Джо Беннет давно дала себе слово — никогда не смешивать дела и удовольствия. Но вот на горизонте девушки появляется неотразимый Алекс Грант, в котором она узнает кумира своей юности — рок-певца Дэнни Форта, по необъяснимым причинам исчезнувшего в свое время с небосклона шоу-бизнеса. Сможет ли Джо противостоять искушению? Ведь Алекс — мужчина, о котором она мечтала всю жизнь!..
— Джо, тебя опять спрашивает этот мужчина!
Джозефина Беннет подняла глаза от стопки счетов, которые ей предстояло просмотреть. Она как раз размышляла над тем, что, судя по ним, фирма «Гринскейпс инкорпорейтед» стоит на пороге больших дел. Столько работы! Новые торговые комплексы, рестораны, жилые кварталы, новые предприятия всех типов, размеров и назначений… и всем нужны профессиональные услуги озеленителей.
Это же просто чудо! Даже ее отец, всегда свято веривший в будущее «натуральных украшений», как он это называл, удивился бы такому успеху своей компании, возглавляемой теперь его дочерью. Он наверняка гордился бы ею!
Кларк Беннет умер два года назад, но Джо по-прежнему так не хватало его — и как руководителя, и как нежного, заботливого отца, которого она любила всем сердцем. Вздохнув, Джо повернулась к секретарше, терпеливо ожидавшей в дверях ее ответа.
— Извини, Мардж. Что ты сказала? Я задумалась и не слышала.
— Снова звонит этот мужчина, Алекс Грант. Он звонит уже в пятый раз. Я все время говорю, что тебя нет на месте или что ты занята, и каждый раз мистер Грант злится все больше и больше. Сейчас он уже почти рычит.
Джо сложила счета в стопку и отодвинула ее на край стола.
— Что у него за дело, не знаешь?
— Понятия не имею. Он настаивает на том, что должен обсудить это с тобой лично.
Джо очень хотелось попросить Мардж как-нибудь придержать нетерпеливого Алекса Гранта до завтра. Сегодня был тяжелый день, и оставалось еще столько дел, что вряд ли удастся покинуть питомник до темна. Утром она принимала клиентов, которым захотелось осмотреть обширные владения фирмы. Затем у Джо был деловой ленч в расположенном неподалеку городке Брэдентоне с клиентами, открывающими большой мексиканский ресторан. Им нужны были экзотические растения для интерьера испанского дворика. Если Джо уложится в их смету, ее фирма будет обслуживать также другие заведения, которые вскоре намерена открыть та же компания. Потому Джо постаралась как следует и была почти уверена, что от рестораторов последует звонок, подтверждающий их заказ. Ленч затянулся, и Джо вернулась в свой офис в разгар дня. Она немедленно занялась разборкой бумаг, накопившихся на столе, и как раз начала вникать в суть дела. Сейчас был не самый удачный момент для ответа на звонок этого незнакомого, но, судя по всему, очень сердитого Алекса Гранта.
— Как, ты сказала, его имя, Мардж?
— Алекс Грант.
Джо не могла вспомнить среди своих знакомых человека с таким именем.
Поморщившись, она подумала, что нет смысла откладывать объяснения с рассерженным мужчиной.
— Скажи мистеру Гранту, что я отвечу на его звонок через две минуты, — решилась Джо, затем добавила с невеселой улыбкой: — Дай мне время отшлифовать любезный тон, хорошо?
Мардж согласно кивнула и вернулась за свой стол. Две минуты спустя, когда Джо здоровалась с человеком на другом конце провода, тон ее был безупречно выверен. Чуть виноватый, но не слишком. Немного резкий, но в меру любезный, с интересом к потенциальному клиенту, но в то же время ясно дающий понять, что его собеседница слишком занята, чтобы вникать в проблемы, которые ее не касаются. Если этот мужчина — клиент, тогда совсем другое дело. Проблемы клиентов всегда становятся ее проблемами. Итак…
— Мистер Грант? Извините, что заставила вас ждать…
В телефонной трубке невозможно услышать гром, и тишина не всегда кажется зловещей. А затаенное напряжение не ведет к тому, что сердце начинает биться сильнее от беспокойства. Почему же тогда Джо показалось вдруг, что она слышит в трубке зловещую тишину, сквозь которую прорываются раскаты грома, и чувствует себя так, словно ее опутала паутина беспокойства, тонкие нити которой обвивают ее все крепче?
— Мистер Грант? — повторила она.
— Я действительно наконец-то говорю с мисс Беннет?
Глубокий, чуть хрипловатый голос был полон сарказма. Джо поборола желание ответить что-нибудь резкое и любезно произнесла:
— Да, это действительно мисс Беннет.
— А я уже начал сомневаться в вашем существовании. Мне показалось, что вы — что-то вроде логотипа фирмы.
— Что?
— Ну, вроде Бетти Крокер, тетушки Джемаймы… Продолжить список?
— Не думаю, что в этом есть необходимость, — невозмутимо ответила Джо. — Как я уже сказала, мне жаль, что вам не удалось связаться со мной раньше. Может быть, вы сообщите о цели своего звонка?
— С восторгом, — теперь голос его казался подозрительно вежливым. — Честно говоря, я специально отложил вылет, чтобы лично объяснить вам, почему я потратил столько времени, пытаясь связаться с вами, мисс Беннет. Садитесь-ка в машину и приезжайте ко мне в офис. То, что вы увидите, наверняка сделает ситуацию предельно ясной.
— Сейчас уже довольно поздно, мистер Грант, — терпеливо произнесла Джо. — К тому же я понятия не имею, где находится ваш офис. Но даже если бы имела, у меня просто нет времени мчаться туда по первому зову. Кстати, завтра у меня также весьма напряженное расписание.
— Расписание можно пересмотреть, мисс Беннет, — проинформировал ее хриплый голос. — Вы не были в последнее время в торговом центре «Мимоза»?
— Торговый центр «Мимоза» откроют не раньше чем через неделю, — в голосе Джо начинало проскальзывать раздражение.
— Совершенно верно. Но «Гринскейпс» поставила в «Мимозу» растения. Ваша фирма, так сказать, разработала и осуществила проект внутреннего озеленения комплекса, и, согласно контракту, вы должны поддерживать жизнедеятельность посаженных вами растений. Я не ошибся?
— Нет. — Позже Джо спрашивала себя, почему именно в этот момент у нее в мозгу не зазвучал сигнал тревоги.
— Тогда, — продолжал Алекс Грант, — позвольте мне снова предложить вам как можно скорее приехать в мой офис. Думаю, название моей компании покажется вам более знакомым, чем мое имя. «Моллз интернэшенэл». Вы ведь слышали о нас?
Трудно было представить себе более саркастическую реплику. Джо почувствовала предательскую слабость в коленях. Алекс Грант оказался одним из важнейших на данный момент клиентов «Гринскейпс», к тому же новым клиентом, доверие которого еще предстояло завоевать! Джо мысленно обругала себя за то, что не вспомнила фамилию Грант. Но имя Алекс Грант действительно ничего для нее не значило. Президента «Моллз интернэшенэл», которого она никогда не видела, звали, судя по документам, Дэнфорт А. Грант.
Когда с этим клиентом подписывался договор, Джо открывала филиал фирмы в Майами, который должен был обслуживать побережье Флориды. Все переговоры с «Моллз» вел ее кузен Тим. А от имени клиента действовал представитель, а не президент. Джо очень захотелось, чтобы Тим, который работал теперь директором филиала в Майами, был сейчас здесь и сам разобрался с этим клиентом.
Соглашаясь встретиться с Алексом Грантом в «Моллз», как только она сможет туда добраться, Джо продолжала спрашивать себя, что же могло пойти наперекосяк. Она лично проверила работу в «Мимозе» несколько дней назад, когда завезли и установили растения. Помещение комплекса было огромным, от Джо и ее сотрудников потребовалось огромное мастерство, чтобы добиться эффекта изобилия тропической зелени, которого требовал клиент.
Джо припомнила, что Дэнфорт Грант был в то время в Италии, где открывал новый торговый комплекс неподалеку от Рима. И почему он там не остался!
Торговый комплекс «Мимоза» располагался по обе стороны границы между Сарасотой и Брэдентоном. Пресса совершенно справедливо называла его крупнейшим торговым комплексом на побережье Флориды. Его площадь составляла около ста тридцати акров, на которых располагалось пять огромных магазинов, сто шестьдесят кафе и магазинчиков поменьше. Архитектура в византийском стиле, огромный стеклянный купол над центральной пешеходной аллеей с внутренним парком и дюжиной кафе «под открытым небом». От парка, подобно спицам колеса, отходили узкие переходы, каждый из которых заканчивался «уникальным в своем роде» бутиком. Боковые сектора называли «базарами», каждому было дано название в стиле знаменитых арабских сказок Шехерезады.
Снаружи комплекс был отделан в пастельных тонах — бежевым, розовым, зеленым и бирюзовым, — вместе все это выглядело просто восхитительно. Когда Джо последний раз видела комплекс, она была просто в восторге от этого проекта. И справедливо считала, что ее фирма внесла свою лепту в его удачную реализацию. Внутренний сад под стеклянным куполом был самым прекрасным оазисом, какой только может померещиться усталому путнику, бредущему по пустыне.
Вспоминая свой последний визит, Джо вступила под купол центральной ротонды… и застыла на месте, пораженная увиденным.
Все было по-прежнему идеально — кроме сада. Перед Джо стояли деревья с опущенными ветками, желтеющие растения и опадающие кусты. Словно ударили вдруг неожиданные заморозки, нарушив тщательно продуманный людьми температурный режим. Ничего похожего на оазис, где мечтает отдохнуть усталый погонщик верблюдов.
Наблюдая крах усилий своей компании, Джо внутренне содрогнулась. Будь она трусихой, она бы тут же повернулась и убежала. Но спасаться бегством было не в ее стиле. Как в личных, так и в профессиональных делах Джо предпочитала не уклоняться от ответственности. Тем не менее мысль о неизбежной встрече с Алексом Грантом вдруг показалась ей особенно отвратительной.
Джо расправила плечи, пытаясь одновременно собраться с мыслями. И тут она заметила мужчину, наблюдавшего за ней из-под навеса одного из кафе. Джо тут же поняла, что ей не придется далеко ходить в поисках владельца торгового комплекса.
Мужчина медленно приблизился к ней. Джо старалась казаться спокойной. Она была немного близорука — за рулем и в кино надевала очки, — поэтому Гранту пришлось подойти довольно близко, прежде Чем она смогла отчетливо его разглядеть.
А разглядев его, она снова задержала дыхание, словно пораженная громом. Прошло немало лет — около двенадцати, быстро подсчитала в уме Джо, — и стоящий перед ней мужчина, несомненно, выглядел старше. Теперь он носил элегантный деловой костюм, а не джинсы и футболку. Не было и бус на шее. Наверное, мало кто из тогдашних поклонников этого человека узнал бы его сейчас. Но Джо не могла ошибиться. Ведь она была безумно влюблена в него когда-то.
Дэнни Форт. Он был известен под этим именем, когда Джо заканчивала школу. К сожалению, кумир любителей рок-н-ролла никогда не приезжал в Сарасоту, и Джо не довелось увидеть его на концерте. Приходилось довольствоваться клипами и фильмами с его участием, проводя каждую субботу именно в том кинотеатре, где показывали Дэнни Форта, на которого можно было мечтательно глядеть сквозь стекла очков в роговой оправе.
Изрядную часть своих карманных денег она тратила на альбомы Дэнни. У нее и сейчас сохранились эти альбомы. Она нашла их год назад, когда переоборудовала свой дом с окнами на залив Сарасота в дополнительное помещение для офиса — уж очень тоскливо было жить там одной после смерти отца. Теперь альбомы пылились на полке в чулане.
Прошли годы с тех пор, как она последний раз слушала песни Дэнни Форта, да и с тех пор, как он исчез со сцены, как неизбежно исчезают с небосклона даже самые яркие звезды. Она давно уже не слышала об этом человеке и, увидев его сейчас, невольно отступила на шаг назад. Джо никогда не думала, что Дэнни такой высокий. Он возвышался над ней подобно огромной башне, но девушка могла бы поспорить, что в этом огромном теле нет ни грамма лишнего жира. У стоявшего перед ней человека была фигура атлета.
— Мисс Беннет? — спросил он. — Я — Алекс Грант. — Хриплый голос казался теперь совсем другим.
Это только подогрело любопытство Джо. Какое-то смутное воспоминание на задворках памяти тревожило ее, но она никак не могла вспомнить, какое именно.
«Вспомню потом», — пообещала себе Джо, мысленно захлопывая дверь в прошлое и поворачиваясь лицом к настоящему.
Она снова окинула взглядом ротонду. Потом поглядела стоящему перед ней мужчине прямо в глаза и произнесла:
— Честно говоря, я даже не знаю, что вам сказать. Не могу понять, что здесь произошло. Эти растения находятся здесь всего три недели. Я проверила. Ими занимались в прошлый понедельник и завтра должны заняться снова.
— Думаю, — сказал на это Алекс Грант, — здесь больше подойдет слово «заменить».
Джо не видела смысла спорить с его оценкой. Большинство кустов и деревьев действительно придется заменить. Ей оставалось только надеяться, что удастся вернуть им жизнь в питомнике. Иначе фирма понесет чудовищные денежные потери. Но самым разрушительным для «Гринскейпс» была бы потеря репутации.
— Это только начало, — пообещал Грант, бросая взгляд поверх головы Джо в сторону одного из коридоров, — пройдемся?
— Видимо, придется, — с неохотой согласилась Джо.
Она едва поспевала за широко шагающим Грантом. В ней было пять футов пять дюймов[1], но рядом с этим человеком она чувствовала себя просто крошечной. Он подавлял ее, а может, просто раздражал. Джо несказанно удивилась тому, что можно, оказывается, невзлюбить с первой встречи человека, которым ты когда-то так восхищалась.
Она не заметила в нем никакого особого обаяния, которое помнила по прежним годам. Теперь этого человека интересовал только бизнес. Что ж, тем лучше для нее. Профессиональные качества выступили на первый план, заслонив собой волнение от встречи с воспоминаниями.
Что-то продолжало беспокоить ее. Что-то, чего она не могла высказать словами. Джо наморщила нос, словно действительно чувствовала в воздухе запах беды, но тут же поняла, что дело не в том, что чувствует ее нос, а в том, что видят глаза.
Они остановились во внутреннем дворике, возле фонтана, брызги которого падали в красиво выложенный мозаикой бассейн. В прошлый визит у Джо захватило дух от красоты этого места. Теперь же фонтан едва струился.
Но почему?
И тут Джо вдруг неожиданно открылся ответ. Он был так прост и ясен. И как она не поняла сразу?! Джо повернулась к Гранту, испепеляя его взглядом.
Хозяин комплекса стоял всего в нескольких шагах от нее, так близко, что, повернувшись, девушка чуть не наткнулась на него. Она тут же подалась назад, карие глаза ее сердито сузились.
— Освещение! Вот в чем дело! Что вы с ним сделали?
Прежде чем Грант успел ответить, Джо подняла голову и поглядела на купол. Прищурившись, она достала из сумочки очки, надела их и снова посмотрела вверх.
— Так я и думала! — воскликнула она. — Вы закрыли все световые проемы!
— Не закрыли, — поправил ее Алекс Грант, — а покрасили.
— Покрасили?! — в голосе Джо звучал неподдельный ужас.
— Именно так, мисс Беннет, — кивнул он, а затем добавил с невинным видом: — Что-то не так?
Джо сняла очки, слишком разгневанная, чтобы произнести хоть слово. Она подошла к ближайшей группе растений и осторожно потрогала листья. Несколько из них оторвались от стеблей и слетели на землю.
Затем Джо повернулась, и Алексу Гранту захотелось поежиться под взглядом ее мечущих молнии карих глаз.
Он никогда не испытывал ничего подобного. Алекс удивленно смотрел на Джозефину Беннет, пораженный своей реакцией на эту девушку. С того момента, когда он увидел сегодня утром пожухлые, вянущие растения, он относился к мисс Беннет достаточно враждебно. Теперь же Алекс чувствовал, как неприязнь его испаряется.
Девушка была хорошенькой. Когда она повернулась к растениям, Алекс воспользовался этим, чтобы изучить ее повнимательнее. Джозефина была ниже его, но вовсе не казалась малышкой. Ее трудно было назвать смазливой. Скорее Джозефина Беннет обладала глубокой и долговечной красотой, которая сильнее проявляется с возрастом, когда женщина становится более зрелой. И еще в ней была какая-то неявная, но отчетливая сексуальность. Наверное, мисс Беннет даже не подозревала, насколько соблазнительно она выглядит, особенно когда напускает на себя деловой вид.
Алексу понравился ее маленький аккуратный носик, изящно очерченные скулы, полные чувственные губы, спускавшиеся до плеч волосы цвета янтаря — и при этом темные выразительные глаза. Но было еще что-то, чего он не мог объяснить словами, что подогревало его интерес.
Ей было около тридцати. На несколько лет моложе его. Слишком молода, чтобы управлять одной из ведущих компаний, занимающихся озеленением во Флориде.
Она все еще не сказала ему, почему нельзя было покрасить многочисленные световые проемы купола. На взгляд Гранта, это делало интерьер комплекса еще симпатичнее.
— Так почему их нельзя было красить? — спросил он.
Джо глядела на него так, словно усомнилась вдруг в его нормальности.
— Неужели вы действительно не понимаете, что, закрасив проемы, лишили растения драгоценного света, необходимого для их жизни? — Она снова огляделась вокруг, недоуменно качая головой. — Результат вы видите сами, мистер Грант. Большинство этих растений требуют яркого света. Естественного или искусственного — неважно. Его должно быть столько же, сколько получали бы эти растения под открытым небом. Два главных условия роста — свет и вода. Эти растения выглядят так, словно им не хватало света. И это не могло произойти по вине моей компании. Какую краску вы использовали?
— Я могу узнать поточнее, — пробормотал Алекс. — Я сказал своему менеджеру… Крейгу Фрэни, вы ведь знаете его…
— Да, мы знакомы.
— Так вот, я объяснил Крейгу, какого эффекта мне хотелось бы добиться, а уже он разговаривал с малярами. Это было перед моим отъездом в Италию, с месяц назад. Наверное, до покраски дело дошло уже после того, как ваши люди привезли и установили растения.
— Разумеется! Иначе мы просто не стали бы их высаживать!
— Мисс Беннет!
— Да?
Алексу Гранту давно уже не приходилось приносить кому-либо свои извинения. Он вел бизнес очень осторожно, не допуская ошибок и не давая совершать их другим. Что же касается личных дел…
Алекс приказал себе не думать об этом.
— Мисс Беннет, — снова произнес он.
— Мистер Грант, — подчеркнуто вежливо ответила Джо.
— Я понимаю, что напрасно набросился на вас, — признался Алекс, хотя стоявшая перед ним девушка не могла понять, насколько тяжело ему давались эти слова. — И… я извиняюсь. Я не имел права делать столь поспешные выводы.
— Это вполне понятно, — сказала Джо. — Я не узнала сначала вашего имени, но, когда вы объяснили, кто вы, я вспомнила все статьи об удачливом бизнесмене Дэнфорте Гранте.
В уголках рта Алекса появилась улыбка.
— Нельзя верить всему, что читаешь, мисс Беннет, — сказал он.
Джо заметила улыбку, и ее снова охватили воспоминания. На экране его полуулыбка была просто неподражаема. А эти серые глаза…
В голове ее роилось множество вопросов. Конечно, все звезды меркнут. Но сейчас, по прошествии времени, казалось, что Дэнни Форт сошел со сцены намного быстрее, чем другие. Она потеряла его след, учась в колледже и увлеченно занимаясь изучением патологии растений. Затем Джо снова обратила свои взоры к миру развлечений, но на его небосклоне сияли уже другие звезды. Честно говоря, в то время она не часто думала о Дэнни Форте. Он стал частью ее детства, так же как огромные пузыри из жевательной резинки, ужасное красное вино на школьных вечеринках, джинсы по последней моде… а также наивное доверие ко всему.
Как все самое важное в жизни, подумала Джо. Дом, семья, любовь.
Она рано узнала цену доверию и наивности. Задолго до того, как стала взрослой. Ей было всего восемь, когда погиб во Вьетнаме ее брат Боб. Если бы не это, кто знает, что бы из нее получилось. Может, она стала бы балериной. Или актрисой. Археологом. Она много мечтала в детстве о старинных склепах, хранящих в себе несметные сокровища.
Но после гибели Боба Джо точно знала, кем станет. Ей предстояло продолжить дело отца и брата — она будет управлять «Гринскейпс». Лишь однажды она свернула с намеченного пути. Вскоре после выпуска Джо сбежала с Джимом Лансингом, футбольной звездой своего класса. Они доехали до Алабамы, чтобы пожениться. Как ни странно, именно родители Джима, а не ее, настояли на том, чтобы брак был аннулирован.
Больше всего Лансингов волновало, не окажется ли Джо беременной. Она до сих пор сомневалась, как повели бы себя эти люди, если бы их подозрения подтвердились…
— Мисс Беннет? — отвлек ее от воспоминаний голос Алекса.
Джо попыталась сосредоточиться на настоящем.
— Извините… Я задумалась… обо всем этом.
Взгляд ее снова скользнул по погубленным растениям и остановился на стоящем рядом мужчине. Он наверняка пользуется услугами личного лондонского портного. Светло-серый костюм сидел безукоризненно. И еще у него был отличный парикмахер, который знал, как следует уложить эти непослушные темные волосы, чтобы прическа выглядела аккуратной. Джо вспомнила, что во времена сценической карьеры он носил волосы до плеч, торчавшие во все стороны.
Сейчас он вежливо смотрел на Джо, ожидая, что она скажет. Джо взглянула в его глаза, казавшиеся в зависимости от освещения то голубыми, то серыми. И вдруг подумала о том, что этот человек может оказаться очень сильным противником.
Он прошел огонь, воду и медные трубы и сейчас наверняка крепче любой стали.
— Я думаю, — осторожно начала она, — что ответственность за все это лежит на вас, мистер Грант.
В глазах Алекса мелькнуло что-то похожее на восхищение, но Джо тут же сказала себе, что не стоит толковать это в свою пользу. Она ждала ответа и едва смогла подавить изумление, когда Грант сказал:
— Может быть, вы сможете что-то исправить?
Наверное, все дело было в том, что он стоял так близко. Джо чувствовала исходивший от него свежий запах — смесь мыла и лосьона после бритья. Или во всем был виноват его настойчивый взгляд, говоривший о том, что Грант с нетерпением ждет ее ответа? Или воспоминания о юности? Но Джо тут же поняла, что недооценила опасного обаяния этого человека. Как бы там ни было, неожиданно она почувствовала, как все тело ее задрожало от прилива чувственности.
Она овладела собой и почти спокойным голосом произнесла:
— Как я уже говорила, всем растениям необходим свет. Много света. Закрасив световые проемы, вы лишили их источника света. Неужели вам не пришло в голову, что ваш архитектор не случайно запланировал в конструкции купола столько стекла? Это было сделано именно для того, чтобы обеспечить жизнь вашим маленьким оазисам.
— Наверное, это так, — кивнул Алекс.
— И что же теперь?
Нахмурившись, Алекс пояснил:
— Я ведь тоже неспроста велел закрасить стеклянные проемы. Это было необходимо для решения проблемы.
— Какой проблемы?
— Когда я приехал сюда месяц назад, был полдень, и солнце, проникавшее внутрь ротонды, чуть не ослепило меня. Лучи его били прямо в глаза. Это не понравилось мне, и я подумал, что это не понравится также покупателям. Тогда я подумал, что тонкий слой краски сделает освещение более приемлемым. И людям будет удобнее прогуливаться здесь. — Алекс Грант сделал паузу и сокрушенно покачал головой. Затем, к удивлению Джо, он снова одарил ее своей знаменитой полуулыбкой. — Итак, — закончил он с неотразимой простотой, — кажется, я сел в лужу.
Джо была настолько зачарована близостью Алекса Гранта, что не нашлась сразу, что ему ответить. Улыбка этого человека словно возвращала ее в детство. А уж искреннее признание в собственной неправоте — последнее, что она ожидала услышать от владельца «Моллз интернэшенэл».
Она с неохотой призналась себе, что мужчина, с такой легкостью признавший свою ошибку, не может быть твердым и несгибаемым, как подобает добившемуся успеха бизнесмену. Кажется, она поторопилась с выводами. Конечно, ему не занимать твердости. Но расположение, которое испытывала к нему Джо, наводило на мысль о том, что наряду с твердостью человек этот обладает и куда более приятными качествами.
От взгляда Алекса Джо овладело беспокойство. Наверное, все дело в освещении, но глаза его казались удивительно теплыми.
— Кажется, мы оба сели в лужу, — с сомнением произнесла Джо. — Прежде чем приехать сюда, я просмотрела записи. Неудивительно, что в первый раз человек, ухаживающий за вашими растениями, ничего не заметил. Но во второй раз он должен был понять, что растения развиваются не так, как им положено.
Подумав об этом, Джо нахмурилась. Бригаду, отвечавшую за растения в «Мимозе», возглавлял Лен Фарадей. Она всегда безоговорочно доверяла этому человеку. Лен занимался озеленением многие годы и работал в «Гринскейпс» почти со дня основания фирмы. Она не могла даже представить себе, чтобы Лен упустил какие-то детали, касавшиеся столь важного проекта.
Снова посмотрев на увядающие растения, Джо поморщилась.
— Независимо от того, кто виноват, — сказала она, — это ужасно и мы должны все немедленно исправить. Но есть одно условие.
— Какое же? — поинтересовался Алекс.
— Надо удалить краску со световых проемов. Иначе все повторится снова.
Сложив руки на груди, Алекс Грант обдумывал ее слова.
— Не хочу показаться упрямым, — сказал он после долгой паузы, — но мне не хотелось бы этого делать. Солнечный свет кажется чересчур назойливым.
— Вы ведь были здесь до того, как посадили растения, — напомнила ему Джо. — Обилие листьев смягчает резкость солнечных лучей, даже самых ярких. Уверяю вас. Я сама проверила работу в день высадки растений и вернулась на следующий день, чтобы посмотреть еще раз. Погода была ясной, и казалось, что я гуляю по мокрому от дождя лесу, в который уже проникли солнечные лучи. Здесь было так красиво! — Лукаво улыбнувшись Гранту, девушка добавила: — И мне не пришлось даже надевать солнечные очки.
Он не улыбнулся в ответ и не сразу ответил Джо. Вместо этого, закинув голову, Алекс стал разглядывать купол.
— Мы должны обсудить это, — произнес он наконец. — Но дело в том, что у меня нет офиса в этом торговом комплексе, мисс Беннет, Штаб-квартира нашей компании находится в Нью-Йорке. Большую часть времени я провожу там. Однако мне приходится постоянно путешествовать по разным филиалам фирмы. И для деловых свиданий я использую обычно офисы главных менеджеров филиалов. В данном случае, кабинет Крейга Фрэни. Сейчас мы можем поговорить там. Хотя Крейгу и без того уже не по себе от всего происходящего.
— В этом ведь нет его вины, — чисто автоматически произнесла Джо.
— Я знаю, но он смотрит на все несколько иначе. — И снова мелькнула его неотразимая полуулыбка. — Наверное, я слишком сурово отчитал его, — признался Алекс. — Когда я пришел сюда сегодня утром… я был в шоке. Если бы кто-то преднамеренно захотел нам навредить, трудно было бы изобрести лучший способ. И я буквально набросился на Крейга. Мне казалось, что он должен немедленно исправить сложившуюся ситуацию. А теперь я вспоминаю: он ведь говорил, что некоторые растения, кажется, увядают.
— А он звонил в питомник?
— Да. Крейг говорил с Леном Фарадеем. Ведь это он отвечает за растения?
— Да.
— Я не могу процитировать дословно, что ответил Крейгу ваш человек, но смысл сводился к тому, что это временные недостатки, которые несложно будет исправить. Судя по всему, мистер Фарадей не заметил ничего особенного во время своего визита на прошлой неделе. Он обещал приехать со своими людьми завтра и позаботиться обо всем. И Крейг согласился с этим. А я нет.
Джо посочувствовала про себя Крейгу Фрэни. Они встречались несколько раз, чтобы обсудить дизайн оазисов и скоординировать озеленение с остальными стадиями отделки. Крейг был милым и сговорчивым человеком средних лет. Весьма компетентным и опытным в своей работе. Но сейчас она подумала, что Крейгу было далеко до владельца «Моллз интернэшенэл».
— В общем, — продолжал Алекс, — мне кажется, нам лучше поговорить где-то в другом месте.
— Если хотите, можно использовать мой кабинет, — предложила Джо. — Ла-Флорес всего в двадцати минутах езды отсюда.
Алекс Грант посмотрел на золотые часы на запястье:
— А как насчет коктейля в тихой непринужденной обстановке? Сейчас самое время для коктейля.
Джо собралась напомнить, как трудно найти тихое место на побережье Флориды в середине марта. Это пик туристического сезона, и все клубы и рестораны, которые приходили ей на ум, наверняка полны народу. Джо попыталась вспомнить место поспокойнее, но, прежде чем она успела хоть что-нибудь предложить, Алекс произнес как ни в чем не бывало:
— У меня номер во «Флоридиане». Почему бы не пойти туда?
Джо заколебалась. «Флоридиана» — новый отель в нижней Сарасоте, построенный прямо напротив гавани. Джо как-то обедала там с друзьями, и отель показался ей слишком вычурным — обилие розового, слишком много пальм, слишком много керамических фламинго, вымученный тропический пейзаж. Там не хватало только собственной отполированной луны, прилепленной к пластиковому небу.
Джо была несколько удивлена тем, что Алекс Грант остановился во «Флоридиане». Впрочем, это проливало свет на еще одну сторону его характера. Может быть, ему нравятся искусственные пейзажи, которыми изобилует жизнь удачливых бизнесменов.
— Так уж случилось, — пояснил Алекс, словно прочитав ее мысли, — что я вложил деньги в этот отель. Увидев его вчера, я пожалел об этом. Хотя, должен признаться, отель наверняка принесет доход.
Джо улыбнулась.
— Думаю, — сказала она, — нам лучше пойти в одно небольшое уютное заведение, о котором я только что вспомнила. Это примерно в пяти милях отсюда, в районе, который знают не все туристы. Так что у нас есть шанс найти там свободный столик.
— Как пожелаете, — согласился Алекс. — Ведите — я следую за вами.
Джо отметила про себя, что у Алекса простенькая машина, наверняка взятая напрокат. И это снова удивило ее. Она ожидала увидеть что-нибудь более шикарное или хотя бы более дорогое. Может быть, «Порше» или «Мерседес», думала она, осторожно двигаясь среди оживленного потока транспорта. Но с каждой милей Джо становилось все труднее сосредоточиться на дороге. Она думала о мужчине, сидящем за рулем следовавшей за ней машины.
Если бы не полуулыбка и не обезоруживающее признание, что он сел в лужу, Джо сочла бы Алекса Гранта весьма привлекательным, но чересчур банальным образцом богатого и удачливого бизнесмена. Именно таким он и выглядел. Она могла представить его путешествующим по стране в собственном самолете, иногда, когда есть настроение, даже сидящим за штурвалом. Или устраивающим светские приемы, на которых хозяйничает безукоризненная во всех отношениях жена. Она ясно видела его на международных конференциях бизнесменов. Этот человек должен был преуспевать во всем — от тенниса до смешивания мартини. И наверняка делал он все это с неизменной грацией, мастерством и уверенностью в себе. Но все это была лишь игра, вроде той, что вел когда-то Дэнни Форт. Жизнь на сцене.
Джо всегда считала, что у людей типа Дэнфорта А. Гранта в голове калькулятор, а вместо сердца — компьютер. Но его обаятельная улыбка и откровенное признание не соответствовали этому образу.
Они припарковали машины на стоянке перед выбранным Джо небольшим клубом. Она надеялась, что в это время здесь еще не очень много народу, и оказалась права. Они нашли в углу свободную кабинку, и Алекс заказал бурбон, а Джо отдала предпочтение розовому вину. Тихо играла музыка, освещение было чуть притушено. Слишком поздно Джо подумала, что надо было выбрать заведение с менее интимной обстановкой. Здесь оказалось так мило, что нетрудно было забыть об истинной цели их приезда.
— Кстати, о растениях, — начала Джо, твердо намереваясь свести разговор к обсуждению дел, пока Алекс не увел разговор в сторону.
Алекс усмехнулся.
— Ну хорошо, — сказал он. — Когда Крейг Фрэни показал мне контракт с вашей фирмой, я заметил, что его подписал некто Дж. А. Беннет, президент. Я предположил, как нечто само собой разумеющееся, что вы — мужчина. И еще больше уверился в этом, когда услышал, что вас называют Джо Беннет. И только когда ваша секретарша повторила мне несколько раз, что мисс Беннет не может со мной говорить, я осознал свою ошибку.
— Что ж, многие ошибаются точно так.
— Итак, Джо — это сокращенно от Джозефины?
— Да, — кивнула девушка. — И — я скажу сама, прежде чем вы успеете спросить — «А» означает Анжела. — Она пригубила вина из бокала. — Что ж, раз уж мы обсуждаем имена…
— И что же?
— Вы ведь не назвались Дэнфортом А. Грантом. Иначе моя секретарша сразу бы поняла, с кем говорит.
— И тогда бы вы подошли к телефону скорее?
— Боюсь, что нет, — честно призналась Джо. — Меня действительно не было в офисе, когда вы звонили. Но тогда я хотя бы поняла, что вы звоните по важному делу. И вся дрожала бы от страха, — поддразнила его девушка.
— Я вовсе не люблю, чтобы люди дрожали передо мной от страха, Джо.
Алекс как ни в чем не бывало назвал ее по имени, но сердце Джо вдруг учащенно забилось. Трудно было поверить, что она действительно сидит напротив кумира своей юности в обстановке, о которой не могла бы тогда даже мечтать.
— Иногда, — отрывисто произнес Апекс, — я устраиваю бурю независимо от своего желания, а потом спохватываюсь. Но специально я никогда никого не пугаю.
— Придется поверить на слово. — Джо быстро пригубила вино, вдруг почувствовав, как у нее пересохло в горле.
— Позвольте задать вам один вопрос, — продолжал Алекс. — Вы действительно являетесь владельцем «Гринскейпс инкорпорейтед»? Или пост президента — чисто представительский?
От этого вопроса Джо почему-то стало не по себе, хотя причин для этого не было. Прежде чем она успела ответить, Алекс произнес:
— Если так, то это замечательная стратегия.
— Спасибо за комплимент, мистер Грант, — холодно ответила Джо. — Но я вовсе не представительская фигура.
— Пожалуйста, называйте меня Алекс, — попросил он.
— Хорошо, Алекс. Так вы что же — хотите услышать историю нашей компании?
— Хочу…
— Хорошо. Мой отец основал «Гринскейпс» двадцать пять лет назад. Сначала это была небольшая фирма, но потом мы стали одной из самых крупных компаний, занимающихся озеленением во Флориде. Пока еще не самой большой, но мы продолжаем активно расширяться. Мой отец несколько лет болел, а два года назад умер, так что мне пришлось принять на себя руководство фирмой гораздо раньше, чем это случилось бы при других обстоятельствах. Но отец оставался президентом до самой своей смерти. А потом я заняла эту должность. У нас есть несколько верных фирме сотрудников и превосходный совет директоров. Мой кузен Тим — первый вице-президент. Сейчас он руководит только что открывшимся филиалом в Майами. У. нас также весьма компетентные руководители филиалов в Тампе, Санкт-Петербурге[2], Клиауотере, Форт-Майерс и Неаполе. Если не считать Майами, мы не освоили пока Восточное побережье. Но мы изучили ситуацию на рынке, и я думаю, вскоре откроем свои офисы в Вест-Палм-Бич, Дейтона-Бич и Джексонвилле. Вы получили ответ на свой вопрос? — спросила Джо, выдержав паузу.
На этот раз обаятельная улыбка Алекса показалась ей не слишком веселой.
— Да. И вы здорово поставили меня на место. Впрочем, я вовсе не хотел принизить ваше положение, задав свой вопрос. А получилось именно так. Я честно хотел сделать комплимент хорошо проделанной работе. — Джо ничего не ответила, и Алекс продолжал: — Я понимаю, что значит добиться успеха в современном деловом мире, полном кровожадных конкурентов. Поэтому я готов искренне поздравить вас. Конечно же, мне хорошо известна репутация «Гринскейпс», иначе мы не обратились бы к вам с предложением украсить торговый комплекс. Именно поэтому я был в таком шоке, когда пришел туда сегодня утром. — Джо хотела было перебить его, но Алекс знаком попросил ее помолчать. — Не стоит снова искать виноватых. Сейчас важно решить, есть ли у нас время исправить ситуацию до официально объявленного открытия «Мимозы», которое должно пройти через неделю. Если времени недостаточно, я хотел бы услышать об этом сейчас. Я просто перенесу открытие, пока все не будет в порядке. Но хотелось бы немедленно сделать об этом заявления в прессе. Представьте себе пять тысяч машин, кружащих вокруг комплекса в поисках открытой двери!
— Представляю, — серьезно ответила Джо. — Мы можем управиться до объявленного вами числа — если вы прикажете счистить краску со световых проемов.
— Вы настаиваете на этом?
— Иначе я не стала бы предлагать. Завтра утром мы увезем отсюда все растения. Очень много времени ушло на фитодизайн. А зная точно, куда какое растение ставить, команда мистера Фарадея может посадить их дня за два-три. Но прежде чем сажать их на место, они изучат и удобрят должным образом почву. Как только пробы будут закончены, все пойдет быстрее. — Джо перевела дыхание. — Вас устраивает такой вариант?
— А сколько времени уйдет на пробы? — спросил Алекс.
— Самое большее — несколько часов.
— Вы уверены?
— У меня степень магистра патологии растений, Алекс. Я твердо уверена, что проблемы с растениями возникли из-за отсутствия света. Пробы почвы можно сделать прямо на месте. Я на девяносто девять процентов уверена, что они не нужны, но не стоит оставлять для риска даже один процент.
— Да, действительно, — согласился Алекс. — Я, со своей стороны, распоряжусь, чтобы завтра же наняли рабочих привести в первоначальное состояние купол. Крейг Фрэни все устроит.
Джо кивнула, затем спросила:
— Предположим, что, когда работа будет закончена, вы придете в «Мимозу» и вам снова ударит в глаза яркое солнце?
— Я прищурюсь и надену темные очки, — угрюмо произнес Алекс. Затем он вдруг рассмеялся. — Ну вот. Я уже признался, что был не прав. Трудно сдержаться, когда ожидаешь попасть в определенную атмосферу, а вместо этого… ну, вы знаете.
— Вы думали, что попадете в «Мимозе» в одну из арабских сказок, да?
— Что-то вроде этого.
— У вас будет ваша арабская сказка, — пообещала Джо. — Наберитесь терпения. А вы собираетесь присутствовать на открытии?
Просмотрев меню, Алекс предложил заказать начо.
— Звучит заманчиво, — откликнулась Джо. Алекс кивнул официантке и сделал заказ.
Только после этого он ответил наконец на вопрос Джо:
— Да, я собираюсь быть на открытии. Когда мне удается, я всегда присутствую на подобных церемониях. Это позволяет разглядеть и почувствовать местных потребителей. Когда нет возможности побывать на открытии самому, кто-нибудь из представителей компании делает для меня подробный отчет. На этот раз…
Джо вопросительно взглянула на Алекса.
— Завтра я улетаю в Нью-Йорк, но это всего на пару дней. Потом вернусь сюда, чтобы отдохнуть недельку. Я решил, что заслуживаю отдыха. Погреюсь на солнышке. А потом отправлюсь в Китай.
— В Китай? — удивилась Джо.
Алекс кивнул:
— Консультировать по поводу открытия большого торгового комплекса под Шанхаем. Я лично не участвую в этом проекте, но меня попросили провести там неделю в составе консультационной группы. — Он снова улыбнулся. — Честно говоря, я был очень польщен этим предложением. И я слишком большой эгоист, чтобы не ехать туда самому, а послать кого-нибудь из специалистов компании.
— Трудно винить вас в этом. — Переварив полученную информацию, Джо поняла вдруг что хотела бы узнать об Алексе гораздо больше. Хотелось бы восполнить пробел между настоящим и теми годами, когда Алекс был рок-звездой. Ей не терпелось узнать, почему он оставил карьеру певца на гребне успеха. И как стал строить и открывать по всему миру торговые комплексы? Что происходит в его личной жизни? Какую кухню он предпочитает? Каким видом спорта занимается? Есть ли у него время на какое-нибудь хобби? Где он живет? Какая у него жена?..
