии генерал-майор Катков [344]
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2675. Д. 170. Л. 308–311. Подлинник.
№ 232. Донесение начальника политического отдела 5-й гвардейской армии начальнику политического управления 1-го Украинского фронта о встрече командира 34-го гвардейского стрелкового корпуса с командиром 5-го американского корпуса и отношении американских войск к населению Германии
№ 0424 28 апреля 1945 г.
Сегодня в 13 часов в селе Вердау состоялась встреча командира 34-го гвардейского стрелкового корпуса гвардии генерал-майора Бакланова с командиром 5-й американского корпуса американской армии генерал-майором Хюбнером.
На улице — перед местом встречи — была построена арка, на которой на русском и английском языках были вывешены лозунги со следующим текстом: «Да здравствует победа англо-советско-американского боевого союза над немецко-фашистскими захватчиками».
Над другой аркой при входе в сад на красном материале была написана следующая цитата товарища Сталина: «Совместные удары Красной Армии и англо-американских войск по гитлеровской Германии приблизят час победоносного окончания войны».
Американцы прибыли на нескольких «виллисах». Произошла встреча между товарищем Баклановым и генерал-майором Хюбнером, которые обменялись приветственными речами. В своей краткой речи командир 5-го американского корпуса генерал-майор Хюбнер сказал: «Я рад встретиться с Вами. Это для меня самый счастливый день в моей жизни и самый радостный для американских солдат и офицеров — встретиться с русской армией в Германии, здесь на берегу Эльбы».
Затем гвардии генерал-майор Бакланов пригласил американцев в сад, где на свежем воздухе были сервированы столы. За столами американцы рассаживались между нашими офицерами и вели оживленные разговоры.
Командира 5-го американского корпуса сопровождали: начальник штаба корпуса полковник Майсон, командующий артиллерией корпуса — бригадный генерал Хельмик, командир 69-й американской пехотной дивизии — генерал-майор Райнхардт, представитель генерального штаба американской армии и начальник американских военных раций во Франции капитан Устинов, помощник начальника разведотдела генерального штаба американской армии капитан Фридель и ряд других офицеров, а также кинорепортеры и корреспонденты американских, английских и французских газет.
С нашей стороны присутствовали: командир 58 гв. сд гвардии генерал-майор Русаков, начальник штаба корпуса гвардии полковник Мительман, начальник политотдела корпуса и ряд других офицеров штаба корпуса, начальник политотдела 58 гв. сд гвардии полковник Карпович, писатель Константин Симонов, представитель ТАСС при 1-й американской армии майор Жданов, кинорепортеры Москвы, Ленинграда, фотокорреспонденты фронтовой газеты. Среди советских кинорепортеров был дважды лауреат Сталинской премии Бенимович. Всего присутствовало около 60 офицеров, из них около 25 — американских.
В ответ на вручение вчера командиром 69-й пехотной дивизии генерал-майором Райнхардтом командиру 58 гв. сд гвардии генерал-майору Русакову национального флага, командир 24 гв. ск гвардии генерал-майор Бакланов передал командиру 5-го американского корпуса генерал-майору Хюбнеру знамя с изображением медали «За оборону Сталинграда». При этом товарищ Бакланов заявил: «Передаю Вам знамя, пронесенное частями корпуса от Сталинграда до Эльбы».
Генерал-майор Хюбнер, принимая знамя, горячо благодарил за знаки внимания и дружбы. [345]
Генерал-майор Хюбнер при встрече с товарищем Баклановым пытался выяснить задачу, стоящую перед корпусом. На это тов. Бакланов ответил, что корпус имел задачу выйти на Эльбу и ждать дальнейших приказаний. Затем генерал Хюбнер задал товарищу Бакланову 4 вопроса:
1. Когда может состояться встреча между командующим 1-й американской армии и командующим нашей армии, а также между командующим армейской группой американских войск генералом Брэдли и маршалом Коневым? Для связи на восточном берегу Эльбы оставлен офицер, который ожидает ответа к 10.00 28 апреля, Хюбнер заявил, что с их стороны имеется желание встретиться с командующим армией и маршалом Коневым в понедельник 30 апреля.
2. Как посмотрит советское командование на подвод союзных войск на западном берегу Эльбы на рубеж Дессау-Риза.
3. Какой будет ответ советского командования на их желание построить мост через Эльбу в районе Торгау? Мотив — наличие у них всех необходимых для этого материалов и желание помочь нам.
4. Хюбнер изъявил желание обменяться офицерами связи, причем, желательно не ниже майора — капитана.
На все эти вопросы [американцы] желают получить ответ через своего офицера связи 28 апреля к 10.00.
Нумерацией частей [Хюбнер] не интересовался. Но интересовался вопросами, есть ли в корпусе танковая дивизия и сколько в нем стрелковых дивизий; каковы тактико-технические данные танка «Т-34».
В беседе также выяснилось, что 5-й американский корпус состоит из двух пехотных дивизий по 12 тысяч человек в каждой и одной танковой дивизии, имеющей 200 танков. Имеется корпусной артиллерийский полк, состоящий из 4-х дивизионов по 12 155-мм пушек в каждом. Танковая дивизия дислоцируется в Дессау. В этом же районе расположены пехотные дивизии.
В каждом пехотном полку имеется один артиллерийский дивизион, состоящий из 12 105-мм пушек.
Беседы за столом протекали в дружественной атмосфере. Все происходящее советские и американские кинорепортеры снимали на кинопленку. Американские кинорепортеры сняли рядом висящие портреты Сталина и Рузвельта. Портрет Рузвельта был обтянут черным крепом. Они также сняли приветственный лозунг, написанный на красном материале на английском языке.
Американская корреспондентка взяла интервью у санитарки медсанбата 58 гв. сд старшего сержанта Лизы Парняковой. Парнякова — 1925 года рождения, уроженка города Симферополя. В армии служит два года, все время в этой дивизии. До последнего времени была санинструктором стрелковой роты 175 гв. сп. Награждена медалью «За Отвагу». На правой щеке — глубокий след касательного пулевого ранения. Корреспондентка задала ей несколько вопросов:
1. Фамилия, имя, отчество?
2. Откуда родом?
3. Год рождения?
4. Сколько служит в армии и в качестве кого?
5. Где ее отец, чем он занимается? (Парнякова ответила, что отец ее на фронте и является офицером Красной Армии).
6. В составе делегации какой части она прибыла на встречу с американцами? (Парнякова ответила, что прибыла из санитарного учреждения).
Затем на Парнякову надели автомат и сфотографировали.
Американские офицеры поднимали тосты за различные виды советского оружия. Помощник начальника разведотдела генерального штаба американской армии капитан Фридель выкрикнул на русском языке: «Да здравствует советская пехота».
Как наши, так и американские офицеры вели себя хорошо. Держали себя свободно, но сдержанно. Никаких эксцессов не было.
Встреча закончилась в 16.00. В 16.30 американцы переправились через [346] Эльбу у моста в районе Торгау. На прощание тов. Бакланов снял свой гвардейский значок и как сувенир подарил его командиру 5-го американского корпуса генерал-майору Хюбнеру. Последний был чрезвычайно тронут вниманием и высоко оценил этот жест.
Заслуживают внимания отдельные эпизоды и лица.
1. Командующий артиллерией 5-го американского корпуса бригадный генерал Хелмик. Он служит в армии 30 лет. Награжден 13 орденами и медалями, среди них мексиканскими. Участвовал в войне с Японией. Он заявил, что у Америки с Японией имеются свои счеты. Когда генерал-майор Русаков заметил, что на Дальнем Востоке у нас имеется сильный флот, Хелмик бросил реплику: «У вас не только флот, но и артиллерия хорошая».
2. Капитан Петр Устинов. Он русский по национальности, уроженец города Москвы. В 1920 году, когда ему было 7 лет, родители выехали в Америку. Отец его — специалист по хлопководству. Сам он в Америке закончил колледж (средняя школа), высшую школу и исторический факультет Колумбийского университета. Сейчас он — представитель генерального штаба на Европейском театре военных действий и начальник всех американских военных раций во Франции.
В беседе с работниками политотдела армии Устинов рассказывал об огромной популярности Рузвельта в американском народе и армии, что в противовес Рузвельту новый президент Трумэн никому не известен, никто не знает, что он делал до сих пор. Однако все говорят, что если Рузвельт избрал его своим заместителем, как видно, он неглупый человек. А если по своей скромности он до сих пор не популяризировал себя, то это для него только плюс.
Устинов рассказал, что 1-я американская армия с момента ее высадки в Нормандии до Эльбы взяла в плен более 800 000 немецких солдат и офицеров. Он также рассказал, что в Лейпциге они освободили русскую девушку Нину из города Конотопа вместе с ее матерью. Она попросила его взять ее с собою, чтобы довести до русских. Когда она встретилась с нашими красноармейцами, она попрощалась с Устиновым и при этом сказала ему, что бы с ней ни случилось, но умирать она хочет только в Конотопе. На дорогу Устинов снабдил ее велосипедом.
Около 21.00 26 апреля, когда Устинов находился во 2-м батальоне 173 гсп 58 гсд, ему принесли телеграмму, в которой говорилось, что немцы сосредотачивают крупные силы северо-восточнее Дессау, квадрат 2475, и просили «предупредить об этом друзей» (то есть командование Красной Армии). Устинов немедленно сообщил об этом командиру батальона гвардии капитану Неда и просил немедленно сообщить об этом выше. Присутствующий там работник политотдела армии немедленно отправился в штаб дивизии и предупредил об этом командира дивизии гвардии генерал-майора Русакова, который в свою очередь поставил об этом в известность командование корпуса.
3. Капитан Фридель, уроженец г. Тешин, по национальности поляк. Отец его адвокат — из-за преследования немцами уехал в Америку. Фридель работает в разведотделе генерального штаба.
4. Викения Урвин. Это — корреспондентка городской Сен-Луизской газеты «Пост Диспач» (по-русски — «Почтовый курьер»). Она, побыв немного на встрече, уехала в направлении нашего тыла. Но принятыми мерами была задержана и переправлена на западный берег Эльбы.
5. Майор Жданов. Корреспондент ТАСС при 1-й американской армии. В беседе с работником политотдела армии он рассказал, как американцы создают местную власть в занятых ими германских городах, о взаимоотношениях между американскими солдатами и офицерами и немецким населением и о поведении последнего. [347]
Американские воинские части не занимаются гражданскими вопросами. Для этого существует отдел по гражданским делам, так называемый «Сивил Аферз». Представители этого отдела находятся вместе с передовыми частями армии и при занятии немецких городов занимаются восстановлением местной администрации. На должности бургомистров часто остаются бургомистры, бывшие при фашистском режиме, или их заменяют другими лицами из местного самоуправления — судьями, прокурорами, избегая выдвижения новых людей. На замечания Жданова американцам, почему они так поступают, ведь судьи, прокуроры и другие должностные лица, бывшие при фашистском режиме, сами являются фашистами, — американцы ответили, что, если они плохо будут работать, они их уберут, а выдвигать новых людей, не сведущих в этом деле, нельзя.
Что касается взаимоотношений между американскими военнослужащими и местным немецким населением, то первые в полном смысле слова бойкотируют вторых. Американским офицерам и солдатам категорически запрещается разговаривать с немцами и немками. За нарушение этого приказа в первый раз военнослужащий штрафуется на 65 долларов, во второй раз — более строго наказывается. Однако, когда немцы или немки обращаются к американским военнослужащим, они отвечают им вежливо и корректно.
О том, как ведет себя население, говорят два характерных факта:
Одна немка пришла в штаб американской воинской части и пожаловалась на американского солдата, что тот без ее разрешения включил приемник. В другом случае одна немка остановила американского офицера, шедшего вместе с товарищем Ждановым, и заявила ему, что один француз отобрал у нее велосипед, а поскольку американцы находятся здесь и отвечают за порядок, она требует немедленно вернуть ей велосипед.
В городе Торгау, находящемся на западном берегу Эльбы, наши офицеры наблюдали, как американские офицеры в чине майоров и капитанов заходили в немецкие дома и требовали вина, шарили по квартирам и в подвалах.
Один немецкий врач, который до революции работал в России, подошел к нашему капитану и сказал: «У меня имеется много медикаментов, заберите их себе. Я не хочу, чтобы они попали в руки американцев, и вообще я не понимаю, почему вы с ними связались». Когда наши офицеры вошли в его дом, а вслед за ними зашли американский майор и капитан, немец обратился к ним по-французски и сказал американцам: «У меня имеется много медикаментов, заберите их себе. Я не хочу, чтобы они попали в руки русским». Когда наши офицеры рассказали американцам что этот немецкий врач за несколько минут до этого говорил им, то американский майор выгнал его и последовал за ним. Через несколько минут майор вернулся. И когда его спросили, где немец, он махнул рукой и свистнул.
В Торгау корреспондент английской газеты «Дейли Мейл» задал такой вопрос нашему офицеру: «Какая разница в отношениях русских к американцам и англичанам?»
Американцы получили приказ — не пропускать через Эльбу на западный берег идущих с востока немецких беженцев и освобожденных Красной Армией из немецкого плена людей.
Начальник политотдела 5-й гвардейской армии гвардии генерал-майор Катков [348]
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2675. Д. 170. Л. 312–317. Подлинник.
№ 233. Ходатайство командующего войсками 1-го Украинского фронта Верховному Главнокомандующему о передаче освобожденных английских и американских военнопленных непосредственно на линии соприкосновения с союзниками
19 апреля 1945 г. 17.30
В целях быстрейшей передачи освобожденных войсками фронта военнопленных англичан и американцев прошу не направлять их через Одессу, как было раньше, а передавать их в установленном порядке в районе Торгау.
Конев
Крайнюков
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 346. Л. 158. Подлинник.
№ 234. Письмо помощника начальника ГШ КА по внешним сношениям заместителю Наркома иностранных дел Союза ССР с информацией для союзников о решении начальника ГШ КА проводить боевые операции на территории Германии вне зависимости от установленных зон оккупации
№ 127880 29 апреля 1945 г.
В ответ на послание Черчилля (пункт 5-й письма), адресованного на имя товарища Сталина, начальник Генерального штаба Красной Армии генерал армии тов. Антонов полагает возможным дать следующий ответ:
В целях скорейшего разгрома и ликвидации немецких войск советские войска будут проводить свои операции вне зависимости от установленных зон оккупации, сообразуясь с оперативной необходимостью.
Продвижение советских войск на любом из участков фронта будет происходить до момента непосредственной встречи с американскими или английскими войсками.
Для того чтобы избежать перемешивания советских и американских или английских войск, а также чтобы избежать случаев проникновения в районы, уже оккупированные другой союзной армией, советское командование уже дало указание своим войскам о том, чтобы при встрече советских войск с союзными войсками старшие советские начальники немедленно устанавливали связь со старшими начальниками американских или английских войск и по договоренности между собой:
1. Устанавливали временную тактическую разграничительную линию.
2. Принимали меры к тому, чтобы в границах своей временной разграничительной линии окончательно ликвидировать любое остающееся сопротивление немецких войск.
Помощник начальника Генерального штаба КА по внешним сношениям генерал-майор Н. Славин [349]
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 305. Л. 226–227. Подлинник.
№ 235. Доклад уполномоченного Совета Народных Комиссаров СССР по делам репатриации начальнику ГШ КА об освобождении и взятии на учет военнопленных и гражданских лиц союзных государств
№ 02413 30 апреля 1945 г.
Докладываю:
По состоянию на 30 апреля 1945 года освобождено и взято на учет следующее количество союзных и иностранных военнопленных и граждан:
Кроме того, по донесению отдела по репатриации 1-го Украинского фронта от 29.4.45 г., в 40 км южнее Берлина освобожден лагерь Луккенвальде, в котором, по первым данным (требующим уточнения), выявлено: американцев — 5011 чел., англичан — 3067 чел., французов — 2938 чел., итальянцев — 184 чел., поляков — 668 чел., югославов — 591 чел., чехословаков — 43 чел., голландцев — 17 чел., всего — 12539 человек.
Генерал-полковник Голиков
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 265. Л. 10. Подлинник.
№ 236. Письмо помощника начальника ГШ КА по внешним сношениям главам военных миссий США и Великобритании об установлении бомборазграничительной линии на подступах к Берлину
№ 56 2 мая 1945 г.
И. о. главы американской военной миссии в СССР контр-адмиралу К. Е. Олсену
И. о. главы британской военной миссии в СССР контр-адмиралу И. Р. Арчеру
Уважаемый адмирал Олсен!
Уважаемый адмирал Арчер!
В связи с успешным продвижением советских войск северо-западнее Берлина и занятием советскими войсками города Ростока Генеральный штаб [350] Красной Армии просит Объединенное союзное командование дать указание своим ВВС, начиная с 3 мая 1945 года, придерживаться нижеследующей бомборазграничительной линии: Висмар, Шверин, Демитц, затем по р. Эльбе до Тангермюнде.
Далее на юг от Тангермюнде бомборазграничительная линия остается без изменений.
Прошу об этом незамедлительно сообщить генералу Эйзенхауэру.
Уважающий Вас, помощник начальника Генерального штаба КА генерал-майор Н. Славин
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 292. Л. 66. Копия.
№ 237. Ходатайство начальника политического управления 1-го Украинского фронта начальнику Главного Политического Управления Красной Армии о передаче освобожденных граждан государств — союзников [их] военным властям непосредственно через линию фронта
5 мая 1945 г. 10.20
Во вновь занятых районах Германии освобождено из концентрационных лагерей большое количество военнослужащих и граждан союзных нам стран: англичан, американцев, французов и др. В связи с соединением с союзниками, ввиду большой перегруженности репатриационных пунктов и нецелесообразности отправки репатриируемых на родину через порты СССР, прошу Вас поставить перед высшими органами вопрос о разрешении отправки военнослужащих и граждан союзных государств на родину непосредственно через линию фронта, с передачей их английским и американским военным властям.
Начальник политического управления 1-го Украинского фронта гв. генерал-майор Яшечкин
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 366. Л. 14. Подлинник.
№ 238. Донесение начальника политического управления 1-го Украинского фронта начальнику Главного Политического Управления Красной Армии о встрече командования фронта с командным составом 12-й армейской группы американских
войск
7 мая 1945 г.
Докладываю:
5 мая в 14 часов в населенном пункте Лебуза, 40 км северо-восточнее города Торгау, состоялась встреча командующего 1-м Украинским фронтом маршала тов. Конева с командующим 12-й армейской группой американских войск генералом Брэдли.
На встрече присутствовали: со стороны американцев — генерал Брэдли, начальник штаба армейской группы генерал-лейтенант Аллен, начальник оперативного отдела штаба армейской группы и старшие офицеры штаба, большая группа корреспондентов, фоторепортеров и кинооператоров США, [351] Англии, Франции, Канады, Бельгии. Всего до 65 человек; с нашей стороны — маршал тов. Конев, члены Военного совета фронта генерал-лейтенанты тов. Крайнюков, Кальченко, начальник штаба 1-го Украинского фронта генерал армии тов. Петров, заместители командующего фронтом, начальники управлений, командующий 5-й гвардейской армией гв. генерал-полковник Жадов, командир 34 гск гв. генерал-майор Бакланов, представители центральных и фронтовых газет, кинооператоры, фотокорреспонденты.
Помещение, где происходила встреча, было хорошо оформлено: у входа на фасаде вывешены государственные флаги США, СССР и Великобритании. Ниже — лозунг на английском и русском языках «Да здравствует победа англо-советско-американского боевого союза над немецко-фашистскими захватчиками!» Внутри здания развешены портреты Рузвельта, Сталина, Черчилля, в зале — большое панно: Черчилль, Рузвельт и Сталин на Крымской конференции. По сторонам, справа и слева, государственные флаги США, СССР и Великобритании.
Маршал тов. Конев, встретив гостей у входа в здание, приветствовал их, после чего пригласил в зал. Был дан обед, перед началом которого тов. Конев выступил с краткой речью о боевом пути Красной Армии, прошедшей под водительством маршала Сталина путь от Сталинграда до Эльбы, о заслугах американской армии, о Рузвельте, так много сделавшем для обеспечения победы англо-советско-американского боевого союза над немецко-фашистскими захватчиками, выразил соболезнование по поводу безвременной кончины президента Рузвельта и надежду, что новый президент Трумэн продолжит дело, за которое боролся Рузвельт. Тов. Конев поднимает тост за встречу американских войск с Красной Армией.
Следующий тост произнес генерал Брэдли. Он отметил мужество и храбрость солдат Русской армии, руководимой маршалом Сталиным, храбрость войск 1-го Украинского фронта, примеру которых следовали американские солдаты, офицеры и генералы. Он также остановился на заслугах Рузвельта, выразил сожаление, что не удалось дожить ему до счастливого дня победы. Он предложил выпить тост за встречу, за здоровье маршала Сталина.
За дальнейшую хорошую работу штабов тосты произнесли начальник штаба 1-го Украинского фронта генерал армии тов. Петров, начальник штаба 12-й армейской группы, а также начальники оперативных отделов.
Тов. Конев пригласил участников встречи в зал для просмотра концерта. Выступал фронтовой красноармейский ансамбль песни и пляски, исполнивший в начале государственные гимны США и Советского Союза.
Когда исполнялся гимн США, американцы подпевали, по окончании бурно аплодировали. Сильное впечатление произвело на них исполнение гимна Советского Союза. Гости бурно аплодировали. Выступление ансамбля пользовалось исключительным успехом у гостей, особенно восторженно встречены такие номера, как шуточная американская песенка «Кабачок», английская «Тепэрэри» и красноармейская пляска, которую смотрели стоя, аплодировали, одобрительно свистели.
Известный американский корреспондент Дени, до войны представлявший ряд американских агентств в Москве и лояльно относящийся к СССР, по окончании концерта заявил: «До сего дня я по-настоящему не понимал русского народа».
Другие из гостей заявляли, что они этот день не забудут никогда в жизни и будут долго рассказывать обо всем, что видели здесь.
Генерал Брэдли, поблагодарив за концерт, объявил решение правительства США о награждении маршала Конева высшим американским орденом и тут же вручил ему орден, обнял и поцеловал.
Вручение награды было встречено присутствовавшими восторженно.
В 17 часов гости направились к выходу, сопровождаемые тов. Коневым и нашими генералами.
Генералу Брэдли были вручены маршалом Коневым ценные подарки: знамя с надписью «От воинов Красной Армии 1-го Украинского фронта», боевая лошадь. После выражения благодарности генерал Брэдли подарил [352] тов. Коневу легковую машину «виллис» с надписью: «Командиру 1-й Украинской группы армий от солдат американских войск 12-й группы армий», вручил знамя, американский автомат.
Встреча прошла в сердечной дружественной обстановке.
Начальник политуправления 1-го Украинского фронта гв. генерал-майор Яшечкин
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2712. Д. 366. Л. 223–228. Подлинник.
№ 239. Доклад командующего войсками 2-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о встрече с фельдмаршалом Монтгомери
8 мая 1945 г. 01.00
Докладываю:
1. Сегодня, 7.5.45 г., в 12.00 в г. Висмаре состоялась моя встреча с фельдмаршалом Монтгомери.
С нашей стороны на этой встрече присутствовали: Субботин, Цанава, Боголюбов, Соколовский (арт.), Вершинин (4 ВА), Виноградов (разведчик фронта).
Со стороны англичан — девять генералов во главе с фельдмаршалом Монтгомери.
Для встречи был выстроен почетный караул и дан салют из 19 орудий.
Встреча прошла в дружеской обстановке и продолжалась два часа.
Характерными являются следующие фразы Монтгомери: а) «Вы с войной на западе покончили, а у нас еще Япония. Хорошо бы драться с ней плечом к плечу» б) «С войной на западе покончено. В дальнейшем будут большие дипломатические трудности, преодолеть которые, по-видимому, будет труднее, чем разбить Германию».
В заключение Монтгомери высказал три пожелания: а) быстрее вернуть союзных военнопленных (руководствуясь Вашим разрешением, я обещал это сделать); б) посетить Сталинград; в) встретиться с Вами.
2. В порядке ответа на его приглашение и мое посещение я 10 мая пригласил Монтгомери к себе.
Встречу организую в р-не Ной-Клосте, 20 км восточнее Висмара.
К. Рокоссовский
Н. Субботин
А. Боголюбов [353]
ЦАМО РФ. Ф. 237. Оп. 2430. Д. 75. Л. 35–37. Подлинник.
Содержание главы
№ 240. Письмо британской военной миссии в СССР начальнику ГШ КА с жалобой на плохое обращение советских войск с английскими летчиками, оказавшимися на территории Германии, занятой советскими войсками. № 13. 15 мая 1945 г.
№ 241. Проект устного ответа помощника начальника ГШ КА на жалобу британской военной миссии в СССР. 19 мая 1945 г.
№ 242. Донесение командующего 47-й армией Военному совету 1-го Белорусского фронта о встрече с представителями 102-й пехотной дивизии 9-й американской армии. 17 мая 1945 г.
№ 243. Донесение заместителя начальника политического управления 1-го Украинского фронта заместителю начальника Главного Политического Управления РККА о встречах с командованием американских войск. № 0364. 21 мая 1945 г.
№ 244. Донесение начальника оперативного управления штаба 2-го Белорусского фронта начальнику оперативного управления ГШ КА о положении на севере Германии по данным английских военнослужащих, русских репатриантов и немецких граждан. 21 мая 1945 г. 22.00.
№ 245. Донесение начальника штаба 2-го Белорусского фронта Начальнику ГШ КА о положении на севере Германии по сведениям, полученным от союзных офицеров, русских репатриантов и немецких граждан. 25 мая 1945 г. 03.00
№ 246. Донесение начальника оперативного управления штаба 2-го Белорусского фронта начальнику оперативного управления ГШ КА о положении в районе Гамбурга по данным английских военнослужащих, русских репатриантов и немецких граждан. 26 мая 1945 г. 00.45
№ 247. Доклад уполномоченного Совета Народных Комиссаров СССР по делам репатриации начальнику ГШ КА о количестве освобожденных и взятых на учет военнопленных и гражданских лиц союзных государств. № 02990. 28 мая 1945 г.
№ 248. Письмо Начальника ГШ КА главам военных миссий США и Великобритании в СССР с согласием создать объединенный секретариат для координации действий союзников в Германии. № 0078. 29 мая 1945 г.
№ 249. Донесение начальника политического управления 1-го Белорусского фронта заместителю начальника Главного Политического Управления РККА о встречах с командованием американских войск. № 0239. 6 июня 1945 г.
№ 250.Письмо Начальника Генерального Штаба КА главам британской и американской военных миссий в СССР о случаях нарушения союзниками разграничительной линии между союзными и советскими войсками. № 86. 7 июня 1945 г.
№ 251. Доклад представителя уполномоченного Совета Народных Комиссаров СССР по делам репатриации наркому иностранных дел, заместителю наркома обороны и начальнику ГШ КА об итогах переговоров с представителем Верховного Главнокомандующего союзными экспедиционными силами. № 03327. 11 июня 1945 г.
№ 252. Письмо начальника ГШ КА главе американской военной миссии в СССР о фактах нарушения союзниками разграничительной линии между советскими войсками и войсками союзников. № 95. 12 июня 1945 г.
№ 253. Информация Главного Разведывательного Управления КА начальнику управления спецзаданий ГШ КА о запрете французским командованием частных общений с советскими офицерами и дипломатами. 14 июня 1945 г.
№ 254. Из сборника разведывательных материалов № 1 разведуправления штаба группы Советских Оккупационных войск в Германии о группировке английских, американских и французских войск в Европе. 1 августа 1945 г.
Глава включает в себя полтора десятка документов, большинство из которых публикуется впервые. Часть материалов касается взаимоотношений советских и союзных оккупационных войск, положения в американской и британской зонах оккупации. Документы освещают начальный этап противоборства великих держав на территории поверженной Германии: ограничиваются и строго контролируются контакты между союзниками, осложняется решение вопросов о репарациях и будущем Германии, становятся частыми жалобы сторон на «недружественные акции» и нарушения разграничительной линии… Мир вступал в полосу «холодной войны» — и представленные в главе документы позволяют читателю составить собственное мнение об этой странице нашей истории.
№ 240. Письмо британской военной миссии в СССР начальнику ГШ КА с жалобой на плохое обращение советских войск с английскими летчиками, оказавшимися на территории Германии, занятой советскими войсками
№ 13 15 мая 1945 г.
Генералу армии А. И. Антонову
начальнику Генерального штаба Красной Армии, НКО
Москва, СССР
Копия: генерал-лейтенанту К. Д. Голубеву
Генерал, я должен обратить Ваше внимание на новую жалобу, исходящую от трех британских унтер-офицеров, относительно обращения с ними со стороны Красной Армии после их освобождения.
Копию письма-жалобы прилагаю.
И. Р. Арчер контр-адмирал
Перевел лейтенант Кольцов
Приложение к письму адмирала Арчера от 15 мая 1945 г.
«Мы, нижеподписавшиеся, объявляем, что это заявление является правильным и точным.
Скрываясь с 29 марта 1945 года в лесах в районе Ферринг, Штурмарк, мы встретились 1 апреля 1945 года в 14.30 с русскими войсками. В 18.00 этого же дня, т. е. 1 апреля 1945 года, нас вместе с русскими войсками фронта бросили в бой у Феллбекка. Позднее, в этот же вечер, нас привели в штаб дивизии и опросили. Русский офицер отказался рассматривать нас как [354] англичан и настаивал, чтобы мы сказали ему, в составе какой немецкой дивизии мы сражались. Впоследствии нас заставили провести ночь в свинарнике в Ферринге вместе с немецкими военнопленными».
Подписали:
1064337 Дж. Данн, сержант
826068 Дж. А. Джессон, сержант
5155 Б. А. Лэси, ефрейтор
2 мая 1945 г.
Перевел лейтенант Кольцов
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 305, Л. 219–220. Зав. копия.
№ 241. Проект устного ответа помощника начальника ГШ КА на жалобу британской военной миссии в СССР
19 мая 1945 г.
И. о. главы британской военной миссии в СССР контр-адмиралу И. Р. Арчеру
Ваше письмо от 15 мая с. г. № 13 получено, но так как оно написано в грубой, неучтивой форме по отношению к начальнику Генерального штаба Красной Армии генералу армии Антонову как старшему в звании и служебном положении, то это письмо ему не докладывалось и докладываться не будет.
Одновременно считаю своим долгом довести до Вашего сведения, что и впредь на Ваши письма, которые будут написаны в подобной форме, ответов не последует.
Уважающий Вас, Помощник начальника
Генерального штаба Красной Армии генерал-лейтенант Н. СЛАВИН
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 305. Л. 218. Копия.
№ 242. Донесение командующего 47-й армией Военному совету 1-го Белорусского фронта о встрече с представителями 102-й пехотной дивизии 9-й американской армии
17 мая 1945 г.
9 мая с. г. по приглашению командира 102 сд 9-й американской армии генерал-майора Китинга командир 76 сд 47-й армии полковник тов. Гервасиев с группой офицеров был на официальной встрече у американцев в штабе 407-го полка 102 сд в г. Стендаль. Все представители с нашей стороны мной были подготовлены и проинструктированы.
На этой встрече беседа продолжалась более двух часов и прошла в обстановке сердечности и взаимных дружеских отношений.
Генерал-майор Китинг, извинившись перед моими представителями за [355] скромно обставленную встречу, пригласил их на банкет, подготовляемый им к 16 мая.
В ответ на приглашение американцев командир 76 сд полковник тов. Гервасиев пригласил генерал-майора Китинга с группой офицеров 11 мая на обед к себе в дивизию.
11 мая генерал-майор Китинг прибыл в 76 сд с группой офицеров и солдат в количестве 16 человек, среди них были заместитель командира дивизии бригадный генерал Фукс и начальник тыла дивизии подполковник Шиин.
Организованная по моим указаниям встреча американцев в 76 сд вызвала у них исключительно высокую оценку. Для гостей был дан обед. После обеда американцы прослушали концерт красноармейской самодеятельности и просмотрели кинокартину «Крымская конференция».
Во время обеда генерал-майор Китинг попросил от имени командования 9-й американской армии дать ему список 12 офицеров и красноармейцев 76 сд для награждения их американскими орденами и медалями.
12 мая такой список командир 76 сд после моего утверждения направил в штаб американской дивизии.
16 мая в 17.00 на нашу сторону прибыл представитель 13-го корпуса 9-й американской армии подполковник с переводчиком для встречи приглашенных генерал-майором Китингом наших представителей.
На западной стороне р. Эльба ожидал наших людей зам. командира 102 сд бригадный генерал Фукс. Были выстроены рота солдат и оркестр.
Оркестр при встрече сначала исполнил дивизионный марш, а затем «Интернационал» и государственный гимн США. Наш представитель сказал американцам, что «Интернационал» не является Государственным гимном Советского Союза, на что был дан ответ: «Государственный гимн СССР будет исполнен в штабе дивизии». Но и в штабе дивизии вторично был исполнен «Интернационал», а не наш Государственный гимн.
В числе представителей с нашей стороны был послан начальник политотдела армии полковник тов. Калашник для вручения американским офицерам советских орденов, представленный как офицер для особых поручений штаба армии.
В штабе дивизии при вручении наших орденов весь присутствовавший там американско-советский офицерский состав был выстроен.
Мною было награждено по представлению командира 102-й американской сд генерал-майора Китинга всего 12 американских военнослужащих.
16 мая было вручено 5 наград:
1. Командиру 102 сд генерал-майору Китингу — орден Красного Знамени.
2. Заместителю командира 102 пд бригадному генералу Фуксу — орден Красного Знамени.
3. Полковнику Доуэр — орден Отечественной войны 1 ст.
4. Полковнику Герлесс — орден Отечественной войны 1 ст.
5. Полковнику Линц — орден Отечественной войны 1 ст.
Остальным семи офицерам и сержантам, в связи с отсутствием их в тот момент, награды не были вручены. Им награды будут вручены 20 мая, когда генерал-майор Китинг прибудет в 76 сд для вручения американских орденов и медалей офицерам и красноармейцам 76 сд.
На поздравление моего представителя по случаю вручения советских орденов генерал-майор Китинг сказал:
«Я как представитель вооруженных сил Америки, принимая эти высокие награды от дружественной Красной Армии, считаю, что они послужат еще большему укреплению боевого содружества двух великих наций. Эта награда является наградой для всего американского народа».
На обеде в своих высказываниях командир 13-го корпуса генерал-майор (фамилия не была указана) и генерал-майор Китинг подчеркнули, что благодаря совместным усилиям Советского Союза и Америки немецкий фашизм был разгромлен. Оба генерала призывали к еще большему укреплению дружбы между Советским Союзом и Америкой. Они отмечали, что обе нации являются молодыми и располагают колоссальной энергией, благодаря которой могут обеспечить мир во всем мире. [356]
Командир 13-го американского корпуса прямо сказал: «Народ, который имеет такого человека, как маршал Сталин, может выполнить любую поставленную задачу».
В ходе обеда командир корпуса от имени американской армии предложил тост за товарища Сталина.
Генерал-майор Китинг в своем выступлении сказал: «Дружба наших народов, скрепленная в боях, будет вечно жить в сердцах наших народов».
Как в предыдущих встречах, так и во время этого обеда американцы вели беседу главным образом на военные и политические темы. Говоря об общеизвестных вещах, они, однако, в очень осторожной и деликатной форме пытались выяснить, например, «как долго Красная Армия будет на Эльбе», «как будут развиваться отношения Советского Союза и Японии».
По вопросу о Японии чаще всего говорил генерал-майор Китинг. Он сказал: «Я хорошо знаю каждый дюйм земли в Японии и кроме того хорошо владею японским языком. В любой момент я готов выступить против Японии».
На встрече, кроме наших представителей, был еще командир 40 ск 3-й армии генерал-лейтенант Кузнецов с группой офицеров. Но нужно отметить, что на обеде генерал-лейтенант тов. Кузнецов сделал ряд необдуманных высказываний. Например, говоря о советско-американских отношениях, он сказал:
«Благодаря совместным усилиям, мы разгромили немецкий фашизм, а сейчас мы совместно разгромим японский империализм и встретимся в Токио».
На эти слова американцы реагировали с подъемам и стоя аплодировали.
Далее генерал-лейтенант тов. Кузнецов сказал: «Имея таких руководителей, как товарищ Сталин и товарищ Рузвельт, мы можем выполнить любую задачу».
Американцы поправили его: «У нас сейчас не Рузвельт, а Трумэн». Но тов. Кузнецов все же повторял имя «товарища» Рузвельта.
После генерал-лейтенанта Кузнецова выступил командир 76 сд полковник Гервасиев, который, выразив благодарность командованию американской армии, провозгласил тост за усиление дружбы между советскими и американскими народами и в послевоенное время и за здоровье президента США господина Трумэна.
На обеде присутствовал один военнослужащий в американской форме с погонами лейтенанта Красной Армии. Он рекомендовал себя как представителя русской военной миссии в Париже по вопросу репатриации советских военнопленных в зоне действия 102-й американской сд. Он хвалился, что имеет мандат от генерал-полковника Драгун.
Следует отметить, что американцы хорошо подготовили встречу 16 мая, приложив все усилия к тому, чтобы угодить своим гостям. Встреча прошла в теплой, дружественной атмосфере.
Вывод:
Встречи с представителями американских войск в общем прошли хорошо. Однако представители 3-й армии и лично сам генерал-лейтенант тов. Кузнецов, видимо, к этой встрече как следует не готовились, ввиду чего и имели место недостатки, проявленные в его высказываниях.
Командующий войсками 47-й армии гв. генерал-лейтенант Перхорович
Член Военного совета 47-й армии генерал-майор Королев [357]
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 23801 Д. 26. Л. 317–320. Подлинник.
№ 243. Донесение заместителя начальника политического управления 1-го Украинского фронта заместителю начальника Главного Политического Управления РККА о встречах с командованием американских войск
№ 0364 21 мая 1945 г.
Указания Ставки Верховного Главнокомандования Красной Армии о поведении наших войск при встрече с частями союзных войск были направлены армиям и соединениям фронтового подчинения. Политуправление фронта потребовало от начальников политорганов разъяснить всему личному составу о достойном поведении при встрече с союзниками, строжайшем соблюдении военной тайны и воинской дисциплины.
В частях и соединениях фронта указания Ставки прежде всего были разъяснены офицерскому составу, а затем сержантскому и рядовому составу. Беседы проводили агитаторы и работники политорганов.
В помощь политорганам и партполитаппарату частей направлялись работники политуправления фронта и политотделов армий. Особое внимание обращалось на культурное и достойное поведение военнослужащих Красной Армии, внешнюю подтянутость, сохранение военной тайны.
С 25 апреля 1945 г. с выходом наших войск к реке Эльба состоялось несколько встреч командования частей и соединений фронта с командованием американских войск.
25 апреля с. г. по приглашению командования 69-й американской дивизии представители 173-го полка 58 сд в составе заместителя командира по строевой части майора Илларионова, командира 2-го батальона этого полка капитана Неда и других офицеров прибыли в штаб 69 пд, находящейся в 40 км западнее Эльбы. Их встретил американский майор. Находящиеся при встрече американские солдаты устроили дружную овацию, выкрикивали приветствия по адресу Красной Армии и советского народа, снимали с погон наших офицеров звездочки и цепляли их себе, стремясь приобрести что-нибудь себе на память о русских. Затем наших офицеров принял командир 69-й американской пехотной дивизии генерал-майор Райнхардт.
Встреча была исключительно дружеской, генерал и его офицеры фотографировались вместе с нашими представителями, договорились о последующей встрече, для чего генерал Райнхардт, бригадный генерал Морест, офицеры штаба дивизии с охраной на 13 «виллисах» направились в г. Торгау.
26 апреля произошла встреча между командиром соединения, где начальником политотдела полковник Карпович, генерал-майором тов. Русаковым и командиром 69-й американской пехотной дивизии генерал-майором Райнхардт. При встрече присутствовали с нашей стороны: начальник штаба дивизии подполковник Рудник, командир 173 гв. сп майор Рогов и другие офицеры. С генералом Райнхардтом были его заместитель — бригадный генерал Морест, начальник штаба дивизии полковник Пилинч.
При встрече присутствовали около 70 журналистов американских, английских, французских и советских газет и несколько кинорепортеров. Здесь же встретились представитель ТАСС при 1-й американской армии Жданов и писатель Константин Симонов.
На приеме генерал-майор Русаков и генерал-майор Райнхардт обменялись приветственными речами. Генерал Райнхардт заявил: «Я переживаю самые радостные дни в моей жизни. Я горд и счастлив, что моей дивизии посчастливилось первой встретиться с частями героической Красной Армии. На территории Германии встретились две великие союзные армии. Эта встреча ускорит окончательный разгром военных сил в Германии».
В ответной речи генерал-майор Русаков сказал:
«Наступил долгожданный и радостный день встречи великих армий. Мы рады встретить союзные американские войска на территории вражеской Германии. Этот день является большим историческим событием в борьбе [358] с гитлеровской Германией. Пусть эта встреча послужит залогом быстрейшего и окончательного разгрома гитлеровской армии и установления прочного мира».
Генерал-майор Райнхардт вручил генерал-майору Русакову национальный американский флаг.
Встреча прошла в теплой и дружественной обстановке.
27 апреля в 16.00 на юго-западной окраине г. Аннабург в расположении соединения, где начальником политотдела подполковник Мочалов, приземлилось три американских самолета, на которых прилетели представители 104-й американской дивизии: два полковника, один майор и другие офицеры. Представители союзной нам американской армии были встречены заместителем командира дивизии полковником Ходос, начальником штаба полковником Паниным и начальником политотдела подполковником Мочаловым.
Представители американской армии прибыли, чтобы пригласить командование нашей дивизии на встречу с офицерами 104-й американской пехотной дивизии.
28 апреля состоялась встреча командования нашей дивизии с командованием 104 пд американской армии. Со стороны нашего командования находились генерал-майор Суханов, командир дивизии, начальник политотдела Мочалов и другие офицеры штаба. Со стороны 104-й американской пехотной дивизии — командир дивизии генерал-майор Эллен, бригадный генерал Вудворт, полковник Деграф и другие офицеры.
Встреча происходила в районе города Делич, на западном берегу Эльбы (в расположении 104 пд), куда прибыло наше командование по приглашению американцев. Встреча прошла в дружественной обстановке.
После встреч командиров дивизий произошла встреча командира корпуса, где начальником политотдела полковник Волов, генерал-майора Бакланова с командиром 5-го американского корпуса 1-й американской армии генерал-майором Хюбнером.
Встреча состоялась 28 апреля с. г. в селе Вердау. На улице перед местом встречи была построена арка, над которой на русском и английском языках были вывешены лозунги.
Американцы прибыли на нескольких «виллисах». Генерал-майор Бакланов и генерал-майор Хюбнер обменялись приветственными речами. В своей речи генерал Хюбнер сказал: «Я рад встретиться с Вами. Это для меня самьи счастливый день в моей жизни и самый радостный день для американских солдат и офицеров — встретиться с русской армией в Германии, здесь на берегу Эльбы».
Затем генерал-майор Бакланов пригласил американцев в сад, где бы; устроен обед.
Командира 5-го армейского корпуса сопровождали: начальник штаба полковник Майсон, командующий артиллерией корпуса генерал Хелмин командир 69-й пехотной дивизии генерал-майор Райнхардт и др.
С нашей стороны присутствовали: командир дивизии генерал-майор Русаков, начальник штаба корпуса полковник Мительман, начальник политотдела корпуса полковник Волов и другие офицеры. Всего присутствовало около 60 офицеров, из которых 25 американцев.
Генерал-майор Бакланов передал генералу Хюбнеру знамя с изображе нием медали «За оборону Сталинграда». Генерал Хюбнер, принимая егс горячо благодарил за знаки внимания и дружбы.
Генерал Хюбнер при встрече с тов. Баклановым пытался выяснить задачу стоящую перед корпусом. На это тов. Бакланов ответил, что корпус имет задание выйти на Эльбу и ждать дальнейших приказаний. Затем генера Хюбнер задал тов. Бакланову следующие вопросы. 1) О возможности встреч между командующим 1-й американской армией и командующим наше армией, а также между командующим армейской группой войск генералом Брэдли и маршалом Коневым. 2) Как посмотрит советское командование н подведение союзных войск с западному берегу Эльбы, рубеж Дессау-Риза 3) Каков будет ответ советского командования на их желание построит мост через Эльбу в районе Торгау? [359]
На все эти вопросы генерал-майор Бакланов сказал, что ответы будут им даны через офицеров связи после совещания с вышестоящими командирами.
Беседы за столом протекали в дружественной атмосфере. Все происходящее советские и американские кинорепортеры засняли на пленки. Американские кинорепортеры засняли также рядом висящие портреты Сталина и Рузвельта. Портрет Рузвельта был обтянут черным крепом.
Американские офицеры и наши вели себя хорошо — держали себя свободно, но сдержанно. Никаких эксцессов не произошло.
30 апреля состоялась встреча командующего армией, где начальником политотдела генерал-майор Катков, генерал-полковника Жадова с командующим 1-й американской армией полным генералом Ходжесом. Генерала Ходжеса сопровождали: начальник штаба армии генерал Кин, командующий артиллерией армии генерал Харт, командующий авиационным корпусом генерал Стерли, около 15 офицеров и до 70 корреспондентов, среди которых было 20 английских корреспондентов, два французских, два бельгийских и другие.
С нашей стороны присутствовали члены Военного совета генерал-майор Кривулин, генерал-майор Сухарев, генерал-майор Полуэктов, начальник политотдела армии генерал-майор Катков, начальник штаба генерал-майор Лямин, начальник тыла армии генерал-майор Метелкин, ряд командиров корпусов и дивизий.
Генерал Ходжес преподнес генерал-полковнику Жадову знамя. Генерал-полковник Жадов преподнес генералу Ходжесу хорошо оформленный альбом и медаль «За оборону Сталинграда».
17 мая 1945 года в населенном пункте Бад-Вильдунген (юго-западнее Кассель, 30 км) в расположении американских войск состоялась встреча командующего 1-м Украинским фронтом маршала Конева с командующим 12-й армейской группой американской армии генералом Брэдли.
С нашей стороны присутствовали: маршал Конев, командующий артиллерией фронта генерал-полковник Варенцов, командующий БТ и МВ фронта генерал-полковник Новиков, командующий воздушной армией генерал-полковник Красовский, начальник оперативного отдела штаба фронта генерал-майор Костылев, начальник разведотдела штаба фронта генерал-полковник Ленчик, генерал-майор Солодовников, группа старших офицеров штаба фронта и 12 корреспондентов и кинооператоров.
Со стороны американцев — полный генерал Брэдли, командующий 9-й американской армией генерал-лейтенант Симпсон, командующий 15-й американской армией генерал-лейтенант Шеро, начальник штаба 12-й армейской группы американской армии генерал-лейтенант Аллен, 6 генералов, группа старших офицеров и большая группа кинооператоров, корреспондентов, фоторепортеров американских, английских, канадских и французских газет.
На западном берегу реки Эльбы тов. Конев и находившиеся с ним генералы и офицеры были встречены генералом американской армии, который сопровождал тов. Конева до места встречи. До Лейпцига ехали на легковых машинах, от Лейпцига до Касселя — на американских самолетах, далее до места встречи — на американских легковых машинах.
Для встречи маршала товарища Конева американцы выставили почетный караул. На здании были вывешены государственные флаги США, СССР и Великобритании. Оркестр исполнил гимны США и Советского Союза.
После обмена приветствиями тов. Конев от имени советского правительства вручил генералу Брэдли орден Суворова 1 степени.
Выразив благодарность за высокую награду, генерал Брэдли пригласил участников на обед, продолжавшийся в течение полутора часов.
Во время обеда генерал Брэдли и маршал тов. Конев обменялись тостами. В своей краткой речи генерал Брэдли сказал, что генералы, офицеры и солдаты американской армии рады видеть у себя в гостях советских генералов и офицеров. Эта встреча незабываема. Она могла состояться только потому, что руководили и руководят нами такие замечательные государственные деятели, как Сталин, Черчилль, Рузвельт, дело которого продолжает теперь [360] президент Трумэн. Генерал Брэдли предложил тост в честь маршала Сталина, Красной Армии и маршала Конева.
По окончании обеда силами американских артистов в военной форме (среди них три женщины) [был] дан концерт, начавшийся с исполнения Государственного гимна Советского Союза. Наряду с американскими песнями, музыкой было исполнено несколько номеров из русской музыки, преимущественно музыка Чайковского. Концерт закончился исполнением государственного гимна США.
После концерта тов. Конев и сопровождавшие его лица направились в расположение своих войск.
Все встречи командования наших и американских войск происходили в дружественной обстановке, никаких эксцессов не произошло.
Американские офицеры и солдаты относились к нашим военнослужащим с большим уважением и дружелюбием, обменивались подарками.
Заместитель начальника политического управления 1-го Украинского фронта
ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11289. Д. 680. Л. 157–162. Подлинник.
№ 244. Донесение начальника оперативного управления штаба 2-го Белорусского фронта начальнику оперативного управления ГШ КА о положении на севере Германии по данным английских военнослужащих, русских репатриантов и немецких граждан
21 мая 1945 г. 22.0
Докладываю:
1. [Расположение] частей 8-го английского корпуса подтверждается [Они дислоцируются] в районах Киль, Любек, Ратцебург. Штабы 2 А — в Гамбурге, 8 ак — в Киль. 2 А входит в состав 21-й армейской групга Основная танковая группировка 2 А [находится] западнее Киля. В г. Гамбурге (южнее Гамбурга) дислоцируются подразделения 1172-го полка 12-го корпуса. В городе Любек [находятся] 720-я и 626-я войсковые части.
2. В Шверин начали прибывать английские (шотландские) части, которые предположительно начали смену частей 8-й американской дивизии, которая якобы должна убыть на Дальний Восток. Штаб 8 пд — северо-западная окраина Шверина.
3. Из района Любека на Гамбург англичане вывозят боеприпасы и горючее.
4. В городе Любек находится свыше 10000 поляков, которых эмиссар польского Лондонского правительства при прямом покровительстве англич усиленно вербуют в армию Андерса. В лагере около Шверина несколько [поляков] уже зачислены в армию Андерса. Формируемые польские части убывают предположительно в Бельгию.
Русские изменники родины через представителя Лондонского правительства превращаются в поляков и убывают в Англию и США.
5. В городе Любек восстановлены заводы по выпуску снарядов и вагоно-ремонтный. Восстановлением военных предприятий и [объектов] тяжелой промышленности руководят английские инженеры.
6. В районе Любек много немецких беженцев, желающих возвратиться к месту жительства. Однако англичане в последние дни запрещают выезд, проводят работу по оседанию беженцев. [361]
7. В районе Нойштадт сосредоточено много сдавшихся немецких войск. Немецкие офицеры находятся на свободе и не обезоружены. Англичане пытаются использовать опытных немецких моряков для службы в английском флоте.
8. Продолжают распространяться слухи о предстоящем столкновении между Англией и СССР. Особенно это отмечается среди немцев и поляков. Эмиссары Лондонского правительства говорят об этом открыто в лагерях. Частично болтают и английские офицеры. Так, 21.5.45 г. начальник английской охраны подводных лодок в Нойштадте лейтенант Грай говорил, что скоро союзники, используя немцев, начнут бои против СССР.
Котов
ЦАМО РФ. Ф. 237. Оп. 2430. Д. 75. Л. 225–226. Подлинник.
№ 245. Донесение начальника штаба 2-го Белорусского фронта Начальнику ГШ КА о положении на севере Германии по сведениям, полученным от союзных офицеров, русских репатриантов и немецких граждан
25 мая 1945 г. 03.00
Докладываю:
1. Генерал Мур, командир 8-й американской дивизии, дислоцируемой в районе г. Шверина, объявил офицерскому составу, что в ближайшие дни 8 пд уйдет на Дальний Восток (Бирма).
2. Вместо 18 ак на участок Висмар — Шверин пока выходят части 8-го английского корпуса 2 А.
3. Среди английских солдат и офицеров частей, расположенных в районе Шлезвиг, Гамбург, Киль [ведутся] упорные разговоры, что все полевые войска должны скоро уйти, взамен их прибудут спецчасти, подготовленные ранее для службы оккупации.
4. В зоне, что 25 км зап. Шверина, в населенных пунктах большое скопление техники союзников, тщательно замаскированной, западнее этой зоны скопления техники союзников не отмечено. Оборонительные работы на линии Висмар, Шверин (окопы и другие мероприятия) продолжаются по ночам.
5. Жизнь в Гамбурге восстановлена, промышленные предприятия, в том числе военного значения, работают полным ходом на союзников. Органы власти остались полностью на своих местах, только назначены новые бургомистры, нацисты и гестаповцы на свободе. Военнопленные немцы живут в казармах, охрана слабая. Русские военнопленные находятся в прежних лагерях под охраной англичан и немцев. Якобы 8.5.45 г. русские пытались выйти из лагерей, англичане и немцы открыли огонь, убили 6 русских. Среди немецкого населения спадает страх перед Красной Армией, особенно после улучшения положения в Берлине. Среди населения распространяются разговоры, что англичане выйдут за Эльбу, а территория до Гамбурга будет контролироваться СССР. Открытой нацистской пропаганды в Гамбурге нет. Среди женщин активизируется движение «Вервольф».
6. В последние дни союзники усиливают контроль и режим, особенно вблизи демаркационной линии. Прибывающие от нас советские офицеры репатриационных комиссий сопровождаются союзными офицерами, наши автоколонны в Шверин не допускаются.
А. Боголюбов [362]
ЦАМО РФ. Ф. 237. Оп. 2430. Д 75. Л. 185–196. Подлинник.
№ 246. Донесение начальника оперативного управления штаба 2-го Белорусского фронта начальнику оперативного управления ГШ КА о положении в районе Гамбурга по данным английских военнослужащих, русских репатриантов и немецких граждан
26 мая 1945 г. 00.45
Генерал-полковнику тов. Штеменко
Докладываю:
1. В районе Гамбурга дислоцированы 11-й и 12-й английские корпуса, там же имеется большое количество тщательно замаскированных танков. Автомашины, занятые перевозкой советских граждан, принадлежат направлению с условным названием گ-6-1т» из состава 12-го английского корпуса.
2. Артчасти английской армии якобы расположены по западному берегу р. Эльбы.
3. 20 км западнее Ритверин много тщательно замаскированных аэродромов.
4. По заявлениям советских граждан, требующим проверки, англичане в районе Гамбурга проводят чрезвычайно либеральную политику к немцам. Это приводит к тому, что вооруженные эсэсовцы, гестаповцы и прочие банды нападают на безоружных советских граждан. 7 или 9 мая 1945 г. в районе Альтома вооруженная банда немцев напала на лагерь и убила 230 наших советских девушек и женщин. 8.5.45 г. банда немцев убила в лагере Нойгамма до 250 русских. Английские власти за последние дни стали принимать ряд мер, в частности: а) усилили охрану лагерей; б) призывали советских граждан не передвигаться в одиночку; в) в Гамбурге вывешено объявление за подписью английского коменданта, что за убийство англичан и русских будут приняты жесткие карательные меры вплоть до расстрела.
5. В районе Шверина сосредоточилось большое количество русских, медлящих вернуться на родину, боящихся репрессий.
6. Среди немецкого населения в зоне Гамбурга большие продовольственные трудности. На этой почве среди немецкого населения идут разговоры о желании перейти к русским, где с продовольствием лучше. Масса беженцев из Восточной Германии готовится к возвращению на постоянное местожительство.
7. Слухи о предстоящей войне с союзниками распускаются немцами, выдвигающими основным мотивом «польский вопрос».
Котов
ЦАМО РФ. Ф. 237. Оп. 2430. Д. 75. Л. 209, 210. Подлинник.
№ 247. Доклад уполномоченного Совета Народных Комиссаров СССР по делам репатриации начальнику ГШ КА о количестве освобожденных и взятых на учет военнопленных и гражданских лиц союзных государств
№ 02990 28 мая 1945 г.
Докладываю:
На 28 мая 1945 г. освобождено и взято на учет следующее количество союзных и иностранных военнопленных и граждан:
Генерал-полковник Голиков
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 265. Л. 84. Подлинник.
№ 248. Письмо Начальника ГШ КА главам военных миссий США и Великобритании в СССР с согласием создать объединенный секретариат для координации действий союзников в Германии
№ 0078 29 мая 1945 г.
Главе американской военной миссии в СССР генерал-майору Дж. Дину
И. о. главы британской военной миссии в СССР контр-адмиралу И. Р. Арчеру
Уважаемый генерал Дин!
Уважаемый адмирал Арчер!
В ответ на Ваше письмо от 12 мая с.г. № 947 прошу сообщить генералу Эйзенхауэру следующее:
1. Верховное командование советских войск согласно с Вашим предложением о создании «Объединенного Секретариата» Верховного Командования экспедиционных войск союзников и советского Верховного Командования.
2. Представителем советского Верховного Командования для обсуждения вопроса о создании «Объединенного Секретариата» назначается заместитель начальника Генерального штаба Красной Армии генерал-полковник Курасов. [364]
3. Местом встречи и местом пребывания «Объединенного Секретариата» предлагается г. Магдебург.
4. Прошу Вас сообщить свое мнение по пункту третьему этого письма, а также уведомить меня, кто будет представителем Верховного Командования экспедиционных сил союзников и предлагаемое Вами место встречи.
Уважающий Вас,
Начальник Генерального штаба Красной Армии генерал армии Антонов
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 292. Л. 92. Копия.
№ 249. Донесение начальника политического управления 1-го Белорусского фронта заместителю начальника Главного Политического Управления РККА о встречах с командованием американских войск
№ 0239 6 июня 1945 г.
С момента соединения на р. Эльба наших частей с американскими войсками имел место ряд взаимных встреч генералов, офицеров и солдат обеих сторон. Как правило, инициаторами этих встреч являлись американцы. Командование наших соединений принимает приглашения союзников и встречи организуются как в расположении американских армий, так и в расположении наших войск.
Общения генералов, офицеров и рядовых с американцами проходят в торжественной, взаимно гостеприимной обстановке. Вот как, например, было принято командование 33-й армии командованием 9-й американской армии.
На западном берегу р. Эльбы командование 33-й армии было встречено американскими офицерами, которые и сопровождали гостей до места встречи. В 500 метрах от подъезда к зданию штаба по обеим сторонам улицы были выставлены солдаты на расстоянии 10 метров друг от друга, в белых гетрах и перчатках, с белыми поясами, с винтовками «на караул». В вестибюле здания — парные часовые.
Встречающие провели приехавших в рабочий кабинет командующего 9-й американской армией генерал-лейтенанта Симпсона.
После коротких взаимных приветствий и представлений гости были приглашены на плац, где был выстроен почетный караул из трех рот (по одной роте из пехоты, танков и авиации) общей численностью до 450 человек и одной 4-орудийной батареи, а также оркестра в 64 человека. По команде «смирно» батарея салютовала 21 холостым выстрелом. Оркестр исполнил гимн Советского Союза и национальный гимн США. В воздухе появилось 100 американских самолетов, четким строем обозначивших буквы: СССР.
Группа наших офицеров, возглавляемая командиром 76 сд полковником Гервасиевым, по приглашению командира 102-й американской пехотной дивизии генерал-майора Китинга посетила его и подчиненных ему штабных офицеров, присутствовавших на приеме.
Встреча состоялась в штабе одного из полков 102-й пехотной дивизии, расположенного в городе Стендаль. На приеме присутствовали помощник командира дивизии генерал-майор Фокет, командир полка полковник Ульяне и штабные офицеры. На мосту через реку Эльба наших офицеров встретили два капитана американской армии с группой солдат, которые их сопровождали в назначенное место на специально поданных легковых автомашинах.
У здания штаба полка командир 102-й пехотной дивизии генерал-майор Китинг лично встретил нашу делегацию и представил своих офицеров, а затем попросил представить наших офицеров, после этого пригласил в помещение, где состоялась беседа. [365]
На беседе генерал-майор Китинг рассказал, что американская пехотная дивизия состоит из 18 тысяч человек личного состава, имеет большое количество артдивизионов и до 60 танков. При штабе дивизии есть 11 офицеров, переодетых в гражданскую одежду, которые в совершенстве владеют немецким языком и ведут агентурную работу. От батальона и выше имеются специально назначенные офицеры для ведения культурно-просветительной работы среди солдат.
Американцами объявлено всему немецкому населению, что если оно будет укрывать немецких военнослужащих, и особенно эсэсовцев, то будет расстреливаться, а дома их сжигаться. Американцами периодически проводится прочесывание лесов и населенных пунктов, производятся обыски.
В беседе американцами было заявлено, что из действующей американской армии в Европе предполагается отправить до 400 тысяч войск против Японии, часть войск должна остаться в качестве оккупационной армии в Германии, часть будет отправлена в Америку как резерв.
О правительственных наградах генерал-майор Китинг заявил, что в Советском Союзе это дело поставлено хорошо. Орденами награждаются даже дивизии и полки. Офицеры и генералы награждаются за выслугу лет. «Я служу в армии, — говорит Китинг, — 30 лет и, если бы у нас был такой закон, я тоже получил бы награду, но наше правительство награждает очень скупо. Чтобы получить высшую награду — медаль конгресса, нужно остаться без рук, без ног или же получишь перед самой смертью. Выслуга лет в воинских званиях в американской армии очень большая».
Во время встреч американцы щедро выражают свои симпатии к Советскому Союзу и Красной Армии в различных видах, вплоть до награждения наших офицеров американскими орденами.
Как правило, на зданиях вывешиваются советские флаги, портреты товарища Сталина, лозунги на русском языке: «Приветствуем наших русских товарищей!», «Привет Маршалу Сталину!», «Привет великому русскому народу!». Оркестры исполняют гимн Советского Союза или Интернационал. Во время концертов американские солдаты и артисты стараются непременно исполнить что-нибудь из русского репертуара.
В отдельных высказываниях и замечаниях солдаты, офицеры и генералы американской армии также выражают свое уважение к Советскому Союзу и боевой дружбе с Красной Армией.
Так, например, на обеде во время приема командования нашего 40 ск командир 102-й американской пехотной дивизии генерал-майор Китинг произнес краткую вступительную речь о дружбе американского и советского народов и в заключение поднял тост за здоровье товарища Сталина.
Эту мысль в своем выступлении подчеркнул и командир 13-го армейского корпуса генерал-майор Гиллем. Он сказал: «Лучшими дипломатами являются воины, наши солдаты. Там, где трудно договориться дипломатам, легко решить вопрос солдатам, тем более таким солдатам, дружба которых скреплена кровью, пролитой в совместной борьбе против общего врага. А всем известно, что нет более крепкой дружбы, чем дружба, возникшая под огнем пулеметов и пушек».
Американцы особое предпочтение отдают пехоте. Во всех выступлениях они подчеркивают силу своей и нашей пехоты. Так, бригадный генерал 102-й американской дивизии Фоке заявил: «Я очень ценю авиацию, уважаю танки, хорошо понимаю значение артиллерии, но главным родом войск остается пехота. Поэтому поднимаю тост за американскую и русскую пехоту, добившихся победы, и ничью больше».
Нельзя не обратить внимания на то, что американцам доставляет большое удовольствие хотя бы что-нибудь иметь на память о Советском Союзе, о Красной Армии. Они собирают звездочки с головных уборов, с погон и другие сувениры. В результате, как доносит нач. политотдела, после одной из встреч, проходившей в расположении американской части, бойцы и офицеры 40 ск не досчитались 35 пилоток. [366]
Следует отметить, что ни в официальных речах, ни в частных беседах американцы ни одним словом не упоминают об Англии. Об английских воинах и их роли в разгроме немцев.
На всех встречах американских офицеров интересует, как советское командование смотрит на оказание помощи союзникам в войне против Японии. Спрашивают, имеем ли мы войска на Дальнем Востоке, есть ли там хорошо оборудованные авиационные базы и т. д. Этот вопрос по существу является главным во всех беседах и выступлениях американцев.
Наши люди при встречах, как это отмечают все донесения политорганов, с американцами соблюдают корректность, каждый является на встречу в лучшем обмундировании, при орденах. Как бойцы, так и командиры внимательны к американцам, сдержанны при выпивке и стараются обойти всякие разговоры, касающиеся военной тайны.
Начальник политуправления 1-го Белорусского фронта
генерал-лейтенант Галаджев
ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11289. Д. 681. Л. 111–114. Подлинник.
№ 250. Письмо Начальника Генерального Штаба КА главам британской и американской военных миссий в СССР о случаях нарушения союзниками разграничительной линии между союзными и советскими войсками
№ 86 7 июня 1945 г.
Главе британской военной миссии в СССР генерал-лейтенанту Дж. X. Гаммелю
Главе американской военной миссии в СССР генерал-майору Дж. Р. Дину
Уважаемый генерал Гаммель!
Уважаемый генерал Дин!
За последнее время со стороны американских и английских ВВС, а также отдельных американских и английских военнослужащих участились случаи нарушения разграничительной линии между союзными и советскими войсками, в частности:
1) 20 мая с. г. в 13.00 в районе Гифлау нашими войсками были задержаны 5 американских «виллисов» с тремя военнослужащими американской армии на каждом во главе с капитаном 20 пд 7-й американской армии.
2) В тот же день в районе Лицин был задержан еще один американец.
3) В 16.00 того же дня на полуострове Рустров совершил посадку двухместный одномоторный самолет спортивного типа, принадлежавший артдивизиону 7-й английской пехотной дивизии.
4) 28 мая с. г. в 18.00 советскими истребителями посажен на аэродроме Варнемюнде спортивный самолет типа «Аист», принадлежащий 121-й эскадрилье 127-го дивизиона 2-й ударной канадской воздушной армии.
5) 30 мая с. г. посажен английский самолет типа «Балтимор» на аэродроме Грац.
6) 30 мая с. г. на аэродром Цельвег произвел посадку американский самолет «Штинсон» — экипаж 2 человека.
7) 31 мая с. г. в 11.30 в районах Такен, Путлитц отмечен пролет пяти английских самолетов типа «Спитфайр» на высоте 500 метров. [367]
8) 1 июня с. г. в 10.15 в районе Грофспетерсдорф на высоте 700 метров с курсом до 300 градусов прошел американский самолет «Либерейтор».
9) В этот же день в 12.40 в этом же районе вторично прошел американский самолет «Либерейтор», высота — 800 метров с курсом 210 градусов.
10) 1.6.45 г. в районе аэродрома Мюнхендор прошел «Либерейтор» на высоте 300–400 метров, сделав два виража над аэродромом, ушел курсом 300 градусов.
11) В этот же день в 13.25 в районе Вены на высоте 500 метров прошел «Либерейтор». После подачи сигналов на посадку советскими истребителями «Либерейтор» взял курс 300 градусов и на повышенной скорости ушел в западном направлении.
12) В этот же день в 14.25 в районе Гимберг на высоте 800 метров прошел американский самолет «Летающая крепость» с курсом 130 градусов.
Кроме изложенного выше, неоднократные нарушения американскими ВВС разграничительной линии имели место в районе Ржичаны.
Во избежание инцидентов прошу Вас настоящее довести до сведения генерала Эйзенхауэра для принятия мер, которые могли бы предотвратить повторение подобных нарушений.
Уважающий Вас, Начальник Генерального штаба Красной Армии
генерал армии Антонов
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 292. Л. 101–103. Зав. копия.
№ 251. Доклад представителя уполномоченного Совета Народных Комиссаров СССР по делам репатриации наркому иностранных дел, заместителю наркома обороны и начальнику ГШ КА об итогах переговоров с представителем Верховного Главнокомандующего союзными экспедиционными силами
№ 03327 11 июня 1945 г.
Докладываю об итогах переговоров с представителем Верховного главнокомандующего союзными экспедиционными силами генерал-майором Барке-ром по вопросу о передаче советских и союзных граждан через линию войск.
I. Работа в Галле
1. Переговоры проходили на территории Западной Германии, находящейся под контролем союзных войск, в г. Галле с 16 по 22 мая 1945 года.
2. Переговоры, начиная с момента встречи и до конца их, проходили далеко не в дружественной атмосфере.
В первый день переговоров были подвергнуты обсуждению все принципиальные вопросы, связанные с порядком репатриации советских граждан и граждан союзных стран. Баркер настойчиво и многократно навязывал проект переброски наших людей и вывоз граждан союзных государств авиацией с посадкой в районе наших войск на территории Польши и в глубине страны с предварительной разведкой своими офицерами наших аэродромов, т. е. в основу были положены разведывательные цели. Это было отвергнуто мною.
По остальным вопросам было достигнуто устное обоюдное согласие.
Второй день переговоров, как и последующие дни, был посвящен обсуждению представленного мною письменного плана. Когда встал вопрос оформить письменно то, о чем договорились устно в первый день, Баркер [368] отказался от всего и внес новые предложения, суть которых сводилась к следующему:
а) отрицание необходимости в письменном оформлении достигнутого соглашения и стремление договоритья со мною частным порядком, под «честное слово»
б) настоятельно требовали вывоза всех англичан и американцев до окончания работ в Галле, для чего опять-таки требовали дать согласие на широкое применение авиации с посадкой на наших аэродромах и в связи с этим стремились направить своих офицеров на рекогносцировку этих аэродромов. При отказе в этом просили завезти своим автотранспортом, не беря на себя никаких обязательств в отношении наших людей;
в) категорически возражали против моей формулировки, требующей возвращения на родину всех без исключения советских граждан.
Надо полагать, что за этим, безусловно, скрывались попытки задержать наших советских граждан, происходящих с территорий Прибалтики, Западной Украины и Западной Белоруссии, а также и всех тех, кто не желает возвращаться на родину;
г) в острой форме вскрылись разногласия по вопросу о транспортировке советских граждан с территории Германии, союзных стран и стран, находящихся под контролем союзных войск. Если в начале переговоров в «любезной» форме предлагалась в широком плане авиация — до 50 самолетов ежедневно, то после нашего отказа от нее генерал-майор Баркер, жалуясь на транспортные затруднения союзников, вызванные якобы переброской войск на Восток, предложил как единственно возможный вариант, облегчающий положение союзников, — передвижение всех наших советских граждан на расстояние до 10 — 12-суточных переходов производить пешими маршами;
д) в тесной связи с этим вопросом и в не менее острой форме обсуждался вопрос о личном имуществе советских репатриантов. С их стороны были предложения ограничить личное имущество репатриантов весом до 20 кг на человека.
За этим скрывалась цель — большую часть имущества советских граждан оставить на их территории.
Следует заметить, что при обсуждении вопроса о применении авиации в широком плане возражений о перевозке имущества советских репатриантов со стороны представителей союзного командования не было;
е) исходя из их попытки договориться в Галле частным порядком и пустить всю репатриацию на самотек, вследствие которой могли бы «затеряться» массы советских граждан, они хотели полностью снять с себя ответственность за количество советских граждан, подлежащих передаче, а их только, по словам Баркера, насчитывается около 1,5 миллиона человек, а в действительности больше. В связи с этим под различными предлогами и в категорической форме отказались производить передачу по спискам и актам;
ж) вовсе был отвергнут мой пункт плана, обязывающий стороны расследовать факты фашистских зверств и представлять взаимоинформирующий материал по этому вопросу. Мотив был один — что это к органам репатриации не относится и обмен такими материалами может происходить между сторонами каждый раз по соответствующему запросу;
з) последний вопрос разногласий, который со всей убедительностью вскрыл их намерения сорвать плановую передачу, сводился к тому, что вместо конкретного продуманного плана взаимной репатриации через линию войск они пытались закончить переговоры, не взяв на себя никаких обязательств. В связи с этим настойчиво предлагали создать постоянно действующие комиссии и подкомиссии для каких-то детальных разработок вопросов, связанных с передачей репатриантов через линию войск. Состав этих комиссий, по их мнению, должен был быть из представителей армейских соединений той и другой стороны.
3. Во время переговоров инициатива находилась в наших руках. Их планы были отвергнуты и все дни переговоров были посвящены обсуждению [369] только нашего плана, который с небольшими и непринципиальными поправками был принят 22 мая 1945 г.
Это положение вынудило Баркера заявить:
«Я поставлен в глупое положение возражающего и со стороны кажется, что виновником в затяжке переговоров являюсь я».
В целях избежания срыва переговоров, которые намечались неоднократно, я пошел на некоторые уступки непринципиального значения, а именно:
а) в первом пункте плана, где шла речь о лицах, подлежащих репатриации, исключили фразу «без исключения», оставив — «всех советских граждан»
б) допустил в случаях необходимости однодневный суточный (25–30 км) пеший марш для физически здоровых людей;
в) вовсе исключил пункт о зверствах, приложив к плану соответствующий меморандум по этому вопросу на имя генерал-майора Баркера;
г) несколько иначе сформулировал пункт о передаче советских граждан по спискам и актам, но и в связи с этим представил меморандум о допуске на территорию Западной Германии группы представителя уполномоченного СПК СССР генерал-майора т. Вершинина. Этот меморандум я вручил вместе с планом генерал-майору Баркеру.
Таким образом, считаю, что подписанный мною в Галле план о передаче советских и союзных граждан через линию войск полностью соответствует Крымскому соглашению по вопросу взаимной репатриации и отражает наши государственные интересы.
Приложение № 1 и № 2 — копии подписанных планов в русском и английском тексте и № 3 и № 4 — планы, предложенные Баркером и отвергнутые нами.
II. Посещение лагерей советских граждан, находящихся в ведении союзного командования
После переговоров добились разрешения на посещение нескольких пунктов на территории Западной Германии, где содержатся советские граждане, а именно: Эрфурт — около 20 000 человек, Мюльхаузен — около 8500 человек, Магдебург — около 7500 человек, Лейпциг — около 1800 человек. Довели до всех этих граждан принятый план передачи, провели митинги, рассказали о том, какую заботу проявляет партия и правительство. Подъем был исключительный, просили передать привет тов. Сталину и Молотову, задавали вопросы — возьмут ли их в ряды Красной Армии, на работу и т. д.
Внутренняя администрация существует во всех проверенных нами лагерях.
Обнаружены недочеты:
а) Размещение скученное — в лагере Мюльхаузен 700 человек спят на полу без матрацев и одеял. Женщины и дети раздеты. У некоторых вид истощенный. Бани нет. Такое же положение и в лагере Лейпциг.
б) Установленных Крымским соглашением норм питания не придерживаются. Объем в 1,5–2 раза меньше установленного. Имеют место случаи перебоев в питании (с хлебом, мясом, жирами). Горячая пища выдается один раз в сутки, два раза горячая пища выдается только для военнопленных, и то в лагере Эрфурт. Остальным утром и вечером выдаются продукты питания в сухом виде.
в) Должный учет не налажен. Внутренняя администрация обязанности свои выполняет робко. До нашего прибытия советские граждане, находящиеся в лагере, не видели официальных представителей.
г) В некоторых лагерях (Эрфурт) имеется в большом количестве ценное имущество (25 пишущих машинок с русским шрифтом, до 50 автомашин, оружие, медицинское оборудование и т. п.).
Американская администрация пытается оказать сопротивление к вывозу его на родину. [370]
По всем недостаткам предъявлены претензии американской администрации, которая обещала все это удовлетворить.
Во всех лагерях внутренняя администрация нами проинструктирована, даны четкие указания по всем вопросам как на период нахождения в лагерях, так и на путь следования.
Обнаружены факты нахождения советских граждан в рядах американской армии, о чем Баркеру было сделано письменное представление (см. приложение № 5)
III. Проверка готовности лагерей к приему советских граждан и ход приема-передачи по фронтам
1) Указанные в плане приемо-передаточные пункты по фронтам были развернуты вовремя и с 23.5 начали организованный прием и передачу репатриантов.
К этому сроку были развернуты лагеря для размещения советских граждан, определенные директивой Ставки Верховного Главнокомандования за № 11086 от 11 мая 1945 г.
Материальная база всех проверенных лагерей отвечает требованиям.
Недостатками являются:
а) неполная укомплектованность офицерским составом в лагерях по утвержденным штатам, особенно офицерами-хозяйственниками;
б) в отдельных лагерях не созданы положенные запасы продовольствия, а транспортные средства в распоряжении командования лагерей крайне ограниченны;
в) в отдельных лагерях проверка репатриантов (гражданских лиц) развертывается крайне медленно. Контрольные органы приступают к работе с запозданием, а выделенные им проверочные группы малочисленны, что удлиняет сроки пребывания советских граждан в лагерях. (В лагере «Котбус» (1 УФ) — 12 тысяч человек, из них многие ожидают проверки в течение 2–3 недель).
По устранению этих недочетов даны указания начальникам отделов репатриации фронтов, а также доложено военным советам фронтов.
2) К организованному приему и передаче через линию [соприкосновения] войск фронтовые органы репатриации приступили своевременно. За все время через линию [соприкосновения] войск от союзного командования на 9.6.45 г. принято всего советских граждан 697 422 человека.
Передано союзному командованию через линию [соприкосновения] войск 211 641 чел., из них: англичан 17361, американцев 17451, французов 146 195, норвежцев 835, голландцев 14236, бельгийцев 15490, люксембуржцев 23, испанцев 21, греков 5, бразильцев 4 и датчан 20.
В ходе приема и передачи вскрыты следующие недочеты:
а) С момента соединения частей Красной Армии с союзными войсками производилась неорганизованная передача, а в ряде случаев был самотек, так например: из комендатуры «Риза» (1 УФ) самовольно покинуло комендатуру около 1000 англичан и 1184 американца.
Из лагеря «Лукенвальде» (1 БФ) несколько сот человек американцев и англичан вывезено на американских автомашинах, которые беспрепятственно пересекли линию [соприкосновения] войск и проникли в глубь нашей территории.
2 БФ допустил посадку на аэродромы в границах фронта 330 американских самолетов, в районе Барта, на которых было вывезено 8500 американцев, а всего до 20 мая 2 БФ передал 9495 американцев.
Ясно, что все это не могло не сказаться на самих переговорах в Галле, оно затруднило наше положение и явилось для Баркера поводом под различным предлогом переговоры затягивать и настоятельно требовать передачи всех американцев и англичан до подписания плана таким же порядком по договоренности с командованием фронтов и войсковых соединений. [371]
Выводы:
1. Ход приема советских граждан от союзного командования в соответствии с подлинным планом передачи советских и союзных граждан в г. Галле на сегодня можно признать удовлетворительным, хотя с 1 июня темп передачи значительно снизился по сравнению с первыми днями (с 23 мая по 1 июня принято от союзников 574 372 чел., а с 1 июня по 7 июня принято 218570 человек).
2. До сих пор союзное командование продолжает грубо нарушать Крымское соглашение по репатриации (служба советских граждан в армии США, неудовлетворительное питание в лагерях, необеспеченность одеждой и обувью, [плохие] оповещение и сбор в лагеря и на сборные пункты одиночек и групп советских граждан, находящихся на территории Западной Германии).
3. В связи с этим особенно необходимо поставить по линии НКИД вопрос о допуске групп представителей уполномоченного СНК СССР в Западной Германии генерал-майора Вершинина, поскольку все возможности по нашей линии исчерпаны (вручен меморандум генералу Баркеру в г. Галле 22 мая, был поставлен вопрос о допуске групп генерала Вершинина при личном свидании с генералом Дин 4 июня 1945 г. и генералом Гаммель 8 июня 1945 г.).
Приложение: № 1, 3, 4, 5, 6, 7 — планы и меморандумы на 13 листах, с № 1 по 11 — записи из дневника переговоров на 43 листах.
Генерал-лейтенант Голубев
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 265. Л. 125–131. Подлинник.
№ 252. Письмо начальника ГШ КА главе американской военной миссии в СССР о фактах нарушения союзниками разграничительной линии между советскими войсками и войсками союзников
№ 95 12 июня 1945 г.
Генерал-майору Джону Р. Дину
Уважаемый генерал Дин!
Прошу Вас передать генералу Эйзенхауэру следующее:
Мною получены сведения о недопустимых действиях со стороны некоторых американских офицеров и отдельных групп на территории, занятой войсками Красной Армии.
Привожу нижеследующие факты:
1. 1 июня в 16.00 без пропуска от местного командования Красной Армии на завод в пос. Волькенштайн (30 км юго-восточнее Кемниц) прибыли на грузовой автомашине 4 офицера американской армии. Указанные офицеры силой забрали у администрации завода ключи от сейфов завода и начали погрузку на автомашину деталей, изготовленных заводом. Кроме того, они требовали от администрации завода выдать им чертежи изготовляемых деталей.
2. 3 июня полковник американской армии Штаргервальд (удостоверение № 062626) прибыл к коменданту города Мариенберг и заявил ему, что им получено устное разрешение на получение с завода в Волькенштайне необходимых ему деталей. Такого разрешения полковнику Штаргервальду никто не давал.
3. 4 июня в 08.00 к заводу в Волькенштайне вновь подъехали две грузовые [372] автомашины с военнослужащими американской армии в количестве 12 человек, которые перерезали телефонную связь с городом Мариенбергом и пытались проникнуть на территорию завода.
Подобные недопустимые действия военнослужащих американской армии могут привести к нежелательным конфликтам между нашими войсками.
В своих сообщениях от 7 до 10 июня с. г., переданных Вам через любезное посредство генерала Дина, я сообщал о большом количестве случаев нарушений разграничительной линии между советскими войсками и войсками союзников со стороны американских и английских военно-воздушных и наземных войск.
Доводя до Вашего сведения обо всех этих случаях, я просил Вас дать соответствующие указания войскам о прекращении нарушений.
С точки зрения наших союзных отношений упомянутые выше действия отдельных американских офицеров и групп военнослужащих союзных войск совершенно недопустимы. Прошу провести детальное расследование всех приведенных фактов, наказать виновных, а также дать заверение в том, что будут приняты необходимые меры к недопущению повторения подобных действий в будущем.
Уважающий Вас, начальник Генерального штаба Красной Армии
генерал армии Антонов
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 292. Л. 111–112. Зав. копия.
№ 253. Информация Главного Разведывательного Управления КА начальнику управления спецзаданий ГШ КА о запрете французским командованием частных общений с советскими офицерами и дипломатами
14 июня 1945 г.
Французский генеральный штаб национальной обороны 28.4.45 разослал войскам, военным учреждениям и военно-учебным заведениям сов. секретную директиву.
Согласно этой директиве всем военнослужащим французской армии от генерала до рядового солдата категорически запрещается иметь частное общение с офицерами Красной Армии и сотрудниками дипломатических представительств СССР во Франции и в других странах.
Сведения получены агентурным путем.
Заместитель начальника Главного разведуправления Генштаба Красной Армии генерал-лейтенант Онянов [373]
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 248. Л. 69. Подлинник.
№ 254. Из сборника разведывательных материалов № 1 разведуправления штаба группы Советских Оккупационных войск в Германии о группировке английских, американских и французских войск в Европе
1 августа 1945 г.
I. Состав союзных войск в Европе
К моменту капитуляции Германии 8.5.1945 г. в состав союзных войск в Европе входили:
21-я группа армий фельдмаршала Бернарда Лоу Монтгомери (1-я канадская, 2-я английская, 1-я союзная парашютная армии).
12-я группа армий генерала Омара Н. Брэдли (9, 3, 1, 15-я американские армии).
6-я группа армий генерала Джекоб Л. Девере (17-я американская и 1-я французская армии).
15-я группа армий генерала Марк В. Кларк (5-я американская и 8-я английская армии).
Они имели в своем составе:
Армий………. 11
Корпусов…….. 29
Дивизий и бригад…. 138.
Общее руководство союзными войсками в Европе осуществлялось Объединенным штабом союзных экспедиционных сил под руководством верховного главнокомандующего экспедиционными войсками на Европейском театре военных действий генерала армии Дуайта Д. Эйзенхауэра. Заместителем верховного главнокомандующего являлся главный маршал авиации Теддер, начальником штаба — генерал Бедуэл Смит.
21-я группа армий находилась на северном фланге союзных экспедиционных войск в Западной Европе, в весенних боях 1945 года действовала в Голландии и Северо-Западной Германии, выйдя в начале мая к границе Дании и в район Висмар.
12-я группа армий, являясь основным ядром союзных войск, действовала в Центральной Германии и к исходу боев вышла на соединение с войсками Красной Армии по р. Эльба и Мульде от Виттенберга до Цвиккау, а также в районах Прага и Линц.
6-я группа армий действовала в Южной Баварии и Тироле.
15-я группа армий, входя в состав союзных экспедиционных войск Средиземноморского театра военных действий, действовала в Северной Италии, выйдя к моменту окончания войны в Каринтию и Юго-Западную Австрию.
Состав армий к 9.5.1945 года:
1-я канадская армия — 1, 2 ак
2-я английская армия — 1, 8, 12, 30 ак
9-я американская армия — 7, 13, 16 ак
3-я американская армия — 8, 12, 20 ак
1-я американская армия — 3, 5, 19 ак
7-я американская армия — 6, 15, 21 ак
15-я американская армия — 22, 23 ак
5-я американская армия — 2, 4 ак
8-я английская армия — 5, 13 ак, 2 польск. ак, 10 ак
1-я французская армия — 1, 2 ак
1-я союзная парашют, армия — 18-й американск. вдк.
По официальным данным от 23.5, американские экспедиционные войска в Европе имели в своем составе до 3,5 млн солдат и офицеров, до 3 млн ед. личного оружия, 350 000 автоматов, 11 000 легких и средних орудий, 371 000 автомашин, бронемашин и бронетранспортеров. [374]
Танковые части и соединения союзных войск, по немецким данным, насчитывали до 8 300 танков.
Французские войска к 9.5 имели до 400 000 чел. личного состава (по заявлению бывш. командующего 1-й французской армии — генерала Делаттр де Тассиньи.
В начале мая на линию соприкосновения с войсками Красной Армии вышли:
2-я английская армия (8, 30 ак) — на участке от побережья Балтийского моря до сев. Людвигслуст.
Части 9-й американской армии (13 ак — 83, 84, 102, 30 пд) и 1-я американская армия — (104 пд) — на участке сев. Людвигслуст, Виттенберг.
Части 1-й и 3-й американских армий — на участке Виттенберг, граница с Чехословакией.
1-я канадская, 1-я союзная парашютная армии, 7-я и 15-я американские армии к моменту соединения союзных войск непосредственного соприкосновения с Красной Армией не имели, располагаясь во втором эшелоне:
1-я канадская армия — в Голландии
1-я парашютная армия — в Северо-Западной Германии
7-я американская армия — в Юго-Западной Германии
15-я американская армия — в Рейнско-Вестфальской провинции.
П. Перегруппировка союзных армий
В течение мая и июня 1945 года командование союзников производило перегруппировку своих войск:
а) С целью занятия оккупационных зон английскими, американскими и французскими войсками.
б) С целью вывода 1-й и 9-й американских армий из первого эшелона в оперативную глубину для последующей переброски соединений указанных армий на материк и Тихоокеанский театр военных действий.
в) С целью вывода из первой линии соединений, долгое время находившихся в боях, и замены их дивизиями, прибывшими для оккупационных задач (например, 5-я английская пд).
В течение мая — июня начали переброску в США одиннадцать дивизий — 2, 5, 4, 8, 44, 86, 87, 95, 97, 104 пд, 13 тд (ранее входившие в состав 1-й и 9-й армий), из числа которых 2, 5, 86, 95, 97 пд и большая часть 104 пд к 1.7 уже прибыли в США. (Официальные данные от 9.7).
На место убывших соединений 1-й и 9-й армий в Саксонию в первую линию были введены соединения 7-й американской армии. 8 ак, ранее входивший в 3 А, переподчинился 7-й армии.
Управление 2-й английской армии в середине июня передало свои корпуса в непосредственное подчинение 21-й группе армий; личный состав управления 2-й английской армии перебрасывается в Англию.
III. Группировка союзных войск к началу отвода на демаркационную линию (1.7)
К 1.7.45 г. войскам Группы советских оккупационных войск в Германии противостояли соединения 21-й группы армий фельдмаршала Монтгомери (8-й и 30-й английские ак) и 7-й американской армии генерал-лейтенанта Хейслипа (21-й и 8-й американские ак).
Указанные соединения имели в первой линии:
На участке — Висмар, Ленцен — 15 англ, пд в составе 44, 46, 227 пбр (иск.) Ленцен, (иск.) Акен — 5 англ, пд в составе 13, 15, 17 пбр
Дессау, Эйленбург — 7 амер. тд
(иск.) Эйленбург, Рохлитц — 69 амер. пд
(иск.) Рохлитц, Планитц — 76 амер. пд [375]
(иск.) Планитц, Вальдштейн — 30 амер. пд
Всего:
Пехотных дивизий — 5
Танковых дивизий — 1.
Примечание: Наличие только шести дивизий союзников в соприкосновении с нашими войсками на рубеже встречи было связано с предполагавшимся отходом на демаркационную линию.
На основании решений Крымской конференции и договоренности между советским, английским и американским командованиями, союзные войска с 1.7.1945 года начали отход на новую демаркационную линию, проходящую по линии озер вост. Любек, вост. Лауэнбург, по р. Эльба до Шнакебург, Виттинген, Эбисфельде, вост. Гельмштедт, Шенинген, Хорнбург, сев. Браунлаге, Бланкенбург, зап. Бюстерберге, зап. Эльрих, Витценхаузен, по р. Верр до Гейза, зап. Гейза, Танн, Мейнинген, Кобург, Нейштадт, Леештен, Хоф.
Союзные войска отходили на демаркационную линию:
8 ак (англ.) — в направлении Гамбург
30 ак» — в направлении Брауншвейг
21 ак (амер.) — в направлении Кассель
8 ак» — в направлении Кобург.
В результате оккупации западной части Германии были заняты:
Английскими войсками — провинции Шлезвиг-Гольштейн, Ганновер, Ольденбург, Липпе, Вестфалия, сев-зап. часть Рейнской области, Брауншвейг.
Американскими войсками — провинции Гессен-Нассау, Гессен (вост. часть), Кургессен, Бавария, сев. — зап. часть Баден, вост. часть Вюртенберг.
Французскими войсками — юж. часть Рейнской области, зап. часть Гессен, Пфальц, Саарская область, юж. часть Вюртемберг, юж. часть Баден.
(См. приложение № 1)..
Одновременно союзные войска были введены в оккуппационную зону Большого Берлина.
В Южной Германии и Австрии английские войска заняли Штирию и Каринтию, американские войска — провинцию Зальцбург и юж. часть провинции Обердонау, французские войска — Тироль и Форарльберг.
Руководство оккупационными войсками союзников в Европе после разделения зон и ввода в них войск стало осуществляться:
В английской зоне — фельдмаршалом Монтгомери (в английском секторе Берлина — генерал-майором Лайн).
В американской зоне — генералом армии Эйзенхауэром (в американском секторе Берлина — генерал-майором Парке).
IV. Группировка союзных войск к 1.8.45 г.
А. Перед группой советских оккупационных войск в Германии
К 1.8.45 г. на линии соприкосновения находились соединения 8, 30 ак 21-й английской группы армий и 15, 19 ак 7-й американской армии, занимавшие участки:
а) Английские войска — на участке: побережье Любекской бухты до Аренсхаузен (юж. Геттинген).
15 пд — от побережья Любекской бухты до Лауэнбург
43 пд — юж. Лауэнбург, Виттинген
79 тд — юж. Виттинген, Шенинген
5 пд — юж. Шенинген, Аренсхаузен.
В оккупационной зоне Большого Берлина:
7 тд, четыре мотобатальона гвардейской тд, сводный канадский батальон, Йоркширский транспортный батальон и до четырех различных батальонов обслуживания, насчитывающих:
Людей — 18800
Танков и самоходных орудий — 220
Орудий полевых — 72 375
Бронемашин и бронетранспортеров — 464
Мотоциклов — 547
Грузовых автомашин — 3580.
В глубине английской полосы располагаются:
11 тд — в районе Фленсбург
1, 50, 59 пд — в районе Киль, Ноймюнстер
51 пд — в районе Целле
52 пд — в районе Ганновер, Гамельн
8 тр — в районе Гослар
53 пд — в районе Падерборн
1 польск. тд — в районе Меппен, Линген
Гв. тбр, 4, 33, 34 тбр, части гв. тд — в районе Минден, Билефельд, Мюн-стер
49 пд — в районе Хамм, вост. Дортмунд.
б) Американские войска — на участке Эйхенберг (вост. Кассель), Фей-лицш (50 км юго-вост. Иена):
5 тд — Эйгенберг, зап. Эйзенах
3 пд — зап. Эйзенах, Танн
102 пд — юж. Танн, юго-зап. Ремгильд
99 пд — юж. Ремгильд, (иск) Нойштадт
76 пд — Нойштадт, Фейлицш.
В окупационной зоне Большого Берлина:
2 тд, 294-й саперный батальон, 105-я саперная группа и до семи различных обслуживающих батальонов, насчитывающих:
Людей — 20600
Танков и самоходных орудий — 450
Орудий полевых — 70
Бронемашин и бронетранспортеров — 630
Мотоциклов — 183
Грузовых автомашин — 2837.
В глубине американской полосы располагаются:
6 тд — в районе юж. Кассель, Фритцлар, сев-зап. Ротенбург
73 пд — в районе Цигенхайн, Альсфельд
69 пд — в районе Бремен
70 пд — в районе Вайльбург (45 км сев. — зап. Франкфурта)
3 тд — в районе Эберштадт (юж. Дармштадта)
84 пд — в районе Вейнхайм (сев. Манхейм).
9 тд — в районе Байрейт
7 тд — в районе Бухен (60 км вост. Манхейм)
29 пд — в районе Бремен (в английской зоне).
Всего перед Группой советских оккупационных войск в Германии:
Корпусов — 7 (8, 30, 1 англ, ак, 8, 15, 19, 21 америк. ак)
Дивизий и бригад — 35.
Из них:
Пехотных дивизий — 19 (1, 5, 15, 43, 49, 50, 51, 52, 53, 59 англ, пд, 3, 29, 69, 70, 76, 78, 84, 99, 102 амер. пд).
Танковых дивизий — 11 (7, 11, 79 англ, тд, гв. англ, тд, 1 польская тд, 2, 3, 5, 6, 7, 9 амер. тд)
Танковых бригад — 5 (4, 8, 33, 34 англ, тбр, гв. англ. тбр).
Из числа указанных соединений на линии соприкосновения протяжением 940 км находятся:
Корпусов — 4 (8, 30 англ, ак, 15, 19 американские ак).
Дивизий — 9 (15, 43, 5 англ, пд, 79 англ, тд, 3, 76, 99, 102 амер. пд, 5 амер. тд).
Б. Перед центральной группой войск Красной Армии
На участке от северной границы Чехословакии до р. Драва располагаются:
3-я американская армия (12, 20, 22 ак) и части 5-го английского ак с общим количеством дивизий и бригад — 28. [377]
Из них:
Пехотных дивизий — 20 (1,9, 26, 36, 42, 45, 63, 65, 71, 79, 80, 83, 90, 94, 100, 106 амер. пд, 31, 46, 47, 78 англ. пд).
Танковых дивизий — 8 (4, 8, 10, 11, 12, 14, 16 амер. тд, 6 англ. тд).
Из числа указанных соединений на линии соприкосновения протяжением 650 км находятся 10 дивизий (26, 65, 79, 94 амер. пд, 8, 11, 16 амер. тд, 31, 47, 78 англ. пд).
В. В южной Австрии, Истрии и Италии
Дислоцируются 8-я английская армия (5, 10, 13 англ, ак, 2 польск. ак) и 5-я американская армия (2, 4 ак) с общим количеством дивизий и бригад — 24.
Из них:
Пехотных дивизий — 13 (8, 10 инд., 2 ново-зеланд., 3, 5, 7 польск., 56 англ., 34, 85, 88, 91, 92, 103 амер. пд)
Танковых дивизий — 2 (6 южно-афр. тд, 1 амер. тд)
Горнострелковых дивизий — 1 (10 амер. гсд)
Танковых бригад — 5 (2, 7, 9, 21 англ., 2 польск. тбр)
Пехотных бригад — 3 (2, 24 англ, пбр, еврейск. пбр).
Г. В Голландии, Бельгии, Дании, Франции, Люксембурге
Дислоцируются пять корпусов (6, 16, 23 амер. ак, 1, 2 канад. ак), входящие в состав бывш. 1 канад. А, 15-й американской армии с общим количеством дивизий и бригад — 27.
Из них:
Пехотных дивизий — 10 (1, 2, 3 канад. пд, 54 англ, пд, 28, 30, 35, 66, 75, 89 амер. пд)
Танковых дивизий — 3 (4, 5 канад. тд, 20 амер. тд)
Авиадесантных дивизий 6 (13, 17, 101, 82 амер. адд, 1, 6 англ, адд)
Пехотных бригад — 5 (1, 4, 115, 301 англ, пбр, белы, пбр)
Танковых бригад — 2 (1, 2 канад. тбр)
Парашютных бригад — 1 (польск. парашютная бригада).
Кроме того, во Франции и во французской зоне оккупации дислоцируются соединения 1-й французской армии (1, 2 ак), насчитывающие 13 дивизий; из них:
Пехотных дивизий — 7 (1, 2, 3, 7, 9, 10, 14 пд)
Мотодивизий — 1 (1 мд)
Танковых дивизий — 3 (2, 1, 5 тд)
Горнострелковых дивизий — 2 (4, 27 гд)
Всего в Западной Европе на 1.8.1945 г.:
(Пропуск в тексте)
127 дивизий и бригад
Примечание: В составе английских войск учитывались также 7 канадских дивизий и бригад, 1 ново-зеландская дивизия, 2 индийские дивизии, 1 бельгийская бригада, 1 еврейская бригада и 6 польских дивизий и бригад.
По агентурным данным, численность английских войск, дислоцирующихся в Норвегии, составляет 30–40 тысяч чел.
V. Переброски союзных войск
По официальным американским данным от 9.7, в качестве американских оккупационных войск постоянно должны остаться 8 дивизий — 1, 4 тд, 82 адд, 1, 3, 9, 29, 36 пд. Кроме того, останутся в Европе до конца 1945 года 16 дивизий — 3, 8, 12, 16 тд, 42, 65, 66, 69, 70, 71 75, 84, 89, 94, 100, 102 пд.
Убыло из Европы — 11 дивизий:
2, 4, 5, 8, 44, 86, 87, 97, 95, 104 пд, 13 тд.
Находятся в стадии переброски — 2 дивизии:
28 пд, 101 адд, Меппен, Линген.
Готовятся к убытию в сентябре — 9 дивизий — 5, 6, 7, 14 тд, 17 адд, 45, 88, 91, 103 пд.
Покинут Европу в октябре — 5 дивизий — 9 тд, 26, 79, 92, 99 пд.
Покинут Европу в ноябре — 6 дивизий — 10 тд, 10 гсд, 13 адд, 83, 63, 106 пд.
Покинут Европу в декабре — 6 дивизий — 2, 11 тд, 34, 90, 80, 76 пд.
По агентурным данным, требующим подтверждения, некоторая часть 1-й французской армии будет заменена вновь формируемыми дивизиями. Сменяемые части 1-й французской армии якобы предназначены для переброски на Дальний Восток. 3, 9 пд в июле должны были убыть из Германии (9 пд якобы в Северную Африку).
По официальным данным от 28.6, одиннадцать французских дивизий под командованием генерала Леклерка предназначены для отправки на Тихоокеанский театр военных действий.
VI. Дислокация штабов
Штаб английских оккупационных войск в Германии — Бад-Ойенхаузен (юго-зап. Минден)
— "- 8 англ. ак — Плен
— "- 30 — "- ак — Ниенбург
— "- 11 — "- тд — Фленсбург
— "- 15 — "- пд — Бад-Брамштедт _»_ 43 — "- пд — Целле
— "- 5 — "- Брауншвейг
— "- 49 — "- пд — Нойхайм (вост. Дортмунд).
Штаб английской оккупационной зоны в Берлине — Шарлоттенбург, Рейхсштрассе.
Штаб американских оккупационных войск в Германии — Франкфурт-на-Майне.
Штаб 12-й амер. группы армий — Висбаден
— "- 15-й — "- армии — Кобленц
— "- 7-й — "- армии — Гейдельберг
— "- 3-й — "- армии — Бад-Тельц
— "- 19 — "- ак — Бад-Наугейм
— "- 8 — "- ак — Нюрнберг
— "- 15 — "- ак — Бамберг [379]
— "- 12 — "- ак — Пильзен
— "- 23 — "- ак — Оберштайн
— "- 9 ак — Бад-Киссинген
— "- 29 амер. пд — Бремен
— "- 5 — "- тд — Кассель
«_ 99 — "- пд — Бад-Киссинген
_"_ 9 — "- тд — Байрейт
«_ 76 — "- пд — Хоф
— "- 84 — "- пд — Вейнхайм (Сев. Маннхейм)
— "- 106 — "- пд — Карлсруэ».
100 — "- пд — Штутгарт
Штаб американской оккупационной зоны в Берлине — Целендорф, Оствег.
VIII. ВВС союзников
1. ВВС Англии
На 1.7.45 г. английские ВВС имели 13 840 боевых и транспортных самолетов в сухопутных ВВС и 2200 самолетов в морской авиации.
Сухопутные военно-воздушные силы сведены в 549 эскадрилий (216 бомбардировочных и 240 истребительных, 36 разведывательных и 57 транспортных) и 101-й отдельный авиаотряд. Эскадрильи и отряды сведены в 57 авиагрупп.
На 1.7 сухопутные ВВС были сосредоточены на северо-западе Германии, в Голландии, Норвегии, в районе Средиземного моря, на Балканах, Среднем Востоке и в Юго-Восточной Азии и распределялись:
В Северо-Западной Германии, Голландии и Норвегии — 5 авиагрупп, несколько отдельных авиакрыльев, эскадрилий и отрядов, насчитывающие:
Средних и легких бомбардировщиков — 300
Истребителей — 1200
Разведчиков — 300
Транспортных и связных — 250
Всего — 2050 (15 % всех сухопутных ВВС).
В Англии — 29 авиагрупп, насчитывающих:
Тяжелых бомбардировщиков — 2000
Средних и легких бомбардировщиков — 2000
Истребителей — 2100
Разведчиков — 200
Транспортных и связных — 1350
Всего — 7650 (55 % всех сухопутных ВВС).
На Средиземном море, Балканах и Среднем Востоке — 12 авиагрупп,
несколько отдельных авиакрыльев, эскадрилий и отрядов, насчитывающих:
Тяжелых бомбардировщиков — 100
Средних и легких бомбардировщиков — 600
Истребителей — 1040
Разведчиков — 180
Транспортных и связных — 80
Всего — 2000 (14 % всех сухопутных ВВС).
