Эжени Маркхэм живет в двух мирах. Здесь, на Земле, она шаман по найму, специалист по обузданию и изгнанию демонов, бесов и прочей потусторонней нечисти. Там, в Мире Ином, она повелительница эльфов, одно имя которой повергает в трепет врагов.
Здесь ее ждет возлюбленный-оборотень, там — эльфийский король с огненной шевелюрой. Над головой Эжени занесен дамоклов меч зловещего пророчества, от которого зависят судьбы обоих миров. Ее противники хитры и жестоки, они вынашивают самые коварные замыслы. И ничего другого ей не остается, как положиться на неизученную, непредсказуемую магическую силу и, быть может, заглянуть в самые темные глубины своей души…
Впервые на русском языке новый роман от автора знаменитой «Академии вампиров».
Посвящается Джен и Чэду,
которые знают, в чем ценность
доброго чудовища
Печально, но факт: многие подростки умеют обращаться с ножами и пистолетами.
Я не была исключением. Но я не встала на путь преступлений, а сделалась шаманом по найму. В то время как мои приятели плясали на дискотеках или играли в футбол, я на пару с отчимом Роландом изгоняла духов и сражалась с монстрами. Я взрослела, ни капли не боясь ни грабителей, ни других мерзавцев, но безостановочные учеба и работа полностью оторвали меня от обычного мира.
Иными словами, я никогда не была нормальным подростком. Кое с кем, конечно, дружила, но на фоне их мира, их мелких интересов и трагедий моя жизнь представлялась чудовищно суровой и страшной. Поэтому находить общий язык нам было сложно. Повзрослев, я так и не научилась ладить с подростками, что только усложняло нынешний заказ.
— Ну же, деточка, — жалобно простонала мамаша, улыбаясь коллагеновыми губами, — расскажи о привидении.
Полли Холл было всего тринадцать, но количеством «штукатурки» на лице она напоминала сорокалетнюю проститутку. Девчонка сидела, развалившись на диване, в прекрасно обставленной комнате, громко чавкала жвачкой и глядела куда угодно, только не на нас. Чем дольше я изучала ее, тем сильнее убеждалась, что у барышни и впрямь проблемы, только не с паранормальным, а с мамашей, которая называла дочку Поликом и позволяла ей носить стринги. Вышеупомянутые трусики были хорошо видны из-под джинсов с заниженной талией.
Миссис Холл громко вздохнула:
— Полик, лапочка, давай покончим с этим. Помоги нам, и мы поможем тебе.
Улыбнувшись, я села на корточки перед диваном:
— Не бойся. Я поверю всему, что ты расскажешь. Мы справимся.
Надеюсь, я не походила в тот момент на доброго доктора-мозгоправа…
Полли в ответ только вздохнула почти так же громко, как недавно ее мамаша. Она напомнила мне неуравновешенную «мелкую» сводную сестрицу, которая так жаждала мирового господства, что пропала без вести.
— Мам, — процедила Полли, — можно, я вернусь к себе в комнату?
— Нет, пока не побеседуешь с этой милой дамой.
Отчаявшись разговорить дочь, миссис Холл пояснила:
— По ночам мы часто слышим странные звуки: что-то бухает, трещит, грохочет. Вещи падают на пол. Я даже… — она поколебалась, — я даже видела, как они летали по комнате. Но это случается, только когда Полли дома. Думаю, привидение неравнодушно к моей дочери… даже как будто одержимо страстью к ней.
С тоской и плохо скрываемой досадой я снова обратила внимание на девицу.
— Наверное, у тебя проблемы? — мягко поинтересовалась я. — Школьные заморочки или дома не все гладко?
В ответ она только сверкнула льдинками глаз.
— А как насчет электричества? — снова обратилась я к ее матери. — Бытовая техника, случайно, работать не отказывается?
Миссис Холл удивилась:
— Откуда вы знаете?
Я встала, потягиваясь от души. Вчера ночью пришлось сражаться с духом, и он со мной вовсе не деликатничал.
— Это не привидение. Это полтергейст.
— Не привидение? — переспросила миссис Холл.
— Не совсем. Полтергейст — это проявление телекинетических сил, зачастую приводимых в действие яростью или другими сильными переживаниями неуравновешенного подростка.
Старательно избегая тона школьного психолога, я впала в тон лектора.
— Не понимаю… Вы хотите сказать, что Полли сама все это вытворяет?
— Да. Причем она даже не осознает, что, срываясь, превращает эмоции в действия. Скорее всего, девочка не останется такой навсегда. Подрастет, немного успокоится — и все пройдет.
Сомневаюсь, что мне поверили.
— Но так похоже на привидение…
Я пожала плечами.
— Поверьте, вы у меня не первые с подобной проблемой.
— Значит… вы ничем не способны помочь?
— Я — нет. Думаю, стоит обратиться к психиатру.
Я дала миссис Холл визитку надежного психотерапевта. Отказалась от оплаты за изгнание, взяла с нее только за консультацию. Дважды пересчитала наличные (никогда не беру чеки), спрятала деньги и собралась уходить.
— Простите, но тут я бессильна.
— Понимаю. Мы последуем вашему совету. Просто все это так странно… — Миссис Холл растерянно посмотрела на дочь. — И все-таки, вы уверены, что это не привидение?
— Стопроцентно. Классический пример…
В этот миг что-то невидимое швырнуло меня к стене. Я вскрикнула и выставила руку вперед, чтобы сохранить равновесие. Естественно, страшно разозлилась! Ну чего еще надо от меня этой маленькой стерве? Странно, но девчонка, судя по широко распахнутым глазам, изумилась не меньше моего.
— Полик! — заорала мамаша. — Вы наказаны, юная леди! Ни телефона, ни эсэмэс, ни…
Тут миссис Холл что-то увидела, и челюсть у нее отвисла. В самом буквальном смысле.
— Боже, что это?
Перед нами материализовалась большая бледно-голубая фигура.
— Гм, — озадаченно пробурчала я, — а вот это — привидение.
Существо как по команде завизжало и бросилось на меня. Я крикнула мамаше с дочкой «ложись!» и выхватила из-за пояса серебряный кинжал. Возможно, вы думаете, что клинок против духов бесполезен. И вы почти правы. Почти, потому что призраки, чтобы нанести ощутимый вред, вынуждены принимать более-менее вещественную форму. А облекшись в плоть, становятся уязвимы к серебру.
Дух принял облик юной девы с длинными развевающимися за спиной волосами и пустым взглядом огромных глаз. Драка вышла громкой, некрасивой — и до смешного короткой. Первый удар кинжалом заставил призрачную деву завопить. И второй, и третий…
В другой руке я уже держала унизанную кристаллами волшебную палочку. Ритуал изгнания начался. Монстров и джентри я обычно отправляю в Мир Иной, параллельную реальность, так сказать, «на историческую родину». Но привидению место в Царстве Мертвых. Произнеся привычное заклинание обращения к внутренней силе, я открыла «дверцу» за пределы нашего мира. Потом набросила на привидение магические путы и выкинула его вон. Призрачная дура пропала.
Миссис Холл и Полли застыли удивленными статуями. Внезапно лицо девочки исказилось от горя.
— Вы прикончили мою подругу!
Я открыла рот — и тут же закрыла. Все равно малолетка сейчас ничего не поймет.
— Боже правый, о чем это ты?! — воскликнула мать.
В глазах Полли заблестели слезы гнева.
— Трикси была моей лучшей подругой. Мы всем делились.
— Трикси? — хором переспросили мы с миссис Холл.
— Поверить не могу, что вы это сделали! Она была такой классной. — В голосе Полли послышалась легкая мечтательность. — Я так хотела прогуляться с ней по магазинам, но Трикси нельзя было покидать дом. Так что я доставала девчонке «Вог» и «Гламур».
Ничего себе заявочки!
— Мой совет по-прежнему в силе. Обратитесь к психиатру, — напомнила я обалдевшей мамаше.
А после собрала вещи и отправилась домой. И зачем только я стала шаманом по найму? Ведь есть куча занятий куда более спокойных, чем борьба со всякими монстрами: бухгалтерия, например, или юриспруденция. Ладно, насчет второго не уверена.
Примерно через час я добралась до дому, открыла дверь — и тут же попала в мохнатые «объятия» двух псин средних размеров. Одна дворняга совершенно черная, другая белая, без единого пятнышка. Это Инь и Ян — правда, я никак не запомню, кто из них кто.
— Назад! — приказала я.
Собаки как ни в чем не бывало продолжали обнюхивать меня, радостно виляя хвостами. Белая все норовила лизнуть руку. Я отпихнула их и прошла на кухню, едва не споткнувшись о полосатого кота, который растянулся на полу в солнечном пятне. Рабочая сумка с грохотом приземлилась на обеденный стол.
— Тим? Ты дома?
Мой сосед Тим Варкоски тут же нарисовался в дверях. На парне была футболка с силуэтами индейцев и надписью «Внутренняя безопасность. Антитеррор с 1492 г.»[1]. Я оценила юмор. Только вот Тим, по правде говоря, никакой не индеец. Природа одарила его смуглой кожей и темными волосами, поэтому он играл индейцев на телевидении, или, чаще всего, изображал оных в местных барах, или работал эдакой «достопримечательностью» для туристов. На самом деле Тим — поляк, и местные краснокожие его за это очень-очень не любят.
В одной руке Тим держал мусорный мешок, в другой — кошачий лоток. И смотрел на меня сосед почему-то очень мрачно.
— Ты в курсе, сколько этих драных звериных туалетов я сегодня вычистил?
Я налила себе стакан молока и села за стол.
— Кийо говорит, что нужно иметь по лотку на кошку и еще один запасной.
— Да, Эжени, я тоже считать умею. Это шесть лотков. Шесть лотков в доме площадью полторы тысячи квадратных футов. При том, что мне никто не помогает. Интересно, твой вечно занятой приятель собирается вообще возвращаться?
Я неловко заерзала. Хороший вопрос. Когда мы начали встречаться, Кийо жил в Финиксе. Поездки туда-сюда скоро утомили нас обоих, так что мы начали подумывать о совместной жизни. Парень нашел здесь работу и после долгого взвешивания всех «за» и «против» переехал ко мне. Увы, вместе с Кийо к нам пожаловал и его зверинец: пять кошек и две собаки. Таковы минусы жизни с ветеринаром. Он не мог удержаться, подбирал на улице все, что гавкало, мяукало и вроде бы нуждалось в помощи. Кошачьи клички я помнила не лучше, чем собачьи. Четыре усатых разбойника были названы в честь всадников Апокалипсиса, и Голод, по иронии судьбы, весил около тридцати фунтов.
Другая проблема в том, что Кийо — лис не только в переносном, но и в самом прямом смысле. Его мать — кицунэ, японский оборотень-лисица. Кийо унаследовал все ее таланты: силу, скорость, способность к превращению. Услышав только ему понятный «зов природы», парень оборачивается в рыжего и пушистого и отправляется гулять. Вот и сейчас, получив отгул на работе, мой «Доктор Дулитл» исчез в неизвестном направлении. Я с этим смирилась. Но Кийо не было уже неделю, и я начала беспокоиться.
— Он скоро вернется, — уклончиво ответила я. — А вообще, если не хочешь работать по дому, плати за жилье.
Мы так договорились. Тим за комнату не платил, а отрабатывал: готовил, убирался, наполнял холодильник.
«Индеец» нисколько не смутился.
— Знаешь, выбирать мужиков ты явно не умеешь. Или просто не заморачиваешься?
Обсуждать с ним эту тему не хотелось. Поэтому я молча отправилась в свою комнату утешаться складыванием мозаики с видами Цюриха. Пазл лежал на столе, рядом развалился один из котов. Кажется, Мистер Усатик — пятый, неапокалиптический мурлыка. Я согнала его с нагретого места, заодно разбросав половину мозаики.
— Зараза, — прошипели мои расстроенные нервы.
Любовь, определенно, тяжкое испытание. Если не брать в расчет мой сварливый нрав, тревожило еще и то, что часть выходных Кийо проводил в Мире Ином, у своей бывшей, эльфийской королевы. Эльфы, сидхе, блистающие… Называйте как хотите этих прекрасных и почти вечных правителей Мира Иного. Подобно большинству шаманов, я именовала их старинным термином «джентри». Майвенн, бывшая любовь Кийо, носит его ребенка, и мой парень — все еще часть ее жизни.
Я вздохнула. Наверное, Тим прав насчет моей способности выбирать партнеров.
Стемнело. Под ритмы «Def Leppard» я покончила с пазлом и почувствовала себя куда лучше. Потом выключила музыку, и тут же раздался вопль Тима:
— Эй, Эж! Куджо[2] вернулся!!!
Затаив дыхание, я бросилась к двери в спальню и распахнула ее. По коридору ко мне бежал здоровенный лис. Нахлынуло облегчение… Сердце екнуло в груди, когда рыжик беспокойно закружил по комнате.
— Самое время, — сказала я.
У него был лоснящийся огненного цвета мех и пушистый с белым кончиком хвост, а золотистые глаза иногда смотрели совсем по-человечески. Но не сегодня. Сейчас на меня глядело самое настоящее животное. Похоже, пройдет еще некоторое время, прежде чем Кийо снова превратится в человека. Он мог перекидываться в разных лисов: от обычных до могучих зверюг. И чем больше времени он проводил в этом облике, тем тяжелее ему было вновь стать человеком.
Я вывалила на стол новый пазл и принялась его раскладывать, ожидая превращения. Прошло два часа, но ничего не изменилось. Кийо свернулся клубком в углу и не сводил с меня желтых глаз. Вконец утомившись, я сдалась: надела красную ночнушку, выключила свет, скользнула в кровать — и мгновенно заснула.
Мне снился Мир Иной, точнее, та его часть, которая ужасно напоминала Тусон и окружавшую его пустыню Сонора. Вот только потусторонняя версия была лучше. Почти райский город, согретый ярким солнцем и украшенный цветущими кактусами. Я уже привыкла и к этому сну, и к необъяснимой тоске по утрам после ночных видений, и к тщетным стараниям заглушить эмоции.
Через пару часов я проснулась от ощущения теплого мускулистого тела рядом. Сильные руки обвились вокруг талии, и запах Кийо, аромат мускуса и тайны, окутал меня. Прикосновения любимого пробудили жидкое пламя вожделения. Кийо резко повернул меня к себе. Наши губы сомкнулись в крепком, горячем поцелуе, выдававшем силу его желания.
— Эжени, — прорычал он, на волосок отодвинувшись, — как я соскучился… Господи, как я хочу тебя…
Он снова принялся целовать, утоляя жажду, лаская руками мой стан. Я скользила ладонями по гладкому, совершенному телу возлюбленного… Сегодня не было нежностей, только звериная страсть, с которой он двигался, вонзаясь в меня до самых глубин. Восхитительный коктейль животной похоти и человеческой любви…
Когда я открыла глаза поутру, кровать была пуста, а Кийо на другом конце комнаты тихо натягивал джинсы. Словно шестым чувством угадав, что я проснулась, он посмотрел на меня. Я перекатилась на бок, следя за ним в ленивой истоме удовлетворения. Божественно сексуальная внешность Кийо, доставшаяся моему лису от испанских и японских предков, заслуживает восхищения. Его смуглое тело и темная шевелюра — удивительная противоположность моей светлой коже и рыжеватым волосам, унаследованным от предков с севера Европы.
— Ты куда? — полусонно протянула я.
Сердце ушло в пятки. Опять.
— Я должен вернуться, — ответил он. — Ты же знаешь…
Оправил темно-зеленую футболку, машинально провел рукой по длинным, до подбородка, волосам.
— Да, — прозвучало резче, чем хотелось. — Конечно, обязательства и все такое.
Кийо прищурился:
— Прошу, не начинай…
— Прости. Не могу заставить себя веселиться, когда другая ждет от тебя ребенка.
Он сел рядом, глядя на меня серьезно и спокойно.
— Лично я доволен. И мне бы хотелось, чтобы ты разделила мою радость и поддержала меня.
Я отвела глаза.
— Счастлива за тебя. И хочу, чтоб ты был счастлив… Просто, понимаешь…
— Да все я понимаю… — Он, наклонившись, зарылся пальцами в мои волосы.
