Комментарий к романам, вошедшим в шестой том "Двенадцатитомного собрания сочинений Жюля Верна".
1.0 — создание файла — Петров Эдуард (19.09.2011)
Филеас Фогг должен был вернуться в Лондон в зал Реформ-клуба в субботу 21 декабря 1872 года в 8 часов 45 минут вечера, ровно через восемьдесят дней после своего отъезда. Однако согласно отметкам в его записной книжке он опаздывал в Лондон и должен был проиграть пари.
Свою поездку вместе со слугой Паспарту он совершал, следуя в восточном направлении, то есть навстречу восходящему солнцу. Европу он покинул в Бриндизи, двигаясь через Суэцкий канал в Бомбей и далее на восток.
Как же получилось, что при таком направлении кругосветного путешествия он выиграл сутки времени?
Для того чтобы объяснить это, нам надо вспомнить, какие явления положены в основу счета времени, которым мы пользуемся повседневно.
В основу счета времени положено вращение Земли вокруг своей оси и прохождение Солнца через меридиан той точки, в которой находится наблюдатель или житель того или иного населенного пункта.
Известно, что Земля вращается вокруг своей оси с запада на восток, что обусловливает кажущееся движение Солнца вокруг Земли с востока на запад.
Счет истинного местного солнечного времени условно начинается с полуночи. В это время солнце спускается за горизонт ниже всего (нижняя кульминация), но через 12 часов — в полдень — солнце стоит над горизонтом выше всего (верхняя кульминация).
Промежуток времени между двумя ближайшими нижними (или верхними) кульминациями и называется истинными солнечными сутками, и относительно их и определяется истинное солнечное время.
Жить по истинному местному солнечному времени оказалось неудобным, так как видимое движение Солнца несколько неравномерно, а следовательно, и продолжительность истинных солнечных суток не всегда одна и та же. Поэтому астрономы предложили пользоваться «средним Солнцем», совершающим свое полное обращение по небу во столько же времени, как и «истинное Солнце», но двигающимся равномерно и всегда точно над экватором. По движению «среднего Солнца» и ведется счет нашего времени.
Разницу между истинным местным солнечным и средним местным солнечным временем называют уравнением времени.
Однако жить по среднему местному времени тоже неудобно, потому что если оно одинаково для всех точек Земного шара, расположенных на одном и том же меридиане, то оно уже разнится для любых населенных пунктов, расположенных на восток или на запад один от другого. Поэтому сейчас живут по среднему поясному времени, построенному на условном делении Земного шара на 21 пояса меридианами, отстоящими друг от друга на 15°: внутри каждого пояса время считают одним и тем же.
Границы поясов для удобства населения проводятся не точно по меридианам, а по границам государств. Так, например, Англия, Франция, Бельгия живут по одному и тому же гринвичскому времени, или по времени так называемого «нулевого пояса». Его называют западноевропейским временем. Германия, Чехословакия, Швейцария, Австрия живут по времени первого пояса, то есть по гринвичскому времени плюс один час, или по среднеевропейскому времени. Балканские страны живут по восточноевропейскому времени, по времени второго пояса.
В каждом поясе часы, поставленные по среднему поясному времени, по сравнению с часами, поставленными по среднему времени соседнего пояса, показывают ровно на один час вперед, если этот пояс расположен западнее, и на один час назад, если этот пояс расположен восточнее. При переезде из одного пояса в другой приходится переставлять свои часы или ровно на час вперед при движении с запада на восток, или ровно на час назад, если едешь с востока на запад.
Представим себе теперь героя романа Жюля Верна, отправившегося в кругосветное путешествие от Гринвича, расположенного в предместье Лондона, на восток 1 января и движущегося так, что каждый день он попадает из одного пояса в другой: ему придется каждый день переставлять свои часы ровно на один час вперед. Когда он, объехав вокруг света, вернется в Гринвич, ему будет казаться, что он вернулся 26 января. Если бы он путешествовал с такой же скоростью не в восточном, а в западном направлении, то ему казалось бы, что он вернулся в Гринвич 24 января.
Такая ошибка произошла на самом деле с первой кругосветной экспедицией Магеллана и привела в страшное смущение се участников. На такой ошибке и построен роман «Вокруг света в восемьдесят дней».
