Предисловие I.

Когда мне было 15 лет, я помню песню Игги и «Stooges» — «Search and Destroy» (Найти и уничтожить), которая стала моим собственным личным гимном. Это была тема, которую я буду нести в течение многих десятилетий как свою собственную молитву дьяволу. Песня могла также быть вытатуирована на моих пальцах, т.к. не могло быть никаких более истинных слов для юного, отчужденного подростка.

Элис Купер был другим музыкальным героем. Подобно Нострадамусу, Элис предсказал будущее в своей песне «Welcome To My Nightmare», во всяком случае, мое будущее.

Все же кошмар Эллиса был шоу–бизнесом. Эта книга нечто совершенно другое. Это – я, приглашающий вас в настоящий кошмар, который я пережил почти 20 лет назад; кошмар, который был настолько ужасен, что чуть не убил меня. Но теперь я знаю, что это было не только наркотики – это было также мое прошлое, бессознательно преследующее меня и, даже смертельная доза наркотиков не могла, казалось, приглушить боль.

Я предполагаю, если бы мы могли соединить эти две песни (Игги Попа и Элиса Купера), вы получили бы песенную тему моей юности. На рождество 1986 года я был членом одной из самых крутых рок–н–ролльных групп в мире. Я был также алкоголиком, наркоманом кокса и героина, держащимся за нисходящую спираль депрессии.

В музыкальном плане, я всегда думал, что «Motley Crue» были отвратительной комбинацией рока, панка, глэма и попа, с добавлением доли сарказма, гнева и юмора, любви и ненависти, счастья и печали. Конечно, в зависимости от рецепта было всегда большее или меньшее количество секса. Я думаю, что такое рок–н–ролл, если не секс? Отвратительный? Естественно. Шовинист? Всегда. Мы все это смешали в блендере и получили очень ядовитый коктейль.

Эти дневники начались на Рождество 1986 года, но тот день не был чем–то особенным. Я был наркоманом задолго до этого, и остался им некоторое время после. Возможно, тот день привел меня в чувство. Нечто, что заставило в Рождество одинокого, голого, сидящего под рождественской елкой, вколовшего дозу такой степени, понять, что твоя жизнь в опасности, выходя из–под контроля.

Люди за эти годы пробовали смягчить ситуацию, говоря, что возможно пребывание в «Motley Crue» превратило меня в наркомана… но я не думаю, что это так на самом деле. Тот удар гения был моим собственным результатом. И даже будучи ребенком, я никогда не был склонен избегать пули. Я всегда был первым, кто примет удар между глаз на себя. Я был упрямым, решительным и всегда стремящимся навредить сам себе для улучшения хаоса, беспорядка и сопротивления – всех черт, которые сделали меня известным, а позднее позорным. Ингредиенты успеха и провала – все содержится в чудесном пакете с эмоциональной невозмутимостью коктейля Молотов. Когда я приехал в Лос–Анджелес в конце 70–х и обнаружил кокаин, это только усилило их очаровательную характеристику.

Но алкоголь, кислота, кокаин… они были только любовной интрижкой. Когда я встретил героин, это была истинная любовь.

После того, как мы стали знамениты, «Motley Crue» приносили мне денег больше, чем я знал, что с ними делать. Так что естественно, я пустил их на единственную вещь, которую хотел: наркотики. До группы я жил ради музыки; после того как это свершилось я жил только ради наркотиков. Допустим, что может быть «Motley» дали мне средства, чтобы стать наркоманом, но… знаете что? Если бы не это, так я нашел бы другой способ.

Я думаю, что все мы проживаем свою судьбу, даже тот, кто выбрал наихудший способ. Итак, почему я совершил это странное, темное путешествие? ОК, у меня есть три теории этого.

1. Мое детство было дерьмовым. Мой отец ушел из семьи, когда мне было три года, и больше не вернулся.

2. Моя мама пыталась любить меня, но каждый раз появлялся новый парень, и она отправляла меня прочь, к моим бабушке и дедушке.

3. Я родился наркоманом. Это не удивительно, что я рос, чувствуя себя озлобленным, нелюбимым и так или иначе нуждающемся… в мести.

Мести кому? Миру? Самому себе?

Я всегда двигался вперед, даже когда не знал, куда я иду. Задолго до того, как я встретил Томми Ли, Винса Нейла и Мика Марса, я знал, что буду в Motley Crue. Я знал, как мы будем выглядеть, на кого мы будем похожи, как мы будем себя вести (совершенно ужасно, ясное дело).

Motley Crue были всегда музыкой и девочками… музыкой и наркотиками… и музыкой и насилием. Мы хотели быть самой великой, самой грязной, самой громкой рок–группой на планете. Мы знали, что были на верном пути уже в 1983 –м, когда мы на вертолете прилетели играть перед 300.000 металлистами на фестивале в Лос–Анджелесе; нашем единственным стремлением было быть хейдлайнерами. Это был только вопрос времени. Мы двигались по дороге в ад и имели исключительно плохие намерения разрушить все на своем пути. Вы могли найти нас по следу, секс, наркотики и рок–н–ролл, который мы оставили за собой.

Но два главных события случились со мной в 1983 году. «Shout At The Devil» стал платиновым и переместил Motley вверх по лестнице. И я, будучи пьяным, разбил свой Порше, вывихнул плечо и начал курить героин, чтобы заглушить боль. Проблема в том, что я продолжал курить – а затем колоть героин – после того, как боль ушла. Fuck! В этом ключ того, что я стал наркоманом — героинщиком. Надо было быть достаточно одержимым, чтобы сходить по ним (наркотикам) с ума, но одержимость – это единственное, чем я был в то время. …. Когда Винс Нейл сел в тюрьму на 20 дней, я не посещал нашего певца и ни разу не позвонил ему. Это мне даже не пришло в голову. Это было бы тратой драгоценного времени, которое можно посвятить наркотикам.

Когда закончился тур «Theatre Of Pain» в 1986 году, я был на пути к становлению резко выраженным героинщиком. У меня был передоз после концерта в Лондоне, и меня бросили умирать в мусорном контейнере. Я вернулся, одуревший от наркотиков, чтобы быть шафером Томми на его свадьбе, со шприцами, спрятанными в моих ковбойских сапогах. И я остался дома, вместо того, чтобы присутствовать на похоронах моей бабушки – женщины, единственно любившей и воспитавшей меня.

И дела складывались еще хуже. Намного хуже.

Самая странная вещь – то, что в течение самого темного, наиболее потерянного времени моей жизни… я вел дневники. Дома, будучи обдолбанным, или в туре, я набрасывал свои мысли на разорванных журналах или обрывках бумаги. Иногда я писал их совершенно трезвым и нормальным. В другое время, они походили на дневник сумасшедшего. Думаю, что своим пропитанным наркотой коматозным умом я считал, что мой дневник был единственным человеком, который действительно меня понимал. Возможно мой единственный друг, которому можно доверить… он не скажет, что это одиночество на вершине в никуда.

Я забыл о существовании этих дневников, или возможно я отрицал их, пока не вытащил их из ящика архивов в прошлом году, похороненные под моими заплесневелыми тур–программами, журналами и мультиплатиновыми наградами. Они были искренне отвратительны для меня, чтобы читать, окно назад в темное время моей жизни, которую я оставил позади давным–давно… с надеждой, что никогда не вернусь.

Когда я пишу эти строки, «Motley Crue» вернулись и снова играют в мировом туре. Мне это гребаное дерьмо нравится, и в некоторой степени жизнь в Crue столь же безумна как раньше. Наши электрогитары по–прежнему громки и наше отношение – тоже. Я все еще люблю играть рок–н–ролл. Фактически, я могу сказать уверенно, что это поднимает меня выше. Я чувствую себя привилегированным, чтобы все еще быть в этом, чтобы делать то, что я так сильно люблю, и практически, что мы все еще делаем это в нашем возрасте – чрезвычайно гребаное удовлетворение. Различие в том, что я больше не отталкиваюсь от стадии Adrenaline Rush, чтобы начать самоубийственный процесс употребления наркотиков для поднятия духа.

Теперь достаточно музыки и фэнов. Точно так, как это и должно быть.

Я – один и тот же человек, но одновременно другой. Вы увидите, что есть Sikki, и затем есть Nikki, немного трезвый, держащий все под контролем и вне контроля, сумасшедший. Время от времени мне даже приходит в голову, что я может быть похож на человека, которого в 86–ом Ники ненавидел бы. Это нормально, я не думаю, что хотел бы знать Sikki в 2006 г. Так что все просто.

Я слушал «Velvet Undeground» снова сегодня и песня «Heroin» хороша как никогда, особенно когда ЛУ Рид поет о героине, являющемся его смертью, его жизнью и его женой.

Кто мог бы подумать, когда я рос в штате Айдахо, что одна из наиболее вдохновенных песен моей жизни песен умрет также как предмет песни.

Я мог сжечь эти безумные дневники или отложить их туда, где я их нашел, и никто когда–либо не станет немного мудрее. Итак, почему я решил их издать и показать миру каким я был трахнутым, ослабевшим психом, которым я был в разгаре моего успеха?

Что ж, это просто. Если один человек, прочитавший эту книгу, не опустился по той же самой дороге как я, ради этого стоило разделить мой личный ад с ним. Я также жертвую прибыль с этой книги, чтобы помочь беспомощным детям (Running Wild in the Night through Covenant House).

Они говорят, чтобы иметь то, что ты имеешь, надо это отдать. Я верю этому. Я также думаю, что ты можешь быть чертовски крутым, не дать трахнуть себя и получить пинок под зад в жизни, и не быть отвратительным. Я по–прежнему первый человек, говорящий «Пошел ты!» (Fuck you), но я стремлюсь говорить, что «Я люблю тебя». Если жизнь – то, что ты делаешь, я сделаю ее большим. Потребуется много усилий и если тебе нужно, ты сможешь сделать это тоже.

Последнюю, но не в последнюю очередь строчку в «Home Sweet Home» я написал в 1985 году, она столь же верна сегодня, как и тогда:

Мое сердце как открытая книга

Для целого мира, чтобы читать.

(My heart’s like an open book

For the whole world to read.)

Добро пожаловать в мой кошмар…

Никки Сикс. Декабрь 2006 г.

Предисловие II.

Впервые я встретился с Никки Сиксом в День Святого Валентина 1986 г. «Motley Crue» летели в Лондон с туром «Theatre of Pain», я писал тогда в еще малоизвестный британский музыкальный журнал «Melody Maker» и мы обменялись ничем не примечательным интервью. Никки был не в своем уме, я ушел, думая, что этот парень обречен. К утру у него был передоз и он валялся в мусорном контейнере. И это действительно был тот самый момент его падения.

Почти 20 лет спустя, Никки попросил, чтобы я работал с ним в «Героиновых Дневниках», и я понял, что он тогда вернулся к жизни. Когда Никки сначала показал мне его оставшиеся наброски на журналах и обрывки бумаг из той жизни, я был испуган – и не мог представить, что он до сих пор жив.

Некоторые страницы дневника Никки были целыми, многие — истлевшими, но, обращаясь к его памяти и исследуя старые примечания и документы, мы смогли заполнить дыры в истории человека, который был пульсом великой рок–группы, но быстро разваливался по швам.

Никки попросил, чтобы я составил другой взгляд на этот триллер, так что я искал людей, жизни которых он тогда терроризировал – участники «Motley Crue», которые принимали и/или боялись его; любовницы, которые были опустошены его ежедневным безумием; отдельно живущая мать, которая стремилась быть ближе к нему. Неудивительно, у них была пара довольно неприятных фраз, чтобы рассказать о неконтролируемом наркомане, которого они знали тогда, но Никки жаждал все эти оскорбления и злодеяния, перечисленные в этой книге. Я не знаю ни какой другой звезды его уровня, кто был бы настолько честным, или храбрым.

«Героиновые Дневники» — не легкое чтиво. Это книга, о которой Вы никогда не забудете.

Ян Гиттинс (Ian Gittins)

Декабрь 2006.

Декабрь 1986г.

С рождеством. Ну, это — то, что люди говорят на рождество, верно?

Декабрь 25, 1986.

Вэн Найс (Van Nuys), 19:30.

С Рождеством.

Что ж, так люди говорят на рождество, верно? Кроме того, около елки есть кто–то, кому сказать это. Они не сидят голыми в доме в Вэн Найс под рождественской елкой с иглой в руке как безумец.

Они – в своем уме и не пишут в дневнике, и они не проводят свой праздник, подогревая дурь в ложке. Я сегодня ни с кем не разговаривал.. я думал, чтобы позвонить Бобу Тиммонсу (Bob Timmons), но почему я должен портить его Рождество?

Я считаю, что должен начать другой дневник по нескольким причинам…

1. у меня совсем нет друзей.

2. так я смогу перечитать и вспомнить то, что я делал днем раньше.

3. если я умру, то, по крайней мере, оставлю бумажный след своей жизни (милая записка самоубийцы)

Счастливого Рождества… только я и ты, дневник. Добро пожаловать в мою жизнь.

БОБ ТИММОНС (Bob Timmons): рождество 1986 г, Никки увлекался героином и кокаином в течение, по крайней мере, года, возможно дольше. Как консультант по наркотикам, я встретился в первый раз с Никки, когда менеджер «Motley Crue», Док МакГи (Doc MCGhee) позвал меня поработать с певцом группы, Винсом Нейлом. Никки был поначалу очень враждебен ко мне: он пробовал запретить мне заходить за кулисы или быть рядом с ними.

Никки и я медленно формировали отношения, и в начале 1986 он попросил меня о помощи с его собственной зависимостью. Я предложил ему посетить реабилитационный центр, но он отказался и сказал, что не нуждается в этом. Он был очень упрямый в этом вопросе.

За эти годы я работал с платиновыми музыкантами от «Rolling Stones» до «Red Hot Chili Peppers» и всех остальных между ними, и это позволяло мне ясно понять одну вещь – «Motley Crue» больше, чем кто–либо написали книгу разрушения и вечеринок. В этой области они были самыми экстремальными людьми, которых я когда–либо встречал, и Никки был самый экстремальный из них. Много лет Никки имел один девиз: я буду делать только то, что я хочу делать и мне плевать на всех других.

Декабрь 26, 1986.

Вэн Найс (Van Nuys), 2:10 утра.

Джейсон (Jason) приходил сегодня снова. Я был тронут.. в конце концов, это и есть Санта Клаус. Он пришел, с сальными волосами Джеймса Дина (James Dean) и с глазами героинщика, глубоко посаженными на его вытянутом лице, и поэтому выглядящими накрашенным, и встал возле елки и спросил, как мое Рождество. Как он заботлив.. будто не знает. Что у него оно тоже самое. Иногда Джейсон молол всякую чепуху. Он спросил меня, сколько мне нужно, и я ответил, а сколько у тебя есть? И он посмотрел на меня этим высокомерным глумящимся взглядом и сказал, что все будет хорошо…

Его готичная подруга Анастасия, стремящаяся быть похожей на Бетти Пэйдж (Betty Page), ничуть не лучше. О, она довольно мила, но я знаю причину, я являюсь ее пропуском к более легкой, более тихой жизни. Я знаю, что она говорит Джейсону вскакивать, когда я звоню, потому что она больше, чем он, жаждет денег. Не только для героина, они используют меня, чтобы поддерживать свои дешевые мелкие пристрастия, она любит украшать свою крысиную однокомнатную нору всякой всячиной. Это – реальная причина, по которой она требует, чтобы он навещал меня и звонил….Она любит эти дополнительные наличные деньги, чтобы ходить в магазины уцененных товаров и секонд–хэнды.

Для меня она — Сьюзи Хоуммейкер (Suzie Homemaker — собирательный образ домохозяйки, зацикленной на ведении хозяйства) из Ада, но это все только фантазия – она слишком увязла в привычках.

НИККИ: мой дилер Джейсон и я имели настоящие отношения любви–ненависти. Я любил его, потому что я мог только поднять телефонную трубку, и он приедет через двадцать минут со всем, что мне нужно. Я ненавидел его, потому что это убивало меня. Он любил меня, потому что я давал ему сотни (иногда тысячи) долларов в сутки. Он ненавидел меня, потому что я был испорченной рок–звездой, миллионером, кто мог иметь все, что угодно и всякий раз я получал все, что хотел.

Я обычно кружил на мотоцикле Honda Shadow по Вэллис (Valleys) без рубашки, обдолбанный. Однажды Джейсон начал говорить о Харлее (Harleys) и насколько он ему нравится. У Томми был такой, так на следующий день я просто вышел и купил себе мотоцикл и поехал на нем к дому Джейсона, чтобы покрасоваться. Он был разъярен: это был мотоцикл его мечты, он показывал мне его фото, и я купил его. Он думал, что я был этаким испорченным надоедливым ребенком.

Джейсон был такой же гребаный героинщик как я. Он был высоким, тощим парнем, который в другой жизни, возможно, был бы моделью, или кем–то другим, но на самом деле он просто выглядел трупом. Это было реальной причиной его ненависти ко мне: мы оба жили для наркотиков, но я мог позволить себе столько, сколько я хотел.

Декабрь 27, 1986.

Вэн Найс, 4:15 утра

Кокаин хорош перед первой затяжкой. Я люблю этот момент. Прежде, чем я брал стеклянную трубку в свои губы… этот момент, когда все нормально, и страстное желание, слюнотечение, возбуждение всех чувств нахально и невинно. Это похоже на прелюдию … страстное желание всегда лучше, чем оргазм.

Но как только я опустошал трубку, в течение 30 секунд в моей голове царил сущий ад…, и я продолжаю делать это и продолжаю и продолжаю, и не могу остановиться. Каждый день я сижу здесь и пишу, всегда одно и то же. Но – почему? Почему я делаю это? Я ненавижу это …, я так сильно это ненавижу, но я все–таки люблю это больше.

Самое худшее в курении фрибэйса — это отходняк. Но у меня есть новые героиновые спидболы (jones–speedballs — комбинация героина с кокаином) на любой вкус. Одного героина просто не достаточно … я себя ощущаю только на полпути.

ТОММИ ЛИ: С туром Girls, Girls, Girls мы начали получать кучу денег. С деньгами пришел успех. Власть, привилегии и экспериментирование. Сикс и я, в частности, употребляли много наркотиков. И он всегда настойчиво предлагал: «Эй, а что если принимать эти два наркотика одновременно? Что ты думаешь об одновременном приеме героина и кокаина?» Тот период привел нас в это по–настоящему мрачное гребаное место. Все мы были там неоднократно – но Никки, казалось, понравилось там быть больше чем любому из нас.

Декабрь 28, 1986.

Вэн Найс (Van Nuys), 21:40.

После вечеринки вчера вечером – или это было сегодня вечером – я убедился вновь, что на самом деле есть люди, приходящие ко мне. Это были больше чем реальные тени и голоса, больше чем настоящие фантазии …, это было реально, и мне было страшно.

Мое тело дрожало… мое сердце колотилось … я думал, что сейчас взорвусь. Я рад, что могу тебе все рассказать, записать все это …, я попытался держать себя в руках, но потом я признался в безумии и остался один с моим сумасшествием …

Я как всегда стпрятался в туалете в моей спальне. Позволь мне рассказать тебе о том месте, моем туалете. Это — больше чем туалет – это — приют для меня. Это — где я храню свой наркотик и оружие. Я знаю, находясь там, я в безопасности, во всяком случае, пока не отключусь. Я не могу уединиться в доме – здесь слишком много окон и, я знаю, что за мной наблюдают. Сейчас кажется невероятным, что полицейские заглядывают в окна, прячась среди деревьев снаружи, или люди смотрят на меня через глазок в передней двери. Но когда наркотики ударяют мне в голову, я не могу управлять своим умом …

Сегодняшний, вчерашний день, кажется, прошла целая вечность. Но сегодня вечером все повторится снова.

НИККИ: Я жил тогда в сумасшедшем режиме. Я где угодно в доме мог начать курить кокс или вводить дурь внутривенно, в гостиной, на кухне, в ванной. Но как только наступал вызванный коксом психоз, как только начиналось безумие, я мчался в туалет своей спальни. Это было моим убежищем. Я там сжимался в комок, окруженный моими наркотиками и оружием, убежденный, что люди в доме ищут меня, или ОМОН пытается ворваться в дом. Я боялся даже пошевелиться, пока не отключался. Единственное, что могло быстро привести меня в чувство, был героин. Героин прекращал безумие, это было легкое решение. В то время, казалось, это имело смысл.

Декабрь 29. 1986.

Вэн Найс (Van Nuys), 16:30

Я думал о последнем Сочельнике, когда я подобрал ту девочку в стрип–клубе, вернулся с ней сюда на своем мотоцикле, на следующий день отвез ее домой, затем пообедал в одиночестве в Макдональдс. Я не вижу особых успехов.

Сегодня я слушаю «Exile on Main Street» (альбом «Rolling Stones» 1972 г.), читаю, загораю лежа на заднем дворе, голый … сегодня я чувствую себя старым. Иногда я чувствую, что у меня есть два лица. Одно — Никки, и одно - … Сикки.

РОСС ХЭЛФИН (Ross Halfin): Как фотограф я снимал Motley Crue для журналов много раз за эти годы и был особенно близок к Никки. Помню, когда я впервые встретился с ним в Лос–Анджелесе, мы пошли в ночной клуб с целью напиться той ночью. Мы сидели и разговаривали в кабинке. Винс Нейл в другой кабинке спорил с девочкой, внезапно Винс встал и ударил кулаком ее в лицо. Я спросил Никки, «Может надо вмешаться?» А Никки только рассмеялся и сказал, «Они сами разберутся».

Январь 1, 1987.

Вэн Найс (Van Nyus), 6 утра.

Вэнити (Vanity) появилась вчера с горой кокса …, это отчасти изменило день. Я чувствовал себя хорошо до этого момента. Впервые за эти дни у меня был хороший сон ночью. Я даже умудрился принять душ и взять в руки гитару.

Но так как это — новый дневник, позволь мне рассказать тебе о Вэнити …, она была бэк–вокалисткой у Принца (Prince), или так она говорит. Наши встречи имели только одну причину – наркотики. Я думаю, что она — милая девочка, также как я — милый парень. У нее мягкие каштановые волосы и шоколадные карие глаза и она может выглядеть очень симпатичной, но обычно, как я, она напоминает дьявола. Как говорят, неудачники привлекают неудачников …, нельзя найти более подходящих слов.

Motley вернутся в студию на следующей неделе, и я скажу парням, что у меня есть несколько новых песен. Правда, я написал меньше, чем обычно. Я ни на чем не могу сосредоточиться.

В итоге, мы сделали несколько дорожек, пока Вэнити готовила кокаин. Она говорила, говорила, говорила о том, куда мы отправимся сегодня вечером в Канун Нового года, но мы оба знали, что никуда не пойдем. Чем больше она говорила, тем больше в моей голове раздавалось … страстное желание, слюноотделение, перед затяжкой из той стеклянной трубочки … это было прекрасно, и это было одновременно ужасно.

Тогда все пошло не так, как надо, как обычно. Гребаный кокаин вдарил Вэнити в голову, и она начала говорить загадками, разглагольствуя об Иисусе и духовной близости с гребаным Принцем, или кем–то еще… Она была не в себе и я не мог понять ничего, поэтому я начал орать на нее, чтобы она пошла и трахнула сама себя, и трахнула Иисуса, и убралась на фиг из моего дома. Тогда она ушла, и я вернулся в свой туалет с оружием моего дедушки, направленным на дверь, иглами и грязными ложками на полу … я был испуган, потому что люди протискивались под моей входной дверью как дым и находились в доме, и им нужен был я.

Я ненавижу все это гребаное дерьмо. Теперь я в порядке, но никто не поверил бы тому, что случается в моей голове …, это удручает. Теперь, когда я пришел в себя, все видится игрой больного воображения, как в театре. Тридцать минут назад я мог убить кого–нибудь, или лучше сам себя. Теперь я в порядке…, мне нужен покой, говорю я тебе.

А дa… С новым годом.

Январь 1987.

Одно можно сказать, что у меня была любовная интрижка с героином.

11:30 утра.

Наступил Новый год … такой же, как старый год?

Пит (Pete) сказал, что скоро я должен буду открывать рождественские подарки…

НИККИ: Вэнити (Vanity) появилась, и начался иной период моей наркомании. Она была дикой смуглой цыпочкой, певшей с Принцем: она также была его любовницей некоторое время. В то время я думал о Вэнити как об одноразовой женщине, как об использованной игле. Ее можно выбросить в мусор после использования, и использовать повторно только по–настоящему в безысходном положении.

Возможно, поведение Вэнити при нашей встрече должно было мне сказать, что нет никаких шансов для нормальных отношений. Тогда в ’86 я обычно болтался с парнем по имени Пит (Pete): фактически, он полужил в моем доме. Пит был двухметровой помесью Кита Ричардса (Keith Richards) и Германа Mанстера (Herman Munster)и был похож на самую спокойную рок–звезду в округе, уверенную в своем несостоянии сыграть дерьмово. Мы обычно сидели у меня в доме, смотрели телевизор и нюхали кокс и показывали друг другу на девочек, которых мы хотели бы трахнуть. Тогда я звонил в офис Motley, и они привозили нам нужное количество девочек, каких мы называли. Это была больная игра, мы играли …, реально не понимая, что мы играли с жизнями людей.

Мы увидели Вэнити на MTV, и когда Пит сказал, «Чувак, это – бывшая девочка Принца,” я ответил, «Отлично – у него крошечный член.» Менеджер нашего офиса перезвонил Вэнити и сделал все, чтобы мы встретились. Она открыла дверь голая, с безумным бегающим взглядом. Так или иначе, у меня было чувство, что мы сможем найти общий язык.

Мы стали приятелями–наркоманами: иногда нас можно даже было назвать другом и подругой. Вэнити также научила меня по–настоящему курить кокаин: первый раз я попробовал курить кокаин с Томми, когда Motley только начинали и несколько раз после этого. Так что вплоть до встречи с ней, я главным образом нюхал или вводил внутривенно. Но как только она показала мне все хитрости приготовления хорошего крэка,… я понял, что это любовь».

Не к ней. К наркотику.

ЕВАНГЕЛИСТ ДЭНИЗ МЕТЬЮС (DENISE MATTHEWS – настоящее имя Вэнити): Словарь Вебстера убивает слово Vanity (Вэнити), описывая его значение как ничего не стоящее. Какая это была смелая ошибка. Бог простил меня за то уродливое имя. Вы можете сказать, что я была коллекционером: За время моего параноидального путешествия я собрала длинный список гнусных склонностей, смело идя туда, куда большинство прежде даже не совались, скрываясь за маской, которая тысячу раз ничего не значила.

Меня уже мало кто называет Вэнити. Мои друзья называют меня Дэниз (Denise); Святые называют меня Евангелистом. Это действительно не имеет значение; я не откликаюсь на Вэнити. Я охотнее стану рыбой, запущенной в водоем с голодной акулой, чем опять брать такое грязное имя небытия. Я — это новое существо во Христе, и я упорно продолжаю заниматься, чтобы продолжать изменяться к лучшему.

3 января 1987.

Вэн Найс (Van Nuys), 17:20.

Дорогой дневник, вот образец праздничного дня в моем раю рок–звезды.

Просыпаюсь около полудня …, если я лежу в своей постели. Смотрю один ли я. Если рядом кто–то еще, пытаюсь вспомнить ее имя – но это редко случалось в последнее время. Девочки, у которых не все в порядке с головой, оставались…

Выползаю из кровати, чувствую похмелье или ломку. Протираю глаза ото сна. Размышляю, принять ли мне душ. Решаю, что не стоит… Всё равно снова перепачкаюсь.

Если день хороший, беру свою гитару. В плохой день сижу перед телевизором и смотрю MTV. Чаще всего делаю и то и другое. Принимаю небольшую дозу амфетамина, чтобы окончательно проснуться. Некоторые люди используют для этого кофе…, у всех нас есть свои небольшие ритуалы. И тогда все начинается …

Начинается непреодолимое желание. Кокс делает меня раздражительным, так что я вынюхиваю маленькую дозу своей обычной смеси завтрака и валиума или две, чтобы успокоиться. Но мне нужен Джейсон. Если отвечает его автоответчик, я сижу и дергаюсь, пока он не перезванивает. Когда телефон звонит – и это Джейсон – лучший момент жизни. Если это не он, я желаю смерти тому человеку на другом конце провода. Иногда мне кажется, что они знают, как я взвинчен, и звонят только, чтобы помучить меня.

А когда Джейсон не перезванивает вовсе? Что делать, когда начинается все это гребаное дерьмо? Наркотическая ломка является худшим чувством в мире. Я надеюсь, ты не знаешь, что это такое. Пока этого не случилось с тобой…, я могу кое–что сказать. Когда ты больной наркоман, ты сделаешь все что угодно, чтобы достать дозу. Это — все, о чем ты думаешь …, это без конца преследует тебя.

В конце концов, я беру свои джинсы, выжимаю немного лимонного сока на них, и пытаюсь выжать несколько крупинок (cc’s). Я делал все это. Однажды я даже вколол немного странного раствора, который нашел в кустах около дома моего наркодилера – тогда я понял, что это была не слишком удачная идея с моей стороны, это был гребаный кристаллизованный неочищенный сахар. Мужик, я думал, что попал в артерию, когда рука повисла.

Но с появлением Джейсона все изменялось к лучшему. Похоже, что он обладает силой излечения …, и один укол подтверждает всю его власть.

ВИНС НЕЙЛ: Вы знаете проблему Никки Сикса? Он ничего не делает наполовину. Он не может употребить немного кокса – ему нужно использовать весь кокс. Он не может взять немного героина – ему нужен весь героин. Он не может обойтись только одним глотком вина – ему нужно выпить весь бар. Нет никакой золотой середины для этого чувака – или ноль или десять.

4 Января, 1987.

Вэн Найс (Van Nuys), полночь.

Боб Майклс (Bob Michaels) приехал сегодня вечером. Мы выпили немного пива, вынюхали пару дорожек…, Боб — хороший парень. Он испортился со мной, но он не похож на меня …, он нормален.

БОБ МАЙКЛС (BOB MICHAELS–друг, сосед и компаньон во всех рок–н–ролльных злоключениях Никки): Никки Сикс и я были друзьями, начиная с того дня в 1983, когда он поселился по соседству со мной. Я помню, как увидел этого дикого высокого парня на шестидюймовых каблуках с копной темных волос и макияжем, и подумал. Кто это такой, мать твою? Но очень быстро мы стали друзьями. Тот дом был центром развлечений (Party Central): я думаю все, кто в нем жил, были или наркодилерами или наркоманами. Робин Кросби (Robbin Crosby) из Ratt жил этажом ниже Никки, и Томми бывал там.

Я не прекратил своей дружбы с Никки, когда он переехал в свой следующий дом, на Бульвар Вэлли Виста в Вэн Найс (on Valley Vista Boulevard in Van Nuys), но к тому времени он боролся со всеми видами героиновой зависимости, алкоголизма. Никки мог вкалывать себе все подряд — героин, кокс, и многое другое, что обычно не использовалось внутривенно. Что касается меня, я увидел его проблему, когда Винса Нейла отправили в тюрьму в 1985. Это заставило Никки впервые задуматься об этом: Что произойдет с группой? Возможно, это испугало его, потому что тогда его пристрастие к наркотикам впервые вышло из–под контроля.

5 Января, 1987.

Вэн Найс (Van Nuys), 21:30.

Слушал Dools (New York Dolls) и Stooges. Вау. Удивительно. Затем небольшой микс Джона Ли Хукера (John Lee Hooker – американский блюзовый певец и гитарист) или Бадди Майлза (Buddy Miles – ударник, актер, композитор). Потом первый альбом Aerosmith …, я люблю музыку … это жизнь, как Бэрроуз (Williams Burroughs – амер. писатель XX в., битник), или Керуак ( Jack Kerouac – амер. писатель 1 пол. XXв., его называют королем битников и отцом хиппи), или Гинзберг ( Alen Ginsberg – амер. поэт XX в.) … яркий огонь.

Некоторые люди скрываются от жизни. Люди как я, или Кит Ричардс (Keith Richards), или Джонни Тандерс (Johnny Thunders – гитарист New York Dolls) – мы реально живем. Мы — настоящие, мгновенно воспринимающие все через призму эмоций, … единственный способ быть действительно живым и противостоять своей смертности…

НИККИ: я действительно считал, что это верный путь. Кит и Джонни жили именно так, почему мне нельзя? Я знаю, что это выглядит сумасшедшим теперь, но в то время, это казалось единственным способом жить. Я был только еще одной истощенной, сбитой с толку, запутавшейся рок–звездой с миллионами долларов.

МИК MAРС: Никки всегда пытался бунтовать. У него было достаточно денег, чтобы вести себя как Сид Вишес (Sid Vicious – басист Sex Pistols), и он всегда любил его, так что, можно сказать, он играл роль Сида. Конечно, казалось, с ним никогда не произойдет того, чем закончил Сид — самоубийства. Никки тогда принимал очень много наркотиков, потому что он был несчастлив? Что ж, я сейчас достаточно несчастлив, и я не говорю им!

6 Января, 1987.

Вэн Найс, 23:30

Есть нечто забавное в героине … в первый раз, когда ты его принимаешь, тебя подбрасывает, тошнит, и ты не можешь пошевелиться. Ты лежишь на спине, голова кружится, все тело трясет …, тогда ты говоришь сам себе, что это самый дебильный наркотик. Только придурки повторят это раз за разом.

Так почему я делал это снова? Потому что мои герои это делали …, потому что я боготворю своих героев, потому что им было наплевать на все; и мне тоже наплевать.

Как только героин стал моим другом, он — как теплое одеяло холодной ночью. Я теперь жизни не представляю без него. Я не могу даже предположить его отсутствие. Я болею не из–за героина – я заболеваю, если его не принимаю.

Разве это не забавно на самом деле?

НИККИ: Кокаин меня возбуждал, пока я не зашел слишком далеко и не стал неуправляемым психом: героин все сбалансировал и заставил меня успокоиться. Я одержимо искал пути самолечения всеми возможными препаратами в своем доме в течение многих дней. Возможно, мне представлялось это как соотношение янь и инь? В моей героиновой стране чудес все это имело смысл.

ТОММИ ЛИ: Первый раз я попробовал героин в доме Никки на Вэлли Виста Бульваре (Valley Vista Boulevard). Он кололся, и я подумал, твою мать, я хочу попробовать это дерьмо. Я вколол себе на его кушетке, вытащил иглу и тут же почувствовал мощнейший удар. Я лежал там, затем через минуту я кинулся в его ванную, зажимая рот рукой и блюя сквозь пальцы. Затем я вышел по–настоящему под кайфом, вернулся к кушетке и только тогда отрубился. После я подумал, что вряд ли мне нравится это дерьмо. Боль при попадании иглы в вену, очень короткое состояние возбуждения, потом меня вырвало и я упал в обморок. Что за гребаное дерьмо?

Я спросил Никки, «Ты действительно уверен в этом дерьме?» но в отличие от меня, Сикс, казалось, был довольно уверенным в этом гребаном наркотике.

8 Января,1987 г.

Вэн Найс, 3: 25 утра.

Иногда, если мне ничего лучше в голову не приходит…, то я думаю, что мой дилер пытается убить меня.

10 утра.

Пит не хочет в этом признаваться, но у него есть наркотическая зависимость.

Полдень.

Список дел:

Купить гитарные струны

Купить продукты

Перезвонить менеджеру

Перезвонить декоратору

Достать больше дверных замков

Заменить разбитое окно.

НИККИ: Мой дом был местом постоянных злоключений. Здесь могли случаться все виды разгрома. Однажды я решил установить шест для стриптиза у себя в спальне, потому что я думал, что это было круто. Несколько дней спустя я сломал его, считая его идиотским. Была постоянная спонтанная смена декораций. Это создавало сильный беспорядок в то и так непростое время. Это говорит о том, что ты начинаешь сходить с ума.

9 января, 1987.

Вэн Найс, полночь.

Я люблю этот дом … временами я не ненавижу его.

Забавно, что я даже не видел дом прежде, чем купил его. Николь выбрала его для меня, когда мы встречались, сделали его нашей героиновой берлогой, и не покидали в течение многих месяцев. Теперь Николь в прошлом, и у меня есть Вэнити. Я из наркомана превратился в законченного кокаинщика…, это прогресс?

Но я люблю бродить по дому из комнаты в комнату. Мне нравится, что здесь так мрачно: дом, у которого есть тайны. Я совсем не хочу уезжать отсюда, но мне надо… на следующей неделе начинаются репетиции.

НИККИ: Дом был на Вэлли Виста Бульваре в Вэн Найс, Лос–Анджелес. Моя прежняя подруга Николь выбрала его для меня. Я был в турне Theatre of Pain с Motley, и она осмотрела недвижимость в Лос–Aнджелесе, сняла на видео и привезла, чтобы показать мне. Меня потребовалась приблизительно минута, чтобы сказать да. Что в этом особенного? У меня было так много денег тогда, что я мог купить что угодно.

Я нанял дизайнера — декоратора, которая пришла на встречу со своими тканями и образцами, и нашла меня обдолбанным. Она переступила через шприцы, и пустые пакетики из–под кокса, и спящих голых девочек на моих персидских ковриках за 25000 $, прожженных окурками сигарет, и даже не моргнула. Надо отдать ей должное – она была настоящим профессионалом.

Мой дом был полон красной бархатной драпировки, готической мебели, старинных вещей. Это был дом, в котором можно потерять себя – и сойти с ума.

10 января, 1987.

Вэн Найс, 21:40

Сегодня я заставил себя взять гитару в руки, зная, что я должен написать несколько песен для следующего альбома. Мне удалось натянуть струны, но написать песню не получилось…, это пугает меня, потому что музыка — все, ради чего я живу. У Томми и Винса и даже Мика есть свои семьи, чтобы пойти домой в конце дня. Музыка всегда была моей семьей, и теперь я заброшенный … каждый уголок моего ума заполнен паутинами и страхом …

11 января, 1987.

Вэн Найс, 23:00.

Мы с Питом провели день в пустых разговорах. Пит говорил, будто у него есть пакетик наркоты, но он никогда на самом деле не достанет этого дерьма. Он все еще должен мне залог в размере 9000 $, который я отправил за него после того, как он был арестован условно за следы от наркотиков на его руке. Он говорит, что когда–нибудь вернет… как бы там ни было.

Я понял кое–что о Пите. Его волосы всегда выглядят так круто, со всеми этими волшебными фишками, вплетенными в них, но я никогда не видел его без шляпы, или без полотенца по голове, когда он выходит из душа. Это – слишком здорово …, неужели его собственные волосы? Я думаю, что это — гребаный парик!

НИККИ: Пит так и не вернул мне мои деньги. После того, как он исчез, я слышал много историй о его приключениях от людей за эти годы. Последнее, что я слышал — его посадили в тюрьму после попытки ограбить банк на велосипеде. Я понятия не имею, верно ли это, но это в стиле Пита.

12 января, 1987.

Вэн Найс, 16:00.

Я записался на курс лечения метадоном, и думаю, это то, что нужно. Дэйв (Davey) сказал мне, что он благодаря этому избавился от наркотической зависимости, так что с надеждой каждое утро в девять, я уже был там, рок–звезда – наркоман, стоящий в очереди в моей лыжной шапочке и темных очках со всеми остальными для получения своей ежедневной дозы.

НИККИ: Большинство программ метадона длится тридцать дней и предназначено, чтобы отвести наркоманов от героина, держа отдельно их от грязных игл, ВИЧ, дилеров и остальных принадлежностей наркотического мира. Я обычно получал свою дозу метадона, затем звонил Джейсону по поводу наркотика. Это сработало? Я был настолько обдолбан, что думаю, я просто добавил метадон к своему уже внушительному списку наркотических пристрастий.

«Дэйв» («Davey») – чье настоящее имя не могу раскрыть – одна из самых больших рок–звезд в мире. Я не могу сказать тебе его имя …, но я действительно вырос на его музыке …

13 января, 1987.

Вэн Найс, 21.00.

Сегодня я позвонил своей сестре. Я понятия не имею почему. У нас нет ничего, чтобы сказать друг другу …

СЭСИ КОМЕР (CECI COMER): Мой брат, Никки, на семь лет старше меня, и он остался в моем сердце как моя вера (like my faith) - странно, но это на самом деле так, хоть он не всегда заслуживал этого. Я никогда не понимала этого, но чувство никогда не оставляло меня. Но были времена, когда я презирала его.

Когда мы были детьми, мы играли вместе в Эль–Пасо (El Paso). Мы возились в грязи (он порезал свою голую ногу), ловили рогатых жаб и змей, и зажигали римские свечи, оставшиеся от 4 июля, в бетономешалке. Однажды дедушка вытащил огромный шип кактуса из его коленки; другой раз Никки сам вырезал шип кактуса из своей коленки; все это было эксцентрично и сопровождалось обильными кровопотерями. Однажды в него попала молния через открытую дверь.

Никки стал моим героем, когда спас меня от большой гремучей змеи – я думала, что могу погладить ее, но он подбежал и подхватил меня, прежде чем она меня укусила. Он имел обыкновение держать змей как домашних животных. Однажды одна из них съела мою черепаху – я хотела убить ту змею! Никки все еще должен мне за это.

Когда мы с мамой переехали в Вашингтон, Никки ушел жить к бабушке с дедушкой. Я думаю, что в уме мама считала это временным явлением, и Никки приедет, чтобы присоединиться к нам, когда все устроится, но он так и не вернулся к нам. Я думаю, возможно Никки считал, что мама любила меня больше чем его, но это не так, – я только была младшей и рядом с ней. Мама всегда пыталась устроить комнату для Никки в любом доме, в котором мы жили.

После того, как Никки стал известным, мы по–настоящему расстались. Он никогда не связывался с нами, кроме тех случаев, когда он приезжал в город. И временами, когда я действительно получала известие от него, он был такой задницей. Он спрашивал меня как дела, а после моего ответа прерывал беседу или менял тему разговора. Он был груб, эгоистичен, он уничтожил меня очень много раз …, он был настоящей задницей.

14 января, 1987

Вэн Найс, 11:30.

Вчера вечером после ухода Джейсона началось безумие…, он приносит мне героин не очень часто, но мое потребление кокаина больше на 1 000 %. Я ползал вокруг дома, слыша голоса, когда заметил все платиновые диски, висящие на стенах, и внезапно возненавидел их. Зачем они там? Мотли — это музыка и страсть, а не награды глупой индустрии, которая ненавидит нас и зарабатывает на нас миллионы долларов. В результате я прошелся по комнатам, срывая диски со стен и сваливая их в гараже. В тот момент я внезапно почувствовал себя дураком…, мы зарабатывали те диски, мы должны гордиться ими. Так что я поставил их всех на пол у стен, на которых они обычно висели.

Завтра мы возвращаемся в студию.

БОБ MАЙКЛС (BOB MICHAELS): Никки — очень заводная личность. Иногда он отказывался от наркотиков на некоторое время ради автомобилей, или семнадцатифутовых грузовиков, но по сути это доказывало, что ничто иное не имело значения, кроме как достижение кайфа. Он начинал ради забавы, потеряв способность быть счастливым, чувствуя себя абсолютно ненужным. Он обычно проверял свой почтовый ящик семь раз в день, но ему нужна была вовсе не почта…это были наркотики, которые дилеры обычно оставляли там для него. Он шел к почтовому ящику, затем в ванную и выходил оттуда более уравновешенным человеком.

15 января, 1987

Вэн Найс, 20:30

Сегодня мы вернулись в студию для записи нового альбома. Я поехал туда на моем Харлее (Harley), чувствуя себя нервным, и решил остановиться ради маленькой дозы … зашел в магазин Дэнни на Ковер и Сансет (in Denny's on Cower and Sunset) (всегда модный парень!). У меня не было ложки, поэтому я купил бутылку Pepsi, выбросил бутылку, оставив крышку, и пошел в их туалет, чтобы уколоться. Туалет был отвратительным — черные сиденья и следы дерьма вокруг слива и пошлые надписи на стенах по всей комнате…

Я сел на свой мотоциклетный шлем на пол и наполнил крышку от бутылки водой из туалета. Я дебил, почему я не налил воды в раковине, как сделал бы любой другой нормальный человек. Я опустил бутылочную крышку в унитаз со следами мочи и пятнами, и потом насыпал в нее кокс. Я заполнил всем этим дерьмом шприц, растворяя кокс в дерьмовой воде, подсыпал немного фенталина (a little China White – fentanyl – наркотический анальгетик) в крышку и приготовил дозу, обжигая свои пальцы. У меня не было денег, поэтому я только приготовил эту хрень и ширнулся.

Студия была прекрасна после этого…, я только чувствовал себя мертвым.

ДУГ ТЭЙЛОР (DOUG THALER): я был менеджером Motley Crue совместно с Доком МакГи (Doc McGhee) много лет, и когда я начинал, Никки был настоящим гемороем в заднице. У него была реакцию коленного рефлекса против нас как представителей власти, и он никогда не понимал, что мы пытались помочь ему. Я обычно шел на встречи с группой с напряженным комком в желудке (with my stomach tied in knots).

Однажды я не выдержал и сказал ему, «Ты не можешь быть задницей всю свою жизнь». Я предложил, что скоро представлю его идеи и стратегии перед остальными членами группы, и ему понравилось это. После этого я был как своего рода старший брат, или даже наставник.

Одним побочным эффектом сущности Никки, одержимым контролем, было то, что всякий раз, когда Motley работали в студии, он находился там каждую минуту ночи и дня. Во время записи Girls, girls,girls он здорово отстранился от процесса. Он часто вообще там не появлялся, а если он все–таки приходил, то был ни в состоянии сделать что–нибудь осмысленное. Тогда я начал понимать, как плох он был.

16 января, 1987

Вэн Найс, 22:10

Прошлая ночь была ужасна. Когда после обеда приехал в студию, я был все еще обдолбан, и все, казалось, были потрясены тем состоянием, в котором я был. Я начал показывать им новую песню, но Томми прервал меня и спросил: Чувак, что у тебя с рукой?

Он увидел следы от уколов, поэтому я сказал ему, что встретил цыпочку пару дней назад и полуночничал с ней, застреливая кокс… Томми только смотрел на меня, как будто хотел сказать, что ничего веселого здесь нет. Он мог видеть, что мои руки были покрыты одним сплошным коростным наростом. Я смотрю сейчас, поскольку пишу…, все мои вены разрушены (collapsed).

Но Томми никогда ничего не говорил. Никто ничего не сделал. Сами парни точно не ангелы… Motley предпочитают не конфликтовать, и они не любят препятствовать мне. Так что я научил их новой песне, и все было в порядке.

ТОММИ ЛИ: Никки превратил студию для записи Girls, girls,girls в что — то вроде гребаного бардака. Я догадываюсь, что мы все были в чем — то беспорядочны, но Никки определенно ушел на один шаг дальше остальных членов группы. Он появлялся реально поздно, мы с ним догонялись в ванной, после возвращались в студию, чтобы попытаться работать. Я думаю, справедливости ради стоит отметить, что мы сосредоточивались на наркотиках, а не на музыке.

ВИНС НЕЙЛ: я знал, что Никки имел по–настоящему серьезные проблемы с наркотиками пару лет назад, когда мы записывали Shout at the Devil. Все мы имели проблемы с наркотиками, каждый по–своему, но Никки в этом не было равных. Но он никогда не попадал в беду из–за этого — если что–нибудь случалось, об этом заботились сразу же. Наш менеджмент всегда все улаживал, потому что Никки писал песни и делал деньги для всех. Зачем им вставлять палки в колеса и мешать вращаться денежной машине?

ТИМ ЛЬЮЦЦИ (TIM LUZZI) — техник бас–гитар Никки Сикса в течении 10 лет: я был басовым техником Никки много лет, включая запись альбома Girls ,girls, girls. Я начал работать на него, когда они записывали альбом Too Fast for Love и помню, что в мой первый день Никки вошел в студию с черным синяком под глазом, проведя ночь в полицейском участке. Это в значительной степени определило, что должно за этим следовать.

17 января, 1987

Вэн Найс, полночь.

Сегодня я вошел в студию, и все уставились на меня и спросили, что вчера со мной случилось. Очевидно, я просто исчез… пошел в ванную и больше не вернулся. Между нами говоря, я предполагаю, что на меня нашло что–то вроде затмения.

Так что я начал показывать им новую песню. Я дал Винсу слова и показал Мику гитарный риф. Они сразу же подхватили ее. Только на середине песни я понял, что они уже знают ее. Я уже показал им песню… вчера.

Я ничего не сказал. Конечно, они тоже… что они могли сказать? Это было очень неприятное ощущение…я думаю, все мы сразу же поняли, что так не должно быть. Наркотики всем управляют, и мы все испуганы до смерти. Я уверен, что они позвонили Дугу после того, как я уехал. Я ждал звонка в любой момент. Они должны знать, что я схожу с ума.

МИК MAРС: Когда мы записывали Girls, girls, girls, Никки приезжал в студию на своем мотоцикле, входил, осматривался, говорил «о'кей, все путем», и затем все могли идти по домам. Происходило то, что и должно было случиться. Я думаю, что он даже не был в курсе всего происходящего в студии: это было довольно ужасно. Единственным плюсом, с моей точки зрения, было то, что наркотики намного снизили его контроль за записью, чем обычно.

ДОК MакГи (DOC McGHEE): Как менеджер группы, которым являлся в то время, я был очень близок к Никки, но когда Мотли записывали Girls, girls, girls, он был просто не от мира сего (he was just Out There). Мы видели, что у него была проблема, и я понял, что он буквально разваливался на куски, распускался, это был сумасшедший период. Мы не говорили об этом, как и прежде, потому что он просто совсем не появлялся здесь…(because he was just never there), когда ты употребляешь героин, ты занимаешься только наркотиками. Все остальное побоку. Я знал, что это проблема, и надеялся, что это что–то, через что Никки должен пройти, но героин это не то, через что вы просто проходите. Это — самый ужасный наркотик в мире.

18 января, 1987

Вэн Найс, 23:40

Я не знаю, насколько хорош этот альбом, который мы делаем. Я не знаю даже, нравится ли мне он… и если мне не нравится все это, кому он тогда понравится?

Я должен собраться с духом. Я не знаю, как остановиться. Я не хочу снова идти в центр реабилитации…, но я понятия не имею, как выйти из этого…

НИККИ: сейчас меня поражает то, что никто из Мотли ничего не говорил мне тогда о том состоянии, в котором я был. Я писал довольно слабые песни, и никто не смел мне сказать, что они высосаны из пальца. Они были напуганы, чтобы бросить вызов мне? Оглядываясь назад, я не обвиняю их.

ROСС ХАЛФИН (ROSS HALFIN — британский рок–фотограф): я не думаю, что люди боялись Никки — им было по фигу (they just didn't care). Он был их чековой книжкой, и им было совершенно насрать, расшибется ли он вдребезги, поднимаясь на сцену. Оглядываясь назад, понимаешь, что время было такое. Док был наркоманом, так же как и Дуг, все были. Единственным человеком столь же плохим как Никки был Томми, хотя он не принимал героин — он был фанатиком кокса и алкоголя. Без Никки Док не смог бы заработать денег, не было бы Дуга, Винса, дорожной команды, компании звукозаписи, никого…, поэтому они все проигнорировали состояние Никки и говорили, что он в порядке. Он был Императором, и это был новый императорский имидж.

19 января, 1987

Вэн Найс, 20:30

Иногда я — Кинг–Конг с бас–гитарой. Сегодня Мик хотел смодулировать гитарную партию, а я только орал на него, Пошел ты, это полная хрень! Мик смотрел на меня так, будто я обосрал его усилитель, но ничего не сказал…, впрочем, как всегда. Он слишком добр, в отличие от меня. Меня тошнит от себя самого. Я могу иногда быть такой напыщенной жопой.

Из–за наркотиков я чувствую себя дерьмом, но знаю, что все сверхкомпенсирую, потому что прямо сейчас я — слабое звено в студии. Но это не должно отражаться на группе.

МИК MAРС: у нас с Никки были отношения любви и ненависти с тех пор, как мы встретились в винном магазине еще до создания Motley Crue. Я зашел, чтобы купить немного текилы, и он спросил, что мне нравится из музыки, и я сказал, «Джеф Бекк и Би Боп Делюкс»(Jeff Beck – брит. гитарист and Be Bop Deluxe – группа 70–х, лидер которой Билл Нельсон), и он сказал, «Твою мать, мне нравятся Aerosmith и Kiss». Так что мы возненавидели друг друга с самого начала. Но когда он начал употреблять героин, это по–настоящему меня возмутило. В первый раз я увидел, как он ширнулся во время подготовки тура Theater of Pain, и был настолько рассержен, что позвонил нашим менеджерам и все им рассказал. Я сказал Никки, что пути назад после героина нет, но он никогда не слушал меня. Впрочем, как всегда.

21 января, 1987

Вэн Найс, 11 ч. утра.

Вэнити позвонила вчера вечером и попросила, чтобы я приехал и поиграл. У меня не было никаких особых дел, так что я прикинул, почему бы и нет? Как только она открыла дверь, я смог увидеть ее глаза, она не спала в течение многих дней…, она смотрела на меня как испуганный маленький мультяшный герой.

Она начала демонстрировать мне свое «искусство» после того как мы покурили кокаин (freebase–курение кокаина через трубочку), когда я заметил огромный букет цветов в комнате. Это было примерно 24 дюжины роз. Я спросил ее, от кого они, но она молчала, поэтому я сам прочитал карточку. «Вэнити, брось его и вернись ко мне. Принц.»

Я так зол. Может быть она — гребаная психопатка, но она — моя девочка! Если я увижу этого карлика, дам ему пинка под зад!