— На прошлой неделе ты был у нее дольше, чем у меня.
— Так нужно. Время на исходе.
— Знаю, — буркнула я.
Я понимала, сейчас ревность беспочвенна. Даже мелочна. Так хотелось разделить с Кийо радость ожидания, но… Не получалось, и все тут.
— Эжени, я люблю тебя. Это главное.
— Ее ты тоже любишь.
— Да, но не так, как тебя.
Он снова поцеловал меня с нежностью, совсем непохожей на ночную похоть. И опять я таяла рядом с любимым. Когда страсть уже почти одолела наши разумы, Кийо, хоть и с видимой неохотой, отстранился и встал с кровати. Я увидела желание в его глазах. Туда, в Мир Иной, парня влечет только чувство ответственности. Майвенн больше никогда не увидит огня в его взгляде… И это здорово.
— Ты придешь? — спросил он на удивление спокойным голосом.
Я вздохнула.
— Да, конечно.
Он улыбнулся.
— Спасибо.
Я кивнула.
Кийо направился к дверям, потом обернулся.
— Я люблю тебя.
Страсть в голосе подтвердила искренность его слов.
Я улыбнулась в ответ.
— И я тебя.
Кийо ушел, а я закуталась в простыни, как куколка. Наружу совсем не хотелось. Но придется. Предстояло путешествие в Мир Иной, в навязанное мне королевство. Проверю, как там дела. Как видите, Майвенн — не единственная королева в жизни Кийо.
Но это не главная проблема сегодня.
Настоящий ужас меня ждет на традиционных посиделках в честь еще не рожденного малыша джентри.
Попасть в Мир Иной мне куда проще, чем обычному человеку. Но напрягаться все же надо. Собрав вещи, я доехала до национального парка Сагуаро и зашла в отдаленный угол. Там две неприметные тропинки сходятся в перекресток — это и есть врата в Мир Иной. Наши миры очень близки и часто соприкасаются. Но не всегда люди могут перенестись в другую реальность в собственном теле. Опять же обычные люди. Им приходится становиться привидением или элементалом. Но я… я наполовину джентри, хоть это и раздражает. «Обрадовали» меня совсем недавно, никак не могу привыкнуть. Но именно это позволяет довольно легко бегать туда-сюда по мирам.
Я остановилась точно в центре перекрестка и закрыла глаза. Первым делом скользнула в транс, похожий на тот, в который впала вчера, чтобы изгнать духа. На плече у меня есть особая татуировка: зеленоватая змея, символ Гекаты, богини трансформаций и хтонической магии. Вызвала богиню, использовала магию. Мгновение — и я в Мире Ином. В собственном замке.
В себя я пришла быстро, как всегда. И где это я? Ага, в нужном месте. Небольшая, скудно меблированная гостиная. Посреди комнаты, на полу — белое пресс-папье в виде кролика. Я вложила в него часть души, чтобы переноситься именно сюда, а не куда попало.
В коридоре звонко простучали каблучки, и длинноволосая блондинка с сияющими глазами заглянула внутрь. Увидев меня, заулыбалась.
— Ваше величество! — радостно ахнула девица и, оглянувшись, крикнула кому-то в коридоре: — Королева! Королева прибыла!
Я поморщилась. Боже, ну нельзя, что ли, без этого пафоса? Век бы их всех не видела…
Замолчав, женщина подбежала и стиснула мне руку. Это Ниа, моя фрейлина. Вы бы назвали ее статс-дамой королевы: в основном Ниа отвечает за наряды и прочие женские мелочи.
— Все готово для поездки в Ивовое Царство, — доложила она. — Я подобрала вам изумительное платье.
Я покачала головой и потянулась к рюкзаку. Одежда джентри — сплошь тяжелая вышивка и прочая вычурная мишура. Не желаю мучиться!
— Надену это.
Ниа посмотрела на платье, потом — на меня.
— Шутите, ваше величество?
Голубые глаза светились мольбой.
Но тут (трижды ура!) в комнату ввалилась толпа придворных. Все еще скорбно созерцая платье, Ниа спряталась в уголок. Да уж… Наверное, никогда к ним не привыкну.
Высокая, сильная и изящная женщина с блестящими черными косами шагнула вперед. Шайа, мой регент, надежда и опора Тернового Царства, взвалила на себя всю грязную работу, о которой я и слышать не желаю. И я безмерно ей благодарна.
Следом за Шайей вошел Рюрик, мой военачальник. Личная охрана — это отлично, когда привыкнешь, что за тобой везде таскается толпа здоровенных мужиков. Наше с Рюриком знакомство теплым не назовешь: не сказав «здрасьте», капитан попытался меня изнасиловать. Красавчик, блондин крепкого телосложения, Рюрик верен, как собака, хоть и страшный бабник. Постоянно флиртует с работницами из замка. Однажды я самым любезным тоном сказала вояке, что порву в клочки, если узнаю, что он еще кого-то обидел.
Пришли несколько слуг, которых я унаследовала вместе с замком после того, как прикончила тогдашнего короля. Знать не знаю, как их всех зовут. Ну и ладно.
— С возвращением, — улыбнулась Шайа.
Она не восторгалась, как Ниа, но, казалось, искренне рада видеть меня.
— Ваше величество, — пропели остальные, приседая в поклонах.
Слуги дождались, пока я упаду в кресло, и тоже расселись кто куда.
— Ниа сказала, можно отправляться? — осведомилась я, не в силах скрыть недовольство.
— Да, — ответила Шайа. — Ждем вашего приказа. Если не спешить, будем на месте часа через три.
Я рыкнула:
— Три часа! Бред! Я доберусь туда в два раза быстрее через портал в своем мире!
Шайа снисходительно усмехнулась: для нее такие споры не в диковинку.
— Вы не можете явиться ко двору Майвенн без надлежащего сопровождения.
Рюрик, лениво развалившийся в кресле, сверкнул улыбкой:
— Имидж, ваше, величество.
Я потерла глаза.
— Ладно, черт с ним. О Жасмин ничего не слышно?
Улыбка Рюрика потухла.
— Нет. Мы рассылаем отряды по всему королевству, но ее пока не нашли.
Невероятно! Вы, ребята, заставляете деревья ходить, а камни — летать, но не в силах найти одну-единственную надутую малолетку!
— Рано или поздно я отыщу вашу сестру, — нахмурился капитан.
Думаю, это для него дело чести.
Я кивнула. Больше обсуждать нечего. Ожидание бесило. Каждая утекавшая секунда увеличивала шансы Жасмин, пятнадцатилетней дуры, забеременеть и родить предсказанного ребенка, который завоюет мир людей. Я тоже под властью пророчества, но у меня хотя бы есть мозги. Черт!
— Что вообще тут у вас новенького?
Шайа, как всегда, по-деловому спокойна:
— Справляемся, ваше величество.
Ее невозмутимость похожа на глухую стену, но я заметила плохо скрываемое неодобрение на лицах остальных. Моим подданным не нравилось наплевательское отношение королевы к своим обязанностям. Подозреваю, Шайа тоже этого не одобряла, что не мешало ей избавлять свою повелительницу от подробностей повседневной жизни Тернового Царства. Она понимала, что мне совершенно не хочется все это выслушивать, интересуюсь я чем-то или нет, — вот и не болтала зазря.
Разглядывая лица, я наконец заметила, что в замке стоит жуткая духота и все обливаются потом.
— Господи, ну и жарища, — выдохнула я.
Люди уставились на меня как на тупицу. А чего еще ждать? Когда я завоевала королевство, земля изменила облик под мой идеальный мир — пустыню Сонора. Замок остался прежним — могучей глыбой черного камня, который как ненормальный накапливал тепло. Вдобавок — ужаснейшая вентиляция. Строение куда больше подходило для прохладной, туманной местности.
Во времена прежнего правителя, Эзона, земля была зеленее, а климат — мягче. Мы с Эзоном крепко повздорили из-за того, что он пытался заделать ребенка Жасмин, да еще и ко мне приставал, надеясь стать отцом принца-завоевателя из пророчества. И вообще Эзон был законченным подонком. Я убила его в бою. Когда правитель гибнет, королевство само ищет замену. Я просто оказалась рядом. Заявила права на трон, ничегошеньки не соображая, и получила отклик самой земли — королевство превратилось в отражение Тусона.
Тут меня осенило: из-за своей непутевой королевы придворные просто жарятся заживо! И никакие технические прибамбасы не помогают, потому что у джентри их просто нет. А если еще вспомнить климат до моего появления…
Я мысленно увидела частицы влаги в воздухе вокруг. Немного, но есть. Притянула в комнату побольше, превращая соседние коридоры и залы в раскаленные печки. Зато здесь стало прохладнее. Меня обдало легкой дрожью, как всегда от магии джентри.
Раззадорившись, я попробовала сделать легкий ветерок. Ничего. Однажды получилось, но успех так и не повторился.
Шайа усмехнулась.
— Благодарим вас, ваше величество.
Я улыбнулась в ответ и встала. Придворные торопливо последовали за мной, но я отмахнулась.
— Можете посидеть тут. Еще пару минут будет прохладно. А я займусь… своими делами. Потом — в дорогу.
Я вышла во внутренний двор замка, на любимую широкую ступенчатую площадку. По краям ее высились сагуары и цветущие опунции. Дымчатый терн с пурпурными цветами, давший название этой земле, и мескитовое дерево стояли как часовые, разливая в воздухе пряный аромат. То здесь, то там порхали колибри, яркие, словно крылатые драгоценные камни.
Присев на одну из ступеней, ведущих в верхний сад, я закрыла глаза. Будь моя воля, тут бы забыли даже имя Эжени Маркхэм. Но Терновое Царство привязало меня к себе, и я должна его обихаживать, иначе земля погибнет. Я не вполне понимала нашу связь, но сбежать не могла.
Солнце нещадно палило, напоминая об ответственности человека перед природой.
Я расслабилась — и вскоре слилась с живой сущностью земли. Мельком вспомнила, как поначалу пугалась… Царство было частью меня, а я — частью его. Мы неполноценны друг без друга.
Я очнулась примерно через час. Земля по-прежнему со мной. Долг на сегодня выполнен.
Вскоре наш отряд двинулся в путь. Верхом на лошадях. Представляете, каково мне было поначалу? Но в этом мире нет ни машин, ни самолетов, так что пришлось снова приспосабливаться.
Со мной отправились Шайа, Рюрик, Ниа и примерно дюжина воинов. Стражники ехали спокойно, внимательно глядели по сторонам. Рюрик, когда не орал приказы, болтал с Шайей и флиртовал с Нией. Непринужденные беседы — не мой конек, так что я молчала и слушала.
Стояло позднее утро, и солнце безжалостно палило. Я переносила жару лучше, чем остальные, потому что надела шорты и солнечные очки. Шайа и Ниа облачились в легкие платья. А вот мужчинам в броне пришлось нелегко. Пот градом катил по лицам, но никто не жаловался, даже Рюрик.
Первая смена ландшафта вызвала у всех невольный вздох облегчения. Пространство Мира Иного частенько играет само с собой в чехарду. Путешествие по нему сбивает с толку. Если идти из моего царства по прямой, вполне можно завязнуть, долго ходить по кругу… а потом вернуться в исходную точку.
Мы оказались в Дубовом Царстве. В мгновение ока весь мир переменился, как будто Тернового Царства и не было никогда за спиной. Кто-то из стражников, до сих пор хранивший мрачный вид, издал радостный возглас, и все засмеялись. В Дубовом Царстве царила поздняя осень, деревья пылали разноцветной листвой. Зрелище роскошное, прохладный воздух — царский подарок для измученного жарой отряда. И только мне хотелось как можно скорее отсюда выбраться. Слишком много тревожных воспоминаний оживило это место.
Вскоре мы снова пересекли границу Тернового Царства и окунулись в убийственный жар. Мне иногда казалось, что отряд ездит по кругу, но спутники уверяли: все в порядке. Парились мы недолго. Следующая граница открыла путь в Рябиновое Царство. Там стояло позднее лето, куда мягче, чем на моих землях. Повсюду цвели вишни. Когда я в последний раз их видела, деревья сплошь покрывали розовые бутоны. Теперь, если приглядеться, можно увидеть ярко-красные плоды.
И тут на нас бросились умертвия, злобные неупокоенные духи.
Эти твари могут становиться невидимыми. Так что от охраны никакого толку.
Призраков было семь: бледные, длиннолицые, в серых хламидах. В основном похожи на людей и джентри. Они засветились — и на нас обрушился «дождь» чуждой враждебной магии. Умертвия — более сильные маги, чем блистающие. Мои чары в таких ситуациях бесполезны, как и заклятия моих спутников. Боевой магией владели только специально обученные солдаты, но в отряде не было ни одного.
Серебряные пули в моем «глоке», скорее всего, причинят им вред. Это было бы здорово, если бы не стража. Воины преданно сомкнули ряды вокруг меня и Нии. Так что стрелять я могла только в собственных охранников.
— Выпустите! — завопила я всем сразу, — Я могу драться!
Стражники в ответ только громче заорали: «За королеву!»
Я выругалась, но это не помогло. Тогда я встала на цыпочки, прицелилась и выстрелила в грудь одному из умертвий. Не убила, но серьезно ранила. Довершило дело… ожившее вишневое дерево. Это Шайа. Прежде чем заняться политикой, она зарабатывала на жизнь мечом и боевой магией.
Вскоре я догадалась, что нужно нашим противникам. Умертвия хотели меня… нет, не убить, а в романтическом смысле. Не обращая внимания на остальных, они старались прорваться через кольцо стражников и достать вожделенную дочь короля Бурь. Затошнило. Накатил старый знакомый страх. Меня не испугает контузия, переломы или другие «побочные эффекты» профессии. Но не изнасилование. Особенно теперь, когда весь Мир Иной знает мою родословную. Папаша был великим, страшным военным диктатором — и одним из сильнейших магов мира. Он всеми фибрами души желал пересечь грань между измерениями и покорить человечество. И ему это, черт подери, почти удалось! Если бы не Роланд… Вскоре после гибели отца какой-то гад напророчил, что сын его дочери завершит труды деда. Мы с сестрой превратились в товар повышенного спроса для всех честолюбивых мужиков Мира Иного… И Жасмин, в отличие от меня, это нравилось.
Когда надоело изгибаться и выглядывать из-за плеча воина, я вытащила волшебную палочку и начала изгонять умертвий куда положено. Пусть уже упокоятся. Я делала свою работу, стражники делали свою — и внезапно все стихло. Умертвия закончились.
Все поголовно тут же кинулись ко мне, несмотря на то, что двое телохранителей лежали бездыханными, а другие обливались кровью.
— Займитесь ранеными! — рявкнула я.
Хвала богам, никто не погиб. Убить джентри в их собственном мире не так-то просто. Один из стражников оказался целителем, и довольно много времени ушло, чтобы поправить здоровье отряда. Когда наконец мы двинулись в путь, Шайа посмотрела на солнце и нахмурилась.
— Похоже, опаздываем.
Я подумала о Кийо. Потом — о Майвенн. Потом о ее дьявольской красоте. Даже сейчас она умудряется выглядеть как богиня. Опоздать на ее рафинированную вечеринку, нарушить этикет, ощутить на коже ледяные взгляды… Захотелось пуститься вскачь, как никогда прежде.
К несчастью, раненые не могли ехать быстро. Поэтому, чтобы сэкономить время, пришлось разделиться. Вскоре авангард посольства пересек границу Ивового Царства — и на нас обрушилась прохлада. Зима там едва уступила весенней оттепели, и холод шокировал организм. Мы, как говорится, ехали, ехали и наконец подъехали.
Слуги Майвенн изумленно вылупились на нашу расхристанную компанию, но быстро сориентировались. Предоставили дамам комнату, где можно было привести себя в порядок. Ниа билась в истерике, пока я и Шайа торопливо мылись и переодевались в свежие платья. Ниа у нас вроде магического стилиста, и ее убивает мое невнимание к ее способностям. Я видела, что руки у нее так и чешутся сотворить нечто неописуемое с моими волосами, но покачала головой:
— Нет времени. Давай по-быстрому.