В Юго-Восточной Азии находится 2140 самолетов (16 % всех сухопутных ВВС Англии).
По официальным данным, в Англии с 18.6.1945 г. началась демобилизация личного состава ВВС и ПВО из частей, расположенных в Европе. В течение 1945 года из всех ВВС демобилизации подлежат 485000 человек (33 %). К концу года в составе английских ВВС останется 984 900 человек.
По тем же данным, составлен план переброски бомбардировочной авиации из Англии в Юго-Восточную Азию; в частности, с 1.4 по 1.7 численность ВВС в районе Юго-Восточной Азии увеличилась на 380 самолетов. [380]
К 15.7 было закончено формирование ВВС для оккупационной зоны Германии, которые состоят из летного и обслуживающего персонала 2-й тактической воздушной армии в составе 90 000 человек. Штаб оккупационных ВВС — Ганновер.
2. ВВС США
На 1.7.45 года американские ВВС имели в своем составе 51 800 самолетов из них: 25 300 самолетов сухопутных ВВС, 26 500 самолетов морских ВВС. Военно-транспортная авиация насчитывает до 7000 самолетов.
Сухопутные ВВС сведены в 251 авиагруппу (138 бомбардировочных, 93 истребительных, 20 разведывательных), а все авиагруппы — в 17 авиакорпусов и один тактический авиакорпус.
На 1.7 сухопутная авиация США была сосредоточена в США, Англии, Германии, Италии, Китае, Индии и в районах Тихого океана и распределялась:
В Англии — 8-й авиакорпус, насчитывающий:
Тяжелых бомбардировщиков — 3600
Средних и легких бомбардировщиков — 300
Истребителей — 1800
Разведчиков — 400
Всего — 6100 (до 24 % всех сухопутных ВВС).
В Германии — 9-й авиакорпус и 1-й тактический авиакорпус, насчитывающие:
Средних и легких бомбардировщиков — 1100
Истребителей — 2000
Разведчиков — 700
Всего — 3800 (до 15 % всех сухопутных ВВС)
В Италии — 12-й, 15-й авиакорпуса, насчитывающие:
Тяжелых бомбардировщиков — 1900
Средних и легких бомбардировщиков — 100
Истребителей — 1300
Разведчиков — 200
Всего — 3500 (до 14 % всех сухопутных ВВС).
В США и Панаме — 1, 2, 3, 4, 6-й авиакорпуса (5300 самолетов); в Китае и Индии — 10, 14-й авиакорпуса (1700 самолетов); на Тихоокеанском фронте— 5, 7, 11, 13, 20, 21-й авиакорпуса (4900 самолетов).
Согласно плану штаба ВВС США, 8, 12 и 15-й авиакорпуса общей численностью 9600 самолетов подлежат перебазированию из Европы на Дальний Восток ив США. В первую очередь намечено перебросить тяжелую бомбардировочную авиацию 8-го и 15-го авиакорпусов. Из состава 8-го корпуса, имевшего 63 группы, в течение июня — июля предполагалось перебросить 19 тяжелых бомбардировочных групп численностью до 1800 самолетов (по другим данным, за июнь в США убыло только 1000 самолетов).
К концу июля на пути из Европы в США находилось 20 авиагрупп 8-го корпуса и 5 авиагрупп 15-го корпуса общей численностью до 2000 самолетов. По официальным данным от 22.7, основные силы 8-го корпуса в количестве до 2000 самолетов и 100 000 личного состава уже прибыли в США и после реорганизации будут направлены на Дальний Восток.
Одновременно к переброске намечен 1-й тактический авиакорпус, имеющий 1500 боевых самолетов. После осуществления плана отвода авиасоединений из Европы американские ВВС оккупационных войск в Германии будут состоять из 9-го авиакорпуса и одной дивизии 8-го корпуса общей численность до 4000 самолетов. Из состава 8-го корпуса в Германию направляются 7 эскадрилий бомбардировщиков «Летающая крепость» и 3 эскадрильи истребителей «Мустанг» общей численностью 750 самолетов и 25 000 человек личного состава. [381]
IX. РАЗНОЕ
а) Английские войска
1. После занятия оккупационной зоны английское командование произвело следующую реорганизацию управления своими войсками. Штаб 21-й группы армий преобразуется в штаб английских оккупационных войск, имеющий в непосредственном подчинении корпуса (1, 8, 30 ак). Штабы 2-й английской и 1-й канадской армий расформированы. Оставшиеся части канадской армии будут именоваться «Канадские вооруженные силы в Голландии».
2. За май — июль 1945 года переброски английских соединений с континента не отмечались. По официальным данным от 17.7, предполагается в первую очередь демобилизовать в Европе до 70 000 человек солдат, которые будут использованы для срочных строительных и восстановительных работ в Англии.
3. Английское командование проводит обмен офицерского и сержантского состава, имеющего боевой опыт в Европе, на малоподготовленные континген-ты, которые прибывают в Европу из метрополии и с Тихоокеанского театра военных действий. Офицерский и сержантский состав, имеющий боевой опыт, частично направляется на Тихоокеанский театр. Так, например, из бесед с офицерами 79 тд установлено, что наиболее опытный офицерский и рядовой состав танковых бригад в ближайшее время будет отправлен в Бирму, на их место прибудут малообученные контингенты. В состав 5 и 15 пд прибывают молодые контингенты взамен офицеров и сержантов, имеющих боевой опыт.
б) Американские войска
1. В ходе занятия оккупационной зоны американское командование провело следующие реорганизационные мероприятия: в составе оккупационных войск постоянно останутся 3-я и 7-я армии, временно — 5, 15 А и 1 ВДА. 15-я армия будет находиться в Германии до декабря 1945 года. В первую очередь из Европы в США перебрасываются соединения 1-й и 9-й армий. Штабы 6-й и 12-й групп армий предназначены к расформированию. Штабы 3, 5, 7, 13 ак, 18 вдк находятся на пути в США. К переброске в США также предназначены штабы 6, 22 и 23 ак.
По заявлению командующего 15-й группой армий генерала Кларка, 15-я группа армий, действовавшая ранее в Италии в составе 5-й американской и 8-й английской армий, в июле месяце подлежит расформированию.
2. Американское командование производит переброску войск и ВВС на Тихоокеанский театр военных действий, спланированную на весь 1945 год с расчетом оставления в Европе на период оккупации 400 000 человек в армии и 4000 самолетов.
3. В июле отмечалось форсирование производимых перебросок из Европы с включением в план июльских перевозок соединений, намеченных для переброски в августе (28, 30, 35 пд, 20 тд, 101 адд).
Начальник разведывательного управления
штаба Группы советских оккупационных войск в Германии
генерал-майор Трусов [382]
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2721. Д. 166. Л. 309–324, 331–337. Подлинник.
Содержание главы
№ 255. Приказ Начальника гарнизона и Военного Коменданта Берлина о регулировании политической и социально-экономической жизни города. № 1. г. Берлин. 30 апреля 1945 г.
№ 256. Доклад члена Военного совета 5-й ударной армии члену Военного совета 1-го Белорусского фронта о создании военных комендатур в Берлине и настроениях жителей города. 2 мая 1945 г.
№ 257. Постановление Военного совета 1-го Белорусского фронта о снабжении продовольствием населения Берлина. № 063. 11 мая 1945 г.
№ 258. Cправка заместителя командующего войсками 1-го Белорусского фронта по гражданской администрации о расстановке руководящих лиц городского самоуправления Берлина. 12 мая 1945 г.
№ 259. Указания Военного совета и политуправления 1-го Украинского фронта военным комендантам немецких городов по организации местной администрации и работе с немецким населением. 13 мая 1945 г.
№ 260. Справка заместителя командующего войсками 1-го Белорусского фронта по гражданской администрации о структуре городского самоуправления г. Берлина и фамилиях руководящих работников. 18 мая 1945 г.
№ 261. Выписка из донесения начальника политического управления 1-го Белорусского фронта начальнику 7-го управления Главного Политического Управления РККА о работе с немецким населением за период подготовки и проведения берлинской операции. № 0464. 19 мая 1945 г.
№ 262. Информационная сводка 7-го отдела политического управления 1-го Белорусского фронта о настроениях жителей Берлина, активизации нацистских элементов и деятельности антифашистских групп. № 75. 23 мая 1945 г.
№ 263. Постановление Совета Народных Комиссаров СССР об организации Советской Военной администрации по управлению Советской зоной оккупации в Германии. № 1326/301. 6 июня 1945 г.
№ 264. Докладная записка начальника 7-го отдела политического управления Группы советских оккупационных войск в Германии начальнику 7-го управления Главного Политического Управления РККА о реагировании немецкого населения на приказы и мероприятия Советской военной администрации в Германии. № 275. 23 августа 1945 г.
№ 265. Докладная записка начальника 7-го отдела политического управления Группы советских оккупационных войск в Германии начальнику 7-го управления Главного Политического Управления РККА о настроениях немецкого населения в связи с опубликованием решений берлинской конференции трех великих держав. № 270. 22 августа 1945 г.
Берлин капитулировал. Учреждаются военные комендатуры. Германия поделена на зоны оккупации. На повестку дня становится вопрос о ее послевоенном устройстве. Города и поселки — в руинах, промышленность и транспорт не работают. Везде — голод и нищета. Под контролем и с помощью союзников начинается сложный процесс восстановления и возрождения Германии.
Представленные в главе документы отражают подход и практические шаги советского руководства в деле политического и социально-экономического обустройства восточной части Германии. При содействии Советской военной администрации налаживается мирная жизнь, создаются местные органы власти, подымается из руин экономика.
Приводимые документы, в том числе и неизвестные до этого читателям, значительно дополняют существующие публикации по истории проблемы в целом.
№ 255. Приказ Начальника гарнизона и Военного Коменданта Берлина о регулировании политической и социально-экономической жизни города
№ 1 г. Берлин 30 апреля 1945 г.
Сего числа я назначен начальником гарнизона и комендантом города Берлина.
Вся административная и политическая власть по уполномочию командования Красной Армии переходит в мои руки.
В каждом районе города по ранее существующему административному делению назначаются районные и участковые военные комендатуры.
Приказываю:
1. Населению города соблюдать полный порядок и оставаться на своих местах.
2. Национал-социалистическую немецкую рабочую партию и все подчиненные ей организации («Гитлерюгенд», «Фрауеншафт», «Штудентенбунд» и проч.) распустить и деятельность их воспретить.
Руководящему составу всех учреждений НСДАП, гестапо, жандармерии, охранных отрядов, тюрем и всех других государственных учреждений в течение 48 часов с момента опубликования настоящего приказа явиться в районные и участковые военные комендатуры для регистрации.
В течение 72 часов на регистрацию обязаны также явиться все военнослужащие немецкой армии, войск СС и СА, оставшиеся в Берлине.
Не явившиеся в срок, а также виновные в укрывательстве их будут привлечены к строгой ответственности по законам военного времени.
3. Должностным лицам районных управлений явиться ко мне для доклада [383]
о состоянии их учреждений и получении указаний о дальнейшей деятельности этих учреждений.
4. Все коммунальные предприятия, как-то: электростанции, водопровод, канализация, городской транспорт, метро, трамвай, троллейбус; все лечебные учреждения; все продовольственные магазины и хлебопекарни должны возобновить свою работу по обслуживанию нужд населения.
Рабочим, служащим перечисленных учреждений оставаться на своих местах и продолжать исполнение своих обязанностей.
5. Должностным лицам государственных продуктовых складов, а также частным владельцам в течение 24 часов с момента опубликования настоящего приказа зарегистрировать у военных комендантов районов все имеющиеся запасы продовольствия и расходовать их только с разрешения районных военных комендантов.
Впредь до особых указаний выдачу продовольствия из продуктовых магазинов производить по ранее существующим нормам и документам. Продовольствие отпускать не более как на 5–7 дней. За незаконный отпуск продовольствия сверх установленных норм или за выдачу на лиц, отсутствующих в городе, виновная в этом администрация будет привлечена к строгой ответственности.
6. Владельцам и управляющим банков временно всякие финансовые операции прекратить. Сейфы немедленно опечатать и явиться в военные комендатуры с докладом о состоянии банковского хозяйства.
Всем чиновникам банков категорически запрещается производить какие бы то ни было изъятия ценностей. Виновные в нарушении будут строго наказаны по законам военного времени.
Наряду с имеющимися в хождении имперскими денежными знаками обязательны в обращении оккупационные марки союзного военного командования.
7. Все лица, имеющие огнестрельное и холодное оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества, радиоприемники и радиопередатчики, фотоаппараты, автомашины, мотоциклы и горюче-смазочные материалы, обязаны в течение 72 часов с момента опубликования настоящего приказа все перечисленное сдать в районные военные комендатуры.
За несдачу в срок вышеперечисленных вещей виновные будут строго наказаны по законам военного времени.
Владельцы типографий, пишущих машинок и других множительных аппаратов обязаны зарегистрироваться у военных комендантов районов и участков. Категорически запрещается печатать, размножать и расклеивать или распространять по городу какие бы то ни было документы без разрешения военных комендантов.
Все типографии опечатываются и допуск в них производится только с разрешения военного коменданта.
8. Населению города запрещается:
а) выходить из домов и появляться на улицах и во дворах, а также находиться и выполнять какую-либо работу в нежилых помещениях с 22.00 до 8 утра по берлинскому времени;
б) освещать помещения с незамаскированными окнами;
в) принимать в состав своей семьи, а также на жительство и ночлег кого бы то ни было, в том числе и военнослужащих Красной Армии и союзных войск, без разрешения военных комендантов;
г) допускать самовольное растаскивание брошенного учреждениями и частными лицами имущества и продовольствия. Население, нарушающее указанные требования, будет привлекаться к строгой ответственности по законам военного времени.
9. Работу увеселительных учреждений (как-то: кино, театров, цирков, стадионов), отправление религиозных обрядов в кирхах, работу ресторанов и столовых разрешается производить до 21.00 часа по берлинскому времени.
За использование общественных учреждений во враждебных Красной Армии целях, для нарушения порядка и спокойствия в городе — администрация этих учреждений будет привлечена к строгой ответственности по законам военного времени.
10. Население города предупреждается, что оно несет ответственность по законам военного времени за враждебное отношение к военнослужащим Красной Армии и союзных ей войск.
В случае покушения на военнослужащих Красной Армии и союзных ей войск или совершения других диверсионных действий по отношению к личному составу, боевой технике или имуществу войсковых частей Красной Армии и союзных ей войск виновные будут преданы военно-полевому суду.
11. Части Красной Армии и отдельные военнослужащие, прибывающие в Берлин, обязаны расквартировываться только в местах, указанных военными комендантами районов и участков.
Военнослужащим Красной Армии запрещается производить самовольно, без разрешения военных комендантов выселение и переселение жителей, изъятие имущества, ценностей и производство обысков у жителей города.
п. п. Начальник гарнизона и военный комендант Берлина,
командующий Н-ской Армии генерал-полковник Н. Берзарин
начальник штаба гарнизона генерал-майор Кущев
Верно: Ст. пом. нач. отдела по использованию опыта войны
оперуправления штаба 1-го Белорусского фронта подполковник Павловский
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 739. Л. 518–521. Зав. копия.
№ 256. Доклад члена Военного совета 5-й ударной армии члену Военного совета 1-го Белорусского фронта о создании военных комендатур в Берлине и настроениях жителей города
2 мая 1945 г.
Докладываю о состоянии работы по созданию военных комендатур в Берлине.
В период с момента вступления войск нашей армии в Берлин до 1 мая с. г. организована работа военных комендатур в 12 районах Берлина.
Помещения военных комендатур быстро приводились в культурный вид. К 1 мая у входов в здания всех комендатур были вывешены советские флаги, на зданиях, внутри помещений комендатур были вывешены лозунги с призывами ЦК ВКП(б) к 1 Мая.
Восточные районы Берлина действиями авиации и артиллерии разрушены в меньшей степени, чем центральные районы города. Основная масса промышленных предприятий восточной части Берлина находится в исправном состоянии.
Во всех районах города осталось большое количество местного населения. Из районов, не занятых войсками нашей армии, по линиям метро прибывает большое количество местного населения в восточные районы города. Отмечено много случаев, когда немецкие солдаты и офицеры, а также члены СС под видом гражданского населения направляются в расположение наших тылов из центра города. Как правило, отъявленные фашисты, владельцы крупных предприятий эвакуировались на запад.
Восточные районы Берлина не отличаются наличием большого количества крупных промышленных предприятий. Наличие и состояние фабрик, заводов и других промышленных предприятий частично учтены, работа по этому вопросу продолжается.
Основные промышленные объекты Берлина, различные склады и важные учреждения берутся под охрану. Из крупных промышленных предприятий в восточной части Берлина заслуживает внимания станкостроительный завод в пригороде Марцан. Завод во время войны выпускал минометы, головки и стаканы к снарядам, противотанковые гранаты. При заводе имеется в полной сохранности силовая станция с тремя турбинами.
В районе Лихтенберг в полной исправности имеются следующие заводы и фабрики: железопрокатный завод акционерного общества «Бетак», бумажная фабрика общества «Хербст», на которой имеется запас сырья 100 т (бумаги) и 50 т готовой бумажной продукции, маргариновый завод голландского акционерного общества «Франденберг», где имеется склад готовой продукции.
В районе Карлсхорст в исправном виде имеется газовый завод с полным оборудованием, завод авиационной фанеры с запасом сырья на 6 месяцев.
В районе Хорст-Вессель расположены механический завод с полным оборудованием, трикотажно-шелковая фабрика с наличием сырья на 3 месяца работы.
На ж.-д. вокзалах Берлина имеется большое количество паровозов, пассажирских и товарных вагонов, платформ, цистерн, а также различного ж.-д. оборудования.
С 28 апреля с. г. на всех улицах занятых нами районов Берлина расклеены приказ № 1 начальника гарнизона и военного коменданта Берлина и приказ № 5 Военного совета 1-го Белорусского фронта, а также 3000 листовок «Маршал Сталин о Германии и немцах».
Во всех занятых районах Берлина создаются из числа местных жителей группы содействия. Группы работают под руководством и контролем районных и участковых военных комендантов.
В обязанность групп содействия вменены: перепись местного населения, наведение чистоты и порядка на улицах и дворах (очистка их от мусора и нечистот), выявление и учет продовольственных запасов для снабжения населения района, пуск в ход коммунально-бытовых и пищевых предприятий: водопровода, электростанций, канализации, мельниц, пекарен, булочных, консервных заводов, кондитерских и т. д., организация торговли хлебом, картофелем, мясом и изделиями легкой промышленности по удовлетворению нужд населения, открытие бань, парикмахерских, больниц, аптек, швейных и сапожных мастерских, привлечение для работы в открываемых предприятиях и учреждениях специалистов: инженеров, техников, врачей, различных мастеров и квалифицированных рабочих, содействие в ремонте и оборудовании железнодорожного транспорта, приведение в порядок вокзалов и железнодорожных путей.
30 апреля 1945 г. с инженерами, техниками и мастерами промышленных, пищевых, коммунально-бытовых предприятий и учреждений проведено совещание по налаживанию работы предприятий и учреждений. Во всех районах военные коменданты через созданные из местного населения группы содействия открывают работу пищевых предприятий, магазинов и бытовых учреждений по обслуживанию местного населения.
Продовольственные продукты отпускаются населению через магазины по карточкам, выданным бургомистрами районов (хлеба 150 г, картофеля 300 г на человека). В большинстве случаев открытие и работа бытовых учреждений тормозится отсутствием электроэнергии. В районах производится ремонт электростанций, с пуском которых (в ближайшие дни) представится возможность обеспечить все коммунально-бытовые учреждения электроэнергией.
В районе Фридрихсфельде работает 9 хлебопекарен с общей [386] производительностью 12–14 тонн хлеба, что вполне обеспечивает суточную выдачу хлеба населению через 9 хлебных магазинов. Имеется 1 больница, полностью укомплектованная медперсоналом и оказывающая медицинскую помощь населению. Открыты и работают скобяной, мебельный, ювелирный магазины. Населению в счет апрельско-майской нормы выдано 30 тонн мяса, хранившегося в холодильнике колбасной фабрики. В нескольких магазинах выдается по карточкам картофель (300 г на человека).
Политические настроения жителей Берлина
Сопротивление немецко-фашистских войск вызывает острое реагирование многих местных жителей Берлина.
Рудольф Мюллер (54 года, житель района Лихтенберг, рабочий электростанции) заявил: «…Мы никак не можем понять, почему немецкие солдаты продолжают проливать кровь за Гитлера. Война давно проиграна и дальнейшее сопротивление повлечет за собой лишь разрушения и поставит в бедственное положение население Берлина».
Многие жители не знают о полном окружении Берлина Красной Армией и полагают, что с запада союзные нам войска остановлены на Эльбе.
При опросе жители показывают, что все ценности, продовольственные и вещевые склады нацисты спрятали в метро. Обследование станций метро района Фридрихсфельде полностью подтверждает эти показания.
На заборах и стенах домов районов Берлина нацистами при отступлении написано много лозунгов, свидетельствующих об их безумной решимости до последнего солдата защищать Берлин.
На улицах различных районов города можно видеть лозунги: «Берлин будет немецким», «Победа или Сибирь», «Вена снова будет немецкой», «Плюнь тому в лицо, кто не может обороняться».
При вступлении частей Красной Армии в различных районах были сняты с виселиц повешенные немецкие солдаты с надписями на груди: «За малодушие», «За дезертирство», «Я повешен за то, что плохо защищал родину».
После проведения разъяснительной работы работниками комендатур, особенно после распространения приказа № 1 начальника гарнизона Берлина и приказа № 5 Военного совета 1-го Белорусского фронта, к комендантам районов стали приходить многие жители с предложением своих услуг для организации местных управлений, налаживания работы предприятий и торговли. Многие из посетителей комендатур именуют себя членами коммунистической партии Германии и просят разрешить им оформить свою партийную организацию. Один из них с партийным документом на руках (коммунист Георг Лепс, 52 года, пекать) заявил, что еще до прихода Красной Армии они пытались организовать борьбу против фашистов.
Из бесед с населением (Пауль Клюгер, 48 лет, рабочий-железнодорожник, беспартийный; Эмиль Шредер, 42 года, служащий почты, беспартийный, и другие) установлено, что они знают о происходящей конференции в Сан-Франциско и интересуются ее решениями. Задаются вопросы о территории послевоенной Германии, об управлении, экономике и о том, будет ли Берлин немецким или «открытым» городом.
В последнее время среди населения распространялись упорные слухи о якобы происшедшем разрыве дипломатических отношений между СССР и Англией, причем, выражалась уверенность, что Германия будет спасена общими усилиями Англии и Америки.
После разъяснения среди военнослужащих Красной Армии директивы № 8672 от 20.4.45 г. Ставки Верховного Главнокомандования и директив № 10853, 10854, 10855 ВС 1 БФ резко изменилось отношение военнослужащих к немецкому населению. Стало меньше случаев изнасилования, барахольства и грабежа.
В военные комендатуры районов после опубликования приказа № 1 начальника гарнизона и коменданта Берлина местные жители приносят [387] большое количество радиоприемников, телефонных аппаратов, пишущих машинок и других множительных приборов.
Характерно отметить, что оружия и боеприпасов от населения поступает очень мало.
Работникам военных комендатур систематически оказывают практическую помощь офицеры инспекторской группы, которые ежедневно выезжают во все районные комендатуры.
Член Военного совета 5-й ударной армии генерал-лейтенант Боков
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 41. Л. 339–344. Подлинник.
№ 257. Постановление Военного совета 1-го Белорусского фронта о снабжении продовольствием населения Берлина
№ 063 11 мая 1945 г.
Во исполнение постановления ГОКО № 8450с от 8 мая 1945 г. Военный совет 1-го Белорусского фронта постановляет:
1. Исходя из установленных ГОКО норм снабжения продовольствием г. Берлина в среднем на одного человека в день: хлеба — 400–450 г, крупы — 50 г, мяса — 60 г, жиров — 15 г, сахара — 20 г, кофе натурального — 50 г, чая — 20 г, картофеля и овощей, молочных продуктов, соли и других продовольственных товаров — по нормам, установленным на месте, в зависимости от наличия ресурсов — ввести с 15 мая 1945 г. следующие нормы снабжения населения Берлина (в граммах на одного человека):
Выдачу хлеба населению Берлина производить ежедневно, предоставив право потребителям получать хлеб сразу на два дня за текущий день и за следующий день. Мясо, жиры, сахар, крупу и картофель в мае с. г. выдать два раза по установленным дневным нормам: первый раз за время с 15 мая по 21 мая включительно — за 7 дней и второй раз за время с 22 мая по 31 мая — за 10 дней. Соль выдать с 20 мая по 31 мая в размере установленной месячной нормы. Натуральный кофе и натуральный чай выдать с 25 по 31 мая, а суррогатный кофе с 21 по 31 мая в размере установленной месячной нормы.
Деятелям науки, техники, медицины, культуры и искусства, а также руководящему составу городского и районных органов самоуправления, руководящему составу крупных промышленных и транспортных предприятий по спискам, утвержденным соответствующими бургомистрами, отпускать все продукты питания по нормам, установленным для рабочих тяжелого труда.
Остальным инженерно-техническим работникам предприятий и учреждений, врачам, учителям и служителям культов отпускать все продукты питания по нормам, установленным для рабочих. [388]
Для питания больных, находящихся на излечении и в больницах, отпускать продовольствие исходя из норм, установленных для рабочих, а нуждающимся в специальном лечении — в соответствии с нормами, установленными отделом здравоохранения городского самоуправления.
2. Интенданту фронта к 20.00 14 мая с. г. доложить Военному совету свои соображения о возможных нормах и порядке выдачи молочных продуктов населению Берлина, а также о возможности передачи минимально необходимого самоуправлению Берлина молочного скота из числа трофейного.
3. Утвердить прилагаемый текст сообщения населению Берлина о введении новых норм снабжения продовольствием населения Берлина.
4. Утвердить образцы продовольственных карточек (прилагаются).
Поручить генерал-майору и/с тов. Жижину к исходу дня 13 мая с. г. отпечатать 2 200 000 штук продовольственных карточек по установленным группам снабжения, в том числе миллион штук для выдачи и 200 тысяч штук в резерве.
5. Коменданту Берлина генерал-полковнику тов. Берзарину:
а) обеспечить выдачу карточек населению Берлина в период с 12 до 14 мая с. г. включительно;
б) обеспечить выдачу продовольствия населению Берлина по новым карточкам с 15 мая с. г., а до 15 мая с. г. выдавать продовольствие по временным нормам в соответствии с уже врученными населению продовольственными карточками, которые сохраняют свою силу до 14 мая включительно.
6. Назначить заместителем коменданта Берлина по оказанию помощи в организации снабжения продовольствием населения Берлина генерал-майора и/с тов. Жижина с группой офицеров в 35 человек. Начальником продгруппы при комендатуре Берлина назначить начальника прод. отделения интендантского отдела 5-й ударной армии подполковника Крол.
Для этой же цели направить сроком на 10–15 дней в каждый район Берлина группы офицеров по 10 человек в распоряжение зам. комендантов районов по хозяйственным вопросам.
7. Начальнику тыла фронта генерал-лейтенанту и/с тов. Антипенко отозвать на временную работу для укомплектования подгрупп комендатур 235 человек помощников начальников продснабжения полков и дивизий из числа наиболее подготовленных.
8. Исходя из установленного постановлением ГОКО количества продовольствия, подлежащего передаче из 1-го и 2-го Белорусских и 1-го Украинского фронтов для снабжения населения Берлина на 5-месячный период: зерна для выработки крупы и муки 105 000 тонн, мясопродуктов — 18 000 тонн, жиров — 4500 тонн, сахара — 6000 тонн, интенданту фронта полковнику тов. Ткачеву выделить из ресурсов фронта в счет указанных количеств в период с 15 мая по 15 июня с. г.
Муки……… 41000 тонн
Крупы…….. 5500»
Мяса……… 6500»
Жиров…….. 500»
Соли……… 4000»
Кофе суррогат….. 300»
Кофе натур…… 50»
Картофель……. 50000»
В том числе из армий:
47-я армия……. муки — 2000 тонн, крупы — 100 тонн
5-я ударная армия…. муки — 2000», крупы — 400»
8-я гв. армия…… муки — 1500», крупы —
1 гв. ТА…….. муки — 1500», крупы — 100»
2 гв. ТА…….. муки — 500», крупы —
69-я армия……. муки — 2000», крупы — 100»
33-я армия……. муки — 1500», крупы — 100»
3-я ударная армия…. муки — 2000», крупы — [389]
61-я армия……. муки — 2500», крупы — 300»
16 ВА………. муки — 500», крупы —
Продовольствие для обеспечения населения Берлина на 7 суток доставить по районам до 15 мая с. г.
9. Интенданту фронта полковнику тов. Ткачеву организовать подвоз к станциям погрузки 50 000 тонн катофеля для отгрузки в Берлин.
10. Начальнику автоуправления фронта полковнику тов. Вайзман:
а) направить 11 мая на вывоз картофеля к станциям погрузки на срок до 20 дней один автополк;
б) выделить временно в распоряжение генерал-майора и/с тов. Жижина 57-й Краснознаменный автополк шестибатальонного состава для обслуживания комендатур Берлина по подвозу продовольствия к складам магазинов.
11. Начальнику управления ВОСО фронта генерал-майору тов. Чернякову обеспечить подачу порожняка под погрузку картофеля и доставку в Берлин не менее 5 поездов в сутки, начиная с 15 мая с. г.
12. Коменданту Берлина генерал-полковнику тов. Берзарину мобилизовать в течение 11–12 мая с. г. 5000 человек из населения Берлина для погрузки картофеля. Мобилизованных людей обеспечить при отправлении продовольствием на 20 суток по нормам, установленным для рабочих, занятых на тяжелых работах.
13. Начальнику автоуправления фронта полковнику тов. Вайзман:
а) Подготовить до 1 июня с. г. 500 ходовых трофейных машин немецких фирм для передачи их самоуправлению Берлина: до 20 мая — 200 штук, до 25 мая — 100", до 1 июня — 200 "
б) Отобрать из числа трофейных, требующих ремонта 500 автомашин и передать их самоуправлению Берлина до 1 июня с. г.
в) Передать немедленно самоуправлению Берлина из числа трофейных 100 легковых автомашин, из них 50 ходовых и 50 требующих ремонта.
Передачу автомашин произвести на условиях возмещения стоимости их по соглашению с городским самоуправлением Берлина.
14. Начальнику ОСГ фронта полковнику тов. Ложкину отпустить:
а) 1000 тонн горюче-смазочных материалов для работы автотранспорта, поставленного на обслуживание Берлина, согласно настоящему постановлению;
б) выделить в распоряжение коменданта Берлина 300 тонн горючего для оказания помощи городскому самоуправлению на городские нужды на условиях последующего расчета.
15. Поручить начальнику тыла фронта тов. Антипенко изучить вопрос о возможностях и порядке компенсации промышленными товарами за передаваемое самоуправлению Берлина продовольствие и 18 мая с. г. доложить Военному совету свои соображения.
Командующий войсками 1-го Белорусского фронта Маршал Советского Союза Г. ЖУКОВ
Член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант ТЕЛЕГИН
Верно: Секретарь Военного совета 1-го Белорусского фронта майор ЛЕСАК
ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 623. Л. 368–372. Зав. копия.
№ 258. Cправка заместителя командующего войсками 1-го Белорусского фронта по гражданской администрации о расстановке руководящих лиц городского самоуправления Берлина
12 мая 1945 г.
1. Обербургомистр Берлина — доктор Артур Вернер, 68 лет, с высшим техническим образованием, по специальности архитектор и инженер электротехники и машиностроения, до 1933 года состоял членом партии социал-демократов, после роспуска партии фашистами ни в какую партию не вступал, имеет двух взрослых сыновей, которые в настоящее время в плену, оба беспартийные.
Доктор Вернер в прошлом работал в городском управлении Берлина специалистом по строительству бомбоубежищ.
Как нами установлено, Вернер имеет широкий круг знакомств среди берлинской интеллигенции и инженерно-технического состава.
При личной беседе Вернер производит впечатление культурного и сообразительного человека и изъявляет желание руководить городским самоуправлением.
Со слов Вернера, он при гитлеровском правительстве неоднократно отстранялся от занимаемых должностей директора техникума и др.
2. Первый заместитель обербургомистра Карл Марон, 43 года, по профессии слесарь, член компартии Германии с 1926 года, с 1936 года находился в Советском Союзе и работал в ИККИ.
Марон в Берлине имеет большую связь с населением.
3. Заместитель бургомистра Карл Шульц, 54 года, с высшим образованием, до 1933 года был директором высшей школы в Берлине, с приходом гитлеровцев отстранен от этой должности, с 1919 до 1933 года был членом социал-демократической партии Германии.
Шульц стоит за крепкую дружбу с Советским Союзом.
4. Заместитель обербургомистра, он же начальник продовольственного отдела — доктор Гермес, 68 лет, с высшим образованием, житель Берлина, крупный специалист по сельскому хозяйству, до 1923 года работал министром снабжения Германии, имеет большой опыт в деле снабжения населения.
Гермес являлся членом партии «Центра» до 1933 года, дважды арестовывался гестаповцами, последний раз был арестован в 1944 году в связи с покушением на Гитлера и был приговорен к смертной казни. Освобожден из тюрьмы чиновником министерства юстиции за два дня до занятия Берлина в связи с начавшейся паникой в городе.
Заместитель обербургомистра Пауль Швенк, он же начальник хозяйственного отдела, член компартии Германии со дня ее основания, в прошлом был членом прусского ландтага, крупный специалист по вопросам коммунальной политики, последнее время проживал в Москве и работал в радиоредакции ИККИ.
6. Начальник личного и административного отдела Артур Пик, брат Вильгельма Пика.
7. Начальник отдела городского транспорта Крафт, беспартийный, в прошлом работал главным инженером и руководителем одного из предприятий метрополитена, имеет большой опыт в работе по городскому хозяйству с первых дней прихода Красной Армии явился и начал добровольно работать в районной комендатуре.
8. Начальник отдела коммунального хозяйства Жирак, с высшим образованием, уроженец г. Нойкельн (Померания), по специальности инженер, член компартии Германии с 1932 года, в 1927 году приезжал в Москву как делегат молодежной организации от Германии, хорошо знает Берлин, имеет большие связи с населением.
9. Начальник отдела здравоохранения профессор Зауэрбрух, по специальности хирург, [391] в настоящее время является заведующим больницей «Шарите» (гор. Берлин).
Зауэрбрух — беспартийный, но связан с крупными деятелями прежней немецкой народной партии «Левое течение».
10. Начальник отдела народного образования Отто Лоринц, 43 года, член компартии Германии с 1926 года, проживал в Советском Союзе с 1935 года, до последнего времени работал учителем в немецкой партийной школе.
Лоринц обладает большим пропагандистским опытом.
11. Начальник отдела связи — обер-лейтенант Кеелер, 35 лет, окончил гимназию, беспартийный, офицер немецкой армии, попал к нам в плен, в 1943 году окончил антифашистскую школу, был членом Национального комитета «Свободная Германия», был на Ленинградском и Волховском фронтах и проводил антифашистскую работу, имеет специальность военного связиста.
12. Начальник отдела благотворительности Отто Гешке, бывший член рейхстага от компартии Германии, со средним образованием, последние 10 лет сидел в тюрьме в г. Бранденбурге, освобожден частями Красной Армии.
13. Начальник отдела торговли Иосиф Орлоп, член социал-демократической партии Германии, до 1933 года работал в берлинском коммунальном управлении, был кандидатом в депутаты прусского ландтага, все время жил в Берлине, в настоящее время имеет свой продуктовый магазин, имеет широкий круг знакомых среди населения Берлина.
14. Председатель комиссии религиозных культов пастор евангелической церкви Буххольц, последнее время был тюремным пастором и, по отзыву бывших заключенных-коммунистов, помогал арестованным в свиданиях с семьями.
Со всеми перечисленными лицами знаком секретарь ЦК компартии Германии Ульбрихт и рекомендует их на эти должности.
Зам. командующего 1-м Белорусским фронтом
по гражданской администраций И. Серов
ЦАМО РФ. Ф. ГСВГ. Оп. 66624. Д. 1. Л. 36—1 38. Подлинник.
№ 259. Указания Военного совета и политуправления 1-го Украинского фронта военным комендантам немецких городов по организации местной администрации и работе с немецким населением
13 мая 1945 г.
Военный совет предлагает руководствоваться следующими указаниями при организации местной немецкой администрации и в отношениях с местным немецким населением:
1. В отношениях с немцами исходить из указаний товарища Сталина, сделанных им во время Отечественной войны. Товарищ Сталин учит отличать германский народ от гитлеровского государства: «Гитлеровцы приходят и уходят, а народ германский, а государство германское — остается».
Нельзя всех немцев мерить на один аршин. Нельзя представлять себе Германию как одну колоссальную шайку. Надо отличать немцев, поддерживающих фашизм, являвшихся и являющихся его оплотом, от немцев, разочаровавшихся в войне, разочаровавшихся в Гитлере и его режиме, пострадавших от гитлеровского режима и т. д.
В приказе № 20 от 1 мая 1945 года товарищ Сталин так определил наше [392] отношение к немцам: «Лживая фашистская пропаганда запугивает немецкое население вздорными россказнями — будто армии Объединенных Наций хотят истребить германский народ. В задачу Объединенных Наций не входит уничтожение германского народа. Объединенные Нации уничтожат фашизм и германский милитаризм, сурово накажут преступников войны и заставят немцев возместить ущерб, который они причинили другим странам. Но Объединенные Нации не трогают и не тронут мирного населения Германии, если оно лояльно будет выполнять требования союзных военных властей».
2. Справедливое желание отомстить немцам за совершенные гитлеровской армией злодеяния и за развязанную гитлеровцами войну, принесшую столько бедствий и страданий нашей родине, — вовсе не означает, что в отношении к немцам разрешены насилия, грабеж и прочие беззакония.
Наоборот, с этими беззакониями надо вести решительную борьбу, так как они озлобляют против нас весь немецкий народ и, кроме того, позорят честь Красной Армии и разлагают ее морально.
Надо понять, что правильное отношение к немецкому населению, завоевание его симпатий способствуют закреплению нашей победы над гитлеровской Германией и обеспечению мира.
Для закрепления победы над врагом, завоеванной, прежде всего, оружием, техникой, примененными сплоченным и воодушевленным благородными целями защиты Родины советским народом, необходимо уничтожить все фашистское, уничтожить гитлеровское государство, ликвидировать нацистскую партию и созданные ею порядки. А это можно сделать только путем соответствующей правильно проведенной политической работы среди населения и правильных взаимоотношений с ним.
3. Одновременно надо помнить указания Сталина, что улучшение отношения к немцам не должно приводить к снижению бдительности и к панибратству с немцами. В своем первомайском приказе товарищ Сталин требует: «Находясь за рубежом родной земли, будьте особенно бдительны».
Гитлеровские лидеры, активные фашисты должны быть выявлены и обезврежены.
Но рядовых членов национал-социалистической партии, если они лояльно относятся к Красной Армии, не надо трогать.
4. В ряде пунктов некоторые бойцы и командиры продолжают бесчинства над немецким населением.
Военные комендатуры обязаны принять решительные меры для ограждения немецкого населения от насилий, бесчинств и произвола.
5. В районах Германии западнее реки Зап. Нейсе (т. е. на территории, остающейся немецкой, не переходящей к Польше) создается ограниченная немецкая администрация.
Организация ограниченной немецкой администрации на занятой Красной Армией территории и контроль за ее работой являются важнейшими задачами военных комендантов и их заместителей по политической части.
6. Военные коменданты вместе с уполномоченными заместителя командующего фронтом по гражданской администрации должны создать следующие органы немецкой администрации:
В городах и населенных пунктах городского типа назначить бургомистров и утвердить состоящих при них советников («штатрате»), ведающих отдельными отраслями работы городского управления (отделами): 1) промышленности и ремесел; 2) торговли и снабжения; 3) коммунальных предприятий, городского хозяйства и благоустройства; 4) финансов, налогов и сборов; 5) здравоохранения; 6) просвещения; 7) социального обеспечения; 8) по охране порядка и личному составу.
В крупных городах (как Дрезден, Гёрлиц) назначить обер-бургомистров и одного-трех бургомистров (являющихся заместителями обер-бургомистра, руководящих отдельными отраслями работы или отделами).
7. Одной из важнейших задач, стоящих перед войсками Красной Армии, занявшими территорию Германии, является организация местного самоуправления из числа немецкого населения. [393]
С этой целью правительство учредило при командующем войсками 1-го Украинского фронта должность заместителя командующего по управлению гражданскими делами со специальным институтом уполномоченных.
Заместитель командующего фронтом по управлению гражданскими делами и его уполномоченные:
а) Оказывают населению содействие в деле организации на территории Германии, занятой Красной Армией, ограниченной власти и, прежде всего, принимают меры к подбору и назначению из местного гражданского населения бургомистров, начальников полиции, старост, судебных прокурорских органов.
б) Осуществляют контроль за деятельностью германских органов власти, в том числе в области соблюдения общественного порядка, и за выполнением этими органами всех распоряжений и заданий советского военного командования.
Эта работа будет проводиться как через военных комендантов КА, так и через специально выделенных уполномоченных заместителем командующего фронтом.
8. Военные коменданты вместе с уполномоченным заместителя командующего фронтом по управлению гражданскими делами должны создать следующие органы власти:
I.
В селах — назначить старост общин, ведающих всеми делами сельской общины.
II.
В крупных селах — в помощь старостам общин подобрать одного или нескольких сельских советников, ведающих отдельными отраслями работы (сельское хозяйство, школа, трудовая повинность). Руководителей сельских общин подчинить уездным властям.
III.
В уездах — назначить начальников уездов с аппаратом советников — заведующих отделами уездного управления:
1. Промышленности и ремесел
2. Торговли и снабжения
3. Коммунальных предприятий и благоустройства
4. Сельского хозяйства и лесов
5. Финансов, налогов и сборов 6 Уездного врача
7. Уездного ветеринарного врача
8. Уездного школьного советника
9. Соцобеспечения
10. Административного.
IV.
В городах и населенных пунктах городского типа — назначить бургомистров со штатом советников, составляющих магистратуру города, ведающих отдельными отраслями городского управления (отделами):
1. Промышленности и ремесел
2. Торговли и снабжения
3. Коммунальных предприятий городского хозяйства и благоустройства
4. Финансов, налогов и сборов
5. Здравоохранения
6. Просвещения
7. Соцобеспечения.
V.
В крупных городах (как Дрезден, Гёрлиц, Коттбус) — назначить обер-бургомистров и от 1 до 3 бургомистров, являющихся заместителями обер-бургомистров и руководящих отдельными отраслями работы или отделами по приведенной выше схеме отделов городского магистрата.
Крупные города разбить на районы, во главе которых поставить районных бургомистров с районной магистратурой. [394]
VI.
Города с численностью населения до 10 тыс. подчиняются уездным властям, города с численностью населения свыше 10 тыс. подчиняются непосредственно окружным властям.
Окружным властям подчиняются также начальники уездов.
VII.
В округах — назначить президентов округов и при них директоров, ведающих отдельными отраслями работы (отделами):
1. Промышленности и ремесел
2. Торговли и снабжения
3. Коммунальных предприятий и благоустройства
4. Сельского хозяйства и лесов
5. Финансов, налогов и сборов
6. Здравоохранения
7. Просвещения
8. Окружного архитектора
9. Соцобеспечения
10. Административного.
Кроме того, также должны быть созданы полицейские органы, имеющие следующую структуру:
I.
В городах — командир полиции, подчиняющийся бургомистру города с одновременным подчинением окружному полицей-президенту. Городская полиция имеет следующие отделы:
а) Уголовная полиция
б) Полиция порядка
в) Пожарная охрана.
II.
В уездах — существуют аппараты жандармерии, уездный отдел жандармерии во главе с командиром, состоящий из двух отделений:
а) Жандармерия порядка
б) Пожарная охрана.
Уездный командир жандармерии подчиняется начальнику уезда, а по ведомственной линии также окружному полицей-президенту.
Уездный отдел жандармерии имеет жандармов, которые несут службу в селах уездов как отдельными постами, так в случае необходимости и заставами.
III.
В округе — всей полицейской службой руководит полицей-президент, имеющий аппарат, состоящий из следующих отделов:
а) Отдел по руководству городской полицией
б) Отдел по руководству жандармерией.
Отдел по руководству городской полицией, в свою очередь, разбивается на следующие инспекции во главе с инспекторами:
а) Инспектор по руководству уголовной полицией
б) Инспектор по руководству полицией порядка
в) Инспектор пожарной охраны.
Численность полиции должна быть сведена до минимума и утверждаться по представлению президента округа.
Члены местной администрации подбираются и назначаются военными комендантами совместно с уполномоченными заместителя командующего фронтом по управлению гражданскими делами.
Бургомистры городов, подчиняющиеся непосредственно округу, начальники уездов, командиры полиции городов, подчиняющиеся непосредственно округу, начальники уездной жандармерии, президенты округов, директора, ведающие отдельными отраслями работы округа, а также окружные полицей-президенты могут быть назначены только после утверждения кандидатур лично заместителем командующего фронтом по управлению гражданскими делами. [395]
Материалы на перечисленных лиц должны быть представлены на утверждение заместителю командующего уполномоченными военными комендантами совместно с уполномоченными.
В селах — назначить старост («гемайндефорштейер»), ведающих всеми делами сельской общины. В крупных селах в помощь старостам утвердить одного или нескольких сельских советников («гемайндерат»), ведающих отдельными отраслями работы (сельское хозяйство, школа, трудовая повинность и другие).
В уездах — назначить начальников уезда (в районах Пруссии «ландрат», в районах Саксонии — «амтсгауптман») и утвердить состоящих при них советников, заведующих отделами уездного управления: 1) промышленности и ремесел; 2) торговли и снабжения; 3) коммунальных предприятий и благоустройства; 4) сельского хозяйства и лесов; 5) финансов, налогов и сборов; 6) уездного врача («крайсарцт»); 7) уездного ветеринарного врача («крайстирарцт»); 8) уездного школьного советника («крайсшульрат»); 9) уездного архитектора («крайсбаумайстер»); 10) социального обеспечения; 11) административного; 12) по охране порядка и личному составу.
В округах — назначить президентов округов («бециркспрезидент») и при них директоров («директорен»), ведающих отдельными отраслями работы (отделами): 1) промышленности и ремесел; 2) торговли и снабжения; 3) коммунальных предприятий и благоустройства; 4) сельского хозяйства и лесов; 5) финансов, налогов и сборов; 6) здравоохранения; 7) просвещения; 8) окружного архитектора; 9) социального обеспечения; 10) административного; 11) по охране порядка и личному составу.
Структура и штаты состоящих при президентах округов, начальниках уездов, бургомистрах и старостах аппаратов утверждаются военными комендантами совместно с уполномоченными заместителя командующего фронта по гражданской администрации по представлению самих президентов, бургомистров и старост; личный состав аппаратов подбирается президентами, бургомистрами и старостами под контролем военных комендантов.
Президенты округов, начальники уездов, обер-бургомистры, бургомистры, старосты подбираются и назначаются военными комендантами совместно с уполномоченными заместителя командующего фронта по гражданской администрации из антифашистов или антигитлеровски настроенных местных жителей, энергичных, популярных, авторитетных среди местного населения и лояльно относящихся к Красной Армии.
Директора и советники, а также чиновники аппаратов подбираются самими президентами, бургомистрами и старостами также из антифашистов и антигитлеровски настроенных местных жителей, энергичных и имеющих необходимые знания, и утверждаются военными комендантами и уполномоченными заместителя командующего фронта по гражданской администрации.
Не могут быть назначены на указанные должности руководители и активные члены нацистской партии и фашистских организаций («Гитлерюгенд», национал-социалистический союз женщин и др.), эсэсовцы, гестаповские чиновники, полицейские, ответственные чиновники гитлеровского правительственного аппарата и жители, известные как активные сторонники гитлеровского режима.
Военные коменданты и их заместители по политической части несут совместно с уполномоченным заместителя командующего фронтом по гражданской администрации ответственность за создание органов местной немецкой администрации, назначение их руководителей и за деятельность этих органов, а также за то, чтобы в последние не проникли фашистские элементы.
9. Функции городской и сельской администрации должны в основном сводиться к следующему:
а) принятие мер к восстановлению нормальной жизни в городе и на селе: восстановление и возобновление работы местных промышленных и коммерческих предприятий, обслуживающих население предметами широкого потребления, торговли, транспорта и т. д.; [396]
б) форсирование проведения сельскохозяйственных работ; учет фонда брошенных земель, распределение их среди неимущих слоев населения для обработки;
в) забота о городском и сельском благоустройстве; медицинском обслуживании населения, призрении сирот и престарелых, о школах, пожарной охране и т. д.;
г) учет и регистрация населения;
д) выявление и передача в руки военных комендантов нацистских и военных преступников, т. е. руководителей и наиболее активных членов нацистских организаций, гитлерюгенда, гестаповцев, членов СС и СД, диверсантов, шпионов, офицеров полиции и др.;
е) обеспечение порядка. Обеспечение выполнения населением города и села приказов командования Красной Армии и установленного последним оккупационного режима;
ж) помощь военным комендантам (а там, где нет военных комендантов, — командирам воинских частей) в проведении мероприятий, необходимых для нужд Красной Армии.
Распоряжения окружной, уездной, городской и сельской немецких администраций обязательны для населения соответствующих округов, уездов, городов и сел. В частности, органы немецкой администрации имеют право привлекать в обязательном порядке население для выполнения упомянутых работ общественного значения.
Органы местной немецкой администрации имеют право, с разрешения военного коменданта, печатать, вывешивать, расклеивать объявления, оповещающие население об обязательных к исполнению распоряжениях.
Руководителям органов немецкой администрации заместителем командующего фронтом по гражданской администрации выдаются удостоверения.
10. В целях упорядочения хозяйственной жизни на занятой Красной Армией территории существовавшая при гитлеровском режиме карточная система отменяется.
Воинские части и учреждения, военнослужащие должны расплачиваться с населением за приобретаемые у него вещи и продукты оккупационными марками.
11. Военные коменданты осуществляют все свои мероприятия, касающиеся нормализации жизни на занятой территории, через руководителей органов местной администрации.
Военные коменданты должны наблюдать за работой местной немецкой администрации и ее руководителей, подсказывать им необходимые мероприятия, советовать, содействовать росту их авторитета и поддержанию их власти.
Военные коменданты не должны отдавать приказаний непосредственно аппаратам через голову президентов, бургомистров и старост.
В отношениях с местной администрацией военные коменданты действуют как представители советского военного командования корректно и твердо, обеспечивая на территории, им подведомственной, строгий воинский порядок и безусловное выполнение населением приказов командования и своих собственных.
Военные коменданты отменяют через президентов, бургомистров и старост, а в нужных случаях — и непосредственно своим приказом, мероприятия местной администрации, которые наносят вред Красной Армии или идут вразрез с изданными советскими военными властями приказами и распоряжениями.
12. Военные коменданты должны принять энергичные меры к скорейшему восстановлению нормальной жизни на занятой территории. Для этого они должны через местную немецкую администрацию:
а) добиться от владельцев предприятий, обслуживающих нужды населения, или, при их отсутствии, от назначенной временной администрации пуска в ход предприятий, обслуживающих нужды населения;
396
б) организовать мастерские для обслуживания нужд Красной Армии и местного населения;
в) обеспечить выполнение сельскохозяйственных работ;
г) возобновить торговлю, деятельность рынков и базаров;
д) восстановить работу предприятий и учреждений, обслуживающих культурно-бытовые нужды населения;
е) принять меры к постепенному восстановлению деятельности транспорта, связи, почты, телеграфа.
13. В целях обеспечения строгого воинского порядка, быстрейшего восстановления нормальной жизни и укрепления создаваемых органов местной администрации в занятых Красной Армией районах Германии, а также в целях правильной информации немецкого населения и разоблачения гитлеровской пропаганды необходимо начать среди немецкого населения систематическую пропаганду.
Эта пропаганда должна: возбудить среди немецкого населения ненависть против гитлеровского режима и его вдохновителей и руководителей, дать населению правильное представление о Советском Союзе, рассказать о задачах Красной Армии в Германии, разоблачать фашистскую клевету на СССР и Красную Армию, информировать о международном положении и важнейших событиях, популяризировать высказывания товарища Сталина о Германии и немецком народе.
Агитационно-пропагандистская работа среди немцев должна на первых порах заключаться в следующем:
а) распространении (путем расклейки и бесплатной раздачи) газет, журналов, листовок, брошюр и др. агитматериалов, получаемых из политуправления фронта;
б) устных беседах с населением, лекциях, докладах, проводимых и читаемых политработниками, хорошо знающими немецкий язык, а также немецкими антифашистскими деятелями, присылаемыми политуправлением фронта;
в) громкой читке газет чтецами, специально подобранными из антифашистов, под контролем политработников, знающих немецкий язык;
г) демонстрации советских кинофильмов (для этого восстановить кинотеатры);
д) выставлении антифашистских плакатов, лозунгов, транспарантов (организовать витрины для наклейки газет, плакатов и т. д.).
По мере укрепления органов местной администрации, целесообразно созывать для бесед: в селах — население села, в городах — собрания интеллигенции, собрания рабочих — для обсуждения вопросов восстановления хозяйственной жизни и для политической работы среди населения. При этом беседы и собрания должны быть обеспечены квалифицированными беседчиками и докладчиками, хорошо знающими немецкий язык, и антифашистами — немцами.
14. Политической работой среди населения Германии в ближайшее время необходимо добиться следующего:
а) разбить легенду о том, будто Красная Армия уничтожает немецкое население;
б) уничтожить страх немецкого населения перед Красной Армией, успокоить это население (эта задача должна быть решена рядом практических и организационных мер, как-то: налаживанием нормальной жизни в городах и селах, организацией снабжения населения, восстановлением коммунального хозяйства городов и сел, налаживанием культурной жизни и т. п.);
в) показать, что в интересах самого немецкого населения каждый немец должен активно участвовать в разоблачении фашистской агентуры, передавать в руки Красной Армии гестаповцев, диверсантов и шпионов, очищать немецкую землю от фашистской скверны. Задача вытравления яда нацизма из немецкого организма должна быть осуществлена при непосредственной и активной помощи самого немецкого населения;
г) разъяснить населению, что нынешняя катастрофа Германии, ее настоящий [398] разгром являются логическим результатом гитлеровской разбойничьей политики. Поскольку немецкий народ поддерживал гитлеровский режим, мирился с этим режимом, он несет ответственность за то, что Германия принесла миру в этой войне. Разъяснить немецкому населению, что неудобства, связанные с военным режимом, связанные с оккупационным режимом, являются естественным результатом преступной гитлеровской войны и что в этом значительная доля вины ложится и на немецкий народ. Напомнить немецкому населению о том, что передовые люди Германии — антифашисты, а также представители всего цивилизованного мира неоднократно в своих выступлениях предупреждали немецкий народ о тех последствиях, которые могут быть в результате преступной гитлеровской политики. Однако немецкий народ не нашел в себе мужества, чтобы пресечь преступную политику Гитлера. А за это нужно отвечать;
д) разъяснить, что нынешнее положение для немецкого народа не безвыходное. Гитлер и его режим будут уничтожены, а немецкий народ должен жить. Главным условием его жизни является: окончательно порвать с гитлеризмом, с идеологией мирового господства, расизма и фашизма вообще. Если немецкий народ возьмется энергично за ликвидацию всего фашистского наследства, то может ускорить свое восстановление как народа, равного среди других народов мира.
15. Развертывание политической работы среди немецкого населения обязывает военных комендантов и их заместителей провести серьезную партийно-политическую работу среди личного состава военных комендатур, сплотив его в крепкий коллектив, обеспечив в комендатурах образцовый воинский порядок и крепкую боевую дисциплину.
Военные коменданты и особенно их заместители по политической части, а также другие работники военных комендатур должны твердо знать высказывания товарища Сталина о Германии и германском народе и другие официальные партийные и государственные документы по этому вопросу. Они должны изучать немецкий язык, экономику, историю, государственный строй Германии и особенно хорошо знать город (район), в котором работают.
Немедленно начните серьезную учебу и организуйте учебу работников комендатуры в соответствии с настоящими указаниями.
16. Об организации местной немецкой администрации информируйте один раз в 5 дней (5, 10, 15, 20, 25, 30 числа каждого месяца) заместителя командующего фронтом и начальника политического управления фронта.
О фактах особой важности и вопросах, требующих срочного разрешения, доносите немедленно нарочным или другим надежным способом.
15. Военный совет и политуправление фронта предупреждают военных комендантов и их заместителей по политической части об особом политическом значении возложенной на них работы по организации местной немецкой администрации и по пропаганде среди немецкого населения, а также о серьезной ответственности, которую они несут за точное и правильное выполнение настоящих указаний.
Член Военного Совета 1-го Украинского фронта генерал-лейтенант Крайнюков
Зам. командующего войсками 1-го Украинского фронта генерал-лейтенант Мешик
Начальник политуправления 1-го Украинского фронта гвардии генерал-майор Яшечкин [399]
ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2727. Д. 30. Л. 75–87. Копия.
№ 260. Справка заместителя командующего войсками 1-го Белорусского фронта по гражданской администрации о структуре городского самоуправления г. Берлина и фамилиях руководящих работников
18 мая 1945 г.
Обербургомистр города — доктор Артур Вернер, 68 лет, с высшим образованием, инженер электротехники, член социал-демократической партии до 1933 года, в прошлом работал в городском управлении.
Первый заместитель обербургомистра — Карл Марон, 1903 года рождения, слесарь, член компартии Германии с 1926 года, с 1936 года находился в СССР, работал в телеграфном агенстве при ИККИ и редактором газеты «Свободная Германия», уроженец Берлина.
Заместитель обербургомистра — Отто Шульц, 55 лет, левый демократ, житель Берлина.
Заместитель обербургомистра, он же начальник продовольственного отдела — доктор Гермес, с высшим образованием, член партии «Центра», в 20-х годах был министром снабжения Германии.
Заместитель обербургомистра, он же начальник хозяйственного отдела — Пауль Швенк, со средним образованием, член компартии Германии со дня ее основания, член прусского ландтага, работал в Москве в издательстве иностранной литературы.
Отдел личного состава и администрации — начальник отдела Артур Пик, житель Берлина.
Финансовый отдел — начальник отдела Эдмунд Нордвиг, уроженец Берлина, финансист.
Строительный отдел — начальник отдела (подбирается).
Транспортный отдел — начальник отдела инженер Крафт, беспартийный, житель Берлина.
Топливный отдел — начальник отдела (подбирается).
Отдел коммунального хозяйства — начальник отдела Жирак, член компартии Германии с 1932 года, инженер, с высшим образованием, уроженец Берлина, был делегатом от молодежи Германии в Москве в 1927 году.
Жилищно-плановый отдел — начальник отдела инженер Франц, с высшим образованием, 58 лет, беспартийный, житель Берлина.
Отдел народного образования — начальник отдела Отто Лоринц, 1902 года рождения, член компартии Германии с 1926 года, последние 10 лет находился в Советском Союзе, обладает большим пропагандистским опытом.
Отдел здравоохранения — начальник отдела профессор Зауэрбрух, хирург, в настоящее время заведующий больницей «Шарите», уроженец и житель Берлина, в прошлом связан с кругами народной партии.
Отдел труда и рабочей силы — начальник отдела (подбирается).
Пожарный отдел — начальник отдела (подбирается).
Отдел связи — начальник отдела Кеелер, беспартийный, офицер немецкой армии, попал в плен в 1942 году, окончил школу антифашистов, член комитета «Свободная Германия», окончил гимназию, по специальности связист.
Отдел торговли и поставок — начальник отдела Иозеф Орлоп, член социал-демократической партии, работал в профсоюзе, до 1933 года работал в Берлинском коммунальном управлении.
Отдел благотворительности — начальник отдела Отто Гешке, член рейхстага от КПГ, член ЦК КПГ, последние 10 лет сидел в тюрьме в Бранденбур-ге, освобожден Красной Армией.
Отдел садоводства и кладбищ — начальник отдела (подбирается).
Комиссия религиозных культов — председатель комиссии пастор евангелической тюремной церкви Буххольц. По данным арестованных демократов, помогал арестованным, содержавшимся в тюрьме, житель Берлина. [400]
Полицей-президент Берлина — Пауль Маркграф, 1910 года рождения, берлинец, образование среднее, капитан немецкой армии, беспартийный, сдался в плен в 1942 году, окончил годичные курсы антифашистов в Москве.
Оберпрокурор Берлина — Вильгельм Кюнаст, 1899 года рождения, образование высшее, беспартийный, из крестьян, житель Берлина.
Главный судья Берлина — Артур Капир, 1875 года рождения, с высшим образованием, профессор криминалистики, беспартийный, житель Берлина, в прошлом судья.
Заместитель командующего фронтом
по гражданской администрации И. Серов
ЦАМО РФ. Ф. ГСВГ. Оп. 66624. Д. 1. Л. 42–44. Подлинник.
№ 261. Выписка из донесения начальника политического управления 1-го Белорусского фронта начальнику 7-го управления Главного Политического Управления РККА о работе с немецким населением за период подготовки и проведения берлинской операции
№ 0464 19 мая 1945 г.
С чем встретились войска в полосе берлинской операции
а) Положение с немецким населением в этой полосе, их настроения
Действия войск фронта в Берлинской операции происходили на территории, значительно насыщенной промышленными предприятиями и явно не обеспеченной продуктами питания, особенно в городах, где население продолжительное время жило на резко сокращенных нормах.
В политическом положении этих районов следует отметить большую насыщенность всех слоев населения нацистскими элементами, с одной стороны, и особо усиленную пропаганду нацистской партии, направленную на запугивание немцев разными клеветническими измышлениями в отношении Красной Армии и Советского Союза.
В ежедневных радиопередачах и обильно издаваемых листовках нацисты изображали Красную Армию как армию, которая стремится к истреблению немецкого государства и немецкого народа.
Несмотря на усиленную пропаганду «зверств», население в подавляющем большинстве не проявляло такого страха перед приходом Красной Армии, какой наблюдался в городах восточнее Одера.
Настроение жителей характеризовалось, с одной стороны, настороженностью по отношению к Красной Армии и ее представителям, с другой — сознанием собственной бесперспективности и обреченности.
Типично в этом отношении высказывание местной жительницы г. Мюнхенберга Ильзы Бренде: «Я осталась здесь потому, что не знала, куда ехать. Родственников у меня нет, в Берлине — голод. Прихода русских страшно боялась, но все же пришлось остаться. Что будет со мною и со всеми нами — не знаю».
В то же время некоторая часть жителей расценивала приход Красной Армии прежде всего с точки зрения быстрого окончания войны. Так, некая Эрна Шульвиц заявила: «Мы все отлично знаем, что война проиграна и ждали вас, так как знали, что чем скорее и успешнее вы будете наступать, тем скорее закончится эта проклятая война».
В большинстве районов местные жители не желали эвакуироваться по приказу немецких властей и власти применяли насильственные меры эвакуации. [401]
В г. Бернау осталось около. 80 % жителей (до 6000 чел.); в г. Эберсвальде — из 40 тысяч человек — около 20 тысяч.
В городах сравнительно быстрее оживлялась экономическая жизнь. Жители, как правило, немедленно принимались за уборку улиц, являлись в комендатуру с предложениями о работе по восстановлению электростанций, городского транспорта и т. д.
Резко снизилось число самоубийств среди жителей и они обычно шли за счет тесно связанных с нацистской партией кругов.
В отдельных городах и селах также наблюдался большой страх жителей перед русскими, который, однако, быстро рассеивался, когда население узнавало правду о поведении бойцов и офицеров Красной Армии.
Так, в м. Клестерфельд (близ г. Эберсвальде) к моменту прихода наших частей осталось всего лишь 10 жителей. После того как этим жителям были розданы листовки «Маршал Сталин о Германии и немцах», эти жители направились в соседний лес и к вечеру из леса вернулись в свои дома 2638 чел. На следующий день в этом местечке начала налаживаться нормальная жизнь, в частности, стала работать пекарня. Жители были изумлены и говорили друг другу: «Русские не только не делают нам зла, но заботятся о том, чтобы мы не голодали».
При вступлении наших войск многие жители вывешивали белые флаги, надевали белые повязки, некоторые из них подчеркнуто проявляли заискивание и угодливость.
Вражеская агитация действовала крайне осторожно, делая главное ударение на запугивание отправкой в Сибирь и на «ужасах грядущего большевистского хаоса», используя для этого, в частности, не изжитые еще случаи насилия и мародерства со стороны отдельных бойцов.
Известны факты, когда подобная агитация встречала отпор со стороны самого населения. Так, когда в ресторане г. Бернау (содержательница — Гертруда Гаммер) один неизвестный немец начал во всеуслышание агитировать против Красной Армии, одна из присутствующих женщин подошла к нему и сказала: «Хватит. Нам и так много трубили об ужасах прихода русских, но они относятся к нам хорошо. Убирайся вон и не показывайся больше здесь». С этими словами она вытолкнула его из помещения.
б) Положение в Берлине во время боев и с занятием Берлина
В первый день прихода Красной Армии в Берлин многие жители забились в подвалы. С большой опаской «на разведку» выходили отдельные старики. Первый вопрос, который их волновал, — это прежде всего об их личной судьбе. Когда жители убедились, что Красная Армия гарантирует им личную неприкосновенность и сохранность имущества, оцепенение, вызванное страхом перед русскими, стало быстро проходить. Многие берлинцы встречали приход Красной Армии как знак скорого окончания «ужасов войны», держась, однако, по-прежнему выжидательно и настороженно.
Слухи о том, что «русские хорошо обращаются с населением», что «население Бейсензее и Фридрихсгафена восторженно встречало русских» быстро проникали в районы Берлина, еще не занятые нашими войсками, и жители во время уличных боев одиночками и группами переходили через линию фронта на нашу сторону. Отмечены случаи, когда население — особенно женщины — вело среди немецких солдат агитацию за то, чтобы они дезертировали, обещая им помощь. В адрес проходивших по улицам немецких частей раздавались злобные выкрики. Солдат называли «затягивателями войны». В подвалах, где берлинцы укрывались во время боя, зачастую открыто бранили нацистских руководителей, подвергших город тяжести уличных боев. Некоторые женщины говорили: «Мы теперь боимся русских меньше, чем нацистов. Хуже того, до чего довели нас нацисты, не будет».
Население занятых Красной Армией районов Берлина с нетерпением ожидало установления власти военных комендантов, надеясь, что они установят определенный распорядок и окончательно искоренят те отдельные [402] случаи бесчинств, которые все еще имели место. Так, некий Иосиф Бердер заявил: «Нам говорили неправду о русских. Русские отнеслись к нам хорошо. Правда, были отдельные случаи безобразий, но война — это война и я надеюсь, что, когда будет назначен комендант, он сумеет окончательно прекратить подобные выходки».
Приказ № 1 военного коменданта города Берлина был встречен населением с глубоким удовлетворением. Все были рады тому, что «русские военные власти не объявили сбора для отправки в Сибирь, а призывают к порядку и работе».
Установление порядка берлинцы восприняли, прежде всего, как гарантию безопасности. У расклеенных на стенах приказах, листовках постоянно собирались большие группы жителей. Многие из них начали обращаться в военные комендатуры с разного рода делами, в том числе с предложением своих услуг.
Во время бесед с нашими офицерами некоторые жители с опаской заводили разговоры на тему о том, «не собираются ли русские установить в Германии советскую власть».
Сообщение о капитуляции гарнизона города берлинцы встретили с чувством облегчения. Многие из них говорили: «Как хорошо, что наступил долгожданный конец этому бессмысленному сопротивлению».
В городе ускоренными темпами начались восстановительные работы.
В то время как основная масса берлинцев лояльно относится к Красной Армии, со стороны отдельных жителей были случаи враждебных действий. Так, в Ной-Хаген немец, стоя у своего дома, улыбался и подчеркнуто приветствовал проходящих бойцов Красной Армии. При проверке оказалось, что в его доме скрывались 5 немецких солдат с рацией и автоматами, а у него самого в кармане был заряженный пистолет.
4 мая 1945 г. в Берлине было задержано и арестовано 3 участника диверсионно-террористической группы и по их показаниям обнаружен склад с оружием и боеприпасами.
27 апреля 1945 г. выстрелами из-за угла в одном из соединений было убито 9 офицеров и 12 бойцов, в другом — 3 офицера и 9 бойцов и т. д.
а) Наши меры по Берлину, по войскам и населению, их результаты
В период подготовки к Берлинской операции Военным советом фронта были заранее сформированы комендатуры городов и наиболее крупных населенных пунктов. Работники комендатур прослушали ряд лекций и докладов по практике работы, об организации в районах своих комендатур органов местного самоуправления и налаживания нормальной жизни в занятых районах, о мерах по наведению строжайшего порядка и недопущению самоуправства в отношении местного немецкого населения.
Особое внимание было уделено отбору и укомплектованию военных комендатур для города Берлина и его районов.
Одновременно с этим, по требованию Военного совета фронта во всех армиях при военных советах были созданы инспекторские группы, в задачу которых входило:
— тщательное и оперативное изучение вновь занимаемых районов, их экономического состояния и политических настроений населения;
— представление Военному совету армии данных на крупные населенные пункты для принятия решений о назначении военных комендантов;
— оказание помощи военным комендантам в установлении жесткого порядка в городах и населенных пунктах, особенно прилегающих к основным дорогам;
— принятие мер к подбору и временному назначению органов местного самоуправления в тех местах, где бывшие руководители скрылись, а также привлечение к работе некоторых лиц ранее существовавшей администрации для того, чтобы быстрее наводить порядок и мобилизовывать население на [403] срочное проведение первоочередных работ по расчистке улиц, восстановлению коммунальных предприятий и пр.
В результате проведенных мероприятий в ходе наступления во всех населенных пунктах были своевременно назначены военные коменданты, а несколько позже, с участием военных советов армий, руководящих работников штабов и политорганов в большинстве городов и населенных пунктов уже подобраны, проинструктированы и приступили к работе органы местного самоуправления.
При отборе лиц в местные органы самоуправления обращается внимание на то, чтобы подобрать в их состав лиц, антифашистски настроенных, состоящих в подпольных организациях, компартии Германии, социал-демократов, беспартийных рабочих, работников науки и искусства и других лиц из антифашистов.
Для того чтобы обеспечить авторитет вновь создаваемым органам местного самоуправления, намеченные кандидатуры широко обсуждаются с представителями местного немецкого населения, которое, надо сказать, проявляет особо большой интерес к этим мероприятиям и активно дает свои отзывы о выдвигаемых кандидатах.
При подборе кандидатов в городское самоуправление города Берлина Военным советом фронта в Берлин был направлен ряд начальников управлений и отделов фронта, которые на месте с представителями от рабочих, интеллигенции, торговцев и других слоев населения провели обсуждение задач городского самоуправления и попутно выслушали мнения по подобранным нами кандидатам.
По такому же принципу производится отбор лиц в органы самоуправления районов и населенных пунктов, находящихся в полосе фронта.
Так, Военный совет 47-й армии создал ряд групп из ответственных командиров и политработников, которые при помощи комендантов и частей, дислоцирующихся в городах и работающих там среди населения, создали органы местного самоуправления в 57 городах и населенных пунктах.
При обсуждении кандидатур в самоуправление отмечены случаи активной помощи в замене предварительно подобранных нами лиц по мотивам активного участия в национал-социалистической партии, недостаточной связи с народом и др.
Одновременно с восстановлением органов самоуправления большое внимание со стороны Военного совета фронта, военных советов армий и командования уделяется вопросам быстрейшего налаживания продовольственного снабжения, нормальной жизни во всех отраслях хозяйства и культуры.
Большая работа в этом отношении проведена по Берлину, где с первого дня прихода наших войск особо остро встал вопрос с питанием двух с половиной миллионного населения, водоснабжением, электроосвещением и пр.
Военным советом фронта со времени подписания акта о полной и безоговорочной капитуляции Германии, в целях налаживания нормальной жизни и работы в Берлине, проведены следующие мероприятия:
1. 11 мая 1945 г. издано постановление Военного совета фронта за № 063, которым определены нормы и установлены источники снабжения продовольствием населения Берлина.
Согласно постановлению развернута широкая сеть продуктовых магазинов и с 15 мая уже налажена выдача продпайков по новым нормам.
2. Постановлением за № 064 от 12 мая намечены конкретные меры по обеспечению нормальной работы коммунального хозяйства в Берлине.
Для реализации намеченных мероприятий в городской и районных комендатурах были проведены совещания инженерно-технических работников города, работников науки и искусства, владельцев и работников торговых предприятий, работников коммунального хозяйства города.
На этих совещаниях и после их проведения намечены конкретные планы — мероприятия работ по восстановлению коммунального хозяйства города. [404]
Для контроля за выполнением намеченных постановлением мероприятий ко всем отраслям берлинского городского хозяйства прикреплены инженеры и техники из числа специалистов-военнослужащих.
Сейчас в Берлине уже пущена первая очередь метро (до 6 км), в ряде районов имеется электрический свет, налажено водоснабжение.
В 9 районах города функционирует 25 кинотеатров, обслуживающих советскими кинофильмами до 25 000 чел. ежедневно.
Подготавливается к открытию драматический и камерный театры в районе Шарллотенбург, концертный зал радиоузла на Мазурин-аллее и др.
В Берлине организована ежедневная работа 4 МГУ и 9 ОГУ. Основными темами передач являются:
1) Обращение товарища Сталина к народу.
2) Маршал Сталин о Германии и немцах.
3) О нормах снабжения для населения Берлина и др.
С 14 мая 1945 г. начались ежедневные радиопередачи через радиостанцию Кенигсвустерхаузен.
По городу расклеены десятки тысяч лозунгов и «Информационных бюллетеней» политуправления фронта.
15 мая 1945 г. начался выпуск газеты «Ежедневное обозрение» для немецкого населения, тиражом 80 000 экз. Газета пользуется исключительным успехом.
В работах по восстановлению городского хозяйства принимает активное участие население Берлина.
3. 14 мая издано постановление № 066, которым установлены меры по организации местных банковских органов. Во исполнение постановления Военного совета по состоянию на 18 мая в Берлине открыт городской и 20 районных банков, которые приступили к работе 16–17 мая и установили связи с торгующими организациями, принимают от них выручку.
4. Постановлением № 067 от 14 мая утвержден приказ военного коменданта Берлина о допуске частной торговли в городе продовольствием и промтоварами.
Этот приказ имеет целью привлечь в город некоторую часть продовольствия и товаров из окрестных городов и сел.
5. Постановлением № 068 предусмотрено открыть в Берлине магазин Особторга, к организации которого приступили прибывшие представителе Наркомторга и работники, выделенные фронтом.
В таком же направлении проводятся работы во всех административные центрах и населенных пунктах оккупированной территории в полосе фронта
В городе Ленин при помощи и под контролем представителей 1-й гв танковой армии восстановлены и в настоящее время работают:
Хлебопекарни — 1
Мельницы — 1
Лесопильные заводы — 2.
Населению из местных ресурсов отпускается по карточкам хлеб, карто фель и другие продукты.
В г. Кепеник и селах, входящих в этот район, уже работает до 40 хлебные магазинов, 12 мясных лавок, пущены в эксплуатацию хлебопекарни, мясо бойни. Население получает хлеб по карточкам за счет изыскиваемых ресурсе] на месте.
В г. Фризак населению регулярно выдается хлеб, масло, колбаса, работа ют молочная ферма и маслозавод, мельница, 5 хлебопекарен, 2 колбасны: завода, открыто 2 портновских и 2 сапожных мастерских, парикмахерские работает зубоврачебный кабинет.
В г. Ратенов открыта больница на 180 коек, подготовлена к пуску крупная мельница и пивоваренный завод. Город получает электроэнергию и воду налажена выдача хлеба и овощей.
В г. Прелевиц жители ежедневно получают по 200 г хлеба, инженеры по 300 г хлеба, по 25 г мяса, по 50 г сыра, по 50 г смальца и по 100 г селедки Кроме того, дети получают по пол-литра молока. Работает 4 хлебопекарни [405] 3 мясных и колбасных завода, 12 магазинов по продаже хлеба, молока и других продуктов питания. Открыты 4 парикмахерские, 1 портняжная мастерская, 3 сапожных мастерских, седельная мастерская, аптека, мастерская по ремонту машин и велосипедов, столярная мастерская, 3 кузницы. Открыт детсад и работают 3 церкви.
г) Реагирование немцев на проводимые мероприятия
Меры, предпринятые командованием Красной Армии по нормализации жизни в Берлине и других районах, вызвали крайне положительную реакцию у немецкого населения. Население бурно выражает одобрение этих мероприятий и удивление столь быстрыми темпами восстановления всех отраслей городского хозяйства и отношением к ним со стороны Красной Армии.
Врач Иоганн Шмуллер из района Тиргартен (г. Берлин) заявил: «Мы поражены невидимыми темпами восстановления жизни в городе и умелым руководством русских. За такой короткий срок русские сумели сделать очень много».
После просмотра картины «Волга-Волга» группа берлинцев в беседе говорила: «В фильме мы видели ваш народ — такой могучий, вольный, жизнерадостный и трудолюбивый. Мы подумали о том, как жестоко нас обманывали прежде».
К военному коменданту района Трептов пришел епископ католической церкви Петер Верчек и выразил благодарность за заботу о населении и за меры, принятые для восстановления нормальной жизни Берлина.
Опубликование норм снабжения продовольствием вызвало радостное и вместе с тем растерянное чувство. В разговорах берлинцы заявляют, что никто не ожидал, что советское командование проявит такую заботу о населении. Тем более, никто не надеялся и не мечтал о таких нормах питания.
Жительница города Элизабет Шмеер заявила: «Нам говорили нацисты, что если придут сюда русские, то они не будут нас «обливать розовым маслом». Получилось совершенно иначе: побежденному народу, армия которого так много причинила несчастий России, победители дают продовольствия больше, чем нам давало прежнее правительство. Нам это трудно понять. На такой гуманизм, видимо, способны только русские».
Отдельные видные общественные деятели наши меры оценивают актом «величайшего великодушия, на которое мы, немцы, не могли рассчитывать».
Архитектор г. Потсдам Готвальд Карл заявил: «Мы, конечно, никогда не представляли себе русских такими, какими мы их увидели, когда пришла Красная Армия. Обращение к нам со стороны офицеров, можно сказать, вполне корректное. Лично я не могу пожаловаться на бойцов. Все они ко мне хорошо относились. Мы сейчас довольны тем, что война для нас закончена и, наконец-то, мы начнем нормальную жизнь».
После передачи через МГУ речи товарища Сталина к народу Советского Союза в беседе с нашими офицерами инженер Франк Редель из района Монбит заявил: «Радостную весть произнес маршал Сталин для своего народа. Нам, немцам, трудно будет ответить за сумасбродные планы Гитлера, но и мы также радуемся окончанию войны. Русские должны помочь нам установить в Германии такой строй, который привел бы Германию к дружбе с другими народами. Нас многие народы ненавидят, но мы своим честным трудом сотрем с себя это позорное пятно».
В беседах большинство средних слоев и рабочих Берлина заявляют, что если русские будут так относиться к нам и дальше, то они своим честным трудом отплатят им.
Появились в Трептовском районе и такие настроения: когда население, узнав откуда-то о возможном переходе в свой район американцев, настойчиво стало просить бургомистра возбудить ходатайство перед русским командованием оставить район за русскими, которые будут лучше обращаться и лучше кормить, чем американцы. [406]
Обший вывод по Берлину сейчас можно сделать такой:
1) Население перестало бояться русских, охотно и активно помогает во всем, где это требуется, и хочет скорей получить работу.
2) Наши мероприятия по продовольственному снабжению, налаживанию жизни города ошеломили немцев. Они удивлены великодушием, быстрым восстановлением порядка в городе, дисциплиной войск, богатством военной техники и организаторскими способностями генералов и офицеров Красной Армии.
3) Враждебная нам деятельность нацистских элементов носит единичный характер и не встречает поддержки основной массы населения. Наоборот, население активно начинает помогать вылавливать их.
Доведение до конца намеченных нами мероприятий по восстановлению жизни города и бесперебойная выдача продовольствия будут могучим средством укрепления нашего влияния среди населения и подорвет основы для деятельности нацистского подполья.
Задача будет состоять лишь в том, чтобы не допустить нацистские элементы в руководящие органы местного самоуправления, укрепить их настоящими антифашистскими элементами, над чем мы сейчас и работаем.
Член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Телегин
Выписка верна:
Начальник отделения информации
оргинструкторского отдела полковник Леонов
ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 623. Л. 374–378. Зав. копия.
№ 262. Информационная сводка 7-го отдела политического управления 1-го Белорусского фронта о настроениях жителей Берлина, активизации нацистских элементов и деятельности антифашистских групп
№ 75 23 мая 1945 г.
Устная пропаганда среди населения
В течение 23 мая звуковещательные средства, главным образом, работали в западных районах Берлина. 4 МГУ и 8 ОЗС сделали соответственно 65 и 83 передачи. Программа передач: продовольственное положение в Берлине (заявление тов. Микояна корреспонденту газеты «Правда»), приказ коменданта города Берлина № 4, статьи из сегодняшних газет (материалы первого собрания городского самоуправления, виновники войны должны быть наказаны, о создании полиции и др.). Несмотря на дождь, во время передач к МГУ собиралось не меньшее количество слушателей, чем в прежние дни. По поводу заявления тов. Микояна берлинец Альфред Реми сказал: «Я не мог себе представить, чтобы член русского правительства направился в Берлин для того, чтобы удостовериться, как живет население города. Совершенно верно то место, где господин Микоян говорит: «Настроение населения значительно улучшилось». Как торговец я вижу это на лицах своих покупателей. Покупатели говорят: «Теперь снова дело пошло на подъем». Домохозяйка Апитц в беседе сказала: «Русское правительство отнеслось к мирному населению Берлина с полным великодушием. Оно прислало даже члена правительства — господина Микояна, чтобы помочь нам в эти тяжелые дни. Сейчас дело наладилось. Домохозяйки довольны тем, что выдают картофель. [407]
В прошлые годы в это время мы картофеля уже не получали до нового урожая». Инженер Штайн заявил: «Жизнь и события действительно подтверждают, что Красная Армия следует высказыванию своего великого полководца Суворова: «Пока враг борется, его нужно беспощадно уничтожать, однако, с побежденным врагом, и особенно с гражданским населением, следует обращаться великодушно». Теперь мы получили работу и покой. Кто ожидал, что в Берлине так скоро вновь воцарятся порядок и спокойствие? Да, если бы Красная Армия взяла пример с немецкой, то было бы очень плохо». Есть и высказывания такого рода: «Нам не нужно сейчас никакого правительства, — говорит жительница Берлина Линц, — пусть русские управляют нами и мы будем жить и работать хорошо». Несколько человек показали работникам МГУ хранившиеся у них портреты Карла Либкнехта и Розы Люксембург и сказали при этом: «Если бы их не убили, то в Германии был бы такой строй, как в Советском Союзе, и Германия не знала бы ужасов войны».
О случаях недовольства, высказываемого жителями Берлина
Служащий Герхарт Вернер сказал: «Ходят слухи, что в Берлине русские оставляют оккупационную армию в составе 91 000 человек. Это значит, что наши квартиры будут заняты и мы должны будем своим трудом содержать эту армаду».
Домохозяйка Хорст Шеффер заявила: «Квартирный вопрос волнует всех жителей. Военнослужащие выселяют жителей из квартир, заверяя, что будут жить в них всего два-три дня. Жители уходят без вещей. Проходит неделя, другая, квартира не освобождается. Входить за вещами тоже не позволяют. Так жить очень трудно».
— «Увозится оборудование заводов. Среди увозимого оборудования имеется много машин, которые нам потребуются для мирного строительства. Где же мы будем работать, если заводы Сименса и Гольске и другие заводы и фабрики демонтируются?».
— «В продовольственных карточках указаны продукты, которые в Берлине до сих пор еще нельзя купить. Будут ли они нам даны или нам хотят сыпать песок в глаза?»
— «С одной стороны, мы получаем приказ о том, чтобы выходить на работу, а с другой — есть случаи, когда у нас отнимают наши велосипеды. В результате — мы должны большие расстояния ходить пешком».
Активизация нацистских элементов
Выявлены случаи, когда нацисты, втираясь в доверие к нашим военным властям, проникают в органы самоуправления и создающуюся полицию. Чтобы втереться в доверие, нацисты проявляют большую общественную активность и клевещут, называя отдельных антифашистов — ярыми нацистами. Так, на биржу труда района Фридрихсфельде проникли активные нацисты, которые распространяли всевозможные вредные слухи о Красной Армии.
В районе Шпандау на стеклах витрин магазинов по улице Зеештрассе неизвестными лицами были расклеены листовки следующего содержания: «Нацисты виноваты в том, что 7 миллионов безработных получили снова работу и хлеб. Немецкий рабочий мог через организацию «Сила через радость» путешествовать по всей Германии. Наша молодежь имела обеспеченное будущее. Говоря честно, каждый немец смог вздохнуть, потому что образ его жизни обеспечивал ему будущее». Листовка написана от руки и размножена на стеклографе.
В ночь с 21 на 22 мая по улице Данцигерштрассе на панели появились два лозунга: «Кто помогает большевикам, того ждет смерть», «Предатели Берлина будут наказаны». [408]
Были случаи террористических актов против Красной Армии. 22 мая в районе Пренцлауерберг имели место два случая, когда из домов обстреляли военнослужащих. В тот же день в доме № 44 на Кейтелыптрассе был найден труп красноармейца 303-го запасного полка Ивана Чашина. Экспертизой установлено удушение.
Об антифашистских организациях
Антифашистские организации продолжают существовать в ряде районов Берлина и пытаются подменять работу бургомистров и комендатур. Так, организация «Антифашистское действие» (о которой уже сообщалось) в районе Шпандау продолжает выставлять плакаты на улицах, принимает посетителей по различным вопросам. Эта организация предполагает самостоятельно провести выдачу июньских продовольственных карточек и ведет соответствующую подготовку к этому: составляет списки жильцов, используя своих доверенных лиц. 4 мая в районе был Кундалах из группы Ульбрихта, который дал указания, что главное сейчас — это организация антифашистских сил на борьбу против остатков фашизма. Поняв, очевидно, тов. Кундалах по-своему, они и образовали свою организацию.
Начальник 7-го отдела
политического управления 1-го Белорусского фронта полковник Мельников
ЦАМО РФ. Ф. 32.-Оп. 11306. Д. 623. Л. 359–362. Подлинник.
№ 263. Постановление Совета Народных Комиссаров СССР об организации Советской Военной администрации по управлению Советской зоной оккупации в Германии
№ 1326/301 6 июня 1945 г.
Совет народных комиссаров Союза ССР постановляет:
I. Для осуществления контроля за выполнением Германией условий безоговорочной капитуляции и управления советской зоной оккупации в Германии образовать Советскую военную администрацию.
II. Назначить:
Главнокомандующим Советской военной администрацией главнокомандующего Советскими оккупационными войсками в Германии Маршала Советского Союза Г. К. Жукова.
Первым заместителем главноначальствующего военной администрации — генерала армии В. Д. Соколовского.
Заместителем главноначальствующего по делам гражданской администрации комиссара госбезопасности 2 ранга И. А. Серова.
Начальником штаба — генерал-полковника В. В. Курасова.
III. Установить, что политическим советником при главноначальствую-щем состоит политический советник при главнокомандующем Советскими оккупационными войсками в Германии.
Установить, что главноначальствующий Советской военной администрации имеет помощников по военно-морским делам, по военно-воздушным делам, по экономическим вопросам.
IV. Утвердить следующую структуру Советской военной администрации в Германии:
1. Штаб. 2. Управление комендантской службы. 3. Военный отдел. 4, Военно-морской отдел. 5. Военно-воздушный отдел. 6. Политический отдел. 7. Промышленный отдел. 8. Сельскохозяйственный отдел. 9. Отдел торговли и снабжения. [409] 10. Транспортный отдел. И. Отдел топлива. 12. Финансовый отдел. 13. Отдел связи. 14. Отдел внутренних дел. 15. Отдел народного образования. 16. Отдел здравоохранения. 17. Правовой отдел. 18. Отдел рабочей силы. 19. Отдел по репатриации. 20. Отдел по репарациям и поставкам.
V. Для осуществления функций Советской военной администрации в провинциях и бывших федеральных землях Германии, входящих в советскую зону оккупации, учредить должность уполномоченных по Советской военной администрации, назначение которых проводить приказом главнокомандующего.
VI. Формирование штатов Советской военной администрации возложить: а) штаба, военного отдела — на НКО СССР (тов. Булганина); б) политического отдела — на НКИД СССР (тов. Деканозова); в) военно-морского отдела — на НК ВМФ (тов. Кузнецова); г) военно-воздушного отдела — на ВВС КА (тов. Новикова); д) отделов промышленного, сельскохозяйственного, топливного, торговли и снабжения и отдела репараций и поставок— на НКВТ (тов. Микояна); е) отдела внутренних дел — на НКВД СССР (тов. Берия); ж) отдела связи — на управление связи КА (тов. Пере-сыпкина); з) финансового отдела — на НКФ (тов. Зверева); и) правового отдела — на НКО (тов. Рычкова); к) отдела рабочей силы — на управление трудовых резервов (тов. Москатова) и ВЦСПС (тов. Кузнецова); л) отдела по репатриации — на НКО СССР (тов. Голикова); м) транспортного отдела— на НКО СССР (тов. Хрулева) и НКПС (тов. Ковалева); н) отдела здравоохранения — на НКЗдрав (тов. Митерева) и сануправление КА (тов. Смирнова); о) отдела образования — на НКПрос РСФСР (тов. Потемкина); п) уполномоченных по провинциям и федеральным «землям» — на НКВД СССР (тов. Берия) и НКО СССР (тов. Булганина).
VII. Поручить Государственной штатной комиссии Совнаркома Союза ССР рассмотреть и утвердить штаты Советской военной администрации в Германии и смету на 1945 год.
VIII. Личному составу Советской военной администрации в Германии выплачивать полный оклад содержания в германской валюте. Если оклад по новой должности окажется ниже ранее получаемого, сохранить прежний оклад.
IX. Семьям всего личного состава работников Советской военной администрации в Германии на время командировки выплачивать ранее получаемое ими содержание в полном объеме и приравнять по снабжению по линии военторга к семьям военнослужащих, сохранив за ними все виды литерного питания и другого снабжения, получаемого главой семьи до отъезда в Германию по месту ранее занимаемой должности.
X. Оплату суточных личному составу аппарата Советской администрации в Германии производить в соответствии с постановлением Совнаркома Союза СС № 147—71 с от 5 марта 1944 года только в период командировок.
XI. На личный состав Советской военной администрации в Германии — не военнослужащих — распространить права и льготы, предоставленные военнослужащим Красной Армии.
XII. Обязать Наркомфин СССР (тов. Зверева) отпустить аванс на содержание Советской военной администрации по управлению зоной оккупации в Германии в сумме 100 млн марок. Содержание аппарата отнести на бюджет НКО СССР.
XIII. Обязать начальника Главного управления связи Красной Армии тов. Пересыпкина выделить необходимые средства связи и личный состав.
XIV. Обязать начальника Тыла Красной Армии тов. Хрулева:
а) Обеспечить личный состав Советской военной администрации в Германии двойным комплектом обмундирования улучшенного качества, а руководящий состав, кроме того, штатской одеждой по заявке главноначальст-вующего.
б) Выделить в распоряжение Советской военной администрации 200 легковых, 100 грузовых автомашин и 100 машин «Виллис» с водителями.
XV. Обязать управление Гражданского воздушного флота [410] (тов. Астахова) закрепить за главноначальствующим Советской военной администрации в Германии 62-й гвардейский авиационный транспортный полк.
XVI. Утвердить Положение о Советской военной администрации по управлению советской зоной оккупации в Германии. (См. приложение).
Председатель Совета Народных Комиссаров Союза ССР И. Сталин
Управляющий делами Совета Народных Комиссаров Союза ССР Чадаев
Считано с подлинником: М. Грибанов
Приложение
Положение о Советской военной администрации по управлению советской зоной оккупации в Германии.
1. Советская военная администрация в Германии имеет своей задачей осуществление контроля за выполнением Германией условий безоговорочной капитуляции, управления советской зоной оккупации в Германии и проведение в жизнь согласованных решений Контрольного совета по главным военным, политическим, экономическим и другим вопросам, общим для всей Германии.
2. Во главе Советской военной администрации в Германии стоит главно-начальствующий. Главноначальствующим является главнокомандующий Советскими оккупационными войсками в Германии. В его руках соредоточи-вается высшая власть по управлению советской зоной оккупации.
3. При главноначальствующем Советской военной администрации в Германии состоят: заместители главноначальствующего, помощники главнона-чальствующего по военно-морским делам, по военно-воздушным делам, по экономическим вопросам, начальник штаба.
4. При главноначальствующем в качестве политического советника состоит политический советник при главнокомандующем Советскими оккупационными войсками в Германии. На политического советника при главноначальствующем Советской военной администрации возлагается обязанность представления главноначальствующему предложений и заключений по всем вопросам политического характера, в том числе по всем внешнеполитическим вопросам, а также представление по согласованию с главнокомандующим Советскому правительству информации о положении в Германии и своих предложений по всем вопросам, относящимся к компетенции Советской военной администрации в Германии. Политический советник осуществляет общее руководство работой политического отдела, отдела народного образования и правового отдела.
5. Первый заместитель главноначальствующего замещает главноначальствующего по всем вопросам и имеет своей задачей разоружение и роспуск всех германских вооруженных сил, ликвидацию германского генерального штаба, военных школ, изъятие военного имущества и архивов, а также другие вопросы, касающиеся полной демилитаризации Германии. Он руководит работой следующих отделов: военного отдела, военно-морского отдела, военно-воздушного отдела, отдела по репатриации.
6. Заместитель главноначальствующего по делам гражданской администрации осуществляет руководство и контроль за деятельностью органов немецкой администрации в советской зоне оккупации. Он руководит работой управления комендантской службы, отдела внутренних дел, отдела связи, отдела здравоохранения.
7. Помощник главноначальствующего по экономическим вопросам ведает вопросами экономического разоружения Германии и использования германской экономики для возмещения ущерба, нанесенного Германией Советскому Союзу. Он осуществляет ликвидацию или контроль за германской промышленностью, которая использовалась для военного производства, а также руководство и контроль за работой германской промышленности и сельского [411] хозяйства для удовлетворения нужд немецкого населения и занимается вопросами внутренней и внешней торговли, продовольствия, финансов, транспорта, топлива, рабочей силы. Он руководит работой следующих отделов: промышленного отдела, сельскохозяйственного отдела, отдела торговли и снабжения, транспортного отдела, топливного отдела, финансового отдела, отдела по репарациям и поставкам и отдела рабочей силы.
8. Во главе отделов советской военной администрации стоят начальники отделов, назначаемые СНК СССР. Начальники отделов осуществляют руководство и контроль за деятельностью соответствующих германских административных органов и учреждений.
9. Связь с германскими центральными учреждениями и должностными лицами осуществляется главноначальствующим, его заместителями, политическим советником или другими представителями главноначальствующего по его уполномочию, а в провинциях и районах — уполномоченными главноначальствующего.
10. Советская военная администрация в Германии имеет свою печать. Ее местопребыванием является город Берлин.
Считано с подлинником: М. Грибанов.
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 44. Л. 124–129. Зав. копия.
№ 264. Докладная записка начальника 7-го отдела политического управления Группы советских оккупационных войск в Германии начальнику 7-го управления Главного Политического Управления РККА о реагировании немецкого населения на приказы и мероприятия Советской военной администрации в Германии
№ 275 23 августа 1945 г.
Очень болезненно восприняло немецкое население Декларацию о поражении Германии и взятии на себя верховной власти правительствами СССР, США, Англии и Франции.
Доцент Берлинского университета Браун: «В Декларации говорится, что германский народ не в состоянии обеспечить даже порядка в собственном доме. Неужели народ, который создал индустрию и образцово организовал хозяйство, не достоин управлять страной; раз нет центральной власти и в страну вошли чужие армии, то всякое подобие национальной самобытности ликвидировано. Остальные вопросы являются уже следствием этого».
Ганс Штайн: «Декларация исключает существование нашего национального правительства. Это значит, что мы не будем иметь самых минимальных прав. Державы-победительницы могут сделать с нами все, что хотят. Под видом военной у нас вывезут и всю остальную промышленность. Мы обречены на ручной труд и развитие вспять».
9 июня опубликован был приказ № 1 маршала Жукова об организации советской военной администрации, а на следующий день приказ № 2 о разрешении демократических партий и свободных профсоюзов в Германии. Этот приказ вызвал в различных слоях населения, в большинстве своем, положительный отклик.
Служащий Отто Кунц: «Мы приветствуем приказ № 2 маршала Жукова. Этот приказ знаменует собой большой поворот в общественно-политической жизни Германии».
В отдельных случаях можно было услышать высказывания, что существование многих партий в Германии опять приведет к расхождениям и к внутренней борьбе в стране. Некоторые же утверждали, что эти мероприятия [412] являются лишь ширмой, за которой производится большевизация Германии.
Опубликованное вслед за приказом № 2 «Обращение ЦК КПГ», последовавшие затем сформирование других демократических партий и создание блока демократических партий рассеяли это мнение.
Рабочий Иоганн Геде заявил: 䋖 пунктов, изложенных в обращении ЦК КПГ, — это не пустые фразы. Теперь мы имеем настоящую программу действий для блага немецкого народа».
Представители коммунистической партии Германии в своих статьях, в печати и выступлениях на собраниях подчеркивают тот факт, что весь германский народ должен нести ответственность за результаты безжалостного ведения Германией войны, и разъясняют населению соответствующий пункт из решений Берлинской конференции. В то же время социал-демократы, либерал-демократы и члены христианско-демократического союза в своих статьях и выступлениях стараются обойти этот вопрос молчанием. Этим способом они пытаются (и это им часто удается) привлечь симпатии населения на свою сторону и вызвать у населения недовольство политикой немецких коммунистов.
Значительная часть немецкого населения старается держаться подальше от политических партий и общественных организаций. Для этой части населения характерны следующие высказывания:
— «Я теперь ни в коем случае не вступлю ни в какую партию. Я уже насытился политикой и партиями по горло».
— «Увлечение политикой привело нас к национал-социализму, войне и тому, что мы сейчас имеем. Страшно начинать сначала».
— «Слово «партия» — тошнит. Не знаешь, чем существовать и как жить дальше, а тебя уже натравляют заниматься политикой».
Учитель гимназии Кнаак следующим образом объясняет «боязнь политики» у немцев: «Разочарование немцев в национал-социализме настолько велико, что нужен определенный период, чтобы была заполнена образовавшаяся пустота и чтобы нашлись силы проникнуться доверием к другим партиям».
Молодежь при гитлеровском режиме была вовлечена во всевозможные организации, находившиеся под непосредственным влиянием гитлеровской пропаганды. После того как все эти организации были ликвидированы, немецкая молодежь оказалась на перепутье: она потеряла старое руководство, но еще не получила нового антифашистского руководства. У этой молодежи имеется большое желание принимать участие в молодежных организациях нового направления. Сейчас эта проблема разрешена в связи с тем, что при бургомистрах больших и средних городов организуются антифашистские комитеты молодежи.
Фактором, в значительной степени повлиявшим да и теперь еще влияющим на настроение немецкого населения, явился демонтаж германских предприятий.
Демонтаж предприятий вызвал растерянность и недовольство всех слоев населения, в том числе и у ряда социал-демократов и членов других антифашистских партий.
Характерными являются следующие высказывания:
— «Русские утверждают, что они не хотят уничтожения немецкого народа, но разве демонтаж предприятий и вывоз оборудования из Германии не приведут к гибели нашего народа?».
— «Промышленной страной Германия уже не сможет быть, но и сельскохозяйственной страной она не будет, т. к. для этого у нас нет соответствующих природных данных. Страшно подумать о том, что ожидает нас и наших детей».
Анализируя деятельность немецких промышленников, бросается в глаза, что часть из них не проявляет достаточной энергии в восстановлении предприятий и вводе их в действие. Медленную работу по восстановлению предприятий эти предприниматели объясняют отсутствием строительных материалов, электроэнергии, транспортных средств и почтово-телеграфной связи
между фирмами. Есть и такие предприниматели, которые саботируют пуск в ход промышленных предприятий и стараются доказать, что незачем сейчас восстанавливать предприятия и затрачивать на это средства, если можно все необходимое гораздо дешевле купить за границей.
Организация немецкой полиции была встречена населением с чувством одобрения и удовлетворения. Так, жительница г. Эберсвальде по этому поводу сказала: «Организация немецкой полиции — это замечательный жест советского командования и показатель того, как фальшива была от начала до конца геббельсовская пропаганда».
Житель Берлина Фердинанд Паули говорил о полиции следующее: «На улицах Берлина появились люди в зеленой форме. Это наша полиция, которая совместно с Красной Армией устанавливает порядок. Когда Красная Армия вступила в Берлин, мы думали, что не будет у нас своей власти и тем более полиции. То, что я считал невозможным, — стало действительностью».
За последнее время имеется много нареканий и недовольства полицией со стороны населения. Сплошь и рядом полицейские и полицей-президиумы занимаются лишь регистрацией совершившихся фактов и происшествий.
Подтверждением этого служат следующие высказывания жителей Берлина.
Рабочий вокзала Лихтенберг Эрнст Кальман: «Я должен сказать откровенно, что немецкая полиция похожа на охрану папы римского, не хватает только перьев на головных уборах. Если произойдет где-нибудь скандал или грабеж, то ни одного полицейского не дозовешься, а если и дозовешься, то он не окажет никакой помощи».
Другой житель Берлина — вагоновожатый трамвайного парка сказал: «Для поднятия авторитета неплохо бы выдать полиции какое-либо оружие. Без оружия полицейский грабителю и наци не страшен».
В связи с тем, что безоружные полицейские не в состоянии устранить систематические кражи овощей из огородов, принадлежащих населению, среди жителей района Панков распространяются карикатуры на полицию, высмеивающие беспомощность полицейских.
Если в первые дни после окончания военных действий в Германии были случаи враждебной террористической деятельности со стороны населения, направленной против военнослужащих Красной Армии, то теперь случаи террористической деятельности отмечаются сравнительно реже. Население в настоящее время готово охотно выполнять любые приказы советской военной администрации, лишь бы ему был обеспечен прожиточный минимум.