Джо стало вдруг не по себе. Они с Алексом ели начо и болтали о расширении бизнеса по всему «солнечному побережью» Флориды, но она все время возвращалась мыслями к этому вопросу. Пожалуй, ей была неприятна мысль о том, что у Алекса есть жена.
Вскоре она обнаружила, что Дэнфорт Александр Грант был не только красивым мужчиной, но и весьма интересным собеседником. Джо чувствовала себя рядом с ним удивительно спокойно и в то же время весело. Это было странно, учитывая обстоятельства, которые заставили ее несколько часов назад встретиться с этим человеком. Слишком легко оказалось забыть, что он был одним из важнейших клиентов ее фирмы — а ведь Джо давно знала, что нельзя смешивать работу и удовольствия. Для нее это стало первым уроком в книге об успешном бизнесе.
Но с Алексом Грантом она почему-то чувствовала себя так, словно сегодня было их первое свидание. Легко было представить себе, что он позвонил ей сегодня не по делу, а просто чтобы предложить вместе отдохнуть. Иногда Джо звонили знакомые ее знакомых, которых она едва помнила, и предлагали повеселиться. Ока соглашалась пойти с ними куда-нибудь выпить или пообедать. Но всякий раз это заканчивалось разочарованием. А с Алексом… пожалуй, если бы Алекс пригласил ее на свидание еще раз, она встретилась бы с ним…
Но у него наверняка хватит хорошего воспитания распрощаться с ней через пару часов, а в следующий раз они уже встретятся на открытии комплекса. Оставалось только надеяться, что в этот день у него будет повод поздравить ее с отлично проделанной работой по восстановлению оазиса. А потом Алекс улетит в Китай, и на этом их знакомство завершится.
Она чуть не вздрогнула, когда Алекс неожиданно спросил:
— Могу я рассчитывать на экскурсию по вашему питомнику, когда вернусь из Нью-Йорка?
— Конечно, — быстро ответила Джо. — Только дайте мне знать, когда вам будет удобно.
— В любое время, когда вы свободны.
Джо решила не говорить ему, что очень редко сама ходит с посетителями по питомнику. Хотя как раз сегодня утром она показывала свои владения хозяевам кинотеатра из Тампы. Но во время этой экскурсии они обсуждали, каким образом расширить один из кинотеатров, присоединив к нему «зеленое» кафе с экзотическими растениями, кофе по-восточному и разными десертами. Если идея окажется плодотворной, они сделают то же самое с еще тремя своими кинотеатрами.
Как правило, экскурсии по питомнику проводил кто-нибудь из персонала Джо. Но сейчас она быстро убедила себя, что должна проводить Алекса сама, потому что Дэнфорт Александр Грант, безусловно, куда более важный клиент, чем владельцы кинотеатра или рестораторы, с которыми она встречалась за ленчем. «Моллз интернэшенэл» — очень крупный клиент. И президент компании имеет право ждать от нее, что она лично покажет ему питомник.
— Мы назначим экскурсию на удобное для вас время, Джо, — продолжал Алекс. — В этот приезд у меня будет много свободного времени. Я не так часто позволяю себе отдых, так что хотелось бы как следует расслабиться и развлечься. Я уже был здесь несколько раз по делам, связанным с открытием «Мимозы», но у меня не нашлось времени исследовать как следует эту часть Флориды. Один раз я побывал на Сент-Армандз-Ки и Лидо-Бич, а во второй приезд — на Сиеста-Ки. Мне очень понравилось. Я даже подумываю, не купить ли там что-нибудь — небольшое бунгало, просто чтобы спрятаться иногда от суеты.
Сердце Джо вдруг учащенно забилось от одной мысли, что Алекс, возможно, будет приезжать сюда почаще.
— Итак, — продолжал Грант. — Если не считать встречи с агентом по продаже недвижимости и открытия «Мимозы», я буду практически свободен. И готов приехать осмотреть ваши владения в любое время. — Он подал знак, чтобы им принесли счет. — Я свяжусь с вами, как только вернусь.
— Хорошо, — медленно произнесла Джо.
Алекс, достававший из кармана кредитную карточку, не заметил выражения ее лица. Но от него не укрылось, что ответ ее прозвучал без особого энтузиазма.
А чего он, собственно, своими резкими нападками ожидал? Что она подпрыгнет от радости при мысли об очередной встрече с ним? Он наверняка произвел на Джозефину Беннет не лучшее впечатление. В общем, сначала и она не произвела на него особого впечатления. Но ему сразу понравилось, что девушка решительно вступила с ним в бой. Несмотря на то что он наверняка считался особо важным клиентом фирмы, которая могла потерять деньги на его недовольстве, Джо не побоялась отстаивать свое мнение.
Профессиональную честь Джо Беннет ставила выше прибыли. Алекс всегда уважал это качество в партнерах по бизнесу. Он вовсе не собирался приглашать ее выпить. Они вполне могли бы поговорить в офисе Крейга Фрэни. Но Алекс неожиданно почувствовал, что ему хочется получше узнать эту удивительную женщину. Хотелось разглядеть ее где-нибудь подальше от торгового комплекса, где все настраивало на деловой тон.
И вот она сидит перед ним. Алекс не мог вспомнить, когда он последний раз чувствовал себя таким расслабленным и непринужденным, как сидя вот здесь рядом с рыжеволосой специалисткой по растениям и рассуждая о стремительных темпах роста бизнеса во Флориде.
Неожиданно внимание Алекса привлекла звучавшая в кафе музыка. Он чуть не поморщился, узнав одну из песен, которую исполнял когда-то. Иногда по-прежнему больно было думать о том, что он больше не может петь. Но он быстро прогонял от себя подобные мысли.
Алекс поднял глаза на Джо, и в голове его мелькнула сумасшедшая мысль о том, что хорошо бы пригласить ее на танец. Он был неплохим танцором, но чаще всего ему приходилось танцевать с женами своих деловых партнеров. А вот с Джо наверняка было бы приятно закружиться в танце.
— Пойдемте? — тихо спросил Алекс, хотя на самом деле ему хотелось остаться. Конечно, можно было предложить ей пообедать вместе. Когда он вернется во «Флоридиану», обед придется заказать в номер. Ему надо сделать множество деловых звонков. К тому же что за удовольствие обедать одному в ресторане отеля. Интересно, сколько пищи перетаскали в его номера посыльные гостиничных служб и сколько еще одиноких обедов ждало его в отелях по всему миру.
Впрочем, Алекс вынужден был признаться себе, что в большинстве случаев оставался один по собственной инициативе. Куда бы он ни ехал, никогда не было недостатка в приглашениях от людей, готовых оказать ему гостеприимство. Но внимание и восхищение окружающих слишком давно перестали доставлять ему удовольствие.
Джо взяла сумочку и явно собиралась уходить. Алекс понял, что пропустил момент, когда можно было пригласить ее на обед. С испорченным настроением он последовал вслед за Джо к выходу из клуба. Облака, двигавшиеся к ним весь день, добрались наконец до места назначения, и теперь все кругом поливал теплый тропический дождь.
— Придется бежать до машины, — сказала Джо. — Спасибо за коктейль, Алекс. Буду ждать вашего звонка.
Алекс хотел бы услышать на прощание что-нибудь более прочувствованное. Интересно, думал он, глядя вслед удалявшейся машине Джо, что она сказала бы, если бы узнала, что еще сегодня утром он вовсе не собирался устраивать себе неделю отпуска во Флориде.
Эта идея пришла ему в голову, когда он сидел напротив Джо и слушал описание местных красот. Джо родилась и выросла в округе Сарасота, и у нее был легкий южный акцент — еще одна интригующая подробность. Но в основном она предпочитала изображать из себя торгово-промышленную палату в одном лице, и это тоже удавалось ей неплохо.
В свой прошлый приезд Алекс действительно проехал вдоль Сиеста-Ки, задумавшись мимоходом о том, что неплохо было бы купить в этих местах уединенный домик с пирсом и лодкой. Но лишь несколько минут назад он твердо решил заняться поисками такого места.
И все из-за Джозефины Беннет?
Что же в ней такого особенного? Алекс знал много женщин, куда более привлекательных внешне. Честно говоря, в его записной книжке было множество телефонов потрясающих красоток по меньшей мере из двенадцати стран мира, не говоря уже о многочисленных американских знакомых. Безусловно, Джо нравилась ему. Темно-карие глаза, гладкая розовая кожа, чувственные губы, потрясающие волосы янтарного цвета. Но Алекс почему-то был уверен, что секрет обаяния Джо таился где-то глубже. Нетрудно было угадать, что ей приходилось переживать тяжелые времена, особенно когда умер ее отец и Джо пришлось принять на себя руководство фирмой. И ей удалось выстоять благодаря своей смелости и независимости.
Алексу нравилось, как быстро и профессионально Джо разобралась с испорченным оазисом. Она готова была взять часть вины на себя, но не стеснялась в выражениях, обнаружив, что растения погибли из-за того, что был покрашен купол.
Алекс улыбнулся, глядя сквозь дождливые сумерки куда-то вдаль. Немногие его партнеры посмели бы говорить с ним так резко, как Джо Беннет. Алекс почти намеренно создал себе в деловых кругах репутацию тирана. Хотя, в общем, он слыл в этих самых кругах человеком суровым, но справедливым. Люди, имевшие с ним дело, знали, что Алекс ищет для своих сделок самых выгодных условий, не терпит вмешательства в свои дела и редко отступает… потому что почти всегда оказывается прав.
Такая самооценка вовсе не была завышенной. Он приобрел свой опыт, пройдя тяжелым путем ошибок и разочарований.
Впереди маячили огни «Флоридианы». Отель казался почти дворцом, своими гигантскими размерами и «тропическим» шармом он наверняка понравится многим, но Алекс прекрасно понимал, что Джо Беннет вряд ли будет в их числе. Ему тоже не очень нравились подобные места, но бизнес есть бизнес, и «Флоридиана» — отличное вложение капитала.
Он подумал о том, чтобы забронировать для своего неожиданно наметившегося отпуска бунгало на пляже Сиеста-Ки, но тут же решил, что это было бы пустой тратой времени. У такой привлекательной женщины, как Джо Беннет, не только дни, но и вечера наверняка расписаны. Вряд ли стоит особо надеяться на то, что он сумеет урвать достаточно ее свободного времени во время своего отпуска. Хорошо, если вообще удастся с ней повидаться.
Алекс доехал до отеля, поднялся на персональном лифте в пентхаус и приступил к деловым звонкам. Проговорив по телефону около часа, он позвонил в сервисную службу отеля и заказал в номер бифштекс из индейки и чашку кофе. Затем он снова поднял трубку и огорошил Энди Карсона, своего заместителя, сообщением о том, что берет неделю отпуска. Это означало, что Энди и Крейгу придется взять на себя его работу.
Тяжелую цену приходится платить за успех огромной корпорации. Положив трубку, Алекс подумал, не слишком ли порой велика эта цена?
На следующий день после встречи с Алексом Грантом Джо, приехав в офис, немедленно вызвала к себе Лена Фарадея. Она редко позволяла себе подобное поведение, но, проведя почти бессонную ночь, Джо пришла к выводу, что ключ к разгадке неудачи в комплексе «Мимоза», возможно, находится у Лена.
Когда несколько минут спустя Лен появился на пороге ее офиса, Джо несколько встревожил его вид. Лен выглядел усталым, постаревшим и похудевшим. Джо вдруг подумала о том, что давно она с ним не виделась. Их пути редко пересекались, так как Лен в основном находился в разъездах, контролируя многочисленные проекты. И все же раньше они встречались чаще.
Прежде чем Джо успела открыть рот, Лен произнес:
— Я знаю, зачем ты вызвала меня. Неудача в торговом комплексе?
Джо мысленно обругала себя за то, что не подумала, как быстро эта новость долетит до Лена. Ведь, еще не встав утром с постели, Джо подняла трубку и оставила на автоответчике Мардж указание немедленно послать в «Мимозу» бригаду рабочих, чтобы начать выкапывать растения.
Только теперь Джо поняла, что, отдав подобное указание, она действовала в обход одного из своих лучших и наиболее лояльных сотрудников. А ведь Лен отвечал за этот проект. Надо было объяснить ему ситуацию и предоставить самому распорядиться действиями бригады. Джо невольно нанесла удар самолюбию Лена. Но разве не он сам навлек на себя все случившееся?
Несмотря на то что внешний вид Лена встревожил ее, Джо требовательно спросила: — Так что же случилось в «Мимозе»?
— Ну, прежде всего я не был там неделю назад, — признался Лен. — Я совещался с бригадой, проводившей инспекцию. Боб Хоули сказал мне, что не все растения выглядят хорошо. Он волновался по поводу полива и в конце концов решил, что растениям необходима подкормка. Упомянул, что воздух под куполом очень сухой.
— Итак, — с горечью произнесла Джо, — растения были перекормлены удобрениями, а воду не проверили как следует.
— Боюсь, что так, — сокрушенно признался Лен. — Мне… очень жаль. Надеюсь, ты сможешь объяснить клиенту ситуацию, и он позволит нам попытаться ее исправить. Поверь, я понимаю всю важность этого проекта. И проклинаю себя за то, что не отправился туда сам немедленно после разговора с Бобом. Но раньше он никогда не ошибался.
— А почему ты сам не поехал в «Мимозу»?
Подбородок Лена Фарадея стал вдруг каменным, а все тело, казалось, напряглось. Подняв глаза, он твердо произнес:
— Джо, около месяца назад у меня обнаружили рак. На прошлой неделе я проходил первый сеанс химиотерапии. После этого я чувствовал себя ужасно и позволил себе остаться дома.
— Господи, Лен! — воскликнула Джо. — Почему ты не рассказал мне об этом? — Проблема с «Мимозой» была забыта. Джо смотрела во все глаза на человека, который столько лет был частью «Гринскейпс». На близкого друга своего покойного отца.
— Потому что на твои плечи и так взвалено достаточно, — рассудительно произнес Лен. — И уже давно. Доктора сказали мне, что этого демона можно задушить в зародыше с помощью химиотерапии. Операции пока не требуется. Несколько месяцев — и я буду как новенький, — Лен выдавил из себя улыбку.
— Лен Фарадей! — дрожащим голосом произнесла Джо. — Ты немедленно берешь отпуск по болезни!
Лен невесело рассмеялся:
— Ты очень похожа на своего старика, когда говоришь таким тоном. Но я собираюсь не подчиниться тебе, как не подчинился бы и ему. Я не буду брать отпуск. Это убило бы меня.
Джо с удивлением посмотрела на Лена.
— Но это же смешно! Тебе необходим полный покой!
— Вовсе нет!
— Да!
— Послушай, Джо, давай договоримся о компромиссе. Я буду брать выходной в те дни, когда хожу на процедуры, если мне будет совсем плохо. Если же нет, придется потерпеть меня здесь.
Лен был вдовцом, у них с женой никогда не было детей. Джо знала об этом, но только сейчас она поняла, как много значила для него «Гринскейпс». И как он, должно быть, ужасно чувствует себя после фиаско в «Мимозе».
— Но только если вы будете чувствовать себя на все сто, мистер Фарадей, — строго сказала Джо.
— Много ли вы знаете людей, которые могли бы честно сказать, что чувствуют себя на все сто, мисс Беннет?
— Послушай, Лен, в том, что случилось в «Мимозе», на самом деле нет вины «Гринскейпс».
— Откуда ты знаешь?
Джо рассказала ему об указании Алекса Гранта закрасить световые проемы в куполе, чтобы не так ярко бил в глаза солнечный свет. И о том, что убедила Алекса немедленно приказать счистить краску, если он хочет, чтобы специалисты «Гринскейпс» продолжали заниматься озеленением его объектов.
Когда она закончила, Лен рассмеялся:
— Хотелось бы мне видеть, как ты набросилась на него. Я знаю кое-кого из рабочих на строительстве комплекса. Так что можешь мне поверить — когда там появляется Грант, всех их немного потряхивает. Они говорят, что он выжимает из людей все соки, пока его комплекс не доведут до окончательного совершенства, но в общем человек справедливый.
Даже эта сообщенная мимоходом информация заинтриговала Джо. Несмотря на славу удачливого предпринимателя, Дэнфорт А. Грант вел себя достаточно замкнуто. Иначе о нем чаще писали бы в газетах и журналах — включая истории о его чудесном перевоплощении из рок-звезды в капиталиста.
Лен Фарадей выпрямился:
— Если не возражаешь, Джо, мне пора отправляться в «Мимозу».
— Послушай, Лен, — Джо не покидало беспокойство по поводу его здоровья. — Тебе нет необходимости ехать туда сегодня. Ребята сами выкопают увядшие растения. Это проще простого. Но я хотела бы поручить тебе самому проверить пробы почвы. Можешь также еще раз сдать на анализ воду из «Мимозы», чтобы мы убедились, что она действительно такая чистая, как нам казалось. А потом, когда туда доставят новые растения, тебе придется взглянуть на них и… Джо осеклась, увидев в глазах Лена ироническую ухмылку.
— Ты учишь меня работать? — поинтересовался он.
— Ты ведь знаешь, что я никогда не осмелилась бы, Лен.
На секунду полуулыбка Фарадея напомнила ей Алекса Гранта. Потом он серьезно произнес:
— Я собираюсь вылечиться, Джо. Так что не трать свое драгоценное время на беспокойство обо мне.
— Хорошо, — пробормотала девушка. — Хорошо.
Как только Лен ушел, Джо принялась просматривать бумаги, сложенные стопкой на столе. Казалось, эта стопка никогда не уменьшается, сколько бы времени ни посвящала бумагам Джо. Конечно, обилие бумаг было одним из проявлений успеха фирмы, и Джо оставалось лишь надеяться, что весть о фиаско в «Мимозе», произошедшем в результате досадной комедии ошибок, не повредит репутации «Гринскейпс».
— И может быть, это научит Алекса Гранта не торопиться с выводами, — задумчиво произнесла она вслух. Слава богу, в кабинете никого не было, а за стеной стрекотал принтер компьютера Мардж.
Прошел день. Потом еще один. И еще один. На четвертое утро после знакомства Джозефины Беннет и Алекса Гранта Мардж сообщила по селектору:
— Опять звонит тот мужчина, Джо.
Не понадобилось долго объяснять, о ком идет речь.
— Я прилетел вчера поздно вечером, — сообщил Алекс. — Наверное, сегодня вы слишком заняты, чтобы сопроводить меня на обещанную экскурсию по питомнику.
Джо понимала, что должна немедленно ответить что-то вроде: «Да, мне очень жаль, но это так», — но она не в силах была произнести этих слов.
— Ну…
— Послушайте, Джо. Не надо спешки, — сказал Алекс Грант. — Как я уже говорил, у меня нет никакого конкретного расписания, и я готов приспособиться к вашему. Я свободен до открытия комплекса во вторник.
— Это просто потрясающе, Алекс, — выдавила из себя Джо.
— К тому же, — продолжал Грант, — я решил продлить свой отпуск на пару дней. Сначала я планировал отдохнуть эту неделю, а потом мне пришло в голову, что нет смысла возвращаться в Нью-Йорк в пятницу.
Алекс говорил так, как будто включал в свои планы Джо. У нее перехватило дыхание. Она изо всех сил пыталась следовать своему решению никогда не смешивать бизнес и удовольствие. Но губы ее словно сами собой уже произнесли:
— Если хотите приехать сегодня днем, Алекс, я найду время поводить вас по питомнику.
— Найдете время или выкроите его? — уточнил Алекс.
Джо рассмеялась.
— Если честно, скорее выкрою, — призналась она. — Но только лишь потому, что я решила посвятить сегодняшний день бумажной работе. Если не разгребать периодически бумаги, в один прекрасный день они просто завалят меня.
— Можете не рассказывать, — сказал Алекс. — Так во сколько мне прийти?
— Я освобожусь в три.
— Буду у вас в три, — пообещал он.
Алекс приехал в офис Джо на пять минут раньше. Она как раз оставила бесплодные попытки надиктовать вразумительно деловое письмо, поняв, что только наделает еще больше ошибок.
Как только Джо услышала в приемной хрипловатый голос Алекса, у нее вдруг задрожали колени. Когда Мардж зашла доложить о нем, а вслед за ней порог кабинета перешагнул сам Алекс, Джо снова почувствовала себя той молоденькой дурочкой, млевшей от одного взгляда на Дэнни Форта в темноте кинотеатра.
Алекс выглядел потрясающе, но вовсе не походил на симпатичного преуспевающего джентльмена, с которым Джо сцепилась четыре дня назад в торговом комплексе «Мимоза». Сейчас на нем была бледно-желтая рубашка с расстегнутым воротом, удобные шорты цвета хаки и кожаные сандалии. Он даже успел немного загореть — как подозревала Джо, у бассейна «Флоридианы».
Такой Алекс выглядел моложе. Следы напряжения, которые отметила Джо при их первой встрече, сейчас исчезли, он выглядел здоровым и отдохнувшим. Джо приходилось слышать, что по-настоящему удачливые люди умеют не только работать, но и отдыхать как следует. Ей пока еще не удалось этому научиться. Дела отнимали слишком много времени и сил. Она почти забыла, что такое отдыхать и веселиться.
Зато Алекс, судя по его виду, научился балансировать на грани полезного и приятного. Что ж, Джо тоже когда-нибудь овладеет этим искусством.
«Может быть, Алекс согласится дать мне уроки?» — от этой мысли у Джо закружилась голова.
Алекс отметил про себя, как замутился вдруг ее взгляд, и подумал, что, наверное, оторвал ее от каких-то важных мыслей.
— Послушайте, — быстро сказал он. — Если вы пытались на чем-то сосредоточиться, я могу подождать.
— Вовсе нет, — поспешно ответила Джо.
Она расправила голубую хлопчатобумажную юбку, которую надела сегодня вместе с белой блузкой и красивым темно-синим поясом ручной вязки. Это был пятый наряд из всего, что она перемерила, вспомнив утром, что именно сегодня может позвонить Алекс. Она хотела выглядеть буднично и повседневно, чтобы ни в коем случае не было заметно, что она одевалась специально для него. И сейчас взгляд Алекса ясно показал, что она сделала правильный выбор.
Джо задержалась в приемной, чтобы дать указания секретарше. Мардж была счастлива в браке, и у нее подрастали двое детишек, но это не помешало ей окинуть Алекса оценивающим взглядом и одарить его ослепительной улыбкой.
Наверное, подумала Джо, Алекс действует таким образом на всех женщин. А ведь он ничего для этого не делает! И как он мог не понравиться ей тогда, в «Мимозе»?
— Почему бы нам не начать экскурсию прямо отсюда? — усилием воли Джо заставила себя вернуться к реальности.
— Чудесная мысль, — согласился Алекс.
— Итак, — начала Джо, — вы видите перед собой фермерский дом, в котором я выросла. После того как умер отец, мне пришла в голову мысль переделать его в главный офис. До этого мы использовали старый трейлер, в котором, естественно, не хватало места. Пришлось снести здесь несколько стен, пристроить крыльцо, поставить стеклянные скользящие двери — и, пожалуйста, штаб-квартира готова.
— Здорово! — одобрительно произнес Алекс.
Он стоял, засунув руки в карманы, и выглядел расслабленным и непринужденным. Но его проницательные глаза жадно вбирали все, что он видел вокруг, и мозг напряженно работал.
Они вышли на улицу. Алекс старался приспособить свой широкий шаг к походке Джо, которая подвела его к ряду современных оранжерей. Вопросы Алекса были короткими и деловыми. Не могло быть никаких сомнений — он искренне заинтересовался увиденным.
Джо по праву гордилась своим питомником и вскоре расслабилась настолько, что поделилась с Алексом своими чувствами в отношении оставленного ей отцом наследства: — Концепция отца не отличалась оригинальностью, но он четко следовал своим правилам. Главной его идеей было перенести в помещение красоту окружающей природы, чтобы растения стали не просто декоративными композициями, а функциональной частью дома или офиса, от которой зависит атмосфера в том месте, где люди живут, работают или отдыхают. Психологические тесты показали, что люди лучше чувствуют себя в помещениях, украшенных живыми растениями.
— Нетрудно в это поверить, — кивнул Алекс.
— Опросы показывают, что, когда растения устанавливают на рабочих местах, сотрудники реже болеют. Люди чувствуют себя более счастливыми, и в конечном итоге это положительно сказывается на производительности их труда. К тому же клиенты, посещающие офисы, оформленные живыми растениями, получают благоприятное первое впечатление, и это зачастую помогает заключению контрактов. Ведь первое впечатление очень важно.
Джо замялась, вспомнив, какое впечатление сложилось поначалу у президента «Моллз интернэшенэл» о ее работе.
— Не стоит расстраиваться, Джо, — тихо произнес Алекс, словно угадав ее мысли. — Неудача в «Мимозе» произошла из-за меня, а не из-за вас. Не сомневаюсь: через несколько дней зеленый пейзаж торгового комплекса сможет принять участие в любом конкурсе. Я видел это, даже когда смотрел на увядшие растения.
— А как насчет краски? — поинтересовалась Джо.
— К завтрашнему вечеру от нее не останется и следа.
Разговаривая, они осматривали ту часть питомника, где росли образцы деревьев. У Джо возникло вдруг странное впечатление, будто они проникли на чужую территорию, хотя она сотни раз прогуливалась вдоль этих самых деревьев. Позже она спрашивала себя, что же заставило ее споткнуться именно в этот момент — собственное состояние или действительно торчавший из земли корень.
Ей почему-то казалось, что корень не случайно торчал именно в этом месте. Как не была случайной и реакция Алекса. Конечно же, он протянул руку, чтобы удержать ее от падения, но рука эта так и осталась лежать на плече Джо, и она обернулась, чтобы посмотреть на Алекса.
Они были близко, так близко друг от друга посреди зеленого оазиса, под ярко-синим небом. Алекс медленно привлек девушку к себе. Глаза его сверкали. В голове Джо звучало предупреждение — не надо, не надо мешать бизнес и удовольствие. Она ведь приняла решение не замечать внимания Алекса.
Но тут Джо с удивлением поймала себя на мысли, что ей вовсе не хочется сопротивляться. Алекс нежно обнял ее, и губы их сомкнулись в поцелуе.
Поцелуй этот был нежным и в то же время страстным. Словно что-то растаяло внутри Джо, и тут же ушли прочь все сомнения. Она готова была отдаться во власть чувств, позволить себе забыть о разуме и логике. Она знала, как действует на Алекса и что испытывает при этом сама. И когда он попытался отстраниться, мысль об этом показалась невыносимой. Без слов, одними глазами она словно приглашала его к продолжению.
Но тут… они неожиданно услышали голоса. По питомнику всегда ходило много народу, и Джо знала почти всех, кто мог оказаться там в эту минуту. Поэтому осторожность взяла верх, и она сделала шаг назад.
Убрав со лба растрепавшиеся волосы и поправив юбку, Джо призналась дрожащим голосом:
— Не знаю, что это на меня нашло.
— Тут вы не одиноки, — тихо прошептал Алекс. — Может быть, все дело в этом тропическом великолепии?
— Слишком много пальм? — попыталась пошутить Джо. Но внутри ее бушевал огонь.
Они походили по питомнику еще минут десять, и все это время Джо пыталась заставить себя не думать о поцелуе Алекса. Потом они вернулись в офис. Увидев, что Алекс явно никуда не торопится, Джо предложила ему выпить:
— Может быть, чаю со льдом? Мардж всегда держит на кухне полный кувшин.
— С удовольствием, — ответил Алекс, устраиваясь поудобнее на кожаном диване напротив ее стола.
Потягивая холодный чай, он снова стал задавать вопросы о «Гринскейпс», и Джо с удовольствием отвечала на них. Ей надо было как-то отвлечься от головокружительных воспоминаний о поцелуе, снова обрести ясность мыслей!
— Флорида — главный рынок страны в плане озеленения, — говорила Джо. — В основном благодаря тому, что климат круглый год благоприятствует развитию растений. Почти все, что мы используем для своих композиций, выращивается здесь.
— Но почему я не видел в питомнике цветов? — поинтересовался Алекс.
— Вот их мы как раз предпочитаем покупать. Лилии, хризантемы, гладиолусы, тюльпаны — мы покупаем все это по мере необходимости в других питомниках. Отец подумывал о том, чтобы заняться также разведением цветов, но потом решил, что лучше специализироваться в своей области, чем пытаться делать сразу все.
— Честно говоря, все это произвело на меня огромное впечатление, — признался Алекс. — Я интересуюсь озеленением интерьеров с тех пор, как начал открывать торговые комплексы, но мне никогда еще не приходилось бывать в таком большом питомнике. Это настоящее предприятие. Все организовано безукоризненно, и это наверняка ваша заслуга.
— Спасибо, — Джо вдруг почувствовала, как краснеет. — Я проходила курс менеджмента, это, конечно, помогло, но…
— Но самому главному вас научил отец, — закончил за нее Алекс.
— Да, — кивнула Джо.
— А ваша мать? Кто она?
— Мама умерла девять лет назад. Я училась тогда на втором курсе.
Алекс на секунду замолчал, потом спросил:
— Чтобы управлять «Гринскейпс», надо постоянно держать руку на пульсе, не так ли?
— Да уж. Мы свято верим в то, что растения, как дети, нуждаются в нашей нежной заботе. И наши сотрудники окружают их этой заботой. Поэтому у меня больно сжалось сердце, когда я увидела в тот день, что творится в «Мимозе».
Алекс поморщился:
— Давайте больше не касаться этой темы.
— Трудно будет удержаться, — призналась Джо. — Если честно, я еще долго буду вспоминать этот кошмар. Но теперь я хоть знаю, почему это произошло. — Джо вовсе не собиралась рассказывать о болезни Лена Фарадея, помешавшей ему как следует за всем проследить. Но и сама не успела понять, как получилось, что она в деталях изложила все Алексу.
Он слушал сочувственно, а когда Джо закончила, очень серьезно произнес:
— Всегда надо учитывать человеческий фактор, Джо. Иногда это нелегко. Но у всех у нас есть недостатки, которые мешают подчас справиться с работой. Иногда этого можно избежать, иногда — нет. Мне кажется, этот ваш Лен Фарадей — очень отважный человек. Успокойте его по поводу «Мимозы». Кажется, там уже закончилась пересадка растений. Я гарантирую вам одобрение клиента.
Глаза Джо удивленно расширились.
— Но зачем говорить об этом сейчас? — резонно заметила она. — Там еще нечего одобрять. Подождите, пока не взглянете на новую композицию, а потом уж решите, стоит ли она вашего одобрения.
— В этом нет необходимости, — заверил ее Алекс. — Моя фирма связывалась с местным Советом по развитию бизнеса, и нам сказали, что на вашу компанию не поступало ни одной жалобы за все время ее существования. Двадцать пять лет без жалоб — это просто невероятно.
— Мы стараемся, — Джо даже покраснела немного от смущения.
Алекс взглянул на часы и присвистнул:
— Уже почти шесть. Я и не думал, что так поздно. — Улыбнувшись Джо, он добавил: — Мне не хотелось отрывать вас от работы. А как же ваша секретарша?
— Мардж давно уже ушла. Она помахала мне на прощанье.
— За моей спиной?
Алекс смотрел на свой пустой стакан, и Джо поняла вдруг, что он думает сейчас вовсе не об уходе Мардж. Медленно подняв глаза, он спросил:
— Сегодня у вас найдется время пообедать со мной?
Джо с неохотой покачала головой:
— Сегодня я не могу. Мне очень жаль.
— Мне тоже.
Не понимая, как это получилось, Джо сказала вдруг:
— Честно говоря, я иду на день рождения. Может быть, вы составите мне компанию?
— Я? — удивился Алекс.
Джо рассмеялась:
— Вам понравится. Это уникальная возможность увидеть жизнь Флориды с другой стороны.
— Как это?
— Около года назад у нашего лучшего дизайнера Фреда Бакстера был инсульт. Он сейчас более или менее восстановился, но пока ходит с палочкой. Фред делает для нас иногда кое-какую работу. Но когда он только начал выкарабкиваться после инсульта, они с женой решили продать свой дом и перебрались в домик на колесах — таких много в парке над Манати-ривер. В общем, сегодня Фреду пятьдесят два.
— Он слишком молод, чтобы выпасть из жизни, — заметил Алекс.
— Да, ему пришлось очень тяжело. И, наверное, тяжело до сих пор. Но он старается не подавать виду. И ему в этом очень помогает жена. Мирна — настоящее сокровище. Вот и сегодня она хочет устроить для мужа день рождения-сюрприз. Это будет в парке, в центре развлечений. Мирна завлечет туда Фреда под предлогом того, что хочет поиграть в бинго. Но никакого бинго, конечно, не будет.
— Фред знает, что вы приедете?
— Фред вообще ни о чем не знает, в том-то и дело. Я заказала торт — его надо забрать по дороге. Но супермаркет работает допоздна, так что времени еще куча.
— И вы действительно приглашаете меня поехать туда с вами?
Джо не знала, как реагировать на подобный вопрос.
— Да, Алекс, — произнесла она с некоторым напряжением. — Я пригласила вас на полном серьезе. Но вполне пойму, если вы решите заняться во время отпуска чем-нибудь более веселым. Это будет не самое захватывающее развлечение.
«Там просто будет много добрых, хороших людей», — чуть не сказала она, но вовремя осеклась.
Алекс выглядел сейчас почти таким же непробиваемым, как при их первой встрече.
— Поймите меня правильно, Джо, — сказал он. — Не то чтобы я жаждал захватывающих развлечений… разве что в обществе людей, к которым я искренне неравнодушен.
Неравнодушен…
Фраза, эта эхом отдалась в ушах Джо. У нее вдруг закружилась голова. Она так мало знала об Алексе. Практически ничего о его личной жизни, о том, какую роль играли в ней женщины. Была ли у него любовница или жена?
Джо с ужасом услышала собственный голос:
— Вы женаты, Алекс?
— Женат? — изумленно повторил он, явно обескураженный ее вопросом. — Нет, я не женат. Неужели вы думаете, что я попытался бы ухаживать за вами, будучи женатым? — Прежде чем Джо успела ответить, Алекс продолжал: — Надеюсь, что «мисс Беннет» также означает, что вы не замужем?
— Угадали, — улыбнулась Джо.
— Так почему же вы решили, что я женат?
— Ну, вы заговорили о том, что приятно разделить удовольствие с человеком, к которому неравнодушен.
— Такого человека сейчас нет, Джо. Вернее, не было долгое время. Романы — да, — честно признался Алекс. — Короткие и ни к чему не обязывающие. Наверное, у меня не самый легкий характер…
Он улыбнулся, и сердце Джо сладко заныло.
— Честно говоря, у меня были серьезные отношения с одной женщиной — очень давно. Она ушла от меня. Понадобилось время, чтобы пережить, но я справился. После этого — никаких разбитых сердец, никакой неразделенной любви. Я люблю женщин, Джо. Но последние десять лет я был слишком занят, чтобы завести с кем-нибудь серьезные отношения. — Сделав паузу, Алекс добавил: — Вот вам мое признание. А как насчет вашего?
— Оно… пожалуй… напоминает ваше, — задумчиво произнесла Джо. — Это тоже было давно. Я сбежала с одним парнем сразу после школы. Его родители добились объявления нашего брака недействительным.
— Его родители?
— Именно так. Это стало для меня тогда большим ударом. Но, как и вы, я сумела от него оправиться. И никаких разбитых сердец, — улыбнулась Джо, повторяя слова Алекса. — Никакой неразделенной любви. Я тоже слишком занята для серьезных отношений.
— Что ж, мы оба стоим на одних и тех же позициях, — заметил Алекс.
Джо не была уверена, что именно он имел в виду. То, что оба они привыкли срывать цветы удовольствия, когда и где возможно, не связывая себя обязательствами? Может быть, она и поступала так несколько раз, но Джо точно знала, что с Алексом Грантом так не получится.
Если их роман закончится крахом, она будет разбита целиком и полностью и никогда уже не станет снова собой.
— Можно мне пойти с вами на день рождения Фреда, Джо? — тихо спросил Алекс. — Вы уверены, что вашим друзьям не помешает присутствие постороннего?
— Им это очень понравится, — пообещала Джо.
Говоря это, она понимала, что сообщила Алексу лишь часть правды. Конечно, Фред и Мирна будут рады видеть его у себя. Алекс мог бы служить истинным украшением любой вечеринки. Но Джо пригласила его ради самой себя, а вовсе не ради хозяев. И это означало играть с огнем.
Бизнес и удовольствие, снова напомнила себе Джо. Но одного взгляда на невероятно красивое лицо Алекса было достаточно, чтобы забыть обо всем.
Джо вызвалась вести машину, поскольку знала дорогу.
Они заехали за тортом и вскоре уже мчались по объездной дороге, ведущей к шоссе номер сорок один. Как и предполагала Джо, на развязке было не продохнуть от машин.
— Неудачное время? — сочувственно поинтересовался Алекс, после того как они в третий раз встали в пробке.
Джо покачала головой.
— Здесь почти всегда так, — призналась она. — Кроме, наверное, трех часов утра. Но все равно это самая короткая дорога к Бакстерам.
Алекс улыбнулся.
— Мне даже приятно застрять с вами в пробке, — поддразнил он Джо. — Но, с другой стороны, я знаю, какое это испытание для сидящего за рулем. — Хотите, поменяемся на время местами?
— Нет, спасибо. Честно говоря, нам осталось совсем немного. Конечно, мы опоздаем, но Мардж, моя секретарша, должна была прибыть туда пораньше и все организовать.
Алекс кивнул, а затем спросил, окинув взглядом шоссе:
— Неужели это и есть знаменитая дорога Тамайами?
— Да, — улыбнулась в ответ Джо. — По виду не скажешь, правда? Большинство туристов ожидают увидеть старую дорогу для телег, вроде тех, что так часто встречаются в Испании. Но на самом деле, пока не стали строить шоссе между штатами, это был единственный путь, ведущий от Тампы до Майами. Отсюда его название.
— Куда более романтичное, чем реальность.
На этот раз Джо улыбнулась как-то невесело.
— Так можно охарактеризовать многое в этой жизни, — сказала она. — Не правда ли?
— Не совсем, — загадочно ответил Алекс. Он откинулся на спинку сиденья, и Джо взглянула на него украдкой. Трудно было руководствоваться рассудком и вести как следует машину, когда он сидел рядом. Никогда еще Джо не хотелось самой привести мужчину к тому, чтобы он захотел заняться с ней любовью. Не то чтобы она была излишне старомодна в этом отношении, просто желание ее никогда не оказывалось настолько сильным. Но с Алексом все могло бы быть по-другому. Собственные мысли встревожили Джо, и она приказала себе сосредоточиться на дороге.
Парк трейлеров, где жили Бакстеры, раскинулся по берегам реки Манати.
— Приятное место, — прокомментировал Алекс, когда они подъехали к воротам, окруженным великолепными розовыми азалиями.
— Да, перед нами один из лучших парков этих мест, — согласилась Джо. — У Бакстеров был большой дом в Брэдентоне, который они продали после инсульта Фреда. Им трудно было расстаться с домом, они очень его любили. Но содержать трейлер намного проще, к тому же это место гораздо ближе к больнице, где проходит терапию Фред.
— Возможно, вы удивитесь, — сказал Алекс, — но я никогда не был в трейлере. Или я должен называть его передвижным домом?
— Большинство действительно называют их передвижными домами, хотя на самом деле их почти невозможно передвинуть. Они прекрасно подходят для Флориды. Думаю, гораздо лучше, чем для других мест. Здесь подходящий климат и общая атмосфера. Таких городков много в разных парках. — Джо усмехнулась: — Но, разумеется, в основном это общины для людей постарше.
— То есть?
— То есть, если бы мы даже захотели купить трейлер, нам не позволили бы здесь поселиться. — Джо въехала на стоянку рядом с приземистым деревянным зданием, выкрашенным белой краской. — Членам общины должно быть за пятьдесят. А то и за пятьдесят пять. Что ж, дорога перед нами, — сказала Джо, указывая на тропинку между деревьев.
При этом она встретилась глазами с Алексом и удивилась настойчивости его взгляда.
— Да, — кивнул он. — Перед нами действительно лежит дорога.
Джо приказала себе не задумываться над тем, что он имел в виду. Они вошли в здание центра развлечений общины. Мардж Кэссиди как раз выстраивала людей в углу. Она быстро кивнула Джо и Алексу, приглашая их присоединиться к остальным.
— Давайте сюда торт, я отнесу его на кухню. Вы чуть не опоздали. Я уже начала беспокоиться, что пробка помешает вам добраться. Мирна и Фред могут появиться в любую минуту.
Оглядевшись, Джо узнала нескольких обитателей парка. Она кивала и здоровалась, ей кивали и улыбались в ответ. Многие бросали любопытные взгляды на Алекса.
Буквально через несколько минут дверь открылась, и Джо увидела Фреда, опиравшегося на трость, и стоявшую рядом с ним Мирну.