Подчинившись, но не согласившись, она с помощью магии и щетки превратила мои волосы в сияющие шелковистые пряди, слегка приподняла их заколкой, потом вытащила пару маргариток из ближайшей вазы и воткнула рядом с украшением. Прическа продержится в идеальном порядке несколько часов.
Я слегка сбрызнулась фиалковой водой, чтобы перебить неприятный запах, если он остался, и заявила, что готова.
Когда мы с Шайей дошли до бальной залы, стало ясно, кто последний. Куча народу — красноречивое тому свидетельство. Я громко вздохнула.
— Все нормально, — пробормотала Шайа. — Вы — королева. Вам положено быть эксцентричной. Спрячьте смущение.
— Может, проскользнем незамеченными?
Она не успела ответить. Герольд у входа хорошо поставленным, рассчитанным на большую толпу голосом провозгласил:
— Ее королевское величество Эжени Маркхэм по прозванию Черный Лебедь Одиллия, дочь Тиригана, короля Бурь, защитница Тернового Царства, возлюбленная богини растущей луны!
Все тут же посмотрели на нас.
Я вздохнула и сама себе ответила:
— Видимо, не можем.
Справившись с волнением, я поняла, что Ниа была права насчет платья.
Обычно джентри одеваются, как на ролевой игре по Средневековью, участники которой глотают экстази: шелк, бархат, атлас, иногда — кожаные шмотки; обилие драгоценностей, откровенные фасоны. От блеска всего этого аж в глазах рябило.
А на мне — сарафан в винтажном стиле: тонкий, желто-коричневый, с россыпью крошечных желтых цветочков, завышенной талией и чуть расклешенным подолом до колен. Лямки завязаны на шее, большая часть спины обнажена, открывает татуировки: полную луну с женским ликом на шее и гирлянду фиалок на талии. В сочетании с рыжеватыми волосами смотрится шикарно.
Увы, как бы дорог и моден ни был стиль шэбби-шик в мире людей, попав в таком виде в высокобюджетное кино о Средневековье, вы будете похожи на… крестьянку.
— О боже, — прошипела я Шайе, пока мы шли по залу, — я выгляжу совершенно неуместно.
— Тихо! — огрызнулась она, потеряв терпение.
А такое с ней случалось ой как редко…
— Вы — королева Тернового Царства. Вы уничтожили одного из самых могущественных правителей блистающих. Вы можете носить все, что вам заблагорассудится, вот и ведите себя соответствующе!
Я подавила возражения в надежде, что она права. Вдруг почувствовала себя маленьким испуганным ребенком, и до смерти захотелось крепко ухватиться за руку «тети Шайи». Подобное внимание для меня всегда пытка. Шайа пообещала держаться поблизости, помогать с этикетом, но и это не слишком успокоило. Я следовала ее советам и хранила высокомерный вид только благодаря огромным усилиям воли. Гадкие мысли о внешности не желали покидать голову.
— Сначала вам нужно поздравить Майвенн, — прошептала Шайа, — а потом большинство гостей сами подойдут, чтобы представиться. После принятия титула это ваш первый выход в свет, вы всем интересны.
— Ясно. Сначала — Майвенн.
Королева Ив сидела в окружении толпы придворных. Мы направились к ним. По дороге я ответила на кучу кивков, поклонов и реверансов. В зале оказалось не так много монархов, большинство гостей были ниже титулами. Несколько человек показались мне знакомыми. Наверное, я видела их на балу прошлой весной.
Мы подошли к толпе обожателей Майвенн. Я собралась было забиться в уголок, но люди расступились — и мы с Шайей предстали пред светлые очи королевы.
Майвенн сидела на деревянном, искусной резьбы, троне с позолоченными украшениями. Королева и сама сияла золотом: ослепительная загорелая кожа, длинные волосы, как солнечная волна. Одеяние сине-зеленого бархата — под цвет глаз — выгодно подчеркивало фигуру будущей матери. Но лучшим украшением, по-моему, был Кийо, стоявший рядом, положив руку на спинку кресла. Он оделся как джентри: простые черные брюки и туника белого шелка с длинными рукавами вполне подошли бы и для человеческого мира. Секунду он смотрел на меня, а потом снова остановил взгляд на собеседнике Майвенн. Его теплые темные глаза словно подожгли пространство между нами, и я вздрогнула всем телом, вспомнив прошлую ночь.
— …Наилучшие пожелания вам и ребенку, ваше величество, — говорил мужчина. — Воистину, это радостное событие, и мы молим богов ниспослать вам счастья и крепкого здоровья.
Я вспомнила слова Кийо: это не столько чествование еще не родившегося младенца, сколько церемония благопожеланий. Дети у джентри — явление исключительное и, как правило, достаются матерям с большим трудом. Да и после рождения часто умирают, не поймешь почему. А такой праздник добрых пожеланий, верили джентри, принесет ребенку счастье и благополучие.
Придворный закончил речь и дал знак слуге с подарком в руках. Тот протянул господину небольшой золотой ларец. Гость открыл его. Из толпы долетели несколько вздохов, и я нагнула голову, пытаясь получше рассмотреть, что там. Увидела только алое сияние.
— Первые рубины моей земли, идеальной огранки и шлифовки, в дар вашему сыну или дочери.
Я удивленно посмотрела вокруг: интересно, только мне подарок показался нелепым? На кой черт младенцу ящик рубинов? Подавиться? Подарочку явно не хватало наклейки «Для детей старше трех лет». Меня никто не поддержал, толпа охала от восторга.
Только Кийо, увидев выражение моего лица, на секунду ехидно усмехнулся.
Даритель удалился, и все глаза обратились на меня. Мы прибыли не первыми, но титул позволил мне «влезть без очереди». Следуя наставлениям Шайи, я шагнула вперед и поцеловала Майвенн в щеку. Она вернула поцелуй.
— Эжени, как я рада снова видеть тебя!
Судя по ее лицу, королева не врала. Или очень уж умело прикидывалась: у Майвенн всегда такой счастливый вид… Кажется, она и впрямь наслаждается происходящим. Подозреваю, ее доброта в основном искренняя. Но общаться со мной ей все же не очень приятно. Думаю, причина ясна.
Глядя на будущих родителей, я внезапно представила их в постели. Интересно, Кийо был так же ненасытен с ней, как со мной? Нравилось ли ей это?
Выбросив дурные мысли из головы, я попыталась улыбнуться в ответ.
— Благодарю за приглашение. Прошу извинить, что опоздала.
Майвенн отмахнулась:
— Ты вовсе не была обязана приезжать. Но я рада, что ты здесь.
Изысканных речей я не готовила, так что сказала по-простому:
— Я… очень счастлива за вас. Надеюсь, все пройдет прекрасно.
Оглянулась на Шайю, которая держала рюкзак. Она протянула сумку мне, и туча любопытных взглядов словно скользнула следом. Как же, всем интересно, что подарит малышу получеловеческая королева… Любовный треугольник Кийо не был секретом. Сплетни по Миру Иному разносились быстрее ветра.
Я вытащила плюшевого мишку и протянула Майвенн. Она удивленно приняла подарок, погладила темно-коричневый мех. Я за этого мишку кучу денег отвалила. Продавец сказал: дизайнерская модель, очень нравится состоятельным мамочкам.
— Это… игрушка, — объяснила я, смутившись.
— Он чудесный, — сказала королева Ив, дотрагиваясь до швов на медведе, — Наши произведения не сравнятся с вашими. Спасибо.
— И еще… Если честно, я была уверена, что не смогу подарить ребенку то, чего у него еще нет. Так что я сделала от его имени пожертвование для больных детей. Вернее, когда вы дадите малышу имя, я скажу, что это было от него.
Позабыв о мишке, Майвенн озадаченно уставилась на меня.
— Не понимаю.
Толпа придворных тоже, видимо, ничего не поняла.
— Я… скажем так, дала денег людям, которые помогают больным детям. Они используют эти средства, чтобы позаботиться о них, и это будет…
Елки-палки, как же им объяснить?
— Это будет сделано в честь вашего ребенка.
Лицо Майвенн озарилось неподдельным восторгом. Подарок понравился.
— Это очень благородный шаг, — пояснил Кийо.
Пылающий взгляд моего лиса ясно говорил, что ему уже не терпится поблагодарить меня от всей… души.
Майвенн прижала мишку к пышной груди и задумалась.
— Такой добрый поступок… во имя ребенка…
Лучась счастьем, она снова обратилась ко мне:
— Подобные деяния принесут милость наших богов. Благодарю, Эжени.
Шепоток понимания прошелестел позади. Мы перебросились еще несколькими репликами — и я уступила место очередному благожелателю.
— Ну как, сойдет? — спросила я Шайю, когда мы отошли в сторону.
— Не то слово! — Она даже смутилась. — Я сомневалась насчет вашего подарка, но теперь все понимаю.
Тут Шайа глянула в толпу и тихо сказала:
— Сюда идет Катрис, королева Рябинового Царства.
Я с интересом посмотрела на гостью, потому что уже несколько раз была проездом в Рябиновых землях. По человеческим меркам Катрис выглядела лет на пятьдесят, значит, ей несколько сотен. Седина лишь немного тронула ее черные волосы, а темные глаза сверкали проницательностью. Королева выглядела величаво в наряде красно-белого атласа.
— Ой-ой-ой! Наконец-то! Терновая королева! Дорогое дитя, вы слишком часто избегаете общества.
Она обняла меня и чмокнула в щеку. Чуть более слюняво, чем Майвенн. Слегка оглушенная вниманием, я вернула любезность. Катрис пахла розами.
— Очень… рада встрече.
— Какая красавица! Ты погляди, Марлин. Разве она не прекрасна?
Королева Рябинового Царства вцепилась в руку мужчине примерно вдвое старше, с клочковатыми седыми волосами, еле прикрывающими лысину. Судя по взгляду, он витал в облаках.
— Что? — спросил Марлин.
Катрис повысила голос:
— Красавица. Разве она не красавица?
— Касается, — пробормотал старик, уставившись на что-то слева от меня.
— Герцог Марлин, супруг королевы, — шепнула Шайа.
— Ты только посмотри на себя, только посмотри! — продолжала неугомонная Катрис, — И как такая малышка могла убить Эзона? А? Старик Тириган, король Бурь, гордился бы дочкой.
Я дернулась от удивления. Не хотелось говорить ни об Эзоне, ни об отце. Не обратив внимания на мою реакцию, Катрис радостно замахала проходившему мимо юноше. Парень изящен, хорош собой, волосы цвета воронова крыла собраны в конский хвост. Одет в те же цвета, что и Катрис. Я вспомнила флаг Рябинового Царства: дерево в обрамлении алого и белого. Они оба явно патриоты.
— Дорогой, дорогой! Иди поздоровайся с Терновой королевой!
Юноша с улыбкой приблизился к Катрис и отвесил изысканный поклон.
— Мой сын, Лейт. Лейт — королева Эжени.
Парень поцеловал мне руку, как велел обычай.
— Счастлив видеть вас, ваше величество.
— Взаимно.
Любопытно… Принц джентри. Редкое явление. Ни у кого из монархов — кроме Майвенн — детей нет.
Лейт очень милый — и, похоже, вовсе не собирается тащить меня в постель. Захотелось завязать знакомство. Но как начать разговор? Катрис помогла:
Разве она не прекрасна, Лейт? Мне до сих пор не верится, что эта девочка убила старика Эзона. А ты как думаешь? Я правильно помню, дорогая, ты утопила его?
Я неловко прокашлялась.
— Гм… не совсем так. Я вытянула воду из его тела и взорвала его.
— О! — Катрис всплеснула руками, словно услышала самую чудесную в мире новость, — О! О! Разве это не очаровательно! И как умно!
Лейт, увидев, что мне неприятно, торопливо заметил:
— Матушка, уверен, Терновая королева предпочла бы обсудить более приятные вещи. Сегодня вряд ли стоит говорить о смерти.
Я благодарно улыбнулась спасителю. Разговор перешел в мирное русло, и я поняла, что принц куда лучший собеседник, чем его матушка.
— Я видел ваше впечатление от рубинов, — поддразнил он меня, — Находите дар неподходящим для ребенка?
Я скорчила гримасу.
— А зачем они ему? Хотя можно украсить камнями колыбель или сделать декоративную подвеску над кроваткой. У вас принято дарить такие подарки?
— Боюсь, да, — улыбка не сходила с лица принца, — Вы правы: Майвенн может дать малышу все, что нужно. Большинство же гостей стремятся угодить королеве, а не младенцу — отсюда и бесполезные дары.
— Вот еще, Лейт, — забрюзжала его мать, — это смешно. Уверена, ребенок Майвенн будет в восторге от хрустального сервиза, который мы ему подарили.
Я извинилась и сказала, что ухожу. Лейт на прощание снова поцеловал мне руку и тихо произнес:
— Прошу извинить матушку. Она обычно говорит не думая.
Я рассмеялась.
— Все в порядке, — прошептала я в ответ, — Она — королева.
Тогда Лейт сказал более громко, как положено:
— Надеюсь, вы нанесете нам визит. Мама умирает от желания принять вас у себя при дворе.
— Конечно, — заверила я его, — на днях.
И постаралась вернуть любезность:
— Вы тоже желанные гости в моем Царстве. Я редко бываю в этом мире, но приезжайте в любое время.
Лейт просиял, как и Катрис. Королева даже замолчала… Да, произвела я впечатление…
— Благодарю, ваше величество. Буду очень рад. Я слышал потрясающие рассказы о вашей земле. Говорят, она сурова, но прекрасна.
Шайа тихо рассмеялась, когда мы отошли.
— Вы даже не представляете, что наделали.
Я удивленно посмотрела на нее.
— В смысле?.. Кажется, я неплохо справилась, учитывая бесконечную болтовню мамаши.
— Не обманывайтесь. Катрис хитроумнее, чем кажется. И могущественнее. К несчастью, ее сын не таков.
— Лейт? Что ты хочешь сказать? По части волшебства?
Шайа кивнула.
— Он почти лишен дара. И не сможет унаследовать королевство матери.
— Ничего себе…
Джентри живут так долго, что я никогда не задумывалась о вопросах наследования.
— Но он кажется весьма смышленым.
— Так и есть. Даже слишком. Он ученый. Создает вещи, которые меняют мир. Недавно изобрел машину для печати книг, как у людей. Больше не нужны армии переписчиков.
— Печатный станок? Ничего себе!
Кто бы мог подумать? Лейт — джентрийский Гуттенберг! Здорово! Может, Мир Иной на пороге индустриальной революции?
— И это не поможет ему с короной?
— Нет.
Шайа совсем не сочувствовала принцу. Магическая сила — прокрустово ложе в мире джентри, поэтому папаша и звезда до сих пор. На меня тоже отсвечивает неслабо. Многие верят, что в один прекрасный день я сравняюсь с ним по силе.
— Гениальности недостаточно, чтобы подчинить землю. Ему как воздух нужна сильная супруга.
Я споткнулась на ровном месте.
— Что? Ты это про меня?
— Они, несомненно, смекнули, что вы — выгодная партия. Могущественная, со своим царством. А человеческая кровь и способность к зачатию ставят вас вообще вне конкуренции. Плюс еще пророчество…
— Господи! Да вы тут все рехнулись…
Шайа, похоже, от души веселилась, наблюдая за мной.
— Как я уже сказала, Катрис — очень хитрая тетка. Она не лгала, когда говорила, что хотела с вами встретиться. Вероятно, давно вынашивает идею. Вы пригласили Лейта… Держу пари, он не заставит себя ждать.
— Господи, неужели тут нельзя ни с кем быть просто друзьями? Почему каждый парень здесь — потенциальный жених? Лейт милый, но… увольте.
Наверное, мне не стоило так удивляться. Джентри — ребята абсолютно без комплексов. Это уже демонстрировали несколько пар по углам зала. Потому все происходящее кажется им романтическим свиданием. Учитывая совершенно неромантические потуги умертвий по дороге сюда, я должна была быть благодарной Лейту за более-менее цивилизованное поведение. Но меня все это чертовски утомляет.
В тот день Шайа представила меня множеству придворных. Большая часть имен и лиц смешалась в голове, как каша-размазня. Я улыбалась и кивала, мечтая оказаться дома, в постели с Кийо.