Рассуждая о том, где лучше жить, в советской, английской или в американской оккупационной зоне, немцы исходят, как правило, лишь из соображений, где лучше поставлено снабжение продовольствием.
На какую бы тему ни говорил любой из немцев, он все сводит в конце концов к вопросам снабжения населения продовольствием и топливом, но это не означает, что немецкое население перестало интересоваться политической жизнью.
Начальник 7-го отдела политического управления
Группы советских оккупационных войск в Германии полковник Мельников [414]
ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 577. Л. 314–318. Подлинник.
Так в тексте.
№ 265. Докладная записка начальника 7-го отдела политического управления Группы советских оккупационных войск в Германии начальнику 7-го управления Главного Политического Управления РККА о настроениях немецкого населения в связи с опубликованием решений берлинской конференции трех великих держав
№ 270 22 августа 1945 г.
Решения Берлинской конференции трех держав вызвали среди немецкого населения значительный интерес и широкие обсуждения, т. к. немцев до сих пор чрезвычайно волнует судьба Германии и немецкого народа.
Если раньше население чувствовало некоторую неопределенность, то теперь из решений конференции оно узнало, каковы ближайшие перспективы Германии и немецкого народа.
По этому поводу жители Берлина Иккерт и Энгли заявили: «Мы рады решениям конференции, которые ясно указывают нам, как дальше организовывать нашу работу и жизнь. Тогда как до Берлинской конференции все вопросы будущего оставались загадочными. Германия побеждена, и мы должны работать много, чтобы восстановить все разрушенное и завоевать почетное место среди других народов мира».
Большой интерес вызвала та часть решений конференции, где говорится о разрешении деятельности антифашистских организаций.
Социал-демократ Гюнтер сказал: «Сообщение конференции о том, что разрешается деятельность антифашистских партий и свободных профсоюзов не только в советской зоне оккупации, но и по всей Германии встречено всеми антифашистами с большим удовлетворением. Нас радует то, что мы открыто можем проводить партийную работу по всей Германии».
С одобрением относится население к решениям конференции о создании центральных германских департаментов. Определенная часть населения высказывает свое желание видеть уже теперь свое правительство. Один немец в беседе с другим заявил: «Как бы ни была сильна местная власть, но она не в силах защитить интересы германского народа на международной арене. Для этого нужно центральное правительство».
Некоторая часть населения, правда немногочисленная, до конференции сомневалась в прочном союзе СССР, с одной стороны, и Англией и США, с другой. Они считали, что война между ними неизбежна, причем нападающей стороной должен стать СССР. В этой связи одни испытывали страх перед тем, что Германия снова окажется театром военных действий, другие же надеялись на то, что это приведет к воссозданию Германии как единого государства в прежних границах.
«Мы боимся, что Германия может превратиться в театр будущих военных действий между Англией и Америкой, с одной стороны, и СССР, с другой стороны», — заявил житель г. Стендаль Бауэр.
О сомнениях в отношении единства на конференции говорил также председатель свободных профсоюзов района Кепеник Пауль Вальтер: «Некоторая часть немцев думала, что на конференции не будет договоренности по всем вопросам. Этот вывод они делали из разных соображений и, в частности, из недружелюбного, как некоторым казалось, поведения отдельных офицеров английской армии в отношении военнослужащих Красной Армии».
Теперь же все убедились в ошибочности предположения, что между союзниками существуют непреодолимые препятствия.
«Решения Берлинской конференции, — заявляет рабочий АЕГ Шмидт, — еще раз подтвердили, что в отношении Германии русские, американцы и англичане как никогда едины, и слухи о каких-то трениях между союзниками ничем не обоснованы. Большим ударом для тех, кто надеялся на разногласия, является решение о дополнительном вывозе промышленного [415] оборудования в Россию из Западной Германии. То, что русские вывозят заводы из своей зоны, никого особенно не удивляет — здесь они хозяева. Но то, что англичане и американцы разрешили вывезти 25 % промышленного оборудования из их зоны, многих приводит в удивление».
Часть населения правильно восприняла четкие решения конференции об ответственности немецкого народа и согласна с этими решениями. Так, после опубликования в печати решения конференции трех держав бургомистр района Пренцлауэрберг (Берлин) Днегнер вызвал к себе работников магистрата и заявил им: «Когда началась война и гитлеровская армия имела успехи, большинство германского народа открыто поддерживало Гитлера и его сторонников. Они мечтали о больших барышах в результате войны. Получилось, однако, другое. Барышей нет. Союзники — русские, англичане и американцы — оккупировали Германию и мы должны согласиться с этим фактом. Кто сейчас жалуется на плохое снабжение, кто возмущается вывозом промышленного оборудования в Россию, тот пусть посмотрит на руины России и Украины. Мы должны быть благодарны за то, что оккупационные войска дают нам право на жизнь и труд. Своим честным трудом мы должны осуществить реконструкцию нашей жизни на демократической, мирной основе».
Аналогично высказывание доктора Витмана: «Я считаю, что Берлинская конференция правильно решила, возложив ответственность за войну на Германию. Германия начала войну, и мы должны отвечать за все страдания, причиненные народам Европы».
Однако, как и прежде, большинство населения старается доказать, что нельзя обвинять весь немецкий народ в ужасных последствиях войны. Так, один из жителей Трептова заявил: «Мы не ожидали, что весь народ Германии обвинят в войне. Ведь мы ее не начинали, а начинали и вели войну нацисты. Пусть они и отвечают, а не мы».
«Это крепкий орех, который нам предложили, но я все же не теряю надежды на то, что при сознании честной воли немцев мир узнает, что мы, немецкие рабочие, не так уж плохи, как о нас думают после чудовищных преступлений нацистов. Мы несправедливо изображаемся нарушителями спокойствия всего мира».
К этого рода высказываниям можно отнести и следующие:
«Война проиграна. Мы должны пережить участь побежденных и возместить победителям убытки, нанесенные войной, но нужно как-то разграничить долю ответственности между нацистами и остальной частью немецкого народа. Нужно большую часть ответственности возложить на непосредственных виновников этой войны».
«Если русские поставят нас, рабочих, ранее преследуемых нацистами, на одинаковое положение с другими, то я ничего не хочу знать о русских. Тогда цена им такая же, как и нацистам».
Одновременно следует отметить, что немцы-антифашисты по-прежнему недоумевают, почему не всех бывших нацистов привлекают к ответственности.
«Настроение среди антифашистов неважное, — говорит антифашист Иосиф Лютнер из города Галле, — т. к. Красная Армия не изолировала большинство нацистов. Есть нацисты, которые по-прежнему работают в своих старых конторах, живут в шикарных квартирах, в то время как бывшие заключенные из концентрационных лагерей, доведенные до полусмерти, подвергаются подчас преследованиям со стороны этих нацистов. С приходом Красной Армии нацисты считали, что их всех перевешают, но этого не случилось и они чувствуют себя в безопасности и некоторые начинают активизироваться».
«Хорошо, что осуждены были все преступники войны. «Маленькие» члены нацистской партии маскируются. Вина их не меньше вины других нацистов, но некоторые из них до сих пор занимают официальные должности».
Немецкое население болезненно реагирует на то, что значительная часть территории отходит к Польше, и подчеркнуто высказывает свое враждебное отношение к Польше. [416]
Социал-демократ Кауш из г. Стендаль говорит: «Польша не заслужила того, что она получила. Она никогда не способна была стать самостоятельной державой. Об этом говорит история Польши».
Другой рабочий из этого же города говорит: «Польша, которая получает теперь большой и прекрасный кусок Германии, не лучше нашего государства и не один раз в будущем Красная Армия будет доказывать, что жертвы поляков совсем не стоят тех жертв, какие должен был принести Советский Союз при восстановлении Польского государства».
Еще в более резком тоне высказал подобную мысль один железнодорожник: «Я согласен отдать земли кому угодно, но только не полякам. Я никогда не ожидал от русских, что они отдадут такую большую территорию полякам. Видимо, это сделали потому, что Польша целиком зависит от России и в один прекрасный день может произойти, что западная граница России окажется на Одере».
Характерно, что почти никто из жителей Берлина, обсуждая решения Берлинской конференции, не выразил недовольства по поводу того, что в Германии в течение ближайших лет не будет центрального правительства. Этот вопрос, видимо, не является существенным по мнению населения. Лишь немногие немцы думают сейчас о политических перспективах Германии и о ее переустройстве на демократических началах. Большинство из них занято мыслью о германской экономике. Сумеет ли германская промышленность, сельское хозяйство и транспорт обеспечить нормальную жизнь населения в период оккупации.
Среди немецкого населения до последнего времени весьма сильными были «антидемонтажные настроения». Наблюдая за демонтажом промышленных предприятий, очень болезненно реагировало почти все население. Даже некоторые немецкие коммунисты были в недоумении и не всегда правильно разъясняли этот вопрос населению. Лишь теперь им становится ясно, что пришло время отвечать за последствия безжалостного ведения войны, что демонтирование промышленности идет в порядке неминуемых репараций. Стало очевидным и то, что демонтажу подлежат промышленные предприятия не только в советской оккупационной зоне, но и в зонах союзников.
Вот, что заявляет по этому вопросу зам. бургомистра района Трептов Эрльгас: «Решения Берлинской конференции мы ждали с нетерпением. Население раньше было недовольно вывозом из Германии машин, станков. Теперь мы узнали, что вывоз будет происходить и из других зон. Поэтому обижаться не приходится. Решением конференции предусмотрено оставить Германии лишь столько промышленных предприятий, сколько нужно будет для поддержания нормального жизненного уровня народа. Мы будем делать все для того, чтобы скорее выполнить решения Берлинской конференции и искупить свою вину перед всеми прогрессивными народами мира».
Наряду с подобного рода высказываниями можно услышать и такие: «Русские вывезли от нас лучшие заводы и фабрики, а сейчас по решению конференции будут вывозить заводы и из других районов Германии. Германия больше не будет никогда иметь таких заводов, какие имела до сих пор. Многие будут без работы, а специалисты не будут использованы по своему назначению».
Вот еще одно подобное заявление служащего торговой фирмы «Хирк» Кнапле: «В сообщении говорится, что нас, немцев, необходимо убедить, что мы понесли тотальное военное поражение. Но по-моему это все более чем ясно. Хорошей, обеспеченной жизни больше нам не видать. С нами теперь больше никто считаться не будет. Мы должны только повиноваться».
Несмотря на совершенно четкие решения конференции, можно все же слышать от немцев следующие вопросы:
«Зачем Россия вывозит столько оборудования? Ведь она в военном отношении и так могучая держава».
«Как это англичане и американцы допускают, чтобы Россия вывозила к себе столько промышленного оборудования? Ведь сильная Россия им же самим будет угрожать». [417]
Удручающе подействовала на население та часть коммюнике, в которой сказано об отходе районов восточнее Одера и Нейсе к Польше и района Кенигсберг к Советскому Союзу.
«Ландсберг, Кюстрин и Кенигсберг — это старые немецкие города. Теперь они отторгнуты от Германии. Немцам нелегко будет примириться с этой мыслью», — заявил в беседе служащий Отто Лине.
Социал-демократ Майер рассказал: «Мы надеялись на то, что улучшится снабжение населения Германии продовольствием. Я теперь теряю надежду на это. Ведь восточные провинции Германии были германскими житницами. Силезия, Померания, Восточная Пруссия снабжали Германию хлебом и другими сельскохозяйственными продуктами. Теперь эти земли окончательно отошли от нас».
«В Германии никогда не хватало своих сельскохозяйственных продуктов и она их ввозила из-за границы. Теперь же такие сельскохозяйственные территории, как Восточная Пруссия, Померания и др., отошли к Польше. Так спрашивается, что же будет с нами и миллионами рабочих, которые раньше были заняты в крупной промышленности».
В последние дни население снова высказывает мысль о том, что вряд ли удастся решить проблему безработицы в Германии. Так, рабочий Гюнтер Вальд заявил: «Согласно решению Берлинской конференции значительная часть германской промышленности будет вывезена или уничтожена. Восточные провинции отошли к Польше. И раньше Германия была густо населена, а теперь плотность населения еще больше увеличится. Ведь все немецкое население, жившее до сих пор восточнее Одера и Нейсе, выселяется в центральные районы Германии. Трудно нам будет теперь найти работу и обеспечить себя и свою семью хлебом».
Из Польши, Чехословакии и Венгрии прибывают большими группами переселенцы, которые жалуются на свое тяжелое материальное положение. Население оккупационной зоны Германии болезненно реагирует на это и поэтому решения конференции по вопросу об упорядочении переселения вызвали всеобщее одобрение. Некоторые немцы заявляют, что решения о переселении приняты слишком поздно.
Бургомистр района Трептов заявляет: «Я очень доволен, что решением конференции предусмотрено упорядочить переселение немцев из других государств на территорию Германии. Это даст возможность правильно расселить прибывающих и обеспечить переселенцев питанием, жильем и работой».
Решения Берлинской конференции трех держав находятся в центре внимания всех слоев немецкого населения. Каждый стремится лично ознакомиться с этим документом. Выпущенные газеты с сообщением о решениях конференции не смогли полностью удовлетворить спрос населения. Решения Берлинской конференции издаются большим тиражом в виде отдельной листовки, которую можно было бы вывесить на витринах, а также в виде выдержек по отдельным вопросам.
Начальник 7-го отдела политического управления
Группы советских оккупационных войск в Германии полковник Мельников
ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 977. Л. 297–304. Подлинник.
Содержание главы
№ 266. Директива Ставки Верховного Главнокомандующего о порядке приема и содержания советских военнопленных и гражданских лиц, освобожденных Красной Армией. № 11086. 11 мая 1945 г. 24.00
№ 267. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Белорусского фронта о переименовании фронта в Группу советских оккупационных войск в Германии. № 11095. 29 мая 1945 г. 03.30
№ 268. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Украинского фронта о переименовании фронта в Центральную группу войск. № 11096. 29 мая 1945 г. 03.30
№ 269. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 2-го Белорусского фронта о переименовании фронта в Северную группу войск. № 11097. 29 мая 1945 г. 03.30
№ 270. Стенограмма совещания главнокомандующих оккупационными войсками СССР, США, Великобритании и Франции в Германии о необходимости консультаций. 5 июня 1945 г.
№ 271. Пресс-конференция Главнокомандующего Советскими оккупационными войсками в Германии о ходе и итогах берлинской операции. 7 июня 1945
№ 272. Оперативная директива командующего Группой советских оккупационных войск в Германии командующим 2-й и 3-й ударными, 47-й и 8-й гвардейской армиями о порядке отвода войск союзников из Советской зоны оккупации Германии и вводе туда советских войск. № 0029/он. 29 июня 1945 г. 23.45
№ 273. Оперативная директива командующего 8-й гвардейской армией командирам 29-го, 28-го, 4-го гвардейского и 11-го танкового корпусов о согласованном с союзниками порядке занятия указанной зоны оккупации Германии. № 00335. 1 июля 1945 г. 2.00
№ 274. Стенограмма совещания Главнокомандующего Советскими оккупационными войсками в Германии с представителями союзного главного командования о проблемах совместного управления городом Берлином. 7 июля 1945 г.
№ 275. Стенограмма совещания Главнокомандующего Советскими оккупационными войсками в Германии с представителями союзного главного командования по согласованию вопросов управления Германией. 10 июля 1945 г.
№ 276. Письмо американского посольства в Москве в адрес Народного Комиссара иностранных дел Союза ССР по поводу союзной комиссии по репарациям. 7 сентября 1945 г. Срочно.
№ 277. Указание Верховного Главнокомандующего Военному совету Группы советских оккупационных войск в Германии с требованием отменить приказ по Группе об огульном наказании командного состава за мародерские действия отдельных военнослужащих. № 11131. 20 сентября 1945 г. 16.00
№ 278. Телеграмма Главы Советской Военной администрации в Германии Народному Комиссару иностранных дел СССР о недостатках в подготовке и проведении Нюрнбергского процесса над главными фашистскими военными преступниками. 19 октября 1945 г.
№ 279. Телеграмма Народного Комиссариата иностранных дел в адрес Советской военной администрации в Германии по поводу принятия в Советской зоне оккупации немецких военнопленных из Норвегии. 14 ноября 1945 г. 17.30
№ 280. Беседа заместителя Главнокомандующего Советскими оккупационными войсками в Германии с заместителем главнокомандующего оккупационными войсками США в Германии по вопросам репараций и реституций. 15 ноября 1945 г. 15.00
№ 281. Докладная записка заместителя начальника бюро информации Советской военной администрации в Германии Главнокомандующему Советскими оккупационными войсками о сложностях и недостатках в подготовке и проведении Нюрнбергского процесса над главными фашистскими военными преступниками. 16 ноября 1945 г.
№ 282. Донесение уполномоченного Совета Народных Комиссаров СССР по делам репатриации Начальнику ГШ КА о ходе репатриации граждан СССР и других государств. № 007225. 30 ноября 1945 г.
В главу вошло около двух десятков разноплановых документов, которые освещают некоторые военно-политические аспекты деятельности советского военного командования в Германии. 10 июня три действующих фронта были преобразованы в группы войск, части и подразделения начали перемещаться в согласованные с союзниками зоны оккупации. На повестку дня ставятся вопросы обустройства войск, укрепления воинской дисциплины, повышения боеготовности. Советское военное командование в Германии решает целый комплекс политических, дипломатических, социально-экономических и военных проблем. Среди них — судьба бывших советских и союзных военнопленных, суд над главными военными преступниками, вопросы репатриации и т. д.
№ 266. Директива Ставки Верховного Главнокомандующего о порядке приема и содержания советских военнопленных и гражданских лиц, освобожденных Красной Армией
№ 11086 11 мая 1945 г. 24.00
В целях организованного приема и содержания освобожденных союзными войсками на территории Западной Германии бывших советских военнопленных и советских граждан, а также передачи освобожденных Красной Армией бывших военнопленных и граждан союзных нам стран, Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Прием всех советских людей от союзного командования производить на территории Западной Германии в лагерях союзников и транспортировку их осуществлять через линию фронта, возложив это дело на военные советы фронтов и уполномоченного СНК СССР по делам репатриации.
2. Военным советам фронтов сформировать в тыловых районах лагеря для размещения и содержания бывших военнопленных и репатриируемых советских граждан — на 10 000 человек каждый лагерь.
Всего сформировать: во 2-м Белорусском фронте — 15, в 1-м Белорусском фронте — 30, в 1-м Украинском фронте — 30, в 4-м Украинском фронте — 5, во 2-м Украинском фронте — 10, в 3-м Украинском фронте — 10 лагерей.
Места дислокации лагерей установить вблизи станций действующих железных дорог и баз снабжения, использовав для размещения людей поместья, имеющийся казарменный и лагерный фонды.
Размещения лагерей частично можно допускать и на территории Польши.
3. Перевозку освобожденных советских военнопленных и граждан в лагеря производить, по договоренности с союзным командованием, автотранспортом союзников.
Маршруты движения, время и порядок приема в лагеря установить распоряжением командующих войсками фронтов. [419]
4. Начальнику Генерального штаба КА не позднее 15.5 установить штаты формируемых лагерей и подразделений охраны, штат аппарата представителя уполномоченного СНК СССР по делам репатриации на территории Западной Германии, дополнения к штатам отделов по репатриации при военных советах фронтов и управлений тыла фронтов, время и порядок их укомплектования.
5. Начальнику тыла Красной Армии, в соответствии с Постановлением СНК СССР № 30–12 — от 6 января 1945 г., обеспечить через военные советы фронтов формируемые лагеря необходимым автотранспортом, хозяйственным имуществом, продовольствием и обмундированием, а также перевозку освобожденных по железной дороге и автотранспортом из лагерей до мест их назначения.
6. Проверку в формируемых лагерях бывших советских военнопленных и освобожденных граждан возложить:
1) бывших военнослужащих Красной Армии — на органы контрразведки СМЕРШ;
2) гражданских лиц — на проверочные комиссии представителей НКВД, НКГБ и СМЕРШ, под председательством представителя НКВД.
Срок проверки установить не более 1–2 месяцев.
7. Передачу освобожденных Красной Армией бывших военнопленных и граждан союзных нам стран представителям союзного командования производить распоряжением военных советов фронтов и уполномоченного СНК СССР по делам репатриации, использовав для перевозки освобожденных, по договоренности с союзным командованием, автотранспорт союзников, перевозящий бывших советских военнопленных и граждан в наши лагеря.
И. Сталин
Антонов
Верно: Штеменко
ЦАМО РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 142–144. Зав. копия.
№ 267. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Белорусского фронта о переименовании фронта в Группу советских оккупационных войск в Германии
№ 11095 29 мая 1945 г. 03.30
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Переименовать с 24.00 10 июня 1-й Белорусский фронт в Группу советских оккупационных войск в Германии. Штаб Группы иметь в районе Берлина.
Командующего войсками 1-го Белорусского фронта маршала Жукова именовать главнокомандующим Группой советских оккупационных войск в Германии.
2. Группу советских оккупационных войск в Германии иметь в составе:
2-я уд. армия — 116 ск (86, 326, 321 сд), 108 ск (372, 90, 46 сд), 40 гв. ск (101 гв., 102 гв., 272 сд);
8-я гв. армия — 4 гв. ск (35 гв., 47 гв., 57 гв. сд), 28 гв. ск (79 гв., 39 гв., 88 гв. сд), 29 гв. ск (74 гв., 82 гв., 27 гв. сд);
5-я уд. армия — 26 гв. ск (89 гв., 94 гв., 266 сд), 32 ск (60 гв., 295, 416 сд), 9 ск (301, 230, 248 сд);
3-я уд. армия — 12 гв. ск (23 гв., 52 гв., 33 сд), 79 ск (150, 171, 207 сд), 7 ск (265, 364, 146 сд);
47-я армия — 129 ск (132, 143, 260 сд), 9 гв. ск (12 гв., 75 гв., 77 гв. сд), 125 ск (185, 60, 175 сд). [420]
Артиллерия — упр. 3, 4 и 6 ак; 2, 5, 6, 12, 14, 18, 29, 22 ад прорыва;
4-я гв. пуш. арт. дивизия; 30 гв., 43 гв., 44 гв., 136, 81-я арм. пуш. арт-бригады; 2, 4 кабр; 3 гв., 4 гв., 8, 20, 40, 41, 38, 25, 39, 33, 45, 15, 19, 27, 44 ип-табр; 2 гв., 3 гв., 18, 24, 31, 64, 20, 32, 4 гв. зенад.
Конница — 2 гв. кк.
Танки — 1 гв. ТА (11 гв. тк, 9 тк, 8 гв. мк); 2 гв. ТА (9 гв. тк, 12 гв. тк, 1 мк); отд. — 1 гв. тк, 11 тк.
ВВС — 16 ВА —3 иак (265, 278, 286 над); 13 иак (193, 283, 282 над); 1 гв. иак (3 гв., 4 гв., 240 над); 6 шак (197, 198, 2 гв. шад); 9 шак (3 гв., 11 гв., 300 шад); 6 бак (326, 334, 113 бад); 3 бак (241, 301, 183 бад); 9 гв. нбад.
3. Войска оккупационной Группы дислоцировать на территории Германии, имея границами с запада — линию соприкосновения с войсками союзников, с востока — реки Одер и Нейсе (западная) и с юга — граница Чехословакии с Германией.
4. Сменить к 6.6.45 г. части 13 А 1-го Украинского фронта, расположенные на территории Германии.
5. Принять в состав Группы советских оккупационных войск в Германии от 2-го Белорусского фронта в районе Графсвельд, Росток, Виттенберге:
2-ю ударную армию — (в указанном составе) — к 5.6.45 г.;
70-ю армию — упр. 47, 114 ск; стр. дивизии— 1, 71, 136, 162, 369, 165, 160 — к 3.6.45 г.;
49-ю армию — упр. 70, 121 ск; стр. дивизии — 191, 380, 42, 139, 238, 385, 200, 330, 199 — к 3.6.45 г.
Отд. сд — 158, 346 — к 3.6.45 г.
1 гв. тк — к 3.6.45 г.
Армии принять со всеми армейскими частями усиления, тыловыми частями и учреждениями и наличными запасами.
6. Расформировать на месте и обратить на доукомплектование войск группы:
управления 47, 77, 80, 89, 25, 61, 91, 16, 38, 62, 70, 121, 114-го стр. корпусов;
Стрелк. дивизии — 71, 136, 162, 76, 82, 212, 356, 234, 23, 397, 311, 415, 328, 274, 370, 41, 134, 312, 4, 117, 247, 89, 95, 64, 323, 362, 222, 49, 339, 383, 191, 380, 42, 139, 238, 385, 200, 330, 199, 1, 369, 165, 169, 158, 346. Всего: упр. ск — 13; сд — 45.
7. 1-ю польскую армию в составе двух пд оставить в оперативном подчинении главнокомандующего Группой советских оккупационных войск в Германии.
8. Днепровскую флотилию принять в оперативное подчинение главнокомандующего Группой советских оккупационных войск в Германии.
9. Указания о порядке вывода оставшихся армейских управлений и войск фронта будут даны Генштабом.
10. О ходе перегруппировки доносить ежедневно в оперсводках.
Ставка Верховного Главнокомандования
Сталин
Антонов [421]
ЦАМО РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 153–155. Копия.
№ 268. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Украинского фронта о переименовании фронта в Центральную группу войск
№ 11096 29 мая 1945 г. 03.30
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Переименовать с 24.00 10 июня с. г. 1-й Украинский фронт в Центральную группу войск. Штаб группы с этого же времени иметь в районе Вены. Командующего войсками 1-го Украинского фронта маршала Конева именовать главнокомандующим Центральной группой войск.
2. Центральную группу войск иметь в составе:
5-я гв. армия — 32 гв. ск (13 гв., 95 гв., 97 гв. сд), 33 гв. ск (9 гв. вдд. 14 гв., 78 гв. сд), 34 гв. ск (15 гв., 58 гв., 6 гв. сд);
7-я гв. армия — 25 гв. ск (6 гв. вдд, 4 гв. вдд, 25 гв. сд), 27 гв. ск (72 гв., 42 гв., 81 гв. сд), 23 ск (19, 252, 303 сд);
9-я гв. армия — 37 гв. ск (98 гв., 99 гв., 103 гв. сд), 38 гв. ск (104 гв., 105 гв., 106 гв. сд), 39 гв. ск (100 гв., 107 гв., 114 гв. сд);
4-я гв. армия — 20 гв. ск (5 гв. вдд, 7 гв. вдд, 62 гв. сд), 21 гв. ск (69 гв., 41 гв., 80 гв. сд), 31 гв. ск (4 гв., 34 гв., 40 гв. сд);
Конница — 1 гв. кк;
Артиллерия — упр. 7 и 10 ак; 3, 17, 4, 31, 1 гв., 25 ад прорыва, 155, 41 гв., 35 гв., 123 пабр; 61 гв., 62 гв., 63 гв. кабр; 7 гв., 10 гв., 11 гв., 37, 53, 2, 2 гв., 8 гв., 9 гв., 26 иптабр; 23, 37, 6 гв., 69, 29, 5 гв., 10, 21 зенад;
Танки — 3 гв. ТА (6 гв. тк, 7 гв. тк, 9 мк); 4 гв. ТА (10 гв. тк, 25 тк, 6 гв. мк); отдельные — 18 тк, 7 гв. мк.
ВВС — 2 ВА — 2 иак (7 гв., 322, 12 гв. над), 5 иак (8 гв., 256, 11 гв. над), 6 гв. иак (22 гв., 23 гв., 9 гв. над), 2 гв. шак (5 гв., 6 гв., шад), […]
гв. шак (8 гв., 9 гв. шад), 3 шак (307, 308 шад), 6 гв. бак (1 гв., 8 гв. бад), 4 бак (202, 219 бад), 208 нбад.
3. Войска Центральной группы дислоцировать на территории Чехословакии, Венгрии и Австрии, имея западной границей линию соприкосновения с войсками союзников, северной — границу Чехословакии с Германией и южной — границу Австрии и Венгрии с Югославией.
4. Части 13 А, расположенные на территории Германии, к 6.6.45 г. будут сменены частями 1-го Белорусского фронта. Армию после смены к 10.6.45 г. сосредоточить в районе Бауцен.
5. Принять в состав Центральной группы войск:
а) от 2-го Украинского фронта — 7 гв. А и 9 гв. А (в указанном составе) к 3 июня на месте;
40-ю армию — 51 ск (133, 240, 232 сд) — к 5 июня на месте;
1-ю армию румын — 4 ак (2,19 пд, 9 кд), 7 ак (2, 3 гсд, 10 пд), 1 гв. пд — к 5 июня на месте;
4-ю армию румын — 6 ак (И, 6 пд, 1 кд, 18 гсд, 8 мкд), 2 ак (3, 9, 21 пд) — к 5 июня на месте;
Управление 49 ск и стр. дивизии — 409, 141, 375, 228 и 83-ю бр. морской пехоты — к 5 июня на месте.
б) от 3-го Украинского фронта — 4-ю гв. армию (в указанном составе) — к 3.6.45 г. на месте;
18 тк — к 3.6.45 г. на месте.
6. Силами 5-й гв. и 4-й гв. армий сменить к 8 — 10.6.45 г. 40 А 2-го Украинского фронта и 26-ю и 57-ю армии 3-го Украинского фронта в занимаемых ими районах.
7. 52-ю армию — 78 ск (373, 31, 214 сд), 48 ск (294, 213, 111 сд), 73 ск (50, 116, 254 сд) — к 27.6 вывести в район Кельце, Ченстохова, Краков, где передать в состав Северной группы войск маршала Рокоссовского. Армию [422] передать со всеми армейскими частями усиления, тыловыми частями, учреждениями и наличными запасами.
8. Расформировать на месте и обратить на доукомплектование войск фронта:
Управления 21, 76, 120, 36, 44, 71, 118, 117, 55, 43, 93, 115, 22, 74, 51, 49-го стр. корпусов;
Стр. дивизии — 197, 149, 253, 389, 58, 127, 287, 329, 54, 88, 331, 62, 220, 176, 173, 352, 174, 128, 291, 282, 72, 125, 120, 225, 285, 229, 13, 80, 314, 92, 286, 245, 239, 391, 98, 273, 309, 218, 359, 135, 112, 181, 133, 232, 240, 228, 375, 141, 409-ю и 83-ю бр. мор. пехоты.
Всего: управл. стр. корпусов—16; стр. дивизий — 49; стр. бригад—1.
9. Войска Центральной группы сосредоточить в районах: 4-й гв. и 5-й гв. армии — согласно пункту 6;
7 гв. А — Веспрем, Надьканижа, Печь — к 20.7.45 г.; 9 гв. А — Сольнок, Будапешт, Сегед — к 16.7.45 г.; 1 гв. кк — Кечкемет — к 5.7.45;
3 гв. ТА — Пардубице — к 3.6.45;
4 гв. ТА — Сомбатель — к 10.6.45; 7 гв. мк — Табор — к 3.6.45; 18 тк — Братислава — к 4.6.45.
10. Указания о выводе управлений 31, 21, 59, 3 гв., 6-й и 40-й армий, а также остальных войск из состава фронта будут даны Генштабом.
11. Расчет марша 7-й и 9-й гв. армий представить к 4 июня и план дислокации войск Центральной группы — к 10 июня.
12. О ходе перегруппировок доносить ежедневно в оперсводках.
И. Сталин
Антонов
ЦАМО РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 156–159. Копия.
№ 269. Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 2-го Белорусского фронта о переименовании фронта в Северную группу войск
№ 11097 29 мая 1945 г. 03.30
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Переименовать с 24.00 10.6.45 г. 2-й Белорусский фронт в Северную группу войск. Штаб группы иметь в районе Лодзь (временно в районе Бромберг). Командующего войсками 2-го Белорусского фронта маршала Рокоссовского именовать главнокомандующим Северной группой войск.
2. Северную группу войск иметь в составе:
43-я армия — 54 ск (126, 235, 263 сд), 90 ск (26, 70, 319 сд), 132 ск (18, 205 сд) и 115 сд;
65-я армия — 105 ск (354, 193, 44 гв. сд), 46 ск (103, 186, 413 сд), 18 ск (15, 69, 37 гв. сд);
52-я армия — 78 ск (373, 31, 214 сд), 48 ск (294, 213, 111 сд), 73 ск (50, 116, 254 сд);
отдельный 96 ск (10 гв., 38 гв., 76 гв. сд);
конница — 3 гв. кк;
артиллерия — упр. 8 ак; 23, 15, 1 ад прорыва; 8-я пуш. арт. дивизия; 147, 37 гв., 145 пабр; 1, 4, 5, 13 иптабр; 47, 49, 28, 65, 12, 6 зенад;
танки — 3 гв. тк, 5 тк, 10 тк, 20 тк; [423]
ВВС — 4 ВА — 8 иак (215, 323, 269, 309, 229 иад), 4 шак (196, 199, 332, 230, 233 шад), 5 бак (132, 327 бад).
3. Войска Северной группы дислоцировать в границах:
с севера — Гольдап, Браунсберг, побережье Балтийского моря до Штеттине кой гавани (исключительно) и остров Борнхольм;
с запада — (иск.) Штеттинская гавань и далее по течению рек Одер и Нейсе (западный) до чехословацкой границы;
с юга — граница Польши и Чехословакии;
с востока — от р. Сан восточнее Мычковцы, восточнее Перемышля, западнее Рава Русская, далее по госгранице 1939 г. до Немиров, отсюда на Яловка, стык границ Литовской ССР, Польши и Восточной Пруссии и далее — Гольдап.
4. 65-ю армию в занимаемом ею районе к 3.6.45 г. сменить частями 2 уд. А.
65-ю армию после смены вывести в район Лодзь, Познань, Бреслау к 3.7.45 г., начав марш не позднее 4.6.45 г.
5. Принять в состав Северной группы войск:
а) от 1-го Украинского фронта — 52-ю армию (в указанном составе) к 27.6.45 г. в районе Кельце, Ченстохова, Краков;
б) от 4-го Украинского фронта — 18-ю армию — упр. 17 гв. и 95 ск, стр. дивизии — 8, 24, 138, 211, 351, 2 гв. вдд — к 20.6.45 г. в районе Мехув, Ченстохова, Сосковец;
60-ю армию — упр. 15, 28, 106 ск, стр. дивизии — 100, 304, 246, 148, 302, 322, 107, 336 — к 17.6.45 г. в районе Острув, Ельс, Кемпис;
1-ю гв. армию — упр. 67, 11, 52 ск, стр. дивизии — 81, 237, 340, 30, 271, 276, 241, 121, 305, 226 — к 24.6.45 г. в районе Мехув, Ченстохова, Сосковец;
в) из резерва Ставки — 5 и 20 тк к 5.6.45 г. в районе Заган, 10 тк к 5.6.45 г. в районе Катовице.
6. Передать на месте в состав 1-го Белорусского фронта:
2 уд. А — 116 ск (86, 326, 321 сд), 108 ск (372, 90, 46 сд), 40 гв. ск (101 гв., 102 гв., 272 сд) — к 5.6.45 г. (после смены частей 65-й армии);
70-ю армию — упр. 47, 114 ск; стр. дивизии — 71, 136, 162, 1, 369, 165, 160 — к 3.6.45 г.;
49-ю армию — упр. 70 и 121 ск; стр. дивизии — 191, 380, 42, 139, 238, 385, 200, 330, 199 — к 3.6.45 г.;
отд. сд. — 158, 346 — к 3.6.45 г.;
1 гв. тк — к 3.6.45 г.
Армии передать со всеми гвардейскими частями усиления, тыловыми частями и учреждениями и наличными запасами.
7. Днепровскую флотилию передать в оперативное подчинение командующего войсками 1-го Белорусского фронта.
8. Расформировать на месте и обратить на доукомплектование войск Северной группы:
управление 19-й армии;
управления 134, 98, 14, 103, 15, 28, 106, 67, 17 гв., 96, 11, 52-го стр. корпусов;
стрелковые дивизии — 310, 313, 27, 142, 281, 381, 90 гв., 182, 325, 100, 304, 246, 148, 302, 322, 107, 336, 81, 237, 340, 8, 24, 138, 211, 351, 2 гв. вдд, 30, 271, 276, 241, 121, 305, 226.
Всего: упр. армий — 1; упр. ск — 12; стр. див. — 33.
9. Войска Северной группы сосредоточить в районах: 43 А (в указанном составе) — Данциг, Свинемюнде, Нойштеттин к 10.6. 45 г. (сменив часть 19 А);
один ск в составе двух сд оставить на о-ве Борнхольм;
65 А (в указанном составе) — Лодзь, Познань, Бреслау — к 8.7.45 г.;
52 А (в указанном составе) — Кельце, Ченстохова, Краков — к 27.6.45 г.;
96 ск — Ломжа, Млава, Пултуск — к 20.7.45 г.;
3 гв. кк — Люблин — к 15.7.45 г.;
3 гв. тк — Краков — к 20.6.45 г.; [424]
5 тк — Белосток — к 17.6.45 г.; 10 тк — Кротошин — к 10.6.45 г.; 20 тк — Бреслау — к 8.6.45 г.
10. Указания о выводе управлений 60-й, 18-й и 1-й гв. армий, а также войск 2-го Белорусского фронта, не указанных в настоящей директиве, будут даны Генштабом.
11. Расчет марша представить в Генштаб к 4.6.45 г. и план дислокации войск — к 10.6.45 г.
12. О ходе перегруппировок доносить ежедневно в оперативных сводках.
Ставка Верховного Главнокомандования
И. Сталин
Антонов
ЦАМО РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 160–163. Копия.
№ 270. Стенограмма совещания главнокомандующих оккупационными войсками СССР, США, Великобритании и Франции в Германии о необходимости консультаций
5 июня 1945 г.
Присутствуют: Маршал Г. К. Жуков, генерал армии Д. Эйзенхауэр, фельдмаршал Монтгомери, генерал Делатр де Тассиньи, А. Я. Вышинский, Мэрфи и Стрэнг.
Первое заявление делает генерал Эйзенхауэр, предложивший оставить в Берлине заместителей четырех главнокомандующих, которые могли бы приступить к подготовительной работе.
Монтгомери. Соглашается с предложением Эйзенхауэра.
Эйзенхауэр. Я хотел бы обратить внимание на то обстоятельство, что мы здесь пока не имеем своего помещения и находимся, по существу, на положении гостей. Поэтому мы просили бы предоставить нам помещение для аппарата американской и британской делегаций, чтобы можно было начать нашу работу. Эту работу могли бы начать первые заместители.
Жуков. Ставит вопрос о необходимости предварительно изучить и разрешить вопросы, связанные с разрешением проблем предстоящей работы Контрольного совета.
Эйзенхауэр. Какие вопросы подразумевает маршал Жуков?
Жуков. Работа первых заместителей не даст того эффекта, который дает совместная работа всех главнокомандующих. Вопросы, которые подлежат обсуждению, ясны, поэтому не имеет смысла откладывать организацию в полном объеме работы контрольного аппарата. Задача контрольного аппарата решить вопросы так, как нас обязывают решения Крымской конференции и решения Европейской консультативной комиссии. Главное же состоит в том, что начало работы Контрольного совета в Берлине должно быть связано с отводом войск союзников за установленную Крымской конференцией демаркационную линию, так как это является необходимым предварительным условием для того, чтобы можно было развернуть работу в соответствующих зонах.
Эйзенхауэр. Дело в том, что четыре главнокомандующих не могут все время сидеть вместе. Есть еще другие обязанности, которые лежат на главнокомандующих. Поэтому я считаю, что изучать вопросы должны наши штабы. Когда они подготовят тот или иной вопрос, четыре главнокомандующих собираются вместе, рассматривают и решают эти вопросы. Я лично не могу быть в Берлине все время. Хотя я сознаю, что в связи с отводом войск возникает много вопросов. Однако эти вопросы вполне могут разрешить первые заместители, что поможет разрешению и принципиальных вопросов. [425]
Жуков. Считаю, что принципиальные вопросы должны разрешаться лично главнокомандующими, но не их заместителями, и заявляю о своей готовности прибыть в ставку Эйзенхауэра, а также о своем согласии регулярно собираться для рассмотрения и разрешения вопросов. Подчеркиваю, что такие заседания будут являться не заседаниями Контрольного совета, а совещаниями главнокомандующих.
Эйзенхауэр. У меня имеется один вопрос: разве не можем мы разрешать наши вопросы путем работы штабов без присутствия четырех главнокомандующих?
Жуков. Штабы могут провести предварительную работу по подготовке соответствующих вопросов, но штабы не могут заменить собою Контрольный совет, и совещания главнокомандующих точно так же не могут заменить работу Контрольного совета.
Эйзенхауэр. Как часто, по Вашему мнению, должны встречаться четыре главнокомандующих?
Жуков. Это зависит от обстоятельств и тех вопросов, которые возникнут перед нами.
Эйзенхауэр. Правительство каждого из нас предусматривало, что четыре главнокомандующих должны встречаться примерно один раз в 10 дней. Это можно взять за основу. Штабы же должны работать каждый день.
Жуков. Поскольку еще нет четкого распределения войск по зонам, поскольку мы еще не имеем возможности управлять своей зоной, занятой союзными войсками, то трудно теперь установить регламент работы как Контрольного совета, так и главнокомандующих.
Монтгомери. Мы понимаем, что сейчас пока нельзя управлять зонами, но надо учитывать, что войска союзников находятся там, куда их бросила война и потребуется некоторое время для их отвода.
Жуков. Война уже кончилась и имеется возможность для перемещения войск.
Монтгомери. Совершенно правильно. Но прежде, чем мы сможем отвести свои войска по соответствующим зонам, пройдет вероятно 3–4 недели.
Жуков. 3–4 недели подходящее время. Во время этого периода мы можем собираться в штабе Эйзенхауэра, в штабе Монтгомери и не возражаю, если союзные главнокомандующие будут приезжать к нам в Берлин.
Монтгомери. Мы сможем заниматься только рассортировкой войск, решать же вопрос о том, когда войска смогут полностью расположиться по своим зонам, будут наши правительства.
Жуков. Я считаю, что главнокомандующие могут начинать отвод войск уже теперь, пользуясь теми полномочиями, которыми они облечены.
Монтгомери. Возвращаюсь к вопросу о том, что у четырех главнокомандующих будет много больших вопросов, подлежащих обсуждению, и что второстепенные вопросы, «мелочи», могли бы решаться и без главнокомандующих.
Жуков. Мы сторонники того, что надо прежде всего исходить из основных вопросов, которые могут решаться совместно с политическими советниками и только после этого переходить к разрешению «мелочей». Пусть наши встречи начнутся через 2–3 недели; можно подождать, но это будет зависеть от того, как скоро будут отведены союзные войска из соответствующих зон, ибо разрешение вопросов, подлежащих нашему обсуждению, неразрывно связано с вопросом об отводе войск.
Эйзенхауэр. Я согласен с заявлением маршала Жукова. Я доложу моему правительству, что маршал Жуков желает, чтобы Контрольный совет начал свою работу только тогда, когда войска будут отозваны в свои зоны.
Жуков. Это совершенно ясно. Раз нет зоны, нет работы.
Эйзенхауэр. Мое правительство поручило мне явиться сюда и выложить все карты на стол. Я никогда не знал, что вопросы о работе Контрольного совета и отвода войск из зон так связаны между собой. Я думал начать с рассмотрения вопросов о всей Германии, одновременно работая над тем, чтобы развести войска по зонам. Я должен буду доложить моему правительству [426] о создавшейся ситуации. Подписав соглашение, мы показали свою решимость сотрудничать в вопросе управления Германией; в то же время мы должны доложить своим правительствам о трудностях, которые испытывает в данное время маршал Жуков по вопросу об управлении своей зоной.
На совещании условились о том, что четыре главнокомандующих будут вести подготовку к выводу своих войск и к размещению их по соответствующим зонам, доложив своим правительствам, что развертывание работы Контрольного совета зависит от размещения войск союзников по своим зонам.
Беседу записал Пастоев.
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 44. Л. 93–96. Подлинник.
№ 271. Пресс-конференция Главнокомандующего Советскими оккупационными войсками в Германии о ходе и итогах берлинской операции
7 июня 1945
Присутствуют иностранные корреспонденты, прибывшие из Москвы (11 чел.), и представители советской прессы в количестве 8 чел.
В начале конференции Шапиро обратился к тов. Жукову с заявлением о том, что все иностранные корреспонденты ждали этого момента — встречи с маршалом — много лет.
Затем тов. Жуков, открыв конференцию, начал кратко отвечать на письменные вопросы, переданные ему перед началом конференции инкорами.
1. Что Вы считаете главными задачами Союзной контрольной комиссии и как Вы рассматриваете перспективы существования общей политики четырех держав в отношении Германии?
Жуков: О главных задачах Контрольной комиссии в Германии, перспективах общей политики четырех держав в отношении побежденной Германии достаточно ясно сообщала наша пресса. Никакого особого мнения или сообщения дополнительно по этому вопросу к тому, что было сообщено в нашей прессе, у меня нет.
2. Сражение за Берлин было заключительным и решающим сражением войны, могли бы Вы сообщить о нем некоторые подробности, до сих пор не опубликованные?
Жуков: К этому заключительному и решающему сражению мы провели серьезную подготовку. Мы подтянули достаточно технических средств и рассчитали все детали операции наверняка. Для этого заключительного и решающего этапа войны мы сосредоточили крупные силы артиллерии, танков, авиации, чтобы можно было в кратчайший срок сломить сопротивление противника и быстро овладеть самим Берлином. Особое внимание при подготовке этой операции было обращено на точное взаимодействие всех родов войск. Конечно, немцы ждали нашего удара на Берлин. Мы знали это хорошо и очень долго думали над тем, как бы в этих условиях организовать внезапный удар для противника. Для достижения этой цели я как командующий этой операцией выбрал ночной способ атаки всем фронтом, чего немцы, по показаниям пленных, не ожидали. Немецкое верховное командование было уверено, что главная атака Красной Армии невозможна ночью.
В ночь на 16 апреля в 4 часа началась мощная артиллерийская подготовка, а в процессе этой подготовки нами была организована одновременно и танковая атака. Всего было брошено в атаку более 4000 танков при поддержке 22 000 стволов артиллерии и минометов. С воздуха этот удар сопровождался действием около 4–5 тыс. самолетов. Сокрушительная работа авиации, артиллерии и танков продолжалась ночью и днем. Ночью на позиции [427] противника обрушили свой смертоносный груз около 1000 бомбардировщиков, остальные 3–4 тыс. продолжали разрушать оборону противника на рассвете и днем. Всего за первые сутки было сделано более 15 000 самолетовылетов.
Большую роль в успехе ночной атаки по всему фронту сыграло одно техническое новшество, примененное нами в этой операции. Чтобы помочь танкам и пехоте лучше ориентироваться в ночной атаке, мы организовали по всему фронту прожекторный подсвет пути для наступающих колонн. Одновременно наши прожектора не только подсвечивали путь наступающим войскам Красной Армии, но и ослепляли противника, который вследствие этого был лишен возможности вести точный прицельный огонь по наступающим. Примерно на каждые 200 м действовал один мощный прожектор. В итоге всех этих мероприятий наша атака для противника была неожиданной. Взаимодействие большой массы артиллерии, танков, авиации и пехоты при введении в действие прожекторов было для противника настолько сокрушающим, что он не выдержал напора, и сопротивление его было сломлено. Немецкое верховное командование, видя, что оборона не выдержала атаки, распорядилось бросить в бой все резервы, находящиеся под Берлином, и даже вывести часть войск, предназначенных для непосредственной обороны самой столицы Германии. Спешным подтягиванием резервов Гитлер надеялся остановить колонны наступающих войск Красной Армии, и в этом был его большой просчет. Подходящие из Берлина и его окрестностей резервы были разгромлены нашей авиацией и танками. Поэтому, когда наши войска ворвались в Берлин, то некоторые районы города оказались оголенными, в частности в отношении зенитных орудий. Выведя резервы из района Берлина, противник нарушил непрерывную линию обороны, ослабил эту оборону столицы и уже не смог устоять против мощного натиска наступающих. По нашим данным, всего в Берлинской операции участвовало более 500 000 немецких солдат и офицеров. Из этого количества более 300 000 было взято нами в плен, не менее 150 000 убито, остальные разбежались.
Мы считаем, что Берлинская операция прошла достаточно успешно как по темпам, так и по своей поучительности с точки зрения применения оперативного искусства ведения ночного наступательного боя, тем более, что в этой операции потери Красной Армии были во много раз меньше потерь немецких войск. Наши войска сделали из этой операции очень много ценных практических выводов для себя. Особенно они приобрели богатый опыт в проведении комбинированных мощных атак ночью.
3. Как рассматриваете Вы совместный контроль над Берлином?
Жуков: Для управления «Большим Берлином» решено организовать межсоюзническую комендатуру. Эта комендатура и будет осуществлять совместный контроль союзников над Берлином.
4. Какие личные отношения допускаются между Красной Армией и немецким населением? Как Вы расцениваете возможность лояльного сотрудничества немецкого народа с союзными народами?
Жуков: Я считаю, что наше отношение с немецким народом будет зависеть от того, как поведут себя в дальнейшем немцы. Чем скорее население Германии сделает для себя правильный вывод из поражения Германии, тем будет лучше для него. Отношения между Красной Армией и немецким населением определяются строгим оккупационным режимом.
5. Верт: Мы этим вопросом хотели бы узнать: разрешает ли советское командование братание красноармейцев с немцами?
Жуков: Поведение войск в условиях строгого оккупационного режима, которого мы придерживаемся, само собой понятно.
6. Готовитесь ли Вы к суду над военными преступниками? К этому вопросу Шапиро устно добавил: Неизвестно ли Вам, когда будет организован судебный процесс над крупными немецкими преступниками войны.
Жуков: Мы являемся сторонниками того, чтобы быстро воздать должное этим преступникам войны и привлечь их к строгой ответственности. Во всяком случае до суда должно быть проведено необходимое следствие, чтобы [428] можно было выяснить как можно больше интересующих нас фактов и обстоятельств.
7. Могли бы ли Вы сказать что-либо о демобилизации Красной Армии?
Жуков: Как известно, в Европе война окончилась. Поэтому вопрос о демобилизации Красной Армии стоит сейчас перед нами, и мы его изучаем.
8. Смог бы Комитет «Свободная Германия» оказать какую-либо пользу в работе Контрольной комиссии?
Жуков: Я считаю этот вопрос о Комитете «Свободная Германия» в настоящее время не актуальным.
9. Какие меры следовало бы, по Вашему мнению, принять в деле экономического разоружения Германии и как Вы рассматриваете будущее Германии как индустриальной державы?
Жуков: По вопросу об экономическом разоружении Германии и ее будущем как индустриальной державы имеется достаточно ясное решение Крымской конференции союзных держав. К тому, что сказано об этом в резолюциях Крымской конференции, добавить ничего не могу. Во всяком случае, наша задача сводится к тому, чтобы Германия не могла в будущем вновь стать сильной индустриальной, а следовательно, и опасной в военном отношении агрессивной державой.
10. Считаете ли Вы желательным иметь в Берлине постоянных иностранных корреспондентов?
Жуков: Разумеется, что пресса может оказать нам большую пользу.
11. Магидов: Принимаются ли какие-либо меры для практической организации работы иностранных корреспондентов в Берлине?
Жуков: Практически этот вопрос ни у союзников, ни у нас еще не разрешен, так как Контрольный совет пока еще не приступал к своей работе.
12. Фишер: Будет ли судебный процесс над военными преступниками открытым и доступным как для представителей прессы, так и для населения.
Жуков: Сейчас трудно говорить о всех деталях судебного процесса над немецкими военными преступниками, но, вероятно, судебный процесс будет открытым.
В добавление к сказанному маршалом тов. Вышинский сослался на пример судебного процесса над немецкими преступниками в Харькове, который был открытым судебным процессом.
13. Верт: Имеет ли маршал какие-либо сведения о Гитлере?
Жуков: История исчезновения Гитлера очень загадочная. За два дня до падения Берлина Гитлер женился на некой Браун; что стало с ним в дальнейшем неизвестно. Труп его мы не нашли. Поэтому сказать что-либо утвердительное я не могу. Он мог в самый последний момент улететь на самолете, так как взлетные дорожки позволяли это сделать.
14. Магидов: Неизвестно ли маршалу, кто эта Браун? Реплика тов. Вышинского: мальчик или девочка?
Жуков: У меня нет сведений о национальности и биографии этой Браун.
15. Магидов: Просит маршала рассказать некоторые его биографические данные.
Жуков: Что вас интересует? Если время рождения, то родился я в 1896 году под Москвой, в 100 км, в Угодско-Заводском районе, в крестьянской семье. С 11 лет жил в Москве. До службы в царской армии был рабочим-меховщиком, участвовал в 1-й мировой войне. Окончил военную службу в 10-м драгунском Новгородском полку. Неоднократно участвовал в боях с немцами, имею два Георгиевских креста и три медали за участие в боях.
16. Магидов: Просит маршала рассказать, за какие боевые действия он получил награды в старой армии.
Жуков: Эти награды были получены главным образом за захваченных мною в ночной разведке немецких офицеров.
Реплика тов. Вышинского: Георгиевские кресты и медали выдавались в царской армии за выдающуюся личную храбрость. Как видите, ночные операции маршалу Жукову удавались даже в первую мировую войну.
17. Шапиро: Учились ли Вы в военной академии? [429]
Жуков: Военной академии я не окончил, хотя там и учился, по ряду обстоятельств. Мне удалось окончить офицерскую и Высшую офицерскую школу.
18. Шапиро: Просит маршала рассказать о своей личной жизни. Тов. Жуков отвечает, что он женился 22 года тому назад, имеет двух детей — девочек, 16 и 8 лет.
19. Паркер: Будет ли находиться Ваша семья в Берлине? Жуков: Это зависит от целого ряда обстоятельств.
20. Паркер: Является ли маршал членом партии и с какого года? Жуков: В рядах партии я нахожусь с 1919 г.
21. Паркер: Не можете ли Вы еще что-либо нам сообщить из Вашей биографии и, в частности, о Вашей работе с 22 июня 1941 года до разгрома немцев под Москвой?
Жуков: С момента организации Красной Армии я нахожусь в ее рядах и не думаю ее покидать в будущем. Что касается моей работы в период с 22 июня 1941 года до разгрома немцев под Москвой, то с самого начала Великой Отечественной войны мне было поручено руководить фронтом, который должен был защищать Москву. Затем в сентябре и октябре 1941 г. мне было поручено командовать фронтом под Ленинградом. Когда Красная Армия остановила немцев под Ленинградом, а под Москвой создалась сложная обстановка, мне поручили командовать тем самым фронтом, который я готовил для защиты Москвы. После известной Вам всем Московской операции по разгрому немецких войск я находился под Сталинградом, где организовал по заданию тов. Сталина защиту города в качестве заместителя Главнокомандующего. Все остальное из моей жизни Вам, вероятно, известно.
22. Магидов: Просит рассказать маршала о его опыте боев на Дальнем Востоке.
Жуков: Мне было поручено провести операцию на Халхин-Голе. Эта операция имела локальный характер и поэтому едва ли представляет особый интерес.
23. Фишер и Шапиро: Просят маршала в двух словах рассказать об этой операции.
Жуков: Операция на Халхин-Голе интересна лишь в том отношении, что за 10 дней Красная Армия полностью окружила и уничтожила всю японскую армию, находящуюся в том районе.
24. Магидов: Кто, по мнению маршала, является более сильным солдатом, немец или японец?
Жуков: Немцы в эту войну были значительно сильнее технически оснащены, чем японцы в период операции на Халхин-Голе, но японский солдат дерется с фанатической яростью и очень упорен. Что представляет собой японский солдат в настоящее время, я не знаю, так как обстановка с тех пор значительно изменилась.
25. Фишер: Не помнит ли маршал точно дату сражения на Халхин-Голе? Жуков: Хорошо помню. Это было с 20 по 30 августа 1939 года.
26. Шапиро: Был ли маршал за границей и владеет ли он иностранными языками?
Жуков: За границей не был, а все время занимался у себя на родине военными делами. Разговорной речью на иностранных языках я не владею, но с помощью словаря могу читать немецкий текст и разбираюсь немного во французском языке.
27. Верт: Как оценивает маршал заявления немцев о том, что он научился военному искусству у немецкой армии, переняв ее опыт?
Жуков: Пусть немцы говорят, что хотят. Я всегда изучал военную историю, стратегию и тактику ведения боевых операций, но я всегда считал и считаю, что наша русская оперативная тактика стояла и стоит неизмеримо выше немецкой военной тактики. Современная война неопровержимо доказало это.
28. Паркер: Принимал ли маршал Сталин повседневное участие в тех боевых операциях, которыми руководил Жуков. [430]
Жуков: Маршал Сталин лично руководил всеми участками борьбы Красной Армии против немецкой армии, в том числе он детально руководил и теми боевыми операциями, которые мною проводились.
29. Магидов: Какую, по мнению маршала, роль сыграла кавалерия в современной войне?
Жуков: Кавалерия Красной Армии сыграла большую роль, особенно в период распутицы. Она хорошо взаимодействовала с нашими танками и пехотой.
30. Гибсон: Можно ли сравнить оборону Москвы с обороной Берлина.
Жуков: Сравнение обороны Москвы с обороной Берлина совершенно невозможно. Немцы были разбиты Красной Армией на Одере и здесь фактически был положен конец немецкой армии. У нас же лишь под Москвой началась настоящая оборона. Оборонять Москву вышли технически сильно оснащенные и морально крепкие советские войска, благодаря которым мы могли не только оборонять Москву, но нанести сильный контрудар противнику.
В конце пресс-конференции маршал Жуков по просьбе всех корреспондентов кратко объяснил на карте схему проведения операции по разгрому немецких войск на Одере и захвату Красной Армией Берлина.
От имени всех иностранных корреспондентов Магидов горячо поблагодарил маршала за проведенную с ними беседу.
Записал Грибанов.
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 44. Л. 98— 104. Подлинник.
№ 272. Оперативная директива командующего Группой советских оккупационных войск в Германии командующим 2-й и 3-й ударными, 47-й и 8-й гвардейской армиями о порядке отвода войск союзников из Советской зоны оккупации Германии и вводе туда советских войск
№ 0029/он 29 июня 1945 г. 23.45
По договоренности с командованием союзных армий установлен следующий порядок отвода войск союзников на запад в свою зону и продвижения наших войск до западной границы советской зоны оккупации.
1. Английские и американские войска 1.7.45 г. начнут отход на запад и полностью освободят всю советскую зону оккупации:
а) английские войска — к исходу 3.7.45 г.;
б) американские войска — к утру 5.7.45 г.
2. 1.7.45 г. от армий выслать разведку с целью в этот же день достигнуть пунктов: а) 2 уд. А — Шверин, Гревесмюлен, Гадебуш, Шенберг, Царрентин, Бойценбург, Демитц; б) 3 уд. А — Зальцведель, Стендаль, Гарделеген, Эбисфельде, Нойхальденслебен, Ошерслебен; в) 47 А — Гальберштадт, Норд-хаузен, Мюльхаузен, Эйзенах, Гота, Галле; г) 8 гв. А — Эрфурт, Веймар, Лейпциг, Гера, Вейда, Грейц, Плауэн.
Каждый разведывательный отряд выслать в составе не менее 100 чел. пехоты на автомашинах. Разведотрядам поставить задачи — установить, какие силы союзников и в каком порядке отходят на запад, какая отходит техника, что уводят и увозят союзники с собой, какие в этих пунктах промышленные предприятия и их состояние, не увозят ли союзники оборудование [431] с этих предприятий. Кроме того, установить количество и состояние дорог, наличие линий проводной связи, количество и состояние проводов.
3. Вслед за главными силами союзников продвигать главные силы наших войск, при этом передовые части пехоты — на дистанции 2 км, а мото-мех. части — на дистанции 5 км от хвоста колонн союзников.
Войска армий продвигать на запад в прежней группировке. На старом рубеже оставить заставы с целью не допустить перемещения отдельных лиц и групп немцев к востоку от этого рубежа.
Приданные армиям танковые корпуса вывести в районы:
1 гв. тк — Гюстров, Штернберг;
2 тк — Веймар.
Штабам армий перейти в районы:
2 уд. А — Гольдберг;
3 уд. А — Стендаль;
47 А — Эйслебен;
8 гв. А — Иена.
Разграничительные линии между армиями — прежние.
4. В случае предложения командования союзных армий запрещаю от них принимать военнопленных и граждан всех без исключения иностранных государств и военнопленных немцев. При возникновении такого рода вопросов учесть, что с союзным командованием имеется договоренность по следующим вопросам:
а) лагеря советских граждан и бывших военнопленных союзники должны оставить на месте с их администрацией и сдать представителям репатриации Красной Армии. Передаваемые нам лагеря должны быть обеспечены продовольствием на три дня;
б) всех военнопленных и подданных иностранных государств мы принимать не должны. Их союзники должны отвести на запад в свою зону и о передаче их они должны договориться с соответствующими правительствами. Исключение составляют поляки Западной Украины и Западной Белоруссии, которых мы должны принять как граждан Советского Союза;
в) союзники не должны распускать по домам немецких военнопленнных. Они обязаны их отвезти на запад в свою зону. Больных и раненых военнопленных — немцев они также должны вывезти в свою зону и не размещать их в гражданские больницы.
5. План передвижения армий представить к утру 1.7.45 г.
Главнокомандующий
Группой советских оккупационных войск в Германии
Маршал Советского Союза
Г. Жуков
Член Военного совета
Группы советских оккупационных войск в Германии
генерал-лейтенант Телегин
Начальник штаба Группы
генерал-полковник Малинин [432]
ЦАМО РФ. Ф. 345. Оп. 5487. Д. 335. Л. 198–201. Подлинник.
№ 273. Оперативная директива командующего 8-й гвардейской армией командирам 29-го, 28-го, 4-го гвардейского и 11-го танкового корпусов о согласованном с союзниками порядке занятия указанной зоны оккупации Германии
№ 00335 1 июля 1945 г. 2.00
По договоренности с командованием союзных войск, с утра 2.7.45 г. части американской армии начинают отвод своих частей на запад в свою оккупационную зону и к утру 5.7.45 г. полностью освободят всю советскую зону оккупации в полосе армии.
1. Войска 8-й гвардейской армии вслед за началом отхода американских войск начинают продвижение на запад с задачей к утру 5.7.45 г. выйти на окончательную границу советской зоны оккупации на рубеж, согласно высланной Вам схеме.
2. 29 гв. ск — 27 и 74 гв. сд с выходом на окончательную границу советской зоны оккупации выставить заставы на рубеже: Фаха, Венигентафт, Эмпфертсхаузен, Бирке, Мельперс, Хеннеберг, Мендхаузен, Эйхе.
Главные силы корпуса к тому времени вывести в район — (иск.) Гота, Ордруф, Герен, Иена, Веймар, Эрфурт.
82 гв. сд вывести в район Лейпцига, где и сосредоточиться к исходу 3.7.45 г.
Разгранлинии: справа и слева — прежние.
Штакор — Арнштадт.
3. 28 гв. ск — 79 и 39 гв. сд с выходом на окончательную границу советской зоны оккупации выставить заставы на рубеже: Эйха, Швейкерсхаузен, вые. 397, Билльмутхаузен, Адельхаузен, 'Эмштадт, Мупперг, Хейнерсдорф, Лихтенхайн, Фалькенштейн, Броннерсгрюн, Титшендорф, Бланкенштейн.
Главные силы корпуса к тому времени вывести в район: Эйзенберг, Шварц, Шлайц, Роннебург.
88 гв. сд — два сп оставить в прежнем районе, один сп и арт. бригаду расположить в районе Локвитц, где сосредоточиться к исходу 3.7.45 г.
Разгранлиния слева — прежняя.
Штакор — Песнек.
4. 4 гв. ск — 35 и 57 гв. сд с выходом на окончательную границу советской зоны оккупации выставить заставы на рубеже: (иск.) Бланкенштейн, Хиршберг, Мисларейт, Трошенрейт, Поссек, Эмбат, Бад Эльстер, Шенберг, Верницгрон, Клингенталь и далее до стыка с 5 гв. А.
Главные силы корпуса вывести в район: Криммитшау, Цойленрода, Плау-эн, Фалькенштейн, Леснитц, Хемниц.
47 гв. сд — вывести в район Хемниц, где и сосредоточиться к исходу 3.7.45 г.
Разгранлиния слева — прежняя.
Штакор — Рейхенбах.
5. С выходом на окончательную границу зоны оккупации в первой линии иметь по одному стрелковому полку, усиленному легким артполком, противотанковым дивизионом и батальоном саперов от каждой стрелковой дивизии первого эшелона.
6. Артиллерия: 13 аазд к исходу 6.7.45 г. сосредоточиться в районе Наумбург, Веймар, Иена.
43 пабр к исходу 5.7.45 г. сосредоточиться в районе Альтенбург.
38 иптабр — к исходу 2.7.45 г. сосредоточиться в районе: Криммитшау, Бейерсдорф, Хартмансдорф.
22 адп к исходу 7.7.45 г. сосредоточиться в районе: Хокенмельзен, Цейтц, Мойзельвитц.
40 иптабр к исходу 4.7.45 г. сосредоточиться в районе: Эрфурт.
7. Танки— 11 тк к исходу 6.7.45 г. сосредоточиться в районе Веймар. Штакор — Веймар. [433]
220 тбр — до особого распоряжения оставить в прежнем районе.
8. Инж. войска — 64 исбр к исходу 5.7.45 г. сосредоточить в районе Кала.
9. Главными силами стрелковых корпусов переход нынешней линии соприкосновения с союзниками начать с 4.00 2.7.45 г. с началом отхода американских войск и совершать движение в непосредственном соприкосновении на удалении 2 км, а мотомехчасти на удалении 5 км от хвоста колонн американских войск. Для того, чтобы не отстать от американских частей, впереди главных сил дивизий первого эшелона иметь моторизованные передовые отряды — не менее двух в полосе корпуса.
Движение совершать одновременно по всему фронту в ныне занимаемой группировке и к исходу 2.7.45 г. частями 28 и 29 гв. ск выйти на рубеж: Бут-штедт, Апольда, Иена, Рода, Зайтенрода, Фрейнорла, Вейсен, Румбах, Ремшютц, Заальфельд, Эйхихт, Хоккерода, Рейхенбах, Марктгелиц.
4 гв. ск выйти в своей полосе на границу зоны оккупации.
К исходу 3.7.45 г. частям 29 гв. ск выйти на рубеж: Эрфурт, Вальтерслебен, Дорнхейм, Зигельбах, Рипперсрода, Арлсберг, Гельберг, Врандлейте Тунель, Лаусфер, Хейнрихс, Эйнхаузен, Квейнфельд, Берках, Борунге, Менд-хаузен.
28 гв. ск в своей полосе выйти на границу зоны оккупации.
К исходу 4.7.45 г. 29 гв. ск выйти в своей полосе на границу зоны оккупации.
10. На ныне занимаемом рубеже оставить заставы от полков, находящихся в первой линии, с целью не допустить перемещение отдельных лиц и групп немцев и иностранцев к западу и востоку от этого рубежа.
Для приема охраняемых объектов от американских войск заранее выделить соответствующие команды.
Передовым частям выдать по 60 патронов на винтовку, по два магазина на автомат и иметь с собой положенный возимый запас огнеприпасов.
11. Перед выступлением главных сил и до начала отхода американских войск — 1.7.45 г. выслать вперед разведку, для чего сформировать разведывательные отряды в составе 10.0 человек пехоты, каждый на автомашинах, с целью в этот же день достигнуть пунктов:
29 гв. ск — три отряда: Эрфурт, Лейпциг, Веймар.
28 гв. ск — два отряда: Гера, Вейда.
4 гв. ск — два отряда: Грейц, Плауэн.
Задача разведки — установить, какие силы союзников и в каком порядке отходят на запад, какая отходит техника, что уводят и увозят союзники с собой, какие в этих пунктах промышленные предприятия и их состояние, не увозят ли союзники оборудование с этих предприятий. Кроме этого, установить количество и состояние дорог, наличие линий проводной связи, количество и состояние проводов. (Задачу объявить только начальникам отрядов).
Выступление и переход теперешней линии соприкосновения союзников 8.00 1.7.45 г.
12. В случае предложения командования американской армии, запрещаю от них принимать репатриантов иностранных государств и военнопленных немцев. При возникновении такого рода вопросов учесть, что с союзным командованием имеется договоренность по следующим вопросам:
а) Лагеря советских граждан и бывших советских военнопленных союзники должны оставить на месте с их администрацией и сдать представителям репатриации Красной Армии. Передаваемые нам лагеря должны быть обеспечены продовольствием на три дня с момента приема;
б) Военнопленных немцев и подданных иностранных государств мы принимать не должны. Их союзники должны отвести на запад в свою зону и о передаче они сами должны договориться с соответствующими правительствами. Исключение составляют поляки Западной Украины и Западной Белоруссии, которых мы должны принять как и граждан Советского Союза.
в) Союзники не должны распускать по домам немецких военнопленных. Они обязаны их отвезти на запад в свою зону. Больных и раненых военнопленных [434] немцев они также должны вывезти в свою зону и не размещать их в гражданские больницы.
13. В ходе занятия войсками освобождаемой территории соблюдать организованное движение, для чего разрабатывать порядок и маршруты движения основных сил. Маршруты разведотрядов получили лично начальники отрядов. Обеспечить регулирование движения. Исключить проникновение немцев и других лиц в ту или другую сторону как в период движения, так и на окончательной границе зоны оккупации.
14. Донесения: о выступлении — непосредственно в ШТАРМ, в последующем для 28 и 29 гв. ск — на передовой пункт сбора донесений ШТАРМа к 6.00, 12.00 и 20.00 2.7.45 г. — Рохлитц (ж.-д. станция); 3.7.45 г. — Цейтц (завод на западной окраине); 4.7.45 г. — ив последующем — Иена (юж. ж.-д. станция).
Для 4 гв. ск — во все дни непосредственно в ШТАРМ.
15. При необходимости разрешения возникающих недоразумений в процессе продвижения установлены пункты встречи с командованием союзных частей:
а) на первом рубеже — Буттштедт, Кала, Рудолыытадт;
б) на втором рубеже — Медисбург, Арнштадт, Целла-Мелис.
16. Получение подтвердить, о принятых решениях и об отданных распоряжениях донести к 12.00 1.7.45 г.
О сформировании разведотрядов — к 4.00 1.7.45 г.; о их выступлении — к 8.00 1.7.45 г.
Командующий войсками 8-й гв. армии гвардии генерал-полковник Чуйков
Член Военного совета армии гвардии генерал-майор Пронин
Начальник штаба 8-й гв. армии гвардии генерал-майор Белявский
ЦАМО РФ. Ф. 345. Оп. 5487. Д. 335. Л. 202–208. Подлинник.
№ 274. Стенограмма совещания Главнокомандующего Советскими оккупационными войсками в Германии с представителями союзного главного командования о проблемах совместного управления городом Берлином
7 июля 1945 г.
Маршал Жуков: Я лично выдвигаю вопрос об управлении городом Берлином. Первый вопрос, который я хотел бы обсудить и решить, это вопрос создания межсоюзнической комендатуры. В статье 7-й соглашения о контрольном механизме в Германии, утвержденного на заседании Европейской консультативной комиссии, сказано так… (текст переводится сразу на английский язык). Сейчас в основном английские и американские войска прибыли. Каждая зона имеет возможность организовать у себя полный контроль и свою власть. Мы должны своих советских комендантов отвести. Нам нужно, следовательно, договориться о том, как мы будем управлять городом. Союзные зоны должны управляться каждая своим комендантом, а нам нужно договориться, как мы будем создавать такую межсоюзническую комендатуру и как будем координировать все наши дела, пока нет у нас Контрольного совета. Пока мы вынуждены сейчас решать все вопросы, не ожидая создания Контрольного совета. Мы должны организовать руководство городской жизнью.
Генерал Клей: Я думаю, что с нашей стороны мы можем сейчас говорить так, как будто бы уже существует Контрольный совет. [435]
Жуков: Да, мы можем решать все вопросы в полной мере. Я считаю, что все наши решения будут полномочными, если они будут единогласно приняты. Я хотел бы, следовательно, слышать, какие будут предложения по существу: как мы будем управлять Берлином, через какие аппараты, что предлагаете.
Клей: Комендатура должна быть организована из нескольких департаментов, каждый из которых должен будет заниматься определенным вопросом, один — водой для города, другой — электроэнергией, затем — общественной безопасностью, раздачей продовольствия, ценами и т. д. Каждый из этих департаментов должен состоять из четырех представителей. Нужно создать что-либо вроде секретариата из четырех представителей.
Жуков: Кто должен возглавлять это дело?
Клей: Нашим представителем в этой комендатуре будет генерал Парке. Я бы предложил, чтобы должность председателя переходила от одной стороны к другой через каждые 30 дней, и я пожелал бы, чтобы на первое время вы взяли на себя председательство.
Жуков: Сколько будет представителей? Будут ли французы представлены в межсоюзнической комендатуре?
Клей: Мне кажется, что им должно быть предоставлено полное право. Здесь французов нет, в Берлине они пока находятся как гости, так как у них нет своей зоны здесь. Поэтому я предложил бы, чтобы французы могли присылать своего офицера связи на совещания городской комендатуры.
Жуков: Как генерал Уикс?
Уикс: Согласен.
Жуков: Городское управление имеет в своем составе [несколько] отделов и комиссию по религиозному вопросу. Каждый отдел руководит определенной отраслью городской жизни. Некоторые отделы объединяют несколько вопросов, так, отдел народного образования имеет, кроме народного образования, прессу. Я думаю, что примем такое решение, что при каждом отделе городского управления будет сидеть по 3 или в дальнейшем по 4 представителя для контроля за работой этого отдела.
Уикс: Представители будут давать приказы немцам.
Жуков: Если все будут согласны, они будут отдавать приказы.
Клей и Уикс согласны.
Жуков: Весь контрольный аппарат должен возглавляться, как предлагает генерал Клей, по очереди. Но месяц слишком большой срок. Я предлагаю выполнять каждой стороне обязанность коменданта полмесяца, чтобы надолго не отрываться от вопросов.
Уикс: Если будет неудобно, чтобы каждая сторона выполняла должность коменданта полмесяца, то тогда посмотрим.
Жуков: Жизнь покажет. Может быть, вместо секретариата создать штаб комендатуры, чтобы он носил военный характер и обеспечил координацию вопросов между зонами. Если возражений нет, то этот вопрос будем считать принятым.
Клей и Уикс согласны.
Уикс: Договорились, что секретариат будет в виде военного учреждения?
Жуков: Немцы больше привыкли подчиняться штабу, чем секретариату. Я понимаю так, что жизнь в Берлине и поведение немецкого населения, хотя оно будет жить и по зонам, будут подчинены городской комендатуре.
Клей и Уикс возражений не имеют.
Жуков: Для того чтобы был определенный порядок, нужно будет приказы издавать на четырех языках для каждой зоны отдельно. Каждый комендант издает приказ на своем языке.
Клей и Уикс согласны.
Жуков: Вопросы, касающиеся компетенции районных властей, будут решаться комендантами зон. Коменданты зон должны исходить из решений городской комендатуры. Некоторые особенности будут решаться в соответствии с жизнью и бытом районов, это дело начальства зоны.
Клей и Уикс согласны. [436]
Жуков: Вопросы хозяйства и торговли в Берлине, а также метро, трамвай, железные дороги должны управляться единым городским центром. Сообщение транспорта (метро, трамваями, автобусами) должно быть сквозным, а не по зонам. Передвижение населения должно быть также беспрепятственным по всем зонам. Вопросы восстановления городского транспорта, контроль за его работой должны осуществляться только городской комендатурой. Это же относится к водопроводу, канализации, газу — все должно руководиться городской комендатурой.
Уикс: Я не возражаю против этого, но не должно разрешаться населению целыми семьями перебираться из одной зоны в другую.
Жуков: Главный комендант должен запретить это. Сейчас все население прописано в районах, каждый квартал имеет свои книги. Комендант поэтому может издать приказ, запрещающий переселение населения из одного района в другой. Если же кто захочет переселиться, то должен подать заявление и получить на это разрешение у коменданта. Контроль за торговлей и за урегулированием цен должен также осуществляться городской комендатурой.
Уикс и Клей согласны.
Жуков: Все эти решения мы должны подписать как документ, и они будут служить приказом для городской комендатуры. Вторым вопросом я ставлю вопрос о продовольствии, питании города и о топливе для города. В американской зоне 787 тыс. человек получают продовольственные карточки, в английской зоне — 909 221 чел., а в советской зоне — 1 306 358 чел. получают продовольственные карточки. Всего же 2 803 251 чел. До сих пор население получало продукты по установленным нормам. Все население делится на категории. 1-я категория — это рабочие вредных и тяжелых производств, а также сюда входят заслуженные деятели науки. Они получали у нас 600 г хлеба. Я не буду называть всех видов довольствия, назову только хлеб. 2-я категория — рабочие прочих всех предприятий, они получали по 500 г хлеба, 3-я группа служащие различных учреждений, 4-я группа — дети, получали по 300 г хлеба и 5-я группа — все прочее население, куда входят инвалиды и прочее нетрудоспособное население, они получали тоже по 300 г хлеба. Если кого интересуют другие виды продовольствия, то я могу назвать или дать на руки карточки.
У генерала Уикса есть такие карточки, генерал Клей хотел бы получить их.
Жуков: Кроме хлеба, мы выдавали также крупу, мясо, жиры, сахар, соль, кофе натуральный и суррогатный, чай, картофель. Это питание выдавалось населению на основании решения советского правительства. Часть продуктов была взята из трофеев, которые захватили наши войска, и из того, что мы собрали в городе, а часть из своих войсковых запасов. Сейчас запасы подходят к концу. Мы имеем сейчас в городе такие запасы: мука — на 6 суток, крупа — на 6 суток, мясо — на 7 суток, жиры — на 2 суток, соль — на 13 суток, сахар — на […] суток, кофе — на 10 суток, картофель — на 10 суток. Этих запасов, как видите, хватит ненадолго. Нужно будет решать этот вопрос. Как вам известно, город своей какой-либо продовольственной базы не имеет. Иначе большой город, с большим количеством населения будет обречен на голод, а отсюда, следовательно, и все последствия. Я хотел бы слышать мнение генералов по этому вопросу.
Клей: В американской зоне Германии совершенно нет пищи. Вы же выдавали пайки и в нашей зоне раньше.
Жуков: Это делали мы только в Берлине, Дрездене и Хемницах. В других местах продовольствия совершенно нет, так как оно было съедено немецкими войсками и доедено нашими. Следовательно, сейчас наши зоны находятся в одинаковом положении.
Клей: Нас интересует, есть ли такие же недостатки продовольствия в советской зоне оккупации.
Жуков: Да, очень тяжелое положение. Особенно это осложняется тем, что из Померании, восточнее Одера, все население переходит к нам. А как база эта территория для нас потеряна. Кроме того, из Чехословакии идет очень много беженцев, которые нацоднили нашу зону, и, более того, мы имеем [437] около 4 млн. своих репатриантов, советских граждан, которых вынуждены кормить. Наши продовольственные ресурсы съедены, мы находимся в очень тяжелом положении. Мы сейчас занимаем после ухода союзников зону. Народ в Саксонской провинции значительно сытнее живет.
Клей: Да, это богатая часть страны.
Жуков: Но пока там это все на корню, хлеб нужно убрать. Саксония богата, а Тюрингия бедна.
Уикс: Наша британская зона считается самой бедной из всех трех зон.
Жуков: Если считать с точки зрения промышленности, то она самая богатая, особенно Рур, у американцев самая богатая в продовольственном отношении Бавария.
Клей: Та пища, которая сейчас завозится, является ли она исключительно из советских источников или имеется рынок, который под советским контролем?
Жуков: Рынка вообще сейчас нет. Мы разрешаем продавать продовольствие. Но это существенного значения не имеет. Это черный рынок. Поскольку нет центральной власти, город замкнут в своей жизни. И каждая провинция живет своей жизнью.
Клей: Каждая зона имеет некоторые продукты в большем количестве. Поэтому мы можем обмениваться ими.
Жуков: Это вопрос доброго согласия. Мы можем это сделать. Сейчас нужно решить вопрос, как будем питать город, с какого времени вы свои зоны питаете самостоятельно, т. к. продовольствия у нас нет, и использовать запасы своих войск для американских и английских зон я не могу и у меня их нет. Этот вопрос передадим нашим правительствам или решим на Контрольном совете. Так как каждая зона занята соответствующими войсками, то этот вопрос с продовольствием должна решать каждая зона.
Клей: Было бы большой ошибкой, если в разной зоне были бы разные пайки.
Жуков: Я предлагаю сохранить наш паек и пересмотреть его тогда, когда соберется Контрольный совет.
Клей: Мы говорим только про пайки в Берлине. Пища для нас сейчас самое главное, она связана и с транспортом. У нас нет железных дорог.
Жуков: Я предлагаю по порядку решать вопросы, сначала с продовольствием, а потом и с транспортом.
Клей: Есть ли у Вас цифры, которые Вы можете дать для нашей части Берлина, и что мы должны добавить.
Жуков: Я ничего не могу дать. Вы обязаны сами кормить свои зоны.
Клей: Мне кажется, что в пайке есть вещи, которые можно было бы привезти из другой зоны. Например, вам легче было бы везти картофель, чем муку.
Жуков: Это вопросы обмена. Мы могли бы об этом договориться. Все продовольствие привозить на демаркационную линию, чтобы не возить к нам. Однако это технические вопросы. Нужно решать вопрос принципиально.
Клей: Ведь Берлин всегда питался хорошо.
Жуков: Но он никогда не находился в таких условиях. Он входил в империю. А теперь его никто не признает. Раньше он давал запросы в другие провинции и питался за их счет. Базой для Берлина была еще и Восточная Пруссия. Но оттуда немцы все вывезли, там были бои, и затем она отошла к Польше.
Клей: Мы этого даже не знаем.
Жуков: К этому наш вопрос не имеет никакого отношения. Этот вопрос не нашей компетенции. Нам нужно кормить Берлин.
Клей: Если мы желаем обсудить вопросы пищи в Германии, то нужно знать, откуда брать пищу.
Жуков: Каждый командующий должен найти ресурсы у себя, чтобы кормить свой народ.
Клей: Германия должна кормить себя сама.
Жуков: Но в целом за Германию никто не может решать, кроме командующих. [438]
Клей: Наши страны согласились говорить с Германией как с единицей.
Жуков: Никто от имени Германии не может выступать. В дебри давайте не уклоняться. Для нас важна практическая сторона. Если вы не будете кормить свой народ, у нас будут очень большие осложнения.
Клей: Мы хотим рассматривать Берлин как единое целое.
Жуков: Поэтому я проявляю такой интерес. Я в этом заинтересован.
Уикс: Для того чтобы решить это практически, желательно знать, сколько продовольствия потребуется на следующие 30 дней.
Жуков: Мы можем вам дать такую справку и сколько нужно продовольствия до 1 января 1946 г. Нужно иметь запас до нового года, а не на месяц. Мы можем сообщить вам сведения в тоннаже и в номенклатуре. Вас интересуют сведения по зонам или город в целом?
Клей: Вы не можете дать пищи, кроме вашей зоны?
Жуков: Советскую зону я должен обеспечить.
Клей: Если это так, то мы ничего по этому вопросу сделать не можем. Мы заявим об этом нашему правительству.
Жуков: Нужно решать этот вопрос скорее, иначе будут неприятности.
Клей: Мы принимаем это предложение на время, пока мы доложим об этом нашему правительству.
Жуков: Я хотел бы слышать подтверждение с английской стороны принять это предложение на время, пока доложат об этом правительству.
Клей: Меня интересует число, после которого вы не будете предоставлять продовольствие.
Жуков: Я сказал, от 6 до 10 суток, а жиров хватит только на 2 суток. После этого срока нужно подвозить продовольствие.
Уикс: Ваш паек содержит 2 тыс. калорий.
Жуков: В калориях меньше. Я могу дать справки и о калориях пайка.
Уикс: Нужно понимать, что после известного срока нам придется самим кормить население?
Жуков: Да, только так стоит вопрос.
Клей: Для нас трудно решить этот вопрос, т. к. раньше нам ничего не было известно об этом. Нам нужно знать, где получать продовольствие, как подвезти его.
Жуков: Мы можем отложить этот вопрос, если соберемся завтра или через день.
Все согласились отложить этот вопрос до вторника, 10 июля с. г., на 13 часов по московскому времени.
Жуков: Вторым очень важным вопросом является вопрос топлива. Сейчас мы имеем запасы в угле от 3 до 5 дней. Я говорю относительно угля для питания электростанций, газа, предприятий, водонасосных станций и прочих коммунальных предприятий. Мы имеем сейчас запасы в зоне союзников 13 650 т угля, в советской зоне 12 тыс. тонн, а всего имеется 25 тыс. тонн угля. Потребность в угле 7,5 т в день. В последний период времени мы подвозили со всех концов, собирали, где только можно было. Вывезли и с советской территории, из Польши, из Верхней Силезии. Нам нужно будет решить вопрос относительно подвозки угля. Ежемесячно нужно 225 тыс. тонн угля, если расходовать по 7,5 тыс. тонн в день.
Клей: Имеет ли это отношение к отоплению домов?
Жуков: Нет, только к коммунальным предприятиям города, а местные нужды нами пока не учитывались.
Клей: У нас нет угля.
Жуков: У меня тоже нет угля.
Уикс: Почему нельзя получить из Силезии?
Жуков: Об этом нужно говорить с поляками. Там можно только купить.
Уикс: Британское положение очень простое. В Руре нет углекопов, нет питания для них, нет транспорта для того, чтобы передвинуть сюда большое количество угля. Можете Вы сказать, сколько угля вы можете завезти в Берлин?
Жуков: Для своей зоны завезем, и то только бурый уголь. Так как у него низкая калорийность, то это лишь большая нагрузка для транспорта. [439]
Уикс: Единственный способ подвезти сюда уголь — это железная дорога.
Жуков: Да, конечно. Можно организовать вертушку, которая будет возить сюда уголь. Железную дорогу вам предоставим, а рабочих для Рура можно набрать из военнопленных. Можно взять'из Берлина безработных, около 50 тыс. человек, для добычи угля.
Уикс: Нужны квалифицированные рабочие.
Жуков: Это дело простое.
Клей: Нам нужно просить часть у англичан, часть у вас.
Жуков: Не у меня, а у моего правительства. У нас тоже нет угля. Донбасс дает лишь 7 % довоенной продукции. Он был взорван немцами. А межсоюзнические интересы в Руре должны быть учтены, насколько мне известно.
Клей: У нас нет там интересов.
Жуков: Вы Рур с англичанами вместе завоевывали.
Уикс: Целиком ли Верхняя Силезия оккупирована другой страной?
Жуков: Она вошла в зону Польши. Это вам известно из решений Крымской конференции.
Клей: В Европейской консультативной комиссии мы думали, что эта область подходит под советскую оккупацию. Я предлагаю этот вопрос отложить до вторника.
Жуков: Вопрос о продовольствии и топливе отложен до вторника.
Уикс: Я хотел бы знать точно, из 7,5 тыс. тонн угля какая ваша доля?
Жуков: Мы можем решить таким образом, мы можем перевести на киловатты или все потребное количество угля разделить на 4 части, т. к. Берлин оккупируют 4 страны.
Уикс: Я в принципе согласен с этим. Но из каких источников мы будем снабжаться, неизвестно.
Жуков: Каждая зона должна будет брать в своей зоне, а если нет, то искать любые возможности. Нельзя питать Германию за чужой счет.
Клей: Эти трудности будут существовать до того, как будет создан Контрольный совет.
Жуков: Отложим этот вопрос до вторника, как уже решено.
Клей: Для нас нужна железная дорога и мост. Иначе будут большие осложнения.
Жуков: Мост будет готов к 25 июля, а грузы мы можем пропустить через Дрезден и Лейпциг по железной дороге, а машины по тем дорогам, как договорились, т. е. Магдебург — Берлин. Пока не готова железная дорога, мы можем пойти навстречу и пропустить по другой жел. дороге. Вопрос относительно вывода советских комендантов из зон союзников. Какие у вас будут по этому вопросу мнения и предложения? Наши советские районные коменданты в зонах находятся до сих пор. Они осуществляют вопросы быта населения, топлива и другие вопросы, связанные с коммунальным обслуживанием города.
Клей: Я хотел, чтобы комендатура решила это.
Жуков: Я согласен. У меня общих вопросов больше нет. Есть вопросы по прежней договоренности.
Генерал Уикс передал маршалу Жукову предложение фельдмаршала Монтгомери приехать к нему в штаб. Маршал Жуков из-за занятости вопросами, непосредственно связанными с конференцией, не имеет возможности это сделать. Маршал Жуков пошлет своего офицера лично к Монтгомери.
Жуков: Я получил донесение о том, что в районе Харьке, 4 км юго-восточнее Гельштедта, на нашей территории имеется крупная электростанция, на которой работало до 200 английских солдат и техников. Эта электростанция, несмотря на требования нашего командования, нам не передается. Просьба освободить ее. В прошлый раз договорились не распускать пленных немцев на нашей территории. Я получил донесение, что американским командованием распущены военнопленные и они сейчас двигаются в нашу зону. Мы задержали их очень много. Военнопленные двигаются из Баварии. Просьба не увольнять их. То же самое относится и к английскому командованию, так как допускается роспуск немецких военнопленных на нашу территорию. Они занимаются бандитизмом и грабят наши склады. [440]
Уикс: До нашей встречи на прошлой неделе такие случаи имели место, но с тех пор они прекратились, т. к. дан приказ не распускать немцев.
Генерал Уикс и генерал Клей обещали выяснить вопрос о роспуске военнопленных немцев и ответ дать маршалу Жукову во вторник.
Клей: У меня есть ваше письмо относительно гражданских лиц. Ответ на это я также дам во вторник. Я хотел бы получить письменный проект комендатуры.
Жуков: Я завтра пришлю его. Если не будет возражений, то прошу подписать его. Если вопросов нет, на этом можно закончить.
Совещание продолжалось 2 часа, с 15.00 до 17.00 часов.
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 44. Л. 106–113. Подлинник.
№ 275. Стенограмма совещания Главнокомандующего Советскими оккупационными войсками в Германии с представителями союзного главного командования по согласованию вопросов управления Германией
10 июля 1945 г.
Жуков: Кто хотел бы высказаться? Мы ждем ваших выступлений.
Клей: Я хотел бы предложить, чтобы ваш и наш переводы резолюции о комендантах были бы пересмотрены, так как они имеют разницу. Разница только в словах, в принципе никакой разницы нет.
Жуков: Наш перевод на английский язык не является официальным переводом, поэтому мы просим ваших уточнений. Если же нет таковых, мы готовы подписать его.
Клей: Почти нет никакой разницы.
(Перевод был передан на согласование).
Клей: Мы можем начать доставку продовольствия в Берлин около 15 июля приблизительно в тех цифрах, о которых мы говорили. Но я предпочитаю передавать пищу на границе, а вы бы распределили ее здесь.
Жуков: Пожалуйста.
Клей: Кроме того, мы хотели бы обменять муку на картофель.
Жуков: А что вы хотели бы, чтобы мы принимали на границе и что вы будете доставлять сюда?
Клей: В принципе примем на себя доставку 20 тыс. тонн продовольствия. Мы хотели бы прислать сюда генерала Дрипер, с американской стороны, а с английской — генерала […]. Им можно было бы сесть с Вашими помощниками и поговорить о деталях: где передавать пищу и какой порядок обмена. Когда же будет закончена железная дорога, тогда будем довозить пищу до Берлина. А мясо и жиры можно было бы передавать на границе.
Жуков: То есть скоропортящиеся продукты: масло, молоко и др.
Клей: Удобно Вам назначить представителя на завтра?
Жуков: Очень удобно.
Клей: Я думаю все, что мы предлагаем сейчас, будет пересмотрено на конференции.
Жуков: Я согласен с предложением генерала Клей. Кроме того, мы пойдем навстречу и в порядке обмена продовольствием, если у нас не будет каких-либо затруднений. В отношении картофеля мы можем также пойти навстречу. Правда, здесь может произойти некоторая заминка в связи с тем, что запасы старого картофеля иссякли, а нового еще нет. В таком случае мы [441] будем заменять его крупой. Нам более желательно производить обмен на границе, чтобы избежать встречного движения.
Клей: Если 15 числа мы не сможем сделать первую доставку, то мы попросим Вас дать нам пищи на это число, & затем мы возместим.
Жуков: С 15 июля англичане и американцы берут на себя снабжение продовольствием. Кроме того, мы уберем своих комендантов из ваших зон, чтобы избежать всяких разговоров вокруг комендатур и не дать пищи для злых языков, так как мы держали их только для поддержания порядка. С 15 числа мы будем вести расчеты, и если вы не дадите продовольствия и после 15, то мы будем питать до того времени, когда вы подвезете продовольствие, а затем все возместите, т. е. мы даем продовольствие взаимообразно с последующим расчетом.
Уикс: Я хотел бы сделать два замечания. Мы хотим рассматривать Германию как экономическое целое. Мы также чувствуем, что нормы в Берлине не должны быть выше, чем нормы других немцев в других районах. Этот вопрос довольно скоро комендатура рассмотрит. Мы не знаем в данный момент точно, как обстоит дело с нормами немцев в русской зоне, вне Берлина.
Жуков: Я уже говорил в прошлый раз, что они различны. Мы питаем Берлин, Дрезден и Хемницы. Прочие города мы не кормим. Самая большая норма в Берлине. В Хемницах она в два раза меньше. Мы считаем, что в Берлине нужно было подкормить людей, т. к. население было в более тяжелом физическом состоянии. Что касается вопроса рассмотрения норм питания в дальнейшем, то мы готовы эти нормы рассмотреть. Я думаю, что окончательное решение по этому вопросу вынесет Контрольный совет, которому комендатура сделает предложение в этом направлении. Наше дело сейчас решить вопрос питания. Я полагаю, что мы должны установить питание по существующим нормам, и каждый командующий должен обеспечить свои зоны по этим нормам. А главы соберутся на конференции, если они сочнут нужным, вынесут новое решение по этому вопросу.
Клей: Нам с политической точки зрения трудно поддерживать в Берлине более высокие нормы питания, чем в других местах Германии, в качестве постоянного факта.
Жуков: Я полагаю, что в будущем можно обсудить этот вопрос.
Клей: Пока мы будем подвозить пищу к границе, Вы сможете питать город?
Жуков: Мы будем давать продовольствие со своих войсковых складов.
Клей: Когда Вы хотите взять своих комендантов из нашей зоны и сможете ли Вы оставить в нашем распоряжении машины?
Жуков: Своих комендантов мы заберем завтра. Эксплуатация наших машин должна была бы компенсироваться промышленными поставками. Но пока что городское управление своих обязанностей не выполнило. Мы можем оставить машины с последующим расчетом с городским управлением путем поставок. Задаром давать не следует. В распоряжении бургомистров имеются также машины, мы их оставим.
Уикс: Я полагал бы, что относительно привоза продовольствия к границе необходим соответствующий персонал, который мог бы в этом деле разобраться.
Жуков: Я считаю, что эти люди должны будут написать письменное соглашение.
Клей и Уикс согласны.
Клей: Если Вы назначите завтра людей, то они установят, как что сделать.
Жуков: Я думаю, что комендатура соберется завтра и должна всю технику решить.
Если вопрос с продовольствием решен, то мы можем перейти к вопросу о топливе.
Уикс: Маршал сказал в прошлый раз, что у него нет контроля над силез-ским углем. Но я знаю, что границы еще не установлены.
Жуков: У меня есть тыловые границы по рекам Одер и Нейсе, восточнее которых я свое влияние не распространяю и тем участком не командую. [442]
Строит (английский дипломат): Вопрос о территории, которая лежит на восток от рек Одер и Нейсе, уже обсуждался нашими двумя правительствами, советским и британским. Очень возможно, что он же опять будет обсуждаться в ближайшем будущем. Я хотел бы зарезервировать слово относительно того, что Вы сказали, будто у Вас нет юрисдикции над тем районом на восток от рек Одер и Нейсе, чтобы сделать наше положение ясным в таких разговорах, если этот вопрос поднимется в будущем.
Жуков: Относительно верхнесилезского угольного бассейна. Он не находится под моим контролем. Но, как мне известно, он находится в руках польского правительства. Я не уполномочен советским правительством вести какие-либо разговоры по угольному бассейну в Верхней Силезии. Я считаю, что этот вопрос не входит в круг наших рассуждений.
Уикс: Но какой уголь есть в русской зоне?
Жуков: Что касается обязанностей снабжения своей зоны и той доли, которую я обязан вложить в обеспечение топливом, мы выполним полностью. Свою долю мы доставим вовремя и в тех качествах, как это будет установлено комендатурой. Где мы будем брать уголь, это существенного значения для питания Берлина не имеет. Немного угля возьмем на месте, т. е. в советской зоне, затем договоримся с поляками и купим у них. Что касается качественного угля, то будем завозить издалека, возможно, из Донбасса, хотя мы имеем очень скудные ресурсы в Донбассе. Он еще не наладил своего производства. Если бы нам англичане помогли сейчас, мы бы не отказались от их помощи и были бы очень благодарны.
Уикс: Вы подсчитали, что на 1 день для Берлина нужно 7,5 тыс. тонн угля. Но это слишком высокая цифра.
Жуков: Это небольшая цифра. Очень большой гарнизон в Берлине. Этот гарнизон нужно вам обслужить.
Уикс: Но много предприятий разрушено.
Жуков: Да, полной мощности не будет, но достаточно мощности, чтобы обслужить нужды гарнизона и города. Если же ваши специалисты подсчитают меньше, я только буду приветствовать. Тем лучше для нас.
Уикс: Я думаю, когда соберутся специалисты, цифра будет меньше.
Жуков: Я не возражаю против этого.
Клей: Правильно мы поняли, что мы должны доставлять 6,5 тыс. тонн.
Жуков: Нет неправильно. Я думаю, что 7,5 тыс. тонн мы должны разделить на 4 части: русские, англичане, американцы и французы. Если французы не смогут обеспечить этой части, то тогда разделим на 3, т. е. по 2,5 тыс. тонн. Если же французы могут взять на себя одну часть, то можно обязать их обеспечить свою долю.
Клей: Хороший уголь будет в меньшем количестве.
Жуков: Да, это зависит от угля. Мы дадим уголь средней калорийности.
Клей: Можно было бы разделить наши доли по киловаттам или по населению. У кого сколько населения, тот столько и обеспечивает.
Жуков: Мы обслуживание населения не берем в расчет. Это вопрос будущего. Тогда уж нужно брать деление не по населению, а по объектам: водо-насосные станции, электростанции и т. д., и у вас получается больше, чем у нас. Мы имеем 1 электростанцию, в зоне союзников их 6. У нас 4 водонасос-ные станции, у вас — значительно больше.
Уикс: Если мы будем поставлять 5 тыс. тонн угля в день или 150 тыс. тонн в месяц, то это получится больше, чем мы поставляем на всю британскую зону.
Жуков: Мы в советской зоне ничего не поставляем.
Уикс: Вопрос транспорта. Мост не будет готов до 25?
Жуков: Мы можем принять грузы через Дрезден и Лейпциг. Там есть такой мост через Эльбу.
Клей: Мы можем посылать поезда в этом направлении?
Жуков: Да. Мост в районе Лейпцига есть.
Клей: Мы получили информацию, что там мост не готов. [443]
Жуков: Мы произвели разведку: мост готов. Дорога идет от демаркационной линии через Дрезден и Лейпциг.
Уикс: Мы думаем, что будет очень трудно совмещать перевозку грузов и перемещенных лиц с территории Франции.
Жуков: Ничего не поделаешь. Придется искать выход. Я считаю, что вопросы калорийности угля нужно передать на рассмотрение комендатуры. Может быть, коменданты пересмотрят и сочтут необходимым кое-что сократить, так как эти цифры не проверены. Специалисты посчитают, если же получится экономия, то она примется в расчет. Коменданты должны договориться о калорийности угля.
Что касается подвоза угля, у меня есть разведывательная карта. На сегодняшний день имеется исправная железная дорога Дрезден — Берлин, Гамбург — Ганновер. Мост на Эльбе у Магдебурга задержит сообщение на несколько дней, т. к. он подорван плавучей миной. Рухнуло несколько пролетов, у нас оказалось много раненых и есть убитые.
Уикс: Мы хотели бы помочь Вам. Я согласен, чтобы технические детали были завтра рассмотрены специалистами с точки зрения экономии, железнодорожного транспорта, мостов. Вопрос о количестве. Мне сейчас трудно установить точно цифру, мы будем стараться на поставку 3 поездов в день. Вопрос о поставке угля остается до рассмотрения правительствами. Это вопрос будущего.
Жуков: Я согласен. Когда надо ждать подход первого эшелона?
Клей: Этот вопрос решается специалистами.
Жуков: Завтра обсудят этот вопрос?
Уикс: Да.
Уикс и Клей согласны.
Жуков: В 12 ч пригласим специалистов к коменданту, и там они решат этот вопрос. С нашей стороны будет генерал Горбатов. Какие еще будут вопросы?
Клей: У нас еще будут вопросы. Один вопрос перемещенных лиц, бывших военнопленных, вопрос лагерей и т. д. Мы вышли с Вашей территории так быстро, что не успели взять этих людей с собой, но мы выполним свое обещание. Мы можем поговорить по этому вопросу с одним из Ваших людей.
Жуков: С генералом Соколовским.
Клей: Мы решили возвращать Вам людей русской национальности. Сразу мы это не сделали потому, что думали, что границы закрыты.
Жуков: Имейте в виду, пожалуйста, что мы находимся сейчас в тяжелом положении. Своих людей мы возьмем, безусловно.
Клей: Мы пойдем на любые условия.
Жуков: Я бы хотел, чтобы со стороны англичан также кто-нибудь принял участие, так как с англичанами у нас большие затруднения в этом вопросе.
Клей: Я хочу сказать, что мы не распускали их в нашей зоне, но по этому вопросу мы будем говорить потом. Англичане тоже.
Жуков: Что касается английского командования, то я вынужден представить дополнительный материал — приказ командира 15-й немецкой бригады, который своим приказом определяет роспуск всех нежелающих идти с союзниками и тех, кто хочет остаться на родине. Документ датирован 1-м числом, а на 2-е число предлагалось этим людям двигаться в восточном направлении.
Уикс: Этот документ будет сегодня у маршала Монтгомери, и он рассмотрит этот вопрос.
Жуков: У нас только одна просьба: запретить немцам самодемобилизовываться.