Причина ошибки заключается в том, что путешественник, объезжая Земной шар с запада на восток, то есть в направлении вращения Земли, сделает вокруг Земли один лишний оборот. Для него Солнце взойдет не 24, а 25 раз. При движении с востока на запад он сделает одним оборотом меньше.
Чтобы избежать такой ошибки, по международному соглашению установлена «линия изменения даты». Она проходит по Тихому океану, по 180е долготы от Гринвича и через оба полюса, Корабль, пересекающий линию изменения даты с запада на восток, считает один и тот же день два раза, а корабль, пересекающий ее в обратном направлении, один день пропускает. Если, например, корабль при следовании с востока на запад пересечет линию изменения даты 12 января, то следующий день у него будет 14 января.
Условность принятого нами счета времени лучше всего чувствуется на Северном и Южном полюсах, где нет географической долготы, так как здесь все меридианы сходятся вместе в одной точке. А если нет долготы, то нет и времени суток. Поэтому здесь можно жить по времени любого пояса. Для удобства расчетов обычно часы переводятся на гринвичское время, являющееся по международному соглашению временем нулевого пояса.
Роман «Вокруг света в восемьдесят дней» печатался в газете «Тан» («Le Temps») с 6 ноября по 22 декабря 1872 год.), и начале 1873 года вышел отдельным изданием.
Публикация этого произведения в большой ежедневной газете привлекла к нему внимание читателей и прессы. Вскоре после появления отдельного издания роман был переведен на несколько языков. В России он печатался в журнале «Русский вестник» и в том же 1873 году был опубликован в трех разных переводах.
Большой успех романа побудил дирекцию театра Порт-Сен-Мартен обратиться к Жюлю Верну с предложением инсценировать произведение. Сценический вариант, написанный в соавторстве с драматургом А. Деннери, был закончен весной 1874 года. 8 ноября состоялась премьера спектакля-феерии «Вокруг света в восемьдесят дней». Пьеса выдержала 400 представлений подряд, а всего с 1874 по 1038 год ставилась на сцене Порт-Сен-Мартен 2250 раз.
Интерес к спектаклю был вызван прежде всего сценическими эффектами. По словам парижского корреспондента «Отечественных записок», эта пьеса — своего рода «сценическое нововведение, ряд этнографических картин, что-то вроде волшебно-географической сказки, имеющей целью поучать, развлекая. К несчастью, сотрудничество Деннери много ей повредило. Мелодрама, самая невероятная, очутилась на первом плане, а этнографическая обстановка, в которой часто даже не соблюдён местный колорит, сделалась только ее рамкою. На сцене по волнам идет небольшой пароход, проходит целый поезд с локомотивом и вагонами… Кроме того, перед зрителями является живой слон… На пьесу уже стали появляться пародии — несомненный признак успеха» («Отечественные записки», 1874, № 12, стр. 373).
Инсценировка пьесы с неизменным успехом шла на протяжении нескольких десятилетий в театрах Петербурга и Москвы
В основе романа «Вокруг света в восемьдесят дней» лежит любопытный научный факт. Подобный же факт, связанный с потерей или выигрышем одного дня во время кругосветного путешествия, был использован американским писателем Эдгаром По в рассказе «Неделя с тремя воскресеньями». В очерке об Эдгаре По (1863) Жюль Верн писал, что для трех людей на одной неделе может быть три воскресных дня, если один совершит кругосветное путешествие, выехав с запада на восток, другой — с востока на запад, а третий останется на месте. Встретившись снова, они узнают, что для первого воскресенье было вчера, для второго — наступит завтра, а для третьего оно — сегодня. В этих пояснениях Жюля Верна к рассказу Эдгара По уже намечается замысел его будущего романа «Вокруг света в восемьдесят дней».
В окончательном виде замысел произведения сложился, по-видимому, не раньше второй половины 1860 года, когда известный французский географ Вивьен де Сен-Мартен напечатал в географическом журнале «Вокруг света» («Le Tour du Monde») статью о возможности кругосветного путешествия в восемьдесят дней. Вскоре после выхода романа Французское Географическое общество стало получать письма по поводу данного автором научного объяснения неожиданной развязки произведения. С отпетом на эти письма 4 апреля 1873 года на заседании Географического общества выступил сам Жюль Верн («Bulletin de la Societe de Geographie», v. VI, p. 423–428).