Под конец вечеринки мое внимание привлек новый персонаж.
Первое, что бросилось в глаза, — темная кожа, восхитительная редкость в этой части Мира Иного. Черные волосы падали на лицо и плечи незнакомца множеством тоненьких косичек, выделяясь на фоне темно-красного плаща.
Он склонился над моей рукой, изысканным жестом откинув складки одеяния.
— Ваше величество, — проворковал мужчина с еле уловимым французским акцентом, — большая честь для меня. Рассказы о вашей красоте не идут ни в какое сравнение с реальностью. Я — Жерар де ла Колин.
— Должно быть, вы прибыли издалека.
Географически Мир Иной — отражение нашего.
Здесь, недалеко от Аризоны, говорят на разных вариантах американского английского. Я вдруг подумала: а как местные правители выгнали отсюда джетрийскую версию индейцев?
— Ради удовольствия видеть вас я готов проехать полмира. Но если угодно, я с огромным удовольствием поведаю вам историю моей родной земли. Ее красота заставляет проливать слезы… Хотя, должен признать, ваша земля тоже заставляет людей плакать — правда, несколько по другим причинам.
Я рассмеялась.
— Вы правы. Что посеешь, то и пожнешь.
— Терновые земли суровы и прекрасны, как их королева. — Жерар склонил голову. — Если вдруг вам понадобится что-нибудь сотворенное из металла, — я обладаю скромными способностями к работе с ним. Пока ваш покорный слуга живет в Рябиновом Царстве, но с удовольствием сделает все, что вы пожелаете.
Я поблагодарила его и сказала, что подумаю. Когда мы распрощались, я повернулась к Шайе.
— Он мне понравился. Но, позволь, догадаюсь: он тоже хочет затащить меня в постель и стать отцом моего ребенка?
— Он бы не отказался… Только вряд ли ему нужен ребенок. Жерар и в самом деле талантлив — в его жилах даже течет немного людской крови, что позволяет ему работать с железом. Но… кузнец увивается за людьми высокого происхождения и пытается завести знакомства, чтобы в один прекрасный день прибрать к рукам какое-нибудь царство.
Только Шайа могла столь деликатно сказать, что он всего лишь подлиза и прилипала, готовый на все ради своих амбиций. Но это не отменяет его таланта. Неплохо бы им воспользоваться: заказать для нашей доброй подруги, Терновой королевы, достойный венец.
Спокойный, выразительный голос разорвал мне сердце. Я застыла как вкопанная. Медленно обернулась — и утонула в зеленых, обрамленных длинными ресницами глазах, пронизанных золотисто-ореховыми искорками. Красоту внезапного собеседника подчеркивала волна огненных волос, подобных листве его лесов.
Дориан, владыка Дубового Царства.
— Ваше величество! — радостно воскликнула Шайа, сгибаясь в почтительном поклоне. — Доброго здравия! Как поживает ваше Царство?
Дориан улыбнулся и слегка потрепал ее за подбородок.
— Боишься, что без тебя все придет в упадок? Признаюсь, дела обстоят хуже, чем раньше, но мы справляемся. Не сомневаюсь, молодая королева нуждается в тебе больше, так что я еще пострадаю немного ради ее благополучия.
Дориан пристально посмотрел на меня. Я промолчала. Шайа задумчиво поглядела на нас, и радость на ее лице сменилась тревогой.
— Прошу прощения у ваших величеств. Пойду поищу чего-нибудь освежающего. Вернусь через минуту.
Не успела я и слова сказать — а Шайа уже сбежала. Я подумала отправиться следом, но…
Дориан теперь вел себя сдержаннее, однако его всегдашние насмешливость и ленивое изумление, увы, не пропали. Он словно играет пьесу своей жизни для большой восторженной толпы: всегда манерен и драматичен. А уж эти его двусмысленные комментарии…
— Вот мы и встретились, Эжени, — Дориан небрежным движением расправил складки наряда черного бархата с золотистым и красным орнаментами по краям. — Ты, как всегда, ослепительна.
— Прекрати, ради всего святого! Я самая чудовищно одетая женщина в этом зале!
— Нет. Я видел посудомойку, она была одета куда хуже. А корона и правда была бы кстати. Подчеркнула бы твой титул. Но оставим это. Платье прелестно, несмотря на простоту. Вскоре ты увидишь на других женщинах похожие наряды. Даже в таком облачении тебе трудно не привлекать взгляды. Всему виной твоя красота. Подобного очарования никогда не будет у этих расфуфыренных дам, сколько бы дорогих тяжелых тканей они на себя ни намотали.
— Ты и сам замотан в приличное количество дорогой тяжелой ткани.
Уголки его губ изогнулись.
— Если она тебе не по вкусу, я сниму ровно столько, сколько пожелаешь.
Я закатила глаза. Удар попал в цель. Вспомнилось его совершенное тело в лунном свете надо мной, привязанной к кровати. Всего одна ночь, только одна… Прошло уже три месяца, а я никак не могла выкинуть его из головы. Сладостные воспоминания переполнили смущенный разум.
Задолго до той ночи Дориан стал одним из первых моих союзников в Мире Ином. Соратник короля Бурь, он с радостью сделал бы мне ребенка, но ни разу не пытался применить насилие. Он хотел, чтобы я сама решила остаться с ним. В конце концов он помог мне победить Эзона и обучил азам магии.
— Ты уже что-нибудь подарил Майвенн? — спросила я невпопад, пытаясь увести разговор в безопасное русло.
Прежде чем ответить, он пристально посмотрел на меня.
— Да, разумеется. Что? Несколько отрезов великолепной ткани. Уверен, она найдет им применение. Их раздобыл мой эконом. Жалкий подарок по сравнению с твоим…
Дориан посмотрел на другой конец зала, где Майвенн и Кийо смеялись в компании каких-то дам.
— Полюбуйся на них. Удивительная пара! Пожалуй, когда ребенок появится, закажу их семейный портрет. У самого лучшего мастера. Чтобы подарок подольше их радовал.
Я напряглась.
— Вот что тебе надо было? Ты ни капли не изменился, Дориан. Я не собираюсь вести светскую беседу с ядовитой змеей!
Дориан испустил многострадальный вздох.
— Ты, как обычно, невысокого мнения обо мне, Эжени. Я просто хотел узнать, как у тебя дела. Соскучился. Нравится быть королевой? Твоя земля не погибла… пока… Хороший знак.
Все еще взбешенная издевками над Кийо, я злобно уставилась на Дориана.
— Я вообще не хотела быть королевой. Это ты втянул меня! Не заставь ты меня обманом подчинить землю, я была бы сейчас в Тусоне, далеко от этого цирка.
Обида на Дориана все еще сидела внутри. Не прощу!
— Неправда. Ты бы так же слонялась вокруг, пока твой любовник принимает подарки для ребенка. И мужчины вроде юного принца Рябиновых земель по-прежнему обхаживали бы тебя, потому что ты дочь короля Бурь.
— Вот уж кем я точно не хочу быть!
Дориан беспомощно развел руками.
— Этого не изменишь. Я лишь могу помочь тебе с магическим наследством. Только вот ты этого не желаешь.
Я отвернулась.
— Не нужна мне твоя помощь.
Злость и обида — не главное; я не могла избавиться от предчувствия, что, приняв «помощь» Дориана, рано или поздно снова проснусь в его постели.
Король подошел ближе.
— Ты продолжаешь заниматься самостоятельно?
Я промолчала.
— Ты вообще учишься? Или хоть пытаешься? Странно. Припоминаю, ты говорила, что довольна мастерством, которого достигла со мной.
Он улыбнулся.
— Ну и как успехи? Может, все-таки помочь?
Я вскипела. Происходящее на вечеринке то и дело
выбивало у меня почву из-под ног. Змеиный язык Дориана — окаянная последняя капля. Чаша моего терпения переполнилась!
— Нет! Обойдусь без тебя! Мне вообще не нужна помощь, ясно? Я сама прекрасно справляюсь.
Убийственно тихий смех Дориана окутал меня.
— Эжени, Эжени! Ври кому угодно! Ври своему кицунэ, можешь даже врать самой себе. Но только не мне. Я-то тебя знаю. Я видел, как ты жаждала знаний, как пылала и струилась в тебе сила. Я чувствую то же самое. В твоих фиалковых глазах горит желание ухватить побольше… Тебя пожирает магия.
— Ты, как всегда, выдумываешь.
— А ты, как обычно, отрицаешь очевидное. Ты — такая, какая есть, Эжени. Когда поймешь и примешь это, сможешь творить великие дела.
— Разговор окончен, — огрызнулась я, собираясь уходить.
Дориан схватил меня за руку и неожиданно грубо вернул на место. Я вскрикнула. На долю секунды показалось, что я в его власти. Боль в запястье разбежалась по всему телу горячими волнами, и запах корицы окутал меня, когда мы оказались столь близко друг от друга… Стало трудно дышать, но я постаралась успокоиться.
Такой реакции Дориан не ожидал. Глаза его слегка расширились от удивления. Пододвинувшись еще ближе, он провел большим пальцем по коже моего запястья. Хватка не ослабела.
— Как в старые добрые времена? Похоже, тебе все еще нравится связывание. Молчишь? И в этом не признаешься?
— Серьезно? — съязвила я. — Может, попробуешь трахнуть Кийо? У него похожие вкусы.
В глазах Дориана отразилось изумление напополам с темным желанием.
— Я не совсем понял. Ты наконец купила ему поводок? Знаешь, не все равно, берет тебя животное или ты сама отдаешься чужой власти. Первое — общепринято. Второе — нет. Это сродни искусству. И возможно только в исполнении мастера.
И продолжил таким спокойным голосом, как будто говорил о погоде:
— Я придумал, как мы в следующий раз займемся любовью. Ты будешь лежать на животе. Руки привязаны к изголовью кровати. Придется тебе слегка привстать на колени, приподнять бедра. Ты будешь простерта в униженном поклоне, а я возьму тебя сзади.
Он помолчал.
— Конечно, если у тебя нет других предложений.
Я вырвалась и отошла назад. С удивлением заметила, что вся трясусь.
Самоуверенный, коварный Дориан. Любезная, очаровательная змеюка. Он всегда был таким: когда обманул меня с Терновым Царством, когда я сказала, что хочу остаться с Кийо, — и теперь, когда мы расстались.
И все же он был мне другом и учителем, союзником в битве… и потрясающим любовником. Глядя в змеиные глаза, я четко представила все то, что он только что описал. Почувствовала. И помоги мне Боже, я так этого хотела!
— Мне пора, — выдавила я. Слова будто не хотели вылетать из пересохшего рта. — Надо найти Шайю.
Дориан вежливо склонил голову.
— Разумеется.
Я развернулась, но не успела сделать и шага, как он снова позвал меня:
— Эжени! У моих предложений срок годности не заканчивается. У всех. Так что если передумаешь…
Я прикусила губу, пытаясь сдержаться, и так задумалась на ходу, что едва не врезалась в женщину, идущую навстречу. Красавица со светлой кожей и волосами цвета огня. Небесно-голубое платье с пышными рукавами, как у Золушки, в тон глазам, обрамленным длинными ресницами. Хотя Дисней бы такое декольте запретил, точно. Женщина грациозно избежала столкновения… подкралась к Дориану, обвила его руками и расцеловала в обе щеки.
— Ах вот ты где! — радостно воскликнул тот и вернул поцелуй, правда, в губы. И не спешил отрываться.
Я заставляла себя уйти, но не получалось никак. Дориан, заметив меня-статую, засверкал широчайшей из улыбок.
— Королева Эжени, вы не знакомы с моей очаровательной подругой?
Вот зараза! Знает, что я вижу эту Золушку первый раз в жизни, но наслаждается, разыгрывая невинность.
— Нет, — холодно ответила я, скрестив руки на груди.
Тогда позвольте представить вам Изабель. Она некоторое время… живет в моем замке.
Ага, в замке! В постели она у тебя живет!
Изабель поклонилась, вежливо проронила: «Ваше величество…» А когда выпрямилась… Да, если бы взглядом можно было убить, от меня уже бы и косточек не осталось. Обалдеть можно. Ревнует Дориана. Ко мне! Прижалась к нему — и ну лапать… Знаю, для джентри это нормально, просто до сих пор не могу привыкнуть. Еще объяви во всеуслышание, стерва, что он твой и ты никому его не отдашь, пока жива!
— Очень рада, — ответила я.
Я развернулась и наконец-то ушла. Не имею ни малейшего желания видеть, как эти двое милуются. Если рыжая хочет, чтобы я приревновала, то напрасно тратит время. Между нами все кончено.
— Свежая любовница Дориана, — пояснила позже Шайа.
— Это ясно как белый день.
— Слышала, у него никого не было с тех пор, как…
Ага, с тех пор, как я его бросила.
— И давно? — полюбопытствовала я.
— Ммм… пару недель.
— Пару недель? И это много?
— Для короля Дориана? Вечность. Кажется, эта уже четвертая. Какие-то девушки у него теперь одинаковые… — Шайа многозначительно посмотрела на меня.
— О чем это ты?
— Всегда светлокожие. И рыжие. Фиолетовые глаза найти сложнее, так что он соглашается на голубые.
Чтобы понять, мне понадобилась пара секунд.
— Погоди. Хочешь сказать, Дориан выбирает любовниц, похожих на меня?
— Совпадений так много не бывает, — дипломатично заметила Шайа.
— Господи боже, — ошеломленно проронила я.
Неужели все так серьезно?
Шайа задумалась.
— Похоже, вы не очень-то понравились Изабель.
— Мне тоже так показалось. Она пыталась заставить меня ревновать, — Чтобы избежать расспросов, я добавила: — Но я не ревную.
— Как скажете, — произнесла Шайа.
Тон и выражение лица — сама любезность.
Не знаю, поверила она мне или нет. Это неважно. Я знала правду. Я действительно не ревновала Дориана к Изабель.
Ну, по крайней мере, не слишком.
Ушли мы, как только позволил этикет. Я попыталась использовать против Шайи ее же фразу об эксцентричности королев. Не сработало. Шайа ответила, что мы поставим Майвенн в неловкое положение, если не задержимся еще немного. Так что пришлось болтаться там дольше, чем хотелось, официально прощаясь с остальными гостями. Кийо общался с кучкой благожелателей. Когда мы уходили, он глянул на меня, улыбнулся и шепнул одними губами:
— Скоро…
Обратный путь мы проделали в мрачном настроении. Спешить уже не надо было; думаю, моя подавленность испортила день всем. Кийо вместе с Майвенн… И еще Дориан… До одури хотелось вернуться в свой мир, влезть в пижаму и уставиться в бессмысленный телевизор, пожирая мороженое.
Когда мы пересекли границу Тернового Царства, мороженое стало идеей фикс. Солнце садилось, но от песка и камней еще жарило. Это продлится пару часов, и даже ночью температура, скорее всего, не упадет ниже двадцати двух градусов. В дорогу я снова надела шорты и темные очки, поэтому жара не так сильно беспокоила меня, как остальных. Дориан клялся, что мой сарафан превратится в последний писк моды; интересно, как насчет шортов?
— Впереди селение, — пробурчал Рюрик.
Я вернулась с небес на землю. Действительно, на горизонте чернела кучка домиков. Как и мой замок, они больше соответствовали пейзажам средневековой Британии, чем пустыне. Да, редко я посещаю свое королевство… И еще реже выхожу «в народ». Это первый поселок, который я видела с тех пор, как стала править. Черт, придется туда еще и заехать! Будь проклята нестабильность Мира Иного! По дороге сюда мы не видели никакой деревни.
Что самое грустное, от посещения поселка никак не отвертишься. Объезжать нельзя: легкое отклонение от курса может привести нас в Рябиновое Царство и затянуть путешествие на несколько часов. Я собралась с духом и покрепче ухватилась за поводья. Деревенька небольшая, надолго мы там не застрянем.
Когда мы доехали до окраины, решимость моя испарилась. По обеим сторонам дороги выстроились люди. Такое ощущение, что все местные обитатели вышли поглазеть на нас. Они стояли на обочинах, словно актеры из фильма про Средневековье. Только из фильма малобюджетного. Одежда рваная и грязная, лица — изможденные. Крестьяне поражали худобой, даже дети и младенцы на руках у родителей.