НИККИ: «искусство» Вэнити было сумасшедшим. Она могла взять огромные доски и облить их белой краской, затем прикрепляла орехи и болты по поверхности. Это мог быть маленький Санта Клаус, которого она назвала «подарком от Бога» и всегда во всем этом чувствовалось что–то дьявольское. Она предлагала мне поговорить с Иисусом, но мне нечего было ему рассказать.

Что касается цветов, я вынудил ее сестру признаться, что они не были от Принца! Она послала их сама себе, чтобы трахнуть мою голову. Но надо отдать ей должное: она всегда находила много способов сделать это.

ЕВАНГЕЛИСТ ДЭНИЗ МЭТЬЮС (DENISE MATTHEWS): у меня была сильная зависимость от кокаина. Уже в течение тринадцати лет я веду трезвый образ жизни, но корень моих проблем идет намного глубже. Были горечь, зависть, борьба, ненависть, соперничество, поверхностное мышление, эгоизм и рабство внебрачной связи. Были деньги, известность, благосостояние, наркотики и личное имущество, принесенное в жертву демонам, медиумы и колдовство…, нельзя не упомянуть грязную, извращенную речь и зависимость идолопоклонства. Мое беззаконие как катастрофический снежный ком, катящийся вниз по спуску, приобретающий уродливые формы. Я определенно нуждалась в спасении.

ДОК MакГи: Никки был увлечен Вэнити, но я думаю, что во многом из–за того, что она была бывшей девушкой Принца. Рок–звезды — типа гребанной звезды Никки, могли также легко зацепить Грэнни (Granny) из Beverly Hillbillies! По правде говоря, Вэнити не была очень привлекательной в тот период времени. Она выглядела ужасно, как настоящая неряха. Давайте начистоту, когда Вы зависаете, личная гигиена — одна из первых отходит на последний план.

24 января, 1987

Вэн Найс, полночь.

У нас был свободный от записи день, поэтому Томми остался у меня. Хизер (Heather–жена Томми) уехала на сьемки. Так что мы прохлаждались и смотрели MTV, и я заставил себя выдержать 30 минут, прежде чем сказать Томми, что у меня есть немного наркотика. Это совсем не круто выглядеть слишком нетерпеливым.

Томми попросил меня уколоть его в то же самое месте, куда он всегда делает…, татуировка розы на локтевом сгибе его руки, где никто не сможет увидеть следы от укола. Если бы Хизер узнала, что он у меня ширяется героином, то могла уйти от него. Она была бы историей.

Я люблю Томми — он как брат, которого у меня никогда не было. Он любит меня настолько, что приходит сюда и устраивает себе каникулы в моем аду…, но после уходит. А я все еще здесь.

НИККИ: Томми, мой партнер в злодеяниях и токсикоблизнец (Toxic Twin), мог приехать ко мне на Бульвар Вэлли Виста (Valley Vista Boulevard) в любое время. Иногда мы застреливали героин, но Томми был умнее меня: он не пристрастился к нему. Он всегда говорил, что героин испугал его, потому что это было «слишком хорошо». У него была небольшая упаковка шприцов (syringes), спрятанная в их с Хизер особняке, но это был только кокаин.

ТОММИ ЛИ: Как только я попробовал героин с Никки, я понял, как легко можно этим увлечься. Я знал, это гребаное дерьмо или убило бы меня или увлекло бы вниз по спирали моих гребаных фантазий. Если бы я попал в это темное место, то не смог бы вырваться: я знаю, как сильно любил это, и насколько остерегался его. Я всегда принимал героин с большим опасением, и думаю, что ты не сможешь полностью насладиться наркотиком, если на самом деле боишься его. Всякий раз, когда я приходил к Никки, я зависал с ним пару дней, а потом говорил сам себе, «О'кей, пора возвращаться к Хизер — это гребаное дерьмо становиться слишком мрачным».

2:55 утра.

Одно можно сказать, что у меня был любовный роман с 10–ю кубиками (героина)…, моя любовница так обольстительна. Она подкрадывается, она ложится — хоть на самом деле она просто дремлет, и этого достаточно для того, чтобы совратить меня от моего увлечения на всю жизнь (моей музыки). Кто–то говорит, что я женат на своей музыке. Другие же… да пошли они…

Это на самом деле кризис или необходимый творческий выход?

Она снова здесь, шепча в моем ухе. Иногда я думаю, что слышу, как говорят, будто я собираюсь умереть.

26 января, 1987

Вэн Найс, 4:10 утра.

Боб Майклс только что уехал. Мы зависали всю ночь и были чертовски обдолбанными, но он реально послал меня. Боб может нюхать кокаин и пить всю ночь, но становится слабаком всякий раз, когда я пытаюсь дать ему немного героина. Я догадываюсь почему, но его жизнь лишена непорочности. Возможно, я должен всего лишь дать ему немного фенталина (china white), чтобы ширнуться, и сказать ему, что это — кокс. Дерьмо, он — мой друг, и я знаю, как он наслаждался бы этим!

БОБ МАЙКЛС (BOB MICHAELS): с Никки я подсел на коноплю и кокаин, но никогда не употреблял героин. Иглы пугали меня. Большинство наркоманов не волнует, чем занимаются окружающие до тех пор, пока не получат дозу, но Никки был не из таких. Он был очень настойчив, заставляя меня ширнуться, обещая, что это будет «удивительно». Пару раз я оставил свою трубочку (для курения кокаина) на столе и, когда отвернулся, Никки добавлял в нее героин. Я стал более обдолбанным, чем ожидал, и когда я смотрел на него, он смеялся надо мной.

22:20.

Я произвожу сильное впечатление на самого себя, если так можно сказать о самом себе. Я сохраняю самообладание в студии. Мне помогают в этом несколько дорожек кокса перед приходом в студию, затем возможно еще пару доз наркотика, чтобы я не чувствовал себя слишком нервным… метадон конечно… потом еще несколько визитов в ванную, во время наших репетиций.

Это сложно, но я держусь спокойно до возвращения домой поздно вечером и начинается ад. Это — когда я прихожу домой, что тяжело на самом деле…моя потайная комната продолжает говорить со мной. Я не слушаю. Я правда пытаюсь.

ТОММИ ЛИ: Никки приходил в студию вполне спокойный. Он мог быть весьма контролируемым наркоманом, но когда он был на героине, он был абсолютно неконтролируемым, можно сказать — бессознательным. Я даже нахожу его очень неопределенным. Несмотря на то, что Сикс — Стрелец по гороскопу, у него есть личностные характеристики Тельца, быка.

28 января, 1987

Вэн Найс, 4 утра.

Сегодня вечером, Дневник, я собираюсь попробовать что — то другое. Вместо того, чтобы писать тебе после вечера психоза, я собираюсь написать тебе как все это происходит. Возможно когда–нибудь кто — то сможет прочитать это и понять, каков Ад.

Итак, я сижу здесь. Занавески опущены, горят свечи, и только мы с тобой. Моя гитара на коленях, мой дневник на столе, и я готов. Давай посмотрим, что происходит.

Я просто сделал это.

Моя голова раскалывается. Я….

Меня сейчас стошнит.

Теперь я понимаю, что все слышится не так.

Это….

4:40 утра.

Мне нужно зафиксировать на бумаге, что случилось. 30 минут назад я был убежден, что вокруг моего дома ходили люди. Нет НИКОГО возле дома…, что, твою мать, со мной происходит?

Я не могу остановиться, но все еще хочу сделать это. Я НУЖДАЮСЬ В ЭТОМ. Я не могу остановиться. Я не знаю, как прекратить думать об этом. Я хочу кайфа, и я не хочу сойти с ума.

Я знаю, что это — обман, я знаю, что это — обман. Я знаю, что это не реально. Это — только наркотики.

Иногда, когда я сижу здесь один, окруженный только свечами, тени, танцующие на стенах, подобны моим единственным друзьям. Я слушаю Томми Болина (Tommy Bolin – гитарист 70–х, играл с Deep Purple, James Gang, Jeff Beck, 3.12.1976 – умер от передоза), пытаясь думать о необходимости взять свою гитару в руки… Интересно, он чувствовал тоже самое перед смертью? Я не думал, что так обернется жизнь.

Похоже, что я ничего не читаю в последнее время…, что музыка кажется абразивной. Струпья на моих руках гноятся с инфекцией. Мне трудно дышать после всех уколов, и я, кажется, не могу больше напиться. Я на краю. Чувствую, что я при смерти, но меня никто не впускает.

Почему я не могу употреблять наркотики как все остальные? Все вокруг принимают наркотики, и они в порядке. Я принимаю наркотики и со мной происходит такое, что я не могу объяснить.

Я пытаюсь зафиксировать это на бумаге, но я не могу…, я могу только описать это, и ты сам решай, безумен я или нет. Сейчас я сижу здесь вполне нормальный, столь же нормальный как и остальные ребята…, это — только наркотики. Это не я.

Я помню, как тогда в Айдахо, ловил рыбу и охотился будучи еще ребенком. Я помню, как впервые открыл для себя Deep Purple, слушая свой дешевый радиоприемник, мои первые увлечения и те теплые летние ночи в парке. Я хочу возвратиться к тем временам невинности. Я забыл, кем я был.

Пожалуйста, Боже, останови все это.

БОБ ТИММОНС (BOB TIMMONS): Кокаин способствовал острой паранойи Никки и галлюцинациям. Однажды ночью он позвонил мне и попросил, чтобы я немедленно вызвал полицию к его дому, потому что его дом окружили маленькие человечки в шлемах и с оружием, прячущиеся в деревьях. Потребовалось много времени, чтобы переубедить его.

SO GOOD, SO BAD

Chiness highs, pearly white down the mainline

So sad Susie has the blues up in Soho

Says it’s cold as ice deep down in her arm

White horse screams unpleasant dreams and pain

Blind lead the blind like the German faith

Riding high thru the graveyard of the night.

29 января, 1987

Вэн Найс, 19:30.

Мне снова было хорошо, дневник, и это дало мне убийственную идею для песни.

Бекки снова приходила вчера, во время ее школьной перемены на обед. Когда позже она одевалась в свою католическую школьную униформу, я спросил ее о Божьей Молитве…, действительно ли это важно? Она посмотрела на меня широко открытыми глазами и сказала, Конечно, это по–настоящему важно…, так что я заставил ее рассказать мне эту молитву, и сделал некоторые заметки. Потом я отвез ее назад в школу на своем Харлее.

Монахини выглядели испуганными, когда они увидели меня, было похоже, что их хватит удар. У них точно будет сердечный приступ, когда услышат песню, которую я напишу.

НИККИ: Бекки была местной школьницей, которая частенько навещала меня во время своих школьных перемен. У нее действительно известная мама, которая может сойти с ума, если узнает, чем занималась ее дочь тогда — поэтому знаете что? Я не собираюсь говорить вам, кто она…

31 января, 1987

Вэн Найс, 23:30.

Я вешу 164 фунта (≈74,5 кг.)… на 40 фунтов (≈18 кг.) меньше чем год назад.

Вчера вечером я был у Вэнити и уезжая утром, я украл один из ее кожаных курток. Я настолько гребаный худяк, что могу носить ее одежду…, и некоторые даже выглядят на мне мешковатыми…

Док приходил сегодня, в то время как Джейсон был здесь и вышиб его из дома. Гребаная задница — он может быть нашим менеджером, но он не может указывать мне, что делать в моем доме. Даже если то, что я хочу сделать, похоже на самоубийство.

ДОК МакГи: Никки был похож на гребаного монстра, когда стал наркоманом. Он опустился, потерял в весе, и только бродил вокруг своего героинового притона, выглядя устрашающе. Я однажды пришел к нему в тот момент, когда его дилер был там, и я высказал ему все, что о нем думаю, «если я когда–либо увижу тебя возле Никки Сикса снова, или услышу, что ты принес ему хоть одну крупинку героина, то я убью тебя». Я был способен на это. Никки был законченным героинщиком, а дилер был всего лишь гребаным паразитом.

ФЕВРАЛЬ 1987

Когда сходишь с ума, единственной вещью, способной спасти меня, является героин.

2 февраля, 1987

Вэн Найс, 1 час ночи.

Когда сходишь с ума, единственная вещь, способная меня спасти, — героин.

Я люблю героиновый ритуал. Я люблю его запах, люблю смотреть, как он набирается в шприц. Я люблю это ощущение от проникновения иглы под кожу. Люблю наблюдать за красивым процессом соединения крови с желтовато–коричневой жидкостью. Я люблю тот самый момент, прежде чем все это введу в вену.

Потом я снова под этим теплым одеялом, и я согласен быть под ним весь остаток жизни. Слава Богу героину… он ни разу не подвел меня.

Я завязываю с метадоном. Это не срабатывает.

21:30.

Находиться в студии днем для рок–группы — пытка. Если ты — ночное создание, дневное время — не лучшее время для творчества, но зато это время, когда наш продюсер хочет работать. Том Верман (Tom Werman) как раз такой занудный глупый придурок. Я понятия не имею, почему он продюсирует наш альбом. Мы делаем всю работу…, он большую часть времени висит на телефоне или посылает за едой. Он не придумал ни одной приличной идеи для нашей музыки.

Я не имею ничего против этого парня, но теперь понимаю, что по сути он был придурком, помешанным на деньгах. Это — его последний альбом с нами — он может пойти, продюсировать Poison, или какое–нибудь другое дерьмо.

Я проделал всю работу с Винсом по вокалу, и это на самом деле не просто, будучи самому неорганизованным, пытаться организовать вокал. Я всегда это делаю, с тех пор как пишу лирику, но Верман мог по крайней мере помочь. Винс всегда спешит со своим вокалом, и это меня бесит. Я знаю, что свожу его с ума, но если бы я не обращал на него особого внимания, то тогда он совсем халатно относился бы к работе. Так что я уверен, что он ненавидит меня…, впрочем, это взаимно…

ВИНС НЕЙЛ: Когда Никки входил в гребаную студию, я мог сразу сказать, что он был обдолбан, потому что он ничего не говорил. Никки любит поговорить. Если он молчал, это означало, что он был под кайфом, и я могу смело утверждать, что на записи Девочек он был чаще молчалив!

У меня никогда не было никакого интереса сидеть в студии, наблюдая за игрой на басу Никки или гитарной игрой Мика, но Никки всегда нравилось быть там во время записи моего вокала. Он всегда находил возможность высказать свое мнение или покритиковать меня, и я всегда говорил ему, «Чувак, заткнись!» Я прислушаюсь к продюсеру альбома, но не к Никки Сиксу. Мы даже несколько раз подрались из–за этого. Никки много времени проводил в туалете во время записи Девочек, ширяясь героином, и это мне нравилось — это было прекрасное время, чтобы записать вокал.

ТОМ ЗУТАУТ (TOM ZUTAUT): я представлял Motley Crue на лейбле Elektra, и Никки Сикс всегда шел вперед и только вперед, он был парнем, который собирался зажечь огонь рок–н–ролла и стать первым на Сансет Стрип (Sunset Strip), а затем и во всем мире. По моему мнению, да, он был абсолютно прав, детям наскучила новая волна, а тут совместив глэм–рок Kiss с версией the New York Dools, Никки Сикс собирался изменить популярную музыку.

Во второй раз, когда я опять встретил Никки, он описал мне подобные мультяшным героям характерные особенности каждого члена Motley Crue, почему они были там, роль, которую каждый из них должен был играть в Crue, и как с его песнями они возродят рок–н–ролл и убьют новую волну. В тот момент я был убежден, что Никки был одним из самых умных парней, которых я когда–либо встречал. Замечательно, что у него было свое видение Motley Crue, разложенное по полочкам в его голове с самого начала.

4 ферваля, 1987.

Вэн Найс, 22 ч.

Есть несколько хороших песен, готовых для этого альбома. Я по–настоящему горжусь Wild Side, но иногда я только перерабатываю старые рифы Aerosmith или повторяю свои. Я знаю, что должен заставить себя поработать, но не могу.

Никогда не думал, что смогу сказать подобное.

ДУГ ТЭЙЛОР: Никки на самом деле был талантливым и плодовитым поэтом — песенником, но для Girls Girl Girls он не мог написать достаточно много хороших песен. Вы хотите знать правду? Этот альбом – работа Тома Вермана (Tom Werman). Мы даже решили включить концертный вариант песни «Jailhouse Rock» в альбом. Одну песню Никки написал в стиле, не подвластном Винсу, и многое из его лирики было абсолютным дерьмовым. Однажды он был настолько безнадежен, что написал песню, названную «Голливудские Ночи»(«Hollywood Nights»), просто отвратительную: настоящий, сущий Ужас.

LOST LYRIC

Candy coasted holocaust buried in the past

Swallowed all these lies and chit it out your ass

Babies born with switchblades

Dumping bodies in the Everglades

Californis high tide, needles on a fishing line

Backwashed and belly up, dancin’ on a land mine

6 февраля, 1987.

Вэн Найс, 3:15 утра

За окном идет проливной дождь. Я снова один, сижу здесь при свечах … с ручкой в руке, пытаясь отвлечься от мыслей о героине. Я не могу остановиться. Я настолько зависим, что не могу отказаться от него …, я не представляю себя без наркотиков. Я думаю, что в них смысл моей жизни. Я буду парнем, у которого было все и ничего, потому что не смог вовремя остановиться – или очередной мертвой рок–звездой.

Дождь красивым ритмом стучит по крыше. Это гипнотизирует. Сидение здесь напоминает мне о том, когда я был ребенком, лежащим в кровати, слушая дождь, задаваясь вопросом, где моя мама, или когда она, наконец, придет домой. Я до сих пор чувствую ту тоску, она жжет меня …

Все думают, что я несгибаем как гвоздь. Если бы только они знали.

ДОК МакГи (Doc McGHEE): Никки Сикс был настоящим гребаным сердитым парнем в 1987. Он был весьма хорош и вежлив и интеллектуален, но в его личности была действительно темная сторона. Я думаю, что причина всего этого крылась в его семейной жизни до переезда в Лос–Анджелес и во многих событиях, которые случились с ним в детстве. Скажу только, что у него было довольно беспокойное детство … есть некоторые вещи, о которых я не имею права рассказывать.

7 февраля, 1987.

Вэн Найс, 4:40 утра.

Я не чувствую своей души. Эта темнота стала моим единственным другом. Моя новая привычка — выпить тонну воды перед дозой кокса, затем выблевываю все это в Джакузи, в то время как моя голова взрывается в смертельном танце в этом доме …

RANDOM LYRIC:

HOOLIGAN’S HOLIDAY

Drop dead beauties

Stompin’n up a storm

Lines of hell on our face

Bruised bad apples

Crawling through the night

Busted loose and runaway.

8 февраля, 1987.

Вэн Найс, 2 утра.

Боб Tиммонс приехал сегодня на репетицию. Я понятия не имею, кто его прислал. Он спросил меня напрямик, употребляю ли я. Конечно, я все отрицал, сказал, что иногда развлекаюсь на вечеринках, нюхаю кокаин и выпиваю, но могу остановиться в любой момент, когда захочу.

Я не знаю, поверил ли Боб мне или нет. Но я не позволю ему поместить меня в реабилитацию снова – я лучше убью его сначала … или убью себя …

НИККИ: Боб Tиммонс и Док MакГи упекли меня и Николь в реабилитационную клинику летом 86–го. Я ненавидел это, и это было кошмаром. Психотерапевты продолжали говорить о Боге, и в те дни я согласился со своим дедушкой – Кому нужен Бог, когда у тебя есть пикап Шеви (Chevy pickup) и дробовик с 12 калибром?

Я продержался три дня. Одна медсестра продолжала говорить со мной о Боге, пока я не вскочил и завопил, «К черту Бога, и тебя тоже!» Медсестра велела мне сесть и успокоиться, так что я плюнул ей в лицо, выпрыгнул из окна и отправился домой пешком – благо клиника находилась в нескольких кварталах от моего дома. Боб следовал за мной в своем автомобиле, пока не пообещал мне не отвозить меня обратно в реабилитацию. Он подвез меня домой, и я показал Бобу свою ритуальную комнату – мой туалет при спальне. Все было покрыто грязными следами от испорченных ложек, и Боб и я провели несколько часов, чистя комнату. Мы собрали все пакетики с дозами кокса, таблетки, выпивку и шприцы, и избавились от них. Единственной вещью, с которой я не смог расстаться, было мое оружие. Я обещал Бобу, что могу сделать это самостоятельно; мне не нужна реабилитация. Через пару секунд после отъезда Боба, я звонил по телефону. Джейсон привез кокаин и героин час спустя.

Когда Боб вернулся, я не стал его впускать. Я лежал на полу в зале, говоря с ним через щель под входной дверью, с моим 357 (револьвером), заряженным и с взведенным курком. Он умолял меня вернуться в реабилитацию, а я говорил, что скорее умру, чем вернусь туда. Я сказал, что выстрелю в себя, если он попробует войти.

В результате я вернулся к кокаину, Боб никогда не больше не вернулся. Это были только я и мои демоны, все по–прежнему.

Николь оставалась в реабилитации в течение нескольких недель и вылечилась. Она и я были неразлучными нарко–друзьями, не бросающими друг друга, но после ее излечения нам нечего было сказать друг другу. Теперь мы были будто незнакомы. Мы встречались только из–за любви к наркотикам, и как только она прошла, ничего другого у нас не осталось. Так, что этому настал конец. До поры до времени …

БОБ ТИММОНС: Когда Никки убежал из клиники в 86–ом, мне позвонили из реабилитационного центра. Я по случайности был поблизости, и видел, как Никки идет по улице. Я подрулил на своей машине и спросил его, что случилось: он только сказал, «Пошел ты!» Так что я на предельно медленной скорости ехал рядом с ним, пока он шел и бросал на меня свирепые взгляды. В общем, когда я пообещал, что не буду возвращать его в клинику, он сел в машину, и я отвез его домой. Когда мы приехали, мы первым делом очистили его туалет от всех наркотических принадлежностей. Это было похоже на изгнание нечистой силы – избавление от всех плохих воспоминаний, которые населяли его жилище.

Знал ли я, что Никки сразу после моего ухода звонил дилеру? Нет. Это удивляет меня? Нет.

ТИМ ЛЬЮЦЦИ (TIM LUZZI): Я помню, как однажды вычищал дом Никки от выпивки, ложек для наркотиков и всех игл, которые лежали в каждом туалете и на каждой полке кабинета. Я думал, что нашел все его наркотики и принадлежности, но как оказалось позже, у него был тайник в медных шарах столбиков кровати. Он пришел домой, отвинтил один из них и ширнулся. Так что я надрывал свою задницу, вычищая его дом, но не догадался проверить шары.

10 февраля, 1987.

Вэн Найс, 4 утра.

День сегодня был потрачен впустую в смысле, что я ничего путного не сделал, провалявшись на диване и болтая по телефону весь день. Но зато я сегодня чувствовал себя хорошо. Не было жуткого ощущения, будто с тебя сдирают кожу, выворачивая все внутренности, но при этом я чувствовал себя выдохшимся… без желания жизни.

По–моему я знаю причину той зияющей дыры в моей душе. Причина, если быть честным, это не из–за сейчас, она из–за тогда … без отца, без матери, без воспоминаний детства кроме этих разъездов по стране. Нона и Том любили меня, и я любил их, но кое–что — совершенно очевидно… у моей матери и отца были другие более важные занятия, чем воспитывать меня, другие вещи, которые интересовали их больше …

Возможно, именно поэтому я выбрал этот путь, где меня поджидало безумие. Но я не знаю, как от него избавиться …

НИККИ: Мой отец ушел от нас, когда я был слишком мал. Его звали Франк Феранна, и так же звали меня до тех пор, пока я не изменил свое имя в подростковом возрасте, потому что я хотел полностью вычеркнуть этого ублюдка из моей жизни. Мою мать зовут Динa, и я полагаю, что она любила меня, когда я вписывался в ее планы, но когда я был ребенком, ее обычно не было рядом. Когда был маленьким, я каждый раз чувствовал себя лишним, когда она встречала очередного мужчину и отправляла меня к своим родителями, Тому и Ноне, в Айдахо. Это были первые ощущениями заброшенности, которые могли привести только к плохим вещам. Все это способствовало моему чувству собственной непривлекательности и гноящимся ранам злобы, протеста и агрессии. Это стало причиной огромной тоски, которую я принес в Motley Crue и мою жизнь.

ДИНА РИЧАРДС (DEANA RICHARDS): Отец Никки был очень эгоистичным человеком. Мир вращался вокруг него и ничего иного. Я бросила его, когда Никки было десять месяцев, и мы переехали жить к моей матери Ноне и ее второму мужу, Тому. Я не знала что делать – мне было девятнадцать, когда родился Никки, у меня не было никакого опыта воспитания, а Франк употреблял алкоголь и наркотики и гулял с другими женщинами. У него никогда не было времени для Никки вообще.

В течение пяти лет мы не получили ни одного известия от Франка до того дня, когда он внезапно появился на озере Тахо (Tahoe), где жили мы с Никки, и заявил, что хочет увидеть Никки. Я спросил его, почему, и он сказал, «я планирую жениться снова и женщина, на которой я женюсь, не может иметь детей, так что я хочу увидеть своего ребенка». Он решил навестить своего сына через пять лет только для того, чтобы посмотреть, что он из себя представляет.

Никки и я были очень близки, когда он был маленьким ребенком. Это было так замечательно. Когда ему было примерно два или три года, каждый раз, когда я входила в комнату, он поднимал свои ручки и кричал «Любимая!» и тянулся ко мне. Я до сих пор помню, как держала его у своей груди и чувствовала биение его сердца, и как приятно было его просто держать на руках.

Мои отношения с моей собственной матерью, Ноной, были сложными. Она была очень холодной женщиной. Она впервые обняла меня, когда мне было тридцать семь лет. В детстве я все делала неправильно, и она только всегда спрашивала, почему я не похожа на своих старших сестер. Да и потом она относилась ко мне прохладно. Я была немного дикой, и могла спать с мужчиной, не будучи замужем за ним, и, Боже мой, – в глазах моей матери это было худшей вещью в мире! По ее мнению я была шлюхой.

Нона вышла замуж за Тома, когда мне было шестнадцать, и я действительно злилась из–за этого. Я чувствовала, что она никогда не проявляла любви ко мне, и все же она находила время для Тома. Я думала, что это было действительно несправедливо.

Нона и Том постоянно мне советовали как воспитывать Никки, что ему говорить, что я должна делать. Они всегда просили, чтобы я присылала его пожить с ними неделю или на выходные и обычно я так и поступала. Но я и думать не могла, что они так поступят со мной. Вы никогда не подумаете, что Ваша собственная семья составит заговор против Вас, чтобы украсть Вашего сына.

ТОМ РИЗ (TOM REESE): папа Никки, Франк, был просто типичным калифорнийским жуликом. Мне нравился этот парень, пока он не бросил их и не увяз в наркотиках.

Когда Никки был мальчиком, он частенько оставался со мной и Ноной в Айдахо. Иногда всего на несколько дней, иногда на целый год. Никки был очень близок с Ноной: он был сыном, которого у нее никогда не было, и она безумно любила его.

Мать Никки, Дина, была дикаркой. Она всегда гуляла с парнями. Она могла встретить какого–нибудь парня и уйти с ним, бросив Никки. Она шлялась с итальянскими дальнобойщиками…, ну вы знаете, о чем я. Никки приходил к нам, оставаясь на некоторое время, пока Дина не вернется и не заберет его. И так было много раз.

Дина была сумасшедшей еще в детстве. Даже когда ей было восемь лет, она могла пойти на концерт, и ее сестры не хотели сидеть с ней рядом, потому что в итоге она обнималась с каким–нибудь парнем. Ей все доставалось легко. Ее сестры должны были упорно трудиться, чтобы преуспеть в школе, но Дина была намного умнее других. Она могла взять музыкальный инструмент, и в мгновение ока научиться на нем играть. Дина была самой умной из девочек…, но ей не хватало здравого смысла.

Нона подстраивалась под нее. Что она делала для других девочек, она делала и для Дины, но вы ничего не могли сделать для нее. Ты мог сказать, «Доброе утро, Дина» и тут же кража и ложь — у нас был небольшой ресторан, и она обслуживала столы, подворовывая иногда, но мы должны были остановить ее, потому, что она крала слишком много. Мы отвели ее психиатру, но она оказалась умнее его.

Ты должен был позволить Дине делать то, что она хочет – ничего другого тебе не оставалось.

RANDOM LOST LYRIC

The hatred I have learned for myself

Will fester in the wounds on your soul.

11 февраля, 1987.

Вэн Найс, 18 ч.

Какой–то парень возле двери проповедовал о Боге, так что я сказал ему, что поклоняюсь Дьяволу, чтобы избавиться от него. Но он пропустил мои слова мимо ушей, потому что хотел спасти мою душу. В тот момент зазвонил телефон, и я сказал ему, что сейчас вернусь, но забыл про него. Я думал, что чувак все–таки понял намек и ушел. Но он оставил мне эту миленькую брошюрку. Я думаю, что сохраню ее и отдам Вэнити.

Я должен сегодня вечером встретиться с Рики в Кэйтхаусе (Cathouse – ночной клуб, Rikki Rachtman – его совладелец)… лучше заказать такси, чтобы съездить туда… Я должен заказать несколько вещей… Я низко пал. У меня нет туалетной бумаги уже неделю. И я восьмой день обхожусь без душа.

Я записываю все это. Иногда, когда что–то происходит, все, о чем я могу думать, это дневник и записи в нем. Идиот…

12 февраля, 1987.

Вэн Найс, 5:10 утра.

Сегодняшний вечер начал с укола. Я отоварился героином у одного черномазого типа, который продает порно у себя дома в Вэн Найс…, у него было еще немного фенталина. Мы отправились в Кэйтхаус, и это было круто. Там играли глэм–рок с начала 70–ых. Слушая ревущий саунд Т. Рекса, я улыбаюсь. Я вспоминаю, как видел Т. Рекса в Парамаунт–театре в Сиэтле (Paramount Theater in Seattle) еще в детстве незадолго до смерти Болана. Так или иначе…

Черт, что за мясное это место, девочки в изобилии и каждая готова на все… пусть будет так. В лимузин и прочь одежду. Несколько дорожек в нос и вуаля! Рок–н–ролльное клише 101. Обратно в клуб, потом в автомобиль с другой цыпочкой… вперед и вперед…

Так когда все изменилось? Как я оказался прячущимся за кроватью с оружием в руке?

ЧТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, СО МНОЙ ПРОИСХОДИТ??????

Я рад, что никто из клуба не поехал со мной домой…, кто знает, что могло случиться.

Кокаин высасывает все силы, но я люблю его. Мне надо немного выпить и попытаться уснуть. Завтра я планирую встретиться с декоратором, чтобы посмотреть на какой–то готический английский стол. Я надеюсь, что не буду страдать от похмелья как обычно… бла бла бла…

ТОМ ЗУТАУТ (TOM ZUTAUT): Впервые я встретился с Никки однажды ночью 1983 год, когда Рой Томас Бэкер (Roy Thomas Baker) устроил большую вечеринку для Motley Crue в своем доме после выхода Shout at the Devil. Никки всю ночь трахался, вынюхал очень много кокаина и галлонами пил алкоголь, не говоря уже о всевозможных таблетках, которые он доставал из своего собственного кармана.

В один момент я сказал Рою, что это будет плохая идея для любого, кто захочет уехать, поскольку было ясно, что никто из них был не в состоянии передвигаться. Рой нажал на кнопку, и я услышал звуки тюремных засовов: блокировка дверей, он объяснил, что не хочет неприятностей своим друзьям, когда они под кайфом, и чтобы все благополучно добрались потом по домам, он просто запер их, настаивая, чтобы они переночевали у него и остались на завтрак.

Никки решил, что ему пора домой, и несколько раз подходил ко мне, спрашивая, где дверь. В результате он нашел дверь, но дом был уже в строгой изоляции и Никки с трудом осознал, что выйти невозможно… или так я, по крайней мере, думал.

На следующий день мы собрались на завтрак, и только один гость отсутствовал – Никки Сикс. Мы нашли его автомобиль в нескольких кварталах отсюда, разбитый об дерево, и в конечном счете мы нашли Никки в его собственной квартире с перевязанной рукой, живого и невредимого, несмотря на все обстоятельства прошлой ночи.

До сих пор остается загадкой для всех, как ему удалось выйти из дома Роя той ночью, еще непонятнее как он нашел ключи от машины и поехал домой. Это заставило меня понять, что Никки пересек все границы и подвергал свою жизнь опасности чрезмерным злоупотреблением наркотиками и алкоголем. Но при этом казалось, что он был неуязвим.

16 ч.

Твою мать. Только что проснулся…, чем сегодня себя оправдать?

Возможно у меня снова грипп…

13 февраля, 1987.

Вэн Найс, 17 ч.

Весь день слушаю музыку и играю на гитаре.

Герои – почему мы смотрим на них? Из–за их музыки или из–за их образа жизни? Для меня важно и то, и другое. Мне — 29 лет, они говорят, что тебе пора вырасти из любви к рок–н–роллу, но это — такая огромная часть меня. Такое ощущение, что музыка воспитывала меня, усыновила меня, спасла мне жизнь.

ЛУЧШАЯ ДЕСЯТКА ЭТОЙ НЕДЕЛИ

Aerosmith

New York Dolls

Mott the Hoople

Sex Pistols

Sweet

Stooges

Queen

Rolling Stones

Ramones

T. Rex

14 февраля, 1987.

Вэн Найс, 18:20.

Я решил, что должен сделать кое–что ко Дню святого Валентина, чтобы отметить годовщину дня, как я умер. Я думаю позвонить Вэнити.

НИККИ: У меня был передозировка в Лондоне ровно год назад: в День святого Валентина 1986. Мы играли в Хаммерсмит Одеон (Hammersmith Odeon), и через секунду после ухода со сцены я поймал такси с Энди Маккоем (Andy McCoy) из Hanoi Rocks. Он отвез меня на героиновую квартиру по соседству. Я был пьян, и помню, меня очень впечатлило, что у дилера были чистые иглы. Когда он предложил уколоть меня, я согласился. Большая ошибка.

Проблема уличных наркотиков в том, что ты никогда в реальности не знаешь наверняка, насколько мощная доза у дилера, так что у меня был моментальный овердоз. Мои губы стали фиолетовыми: я умирал. Мне потом рассказывали, что дилер схватил свою бейсбольную биту и попытался вбить в меня гребаную жизнь. У него не вышло, так что он перебросил меня через плечо и выкинул меня в мусорный бак, потому что никому не нужна мертвая рок–звезда, лежащая рядом с тобой.

Потом я очнулся…, и я предполагаю, что у меня есть еще несколько темных секретов, которые никому никогда не рассказывают.

Я скажу тебе, я чувствовал себя дерьмом. Когда ты умираешь, каждый отдельный мускул в твоем теле ноет. Твоему телу пришел конец, потом оно думает, что ему делать, и когда его перезагрузили, каждое движение причиняет тебе боль. Плюс из меня выбили дерьмо бейсбольной битой. Второй концерт в Hammersmith Odeon не был самым приятным выступлением, которое у меня когда–либо было.

ТИМ ЛЬЮЦЦИ (TIM LUZZI): Никки начал употреблять героин с ребятами из Hanoi Rocks в Великобритании во время тура Shout at the Devil . Hanoi правда выглядели ужасно; их глаза были стеклянными. Но Никки был самым прилежным участником. Ему всегда было предопределено героиновое пристрастие, и если бы это было не с чуваками из Hanoi Rocks, то это был бы кто — то еще.

15 ферваля, 1987.

Вэн Найс, 14:15.

Что, черт возьми, это было? Даже по стандартам Вэнити, прошлая ночь была безумна. Когда я позвонил ей, она не хотела приезжать, и пригласила меня к себе вместо этого. Я скоро узнал почему, когда добрался до ее дома. Она курила кокс в течение многих часов и выглядела довольно расслабленной, так что я решил присоединиться.

Вэнити творила свои сумасшедшие арт–художества, и мы закончили курить кокаин уже под утро, затем она сказала мне, что она проголодалась, но я сказал хорошо, и поехал, чтобы купить яичницу с беконом и апельсиновый сок. Когда я вернулся 10 минут спустя, охранник не открыл мне ворота к ее комплексу…, сказав, что ее там нет. Я просто послал его, как два черных парня выехали на Кадиллаке…, это было странно… в доме не было никаких черных людей кроме Вэнити. Она выехала 10 минут спустя, и я упорно преследовал ее в своем автомобиле и спросил, кем были эти черные чуваки. Она сказала, что они были только друзьями.

Странная ночь. Она всегда находит новый способ заморочить мне голову.

НИККИ: Позже я узнал от ее сестры, что эти два парня были дилерами, снабжающими ее коксом. Еще одна симпатичная история о тогдашней Вэнити: вместо автомобильного номера у нее была надпись Хо–Хо–Хо. Когда Принц ее бросил, он сказал ей, «Ты не ничто, а — хо–хо–хо!» и ей понравилось это, потому что… так говорит Санта Клаус. Такая вот странность в Вэнитиландии (Vanityworld).

ЕВАНГЕЛИСТ ДЕНИЗ МЭТТЬЮС (DENISE MATTHEWS): я была ненасытна для наказаний (Никки) и унижений. Это трудно быть крутой все время и общаться с другими людьми. Он мог иметь лучшие отношения с любимым роком.

Я не буду притворяться, что я всегда была такой. Если бы наши отношения были исследованы профессионалами в то время, то диагноз, возможно, звучал бы так: «Интенсивная терапия очень необходима для этих безумных, невротических, параноидальных, психотических, тревожных отношений, с эгоизмом, обширно проникающим через дверь».

Я уверена, что существует определённый набор хромосом для того, чтобы быть божеством (кумиром), вы так не думаете? Мы рассматриваем мистическую роль возникновения этого феномена. Все остальные шли по проторенной дорожке, поэтому мы можем увлекаться наркотиками, сексом, грязными отелями, сумасшедшими вечеринками, ещё длиннее отращивать свои волосы, выглядеть соответствующе, носить косметику и совершать безумства до тех пор, пока это не убьёт нас. В остальном же, всё просто … мальчик встречает девочку, у девочки есть дурь, оба вмазываются и называют это любовью, о, да… это ужасно.

17 февраля, 1987.

Вэн Найс, 1 час ночи.

Сегодня я не пил, главным образом, потому что я опять увидел в моче кровь. Это пройдет ведь, правда? Я думаю, что сегодня хорошо себя веду.

Я читаю великую книгу под названием «Наркоман» Уильяма Бэрроуза (Junkie by William Burroughs). Мне никогда не нравился его «Голый Обед» (Naked Lunch) .

18 февраля, 1987.

Вэн Найс, 2:30 ночи.

Слэш сегодня заходил. Мы играли на гитаре и выпили немного и смотрели MTV, и я пошел отлить. Когда я вернулся, Слэш удивленно смотрел на меня. Он спросил меня, почему у меня все еще стоит Рождественская елка с нераскрытыми подарками под ней. Это — хороший вопрос…

СЛЭШ: Я помню Никки еще когда он играл со своей группой «London» в Starwood. Мне было около четырнадцати в то время, и он был тем харизматическим гламурным панк–басистом, который произвел реально большое впечатление на меня. Затем я помню его приезд в мою среднюю школу для раздачи пригласительных билетов на концерт Motley Crue в Whisky A Go–Go всем горячим цыпочкам.

Motley Crue были американскими Sex Pistols. На музыкальном уровне у них было несколько хитовых песен и крутая лирика, но главное, у них была собственная позиция и имидж. Они были единственной лос–анджелесской группой, кроме, возможно Van Halen, имеющей некую искренность и брали тем, что они делали все серьезно, и благодаря Никки. Только у него было видение перспективы.

Я немного зависал с Никки в этом доме в 86–ом, и я нашел вызывающее отвратительное очарование в его образе жизни. Мои худшие героиновые годы были позади к тому времени, но я пил как ненормальный: я начинал день с Джека (Jack Daniels–виски) и кофе. Мои годы наркомана были грязны и противны, но Никки, как мне казалось, нашел крутой, очаровательный способ быть наркоманом.

Guns N' Roses тогда еще не были популярны, так что я был по–прежнему уличным парнем, но если быть честным…, если бы у меня были деньги Никки, то я жил бы точно также как и он.

19 февраля, 1987.

Вэн Найс, 18:15 .

Только что вернулся из антикварного магазина. Купил несколько старых книг. Сегодня вечером я собираюсь читать книгу под названием Пять Лет Смерти (Five Years Dead)…, то что надо.

Чем притягивают меня антикварные вещи? В них чувствуется история, не видимая простым глазом. Она просачивается сквозь дерево. Это так или иначе заставляет меня чувствовать комфортно. Я чуть не купил старый гроб сегодня, но не смог представить, где я поставлю его в доме. Дом сжимается.

Полночь.

Я так похудел. Мне велика вся моя одежда.

20 февраля, 1987.

Вэн Найс, 4 утра.

В общем, я начал писать песню под названием Пять Мертвых Лет (Five Years Dead). Я предполагаю, что это попытка сделать нечто как Aerosmith со своим первым альбомом… крутая запись. В памяти всплывают все лучшие и худшие воспоминания из Сиэтла. Как я выжил в те дни, я понятия не имею.

РОСС ХАЛФИН (ROSS HALFIN): Именно так Никки придумывал названия своим песням. Он сказал мне, что обычно покупает старые книги и ворует их названия. «Five Years Dead» — один из примеров, которых было очень много.

FIVE YEARS DEAD

Uptown downtown

Haven’t seen your face around

Paper said you shot a man

Trigger–happy punk down in Chinatown.

21 февраля, 1987.

Вэн Найс, 2:45 ночи.

Интересно, что делает моя сестра прямо сейчас. Интересно, она меня ненавидит за то, что я ненавидел маму. Мне хотелось бы многое узнать…

1. Мой папа знает, кто я?

2. Моя группа ненавидит меня и хочет найти другого басиста?

3. Как там Лайза?

4. У меня когда–либо будет семья?

5. Что будет, если кто–то найдет эти дневники?

НИККИ: Лайза была моей сестрой, которую я никогда не знал. Сразу после своего рождения, год спустя после меня, она исчезла, насколько я помню. Я не знал, куда она делась, пока не повзрослел. Местонахождение Лайзы интриговало и беспокоило меня всю мою жизнь, но только в конце 90–ых я обнаружил, что она жила в санатории. Я знал, что у нее был синдром Дауна и другие серьезные проблемы со здоровьем, но, честно говоря, для меня все это было покрыто тайной.

В откровенной беседе с моей мамой перед туром New Tattoo я выяснил, где находится Лайза. Когда я позвонил людям, которые заботились о ней все эти годы, они сказали мне, что помнят меня еще мальчиком. Я ответил, что мне не разрешали видеться с ней, будто это расстроит ее, и было лучше никогда не навещать ее. Они сказали мне, «нет, это не правда – мы всегда удивлялись, почему Вы никогда не приезжали к ней». Я сказал, что занимаюсь музыкой, и они сказали мне, что единственное удовольствие Лайзы в жизни — слушать радио. Она жила в Сан–Хосе, где мы играли много концертов.

У меня сердце упало, и я закипел от гнева. О, Боже, думал я, сплошная дезинформация, и я договорился навестить ее, как только закончится тур, и поклялся сделать все, что может помочь изменить ее жизнь. К моменту, когда закончился тур, она умерла, и все, что я мог сделать, поставить статую ангела с крыльями в память о ней. Это – большая вина всей моей жизни, что я никогда не знал ее. Я как обычно обвинял мою мать, но теперь я знаю, что у меня была возможность пробиться в жизнь Лайзы.

Я никогда не забуду, как держал ее, лежащую в гробу, за маленькую ручку и смотрел на милое личико. У нас были похожие брови. У нас никогда не было шанса быть вместе. Я плакал так горько, как никогда в своей жизни.

ДИНА РИЧАРДС (DEANA RICHARDS): Когда Лайза родилась, доктора знали очень мало о монголоидизме (mongoloidism). Они знали только о том, что у монголоидных детей было два гена вместо одного. Лайза была очень редким случаем синдрома Дауна. Большинство детей с синдромом Дауна достигают умственного развития ребенка 3–10 лет. Лайза так и не достигла этого. Она не умела ходить, не могла есть, ничего — у нее буквально был ум новорожденного ребенка всю ее жизнь.

Когда Лайза родилась, доктора сказали мне, «не забирай ее домой, она никогда не будет в порядке, она не выживет». Но когда ей было два месяца, я пошла в больницу и забрала ее. Доктора сказали, «Вы не можете сделать этого, она скоро умрет», и я сказала, «Хорошо, тогда она умрет на моих руках, дома». Я отвезла ее домой и попыталась заботиться о ней, но ее отец и я разошлись, и я не могла позволить себе постоянных докторов и медсестер и всего остального. Я стала совсем больная в своих попытках заботиться о ней, и Никки был совершенно заброшен.

Мне удалось найти небольшую частную лечебницу недалеко от Скотс Вэлли (Scotts Valley) в Калифорнии, которая специализировалась на больных с синдромом Дауна. Они согласились принять Лайзу, получив опеку над ней, так что я отказалась от юридических прав на нее и передала ее под опеку государства. Я привезла свою дочь, и люди, управляющие больницей, велели мне уходить и никогда не оглядываться назад. Я спросил, почему, и они сказали, «потому что это только разобьет Вам сердце. Лайза не знает Вас. Не мучайте себя».

Я могла бы не послушаться, и найти множество финансовых возможностей, чтобы навещать ее каждую неделю, но это привело к тому, что Никки, которому исполнилось уже три года, чувствовал себя настолько заброшенным, что он только сидел на полу и раскачивался из стороны в сторону. Я должна была сделать выбор – или Лайза или он. Так что я прекратила думать о встречах с Лайзой и начала проводить больше времени с Никки. Дела с Никки пошли тогда на лад,..по крайней мере, на некоторое время.

Никки не должен чувствовать себя виновным во всем этом. Он никогда не смог бы изменить того, что случилось с нею, и со мной.

Не было никакого смысла в его встречах с ней, потому что она не знала его, и испугалась бы, увидев незнакомцев, расстроилась бы. В течение многих лет я думала, что поступила ужасно с Лайзой. Потом, в конечном счете, я поняла, что она была особым даром Господа.

СЭСИ КОМЕР (CECI COMER): Всякий раз, когда мама говорила о Лайзе, она была всегда тихой и убитой горем, и было ясно, насколько это было мучительно и болезненно для нее. Она никогда ничего не скрывала, но она сомневалась в необходимости визитов к ней – я помню, как несколько раз спрашивала ее, можно ли нам навестить Лайзу, и мама всегда плакала. Она не разрешала ездить к ней, потому что визиты расстраивали Лайзу на несколько дней, и мама была уверена, что совершенно незнакомые люди принесут ей больше вреда.

20:45.

Иногда я думаю, почему я всегда покупаю такое малое количество наркотика? Я использую все сразу же, затем я должен ждать Джейсона, когда он сможет прийти и видеть его глупое лицо каждый день. Почему я не покупаю оптом, я мог бы видеть его раз в неделю?

Я опять жду Джейсона. Он привезет мне унцию (27 г) перса (героина) и пакетик на 2 унции крэка …, мне должно хватить этого на долгое гребаное время.

22 февраля, 1987.

Вэн Найс, 5:30 утра.

Сегодняшний вечер, возможно, был худшим в моей жизни – говорящий о многом на самом деле. После того, как Джейсон уехал, я ширнулся, и сразу же началось безумие. Я не помню, как пошел в свою ванную комнату, но я был там, бесясь от того, что полицейские, следившие за Джейсоном, были рядом с домом и собирались войти.

Я был обколот настолько, что меня сильно тошнило. Я был очень напуган, чтобы добраться до туалета, так что меня вырвало на пол …, только я дополз до унитаза, как в дверях показались полицейские …, я смыл всю заначку…

Когда я пришел в себя …, рядом никого не было …, ничего не было …, я действительно схожу с ума. Я должен позвонить Джейсона, чтобы заказать еще наркоты. Он не должен знать, что я все смыл …, я не могу … что я за жопа.

НИККИ: Это было судорожным происшествием. Я покупал наркотики оптом, затем был неизменно кутеж, безумие и смывание в унитазе. Как только это случилось дважды за одну ночь, Джейсон сказал, что у него больше нет товара. И затем он спросил меня, «Что, мать твою, с тобой происходит, зачем смываешь наркотики?» Думаю, ты представляешь, насколько плохо, когда твои выходки исчерпывают терпение наркодилеров.

LOST LYRIC

My nose is all chapped

Got a knife in my back

Got a nasty reputation

And I’m getting too thin

Now my friends all laugh

How I fell for the crack

Hooray for addiction

What a mess I’m in.

24 февраля, 1987.

Вэн Найс, 23:30

У меня было жуткое похмелье и напряжение, когда я пришел на репетицию, но Five Years Dead звучит ужасно и альбом далек от совершенства. Как я могу писать нормальные песни, находясь в полуобморочном состоянии? Мне интересно, что я могу написать на трезвую голову …

ТОМ ЗУТАУТ (TOM ZUTAUT): Никки был довольно активной, увлеченной личностью, так, что когда он начал придуриваться, казалось, что он немного вмажет и добьется результатов своей тяжелой работы, поднимет Motley Сrue на вершину славы. Мы не понимали, что это был героин, прежде всего – он только казался нам немного мечтательным, и засыпал во время телефонных разговоров.

Когда стало ясно, что все дело в героине, я высказал свое беспокойство Никки, и он уверил меня, что он прекратит, что все держит под контролем. Когда это не прекратилось, я обратился к менеджерам группы, которые сказали мне, что они уже в курсе. Когда я понял всю серьезность его проблемы, я очень волновался за него – было похоже, что поезд мчится на бешеной скорости и доставляет наличные деньги в таком большом количестве, что никто не хочет прекратить этот поток наличности, даже злоупотребляя сексом, наркотиками и алкоголем.

26 февраля, 1987.

Вэн Найс, 4:20 утра.

Кого бы мне найти, чтобы убить мою подругу?

Вэнити пришла на репетицию… Господи, я стараюсь изо всех сил выглядеть нормальным в группе, и тут появляется она. Год назад мне было так стыдно за ее болтовню о том, что она бросила гребаную подтанцовку у Принца и к тому же она все время вешалась мне на шею, мешая играть. Ее глаза безумны …, похоже, она курила кокаин всю ночь. Я велел ей заткнуться, и она посмотрела на меня и спросила, что я собирался делать.

Что я мог сделать? Я только повернулся и вышел из студии, оставив ее там с парнями группы.

ТОММИ ЛИ: в Вэнити было что–то по–настоящему безумное. Она могла появиться на репетиции и начать подпрыгивать на дорожных чемоданах и танцевать идиотские танцы. Мы пытались репетировать, а Вэнити продолжала свое пародийное шоу. Когда я встретился в первый раз с нею, она казалась спокойной, но потом все изменилось.

Никки и я в то время баловались немного курением кокаина. Вэнити тоже, и Никки утверждал, что это она его пристрастила к курению кокаина. Но Сикс — взрослый парень – он не должен обвинить в этом Вэнити; это было его самостоятельным решением. В то время Сикс был похож на громадного паука, плетущего свою паутину и завлекающего других в свой маленький гребаный мрачный мир. Можно было или a) остаться с ним, или b) запаниковав, смыться, и бросить его одного там.

ЕВАНГЕЛИСТ ДЕНИЗ МЭТТЬЮС (DENISE MATTHEWS): у нас с Никки были совершенно разные вкусы в музыке, религии, еде, кинофильмах – знаете ли. Это повлияло на отношения, основывающиеся на хаосе и беспорядке, будто два человека завязли в лавине, которая не может остановиться на спуске с горы. Жизнь была полна неожиданностей, с множеством синяков и за неимением пластыря (Band–Aids). Взлеты были слишком высоки, и падения были столь же глубоки как Ад, дом смерти.

Была ли я действительно счастлива? Что ж, счастье в том, как тебе известно, когда ты — ребенок, кривляющийся, притворяющийся и воспитывающий сам себя в этом изменчивом, злом мире. Оглядываясь назад, это было похоже, когда ребенку дают леденец или еще лучше шоколадный пирог … и ты можешь это все съесть. Когда свечи сгорают, и ты сгораешь, и просыпаешься, валяясь на поверхности глупости (wake up wallowing on the plateau of stupidity).

Истинное счастье будет, когда ты повинуешься Священным писаниям. Мои нравы и ценности очень изменились и, из–за моей веры в Иисуса, весьма часто причиняют боль и мешают духовному росту. Я познаю истину. Я ненавижу боль.

27 февраля, 1987

Вэн Найс, 22:50.

Вэнити ушла, когда Пит приехал сегодня. Мы решили устроить вечеринку. Сейчас я жду Джейсона, а Пит пошел на Сансет, чтобы подцепить несколько девочек из стриптиз–клубов и привезти их сюда. Их всегда легко убедить.

LET US PREY

Seven million bodies

Lying dead

Beneath my hands

War was such a simple

Game to play

Preachers do my bidding yet

Blame me for their sins

Altar boys are taken in dismay

Kill and eat your neighbors

Gas a subway in Japan

I got more apocalyptic plans.

Раньше, когда я не был настолько обдолбан, я сам обычно выходил и выбирал девочек и возвращал их назад. Сейчас я веду слишком затворнический образ жизни, чтобы заниматься этим самому. Каждый раз, когда я выхожу, все смотрят на меня и чего–то хотят от меня, и я не могу с этим справиться. Это не только наркотики, это — известность …, совершенно невозможно никуда выйти. Наши фотки на обложках каждого журнала на газетном киоске.

28 февраля, 1987

Вэн Найс, 6:15.

Ну, ночь была более–менее…, пока я как обычно все не испортил.