Уикс: Да, мы запрещаем.
Жуков: Я получил от генерала Клея вопросы организации Контрольного совета. Мы их еще не успели изучить. Но я хотел бы некоторые вопросы выяснить.
Этот документ представляется только от американцев или от англичан тоже?
Уикс: Я сегодня утром видел эти предложения. Я согласен с общей постановкой вопроса. [444]
Жуков: Как французы рассматривали его?
Уикс: Французы еще не видели.
Клей: Мы им послали копию.
Жуков: У меня имеются вопросы. 1. Относительно контроля за деятельностью центрального управления немцев. Что будут делать эти отделы, если не будет центрального управления немцев?
Клей: Каждый из этих 12 отделов рассматривает и подготавливает свои предложения, как он может организовать центральное управление и передаст эти предложения на рассмотрение вышестоящих органов.
Жуков: С кем они будут работать, если нет центральных органов немцев? Имеется ли в виду организационная работа по созданию министерств в Германии?
Клей: Затем будут разработаны мероприятия для того, чтобы создать центральную германскую администрацию, которая бы взяла управление над всеми зонами.
Жуков: На каком этапе это мыслится? В этом году или в следующем?
Клей: Это все относится к общей экономике страны: как будем собирать репарационные платежи, налоги и т. д. А время — будущее.
Жуков: К пункту 5. Какая проблема, затрагивающая Германию, является наиболее срочной?
Клей: Поэтому мы хотели организовать отделы, чтобы специалисты могли решить эти вопросы и дать совет Контрольному совету. Сюда относятся вопросы денег, налогов.
Жуков: Это правительственная точка зрения или генерала Клея?
Клей: Да, это правительственная точка зрения в соответствии с договором 4-х правительств.
Жуков: В договоре 4-х правительств ничего не сказано о создании центральной администрации Германии. Центральные министерства должны же кем-то возглавляться?
Клей: Они будут возглавляться 4 правительствами.
Жуков: Но тут же нужны люди, сильный аппарат.
Клей: У нас это уже есть.
Жуков: Один отдел будет стоять над каким-то министерством? Постепенно этот отдел создаст министерство?
Клей: В конце концов превратится в министерство.
Жуков: Этот вопрос, видимо, должен решаться правительством. Мы должны дать рекомендации нашим правительствам.
Клей: Наше правительство уже решило.
Жуков: Это окончательная точка зрения правительства?
Клей: У меня есть принципиальное право предложить создать его. Это будет не совсем министерство, а административный аппарат, который затем перейдет в министерство. Никакого политического авторитета у него не будет.
Жуков: А кто будет руководить их управлением?
Клей: 4 члена будут давать приказ по совету этих министерств.
Жуков: Приказ этих людей будет выполняться во всех зонах?
Клей: Если 4 члена в Контрольном совете согласятся на это. Похоже на комендатуру. Это будет большая комендатура для всей Германии.
Жуков: У вас в зоне будет военно-административный аппарат?
Клей: Да, будет военная администрация!
Жуков: Я хотел бы уточнить вопрос: в Баварии вы хотите передать власть немцам, т. к. там создано правительство.
Клей: Нет, мы создали там административный аппарат под контролем американцев такой же, как у вас в Берлине.
Жуков: Я думал, что вы ведете уже подготовку, если верить вашему радио.
Мерфи: Вы слушаете черное радио.
Жуков: Мы привыкли верить своему радио.
В конце конференции было решено издавать коммюнике о происходивших конференциях. Составление коммюнике было поручено дипломатам: Соболеву, Стронгу и Мерфи.
Кроме того, из разговоров выяснилось, что по недоразумению французы не присутствовали на данной конференции. Генерал Парке взял на себя обязанность исправить это недоразумение.
Конференция длилась 2 часа: с 14.00 до 16.00 ч.
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 44. Л. 114–120. Подлинник.
№ 276. Письмо американского посольства в Москве в адрес Народного Комиссара иностранных дел Союза ССР по поводу союзной комиссии по репарациям
7 сентября 1945 г. Срочно.
Дорогой г-н Молотов!
Мне поручено передать Вам следующее сообщение о точке зрения моего правительства по поводу будущего Союзной комиссии по репарациям и ее работы:
1. По мнению правительства Соединенных Штатов, дальнейшие заседания Союзной комиссии по репарациям должны происходить в Берлине совместно с заседанием союзного Контрольного совета для того, чтобы между этими двумя органами мог иметь место свободный и быстрый обмен мнениями и для того, чтобы помочь Контрольному совету в его задаче определения количества и характера промышленного капитального оборудования, которое не является необходимым для германской экономики мирного времени и поэтому может быть использовано для репарации в соответствии с политическими установками, намеченными Союзной комиссией по репарациям. Перевод комиссии из Москвы в Берлин необходим также и потому, что представители Франции, Соединенного Королевства и Соединенных Штатов должны еще решить ряд вопросов по репарациям. Эти вопросы невозможно эффективно решить в Москве.
2. Правительство Соединенных Штатов придерживается мнения, что Союзная комиссия по репарациям должна продолжать свое существование до тех пор, пока не будут разработаны все принципы и политические установки, необходимые для репарационных планов, и до тех пор, пока не будет закончено рассмотрение Контрольным советом плана, упоминаемого в пункте 3 ниже. После соответствующего уведомления делегация Соединенных Штатов соберется в Европе для участия в дальнейших совещаниях Союзной комиссии по репарациям.
3. Союзная комиссия по репарациям должна работать в Берлине в тесном контакте с Контрольным советом для того, чтобы она могла давать [рекомендации] Контрольному совету, когда последний будет их требовать или когда она будет считать нужным давать эти советы врем [я] [от] времени по собственной инициативе, по политическим принципам, касающимся решения репарационного вопроса. Вероятно, что Контрольный совет будет нуждаться в политическом руководстве по ряду конкретных вопросов. Далее окончательный план Контрольного совета должен быть представлен Союзной комиссии по репарациям до 1 февраля 1946 года с тем, чтобы Союзная комиссия по репарациям могла судить, насколько тесно этот план увязывается с политическими установками, намеченными ею.
4. Правительство Соединенных Штатов не согласно с тем, чтобы Союзная комиссия по реперациям действовала или представляла рекомендации в соответствии с советским предложением, которое должно было быть представлено Союзной комиссии по репарациям 5 сентября 1945 года. Правительство Соединенных Штатов считает, что участие советского правительства в определении количества и характера репарационных изъятий из западных зон Германии, независимо от того, будут ли они производиться Союзной комиссией по репарациям или Контрольным советом, зависит от сотрудничества советской стороны в деле обращения с Германией как с единым экономическим целым для целей репараций и изъятия военно-промышленного потенциала. Это означает, что изъятие промышленного капитального оборудования, производимое советской стороной из восточных зон, должно основываться на плане, согласованном между четырьмя державами. Эти державы будут рассматривать каждую зону как часть единой Германии в отношении уровня жизни в будущем и способности Германии существовать без помощи извне после репарационных изъятий. Конкретные доказательства того, что изъятия, производимые советской стороной из восточной зоны, основываются на общем плане или будут соответствовать постфактум такому плану, должны быть представлены советскими властями в форме данных об изъятиях, которые произведены на сегодняшний день, и в форме выражения готовности допустить в Восточную Германию смешанные комиссии специалистов по промышленности, которых советское правительство желает послать в Западную Германию. Если советское правительство не желает сотрудничать на основе четырехзонного плана репарационных изъятий в духе вышеупомянутого и не хочет рассматривать Германию как экономическое целое, Контрольному совету будет невозможно определить количество и характер репарационных изъятий из западной зоны Германии в соответствии с постановлениями Протокола. При этих обстоятельствах державам, оккупирующим западную зону, не оставалось бы ничего другого, как произвести такое определение самостоятельно.
5. Если советские власти не желают сотрудничать в деле разработки и осуществления репарационного плана четырех держав, как описано выше, правительство Соединенных Штатов высказывается за продолжение репарационных переговоров, главным образом, на трехсторонней основе между представителями Соединенных Штатов, Соединенного Королевства и Франции при консультации с представителями советского правительства по нескольким переменным вопросам, касающимся четырех сторон.
6. Правительство Соединенных Штатов считает, что, хотя Контрольный совет имеет право ведать и распоряжаться распределением германских внешних активов, советское правительство будет распоряжаться активами в Финляндии, Венгрии, Болгарии и Румынии и активами в Восточной Австрии, не сносясь с британскими, французскими или американскими представителями в Контрольном совете. [Тогда] британский, французский и американский представители в Контрольном совете будут распоряжаться всеми другими германскими внешними активами, не сносясь с советским представителем.
7. Правительство Соединенных Штатов высказывается за создание межсоюзного репарационного органа, предложенного британским правительством, и за включение в него представителей всех претендентов на германские репарации. Однако оно полагает, что с созданием этого органа можно подождать до тех пор, пока не состоится совещание претендентов на репарации из западных зон, помимо советского и польского претендентов, на котором будут определены доли репараций. Если Контрольный совет готов сейчас представить Союзной комиссии по репарациям списки промышленного оборудования, которое может быть выделено для промежуточных репарационных поставок, Соединенные Штаты приветствовали бы более скорее создание этого органа. Соединенные Штаты высказываются против советского предложения, по которому Союзная комиссия по репарациям должна сначала выделить капитальное оборудование Советскому Союзу и Польше, с одной стороны, и всем другим претендентам, с другой. Правительство Соединенных Штатов не в состоянии поддержать какое-либо предложение, которое обеспечивало бы Советскому Союзу преимущественное положение в деле получения репараций из германской западной зоны.
Искренне Ваш В. А. Гарриман.
Перевел В. Павлов.
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 44. Л. 206–210. Копия.
№ 277. Указание Верховного Главнокомандующего Военному совету Группы советских оккупационных войск в Германии с требованием отменить приказ по Группе об огульном наказании командного состава за мародерские действия отдельных военнослужащих
№ 11131 20 сентября 1945 г. 16.00
Маршалу Жукову
Генерал-полковнику Малинину
Генерал-лейтенанту Телегину
Я случайно узнал вчера от Смерш, что Военный совет Группы советских оккупационных войск в Германии издал приказ от 9 сентября с. г., где он, отмечая мародерские действия отдельных военнослужащих, считает необходимым наказать весь командный состав от сержантов и офицеров до командиров рот включительно путем перевода офицерского состава до командиров рот включительно на казарменное положение с тем, чтобы командиры были расположены вместе с подчиненными с обязательством командирам взводов и командирам рот постоянно находиться со своими подчиненными.
Как оказалось, копия этого приказа не была послана в Генеральный штаб.
Я считаю этот приказ неправильным и вредным. Он неправилен ввиду его огульного характера и несправедливости, так как из-за мародерских действий отдельных военнослужащих огульно и несправедливо наказывается весь командный состав до командиров рот включительно. Он вреден, так как он не укрепляет дисциплину, а наоборот, ломает ее, дискредитируя командный состав в глазах рядовых. Я уже не говорю о том, что, если этот приказ попадет в руки руководителей иностранных армий, они не преминут объявить Красную Армию армией мародеров.
Прошу Вас немедленно отменить этот приказ. Найдите форму для отмены приказа, которая бы не набрасывала тень на командование группы. Я не пишу Вам формального приказа Ставки об отмене Вашего приказа, чтобы не ставить Вас в неловкое положение, но я требую, чтобы:
1. Приказ был отменен немедленно с донесением об этом в Генеральный штаб;
2. Подобные приказы, имеющие серьезный характер, не издавались впредь без предварительного сообщения в Ставку о Ваших соображениях;
3. Копии всех Ваших приказов посылались в Генеральный штаб. Советую Вам усилить политическую работу в войсках группы и почаще прибегать к суду чести, вместо того чтобы пугать людей приказами и таскать офицеров в суд, как проворовавшихся уголовников.
Я думаю, что это будет лучшее средство для ликвидации мародерских действий.
Сталин
Верно:
Антонов
ЦАМО РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 206–207. Копия.
№ 278. Телеграмма Главы Советской Военной администрации в Германии Народному Комиссару иностранных дел СССР о недостатках в подготовке и проведении Нюрнбергского процесса над главными фашистскими военными преступниками
19 октября 1945 г.
Москва, наркоминдел Молотову.
На основании донесений работников советской военной администрации в Германии, приехавших из Нюрнберга, можно заключить, что главные военные преступники, обвиняемые на Нюрнбергском процессе, а также защита попытаются, возможно при попустительстве со стороны американских и особенно английских судебных властей, осуществить из зала суда пропагандистскую кампанию, имеющую целью скомпрометировать в глазах мирового общественного мнения внешнюю политику Советского Союза как перед войной, так и в настоящее время. Многие обвиняемые, а также свидетели, усиленно подчеркивают на допросах мысль, что нападение Германии на Советский Союз явилось превентивной мерой, поскольку к началу 1941 года Советский Союз сконцентрировал крупные войска на своих западных границах, а во время переговоров Молотова в Берлине Советский Союз заявил о своих претензиях на Дарданеллы, Балканы и т. д. Можно предположить, что реакционная английская и американская печать ухватится за возможность провести аналогию между приписываемыми Советскому Союзу агрессивными намерениями накануне войны и теперешними предложениями Советского Союза, высказанными на Лондонской конференции министров иностранных дел, которые эта печать также изображает как доказательство агрессивности внешней политики Советского Союза. Среди защитников, подобранных в Нюрнберге, имеется 4 фашиста. Нам кажется, что наши судебные власти в Нюрнберге не предпринимают достаточных мер, чтобы предотвратить осуществление такой кампании, и поэтому, возможно, целесообразно дипломатическое вмешате л ьс тво.
Как показал опыт Бельзенского процесса в Люнебурге, англичане в целях создания ореола вокруг так называемого беспристрастного английского правосудия и защиты интересов крупных германских промышленников Рурской и Рейнско-Вестфальской областей попытаются создать всевозможные проволочки на пути ускоренного и справедливого правосудия. Это уже показал инцидент, связанный с обсуждением Международным военным трибуналом предложения американского обвинителя Джексона о замене в списке обвиняемых старого Круппа, разбитого параличом, его сыном Альфредом Крупном.
Перевод на русский язык в зале суда организован плохо. Переводчики малоквалифицированные. Используются и американские переводчики на русский язык.
Американские следственные власти предоставляют в распоряжение наших следственных властей во временное пользование фотокопии чрезвычайно важных документов из захваченных ими архивов штаба верховного командования германских вооруженных сил, министерства иностранных дел и личного архива Розенберга. Насколько можно судить уже сейчас, эти документы имеют огромное историческое значение, и их перевод и перепечатка чрезвычайно важны в интересах нашей Родины. Эта работа делается уже сейчас, однако чрезвычайно медленными темпами.
Вношу предложение также о срочной посылке дополнительной группы переводчиков, особенно с английского и немецкого языков, в Нюрнберг с целью переводов документов и для работы в зале суда. Необходимо также организовать фотографирование документов.
Поскольку в Нюрнберг уже сейчас съехались сотни виднейших американских, английских и французских журналистов, и все страны, участвовавшие в борьбе против гитлеровской Германии, вложили свой вклад в дело организации Дома прессы в Нюрнберге, где создана большая библиотека, демонстрируются кинофильмы, устраиваются театральные представления и т. д., целесообразно направить в Нюрнберг книги на русском и английском языках по советскому законодательству, советские газеты и журналы, альбомы, хроникальные и художественные кинофильмы, а во время процесса послать туда группу квалифицированных советских актеров.
Жуков.
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 44. Л. 166–167. Подлинник.
№ 279. Телеграмма Народного Комиссариата иностранных дел в адрес Советской военной администрации в Германии по поводу принятия в Советской зоне оккупации немецких военнопленных из Норвегии
14 ноября 1945 г. 17.30
9.11 Керр прислал на имя тов. Молотова следующую ноту:
Условие, изложенное в письме г-на Вышинского от 28 октября, на котором Советское правительство согласно принять 54 тыс. немецких военнопленных из Норвегии в советскую зону оккупации в Германии, было должным образом передано г-ном Робертсом моему правительству. В настоящее время я получил указания сообщить Вам о том, что вследствие чрезвычайного недостатка продовольствия и жилищ и постоянного притока населения в Британскую зону, это условие не может быть принято.
Мое правительство дало мне в связи с этим указание напомнить Вам об обязательстве, содержащемся в письме, которое г-н Гусев прислал от Вашего имени г-ну Вевину 6 сентября и в котором говорилось следующее:
«Что касается предложения британского правительства о том, чтобы советские власти приняли непосредственно из Норвегии 54 тыс. немцев — выходцев из советской зоны оккупации в Германии, могу сообщить, что Советское правительство согласно принять этих военнопленных. При этом имеется [450] в виду, что приемка указанных немецких военнопленных будет осуществлена или в одном из советских прибалтийских портов или в каком-либо установленном пункте советской зоны оккупации в Германии».
Оно поэтому надеется, что Советское правительство согласится в настоящее время немедленно дать необходимые указания генералу Ратову и откажется от своего требования как главного условия перемещения в британскую зону такого же количества немцев — выходцев из советской зоны.
13.11 тов. Вышинский дал Керру следующий ответ:
В связи с Вашим письмом народному комиссару иностранных дел СССР В. М. Молотову от 9 ноября сообщаю, что ввиду большого притока беженцев в советской зоне оккупации в Германии имеют место те же трудности, что и в британской зоне. В силу этого Правительство СССР имеет возможность принять в советскую зону оккупации в Германии 54 тыс. немецких военнопленных из Норвегии лишь на условиях, изложенных в моем письме г-ну Робертсу от 28 октября.
Сообщается для сведения.
А. Смирнов
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2380. Д. 44. Л. 156–157. Копия.
№ 280. Беседа заместителя Главнокомандующего Советскими оккупационными войсками в Германии с заместителем главнокомандующего оккупационными войсками США в Германии по вопросам репараций и реституций
15 ноября 1945 г. 15.00
Из дневника генерала армии В. Д. Соколовского:
«Сегодня, в 15 часов, я принял, по его просьбе, генерала Клея. Генерал Клей приехал для того, чтобы сообщить, что правительство США уполномочило его поддержать советскую просьбу о предоставлении СССР 50 % заводов из первого списка в счет авансовых поставок, в счет репараций. Он сообщит завтра об этом на заседании Координационного комитета.
Я высказал свое удовлетворение таким разрешением этого впроса. Генерал Клей далее указал, что он хотел бы поговорить со мной в отношении двух заводов, которые США передают из своей зоны независимо от 50 % первого списка. Он, к сожалению, вынужден на несколько дней отложить решение по просимым нами заводам — судостроительной верфи в Бремене и шарикоподшипниковым заводам в Швейнфурте, т. к. оба эти завода включены в списки, разосланные странам, имеющим право на репарации 1 ноября. Однако он предлагает следующий выход из положения: либо советская сторона выбирает 2 завода из нового списка (см. приложение) заводов, могущих быть поставленными в счет репараций, но не объявленными для других стран, имеющих право на репарации, или же советской стороне предоставляется…% судостроительной верфи в Бремене и 50 % шарикоподшипникового завода в Швейнфурте, причем в списке для распределения между другими претендентами на репарации останутся соответственно 25 % и 50 % этих заводов.
Он пояснил при этом, что тогда эти заводы будут переданы сверх 50 %, и предложил, для того чтобы мы смогли иметь представление о том, что из себя представляют эти заводы, послать сразу же своих представителей туда.
Я поблагодарил генерала Клея за его предложение и сказал, что, рассмотрев переданный им список и получив информацию о вышеупомянутых заводах, мы сможем решить, на чем мы остановим свой выбор.
Я при этом подчеркнул, что, как я уже говорил ранее, для нас наиболее существенным и важным вопросом является демилитаризация Германии в [451] полном смысле этого слова и все вопросы для нас связаны с этим, в том числе и репарационный вопрос.
В этой связи поднят вопрос о том, что необходимо приступать к разделу торгового флота. Генерал Клей предложил, чтобы немедленно начать делить флот, свыше 175 000 т полезного груза. Он указал, что весь флот сейчас находится в руках у англичан и нужно ковать железо пока горячо и делить то, что можно, иначе может оказаться так, что делить-то будет нечего. Эта цифра ничем не связывает, но практически можно будет начать работу.
Я сказал генералу, что, желая достичь соглашения по этому вопросу, я на прошлом заседании пошел на большие уступки, однако я поговорю со своим руководством и тогда поставлю его в известность о своих намерениях.
Вопрос далее зашел о реституциях и о позиции, занятой в связи с этим французской делегацией в Контрольном совете. Я указал, что мы находимся в очень затруднительном положении, поскольку наши правительства никакого решения относительно авансовых поставок в счет реституций не принимали. Мы полагаем, что весь этот вопрос необходимо разрешить в целом, в то время как французы всячески стараются провести свой вопрос об авансовых реституционных поставках, причем поскольку это им не удается, они срывают поэтому разрешение ряда других, никакого отношения к этому не имеющих вопросов. Решить же этот вопрос так, как это хотелось бы французам, тем более трудно, что они стремятся подвести абсолютно все материалы и имущество под реституции.
Генерал Клей согласился со мной и указал, что точка зрения США по этому вопросу следующая. Следует возвратить все имущество (станки, оборудование), силой вывезенное из Франции или любой другой страны. Всякое другое имущество, приобретенное немцами во Франции по торговым договорам, должно идти в счет репараций. Он отметил при этом, что имущества, вывезенного силой, в Германии немного, в то время как имущества, переданного в порядке торговой сделки, огромное количество. Если бы Франция получила все это имущество в порядке реституций, она получила бы больше, чем ей причитается в счет репараций, и они против этого. Он указал, что Франция вместо того, чтобы уничтожить свои заводы, как это сделал СССР в оккупированных Германией районах, поставила их на службу гитлеровской Германии.
Говоря о позиции Франции в Контрольном совете, генерал Клей вновь остановился на вопросе о создании германских центральных административных органов. Он сказал, что правительство США уполномочило его создать такие органы совместно с советской и британской сторонами. Он думает на одном из ближайших заседаний Координационного комитета представить предложение о создании центрального германского департамента коммуникаций и хотел бы знать мое мнение по данному вопросу.
Я сказал генералу, что боюсь, что такое действие могло бы причинить много трудностей нашим правительствам, поскольку французы могут решить, что их зона вообще исключается из Германии и отдана в их распоряжение.
Генерал Клей согласился со мной в том, что могут быть некоторые трудности, но отметил наряду с этим тот факт, что сотрудничество между тремя державами в Германии, возможно, принесет большую пользу и благоприятно повлияет на мировое общественное мнение. Он убежден, что позиция Франции будет в свете этого настолько неблаговидной, что ей рано или поздно придется присоединиться к общему решению. Однако он был бы со своей стороны согласен и считал бы очень важным, если бы подобная администрация была создана даже только в двух — американской и советской зонах. Это значило бы, что США не идут ни на какие проекты «западных блоков» и что сотрудничество между нашими двумя странами может быть плодотворным.
Я сказал генералу, что я еще раз подумаю над этим вопросом, посоветуюсь с руководством и затем сообщу ему свою точку зрения.
В ходе дальнейшей беседы генерал Клей указал, что у него есть один не совсем приятный для него вопрос, касающийся управления Берлином. Он полагал, что город будет управляться на единых началах, согласно единых решений комендатуры. Однако, как оказалось, в советском секторе, как это было подтверждено на последнем заседании советским комендантом генералом Смирновым, была произведена дополнительная выдача угля населению, а также было роздано дополнительно продовольствие. Это его очень огорчает, потому что следует действовать одинаково во всех секторах Берлина. Ему не хотелось бы вступать в соревнование с нами в том, кто лучше снабдит немцев. А он будет вынужден сделать это, так как американская пресса и так уже подняла на щит этот вопрос.
Я напомнил генералу, что еще в самом начале прихода союзных войск в Берлин я ставил вопрос о снабжении углем Берлина в комендатуре, учитывая, что к зиме придется снабдить общественные здания, школы и наименее обеспеченные слои населения хотя бы небольшим количеством угля. Однако тогда англичане не согласились на такое снабжение Берлина, которое позволило бы производить это распределение угля населению. Американцы также не поддержали советского предложения. Теперь же мы распределили некоторое количество угля, главным образом школам, больницам и наименее обеспеченному в жилищном и материальном отношении населению в своем секторе, поскольку ранее согласия достигнуто в отношении всего города быть не могло. Я, однако, готов вновь поставить этот вопрос в комендатуре для того, чтобы достичь единого решения по этому вопросу.
Генерал Клей поблагодарил меня, сказав, что это его вполне удовлетворит.
Далее в беседе были затронуты вопросы установления летной трассы в Берлин, которая была согласована представителями авиационных отделов советской и американской сторон и которая будет согласована нами во время одной из ближайших встреч.
Были также затронуты вопросы поездки американских журналистов в советскую зону. Я попросил генерала Клея, если можно, прислать данные о том, куда примерно, на сколько времени, какие журналисты желают поехать.
Генерал Клей сказал, что он пришлет эти данные и отметил, что он желал бы, чтобы советские журналисты также посетили зону оккупации США».
Беседу записала тов. Вольфина
ЦАМО РФ Ф. 233. Оп. 2380. Д. 44. Л. 158–163. Подлинник.
№ 281. Докладная записка заместителя начальника бюро информации Советской военной администрации в Германии Главнокомандующему Советскими оккупационными войсками о сложностях и недостатках в подготовке и проведении Нюрнбергского процесса над главными фашистскими военными преступниками
16 ноября 1945 г.
12 ноября я вместе с военным корреспондентом ТАСС майором Капланским и военным корреспондентом газеты «Известия» майором Тараданкиным выехал в Нюрнберг для проверки организации связи с Берлином и Москвой во время предстоящего Нюрнбергского процесса над главными немецкими военными преступниками, а также для проверки подготовки к приему советских корреспондентов.
В американской зоне оккупации Германии мы были встречены американскими [453] властями любезно, однако сдержанно. Повсюду нам представлялись услуги, в которых мы нуждались (бензин, помещение для ночлега, питание и т. д.), однако американцы внимательно присматривались к тому, чтобы мы не отлучались куда-либо.
Нюрнбергский процесс будет проходить в здании областного суда (Ландесгерихтскоф), которое называют Дворцом юстиции. Здание было отремонтировано и освобождено от обломков военнопленными эсэсовцами после разрушений, произведенных бомбой.
Уже сейчас американская делегация Международного военного трибунала имеет в этом здании штат в 450 человек. Американцы собрали здесь огромную библиотеку по вопросам германского законодательства во время гитлеровского режима, а также английского, американского и французского законодательств. Американцы жаловались на то, что у них нет ни одной книги по советскому законодательству, в частности, на английском языке.
В свое время американцы захватили три немецких архива: архив штаба германского верховного командования, личный архив Розенберга и архив германского министерства иностранных дел. Документы этих архивов явились основной базой для проведения следствия по делу главных военных преступников. Эти документы разложены по разделам обвинительного заключения, систематизируются, большинство их сфотографировано, на них составляют краткие аннотации, картотека которых позволяет легко и быстро обнаружить документы по интересующему следователя или обвинителя вопросу. Естественно, что эти документы являются секретными и будут обнародованы лишь во время судебного разбирательства.
Среди этих документов имеются чрезвычайно важные документы, характеризующие закулисную сторону подготовки Германии к нападению на Советский Союз. Особенно необходимо упомянуть о так называемом «плане Барбаросса» (или директиве № 21 от 18.12.40 г.), содержащем стратегические установки плана нападения на Советский Союз. Этот план был выработан по личному указанию Гитлера оперативным отделом германского генерального штаба. Его разработал генерал-майор Варлимонт, бывший начальник оперативного отдела генерального штаба. Первоначально план нападения на Советский Союз носил гриф «план Фриц», а затем этот гриф был изменен и получил название «план Барбаросса». Генерал Варлимонт объясняет это изменение тем, что слоги «росса» созвучны слогам «роте» (красный по-немецки), благодаря чему термин является символичным, а, во-вторых, тем, что император Барбаросса был, как Варлимонт выразил [ся] на допросе, героем германской истории.
Большой интерес представляют личные записи Розенберга, записи Мартина Бормана. В одной из этих записей говорится об установке Гитлера, данной на совещании руководителей гитлеровской Германии в 1941 году, — разрушить Москву и Ленинград и не принимать капитуляции даже в том случае, если она будет предложена. В этой директиве говорится также о том, что необходимо окружить Ленинград и Москву, оставив узкий проход русским для эвакуации части населения. Вообще же города Ленинград и Москву необходимо стереть с лица земли, население этих городов полностью истребить, а территорию Ленинграда и прилегающие земли отдать финнам, которые претендуют на них.
Имеются документы, свидетельствующие о том, что уже в 1940 году между Германией, Финляндией и Румынией были заключены соглашения, предусматривающие их совместное с Германией военное выступление против Советского Союза.
В архиве штаба ОКБ имеются документы, характеризующие ту, давно ставшую для нас известной истину, что само верховное германское командование, в частности Гитлер и Кейтель, давали установку на истребление мирного советского населения. В своем выступлении на одном из совещаний Гитлер заявил, что объявление русскими партизанской войны имеет для немцев то преимущество, что предоставляет возможность расстреливать всякого лишь по одному подозрению в антинемецкой деятельности. В одном из документов (запись Бормана) рассказывается о совещании у Гитлера, на котором Геринг поднял вопрос о личной охране Гитлера и других руководителей гитлеровской Германии. Геринг предложил для этой цели использовать танковые части и одновременно заявил: «Со своей стороны я считаю необходимым расстреливать всякого, кто бросит хотя бы косой взгляд в нашу сторону».
Имеются материалы следствия, свидетельствующие о том, что Гитлер дал установку отторгнуть от Советского Союза территорию по линии: западное побережье Каспийского моря — Астрахань, далее по восточному берегу Волги до ее верховья и севернее до Архангельска.
Не подлежит сомнению, что когда эти документы будут опубликованы, они произведут огромное впечатление на мировое общественное мнение.
Американская делегация Международного военного трибунала дает возможность следственной части советской делегации знакомиться с этими документами путем предоставления фотокопий подлинников. До сего времени советские следователи сумели познакомиться лишь с 3000 из всей массы этих документов.
Еще до прибытия в Нюрнберг советской делегации американцы, англичане и французы договорились о том, что предварительное следствие (допрос обвиняемых и основных свидетелей) будут вести только американцы, а остальные делегации будут задавать подсудимым вопросы в письменном виде через американских следователей. Советской делегации все же удалось добиться разрешения на проведение самостоятельных допросов обвиняемых и свидетелей, однако при этих допросах всегда молчаливо присутствует американский наблюдатель со своей стенографисткой, которая полностью записывает как вопросы, так и ответы. Правда, американцы, в свою очередь, передают нашей делегации копии стенограмм допросов, производимых их следователями. Изучение этих стенограмм позволило нашим специалистам сделать вывод, что американские следователи ведут допросы поверхностно, расплывчато, разбросанно. Лишь в самое последнее время следственный аппарат американцев разбит по отделам, соответствующим разделам обвинительного заключения. Кроме того, у них организован так называемый «отдел возражений защите», основная роль которого помогать обвинению во время судебного процесса.
Американцы уже допросили всех главных обвинителей и большинство свидетелей, которых у них насчитывается около 200, в том числе несколько фельдмаршалов, генералов и других крупных нацистов, которые сами должны будут затем предстать перед Международным военным трибуналом. В настоящее время допросы ведут советские следственные власти. Французы и англичане допросов не ведут вообще, поскольку их система судебного законодательства предполагает проведение допросов лишь во время самого судебного процесса.
Большинство обвиняемых не признает себя виновными в основных обвинениях, инкриминируемых им. В частности, отрицают какое-либо участие в составлении директив, рекомендующих применение зверских и бесчеловечных методов обращения с населением. Но это в большинстве случаев продолжается до тех пор, пока им не предъявляются фотокопии документов с их собственными подписями или визами на них. Тогда они вынуждены сознаваться, но, однако, и после этого стараются свалить все на дисциплину и на то, что они должны были выполнять установки Гитлера.
Что касается поведения обвиняемых при допросах их советскими следственными властями, то обвиняемые усиленно выпячивают мысль, заимствованную из арсенала геббельсовской пропаганды, что война Германии против Советского Союза была превентивной войной. Такую мысль проводили, в частности, при допросах свидетели — генерал-фельдмаршал Браухич, генерал Варлимонт. Они, не высказывая собственного мнения, ссылались на заявление Гитлера о том, что, во-первых, Советский Союз сконцентрировал крупные войска на своих западных границах и, во-вторых, на то, что во время переговоров Молотова в Берлине Советский Союз заявил о своих претензиях на Дарданеллы, Балканы и т. д. Генерал-фельдмаршал Браухич заявил, что он был против нападения на Советский Союз, так как считал военное выступление против России роковой ошибкой для Германии, поскольку Россия являлась самой сильной военной державой в Европе. Вместе с тем он упоминает, что был гостем Красной Армии в 1931 году. Вообще же генерал-фельдмаршал Браухич ссылается на то, что он не был информирован по политическим вопросам, поскольку сотрудникам министерства иностранных дел строжайшим образом запрещалось давать какие-либо сведения даже руководителям армии, флота и авиации.
Судя по материалам допросов, можно заключить, что американские и английские судебные власти охотно и беспрепятственно допустят многословные выступления обвиняемых на тему о превентивной войне с тем, чтобы скомпрометировать в глазах мирового общественного мнения внешнюю политику Советского Союза как перед войной, так и в настоящее время, поскольку такого рода высказывания дадут возможность английской и американской пропаганде провести аналогию между так называемыми претензиями Советского Союза во время переговоров Молотова в Берлине и теперешними требованиями Советского Союза во время Лондонской конференции министров иностранных дел.
Уже подобрано 26 защитников для обвиняемых. В числе защитников имеются 4 фашиста. Интересы Крупна представляет давнишний юрист фирмы Крупна д-р Балла. Он обладает ораторскими способностями и его выступление в пользу старого Крупна на открытом заседании трибунала 14 ноября, на котором мы присутствовали, произвело, видимо, на английских судебных казуистов сильное впечатление.
Необходимо сделать два главных вывода на основании тех наблюдений, которые мы сделали во время поездки:
1. Главные военные преступники и их защита, возможно, при попустительстве со стороны американских и особенно английских судебных властей попытаются осуществить из зала суда пропагандистскую кампанию по поводу агрессивности Советского Союза и его внешней политики перед войной с тем, чтобы обосновать ту мысль, что война Германии против Советского Союза была превентивной войной.
Обвиняемые и их защита будут также, по-видимому, ссылаться на какие-то «факты», о которых говорил в одной из своих речей, упоминавшейся в записях и протоколах допросов, Гитлер, оправдывавший фашистские зверства над советскими военнопленными и мирными жителями тем, что в Советском Союзе с германскими военнопленными обращались якобы таким же образом.
Мы должны быть готовыми дать отпор этой пропагандистской кампании.
2. Так же как и на Бельзенском процессе в Люнебурге, англичане в целях создания ореола вокруг так называемого беспристрастного английского правосудия и защиты интересов крупных германских промышленников Рурской и Рейнско-Вестфальской областей попытаются создать всевозможные проволочки на пути ускоренного и справедливого правосудия. По сведениям наших судебных властей, американцы и отчасти французы придерживаются здесь несколько иных установок, и это обнаружила первая речь главного американского обвинителя Джексона, выступавшего по делу о замене в списке обвиняемых 70-летнего Густава Крупна, разбитого параличом, Альфредом Крупном. В то время как американские и французские представители обвинения, выступая по этому делу, усиленно подчеркивали преступления Германии против человечества и мира, главный английский обвинитель лорд Шоу-кросс выступил против внесения Альфреда Крупна (сына Крупна) в список обвиняемых, сославшись при этом на формальную сторону английского законодательства. Из-за английских возражений трибунал не решил этого вопроса (хотя три стороны — советская, американская и французская — единодушно высказались в пользу включения Альфреда Крупна в список обвиняемых) и тем самым не решил вопрос о сроках открытия процесса.
Перевод на русский язык организован весьма плохо. Советских переводчиков чрезвычайно мало, и не все они достаточно квалифицированные. Несколько переводчиков на русский язык предоставили американцы, но они также малоквалифицированны. В частности, перевод на русский язык в зале заседания трибунала поставлен весьма неряшливо, и так как на этом переводе работают и наши судьи, и наши обвинители, и их аппарат — дело страдает вследствие упрощения переводчиками текстов речей.
Для журналистов отведен огромный замок германского карандашного фабриканта Фабера, в котором для них устроены читальня, библиотека, столовая, бар, рабочая комната, частично спальные помещения и т. д. Для жилья представителей советской прессы отведен специальный дом, но он окончательно еще не освобожден от жильцов. Однако начальник дома прессы американский подполковник Мадэри заверил нас, что дом для советских журналистов будет полностью готов в течение ближайших 2–3 дней. Советскому Союзу отведено в зале суда 35 мест и 60 мест в квартирах. На процесс съедутся около 250 журналистов из 31 страны, в том числе самые знаменитые журналисты Америки и Англии.
Устраивая дом для журналистов, американские власти завезли туда оборудование и питание почти из всех главных стран Европы. Подполковник Мадэри говорил нам, что у них имеется все для того, чтобы создать журналистам работоспособную, рабочую обстановку, и что каждая страна, заинтересованная в процессе над германскими военными преступниками, сделала свой вклад в оборудование этого дома. Американцы выражают недоумение по поводу того, что советские власти не оказали никакой помощи и не проявили инициативы в организации этого дела. Так, например, в доме прессы нет русских газет, журналов, книг, альбомов, кинофильмов, не выступают русские актеры и т. д.
Считаем необходимым срочно принять следующие меры:
1. Поскольку американцы представляют в распоряжение наших судебных властей огромное количество документов из вышеназванных архивов, необходимо срочно организовать их перевод и перепечатку на русском языке, т. к. подлинники должны быть возвращены американцам. Эта работа уже проводится, однако лишь небольшая часть из 3000 документов, предоставленных американцами в распоряжение наших следственных властей, перепечатана на русском языке. Так как эти документы имеют огромное историческое значение и их перевод и перепечатка чрезвычайно важны в интересах нашей Родины, считаем необходимым спешно организовать фотографирование этих документов, а также перевод и перепечатку на русском языке.
2. Необходимо срочно перебросить в Нюрнберг группу высококвалифицированных переводчиков с французского, английского и немецкого языков.
3. Предоставлять в распоряжение дома прессы ежедневно московские газеты, а также переслать туда журналы, книги, альбомы, хроникальные и художественные кинофильмы. Послать на время процесса группу квалифицированных советских актеров. В ответ на просьбу подполковника Мадэри предоставить в распоряжение американских властей несколько ящиков водки, икру и т. д.
Заместитель начальника бюро информации СВА и руководитель группы корреспондентов ТАСС на Нюрнбергском процессе
Г. Беспалов № 282. Донесение уполномоченного Совета Народных Комиссаров СССР по делам репатриации Начальнику ГШ КА о ходе репатриации граждан СССР и других государств
№ 007225 30 ноября 1945 г.
I. Данные о результатах учета и репатриации граждан СССР
II. Данные о количестве освобожденных Красной Армией и отправленных союзных и иностранных военнопленных и граждан:
III. Факты по ходу репатриации за рубежом [458]
На 1 декабря с. г. от союзного командования принято через линию войск 2 032 368 советских граждан, передано 948 635 граждан союзных государств и, кроме того, прошло транзитом через приемо-передаточные пункты групп войск из зон союзного командования к себе на родину: поляков — 225108 чел., австрийцев — 25884 чел. и венгров — 35501 чел., всего — 286 493 человека.
Уполномоченный СНК СССР по делам репатриации
генерал-полковник Голиков
ЦАМО РФ. Ф. 40. Оп. 11549. Д. 265. Л. 325–326. Подлинник.
Содержание главы
№ 283. Из краткой сводки обобщенного боевого опыта оперативного отдела штаба 8-й гвардейской армии о боевых действиях армии в берлинской операции. 10 мая 1945 г.
№ 284. Из краткой сводки обобщенного боевого опыта оперативного отдела 3-й ударной армии о боевых действиях армии в берлинской операции. 15 мая 1945 г.
№ 285. Сводка обобщенного опыта боевых действий оперативного отдела штаба 2-й гвардейской танковой армии о боевых действиях армии в берлинской операции. 15 мая 1945 г.
№ 286. Из сводки обобщенного боевого опыта 8-й гвардейской армии. применение огнеметно-зажигательных средств при штурме Берлина. 19 мая 1945 г.
№ 287. Из краткой сводки обобщенного боевого опыта оперативного отдела штаба 5-й ударной армии о боевых действиях армии в берлинской операции. 25 мая 1945 г.
Ниже приводятся документы, в которых в обобщенном виде излагается опыт ведения боевых действий на берлинском направлении. Все материалы были подготовлены в мае 1945 г., как говорится, по горячим следам недавних событий, чем в определенной мере и обусловливается интерес к ним и их значимость. Ознакомившись с документами, читатель в значительной степени расширит свои представления о динамике сражения за столицу германского рейха, получит дополнительные сведения о боевой деятельности 3-й и 5-й ударных, 8-й гвардейской и 2-й гвардейской танковой армий на завершающем этапе войны в Европе. Здесь же приводятся и малоизвестные данные о применении огнеметно-зажигательных средств при штурме Берлина.
Документы во многом дополняют содержание II и III разделов сборника.
№ 283. Из краткой сводки обобщенного боевого опыта оперативного отдела штаба 8-й гвардейской армии о боевых действиях армии в берлинской операции
10 мая 1945 г.
I. Введение
Боевые действия войск армии в апреле месяце характеризуются проведенной наступательной операцией с решительными целями с задачей овладеть городом Берлин.
16 апреля, после 25-минутной артиллерийской подготовки, войска армии перешли в наступление с занимаемого плацдарма на зап. берегу р. Одер, прорвали заранее подготовленную глубоко эшелонированную оборону противника на подступах к Берлину, преодолели сильное огневое сопротивление и в ходе боя непрерывно отражали контратаки пехоты и танков противника, овладели укрепленными Зееловскими высотами в ближайшей глубине обороны противника, рядом укрепленных населенных пунктов на подступах к городу и большой сетью приспособленных к обороне пригородов, форсировали ряд водных преград (реки, каналы, озера), ворвались в город Берлин и во взаимодействии с соседями, ведя упорные уличные бои, разгромили берлинскую группировку противника и 2 мая полностью овладели городом Берлин, успешно завершив операцию.
II. Противник
К широкому ведению инженерных работ по созданию оборонительных рубежей зап. р. Одер и лихорадочной подготовке Берлина к обороне [462] немецкое командование приступило в конце января — начале февраля 1945 г. — с выходом наших войск к р. Одер.
Для создания и совершенствования оборонительных сооружений были привлечены пехотные части, а также большое количество саперных и строительных частей РГК, кроме того, было почти поголовно мобилизовано гражданское население, а также стянуты из большинства областей государства строительные части организации ТОДТ.
В результате проведенных работ противник к началу нашего наступления на подступах к Берлину создал ряд мощных оборонительных рубежей:
1. Главная оборонительная полоса с первой линией обороны (передний край), проходящей 7–8 км вост. Зееловских высот, и вторым, основным, оборонительным рубежом, состоящим из 2–3 линий траншей, прикрытых на всем своем протяжении проволочно-минными заграждениями — по Зееловским высотам.
2. Промежуточные рубежи:
а) по р. Флисс — состоящий из одной-двух линий траншей с оборудованными стрелковыми ячейками и пулеметными площадками;
б) западнее Мюнхеберг — имеющий одну, местами две линии траншей, прикрытые на всем своем протяжении противотанковым рвом;
в) по системе озер юго-зап. Штраусберг — выгодный естественный рубеж обороны, который опирался на внешний обвод Берлинского укрепрайона;
г) все населенные пункты на подступах к Берлину были подготовлены к круговой обороне. Все шоссейные дороги, ведущие к городу с востока и юго-востока, были перегорожены противотанковыми препятствиями, представлявшими собой заборы из бревен высотой до 3 м и толщиной до 4 м с амбразурами для ведения огня.
Для строительства оборонительных сооружений в Берлине и на ближних подступах к городу было мобилизовано все трудоспособное гражданское население, подразделения фольксштурма, организация ТОДТ, а также многочисленные специальные и запасные части Берлинского военного округа.
Характеристика оборонительных сооружений Берлина
Город Берлин был подготовлен к круговой обороне, имеющей:
а) внешний обвод — по линии автострады, проходящей вокруг города;
б) внутренний обвод — с востока по р. Шпрее, с юго-востока и юга — по Тельтов-каналу;
в) в центре города — ядро обороны — район правительственных учреждений, вокруг которого была сооружена система мощных ДОТов, имевших между собою огневую связь.
Внешний обвод, проходящий в 15–18 км от центра города, состоял из системы опорных пунктов, расположенных в шахматном порядке и имевших между собою огневую связь; естественных препятствий — озера, реки, пруды, густые перелески, которыми изобилуют окрестности Берлина.
Между внешним и внутренним обводами обороны города все его пригороды и дачные поселки были превращены в опорные пункты, изобилующие противотанковыми препятствиями из камня и металлических балок, связанными между собою стрелковыми ячейками.
Внутренний обвод, опирающийся на естественные препятствия — с востока р. Шпрее, с юго-востока и юга — Тельтов-канал, представлял собою систему опорных пунктов, расположенных в каменных зданиях и развалинах по набережным, большинство мостов через указанные водные рубежи были подорваны.
Большая часть городских строений была приспособлена к обороне с учетом кругового обстрела. Окна полуподвальных помещений и первых этажей заложены мешками с песком, с оставлением в них бойниц для стрельбы и наблюдения. В помещениях верхних этажей располагались пулеметы, автоматчики и группы, вооруженные фаустпатронами. За углами домов сооружены окопы для противотанковых орудий и минометов. Большинство улиц были [463] забаррикадированы металлическими балками, кирпичом и средствами городского транспорта.
Ядром обороны города являлся центр города — район правительственных учреждений в границах: с востока — р. Шпрее, далее Шредердамм, Кестердамм, Хофмандамм, Куртдамм, Ландвер-канал, восточная часть Тиргартена.
Все здания в указанных районах были превращены в опорные пункты, насыщенные тяжелым оружием и реактивными противотанковыми средствами, а в качестве артиллерии на прямой наводке были поставлены все имевшиеся в указанном районе средства зенитного прикрытия.
Большинство мостов через Ландвер-канал были взорваны, а оставшиеся были забаррикадированы железо-бетонными балками и кирпичными блоками от разрушенных зданий.
Количество опорных пунктов и огневых средств внутри указанного кольца возрастало по мере подхода к правительственным кварталам, а по Херманге-рингштрассе от Фоссштрассе до Унтер-ден-Линден действовала сплошная линия ДОТов; на кровле имперской канцелярии было установлено большое количество тяжелых пулеметов.
Выводы:
Противник, используя выгодную для обороны местность и густую сеть населенных пунктов, водные преграды на подступах к городу Берлин, приспособленные к обороне, оказывал упорное сопротивление наступающим частям армии. На первом этапе операции особую активность проявляла многочисленная артиллерия и неоднократные контратаки пехоты и танков противника с целью воспрепятствовать прорыву его обороны и задержать наступление наших войск, при этом новых приемов и методов ведения оборонительного боя противник не применял.
В Берлине противник стремился, главным образом, организованным огнем из опорных пунктов в приспособленных для этой цели различных городских сооружениях не допустить вклинения наших штурмовых групп в глубину его узлов сопротивления, используя для этой цели не только огонь пехотного оружия, но и всю наличную артиллерию, фаустпатроны, танки и самоходные орудия, главным образом из засад. В целом оборона города не отличалась от известных уже форм и методов обороны противником городов.
Противник не смог выдержать последовательные сильные удары наступающих войск, был полностью разгромлен, а часть гарнизона, оставшаяся в живых, во главе с начальником обороны города капитулировала.
III. Свои войска
За два дня до начала Берлинской операции с целью уточнения системы огня, характера обороны и истинного начертания переднего края главной полосы обороны противника была проведена разведка боем силами двух стрелковых батальонов и двух штрафных рот на различных участках прорыва.
Каждый стрелковый батальон был усилен батареей СУ-76, батареей СУ-152, ротой саперов и поддерживались одним минометным полком, арт. полком дивизии, от которого действовали (без гаубичных батарей), всеми минометами дивизии, 76 и 45-мм орудиями, стоявшими на прямой наводке на рубеже атаки батальонов, и одним дивизионным залпом РС.
Штрафные роты, действовавшие на флангах, были усилены (каждая) батареей СУ-76, взводом саперов и поддерживались одним минометным полком, арт. полком дивизии, на участке которого действовали (без гаубичных батарей), всеми минометами дивизии, 45 и 76-мм орудиями, стоявшими на прямой наводке, и дивизионным залпом РС.
Подразделения, проводившие разведку боем, проходили специальную тренировку, причем для этой цели штрафные роты были выведены на восточный берег р. Одер.
Атаке предшествовал 10-минутный огневой налет, причем в начале огневого налета было произведено по одному дивизионному залпу РС, М-13 (на батальон, штрафную роту), а сопровождение атаки — одинарным огневым валом 82-мм минометов, в период атаки арм. арт. подгруппы вели борьбу с активно действующими батареями противника.
Общее руководство действиями батальонов осуществляли командиры корпусов, а командиры всех степеней со своих НП наблюдали за ходом боя и действиями противника, уточняя систему его обороны.
В результате хорошо спланированной, подготовленной и проведенной разведки задача была выполнена, что способствовало выявлению системы обороны противника, а захватом первой линии траншей и опорных пунктов на переднем крае были улучшены исходные позиции для предстоящего прорыва.
Прорыв
Оборона противника в Берлинской операции была прорвана силами пяти стрелковых дивизий, действовавших в первом эшелоне, усиленных 13 самоходными и танковыми полками (240 бронеединиц) при ширине фронта прорыва 7 км, при средней плотности 265 стволов артиллерии и минометов на 1 км фронта на всем участке прорыва.
Боевой порядок армии состоял из одного эшелона — все три корпуса в линию, в каждом стрелковом корпусе по две стрелковые дивизии в первом и по одной стрелковой дивизии во втором эшелоне. От каждой сд первого эшелона в первой линии наступало два стрелковых полка и во второй линии — один стрелковый полк. Полки первого эшелона имели боевой порядок в линию, а батальоны в три цепи.
Артиллерийское обеспечение прорыва проводилось собственными корпусными и приданными им артиллерийскими частями и армейской артиллерийской группой, из которой было создано три подгруппы по числу корпусов. На период арт. подготовки были привлечены артиллерийские части танковой армии. Всего в прорыве принимало участие 77 арт. полков.
Инженерное обеспечение операции осуществлялось, кроме штатных саперных подразделений — одной штурмовой инженерно-саперной бригадой, одной инженерно-саперной бригадой, двумя батальонами понтонно-мостовой бригады, одним полком танков-тральщиков.
С началом арт. подготовки в оперативное подчинение командарма поступил штурмовой авиационный корпус. Материальное обеспечение 2,5–3 б/к огнеприпасов.
Подготовительный период продолжался 8 суток. В этот период командиры всех степеней получили боевую задачу, произвели рекогносцировку полос прорыва, на местности увязали вопросы взаимодействия, произвели перегруппировку войск в соответствии с принятым боевым порядком.
Командиры корпусов получили задачу за 7 суток до начала прорыва, командиры дивизий — за 6 суток, командиры полков — за 4 суток, командиры батальонов — за 2 суток и командиры рот — за сутки.
В целях скрытности подготовки операции переписка была сведена до минимума и, как правило, постановка задач производилась устно, а с предстоящей операцией ознакомлен был узкий круг лиц в той мере, в какой это необходимо исполнителю.
В этот же период была произведена перегруппировка артиллерии и занятие ОП (основной массой), организована система ПВО боевых порядков, пристрелка, контроль пристрелки и подвоз боеприпасов.
Перегруппировка танковых частей и выход их на выжидательные позиции были закончены за три дня до прорыва, а занятие исходного положения для атаки танковыми и самоходными арт. полками в боевых порядках пехоты за час до прорыва.
Инженерное обеспечение операции осуществлялось разведкой минных полей и заграждений противника, проходимости местности в полосе наступления. Войска снимали свои минные поля на переднем крае и в глубине обороны, оснащали танки для преодоления препятствий в глубине обороны противника, улучшали дороги и содержали мосты, строили наблюдательные пункты, заготавливали и подвозили материалы для устройства мостов.
Особое внимание было уделено разведке обороны противника всеми родами войск, для чего были назначены во всех звеньях офицеры, велось круглосуточное наблюдение, ежедневно составлялись итоги наблюдения. Было произведено аэрофотографирование полосы наступления, изготовлены схемы-карты и снабжены ими войска.
Контроль подготовительных мероприятий осуществлялся непосредственно в войсках ответственными офицерами, принимавшими участие в планировании операции.
В период артиллерийской подготовки пехота, имея в первых цепях автоматные роты, усиленные самоходными установками и танками-тральщиками, и во вторых цепях — танками ИС, заняла исходное положение для атаки на удалении 150–200 м от объектов атаки, ведя огонь всеми видами пехотного оружия по первой траншее противника, усиливая его к окончанию арт. подготовки.
Артиллерийская подготовка началась в темное время и продолжалась 25 минут, из них 10 минут — огневой налет всей артиллерии с задачей подавить огневую систему противника и живую силу на первой позиции, арт. мин. батареи и штабы, 10 минут — методический огонь по объектам первого 10-минутного огневого налета и последние 5 минут — огневой налет с предельной плотностью по целям первого налета. Перед атакой были произведены бригадные залпы М-31 по наиболее сильным опорным пунктам и разрушение их орудиями БМ и ОМ.
В период арт. подготовки танки заняли исходное положение для атаки совместно с пехотой; полки СУ-76 — по одной батерее на стрелковый батальон первой цепи атакующей пехоты.
Инженерные войска в этот период продолжали делать проходы в минных полях и заграждениях противника, танки-тральщики заняли исходные позиции на линии первой цепи пехоты в готовности к атаке.
Управление осуществлялось с основных и дополнительных НП командиров соединений и частей, имея связь по телефону, телеграфу и радио.
В период атаки пехота первого эшелона, прижимаясь к огневому валу и используя ослепление противника прожекторами, совместно с самоходными орудиями и танками НПП успешно прорвала оборону противника и на второй день полностью овладела укрепленными Зееловскими высотами — наиболее сильным препятствием к развитию успеха, после чего последовательными ударами методически прогрызала глубоко эшелонированную оборону с большой сетью промежуточных укрепленных рубежей, узлов сопротивлений и опорных пунктов в приспособленных для этой цели населенных пунктах и на выгодных естественных рубежах.
Поддержка атаки пехоты проводилась двойным огневым валом на глубину до двух километров и одинарным огневым валом — до 3,5–4 км.
М-13, М-31 сопровождали пехоту батарейными залпами через 2–4 минуты на всю глубину огневого вала. Артиллерия ДД вела борьбу с арт. мин. батареями противника. Минометные полки и минометы стрелковых дивизий, действовавшие в огневом вале, по его окончанию двигались за пехотой, поддерживая ее наступление с ближних ОП.
Полки СУ-76 двигались совместно с первой цепью пехоты с включенными фарами.
Бои за Берлин
Из опыта боев за крупные города Германии, проведенные войсками армии, в том числе из опыта боя за город Берлин, можно сделать следующие выводы:
1. Особенности организации наступления.
а) Исходя из характеристики построения обороны противника в городах и тактики ведения им оборонительного боя, складывается и тактика наступающего, которая обычно состоит из двух отличающихся друг от друга этапов — боя на подступах к городу, когда наступающий должен стремиться окружить город и преодолеть внешний оборонительный рубеж, с целью нарушить целостность обороны на важнейшем участке системы обороны противника, и боя в черте города, когда борьба идет за полное уничтожение и пленение гарнизона противника и завершается захватом города. В обоих случаях методы и приемы ведения боя будут отличаться друг от друга.
б) Бои на внешнем обводе. Еще не завершив полное или частичное окружение города, необходимо установить всеми видами разведки наиболее слабо укрепленные места в системе как внешнего обвода, так и внутри города. Это достигается прежде всего путем опроса жителей, особенно принимавших участие в оборонительных работах, пленных офицеров и солдат постоянного гарнизона города.
Наряду с этим способом следует широко применять изучение характера прилегающей местности и укреплений методом командирского наблюдения, войсковой и авиационной разведкой, изучением карт, производством аэрофотоснимков и изучением подробного плана города масштаба не менее 1:1000, а также ознакомиться с военно-географическим описанием.
в) Планирование и подготовка прорыва внешнего обвода, состоящего иногда из нескольких рубежей, посколько они представляют собой обычные укрепления, ведутся на общих основаниях прорыва сильно укрепленных оборонительных полос, однако, наличие опорных пунктов и узлов сопротивления в системе внешнего обвода требует выделения штурмовых отрядов — обычно усиленный стр. батальон для брокировки и захвата отдельных опорных пунктов и узлов сопротивления, являющихся ключевыми позициями на участках наступления при прорыве внешнего обвода.
г) Организация прорыва предусматривает стремительный удар по сходящимся направлениям с целью: расчленением противника, нарушением системы огня и глубоким вклинением разрезать противника на части, изолировать гарнизон, затруднить их маневр живой силой и техникой и уничтожить по частям.
д) Во всех случаях следует стремиться прорвать внешний обвод с ходу, для чего еще на дальних подступах разведка должна выявить характер оборонительного рубежа на внешнем обводе, и раньше всего характер инженерных препятствий на подступах к обводу, особенно противотанковых, принять меры к обезвреживанию их с тем, чтобы не задерживать продвижение танков, вслед за которыми на машинах следует выбрасывать пехоту и противотанковые артиллерийские средства.
е) Штурм города. Подготовка к штурму города требует много времени, поэтому она начинается заблаговременно, обычно вместе с подготовкой разгрома войск противника, оборонявшегося на подступах к городу (внешний обвод). Нужно иметь в виду, что в городе оборона восстанавливается быстрее, чем полевая оборона и поэтому всякое промедление приносит лишь вред наступающему. Поэтому начавшееся на подступах к городу наступление должно продолжаться непрерывно и перерасти в штурм города. Во всех случаях следует нацелить вторые эшелоны на ввод их в бой вслед за прорывом внешнего обвода. Практика показала, что на внешнем обводе в силу упорного сопротивления противника и мощных укреплений бои могут принять затяжной характер, что неизбежно повлечет потери и утомление частей, ведущих бой. Поэтому опыт показывает, что в этих условиях лучше сделать небольшую передышку и подготовить войска к решительному штурму, подтянуть огневые средства и боеприпасы и заново организовать взаимодействие родов войск.
ж) Наступление внутри города носит характер методического, последовательного уничтожения вражеских опорных пунктов и тщательного прочесывания всех домов и построек.
Но наряду с этим и в черте города следует стремиться глубоким вклинением изолировать отдельные районы и узлы сопротивления и уничтожить его гарнизон по частям.
з) Постановка задач наступающим соединениям и частям несколько отличается от обычной. При штурме города стрелковым корпусам нарезаются полосы, дивизиям — район города, полку — участок (несколько кварталов), а иногда полк получит один квартал (если он большой, особенно в заводском районе), стрелковый батальон — отдельный квартал, а в большом квартале — группу домов, расположенных вдоль одной улицы, а в отдельных случаях и одну улицу на всю ее длину (сквозняком), стрелковым ротам (штурмовым группам) указывается объект атаки — отдельные дома.
и) Бой внутри города проходит в условиях одновременной борьбы с рядом самых разнообразных по величине и силе опорных пунктов противника при отсутствии сплошного фронта, когда применение огня и маневра чрезвычайно стеснено близстоящими зданиями и всевозможными заграждениями, под влиянием чего бой в городе распадается на ряд частных боев по овладению отдельными домами, исход которого зачастую решают самостоятельные и инициативные действия небольших подразделений. От их подготовки и умения вести бой в условиях города во многом зависит успех всей операции по овладению городом.
к) Опыт боев показал, что обычные методы наступления, применяемые в полевых условиях, при бое в городе успеха не дают. Сильные укрепления противника, большая плотность его огня, необходимость ведения боя на самых близких дистанциях требуют применения других методов ведения боя.
Наступающая в городе пехота сама не в силах преодолеть многочисленные препятствия, у нее не хватает своих средств для подавления большого количества неприятельских огневых точек, укрытых за толстыми стенами. Огонь же артиллерии, ведущийся с закрытых позиций для поддержки пехоты в городе, мало эффективен, так как его трудно сосредоточить по небольшому объекту без риска поразить свои находящиеся поблизости войска, а кроме того, разрушительной силы артиллерийских снарядов не всегда бывает достаточно, чтобы подавить огневые точки, расположенные в крепких зданиях. Поэтому чтобы придать пехоте необходимую пробивную силу, ее приходится насыщать большим количеством артиллерии всех калибров, как правило, на прямой наводке, а для преодоления заграждений и минных полей, для пробивания ей пути сквозь стены, для выжигания врага придавать саперные и химические подразделения.
Таким образом, первый эшелон наступающих в городе подразделений и чартей состоит из отдельных штурмовых отрядов и групп, в состав которых входят все рода войск. Эти штурмовые отряды и группы представляют собой главное звено городского боя, а сам бой — непрерывный штурм, в итоге которого постепенно отвоевываются у противника отдельные здания, кварталы, ликвидируются огневые точки, опорные пункты и узлы сопротивления.
Штурмовые отряды и группы глубокими клиньями рассекают опорные пункты и УС, изолируют их и после блокировки уничтожают. Они просачиваются в глубину кварталов, в здания, не занятые противником, используя слабо прикрытые огнем подступы (парки, сады, переулки), своим огнем нарушают связь и управление и целость обороны квартала. Их методы и приемы ведения боя самые разнообразные и, пожалуй, как ни в одном бою, сообразуются с конкретной обстановкой.
л) Состав штурмовых отрядов (групп). Состав штурмовых отрядов и групп — величина не постоянная и зависит от характера атакуемого объекта, силы и сопротивления противника, значения объекта атаки, а тактика действий вытекает, как правило, из конкретной обстановки, отсюда, зачастую, первоначальный план боя уточняется и корректируется в ходе боя, а гибкость управления имеет первостепенное значение.
Усиленный стрелковый батальон в городском бою составляет штурмовой отряд, его примерный состав будет — батальон пехоты, саперная рота, взвод — рота автоматчиков, рота танков (или батарея СУ), один-два взвода ДШК. Рота 82-мм минометов, батарея 120-мм минометов, взвод 45-мм
орудий, взвод 76-мм орудий ПА, 1–2 батареи 76-мм орудий ДА, батарея 122-мм гаубиц. При необходимости отряду придается батарея 152-мм или 203-мм орудий и 160-мм минометов.
Штурмовые отряды используются при борьбе за крупные объекты, заводы, форты или очень большие здания, а также в том случае, когда стрелковому батальону ставится задача сквозного наступления вдоль улицы.
При сквозном наступлении штурмового отряда вдоль улицы штурмовые группы вводятся поэшелонно. Штурмовые группы второго эшелона развивают успех, достигнутый штурмовыми группами первого эшелона, или обеспечивают их продвижение своими действиями на флангах.
В целях непрерывности штурма не следует ночью прекращать боевые действия, для чего часть сил штурмового отряда (одна-две штурмовые группы) в течение дня отдыхают и вводятся в бой с наступлением темноты, тем самым постоянно держат противника в напряжении, не дают ему отдохнуть и совершенствовать свою оборону.
Основой штурма города является штурмовая группа. Каждая штурмовая группа имеет свою частную задачу — она своими средствами способна разрушить здание, поджечь его, взорвать, уничтожить живую силу внутри здания, захватив объект, и закрепить его за собой. От успешных действий штурмовых групп зависит выполнение задачи части и соединения.
Состав штурмовой группы можно рекомендовать следующий: взвод или рота пехоты, 1–2 отделения станковых пулеметов, 1–2 пулемета ДШК, 1–2 отделения саперов, 3–8 ранцевых огнеметов, 2–3 химика со средствами задымления и зажигания, отделение ПТР, 3–4 орудия разных калибров (45-мм, 76-мм, 122-мм, а в некоторых случаях и 152-мм), 2–3 танка или самоходных орудия.
Из своего состава штурмовая группа выделяет: 1) два штурмующих отделения — они представляют основу всей штурмовой группы, они первыми врываются в здание с разных точек исходного положения, ведут бой внутри объекта, истребляют противника, они проходят все здание, каждое по отведенному ему участку, их вооружение — автомат, ручная граната, термитная шашка; 2) отделение обеспечивающее (огневая группа) — задача отсечным огнем на флангах и в глубине окаймлять объект атаки, воспрещать огневое воздействие противника на наступающего, не допускать контратак противника и обеспечить огневое взаимодействие между штурмовыми группами, его вооружение — станковые пулеметы и пулеметы ДШК, ружья ПТР, снайперы, минометы и орудия; 3) резерв — используется для развития успеха там, где он наметился, или для усиления штурмующих отделений, для блокировки, для закрепления захваченных объектов, его вооружение аналогично штурмующим отделениям.
Весь личный состав штурмовой группы должен иметь большой запас гранат, в том числе дымовые, автоматы, ВВ, зажигательные снаряды, пули и трофейные гранатометы «фауст», для чего необходимо заблаговременно обучить личный состав умению пользоваться ими.
Организация взаимодействия. Сложный состав штурмовой группы порождает и сложность взаимодействия входящих в него пехоты, артиллерии, танков, саперов и других специалистов. Каждый из них, выполняя свою задачу, оказывает помощь остальным, но в основном все они работают на пехоту, которая одна способна ворваться в дом и в рукопашном бою истребить врага. Общая картина взаимодействия схематически может быть выражена в следующей последовательности.
Первой начинает бой приданная штурмовому отряду (группе) артиллерия, которая, выдвинувшись на открытые позиции, открывает огонь по амбразурам и окнам атакуемого здания, она же пробивает отверстия в стенах домов и в баррикадах для прохода пехоты. В это же время остающаяся в руках старшего начальника артиллерия вступает в единоборство с вражеской, которая препятствует подготовке штурма, а минометы своим навесным огнем обрушиваются на атакуемый объект сверху. Одновременно артиллерия ставит отсеченные огни на флангах атакуемого объекта и в глубине.
Под прикрытием артиллерийского огня танки подходят вплотную к объекту атаки и своим огнем поражают ожившие и вновь обнаруженные огневые точки или корпусом закрывают амбразуры вражеских пулеметов.
Вслед за ними пехота броском выдвигается к объекту атаки, гранатами и огнем автоматов забрасывает и обстреливает гарнизон объекта через окна, двери, амбразуры и через проломы в стенах врывается в опорный пункт, по сигналу пехоты артиллерия переносит огонь на окаймление объекта атаки, воспрещая возможность контратак противника.
Саперы уширяют проходы в стенах зданий, а очень часто упреждают пехоту и подрывом стен устраивают проходы для последней.
В случае упорного сопротивления противника в бой вступают огнеметчики, создавая огнеметанием очаги пожара, выкуривая гарнизон противника, обеспечивая пехоте проникновение в глубь обороны и окончательное уничтожение противника.
Непосредственно внутри дома особо четко должно быть налажено взаимодействие внутри штурмовой группы. В то время когда штурмующие отделения, проникнув в здание, должны стремиться броском выйти на противоположную часть и начать атаку следующих объектов, обеспечивающее отделение прочесывает объект от остатков противника, вслед за чем выдвигается за штурмовыми отделениями, а резерв окончательно очищает здание в готовности либо закрепить его в случае, когда установлено, что противник пытается контратаками восстановить утраченное положение, либо следует за штурмовой группой, содействуя ей в овладении следующими объектами.
Командир штурмовой группы — организатор и руководитель боя в населенном пункте, он осуществляет взаимодействие и конкретно руководит всеми родами войск, входящими в его группу, или общением с приданными и поддерживающими средствами, способствует слаженному действию всей группы. Гибкость его управления и разумное использование всех родов войск обеспечит быстрое выполнение заданий, с наименьшими потерями, ему не следует придерживаться первоначального плана, так как в ходе боя много неожиданностей, отсюда личное наблюдение за ходом боя подскажет ему наиболее правильное решение в интересах выполнения задачи. Командир штурмовой группы должен быть всегда готовым маневрировать своими средствами, широко применять маневр на обход атакуемого объекта и наносить удары во фланги и в тыл сопротивляющегося гарнизона.
Принимая решение на бой, командир штурмовой группы должен избегать принятия шаблонного решения на атаку. В каждом случае решение будет зависеть от характера объекта и организации его обороны, численности гарнизона и системы огня не только атакуемого объекта, но и соседних с ним.
Общие выводы
Для проведенной наступательной операции войск армии в апреле месяце наиболее характерным являются разнообразные формы и методы ведения боя, которые вытекали из характера театра боевых действий, на котором развернулась операция — открытая, на большом удалении просматриваемая противником, местность на исходном положении. Укрепленные высоты в ближайшей глубине, широкая сеть населенных пунктов, густота которых повышается по мере приближения к Берлину, и огромная сеть пригородов и окраин на подступах к нему.
Большое количество рек и каналов, лесные массивы и, наконец, сам город Берлин.
Это обстоятельство вызывало необходимость в ходе операции сочетать обычные формы и методы ведения боя в полевых условиях и боя в населенных пунктах, помимо этого неоднократное форсирование водных преград — все это обязывало особенно гибко планировать бой в ходе операции, организовывать взаимодействие и управление.
Бои завершились действиями методом штурмовых групп в самом городе Берлине. Таким образом, в проведенной операции войска армии применили все методы боевых действий, использовав при этом весь накопленный боевой опыт в минувших операциях.
Начальник оперативного отдела гвардии полковник Толконюк
Нач. отделения по использованию опыта войны гвардии подполковник Барановский
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 776. Л. 279. Подлинник.
№ 284. Из краткой сводки обобщенного боевого опыта оперативного отдела 3-й ударной армии о боевых действиях армии в берлинской операции
15 мая 1945 г.
I. Введение
Войска армии до 15 апреля находились в резерве фронта и вели усиленную подготовку к операции по прорыву обороны противника с плацдарма сев. Кюстрина на зап. берегу р. Одер.
Один корпус до 9 апреля занимал оборону по вост. берегу р. Одер юго-вост. и южн. Шведт.
С 16 по 30 апреля войска участвовали в Берлинской операции: 16 апреля прорвали сильно укрепленную полосу обороны противника на фронте Золиканте — отм. 8,7 (3 км юго-зап. Кинитц), 21 апреля ворвались на окраины Берлина, 30 числа достигли центра города и овладели рейхстагом, вынудив противника 2 мая сдаться.
II. Противник
В период боев в полевых условиях с 16 по 22.4.45 г., несмотря на большие потери, пехота противника, цепляясь за ранее подготовленные рубежи и приспособленные к обороне населенные пункты и узлы дорог, оказывала упорное сопротивление наступлению наших войск. При поддержке танков и СУ частные резервы противника переходили в контратаки с целью задержать продвижение наших частей, нанести им потери, выиграть время для организации системы огня. Пехота противника умело использовала пересеченную каналами и ручьями местность в пойме р. Одер. Особенно упорно оборонял противник высоты восточнее и сев. восточнее Кайлов; в течение 18 и 19 апреля на этом рубеже шли ожесточенные бои. Прикрыв густую сеть дорог большим количеством артиллерии, тяжелыми метательными аппаратами и зенитными орудиями, поставленными на прямую наводку, противник сильным огнем из всех видов оружия сковывал наши части и местами предпринимал контратаки, особенно на флангах.
Очередной рубеж противником был организован на фронте Претцель — Предиков, но ввиду больших потерь в живой силе немцы не могли его удержать, несмотря на подход резервов. Основные потери гитлеровцы несли от нашего артминогня.
В ночь на 20.4 противник вел сдерживающие бои в лесу Претцелер. Лесные дороги и просеки были прикрыты группами автоматчиков, орудиями прямой наводки, фаустниками. Противник отвел свои потрепанные подразделения на рубеж оз. Гроссер-Латт, Гильсдорф, где утром 21.4 оказал сопротивление нашим войскам. Следует отметить, что впервые противник в полевых условиях применил в широком масштабе группы пехоты, вооруженной панцерфаустами не только против наших танков и СУ, но и для борьбы с пехотой, для уничтожения автомашин и прочего транспорта. Упорно сопротивлялись 16.4 опорные пункты Ортвиг, Лечин.
Характерно, что немецкой пехоте в предыдущей Померанской операции (а также и в Латвии) обычно удавалось сдерживать наше наступление в течение первых двух-трех дней прорыва с целью отвода главных сил. В Берлинской операции противник оборонял промежуточные рубежи с необыкновенным упорством до последнего солдата.
Впервые немцы (обычно избегавшие лесных боев) организовали оборону леса зап. Кунерсдорф. Лесной массив Претцелер немцы превратили в сильное препятствие для действий пехоты и танков.
Обычно пехотные подразделения противника группами в 20–30 чел., опираясь на ПТ и ПП препятствия, оказывали упорное сопротивление нашему наступлению.
Отход на заранее подготовленные рубежи производился организованно. Отход главных сил противник обеспечивал отрядами (группами) прикрытия силой 1/3 отходящих подразделений; на менее выгодных направлениях — отдельными пулеметами и автоматчиками.
Плотность войск противника на 1 км фронта перед 79 ск составляла: активных штыков — 363, пулеметов — 46, минометов — 8, орудий ПТО — 8,5, орудий полевых, СУ и шестиствольных минометов — 19,5.
Такую плотность следует признать довольно высокой.
Введя в бой 17–18.4 25 танковую дивизию на р. Альт-Одер, немцы рассчитывали измотать наши наступающие части, отбить наступление и нанести контрудар с рубежа Нойтребейн, Хофиен, Хоф и развилка дорог 1 км восточнее.
В период боев в г. Берлине в действиях немецкой пехоты в уличных боях можно отметить следующие особенности:
а) По мере продвижения наших войск к центру города сопротивление противника возрастало. Немцы обороняли каждый квартал, каждый дом, нередко отдельные квартиры и этажи.
б) Пользуясь разобщенностью наших подразделений, противник часто оставлял в тылу наших передовых частей мелкокалиберные пушки, группы автоматчиков, снайперов и фаустников, последние вели огонь с чердаков и подвалов по автомашинам, повозкам, танкам, СУ, а также по мелким группам наших подразделений, одиночным бойцам. Наибольшие потери нес офицерский состав и связисты (нарушалась связь и управление).
в) Имели место случаи поражения наших танков и СУ с 4 этажа гранатами панцерфауст.
г) Борьба с фаустниками и снайперами усложнялась еще тем, что в уцелевших домах, подвалах, тоннелях метро скрывалось много гражданского населения, а почти все фольксштурмисты были одеты в гражданское платье. Любой снайпер и фаустник в случае опасности бросал свое оружие и смешивался с берлинскими жителями.
д) Почти все здания и сооружения в городе были приспособлены к обороне; улицы перекапывались и баррикадировались; система огня обеспечивала противнику поражение наших наступающих войск во всех направлениях.
е) Оборона таких важных зданий, как рейхстаг, поручалась отборным частям (курсанты СС и пр.), задачу на удержание рейхстага 28.4 ставил сам Гитлер.
ж) Отдельные кварталы и здания были приспособлены к круговой обороне.
Выводы по боевым действиям противника
1. До выхода войск к окраинам Берлина противник оказывал упорное сопротивление на промежуточных, заранее подготовленных рубежах, умело использовал местность, естественные и искусственные ПТ препятствия и не допустил прорыва наших танков на оперативный простор.
2. Впервые пытался организовать оборону лесного массива Претцелер, широко используя многочисленные отряды фаустников и зенитные орудия на прямой наводке.
3. По-прежнему немцы не умеют вести ночные и лесные бои.
4. В уличных боях в Берлине, опираясь на мощную и усовершенствованную оборону (укрепленные кварталы, дома, баррикады), завалы, ПТ рвы, ДОТы и ДЗОТы, умело применял действия отд. групп автоматчиков, мелкокалиберной артиллерии, снайперов и фаустников, оставленных в тылу наших войск.
5. Удачно использовал наличие неэвакуированного гражданского населения для маскировки снайперов и фаустников.
III. Свои войска
В период прорыва и выхода войск на окраины Берлина (с 16 по 21 апреля) в действиях пехоты можно отметить следующие характерные особенности.
1) Прорыв главной полосы с 16 по 19.4.
Особенностью организации прорыва являлось то обстоятельство, что артподготовка и прорыв были проведены на рассвете с применением средств освещения (19 прожекторов). Атака пехоты должна была произойти в 5 час. 30 минут, т. е. когда еще было темно. Однако использование прожекторов должного эффекта не дало и лишь частично облегчило действия пехоты и танков: их световые лучи не могли проникнуть через густое облако пыли и дыма от разрывов наших снарядов и мин, некоторые прожектора слишком высоко направляли свои лучи; с переносом лучей на фланги и в глубину бойцы иногда теряли ориентировку, натыкались на неровности поверхности земли, попадали в свои воронки, окопы и траншеи противника. Расчеты прожекторных установок недостаточно подготовили себя и свою матчасть для настильного света (многие из установок давали высокие лучи и ослепляли свои войска); 2–3 установки работали хорошо.
Пехота впервые столкнулась с применением прожекторов на поле боя. При соответствующей тренировке пехоты с прожект, частями этот метод себя вполне оправдает.
Разведка боем 14 и 15 апреля при поддержке короткого, но массированного огня вполне себя оправдала и ввела противника в заблуждение в отношении действительного часа атаки. В результате войска продвинулись на 2–4 км, овладели двумя линиями траншей, уничтожили боевое хранение, захватили контрольных пленных (132 чел.) и подошли вплотную к основным опорным пунктам противника: Орвиг, Золиканте, Этавлис-Семент, Лечин.
В результате прорыва 16.4 противник был отброшен к западу на 8–9 км, однако по причине сильно пересеченной многочисленными каналами и ручьями местности в пойме р. Одер и ПТО противника (с применением панцерфауст и зенитных орудий) танки не сумели обогнать пехоту и прорваться в глубину оборонительной полосы противника.
Пехота 12 гв. ск 16.4 встретила ожесточенное сопротивление опорного пункта Лечин. Лишь к 12.00, обойдя его с севера и северо-запада, удалось сломить его сопротивление. Задержка в наступлении была вызвана неумением 52 гв. сд маневрировать и обходить сопротивляющиеся опорные пункты противника (пытались взять в лоб с хода). Гораздо удачнее был спланирован бой в 79 ск: боевой порядок корпуса был заранее построен в два эшелона с учетом обхода сильно укрепленного опорного пункта противника Ортвиг, где все каменные постройки были до предела насыщены огневыми средствами; окраина Ортвиг была опоясана траншеями полного профиля, улицы забаррикадированы. В результате маневра с тыла, стремительных действий пехоты опорный пункт Ортвиг был взят частями 207 сд (второй эшелон корпуса).
Каналы Позедин-Грабе, р. Вольница и р. Фрилландер-Шторм, на которых [473] противник закрепился с помощью свежих частей 25 тд и заранее подготовленных рубежей [корпус] пытался [преодолеть] с ходу в основном с применением подручных и табельных средств пехоты.
Вся тяжесть боев при развитии прорыва приняла на себя пехота. Танки и самоходные орудия действовали неактивно: их действия сводились к частичной поддержке пехоты с места и в ее боевых порядках. Пехота вела за собой танки.
Войска армии широко применяли ночные действия, не давали противнику возможности организовывать жесткую оборону промежуточных рубежей, маневрировать резервами.
Части и подразделения действовали беспрерывно — днем и ночью; для ночных действий выделялись отдельные части, которые отдыхали днем.
В ночь с 20 на 21 апреля в лесном бою части сбили противника с рубежа по опушке леса Претцелер, очистили его от противника и ворвались на окраины Берлина.
С 16 по 21 апреля войска продвинулись на 65 км, т. е. в среднем сделали с боями по 10 км в сутки.
Следует отметить умелое применение пехотой опыта прежних боев в Калининской области и Прибалтике, где приходилось действовать исключительно ночью, при бездорожье, в лесах и болотах и при упорном сопротивлении противника. Офицерский состав хорошо усвоил приемы управления боем своих подразделений в лесисто-болотистой, пересеченной и закрытой местности.
Уличные бои в Берлине
Несмотря на то, что войска армии впервые столкнулись с необходимостью вести уличные бои в крупном городе (и ранее не имели такого опыта), пехота со своей задачей справилась отлично. Уличные бои в Берлине продолжались всего 8 дней.
30 апреля 79 ск овладел рейхстагом, а 2 мая Берлин сдался…
Боевое применение штурмовых групп и их состав были различны. Обычно это был стрелковый батальон, стрелковая рота. Следует иметь в виду, что части понесли в предыдущих боях большие потери: в ротах насчитывалось в среднем не более 20–25 человек, а стрелковые батальоны, состоящие из двух рот (редко три роты), насчитывали в своем составе 60–90 штыков. Отдельные здания штурмовали целым стрелковым полком, квартал — дивизией. Таким образом, штурмовой отряд представлял собою батальон, а каждая рота составляла штурмовую группу, как правило, роты не дробились.
Штурмовые отряды (батальоны) обычно усиливались двумя 45-мм орудиями, двумя орудиями ПА, двумя орудиями ДА. Иногда на прямую наводку выдвигались орудия 152-мм калибра и штурмовые дивизионы М-31; последние вели огонь непосредственно из боевых порядков пехоты. Иногда отряды усиливались дивизионными саперами, которые после прохода передовых частей пехоты разбирали баррикады и расчищали улицы для прохода поддерживающей пехоту техники. (В стрелковых полках оставалось в строю всего 4–5 чел. саперов).
На тех направлениях, где противник оказывал особо упорное сопротивление, в состав штурмовых отрядов включались отдельные танки и СУ.
[…]
Успеху уличных боев способствовал гибкий маневр пехотных подразделений; при продвижении в городских кварталах пехота штурмовых групп использовала подвалы, проходные дворы, проломы в стенах; баррикады, завалы и другие препятствия просто обходились; после прохода пехоты расчистку производили саперы и местное население. Метро и канализация почти не использовались, так как, во-первых, не было точного плана этих сооружений, во-вторых, большинство из наружных выходов было завалено обломками зданий и, в-третьих, все тоннели метро были заполнены скрывающимися от обстрела местными жителями и частично залиты водой.
При продвижении пехоты в городских кварталах часто применялся такой метод: особо выделенные батареи и дивизионы выходили вперед на 1,5–2 км, быстро [474] разворачивались на перекрестках улиц и открывали огонь во все стороны по окнам, подъездам и подвалам домов. Батареи двигались перекатами (одна стреляет, другая передвигается). Такой образ действий давал возможность пехоте быстро продвигаться за артиллерией, обескураживал и деморализовывал противника, нарушал его систему огня, наблюдения и связи. В этих случаях пехота обычно продвигалась на 2–3 км вперед (79 ск).
Эвакуация гражданского населения из зоны непосредственных боевых действий почти не производилась, ввиду отсутствия свободных от боя и обеспечения тыла подразделений, малочисленности последних; больше того — не хватало бойцов для конвоирования пленных.
Управление уличным боем в полку и батальоне производилось и осуществлялось главным образом по радио (единственное быстрое и надежное средство связи). Личное общение командира полка с комбатами имело решающее значение. Значительную роль в управлении боем сыграли офицеры связи, через которых командир полка отдавал устные приказы комбатам и получал от них по рации и через этих же офицеров доклады о действительном положении подразделений и действиях противника.
Командир батальона управлял ротами через своего заместителя, который находился в одной из рот и лично общался с тем командиром роты, который выполнял задачу на главном направлении; во всех остальных случаях управление боем рот осуществлялось пешими и конными связными и посыльными на велосипедах.
Взаимодействие пехоты с авиацией в уличных боях происходило при помощи установленных сигналов для обозначения переднего края (ракеты). Авиация работала по указанию штаба фронта и армии придана не была. Наведение авиации на объекты и целеуказания производил штаб 1 БФ. Бомбометание в непосредственной близости к нашему переднему краю в черте города не производилось во избежание потерь.
б) Артиллерия и минометы
Артиллерия и минометы в Берлинской операции огнем и колесами оказали нашей пехоте мощную поддержку и отлично справились с поставленной им задачей, особенно в уличных боях за Берлин. Насыщенность артиллерией (плотность стволов) на 1 км фронта доходила до 250–280 стволов. Плотность орудий прямой наводки на 1 км равнялась 82 стволам.
в) Танки и САУ в Берлинской операции действовали исключительно как НПП и не могли войти в прорыв.
Танки и самоходные орудия при прорыве обороны противника на берлинском направлении (как в прежних боях) участвовали в совместной атаке с пехотой переднего края обороны противника.
Центральным звеном в организации взаимодействия пехоты и танков была по-прежнему постановка конкретных задач танковым командирам на местности.
Нужно отметить, что действие танков НПП при прорыве обороны сыграло значительную роль; огнем и гусеницами, подавляя огневые средства и живую силу противника, они способствовали продвижению пехоты. С выходом частей корпуса к водным рубежам, действие танков было мало эффективным. В уличных боях танки и самоходные орудия использовались для блокирования опорных пунктов и узлов сопротивления противника в домах.
Начальник опер, отдела штаба 3 УА полковник Семенов
Нач. отд-ния по использованию опыта войны штаба 3 УА полковник Войно
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 776. Л. 49–60. Подлинник.
№ 285. Сводка обобщенного опыта боевых действий оперативного отдела штаба 2-й гвардейской танковой армии о боевых действиях армии в берлинской операции
15 мая 1945 г.
1. В результате январско-февральского наступления войск 1-го Белорусского фронта части 5 уд. А захватили небольшие плацдармы на западном берегу р. Одер (район Кюстрин).
В феврале — марте противник неоднократно пытался отбросить войска 5 уд. А за р. Одер. Однако эти попытки успеха не имели, и во второй половине марта месяца войска 5 уд. А штурмом овладели Кюстрин, расширили и прочно удерживали выгодный для предстоящих боевых действий Кюстрин-ский плацдарм.
Противник силами 9 А с начала февраля 1945 года вел упорные бои на западном берегу р. Одер, одновременно усиленно совершенствовал оборонительные рубежи и подступы к г. Берлин.
На плацдарме западнее Кюстрин противник имел главную полосу обороны с тремя позициями глубиною до 13 км. Главная полоса представляла собой оборону траншейно-полевого типа с сильным насыщением противотанковыми и противопехотными препятствиями и состояла из трех позиций траншейного типа:
первая позиция — по переднему краю;
вторая — Ной Левин, Лечин, Альт Лангзов;
третья — Ной Треббин, Платков, Зеелов.
Второй оборонительный рубеж противника проходил: Врицен, далее по высотам южнее Врицен, Мюнхеберг, Фюрстенвальде.
Вся оборона противника строилась главным образом по принципу опорных пунктов и узлов сопротивления. Все узлы дорог и населенные пункты превращались в противотанковые районы, каменные строения использовались как доты и дзоты. На подступах к Берлину и в самом городе оборона строилась главным образом на центральных улицах и перекрестках. Улицы Берлина были почти все забаррикадированы и прикрывались зенитной артиллерией, которая использовалась как противотанковая.
В ходе боевых действий противник бросал в бой спецчасти 9 А, наспех сформированные батальоны фольксштурма, полицейские отряды, батальоны летного состава и прочие формирования из различных родов войск.
25 апреля с. г. противник начал бросать в бой все мужское население, в том числе и всех находившихся в госпиталях и в домах заключения, вооружая их главным образом фаустпатронами. В уличных боях, наряду с артиллерией, установленной в развалинах зданий, большое применение получили фаустники, засевшие в домах и подвергавшие обстрелу не только танки, но и живую силу.
2. По плану операции, танковые соединения армии намечались к вводу в прорыв в момент, когда пехотные соединения вклинятся в оборону противника на 7–8 км.
16.4.45 г. войска фронта перешли в наступление. Части 5 уд. А, взаимодействующей с 2 гв. ТА, к 20.00 16.4.45 г. достигли рубежа Зитциг, Луизенхоф, Ной Лангзов.
Передовые отряды танковых соединений армии (усиленные тбр) следовали в боевых порядках стрелковых соединений и во взаимодействии с ними взламывали оборону противника. Не имея свободного маневра, танковая армия в силу глубоко эшелонированной обороны противника в «чистый» прорыв не вошла, а совместно с пехотой допрорывала эшелонированную оборону противника.
Местность, на которой развернулись боевые действия танковой армии, была крайне неблагоприятна для действий подвижных соединений. Система стариц, мелких озер, речек, ручьев и бесчисленных каналов делали маневр танков затруднительным. Танки были вынуждены часто совершать обходные маневры в поисках возможных мест переправы через водные преграды, что в значительной степени замедляло темп продвижения и быстроту развертывания событий.
Это обстоятельство в полной мере было использовано противником для организации обороны, и последний, используя водные преграды, взорвал мосты и, сосредоточив все огневые и особенно противотанковые средства в местах возможных переправ и дефиле, оказывал упорное сопротивление действию танков.
Танковые корпуса в силу изложенных обстоятельств в первые дни наступления вынуждены были часто изменять свои боевые маршруты.
Так, 47 гв. тбр, выйдя на р. Фридляндерин (юго-вост. Блисдорф), из-за невозможности переправы в этом районе совершила обходный маневр на юг через Ной Треббин и Ной Фридлянд, где снова была остановлена взорванной переправой. Построив мост в районе фл. Бушхоф, бригада, а затем и главные силы корпуса смогли продолжать движение в направлении Готтесгабе, Шульцендорф.
Части 12 гв. тк, наступавшие на Кваппендорфер, достигнув канала, также были вынуждены совершить обходной маневр на юг в район Платков, где к этому времени части 1 мк произвели переправу через Альт Одер. Корпус, достигнув после переправы через Альт Одер населенного пункта Кермерсдорф, вновь был повернут на север для переправы в район Карлсдорф.
В целом 17.4.45 г. и в первой половине дня 18.4.45 г. танковые соединения армии были вынуждены совершать ряд обходных маневров для того, чтобы преодолеть естественные преграды в виде ручьев, речек, каналов, причем совершение этих маневров протекало в обстановке ведения боевых действий противником, построившим очаги сопротивления в узловых пунктах естественных преград.
Только к исходу дня 18.4.45 г. танковые части, преодолев с боями всю эту водную систему озер и каналов, вышли на более благоприятную для маневра местность и к 21.00 достигли рубежа: Шульцендорф, Бацлов, Райхенберг.
Развивая наступление и ведя упорные бои с противником, стремившимся не допустить выхода танков за лесной массив севернее Штраусберг, танковые части армии к 21.00 19.4.45 г. вторглись в лесной массив и достигли Штайнбек, фл. Бизов, фл. Блюменталь.
Под покровом ночи танки прошли лесной массив и к 7.00 20.4.45 г. вышли в район 2 км восточнее Темпельсфельде, Менфельд, Верфтпфуль, а к исходу дня войска армии овладели Бернау. Альт Ландсберг и вышли в пригородные районы г. Берлин.
Пехота взаимодействующей 5 уд. А к этому времени достигла рубежа: одним ск — фл. Эйхенбрандт, оз. Кессель, а главными силами — Клостердорф, Рульсдорф, Вальдзиферсдорф.
Части же 3 уд. А, в полосе которой 2 гв. ТА преодолевала лесной массив, вышли на рубеж Тифензее, Верфтпфуль, Хиршфельде.
С 21.4.45 г. войска 2 гв. ТА, развивая наступление, завязали бои за г. Берлин и в процессе наступления самостоятельно форсировали канал Нидернемендорф, канал Закровер Парицер, канал Берлин — Шпандауэр — Шиффартс, р. Шпрее, канал Ландвер.
Один танковый корпус выполнял самостоятельную работу по овладению г. Науен и Потсдамом.
Выводы:
Из опыта боевых действий в настоящей операции установлено:
1. Противником сформированы и введены в бой различные народно-гренадерские подразделения, сформированные из состава людей тотальной мобилизации и за счет расформирования частей морского и воздушного флота. На вооружении этих формирований состоят главным образом автоматы, легкие пулеметы и фаустпатроны. Созданы отдельные батальоны: пулеметные, танковые, саперные, противотанково-истребительные, батальоны фаустников, батальоны фольксштурма из местного населения и полицейские отряды.
2. Широкое применение получило индивидуальное оружие фаустпатрон и оффенрор.
Введение на вооружение этих реактивных средств объясняется необходимостью увеличить количество средств борьбы с танками, при отсутствии противотанковых средств дальнего боя.
3. Немецкая армия, имеющая в своем составе большой процент фольксштурма и лишенная основных центров военной промышленности, не представляла собой той грозной силы, как это имело место в начале Отечественной войны.
Вся тактика в использовании войск противника сводилась к оказанию значительного сопротивления, главным образом на узлах дорог и в крупных населенных пунктах.
Используя густую сеть населенных пунктов, противник стал меньше опираться на сплошные траншеи. Вражеские автоматчики и фаустники располагались в надежных укрытиях. Танки и самоходные орудия использовались, как правило, из засад, причем отдельные танки устанавливались в каменных домах с амбразурой для ведения огня.
Таким образом, создавалась сильная огневая система по типу дотов в укрепленных районах. Естественно, что в этих условиях особенно возрастает роль нашей артиллерии и прежде всего орудий большой мощности. Для обороны важных рубежей и узлов сопротивления немцы формируют специальные отряды, вооруженные ружьями оффенрор, которые особо широко применялись при организации круговой обороны. Выдвигаясь на рубеж, где должны были пройти наши танки и СУ, они ведут огонь по бортам и башням боевых машин.
Средствами противодействия обоим видам вооружения — фаустпатронам и оффенрорам — является разведка и неослабное наблюдение за полем боя самих танкистов и автоматчиков-десантников, прочесывание огнем вероятных мест сосредоточения истребителей танков.
4. В боях за г. Берлин в первые дни боев были созданы в танковых соединениях штурмовые группы, но в дальнейшем эти группы развития не получили потому, что корпуса часто маневрировали и при передвижениях штурмовые группы распадались как нештатные единицы. Кроме того, для создания штурмовых групп имеет большое значение наличие мотопехоты, в то время как танковые соединения в результате упорных боев имели значительные потери мотопехоты.
Танки на улицах с большими сплошными строениями в последнее время действовали колоннами ввиду невозможности маневра вне улиц. Примером использования танковой бригады в уличных боях в г. Берлине может служить построение боевого порядка 219 тбр (улица Лейбницштрассе).
При таком построении боевого порядка танки бригады в течение одной ночи овладели 8 кварталами.
5. В больших городах танковым войскам вести боевые действия трудно. Танки, проходя по улицам, не очищали дома полностью от противника и фактически пройденные танками кварталы не являются очищенными от противника. Поэтому необходимо наличие мотопехоты, производящей окончательную очистку пройденных танками кварталов. При наличии пехоты танки будут нести гораздо меньше потерь.
Необходимо тесное взаимодействие в уличных боях танкового корпуса и стрелковой дивизии (желательно подчинение стрелковой дивизии командиру танкового корпуса).
6. Особо нового в оперативном использовании войск противника за период операции не отмечено. Подвижные войска по-прежнему использовались для прикрытия наиболее опасных направлений.
Недостаток подвижных резервов, большие потери в танках и СУ заставили противника в большинстве случаев перейти от активных методов обороны к пассивным.
Противник не мог создать больших группировок для нанесения контрударов и использовал для прикрытия отдельных важных участков наспех сформированные батальоны, снабженные главным образом противотанковым средством ближнего боя.
7. В процессе боевой подготовки наших войск перед операцией было обращено внимание на недостатки, выявленные в процессе боевых действий.
Так, слабо отработанными являлись следующие вопросы:
а) тактика и техника наступательных боев в густо заселенной местности;
б) особенность театра (каменные постройки, баррикады);
в) слабое использование трофейных фаустпатронов;
г) слабое использование огня установок М-17 для продвижения пехоты;
д) слабая организация взаимодействия в звене бригада, батальон, рота. Эти вопросы и являлись основными в боевой подготовке войск перед Берлинской операцией.
Начальник оперативного отдела штаба 2 гв. ТА гвардии полковник Лятецкий
Начальник отделения по использованию опыта войны гвардии полковник Терехов
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 776. Л. 209–215. Подлинник.
№ 286. Из сводки обобщенного боевого опыта 8-й гвардейской армии. применение огнеметно-зажигательных средств при штурме Берлина
19 мая 1945 г.
I.
28.4.45 г., наступая вдоль улицы Вильгельмштрассе, стрелковый полк встретил упорное сопротивление противника из кварталов севернее Хедеман-штрассе.
Командир сп решил силами взвода огнеметной роты поджечь укрепленный дом, из которого противник простреливал подступы к Хедеманштрассе. Огнеметчики под прикрытием автоматного огня, использовав проломы и разрушенные здания, скрытно выдвинулись к этому дому и установили в окнах и подвалах 12 ФОГов. По сигналу командира 3 сб дом был облит огнесмесью из 9 ФОГов, а затем тремя ФОГами огнесмесь была подожжена. Возникшие очаги пожаров быстро распространились на соседние здания квартала, в результате чего противник вынужден был отойти, а наступающие подразделения быстро овладели кварталом.
II.
Одному сб с подразделением ор с ходу удалось форсировать Тельтов-канал, но продвинуться не смогли, так как встретили упорное огневое сопротивление противника в районе завода «Лоренц» и Темпельховского порта. Остальные сб были задержаны на южном берегу канала.
По переправляющимся нашим войскам противник вел сильный огонь из шестиэтажного здания. Огнеметчики скрытно — под прикрытием дыма — выдвинулись к этому зданию, установили 7 ФОГов и по сигналу подорвали их. Здание загорелось, огонь противника прекратился. В это время остальные батальоны быстро форсировали канал, но вновь не смогли продвинуться вперед, так как встретили огневое сопротивление из других зданий, которые также были подожжены огнеметчиками. Несколько этих домов были окружены наступающими подразделениями, а сопротивляющиеся гарнизоны уничтожены.
На заводе большая группа противника укрылась в подвале огромного цеха. Огнеметчики проломили потолок подвала, залили 300 литров трофейной огнесмеси и подожгли ее. Распространившийся пожар вынудил противника капитулировать. При этом было захвачено в плен 120 чел. и около 130 было сожжено.
III.
Наступающие подразделения встретили сильное сопротивление противника в городских кварталах севернее Ландвер-канала, причем особенно сильный огонь противник вел из двух пятиэтажных зданий на Вильгельмштрассе. Огнеметная рота, действовавшая в составе стрелкового полка, установила шесть огнеметов в направлении окон пятиэтажного дома, расположенного по левой стороне улицы, и 8 огнеметов по дому на правой стороне улицы. Огнеметанием в обоих зданиях возникло несколько очагов пожара, в результате чего было уничтожено 82 солдата и офицера противника, а наступающие подразделения продвинулись вперед.
IV.
Сильным пулеметным огнем и фаустпатронами со стороны Ангальтского вокзала и укрепленных домов по Меккерн и Бергерштрассе было задержано продвижение двух наступающих стрелковых полков.
Приданные полкам огневые взводы установили 6 ФОГов в направлении вокзала, 6 ФОГов на Меккернштрассе южнее вокзала и 12 ФОГов на западной стороне Бергерштрассе западнее вокзала.
Подрывом огнеметов было создано несколько очагов пожаров. Гарнизон противника, оборонявший вокзал, укрывшись в подвалах, продолжал оказывать сопротивление. Ворвавшиеся в вокзал стрелки и огнеметчики проделали четыре пролома в полу. Влили туда огнесмесь из 4 ФОГов и зажгли ее. Укрывшийся гарнизон противника был полностью уничтожен.
V.
Продвижению танков, поддерживавших пехоту по Вильгельмштрассе, мешали орудия противника, поставленные на прямую наводку, и фаустпатроны, которые вели огонь с третьего-четвертого этажей зданий. Причем, один танк был подбит снарядом противника и один фаустпатроном.
Установленная по приказу командира сп дымовая завеса лишила противника возможности ведения прицельного огня, и наступающие подразделения, совместно с танками, уже без потерь продвинулись вперед.
Вывод:
Огнеметание, как и в предыдущих боях в городах, вновь показало свою высокую эффективность при борьбе с гарнизоном противника в приспособленных к обороне зданиях.
Тесное взаимодействие огнеметчиков со стрелковыми подразделениями, как правило, всегда успешно содействовало выполнению задачи.
Гвардии подполковник Барановский
ЦАМО РФ. Ф. 233. ОП. 2356. Д. 776. Л. 307–309. Подлинник.
№ 287. Из краткой сводки обобщенного боевого опыта оперативного отдела штаба 5-й ударной армии о боевых действиях армии в берлинской операции
25 мая 1945 г.
Боевая деятельность войск 5-й ударной армии в апреле месяце делится на следующие периоды:
а) Подготовка к прорыву обороны противника (расширение и инженерное 479
оборудование плацдармов на западном берегу р. Одер, обучение и тренировка войск, выделенных для нанесения главного удара, накопление материальных средств, перегруппировка войск и занятие исходного положения) — 1 — 15.4.45 года.
б) Прорыв обороны противника на западном берегу р. Одер и бои по прорыву («прогрызанию») его глубоко эшелонированной обороны до рубежа Гретцель, Буков (16–19.4.45 г.).
в) Преследование противника до военных окраин г. Берлина (20–22.4.45 года);
г) Уличные бои в г. Берлине (22–25.4.45 года).
1. Противник
В течении апреля месяца противник совершенствовал в инженерном и противотанковом отношении оборонительные рубежи, делая упор на создание глубоко эшелонированных позиций, вел разведку мелкими группами, оказывал упорное сопротивление разведывательным действиям и наступлению наших войск, стремясь приостановить наше продвижение на многочисленных, заранее подготовленных оборонительных рубежах от р. Одер до г. Берлина.
С началом штурма нашими войсками г. Берлина действия противника характеризовались массовостью применения гранатометов «фауст», широким использованием снайперов, пулеметчиков, чем стремился возместить недостаток в артиллерии и минометах.
Отсутствие у противника достаточного количества артиллерии, минометов и авиации и малочисленность линейных войск в составе берлинского гарнизона, в значительной мере повлияло на организацию и ведение им оборонительного боя в г. Берлине.
Строительство оборонительных сооружений на подступах и в самом городе Берлине противник начал с февраля 1945 г.
Для непосредственной обороны города были созданы внешний и внутренний оборонительные обводы на ближайших подступах к Берлину. Внешний — на удалении 18–30 км и внутренний — на удалении 10–15 км от города.