Они застыли в дверном проеме на фоне разноцветного предзакатного неба.
— Ты уверена, что сегодня здесь играют в бинго? — спросил жену Фред.
И тут все закричали хором:
— С днем рождения, Фред!
Включили верхний свет, и Джо увидела, как Фред моргает, пытаясь скрыть блеснувшие в глазах слезы. С тех пор как с ним случился инсульт, он стал очень эмоционален. Но это здоровые человеческие эмоции, напомнила себе Джо.
Подбежав к Фреду она сжала его в объятиях, повторяя:
— Будь счастлив, счастлив, счастлив.
У нее тоже защипало глаза. Фред прижал ее к себе здоровой правой рукой.
— Ну вот, Джо, я продержался еще один год, — сказал он так, что слышала только она одна.
— И таких лет будет еще очень много, — искренне пожелала ему Джо.
Затем она повернулась и увидела прямо перед собой Алекса. Очень кстати. Ей необходимо было отвлечься от своих трогательных переживаний. Джо стала представлять Алекса Мирне и Фреду, потом остальным гостям.
Женщины из общины подготовили все для дня рождения, выставив угощение на длинном столе, покрытом красивой голубой бумажной скатертью и заставленном цветами, а также синими свечками в хрустальных подсвечниках.
Гостям предлагалось на выбор пиво или безалкогольный фруктовый пунш. Люди ели, пили, болтали друг с другом. Поглядывая украдкой на Фреда, Джо с удовольствием отмечала, что он веселится от души.
Наконец пришел момент зажечь свечи на огромном торте, привезенном Джо. Фред встал и задул все свечи разом, заставив гостей подивиться силе своих легких.
Джо помогала раздавать торт, кладя куски на синие бумажные тарелки. Алекс, к ее удивлению, решил, что тоже должен принять в этом участие, и стал разносить тарелки гостям. Потом Джо увидела, как он подвинул складной стул к стулу Фреда, и вскоре мужчины уже были заняты оживленной беседой, явно заинтересовавшей обоих.
Наблюдая за этой сценой, Джо вдруг почувствовала себя счастливой. Ей всегда грустно было думать об инсульте Фреда и о том, что это положило конец его карьере. Он был очень талантливым человеком, иногда казалось, что Фреду самой природой даны способности планировать чудесные зеленые пейзажи. Джо от души радовалась за Фреда, когда он окреп настолько, чтобы попросить внештатную работу в «Гринскейпс». Она дала себе слово, что у ее фирмы всегда найдется работа для Фреда.
Теперь она была благодарна Алексу за то, что он уделил Фреду особое внимание. Люди, живущие в парке, были, безусловно, дружелюбными и добродушными, с ними было весело и спокойно, но почти все они были намного старше Фреда и готовились уйти на покой. Фред же не хотел сдаваться.
Многие обитатели парка жили на небольшие пенсии, поэтому всем членам по неписаному закону дарили на дни рождения недорогие забавные вещицы.
Джо купила Фреду маленькую пластиковую пальму, из которой брызгала вода, если нажать на основание. Это был один из тех дешевых сувениров, при одном взгляде на которые Джо всегда хотелось поморщиться, но она знала, что пальма позабавит Фреда, вызовет у него улыбку, и не ошиблась.
Джо очень удивилась, когда Алекс подошел к Фреду со своим подарком — он ведь даже не знал, что они собираются дарить Фреду подарки. Фред с гордостью продемонстрировал дар своего нового приятеля.
— Это доллар из казино, — сказал он Джо. — Алекс говорит, что выиграл его в автомате на теплоходе около месяца назад. Он ездил по делам в Англию и решил вернуться через Пролив, чтобы расслабиться. Алекс обещал, что эта монетка непременно принесет мне удачу.
— Смело можешь на нее поставить, — Джо была тронута заботой Алекса.
— Ух! — ответил Фред. — Никогда не слышал такого сомнительного каламбура!
— Надо же! — воскликнул появившийся рядом Алекс. — А я и не знал, что вы любите играть словами, Джо.
Фред усмехнулся.
— Поступки Джо трудно предсказать заранее, — предупредил он Алекса. — Вечно она что-нибудь придумает. И никогда нельзя угадать, что именно в следующий раз.
— Ну же, Фред… — попыталась возразить Джо.
— Это правда, — подтвердил Фред. — Джо всегда полна идей, Алекс. В ее хорошенькой головке больше идей, чем приходит нам в голову за всю нашу жизнь.
— Только не включай в этот список себя, — быстро оборвала его Джо. — Уж тебе-то идеи приходят в голову постоянно.
— Так было раньше, — сказал Фред, и на секунду взгляд его затуманился. Затем он улыбнулся и добавил: — А знаешь, в последнее время меня снова стали посещать интересные идеи. Надеюсь, этот серебряный доллар даст мне толчок к их осуществлению.
Вскоре Джо оставила Алекса беседовать с гостями и вышла в кухню посмотреть, не может ли она чем-нибудь помочь.
На самом деле ей требовалось побыть немного без Алекса. Не то чтобы он давил на нее, но Джо постоянно ощущала его близость. Его запах, его тепло, его силу. Еще ни один мужчина не оказывал на нее такого влияния — это было бесспорно. Но все же она знала Алекса меньше недели. И было почти сумасшествием дать своим чувствам разыграться подобным образом.
Сегодня Джо увидела Алекса с другой стороны. И это еще больше взбудоражило ее. Алекс оказался заботливым и внимательным, способным на искреннее сочувствие, готовым отдать этому силы и время. Джо не ожидала ничего подобного.
Сколько же еще разных лиц у Алекса Гранта?
Мардж как раз выпроваживала из кухни желающих помочь.
— Когда придет время уходить, заберете каждая свою посуду, — говорила она. — А все остальное было одноразовое и отправилось прямиком в мусорную корзину.
Выставив свой грозный ультиматум, Мардж посмотрела на Джо.
— Почему ты одна, без своего симпатичного клиента?
Джо улыбнулась. Мардж была очень романтичной особой. Она вышла замуж совсем молоденькой и вот уже двадцать лет хранила верность своему Ларри. Однако трудно было не поддаться обаянию Алекса Гранта.
— Надо же дать ему шанс поболтать с парнями, — ответила Джо.
— Большинство этих парней годятся ему в отцы, — заметила Мардж.
— Может быть, но, по-моему, им интересно в его обществе.
— И тебе тоже, — заметила Мардж и добавила, прежде чем Джо успела возразить: — Ну ладно, не сердись. Ты же знаешь, я просто в восторге! Не припомню, чтобы кто-либо из твоих кавалеров заставлял тебя выглядеть так чудесно, как сейчас.
— И как же это я выгляжу? — задиристо поинтересовалась Джо.
— Красивой, — просто ответила Мардж. И именно оттого, что сказано это было так просто, Джо почувствовала, как на глаза у нее наворачиваются слезы, которые она сдерживала весь вечер.
— Эй! — протестующе воскликнула Мардж. — Что-то не так?
— Я… просто чуть-чуть запуталась, — призналась Джо. — Алекс действительно особенный, Мардж… Но я ведь совсем не знаю его.
— Странно, — задумчиво произнесла Мардж. — А вот у меня такое ощущение, будто мы знакомы с ним очень давно.
— Что ты имеешь в виду?
— У него знакомое лицо. Кого-то он напоминает. — Мардж задумалась. — Готова поклясться, я уже видела его раньше.
Алекс уже стал для Джо Алексом, и она почти забыла о Дэнни Форте. Теперь же, после слов Мардж, ей вдруг стало не по себе, потому что Джо была уверена — хотя и не могла бы сказать почему, — Алекс не хочет, чтобы в нем узнали Дэнни Форта.
Почему?
Джо понятия не имела. Она покопалась в памяти в надежде уцепиться за какой-нибудь обрывок воспоминания, которое помогло бы ей лучше понять человека, в которого превратился рок-кумир ее юности. Чем больше она думала об этом, тем менее вероятным казалось, что такая крупная фигура, как Дэнни Форт, могла просто взять и испариться.
Неужели Дэнни увлекся наркотиками? Или попал в катастрофу, которая вынудила его поставить крест на своей карьере? Но если бы это было так, Джо наверняка узнала бы об этом из газет.
— Алекс Грант никогда не бывал раньше в «Гринскейпс»? — Мардж все еще пыталась вспомнить, где могла его видеть. — Может быть, еще при жизни твоего отца?
— Сомневаюсь. — Джо поспешила сменить тему. — А где сегодня Ларри? — спросила она.
— Ларри? Ему пришлось отправиться в Тампу за товаром.
— Как идут дела в магазине?
Несколько месяцев назад Ларри открыл филиал одной компьютерной фирмы и теперь занимался делами магазина на Тамайами-Трейл.
— В магазине все хорошо, — рассеянно ответила Мардж, и Джо поняла, что ей не удалось отвлечь ее от мыслей об Алексе. Она вздохнула с облегчением, когда в кухню быстро вошла Мирна Бакстер:
— Так вот вы где! Джо, Мардж, я хочу поблагодарить вас за этот чудесный вечер. После удара Фреда я еще ни разу не видела его таким веселым и бодрым, как сегодня.
Мирна была хорошенькой миниатюрной женщиной с поседевшими до времени волосами. Она обняла сначала Джо, а потом Мардж.
— Вы обе просто восхитительны. Что же касается твоего очаровательного молодого человека, Джо, — добавила Мирна, — он — само совершенство. Где ты его нашла?
— Это клиент, — и Джо снова постаралась сменить тему разговора, похвалив за гостеприимство соседей Мирны.
Вскоре Джо снова присоединилась к остальным. Один из соседей Бакстеров как раз жаловался, что на вечеринке отсутствует некая особа по имени Агнес Морисси.
— Я надеялся, что она сыграет нам на пианино и мы сможем спеть, — сокрушался он.
Выяснилось, что Агнес находится в больнице, но чувствует себя уже лучше.
— Ее сердце опять сыграло с ней злую шутку, — заметил пожилой джентльмен, обращаясь в основном к Алексу. — Не стоит забывать, что Агнес около восьмидесяти. А она считает, что может переносить те же нагрузки, что и в шестьдесят.
— Дай ей бог силы, — спокойно ответил Алекс. — Я очень уважаю таких людей. Легко ходить бодрым, когда ты в отличной физической форме, а вот когда это не так — все по-другому.
Он сказал это как ни в чем не бывало, но Джо тут же задумалась, не стоит ли за словами Алекса горький личный опыт. Неужели у него были проблемы со здоровьем? Не похоже, если судить по внешнему виду.
Джо напомнила себе, что не стоит судить о книге по обложке.
И тут же в очередной раз убедилась в собственной правоте, когда Алекс вдруг заявил:
— Я умею играть на пианино. И рад буду подобрать ваши любимые мелодии, если не возражаете.
Под одобрительные возгласы Алекс подошел к видавшему виды пианино. Кто-то подвинул Фреду стул, чтобы он мог сесть рядом, остальные сгрудились вокруг.
Алекс не был виртуозом — он играл на пианино далеко не с тем мастерством, с каким владел гитарой. Но, как и следовало ожидать, у него было безукоризненное чувство ритма, и Джо с удовольствием слушала старые мелодии, которые исполнял Алекс.
Под его пальцами оживали песни тридцатых, сороковых и пятидесятых годов. Некоторые, как подозревала Джо, относились даже к двадцатым годам. Именно такая музыка требовалась собравшимся здесь людям, и вскоре все они с удовольствием пели. Джо не сомневалась, что Алекс знает слова большинства песен, и удивлялась, почему он не поет с остальными.
Наконец Алекс встал, чтобы промочить горло пивом, но торжественно пообещал еще раз сесть за пианино ближе к концу вечера.
— Это было потрясающе, Алекс, — сказала Джо. — И очень мило с вашей стороны.
— Мне было весело.
— Но почему сами вы не пели? — прямо спросила Джо, наблюдая за его реакцией.
Алекс сделал очередной глоток пива и сообщил, что не умеет вести мелодию.
Говоря это, он смотрел на банку, которую держал в руках, и Джо показалось, что Алекс избегает встречаться с ней взглядом. Но голос его остался абсолютно спокойным. Если бы Джо не знала о его прошлой карьере, она бы решила, что Алекс просто констатирует факт.
Но она-то знала, что он не просто умел вести мелодию, но и обладал удивительными вокальными способностями. На волне своей популярности Дэнни Форт мог запросто выкопать какую-нибудь старую мелодию и включить ее в свой репертуар. Дэнни пел такие песни с особым воодушевлением, и это поднимало его над другими рок-певцами. Он пел от чистого сердца, словно делился данным ему богом даром с теми, кто пришел его послушать.
Сегодня он тоже делился с собравшимися музыкой, но совсем по-другому. Не было того интимного оттенка, который отличал неотразимое обаяние Дэнни Форта. Может быть, потому, что не музыка, а голос был его инструментом в те годы. Даже больше, чем гитара, певшая каждой своей дрожащей струной под его умелыми пальцами.
И все же зачем Алексу понадобилось врать, что он не может вести мелодию? Это очень тревожило Джо. Она считала честность самым важным в этой жизни.
Джо ненавидела лжецов, ненавидела ложь и даже полуправду. Потому что, поймав человека хотя бы раз, ты уже не сможешь доверять ему. Так часто происходило с людьми, которые были дороги Джо. И потом отношения с этим человеком — был ли это мужчина, в которого Джо почти успела влюбиться, или девушка, которую она считала своей подругой, — начинали катиться по наклонной плоскости, а затем и вовсе сходили на нет.
Джо была далеко не равнодушна к Алексу. Проведя в его обществе всего несколько часов, она тем не менее не могла не признаться себе в этом. С момента их встречи Джо постоянно узнавала об Алексе все более удивительные вещи. Ей нравилось все, что она видела, все, что она слышала и чувствовала. До этого момента.
Теперь же, хотя, разумеется, в словах Алекса не было ничего особенного, Джо никак не могла забыть об этом маленьком, но все-таки обмане. Она могла бы понять, если бы Алекс сказал, что просто не хочет петь. Любая отговорка — но только не откровенная ложь.
Как и обещал, Алекс вскоре вернулся к пианино, и обитатели парка опять сгрудились вокруг. И снова все пели, но Алекс так и не раскрыл рта.
Наконец Мардж шутливо спросила: — Эй, ребята, а вы знаете, сколько времени? Все стали смотреть на часы, издавая удивленные возгласы. Им давно уже пора было лежать в постели, но это никого особенно не взволновало. Улыбаясь, все еще раз поздравляли на прощание Фреда, благодарили Алекса за музыку и неохотно расходились.
Вскоре Алекс и Джо оказались на улице под огромной тропической луной, сияющей высоко в небе. Ветер шелестел пальмовыми листьями, а воздух благоухал ароматом цветущих апельсиновых деревьев.
Такая ночь создана для любви. В этом не могло быть никаких сомнений.
Джо посмотрела на Алекса. Он глядел на звездное небо с немного смущенным видом.
— Вас что-то тревожит, Джо? — неожиданно спросил он, когда они проехали минут десять. Джо пришлось покрепче схватиться за руль, чтобы машина не ушла в сторону.
— Почему вы спрашиваете? — поинтересовалась она.
— Ну, — осторожно начал Алекс, — я могу только сказать, что в какой-то момент вечера атмосферное давление между нами поменялось. Не удивлюсь, если в любую минуту задует ураганный ветер.
Джо крепко сжала губы. Она не знала, что ответить Алексу.
— Я не люблю штормов, — пробормотала наконец девушка.
— Разве? А что же вы тогда пытаетесь сделать? Подавить свой гнев? Это вредно для давления, Джо.
— Нет, — медленно произнесла Джо. — Я не подавляю обычно свой гнев без крайней необходимости. Вы должны бы знать это, Алекс. Я очень разозлилась на вас тогда, в «Мимозе». И, думаю, это было видно.
— Разве?
Посмотрев на Алекса, Джо увидела, что он улыбается, и почувствовала себя просто ужасно. Ну зачем ему понадобилось говорить ей эти глупости о своем неумении петь?
Джо чуть было не спросила его об этом. Но вдруг поняла, что не может. Ведь, признавшись, что ей известно о вокальном таланте Алекса, придется признаться также, что она знает все о Дэнни Форте. А Джо не хотелось этого. Она надеялась, что настанет момент, когда Алекс сам захочет рассказать ей обо всем. Поделиться самым важным в своей жизни. А она поделится самым сокровенным с ним.
Тишина тем временем становилась напряженной.
— Никогда еще не видел вас такой молчаливой, — заметил Алекс. — Что ж, если позволите, говорить буду я.
— Да? — Джо затаила дыхание. Неужели сейчас он расскажет ей, почему не стал сегодня петь?
— Я хочу, чтобы вы знали, — продолжал Алекс, — что мне очень понравился день рождения Фреда. И я благодарен вам за то, что вы привезли меня сюда. Мне нечасто приходится бывать в обществе… настоящих людей. Они все просто потрясающие. Я от них в восторге. Кстати, я спросил Фреда и Мирну, не пообедают ли они как-нибудь с нами. Вы наверняка знаете, куда именно лучше их пригласить.
Джо захотелось вдруг плакать и смеяться одновременно. Наверное, у нее начинается истерика. Она просто не может больше переносить все это! Слова Алекса казались такими искренними, но стоит ли верить ему?
— Конечно, — ответила она, не отрывая глаз от дороги.
Забыв о том, что Алекс оставил машину перед «Гринскейпс», Джо чуть было не отвезла его во «Флоридиану». Но вовремя опомнилась и успела повернуть в нужном месте. Они подъехали к питомнику, закрытому на ночь, но при этом ярко освещенному. Джо остановила машину возле автомобиля Алекса. Ей было не по себе, и она знала, что это видно по ее поведению.
Алекс постоял немного у открытого окна ее машины. Лицо его было в тени, и Джо не видела выражения глаз. Затем он резко нагнулся, чмокнул ее в губы и сказал:
— Я позвоню завтра.
Джо подождала, пока Алекс выедет со стоянки, а затем последовала за ним до перекрестка, где машины разъехались в разные стороны.
Все это было не к добру.
По субботам Джо обычно отправлялась в офис, как в обычный будний день. Она старалась отдыхать в воскресенье, но и это не всегда получалось. Иногда приходилось встречаться с клиентами из других городов, которые не могли приехать в Сарасоту в другое время. Или заезжать на несколько часов в офис, чтобы разобрать накопившиеся бумаги. Проснувшись утром после дня рождения Фреда Бакстера, Джо поняла, что сегодня суббота. Ей вдруг очень захотелось увильнуть от своих обязанностей. У Мардж выходной, в офисе не будет никого, кроме нее. Поборовшись с собой и вспомнив огромную стопку бумаг на столе, Джо решила, что все же поедет на работу, но попозже. Сначала она займется кое-чем другим. Прежде всего Джо заехала в городскую библиотеку Сарасоты. Там она призвала на помощь библиотекаря, и вместе они стали искать в многочисленных картотеках издания, где могли публиковаться сведения о Дэнни Форте. Сведения эти оказались весьма скудными. Несколько статей из старых журналов описывали Дэнни в зените славы, но не сообщали о нем ничего такого, чего Джо не знала бы и без них.
Наконец библиотекарь сказал, что, если она действительно хочет узнать о рок-певце побольше, надо порыться в специальных справочниках. У Джо не только не было на это времени, она и не собиралась проводить столь тщательное расследование. Иначе это уже вышло бы за грань любознательности и превратилось бы в дотошное копание в чужих делах. А Джо не хотелось копаться в делах Алекса без его ведома. Приятнее было надеяться, что в один прекрасный день он сам расскажет ей всю историю.
Подъезжая к питомнику, Джо постаралась выкинуть Алекса из головы. Надо было заняться делами других клиентов, с которыми назначены встречи на следующей неделе. Составить список их пожеланий к работе фирмы.
Свернув на длинную подъездную дорогу, Джо вдруг почувствовала себя так, словно видит «Гринскейпс» впервые. Наверное, те же ощущения испытывал вчера Алекс.
Питомник занимал несколько сот акров. Кларк Беннет приобрел их в те времена, когда земля вдали от побережья и городских коммуникаций стоила дешево. Дешевле грязи, с улыбкой подумала Джо.
По обе стороны от Джо тянулись ряды деревьев и растений, а за ними — покрытые пластиком теплицы. Дальше находился старый дом, превращенный ею в офис.
Джо припарковала машину, вышла и вдохнула воздух. Ноздри ее тут же наполнились знакомыми запахами. Здесь преобладал пряный влажный аромат тропических растений, смешанный с запахом самой земли. Ко всему этому примешивался едва уловимый запах вещества, которым удобряли землю, чтобы усилить рост растений и одновременно предохранить их от вредителей. Джо вдыхала его всю свою жизнь.
Она прошла по своим владениям, здороваясь с рабочими и новыми женщинами, нанятыми специально высаживать семена в крошечные горшочки, которые поставят потом в теплицы, чтобы растения продолжали расти под покровом, служившим в основном для того, чтобы предохранить их от жаркого солнца Флориды или же наоборот — от неожиданного порыва холодного ветра.
Подходя к офису, Джо думала о том, какой путь проделала фирма с тех пор, как Кларк Беннет основал ее и нанял на работу людей вроде Лена Фарадея. Даже за два года, прошедшие после смерти отца, здесь появилось много такого, что показалось бы ему новшеством. Технология постоянно развивалась, и Джо одной из своих важнейших задач считала стараться поспевать за ней. Научные статьи по близким к ее профессии темам кипами лежали не только в офисе, но и дома у Джо. Она не успевала просматривать одну кипу, как уже приносили следующую.
Офис в субботу казался очень тихим и спокойным. В питомнике работало множество народу, но само здание было пустынным, и Джо вдруг почувствовала себя очень одинокой.
Она побродила по комнатам, остановилась перед монитором компьютера, подключенного к базе данных фирмы, чтобы можно было быстро получать информацию о наличии запасов в питомнике. Здесь были даже данные о том, сколько саженцев какого вида, удобрений и смесей для полива имеется в наличии и сколько надо заказать.
Хорошо бы можно было так же ввести в компьютер координаты Дэнни Форта и получить ответы на все вопросы о нем.
Но с Алексом все было далеко не так просто.
Джо села за стол, но была почему-то слишком взволнована, чтобы сидеть спокойно. Она вдруг поняла, в чем на самом деле ее проблема. Она скучала по Алексу, ей не хватало его присутствия. Джо призналась себе, что вчера вечером неадекватно отреагировала на его невинный обман. Сделала из мухи слона. Это вовсе не было такой уж чудовищной ложью. Так — маленькой и невинной. Может быть, у него была какая-то вполне уважительная причина не петь вместе с остальными, но Алекс не хотел ее обсуждать в тот момент. Может, он просто был не из тех, кто любит делать два дела одновременно, — но тут Джо вспомнила, как он пел в былые годы, аккомпанируя себе на гитаре, и поняла, что мысли ее приняли неверное направление.
Она пыталась оправдать Алекса, потому что очень увлеклась им. Так почему бы не сконцентрироваться на всем приятном, что связано с этим человеком, и не забыть о его невинной лжи?
Но Джо не могла. Честность и доверие всегда значили для нее очень много. Может быть, она была слишком упряма, слишком консервативна. Даже отец часто обвинял Джо в том, что для нее существует только черное и белое. «И никакого серого, только не для моей Джозефины, — поддразнивал ее Кларк. — Но ты ведь не можешь не признать, Джо, что на самом деле в жизни куда больше серого цвета».
Джо было просто необходимо доверять Алексу. Это было похоже на замедленное действие яда. Капля чего-то сильного и разрушительного проникла вчера в ее организм, и теперь ей не было спасения.
С другой стороны, Алекс ведь пробудет в Сарасоте всего несколько дней, а потом отправится не куда-нибудь, а прямо в Китай. Ненадолго, но Джо почему-то была уверена, что после Китая ему захочется попутешествовать где-нибудь еще. И даже если он вернется домой — дом этот находится в Нью-Йорке, где Джо была всего раз в жизни, когда родители подарили ей путешествие на окончание школы.
Они ездили туда в июле, и хотя по-традиции принято ругать жуткую летнюю жару во Флориде, в Нью-Йорке было еще хуже. Душно, горячо и влажно, к тому же по городу ходили толпы народу. Джо с родителями делала то же, что и все туристы. Они заказали экскурсию по достопримечательностям Нью-Йорка, но в автобусе сломался кондиционер, и поездка оказалась просто ужасной. Потом Джо говорили, что по-настоящему посмотреть Нью-Йорк можно лишь в обществе одного из его коренных жителей.
Алекс наверняка подошел бы на эту роль.
Впервые с тех давних пор Джо вдруг захотелось снова оказаться на Манхэттене и попытаться понять, почему многие считают его одним из самых восхитительных мест на земле.
Возможно, если бы Алекс показал ей свой город, она увидела бы его именно таким.
Джо снова попыталась вернуться к работе. Было уже около полудня, а она ничего еще не сделала. Положив перед собой стопку документов, девушка мысленно дала обещание покончить с ними до часа.
И в этот момент зазвонил телефон.
Отъезжая от «Гринскейпс» впереди Джо, Алекс вдруг понял, что у него нет ее домашнего телефона.
Он не придал этому значения, так как был уверен, что найдет телефон Джо в справочнике. Но там номера не оказалось.
Джо не говорила, работает ли в субботу, однако Алекс не сомневался, что в питомнике наверняка есть люди даже по выходным. Но когда он набрал в десять часов утра номер офиса, никто не ответил, и это не улучшило его настроения.
Во «Флоридиане» был огромный бассейн, отделанный розовым кафелем, раскинувшийся посреди пышного тропического пейзажа. Окна Алекса выходили как раз на бассейн. Глядя на купающихся, он вдруг решил спуститься к ним. Но проблема состояла в том, что ему хотелось бы, чтобы рядом была Джо.
Алекс еще раз набрал номер ее офиса — опять никого. Тогда он стал звонить каждые пятнадцать-двадцать минут. Потом подумал, что ведет себя как дурак — Джо наверняка не появляется в офисе по субботам, — но все же продолжал звонить.
И вот наконец он услышал на другом конце провода ее прохладное «алло!».
От неожиданности Алекс словно лишился дара речи.
— Алло, — повторила Джо.
— Джо?
— Алекс?
Он старался определить по голосу, рада ли она его звонку.
— Я не был уверен, что найду вас сегодня на работе.
— Я всегда работаю по субботам, — сказала Джо. — Честно говоря, я только вошла. Сначала проверила, как дела в питомнике. Кстати, сегодня мои люди приедут к вам в торговый центр. Они будут работать и завтра, если понадобится, но Лен говорит, что вряд ли возникнет такая необходимость. Большинство растений уже на месте, и он уверен, что все будет выглядеть как надо. — Джо перевела дыхание и продолжила: — Может быть, найдете время заехать и посмотреть.
— Не думаю, — тихо произнес Алекс.
— О, — сказала Джо и тут только поняла, что разговаривает сегодня с Алексом как с клиентом, причем с почти незнакомым клиентом.
— Джо, — нарушил тишину Алекс. — Я ведь позвонил не по поводу «Мимозы».
— О? — на этот раз возглас звучал вопросительно.
— У меня нет вашего домашнего телефона.
— О?
— Джо, прекратите повторять одно и то же! — Алекс был в отчаянии и в то же время едва сдерживался, чтобы не рассмеяться. — Может быть, дадите мне свой номер прямо сейчас, чтобы я сразу же записал его?
Джо молчала.
— Вы что, не хотите давать мне свой номер?
— Да нет же, конечно, я дам вам его, — но в голосе Джо не было энтузиазма. Она продиктована номер, и Алекс повторил его, чтобы убедиться, что записал правильно.
— Теперь так, — сказал он. — Сколько еще времени вы собираетесь пробыть на работе?
— Я же сказала, я только что пришла.
— Неужели собираетесь сидеть там весь день? Джо, на улице так чудесно. И сегодня суббота.
— А вы сами никогда не работаете по субботам, Алекс?
Конечно же, он всегда работал по субботам, особенно когда оказывался в Нью-Йорке. Молчание выдало Алекса.
— У меня действительно очень много бумажной работы, которую необходимо доделать, — вяло сообщила Джо.
— Сегодня?
Когда Джо ничего не ответила, Алекс забеспокоился всерьез. Что-то случилось вчера вечером, но он никак не мог понять, в чем дело. Вроде бы все было чудесно, но в какой-то момент Джо вдруг стала смотреть на него как… на предателя. Алекс снова и снова прокручивал в голове все, что говорил вчера. Может быть, Джо не понравилось, что он предложил Фреду и Мирне пообедать с ними. Но почему? Джо была явно привязана к Фреду. Она должна была понимать, как здорово для него будет выбраться пообедать в какое-нибудь особенное место.
Так что же на нее нашло?
— Джо, я спрашивал вас вчера, почему вы вдруг стали так холодны, — почти резко произнес Алекс. — И повторяю свой вопрос сегодня. Что случилось?
Вопрос застал Джо врасплох. Она как раз готовилась признаться себе, что ей не терпится встретиться с Алексом, и не стоит быть такой упрямой дурочкой. Когда-нибудь она узнает, почему Алекс соврал ей. Он расскажет сам. Джо уже почти не сомневалась в этом.
Она пыталась представить, чем они могли бы заняться сегодня вместе. Лучше придумать что-нибудь под открытым небом, исключающее интимную обстановку.
Но ей нечего было ответить Алексу на его вопрос. А выкручиваться на ходу Джо не умела.
— Ничего не случилось, Алекс, — сказала она. Это было почти правдой.
К сожалению, она ответила не сразу, и это явно разозлило Алекса. Он понял, что с ним не хотят говорить откровенно.
— Я собирался предложить вам поплавать вместе во «Флоридиане», — сухо произнес он. — Но вполне понимаю ваше желание доделать важную работу. — Затем он попытался как-то сгладить свой сарказм. — Мне знакомы проблемы, связанные с работой.
Джо уловила в его голосе ледяные нотки, и поежилась от неприятного предчувствия. Что ж, она сама виновата.
— Алекс… — робко начала Джо.
— Да?
— Послушайте, я подумала, может быть, вы хотели бы проехаться по побережью, посмотреть пляжи, на которых еще не были. Вам ведь, кажется, понравилось на Сиеста-Ки?
— Да.
— А на Кейзи-Ки вы бывали?
— Нет.
— Там рядом симпатичный ресторанчик с прекрасным видом на пляж. Как вам такая перспектива?
— Вы говорите о ленче или об обеде?
— О довольно позднем ленче. — Джо приободрилась, поскольку Алекс не отклонил ее предложение сразу. — Я не завтракала сегодня и уже чувствую, как сосет под ложечкой.
— Хорошо. Мне заехать за вами в офис?
— Нет, — быстро сказала Джо. — Вам это не по пути. Лучше я заеду за вами во «Флоридиану».
— Хорошо. Когда?
Джо посмотрела на часы. Было начало первого.
— Например, в час?
— Я буду ждать внизу.
Положив трубку, Джо задумалась. Почему внизу? Не хочет пускать ее в свой номер? Становится осторожнее, начинает отдаляться? Решил, что их отношения развиваются слишком стремительно? Собирается снова стать для нее лишь клиентом? О, конечно, фирма «Моллз интернэшенэл» была важным клиентом. Но ей очень многого хотелось лично от Алекса Гранта.
Подъезжая к «Флоридиане», Джо снова вспомнила шутки отца по поводу ее способности видеть только черное и белое.
Что ж, с этого дня она займется изучением всех промежуточных оттенков, пообещала себе Джо и тут же представила, как недоверчиво хмыкнул бы отец, услышав такое заявление.
Алекс стоял в тени под навесом. Увидев машину Джо, он быстро подошел и залез внутрь, а затем заметил:
— Роль шофера все время достается вам.
— Рада стараться, — Джо шутливо отсалютовала. Она улыбнулась, но глаза ее оставались печальными. Хорошо, что Алекс не мог разглядеть этого за темными стеклами солнцезащитных очков. Он был одним из самых проницательных людей, которых приходилось встречать Джо, и, казалось, читал ее, как раскрытую книгу.
На Алексе тоже были темные очки. И светло-серые шорты. И белая спортивная рубашка с открытым воротом. Выглядел он потрясающе. Еще лучше, чем вчера.
— Удалось поплавать? — спросила Джо, чтобы как-то начать разговор.
— Нет, — ответил Алекс, — ограничился холодным душем.
Джо и самой не помешал бы сейчас холодный душ. Вблизи от Алекса Гранта… с ней происходило что-то странное. Она словно чувствовала каждую клеточку своего тела.
Снова вспомнив вчерашний вечер, Джо сказала:
— Я знаю, что уже говорила об этом, но хочу еще раз поблагодарить вас за внимание к Фреду, Мирне и всем остальным. Это было очень мило с вашей стороны.
— Черт побери, Джо, — раздраженно произнес Алекс, — я вовсе не старался быть милым. Мне нравилось там. Я веселился от души и благодарен вам за то, что вы познакомили меня с этими людьми.
Джо посмотрела на него с подозрением. Но Алекс явно говорил искренне, хотя трудно было себе представить, что молодому преуспевающему предпринимателю вроде Алекса Гранта могло понравиться на дне рождения больного пожилого человека в парке трейлеров. Алекс с его внешностью, деньгами и связями был бы желанным гостем в любом обществе. Пожалуй, он вполне мог бы стать международным плейбоем, если бы решил выбрать эту стезю.
Однако невозможно было представить его в подобной роли.
— Где вы живете, Алекс? — вдруг спросила Джо.
— Что? — удивленно переспросил он.
— Где вы живете?
— Что вы имеете в виду?
— Ведь есть же место, которое вы считаете своим домом? — Джо не терпелось услышать ответ.
— Ну, наверное, моим домом можно считать Манхэттен. Но я очень много путешествую.
— А где вы живете на Манхэттене?
— У меня квартира в Бикман-Плейс, окнами на Ист-ривер, — быстро ответил Алекс. — А почему вы спросили?
— Просто интересно. Вы часто приглашаете гостей?
— Приходится устраивать деловые приемы, но чаще всего я заказываю их в отелях.
— Вы не любите собирать гостей дома? Может, вы тайный гурман-кулинар или что-нибудь в этом роде?
— Нет. Честно говоря, готовлю я весьма посредственно. Никогда не увлекался этим всерьез. Может, мне бы и понравилось, но никогда не было времени на подобное хобби.
— А чем же вы увлекаетесь?
— Соблазняюсь янтарными волосами, — спокойно ответил Алекс.
Перестав смотреть на дорогу, Джо удивленно взглянула на Алекса:
— Что-о?!
Алекс рассмеялся:
— Сами напросились. Что это было? Вы спрашивали с какой-то конкретной целью или я могу надеяться, что заинтересовал вас лично?
— Извините, — медленно произнесла Джо, чувствуя, как горят ее щеки.
— А за что вы извиняетесь? — поинтересовался Алекс.
— Не знаю, с чего это я вдруг начала забрасывать вас вопросами. Наверное, потому, что вы для меня — что-то вроде загадки, и мне хотелось бы узнать о вас больше.
— Я польщен, — улыбнулся Алекс, но Джо отметила про себя, что он не выказал ни малейшего желания посвятить ее в историю своей жизни.
Почему? — снова спрашивала она себя. Почему он не хочет говорить о прошлом? Стыдится того, что был когда-то Дэнни Фортом? Как же на самом деле закончилась карьера ее идола?
Джо и Алекс пообедали в ресторане около Кейзи-Ки с видом на прибрежные каналы с маленькими островками, поросшими тропической зеленью.
По каналам сновали лодки и катерки, иногда — рыбацкие суденышки. Джо хотелось спросить Алекса, любит ли он кататься на лодке, ловить рыбу. Есть ли у него яхта? Но она решила не задавать больше вопросов.
Алекс, видимо, тоже. Они держались безопасных тем — погоды во Флориде, угрозы урагана и торнадо. Джо спросила Алекса, был ли он в парке Майакка-Ривер-Стейт. Там можно нанять лодку с гребцом, который в угоду туристам поднимал со дна аллигаторов. Нет, Алекс не был в Майакке. Он вроде бы заинтересовался ее рассказом, но не слишком сильно. Джо отогнала от себя мысль предложить ему устроить пикник в парке.
Шло время. Джо начинала беспокоить безликая и практически безразличная манера разговора, которой придерживался Алекс. У нее возникло странное чувство, будто она разрушила что-то, возникшее между ними. Наверное, потому что не захотела объяснить ему, что ее беспокоит. Но, черт побери, у него не было повода жаловаться. Она поймала его на лжи…
Джо вздохнула. Ну вот, опять. Только черное и белое. Наверное, она слишком честная, чтобы быть счастливой.
Закончив ленч, они перебрались через скрипучий маленький мостик на Кейзи-Ки и медленно поехали вдоль берега. Джо любила такие поездки. Дорога, тянущаяся среди пышной тропической растительности, наводила на мысль о том, какими хрупкими были на самом деле прибрежные островки. На Кейзи залив заворачивал к западу. Неподалеку на востоке находились внутренние каналы. Домики и растения, цеплявшиеся за землю, так легко мог смести с лица земли сильный шторм! Джо не хотелось даже думать о том, что могло бы произойти со всем этим, если бы природа разгневалась по-настоящему. Все в этой жизни — и в природе — было, в конце концов, непредсказуемо.
При других обстоятельствах она поделилась бы с Алексом своими мыслями. Но теперь, когда он отстранился от нее, сделавшись убийственно вежливым, об этом не могло быть и речи.
Они остановились на красивом пляже у Нокомиса, решив побродить по песку.
— Чуть дальше к югу до сих пор можно найти окаменевшие акульи зубы, — сказала Джо.
Она снова болезненно ощущала присутствие рядом Алекса. Хотелось обнять его широкие плечи. Изобразить из себя самку удава. Какой ужасное сравнение! И все же это было правдой. Джо хотела бы обвиться вокруг Алекса, чтобы он был близко-близко — не только физически, но и эмоционально.
— Акульи зубы? — пробормотал Алекс. — Интересно…
Джо едва поборола желание столкнуть его в зеленую воду залива.
— Из них делают ожерелья и всевозможные сувениры, — вяло произнесла она. — Им миллионы лет. Иногда люди находят также окаменевшие зубы китов.
— Из них, наверное, ожерелья получаются еще лучше? — вежливо поинтересовался Алекс.
— Алекс! — Джо не могла больше этого выдержать. — Прекратите!
— Прекрасно, — он улыбнулся своей ужасной самодовольной улыбкой. — Значит, я еще способен вывести вас из себя.
Коснувшись пальцем обнаженного локтя Джо, он задумчиво потер его. У Джо закружилось перед глазами. Неужели можно так возбудить женщину, просто коснувшись ее локтя?
Алексу это удалось.
На пляже было несколько человек. Иначе — Джо была почти уверена в этом — она повалила бы Алекса на песок и…
Джо задержала дыхание. Никогда в жизни ее не посещали подобные мысли.
Алекс не стал торопить события. Он подобрал несколько раковин и лишь затем повернул обратно к машине.
По дороге во «Флоридиану» беседа была легкой и непринужденной. Алекс не пригласил Джо подняться, не намекнул на то, что завтра воскресенье и они могли бы провести его вместе. Поехать в Майакку попугать аллигаторов. Или заняться чем-нибудь еще.
По дороге от «Флоридианы» к своему одинокому дому на побережье Джо с грустью думала о том, что ей удалось оттолкнуть Алекса. Проблема состояла в том, что сама она не избавилась от власти его колдовского обаяния.
Открытие торгового комплекса «Мимоза» было назначено на вторник, на десять утра.
Поздно вечером в понедельник Джо и Лен Фарадей приехали в «Мимозу», чтобы лично убедиться, что с растениями все в порядке.
Джо стояла рядом с Леном, разглядывая переделанный пейзаж. Трудно было представить себе что-либо более прекрасное.
Атмосферу арабских сказок удалось восстановить полностью. Очаровательные островки-оазисы, где могли бы отдохнуть усталые путники. Пышные великолепные растения с зеленой листвой, экзотические цветы.
С сияющими глазами Джо повернулась к Лену.
— Вам удалось это! — похвалила она.
— Мы восстановили все так, как было в первый раз, когда пейзаж увидел мистер Грант.
— Кое-что даже лучше, — сказала Джо.
Но хорошее настроение быстро испарилось, когда она распрощалась с Леном и поехала к себе домой. Конечно, она собиралась присутствовать на церемонии открытия. Она получила специальное приглашение в виде эмблемы торгового комплекса — лампы Аладдина. Она не сомневалась, что Алекс тоже будет на открытии. Но с субботы Джо не видела и не слышала его.
Все воскресенье она лениво бродила по квартире, прислушиваясь к телефону. Потом стала наводить порядок в шкафу, где и так был порядок, подбирая одежду по цветам. Потом разобрала шкафчики в кухне и переделала еще кучу ненужной работы.