Пит вернулся около 2 часов ночи примерно с 20 девочками и весь ад прекратился. Я был довольно пьян, и трахал девочку в ванной, в то время как другая девочка барабанила в дверь. Когда мы закончили, вошла вторая девочка, рассердилась на меня для того, что я отымел ее подругу, затем накинулась на меня. Я в общем–то уверен, что Пит трахал их обоих также. Что относительно других 17 или 18 девочек? Я понятия не имею.

Круто было примерно до пяти утра, пока я не нюхнул кокаина. Только я сделал несколько дорожек, как меня переклинило, и я выгнал всех из своего дома. Я не хотел никого видеть. Поэтому я велел Питу послать всех на фиг. Мне ничего не нужно, кроме моих наркотиков, моей гитары и моего дневника.

ТИМ ЛЬЮЦЦИ (TIM LUZZI): Никки однажды показал мне свое героиновое логово в его туалете. На полу лежало, скорее всего, сто квадратиков «два дюйма на два дюйма» порванной алюминиевой фольги, покрытой темными пятнами. Он однажды даже принял меня там и застрелил передо мной. У него была оснастка, ложка, игла, вата, пламя, жгут …, будто для тяжелобольного. Никки спросил меня, не хочу ли и я, но это не в моем вкусе.

LOST LYRIC:

Yuppies dressed up

As satanic clowns

Commit another suicide just

To please the crowds

And this anti–freeze is

How we shoot the breeze…

With this bottle and keys we’ll

Drive off in our disease…

Handsome dreams dressed up as a scheme

And the reason for a gun is to

Prey on the meek…

Last year’s haggard housewife

Scored a sedative as a lover

Sits on her kitchen floor and eats

From the same gun as her mother.

God bless the weak?

16:15.

С прошлой ночи у меня остались ужасные воспоминания. Прямо перед тем, как я застрелил себе и решил закончить вечеринку, эта большая смуглая девочка, которую я никогда раньше не видел, затащила меня в ванную и трахнула меня. Она не проронила ни слова, пока не закончила, после она сказала: ты, ведь никогда не забудешь меня, правда? Я кивнул, и забыл о ней уже 20 минут спустя. Мне нужно хотя бы несколько дней отдохнуть …

РОСС ХАЛФИН (ROSS HALFIN): Женщинам всегда нравится Никки, потому что в нем есть что–то от рок–звезды, но при этом абсолютно невинное лицо соседского парня. И все же он всегда трахал самых уродливых женщин. Он мог встретить уродливую девочку и сказать мне, «Чувак, неважно насколько я обдолбан, не позволяй мне засадить ей», но всегда заканчивалось тем, что он уходил с ней. Всегда. Кажется, ему просто нравятся крайности во всем.

Март 1987

… Кровь била фонтаном по всему туалету …, и я только пытался вколоть наркотик себе под кожу, надеясь уменьшить боль …

1 марта,1987

Вэн Найс, полночь.

Сегодня я проверил свой автоответчик. Я не делал этого уже несколько дней. Стивен Тайлер (Steven Tyler) звонил, спрашивая, все ли у меня в порядке. Так круто — парень, которого я боготворил, беспокоится обо мне как родной отец. Больше, чем мой родной отец…

Я оставил сообщение для Кита Ричардса (Keith Richards), спрашивая, не хочет ли он встретиться и написать совместную песню, но он так и не перезвонил.

У слепой веры нет никакого лечения

3 марта 1987

Вэн Найс, 2:30 утра.

Tи–Бон (Томми) зашел после репетиции. Обычное дело … пара порций Джека (виски Jack Daniels) во время просмотра MTV, затем я готовлю принадлежности, и мы застреливаем…, почему Томми легче переносит наркотики, чем я …, почему он не страдает наркозависимостью?

Томми — брат, которого у меня никогда не было. У него есть энергия и позитивизм, которых нет у меня, … я подпитываюсь его энергией, а что даю ему взамен? Возможно, темноту и нервозность, которых у него нет… и которыми он странным образом восхищается … удивительно, но Томми ни разу не упомянул о том, как я испортил его свадьбу…, я люблю его за это…

НИККИ: когда Томми сказал мне год назад, что намерен жениться на Хизер Локлер (Heather Locklear), я воскликнул, «Отлично, чувак! Я буду твоим шафером!» Хотя, по сути, он никогда не просил меня об этом. Возможно, я был немного самоуверен тогда.

Я тогда еще встречался с Николь, и мы зарегистрировались в гостинице Балтмор (Biltmore Hotel) в Санта–Барбаре на весь свадебный уикэнд. Мы решили соскочить с героина в очередной раз, поэтому взяли с собой немного наркотика, чтобы хватило на выходные. После этого мы резко бросим.

Люди были потрясены моим внешним видом на свадьбе. Мало того, что я здорово похудел и выглядел изможденным и немного желтым, но при этом был явно не в себе. Я продолжал исчезать к ванной, и мне было действительно неловко, потому что я просто забыл, как надо вести себя в обществе, среди людей. Когда настало время тоста шафера, я понятия не имел, что сказать. Кто — то мне подсказывал, «пусть все ваши взлеты и падения происходят только в кровати», и я попытался, но только все испортил. Все было неправильно. Хизер была из очень богатой, консервативной семьи, и они, должно быть, были действительно напуганы, видя наркомана в роли шафера на свадьбе их дочери.

После свадьбы мы с Николь возвратились в гостиницу, застрелили последнюю дозу наркотика и выбросили все. Мы сломали все иглы. Мы крушили номер, и это было ужасно. Мне было реально плохо, и единственное, что я помню — a Little House on the Prairie марафон по телевизору. Каждый раз, когда я приходил в сознание на пару минут, шла эта передача. Я до сих пор не могу смотреть то гребаное шоу: слишком сильны воспоминания о том уикенде. Несколько лет спустя я встретил в аэропорту девочку из этого шоу и меня затрясло. Не из–за нее – из–за мысли о том проклятом шоу.

В конце концов, мы с Николь вернулись из Санта–Барбары в Вэн Найс. Впервые за последние месяцы мы были чисты. Когда мы вернулись домой, мы все обыскали, нашли наркотик и иглы, и смогли выкинуть все это в мусор. Они провалялись в мусорном контейнере всего лишь два дня.

На третий день началась вторая стадия ломки. Она не настолько сильна как первая, но все же очень болезненная. Мозг говорит тебе, еще немного и все будет о,кей. И я сказал Николь, давай немного. Она сказала, «я не против, но не хочу быть снова зависимой». Я сказал, «Я тоже не хочу оставаться наркоманом». Так что Николь вышла к мусорке, нашла наркотик и грязные иглы, и …, это случилось. Мы снова были под кайфом, нас ничего не остановило.

ТОММИ ЛИ: Когда Никки появился на моей свадьбе, он был … прозрачный, чувак. Он был не белым, и даже не серым – мне казалось, что я могу видеть сквозь него. Даже если бы Никки переехал грузовик, хуже выглядеть он не смог бы. Он выглядел, мать твою, просто ужасно.

Он делал все, что было в его силах, но я никогда не забуду, как плохо он выглядел. Он пил все, что попадало ему на глаза, думая, что это поможет ему общаться, но было ясно, что он только и хочет того, чтобы спрятаться от всех и вмазаться: в его глазах была паника. Как только закончилась свадьба, он ушел. Я никогда не вспоминал ему о тех трудных временах, но … шафер? Он определенно все испортил …

Полночь

Много импровизировал на гитаре. Интересно получается, когда я играю с большим ритмом. Думаю, что надо купить фортепьяно и увидеть, чего я смогу добиться на нем…, мне необходимо вдохновение…, иногда мне кажется, что меня нет здесь. Металл скучен для меня. Я предпочитаю Тома Уэйтса (Tom Waits), Рикки Ли Джонса (Rickie Lee Jones) и Velvet Undeground – предполагаю, что это — героин. Я написал сегодня песню «Вены» («Veins»).

Veins

I know I’m medicating

I know that you been praying

I know that God is waiting

Something tells me he can’t save me.

I know now I’m procrastinating

I crumble under cravings

I know that I’m novacating

God is laughing and he won’t save me.

Drug under the tracks again

I’ve lost another and it’s my only friend

I miss my veins, I miss my everything

Collapsed and punctured have I gone insane?

I miss my veins, I cannot beat this thing

One more shot and I’ll be just fine again

I miss my veins.

4 марта 1987

Вэн Найс, 23:30.

В последнее время мне все труднее попасть в вены. Сложно найти место для укола на моих гребаных руках и ногах. Сегодня вечером я колол в шею, глядя в зеркальце для бритья.

Сегодня на автостраде приключилась такая хрень. Мы с Питом ехали вниз по 405 на моем джипе, в кожаных штанах и без рубашек. Одна рыжая девочка помахала нам из своего автомобиля, и я спросил Пита, знает ли он ее. Он сказал, что нет, и я сказал, что тоже не знаком с ней. Когда она поравнялась с нами, сказала, Эй Никки, это — я! Как дела? Я пытался сделать вид, что не вижу ее, но она разозлилась, показала нам средний палец и умчалась. Этот город полон гребаных безумных цыпочек …

Danger

Had wild dreams

Walkin’ the streets

Hell, we were young

Never looked back

So we took our dreams

Ran like hell

Lived our youth

From the wishing well

Me and the boys

Made a pact

To live or die

No turning back

Scarred for life.

5 марта 1987

Вэн Найс, 11:40.

Меня разбудили через час, как уснул. Когда я открыл дверь, одна сумасшедшая женщина начала орать на меня и называть меня задницей…, мне потребовалась минута, чтобы признать в ней наркоманку, которую встретил вчера на автостраде. Я спросил, в чем ее гребаная проблема, что взбесило ее еще больше. Оказывается, мы трахнулись на вечеринке у меня дома на прошлой неделе, и ожидала, что я запомню ее.

Черт … эта девочка меня совершенно не знает.

НИККИ: Когда Motley стали известными, мы могли трахнуть любого и каждого, что мы обычно и делали. Точнее я, Томми и Винс: Мик всегда жил по своим правилам. Но мне девочки всегда быстро надоедали, и сразу после секса я прогонял их. Секс для меня всегда был завоеванием. Девочки были формой развлечения, и ничем больше, и когда героин приходил, они исчезали. Девочки были просто сильным увлечением: а когда я познакомился с героином и фрибейсом — freebase (курение кокаина), то по–настоящему влюбился.

Primal Scream

If ya wanna live life on your own terms

You gotta be willing to crash and burn

6 марта 1987

Вэн Найс, полночь.

Сегодня в студии я услышал Томми, играющего реально крутую мелодию на пианино в другой комнате. Я вбежал, сел рядом и присоединился к нему, и мы написали великолепную песню, которой Барри Манилов (Barry Manilow), мать его, будет гордиться.

У меня с собой сейчас есть кассета, и у меня блестящая идея. Я собираюсь записать ее Николь.

НИККИ: Мы расстались с Николь после того, как она чистой вышла из реабилитации в середине ’86, и мы обнаружили, что нас кроме героина ничего не связывало. Никаких чувств, как выяснилось …, но все было не так просто. Я был убежден, что Николь изменила мне, когда я был в туре Theatre of Pain. Я почти уверен, что она трахалась с Джеком Вагнером (Jack Wagner), симпатичным молодым актером из General Hospital. Мысль, что я, должно быть, изменил ей раз двести во время того же самого тура, даже не приходила мне в голову. У Джека Вагнера был идиотский хит в чарте под названием «You’re All I Need». И в моем больном мозгу со временем возникла идея серьезной мести.

7 марта 1987.

Вэн Найс, 19:45.

Мы закончили You’re All I Need, песню, над которой мы с Томми вчера работали. Я предполагаю, что это как в Таксисте (Taxi Driver – фильм 1976 года, в гл.роли Р.де Ниро) в смысле, что, если ты действительно любишь кого — то, ты убьешь его, чем отдашь другому, верно?

Я имею в виду, что вряд ли смогу когда–нибудь действительно полюбить кого–то, но убить – без проблем…, учитывая, что эта гребаная шлюха трахала кого–то еще, в то время как я был в туре. Как она посмела обмануть меня? Так что сегодня Винс запишет вокалы, и я планирую вечером отвезти лично кассету Николь, чтобы видеть, оценит ли она шутку. Если это действительно шутка.

2 часа ночи.

Только что вернулся от Николь – все прошло превосходно. Когда я приехал к ней, она выглядела немного нервной, но я сел рядом с ней и сказал, «У нас были действительно хорошие отношения, но нам пришлось нелегко, так что я написал песню для тебя, о том времени, когда мы были вместе.» Николь была очень взволнована и напомнила мне, что в нашу последнюю встречу я обещал ей перерезать горло. Я забыл это. Я сказал ей, что изменился.

Я включил песню, и Николь понравилось красивое фортепианное вступление. Когда начался первый куплет, я сидел, скрывая свою улыбку. Когда Винс пел You’re All I Need , я видел, о чем она думала, это — песня Джека! Поэтому, когда песня закончилась, она только посмотрела на меня и сказала, ты — гребаная задница, и ты всегда был задницей. Превосходно!

Я сказал ей, что она может оставить кассету себе, и, уходя, спросил, Как дела у Джека? Она ответила, что понятия не имеет, о чем я говорю. Я сказал, передай Джеку, чтобы он поцеловал свои колени на прощание…

НИККИ: Когда я вернулся домой той ночью, то позвонил одним местным байкерам и предложил им работу. Они должны были ждать в кустах возле телевизионной студии, чтобы разбить коленные чашечки Вагнеру, говоря при этом, что Никки Сикс посылает ему свою любовь.

УЭЙН ИСХАМ (WAYNE ISHAM) - режиссер: я снимал видеоклип Motley «You’re All I Need», но тогда я не думал о том, что эта песня об отношениях Никки и Николь. Никки был настоящим параноиком, его страхи перед ее изменой были полностью необоснованны. Николь была классной девочкой с очень милой улыбкой, но Никки утащил ее с собой на дно. Каждый раз, когда ты видел ее, то не мог не заметить, насколько ее затянул этот омут. Было очень жаль, потому что она была по–настоящему хорошим человеком.

Отвезти песню к Николь, так мог сделать только Никки. Он любил такие вещи. У него всегда была дьявольская улыбка в глазах. Думаю, именно поэтому он всегда носил темные очки.

8 марта 1987.

Вэн Найс, 15:50.

Николь только что позвонила и с плачем сообщила мне, что я сукин сын, потому что из–за меня Джеку сломали ноги. Я сказал ей, что понятия не имею, о чем она говорит, но это круто, твою мать!

НИККИ: Это было действительно странно. Вскоре после звонка Николь, позвонил мой наемный работник и принес извинения, что не смог разобраться с Джеком. Я был сбит с толку, пока в местных новостях не сообщили, что по чистому совпадению Вагнер упал во время съемок в тот день и сломал ногу! Моя голова была настолько испорчена, я думал, что это было божественное возмездие.

9 марта 1987.

Вэн Найс, 23:30.

Я поступил сегодня очень глупо, мать твою,…, я до сих пор не могу поверить, что сделал это. Я позвонил Рику Нильсену (Rick Nielseen), чтобы сказать привет. Когда он поднял трубку, я попросил подождать минутку, затем пошел и выпил целую бутылку воды, принял дозу, проблевался в джакузи, и поднял трубку, чтобы говорить с ним. Рик ждал возле телефона все это время. Видимо, у него были гребаные причины, чтобы спросить, все ли у меня в порядке, и не принимаю ли я наркотики. Я сказал, что не употреблял наркотики уже много месяцев …

ПОЧЕМУ Я ВСЕ ЭТО ДЕЛАЮ? ЧТО, МАТЬ ТВОЮ, НЕПРАВИЛЬНО СО МНОЙ?

НИККИ: Рик Нильсен из Cheap Trick прежде был моим героем. Я не могу поверить в то, что я был таким гребаным придурком, позвонить ему, затем заставить его ждать, в то время как я ширялся и блевал прежде, чем поговорить с ним. Еще сложнее поверить в то, что я думал, будто он не заметит мое идиотское поведение.

РИК НИЛЬСЕН (RICK NIELSEN – гитарист «Cheap Trick»): Никки иногда звонил мне домой и говорил, будто у него проблемы. Он звонил и говорил, что под кайфом и не хочет таким быть – или говорил, что он чист, но я знал, что это не так, слышно было по его голосу. Я говорил ему, «Ты можешь лгать своей маме или своей подруге или священнику, но не мне!»

Я обычно говорил ему, что он может мне рассказывать обо всем – что он употребляет наркотики, или трахает девочку, или что у него член не стоит. Друг скажет тебе правду, что твое дыхание воняет, и тебе нужно помыться. Враг говорит тебе, что ты выглядишь великолепно и не должен ничего менять.

Я помню, как Никки один раз позвонил, а затем отошёл от телефона на несколько минут. Я предположил, что он просто решил нюхнуть кокаина. Я понятия не имел о том, что он колется; Я был далёк от всей этой дряни. Затем он вернулся к телефону и едва мог ворочать языком, но он утверждал, что ничего такого он не делал. Дураку, чтобы ему поверили, нужен другой дурак, а я, чувак, определённо слышал дурака на другом конце.

Когда Никки звонил мне в обдолбанном состоянии, то я говорил, что должен идти, но чаще всего он был довольно ясен. Мне было приятно, он хотел говорить со мной, даже о ерунде. Кому еще может позвонить музыкант? Он звонит своим пэрам (peers – себе подобным). Он не может рассказать другим парням в группе о своей беде, потому что они скажут менеджеру. Иногда он звонил мне, весь взволнованный, говоря, что нам надо собраться и написать песню, и я спрашивал, когда? Тогда он становился неопределенным. Я говорил ему, будь честным, попробуй обратиться в AA (общество анонимных алкоголиков), посвяти хоть один день этому…, но он был довольно упрям.

Прежде, чем он стал наркоманом, Никки Сикс был большим игрушечным мишкой с чудесной улыбкой. Он едва мог играть на басу, заметьте, что это никогда не останавливало Джина Симмонса (Gene Simmons–басист KISS). Я хотел помочь ему, но все, что мог сделать, это наточить его меч, если потребуется моя помощь.

11 марта 1987

Вэн Найс, полночь.

Я разработал небольшую теорию, которую назвал своей теорией личной гигиены, в основном, это очень просто …

1. Зачем принимать душ, если ты снова испачкаешься?

2. Зачем застилать постель, если ты снова ляжешь спать?

3. Зачем становиться трезвыми, если ты собираешься снова напиться?

Мыться надо в том случае, когда люди вокруг тебя будут отворачивать носы от твоей вони. Единственная причина быть трезвым – если тебе надо что–то сделать. Когда у меня есть возможность провести пару дней, не выходя из дома, я придерживаюсь своей теории.

12 марта 1987.

Вэн Найс, 3:30.

Сегодня вечером случилось то, что испугало меня. Я был в своем туалете, беспокоясь, что услышу голоса в стенах,… тогда я пошел, поставил на сигнализацию все двери в доме, и понял, что мне только нужно нажать на кнопку, чтобы связаться со службой охраны (West Tech).

Кто мне скажет, слышат ли они, как я нажимаю на кнопку или нет? Кто скажет, есть ли у них гребаные секретные камеры видеонаблюдения за мной?

НИККИ: Когда я сидел на кокаине, Служба Безопасности (West Tech Security) была проклятьем моей жизни, а я был в свою очередь их проклятием. Они были компанией безопасности, которая установила в моем доме охрану, и у меня также была аварийная кнопка, которую я мог нажать в случае появления злоумышленников. Когда я вмазывал, или курил кокс, мне постоянно мерещились ОМОН на крыше и группа захвата в саду, и часто заканчивалось тем, что я звонил в службу охраны. Потом, когда я окончательно убедил себя, что компания безопасности шпионит за мной, наши отношения стали очень напряженными, мягко говоря.

13 марта 1987.

Вэн Найс, 4:20.

Сегодня вечером мы с Питом ездили в Кэйтхаус (Cathouse–ночной клуб). Я чувствовал себя довольно спокойно. Я впервые одел свой новый сделанный на заказ жакет, с большой нацистской нашивкой на рукаве. Нацисты, может быть, больные на голову люди, но они выглядят так круто. Рикки (Rikki Rachtman – совладелец ночного клуба Cathouse) проводил нас в VIP–бар, мы с Питом устроились в углу, рассматривая девочек.

Я попросил Рикки проводить меня в VIP–туалет …, он отвел меня туда, и я спросил, есть ли у него пробка от бутылки для дозы. Рикки очень удивился, но он принес мне бутылочную пробку, я достал мешочек с дурью из ботинка и вмазался в туалете. Когда я вышел, то увидел круглые от удивления глаза Рикки. Он смотрел с отвращением… мать твою, ничего, переживет.

15 марта 1987.

Вэн Найс, 2:30.

По сути, моя жизнь имеет смысл только когда я здесь, в своем туалете.

Люди для меня не важны…, у меня нет зоны комфорта. Я не знаю, как жить. Я чувствую себя подобно иностранцу.

Когда люди говорят со мной, я не слышу их. Когда я иду куда–нибудь, то чувствую себя одиноким. Я вижу сообщения в телешоу …, я слышу вещи, которых не слышат другие…, я различаю вранье…

Я действительно безумен? Иногда кажется, что самоубийство — единственное решение.

ТОММИ ЛИ: я понял, насколько Сиксу было некомфортно в его собственной коже, когда увидел его трезвым, и он не мог выйти из дома. Он был настолько антисоциален, что не мог находиться среди людей больше двух минут. Трезвый Никки Сикс никогда не входил в комнату, полную незнакомцев – никогда, мать твою. Я смотрел на него и видел как напряжены его скулы, и я видел, как он потел и думал, что должен уйти: я не знаю, как действовать, что сказать. Все это читалось у него на лице, и я говорил сам себе, Внимание, Сикс уйдет отсюда через одну минуту! Когда он был под кайфом, он был прекрасен со всеми, но когда трезвел, главной проблемой для него было общение с людьми.

16 марта 1987.

Вэн Найс, 19:35.

Не иметь в запасе шприцов, когда ты – законченный наркоман, самое худшее на свете. Вчера вечером я застреливал последним шприцем, и он сломался. Игла переломилась пополам. Я так хотел ширнуться, что пытался воткнуть обломок иглы в мою гребаную вену …тыча и разрывая кожу. Кровь била фонтаном по всему туалету, и я только пытался вколоть наркотик себе под кожу, надеясь избавиться от боли. Слава Богу, получилось.

ДОК МАКГИ: в то время Никки употреблял героин не для того, чтобы достичь кайфа — он делал это, чтобы чувствовать себя нормально. Это – способ наркоманов со стажем: они используют героин, чтобы не чувствовать боли. Он убирает синдромы ломки и боли, и теперь мне ясно, Никки употреблял героин, чтобы избавиться от боли, которая стала постоянной спутницей его жизни.

17 марта 1987.

Вэн Найс, 3:40.

Я думал о Лите сегодня …, нам было здорово вместе …

Возможно, если бы я встретил ее позже в своей жизни, то было бы все иначе, но я тогда был просто не готов.

Но мы хорошо провели время. Когда я встретил ее в прошлом декабре, я увидел, что она потрясена моим состоянием. Возможно я тоже, но она ничего не сказала. По некоторым причинам, люди редко это делают.

Они видят, насколько я обдолбан, – почему, мать твою, молчат?

НИККИ: я встретил Литу Форд (Lita Ford) в 1982 в Трубадуре в Лос–Анджелесе. Она подошла, представилась и положила мне половинку таблетки (quaalude) на язык, и мы стали жить вместе. Тогда я был настоящим животным, помешанном на тусовках, и после того, как Motley Crue закончили тур Shout at the Devil, я переехал из ее квартиры, чтобы жить с Робином Кросби (Robbin Crosby) из Ratt.

Мы встретились снова как раз перед Рождеством ’86, когда я написал песню «Falling In and Out of Love»для ее альбома. И она была в ужасе от моего состояния. Я был истощен, безумен, непрерывно употребляя наркотики, снюхивая кокс прямо с пианино, когда мы писали песню. Я зашел слишком далеко, чем она когда–либо могла представить, и она не узнавала меня. Лита любила поразвлечься, верно, но я стал распустившимся наркоманом.

19 марта 1987.

Вэн Найс, 1:15.

Я только что посрал и обнаружил, что снова не купил туалетной бумаги…

22 марта 1987.

Вэн Найс, 11:30.

Вчера вечером это случилось снова.

Я помню, как вошел в туалет и вытащил коробку Dom Perignon. Я люблю, когда эта коробка полна. Кому–то может показаться, что это как стоять одной ногой в могиле, а для меня это равнозначно лучу Божьего света. Всякий раз, когда открываю ту коробку, я знаю, что через секунду буду чувствовать себя хорошо…

Затем я застреливаю кокс, в шею, ногу, руку или даже в член …, и потом это начинается. Я знал, что служба Охраны (West Tech) прослушивает меня, что они могут услышать мое сердцебиение, что у них были камеры скрытого видеонаблюдения за мной. Я стоял с прижатым ухом к коробке безопасности, не смея дышать, и я был испуган. Вызвали ли они полицию за мной, или парней со смирительными рубашками? Они знают, что я безумен, верно?

Затем я понял, что был неправ …служба Охраны мне не враг – они могут спасти меня от людей, пытающихся попасть в мой дом.., поэтому я нажал аварийную кнопку. В тот момент я не знал – нажал ли на самом деле? Или я только думал, что сделал это?

В результате я … голый, обдолбанный, с заряженным дробовиком, зная, что сейчас в дом ворвутся люди …, чтобы спасти меня, или забрать меня? Так что я быстро смыл свои наркотики в унитаз и ждал того, что произойдет. Я не мог решить, что мне делать….сидеть тихо или открыть огонь?

Сейчас я проснулся, понимая, что это была всего лишь еще одна ночь безумия. Я не нажимал кнопки, и ничего не было … кроме, что снова смыл все свои гребаные наркотики в унитаз.

Полдень.

Я ненавижу утро как сегодня, когда я просыпаюсь или прихожу в себя…, не важно…, и у меня такое ощущение, будто мои воспоминания — это не мои воспоминания, а то, что я видел по телевизору или прочитал в книге. Все труднее понять, где находится граница реальности.

23 марта 1987.

Вэн Найс, полночь.

Что ж, сегодня мы наконец закончили альбом Girls. В целом я думаю, что получилось довольно неплохо… конечно, так всегда говорят о новом альбоме, не правда ли?

Мы уезжаем завтра в Нью–Йорк для мастеринга. Это всегда страшно выматывает…так что я предоставлю судьбе решать, будет ли это крутой альбом Motlеy Crue или просто альбом Motlеy Crue. Но тот факт, что мы вообще закончили его, меня поражает.

НИККИ: Томми и я вылетели первым классом в Нью–Йорк на мастеринг альбома. Наш инженер и режиссер, Дуэйн Бэрон (Duane Baron) и Пит Пёрдал (Pete Purdul) вылетали следующим днем. Так что мы с Томми нашли ночной дискоклуб в Нью–Йорк Сити (NYC). Все было хорошо, пока мне было интересно – я был на расстоянии в несколько тысяч миль от героина, и наш альбом был закончен. Но как обычно дьявол носит много масок…, он шептал и шептал мне в ухо про то, что не плохо было бы найти тут чего–нибудь …ну и я конечно нашел, и вернулся с полным карманом…слава богу кокаина. Ну и конечно до самого мастеринга мы не спали.

31 марта 1987.

Вэн Найс, 21:15.

Только что вернулся с мастеринга альбома. Я забыл взять тебя с собой, дневник, но если бы и взял, сомневаюсь, что написал бы что–нибудь. Говорят, что Нью–Йорк — город, который никогда не спит. Предполагаю, что мы смогли проверить это на себе, мать твою…мне нужно поспать …

Апрель 1987

Моя болезнь отталкивает от меня подобно гребаному запаху?

1 апреля 1987.

Вэн Найс, 18:40.

У меня только что был неожиданный гость. Это последнее, чего я ожидал. Рэнди Рэнд (Randy Rand) внезапно появился на пороге…, я не видел его несколько месяцев. Когда я открыл дверь, его челюсть буквально отвисла в шоке, будто он увидел призрака. Он сказал мне, что я похудел фунтов на 50 с нашей последней встречи. Я рад этому, но Рэнди, казалось, не видел в этом ничего хорошего. Затем, когда я предложил ему войти, он покачал головой и сказал, что должен идти …, моя болезнь отталкивает от меня как гребаный запах?

Я жду Tи–Бона.

НИККИ: Рэнди Рэнд был из группы Автограф (басист группы Autograph), разогревающей нас на нескольких концертах в туре Theatre of Pain . Я однажды украл его бас–гитару из комнаты репетиций в Голливуде, потому что она звучала лучше моей. Он — отличный парень …, он никогда не бил меня по морде из–за этого, до сих пор …

2 апреля 1987.

Вэн Найс, полночь.

Сегодня ездил на рыбалку с Томми и Дуэйном Бэроном (Duane Baron). Мы нюхали кокс всю ночь, пока не пришло время уезжать на озеро. Мы то и дело плавали за пивом, когда приехал Док МакГи, чтобы встретиться с нами. На озере мы раз за разом прослушивали альбом Girls на маленьком магнитофоне Томми.

Док сказал нам, что Джон Бон Джови (Jon Bon Jovi) думает, что мы написали самую крутую песню в нашей карьере. Я спросил, какую именно, и он сказал You’re All I Need. Я спросил, слышал ли Джон слова, и Док сказал, А в чем дело? Я, хихикая, рассказал ему, и Док сказал мне, что я – больная гребаная задница,… справедливое замечание, я полагаю.

НИККИ: Томми и я были настолько под кокаиновым кайфом той ночью, что в наших умах палатка летала как ковер — самолет. Мы реально думали, что летаем по воздуху вокруг озера в палатке. Я помню Томми, велевшего мне уставиться на него и не двигаться. С моими спутавшимися волосами и тенью от фонаря, отражавшейся на моем лице, я казался ему этакой злой ведьмой. Он настолько верил в это, что помню, как я задумался, кто из нас более безумен? Я, неподвижно сидящий в течение многих часов, или Томми, ловящий глюки, глядя на меня? Я не думаю, что на той рыбалке мы поймали хоть какую–нибудь рыбу, но определенно у нас был один безумный полет на ковре–самолете …

ТОММИ ЛИ: Вспоминается «There Goes the Neighborhood» («Вот такие соседи» — комедия Б.Филлипса, 1992 г.)! Читатели, только представьте себе — семейный палаточный лагерь с детьми, велосипедами, удочками, водными лыжами, походными кострами, и т.д. И в тот момент, когда Вы думаете, что все спокойно…, сюда приезжает неприлично–длинный черный лимузин из ада! Это не то, что вы обычно видите в любом палаточном лагере, куда приезжаете, но с другой стороны вы никогда не ездили со мной и Никки! Я знаю, что вы думаете: Господи, эти чуваки настолько плохи и лимузин должен отвезти их домой, верно?? НЕТ! Лимузин привез кокаин! Представьте, как мы выползаем из нашей темной палатки на свет божий, вмазываемся – не очень приятное зрелище! Бедный водитель лимузина в итоге сделал еще несколько поездок туда и обратно, чтобы поддержать наш полет на ковре — самолете.

4 апреля 1987.

Вэн Найс, 2:20.

Думаю, что дела идут на лад. У нас с Питом теперь есть порно–звезды, приносящие нам наркотики, … Сначала появилась Лоис (Lois). Она – интересная личность. Она вошла, и мы выпили немного пива, и затем она сказала, что хотела показать нам ее новое видео…, мы согласились. Так что она сходила за видеокассетой, вставила ее в магнитофон и вуаля! Это были восемь черных парней, кончающих ей на лицо. Даже я был потрясен, но Лоис гордится этим, … говорит, по ее мнению, это – своеобразный мировой рекорд …

Что еще более важно, Лоис согласилась съездить к Уоттсу (Watts), и взять для нас немного наркотиков. Скажем прямо, что это не лучшее место для татуированного белого парня, чтобы иметь успех. Но после просмотра ее видео, казалось, что у Лоис возможны особые отношения с тем дилером. Эй, практика делает успехи…

Эти пилюли — мой новый любимый наркотик. Я люблю их. Ты не можешь пошевелиться, абсолютный коматоз! Они как героин на стероидах. Я не могу ждать …

НИККИ: препарат был сочетанием двух различных видов пилюль. Берешь три штуки одного вида и две — другого, и буквально через десять минут ты под таким кайфом, что даже не можешь встать. У нас был вполне научный подход к смешиванию, чтобы достичь эффекта, достаточного, по меньшей мере, для какого–либо функционирования. Когда я был подростком, мы обычно употребляли транквилизаторы для слонов. Эффект тот же.

После того, как Лоис вернулась с наркотиком вчера вечером, кое–что изменилось…

Она привела с собой другую девочку. Я узнал ее по порнофильмам, которые были у Пита. Я не помню ее имени …, а знал ли я? Но она уехала через несколько минут. Так или иначе, после того, как я принял вторую дозу, и мне не хватило кокаина, чтобы вывести себя из оцепенения, эта девочка решила провести ночь со мной…, кто бы спорил?

Единственной нашей проблемой был мой член, который совершенно не реагировал на нее. Она продолжала спрашивать меня, что не так, и я был настолько вне себя, что решил, будто она имеет в виду, что неправильно в мире, так что я начал говорить о глобальной бедности и дерьме. Я не удивлен, что она ушла…, подозреваю, что она больше не вернется.

5 апреля 1987.

Вэн Найс, 1:45.

Был сегодня в книжном магазине и купил несколько классных книг по театральному искусству. Еще взял такую же книгу, которую мне присылала моя бабушка, когда мне было 17, называется Автобиография ЙогА (Autobiography of a Yogi).

6 апреля 1987.

Вэн Найс, 2:40.

Сегодня думал о том, как в прошлом году вернувшись со свадьбы Томми, я нашел письмо от Чака Шапиро (Chuck Shapiro–бухгалтер группы), сообщающего, что мне грозит банкротство, если я продолжу свои бессмысленные траты…, черт, я совершенно не изменился. Забавно, даже если я разорюсь и меня вышвырнут из группы, все, что мне нужно будет комната как этот туалет, и достаточно дури, чтобы остаться под теплым одеялом … забуду Motley и фанов, забуду даже музыку. Я думаю, что смогу быть счастливым…, я думаю.

НИККИ: Чак Шапиро (Chuck Shapiro) был бухгалтером группы. В тот день в 1986, когда мы с Николь вернулись со свадьбы Томми, Чак оставил мне записку, написанную от руки. В ней было написано, Вы потратили за 4 дня пять тысяч долларов. Пять тысяч умножаем на семь — тридцать пять тысяч долларов в неделю. В месяц — 140000 $. Через одиннадцать месяцев Вы будете полностью разорены, если не умрете.

Это была довольно жестокая записка, так что я сделал единственную вещь, возможную в данной ситуации. Я совершенно проигнорировал ее.

Стивен Тайлер (Steven Tyler) сказал мне однажды, что раньше он не мог представить себя без героина. Вспоминаю, что тот период своей жизни я думал точно так же. Ощущение полного превосходства твоих демонов безнадежно, но когда ты не можешь выбраться из этой ямы, ты обычно ложишься на землю и называешь это домом.

7 апреля 1987.

Вэн Найс, 2; 30 утра.

Джейсон должен прийти с небольшим количеством настоящего героина на основе фенталина (pure china white), круче, чем обычный персидский героин … Перс – отличная штука, но приходиться много возиться с лимонами, и ватой. Опиумный кокс (сhina cooks) чище, добавляешь немного кокаина… чувак, это – кратчайший путь на небеса.

Кстати, опиум похож на кокаин, и ты можешь его без проблем нюхать. Конечно, ты можешь нюхать перс, но он всегда жутко воняет, и нюхать эту коричневую дешевку – смерти подобно. Кроме того, никто не знает, что ты нюхаешь героин. Они думают, это что–то безвредное (Ха!) типа кокаина.

Я надеюсь, что он не приведет с собой свою проклятую подружку. Иногда она начинает болтать, когда я отрубаюсь и когда прихожу в себя, она все еще говорит. Обычно о себе, так что мне все равно, что я пропущу из ее болтовни.

НИККИ: Степени зависимости менялись в течение этого года. Иногда я чувствовал, что у меня все под контролем, и я только весело провожу время. К сожалению, веселье не вечно. Если ты играешь с драконом, то в итоге все равно обожжешься.

БОБ МАЙКЛС (BOB MICHAELS): Иногда Никки в открытую употреблял героин, и мне предлагал зависать вместе с ним. Иногда он по–настоящему чего–то боялся. Он мог сходить в ванную, застрелить там, блевануть, затем возвращался и садился смотреть со мной кино. Все это могло занять девяносто секунд, и я понятия не имел, что он сделал это. Никки был очень хорошим актером.

8 апреля 1987.

Вэн Найс, 23:00.

Итак, я сижу здесь. Опять один. Игла в моей руке. Опять изображаю гребаную жертву – или мученика?

Насколько я люблю свою группу, настолько также ненавижу их, потому что они окружены любимыми людьми. Я не понимаю, почему, несмотря на мое большое сердце, я так одинок.

Может быть, я сам выбрал такой путь?

Может быть, у меня нет выбора?

Может быть, я не знаю?

Может быть, я задаю себе вопросы только, чтобы услышать свою речь?

9 апреля 1987.

3:00.

Как мои родители могли так обойтись со мной?

Как мой отец мог исчезнуть, и совершенно не заботиться о сыне, которого он принес на Землю?

Как моя мать могла любить меня, или говорить, что любит, а затем отсылать меня прочь в течение многих месяцев и лет каждый раз, когда у нее появлялся очередной новый гребаный друг?

У меня нет матери …, у меня нет отца …, у меня нет друга. И они определили мой путь, которым я иду. Они сделали меня таким.

БОБ ТИММОНС (BOB TIMMONS): По моему мнению, Никки Сикс страдал от депрессии в течение всей своей зависимости. Было много грусти: он неоднократно говорил мне, что чувствовал, будто люди хотят быть с ним только потому, что известен, а не из–за того, кем он был на самом деле. Зависимость — только признак основных проблем, и, по–моему, Никки пытался наркотиками самолечить эмоциональную травму своего детства, и разлуку с матерью. Что он хотел? В общем–то, он хотел человеческой любви к себе.

Проблема в том, что задавая вопросы, ты иногда получаешь ответы, которые лучше бы не слышать

23:00.

Господи, это теперь такая проблема — выйти на улицу. Я не могу идти по улице или зайти в магазин, не будучи окруженным поклонниками, желающими поговорить, или взять автограф, или пойти со мной домой. Несомненно, я люблю наших фанов, но твою мать …

Я собираюсь вернуться в книжный магазин, потому что, кажется, у меня начинается депрессия. Может быть, там есть то, что поможет мне? Я не могу управлять своим настроением. Я чувствую, что разваливаюсь на части…, даже когда не употребляю наркотиков. Если бы они только знали.

Кажется, что я всегда разваливаюсь, всегда разваливаюсь на куски …

10 апреля 1987.

Вэн Найс, 5:00.

Сегодня вечером я снова в панике нажал аварийную кнопку. Но я не виноват. Каждый раз, идя в туалет поссать, я вижу лица в окне, и слышу голоса за дверью. От туалета до сигнализации вероятно футов 50 (примерно 15,00 м), но меня потребовался час, чтобы добраться до нее. Казалось, что мне нужно преодолеть расстояние с футбольное поле.

Затем, когда прибыла Служба Охраны (West Tech), я не пустил их…, только продолжал кричать на них через дверь, чтобы убирались от моего гребаного дома, или я буду стрелять в них. В конечном счете, они ушли. Слава Богу, у меня было немного героина, чтобы прийти в себя.

ДУГ ТАЙЛЕР (DOUG THALER): Примерно в то время я однажды позвонил Никки домой. Ему не терпелось закончить телефонный разговор, и тогда он сказал мне буквально через минуту: Что? Мне надо идти». Я спросил его, почему, и он сказал, «Дуг, вооруженные мексиканцы лезут через мой забор ”.

15:15.

Док МакГи (Doc McGhee) только что звонил. Он говорит, что ему прошлой ночью звонили из Западной Службы Безопасности (West Tech security). Их парень утверждал, что, приехав по вызову, он обнаружил голого меня и грозящего ему дробовиком, обвиняя в прослушивании моего дома. Кажется, что они волнуются по поводу их «личной безопасности» и угрожали отменить наш контракт. К счастью Док переубедил их и исправил ситуацию.

Это и есть хороший менеджер, верно?

ДОК МакГи (DOC McGHEE): Никки всегда мерещились мексиканцы и карлики, бегающие вокруг его гребаного дома. Его нарко–паранойя была абсолютно неконтролируемой. Я принимал звонки из Службы Безопасности, сообщающие, что он вызывал их и отказывался открыть им дверь. Или мне звонили из полиции, потому что сосед Никки сообщал им, что Никки ползал по саду среди ночи с дробовиком. Ладно, если бы это случилось, хотя бы раз, но это дерьмо повторялось, по крайней мере, два раза в неделю.

12 апреля 1987.

Вэн Найс, 3:15.

Был в стриптиз–баре с Tи–Боном и Уэйном (Wayne Isham – видеорежиссер), присматривая местечко для съемок видео Girls girls girls. Я думаю, что этот подойдет. Уэйн догадывается, откуда мы…, позор, что этот ублюдок крадет наши идеи для Бон гребаного Джови…

УЭЙН ИСХАМ (WAYNE ISHAM): я снял много видео с Motley, но я встретился с ними впервые еще до того, как стал режиссером, когда я был ассистентом звукозаписывающей студии A&M в Лос–Анджелесе. Они пришли, чтобы записать видео «Shout at the Devil».. У меня был небольшой офис рядом с гримеркой, и слышал, как они жаловались друг другу, что им нужно выпить перед съемками. Я сказал им, что у меня есть немного Джека (виски), и они все вломились в мой офис, со своими начесанными волосами и ботинками на платформе и всё выпили.

Моим первым видео Motley было «Smokin’ in the Boys’ Room» как раз в начале моей карьеры. Я встретил Никки и Томми накануне съемок, и мы болтали все ночь, затем они сказали, «хорошо, чувак, пойдем!» Я говорю, «нет, нет, нам завтра работать», и Никки сказал, «Ну что ты за п**да такая?» У них был настоящий, гм, вкус к жизни.

Все мы тусовались тогда так энергично, пили так сильно и принимали столько дури, я предполагаю, что мы чувствовали себя неуязвимыми. Никки никогда не выглядел хуже других, хотя, когда мы записывали видео «Home Sweet Home», несколько раз мне пришлось переделывать видеоряд, чтобы убрать некоторые моменты, взятые крупным планом. Впервые я подумал, или ты трахнешь всех, или все трахнут тебя?

Никки был настоящим Джекил — Хайдом (Jekill and Hyde–двуликий герой романа Р.Л.Стивенсона). Он мог быть последовательным, дружелюбным и красноречивым, но через минуту он превращался в настоящую язвительную хитрую бестию и подонка. Он был полон этой положительной энергии, затем словно переворачивает страницу и становится настоящей задницей — и что особенно подло — бил меня.

Никки ненавидел Бон Джови (Bon Jovi), и он всегда бил по моим яйцам, называя меня предателем из–за работы с Джоном. Он обвинял меня в предательстве, когда я снимал видео с Бон Джови, и говорил мне, что я сдирал ну, в общем, стиль Motley, но извините меня, я думал, что был универсальный стиль, не только Motley! Он всегда кричал мне в лицо «Пошел ты», и однажды схватил меня и избил очень жестко. Ты отчасти привыкаешь к этому.

НИККИ: я всегда доставал Джона – я просто ненавидел музыку его группы. Это была противоположность всему, что я любил и во что верил. Я мог сделать из его группы отбивные в прессе, затем, могли сидеть рядом за обедом, и он говорил, «Спасибо», и мы оба смеялись. Я думаю, что ему нравилось быть рядом с настоящей рок–н–рольной задницей, которой на все насрать.

Когда они впервые записались с Доком, и мы были в Европе, Джон и я пошли вместе в бордель в Германии. Мы были в комнате с двумя двухспальными кроватями, и у каждого из нас была девочка. Мы были оба в жопу пьяные, и я поднял голову и увидел постер Мика Джаггера (Mick Jagger) и над кроватью Джона висел точно такой же.

Девочки делали свою работу, а Джон без умолку отпускал свои шутки со своим нью–джерсским выговором, и мне это мешало. Наконец я сказал, «Брат, можешь замолчать?» Он сказал: «О’кей!», и продолжал бормотать. Сказать, что я переплатил, было бы преуменьшением, помимо прочего я заплатил Джону Бон Джови (Jon Bon Jovi) за его шутки, в любом случае я не прогадал.

13 апреля 1987.

Вэн Найс, 4:20.

Сегодня вечером сняли видео Girls. Мы здорово развлеклись. Я даже захватил с собой домой небольшой сувенир… понятия не имею, как ее зовут. Доставила мне удовольствие сегодня вечером.

УЭЙН ИСХАМ (WAYNE ISHAM): Когда Motley предложили мне идею снять «Girls Girls Girls» в стриптиз–клубе, я конечно предпринял тщательные многократные ночные вылазки в поисках соответствующего учреждения. Мы хотели использовать Body Shop, но там было много обнаженки и не подавали алкоголь, так, что мы остановились на местечке под названием Seventh Veil. Никки и Томми однажды ночью пошли со мной – помню, как мы отправились в клуб с множеством стриптизерш.

У нас было одно на уме – снять на видео – мы просто высказали друг другу, «Думаешь, они нам заплатят за это? Мы должны платить им!» Это было сутью Motley – они были забавными парнями, и я не думаю, что видео эксплуатировало женщин. Но мы были подвергнуты неоднократной цензуре MTV, потому что в то время клип считался скандальным.

К тому времени, когда мы закончили снимать в Seventh Veil, ни один из нас не был в дееспособном состоянии. Мы покинули клуб в разных машинах, чтобы отправиться в мою студию неподалеку сводить фильм. Томми ехал в моем автомобиле, и я предложил притормозить возле мексиканского ресторана по пути, чтобы немного вмазаться. Когда мы вошли туда, Сикс уже был в баре, занюхивая пару дорожек. Он просто посмотрел на нас и сказал, «Какого хрена, парни, вы тут делаете?»

Сейчас, когда я смотрю это видео, глаза Никки полуприкрыты… на самом деле он реально под кайфом. Обратите внимание на кадр, где он показывает камере палец …, думаю, справедливости ради стоит отметить, что он обдолбан. Но я не могу утверждать, что замечал это в то время. Это похоже на Хиллела Словака (Hillel Slovak — один из основателей RHCP, умер от овердоза 27 июня 1988г.) из Chili Peppers – он был забавным парнем, и впервые я заметил, что что–то не так, когда он вошел и умер.

16 апреля 1987.

Вэн Найс, полдень.

Мне жаль, что я уже несколько дней не писал, но творилось нечто безумное. Ты знаешь, как это иногда бывает.

Вэнити появилась внезапно пару дней назад. Это так на нее похоже …, я не вижу ее в течение многих недель, затем она внезапно появляется, и мы не можем расстаться друг с другом…, как долго на сей раз? Четыре дня? Пять? Это не может быть нормальным …, но как я думаю, мы с Вэнити здоровыми точно никогда не были.

В общем, она появилась как обычно с огромным мешком кокса, и мы жили в снежной буре последние дни. Но, так или иначе, я никогда не веду себя настолько безумно, как Вэнити со мной. Возможно, я слишком ненавижу ее, чтобы позволить ей когда–либо увидеть меня наиболее болезненным и уязвимым.

Я никогда не колю героин при Вэнити и не хожу с ней в туалет, но все это превращается в гребаное безумие. Вчера мы лежали на кровати, и я слышал голоса…людей, окруживших дом. Я начал кричать, затем выстрелил своим 357–м сквозь дверь. Конечно, там не было никого. Это было радио, и я стрелял в свои новые колонки, купленные у Боба Майклса…, твою мать.

Уходя, она сказала самую гребаную вещь, которую я когда–либо слышал. Она сказала, что мы задушевные друзья и попросила жениться на ней …, даже не знаю, как мне удалось сохранить невозмутимое лицо, но я сказал такую же глупость…, я сказал да. Я не мог видеть ее начинающегося безумия и других аргументов, и какое значение имеют мои слова? Раньше свадьбы могут быть мои похороны.

БОБ МАЙКЛС: Никки позвонил мне однажды ночью, когда он пустил пулю через дверь спальни в колонки JBL, которые он купил у меня. У него были галлюцинации, что в дом ломились люди, и полицейские были там, и он с Вэнити забаррикадировались в спальне посреди ночи. Он позвонил мне снова на следующий день, и они были все еще забаррикадированы там.

ЕВАНГЕЛИСТ ДЭНИЗ МЭТЬЮС (DENISE MATTHEWS): Моя помощь могла прийти только от Бога. Ни одно из моих отношений, в том числе с Никки, не было способно к обнаружению любого вида любви или счастья, потому что я никогда не смотрела в корень своей проблемы, которым, несомненно, была я сама. Я была очень испорчена, и пришло время изменяться или умирать.

Мы раскрашивали свои тела красивыми красками, но внутри нас мертвые человеческие кости. Боль навалилась на нас, становилась настолько большой и уродливой, увеличиваясь, как раковая опухоль, оплетая наше сердце, которое в итоге стало холодным и черствым и скучным к любви. Мы принимали похоть за любовь и глотали больше таблеток, принимали больше наркотиков, напивались до чертиков или умирали, блюя в туалете, выворачивая свои внутренности наизнанку.

Что касается меня, я ненавидела каждую секунду жизни в этом разбитом теле. Я хотела новое изнутри тело. Я хотела полностью очистить свой ум – особенно от боли. Иисус сделал это для меня.

17 апреля 1987.

Вэн Найс, 18:50.

Час назад приходил Слэш…, я не говорил ему, но в прошлом году Том Зутаут (Tom Zutaut) спросил меня, смогу ли я спродюсировать альбом Ганзов. Я только повернулся и ушел. Я был слишком обдолбан, чтобы заниматься этим. Все, что я мог тогда сделать, это сосредоточиться на Motley и остаться в живых …

Хорошо, что я не взялся за это. Я знаю, что мог бы спродюсировать крутой альбом для них, но не тогда, когда сижу на наркоте …, я слишком испорчен даже для тех парней.

НИККИ: Том Зутаут обратился ко мне с предложением продюсирования Appetite for Destruction для Guns N’Roses. Я пошел посмотреть их концерт в Roxy, но я не думал, что они были так круты. Правда, тогда мне было не до чего, и я понятия не имел, кто хорошо работал и кто не очень. Твою мать, в то время я как раз смог стать продюсером и нажимать кнопку PLAY на магнитофоне.

ТОМ ЗУТАУТ (TOM ZUTAUT): я словно пса косточкой пытался заставить Никки продюсировать Ганзов, потому что я думал, что они были следующим поколением Motley, но более похожим на Sex Pistols и Zeppelin, как Motley сочетали в себе New York Dolls и Kiss. Точно так же как Никки понял роль каждого из членов Motley, я думал, что он смог бы сделать то же самое для Слэша, Эксла, Иззи, Даффа и Стивена. Я надеялся, что GN’R могли бы научиться кое–чему от Никки, так как он проделал путь со дна самой грязной улицы в Голливуде (которая была также их местом рождения) к вершине славы. Но Никки был в то время обдолбанной самовлюбленной задницей, и он продолжал посылать меня и даже не посмотрел видео GN’R, который я послал ему.

Думаю ли я, что он был в состоянии сделать хорошую работу по продюсированию альбома? Учитывая состояние, в котором он был, вероятно, нет.

СЛЭШ: забавно …, я никогда не знал ничего об этом. Верно, что Зутаут отчаянно пытался найти кого–нибудь для продюсирования Appetite for Destruction, кто смог бы иметь с нами дело. Я помню, что Пол Стэнли (Paul Stanley) из KISS снизошел однажды, но для него мы были слишком.

19 апреля 1987.

Вэн Найс, 16:50.

Вчера кое–что понял, когда я под кокаином, приходя в себя и осознав, что был на грани безумия, я начинаю скучать по тем голосам. Я реально надеюсь услышать их, похоже, я схожу с ума. Ах да, мои друзья — демоны …

Мне нужно идти. Я договорился встретиться с Энди Маккоем (Andy McCoy – гитарист Hanoi Rocks) в клубе сегодня вечером.

20 апреля 1987.

Вэн Найс, 4:00.

Ночь была настоящим стихийным бедствием.

Я встретил Энди в клубе, и он был в толпе других людей. Я чувствовал себя неудобно и неловко сразу после прихода, примерно через полчаса я сказал Энди, давай уйдем, давай уйдем отсюда.

Все вокруг заволновались, потому что Энди теперь чист, и они знают, что я — нет, и он всегда находится на грани того, чтобы начать все заново. Но меня это не волновало, меня вообще ничего не волновало…, я только хотел уйти оттуда.

Я привел домой Энди и показал ему свой туалет. Я выложил все свое дерьмо и сказал, давай вмажем. Он просто стоял в своей цыганской одежде, и говорил мне, ты — наркоман! Ты обдолбан. Я пытался возразить, но этот чувак видел, как я чуть не умер однажды, он знает правду. Затем он уехал.

Один за другим мои друзья оставляют меня.

21 апреля 1987.

Вэн Найс, 21:30.

Пит звонил просто узнать, что я делаю …, что же он думает я могу еще делать? Как обычно…, брожу по своему мавзолею, жду Джейсона, думаю об уколе, ненавижу сигнализацию, тихо схожу с ума …

Пит звонил из стриптиз–клуба. Он собирается приехать с парой девочек. Может неплохо завести несколько новых друзей. Я просто еще позвонил Слэшу и Стивену.