Оба пояса представляли из себя прерывчатую линию траншей на открытой местности, отдельные опорные пункты в застроенных районах и противотанковые препятствия (минные поля, баррикады, рвы, надолбы) на танкоопасных направлениях.
В пригородах и в самом городе был создан ряд опорных пунктов и узлов сопротивления с наличием траншей и проволочных заграждений в редко застроенных кварталах, баррикад и приспособленных к обороне зданий в кварталах густо застроенных.
В организационном отношении оборона города была разбита на 8 участков-секторов, именуемых в порядке латинского алфавита, и девятый центральный участок (именуемый цитаделью) — район правительственных кварталов и прилегающий к ним Тиргартен-парк.
Руководил обороной начальник обороны города генерал от артиллерии Вейдлинг, которому непосредственно подчинялись командиры боевых участков.
Ввиду отсутствия в городе Берлине линейных соединений, для обороны каждого участка было создано по одному УР. В состав УР входило по 2–3 полка. В полку по 4–5 различных отдельных батальонов (фолькс-штурм, полиция, охранные дивизии, зенитные, саперно-строительные и прочие батальоны) и несколько отдельных рот в каждом.
Всего в составе гарнизона одного боевого участка предполагалось иметь до 24 000 человек. Фактически численность этих гарнизонов не превышала 12–15 тыс. человек. Кроме указанных гарнизонов в обороне города участвовали сведенные в боевые группы отошедшие остатки разбитых в предыдущих боях соединений.
Бои на внешней оборонительной линии главным образом вели отходящие части и незначительное количество батальонов фольксштурма, занявших [481] позиции заблаговременно. Танко-истребительные батальоны, вооруженные исключительно гранатометами «фауст», имели задачу оборонять противотанковые заграждения (баррикада, минное поле, участок надолбов). К гранатометчикам придавались стрелки. Таким образом, гарнизон, защищающий баррикаду, состоял из 20–25 человек с 8 — 10 гранатометами «фауст», 2–3 легкими пулеметами, 1–2 снайперами.
[…]
В бою внутри города оборона каждого объекта поручалась, как правило, одному подразделению (батальон, рота). Большой дом (угловой или господствующий в квартале) обороняло до роты пехоты (30–50 человек), которые имели 5–8 гранатометов «фауст», 2–3 легких пулемета и автоматы. Кроме этого каждый солдат имел по две гранаты.
[…]
Автоматчики, нападая с тыла, создавали панику.
Между опорными пунктами внутри квартала и между кварталами существовала огневая связь. При обороне кварталов противник основные усилия сосредоточивал на удержании угловых и господствующих в квартале зданий. При утере угловых зданий сопротивление противника резко ослабевало. В случае вклинения наших пехотных подразделений в середину квартала противник стремился удержать за собой параллельные улицы и дома в тылу наступающих и фланговым снайперским, ружейно-пулеметным и огнем гранатометов «фауст» стремился не допустить подхода усиления к вклинившимся подразделениям.
Особенно упорно противник оборонял казармы, училища, промышленные предприятия, ж.-д. станции и станции метро, районы правительственных зданий и церкви. Все эти объекты, как правило, были превращены в сильные опорные пункты.
В системе опорных пунктов особое место занимали церкви. Находясь в большинстве случаев на площади, они имели выгодные условия для кругового обзора и обстрела. Церкви соединялись тоннелями с метро и другими подземными сооружениями, что облегчало их оборону даже при полной блокировке. Огонь с одного такого опорного пункта серьезно препятствовал продвижению наших подразделений сразу по нескольким улицам. Так, например, противник, превратив в опорный пункт церковь на площади, образующейся при пересечении Линден, Орланиван, Елусалмер и Кохштрассе, на два дня (26 и 27.4.45 г.) задержал продвижение 905 сп 248 сд. Эта церковь, обойденная подразделениями полка, была взята только 30.4.45 г. после полного окружения и блокировки подземных выходов.
Обороняя вокзалы, противник стремился не допустить подхода к ним нашей пехоты и танков через прилегающие к вокзалам открытые площади и железнодорожные подъезды. У таких объектов противник создавал большую плотность огня, а для борьбы со штурмовыми группами использовались отдельные орудия прямой наводки и самоходные пушки.
В больших парках противник для обороны использовал заранее отрытые одиночные окопы и подготовленные к обороне отдельные строения. Небольшие, насквозь просматриваемые бульвары, как и площади, обстреливались огнем из расположенных в противоположной части зданий.
В уличных боях основную роль играли ружейно-пулеметный огонь и фаустпатроны. Фаустники располагались в полуподвальных помещениях и на первых этажах, более концентрируясь у перекрестков улиц. Основная задача фаустников — борьба с нашими танками и орудиями прямой наводки. Снайперы и пулеметы в большинстве случаев располагались в первых и реже на вторых этажах. Орудия прямой наводки и одиночные самоходные пушки противник устанавливал на противоположной стороне площадей, широких перекрестках и в проходах баррикад.
Противник для обороны широко использовал подземные сооружения: тоннели и станции метро, систему соединенных под землей подвалов (часто на несколько километров), водосточные трубы, разного назначения подземные хода и газоубежища.
Как правило, в районах ст. метро противник имел сильные опорные пункты, которые он упорно оборонял. Не залитые водой тоннели метро освещались прожекторами и простреливались пулеметным огнем. Кроме того, подземные сооружения противником использовались:
а) как отдельные и групповые огневые точки (ст. метро, контрольные колодцы, подвалы);
б) для маневра под землей (вылазки в тыл наших войск, выдвижение резервов, отход после окружения);
в) под склады боеприпасов, убежища для отдыхающих подразделений и раненых.
Одной из особенностей боев в г. Берлине было широкое использование противником мелких групп, отдельных автоматчиков и снайперов как для действий на переднем крае, так и в районах, занятых нашими войсками.
В наш тыл они попадали:
а) оставаясь при отходе основных сил;
б) проникая по подземным сооружениям;
в) хорошо зная город, ночью проходили боевые порядки наших войск в промежутках между частями.
Снайперы и автоматчики (вооруженные карабином-автоматом) занимали огневые позиции на чердаках и в разбитых домах на верхних этажах и в большинстве случаев держали под огнем перекрестки улиц, площади, мосты, узкие проходы. Находясь вблизи боевых порядков нашей пехоты, снайперы противника вели огонь с тыла в момент атаки, — в тылу основной задачей их было выводить их строя офицеров.
Борьба со снайперами и отдельными автоматчиками противника сильно затруднялось, так как местонахождение их определить было почти невозможно. В периоды затишья они огня не вели, а в момент боя их выстрелы за артиллерийско-минометной стрельбой и шумом моторов танков, самоходных установок и транспорта были совершенно не слышны. Снайперам помогало местное население.
Оборона г. Берлина облегчалась наличием большого количества разрушений, произведенных авиацией союзников. Улицы в некоторых районах города (например, в районе Александер Плац и западнее до р. Шпрея) были настолько завалены кирпичами обвалившихся зданий, что продвижение по ним без предварительной расчистки не только танков и артиллерии, но даже гужтранспорта было невозможным. Эти завалы создавали значительные трудности и для продвижения пехоты.
Противник с особым упорством оборонял разрушенные районы. Это объясняется:
а) трудностью продвижения наших танков и артиллерии;
б) выгодными условиями для маскировки огневых точек противника и маневра живой силой;
в) отсутствием населения, которое в сохранившихся районах, несмотря на сочувствие противнику, связывало действия его войск.
Так, пленный командир 569-го батальона фольксштурма капитан Этель-майэр Крестиан показал, что его солдаты «особенно уверенно оборонялись в районах, разрушенных бомбардировками, так как они могли в любом месте дома выбирать себе места для стрельбы и не опасаться, что они своей стрельбой привлекут огонь русской артиллерии на цивильных жителей».
По сравнению же с городами Польши, войска противника в Берлине находились в более благоприятных условиях.
Если в городах Польши большинство населения помогало нашим войскам, то отличительной особенностью обороны г. Берлина было то, что войска противника действовали в своей, сочувствовавшей им среде. Население снабжало их продуктами, помогало скрываться и в случае надобности снабжало гражданским платьем.
Благодаря этому борьба с мелкими группами автоматчиков и одиночными снайперами противника, действовавшими как на переднем крае, так и в тылу, была сильно затруднена. [483]
Выводы по действиям противника:
1. Основным видом огня при обороне г. Берлина у противника был огонь гранатометов «фауст», легких пулеметов, автоматов и ружей.
Примененный в массовом масштабе гранатомет «фауст» до некоторой степени возмещал недостаток в орудиях прямой наводки.
Основной вид заграждения — баррикады разных типов, которыми г. Берлин был очень сильно насыщен. Главная цель баррикад — задержать продвижение танков.
Минные поля в городе отсутствовали.
2. Противник эффективно использовал для обороны подземные сооружения и разрушенные авиацией районы города.
3. В г. Берлине у противника не оказалось полевых войск и тем более полноценных кадровых дивизий. Основную массу его войск составляли специальные батальоны, школы, отряды полиции и батальоны фольксштурма. Это отразилось на тактике его действий и значительно ослабило оборону г. Берлина.
4. Тактика противника при обороне городских кварталов, зданий и сооружений особых изменений не претерпела. Отличительной ее чертой была пассивность. За все время борьбы за город не было ни одного случая, чтобы в результате контратак противника наши войска оставили занятую территорию, квартал, дом.
Действия наших войск
1. Особенности организации прорыва главной полосы обороны противника в период с 16 по 19 апреля 1945 года.
Отличительными особенностями организации и осуществления прорыва обороны противника на западном берегу р. Одер были:
1) Войска армии начали наступление после 2,5-месячной упорной борьбы за удержание и расширение плацдармов на западном берегу р. Одер, в которой они понесли чувствительные потери.
Армия для подготовки к наступлению с переднего края не снималась, ее войска начали наступление из положения непосредственного соприкосновения с противником.
2) Разведка боем, предпринятая за два дня (14.4.45 г.) до начала общего наступления, в связи с успешными действиями разведбатальонов переросла в настоящее наступление. Вместо запланированных двух стрелковых батальонов, силами которых армия должна была произвести 14.4.45 г. разведку боем, к исходу 14.4.45 г. армия ввела в бой: сп — 8, минометных бригад — 5, минометных полков — 2, ап — 10 (дивизионных, лап, гап), артиллерийских бригад — 7, одом — 1, одну танковую бригаду и три танковых полка (итого танков и СУ: Т-34 — 27, ИС-122 — 52, СУ-122 — 27) и к утру 15.4.45 г. продвинулась во всей полосе на глубину от 3 до 4 км.
Несмотря на то, что с перемещением боевых порядков снова пришлось планировать артподготовку, продвижение 14.4.45 имело положительное влияние на дальнейшее развитие операции, так как первая и частично вторая позиции главой полосы обороны противника оказались прорванными, а части, оборонявшие их, понесли значительные потери.
Таким образом, благодаря действиям войск армии 14.4.45 г. огневая система противника к 16.4.45 г. оказалась нарушенной, его оборона в целом ослабевшей.
3) Одной из особенностей организации наступления был расчет на эффективное использование прожекторов 1 /43-го отдельного прожекторного полка.
Прожекторы мощным светом должны были осветить путь танкам и пехоте (перешедшим в атаку в 5.15) и ослепить противника. Освещением преследовалась цель — сделать возможной атаку ночью при свете, создать невыгодные условия для противника. Бой должен был быть обеспечен освещением с 5 часов 15.4.45 до наступления рассвета на глубину до 3 км.
Всего перед фронтом двух стрелковых корпусов (правофланговый и средний) [484] было поставлено на позиции 26 прожекторов на фронте до 5 км. Прожекторы устанавливались в одном километре от переднего края с интервалами в 200–250 метров.
Прожекторы были введены в действие своевременно, но ожидаемого эффекта они не дали. Причиной этому было:
а) неблагоприятная погода (дымка);
б) после артподготовки передний край противника был окутан сплошным облаком дыма и пыли, которые свет прожекторов не пробивал;
в) из 26 прожекторов не действовало 12. Пять прожекторов были выведены из строя пулеметным огнем противника в самом начале боя, один оказался неисправным и остальные не действовали благодаря слабому контролю офицерского состава прожекторного полка.
В связи с этим вместо сплошного освещения и ослепления противника прожекторами слабо освещались отдельные полосы на расстоянии не дальше как до переднего края противника;
г) прожекторы были приданы стрелковым корпусам, а управление ими возложено на командующих артиллерией корпусов. Практически расстановкой прожекторов и управлением приданными прожекторными подразделениями занимался исключительно помощник начальника штаба командующего артиллерией корпуса по ПВО; он же управлял ими и во время боя. Управление ограничилось поддержкой связи с командирами прожекторных взводов и опросом их о готовности.
Штабы корпусов работы прожекторов не спланировали, их действиями не руководили.
Опыт применения прожекторов 16.4.45 г. показал, что в дальнейшем при применении прожекторов целесообразно учитывать следующее:
а) предстоящую погоду (в туман и дымку действия прожекторов будут неэффективными);
б) длительность и силу артподготовки. Прожекторы целесообразнее применять на участках, где артподготовка не проводится;
в) порядок использования — прожекторные подразделения целесообразно придавать дивизиям;
г) в связи с неизбежным выходом части прожекторов из строя их нужно расставлять на сокращенных интервалах (до 150 метров);
д) прожекторные подразделения с наибольшим эффектом могут быть использованы при решении войсками частных задач.
4).Одной из особенностей прорыва было то, что артподготовка и артиллерийское обеспечение атаки пехоты огневым валом проходило в ночных условиях (впервые в практике армии).
Первые два периода артнаступления (артподготовке — 20 минут и сопровождение атаки пехоты и танков огневым валом — 30 минут) были совершенно ненаблюдаемы. Огонь велся по заранее спланированным рубежам и объектам. Такими объектами были: опорные пункты и траншеи противника, позиционные районы артиллерии, узлы связи, узлы дорог. Насыщенность артиллерий (300 стволов на 1 км фронта) позволила накрыть основные объекты во всей полосе армии на участке 8 км по фронту и 8 км в глубину. Огонь артиллерии с рубежа на рубеж производился по времени и дублировался по телефону.
5). Отсутствие ярко выраженного периода преследования. Ежедневно шаг за шагом в жестоких боях наши части сбивали противника с рубежа на рубеж, перемалывали его живую силу и технику, настойчиво продвигались к Берлину. Бои с 16 по 19.4.45 г. носили характер «прогрызания» глубоко эшелонированной обороны противника. От переднего края до центра г. Берлина войска встречали сплошные оборонительные сооружения, которые противник упорно оборонял.
Если в предыдущих наступательных операциях (Кишиневская операция, прорыв на р. Висле 14.1.45) между главной полосой обороны и последующими рубежами были значительные промежутки, а сами рубежи, подготовленные в тылу, не занимались войсками противника или занимались незначительными [485] силами на отдельных направлениях, то в Берлинской операции нашим войскам пришлось преодолевать почти сплошную оборону, занятую войсками противника сразу на нескольких рубежах. Это был непрерывный бой по прорыву глубоко эшелонированной, позиционной обороны. Оборона противника была прежде всего противотанковой. Она основывалась на массовом применении гранатометов «фауст» (каждый солдат противника имел не меньше как по два фаустпатрона), умелом использовании местности, в частности мелиоративных сооружений и противотанковых препятствий.
В связи с этим наши танки НПП впереди пехоты действовали неуверенно. У танкистов боязнь огня гранатомета «фауст» еще не изжита.
Этим в значительной мере объясняется медленность в развитии операции в начальный период.
2. Особенности организации и ведения наступательного боя в городе Берлине.
Основой боевого порядка войск, ведущих уличный бой в г. Берлине, были штурмовые группы.
Штурмовые группы были созданы 22.4.45 г. во всех стрелковых полках и имели следующий состав:
а) В 60-й гв. стрелковой дивизии:
1. 40 человек — стрелковая ррта
2. 2 — станковых пулемета
3. 2 — 45-мм орудий
4. 1 — 76-мм орудий ПА
5. 1 — 76-мм орудий ДА
6. 1–2 — 122-мм гаубиц
7. СУ-76 — 2 или один танк ИС-122
В составе штурмовой группы было 1–2 штурмующих отделения по 8 — 10 человек в каждом, обеспечивающее отделение (тяжелое орудие пехоты, снайпер, 5 — 10 автоматчиков), отделение закрепления, резерв.
б) В 230-й стрелковой дивизии (988 сп):
1. Стрелковая рота — 45–50 ч.
2. Батарея СУ-76
3. Танков — до 4
4. Ст. пулеметов — 2
5. ПТР — 2
6. Взвод огнеметов — 5 огнеметов ранцевых
7. 76-мм орудий ПА — 2
в) В 301-й стрелковой дивизии:
1. Два отделения стрелков — 15 ч.
2. Отделение саперов с ВВ — 5
3. Химиков со средствами задымления — 2
4. Танков или СУ — 2
5. Орудий 76-мм ДА или 122-мм гаубиц — 1–2
Состав штурмовых групп в остальных соединениях армии можно свести к вышеперечисленным трем примерам.
Штурмовые группы организовались по одной на стрелковый батальон и действовали как первые эшелоны наступающих батальонов. Состав штурмовых групп не был постоянным. Он менялся в зависимости от поставленных батальону задач, укреплений противника и его сопротивления. От этого же зависило усление штурмовых групп артиллерией, танками, саперами, химиками.
Так, при фронтальном наступлении вдоль улицы (батальон для наступления имел одну сторону улицы — полквартала) состав штурмовой группы уменьшался, часть средств усиления штурмовой группы переходила в подчинение командира батальона, так как артиллерию, танки и СУ вне улиц протащить было невозможно. Штурмовая группа уменьшенного состава (до 2/з) приобретала больше маневренности для продвижения по проломам в стенах домов, по подвалам, через заборы и т. д.
При встрече опорных пунктов (отдельно расположенных зданий, предприятий, [486] жел. — дор. станций, церквей) штурмовые группы вновь усиливались как силами, так и средствами, так как овладение опорным пунктом небольшой штурмовой группе без артиллерии было не под силу.
В последний период боев за г. Берлин у командиров частей и подразделений заметно усиливалась склонность к созданию небольших штурмовых групп. Их состав не привышал 15 человек. Так, в 286 гв. сп 94 гв. сд с 27.4.45 г. по 2.5.45 г. в каждом батальоне первого эшелона с успехом действовали штурмовые группы в составе: 3–5 автоматчиков, 1–2 снайпера, 1 РП, 2–3 сапера, 1–2 химика. Уменьшение состава штурмовых групп объясняется уменьшением состава стрелковых частей вследствие понесенных потерь и сужением полос для наступления (к 28.4.45 г. сп наступал на фронте 200–250 м), а также стремлением командиров частей и подразделений к скрытным действиям, к применению маневра, к использованию широкой сети подземных сооружений.
Опыт показал, что вопросы усиления штурмовых групп и поддержки их огнем артиллерии, танков и СУ в частях в основном решались правильно.
Для усиления штурмовой группы среднего состава (30–40 человек) достаточно 2–3 тяжелых танков, 1–2 СУ-122 и одного — двух 76-мм орудий ДА или лучше 122-мм гаубиц. Придавать штурмовой группе 46-мм орудия или 76-мм орудия ПА совершенно нецелесообразно, так как вследствие малой мощности огня они не производят в кирпичных постройках никаких разрушений, а следовательно, успеху штурмовой группы способствуют мало. Опыт показал, что при недостатке орудий большой мощности штурмовым группам лучше придавать станковые пулеметы или пулеметы ДШК. Они успешно подавляют огонь огневых точек противника, более маневренны и легко маскируемы, что в условиях уличного боя имеет немаловажное значение.
В последний период боев, когда полосы наступления стрелковых полков сузились до 200–250 метров, чувствовался излишек средств усиления, которые невозможно было использовать. Так с 29.4.45 г. 286 гв. сп имел для наступления не полосу, а маршрут — одну улицу. По этой улице двигались все средства усиления полка и большая часть средств усиления дивизии. Естественно, что вследствии ограниченного обстрела всех средств, имеющихся в сп и сд, использовать было нельзя. Часто улицы оказывались загроможденными различного рода техникой и обозами. Излишнее скопление техники, обозов и тылов затрудняло действия войск, сковывало их маневренность. Опыт показал, что действующие войска не должны загромождать своих тылов техникой, которая не требуется для боя, транспортом и обозами. Там, где командиры сумели этого добиться, действия войск были менее ограниченными и более успешными.
Действия наших частей в уличных боях в г. Берлине характеризуются значительной маневременностью. Для охватов, выхода на фланги и в тыл обороняющемуся противнику наши войска широко практиковали продвижение по дворам, через проломы в стенах зданий и по подземным сооружениям. Проломы в стенах проделывались подрывом ВВ, кирками-мотыгами, ломами и огнем из гранатомета «фауст». Последний способ особенно удобен, и он получил широкое распространение в войсках.
Продвижение по подземным сооружениям (тоннели метро, соединенные тоннелями подвалы, убежища) практиковалось чаще всего для выхода в тыл опорному пункту противника.
Так, 30.4.45 г. 286 гв. сп 94 гв. сд встретил упорное сопротивление противника, укрепившегося на линии жел. — дор. по Дирксенштрассе и превратившего ст. Берзе в опорный пункт. Попытки овладеть ст. Берзе фронтальной атакой (полк наступал с юго-востока) не дали результатов. Противник простреливал сильным огнем подступы к станции.
Обход станции был сильно затруднен наличием высокой жел. — дор. насыпи (5–6 метров высоты).
Тогда было решено выйти в тыл ст. Берзе по подвалам, соединенным с тоннелем метро.
Так как выходы в подвалы оказались засыпанными обвалившимися стенами зданий, [487] проход был сделан посредством взрыва. По подземным ходам в тыл противнику были направлены два стрелковых батальона (по 50–60 активных штыков в каждом). Третий батальон, артиллерия и танки, оставаясь перед станцией, сковывали противника с фронта. Беспрепятственно пройдя по подземным ходам до 400 метров, батальоны неожиданно появились в тылу противника.
По сигналу «красная ракета», данному командиром полка находившимся с обходящими батальонами, начался общий штурм ст. Берзе. Противник, атакованный с тыла и с фронта, был уничтожен, опорный пункт взят.
Одновременно с атакой ст. Берзе полк частью сил (стрелковая рота) атаковал госпиталь, где было захвачено много пленных, вооружения, продовольствия и боеприпасов.
За два дня боев подразделения 286 гв. сп четыре раза опускались под землю, чтобы выйти в тыл укрепившемуся противнику. Действия полка были весьма успешными. За 30.4.45 г. и 1.5.45 г. полк овладел 12 кварталами, взял в плен 1248 солдат и офицеров противника.
Продвижение под землей затруднялось отсутствием плана подземных сооружений, но наличие в составе обходящих подразделений саперов всегда позволяло подразделениям полка подняться на поверхность через проломы, сделанные саперами с помощью взрыва.
Это предпринималось в случае отсутствия выходов или тогда, когда подразделения сбивались с направления.
Атака отдельных зданий
Атака отдельных зданий организовывалась следующим образом: заранее до действия штурмовых групп небольшие разведпартии (3–5 человек) производили разведку объекта. Разведка устанавливала расположение огневых точек противника в здании и скрытые подступы к нему.
После этого планировался порядок просачивания штурмовой группы, действия по овладению нижними этажами и меры закрепления в них.
Перед началом атаки станковые пулеметы, орудия прямой наводки, танки и СУ открывали огонь по атакуемому объекту и огневым точкам противника, расположенным на его флангах, и подавляли их. Взрывы снарядов в кирпичных зданиях и особенно в развалинах домов поднимали облака пыли, ослепляя противника.
Под прикрытием огня средств усиления, дыма и пыли штурмовая группа сближалась с противником, забрасывала окна подвалов и первых этажей гранатами и врывалась в здание.
Важно было зацепиться за дом или следующий квартал даже небольшими силами.
Выдвижение остальных сил батальона и артиллерии происходило под прикрытием огня и дымзавесы, поставленной этой передовой группой, которая одновременно с ведением огня задымляла дымовыми шашками и гранатами обстреливаемый противником участок улицы.
Выдвинувшиеся основные силы батальона с артиллерией, танками и СУ продолжали бой по очищению всего здания, а штурмовая группа начинала действия по овладению следующим зданием.
Танки и самоходные орудия, действующие в составе штурмовой группы, наступали уступом сзади на дистанции, не допускающей поражения гранатой «фауст».
Движение танков и СУ происходило по обеим сторонам улицы поочередно. Если один танк или СУ продвигался вперед, другой в это время вел огонь по огневым точкам противника, мешающим продвижению танков и пехоты. Зенитные установки, СУ вели огонь по окнам верхних этажей, чердакам и проломам в стенах домов.
При выдвижении и атаке пехоты и танков с большим эффектом использовался огонь стрелкового оружия. Огонь из всех видов стрелкового оружия открывался внезапно целыми подразделениями и велся по окнам, дверям, [488] чердакам и проломам в стенах домов. Этим наши части вынуждали противника прятаться за стенами зданий, лишали его возможности вести прицельный огонь, особенно из гранатометов «фауст», чем облегчали действия штурмовых групп и продвижение танков, артиллерии и СУ.
Борьба с вражескими истребителями танков, вооруженными гранатометами «фауст»
Борьба с вражескими гранатометчиками «фауст» велась специально назначенными (2–3 на стрелковый батальон) отличными стрелками или снайперами, а также командами, вооруженными трофейными гранатометами «фауст». В некоторых соединениях гранатометом «фауст» были вооружены целые подразделения. Так в 177 гв. сп 60 гв. сд в каждом стрелковом взводе одно отделение вооружалось двумя гранатометами (кроме своего оружия). Эти отделения в уличных боях использовались для борьбы с гранатометчиками противника и прикрытия танков, СУ и артиллерии.
Выводы по действиям наших войск:
1. Войска армии в апреле месяце осуществили прорыв глубоко эшелонированной позиционной обороны противника и успешно провели бои за город Берлин.
2. Успех в уличном бою в городе Берлине решался смелыми и инициативными действиями небольших групп. Тактика действий мелкими подразделениями нашими войсками в основном освоена.
3. В боях за город Берлин впервые в армии с большой эффективностью был применен огонь установок РС на прямой наводке.
4. В боях за город Берлин впервые в танковых войсках армии была применена противофаустная сетка, значительно снижающая потери в танках.
Начальник оперативного отдела штаба 5 уд. А полковник Петров
Начальник отделения
по использованию опыта войны оперотдела подполковник Еремеев
ЦАМО РФ. Ф. 233. ОП. 2356. Д. 776. Л. 354–384. Подлинник.
Содержание главы
№ 288. Выступление члена Военного совета Группы советских оккупационных войск в Германии генерал-лейтенанта К. Ф. Телегина
Таблица № 1. Качественный состав бт и мв в варшавско-познаньской и берлинской операциях
Таблица № 2. Качественная характеристика сил артиллерии, привлекавшихся в белорусской, варшавско-познаньской и берлинской операциях
Таблица № 3. О количественном и качественном изменении состава 16-й воздушной армии в 1944–1945 гг.
Типы самолетов в %
Ведомость № 4. Обеспеченность боеприпасами войск 1-го Белорусского фронта при подготовке берлинской операции
Выписка № 5. Из справки об оперативной деятельности органов СМЕРШ 1-го Белорусского фронта за период подготовки и проведения Берлинской операции
Ведомость № 6 о потерях матчасти БТ и МВ 1-го Белорусского фронта за период с 14.4.45 г. по 3.5.45 г.(танки и самоходные установки)
Справка № 8. О завышении потерь противника
Выборка № 9. О количестве немецких войск, прорвавшихся из окруженного гарнизона Берлина в западном направлении в период 1–2.5.1945 года по показаниям пленных.
Справка № 10 о плотности войск на 1 кв. км на главном направлении удара в берлинской операции (плацдарм западнее Кюстрина — 315 кв. км) — 47, 3 уд., 5 уд., 8 гв. а, 1 и 2 гв. та, части и соединения усиления этих армий
№ 289. Выступление командующего 3-й армией генерал-полковника А. В. Горбатова
№ 290. Выступление начальника штаба 3-й гвардейской танковой армии 1-го Украинского фронта генерал-лейтенанта Д. Д. Бахметьева (представитель от Центральной группы войск)
№ 291. Выступление представителя Генерального штаба генерал-майора Платонова
№ 292. Выступление начальника штаба 5-й ударной армии генерал-лейтенанта А. М. Кущева
№ 293. Выступление командующего 1-й гвардейской танковой армией гвардии генерал-полковника М. Е. Катукова
№ 294. Выступление командующего 2-й гвардейской танковой армией маршала бронетанковых войск С. И. Богданова
№ 295. Выступление командующего 8-й гвардейской армией генерал-полковника В. И. Чуйкова
№ 296. Выступление командира 756-го стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии полковника Ф. М. Зинченко
№ 297. Выступление командира 79-го стрелкового берлинского корпуса генерал-лейтенанта С. Н. Переверткина
№ 298. Выступление начальника разведывательного управления 1-го Белорусского фронта генерал-майора Н. М. Трусова
№ 299. Из выступления заместителя начальника Санитарного управления Группы советских оккупационных войск в Германии генерал-майора Плякина
№ 300. Выступление начальника политического отдела 1-й гвардейской танковой армии генерал-майора А.Г. Журавлева
№ 302. Выступление с заключительным словом генерала армии В. Д. Соколовского
II. Материалы конференции высшего командного состава Центральной группы войск по обсуждению опыта участия войск 1-го Украинского фронта в берлинской операции. (Февраль 1946 г.)
№ 303. Из доклада начальника штаба Центральной группы войск генерал-полковника Г. К. Маландина
№ 304. Из доклада начальника политического управления Центральной группы войск генерал-лейтенанта С. Ф. Галаджева
№ 305. Из доклада начальника тыла Центральной группы войск генерал-лейтенанта Н. П. Анисимова
№ 306. Выступление командующего 4-й гвардейской танковой армией генерал-полковника Д. Д. Лелюшенко
№ 307. Выступление командующего третьей гвардейской танковой армией маршала бронетанковых войск П. С. Рыбалко
№ 308. Заключительное слово командующего Центральной группой войск Маршала Советского Союза И. С. Конева
Приложение № 2.
Материалы первых военно-научных конференций, посвященных берлинской наступательной операции
Ниже приводятся документы двух научных конференций: I — научной конференции по изучению Берлинской операции войск 1-го Белорусского фронта, которая проводилась в период с 9 по 12 апреля 1946 г. в здании штаба Группы советских оккупационных войск в Германии (г. Бабельсберг) под руководством генерала армии В. Д. Соколовского; II — конференции высшего командного состава Центральной группы войск по обобщению опыта участия войск 1-го Украинского фронта в Берлинской наступательной операции, которая проводилась 18 февраля 1946 г. под руководством Маршала Советского Союза И. С. Конева.
Выступавшие на конференциях военачальники, в своем большинстве участники Берлинской операции, критически оценивали опыт ее подготовки и ведения, подробно останавливались на ее недостатках, уроках и выводах.
Материалы обеих конференций во многом дополняют документы, приведенные в сборнике.
I. Материалы научной конференции по изучению берлинской операции войск 1-го Белорусского фронта
№ 288. Выступление члена Военного совета Группы советских оккупационных войск в Германии генерал-лейтенанта К. Ф. Телегина
На участниках научной конференции по разбору Берлинской операции лежит особая ответственность перед Красной Армией и всем советским народом и перед историей.
Мы, живые участники и организаторы и руководители этого величайшего сражения за Берлин, гордимся, что Родина и великий Сталин возложили на нас эту почетную историческую задачу — завершить победу над злейшим врагом советского народа — немецко-фашистскими захватчиками в его зверином логове и водрузить Знамя Победы над Берлином.
Советский народ и все свободолюбивое человечество с затаенным дыханием ждало скорейшей развязки этой кровавой трагедии. Они верили в Красную Армию и знали, что уже близок этот час, что придет день, когда могучий девятый вал с берегов Одера развеет вдребезги этот разбитый корабль «нового порядка» и навеки похоронит его обитателей, организаторов и вдохновителей, мечтавших поработить весь мир.
Все мы понимали, что с захватом Берлина кончается война, кончаются кровавые испытания народа и вновь высоко взойдет солнце мирного, радостного и творческого труда нашей Родины.
Осознавая всю ответственность поставленных перед 1-м Белорусским [490] фронтом задач, каждый генерал, офицер, сержант и солдат жили только одной мыслью — оправдать доверие, сделать все, чтобы успешно выполнить задачу, не остаться в обозе и не вылететь из победной колесницы на ухабах и крутых поворотах в конце победоносной дороги войны.
Мы не обманули надежд и доверия своего народа. Боевая задача была блестяще решена. Всемирно-историческая победа одержана. Народ ликует и славит победителей. Новыми трудовыми подвигами, дальнейшим укреплением морально-политического единства ответил народ на нашу победу. Еще ярче заблестел ореол славы и величия нашей Родины и Красной Армии.
Казалось бы, что мы достигли с вами вершины своего расцвета и военного мастерства. Накопили огромный опыт и с этим багажом можно было бы беззаботно отправляться в дальний путь, ибо на деле доказано, что мы владеем передовой военной наукой, обладаем испытанными, получившими огромный опыт кадрами, имеем достаточное количество первоклассной техники, оправдавшей себя на поле боя.
В этих условиях, казалось бы, надо только жить да не тужить, не думая, что будет завтра. Есть у нас такие люди, товарищи. Грудь у них вся в орденах и чины немалые. А рассуждают так: чему и у кого учиться, да и для чего учиться? Нас, мол, до войны учили многим премудростям в академиях, но война все их опрокинула и пришлось заново учиться на поле боя. До следующей войны, мол, нам зарядки хватит, а там посмотрим. Нужно будет переучиваться — переучимся на поле боя. К счастью нашему, что у нас таких невежд единицы, и было бы большой бедой, если бы их оказалось много.
Бесспорно, товарищи, война обогатила опыт и знания наших кадров, люди по-настоящему овладели наукой побеждать. На опыте Великой Отечественной войны должны будут непрерывно совершенствоваться могущество нашей армии, воспитываться и закаляться ее молодые кадры.
Для нас с вами всякое благодушие и самоуспокоенность особо нетерпимы. Все это верно, что мы победили, что Красная Армия самая могущественная армия в мире и т. д., но ведь история знает немало примеров, когда победители терпели жестокое поражение, если они переставали работать над усовершенствованием армии, если они почивали на лаврах.
Мы пока остаемся единственным еще социалистическим государством в капиталистическом мире. Во второй всемирной войне мы били врага вместе с капиталистическими государствами, но идем мы с ними врозь. Коренные противоречия остаются. Борьба двух систем продолжается. И чтобы не дать захватить себя врасплох — мы ни на минуту не должны забывать о необходимости всемерно повышать могущество Красной Армии, совершенствовать ее тактику и технику, чтобы прочно закрепить за ней имя передовой армии.
Товарищ Сталин в своем приказе № 8, 23 февраля 1946 г., указывает нам, что «Великая Отечественная война внесла в военное дело много нового. Боевой опыт, добытый на полях сражений, представляет богатую сокровищницу для обучения и воспитания войск. Поэтому всю подготовку армии надо проводить на основе умелого освоения опыта минувшей войны. Этот опыт необходимо также всесторонне использовать для теоретического образования офицерских кадров и дальнейшего роста советской военной науки. Следует помнить, что военное дело непрерывно и быстро развивается. Красная Армия обязана не только поспевать за развитием военного дела, но и двигать его вперед».
Вот почему особо ответственна задача собравшихся здесь на научной конференции по обобщению опыта Великой Отечественной войны в самой интересной операции Красной Армии. Мы с вами, по существу, подводим итог не только Берлинской операции, а итог опыта всей Великой Отечественной войны, участниками которой мы были с вами от начала и до конца. Ведь в разработке и проведении этой операции аккумулирован весь опыт Отечественной войны и творчески переработан соответственно обстановке, особым условиям и задачам этой операции. В разработку и осуществление этой операции каждый генерал, офицер, солдат вложил весь свой творческий [491] ум, опыт, волю и характер, стараясь не забыть, не потерять то, что он потом и кровью приобрел на полях сражений. А раз это так, раз Берлинская операция явилась концентрированным выражением всего нового, что внесла война в военное дело, аккумуляцией всего опыта, приобретенного нами в боях, — то и слово наше на этой конференции имеет особый вес. Наши выводы должны быть действительно научно обоснованы и явиться отправными в деле дальнейшего обучения и воспитания Красной Армии, чтобы на них могли учиться наши кадры и, опираясь на них, двигать вперед военную науку.
С этой точки зрения нельзя сказать, чтобы некоторые доклады и выступления отвечали этим требованиям, ибо они носят основательные налеты поверхностных суждений, незрелых выводов и некритического отношения к отдельным фактам из боевой деятельности.
Ряд товарищей, в частности, докладчик по авиации тов. Белоцкий упрощенно понял свою роль на этой конференции, ограничившись перечислением того, что было, не сделав даже ни одного вывода «в назидание потомству». Ряд товарищей категорически утверждали, что именно докладываемое ими и есть зерно истины, которое следует глотать не разжевывая. Другие пытались во что бы то ни стало отыскать что-то особенно новое в этой операции. В самом деле, говорили, что непрерывность наступления является новым в военном искусстве, рожденным Берлинской операцией. Но разве не помнят товарищи, что еще в Белорусской и Висло-Одерской операциях непрерывность наступления и эти тактические приемы осуществлялись во время преследования противника, а начало им положено еще на Курской дуге, в первые дни нашего наступления. Говорили, что переход от штурмовых групп к штурмовым отрядам — есть дальнейший этап в развитии тактики городского боя. И это не так. Безусловно, тактика городского боя была здесь поднята на новую ступень, ибо масштабы боя были иные, технические средства другие (вплоть до включения в штурмовые отряды артиллерии большой мощности и М-31). Но все это (правда, в другом виде, в других масштабах) было и в Сталинграде, Познани, Шнайдемюле и других местах.
Чтобы лучше уяснить все стороны подготовки операции и условия, в каких она проводилась, позвольте мне остановиться на обстановке этого периода, которую должен был ясно представлять себе каждый военачальник, прежде чем браться за карандаш и карту для принятия решения.
Какова же была обстановка? Какие основные элементы этой обстановки были учтены при разработке этой операции? При проведении Берлинской операции у нас были более благоприятные внешние и внутренние военно-политические факторы, чем в предыдущих операциях. Вот некоторые из них.
Внешние факторы. 1) В феврале состоялась Ялтинская конференция руководителей трех держав. Эта конференция подтвердила единство военных целей союзников в разгроме фашистской Германии, ликвидации немецкого империализма, уничтожения нацизма и разоружения Германии. Конференция установила основные принципы послевоенного сотрудничества в деле упрочения мира и безопасности и наметила пути для преодоления возникших серьезных затруднений по вопросу о Польше и Югославии. Решения Крымской конференции утвердили веру всех свободолюбивых народов в близкое торжество победы антигитлеровской коалиции, еще выше подняли политическую активность демократических элементов освобожденных стран Европы и всего мира.
Войска союзников в феврале и марте успешно развивали свое наступление, произведя глубокий прорыв фронта во внутрь Германии, очистив Эльзас-Лотарингию, Бельгию и Голландию, и в начале апреля на некоторых участках подошли к реке Эльба.
2) В течение февраля, марта и первой половины апреля месяца Красная Армия продолжала свое стремительное наступление на юге и очищала от остатков противника Пруссию и Померанию. Так, 13 февраля после полуторамесячной осады пал Будапешт и части Красной Армии вели успешные бои по очищению территории Венгрии, а также и бои в Югославии; 30 марта 2-й Белорусский фронт [492] штурмом овладел Данцигом; войска 1-го Украинского фронта 1 апреля форсировали Одер и овладели крепостью Влодава; 4 апреля был занят в Чехословакии город Братислава, 9 апреля пал Кенигсберг, 13 апреля освобождена Вена — столица Австрии. Стальное кольцо войск все плотнее сжималось вокруг фашистского логова. На горизонте высоко поднималось яркое солнце победы.
3) Положение в Германии. В результате зимних операций Красной Армии и союзников Германия стояла накануне полного краха. Она оказалась зажатой между Эльбой и Одером. С юга, через Чехословакию, Венгрию и Австрию подходили к ее границам войска Красной Армии и союзников. Германия лишалась важнейших промышленных и сельскохозяйственных районов, источников сырья, военного производства и продовольствия. Достаточно сказать, что в общем балансе Германии восточные области в сельскохозяйственном отношении давали Германии продукцию на 35 %. Потеря этой богатейшей сельскохозяйственной области, конечно, подорвала основы сельскохозяйственной экономики и вообще экономики Германии.
Далее. Германия ослабла людскими резервами. Дальнейшая мобилизация могла идти только за счет изъятия рабочих с жизненно важных военных производств, за счет ослабления аппарата внутреннего управления, поддерживающего фашистский режим. Это уже было хорошо заметно во время Померанской операции, когда на Гиммлера и внутренние войска СС была возложена задача задержать наше продвижение, нанеся контрудар во фланг, очистить плацдарм на Одере. Об этом же говорит и другой факт — формирование в центре Берлина 200 батальонов фольксштурма за счет всего мужского населения, и в первую очередь — членов нацистской партии.
Безнадежность дальнейшей борьбы и бесперспективность ее охватывала уже широкие круги населения и военных. В этот период уже происходит массовое упрятывание ценностей и документации, ценного производственного оборудования. Все это, вместе с крупными фашистскими заправилами и специалистами, потянулось на юг — в полосу действий американской армии, в которой немцы видели более «гуманного» из противников.
В гитлеровской верхушке начался разброд. Геринг попадает в разряд ненадежных, в силу чего, позднее уже, во время нашей операции, 25 апреля, его по приказу Бормана арестовывают и исключают из партии. Гиммлер подозревается в подготовке государственного переворота и после скандального провала в Померании, когда ему было поручено командование группой «Висла», он фактически изгоняется из руководства. Но еще его боятся, ибо войска СС продолжают оставаться в его руках. Ряд генералов, руководящих армией, также попадает в разряд неблагонадежных и фактически устраняется от дел. Кейтель потянулся к Деницу, Йодль — к Гиммлеру.
Положение Германии становилось безнадежным. Это видело и гитлеровское руководство, но, будучи верно своему авантюризму, оно не могло принять иного решения, как биться до конца, питая надежды вызвать разногласия среди союзников, делая попытки заключить мир на Западе. Оно стремится выиграть время, чтобы успеть закончить работы над рядом новых образцов секретного оружия, чтобы в июне месяце применить его в массовом масштабе. Но уже в конце марта 1945 г., оценив безнадежность обстановки и видя, что им не удастся дотянуть до применения нового «секретного» оружия, Геббельс вынужден был сменить барабанный бой на заупокойную, заявив в ответ на ялтинские решения: «Лучше умрем, но не капитулируем».
4) Не случайно также в этот период происходила прочистка мозгов от профашистской плесени у многих государственных деятелей так называемых нейтральных стран, и их хватила «военная горячка». Так, в течение февраля и марта месяцев начинается полоса вступления в войну целого ряда малых капиталистических государств:
9 февраля вступил в войну Парагвай;
14 февраля объявила состояние войны с державами «оси» Чили;
15 февраля — Уругвай;
23 февраля объявила войну Турция;
24 февраля объявил войну Египет;
26 февраля объявил войну Ливан;
27 февраля объявила войну Сирия;
4 марта Финляндия официально объявила о состоянии войны с Германией и Японией.
Как видите, в печи запахло сладким пирогом победы и уже немало нашлось таких, которые поспешили, чтобы не опоздать урвать какой-нибудь кусочек, сказав, что и мы пахали.
Внутренние факторы также были исключительно благоприятны. Перенесение войны за пределы Советского Союза вызвало огромный политический и производственный подъем в нашей стране и в армии. Народ ответил на это максимальным напряжением усилий для обеспечения Красной Армии в массовом количестве и высокого качества техникой и боеприпасами. Он славил Красную Армию, славил партию, славил великого Сталина, сумевшего привести наш народ к победе.
Освободились силы Красной Армии в Прибалтике, Восточной Пруссии. Далее, в Померании создалась возможность концентрации сил и средств на главном направлении в невиданных до этого размерах. Мы имели девять пехотных, две танковые армии, 3 отдельных корпуса, массу артиллерии и авиации. Мы не только количественно были усилены, но и произошло качественное изменение войск. Внутри родов войск произошло также качественное изменение: в танковых войсках — тяжелых танков и СУ (см. таблицу № 1), в артиллерии в сторону увеличения тяжелых калибров (см. таблицу № 2), в авиации — бомбардировщиков-штурмовиков (см. таблицу № 3).
Перед нами был Берлин всего в 60 км. Это был конечный пункт нашего тяжелого военного пути. Моральное значение этого факта исключительно велико. Это была великая цель, рождающая великую энергию, в сравнении с которой и атомная энергия, и атомные бомбы представляют собой маленькую величину.
У нас за плечами находился опыт почти четырех лет Великой Отечественной войны. С нами была великая организующая и руководящая сила нашей партии Ленина — Сталина. Твердой рукой, гениальным умом величайшего вождя и полководца руководил нами, поправлял нас и вдохновлял на ратные дела наш Генералиссимус товарищ Сталин. А это, вы знаете, являлось и является одним из решающих условий нашей победы.
Есть еще некоторая особенность, которую нам приходилось учитывать при организации и проведении этой операции.
Общая обстановка была такова, что подхлестывала нас к форсированию подготовки этой операции. Конец марта — сил противника, противостоящих нам, немного. Однако в ближайшее время не исключено было их усиление за счет сил, выводимых из Курляндии, Восточной Пруссии, из района Данцига, и за счет приведения в порядок разбитых частей в Померании и на Одере и усиленного формирования резервов. Мы также считались с возможностью дальнейшего снятия частей с запада и переброски их против нас.
От союзников нас отделяло всего около 200 км. Нас информировали, что союзники ведут энергичную подготовку к броску на Берлин с использованием воздушных десантов. Впоследствии в разговорах это подтвердил командир 82-й авиадесантной дивизии, заявив, что они почти готовы были к высадке и наше стремительное наступление было для них неожиданностью. Они считали, что после Померанской операции войска нашего фронта раньше 1 мая не будут в состоянии начать операцию на Берлин. Вы понимаете, товарищи, что значил бы в этих условиях захват нами Берлина. Это было делом чести войск Красной Армии, и в частности войск 1 БФ. Мы были ближе к нему, чем союзники. Мы шли к нему почти целых четыре года, и было бы, конечно, непростительно нам перед историей, перед народом, если бы мы позволили вступить первыми в Берлин союзникам.
После Ялтинской конференции широко распространился такой, видимо, анекдотического порядка, разговор. Прощаясь с товарищем Сталиным, Рузвельт [494] и Черчилль сказали: «До свидания, до встречи в Берлине». Товарищ Сталин ответил им: «Милости просим». Анекдот это или нет, но нам было ясно, что наша задача и состояла именно в том, чтобы сказать союзникам: «Милости просим к нам в гости в Берлин», а не встретиться с армиями в Берлине. В этом ответе товарища Сталина было выражено чаяние нашего народа, солдат и офицеров и генералов Красной Армии.
Готовить новую Берлинскую операцию приходилось, еще не закончив в Померании и одновременно отбивая атаки противника на одерском плацдарме. Только 12.3 полностью был занят Кюстрин. 18 марта заняли Кольберг. 20 марта бои закончились в районе Штеттина, мы заняли Альтдам.
Малая емкость плацдармов требовала упорных и больших боев, не только за их удержание, но и за расширение, в предвидении использования этих плацдармов для фронтального удара большими силами по кратчайшему направлению на Берлин.
В ходе Варшавско-Лодзинско-Познаньской и Померанской операций части значительно ослабли, подыстощились материальные резервы и накопления. Было ясно, что для восполнения потерь и для накопления необходимых материальных ресурсов потребуется больше времени, чем отводит нам история. Поэтому борьба за высокие темпы подачи по железной дороге и автотранспортом, за четкую работу ВОСО и тыла, за правильное распределение ресурсов, борьба за четкий план и график подачи центром, работа перевалочных баз — все это приобретало особое значение в этот период. Здесь нужно всемерно было одобрить меры Военного совета 8-й гв. армии по широкому использованию трофейной артиллерийской техники с целью экономии отечественных боеприпасов. Мы начинали эту операцию при такой малой обеспеченности боеприпасами, как никогда. (См. ведомость № 4.) В прежних операциях мы не позволили бы себе начинать операцию с таким обеспечением. Мы рассчитывали на скоротечность операции и на наши способности маневрировать боеприпасами и пополнять их в ходе операции за счет поступления из центра.
Были еще и другие особенности, с которыми также надо было считаться, готовя операцию.
1. Берлин — это столица, административно-политический центр, это — логово фашистского зверя. Сопротивление мы ожидали ожесточенное, ибо фашисты знали, что с падением Берлина будет конец их господству. Сами фашисты связали свою судьбу с Берлином. Геббельс говорил: «Тому, кто владеет Берлином, принадлежит вся Германия». В изданной при гитлеровском режиме монографии о Берлине написано: «Все могущество власти и вся сила исканий нации сосредоточены в Берлине». Тот же Геббельс, в начале 1945 г., заявил, что нацисты либо победят с Берлином, либо погибнут с ним. И, как видите, они оказались верны своей доктрине. В развалинах Берлина они нашли свою «собачью» смерть.
В 1939 году в Берлине было 4389 тыс. населения. К концу войны в Берлине было 103 военных предприятия. Берлин — это главный и мощный узел железнодорожных, шоссейных и водных коммуникаций. В Берлине, по приблизительным данным, было свыше полмиллиона членов нацистской партии, гитлерюгенда. Взять Берлин — это, по существу, завоевать целое маленькое европейское государство.
2. Все войска фронта уже втянулись на немецкую землю. Особое значение приобретали вопросы охраны войск, вопросы бдительности, соблюдения военной тайны. Только за период подготовки операции органами СМЕРШ, охраны тыла и войсками было арестовано вражеской агентуры 609 чел. (См. выписку № 5). Нужно прямо сказать, что этому вопросу все звенья, начиная от Военного совета фронта, политуправления, уделяли огромное внимание, опираясь на опыт прошлой работы и понимая, что сейчас нам предстоит работа сложнее, ибо мы находимся на вражеской земле, да к тому же не владеем в достаточной степени немецким языком, и подчас трудно разобраться даже, кто ходит рядом с тобой — шпион или не шпион. Досадный факт, но мы встречались с такими явлениями, когда отдельные разведчики ходили [495] по нашим тылам на протяжении целого месяца, разговаривали с нашими военнослужащими, получали необходимые для себя данные даже от наших командиров. Дважды один из них задерживался, но, имея поддельные документы, умело вывертывался и продолжал свою шпионско-разведывательную работу. Таких фактов у нас было много. Поэтому борьба с этими враждебными шпионско-диверсионными элементами приобретала особое значение. Она, как видите, дала нам неплохие результаты.
3. Следующая особенность стоящей перед нами задачи была: не только разбить Германию, но оккупировать ее и организовать управление; особенно — организовать жизнь в таком многомиллионном городе как Берлин. Это дело не простое и не легкое, товарищи. Ведь опыта никакого у нас не было, а Германия — это не Абиссиния. Это государство в высшей стадии капитализма, население его основательно пропитано фашистской заразой. К тому же нам было известно, что предстоит вступить в разрушенный город, с голодным и холодным многомиллионным населением, без воды и света.
Эти задачи мы решили через институт военных комендатур. На 10 марта у нас их было создано 421, с 12 088 штатными единицами. На 20 марта их было уже у нас 509, и они охватывали территорию от Лодзи до берегов Балтийского моря. К 15 апреля мы сформировали — уже для Берлина — 21 районную и 42 участковых комендатуры. Это только, товарищи, штатные комендатуры, а ведь еще больше, вдвое больше, если не втрое, их было нештатных, созданных непосредственно армиями. Сколько бы мы тут с вами ни наделали ошибок в формировании, в организации этого аппарата, в поддержании оккупационного режима и административного управления, но бесспорно одно, — созданные военные комендатуры помогли войскам в поддержании порядка, установили необходимый оккупационный режим, сохранили огромные ценности для нашего государства.
4. Следующая особенность — это враждебность немцев. Мы считались с возможностью их активного противодействия в нашем тылу. Необходимо было изъять все мужское население, способное на активную борьбу. С этой целью, по решению Ставки, пришлось провести огромную работу по изъятию не одного десятка тысяч немцев-мужчин, формированию из них рабочих колонн и отправки их в Советский Союз. Для обеспечения сохранения тайны всех наших подготовительных мероприятий, тайны дислокации войск пришлось отселить 25-километровую фронтовую полосу, что охватило еще свыше 100 тыс. человек немцев.
Но нашим войскам необходимо было учитывать следующие плюсы и минусы.
Плюсы:
высокий дух войск;
желание быстрее покончить с врагом, закончить войну;
огромный боевой опыт, мастерство.
Минусы:
незнание особенностей самого Берлина и отсюда сложность борьбы в нем;
наличие шапкозакидательских настроений, могущих повлечь к напрасным потерям и к задержке темпов;
наличие таких факторов, как пьянство, барахольство, извращенное толкование мести. Это особое значение имело для Берлина, где много соблазнов, где могут вволю разыграться чувства победителя, но где концентрированно собрано 3 млн человек, организовать которых врагу легче, чем на больших пространствах;
появление случаев уклонения от боя, желание сохранить жизнь.
Здесь тов. Трусов говорил о трудностях и особенностях разведки, особенно по Берлину, ибо надо было готовить войска к боям и на земле, и в воздухе, и «под землей». Если основательно готовили к боям на земле и в воздухе, то «под землей» готовили все же слабо. Мы не знали подземелья как следует и не имели опыта, а подземное хозяйство Берлина огромное и сложное. Нам следовало бы набрать из пленных людей, хорошо знающих подземное хозяйство, составить нужные схемы и дать войскам.
Единственное, что облегчало задачу быстрого овладения Берлином — это расчет на моральную подавленность обороняющихся и жителей и на дезорганизацию управления. Это маршал Жуков неоднократно подчеркивал командирам, требуя быстроты, смелости, дерзости, даже «нахальства», — и враг сдастся. Так оно и получилось.
Все эти вопросы детально подвергались рассмотрению. Командование армий и соединений получало ориентировку. Политорганы положили много усилий, чтобы помочь личному составу понять эти условия и разобраться в этой обстановке. Все это обеспечило успех операции, поставивший ее в разряд классических операций всех времен.
Генерал-полковник тов. Малинин в своем замечательном докладе разносторонне осветил подготовку, проведение и завершение этой операции. Выдвинутые им положения в основе своей не встретили возражений участников конференции, а лишь рассматривались с разных сторон и конкретизировались. Поэтому позвольте мне затронуть лишь некоторые вопросы, касающиеся военной стороны хода операции, хотя я себя и не могу считать военным специалистом и попрошу в нужных случаях поправить.
Прежде всего — об идее операции и, соответственно с нею, о расстановке сил и средств и роли каждого рода войск в операции.
Идея операции была такова. Берлин — конечная стратегическая цель. Надо совершить фронтальный прорыв обороны по кратчайшему направлению, с охватом Берлина с севера и юга, окружить его и уничтожить гарнизон, если он будет сопротивляться. Срок 6–8 дней.
Для осуществления этой идеи, учитывая все условия борьбы за Берлин, необходима была концентрация на направлении главного удара максимума сил и средств, чтобы не допустить задержки в развитии операции и, при необходимости, не считаясь с потерями, задавить, смять, деморализовать противника всей мощью технических средств.
Здесь тов. Богданов говорил: «Танки — решающая сила, хозяева поля боя». На поле боя все важны, и товарищ Сталин определил место каждому. Какова роль пехоты и танков в Берлинской операции — с этим надо разобраться.
С началом операции командующий и Военный совет все время подхлестывали и подталкивали армии вперед потому, что надо было перемолоть основные силы противника на главном рубеже обороны и не давать им оседать и организовывать оборону на промежуточных рубежах и, главное, не дать возможности собираться и организовываться в Берлине — не допустить стягивания в Берлин частей с севера, с запада. Документами теперь подтверждено, что Гитлер требовал двигать на Берлин 12-ю армию Венка с юго-запада, а с севера — группу Штейнера. Командование фронта также считалось с возможностью начала действий союзников как с юга, так и с Магдебурга; высадки их десанта, чтобы упредить нас в захвате Берлина. Наши опасения, что союзники могут попытаться упредить нас в захвате Берлина впоследствии подтвердил командир 82 адд. Мы знали также, что против союзников немцы оставили мало сил.
И тут совершенно неправ тов. Богданов, когда, объясняя причину ввода в бой 1 и 2 ТА, пытался мотивировать это неспособностью пехоты прорвать оборону противника. Причину ввода я указал уже. Пехота, безусловно, была способна и дальше вести бои, но командование фронта не считало возможным терять ни одного часа, ни одного дня. Мы знали, что вывода танковых войск на оперативный простор осуществить будет почти невозможно. Было решено ввести все танковые войска, чтобы задавить противника массой техники, уничтожить максимум сил и средств его, деморализовать его и тем самым облегчить задачу взятия Берлина. Было совершенно ясно, что противник на подступах будет драться, не жалея сил. Если бы мы ждали, когда пехота прорвет оборону и создаст условия для ввода танков в прорыв, то ждать нам этого пришлось бы до выхода на Эльбу.
Да, мы считались с тем, что придется при этом понести потери в танках, но знали, что даже если потеряем и половину, то все же еще до 2 тыс. бронеединиц мы введем в Берлин, и этого будет достаточно, чтобы взять его. Берлин был конечной стратегической целью операций Красной Армии в Великой Отечественной войне, и выход на Эльбу уже преследовал цель захвата пространства, заранее обговоренного на Ялтинской конференции. Все это было целиком оправдано ходом операции. Наши потери были большие (см. ведомость № 6). Но и результат их налицо. Уже с 18.4 темп наступления возрос, а потери резко упали, в том числе и в Берлине. Да и общие потери фронта за операцию у нас меньше, чем за прошлую операцию, учитывая численность и боевой состав фронта.
Некоторые наши танковые начальники действовали нерешительно и исходили при этом из ошибочных рассуждений: «А с чем я приду в Берлин? Не приду ли с «красным» носом»? Эти действия и рассуждения, безусловно, неправильны. Эти начальники неправильно оценивали всю обстановку, свои силы и силы противника. Ведь заявляли же некоторые горячие головы, что на 2-й день наступления уже будут в Берлине, не учитывая конкретных условий этой операции: характера местности, глубины обороны и того, что это был Берлин.
Командование фронтом совершенно не исключало, а предполагало возможность выхода на отдельных участках на свободное пространство. У противника была не одинаковая плотность, не было еще сплошных противотанковых укрепленных поясов, его силы были не одинаковы по стойкости. Все это могло создавать возможность осуществления глубоких прорывов. И отдельные примеры из действий 9 гв. гтк и других частей действительно об этом свидетельствуют. Надо было только не упираться и не пробивать ворота лбом, а активно искать слабые места в обороне, пролазить в каждую щель, в каждую дыру, дружно наваливаясь на встречающиеся препятствия. Поэтому-то и было приказано танковым армиям бить кулаком, не распылять усилий, не действовать растопыренными пальцами.
Ошибкой командования танковых армий было то, что они не вдумались, как следует, в указание командования фронта о том, что не исключена возможность действия танковых армий в боевых порядках пехоты. Ни в одном из вариантов плана не было это отражено, не были отработаны все стороны взаимодействия с общевойсковыми армиями по возможным рубежам. Такого плана не было отработано. А если и был он, то его не придерживались, и это обстоятельство привело к многим элементам неорганизованности в первые дни боя, о чем, например, свидетельствуют выступление тов. Кущева на конференции и два следующих донесения офицеров ГШ КА:
1) 18.4.45 г. офицер связи ГШ КА подполковник тов. Лубнин доносил, что у Катукова из-за отсутствия передового наблюдательного пункта артиллерии наша артиллерия неоднократно в течение дня вела огонь по боевым порядкам 44 гв. тбр. В 17.00 было произведено два дивизионных залпа РС с большими потерями в живой силе и технике.
2) 20.4.45 г. старший офицер ГШ КА полковник Соловьев доносил, что медленное продвижение 1 гв. ТА объясняется:
глубоко эшелонированной, инженерно-артиллерийской, танко-самоходной обороной противника;
отсутствием должного взаимодействия между стрелковыми, артиллерийскими и танковыми частями не только в передовых частях, но и в штабах корпусов (29 гв. ск, 11 тк); вместо полной согласованности в действиях командиры обвиняют друг друга в медлительности;
артиллерия, сопровождая пехоту, помогает только в боевых порядках (прямой наводкой); остальная артиллерия отстает на 4–5 км, и огонь ее малоэффективен — целей она не видит, данные готовит медленно;
взаимодействие штурмовой авиации с танками отсутствует; штурмовики не сопровождают танки и работают на удалении 4–5 км от линии передовых частей; данных о противнике не передают; передовые части не знают, с чем они встретятся впереди.
Командование фронта, штаб фронта и Военный совет в целом внимательно [498] следили за ходом развития операции, до болезненности остро воспринимали всякую медлительность, неорганизованность и плохую управляемость войсками, подталкивая, подхлестывая и поправляя на ходу (см. выборку № 7){199}. Здесь уже много документов было приведено и нет необходимости еще раз на них останавливаться. Все эти документы исходили из одной-единственной мысли, из одной-единственной цели, которую ставил перед собой командующий, проводя ее в жизнь, — не медлить, не мешкать, искать слабое место. Но если этого слабого места нет — наваливаться массой техники, давить ею. Пускай это будет стоить нам жертв и потерь, но надо как можно быстрее рваться к Берлину. Чем быстрее мы вырвемся туда, тем слабее там окажется противник, тем ближе победа. Кроме того, мы упредим возможную высадку десанта союзников, упредим их в захвате Берлина. Этот фактор, товарищи, был очень немаловажным. Некоторые товарищи обижались, что уж очень много «синяков и шишек» было наставлено им за эту операцию. Бывает, конечно, но просим понимать это так, что обстоятельства, обстановка сама диктовала необходимость высокой боевой активности наших войск.
В значительной степени мешали правильному анализу обстановки также несвоевременность и недостаточная правдивость нашей информации о ходе боя, положении войск и о результатах боя. Так, в 11 тк тов. Попель, проверяя положение, был введен в заблуждение ложной ориентировкой в положении своих войск и чуть не попал в лапы противника. Он шел на передний край в стрелковую роту, будучи информирован, что здесь находится штаб танковой бригады. Можно сослаться на целый ряд других примеров, когда некоторые командиры у нас попадали в такое же положение. Все это дезориентировало командующего фронтом, штаб фронта и не позволяло правильно оценивать, как шло выполнение задачи, чего же достигли войска. Я еще раз подчеркиваю: необходимо было в главной оборонительной полосе противника «перемолоть» большинство его сил и средств и обеспечить себе путь, свободную дорогу. Командующий фронтом ждал с нетерпением этого момента, когда же будет ясно, что у противника силы «перемолоты» и можно будет рваться вперед. И получалось так, что, если верить бы этим донесениям и по ним действовать, то могли бы быть мы сконфужены очень сильно.
К чему могут привести подобного рода несерьезные отношения к информации о положении дел — я хочу привести такие разительные примеры.
Вот некоторые примеры из двух операций (см. справку № 8 — о завышении потерь противника, выборку № 9 — о количестве прорвавшихся немецких войск).
В период январских боев 1945 года штабы армий и отдельных корпусов 1-го Белорусского фронта донесли об уничтожении 1749 и о захвате 599 танков и самоходных орудий противника, что соответствовало количеству танков и самоходных орудий 2348, потребному для укомплектования четырнадцати немецких танковых дивизий. В действительности всего в январе 1945 года перед фронтом действовали две танковые дивизии, три бригады штурмовых орудий, две мотодивизии и отдельные танковые части и подразделения общей численностью не свыше 920 единиц. А мы уже уничтожили и захватили 2348.
Аналогичное явление отмечалось и во время Берлинской операции. Как известно, число немецких танков и самоходных установок, участвовавших в боях с 16 апреля по 1 мая, не превышало 850. Ну, допустим, как некоторые считают, 1000 единиц. Однако, если взять донесение только танковых соединений, то они уничтожили за это время 793 танка, т. е. 95 % всех танков и самоходных единиц, действующих перед фронтом. А на долю пехоты осталось только всего 4–5 % танков и самоходных орудий. Тем не менее по донесению пехотных армий (общевойсковых, без танков), выходит, что они уничтожили 803 танка, также 93 %, и оставили для танкистов только 47 танков и самоходных орудий. А артиллерия дает данные о том, что и она еще уничтожала танки. Авиация — также. Как можно было командованию [499] фронтом ориентироваться в том, как выполнена эта большая и ответственная задача — «перемолоть» силы и средства противника на подступах к Берлину? А тут вдруг доносят, что в районе Мюнхенберга и дальше до Берлина танки не пускают — «тыкают все в нос» танками, самоходками и проч. и проч. Откуда же эти танки и самоходки выявились, когда их уже уничтожили в три раза больше? Такое несерьезное отношение к этому делу может привести к серьезным заблуждениям, к неправильным решениям и ошибкам. Хотелось бы, товарищи, чтобы этих фактов в будущем было меньше всего. Напомню Вам еще об одном примере, что Вы знаете уже по нашей директиве. После Варшавско-Лодзинско-Познаньской операции мы стали подсчитывать, сколько же пленных было захвачено и сколько фактически поступило на сборно-пересыльные пункты в лагеря. Получилась поразительная картина. Так, например, с 14 января по 12 марта 8-я гв. армия показала нам в донесении 28 149 чел., а по декадным донесениям армией было взято 40 тыс., на фронтовые пункты — по ее же донесениям — оказалось сданными только 27 953 чел., фактически было принято от 8-й гв. армии — 5221 чел. Из 40 тысяч осталось 5 тысяч. Почему доносили, что на фронтовые пункты сдано 28 тысяч? 47-я армия донесла, что сдано на приемные пункты 61-й армии 4497 чел., а 61-я армия никакими документами не подтверждает это.
Вот еще такой же очень печальный факт, который был уже здесь в Берлине. Вы знаете, что с 30.4 на 1.5 и с 1.5 на 2.5 противник начал прорываться из Берлина. Первое донесение получено из 47-й армии о том, что мелкие группы противника прорываются на запад. Ведем их уничтожение. Но эти мелкие группы начинают расти, расти, начинают «бить по шапке», «гулять» по тылам, начинают убивать наших людей, громить наши штабы. Всполошились, встряхнулись. Вот тут сидит генерал-лейтенант тов. Андреев. Он в результате этой операции набрал чуть не 15 тысяч этих так называемых мелких групп, прорывавшихся из Берлина, а все время официальными документами доносил: «Прорываются мелкие группы, уничтожаем, закончили ликвидацию». Тут тов. Савицкий рассказывал, что им пришлось аэродромы защищать наземным оружием и захватить в плен до двух тысяч человек этих «мелких» групп.
Всего прорвалось до 300 руководителей этих боевых групп и примерно 17 тысяч человек, при наличии 80–90 бронеединиц. В других условиях, имея достаточное количество боеприпасов, противник в составе 17 тыс. человек, почти с сотней бронеединиц, наделал бы у нас в тылах большой беды. Войска 47-й армии и 2-й танковой армии понесли бы большие потери. И все из-за того, что сразу начали неправильно информировать штаб фронта, что только мелкие группы, а не крупные силы противника пробиваются на запад. Здесь немало раздавалось голосов, оспаривавших первенство своего рода войск в выполнении задачи. Конечно, это были очень несерьезные разговоры для научной конференции.
Успех задачи решается не каким-то одним родом войск, а их совокупностью, их взаимодействием и пора бы уже нам бросить эти никчемные разговоры. В этой операции все рода войск показали высокие образцы воинского мастерства и обеспечили победу. За это они получили высокую оценку Родины и товарища Сталина. И, безусловно, безосновательно некоторые товарищи охаивали всю работу авиации. Она делала свое дело в целом хорошо, но допускала нетерпимые осечки, когда бомбила по своим.
Главный недостаток здесь в том, что эти факты относятся на счет вновь прибывших на фронт соединений (Ту-2 особенно), которые командование 16 ВА не обеспечило необходимой подготовкой, не снабдило опытными штурманами и не организовало как следует управление с земли. К началу операции 16 ВА приняла новых 590 экипажей. Действие по крупным населенным пунктам требует особой подготовки летчика не только над планом или картой, но и над объектами, что, однако, не было сделано в должной степени командованием армии, и это должно быть ими крепко учтено.
Некоторые товарищи, по-моему, не совсем правильно пытаются трактовать вопросы о расчетных нормах артиллерийско-танковой плотности при организации прорыва. Здесь нельзя оперировать только какими-то среднеарифметическими данными, без тщательного анализа всех внешних и внутренних условий для данной операции.
Почему, например, при ликвидации сталинградской группировки противника мы считали исключительно высокой артплотность в 118 стволов? Да потому, что это была операция, изолированная от других войск. Противник уже морально и физически был ослаблен, имел минимальные средства обороны. Но Ставка на эту высокую плотность пошла, ибо надо было в самое короткое время вырезать этот аппендицит, освободить силы и, используя благоприятную ситуацию, развертывать начавшиеся наступательные операции Красной Армии по изгнанию немцев с советской земли. Это диктовалось и тем, что противник, развертывая формирование резервов для восполнения неожиданно возникших для него потерь, смог подготовить эти резервы к апрелю-маю, а нам надо было упредить его.
Почему, например, в Бобруйской операции мы считали мало даже 235 орудий и вынуждены были дать больше время на артподготовку? Местность на участке 3-й армии была выгоднее у противника. Оборона его была крепкой. Сильные резервы противник имел и в тактической, и оперативной глубине. Вообще противник еще имел большие силы на земле и в воздухе.
Принимая решение на создание плотности до 300 орудий на отдельных участках прорыва в Берлинской операции, опять-таки были учтены очень многие факторы, даже идущие вразрез с объективными возможностями плацдарма, а именно:
решительная цель операции;
превосходство над противником в живой силе и технике;
способность авиации и зенитной артиллерии надежно прикрывать свои войска;
готовность артиллерии фронта подавлять активность артиллерии противника и защищать войска от потерь, а насыщенность их на плацдармах была исключительно велика (см. справку № 10).
Однако это можно было допускать только при указанных выше благоприятных условиях, а когда противник будет превосходить в воздухе и в артиллерии, тогда придется еще очень крепко подумать — можно ли на таких ограниченных плацдармах создавать такую плотность, не рискуя преждевременно израсходовать живую силу и технику.
Из доклада, который мы заслушали с вами по работе тыла в этой операции, со всем ее своеобразием и особенностями был довольно наглядно показан огромный объем работы, с которым наш тыл справился успешно. Однако выводы, предложенные тов. Шебуниным по устройству тыла и необходимых запасов в различных инстанциях, нуждаются в критическом рассмотрении, ибо они составлены на основе опыта в условиях нашего превосходства над противником. Многие знают иные времена, например, Сталинград, Курская дуга, когда обстановка заставляла несколько по-иному устраивать тыл и содержать запасы.
Обо всем этом я говорю только с единственным желанием — предупредить товарищей от всякой догматизации и формального применения в работе отдельных выводов из этой операции.
Если мы хотим опереться на какой-то опыт и применить его в данных условиях, надо критически переработать его соответственно уже новым условиям, ибо жизнь не стоит на месте, она идет вперед, особенно быстро двигается вперед военное дело. А это требует не формального, а творческого применения опыта.
Товарищи, с 21.4 фашистский режим начал агонизировать. Как крысы с тонущего корабля, начали разбегаться эти организаторы и руководители «нового порядка». Рушились надежды на спасение. Все истеричнее и безнадежнее тон разговоров и приказов. Наконец, осознание краха и «собачья смерть».
В своем дневнике ближайший подручный Гитлера Мартин Борман так записывал последние дни: [501]
«Понедельник 16 апреля
Враг занял города Левенркузен, Ишлон, Миттрайда, Гриммтшау, Вайда, Шлитц, Эрланген и Оффенбург (Баден).
Большие бои на Одере.
Среда 18 апреля
Большие бои на Одере.
Обед с генералом Кребсом и Хильпертом.
Вечером — прибытие Бредова.
Четверг 19 апреля
Большие бои на Одере.
Пятница 20 апреля
День рождения фюрера.
Но, к сожалению, настроение не праздничное.
Приказан отлет передовой команды в г. Зальцбург.
Суббота 21 апреля
Утром Путткамк и его люди.
После обеда начался артиллерийский обстрел Берлина.
Воскресенье 22 апреля
Фюрер остается в Берлине.
Вечером Шермер прибыл в Берлин.
Вторник 24 апреля
Генерал Вейдлинг будет назначен комендантом города Берлина.
Среда 25 апреля
Геринг исключен из партии.
Первое массированное наступление на Оберзальцберг.
Берлин окружен.{200}
Пятница 27 апреля
Гиммлер и Йодль задерживают подбрасываемые нами дивизии. Мы будем бороться и умрем с нашим фюрером — преданные до могилы.
Другие думают действовать из «высших соображений», они жертвуют своим фюрером. Пфу — какие сволочи! Они потеряли всякую честь.
Наша имперская канцелярия превращается в развалину.
Мир сейчас висит на волоске.» Союзники требуют от нас безоговорочной капитуляции. Это означало бы измену Родине.
Фейгелейн деградирует — он пытался бежать из Берлина, переодетый в гражданский костюм.
Воскресенье 29 апреля
Второй день начинается ураганным огнем.
В ночь с 28 на 29 апреля иностранная пресса сообщила о предложении Гиммлера капитулировать.
Венчание Адольфа и Евы Браун.
Фюрер диктует свое политическое и личное завещание.
Предатели Йодль, Гиммлер и генералы оставляют нас большевикам.
Опять ураганный огонь.
По сообщениям противника, американцы ворвались в город Мюнхен.
30.4.45 года
Адольф Гитлер А
Ева Г. (Гитлер) А
Родился У
Умер А
Примечание переводчиков:
Знак А означает смерть. Доказательством служит выписка из календаря
Бормана (Теодор Борман У 1.7.1862 года, А 8.7.1903 года).
Вторник 1 мая
Попытка прорваться из окружения».
Товарищи! В Берлинской операции, как никогда, наш аппарат управления всех ступеней работал более четко и целеустремленно.
Этого добились потому, что каждому была ясна великая цель операции, каждый чувствовал ответственность за успех ее и моральное удовлетворение [502] от высокой чести — быть участником этой битвы. Каждый боец, офицер, генерал всей Красной Армии хотел быть на нашем месте в эти исторические дни. Мы гордимся этой честью, но это налагает на нас и особо ответственные задачи — самым добросовестным образом собрать, обработать и передать всей Красной Армии этот богатейший опыт Великой Отечественной войны.
На нашей конференции были выступления некоторых товарищей с очень незрелыми выводами из опыта войны. Это не потому, что тот или иной товарищ просто хотел выйти на трибуну и поболтать, а потому, что он в серьезных неладах с основой нашей науки, с марксистско-ленинской наукой, дающей возможность диалектически подходить к рассмотрению вопроса.
Мне бы хотелось напомнить вам замечательное указание товарища Сталина, что «…нужно признать, как аксиому, что чем выше политический уровень и марксистско-ленинская сознательность работников любой отрасли государственной и партийной работы, тем выше и плодотворнее сама работа, тем эффективнее результаты работы, и, наоборот, — чем ниже политический уровень и марксистско-ленинская сознательность работников, тем вероятнее срывы и провалы в работе, тем вероятнее измельчание и вырождение самих работников в деляг-крохоборов, тем вероятнее их перерождение. Можно с уверенностью сказать, что если бы мы сумели подготовить идеологически наши кадры всех отраслей работы и закалить их политически в такой мере, чтобы они могли свободно ориентироваться во внутренней и международной обстановке, если бы мы сумели сделать их вполне зрелыми марксистами-ленинцами, способными решать без серьезных ошибок вопросы руководства страной, то мы имели бы все основания считать девять десятых всех наших вопросов уже разрешенными».
Сделать наши кадры вполне зрелыми марксистами-ленинцами задача огромной важности всех политорганов. Овладев по-настоящему марксистско-ленинской наукой, наши кадры сумеют еще лучше творчески переработать и применить огромный опыт Великой Отечественной войны и быстрее повести нашу славную армию к еще большему расцвету ее военного мастерства и могущества.
Текст стенограммы со звукозаписью сверен.
Начальник отдела по использованию опыта войны
оперу правления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
Таблица № 1. Качественный состав бт и мв в варшавско-познаньской и берлинской операциях
Данные таблицы сверены с отчетными материалами штаба БТ и МВ — Группы советских оккупационных войск в Германии.
Начальник отдела по использованию опыта войны оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин [503]
Таблица № 2. Качественная характеристика сил артиллерии, привлекавшихся в белорусской, варшавско-познаньской и берлинской операциях
Примечание: Учитывая, что на главном направлении 4-х армий кроме указанного количества артиллерии имелось установок М-13 — 240 (10 полков) и установок М-31 — 360 (10 гмбр), общая плотность огня тяжелой артиллерии возрастала до 60 %.
Данные таблицы сверены с отчетными материалами штаба артиллерии Группы советских оккупационных войск в Германии.
Нач. отдела по использованию опыта войны оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
Таблица № 3. О количественном и качественном изменении состава 16-й воздушной армии в 1944–1945 гг.
Типы самолетов в %
Примечание: 1. Наличие матчасти в Бобруйской операции принято за 100 %.
2. Качественное изменение в сторону значительного улучшения матчасти в Берлинской операции произошло за счет увеличения удельного веса истребителей типа Як-3, Ла-7 и Як-9у на 32 %, штурмовиков Ил-10 на 4 % и бомбардировщиков Ту-2 на 35 %.
Данные таблицы сверены с отчетными материалами 16 В А.
Нач. отдела по использованию опыта войны оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин [504]
Ведомость № 4. Обеспеченность боеприпасами войск 1-го Белорусского фронта при подготовке берлинской операции
Данные ведомости сверены с отчетными материалами управления арт-снабжения Группы советских оккупационных войск в Германии.
Нач. отдела по использованию опыта войны
оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
Выписка № 5. Из справки об оперативной деятельности органов СМЕРШ 1-го Белорусского фронта за период подготовки и проведения Берлинской операции
[…] агентов немецкой военной разведки — шпионов — 214,
агентов контрразведывательных органов — 205,
парашютистов-диверсантов — 170,
террористов — 20.
Наиболее характерные аресты немецкой агентуры за время подготовки и проведения Берлинской операции являются следующие:
Агенты немецкой военной разведки
1. 18 марта в боевых порядках обороны 143 сд 47-й армии, в районе дер. Неперевезе (10 км южнее города Фиддихов), был задержан перешедший линию фронта со стороны противника агент-разведчик германской военной разведки, прошедший специальную подготовку в немецкой разведшколе, — Калькис Георгий Ансович, 1908 г. рожд., уроженец Днепропетровской области, украинец, бывший член ВКП(б), служивший старшим сержантом 26 сд 27-й армии СЗФ, пленен немцами в январе 1943 года.
Находясь в плену у немцев, Калькис был завербован и направлен в [505] разведывательную школу, где прошел специальную подготовку по разведывательной работе в тылу Красной Армии.
По окончании разведшколы Калькис был доставлен в г. Фюрстенвальде, где экипирован в форму лейтенанта Красной Армии, снабжен фиктивными документами на имя командира взвода разведки 25-й саперной бригады Николаева Виктора Николаевича, и в ночь с 17 на 18 марта переправлен через р. Одер, в районе дер. Гатов, в 6 км севернее г. Шведт — на нашу сторону с заданием: пройти по маршруту дер. Неперевезе — ст. Рисен — гор. Зольдин — г. Нойдамм — гор. Кюстрин и установить:
а) в какой район передислоцируются первая и вторая танковые армии и укомплектованность этих армий;
б) примерное соотношение наличия в танковых частях советских и английских танков;
в) эффективность действия против советских танков немецкого противотанкового оружия панцерфауст;
г) места дислокации, номера и фамилии командиров соединений, входящих в состав 47, 69, 3-й ударной [армий] и 7-го кав. корпуса;
д) наличие и места расположения складов и аэродромов по заданному маршруту.
Срок для выполнения задания устанавливается 4–5 дней, после чего разведчик должен был возвратиться к немцам, путем перехода линии фронта в районе г. Кюстрин по паролю «генерал Петергоф».
Задание им выполнено не было, так как он был задержан и арестован.
2. 6 апреля 1945 года ночью над расположением войск 1-й гв. танковой армии был зафиксирован пролет транспортного самолета противника, что вызвало подозрение о выброске парашютистов. Принятыми мерами розыска отделом СМЕРШ этой армии в течение трех суток было задержано 16 агентов германской военной разведки во главе с руководителем группы капитаном запаса немецкой армии Баерл Иоганном. Все участники группы — немцы.
Следствием по делу установлено, что с момента приближения фронта к фашистской Германии все они вступили в фольксштурм, а затем в составе действующей немецкой армии принимали участие в боях против Красной Армии. В середине марта 1945 года все они сотрудником германской военной разведки были подготовлены для разведывательной работы в тылу Красной Армии.
По окончании разведшколы этой группой в ее состав были включены пять немцев — квалифицированных агентов СС. Агенты были экипированы в гражданскую одежду, снабжены оружием, двумя портативными радиостанциями, топокартами, запасом продуктов и 7 апреля самолетом переброшены через фронт в район г. Кришт. Агенты имели задание — осесть в лесном массиве между городами Шверин и Кришт, где собирать данные о передвижении частей Красной Армии и техники к линии фронта по железным и шоссейным дорогам Шверин — Зонненберг, Шверин — Циленциг, Шверин — Мезеритц. Собранные данные должны были передавать по радио немецкому разведывательному органу.
3. 27 марта 1945 года отделом контрразведки СМЕРШ 3-й ударной армии арестован агент германской военной разведки Войцик Теодор, 1924 г. рождения, уроженец мест. Рыбник (Польша), поляк, подданный Германии.
На допросе Войцик показал, что он 24 февраля 1945 года был завербован в качестве агента германской военной разведки и направлен для обучения в диверсионную школу «Фронтауфклерунгструпп-205». По показаниям Войцика, указанная диверсионная школа укомплектована из немцев — уроженцев Прибалтийских стран и Польши, латышей, эстонцев и русских, враждебно настроенных к советской власти.
После учебы Войцик, будучи экипирован в форму старшего сержанта Красной Армии, был снабжен фиктивными документами на имя Василькова, ст. сержанта воинской части 00130, и удостоверением от имени 314 сд, а также орденом «Красная Звезда» и в ночь на 1 марта 1945 года, в составе группы агентов [из] 6 человек, с аэродрома г. Штольц на самолете был [506] переброшен в тыл частей Красной Армии с заданием — следовать по шоссейной дороге Ландсберг — Нойдамм до реки Одер и устанавливать, какие части Красной Армии дислоцируются в этих районах; перепроверить данные, действительно ли в указанных районах дислоцируется 5-я ударная армия, точно установить место дислокации ее частей, соединений, штабов, а также базирование аэродромов, количество самолетов, их типы, пропускную способность железных дорог и характер перевозок. Срок выполнения задания был установлен в 30 дней.
Имея фиктивные документы ПП в/ч 00130 и удостоверение от 314 сд, Войцик на протяжении с 1 по 21 марта 1945 года ходил в тылу войск 1-го Белорусского фронта по данному ему немецкой разведкой маршруту. Путем личного наблюдения, опроса военнослужащих Красной Армии собрал данные о дислокации штаба 5-й ударной армии, 18 сд этой же армии, установил штаб 1-й польской армии и штаб 94-го пехотного полка этой же армии. От военнослужащих 94-го пехотного полка установил, что в г. Ландсберг и Зольдин дислоцируются вторая танковая армия и штаб 15-й стр. дивизии.
9 марта 1945 года в дер. Целина Войцик был задержан старшим лейтенантом (фамилия не установлена), который, проверив его документы и выяснив, что он владеет немецким языком, использовал его в качестве переводчика по отправке германского населения в СССР. В дер. Грейнфен-дорф Войцик был задержан капитаном Красной Армии, который, проверив документы, отпустил его. Военный комендант указанного населенного пункта устроил этого агента к себе на ночлег. Во время нахождения в дер. Грейнфендорф Войцик узнал подробности приказа командующего фронтом № ВС/0143.
На протяжении 20 дней агент Войцик безнаказанно ходил по тылам войск 1-го Белорусского фронта. За это время он повстречался с пятью дезертирами из 5-й ударной армии, от которых агент собрал интересующие германскую военную разведку данные о частях фронта. Все данные, в связи с его арестом, им переданы не были.
Выписка верна:
Нач. отдела по изучению опыта войны
оперу правления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
Ведомость № 6. О потерях матчасти БТ и МВ 1-го Белорусского фронта за период с 14.4.45 г. по 3.5.45 г. (танки и самоходные установки)
Цифровые данные сверены с материалами штаба БТ и МВ Группы сов. оккупационных войск в Германии.
Нач. отдела по использованию опыта войны
оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин […]
Справка № 8. О завышении потерь противника
На опыте Варшавско-Познаньской и Берлинской операций можно привести примеры о том, что войсковые штабы имеют тенденцию завышать потери, нанесенные противнику во время боев как в живой силе, так и в танках.
1. В период январских боев 1945 г. штабы армий и отдельных корпусов 1-го Белорусского фронта донесли об уничтожении 1749 и о захвате 599 танков и самоходных орудий противника, что соответствует количеству танков и самоходных орудий (2348), потребному для укомплектования 14 немецких танковых дивизий.
В действительности всего за январь 1945 г. перед фронтом действовали две танковые дивизии, три бригады штурмовых орудий, две мотодивизии и отдельные танковые части и подразделения общей численностью не выше 920 единиц.
2. Аналогичное явление отмечалось и во время Берлинской операции. Как известно, число немецких танков и самоходных установок, участвовавших в боях с 16.4.45 по 1.5.45 г., не превышало 850 единиц. Однако, если взять донесение только танковых соединений (без пехоты), то они уничтожили за это время 793 танка (95 %), т. е. для пехоты осталось только 57 танков и СУ.
Тем не менее по донесениям только пехотных армий (без танковых) выходит, что они уничтожили 803 танка (также до 95 %), оставив для танкистов только 47 танков и самоходных орудий.
В равной степени отмечалось завышение потерь и в живой силе противника. В Берлинской операции в период боев с 16.4 по 1.5.45 г. со стороны противника участвовало до 450 000 чел. (без учета 40–45 тыс. чел., отброшенных в полосу фронта войсками 1-го Украинского фронта, наносившими удар по г. Берлину с юга). Согласно донесениям штабов армий и корпусов, к 1.5 уже было уничтожено 315 500 чел. Таким образом, для берлинской группировки и остальных частей противника якобы оставалось до 134 500 чел. Тем не менее в период 1.5–8.5.45 г. войска фронта, по донесениям, захватили и уничтожили еще 182 000 чел.
Справка с данными разведывательного управления штаба Группы советских оккупационных войск в Германии сверена.
Нач. отдела по использованию опыта войны
оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
Выборка № 9. О количестве немецких войск, прорвавшихся из окруженного гарнизона Берлина в западном направлении в период 1–2.5.1945 года по показаниям пленных:
1. Полковника Динке — зам. начальника районного управления военного учета г. Берлина;
2. Подполковника Гейнриха — прикомандированного к военно-призывной инспекции г. Берлина;
3. Подполковника Гамма — начальника отдела военного учета организации ТОДТ;
4. Полковника Гильдбрандса — полк связи ВВС;
5. Генерал-майора Бремера — бывш. коменданта г. Берлина.
Установлено:
В ночь с 1.5 на 2.5.1945 г. остатками гарнизона г. Берлина по приказу генерала артиллерии Вейдлинга был предпринят ряд попыток прорыва из кольца окружения на соединение с 12-й армией генерала Венка, действовавшей против войск союзников на р. Эльба. Попытки эти предпринимались отдельными группами численностью 500 — 1000 чел., так, например:
генерал-майор Бремер имел до 1000 чел.;
боевая группа «Вооль» (к-р 30 мп 18 мд) состояла из 600 чел., 8 танков и бронемашин;
к-р 1-й зен. арт. дивизии генерал-майор авиации Зюдов имел 600 чел. и 10 бронеединиц;
полковник авиации Шольц — 250 чел., 6 бронеединиц;
полковник Мюллер — крепостной полк связи ВВС до 700 чел.;
боевая группа «Смоленски» — до 5 рот;
боевая группа «Винтер» — до 500 чел.;
генерал-майор Раух возглавлял более организованную группу остатков 18 мд, насчитывавшую до 1500–2000 чел. с 30 танками.
Выход из окружения и отход из города большей частью групп совершался по тоннелям метро до стадиона «Рейхсспортмельде», откуда группы двигались по различным маршрутам, так, например:
группа «Смоленски» прорывалась от стадиона через Шпандау, Дальгов на Креммен, т. е. на запад, северо-заттд и север;
другие группы (большая часть прорвавшихся) стремились двигаться в западном направлении;
часть групп выходила в юго-западном направлении на Кетцин и Дебериц, Зеебург.
Выходившие из окружения группы двигались неорганизованно (за исключением остатков 18 мд), без должных мер обеспечения, распадаясь в ходе движения на более мелкие группы. Полковник Гамм описывает отход следующим образом:
«Наше отступление не имело ничего общего с организованным отходом. Скорей это было беспорядочное бегство. Никто не отдавал приказов и распоряжений, не принимал мер по обеспечению отхода. В колоннах, наряду с солдатами, отходили полицейские и гражданские чиновники, женщины и раненые. Группы и небольшие колонны стихийно образовывались вокруг старших офицеров, которые так же, как и солдаты, не имели ни малейшего представления об обстановке и не знали, куда еще могут двигаться колонны.
По моему мнению, людей заставляло двигаться на запад стадное чувство».
Численность групп, прорвавшихся в западном направлении, по показаниям пленных группы «Винтер», составляет 9000 чел. и 60 бронеединиц. Если учесть, что помимо этой западной части групп, ряд подразделений и колонн выходил в северо-западном и юго-западном направлениях, причем в обоих случаях численность их была меньшей, можно засчитать общую численность вышедших из окружения равной 15000 — 17000 чел. с 80–90 бронеединицами.
По боевым донесениям 1-го Белорусского фронта, составленным на основании боевых донесений штабов армий, значится:
По 47-й армии — 2.5.45 г.
«Прорвалось до 5000 чел., из которых 600 уничтожено, 1600 пленено войсками армии и 1600 чел. пленено частями аэродромного обслуживания 16 ВА».
По 2 гв. ТА — 2.5.45 г.
«Частью сил вела бой с отдельными группами, прорвавшимися из Берлина в западном направлении».
По 3 уд. А — 3.5.45 г. [509]
«Частью сил одного корпуса вела бои с мелкими группами противника, пытающимися прорваться в северном направлении».
По 47 А — 3.5.45 г.
«Частью сил продолжала бои по уничтожению групп противника, прорвавшихся из Берлина в район Шпандау, Потсдам.
Прорвавшиеся группы противника в основном пленены. В результате прочесывания лесов, населенных пунктов и боев по уничтожению прорвавшихся групп уничтожено до 3000 чел. и взято в плен свыше 5000 чел., сожжено 2 танка и 4 самоходных орудия».
Приводимые данные в выборке сверены с материалами разведывательного и оперативного управлений штаба Группы советских оккупационных войск в Германии.
Нач. отдела по использованию опыта войны
оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
Справка № 10. О плотности войск на 1 кв. км на главном направлении удара в берлинской операции (плацдарм западнее Кюстрина — 315 кв. км) — 47, 3 уд., 5 уд., 8 гв. а, 1 и 2 гв. та, части и соединения усиления этих армий
При учете плотности артиллерии 280 стволов, танков и СУ 50–60 единиц на 1 км фронта в полосе прорыва общевойсковой армии 7 — 10 км: Орудий и минометов — 41 на 1 кв. км. Танков и СУ — 8 на 1 кв. км. Данные справки сверены с отчетными материалами штаба 1БФ.
Нач. отдела по использованию опыта войны
оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805. Л. 309–352, 359–365. Подлинник.
№ 289. Выступление командующего 3-й армией генерал-полковника А. В. Горбатова
Товарищи, я не буду останавливаться на значимости Берлинской операции, здесь много об этом уже говорилось и я с этими товарищами вполне согласен. Я очень коротко коснусь действий 3-й армии, а потом остановлюсь на вопросах, затронутых выступающими товарищами.
3-я армия успешно закончила операцию в Восточной Пруссии за 17 дней, сделав переход в 650 км, вышла в район 20–50 км северо-восточнее Франк-фурта-на-Одере, сосредоточилась в этом районе к 18 апреля. Две малочисленные дивизии, которые пришли первыми в этот район, были взяты [510] для смены частей 69-й и 33-й армий против Франкфурта, против того плацдарма на восточном берегу, который занимал противник.
19 апреля, когда Вы уже продолжали наступление, 3-я армия получила приказ сосредоточиться в районе Мюнхеберг (50 км восточнее Берлина) и 21.4 повести наступление в границах, как указано на схеме. Как видите, этот участок [при] мечателен тем, что он лесист, много каналов, рек и озер. При преодолении этих трудностей нам очень много помогли те 100 амфибий, которые были нам приданы, при помощи их мы имели возможность, используя лесной массив, форсировать каналы, реки и широкие озера, там где противник нас не ожидал. 25.4 мы заняли Шульцендорф, Вильдау, вошли в соприкосновение с 8-й гв. армией справа и с частями 1-го Украинского фронта перед фронтом. В это время мы почувствовали нависание угрозы на наш левый фланг, из штаба фронта нам сообщили, что противник, сопротивлявшийся южнее Фюрстенвальде, начал отход в западном и юго-западном направлении. Наша левая граница была опущена южнее до озера Вальциген-зее, Тоипицерзее, было приказано наступать в южном направлении с задачей — не допустить отхода противника в западном направлении и уничтожить его совместно с 69-й и 33-й армиями.
Полосу 3-й армии очистили от противника 27.4, а соприкосновение с противником имели лишь на нашей левой границе на юго-западном берегу оз. Клайн-Керизер и оз. Тоипицер. Поскольку полоса армии была очищена от противника, мы вышли к этим озерам, можно было считать задачу армии выполненной, но, учитывая, что противник может прочно прикрыться по линии этих озер и уходить в юго-западном направлении, было решено, не считаясь с границами, перейти в наступление, форсируя эти озера. Эта задача была выполнена, армия заняла положение: правым флангом у Вендиш-Бу-хгольц, Хальбе, Лёптен и Клаин. На этой линии мы встретили сильное сопротивление противника, было решено — дальше не наступать, окопаться, чтобы не допустить прорыва противника. И лишь успели мы окопаться, артиллерия встала на ОП, противник повел наступление плотными цепями, а потом колоннами. В течение двух суток противник наступал беспрерывно, желая прорваться в западном и юго-западном направлениях, но это ему не удалось, прорвалась лишь группа около 200 человек и 5 танков, но и этот противник был уничтожен нашими резервами. Вся группировка была полностью ликвидирована, в результате этих боев было взято в плен и сдано на пункты сбора пленных 25 500 человек. Убитых было значительно большее количество. Полагаю, что цифра этой группировки значительно была больше 100 000 человек, так как пленных имели и 69-я и 33-я армии.
После ликвидации этой группировки 3-й армии было приказано сосредоточиться южнее Эркнер, а 2.5 был получен приказ — наступать в западном направлении южнее Бранденбурга и 7.5 выйти на р. Эльба на фронте Тангерманде, Хоэнварте. Пехота была посажена на имеющиеся в армии машины и с артиллерией на автотяге, все было брошено в западном направлении. 5.5 вышли на р. Эльба, 10 км юго-западнее и 15 км севернее. На фронте Притцебург, Плауе и на канале Плауэр до р. Эльба было встречено упорное сопротивление противника. Для нас было ясно, что противник что-то прикрывает. Авиация подтвердила переправу противника на западный берег р. Эльба у Тангенмюнде и у Ферхлянд. 40 ск, который вышел на р. Эльба, было приказано — всеми силами перейти в решительное наступление из района Парей по восточному берегу р. Эльба в северном направлении, чтобы выходом в район Шенхаузен не допустить переправы противника через р. Эльба. К исходу 6.5 40 ск эту задачу выполнил. Была ликвидирована вторая группировка противника, было взято в плен 21 500 человек, убитых не менее 10 000.
Вывод: своевременно была введена в сражение 3-я армия. Очень правильным было дано направление для ее наступления. Была своевременно она повернута в южном направлении для ликвидации отходящей группировки противника.
Большую роль сыграли приданные армии 100 амфибий. Своевременно была выброшена армия в западном направлении к Эльбе и благодаря тому, что были использованы машины, была ликвидирована вторая группировка, которая спешила отойти за р. Эльба.
Остановлюсь на некоторых вопросах, затронутых выступающими:
1) О боевых порядках при прорыве.
Ряд соединений имел боевой порядок (все полки и батальоны) в одну линию, а батальоны в три эшелона. Другая армия на фронте в 4 км имела 12 батальонов, каждый имел две роты рядом и одну — во втором эшелоне. Не было сказано, на какой дистанции шли эшелон за эшелоном в батальоне, на каком удалении от первой цепи находился командир батальона. Если вторая цепь шла за первой в 200 метрах, как мне здесь сказали, то где же находился лично комбат? Если он находился при второй цепи, то где же находились орудия прямой наводки, минрота, часть пульроты?
В 3-й армии был принят такой порядок: батальон, как правило, шел в два эшелона, две роты рядом и третья рота — во втором эшелоне. Комбат за первой своей цепью находился в 300–400 метрах, и на его линии находились орудия прямой наводки, минрота, часть пулеметов и рота второго эшелона цепью или глубокими узкими строями, если местность пересеченная.
Это положение создавало благоприятные условия для введения в бой в нужном направлении роты второго эшелона.
В полку, имея батальон во втором эшелоне, также создавались благоприятные условия введения второго эшелона, если наступление затормозилось.
Я считаю, что норма пехоты на километр должна быть не больше 200 чел., интервал между бойцами будет равен 5 метрам или 6–8 шагам. Я склонен увеличить этот интервал до 7—10 метров, но не допускать уменьшения его до 4–5 метров.
У англичан, американцев и у немцев острием наступающего клина являются танки; пехота или мотопехота является основанием наступающего клина для развития и закрепления успеха танков. Мы живем в век автоматики — один уцелевший пулемет противника может причинить слишком много неприятностей для сгущен [ных] цепей, а поэтому мы охотно шли на увеличение нормального интервала и не допускали умаления его хотя бы на полметра.
2) О количестве стволов на километр при прорыве.
Эта операция еще раз подтвердила, что 200–250 стволов на километр при достаточном количестве снарядов нужно считать достаточным.
3) Нужна ли длительная артиллерийская подготовка по первым двум траншеям?
Еще раз эта операция подтвердила целесообразность атаки первых траншей после мощной 20 — 30-минутной артподготовки, не прекращая стрельбы по глубине.
4) О количестве танков в первом эшелоне на 1 км.
Считаю достаточным 25–40 танков на километр в первом эшелоне.
5) Об усилении штурмовых групп и отрядов.
Уставное усиление штурмовой группы 1–2 станковых пулемета, 1–2 тяжелых танка, 1–2 орудия, саперы, огнеметчики, считаю громоздким, так как комвзвода для управления никаких средств, кроме голоса, не имеет.
Считаю излишне усилять стрелковый полк в уличных боях двумя-тремя артполками, а батальон двумя-тремя дивизионами. Всего усиления они не используют, а, держа это усиление в непосредственной близости от противника, излишне подвергают его опасности.
6) О беспрерывности наступления.
Обстановка вынуждала нас наступать и днем и ночью. И так подряд 5— 10 дней. Некоторые товарищи думают, лучше дать лишний день на подготовку, тогда добьемся больших результатов. Это не всегда верно, если обстановка вынуждает к беспрерывному наступлению, то делать это следующим образом: до темна осталось 2–3 часа. Командир дивизии анализирует обстановку и принимает решение, что он будет делать с наступлением темноты.
Если он решает продолжить наступление ночью, то немедленно свое решение доводит до исполнителей, до командира полка второго эшелона или комбата в полку. Полк — батальон, получив задачу наступать, еще засветло проводит с подчиненными всю подготовительную для ночного наступления работу. Тоже самое делают и артиллерийские начальники. Если ночное наступление и не увенчается успехом, то эта работа пригодится к рассвету, не будет надобности оттягивать завтрашнее наступление на 9.00–11.00, а представится возможность начать его с рассветом.
В таких случаях неоценимую услугу оказывали нам подготовленные перед наступлением батальоны для работы исключительно ночью.
7) Вопросы, связанные с авиацией.
а) Нам не всегда удается производить сплошное аэрофотографирование, особенно больших площадей. Для экономии сил и средств может принести большую пользу такой способ: сначала фотографируется полоска перпендикулярно фронту от места прорыва, и там, где будут сфотографированы траншеи, от этого места производить фотографирование вправо и влево.
б) Мне кажется, что недостаточно полно мы используем авиацию. При прорыве наступление армии обеспечивается каким-то авиационным соединением. Это соединение работает исключительно в границах этой армии. В границах этой армии авиация выходит на противника и уходит от него после работы.
Нам очень важно, чтобы авиация уничтожала цели, но также важно постоянное нахождение авиации над районом противника, над его ОП. Когда наша авиация находится над противником, то его артиллерия и минометы, если не прекращают стрельбы, то стреляют значительно меньше. Это то, что нужно для наступающей пехоты, а поэтому я считал бы целесообразным, чтобы авиация, работая на 3-ю армию, сделав два залета, не спешила по прямой к своему аэродрому, а пролетела бы над противником, находящимся перед моими правыми или левыми соседями. То же самое должна делать и авиация, работающая на моих соседей.
в) Здесь жаловались на авиацию, что она бомбила своих. От чего это зависит? Зависит это от недостаточной подготовки летчиков, от недостаточно четкой их ориентировки в обстановке и [от того], что мы не обозначаем своего переднего края.
За время войны мы к каждому бою составляли таблицу сигналов, стремились к тому, чтобы эти сигналы не были похожи на те, которые были в предыдущем бою. В результате получалось то, что таблицу сигналов ракетами плохо изучали и не всегда под рукой были нужного огня ракеты.