Телефон молчал. В понедельник Джо приехала на работу раньше обычного, потому что находиться дома было просто невыносимо. К счастью, понедельник оказался забит делами. Джо уехала из «Гринскейпс» поздно вечером. Она была голодна, но не хотела готовить и заехала в закусочную, где ей вручили прямо через окно машины гамбургер и чай со льдом.
Ночь была теплая. Даже душная. Джо боялась, что утром начнется гроза, которая могла бы омрачить открытие «Мимозы».
Но опасения ее оказались напрасными. Вторник выдался погожим и ясным.
Церемония проходила в небольшом внутреннем дворике. Для приглашенных гостей поставили складные стулья, а для любопытных было достаточно места вокруг. Алекс наложил вето на традиционную церемонию перерезания ленточки, заявив, что хочет чего-то более оригинального.
Приглашение Джо давало ей право на место, которое она тут же заняла, стараясь не оглядываться слишком явно в поисках Алекса. Наконец он появился непонятно откуда и подошел к небольшому подиуму, окруженному цветущими гибискусами.
На нем был белый костюм и темно-зеленая рубашка. Алекс выглядел потрясающе. И никаких следов бессонных ночей. А у Джо, которая проворочалась три ночи подряд, наверняка появились темные круги под глазами.
Алекс произнес короткую речь о «Мимозе». Джо знала, что эту речь транслируют по установленным снаружи громкоговорителям, чтобы люди, собравшиеся в ожидании открытия у входов в торговый комплекс, тоже могли все слышать.
В общем, он и обращался скорее к этим людям, а не к местным знаменитостям, собравшимся внутри, среди которых был и мэр Сарасоты. Алекс сказал, что открыл торговый комплекс для окрестных жителей — чтобы у них было место, где можно отдохнуть и развеяться, а не только походить по магазинам.
— И я думаю, — продолжал он, — что всем вам удастся сделать это во многом благодаря стараниям мисс Джозефины Беннет, Лена Фарадея и других сотрудников компании «Гринскейпс инкорпорейтед», которые превратили «Мимозу» в чудесный оазис. Ваш оазис.
После этих слов тысячи розовых и бирюзовых шариков взмыли в чистое небо над Сарасотой и Брэдентоном.
— На каждом шарике, — сказал Алекс, снова взяв в руки микрофон, — эмблема нашего торгового комплекса — волшебная лампа Аладдина. И девиз нашего предприятия: «Оазис, где вы можете обратить свои мечты в реальность». Именно такой мы надеемся увидеть «Мимозу» — точно такой, какой хотите видеть ее вы. А внутри каждого шарика — чек на подарки от нашей фирмы. Так что внимательно следите за их приземлением. И еще, — продолжал Алекс. — Первые пять тысяч посетителей «Мимозы» получат маленькие волшебные лампы, — Алекс рассмеялся. — Потрите свою лампу — и кто знает, может быть, из нее появится джинн.
И он сошел с подиума под смех и аплодисменты.
Джо смотрела, как взмывают ввысь воздушные шарики. Потом она вдруг увидела, что Алекс прокладывает к ней путь через толпу.
И вот он уже улыбается ей своей обворожительной полуулыбкой.
— Признаюсь, это было довольно сентиментально, — тихо сказал он. — Но эффективно, не правда ли?
— О да, — согласилась Джо. — К закату, после того как сотни счастливчиков подберут в своих дворах ваши шарики, «Мимоза» наверняка появится на карте штата.
Алекс поглядел на девушку с подозрением.
— Мне показалось или я действительно уловил в ваших словах нотки цинизма?
— Нет, — искренне ответила Джо. — Я говорю то, что думаю. Отличная реклама.
— Хмм, — Алекс хотел сказать еще что-то, но слова не шли с языка. Улыбка его поблекла, он рассматривал Джо с самым серьезным видом. — Можно мне отвезти вас на ленч, Джо? Мне бы очень хотелось, чтобы вы поехали со мной.
Теперь засомневалась Джо. Она получила приглашение на ленч, который должен был последовать за официальной церемонией. И собиралась пойти на него. Но потом, проведя два ужасных дня, изменила свое решение.
Она считала необходимым отметиться на открытии и приехала вместе с Леном Фарадеем. Лен не был приглашен на ленч, и это был еще один довод против ее присутствия. Рядом с Леном она еще могла бы выдержать, но одна…
— Я не собиралась на ленч, Алекс, — медленно произнесла Джо и тут же поразилась разочарованию, застывшему в глазах Алекса.
Почему он так разочарован? Он ведь сам отстранился от нее после субботы. Не звонил ни в воскресенье, ни в понедельник.
— И мне не удастся переубедить вас, Джо? — тихо спросил Алекс. — Послушайте, я понимаю, что в какой-то момент мы сбились с ритма…
Это был первый намек на их отношения, который услышала от него Джо. Она удивленно подняла глаза.
— Джо, — тихо сказал Алекс, — нам необходимо поговорить.
На них уже начинали смотреть собравшиеся вокруг люди. Наверняка многие из них хотели бы поговорить с Алексом — в том числе и мэр.
— Послушайте, — сказала она, — вас ждут ваши гости. Почему бы вам не позвонить мне позже?
— Потому что я не уверен, что вы возьмете трубку.
— Алекс, прошу вас. Если вы оглянетесь, то увидите людей, которым не терпится вас поздравить. И вам надо ехать на ленч.
— Если вы не составите мне компанию, я сбегу с этого чертова ленча.
— Алекс, но это же смешно. Просто ребячество какое-то.
— Может быть. Каждый имеет право на ребячество. Хотя бы время от времени.
— Алекс, на нас смотрят. — Джо становилось не по себе.
— Пойдемте со мной. А потом решим, куда нам ехать и что делать.
Вздохнув, Джо решила, что проще сдаться.
— Хорошо, — сказала она. — Но я должна найти Лена и сказать, что не еду с ним обратно в «Гринскейпс».
— Я подожду вас, — пообещал Алекс и переключил наконец-то внимание на мэра и остальных гостей.
Только когда они подъехали к ресторану, Джо поняла, что ленч будет довольно крупным мероприятием. На стоянке едва хватало места для машин. Вокруг Алекса сгрудилась целая толпа желающих пожать ему руку и поздравить с открытием «Мимозы».
Конечно же, их быстро отделили друг от друга. Это было просто неизбежно. Джо прошла вперед в надежде, что Алекс догонит ее. Она предъявила приглашение, и ее проводили к столику.
Только когда зал начал заполняться народом, Джо поняла, что ей не придется обедать рядом с Алексом. Его проводили к длинному банкетному столу и усадили среди местных знаменитостей.
Джо видела, как Алекс оглядывается вокруг. Лицо его было мрачнее тучи. Но тут он увидел ее и встал. Джо отчаянно замотала головой. Она не хотела, чтобы Алекс пересаживал ее за свой стол.
Поняв смущение Джо, Алекс сел и погрузился в мрачное молчание. Лишь через несколько секунд он нашел в себе силы улыбнуться сидевшей рядом женщине, очевидно, в ответ на ее вопрос. Джо с облегчением отметила, что женщина годится ему в матери.
Джо не помнила, что она ела на этом ленче или о чем разговаривала с соседями по столу. Конечно же, она принимала участие в общем разговоре, но думала при этом только об Алексе.
Почему он так расстроился, когда она сказала, что не собирается ехать на ленч? Ведь он даже не озаботился тем, чтобы связаться с ней за последние три дня. Алекс ясно дал ей понять, что отношения их не продолжатся. Почему?
Целые армии этих самых «почему?» роились в голове Джо. Наверное, дело было в том, что она не выспалась как следует.
Когда подали десерт, Джо пробормотала соседям по столу что-то невразумительное и отправилась в дамскую комнату. Ее трясло как в лихорадке. Плеснув в лицо холодной водой, Джо подкрасилась и постаралась взять себя в руки. Прямо перед дверью дамской комнаты ее ждал Алекс.
Он выглядел угрюмым. Трудно было назвать это как-то иначе. Джо заметила на его лице следы усталости, которых не было видно при ярком солнечном свете на церемонии открытия. Значит, он тоже не спал?
Прежде чем произнести хоть слово, Алекс сжал руку Джо, словно желая убедиться, что она никуда больше не исчезнет.
— Давайте сбежим, — быстро предложил он.
— Алекс, вы не можете…
— Еще как могу, черт побери! — отрезал Алекс. — Я уже сказал Энди Карсону, что собираюсь совершить побег.
— Энди Карсону?
— Это моя правая рука. Я не смог познакомить вас на открытии. Он сидит слева от мэра.
Алекс внимательно поглядел на девушку.
— Вообще… — начал он, но осекся, пожал плечами и сказал: — Если не хотите убегать со мной, так сразу и скажите.
— Я согласна, — быстро ответила Джо.
Они вышли из ресторана на стоянку. Джо чувствовала себя как школьница, сбегающая с уроков. Алекс завел машину и спросил:
— Вы хотели бы отправиться в какое то определенное место?
— Нет.
— Хорошо. Тогда попробуем для начала выехать на пляж.
Оказалось, что он имел в виду Сиеста-Бич. Когда они подъезжали туда, Джо мысленно взмолилась, чтобы побег их не был испорчен отсутствием мест на стоянке. Сиеста-Бич считался одним из самых красивых пляжей мира и был чудовищно популярен. В мартовские дни в разгаре сезона здесь иногда невозможно было припарковать машину.
Но Алексу повезло. Он нашел место между красным «Корветом» и небольшим фургоном.
— Хотите прогуляться? — спросил он Джо.
— Да, — кивнула она.
На обоих были темные очки, и Джо подумала, что, наверное, выглядит такой же непроницаемой, каким казался ей сейчас Алекс. Она скинула туфли и, оставив их в машине, присоединилась к Алексу.
Они молча прошли по деревянным прогулочным мосткам, сошли на песок и добрались до полосы прибоя. Мокрый песок приятно холодил ноги.
Они долго шли вдоль берега, затем повернули обратно. Джо шла теперь прямо по воде. Несколько секунд Алекс внимательно наблюдал за ней, и она многое дала бы, чтобы прочесть в этот момент его мысли. Потом он тоже вошел в воду.
Они шли, плескаясь водой и ничего не говоря друг другу. Но напряжение, которое испытывала Джо со дня рождения Фреда, начало вдруг испаряться. Алекс протянул ей руку. Джо не понадобилось просить дважды. Она крепко сжала его пальцы.
Они медленно вернулись к машине. Усевшись за руль, Алекс посмотрел на Джо.
— Есть на сегодня какие-нибудь планы?
— Собиралась вернуться на работу, вот и все.
— И все?
— Да.
— Означает ли это, что мне удастся отговорить вас туда возвращаться?
Джо лукаво улыбнулась:
— Может быть. Надо только позвонить, предупредить Мардж.
— Поедемте со мной во «Флоридиану». Я знаю, вам не нравятся подобные заведения, но, если вы расслабитесь и попытаетесь представить, что живете в двадцатые годы, думаю, будет даже забавно. Можно развалиться у бассейна и представить себя декадентами.
Джо рассмеялась.
— Звучит не так уж плохо. — На самом деле она пришла бы в восторг от любого предложения Алекса. — Только сначала давайте заедем ко мне домой — я возьму купальник. Это недалеко от «Флоридианы».
— Нет проблем, — заверил ее Алекс.
Они остановились перед домом Джо, и она спросила:
— Зайдете? — Сердце ее замерло.
— На этот раз пропущу, — сказал Алекс, и Джо не знала, радоваться ей или расстраиваться.
Войдя в квартиру, она прежде всего позвонила Мардж, которая так обрадовалась, что ее начальница решила поплавать с Алексом Грантом, что Джо даже стало немного неудобно. Затем она разложила на кровати все свои купальники и стала выбирать, какой же взять с собой во «Флоридиану».
Белое бикини показалось ей чересчур вызывающим. Как и желтое облегающее трико. Наконец Джо остановилась на красивом купальнике бронзового цвета, и только когда спускалась вниз, поняла вдруг, что именно в этом купальнике выглядит наиболее соблазнительной.
Номер Алекса во «Флоридиане» был больше всей ее квартиры. Он предоставил в распоряжение Джо свою спальню и ванную, а сам переоделся в небольшой комнатушке рядом с гостиной.
Они встретились посреди комнаты. На Алексе были темно-красные купальные шорты. Потрясающий мужчина, подумала Джо, и у нее даже закружилась немного голова.
Алекс набросил на плечи полотенце, но от Джо не укрылось, что его мускулистые плечи покрыты загаром. Полотенце не скрывало также чисто мужских атрибутов фигуры.
На Джо был шоколадный халат, перехваченный на талии. Они уселись на стоявшие рядом с бассейном шезлонги, девушка сняла халат, и Алекс смог разглядеть ее как следует. И, не удержавшись, тихонько присвистнул.
Джо неодобрительно покачала головой:
— Не лукавьте, Алекс. — Вытянувшись, она начала покрывать ноги солнцезащитным кремом.
— Сами не лукавьте, — быстро прервал ее Алекс. — Если вы извините меня, я лучше нырну поглубже и попробую охладиться.
Джо смотрела, как он ныряет и плывет, рассекая воду широкими, уверенными гребками. Она понимала — ей-то недостаточно будет нырнуть, чтобы охладиться. Обуревавшие ее желания были для нее абсолютно новыми. Никогда еще Джо не испытывала ничего подобного. Она всегда владела собой, когда речь шла о мужчинах. И ей нравилось думать, что это по-прежнему так. Но не стоило обманывать себя. Близость Алекса возбуждала ее, и в этом таилась опасность. Не будь идиоткой, не забывай об этом, предупредила она себя. Вернулся Алекс с зачесанными назад черными волосами.
— Эй! — протестующе заявил он. — Я думал, вы присоединитесь ко мне.
— Через некоторое время, — ответила Джо, изображая ленивую расслабленность, которой вовсе не чувствовала.
Алекс развалился в шезлонге рядом с ней. Джо нервно сглотнула слюну, разглядывая его фигуру.
— Хотите солнцезащитный крем? — быстро спросила она.
— Нет, но спасибо за предложение. Я уже загорал в этом году. К тому же сейчас вторая половина дня — обгореть не так просто, как утром.
Джо согласно кивнула, затем закрыла глаза и скорее почувствовала, чем услышала, как ворочается рядом Алекс.
Наконец она решилась взглянуть на него украдкой из-под своих темных очков. Алекс перевернулся на живот. Теперь Джо могла беспрепятственно разглядывать его широкие плечи, мускулистую спину и стройные ноги, покрытые темными волосами.
— Изучаете меня? — спросил Алекс.
— Что?! — встрепенулась Джо. Затем добавила с упреком: — У вас что, глаза на спине?
Алекс быстро перевернулся, подпер голову рукой и посмотрел на Джо.
— А мне и не надо вас видеть. Я чувствую ваш взгляд. Джо…
— Да?
— Помните ли вы, что мы встретились ровно неделю назад?
Джо думала об этом почти постоянно.
— Да, помню.
— Иногда мне кажется, что это произошло всего три секунды назад. А потом мне кажется, что я знаю вас с самого начала времен. Со мной происходят вещи, которых я не понимаю, — признался Алекс. И продолжал с улыбкой: — И как такая маленькая хрупкая девушка могла лишить меня равновесия?
Джо вдруг вскочила на ноги.
— Сами вы маленький! — задиристо произнесла она. — Я вот раньше вас добегу до бассейна.
Она действительно добежала раньше и тут же нырнула, но через мгновение Алекс уже был рядом с ней. Вокруг бассейна отдыхало много народу, но ныряли при этом единицы. Неожиданно Алекс схватил Джо и потянул ее вниз. Оба они оказались под водой. Не успев опомниться, Джо почувствовала, как губы Алекса завладели ее губами. Вода была холодной, а губы — горячими. И результат был потрясающим.
Алекс отпустил Джо. Она быстро выбралась на поверхность и замотала головой, пытаясь отдышаться.
— Все в порядке? — спросил Алекс, вынырнув рядом.
Вместо ответа Джо неожиданно схватила его за плечи. Теперь агрессором будет она. Быстро поцеловав Алекса, девушка тут же нырнула и отплыла от него, появившись над водой только в другом конце бассейна.
Она с удовольствием отметила, что самолюбие Алекса немного задето ее победой в этой гонке.
Выбравшись на край бассейна, он посмотрел на Джо сверху вниз, словно не веря тому, что только что случилось.
— Для такой маленькой… — ехидно начал он.
— Возвращайтесь в бассейн и попробуйте повторить это, — угрожающе произнесла Джо.
— И что же вы собираетесь сделать со мной, мисс Беннет? — в голосе Алекса звучал смех и одновременно вызов. — Кстати, где вы научились так плавать?
— Я из Флориды, — напомнила ему Джо. — Я практически выросла в воде.
Держась за край бассейна, Джо немного прошла по воде.
— А где выросли вы, Алекс?
Она не собиралась задавать этот вопрос. Не собиралась снова выпытывать у Алекса подробности его личной жизни. Во всяком случае до тех пор, пока не наладятся их охладившиеся отношения. Надо дать Алексу время, чтобы ему захотелось рассказать о себе без всяких вопросов.
Она увидела, как изменилось выражение его лица. Он продолжал улыбаться, но теперь это была уже не та веселая улыбка. В глазах и в изгибе губ просвечивала усталость.
— Я рос то здесь, то там, — медленно начал он. — Но у меня никогда не было возможности купаться двенадцать месяцев в году. — Алекс поспешил сменить тему: — Как насчет того, чтобы вернуться на сушу и выпить в местном баре?
— Сейчас, только поплаваю еще немного.
Джо необходима была физическая нагрузка, чтобы легче было взять себя в руки. Нежелание Алекса рассказывать о Дэнни Форте тревожило ее все больше и больше.
Вернувшись на свой шезлонг, обсохнув и надев халат, она спросила себя, узнал ли Алекса еще кто-нибудь.
Конечно, существовала возможность, что никто из его деловых партнеров никогда не был рок-фанатом. А если и были, им, наверное, не пришло бы в голову искать какую-то связь. Дэнфорт А. Грант очень мало походил на Дэнни Форта, если только не искать намеренно черты сходства. Даже Мардж, которая явно увлекалась творчеством Дэнни Форта, не могла понять, почему лицо Алекса кажется ей смутно знакомым.
Только настоящая фанатка вроде Джо могла опознать его сразу. И Алекс явно не сталкивался с такими фанатами, если они вообще существовали. Он вращался совсем в другом кругу и чувствовал себя в безопасности. Хотя Джо до сих пор не понимала, зачем ему скрывать свое прошлое.
Они подошли к бару под соломенным навесом, уселись на высокие табуреты и заказали по клубничному дайкири. Оркестр заиграл регги, тропическая мелодия волновала кровь. Джо вовсе не требовалась музыка, волнующая кровь, когда рядом находился Алекс.
Они поговорили немного о том, как замечательно прошло открытие «Мимозы». Джо сказала, что тоже хочет получить маленькую золотую лампу Аладдина. Алекс пообещал, что лампа у нее будет. Джо поблагодарила его за специальное приглашение, присланное Лену.
— Для него много значила эта работа. Он ужасно себя чувствовал, когда считал, что потерпел фиаско.
— Ну, теперь ему не о чем беспокоиться, — сказал Алекс. — В жизни не видел более восхитительного пейзажа.
Они выпили еще по дайкири. Расслабившись, Джо и Алекс смотрели на восток, где начинало садиться солнце. Все кругом было в золотых бликах, которые, падая на плечи Алекса, превращали его в золотую статую Адониса.
Солнце быстро катилось за горизонт, чтобы выплыть на другой стороне земного шара. Желание Джо разгоралось, подобно пожару. И когда Алекс вдруг хрипло произнес ее имя, Джо поняла, что Алекс испытывает то же самое. Их желания совпадали — они хотели друг друга.
Поднимаясь на лифте в пентхаус, оба молчали. Все так же молча Алекс вынул ключ, который лежал в небольшом карманчике его плавок, и открыл дверь.
— Прекрасно, — приветствовал их мужской голос. — А я уже боялся, что вы не вернетесь до моего отъезда в аэропорт.
Энди Карсон — Джо узнала мужчину, которого видела и на открытии, и на ленче, — поднялся им навстречу со стаканом скотча в руках.
Наверное, это был промысел божий, убеждала себя Джо, переодеваясь в спальне Алекса. Наверное, и для нее, и для Алекса лучше, что им помешали.
Но она никак не могла заставить себя поверить в это. Расчесывая волосы, подкрашивая глаза и губы, она думала лишь о том, что Карсон появился чудовищно не вовремя.
Алекс познакомил их. Карсон напомнил Джо, что встречался с ее кузеном во время его последнего визита в Сарасоту и рад возможности познакомиться с нею лично. Энди любезно объяснил, что у него есть свой ключ от номера и он подумал, что неплохо будет заехать выпить чего-нибудь и расслабиться перед предстоящим перелетом.
Джо чувствовала: Энди неловко от того, что он прервал их свидание в самом разгаре. Он старался сгладить неловкость. Джо поспешно ускользнула в спальню переодеться. Но теперь она вдруг присела на край огромной кровати и окинула комнату тяжелым взглядом.
Как и все во «Флоридиане», эта комната выглядела помпезно. Серебро, бирюза и черный цвет. Безделушки в стиле арт-деко. Толстый плюшевый ковер, пестрое атласное покрывало.
Взгляд ее бесцельно блуждал по комнате. Сколько раз Алекс поднимался сюда с какой-нибудь женщиной с намерением заняться тем же самым, чем готов был заняться сегодня с ней? Возле скольких бассейнов сидел он с куда более привлекательными спутницами? Как часто посещал с красотками ночные клубы? И всегда ли эти свидания кончались в его номере?
Он был так невыносимо красив. И конечно, далеко не монах. Неужели она поверит, что такой мужчина в одиночестве?
Джо испытывала почти физические страдания. Она засунула купальник и халат в пакет, взяла сумочку и вернулась в гостиную.
Алекс переоделся в шорты и футболку, налил себе выпить, и они с Энди сидели на диванчике у окна, погруженные в беседу. Наверное, деловую, но Джо не могла бы сказать с уверенностью.
Алекс поднял глаза, увидел Джо и тут же вскочил на ноги. Энди тоже поднялся, но гораздо медленнее. Оба мужчины внимательно рассматривали ее. Отставив в сторону сумочку и пакет, Джо уселась в кресло с алой обивкой, стараясь вести себя как ни в чем не бывало.
— Выпьете? — спросил ее Алекс.
Джо покачала головой:
— Спасибо, нет. На самом деле, мне пора.
— Я уеду через пару минут, — поспешно сообщил Энди.
— Ну, наверное, Алекс захочет отвезти вас в аэропорт. Правда, Алекс? — с невинным видом произнесла она, почему-то не решаясь встретиться с Алексом взглядом.
— Я собирался взять такси, — быстро произнес Энди.
— Тогда, может быть, мы поедем вместе? — предложила Джо. — Забросите меня домой. Это по пути. Алексу не придется беспокоиться, чтобы подогнали его машину.
Алекс ничего не ответил. Он молчал даже тогда, когда они все трое направились к двери. А потом просто сказал:
— Спасибо, Джо, за то, что уделили мне время. Когда снова захотите искупаться в бассейне отеля, дайте мне знать.
Направляясь к лифту бок о бок с Энди, Джо думала о том, что совершает чудовищную ошибку. Алекс наверняка не поймет, почему она ушла вот так, ведь оба они явно имели в виду одно и то же, когда поднимались в номер. Но Джо не могла рассказать ему о сомнениях, охвативших ее в спальне.
Внизу, когда они с Энди ожидали такси, он жизнерадостно произнес:
— Я получил сегодня огромное удовольствие. И рад, что могу лично поздравить вас с тем, что сделала для «Мимозы» ваша компания. Это — лучший проект Алекса на сегодняшний день.
Джо согласно кивнула. Она почти не слушала Энди, который не замолкал всю дорогу до ее дома.
Алекс был в ярости. Давно уже он не сердился так из-за женщины. И ничего нельзя было изменить.
Он смотрел на дверь, только что закрывшуюся за Джо и Энди, и едва подавлял в себе желание расколотить ее в щепки. Подойдя к небольшому бару, он нашел чистый стакан, наполнил его льдом и плеснул сверху виски.
Алекс старался двигаться медленно и размеренно, словно это могло успокоить его гнев. Но ничего не помогало. Алекс присел на кресло, и ему показалось вдруг, что он ощущает аромат духов Джо. Он словно чувствовал тепло ее тела. Ерунда! Может быть, в ее теле вовсе и нет ни капли тепла. Она — самая холодная и равнодушная женщина из всех, кого ему доводилось встречать.
Но тут Алексу вдруг стало стыдно подобных мыслей. Конечно же, он был не прав.
Алекс посмотрел на часы. Вечер был в самом разгаре. Можно было еще пойти куда-нибудь поужинать, сходить в театр, в ночной клуб — да куда угодно. Не поздно было также позвонить Джо и спросить: — Эй, что все это значило? Но Алекс не мог этого сделать. Существовала еще такая вещь, как гордость. Джо задела его самолюбие.
Несколько мгновений Алекс смотрел в пространство. Потом начал мерить шагами гостиную, словно запертый в клетке тигр. На Сарасоту опускалась ночь. Тропическая ночь, полная звезд, с царящей на небе огромной луной. Но самым невыносимым было то, что у бассейна оркестр продолжал играть регги, и музыка словно нападала на Алекса, он чувствовал себя так, будто кто-то затягивает внутри его узел. Все туже и туже.
Джо хотела его так же сильно, как он хотел ее. Алекс знал это.
Но тогда, после дня рождения Фреда Бакстера, что-то между ними было разрушено. Алекс отдал бы все, чтобы восстановить ту невидимую связь, которая существовала между ним и Джо. Между ними вдруг выросла стена. И он не мог понять почему.
Алекс думал, что решит проблему, прямо спросив об этом Джо. Но она ушла от ответа. Алекс собрал волю в кулак и не звонил ей ни в воскресенье, ни в понедельник. Он знал, что все равно увидит Джо во вторник на открытии, и надеялся, что они смогут наладить отношения.
Но вышло иначе.
Несмотря на желание, которого Джо почти не скрывала, в ней присутствовала весь день какая-то внутренняя сдержанность, беспокоившая Алекса. Кроме, конечно же, их чудесного купания в бассейне. Неужели Джо сбежала только потому, что они знакомы всего неделю?
Видит бог, он и сам был испуган до предела, думая о том, что готов влюбиться в Джо. Страшно было при мысли, что он может по-настоящему полюбить женщину. Он никогда не позволял себе этого раньше. Единственный раз, когда Алексу почудилось, что он влюблен, все это оказалось лишь юношеской фантазией. Ему было больно, но раны быстро зажили. И он решил тогда, что настоящая любовь просто-напросто не для него.
У Алекса бывали отношения с женщинами. У него было то, что многие назвали бы весьма интересной жизнью. У него было даже две таких жизни, напомнил себе Алекс. Он понимал, что в один прекрасный день придется рассказать Джо о жизни номер один. Стать рок-звездой в совсем еще сопливом возрасте, а потом скатиться с небосклона, — конечно, после этого остаются шрамы. Вернее, большинство этих шрамов появилось еще до заката его карьеры. Будучи Дэнни Фортом, он заработал кучу денег. И ему попался честный менеджер, который удачно вложил эти деньги. Потом, когда возникла необходимость сменить направление, Алекс и сам узнал кое-что о бизнесе и капиталовложениях. Именно тогда он обнаружил в себе склонность к определенному виду предпринимательства, и на свет появилась «Моллз интернэшенэл».
Его менеджер, Рей Эллерсон, теперь удалился на покой и живет в Аризоне. Они до сих пор поддерживают отношения, и Алекс заезжает иногда в Таксон во время своих поездок на Западное побережье.
Рей был единственным, кто знал все об обеих жизнях Дэнфорта А.Гранта. Алекс вдруг почувствовал острую необходимость поговорить с Реем.
В Аризоне был еще вечер. Алекс набрал номер. Рей взял трубку после второго звонка.
— Не помешал?
— А чего ты ожидал? — ответил Рей. — Что прервешь мое свидание с вышедшей в тираж звездой Фоли Бержер? Нет, ты не прервал ничего важного, кроме повтора хоккейного матча, который я все равно не хотел смотреть. Когда живешь в Аризоне, хоккей не вызывает почему-то такого интереса, как в Нью-Йорке. Во всяком случае у меня. — Последовала пауза. — Ну, и как ты там?
— Потрясающе, — ответил Алекс. — Во всяком случае, должно быть потрясающе. Мы открыли сегодня новый торговый комплекс.
— Откуда же ты звонишь?
— Сарасота, штат Флорида.
— Сарасота? Там вроде подвизались когда-то братья Ринглинг и «Барнум энд Бейли серкус»?
— Да, наверное, — равнодушно ответил Алекс.
— Что-то голос у тебя не очень, — заметил Рей. — Что-то не так?
— Да нет, я в порядке, — успокоил его Алекс. — Все в порядке. Вот только…
— Да?
— Мне кажется, я влюбился, — признался Алекс.
Он был явно не готов к потоку бранных слов, посыпавшихся на него из телефонной трубки.
— Черт бы тебя побрал, — резюмировал Рей. — Кто же она?
— Президент и хозяйка одной фирмы в этих краях. Специализируется на озеленении. Зеленые пейзажи для торговых комплексов, ресторанов и…
— Кажется, я все понял, сынок, — прервал его Рей. — Ты познакомился с ней на деловой почве.
Алекс усмехнулся, вспомнив свою первую встречу с Джо.
— Да уж.
— Но это ведь противоречит твоему принципу, не так ли? Ты, помнится, кричал всегда, что только дураки смешивают бизнес и удовольствия.
— Но это совсем другое, — медленно произнес Алекс.
Рей задумчиво переварил сказанное, затем медленно произнес:
— Я просто не верю, что все это говоришь мне ты. Хотелось бы повидать эту птичку.
— Прилетай завтра во Флориду, — быстро предложил Алекс. — Я буду в Сарасоте целую неделю. Потом пару дней в Нью-Йорке — и лечу в Китай.
— На этот раз в Китай?
— Да. Но что-то мне не очень хочется туда лететь. Хотя совсем недавно я с удовольствием думал о поездке. Может быть, я даже пошлю вместо себя Энди.
— Да, плохи твои дела, — заметил Рей.
— Не знаю, не знаю. Уж ты-то не должен особенно удивляться. Ты ведь один из всех знаешь, как я переношу такие вещи.
— Сынок, — медленно произнес Рей, — когда-нибудь ты непременно должен был встретить женщину и по уши в нее влюбиться. Я всегда пытался убедить тебя в этом.
— Наверное, это было единственное из всего, что ты говорил мне, чему я никогда не верил.
— Нет, было еще кое-что, во что ты не верил, — возразил Рей. — Я пытался убедить тебя, что не все женщины на свете такие, как твоя мать или как та девица из шоу, что бросила тебя. Нельзя обвинять весь женский пол за грехи отдельных его представительниц.
— Ты действительно так думаешь? — тихо спросил Алекс.
— Я знаю, что ты именно так и делал, — продолжал Рей. — Иначе ты бы чаще влюблялся в девчонок, которые вились вокруг. Но ты никак не мог заставить себя доверять им.
— А ты доверял бы, если бы оказался на моем месте?
— He знаю, — пробормотал Рей. — Ей-богу, не знаю. Если бы у меня были перед глазами такие примеры, как твоя мать и тетя Лаура…
— Сейчас, оглядываясь назад, я не виню тетю Лауру, — сказал Алекс. — Мне было девять лет, когда меня кинули на нее, а она никогда раньше не имела дела с детьми. Я даже не был ее родственником — всего лишь племянником ее мужа. Она не знала, как обращаться со мной, а я не знал, как общаться с ней.
Рей недоверчиво хмыкнул.
— Алекс, после всего, что ты рассказал мне об этой женщине, я сомневаюсь, что она вообще пыталась наладить ваши отношения. Она ведь даже не разговаривала с тобой после того, как ты добился успеха. А ты помнишь, когда умер твой дядя… Я ведь был рядом, когда она позвонила тебе наконец — после похорон.
Алекс потянулся за стоящим рядом стаканом и сделал большой глоток виски.
— Черт побери, — сказал он. — Давай сменим тему. Эту песенку мы оба знаем наизусть. — Он подавил вздох. — Мы ведь все равно никогда не узнаем, что на самом деле творилось в голове у Лауры, правда? Слишком поздно строить догадки.
Алекс был поражен тем, какими болезненными оказались для него воспоминания о дяде Ральфе и тете Лауре, не говоря уже о родителях. Алексу было семь, когда его мать сбежала из города с любовником. Отец Алекса, преуспевающий адвокат из Берлингтона, штат Вермонт, просто помешался на измене жены. Чтобы разыскать ее, он нанял когорту частных детективов. Когда они наконец нашли ее, около трех лет спустя, мать Алекса уже развелась с Гарольдом Грантом и была замужем за человеком, с которым сбежала, — лучшим другом Гарольда, которого он знал с детства.
От горя и отчаяния Гарольд ушел в гараж позади дома, закупорил все окна и двери, включил мотор машины и заснул навеки.
Ральф Грант, брат Гарольда, тоже жил в Берлингтоне. Он был бухгалтером, уважаемым членом общества, но при этом человеком очень замкнутым. Хотя Ральф принимал участие в общественной жизни города, Алекс не мог припомнить, чтобы он или его жена вели какую-либо светскую жизнь. Они были угрюмыми чопорными людьми. И, как только что сказал Рею Алекс, в их жизни просто не было места для девятилетнего сироты-племянника. Хотя Ральф возражал против его появления гораздо меньше Лауры. Он даже пытался время от времени установить с ним какой-то контакт. Алекс помнил, как дядя несколько раз брал его с собой на рыбалку. Лаура же, по мере того как шло время, относилась к Алексу все хуже и хуже.
Кончилось все незабываемым инцидентом с разбитой гитарой, которая была лишь очередной попыткой Лауры причинить мальчику боль. Морально и эмоционально, если уж не физически.
Но это не остановило его. Холодными зимами он разносил газеты, копил деньги и в результате купил себе еще одну старую акустическую гитару. Но теперь, чтобы поиграть на ней, он находил укромные уголки. Алекс хорошо усвоил преподанный ему урок.
Он снова вздохнул, а Рей произнес на другом конце провода:
— Сынок, расскажи мне побольше о своей девочке.
— О Джо?
— Это сокращенно от Джозефины?
— Да.
— Мою мать звали Джозефиной. Если она такая же, как моя мать, ты заполучил настоящее сокровище, Алекс.
Алекс печально улыбнулся. Рей и раньше рассказывал ему о своей матери, которая умерла за два года до их с Алексом встречи. Алекс подозревал, что Рей ведет все эти разговоры отчасти затем, чтобы показать ему, что не все женщины бросают своих детей и мужей.
Да и у него самого хватало здравого смысла, чтобы понять, что не все матери так аморальны, а не все тетушки страдают мизантропией с садистскими наклонностями. Но все же, когда дело доходило до того, чтобы всерьез связаться с какой-нибудь женщиной, Алекс всегда пугался. Когда речь шла о любви и верности, женщина должна была доказать ему, что способна на эти чувства. Он вовсе не сомневался, что это возможно, но хотел быть уверенным в своей избраннице на все сто.
— Алекс? — снова заговорил Рей. — Эй, ты еще здесь?
— Да, — быстро ответил Алекс. — Извини.
— Так ты расскажешь мне о Джозефине?
— Она очень красивая, — хрипло произнес Алекс. — Фигура такая, что кровь вскипает в жилах. Потрясающие темно-карие глаза. Волосы цвета янтаря.
— Цвета янтаря?
— Да, да, именно такого цвета. Я все время дразню ее, что она маленькая, но на самом деле Джо среднего роста. Умная. Очень умная. Когда пару лет назад умер ее отец, Джо стала президентом его компании и ведет все дела сама. И еще она очень смелая. Не боится возразить, если уверена в своей правоте. Хранит верность своим клиентам. Джо — настоящий борец, Рей. Я был одним из ее крупнейших клиентов, но это не помешало ей отбрить меня как следует при первой встрече.
— И она отбривает тебя до сих пор?
— Наверное, — уныло произнес Алекс. — Мы ходили недавно на день рождения к одному из ее друзей. И я сказал что-то такое, что заставило ее отвернуться от меня. Но я не могу заставить ее объяснить мне, что же это было.
Голос его становился все более хриплым.
— Я буду тебе очень признателен, если ты проконсультируешься в ближайшее время с врачом, — тихо произнес Рей.
И на Алекса нахлынули воспоминания о том ужасном дне, когда Рей впервые посоветовал ему обратиться к специалисту. Это было в Чикаго, где Алекс должен был дать важный сольный концерт. Но, проснувшись утром, он обнаружил, что с ним что-то не так. В горле было какое-то странное ощущение… не боли, нет — неудобства.
Конечно, он дал концерт и собрал полный зал. Поклонники либо не заметили странной хрипоты его голоса, либо им это понравилось.
Позже, в номере отеля Алекс отправился в ванную и стал полоскать горло теплой водой с антисептиком. После напряжения на концерте голос был уже таким хриплым, что он едва мог разговаривать.
Рей ждал его за дверью ванной.
— Я думаю, нам надо обратиться к специалистам по голосовым связкам, — угрюмо произнес он.
И это означало для Дэнни Форта конец всего. Но он сумел возродиться из пепла, напомнил себе Алекс. И он не вернулся бы назад, даже если бы у него была такая возможность.
Джо вытянулась на кровати и перевернулась на другой бок. Она проворочалась несколько часов, потом встала, прошла на кухню и взяла из холодильника банку пива.
Джо не очень любила пиво. Она вообще почти не пила, но сегодня ей вдруг вспомнилось, что, если выпить на ночь пива, это поможет уснуть.
Джо прошла с пивом в гостиную, свернулась калачиком в кресле у окна и стала медленно пить. Огромное окно ее гостиной выходило на залив Сарасота. Далеко слеза виднелись огни шоссе, ведущего к Лидо, Сент-Арманд и Лонгбоут-Ки — барьерным прибрежным островкам, находящимся чуть поодаль от этой части побережья Флориды.
Джо глядела на светящиеся окна домов по другую сторону шоссе и чувствовала себя чудовищно одинокой. Она напомнила себе, что вовсе не одинока, что у нее в Сарасоте есть друзья, множество друзей. Стоит моргнуть глазом — и можно собрать шумную вечеринку.
Но прошло так много времени с тех пор, как она была по-настоящему с кем-то близка! И вовсе не потому, что Джо была необщительна. Просто после смерти отца у нее было столько дел! Все время и силы уходили на организацию бизнеса — за время болезни отца дела были немного запущены, и только совсем недавно Джо смогла сказать себе, что все снова в порядке.
Наступило время, когда она могла бы позволить себе немного расслабиться. Может быть, даже допустить кого-то в свою жизнь.
Кого-то? Но единственный, ради кого она была согласна хотя бы приоткрыть немного дверь в свое сердце, был Алекс Грант.
А что Алекс?
С тех лор как Энди Карсон высадил ее перед дверью собственного дома, Джо корила себя за то, что сбежала от Алекса. Сбежала самым позорным образом. И неудивительно, если он не захочет после этого с ней общаться.
Она была несправедлива, очень несправедлива к Алексу. Не дала ему шанса объяснить свою мелкую ложь, которая казалась все менее и менее значительной по мере того, как Джо думала на эту тему. Алекс имел право не петь, если ему этого не хочется. И объяснить это любым способом, который не вызвал бы дальнейших расспросов.
Просто Джо очень смутилась, когда они вернулись в номер Алекса и увидели там Энди. Не надо было быть ясновидящим, чтобы разглядеть, что происходит между ней и Алексом. Может быть, Джо просто не замечала в себе раньше стыдливости, заставившей ее так мучиться. Энди не сказал и не сделал ничего такого, что могло бы усилить ее смущение. Совсем наоборот.
Но никакая стыдливость не оправдывала поспешных выводов, сделанных ею в спальне.
Она судила Алекса по единственной реплике, показавшейся ей ложью, и по предполагаемым привычкам, касавшимся женщин.
Пройдя в спальню, Джо взглянула на часы со светящимися цифрами. Пятнадцать минут третьего. Очень хотелось позвонить Алексу и объяснить ему свое странное поведение, но было уже поздно.
Джо вернулась в постель и испробовала все способы заснуть — от подсчета овец до попытки отключить сознание. Ничего не помогало. Ее буквально преследовал образ Алекса. Только к утру Джо наконец задремала.
А Алекс тем временем мучился бессонницей в своем номере во «Флоридиане».
Телефонный разговор с Реем хотя и оказал терапевтическое воздействие, в то же время пробудил к жизни весьма неприятные воспоминания.