22 апреля 1987.

Вэн Найс, 13:00.

Я проснулся утром, дом замусорен бутылками и пустыми пакетиками от дури и сигаретным пеплом …, это — зона бедствия. Кругом лежат люди, некоторые нагишом, некоторый полуголые…, я пошел в ванную, где нашел Стивена Адлера (Steven Adler), трахающего девочку, которую нам нравится называть Рабыней (Slave) … и Слэша, обоссавшего во сне мою запасную кровать. В такие моменты хочется только одного, чтобы все эти люди ушли…

Вероятно что–то не так с уровнем сахара у меня в крови или в структуре ДНК, потому что вместо того, чтобы быть самым счастливым парнем в мире, я стал самым злобным, сердитым ублюдком в одно мгновение. Этой ночью я ни о чем не мог думать, вместо этого я охотнее делал. Теперь я ненавижу это …

Я ненавижу это …

Я ненавижу это.

СЛЭШ: Чувак, я помню эту вечеринку… там было столько дури и виски. Я трахал много девочек, и следующим утром проснулся в запасной спальне Никки с несколькими цыпочками. С жутким похмельем, в обосанной постели, и я должен был быть в студии звукозаписи через двадцать минут. Черт знает, как я добрался туда, но я смог.

Я не буду отрицать, что после пьянки, бывало, я мочился в кровать. Случай у Никки был не самым худшим. Я помню, как однажды проснулся в холле гостиницы в Канаде. Я лежал обоссаный на кушетке. Затем выяснилось, мало того, что это была не та гостиница, в которой я остановился, но я понятия не имел, где находится моя гостиница или как она называется. Я несколько часов бродил по округе в жуткий мороз. Мокрые штаны не помогали.

24 апреля 1987.

Вэн Найс, 14:40.

Я чувствую себя как крыса в колесе. Сначала я начинаю движение, затем хочу остановиться, но только раскручиваю его все быстрее и быстрее. Я падаю, меня подхватывает, и я просто не могу остановиться …

У нас есть немного свободного времени, так чем мы заняты? Винс путешествует по Карибскому морю и развлекается с Бон Джови. Томми играет в гольф и катается на своем грязном байке. Мик доволен покупкой оружия и надеется на Третью Мировую войну … а Сикс? Я схожу с ума, пойманный в ловушку в этой могиле …

25 апреля 1987.

Вэн Найс, 10:10.

До чего все дошло… в три часа ночи я сидел голый на корточках в своем туалете, думая, что весь мир ломится через дверь. Я осмотрелся и увидел себя в зеркале. Я был похож на жертву Освенцима (Auschwitz) … дикое животное.

Я согнулся, пытаясь найти вену, так что смог уколоться в член. Когда наркотик попал в мой член, я думал, что выгляжу фантастически, мать твою. Я не могу продолжать делать это, но я не могу остановиться.

LOST LYRIC

26 and I’ve never even lived

I’ve been too busy slow–dancing with death

Maybe a bullet to my head

Will make somebody love me

Maybe a bullet in my head

Would make somebody care.

27 апреля 1987.

Вэн Найс, 22:30.

Прошлой ночью я прятался за кроватью с двухстволкой моего деда. Я целился в дверь, зная, что за ней толпятся люди. Я не могу держать окна на улицу открытыми, чтобы каждый мог меня увидеть. Сегодня я позвонил в компанию по изготовлению ставень, и завтра они приедут, чтобы установить мощные деревянные ставни на каждом окне.

Я думаю вернуться в центр реабилитации, но у меня слишком много дел сейчас.

28 апреля 1987.

Вэн Найс, 11:40.

Этим утром я проснулся с оружием в кровати. Девочки перестали приходить, и теперь я сплю с оружием. Я помню, как вчера вечером засунул пушку себе в рот, и хотел нажать на курок только, чтобы остановить безумие … я хотел прострелить себе башку и прекратить все это.

Так или иначе, из человека, смеющегося над самоубийцами, я сам чуть не стал самоубийцей… замечательный прогресс, твою мать …

Полночь

Новые ставни чертовски крутые.

БРАЙЕН БРАЙДЕНТЕЛ (BRYN BRIDENTHAL – рекламный агент): я был пиар–менеджером Motley Crue много лет – впервые я встретился с ними в тот день, когда они заключили свой контракт с Электрой (Electra). Я сразу заметил этот особый блеск в глазах Никки. Он знал, куда они шли: у него была общая идея, каждый альбом, детально изложенный в его голове. Томми был просто большим кокер–спаниелем, Мик был настоящей тихоней и что касается Винса … что ж. Давайте просто скажем, что Никки Сикс был мозгами Motley Crue. Я уверен, что до сих пор.

Одной из ранних привычек Никки было его самоподжигание во время интервью. Я помню, что он сделал это в самом первом телевизионном появлении Motley. Я всегда боялся, что огонь перекинется на его залитые лаком волосы, и он полностью будет охвачен огнем, но Никки, казалось, это никогда не беспокоило: он думал, что неуязвим.

Никки был лидером, и он был очень умен, но у него была огромнейшая дыра внутри. Ее не заполняли ни деньги, ни успех или власть: то, что он действительно хотел, было уважением к его песенному творчеству. Но я провел так много времени с ним, и я понятия не имел, что вся его темная лирика идет из него самого. В то время, когда он был плох; очень, очень плох, но я и не подозревал, что он принимает наркотиков больше, чем все остальные тогда.

В то время я знал о наркоманах не очень много. С тех пор я работал с Нирваной и Кортни Лав (Courtney Love), так что стал более информированным. Но 80–ые были днями, когда я регулярно входил в офис руководителя студии звукозаписи и находил белый порошок на его столе. Героин был всего лишь очередным искушением – не лучше и не хуже остальных.

Никки Сикс никогда не казался мне дисфункциональным. У него было так много драйва и энергии и, несомненно, он не пускал слюни, валяясь в сточной канаве. Он так хорошо все скрывал: он ловко танцевал, но в одиночестве. Думаю, что только наркоманы могут быть настолько хитрыми.

29 апреля 1987.

Вэн Найс, полночь.

По причинам, мне неизвестным, я думаю, что проживу не слишком долго. Я умираю медленной, несчастной смертью, окутанный смятением и вопросами. Я не понимаю, как сам стал наркотиком, и наркотики стали мной …, мы живем вместе в полной гармонии.

Однажды возникает вопрос, любознательный интерес, любопытство даже, что тебя ждет в конце. Это – смерть, которой мне не избежать. Я не смогу избежать этой тюрьмы, пока не пройду весь путь. Это закончится так же, как и началось, с меня самого. Как и рождение, смерть – лично прожитый опыт.

Как сказал Хемингуэй, единственной вещью, которая может испортить день, это люди. Я — человек, который испортил свою жизнь …

Я потерял счет времени здесь.

30 апреля 1987.

Вэн Найс, 5:10.

Когда Джейсон уезжал прошлой ночью и закрыл дверь, у меня было чувство, что он закрывал дверь склепа.

Здесь так темно, мать твою …, я чувствую себя призраком. Так что я схватил молоток и обежал вокруг дома, отрывая ставни на окнах, и бросая их во двор… они заставляли меня чувствовать себя как в клетке.

Проснувшись сегодня, я не принимал никаких наркотиков.

Май 1987.

Он попросил меня встать на колени и молиться Богу, чтобы тот избавил меня от наркозависимости.

1 мая 1987.

Вэн Найс, 3:00.

Сегодня я сделал кое–что, о чем не мог и подумать…, я позвонил Бобу Тиммонсу и попросил о помощи. Боб приехал, и я сказал ему, что просто не могу остановить злоупотребление кокаином и героином. Я думаю, что кокаин усиливает мою героиновую зависимость в десять раз. Боб согласился и сказал, что он в курсе, насколько сильна моя зависимость. Он попросил меня встать на колени, и молиться Богу, чтобы избавиться от этой наркозависимости… я не буду делать этого. К черту! Я не буду становиться на колени. Боб сказал, что он стоял на коленях с парнями, покруче меня, например, с лидером Ангелов Ада, но он смог забыть это.

БОБ ТИММОНС: Частью 12–шаговой программы избавления от зависимости было признание большей власти в мире, чем ты сам. Необязательно, чтобы это был Бог, кто угодно, но Никки был всегда слишком упрям, чтобы сделать этот шаг. Он был просто слишком эгоистичен, и не мог позволить мне помочь ему. Это был Никки Сикс – он всегда был под своей броней.

2 мая 1987.

Вэн Найс, 16:40.

Что ж, я должен завязать с героином и кокаином прежде, чем мы поедем в тур. Я не могу отправиться в дорогу в таком виде…, это убьет меня.

Странная штука, кокс — худшая часть этого, но ты не преодолеешь ломку, пока не вмажешься. Героин — другая история. Я прямо сейчас так обдолбан …, я не могу ни дня без этого. Я должен буду взять с собой в тур так много дури или оформить еженедельную доставку через FedExed (почтовая служба), что может свести с ума… что, если я пропущу свою поставку? Как я буду играть?

Как другие ребята умудряются колоться в туре? Я не хочу знать, я собираюсь завязать с этим, я смогу. Может будет хреново, но скоро это закончится. Я надеюсь, что не буду опять звонить Бобу. У меня есть план, и я только что позвонил Джейсону …

19:00.

Джейсон только что уехал, и все прошло как надо. Я объяснил ему, что должен стать чистым перед туром Motley в следующем месяце. Я подсчитал, что трачу сейчас больше 500 долларов в день на героин … кокс, мне просто нужно остановиться. Мой план состоит в том, чтобы с каждым днем снижать дозу, затем, когда я достаточно уменьшу ее, продолжать с метадоном и отказаться полностью. Так что он привез свои весы, и мы сделали 30 пакетиков с дурью, каждый меньше, чем предыдущий, рядом с каждым новая игла. Нам потребовался час …, мне потребуется примерно неделя, чтобы очиститься. Когда мы все сделали, это было похоже на полк наркотиков, режим …, это было похоже на армию.

Завтра начнется прекрасный новый мир…, уходя, Джейсон пожал мне руку и высказал свою надежду, что я справлюсь. Да, точно…

ДОК МакГИ: Никки всегда выдумывал фантастические способы соскочить с иглы, лишь бы не ложиться на реабилитацию. Однажды в 1986, он с Николь, его бывшей подругой, решили, что смогут пройти курс детоксикации за пять дней в моем доме. Те пять дней были подобны гребаному году. Никки был настолько болен — я должен был постоянно держать дома ванну с горячей водой, потому что у него были сильнейшие судороги.

И Николь была та еще штучка. Она продолжала думать, что Никки хочет ее убить. Однажды Никки вошел в мою спальню под утро и сказал, «Чувак, ты должны зайти к Николь». Я вошел в их комнату, и она красилась. Она сказала, «мне нужно на фотосессию», и я сказал, «Посмотри в зеркало — кто захочет фотографировать вот ЭТО в три часа утра?»

Она посмотрела на меня и начала рыдать, и спросила у меня швейную иглу, просто швейную иглу, потому, что ей станет лучше, если она воткнет ее в руку. Это было на второй день из пяти — и, поверьте мне, лучше не стало.

БОБ ТИММОНС: я помню эту детоксикацию, о которой говорит Док. Как мы и предполагали, это была неудачная идея. Только Никки мог подумать, что сидя в горячей ванне у Дока и поедая леденцы, он сможет очиститься от героина за два дня. Я – наркоман со стажем и поверьте мне – все не так просто.

5 мая 1987.

Вэн Найс, 20:00.

Я чувствую себя довольно неплохо, учитывая, что снизил дозу. Я спасался от своей жажды валиумом и клюквенной водкой…

7 мая 1987.

Вэн Найс, 21:30.

Том приехал из Айдахо на несколько дней. Меня это пугает. Я люблю Тома, и мне приятно его видеть, но я не могу позволить ему видеть меня в таком обдолбанном состоянии, как сейчас…, но это здорово, что мы остались близки и он никогда не напоминает мне о тяжелом времени после похорон Ноны. Я уважаю его за это. Я собираюсь быть сильным для него.

Я израсходовал больше своей заначки, чем думал. Я скатываюсь.

НИККИ: в детстве я провел месяцы и даже годы, живя со своим дедушкой Томом и бабушкой Ноной в Айдахо и Техасе, когда почувствовал, что безразличен своей матери. Том строгий, но справедливый, хороший человек, и я был невероятно близок с Ноной, которая любила меня и относилась ко мне лучше матери. Она всегда прощала меня, и я мог быть совершенно гребаным диким ребенком.

Нона заболела в 1986, и я проигнорировал это. Когда она умерла, и Том мне позвонил, земля ушла у меня из–под ног, но я был настолько трахнут, что не мог даже плакать. Я собирался полететь на похороны, но был слишком обдолбан и пропустил время отлета. Я должен был встретиться со своим прошлым, встретиться с матерью и провести время с семьей, из которой сбежал. Было слишком много проблем. Они оставили меня, и я оставил их.

Звонили люди, говорили, что я должен был приехать, но я не слушал их. Я любил свою бабушку, и она была очень важна для меня, но я не мог справиться с этим. Вместо этого я разбил трубку, стыдясь и чувствуя себя виноватым, и написал «Nona», песню для нее, которую мы включили в Girls, Girls, Girls. В моем гребаном состоянии, это было лучшее, что я мог сделать.

ДИАНА РИЧАРДС (DEANA RICHARDS): Никки разбил мне сердце, говоря, что я не заботилась о нем в детстве. Я любила его больше жизни, и люблю до сих пор. Я все время хотела рассказать ему правду, но у меня никогда не было возможности – и правда в том, что моя собственная семья, моя мама и мои сестры, объединились против меня, чтобы отнять Никки.

Я не знаю, когда это случилось. Я была так наивна. Ты не можешь понять, что твоя семья сможет так поступить, но они отняли Никки. Они добились этого постепенно. Сначала они говорили мне отправить Никки к ним на выходные. Затем они просили, чтобы я оставила его на несколько недель, или на месяц, потому что по их словам, рядом с ним должен быть мужчина и оказывать мужское влияние.

Я очень скучала по Никки, но я думала, что они пытались помочь мне, и он скоро вернется ко мне, даже когда он в итоге проводил с ними в Айдахо все лето. Но они говорили ему, что я сумасшедшая, а затем стали говорить мне, что они не отсылали его назад ко мне, потому что он сам не хотел ехать.

Я не понимала, что они настраивали его против меня, до тех пор, пока ему не исполнилось лет десять. Я сходила с ума от разлуки с ним, и я позвонила, чтобы сказать ему, «Никки, тебе пора вернуться домой». И Никки сказал мне, «Нет. Когда у тебя появятся корни, нормальная жизнь, и ты сможешь заботиться о ребенке, тогда я приду домой». Услышать такое от ребенка, было не сложно догадаться, кто научил его таким словам.

Затем, когда моя мать умерла, Том и мои сестры даже не сказали мне о дате ее кремации. Том просто сказал мне позже, когда мои сестры уже побывали дома и взяли из ее вещей все, что они хотели.

ТОМ РИЗ (ТОМ REESE): Полная чушь! Нона и я никогда ничего не говорили против Дианы в присутствии маленького Никки. Мы были очень осторожны, говоря о ней. Она может говорить всякую чушь о нас, но мы уверены, что не говорили о ней в присутствии Никки.

Всякий раз, когда Диана звонила и просила прислать Никки, мы говорили ему об этом. Мы никогда не пытались управлять жизнью мальчика – он стоял на своих собственных ногах. Если Никки хотел повидаться с матерью, мы оплачивали его дорогу туда и обратно. Если он не хотел ехать, он не ехал – но он всегда ездил, каждый раз, пока он ему не исполнилось примерно лет тринадцать.

Диана бросала его постоянно. Она бросила его в Лос–Анджелесе и в любом другом чертовом месте, где она была. Никки звонил нам и спрашивал, «Бабушка, я могу приехать домой?» и мы отправляли ему деньги на дорогу. Однажды Диана просто оставила его с одной женщиной в Спарксе (Sparks), штат Невада, и уехала с парнем. Женщина позвонила нам, «Что, по вашему, мне делать с этим мальчиком?» и я поехал и забрал его.

У Дианы «поехала крыша» из–за наркотиков. Ты знаешь – ЛСД, марихуана, она обычно употребляла их. Она принимала наркотики до рождения Сеси, до рождения Лайзы – даже до рождения Никки. Она полжизни была под кайфом.

Никки был очень лоялен к матери в течение многих лет и даже больше, чем она заслужила – когда он спрашивал у нас что–нибудь, мы обычно давали ему. Если он спрашивал что–нибудь у Дианы, она посылала его к черту. Никки хорошо к ней относился до того момента, когда он переехал к ней в Сиэтл в возрасте тринадцати лет, и она его и там бросила. После этого он абсолютно не имел никакого отношения к ней. Я предполагаю, он просто решил, что безразличен ей.

НИККИ: Какая сторона лезвия острее? Ложь или правда? Без разницы, когда твое горло перерезано, и ты лежишь в луже крови перед всем миром.

8 мая 1987.

Вэн Найс, 22:00.

Том еще здесь, и я думаю, что для меня это даже хорошо. Я не могу расслабляться при нем, так что принимаю необходимую дозу в ванной.

Томми приехал сегодня вечером. Мы выпили немного Джека (виски) с Томом и поболтали. Томми сказал, что я — больной. Том спросил меня, не хочу ли я пойти к врачу, я сказал, что это — просто грипп…, если я пойду к доктору, и он увидит мои вены, то моментально вызовет Нью–йоркскую полицию!

Я собираюсь завтра пойти в клинику Burbank и зарегистрироваться для 30–дневной программы, но просто схожу туда три или четыре раза и хватит …

10 мая 1987.

Вэн Найс, 23:40.

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ.

Был сегодня в клинике и получил свою первую дозу. Я освобождаюсь от наркотиков. Я выбросил все свои принадлежности, даже коробку Dom Perignon. Я должен сказать тебе, что мне так хреново. Я достал поддельный рецепт на Валиум и Перк (Percocet или Percodan — обезболивающие препараты, содержащие алкалоиды опия), которые все мы используем. Они всегда помогают ослабить боль.

У меня жуткий понос и рвота, но я пытаюсь держать себя в руках при дедушке,…слава Богу, что он есть…

НИККИ: я помню, как Том приезжал в Героиновый Дом. Когда ты в центре кризиса, не легко заметить боль других людей. Оглядываясь назад, мой дедушка, скорее всего, испытывал невероятную боль. Потеря Ноны была для него серьезным испытанием в его жизни, и вдобавок к этому мальчик, которого он воспитывал, находился в глубокой заднице и был близок к ранней смерти. Вероятно, он спас мою жизнь, и я в долгу перед ним за это. Я буду всегда сожалеть, что меня не было в те дни рядом с ним.

ТОМ РИЗ (ТОМ REESE): Когда Нона умерла, Никки был подавлен, но при этом он оставался гребаным придурком. Я приезжал к нему несколько раз, и его образ жизни мне совсем не нравился. И он был таким худым! Хороший порыв ветра мог оторвать его от земли.

Никки не кололся при мне, но было очевидно, что он делал это. Он мог сидеть и разговаривать со своими приятелями, и возможно их наркоманские разговоры имели для них смысл, но мне они казались полной тарабарщиной. Я видел людей в таком состоянии в свое время в армии. Меня это никогда не интересовало.

В то время, когда я гостил у Никки, я часто открывал дверь вместо него. Иногда это были девочки; я впускал их, за исключением малолеток, которых прогонял. Я никогда не впускал торговцев наркотиками. Однажды я помахал своим дробовиком перед лицом особо настойчивого, и после он больше не возвращался.

Я волновался за Никки, и говорил ему, что думаю, но он только пропускал мимо ушей. Остановить Никки значит попробовать остановить торнадо. Я не мог сделать ничего, кроме как присматривать за ним … и надеяться.

DANCING ON GLASS

Can’t find my doctor

Bones can’t take this ache

If you dance with the devil

Your day will come to pay

My fuel injected dreams

Are bursting at the seams

Am I in Persia

Or lost in Spain

I’ve been to hell,

Hope I never make it back

To dancing on glass.

11 мая 1987.

Вэн Найс, полночь.

ДЕНЬ ВТОРОЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ.

Я не могу поверить, что уже два дня без наркотика! Когда ходил за дозой (метадона), видел несколько знакомых парней. Гребаный героин … просто разрушает жизни людей. Сначала это кажется настолько сладким, затем однажды ты превращаешься в монстра.

Увидимся завтра … слишком болен, чтобы писать. Мне надо восстановиться…, я так мало спал…

12 мая 1987.

Вэн Найс, 23:30.

ДЕНЬ ТРЕТИЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ

Я не употреблял уже три дня. Это воздержание — самое болезненное, интенсивное, из всех моих ломок, как шоковая терапия. У меня лопаются кишки, меня мучают рвота и понос, я принял бы чего–нибудь, но я не сдамся. Сегодня самый хреновый день. Так всегда - … на третий–четвертый день большинство парней сдается. Я не могу спать из–за боли.

Я слышал истории о проститутках, которые скорее трахнуться с ослом за наркотики, вместо того чтобы пройти через это. Вот такое это дерьмо.

Сегодня была моя последняя доза … можно еще прийти завтра, но я не хочу быть зависимым от метадона. Если ты подсядешь на него, отказаться потом почти невозможно.

Я настолько болен. Слава Богу, я принял метадон, иначе определенно умер бы от боли. Я так болен, даже устаю писать о своей боли в этом дневнике.

UNUSED LYRIC

I’ve never been to Eden

But it’s nice I hear tell

When I die I’ll go to heaven

‘Cause I’ve done my time in hell

13 мая 1987.

Вэн Найс, 10:20.

ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ

Последний поход за метадоном этим утром. Я ничего не ел, кроме леденцов. Я слишком болен, чтобы пойти в магазин и видеть людей. Пит принес мне пакет леденцов и мороженого … каждый раз, когда мне хочется вмазать, я ем эти сладости…, что дальше? Я собираюсь стать гребаным толстяком? Все тело раскалывается на части, невозможно даже близко описать, что я чувствую.

14 мая 1987.

Вэн Найс, 4:35.

ДЕНЬ ПЯТЫЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ

Должен был пойти на презентацию альбома. Я все еще болен как собака, но горстка болеутоляющих, и много виски подправили меня. Вэнити появилась, когда я разговаривал с той черной стриптизершей, и Вэнити стала странной и резкой. Я – так болен, я чувствую себя хрупким. Мне не нужно многого, чтобы рассыпаться на миллион частичек.

P.S. Кстати, о собаках. Я забыл, что заплатил за короткошерстного немецкого пойнтера (German short – haired pointer). Я не мог забрать его сразу, потому что он был слишком маленький, но завтра его привезут …, я назову его Виски (Whisky).

НИККИ: Презентация Girls, Girls, Girls была в Body Shop, стриптиз–клубе на Сансет. Группа позировала фотографам с пятью стриптизершами, на трусах которых было написано MO–TL–EY CR–UE. Вэнити сошла с ума, потому что стриптизерша, стоящая рядом со мной, была черной девочкой. Еще, что я помню о той вечеринке, — появление засранца Ингви Мальмстина. Он преследовал группу в прессе еще до этой презентации, так, что наши охранники надрали ему задницу. Но я был так болен из–за наркотиков, так что это единственное, что я смог сделать, чтобы сдержаться.

15 мая 1987.

Вэн Найс, 17:00.

ДЕНЬ ШЕСТОЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ

MTV отказались от клипа Girls, Girls, Girls из–за обнаженных до пояса стриптизерш. Мы послали им тот неформатный вариант, так что они теперь будут счастливы получить другой клип, который, мы надеемся, они будут показывать. Мы послали им сначала такое видео, которое они бы не приняли, пусть думают, что им удалось нас укротить…болваны.

Том уехал сегодня, но я думаю, что смогу привести себя в порядок, очистившись перед туром. В этом мне поможет, например, моя новая собака по имени Виски…, он только приехал сегодня. Тому он понравился.

Именно когда я предоставлен сам себе, я становлюсь гребаным безумцем. Я всегда был слишком хорош, развлекая сам себя. Я могу уверенно сказать, что больше не буду употреблять героина снова …, это — только кошмар. Я чувствую себя намного лучше, но мои простыни на кровати воняют от галлонов ядовитого пота, лившегося с моего тела. У меня в туалете куча одежды, испачканной дерьмом в первые дни. Я теперь могу поспать несколько часов подряд, и съесть что–нибудь другое, кроме конфет. Появилась надежда.

СЛУЧАЙНАЯ МЫСЛЬ

Мытье является грязной работой.

ДОК МакГИ (DOC McGHEE): Никки всегда заводил таких собак, которые были своего рода грязными и мокрыми. Я обычно называл их героиновыми щенками. Я могу сказать тебе кое–что нехорошее? О Вэнити я тоже думал как о героиновом щенке.

16 мая 1987.

Вэн Найс, 20:00.

ДЕНЬ СЕДЬМОЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ

Итак, выходит очередной альбом Motley Crue, и мы типа жертвуем очередной гребаный кусок прибыли студии звукозаписи Neglektra. Почему им должна принадлежать наша музыка?

Эта индустрия – самый гребаный бизнес. Музыканты тратят свое детство, учась играть на инструментах у себя в спальнях, затем они тратят свои жизни в студии звукозаписи, создавая музыку,…затем приходит какой–нибудь подонок в костюме и говорит, что будет нашим дистрибьютором, я собираюсь продать ПРОДУКТ, чтобы создать ПОТОК НАЛИЧНОСТИ для моей КОРПОРАЦИИ …, в каком пункте, спрашиваю сам себя, мы потеряли музыку?

Мы сочиняем музыку. Это — наши песни, наше видение, наше сообщение, наша тоска, так, как может какая–то компания звукозаписи ИМЕТЬ музыку Motley Crue или Aerosmith или Led Zeppelin? Что за дерьмо? Эта система — рабство. Это — наша музыка, наш бизнес…, нам должно принадлежать это …

Я не могу поверить, что чист. Я чувствую себя ясным, бдительным и живым. Я прошел через ад, и мои нервы на пределе, но я чист – самое время, чтобы стартовать…

17 мая 1987.

Вэн Найс, полночь.

ДЕНЬ ВОСЬМОЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ

Приходил Слэш, и мы просто потусовались, играли с Виски и играли на гитарах. Затем мы вышли, чтобы обедать, …Слэш даже сказал мне, что, по его мнению, я выгляжу лучше. Я сказал ему, что просто вышел из ломки, самой худшей в моей жизни. Он сказал, что он знает, как трудно это.

Вэнити продолжает звонить, но я включил автоответчик. Я не готов сейчас к общению с ней. Я делаю успехи, но я все еще хрупок – теперь более эмоционально, чем физически.

UNUSED LYRIC

South Street Sam sells it by the box

Half–price murder and double–price rocks

Easin’ in 20, he’s looking 85

He’ll be pushing up daisies

By the time he’s 25

18 мая 1987.

Вэн Найс, 21:00.

ДЕНЬ ДЕВЯТЫЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ

Я столкнулся с Джейсоном сегодня, когда делал покупки на Мэлроуз (Melrose) и, в общем–то, проигнорировал его. Он заметил меня и подошел и спросил, почему я не звоню ему в последнее время. Я просто сказал, что у меня есть его номер, если что, но я не собираюсь ему звонить. Паразиты паникуют, потому что их бесплатная еда закончена!

НИККИ: Когда я прочитал эти записи дневника, удивлялся, какой силой воли я обладал, когда решил прекратить все это. Я не знаю, был ли это страх или жадность, которая, в конечном счете, привела меня к тому пункту, но как бы там ни было, это, казалось, работало … временно …

19 мая 1987.

Вэн Найс, 23:20.

ДЕНЬ ДЕСЯТЫЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ

Днем встречался с менеджментом. Они хотят нанять самолет для тура, так, чтобы мы могли уезжать прямо после концертов и поселить нас в городе на всю неделю или больше, пока не отыграем концерты по соседству.

Док сказал, что это сэкономит наши деньги, но я не дурак…, я знаю реальную гребаную причину. Они боятся, что я и Томми и Винс будем зависать в клубах после каждого концерта…, они думают, что смогут следить за нами, таким образом, и мы не сможем вляпаться в дерьмо каждую ночь во время перелета.

Я вижу их план, но я согласился с ним … это и правда то, что мне нужно. Я сказал, что мы согласны, но самолет будет черным с большой обнаженной цыпочкой на боку. Дуг побледнел, но сказал, что он посмотрит, что можно сделать.

Они, казалось, удивились, что у меня появился цвет кожи, и я прибавил немного в весе. Я даже немного позанимался с гантелями у себя в гараже.

НИККИ: Мое подозрение в стратегии нашего менеджмента оказалось абсолютно правильным. Их план был благородным, но был один важный промах: заселение в городе на всю неделю, а не на одну ночь, давало нам много времени, чтобы разыскать все местные услуги и поставки, которые мы не должны разыскивать.

ДОК МакГИ: Это всегда был более легкий способ передвижения в туре Motley Crue, чем на автобусах. Мы могли долететь за один час, а не за пять или шесть, и на автобусах они были гребаным проблемами. Они всегда были окружены пьяными или раздраженными людьми. И учитывая состояние Никки, мы хотели иметь возможность быть рядом и следить за ним.

20 мая 1987.

Вэн Найс, 21:30.

ДЕНЬ ОДИННАДЦАТЫЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ

Качался с гантелями в гараже и катался на велотренажере каждый день. Хорошо, что на этот раз мои мускулы болят по серьезной причине. Одно плохо, отказ от наркотиков прибавляет в весе. Что хуже? Быть обдолбанным или жирным?

21 мая 1987.

Вэн Найс, 23:30.

ДЕНЬ ДВЕНАДЦАТЫЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ

Сегодня нет особых дел, кроме нескольких интервью по телефону об альбоме. Все журналисты – одинаковы. Они все задают идентичные вопросы, будто они единственные, кто когда–либо спрашивал об этом. Я ненавижу прессу настолько, насколько они ненавидят меня … ха ха …, но действительно, когда они будут спрашивать о МУЗЫКЕ? В чем смысл песни «Nona»? Или знаю ли я, что Girls, Girls, Girls был альбомом Элвиса Пресли? Ну…

Я действительно счастлив быть без наркотика. Я не могу поверить, что наконец сделал это – самостоятельно, тем не менее. Ехать по дороге, конца которой не видно, и затем достигнуть цели, такое прекрасное ощущение. Похоже, что безумие прекратилось. Я действительно счастлив.

Пит все еще зависим, и, как я слышал, Король (King) тоже. Я не могу быть рядом с теми, кто принимает наркоту, я просто не могу …, даже если они — мои лучшие друзья.

22 мая 1987.

Вэн Найс, 23:20.

ДЕНЬ ТРИНАДЦАТЫЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ

Tи–Бон только что уехал. Моя голова все еще гудит от разговора с ним. Прошлой ночью он мечтал об игре на барабанах вверх тормашками, и он хочет превратить это в реальность. Так что, он сказал менеджменту, что хочет установку, которая может вращаться подобно гироскопу, в то время когда он будет играть…, они думают над этим.

Томми такой энтузиаст, и я надеюсь, что это сбудется, лучше с ним, чем со мной. Когда я пытаюсь побороть похмелье, последнее, чего бы я хотел, это вращаться, мать твою, вверх тормашками. Я надеюсь, что передним рядам нравится вкус блевотины.

P.S. Знаешь, что странно? Я даже не знаю, где живут Винс или Мик.

23 мая 1987.

Вэн Найс, 11:50.

ДЕНЬ ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ

Сегодня прекрасный день. Нет никаких дел, никто не звонит по телефону, светит солнце, двери открыты. Прямо сейчас я лежу на спине в своем внутреннем дворике, пишу сюда, загораю, слушаю Aerosmith и Bad Company.

Я не обдолбан, и поэтому чувствую себя отлично. Я чувствую, что наконец получил контроль над монстром. Я возбужден … что за чудесный день.

24 мая 1987.

Вэн Найс, 17:45.

ДЕНЬ ПЯТНАДЦАТЫЙ БЕЗ НАРКОТИКОВ

Сегодня мы ходили смотреть самолет, который нанимаем для тура, но кажется, что менеджмент «забыл» сказать им о некоторых необходимых нам аксессуарах Motley Crue.

Так что я терпеливо объяснил парню, что нам нужен черный самолет и обнаженная девочка, нарисованная с боку. Он начал заикаться, что они не могут раскрасить самолет в черный цвет, и я только посмотрел на него и сказал, О, очень жаль, тогда мы отказываемся от него. Он сказал, что посмотрит, что можно сделать и вернется. Мы сошлись на компромиссе – на борту самолета можно нарисовать девочку верхом на бомбе.

Черт — иногда люди не способны справиться с самыми простыми просьбами! Я думаю, в словаре не должно быть слова НЕТ, когда дело касается творчества.

P.S. Я сделал это… совершенно чистый… удивительно. Я уже не тот человек, которым я был две недели назад. Я играл так много музыки, репетировал, писал, собирая все идеи для тура. Шоу, самолеты, гостиницы, еда, декорации, новые басы, усилители… да… я вернулся!

Группа репетировала сегодня. Я так завожусь от игры… Пит хочет прийти после, но я не могу с ним больше тусоваться. Он сидит на метадоне, но, тем не менее, я должен защищаться. Я чувствую жалость к нему, потому что я — его единственный друг, и он знает, почему мы не можем больше общаться. Героин разрушает жизни и дружбу. Я надеюсь, что он тоже очистится.

27 мая 1987.

Вэн Найс, 23:00.

Прошлой ночью ходил в Кэйтхаус (Cathouse–ночной клуб) один. Там всегда полно знакомых мне людей. Я выпил Джека (виски) и текилы, но всего несколько порций. Я трахнул девочку в туалете и привел домой другую, но утром не смог вспомнить ее имя, и не мог дождаться, когда она уедет …

Девочки стараются, но они никогда не смогут заменить наркотики, потому что наркотики не обещают вернуться.

Небольшая репетиция сегодня, но мы хорошо звучим…, у меня было небольшое похмелье, и чувствовал себя хреново после хорошего самочувствия в течение прошлых двух недель.

ДИАНА РИЧАРДС (DEANA RICHARDS): После переезда Никки в Лос–Анджелес я практически не получала известий от него. Он иногда звонил мне, поздним вечером или в середине ночи, требовал денег. Я собирала все, что могла и посылала ему, и затем я опять не получала от него новостей, пока он не вляпался в настоящее дерьмо.

Когда Motley Crue стали известными, я гордилась Никки, но видела какова плата за это. Я так боялся за него, потому что знала, что это убивало его. Было очевидно, что он принимал наркотики, и я дважды пыталась предложить ему помощь, но он даже не хотел обсуждать это. Он сказал, что у него нет проблем , это у меня проблемы.

Позже, когда он женился в первый раз, и я поехала к нему в Лос–Анджелесе, он сказал мне, что единственная причина, по которой он начал принимать наркотики, это то, что я пила и употребляла наркотики в течение многих лет. Что ж, я никогда не принимала наркотики — и начала пить, когда Никки уехал из Сиэтла и отказался возвращаться.

Selling my soul would be a lot

Easier if I could just find it.

29 мая 1987.

Вэн Найс, 11:00.

Только проснулся. Телефон звонил. Это был Джин Симмонс (Gene Simmons – басист KISS), напоминая мне, что мы собирались сегодня писать музыку вместе. Хорошо, что он позвонил, потому, что я забыл об этом…

22:00.

Джин приезжал на своем новом черном Ройллсе. Уезжая, он сдавал задом и его автомобиль был в дюйме от стены. Он разнервничался, что чуть не разбил свою гребаную машину. Мы с Питом только рассмеялись – так ему и надо за его слова о моей лирике.

Ах да – Пит пришел после обеда. Он выглядит лучше, с тех пор как я видел его в последний раз. Он почти чист – без героина, только на метадоне.

НИККИ: Однажды мы с Джином Симмонсом написали песню, но когда я показал ему лирику, он сказал, что она «слишком радикальна», чтобы звучать по радио. Позже, я использовал те же самые слова в песне«Girls, Girls, Girls ”, и не было никакой проблемы с радиоэфиром. Он всегда был странным парнем. Помню, как он впервые пришел ко мне домой. Я занюхал пару дорожек, выпил таблеток, много алкоголя и спросил Джина, не хочет ли он чего–нибудь. Он сказал, что не принимает наркотиков и не пьет. Я спросил его, что он делает вместо этого. Он сказал, «я трахаюсь». Так что я спросил его, «Что ты делаешь после того, как потрахаешься?» Он сказал, «я трахаюсь снова». И я спросил его, «Почему????»

Потому что Правило Номер один:

ДЕВОЧКИ=ПРОБЛЕМЫ.

Июнь 1987.

Вероятно, следование за нами этих дилеров было плохой идеей.

1 июня, 1987.

Вэн Найс, 0:50.

Сегодня приятно было репетировать. Мы решили нанять бэк–вокал для тура. Поскольку мы раскручивались как группа, то естественно начали использовать больше бэк–вокала, но на живых выступлениях могли быть сложности (и скучно стоять возле микрофона всю ночь), так что мы решили использовать женский бэк–вокал как Роллинги. Мы будем прослушивать девочек всю неделю на репетициях. Должно быть интересно.

В этом туре группе требуется меньше репетиций, чем обычно. Старого материала мало, а новый еще не забыт. Я думаю, что новый материал более простой и временами более блюзовый. Его просто легче освоить. Это обычное волнение по поводу организации тура, распространяющееся повсюду подобно вирусу. Я люблю эту часть … часть, где визуальность встречается с музыкой.

У нас есть представление, каким будет шоу… подробности позже. У меня гудит в ушах. Пора в кровать … с утра работать…

НИККИ: Когда ты сидишь в самолете на высоте 40 000 футов, смотришь из окна, мечтая о своем светлом будущем, или, может быть, просто наблюдаешь за каплями дождя, стекающими различными узорами при скорости 400 миль в час, ну, в общем, жизнь кажется прекрасной. Чувствуешь себя в безопасности, ремень пристегнут, ноги вверх. Затем падают кислородные маски, самолет трясет и подкидывает. Люди начинают кричать, младенцы плачут, все в ожидании объявления по радио, что самолет терпит бедствие. Именно тогда, когда твоя жизнь проносится у тебя перед глазами, ты слышишь свой голос, «Господи, если останусь в живых, то я остановлюсь (заведомая ложь) навсегда». Когда нос самолета приподнимается и капитан говорит, «Вот это да, люди, все позади. Все в порядке, мы приземлимся через тридцать минут, и мы все живы и здоровы, … извините за панику …»

Это – как будучи помешанным на героине, и пережив ломку, прежде всего ты не можешь поверить, что когда–либо снова войдешь в самолет. Вопрос, ты полетишь когда–нибудь снова?

3 июня 1987.

Вэн Найс, 22:45.

Сегодня мы прослушали около десятка певиц. Некоторые из них умели петь, а некоторые — танцевать. Одни, могли петь, не умели танцевать, другие, симпатичные, но не умеющие петь, третьи, уродливые, пели как Дженис Джоплин. Какой кошмар!

Завтра будут другие. Одна девочка танцевала перед нами, крутя бедрами возле микрофона, и затем подошла к Мику и пела ему в лицо. Мне пришлось опустить глаза, чтобы не рассмеяться. Я чуть не обоссался от смеха после ее ухода… весело прошло время.

Мик играет, надрывая свою задницу. Я давно не видел такого огня в нем. Я думаю, что перерыв пошел ему на пользу.

5 июня 1987.

Вэн Найс, 23:20.

Мы наконец выбрали себе бэк–вокалисток – девочек по имени Эми и Донна. Я сказал группе первое правило тура – никто не трахает бэк–вокалисток. В турах и так достаточно разных драм и проблем без нас, и не надо импортировать дисфункциональные отношения в гребаное сердце группы. Но было удивительно услышать вокалы поверх всех гитар и барабанов. Это определенно переход на другой уровень …я тащусь!

Конечно, я предвижу проблемы. Я подразумеваю, девочки=проблемы.

Сегодня много разговаривал по телефону с менеджментом, обсуждая в последнюю минуту мелкие детали тура. Если у нас будет еще одна репетиция, я думаю, что сорвусь. Они, кажется, думают, что раз мы все вместе работаем, то они могут решать за нас, сколько нам нужно репетировать.

Я не знаю, возможно, это не так и плохо. Но чересчур отрепетированная рок–группа может звучать стерильно.

ДУГ ТЭЙЛОР: Мы прослушивали бэк–вокалисток в студии в Burbank. Одна из них была Эми Каньон (Emi Canyon), и, оглядываясь назад, я должен был предположить, что с ней у нас будут неприятности. Когда она приехала на прослушивание, то была замужем всего шесть месяцев. И она уже тогда сказала нам, что едет в тур, убегая от мужа.

Никки установил правило – не спать с бэк–вокалистками, и вся группа согласилась, это было крайне нелепо, учитывая, что Винс уже попробовал свою удачу с обеими девочками на прослушивании и ему отказали. Но когда Эми позже обратила свое внимание на Мика, это была совсем другая история.

12 июня 1987.

Вэн Найс, 9:30.

Я только понял, что не писал в дневнике почти неделю… может быть потому, что я просто наслаждался жизнью, как и все нормальные люди? Репетиции проходили великолепно, я пил не больше полбутылки Джека за ночь. Даже Джейсон перестал мне звонить. Это хороший признак. Возможно есть две вещи, которые я перестал делать – писать в этом дневнике и звонить Вэнити, ха ха …

Теперь самое трудное – удержаться в туре.

15 июня 1987.

Вэн Найс, 11:00.

Так сегодня я упаковываю вещи для тура. Я написал список (и проверил его дважды), …

• нож

• две пары кожаных штанов

• восемь футболок

• ботинки

• презервативы?

• черный лак для ногтей

• черная косметика для глаз (подкупить)

• $ 3000 наличными (обратиться в офис)

• два грамма

• никаких шприцов

• снотворное

• ароматические свечи

• фляжка

• дневник

• чистая бумага

• виски для дружеских посиделок.

Теперь вопрос к киллеру – как скоро я смогу избавиться от психованной подружки? Скоро выяснится. Следуйте за мной …

16 июня 1987.

Отель Шератон, Тусон, Аризона, 14:30.

Вошли в отель час назад. Сразу же спустились в зал. Не терпится увидеть сцену. После всех наших помпезных выступлений в прошлом и всех дешевых имитаций движений, наше руководство на сей раз поступило более просто. Это ободранный, голый задник, но огромных размеров…, вся суть в огнях, пиротехнике и нашем огромном оконечном усилителе (PA–Power Amplifier).

Завтра у нас фотосессия для обложки Rolling Stone, и я хочу видеть интерьеры для съемки. Так как я решил приложить все усилия, чтобы держать нос чистым в этом туре, я попытаюсь писать помногу каждый день. Когда–нибудь возможно у меня будут дети, и они смогут прочитать эти дневники … или нет, может быть нет.

Журналист из Rolling Stone заранее передал нам вопросы. Я хочу, чтобы он оставил нас в покое. Он не знаком с рок–н–ролльным дерьмом. Те же самые типичные глупые вопросы: сколько девочек мы трахнули? Как часто мы устраиваем вечеринки? Ни одного вопроса о музыке, духе, лирике, душе, ни одного вопроса о the Dolls или Ангусе Янге, только эта старая дерьмовая журнальная жвачка…

17 июня 1987.

Отель Шератон, Тусон, Аризона, 1:40.

Ничего себе, сет получился удивительным. Все так, как мы и задумывали. Так много уровней и различных видов. Соло Томми безумно, среди крутящихся барабанов. Реально, я думаю, что он – сумасшедший… слава Богу!

Я должен сказать, что если тебе когда–либо понадобится приехать в Тусон в июне …, не делай этого. Здесь гребаная жара. Я думаю настолько жарко, что даже гремучие змеи прячутся. Ты выходишь на улицу, и волна высокой температуры бьет тебе в лицо. Ощущение, будто ты засунул голову в гребаную духовку.

Сегодня вечером пришли все обычные сомнения. Я сказал нет всему, кроме двух дорожек и немного выпивки. Я не начинаю тур с похмельем. Не могу поверить, что я больше не героинщик – что эта ужасная история в прошлом. Но я должен быть внимательным, потому что наркоманы просто, кажется, найдут меня. Слово на улице, что я чист и им это не понравится.

Я хочу помочь Слэшу, и дать его группе несколько концертов. Они не принесут много денег, но я верю в них. Крутая новая группа, но вокалист похоже настоящая задница – что тут нового? Я предвижу, что они с Винсом столкнутся лбами.

Здорово увидеть Фреда снова, с его потрясающими волосами и бородой Гризли Адамса (Grizzly Adams), всего покрытого татуировками. Он всегда дьявольски ухмыляется, так или иначе привлекая к себе больше кисок, чем парни в группе. Как только Фред вошел в комнату, я понял, что мы ДЕЙСТВИТЕЛЬНО снова вернулись в путь. Все наняты, самолет находится на взлетно–посадочной полосе, грузовики и автобусы прогреваются, и одуревшие фаны возле концертных площадок.

Так позвольте начаться безумию …, потому что я знаю, что так и будет …

ФРЕД САНДЕРС (FRED SAUNDERS – охранник): я был в охране туров Motley Crue, начиная с тура Shout at the Devil.. Когда Док МакГи впервые нанимал меня, он сказал, что группа настолько дикая, и я должен, как бы тяжело это ни было, сдерживать их. На самом деле, он сказал, что выдаст мне премию каждый раз, когда я побью их. Я сказал ему, что он сам это предложил.

Я бил Motley не раз. Однажды сломал нос Томми в Индиане, много раз ломал ребра Никки и выбивал дерьмо из Винса, потому что … ну, потому что он – задница. Я думаю, что даже как–то побил бедного Мика. Просто до кучи.

Никки был всегда самым сильным из парней. Он был самым умным и у него были самые безумные идеи. У Винса просто синдром ведущего вокалиста, Томми был типичным барабанщиком – 100 миль в час, и все в порядке. Мику просто всегда хотелось выпить своего вина, и чтобы никто его не беспокоил. Так что, все, что случалось с Motley, зависело от настроения Никки.

Мы стали с Никки друзьями и имели хорошие взаимоотношения в целом. Мы вместе напивались как свиньи, резали себе руки и братались кровью. Но Никки был очень диким, непредсказуемым парнем. У него было очень много масок – он редко показывал свою настоящую личность. Я также много работал с Оззи Осборном, и между этими парнями есть много общих черт.

РОСС ХАЛФИН: Фред был тем огромным парнем из Ангелов Ада, и его работа для Motley Crue предполагала также поставку кокаина. Они обычно называли это креллом (krell), как в том фильме Хэви–метал (Heavy metal), о монстрах с большими носами с планеты Krell, прилетевшими на Землю. Они говорили, «Где человек–крелл?» и спрашивали Фреда, «Чувак, ты крелльнешь мне?»

Другой работой Фреда было останавливать и предотвращать мордобой. Одна вещь о Motley Crue, они никогда не откажутся от драки. Винс, Никки и Томми бесстрашны. Если будет пятьдесят человек, то они будут бороться с ними – их остановишь, только треснув кирпичом. Они завоюют мир.

9:20.

В чем проблемы у гребаных горничных? Они просто продолжают стучать в мою дверь. Теперь я не могу спать …, твою мать. Похоже, день будет длинным.

14:40.

Только что проснулся. В конце концов, около 10:30 утра я заказал две порции Джека на завтрак, так что смог снова лечь спать. Женщине из обслуживания номеров было лет 65, и она отдала мне заказ с видом недовольной бабушки. Факт, что я был накрашен сильнее, чем она сама, вероятно не помог.

Сегодня приезжает Вэнити, и я боюсь беды. Почему я попадаю в такие ситуации? Я на самом деле должен научиться говорить нет. Она будет

1. смущать меня

2. будет сукой

3. будет чересчур активной

4. жаловаться

5. принимать наркоту

6. спотыкаться повсюду пьяной

Не пойму, это что, МОЯ гребаная работа? Я мог бы спать со старой леди из обслуживания номеров.

18 июня 1987.

Отель Шератон, Тусон, Аризона, 4:30.

Вэнити спит в другой комнате. Лежа на кровати, ее волосы раскиданы по подушке подобно обольстительной Медузе, кожа цвета молочного шоколада на белоснежных простынях и подушках из гусиного пуха. Можно подумать, что она была подарком божьим, но, так или иначе, мы похожи на огонь и лед, нефть и уксус, и главным образом это очень болезненно. Мы спорим много, не все время, но много … можно сказать, все заканчивается спором, обычно по пустякам. Так или иначе, я всегда чувствую себя школьником во время наших ссор, потому, что они просто необоснованны. Я уверен, что она чувствует то же самое, я знаю, потому что она сказала мне об этом, перед тем как послать меня и лечь спать вчера вечером.

Я просто вознаградил себя дозой в ванной (хорошо, признаюсь, что взял с собой маленький узелок с наркотиком). Боже, я люблю это теплое чувство, которое на меня накатывает (хорошо, я признаю, что захватил еще и один шприц). Это — лучшее чувство в мире, поскольку ты резко проваливаешься, и все в жизни становится прекрасным …

Я знаю, что обещал не употреблять снова, но это было просто прощальным поцелуем … просто одобрительным похлопыванием по спине, по поводу отказа от наркотиков, верно?

Теперь я буду спать как ребенок. О да, мы фотографировались сегодня для обложки Rolling Stone. Завтра первый концерт. Надо немного поспать…, жизнь хороша …

P.S. Я получил наркотик через Пита. Он сорвался.

НИККИ: Знаешь, что я сейчас думаю, прочитав эти записи? Предполагаю, что знаешь, что только сумасшедший лжет сам себе в своем собственном дневнике.

БОБ ТИММОНС: я всегда думал, у Никки и Вэнити были чрезвычайно нездоровые отношения. В основном, они были наркотоварищами. Всякий раз, когда Никки оказывали внимание, Вэнити разыгрывала свою ревность. Если он был в комнате, разговаривая с людьми, то она могла залезть на стол и начать танцевать. Она вовсе не была поддержкой для Никки, потому что по существу они всегда соревновались друг с другом.

ЕВАНГЕЛИСТ ДЭНИЗ МЭТТЬЮС (DENISE MATTHEWS): Горько умирать молодым. А именно, когда мои мечты заманили меня до тех пор, пока реальность не привела в замешательство, в шоке очнувшись в мрачной яме смерти. А именно, когда я молила Иисуса о моем спасении от смерти. Я страдала в преисподней от кокаиновой зависимости. Высоко поднимаясь и опускаясь вниз подобно стальной балке…, я курила достаточно кокаина, чтобы ты мог поднять меня и засунуть в ближайшую холодную могилу.

Впадая в глубокую депрессию, я скрывала свою боль за большим количеством косметики и ложной улыбкой. У меня есть шокирующая медицинская история высокого кровяного давления более чем 250 на 190, плюс сердечный приступ, инсульт и почечная недостаточность из–за моей зависимости. У меня были сгустки крови в мозгу и только три дня в запасе, чтобы перестать быть тем несчастным безжизненным существом. Это было пятнадцать лет назад, я сказала, «Забери все, что хочешь, Господи, только не дай мне умереть ”.

19:35.

Сегодня много репетировали и больше «побыстрей и подожди». Шатались по отелю…, Рич Фишер (Rich Fisher) все еще пытается разобраться с самолетом, но я предполагаю, что покраска в черный цвет займет больше времени, чем мы думали. Вероятно, нам придется арендовать самолет a Lear на нескольких дней.

Так хорошо себя чувствовать вдалеке от Лос–Анджелеса, всех искушений и лузеров, окружавших тебя …, меня слегка мучила совесть, что принял немного наркотика, но сейчас все прошло и я в порядке. Я должен зарядиться музыкой. Лучше сходить в музыкальный магазин. Без музыки я умер бы…, я чувствую, что вернулся к жизни.

Должен заметить, что группа звучит убийственно. Мы всегда теряем голову прямо перед туром. Репетиции в Лос–Анджелесе, казалось, тянулись бесконечно…, играть песни в мрачной маленькой комнатушке просто не интересно. Как только мы собираемся в дорогу, мы всегда набираемся энергии, и звук становится что надо.

Но одна вещь беспокоит меня – Винс не похож сам на себя. С момента несчастного случая он выглядит озлобленным и замкнутым. Я чувствую, что он отдаляется от всех нас. Он, кажется, не хочет быть в команде. Он движется в своем ритме, это замечательно, но я предполагаю, что он ненавидит нас из–за того, что отправился в тюрьму …, могу ли я обвинять его?

О’кэй, я должен идти прямо сейчас. Я еду на мексиканский обед с Фредом и ребятами из группы и команды. Сегодня никаких наркотиков… завтра первый концерт…

ВИНС НИЛ: Никки и Томми были настоящими гребаными задницами по отношению ко мне в предыдущем туре, Theatre of Pain. В то время, когда мне не разрешали пить или употреблять наркоту из–за моего обвинения в убийстве, но мы сидели в своем самолете, и им казалось забавным говорить мне, «О Винс, передай меня, пожалуйста, кокс?» Я, как предполагалось, был трезвым, и всем было нассрать – они только пили и весело проводили время. Все были заняты только собой, и Никки был самым язвительным из всех.

Так что у нас с Никки не было особых отношений в туре Girls Girls Girls. Никки и Томми были друзьями и независимо от того, что они делали, я убеждался, что делаю все наоборот, я не принимал участия в их многочисленных развлечениях, и мне это не было нужно. Имею ли я в виду героин?! Чувак, я могу выпить коктейль, или немного кокса, но не вижу никакого кайфа обдолбаться героином! Мне было некомфортно рядом с Никки – я просто не хотел быть втянутым.