После его выступления научная полемика, вызванная романом «Вокруг света в восемьдесят дней», еще более оживилась. Во французских газетах печатались статьи по поводу объяснений, представленных писателем, и сообщалось, какие меры собирается принять Бюро долгот для того, чтобы урегулировать международный счет времени и добиться согласованности с другими странами в этом вопросе.
Роман Жюля Верна вызвал во французской литературе подражания (например, роман Поля д'Ивуа «Пять су Левареда») и целый ряд практических попыток достигнуть и превзойти «рекорд» Филеаса Фогга. Последнее стало возможным лишь в самом конце XIX — начале XX века.
Неисчерпаемая фантазия Жюля Верна всегда опиралась на точные знания; можно только удивляться, насколько писатель был осведомлен о последних географических открытиях или наблюдениях, которые он умело использовал в своих приключенческих романах. В этом отношении особенно интересна его книга «В стране мехов», описывающая странствование группы охотников по Северной Канаде и вынужденное путешествие героев романа на плавающем острове-льдине, оторвавшемся от берегов Северной Америки.
В истории Арктики существуют многочисленные упоминания об островах или землях, открытых в разное время исследователями, а затем бесследно исчезнувших. К таким землям или островам относятся Земля Джиллиса, Земля Андреева, Земля Санникова и другие. Известно, что в 1707 году капитан китобойного корабля Джиллис увидел севернее Шпицбергена, недалеко от северо-восточных берегов этого архипелага, высокую землю, получившую впоследствии название Земли Джиллиса. Достичь этою нового острова Джиллис не смог из-за тяжелого льда, преградившего ему путь. Он зарисовал очертания Земли и приблизительно нанес ее на карту. В последующем Землю Джиллиса пытались обнаружить многие полярные исследователи, однако их старания не увенчались успехом. В 1935 году ледокол «Садко» подходит к этому району. На поиски Земли был даже послан самолет, пилотируемый известным летчиком Бабушкиным, но никакой земли Бабушкин не обнаружил.
Пожалуй, более интересными были слухи, распространившиеся в XVII веке о том, что где-то к северу от Чукотского полуострова находится неизведанная земля. Слухи оказались настолько упорными, что Адмиралтейство предписало начальнику Северной экспедиции Берингу отыскать эту землю, о чем о данной ему инструкции сказано: «Разведать подлинно в Якуцке о значащейся на карте против устья Колымы земле великой».
В 1763 году, со специальной целью поисков этих земель, на Медвежьи острова был послан отряд сержанта Степана Андреева, в состав которого входили Федор Татаринов и Ефим Коновалов. Первый год исследований не дал определенных результатов, поэтому в 1764 году Андреев опять направился на Медвежьи острова. В донесении о втором путешествии было указано, что: «Сержант Андреев с последнего из Медвежьих островов усмотрел в великой отдаленности полагаемый им величайший остров, куда и отправился льдом на собаках». Однако добраться до этого острова он не смог, но тем не менее донесение Андреева создало мнение о реальности земли, находящейся к северу от Медвежьих островов; ее даже назвали Землей Андреева. В 1820–1823 годах поисками Земли Андреева занялся лейтенант Федор Петрович Врангель. Походы Врангеля были совершены в исключительно тяжелых условиях. Земли Андреева Ф. П. Врангель не нашел, но он предсказал открытие другого острова, который и поместил на своей карте к северу от мыса Якан. Действительно, этот острой был обнаружен в 1849 году английским кораблем «Геральд» и получил название острова Врангеля.
Наиболее любопытна история Земли Санникова, послужившая отчасти фабулой для приключенческого романа «Земля Санникова», написанного известным советским геологом академиком В. А. Обручевым. В 1811 году промышленник Яков Санников увидел с северного берега острова Котельного неизвестную землю с высокими берегами. Он пытался подойти к ней по льду, но путь ему преградила большая полынья. С тех пор таинственная Земля Санникова волновала многих полярных путешественников; среди них были убежденные сторонники существования такой земли. К их числу относился и известный русский полярный путешественник Э. В. Толль, утверждавший, что он видел эту землю с Новосибирских островов. Толль ссылался при этом на своего проводника Джергели, много лет охотившегося на Новосибирских островах и утверждавшего, что он также видел эту землю. Толль был настолько уверен в существовании Земли Санникова, что добился организации русской полярной экспедиции на судне «Заря» (1900–1903), основным заданием которой явилось отыскание Земли Санникова. Но Толль на своем пути к острову Бенетта не обнаружил никакой земли, поэтому он решил возвратиться к той точке, в которой по его прежним наблюдениям должна была находиться эта земля. Достичь цели из-за сплошных тяжелых льдов и густых туманов не удалось, поэтому «Заря» вернулась в бухту Тикси, не дав положительного ответа.