Алекс прошел в небольшую кухоньку и подогрел себе в микроволновой печи чашку молока. Потом он вернулся в гостиную и стал смотреть в окно на темную ночь, разукрашенную серебром. И вдруг он почувствовал в полной мере, как пуста его жизнь, несмотря на интересную работу, богатство, друзей, захватывающие возможности.
Алекс не мог вспомнить, чтобы был когда-нибудь в своей жизни по-настоящему близок с кем-то, кроме Рея. Наверное, отец вовсе не хотел научить его ненавидеть свою мать, но Алекс ненавидел ее, пусть даже подсознательно. С отцом у него тоже никогда не было настоящего взаимопонимания. Особенно после побега матери, когда Гарольд практически от всего отстранился. Он стал угрюмым страдальцем, в разбитой жизни которого не было места для малолетнего сына.
Затем шли несчастные семь лет с дядей Ральфом и тетей Лаурой.
Попивая молоко, Алекс вспоминал, как в шестнадцать лет ночью выбрался из дома дяди, держа в руках гитару и пакет с вещами. В кармане лежал бумажник со всеми его сбережениями: пятьдесят четыре доллара восемьдесят шесть центов.
Он добрел до окраины городка и начал ловить машину. Наверное, все дело было в гитаре или в его опрятном внешнем виде, но мальчику удалось добраться до Элбани, штат Нью-Йорк. Именно там ему предстояло стать Дэнни Фортом.
Он начал играть, где мог и когда мог. Он прошел Элбани и кучу других маленьких городков, играя на перекрестках и городских площадях. Футляр от гитары лежал у его ног, люди бросали туда монеты, пока рано или поздно не появлялись полицейские и не прогоняли его.
Потом он стал играть с разными группами, если те принимали его к себе. А чаще всего его принимали, потому что Алекс был по-настоящему хорош в своем деле. И не только в игре на гитаре — сам он считал, что играет чуть выше среднего, хотя со временем мастерство его совершенствовалось. Алекс потрясающе пел. У него был волшебный голос — молодой, глубокий, с широким диапазоном.
Алекс быстро учился жизни — для него не могло быть другой дороги: он сумел сделать фальшивый паспорт на имя Дэнни Форта, где значилось, что ему на три года больше, чем было на самом деле.
Постепенно его стали брать к себе все более серьезные ансамбли. Потом появился постоянный состав. А вскоре его нашел агент. Алекс встретил Рея. Они заключили сделку с крупной студией звукозаписи, которая выпустила диск Дэнни. Так началась его карьера.
К двадцати трем годам Алекс был на вершине. У него не было конкурентов, способных сбросить его оттуда.
И вот однажды утром он проснулся и обнаружил, что ему трудно глотать…
Алекс допил молоко и осторожно помассировал горло. Инстинктивный жест, потому что он до сих пор так и не привык до конца к тому, что может глотать нормально.
В то ужасное утро у него еще было все — слава, богатство. Все, кроме любви, с горечью напомнил себе Алекс. Конечно, у него всегда были поклонницы. Толпы поклонниц, которые при виде его орали до хрипоты и пытались оторвать от него хоть что-нибудь на сувениры — клок волос или камушек из ожерелья.
Дошло до того, что пришлось окружать себя телохранителями. При таком поклонении нетрудно было стать тщеславным. И легко относиться ко всему, что давала тебе жизнь.
Но даже тогда Алекс не путал увлечение, восторг, страсть и настоящую любовь, кроме того единственного раза, когда он позволил себе увлечься фантазиями. И это была ошибка, от которой он тяжело и мучительно оправлялся.
Но после того ужасного утра, когда стало ясно: что-то не так с его горлом, Алекс на собственном опыте быстро понял, как быстро закатываются вчерашние звезды. Он мог бы написать книгу о непостоянстве поклонников, о том, как быстро остаешься один, как только прожектор индустрии развлечений перестает тебя освещать.
Только Рей остался верен ему. Тогда и все то время, когда Алекс снова поднимался на вершину, но уже совсем в другой области.
Он попытался представить себе, как все могло бы получиться, если бы он встретил Джо тогда, а не сейчас.
Джо не могла больше ждать. С шести часов утра она мерила шагами свою квартиру, дожидаясь, когда можно будет позвонить Алексу. Наконец она решила, что восемь часов не так уж рано.
В трубке прогудело три раза. Джо уже хотела отключиться — может быть, Алекс пошел с утра искупаться или, после вчерашнего вечера, вообще выбрал другое место для отдыха и покинул Сарасоту, — когда Алекс взял наконец трубку.
— Я разбудила вас… — растерянно произнесла девушка.
— Джо!
Она представила, как он лежит, приподнявшись на локте. Наверняка еще не брился. Волосы спутаны. Глаза сонные. Одной мысли о нем было достаточно, чтобы тонкие ниточки желания снова опутали ее по рукам и ногам.
— Алекс, — Джо запнулась и начала снова: — Алекс, извините. Я знаю, что еще очень рано, но мне не хотелось упустить вас.
— А разве я куда-то собирался? — Алекс усмехнулся.
— Н-не… знаю, — запинаясь, произнесла Джо.
— Джо, дорогая, что может быть лучше — проснуться от звуков вашего голоса? — хрипло произнес Алекс. — Мне плевать, сколько сейчас времени.
Джо пожалела, что не позвонила ему в три часа ночи.
— Кстати, я вовсе никуда не собираюсь, — продолжал Алекс. — Я даже не помню, какой сегодня день. Вот что случается с человеком в отпуске. Мозг начинает слабеть.
— Это будет нечто — дожить до того дня, когда ваш мозг на самом деле ослабеет. Алекс, послушайте, мне надо сегодня на работу. С Восточного побережья прилетает потенциальный клиент. Я должна встретиться с ним сама.
— Джо, — тихо произнес Алекс. — Я вовсе не ожидал, что вы тоже возьмете ради меня отпуск.
— Но мне, — сказала Джо, — мне очень жаль, что я не могу поступить именно так. Мне хотелось бы быть с вами.
— Прямо сейчас?
— Да, — призналась Джо.
— Иногда мне кажется, что я совсем вас не понимаю, — пожаловался Алекс.
Голос у него был обескураженный. Джо понимала его. Всего несколько часов назад она покинула его номер при таких обстоятельствах, которые согласился бы простить не каждый мужчина.
Она неожиданно решила рассказать Алексу о той дурацкой реплике на дне рождения Фреда, которая так расстроила ее и повлияла на их отношения. И… сейчас она скажет Алексу, что знает, кто он.
Нет, тут же решила Джо. Не стоит говорить — надо показать ему это.
— Послушайте, — сказала она, — очень трудно объяснить некоторые вещи по телефону. По крайней мере мне. У меня лучше получается лицом к лицу.
— Один из прекраснейших сюрпризов этой жизни — возможность встретиться с вами лицом к лицу, — пробормотал Алекс.
Джо не стала ловить его на слове. Сейчас она меньше всего собиралась флиртовать с ним.
— Алекс, — снова начала она.
— Да, Джо? — в голосе его угадывалась улыбка.
— А что вас так позабавило? — подозрительно спросила Джо.
— То, как вы произнесли мое имя — словно хотите сделать какое-то заявление. А впрочем, — серьезно добавил он, — может быть, это не так уж и смешно.
Джо перехватила инициативу:
— Я бы хотела пригласить вас к себе поужинать сегодня вечером.
На другом конце провода повисла тишина. Джо казалось, что она слышит бег секунд. Она сказала себе, что после вчерашнего Алекс, конечно же, не очень хочет принимать ее приглашение, хотя и разговаривает с ней как ни в чем не бывало.
— Послушайте, Алекс, — сказала она. — Все в порядке. То есть, если у вас другие планы…
— Джо, дорогая, — терпеливо произнес Алекс, — разве я не говорил уже, что у меня нет никакого расписания на ближайшие несколько дней, которые я собрался провести в Сарасоте? Повторить еще раз, чтобы вы запомнили? Это означает, что единственное, чего я хочу…
— Чего же?
— Я хочу быть с вами столько, сколько вы можете быть со мной. Но ритм придется задавать вам, Джо. Я не знаю, что случилось вчера, не знаю, что оттолкнуло вас в субботу вечером. Остается только надеяться, что вы меня просветите.
— Обязательно, — пообещала Джо.
— В любом случае я не хочу, чтобы вы делали то, чего вам не хочется.
— Я уже большая, Алекс, — невесело усмехнулась Джо.
— В чем-то — да, — согласился он. — Но в каких-то вещах вы — словно маленькая девочка, заблудившаяся в лесу. И мне ни за что не хотелось бы обидеть вас, Джо. Если я тороплю события, мне очень…
— Думаю, для нас обоих события развиваются очень быстро, — сказала на это Джо.
— Спасибо, что сказали, — голос его был еще более хриплым, чем обычно. — Большинство женщин на вашем месте не сделали бы этого.
— Более взрослые — может быть.
— Большинство женщин, — повторил Алекс. — В любом случае…
— Алекс, — прервала его Джо. — Я знаю — вы не хотите меня обидеть.
Она действительно знала это. Ее лишь немного беспокоило, что Алекс счел нужным сделать подобное заявление. Может, предупреждает, что готов разделить с ней только одну неделю из своей жизни? Сообщает, что серьезные отношения не для него? Сколько ему лет? Тридцать пять? Наверняка он уже решил, чего хочет от жизни.
— Послушайте, Алекс, — сказала она. — Я не говорю, что мы должны сегодня начать все сначала. Мне не хотелось бы отказываться от того, что уже было между нами. Мы взрослые люди, мы нравимся друг другу, нам приятно быть вместе. Так?
— М-м-м, — промычал Алекс. — Я бы сказал больше.
Он снова дразнит ее? Джо не могла ничего понять.
Неожиданно Алекс спросил сугубо деловым тоном:
— В какое время мне приехать сегодня, Джо?
— Вам удобно в семь?
— Замечательно. Привезти что-нибудь?
— Только самого себя.
При мысли о том, как Алекс вечером наполнит пустоту ее квартиры своим неотразимым обаянием, Джо стало вдруг почему-то не по себе, и она пробормотала почти испуганно:
— До встречи. Алекс повесил трубку.
Утро в «Гринскейпс» пролетело быстро. Джо переговорила с четырьмя клиентами из разных концов страны, интересовавшимися услугами фирмы, затем позвонил ее кузен Тим, которому необходимо было обсудить несколько мелких проблем, с которыми они столкнулись в офисе в Майами. Джо уже прошла через это и с удовольствием приободрила Тима.
— У меня самая умная и красивая сестричка в мире, — сказал Тим, прежде чем положить трубку.
— Подхалим, — засмеялась Джо. Они с Тимом оба росли единственными детьми в семье. Отец Тима был старшим братом ее отца. Несколько лет назад он разбился на личном самолете, попав в нелетную погоду. Тиму было тогда около тринадцати. После этого он часто приезжал погостить в «Гринскейпс». Кларк Беннет стал для него вроде второго отца. Поэтому смерть его потрясла Тима почти так же сильно, как Джо.
Мать Тима снова вышла замуж и перебралась в Санкт-Петербург, но Джо знала, что Тим нечасто видится с ней. Он был не в восторге от своего отчима. После открытия офиса в Майами Джо спросила, не хочет ли Тим возглавить его, и тот с радостью ухватился за эту возможность.
Покончив с телефонными переговорами, Джо занялась срочными бумагами. Через какое-то время глаза ее стали закрываться сами собой, и она пожалела, что некогда прилечь поспать. Раньше ей никогда не пришла бы в голову подобная мысль. Но сегодня ей хотелось выглядеть свежей и красивой во время ужина с Алексом. Однако впереди был тяжелый день, и нечего было даже мечтать об отдыхе.
В одиннадцать Джо встретилась с клиентом, который хотел открыть неподалеку новый обеденный комплекс с кинотеатром. Он знал, что у него много конкурентов, но рассчитывал на несколько оригинальных идей, и энтузиазм его казался заразительным.
Джо нравилось, когда ее начинали посещать идеи — одна тянула за собой другую, и это превращалось почти в игру.
Время шло. Потенциальному клиенту было около пятидесяти, он уже успел рассказать ей о своей жене — еще одна вещь, которую всегда приятно было услышать. Сообщил, что две их дочки-близняшки учатся на втором курсе колледжа. Затем он взглянул на часы, обнаружил, что уже перевалило за полдень, спросил, не согласится ли она на совместный ленч, и Джо, неожиданно для самой себя, согласилась.
Они поехали в ресторанчик на побережье неподалеку от «Флоридианы». Проезжая мимо отеля, Джо попыталась угадать, что делает сейчас Алекс — расслабляется у бассейна или пьет свой дайкири в баре под соломенным навесом.
Как ей хотелось быть рядом с ним!
Было уже два тридцать, когда Джо вернулась в офис. Она не собиралась отлучаться так надолго, но приятно было сознавать, что за ленчем отношения определились и теперь она могла смело назвать этого человека своим клиентом. «Гринскейпс» получит заказ на цветочные композиции для кинотеатра. Это будет очень интересная, увлекательная работа, которая, однако, потребует серьезного планирования. Надо будет обязательно обсудить свой план с Фредом. Может быть, ока наймет его для этой работы. Совместно со штатным дизайнером фирмы Фред сделает отличный проект.
Вернувшись в офис, Джо обнаружила, что за время ее отсутствия возникли проблемы. Мардж передала ей пачку телефонограмм — все с пометкой «срочно». Боб Хоули оставил сообщение, что хочет повидаться с ней как можно скорее.
Джо подозревала, что Боб до сих пор расстроен по поводу фиаско в «Мимозе». Он был помощником Лена Фарадея и честно признался Джо, что считает случившееся своей оплошностью. Джо заверила его, что не винит в неудаче никого конкретно. Если считать, что в этом деле все же есть их вина, придется разделить ее поровну. Но не стоит беспокоиться — все закончилось хорошо.
И все же после того случая Боб стал излишне осторожным. Сейчас он хотел, чтоб Джо лично осмотрела груз экзотических растений, доставленных в «Гринскейпс».
— Мне кажется, у них какой-то странный запах, — пробормотал Боб.
— Боб, — ответила Джо, стараясь не терять выдержки, — вы ведь и сами прекрасно можете разобраться, все ли в порядке с растениями. Если нет — верните их.
— Но это из питомника, который регулярно поставляет нам продукцию. До сих пор мы получали от них саженцы только высшего качества. Джо, я буду очень благодарен, если вы найдете время взглянуть сами.
Боб был одним из старейших сотрудников «Гринскейпс». Он работал здесь не так давно, как Лен, но тоже достаточно долго. Отец Джо считал его одним из лучших сотрудников. Она решила выполнить его просьбу.
Джо сменила бежевые туфли на пару старых теннисок, которые держала в офисе как раз на такой случай, и отправилась с Бобом осматривать саженцы. Она пришла к выводу, что растения, возможно, немного пострадали при транспортировке, но в общем с ними все в порядке.
— Им нужна только наша забота и регулярный полив водным раствором «Гринскейпс», — с улыбкой успокоила она Боба.
Тот улыбнулся в ответ.
— Ты, наверное, думаешь, что я чересчур осторожничаю, — сказал он.
— Вовсе нет, — попыталась приободрить его Джо.
— Я чувствую себя виноватым в проколе с «Мимозой». Особенно в свете болезни Лена.
— Послушай, — твердо сказала Джо. — Хорошо бы каждый наш проект заканчивался так же удачно, как озеленение «Мимозы». Забудь об этом, Боб. Не стоит так часто оглядываться назад, когда столько всего ждет нас впереди.
— Ты говоришь словами своего отца, — заметил Боб.
— Ну, надеюсь, в меня переселилась часть его мудрости. И лучше бы ее было побольше.
Боб похлопал ее по плечу.
— Ты прекрасно справляешься, девочка, — сказал он, и Джо почувствовала, как ее переполняет гордость. Такие слова от человека вроде Боба были для нее высшей формой похвалы.
Вернувшись в офис, Джо стала разбираться со срочными сообщениями и диктовать на пленку письма, которые Мардж надо было напечатать завтра утром.
Она была погружена в работу, когда Мардж вдруг появилась на пороге и спросила:
— Ты что — собираешься сидеть в офисе всю ночь?
— Нет, — взглянув на часы, Джо обнаружила, что уже почти шесть. — А почему ты до сих пор здесь? — спросила она секретаршу.
— Жду, когда уйдет начальство.
— Мардж, — протестующе произнесла Джо, — ты ведь знаешь, что в этом нет необходимости. Кстати, очень жаль, что ты не прервала меня раньше.
— Особенный вечер? — Глаза Мардж озорно сверкнули.
— Да. Я пригласила Алекса на ужин, и мне надо еще что-нибудь приготовить.
— И во сколько же он придет?
— В семь.
— Джо, у тебя осталось всего пятьдесят пять минут. Ты должна выехать немедленно!
Джо последовала ее совету и быстро покинула офис, попросив Мардж запереть все за нее. Она заглянула в винный отдел небольшого торгового комплекса на углу, остановилась у своей любимой булочной, и ей оставалось около четверти пути до дома, когда произошло вдруг то, чего не случалось с Джо еще ни разу в жизни.
У нее спустило колесо.
Двигаясь в потоке напряженного движения, она вдруг услышала громкое шипение. Когда машина стала вилять из стороны в сторону, Джо сразу поняла, в чем дело, и сумела съехать на обочину.
Пожилой мужчина в машине сзади посочувствовал ей так искренне, что Джо захотелось расплакаться у него на плече. Он обещал прислать кого-нибудь на помощь от ближайшей автозаправки. Джо, не имевшая ни малейшего отношения к технике, понятия не имела, как сменить покрышку самой.
Автомеханик прибыл минут через десять, но Джо эти минуты показались часами. Он поставил запаску и предложил Джо доехать с ним до автозаправки, где обещал посмотреть, можно ли починить старую покрышку.
Но сейчас покрышка волновала Джо меньше всего.
— Просто бросьте ее в багажник, — сказала она. — Я заеду завтра.
— Судя по вашему описанию, — сказал механик, — вы, вероятно, наехали на стекло или острый металлический предмет. Может быть, гвоздь. Вокруг много строек.
— Неважно, — отмахнулась Джо, но тут же напомнила себе, что этот человек выехал ей на помощь посреди рабочего дня. Она заставила себя улыбнуться и расплатилась с ним, включив в счет щедрые чаевые. Она едва удержалась, чтобы не превысить скорость, но сказала себе, что, поскольку сегодня ее преследуют неудачи, поблизости наверняка окажется патрульная машина.
В результате она въехала на стоянку около дома в двадцать пять минут восьмого.
Когда Джо вылезла из машины, прижимая к груди бутылку вина и батон хлеба, из тени ей навстречу двинулась темная фигура.
— Я так и думал, что это вы, — любезно произнес Алекс.
— Простите, ради бога, — простонала Джо. — Сегодня со мной случилось все, что только может случиться по пути. Можете себе представить, прокололась шина и…
— Эй, — прервал ее Алекс. — Вам сейчас не хватит дыхания. Не волнуйтесь так, Джо. Не произошло ничего особенного.
— Но я заставила вас ждать…
— Вы стоите того, чтобы подождать, — тихо сказал Алекс.
Он взял из рук Джо пакеты и пропустил ее вперед. Она почувствовала запах, который уже начал ассоциироваться для нее с Алексом. Наверное, лосьон после бритья. Очень тонкий растительный аромат. Ей казалось, что она чувствует тепло идущего позади Алекса. На нее снова действовала его близость.
Что бы ни случилось завтра — сегодня она хочет его, призналась себе Джо. И не стоило бороться с собой. Она готова столкнуться с неопределенностью, только бы быть с ним сегодня.
«Я не позволю себе снова все испортить», — подумала Джо.
Как только они вошли в квартиру, Джо опять принялась извиняться.
— День, как-то вышел сегодня из-под контроля, — пожаловалась она. — Я поздно уехала из офиса, потом эта покрышка. У меня никогда раньше не спускала покрышка!
— Вы говорите так, словно это нарушение прав человека, — улыбнулся Алекс. — Джо, дорогая, проколотые покрышки или что-нибудь подобное — такие вещи периодически случаются в жизни каждого из нас.
— Но почему именно сегодня вечером?
— Вечер еще только начинается, — заметил Алекс.
Тут Джо пришла в голову еще одна мысль. Она почти с отчаянием посмотрела на своего гостя.
— Вы ведь голодны!
— Совсем немного. До голодной смерти мне далеко, — ответил он, озаряя все вокруг своей обаятельной улыбкой.
— Алекс, мне потребуется какое-то время, чтобы приготовить обед. Я хотела отварить спагетти, но надо сделать соус…
— Тогда почему бы не оставить в покое спагетти и не поехать куда-нибудь?
Но Джо не хотелось никуда ехать. Она мечтала остаться наедине с Алексом.
— Может, все-таки останемся дома? — робко спросила Джо.
При слове «дом» в глазах Алекса появилось какое-то странное выражение. Тоски? Сожаления? Джо не могла бы сказать с уверенностью. Она знала только, что слово это сильно подействовало на Алекса, который ответил нетвердым голосом:
— Раз вы так хотите — да, лучше останемся.
— Послушайте, — предложила Джо. — Почему бы вам не сделать себе виски с содовой и не расслабиться, пока я вожусь на кухне.
— У меня есть идея поинтереснее, — улыбнулся Алекс.
— И что же это может быть?
— Давайте соединим лучшее из двух альтернатив. Я видел неподалеку китайский ресторанчик. Почему бы не позвонить им и не заказать обед на вынос. А я съездил бы за ним, пока вы готовите напитки.
Джо рассмеялась:
— От такого предложения трудно отказаться.
К тому времени, когда Алекс вернулся с несколькими коробками китайских блюд, Джо уже успела переодеться в бледно-зеленую тунику, расчесала волосы и подушилась своими любимыми духами — совсем чуть-чуть, за ушами.
Она заметила, как брови Алекса поползли вверх. Нетрудно было понять его удивление. Он видел перед собой совсем другую Джо Беннет. Именно такой ей хотелось быть сегодня. Ведь до сих пор Алексу лишь мельком удавалось разглядеть ее внутреннюю сущность, в основном он имел дело с хозяйкой фирмы. Но сегодня ей хотелось, чтобы Алекс узнал ее целиком и полностью. А она мечтала о том, чтобы поближе узнать его.
Сказать, что она хотела выяснить отношения — означало не сказать ничего. Джо намеревалась спровоцировать Алекса рассказать ей о Дэнни Форте. Прежде чем закончится этот вечер, ей хотелось сорвать покров тайны с его прошлого.
Джо собиралась, дождавшись подходящего момента, поставить одну из пленок Дэнни Форта, списанных ею когда-то с альбома. Тогда Алексу наверняка придется все ей рассказать.
Но за ужином подходящего момента не представилось. Кроме всего прочего, Алекс купил палочки для еды и настоял, чтобы они воспользовались ими. Неуклюжие попытки Джо рассмешили их обоих, но Алекс оказался терпеливым учителем.
Еще он привез немного сливовой водки запивать еду, и то ли от водки, то ли от прикосновения руки Алекса, когда он поправлял ее пальцы, державшие палочки, — но, когда они закончили ужин, у Джо изрядно кружилась голова.
Она вспомнила, что у нее есть немного японского дынного ликера, и подала его к миндальным пирожным, которые Алекс купил на десерт.
Все это время играла самая разная музыка. Теперь же Джо притушила свет и стала подумывать о том, чтобы отложить прослушивание пленки Дэнни Форта до следующего раза. Не хотелось делать ничего такого, что могло бы нарушить непринужденную атмосферу вечера. Но в то же время Джо понимала, что, если она хочет провести эту ночь с Алексом, лучше сначала устранить с дороги все сомнения.
Крепко сжав зубы, Джо поменяла пленку, села на диванчик и стала ждать, что будет дальше.
Квартира неожиданно наполнилась ни с чем не сравнимыми звуками — звуками ее молодости. Джо знала: стоит закрыть глаза, и она увидит Дэнни Форта, вкладывающего в песню свое сердце, свою душу, все, что у него было…
Алекс сидел в кресле у окна. За его спиной всходила над заливом Сарасота яркая луна. Лампа отбрасывала тень на его лицо. Джо не могла прочесть его выражения. Но она видела, как Алекс непроизвольно дернулся, словно его ударили. Крошечная рюмка зеленого ликера задрожала в его руке, и Джо показалось, что сейчас Алекс уронит ее.
Но он быстро овладел собой, и вскоре уже казалось, что Алекс просто слушает музыку. Джо затаила дыхание, ожидая, когда он скажет хоть слово. Но когда Алекс наконец заговорил, это не имело никакого отношения к Дэнни Форту.
Джо просто не могла поверить тому, что услышала. Алекс говорил о том, что встречался с агентом по продаже недвижимости, который показал ему несколько участков на Сиеста-Ки, выставленных на продажу.
После нескольких секунд, в течение которых Джо успела почувствовать его потрясение при звуках голоса Дэнни Форта, Алекс заговорил как ни в чем не бывало.
— Там не так много недвижимости на продажу, — говорил он. — Завтра я осмотрю еще несколько коттеджей. Честно говоря, одно из тех мест, что я видел сегодня, показалось мне довольно милым. Домик на канале, с собственной пристанью. Приятно было бы иметь лодку, на которой можно выйти порыбачить в заливе.
Джо почувствовала, что чудесный розовый мир, которым ей удалось себя окружить, начинает постепенно растворяться. Прощай, романтика, прощай, самообман, с горечью подумала она. Прощай, честность.
Джо не могла больше сидеть спокойно. Она зажгла стоявшую рядом трехрожковую лампу и резко выключила магнитофон.
Алекс удивленно посмотрел на девушку.
— В чем дело? — осторожно поинтересовался он.
Ну как он может быть таким… фальшивым? Джо с трудом поборола гнев и разочарование.
— А вы не знаете? — задиристо спросила она.
— Не знаю что, Джо? — искренне недоумевал Алекс. — Мне кажется, я не улавливаю ход ваших мыслей.
Она махнула рукой в сторону магнитофона:
— В те годы, Алекс, я была одной из ваших преданных поклонниц.
Тишина, повисшая между ними, была тяжелой, как свинец.
Алекс встал и тоже включил на полную мощность стоявшую рядом с ним лампу. Глядя на него при ярком свете, Джо подумала, что он выглядит… словно ушибленным. Усталым. Постаревшим.
Неожиданно ей захотелось прокрутить время назад, вернуться к тому моменту, когда все еще было хорошо, когда она еще не поставила пленку с записями Дэнни Форта. Но когда Алекс посмотрел на нее в упор, Джо поняла, что слишком поздно — ничего уже нельзя исправить.
Слишком поздно. Ему тоже хотелось бы повернуть время вспять. Но по другой причине. Если бы можно было начать все сначала, он давно бы уже поделился с Джо подробностями своей биографии.
И как ему не пришло в голову, что девушка могла быть одной из его поклонниц? Джо была тогда как раз в подходящем возрасте. Он был идолом подростков, сходящих с ума по рок-звездам.
«Черт побери! — подумал Алекс. — Ну почему это должно было случиться именно сейчас? Именно здесь?»
Горькая ирония состояла в том, что Дэнни Форт вовсе не был тайной, которую он собирался скрыть от Джо. Дэнни Форт был частью его существа. Весьма важной частью. И если они с Джо собирались быть вместе, ей необходимо было знать об этом. Она должна знать о нем все. А он — о ней.
Но сегодня Алекс не был готов к разговору о стремительном взлете и падении Дэнни Форта. Сегодня он просто хотел быть с Джо, без всяких условий и выяснений отношений. Он хотел заняться с ней любовью. И Джо всем своим видом словно давала ему понять, что их желания совпадают.
— Когда вы поняли? — хрипло спросил он.
Джо без сил опустилась в кресло. Ее душил гнев, и одновременно хотелось плакать.
— Мне не пришлось ничего понимать, — пролепетала она. — Я узнала вас сразу же, как увидела.
Алекс смотрел на нее, словно пораженный громом.
— Черт бы меня побрал! — пробормотал он, а затем добавил, морщась, словно от боли. — Но почему именно вы?
— Я не понимаю.
— Можете ли вы поверить, что больше никто, никогда, ни разу не узнал меня, Джо?
— Обязательно узнали бы, если бы вы вращались в других кругах. Но вы общаетесь с людьми, которые в основном старше ваших былых поклонников.
— Да, наверное. И все равно.
— Как я уже сказала, я была вашей преданной поклонницей, — с грустью констатировала Джо. — Мне ни разу не повезло увидеть вас на концерте, но я следила за каждым шагом вашей карьеры. Смотрела вас по телевизору, слушала по радио, покупала все альбомы, читала каждое написанное о вас слово. Я — и множество других девчонок и мальчишек моего возраста.
Алекс устало закрыл глаза, затем открыл их и посмотрел на нее с упреком.
— Почему же вы ничего не говорили? Почему вы не говорите ничего даже сейчас? Что, по-вашему, должно было случиться, когда вы поставили пленку? Вы ожидали, что я вскочу с кресла с воплями: «Это же я! Это же я!»
— Я думала, что звуки собственного пения вызовут у вас хоть какую-то реакцию.
— Ну что ж, если вы хотели этого, то можете быть довольны результатом. Но если вас так интересовало мое прошлое, почему вы просто не спросили меня?
— Я не могла, — призналась Джо.
Алекс покачал головой.
— Никогда не был силен в женской логике, — мрачно заметил он. — Я просто поражен вашими действиями. Все так тщательно продумать, составить план, создать ситуацию, превратиться в обаятельнейшее сексуальнейшее существо, дать мне понять, что вы тоже хотите, чтобы ночь эта стала для нас незабываемой… — и все для того… Я действительно никогда не забуду этот вечер, но совсем по другой причине.
— Алекс…
— Джо, не надо говорить так обиженно. Как, по-вашему, я должен был отреагировать?
— Я вовсе не пыталась все подстроить, — робко оправдывалась она.
— Тогда остается лишь с ужасом думать, что бывает, когда вы стараетесь специально. Вы доставили себе массу беспокойства, чтобы получить простой ответ на простой вопрос.
Губы Джо задрожали, из глаз полились слезы. Внимательно поглядев на девушку, Алекс сухо произнес:
— Пощадите. Слезы можно выключить. Я считаю, что вы поступили очень нехорошо. И можете проплакать хоть всю ночь — я не изменю своего мнения.
Джо резко повернулась и вышла на кухню. Секунду спустя Алекс услышал звуки льющейся из крана воды.
Он подошел к двери. Джо, стоя к нему спиной, наливала воду в кофеварку. Она уже приготовила две чашки с блюдцами.
— В чем дело? — спросил Алекс. — Вам неожиданно потребовалась кофеиновая терапия?
Джо резко обернулась и внимательно посмотрела на Алекса. Казалось, у нее напряглись все мускулы. Оставалось либо собраться, либо расклеиться окончательно. После едких замечаний Алекса она ни за что не даст ему снова увидеть ее слезы!
— Думаю, нам обоим не помешает кофе, — с вызовом ответила Джо.
— Говорите за себя, — возразил Алекс. — Я и так провел несколько бессонных ночей. Так что предпочитаю виски со льдом.
Джо резко выдернула из розетки шнур кофеварки, открыла дверцу морозильника и достала лоток со льдом.
— Не возражаете, если придется налить себе самому?
— Нет, — ответил Алекс. — Я вовсе не хотел помешать вам выпить кофе.
— Думаю, мне тоже лучше прибегнуть к алкоголю.
Глядя, как Джо смешивает джин с тоником, Алекс почувствовал, как смягчается. Девушка выглядела такой хрупкой, беззащитной… и такой обиженной.
Ему ни разу не пришло в голову, что он мог причинить ей боль, скрыв правду о Дэнни Форте.
— Джо, — Алекс запнулся, подбирая правильные слова.
— Все в порядке, Алекс, — сказала она. — Вам не надо… ничего говорить об этом.
— Но я многое хочу сказать. Глупо было позволять человеку, который вот уже десять лет как не существует, вставать между нами.
— Не думаю, что это хорошая мысль, — возразила Джо. — Мы оба сейчас… на взводе. Если нам и надо поговорить, то лучше выбрать для этого другое время.
— Я не согласен, — спокойно произнес Алекс. — Давайте сядем и покончим с этим раз и навсегда.
Он выглядел очень мрачным и усталым. Джо вдруг стало стыдно. Что она сделала с ним?
— Нет, Алекс, — сказала она. — Мы не должны говорить об этом… вообще.
— О боже, — застонал Алекс. — Я знаю, что женский характер переменчив, но не до такой же степени, Джо. Ведь вы же сами это устроили. И что, по-вашему, мне теперь делать? Включить задний ход?
Джо покачала головой:
— Нет. Но я хочу забыть о прошлом. Давайте начнем все сначала прямо сейчас, Алекс.
— И ляжем вместе в постель? — прямо спросил он.
Джо вспыхнула.
— Давайте… просто… начнем сначала.
— И забудем, что я был Дэнни Фортом, а вы были помешаны на мне в юности?
— Да, — почти с отчаянием произнесла Джо.
— Думаю, вы понимаете, что это невозможно, — Алекс говорил спокойно, но на подбородке его пульсировала жилка. — Ну же, Джо. Ведь вы хотите все знать. И я готов рассказать вам. Но нам лучше договориться об одной вещи, прежде чем я начну.
— О чем же? — тихо спросила девушка.
— Дэнни Форт мертв, Джо.
Сказав это, Алекс направился в гостиную. Джо смотрела ему вслед и в который раз корила себя за то, что затронула эту тему. Она неохотно последовала за Алексом.
Он уже сидел в кресле и рассматривал мыски своих мокасин..
— Вы слышали, что я сказал, Джо? Дэнни Форт мертв.
Джо присела на краешек дивана.
— Это не так, и вы это знаете, — сказала она.
— Увы, это правда. Во мне не осталось ничего от Дэнни Форта. Можете вы это понять? Я — совсем другой человек.
— Не понимаю, зачем вы все время повторяете, что Дэнни мертв, — голос Джо дрожал. — Если только… если только он не сделал тогда, давно, что-то ужасное, что положило конец его карьере…
У Алекса чуть глаза не вылезли на лоб от изумления. Он сказал с усмешкой:
— Скоро вы решите снять у меня отпечатки пальцев. Нет, Дэнни Форт не делал ничего ужасного. Просто он плохо кончил, вот и все.
Джо почувствовала небывалое облегчение. Сколько страшных историй она успела сочинить про человека, сидящего напротив. Про человека, которого любила.
Мысль эта крутилась у нее в голове. Джо вдруг почувствовала себя слабой и уязвимой. Да, она любила этого человека. Она любила Алекса, и любовь эта не имела никакого отношения к Дэнни Форту.
Как найти слова, чтобы объяснить ему это?
— Вам никогда не казался странным мой голос? — спросил вдруг Алекс.
— Голос? — удивленно переспросила Джо.
— Вы не обращали внимания, что я всегда говорю так, будто слегка простужен?
— Да, у вас хрипловатый голос, — согласилась Джо. — Но я никогда не задумывалась над этим…
— Голос Дэнни не был хриплым, Джо.
Алекс сделал большой глоток виски.
— Джо, — сказал он, — прежде чем я продолжу, вы должны понять одну вещь. Я хочу рассказать вам все. Дэнни не делал ничего плохого… — Алекс говорил так, как будто речь действительно шла о разных людях. — Он просто был юным сопляком, на которого свалилось слишком многое. Это могло перекроить его жизнь. Слава могла испортить его. Но благодаря отличному парню по имени Рей Эллерсон Дэнни… то есть мне… — поправился Алекс, — повезло настолько, что… в общем, ему очень повезло с менеджером. Я знаю, — продолжал Алекс, — я только что сам сказал, что во мне не осталось ничего от Дэнни. Что я — другой человек. И это чистая правда. Но это и не совсем так. Дэнни — это я в молодости. Я лишь хочу, чтобы вы поняли — Дэнни уже не возродить к жизни. Дело не просто в том, что я вырос из одежды Дэнни Форта, бросил петь и занялся бизнесом. Жизнь моя изменилась так, что и мне пришлось стать другим. Понимаете?
— Думаю, — медленно произнесла Джо, — я поняла бы лучше, если бы знала, что случилось с Дэнни Фортом.
— Ну что ж, — голос Алекса звучал еще более хрипло, чем обычно. — В одно прекрасное утро, находясь в зените славы, я вдруг проснулся и обнаружил, что не могу глотать.
— Что? — нахмурившись, спросила Джо.
— В буквальном смысле слова. Я очень много пел и, наверное, перенапряг голосовые связки. Накануне я пел на концерте и к вечеру уже не мог говорить. — Алекс сменил позу. — Рей, мой менеджер, настоял, чтобы я обратился к специалисту. На голосовых связках обнаружили полипы.
— О, Алекс! — невольно воскликнула Джо.
— Все обошлось. Образования оказались доброкачественными. Но их пришлось удалять хирургически, и это нанесло моему голосу непоправимые потери. С тех пор он стал хриплым. — Алекс печально улыбнулся. — Нет необходимости уточнять, что с карьерой певца пришлось покончить. Мне посоветовали вообще не петь. Все в порядке, но чем меньше я напрягаю голосовые связки, тем лучше.
Наконец Джо вспомнила, что беспокоило ее, когда она впервые увидела Алекса и поняла, кто он.
— В газете была статья. Там говорилось, что Дэнни Форт ложится в больницу для небольшой хирургической операции.
— Да, — кивнул Алекс. — Рей спустил ситуацию на тормозах. Только операция оказалась не такой уж незначительной.
— Но я помню, как читала тогда, что вы здоровы и готовы вернуться к своей творческой деятельности.
— Это правда, — кивнул Алекс. — Правда, что вы читали такую статью. Но на самом деле у меня не осталось ни малейшего шанса. Рей время от времени помещал сообщения о том, что я решил прервать концертную деятельность, пишу новые песни. То есть он сделал так, чтобы я исчез постепенно. Это оказалось несложно. Звезды закатываются удивительно быстро.
— Если бы ваши поклонники знали обо всем…
— Я не хотел, чтобы они знали. Я представлял себе их реакцию. Их жалость могла сломить меня, и я решил избежать этого во что бы то ни стало.
Говоря это, Алекс ощущал сочувствие, исходившее от Джо. От нее ему тоже не хотелось жалости, особенно сейчас.
— Господи, Алекс, — пробормотала Джо. — А я так критически отнеслась к вашему заявлению, что вы не можете вести мелодию…
— Так вот что оттолкнуло вас тогда! — воскликнул Алекс.
— Да. Я знала, что вы лжете. Ну, может быть, «лжете» — слишком сильное выражение, особенно теперь, когда я знаю все обстоятельства…
— Вы не обязаны делать скидку на обстоятельства. Но я не лгал. Я действительно не могу вести мотив. Мне ведь запрещено петь. И я понятия не имел, что такая простая реплика заставит вас перемениться ко мне.
— Я была не права, — сокрушенно призналась Джо. — Если бы я только знала…
— И что бы вы сделали, если бы знали? — поинтересовался Алекс. — Защитили бы меня?
— Алекс, вы вовсе не нуждались в защите! Но я не стала бы торопиться с выводами. — Она попыталась улыбнуться. — Мой отец говорил, что я всегда тороплюсь с выводами.
— Сейчас меня волнуют вовсе не ваши неправильные выводы, Джо, — тихо произнес Алекс. — Меня волнует, как повлияет на вас все, что я только что рассказал.
— Что вы имеете в виду?
— Именно то, что сказал. Вы смотрите на меня с таким траурным видом…
— А вы ожидали, что я приду в восторг от того, что вы только что рассказали? Рассчитывали, что я обрадуюсь, узнав, через сколько всего вам пришлось пройти? Какая ужасная травма, Алекс. Всего за одну ночь вы потеряли все…
— Именно об этом я и говорю, — нетерпеливо перебил ее Алекс. — Я вовсе не потерял все за одну ночь. Это далеко не так. Хотя сначала, признаюсь, я был в шоке. Я очень испугался. Но когда узнал, что у меня нет злокачественных образований, в конце тоннеля забрезжил свет. У Рея было ранчо около Таксона. Мы отправились туда вместе, как только разрешили врачи. Есть что-то величественное в американском Западе. Широкие открытые пространства, высокое небо и столько неиспорченной красоты. Именно это и было мне необходимо. Мне надо было забыть Дэнни Форта, начать новую жизнь. Рей подкармливал прессу байками о моих планах. Постепенно меня забывали, пока не забыли совсем.
— Наверное, это все-таки было ужасно, — тихо заметила Джо.
— Узнать о том, что меня так легко забыли? Да, это был нелегкий урок. Я многое узнал о непостоянстве поклонников и непостоянстве судьбы. Очень скоро та же самая молодежь так же громко и восторженно кричала на концертах других певцов. Но главное, что вы должны понять, Джо, — все это уже давно закончилось.
— Да, я знаю.