Чем дальше отряд углублялся в селение, тем сильнее меня грызла тревога. Ненавижу всякие сборища и внимание к своей персоне. Но эти люди… Море лиц: тупо-равнодушных и… до смерти перепуганных… И гробовая тишина…
— Чего они так испугались? — шепотом спросила я Рюрика.
Он изумился:
— Вас, конечно же.
— Меня? — поперхнулась я.
Припомнив свой наряд, я снова подумала, что выгляжу глупо. Неужели их так устрашил неподобающий вид правительницы?
— Вы их королева. Всем известно, что вы убили Эзона, а эту историю задушевной не назовешь. Да и ужас перед наследницей короля Бурь никуда не делся за все эти годы.
— И что, меня считают тиранкой?
Рюрик пожал плечами.
— Вы их королева, — повторил он, словно это что-то объясняло.
Я никогда не рвалась в королевы. И уж конечно, не хотела становиться деспотом. Меня пугали все эти глаза, полные апатии, осуждения и усталого пораженчества. Когда мы проехали примерно половину поселка, я вздохнула с облегчением. Но внезапно из толпы вышел человек, и отряд остановился.
Это был старик-джентри, высокий, седовласый и худой. Одет лишь немногим лучше остальных, но держался с достоинством. Старик склонился передо мной, едва ли не коснувшись лицом дорожной пыли.
— О Эжени, великая королева Тернового Царства, твой покорный слуга Даврос приветствует тебя!
Кажется, он сказал именно это. Голос старика был еле слышен. Я смутилась. Что дальше? Мои спутники молчали. Ну да, конечно. Когда мы гуляли у Майвенн, советчики были куда разговорчивей. А только дело дошло до крестьян, стоящих поперек дороги… Видимо, придется разбираться самой.
— Прошу… встань, — выдавила я наконец, — Гм… Даврос?
Он выпрямился, ошарашенный тем, что королева запомнила его имя.
— Благодарю, ваше величество. Я староста деревни. Слов не хватит, чтобы описать, какую честь вы оказали нам своим визитом.
Вспомнилась фраза Рюрика о моей репутации. Так что Давросу я не поверила. Но улыбку выдавила.
— Благодарю. Мы просто возвращаемся в замок.
Староста широким жестом раскинул руки:
— Надеюсь, вы не побрезгуете отдохнуть в моем доме.
— О, спасибо, заманчивое предложение, но…
Шайа громко закашляла. Я посмотрела на нее. Понятно, снова мои желания идут вразрез со здешним этикетом! Сморщившись, я опять поглядела на Давроса. Черт! Ну не хочу я тут задерживаться! Мрачные мысли, видимо, так отразились на моем лице, что старик побледнел и покорно опустил голову.
Я обреченно вздохнула.
— С удовольствием.
Дом у старосты оказался более чем скромным. Мой эскорт там не поместился бы; вошли только Шайа, Рюрик и я. Даврос пригласил пару важных особ из деревенских, да еще тут были его жена и двое сыновей. Мы сели за круглый дубовый стол, жена старосты подала красное вино и что-то вроде пахлавы. Отвечая на любезность, я слегка пригубила напиток.
К счастью, долгих речей от меня не потребовалось. Даврос со товарищи вели разговор большей частью о том, как они счастливы, какая честь повстречать меня, как они надеются послужить моему величеству, и так далее, и тому подобное.
Вот почему меня озадачил внезапный вопрос старостихи:
— Ваше величество, скажите, чем мы прогневали вас? Мы на все готовы, чтобы вернуть ваше расположение.
Я едва не подавилась куском медового пирога.
— Чем это вы могли меня прогневать?
Селяне озадаченно посмотрели друг на друга.
— Ну… — выдавил наконец Даврос, — это же неспроста. Вы прокляли нас, земля перестала родить. Значит, мы что-то натворили…
— Только скажите, в чем мы провинились, — пропищал кто-то еще, — Мы все сделаем!
Ну, приехали… Это точно самый страшный кошмар за сегодня! Что им ответить? Я уже отчаялась получить помощь, когда Шайа наконец подала голос:
— Местные жители привыкли к совершенно другому облику земли, как во времена правления Эзона. Тогда это было Ольховое Царство. Когда земля изменилась, повинуясь вам, прежние способы ведения хозяйства стали бесполезны. Урожая почти нет. Колодцы пересыхают.
Новость отправила меня в нокаут. Хотя сама виновата. Думаю не о королевстве, а о том, как отсюда сбежать. Интересно, давно Шайа знает? Похоже, давно. И Рюрик тоже. Глаза отводит, зараза! Оба в курсе, какая из меня королева, поэтому и не рассказывали. А люди страдают.
И повернулась к Давросу.
— Это не проклятие… Это… просто земля такая. Она стала такой из-за меня.
Деревенские впали в ступор. Я могла только догадываться, каким бредом показались мои слова. Когда правил Эзон, земля была зелена и обильна, полна лесов и плодородных полей. Кто в здравом уме превратит такое чудо в пустыню?
— Но… здесь не выживешь, — растерянно произнес Даврос.
— Теперь ваша земля похожа на мою родину, — сказала я старосте. — Люди там процветают.
Правда, эти люди знают, где и как добывать воду, у них есть магазины и куча других нужных вещей и изобретений. Не говоря уже о кондиционерах.
— Как? — изумился он.
Я не сразу нашла что ответить, ведь я не особо разбираюсь даже в устройстве родного мира. Включаю кран — из него идет вода. Иду в продуктовый — покупаю молоко и кексы. Я в отчаянии напрягла мозг, вспоминая уроки истории Аризоны.
— Ирригация, — выдавила с грехом пополам. — Тыквы, кажется. И… кукуруза.
Выращивают ли местные кукурузу? Или тыквы? Черт. Как я беспечна! Уверена только в том, что кексы в Аризоне не выращивают. Ситуация вышла из-под контроля.
Ни Шайа, ни Рюрик не помогут. Я получила по заслугам. Наверное, я не специально сделала землю столь суровой. Только ничего уже не изменить. Терновое Царство такое, какое есть, и в бедствиях его жителей виновата только я. Но как все исправить? Как им хотя бы чуть-чуть помочь? Я до мозга костей продукт современной цивилизации. Бесполезный в данном случае.
К черту! Кое-что я сделаю!
Я резко встала из-за стола. Люди по обычаю тоже торопливо вскочили с места. Я молча вышла наружу. Позади — неразборчивый шепот Давроса. Видимо, решил, что я оскорбилась и собираюсь поразить неугодных молниями небесными.
Было бы здорово вызвать, например, дождь — если бы хватило сил. Но одна буря погоды не сделает, а я вряд ли смогу часто устраивать подобное. Есть другая идея. Я вышла на середину улицы и замерла. Стражники подтянулись в ожидании приказа, а остальные решили посмотреть, что произойдет.
Я закрыла глаза и открылась миру вокруг. Чистый, свежий аромат пустыни. Еле уловимый ветерок. Солнце отправляется спать, напоследок согревая кожу. Я вдохнула поглубже и потянулась дальше. В воздухе микроскопические капельки воды… Нет, не то. Продолжу поиски. Всмотреться в землю. Ничего… И здесь, и там… Где вода? Шайа говорила, колодцы высохли… Значит, надо искать глубже.
Вот! Сзади… Мы оттуда въезжали в деревню… Вода! Я открыла глаза и бросилась туда, призывая ее. Чувствую: толпа не отстает. Ну и пусть. Все внимание — воде. Добежала до края деревни. Поблизости, словно намек, мескитовое дерево. У мескита очень крепкие корни, они найдут воду сколь угодно глубоко…
Поглядела в недра: водичка, выходи! Ну, выходи же! Нет, она не сможет. Слишком глубоко. Не будет никакого толку, если я просто вытяну влагу наружу… Я обернулась в поисках Давроса и нашла его, испуганного и озабоченного, прямо позади себя. Указала на землю.
— Здесь вода. Копайте.
Старик разинул рот и застыл. Постоял пару секунд. Потом вышел из ступора и принялся командовать:
— Слышали королеву? Несите лопаты! И найдите земляных дел мастера.
Магия земли. Хорошая мысль. У джентри нет ни бульдозеров, ни буров, но есть люди, способные их заменить. Дориан, вероятно величайший из магов Мира Иного, мог вызвать землетрясение, разрушить до основания любой замок.
И вот команда собрана. Я попыталась взяться за лопату, отчего у Шайи и Рюрика едва не случился инфаркт. Точнее, инфаркты, по одному на каждого. Не королевское это дело, видите ли. Так что я наблюдала со стороны. Когда яма стала слишком глубокой, чтобы работать лопатами, двое деревенских чародеев принялись за дело. Даже вместе они уступали Дориану по силе… Но процесс пошел веселее: горы земли сами вылетали из ямы. Наконец внизу раздались вопли ликования. Подойдя к раскопу вместе с крестьянами, я заглянула внутрь. На дне ямы медленно скапливалась грязная вода.
Я посмотрела на Давроса.
— Можете построить здесь колодец?
Надеюсь, смогут. Я лично понятия не имею, как это делается. Видимо, нужны камни и ведро… По крайней мере, ими пользуются сказочные герои.
Даврос энергично закивал.
— Да, да, ваше величество. Благодарим вас!
После этого тиран в юбке резко превратился в чудотворницу. Меня обступили и благодарили, благодарили… Конца этому не было: спасительница, благородная и чудесная, вернувшая к жизни землю… Я обещала, что не забуду их, но остаться на праздник отказалась. Признаться, я не подумала, что эта мелочь так серьезно расстроит селян.
Наконец мы снова сели на лошадей и собрались уезжать. Но тут кто-то потянул меня за ботинок. Удивленная, я опустила глаза: мужчина и женщина средних лет глядят снизу вверх.
— Как вы посмели коснуться королевы! — ахнул Даврос.
Судя по лицу старосты, он боялся, что я передумаю и сровняю поселок с землей.
Я отмахнулась:
— Все в порядке.
Мужчина с мольбой посмотрел на меня:
— Ваше величество, мы наслышаны о ваших добродетелях…
— Это просьба или ходатайство, — прошептал Рюрик.
— Знаю! — огрызнулась я и снова взглянула на пару, — Что у вас?
Мужчина обнял жену.
— Говорят, что вы не только великая воительница, но и могущественная волшебница.
— И еще вы очень добры и сострадательны, — добавила женщина.
— И? — спросила я.
— И очень красивая, и…
— Хватит! Я имею в виду: о чем вы просите?
— Нашу дочь украли! — заплакала женщина, — Пожалуйста, помогите вернуть ее!
— Ну ничего себе! А я тут при чем? Вы имеете в виду, ее похитили?
Оба кивнули. На меня накатило странное ощущение… Дежавю. Все это иномирское безобразие началось, когда меня наняли искать пропавшую девушку. Пропажей оказалась Жасмин. Я в то время и понятия не имела, что она наполовину джентри и вообще моя сводная сестра. И вот опять… Может, это судьба?
Даврос шагнул вперед с видом огорченным и смущенным.
— Ваше величество, прошу, не утруждайте себя по пустякам. Их дочь никто не похищал. Она убежала в Хаймор с любовником из соседней деревни.
Я обратилась к Шайе и Рюрику:
— Что еще за Хаймор?
— Вы серьезно? — сухо переспросил начальник стражи, — Думал, вы уже все знаете…
Я попыталась взглядом просверлить в нем дырку…
— Это город, — пояснила Шайа — Самый крупный в Царстве.
— Погодите-ка… Город?
У меня глаза на лоб полезли.
Несчастные просители отвлекли меня от нового открытия.
— Даврос ошибается, — сказала женщина, — Наша дочь не сбежала. Ее схватили разбойники, живущие в долине.
— Всем известно, откуда они, — добавил мужчина, пристально взглянув на Давроса.
Разбойники и их твари. Они приходят сюда уже много лет, и наша девочка — не первая пропавшая.
Я обернулась к Давросу.
— Это правда?
Староста поежился.
— О да, ваше величество… Но эти негодяи не стоят вашего внимания, как и не стоили внимания короля Эзона.
— Погоди. Эзон знал об этом, но ничего не сделал?
— Такие пустяки не стоили его внимания, — повторил староста.
Странно… Он, кажется, верит в то, что говорит.
— Не знаю, — протянула я, — если королю не пристало беспокоиться о подобных вещах… то о чем вообще он может беспокоиться?
До жути не хотелось заниматься этим делом, как и любым другим в Мире Ином. Но при упоминании о любовнике сестры у меня взыграла кровь. Эзон был своекорыстной сволочью и поганым королем. Единственное, чего я желала меньше, чем править, — так это править как он.
Меня захлестнула волна ярости, как тогда, когда похитили Жасмин. Может, всему виной горький опыт постоянного преследования агрессивно настроенными мужиками, но меня трясло при мысли о том, что какая-то девушка может стать жертвой насилия. И неважно, джентри она или нет.
— Я пошлю людей разобраться с бандитами.
Рюрик у меня за спиной издал странный звук.
— Но не могу гарантировать безопасность вашей дочери.
Лица супругов засияли, и они в порыве благодарности пали ниц.
— Да вознаградят вас небеса, ваше величество! — воскликнула женщина.
Муж вторил ей:
— Воистину, вы благородны и великодушны, и…
— Ладно, ладно, хватит, — торопливо сказала я. — И встаньте, а то измажетесь.
Только мы отъехали, как Шайа наклонилась ко мне:
Вы дали сегодня немало обещаний. Я призадумалась. Она ой как права…
— Да.
— И как вы собираетесь их выполнять?
Я поглядела вокруг. Равнодушие и испуг на лицах крестьян сменились благодарностью и обожанием. Я вздохнула.
— А вот это — интересный вопрос.
Я решила выполнить свои обещания. На следующий день, уже в Тусоне, накупила разных вещей, которые, казалось, должны помочь жителям Тернового Царства. Честно говоря, все это никуда не годилось, но с чего-то начинать было надо. Я даже немного гордилась собой, когда окончила труды.
Вернулась домой и только села ужинать перед телевизором, когда пришел с работы Кийо в белом халате ветеринара. Зверушки тут же кинулись встречать хозяина. Если бы не тарелка с равиоли на коленях, я бы к ним с радостью присоединилась. А так я подарила любимому ослепительную улыбку, которая стала восторженной, когда я увидела букет цветов.
— Прости, я должен был пораньше освободиться, — сказал он, кидая халат на кресло.
— Счастье, что ты вообще пришел! Думала, займешься детскими делами.
— Нет. — Он сел в кресло напротив меня и положил букет на кофейный столик. — Ты была великолепна.
— Если «великолепие» для тебя — это дешевый наряд и соблазнение джентрийских принцев, тогда да, великолепна. А это за что? — Я ткнула вилкой в сторону ярких гербер.
— Неужели нужна причина помимо того, что ты — фантастическая женщина?
Я проглотила очередной равиоли.
— Конечно, причина всегда есть. Помнится, мы уже говорили об этом раньше.
Он сверкнул опасно-ленивой улыбкой, опустил подбородок на локоть и оценивающе глянул на меня.
— Точно. Стандартная практика ухаживания и обольщения. Подарки — тонкие намеки. «Вот, прими от меня эти цветочные гениталии и афродизиаки».
Наш старый прикол.
— Не обязательно намекать столь прозрачно. Я и так знаю, чего ты хочешь…
— Да уж, но я стараюсь, чтобы в твою головку не закрались сомнения. У Майвенн ты была так прекрасна… Не знаю. Просто захотелось сделать что-то красивое. Мы могли бы повеселиться сегодня… Но ты похоронила мои мечты о романтическом ужине под слоем равиоли в желудке.
— Прости, — ответила я с набитым ртом, — Мне еще сегодня работать.
Кийо вскинул брови.
— Это еще что за надувательство? Я пытаюсь вытащить тебя в город, а ты намерена работать? И почему Лара не составляет тебе расписание?
— Потому что сегодня я занималась делами Царства.
Кийо встревожился.
— Эй, не торопись с осуждением! Я не собиралась этого делать. Просто люди там умирают от голода и нуждаются в воде.