НИККИ: Винс трезвый в туре Theatre of Pain? Думаю, вы не берете в расчет все таблетки, он был…

19 июня 1987.

Tucson Community Center, Тусон, Аризона.

Отель Шератон, Тусон, Аризона, 3:30.

Я сейчас слишком пьян…, слишком много Маргариты за ужином. Я поругался с Вэнити (опять!). Она просто не могла замолкнуть, так что я велел ей заткнуться или уйти домой.

Спокойной ночи, мать твою. Хорошее начало тура…

13:00.

Ничего себе, я только что проснулся. Я чувствую себя превосходно. Сон – отличный целитель. Я должен пойти на радиостанцию с Томми через некоторое время, но сначала я собираюсь пойти немного поплавать и позагорать.

Я не могу дождаться, когда Вэнити свалит отсюда. Она всем мешает своими танцами и лекциями о дерьме. Кто она такая, чтобы учить нас? Она — просто гребаная наркоманка.

16:15.

Был на радиостанции и затем на саундчеке. Сегодня вечером на первом концерте здесь соберется весь гребаный мир. Проклятье, нам не помешало бы несколько концертов, чтобы уладить все дефекты. Плюс к этому маленький концерт, 9000 человек или около того. Да, все распродано, но даже в этом случае … пожелай нам удачи!

Увидимся позже, Сикс.

20 июня 1987.

Veterans memorial Coliseum, Феникс, Аризона.

Отель Шератон, Тусон, Аризона, 1:30.

Гребаное шоу было просто великолепно. Я забыл, как здорово себя чувствуешь, играя эти песни. Признаюсь, что все же был не в лучшей форме, так что я блеванул за сценой во время соло Томми. Это было отчасти из–за сильного напряжения, пронизывающего мое тело в течение полутора часов.

Теперь в кровать. Мы уезжаем в Феникс в 2:30 завтра днем. Я думаю, что проныра журналист из Rolling Stone собирается полететь с нами. Этого парня – клянусь, — я частенько бил в школе. На самом деле, может быть я и сейчас должен дать пинка ему под зад. Он похож на фана B52 … слабак.

P.S. Хорошие новости – сука вернулась в свой бордель … или дурдом.

ВИНС НИЛ: Гребаная подружка Никки Вэнити приперлась на наше шоу в Тусоне. Как обычно, она начала танцевать все свои сумасшедшие танцы перед нами, в то время как мы пытались играть. Это был такой кошмар, что я сказал Никки, «Чувак, убери отсюда свою гребаную цыпочку!» Она сводила всех с ума. Это был настоящий идиотизм, мать твою.

РОСС ХАЛФИН (ROSS HALFIN): Вэнити была отвратительна и ужасна. Она обычно танцевала в яме для фотографов, чтобы все могли видеть ее. Все, что она могла делать каждую ночь, танцевать, будто это ее шоу. Она просто приседала вниз с широко раздвинутыми ногами, похожая на танцовщицу у шеста в стриптиз–баре.

ДУГ ТЭЙЛОР (DOUG THALER): Вэнити была из тех цыпочек, читающих лекции о вреде Кока–Колы для твоих зубов, и способных ободрать краску автомобиля, затем она шла домой и нюхала кокаин. Она всегда взвинчивала группу, когда они нуждались в отдыхе. Мне жаль, но она была настоящим геморроем в заднице.

ЕВАНГЕЛИСТ ДЭНИЗ МЭТТЬЮС (DENISE MATTHEWS): мы просто не любим, когда другие лгут нам, но мы не чувствуем своей собственной лжи? Как я могла целиться в чье–то окно и разбить их стакан, когда мое собственное окно было уже разбито, и я потеряла все свои камни … или еще лучше, свой мрамор? Во–первых, я должна была сама собраться тогда и затем попытаться помочь другому, но кто может на самом деле удалить Божьи шипы? Он следит, чтобы мы не умерли от потери крови от стеклянных осколков, разбросанных под ногами на нашем пути.

НИККИ: мы прилагали все усилия, используя наши средства. К сожалению, все, что у нас было, это трубки для крэка, шприцы, кокаиновая соломка и бутылки виски.

В самолете к Фениксу, 15:25.

Я в самолете, который мы наняли, пока наш не будет готов. Неудачник из Rolling Stone с нами! Я собираюсь его достать и подсунуть ему кое–что … может быть, я смогу просветить его.

Эти журналисты всегда целуют тебя, а когда выходит журнал, твое горло перерезано. Я говорю, прячь своих друзей, держи своих врагов поблизости … тогда, ты сможешь увидеть, когда потемнеют их глаза.

Марс здорово сблизился с бэк–вокалисткой Эми. Подозрительно. Марс всегда держит в себе, но у него просто слегка самодовольный и хитрый вид. Правило номер один, никто не трахает бэк–вокалисток – кто бы мог подумать, что Мик первым его нарушит?

ДЕВОЧКИ=ПРОБЛЕМЫ.

21 июня 1987.

Выходной.

Отель Клэрион, Феникс, Аризона, 1:30.

Шоу было впечатляющим, еще лучше, чем первое. Дэнни Зелиско (Danny Zelisko–промоутер) сказал, что он видел нас неоднократно, и это шоу было лучшим, чем когда–либо. Все мы закончили в ванной в Колизее, вынюхав тонну порошка. Было много горячих цыпочек, и Винс как обычно первым выбрал лучших и смылся. Мик зависал с этой бэк–вокалисткой, а мы с Томми нюхали до тех пор, пока все телки разошлись, затем мы отрубились в сортире… неудачники. Так что я собираюсь принять снотворного (Halcion), помастурбировать и лечь спать… скучно.

ТИМ ЛЬЮЦЦИ (TIM LUZZI): тур Girls, возможно, определил массовое употребление кокаина, но я помню, что некоторые из Motley обычно сами готовили его в микроволновке в раздевалке. Я не сразу заметил появление микроволновой печи, а лишь спустя несколько дней, и задался вопросом, почему она была чертовски важна, так же как жены группы, подруги и горячие цыпочки за сценой.

НИККИ: Правило Номер Два:

НЕ ДАВАЙТЕ РОК–ЗВЕЗДЕ МИКРОВОЛНОВУЮ ПЕЧЬ В ЕГО ГРИМЕРКУ.

Это – как дать спички поджигателю.

Полдень.

Свободный день. Я собираюсь весь день провалятся в кровати и смотреть телевизор. Я говорил тебе, что MTV раскритиковало наш клип? Плохие новости — все эти выходящие группы являются хреновой копией Crue категории В и С. В итоге звукозаписывающие компании, гоняющиеся за наличными, убьют нас, если не остановят это дерьмо…, мне неудобно перед фанами.

Рич Фишер (Rich Fisher) всегда пытается запланировать что–нибудь в наш выходной, и я всегда говорю, Это — выходной, оставьте меня в покое. Предполагаю, раз мы платим по счетам, это в его интересах, верно? Я действительно собираюсь быть хорошим сегодня.

16:00.

Только что проснулся. Я как раз вспомнил, как мы с Томми на пару отымели одну цыпочку за барабанной установкой Kiss, в то время как они играли Rock ‘n’Roll All Night здесь в Скотсдейле (Scottsdale). Мы думали, что это была просто фанатка, потом мы узнали, что это была подруга барабанщика (Ой). Хорошая девочка (думаю, что ее звали Бэмби). Она из тех, которых хочется отвести домой маме. Ты можешь себе представить? Привет, мама, это — моя будущая экс–жена, Бэмби…

Это было хорошенькое начало нашего самого первого тура.

НИККИ: Знаешь, что было хуже, чем испортить тур Kiss поведением группы? Слушать, как Джин Симмонс (Gene Simmons) говорит о себе круглые сутки напролет. Иногда я просто сидел там и говорил, «Угу» и «Верно» пока он не замолчит. Все равно я люблю Джина за весь его эгоизм и дерьмо. Но я не могу любить его сильнее, чем он любит сам себя. Это просто невозможно.

22 июня 1987.

Tingley, Coliseum, Альбукерке, Нью–Мексико

На пути к Нью–Мексико, 14:30.

Прямо сейчас я нахожусь в нашем самолете, мы стоим на взлетно–посадочной полосе, готовясь взлететь. Твою мать, это безумие. Он — черный …, ты когда–нибудь видел черный самолет? Я добился его. У нас есть бортпроводница (блондинка), у каждого из нас есть свое собственное именное кресло (кожа). Я уже нашел хорошее местечко спрятать наркоту при пересечении границ. Концерт распродан … 11000 человек.

Все в приподнятом настроении, так что мы пустили бутылку Джека по кругу. Томми жестом показал мне в хвост самолета, и незаметно сунул мне пакетик. Это – мой парень…

RANDOM SCRIBBLES (случайные заметки):

We are the future but the future looks bleak

I have no interest other than being uninterested

All these vampires masquerade as leaders

and prey on the minds of the weak

All I know is I don’t care

And even if I cared I’d have no hope

to carry me to where I’d need to go

Что я должен сделать:

1. Продать Героиновый дом

2. Бросить Вэнити.

23 июня 1987.

County Coliseum, Эль–Пасо, Техас

В Motley — самолете к Эль–Пасо, 1:30.

Хорошее шоу, но я чертовски устал. Я не мог найти дозу в этом гребаном городе. Я знаю, что у Фреда есть… Дуг и Док наняли его, чтобы контролировать меня. Если я устал, и я делаю свою работу, почему я не могу расслабиться? Они относятся ко мне как к ребенку.

Это идиотизм, мать твою. В следующий раз я куплю 8 доз, так что мне не придется мучаться.

Мы прилетаем в Эль–Пасо сегодня около 2:30 или 3 ночи, так что думаю, что просто буду хорошим мальчиком сегодня вечером. Скучно. Я ненавижу, когда люди пытаются управлять мной.

РОСС ХАЛФИН (ROSS HALFIN): Никки никогда не был бормочущим наркоманом–затворником – он всегда, казалось, сдерживал себя, но мог при этом ворчать все время. Я мог попросить, чтобы он сделал кое–что на фото–сессии, и он говорил, «Чувак, я не могу, я устал». Как–то я сказал ему, «Похоже, тебе трудно постоять пару минут у стены, чтобы ты мог быть на обложке журналов. Иди тогда работай шахтером или работником в Woolworth (небоскреб на Манхэттене)». Он заорал, «Пошел ты!» своим обычным ответом на все вопросы. Но его отношение в целом – что способствовало успеху Motley Crue – было, «К черту весь мир».

Никки никогда не был таким же противным как Винс. Я приехал отснять одну фото–сессию, и Никки с Томми говорят, «Мы должны поговорить с тобой, есть проблема с Винсом». Оказалось, что в предыдущую фото–сессию, Винс сказал мне, чтобы я сделал его на фото худым – что было не всегда легко – и я рекомендовал ему носить черную футболку. Это было двумя годами ранее, и он все еще размышлял об этом. Это – насколько Motley Crue были далеки от действительности.

НИККИ: Росс Халфин был таким забавным в достижении своих целей. Мы просто могли скулить и ворчать, даже если у нас не было никаких причин жаловаться. Ему нравилось усложнять свою работу, потому что каждый раз использовал приманку. Я недавно был в Европе с Россом, и я сказал ему, что в течение всех этих лет думал, что он был геем. Он приблизился и спросил: Почему? Как мог я? Он сказал, что он был женат и у него есть сын. После того, как мы прошли немного дальше, я сказал, «Росс, две вещи: Даже если и был, кого это волнует? Я только завел тебя (снова)».

Вот такой Росс – самый легко заводимый в рок–н–ролле, но чертовски милый парень (но и не конфетка).

Отель, Эль–Пасо, Техас, 15:00.

Странно думать, что я жил здесь раньше. Я ездил с моими друзьями на велосипедах к Пигли–Вигли (Piggly Wiggly – амер. небольшой магазин самообслуживания), чтобы посмотреть на самые новые автомашинки Hot Wheels и игрушки. При входе в магазин обычно делали попкорн, так что мы брали наполовину заполненный кулек попкорна, и затем шли в отдел Hot Wheels. Мы прятали машинку в своем попкорне и уходили. Чувак, я скучаю по гребаному детству. Это было невинное время. Мне жаль, что я не могу вернуться, потому что эта жизнь так сложна.

Хорошие новости. Томми встретил этих дилеров, и они собираются следовать за туром через Техас. Мы улетаем самолетом, и они следуют в своем автомобиле … теперь, это – доставка от двери к двери!

24 июня 1987.

Выходной.

Отель, Остин, Техас, 14:00.

Марс ведет себя с Эми как школьник. Я думаю, что это мило и все же она – нанятый работник. На сцене вчера вечером они смотрели друг на друга как голубки – я чуть не блеванул.

Девочки=проблемы.

Томми трахнул подружку Робина Кросби, с которой он расстался (Тони Китэн, Tawny Kitaen — голливудская актриса, 1961 г.р., экс–жена Д.Ковердейла. Известна ролью в «Мальчишнике» с Томом Хэнксом, 1984 г.). Теперь она с певцом из Whitesnake, и они хотят открывать наши выступления. Я уже сказал …

Девочки=проблемы.

Тони Китэн обычно ширялась с Робином, и после того, как я встретил ее, она продолжала просить меня, чтобы я достал для нее немного наркоты. Я уже сказал …

Девочки=проблемы.

P.S. К слову о неприятностях, здесь, в клубе, бармен засек меня. Думает, что я получил пакетик героина.

ДУГ ТЭЙЛОР (DOUG THALER): я могу понять, почему другие парни были не рады, когда Мик начал встречаться с Эми Каньон. Она была наемным работником, и когда она сблизилась с Миком, у нас внезапно возникла ситуация, в которой гитариста группы казалось водил за нос наемный работник. Мик — прекрасный парень, но он — один из тех парней, который отдается полностью во власть каждой подружки, с которой встречался. Всегда одна и та же история. Меняется лишь имя девушки.

25 июня 1987.

Frank Erwin Center, Остин, Техас

Отель, Остин, Техас, 5:15.

Только что вернулся с Beale Street. Заходил в несколько разных клубов. Томми, Винс и я с Фредом нашли изумительный стриптиз–клуб. Девочки завели к себе и предложили пару дорожек и бесплатно трахнуться. Только в Америке. Благослови, Господи, Техас!

Эта симпатичная девочка по имени Эшли (Ashlee) дала мне номер парня, который продает пакетик за 5 $. Он предложил 12 пакетов …просто отлично иметь при себе, никогда не знаешь, когда они тебе потребуются (витамин В? ха ха). Концерт распродан и нет саундчека, так что я собираюсь устроить небольшую вечеринку для себя одного в моей комнате, но я обещаю, что я лягу спать не позже 7 утра.

10:30.

Твою мать, я сделал это снова. Я до сих пор не спал и галлюцинировал в туалете отеля. Я принял двойную дозу снотворного около получаса назад, так что прямо сейчас я совершенно спокоен…, но я уверен, что скоро ко мне нагрянет служба безопасности отеля. Я ненавижу кокаин.

Опасность – мое ожидание.

(Dangerous is my anticipation)

18:45.

Только что проснулся. Рич сказал, что все волновались, почему я не открывал им дверь…, черт возьми, я просто спал как убитый…, я хочу, чтобы все просто расслабились (я не собираюсь умирать). Пора собираться на концерт, а потом … куда–нибудь. Мне нужно посмотреть в книжке …, я понятия не имею.

Росс Халфин здесь с ребенком, выглядевшим невинно и никогда прежде не покидавшем Англию. Думаю, что ему, возможно, необходимо нечто гребаное в Crue–стиле.

ДЖЕЙСОН БРАЙС (JASON BRYCE): мне было шестнадцать в 1987, когда я прилетел из Лондона с другом моего отца Россом Халфином, чтобы встретиться с Motley Crue в туре Girls Girls Girls: Росс фотографировал их для английского журнала и пригласил меня с собой как своего ассистента без оплаты. Мой папа не хотел, чтобы я поехал, потому что он думал, что Motley Crue испортят меня, но Росс обещал заботиться обо мне.

Это была моя первая поездка куда–либо, но на самом деле, я могу сказать, это было настоящим рок–н–ролльным туром. Никки был рокером, без конца пьющим Джек и нюхающим кокс, и как только он видел меня, начинал, «Чувак, выпей немного Джека! Нюхни немного крелла (krell)!» Винс был тихоней, но остальные были круты.

На третью или четвертую ночь моего пребывания с ними, все мы пошли поужинать в мексиканский ресторан. По закону я был слишком молод, чтобы пить, но Никки влил мне в горло клубничную Маргариту. С нами была эта фанатка, блондинка в чулках, ростом 180 см., и Никки сказал ей, «Если ты хочешь быть с Crue, то займись моим юным другом ”. Так что мы вернулись с ней в мою комнату. Она была… очень талантлива.

Никки был человеком настроения. Перед концертами он обычно сидел, поникший и замкнутый в себе, и смотрел что–нибудь депрессивное типа Сид и Нэнси. Но после концерта, если он хотел праздновать, то не оставлял тебя в покое до тех пор, пока ты не присоединишься к нему.

Казалось, он находился где–то поблизости в те таинственные часы, когда все ещё спали. Однажды ночью он пришел ко мне с Россом и несколькими девочками. Это был около четырех утра, и они не могли больше заказать алкоголь в сервисе обслуживания номеров. Так что Никки позвонил на рецепшн и сказал, «Слушайте, я – Никки Сикс, мне нужна бутылка Джека прямо сейчас, и я заплачу за нее тысячу баксов ”. Но они по–прежнему не хотели связываться с ним. Они просто сказали ему, «Сэр, ложитесь спать. Вам достаточно».

26 июня 1987.

Convention Center Arena, Сан–Антонио, Техас

В Motley–самолете к Хьюстону, 1:00.

Вчерашнее шоу было убийственным, но я реально волновался. Какие–то гребаные фаны перед сценой держали в руках большой плакат с надписью ВЭНИТИ. Эта безумная сука сообщила всем журналам о нашей свадьбе…, она не имеет НИКАКОГО ПРАВА так поступать. Я должен избавиться от нее!

MUSIC TO GET ON CD (записать на CD музыку)

1. Sweet – Give Us a Wink

2. Deep Purple – Come Taste the Band

3. Mott the Hoople – Greatest Hits

4. Bowie – Diamond Dogs

5. Queen – I, II and Sheer Heart Attack

6. Alice Cooper – Billion Dollar Babies

7. Sex Pistols – Never Mind the Bollocks

8. Iggy and the Stooges – Raw Power

9. AC/DC – Dirty Deeds

10. Lou Reed – Transformer.

27 июня 1987.

The Summit, Хьюстон, Техас

Отель, Хьюстон, 15:00.

Проверил свои сообщения на домашнем автоответчике. Дэвид Кросби (David Crosby) звонил – он сказал, что переломает мне руки, если я свяжусь с наркотой. Думаю, что не буду перезванивать ему. Автоответчик был полностью забит сообщениями, так что я стер остальные, даже не слушая … там, действительно нет ничего такого, о чем я хочу говорить, так или иначе.

Группа чертовски напряженна. Все находятся на музыкальном автопилоте, толпа безумствует, все концерты распроданы. Можно подумать, что я счастлив сейчас.

Я читаю Дневник Рок–звезды Яна Хантера (Ian Hunter). Может быть, однажды я выпущу свой дневник как книгу… да, правда, ты можешь себе представить?

P.S. Дуг звонил сегодня и сказал, что всем понравилась идея снять видео на Wild Side. Эту песню крутят также на радио. Я думаю, что концертное видео – то, что надо. Сейчас мне пора на встречу.

P.P.S. Я сказал Слэшу, когда мы были еще в Лос–Анджелесе, что попытаюсь взять его группу (Guns N’Roses) на разогрев в туре. Похоже, что все получится. Я играл музыку парням, и им она понравилась. Сейчас к ним нет никакого интереса, но возможно это поможет им (все лучше, чем Whitesnake). Слэш — хороший парень, когда не мочится в кровать … ха ха.

P.P.P.S. Возможно, следование за нами этих дилеров, плохая идея.

28 июня 1987.

Выходной.

Отель, Хьюстон, 17:00.

К слову о Хьюстон … Док сказал мне, что когда альбом был Номером 2, он должен был стать Номером 1. У нас был лучший альбом в стране, но по таинственным причинам (может взятка?) Номером 1 стал альбом Уитни Хьюстон (Whithey Houston). Что за фигня. Girls должны были быть нашим первым альбомом Номер 1.

Гребаная чернокожая цыпочка – кажется, это становится тенденцией в моей жизни.

Пойду в комнату Ти–Бона. У дилеров есть 2 дозы героина …, они принесли его нам. Почему бы и нет, это – выходной, верно?

ФРЕД САНДЕРС (FRED SAUNDERS): В туре Girls у каждого участника группы был свой собственный, отличный от других, подход к выходным. Винс постоянно трахался с девочками. Мик был с Эми. Томми просто интересовался происходящим, и Никки был вроде как… изменчивым. Он периодически исчезал из поля зрения, но с ним было трудно иметь дело, потому что его настроение менялось из–за наркотиков.

Никки мог быть очень чувствительным и эмоциональным – у нас с ним иногда были длинные ночные разговоры, которые заканчивались совместными рыданиями. С другой стороны, он мог также быть настоящей задницей – я даже не могу припомнить, сколько раз в туре он ударил меня кулаком или посылал меня. И я всегда давал ему сдачи.

НИККИ: думаю, что это и есть пьяная удаль (liquid courage). Зачем тебе бить экс–Ангела Ада (ex–Hells Angel), у которого черный пояс четвертого разряда (is fourth–degree black belt)? Но у Фреда было огромное сердце, несмотря на всю его показную храбрость. Мы с ним обычно разговаривали до поздней ночи, и мирились …

Девочки=проблемы.

Наш следующий альбом, Dr.Feelgood, стал Номером 1, но я всем до сих пор говорю, что это был наш второй альбом Номер 1.

30 июня 1987.

Myriad Coliseum, Оклахома

За сценой, 19:30.

За сценой самое скучное место на Земле, когда ты пытаешься быть хорошими. В реальности это — самое скучное место на земле, даже когда ты плохо себя ведешь. Я не писал в дневнике некоторое время. Мне, похоже, не о чем писать (тебе, так или иначе). Мне сложно вести дневник в дороге, потому что все будто покрыто сплошным туманом. Каждый день одно и то же, кроме шоу. Видеть лица этих детей…, я клянусь, что это — единственная причина жить…

Что ж, лучше я подготовлюсь к шоу. Каждый сам по себе, отлично … никаких проблем. Мы уезжаем после шоу в Шривпорт (Shreveport) . В Хьюстоне я играл на гитаре в своей комнате все время и записал несколько крутых риффов и идей.

Я рад, что мы уезжаем из Техаса, от этой кокаиновой снежной бури. Я следовал по улице, которую видел прежде и знал, что со мной будет дальше. Я принимал много Хальциона (Halcion–снотворное), которым меня снабжал Рич Фишер. Среди этих таблеток и всего этого кокса все выглядело так, будто употребляешь спидбол с разрешения группы.

Мое самое новое изобретение — растолочь Хальцион и смешать его с кокаином в трубке – мы назвали эту смесь зомби–пылью (Zombie dust).

ТОММИ ЛИ: Хальцион (Halcion) похож на Ксанакс 80–х (Xanax). Просто принимаешь одну, и моментально – спокойной ночи – тебя нет до следующего утра. Отлично, мы принимали по четыре или пять таблеток, потом начинали пить Джек – и потом мы уезжали из отеля и гуляли всю ночь. На следующее утро мы обменивались историями – «Чувак, ты помнишь, что случилось вчера вечером?» «Понятия не имею, но я обоссал свою постель!» «Эй, чувак, я тоже!» Просыпаясь утром, мы понятия не имели, где находимся. Те пилюли были волшебными – абсолютное беспамятство, и в том туре мы принимали их в гребаном количестве.

РОСС ХАЛФИН (ROSS HALFIN): В туре Girls мы с Никки принимали кокс каждую ночь. Мы могли тусоваться до десяти утра следующего дня, так что он научил меня принимать Nyquil (сироп для снятия симптомов простуды для спокойного сна), чтобы отключаться. Обычно люди выпивают ложку в случае гриппа. Мы выпивали всю бутылку, и затем отключались.

Антракт.

Курс на столкновение был очевиден, однако я был слишком упрям, чтобы понять намек.

Ну не знаю, как вам, а мне нужно отдышаться. Возможно, даже принять холодный душ.

Как говорит Мик Марс, «Это меня пугает, но мне не страшно».

Может быть это — подходящий момент, чтобы на секунду выйти из темноты на свет.

Так что позволь мне отвлечься на минуту и дать пару комментариев прежде, чем мы пойдем дальше.

Когда я впервые взял в свои руки эти пыльные старые дневники, обрывки бумаг и прочие разрозненные заметки и каракули, меня переполнили всякие чувства — в первую очередь, абсолютный шок и изумление, что я вообще был в состоянии играть какую–либо музыку в то безумное время. Думаю, музыка заводит меня (иногда сводит с ума), и написание песен — по–прежнему единственное, в чем я могу зарыться так, чтобы меня не нашли…, это мой единственный наркотик, и я конечно увлекся им. Но в сочетании стихов и музыки о передозе не может быть и речи.

Я совершенно потерял перспективу, и музыка заняла в основном незаметное место среди голосов в моей голове и демонов в моем туалете. Я был похож на парня, который бросает якорь за борт корабля, но забывает прицепить его к чему–нибудь. Ты просто бесцельно дрейфуешь в Море Глупости. Единственная надежда состоит в том, что тебя скоро спасут, но к твоему сожалению, ты находишься посреди океана, а поисково–спасательный патруль в отпуске. В какой–то момент ты спрашиваешь себя, Кто на самом деле виноват — ты сам, потому что глуп, или спасатели, потому что были недоступны? Всё, о чём я знаю, музыка была парусами, которые нужны мне, чтобы добраться до суши, но но они были мокры от слёз, которые были размером с Гималаи.

Так что передо мной возник другой вопрос, вероятно то же самый, который и ты задавал себе все это время, читая дневник:

Как, этот чувак все еще жив?

Просто то, что ты живешь долго, не означает, что ты должен долго жить…

Правда, но…

Проще говоря, я полагаю, что я все еще здесь потому, что до сих пор работаю, люблю людей и пишу музыку. Конечно, моя жизненная кривая резко повернула… поверь мне, она постоянно петляет, а что касается моей судьбы, то это просто смех один.

Думаю, я вероятно предстану перед Господом, занимаясь чем–то малоинтересным, вроде игры в гольф или садоводчества. Это было бы слишком для меня, чтобы сидеть там рядом с Богом, Боном Скоттом, Сидом Вишезом и Джими Хендриксом, и слышать, как кто–то внизу читает мой некролог:

Сегодня скончался Никки Сикс… играя в чертов гольф…

Ладно, хватит (легко высмеивать смерть после того, как ты умер и воскрес несколько раз…, но об этом позже). Давайте пока не будем слишком далеко отходить от кладбища моего разума.

Сейчас мне ясно, я был настолько занят бегством от моего прошлого, что даже не заметил, как в свете фар высветилось то, насколько пагубен мой путь. Курс на столкновение был очевиден, однако я был слишком упрям, чтобы понять намек, упрям как человек, который не откажется от драки, даже зная, что его ноги крепко застряли в бетонных ботинках. Иногда твой выбор – это не выбор вовсе… по крайней мере, мы так думаем…

Ну что ж, возвращаемся к книге, которая у вас в руках, наполненной противоречиями любимых, друзей и недругов, которые понятия не имели, что подписывают мне рецепт сильнейшего болеутоляющего… такого, которое вызовет торнадо у вас в голове.

1 июля 1987

Бэкстейдж

20.00

Это превратилось в аэропортно–секс тур. После концерта мы прибываем в аэропорт и там нас ожидает стройный ряд девушек, ожидающих…мы начали брать их в ванные комнаты частных аэропортов.

Оклахому мы порвали. Шоу было пропитано олдскульной хэвиметаллической энергетикой. Мы думали.что там за дверями настоящий переворот, но оказалось, что там все спокойно.

Пора на сцену. Увидимся…

2 июля 1987

В самолете

01.30

Сидим в самолете, готовы к вылету в Билокси. Скажу кое–что о фанах с юга…они сумасшедшие. Они необузданней, безбашенней и громче, чем на Западе и на Востоке. Это было очень круто…что я там сказал про аэропорты? Я сижу тут в своем кресле с блаженной улыбкой на лице. Стюардесса только что принесла мне бутылку белого вина, и серебряную тарелку с таблеткой Хальциона и дорожкой кокса. Я сижу в нашем частном самолете и читаю журнал про то, как мы сосем. Похоже.что все идет так, как и должно…

ТОММИ ЛИ: Girls,Girls,Girls тур был абсолютно разнузданный. Сплошное блядство. Мы начали коллекционировать лифчики, трусы, туфли, платья, юбки, полароидные снимки голых фанаток…да всё. Помню, как залез в один из наших автобусов, а там, как–будто прошел дождь из трусов, их там было, наверное, около тысячи. Настоящий бордель на колесах. Они попадались всюду. Может, надо было музей открыть?

НИККИ: Хозяин самолета не разрешил нам брать с собой все эти наши «награды». Потому что все это воняло как самый вонючий рыбный магазин. Я слышал, что все это продается в магазине Мотли. Господи, помоги тому убогому ублюдку, который открыл его.

Отель, Билокси

17.30

Только проснулся. Сегодня мы остаемся здесь. Всем нужен выходной. У Винса голос садится, у Томми все руки в порезах и шрамах, у меня все тело болит от бросков по сцене во время концерта…и после…, у Мика убийственно болит спина. С каждым годом ему все хуже. Это беспокоит меня. Надо постирать одежду, или хоть душ принять, уже 6 дней этого не случалось.

Пора ехать на шоу…

НИККИ: Последствия концертов и дорог, это не то, что бросается в глаза. Это можно заметить на фото, там и здесь, морщины на лице, мешки под глазами (…..)

Читая эту запись, я теперь знаю, какую боль испытывал Мик Марс, но кто бы мог тогда подумать, что через несколько летэто перейдет в хроническую болезнь позвоночника, анкилозирующий спондиллит, и ему потребуется операция по пересадке позвонка? Теперь ясно, это человек из стали…да, Мик Марс — самый сильный человек на земле.

3 июля 1987

Выходной

Отель Билокси

17.20

Крутился и вертелся всю ночь. Нет наркотикам. Надо принять снотворное, но я пытаюсь быть хорошим…

Только что получил новый Rolling Stone с нами на обложке. Конечно, они ведут себя с нами как подонки. Заголовок гласит: «Хэви Металл: Это громко, это уродливо, это не хочет уходить».

Наверно, если бы я хотел понравиться критикам, я бы писал музыку, которая никого не трогает… так может это был комплимент? Мы громкие,уродливые и никуда не желаем уходить. Потому что они нас хотят.

НИККИ: Когда я получил тот номер, я действительно ужасно обиделся, я подумал, что, вот, какую награду мы заслужили за свою музыку. Оглядываясь назад, я не могу поверить, что принимал это так близко к сердцу.

4 июля 1987

Бэкстэйдж

18.10

Я много думал о Ноне. В следующем месяце исполнится год, с тех пор как ее больше нет. Как меняется жизнь. Она была мне настоящей матерью. У меня остались о ней только хорошие воспоминания… она всегда улыбалась и подавала еду на стол. Она следила за модой и вечно модифицировала мою одежду, нашивала новый зад на мои штаны, когда я начал подражать своим рок–н–ролльным героям. В Джероме,Айдахо,просто необходимо было иметь такие штаны…(…..)

Черт, нет ничего ужаснее маленького, мечтательного провинциального мальчика.

БОБ МАЙКЛС: Не проходит ни одного 4 июля, чтобы я не вспомнил о Никки, после одного особенного года – думаю, это был 1984. Я пришел к нему домой, он был абсолютно обдолбанный, и поджег у себя в саду здоровенную бутыль с зажигательной смесью. Взметнулось дерево из пламени на 40 футов вверх ,упало в Мустанг 1965 г.в. и он загорелся. По мнению Никки это было ужасно весело.

5 июля 1987

Отель

01.40

Классно отыграли…с аншлагом. Мы играли Dancing On Glass и какой–то парень кинул мне на сцену пакетик и сделал рукой движение, как–будто вмазывается. Мило. Хорошо проведем сегодня ночь. У меня есть одна история про девушку, банан и неиспользованный фейерверк…но я устал. В постель…в одиночестве.

Думаю, ребята собираются в стрип–клуб. Я уверен, что если я пойду, то вляпаюсь в неприятности. Я собираюсь завтра поработать над музыкой и не хочу похмелья. Если я начну, я ведь уже не смогу остановиться…так остановлюсь–ка я сейчас…

ДОК МАКГИ: Никки был в этом туре более вменяем, чем обычно. Он не был так агрессивен как обычно. Он не особо шлялся по клубам, наверно это последствия героина. Иногда я был просто счастлив. В то время.как другие маньяки занимались всем этим дерьмом, я мог быть уверен, что Никки в своей комнате, и он сегодня никого не убил.

6 июля 1987

Выходной

Отель, Мемфис

19.00

Выходной…ничего интересного. Читаю Негра, Дика Киллера. Про одного из первых черных комедиантов и о всех предубеждениях по этому поводу в 50–60 годы. Я знаю кое–что о предубеждениях. Когда моя мать выходила с Ричардом Прайором, люди одаривали нас такими взглядами и комментариями…примерно как я тут получил в отеле,когда я явился в магазин подарков в своем сценическом макияже и вонючих, потных, кожаных штанах. Словно я прокаженный. А может я ниггер?

НИККИ: Я помню, когда мать встречалась с Ричардом Прайором. Он всегда хорошо ко мне относился. Одно из самых живых воспоминаний, это когда мы жили в аппартаментах 9–этажного дома в Голливуде. Мы уходили с Сесси гулять, двора у нас не было, потому мы выходили прямо на Бульвар Сансет. Матери не было дома целыми днями, и мы играли, пока они не возвращались. Потом подъезжала машина, мама выходила, обнимала меня, оба они говорили: Привет!, поднимались наверх. Я оставался в цокольном цементном этаже, который и был нашим двором для игр. Я никогда не обращал внимания на это, я просто не замечал, что Ричард черный, а моя мать белая. Мне никогда не казалось важным это дерьмо.

ДИНА РИЧАРДС: Я работала крупье в Лэйк Тахо, когда встретила Ричарда. Однажды ночью я сдавала карты на Блэк Джек, взглянула через стол в эти глаза и — БАМ! Я никогда в жизни не была с черным мужчиной, и я даже не заметила, что человек, стоящий там, за столом, черный. Я просто посмотрела в эти глаза, и это было оно.

(…..)

7 июля 1987

В самолете

14.30

Каждый раз, как я прошу Neglectra (звукозаписывающая компания) выпустить что–нибудь, они начинают жаловаться. Они не хотят тратить деньги…уроды несчастные. Я думал, что это крутой лэйбл, потому, что у них были Queen. Теперь я знаю правду…они, видимо, загубили карьеру Queen тоже…

Когда ты на пике, они рассказывают, как они тебя любят (они любят деньги, которые мы им приносим)…а когда тебе нужна поддержка, там никакой любви не найдешь. Боб Краснов из Stone Age такой же. Надо, наконец, расстаться с этой компанией. Все, что они делают — это выпускают альбомы…с небольшим количеством или вовсе без промоушена, а мы продаем миллионы альбомов и проводим все концерты тура с аншлагом.

Нет, это не просто лэйбл…это и менеджмент тоже. Они просто не знают, как замотивировать или запугать их. Представьте, все, что мы можем сделать с ними, это кинуть их об стену и надеяться, что они прилипнут.

ТЕОРИЯ МОЕЙ ЗВУКОЗАВИСЫВАЮЩЕЙЦ КОМПАНИИ

1.Они банк для музыки.

2.Они распространяют музыку.

3.Они печатают музыку (и имеют с этого огромный процент)

4.Они не имеют права присваивать ничью музыку, несмотря на п.1, 2, 3.

5.Вы никогда не увидите такого ни в одном бизнесе.

P.S. Мы делаем всю работу, пишем всю музыку…они ссужают нам деньги…мы возвращаем их,и они присваивают нас себе? Что за фигня творится в музыкальном бизнесе? Не удивительно, что им нравится, чтобы мы были все время обдолбанными. Потому что тогда мы не обращаем внимания на то, что они творят…это рабство.

P.P.S. Посмотрим. что будет, если я не буду обдалбываться? Мой мозг снова начинает работать.

ЙАН ГИТТИНС: Мотли в конце концов вернули себе права на мастера своих альбомов, принадлежавшие Electra Records. Никки и менеджер группы Аллен Ковач, после долгих переговоров, установили юридические границы, и обсудили все условия обладания правами, таким образом, Electra сдавала права в обмен на то, что Мотли не будут требовать ничего с тех королевских заработков, которые она уже сделала на них. Если Мотли выпускают новый альбом и выступают на больших площадках через 10 лет, можно представить, как пожалела об этом решении компания.

НИККИ: Мы заключили закрытое соглашение, и никто из артистов не понял, как мы это сделали. Я скажу, что глава Electra Сильвия Рон попалась на этот крючок, леску и наживку.

Правило номер три:

Никогда не руководствуйся эмоциями, занимаясь бизнесом.

ТОМ ЗУТАУТ: Может быть МакКартни, Джаггер, Боно, Пэйдж и Плант очень умны, но никто из них не имеет прав на свои мастера, они отписывали их компаниям, как дети. Никки отобрал у Electra свои права, как мальчик с надеждами и мечтами.(…..)

СИЛЬВИЯ РОН: Хочу ли я принять участие в этой книге? Не думаю, что это уместно.

8 июля 1987

Отель, Сент Луис

16.30

Надо пойти в спортзал. Пью я немного (полбутылки Джека) каждый вечер, но это и всё. Я собой горжусь. Но, дорогой дневник, мне так скучно. Я чувствую, где–то таится неприятность…может это потому что я позволил Ванити приехать в Миннеаполис?

9 июля 1987

Выходной

22.55

Еще одна ночь в том же отеле. Вчера в лобби познакомился с 2–мя девушками. Немного позабавлялись втроем. Я нюхал кокаин, насыпая дорожки на задницу одной из них…теперь меня ЭТО развлекает. Фред зашел ко мне и спросил: Ссукасиккс, что это ты делаешь? Я ответил, что пытаюсь убить скуку, на что он сказал: У тебя хорошо получается.

Я люблю Фреда, и, естественно, предложил ему присоединиться. Он сказал: Конечно! Я насыпал дорогу на задницу второй телке, Фред занюхнул, поблагодарил так, словно это было его обычное ежедневное времяпрепровождение, и ушел.

Господи, может мы ослепли, и не понимаем, что происходит на самом деле, или как?

ФРЕД САНДЕРС: У нас у всех были ламинированные карточки со специальными кодами в этом туре. Мы сделали их потому, что в лобби отелей всегда целая толпа народа, вечно с детьми, и мы не могли говорить открыто по рации, там бы поднялся бунт! Так мы дали всем номера:

1.Док МакГи

2.Дуг Тайлер

3.Рич Фишер

4.Я

5.Винс

6.Никки

7.Мик

00.Томми

Затем это распространилось и на другие вещи:

20. Где ты?

100. Крелл

101. Отель

129. Концерт

268. Автобус

714. Группи

747. Свинья в помаде

Таким образом, мы могли говорить что–то типа: Что с твоим 20? Ну, я с 6, у которого 747 и 100 в 268, едем на 129. Это отучало людей подслушивать и доставляло массу удовольствия. Иногда группа начинала разговаривать на этом языке даже по дороге с концерта в отель…то есть из 129 в 101.

10 июля 1987

Отель, Вичита,

16.10

Что–то меня преследуют черные девушки в последнее время? С тех пор как Ванити пообщалась с прессой, они все ломятся ко мне. Эпидемия, блин!

Томми с Винсом поссорились опять. Эти двое сведут нас с Миком с ума. Но группа звучит действительно отлично, и в конце концов, это главное…

19.00

Whitesnake разогревают нас сейчас. Они такие скучные. Я ненавижу их новую музыку. Дэвид Ковердэйл был в Deep Purple и считает себя крутым. Ну нет, вчера он сказал публике что у него понос…можете поверить в это дерьмо (шутка)? И весь фокус заключается в том, что это была правда. Я зашел в туалет за ним, и он сказал мне не заходить в кабинку, потому что он только что мыл задницу. Потом он идет на сцену и сообщает об этом публике!

Каждый раз, встречая рок–звезду, я теряю веру…что никого не осталось? Мать земля, пробуди Джонни Тандерса, пусть воссоединит Dolls…пожалуйста!

Та телка,Тони Китаен,которую Томми трахал,она здесь,с Ковердэйлом.Я надеюсь Томми отымеет ее пока мальчик–понос на сцене…

ФРЕД САНДЕРС: Каково было работать с Whitesnake во время тура Girls? Одна радость с ними работать. Они профессионалы. Мистер Дэвид Ковердэйл это Ричард Бартон в роке.

11 июля 1987

Бэкстэйдж

19.00

После шоу вчера приехали в аэропорт в 1.30. Уже несколько дней я, сидя в самолете, и глядя на облака, думаю.что удивлюсь, если этот тур когда–нибудь закончится.

Я забыл, Ванити приезжает завтра или сегодня? Кажется, она пытается обходиться без наркотиков, может быть, на этот раз не будет бедствия — она настроена мирно.

ФРЕД САНДЕРС: Как только Ванити приезжала, я не видел их с Никки отдельно друг от друга, кроме как во время концерта. Думаю, она любила кокаин и героин, ну, главным образом, кокаин, так же, как Никки. Они уходили в номер, закрывались там, и потребляли огромные дозы наркоты.

12 июля 1987

В самолете

1.30

Летим в Миннеаполис на выходной. Сегодня играли дерьмово. Все были пьяны. Мик под своим Марсадом…что такое Марс–ад спросите вы? Ну, это много водки и капля Геторейда (для цвета), в общем, практически, одна водка.

Намек: никогда не ходите за водой на ту сторону сцены, где стоит Мик. Я вчера глотнул, так чуть не проблевался…это была чистая водка. Я думаю он заглушает свое горе, от того, что он с такой сукой. Я думаю, пистолет вылечил бы эту тоску быстрее и лучше. Не следует ли легализовать убийства для золотодобытчиков?

МИК МАРС: Я был практически всегда пьян во время шоу в туре Girls. Я предпочитал пить чистую водку на сцене, иногда Никки приходил на мой край сцены, думал, что это вода и пил ее. Ну, и, следуя своей манере поведения, он, конечно, напивался. Мы набирались в хлам, я не знаю, как мы играли песни, и вообще, весь сет. Я едва не падал со сцены. Мы не были лучше всех звучащей группой, как это казалось людям, и они приходили, и кричали…

13 июля 1987

Отель, Миннеаполис

18.10

Мы играем 2 концерта в Met Center. Это огромная площадка. 17000 человек каждый вечер, все билеты проданы…классно…дом Викингов Миннесоты…

Я так скучаю по героину. Я по–прежнему бухаю, и зомби–пыль рулит. Это мой новый лучший друг.

14 июля 1987

Отель, Миннеаполис

03.00

Тим злится на меня, потому что я влил в него виски перед публикой сегодня. У меня было с собой, и я всего его облил. Он не догадался, зачем я нарядил его священником. Это добавило крутизны нашему шоу. Я так устал это говорить…лучше бы мы сосали. Господи, храни Sex Pistols.

Ванити приехала, но остановилась в отеле…замечательно. Она замечательная, добрая девочка, но она доводит меня до бешенства. После секса я мечтаю, чтобы она превратилась в бутылку виски.

ТИМ ЛУЦЦИ: Тур Girls, Girls, Girls был адским туром, и я, так понимаю, священник был там необходим. Я выходил на сцену каждый вечер одетый священником, Никки брал меня за волосы, запрокидывал мою голову назад и делал вид, что вливает в меня Джек Дэниелс. На самом деле, он зажимал горлышко бутылки большим пальцем, и, на самом деле, я не пил, кроме нескольких случаев, когда он сдвигал палец. Тогда виски каскадом лилось прямо мне в глотку. Может быть это была его месть за то, что я не хотел вместе с ним ширяться героином.

(…..)

15 июля 1987

Бэкстейдж

20.20

После сегодняшнего шоу вылетаем в Чикаго. Я не вижу конца этому туру…

16 июля 1987

Отель, Чикаго

06.00

Вынюхали с Томми и Фредом тонну кокаина после шоу и в самолете по дороге сюда. Ходили в клуб в Чикаго в 3 часа ночи…обычные бляди и группи там. Я это все любил, но сейчас девушки в прошлом, сейчас у меня звенит в ушах, голова пуста, и я наблюдаю рассвет. Так, я забалтываюсь…дайте мне горсть Хальциона и коктейль…тогда я, должно быть, усну.

Иногда мне кажется мы магнит для грязи. Все упреки и обвинения только и направлены на то, чтобы вытрясти из нас деньги. Люди думают, что мы ебнешься, какие богатые. Если бы они только представили, сколько мы тратили в туре, подобном этому (или в любом другом), им бы крышу снесло.

Из 100% заработанных нами денег около 20–30% после всех закупок (это дерьмо не дешевое). Потом раздели это на четверых, потом поделись с гребаным Дядюшкой Сэмом. Так из 10 млн. мы доносили до дома 3 млн. Делим на 4–х. Получается 750 000. И после уплаты налогов остается около 400 000.

Я не жалуюсь, но если поделить на 12 месяцев, получается по 30 000 в месяц. Потом посчитайте машину, дом, одежду и просто на жизнь, и все поймете.

Мы совсем не ебнешься как богаты. Совсем не так, как это кажется маленьким, достающим нас, лживым засранцам.

Почему я разглагольствую об этом? Потому что на нас подал в суд какой–то говнюк, который, якобы, на нашем концерте, оглох. Я могу спорить, что он прекрасно услышит меня, если я спрошу, не хочет ли он получить чек на 25 000, чтобы замять это дело.

Спокойной ночи. Или доброе утро…

P.S. Я оставил Ванити в Миннеаполисе. Может быть, у нее что–нибудь получится с мальчиком из службы доставки букетов. Господи, ну и тварь же я.

16.30

Только проснулся. Еще один день. Еще одно шоу. Еще один отель…ничего интересного по ящику, ничего в голове, не о чем писать…

Иду на саундчек. Если бы не эти страницы, которые я считаю своим другом, мне бы ни за что не избавиться от демонов в моей голове.

17 июля 1987

Отель, Чикаго

05.55

Только что вернулся из трансвестит–бара,в который мы поехали после шоу. Пили там пили водку, закусывали икрой и ржали над всеми, кого видели. С нами были близняшки, которые устраивали нам спектакль, забавляясь друг с другом. На улице толпились фанаты, и, в один прекрасный момент, пришла полиция. Они конечно увидели серебряную тарелку, с насыпанными на ней, дорожками кокаина. Я думал, что всё…но копы только сказали, что им нравится наша музыка, и если нас кто–нибудь попытается обидеть здесь, в Чикаго, пусть мы только скажем им, и дал нам свой телефон.

Я чуть не спросил, не хотят ли они дорожку–другую, но…к чему испытывать удачу?

Даже когда все так хорошо, мне все–равно скучно чем дальше, тем больше все это грозит превратиться в самую большую и худшую версию Мотли–гедонизма. Это подстерегает и шепчет мое имя. Сейчас я скажу нечто безумное — я горжусь тем, что жру колеса, нюхаю кокаин и бухаю — я обхожусь без героина. Спокойной ночи, меня зовут мои таблетки.

21.00

Черт возьми, уже темно, а я только проснулся. Я оключил будильник и он, блин, не светится. Теперь большая дилемма…какую бы хрень заказать в рум–сервис?

18 июля 1987

Отель, Чикаго

04.00

Были с группой в каком–то стрип–клубе. Я предложил ребятам из Whitesnake пойти с нами (встретил их в баре внизу), но один из них…кажется, его зовут Вивиан…сказал, что ему надо остаться попрактиковаться. Что за херня? Так можно разрушить мир, оставаясь в своей комнате и играя все ту же херню, которую ты играл, когда тебе было 15. У меня даже задница засыпает от этих парней. Не могу дождаться, когда к нам присоединятся Guns’n’Roses. Ну я пошел. У меня в постели какая–то рыжая и мне надо ее выгнать.

Скучающий в Чикаго Сиккс.

ДУГ ТАЙЛЕР: Во время этого тура Whitesnake были лучше, чем Мотли. У Мотли был альбом №2, а у них-№1. Они собирались играть только первые несколько концертов, но когда им подняли ставку с 4000 до 10000, они согласились остаться с нами до конца октября, и я был рад, что они согласились.

В самолете

14.30

Сижу в самолете, маюсь похмельем. Кажется, я выпил больше, чем помню вчера. Винс с Фредом говорят, я дрался. Думаю, это зомби–пыль создает у меня иллюзию того, что все в порядке. Ох, пожалуйста, не надо героина..4 аспирина, пожалуйста.

Сегодня у нас выступление в Инди, а потом мы отбываем в мой любимый рок–город Детройт. Два шоу с аншлагом…заебись!

В самолете

01.30

Сегодня сняли видео на Wild Side. Что должны подумать люди ,если они узнают, что поют порванную и разобранную Отче Наш…и узнают,как я это написал? Интересно, как там Бекки?

(…..)

19 июля 1987

Отель, Детройт

17.25

Я в депрессии. Я не могу найти интереса в жизни. Я не знаю почему, но иногда мне так хочется снова стать мальчишкой в Сиэттле, тусующимся вместе с другими музыкантами, которые словно заново изобретали музыку, уводя нас от безумия…Роб Хэмпфил, Рик Ван Зэндт и другие. Мы ходили в школу тогда, но в основном делали то, что хотели, то, в чем мы нуждались, то, о чем мы мечтали.

Сейчас моя мечта сбылась, а я не могу найти инструментов, как избавиться от желания снова стать тем ребенком.

Чем я все не доволен?

Почему ко мне тянет детей?

У меня есть второй ответ, но не первый. Это легко, потому что я такой же потерянный, как они. Не только во времени, но и в отношениях…другие сломали нас…не сложно сломать ребенка. Теперь мы (дети) сломаем вас.

На фиг всё…кто–нибудь, доктора мне!

20 июля 1987

Бэкстейдж

23.45

Мне нравится,когда группа в огне. Офигенное шоу, второй аншлаг здесь. Мы скользили по сету как гремучие змеи, время от времени, мило показывая свои клыки. Я все время улыбался, наверное, выглядел как чеширский кот. Заглатывая виски, довольно шатаясь…такие моменты особенно приятны…

21 июля 1987

Выходной

18.00

Я перешел к чувству полного счастья от состояния тотальной депрессии, и не знаю почему. Не больше и не меньше наркоты и бухла чем обычно. Ну таблетки, но ничего такого, чтобы выйти из под контроля. Кажется что скоро что–то разрушится…это ощущается как близкая, неминуемая смерть.

В это время через неделю я буду уже дома. Не знаю, хорошо это или плохо…наверно и то и другое.

ДУГ ТАЙЛЕР:Настроение Никки все время менялось в туре.И правда заключалась в том.что он был то под кокаином,то пьян,то еще что–нибудь.Единственное,что все знали,что он хитер и изворотлив и за ним надо смотреть в оба.

22 июля 1987

Отель,Детройт

20.40

Весь день лежу в постели,смотрю телек.Ничего примечательного,кроме того,что позвонил Дуг и сообщил,что Too Fast For Love стал платиновым…не плохо для маленькой панк–рок записи.

23 июля 1987

В самолете по дороге в Цинцинатти

14.00

Винс никогда не спит один.У него каждую ночь новая девушка.Я этого не понимаю,мне нужно побыть одному.Я всегда один,даже в комнате полной людей.Я никогда не понимал манеры Винса держать за руку девушку.с которой он только что познакомился.Меня это бесит.Ни одна не задерживается одна приходит,другая уходит,и так каждый день.И никаких привязанностей или угрызений совести.Иногда они повторяются.

Винс сексоман,но не мне называть его зависимым…

(…..)

24 июля 1987

Отель,Кливленд

14.00

Проснулся в Кливленде.Эти отели так похожи друг на друга.Еще одно шоу сегодня,мне в правду нужен выходной.Спасибо,Господи,через 3 дня я буду дома.Мои руки так изрезаны и изранены,тело устало. То что я делаю на сцене дает о себе знать только когда проходит весь этот адреналин,или алкоголь…

25 июля 1987

Выходной

В самолете по дороге в Хеброн

16.00

Иногда я просто бегу от правосудия.Ударяюсь об стену и не могу двигаться.Это не похмелье ине сумеречное состояние от таблеток…это нечто другое.Я не знаю,что это,но единственный путь пройти это–наклонить голову и двигаться до конца.Наверно у меня какой–то химический дисбаланс.

Я прочитал в газете про пониженный сахар и алкоголь.Может у меня сахар понижен?

Не могу дождаться ,когда уже,блин,закончится это завтра и я окажусь дома.

Как бы то ни было,мне безумно скучно и в мыслях полный хаос,что все же лучше.чем утомлять тебя моими светскими записями.Сейчас положу ручку и возьму гитару.Где–то здесь должна быть песня,просто надо дать ей выход–я приложу все усилия.чтобы выпустить ее…

МИК МАРС:На сцене я не говорил Никки,что он пьян,потому что я обычно был не лучше.У нас был такой ритуал перед шоу:брали бутылку Джека,и смотрели,кто больше выпьет,у кого получится больше «бУльков».После этого следовала водка и по возвращении в свою уомнату я пил шампанское или вино. .Но не думаючто я даже могу представить,что вытворял Никки.