— Знать и понимать — две разные вещи. Я хочу, Джо, чтобы вы оставили Дэнни в прошлом, которому он принадлежит. И еще я хочу, чтобы вы избавились от этой пленки.
— Алекс, я не могу этого сделать, — возразила Джо. — Но я согласна не включать ее больше, когда мы вместе.
Алекс вздохнул.
— Ну хорошо, — сказал он, вставая и подходя к окну. — Я не люблю ненужных упоминаний о своем прошлом. Но вполне могу пережить это, если нет другого выхода.
Повернувшись спиной к окну, он хмуро посмотрел на Джо:
— Господи, лучше бы вы ничего не знали. Я не хочу, чтобы призрак Дэнни Форта стоял между нами. Неужели вы не понимаете? Особенно после того, как я узнал, что он был вашим идолом.
— Вы были моим идолом, — поправила его Джо.
— Нет же, черт побери! Вы ведь не знали меня тогда. То, что вы видели на сцене, — было продуктом фантазии многих людей, в том числе и моей. И Рея. И моих агентов. И тех, на кого я работал в разные периоды. Театральных режиссеров. Кинопродюсеров. В моей команде было много народу, Джо. Дэнни Форт был их произведением. И моим тоже. Неужели не понимаете?
— Но он… вы… для меня вы были реальным человеком.
— А кем я являюсь для вас сейчас? — сердито спросил Алекс.
— Я не понимаю, почему вы так злитесь, — с несчастным видом произнесла Джо.
— Потому что, копаясь в моем прошлом, вы пачкаете наше будущее.
Алекс хотел сказать, что волнуется за настоящее, потому что любит ее. Глупо было отрицать свои чувства. Достаточно было взглянуть на Джо, и бурлящий внутри его гнев начал утихать. Хотелось подойти к ней, обнять, уткнуться лицом в ее мягкие волосы.
Говорить ей на ухо слова, которые он не говорил еще ни одной женщине. А потом…
Алекс приказал себе остановиться. Для него было очень важно, гораздо важнее, чем показалось вначале, чтобы в чувствах Джо не было даже намека на жалость к нему.
Он хотел, чтобы они были на равных, чтобы ни у кого из них не было повода жалеть друг друга. Он так многого ждал от будущего. Но сначала Джо должна переварить то, что узнала о нем сегодня.
Так что теперь настало время уйти. Алекс нежно поцеловал Джо, пожелал ей спокойной ночи и обещал позвонить завтра.
После его ухода она без сил опустилась на диван, обескураженно глядя на закрывшуюся за ним дверь.
Затем Джо прошла в кухню и налила себе еще джина с тоником. Она чувствовала себя совершенно опустошенной.
В четверг Джо задержалась в офисе довольно долго. В пять тридцать она настояла на том, чтобы Мардж шла домой, пообещав, что скоро последует ее примеру. Но было уже далеко за семь, когда она наконец закрыла за собой дверь.
Джо подумала, не сходить ли в кино, вместо того чтобы сразу ехать домой. Ничего не хотелось, она не чувствовала даже голода.
И все же она поехала домой.
Джо вышла из машины и… история повторилась вновь.
Высокая фигура выскользнула из темноты.
— Я начал волноваться, что вы не приедете, — тихо сказал Алекс.
— Я… я работала допоздна, — ответила Джо.
— Да уж. Добрались наконец до бумажных залежей? — в голосе Алекса звучали дразнящие нотки.
Он показал Джо бумажный пакет.
— Я принес соус. Хлеб и вино у вас, кажется, есть. Так что пойдемте варить спагетти.
Говоря это, Алекс нежно взял Джо под руку.
Джо не знала, что сказать на все это. Она была слегка обескуражена тем, что Алекс ведет себя так, будто они отвели стрелки часов на двадцать четыре часа назад.
Но так приятно было идти рядом с ним к дому, что у нее не осталось сил для протестов. Когда они вошли, Джо уже была готова играть в любую игру, выбранную Алексом.
Он купил где-то по пути два белоснежных фартука и теперь настоял на том, чтобы они их надели.
— Раз уж мы сегодня повара, то должны выглядеть соответственно, — объявил он и тут же нахмурился.
— В чем дело? — поинтересовалась Джо.
— Я забыл о поварских колпаках!
— Вот уж это ни к чему! — запротестовала девушка.
Алекс вдруг заключил ее в объятия так быстро, что Джо не успела опомниться.
— Пусть этот вечер будет для нас как будто первый, хорошо, милая? — тихо спросил он.
— Мне тоже хотелось бы этого.
— Джо, целый день без тебя длился восемьдесят шесть часов.
— Да, я знаю.
— Ты хочешь сказать, что тоже скучала по мне?
Джо посмотрела на него с улыбкой:
— Как ты можешь задавать такие глупые вопросы?
Вместо ответа губы Алекса нашли ее губы. Джо привстала на цыпочки, отдавая себя во власть его поцелуя. Весь мир словно вращался вокруг них. Сначала поцелуй был нежным, потом стал более требовательным.
Джо продолжала держаться за Алекса — у нее кружилась голова.
Руки Алекса двигались от плеч девушки к талии, лаская нежную кожу. И эти нежные размеренные движения контрастировали со страстным призывом губ.
Наконец они оторвались друг от друга. Алекс целовал теперь подбородок Джо, двигаясь к уху, и вот уже язык его начал сладкую пытку, лаская мочку уха.
Джо погрузила пальцы в темные волосы Алекса. Она прижималась к нему все крепче, чувствуя его растущее возбуждение.
Алекс почти отнес ее в спальню. Стоя у окна, они раздевали друг друга, купаясь в лучах лунного света. Пальцы Алекса ласкали тело Джо, творя настоящие чудеса.
Джо потянула Алекса за ремень, расстегнула пряжку, подождала, пока он снимет шорты и белье. Несколько секунд, показавшихся обоим вечностью, они молча любовались друг другом. Затем Алекс неожиданно подхватил ее на руки, отнес к кровати и опустил на покрывало.
Джо чувствовала, что Алекс, как и она сама, сгорает от страсти, но он занимался с ней любовью не торопясь, стараясь быть нежным. За него говорили его руки, его губы. Джо чувствовала, что в первый раз для него главное доставить удовольствие ей, в конце концов она окончательно утратила контроль над собой, чувства ее были подобны рассыпавшимся искрам, озарявшим лунную ночь. Они лежали в объятиях друг друга, и Джо начала исследовать тело Алекса — сначала медленно и стыдливо, но постепенно распаляясь все больше. Руки ее ласкали мускулистую грудь и плечи, находя самые чувствительные места и наслаждаясь тем, как реагировало на ее ласки тело Алекса. Наконец он хрипло застонал:
— Господи, Джо, я больше не могу.
И в этот миг он вошел в нее, чтобы вместе испытать наивысшее наслаждение оказаться по ту сторону видимого мира.
Прошло еще много времени, прежде чем Джо и Алекс приступили к спагетти. Они сидели за столом при свечах, пили вино и смотрели в глаза друг другу.
Потом они снова занялись любовью. И продолжили утром, проснувшись с первыми лучами солнца. А когда солнечный свет стал уже достаточно ярким, Джо проснулась во второй раз и обнаружила, что голова ее покоится на плече у Алекса, а сам он спит, обняв ее. И ей показалось, что так и должно быть всегда, что именно так она будет просыпаться каждое утро.
Алекс приготовил кофе и принес Джо в постель. Сам он отправился в душ и вернулся, завернутый в полотенце абрикосового цвета. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы Джо снова охватило возбуждение.
Алекс присел в ногах кровати, держа в руках чашку кофе, и вдруг спросил:
— Джо, а в «Гринскейпс» не могут обойтись сегодня без тебя и во время уикенда тоже? — Прежде чем Джо успела что-либо ответить, Алекс продолжал: — Я хочу провести с тобой каждую минуту до того вечера, когда мне придется возвращаться в Нью-Йорк. Каждую минуту, дорогая. И не хочу пропустить ни одной секунды из этих минут. Поэтому… возьми на сегодня выходной.
Джо попыталась вспомнить назначенные на сегодня встречи. Но под взглядом Алекса очень трудно было сосредоточиться. Бизнес слишком долго был для нее на первом месте, и странно было думать о том, что кто-то — даже Алекс — может мешать ее делам.
— Я должна позвонить Мардж, — сказала она Алексу.
Он даже не пытался скрыть своего разочарования.
— А что ты сделаешь, если Мардж скажет, что сегодня у тебя много важных встреч? — почти с раздражением спросил он.
Джо выпрямилась.
— А что бы сделал ты, если бы был на моем месте? — с вызовом произнесла она.
Алекс не сводил с нее глаз.
— В такой день, как сегодня? Думаю, я впервые в жизни послал бы бизнес к чертовой матери.
Может быть, да, а может быть, и нет. Не он оказался в подобной ситуации. Взбираясь вверх по лестнице успеха, Алекс наверняка не назначал ни одного неделового свидания, не сверившись сначала с расписанием деловых мероприятий.
Впрочем, никому не захотелось бы считать себя просто объектом неделового свидания. Она ни за что не согласилась бы. Неудивительно, что и Алекс не согласен. Но дело в том, что, хотя компания «Гринскейпс» преуспевала, у Джо не было ни богатства Алекса, ни его силы, ни его свободы. Через несколько месяцев она, возможно, с удовольствием согласится на подобную просьбу, но сейчас…
Очнувшись от своих мыслей, Джо вспомнила, что Алекс ждет от нее ответа.
— Ну? И каков же будет приговор?
Джо никогда еще не чувствовала себя такой несчастной.
— Алекс, — сказала она, — я с удовольствием послала бы бизнес ко всем чертям. Но не могу. У тебя есть помощники вроде Энди, на которых ты можешь переложить ответственность, собираясь отлучиться. А у меня нет. Несправедливо по отношению к Мардж сваливать на нее работу, в которой она мало что понимает. Что бы ты сказал, если бы перед тобой встал подобный выбор?
— Помнится, я обратился в вашу фирму примерно в такой момент, — напомнил ей Алекс. — И мне трудно было добиться, чтобы ты ответила на мой звонок.
— Я понятия не имела, кто ты…
— А если бы знала — все было бы по-другому?
— Конечно, тогда все было бы по-другому, — признала Джо. — А ты разве не решаешь, какие дела важнее? Ведь в сутках всего двадцать четыре часа. И надо распорядиться ими наилучшим образом.
— Хорошо, — спокойно произнес Алекс. Затем он встал и снова удалился в ванную, а Джо откинулась на подушки, желая раствориться в них, исчезнуть хотя бы на несколько минут.
Она привыкла отвечать за все сама. Может быть, в этом ее проблема. Но ей не с кем было разделить свою ношу. Может быть, стоило оставить Тима в Сарасоте, а офис в Майами мог бы возглавить другой менеджер. Но Джо считала, что никто не справится с этой работой лучше Тима.
Джо прикинула все в уме и уже готовилась позвонить Мардж, когда из ванной появился Алекс.
Он был полностью одет и вышел с видом человека, собравшегося уходить.
Остановившись возле кровати, Алекс сказал:
— Я позвоню тебе вечером. Может быть, мы сможем поужинать вместе.
— Алекс… — начала Джо, но он тут же оборвал ее:
— Не надо пускаться в долгие объяснения. Ты права. Ты не можешь все бросить, только потому, что я устроил себе отпуск. Поэтому давай распрощаемся до вечера и попытаемся насладиться в полной мере уикендом. Если, конечно, ты будешь свободна в выходные.
— Я буду свободна, — пробормотала Джо.
— А сегодня вечером?
— Непременно.
Взгляд Алекса смягчился. Ему было немного стыдно. Джо права. Ему легко говорить, имея в своем распоряжении таких людей, как Энди, на чьи плечи всегда можно в случае необходимости переложить часть своей ноши.
Но так ведь было не всегда. В дни своего становления в бизнесе, когда Алекс только организовал «Моллз интернэшенэл», он был еще больше помешан на работе, чем Джо. Но, конечно, тогда в его жизни не было женщины, к которой бы он испытывал то, что испытывает сейчас к Джо. А если бы и была — мог ли он сказать с уверенностью, что повел бы себя иначе?
Если честно, наверное, у него не получилось бы, как бы сильно он этого ни хотел.
Большие темные глаза Джо смотрели на него с обидой и болью.
Алекс нечасто менял принятые решения, но сейчас, вместо того чтобы уйти немедленно, он позволил себе опуститься рядом с Джо на кровать и нежно убрать со лба ее удивительные волосы.
— Прости меня, милая, — тихо произнес Алекс.
Глаза Джо наполнились слезами. И хотя Алекс давно поклялся не придавать значения женским слезам, это тронуло его до глубины души. Он полез в карман за платком, промокнул ей глаза и сказал:
— Ты заставляешь меня почувствовать себя чудовищем, Джо.
— Я… я не хочу, чтобы ты чувствовал себя монстром, — срывающимся голосом произнесла она.
— Послушай, — сказал Алекс, — отправляйся к себе в офис. Только постарайся освободиться как можно раньше, хорошо? Я буду в своем номере в отеле с четырех часов. А до этого свяжусь с агентом по продаже недвижимости и посмотрю еще что-нибудь.
Джо взяла его руку и прижала к своей щеке.
— Ох, Алекс, Алекс, — пробормотала она. — Иногда так трудно бывает понять, что делать.
— Конечно, — кивнул Алекс. — Но не в нашем случае. Все хорошо, дорогая. Поверь мне. — Наклонившись, он нежно поцеловал Джо. — Буду ждать твоего звонка.
Но Джо не позвонила Алексу. Вместо этого в четыре часа она постучала в дверь его номера во «Флоридиане».
Открыв дверь, Алекс несколько минут молча смотрел на нее, а затем заключил в объятия.
Оторвавшись от Джо, он посмотрел на небольшую дорожную сумку у нее в руках.
— Это то, что я думаю? — спросил он.
Джо кивнула в ответ.
Алекс снова сжал ее и поцеловал так страстно, что секунду спустя тело Джо уже горело от возбуждения. Весь день он скучал по ней и сейчас не собирался скрывать этого.
Джо тоже не хотела сдерживать чувств. Весь день она жалела о своем решении отправиться на работу, думала о том, что все назначенные на сегодня встречи вполне можно было бы отложить на начало следующей недели. К этому времени Алекс вернется в Нью-Йорк или будет готовиться к поездке в Китай.
Сегодня Мардж не понадобилось насильно выпроваживать ее из офиса. Уходя, Джо сказала секретарше, что с ней нельзя будет связаться до понедельника.
— Ого! — сказала на это Мардж. — Наконец-то ты поумнела.
Поумнела? Джо вовсе не была уверена в этом. Проведя этот уикенд с Алексом, она позволит их отношениям достигнуть такого накала, что трудно будет прекратить их, не испытывая душевной боли. Джо понимала это. Она не знала, чего хотел Алекс от будущего. И если честно, не знала даже, чего хотела бы сама. Ясно было одно — сейчас они хотят быть друг с другом. Но разве этого достаточно?
Вечером в пятницу, забыв обо всем, они занялись любовью. Потом, усталые, лежали на огромной кровати Алекса, плечо к плечу, и говорили, говорили — пока за окном сгущались сумерки, превратившиеся в конце концов в темную тропическую ночь.
Они не смотрели на часы и понятия не имели, сколько времени, когда им вдруг пришло в голову спуститься поплавать в бассейне. Они плыли медленно, почти лениво, стараясь не отдаляться друг от друга. Сейчас у них не было желания соревноваться в скорости. Хотелось только наслаждаться близостью.
Они вместе приняли душ. Алекс одолжил Джо длинный белый махровый халат. Потом он заказал ужин в номер и смешал им по коктейлю в ожидании официанта.
Они поели у окна с видом на залив. У бассейна снова играл оркестр. Чувственный ритм музыки быстро возымел свое действие. Ни Джо, ни Алекс так и не закончили свой ужин. Очень скоро они снова оказались в постели.
Субботнее утро было долгим, полным тихого смеха и нежной, неторопливой любви, которая возбуждала ничуть не меньше, чем пылавшая накануне страсть. Затем они оделись и устроили себе в небольшом ресторанчике настоящий пир из морепродуктов. И тут им пришло в голову съездить в парк Майакка.
В парке они покатались на катере по озеру с тем же названием. Капитан, оказавшийся натуралистом-любителем, рассказывал им об окружающем пейзаже, флоре и фауне. Еще он был большим специалистом по аллигаторам. Джо и Алексу удалось увидеть около сотни огромных рептилий, лениво греющихся на солнышке по берегам или плывущих прочь от приближающейся лодки.
На обратном пути они заехали домой к Джо, чтобы взять ей кое-какую одежду. Пока она решала, что надеть, Алекс бродил по ее гостиной, восхищаясь картинами и усмехаясь при взгляде на коллекцию фигурок пеликанов.
Он пообещал себе добавить в нее экспонатов. И еще напомнил себе, что у него есть для Джо небольшой подарок, который надо не забыть отдать ей до отъезда из Сарасоты. Или лучше пусть это будет прощальный подарок.
До сих пор они развивались очень быстро. Недолгий срок знакомства плохо соотносился с силой и глубиной чувств, которые Алекс испытывал к Джо. Но за эти дни ему открылось многое. У них уже было несколько серьезных размолвок. Возникало непонимание, грозившее серьезными проблемами, если бы они не нашли выход из положения.
Безусловно, что касается секса, они были идеальными партнерами. Алекс понимал, что, отдавая ему себя целиком и полностью, Джо предлагала очень многое, и от этого ему становилось не по себе.
Он хотел быть достойным ее, надеялся, что достоин. Алекс кривовато улыбнулся. До сих пор трудно было поверить, что с Джо так будет всегда. Что она не устанет от него, не переменится к нему, что, вернувшись домой в один прекрасный вечер, Алекс не обнаружит, что она покинула его.
Алекс вспомнил мудрые советы Рея. Он понимал, что Рей прав, и в то же время не прав. Да, многим женщинам нельзя доверять. Как и многим мужчинам. Но несправедливо обвинять весь женский пол только потому, что его мать, самая важная женщина в жизни каждого человека, оставила мужа и ребенка, ушла от них, даже не оглянувшись.
Однако легче было говорить об этом, чем принять и простить. Недоверие к женщинам стало для Алекса почти рефлексом.
Тонкие руки обвили его талию.
— Пару центов.
Повернувшись, он взглянул в милое лицо Джо.
— Что? — обескураженно спросил Алекс.
— Ну хорошо, десять центов. Даже двадцать пять. За твои мысли. Ты выглядел сейчас таким грустным и задумчивым.
— Задумчивым? — Алекс рассмеялся. — Я просто… грезил наяву.
— Завидую предмету твоих грез.
Улыбнувшись, Алекс сжал Джо в объятиях и стал осыпать поцелуями ее волосы, щеки, лоб.
— Да, ей можно позавидовать.
Они вышли из квартиры Джо, но по мере того, как их машина приближалась к отелю, Алекс ощущал смутное беспокойство. Ему необходима была физическая нагрузка, чтобы вернуться в нормальное состояние.
— Мне хочется поплавать, но только не в бассейне, — признался он Джо. — Как насчет того, чтобы отправиться на Сиеста-Бич? Не слишком поздно?
— Я думаю, нет.
— Тогда давай переоденемся в купальные костюмы, — предложил Алекс.
Джо надела белый купальник и с удовольствием обнаружила, что Алекс тоже выбрал белое. Обтягивающие плавки подчеркивали его потрясающую фигуру и ровный загар.
На Сиеста-Бич им с трудом удалось найти место для парковки.
Они прошли рука об руку по полоске белого песка, оставили у воды полотенца и купальные халаты и ступили в прозрачную бирюзовую воду.
Солнце было еще высоко, но начинало клониться к закату. Оно окрашивало волны золотистым светом.
— Ты похож на ацтекского бога, — сказала Джо Алексу. — Весь бронзовый от солнечного света.
— А ты в таком случае — на ацтекскую принцессу. Я уже говорил тебе, какая ты красивая, Джо?
Они успели зайти в воду примерно по пояс, волны нежно ласкали их тела. Неожиданно Джо повернулась и поплыла прочь от Алекса.
Он почувствовал какую-то напряженность в ее движениях и поспешил вслед за ней.
— Что обратило мою принцессу в бегство? — спросил Алекс, доплыв до Джо и переворачиваясь на спину, чтобы видеть ее лицо.
Джо Продолжала плыть вперед. На лицо ее падала тень, и Алекс не мог разглядеть его выражения, но трудно было не услышать нотки отчаяния в ее голосе.
— Я вдруг вспомнила, что завтра уже воскресенье, — тихо сказала она.
Не было необходимости развивать ее мысль.
Да, завтра воскресенье, и днем Алекс улетает.
Он закрыл глаза, позволив воде поддерживать его тело. Алекс несколько раз собирался сказать Джо, что подумывает, не послать ли в Китай Энди. Но что-то удерживало его.
Почему он не скажет ей, что решил лететь в понедельник и в их распоряжении все воскресенье и еще одна ночь?
У него не было времени обдумать все это как следует. Да он и не мог думать, находясь рядом с Джо. Может быть, снова сработал рефлекс? Что-то подсказывало Алексу, что после такого бурного развития событий в течение уикенда им с Джо лучше побыть друг от друга на расстоянии. Надо отдалиться друг от друга, чтобы трезво оценить свои взаимоотношения.
Или это только предлог? Вопрос этот мучил Алекса, но он не хотел даже пытаться ответить на него сейчас. Перевернувшись, Алекс подплыл к Джо и поцеловал ее, чувствуя соль на губах.
— У нас есть еще одна ночь, — напомнил он. — Давай сделаем ее незабываемой, дорогая.
В воскресенье утром и Джо, и Алексу хотелось поскорее выбраться из номера. Они пошли к бассейну, поплавали, затем позавтракали во внутреннем дворике позади бара.
И вот настало время отвезти Алекса в аэропорт.
Они припарковались на стоянке недалеко от терминала.
— О! — воскликнул вдруг Алекс.
— Забыл что-то? — спросила Джо.
— Чуть не забыл.
Он открыл портфель и достал небольшую коробочку, завернутую в серебристо-белую бумагу.
— Это тебе.
Сердце Джо учащенно забилось. Коробочка явно была из ювелирного магазина. Что в ней может быть? Кольцо? Неужели Алекс решил подарить ей кольцо?
Все сжалось у нее внутри. Что ей делать, если, открыв коробочку, она обнаружит мерцающий бриллиант? Готова ли она к такого рода отношениям?
Сердце ответило раньше разума: да, она любит Алекса Гранта. Она хочет провести рядом с ним всю свою жизнь. Они спорят иногда, но кто не спорит? Неожиданно Джо почувствовала уверенность в том, что они сумеют справиться как с профессиональными, так и с личными проблемами. Сумеют слить свои жизни в единое целое.
Джо внимательно посмотрела на Алекса. В глазах его застыла улыбка.
— Ты не собираешься открыть ее? — поинтересовался он.
Дрожащими пальцами Джо сорвала упаковку и, затаив дыхание, открыла коробочку. И увидела крошечную золотую лампу Аладдина, висящую на тонкой цепочке.
Она старалась не поднимать глаз, чтобы Алекс не прочел в них разочарования, которое она испытала.
— Помнишь? — спросил Алекс. — На открытии «Мимозы» ты попросила одну из лампочек, которые мы раздаем покупателям. Я решил, что ты заслуживаешь большего, чем позолоченный пластик, — и заказал для тебя вот это у местного ювелира.
— Какая хорошенькая, — выдавила из себя Джо. Медальон действительно был очень красив.
— Можно, я надену его на тебя? — попросил Алекс.
Когда он застегивал на шее Джо замок цепочки, она поежилась.
— Тебе холодно? — спросил озадаченный Алекс.
Вокруг стояла жара, но в сердце Джо поселился холод. Алекс уезжал. Никто из них ничего не сказал о будущем. Многое может случиться, когда пути расходятся, а они так недолго были вместе.
— Нет, — пробормотала она в ответ на вопрос Алекса.
— Джо? — с подозрением спросил Алекс. — Ты ведь не плачешь, нет?
— Я стараюсь не плакать, — Джо попыталась взять себя в руки. — Я знаю, что ты думаешь о женских слезах.
— Нет, — возразил Алекс. — Ты вовсе не знаешь, что я думаю о женских слезах. Может быть, ты знаешь, что я думал об этом раньше. Но за последние дни мои мнения по многим вопросам сильно изменились. — Он не стал уточнять свою мысль, а посмотрел вместо этого на часы. — Черт побери! Мне давно пора зарегистрироваться.
Джо вылезла из машины, не чувствуя под собой ног. Она понимала, что если пойдет с Алексом внутрь и станет махать ему у стойки регистрации, то не выдержит и разрыдается. Она не хотела, чтобы Алекс уезжал с такими воспоминаниями о ней.
— Алекс, я не очень люблю прощаться, — нетвердым голосом произнесла она. — Так что давай сделаем это здесь, хорошо?
— Я тоже не большой специалист по прощаниям, — признался Алекс. — Но дело в том, что я не хочу говорить тебе «до свидания». Джо…
— Да?
— Поехали со мной в Нью-Йорк. Хотя бы на пару дней.
Джо ожидала чего угодно, только не подобного приглашения. В пятницу она попросила Мардж перенести на понедельник встречу с двумя клиентами. К тому же накопилось столько дел, что ей удастся выбраться из офиса в лучшем случае завтра поздно вечером.
— Мне бы очень хотелось полететь с тобой, — сказала Джо. — Но, думаю, ты понимаешь, что я не могу.
— Так мне и надо за то, что связался с деловой женщиной, — с улыбкой пробормотал Алекс.
— Это не хуже, чем связаться с деловым мужчиной, — не осталась в долгу Джо.
— Я заслужил это, не так ли? — рассмеялся в ответ Алекс. — Поцелуй меня на прощанье, дорогая. А потом я быстро, не оглядываясь, войду в терминал, иначе я никогда не заставлю себя это сделать.
Джо упала в его объятия. Она ожидала нежного прощального поцелуя, но ошиблась. Алекс завладел ее губами с ненасытностью дикаря. Он словно хотел доказать, что ему тоже нелегко расставаться с Джо.
Наверное, это должно было ее утешить.
— Я позвоню тебе вечером, — хрипло произнес Алекс.
Джо кивнула. Алекс пошел к аэропорту, и Джо не стала смотреть, оглянется он или нет. Она забралась в машину и быстро уехала. Повинуясь какой-то странной прихоти, вместо того чтобы отправиться домой, она повернула в противоположном направлении и направилась к торговому комплексу «Мимоза».
Просторные стоянки были заполнены машинами. По воскресеньям магазины этого района всегда были полны народу.
Джо вошла внутрь и попыталась представить себе, что находится здесь впервые. Ей хотелось получить как бы первое впечатление от посещения.
Это оказалось несложно. Растения были просто великолепны. Прогуливаясь по дворикам и базарам, Джо ощутила прилив гордости. Наконец она остановилась попить в одном из оазисов.
Он назывался «Двор Аладдина», здесь висела большая волшебная лампа. Разглядывая ее, Джо машинально нащупала крошечную лампочку у себя на шее. Она растерянно потерла ее — вдруг сработает?
Она попросила бы джинна вернуть ей Алекса.
Алекс позвонил в воскресенье вечером. Потом в понедельник. И во вторник. А в среду он уже улетал в Китай.
Телефонные разговоры не давали ей никакого удовлетворения. Голос Алекса казался еще более хриплым, усталым, но, когда Джо выражала озабоченность, он лишь отшучивался.
Джо хотелось бы знать кого-нибудь, с кем можно было бы поговорить об Алексе. Жаль, что она незнакома с Реем Эллерсоном, который был Алексу ближе всех остальных, даже ближе Энди Карсона.
Они с Алексом много говорили во время уикенда — в перерывах между занятиями любовью. Он считал Рея главным виновником своего успеха.
— Это Рей вкладывал за меня мои деньги, когда они сыпались подобно дождю. Рей очень умный. Он консультировался с нужными людьми и много работал сам. Как только я оправился после операции, он выложил передо мной все цифры и факты. Я бы мог позволить себе всю жизнь существовать на одни проценты, если бы захотел.
Джо улыбнулась:
— Не могу представить тебя в роли бездельника.
— Да уж, — согласился Алекс. — Видимо, у меня неистощимые запасы энергии. Наверное, это после того, как я научился соответствовать требованиям своей прежней карьеры. Чтобы быть известным певцом, нужно чудовищное количество энергии. Но ты права. Мне не нравится бездельничать, даже если на это есть деньги. Хотя иногда, при определенных обстоятельствах… я не возражаю устроить себе отпуск.
Он не стал уточнять, что это за обстоятельства.
Когда снова настал момент поговорить о прошлом, Алекс признался, что получил диплом об окончании высшей школы только в двадцать пять лет.
— Я жил на ранчо Рея в Аризоне, — сказал Алекс. — И он сказал, что, поскольку с пением теперь покончено, мне надо подумать об образовании. Я сбежал из дома в шестнадцать лет, учась во втором классе высшей школы в Берлингтоне.
— И ты стал ходить в школу в Аризоне? — с удивлением спросила Джо.
— Нет. Слишком многие могли бы узнать меня. Ведь я еще недавно был звездой. Рей нашел преподавателя, которому доверял. Я работал с этим человеком и благодаря его усердию получил диплом с отличными отметками. Потом, также занимаясь дома, я закончил за три года четырехлетний университетский курс и получил степень бакалавра.
— И на этом остановился?
— Нет. Может быть, я бы и остановился, но для Рея этого было недостаточно. Он считал, что я должен стать магистром экономики, и я им стал. К тому времени я увлекся изучением некоторых концепций магазинного бизнеса, и это привело в результате к открытию «Моллз интернэшенэл». Все начало выправляться. — Алекс сделал паузу и подвел итог: — Мне очень повезло.
Размышляя над этими словами, Джо пыталась представить себе, многие ли смогли бы справиться с такой ситуацией, в которой оказался Алекс. Большинство людей, достигших вершин в шоу-бизнесе, обычно оказывались сломленными, — как только закатывалась их звезда. Они становились озлобленными, как бы в дальнейшем ни складывалась их судьба.
Джо начинала понимать, почему Алекс не хочет даже вспоминать о Дэнни Форте. Он похоронил свое прошлое, став сильным и самостоятельным в настоящем. Ему не хотелось оглядываться назад.
Беда в том, что всю свою жизнь — и в первой ее половине, и во второй — Алекс все время был одиночкой, если не считать дружбы с Реем Эллерсоном. И где-то в глубине души он был одиночкой до сих пор.
Телефон зазвонил в шесть утра. Нашарив рукой трубку, Джо поднесла ее к уху и услышала голос Алекса.
— Дорогая, — сказал он. — Я знаю, что разбудил тебя. Но я не мог ждать.
— Где ты? — сонно спросила Джо. Алекс не звонил около недели, и она перестала даже гадать, где он может быть. Однажды позвонил Энди Карсон и сообщил ей, что пребывание Алекса Гранта в Китае продлено на несколько дней.
«Но он скоро вернется», — на прощание утешил ее Энди.
— Я в Гонолулу, — сказал Алекс. — Ты была здесь когда-нибудь, Джо?
— Нет, — Джо вообще мало где успела побывать за пределами Флориды. У нее никогда не было времени на путешествия, хотя мысль увидеть дальние страны казалась весьма и весьма заманчивой.
— Джо, приезжай ко мне. Приедешь?
Приглашение Алекса прогнало последние остатки сна. Джо резко села в кровати.
— Ты хочешь, чтобы я приехала в Гонолулу?
Алекс усмехнулся:
— Это вовсе не край света. Закажи билеты на ближайший рейс, и не успеешь опомниться, как будешь здесь.
Джо хотелось застонать в голос. Неужели этот человек никогда не поймет, что у нее тоже есть работа?
Она-то думала, что эта проблема решилась в последние дни его пребывания в Сарасоте. Ей казалось, что Алекс осознал наконец ее положение. И вот он снова как ни в чем не бывало предлагает ей прилететь ближайшим самолетом в экзотический рай, где он сможет обвить ее гирляндами из гардений, жасмина и орхидей…
Прежде чем она успела ответить, Алекс сказал:
— Ага. Я знаю. Ты не можешь вырваться.
Джо немного раздражало, что он произнес это так неодобрительно. Он сидел в своем тропическом раю, а она работала эту неделю еще усерднее, чем обычно.
— А как ты оказался в Гонолулу? — довольно резко спросила Джо. — Я думала, ты сразу вернешься в Нью-Йорк.
— Когда я был в Пекине, мне позвонил деловой партнер из Гонконга, — объяснил Алекс. — Он подумал, что для меня полезно будет встретиться здесь кое с кем. Это связано с крупным предприятием на Гавайях. Хотя сейчас я в Гонолулу, на самом деле речь идет об Оаху. Завтра лечу туда. Я думал, ты сможешь присоединиться ко мне в Хило. У одного моего друга там домик, которым он не пользуется. Мы можем занять его на сколько захотим. Чудесное место…
— Пожалуйста, Алекс… — взмолилась Джо.
— Что «пожалуйста», дорогая?
— Пожалуйста, не начинай фантазировать. Мне и так тяжело тебе отказывать.
— Я думал, что, когда изложу тебе все подробно, ты, может быть, передумаешь, — почти с упреком произнес Алекс. — Джо, я так скучаю по тебе.
— Я тоже скучаю, — голос Джо предательски дрогнул.
— Я хочу видеть тебя, Джо. Прямо сейчас, — голос его был еще более хриплым, чем обычно.
— Алекс, ты так хрипишь, — Джо начинала беспокоиться. — Ты не…
— Со мной все в порядке, — перебил Алекс. — Просто задыхаюсь от желания. Ты нужна мне, Джо. Нужна здесь. Мы могли бы забыть обо всем…
— А как же твое дело?
— Я покончу с ним еще до твоего приезда.
— А если не сможешь?
— Что ты имеешь в виду? — прорычал Алекс.
— Я не собираюсь обижаться, — начала Джо. — Но посмотри, к чему сводится наш разговор. Ты контролируешь все свои дела — будь то в Китае, на Гавайях или где бы то ни было. И бизнес для тебя на первом месте. Не думаю, что ты станешь отрицать это.
— Я и не пытаюсь.
— Но ведь у меня тоже есть дело. И мой бизнес — так уж случилось — сосредоточен в одном месте. Поэтому у меня нет возможности мотаться по всему земному шару, совмещая приятное с полезным. Что касается путешествия ради удовольствия… идея весьма заманчива, Алекс. Но сейчас я не могу себе этого позволить. — Голос ее снова дрогнул. — Неужели ты не понимаешь этого, дорогой?
В наступившей тишине Джо почувствовала разделявшее их огромное расстояние. Даже в эпоху сверхскоростных воздушных лайнеров Гавайи все равно находились очень далеко.
— Что на тебе сейчас надето? — вдруг поинтересовался Алекс.
— Только короткая ночная рубашка. Ночь душная, но я решила, что лучше спать без кондиционера.
— Какого цвета рубашка?
— Персикового.
— Бретельки?
— Тоненькие, как спагетти.
— Кружево?
— Немного.
— О господи, — простонал Алекс. — Меня начинают посещать эротические видения. — Он вздохнул. — Ты уверена, что не сможешь приехать?
— Я не могу.
Они еще поговорили о всякой всячине, пока Алекс не пожелал ей наконец спокойной ночи, а Джо в ответ напомнила ему, что там, где она находится, уже доброе утро.
Весь день она вспоминала о ночном звонке. Днем позвонил Фред Бакстер.
— У меня есть несколько идей по поводу кинотеатра, Джо, — сказал он. — Когда мы сможем встретиться, чтобы ты посмотрела?
Джо рада была слышать Фреда таким бодрым и жизнерадостным. И еще она почувствовала, что просто не выдержит очередного одинокого вечера в собственной квартире.
— А что, если я приеду к тебе вечером с пиццей, и мы посидим за эскизами?
— Джо, тебе не надо привозить с собой еду. Правда, у Мирны сегодня репетиция с кухонным оркестром…
— С кухонным оркестром?
Фред усмехнулся:
— Несколько наших женщин собираются вместе и играют на кастрюльках, сковородках и другой кухонной утвари. Получается довольно забавно. Мирна только что ушла туда со сковородкой, пестиком и еще какой-то штуковиной, которую она, по-моему, использует для резки овощей.
— Они не собираются устраивать гастрольные туры? — хихикнула Джо.
— Не смейся, — предупредил ее Фред. — Это очень серьезно. Да, они собираются давать концерты. Вряд ли ты увидишь их в «Ван-Везел-Холл», но они собираются выступать в других парках вроде нашего. И они не одиноки. В некоторых парках тоже есть кухонные оркестры. Они собираются устроить все вместе концерт под открытым небом, может быть, на следующее Рождество. И все равно, — заключил Фред, — Мирна очень рассердится, если ты привезешь еду с собой. Приезжай просто так, Джо.
— Я привезу десерт, — согласилась Джо на компромисс.
Ближе к вечеру она заехала в булочную, где купила клубничный пирог, и поехала в сторону парка.
Каждый дюйм пути напоминал ей об Алексе.
Подъезжая к парку, она тосковала по нему так сильно, что ощущала это почти как физическую боль.
Она впервые ехала к Мирне и Фреду после дня рождения, но, к ее величайшему удовольствию, на прошлой неделе они вдруг появились в «Гринскейпс». Мирна ходила по питомнику, разглядывая все вокруг, пока Джо и Фред совещались, как делали это до его болезни.
Джо с радостью отметила, что Фред стал гораздо веселее. Он казался совсем здоровым и, хотя по-прежнему опирался на трость, ходил куда лучше. Джо пожалела, что Алекса нет рядом: он порадовался бы за Фреда вместе с ней.
Джо нашла Фреда на терраске, пристроенной к его трейлеру. Он расчистил большой круглый стол, на котором готовился разложить свои эскизы.
Мирны не было видно, но из кухни доносились потрясающие запахи.
— Фред, неужели Мирна готовит свое знаменитое жаркое в пиве! — с восторгом воскликнула Джо.
— Разумеется, — просиял Фред. — Едва услышав, что ты приедешь, Мирна опрометью кинулась в магазин. Как приятно видеть тебя у нас, Джо!
Джо обняла его за плечи:
— Я тоже очень рада тебя видеть. Особенно если учесть, что с каждой нашей встречей ты выглядишь все лучше и лучше.
— Я чувствую себя лучше и лучше, — кивнул Фред. — Во мне проснулся интерес к жизни. Не хочется уходить на покой, пока еще работает голова. Большинство пожилых американцев совершают подобную ошибку, и это чудовищная потеря для них и для общества.
Согласившись с ним, Джо снова порадовалась про себя, что именно Фреду решила доверить проект озеленения кинотеатра.
В дверях появилась Мирна. — Что будем пить, ребята? — спросила она. — Пиво, водку с тоником или что-нибудь легенькое?
— Не откажусь от водки с тоником, — сказала Джо.
Фред выбрал пиво.
Мирна принесла выпивку и сыр с крекерами.
— Что ж, — сказала она, — оставляю вас одних, чтобы Фред мог показать свою работу. Вряд ли он смог бы дотерпеть до конца обеда.
Глаза Фреда горели энтузиазмом. Джо немного забеспокоилась. А что, если его эскизы окажутся не на уровне? Трудно будет сообщить ему об этом, но нельзя забывать и об обязательствах перед клиентом.
Но эскизы Фреда оказались просто фантастическими. Он уловил именно то настроение, которое хотел создать в обеденном комплексе владелец кинотеатра. Он заставил обеденную зону смотреться как изысканный ресторан, в то же время отвечая требованиям непринужденной обстановки, которую предпочитала отдыхающая во Флориде расслабленная публика. Иногда людям приятно просто отдохнуть, окружив себя красотой. Все было продумано так, чтобы с началом демонстрации фильма зритель не разрывался между экраном и окружающим пейзажем.
— Это просто потрясающе, — искренне похвалила Джо.
Фред, вспыхнув от удовольствия, испытующе поглядел на Джо:
— Ты действительно так думаешь?
— А разве ты сомневаешься в этом? — с вызовом спросила Джо.
Фред улыбнулся.
— Да уж, девочка, я знаю тебя так давно, что тебе не удалось бы меня провести. Мирна! — крикнул он. — Иди сюда. У нас есть повод отпраздновать.
Они поели за круглым столом, убрав с него эскизы. Знаменитое жаркое Мирны было, как всегда, отменно вкусным. Впервые с тех пор, как Алекс улетел из Сарасоты, Джо наслаждалась вкусом пищи. Она даже попросила добавки, чем привела Мирну в восторг.
Они неспешно пили кофе и ели привезенный Джо пирог, Фред вспоминал первые заказы «Гринскейпс» и ошибки, которые делал, будучи молодым дизайнером.
Вечер прошел чудесно. Так чудесно, что Джо не хотелось уезжать. Она снова подумала об одинокой ночи в своей квартире. Но не стоило задерживаться — Фреду и Мирне пора было спать.