Считаю целесообразным иметь сигналы ракетами одни и те же на длительный отрезок времени, например: белая — я, свои; красная — прошу огня в том направлении, куда бросаю ракеты, цветная — бросаю ракеты туда, откуда угрожают мне танки противника. Это нужно запомнить и рядовому и генералу всех родов войск, из этого исходить, создавая запасы ракет. Некоторые скажут, что об этом узнает противник и сможет использовать в своих интересах, это только так кажется. В 3-й армии мы это проводили в жизнь, польза была несомненная.
Заканчиваю замечанием генерал-лейтенанту Бахметьеву.
Товарищ Бахметьев как патриот 3-й гвардейской танковой армии очень обиделся на выражение маршала Богданова: «Там где-то телепается». Сильно обидевшись на товарища Богданова, товарищ Бахметьев оскорбил нас, патриотов 1-го Белорусского фронта, своим сравнением из древних времен с 10 000 баранов, к хвостам которых была привязана зажженная пакля и которые угодили на шашлык, приводя аналогию этому примеру использование прожекторов в нашем наступлении, как будто мы неудачно скопировали опыт 3-й гв. танковой армии. Если Вам, товарищ Бахметьев, не нравится неудачное выражение по Вашему адресу, зачем же Вы задеваете наше самолюбие столь неудачным Вашим примером. Не всякий анекдот рассказывается в любом обществе, и не всякое острое сравнение является удачным. Вы у нас гость, а ведете себя очень нехорошо.
Текст выступления со стенограммой и звукозаписью сверен.
Нач. отдела по использованию опыта войны
оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805. Л. 212–221. Подлинник.
№ 290. Выступление начальника штаба 3-й гвардейской танковой армии 1-го Украинского фронта генерал-лейтенанта Д. Д. Бахметьева (представитель от Центральной группы войск)
Товарищи, я очень доволен, что попал на научную конференцию, проводимую Военным советом Группы советских оккупационных войск в Германии.
Мы у себя в Центральной группе войск изучали Берлинскую операцию, и вот когда я теперь третий день слушаю генералов и офицеров 1-го Белорусского фронта, у меня получилось уже достаточно полное впечатление о Берлинской операции.
Тут многие товарищи говорили уже, что из себя представляет эта завершающая операция Великой Отечественной войны. Планировали ее не штабы армий, не штабы фронтов, а планировала эту операцию двух фронтов: 1-го Украинского и 1-го Белорусского — Ставка Верховного Главнокомандующего. Лично товарищ Сталин руководил разработкой этой операции, лично товарищ Сталин давал указание на проведение этой операции и Маршалу Советского Союза т. Жукову и Маршалу Советского Союза т. Коневу. Мне хотелось бы, я думаю, что для вас будет небезынтересно это послушать, доложить здесь, какие задачи выполнял в этой операции 1-й Украинский фронт. Первоначально совершенно не стоял вопрос о том, что 1-й Украинский фронт в какой-то мере и в какой-то степени будет принимать участие в овладении Берлином. 1-й Украинский фронт, нанося главный удар своим правым крылом, имел направление гораздо южнее Берлина — на Лукенвальде. Но командующего 3-й гв. танковой армией маршал тов. Конев предупредил, что в зависимости от сложившейся обстановки, возможно, армию придется повернуть на Берлин. Я, конечно, патриот 1-го Украинского фронта, но коль скоро здесь научная конференция, я буду объективен. Здесь не поле боя, славу я не собираюсь завоевывать, она уже завоевана. В частности, я буду сейчас говорить о 1-м Украинском фронте в целом, а потом я скажу о задачах, которые получила 3-я гв. танковая армия.
5-я гв. армия генерал-полковника Жадова имела направление прямо на запад. Левое крыло фронта имело задачу наступать на Дрезден. Противнику трудно было определить, что на Берлин целиком наступает 1-й Белорусский фронт: 1-й Украинский фронт обеспечивал своим правым флангом действия 1-го Белорусского фронта и своим левым флангом наносил удары на Дрезден. 3-я гв. танковая армия, правофланговая танковая армия, имела задачу наступать в направлении [Ретшау], Любека и выйти в район южнее Потсдама, имея в виду в дальнейшем нанести удар на Бранденбург. Такова была задача 3-й гв. танковой армии.
Остановлюсь на моменте ввода 3-й гв. танковой армии в прорыв.
По первоначальному плану нам ставилась следующая задача: когда полевые армии овладеют плацдармами на р. Шпрее, южнее Коттбус, 3-я и 4-я танковые армии должны будут войти в прорыв. Из полевых армий на правом фланге прорывали фронт 3-я гв. ТА генерала Гордова и 13-я армия генерала [514] Пухова. За два дня до операции этот план был изменен и танковым армиям приказано было совместно с полевыми армиями прорывать оборону противника, переправляться через р. Нейссе буквально совместно с пехотой. Мне хочется здесь сказать попутно — правильно или неправильно это решение вводить в действие танковые армии в первый день операции. Для танкистов выгоднее, если бы они получили, как здесь говорили, «чистые» или «нечистые» ворота. Однако это далеко не всегда получается. Могу сказать, что 3-я гв. танковая армия никогда не имела таких «чистых» ворот. Генерал армии тов. Соколовский знает по Львовской операции, что там 60-я армия сделала ворота, но эти ворота были шириной 6 км. По сути дела это была горловина, и то созданная при участии наших двух танковых бригад. Я не помню такого случая, что бы мы имели «чистые» ворота. Но вместе с тем нужно признать, что, когда только танки действуют вместе с пехотой, пехота имеет успех. Когда рядом с пехотинцами идет танк, пехотинец лучше себя чувствует. Тут никуда не денешься, а некоторые говорят «зачем? почему?». Я согласен с генерал-полковником т. Чуйковым в том, что лучше, конечно, когда пехота пройдет хотя бы тактическую глубину обороны противника, с тем чтобы стрелковые подразделения не «путались» на дороге у танков. Тут и артиллерия, тут и обозы, тут и пункты медпомощи, тут и все на свете. И если пустить еще танки, то все перепутается. Но как только пройдет пехота главную полосу обороны противника, танки можно пускать и кроме пользы они ничего не принесут. Может быть теперь, с введением механизированных дивизий в стрелковые корпуса, танковые армии будут использованы по-другому. Они, может быть, будут иметь сутки времени, может быть двое, до момента ввода в прорыв, пока ворота для них обеспечат механизированные дивизии, но это еще не изучено и, мне кажется, дальше будет видно, как это получится.
От рубежа р. Нейссе до рубежа р. Шпрее полевые и танковые армии шли бок о бок. Это было 16, 17 и 18 апреля. К исходу 18.4.45 г. мы получили от маршала Конева новый приказ: оторваться от пехоты, бросить ее, стремительно развивать наступление на Коттбус, Любен и повернуть на Тельтов, на Берлин. Нам было приказано не обращать внимания на свои тылы, обходить узлы сопротивления, не ввязываться в бой за крупные населенные пункты. Командующий войсками 1-го Украинского фронта предупредил нас: «Товарищи, имейте в виду, что вы должны в ночь с 20 на 21.4.45 г. с юга ворваться в Берлин». Такая задача была поставлена перед 3-й гв. танковой армией, такая задача была поставлена и перед 4-й гв. танковой армией, которая действовала левее и выходила на Потсдам и далее на Бранденбург.
Как было осуществлено выполнение этой задачи?
3-я гв. танковая армия с боями передовыми своими бригадами в ночь с 18 на 19 апреля форсировала р. Шпрее и 19.4.45 главными силами переправилась через реку. Выполняя приказ маршала тов. Конева, мы бросили все, что было сзади, и стремительно развивали наступление в северо-западном направлении на Берлин. Мы стремились по сроку выполнить этот приказ, но так не получилось: мы застряли на подготовленном оборонительном рубеже противника — 30 км южнее Берлина, где натолкнулись на организованную оборону. Там были сильные инженерные сооружения и, хотя живой силы у противника было незначительное количество, но сутки на этом рубеже мы потеряли.
22.4 во второй половине дня головные наши бригады ворвались в Тельтов. До рубежа Шоттен армия наступала двумя танковыми корпусами в первом эшелоне, а 9-й мех. корпус находился во втором эшелоне, за центром двух танковых корпусов. Когда подошли к рубежу Шоттен, командующий армией выдвинул 9-й мех. корпус на правый фланг и в таких боевых порядках мы продвигались до самого Берлина. Разведкой было установлено, что на противоположном берегу Тельтов-канала имеются инженерные сооружения, вкопанные танки, здания, находящиеся недалеко от северного берега Тельтов-канала, подготовленные к обороне. С ходу Тельтов-канал взять мы не могли. Поэтому весь день 23 апреля ушел на то, чтобы подготовиться к [515] наступлению. Нам был придан 10-й артиллерийский корпус прорыва. Командир этого корпуса находится здесь. Мы подтянули этот корпус, спланировали наступление и 24.4.45 г. после 55-минутной артподготовки в 7.00 войска перешли в наступление за овладение плацдармами на северном берегу Тельтов-канала. 6-му танковому корпусу и в частности его 22-й мотострелковой бригаде удалось овладеть небольшим плацдармом. 7-й танковый корпус несколько отставал на правом фланге. Прямо на Темпельхоф действовал 9-й мех. корпус. Некоторые подразделения перебрались через Тельтов-канал, но противник сбил их на южный берег и они успеха не имели. 24 апреля шел бой за расширение плацдарма. 6-й танковый корпус получил задачу — наступать вдоль железной дороги на Вильмеродорф; 7-й корпус переправился рядом с 6-м корпусом и наступал по западным окраинам и по Грюнвальде лесом на север, а 9-й мех. корпус, переправившись в ночь с 24 на 25.4.45, действовал в направлении южнее железной дороги прямо на Ванзее.
Я не буду останавливаться на действиях армии по дням. Здесь с нами, помимо 3-й гв. танковой армии, в самом Берлине действовала часть 28-й армии, в частности, 20-й стр. корпус и 152-я стр. дивизия. Остальными дивизиями 28-я армия обеспечивала действия 3-й танковой армии от возможных ударов со стороны окруженной в районе Вендиш-Бухгольц группировки противника. О ней я скажу немного позже.
7-й танковый корпус, продвигаясь в северном направлении по лесам, в первой половине дня соединился южнее Сименс Штадт с 35-й мех. бригадой 1-го мех. корпуса, а на правом фланге части 9-го мех. корпуса встретились с частями 8-й гв. армии 1 БФ.
Получились некоторые затруднения: в 00.00 часов 29.4 разграничительная линия между 1-м Украинским фронтом и 1-м Белорусским фронтом была — аэродром Темпельхоф, Ангальтский вокзал, а дальше никаких направлений указано не было. 9-й мех. корпус имел задачу, наступая в северном направлении, выйти на Ландвер-канал, обеспечить себе переправу и наступать на так называемый объект 35, который все знают. Тут уже говорили, дороги все шли во всяком случае к рейхстагу. Понятно, что армии 1-го Белорусского фронта стремились наступать на рейхстаг. Такое уж движение было концентрическое. Но и мы не хотели отказать себе в этом удовольствии. Когда войска генерал-полковника Чуйкова вышли сюда, от него явился представитель к генерал-полковнику Шитову и заявил: «Мы здесь наступаем». Генерал-полковник Шитов сказал: «Простите, у меня есть свой командующий и я выполняю боевой приказ, не могу же я так повернуть». Он доложил тов. Рыбалко, Рыбалко — маршалу т. Коневу. От маршала т. Конева было получено указание: «Приказ выполнять, у меня никаких данных нет изменить приказ, разгранлиния пока остается за 1-м Украинским фронтом». Продвигаемся дальше. Встречаю я майора или подполковника из соединений 1-го Белорусского фронта, фамилию его точно не помню, он был командиром батальона и я его знал еще по Западному фронту. Поздоровались, спрашиваю обстановку, а он говорит: گ-я танковая армия идет в этом направлении, а здесь идут войска 8-й гв. армии, сюда идет 9-й мех. корпус». Стало быть (здесь между нами говоря), на этих улицах и площадях получился разрыв, действуют в разных направлениях, и наше счастье, что там не было авиации противника. Я возвращаюсь обратно и докладываю командующему 3 гв. ТА, что действовать дальше так нельзя, одни идут в одном направлении, другие в другом. Командарм звонит маршалу Коневу и получает приказ, что с 29 числа 00 часов устанавливается новая разгранлиния (которая обозначена здесь на этом плане); 9-й мех. корпус получает приказ — повернуть строго на запад и выходить вдоль железной дороги навстречу 7-му гв. танковому корпусу; 7-й гв. танковый корпус, прикрывшись 55-й бригадой, разворачивается в юго-западном направлении навстречу 9-му мех. корпусу, а 6-й танковый корпус продолжает выполнение своей прежней задачи. Так продолжалось до 2 мая. 2 мая соединились войска 2 гв. танковой армии с 7-м танковым корпусом и 9-м мех. корпусом. Это было доложено маршалу Коневу, [516] и тогда 3-я танковая армия получила приказ выходить из Берлина. 3 мая мы получили приказ сосредоточиться в Лисса (это северо-зап. Дрездена) и продвигаться далее на Прагу.
Мне хотелось бы здесь остановиться несколько на взаимодействии двух фронтов и сделать некоторые выводы.
Вот здесь присутствует генерал-лейтенант тов. Радзиевский — начальник штаба 2-й гв. танковой армии, с ним мы имели тесный контакт уже с первых дней появления 2-й гв. танковой армии на р. Шпрее. Мы каждый день обменивались с ним офицерами связи, которых мы посылали на самолетах У-2. То же я проделывал и с 1-й гв. танковой армией. Офицеры 1-й гв. танковой армии прилетали к нам, а я посылал своих офицеров для того, чтобы узнать обстановку. Попав на КП 2-й гв. танковой армии, мы узнавали положение 3-й ударной армии, а попав на КП 1-й гв. танковой армии, мы узнавали положение 3-й гв. и 5-й ударной армий. И я как начальник штаба армии получал обстановку соседнего фронта не из штаба фронта, а быстро устанавливал ее благодаря такой личной инициативе и потом в штабе фронта только уточнял эту обстановку. Это я считаю не вполне нормальным явлением и недостаточной связью между соседними штабами фронтов.
Тут уже говорили отдельные товарищи в отношении авиации, что бомбит своя авиация. У нас это тоже часто бывало, генерал-полковник тов. Чуйков говорил о том, что у него на НП сидел зам. командующего 16 ВА, а у нас сидел генерал Зайцев, заместитель Кольцевского{203} — командующего 2-й воздушной армией. Вот пример: авиация летит на нас с севера. Летчики говорят: это авиация 1 БФ — вот тут столько-то полосок и так далее… Смотрят… авиация эта ложится на боевой курс и начинает бомбить наши боевые порядки. Дело дошло до того, что, мягко выражаясь, командующий 3 гв. ТА попросил этого заместителя командующего воздушной армией оставить командный пункт и поехать навести порядок (созвонитесь хоть как-нибудь). И в результате пришлось просить маршала Конева, чтобы не было никакой авиации потому, что наши войска стали бояться своей авиации, как только появляется авиация, то разбегаются кто куда.
В городе установить рубеж очень трудно: я знаю случаи, когда командир авиакорпуса прекрасно управлял в воздухе своей авиацией. Имелся высокий наблюдательный пункт, кроме того, у него была очень хорошая радиосвязь, он знал рубеж, где находятся наши войска. Однако когда ему было приказано бомбить отдельные объекты в городе и он повернул на них свою авиацию, последняя сбросила часть бомб на свои войска. Ведь очень трудно среди такого большого количества построек определить точно, где наши войска. Тут над этим вопросом надо подумать.
Хочется мне, товарищи, также остановиться на прожекторах и открытых фарах танков. Всем известен случай, когда 3-я гв. танковая армия атаковала противника севернее Киева и благодаря этому мы имели успех — своевременно овладели Киевом, и 6 ноября 1943 г. был нам салют. Впоследствии я с командующим 3 гв. ТА говорил о повторяемости этого приема. Он вспомнил старую побасенку о том, как один китайский полководец древних времен набрал 5000 баранов и привязал к ним пучки соломы, зажгли солому и пустили баранов на противника. Противник в панике разбежался, и полководец одержал победу. Когда противник пришел в себя, то собрал 10 000 баранов и тем же способом пустил их на противостоящие войска. Однако они пропустили спокойно этих баранов и потом… употребили их на шашлык.
В данном случае и в Берлинской операции прожектора можно было применить один раз, но вводить этот принцип в систему нельзя. Если бы мы задумали атаковать вторично с включенными фарами, это была бы прекрасная цель для артиллерии противника. Противник был тогда напуган, он от нас всякой «пакости» ожидал и растерялся, а если противник не был бы напуган, то мы во всяком случае облегчили бы ему стрельбу ночью прямой наводкой по нашим танкам, по нашей артиллерии, по нашей пехоте.
В заключение, товарищи, скажу открыто. Мне непонятно, почему брошена была реплика по адресу 3 гв. ТА. Может быть, маршал тов. Богданов не знает [517] о действиях 3-й гв. танковой армии 1-го Украинского фронта. 3-я гв. танковая армия выполнила боевой приказ своего командующего фронта и Верховного Главнокомандующего тов. Сталина. Вообще, 3-я танковая армия одна из первых еще в мае 1943 г. была превращена в гвардейскую армию. Текст выступления со стенограммой и звукозаписью сверен.
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805. Л. 123–132. Подлинник.
№ 291. Выступление представителя Генерального штаба генерал-майора Платонова
Товарищи!
Великая Отечественная война советского народа с немецко-фашистскими захватчиками дала нам непревзойденные образцы оперативного искусства Красной Армии.
Красная Армия в Великой Отечественной войне показала много примеров уничтожающих сражений. Классическим образцом и примером уничтожающего сражения, как вы помните, была наша Сталинградская операция — операция на окружение и полное уничтожение главной группировки врага. Эта операция была проведена на заре первых решающих наступательных операций Красной Армии против немецко-фашистских захватчиков.
Операция, которой посвящена настоящая военно-научная конференция и которая вошла в историю Великой Отечественной войны, в историю оперативного искусства под названием Берлинской операции, эта операция проводилась на завершающем этапе войны. Берлинская операция проводилась тоже как операция, рассчитанная на развертывание решающего сражения с полным сокрушением и уничтожением главной группировки врага.
Когда мы бросаем взгляд на решающие операции Красной Армии в Великой Отечественной войне, мы видим, что они, как правило, проводились как операции взаимодействия группы фронтов. Возьмите любые из решающих операций Красной Армии, вы увидите, что все они были операциями группы фронтов, операциями, которые наглядно показывали все величие сталинской стратегии, рассчитанной на сокрушение вооруженных сил врага в сражении большого стратегического масштаба. Точно также и Берлинская операция как решающее сражение на завершающем этапе войны явилась операцией группы фронтов. Следует, конечно, оговориться, что 1-й Белорусский фронт играл в этой операции решающую роль, на него ложилась главная задача — разгром берлинской группировки противника на кратчайшем операционном направлении. Остальные фронты — 1-й Украинский и 2-й Белорусский — выполняли задачи по разгрому берлинской группировки противника в соответствии с общим планом Ставки Верховного Главнокомандования.
Небезынтересно просмотреть и формы оперативного маневра, которые были применены в Берлинской операции. Для 1-го Белорусского фронта фронтальный удар на кратчайшем направлении Кюстрин — Берлин. От переднего края до Берлина всего 60 км. Но это направление, как здесь уже отмечалось, по группировке войск противника было наиболее плотным. Противник располагал свои силы глубоко эшелонированно и на всех рубежах обороны. В этом свете, естественно, фронтальный удар 1-го Белорусского [518] фронта на кратчайшем направлении к Берлину был сопряжен с преодолением глубокой, чрезвычайно разносторонней и сильно укрепленной обороны противника. Поэтому данный фронтальный удар, в последующем развившийся в охватывающие удары по отношению к берлинской группировке противника, имеет свои отличительные особенности.
Этот удар следует изучить с особенной внимательностью, потому что здесь мы имеем большое разнообразие форм оперативно-тактического взаимодействия крупных общевойсковых соединений и соединений всех родов войск, взаимодействие такое, которое организовывалось с расчетом в кратчайший срок разгромить всю оборону противника на берлинском направлении.
Здесь раздавались голоса, что танковые армии 1-го Белорусского фронта: 2-я гв. танковая армия т. Богданова и 1-я гв. танковая армия т. Катукова были введены в сражение раньше времени. С этим нельзя согласиться. Обстановка на войне повелевает. Обстановка вызывала необходимость в первые же дни сражения ввести огромные массы всех средств борьбы для того, чтобы нанести сокрушительный удар по противнику и как можно быстрее сломить его оборону. Только в этом смысле нужно рассматривать этот вопрос. Иначе нельзя было действовать. Когда пехота оторвалась от артиллерии, огромные массы танков должны были заменить артиллерию, чтобы продолжать давление на всю оборонительную полосу противника. Это сыграло колоссальную роль.
Генерал-полковник т. Чуйков говорит, что 8-я гв. армия после того, как преодолела все рубежи, уже подходя к внешнему обводу берлинской обороны, встречала слабое сопротивление противника. Это не случайно. Почему не случайно? Потому, что огромная масса введенных средств борьбы за овладение главной оборонительной полосой и промежуточными рубежами, сразу парализовала всю оборону противника. В этих условиях большая часть сил противника была уничтожена именно на этих рубежах.
Идея массированного применения всех сил и средств для того, чтобы быстрее сломить всю оборону противника и прорваться к Берлину, сумела себя оправдать. Только именно в таком свете следует рассматривать этот вопрос. Танковые армии, конечно, не случайно не вырвались на оперативный простор, как говорил здесь маршал тов. Ротмистров, они вынуждены были взаимодействовать с войсками и преодолевать вместе с ними всю глубоко эшелонированную оборону. Вопросы взаимодействия танковых армий с полевыми армиями в условиях прорыва глубоко эшелонированной обороны противника нам следует чрезвычайно внимательно изучить. Вот что мне хотелось сказать об оперативном маневре 1 БФ.
По плану Ставки Верховного Главнокомандования, 1-й Укр. фронт прорывал оборону противника южнее и, развивая охватывающий удар во фланг и тыл берлинской группировке противника, отрезал ей пути отхода на запад и юго-запад. При необходимости 1-й Укр. фронт должен был оказать содействие 1-му Белорусскому фронту в овладении Берлином. Поэтому и разграничительную линию между двумя фронтами Ставка Верховного Главнокомандования дала на первый этап операции только до Люббена. Потом эта разграничительная линия была продолжена на Берлин. Обстановка, как вам известно, вызвала необходимость поворота всех танковых армий 1-го Украинского фронта на берлинское и бранденбургское направление с тем, чтобы еще быстрее и еще лучше создать условия для разгрома берлинской группировки противника. Охватывающий удар 1-го Укр. фронта в общем направлении на Лукенвальде, Берлин создал условия оперативного окружения для основной массы войск 9-й армии немцев — армии, которая с 1941 года по весну 1943 года держалась в вяземском мешке, под командованием Моделя, и в 1943 г. держалась на орловском выступе, под командованием того же самого Моделя. В результате прорыва войск 1-го Украинского фронта и последовавшего затем развития охватывающего удара франкфуртская группировка 9-й армии немцев была поставлена в катастрофическое положение. [519]
Войска маршала Конева после прорыва сразу начали развертываться от Котбуса до Люббена фронтом на северо-восток с тем, чтобы предотвратить всякую возможность отхода 9-й армии на запад и юго-запад или соединения ее с окруженной берлинской группировкой. Этот маневр [имел] существенное значение. Франкфуртская группировка 9-й армии немцев, отходя из района Франкфурта, очутилась в чрезвычайно тяжелом положении. Путь к Берлину ей был отрезан войсками 1-го Белорусского фронта, а путь на запад и юго-запад был отрезан войсками 1-го Украинского фронта. Фронт 28-й армии, развернутый на восток, явился наковальней, на которой соединения 1-го Белорусского фронта окончательно разбили окруженные соединения 9-й армии немцев. На нее обрушились удары 3-й армии, 2-го гвардейского кавалерийского корпуса, 69-й и 33-й армий 1-го Белорусского фронта, и от этой группировки по существу ничего не осталось. Попытка их прорваться через фронт 28-й армии на запад также не увенчалась успехом.
В данной операции мы видим классическое осуществление указаний, которые Ставка Верховного Главнокомандования давала для 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов по разгрому и уничтожению берлинской группировки. К 25 апреля, как Вам известно, было завершено оперативное окружение берлинской группировки и с этого момента по существу началось «доколачивание» окруженной группировки немцев непосредственно в гор. Берлине.
Таким образом, в Берлинской операции, рассчитанной на развертывание решающего сражения в завершающем этапе войны, операции, рассчитанной на полный разгром противника и на его капитуляцию, мы имеем классическое осуществление взаимодействия двух фронтов. Но главная и решающая роль в этой операции принадлежала 1-му Белорусскому фронту, который обрушил свои удары на основную массу берлинской группировки противника на кратчайшем операционном направлении.
В Берлинской операции мы имеем все виды маневра, которые применялись Красной Армией в ходе Отечественной войны. Здесь и фронтальный удар, прорыв фронта с развитием охватывающего удара, окружение и уничтожение окруженной группировки противника.
Берлинская операция войдет золотым фондом в историю оперативного искусства Красной Армии. Настоящую научную конференцию 1-го Белорусского фронта можно рассматривать только как начало изучения этой замечательной операции.
Здесь чрезвычайно много говорили о формах и методах тактического взаимодействия войск в ходе Берлинской операции. Нам, товарищи, не безынтересно этот опыт передать войскам и передать его возможно скорее. Есть общее пожелание, чтобы в армиях как можно быстрее обобщили опыт боев в Берлинской операции и чтобы этот опыт мы могли использовать в учебе наших академий, в нашей оперативной подготовке.
Текст выступления со стенограммой и звукозаписью сверен.
Нач. отдела по использованию опыта войны
оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805. Л. 222–227. Подлинник.
№ 292. Выступление начальника штаба 5-й ударной армии генерал-лейтенанта А. М. Кущева
Товарищи!
При изучении Берлинской операции необходимо отметить следующие присущие ей характерные особенности, которые каждые в отдельности заслуживают всестороннего и глубокого изучения: [520]
1. С выходом войск фронта на р. Одер в течение 72 дней почти беспрерывно, до начала Берлинской операции, проходят ожесточенные бои обеих сторон за р. Одер.
Немецкое командование сосредоточивает большие силы и средства, используя особо трудные условия 1 БФ — его открытый правый фланг, проводит решительную операцию, но в результате умелого маневра и своевременного сосредоточения сил маршал Жуков в Померанской операции не только срывает план немецкого командования по разгрому войск 1 БФ, но и создает все условия будущей операции на Берлин совместно с другими фронтами (2 БФ). Последний стратегический контрудар немцев в Померании был разбит.
2. Действия войск 3-й ударной и 8-й гв. армий цо расширению и удержанию плацдарма на р. Одер как будущего исходного рубежа для войск 1 БФ имели особый тактический интерес, насыщенный острыми моментами общевойскового боя.
Немецкое командование, потеряв в районе г. Кюстрин западный берег р. Одер, предпринимало все меры, чтобы сбить наши войска на восточный берег. Обстановка благоприятствовала немцам тем, что крепость Кюстрин была в его руках и притом еще с большим гарнизоном.
В течение 72 дней за плацдарм велись ожесточенные бои, отличавшиеся упорством войск, отличными примерами организации и проведения общевойскового боя на открытой местности и в крупном населенном пункте г. Кюстрин, во взаимодействии всех родов войск, с проведением наступательных и оборонительных боев. В боях за плацдарм особо ярко выразились методы ведения общевойскового боя — переход от обороны к наступлению в низших тактических единицах — батальон, полк.
Все действия противника, направленные к уничтожению наших войск на плацдарме и удержанию за собой г. Кюстрин успеха не имели; только войсками 5-й ударной армии в боях за плацдарм взято в плен 9100 солдат и офицеров, убито 39600. Захвачено и уничтожено орудий 450, танков 260. Данные цифры свидетельствуют о характере боев.
Задача наших армейских научных конференций заключается в том, чтобы со всей подробностью разобрать эти сложные и интересные общевойсковые бои для подготовки и воспитания наших войск.
3. Обычно перед всякой большой операцией оперативная пауза проходила относительно спокойно. В данной операции предшествующая оперативная пауза была насыщена не только ожесточенными боями на плацдармах, но фронт в период подготовки удара на Берлин проводил серьезную Померанскую операцию. Данное положение интересно тем, как здесь уже доложил генерал-полковник Малинин, что быстрота перегруппировки значительных сил и средств с правого фланга (войск, участвовавших в Померанской операции) на плацдармы в районы г. Кюстрин была блестяще выполнена. Кроме того, за короткий период при большом расходе всех материальных средств в подготовительный период фронт [к началу Берлинской операции] сумел [их восполнить]. Для нас, и особенно для штабных офицеров и генералов, является особой необходимостью самое тщательное изучение работы штаба фронта по планированию и проведению этой большой рокировки и сосредоточению больших [сил и] средств в короткий срок.
4. Здесь позвольте остановиться на системе обороны противника. В своем докладе начальник штаба фронта генерал-полковник Малинин и командующий 8-й гвардейской армией подробно подчеркнули всю специфичность этой обороны. В частности, наша армия с 16 по 24.4 на 60-километровой глубине, от исходного положения до пригорода Берлина, прорвала 12 промежуточных рубежей, разгромив части двух пехотных, двух танковых и двух механизированных дивизий. Кроме того, в завершении прорыва стоял Берлин, требующий особой организации и планирования боя. Необходимо было на ходу перестраивать боевые порядки и группировки, строить совершенно новую организацию ведения боя в крупном городе.
Маршал Жуков требовал от войск самого напряженного действия и за всякое промедление, а тем более какую-либо паузу, немедленно и [конкретно] реагировал, напоминая, что подобные действия войск поведут только к усилению сопротивления обороны и увеличению сил и средств в Берлине.
Чтобы сделать правильный вывод, необходимо признаться, что мы не учли всех особенностей организации обороны немцев, недостаточно усвоили требования маршала и его указания по организации, планированию и действию войск.
Мы планировали нашу операцию с учетом нормального развития прорыва, как это было в Варшавско-Лодзинско-Познаньской операции. Мы предполагали, что, прорвав оборону противника на всю его тактическую глубину до Зееловских высот (рубежа), дальше все пойдет своим нормальным чередом до самого Берлина.
Мы рассчитывали после прорыва тактической глубины, по примеру прошлых операций, [что] 2 гв. ТА, войдя в прорыв, относительно легко поведет за собой нашу армию, и во взаимодействии с ней [мы сможем] приступить к уничтожению противника в самом городе Берлине.
События показали другое обстоятельство. Пехота во взаимодействии с артиллерией и танками НПП, прорвав оборону противника, вышла к Зееловским высотам и, встретив упорное сопротивление, овладеть с ходу данным рубежом не могла. 2 гв. ТА в обозначившийся прорыв не пошла, опасаясь повиснуть на Зееловских высотах, кроме того, ее боевые порядки к прорыву не соответствовали совместным действиям с пехотой.
Маршал Жуков, ознакомившись с положением, вторично указал нам — немедленно перестроиться в организации наступления, подчеркнув всю особенность обороны немцев не только в Берлине, но и на подступах к нему, где наши войска будут встречать последовательно сильные, глубоко эшелонированные рубежи, занятые войсками, с наличием сильной ПТО и сильно укрепленной местности.
Маршал потребовал:
1) Организовать и вести непрерывное наступление днем и ночью.
2) Танковая армия должна действовать совместно с общевойсковой армией по прорыву всех рубежей и обязательно добиться выхода к Берлину ранее нашей армии, построив соответственно с обстановкой и свои боевые порядки.
Выполняя указания маршала, наступление пошло значительно лучше. Исходя из опыта данной операции, ночные действия дают большое преимущество. Необходимо отметить нашу слабость в организации и ведении общевойскового боя в условиях ночи; в этой области нам нужно еще много работать и, как говорил маршал, «ночь превратить в день» для нас является первостепенной задачей в подготовке войск и штабов в мирное время, уделяя этому не менее 40–50 % общего времени.
Здесь на конференции некоторые товарищи генералы и офицеры в своих выступлениях, в зависимости от принадлежности к тому или иному роду войск, пытаются определить и доказать, что именно их род войск решил победу в Берлинской операции, особенно стараются в этом деле танкисты. Мне кажется, это не целесообразно.
Современная фронтовая операция, которая впитывает в себя все рода войск наших вооруженных сил, успешно протекает только при отличном взаимодействии на всю глубину операции всех родов войск, главных и не главных. Мы можем только отмечать частные недочеты того или иного рода войск с точки зрения решения ими задачи в операции, но искать главный род войск, который сыграл решающую роль в данной операции, мне кажется, будет неверно. На известном этапе операции один или несколько родов войск, например пехота и артиллерия, решают главную задачу, на другом этапе операции, естественно, главная задача может быть переключена на другие рода войск, например на танковые соединения и авиацию; однако взаимодействие решает общее дело и говорить о том, что пехота или артиллерия не выполнила своих задач, будет голословно; если бы это было так, следовательно, не была бы решена успешно Берлинская операция.
5. Теперь позвольте остановиться на понятии «особые эшелоны». Мне кажется, что мы здесь несколько путаем это понятие. В Варшавско-Лодзинско-Познаньской операции, а в Берлинской тем паче, никаких особых эшелонов с точки зрения оперативного построения войск и использования их на всю глубину не было.
Все мы отлично помним указания маршала Жукова по организации и планированию прорыва на Висле, где он потребовал, прежде чем ввести в действие главные силы пехоты и артиллерии, произвести сильную разведку усиленными батальонами от каждой стрелковой дивизии, поддержанными небывалой силы артиллерией. Действие разведывательных батальонов было спланировано непосредственно перед атакой главных сил — это не есть особые эшелоны. Маршал учил: при всякой организации боя или операции «избегайте установившегося шаблона». Практика показала и подтвердила всю полезность этих мероприятий. В операции на Висле мероприятиями фронта мы имели и достигли оперативной и тактической внезапности.
В данной операции мы не имели и не могли иметь оперативной внезапности в силу сложившейся обстановки и времени. Наша стратегическая и оперативная цель противнику была ясна.
Маршал Жуков потребовал от нас — определенными мероприятиями во что бы то ни стало достигнуть тактической внезапности. Благодаря небольшой глубине операции (7 км) тактическая внезапность имела решающее значение.
Штаб фронта спланировал перегруппировку войск и занятие исходного положения в крайне ограниченные сроки. 5-я ударная армия должна была в течение двух суток шестью дивизиями и большим количеством артиллерии произвести:
а) смену войск на плацдармах — передать свои участки 47-й и 3-й ударной армиям;
б) после смены переправиться через р. Одер на восточный берег и совершить марш 25–30 км с новой переправой через р. Одер на плацдармы и занять исходное положение;
в) произвести перегруппировку на плацдарме согласно плану.
Все эти мероприятия необходимо было произвести с соблюдением всех мер маскировки, преимущественно в ночное время в условиях авиационного и артиллерийского воздействия противника.
Поставленные задачи войсками были выполнены блестяще. Это мероприятие заслуживает особого изучения по сложности перегруппировки в короткие сроки в непосредственном соприкосновении с противником и [при] его особой активности.
Действия разведбатальонов перед началом Берлинской операции некоторые из выступавших товарищей пытаются так же, как и на Висле, определить «особыми эшелонами» общего боевого порядка, внося этим самым путаницу в организации, и учреждают «новый» термин.
В целях достижения тактической внезапности и введения противника в заблуждение маршал Жуков приказал за два дня до начала наступления произвести от каждой дивизии первого эшелона сильную боевую разведку усиленными батальонами с танками и поддержанных огнем 2–3 артполков на каждый разведбатальон.
Действия разведбатальонов начать утром 14.4.45, имея основной задачей вскрыть группировку и систему организации обороны противника до рубежа Зееловских высот. Главная цель — создать у противника впечатление действиями разведбатальонов, что мы будем производить прорыв на рассвете или утром.
Фактически, как Вам известно, маршал готовил удар ночью с применением большой массы прожекторов. Практика показала всю состоятельность этих мероприятий, проводимых командованием фронта. Показаниями пленных было установлено, что противник был введен в заблуждение — атаки ждал утром. Ночные действия наших войск с применением прожекторов внесли дезорганизацию.
6. Генерал-полковник т. Малинин поставил перед нами задачу — указать некоторые нормы, вытекающие из нашего опыта проведенных операций. Планируя ту или иную операцию, необходимо исходить из каких-то опытных норм по исчислению необходимого количества сил и средств, обеспечивающих выполнение задач в бою — операции.
Варшавско-Лодзинско-Познаньская, Берлинская и др. операции Великой Отечественной войны показали, что современная фронтовая операция, рассчитанная на прорыв сильно укрепленной, глубоко эшелонированной обороны противника, с достаточным оперативным размахом на глубину свыше 200 км, потребует на 1 км фронта прорыва:
орудий — 200–250,
танков — 30–40,
пехоты — 400–600 активных штыков.
Необходимо оговорить, что данные нормы совершенно не являются максимальными и имеют полное право к росту на особо важных, решающих направлениях.
7. Позвольте остановиться на организации взаимодействия и переподчинении танков НПП.
По опыту двух последних операций нашей армии в составе 1 БФ на основе указания маршала Жукова, данного им еще на Висле, мы танки НПП придавали (подчиняли) стрелковым батальонам дивизий первого эшелона. За командирами танковых полков (бригад) мы оставили право контроля и материального обеспечения танковых рот (батальонов) в бою. Практика показала: когда танки НПП не подчинены пехоте, а только ее поддерживают, оставаясь в подчинении своих танковых начальников, не дают полного эффекта их использования, затрудняется быстрота взаимодействия, сложность управления и постановка задач в ходе боя.
Например: командир стрелкового взвода, чтобы поставить задачу танкам, должен связаться с командирами сп — сд. Командир сд ставит задачу командиру тбр или тп, последние ее передают исполнителям (танковым батальонам, ротам). Прошу обратить внимание на сложность этого взаимодействия и управления.
Необходимо пересмотреть наши наставления по существу, танки НПП должны быть подчинены пехоте.
8. Об организации управления. Последние наши завершающие операции, Варшавско-Лодзинско-Познаньская и Берлинская, ничего нового, собственно, не дали, но они окончательно утвердили методы и организацию управления при наступательной операции с высокими темпами ее развития.
Исходя из опыта, разрешите доложить, как было построено управление боев и эшелонирование полевого управления армии в операции, которые дали положительные результаты. Управление было построено по следующей схеме:
а) Непосредственно в боевых порядках первых эшелонов учреждались 3–4 передовых наблюдательных пункта командарма в составе офицеров РО, наблюдателя сержанта и радиостанции РБМ с автомашиной. Задача — наблюдать в своем секторе за действиями противника и своих войск. Во время наступления, двигаясь в определенной полосе вместе с боевыми порядками войск, выполняя те же задачи, особо обращать внимание на выполнение задач войсками и действия противника по его контрударам. Связь при прорыве — проволока, при движении — радио.
б) ВПУ при командарме располагается на главном направлении удара армии с таким расчетом, чтобы иметь наблюдение с основного НП командарма за действиями войск главного направления.
ВПУ состоит из основных офицеров ШТАРМа и родов войск:
оперативного отдела — 3–4 человека, разведывательного отдела — 2 человека, шифровального отдела — 2 человека, связи — 2 и узел связи, командующего артиллерией — с 2–3 офицерами, командующего БТ и ВМ — с 1 офицером, нач. инжвойск — с 1 офицером, от авиации и подвижной группы фронта 6 — 10 человек, группы обслуживания — 10–15 человек.
ВПУ располагается в оборудованных блиндажах. Связь организуется проводная непосредственно на НП командиров корпусов и передовые НП. Дублируется радио и подвижными средствами ВПУ. С командирами взаимодействующих соединений — совместное расположение и движение. С командующим фронтом — ВЧ.
При развитии операции перемещается на автомашинах скачками.
Удаление от дивизий первого эшелона — 5 — 10 км.
в) Первый эшелон ШТАРМа в составе оперативного, разведывательного, шифровального, связи, штабов родов войск, группы политотдела с необходимым количеством обслуживающего состава, как правило, располагался в 10–15 км от линии фронта. В период преследования передвигался скачками — в 15–20 км от дивизий первого эшелона.
Первый эшелон ШТАРМа, имея основной узел управления, имел связь всех видов со штакорами, штабами поддерживающих и взаимодействующих соединений с армией, штабом фронта и соседями.
Располагался, как правило, в населенных пунктах.
г) Второй эшелон ШТАРМа состоял из отделов: организационного, укомплектования, кадров, ПОАРМ, прокуратура, трибунал, АХО и прочие. Располагался в 20–30 км от дивизий первого эшелона.
д) Управление тыла располагалось в районе станции снабжения и армейской базы.
Вопросы организации армейского управления, на основе опыта войны, требуют тщательной отработки и разработки единой схемы расположения и эшелонирования ПУ армии в различных видах боя — операции. Также необходимо подвести итоги распределения сил и средств связи. За краткостью времени я не могу здесь подробно развивать эти вопросы.
9. По вопросу обвинения авиации. Здесь некоторые товарищи предъявили серьезные обвинения авиации, что она часто бомбит боевые порядки своих войск. Это «удовольствие» я лично испытал на своей шее. Да, вещь неприятная. Товарищам летчикам нужно с этим делом покончить, но это не только зависит от них. Мы тоже много делаем ошибок, в результате своей подготовки, если меньше бьем по своим, чем авиация, то довольно часто не наносим нужное физическое поражение противнику. Нужно сейчас, в мирное время, больше уделять времени на взаимное изучение войск и общими усилиями изжить взаимные недостатки, которые мы имели в бою. Нужно больше проводить совместных учений и чаще бывать на учениях друг у друга.
Зная взаимно все трудности, мы своими совместными действиями будем способствовать уменьшению недостатков. Нам, наземным родам войск, нужно лучше себя обозначать, необходимо изыскать более совершенные технические средства для обозначения своих войск. Авиации необходимо добиться лучших методов и способов ориентировки и особенно при бое в крупных городах. При этих условиях взаимной обиды не будет.
Текст выступления со стенограммой и звукозаписью сверен.
Нач. отдела по использованию опыта войны
оперативного управления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805. Л. 95— 105. Подлинник.
№ 293. Выступление командующего 1-й гвардейской танковой армией гвардии генерал-полковника М. Е. Катукова
В своем выступлении я не буду останавливаться на ходе Берлинской операции, об этом сказано достаточно полно основным докладчиком на нашей конференции и содокладчиками.
Я хочу заострить внимание участников конференции лишь на некоторых вопросах, имеющих, по моему мнению, большое значение в деле изучения и обобщения опыта Отечественной войны.
Первый вопрос — это о сохранении в тайне подготовки крупной операции. Маршал тов. Жуков в период подготовки Берлинской операции уделял большое внимание сохранению в тайне времени нашего удара, а также места сосредоточения наших войск, особенно танковых и механизированных. И это было правильно. Немцы прилагали все усилия к тому, чтобы разгадать нашу группировку войск и определить время и направление наших ударов. Так, в апреле 1945 года, когда 1-я гв. ТА после боев в Померании и за Гдыню комбинированным маршем вернулась в район лесов южнее Ландсберг, немцы, пытаясь узнать местонахождение армии, сбрасывали парашютные десанты. В процессе всей войны мы, зная, что это всегда и везде будет, выработали особые меры борьбы со шпионажем. Достигали ли они цели или, может быть, немцы другими путями узнавали все интересующее их, я не могу сказать. Я только скажу о том, как мы боролись с немецкими шпионами.
Мы ввели в практику создание из отборных бойцов и офицеров, которым мы вполне доверяли, негласных секретов или патрулей бдительности, как мы их называли. Эти люди садились в засады на всех перекрестках дорог и лесных полянах в районе дорог и наблюдали. Для всех остальных военнослужащих они были невидимы. Вы сами знаете, что в период боевых действий местным жителям из однбго села в другое ходить не разрешалось, и эти патрули или секреты, сидя в засадах днем и ночью, задерживали всех проходящих, как военнослужащих, так и гражданских лиц. В одну из ночей красноармейцами и находившимися в засаде было обнаружено, что немцы с самолетов сбрасывают парашютистов. Была поднята тревога. Собрали несколько групп и организовали облаву, в результате которой было задержано 17 человек с голубями, радиоаппаратами и прочими инструментами подрывной и шпионской деятельности. Задержанными было дано много ценных показаний, в частности о том, где и когда были еще сброшены подобные группы. Потом эти диверсанты были взяты на машины, и СМЕРШ использовал их на дорогах и перекрестках для опознавания остальных диверсантов. Вот такие мероприятия мы проводили для сохранения в тайне нахождение нашей армии в каком-то определенном месте.
Когда был получен приказ и указано, откуда мы будем наносить удар, нам на плацдарме за р. Одер и в районе переправы нужно было произвести рекогносцировку. Но Вы сами понимаете, что если на каком-то участке фронта появляются десятки и сотни танкистов, то, конечно, это всем бросается в глаза. Все пехотинцы, артиллеристы сейчас же начинают говорить: «Ага! Приехали танкисты, происходит рекогносцировка, значит, скоро начнется наступление». Эти разговоры широко распространяются и в результате кто-нибудь один, попавший в плен к немцам, выдаст, что танкисты там-то и там-то производили рекогносцировку.
В порядке передачи опыта я расскажу, как мы маскировали наши рекогносцировки. Сам я, командиры корпусов, командиры бригад, полков, батальонов и прочие участники рекогносцировки переодевались в нашу пехотную форму, брали телефонные катушки, шесты и под видом самых настоящих связистов [обследовали] переправы и районы, где будут сосредоточиваться танки. Красноармейцы-регулировщики дорожно-строительных частей и другие охотно подходили к какому-нибудь усатому командиру бригады и на самом, так сказать, солдатском языке просили закурить, охотно беседовали и т. д., считая, что это такие же солдаты. На самом же деле это были производившие рекогносцировку командиры корпусов, бригад, полков и т. д.
Перехожу к вопросу о действиях штурмовых групп в крупных городах. Опыт учит, что в различных городах, с различным противником, с различной конфигурацией улиц и проч., состав штурмовых групп и отрядов, а также метод ведения ими боя на улицах городов меняются: в одном случае можно задворками проходить, в другом задворками проходить нельзя. Где можно легко сделать проломы, где нельзя. Я не буду на этом вопросе останавливаться подробно, так как в ряде выступлений он уже достаточно полно освещен.
Я только хочу рассказать, что у нас в 1-й гв. танковой армии хорошо себя показали в боях на улицах Берлина зенитные орудия. В тех случаях, когда улицы были узкие, а здания высокие — ни полевую пушку, ни танк, ни самоходку нельзя было развернуть так, чтобы разрушить верхний этаж, у нас и в 11 гв. тк, и в гв. мк очень эффективно применяли зенитные пушки. Поэтому, товарищи, я думаю, что нам необходимо это учесть на дальнейшее. 120-мм минометы тоже хорошо себя показали в уличных боях, особенно в случаях, когда нужно было на ближней дистанции, но с крутой траекторией, разрушить какое-нибудь здание или разбить чердак, откуда стреляли пулеметы или другие огневые средства противника. 120-мм миномет в уличных боях явился очень хорошим оружием и приносил большую пользу, о чем с восхищением отзывались участники боев штурмовых групп.
В вопросе взаимодействия танков и авиации я должен положительно отозваться о действиях штурмового авиационного корпуса генерала Крупского. Он с нами действовал не раз. Мы с ним сработались и хорошо друг друга понимали. Работу по организации взаимодействия с этим соединением мы вели и раньше, а не только перед Берлинской операцией, и поэтому у нас не было никаких казусов. С авиасоединениями, которые работали с нами в процессе одной операции и потом автоматически переключались на другую, у нас была полная договоренность. Много помогал нам обмен радиоданными, в результате чего на поле боя танк мог «разговаривать» с самолетом. Танк командира батальона или роты мог «настраиваться» на волну штурмующих самолетов. Были случаи, когда самолеты имели явное намерение бомбить район расположения наших частей, но, своевременно перенацеленные танковыми командирами, исправляли свою ошибку. Но очень плохо нам было, когда мы с тов. Чуйковым, овладев Мюнхебергом, устремились в леса и пошли рывком на межозерное пространство. Наступила ночь и вот начался кошмар: идут волны наших бомбардировщиков и сгружают свой груз на мой штаб, на колонны и на боевые порядки 8 гв. мк и 11 гв. тк, жгут наши танки и транспорт, убивают людей. [Из-за] этого мы на 4 часа прекратили наступление, которое развивалось очень успешно.
Когда я доложил об этом маршалу Жукову, последний забеспокоился, стал звонить Новикову и Голованову, а они вместо того чтобы выяснить истинное положение вещей, начали отнекиваться: «это не мои, я ничего не знаю» и т. д. И вот до того надоели эти ночники моим командирам корпусов, что они взяли да обстреляли их. В результате был сбит самолет «Бостон», конечно, наш. И только, когда были доставлены неопровержимые доказательства, нам поверили, что бомбили свои самолеты. А пока мы доказывали — у меня штаб горит, окна вылетают. Машина загорелась, снаряды рвутся в моем бронетранспортере.
Рассказывая об этом, я вот к чему веду речь: с авиацией, которую мы имеем и которую подчиняет нам командующий фронтом или назначает для поддержания нас бомбовыми ударами или штурмовкой, мы всегда находили общий язык и быстро выправляли неполадки. Был, например, такой случай: в районе Кепеник я и командир авиакорпуса генерал Крупский возвращались с переправы. По дороге на запад двигалась колонна тяжелой артиллерии. Вдруг идут 12 штурмовиков с явным намерением пикировать и сгрузить свой груз на нас. Тов. Крупский по своей рации передал: «Воробьи, воробьи, я голубь, здесь свои». Штурмовики сразу поняли, в чем дело, и ушли, только один отцепил бомбу, а остальные успели услышать «Воробьи, воробьи, я голубь и т. д.». Но вот с ночной авиацией — стратегической — мы ничего не можем сделать. У нас с ней нет радиосвязи, и мы беспомощны что-либо предпринять. По звуку моторов знаем, что это наши самолеты, но сказать им, что здесь свои войска — не можем. Мне кажется, что в дальнейшем, когда будут планироваться операции и будет лететь по определенным направлениям ночная стратегическая авиация, нужно устанавливать какие-то опознавательные знаки или огни, или позывные. У немцев распределена была белая фосфорная бумага, как ковры, и если ее ночью расстелить, она света не дает, но сверху очень хорошо видна. Что-то нужно установить, [527] потому что, товарищи, только за одну ночь у меня свои самолеты сожгли около 40 автомашин, 7 танков и убили свыше 60 человек. Зачем нам нужны эти потери?
Теперь в отношении Зееловских высот. Маршал Ротмистров, тов. Чуйков, маршал Богданов достаточно осветили этот момент и отвергли обвинение танкистам в нерешительности при взятии высот. Танкисты выполнили свой долг до конца. Когда мы вышли к Зееловским высотам, развернулись и устремились вперед, все наши попытки успеха не имели. Все, кто высунулся вперед, моментально горел, потому что на высотах стоял целый артиллерийский корпус противника, а оборона немцев на Зееловских высотах сломлена не была. Когда же потребовалось развертывать всю армию, конечно, мы не могли дать полных результатов через 2 часа, а отсюда страсти разгорелись, шел бой, создалось серьезное положение и, естественно, были нелестные отзывы по нашему адресу. Ну а когда обстановка стала ясна, все это дело выяснилось. Но выяснилось оно здесь, на конференции, а ведь в то время при штабе было много корреспондентов, и они слушали все, что говорилось в ходе сражений. И вот один из них, Трояновский, написал книжечку «Последние дни Берлина» и в ней воспроизвел услышанный им разговор командования, которое по закону требовало от нас быстрейшего выполнения задачи. Я не хочу сказать, что требовать с нас не нужно было, но ведь потом выяснилось, что мы все-таки честно дрались. Я, например, три раза менял направление ударов корпусов, а если бы на Зееловских высотах уперся и шел в лоб, то, может быть, десятью танками и прорвался, но дальше некому было бы идти, т. к. погибли бы все танки. А ведь я присягу принимал и отвечал за выполнение задачи.
У танкистов есть такое правило: рви всегда, где можешь, получил отпор — не упорствуй, не лезь на рожон, ищи обхода. У меня под Зееловом обход обозначился на правом фланге, и я принял на себя тяжелую ответственность: снял 11 гв. тк и 8 гв. мк, прикрылся истребительной артиллерией, оставил две бригады у тов. Чуйкова, а ему сказал: «Я пошел, если удачно — за мной». Обойдя леса сев. — зап. Зеелова, правда, с тяжелыми боями, я все-таки вышел на простор на рубеж Мюнхеберга, а потом, прорвавшись и через этот рубеж обороны противника, мы пошли до самых окраин Берлина.
Так было. Но вот некоторые писаки изображают события совершенно в другом разрезе и преподносят это всему Советскому Союзу, а их никто не контролирует, никто не проверяет. В боях за Берлин танкистов было много: 1-я и 2-я гвардейские танковые армии, отдельные корпуса, в их числе много прославленных соединений и частей, и они выполнили свою задачу, и нельзя так искажать ход событий и роль в них различных родов войск.
Тов. Богданов в своем выступлении указал, что танковые и механизированные войска — прогрессивный род войск. Правильно, товарищи! Начальник Генерального штаба тов. Антонов, выступая на сессии Верховного Совета Союза ССР, также указывал на это. Этого у них отнять нельзя. Благодаря широкому развитию механизированных и танковых войск в Красной Армии, ее боевые операции получили невиданный размах. Мы «утерли нос» всем армиям крупнейших капиталистических стран, в том числе и немцам с их хвалеными танками и танкистами. Маршал Жуков в Берлинской операции использовал две свои танковые армии. Кроме того, подошли армии Рыбалко и Лелюшенко. Значит, танкисты играли немалую роль во взятии Берлина. А что же получилось после, товарищи! Недавно я был в Москве, узнаю, что демонстрируется кинофильм «Взятие Берлина». Ну, думаю, там ведь у меня погибло 8 тыс. танкистов, 4 командира бригад, 22 комбата, несколько командиров полков, две сотни танков. Погляжу-ка, может быть, и про себя, и про своих танкистов что-нибудь увижу. Ничего подобного! Оказывается, по этому кинофильму, что армии Богданова, Катукова, Рыбалко, Лелюшенко и корпуса Ющука, Кириченко не воевали и их не существует в природе. Преподнесли всему Советскому Союзу картину под контролем или, как это называется, с «консультацией» присутствующего здесь генерала Платонова, судя по которой танковых войск вообще у нас не существует. Что это значит?
Мы что — краденый род войск или это военная тайна какая-то? Все газеты, все союзники про нас знают. В приказах товарищ Сталин отмечал нас, а советскому народу преподнесли, что танкисты во взятии Берлина не участвовали! Показали меня на 3 секунды, Богданов мелькнул и на этом дело ограничилось. А далее — Кузнецов, Берзарин, Чуйков и другие. Мы их уважаем, они с нами плечо в плечо шли, они дрались честно и много, но и мы немало сделали. За что же нам такое «уважение»? «Куда же вкладывали мы свои трудовые деньги-миллионы?» — спросят азербайджанцы, дагестанцы, горцы Кавказа, колхозники Житомирщины, рыбаки Дальнего Востока, от которых я получал танки. Куда же весь советский народ вкладывал свои деньги? Народы знают по приказу, что бьемся за Берлин, а в кино нас забывают — нет прославленных танкистов. По-моему, это грубая политическая ошибка, и пусть тов. Платонов знает, что он оскорбил не только нас — командующих, а оскорбил все танковые войска Красной Армии.
Я, пользуясь трибуной на научной конференции, хотел об этом сказать. Научного, может быть, здесь ничего нет, но об этом будут писать книги, на этом будут воспитывать людей, это — политический вопрос. По-моему, все такие кинофильмы и книжки перед выпуском надо серьезно контролировать.
Текст стенограммы с звукозаписью сверен.
Нач. отдела по использованию опыта войны оперуправления штаба
Группы советских оккупационных войск в Германии полковник Утин
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805. Л. 62–70. Подлинник.
№ 294. Выступление командующего 2-й гвардейской танковой армией маршала бронетанковых войск С. И. Богданова
Берлинская операция, которую успешно завершили войска 1 БФ, в истории военного искусства является одной из замечательных операций. Берлинская операция замечательна тем, что в течение 15 дней, при глубине обороны 110–120 км и при огромном сопротивлении немцев, была разгромлена немецкая армия, был разгромлен фашизм, взят штурмом город Берлин — военно-политический, промышленный, стратегический центр с трехмиллионным населением.
Берлинская операция характерна стремительностью; если под Сталинградом немцы маневрировали на одном месте в течение нескольких месяцев, то Берлин войсками 1 БФ, войсками Красной Армии был взят штурмом в течение 7 дней.
Берлинская операция характерна и замечательна тем, что она имела свои корни в Варшавско-Познаньской (Висло-Одерской) операции и вытекала из общего стратегического плана нашего Верховного Главнокомандования. Берлинская операция замечательна тем, что войска Красной Армии, войска 1 БФ, руководимые Верховным Главнокомандующим, были совершенно уверены в этой исторической операции и все от генерала до бойца стремились, как можно скорее, покончить с фашистским врагом и овладеть большим городом — Берлином, в котором 185 лет не было русского солдата.
Танковые войска не только в условиях Берлинской операции, а в условиях всей боевой деятельности нашей Красной Армии являются решающим фактором на поле боя.
Танковые войска, как сказал тов. Сталин, являются хозяином поля боя. Вот под этим углом зрения мне и хочется рассмотреть некоторые вопросы Берлинской операции. Правильно использовать танковые войска, правильно оценить эти войска в этой важнейшей операции явилось очень существенной задачей.
Насколько решающим фактором являются танковые войска, мы все с Вами знаем, ибо из общего числа танковых армий Красной Армии в 1 БФ и 1 УФ было четыре армии; значит, и Ставка Верховного Главнокомандования, и Маршал Советского Союза тов. Жуков танковым войскам придавали очень серьезное значение. Тов. Жуков уделял танковым войскам большое внимание и возлагал на них особо важные задачи, танковые войска всегда чувствовали это внимание и возложенные задачи на них выполняли с честью.
Что представляла из себя оборона немцев? Вы из предыдущих докладов знаете, что оборона немцев состояла из очень серьезных оборонительных полос, которых было достаточно много, и вся глубина, начиная от р. Одер и кончая зап. частью Берлина, по существу была усеяна оборонительными сооружениями.
Берлинская операция, с точки зрения обороны, прежде всего была противотанковой операцией. Это здесь все выступавшие прекрасно подтвердили. Несомненно, что на протяжении всей войны, особенно после 1943 г., немцы стали очень серьезно бояться танков, а в Берлинскую операцию, как никогда, боялись советских могучих танков. В течение всей войны они написали много инструкций и литературы о мерах борьбы с знаменитым, непревзойденным танком «Т-34». Вот почему я хочу еще раз подчеркнуть, что танковые войска в Берлинской операции являлись решающей силой.
Все главнейшие направления, все дороги на протяжении всей Берлинской операции были усеяны баррикадами. Строились они с таким расчетом, чтобы танки и пушки не могли преодолеть их. Примерная прослойка этих баррикад была 5–8 метров, и устроены проходы в них так, что можно было проехать только на автомобиле или на подводе, а танк не мог пройти, а разрушить эту баррикаду можно было только взрывом, т. к. для разрушения ее артиллерийским огнем потребовалось бы много времени и много снарядов. Минирование района баррикад, минирование в узких местах являлось очень серьезным препятствием для танковых войск и для остальных родов войск. Кроме того, вся артиллерия, в том числе и многочисленная зенитная артиллерия, которая защищала Берлин, била по нашим танкам.
Подрыв мостов являлся тоже очень серьезным препятствием. Большое количество рек, озер и каналов являлось очень серьезным препятствием для танков. Немцы эти препятствия продуманно и внимательно изучили и использовали, с целью нанесения ударов по нашим танкам и создания условий меньшего продвижения танков. В инструкции, объявленной для всей германской армии, защищавшей Берлин, и для всего немецкого трехмиллионного населения Берлина, было сказано — защищать каждую пядь земли, защищать каждую дорогу, каждый дом, каждый угол — это тоже препятствие для танков. Все перекрестки дорог, особенно с серьезными каменными зданиями, защищались тремя-четырьмя орудиями и, когда мы продвигались к Берлину, видели, что [там], где неосторожно действовали танковые войска (одиночки или группы), они расстреливались.
О фаустпатроне. Я не могу согласиться с тем, что фаустпатрон являлся препятствием для танковых войск. Я считаю, что это переоценка фаустпатрона в Берлинской операции. Почему? Фаустпатрон находился в руках необученного, морально, физически и военно не подготовленного солдата германской армии фольксштурма, и поэтому он не являлся таким грозным оружием для нашего советского непревзойденного танка «Т-34». Во время наступления я очень серьезно разговаривал со своими командирами корпусов, командирами бригад, личным составом и выяснил, что фаустпатрон являлся жупелом, которого иногда группы или отдельные танки боялись, но повторяю, что в Берлинской операции фаустпатрон не являлся таким страшным оружием, как представляют некоторые.
Многочисленная зенитная артиллерия, защищавшая Берлин от налетов союзной авиации, являлась тоже противотанковой. Таким образом, наступая на Берлин с танковыми частями, мы видели, что оборона немцев была подготовлена достаточно продуманно, серьезно и использованы все возможности [530] для того, чтобы долго защищать Берлин. Те товарищи, которые высказывают мнение, что Берлин не был достаточно подготовлен и что после того, как мы прорвали основную оборонительную полосу и стали подходить к Берлину, оказался какой-то промежуток в оборонительных сооружениях и внешний обвод Берлинского кольца был недостаточно защищен и проч., совершенно не правы. Конечно, на этой конференции мы не имеем никакого права переоценивать с точки зрения серьезности оборону противника, но в то же время не имеем права и недооценивать это.
Подготовка к Берлинской операции во 2 гв. ТА рассматривалась как очень серьезная задача. Мы прекрасно понимали и учитывали значимость защиты нашей столицы Москвы от немцев, защиты нашего города Ленина и, исходя из этого, мы прекрасно понимали, что немцы приложат все свои силы для защиты Берлина, что для штурма Берлина потребуется много усилий, умения, много энергии и воли. Поэтому […]{204} на подготовку подхода к Берлину во 2 гв. ТА было обращено исключительное внимание, начиная от генерала, кончая красноармейцем. Все указания Военного совета фронта и Маршала Советского Союза тов. Жукова 2 гв. ТА претворила в жизнь. Мы заранее расписали, еще будучи на восточном берегу р. Одер, по каким улицам Берлина мы пойдем. Были заранее сформированы штурмовые отряды, были назначены начальники их, на большом плане и на ящике с песком все мероприятия несколько раз были отработаны, и командиры полков, командиры батальонов как основные исполнители, которые должны будут штурмовать Берлин, за десятки дней уже совершенно ясно себе представляли, что они будут делать.
Кроме того, при подготовке к операции мы учитывали возможность допрорыва обороны совместно с пехотой, т. к. оборонительные рубежи немцев, местность и ненависть немецкого населения к советскому воину, безусловно, будут иметь влияние на прочность обороны и сопротивляемость врага.
Поэтому занятия мы проводили вдумчиво и нужно сказать, что подготовили весь личный состав для преодоления ожидаемого сопротивления и штурма города хорошо. Мы учитывали, что Берлинская операция не будет той операцией, в которой мы проходили бы по 60 — 110 км в сутки, как это было от Варшавы до Одера. Мы это совершенно ясно и четко представляли. Мы знали, прежде всего, [что] сопротивление немецкой армии, немецкого населения будет не то, какое мы встречали, идя к Одеру, — это первое. Второе — что местность совершенно другая, что танки попадают от переднего края до Зееловских высот в исключительно тяжелые условия местности, что эта местность будет противником хорошо подготовлена.
В частных указаниях Маршал Советского Союза тов. Жуков неоднократно указывал на эти особенности и говорил — имейте в виду, что это не Люблинская операция, это не Варшавско-Познаньская операция, это Берлинская операция, которая требует некоторых новых методов, новых форм. В силу особенностей Берлинской операции и темп наступления естественным образом должен был снизиться.
Тов. Малинин в своем докладе говорил, что танковые войска на первом этапе действовали нерешительно, по шаблону, не было должного темпа. Если мы сравним в какой-либо степени Варшавско-Познаньскую операцию и данную, то мы поймем, что артиллеристы в Варшавско-Познаньской операции очень сильным, могучим, коротким огнем по существу разбили оборону, и пехота, если можно так выразиться, допрорывала, дочищала то, что не уничтожила артиллерия, и танковые войска вошли в открытые ворота.
В Берлинской операции мы понимали и маршал Жуков неоднократно говорил: «Возможно, что этого не будет». И действительно, когда начала наступать 5-я уд. армия, 8 гв. А, то генерал армии тов. Соколовский, находившийся на НП 5-й уд. армии, чувствовал, что происходит серьезная задержка и того успеха арт. наступления, который мы предполагали, нет, что оборона у противника совершенно другая, что сама оборонительная полоса значительно глубже. Конечно, мы, танкисты, понимаем, что наша главная функция заключается в том, чтобы как можно скорее войти в прорыв на оперативный простор, на тылы противника, но обстановка повелевает очень многими данными. «Его величество случай» является в некоторых моментах очень серьезным фактором, и допрорыв и прорыв нашими танковыми частями нежелательны, замедлится темп наступления.
2 гв. ТА имела опыт входа в «чистые ворота» прорыва, но она еще больший опыт имела в вопросах допрорыва и прорыва вместе с пехотой, и поэтому поддержать мнение, что танковые войска действовали по шаблону, при всем моем критическом отношении к этому вопросу, я не могу, потому что у нас был достаточный опыт и большое желание выполнить поставленную задачу.
Мы, танкисты, рассуждаем так, что есть задачи трудные, но неразрешимых задач нет. У нас есть «у» в кубе: увидел, ударил, уничтожил. Если нам кто попадется, тот живой не уйдет.
2 гв. ТА в составе 9 гв. тк, 12 гв. тк, 1 мк, 198 олабр, 86 гв. мп, 5 гв. омцп, 16 мцб, 6 гв. ттп со средствами фронтового усиления — 20-й противотанковой артбригадой, 94 гв. мп и 24-й зенитной дивизией в Берлинской операции получила следующую боевую задачу: с выходом пехоты 5-я уд. армии на рубеж Лечин, Гузов войти в прорыв и, развивая удар в общем направлении на Ной-Харденберг, Илов, Претцель, Бернау, на второй день ввода в прорыв выйти в район Беркенвердер, Хейлигензее, Розенталь, Шенвальде. В последующем овладеть сев. — зап. частью Берлина.
Обеспечение ввода армии в прорыв командующим фронтом возлагалось: инж., артиллерийское — на командующего 5-й уд. армией, авиационное — на командующего 16 ВА.
На основании приказа я решил: армию вводить в прорыв двумя эшелонами. На правом фланге — 9 гв. тк, на левом — в первом эшелоне 12 гв. тк, во втором эшелоне — 1 мк; 198 олабр, 86 гв. мп, 6 гв. омцп, 6 гв. ттп, 94 гв. мп — резерв армии.
Как выполнялись задачи? К 18.00 16.4.45 г. для командующих 5 уд. А, 8 гв. А, командующего фронтом стало совершенно ясно, что пехота не в состоянии полностью прорвать оборонительную полосу противника. Поэтому у командующего фронтом назрел момент вводить две танковые армии — полторы тысячи танков, для допрорыва, выигрывая во времени.
В течение 16–19.4.45 г. 2 гв. ТА совместно с 5 уд. А прорвала оборону противника. Это показатель того, что оборона противника была серьезной и нужно было хорошо организовать наступление, взаимодействие танков с пехотой и авиацией, артиллерией и другими родами войск для того, чтобы как можно скорее, без всякой тактической и оперативной паузы прорвать глубокую оборону противника. Поэтому и решение на ввод танковых армий было совершенно очевидное и правильное для того, чтобы как можно скорее подойти к подступам Берлина.
В эти дни мы взаимодействовали с пехотой. Здесь я должен обратить Ваше внимание, что в первые дни боевых действий танковой армии выяснились значительные трудности в действиях танков, которые, очевидно, тов. Малинин упустил, делая упрек танковым войскам в нерешительности действий.
Если проанализировать внимательно маршруты, по которым шли танки, то мы увидим, что танки шли, с трудом маневрируя, искали обходные пути, дрались, нарывались на танки противника, на артиллерию, уходили, поворачивались и т. д., и т. д.
Местность, изобилующая сетью озер, каналов, стесняла маневр танков, и танковые части для преодоления значительного препятствия (оросительный канал, который долго преодолевался пехотой) затрачивали много времени, т. е. объездных путей по причине слабого грунта устроить было нельзя, а восстанавливать или наводить переправу на месте взорванной противником по той же причине было невозможно. Танки вынуждены были искать обходные пути или удобные места для устройства переправ. Все это связано было с потерей времени, а следовательно, с потерей темпа наступления. Если сюда прибавить упорное сопротивление и организованную защиту немцами возможных мест переправы танков, то станет ясным, в каких тяжелых для танков условиях действовали наши части. [532]
Преодолев упорное сопротивление немцев в полосе, неблагоприятной для действий войск местности, танковые части совместно с пехотой форсировали р. Альт-Одер, Штобберов и вышли к лесному массиву, на рубеже которого противник пытался задержать наступающие части и оказал сильное сопротивление.
9 гв. тк, действуя передовыми отрядами в различных направлениях, в 9.00 19.4.45 прорывается и идет на Штернебек, за ночь проходит 24 км и к 2.00 20.4.45 докладывает, что 47-я бригада вышла севернее Байерсдорф. Это коренным образом изменяет и улучшает тактическое положение 2 гв. ТА. Я доложил это маршалу тов. Жукову. Он очень серьезно отнесся к успеху 9 гв. тк и приказал мне принимать все меры для того, чтобы как можно скорее всеми силами армии выйти на подступы к Берлину.
1 мк, ведя серьезные бои за Претцель, также прорывается в лес и к 4.00 20.4.45 г. выходит в район Латбуш.
12 гв. тк, который совместно с 26 ск втянулся в затяжные бои на рубеже Клостердорф — Грунов, я направляю за 9 гв. тк и ставлю ему задачу — к 9.00 20.4.45 г. сосредоточиться в лесу юго-западнее Тифензее, нанести удар и выйти в район Вернойхез, Вегендорф, Хиршфельде. Из этого района помочь 5 уд. А выйти в район западнее Штраусберг.
Операция проходит благополучно. 1-й мех. корпус с боями выходит на западную опушку леса, 12 гв. тк в 12.00 сосредоточился в указанном ему районе. Стремительный маневр танковых частей через лесной массив резко повлиял на развитие дальнейших событий, т. к. выход танков за пределы леса обеспечил успешное преодоление его пехотными армиями, которые отстали. Нужно отметить, что 9 гв. тк за этот период действовал в полосе 5 уд. А, 3 уд. А и 47 А, что крайне усложняло организацию взаимодействия.
Итак, выход танковой армии за пределы лесного массива улучшил обстановку настолько, что к утру 21.4.45 г. 9 гв. тк, пройдя левым флангом севернее г. Бернау, вышел в районе Лобетань, а к утру 22.4.45 г. вышел на канал Гогенцоллерн в районе г. Генинсцорф.
В докладе тов. Малинина была опечатка. Тов. Малинин, очевидно, не посмотрел документы и сказал, что Бернау взяла 47-я армия, но на самом деле г. Бернау взяла не 47-я армия, которая находилась в 15–20 км сзади, а 1 мк. Пройдя лесной массив, корпус повел наступление на Бернау и к 18.00 20.4.45 г. вышел в район города, а к 20.00 овладел им, захватив огромные трофеи.
Таким образом, к 21.4.45 г. армия была на рубеже Бернау, Альт-Ланд-сберг. В это время вновь подходит пехота 3-й уд. армии и танки начинают взаимодействовать с ней, овладевая городом Альт-Ландсберг к 24.00 20.4.45 г.
На этом рубеже у противника, очевидно, назрел какой-то кризис, противник понес значительные потери в живой силе и матчасти. Дух немецких солдат был надломлен массой огня, пехоты, танков, и здесь, когда мы подходили к последней полосе обороны противника, сопротивление противника ослабло. Здесь я могу согласиться с тов. Чуйковым об ослаблении сопротивления, но никак не раньше этого.
Продолжая наступление совместно с подошедшей пехотой, войска 2 гв. ТА овладели мощными узлами обороны немцев на ближних подступах к гор. Берлину: Буххольц, Альт-Ландсберг, Забер, Хенов, Бломберг, Бирххольц, Шенов, Бланкенбург, Мальхов и к 17.00 21.4.45 завязали бои в пригороде Берлина — Вейсензее. С 10.00 22.4.45 г. во взаимодействии с 3 уд. А танковые части перешли в наступление в направлении центра Берлина. 9 гв. тк в это время вел бои за переправы через Гогенцоллерн-канал.
Нужно отметить, что наши инж. части и в этом случае оказались несостоятельны, много времени ушло на преодоление каналов. Все командиры дивизий, командиры бригад и корпусов, весь штаб армии уделяли много времени преодолению каналов для- того, чтобы скорее переправить пехоту и самое главное — переправить танки. С большим трудом, с большими препятствиями, с большой затратой времени и энергии проходила переправа через Гогенцоллерн-канал. [533]
Тов. Малинин говорил, что не было маневра в танковых войсках. Это замечание нерезонное, но оно правильно тогда, когда армия наступала вместе с пехотой на оборонительную полосу противника, который сильно сопротивлялся, но когда танковой армии удалось вырваться на оперативный простор (относительный), то 9 гв. тк сделал следующее: на участке 47-й армии переправил танки, вышел в районе Науен, разгромил мелкие группы противника, захватил совершенно исправную, большой мощности радиостанцию. Из этого видно, что танковые войска маневрировали.
Командующий войсками фронта одновременно поставил задачу 9 гв. тк и мне — захватить Науен и маневром из Науен на Потсдам овладеть им и выйти на юго-западную окраину Берлина, ведь это тоже маневр.
9 гв. тк вел бои сначала один, а затем во взаимодействии с частями 47-й армии — за г. Потсдам и к 30.4.45 г. полностью овладевает [им]. Я приказал Веденееву (9 гв. тк) снова возвратиться через Гогенцоллерн-канал и выйти в район Сименсштадт (в Берлине), и 1 мая 9 гв. тк уже был введен в бой на улицах Берлина.
Поэтому я хочу здесь еще раз подтвердить, что там, где танки получают малейшую возможность выйти в оперативную глубину, они немедленно эту возможность используют. Мы хорошо научились работать в оперативной глубине и в тылу противника.
Выводы:
1. Современные танковые армии могут самостоятельно вести разного рода бои и даже самостоятельно вести боевые действия в крупных населенных пунктах, каким является Берлин.
Исходя из этого, Маршал Советского Союза тов. Жуков в течение всей операции за Берлин никому не подчинял 2 гв. ТА. Маршал Жуков на протяжении всей операции и в особенности боев за Берлин видел, что танки каждый день в очень сложных уличных городских боях упорно продвигаются вперед.
Нужно сказать, что есть два метода атаки улиц, объектов: первый — когда мы сначала посылаем пехоту для очищения зданий, чердаков, подвалов и пр., а затем продвигаем технику. Этот метод нужный, но он требует большой затраты времени. Второй — артиллерия подготавливает короткий удар, танки броском прорываются вперед на 1,5–2 км, а потом уже очищается этот населенный пункт или квартал. Этот метод атаки мы и практиковали в боях за Берлин, он — лучший.
Я считаю, что танковая армия самостоятельно может решать такие задачи, как бой за город, и это доказано на практике, на опыте 2 гв. ТА.
Нельзя говорить, что для самостоятельных действий в уличных боях нецелесообразно использование танковой армии и что в этих случаях целесообразным является метод использования танковой армии децентрализованно, придав танки пехотным соединениям.
Я считаю, что танковые войска в нашей Красной Армии являются прогрессирующим родом войск, что танковые войска являются решающей силой, хозяином поля боя и будущее танковых войск велико. Уже сейчас, через год после завершения Великой Отечественной войны, мы говорим, что танковая армия такого состава, какой она была в Берлинской операции, негодна.
Это не танковая армия — если она имеет 400–500 танков, мы сейчас хотим, чтобы танковая армия имела 1500–2000 первоклассных могучих танков, чтобы танковая армия могла решать сложные и большие задачи.
2. О маневре танковой армии. Такого маневра, как в Варшавско-Познаньской операции, у нас в этой операции не было, это несомненно. Его не было потому, что не было оперативного простора, а была полоса, густо насыщенная оборонительными сооружениями, но тактические маневры, тактические обходы, охваты, безусловно, были в этой операции.
Танковые войска в условиях Берлинской операции провели ряд маневров, так 12 гв. тк совершил маневр со своего первоначального маршрута на маршрут 9 гв. тк с последующим выходом в свой район задачи. Маневр, который совершил 9 гв. тк на Науен и Потсдам, является оперативным маневром, хотя и небольшого масштаба.
«Чистые ворота» для входа танковой армии в прорыв были редки, а впредь, мне кажется (это моя личная точка зрения), будут встречаться еще реже. Мы привыкли судить о действиях танков по размаху пройденного пути, но в данной обстановке нельзя говорить, что танковые войска наступали медленно. Танковые войска в ходе Отечественной войны всюду были на решающих участках фронта, и действия их неизменно приводили к победе.
Прорыв тактической обороны противника является задачей совместных усилий всех родов войск, и обвинение танков в топтании на месте является неверным, т. к. условия и обстановка не дают им возможности маневрировать. Глубоко эшелонированная оборона, неблагоприятные условия местности — вот чем нужно объяснить, что танковая армия вела бои на уровне общевойсковых соединений.
3. Об уличных боях. Мы воочию убедились, что уличные бои для танков не так страшны, как нам кажется. Я считаю, что если у кого есть такое мнение, то его нужно изменить, т. к. оно неверное. Прежде всего танк представляет из себя могучее подвижное орудие, которое значительно подвижнее обычной пушки, которая идет с расчетом. Это факт. Мне нужно туда три снаряда пустить, я кнопку нажал, развернул башню и веду огонь. Обычная пушка на узкой улице так не развернется. Танк — пушка серьезная, он не признает мелких снарядов, осколков, не признает пуль, которые бьют по расчету обычной пушки, а поэтому танк в уличных боях должен быть таким же хозяином поля боя, как и на обычной местности.
4. Ночные действия танковых войск. Мы убедились на практике в течение 1944–1945 гг., что танковые войска могут действовать и действовали ночью. Ночью действовали при преследовании, на переправах, при сосредоточении и ночью вели крупные бои целыми танковыми корпусами, а в операции от Вислы до Одера и целой танковой армией. Поэтому в наших уставах нужно пересмотреть вопрос о ночных действиях танковых войск. В уставе сказан», что ночные действия могут проводиться мелкими группами танков до роты включительно. Это положение я считаю не совсем верным. Опыт Великой Отечественной войны показал, что и крупные танковые части могут действовать в ночных условиях. Возьмем 3-ю танковую армию, которая наступала на Киев ночью с открытыми фарами, обошла Киев, чем обеспечила пехотным частям к утру овладение городом.
Будущая война от всех родов войск, и в особенности от танковых, потребует ночных действий. Нам сейчас в мирных условиях нужно серьезно подойти к новым формам, к новым методам подготовки нашего бойца, офицера, наших частей, соединений для ночных действий. В современной войне авиация будет влиять на исход боя в дневных условиях, и нужно найти форму и систему обучения войск, чтобы действовать ночью. К этому вопросу нужно подходить не робко, а подходить активно для того, чтобы быстрее разрешить эту задачу.
5. О непрерывности боевых действий. Говоря о непрерывности боевых действий, здесь отмечу, что непрерывность достигалась выдвижением вторых эшелонов, которые к исходу дня сменяли части, ведущие дневной бой, и продолжали боевые действия в ночных условиях. Такая организация непрерывности действий должна быть принята во внимание всеми танкистами. Нужно, чтобы у нас были какие-то новые, свежие силы для того, чтобы непрерывно продолжать ведение боя. Несколько слов относительно разведки и наблюдения в городе: во время уличных боев этот вопрос у нас был недоработан, и недоработан потому, что был очень короткий срок. Только 7 дней мы были в городе, и за 7 дней мы не сумели нащупать полностью формы и системы наблюдения и разведки в городе. Этот вопрос подлежит изучению с тем, чтобы найти формы и методы ведения разведки и наблюдения в крупном городе.
6. О взаимодействии с авиацией. Здесь к авиации отнеслись в достаточной степени критически — это совершенно резонно. У нас были неоднократные [535] случаи воздействия авиации на свои войска, но эти случаи будут продолжаться до тех пор, пока мы полностью не отработаем вопросов взаимодействия с авиацией. Если мы один раз в течение лета выйдем на учения с двумя-тремя самолетами соседнего истребительно-штурмового полка, то в отчетах отмечается, что программа выполнена, план перевыполнен и т. д. Я считаю, что такая постановка вопроса неверна и сейчас в мирное время нужно более детально пересмотреть вопросы взаимодействия и в особенности взаимодействия авиации с танками.
В ходе Отечественной войны в войсках эти формы и методы были выработаны в процессе боев, а сейчас необходимо закрепить эти формы и методы для того, чтобы систему взаимодействия знал не только командующий армией, корпусом, дивизией, но чтобы эту систему знал красноармеец, который идет вперед и атакует противотанковую пушку. Систему взаимодействия с авиацией нам нужно отработать сейчас, не откладывая в долгий ящик.
7. Берлинская операция показала, что танковые армии могут самостоятельно вести бой и в таком крупном городе как Берлин. Маршал Советского Союза тов. Жуков показал, как нужно использовать и применять танковые армии на различных этапах войны.
Если в Варшавско-Познаньской операции танковые армии обтекали крупные города или окружали их до подхода пехоты, то в Берлинской операции Берлин, являвшийся конечной целью не только операции, но и конечной целью войны, танковые армии должны были брать самостоятельно, наравне с пехотными армиями, самостоятельно вести уличные бои в городе.
Я считаю, что это есть именно то новое, что внес Маршал Советского Союза тов. Жуков в тактику танковых армий в отношении боя их в городах.
Текст выступления со стенограммой и звукозаписью сверен.
Начальник отдела по использованию опыта войны оперуправления штаба Группы
советских оккупационных войск в Германии полковник Утин
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805. Л. 46–61. Подлинник.
№ 295. Выступление командующего 8-й гвардейской армией генерал-полковника В. И. Чуйкова
8-я гв. и 5-я уд. армии, которые находились на плацдармах, завоевывали и обороняли их, не имели достаточно времени для нормальной боевой подготовки до наступления, как это имели некоторые армии, которые подходили из второго эшелона, из глубины. Но все же три дивизии (35, 39 и 82-я), которые дрались в Познани, имели дополнительный опыт в уличных боях; они были во втором эшелоне, на восточном берегу Одера, где отшлифовывали имеющийся и накопившийся опыт уличных боев за г. Берлин.
В отношении планирования операции. Товарищ Малинин, начальник штаба фронта, доложил, что войска не выполнили задачи, которые поставлены были по дням. Почему? В предыдущих операциях армии не только выполняли, но даже перевыполняли суточные задания войск и темп давали такой, что даже командованию фронта приходилось сдерживать несколько темп наступления войск.
В [Висло-Одерской] операции войска не только выполнили задачи по дням, которые были поставлены перед войсками, но перекрывали в общем итоге раза в два задания фронта. Конкретно: если на рубеж Лодзь мы должны были выйти на 12 сутки, то войска вышли на этот рубеж на шестые сутки, в два раза перекрыв те задания, которые стояли перед войсками. Спрашивается, почему в Берлинской операции наши войска не выполняли суточные задания? Армии, которые были оснащены большой техникой, действовали на ударном направлении. Это преимущество было на нашей стороне и все же мы не выполняли.
Я объясняю лично тем, что перед нами дралась 9-я армия немцев, которую мы уже крепко бивали на Висле и научили до известной степени, как вести оборону. Если посмотреть на оборонительные рубежи и как противник организовал оборону, то как раз на главном направлении, т. е. в центре фронта, получается: от р. Одер до Мюнхеберга — пять оборонительных рубежей и дальше уже идет Берлин со всеми его обводами. На правом фланге фронта мы видим только два оборонительных рубежа, на левом фланге — озерный район не давал возможности эффективному применению войск. Противник, наученный горьким опытом, вернее нашими «побоями», имел глубоко эшелонированные резервы и, несмотря на то, что мы «прогрызали» ежедневно одну линию обороны, взять в этот же день не могли, т. к. она (линия обороны) заранее была занята свежими войсками противника и для ее атаки требовалось перемещение огневых позиций артиллерии. Например, 16.4 после взятия первой полосы обороны, подойдя к Зееловским высотам, мы встретились на этом рубеже с организованной обороной и со свежими войсками, которые там сидели. Пробив Зееловские высоты, мы, выходя на промежуточную позицию, встречаем то же самое — свежие резервы в окопах. Войска, которые были разбиты, противник отводил… перекатами, подставляя нам свежие резервы на новых позициях. С такими жесточайшими боями шло наступление армии включительно до последнего его одерского рубежа, до Мюнхеберга. Только после взятия Мюнхеберга одерская позиция была прорвана, войска только тогда дали более быстрый темп наступления. При всем желании, при всем стремлении наших войск, которые рвались в Берлин, все же нашим войскам за день боя пройти два рубежа обороны было чрезвычайно трудно и редко нам удавалось.
В первый день мы пробили первую полосу обороны, подошли к Зееловским высотам. Ночными действиями на правом фланге армии, в частности 47-я дивизия и левый фланг 9-го корпуса 5-й армии, заскочили на Зееловские высоты севернее Зеелов и оттуда же с утра мы начали разворачивать и ликвидировать его вторую линию обороны. Прорвать оборону противника и уничтожить его на первом рубеже, чтобы в дальнейшем дать более быстрый темп операции, наши войска не могли, потому что силы противника были значительно плотнее, а его резервы, занимающие промежуточные рубежи и позиции, не давали так быстро развить темп операции.
В основном в докладе сказано, что разведка наша детальнейшим образом вскрыла оборону противника. Я бы, товарищи, этого ни в коем случае не сказал. Мы не особенно хорошо знали позиции в лесистых районах за Зееловскими высотами. Наша авиация не могла детально выяснить позиции противника, подготовленные к обороне в лесных районах, и мы [нарвались] на сплошные полосы его обороны в глубине, заранее этого не зная. К тому же еще наши немощные средства войсковой разведки не давали возможности выяснить тактическую глубину противника, построения его боевых порядков, его резервы. То же самое не давало возможности нам заранее подготовиться к прорыву последующих рубежей обороны, в глубине, которые перед нами вырастали.
У нас в разведке образовался новый термин — глубинная разведка. Взять все уставы, все наставления по разведке — вы такого термина не найдете. Что значит глубинная разведка? Мы другой раз через фронт противника отправляли 2–3 бойца, которые проходили через передний край противника, уходили в глубину противника дня на 2–3 и оттуда возвращались, но это нам не всегда удавалось. Много наших хороших людей гибло в этом деле, и не всегда были хорошие результаты, поскольку они сами попадали в плен и, конечно, выдавали противнику данные и о нашем расположении войск.
В отношении скрытности подготовки. Все мероприятия, которые проводились по обману противника, я не отрицаю, они принесли какую-то пользу, но спрятать на плацдарме ту подготовку, то колоссальное количество артиллерии, которая переправилась и находилась на плацдарме, на зап. берегу р. Одер на участке армии, было совершенно невозможно, поскольку противник просматривал все насквозь с тех Зеелсвских высот, которые имели превышение над нашими позициями метров на 50–70. Противник знал о нашей подготовке, и об этом свидетельствует пленный, которого мы захватили 14 апреля, когда проводили разведку боем. Один капрал доложил: «Германии капут через 2–3 недели». Спрашиваем его: «Почему?». «А очень просто — это, говорит, не было ваше гросс наступление, это была ваша разведка, дня через 2–3 начнется гросс наступление, до Берлина вы пойдете так около недели и на бой в Берлине недельку, так дней через 15–20 Гитлеру капут».
Это докладывал солдат-капрал. Он докладывал довольно-таки обоснованно, потому что он знал и видел, что сосредоточивалось против них. Так что в отношении скрытности, несмотря на принятые меры оперативной маскировки, она все же нам не удалась. Противник об этом знал, и его резервы фактически здесь все остались, никуда не рассосались.
Возрастающее сопротивление противника, о котором здесь говорил летчик, я, товарищи, никак не могу признать. После прорыва до Мюнхеберга включительно сопротивление противника резко ослабло. В частности, взятие внешнего берлинского обвода, внутреннего и выход в город у нас прошло довольно-таки легко, не с такими уж серьезными боями. Колоссальное количество… войск, которые имел Вейдлинг, были разбиты и дезорганизованы еще на одерских позициях, не выдержали удара и в Берлине. Где бы наши штурмовые группы (отряды) ни шли, они везде имели успех. Сдать такой город как Берлин за 7 дней, я бы сказал, это не к лицу «жестко сопротивляющемуся гарнизону».
Есть замечание у меня в отношении прожекторов. Здесь Василий Иванович Казаков доложил, что с момента перехода в атаку 14 миллионов свечей зажглось и стало освещать путь к победе нашей пехоте и танкам. Цифра, конечно, астрономическая, но мы отлично знаем, что после 25-минутного артиллерийского налета такой мощности, как было на плацдарме, ничего нельзя было увидеть. Хотя бы вы тут зажгли и 14 триллионов свечей, вы все равно ничего не увидите, потому что все поле закрывается стеной пыли, гари и всем, чем хотите. Василий Иванович, когда мы с вами сидели вот на этой высоте 81,5, когда засветились прожекторы, которые находились в 200–300 метрах от нас, мы их с вами не видели и не могли определить, светят они или нет. Я считаю, что, если бы они (прожекторы) были поставлены на пассивных участках, они больше принесли бы там пользы, с точки зрения обмана противника. Поскольку мы имеем научную конференцию, по которой будем учить свое поколение и сами [знать] на будущее, я считаю необходимым сказать то, что было, что прожекторные роты [понесли] потери, сожгли много свечей, но реальной помощи войска от этого не получили.
В первый день операции 16.4.45 г. наши войска дружно пошли в наступление, быстро преодолели первый рубеж обороны и подошли к Зееловским высотам. Артиллерийская подготовка, которую провела армия в течение 15 минут по Зееловским высотам, т. е. по второй позиции, оказалась недостаточно сильной и эффективной для того, чтобы подавить огневое сопротивление противника в его обороне. Позиция на Зееловских высотах была главным рубежом обороны, и наша пехота и танки не могли взять ее сразу с ходу. Тем более не нужно забывать, что на участке армии с плацдарма, находящегося в долине р. Одер, на Зееловские высоты [вели] четыре дороги, по которым можно было забраться на эти высоты, из которых одна была тем более еще крепко разбита и завалена. Крутизна подъема на эти высоты была градусов 30–50, и наша техника, в частности танки, была вынуждена построиться в кильваторную колонну и двигаться. Вы сами понимаете, что такие боевые порядки перед высотами, на которые нужно было забираться, были мало эффективны без хорошего артиллерийского воздействия на противника. Поэтому, подойдя к Зееловским высотам, пройдя 6–7 км, наступление захлебнулось. Продолжать атаку в этот же день, не организовав нового арт. наступления, — это истреблять войска. Нужно было обязательно повторить артиллерийское наступление с переменой огневых [538] позиций, потому что, [как] я уже говор [ил, мы] продвинулись километров на 6–7. Но, чтобы передвинуть такую массу артиллерии, хотя и не всю (мы дальнобойную артиллерию не передвигали), нам потребовались не часы, а так полсуток, т. е. были готовы к наступлению к утру 17 числа.
Я не слышал, чтобы маршал Жуков давал приказ танковым армиям двигаться в первый день вместе с полевыми армиями в наступление. Я этого приказа не слышал, хотя маршал Жуков был все время у меня на НП. Факт тот, что, когда танковые армии врезались в боевые порядки войск общевойсковых армий и пошли на Зееловские высоты (всего лишь по четырем дорогам, по которым могла двигаться техника), я считаю, что танковые армии в этот день не только не принесли пользу, а, наоборот, даже вред. Почему? Очень просто, товарищи, плацдарм болотистый, как мы с вами отмечали, с каналами, с ручьями и т. д. Здесь дороги очень редкие и перекопанные, мосты взорваны, двигаться техника могла только по дорогам, свернуть вправо и влево не могла. Плацдарм был и без того перенасыщен техникой: артиллерией, танками НПП и проч., когда сюда врезались колонны танковых армий, перед противником была прекрасная мишень для того, чтобы бить по танкам, но танки не в состоянии были развернуться в мало-мальски удобный боевой порядок. Я считаю, что введение в бой в первый день танковых армий не совсем удачно, хотя бы и на завершающем этапе Великой Отечественной войны. Тем более, что пехота и наши танки НПП и артиллерия не выдохлись в своем наступлении так, чтобы было нужно поддержать их танками. Ударная сила у нас была достаточная, настроение наступать было крепкое. Когда танковые части танковых армий врезались в боевые порядки армий, я решил рокировать одну 82-ю дивизию, вынести на правый фланг, где у меня получился успех, пройти нужно было ей каких-то 6–8 км, она двигалась целую ночь и в середине дня еле-еле вышла на тот участок, где ей нужно было атаковать. Почему? Все дороги были запружены, и какой-либо маневр совершить было исключительно трудно. Командир корпуса Хетагуров здесь, [и] знает, как он проделывал маневр с 82-й дивизией.
В отношении боевых порядков. В 8-й гв. армии сложилась традиция, по-моему, очень удачная, что мы наступали (как в Ковельской, в Висленской и в Берлинской операциях) при глубоком построении боевых порядков в батальоне. В этих операциях батальоны наступали тремя цепями на фронте 300–400 м, ротные цепи в 200–300 метрах друг от друга (когда командир батальона использует всю свою боевую технику впереди, когда он видит весь свой участок, и в случае необходимости усиления рот первой цепи он берет вторую цепь и вливает в другую, перемешивание происходит только в масштабе батальона, ни в коей степени не касаясь полка. Полк наступал в полосе километр по фронту, имея два или три батальона в одну линию, но из трех цепей каждый батальон. Этот батальон обычно имел у себя роту танков или батарею самоходных установок). Я считаю наиболее целесообразным — лучше иметь роту танков, чем самоходных установок, тем более СУ-76. Артиллерию мы придавали из расчета одному батальону дивизион или два. В данных условиях организации наших артиллерийских полков нужно давать батальону целый дивизионный полк — 20 орудий. Этим боевым порядкам ставилась задача пробить оборону противника на всю глубину, на 6–8 километров, не вводя вторых эшелонов.
Построение такого боевого порядка: батальон в три цепи, важно потому, что вводить вторые эшелоны, когда идет огневой вал и пехота сопровождается огневым валом, как здесь сопровождалась до 4–5 км, было невозможно. Второй эшелон вводится из глубины, требуется время для того, чтобы его нацелить, чтобы он занял участок и пошел вперед. Огневой вал ждать не будет, он все время двигается вперед, задерживать его продолжительное время на одном рубеже невозможно. Задержать огневой вал на время ввода вторых эшелонов значит остановить наступление, дать противнику паузу, что очень выгодно ему, а не нам.
В Ковельскую операцию мы пробили в один день оборону противника на всю глубину, на 10–12 км; не вводя вторых эшелонов. [539]
[В Висло-Одерской] операции мы пробили [ее] на участке 28-го корпуса и половины 29-го корпуса за один день на всю глубину, не вводя вторых эшелонов, только этими батальонами. На участке 4-го корпуса, где глубина обороны была до 25 км, мы пробили всю глубину обороны противника только за двое суток. Я считаю, что во время прорыва обороны противника такие компактные боевые порядки имеют такую пробивную способность, что могут пробить всю глубину обороны противника. Большого насыщения пехоты в три цепи в первом эшелоне бояться не следует. Наше преимущество при прорыве в артиллерийском отношении, наше преимущество в авиации в зенитной артиллерии как раз делают безопасной ту зону, которая ближе всего к переднему краю. И обычно мы несли потери больше всего не тогда, когда пробивали его первую позицию, мы здесь меньше всего несли потери, потому что больше всего подвергался этот район обработке артиллерией, авиацией и т. п. На второй позиции потерь было больше, на третьей позиции больше всего мы несли потери, поскольку артиллерия по своей дальности не могла оказать эффективной поддержки на большой глубине.
В отношении боевых порядков в городе. Ну, как всем известно, 62-я армия или 8-я гв. армия — это, до известной степени, родоначальник штурмовых групп в городе, мы их применяли во всех городских боях. Я отбрасываю термин уличные бои, уличных боев нет, есть городские бои, потому что бой в городе требует, чтобы [улица] была пуста и площадь тоже. Ведутся бои — в домах и на задворках; через стены домов, через окна и двери, через проломы — вот где путь пехоте, танкам и орудиям включительно до больших калибров. По улице пройти очень трудно, в особенности когда дома этой улицы заняты противником и когда встречаешься со стенами, которые продолбить очень трудно. Штурмовая группа, товарищи, это не есть какая-то однородная организация, допустим, рота с такими-то и такими-то усилениями… формируется в зависимости от объекта атаки. Где нужно дать 203-мм пушку, Вы туда дадите, а где не нужно, она обойдется 45-мм. Все зависит от той роли, которую должна выполнять эта штурмовая группа, и она формируется на ходу — в процессе боя, из резерва, который должен иметь командир штурмового отряда (батальона).
Что в Берлине нового было у нас с точки зрения штурмовых действий? У нас штурмовыми отрядами чаще всего были не батальоны, а полки. Батальон был малочисленный, батальон не мог по своей малочисленности формировать штурмовые группы, полк их формировал более успешно. К тому же противник, благодаря своему отчаянному сопротивлению на одерском рубеже до Мюнхеберга включительно, был очень крепко потрепан, мы его так поколотили, что он в Берлине не мог создать достаточно прочной обороны, и поэтому в городе он не имел сплошного фронта обороны. Поэтому наши штурмовые отряды, штурмовые группы, штурмуя какой-нибудь отдельный пункт, не задумывались, обходить его [или нет] и углублялись далеко вглубь и там штурмовали. Бой проходил на большую глубину. Все это новое из природы самого боя в Берлине: что сил у противника было хотя и много, но слабо был организован городской бой; наши штурмовые отряды были больше всего полковые, а штурмовая группа (штатной ее нет) формировалась в зависимости от обстановки, от объекта атаки, и это соответствует действительности.
Нужна ли малокалиберная артиллерия для штурмовой группы, для боя в городе, в частности 45- и 76-мм? Я считаю, товарищи, нужна. Я не думаю, что Василий Иванович Кузнецов свою артиллерию 45- и 76-мм оставил за городом, что им нечего было делать. Я считаю, что в городе батальонная артиллерия и полковая имеет большое значение, ее легче всего разобрать и втащить на верхний этаж или на чердак и оттуда обстреливать противника — это у нас так и происходило.
Я еще раз хочу особенно подчеркнуть на этой конференции большую роль, которую сыграло оружие противника, — это фаустпатроны. 8-я гв. армия, бойцы и командиры были влюблены в эти фаустпатроны, воровали их друг у друга и с успехом их использовали — эффективно. Если не фаустпатрон, [540] то давайте назовем его Иван-патрон, лишь бы у нас поскорей он был.
Умение вести городской бой в армии сказался тем, что из-за отставания соседа слева 69 А, 8-я гвардейская армия вынуждены были четыре дивизии растянуть на прикрытие своего левого фланга, тем самым ослабили удар на Берлин и подошли к Берлину позже всех армий. Войдя же в город, 8-я гв. армия развила такие темпы, что к центру, к рейхстагу, вышла одновременно с 3-й ударной армией, где [они] и соединились.
В отношении авиации. Здесь наши глубоко уважаемые летчики докладывали, что они задачу выполнили на все 100 %, согласен. Задача была выполнена так же, как и во время [Висло-Одерской] операции. В первый день и второй день наступления, т. е. 14 и 15 января 1945 г., авиация не работала и все равно фронт противника прорвали и пошли на Одер.
Товарищи, давайте все-таки сделаем вывод на будущее, как бы нам избежать, товарищи летчики, бомбежку своих войск — это злободневный вопрос, и кто о нем умалчивает, делает вредное дело. Ведь было дело на висленском плацдарме. Тогда командир дивизии Зализюк (он здесь присутствует) меня просит, умоляет, чтобы не посылать нашу авиацию. «Почему?» — спрашиваю. Докладывает: «Наша авиация подлетает к фронту, зенитки противника открывают огонь, она поворачивает и сбрасывает груз на наших бойцов». На нашу просьбу не посылать на помощь нашу авиацию нам говорят, что у нас, 8-й гвардейской, превратное мнение об авиации. Вот многие товарищи в знак согласия и подтверждения машут головой. Так нужно об этом сказать. Это не значит, что мы корим свою авиацию, ни в коем случае, мы ее очень любим, хотим, чтобы она была лучше и не била по своим. Теперь в Берлине штабу 4-го корпуса здорово всыпала наша авиация, около 100 человек вышло из строя. Штаб 29-го корпуса тоже здорово потрепала своя авиация, в то время, как на наблюдательном пункте у меня был генерал Сенаторов — заместитель командующего воздушной армией, и он ничего не мог сделать. И в чем причина? Как я потом убедился, вы знаете, в Берлине есть два аэродрома — Адлерсгоф и Темпельгоф. Адлерсгоф уже был наш и деремся мы уже на рубеже несколько сев. — зап. Темпельгофа, просим туда дать авиацию […]. Мы находились со штабами у Адлерсгофа, тут она на нас [начала] сбрасывать] бомбы, не долетая до противника километров 5. Необходимо крепенько поработать с нашими авиационными командирами, в особенности с наводящими, чтобы они не путали и не били по своим. Или вот взять Рейнтвейн. Это было на одерском плацдарме, рядом с моим наблюдательным пунктом, где сидел и маршал Жуков. Летит девятка, отрегулировали и увязали все цели, ей нужно бомбить Альттухенбанд. Эта девятка, не долетая до цели, разворачивается, бьет Рейнтвейн. Связываюсь сам по телефону, кричу, что командир Ваш ошибся, ударил по своим. Мне говорят: «Слушайте, он сделал ошибку, мы ему сейчас растолковали, и давайте пустим второй раз, он вторую ошибку не сделает». И второй раз, как на зло, пролетает над Рейнтвейном, разворачивается и бьет по тому же месту, по своим, второй раз. Вот это слабость нашей авиации, товарищи. Нужно над этим крепенько поработать, чтобы в будущем у нас этого не было.