26 июля 1987

В самолете Мотли на пути в ЛА

02.00

Сегодня было 40 000 человек…великолепное шоу.Горящие цилиндры по всей сцене и мы над ними.40 000 человек с поднятыми вверх руками,кричащие во все легкие.Иногда ты действуешь просто как машина.Мы чувствовали энергию исходящую от толпы.Это прекрасное завершение тура.Сейчас у нас 4 дня отдыха.Прибываем около 20.30,не могу дождаться момента.когда я окажусь в своей постели.Как же воняет моя одежда.Надо положить в чемодан другую.

ФРЕД САНДЕРС:Последнее шоу в Buckeye Lake было вместе с Whitesnake и Anthrax.В этот день приключилась небольшая неприятность.Когда Мотли играют Smokin’ in The Boys’ Room предполагается,что Винс исполняет соло на гармонике.Винс не умеет играть на гармонике,но зато умею я,и мы отключали провод,идущий к его микрофону,и он только синхронно притворялсяч.что играет,на самом деле играл я,находясьза сценой с микрофоном.Я обычно смотрел,как он позирует и картинно раздувает щеки.А в Buckeye Lake я решил попробовать,как звучит мой скрытый микрофон,и в результате это соло на гармонике из Smokin’ in The Boys’ Room зазвучало непонятно откуда, посреди совершенно другой песни.Винс выглядел совершенно офигевшим,впрочем как всегда.

27 июля 1987

Дома

Вэн Найс

21.00

Дома.Спасибо,блин.Постирал одежду,помыл машину,прослушал автоответчик.Там было 67 сообщений…все стер.Проверил почту…там оказался чек на 650 000.Я звонил в офис и просил проверять мою почту,пока я в туре.И вот,полмиллиона долларов валяются тут у меня в почтовом ящике на улице?Что за херня…

28 июля 1987

Дома

Вэн Найс

22.20

Спал весь день

Только что написал новую песню.Назвал ее A is for Asshole

29 июля 1987

Дома

Вэн Найс

Полночь

Кажется я потерял что–то,словно я не чувствую вкуса.Это охотится за мной.как любовница,которой я не сказал до свидания.

Не могу дождаться,когда уеду отсюда.Чувствую,словно привязан невидимой нитью.В дороге я лучше защищен от героина.Я защащаюсь от волков,которые стучат в мою дверь.Они знают.что я дома…

Господи,пожалуйста,прогони их…

30 июля 1987

Дома

Вэн Найс

18.40

Сегодня лежу тут на кровати и мне так одиноко–только кажется?Я заложник собственной судьбы.В такие дни как сегодня,я понимаю самоубийц.Интересно.а может и я так закончу свою жизнь?Интересно,смогу ли я полюбить кого–нибудь так,чтобы этот человек чувствовал себя защищенным?

В такие дни как сегодня я ненавижу жить в этом доме.Я могу притворно улыбаться и выглядеть добродушным,но внутри я чувствую.что никто не любит меня..даже хуже…никто не понимает меня.

Я чувствую.что я совершенно один на этой планете.

НИККИ:Оглядыываясь назад,я вмжу,что это не просто депрессия стучалась в мою дверь,она выбивала ее и становилась хозяйкой и в моем доме и в моей голове.Иногда вещи так близко к тебе расположены,что ты не можешь их видеть.Я люблю слово «совокупный»…эмоциональные проблемы так часто результат многих происходящих вещей.Это не только наркотики,алкоголь,таблетки,это следы детства.Это совокупность.И этот список растет растет…и растет…

31 июля 1987

В полете из ЛА в Кливленд

11.45

Время дома пролетело так быстро,теперь предстоит еще месяц в дороге.Я не могу сосчитать мили,припомнить отели.Я не помню городов и не вижу всему конца–края.Если бы не музыка и фаны,это была бы китайская пытка водой.Повторение…снова и снова…кап…кап…кап…

Да,я ною.Наверно я просто устал.Мы вылетели из ЛА в 9.00.Приземляемся в Кливленде в 16.00,потом еще перелет до Питтсбурга,посадка в 18.00,потом концерт…классный.16 000 человек,билеты проданы.Пойду–ка я посплю.Я забыл поспать прошлой ночью–у меня был поздний визитер.Джейсон все тот же…

Хорошо уехать из ЛА.

1 августа 1987

Отель,Кливленд

02.15

Когда же я лягу спать!Безумно устал.В ушах звенит.Кажется я заболеваю…или это визит домой так на меня подействовал?

2 августа

Баффало,NY

День

Ой,только проснулся…Мне действительно надо было поспать.Благодарение Богу,телефон зазвонил,через час надо быть в аэропорту.Для интервью о нашем вчерашнем шоу в Баффало.

Сейчас отправляемся в Нью–Йорк.Он почти то же самое для меня,что и ЛА.Даже не знаю,что хуже…записывающая компания,драг–дилеры или телки.Может они все одно и тоже лицо?

3 августа 1987

Отель,Филадельфия

16.00

Почему я чувствую,что в руках Мика заключен золотодобытчик?Мик Марс лучший из живущих на земле,но он так и притягивает грязь…как магнит.

Т Е Л К И = Н Е П Р И Я Т Н О С Т И

4 августа 1987

Отель,Филадельфия

17.00

Вчера ночью зашел в бар в отеле,тихий,спокойный вечер.Выпил несколько коктейлей,пообщался с несколькими фанами.Чувствую себя сегодня нормально,но мне был звонок от Саши,он сказал,что хочет меня видеть.Конечно хочет…он же героином торгует.

Я тебе говорю,Восточное побережье для меня то же,что и Западное…тут волки.

Надо поменять имя,под которым я остановился в отеле,чтобы никто не мог меня найти.Как насчет чего–нибудь из этого:

Анита Ванна

Ал Коголик

Или лучше всего

Пси Хопат

P.S.Сейчас пора ехать на первое из двух шоу в Спектрум.Все билеты проданы.Йу–хху…потом.

5 августа 1987

Отель,Филадельфия

16.00

Такая шумная толпа вчера вечером…безумно.Филадельфия действительно любит рок–н–ролл.

Вчера ко мне подошла мулатка,такая красивая,что я не верил своим глазам.Она была действительно,действительно прекрасна.Она вошла в мою комнату и обняла меня.Дальше–больше…Потом,когда мы лежали рядом,она сказала,что у нее есть ребенок и ей нужны деньги,чтобы заплатить за квартиру,и не мог бы я ей помочь расплатиться за машину…и за школу для ее ребенка.Так и лила все это на меня…

Как всегда…бла–бла–бла.На самом деле,почему я должен оплачивать ее нужды?Я ее выкинул.Черт,может я и правда магнит для грязи…

P.S.Еще одно шоу сегодня в Филадельфии…

РОСС ХЭЛФИН:Никки бывал с девушками в Girls туре,но они играли для него не главную роль.Важнее были наркотики.Мы пили,нюхали кокаин,потом он желал девушку,но все–равно,ориентирован был главным образом на наркотики.Чаще всего он заканчивал вечеринку,оставаясь в одиночестве в своей комнате.И мы знали–это значит,что у него есть и он не хочет делиться ни с кем.Или он с девушкой…закидывается наркотой.

6 августа 1987

Отель,Филадельфия

15.00

Прошлой ночью мы с Томми угнали лимузин.Когда мы вчера вернулись в отель,и наш водитель вышел,чтобы открыть нам дверь,мы захлопнули дверь,вскочили на сиденье и поехали.Он долго бегал за нами по парковке,но мы проехали прямо сквозь ворота отеля.Парень так офигел!Потом вышел менеджер отеля и разорался,чтобы мы валили прочь из его отеля.Фред Сандерс отговорил его вызывать полицию.Мы сказали,что мы страшно сожалеем о содеянном(на самом деле,конечно,нет)и нас не выгнали из отеля.Может быть потому,что мы оставили там около 30 000 $?

ФРЕД САНДЕРС:Знаете что?С Никки и Томми вечно происходило подобное дерьмо.Особенно с Никки.Он постоянно выяснял,где границы моего чувства юмора.У него было столько фасадов,он был так внезапен и непредсказуем.Было бессчетное количество собраний менеджмента,созываемых во время этого тура только для того,чтобы решить,что с ним делать.Под конец я нанимал охранников в каждом отеле,где мы останавливались и двое из них постоянно дежурили у его двери.

РОСС ХЭЛФИН:Я всегда говорил,что Томми и Никки надо пожениться,потому что, будь они геями,они были бы идеальной парой,созданной в раю.Томми делал все,чего хотел Никки.Впрочем они оба хотели одного и того же.(…..)

7 августа 1987

Филадельфия,аэропорт

14.30

Сидим в нашем самолете,вылетаем сейчас в Портленд.Все еще сокрушаются по поводу лимузина.

Только что вспомнил,что в Портленде мы как раз начали свой тур на разогреве у Оззи в 84–м.Я скучаю по Оззи…Надеюсь у него все хорошо…

Томми присел рядом со мной и сказал:Чувак,я вчера опять обоссался.С ним постоянно происходит эта херня.Я спросил:А почему ты не делаешь этого до того как лечь спать?Он ответил:Я делаю,но я пью до хуя!

Логично.

Топ–5 показателей тура:

1.разбитые лимузины? 1

2.кокаин? 8–балльная снежная буря

3.виски? более галлона

4.бляди? даже больше,чем надо

5. последствия? Никаких

Боже,храни рок–н–ролл…

8 августа 1987

Отель 4 сезона,Бостон

13.00

После вчерашнего концерта прилетели в Бостон(дом Aerosmith и Cars).Уезжаем отсюда через несколько дней.Мне нравится иногда вести оседлый образ жизни и не паковать вещи каждый день.

Но иногда я скучаю по автобусам.Гул двигателя усыпляет,и афтешоу–пати всегда заканчивается несусветным блядством на полу.Там конечно страшно неудобно,особенно на ходу,но нищие не выбирают.

Летим в Провиденс на концерт,потом назад,сюда спать…если мы будем спать.

ТОМ ЗУТАУТ:Я пришел на один из концертов того тура с девушкой,с которой встретился 2–й или 3–й раз,провел ее за сцену и познакомил с Никки.Он спросил,насколько у нас серьезные отношения,и когда я ответил,что мы едва знакомы,Никки тут же начал говорить ей,какая она сладкая.

Когда он загнул ее в переодевалке на скамейку,она объявила,что у нее месячные.Никки заявил,что он не трусливый мальчик ,немного крови его не испугает и,отымел ее прям тут же,не смотря на то,что в комнату поминутно кто–нибудь заходил.Я мог ожидать подобного от Винса,но в исполнении Никки меня это шокировало.

Потом он извинялся,говорил,что сам не знает,что на него нашло.Может он и не знает,зато я знаю.Это наркотики и звездная болезнь.Только нарциссичный,безбашенный уёбок мог отодрать за сценой телку сотрудника своей звукозаписывающей компании на глазах у всех.

Отель 4 сезона,Бостон

15.00

Возвращаюсь в постель.Мы занимаем целый этаж в отеле и вчера ночью тут был полный пипец…это была оргия четырех сезонов.Все двери открыты,из номера в номер бегают полуголые люди.Я в 5 часов сказал Винсу и Томми,что с меня хватит,уже рассвет.

Саша продолжает звонить в офис и оставлять мне сообщения.Он шифруется от Дока.Если бы Док узнал,что Саша может делать за деньги(кроме того,чтобы водить лимузин), он бы пристрелил его.Учитывая,что Док и сам имел дело с наркотиками,вы бы могли подумать,что чутье должно бы ему подсказывать,что рядом дилер.

Я не говорил с Ванити несколько недель и это охуительно.Интересно,она по прежнему думает,что мы поженимся?

ДОК МАКГИ:Саша был русским парнем,который работал у меня водителем в Нью–Йорке.Я знал,что он иногда поставляет порошок ребятам,но подумаешь,какое дело!Они могли и швейцара попросить и посыльного насчет этого.Но,повторяю,я не знал,что Саша доставляет Никки Сикксу героин.

(…..)

10 августа 1987

Отель 4 сезона,Бостон

12.30

Заказал кой–чего в румсервисе.Потом летим в Ворчестер на 2 шоу(все билеты проданы).Потом назад в отель…

Ок,время для меня сейчас так тянется…

Я люблю играть нашу музыку,но мне надоедает играть один и тот же сет каждый вечер Когда мы играем в одном городе больше одного концерта(как сейчас) или когда города расположены рядом,я знаю,что многие фаны смотрят одно и то же шоу.Я бы хотел,чтобы у нас не было сет–листа,у группы 30–40 песен,мы можем просто называть ту,которую собираемся сейчас играть.Есть песни которые мы играем в начале и в конце,но остальные должны меняться по ситуации.Но группы чувствуют себя комфортнее,когда есть сет–лист.Да,отличное шоу,но еще один вечер играть то же самое…это дает мне чувство неудовлетворенности.

Ладно,всё,заказ принесли.

11 августа 1987

Отель 4 сезона,Бостон

Где–то днем

Еще одно крутое шоу вчера.Примерно через час опять туда же.Нечего рассказывать,кроме того.что после Ворчестера мы летим в Нью–Йорк и я нервничаю из–за этого.

Если бы я верил в то,что Бог есть,я бы сейчас попросил у него сил …

12 августа 1987

Паркер Меридиан отель,Нью–Йорк

16.00

Я вспоминаю то время.когда я лежал в реабилитационном центре и как трудно мне было признать свою зависимость.Я не мог послушно переносить их насильственного приобщения меня к Богу,и единственное,что мне придавало там сил–это общение с другими наркоманами.Они приходили,рассказывали о своей зависимости,о том,как они потеряли надежду от нее избавиться.Я пытаюсь справляться своим собственным способом…

Если у меня когда–нибудь будут силы помочь себе,я знаю,я смогу помочь и другим.Ты не можешь помогать другим,пока ты не помог себе…

Через час идем с Т–Bone и Винсом в Scores обедать.

Полночь

Только что вернулся с обеда.Догадываетесь,кто был нашим водителем?Правильно,блин,Саша!Когда я увидел его,я понял,что я погиб…я спросил есть ли у него что–нибудь,он спросил,почему я не перезванивал.Словно он ужасно волновался.Все дилеры одинаковы,как Джейсон,мать его.

Потом,когда я пошел поссать он передал мне пакет Перса.Я спросил:Сколько?Он сказал:О!Ты можешь заплатить и позже.Твою мать…и вот я сижу,смотрю на это дерьмо,знаю,что мне не следует,но я уже сделал это в ванной и меня ждет девушка.

Героин для секса великая вещь.Ты не можешь кончить.

Я не буду вмазывать оставшееся.Я позвоню в румсервис и,попрошу принести фольги и изгоню дьявола.

13 августа 1987

Паркер Меридиан отель,Нью–Йорк

7.00

Девушка только что ушла.У нее было немного порошка.Я отправился в ванну изгонять дьявола.А девушку вышвырнул.Все эти красотки одинаковы.Интересно,как они ботинки надевают?Они же такие глупые.Иногда мне кажется,что проще купить надувную бабу.Тот же уровень развития,пластик,наполненный воздухом.

Проблема в том,что я могу в нее влюбиться.

Пойду спать.Сегодня концерт.

19.00

Выехали в Мидоулэндс–я сумасшедший?Я забыл,что Ванити сказала,что приедет в Нью–Йорк,и я ей разрешил.(…..)

14 августа 1987

Паркер Меридиан отель,Нью–Йорк

13.00

Ванити приехала как–раз к началу шоу вчера.Первый час или около того я был раз ее видеть,потом у меня начало появляться ощущение,что сейчас она скажет что–то и мне станет неловко за нее.Это как один и тот же фильм снова и снова.Надо остановить это.Она не плохой человек,я знаю,что она не может с этим совладать…у нее так же как и у меня не было детства и это ее борьба с Богом и кокаином свели ее с ума.Но это надо прекратить.Мы не можем быть вместе.

Надо бы спрятать этот дневник,потому что если она его найдет–будет скандал.И маленький пакетик,полученный мною от Саши я тоже лучше спрячу.И пакет со шприцами,который он передал мне вчера перед концертом.Или лучше я возьму их с собой.

P.S.Сегодня играем в Трое,думаю она придет.Вернусь в 2 или в 3.

НИККИ:У меня были веские причины нервничать перед поездкой в Нью–Йорк.В 1985–м Motley выступали в Madison Square Garden.После концерта все вернулись в отель,и как только все разошлись по номерам,я слинял на такси в Alfabet city с несколькими тысячами долларов в кармане.

Я нашел тир,зашел туда,взял героина и вернулся в отель.Это был чистый Белый Китаец.Вместе со мной был Эдди из Twisted Sister и еще девушка.Эдди торчал от кокса и не ширялсяЯ хотел трахнуть эту девушку,но никак не мог выпроводить его из номера,тогда я спросил,не хочет ли он закинуться.Он сказал,что хочет,тогда я насыпал ему здоровенную дорогу и сказал,что это кокаин.Он занюхнул ее и вырубился.

Я оттрахал эту телку,потом она отрубилась и я отправился в ванну ширнуться кокаином с Китайцем.Я ширнулся,переждал приход,потом я вышел из ванны и увидел,что девушка в отрубе лежит на кровати,а на диване парень без сознания,у меня начался психоз.Я подумал,что сейчас меня придут брать,и выкинул все наркотики в окно.

Несколько часов спустя,я пришел в себя и понял,что это был гребаный приступ безумия.И вот,в 8 или 9 часов утра,я выбежал на улицу.Люди шли на работу,и тут я,в кожаных штанах,босиком и без рубашки,все еще в макияже,с всклокоченными,торчащими в разные стороны волосами,ищу свои наркотики.Невероятно,но я нашел их,ну и конечно,я поднялся наверх и продолжил…

Когда Эдди и девушка проснулись,они обнаружили меня в ванной,выблевывающего свои мозги.Я еще не сидел тогда на героине плотно,и это со мной происходило постоянно и страшно заёбывало.На следующий день во время концерта я отвратительно себя чувствовал и сказал всем,что простудился.Не знаю,поверили ли мне.Так что у нас с Нью–Йорком есть своя небольшая история.

15 августа 1987

Паркер Ме.ридиан отель,Нью–Йорк

0400

Только что вернулся с концерта.Пьяный.Признаков Ванити не обнаружил.

Хмм…

11.30

Лежу на кровати и слушаю как Ванити в соседней комнате разговаривает по телефону со скоростью миля в минуту.Понятия не имею,когда она появилась.И думаю.что лучше не спрашивать.

Хитер приехала,и Шариз с Винсом. Мне всегда нравилась Шариз,но мне ее всегда было немного жалко.Винс вел себя с ней как скотина…нет,я тоже не ангел.

Ну и конечно,блин,Мик со стервой Эми.

Странно.что Хитер приехала к Томми во время тура.Я всегда чувствовал себя ее альбатросом.Я знаю.что она даже не понимает меня.Она выросла в Westlake,она была лидером среди своих сверстников,самой популярной девочкой в школе,ее отец был доктором.Она была из тех людей.которые были моими врагами.когда я был ребенком.Я не думаю.что она понимала вообще.что за темная лошадка Motley Crue,но она любила Томми таким какой он есть и это главное.

Сегодня выступаем в Провиденсе…Я снова оставлю Ванити в отеле.Вчера мне Саша в лимузине дал Белого Китайца.Надо бахаться не чаще.чем раз в несколько дней,а то опять подсяду.

(…..)

ТОММИ ЛИ:Если к кому–нибудь девушка приезжала в тур,мы оставляли их одних на несколько дней,потом,когда девушки уезжали,Мы собирались и вместе врубали на всю свою машину безумия: Ура!Бабы уехали!

Это было даже не от того,что девушки уехали,это был просто повод.Раз они уехали,значит надо закатить вечерину!И мы не спали целую ночь и творили что хотели.

16 августа 1987

Паркер Меридиан отель,Нью–Йорк

16.00

Паршивое получилось вчера шоу.Я играл говенно.Чувствуется напряжение в группе…может потому что бабы здесь….Все ведут себя как суки…Вернулся в номер,Ванити не было и я вмазался.Перестарался…Чертов передоз.

Когда Ванити вернулась,она застала меня в отрубе в ванной,рядом валялся шприц.Когда я очнулся,она разоралась во всю мощь своих легких.Она была явно под крэком и видимо поэтому никак не могла перестать орать.Она начала верещать что–то про дьявола,но это не особо помогло.

Я попросил Фреда успокоить ее и переселить в другую комнату.Она сказала Фреду.что я ширялся,но я соврал,что просто пьян.Он мне не поверил,но с тем и ушел.

Сегодня меня слегка ломает.Нельзя подсаживаться во время тура.Сейчас приму снотворного и до завтра.Я не героинщик и так для меня лучше.

P.S.Аксель звонил сегодня,сказал,что у Слэша проблемы с наркотиками и просит меня помочь ему…рассказом о трудных временах…

(…..)

17 августа 1987

В самолете

14.30

Сидим в нашем самолете.Ждем вылета в Хартфорд.Все в хорошем расположении духа.Билеты проданы на оба шоу.

Я никогда не видел телки более помешанной на шоппинге чем Эми…ад кромешный.Я вижу только ее с коробками полными шмоток в лобби,потом она просто отправляет их домой.Мику нужен дом побольше,чтобы только уместить ее гребаные туфли.

Взлетаем.Меня еще немного подламывает,но это пройдет…вовремя я остановился…чуть не продолжил…чуть…

18 августа 1987

Паркер Меридиан отель,Нью–Йорк

13.00

Позвонили только что разбудить меня.Через 30 минут выезжать.Сегодня еще одно шоу в Хартфорде,потом снова сюда.Меня достал этот отель…тут воняет.Я не разрешаю убирать у себя в комнате,из–за того ЧТО они могут у меня найти.Не могу дождаться момента,чтобы сказать Ванити,что между нами все кончено.

19 августа 1987

Паркер Меридиан отель,Нью–Йорк

14.00

Сегодня говорил с дедом.Я скучаю по нему.Он в последнее время много рыбачит и охотится.Под конец мы всегда говорим о Ноне.Я знаю,ему одиноко.

Мы сильно похожи.

20 августа 1987

Madison Square Garden

Бэкстейдж

19.00

Сколько же здесь прихлебателей,группи,бизнесменов,свиней из записывающих компаний,промоутеров,людей с радио,подружек,жен и менеджеров.Это самое горячее место в городе.Это изнанка кинофильма.Я ухмыляюсь и наклоняю голову,когда люди со мной говорят.Большинство мне не интересны,но есть несколько друзей и тех.кого я уважаю.

На самом деле,я хотел бы увидеть Боба Тиммонса,надеясь.что он может быть здесь.Я бы поговорил с ним о том.как остаться чистым,когда тур крнчится.У меня такое чувство.что если я не брошу,то я умру….иногда я убегаю от удачи.

Пора готовиться к выходу на сцену.

21 августа 1987

Паркер Меридиан отель,Нью–Йорк

14.40

Вчера было одно из лучших шоу из сыгранных нами когда либо.Нью–Йоркскую публику сложно раскачать…но мы сделали это!Мы всех порвали!Офигенно,и мы отмечали это вместе.Много виски,шампанского,дорожки на всех,ерунда,но все улыбаются…

Я даже обнаружил,что не поругался с Ванити.Может осознание,что я причина многих ее бед.сделало меня более великодушным.Я не видел Боба,но и героина я больше не употреблял.Через несколько дней едем к Дугу в гости в Poconos на барбекю и вообще расслабиться.

Сегодня пойду по магазинам перед концертом.Надо купить футболок и обуви.

22 августа 1987

Паркер Меридиан отель,Нью–Йорк

13.15

Через несколько часов покидаем этот отель.Этот гребаный номер как склеп.Я тут передознулся,перетрахался(с разными телками), и мне надо покинуть это место.Пришли из румсервиса,кровь на простынях,полотенца черные от краски для волос…Могу поспорить,с меня захотят получить денег за произведенные разрушения,и,скажу честно,я я на самом деле ничего не разрушил.Я имею в виду.что телевизор и мебель в целости и сохранности,ха–ха.

Думаю сегодня будет классное шоу.Сначала Nasau Coliseum, потом Poconos ,в дому у Дуга,на озере.

23 августа 1987

Выходной

Poconos

Полночь

Мы все прибыли на бврбекю к Дугу и Джинне.Милый,спокойный вечер.Вокруг бегают дети Дуга.Никаких наркотиков,только несколько бутылок пива.Завтра играем в Pocono Downs. Ванити взяла машину и уехала в Нью–Йорк,чтобы затем улететь в ЛА.Я скажу ей по телефону.когда она прибудет на место,что все кончено.Такое ощущение.что ей все–равно.Это было бы прекрасно для нас обоих.

Я собираюсь начать вычеркивать плохих людей из моей жизни.Надеюсь она тоже.И один из них я.Спокойной ночи.

ДУГ ТАЙЛЕР:Во время тура Girls, Girls, Girls,я и моя жена Дженни жили в Пенсильвании,и я мотался каждую неделю в ЛА.Мотли приехали к нам за день до своего шоу в Pocono Downs racetrack.,я помню,это был прекрасный воскресный вечер.Мы даже на лодке покатались.Никки был нормальным в тот вечер,но все время куда–то отходил и возвращался,и выглядел потерянным,но на следующий день он взял себя в руки и снова стал частью группы.

24 августа 1987

Pocono Downs racetrack

Бэкстейдж

18.40

Все воняет конским дерьмом.Наверно так и должно быть,да?Это же ипподром.Напомнило мне детство в Айдахо.

Только что сообщил Фреду.что я расстался с Ванити.Он сказал,что это к лучшему…Думаю,ребят это тоже обрадует.Желаю ей всех благ.

P.S.Огромная площадка.Около 30 000 человек.Так странно,что вокруг сцены беговая дорожка для лошадей…ха–ха–ха…

25 августа 1987

War Memorial,Рочестер,NY

19.00

Ктот–то вломился в комнату Винса и украл его одежду и бумажник.В нем было 5 000.Он ужасно расстроен.(Я его не виню).

23.20

Винс иногда такой говнюк.Сижу тут жду,когда он вернется из больницы.На самом деле фаны такие…минутку…замечательные.Сегодня он делал себе сэндвич и потянулся за горчицей.Там была только Grey Poupon,(моя любимая),которую он ненавидит,ну и он кинул банку с горчицей в стену.Она разбилась и осколок отскочив от стены разрезал ему руку.И теперь он в больнице и мы все никак не начнем,твою мать,шоу.Отлично,братец…можно сказать нехороший мальчик.

ВИНС НИЛ:Блин,случай с банкой горчицы это было настоящее садо–мазо.Я был полным идиотом.Я не люблю Дижонскую горчицу,но почему–то за сценой никогда нет желтой горчицы,хотя я уже несколько недель просил чтобы она была.Ну и когда я в очередной раз увидел дижонскую горчицу,я психанул и швырнул ее в стену.

Стекло,разбившись,отлетело назад и кусок его практически отрезал мне палец,он болтался на коже.Перерезаны были нервы,сосуды.сухожилия,кровища…Надо было выходить на сцену,но меня повезли в больницу,потому что я бы истек кровью до смерти,а через неделю у меня была 8–часовая операция по реплантации пальца.Это был приступ гнева принца Винса.

ФРЕД САНДЕРС:Я обалдел,когда Винс швырнул эту гребаную горчицу в стену.Осколок очень сильно порезал ему руку.Винс сказал:Ну,я думаю,тур окончен.На что Никки возразил:Фиг–то,в этом туре занято 200 человек.Тур продолжился,но Винс неделю выступал в перчатках наподобие боксерских.Как я говорю,это часть нашей работы.

26 августа 1987

War Memorial,Рочестер,NY

Отель

2.15

Скучно.Иду спать.Город привидений.Ничего интересного ни по радио ни по телевизору,нет клубов,нет румсервиса.Даже бар закрыт.Полный сюрреализм.Наверно я умер в Нью–Йорке,и это ад Никки Сиккса.Неудачное время прекратить нюхать без перерыва….

Но в конце концов.я не порезал себе руку банкой от горчицы,ха–ха…

14.30

Официально заявляю,у меня психоз от пребывания взаперти.

Рано проснулись и поехали в прекрасную Утику(правда).У нас сегодня здесь концерт.(…..) Я первым отметил,как прекрасна эта сельская местность.Все зеленое.воздух чистый.Все выглядят словно ожившие персонажи с картин Нормана Роквела или с почтовых открыток.Собаки бегают виляя хвостами,белка взбирается на дерево со своей добычей(целым желудем).Я смотрел на облака,как они медленно плывут меняя форму с сердца на улыбающееся лицо.И в довершение всего,проехал грузовичок с мороженым,и оттуда фальшиво звучала детская песенка.За ним бежала вереница детей с воплями и криками:Мороженое!Мороженое!

Боже, помоги мне…я в аду.

P.S. Хорошая новость. Я сегодня наконец в телефонном разговоре с Ванити расставил все точки над И. Она просто проговорила ОК…никаких эмоций. Кажется ей действительно все равно–классно.

27 августа 1987

Отель Лендовер, Мэриленд

14.15

Вчера поздно вернулись после концерта в Утике.Отличное шоу,принимая во внимание белок и грузовички с мороженым.Только что проснулся.Надо бы заказать кофе и завтрак.Что бы мне сегодня поделать,дневничок?

Мне так скучно.Я чую неприятности.Спасибо,господи,за Хальцион…спал как убитый…

28 августа 1987

Кэпитал Центр, Лендовер,Мэриленд

Отель

2.00

Славно поразвлекся!Сходил в комнату где хранится инвентарь уборщиц,взял там около 20 мусорных ведер.Собрал в кучу все стулья,какие только нашел.Все спали или занимались своими делами в номерах.Я наклонно прислонил стулья к дверям и наполнив ведра всяким дерьмом типа воды,пива,бумаги и всякого мусора,установил их на стулья…

Побрызгал на каждую дверь лака для волос,поджег,постучал и…убежал.Так у каждой двери…лак,огонь,стук,лак,огонь,стук,и.т.д. и т.д.И когда каждый открывал дверь,он видел,что дверь горит и затем на него падало ведро и обливало помоями!ха–ха–ха…

Фред Сандерс трахал какую–то телку,он подошел к двери со стоящим хреном и ведро упало ему прямо туда.Он прибежал к моей двери и сказал:Сиккс,сука,иди сюда,я тебе сейчас жопу надеру!Я сказал:Пошел на хрен!Тогда он сорвал дверь с петель.Но как обычно он мне ничего не сделал,потому что увидел,до чего мне весело.

Я люблю Фреда,надеюсь у него получилось продолжить…уверен.что завтра я услышу об этом.

Кэпитал центр

Бэкстейдж

23.55

Группа играла сегодня очень плотно,все прошло по плану.Черт,я так люблю когда все так срастается…публика просто супер.

Делать тут нечего.Пойдем поищем какой–нибудь клуб с Томми и Фредом.Уверен,что у Фреда есть маленький козырь в рукаве.Если нет,то я знаю кое–кого из дальнобойщиков,которые говорили,что перевозят крелл.

P.S.Только что девушка я трахнулся с девушкой и потом она начала плакать и благодарить меня.Что за херня?

ФРЕД САНДЕРС: «Козырь в рукаве» была очень популярная среди нас в то время фраза.Мой друг подарил мне серебряный доллар 1888.Полый внутри.В него входил грамм кокаина.И я всегда насил его с собой.Надо было просто повернуть крышку и внутри был кокаин.Если мы были в клубе,Никки,Томми или Винс просто спрашивали меня про козырь в рукаве,если хотели занюхнуть.

Иногда мы приезжали в отель,заселялись и Никки с Томми начинали звонить мне в номер ночь напролет и доставать меня на предмет козыря в рукаве.Я говорил им:Перестаньте,ребята,у нас работа–часто это бывало интервью или автограф–сессия.Но они буквально затравливали меня.

29 августа 1987

Кэпитал Центр, Лендовер,Мэриленд

15.30

Только проснулся.Всю ночь нюхали кокс у меня в номере с Фредом и Томми,разговаривали,слушали музыку,выпивали.Чувствую себя сейчас дерьмово.Усталость и похмелье.Я все еще пьян.

30 августа 1987

Хэмптон Колизей

Хэмптон,Вирджиния

В самолете

01.00

Сегодня мы просто сосали.У всех было похмелье.Как мы можем вчера играть отлично,а сегодня сосать?Думаю,что,фаны.которые видели нас в Лендовере на обоих шоу,видели две разных группы.

Марс был упившись Марсада,у Винса к середине сета сел голос.Уверен,я был не лучше них.Ну конечно мы не так облажались как Аэросмит в свои нарко–времена,я имею в виду.что мы не забывали собственных песен.Мы просто теряли форму и темп или играли с усилием.Мы более металличны,Аэросмит больше ориентированы на драйв,и когда мы сосем,это звучит словно работающий с перебоями двигатель.Это чувствуется…как бы то ни было…

Хэмптон,Вирджиния

Отель

17.00

Надо остановиться.

Иногда меня даже не заботит,как пройдет шоу,а только–где взять наркотики?Кокаин,колеса,героин–по хую.Просто дайте чего–нибудь…Чувствую.что умираю и не знаю от чего.

31 августа 1987

Выходной

У нас за следующие 8 дней 6 концертов,и только потом выходной.

У меня депрессия…кажется этот тур будет длиться вечно.

НИККИ:Я смотрел на даты тура и думал,когда же это кончится?И когда это произойдет,что я буду делать дома?Это было очень бестолковое время.Я возмущался,что менеджмент отправляет нас в дорогу и потом им наплевать на нас.Томми и Винс – оба женаты – им трудно держаться.У меня все иначе.Я ни от чего не завишу.

Мы знали,что нужен перерыв,или мы сломаемся.Мы просили о перерыве и Док всегда отвечал нет.Я был еще неопытен и не понимал,что он просто постепенно разрушает группу.В конце концов,15 процентов от ничего,есть ничто,так наш менеджмент убивал гуся несущего золотые яйца.

ДОК МАКГИ:У меня всегда были проблемы с подобными аргументами Сиккса.Да,тур был для них слишком долгим,но только из–за того,как они себя в это время вели!Не забывайте,это были ребята 20 с небольшим лет,и работали они всего по 2 часа в день.А чито же должны говорить те,кто просыпается в 5 утра и кладет кирпичи,имея при этом всего 5 недель отпуска в год?Если Мотли и выматывались в турах.то только потому.что они обдалбывались наркотой.как полные идиоты.Не велика наука.

1 сентября 1987

Ричмонд,Колизей,Вирджиния

Бэкстейдж

19.55

У меня все тело изломано,руки в порезах и синяках,всё от попыток сломать бас во время каждого припева.На моем басу струны натянуты так высоко,что лады еле прожимаются.Мик говорит,что играть на нем,все–равно что играть на Высоковольтных проводах,натянутых на столб.Кстати,пора раздавить бутылочку виски и идти совершать мессу юности для умов Ричмонда.

2 сентября 1987

Цивик Центр

Отель Роаноук,Вирджиния,

14.30

Вчера прилетели с концерта в Ричмонде.Я хотел устроить какой–нибудь небольшой ад,нобыло слишком поздно и в этом отеле совершенно нечего делать.Я позвонил Фреду,но он сказал,что все спят и позвал меня к себе на козырь из рукава.Он нарезал несколько дорожек для меня и мы сидели слушали Merle Haggard,кажется я просто слишком устал.чтобы куда–то идти.Я вернулся к себе,заглянуть в телефонную книгу на предмет возможного собутыльника и…только что проснулся.Все еще в одежде…даже кокаин перестает со временем действовать.

Удивительно.что сон с человеком делает.Только что поставил Diamond Dogs Дэвида Боуи,один из лучших когда–либо записанных альбомов.

Надо завтрак заказать…пока.

5 сентября 1987

Alpine Valey,East Troy.

Отель

17.00

У нас было несколько выходных.Настолько бедных событиями.что я ничего не писал.Много спал…странно.(…..)через час концерт.Все билеты проданы.не знаю,кто с нами играет.Думаю это не имеет значения,потому что все придут смотреть нас.

P.S.Мик,блин,как игрушка для этой суки.Почему он все–время позволяет телкам водить себя за нос?Если она еще раз скажет про Бога,я ей дам в морду ее распятием.

ДОК МАКГИ:Мик был самым закрытым из Мотли,он был там боксерской грушей.На него было легко наезжать,потому что он был тихоней и никогда не давал сдачи.Мик просто хороший парень,который просто хочет быть счастливым,но никогда таковым не был.Когда Никки и Томми заряжались.они начинали задираться,и как только они видели Мика вместе с Эми они просто долбили их без остановки.И знаете, что было вершиной их отношений?Случай, когда Томми бегал голый по коридору в отеле в Огайо,а полиция прибыла в соседний номер и арестовала за это Мика.

6 сентября 1987

Отель

16.00

Находиться в туре с одной и той же разогревающей группой однажды так надоедает. Наверно,если бы это была группа.которая мне действительно нравится,а не эти гребаные Whitesnake,это было бы не так ужасно.Но когда мы были в туре вместе с Iron Maiden было еще хуже…Помню,как я слушал их за сценой и думал.что все их песни звучат совершенно коммерчески,быстро и все.Я правда не могу дождаться,когда к нам присоединятся Слэш и его ребята.

Лучшей разогревающей группой для меня были Chip Trick.Я есть и всегда буду самым большим поклонником Chip Trick…они самые классные ребята из всех.Сегодня у нас концерт…наверно я приду опоздаю,и не услышу Whitesnake.Грустно то,что мне нравится Руди Сарзо до смерти–может ему стоит перейти в Мотли,а мне отправиться в сумасшедший дом.

РИК НИЛЬСЕН:Motley Crue и Chip Trick ездили в туры по Америке и Европе.Все это вместе было ужасно. Ребята из Chip Trick никогда не были героинщиками,но пили и веселились они во всю.Иногда я видел,что с ними зависает Никки,и все не мог понять,что с ним.Я знал,когда он в жопу пьян,потому что и сам часто пил с ним.

7 сентября 1987

Отель

15.00

Сегодня еще один концерт,и я готов ехать домой.писать музыку.Я обхожусь без наркотиков,и знаю, что они прекрасно обходятся без меня.

Проснулся в 9 утра,по одной странной причине. Без остановки играю Desolation Boulevard группы Sweet …крутая вещь.Они продавались во всем мире как поп–группа,но так же как и Raspberries в душе были металлистами.Всем нам надо поучиться приемам у этих ребят.

Моя задача вывести группу на другой музыкальный уровень.Я считаю.что мы только поцарапали поверхность.Мы с Томми еще поговорим об этом…предвкушаю.Я хочу альбом номер 1 который достучится до ушей всего мира.

8 сентября 1987

Отель

17.00

Сегодня написал крутую песню.Все что мне для этого потребовалось–это слушать Whitesnake и точно понять чего НЕ следует делать.

Сегодня после шоу летим домой в ЛА.Спасибо,блин…что из этого выйдет?Я сменил номер телефона дома и поставил охраняемые ворота высотой 10 футов и забор вокруг дома.Я отгородился…

9 сентября 1987

Дома.

Вэн Найс

11.00

Как же хорошо поспать снова в своей постели.Cказать.что я украсил свое жилье,значит ничего не сказать.Ральф Лоурен,жатые бархатные покрывала,антикварные поделки из орехового дерева,горгульи,персидские ковры…всё 19 века.Боже.как я люблю этот дом,кроме воспоминаний,с ним связанных…но может они постепенно отступят.

Ворота и забор вокруг дома выглядят средневековыми…Мне нравится.Джон Робертс отлично поработал.

Только что звонил в офис,узнать свой новый номер телефона и говорит с Карен Дюмонт.Я сказал ей,что Ванити совершенно разрушила мой дом,пока я был в отъезде,она совершенно за собой не убирала.Карен сказала.что она могла бы приглядывать за моим домом,когда я снова поеду в тур.Я обещал ей подумать об этом,но между нами,она делает мне одолжение.Я всегда беспокоюсь,что какие–нибудь придурки влезут в мой дом,пока я в отъезде.

17.00

Только что разговаривал с Робином.Он предет на своем Феррари и мы отправимся в кино.Я сегодня катался на своем Харлее.Аккумулятор сдох и я соскочил с него на Valley Vista и пришел с ним по Ventura boulevard. Зашел а антикварный магазин и купил там сумасшедший набор столового серебра в коробке из орехового дерева.Вау…сейчас такого не делают.

КАРЕН ДЮМОНТ: Я работала в Нью–Йоркском офисе Рolygram’s и перешла в Лос–анджелесское отделение в 1986.Когда я переехала в ЛА,я всех и каждого просила поговорить с Мотли,потому что они были большой бедой.Они иногда забегали в офис ,чаще всех Никки,и в конце концов мы стали друзьями.

Никки просил меня приглядеть за его домом,пока они будут в Girls туре,потому что он был тогда с Ванити,и он боялся,что она не очень хорошо справляется с этим.Он предложил мне пожить у него,пока он в отъезде.чтобы я следила и за домом и за самой Ванити.Она была очень неблагонадежной,и многие ненавидели ее,но на самом деле,я думаю,что она совершенно нормальная.

10 сентября 1987

Вэн Найс

15.00

Какой смысл устанавливать высоченный забор вокруг дома,если люди торчат возле ворот и названивают в интерком,пока ты не ответишь?

Откуда люди знают,что я дома?

Не могу поверить,Джейсон звонил и звонил,пока я не подошел к телефону.Он сказал,что видел меня с байком на Ventura и хотел поздороваться,но я сменил номер телефона.Я сказал,что был в душе и перезвоню ему…

Ага,непременно.

11 сентября 1987

Вэн Найс

14.00

Не могу поверить.Ты тоже ни за что не поверишь.Я вернулся сегодня из магазина,и когда входил в дом, неизвестно откуда выскочила Ванити.Она напугала меня до жути.Глаза у нее были на лбу.Она орала:Если ты так ненавидишь меня,то ударь!

И затем попыталась выцарапать мне глаза.Я отходил назад,пока она не прижала меня в угол.

Когда она в 100–й раз повторила:Удврь меня,ударь меня,ударь меня.если ты меня ненавидишь,я ей вмазал.

Она грохнулась на деревянный пол.Я взял ее за волосы,подтащил к дверям,открыл их и вышвырнул ее прочь.Я выглянул наружу.У обочины был припаркован лимузин.Водитель вышел и спросил,все ли в порядке.Я спросил:Этот мусор Ваш?Он ответил утвердительно,тогда я попросил вывезти это с моей территории.Я нажал кнопку открывания ворот,и выкинул ее на улицу…

Ебнутая психованная сука!Я позвонил в полицию и сказал,что она ворвалась в мой дом и пыталась выдрать мне глаза,так что я просто защищался.Сейчас они уже выехали.Я напишу заявление,и добьюсь через суд запрещения для нее даже подходить к моему дому.

Блин,ад кромешный!

17.40

Я порвал номер телефона,который дал мне Джейсон,но гребаный ублюдок оставил теперь мне его в почтовом ящике–такое чувство,что все пытаются выцепить меня.

22.00

Сижу один,слушаю музыку.Меня все еще трясет после выходки Ванити.

Наверно сейчас пойду выкачу байк,надо бы прокатиться…Интересно,что делают ребята?

ТОММИ ЛИ:Я бывал у Никки много раз,когда там была Ванити.И всегда в это время случалась разная хрень.Ожнажды,помню,когда я там был,они жутко подрались и Никки выкинул в туалет кольцо то ли с 3–х ,то ли с 4–х каратным бриллиантом.

НИККИ:Ой,а я и забыл об этом.Хорошо,что Томми напомнил…Надо позвонить в страховую компанию.

(…..)

12 сентября 1987

Вэн Найс

23.45

Только что вернулся,обедал с Бобом.Мы ходили в маленький противный французский ресторанишко на Ventura Boulevard.В основном говорили о машинах,выпили бутылку хорошего вина,и все.Кажется,что я могу это контролировать.Ну хотя бы не перебирать я могу.Может я не так плох,как мне казалось…наконец–то я вроде пришел в норму.Спокойный был день.Я гулял по аллее.Я надел бейсболку и свитер…никто меня не узнал.Слушал Принса…много…и Томпсона Твинса…что за пидорасня?Надо послушать Hell Bent for Leather (Judas Priest),чтобы прийти в себя…

Я еще не принимал снотворное,чтобы заснуть.Сейчас зажгу свечи и залезу в кровать с книгой Роальда Даля…

БОБ МАЙКЛС:Мы с Никки ходили во французский ресторан на Ventura Boulevard.Единственной причиной тому было то,что там в баре была месячная норма на водку,и нам было интересно,насколько сильно мы можем набраться с мартини.Обычно все это заканчивалось тем,что мы выезжали на дорогу,в самый поток машин и выделывали там безумные маневры на огромной скорости.До отказа выворачивая руль и вдавливая в пол педаль газа.Мы ездили не разбирая дороги и это чудо.что мы не разбились.Нам даже в голову не приходило,что это может случиться.Никки так набирался,что казался сам себе нерпикосновенным.

13 сентября 1987

Вэн Найс

18.30

Дорогой дневник,я такой неудачник.Я отстойный врун.Чувствую себя отвратительно.Мне так стыдно…Я вчера обдолбался.Нет,не просто обдолбался,опять до безумия.Опять все закончилось тем,что я сидел в чулане и закидывался коксом.Мне было так классно,я просто в тупике.Не думал,что все так запущено.Казалось,что могу контролировать себя…

P.S.Только что проснулся.Чувствую себя так плохо,что даже есть не могу.Может быть если я попробую еще раз уснуть,это окажется просто ночным кошмаром…

Почему я позволяю этому заходить так далеко?Я сам себя делаю больным…на самом деле.

14 сентября 1987

Вэн Найс

14.00

Только что звонили из офиса.Карен сказала.что мне звонил Саша,он в ЛА и интересуется,не нужен ли мне лимузин(кодовое слово для обозначения героина?)

Почему бы нет?

P.S.Полагаю,что никто не знает,на что способен Саша ради денег.

19.00

Саша приехал–он на самом деле при лимузине.Он перенес сюда свой бизнес…говорит,Нью–Йорк слишком безумен.Я сказал ему,что я чист,но срывался на кокс,и сейчас чувствую себя плохо.Мы поговорили о контроле.Он сказал,что если я хочу, чтобы он помог мне контролировать себя, он может мне помочь. Я согласился–если не будет кокаина, я буду в полном порядке. Это из за него, и только из за него я заканчиваю вечер спрятавшись в чулан.

Саша на самом деле классный парень.Джейсон просто гребаный эгоманьяк–как может дилер иметь такое большое эго?Он всегда тормозит с товаром или со связью,если мне надо купить.Саша дал мне номер Абдула,своего прямого дилера,потому что ему надо по делам в Нью–Йорк,забрать одежду и мебель и перевезти сюда.Он больше не торгует кокаином,по его словам,люби связанные с этим очень странные.Мне ли не знать…

Взял мексиканской смолы(сорт героина,почти черный),я буду его просто курить пока не поедем снова в тур.Если делать это один раз в день,это как выпить в полдень пива.

Я позвонил Джейсону и сказал,что заявлю на него в полицию,если он еще ко мне припрется.Он обосрался.Вот теперь я больше не привязан к кокаину,(благодарение Богу)

…Я теперь ебнешься как защищен.

Пойду посражаюсь с драконом,попишу музыку,покатаюсь на байке…конец еще одного дня жизни…

15 сентября 1987

Вэн Найс

17.00

Несколько часов назад,когда я проверял почту,подъехала в лимузине Ванити, Первые слова,которые она произнесла оттуда были о том,как сильно она сожалеет о произошедшем.Она выглядела гораздо лучше,чем в прошлый раз.Я позволил ей войти.Дал ей мой новый номер телефона,и сказал,что мы можем остаться друзьями.Этот путь лучше того.

22.00

Ванити позвонила и сказала,что хочет зайти посмотреть кино.Какого черта–опять неприятности?

16 сентября 1987

Дома

07.00

Ванити только что уехала за порошком.Она вчера приехала,мы выпили,и она спросила не хочу ли я принять.Господи,как здорово это звучит–мы нюхали кокс всю ночь,пока он не кончился.Я сказал ей,что у меня есть деньги в сейфе,она села в мой джип и уехала взять еще.Да,я сказал,что больше не буду,но я же не ширяюсь и не подсаживаюсь.Я просто покайфую еще до полудня,а потом лягу спать…звонок в ворота,вернусь…

Круто,в винный завезли Кристал(дорогущее шампанское Roederer Cristal)-ужасно хочется выпить.Я в напряжении.Бегу от всего.Нет ничего хуже бегства.Собираюсь позвонить Абдулу,взять немного смолы.

День

Абдул привез четыре грамма,но Ванити нет нигде в пределах видимости.Сука гребаная!Она просто сперла мои деньги.Пойду в постель…блин,так обосраться…думая,что получал удовольствие.

23.00

Только что позвонила Ванити,она возвращается.Сказала,что ждала,пока привезут,а моего нового номера у нее с собой не было.Сказала,что сожалеет…я мудак или как?!

Хорошо,что мне есть куда все это записать…иначе я был бы один со своими голосами в голове…

17 сентября 1987

Вэн Найс

17.00

Только что говорил по телефону с Карен.Сказал ей,что завтра я уезжаю и попромил ее приглядеть за моим домом.Оставлю ей ключ под под горгульей перед дверью.Я еще не спал,но думаю,что все будет в порядке.Я знаю.что если бы я сказал ей правду,она бы отказалась,и я не могу доверять Ванити приходить сюда и сходить тут с ума.Я спрятал все мои нарко–принадлежности в сейф за зеркалом в спальне.О его существовании не знает никто.Там есть поворачивающийся кирпич,и в прошлом году я сделал там сейф.

В комнате для гостей были постелены новые простыни,я зашел туда…фу!как будто кошки нассали…спасибо,Слэш!Не очень хорошее начало для пребывания здесь Карен.Я только надеюсь,это не до матраса.Может чем–нибудь побрызгать…

Не могу поверить,что я зависал всю ночь с Ванити.Закончилось как всегда…около 8 утра я вышвырнул ее.Она начала шизовать и рассказывать мне о Боге.Также,я забыл,что купил Виски и отправил его на воспитание!Через 2 дня его привезут…надеюсь для Карен это не будет слишком.Возвращаюсь в постель до завтрашнего утра.

КАРЕН ДЮМОНТ:Когда я вошла в дом Никки,моим единственным условием было,чтобы он не принимал наркотики,пока я там,потому что я этого не выдержу.Я понятия не имею.как вести себя с наркоманами.Док и Дуг обрадовались тому.что я там буду,потому что Никки ко мне хорошо относился и они надеялись.что я буду влиять на него положительно.Помню,как я подошла к своей кровати,которая пахла мочой,и Никки сказал,что это сделал Слэш.Он не пожелал покупать другую кровать и я спала на диване в маленькой комнатке.

(…..)

18 сентября 1987

Выходной

Уезжаю из дома на лимузине

08.00

Чувствую себя совершенно опустошенным.Я в лимузине…я не хочу возвращаться к этой жизни никогда.Как хорошо снова уехать в тур.У миеня не было времени утром.чтобы собраться,поэтому я так и поехал с той же грязной одеждой с прошлого тура.

Почему так получается,как только я нахожу точку опоры,я снова съезжаю и падаю в дерьмо?Я окружен этими уродами…они везде меня находят,охотятся за мной,находят меня и пытаются убить.Я ненавижу наркотики,но я не могу остановиться.Когда мы вернемся из тура в декабре,я пойду в реабилитационную клинику(Надо сказать Бобу Тиммонсу,чтобы подготовил мне комнату там на 2–е января).Я продам дом и уеду…сегодня я молился Богу.

Неужели я снова курил крэк?

Неужели я снова поверил Ванити?

Не могу поверить,что я правда думал,что можно просто баловаться героином.

Надеюсь,что не впаду в сильную зависимость.

(…..)

Не могу поверить,что мне поможет лечение в клинике.

Не могу поверить,что я молился Богу.

НИККИ:Броня начала трещать.Я вижу сквозь строчки моего дневника,что искал дорогу в зыбучих песках.Может я надеялся,что кто–то наконец бросит мне веревку.Сначала я думал,что я ее поймаю.Читаю это сейчас,и вижу,что я кричал о помощи.Видимо недостаточно громко.

19 сентября 1987

Бэкстейдж

Около полуночи

Первое шоу позади…чувак,это круто,быть снова в туре.Как здорово увидеть всех этих ребят.Неважно.какие разногласия бывают между нами,в конечном счете я знаю,им есть до меня дело.Они ничего не хотят от меня.Они не пытаются меня убить(что я об этом знаю–ха–ха)…

Сегодняшнее шоу показалось мне 3–х часовым сетом.Я после первой же песни стал исходить токсичным потом.Казалось,что все наркотики и алкоголь выходят из меня через поры.Я даже не сделал ни одного глотка на сцене…

Господи,я ненавижу ЛА…или нет,не так,я ненавижу людей,которых притягиваю к себе в ЛА…

20 сентября 1987

Отель,Индианаполис

День

Не могу поверить.что мы снова в Инди,мы играли здесь всего 2 месяца назад.Проявление жадности Дока.В других местах полно фанов Мотли,но он предпочитает ехать туда,где легче делать деньги и не помогает нам обретать новых фанатов в новых городах(или странах).Между нами,я думаю,нам нужен новый менеджер.Этот чувак не любит нас,он любит только наши деньги.Его никогда нет ни с нами ни в офисе.Скаждым днем он все больше напоминает мне рекорд–лейбл…он делает минимум работы и забирает все кредиты.Он просто швыряет их в стену и смотрит–прилипнет или нет.Если прилипнет–круто,если нет–виноваты мы.

АЛЛЕН КОВАЧ:Я был менеджером Мотли с конца 90–х и как бы мне ни хотелось избежать критики моих предшественников,я должен признать,что они просто следовали за деньгами.(…..)