Она уже собиралась встать и уйти, когда Мирна вдруг сказала:
— Я чуть не забыла. Фред, ты рассказал Джо о подарке Алекса?
О подарке Алекса?
— Нет, забыл, — признался Фред. — Он прибыл дня два назад. Мирна, принеси его.
Мирна пошла за подарком, а Джо попыталась угадать, что же мог прислать Алекс.
— Пришло авиапочтой из Китая, — уточнил Фред, передавая вещицу Джо.
Это оказалась черепашка, искусно вырезанная из нефрита. У Джо вдруг пересохло в горле.
— Алекс написал, что китайцы считают черепаху символом мудрости и долголетия. Иногда они потирают ей спинку — так, на всякий случай. Алекс посоветовал мне попробовать. Еще Алекс добавил, что надеется на скорую встречу. Он будет во Флориде, чтобы продолжить переговоры о какой-то собственности, которую собирается купить.
Джо попыталась скрыть изумление, но ее вдруг охватило чувство, что Алекс намеренно держит ее в неведении. Он ничего не говорил о возвращении в Сарасоту. Да, Джо знала, что он подыскивает бунгало на Сиеста-Ки, но считала это не более чем прихотью. Очень часто люди, очарованные каким-нибудь местом, вбивают себе в голову, что хотели бы купить там домик. Но, вернувшись к привычной рутине, чаще всего забывают об этом.
Поэтому, сказав Фреду, чтобы он приезжал в офис, как только дозреет обсудить детали своего проекта с непосредственными исполнителями, Джо пожелала Бакстерам спокойной ночи и поехала домой. Почему-то трудно было сосредоточить внимание на дороге. К счастью, движение оказалось не таким уж оживленным. Но иногда ей все же сигналили возмущенные водители. Джо охватила злость по поводу поведения Алекса. Наверное, это было глупо. Хорошо, что Алекс прислал подарок Фреду. Но ведь ей-то он ничего не прислал.
Хуже того, он поделился с Бакстерами своими планами, а ей не сказал ни слова.
Может быть, она играла в его жизни не такую уж большую роль.
Джо плохо спала в эту ночь, но проснулась, полная решимости.
Следующий ход в этой романтической игре должен сделать Алекс.
В апреле началась жара. «Снежные птички» с севера покинули Флориду, движение было не столь оживленным, для жителей штата начался самый спокойный период. Но каждое утро, отправляясь на работу, Джо испытывала странное беспокойство.
От Алекса не было ни слова. И это, наверное, стало для нее самой главной проблемой. Джо начинала подозревать, что Алекс звонил ей, только когда ему нечего делать.
Джо неоднократно твердила себе, что, как бы сильно ни любила она этого мужчину, нельзя позволять ему водить ее на длинном поводке. Нельзя было сидеть и ждать. Иначе она сойдет с ума.
Однажды утром Джо села перед телефоном, обзвонила все дочерние отделения «Гринскейпс», переговорила с главой каждого и составила себе расписание поездок — по одной в неделю, по вторникам. Майами, Тампа, Санкт-Петербург, Клиаруотер, Форт-Майерз и Неаполь. В каждом городе она собиралась ночевать, хотя все они находились не так уж далеко и вполне можно было успеть вернуться в тот же день. Но Джо предпочитала остаться под предлогом того, что надо наладить более тесные отношения с сотрудниками филиалов. Впрочем, честности ради, она призналась себе, что рада возможности побыть вдали от дома.
Когда Джо рассказала Мардж о своих планах, секретарша удивленно подняла брови:
— Ты действительно думаешь, что это необходимо? Мне казалось, у тебя хватает работы здесь, в главном офисе.
— Ну, — неуверенно произнесла Джо, — мне кажется, я запустила работу с нашими филиалами. Несправедливо ожидать от людей усердной работы, если глава компании не проявляет к ним внимания.
— Дело не в этом, — мягко возразила Мардж. — Знаешь, гора ведь тоже может прийти к Магомету.
Джо рассеянно просматривала стопку новых счетов.
— Не понимаю, о чем это ты, — быстро ответила она.
— Я говорю, что управляющие филиалами могли бы и сами приехать к тебе, если у них есть проблемы. Не отрицаю — полезно самой посетить филиалы. Но почему ты вдруг решила кататься туда-сюда каждый вторник?
— Потому что мне кажется, что именно так надо вести дела, — отрезала Джо.
— Хорошо, босс, — обманчиво покорно произнесла Мардж.
— Закажи мне, пожалуйста, билет до Майами, — попросила Джо. — Туда я отправлюсь в первую очередь. В остальные места я, разумеется, буду ездить на машине. В это время года в мотелях не будет проблем с номерами. Будешь заказывать их для меня за неделю до поездки.
— Я обо всем позабочусь, Джо, — заверила ее Мардж.
Первое «сафари», как назвала ее предприятия Мардж, было намечено на ближайший вторник. Джо решила начать с Майами, потому что ей не терпелось повидаться с Тимом. Хотелось провести пару дней с кем-то из близких.
Тим встретил ее в международном аэропорту Майами, они обнялись и расцеловались, но Джо с удивлением заметила, что Тим выглядит слегка смущенным.
— Хочешь поехать прямо в офис? — спросил он. — Или пообедаем сначала где-нибудь на берегу?
Джо устала, ей было жарко и совсем не хотелось заниматься бизнесом. Ей надо было расслабиться, забыть обо всем, включая Алекса, который так до сих пор и не позвонил. Ей вдруг пришло в голову, что вместо всех этих деловых поездок стоило честно взять неделю отпуска. Выбрать какое-нибудь нетрадиционное место, где никто не стал бы ее искать, и попытаться снова стать собой.
Алекс Грант неплохо поработал над ней, мрачно призналась себе Джо.
— Давай лучше пообедаем, — сказала она Тиму, причем голос ее звучал куда более резко, чем ей хотелось бы.
Тим ничего не ответил. Они молча сели в машину и поехали по шоссе, соединявшему Майами с Майами-Бич. Для ленча Тим выбрал ресторан с верандой позади небольшого отеля с видом на океан.
Они сели за столик под огромным зонтом. Джо откинулась на спинку стула, окинула взглядом просторы Атлантики и пробормотала:
— Опять эта вода.
— Что ты сказала? — переспросил Тим.
— Опять эта вода. Она везде и никогда не кончается. По крайней мере, так кажется. А на самом-то деле все имеет конец.
— Это претензия на вечную истину? — шутливо спросил Тим.
Джо внимательно посмотрела на него из-за темных стекол очков. Тим был высоким и симпатичным. Ее волосы напоминали цветом янтарь — по крайней мере, так утверждал Алекс, — у Тима же волосы были цвета меди. И темные глаза, такие же, как у Джо. Определенно, между ними существовало фамильное сходство. Многие думали, что они родные брат и сестра, и Джо любила Тима как брата.
— Послушай, мальчик, — сказала она, — я вовсе не претендую на констатацию вечных истин.
Тим был на четыре года младше Джо, и она часто называла его «мальчик». Это началось еще с тех пор, когда он был мальчиком, а теперь в прозвище этом скрывался своеобразный юмор — Тим был на голову выше Джо.
— Хорошо, старушка, — Тим пригляделся к сестре повнимательнее, и озорной огонек в его глазах погас.
— Ну ладно, — сказал он, неожиданно став серьезным. — Так что я такого натворил?
— Что ты натворил? — изумлению Джо не было предела.
— Ну как же, — сказал Тим. — Я ведь наверняка провинился в чем-то, раз ты решила покинуть милый дом и прилететь сюда. На меня жалуются клиенты? Мы поставили кому-то некачественный товар? Или что-нибудь похуже? Что-то такое, о чем никто не решился даже намекнуть в моем присутствии?
Джо наклонилась вперед.
— Ради бога, Тим, — произнесла она почти с раздражением, — что ты несешь?
— Ты звонишь неожиданно и сообщаешь, что собираешься приехать с проверкой. Я, естественно, испугался, ведь ты ничего не сказала мне о жалобе…
— Не было никакой жалобы.
— Тогда почему ты решила неожиданно ворваться в тихие воды Майами, драгоценная кузина?
Джо в ужасе смотрела на Тима. Если он отреагировал на ее приезд подобным образом, что же творится сейчас с менеджерами других отделений?
У Тима, конечно, было перед ними одно преимущество. Он знал Джо лучше, чем кто-либо, и мог быть с нею честным. Другие вряд ли смогут позволить себе такое. В конце концов, от нее ведь зависит их работа. И если остальным не понравилась идея Джо, как она не понравилась Тиму, они наверняка попытаются это скрыть. И будет еще хуже.
— Не понимаю, почему ты смотришь на меня так, словно я только что вытянул у тебя из-под ног ковер, — продолжал Тим. — Скорее так можно охарактеризовать твои действия. Только не знаю, чем тебе не угодил офис в Майами. По моим скромным оценкам, дела у нас идут неплохо. В чем же наш просчет?
— Да не было никакого просчета, Тим.
— Если ты приехала в Майами только ради того, чтобы полюбоваться на мою улыбающуюся физиономию, почему бы не сказать об этом прямо?
— Потому что это не так. То есть я, конечно, хотела тебя видеть, но, понимаешь…
Тим ждал.
— Ну, мне пришло в голову, что я должна время от времени сама появляться на дочерних предприятиях. Чтобы это вошло в привычку. Я хотела оказать моральную поддержку, познакомиться со всеми поближе. Вовсе не ради критики.
Тим откинулся на спинку стула, внимательно изучая лицо Джо. От его взгляда ей было немного не по себе. С самого детства Тим, казалось, умел читать ее мысли.
— Джо, — сказал он, — ведь тобой неспроста овладела охота к перемене мест, не так ли? Ты не просто проснулась однажды утром и решила, что надо выбираться иногда из Сарасоты?
— Черт побери! — воскликнула Джо. — Вечно ты попадаешь в точку!
Тим рассмеялся:
— Ты и сама всегда поступаешь так же. Вспомни, когда я был влюблен в прошлом году в девицу из Дэлавера? Ты сказала, что я для нее — всего лишь герой курортного романа, и я не разговаривал с тобой целую неделю. Но ты оказалась права.
Джо поморщилась. Она прекрасно помнила девицу, о которой шла речь. Женская интуиция. Как только она увидела с ней Тима, то сразу мысленно забила тревогу. Конечно, Тим хорош собой, но девушка происходила из богатого вилмингтонского семейства и вела на севере активную светскую жизнь. Джо была уверена, что девица не захочет расстаться с привычным образом жизни и перебраться во Флориду ради постоянных отношений с Тимом.
Когда оказалось, что она права, Джо не испытала удовлетворения. Она переживала за Тима.
Но он быстро оправился.
— Не надо выглядеть такой виноватой, — сказал Тим. — Хорошо, что все так вышло. Диана никогда не смогла бы стать хорошей женой садовника из Флориды. А я ни за что не стал бы частью ее жизни.
От слов Тима Джо стало совсем нехорошо. Их можно было отнести и к ней и Алексу, только роли на этот раз менялись. Ради постоянных отношений с Алексом надо было бы отказаться от «Гринскейпс». А Джо не могла этого сделать. Как бы сильно она ни любила Алекса, «Гринскейпс» была смыслом ее жизни. Она никогда не будет чувствовать себя полноценной, не имея работы. И недостаточно было бы просто найти работу в другой фирме, занимающейся озеленением где-нибудь поближе к дому Алекса. Джо привыкла управлять собственной компанией.
Она с горечью напомнила себе, что от Алекса в любом случае не поступало никаких предложений. Совсем наоборот. Судя по всему, ему нужны были лишь романтические свидания в местах вроде Нью-Йорка и Гонолулу.
Джо очнулась от своих мыслей, снова поймав на лице испытующий взгляд Тима.
— Так в чем же проблема, кузина? — тихо спросил он. — Не хочешь поделиться?
— Нет, — покачала головой Джо.
— Тогда позволь мне догадаться. Мужчина?
— Да.
— Только не говори мне, что на свете есть мужчина, способный устоять перед твоим обаянием, — поддразнил ее Тим, но в глазах его застыло беспокойство.
— Все совсем не так, — печально произнесла Джо. — Я бы хотела поговорить с тобой об этом. Но сейчас я просто не могу.
— Понимаю, — кивнул Тим. — Было время, когда я тоже не мог говорить о Диане. Но все прошло. Раны зажили. И я люблю женщин так же сильно, как раньше. Ты не должна позволять этому парню расстраивать тебя, Джо. А если тебе нужно плечо друга — всегда могу предложить парочку.
— Спасибо, — Джо боялась, что, если разговор продолжится в таком же духе, она снова потеряет контроль над собой, что случалось с ней последнее время довольно часто.
Усилием воли она заставила себя подумать о деле.
— Тим, — серьезно начала она, — ты действительно думаешь, что эти мои поездки — ошибка?
— Нет, — успокоил ее Тим. — Дело вовсе не в самой идее, а в том, как ты приступила к ее воплощению. Словно собираешься взорвать все свои филиалы. По крайней мере, на меня разговор о твоем приезде произвел именно такое впечатление. А другие менеджеры наверняка испугались еще больше. Небось носятся как сумасшедшие, доводя все до блеска. — Тим пожал плечами. — По моим наблюдениям, если наши филиалы и не работают на полную мощность, то они, по крайней мере, близки к этому. И не стоит раскачивать лодку. Понимаешь, о чем я?
— Да, понимаю, — с неудовольствием призналась Джо. — Но что же мне делать? Отменить остальные поездки?
— Конечно, нет, — покачал головой Тим. — Но я бы на твоем месте позвонил каждому менеджеру дня за два до приезда. Постарался бы побеседовать в легком, непринужденном тоне. Сказал бы, что решение пришло тебе под влиянием момента и ты вовсе не хотела показаться чересчур строгой. Дай им понять, что довольна их работой — если, конечно, у тебя нет к ней претензий, — и подчеркни, что поездки на места могут быть полезны именно тебе. Скажи, что из штаб-квартиры фирмы обзор слишком узок. Что, впрочем, чистая правда.
Джо посмотрела на кузена, и на губах ее заиграла робкая улыбка.
— Спасибо, Тим, — вздохнула она. — Не знаю, что бы я без тебя делала.
— Ты бы справилась, сестричка. Ты привыкла бороться.
Через пару дней, возвращаясь в Сарасоту, Джо думала о словах Тима. Действительно ли она привыкла бороться? Сможет ли удержаться на плаву, что бы ни случилось?
И снова на нее вдруг накатила ставшая уже знакомой жгучая тоска по Алексу. Вот и ответ на ее вопрос. Ей так не хватало этого человека!
Полет из Майами занимал не больше часа, и Джо прибыла в Сарасоту довольно рано. Улетая, она оставила машину в аэропорту и сейчас решила ехать прямо в офис.
Первое, что она услышала от Мардж, было:
— С тобой пытался связаться Алекс Грант.
Джо оторвалась от писем, которые прибыли в ее отсутствие.
— Когда?
— Первый звонок раздался примерно через час после твоего отъезда. Я не знала, что делать, Джо. Хотела сначала сказать ему, что он может связаться с тобой в Майами, но… но мне показалось, что ты пытаешься… убежать также и от Алекса.
— И что ты сказала ему? — резко спросила Джо.
— Что ты уехала по делу, — с несчастным видом сообщила Мардж. — Джо, я сделала что-то неправильно? Он звонил каждые два часа до вчерашнего вечера. Потом он улетел.
— Улетел? Куда?
— Кажется, в Швейцарию. Он сказал, что пробудет там около недели.
— А номер оставил?
— Нет. Джо…
— Все в порядке, Мардж, — успокоила секретаршу Джо. — Если Алекс захочет связаться со мной, он попытается снова.
Но на этой неделе Алекс больше не позвонил. Зато на следующей, когда Джо вернулась из поездки в Тампу, повторилась та же самая история.
Она вошла в свой кабинет с чувством триумфа. Послушавшись совета Тима, Джо обставила свой приезд весьма деликатно, и поездка в Тампу оказалась настоящей удачей. Ей удалось пообщаться с главным менеджером и его заместителем, который дал понять, что не отказался бы провести некоторое время в Сарасоте, чтобы набраться опыта в главном офисе фирмы.
Летя обратно в Сарасоту, Джо думала о том, что неплохо было бы устраивать для персонала подобные стажировки. Они могли бы по очереди работать в главном офисе, скажем, по полгода. Это помогло бы им набраться опыта как в вопросах озеленения, так и в управлении делами. И это сделает их куда более ценными работниками, а там уж Джо придумает, как удержать их в «Гринскейпс».
К тому же постоянное наличие в главном офисе дополнительного персонала обеспечит ей большую свободу.
Джо понимала, что и ей предстоит еще многое узнать о бизнесе. Например, как лучше распределять полномочия между сотрудниками, чтобы не делать все самой. Воплотив в жизнь свою программу, она всегда будет иметь под рукой помощников, у которых появится возможность проявить себя.
Джо не могла не признаться себе, что после смерти отца особенно гордилась тем, что ведет все дела сама. Ведь ей так хотелось выполнить его волю и вывести фирму на достойный уровень. Но сейчас пришла пора немного ослабить вожжи — и не только ради собственного блага.
Войдя в кабинет, она думала о том, что надо бы позвонить завтра главному менеджеру в Тампе и спросить, не будет ли он возражать, если она на шесть месяцев «украдет» у него помощника. Она почти не сомневалась, что ответ будет положительным. Главный менеджер приветствовал новые идеи. Тут она взглянула на Мардж и простонала: — Только не говори мне… что он опять…
— Опять, — подтвердила Мардж.
— И где же Алекс теперь?
— Звонил из Стокгольма, но вчера собирался вылететь оттуда в Вену. Переговоры по поводу торгового комплекса в районе виноградников. Просил передать, что у него были романтические планы. Хотел, чтобы ты приехала к нему в Вену и вы вместе попробовали местное вино.
— Он ведь знает, что я не могу себе этого позволить.
— Не знаю, — задумчиво произнесла Мардж. — На твоем месте я бы все-таки присоединилась к нему в одном из этих путешествий. Иначе…
Джо стиснула зубы.
— Ты хочешь сказать, что иначе я рискую потерять его?
— Не мне судить, Джо, но я думаю, что Алекс…
— Так что же?
— Ну, мне кажется, он очень одинок.
Джо смотрела на свою секретаршу как на сумасшедшую.
— Мардж! — воскликнула она. — Как тебе только пришло в голову подобное? Он красивый, богатый, уверенный в себе, обаятельный…
— Знаю, — настаивала на своем Мардж, — и все же он очень одинок.
Разговор происходил в кабинете Мардж, служившем также приемной. Джо придвинула стул к столу Мардж и уселась напротив секретарши.
— Почему? — потребовала она ответа.
— Это не всегда можно объяснить словами. Но… есть что-то такое в его взгляде… Несмотря на внешнее обаяние, он очень замкнутый человек. Иногда, когда он считает, что никто на него не смотрит, его выдает выражение глаз. Как у Фреда…
— А что у Фреда? — встрепенулась Джо.
— У него одно время был вид ребенка, который припал к витрине кондитерского магазина и смотрит на все, что родители не могут ему купить. Вот и Алекс словно видел перед собой что-то такое, что ему очень хотелось бы получить, но он знал, что это невозможно.
— Мардж, — прервала ее Джо, — а тебе не кажется абсурдной мысль о том, что Алекс может завидовать живущим рядом с Фредом людям? Он ведь мог бы купить весь их парк, если бы захотел.
— Может быть, — согласилась Мардж. — Но я говорю не об этом. Это были живые, реальные люди, и мне кажется, Алексу нравилось находиться среди них. Мне кажется, он увидел там… заботу и нежность, которых ему не хватает в собственной жизни. Конечно, я могу и ошибаться.
— Я не знаю, права ты или нет, — призналась Джо.
Позже, сидя в своем кабинете, Джо никак не могла выкинуть из головы слова секретарши. Мардж всегда отличалась заботливостью и вниманием. У нее большая дружная семья. И обычно ее не подводила интуиция, когда дело касалось чувств и мыслей других людей.
И все же…
Джо кривовато улыбнулась. Вот она действительно одинока. Одинока с тех пор, как умер ее отец. Но Джо всегда была слишком занята, чтобы тратить время на раздумья по этому поводу. Она почти привыкла к одиночеству.
Еще Джо знала, что быть одинокой — вовсе не означает, что рядом с тобой никого нет. Можно быть одиноким посреди шумной вечеринки, среди большого количества народу.
Неужели Мардж права?
Джо закрыла глаза, мысленно умоляя телефон зазвонить. Она даже погладила волшебную лампу Аладдина, которую всегда носила на груди. Но ничего не случилось.
Алекс позвонил неделю спустя.
— Только не говори мне, что решила наконец посидеть немного в кабинете, — выпалил он, как только его соединили с Джо.
— И это говоришь ты! — возмутилась Джо. — Где ты на этот раз?
— В Нью-Йорке. Прилетел вчера из Вены и чувствую себя отвратительно. Никогда еще не переносил так тяжело сверхскоростной перелет.
— Наверное, ты один из первых в списке пассажиров, налетавших миллион миль, — невесело пошутила Джо.
— Могла бы и сама немного полетать, если бы согласилась встретиться со мной в Вене, — заметил Алекс.
— Я не могла встретиться с тобой в Вене.
— Дела, дела…
— И снова — от кого я это слышу?.. Долго собираешься пробыть в Нью-Йорке?
— Останусь подольше, если прилетишь ко мне, — быстро ответил Алекс.
На следующий день в Сарасоту должен был приехать Брюс Чэпмэн, помощник главного менеджера из Тампы, которому предстояло стажироваться в главном офисе ближайшие полгода. Джо вздохнула. Не может же она бросить Брюса на произвол судьбы, даже не объяснив, что от него потребуется на новой работе. Алекс услышал ее вздох.
— Думаю, ответ — нет, — сказал он.
— Боюсь, что так, — призналась Джо. Поколебавшись, она продолжала: — Некоторое время назад Бакстеры упомянули, что ты сказал им, будто собираешься снова сюда. Честно говоря, я рассчитывала увидеть тебя здесь гораздо раньше.
— Я и хотел прилететь. Но это было невозможно.
Произнося это, Алекс знал, что говорит правду… но не всю. Хотя во всех случаях просили его личного присутствия, по любому из тех дел, ради которых ему пришлось столько путешествовать, он мог бы послать и Энди. И вполне можно было выкроить пару дней и прилететь в Сарасоту. Но он боялся, что такой мимолетный визит принесет куда больше вреда, чем пользы. Он пришел к заключению, что, побыв какое-то время друг без друга, они смогут разобраться в чувствах и подготовиться к следующему шагу в своих отношениях.
— Ты еще там, Алекс? — спросила Джо.
— Да, извини, — быстро произнес он.
— Мне тоже очень жаль, — сказала Джо. — Я с удовольствием приехала бы в Нью-Йорк. Но сейчас не могу. Я решила попробовать в бизнесе кое-что новое…
— Джо, тебе не надо объяснять…
— Но я хочу объяснить, Алекс. Хочу, чтобы ты знал… я обязательно приехала бы к тебе, если бы могла.
Алекс попытался разрядить обстановку.
— То есть, — поддразнил он Джо, — ты просишь о свидании?
Но Джо произнесла в ответ срывающимся голосом:
— А ты разве не знаешь, как я хочу тебя видеть?
— Начало июня я должен провести в Пуэрто-Рико. Что, если я справлюсь с делами до уикенда? Сможешь прилететь в Сан-Хуан? Только на выходные. Это все, чего я прошу.
На этот раз Джо и не собиралась отказываться.
В Сан-Хуане было еще жарче, чем в Сарасоте. Но когда Джо увидела встречающего ее Алекса, погода уже не имела для нее никакого значения.
Она подошла к Алексу и остановилась перед ним, ловя на себе его недоверчивый взгляд.
— Не могу поверить, что вижу тебя, — хрипло произнес он. — Я уже боялся, что ты не приедешь.
На секунду Джо стало обидно, что ей так не доверяют. Но она тут же забыла об этом, потому что Алекс был рядом, они были вместе. Алекс протянул руки, и Джо упала в его объятия.
Она забыла обо всем, кроме обнимавшего ее мужчины. Поцелуй показался ей бесконечным. Джо не понимала, как могла прожить без Алекса все эти долгие недели.
Она осталась ждать багаж, а Алекс пошел взять напрокат машину. Стоя одна перед транспортером, Джо заставила себя вспомнить, где она находится, и заметила наконец толпу и быстрый стрекот испанской речи.
Она учила испанский два года в высшей школе и год в колледже. Но, пытаясь понять, что говорят вокруг, подумала, что ее школьный испанский явно не на высоте.
Наконец взяв чемодан, Джо проследовала за толпой к главному выходу. И сразу заметила Алекса, стоявшего рядом с маленькой ярко-красной машиной.
Джо устроилась на переднем сиденье и украдкой поглядывала на следившего за дорогой Алекса. Ей показалось, что он выглядит каким-то напряженным, усталым. Может быть, ей просто хотелось думать, что Алексу было без нее так же плохо, как ей без него? А на самом деле это не так?
Алекс заказ номер-люкс в одном из отелей Кондадо, фешенебельного туристического района Сан-Хуана. В каждой комнате было огромное окно, выходившее на пляж с темным песком. С одной стороны возвышались скалы, в тени которых расположились на пляжных полотенцах те, кто не хотел жариться на солнце.
Пока Джо смотрела в окно, Алекс подошел к ней сзади и обнял за талию. Джо закрыла глаза, наслаждаясь его объятиями. Но в то же время ею владело какое-то странное напряжение.
И Алекс, очевидно, почувствовал это, потому что отступил вдруг на шаг назад. Джо не хотелось этого, но она ничего не могла с собой поделать. Все ее чувства словно затормозились и теперь, когда она оказалась наконец рядом с Алексом, отказывались работать.
— Почему бы нам не спуститься вниз, чтобы я мог показать тебе местные достопримечательности? Начнем с пина-колады в баре?
Джо кивнула, не зная, чего хочет на самом деле. Поцелуй в аэропорту пробудил спавшие в ней чувства, но сейчас, когда они остались одни, все было по-другому.
Они молча спустились. В баре, находившемся на террасе у моря, было почти пусто. В противоположном конце как раз открыли двери, ведущие в казино. Ранние любители попытать удачу уже столпились у автоматов, а настоящие игроки занимали места за столами для покера и рулетки.
— Хочешь попытать удачу? — спросил Алекс у Джо.
— Я никогда не играла, — призналась она.
— Ты против азартных игр?
— Против, если это незаконно. Но я никогда не бывала в местах, где официально разрешено играть.
Алекс усмехнулся:
— Тогда пойду добуду для тебя несколько фишек, а ты выбери пока автомат, который тебе больше нравится.
Джо выбрала тот, что поближе. Следуя инструкциям Алекса, она опустила фишку в специальное отверстие и потянула за ручку. Перед глазами закрутились вишни, лимоны и сливы. Когда машина остановилась, Джо увидела перед собой апельсин и два лимона.
— Боюсь, ты продулась, — сообщил ей Алекс.
Джо попробовала еще раз — у нее вылетели два лимона и золотой колокольчик. На третий раз она уже бормотала себе под нос:
— Я так и знала, что это пустая трата денег. Лучше возьми остальные фишки и поменяй их обратно.
— Не сейчас, — покачал головой Алекс, опуская жетоны в карман. — Просто пока что-то не клеится.
Джо поежилась. Конечно, Алекс имел в виду автоматы, но между ними тоже явно что-то разладилось.
Что же случилось? Может, они слишком долго были вдали друг от друга. И от этого исчезла волшебная сила, влекущая их друг к другу.
— Будем пить внутри или на террасе? — поинтересовался Алекс.
— Лучше на террасе, — решила Джо.
Улыбающийся официант принес заказанную Алексом ледяную пина-коладу. У Джо пересохло в горле, и напиток показался ей просто божественным. На террасе ярко светило солнце. Джо надела темные очки, радуясь про себя не только тому, что они защищают от солнца, но и тому, что теперь Алекс не сможет разглядеть выражения ее глаз.
Алекс тоже надел очки и сказал:
— С другой стороны отеля есть бассейн с отдельным баром. Может, хочешь поплавать на закате? Кстати, можно сделать это и в океане.
— Не знаю, — неуверенно пробормотала Джо.
— Милая…
Джо быстро подняла глаза на Алекса.
— Я тоже чувствую себя немного странно, Джо, — признался он. — Но думаю, это естественно. Тогда, в Сарасоте, мне показалось, что нам надо немного побыть вдалеке друг от друга. А теперь мне кажется, что я был не прав. Может быть, надо было остаться вместе и все решить…
— А разве могли мы все решить? — Джо почти боялась ответа на свой вопрос.
— Не знаю, — признался Алекс. — У нас есть одна общая черта, из-за которой нам непросто друг с другом.
— Что же это за черта?
— Мы оба чересчур упрямы.
— Но я вовсе не была с тобой упрямой, — заспорила Джо.
— Разве? А мне кажется, если бы ты не была упрямой, то приехала бы в Гонолулу. И в Нью-Йорк. И в Вену.
— Ты же знаешь, что я не могла бросить дела, — напомнила ему Джо.
— Что значит — не могла? Если есть желание, способы находятся.
— То есть ты хочешь сказать, что я не хотела с тобой встречаться?
— Возможно.
— Алекс, — Джо замялась, подбирая нужные слова. — Я даже не могу вспомнить те времена, когда целиком принадлежала только себе, могла ехать когда угодно и куда угодно. Даже учась в колледже, я помогала во время каникул отцу. Я никогда не путешествовала, как мои друзья, не устраивалась на работу в разные места. А потом… папа ведь очень долго болел, прежде чем умереть. Тим — мой кузен, который возглавляет теперь наш офис в Майами — очень помогал мне, хотя он еще учился в школе. Но я всегда могла на него положиться. Потом папа умер, и все заботы о бизнесе легли на мои плечи.
— Легли на твои плечи или ты сама решила взвалить их на себя? — уточнил Алекс.
Задумавшись на секунду, Джо честно ответила:
— Наверное, и то, и другое.
— Так ты признаешь, что тебе доставляло честолюбивое удовольствие сознание того, что ты одна за все отвечаешь?
Джо с подозрением посмотрела на Алекса:
— На что это ты намекаешь?
— Джо, — тихо произнес Алекс, — я ведь уже через это прошел. Мне доводилось налаживать дела. И я тоже устраивал поездки с демонстрацией власти.
— Но я вовсе не устраиваю поездки с демонстрацией власти.
— Я не говорю, что это неправильно, дорогая. Всем нам надо время от времени почистить перышки.
— Ну что ж, ты уже взъерошил мои так, что дальше некуда.
— Я вовсе не хотел этого, Джо, — заверил ее Алекс. — Просто пытаюсь доказать тебе, что твое дело слишком разрослось, чтобы справляться со всем одной. Так было и с «Моллз интернэшенэл».
— «Гринскейпс» и рядом не стоит с твоим бизнесом.
— В смысле размеров — да. Но основы те же самые. Иначе я не советовал бы тебе передать часть твоих полномочий. Конечно, ты должна постоянно быть в курсе дела, знать, что происходит в компании. Но тебе надо также подобрать штат сотрудников, которым ты могла бы доверять. Предположим, ты заболеешь или неожиданно придется отойти на какое-то время от дел?
— Ну… если это случится… я вызову Тима из Майами.
— А если Тим по каким-то причинам не сможет покинуть Майами? Неужели ты не понимаешь, что тебе необходимо куда больше надежных сотрудников?
— У меня много надежных сотрудников, — не сдавалась Джо.
— Разумеется. Но не на уровне управления фирмой.
— А сколько же человек должны управлять фирмой, Алекс?
— Достаточно, чтобы можно было заполнить пустоту, если босс вынужден ненадолго отлучиться. Поверь мне, я тоже понял это не сразу. Пока я не дошел до этого, я был рабом собственного бизнеса. И я говорю тебе то, что знаю из личного опыта, Джо. Просто в какой-то момент начинаешь чересчур ревностно относиться к своему бизнесу, словно это ребенок… или любовник.
— Ты думаешь, я слишком ревностно отношусь к «Гринскейпс»?
— Джо, я вовсе не обвиняю тебя, — Алекс посмотрел на пустой стакан Джо. — Хочешь еще?
— Нет, спасибо. Наверное, лучше немного пройтись.
— Мимо магазинов Кондадо или по пляжу? — Алекс мысленно ругал себя за то, что коснулся неприятной для Джо темы. И зачем ему понадобилось делать это именно сейчас?
— По пляжу, — выбрала Джо.
Они двинулись к берегу. Джо сняла босоножки, Алекс тоже разулся, последовав ее примеру.
Лучи заходящего солнца светили им в спину. На Сиеста-Бич все было наоборот, неожиданно вспомнила Джо, и ей захотелось вдруг домой, во Флориду.
На родной земле она чувствовала себя куда увереннее как в делах, так и в личных взаимоотношениях. Но с тех пор, как Алекс встретил ее сегодня в аэропорту, ей было все время немного не по себе.
— Я начала делать в «Гринскейпс» кое-что из того, о чем ты говорил, — неожиданно произнесла Джо.
Алекс наблюдал за мальчиком и девочкой, играющими в пляжный волейбол. Они делали это лениво, почти чувственно, и было что-то соблазнительное в том, как большой красно-оранжевый мяч перелетал от одного к другому. В девочке уже чувствовалась женская грация, а в парнишке — просыпающаяся мужская сила. Это было что-то вроде завуалированных ухаживаний.
С тех пор как он встретил Джо в аэропорту, они только и делали, что обсуждали всякие ненужные вещи. Пора заняться любовными играми — ведь он встретился наконец-то с женщиной, которую любит всем сердцем.
Зачем ему понадобилось читать ей эту дурацкую лекцию об управлении бизнесом? Конечно, он говорил нужные вещи. Но выбрал для этого неподходящее время и место.
Теперь Алексу было стыдно. Он не мог не признаться себе, что все еще сердится на Джо за то, что она отказалась прилететь к нему на Гавайи. А потом в Нью-Йорк, не говоря уже о Вене. Они могли бы побродить вдвоем по Карнтнерштрассе, попробовать молодого вина в Гринцинге, взмыть высоко над городом на колесе обозрения в Пратере.
Он все время повторял себе, что, если бы Джо любила его так же сильно, как он ее, она не смогла бы устоять перед его приглашением. Но она отказала ему, легко и непринужденно, словно он был для нее просто хорошим другом, случайно пригласившим ее провести время вместе.
И когда Алекс размышлял над этим, ему вдруг пришло в голову, что Джо ведь никогда не говорила, что любит его.
Вечером Алекс повез Джо обедать в небольшой ресторанчик в самом центре старого Сан-Хуана, латинского квартала города, сохраненного в первозданном виде и так сильно отличавшегося от современного, более американизированного Кондадо.
Темноглазые кастильцы-официанты, изысканная пища и мягкая испанская музыка — все это заставило Джо воскликнуть:
— Мне кажется, будто мы в Мадриде. Хотя я никогда там не была.
— Очень похоже, — кивнул Алекс. — Но скорее на Севилью.
Он чуть было не добавил, что когда-нибудь покажет ей всю Испанию и еще много других мест, но вовремя сдержался. Дела шли так, что лучше было не загадывать на будущее.
Атмосфера ресторана была весьма романтична — белые стены, темная мебель, свечи, цветы. Но Джо снова принялась говорить о делах.
— Я пригласила в главный филиал человека из офиса в Тампе, — сказала она Алексу, поедая креветки.
— Да? — вежливо переспросил он.
Ему вовсе не хотелось говорить о бизнесе. Черт побери, он хотел заняться с ней любовью! Быть с ней, наслаждаться ее близостью, показать ей, как сильно он ее любит. Этот вечер казался ему почему-то важнее всех остальных, проведенных вместе. Им надо восстановить утерянное и двигаться дальше. Как она не понимает этого?!
— Недавно я была в Тампе, и Брюс Чэпмэн, помощник главного менеджера, произвел на меня благоприятное впечатление.
Алекс насторожился. Чем же так поразил ее этот Чэпмэн?
— Именно познакомившись с Брюсом, я поняла, как лучше работать с персоналом.
Алексу потребовалась вся его сила воли, чтобы не начать барабанить пальцами по столу. Во что превратилась Джо с момента их последней встречи? В высокомощную машину для ведения дел?
Нет, Джо вовсе не походила на машину. Никогда еще не выглядела она такой красивой, как сегодня! На ней было мягкое облегающее платье, подчеркивавшее изящные линии фигуры. Золотые сережки. Алекс испытал легкое разочарование, не увидев на шее Джо золотой волшебной лампы.
— Брюс проведет у нас шесть месяцев, — говорила Джо, и Алекс сообразил, что, задумавшись, пропустил несколько предложений. — А потом я могу перевести его в офис одного из филиалов и взять человека на стажировку оттуда. По-моему, ты говорил об обучении управляющего персонала. Потом…
Джо осеклась, заметив напряженное молчание Алекса. Он словно смотрел на что-то над ее головой. Поэтому она поспешила закончить:
— Ну, ты понимаешь, что я собираюсь сделать.
— Нет, — в голосе Алекса звучало раздражение, — не понимаю.
— Но ты ведь учил меня, что надо правильно распределять полномочия среди сотрудников, и я оказалась способной ученицей, — серьезно сказала Джо. — Я действительно чересчур ревностно относилась к «Гринскейпс», к своей роли в фирме. Но даже до нашего разговора я уже начала понимать, что мне нужен грамотный и надежный управленческий персонал. Итак…
— Итак, не заткнешься ли ты, дорогая, — вежливо предложил Алекс, стараясь говорить как можно тише, чтобы не услышали за соседними столиками.
Джо была в шоке. Она почти что пришла к выводу, что бизнес — единственное, о чем можно спокойно говорить с Алексом. Она не сомневалась, что Алекс активно интересуется бизнесом и что ему нравится давать ей советы с высоты собственного делового опыта.
Теперь же Джо чувствовала себя так, словно ее ударили по лицу.
— Извини, — виновато пробормотал Алекс. — Но если ты немедленно не прекратишь, я сойду с ума. Господи, Джо, неужели ты не способна думать ни о чем, кроме «Гринскейпс»?
Джо едва подавила горький смешок. Как он может задавать ей такой вопрос? Захотелось крикнуть, что иногда просто невозможно думать о фирме, потому что мешают мысли о нем, об Алексе. Она не могла припомнить ни одной ночи за последние недели, когда лицо его не возникало бы у нее перед глазами. И напрасно она пыталась заснуть.
Средь бела дня Алекс тоже врывался в ее мысли в самые неожиданные моменты. Иногда — как накануне, когда она обедала с клиентом, — Джо видела кого-нибудь, похожего на Алекса внешне, и сердце ее замирало. Или на пляже, когда она видела покрытые загаром сильные плечи и на нее накатывала вдруг волна желания.
Джо пришлось научиться брать себя в руки. Раньше она считала себя дисциплинированной, особенно когда требовалось разобраться с делами, но Алекс словно уничтожил в ней это качество. Иногда требовалось собрать в кулак всю свою волю, чтобы заставить себя думать о делах «Гринскейпс», но мысли об Алексе всегда все равно оставались, притаившись в уголках ее сознания.
Джо понимала, что Алекс сердится на нее за то, что она не приехала к нему раньше. Поэтому она и бормотала все время что-то о «Гринскейпс» — чтобы он понял, почему ей нелегко было освободиться.
Она ведь все-таки вырвалась и прилетела сюда, в Пуэрто-Рико. Неужели этого не достаточно?
— Джо! — настойчиво произнес Алекс.
— Что? — она все еще была в шоке от его грубости.
— Послушай, мне очень жаль. Но неужели ты не видишь, что я не хочу говорить о бизнесе? Я просто хочу быть с тобой. Я так чудовищно по тебе скучал. А ты?
— Конечно, и я скучала, — срывающимся голосом произнесла Джо.
— Тогда, дорогая, давай попытаемся… вернуть ту магию, что возникла между нами. Не знаю как, но надо постараться. В конце концов, у нас есть только сегодня и завтра.
Они расстались в аэропорту Сан-Хуана. Алекс летел в Нью-Йорк, Джо — прямым рейсом до Майами, а оттуда — другим самолетом до Сарасоты.
Алекс с угрюмым видом поцеловал ее на прощанье.
— Я позвоню тебе вечером из Нью-Йорка, — пообещал он и пошел к воротам регистрации — его самолет вылетал на десять минут раньше, чем самолет Джо.
Джо смотрела ему вслед, и ей казалось, что глаза ее полны слез. Но щеки оставались сухими. Наверное, когда слез слишком много, они хранятся где-то внутри и не хотят проливаться. Ей не раз хотелось плакать во время этого уикенда в Сан-Хуане. Она жалела, что согласилась на эту встречу.