— Да. Я слышал об этом.
Теперь уже я в шоке.
— Ты знал, но ничего не сказал?
— Не нападай! Думал, у тебя есть люди, которые должны этим заниматься. А у этих людей есть свои люди.
— Да уж, и у всех этих людей большие проблемы. Вернусь туда завтра, помогу разобраться с бандой разбойников.
— Ты сказала «разбойники»? Это как-то… не знаю… средневеково, что ли.
— Да, это настоящий средневековый геморрой. Они похищают девушек.
Я кратко пересказала лису суть проблемы.
— Можешь составить мне компанию, если хочешь.
Кийо уныло покачал головой.
— Я приехал в надежде побыть с тобой… А ты взяла работу на ночь и завтра собираешься изображать шерифа…
— Надеть ковбойский, костюм?
— Очень даже может быть. — Кийо сел рядом и поцеловал меня в щеку. — Я пойду с тобой завтра. И сегодня ночью тоже.
— Вот увидишь, мы здорово проведем время.
— Надеюсь, у нас останется время, чтобы здорово провести его в постели, в отместку за все.
— Ну… — надменно ответила я, ставя тарелку на стол, — это будет зависеть только от тебя.
Он положил руку мне на бедро и провел губами по шее.
— Ох, Эжени… Не испытывай судьбу, — прорычат мой лис, — не то на работу опоздаешь…
И ухмыльнулась и ответила ему долгим поцелуем, и пошла бы дальше, если бы не встреча. И еще Тим. Он как раз вошел в дом через заднюю дверь. Парень нервничает, когда застает нас с Кийо в, так сказать, двусмысленной позиции…
Мы приехали в тихий спальный район возле университета. Здесь в основном живут благополучные семьи и приличные студенты. Остановились перед фасадом давно не крашенного двухэтажного здания. Кийо поглядел на подъездную дорожку и нахмурился:
— Этот фургончик кажется странно знакомым.
Мы выбрались из машины и подошли к дому. Проходя мимо автобуса, Кийо остановился, чтобы разглядеть наклейки на нем.
«Долой авторитеты!» и «Обгоню, хоть тресни!» — самые приличные надписи в этой куче.
Кийо как-то тяжело посмотрел на меня.
— Уилл Дилейни что, переехал?
— Не-е-ет, — протянула я, — это его подружка.
Кийо рыкнул:
— Знал бы, остался б дома! Этот парень — псих!.. Погоди, ты сказала, у него есть подружка?
— Подружка, у которой проблемы с законом. А ты можешь подождать в машине.
Кийо не ответил. А когда мы подошли к двери, надел на физиономию маску терпеливой учтивости и замолк. Уилл Дилейни — мой бывший клиент. Сторонник теории заговора, он не выходит из дома и зарабатывает гроши, ведя блог шизовых домыслов о правительстве, «чужих», контроле сознания, генетических экспериментах, и так далее, и тому подобное.
Самый шизанутый параноик, которого я видела за всю жизнь.
А еще он единоутробный брат Жасмин. Именно Уилл нанял меня разыскивать дурную девчонку задолго до того, как я узнала о короле Бурь и пророчестве. Мать Уилла и Жасмин часто ставила рога мужу — даже с полководцами джентри.
Прежде чем нам позволили войти в дом, щелкнул десяток замков. Забавно, у Уилла почти столько же… Нас встретила девушка: низкорослая, с пухлыми щечками, общипанными каштановыми волосиками, в розовых очках «кошачий глаз».
— Это она? — спросила хозяйка дома.
Мгновение — и в дверях показался Уилл. Он совершенно не изменился: светлые волосы, которые давно надо подстричь, и лицо как у старого вампира.
— Угу.
— А чувак — кто? — подозрительно спросила девушка.
— Ее парень. Он клевый. Кайро.
— Кийо, — буркнула я и протянула барышне руку, — Вы, должно быть, Триша.
— Предпочитаю имя Ледиискмара Семьдесят Два, — ответила та. — Ведь, по мнению правительства, мы лишь анонимы. И еще, Ледииксмара Семьдесят Два — один из моих ников в «World of WarCraft»[3]. Смешно, но виртуальное общество гораздо честнее того, в котором мы живем. Или, может… — театральная пауза, — это не так уж и смешно.
Уилл с обожанием уставился на Тришу. Кийо издал сдавленное «мяу».
Они провели нас в глубь дома, почти такого же темного, как у Дилейни. Видимо, Триша — называть ее Леди-как-то-там желания нет — так же, как и Уилл, боялась радиации. Но здесь было чище, чувствовалась женская рука: мебель подобрана по цвету и фасону, горят несколько ароматных свечек. Свечки, судя по виду, самодельные, без отравляющих воздух искусственных ароматизаторов и жучков спецслужб.
— Итак, — сказала хозяйка, когда мы вошли в гостиную, где на экране телевизора застыли озабоченные лица агентов Малдера и Скалли, — вы здесь, чтобы разобраться с проблемой инопланетян.
— Для чего?
Я посмотрела на нее, потом на Уилла.
— Инопланетяне, — повторила Триша, — Они поселились в моем доме.
Я поглядела по сторонам, почти ожидая увидеть зеленого человечка, возлежащего на мягком двухместном диванчике. Но кругом было пусто и тихо.
— Уилл не объяснил вам, чем я занимаюсь?
— Мы не уверены, что это инопланетяне, — торопливо сказал тот. — Но здесь определенно что-то есть.
— Конечно есть! — воскликнула Триша.
Уилл слегка съежился.
— Они заглядывали в окна… Совсем как в кино.
Внезапно Дилейни разозлился:
— Ой да ладно! Зашибенное доказательство!
— Еще какое! Кто еще это мог быть?..
— Эй-эй, ребята! — попыталась я их утихомирить. — Может, делом займемся? Расскажите мне про этих ваших ино… гм… ладно. Вы оба их видели?
Они синхронно кивнули.
— Это коротышки с большущими глазами, — ликующе заявила Триша.
— Одетые в узорчатые камзолы, — добавил Уилл. — А по ночам они убираются прочь.
— Вроде безобидные твари, — пробормотал Кийо. — Зачем их выгонять?
— У вас завелись кобольды, — поняла я.
— А с какой они планеты? Впервые слышу… — Триша задумалась.
Я вздохнула.
— Просто покажите, где подвал.
Триша провела нас через дом. Уилл волочился сзади, словно прилип к моей спине.
— Ну разве она не удивительная?
Клянусь, парень был на грани обморока.
— Первая подружка? — спросила я.
— Как вы узнали?
— Инстинкт.
Разговоры с Уиллом всегда заканчиваются для меня головной болью. Но парень просто светился от желания пообщаться, так что пришлось продолжить беседу.
— Где вы познакомились?
— На форуме. Мы оказались в одном треде и начали спорить, причастно ли правительство к передозировкам Мэрилин Монро и Хита Леджера, а потом…
— Ясно, — сморщилась я. — С меня довольно. Честное слово.
Мы подошли к двери в подвал. Триша собралась спускаться.
— Стой, — окликнула я ее. — Вы, ребята, остаетесь наверху. — И повелительно зыркнула на Уилла, — Не позволяй ей спускаться, пока мы не закончим. Это вам не шуточки.
Уилл побледнел еще сильнее — если это вообще возможно — и торопливо кивнул. Я брала с собой пария в Мир Иной, так что он осознает опасности процесса. Пока Уилл и Кийо уговаривали Тришу, я начала спускаться по ступенькам. Девчонка следом не побежала. Хорошо. А вот пушистик меня догнал. Еще лучше.
— Никогда не думал, что такое возможно, — сказал Кийо, когда мы спустились достаточно, чтобы сверху не подслушали. — Уилл нашел подружку, совершенно такую же, как и он сам. Кажется, сказки про «вторые половинки» — на самом деле правда.
— Думаю, она слегка побойчее.
— Вот и хорошо. Ему нужна такая девушка.
— Да, кстати, дело — пара пустяков.
Кийо кивнул. Когда мы достигли нижней ступеньки, брезгливо сморщил нос.
— Ну и вонючие же они!
Здесь царил беспорядок, как и во многих других подвалах многих других домов. Кобольды могли прятаться в любом из тысячи закутков. Я потянула за цепочку — и лампочка без абажура тускло осветила помещение. Достала волшебную палочку, вытянула руку и сотворила заклинание:
— Именем земли и огня приказываю, явите себя!
Сила шамана хлынула из меня через палочку с кристаллами в комнату! Секунда — и перед нами три фигурки. Ростом не больше метра, мужского пола, они нисколько не похожи на большеглазых инопланетян, воспетых попсой и ток-шоу. Морщинистые, с всклокоченными желтыми волосами. И без узорчатых камзолов. Правда, на одном — шотландский плед.
— Зачем ты вызвала нас? — завизжал кобольд в пледе. — Мы тебе ничего не сделали. Мы вообще никому ничего не сделали!
— Вам, парни, нельзя здесь оставаться, — сказала я, — Это не ваш мир.
Короче, каждому сверчку не помешает знать свой шесток.
— Мы же помогаем! — возмутился еще один. — Вы хоть представляете, какие они грязнули? Книги, бумаги повсюду…
Если до прихода кобольдов дом Триши походил на жилище Уилла, все понятно. Кобольды — пришельцы из Северной Европы, хранители домашнего очага. Они редко пакостят людям, если не провоцировать. Надеюсь, их можно просто уговорить.
— Это все, конечно, очень мило, но я не шучу: вам здесь не место. Я должна отправить вас обратно в Мир Иной. А будете сопротивляться — сразу в Царство Мертвых.
Кобольд в пледе нахмурился.
— Да, слухи о твоей жестокости правдивы, Терновая королева Эжени. Но мы ни в чем не виноваты и не заслуживаем смерти.
Я еле удержалась, чтобы не ляпнуть в ответ фразу пообиднее. Еще не зная своих корней, я частенько пользовалась псевдонимом Черный Лебедь Одиллия. Обитатели Мира Иного, как черт ладана, боялись этого имени. Правда, меня давно раскрыли.
— Парни, я сюда не играть пришла. Вы знаете, кто я. И понимаете, что я могу сделать. Хорош тратить время попусту!
Я начала готовиться к открытию прохода в Мир Иной.
— Вам нас не одолеть.
— Нет, — согласился тот, в пледе. — Но он — попробует.
— Он… аххххх!
Кийо вскрикнул:
— Эжени!!!
И тут же меня схватили сзади волосатые лапы!
Обычно парень всегда настороже, но сегодня как на грех расслабился. Впрочем, я не лучше. Кицунэ учуял запах твари, но, видимо, решил, что это один из кобольдов или еще какая помойка.
По-прежнему не видя мохнатого пленителя, я попыталась вырваться. Кийо накинулся на зверя, вцепился в лапы и умудрился оттянуть их ровно настолько, чтобы я выскользнула. Освободившись, я смогла наконец-то рассмотреть нападавшего. Это был…
Э-э-э…
Понятия не имею кто. Здоровенный, покрытый бурым мехом, с круглыми ушами, как у мыши или медведя. Монстр недовольно заревел и снова бросился в бой. Вот, опять… Приходящие по мою душу, как правило, пытаются или изнасиловать, не сходя с места, или прикончить, чтобы пророчество не свершилось.
Мишка Косолапый, как ни странно, кинулся на Кийо. Ликующие кобольды не сводили глаз со своего героя. Кийо крепко врезал монстру по волосатой груди. По месту удара пошли странные волны. Косолапый двинул Кийо по лицу. Мой защитник отлетел к стене. Кийо мог там и погибнуть, но звериное чутье не подкачало: он затормозил до того, как врезался головой в толщу бетона.
Я вытащила «глок» и полезла в драку. О боги, как здорово, что я запаслась сегодня серебряными пулями! Два выстрела — в монстра. Пули вошли в его тело, но зверь и ухом не повел. Занят был, видите ли, убивал моего парня! Они снова схватились. Я стреляла, пытаясь ослабить чудище. Но вот Кийо сбит с ног. Упал на спину и не двигается. Кобольды в восторге.
Заорав от ярости, я выхватила палочку и ткнула ею прямо в лоб косматого. Существо, что странно, попыталось меня не убить, а просто удержать. Я стреляла, творя заклинание. Внезапно Кийо вскочил на ноги и — к нам:
— Убери лапы, уродец!!!
Все тело парня пульсировало от напряжения. Он мог вот-вот перекинуться в лиса.
Медведь снова включил режим убийства.
— Отойди, милый. Сама справлюсь.
— Нечего ему тебя лапать! — отрезал Кийо.
В глазах — пламя, золотистое, как лисий мех.
— Он не хочет меня ни убивать, ни насиловать! Только сдержать… а тебя — убить!
Но Кийо уже не слушал. Он дубасил зверушку и наслаждался процессом. Так что я решила закончить изгнание. Снова открыла портал сами знаете куда и тут подумала: Косолапый будто усердно пытается не развалиться на куски. Рябь по шкуре, как по воде… И меня осенило! Заклинание, которое должно было разорвать ткань нашего мира, досталось медведю! Кийо шестым чувством все понял — и вовремя отлетел в сторону.
Конечно. Паутина света накинулась на монстра, рассекая тушу. Я уничтожила магические связи, и он рванул!
Правда, не так, как Эзон. Огромная, неуклюжая мохнатая туша рассыпалась на кучу мелких зверушек: мыши, кролики, даже олень и пара уток! Мыши и кролики бросились прятаться. Утки выглядели сконфуженно. Олень взбежал по ступенькам.
Изгнание уже началось, поэтому открыть врата в Мир Иной и запихнуть туда кобольдов оказалось нетрудно. Они уже исчезали, когда Кийо — кровь на лицe оттенила злобу — наклонился и прорычал:
— Передай хозяину: пусть оставит ее в покое, или я найду его и разберу на запчасти. С вами сделаю то же самое, если еще хоть раз попадетесь на глаза.
Задрожав от неподдельного ужаса, кобольды растворились в портале. Наступила тишина, только утки смущенно покрякивали, не зная, куда деваться.
— Да, — выдохнула я, — хитроумный план, ничего не скажешь.
«Поклонники» моей родословной частенько отвлекали меня работой, а затем неожиданно нападали. И сейчас кобольды должны были ослабить мое внимание, а «чудовище Франкенштейна» из лесных животных — захватить и приволочь куда потребуется. Кийо — досадная помеха — подлежал уничтожению. Я оглядела его: рубашка изорвана, весь в крови…
— Ты как?
— Нормально, нормально — Он вытер лицо. — Царапины. Что это за хрень?
— Это не просто хрень, а магическая джентрийская хреновина.
— Животные вернутся вместе?
— Нет. Я нарушила связь, так что они разбежались.
— Эй, Эжени! — раздался сверху голос Уилла. — У вас там все в порядке? По гостиной олень скачет…
Мы с Кийо потом смеялись: хорошо, что медведь развалился. Увидели бы его Триша и Уилл, замусорили бы все форумы о снежном человеке до конца следующего столетия.
Оленя выгнали, потом Триша мне заплатила. Я сказала, что подвал полон гостей, но это — ее проблемы. Когда мы уже собирались уходить, Уилл отозвал меня в сторонку. Всегдашнее глуповато-параноидальное выражение его лица исчезло. Парень был мрачнее тучи.
— Жасмин не нашли? — спросил он еле слышно.
Я прикусила губу. Уилл, конечно, ненормальный, но так скучал по сестре, что у меня душа болела. Правды о Жасмин он не знал. Считал, что взбалмошная девчонка просто сбежала творить глупости. Я подумала, он успокоится, когда поверит, что Жасмин никто не похищал, но Уилл не мог без нее жить. Безумно любит сестру, несмотря на ее презрение к миру людей. Очень грустная история…
— Нет, прости. Пока нет.
Уилл стал еще печальнее и слабо кивнул.
— Ага… Но вы ведь ищете? Скажете, когда найдете?
Я попыталась выдавить ободряющую улыбку.
— Конечно.
Ох, не знаю, скажу ли… Может, она уже беременная и собирается поработить оба мира… Что тогда делать? Не представляю… Знаю одно: вернуться в наш мир я ей не дам.