22 сентября 1987

Отель,Тулса,Оклахома

14.20

Рич Фишер решил заказать вертолет и на нем хочет отвезти всех в ресторан,на большой обед.Я сказал,что тоже хочу,но не могу.Мне трудно находиться среди людей.Я лучше останусь здесь.Мне так некомфортно в моей коже.Это преследует меня уже 5 лет–чем круче мы становимся,тем несчастнее я себя чувствую…

P.S.Только что звонил Бобу Тиммонсу…попал на его автоответчик.

БОБ ТИММОНС:Никки периодически звонил мне во время тура Girls,просил о помощи,но никогда не принимал ее.Он маскировал свою депрессию агрессивным поведением.Ему казалось,что сейчас,когда он популярен,люди общаются с ним только из за его славы,а сам он никому не нужен,он лечил боль,которую чувствовал от этого наркотиками.Мотли Крю жили в нереальном мире.Я помню,как в начале тура за сцену к ним пришел Дэвид Ли Рот,кинул на стол унцию кокаина и сказал:Эй,ребят,давайте!Это была их позиция:Мы рок–звезды,и делаем то,что нам нравится.

23 сентября 1987

Отель,Тусла

17.00

Я чувствую себя хрупким,мне больно и некомфортно находиться в собственной коже.Что происходит,почему вместе с героином уходит ощущение комфорта?Я пью больше чем раньше в турах,пытаясь вернуть это ощущение комфорта.Ненавижу признавать это,но может быть я совсем не тот,за кого себя принимаю.Я чувствую себя хрупким и слабым,и я хочу быть на вершине этого мира.Опять я начал понемногу…

Боб Тиммонс перезвонил,но я не захотел с ним разговаривать.

24 сентября 1987

В самолете

01.00

Сегодня шоу было тяжелой работой.Сидим,готовы к вылету в Даллас.Фред злится на меня(и даже не хочет этого признавать),потому что сегодня перед началом шоу я спрятался в ящик сбоку от сцены ,пока играли вступление к Stripper.Фред носился в панике,и никак не мог меня найти.Он кричал,чтобы остановили запись…ха–ха–ха…я выскочил как–раз,когда надо было начать играть.Когда я взглянул в его сторону,он стоял белый как привидение.Я улыбнулся,но он только покачал головой…

Фред Сандерс:Никки вечно выделывал подобную херню.Чем больше раскручивались Мотли,тем в большее дерьмо он превращался.Он вечно отставал и его надо было ждать,потому что он мог себе это позволить.Перед шоу группа обычно делала,как мы это называли ПКП–предконцертное пись–пись.И если Томми,Мику и Винсу для этого был нуже туалет,то Никки мог просто вывалить хер и налить где угодно.В проходе,сбоку сцены.Очаровательно,не правда ли?

25 сентября 1987

Отель,Даллас

13.45

С нетерпением жду сегодняшнего и завтрашнего шоу.Я люблю Техас.Собираюсь быть хорошим…может пойду потренируюсь,музыку попишу.Собираюсь на саундчек…увидимся после шоу…Я никуда не деваюсь.

Д А Л Л А С = Н Е П Р И Я Т Н О С Т И

26 сентября 1987

Отель

16.30

Вчера было сумасшествие.Это было еще одно офигительное шоу…как обычно,Даллас–это круто.Мы шли сквозь сет как Годзилла(или Крю–зилла).Потом поехали в лучший стрип–клуб города.Девушки вешались на нас…блондинки,брюнетки,рыжие.всюду 100–долларовые купюры.Один только я потратил около 5 000.Думаю все вместе – около 25 000 – черт возьми,какой кайф.

Потом в какой–то момент у меня вырубило память.Я пытался занюхивать зомби–пыль,но кажется это лучшее.что я про себя помню.Мик и Эми вернулись к себе в номер(естественно),а Донна МакДэниелс поехала с нами.Когда я проснулся,то обнаружил на лампе трусы.И ее туфли на другом конце кровати.Я помню.что она заходила ко мне в номер,нюхнуть,но это все что я помню.

Господи,надеюсь,я ее не трахнул.Можешь себе представить,если я сделал то,за что кручу Мику все это время яйца?

Т Е Л К И = Н Е П Р И Я Т Н О С Т И

Еду на концерт…зверское похмелье…

Бэкстейдж

19.30

Все хлопают меня по щеке,ржут и спрашивают,трахнул ли я Донну.О,Господи.Я видел ее,она просто обняла меня и сказала,что ей было хорошо прошлой ночью.Но она не спросила ни про трусы ни про туфли.Что бы это значило?

Пора наносить боевую раскраску.Сегодня проведем ночь в Далласе.После шоу я иду прямо в свой номер.

23.45

Сегодня после шоу пулей в лимузин–оттуда прямиком в свой номер.Смотрел документальный фильм про Гитлера и Еву Браун,о том,как они употребляли наркотики…ОК,это был намек.

27 сентября 1987

Выходной

Отель,Даллас

15.35

Только что постучали в дверь.Я глянул в глазок и увидел двух охуительных блондинок.Они сказали:Привет,Никки!

Я ответил:Вы ошиблись номером.Они рассмеялись,и сказали:Да ладно тебе,Никки.мы знаем,что это ты,Я повторил,что они ошиблись дверью,тогда одна из них сказала:Нет,Никки,мы не ошиблись,мы вчера провели здесь ночь,и я забыла у тебя мои туфли.

Тогда я открыл дверь и сказал,что плохо себя чувствую.Они разочаровались:А мы думали,что может ты хочешь повторить.Мы отлично повеселились!Я сказал,что я тоже,отдал им трусы и туфли и добавил,что если бы чувствовал себя нормально,то можно было бы и повторить.Одна из них сказала:Спасибо,но это не мои трусы,ее подруга тоже их не признала…О,Боже.

14.00

Скоро вылетаем в Денвер.Робин Кросби приедет на несколько дней,а потом в Солт Лейк приедет дед.

Отель ,Денвер

22.45

Только что приехали в отель.Мило,внизу есть спа,пожалуй воспользуюсь.Попросил Рича пригласить доктора…надо поставить мне капельниуцу…ежемесячный поддерживающий курс пенициллина.

Робин приезжает завтра утром.У нас комнаты смежные.Как в старые добрые времена.когда мы были соседями.Черт,клево тогда было!Ratt только раскручивались,Мотли тоже.Мы называли его King,он был такой огромный.Никто не мог поколотить его,но я всегда пытался сделать это,ха–ха.Каждый день мы ходили в кафе около нашего дома,потому что у нас даже не было холодильника,и говорили часами.Я люблю его.Он боролся с зависимостью,говорит,что чистый сейчас…только выпивает.

Плей–лист на сегодня:

Aerosmith–Get Your Wings

Aerosmith–Draw The Line

Aerosmith–first album

Aerosmith–Rocks

Спокойной ночи.

НИККИ: Aerosmith были в туре в поддержку альбома Permanent Vacation одновременно с нашим Girls–туром.Иногда мы приземлялись в одном аэропорту,но ни разу не видели друг друга в лицо.Только самолеты друг друга.Однажды Стивен и Джо оставили записку на стекле нашего самолета,как оставляют билет на стекле машины,когда паркуешься в неположенном месте.Там говорилось,чтобы мы берегли себя,потому что путь,который мы выбрали,был гибельным для них.Мы только посмеялись,но интересно,что мне было стыдно написать об этом в своем дневнике…потому что они были правы.

P.S.Никогда не знал,что лучше–Aerosmith–s Like A Lady про Винса или Dire Straits–Money For Nothing(and Chicks for Free) про Мотли.

28 сентября 1987

Отель,Денвер

День

Кинг здесь,ура!Он рассказывал ужасные истории про свою группу.Он ненавидит их.Блотцер ужасный уебок,каким был и раньше,Перси думает,что он рок–звезда(Чувак,ты играешь в Ratt,ты не Стивен Тайлер и не Джаггер).Думаю,все группы одинаковы.

Так странно видеть Кинга настолько потолстевшим.Он прибавил фунтов 50.Похоже он и правда не употребляет наркотики.Каждый раз,как я бросаю,я начинаю толстеть.И всегда говорю,что не знаю.что хуже–быть наркоманом или жирным.

Кстати,пора заказать поесть…

29 сентября 1987

Отель,Денвер

04.45

Вчера был отличный концерт.Кинг сказал,что мы так играли,что он просто улетел.Там были лучшие девушки Денвера(а как насчет стриптизерш и рок–звезд,кстати?)мы взяли их с собой в отель.Заказали еще один номер на имя Джастин Кейс и запустили их всех туда.Пришли Томми и Винс,мы притащили музыку,заказали в рум–сервисе 8 бутылок шампанского,две бутылки Джека и гору еды.Все завалили туда,врубили музыку,девушки танцевали,потом все разобрали девушек и разошлись по своим номерам.Сейчас девушки ушли…собираюсь спать…отличный день.

В целости и сохранности 3 Мотли и один Рэтт.

P.S.Кингу очень понравились Whitesnake.Он сказал,что я просто гребаный панк,и не люблю их потому,что они действительно умеют играть.Я дал ему по шее ,он припечатал меня к стене(больно,бля!) потом мы оба начали смеяться.

ФРЕД САНДЕРС:Никки и Робин имели очень специфические отношения.Оба были здоровенными парнями–Робин — 6 футов,4 дюйма,и когда Мотли и Рэтт вместе начинали работать в Голливуде,они вместе ходили по клубам.Нарко приятелями они были тоже,вместе обдалбывались.Они все время соперничали,но Никки всегда был более вменяем и обычно убеждал Робина делать то, что он хотел.Если у Робина случалась депрессия,то Никки просто расцветал на этом.Если он видел кого–то слабее себя,то то для него это было как для акулы почувствовать кровь в воде.

НИККИ:Я скучаю по Робину и часто о нем думаю.Первый раз я попробовал героин с приятелем Кинга Smog Vomit из группы Tex and the Horseheads.Когда я подсел на героин,Кинг опустился еще ниже меня.Он все потерял и оказался бездомным,разведенным банкротом.В конце концов он заразился СПИДом через грязные иглы от приятелей в ЛА и я потерял одного из моих лучших друзей в мире.Но не СПИД был причиной нашего отдаления друг от друга(кому из нас было до этого дело)-это был героин.Он слишком изменился.и я вычеркнул его из моей жизни.

Я позволил ему остаться у меня в доме в 1990,при условии.что он понимает.что здесь нельзя употреблять наркотики.У меня были маленькие дети,я был чист и трезв.Однажды,когда его не было дома,я зашел в гостевую комнату и увидел там мятый бумажный коричневый пакет.Это выглядело таким знакомым,я заглянул туда и увидел иглы,ложки и весь обычный набор,который мы использовали.чтобы себя убивать.Я попросил его уйти.Это был грустный день для нас обоих.Я помню,как плакал.когда он уехал.Больше я его не видел.

Через несколько недель он позвонил и спросил взаймы 10 000,чтобы расплатиться с долгами и встать на ноги.Я сказал,что любил его,он был одним из моих лучших друзей,но так как я сам бывший наркоман,я знал,куда пойдут эти деньги,они убьют его ,а не спасут.Я сказал,что если он продержится без наркоты 90 дней,я дам ему деньги мгновенно.Он послал меня на хрен и повесил трубку.Это разбило мне сердце,потому что я знал,он не хотел этого говорить.Я был так убит,что даже не пошел на его похороны.До сих пор чувствую свою вину перед ним,словно я мог сделать для него больше.

РОСС ХЭЛФИН:Робин был не таким сильным человеком как Никки,он не смог сопротивляться наркотикам как Никки,Помню.как однажды я шел по улице в ДА и увидел,что Робин сидит на дороге и попрошайничает.Была ужасная жара,но он белый как полотно и ноги у него были синие и в мурашках.Робин подхватил ВИЧ–инфекцию через иглы и умер от СПИДа.

11.40

Только что звонил Дуг.Я сказал ему,что Док доживает свои последние дни с группой.Он сказал мне.что псих, мы бы подрались,если бы могли.Дуг селкая сошка,мальчик –поденщик,а Док держит нас всех(и Дуга тоже).Он никогда не разделял наших идей и взглядов.Он нужен для того.чтобы манипулировать звукозаписывающей компанией,претворять в жизнь наши идеи,а он так занят тем,что хвастается,тратит деньги и играет в гольф,что не видит будущего.Ну,зато я вижу будущее ясно,и его там нет.Я даю ему 6 месяцев…подумать.Мне нужен менеджер.который вовлеченный в технологию и маркетинг…может такого не существует?Может я много хочу от менеджера?

Люди считают,что я просто хочу всеми командовать,а я просто хочу лучшего для нас.Я хочу,чтобы мы были лучшей группой в мире,я хочу нарушить все правила.И я чувствую.что если не сделать этого,мы ничем не будем отличаться от других сраных групп.

ОК,хватит с меня…пойду прыгну к Кингу на кровать и разбужу его ленивую задницу(и убегу…)

АЛЛЕН КОВАЧ:Впервые я встретил Никки в 1985–м,когда он был с Литой Форд,он был тогда злобным панком,который не желал признавать существование чьего–то еще мнение.Но он мне нравился,он был человеком,за взглядом и улыбкой которого угадывался характер,который хотел понять бизнес,по мере того,как он рос как артист.Я хотел быть менеджером Мотли,и позже я стал им,потому что оба,и Никки и Томми были богаты и хотели учиться.

30 сентября 1987

Солт Лейк

В самолете

14.30

Кинг посмотрел на меня и сказал,Вау,а это не херня…ха–ха…я велел стюардессе принести ему дорожку на серебряной тарелке,и персонально для него бутылку шампанского.Свежие такос и чипсы для всех.кроме Винса,у него был его обычный сэндвич с тунцом.Шоу сегодня было отличным,только высота над уровнем моря тут убийственная.И не важно,насколько ты в хорошей форме.Мик предложил Кингу сыграть джем с нами в Солт Лейк…это было бы здорово. Завтра приезжает Том…через час прилетим.Сегодня я счастлив.

Отель,Солт Лейк Сити

12.30

Сегодня приедет Том.Со мной будут Кинг и дед.Словно отец и брат,которого у меня никогда не было.Девушки в Солт Лейк Сити так прекрасны.Это город сдержанных людей,выросших под железным кулаком религиозного воспитания и сексуальных репрессий.Так что,скажу тебе,дневник,что же за блядский беспредел получится от Мотли Крю и мормонских девушек?

После шоу улетаю в ЛА на самолете Мотли и не знаю почему.Мне нужна девушка,хорошая,нормальная девушка…где она?Может я встречу ее сегодня…

1 октября 1987

Выходной

Вэн Найс,день

Дом,милый дом…только проснулся.Прошлой ночью прилетел из Солт Лэйк…И Робин с нами,а Томми остался и приедет потом на машине.Полет был мягким,небеса прекрасными.Когда самолет наклонился влево,стали видны звезды,так ясно,что мы даже заметили падающую звезду.Затем поворот направо,и в поле зрения появился край земли со светящимися точками огней пригорода ЛА.Похоже не электрифицированную гробницу…Я иногда думаю,а смогу ли я вырваться оттуда живым…

Карен уехала к друзьям на время моего пребывания дома.Сказала,что неловко себя чувствует,оставаясь тут в моем присутствии,а мне бы хотелось.чтобы она была где–то здесь.Может я бы не так сходил с ума…

13.30

У Абдула есть друг,который продает крэк.Я заказал унцию готового,скоро принесет.

У меня депрессия,и я не знаю почему.Не могу покинуть это место внутри себя.Не могу избавиться от этого.От наркотиков лучше,от них же и хуже.Каждый раз, начиная хотеть остановиться,я начинаю хотеть наркоты еще сильнее…

15.45

О,Боже–как только я получил свой крэк и курнул,я думал у меня сердце выскочит из груди.Дом вдруг заходил ходуном,закачался,всё дерьмо посыпалось со стен.Меня швырнуло на землю,и тут до меня дошло,что это,блин,землетрясение.

Я не знал,что делать,поэтому выбежал на улицу,с трубкой в руке,и дверь захлопнулась за моей спиной.И я как был,голый,побежал вокруг дома,разбил окно,чтобы попасть в дом.Сработала сигнализация,позвонили из охранного агентства.В такие дни лучше бы я вообще не вылезал из постели…

17.00

Только я дал еще одну трубку–новый толчок.Думаю,сердце у меня точно не выдержит…Принял несколько таблеток,и начал успокаиваться.У нас концерт в Сан–Диего,и не надо бы мне больше кокса.Сейчас поиграю на гитаре и – в кровать.

ЙЭН ГИТТИНС:Землетрясение в ЛА 1 октября 1987 года было 5,9 баллов по шкале Рихтера.Погибло 8 человек,многие были ранены,2.200 человек остались без дома,общее число пострадавших–10.000.А Никки Сиккс бегал голым с трубкой крэка в руке.

2 октября 1987

Сан–Диего,Sports Arena

Вэн Найс

10.00

Вау,только проснулся.Спал 16 часов.Ужасно голоден,кажется я вчера вообще ничего не ел.Сейчас по быстрому сгоняю на байке за мексикнской едой,а то скоро уже выезжать в Сан–Диего.

Мне приснилось,что я ребенок.Я смеялся,я играл со своим отцом.Был абсолютно счастлив,как вдруг все это растворилось прямо перед моими глазами.И вот я уже один посреди улицы,ищу его как безумный…как часто у меня внутри возникает это чувство.

12.30

Поеду в Сан–Диего с Робином.Ему по пути.Каждый раз,оказавшись в его Феррари,я начинаю подумывать,а не купить ли мне тоже…нет,что однажды и я буду водить такую.

3 октября 1987

Выходной

Вэн–Найс

13.10

Впереди несколько выходных.Классное шоу получилось в Сан–Диего,пришло много народу из ЛА.Легче в Сан–Диего сказать :Привет и пожать руку,чем в ЛА…там вечно как в зоопарке.Кто–то сказал,что здесь находится представитель звукозаписывающей компании,но никто из группы не захотел с ним разговаривать.Пошли они…

Собираюсь пойти в кино с Бобом.Мне нужна одна нормальная ночь…я переполнен собой.Даже писать в дневнике скучно,потому что тут всё про меня.

4 октября 1987

Выходной

Вэн–Найс

10.30

Был вчера в кино с Бобом,вернулся домой,поиграл до часу на гитаре.Никаких визитеров,никто не звонит,не ночь,а совершенство…написал несколько по–настоящему крутых песен…

День

Надо забрать машины из мойки.На улице так хорошо,можно на солнышке полежать.Может Рикки зайдет,и Пит…говорил со Слэшем,он так рад,что его группа поедет с нами в тур.

6 октября 1987

Гранд Вестерн Форум,ЛА

10.15

Сидеть во дворе,пить кофе и играть на гитаре…что за прекрасный день для меня в ЛА.Сегодня я счастлив.В такие дни я много размышляю…кажется.что вся жизнь до этого момента была только сном.Вчера был еще один день здоровья.Проблема у меня в том,что,когда я без наркотиков и алкоголя,всё прекрасно до тех пор,пока мне не станет скучно.Потому что тогда маленький демон в моей голове говорит:Давай,чуть–чуть…и я теряю контроль.

У этого пути есть конец.Я только не знаю где он.

14.00

Поеду в Форум на Харлее.Выдвинусь пораньше и проеду через пляж.Нельзя придумать ничего лучше,чем проехаться по побережью на первое из двух шоу в своем городе,на которые к тому же все билеты проданы.В голове снова и снова проносится Memory Hotel Роллингов…

15.30

Сижу на обочине,смотрю на океан.Я рад,что со мной мой дневник.Если сейчас не очтановиться и не записать свои ощущения,потом их просто не воспроизвести и не вспомнить.

Я знаю,она здесь,подруга души моей.Конечно,говорят,что когда ищишь,никогда не находишь.Но сейчас я просто смотрю на огромные катящиеся волны и понимаю,как я мал.

Ну поеду пожалуй,а то опоздаю еще на собственный концерт…ха–ха…

19.30

Бэкстейдж…Только что вышел из полицейской машины.Я уже подъезжал,когда меня тормознул полицейский.Я сказал ему.что у меня сейчас здесь концерт,а он ответил.что ему по фигу.Я превысил скорость, и он пожелал увидеть мои права.Я сказал ему,что у меня их нет,он пообещал отправить меня за решетку.Я сказал,что если через час я не буду на сцене,то начнутся общественные беспорядки,а он опять ответил.что ему по фигу.Ну я послал его на хрен и он меня арестовал…

Приехал Док,переговорил с копами,я извинился.Как же деморализует необходимость извиняться перед этими мудаками,но я таки выговорил это «Я сожалею».Уверен,он хотел бы надрать мне задницу,как это бывало когда–то давно…

Ну я готов…время глотнуть вискаря,перед тем как взорвать мозг жителям ЛА…сегодня и завтра…

7 октября 1987

Нет записи.

8 октября 1987

Long Beach

11.45

Вчера был кошмар…возможно худший день в моей жизни,с тех пор как не стало Ноны.

Ванити появилась у меня после первого шоу.Не с пустыми руками.И я торчал всю ночь,и потом весь день до самого концерта…за мной прислали машину,и когда я приехал,я был вообще никакой,даже говорить не мог.Я спрятался в гримерке,и сидел там,боясь,что сердце выскочит раньше,чем мне надо будет выходить.Вынюхал четверть грамма,только чтобы выйти на сцену.Я правда,думал,что умру вчера.Что со мной?Почему я не могу сказать наркотикам НЕТ?Они преследуют меня…или охотятся за мной…

P.S.Я должен быть самым счастливым человеком на свете.Мои мечты сбылись.Я должен остановиться,это убивает меня.Наркотики убивают меня.Ванити убивает меня….а может я уже мертв?Еще один год я не выдержу.Я знаю это.

НИККИ:Это было начало конца.Я знал,что быть мне либо трезвым,либо мертвым.Я знаю как умирают.У меня было много передозов и приступов,я понимал,где проходит граница,и чувствовал,что нахожусь в дюйме от того,чтобы ее пересечь.Умереть было просто…а вот жить…

9 октября 1987

Выходной

Вэн–Найс

19.00

Весь день прятался под одеялом.Не хотелось отвечать на телефонные звонки.Никакого телевизора и музыки,только я и пушкарядом на столе…кажется говорившая со мной тихим шепотом.Я знаю,это кажется театральным,но ты не в моей голове.Кажется мне пора в дурдом…я знаю,это зависит только от того,когда я умру.Вопрос КАК больше не стоит.Только КОГДА.

10 октября 1987

Вэн Найс

16.00

Не спал 48 часов.Как я буду выступать…Я и пишу–то с трудом…руки так сильно дрожат.Я все время слышу голоса,как только начинаю берусь за трубку,иду посмотреть кто там,но никого нет.Опять потерян контроль.Мне нужен героин,чтобы решить эту проблему,а никого нет…все что у меня есть–кокс.Ни бухла,ничего…даже ни одной гребаной таблетки.Я не отвечаю на телефонные звонки и не подхожу к двери.Посто не могу.Паранойя…Не могу видеть людей.Блин…что мне делать?Там полный стадион народа ждет,а я тут подыхаю и всем похую.Впрочем мне тоже.Надеюсь,что я умру.Пойду приму горячий душ и лягу в кровать.Может и усну…да…я просто жесть как вымотан…

11 октября 1987

Вэн Найс

14.30

Вчера дошел до ручки.Не спал несколько дней,и поимел сбой в работе базы данных,короче,я пропустил самолет Мотли.На самом деле я не подал виду,я никогда не показываю таких вещей.Док послал самолет за мной,чтобы привезти меня в Окленд.А я был такой обдолбанный,что казалось,сейчас у меня инфаркт будет.

Когда я все–таки прибыл,вся группа интересовалась,не вмазанный ли я…просили руки показать.Слава Богу я только крэк курил…никаких следов,кроме безумия.Отыграв шоу,я сразу смотался домой.Все злятся на меня,и знаете что?Пошли они на хрен!Я болен от них!В довершение ко всему этому дерьму,меня добивает мой желудок.Каждый раз,как иду в туалет–следы крови.Это каждый раз бывает,когда я пью слишком много или злоупотребляю наркотой.Наверно вместе с дерьмом из кишечника кровь выходит.Проблема в том,что я почти не пью сейчас…может это уже выходят мои внутренности?

ТОММИ ЛИ:Стадион Окленд,это место,где мы поняли,что дела Никки ни к черту.Когда он не прилетел,мы все взбесились.Потому что,твою мать,мы играем не в клубе,а на стадионе сегодня!Это будет худшее из отмененных шоу.

Сиккс прилетел позже,и когда он появился,выглядел ужасно–серая тень.Мы попросили его показать руки,и конечно там были следы!Но мы никогда не заходили так далеко,чтобы просить Никки покинуть группу.Правда заключалась в том,что все мы употребляли разное дерьмо,так чего на него яйца выкатывать?

ВИНС НИЛ:Играть на стадионе в Окленде–это очень круто,и тут Никки,который всей этой херней чуть не сорвал выступление.От нас зависит много людей,и когда появился Никки,я не думал,что он в состоянии выйти на сцену.Но он отыграл как–то,до сих пор не пойму как.

Вэн Найс

16.00

Я забыл описать еще одну из моих маленьких дурацких неприятностей.Прошлой ночью я упал и ударился затылком о камин в спальне,я вспомнил об этом только потому что голова до сих пор болит.Мой желудок и голова убьют меня.

Чувствую себя так,будто гнию морально и физически.Прошлой ночью играл на гитаре,и до того я был обдолбан,что еле–еле мог взять аккорд.Обезболивающие,виски и кокаин…какая прекрасная жизнь,правда?

Сегодня вернулась Карен.Я открыл ей дверь,и все,что я смог ей сказать,это :Привет,и убежать обратно в свою комнату.Она должна была заметить,как я болен.

КАРЕН ДЮМОНТ:Я всего несколько дней была в доме,когда там был Никки,но иногда я видела,что у него потрепанный вид.Он был достаточно глуп,чтобы сообщать мне,что ему бы хотелось одного–закрыть дверь спальни,пойти в чулан и там принять наркотик.Он был столь подвержен своей паранойе,что все двери в доме должны были закрываться,но я настояла на том,чтобы дверь его спальни всегда была открыта,и если это будет не так,я начну стучать и кричать.пока мне не откроют.Я боялась,потому что у Никки было оружие.

13 октября 1987

Портленд

Отель

16.30

Странное ощущение у меня от группы.Либо никто не хочет находиться со мной рядом,либо они пытаются пристыдить меня за Окленд и,знаете что?Меня это бесит…мы тут все не ангелы.Винс человека убил,Томми тысячу раз накосячил,Мик–тоже,и никто не жалуется,когда мы всю ночь проводим за коксом или героином.Говорите я на самолет опоздал?Блин,я на концерт приехал!И теперь я рок–н–ролл–ниггер в группе.Пошли вы на хрен!

Может быть мне стоит уйти из группы.Поебутся тогда они без песен.

14 октября 1987

Люди…везде…кажется негде спрятаться,даже внутрь себя.

15 октября 1987

Такома

Бэкстейдж

18.00

Иногда я бываю таким скотом.Вчера мои мать и сестра приехали в отель,а я торчал всю ночь и весь день,и крыша у меня была на боку.Я уже был близок к тому,чтобы начать пялиться в глазок,высматривая.не шпионит ли кто за мной,когда они постучали в дверь и сказали:Привет,Никки,это мы.Мы приехали повидать тебя.Не знаю,почему,но тут у меня окончательно сорвало крышу,я обозвал их на все буквы алфавита,и велел убираться на хер,и т.д.Между нами,не знаю,наркотики это говорили во мне,или стыд за то.что я такой обдолбанный,но я не хотел ,чтобы они видели меня.Мать придет на шоу сегодня.Попытаюсь вести себя нормально.

В самолете.

Полночь.

Я пьян…сижу в самолете,который летит в Канаду.Мать приходила на концерт,потом она подошла и начала про то,что было в отеле,я снова сорвался.Я вышвырнул ее прочь,обозвал тварью перед всеми…я думаю в такие моменты то,что она и отец оставили меня,выходит наружу в таких уродливых и злых формах.Сестра не имеет к этому отношения,но в моем сознании она часть этого всего.Я знаю,многим было сегодня не по себе от моих криков и прочего,но я ничего не мог с собой поделать.Может я когда–нибудь смогу отделаться от этой агрессии…

СЕСИ КОМЕР:Мы с мамой приехали в Такому повидать Никки.Со мной были оба моих сына–двухлетний Джейк и Калеб,совсем малыш.Я заплатила за паркинг в гараже, и на это ушли все деньги,какие у меня были.Первая куча дерьма ждала меня в лобби–Никки сказал мне подождать 10 минут,которые превратились в час.Когда я наконец получила разрешение, поднялась наверх,и постучала в номер,Никки спросил:Кто там?Я была в шоке,он прекрасно знал,что это я,но ответила:Эй,это Сеси,со мной мои дети.Ты выйдешь?Но он просто заорал,правда,во весь голос:Убирайтесь!Я вернулась домой совершенно разбитой,только и думая:Ну что за сволочь.Я чувствовала себя осмеянной.

ДИНА РИЧАРДС:О,мой Бог,это было так больно…Мы подошли на ресепшн и спросили про Никки.Нам ответили,в каком он номере,мы позвонили,но он не отвечал.Тогда мы поднялись и постучали.Мы слышали,что он там,но он даже не подошел к двери.Только сказал,чтобы мы уходили.Это было ужасно.Весь тот день для меня один сплошной кошмар,полный.

Помню годом раньше,когда Мотли Крю только набирали популярность,Никки пригласил меня и Сеси в Парамаунт Театр,в Сиэттле на концерт.Для меня было такой радостью увидеть его,прошло ведь столько лет.Мы с Сеси пошли поговорить с ним,после,я подошла,положила руку ему на спину,но он торлько зло оттолкнул меня и вышел из комнаты.

Он ушел с Сеси,и когда я потом вошла к нему,он нюхал кокаин.Это разбило мне сердце.Я спросила:Никки,что ты делаешь?,А он ответил:Я точно знаю,зачем ты здесь.Тебе от меня что–то надо.Тебе нужны мои деньги.Это настолько меня шокировало…деньги–это последнее,о чем я думала!Я ушла.И долгое время ничего не видела и не слышала о нем.

НИККИ:То,что я был брошен отцом,а позже и матерью, создало внутри меня такую помойку…и эта помойка начала вонять.Не знаю,насколько токсично это было в то время.(……)

16 октября 1987

Ванкувер,Канада

19.30

Вчера сидел после инцидента с семьей,выпивал с девченками,у них были с собой иглы,и я сказал,чтобы они после шоу приходили ко мне в номер.Я взял 30 граммов Перса с собой в Канаду,но я сказал,смешать это дело с коксом,чтобы не бегать и за ним тоже.Я не собираюсь никому показывать,что у меня есть героин.На хрен…плохие новости путешествуют быстро.Надо закинуться и идти на сцену.А то тело настолько устало,что хочется лечь и умереть.

Сегодня будет классно.Одну девушку зовут Мышка.Остальных не знаю…и знать не хочу.

17 октября 1987

Выходной

Отель

15.50

Стоял сегодня перед зеркалом и все,что я вмидел–это смерть.Я так похудел,и кожа у меня желтая,если не серая.Глаза запавшие,улыбка исчезла.Я надеваю ее вместе с кожей,чтобы защититься от реальности…чтобы пройти через этот ад…не прекрасна ли слава?Хотите немного?Возьмите у меня…ненавижу это все.

18 октября 1987

Эдмонтон,Канада

Бэкстейдж

18.05

Сижу читаю собственный дневник…я правда сам себя довел.Эти наркотики преследуют меня.Эти страницы–сплошное блядство.У меня хватает ума понимать,что алкоголь и наркотики убивают и меня и мою музыку,так почему же я никак с ними не расстанусь?

Всю жизнь я мечтал писать музыку и у меня есть все для того.чтобы быть счастливым,почему же я еще не счастлив?Как мне выбраться из витков этой,ведущей вниз, спирали?Я не могу найти путь,как выбраться из этой ямы.Я хочу сказать себе:Ты уже в яме,положи лопату,но не могу.Я наркоман,вот и все о чем я думаю,но я знаю больше.Правда ли,что я никогда не сожалел,о том,что у меня не было отца?Вот в том –то и причина,и она прямо передо мной.Я слишком горд,чтобы просить помощи,а она мне нужна.

Я взял себя в руки.Всё,я прекратил.Я чувствую,что гнию изнутри.Когда я просыпаюсь утром,от меня пахнет смертью.Она смотрит на меня из угла,и пока я не покончу с этим,это ощущение не уйдет.Как мне остановиться?Надо ли мне пойти в клинику?А есть ли смысл продолжать жить?Это безумие,спрашивать себя об этом,но иногда мне кажется,что всем наплевать,жив я или нет…да придет ли кто–нибудь ко мне на похороны?

Прошлой ночью с Томми вмазали гору кокса.Мои руки похожи на подушку для булавок.Следующее шоу в Калгари.Мышка и Лори(так кажется?) поедут с нами…

ТОММИ ЛИ:Я думаю,когда я наконец понял,что мы с Сикксом законченные придурки,когда мы в Канаде однажды всю ночь,когда у нас кончился кокаин и героин,долбались вискарем.Я потом думал,ну что за херня?Нам даже в голову не приходило.что можно просто пить виски.Братец,я тебе одну вещь скажу,с нами действительно была большая проблема.

В ГЕРОИНЕ НЕТ ГЕРОЕВ.

19 октября 1987

Калгари,Канада

18.30

После вчерашнего шоу мы прилетели сюда и я всю ночь ширялся один.Я попробовал вмазать Хальцион–вдруг сработает?Ну,поспал 2 часа.Надо же концерт отыграть.Сейчас выпью и пора выдвигаться.Даже вещи не распаковал…

20 октября 1987

Вывходной

Отель

17.20

Только проснулся.Всю ночь ширялся один.Я теперь без кокаина.Эти телки,Мышка и Лори были с Томми,и я знаю,у них были шприцы и героин,но я сказал,что не хочу,и заныкался в своем номере.Мне так скучно.Играть на гитаре скучно…трахаться скучно…я скучаю.

Дуг Тайлер спросил,не хочу ли я лечь в клинику.Наконец заволновался.Я устал от тура,устал от наркотиков,но мне не кажется.что без этого будет лучше.

УСТАЛ И БОЛЕН ОТ ТОГО,ЧТО БОЛЕН И УСТАЛ

21 октября 1987

Виннипег Арена,

Манитоба,Канада

Отель

05.30

Круто вчера выступили.Волшебное чувство.После Томми и Фред пришли ко мне и мы бухали и нарезали дорожки.Зомби–пыль – это круто!Я вышел и поджег дверь зажигалкой,брызнув на нее лака для волос,кажется это была дверь Рича Фишера.Сработала пожарная сигнализация,охрана прибежала,а Фред сказал,что это по их вине тут пожар.Мы с Томми уссывались за дверью.

Где–то через час Дуг позвонил и сказал,я чуть не сжег отель и насмерть перепугал какую–то китайскую семью.Черт!Ну что за херня!Не поджигал я отель! Опять все на меня окрысились.Тут что,никто шуток н е понимает?

P.S.Надо бы тормознуть.Никто не верит.Выезжаем в Торонто…

ФРЕД САНДЕРС:Никки,Томми и я сидели у Никки в номере,он вышел в ванную,ну то есть.мы так думали.Вместо этого он спустился вниз,поджег какую–то дверь и убежал,когда через какое–то время хозяева номера открыли дверь,она была вся в огне.Там был китаец с сыном,они чуть не умерли от страха.Прибежала охрана отеля,я стал орать на них,что такое творится у них в отеле?Я отвечаю за безопасность группы,и мне еще следить,чтобы никто их не поджег?!Они ужасно извинялись.Никки спрятался в номере,и хихикал.

22 октября 1987

Отель,Торонто

19.15

Чертов ад,мне нужен выходной.У меня все руки изрезаны,и все тело от бросков по сцене.Я растянул сухожилие на лодыжке–кто сказал,что рок–н–ролл не воздействует физически?Ха–ха–ха…Сегодня мы с Томми идем в клуб,и около полуночи на радио.

Завтрак пришел…пора,Сиккс.

Отель

17.30

Бухие,мы с Томми вчера получили по башке.Мы подрались с каким–то ублюдком,который начал залупаться на Томми.Его звали Эксл.Сначала я подумал,что это вокалист из группы Слэша,но это был другой парень.Потом мы пошли на эту радиостанцию…ДиДжей Джоуи охуенно крутой,но думаю,мы его подставили.Мы слишком расшалились…о,да…

ДЖОУИ СКОЛЕРИ:В 1987 году я был 20–летним ДиДжеем,который вел металл–шоу на радио Q107 в Торонто.Я называл себя Джо Вендетта.Шоу начиналось каждую пятницу в полночь и продолжалось до 2–х часов,и я был страшно рад случаю пообщаться с Мотли в своей программе.

Я ожидал взять интервью у Мика и Винса,но не в обиду им,Никки и Томми,это те с кем действительно хочется поговорить.Томми лупил Хитер Локлир,Никки лупил всех подряд.И я заволновался,когда Томми и Никки вошли в студию,я подумал,что они могут и не поверить,что такой сопляк–ДиДжей.Они легко заводились.Помню,что Томми подрался внизу в клубе с одним парнем,который сказал что–то про Хитер.

Шоу началось,я сказал,что:Привет,я Джо Вендетта,здесь Никки и Томми из Мотли Крю,и после этого мы с ними поговорим.Я поставил трек из Girls,Girls,Girls и как только зазвучала музыка,Никки протянул мне бутылку виски.Меня не надо было просить дважды–мне 20 лет,Никки Сиккс протягивает мне бутылку Джека–и я заглотал чуть ли не полбутылки!Минуты две я сидел как будто мне дали по голове кувалдой!!

Потом Никки спросил,нюхаю ли я кокаин.Я сказал,что нет. «Сейчас начнешь», — сказал на это Никки.Он достал пакет,и там был не грамм,оттуда можно было зачерпывать лопатой.Он зацепил оттуда ногтем и сунул мне под нос,я занюхнул.

Не знал,что когда ты пьян,кокаин словно отрезвляет,и вот,через 30 секунд,из мистера Пьяного,я превратился в мистера Супер–Уверенного в себе.Когда песня закончилась,я уже гнал как Wolfman Jack(один из самых известных радио ДиДжеев) под кислотой,300 слов в минуту.Я начал интервью с Никки и Томми,и едва ли не каждое второе слово было «бл…» и «сука» — мы общались,словно сидим в баре или на травке в парке.

Никки сказал:Можно мы вот это покурим?И мы курили гашиш во время интервью.Было отчетливо слышно наше «пфффффффффффффф»,и не трудно было догадаться,что оно означает.И слушатели могли различать,когда мы курим,и когда нюхаем.

Вдруг Никки сказал:Давайте поиграем в игру «Догадайся,что я делаю»Приз–билет на наш концерт! Он сгреб микрофон со стойки,сунул его себе между ног,и повернулся лицом к корзине для мусора стоявшей в углу.Вытащил член и начал мочиться в это пластиковое ведро.Это было очень громко.Люди звонили и спрашивали:Вы воду включили? А Никки кричал в ответ:Нет!Я ссу в мусорную корзину!

Потом Томми сказал:Догадайся,что я делаю,Торонто!Достал член и стал стучать им по столу.Я сказал:Ой,наверно не надо бы этого делать..,но Томми ответил:Ты только послушай,какой звук! Тут начали звонить слушатели и говорить:Он стучит хуем по столу,да?

И я позволил идти всему по течению.Безумное решение.Наш программный директор всегда говорил:Позволь слушателю почувствовать себя звездой.Очевидно,из–за того,что я был под неслабым кайфом,я совершенно не фильтровал происходящее в эфире.Первый звонок выглядел примерно так:

Слушатель: Привет,я Меган.

Никки:Привет,Меган,сколько тебе лет?

Слушатель:Мне 12.

Никки:О,Боже!Мне так нравятся 12–летние.Так и слышу как трещат кости,когда входишь внутрь…

Она хихикнула.Надеюсь не поняла о чем идет речь.Когда Никки и Томми ушли,я чувствовал себя страшно уставшим,словно пьяница,которого оттрахали все кому не лень.Когда я выбросил пустые пивные банки,бутылки из под виски,до меня начало доходить.что в понедельник меня уволят.,но сожалений по этому поводу у меня не возникло.Я понимал,что уйду легендой.

В понедельник меня вызвали к программному директору. Он велел мне поднять указательный палец правой руки.Я сделал это.Он спросил меня:Что делают этим пальцем? Я ответил,что не знаю.

«Этим нажимают ВЫКЛ. на микрофоне.Повнимательней!А теперь пошел отсюда!»

Мотли пригласили меня к себе в гримерку на своем концерте в Торонто.Там Никки и Томми сказали,что это было лучшее радио–интервью в их жизни.Было и в правду очень весело.Я так и не сблизился с Винсом и Миком.Мик всегда был ужасно необщителен,но сейчас.зная насколько он был болен,зная,сколько он натерпелся от Никки и Томми,я его очень хорошо понимаю.

23 октября 1987

Выходной

Отель,Торонто,

16.00

Ура!2 выходных подряд.У меня такое похмелье… вчера парень из одной группы напомнил нам с Томми,как он вломился к нам на саундчек,когда мы были здесь во время тура Theatre of Pain…да,я помню это.Столько фанатов с ними проскочило…ха–ха–ха…После того разговора он вышел на сцену со своей группой VO5.Ох,надо было видеть их волосы!Начесы до потолка!А пел этот мелкий засранец так,что у него чуть не отрывались яйца.Помню он сказал:Увидишь,однажды я стану звездой…

Я ответил:Аккуратнее,мечты сбываются…

НИККИ:Ну,чувак добился того,чего хотел–он позже присоединился к Skid Row и его стали звать Себастьян Бах.Мне всегда нравились такие истории.Как часто мы видим,что кто–то становится точно тем,кем бы он хотел стать?

24 октября 1987

Оттава,Онтарио,Канада

Бэкстейдж

16.30

Неохота писать.Ничего не происходит.Следы на руках почти прошли.Я почувствовал,что снова начал привыкать здесь,в Канаде,но остановил это снотворными…не ново для меня.

Сегодня должно быть хорошее шоу,а завтра–Maple Leaf Gardens–насколько круто получится там?Все билеты проданы,я хотел бы,чтобы Нона увидела это…

26 октября 1987

Выходной

Отель,Торонто

15.30

Вчера в Maple Leaf Gardens мы выступили офигенно круто.Просто безумие!Мы смотрели друг на друга улыбаясь от уха до уха,как в старые добрые времена.

Еще одна ночь в этом отеле.В данный момент мне необходимы 2 вещи…свалить отсюда и…свалить отсюда.Кажется,мы уже неделю здесь сидим.Я тут корни пустил…опять наглухо задернутые шторы,опять я не пускаю убираться в своем номере.Всюдц следы от дорожек и подносы румсервиса.И постер NY Dolls над кроватью.Здесь конечно уютно,пора уехать.Ребята хотят пойти в местный стрип–клуб сегодня–это всегда,как ловить рыбу в бочке.

P.S.Ни разу не звонил домой.Не вижу смысла делать это.Уверен,с Карен все в порядке…пока мои привидения не выползли из чулана.

27 октября 1987

Отель,Торонто

13.00

Только что был румсервис.Надо начать собирать вещи,в 13.30 придут за багажом.Потом мы летим в Монреаль,и сразу после шоу в Нью–Йорк.И днем полетим на Бермуды,для участия в проекте МТВ под названием Мотли–КРЮиз в никуда.

Сегодня последний концерт с Whitesnake.Слава Богу!

РОСС ХЭЛФИН:Когда Никки трахал телок в туре Girls,он делал это тихо,потому что хотел поскорее отделаться от них,и остаться со своими наркотиками.Исключением был только Монреаль.После шоу у нас оказалась девушка,которую отодрали просто все кому не лень.Томми был первым,Винс втроым,я–третьим,не знаю,почему Никки был так любезен,пропустить меня вперед,а сам пойти после меня–четвертым.

Ну,с этой девушкой было все нормально,что странно,но там была еще одна жуткая баба с бритой промежностью,из Hells Angels.У нее были плохие зубы,страшенные татуировки,ремень с пулями,и я до сих пор храню фото нашего тур–менеджера Рича Фишера,который кидается к ней,а над этим смеется Никки..Но самое главное,что она обладала именно тем типом отвратительной привлекательности,которая и притягивала Никки:ему всегда нравилось все худшее,что только можно представить себе.И он обычно это делал.

НИККИ: По мне,уродство прекрасно,а красота обычно превращается в нечто уродливое. Когда я был моложе,я всегда ненавидел свое лицо.Оно выглядело слишком милым и невинным–никакой защиты для расшатанных нервов.Это одна из причин,по которым я позже так гримировался.Когда я смотрю фотографии,мне нравится видеть правдивую,темную сторону жизни или фантазий.

Девушки?Тогда,чем скорее я от них отделывался,тем лучше.Чем могла заинтересовать меня девушка из толпы?Уебищная байкерша для меня интереснее,чем модель–кто она такая,чтобы интересовать меня?Сломанные люди притягиваются к себе подобным.Я был как человек паук,готовый перепрыгнуть здание без паутины.Чем скорее секс–тем скорее я упаду на тротуар…и боль прекратится.

28 октября 1987

Выходной

Отель,Бермуды

20.00

Только что вернулся в отель.Чувак,тут убийственно.Даже бар закрыт.Док здесь–смотрит за мной так пристально,словно ждет каждую секунду,что у меня голова сделает полный круг вокруг своей оси и плюнет в него супом из зеленого горошка.Когда я что–то говорю,он смеется,но нервным смехом,как–будто ждет от меня какой–то идиотской выходки.Может быть это необходимо для хорошего менелжера,постоянно жить в страхе.А я пойду телек посмотрю…да,знаю,..странно!Я стрельнул снотворную таблетку у Фреда,так что смогу заснуть.

Последние несколько дней ел как лошадь.Наверное,моему телу нужно питание.(…..)

ДОК МАКГИ:Внутри Мотли всегда было соперничество,но главное,что победитель не имел понятия,чего он хочет делать дальше.Потому мы и отвезли их в Бермудский Треугольник.Было привлечено МТВ,и в первый же день мне позвонили с МТВ,и сообщили,что двоих победителей конкурса задержали на таможне.Это были два парня.Офицеры на таможне открыли их багаж,и нашли там летное снаряжение,женскую одежду и среди этого кучу дилдо.Пришлось ехать на таможню,договариваться,чтобы их отпустили.

В тот вечер у нас был приветственный коктейль–пати,и эти двое явились туда во всеоружии.Томми не понял,один из них показался ему роскошной телкой,о чем он и сказал мне.Когда я объяснил им что это переодетые мужики,Мотли не хотели вообще находиться рядом с ними.По странному стечению обстоятельств,так оказалось,что один из них был дизайнером одежды для Мотли и так совпало,что именно он выиграл этот конкурс.

ДУГ ТАЙЛЕР:Когда Мотли вернулись с Бермуд,они рассказали мне про этих двоих переодевальщиков.Они потом в группе между собой их называли Туалетные мальчики.Одного из них с тех пор и зовут Мисс Гай(Miss Guy).

29 октября 1987

Выходной

Отель,Бермуды

14.00

Я,Томми и Фред взяли Веспы(скутеры) и катались вокруг острова сегодня утром.Мы надели шлемы задом–наперед,как–будто мы пилоты–камикадзе.Давно я так не смеялся.Сделали несколько снимков…скорей бы их напечатать.ОК,пойду в душ(впервые за неделю) и потом в эту лодку или на конкурс или куда там еще…

Завтра улетаем домой.Будем снимать видео на You’re all I need с Уэйном.Я обещаю,что не позволю Сикки высунуть свою уродливую голову.Очень жду встречи со своей собакой,которую я едва знаю.

ДОК МАКГИ:Мы все вместе приплыли на остров на конкурс лимбо(танец,во время которого нужно выгибаться назад,все ниже и ниже).Я думал,что даже не предложу Мотли участвовать в этом конкурсе.Они мне задницу поджарят за такие предложения,но Винс же чокнутый,он заявил мне сам,что хочет участвовать в этом конкурсе.Конкурс был только для пар,Томми и Винс попали в попечение к одному парню,гею,которого звали Король Лимбо,и он сказал,что у них ничего не получится.Он и понятия не имел,кто такие Мотли.Винс тут же психанул,и заявил,что это его мероприятие,и он будет делать все,что захочет,но Король все–равно не позволял им.Когда этот Король стал проходить под 12–дюймовой проволокой,у Винса снесло башню.Он подошел к нему и ударил его по лицу так,что тот еле удержался на ногах.И вот передо мной МТВ,за моей спиной разъяренная толпа.Прекрасно.Просто прекрасно.

31 октября 1987

Выходной

Вэн–Найс

23.30

Сегодня весь день занимались съемками видео на You’re all I need.Интересно,как отреагирует Николь,если послать ей копию?

Я сказал менеджерам,чтобы мне заказывали номера в следующей части тура на имя Шерон Нидлз.Им не особо это понравилось,ночто делать,это теперь будет мое новое имя.Лучше подходит,если вы меня спросите.

УЭЙН ИШЕМ:До того как начать снимать видео на You’re all I need мы долго обсуждали,каким оно должно быть.Мы все видели в новостях эту историю,о том,как парень убил свою подружку,которую Никки хотел переложить под своим углом зрения,но я все не мог понять о чем он говорит.Плюс к тому,ему нравилась идея Сид–Нэнси,в общем он хотел видео о саморазрушающихся отношениях.

Клип должен был начинаться с того.что полиция загружает тело девушки в скорую и арестует ее парня,потом идет предыстория.Там много крика и воплей,но настоящего насилия нет–ничего.что могло бы дать МТВ повод запретить показ,как это обычно бывает.Но они сказали,что там слишком явно подразумевается насилие.

Это было то,что обычно и делали Crue–они любили преступать ту черту,к которой другие группы боялись и близко подходить.На самом деле сама группа и не снималась в видео,но рекорд–лейбл заставили засунуть туда несколько моментов с группой,которые мы и сняли у меня в студии.Я думаю,что мог бы сказать,что смотрел в глаза Никки и видел,в каком психическом состоянии он находится…но я не сделал этого.

1 ноября 1987

Выходной

Вэн–Найс,день

Перечитываю На дороге,Керуака. Мне очень близки писатели типа Керуака,Аллена Гинсберга или Уильяма Берроуза. Я слышал, как говорят,что хотели бы пожить в 60–е, другим хотелось бы пожить в 20–е. Вот в то время я тоже хотел бы пожить. Их способность шокировать общественнось своими словами, быть свободными и при этом оставаться в рамках закона — вот что у меня вызывает зависть.

Я свободен от наркотиков(сегодня) и чувствую себя такииииим живым. Хорошо дома. Мои тараканы еще не разузнали, что я дома. И я уеду раньше, чем они придут кормиться за счет моих слабостей. Карен изумляет то,что я чист. Меня тоже. Может я это убью постепенно…

P.S.Мне нравятся строки из книги, которую я сейчас читаю. Для меня это как описание Мотли:

А теперь к безумцам. К неудачникам. Бунтарям. Смутьянам. Круглым головам в квадратных норах. Тем,кто смотрит на мир иначе…

КАРЕН ДЮМОНТ: Насколько это было для него возможно, Никки старался вести себя со мной нормально. Он превосходит всех известных мне людей в своей способности делать вид, что все в порядке.

Временами он бывал довольно грубым, но я наивно списывала это на его общее свинство. Когда я его отчитывала, он только смеялся надо мной, никогда не злился и не раздражался, и я по–настоящему не осознавала, в каком он состоянии. Я вообще стараюсь замечать в людях только хорошее. Вот Винса я боялась.

2 ноября 1987

Выходной

Вэн–Найс

15.00

Дома… Сегодня завтракал с Карен. Сам готовил… думаю, что она ела из вежливости, я еле разжевал яйца, получились как резиновые. Я рассказал ей про новое видео, на основе фильма Таксист. Она считает, что МТВ не осмелится включить его в ротацию. Ну и пожалуйста. Они превратились в такой скучный канал–жвачку, со всеми этими одинаковыми группами, которые разрушают всё.

Я, честно говоря не думаю, что кто–либо понимает, что такое есть Мотли, иначе они бы не пытались нас копировать. Мы — катастрофа, незаконнорожденный ребенок панк рока и металла, и кое–кто почему–то считает, что это круто. Если бы они только знали. Мы бы предпочли себе горло перерезать, чем быть частью этого… и я надеюсь, что МТВ НЕ РАЗРЕШИТ крутить наше видео.

Был на собачьей площадке с Виски. Вау! сколько там классных телок! А я мылся последний раз неделю назад… сказал,что я бы хотел… кажется меня за бездомного приняли. Ну, оно и к лучшему.

Т Е Л К И = Н Е П Р И Я Т Н О С Т И …а уж познакомиться с телкой на собачьей площадке – лучший способ нажить неприятности.

P.S.Сегодня мой последний день дома. Завтра снова в путь.

3 ноября 1987

Вэн Найс

08.00

Лимузин подъехал. Регулярным рейсом до Нового Орлеана, а оттуда на нашем самолете в Mobile. Я не распаковывал вещи (опять). Надо просто выбросить эту одежду и купить новую по дороге… рваное уже всё.

В самолете

17.00

Сидим ждем взлета. Винс выглядит так, как–будто всю ночь тусовался… слегка потрепанный. Я? Да я всегда потрепанный, а лучше сказать порванный в клочья. Невероятно, как меняют человека несколько дней без похмелья. Хочется творить, что для меня означает жизнь. Я так постоянно и балансирую между творчеством и сползанием в трясину, вплоть до полного исчезновения там.