Вчера ночью они с Алексом на такси приехали из старого города обратно в отель. Затем, словно обоим была невыносима мысль, что сейчас они окажутся в номере одни, Джо и Алекс пошли прогуляться по Кондадо. Большинство магазинов еще работали. Джо с удивлением заметила среди маленьких бутиков и магазинчиков сувениров золотую арку «Макдоналдса», «Данкин донатс» и несколько других предприятий быстрого питания, а также известных аптек.
Джо купила несколько открыток с видами Кондадо и старого Сан-Хуана — не для того, чтобы послать кому-то, а просто для себя, на память. Ей нравилось в Пуэрто-Рико, хотя она понимала, что видит в Сан-Хуане только вершину айсберга. Может быть, когда-нибудь она сможет вернуться сюда и побыть подольше.
Она также купила украшения для Мардж и Мирны, рубашки с национальной вышивкой для Фреда и Лена.
Она не нашла ничего достойного, чтобы подарить на память Алексу. Видимо, он был такого же мнения, потому что не спросил ее, хочет ли она что-нибудь из того, что они разглядывали, да и вообще ничего не купил. Вернувшись в отель, Алекс снова предложил попытать счастья в казино. Джо устала, и ей вовсе не хотелось играть. Но Алекс настаивал, и вскоре они заняли места за столом для игры в рулетку. За короткое время Джо проиграла все свои фишки.
Алексу везло не больше. Сначала он выиграл пару раз, но потом тоже продулся в пух и прах. Джо опасалась, что он захочет купить еще фишек, но Алекс признал наконец с неохотой:
— Наверное, сегодня просто не наша ночь.
Это действительно была не их ночь. Хотя оба старались изо всех сил вернуть связавшую их магию, она снова и снова ускользала от них. В номере они занимались любовью, и хотя Алекс был нежным и внимательным, не было уже той страсти, которой они наслаждались в прошлый раз. Алекс заснул, а Джо еще долго лежала с открытыми глазами, полная разочарования, беспокойства и почему-то чувства вины.
Что же она сделала не так?
В воскресенье они позавтракали довольно поздно, а затем Алекс заказал через администрацию отеля такси с англоговорящим водителем, чтобы тот повозил их по Сан-Хуану.
Они посетили знаменитые старинные крепости, осмотрели как следует старый город, огромную фабрику «Бакарди», открытый павильон которой был излюбленным местом отдыха не только туристов, но и местных жителей.
Здесь в баре под открытым небом подавались любые виды рома. Водитель уговорил их принять участие в дегустации, и, чтобы доставить ему удовольствие, Джо и Алекс взяли по пина-коладе.
Затем водитель сообщил им, что любой вид рома «Бакарди» можно купить дешевле всего в магазинчике при фабрике. Джо не соблазнилась на ром, зато она купила желтую футболку с огромной черной летучей мышью — символом «Бакарди», — чтобы подарить Тиму.
Настало время собирать вещи и ехать в аэропорт.
Алекс договорился с тем же самым водителем, что тот отвезет их. Всю дорогу до аэропорта они молчали. Алекс вылез из машины первым, Джо последовала за ним.
В самолете до Майами было много народу. Джо сидела, зажатая между огромным мужчиной и очень толстой дамой, ощущая себя сардинкой в банке. К тому времени, когда она забрала в Сарасоте свой багаж и машину со стоянки, Джо чувствовала себя так, словно из нее выпили за эти два дня все жизненные соки.
В квартире ей показалось особенно уныло и одиноко. Прежде чем уехать, Джо закрыла окна и выключила кондиционер, и теперь в доме было душно.
Она включила кондиционер на максимум и залезла под холодный душ. Все тело почему-то ломило. И преследовало чувство вины, когда она вспоминала печальный взгляд серо-голубых глаз Алекса, брошенный ей на прощанье в аэропорту.
Неужели она так сильно разочаровала его? Свернувшись калачиком на кушетке, Джо размышляла по этому поводу, но мысли ее путались и она не могла ничего решить.
А утром пришлось ехать на работу. Уезжая в пятницу, она ожидала, что вернется сюда в понедельник с блестящими от счастья глазами и Мардж сразу поймет, какой чудесный уикенд она провела. А вместо этого Джо с трудом передвигала ноги. Она была в ужасном настроении, особенно после того, как Алекс не позвонил вчера вечером.
Едва она вошла в офис, Мардж вскочила со своего места и заключила Джо в объятия.
— Слава богу, с тобой все в порядке!
Пока Джо пыталась понять, что означает такая встреча, в дверях появился Брюс Чэпмэн.
— До чего же я рад вас видеть! — воскликнул он. — Когда я впервые услышал об авиакатастрофе, то испугался до смерти.
— О какой авиакатастрофе? — с трудом выдавила из себя пораженная Джо.
— Оказалось, тот самолет летел в Нью-Йорк, — объяснила Мардж.
— Про это написано в утренних газетах, — уточнил Брюс.
Джо напомнила себе, что Алекс улетел на десять минут раньше ее. И все же, когда она разворачивала газету, руки ее дрожали.
Статья «Трагедия в аэропорту Сан-Хуана» была на первой странице.
Рейс на Нью-Йорк задержали для повторного техосмотра. Когда лайнеру разрешили взлет и он как раз выруливал на взлетно-посадочную полосу, небольшой, только что приземлившийся местный самолет вдруг выехал прямо на него. Пилот рейса Сан-Хуан — Нью-Йорк успел повернуть, чтобы избежать столкновения, но все же зацепил крыло другого самолета, пилот которого погиб на месте.
В статье говорилось, что среди пассажиров рейса пострадало около тридцати человек, и некоторые серьезно.
Но если бы с самолетом Алекса что-то случилось, разве она не узнала бы об этом до взлета? Разве ее рейс не отложили бы из-за аварии?
Но логика подсказывала Джо, что это вполне мог оказаться самолет Алекса. Он летел той же авиакомпанией, и это единственная причина, почему он мог не позвонить. Может быть, Алекс лежит сейчас в больнице Сан-Хуана…
Джо опустилась на стул рядом со столом Мардж.
— Ты побелела, как простыня. Что случилось? — озабоченно спросила Мардж.
— Это мог быть самолет Алекса, — прошептала Джо. — Он должен был улететь на десять минут раньше меня и сказал, что позвонит мне из Нью-Йорка, но так и не позвонил. О, Мардж…
— Брюс, — быстро среагировала секретарша, — номер отделения «Моллз интернэшенэл» в Нью-Йорке находится в записной книжке у меня на столе. Позвоните туда и спросите Эндрю Карсона. Скажите, что мисс Джозефина Беннет обеспокоена.
Обеспокоена! Да ее всю просто трясло от ужаса!
Она слышала словно издалека, как Брюс говорит по телефону:
— Мистер Карсон? Брюс Чэпмэн из «Гринскейпс», Сарасота. Я — помощник мисс Джозефины Беннет. Мисс Беннет только что узнала об авиакатастрофе в Пуэрто-Рико. Она волнуется за мистера Гранта. Да, понимаю… — Брюс прикрыл трубку рукой и повернулся к Джо. — Вы не хотите поговорить с ним лично?
Джо встала и подошла к столу Мардж. Ноги подкашивались. Она схватила трубку, полная дурных предчувствий.
— Энди?
— С Алексом все в порядке, Джо, — поспешил заверить ее Энди Карсон. — Его немного тряхнуло — шишка на лбу, пара синяков, а так все о'кей. Его поместили вчера в больницу Сан-Хуана, а сегодня уже отпустили. Наверное, он как раз летит сейчас в Нью-Йорк и позвонит вам, как только доберется до офиса.
— Пожалуйста, Энди, попросите, чтобы он сразу же мне позвонил.
Остаток утра прошел как в тумане. Джо заперлась в кабинете и попросила Мардж не соединять ее ни с кем, пока не позвонит Алекс. Она неподвижно сидела, подперев руками голову.
А что, если бы Алекс погиб вчера? Если бы поцелуй в аэропорту стал бы их прощальным поцелуем?
Она вспоминала, как все время вылезала с идиотскими разговорами о работе. Что она пыталась доказать? Что она — тоже личность? А стоило ли доказывать это Алексу подобным образом?
Вряд ли. Ведь ее не волновало сейчас, что Алекс удачливый бизнесмен. Ее интересовал только сам Алекс.
Стук в дверь отвлек Джо от ее мыслей. На пороге стоял улыбающийся Брюс.
— Вынужден прервать ваши раздумья, Джо, — сказал он. — Если вам позвонят, я тут же ретируюсь. Но должен сообщить, что «Гринскейпс» выиграла приз Международного клуба дизайнеров за оформление торгового комплекса «Мимоза».
— Что? — Джо трудно было переключиться.
— Только что звонили из клуба. Я поговорил с ними сам — вы ведь просили ни с кем вас не соединять, кроме Алекса Гранта. Джо, это такая важная награда, — восхищался Брюс. — Церемония вручения состоится в Нью-Йорке в середине сентября. Об этом будут писать во всех газетах. Вы хоть понимаете, мисс Беннет, что вам предстоит стать известной?
Джо пыталась изобразить восторг, — чтобы не разочаровать Брюса. Награда Международного клуба дизайнеров действительно важный знак признания. С этого момента Джо переходит в новое качество.
Всего несколько дней назад эта новость была бы такой радостной. Но сейчас Джо было абсолютно все равно. Единственное, о чем она могла думать, это о звонке Алекса. Отделавшись несколькими ничего не значащими замечаниями, она выпроводила Брюса из кабинета. Джо снова занервничала.
Где же Алекс?
Наконец ее терпение лопнуло. Она набрала номер нью-йоркского офиса «Моллз» и попросила Энди, но секретарша сообщила ей, что мистер Карсон на конференции.
— Я должна поговорить с ним, — почти в отчаянии настаивала Джо. — Пожалуйста, это срочно. Скажите, что звонит мисс Джо Беннет по поводу Алекса Гранта. Я…
— Одну минуту, мисс Беннет, — произнесла секретарша, и через несколько секунд Джо вдруг услышала в трубке такой знакомый хриплый голос, произносящий ее имя.
— Алекс? — Джо судорожно сжала трубку.
— Дорогая, Энди у меня в кабинете. Он только что сказал, что ты просила позвонить, и я как раз тянулся к трубке.
— Неважно, — прервала его Джо. — С тобой все в порядке? Это все, что мне хотелось знать.
— Со мной все в порядке, — сказал Алекс. — Ну, только…
— Алекс! — Джо не отпускало беспокойство, ей казалось, что Алекс что-то недоговаривает. — Алекс, пожалуйста. Если даже что-то не так, скажи мне об этом. Ты ранен?
— Джо, клянусь, со мной все в порядке. Только царапина на голове.
— Энди не сказал мне!
— Он не знал об этом, — спокойно произнес Алекс. — Но это сущая ерунда. Наложили пару швов. Дело в том, что они дали мне вчера в больнице успокаивающее и сказали выпить еще одну таблетку в самолете. Поскольку я ничего не ел, это свалило меня с ног. Я приехал в Нью-Йорк в таком сонном состоянии, что сразу отправился к себе на квартиру и отрубился часа на четыре. Иначе позвонил бы тебе раньше.
— Я так волновалась, — все еще дрожащим голосом произнесла Джо.
— Я думал, тебе не придет в голову связать происшествие с моим рейсом. Иначе позвонил бы тебе прямо из Сан-Хуана, невзирая на время. Твой самолет взлетел как раз тогда, когда наш закончили проверять. Когда мы врезались в тот самолет… это было нечто, — продолжал Алекс. — Говорят, в такие моменты перед тобой проходит вся жизнь. А я вспоминал только тебя. И думал о том, как неудачно мы провели выходные.
— Я знаю, — сказала Джо. — В этом нет твоей вины, Алекс. Все из-за меня.
— Это не так, — возразил Алекс. — Я сам не должен был мучить тебя советами по поводу бизнеса. Я знаю, как усердно ты работаешь, Джо. Я не имел права начинать к тебе придираться.
— А мне не стоило постоянно говорить о «Гринскейпс». О, Алекс…
Она услышала, как Алекс сказал: «Да?» — и поняла, что кто-то, вероятно, зашел к нему кабинет. Она терпеливо ждала, слыша на другом конце провода радостные восклицания Алекса.
— Джо! — восторженно произнес он наконец в трубку. — Это же просто потрясающе!
Интересно, что он имеет в виду?
— Награда Международного клуба дизайнеров! Энди только что услышал, что вы получили ее! Какой чудесный подарок для «Гринскейпс»! Теперь ты в первых рядах. И «Мимозе» тоже не помешает лишняя популярность. Энди говорит, банкет будет здесь у нас в сентябре.
— Да, — тихо ответила Джо, которой по-прежнему было абсолютно все равно.
Видимо, Алекс не догадывался об этом.
— Прекрасно! — рассмеялся он. — Наверное, это единственная возможность вытащить тебя ко мне в гости.
Весь день она провела в офисе, стараясь наверстать упущенное. Вечером на улице было жарко и влажно, Джо почувствовала себя взмокшей, всего-навсего дойдя до машины.
Мысль о возвращении в пустую квартиру ей неожиданно показалась невыносимой. Вместо этого Джо поехала в торговый центр, в разных местах которого находились шесть кинотеатров. Она решила посмотреть картину, на которую давно собиралась сходить, и надеялась, что она поможет ей отвлечься хотя бы часа на два.
Но ничего не помогало. И не стоило винить в этом картину. Сейчас она была сама себе врагом, и прекрасно это знала.
Около одиннадцати Джо вернулась домой. Когда она входила, телефон звенел изо всех сил. Джо опоздала буквально на одну секунду — она подняла трубку, но в ней уже слышались гудки.
Кто это был? Алекс? Да нет, он наверняка уже спит, измученный.
И все же Джо чуть не набрала его нью-йоркский номер. Она остановила себя в последнюю минуту. А что, если это был вовсе не Алекс, и она только зря разбудит его? А если Алекс? Ну почему они все время кругами ходят друг вокруг друга?
Минут через десять телефон зазвонил опять. Это был Тим. И когда он признался, что уже звонил, Джо порадовалась про себя, что не позвонила Алексу.
— Во-первых, хочу поздравить тебя, дорогая кузина, — сказал Тим. — Мы тут узнали о награде. Ты наверняка в восторге.
— Да, это просто потрясающе, — скучным голосом ответила Джо.
— И ты хочешь, чтобы я поверил, что говорю с обрадованной Джо? Что случилось?
— Просто устала.
— Да? Не застав тебя, я позвонил Мардж, чтобы выяснить, не разъезжаешь ли ты снова по филиалам. Она сказала, что ты провела уикенд в Пуэрто-Рико. Ты случайно не собираешься открыть филиал в Сан-Хуане?
— Нет. Я отдыхала.
— А я-то хотел сказать, что, если ты задумала вести дела с пуэрториканцами, туда можно перевести меня. Будущая миссис Тимоти Беннет прекрасно говорит по-испански.
— Будущая миссис Тимоти Беннет?
— Я чуть было не рассказал тебе о ней, когда ты была у нас. Но тогда она еще не дала мне согласия. Я встретил ее через пару дней после того, как мы открыли здесь филиал. Фирма, где она работает, устроила распродажу спортивных рубашек прямо на улице. Я остановился около лотка во время ленча, чтобы взглянуть. И пока бродил вокруг Кармен, купил шесть рубашек.
Джо невольно улыбнулась:
— Ты шутишь, Тим!
— Нет, я предельно серьезен, — жизнерадостно проинформировал ее Тим. — Она наполовину кубинка, наполовину шотландка и, если говорить о красоте, стоит на втором месте после тебя, сестрица.
— Прекрати, Тим, — запротестовала Джо.
— Я действительно так думаю! А по-английски Кармен говорит лучше меня. — Он понизил голос. — Я надеюсь, вы понравитесь друг другу, Джо. Ты ведь знаешь, как много ты для меня значишь. Мне очень важно, чтобы вы с Кармен нашли общий язык. Мы хотим пожениться в начале сентября. Мы подумали, что, может быть, отправимся в свадебное путешествие на север и присоединимся к тебе в Нью-Йорке перед вручением награды. Но я хочу, чтобы вы с Кармен познакомились раньше, Джо. Например, в эти выходные. Не хочешь прилететь в Майами?
— А почему бы вам не приехать сюда? — предложила Джо. — Мы могли бы отпраздновать это событие в субботу. Я буду рада. Кстати, вы сможете остаться в моей квартире, а я переночую в комнате над офисом.
Переделывая дом под офис, Джо оставила наверху одну комнату, где стояли диван и телевизор, чтобы иметь возможность передохнуть там во время рабочего дня.
— Лучше мы поселимся над офисом, — предложил Тим. — Я все равно мечтаю показать ей питомник и все, что есть у нас в «Гринскейпс». Джо, мне хочется, чтобы Кармен тоже стала участником семейного бизнеса. Она очень умная и будет неплохой сотрудницей. Но у нас еще будет время поговорить об этом.
Они договорились на том, что Тим перезвонит Джо, как только закажет билеты на самолет, и Джо будет встречать их с Кармен в аэропорту в субботу.
Мысли о предстоящей вечеринке в честь Тима и его невесты помогли Джо продержаться неделю. Алекс звонил ей пару раз, но обычно по пути на какие-нибудь переговоры, так что беседы эти оставляли у Джо легкое чувство недовольства. Джо рассказала Алексу о предстоящей в субботу вечеринке, и он выразил надежду, что тоже когда-нибудь познакомится и с Тимом, и с его невестой.
Джо составила список гостей, куда включила Бакстеров, Мардж с мужем, Лена Фарадея, Брюса Чэпмэна и несколько других сотрудников компании, с которыми был дружен Тим. Все приглашенные, не считая Брюса, хорошо знали Тима. Джо поняла вдруг, что пригласила его не для Тима, а для себя. Конечно, не в качестве потенциального поклонника. Но Брюс был веселым и привлекательным. Приятно иметь поблизости любезного молодого человека, который может помочь тебе с напитками и всякими другими мелочами.
В явному удовольствию Тима, Джо и Кармен сразу понравились друг другу. Кармен была жгучей брюнеткой с голубыми глазами, чуть полноватой, но это ее не портило. И не могло быть никаких сомнений — они с Тимом сгорают от любви друг к другу.
Джо была рада за них, но в то же время ей было немного грустно, когда она одевалась для вечеринки в потрясающее белое платье с открытыми плечами.
Она заранее упаковала в чемодан необходимые вещи и положила его в багажник машины, чтобы быстренько улизнуть, когда гости разойдутся, и оставить Тима с Кармен ночевать в своей квартире.
Вечеринка прошла с успехом. Только один момент омрачил ее для Джо — кто-то случайно поставил пленку с записями Дэнни Форта, найдя ее среди других, которые Джо ставила Алексу в тот памятный вечер. При звуках знакомого голоса Джо передернуло, она замерла на месте и закрыла глаза.
— Что-то случилось, Джо? — поинтересовался проходящий мимо Брюс. — Вам нехорошо?
— Нет, нет, все в порядке, — произнесла она вслух.
Джо подумала, что Брюс вполне может помнить Дэнни Форта. Он был как раз подходящего возраста. Но если и так, Брюс ничего не сказал.
Наконец, когда уехали последние гости, Джо быстро последовала за ними.
Территория питомника ночью освещалась прожекторами, но вокруг царила почти зловещая темнота.
Джо открыла дверь офиса, зажгла свет и прошла наверх. Перед тем как ехать в аэропорт, она постелила себе на диване и теперь порадовалась своей предусмотрительности. Она вдруг почувствовала себя чудовищно усталой.
Надев ночную рубашку, Джо погасила свет, легла и вскоре погрузилась в сон, но сон этот был беспокойным. Один раз она даже проснулась: ей показалось, будто она слышала, как подъехала машина. Впрочем, видимо, машина просто проехала по близлежащему шоссе. Воздух был влажным и душным, звуки разносились далеко.
Джо снова заснула, но через несколько секунд села на постели, испуганно глядя перед собой. Внизу кто-то был.
Она ясно слышала какой-то странный треск. Слишком поздно Джо вспомнила о том, что забыла включить систему безопасности офиса после того, как вошла.
Ночь была безлунной и темной. Джо даже не подумала о том, чтобы захватить фонарь. Она быстро вылезла из кровати, мысленно проклиная себя за то, что не включила телефон наверху. У нее оставался один шанс — добраться до стола Мардж и позвонить в полицию.
Она как раз подкралась к лестнице, когда все вокруг вдруг залил неожиданно яркий свет. Злоумышленник добрался до выключателя, и теперь она стояла прямо перед ним. Спрятаться было негде. В следующий момент Джо чуть не упала в обморок от охватившего ее изумления.
У подножия лестницы стоял Алекс.
— Ничего себе крепость, — укоризненно произнес он. — Любой может забраться. Правда, я чуть не сломал шею, пока искал тут включатель.
Белый пластырь на лбу придавал Алексу немного хулиганский вид. На нем были шорты цвета хаки и голубая рубашка. Черные волосы слегка растрепаны. Наверное, споткнулся и упал, сломав при этом стул, подумала Джо, вспоминая испугавший ее треск.
Алекс внимательно посмотрел на Джо.
— Наверное, — сказал он, — ты хочешь спросить, как я сюда попал. Что ж, хотя ты оказалась не настолько хорошо воспитана, чтобы позвать меня на вечеринку в честь помолвки твоего кузена, я все равно решил приехать.
Джо открыла было рот, но тут же закрыла его снова. Ей даже не пришло в голову, что у Алекса может появиться желание приехать на вечеринку в честь Тима и Кармен.
— Однако, — продолжал Алекс, — мне снова не повезло с рейсом. Нас задержали на два часа в Вашингтоне. Потом потребовалась целая вечность, чтобы арендовать в аэропорту машину. Потом я логично предположил, что в это время суток найду тебя дома. Но минут через пятнадцать понял, что ошибся. Пришлось представиться Тиму и Кармен самостоятельно. У меня была бутылка шампанского, которую мы распили. В том числе подняли тост и за тебя. Потом Тим объяснил мне, где ты, дал свои ключи от офиса, и вот я здесь.
Джо смотрела и смотрела на Алекса, не зная, что сказать.
— Так ты собираешься пригласить меня внутрь? — поинтересовался Алекс.
Они встретились посередине лестницы.
— Ты ведь не думаешь, что чудеса бывают только во Флориде? — с невинным видом спросил Алекс.
— Конечно, нет, — твердо ответила Джо.
— Почему ты так уверена?
— Все дело в нас, — сказала она. — Чудеса зависят от нас. И не имеют никакого отношения к географии.
Джо и Алекс лежали на огромной кровати в люксе Алекса во «Флоридиане». Они приехали в отель перед рассветом. Проходя через фойе, Джо кивнула сонному клерку за стойкой регистрации, а тот быстро и профессионально спрятал удивление во взгляде.
Наверное, было видно, что одевались они второпях. К тому же Алексу явно требовалось побриться, и Джо никогда еще не видела его волосы такими взъерошенными. Ее волосы также рассыпались локонами по плечам, платье было помято — но все это нисколько не волновало Джо. Важно было, что звезды снова висели на своих местах и луна украшала небосвод над их головами. Конечно, сейчас, когда на востоке поднималось солнце, Джо не видела ни луны, ни звезд. Но она знала, что все на своих местах и с этим миром все в порядке.
Она никогда не забудет маленькую комнатку на втором этаже бывшего фермерского дома, где они с Алексом словно попали сегодня в другое измерение.
Прошло довольно много времени, прежде чем Алекс пробормотал:
— Я был бы не против чего-нибудь попросторнее этого дивана.
— Опять привередничаешь? — поддразнила его Джо.
— О чем это ты?
— Ну, не знаю. Может быть, теперь, когда ты починил забор — я имею в виду наши отношения, — можно перебраться и в более удобное помещение.
Засмеявшись, Алекс заключил ее в объятия, и они снова занялись любовью.
Потом они решили перебраться во «Флоридиану». Может быть, даже поплавать на рассвете, если открыт бассейн. Но у них снова нашлись более важные дела.
Лежа рядом с Алексом, Джо испытывала не просто удовлетворение, но и какое-то чувство благодарности судьбе. Она до сих пор вздрагивала, вспоминая об авиакатастрофе.
— В чем дело? — спросил Алекс, вопросительно глядя на Джо.
— Иногда я вспоминаю, что… что, если бы все сложилось иначе, тебя могло бы здесь не быть. — Джо снова невольно поежилась.
— От меня не так легко избавиться, — хрипло произнес Алекс.
— Это не шутки, — с тревогой сказала Джо. — Тебе никогда не понять, что я пережила, когда узнала о катастрофе. А потом выяснилось, что это был именно твой самолет…
— Думаю, я понимаю, что ты чувствовала, — тихо сказал Алекс. — Потому что могу представить, что испытывал бы сам, окажись я на твоем месте. — Он прочистил горло и сделал глубокий вдох. — Я говорил когда-нибудь, как сильно люблю тебя, Джо?
Едва Джо услышала эти три старых как мир слова, глаза ее наполнились слезами.
Наклонившись над ней, Алекс поцелуем стер слезы, трепетавшие на ее ресницах. Открыв глаза, Джо увидела в его взгляде удивление.
— Я вижу, ты носишь лампу Аладдина, которую я тебе подарил!
— Да. Я не снимала ее ни разу, кроме…
— Кроме путешествия в Пуэрто-Рико?
— Ты заметил? — удивилась Джо.
— Конечно, заметил. Я замечаю все, что касается тебя. И, должен признаться, я искал лампу, потому что… потому что придаю ей определенное значение, хоть это и глупо. И как ты могла ожидать от своего личного джинна, что он сделает для тебя что-нибудь, не взяв с собой волшебной лампы, которую обязательно нужно потереть?
Джо понимала, что Алекс хочет разрядить атмосферу, но в то же время она чувствовала, что он придает своим словам большое значение. Это был еще один сюрприз. Она и не подозревала, что Алекс обращает внимание на такие вещи.
— Я сняла цепочку, когда принимала душ, прежде чем отправиться в аэропорт, — призналась Джо. — И в спешке забыла надеть. Мне ее не хватало. Я пыталась убедить себя, что нельзя быть такой суеверной. Но можешь мне поверить, когда наш уикенд обернулся такой неудачей, я снова пожалела о том, что забыла лампу.
— А чего бы ты попросила у джинна, Джо? — осторожно поинтересовался Алекс.
Джо молчала. Иногда непросто было облечь свои чувства в слова.
— Я пожелала бы тебя, — наконец медленно произнесла она. — Хотя в тот момент мне хотелось большего. Я попросила бы джинна помочь нам разрешить… наши недоразумения. Конечно, они возникли по моей вине…
— Вовсе нет, — покачал головой Алекс. — Я тоже вел себя далеко не идеально.
— Неважно, кто виноват. Иногда важнее бывает вовремя остановиться, посмотреть трезвым взглядом на происходящее и произвести переоценку ценностей. Особенно в наше время… когда люди не всегда понимают, что должно быть на первом месте… Когда… когда я решила, что ты серьезно пострадал, я вдруг поняла: все, что казалось мне до сих пор важным, на самом деле не имеет значения. Я отдала бы «Гринскейпс» и все, что с ней связано, только бы…
Голос ее дрогнул. Алекс все еще лежал рядом, подперев щеку ладонью.
— Только бы что, Джо? — тихо и нежно спросил он.
— Только бы ты был рядом и в безопасности.
К удивлению Джо, Алекс вдруг резко сел, надел шорты и прошел к окну. Джо смотрела ему в спину, пытаясь разгадать его настроение.
Затем она тоже встала, накинула халат и подошла к Алексу.
Они смотрели на бульвар напротив отеля, ведущий к пристани.
Джо почти робко коснулась плеча Алекса, и тот повернулся в ее сторону. Джо не могла понять выражения его глаз.
— В чем дело? — спросила она.
— Несколько минут назад, — ответил Алекс, — я сказал тебе слова, которых не говорил еще ни одной женщине. Но ты так и не ответила мне. — Джо непонимающе смотрела на Алекса. — Я сказал, что люблю тебя. А ты никогда не говорила мне о своих чувствах.
Джо в изумлении сделала шаг назад.
— Так ты… ты мог сомневаться в том, что я тебя люблю? Разве я не сказала тебе только что, что готова была отдать все на свете, только бы ты был жив и рядом?
— Это не одно и то же. Так ты можешь сказать это, Джо?
— Сказать? Но разве это не ясно как божий день, Алекс? — На губах Джо заиграла улыбка. — Это самое простое, о чем ты меня можешь попросить. Да, я люблю тебя. Я люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя! Сердце мое полно любовью, и она вот-вот забьет через край.
Джо почувствовала, как напряглось вдруг тело Алекса. Сделав шаг назад, она взглянула ему в лицо.
— Думаю, ты не понимаешь, как много это для меня значит, — пробормотал Алекс.
— О чем ты?
— С тех пор как я встретил тебя, я все время боялся потерять то, что так долго искал. Это и была одна из главных проблем. Не твоя, а моя.
— Я тоже была напугана, Алекс, — призналась Джо.
Алекс сокрушенно покачал головой:
— О господи, я совершенно не умею выразить свои мысли!
— А что именно ты пытаешься выразить?
— Боюсь, что после той авиакатастрофы ты немного утратила чувство реальности.
— Что это значит?
— Не могу представить, чтобы ты решилась расстаться с «Гринскейпс». Я понимаю, что ты почувствовала, узнав об аварии. Но это все эмоции. Честно говоря, мне кажется, что бы ты ни думала в тот момент, потом ты захотела бы вернуть «Гринскейпс».
На лице Джо появилось такое выражение, словно ее ударили.
— Эй! — запротестовал Алекс. — Пожалуйста, Джо, пойми мои слова правильно. Я просто не хочу, чтобы наше будущее строилось на зыбучих песках.
Джо отвернулась.
— Я не знаю, что тебе сказать, — призналась она.
Алекс коснулся ее плеча.
— Дорогая, — хрипло произнес он, — неужели ты не понимаешь: я хочу, чтобы между нами все было честно. Так будет лучше для нас обоих.
— Я всегда была с тобой честной, Алекс, — Джо была почти в отчаянии.
— Знаю. Но теперь я прошу тебя снова подумать о нас. Теперь, когда я рядом с тобой, целый и невредимый. Ты и сейчас готова повторить, что не возражала бы расстаться ради меня с «Гринскейпс»?
Джо удивленно смотрела на Алекса:
— Ты хочешь, чтобы я отдала «Гринскейпс» тебе?
— Я бы не спешил с выводами. — Губы Алекса сжались в тонкую линию.
— Какого ответа ты ждешь, Алекс? Да, признаюсь, мне трудно было бы взять и завтра утром продать «Гринскейпс». Но я говорила о…
— Я знаю, о чем ты говорила. Ты хотела заключить сделку с судьбой, не так ли?
Алекс был беспощаден. Джо явно не удалось угадать, что он хотел от нее услышать. Джо тяжело вздохнула.
— Я бы хотела принять душ и одеться, — объявила она.
— Пойдем поплаваем? — предложил Алекс, глядя в окно. — У бассейна уже есть пара ранних пташек.
— Спасибо, я не хочу. А ты иди.
— Может быть, пойду. Не знаю. Послушай, Джо…
— Да? — обернулась она, стоя на пороге ванной.
— Я вовсе не прошу тебя расставаться с «Гринскейпс». Ты вложила в это дело душу. И я понимаю, как много это для тебя значит.
Джо покачала головой и невесело улыбнулась:
— Ты не просишь меня отказаться от «Гринскейпс», но, если я сохраню ее, для нас нет никакого будущего, так?
— Вовсе не обязательно…
— О, Алекс, — взмолилась Джо, — давай будем честными друг с другом. Ведь именно из-за моего бизнеса мы не всегда понимаем друг друга. Плохо это или хорошо, но так и будет, пока я остаюсь президентом «Гринскейпс». Да, ты прав. Я не хочу отказываться от дела своей жизни. Я была честна, когда говорила, что пожертвовала бы «Гринскейпс» ради твоей безопасности. И буду чувствовать то же самое, если тебе опять будет угрожать опасность. Но ты прав — когда все нормально, на многие вещи смотришь по-другому. Я не знаю, как быть, — беспомощно закончила Джо.
Она долго стояла под душем, но вода не могла смыть ощущение поражения, которое охватило ее с того самого момента, когда Алекс заговорил о «Гринскейпс».
Кажется, Алекс твердо намерен относиться к ее предприятию как к сопернику. И это было смешно. Как он не понимает, что в ее жизни есть место не только для работы, но и для глубоких личных отношений. Ведь сам он избегал серьезных отношений с женщинами все эти годы вовсе не потому, что не верил в возможность совместить их с успешным ведением дел. Алекс понимал это. Или нет?
Джо надела бледно-розовый сарафан, который прихватила с собой накануне вечером, и вышла к Алексу. Он успел переодеться в купальные шорты.
— Думаю, мне все-таки стоит сходить поплавать.
— А тебе можно — ведь швы еще не сняли?
— Я не буду мочить голову. — Алекс на секунду задумался. — Или мне лучше сначала заказать тебе завтрак?
— Нет. У тебя на кухне есть растворимый кофе. Сделаю себе чашечку. А о еде думать еще рано.
Алекс грустно смотрел на Джо.
— Не знаю, почему у меня все выходит наоборот, когда дело касается тебя, дорогая. Наверное, потому, что я очень волнуюсь. Джо…
— Да?
— Пожалуйста, не убегай.
Она удивленно посмотрела на Алекса:
— У меня и в мыслях не было…
— Ради бога, не уходи, пока я плаваю. Мне важно знать, что я застану тебя здесь, когда вернусь.
Джо немного озадачило напряжение, звучавшее в голосе Алекса.
— Я буду здесь, — сказала она.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Когда Алекс ушел, Джо сделала себе кофе и выпила его. Стоя на кухне.
Зазвонил телефон, и Джо чисто автоматически взглянула на часы. Без пяти восемь в воскресенье утром? Наверное, Алексу звонят по делам из Нью-Йорка.
Она подняла трубку и услышала хриплый голос Алекса:
— Джо?
— Где ты? — Джо пронзило вдруг чувство тревоги.
— Я звоню из фойе. Не знаю, что это нашло на меня десять минут назад. Почему я всегда становлюсь в твоем присутствии полным идиотом? Если бы я вел таким образом свои дела, то давно бы обанкротился.
Джо рассмеялась, а затем произнесла дрожащим голосом:
— Думаю, это можно сказать о нас обоих.
— Послушай, дорогая, позволь сообщить тебе раз и навсегда то, что я никак не могу выдавить из себя, когда ты рядом. Я никогда не попрошу тебя расстаться с «Гринскейпс», но прошу тебя: впусти меня в свою жизнь. Я имею в виду… навсегда.
Джо почувствовала, как сердце начинает учащенно биться.
— Я знаю, — продолжал Алекс, — тебе трудно будет справиться и с бизнесом, и с таким требовательным мужем, каким я, скорее всего, окажусь. Я знаю, ты не можешь перенести «Гринскейпс» в другое место. Но я могу перенести «Моллз интернэшенэл».
— Алекс, ты… — Джо не хватало воздуха.
— Моя штаб-квартира вовсе не обязательно должна находиться в Нью-Йорке. Сарасота ничем не хуже. Это одна из причин, — продолжал он, — почему я так заинтересовался собственностью в этих местах. Я хочу купить домик на Сиеста-Ки — для нас. Фред уже подыскал кое-что.
— Фред Бакстер? — Изумлению Джо не было предела.
— Да. Фред нашел несколько весьма живописных коттеджей. Я говорил об этом с Энди. Он не против перебраться во Флориду. И другие сотрудники тоже. Мы оставим офис в Нью-Йорке, так что те, кто не хочет переезжать, тоже не окажутся на улице.
— Ты говоришь так, будто уже дал этой идее зеленый свет, — тихо произнесла Джо.
— Не совсем, — признался Алекс. — Скорее, желтый. Это свет, призывающий к осторожности. И я старался быть очень осторожным. Особенно после Пуэрто-Рико. Дело в том, что…
— В чем же?
— Я хочу, чтобы ты была уверена в себе и во мне, Джо.
— А ты поверишь, если я скажу, что это так?
— Не знаю, — честно признался Алекс. — Мне остается только попросить у тебя прощения за то, что я такой неисправимый скептик. Дело не в том, что я не верю тебе. Я верю. Но я должен быть уверен, Джо, что в твоей жизни найдется для меня место. Мне так много от тебя надо!
Джо не знала, что ответить. Конечно, в ее жизни было место для Алекса. И она многое могла ему дать. Сердце ее было переполнено любовью. Но Алекс должен поверить в это. Должен поверить в нее, как она поверила в него. Ведь только так между людьми возможна настоящая близость. Джо была готова к этому. Оставалось только убедить Алекса.
— Джо?
— Да?
— Послушай, как-то в Нью-Йорке, еще до нашего уикенда в Пуэрто-Рико, я кое-что приготовил для тебя. Я взял это с собой в Сан-Хуан, но дела пошли так, что я решил подождать. Но я привез это с собой. Это… это лежит в верхнем ящике комода. Ты не пропустишь. Я хочу, чтобы ты взяла это и… нашла этому применение.
— Нашла применение?
— Да. Посмейся немного. А чуть позже я присоединюсь к тебе.
Алекс повесил трубку. Заинтригованная, Джо последовала его указаниям. Открывая ящик, она чуть побаивалась того, что должна была там увидеть.
Это оказался портативный магнитофон, рядом с которым лежала кассета. По-прежнему заинтригованная, Джо попыталась отыскать на кассете какую-нибудь надпись, но ее не было. Значит, пленку записал Алекс. Что же на ней?
Она отнесла магнитофон и пленку в гостиную, села и только после этого решилась нажать на кнопку.
Послышались звуки гитары. Кто-то наигрывал мелодию, которую Джо никогда не слышала раньше. Мелодию в духе Дэнни Форта.
Но Джо почти сразу же поняла, что слышит вовсе не Дэнни. Пел Алекс. И она прислушивалась к хрипловатому голосу, находя в нем то, чего не хватало Дэнни Форту. Зрелость. Глубину чувств.
Прислушавшись к словам, Джо поняла, что Алекс написал эту песню для нее. Это было его объяснение в любви. Он говорил ей в этой песне о том, чего никак не мог сказать в жизни:
Когда прозвучал последний аккорд, по щекам Джо бежали слезы. Она подошла к туалетному столику Алекса, взяла из ящика пару носовых платков, но вскоре и они стали мокрыми. Джо снова поставила пленку и присела на стул. Только теперь она поняла, как много значит для Алекса.
И тут она вспомнила слова Мардж о том, что Алекс очень одинок. А ведь она спорила с ней тогда! Как может мужчина быть таким красивым, богатым, удачливым и одиноким, спрашивала она.
Теперь Джо знала.
— Нет, милый, — пробормотала Джо. — Нет, ты больше никогда не будешь один.
Наконец она вынула пленку из магнитофона и положила ее в коробку. Последний раз вытерла глаза, плеснула в лицо холодной водой, вышла из номера, решительно направилась к лифту и нажала на кнопку нижнего этажа. Ей вдруг пришло в голову, что, записав песню, Алекс нарушил указания своего врача. Но Джо была рада, что Алекс все же сделал это. Только один раз!
Она направилась к бассейну, ища Алекса глазами. Он был в воде. Алекс плавал точно одержимый туда-сюда. Видимо, надеялся, что, задав себе физическую нагрузку, сможет избавиться от страха перед будущим.
Джо внимательно наблюдала за ним. Доплыв до конца бассейна, Алекс повернулся и увидел ее.
Он был слишком далеко, Джо не видела его лица. Глядя, как Алекс вылезает из воды, она поняла, что не может больше ждать.
Джо побежала вокруг бассейна. Несколько раз она поскользнулась на мокрых плитках. И вот она уже в объятиях Алекса. Струйки воды катились по его груди на плечи Джо.
— Я намочу тебя, — хрипло сказал Алекс.
Джо смотрела на него снизу вверх, пытаясь вложить в этот взгляд всю свою душу. Потом они будут говорить, потом она расскажет ему, что испытала, услышав сочиненную для нее песню. Скажет, что хочет провести рядом с ним всю свою жизнь. Что она любит его. О боже! Как она любит его!
Но сейчас дела значили больше слов. Джо притянула к себе голову Алекса и впилась губами в его губы.
Когда поцелуй наконец ненадолго прервался, Джо прошептала, переводя дыхание:
— О, мой дорогой, никогда не сомневайся во мне.
Она почувствовала, как напряглось на мгновение и тут же снова расслабилось тело Алекса. Увидела в его синих глазах влагу, не имевшую никакого отношения к бассейну. Он улыбнулся, и для Джо взошло солнце. Ей не надо было тереть волшебную лампу и звать джинна, чтобы понять, что сейчас сбывается самая заветная мечта ее жизни.
Соответственно 1 м 63 см.
Имеются в виду города США.