Кийо восстанавливается быстро: когда мы вернулись домой, он был уже готов выяснять, кто кого перещеголяет в постели. Проснулся лис бодрый и веселый. Правда, немного поворчал насчет того, что делать дальше. Исключительно для виду. Ему важно знать, что я в безопасности, и мысль эта согревает изнутри.
— Ты меня провела, — заявил он, когда мы перенеслись в Мир Иной.
— Надеюсь, с бандитами мы справимся так же быстро, как с кобольдами и Косолапым.
— После того, что ты вчера вытворяла… — Он вздохнул. Вспомнил, видимо, что с ним делали мои губки. — Я согласен на все…
— Да брось, — отмахнулась я, хотя настроение и подскочило до небес. — Неужели тебе не хочется узреть, как возмездие обрушится на головы тех, кто осмелился мучить моих подданных?
— Эй-эй, поосторожнее! Ты начинаешь походить на королеву.
Я окинула взглядом свои рваные джинсы и футболку с логотипом «Poison».
— Не увлекайся, ладно? Наверное, если я коронуюсь, как Дориан предлагал, все будет проще.
Кийо вдруг помрачнел.
— Только в крайнем случае.
— Почему? Слишком суперзвездно? — удивилась я.
— Это сделает тебя… официозной.
Я развела руками. Мы стояли посреди зала, увешанного гобеленами.
— Кийо, черт подери, это же замок! Куда еще официознее!
— Не все так просто. Ты королева, да… Но многие воспринимают тебя только как военного наместника. Как регента. Получишь корону… покажешься в ней народу, и… все станет по-настоящему. Тогда уже не отвертишься.
Да, я упорно пыталась избежать ответственности… но так же упорно к ней возвращалась.
— Не уверена.
Перед тем как отправиться на вылазку, мы разыскали Шайю. Я прихватила с собой несколько вещей, которые, надеюсь, помогут жителям Тернового Царства справиться с голодом и засухой. Когда я отдала Шайе первый предмет, она застыла в изумлении.
— Ваше величество… что это?
— Детская салфетка под приборы. Из ресторанчика «У Джо». На ней нарисована карта Аризоны. Дети раскрашивают такие, пока готовится еда.
Я показала на карте разные значки:
— Гляди, это — природные ресурсы штата. Все, что есть полезного на земле и под землей: хлопок, медь.
— А это? — Шайа ткнула в нечто вроде стакана с жидкостью.
Я нахмурилась. Точно не вода.
— Кажется, цитрусовые. Апельсины или грейпфруты, — пожала плечами. — Думаю, и вы сможете выращивать их, в таком-то климате. В этом, кстати, вся соль. Раз страна — отражение Тусона, значит, будем брать с него пример. Давайте поищем залежи меди. Это выгодно для торговли.
Медь — один из немногих металлов, с которыми могут работать джентри. В отличие от железа, принадлежащего индустриальному обществу.
— Можно выращивать и другие культуры, если удастся раздобыть семена.
— Но растениям все равно нужна вода, — заметила Шайа.
— Эта проблема тоже не смертельна. — Я протянула регентше следующий приз, книгу. — История проектирования колодцев и акведуков в Европе от Античности до Средних веков. Надо только разобраться в системе.
Шайа еще не успокоилась, так что я попыталась ее ободрить:
— Я тоже не буду сидеть сложа руки: помогу найти источники воды.
Напоследок я протянула ей книгу по архитектуре нашего юго-запада: как строить глинобитные оштукатуренные дома.
Она пролистала фолианты, вгляделась в мелкий шрифт и паутину чертежей.
— У меня мозгов на это не хватит…
— Передай книги людям знающим, у которых мозги не закипят. Думаю, дело выгорит.
Похлопала Шайю по плечу. Во всем этом я ничегошеньки не смыслю. Инженерные чертежи — это вам не пазлы, которые я складываю в рекордные сроки…
— Только обращайтесь с книгами осторожней… они библиотечные.
Я ушла, хоть и чувствовала неловкость. Шайа пока сбита с толку, но скоро найдет способ воплотить мой план в жизнь. На это ей мозгов как раз хватит. Может, мне стоит поактивнее участвовать в делах… Хотя именно я давилась мерзостью в ресторанчике «У Джо», пытаясь завладеть салфеткой. А это тоже кое-что значит!
Будь моя воля, отправилась бы ловить бандитов вдвоем с Кийо. Разбойники, видимо, — просто сборище не особо опасной для нас шушеры. Кийо, как показала прошлая ночь, отличный боец, а я, с оружием и магией, не уступаю ему. Но за нами увязался Рюрик. С двумя дюжинами солдат. Я засомневалась: такая толпа не сможет передвигаться незаметно. Рюрик парировал: подберемся к преступникам поближе, оставим лошадей и пойдем пешком.
Перед отъездом я добавила в отряд еще одного участника. Ушла в самый темный угол зала и вытащила волшебную палочку. Стражники в мгновение ока отбежали подальше: поняли, что я собираюсь делать, и им это не понравилось. Джентри тонко чувствуют магию, и черную тоже.
Слова призыва всколыхнули силу внутри меня. Не папашину магию бури, не зов воды или воздуха, а вызубренную волшбу людей, способ проникать в миры вокруг нас. В комнате резко похолодало. Потом слегка потеплело — и возник Волузиан.
Волузиан — мой слуга. Назвать его как-то иначе сложно. Проклятый дух, приговоренный за прижизненные злодеяния скитаться без отдыха до скончания времен. Я сражалась с ним и покорила, обязав служить. Волузиан этому не слишком-то обрадовался и частенько с удовольствием напоминал: если когда-нибудь освободится, первым делом уничтожит меня. Его обещания «прилипли», как попсовая песенка, и до смерти надоели. В отличие от обитателей Мира Иного, которые часто бестелесны в мире людей, Волузиан и ему подобные обличья не меняют: кряжистый чертяка с черной шкурой, заостренными ушами и красными глазами.
— Повелительница звала меня, — проронил он равнодушно, — и я явился. К несчастью.
— О, Волузиан, — бодро ответствовала я, — рада тебя видеть! Просто луч света в непогожий день!
Дух хмуро уставился на меня.
Я повернулась к остальным, надеясь, что выгляжу по-королевски авторитетно.
— А теперь давайте проучим этих негодников.
Я так и не привыкла к эскорту. Слишком долго жила одна, боролась самостоятельно… И теперь понятия не имела, что делать с толпой народа у себя за спиной. В дороге поняла: я намного легче переношу присутствие солдат, если притворяюсь, что, кроме Кийо, никого вокруг нет.
— Ты вручила Шайе салфетку с картой, а она перевернет вверх дном Царство? — ухмыльнулся он.
— А что еще мне делать? Ты недавно жаловался, что я слишком много работаю на благо страны. Принести Шайе салфетку — это минимум. Или ты хочешь сказать, что теперь мне надо быть поактивнее?
— Нет, — поспешно ответил лис, слегка нахмурившись, — если бы я знал, как избавить тебя от этого бремени, давно заставил бы это сделать.
Я стрельнула глазками:
— Заставил?
Ну, убедил бы, — поправился он. — Увы, для того, чтобы потерять Царство, надо или лишиться магической силы, или… умереть.
— Уверена, Волузиан с удовольствием помог бы тебе.
Прислужник шагал рядом. Лошадь ему без надобности. Он услышал свое имя и откликнулся:
— Для меня это было бы огромным удовольствием, а для вас обернулось бы нестерпимой болью.
— Неоценимая преданность, — мрачно сообщила я Кийо. — И дело тут совсем не в короне.
Кицунэ что-то неразборчиво буркнул. Они с Дорианом, хоть и были на ножах, в одном сходились наверняка: Волузиан — большая проблема. Оба уговаривали меня избавиться от слуги. Одной мне не изгнать его в Царство Мертвых, но ведь можно попросить о помощи другого волшебника… Но я так и не отпустила духа.
— Что думаешь делать, когда покончим с проблемой? — спросила я. — Останешься здесь?
Хотелось деликатно выяснить, собирается ли он к Майвенн.
Темные глаза лиса задумчиво созерцали дорогу.
— Нет. Вернусь в Тусон и попытаюсь уговорить одну классную девчонку сходить со мной на свидание. Слышал, она в последнее время нарасхват. А у меня каждый раз романтика перетекает в тотальный облом.
— Ну, если предложишь интересную программу, возможно, ее удастся выманить.
— Ужин «У Джо»?
Я скорчила гримаску.
— Не-а…
Бистро «Красный перец»?
— Сойдет. Почти.
— А на десерт — долгий массаж в сауне.
— Отлично.
— И наконец бесстыдство в той же сауне.
— Только на этот раз ты у руля. Прошлой ночью я достаточно потрудилась.
Кийо шкодливо улыбнулся.
— Уверена, что я тебя имею в виду?
Будь он поближе, тотчас бы врезала по наглой морде! А так ухмыльнулась в ответ: настроение слишком хорошее, чтобы его портить. Вспомнились старые добрые времена, до того, как началась история с Майвенн и ребенком. Я тогда была просто его девушкой. Желание словно пропитало каждую клеточку моего тела. Любить друг друга в сауне — это мысль… Приятное тепло разлилось по коже… Ноги обхватывали круп лошади, а так хотелось… Посмотрела в теплую глубину глаз Кийо и увидела там то же пламя… Вспомнила, с каким неистовством он бросился защищать меня вчера, и представила, что он со мной сделает сегодня…Мысленно прикоснулась к его мускулам и почти почувствовала ответные ласки…
И тут Рюрик нагло прервал фантазии:
— Пора спешиваться. Мы почти на месте.
Отряд остановился на границе «леса» из сагуаровых кактусов и чахлых деревьев, который карабкался по красным песчаным скалам, усыпанным валунами. Пока лошадей привязывали, Кийо обернулся в лиса и побежал на разведку.
— Если не сможешь перекинуться обратно, это похоронит планы на вечер, — предупредила я его.
Кийо погладил меня по голому плечу. Я затрепетала.
— Не волнуйся. Маленькую лисичку никто даже не заметит.
Высокое мускулистое тело любимого съежилось, вытянулось — и получилась рыжая лиса размером со среднюю собаку. Кийо потерся о мою ногу и исчез в зарослях. Я посмотрела вслед. Кийо надежен, как скала, но я всегда беспокоюсь о любимом.
Солдаты занялись поисками воды. Минут через двадцать лис вернулся. На ходу превратился из очаровательной пушистой зверушки в моего любимого мужчину. Хотя в обличье лисы он мне тоже нравился. Бежал вприпрыжку, по-звериному пружинил… Одновременно мило и сексуально…
— Они там, где мы и думали, — сообщил Кийо. — Разбили лагерь и остановились на дневку.
— Часовые есть? — спросил Рюрик.
Кийо ухмыльнулся.
— Больше нет.
Я закатила глаза.
— Девушек не видно?
Его улыбка пропала.
— Нет. Только разбойники. Их ненамного меньше, чем нас.
— Хорошо. — Я нахмурилась.
Девушек нет. Неужели селяне ошиблись? Может, их дочь и вправду сбежала с бойфрендом?
Но так или иначе, от шайки надо избавиться.
Кийо и Рюрик спланировали нападение. Потом отряд двинулся вперед. Мы собирались взять негодяев в кольцо. Вместе с часовыми разбойники потеряли последний шанс. Они не ожидали нападения. Вид у бандитов был совершенно беззаботный. Большинство — мужчины, лишь несколько огрубевших от суровой жизни теток. Компания, судя по виду, переживала не лучшие времена. Но в людях чувствовалась стойкость: такие будут драться до последнего.
Весь отряд должен был напасть одновременно, но один из солдат вдруг шагнул вперед с воплем:
— Именем королевы, сдавайтесь!!!
«О господи! — пронеслось у меня в голове. — На кой черт?!»
Времени на размышления уже не было, отряд бросился в атаку.
— Помни, — прошипела я Волузиану, — брать в плен. Не убивать.
Вид у духа был печальный. Интересно, у него вообще бывает хорошее настроение? Остальным солдатам было приказано тоже по возможности избегать убийств: во-первых, пленники могут рассказать что-нибудь интересное, во-вторых, я не желаю выглядеть тираном, раз уж можно этого избежать.
Сдаваться бандиты не собирались. А никто и не рассчитывал. У них было традиционное оружие джентри и слабая боевая магия. Почти сразу стало ясно, что их проще прикончить, чем взять в плен. Почему? Убить врага можно быстро. А свалить с ног и связать куда сложнее. Ты сам тогда отличная мишень. Но воины не подкачали: тут же сноровисто повязали двух разбойников. Еще двое были убиты, пытаясь лишить жизни моих людей. Мы с Кийо скручивали третьего бандита, когда я внезапно почувствовала прилив магии.
Бросила пленника. Это не магия джентри. Никто, кроме меня, ее пока не заметил. Ясное дело, я — шаман, и чувства мои острее, чем у других. Я этому училась. Жжение и липкая маслянистость на коже… Сила не принадлежала ни человеческому миру, ни Миру Иному.
Твари из Царства Мертвых.
— Демоны! — воскликнула я в тот миг, когда они появились посреди лагеря, — Черт подери, здесь демоны!
Тварей было пять. Каждая примерно семи футов ростом. Шкура гладкая и влажная, как у саламандр, с блестящими красно-черными, словно мраморными, прожилками. Клыки, точно у саблезубых тигров, и пылающие глаза.
— Демоны огня, — поняла я.
Я сталкивалась с разными монстрами из Царства Мертвых, но демоны — очень сильные противники. Любые демоны. По сравнению с этими ребятами Мишка Косолапый покажется Винни Пухом из сказки.
Бандиты, кому удалось, попрятались за спинами демонов. Остальные пытались сбежать туда же. Один из моих людей отважно бросился на тварь из преисподней. Существо хлопнуло в ладоши, вызвало здоровенный огненный шар и швырнуло его в солдата. Смельчак в мгновение ока превратился в вопящий факел.
— Блин! — заорала я.
Недолго думая, притянула из воздуха всю влагу, что смогла достать, и обрушила на бедного парня. На того словно вылили бочку воды. Воздух стал давяще сухим, даже несколько деревьев съежилось. Пламя погасло, человек упал без сознания, мокрый и дымящийся. Надеюсь, что именно без сознания, а не замертво.
Теперь стражники атаковали группами. Внимание демонов отвлекали, но особого вреда причинить не могли. Волузиан тоже неплохо дрался. Увы, скоро стало ясно, что мы проигрываем битву. Я выбрала лучшего бойца среди демонов, вытащила палочку и сосредоточилась на нем. Послала волю вперед, мысленно вцепилась в монстра, распыляя чувства за пределы себя и этого мира. Черно-белая татуировка с символом Персефоны на плече начала жечь, и я использовала ее силу, чтобы открыть врата в ад.
Демон внизу на склоне посмотрел в мою сторону. Почувствовал чары! Враг попался могучий, для изгнания потребовалось гораздо больше сил и магии, чем я ожидала. Забыв о солдатах, демон запустил в меня огромным шаром пламени. Пришлось прервать связь с Царством Мертвых и снова притягивать воду. Если не считать моих спутников, влагу можно добыть только из растений. Кактусы и трава высохли далеко вокруг нас, а передо мной выросла стена воды. Огненный шар разбился об нее.
— Эжени, — выкрикнул Кийо, — так дальше нельзя!
— Я его изгоню! Только отвлеки тварь!
Кийо кивнул, быстренько перекинулся в суперлиса, огромного зверя первобытной силы, предка лис в Мире Ином, и бросился на демона. Я снова принялась колдовать. Волузиан присоединился к Кийо. Теперь, зажатый между стражниками, Кийо и Волузианом, демон меня не достанет. Я произнесла слова изгнания и аккуратно вышвырнула его из этого мира. Демон вспыхнул столпом искр и растаял без следа.
Я едва не падала с ног. Изгнать еще кого-то сил не осталось. Нужно сматываться отсюда и уповать, что демоны не бросятся в погоню.
— Рюрик, — завопила я, — уходим!!!