Бэкстейдж,Mobile

19.00

Приехали на шоу. Я так устал, не мог уснуть в самолете, много думал о матери и отце. Несколько последних дней, что я без наркотиков, я только и думаю о них. Наверно наркотики – это часть меня, убивающая боль, но, слава Богу, я ничего не употребляю уже несколько дней. Хорошо не быть обдолбанным, когда за тобой приходит лимузин.

Поеду встречать Слэша и его ребят, они сегодня к нам присоединятся. Есть плохая новость для них — Том Зутаут сказал,что они моложе и безумнее Мотли. Это вызов или как?

СЛЭШ: Мы были рады поехать в тур с Мотли. У нас было много общего: мы тоже из ЛА, и такие же отморозки. Мы ездили с Cult по Канаде и выступали с Iron Maiden и Элисом Купером, но Мотли на тот момент были круче. Это был шанс для нас проявить себя и доказать,что мы безумнее их.

4 ноября 1987

Civic Center,Albany

Бэкстейдж

18.10

Прошлую ночь провели в Mobile. Рад был увидеться со Слэшем. Guns N’ Roses были вчера молодцами, но наши фанаты могут быть такими злыми. Просто стояли и тупо пялились на них, они просто никого кроме нас не хотят видеть. Может быть однажды мы сделаем «Вечер с…», но Дуг сказал, что это самоубийство. Как бы там ни было, я думаю они добьются многого, впрочем, что я знаю? Я тоже самое думал о Ramones…

Выпил вчера немного(полбутылки Джека), но я чувствую, как стучатся демоны в мою голову. Я не хочу впускать их(или выпускать).

5 ноября 1987

Отель

Новый Орлеан

13.30

Сегодня я решил написать письмо моей матери… возможно без намерения отправить его.

«Дорогая мама,

Я начну это письмо с вопроса: Как у тебя дела, но ответ меня не интересует. Я просто пытаюсь быть вежливым, так сказать, хорошим сыном. Если быть искренним, то я задал бы тебе вопрос с более острыми краями. Может быть все не так просто, может быть нам есть о чем поговорить кроме как «о погоде»? Удовлетворят ли тебя твоя работа? Черт, мы никогда не прятали друг от друга взаимного равнодушия. Я имею в виду, что ты достаточно явно его показала, бросив меня много лет назад. Я даже не знаю, скучала ли ты по мне, когда скинула меня на попечение бабушке? Посещали ли тебя мысли обо мне? Плакала ли ты как я плакал, когда твоя машина повернула за угол, чтобы больше не появиться? Я скажу тебе, что любил тебя, даже толком тебя не зная. Это детская невинность, и я о ней не жалею. Нона и Том безусловно любили меня, но как каждый ребенок, я тосковал по матери. Я лежал в постели думал, а вдруг ты сейчас покупаешь мне подарки… Ждал твоего звонка(и не дождался), и всегда в глубине души надеялся, что ты планируешь мое скорейшее возвращение. Я знал, что это только вопрос времени, и ты заберешь меня… Я действительно думал, что ты меня любишь, но я был не прав. Ты ничего мне не подарила, кроме ужасного детства, и ничего ты не планировала, кроме того, чтобы разрушить мою невинную жизнь. Позволь задать тебе один вопрос: Как оно, когда я поступаю с тобой также? Больно тебе, когда ты слышишь мое имя по радио? Переворачивается ли у тебя все внутри или ничего ты не чувствуешь? Жаль, если не чувствуешь, тогда мой план разрушения твоей жизни провалился. Думаю, что я проделал большую работу в этом направлении, но она не окончена до тех пор пока ты жива, и только когда ты умрешь, она будет завершена. Понимаю, что жизнь не вечна, но ты первая начала это. Надеюсь ты умрешь с разбитым сердцем. Крутая штука жизнь, не так ли?

Твой любящий сын(?)

ДИНА РИЧАРДС: Том всегда говорил мне, что в свое время расскажет Никки правду, о том, что произошло когда он был ребенком, о том, что Нона и мои сестры забрали у меня Никки, и что я всегда хотела его вернуть. Я молилась, чтобы Том рассказал ему это, потому что хотела, чтобы Никки знал правду, больше всех на свете. Но Том так и не сделал этого.

Однажды в 2001–м Том встречался с Никки , когда тот был в туре, в Сиэттле. Я поехала в аэропорт , встретиться с Томом и спросить, почему он до сих пор не сказал Никки правду, но Том только сказал: Он не хочет слушать. Я спросила: Что значит не хочет слушать? Нона умерла уже давно, что теперь мешает открыть Никки правду, чего ты тянешь?

Я посмотрела на него и сказала: Я не достаточно сильна, чтобы бороться с вами ребята. Вы бы не забрали у меня Никки, если бы я была сильнее. И он ответил: Да, это так. Выражение его лица и яд в его голосе дали мне понять, что он был частью этого плана.

Моя дочь Сеси буквально спасла мне жизнь, потому что несколько раз мне казалось, что я не смогу перенести эту боль, и хочу прекратить все это. Мы с Никки были разлучены на столько лет, и я никогда, никогда этого не хотела.

ТОМ РИЗ: Херня! Никогда я не говорил этого Дине. Она просто в большом покаянном путешествии. Переворачивает правду, лжет, как и всю жизнь делала. Я много раз говорил Никки правду, Дина столько лет употребляла наркотики, что я не знаю, остались ли у нее мозги в голове, правда. Я и раньше ей говорил, то как она живет… но я не хочу больше в это влезать. Мне 78 лет, мне это не нужно.

СЕСИ КОМЕР: Никки так многого не знает обо мне и о нашей матери. Она всегда изображала, что дела идут хорошо, а так не было. В 80–х у нее был инсульт, а однажды зимой она так сильно заболела, и у нас кончилась еда, нечем было отапливать дом. Я ела бутерброды с кетчупом и просыпалась с примерзшими волосами столько раз… Мама всегда любила Никки и хотела,чтобы он был с нами, но у нас были трудные, очень трудные времена.

Я думаю, что отношения мамы и Никки это очень грустная история. Из–за недосказанностей они зашли в очень темное место. Сейчас все так запутано, и каждый страдает от своих воспоминаний. Но я знаю, как бы то ни было, мама всегда хотела, чтобы Никки был с ней. И никогда не сдавалась. Нет. А главное, что она нужна ему, а он нужен ей.

6 ноября 1987

Бэкстейдж

19.45

Guns сейчас на сцене, а несколько минут назад произошла одна престранная вещь. Зашла вся группа и мы занюхнули дорогу футов в 6 длиной. Я спросил ребят из Guns, не хотят ли они, но они только переглянулись. Наконец Томми сказал: Давайте, вам надо переиграть нас! Тогда Аксель наклонился и нюхнул чуть–чуть, потом закашлялся, и сказал, что им пора на сцену. С тем они и ушли, мы переглянулись и Винс сказал: Ну, что же, нам больше достанется, и мы продолжили с Фредом, Хоком и компанией.

Собирался позвонить Зутауту… блин, не много же порошка вроде было…

СЛЭШ: Аксель никогда не имел склонности к наркотикам, а Guns N’ Rosеs полностью героиновой командой, но мы не представляли, как можно торчать в туре, потому оставались чистыми. Кокаин никогда не был моим наркотиком. Нашим наркотиком было пережить день, персональный внутренний кризис каждого, о котором никто не должен узнать, поскольку мы находились рядом с Мотли — самой неумеренной, скандальной, публичной персоной. Это был их имидж, слыть самой алкоголической и кокаиновой группой.

НИККИ: Говорят, будь осторожен желая чего–либо… но мы никогда не были осторожны.

7 ноября 1987

Бэкстейдж

17.00

Сегодня будет шумная толпа, я слышу как они сходят с ума крича: Crue! Crue! Crue! Чувствуется, как им не терпится… рок–н–ролл! Надвигающийся хаос прекрасен…

Надо бы сегодня прошвырнуться.

8 ноября 1987

В самолете

16.20

Только что приземлились – у меня пипец какое похмелье.

Хитер приехала к Томми, он был с ней прошлой ночью. Мик со своей блядской Эми. Винс как всегда — в стрип клубе. А я взял Слэша, и мы прошлись по барам во французском квартале Нового Орлеана. Я могу покупать прямо перед носом у всех и никто ничего не заметит, даже Фред. Я чувствую героинщиков за милю… ну и они меня тоже.

НИККИ: Когда Мотли были в туре с Оззи в 1984–м, у нас было выступление в Новом Орлеане, в Марди Грас = ужас! Весь наш менеджмент ужасно нервничал, и Шерон Осборн тоже. Оззи вышел с Винсом и они вляпались в неприятности. Мы пошли с Томми и гитаристом Оззи Джейком И. Ли в Донжон клуб. Я как всегда был с ножом, и там оказалась девушка, одетая в топик, который больше призван показывать, чем скрывать, но там было и много чего способного вывести меня из равновесия. В общем я вытащил нож, сгреб ее за этот топ и разрезал его. Ее сиськи выпрыгнули наружу и я сказал: «Начнем вечеринку!» Внезапно надо мной нависла тень – охранник клуба. Оказалось, что это его подружка. Он вышвырнул меня, Томми и Джейка на улицу и начал лупить нас своей шипастой бейсбольной битой. Все израненные и избитые, мы убежали. Когда, годы спустя, мы появились в Донжоне, нас не пустили. Я сказал, что это все было давно, но они ответили: Мы так не считаем.

ФРЕД САНДЕРС: Мы несколько часов катались по французскому кварталу Нового Орлеана в поисках приятеля Никки, который мог достать героин. Я сказал Никки, что не дам ему сделать этого и он уволил меня. Никки вечно прогонял меня направо и налево. Потом мы попытались попасть в Донжон, но нас не пустили, и, честно говоря, у меня это не вызвало ни удивления ни волнения.

9 ноября 1987

Выходной

Мариотт–отель,Хантсвилль,Алабама,номер 432

16.30

Мы выступали в Хантсвилле год или два назад, тогда какой–то парень заявил, что мы бросили в толпу стакан, который разбился, и ослепил его. Док сказал, что парень подал в суд на нас за то, что у нас на сцене используется оружие стреляющее стеклом(ух,что там AC/DC). Я даже слышал, что мы металлом стреляем… что за херня? Я надеюсь этот парень не придет сегодня на концерт.

Ах, да, он же слепой, видимо не придет.

10 ноября 1987

Отель

День

Черт, только что звонил Рич. Мы вчера со Слэшем набрались внизу, в баре, и подрались, кажется он шею повредил. Блин, как плохо… все так прекрасно, пока никому не больно…

P.S. Я все думаю о том слепом парне, может он все же придет сегодня.

СЛЭШ: Мы с Никки сидели в баре и выпивали. Потом начали бороться. Ну, Никки парень–то здоровый, он победил. И на следующее утро я проснулся с 4–мя смещенными шейными позвонками в постели техника Томми. Врач прописал мне иглоукалывание на все 3 недели тура. И все это время на сцене я должен был играть в шейном корсете, который не позволял мне поворачивать голову ни на дюйм.

11 ноября 1987

Отель

03.10

Воюю со всеми. Кажется, что все против меня. Я не понимаю… почему я не чувствую ничего кроме злобы? Я не чувствую ее только когда я в полном коматозе. Это не действует как раньше. Я устал писать об этом, не знаю почему. Почему у меня всегда на кончике языка слово ПОЧЕМУ?

Почему все было так в детстве, почему все было так еще недавно?

Почему моя мать всегда хотела быть с кем угодно, только не со мной?

Почему мой отец бросил меня?

Почему я не имею веры в Бога?

Почему я не могу бросить наркотики?

Почему я не могу полюбить?

Почему, почему, почему…

СЕСИ КОМЕР: Мой родной отец всегда сомневался в том, что я его дочь, и, когда я выросла, мне стало ясно, что он интересовался собой куда больше чем мной. С Никки все было иначе, ему никогда не тыкали в лицо подобными вещами. Он может только догадываться, каково это.

Может быть это даже лучше, что его отец не был рядом с ним, как мой был рядом со мной, боль ест тебя когда ты знаешь правду, свою собственную правду. Я знаю, Никки говорит, что это прекрасно, когда у тебя есть отец, но это просто «могу–хочу–должен» синдром, с этим трудно спорить, ты же в конце–концов не знаешь правды.

14.15

Кто–то только что стучался в дверь. Стучался до тех пор,пока я не крикнул: Пошли отсюда! Потом позвонил Фред и сказал, что пора выметаться. Я знаю, что выезд в 14.30. Гребаные таблетки… и так, что я делаю? Сижу пишу. Ты мой единственный друг и мне надо с тобой поговорить. Я не могу найти свою улыбку, я не могу найти свою способность чувствовать, я не могу найти себя… я тону.

Я не знаю, что хуже, моя зависимость, которая преследует меня, или мое медленное сползание в безумие. Я не могу подобрать слов, чтобы описать это, и это совершенно дурацкое ощущение. Я пытаюсь, я выдергиваю себя, но меня засасывает, и честно говоря, это всё уже заметно со стороны.

Бэкстейдж

18.30

Только что приехали на выступление. Опоздали из–за меня. Думаю, я в Алабаме. Налетел прямо на Даффа, он стоял в одних трусах, без рубашки и своих ковбойских сапог. Привет, Дафф, классно выглядишь… он сказал, что какая–то девушка стырила всю его одежду, когда он вчера отрубился. Прикол. Ладно, надо чего–нибудь выпить.

P.S. Эй, что такое 48 ног и 12 зубов?

Первый ряд в Алабаме.

12 ноября 1987

Мариотт отель,Саванна,Джорджия

16.00

Позвонил домой, послушал автоответчик. Было 2 звонка. Один раз ошиблись номером, а второй раз звонила какая–то незнакомая девушка и сказала: Привет, Никки, пошел ты на хрен.

Прекрасные результаты для моего возвращения домой.

13 ноября 1987

Саванна

Отель,14.40

Только что проснулся. Глаза у меня слиплись от гноя. Ну и видок. В несметный раз чувствую себя персонажем Скотного двора Джорджа Оруэлла. Люблю эту книгу. В ней все так похоже на рок–н–ролл. В конечном счете все мы животные захватившие власть, и совершенно не думающие о завтрашнем дне, а если мы сделаем это, то всему конец. Великая книга.

Прошлой ночью мы с Томми затащили в лифт всю мебель из наших номеров, потом Томми побежал звонить Слэшу и Даффу и сказал им, чтобы они ждали нас в лобби. Мы подождали немного, затем запрыгнули в лифт и нажали «лобби». Когда двери открылись, они уже ждали нас. Увидев всё это в лифте они начали смеяться, а потом мы вместе катались на лифте, бухали и нюхали кокс, пока нам не сказали, что нас вышвырнут из отеля.

Ах, рок–н–ролл…

ТОММИ ЛИ: Однажды ночью Слэш пил со мной и Никки и пытался от нас не отставать. Мы сидели в баре несколько часов и бухали, как вдруг внезапно Слэш уронил голову на стойку и обблевался. Он начал сползать вниз, и нам пришлось оттащить его в номер, после чего мы сразу же ушли. Мы поместили его на кровать и сделали снимок на Полароид. Лежащий в полном отрубе Слэш и… Никки положил ему на подбородок свои яйца. Этот снимок потом использовали для визитной карточки Слэша: лежащий без сознания с яйцами Никки на подбородке.

14 ноября 1987

Отель

16.30

Смотрю я свой дневник и вижу, что в половине случаев даже не записываю, когда появляются дилеры… это кажется излишним. Но я сказал, что буду фиксировать тут каждый момент, хороший или плохой, ну так начнем.

Это пришло снова. Я за несколько ночей спал всего час или два. Я снова начал прятаться в своей комнате. Кажется я снова возвращаюсь к своим прошлым привычкам, и это как для машины потерять управление, я ничего не могу с собой поделать. Я не хочу наркотиков, но они — единственное о чем я думаю. Если я ничего не потребляю (ну ладно, не могу я этого не делать)… прошлой ночью я нашел в чемодане несколько старых шприцов и вмазал остававшийся у меня героин, а потом вынюхал тонну кокаина… всё, больше у меня нет. Надеюсь, что раздобуду новых шприцов и порошка, спидболл это так классно. А я так болен.

ДОК МАКГИ: Люди спрашивают, почему мы не боролись с привычками Никки, а мы все время пытались поговорить с ним, но безрезультатно, это быстро принимало уродливые формы. Артист умирает в туре, а фанаты потом говорят, если остальные члены группы любили его, почему они позволили ему умереть в одиночестве, в номере отеля? Они возможно пытались сначала вмешаться, но со временем, если кто–то достает остальных непрерывно, на него перестают обращать внимание.

15 ноября 1987

Бэкстейдж

19.00

Скучно. Скорей бы на сцену, хоть какая–то, блин, деятельность.

16 ноября 1987

Отель,Ноксвилль

05.30

Два часа назад прилетели в Ноксвилль на самолете. Сразу пошли к Томми в номер, занюхнули, музыку послушали. Потом пошли к Фреду за его козырем–в–рукаве, но у него было совсем мало. Твою мать! У меня завтра выходной, а сегодня есть желание закинуться. А теперь я исчезаю… спокойной ночи.

ФРЕД САНДЕРС: У меня был маленький трюк, который я иногда проделывал, когда Никки приходил ко мне за коксом по среди ночи. Он звонил мне и говорил: Чувак, козырь в рукаве! и за то время, пока он до меня добирался,я раздалбывал снотворные таблетки, делал из этого порошка дорогу и давал ему занюхнуть. Мы начинали общаться и, через 5 минут, он начинал зевать и заявлял, что устал. Я отводил его к нему в номер и укладывал в постель. Не думаю, что он меня вычислил.

15.25

Крутое шоу вчера было в Гринсборо. Я действительно чувствовал себя членом одной из самых крутых групп в мире целых полтора часа. Никакого тухляка вокруг. Мы взорвали их звуком, такого давно не было. После шоу все переменилось. Пытались достать порошка, и, страннейшая вещь из всех мною виденных! Будто по приказу переданному по радиоволнам. Никто не мог достать ничего, кто–то говорил, что занят и будет позже. Думаю, что кто–то предупредил фанов и сотрудников, чтобы нам не доставали наркотиков.

Полночь

Сижу в номере. Тупо смотрю по сторонам и не могу понять, что мне делать, если я не на сцене и не закидываюсь.

У меня бывают моменты полной ясности, и я задаю много вопросов, от них больно, потому что у меня нет на них ответов.

СЛЭШ: Я был поражен в этом туре, как Мотли всегда используют сложную систему общения по уоки–токи для добывания порошка. Казалось они всегда знают, как его попроще добыть, но если честно, видеть так часто как перед тобой нюхают кокс – это скучно. Если бы это был героин, это было бы более мрачно и драматично.

17 ноября 1987

Отель

13.40

Иногда ночью, когда я ложусь спать, все что я слышу — это звон в моей голове, и с каждым годом это становится всё хуже. Я никогда не обращал на это внимания, думал, что это нормально для меня, но потом это стало проявляться и когда я уже не сплю, если вокруг тихо. Надеюсь,что когда тур кончится, это пройдет.

18 ноября 1987

Отель,Ноксвилль

03.15

Концерт был хорошим, все билеты проданы, как обычно. Наркотики — да, алкоголь — да, группи — да, депрессия — да. Какая–то девушка попросила у меня автограф, я спросил ее, зачем он ей. Она сказала, затем, что она восхищается мной . А я сказал, что тогда ей надо в психушку! Она расплакалась, а я рассмеялся.

На хрен всё. Не хочу я быть звездой.

Я больше ничего не понимаю. Боб Тиммонс продолжает звонить и спрашивать насчет клиники. Я спрашиваю, не такая ли это клиника, где за меня будут молиться. Он только вздыхает и нервно посмеивается. Никто меня не понимает. Никто.

Я одинок… я не знаю как жить и не могу представить себе смерти.

Бэкстейдж

18.15

Только что прилетели на выступление. Никаких отелей, пока не прилетим в Атланту. Кажется моя кожа гниет на мне. Я пахну дерьмом, а в моем дерьме все больше и больше крови. Я не могу объяснить как я чувствую в остальном, иногда я кажется просто разрываюсь от слез. Я хожу кругами по своему номеру ночь за ночью… кажется мне не найти дороги. Что за херня со мной творится? Не могу дождаться, когда уже это шоу кончится и я смогу спрятаться. Знаешь, я не знаю, сколько я еще продержусь. Я звоню Бобу, чтобы взять у него телефон психиатра. Я внутренне взываю о помощи, внешне делая вид, что все нормально. Но я знаю, что это совсем не лучший фасад.

ТОММИ ЛИ: Никки никогда не был этаким вечно спотыкающимся и падающим парнем, которому всегда нужна компания. Он любил уйти в свой номер и там в одиночестве заторчать. Мы все так иногда делали. Когда находишься долгие месяцы в туре с 3–мя другими парнями, когда ешь–спишь–ездишь–трахаешься вместе, иногда просто хочется после концерта уйти в свою комнату и не видеть друг друга. Я тоже сиживал в своем номере с несколькими граммами гребаного кокаина на меня одного. Ребята звонили мне и спрашивали: Что делаешь?, а я отвечал: Ничего, до свидания! Потом, через несколько часов я звонил им: Эй, чувак, у тебя нет порошка? Мы все разделены, играем в свои собственные игры в собственном маленьком мире.

19 ноября 1987

Выходной

Ритц Карлтон отель,Атланта,джорджия

20.00

Весь день занимался ерундой. Немного поиграл на гитаре, читал, никто не звонил, кроме как из офиса… Док опять пропал без вести. Думаю уехал куда–нибудь отдыхать. Меня убивает мысль о том, что он где–то лежит на пляже, со стаканчиком какого–нибудь напитка в маленькой жирной лапке, любуется закатом и наслаждается теми блядскими деньгами, которые мы для него заработали, пока Дуг и группа пашем тут как рабы на господина.

Позвонил в отель Слэшу, сказал ему подойти к 9, сходим куда–нибудь, наверно в стрип–клуб. Предложил ему позвать остальных ребят из его группы, но только Дафф и Стивен согласились. Я правда пытаюсь выйти из депрессии. Я говорил с Бобом Тиммонсом и спросил его, есть ли лекарство от депрессии. Он сказал, что есть, оставаться трезвым — лучшее лекарство. Я согласился, сидя с виски в руке перед тарелкой недоеденной яичницы… страшно, но интригующе. Я знаю, что когда у меня от наркоты сносит крышу, я бы сделал всё,чтобы остановиться, но как только меня отпускает, голова проясняется, я снова нуждаюсь в продолжении и обещаю, что на этот раз буду себя контролировать. Но сейчас что–то еще гложет меня, и я не знаю что это.

Боб сказал, что найдет мне в ЛА психиатра, который имеет опыт работы с наркозависимыми, но я ответил, что все гораздо сложнее. Швы на моих ранах расползлись, и гниение их приносит настоящую боль. Это последствия моего детства или я схожу с ума?

20 ноября 1987

Ритц Карлтон,Атланта,Джорджия

05.00

Я пьян и у меня прекрасное настроение. Мы со Слэшем сидели в баре отеля и выпивали. Потом он выдал обратно все съеденные спагетти и заказал еще выпить. Я всегда хотел, чтобы у меня был младший брат, думаю, что я нашел его… спокойной ночи.

ТОМ ЗУТАУТ: От первого стакана виски до последующей вмазки героином, Никки и Слэш ехали в одном поезде, с одной вечеринки на другую, ища новых удовольствий, навстречу со своими рокнролльными фантазиями. Слэш был очень коммуникабельным, приятным в общении, добрым и внимательным, и очень благодарным Никки за то, что тот дал им шанс, пригласив принять участие в этом туре. А также он был последним, кто выходил из бара, так что Никки было не трудно найти себе компанию, когда он хотел поразвлечься.

Аксель был другим. Он очень серьезно относился к продвижению G N’ R на более высокий уровень, и ему не нравились эти непрерывные вечеринки, в которые были вовлечены остальные члены группы. Чего тогда не знал Никки, так это того, что Гэффин дает 200 000 за Appetite for Destruction и пригласил их для записи альбома. А Мотли взяли G N’ R в ночной поезд, несшийся на полной скорости , в котором они набрали вес и помогли Гэффину еще больше раскрутить Appetite . Закончилось тем, что было продано более 20 млн…

16.20

Сегодня еще одно шоу с аншлагом и такие же в ближайшие несколько дней. Блядская рутина. Написал немного музыки и текстов, читал… ничего интересного по телеку. Вся жизнь утомляет. Потом добавляется еще одно похмелье, таблетка или 10, пакетик или два… и, о, Боже, не забывайте о девушках, которые с трудом считают до 10 и прихлебателях, которые говорят, что они твои друзья…

Выглядит все это бесконечным кругом, и наибольшее удовольствие я получаю от общения с румсервисом. Я отвечаю на стук в дверь голым или с ножом наготове и в одних ковбойских сапогах, и спрашиваю их, в каком мы городе (а на лице еще остается грим после вчерашнего концерта)… кайф, смотреть как они пытаются делать вид, что все так и должно быть. Иногда мне звонят Рич или Фред и говорят: Сикссссссссссссс, опять ты пугаешь людей в отеле!

ОК, поехал я на шоу…

Бэкстейдж

19.45

Только что слез с массажного стола в гримерке. Немного выпили и Док сказал, что Акселя арестовали за то, что он прыгнул в толпу. Слэш остался на сцене и поет песню Роллингов, но это все не есть хорошо. Кажется, мне надо быть готовым… думаю толпа там сейчас совершенно неуправляема.

23.00

Слэш хочет прошвырнуться, потому что он переволновался за Акселя. Отведу его в убойный стрип клуб. Думаю им придется ждать до завтра, чтобы их вокалиста выпустили. Не думаю, что надо предлагать Слэшу героин, я знаю, у него с этим проблемы… достаточно того, что один из нас вернулся к этому.

ДОК МАКГИ: Аксель Роуз был на сцене в Атланте, когда увидел, что один из охранников, стоящих спиной к сцене, толкает их фанов. Аксель спрыгнул со сцены и начал драку с охранником, охранник скрутил его и уволок за сцену. Слэш спел несколько песен, техник Guns сыграл Honky Tonk Woman 4 раза, не слишком хорошо. Я сказал охране: Слушайте, дайте Акселю закончить выступление, а потом забирайте. Но они вызвали полицию. Я попросил Акселя быть вежливым с полицией, чтобы они побыстрей его отпустили. Вошел полицейский и спросил, как его полное имя, а Аксель сказал ему : Пошел на хрен! Так его арестовали , и он провел ночь в камере.

212 ноября 1987

Отель,Атланта,день

Выезжаем в Чаттанугу через несколько часов. У меня жуткое похмелье, и я мало что помню. Проснулся в 6 утра с какой–то темнокожей девушкой, хрен ее знает, кто она такая. Выкинул ее. Кажется я вломился к Доку вчера и распилил его кровать пополам, но надо подождать, может мне это приснилось.

Надо выпить кофе. У меня на столике у кровати насыпана дорожка, но кажется меня вырвет, если я ее занюхну. Кажется припоминаю что–то про зомби–пыль.

Бэкстейдж,Чаттануга

18.40

Бля… чувствую себя собачьим дерьмом. Не могу дождаться, когда мы прилетим обратно в Атланту и я упаду в постель. Два раза меня рвало в туалете, в самолете. Кажется я все–таки распилил кровать Дока… память проясняется. Я еще пытался выкинуть кровать Фреда в окно(вот почему у меня фонарь под глазом) и Мик пытался выпрыгнуть из окна… у него рассудок помутился. Док говорит, что мы все прямо в баре подоставали свои хуи и поливая их Джеком поджигали. Что за хрень? У меня там все волосы на месте. Пора на сцену. Слышу Guns играют, значит все у них нормально.

ДОК МАКГИ: Никки и Томми разрезали мою постель пополам ножом, и когда я лег в нее, она сложилась. Через два дня они достали пневматическое ружье, и, залегши в конце коридора, стреляли по дискам. Когда пришла охрана отеля, весь коридор был усыпан разбитыми дисками и пульками.

Однажды в Швейцарии они купили пистолет, оказавшийся ракетницей. Отнесли его в комнату к Винсу, Винс стрельнул, патрон вылетел и отскочил от стены. Они все прибежали ко мне, сообщить об этом, ну и конечно, когда я пошел за ними посмотреть, оказалось, что дверь захлопнулась за ними. Я пошел на ресепшн за запасным ключом, там был у доски парень, с огромной цепью на шее, который сказал, что пойдет со мной и откроет дверь. Я сказал, что не надо, просто дайте мне ключ, мне едва не пришлось его побить, чтобы отвязаться от него. В лифте я рассказывал ему, какой у них прекрасный отель и как нам тут нравится… когда дрери лифта открылись, мы увидели, что весь коридор затянут дымом, из противопожарных распылителей хлещет вода, а кровать Винса горит. Короче нас выселили оттуда.

22 ноября 1987

Отель

13.10

Блин, вчера сразу лег спать. Спал 12 часов подряд. Вау… как же мне вчера было херово. Даже не знаю от чего, но это было так. Док все еще не заговаривал о том, что я порезал его постель. Мы с Ричем Фишером постоянно проделываем следующее: воруем из его комнаты таблетки. Наверно надо бы мне спуститься в тренажерный зал и потом сходить на массаж. Сегодня чувствую себя прекрасно. Это и есть та трезвость, которая помогает от депрессии? Хммм…

23.00

Вау, только что вышли со сцены. А некоторое время назад, в комнате для гостей встретил темнокожую девушку, которая пришла со своим сыном, матерью и отцом и представила меня им всем: Это Никки бла–бла–бла. Я понятия не имел, кто она такая, так и не выяснил. Я спросил, не хочет ли кто–нибудь выпить и пошел в гримерку за пивом для них. По дороге выцепил Фреда и поинтересовался, кто это такие. Он ответил, что это девушка из стрип клуба, в котором я зависал прошлой ночью.

Что за хуетень? Ну допустим, я какую–то хрень опять сделал, но зачем приводить с собой сына, маму и папу? Что я там сказал? Внезапно у меня разболелся живот, и я действительно не мог выйти быстро. Я был вежлив, но быстро вернуться не смог. В общем я сидел и прятался в гримерке, пока они не ушли… ну что за херня?

Т Е Л К И = Н Е П И Я Т Н О С Т И

Пора в Мотли–самолет. Улетаем в Орландо…

23 ноября 1987

Выходной

14.45

Винс с Томми поссорились. Мик выглядит больным от всего этого, а я просто пялюсь в окно, вглядываюсь в темноту. Если этот тур не закончится в ближайшее время, мы сломаемся… поверьте мне.

Стофферс отель,номер 1267,Орландо,Флорида

23.00

Только что вернулся из бара. Пытался поговорить с Томми о том, что со мной происходит, не думаю, что он понял. Он всегда выглядит счастливым… это сводит меня с ума. Попробую поговорить с Миком…

23.15

Пошел к Мику, у него оказалась Эми, пришлось уйти.

03.00

Съел горсть таблеток. Если повезет не проснусь… спокойной ночи.

НИККИ: Несколько лет спустя, я подсел на антидепрессанты, и жизнь моя изменилась за 3 дня. В то время это был экспериментальный наркотик, теперь известный как Прозак. Я уже несколько месяцев был не в туре, и выходил из дома всего несколько раз. Я слез с наркоты ,но депрессия моя усугубилась. В 1987 я знал,что что–то не так, но что именно, еще не понимал.

МИК МАРС: Знал ли я , что Никки в депрессии? На самом деле нет. Совершенно не обращал внимания, кроме тех случаев, когда он наезжал на нас с Эми. Я просто играл на концертах, делал то, что считал нужным на тот момент и бухал. Мне было все–равно. Группа была на грани распада, как мне казалось, да и хрен с ним.

24 ноября 1987

Бэкстейдж

18.45

На концерт прилетели на вертолете. Иззи пришел к нам в гримерку(какая честь) и представил нас своей девушке. О, Боже, могу ли я сказать, что кругом одни сплошные Брюсы Диккинсоны? Это же та телка, Сюзетт, которую я трахал в репетиционной в Голливуде, когда ей было 17. А позже я доставал через нее наркотики. Она пришла, я взял ее за шкирку и отодрал как животное. Она клевая, пока молчит.Я насмеялся над ней, и не хочу слышать ее дурацкую болтовню. Жизнь странная штука, и она все страннее и страннее.

Когда она пришла с Иззи, я вел себя так, как–будто я ее раньше никогда не видел. После, когда Иззи ушел, Томми сказал: Сиккс, это же та телка из Whisky a go–go, помнишь, там на полу? Твою мать… я совсем уже и забыл об этом.

Прилетели обратно в отель после концерта, завтра здесь еще один концерт. Guns живут в том же отеле что и мы, как наши спутники. Тиму надо взбодриться. Я нарядил его священником и вывел на сцену, он выглядит побитой собакой после этого. Надо предложить ему выпить. Он любит меня, я знаю, он всегда выглядит обеспокоенным, как–будто он моя еврейская тетушка. Тим, я не собираюсь умирать… я не такой везунчик.

P.S. Закончил читать Скотный двор и снова начал «Пидора» Берроуза.

НИККИ: Сюзетт напомнила мне о Брюсе Диккинсоне, он ненавидел меня за то, что я трахал его жену. Должен сказать в свою защиту, что 1)я понятия не имел, что она его жена, 2)я не виноват, что она залезла в окно моего номера в Англии и попросила трахнуть ее, а потом сказала «спасибо» и вылезла обратно.

РОСС ХЭЛФИН: У Брюса Диккинсона есть песня «Татуированный миллионер» про Сиккса. Он ненавидел Никки за то, что тот трахнул его жену. К тому же, об этом знали Томми и Винс…

25 ноября 1987

Лейкленд,отель,

16.20

Только проснулся. До утра нюхал кокс. Мы сняли большой конференц–зал и сходили там с ума. Я, Томми, Слэш, Стивен, Дафф, еще несколько ребят, несколько блядей и ящики и ящики бухла. У нас был дилер, который пекся о нас. Мы взяли у него по 8–ball (порция наркотика=1/8 унции) на каждого, и мы приложили все усилия к тому чтобы с этим количеством расправиться. Это было безумие… Мы высыпали все это на стол. Я никогда не видел сразу столько кокса. Мы с Томми попытались придумать, как бы его приготовить, но для изготовления крэка у нас не оказалось всего необходимого. Но мы таки сделали это. Мы курили через стеклянную пепельницу. Все пальцы сжег до пузырей об нее. Я долбанул около 2–х граммов сидя тут за столом. Только я начал беспокоиться, что у меня закончилось, как тот парень принес еще. Надо мне дать дорогу и двигать к вертолету… бля, как же руки дрожат.

P.S. Сюзетт явилась ко мне в номер перед концертом и пожелала меня трахнуть. У меня был Томми, он вмазывался поэтому я попросил ее уйти. Она начала безумствовать, и пришлось выкинуть ее за дверь, она ударилась об стену и заплакала.

Т Е Л К И = Н Е П Р И Я Т Н О С Т И

26 ноября 1987

Бэкстейдж

19.30

Приехали на шоу. Вчерашний концерт был ленивым и нудным. Фаны не заметили Guns выступили лучше, толпа все больше и больше к ним проникается, я рад за них. Если лейбл поддержит их, это будет хороший шанс для них. Они не похожи на наших последователей… они такие же как мы.

О, есть крутые новости… моя депрессия пошла на спад (может это мне наркотики помогают?) , но у меня было противное ощущение, что все мои внутренности отправились на юг. Не понимаю, отчего у меня в дерьме кровь. Надо бы к доктору сходить, не знаю, что он скажет.

Потом исчез Винс. Просто слился. Когда я с ним разговариваю, он как–будто не слышит меня, а я ли это вообще? Его волнуют только сучки, ну а меня только наркотики… мы не так уж отличаемся. Я скучаю по нему, а его глаза блуждают по сторонам, когда я с ним общаюсь, или он говорит, что ему надо идти.

Я скучаю по музыке, по новой музыке, по моим друзьям, с которыми я начинал, но больше всего я скучаю по своей нормальности. Не могу дождаться, когда уже этот гребаный тур кончится. Я так устал от него. Хочется убить весь менеджмент, за то, что они не слушают нас. Что–то нехорошее должно случиться, я чувствую. Мы не можем столько времени находиться так близко друг с другом, и исчезать друг от друга, в то же время каждый ожидает того же от остальных.

P.S. Предполагается благотворительный обед… я бы предпочел румсервис.

27 ноября 1987

Выходной

Шератон–отель,Форт Майерс,номер 538

14.10

Вчера выступали в Джексонвилле, вернулись в 3 часа ночи. Встретил приятеля своего старого дилера Джейсона с граммом мексиканского героина, но шприцов не было. Надо попросить в румсервисе аллюминиевой фольги, когда они придут в следующий раз. Чувак, у меня слюноотделение повысилось. Покурил чуть и завалился спать… проснулся сегодня больным. Я знаю, это не оно. Вчера вместе с нами на нашем самолете летели Слэш, Стивен и Дафф. Иззи не захотел, потому что я его девушку приложил об стену. Эй, Иззи ,я сначала трахнул ее, а потом вышвырнул. Вот.

Аксель никогда с нами не тусуется.

ДУГ ТАЙЛЕР: Я присоединился к туру в Джексонвилле, когда Никки был совершенно упвшись Джеком. Он показал мне какую–то черную резиноподобную субстанцию, и сказал, что это какой–то экзотический вид кокаина, который он собирается нюхать. Я подумал, ну, удачи тебе, как ты собираешься эту резину занюхивать? На следующее утро он заявил, что потерял эту штуку , и спросил, что с ней случилось. Я сказал, что понятия не имею.

ТОММИ ЛИ: Мы в тот период постоянно тусовались со Слэшем, а Аксель отстранился еще больше. Иногда он хотел казаться ужасно крутым, а иногда на него нападал LDS ( Lead Singer Disease) - синдром вокалиста.

28 ноября 1987

Форт Майер,Флорида

В самолете

02.00

Сегодня выступали в Форт Майер. Сейчас летим в Форт Лаудердейл. Только что был прикол с Эми. Ржали все, включая Мика. Она всегда говорит о Боге, и в этот раз она произносила одну из своих тирад. Я от этого шизею, потому я встал посреди самолета, снял штаны, выставил два средних пальца на ее Бога и заорал: Бог, иди на хрен! Если ты действительно существуешь, порази меня!… и так несколько раз. Эми перекрестилась и расплакалась, и чем больше она плакала, тем больше я заводился. Ну, нет необходимости наверно говорить, что я сижу в своем кресле, целый и невредимый. Она как моя мать и Ванити, сплошное дерьмо, и она добьется от Мика всего, чего хочет, потому что я знаю одно, он добывает золото.

P.S. Томми уговорил пилота сделать бочку (фигура пилотажа), спорим, Эми обоссала свои маленькие трусики, когда я ей сказал об этом…

Т Е Л К И = Н Е П Р И Я Т Н О С Т И

МИК МАРС: Ники был настоящим кошмаром для нас с Эми весь этот тур. Он бесился по поводу нас всегда, будь то он пьян, под Хальционом, унюханный, трезвый, какой угодно. Он мог перевернуть на нас еду, вылить выпивку, доставал меня ужасно, угрожал — он никак не мог примириться с мыслью, что мы с Эми вместе. Он превратил тур в ночной кошмар.

ТОММИ ЛИ: Знаешь что? Возможно мы зашли слишком далеко. Нас бесило это, потому что была договоренность не трахать нанятых рабочих. И вдруг, они начинают тайком шастать друг к другу в номер. Ну, Мик чувствительный парень, и, надо признаться, он действительно влюбился в Эми – я имею в виду , он же на ней потом женился!

Но, с тех пор как Эми стала спать с Миком, она решила, что она этакая дива, и мы решили преподать ей урок. Я помню, мы как бы внезапно проливали на нее виски в самолете, жали на все ее кнопки, наблюдая за тем, как это все ее выводит из себя… мы вели себя как подонки… но мы были молодые, глупые.

29 ноября 1987

Отель

15.00

Только проснулся. Сегодня последний концерт американского тура… слава Богу. Надо заказать завтрак… но это страшно, возвращаться домой…

18.00

На концерте. Мы попросили наших пиротехников устроить небольшой фейерверк во время выступления Guns. Они никогда не использовали пиротехнику, я думаю им понравится… должно быть весело.

20.20

Так, мой друг, было нечто безумное. Мы зарядили 25 зарядов и когда Guns начали петь Welcome To The Gungle, все их взорвали. Группа выглядела так, словно все они обосрались, а потом на их лицах появились самые счастливые улыбки, какие я только видел. Аксель был в футболке Мотли… вот ЭТО было действительно неожиданно. Надо готовиться… последнее шоу…

30 ноября 1987

Конец тура по США

Аэропорт

День

Сижу в самолете, жду вылета домой, все еще не спал… вчера была ночь бурного отрыва. Снова сняли огромный конференц–зал, около двух унций порошка, но на этот раз у нас была еще тонна таблеток и бухла. Мы уложили в ряд 6 или 7 телок, снюхивали кокс с их спины, затем вставляли в нее член, затем переходили к следующей, снова делали дорогу, и так далее… а вы говорите про Скотный двор! Мы просто обезумели.

Множество объятий, благодарностей и «я буду скучать». Мы разгромили всю комнату, и когда было пора в аэропорт, Т–Вone съел горсть таблеток и заснул. Мы усадили его в инвалидную коляску, чтобы доставить к самолету. Его посадили рядом с маленькой девочкой, и она расплакалась.

О, Боже, нам нужен перерыв… я так устал, глаза ввалились. Я вижу отражение своего состояния на лицах у всех. Я люблю этих ребят, я знаю, что мы великая группа, но все вышло из под контроля и никто не держит в руках руль. Когда у тебя есть деньги, мир тебя любит…

Спокойной ночи… я на пути в свой любимый дом…

ТОММИ ЛИ: Бля, чувак, концерт в Спортаториуме, мы его назвали Нюхаторием, потому что кажется все дилеры пришли на то шоу. У одного даже был бейдж с надписью «дилер». Там было бесконечное количество халявного кокса. В ту секунду, когда закончилось последнее шоу, мы с Никки упали лицом в этот сугроб кокса, и я думал уже мы не поднимем голов. Я помню, как меня везли на инвалидной коляске по аэропорту, потому что я был совершенно готовый – я не мог говорить, ходить, думать, ничего не мог. Может это было легкое помешательство.

ДУГ ТАЙЛЕР: После последнего концерта все просто как с цепи сорвались по алкоголю и наркотикам. Томми так наелся таблеток, что к 8 или 9 часам , когда было пора в аэропорт, Ричу Фишеру пришлось везти его туда в инвалидной коляске. Какой–то перепуганный парень в первом классе чуть не наделал в штаны, когда рядом с ним усадили Томми в полубессознательном состоянии. Стюардесса усадила его отдельно от всех. Это был единственный случай, когда Томми превзошел Никки по степени обдолбанности.

1 декабря 1987

Вэн–Найс

13.50

Пока Карен была на работе, заходил Абдул. Я совершенно спёкся, вымотался и истощился за время этого тура, мне нужно уйти от реальности…потому и Абдул. Я так устал чувствовать себя усталым. Мне кажется, что я превращаюсь в призрака прямо на глазах у всего мира.

Я, правда, считаю, что в офисе не понимают во что мы превратились. Карен не знает, что я знаю, что она шпион. Надо быть осторожным, чтобы Абдул появлялся тут в правильное время. Его появление — это настоящее палево, он выглядит как больная крыса, еще хуже меня. Карен не следует его видеть и близко, он натуральный торчок. Карен девушка, которая слепа как летучая мышь, в плане распознавания дилеров, но даже летучая мышь поймет, что он – это плохие новости.

Интересно, как там ребята. Я знаю, что как только тур заканчивается, я приезжаю домой и чувствую себя тут посторонним. Я без румсервиса даже не понимаю, как тут поесть. В ворота звонят… пойду…

2 декабря 1987

Вэн Найс

15.45

Вернулось вчерашнее ощущение пустоты, ни радости , ни сожаления. На самом деле я вру, я чувствую ненависть, но не помню к кому… а имеет ли это еще значение? Возможно нет.

Небо сегодня серое, это дает мне ощущение защищенности, словно я лежу в полудреме под большим теплым одеялом. Вчера взял ширы на 5 косарей, не хочу видеть Абдула каждый день. И вот по каким причинам. Во–первых, мне вообще не хочется видеть людей. Я устал за время тура быть на виду. К тому же, Карен пристально следит за тем, кто ко мне приходит, и если что – она сразу выкинет красный флаг.

Скоро я рискну выбраться из спальни, молю, чтобы облака не исчезли.

3 декабря 1987

Вэн Найс

16.20

Вмазываюсь 4–5 раз в день. Хорошая новость, у меня не будет страшных дорог, если я буду следовать тем, которые есть(крутая лирика)… прекрасное чувство, когда ничего не чувствуешь. Мои нервы были натянуты как струны в течении долгих месяцев. Люди, они только утомляют, лезут к тебе, заглядывают в глаза, говорят разную хрень. Нужно изолироваться, или от них инфаркт заработаешь, особенно если ты их кумир.

Больше всего меня бесит Винс. Я могу быть сволочью, Томми эгоистом, Мик отшельником и безумцем, а Винс – театральная королева, это так достает… понемногу, эпизод за эпизодом это вызывает приступы гнева. Когда ты хрупок, не нужно землетрясения, чтобы тебя разбить. А повторяющиеся встряски только довершают дело.

Карен возвращается домой из офиса Дока через несколько часов. Кажется надо прибегнуть к старым наркоманским отмазкам типа «я простудился»… не могу заставить себя вылезти из постели…

5 декабря 19897

Вэн Найс

02.30

Официально заявляю, что я опять подсел.

Кажется я знал, что так и будет.

6 декабря 1987

Вэн Найс

14.05

Сегодня у Ноны был бы день рождения. Мне неловко звонить Тому и спрашивать, как у него дела. Уверен он где–нибудь сидит также с разбитым сердцем. В общем я сижу один у себя в спальне и периодически вмазываюсь. Смотрю телек, перед глазами проходит вся жизнь, от мальчика с мечтами до неудачника, из князя в грязь… Надеюсь, она меня не видит, кто я такой, чтобы делать ей больно? Я был хорошим мальчиком, она любила меня так, как кажется даже я сам не люблю себя, и вот до чего я докатился, я настоящее разочарование. Я говорил, что скоро увижу ее, но так же как и ты, дневник, я знаю, что если рай и существует, мне там места нет…

7 декабря 1987

Вэн Найс

Полночь

Я зажат в угол и не вижу способов вырваться. Да и не уверен,что хочу. Абдул сообщил мне сегодня, что начал торговать еще и коксом, героиновый бизнес идет не очень хорошо. Я сказал, что рад не беспокоиться каждый день на предмет «где взять», с тех пор как затарился у него, но возьму порошка, если качество хорошее. Он сказал, что берет не разбодяженный, так что за качество ручается. Я обещал заплатить сверх суммы, чтобы он поторопился, денег у меня сейчас полно, так что такое для меня какие–то 500 долларов? Не хочу чтобы кто–то что–то понял про меня, все следят за мной, как коршуны, и Карен тоже. Я знаю, что в ту минуту, когда она входит в офис, первый вопрос, который она слышит:" Как там Никки?» Я звоню туда обычно до первой утренней вмазки, заметаю следы (вау, хорошее название для песни). Абдул обещал принести мне 100 шприцов, когда придет в следующий раз. Я нагнал дозу, это из–за кокаина. Теперь встал вопрос, как я поеду в Японию, если у меня будут такие дороги?

Я говорил, у меня такое ощущение, что я никогда это не брошу, мне хорошо, когда я с наркотой. Если бы я мог просто исчезнуть, то был бы самым счастливым человеком на свете…

Пит заходил, ширнулись вместе… он тоже снова развязал.

КАРЕН ДЮМОНТ: Док и Дуг были рады тому, что я нахожусь рядом с Никки, они надеялись, что это остановит его, но никогда не просили меня шпионить за ним. Я рассказывала им, что мы хорошо провели уикенд, не более того. Никки конечно что–то употреблял, но старался, чтобы я не замечала этого. Он знал, я не выдержу, если он начнет при мне сходить с ума, и просто сбегу. Был дилер, который приходил поздно ночью, звонил в ворота. Я сказала, чтобы он уходил, мы с Никки поругались по этому поводу. Больше, когда я там находилась ,они не являлись, думаю Никки распланировал их визиты на другое время.

8 декабря 1987

Вэн Найс

19.30

Карен спросила, почему я, когда хожу в магазин, покупаю только искусственные лимоны и мороженое. Я сказал , что после того, как она уходит на работу, я пью чай с лимоном, а после этого меня всегда тянет на сладенькое…

Я уже с неделю не ел нормальной еды… у меня вместо нее героин. Карен пошла в магазин, накупила продуктов, к которым я даже не притронулся. Я сказал, что ем пока она на работе. Я так похудел, что мне уже нечего надеть. Конечно, говорят же, что нельзя быть слишком богатым или слишком стройным.

НИККИ: Мне были нужны искусственные лимоны для приготовления Перса. Можно использовать и настоящие, но это геморройно. У меня в спальне стоит мусорный пакет с искусственными лимонами, который я не разрешаю горничной выбрасывать. Ничего нет хуже для наркоши, употребляющего Перс, чем бегать за лимонами… ну, разве что бегать за широй. Помню, я как шарахался по супермаркету с тележкой. Должно быть, я там провел несколько часов, а купил только лимоны и мороженое. Представляю, какое жуткое впечатление я производил на всех мамочек, совершавших там свои еженедельные закупки.

11 декабря 1987

Вэн Найс

15.10

Только что проснулся и вспомнил, что у меня сегодня день рождения. Побежал к автоответчику и… не обнаружил там ни одного нового сообщения. Никто не поздравил меня с днем рождения. Ни подарков, ни открыток, ничего. Замечательно. Проснулся… кумарит и голова полна грустных мыслей.

Завтра улетаю в Японию, и знаю, что по дороге буду торчать в самолете, как это было уже в 85–м. Карен поняла, что что–то происходит, но для наркомана, я довольно хорошо маскируюсь. Мои руки с внутренней стороны могут рассказать историю страстной любви… Слава Богу, декабрь, потому что летом я бы не смог объяснить, отчего я все время с длинными рукавами и в кожаном пиджаке. Не трахался со времени окончания тура… никакого интереса.

15.00

Заходил Абдул. Подарил мне на день рождения пакет высококачественного Китайца. Сказал, что если я возьму сразу много, как брал Перса, он мне сделает хорошую скидку. Не уверен, что это можно назвать подарком в традиционном смысле этого слова, но в конце концов это мой подарок, и я приму его.

Не распаковывал вещи с тура, надо выбросить всю эту одежду и взять что–нибудь чистое, вот и буду готов к завтрашнему отъезду. Мне неудобно перед горничной, она не была в моей комнате почти две недели. У меня тут смертью пахнет. Надо попрятать все следы здесь до отъезда, ясно ведь, что Карен будет вынюхивать…

С днем рождения.

19.00

Только что вернулся из магазина. Нужно было кое–что купить перед отъездом в Японию. Карен сказала, что от меня пахнет и мне надо принять душ. Попробую, но я стал таким торчком, что мне по это по хую.

Это грустно, но такова моя доля.

12 декабря 1987

В самолете в Токио

17.00

Я взмазал небольшую дозу, и было это 6 часов назад или около того, до сих пор тащит. Все говорят, что я сильно похудел. Я сказал, что сижу на диете и бросил пить… в конце концов насчет бухла я не соврал, героинщики ненавидят алкоголь. Но сейчас я бы выпил, а у них есть только Джек. У меня есть заначка Валиума на крайний случай, но даже он не сможет снять мне боль. Блин, дерьмово… потею ужасно. Поразительно, как за 12 дней может измениться человеческая жизнь. Я проделал путь от алкоголика–кокаинщика назад к полной героиновой зависимости.

Это мое второе путешествие в Японию под кайфом. Это, конечно, пипец, но это классно, потому что я знаю совершенно точно, что там героина не достать… во всяком случае мне не удалось. Слава Богу…

ДОК МАКГИ: Пока Мотли были в Японии они запытали бедного мистера Удо, промоутера, милейшего человека на свете. Когда мы прилетели, у Томми в барабане нашли траву, и копы в аэропорту изъяли весь наш багаж. Томми даже не представлял, насколько это серьезно. Он просто сказал: «Чувак, что такое немного травки?» Мотли просто не врубались и не волновались, что в Японии нетерпимы ко всем видам нарушений. Когда мы приехали в отель, Томми, в своем репертуаре, кинул в окно бутылку, и не мог себе представить, что из–за этого будут серьезные разборки.

13 декабря 1987

Бэкстейдж

17.00

Готов к выходу на сцену. Как же мне херово. Я как обычно вру, что простудился, но все знают правду… это невысказанная правда. С потом из меня выходит яд. У меня ужасный джетлаг(синдром смены часового пояса) и депрессия. Пытаюсь улыбаться и изображать хорошее настроение, но если честно, получается хуже, чем когда–либо… но я знал на что иду.

14 декабря 1987

Оска,Отель Нагойя

02.00

Все еще не сплю, не могу. Ноги сводит и Валиум не помогает. Каждый снял себе по крошке–японочке. А я если бы и захотел, не смог бы трахаться…

Знаешь, что не гламурно? Блевать и дристать одновременно, во время кумара. Что–то обязательно не попадет в унитаз. Можешь себе представить, каково потом смотреть в глаза этим хорошеньким, маленьким японским горничным?

Поезд в Осаку

14.00

Мало спал… в полудреме. Почти не ломает, но тянет. Спасибо, Господи, за таблетки.