Земля Санникова оставалась загадкой вплоть до советского времени, когда многочисленные и широко поставленные исследования Северного Ледовитого океана объяснили эту загадку.
В 1937 году ледокол «Садко» проходил в этом районе не только с целью поисков таинственной земли, но и для того, чтобы высадить полярную станцию на острове Генриетты. Никакой земли на трассе «Садко» не оказалось. Вскоре в этом районе полярный летчик И. И. Черевичный и штурман В. И. Аккуратов обнаружили во время разведки гигантский столовый айсберг, на котором были заметны отдельные возвышенности. В те же годы, а также позднее и другие полярные летчики обнаруживали во время разведки плавающие земли-айсберги к северу от острова Котельного и к северу от Северной Земли.
В марте 1941 года наши летчики открыли большой ледяной остров к северу от Медвежьих островов на широте в 74о, то есть примерно на месте предполагаемой Земли Андреева. Он имел волнистую поверхность, с хорошо выраженными руслами речек. Последовательно посещая этот район, удалось установить, что этот ледяной остров дрейфует на север. Летчики дали ему название острова Андреева.
Следует отметить, что и исследователи полярных районов, примыкающих к архипелагу островов Северной Америки, также обнаружили гигантские сравнительно плоские льдины, которые медленно дрейфовали в районе Северного Ледовитого океана
В американской специальной печати описывается открытие трех ледяных островов, получивших название «Т-1», «Т-2» и «Т-3» (от английского слова «target» — цель, мишень).
Па одной из этих льдин площадью около 150 км2 американцами была открыта полярная дрейфующая станция. Сам остров получил название Тарджет-три.
Наши ледовые разведчики утверждают, что именно за этим островом они следили, начиная с 1950 года, когда летчик Перов обнаружил его к северо-востоку от острова Геральда.
Сопоставляя эти и ряд других данных, исследователи Арктики пришли к совершенно определенным выводам о происхождении таких плавающих островов и о характере их дрейфа.
Обычные айсберги — это большие, глубоко погруженные глыбы льда, отколовшегося от языков ледников, спускающихся н море. Но наряду с ними значительно реже встречаются громадные сравнительно плоские льдины, родиной которых, невидимому, являются Гренландия и в особенности острова Канадского Арктического архипелага, в частности район Земли Элсмира. Именно здесь зарождаются гигантские плоские айсберги — пловучие острова, нередко несущие на поверхности нагромождения камней и даже скудную растительность. Эти айсберги отличаются от обычных айсбергов тем, что они представляют собой особые образования мелководных заливов, не связанные с деятельностью обычных ледников.
Сейчас достаточно точно установлено, что айсберги после своего «рождениям начинают плавать в водах Северного Ледовитого океана; нередко они вмерзают в паковые льды и вместе с ними совершают свои дрейфы в определенных направлениях. В зависимости от того, где эти айсберги образовались и в какой участок Северного Ледовитого океана они попали, оторвавшись от материнского массива льда, они совершают разные пути. Ледяные острова, рождающиеся в районе Земли Элсмира, совершают путь из моря Линкольна вдоль островов Канадского Арктического архипелага в направлении к мысу Барроу. Затем они проходят севернее острова Врангеля, но обычно не попадают при этом в течение холодных вод, проходящее от этого острова в юго-восточном направлении и идущее к Берингову проливу, а поворачивают на северо-запад и на север. Их дальнейший путь проходит около Северного полюса и приводит льдины обратно в район Земли Элсмира. Таким образом, для них характерна замкнутая циркуляция по направлению часовой стрелки. Некоторые плоские айсберги совершают замкнутую циркуляцию внутри моря Бофорта. Так, например, один из эскимосов, участник экспедиции Стефансона, обнаружил в 1911 году ледяной остров, на котором высаживался. Он отмечает, что на этом острове находилось много глины, гряды камней, была видна растительность. На льду имелись и озера, на которых плавали многочисленные птицы.