В отношении артиллерийского наступления. Я тоже согласен с товарищем Горбатовым — артиллерийскую подготовку надо проводить как можно короче, но мощнее, и считаю, что это требует от нас в будущем развития побольше средств ГМЧ. Дайте на километр фронта 2–3 бригады М-31, и за 10 минут залпа противник будет похоронен или оглушен наверняка. Ставьте тут же огневой вал для сопровождения пехоты, одинарный или двойной, лучше двойной, и прорыв будет обеспечен. Это ни в коем случае не исключает ствольную артиллерию, в особенности контрбатарейную артиллерию для подавления артиллерии противника. Это ни в коем случае не исключает наши минометы и другие средства нашей войсковой артиллерии. Развитием ГМЧ мы очень крепко сократим время на артподготовку и будет больше внезапности. Ведь поставить нашу артиллерию в таком количестве, как 200–300 стволов на киломеяр фронта, на плацдармах или перед фронтом прорыва да пристрелять ее, на это у нас уходило времени около недели [541] приблизительно, не меньше. Другое дело ГМЧ, дайте ей две точки, где она должна стать и куда она должна дать залп. Прицельного огня он не даст, и этого не требуется, но уж угробит противника он крепко. Тоже на промежуточных рубежах или при атаке вторых позиций, когда мы встречаемся с противником в глубине обороны. Кто быстрее развернется и даст скорей массу огня? Конечно, ГМЧ. Подойти могут быстро и быстро ударить всей массой огня и снова проломят брешь в обороне противника для действия и пехоты, и наших подвижных средств. Отсюда я считал бы построение нашей учебы в отношении артиллерийского наступления таким путем: 10 — 15-минутная мощная артиллерийская подготовка с использованием ГМЧ по первой позиции, дальше огневой вал должен сопровождать нашу пехоту и танки до второй позиции (вторая позиция у немцев была 2–4 км). По этой второй позиции снова короткая, но мощная огневая подготовка с ГМЧ, и в дальнейшем последовательным сосредоточением огня сопровождать пехоту и танки на всю глубину прорыва обороны противника. Если у противника будет и третья позиция, то опять проломить ее должны и могут ГМЧ, имеющие хорошую подвижность и быстроту изготовления для удара.
И последний вопрос — в отношении отработки взаимодействия в нашей боевой подготовке. Все же основным звеном взаимодействия до сегодняшнего дня является стрелковый батальон в поле, а в городе — штурмовая группа. [Кто] должен взаимодействовать [со] стрелковым батальоном? Обязательно танковая рота, а не батарея самоходных установок. Танковая рота порядка десятка танков, которая даст хорошее насыщение. В общем получится 30 танков на километр фронта. В порядке взаимодействия командиру батальона надо придавать не дивизион, а артполк. При том насыщении артиллерии, которое у нас бывает при прорыве, и для большой пробивной способности наших батальонов первого эшелона нужно придавать ему полк дивизионной артиллерии.
Текст выступления со стенограммой и звукозаписью сверен.
Нач. отдела по использованию опыта войны
оперативного управления ГСОВ в Германии полковник Утин
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805. Л. 30–45. Подлинник.
№ 296. Выступление командира 756-го стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии полковника Ф. М. Зинченко
Я хочу остановиться на том, как стрелковый полк вел бои в таком большом городе, как Берлин. Особенно здесь хочу остановиться на тактике полка, батальона, роты, на тех средствах усиления, которые применялись в уличных боях в Берлине.
После того как 26 апреля полк форсировал канал Фербиндус, он в течение 27-го и 28-го вел бой в городе в районе Моабит с основной задачей форсировать р. Шпрее и штурмом овладеть рейхстагом. Основные средства усиления в полку были: 23-я танк, бригада, батарея СУ-152 мм, гаубичная батарея 152-мм, батарея противотанкового истребительного дивизиона, арт. дивизион и один арт. полк. В результате получилось, что артиллерии, танков и СУ было почти столько же, сколько было личного состава пехоты. Естественно, в таких условиях полк мог успешно вести уличный бой.
Как усиливались батальоны: передовые батальоны усиливались одним арт. дивизионом на прямой наводке. Кроме того, ему придавался танковый батальон не менее 10–12 танков. Мощную артиллерию и СУ я держал лично в своих руках и использовал для подавления или уничтожения сильно укрепленных объектов (укрепленные здания или квартал). В таких случаях батарея 152-мм и батарея СУ подтягивались вплотную, не более 200 м, огнем [542] проделывали проломы в этих зданиях, которые немедленно использовала пехота. Остальные средства усиления действовали в боевых порядках пехоты. (Голос из зала: «Сколько человек пехоты прорвалось?») Отвечаю — пехоты у меня было 1200 чел., полк воевал.
Стрелковая рота, как правило, получала 2–3 танка, 2–3 орудия. Танковые и артиллерийские командиры находились непосредственно с пехотными командирами и решали одну общую задачу. Батальон вел бои только по одной улице. Задачи батальонам ставились небольшие: ближайшая задача — захват 1–2 кварталов. Выполнение задач задерживалось иногда потому, что противник оказывал сильное сопротивление.
Полк имел задачу наступать в направлении моста Мольтке и далее на рейхстаг. Полк, встретив сильное сопротивление противника, вынужден был нащупать слабое место и изменить направление.
Для этого как раз потребовались средства усиления, чтобы поддержать пехоту, но взять их негде, так как у командира полка имеется небольшой резерв в своем распоряжении.
Тактика. В чем она заключалась: очень коротко. Вам она общеизвестна. Хочу только сказать, как это было у меня. Артиллерия, танки стояли на перекрестках улиц, на площадях и в парках, обстреливали здания, в которых находился противник. Делался сильный огневой налет, под прикрытием которого пехота прорывалась в проломы зданий, через подвалы и по дворам шла в атаку. В основном пехота вооружена была автоматическим оружием. Большое значение приобретают гранаты в ближнем бою. Дальше хочу сказать в отношении штурмовых групп. Уставы много нам говорят о их создании и т. п. Из практики я должен доложить здесь следующее: когда мы ведем обычный позиционный прорыв обороны противника не в населенном пункте — такие штурмовые группы полезны даже потому, что они выполняют специальные определенные задачи, напр, блокировка дзота. После блокировки эта группа работу заканчивает. В полосе наступления полка дзотов бывает, как правило, 2–3, поэтому необходимо иметь 3 штурмовые группы, кроме того, необходимо в полку иметь не менее 2 штурмовых групп на всякий случай. При бое в крупном населенном пункте создавать штурмовые группы нет смысла потому, что действовать надо непрерывно, и действительно полк действовал непрерывно днем и ночью. Днем действовал один батальон, ночью — второй. Штурмовая группа свое значение в этом случае теряет, так как стрелковая рота, имея такое усиление, и является уже штурмовой группой. Здесь нет никакой путаницы в нумерации, а действительная нумерация рот, батальонов.
Об эффективности действия фаустпатронов — мощном оружии пехоты. Например, когда была форсирована р. Шпрее и было занято первое здание — министерство внутренних дел, распространяться дальше было невозможно из-за баррикад, которые были в 20–30 м. Артиллерию и танки применить нельзя было в этом случае, а бой продолжать необходимо и, пройдя это здание, выйти на штурм рейхстага. Здесь были использованы фаустпатроны. Взвод ПТР к этому времени вооружился фаустпатронами. Что делали мы с ними? Я делал так. Подготовил один взвод и 5 фаустников, чтобы овладеть этим зданием. После 3 выстрелов этот взвод ворвался в помещение и овладел им. Бой был удачным, и после этого мы стали применять фаустпатроны. Я считаю, что такой вид оружия нам надо также вводить на вооружение и вооружать специальные наши подразделения, хотя бы в батальоне иметь один взвод, специально обученный и подготовленный. Это было бы гораздо эффективнее, чем ружья ПТР.
Последнее, на чем я хочу остановиться, — это на применении такого мощного оружия, как М-31. В период подготовки и штурма рейхстага противник прочно закрепился в зданиях и оказывал сильное сопротивление из-за реки Шпрее. Наша артиллерия простреливать его не могла. Тогда минометчики затаскивали отдельные установки М-31 на 2-й этаж здания, как бы на прямую наводку, было произведено 13 выстрелов, что дало большой эффект и громадные результаты, так как противник прекращал вести [543] оттуда огонь. Я считаю, что установки М-31 надо специально приспосабливать и использовать для ведения уличных боев.
Опыт показал, что управление боем подразделений необходимо осуществлять, находясь в боевых порядках, потому что здесь только можно правильно оценить обстановку, правильно поставить задачу, конкретно на местности, и видеть, что делается на поле боя.
Основные средства управления — личное общение.
Текст выступления со стенограммой и звукозаписью сверен.
Нач. отдела по использованию опыта войны
оперативного управления ГСОВ в Германии полковник Утин
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805. Л. 158–160. Подлинник.
№ 297. Выступление командира 79-го стрелкового берлинского корпуса генерал-лейтенанта С. Н. Переверткина
После Варшавско-Лодзинско-Померанской операции войска 1-го Белорусского фронта во взаимодействии с войсками 2-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов разгромили превосходящего противника и вышли на р. Одер, обеспечив себе плацдарм на его западном берегу для решающего наступления по разгрому фашистской Германии.
79-й стрелковый, ныне Берлинский, корпус, входя в состав 3-й ударной армии, после удачных боев в Померании, в начале второй половины марта 1945 года сосредоточился западнее и юго-западнее г. Кенигсберга.
После совещания у командующего фронтов 5 и 6 апреля корпус начал деятельную подготовку к предстоящей операции.
В результате решения, которое было принято командующим армией, корпус к рассвету 8 апреля сосредоточился в лесах на восточном берегу р. Одер против кинитцкого плацдарма, который удерживался частями 25 ск генерал-лейтенанта Фирсова.
Подготовка корпуса к предстоящей операции была разделена на следующие этапы:
а) изучение плацдарма и противостоящего противника;
б) подготовка офицерского состава и штабов всех степеней;
в) подготовка всех родов войск;
г) организация устойчивого управления боем;
д) полное материальное обеспечение войск, и в первую очередь боеприпасами;
е) разработка и проведение в жизнь всех мероприятий, обеспечивающих соблюдение строжайшей тайны, маскировки и дезориентации противника;
ж) развернутая политическая и партийно-комсомольская работа среди всего личного состава корпуса.
Позволю кратко остановиться на всей этой большой подготовительной работе.
Изучение плацдарма и противостоящего противника.
С 8 по 12 апреля были проведены абсолютно все рекогносцировки, которые необходимо было сделать общевойсковым командирам, артиллеристам, самоходчикам и танкистам.
Начиная с 10 апреля на основании данных, полученных от 26 ск, велось круглосуточное наблюдение за противником и изучение его. В это же время при штабе корпуса были проведены занятия с командирами соединений, полков и батальонов, со всеми штабами по проработке плана предстоящей операции корпуса. Пехотные войска с артиллерией, танками и, главным образом, самоходными установками отрабатывали на местности технику атаки, наступления и боя в глубине обороны. Главное внимание обращалось на [544] вопросы стремительности атаки, взаимодействия с артиллерией сопровождения и самоходными установками, тренировки на выносливость в стремительном и безостановочном наступлении в глубине обороны противника на всю глубину ближайшей задачи корпуса (7–8 км). Учитывая, что атака предполагалась только в ночное время, все занятия начинались ночью или перед рассветом и кончались, как правило, в первой половине дня. Часть занятий проводилась ночью. Кроме тактической подготовки, проводились и другие мероприятия, которые преследовали цель поднятия общей дисциплины войск и их боевой готовности.
Нужно отметить, что пехоте практически не удалось отработать бой на местности в крупном населенном пункте, так как в районе сосредоточения корпуса были очень небольшие деревни в 10–12 домов, поэтому практически и глубоко, так как нужно было действовать в таком крупном центре, как город Берлин, отработать не удалось. С офицерами бой в крупном населенном пункте был отработан на макетах.
Вопросы устойчивого управления и связи.
Наблюдательные пункты командира корпуса и командиров дивизий были во второй траншее на плацдарме в 200 м от переднего края. Я не говорю о тех мероприятиях, которые были проведены в части скрытого управления войсками, — запрещались телефонные разговоры, распоряжения отдавались личным общением, документы разрабатывались только ответственными офицерами. Скажу только единственное, что штаб корпуса разработал все мероприятия по управлению на глубину первой задачи дня. Это было достигнуто следующим образом: были подготовлены дивизионные и одна корпусная осевые линии связи, точно определены направления этих линий, точно были определены наблюдательные пункты командиров дивизий и полков и в первый же день операции мы настойчиво это дело проводили в жизнь.
Материальное обеспечение.
Войска были полностью обеспечены и подготовлены. Здесь два слова в отношении того предложения или вывода, который сделал генерал-полковник Шебунин, что в войсках необходимо иметь 2–3 б/к, а на армейских складах иметь 0,5 б/к и на фронтовых 0,5 б/к. Я должен сказать, что войска даже с одним б/к еле-еле справлялись, и всю тяжесть подвоза боеприпасов в каждой операции должны брать на себя армейские и фронтовые транспортеры и доставлять их непосредственно в дивизии.
Мероприятия по соблюдению военной тайны.
Противник знал и предполагал, что мы собираемся наступать, но дня и часа он, безусловно, не знал. Скрыть сосредоточение такой огромной массы войск, какую из себя представляли армии, насыщенные огромным количеством техники, танков, артиллерии было трудно. В этой части, я сказал бы, была проделана штабами дивизий и полков, штабами приданных частей буквально гигантская работа. Достигнуто это было той большой и серьезной работой, которую командиры всех степеней провели на местности. Каждый командир точно знал, где ему поставить танки и самоходные установки, где ему поставить батарею, где расположить пехоту и без всякой сутолоки и встречных движений корпус расположился на положенном ему плацдарме.
Противник.
В полосе корпуса оборонялся полк 309 пд, поддерживался 2/234-м арт. полком, 707-м тяжелым арт. дивизионом и минометным дивизионом. Характер обороны уже здесь рассказывали, и я на нем останавливаться не буду. Нужно сказать, что до 14 апреля противник никакой особенной активности не проявлял. С 14 апреля, после первой разведки боем, противник резко усилил свою активность. Проявлялась она в арт. налетах по всем боевым порядкам пехоты, усилением методического огня, авиационной разведкой и бомбежкой с воздуха переправ. Живой силой и даже разведкой противник не действовал.
Два слова относительно боевых порядков и артиллерийского обеспечения. Корпус наносил удар своим левым флангом. Он обусловливался тем, что в целом командующим было принято решение удар наносить центром, а левофланговый 12 гвск удар наносил своим правым флангом, поэтому, соединяя усилия двух корпусов на внутренних флангах, армия и корпуса наносили таранный удар в центре полосы армии с постепенным его ослаблением на флангах.
Артиллерийское обеспечение.
Я на всех вопросах останавливаться не буду. Два слова только о прожекторах. Находясь от переднего края в 200 м, во второй траншее, я пришел к глубокому убеждению со своими командирами дивизий и полков, что прожекторы, безусловно, сыграли свою роль во второй атаке. Совершенно правильно, что 114 млн свечей не могли пробить толщу пыли, но прожектора, стоявшие сзади, освещали местность танкам, которые начали движение с исходного положения до первой траншеи противника. Пехота чувствовала себя уверенней. Показания пленных говорили, что немцы видели этот свет и считали, что русские применили какое-то совершенно новое оружие. Поэтому определенный результат и эффект от применения прожекторов был. В полосе корпуса действовало 12 прожекторов.
Ход операции.
Я остановлюсь на трех вопросах и очень коротко. Продвижение корпуса по дням: к утру 17 апреля корпус прорвал оборону на глубину 12 км и вышел к каналу Фридляндерштром, подошел к Кунерсдорф и Мецдорф, сильно укрепленным опорным пунктам. Как известно, на этом рубеже был тыловой оборонительный рубеж противника и частям потребовались почти целые сутки для того, чтобы прорвать этот рубеж. К утру 19 апреля продвижение было на 20 км. С форсированием этого канала и взятием этих двух населенных пунктов 18 апреля — на третий день операции, после прорыва тылового оборонительного рубежа был введен второй эшелон корпуса 207 сд. К исходу 19 апреля корпус продвинулся на 30 км, к исходу 20 апреля — на 40 км, и на рассвете 21 апреля в 6 час. 30 мин. передовые части 171 сд вместе с 12 гвск, который наступал слева, пересекли черту большого Берлина и завязали бои в пригородах. К исходу 21 апреля, за 6 дней наступления, корпус прошел с боями 66 км, овладел пригородами Берлина — Каров, Бланкенбург — и начал бои за Буххольц.
Таким образом, темп наступления в первый день выразился 12 км, второй день — 4 км, третий — 4 км, четвертый — 10 км, пятый — 16 км, шестой — 20 км.
Из этого видно, что второй и третий дни были для корпуса тяжелыми днями. В эти дни корпус преодолевал тыловой оборонительный рубеж и овладевал высотами зап. Кунерсдорф и Мецдорф. Здесь именно была разбита подошедшая 601-я авиаполевая дивизия, 4-й и 5-й учебные полки. Дальнейшее продвижение шло нарастающим темпом, и особенно оно возросло в решающий — шестой день операции, когда части ворвались и овладели первыми пригородами Берлина.
На 5 и 6 день операции развитию сильных темпов наступления способствовал ввод в бой 150 сд в центре полосы корпуса. Все три дивизии вошли в Берлин одновременно. Корпус наступал, имея три дивизии в линию, так как никто не хотел быть в это время во втором эшелоне и уступить права первым ворваться в логово фашистского зверя. В этом заключался глубокий политический смысл для каждого бойца, офицера и генерала, и мы это дело очень удачно использовали.
Тут же должен доложить в отношении непрерывности действий. У меня несколько особое мнение по сравнению с начальником штаба 5-й ударной армии. Во всей этой операции корпус удачно использовал требования маршала тов. Жукова о непрерывных действиях.
После прорыва тылового оборонительного рубежа боевые действия до самого Берлина абсолютно были непрерывны, причем эта непрерывность достигалась не вводом второго эшелона корпуса, а вводом вторых эшелонов полков. Только при этом условии войска совершенно свободно и легко выполняли поставленную задачу и днем и ночью.
Несколько слов о действиях танков. Мне кажется, что совершенно напрасно некоторые товарищи так резко ставили вопрос, что пехота действовала без танков и танки действовали без пехоты и пр. Это совершенно неверно. Должен доложить, что танкисты до канала Фридляндерштром, в частности в полосе корпуса, не могли безусловно войти в прорыв потому, что местность, обстановка и условия этого не позволяли. И только после овладения Кунерсдорф и Меццорф и высотами западнее, действительно встал вопрос о возможности прорыва танков в глубину. 19 апреля я встречался с командиром 1-го мех. корпуса генерал-лейтенантом Кривошеиным перед Протцельским лесом. Единственное, что помешало 1-му мех. корпусу прорваться — это единственная дорога через Протцельский лес, поэтому мех. корпус проходил лес совместно с пехотой. Когда мы вышли на рубеж Бернхольц, мех. корпус поднялся на север в полосу 47-й армии и пошел действовать на Бернау. Наша пехота 20 апреля была только здесь, а 21.4.45 г. мы ворвались в Берлин. Второй раз с танками я встретился на канале Берлин-Шпандауэр-Шиффарт, где танкисты решали проблему как переправляться. Строили переправы вместе. Здесь я видел начальника инженерной службы 2-й танковой армии полковника Бельского. Мой корпусный инженер вместе с ним строил переправу, и по этой переправе мы здесь и переправлялись. В третий раз я встретился с танками 2 ТА 2 мая после капитуляции немцев, у рейхстага.
Сопротивление противника было действительно серьезным, и танки вынуждены были искать слабые места в его обороне. Вот почему иногда действия танков и были медленными и не всегда удачными.
Бои в городе Берлине.
С 22 апреля по 1 мая, в течение 10 дней, корпус вел тяжелые уличные бои в Берлине. За эти 10 дней корпус 5 раз менял направления. По первой задаче корпус наступал строго на запад в направлении оз. Телигерзее, потом получил приказ наступать строго в юго-западном направлении на Сименсштадт. После этого была задача наступать строго на юг. Четвертый раз корпус получил задачу наступать строго на восток в направлении Штеттинского вокзала и, когда корпус вышел на р. Шпрее, приказано было форсировать Шпрее и овладеть районом рейхстага.
Всего с боями пройдено по городу примерно 18–20 км. Средний темп продвижения — 2 км в сутки. Учитывая, что отдельные дни выпадали на перегруппировки и сосредоточения в связи с переменой направлений, подготовкой форсирования водных рубежей, средний темп продвижения составлял не более 3–4 км в сутки. Третье — в городе корпус форсировал с сильнейшими боями четыре водных преграды: канал Берлин-Шпандауэр-Шиффарт, гавань перед каналом Ференцдунгс, канал Ференцдунгс и реку Шпрее.
Корпус, после Буххольц, овладел пригородами и районами: Розенталь, Витенау, Вильгельмсгоф, Борзигвальде, Райникендорф, Клайнгартен, Пленцензее, Моабит и, наконец, рейхстагом и прилегающим к нему парком, где части корпуса водрузили Знамя Победы.
28 апреля корпус начал форсировать р. Шпрее и бой за рейхстаг и прилегающие районы. Двое суток понадобилось корпусу для того, чтобы выполнить эту большую и серьезную задачу, несмотря на то, что расстояние было 1,5 км. Условия были чрезвычайно тяжелые — весь этот район занимался противником, все простреливалось пулеметным огнем из ближайших зданий, фаустпатронами и артиллерией. Поэтому все действия приняли здесь, главным образом, характер ночных. 30 апреля, после штурма, в 14 час. 25 мин. первые подразделения ворвались в здание рейхстага, водрузив Знамя Победы. Сначала оно появилось на первом этаже, но бой продолжался в самом здании рейхстага по очистке этажей, и только к 22.00 это знамя было поставлено на самом верхнем куполе. Площадь, которая расположена перед рейхстагом, была усеяна не одним десятком отважных, храбрых бойцов и офицеров, в руках которых застыли маленькие собственные флажки, с которыми части штурмовали рейхстаг.
Бой продолжался в ночь на 1 мая, весь день 1 мая и в ночь на 2 мая. Дело в том, что около 2000 гитлеровцев было загнано в подземелье рейхстага, [547] и они оттуда делали неоднократные попытки вырваться. Только утром 2 мая они вместе с капитуляцией всего гарнизона сдались. Было здесь взято 1300 чел. пленных.
1 мая 150 сд, которая в основном брала здание рейхстага, была выведена здесь во второй эшелон. 207 сд одновременно со взятием рейхстага овладела зданием Кроль-опера и вместе со 171 сд продолжала наступление на юг.
2 мая в 7 часов утра в парке Тиргартен произошла встреча с частями 76-го и 85-го полков 8-й гвардейской армии. Эта встреча была оформлена соответствующими актами.
Краткие выводы по опыту боев в городе Берлине.
Корпус не имел опыта боев в крупном населенном пункте, каким явилась столица фашистской Германии Берлин. Безусловно, это сказалось на темпе продвижения наступления. Войска, предназначенные для боя в крупных городах, должны пройти обязательно специальную подготовку.
Корпус строго выполнял инструкции Военного совета фронта по ведению боя в крупных городах. Соединения и части на ходу приобретали этот опыт.
Боевой порядок соединений и частей корпуса был двух-, трех-, а иногда и четырехэшелонным. Как правило, первые два-три эшелона составляли пехота с танками, артиллерией и самоходными орудиями, четвертый эшелон — вся поддерживающая артиллерия, за которой вплотную двигались тылы. Эшелоны наступали на узком фронте, полк на 2–3 улицы и не больше. Глубина между эшелонами была не более 200–300 м, то есть эшелоны шли друг за другом почти вплотную. Это обусловливалось тактикой боя. В чем она заключалась? Артиллерия, танки, самоходки первого и второго эшелонов под прикрытием пехоты, действуя перекатами, поддерживая друг друга, разбивали прямой наводкой основные здания — узлы сопротивления. Поддерживающая артиллерия, особенно минометы, подавляла и крупные перекрестки, и особо сильные опорные пункты. Пехота главными силами действовала по дворам, переулкам, в обход, охват и окружение отдельных зданий. Отдельные очаги сопротивления оставались в тылу, ликвидация их ложилась на вторые и третьи эшелоны. Очень часто наши тылы — повара, повозочные — занимались ликвидацией отдельных групп или людей противника, которые начинали свою деятельность в тылу наступающих частей.
В руках у командиров всех степеней надо обязательно всегда иметь резерв пехоты и артиллерии. Командиру полка, дивизии и корпуса обязательно иметь в резерве танки или самоходные орудия.
Наблюдательные пункты командиров полков, дивизий должны быть в боевых порядках наступающей пехоты — 200–300 м, командиру корпуса — не более 500 м от передовых частей и соединений. Командные пункты — штабы должны быть обязательно в последнем эшелоне полка или дивизии. Иногда было так, что штаб корпуса и НП командира корпуса совмещались, буквально 500–700 м от наступающих частей. Управление главным образом по радио, офицерами, личным общением. Телефон очень часто отказывал в работе.
О штурмовых группах.
Я позволю высказать свое собственное мнение. Термин «штурмовая группа» при длительном непрерывном бое в крупном городе не соответствует действительности…
Штурмовая группа предназначена для штурма одного-двух объектов. Организация, их состав и назначение предназначены для таких коротких и частных задач. Люди, как правило, отборные, с соответствующим вооружением. При затяжном и непрерывном наступательном бое в крупном городе происходит частая смена головных подразделений, рот и батальонов, частей и даже соединений. Смена первых эшелонов очень часто заставляет производить организацию новых штурмовых групп, так как, как правило, средства усиления переподчиняются новым первым эшелонам. Время на организацию уходит очень много, путается нумерация штурмовых групп и отрядов. Личный состав уже не отборный, а обычный, составляющий большинство наших
подразделений. [548]
В этих условиях, мне кажется, надо отказаться от термина «штурмовая группа» или «штурмовой отряд», а именовать подлинным названием — 1-я рота, 1-й батальон или полк — безразлично.
Дело, по существу, не в назначении, а в средствах усиления. Будет ли это называться штурмовая группа или первая рота, — как она будет усилена, так она и выполнит задачу.
По опыту боев частей корпуса стрелковая рота у нас усиливалась батареей 76-мм орудий для прямой наводки, отделением саперов, 2–3 танками или самоходками (взвод обычно). В руках командира батальона были отдельные орудия или батареи среднего или более крупного калибра для прямой наводки и обязательно должны быть саперы. У нас, например, два орудия 203 мм калибра, действуя с пехотой 150 сд, разбивали здания.
Таким образом, стрелковый батальон усиливался дивизионом артиллерии на прямую наводку, батареей СУ-76 и обязательно тяжелыми самоходками или ротой танков.
Вооружение бойца преимущественно автомат, гранаты, и большую роль сыграли фаустпатроны. Отдельных бойцов надо иметь с дымовыми шашками или дымовыми гранатами и с горючей смесью в металлическом сосуде. Саперам иметь взрывчатые вещества и веревочные лестницы с «кошками» и кирко-мотыги.
Мне кажется, что при таком оснащении и усилении наши обычные роты и батальоны отлично будут выполнять поставленную задачу.
В заключение я должен доложить, что корпус в течение всей Берлинской операции встречался со следующими частями противника: 309 пд, 506-я дивизия особого назначения, батальоны фольксштурма (их было около 12), отдельные части дивизии СС, 23-й отдельный саперный батальон, 203-й запасной полк, 10-й полицейский охранный батальон и в конечном итоге особый батальон СС, который оборонял район рейхстага.
С 16 апреля по 2 мая корпусом взяты в плен 7604 человека, из них 3 генерала, 86 офицеров. Захвачено танков и самоходных установок — 28, орудий — 346, автомашин — две тысячи с лишним, золота — 46 кг, серебра — 20 тонн и прочие вещи.
За это же время корпус потерял: убитыми и ранеными с 16 по 21 апреля — 2304 человека и с 21 апреля по 2 мая — 2693 человека, а в общей сложности за Берлинскую операцию — без трех человек 5000.
Берлинская операция в целом — классическое выражение зрелости нашей советской военной сталинской науки, зрелости оперативного и стратегического искусства наших полководцев.
Наша задача заключается в том, чтобы собрать и обобщить весь этот огромный богатый материал, сделать из него правильные выводы и, главное, на их опыте учить наши войска.
Два слова об учебе наших войск. Наступает лето, наши войска должны сейчас оторваться от наших постоянных и насиженных мест, мы должны больше заниматься в поле. До сих пор не решен вопрос об учебных полях, танкодромах, стрельбищах и пр. Приказы группы чрезвычайно жестко ограничивают в этом отношении мероприятия корпусов и дивизий. Этот вопрос требует немедленного разрешения с тем, чтобы мы по настоящему смогли бы богатый опыт Отечественной войны применить в нашей практической работе.
Соколовский. Всю Германию выселить хочешь?
Переверткин. Никак нет.
Соколовский. Мы занимаем четверть Германии, а он половину выселить хочет.
Переверткин. У меня все, товарищ Главнокомандующий.
Текст выступления со стенограммой и звукозаписью сверен.
Нач. отдела по использованию опыта войны
оперативного управления ГСОВ в Германии полковник Утин
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805. Л. 106–116. Подлинник
№ 298. Выступление начальника разведывательного управления 1-го Белорусского фронта генерал-майора Н. М. Трусова
Товарищи, значение и роль Берлинской операции невозможно переоценить ни с военной, ни с политической точки зрения. Берлинская операция 1-го Белорусского фронта, несомненно, войдет в историю оперативного искусства как одна из блестящих операций, проведенных в Великой Отечественной войне Красной Армией.
В Берлинской операции смело и искусно применены различные формы оперативного маневра (фронтальный удар, охват берлинской группировки, окружение и уничтожение вендиш-бухольской группировки, завершение разгрома противника в крупнейшем городе — в Берлине). В короткий срок, менее чем за два месяца, Берлинская операция тщательно была подготовлена, в ней искусно применены методы и формы боевых действий всех родов и служб обеспечения войск.
Эти искусно примененные формы оперативного маневра, тщательная организация операции, искусное применение форм и методов боевых действий всех родов и служб обеспечения войск, как известно, меньше чем через 3 недели от начала Берлинской операции привели к полному поражению Германии и к ее безоговорочной капитуляции.
Известно, что в Берлинской операции противник не смог преподнести ни командованию, ни войскам 1-го Белорусского фронта никаких сюрпризов и неожиданностей, несмотря на то, что верховное командование немцев понимало, что битва за Берлин будет решаться на Одере, и стягивало на это направление значительные силы. Немецкий фельдмаршал Кей-тель показал: «Ставке было ясно, что битва за Берлин будет решаться на Одере».
Наше командование также отлично понимало, что немцы готовятся к последнему генеральному сражению, что в битве за Берлин бои будут принимать ожесточенный характер. Поэтому начальник штаба, командующий войсками 1-го Белорусского фронта, Военный совет фронта в этой операции большое внимание уделили разведке противника, они лично тщательно не только изучали противника, но и помогали организовать разведку всех родов войск в интересах Берлинской операции.
Разведка в данной операции имела свои особенности, которых не было ни в одной из предыдущих операций 1-го Белорусского фронта. Этих особенностей несколько. Вот некоторые из них:
1) С момента выхода наших войск на р. Одер и захвата плацдарма на западном берегу до начала операции разведка располагала [временем] не более двух месяцев для освоения оперативной глубины противника и тщательного изучения его группировки и системы обороны.
2) В полосе фронтовой разведки был крупный город Берлин, который имел свой гарнизон и свою систему обороны, отличную от полевой обороны. Фронтовой разведке за этот же срок необходимо было освоить Берлин и его подземное хозяйство.
3) С перенесением линии фронта на меридиан р. Одер, Нейсе у противника сокращались внутренние коммуникации, густая дорожная и ж.-д. сеть создавали условия для маневра противника как по фронту, так и в глубине.
Все это требовало от разведки большого напряжения и глубоко продуманной организации, а также правильного использования всех видов разведки в интересах предстоящей операции.
Кроме того, в Берлинской операции противник пытался обмануть разведку, обмануть наше командование, заставить наше командование принять неправильное решение в выборе направления главного удара. Кроме этого, немецкое командование ставило себе целью скрыть истинное расположение своих резервов и с началом нашего наступления заставить авиацию и отдельные виды артиллерии бить по ложным целям, сохраняя тем самым резервы [550] для контрударов. Такое намерение противника подтверждается документами, захваченными войсками в ходе Берлинской операции.
Так, например, в приказе командующего 9-й армией генерала пехоты Буссе от 3.3.45 года сказано:
«Генштабом ОКХ (сухопутной армии) приказано провести дезинформацию с целью внушить противнику, что в полосе между р. Одер и Берлином имеются крупные соединения, являющиеся оперативным резервом…
Надлежит представить:
а) танковый корпус «Берлин» […],
б) танковый корпус «Бранденбург»,
в) разыграть прибытие вновь сформированной 10 тд пехотной дивизии,
г) начальнику военных сообщений армии с 4.3.45 г. увеличить ж.-д. перевозки из района г. Берлина на восток по сравнению с движением в западном направлении…»
Или, например, в приказе по 101-му армейскому корпусу от 4.3.45 года сказано:
«Необходимо иметь в виду, что в заблуждение должны быть введены как радиоразведка, так и агентурная разведка противника. Нужно применить радиосредства и макеты танков…»
Войска 1-го Белорусского фронта имели уже опыт распознавания обманных действий противника. Противник в Варшавско-Познаньской операции пытался нас обмануть, показывая сосредоточение танковых частей в районе Бялобжеги — перед магнушевским плацдармом и в районе Едлинск — перед пулавским плацдармом.
Поэтому в Берлинской операции разведка сравнительно легко и вовремя разгадала обманные действия противника, получив сообщение о наличии макетов танков у противника и проверив районы, постановки этих макетов. Войска 1-го Белорусского фронта даже не почувствовали напряжения в результате попыток противника обмануть наше командование. Эти попытки к обману противника, своевременное распознавание их помогли разведке оценить силы и возможности противника. Задуманные мероприятия противника обернулись против него.
Необходимо отметить особенность в постановке задач командования разведке. Эта особенность характеризует, насколько тщательно готовилась операция.
Командование фронтом потребовало от разведки:
(а) В главной оборонительной полосе противника
1) Знать точное построение боевых порядков противника до батальона включительно.
2) Знать точное расположение штабов, командных и наблюдательных пунктов батальонов и передовых артиллерийских пунктов.
3) Знать расположение всех артиллерийских и минометных батарей с точностью до 100 м.
4) Знать точное начертание траншей и отсечных позиций в главной полосе обороны.
(б) В глубине
5) Знать, где проходит и как оборудована вторая оборонительная полоса.
6) Знать, где проходят промежуточные рубежи, как оборудованы и какими силами они заняты.
7) Знать, как организовать оборону Берлина на внешних подступах и внутри города.
Кроме этого, по особому плану агентурной и спецразведкой требовалось установить резервы противника севернее Берлина, гарнизон Берлина, количество войск западнее и южнее Берлина.
Для выполнения этих задач разведорганы всех родов войск провели большую предварительную организационную работу; были доукомплектованы разведподразделения личным составом и оружием, проверена готовность этих органов к боевой работе, был создан резерв разведки во всех звеньях в 5-й, 3-й уд. армиях, 8-й гв. армии, 1-й и 2-й танковых армиях и в других армиях проведены были мероприятия, которые должны были обеспечить и, как в последующем практика показала, обеспечили непрерывность и глубину разведки. Так, например, в каждой дивизии были созданы радиофицированные разведывательные группы с хорошими радистами и с надежными радиосредствами. В стрелковых подразделениях до батальона включительно были подготовлены разведывательные группы силою до отделения; заранее были скомплектованы подвижные разведывательные партии (средства передвижения — машины; бронетранспортеры или танки). Эти подвижные разведывательные партии должны были вести разведку на флангах наступающих соединений и проникать в тыл противника. В органах разведки воздушной армии были организованы особые занятия с экипажами разведполков и разведэскадрилий, изучался и анализировался опыт воздушной разведки в прошлых операциях, с экипажами изучалась группировка наземных войск противника. Для разведки за каждым разведполком и разведывательной истребительной эскадрильей корпусов были на период разведки закреплены определенные полосы и районы разведки, а за экипажами — определенное направление и участки. Это мероприятие обеспечивало отличное знание района экипажами и улучшало качество разведки…
Результаты разведки в операции представлены на схеме обороны противника между Одером и Берлином, а также на карте группировки противника перед началом операции, в ходе операции 1-го Белорусского фронта.
О том, как справилась разведка с задачами, свидетельствуют успешные действия наших войск и темп проведения этой операции.
Несколько слов и о том, как выполняла разведка эти задачи и какой удельный вес занимали различные ее виды.
Основную тяжесть по изучению главной оборонительной полосы противника несла войсковая разведка, аэрофоторазведка, артиллерийская и инженерная разведка.
Существенную роль в изучении глубины обороны, в установлении промежуточных рубежей и организации обороны на внешних подступах к Берлину играли аэрофоторазведка и визуальная авиаразведка.
Особую роль при вскрытии боевых порядков противника в обороне, в установлении его группировки, его резервов играли радиоразведка и агентурная разведка.
Артиллерийская разведка играла основную роль в изучении огневой деятельности противника.
Можно сказать, что в Берлинской операции один вид разведки дополнял другой вид, ни один вид разведки не был без работы. Нельзя было полностью изучить противника, не использовав всех видов разведки на их полную мощность.
Так, например: для изучения обороны и вскрытия системы огня противника в подготовительный период и к началу операции было развернуто свыше 4600 наблюдательных пунктов всех видов, а на участках 3-й ударной, 5-й ударной и 8-й гв. армий на фронте 35 км было развернуто 2650 наблюдательных пунктов, что дает 76 наблюдательных пунктов на 1 км фронта, причем большинство наблюдательных пунктов было развернуто в непосредственной близости к противнику. На ударных направлениях этих же армий плотность наблюдательных пунктов всех видов к началу наступления, к началу операции была доведена до 131 наблюдательного пункта на 1 км фронта.
Особенно активно в операции работала войсковая разведка. Постоянная активность войсковой разведки, разведка по всему фронту не давали возможности противнику с уверенностью определить главное направление нашего удара и время перехода наших войск в наступление. Так, например, в подготовительный период было проведено 1888 разведывательных операций, из них: поисками — 1284, засадами — 507, действиями в тактической глубине — 88, боем — 109.
Активность разведки по армиям за этот же период времени:
В результате действий войсковой разведки было захвачено большое количество пленных и 2157 различных документов (солдатские книжки, частные распоряжения, письма и т. д.), что позволило хорошо изучить группировку противника в главной полосе обороны.
В изучении огневой деятельности противника, как уже сказано, артиллерийская разведка занимала доминирующую роль. Средствами АИР вскрывались артиллерийско-минометные средства противника, уточнялась система оборонительных сооружений, система всех огневых средств на переднем крае и в ближайшей глубине противника. Артразведка работала активно. В боевой работе было занято 16 разведывательных артиллерийских дивизионов, их них 13 действовало на направлении главного удара.
Авиационная разведка, как визуальная, так и аэрофоторазведка, в Берлинской операции велась активно; для того чтобы не дать противнику определить, какие районы больше всего интересуют наше командование, авиационная разведка проводилась по всему фронту. Несмотря на плохие метеоусловия в подготовительный период Берлинской операции, разведка сделала большое напряжение. В марте месяце было только 5 безоблачных дней, а в апреле до начала наступления — 4 безоблачных дня. В остальные дни подготовительного периода погода была неблагоприятная для разведки, облачность 9 — 10 баллов, высота 200–800 м, туманы, дымка, осадки. Все же на авиационную разведку в период с 20.3 по 16.4.45 было произведено 2588 самолето-вылетов (истребителями — 61 %, самолетами «Пе-2» — 13 %, штурмовиками — 14 %, самолетами По-2 — 12 %).
За этот же период времени было сфотографировано 155 250 кв. км и сделаны контактные отпечатки этих снимков. Для вскрытия системы обороны противника и его огневой системы главная полоса обороны противника фотографировалась 8 раз на глубину до 50 км. Вся площадь от переднего края до меридиана Берлина была сфотографирована два раза. В течение 13–15 апреля специально для танковых армий были сфотографированы полностью площади полос их наступления; отдешифрированные фотосхемы направлены в 1-ю и 2-ю танк, армии. Таким образом, перед вводом в прорыв танковые армии получили свежие данные об оборонительных сооружениях противника на всю глубину от линии фронта до пригородов Берлина.
Гор. Берлин был сфотографирован несколько раз, и сделаны были контактные отпечатки.
Таким образом, активная воздушная разведка, широкий размах фотографирования обороны цротивника создали условия для снабжения войск особыми схемами обороны и огневой системы противника на всю глубину.
Топоотдел штаба фронта своевременно сумел отдешифрировать указанное выше количество аэрофотографированной площади и отпечатать разведывательные схемы масштаба 1:50 000 для войск.
Следовательно, данные фоторазведки, дополненные и уточненные войсковой разведкой, артиллерийской разведкой, инженерной разведкой, были нанесены на карту масштаба 1:50000. Такие схемы посылались в войска неоднократно. Войскам видно было, как противник совершенствовал свою оборону и какое увеличение огневых средств происходило на тех или иных участках.
Разведывательными схемами войска фронта были снабжены в достаточном количестве. В каждую армию было направлено до 57 000 экз. этих схем. Следовательно, в Берлинской операции каждый командир роты, каждый командир взвода и командир батареи имели разведывательную схему своего направления.
Кроме того, разведотделы и топоотделы армий в свою очередь изготавливали на основе данных фронтовой аэрофоторазведки разведывательные схемы более мелкого масштаба. В некоторых армиях командному составу в роте и батальонах были розданы разведывательные схемы масштаба 1:25000.
Инженерная разведка в Берлинской операции велась 115 разведвзводами и 14 мотоинженерными разведротами. Разведка велась как наблюдением, так и активными методами. В период подготовки к началу операции было проведено до 400 инженерных исков, как самостоятельно, так и совместно с общевойсковой разведкой. В результате самолетных действий войсковой и инженерной разведки в тактической зоне обороны противника было выявлено: траншей и ходов сообщений свыше 500 км; проволочных препятствий около 100 км; артиллерийских позиций свыше 130 шт.; пулеметных площадок свыше 900 шт.; землянок, блиндажей и других укрытий свыше 350 шт.; ложных огневых позиций свыше 30, минных полей противника свыше 100.
Разведкой установлен характер и система минирования и намечены места для устройства 260 проходов для пехоты, танков и артиллерии. Инженерная разведка в этой операции помогала общевойсковой разведке правильно оценить оборону противника с точки зрения ее инженерного оборудования и способствовала принятию решений командирами всех степеней.
Эти мероприятия, несомненно, помогали войскам выполнить задачи при прорыве главной оборонительной полосы противника и при бое в глубине.
Кроме того, армиям, которые по решению командующего должны были окружать и завершать уничтожение противника в Берлине, были даны планы Берлина масштаба 1:25000 и 1:50000 с указанием объектов в городе и с обозначением разрушенных, полуразрушенных и поврежденных кварталов города. В дополнение к плану были даны командованию армий специальные схемы с указанием расположения наиболее важных коммунальных предприятий. Были даны схемы водоснабжения Берлина, указаны места расположения водопроводных станций и прохождение основной водопроводной сети. Были даны схемы снабжения электроэнергией Берлина, расположение электростанций и их значение для обороны г. Берлина.
Несомненно, эти мероприятия помогали войскам в боях за Берлин.
В Берлинской операции радиоразведка работала активно и с напряжением. Для изучения противника, противостоящего 1-му Белорусскому фронту, было развернуто три отдельных радиодивизиона ОСНАЗ, 16 маневренных групп и групп ближней разведки, один радиодивизион мешающего действия. Эти средства были распределены по армиям и по фронту таким образом, чтобы обеспечить наиболее точное пеленгование всех радиостанций противника в полосе фронта и на максимальную глубину; чтобы обеспечить полный перехват радиопереговоров противника во всех его радиосетях, чтобы сорвать противнику радиосвязь в сетях, влияющих на управление боем и оказывающих влияние на его исход.
Для лучшего использования данных радиоразведки армиям, действующим на главном направлении, были приданы: 8-й гв. армии — 545-й радиодивизион; 3-й уд. армии — 394-й радиодивизион. Несмотря на то, что до начала наступления наших войск противник связь по радио использовал ограниченно — его радиостанции работали только на поверку связи, все же к началу наступления радиоразведка сумела установить систему управления 9-й армии, ее связь со ставкой и с соседями, установить расположение армейских и корпусных штабов и значительного числа дивизионных штабов, и с начала наступления наших войск радиоразведка точно определяла места расположения штабов, рубежи отхода войск, прибытие новых частей, состояние войск, особенно при связи противника ультракоротковолновой аппаратурой. Открытые полукодированные и кодированные переговоры противника, полный перехват их помогали командованию определять моральное состояние, состояние с боеприпасами, время отхода, пути отхода, наличие растерянности в войсках, наличие связи у подчиненных частей и соединений 9-й армии и другие вопросы боевой деятельности войск противника.
Забивочный дивизион в Берлинской операции, особенно в процессе ее проведения, сыграл эффективную роль, он срывал радиосвязь окружен [ной] группировки 9-й армии в районе Вендиш-Бухольц со ставкой и с соседями. Командование окруженной группировки не знало положения на фронте, связь у окруженной группировки с подчиненными частями отсутствовала. Окруженная группировка Вендин-Бухольц металась в разных направлениях и не могла эффективно сопротивляться и вырываться из окружения.
В Берлинской операции противник изучался агентурной разведкой. Агентурная разведка фронта освоила глубину западнее меридиана Висмар, Штен-даль, Магдебург, Галле. К началу операции во фронтовой разведке имелось 29 резидентур (радиоточек). Со всеми этими агентурными резидентурами имелась радиосвязь. Наиболее плотно агентурной разведкой были охранены г. Берлин и предместья Берлина, и города, и узлы железных и шоссейных дорог на севере Берлина, западе Берлина и южнее Берлина. Такие города и узлы железных дорог, как Левенберг, Шенебек, Пренцлау, Критцзальд, Шеневейде, Витшток, Форстенберг, Ной-Рупин, Мекленбург, Страсбург, Штендаль, Цизар, Ютерборг, Пойштеглиц, контролировались агентурой с дублированием другими средствами. Кроме этого, в Берлинской операции работало много подвижных агентов, 21 подвижной агент разведывал тактическую глубину и фланги наступающих войск 1-го Белорусского фронта.
Вчера командующий 8-й гв. армией говорил, что агентурная разведка слабо вела разведку тактической полосы. Даю справку научной конференции о том, что агентурная разведка не ведет разведки тактической полосы.
(Голос из зала: «А глубинная разведка?»)
Глубинная разведка — это войсковая разведка, которую обязан вести каждый командир, организующий бой, иначе этот командир не будет иметь успеха.
По специальному указанию командования, в штабы дивизий, корпусов, армий, в штаб берлинского укрепленного района и в штабы секторов обороны Берлина посылались парламентеры, было послано 12 парламентеров с особыми заданиями. В процессе проведения Берлинской операции по указанию командования для разложения противостоящих войск и разъяснения им бесполезного сопротивления силами фронта было послано (не считая того количества, которое заслано было ПУ фронта) около 100 чел. солдат и офицеров, кроме этого, для той же цели как общевойсковые, так и танковые армии посылали немецких солдат и офицеров в части, которые пытались оказывать сопротивление нашим войскам.
В результате мероприятий по насаждению агентуры в тылу противника командование располагало данными о силе и группировке немецких войск в глубине и на флангах фронта.
Таким образом, в начале Берлинской операции всеми видами разведки была установлена группировка противника, его резервы и система обороны. Противник перед 1-м Белорусским фронтом в первой линии имел 16 дивизий, во второй линии — 7 дивизий. Кроме этого, в резерве имел группу «Штейнер», состоящую из трех дивизий, которые находились на доукомплектовании. Учитывались также отдельные батальоны и полки, а также фолькс-штурмовские формирования. Кроме этого, был определен гарнизон г. Берлина.
Характеристика обороны противника и ее инженерное оборудование показаны на схеме инженерных сооружений противника и подробно освещены в докладах генерал-полковника Малинина и генерал-полковника Прошлякова.
Здесь, на научной конференции, генерал-полковник Чуйков сказал, чт(ему, якобы, неизвестна была вторая оборонительная полоса. Следовательно необходимо участникам конференции напомнить, что сам генерал-полковник тов. Чуйков еще до начала операции планировал артиллерийскую подготовку по второй оборонительной полосе, т. е. по рубежу Зееловских высот. Об этом же он отдал приказ накануне операции. Выходит, что командующий 8-й гв. армии забыл о своих распоряжениях.
Командованию фронта и всем другим командным инстанциям до начала операции оборонительная система противника от р. Одер до Берлина была известна. Она состояла из двух оборонительных полос, двух промежуточных рубежей, тыловой оборонительной позиции. Кроме того, г. Берлин имел два внешних обвода и один внутренний обвод. Представленная здесь схема инженерного оборудования обороны противника была после боев проверена на местности, ничего нового мы не нашли, а подтвердили только то, что было известно до наступления.
Несмотря на полное представление о противнике и его силах, командование фронта в течение 14 и 15.4.45 года провело разведку боем на широком фронте перед самым началом операции. Разведка проводилась по соображениям оперативного характера. В директиве командующего на 14.4.45 г. было сказано:
«С целью уточнить систему и степень прочности обороны и систему всех видов огня главной оборонительной полосы противника провести разведку боем силою не менее по два батальона от армии…».
Разведка, организованная по указанию командующего фронтом армиями проводилась при поддержке мощного артиллерийского огня, минометов и огня РС, а также при поддержке авиации, ввела в заблуждение противника. Противник в начале нашей разведки принял ее за начало выступления и ввел до 80 % своей артиллерии в действие. Продолжение разведки боем 15 апреля вынудило противника ввести в бой вторые эшелоны дивизий. Эта разведка боем подтвердила наличие всех ранее учитываемых дивизий в первой линии.
Насколько энергично и активно велась разведка боем 14–15 апреля 1945 года видно из перехваченных радиограмм противника. Так, например: 14.4 полковая радиостанция передает вверх: «Держаться больше не могу, срочно прошу замены». Ответ ему: «Резервы в пути, с ними панцерфаусты, держитесь, держитесь».
Другая полковая станция 14.4: «На левом фланге атака противника. Наша пехота отходит. Что делать».
Третья полковая станция 14.4: «Русская пехота ворвалась в Альт-Тухебанц. Прошу помощь. Удержать натиск русских не могу».
15.4 на полковую станцию передано: «Муравьи фюрера № 1 прибыли в ваше распоряжение». Ответ: «Противник ведет огонь по нашему новому КП и штабу полка. Остановить противника не удается. У муравьев нет уже боеприпасов».
Приказ сверху: «Танки отвести, артиллерией и огнем пулеметов прикрыть отход пехоты Позиция № 3».
В результате разведки боем накануне Берлинской операции окончательно уточнена система всех видов огня противника, прочности его обороны, начертание переднего края и подтверждена группировка противника первой линии.
Кроме этого, разведка боем накануне операции ввела противника в заблуждение в отношении сроков нашего наступления. Для противника начавшееся 16.4.45 г. генеральное наступление было неожиданным.
Противник в ночь с 15 на 16.4 начал рокировку частей вдоль фронта. Например: он стал сменять 20 мд и тд «Мюнхеберг».
Командир 56 тк генерал артиллерии Вейдлинг показал:
«Однако то, что русские после действий своих разведотрядов 14.4 не начали наступление 15.4 ввело наше командование в заблуждение. Когда мой начальник штаба полковник фон Дуфвийг от моего имени высказал мнение начальнику штаба 11 тк СС, что нельзя накануне русского наступления менять 20 мд и тд «Мюнхеберг», начальник штаба 11 тк СС ответил: «Я командир корпуса, считаю — если русские сегодня не наступали, значит они предпримут наступление только через несколько дней. Такого же мнения придерживались и другие офицеры штаба и командование 9-й армии».
Кроме этого мероприятия, командованием фронта проведен ряд мероприятий, затруднивших противнику разгадать направление нашего удара, силу этого удара и время наступления. Мероприятия по обману противника проводились по особому плану. Этот план был полностью проведен в жизнь и противник на него реагировал. Так, например: шведское радио накануне нашего выступления передало, что наступление на Берлин будет осуществляться глубокими охватами Берлина с севера и юга, что в центре наступления на Берлин будут сковывающие действия. В подтверждение этого высказывания приводилось следующее соображение, что маршал Жуков координирует все три фронта, наступающие на Берлин: с севера наступают армии под командованием Рокоссовского, в центре наступают армии под командованием Соколовского и с юга наступают армии под командованием Конева. Это сообщение шведского корреспондента будет понятно, если известен план наших обманных действий противника.
Для сокрытия сосредоточения наших войск и выхода на передний край новых армий в директиве командующего указывалось: «Разведку осуществлять силами той армии, которая занимала этот участок до выхода новых армий (речь идет о выходе 3-й уд. и 47-й армий на участок 5-й ударной армии).
Совокупность мероприятий по обману противника, мероприятий, маскирующих сосредоточение наших войск, выход их на передний край, затруднили противнику определить начало наступления, силу нашего удара, направление нашего удара. Они способствовали успешному проведению Берлинской операции.
После прорыва главной оборонительной полосы и развития успеха в глубине разведка всех видов продолжала активно работать. Подвижные наблюдательные пункты способствовали выявлению целей и ведению прицельного огня. Моторизованные разведпартии проникали в тактическую глубину и разведывали организацию обороны противника на промежуточных рубежах и в опорных пунктах. Танковая разведка определяла систему противотанковой обороны, танковые препятствия и силу сопротивления узлов сопротивления опорных пунктов и промежуточных рубежей.
Авиационная разведка передавала разведывательные данные с борта самолета непосредственно в войска. Так, например, в течение первых трех дней операции противник ввел все 7 дивизий, числившихся нами во второй линии. Подвижными разведывательными партиями, подвижными наблюдательными пунктами, танковой разведкой эти семь дивизий своевременно были обнаружены и определены участки и полосы их действий.
В боях за г. Берлин метод ведения разведки был отличен от метода, применяемого в полевых условиях, так, например: развернутые наблюдательные пункты находились от противника на очень близком расстоянии, иногда не превышающем 10 м, сектора наблюдения давались очень узкие и конкретные объемы. В 5-й уд. армии в Берлине было развернуто 450 НП, в 8-й гв. армии — 350 НП, в 3-й уд. армии — 867 НП всех видов.
Действия разведчиков происходили как днем, так и ночью, широко использовались дворы и вспомогательные переулки. Применялся метод переодевания войсковых разведчиков в гражданскую одежду (3-я уд. армия), использовалось для проникновения в тыл к противнику метро, канализационная сеть, водосбросовые трубы.
В результате были уточнены оборона г. Берлина и состав его гарнизона.
К моменту окружения г. Берлина противник ввел в действие всю группу Штейнера, гитлерюгендские формирования, перебросил 3-ю морскую пехотную дивизию. Кроме этого, в полосу нашего фронта попали дивизии, отброшенные 1-м Украинским фронтом с юга (одна дивизия и шесть дивизионных групп).
Противник спешно формировал из разрозненных частей батальоны и дивизионные группы, пытаясь задержать продвижение наших войск.
Как оценивало немецкое командование положение на фронте и положение с Берлином к моменту окружения Берлина нашими войсками, видно из следующих показаний:
Генерал-полковник Йодль:
«Когда стало ясным окружение Берлина, фюрер 22.4 принял решение: осуществить деблокировку города силами 12-й армии генерала Венка, которая вела оборонительные бои против американских войск на Эльбе. Задача по координации действий 12-й армии с 9-й армией, которая вырывалась из окружения, была возложена лично на генерал-фельдмаршала Кейтеля».
Генерал-фельдмаршал Кейтель:
«23 апреля 1945 года я выехал из Берлина на фронт в штаб 12-й армии генерала Венка, имея задачу осуществить соединение 12-й и 9-й армий. Находясь вне Берлина, я поддерживал связь со Ставкой и получал через генерала Кребса (начальник генштаба сухопутных армий) неоднократные приказания и запросы Гитлера, требовавшие максимального ускорения действий 12-й и 9-й армий, немедленного перехода в контрнаступление».
Генерал артиллерии Вейдлинг — командующий обороной Берлина:
«25.4.45 года Гитлер во время моего разговора с ним в Имперской канцелярии заявил: положение должно улучшиться: с юго-запада к Берлину подойдет 12-я армия генерала Венка, которая совместно с 9-й армией нанесет удар по противнику. Этот удар последует по южному флангу наступающих на Берлин советских войск. С севера подойдут войска под командованием Штейнера. Эти удары должны изменить положение в нашу пользу. Для меня было ясно, что это несбыточные планы. 9-я армия вела тяжелые бои в окружении. Армия генерала Венка вела бои и к тому времени была обескровлена. Я также не верил в наличие войск у Штейнера».
Генерал-лейтенант войск СС Раттенгубер — начальник Управления имперской безопасности:
«Когда создалась непосредственная угроза окружения Берлина русскими войсками, фюрер возлагал исключительно большие надежды на армию Венка, которая должна была подойти с юго-запада и спасти Берлин».
«Описание событий в «Имперской канцелярии» (документ, составленный историками М. Хейм, Т. Ремниц, Ф. Вольф)
«После того как в имперской канцелярии уяснили себе безнадежное положение Берлина, был отдан приказ перебросить все оставшиеся на западе, юге и востоке войска для освобождения Берлина от блокады. Это, в первую очередь, относилось к 12-й армии, которой командовал генерал Венк. Эта армия вела бои с союзниками в районе Дессау. Генерал Венк в длинной телеграмме Йодлю [сообщал], что его войска сильно потрепаны, а их вооружение весьма недостаточно. Из этой телеграммы явствовало, что на быстрый подход и успешную деблокировку Берлина войсками 12-й армии рассчитывать не приходится. Венку было приказано каждый час докладывать о положении своих войск».
В заключение необходимо сказать, что из опыта работы разведки по обеспечению Берлинской операции следует: чтобы разведка справилась с обеспечением крупной фронтовой операции, необходимы следующие условия:
1. Организация разведки должна быть осуществлена, исходя из основной идеи этой операции, с обязательным использованием всех видов разведки.
2. Штатные разведывательные средства соединений и армий не могут справиться с задачей, необходимо их усиление за счет самих войск и резервов главного командования. Требуется усиление авиационной разведки, так как два полка, имеющиеся во фронте, не в состоянии обеспечить разведку днем и ночью на всю оперативную глубину по всему фронту. Разведывательные эскадрильи корпусов могут вести только тактическую разведку. Обязательно усиление средств радиоразведки и спецразведки.
3. Должна быть проведена тщательная и всесторонняя подготовка разведывательных подразделений и средств в подготовительный этап операции.
4. Максимум средств должен быть нацелен на разведку основного направления.
5. Штабы всех соединений и рода войск должны иметь резерв разведывательных средств в течение всего хода операции.
6. Забивочные радиосредства в Берлинской операции себя оправдали и помогли войскам в окружении и уничтожении противника в районе Вендищ-Бухольц.
Необходимо их (забивочные дивизионы) принять на вооружение разведки и совершенствовать технику забивки и аппаратуру.
7. Войсковая разведка в крупном городе (например, таком, как Берлин) совершенно отличается от разведки в полевых условиях. Необходимо производить в войсках специальный отбор разведчиков, прорабатывая с ними планировку и подземное хозяйство города.
Текст выступления со стенограммой и звукозаписью сверен.
Начальник отдела по использованию опыта войны
оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805.Л. 181–204. Зав. копия.
№ 299. Из выступления заместителя начальника Санитарного управления Группы советских оккупационных войск в Германии генерал-майора Плякина
Характерной особенностью Берлинской операции, способствовавшей медико-санитарному обеспечению войск, были: превосходство наших войск во всех отношениях над фашистскими войсками, а взятие Берлина предвещало полный разгром врага и полную нашу победу. Это давало право медико-санитарной службе разрешать стоящие задачи не только спокойно и уверенно, но и организовывать ее совершенно на иных принципах, а именно:
1. Приближать этапы лечебных учреждений медико-санитарной службы как можно ближе к действующим войскам. Даже в войсковом районе широко развертывать всестороннюю высококвалифицированную врачебную помощь.
2. Построить эшелонирование этапов медицинской службы так, чтобы как можно меньше было передвижений в период операции и развернуть коечную сеть настолько, насколько это вызывалось требованиями обстановки.
Армейский район
Фронтовой район [559]
Нас в эту операцию не лимитировали ни помещения, ни оснащение и мы не ощущали в каких-либо видах обеспечения особых затруднений.
3. Сократить эвакуацию раненых в тыл страны до возможного минимума, а потом почти полностью отказаться от таковой.
[…]
Укомплектованность войск кадрами медико-санитарной службы в среднем составляла 85–90 %, в госпитальной же базе фронта она едва достигала 65 % к штату, что при больших потерях создавало на некоторых направлениях в госпитальных базах фронта тяжелые условия в работе госпиталей.
[…]
Таким образом, к концу подготовительного периода после перебазирования армейских госпитальных баз и переброски в новые пункты госпиталей базы фронта коечная сеть армий и эвакопунктов фронта представлялась в следующем виде:
[…]
Как известно, санитарные потери являются частью (65–70 %) общих боевых потерь. При исчислении ожидаемых санитарных потерь мы руководствовались всегда опытом и реальной действительностью. Прежде чем исчислить санитарные потери… тщательно проанализировав общую оперативную обстановку, пришли к выводу, что при самых скромных подсчетах санитарные потери у нас выразятся не менее чем 100 000 человек. Приведенная таблица предполагаемых потерь (см. таблицу № 3){208} наглядно демонстрирует наши расчеты, где они указаны в 110000 человек. В действительности за Берлинскую операцию, включая и больных, мы получили 141 479 человек, из них 89 % непосредственно раненых в боях и 11 % больных. Как видите, и наши расчеты оказались значительно преуменьшенными. Если бы такой просчет был и в прошлые операции, мы бы оказались в невероятно тяжелых [560] условиях и своевременно оказать помощь раненым не смогли, но благодаря тому, что данная операция имела положительные особенности, о которых мы уже упоминали выше, и достаточную обеспеченность, мы справились с оказавшимся потоком раненых безболезненно.
[…]
Санитарные потери распределяются по армиям неравномерно. Наибольшие потери понесли: 47, 3-я ударная, 5-я ударная и 8-я гв. армии по вполне понятным причинам (основное направление удара, штурм Берлина и т. д.). Все санитарные потери выразились в 141 479 человек.
Анализируя санитарные потери в данную операцию, оказалось, что они распределились по своей локализации примерно так же, как и в прошлые операции, правда, с некоторым сдвигом в сторону ранений головы, груди и живота.
[…]
Все наши мероприятия в общей системе медико-санитарного обеспечения в данную операцию имели свои положительные результаты.
[…]
За операцию, т. е. с 15 апреля по 15 мая, возвращено в строй 30551 человек. По состоянию на 1 августа было возвращено в строй уже 102950 человек, что составляет 73 % к общему числу санитарных потерь. Так как раненые оставались еще на излечении и после 1 августа, то общий процент возврата в строй из числа раненых и больных на нашем фронте достигал до 80 %. Таким образом, опыт нашего фронта подтвердил, что при известной общеоперативной обстановке и организации медицинской помощи, возврат в строй можно довести из числа санитарных потерь до 80 %.
Смертность в эту операцию выше, чем в прошлые операции. Это кажущееся увеличение смертности зависит от того, что, как уже было сказано, мы от эвакуации раненых в тыл отказались. Следовательно, все раненые лечились у нас и те смертные случаи, которые раньше были за пределами фронта, в данную операцию оставались у нас. Трудно провести сравнение из нашего опыта, так как мы не имели подобного рода санитарно-тактической обстановки в прошлых операциях. Если мы сравним эти данные с данными царской армии в первую империалистическую войну 1914–1917 гг., то она у нас значительно ниже. Так, в царской армии % смертности среди только офицерского состава был равен 10. Можно не сомневаться, что среди рядового и сержантского состава он был гораздо большим. Несмотря на все условия в разбираемую нами операцию, все же, нам кажется, что смертность могла быть еще ниже.
В период проведения этой последней боевой операции по разгрому врага мы особенно важное значение уделили противоэпидемическим вопросам. Санитарная разведка следовала вместе с войсками, выявляя все эпидемические очаги, их изолируя, в последующем обрабатывая до полной ликвидации.
1. Всего за операцию охвачено санэпидразведкой 2146 населенных пунктов.
2. Обследовано 4119 колодцев, из них прохлорировано 2306, вода подвергалась лабораторному исследованию. Трофейные пищевые продукты также подвергались всестороннему исследованию.
3. Санитарная обработка войск проводилась непрерывно в течение всей операции. Малейшие передышки в межбоевые паузы, считаем, эффективно использовались для этой цели.
За время операции в среднем на 1 человека приходилось не менее двух помывок со сменой белья и дезинфекцией обмундирования. В результате, несмотря на боевые действия, вшивость не превышала 5 — 10 %.
[…]
Инфекционные заболевания среди войск встречались в единичных случаях и эпидсостояние войск фронта в течение операции расценивалось по сыпному тифу и дизентерии благополучным, по брюшному тифу неустойчивым. Других заболеваний не было. [561]
Остановимся очень кратко на дополнительной работе и трудностях, с которыми встречались мы в эту завершающую победоносную операцию:
а) в процессе разгрома врага на нашем попечении оставалось огромное количество раненых солдат и офицеров врага, как собранных в госпитали, так и брошенных на полях сражений и населенных пунктах:
б) огромное количество репатриируемого населения различных национальностей и из различных государств Европы, которое потребовало исключительной бдительности в санитарном отношении. История войн отмечает неоднократные случаи, когда среди беженцев, пленников (так называемого репатриируемого населения), как в массе людей, находящихся в определенных условиях, очень часто возникали различного рода острые и обособленные инфекционные заболевания: тифы, дизентерии, холера и даже чума. Население, находящееся в тесном контакте и собранное с различных географических климатических и эндемических районов, всегда представляет собой очаг указанных инфекций. Принимая во внимание наступление летнего периода времени, эта угроза в наших условиях была весьма реальной;
в) крупные промышленные центры: Берлин, Франкфурт и др. с оставшимся населением оказались с парализованным коммунальным хозяйством (водопровод, электростанции, канализация и проч., проч.), с дезорганизованным снабжением, с полным отсутствием организованного обеспечения медицинской помощью;
г) особого внимания потребовали к себе такого рода научно-исследовательские институты, как гигиены, микрологии, бактериологии и др., где живые культуры различных инфекционных заболеваний, как то: фильтрующихся вирусов, чумы и холеры, оказались доступными и могли быть легко распространены, вызывая эпидемию как среди населения, так и войск. Необходимо было своевременной разведкой обнаружить их местонахождение, изолировать, охранять, а живые культуры особо опасных инфекций уничтожать.
Все эти вопросы как в ходе медико-санитарного обеспечения, так и, особенно, после боевой операции потребовали от нас большого внимания, забот и нашей ответственности.
В итоге работы по затронутым вопросам, несмотря на большие трудности, нам удалось, чему вы являетесь свидетелями, справиться, как мне кажется, вполне удовлетворительно.
1. Никаких (острых, тем более особо опасных) инфекционных заболеваний мы в войсках не допустили.
2. К началу июня только по Берлину было восстановлено 94 больницы для взрослых, 6 больниц для детей, 12 родильных домов, 11 частных больниц, 14 амбулаторий, 8 садов, 2 яслей, одна молочная кухня, 10 станций скорой помощи, 179 аптек и т. д. Зарегистрировано и привлечено к работе тысячи врачей и десятки тысяч обслуживающего медицинского и санитарного состава.
3. Только по центру Берлина в порядке очистки в трудно доступных местах (метро, подвалы, развалины, река Шпрее и озера) силами и средствами медико-санитарной службы захоронено трупов немецких солдат и офицеров 5954, и из числа гражданского населения 324 трупа; трупов лошадей около 4000. Если учесть уже наступившее жаркое время года, с далеко зашедшим разложением трупов, то можно себе представить те трудности в уборке их, с которыми мы столкнулись в таком крупнейшем городе, как Берлин.
Выводы:
1. В Берлинскую операцию медико-санитарная служба фронта, благодаря особо благоприятной общеоперативной обстановке, смогла организовать помощь раненым, начиная с войскового района в самом широком масштабе.
2. Эвакуация раненых за пределы фронта в первую половину операции была сведена к минимуму и в последующем полностью прекращена. Лечение раненых проводилось на месте.
3. Эпидемическое благополучие войск несмотря на неблагоприятную окружающую обстановку (территория, масса репатриируемых, инфекционные заболевания среди местного населения) удалось сохранить и не допустить в войска каких бы то ни было эпидемических заболеваний.
4. Медико-санитарные мероприятия среди репатриируемого населения службой не планировались в тех объемах, с которыми пришлось встретиться. Необходимо в подобного рода операциях обязательно планировать мероприятия среди репатриируемого населения, так как в противном случае эти массы людей могут оказаться грозными очагами самых различных острых и особо опасных инфекционных заболеваний не только среди них, но и среди войск.
5. Медико-санитарная служба также не планировала в таких масштабах свою работу среди местного населения, и особенно в крупных промышленных центрах, по восстановлению лечебных, профилактических и санитарно-гигиенических лечебных учреждений.
Необходимо при подобного рода боевых операциях этот участок работы планировать, так как он занимает много внимания, рабочего времени и требует большого количества различного рода специалистов по различным областям здравоохранения и санитарно-гигиенического благоустройства.
Текст выступления со стенограммой и звукозаписью сверен.
Нач. отдела по использованию опыта войны
оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805. Л. 254–277. Зав. копия.
№ 300. Выступление начальника политического отдела 1-й гвардейской танковой армии генерал-майора А.Г. Журавлева
Товарищи!
Мне бы хотелось оттенить одну сторону, которая не совсем здесь была четко поставлена и в выступлениях и в самом докладе. Первый и основной вопрос, который мы всегда рассматриваем, это — какова же к началу операции была общеполитическая обстановка и понимание этой обстановки бойцами и офицерами. А общеполитическая обстановка к началу Берлинской операции создавала определенную остроту положения. Вы все помните хорошо, что к началу операции союзники начали свое продвижение, и в вопросе, кто первый войдет в Берлин, решался престиж нашей Красной Армии. Это, между прочим, очень крепко понимали все бойцы и офицеры и общее настроение перед началом операции бойцов и офицеров было — не дать войти в Берлин союзным войскам. Каждый боец правильно понимал, что, так как основную тяжесть войны — разгром фашистской Германии, выполнила Красная Армия, то делом чести и престижа нашей Красной Армии являлось не допустить, чтобы противник Берлин — политический центр фашистского логова отдал союзным войскам, а такая возможность, конечно, была. И вот эта политическая острота момента способствовала созданию исключительно большого наступательного порыва бойцов и офицеров наших частей. Этот наступательный порыв бойцов и офицеров, а также накопленный боевой опыт, который имели наши части в наступательных операциях, содействовали тому, что пробелы в организации боя, которые имелись, недоработки командиров, штабов и политработников сами бойцы и командиры мелких линейных подразделений умели исправлять непосредственно на поле боя, а сам бой решали в пользу Красной Армии.
Здесь даже на научной конференции отмечаются такие нездоровые разговоры, кому надеть шапку славы за общую проделанную всеми войсками [563] героическую операцию: в пехоте говорят, что танки плохо действовали или артиллерия, может быть, не совсем правильно взаимодействовала и, наоборот. Особенно много говорят, что авиация часто бомбила по своим. Конечно, если мы будем смотреть только на эти имевшие место отдельные эпизоды неправильных действий, то они найдутся за каждым родом войск, и за артиллеристами, и за авиацией, и за танкистами, и за пехотой. Мы же обязаны и должны рассматривать, как в результате общих усилий и взаимодействия всех родов войск было сломлено сопротивление упорно оборонявшегося противника. Характерно при этом отметить, что сами бойцы и офицеры линейных подразделений на поле боя — артиллеристы, танкисты и пехотинцы хорошо договаривались, как им лучше взаимодействовать и решить общий успех боя, а начиная со штабов дивизий, корпусов начинается дележка — кто же отличился. Мы решили, а вы не решили задачу и т. д. Я думаю, что будет правильно такой сделать вывод — успех каждого боя решался общими усилиями бойцов, офицеров линейных подразделений всех родов войск, которые с исключительным героизмом и в исключительном наступательном порыве дрались и успешно решали общую задачу. Не было такого положения, чтобы кого-то надо было подгонять или были бы такие отстающие подразделения, которые не хотели ворваться в Берлин и водрузить знамя победы над Берлином, такого положения совершенно не было.
Второй вопрос, который хотелось бы отметить, это — о службе регулирования. Поскольку участие моторов в войне будущего будет возрастать, то необходимо уделить больше внимания вопросу регулирования на дорогах, особенно регулированию движения потока транспорта и боевой техники за передовыми частями. Здесь уже отмечалось и в практике приходилось много наблюдать большие пробки, особенно в узких местах: на переправах через каналы или на реках, на узких улицах, перед завалами и баррикадами. В результате этих пробок мы несли лишние потери. Желательно, чтобы наши дорожные и инженерные части быстрее налаживали уличное движение, заранее намечали определенные маршруты для того, чтобы не было лишней нервозности и материальных потерь. Еще одно пожелание — мы изучаем такие операции, как Берлинская операция, причем, находимся недалеко от тех мест, где проводились бои. Желательно было бы, чтобы в период подготовки разбора этих операций, штабам и командирам соответствующих соединений выехать непосредственно на местность [посмотреть] и со стороны противника, какова была оборона и подступы, и со стороны наступающего, и тогда, может быть, некоторых недоразумений, которые здесь возникли, совершенно не было бы.
Следующий вопрос — это вопрос об участии крупных механизированных соединений в уличных городских боях. Здесь уже отмечали, что в настоящей Берлинской операции танковые части не вышли на оперативный простор, а вели бои в боевых порядках вместе с пехотой. В связи с этим некоторые из выступающих просто недооценивают и умаляют степень участия больших танковых соединений, как танковая армия. Со стороны некоторых командиров общевойсковых соединений отмечалось, что танки шли позади пехоты. Приведу просто коротенькую справку, которая доказывает, что танковые части, бойцы и офицеры-танкисты геройски решали общую задачу, поставленную командованием фронта, — быстрее сломить сопротивление противника.
Справка о потерях по 1 гв. ТА.
Мы имели безвозвратных потерь всей материальной части 45,3 % и, кроме того, боевые повреждения материальной части составили 47 %. Из них — 50 % всех потерь мы имели в самом Берлине, а 50 % имели потери в боях на подступах к Берлину. Спрашивается, что эти потери, почти достигающие 100 % всей материальной части армии, были бы возможны, если бы танковые части шли сзади стрелковых частей? Ничего подобного! Еще раз подчеркиваю: и танковые части, и артиллерийские части, пехота и инженерные части — все были одним целеустремлены — быстрее сломить сопротивление противника и, как здесь правильно отмечали, все стремились к центру Берлина — рейхстагу, чтобы водрузить знамя победы над рейхстагом. И вот, в этом общем наступательном порыве бойцов и офицеров линейных подразделений, которые умели на поле боя взаимодействовать, находить общий язык, решали иногда самостоятельно большие и сложные задачи, и была завоевана победа. В отношении партийно-политической работы, здесь в докладе, генерал-лейтенант товарищ Пронин правильно и глубоко отметил основные вопросы политического обеспечения, которые решили в своей работе партийные организации, как по доведению задачи до бойца, и в первую очередь, доведению содержания обращения Военного совета фронта — в ближайший срок овладеть Берлином. Затем политаппарат непосредственно на поле боя мобилизовал на выполнение боевой задачи и организовал оперативную информацию об успехах продвижения частей фронта, что имело большое воодушевляющее значение. Формы и методы доведения боевой задачи до бойца, обеспечения боевого приказа и постановки информации об обстановке на фронте у нас проводились аналогичные тем, какие приводил в своем докладе товарищ Пронин.
Текст выступления со стенограммой и звукозаписью сверен.
Нач. отдела по использованию опыта войны
оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
ЦАМО РФ Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805. Л. 250–253. Подлинник.
№ 302. Выступление с заключительным словом генерала армии В. Д. Соколовского
Задача нашей конференции — собрать материал по организации и ведению Берлинской наступательной операции войск 1-го Белорусского фронта, учесть ее опыт и использовать для дальнейшей нашей учебы войск.
Над выполнением этой задачи еще до конференции на протяжении длительного времени работало большое количество людей. Сейчас в работе конференции принимали участие непосредственные участники и организаторы разгрома врага в Берлинской операции. Заслушанные на конференции очень хорошие доклады и выступления по докладам, а также представленные и просмотренные нами материалы позволяют нам сказать, что конференция поставленную перед ней задачу, несомненно, выполнила. В результате четырехдневной работы всех участников на конференции мы собрали исключительно богатый материал, который можно будет использовать для дальнейшей боевой подготовки войск, а также и для теоретических разработок как оперативных, так и тактических вопросов по организации и ведению фронтовой наступательной операции и общевойскового боя.
При этом следует отметить, что на предстоящих армейских научных конференциях необходимо разбирать, главным образом, тактические вопросы, действия различных родов войск армии. В самом деле, нельзя на армейских конференциях ставить тему — Берлинская наступательная операция такой-то армии, если эта армия наступала в полосе 8 — 10 км и находилась в общем оперативном построении фронта. Это может привести к ложным представлениям о современной наступательной операции. Правильнее будет сказать — действия такой-то армии в Берлинской наступательной операции в составе войск 1-го Белорусского фронта. Но и при этом следует учесть, что разбор действий одной армии не дает представления о современной наступательной операции — ее надо рассматривать в зоне всей фронтовой операции.
Разбирая особенности Берлинской операции, необходимо прежде всего учесть, что:
на долю 1-го Белорусского фронта выпала очень ответственная задача, поставленная Генералиссимусом товарищем Сталиным — овладеть столицей [565] Германии, городом Берлином, который являлся центром немецкого империализма и очагом немецкой агрессии;
Берлинская операция подготовлялась и проводилась в сложной ситуации, когда немцы на западе уже прекращали организованное сопротивление и войска союзников продвигались почти беспрепятственно, сдача городов происходила, как вы знаете, даже и по телефону. Вместе с тем, сила сопротивления немцев против войск Красной Армии увеличилась. Обстановка требовала на завершающем этапе войны нанести силами Красной Армии такой последний удар, который уверенно и в короткий срок дал бы нам желаемые результаты победного исхода войны. Я не буду пространно останавливаться на оценке общеполитической и общестратегической обстановки, которая сложилась к тому времени. Об этом достаточно ярко изложили в своем прекрасном докладе товарищ Телегин и в таком же докладе тов. Малинин. Я только должен сказать, что 1-му Белорусскому фронту нужно было спешить, спешить и спешить, но с умом, организованно.
Первой из числа особенностей в Берлинской операции является исключительная четкость замысла, которую требовала стратегическая цель операции — уничтожение крупной и решающей группировки противника, овладение городом Берлином и победоносное завершение войны.
Замысел гитлеровской ставки заключался в том, чтобы растянуть финальный этап уже проигранной войны. Противостоящий войскам 1 БФ противник в своей оборонительной Берлинской операции хотел дать решительное сражение на рубеже р. Одер, нанести нам значительные потери и в дальнейшем упорной защитой своей столицы затянуть борьбу за овладение нами Берлином, т. е. найти к концу проигранной войны более или менее благоприятный для гитлеровской Германии политический выход.
Для выполнения своего замысла немцы создали высокую оперативную плотность на рубеже р. Одер на направлении, прикрывающем Берлин с востока. Так, например, против плацдарма зап. Кюстрин противник имел одну дивизию на 4,8 км и 50 арт. стволов и 12 танков и СУ — на 1 км фронта. Как видите, плотность очень большая. Большую часть своих резервов немцы сосредоточили в глубине тактической зоны обороны. Всю 60-километровую полосу местности между Одером и Берлином немцы превратили в сплошную оборонительную систему, состоявшую из нескольких, заблаговременно подготовленных оборонительных рубежей с большим количеством подготовленных к обороне населенных пунктов в районе Большого Берлина, который был превращен в укрепленный район.
Замыслу противника был противопоставлен замысел Верховного Главнокомандующего Вооруженными Силами Советского Союза т. Сталина и командующего войсками 1-го Белорусского фронта Маршала Советского Союза товарища Жукова. Цель этого замысла в Берлинской наступательной операции 1-го Белорусского фронта состояла в том, чтобы нанести противнику удар на р. Одер такой силы, который не дал бы ему возможности затянуть борьбу за Берлин.
Для этого было необходимо:
Первое: создать решительное превосходство над противником в силах и средствах на кратчайшем направлении, прикрывающем Берлин с востока, то есть, на направлении Кюстрин — Берлин.
Второе: уверенно раздробить оборону противника, для чего прорыв организовать на широком фронте и одновременно с нескольких направлений.
Третье: операцию провести в возможно быстром темпе, для чего подвижные танковые соединения использовать для совершения оперативного маневра — выхода к окраинам Берлина с тем, чтобы быстрее завязать бои в городе. Однако местность в полосе наступления фронта исключительно благоприятствовала противнику и затрудняла маневр, особенно подвижной группе войск. Поэтому не исключена была возможность действий подвижных танковых соединений в тесном тактическом взаимодействии с пехотой и артиллерией общевойсковых эшелонов, чтобы увеличить мощь и пробивную силу их и этим повысить темп наступления, если обстановка в ходе операции этого потребует. [566] Это и Ставкой и командованием фронта предвиделось заблаговременно. Разберем отдельно эти три элемента замысла.
1. Кратчайшим направлением являлось направление Кюстрин — Берлин. Сосредоточить превосходящие силы и средства возможно было только с плацдарма западнее Кюстрин, для чего, в первую очередь, необходимо было провести частную операцию по объединению и расширению плацдарма на р. Одер зап. Кюстрин. Однако плацдарм имел все же очень ограниченную территорию для сосредоточения на нем большого количества войск и техники. Поэтому для подготовки наступления с плацдарма необходимо было:
провести трудоемкие работы по инженерному оборудованию плацдарма, чтобы увеличить его емкость;
сосредоточить войска на плацдарме скрытно и в последний период подготовки операции, для чего перегруппировку провести в короткий срок;
обманными мероприятиями дезориентировать противника в силе удара, наносимого с плацдарма.
Как Вы видите, требовалось большое искусство в организации наступления с ограниченного по территории плацдарма, чтобы не дать возможности противнику определить силу наносимого с плацдарма удара.
2. Фронтальный удар как форма наступления обычно применяется с целью рассечения фронта противника и последовательного окружения и уничтожения его группировки. В данном случае фронтальный удар, в первую очередь, преследовал цель дробления сосредоточенных на кратчайшем направлении Кюстрин — Берлин сил и средств противника. Прорыв производился на широком фронте и на трех направлениях. Ширина прорыва равнялась 44,3 км, что составляло больше, чем 1/4 протяжения всей линии фронта войск 1-го Белорусского фронта. В то время как, например, в Варшавско-Лодзинско-Познаньской операции ширина фронта прорыва составляла 1/7 часть протяжения всей линии фронта. Прорыв на широком фронте, производимый в трех направлениях, исключал возможность контрманевра сил и средств, сосредоточенных противником для прикрытия берлинского направления с востока. Противник не мог ослабить фланги своей берлинской группировки с севера или с юга (противостоявшие правому и левому крылу войск фронта), так как это облегчило бы нам возможность развить наступление на вспомогательных направлениях севернее или южнее Берлина и совершить охват Берлина с флангов. В то же время противник не мог усилить свои фланги за счет центра, т. к. этим бы облегчалось успешное развитие наступления на направлении Кюстрин — Берлин, где расстояние было самым наименьшим.
Таким образом, фронтальный удар на общем широком фронте с трех направлений сковывал сосредоточенную для прикрытия берлинского направления с востока группировку противника, дробил боевые порядки противника на отдельные, разобщенные между собой участки, нарушал взаимодействие и связь их, то есть преследовал цель сломить сопротивление противника в полосе прорыва на первом этапе операции.
Как видите, замысел операции 1-го Белорусского фронта, избирая формой наступления фронтальный удар, исходил из конкретных условий обстановки.
3. Операцию необходимо было провести в быстром темпе. При планировании операции, с одной стороны, учитывался предыдущий опыт войск фронта, с другой стороны, взвешивались все данные, могущие повлиять на темп наступления.
Опыт двух больших предыдущих операций фронта (Бобруйской и Варшавско-Лодзинско-Познаньской) свидетельствовал, что средний темп наступления на первом этапе, намечаемый по плану, всегда оказывался ниже фактически осуществляемого темпа наступления. Так, средний темп первого этапа Бобруйской операции планировался 8–9 км в сутки, а фактически достиг 20–25 км в сутки. Средний темп первого этапа в Варшавско-Лодзинско-Познаньской операции планировался 15–16 км в сутки, а фактически первый этап был проведен с темпом 24–30 км в сутки. Таким образом, [567] в этих двух операциях фактический темп наступления на первом этапе прорыва обороны противника равнялся в среднем 22–27 километров в сутки и от этого высокого темпа зависел дальнейший успех развития операции.
В Берлинской операции были налицо такие же важнейшие факторы, обеспечивающие высокий темп наступления, как и в Варшавско-Лодзинско-Познаньской и Бобруйской операциях, а именно: состав и характер сил и средств фронта (наличие подвижных войск) и материальное обеспечение. Однако не было главного условия — возможности осуществлять в полной мере оперативное и тактическое взаимодействие войск в ходе операции, так как местность и характер обороны противника не обеспечивали этого. Планом Берлинской операции предусматривался средний темп наступления 11–14 км в сутки и, как показала действительность, это темп, предусмотренный планом, оказался выше фактического темпа, несмотря на все поправки, сделанные на особенность обороны противника и характер местности.
На ускорение темпа наступления, особенно в оперативной глубине, большое влияние должны были оказать действия подвижных войск. Планом предусматривалось ввести для развития успеха подвижные войска в первый день операции и уже на второй день операции они должны были достигнуть окрестностей Берлина и завязать бои в городе. В то же время выход к пригородам Берлина общевойсковых эшелонов планировался лишь на четвертый день операции, то есть планом операции предусматривалось самостоятельное действие танковых армий в оперативной глубине противника для создания благоприятных условий в борьбе за Берлин. Но, как вы знаете, сложившаяся обстановка не позволяла нам это сделать. Характер развития наступления на первом этапе операции потребовал изменить метод наступления.
Опыт предыдущих операций показывает, что первый этап операции характерен взломом тактической обороны противника, после чего вводятся подвижные соединения для оперативного развития прорыва и действий в глубине. Обычно маневренные и оперативные наступательные действия в оперативной глубине противника предусматривают борьбу с его подходящими резервами, причем, действия войск, как наступающих, так и обороняющихся, разворачиваются на относительно большом пространстве, позволяющем проводить маневр.
Первый этап Берлинской операции развивался иначе, и войскам фронта, действующим на направлении главного удара, приходилось одновременно прорывать тактическую зону обороны и перемалывать оперативные резервы противника. Для того чтобы уяснить это, напомню вам развитие операции на первом этапе.
К началу операции противник имел 7 резервных дивизий, которые были сосредоточены на удалении от первой линии войск в пределах 10–45 км. Эти резервы подпирали первую линию обороны и предназначались для ее усиления, помимо того, что сама главная оборонительная полоса, как вы знаете, была довольно плотно насыщена войсками и техническими средствами.
16.4.45 г. в первой полосе обороны, в районе Гузов, противник ввел одну танковую дивизию «Мюнхеберг» с целью удержать на этом направлении рубеж второй оборонительной полосы, проходившей по Зееловским высотам. 17.4.45 г. сила нашего удара на главном направлении поставила в критическое положение соединения 9-й армии противника, оборонявшиеся на рубеже Зееловских высот. Противник стремился не допустить прорыва второй оборонительной полосы и задержать наши войска на выгодном для себя оборонительном рубеже Зееловских высот. Для этого немцы бросают в бой 17.4.45 г., т. е. на второй день операции, еще 4 свои резервные дивизии:
25 мд, в район Врицен, против правого крыла войск 47-й армии;
1-ую учебную атд, в районе Мендорф, против правого крыла войск 3-й ударной армии;
18 мд, в районе Фермерсдорф против левого крыла войск 5-й уд. армии, мд «Курмарк», в районе Лидмихебс, в стык 8-й гв. армии и 69-й армии.
Выгодно ли было в этой обстановке придерживаться принятого плана операции, когда условий для ввода танковых армий создано не было, а противник вместо ослабления продолжал усиливать силу сопротивления. Командующий фронтом маршал Жуков думал, что нет (мое мнение — такое же). Он принял решение ввести 1-ю и 2-ю танковые армии.
Был ли в этом риск, не рано ли ввели в бой танковые армии? Такие сомнения здесь, как Вы помните, высказывались. Я считаю, что те товарищи, которые так думают, были не правы. Риска здесь не было. Глубина операции (100–110 км) и сложившаяся обстановка в борьбе за вторую полосу обороны противника позволила нам предусмотреть дальнейший ход развития операции и более четко спланировать использование сил и средств фронта. Нужно было сохранить инициативу и быстро прорваться к Берлину, не рискуя остаться без резерва. Задерживаться с вводом танковых армий нельзя было. Это было бы неверно. Неверно потому, что мы здесь неоправданно должны были рисковать своей пехотой, вынудили бы армии израсходовать свои резервы и вести затяжное медленное наступление, которое могло бы привести к потере инициативы, темпа и привести к выталкиванию противника вместо его дробления и уничтожения. Этим самым противнику создавались бы благоприятные условия для организации планомерной, последовательной обороны с нарастающей плотностью на рубежах, которых, как вы видите, было подготовлено очень много. Иными словами, мы дали бы противнику козырь в руки для ведения затяжных оборонительных боев и позволили бы ему выиграть время для усиления обороны собственно Берлина.
Товарищ Чуйков считает, что решение на ввод танковых армий до преодоления второй полосы обороны было неправильным. Но ведь, кроме второй полосы, противник еще имел целую систему оборонительных полос включительно до Берлина. В этих условиях рассчитывать на создание благоприятных условий для ввода в прорыв танковых армий не приходилось. Необходимо было усилить удар общевойсковых армий ударом танковых армий, то есть нанести такой мощный удар, чтобы не допустить каких бы то ни было пауз в начале операции. Момент ввода в сражение танковых армий вполне отвечал обстановке. Сила нашего удара вынудила противника ускорить ввод своих резервов и по существу ослабить оборону Берлина. Мы же, введя танковые армии, сохранили в общевойсковых армиях резервы — целые корпуса для борьбы за Берлин в уличных боях и тем самым выиграли темп и стремительность маневра для окружения берлинской группировки противника и захвата самого Берлина.
Кроме того, в сложившейся обстановке ввод в сражение танковых армий ускорил разгром противника на Зееловских высотах. Правда, танковые армии в начале действовали не всем составом. В 12 гв. тк и в 11 тк в боях 16.4 участвовало не более одной бригады.
Я уверенно говорю об этом потому, что лично вынужден был выехать туда 16 числа и видел, что тов. Рослому с большими усилиями удалось заставить танковые части вступить в бой. И как вы знаете Зееловские высоты севернее Зеелова были ночью взяты. Без этого нажима, т. е. без ввода танковых войск в первый день операции, мы бы имели неприятное положение и в смысле потери времени, и в смысле людских потерь в боях за овладение зеелов-ским рубежом. Благодаря вводу в бой 9 тк 2 ТА, нам удалось относительно быстро форсировать Гогенцоллерн-канал — очень сильный водный рубеж. Этот широкий канал (15–20 метров) является продолжение р. Альт-Одер на юг. При форсировании этого канала танки помогли пехоте огнем с места; если бы не было этой лавины танков, которые, буквально выстроившись на вост. берегу этого канала, мощным огнем своих орудий помогали нашей пехоте, а позднее и артиллерии, то операция на этом участке фронта могла бы принять затяжной характер.
В течение 18 и 19.4.45 г., на третий и четвертый день операции, когда наши войска подошли к армейской тыловой оборонительной полосе, немцы предприняли последнюю попытку задержать наступление и ввели в бой последние резервы: 11 мд СС, в районе Претцель против войск 3-й и 5-й ударных армий и 23 мд СС, в районе Мюнхеберг против войск 8-й гв. армии.
Таким образом, все свои резервы противник израсходовал в течение первых четырех дней операции в основном в боях за главную полосу обороны, затем за вторую полосу и частично за тыловую полосу обороны 9-й армии.
Второй особенностью Берлинской операции следует считать искусные маневренные действия войск.
В данном случае в Берлинской операции следует отметить фланговый маневр, имевший целью быстро окружить Берлин, выполненный правым крылом войск фронта, вначале войсками 2 гв. ТА, 3 уд. Айв последующем войсками 47 А. Основная роль в осуществлении этого маневра принадлежит 2 гв. ТА. Я считаю так не потому, что шел со 2 ТА в этот период, а потому, что это действительно соответствует обстановке. Именно 2 гв. ТА своим быстрым броском на Бернау и на Науен создала благоприятную обстановку для наступления 3-й уд. и 47-й армий. Этим я не хочу сказать, что 3-я уд. армия, как тут кто-то выражался, маршировала где-то в тылу. Я только хочу сказать, что лавина танков 2 гв. ТА быстро двигалась вперед, смяла все перед собой, и пехота, используя успех танкистов, сумела не отставать от танков, наступая буквально бегом. Это я лично наблюдал.
Характерными являются бои в районе Претцель. Здесь вводились последние резервы противника и его оборонительные рубежи были наиболее сильно укреплены. Благодаря тому, что целая танковая армия плюс 9-й танковый корпус действовали в полосе 3-й уд. армии (а также и танки НПП), противнику был нанесен сокрушительный удар, несмотря ни на сильную оборону, ни на ввод последних, очень сильных резервов. Брошенные сюда эсэсовские части противника были смяты и противник вынужден был откатиться в течение одной ночи. По сути дела, уже к рассвету наши войска преодолели огромное пространство, продвигаясь буквально на плечах у противника.
Благодаря фланговому маневру правого крыла фронта, удачным действиям 2 гв. ТА и 7-го кавалерийского корпуса — 22.4.45 г., войска 47-й армии, выйдя на меридиан Берлина, форсировали Гогенцоллерн-канал, крупную водную преграду, прикрывавшую Берлинский укрепленный район с северо-запада. К этому времени 2 гв. ТА (двумя корпусами 1 мк и 12 тк) и 3 уд. А главными силами втянулись в уличные бои в северных районах города Берлина.
Я должен здесь остановиться и подчеркнуть следующее: директива командующего фронтом Маршала Советского Союза Жукова к моменту выхода на рубеж Бернау требовала от войск стремительного ночного броска с тем, чтобы как можно быстрее ворваться в Берлин. Мы с командующим 2 гв. ТА маршалом т. Богдановым получили эту директиву, когда уже было темно. Несмотря на незначительное время, оставшееся на подготовку войск к действиям, удалось в течение 2-х часов сорганизовать крупные передовые отряды — усиленные бригады от каждого танкового корпуса, которые и рванулись ночью на Берлин. Если бы этого командующий фронтом не предусмотрел и если бы этого командующий армией, выполняя директиву командующего фронтом, не сделал бы, я глубоко уверен, что и 2 гв. ТА и 3 уд. А задержались бы наверняка на внешнем обводе берлинского УР и вынуждены были бы подтягивать силы и готовиться к серьезному наступлению. Нам это было тем более невыгодно, что местность в районе Берлина затрудняла действия наступающих войск, как вы знаете, там везде проходят «так называемые, берлинские огороды — поля орошения». Все нечистоты Берлина идут на орошение этих полей и действовать здесь пехоте и танкам просто невозможно: все вязнет в эту жижу, в эту грязь. И только большой ночной бросок прямо по дорогам — «нахальный» бросок решил вопрос. Передовые отряды ночью с ходу ворвались в пригороды Берлина. Таким образом, избежали «удовольствия» по-серьезному драться и готовить операцию за внешний обвод Берлина.
Я подробно остановился на 2 гв. ТА, но то же самое сделали и все другие армии. Удар 2 гв. ТА только совместно с ударами 5 уд. А, 8 гв. А, 1 гв. [570] ТА с востока и юго-востока смог нарушить систему обороны противника в городе.
3-я уд. армия по плану операции должна была нанести удар на Шпандау, с целью окружить Берлин с северо-запада. Втянувшись в затяжные уличные бои в северной части Берлина, 3-я уд. армия уже не могла выполнять эту ранее поставленную ей задачу. Командующий фронтом с 22.4.45 г. выполнение задачи по окружению Берлина возложил на 47-ю армию, которая должна была выбросить в юго-западном направлении сильный передовой отряд — одну усиленную сбр и одну усиленную тбр из 9-го гв. танкового корпуса. 23.4.45 г. успех 47-й армии явно определился и ее соединения продвинулись до 20 км. Командующий войсками фронта приказал командующему 47-й армией всеми силами наступать в юго-западном направлении, овладеть Потсдамом и соединиться с войсками 3 гв. ТА 1-го Украинского фронта. В результате стремительного удара войск 47-й армии совместно с 9 гв. тк 2 гв. ТА, в течение 24 и 25.4.45 г. полностью было завершено окружение Берлина и войска 47-й армии в районе Кетцен, Потсдам соединились с войсками 3 гв. ТА и частью сил 4 гв. ТА 1-го Украинского фронта.
Решение командующего фронтом использовать 47-ю армию для окружения Берлина было основано на тщательном анализе оперативной обстановки, сложившейся на втором этапе Берлинской операции. Западнее Берлина противник не имел к этому времени оперативных резервов. Привлечение к обороне 12-й армии генерала Венка, которая оборонялась против союзников по р. Эльба, исключалось, так как армия Венка представляла собой остатки разбитых соединений, которые были частично пленены союзниками, а частично «сковывались» ими в боях. Поэтому командующий фронтом изменил задачу 47-й армии и, взамен продолжения наступления войск 47-й армии, с целью выхода на рубеж р. Эльба, — поставил 47-й армии задачу на окружение Берлина.
Ход боевых действий подтвердил правильность этого решения. Войска 47-й армии, выйдя на западный берег реки Хафель и заняв оборону на рубеже Шпандау, Потсдам фронтом на восток и юго-восток, пресекли попытку Берлинского гарнизона прорваться в зап. направлении и создали условия, при которых берлинский гарнизон был обречен на уничтожение или сдачу в плен.
Заслуживает также внимание и маневр левого крыла войск фронта.
С выходом войск 1-го Украинского фронта в район юго-зап. Люббен и вост. Лукенвальде создавались благоприятные условия для окружения франкфуртско-губенской группировки противника. Командующий фронтом 23.4.45 г. приказал 69-й и 33-й армиям, 2-му гв. кавалерийскому корпусу совершить окружение франкфуртско-губенской группировки во взаимодействии правого крыла 1-го Украинского фронта и, главное, не допустить прорыва этой группировки войск в северо-западном направлении к Берлину. Так как сил и средств левого крыла фронта — 69-й и 33-й армий — было мало для того, чтобы выполнить эту задачу, и 69-я армия, развернувшись фронтом на юг, сильно растянула свои боевые порядки и не могла сомкнуть свой правый фланг с частями 3 гв. ТА (1 УФ), решением командующего фронтом был введен резерв фронта — 3-я армия под командованием генерал-полковника т. Горбатова и этим успешно решилась задача по окружению франкфуртской группировки противника. 25.4.45 г. в р-не Вендиш, Бухгольц были окружены и частично уничтожены, а большей частью пленены, более 74 000 солдат и офицеров, частично уничтожены и захвачены: 1900 орудий и минометов и до 100 танков.
Решение использовать резерв, 3-ю армию для окружения франкфуртско-губенской группировки командующий фронтом принял, исходя из следующей оценки обстановки: 3-я армия сначала должна была быть использована для нанесения удара по Берлину с юго-востока. Этим самым усиливался удар по Берлину и, следовательно, обеспечивались успех и стремительность операции. Но в сложившейся к исходу 22.4.45 г. обстановке такое использование 3 уд. А уже было явно нецелесообразно. Командующий фронтом, усматривая [571] опасность возможного отхода и соединения франкфуртско-губенской группировки противника с гарнизоном Берлина, принял именно такое решение. Если бы это не было сделано, то само собой разумеется, гарнизон Берлина, усиленный регулярными войсками, да еще крепостным франкфуртским управлением УР, имеющим опыт борьбы за населенные пункты, мог бы значительно продлить сопротивление, и следовательно, замедлил бы развитие операции и овладение Берлином. Поэтому командующий фронтом весь свой оперативный резерв — 3-ю армию использовал для окружения франкфуртско-губенской группировки противника и для последующего ее уничтожения.
Маневр в ходе боев за Берлин. Ведя уличные бои в Берлине соединения 3 уд., 5 уд., 8-й гв. армий, 1-й и 2-й гв. танковых армий осуществляли маневр, с целью расчленения общей обороны противника на ряд изолированных друг от друга участков. Армии овладевали отдельными районами города, расчленяя целые части Берлина. Так, войсками 5 уд. А была форсирована р. Шпрее и часть сил 5 уд. А развила наступление вдоль обоих берегов реки по направлению к центру города. Основные силы 3 уд. А сосредоточились на правом фланге (в полосе 79 ск) и усилили свои удары, соединив их с ударами войск 2 гв. ТА. В результате встречными ударами с севера и юга, во взаимодействии с 3 гв. ТА 1 УФ, а также с 8 гв. А и 1 гв. ТА оборона Берлина к 30.4.45 г. была расколота на две изолированные части, благодаря чему оказалась нарушенной вся система обороны центральной части города и это ускорило борьбу за Берлин в предельно короткий срок (для такого крупного города) — всего 10 суток. Можно уверенно сказать, что если бы командующий фронтом не решился на ввод такого крупного количества войск в Берлин, то борьба за Берлин затянулась бы, по-видимому, на очень длительный срок.
Таким образом, в Берлинской наступательной операции, глубина которой являлась не характерной для наступательной фронтовой операции, а особенности пересеченной местности в полосе действий войск не благоприятствовали маневру, маневр все же явился одним из важнейших условий в достижении успеха.
Хочу остановить ваше внимание на некоторых замечаниях по выступлениям отдельных участников конференции. Большинство выступавших товарищей правдиво докладывали о боевой деятельности войск в операции. Однако отдельные товарищи, стремясь показать успешные действия своих частей и соединений, пытались упрекнуть основных докладчиков в некоторой придирчивости и отсутствии объективности. Отдельные товарищи, с этой же целью, пытались свои неудачи на том или ином этапе операции переложить на другие рода войск. Такое «пикирование» одного рода войск с другим неполезно и прибегать к нему не следует.
Генерал-лейтенант Белецкий недостаточно точно изложил воздушную обстановку, указав, что в конце операции активность авиации противника увеличилась. Это недостаточно точно. К этому времени основная масса самолетов противника была уничтожена и потому активность авиации сильно снизилась, а затем и совершенно прекратилась.
Некоторые из выступавших товарищей говорили, что указанные в докладе цифры о захваченных и уничтоженных танках, орудиях, самолетах противника не соответствуют действительности. Сомнение законное (об этом говорил уже т. Телегин). Но, ведь потери противника были выведены по донесениям военных советов армий. Следует учитывать также, что в число уничтоженного и захваченного включено не только то, что было в войсках противника, но и то, что было захвачено в большом количестве на многочисленных заводах и аэродромах, где находились исправные и ремонтируемые орудия, танки и самолеты противника.
Некоторые считают неправильным использование прожекторов в ночной атаке. Я не согласен с теми товарищами, которые отнеслись к этому мероприятию пренебрежительно. Опыт показывает обратное — ночная атака и подсвечивание прожекторов дали, безусловно, положительные результаты. Я не могу согласиться с генералом Бахметьевым, что можно определенное [572] средство применить только один раз. Это, конечно, неправильно. Вопрос заключается во внезапности применения того или иного средства. Одно и то же средство может быть применено не один раз, а много раз. Весь вопрос только в вариантах его тактического использования и во внезапности его применения.
Много говорилось на конференции об использовании танковых армий для боев в крупном городе. Очень трудно дать по этому поводу какой-либо рецепт. Это прежде всего будет зависеть от обстановки. Может быть, придется при самостоятельных действиях танковых армий, если не удастся захватить город с ходу, придавать каждой армии стрелковый корпус, но ведь, кроме пехоты, для боев в городе нужна и артиллерия крупного калибра. Если обстановка не позволит придать танковой армии ни того, ни другого, то в этом случае, чтобы не терять времени на перегруппировку сил и средств усиления, может быть, придется отдельные танковые корпуса придавать общевойсковым армиям. Ясно одно, что использовать танковые армии для самостоятельных действий в затяжных уличных боях невыгодно. Берлин, конечно, исключение. Вы сами понимаете. Мы должны были покончить возможно быстрее с Берлином, должны были не пожалеть любых сил и средств, чтобы добиться захвата Берлина.
У некоторых товарищей были сомнения, что к началу наступательных действий мы не знали ничего о наличии второй позиции и резервах противника. Это неверно. Может быть, мы не имели достаточных данных о системе огня противника, т. е. не на все 100 % вскрыли места пулеметов, орудий ПТО, минометов и артиллерийских батарей. Это, конечно, недостаток, главным образом, войсковой разведки.
Генерал-полковник товарищ Чуйков рекомендовал в своем выступлении сокращать артподготовку до 15 минут путем создания высокой артиллерийской плотности и привлечения двух-трех бригад М-31. Едва ли будет возможно маневрировать системами М-31 в районе столь густых боевых порядков пехоты, танков и артиллерии в исходном для наступления положении. Части М-31 так же, как и вообще артиллерия, заблаговременно будут выводиться и ставиться на огневые позиции. Маневр этими системами, я считаю, будет исключен в первый период операции. Кроме того, следует учесть, что за 15 минут трудно подавить артиллерию противника. Опыт наступления немцев на Курской дуге весьма показателен в этом отношении. Тогда 1 БФ имел сильную артиллерию, и немцы ее во время короткой артподготовки не подавили и успехов в наступлении не имели. Так что с предложением о 15-минутной артподготовке, как правило, следует воздержаться. Я говорю, «как правило», исключение может быть. Обстановка может быть такая, что 15 мин и даже 10 минут будет достаточно.
Генерал-лейтенант Букштынович неправильно называл действия батальонов 14–15.4.45 г. «особыми эшелонами». Это были не «особые эшелоны», это была разведка, выполнявшая свои разведывательные задачи, но разведка очень сильная — крупными силами. Действиями этих батальонов достигалось не только выполнение разведывательных задач, но и удалось ввести противника в заблуждение относительно времени генеральной атаки, как это и было отмечено в докладе.
Генерал-полковник товарищ Катуков, выступая здесь, излил свои обиды на корреспондентов-писателей и на представителей ГШ КА за то, что они мало написали о действиях танкистов в Берлинской операции. Вам, т. Катуков, и вашим танкистам надо самим писать об этом. Кто же за вас писать будет? ГШ КА же не командовал 1 гв. ТА, Вы же командовали. Может быть, товарищ Катуков частично и прав, но ведь рассмотрение этих вопросов не является задачей конференции, так что, я думаю, претензия тов. Катукова на данной конференции неосновательна.
Генерал-лейтенант товарищ Веденеев также выразил обиды на замечания основного докладчика — генерал-полковника т. Малинина о действиях танковых войск в период ввода в бой. Действия танковых корпусов в этот период организованностью не отличались, а поэтому и замечание было совершенно правильным. Я это сам испытал, когда 16 и 17.4.45 г. возился не только с командирами корпусов, но и с командирами бригад — чуть дело не дошло до серьезных вещей.
О непрерывности действий говорили генералы товарищи Кузнецов, Кущев и Переверткин. В этой операции необходимость непрерывных, круглосуточных действий диктовалась условиями обстановки. Тут уже говорил тов. Телегин, что это не новое дело, что мы этим делом занимались и в других операциях. Это, конечно, правильно. В данных условиях обстановка диктовала необходимость применения этих мероприятий, т. к. противник во всей полосе от рубежа р. Одер до Берлина имел глубокую многополосную оборону. Кроме плотных боевых порядков в полосе обороны противник имел на берлинском направлении сильные резервы. В этих условиях при борьбе за одну оборонительную полосу важно было не дать противнику успевать отходить и организовывать оборону на новых рубежах и с этой целью нужно было непрерывно воздействовать на противника авиацией, артиллерией, пехотой и танками. Учитывая все это, следует сказать, что в Берлинской операции обстановка более чем когда-либо требовала непрерывных действий.
Генерал-полковник Чуйков и генерал-лейтенант Рослый говорили о том, какая артиллерия нужна в боях за крупный город. В боях за Берлин принимало участие огромное количество людей и техники. В городе дрались три общевойсковые и две танковые армии, два отдельных танковых корпуса и громадное количество средств усиления. Кроме того, в юго-зап. части города вели бои войска 1-го Украинского фронта. Сплошные развалины кварталов и баррикады на улицах крайне стесняли действия войск. Уже первые бои в Берлине показали необходимость привлечения тяжелой артиллерии, артиллерии большой и особой мощности. Однако нагромождение техники часто не позволяло вывести необходимые тяжелые калибры на огневые позиции. Понадобилось отдать специальное распоряжение о выводе из боевых порядков войск ненужной для боя артиллерии малого калибра, в том числе и 76-мм орудия.
Из этого опыта использования артиллерии в уличных боях города Берлина следует, что тяжелая артиллерия, артиллерия большой и особой мощности совершенно необходима в боях за город. Сплошь и рядом наступление войск задерживалось огнем противника из приспособленных к обороне прочных баррикад и зданий. Орудия легких калибров разбить эти опорные пункты не могли. Движение войск возобновлялось только после того, как артиллерия большой и особой мощности разрушала эти баррикады и здания. Отсюда совершенно ясно, что всю артиллерию легких калибров не следует тянуть с боевыми порядками и в город нужно брать лишь необходимое количество этих калибров и этим избегать загромождения техникой района боевых действий войск.
Многие товарищи говорили о том, что наша авиация в этой операции часто бомбила наши войска. Удары авиации по своим войскам имели место в результате того, что наземные войска плохо себя обозначали, а летчики плохо ориентировались. Отсюда совершенно необходимо сейчас, в мирное время, в порядке боевой подготовки тщательнее отрабатывать вопросы взаимодействия авиации с наземными войсками.
О штурмовых отрядах и группах. Некоторые товарищи в своих выступлениях предлагали отказаться от термина «штурмовая группа», «штурмовой отряд». Другие, не возражая против этих терминов, рекомендовали различный состав этих групп и отрядов. Должен сказать, что создание и действия штурмовых отрядов и групп не следует рассматривать как шаблон, не следует искать в этом вопросе рецепта, годного на все случаи боевой обстановки. В боях за крупнейший город мира Берлин принимали участие полки, дивизии, корпуса, армии. Нельзя представлять себе дело таким образом, что бои ведут только эти выделенные группы и отряды, а главные силы стоят и ничего не делают. Наоборот, и полки, и дивизии, и корпуса, и армии ведут бои всеми силами, сохраняя свою штатную организацию, но в то же время выделяют для действий в определенных направлениях штурмовые группы или штурмовые отряды. Когда это происходит? Я, например, знаю действия штурмовых групп по опыту 5-й ударной армии, в войсках которой я провел, собственно, почти все время боев в Берлине. Например, главные силы полка, наступая, встретили особо сильный опорный пункт противника. Для овладения этим опорным пунктом не требуются силы всего полка; в то же время продолжение наступления всем полком может привести к большим потерям от огня из этого опорного пункта противника. В данном случае целесообразно было выделить штурмовую группу для захвата опорного пункта противника, после чего вновь продолжать наступление всеми силами полка. Таким образом, получается, что наступают роты, батальоны и полки в своей штатной организации, а на ряду с этим выделяются особые штурмовые группы и отряды для выполнения особых частных задач.
Берлинская операция подвела итог 4-летней борьбы с фашистской Германией. Здесь последний раз столкнулись наша советская сталинская стратегия с авантюристической гитлеровской стратегией. Уместно поэтому сравнить две битвы за столицы — за Москву и за Берлин.
В ноябре 1941 г. враг стоял у ворот Москвы. Гитлер уже назначил «парад победителей» в Москве. Москву уже было видно противнику в бинокль. Фашистские войска готовились к нанесению «последнего удара и считали, что со взятием Москвы Советский Союз вынужден будет безоговорочно сдаться на милость «победителям».
В апреле 1945 г. войска Красной Армии занимали позиции на рубеже р. Одер, имея плацдармы на западном берегу реки. Берлина в бинокль не было видно, но войска 1-го Белорусского фронта готовились к нанесению последнего удара. Верховный Главнокомандующий Красной Армии знал, а вместе с ним знала вся Красная Армия и весь Советский Союз, что с падением Берлина враг будет окончательно разбит и безоговорочно капитулирует.
Замысел фашистского гитлеровского командования в битве за Москву заключался в нанесении двух сильных глубоких ударов на флангах в обход Москвы с целью двухстороннего оперативного охвата и окружения Москвы. Этот план игнорировал силу, противостоящую немцам, — группировку войск Красной Армии Западного фронта, и в то же время шаблонный план войны и «двойных клещей» был ясен для Верховного Главнокомандования Красной Армии.
Замысел наступления на Берлин выделялся своей четкостью и устремленностью и реальной оценкой обстановки и сил противника. Тут не было шаблона, как Вы видите. Враг был лишен свободы маневра; его резервы были скованы и его силы были рассредоточены на широком фронте около 275 км, считая протяжение фронта от Балтийского моря до района Шведт, где действовали войска 2-го Белорусского фронта, а также фронт, занимаемый войсками 1-го Украинского фронта.
Для наступления на Москву немецкое командование использовало основные свои лучшие силы, в том числе более 2/з танковых сил.
Для наступления на Берлин Верховный Главнокомандующий Генералиссимус тов. Сталин только 1-му Белорусскому фронту дал девять армий общевойсковых, две танковые армии, одну воздушную армию, два кав. корпуса — всего было свыше 700 000 чел., свыше 3000 самолетов, свыше 3000 танков и СУ и около 17 000 орудий.
В обоих случаях обе стороны создали на подступах к своим столицам глубоко эшелонированную, сильную укрепленную оборону. В обеих битвах была высока степень напряженности боевых действий и крайняя решимость обеих сторон.
Защищая свою Родину, столицу Москву, каждый боец Красной Армии знал, что ведет справедливую освободительную войну за свободу и независимость своего Отечества. Эта возвышенная цель войны вдохновляла Красную Армию на подвиги и рождала тысячи героев и героинь, готовых идти на смерть ради свободы своей Родины. В сражении за Берлин немцы дрались с отчаянием смертников, продолжающих вести грабительскую, захватническую войну против свободы, против демократии — войну империалистическую. [575] И когда отступать было уже некуда, стали сдаваться тысячами в плен, так как моральное состояние войск в самый решающий момент не может поддерживаться целями ограбления и угнетения других народов.
Немецкое наступление на Москву окончилось позорным поражением противника.
Наша битва за Берлин вошла в историю войн как одна из самых ярких страниц побед Красной Армии.
Битва за Берлин — это финальное сражение Отечественной войны, и поэтому в этой последней операции с такой яркостью сказалась вся сила единого и целеустремленного руководства великого тов. Сталина.
Безукоризненное четкое взаимодействие фронтов осуществлялось благодаря его искусному руководству. Четкая целеустремленность, выбор направления главного удара, распределение сил и средств, правильный анализ замысла врага, применение различных оперативных форм, даже такая мелочь, как установление разграничительной линии между войсками 1-го Белорусского фронта и 1-го Украинского фронта, в начале операции только до Люббена, а в дальнейшем — до Берлина. Это гениальное предвидение возможности развития Берлинской операции привело к разгрому последнего очага вооруженного сопротивления и капитуляции фашистских вооруженных сил гитлеровской Германии.
Текст стенограммы со звукозаписью сверен.
Начальник отдела использования опыта войны
оперуправления штаба ГСОВ в Германии полковник Утин
ЦАМО РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 805. Л. 366–393. Подлинник.
II. Материалы конференции высшего командного состава Центральной группы войск по обсуждению опыта участия войск 1-го Украинского фронта в берлинской операции
(Февраль 1946 г.)
№ 303. Из доклада начальника штаба Центральной группы войск генерал-полковника Г. К. Маландина
Вступление
1. Берлинская операция Красной Армии по существу является завершающим этапом Великой Отечественной войны и поэтому представляет особый интерес и историческую ценность.
2. Эта операция интересна также своим оперативно-тактическим содержанием. Она дает ряд чрезвычайно поучительных примеров:
стратегического и оперативного взаимодействия крупных вооруженных сил;
организации прорыва укрепленных полос противника с преодолением водных преград, методов и способов оперативного окружения и перерастания его в тактическое окружение;
организации и тактики борьбы в крупных населенных пунктах;
действий с перевернутым фронтом одновременной борьбы на широком фронте и большой глубине;
искусных рокировок в ходе операции.
Общестратегическая и оперативная обстановка перед Берлинской операцией.
1. В результате зимней кампании 1945 года Красная Армия овладела значительной территорией Германии и вышла на рр. Одер и Нейсе. На юге бои шли на территории Австрии и Югославии.
2. Войска союзников, воспользовавшись переброской значительных немецких сил с Западного на Восточный фронт, в марте 1945 года перешли в наступление, форсировали р. Рейн, прорвали «линию Зигфрида» и, не встречая серьезного сопротивления, продвигались к Берлину икр. Эльба.
3. Если перед фронтом союзников немецкое командование не стремилось оказать серьезного сопротивления, то перед фронтом Красной Армии оно принимало все меры к тому, чтобы удержать линию фронта на рр. Одер и Нейсе и не допустить Красную Армию в глубь Германии и особенно к Берлину.
Из 179 пехотных и кавалерийских и 39 танковых и моторизованных дивизий немецкой армии — 137 дивизий находились перед Красной Армией (в том числе пехотных — 104, кавалерийских — 1, танковых — 24 и моторизованных — 8). Кроме того, лихорадочно создавались резервы путем восстановления ранее разбитых дивизий и фольксштурма.
4. На Берлинском направлении были подготовлены сильные оборонительные рубежи по рр. Одер, Нейсе и Шпрее; кроме того, непосредственно Берлин прикрывался тремя оборонительными обводами с водной преградой — канал Тельтов.
5. В этой обстановке было необходимо для завершения войны взять Берлин и взять его раньше, чем это успеют сделать союзники, чтобы создать для нашей Родины наиболее выгодную политическую послевоенную ситуацию.
Выполнение этой важнейшей и почетной задачи Ставка Верховного Главнокомандования возложила на войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов.
Обстановка на 1-м Украинском фронте на 1 апреля 1945 г.
1. К 1 апреля 1945 года войска 1-го Украинского фронта состояли из восьми общевойсковых армий, всего 69 сд, двух танковых армий, одной воздушной армии, трех танковых и одного механизированного корпусов, одного кавалерийского корпуса, семи артиллерийских дивизий прорыва, одиннадцати иптабр, десяти отдельных танковых полков, двадцати двух самоходных артполков и десяти инженерно-саперных бригад.
[…}
Назначенные в состав фронта 28 и 31 А запаздывали прибытием к началу операции.
2. Войскам фронта противостояли 4-я танковая и 17-я армии немцев, входившие в группу войск «Митте».
Эти армии имели:
пд — 25
тд — 6
мд — 2
пбр — 1
отп — 1
отбр — 2
саперных бригад — 2
зенитных дивизий — 2
до 1200 минометов, 2500 орудий, около 540 танков и СУ, более 1000 самолетов, до 100 отдельных полков, групп и батальонов, что в целом еще давало до 17 пд (с учетом отд. полков, боевых групп, батальонов, всего до 55 дивизий).
Таким образом, общее соотношение сил на 1-м Украинском фронте выражалось: против наших 69 сд, 10 танковых и мехкорпусов (2000 танков), одного кк, 7500 орудий, 6000 минометов противник имел 28–30 пд, 8 танк, и мд, 2500 орудий, до 1200 минометов и около 600 танков.
К этому надо учесть, что части противника были значительно пополнены [577] и в расчет соотношения сил не вошли фольксштурм и войска, непосредственно оборонявшие Берлин.
3. Группировка противника к началу операции показана на карте № 2-а.
Противник, подготавливаясь к наступлению К А, создавал резервы: в районе Герлиц сильную танковую группировку путем переброски из района Берлина 10 тд СС, из Троппау — тд «Охрана фюрера» и из Нейсе — тд «Герман Геринг» и на линии Шпрее — 21 до 20 тд.
4. Театр военных действий в полосе войск 1 уф имел следующие характерные особенности:
а) наличие столицы Германии — Берлина;
б) обилие лесных массивов;
в) наличие таких водных рубежей, как реки Нейсе, Шпрее, Эльба и канал Тельтов;
г) густая сеть населенных пунктов с каменными постройками;
д) развитая сеть шоссейных и железных дорог, при наличии мелиоративных и гидротехнических сооружений. Все это в целом создавало выгодные условия для обороны и трудности для наступления.
Задача 1-го Украинского фронта и решение комфронта.
Для разгрома основных сил противника и овладения столицей Германии — Берлином, — по директиве Ставки Верховного Главнокомандования, 1-й Белорусский фронт должен был нанести удар с р. Одер на Берлин с востока и северо-востока.
Войска 1 УФ имели задачу нанести удар в двух направлениях:
а) основной — из района Трибель в общем направлении на Шпремберг, Бельциг;
б) вспомогательный — для обеспечения главной группировки, из района зап. Кольфурт в общем направлении Бауцен, Дрезден с целью разгромить группировку противника в районе Коттбус и южнее Берлина и на 12-й день операции выйти на рубеж Беелитц, Виттенберг и далее по р. Эльба до Дрездена. В дальнейшем, после овладения Берлином, иметь в виду наступать на Лейпциг.
На основе тщательного изучения задачи обстановки, маршал Советского Союза тов. Конев правильно определил, что выполнение этой задачи требует не допустить отхода основных сил противника к Берлину, чтобы создать выгодные условия для захвата Берлина, что решение задачи требует тесного взаимодействия с войсками 1-го Белорусского фронта и высоких темпов наступления для упреждения союзников.
Выполнение этих требований достигалось:
а) окружением и уничтожением коттбусско-берлинской группировки противника к востоку от Берлина;
б) рассечением всего стратегического фронта противника путем соединения с войсками союзников, тем самым достигалась изоляция Берлина от всех южных группировок противника;
в) тщательно организованным прорывом и в последующем быстрыми и смелыми действиями, особенно подвижных войск;
г) необходимостью содействовать 1-му Белорусскому фронту частью сил по овладению Берлином.
С выполнением задачи Ставки создавались благоприятные условия для последующих действий по освобождению Чехословакии и ее столицы — Праги.
Решение комфронта.
Маршал решил, не ожидая прибытия 28 и 31 А, сосредоточить основные силы на ударном направлении, прикрыв весь остальной фронт жесткой обороной незначительных сил.
Прорвав оборону противника на фронте 35–40 км и развивая успех подвижными войсками, на пятый день операции выйти в тыл коттбусско-берлинской группировки противника, изолировать ее от Берлина и, частью сил ворвавшись в Берлин, соединиться с войсками 1-го Белорусского фронта.
Для выполнения этого замысла привлечь пять общевойсковых армий, две [578] танковые армии, воздушную армию, три танковые, один механизированный и один кавлерийский корпус и основную массу артиллерии.
Главный удар из района Трибель нанести на фронте 24 км (иск.) Форст-Мускау в общем направлении Шпремберг, Бельциг тремя общевойсковыми армиями — 3 гв., 13 и 5 гв. (27 сд), двумя танковыми армиями — 3 гв. и 4 гв., 25 и 4 тк.
Вспомогательный удар нанести из района зап. Кольфурт на фронте 12 км Ротенбург (иск.), Пенцих в общем направлении Бауцен, Дрезден — смежными флангами 2-й Польской и 52-й армий (5 сд), с развитием их успеха 1-м польским танковым, 7 гв. механизированным и 1 гв. кавалерийским корпусами. Остальной фронт до 350 км оборонять силами 26 сд 6-й армии (семь сд) блокировать окруженную группировку противника в Бреслау.
Армиям придать:
3 гв. А — 25 тк, три инженерных и два понтонных батальона, 5 гв. А — гв. тк, четыре инженерных и два понт. батальона, 52 А — 7 мк, три инженерных и один понтонный батальон, 2 ПА — 1 польский тк, два инженерных и один понт. батальон, 13 А — три инженерных и один понтонный батальон.
Ударным группировкам поставить задачу:
прорвать оборону противника на всю ее тактическую глубину и к исходу первого дня операции выйти на линию:
в полосе главной группировки Древиц, Вейсвассер;
в полосе вспомогательной группировки — Ротенбург, Ниски, Лангенау;
вводом подвижных войск в первый день операции, завершить прорыв обороны противника и, развивая наступление, не дать ему возможности занять подготовленный рубеж по р. Шпрее. В дальнейшем, энергично действуя подвижными войсками, дезорганизовать противника и ворваться в Берлин с юга, где соединиться с войсками 1-го Белорусского фронта, замкнув кольцо окружения коттбусс-берлинской группировки противника.
7. Боевой порядок предусмотреть:
а) во фронтовом резерве иметь подходящие 28 и 31 А, сосредоточив их к 26.4 в районах: 28 А — Тушенталь, Карлсвильден, Нойвальден; 31 А — в Вальдехаус, Вальтередорф, Зильтер;
б) в 13 и 5 гв. А иметь по одному ск во втором эшелоне, все остальные армии иметь в одном эшелоне. При организации прорыва выделить сильные группы танков НПП из расчета не менее 10 единиц на 1 километр фронта.
Форсирование р. Нейсе и прорыв главной оборонительной полосы противника.
1. 16 апреля 1945 года началось генеральное наступление войск 1-го Украинского фронта.
Этому наступлению предшествовали в ночь с 15 на 16 апреля, действия разведотрядов каждой дивизии первого эшелона с задачей: обеспечить плацдарм на западном берегу реки Нейсе и окончательно доразведать оборонительную систему противника.
В результате действий этих отрядов было захвачено пять плацдармов в полосах 13, 5 гв. и 2-й польской армий. Данные о группировке противника полностью подтвердились.
2. В 6.15 16.4 началась артподготовка. Ее своеобразие заключалось в том, что она как бы делилась на две части: на артподготовку форсирования р. Нейсе и на артподготовку по прорыву обороны противника на всю ее тактическую глубину. Наличие у противника перед передним краем водной преграды потребовало иного построения графика артнаступления, чем, например, в Сандомирской операции. (Организацию артнаступления и группировку артиллерии подробно доложит генерал-полковник Варенцов.)
С последними залпами огневого налета артподготовки была поднята дымовая завеса на широком фронте продолжительностью в один час.
Артиллерия переключилась на сопровождение по форсированию реки.
3. В 6.55 под прикрытием артиллерийского огня, дымов и массированных ударов авиации войска ударной группы фронта начали форсирование р. Нейсе. Организация форсирования была такова:
головной эшелон — одна рота от каждого штурмового батальона — форсировал реку на лодках ЛДП. Тяжелая матчасть этих рот переправлялась на паромах из двух лодок А-3…
Под прикрытием этих рот были быстро наведены: для пехоты штурмовые мостики, для тяжелой матчасти — паромы, для танков НПП оборудованы специальные переправы; в некоторых случаях танки форсировали реку вброд. Весь процесс переправы атакующих войск 1-го эшелона был рассчитан и выполнен в течение 60 минут.
4. После форсирования реки первым эшелоном началась вторая часть артиллерийской подготовки на всю тактическую глубину обороны противника. В процессе этой артподготовки пехота выдвигалась на исходные рубежи атаки.
5. Перешедшие в атаку войска ударной группы фронта прорвали главную полосу обороны противника на участке Форст, Мускау протяжением 24 км и на левом крыле на участке Ротенбург, Пенцих протяжением 12 км.
С целью быстрого завершения прорыва, комфронтом ввел передовые танковые бригады 3 и 4 гв. ТА в первый день боя:
в полосе 3-й гв. армии — 25 тк и 52 тбр 6 гв. тк 3 гв., ТА;
в полосе 13-й армии — две бригады 10 гв. тк 4 гв. ТА и 56 тбр 7 гв. тк 3 гв. ТА;
в полосе 5-й гв. армии — 4 гв. тк;
в полосе 2-й польской армии — 16 отбр.
6. Преодолевая яростное сопротивление противника, ударные группы фронта за первый день боя углубились в оборону противника от 8 до 12 км. К исходу 16.4 положение войск фронта было следующим:
правое крыло — Форст, Зиммерсдорф, Гросс-Кельциг, Деберн, Мускау, Кеула, Загар;
левое крыло — Ротенбург, Горка, Моккенхайн, Гросс-Крауша, Подель, Пенцих, Лангенау.
Артиллерия сопровождения неотступно следовала в боевых порядках пехоты, артиллерия поддержки переходила на ОП на западном берегу р. Нейсе.
Подвижные войска:
25 тк в боевых порядках пехоты вел бой южнее Форст;
3 гв. ТА — двумя бригадами вела бой в боевых порядках 3 гв. и 13-й армий; 6 и 7 гв. тк — сосредоточились севернее и южнее Преше; 9 мк — переправлялся через р. Нейсе в районе Клеин-Бадемейзель;
4 гв. ТА — двумя бригадами вела бой в боевых порядках 13-й армии, 6 гв. мк сосредоточился северо-западнее Кебельн и 5 гв. мк переправлялся в районе Мускау;
4 гв. так — в боевых порядках 5-й гв. армии, вел бой в районе Тешернитц;
1 тк — был сосредоточен в районе леса юго-восточнее Геге;
7 гв. мк выходил к переправам в районе Енкендорф;
1 кк был готов для ввода в прорыв юж. Бихайн.
Авиация обеспечивала успех методом сосредоточенных ударов с непрерывным эшелонированием. Основные усилия авиации были сосредоточены в полосах 3-й гв. и 5-й гв. армий.
7. В этот день оперативные резервы противника еще не были введены в бой, но подтягивались в районы восточнее р. Шпрее с тем, чтобы с утра 17.4 ударами по всему фронту или восстановить положение или вывести разбитые части на подготовленный рубеж р. Шпрее для организации нового сопротивления. […]
В течение дня было отбито до 12 контратак, но уже в первой же половине дня был установлен отход противника за р. Шпрее на заранее подготовленный рубеж.
8. Исходя из сложившейся обстановки и учитывая, что 1-й Белорусский фронт в первые дни имел ограниченный успех, командующий войсками фронта отдал приказ: [580]
«Стремительно развивать наступление и сходу, на плечах противника ночью 17.4.45 форсировать р. Шпрее, не дав противнику закрепиться на рубеже р. Шпрее».
Одновременно маршал, используя достигнутые успехи, приказал развивать успех: 3 ТА в направлении Фетшау, Барут Тельтов, юж. окраина Берлина с задачами — 21.4 ворваться в Берлин и 4 ТА — в направлении Калау, Дукенвальде и 21.4 овладеть Потсдамом. Эти подвижные силы фронта поворачивались к северу с конкретной задачей действий на Берлин и в тыл противостоящей 1-му Бел. фронту группировки противника.
[…]
Окружение и уничтожение коттбус-берлинской группировки противника.
1. В то время как велись бои по уничтожению шпрембергской группировки противника и отражались атаки противника на левом крыле, главные силы фронта и особенно подвижные войска энергично продвигались вперед к Берлину и 22.4 вышли на рубеж:
3 гв. А — Гросс-Гастрозе, Хорно, Фетшау.
13-я армия — Хейнсдорф, Верхау и вела бои за Виртенберг.
3 гв. ТА ворвалась на южную окраину Берлина и вела бои за Ланквиц и Тельтов.
4 гв. ТА — Морпесисмоле, Альтеслагерь.
23-я армия, наступая на 3 гв. А, головной 61 сд уже втянулась в бой за Ланквиц, остальные силы армии на автомашинах спешили к Берлину.
2. К этому же времени войска 1-го Белорусского фронта вышли на рубеж Шипдов, сев. окр. Берлина — Кагель, Аренсдорф Форстенберг и далее по восточному берегу р. Нейсе.
3. Коттбус-берлинская группировка противника 9-й и 4-й танковых армий, в составе двенадцати пд, двух тд, двух мд, восьми бригад, двух-трех-пяти отдельных артполков и до шестидесяти батальонов, в общем до 150 000 бойцов и 2000 орудий, а продолжала бои в районе Коттбус, потеряв понимание оперативной обстановки вследствие исключительно энергичных действий наших войск.
4. Таким образом, создались условия для полного окружения коттбус-берлинской группировки противника. Для осуществления этого маршал Конев правильно определил, что противник, когда опомнится, будет искать выход в западном направлении, чтобы прорваться к Берлину или на Эльбу, и решил создать надежные преграды этой попытке противника и, не допустив выхода, уничтожить ее совместно с частями 1-го Белорусского фронта в лесах сев. — зап. Коттбус.
5. Для осуществления этого маршал приказал:
3 гв. А дивизиями первого эшелона наступать с юга и с запада в направлении Монхегоф. Дивизиям второго эшелона (149 и 253) занять оборону на рубеже Терпт, Торнов.
28 А тремя дивизиями второго эшелона (96, 50 и 54) занять оборону Дорнсвальде, Роделанд, Яхцен-брюк. 55 сд быть в Цоссен.
13 А 395 сд занять оборону Гольсен, Барут, 117 гв. сд вост. Луккенваль-де и 280 сд быть в Ютербог.
Остальным силам фронта продолжать выполнение поставленных задач.
6. Дальнейший ход событий развивался в такой последовательности:
24.4–3 гв. ТА овладела Бонсдорф и соединилась с войсками 1-го Белорусского фронта. Оперативное окружение 9 и 4 ТА немцев было завершено.
4 гв. ТА с 350 сд 13 А дрались за Бранденбург.
5 гв. А вышла на р. Эльба и соединилась с американцами; фронт немцев был разрезан.
7. 26.4 окруженная группировка противника сделала первую попытку выйти из окружения на запад, но эта попытка была отбита частями 28 А.
Противник потерял только пленными до 5000 человек.
К 27.4 в соответствии с приказом маршала, части заняли указанные им рубежи на путях возможного отхода противника, 3 гв. А и части 1-го Белорусского фронта продолжали сжимать кольцо окружения. [581]
8. 28.4 окруженный противник, прикрываясь двумя корпусами с севера, востока и юга повел сильную атаку 5 ак на Хальбе, но атака была отбита — 5 гв. А, противник потерял только пленными 3000 человек.
В ночь на 29.4 противник силами до 10 000 пехоты с 40 танками, бросив транспорт в лесах, вторично атаковал на Хальбе и овладел им, прорвав первую линию обороны. Используя успех, противник сосредоточил до 45 000 человек, прорвал вторую линию обороны и вышел в район Куммерсдорф, стремясь на соединение с 12 А, наступающей с запада.
30.4 этой группе противника удалось овладеть Куммерсдорфом, но перешедшая в контратаку 117 гв. сд отбросила противника. Одновременно части 28 гв. А активными действиями начали сжимать противника, втиснувшегося в 25-км клин.
1.5 частные успехи этой группы противника у Лукенвальде силами 13 А и 5 мк 4 ТА и отдельными бригадами были ликвидированы и противник, зажатый 28, 3 гв. и 13 А в районе к востоку и к северо-западу от Лукенвальде, был окончательно разгромлен.
9. В результате этих боев была разгромлена основная группировка противника (9 и 4 ТА) в 150 000 человек, из них уничтожено 37 000 солдат и офицеров, 196 танков, 130 транспортеров, 600 орудий и до 2000 автомашин.
Захвачено: пленных 77 000, танков до 200, орудий 750, автомашин 7500, складов 112, паровозов 111, вагонов 2500.
10. Уничтожение этой группировки противника имело огромное значение для быстрого овладения Берлином.
11. Эта операция по окружению и уничтожению коттбус-берлинской группировки противника учит нас:
1) Как на основе складывающейся оперативной обстановки можно и надо заранее предвидеть выгодное использование этой обстановки для решительных целей и служит примером твердости проведения намеченного оперативного плана в жизнь, несмотря на ряд тактических трудностей, которые встречаются на пути выполнения этого плана.
2) Этот пример окружения противника дает пример методов и способа осуществления оперативного окружения крупных сил противника и перерастания оперативного окружения в тактическое.
3) Этот пример показывает, что для осуществления разгрома окруженного противника, необходимо лишить его свободы действий, инициативы, что достигается только активностью окруженных войск.
4) Действия окруженных войск должны быть обеспечены извне, в противном случае окружающие силы могут оказаться сами в окружении.
5) Всякое окружение требует высоких темпов действий войск, выходящих в тыл противника, эти темпы должны быть или выше темпов отходящего противника, или намеченная к окружению группа противника должна быть связана высокой активностью войск с фронта (обманута).
6) И, наконец, в окружении этой группы противника показано исключительное мастерство быстроты и смелости рокировок войск (13 А, 4 ТА) и блестящий автомобильный маневр частей 28 А.
Штурм Берлина
1. Штурм Берлина 3 гв. ТА, 4 гв. ТА с 350 сд и 28 А во взаимодействии с 1-м Белорусским фронтом продолжался восемь дней: с 24.4 по 2.5.45 года.
2. Выполняя приказ комфронта, подвижные войска исключительно быстрыми темпами, преодолев все препятствия, вышли к Берлину и 24.4 овладели:
3 гв. ТА с 10 ак прорыва — Борисдорф и соединилась с войсками 1-го Белорусского фронта;
4 гв. ТА с 350 сд — Потсдам и соединилась с войсками 1-го Белорусского фронта; Берлин был окружен. Отходящие с запада части 12 А немцев были отрезаны от Берлина.
К этому времени союзные войска только кое-где переправились через р. Эльба; взятие ими Берлина было уже исключено. С этого времени разгран-линия в Берлине между 1-м Белорусским и 1-м Украинским фронтом была определена: Темпельхоф, Виктор-Луце, Плац Шарлотенбург, ст. Рулебен. [582]
Противник для обороны Берлина привлек весь гарнизон Берлина, а также части с западного фронта, всего — до 150 000 чел.
3. Преодолевая упорное сопротивление противника, баррикады на улицах, штурмуя каждый дом и форсируя каналы, подвижные войска 1-го Украинского фронта овладели до /з Берлина, взяв в плен более 70 000 солдат и офицеров немецкой армии.
Положение по дням, направление действий 3 и 4 ТА и 28 А указано на карте-плане.
4. Бои за Берлин выработали новую тактику действий войск. Основные положения этой тактики таковы:
а) каждому батальону или роте давалась одна или две улицы. Батальон усиливался взводом саперов, ротой танков, батареей 122-мм СУ, двумя-тремя батареями 76-мм орудий, батареей 152-мм орудий, взводом РС, М-13 и М-31, взводом огнеметчиков и пулеметами ДШК;
б) при наступлении батальона по одной улице одна рота получала задачу очистки домов одной стороны улицы, другая — другой, третья рота шла в резерве;
в) каждая рота выделяла штурмовые группы, смешанные из пехоты, с огнеметами, танками и орудиями;
г) тактика действий рот была различной: в одних случаях пехота продвигалась вперед, а танки поддерживали ее огнем и разрушали вскрываемые очаги сопротивления, в другом случае, особенно если в основе действий танковый бой, танки с десантом на больших скоростях делают броски до перекрестка или площади и, закрепившись, ведут бой;
д) действия батальонов должны поддерживаться артиллерией ПП и минометами, особенно — 160-мм. Как показывает опыт, для подавления сильных очагов сопротивления, необходимо применять массированный огонь артиллерии мощных калибров.
5. После занятия рейхстага, основных районов Берлина и ликвидации коттбус-берлинской группы противника, в ночь на 1.5 немецкому гарнизону было предложено капитулировать.
В 5.00 1.5 представители командования 1-го Белорусского, 1-го Украинского фронтов и начальник генерального штаба сухопутных войск немцев генерал Кребс — собрались на КП генерала Чуйкова.
2.5 капитуляция гарнизоном Берлина была принята.
6. Подробно о тактике действий при штурме Берлина танков и артиллерии доложат генерал-полковник Новиков и генерал-полковник Варенцев, поэтому я останавливаюсь только на основных причинах быстрого взятия Берлина:
Быстрому и успешному овладению Берлином содействовали следующие оперативные факторы:
1) Уничтожение коттбус-берлинской группы противника и изоляция Берлина с запада, юга и севера.
2) Умело применяемая тактика действий по штурму Берлина.
3) Массированное применение авиации и артиллерии по уничтожению основных очагов сопротивления противника.
4) Четко организованное взаимодействие двух фронтов.
Общие выводы:
1. Берлинская операция характерна как операция завершения разгрома немцев.
2. Эта операция является выражением гениальности замысла Верховного Главнокомандующего Генералиссимуса тов. Сталина, суть этого замысла заключается в нанесении глубоких, охватывающих главную группировку противника, ударов, которые всей мощью своих клещей сходились у Берлина.
Расчет был точен и реален.
3. Эта операция дает образцы метода и способов различного масштаба окружений: стратегического — операция двух фронтов в целом (оперативного окружения коттбусской группы) и тактического (окружение шпренбергской группы).
4. Эта операция дает пример смелых перегруппировок в исходном положении и в ходе операции, а также учит, как надо парировать удары противника малыми силами, не отрывая сил в ущерб достижения главной цели.
5. Берлинская операция — образец предвидения и воли командующего в достижении поставленной цели.
ЦАМО РФ. Ф. ЦГВ. Оп. 70500. Д. 1. Л. 8— 13, 21–36. Подлинник.
№ 304. Из доклада начальника политического управления Центральной группы войск генерал-лейтенанта С. Ф. Галаджева
Разгром берлинской группировки немецких войск и взятие Берлина — если иметь в виду последствия этого события для развития послевоенных международных отношений — является величайшим военным и политическим событием в мировой истории. Эта крупнейшая и решающая боевая операция Красной Армии, разработанная Верховным Главнокомандующим Вооруженных Сил Советского Союза Генералиссимусом товарищем Сталиным, блестяще была осуществлена войсками 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов, причем, осуществлена в кратчайший срок — с 16 апреля по 2 мая 1945 года.
Третий раз в истории русского народа русские войска с боями вступили в Берлин. Но то, что было в 1760 и в 1813 годах не может идти в сравнение с событиями весны 1945 г. На этот, третий раз русские войска, войска Красной Армии, нанесли такой удар по Берлину, после которого фашистская Германия развалилась как государство.
Падение Берлина окончательно предрешило исход войны, ее конец. С падением Берлина и с выходом войск 1-го Украинского на реку Эльба и соединением с войсками союзников наступил по существу, как указывал товарищ Сталин, конец гитлеровской Германии. Красной Армии оставалось доколачивать, хотя довольно крупные, но разрозненные и лишенные единого руководства и нормального снабжения, группы немецких войск. Прошла одна только неделя, и враг вынужден был окончательно капитулировать, капитулировать в первую очередь перед советским оружием.
Разгром берлинской группировки немецких войск и взятие Берлина в такие короткие сроки, при отсутствии достаточного времени в распоряжении войск на подготовку к такой крупной и ответственной операции было чрезвычайно трудным и весьма сложным делом. Выигрышем этой исторической битвы мы обязаны, в первую очередь, гениальному руководству нашего Верховного Главнокомандующего Советского Союза товарища Сталина, который не только дал замысел этой операции, но лично координировал действия двух решающих фронтов при осуществлении этой операции.
Выполняя гениальный план товарища Сталина, бойцы, офицеры и генералы под опытным — руководством прославленных Маршалов Советского Союза товарищей Жукова и Конева вновь продемонстрировали перед миром непревзойденное до сих пор боевое мастерство воинов Красной Армии, исключительно высокий наступательный порыв, массовый героизм и благодарное самопожертвование во имя полной и быстрой победы над врагом во славу Советской Родины.
В обеспечении усйеха этой завершающей операции немалая роль, как и в прошлых операциях, принадлежит партийным организациям и политорга-нам 1-го Украинского фронта. Неутомимая, многогранная работа политорганов, коммунистов и комсомольцев фронта по политическому воспитанию личного состава обеспечила небывалое единство и сплоченность воинов фронта вокруг большевистской партии, вокруг вождя и полководца товарища Сталина. Политорганы соединений, партийные и комсомольские организации частей оказали большую помощь командованию частей и соединений, не только в морально-политической подготовке личного состава, но и в деле повышения боевого мастерства бойцов и офицеров, в деле подготовки их к искусному выполнению своего воинского долга на поле боя.
Говоря о роли политорганов соединений и партполитаппарата частей 1-го Украинского фронта в политическом обеспечении подготовки и проведении Берлинской операции необходимо иметь в виду, что в этой операции полит-органы соединений и партполитаппарат частей выступали уже умудренные всей предшествующей боевой историей, не только искусством морально-политической подготовки масс, но, что важно отметить, и с большим умением политически обеспечивать успех крупной наступательной операции и с точки зрения постановки и решения военных задач, умением конкретно откликнуться в политработе на все стороны боевой работы войск, как в период подготовки наступательной операции, так и в ходе развития самой операции.
В период Берлинской операции я был начальником политуправления 1-го Белорусского фронта. Не будучи достаточно полно знаком во всех деталях с работой политорганов 1-го Украинского фронта, я вынужден для полноты характеристики политического обеспечения Берлинской операции, политического обеспечения различных участков боевых действий войск, часто прибегать к примерам из практики работы политорганов 1-го Белорусского фронта как в период подготовки, так и в период осуществления Берлинской операции.
Обстановка
В политическом обеспечении Берлинской операции политорганам фронта приходилось исходить не только из накопленного опыта прошлых операций, но и строить свою работу в соответствии со своеобразием обстановки, которая сложилась к этому моменту. Обстановка для политической работы характеризуется в двух направлениях:
Во-первых, обстановка характеризовалась трудностями, характерными для этой операции:
а) Время на подготовку давалось немного меньше, чем политорганы располагали, готовя прошлые крупные наступательные операции. Приходилось форсировать начало операции, чтобы первыми ворваться в Берлин, так как было ясно не только для наших генералов, но и для многих бывалых бойцов, что немцы предпочтут капитулировать перед войсками наших союзников. Это обстоятельство накладывало большой отпечаток как на характер нашей политической работы, так и на темпы подготовки политсостава и всего личного состава;
б) битва за Берлин справедливо расценивалась как завершающая операция и поэтому особо ответственная операция. Это означало, что, торопясь с началом операции, мы не могли рисковать качеством этой операции, речь шла, как и в первом случае, о престиже не только фронта, но и всей Красной Армии. Это также накладывало свой отпечаток на весь характер работы политорганов, ставивших перед собой одной из основных задач — политическое обеспечение высокого качества и безусловного успеха операции;
в) необходимо было предупредить проявления в войсках беспечности, настроений шапкозакидательства, связанных с недооценкой сил противника, и с другой стороны — угрозы падения дисциплины, связанной с богатыми трофеями, которые впереди ожидали войска;
г) необходимость учета своеобразия театра предстоящих боевых действий (густая сеть лесов, рек, каналов, зданий, могущих быть заранее противником подготовленными в опорные пункты) и ограниченность времени для популяризации в войсках опыта боев в этих своеобразных условиях.
Во-вторых — и это, на мой взгляд, более существенно. Обстановка в период начала Берлинской операции характерна для войск целым рядом весьма благоприятных условий, которых наши войска не имели ни перед одной другой крупной операцией в прошлом:
а) я имею в виду, во-первых, исключительную популярность в войсках призыва товарища Сталина: «Добить фашистского зверя в его собственном логове и водрузить Знамя Победы над Берлином!» Впереди был Берлин — мечта каждого советского воина, кто в течение 4-х лет дрался с немцами;
б) сознание и гордость у личного состава тем, что не каждому дана честь участвовать в этой неповторимой в истории заключительной операции по захвату Берлина, готовность людей сделать все, чтобы с честью решить эту задачу;
в) враг был морально надломлен, потерял веру спасти Германию от поражения. Теперь уже ясно было для всех, что война идет к концу, что после падения Берлина мы добиваемся окончания войны.
Если учитывать эти весьма благоприятные условия обстановки, то справедливость требует сказать, что успех Берлинской операции ни в коем случае нельзя объяснить и приписать только лишь нашему умелому руководству, нельзя приписать исключительно политической работе политорганов в массах. На нас работала вся страна, весь народ. Все наши предыдущие победы от Волги до Одера подготовили личный состав к решению этой задачи. Берлин пал в конечном счете не только благодаря опытности наших руководителей, падение Берлина подготавливалось под руководством большевистской партии, всем нашим народом.
Партийно-политическая работа в период подготовки Берлинской операции.
Задачи политуправления и всех политорганов фронта определялись в результате проведенного Военным советом фронта совещания командиров и членов военных советов армий, на котором тщательно были разработаны итоги Сандомирской и Одерской операций и поставлены задачи подготовки войск к проведению Берлинской операции. Этими установочными данными и руководствовалось политуправление, определяя задачи политорганам фронта как в период подготовки, так и в ходе самой наступательной Берлинской операции.
Политорганы, учитывая короткие сроки подготовки, наскоро повторили в войсках проведение целой суммы мероприятий, вынесенных из опыта подготовки прошлых операций, и обратили особое внимание на проведение новых мероприятий, вызванных новыми особенностями предстоящей операции.
[…]
Во-первых, внимание в агитационно-пропагандистской работе было уделено популяризации в войсках приказа товарища Сталина № 05 от 23 февраля 1945 года, разъяснению мыслей товарища Сталина, что «полная победа над немцами теперь уже близка. Но победа никогда не приходит сама, она добывается в тяжелых боях и упорном труде. Обреченный враг бросает в бой последние силы, отчаянно сопротивляется, чтобы избежать сурового возмездия. Он хватается и будет хвататься за самые крайние и подлые средства борьбы. Поэтому надо помнить, что чем ближе наша победа, тем выше должна быть бдительность, тем сильнее должны быть наши удары по врагу».
Во-вторых, внимание политорганов было обращено на широкое использование боевого опыта и традиций фронта. Первое место в этом деле занимали бывалые воины, пришедшие к Берлину от берегов Волги. Сборы бывалых воинов, их беседы с молодыми бойцами, выступления на страницах красноармейской печати — все это направлялось к тому, чтобы еще лучше освоить боевое мастерство, знать, как надо бить врага. Воспитание стойкости и мужества непосредственно было связано с решением практических задач боевой подготовки к новому наступлению. Как правило, агитаторы сами являлись лучшими воинами, они агитировали и словом и делом.
Для воспитания высокого наступательного порыва войск фронта широко было использовано также награждение правительством многих соединений и частей орденами Советского Союза, вручение наград бойцам и офицерам, отличившимся в бою, а также работа по пропаганде благодарственных приказов товарища Сталина, сводок советского информбюро.
В-третьих, для того, чтобы еще больше повысить боевую активность войск в предстоящей операции, в подготовительный период политорганы умело и широко использовали такое средство, как счет мести. Только в одной небольшой части был создан грозный счет мести фашистским бандитам. Воины писали: «Мы мстим гитлеровцам за 775 убитых ими наших родственников; за 909 наших родных, угнанных на каторгу в Германию; за 478 сожженных домов и 303 разрушенных хозяйства».
Работа с новым пополнением дифференцировалась так: с бойцами молдавской, литовской национальности, которые прибыли из резервных частей обученными, политическая работа велась преимущественно на их родном языке. Большую роль здесь сыграли листовки и литература, выпущенные политуправлением фронта на молдавском и литовском языках. Был подобран специальный штат агитаторов, хорошо знающий молдавский и литовский языки.
Более сложной и разнообразной была работа с новым пополнением из числа освобожденных из немецкой неволи или ранее проживавших на оккупированной территории. При этом политорганам приходилось уделять большое внимание преодолению у командного состава и даже политработников пренебрежительного и недоверчивого отношения к новому пополнению, влившемуся в армию из числа репатриантов.
По опыту прошлых операций политуправлением немало усилий было приложено к встрече новых соединений и подготовке их к предстоящей операции. Эта работа шла по линии:
а) обеспечения секретности прибытия:
б) передачи им традиций фронта;
в) передачи им опыта партийно-политической работы, накопленного по-литорганами фронта;
г) пополнения кадров политработников;
д) получения информации о состоянии этих войск и информации Военному совету.
[…]
Политическая работа в период разгрома окруженной группировки немецких войск юго-восточнее Берлина заключалась в следующем:
а) разъяснение личному составу значения ликвидации этой группировки, разъяснение того, что эта группировка сковывает наши силы и затягивает падение Берлина;
б) необходимость быстрее решить эту задачу смелыми действиями;
в) усиление работы нашего седьмого отдела и седьмых отделений ПОАРМов по разложению окруженной группировки немецких войск;
г) седьмой отдел политуправления 1-го Украинского фронта и его армейские отделения по приказу Военного совета развернули большую работу среди войск противника. Работа по разложению войск противника велась по трем основным линиям.
1. Печатная пропаганда. В расположении окруженной группировки было заброшено свыше 4-х миллионов экземпляров листовок. В расположение частей Берлинского гарнизона, противостоящих 1-му Украинскому фронту, заброшено свыше 1 600 000 экз. листовок. Авиазвено политуправления в составе трех экипажей в течение одной ночи забросило среди солдат окруженной группировки два с половиной миллиона экземпляров листовок, сделав 18 самолето-вылетов, несмотря на исключительно плохую летную погоду. Разброска производилась в условиях сильного зенитного огня.
В результате немецкие части оказались буквально засыпанными нашими листовками.
Основное содержание нашей пропаганды к берлинской группировке заключалось в том, чтобы доказать немецкому солдату, что положение Берлина безвыходное, гитлеровский режим доживает последние дни, что борьба за почти уничтоженный режим — преступление перед Родиной, семьей и самим солдатом, что прекращение сопротивления — единственный путь к спасению. Большая работа была проведена в целях дискредитации приказа Гитлера от 15 апреля об обороне Берлина до последнего солдата. Учитывая широкое распространение среди немцев боязни, внушенной им геббельсовской пропагандой, будто с приходом Красной Армии всем немцам грозит полное порабощение и уничтожение, среди солдат противника было разбросано большое количество листовок с выдержками из декларации Крымской конференции.
2. Устная пропаганда. По неполным данным, в апреле проведено для войск противника 7220 звукопередач через мощные и окопные звуковеща-тельные средства. В период наступательных операций звуковые средства вместе со своими командами находились в боевых порядках наступающих частей. К устной пропаганде широко привлекались и сами немцы из числа пленных.
Устная пропаганда среди личного состава вражеской группировки дала хорошие результаты. На участке одной только 28-й армии в течение последней недели апреля под непосредственным влиянием звукопередач перешло на нашу сторону 26 групп немецких солдат и офицеров общим количеством 33 870 человек. Кроме того, 32 группы немцев в количестве 476 человек сдались в плен, выйдя к нашим позициям прямо на голос диктора.
3. Засылка военнопленных. Исключительно эффективной была в этот период засылка обратно в части противника военнопленных, специально обработанных с целью агитации за прекращение сопротивления и сдачу в плен.
В апреле засылка пленных приобрела особенно широкий размах. Кроме военнопленных засылались также и специально подготовленные гражданские немцы, в том числе и женщины.
Всего было заслано к противнику в эту операцию 861 военнопленный. Из них вернулось 477 и привели с собой 8816 немецких солдат и офицеров. Только в течение последней недели апреля политработниками одной 28-й армии было заслано 263 военнопленных, из которых вернулись 210 и привели с собой 4151 немецкого солдата и офицера. При этом следует иметь в виду, что учтены были далеко не все вернувшиеся. Засланные военнопленные распространили в частях противника 1 7 000 экземпляров наших листовок.
Эффективность нашей пропаганды среди войск немецкой группировки не ограничивалась только тем, что многие солдаты и офицеры противника под ее влиянием сдавались в плен. Немало солдат и офицеров противника, количество которых не поддается учету, под ее влиянием прекратили сопротивление, бросили оружие и разбежались по домам. Многие тысячи таких солдат и офицеров были впоследстии выловлены нашими войсками.
ЦАМО РФ. Ф. ЦГВ. Оп. 70500. Д. 1. Л. 91 — 118. Подлинник.
№ 305. Из доклада начальника тыла Центральной группы войск генерал-лейтенанта Н. П. Анисимова
Наряду с обеспечением боевых действий наступавших войск, органами, тыла одновременно проводилась большая работа:
а) по сбору и сосредоточению военнопленных и репатриантов. Всего за период Берлинской операции фронтом было принято в лагеря:
1) военнопленных……….. 122424 чел.
2) репатриируемых советских граждан и союзных граждан……….. 314700 чел.
Всех их нужно было разместить, накормить, а некоторых и одеть;
б) по сбору и сохранению трофейного продовольствия, скота, имущества,
предприятий. Всего за эту операцию войсками и средствами фронта было
собрано:
зерна………………. 442 961 тонна,
овощей……………… 540 000 тонн,
сахара……………… 138 482 тонны,
скота………………. 855 000 голов.
Из них крупный рогатый скот….. 540 000 голов,
свиньи……………… 188 000 голов.
Среди прочего имущества:
ткань, обувь, кожа и разные другие
товары……………….. 1 000 013 тонн
учтено пром. предприятий……. 1765.
[…]
1. В Берлинскую операцию тыл широко маневрировал запасами, тыловыми частями и учреждениями (подвоз горючего и боеприпасов автотранспорта резерва фронта с фронтовых складов на огневые позиции и в войска, переброска соединений с одного участка на другой непосредственно к месту боя, а также и другие формы маневра применялись для обеспечения войск).
2. Как общее положительное явление в данных условиях, отвечающих характеру операции, следует отметить максимальное приближение к войскам тыловых частей и учреждений, расстановка их с учетом гибкого управления при изменявшейся оперативной обстановке и непрерывного руководства вышестоящих служб нижестоящими.
3. Максимальное приближение тыла, концентрация большого количества материальных средств в непосредственной близости от переднего края целиком себя оправдали и позволили бесперебойно обеспечивать войска.
4. Несмотря на значительно возросший удельный вес автомобильных перевозок, железные дороги в полосе фронта являются основным видом транспорта.
Среднесуточный расход основных видов снабжения за период подготовки и проведения Берлинской операции составил: а) по боеприпасам{211}; б) по ГСМ — 0,3 заправки.
Общий вывод по автотранспорту, как по Берлинской, так и др. операциям:
а) в каждой армии иметь 2 автотранспортных батальона трехтонных машин и наливной батальон; сейчас, в связи с механизацией войск, количество автотранспорта подвоза должно быть, несомненно, увеличено;
б) в танковых армиях — один полк бортовых 3-тонных машин численностью 1000–1200 машин и по 2 наливных батальона по 200 автоцистерн;
в) во фронтовом резерве иметь по два батальона (сведенные в полки) на каждую армию численностью по 200 машин (3-тонных) каждый и не менее одного автоналивного полка.
5. Ввиду большой густоты железнодорожной сети на территории Германии и больших разрушений, произведенных отступающим противником, при наличии в составе фронта лишь двух железнодорожных бригад, не обеспечивалось заданных темпов и качества восстановительных работ. В этих условиях в составе фронта необходимо иметь не менее 4 железнодорожных бригад.
6. На освобожденных от противника ж.-д. участках совершенно отсутствовали железнодорожники, что при недостаточном количестве эксплуатационных подразделений НКПС не дало возможности организовать нормальную эксплуатацию всех восстановленных участков.
Для обеспечения нормальной организации движения поездов в составе фронта необходимо иметь не менее двух эксплуатационных полков и 4-х ВЭО.
7. В период стремительного продвижения боевых частей вперед дорожная служба и служба регулирования не отставали от них, быстро устраняли созданные на автомобильных коммуникациях заграждения, строили и восстанавливали разрушенные мосты и умело маневрировали коммуникациями в то время, когда противник перерезал действующие направления. Необходимо теперь и в будущем иметь подготовленные сильные части регулирования, имея в виду насыщение армий техникой.
8. Санитарная служба сумела подтянуть лечебные учреждения к войскам, что позволило организовать оказание медицинской помощи раненым и их лечение в наиболее благоприятных условиях. Большую и положительную роль сыграли создаваемые подвижные фронтовые госпитальные группы, с ходу накрывавшие армейские госпитали и освобождавшие их для дальнейшего следования за наступающими войсками.
9. Общие санитарные потери за Берлинскую операцию составили 83 486 человек, из них: пораженных в боях — 71 282 чел., больных — 12 204 чел.
10. Отсутствие больших потоков раненых вследствие относительно небольших потерь привело к такому положению, что госпитали первой линии в армиях не всегда развертывались и раненые из медсанбатов сразу поступали в специализированный коллектор.
11. Необходимо в составе разведслужбы иметь подготовленных экономистов для тщательной экономической разведки, чтобы избежать неожиданностей.
12. Общий расход за Берлинскую операцию составил: а) горюче-смазочных материалов — 41 837 тонн, в т. ч. автобензина — 26 890 т, б) продовольствия и зернофуража — 56 644 т, в) боеприпасов — 43 300 т.
По ГСМ необходимо заранее иметь мобилизованные запасы подвижных емкостей, коллекторов, а главное — контейнеров, бочек, канистр и др.
Кроме того, организовать производство улучшенного автобензина для боевой техники, так как используемый в настоящее время бензин (неочищенный, низкокачественный) вызывает преждевременный износ моторов.
13. Сложившаяся за период Отечественной войны организация тыла полностью себя оправдала и требует незначительных организационных доделок.
14. Необходимо, как я уже сказал, проработать вопрос о самостоятельных средствах связи для управления сложным организмом, каким является тыл.
ЦАМО РФ. Ф. ЦГВ. Оп. 70500. Д. 1. Л. 124, 141–144. Подлинник.
№ 306. Выступление командующего 4-й гвардейской танковой армией генерал-полковника Д. Д. Лелюшенко
Хочу остановиться на двух вопросах. Первый вопрос — оперативного расчленения противника в Берлинской операции, окружение крупной группировки противника юго-восточнее Берлина (9-й армии), которая, видимо, имела целью соединиться с войсками 12-й немецкой армии, наступавшей западнее Берлина на восток с рубежа юго-вост. Бранденбурга, Гольцово, которая была отброшена войсками 4 гв. ТА на запад, и изоляции самого Берлина.
Это было достигнуто умелым взаимодействием всех фронтов, наносивших концентрированные удары севернее Берлина — 47 А 1 БФ и южнее Берлина — 4 гв. ТА 1 УФ, которые 27 апреля 1945 года соединились в районе Эт-цин, Кетцин (35–40 км западнее Берлина). Этим завершено глубокое окружение Берлина, не давшее возможности противнику подтянуть силы с запада.
Кроме того, произошло соединение частей 1 ТА 1 БФ и 3 гв. ТА 1 УФ юго-восточнее Берлина и 9-я немецкая армия оказалась отрезанной от Берлина.
Благодаря такому маневру наших войск Берлин оказался изолированным и крупных организованных вражеских сил в нем не оказалось. Это ускорило овладение столицей врага.
24.4.45 г. было завершено окружение Берлина, а 25.4 противник предпринял атаку и пытался выйти на пути 4 гв. ТА и на один день для 6 гв. мк пути были перерезаны. Но 26.4 ударом 6 гв. мк путь снова был открыт.
Здесь большую роль сыграла наша авиация, в частности, корпус тов. Рязанова. Массированный удар авиации совместно с 4 гв. ТА (5-й мехкорпус) смял противника и отбросил его на запад от Берлина, и до конца операции расчлененным группировкам противника соединиться не удалось.
Второй вопрос — в отношении ночных действий. Опыт проведенных операций 1 УФ — Каменец-Подольской, Львовской, Висло-Одерской, Берлинской и последней Пражской — показывает, что везде находили широкое применение ночные действия. Так, например, во время Львовской операции 4 гв. ТА колонными путями через лес, на ряде участков переправляя танки через гати, за ночь честно прошла 60 км и оказалась в самом уязвимом месте противника, где он ее не ожидал. Это позволило выйти на окраину Львова и овладеть городом; в Висло-Одерской операции противник имел авиацию, но ночью не мог ее применить. Днем можно было быть застигнутым врасплох и понести тяжелые потери, следовательно, целесообразность подсказала, что нужно действовать ночью. Совершая ночные марш-маневры на Берлин от р. Шпрее до Коллинда, Люккау и от Лююхау до Берлина, войска обеспечивали успешное выполнение поставленных задач.
Один из конкретных фактов наступления ночью на оборону противника.
Здесь генерал-полковник Маландин говорил о позиции противника [на рубеже] «Матильда». Когда оборона врага была нами прорвана 16.4.45 г., противник начал подтягивать танковые дивизии «Охрана фюрера» и учебную танковую (Богемскую), имевшие задачу не позднее 2.30 17.4 занять оборону а прочно ее удерживать. Это стало нам известно из приказа, захваченного нами 17.4.45 г.
Командующий 1 УФ приказал действовать ночью. За ночь удалось трем бригадам 10 тк пройти 5,5 км и к утру 10 тк полностью перешел эту позицию, и к 8 часам утра 17.4.45 г. противник потерял управление войсками, предназначенными оборонять рубеж «Матильда».
Есть показания пленных и захвачены донесения, говорящие за то, что наше наступление танков в ночь с 16 на 17.4.45 г. для противника было неожиданным, он ожидал наступления наших танков только с утра 17.4.45 г.
Поэтому я сторонник ночных действий танковыми соединениями, так как в перспективе авиация будет действовать еще в большем масштабе.
ЦАМО РФ. Ф. ЦГВ. Оп. 70500. Д. 1. Л. 164–166. Подлинник.
№ 307. Выступление командующего третьей гвардейской танковой армией маршала бронетанковых войск П. С. Рыбалко
На прошлом сборе я делал доклад о Берлинской операции. Сегодня я только хочу сказать, что я удовлетворен докладом генерал-полковника Маландина, который правильно подытожил соотношение сил сторон в противоположность предыдущему разбору операции.
1. Я бы хотел, чтобы главнокомандующий в своем заключительном слове дал оценку местности озерно-болотистого Цоссенского укрепленного района.
Этот озерно-болотистый укрепленный район представляет собой труднопреодолимый участок местности, имеющий только несколько узких озерных дефиле. Главнокомандующий туда проезжал и видел его.
Преодоление этого района танковой армией потребовало, как вам известно, двое суток. Глубина района была около 30 км.
Я считаю, что преодоление танковой армией такого укрепленного района в такой срок, как двое суток, вполне удовлетворительный результат, и та затрата времени и материальных средств, которые были на это употреблены, оправдали себя.
2. О расщеплении группировок. Здесь по этому вопросу уже говорили, я в дополнение скажу, что внутри берлинская группировка также была рассечена выходом тов. Богданова и тов. Новикова и их соединением 27 апреля. Таким образом, мы рассекли вторично внутри берлинскую группировку и получилось — группировка западнее Потсдама, берлинская, коттбусская и шпрембергская.
3. Вопрос об оперативном обеспечении, о котором говорил здесь генерал Замятин, имеет очень большое значение. Для оперативного обеспечения необходимы прежде всего резервы.
У нас может быть хорошо получилось не только потому, что было достаточное количество резервов, а еще и потому, что немцы спешили сдаваться союзникам, а не нам (может быть, и этот вопрос надо учесть). Не всегда такое положение может иметь место.
Если бы коттбусская группировка [противника] соединилась с берлинской, это был бы второй Будапешт. Если в Берлине мы имели 80 тыс. человек, то это количество тогда бы пополнилось до 200 000 и мы бы не 10 суток решали задачу овладения Берлином.
4. В Берлине работало два фронта. Я на себе это ощущал очень солидно, когда два фронта, два штаба, два командующих должны были координировать наши действия. Мы должны были идти, но подчинены быть одному командующему. Один военачальник должен отвечать за такую операцию.
Какое у нас получилось положение? Я имел разграничительную линию. Мне приказывают сделать все для того, чтобы пойти навстречу Катукову, я выбрасываю корпус, он встречает Чуйкова, дает переправочные средства. Чуйков выходит и дает предписание освободить пути и получается — не то драться, не то спорить. На этот спор ушли сутки. Спор также загорелся из-за рейхстага. Я потом сказал Сухову, что надо добивать группировку, а не идти на рейхстаг.
Двое с половиной суток мы были под ударом своей авиации. Над организацией взаимодействия с авиацией надо много работать.
5. Надо узаконить, что авиационные корпуса, которые обеспечивают и работают вместе с наземной армией, должны работать вместе постоянно. Я только с каким-нибудь командиром отработаю вопросы взаимодействия, проведу занятия, а он от меня уходит. Он выполняет свою задачу, а ко мне другой корпус подходит. Я воюю, мне некогда заниматься с ними. Следовательно, закреплять бомбардировочные или штурмовые корпуса обязательно нужно. Когда ведущие срабатываются с командирами танковых батальонов, тогда они не будут бомбить своих. Мы в оборонительных операциях достигли прекрасного взаимодействия. Постоянное изменение придаваемых корпусов не дает хороших результатов. Авиационные истребительные корпуса очень часто меняли, и это не дало тех результатов, которые могли бы быть.
В мирной учебе надо закрепить авиационные корпуса для совместной подготовки. С ведущим командиром группы отрабатывать вопросы на учебном поле непосредственно с танковым взводом.
6. Следующий вопрос — это штурмовые группы в борьбе внутри населенного пункта. Я прошлый раз специально посвящал этому время. Мы выработали целый ряд положений, нас заставила обстановка.
После доклада я слушал «кулуарные» разговоры. Некоторые говорят: «заливает» о 203-мм орудиях в штурмовой группе. Это он не «заливал», а действительно несколько таких орудий было в составе штурмовых групп.
Как правило, мы пехоту подводили под броневым щитом. Когда продвигались вперед, внутри кварталов опять возникал противник. Мы с генералом Баренцевым подвозили зенитную артиллерию для очистки пройденных районов. Авиация противника в Берлине не работала, но не всегда она не будет работать. Наоборот, она может быть в таком количестве, как это было на орловско-белгородском направлении. В Орловской операции мы принимали на себя по 2,5 тыс. самолетов за 3–4 дня. При таком положении вопрос использования зенитной артиллерии был бы исключен. Командир, ведущий бой внутри населенного пункта, должен иметь постоянные резервы для того, чтобы очищать районы, которые пройдены передовыми войсками.
Этот вопрос очень большой, сложный и мы его неплохо решали в Берлинскую операцию. После войны этим не занимаемся. Мы обязаны составить сборник тактических приемов по работе штурмовых групп, потому что без танковых войск такие задачи решаться не будут и обобщать опыт нам необходимо.
7. Ввод танковых армий на Нейсе произошел несколько иначе, чем планировался. Причем, этот ввод произошел не потому, что план был нарушен, а потому, что был выполнен. В течение первого дня мы не упредили противника [в выходе] на р. Шпрее. Разграничительные линии надо давать на оперативную глубину, иначе собьются дороги.
Тов. Анисимов говорил, что когда мы уже прошли, и то насчитывали до 25 тыс. машин. Это прошло безнаказанно потому, что не было авиации противника. Мы шли не очень хорошо, «кишкой», которая тянулась и была большая. Тут генерал Красовский сказал, что она была на автостраде в несколько рядов. Мы не имели неприятностей потому, что авиация противника отставала, а те скоростные самолеты, которые появлялись, давали мало эффекта даже для больших колонн. За трое суток, что мы прошли, они только на одном перекрестке пощипали Митрофанова. Они быстро и высоко летают и поражения не дают.
Это был необычный ввод танковых армий в прорыв. Нам было приказано оторваться от пехоты. Это было вызвано необходимостью как можно быстрее войти в Берлин. Я не оглядывался назад, не боялся, что противник может нас скомпрометировать, а было бы очень плохо, если бы противник нам закрыл этот ход, но я не думал, что это может случиться, я лично был спокоен и знал, что пути подвоза будут сохранены и склады будут сохранены, в крайнем случае подтянем их ближе к Берлину. Почему? Потому, что при наличии 3-й гв. армии, 13-й армии, 5-й гв. армии и подходящих резервов меня не интересовала коттбусская группировка. Вопрос оперативного обеспечения приобретает очень большое значение, и при изучении всего этого дела в дальнейшем этими вопросами надо очень много заниматься, во всяком случае нам.
8. Несколько слов о выступлении генерала Анисимова.
Я вполне согласен с теми нормами, которые здесь были высказаны. Начальник тыла фронта должен поднять вопрос перед главнокомандующим, а главнокомандующий перед Верховным Главнокомандующим о том, что нам необходимо сейчас начинать заменять автотранспорт на отечественный транспорт. Мы имеем десятки марок, причем иномарок. Это положение совершенно ненормальное. Мы армия первоклассная, с большим боевым опытом и дело наших военных людей поставить перед нашим правительством вопрос таким образом, чтобы нам сейчас постепенно транспорт меняли на отечественный транспорт. Причем, машину полуторку я предлагаю из состава наших войск изъять, она не нужна. Трехтонка тоже не нужна. Сейчас промышленность выпускает 4-тонные машины, они нас вполне устраивают. Нам нужна, кроме того, дизельная семитонка. Если мы будем иметь две хороших транспортных машины, мы будем в состоянии себя обеспечить и маневрировать транспортом, и вопрос подвоза не будет больным вопросом, как это было часто во время войны.
ЦАМО РФ. Ф. ЦГВ. Оп. 70500. Д. 1. Л. 167–171. Подлинник.
№ 308. Заключительное слово командующего Центральной группой войск Маршала Советского Союза И. С. Конева
Координация действий авиации при охвате Берлина осуществлялась под руководством командующего воздушными силами тов. Новикова.
Сейчас делать вывод о новой надстройке или считать, что не было координирования действий — это будет неправильно. Авиация была организована и управлял ею командующий Воздушными Силами главный маршал авиации Новиков, ставка его была при штабе 1-го Белорусского фронта, связь у него с Красовским была непрерывная.
Другое дело — это вопрос о координации фронтов.
В ходе Отечественной войны Красная Армия приобрела огромный опыт. На первых порах, когда Красная Армия перешла в наступление, были введены координаторы — представители Ставки. В роли таких руководителей были товарищи Жуков, Ворошилов, Василевский, Тимошенко и ряд других. По решению Ставки и личному решению тов. Сталина, было признано к концу 1944 года, даже к середине 1944 года, что наши командующие фронтами достаточно выросли и созрели, приобрели большой опыт и нет необходимости назначать координаторов. Эта роль может выполняться ставкой и координироваться более справедливо и объективно, целеустремленно. В последний год войны такого рода оперативная координация фронтами и руководство осуществлялись Ставкой Верховного Главнокомандования и Генеральным штабом.
Лично я, как командующий фронтом, не почувствовал отсутствия координатора. В 1944 году с момента Львовской операции такого рода надобность в координаторе не возникала. Обсуждая эту операцию, стоит ли вносить, поднимать вопрос о том, что опыт Берлинской операции ставит вопрос о создании специального института координаторов? Я думаю, что нет необходимости. На основе отдельных перебранок, частных неполадок, где их не было и когда не было, особенно, когда Берлин являлся основной стратегической целью Красной Армии, чтобы из-за Берлина не поспорить, что вы? И на основании этого делать вывод поспешно и преждевременно.
ЦАМО РФ. Ф. ЦГВ. Оп. 70500. Д. 1. Л. 177–178. Подлинник.
а. Фронты, армии, Днепровская флотилия
Полевое управление 1-го Белорусского фронта
Полевое управление 1-го Украинского фронта
Полевое управление 2-го Белорусского фронта
Полевое управление 2-й ударной армии
Полевое управление 3-й гвардейской армии
Полевое управление 3-й ударной армии
Полевое управление 3-й армии
Полевое управление 5-й гвардейской армии
Полевое управление 5-й ударной армии
Полевое управление 8-й гвардейской армии
Полевое управление 13-й армии
Полевое управление 28-й армии
Полевое управление 33-й армии
Полевое управление 49-й армии
Полевое управление 52-й армии
Полевое управление 61-й армии
Полевое управление 65-й армии
Полевое управление 69-й армии
Полевое управление 70-й армии
Полевое управление 1-й гвардейской танковой армии
Полевое управление 2-й гвардейской танковой армии
Полевое управление 3-й гвардейской танковой армии
Полевое управление 4-й гвардейской танковой армии
Управление 2-й воздушной армии
Управление 4-й воздушной армии
Управление 16-й воздушной армии
Управление 18-й воздушной армии
Управление Днепровской военной флотилии
Командиры корпусов, участвовавших в берлинской операции
Номера и наименования корпусов
Воинские звания, фамилии и инициалы их командиров
3-й гвардейский стрелковый
Генерал-майор Александров Петр Алексеевич
4-й гвардейский стрелковый
Генерал-лейтенант Глазунов Василий Афанасьевич
7-й стрелковый
Генерал-майор Чистов Владимир Афанасьевич, с 27.4.45 г. генерал-полковник Черевиченко Яков Тимофеевич
9-й гвардейский стрелковый
Генерал-лейтенант Халюзин Григорий Алексеевич, с 26.4.45 г. генерал-лейтенант Шеменков Афанасий Дмитриевич
9-й стрелковый
Генерал-майор, с 20.4.45 г. генерал-лейтенант Рослый Иван Павлович
12-й гвардейский стрелковый
Генерал-лейтенант Казанкин Александр Федорович, с 30.4.45 г. генерал-майор Филатов Александр Алексеевич
16-й стрелковый
Генерал-майор, с 20.4.45 г. генерал-лейтенант Добровольский Ерофей Владимирович
18-й стрелковый
Генерал-лейтенант Чуваков Никита Емельянович
20-й стрелковый
Генерал-майор Шварев Николай Александрович
21-й стрелковый
Генерал-майор Яманов Алексей Александрович
24-й стрелковый
Генерал-майор Онуприенко Дмитрий Платонович
25-й стрелковый
Генерал-майор Труфанов Николай Иванович
26-й гвардейский стрелковый
Генерал-майор Фирсов Павел Андреевич
27-й стрелковый
Генерал-майор Черокманов Филипп Михайлович
28-й гвардейский стрелковый
Генерал-лейтенант Рыжов Александр Иванович
29-й гвардейский стрелковый
Генерал-лейтенант Шеменков Афанасий Дмитриевич, с 26.4.45 г. генерал-майор артиллерии Хетагуров Георгий Иванович
32-й гвардейский стрелковый
Генерал-лейтенант Родимцев Александр Ильич
32-й стрелковый
Генерал-майор, с 20.4.45 г. генерал-лейтенант Жеребин Дмитрий Сергеевич
33-й гвардейский стрелковый
Генерал-лейтенант Лебеденко Никита Федотович
34-й гвардейский стрелковый
Генерал-майор Бакланов Глеб Владимирович
35-й стрелковый
Генерал-майор Никитин Николай Александрович
38-й стрелковый
Генерал-майор, с 20.4.45 г. генерал-лейтенант Терешков Алексей Дмитриевич
40-й гвардейский стрелковый
Генерал-майор Горохов Сергей Федорович
40-й стрелковый
Генерал-лейтенант Кузнецов Владимир Степанович
41-й стрелковый
Генерал-лейтенант Урбанович Виктор Каземирович
46-й стрелковый
Генерал-лейтенант Эрастов Константин Максимович
47-й стрелковый
Генерал-лейтенант Дратвин Михаил Иванович
48-й стрелковый
Генерал-майор Рогозный Зиновий Захарович, с 4.5.45 г. генерал-лейтенант Гречкин Алексей Александрович
61-й стрелковый
Генерал-лейтенант Григорьевский Иван Федорович
62-й стрелковый
Генерал-майор, с 20.4.45 г. генерал-лейтенант Воробьев Яков Степанович
70-й стрелковый
Генерал-лейтенант Терентьев Василий Григорьевич
73-й стрелковый
Генерал-майор Мартиросян Саркис Согомонович
76-й стрелковый
Генерал-лейтенант Глухов Михаил Иванович
77-й стрелковый
Генерал-майор, с 20.4.45 г. генерал-лейтенант Позняк Виктор Генрихович
78-й стрелковый
Генерал-лейтенант Акимов Александр Иванович
79-й стрелковый
Генерал-майор Переверткин Семен Никифорович
80-й стрелковый
Генерал-майор Вержбицкий Виктор Антонович
89-й стрелковый
Генерал-майор Сиязов Михаил Александрович
91-й стрелковый
Генерал-лейтенант Волков Федор Андреевич
96-й стрелковый
Генерал-лейтенант Чанышев Якуб Джангирович
102-й стрелковый
Генерал-майор, с 20.4.45 г. генерал-лейтенант Пузиков Иван Михайлович
105-й стрелковый
Генерал-лейтенант Алексеев Дмитрий Федорович
108-й стрелковый
Генерал-лейтенант Поленов Виталий Сергеевич
114-й стрелковый
Генерал-лейтенант Рябышев Дмитрий Иванович
116-й стрелковый
Генерал-майор Фетисов Федор Кузьмич
120-й стрелковый
Генерал-майор Донсков Семен Иванович
121-й стрелковый
Генерал-лейтенант Смирнов Дмитрий Иванович
125-й стрелковый
Генерал-майор, с 20.4.45 г. генерал-лейтенант Андреев Андрей Матвеевич
128-й стрелковый
Генерал-майор Батицкий Павел Федорович
129-й стрелковый
Генерал-майор Анашкин Михаил Борисович
134-й стрелковый
Генерал-майор Фроленков Андрей Григорьевич
1-й гвардейский кавалерийский
Генерал-лейтенант Баранов Виктор Кириллович
2-й гвардейский кавалерийский
Генерал-лейтенант Крюков Владимир Викторович
3-й гвардейский кавалерийский
Генерал-лейтенант Осликовский Николай Сергеевич
7-й гвардейский кавалерийский
Генерал-лейтенант Константинов Михаил Петрович
1-й механизированный
Генерал-лейтенант танковых войск Кривошеин Семен Моисеевич
5-й гвардейский механизированный
Генерал-майор танковых войск Ермаков Иван Прохорович
6-й гвардейский механизированный
Полковник Корецкий Василий Игнатьевич, с 27.4.45 г. полковник Пушкарев Сергей Филиппович
7-й гвардейский механизированный
Генерал-лейтенант танковых войск Корчагин Иван Петрович
8-й гвардейский механизированный
Генерал-майор Дремов Иван Федорович
8-й механизированный
Генерал-майор танковых войск Фирсович Александр Николаевич
9-й механизированный
Генерал-лейтенант танковых войск Сухов Иван Прокофьевич
1-й гвардейский танковый
Генерал-майор, с 19.4.45 г. генерал-лейтенант танковых войск Панов Михаил Федорович
3-й гвардейский танковый
Генерал-лейтенант танковых войск Панфилов Алексей Павлович
4-й гвардейский танковый
Генерал-лейтенант танковых войск Полубояров Павел Павлович
6-й гвардейский танковый
Генерал-майор танковых войск Митрофанов Василий Андреевич
7-й гвардейский танковый
Генерал-майор Новиков Василий Васильевич
8-й гвардейский танковый
Генерал-лейтенант танковых войск Попов Алексей Федорович
9-й гвардейский танковый
Генерал-майор танковых войск Веденеев Николай Денисович
9-й танковый
Генерал-лейтенант танковых войск Кириченко Иван Федорович
10-й гвардейский танковый
Генерал-лейтенант танковых войск Белов Евтихий Емельянович
11-й гвардейский танковый
Полковник Бабаджанян Амазат Хачатурович
11-й танковый
Генерал-майор танковых войск Ющук Иван Иванович
12-й гвардейский танковый
Генерал-майор танковых войск Теляков Николай Матвеевич, с 26.4.45 г. генерал-майор танковых войск Салминов Михаил Федорович
25-й танковый
Генерал-майор танковых войск Фоминых Евгений Иванович
1-й танковый Войска Польского
Генерал-майор танковых войск Кимбар Иван Константинович
3-й артиллерийский
Генерал-майор артиллерии Лихачев Владимир Матвеевич
4-й артиллерийский
Генерал-лейтенант артиллерии Игнатов Николай Васильевич
6-й артиллерийский
Генерал-майор, с 20.4.45 г. генерал-лейтенант артиллерии Рожанович Петр Михайлович
7-й артиллерийский
Генерал-лейтенант артиллерии Корольков Павел Михайлович
8-й артиллерийский
Генерал-майор артиллерии Пядусов Иван Миронович
10-й артиллерийский
Генерал-лейтенант артиллерии Кожухов Леонид Иусти-нович
4-й корпус ПВО
Генерал-майор артиллерии Герасимов Всеволод Аркадьевич
5-й корпус ПВО
Генерал-майор артиллерии Антоненко Михаил Васильевич
10-й корпус ПВО
Генерал-майор артиллерии Кравцов Анатолий Евстафь-евич
1-й гвардейский бомбардировочный авиационный
Генерал-лейтенант авиации Тупиков Георгий Николаевич
1-й гвардейский штурмовой авиационный
Генерал-лейтенант авиации Рязанов Василий Георгиевич
1-й гвардейский истребительный авиационный
Генерал-лейтенант авиации Белецкий Евгений Михайлович
2-й гвардейский бомбардировочный авиационный
Генерал-лейтенант авиации Логинов Евгений Федорович
2-й гвардейский штурмовой авиационный
Генерал-майор авиации Слюсарев Сидор Васильевич
2-й истребительный авиационный
Генерал-майор авиации Забалуев Вячеслав Михайлович
3-й гвардейский бомбардировочный авиационный
Генерал-лейтенант авиации Нестерцев Виктор Ефимович
3-й бомбардировочный авиационный
Генерал-майор авиации Каравацкий Анатолий Захарович
3-й штурмовой авиационный
Генерал-майор авиации Горлаченко Михаил Иосифович
3-й истребительный авиационный
Генерал-лейтенант авиации Савицкий Евгений Яковлевич
4-й гвардейский бомбардировочный авиационный
Генерал-лейтенант авиации Счетчиков Георгий Семенович
4-й бомбардировочный авиационный
Генерал-майор авиации Архангельский Петр Петрович
4-й штурмовой авиационный
Генерал-лейтенант авиации Байдуков Георгий Филиппович
5-й бомбардировочный авиационный
Генерал-майор авиации Борисенко Михаил Харлампиевич
5-й истребительный авиационный
Полковник, с 20.4.45 г. генерал-майор авиации Мачин Михаил Григорьевич
6-й гвардейский бомбардировочный авиационный
Полковник Никишин Дмитрий Тихонович
6-й бомбардировочный авиационный
Генерал-майор авиации Скок Иван Потапович
6-й штурмовой авиационный
Генерал-майор авиации Токарев Борис Кузьмич
6-й гвардейский истребительный авиационный
Генерал-майор авиации Утин Александр Васильевич
6-й истребительный авиационный
Генерал-майор авиации Дзусов Ибрагим Магометович
8-й истребительный авиационный
Генерал-лейтенант авиации Осипенко Александр Степанович
9-й штурмовой авиационный
Генерал-майор авиации Крупский Иван Васильевич
13-й истребительный авиационный
Генерал-майор авиации Сиднев Борис Арсеньевич
А — армия
авиадивизия — авиационная дивизия
авиакорпус — авиационный корпус
авиаполк — авиационный полк
АВП — армия Войска Польского
автополк — автомобильный полк
ад — артиллерийская (авиационная) дивизия
адд — авиадесантная дивизия
АДД — авиация дальнего действия
адп — артиллерийская дивизия прорыва
азп — артиллерийский зенитный полк
ак — армейский (авиационный) корпус
акп — артиллерийский корпус прорыва
алгсд — альпийская горнострелковая дивизия
ам., амер., америк. — американский (ая, ое)
амп — армейский минометный полк
англ. — английский (ая, ое)
АНО — аэронавигационные огни
ап — авиационный (артиллерийский) полк
апап — армейский пушечный артиллерийский полк
апд — авиаполевая дивизия
апдр — авиационный полк дальней разведки
арт. — артиллерия, артиллерийский артбригада — артиллерийская бригада
арт. БМ — артиллерия большой мощности
арт. ОМ — артиллерия особой мощности артгруппа — артиллерийская группа артиллерия ДД — артиллерия дальнего действия
артиллерия ПП — артиллерия поддержки пехоты
асо — аварийно-спасательный отряд
атб — автотранспортный батальон
БА — бомбардировочная авиация
бад — бомбардировочная авиационная дивизия
бак — бомбардировочный авиационный корпус
БАО — батальон аэродромного обслуживания
бап — бомбардировочный авиационный полк
бат. — батальон, батарея
ББА — ближне-бомбардировочная авиация
б/готовые — боеготовые
БДБ — быстроходные десантные баржи
белы. — бельгийский; бельгиец
БЕПО — бронепоезд
БЗ — боезапас
биз — батальон инженерных заграждений
б/к — боекомплект
БКА — бронекатер
БМ — большой мощности
б-н — батальон
бп — боеприпас
б/п — беспартийный
бр. — бригада
бр. МП, бр. мор. пехоты — бригада морской пехоты
бр. РК — бригада речных кораблей
бро — батальон ранцевых огнеметов
БТ и МВ — бронетанковые и механизированные войска
БФ — Белорусский фронт
бывш. — бывший
бэ — бомбардировочная эскадрилья
ВА — воздушная армия
В В — взрывчатое вещество
ВВС — военно-воздушные силы
ВГК — Верховное Главнокомандование
ВДА — воздушно-десантная армия
вдд — воздушно-десантная дивизия
вдк — воздушно-десантный корпус
венгр. — венгерский (ая, ое)
вкл. — включительно
ВКП(б) — Всесоюзная коммунистическая партия (большевиков)
ВЛКСМ — Всесоюзный коммунистический союз молодежи
ВМБ — военно-морская база
ВМС — военно-морские силы
ВМФ — военно-морской флот
ВНОС — воздушное наблюдение, оповещение, связь
ВОСО — военные сообщения
вост. — восточный (ая, ое, ее)
в/пленный — военнопленный
ВПП — взлетно-посадочная полоса
ВСО — военно-строительный отряд
ВФ — Восточный фронт
ВХУ — Военно-химическое управление
выс. — высота
г — грамм
г. — город
ГА — группа армий
габр — гаубичная артиллерийская бригада
гап — гаубичный артиллерийский полк
ГАС — головной авиационный склад
гау (нем.) — область
ГАУ — Главное артиллерийское управление
гауб. — гаубичный (ая)
гбр — группа ближних разведчиков
гв. — гвардейский (ая, ое)
ГВФ — гражданский воздушный флот
г. дв. — господский двор
гиад — гвардейская истребительная авиационная дивизия
гиак — гвардейский истребительный авиационный корпус
ГКО (ГОКО) — Государственный комитет обороны
ГлавПУ РККА — Главное политическое управление Красной Армии
гмд — гвардейский минометный дивизион
гмп — гвардейский минометный полк
ГМЧ — гвардейские минометные части
г-н — господин
гнр — группа ночных разведчиков
гоап — гвардейский отдельный авиационный полк
гол., голл. — голландский (ая, ое)
гол. склад — головной склад
гпсд — горно-пехотная стрелковая дивизия
гренад. — гренадерский
гсбр — горнострелковая бригада
гсд — гвардейская стрелковая дивизия
гсд — горнострелковая дивизия
ГСМ — горюче-смазочные материалы
ГСОВГ — Группа советских оккупационных войск в Германии
гск (нем.) — горнострелковый корпус
гсп — гвардейский стрелковый полк
гсп — горнострелковый полк
ГШ — генеральный штаб
Д. — дело
«Д» — первый день операции
д., дер. — деревня
ДА — дивизионная артиллерия
ДАГ — дивизионная артиллерийская группа
дбад — дальне-бомбардировочная авиационная дивизия
ДД — дальнего действия
ДЗ — дымовая завеса
ДЗОТ, дзот — дерево-земляная огневая точка
див. — дивизия, дивизион
дктр — дивизион катеров-тральщиков
дон — дивизия особого назначения
ДОТ, дот — долговременная огневая точка
д-р — доктор
драп — дальне-разведывательный авиационный полк
ДШК — крупнокалиберный пулемет (Дегтярев — Шпагин — Калашников)
ж. д., жел. дор. — железная дорога; железнодорожный (ая, ое)
ЗА — зенитная артиллерия
ЗАБ — зажигательная авиационная бомба
зав. — заведующий
зам. — заместитель
зап — запасный авиационный (зенитный артиллерийский) полк
зап. — запад (нее)
зап. — запасный — (ая)
зен. — зенитный
зенад — зенитная артиллерийская дивизия (дивизион)
зенап — зенитный артиллерийский полк
ЗП — зенитный пулемет
зпд — запасная пехотная дивизия
ИА — истребительная авиация
над — истребительная авиационная дивизия
иак — истребительный авиационный корпус
иап — истребительный авиационный полк
иаэ — истребительная авиационная эскадрилья
инжбат — инженерный батальон
инжбр — инженерная бригада
иптабр — истребительно-противотанковая артиллерийская бригада
иптап — истребительно-противотанковый артиллерийский полк
иптд — истребительно-противотанковый артиллерийский дивизион
и. о. — исполняющий обязанности
и/с — интендантская служба
исб — инженерно-саперный батальон
исбр — инженерно-саперная бригада
иск., искл. — исключительно
итл — исправительно-трудовой лагерь
КА — Красная Армия
кан. — канадский (ая, ое)
кабр — корпусная артиллерийская бригада
кав. — кавалерийский (ая)
кап — корпусной артиллерийский полк
КАТЩ — катер-тральщик
кбр — кавалерийская бригада
КБФ — Краснознаменный Балтийский флот
кд — кавалерийская дивизия
КДФ — Краснознаменная Днепровская флотилия
кг — килограмм
кк — кавалерийский корпус
КЛ — канонерская лодка
кн. — кандидат
Кол. (нем.) — поселок
ком. — командир
командарм — командующий армией
комэск — командир эскадрильи
корп. — корпусная
КП — командный пункт
кр-ц — красноармеец
КТР — катер-тральщик
Л. — лист
лабр — легкая артиллерийская бригада
лап — легкий артиллерийский полк
лат. — латышский (ая, ое)
лгск — легкий горнострелковый корпус
лед — лыжно-егерская дивизия
леп — лыжно-егерский полк
лпд — легкая пехотная дивизия
л/с — личный состав
лск — легкий стрелковый корпус
л-т — лейтенант
м — метр
м. — местечко (населенный пункт)
мап — механизированный артиллерийский полк
мап — минометный артиллерийский полк
мбр — механизированная бригада
МГУ — мощная громкоговорящая установка
мд — моторизованная дивизия
МЗА — малокалиберная зенитная артиллерия
миб — мото-инженерный батальон
мибр — моторизованная инженерная бригада
мин. — минометный (ая)
мин. бат. — минометная батарея
минбр — минометная бригада
минд — минометный дивизион
минп, минполк, мп — минометный полк
мм — миллиметр
мк — механизированный (моторизованный) корпус
МО — министерство обороны
мор., морск. — морской
мпмб — моторизованный понтонно-мостовой батальон
мпмбр — моторизованная понтонно-мостовая бригада
м/с — медицинская служба
мсбр — морская стрелковая бригада
мшисбр — моторизованная штурмовая инженерно-саперная бригада
н/н — неустановленной нумерации
над — ночная авиационная дивизия
нарком — народный комиссар
нац. ком. — национальный комитет
нац. — соц. — национал-социалистический
нач. — начальник
начштадив — начальник штаба дивизии
НБА — ночная бомбардировочная авиация
нгд — народная гренадерская дивизия
нем. — немецкий (ая, ое)
НКВД — народный комиссариат внутренних
дел НКИД — народный комиссариат иностранных дел
НКО — народный комиссариат обороны
НКСГ — Национальный комитет «Свободная Германия»
НП — наблюдательный пост
НПП — непосредственная поддержка пехоты
(танками) нр — номер
НСДАП (нем.) — национал-социалистическая немецкая рабочая партия
НШ — начальник штаба
о. — остров
оад — отдельный артиллерийский дивизион
оатб — отдельный автотранспортный батальон
обхз — отдельный батальон химической защиты
ОВ — отравляющее вещество
огн., огнеметн. — огнеметный (ая)
ОГУ — облегченная громкоговорящая установка
оз. — озеро
озад — отдельный зенитный артиллерийский дивизион
озпр — отдельная зенитно-пулеметная рота
ОЗС — облегченная звуковещательная станция
оиаб — отдельный инженерно-аэродромный батальон
оиап — отдельный истребительный авиационный полк
оиб — отдельный инженерный батальон
оиптабр — отдельная истребительно-противо-танковая артиллерийская бригада
оиптап — отдельный истребительно-противо-танковый артиллерийский полк
оиптд — отдельный артиллерийско-противо-танковый дивизион
ОКВ (нем.) — верховное командование вермахта
окр. — окраина
окрап — отдельный корректировочно-разведывательный авиационный полк
ОМ — особой мощности
омб — отдельный моторизованный батальон
омибр — отдельная мото-инженерная бригада
омпмб — отдельный моторизованный понтонно-мостовой батальон
омпоб — отдельный минно-подрывной огнеметный батальон
омсб — отдельный мостостроительный батальон
омсбр — отдельная мотострелковая бригада
ооб — отдельный огнеметный батальон
оохб — отдельный огнеметно-химический батальон
ОП — огневая позиция
Оп. — опись
опаб — отдельный пулеметно-артиллерийский батальон
опер, отдел — оперативный отдел
опмб — отдельный понтонно-мостовой батальон
опс — отдельный полк связи
ор — огнеметная рота
орад — отдельный разведывательный артиллерийский дивизион
оран — отдельный разведывательный авиационный полк
ороб — отдельный ранцевый огнеметный батальон
орс — отдельная рота связи
осб — отдельный саперный батальон
ОСГ — отдел снабжения горючим
особ, назнач. — особого назначения
отд. — отдельный (ая)
отбр — отдельная танковая бригада
отм. — отметка
отп — отдельный танковый полк
отпад — отдельный тяжелый пушечный артиллерийский дивизион
оттр — отдельная трофейно-техническая рота
отэр — отдельная техническо-эвакуационная рота
охр. — охранный (ая)
ПА — полковая (полевая) артиллерия
ПА — польская армия
пабр — пушечная артиллерийская бригада
пап — пушечный артиллерийский полк
пб — пехотный батальон
пбр — пехотная бригада
ПВО — противовоздушная оборона
пд — пехотная дивизия
пех. — пехотный (ая, ое)
п-к — полковник
плавсредства — плавучие средства
платф. — платформа
ПНП — передовой наблюдательный пункт
ПНШ — помощник начальника штаба
ПО — передовой отряд; политический отдел
ПОАРМ — политический отдел армии
погран. — пограничный
ПОЗ — подвижные отряды заграждений
полиц. — полиция
польск. — польский (ая, ое)
понмбр — понтонно-мостовая бригада
пп — пехотный полк
приг. — пригород
прим. — примечание
пр-к — противник
продфураж — продовольствие и фураж
ПСО — последовательное сосредоточение огня
птд — противотанковый дивизион
ПТО — противотанковая оборона (орудие)
ПХЗ — противохимическая защита
пуль, взвод — пулеметный взвод
ПУ — политическое управление
ПУ — пункт управления
р. — река
разгранлиния — разграничительная линия
рап — разведывательный авиационный полк
РВГК — резерв Верховного Главнокомандования
РВК — районный военный комиссариат
РГК — резерв Главного командования
р/д — разведывательные данные
рд — резервная дивизия
р-н — район
РО — разведывательный отдел (отряд)
РОА — Русская освободительная армия
РОТ — ранцевый огнемет
РС — реактивный снаряд
рто — рота технического обеспечения
СА — Советская Армия
САБ — светящая авиационная бомба
сабр — самоходная артиллерийская бригада
сад — смешанная авиационная дивизия
сак — смешанный авиационный корпус
сап — самоходный артиллерийский полк; смешанный авиационный полк
САУ — самоходная артиллерийская установка
сб — стрелковый батальон
сбр — стрелковая бригада
СВАГ — Советская военная администрация в Германии
СВГК — Ставка Верховного Главнокомандования
сводн. — сводный
с/г — сего года
СГА — Северная группа армий
СГВ — Северная группа войск
СД (нем.) — служба безопасности
сд — стрелковая дивизия
сев. — север (ный, нее)
ск — стрелковый корпус
СКА — сторожевой катер
СМЕРШ, «Смерш» — военная контрразведка
смэ — смешанная эскадрилья
снбап — скоростной ночной бомбардировочный авиационный полк
СНИС — самолеты наблюдения и связи
СНК — Совет народных комиссаров
сп — стрелковый полк
ср — стрелковая рота
СС (нем.) — военизированная организация нацистской партии
ст. — станция
ст. — старший
стр. — стрелковый (ая)
СУ — самоходная установка
т — тонна
т., тов. — товарищ
ТА — танковая армия
танк. — танковый (ая)
тб — танковый батальон
ТВД — театр военных действий
тгабр — тяжелая гаубичная артиллерийская бригада
тд — танковая дивизия
тк — танковый корпус
т. к. — так как
ТОДТ (нем.) — военизированная строительная организация
тсап — тяжелый самоходный артиллерийский полк
теп — танко-самоходный полк
ттп — тяжелый танковый полк
ТЩ — тральщик
УА, уд. А — ударная армия
уапд — учебная авиаполевая дивизия
УБТСиР — Управление бронетанкового снабжения и ремонта
УИС — Управление интендантской службы
укреп. — укрепленный (ая)
УОС — управление оборонительного строительства
упр. — управление
УР — укрепленный район
УС — узел связи; узел сопротивления
УТ — Управление тыла
УФ — Украинский фронт уч. — учебный (ая)
Ф. — фонд
ФАБ — фугасная авиационная бомба
ФАС — фронтовой авиационный склад
фл. — флигель
ФОГ — фугасный огнемет
ФОТАБ — фотографическая авиационная бомба
фр. — фронт (фронтовой)
ХППГ — хирургический полевой подвижный госпиталь
ЦАМО РФ — Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации
ЦГА — Центральная группа армий
ЦГВ — Центральная группа войск
ЦК — центральный комитет
«Ч» — время начала атаки
чел. — человек
чл. — член
шад — штурмовая авиационная дивизия
шак — штурмовой авиационный корпус
шисбр — штурмовая инженерно-саперная
бригада шт. — штук
штакор — штаб корпуса
ШТАРМ — штаб армии
шэ — штурмовая эскадрилья
эди — эскадрилья двухмоторных истребителей
эни — эскадрилья ночных истребителей
эст. — эстонский (ая, ое)
ЮГ В — Южная группа войск
юго-вост. — юго-восточный (ая, ое)
Нормативное название
Варианты
Адлерсхоф
Адлерсгоф
Аллиансеплац
Аллиансе-плац
Альт-Тухенбанд
Альт Тухенбанд
Бад-Наугейм
Бад Наугейм
Белиц
Белитц, Беелиц
Берлин-Панков
Берлин Панков
Борнсдорф
Бонсдорф
Буххольц
Бухгольц
Веймар
Ваймар
Вест-Одер
Вест Одер
Виттенберг
Витенберг
Виттшток
Витшток
Вольдек
Вольдегк
Гёрлиц
Гёрлиц
Гогенцоллерн-канал
Канал Гогенцоллерн
Гросс-Глинике
Грос-Глинике
Гроткау
Гротткау
Дирксенштрассе
Дирксен-штрассе
Засниц
Засснитц
Канал Хафель-Одер
Хафель-Одер-Канал
Квапендорф
Кваппендорф
Кёнигсвустерхаузен
Кенигс-Вустерхаузен
Кёпеник
Кёпеник
Клейн-Керпс
Клейн-керпс
Котбус
Коттбус
Ландвер-Канал
Канал Ландвер
Луккенвальде
Лукенвальде
Любен
Любенн
Майданек
Майдане
Мекленбург
Меклебург
Нейсе
Нейссе
Ной-Вербиг
Ней Вербиг
Нойдамм
Нойдам
Нойкёльн
Нойкольн
Ной-Руппин
Ней-Руппен
Нойштадт
Нейштадт
Ост-Одер
Ост Одер
Париц
Парицер
Потсдам
Потстдам
Пренцлауэрберг
Пренцлауеберг
Стендаль
Штендаль, Стендель
Тойпицерзее
Тойпицер-Зее
Фридрихсхафен
Фридрихсгафен
Хафель
Хавель
Хэльзе
Хельзе
Цвиккау
Цвикау
Шеллингштрассе
Шеллинг-штрассе
Шпре
Шпрее
Штраусберг
Штроусберг
Штутгарт
Штутгард
Ютербок
Ютерборг
Сложные географические названия, содержащие в себе слова: Ной-; — плац; — штрассе; — канал пишутся слитно, однако встречаются варианты написания в два слова и через дефис.