Современные познания о дрейфе ледяных островов и их природе дают полное основание утверждать, что Джиллис, Андреев, Санников и другие полярные исследователи, видевшие земли, на самом деле видели не что иное, как ледяные острова — плоские айсберги. Природа этих островов также достаточно выяснена. Они состоят из прочного пресноводного льда материкового происхождения и нередко несут на себе массы больших валунов, представляющих собой не что иное, как так называемые морены, или нагромождения обломочного материала, переносимого ледниками. Обычно такие большие острова возвышаются над уровнем океанов на 10–15 метров; часть же, уходящая» воду, имеет толщину в 40–50 метров.
Необходимо отмстить, что весной 1956 года во время воздушной ледовой разведки, проводившейся Высокоширотной экспедицией Главного управления Северного морского пути с целый выбора места для станции «Северный полюс — С», удалось обнаружить новую «ледяную землю» к северу от острова Врангеля, на которую и была высажена дрейфующая станция.
За советское время полярные летчики и гидрологи не только установили большое количество ледяных островов, но и определили точное направление их дрейфа. Оказалось, что в Централь ном полярном бассейне существуют две основные циркуляции дрейфа льдов. Разделом между ними является подводный хребет имени Ломоносова, тянущийся по дну океана от Новосибирских островов до Земли Элсмира. В восточной части Северного Ледовитого океана циркуляция дрейфа совершается по часовой стрелке, а в западной — в основном против часовой стрелки. Наши пилоты, штурманы и гидрологи первыми дали точные описания ледяных островов, проследили их пути движения и первые составили достоверные схемы их дрейфа.
Совершенно естественно, что в те времена, к которым относится книга Жюля Верна «В стране мехов», имелись в достаточной мере смутные представления об образовании дрейфующие островов и об их происхождении. Тем более приходится удивляться замечательной интуиции Жюля Верна, который по существу предугадал выводы нашей эпохи. Конечно, многое в его описании является фантастическим вымыслом, вполне оправдываемым сюжетом самого произведения, но этот вымысел опирается на достаточно прочные научные основы. Уже во времена Жюля Верна было известно, что через узкий Берингов пролив проходят два течения: одно холодное, идущее между островом Врангеля и Чукотским полуостровом, прижимающееся к западному берегу Берингова пролива, а другое — теплое, несущее воды Тихого океана, прижимающееся к Аляске. Поэтому допущение Жюля Верна о прохождении ледяного острова в Тихий океан, учитывая эти обстоятельства, было вполне реально. Жюль Верн только не знал о существовании замкнутых круговых дрейфов, которые позволяют раз возникшим островам описывать по водам Северного Ледовитого океана большие круги в направлении движения часовой стрелки, медленно разрушаясь в течение многих лет своего пути.
Блестяще написанная книга, несомненно, побудит нашего любознательного читателя более глубоко заинтересоваться природой арктического севера и новейшими достижениями советских гидрологов.
Жюль Верн начал работать над романом «В стране мехов» в феврале 1871 года. В 1872–1873 годах роман печатался в «Журнале воспитания и развлечения» и в 1873 году вышел в свет отдельным изданием.
«В стране мехов» — один из самых интересных географических романов Жюля Верна. Автор дает в общем правдивое представление об американском секторе Арктики, привлекая многочисленные источники, раскрывающие историю изучения и освоения этих далеких земель. Маршрут путешествия лейтенанта Гобсона и его товарищей, закончившегося у Алеутских островов, впоследствии как бы продолжили герои романа Жюля Верна «Цезарь Каскабель», совершив, тоже поневоле, плавание на дрейфующей льдине от Аляски до Новосибирских островов, а также герои романа «Найденыш с погибшей «Цинтии», которым удалось проделать за одну навигацию кругосветное путешествие в полярных водах России и Америки.
Роман «В стране мехов» впервые вышел на русском языке в 1874 году в переводе Марко Вовчок под заглавием «Путешествие в страну пушных зверей, или Приключения на пловучем острове». В рецензии, опубликованной в журнале «Дело» (1874, № 2), «В стране мехов» оценивается как один из лучших географических романов Жюля Верна.