Солдаты, зажатые между магией демонов и клинками разбойников, держались неплохо, но до победы было еще ой как далеко. Рюрик пролаял несколько приказов, и отряд начал пробивать путь к отступлению. Двое солдат подобрали товарища, которого поджег демон в начале битвы. Кийо и Волузиан прикрывали отход, а я попыталась изгнать еще одного демона. Увы, безуспешно. Вытащила «глок» и принялась всаживать серебряные пули в тела врагов. Мои выстрелы ослабили демонов. В какой-то момент я замерила, что нас перестали преследовать. Значит, твари привязаны к лагерю или к одному из разбойников.
Мы вернулись к лошадям. Вскоре появились Кийо — суперлис — и Волузиан. Я вздохнула с облегчением: пушистик в порядке. И немного расстроилась, когда вспомнила, что он нескоро вновь станет человеком. Так хотелось обсудить случившееся! Как только мы двинулись в обратный путь, я набросилась на Рюрика:
— Что, черт побери, это было?
— Огненные демоны, — ответил он совершенно спокойно.
— Я в курсе! Что они там делали?
— Их призвали, — нахмурился воин, — Кто мог ждать подобного от этих головорезов? Волшебнику такого уровня нет нужды прозябать в нищете.
Я потихоньку успокаивалась. Итак, что мы имеем? Захватили двух бандитов (остальные в суматохе сбежали). Приедем, допросим пленных. А пока надо позаботиться о раненых, которых оказалось немало. Только пара пострадавших ехали верхом сами. Парень, которого я спасла, был особенно плох.
— Им нужны целители, — встревоженно сказала я Рюрику.
Могучий воин отделался несколькими царапинами и незначительными ожогами. Только до лошадей мы добирались около часа, а мне не хотелось заставлять раненых ждать еще больше.
Рюрик ответил не сразу. Он часто вел себя неподобающе даже на людях, чем ужасно меня раздражал. Но в делах военных разбирался превосходно. Вряд ли я найду лучшего стратега.
— Если мы повернем на запад, то минут через пятнадцать доберемся до Вестории.
— Вестории?
— Мы эту деревню проезжали вчера.
— В смысле?..
Наверное, никогда не разберусь, как Мир Иной тасует карты пространства: еще вчера Вестория была в полутора часах езды от замка, а сегодня она буквально за углом. И почему все, кроме меня, понимают, куда надо ехать?
Рюрик сказал, что в деревне есть целители, так что мы двинулись вслед за ним. Повернули за угол — и оказались в Ивовых землях. Через десять минут вернулись в Терновое Царство, а еще через пять достигли Вестории.
— Не-ве-ро-ят-ная хрень, — пробормотала я.
Ругательство слышал только суперлис. Интересно, он что-нибудь понял?
Нac заметили издалека. Я притормозила возле деревни, чтобы отослать Волузиана. Не хотелось пугать местных больше, чем уже успела.
Мой предыдущий визит смягчил отчаяние селян, вселил надежду в их сердца. А сегодня мы рассказали страшную историю — и оптимизм растворился, уступив место разочарованию и страху иного рода: вдруг королева не сможет их защитить? На кого еще надеяться?.. Изо всех сил я пыталась не обращать внимания на море лиц, полных отчаяния и страха. Но я сделала все, что смогла… Огненные демоны — твари очень сильные и живучие. Сомневаюсь, что Дориан или Майвенн справились бы лучше.
Занялась ранеными. Обожженный солдат был жив, но очень страдал. Неизвестно, сколько он еще протянет. Староста привел целителя, и тот пообещал вылечить моих людей. Пока лекарь работал, я снова гостила в доме Давроса. Колодец был полон, и старик с явным удовольствием принес мне воды.
— Девушек там не было, — сказала я ему.
Я сидела на простом деревянном стуле. Кийо лежал на полу у моих ног.
Даврос фыркнул.
— Конечно нет, ваше величество! Я же говорил нам, что девчонка сбежала! Этого не знают только ее родители. Так или иначе, мы безмерно благодарны вам.
Я сморщилась.
— Да уж, если бы не демоны…
— Не так давно, ваше величество, мы узнали, что среди разбойников есть сильные маги огня. Это делало каждый их набег катастрофой.
Я вылупила глаза.
— Что? А раньше вы об этом сказать не могли?
Даврос съежился от страха.
— Нижайше молю о прощении, моя королева. Мы и не думали, что разбойники окажутся так сильны.
Раскаявшись, староста выложил мне все, что знал о бандитах, их магах и возможных маршрутах. Если мы снова столкнемся с ними, хочется обойтись без сюрпризов. Долго ли, коротко ли, но пришел Рюрик и сказал, что почти все раненые могут ехать верхом, только жертву «демонского гриля» придется оставить на некоторое время. Мы сели на коней и отправились в замок.
Обратный путь не сильно отличался от нашего прошлого возвращения из Вестории. Настроение отряда было унылым, а у меня, пожалуй, хуже всех: мы рассчитывали на легкую победу, а нам надрали задницу…
Отряд вернулся в замок поздно вечером. Значит, дома мы окажемся уже ночью. Свидание накрылось медным тазом. Я очень расстроилась и побрела горевать в сад, то есть в царство скал и кактусов возле замка. Присела на клочке травы, которую Шайа мучительно пыталась вырастить. Для мага растений эта полупустыня — словно нож в сердце.
Просидела там около часа. Потом пришел Кийо, наконец-то на двух ногах и без хвоста.
— Не казни себя, — сказал он, когда узнал, о чем я думаю, и положил руку мне на плечи. — Ты сделала все, что могла.
Наверное… Просто мне плохо. Я так и не полюбила эту землю. Но куда деваться? И почему я, даже когда стараюсь, ничего не могу сделать для страны? Государственные заботы свалила на Шайю, битву проиграла. Эх… — Я спрятала лицо в ладонях. — Черт, что же делать?
Кийо крепко обнял меня, и я прижалась к его груди.
— Все будет в порядке, — прошептал он. — Мы справимся.
— Мы? У тебя и без того проблем хватает.
Все вокруг окрасилось в мрачные тона. Откуда у пего возьмется время, ведь скоро родится ребенок?
— Мы, — подтвердил кицунэ. — Не хотелось тебе говорить, но… одно твое присутствие помогает земле.
— Как это?
— Все связано: ты, сама того не подозревая, делаешь землю сильнее. Вот почему твоя медитация успокаивает ее.
— Может, и так. Но я уже несколько месяцев медитирую, а здесь по-прежнему засуха и голод.
— Ее поддерживают твои мысли, настроение…
— Зашибись! Шикарная ночка… — пробормотала я.
— Посмотри вокруг…
Небо ясное. Ни дуновения ветерка. В воздухе сухость и застой. Нездорово как-то. Словно из природы высосали энергию до капли.
Я вздохнула и легла на траву.
— Если останусь на ночь, это поможет?
— Возможно. — Кийо устроился рядом. — Значит, бистро «Красный перец» отменяется?
— Ага… А я дождаться не могла фирменного «Сальмонеллезного буррито»[4]. Ну, можно перенести все на завтра…
— Ммм, вообще-то…
— Так, мне это не нравится.
— Я обещал Майвенн…
Ужас ужасный. У нас хоть когда-нибудь будет мало-мальское подобие нормальной жизни?
— Ох, Эжени… — Кийо привлек меня к себе, убрал волосы с моего лица, — любовь моя. Ты единственная, с кем я хочу быть в этом мире.
Нежная пауза согрела мне сердце.
— Или в любом другом.
Я рассмеялась, но Кийо заглушил смех поцелуем. Страсть оборотня никогда не угасает. Удивительно, но я всегда отвечаю ему так же пылко. Острый язычок Кийо проник мне в рот, а зубы нежно покусывали мои губы.
Кийо скользнул рукой мне под футболку, сжал грудь сквозь тонкое кружево лифчика. Другой рукой провел по бедру и крепко прижал меня к себе. Мои пальцы путались в его волосах. Мы целовались, как будто пили друг друга. Ближе, еще ближе! Я нетерпеливо потянулась вниз, к краю его рубашки — и стащила ее через голову. На мгновение поцелуй прервался, но зрелище того стоило: обнажилась великолепная кожа его торса. Я погладила мускулы, мечтая исцеловать каждый дюйм, но не успела и начать, а Кийо уже стянул с меня футболку. Ткань полетела в сторону и приземлилась на кактусе опунции.
Кийо уже взялся за мои джинсы. Я откинулась назад и выпрямила ноги, чтобы дать ему одним движением стянуть брюки вместе с трусиками. Мысленно возблагодарила Шайю за клочок травы, который ей удалось вырастить. На песке было бы жестковато…
На мне остался только лифчик. Оседлала любимого, расстегнула ремень его джинсов, приспустила их вместе с трусами ровно настолько, чтобы обнажить самое интересное… Прижалась горячей кожей и стала тереться бедрами, не пуская в себя. Поцелуй продолжился… Крепкие руки сняли с меня последнюю одежду… Я едва заметила это, на такой-то жаре…
Его плоть твердела с каждой секундой, мое тело уже сочилось соком жизни, но я не перестала дразнить зверя… Страсть в его глазах обжигала, напоминая о животном, которым Кийо был совсем недавно… Руки его ласкали мою грудь, стискивая и пощипывая… Каждое прикосновение оборотня отзывалось волнами наслаждения по всему телу… Любимый притянул меня к себе, обхватил губами одну из грудей, посасывая и поглаживая сосок языком.
Я тихонько опустила руку между бедер и принялась ласкать себя, желая достигнуть кульминации прежде, чем мы сольемся воедино. Кийо пылал от желания, а растягивать удовольствие — не в его характере. Обожаю, когда мужчина прикасается к моему клитору. Ощущения бесподобные… Но сегодня мне в буквальном смысле придется взять дело в свои руки. Кийо просто не стерпит… А сама я кончу довольно быстро…
Я только начала, когда сильные руки любимого схватили меня за бедра, слегка приподняли, а потом резко опустили… Едва успела отдернуть шаловливые пальчики, как он вонзился в меня с такой силой, как будто был сверху! Попыталась отстраниться. Не получилось. Он начал двигать бедрами.
— Ты торопишься, — прошептала, изнывая от наслаждения.
— Ничего подобного, — прорычал он в ответ.
Мне удалось освободиться. Его плоть выскользнула из глубин моего тела. Я ликующе улыбнулась. Теперь удастся растянуть удовольствие, помучить его… Достоинство Кийо стало еще тверже и больше. Я взялась за его влажный и скользкий ствол и принялась поглаживать вверх-вниз. Кийо застонал, выгнулся, пытаясь вновь обрести то, что потерял.
Через пару секунд он схватил меня и опрокинул на спину. Я ощутила тяжесть его тела.
— До чего же ты сексуальна, — выдохнул он.
Жесткая земля впивалась мне в кожу.
— Весь день мечтал овладеть тобой…
Он снова вошел в меня, и я вскрикнула так громко, что испугалась: вдруг кто-нибудь услышит и прибежит на помощь. Впрочем, даже случись такое, вряд ли это кого-то шокирует. Наслаждаясь властью, Кийо накинулся на меня, вонзаясь с каждым разом все глубже и глубже. Я еще пылала и истекала влагой от собственных ласк. Каждым движением внутри Кийо лишь усиливал удовольствие, доводя меня до неистовства.
Кицунэ двигался в яростном ритме, пылающие глаза неотрывно смотрели в мои, и я всецело принадлежала его звериной сущности. Потрясающая смесь грубости и наслаждения приближала мой оргазм с каждой секундой… Я вскрикнула снова. Кийо сжал зубы и напрягся внутри меня, пытаясь отсрочить финал.
— Господи, хочу кончить… — прохрипел он, задыхаясь. — Хочу кончить в тебя, безумно хочу…
Я вонзила ногти в кожу на его спине.
— Давай, — прошипела, — кончи в меня. Сейчас… позволь мне почувствовать…
Он тут же достиг кульминации. Губы Кийо распахнулись то ли в крике, то ли в стоне. Лис все еще двигался во мне, но медленнее, резче, а потом излился горячей струей. Наконец вздрогнул, вышел — и рухнул сверху. Я обхватила его руками. Черт с ним, с оргазмом! В меня словно влили эликсир жизни… Тело горело от удовольствия…
Кийо опустил голову мне на грудь. Никто из нас не произнес ни слова. Я заснула… а пробудившись, долго соображала, где нахожусь. Вдруг теплая капля шлепнулась мне на лицо. Потом еще и еще. Я сморщилась, села, протерла глаза.
— Что стряслось? — сонно мурлыкнул Кийо, слегка поежившись.
Я посмотрела на небо, на котором были разбросаны звезды и… облака.
— Дождь пошел.
На следующее утро Кийо уехал, как и планировал. Ночью мы спрятались от дождя в моей спальне в замке. Я, честно говоря, редко тут бываю. Сторона кровати, где спал мой лис, уже остыла, значит, он ушел несколько часов назад. Я вздохнула, стараясь не думать о том, что он сейчас с Майвенн, и вышла посмотреть, что творится во владениях королевы Эжени.
Первое, что я узрела, — всеобщий восторг. Погода вновь была жаркая и солнечная, но ночной дождь оживил землю. Кактусы цвели. Деревья, казалось, стали крепче. И хотя особых луж не было видно, влага чувствовалась в земле и даже слегка в воздухе.
Это сделала одна ночь плотской любви? Может быть. А может, и нет. Довольная результатом, я уже собиралась уйти, когда появился Рюрик.
— Не угодно ли вам допросить пленных?
Я призадумалась. Хотелось вернуться домой, принять душ и переодеться.
— А сам не справишься? — поинтересовалась я.
Он нахмурился.
— Да, конечно, но…
Это моя работа. Да, вояка? Именно так ты подумал? Подозреваю, Эзон никогда не занимался подобными вещами. Если я переложу свои обязанности на Рюрика, он все сделает без особых жалоб. Но в глазах капитана… светилось ожидание. Приятно знать, что тебя уважают, надеются на тебя. А если я снова не справлюсь?.. Рюрик вообще-то бесит до невозможности, но внезапно мне стало жалко его разочаровывать.
— Ладно, пойдем.
На своем веку я допрашивала уйму монстров, джентри и даже людей. Но пленные — это как-то непривычно. Оказывается, в моем замке есть тюрьма. Даже кандалы на стене висели, но пленники не были связаны. Мужчина и женщина, оба потрепанные и угрюмые. Он — примерно моих лет, она выглядела старше.
Я вошла в камеру вместе с Рюриком и еще одним солдатом. Скрестила руки на груди, подавила жалость. Я — Эжени Маркхэм, шаман с дурной репутацией, истребительница потусторонних злодеев. Как на работе.
— Ладушки, — резко обратилась я к пленникам, — можно по-хорошему, а можно — по-плохому. Будете отвечать — все пройдет быстрее и безопаснее.
Глаза женщины горели ненавистью.
— Мы не станем с тобой говорить.
— Самое смешное, — заявила я, — что станете. Вы в моей власти.
Тетка сплюнула наземь.
— Ты узурпаторша. Ты украла землю у Эзона.
Ох, нашли, в чем обвинять…
— Да здесь, куда ни плюнь, одни узурпаторы. Если вы не в курсе, я не крала землю, просто убила короля.
На мрачное лицо мужчины легла еле уловимая тень страха. Я повернулась к пленнику.
— Как насчет тебя? Будешь умницей? Где похищенные девушки?
Он испуганно глянул на сокамерницу. В ее взгляде явно читалось: «Молчи!»
Я вздохнула. Не хочу их пытать. Великая я или нет, но марать руки противно. Может, попробую запугать? Кинжал, приставленный к горлу, должен помочь им с красноречием. Хотя нет. Есть способ получше.
Я отошла в сторонку, вытащила палочку и призвала Волузиана. Как всегда, в камере резко похолодало — и дух появился. Рюрик со стражником уже привыкли, а вот пленники разинули рты.
— Волузиан, — произнесла я, — есть работенка.
— Все, что изволит повелительница.
Я указала на пленников:
— Развяжи им языки.
Красные глаза проклятого слегка расширились. Это у него означает бешеную радость.
— Не вздумай их убить, — торопливо прибавила я, — или покалечить… сильно.
Чертяка тут же помрачнел до обычного состояния.
— Начни с парня, — велела я.
Волузиан бочком двинулся по камере и только было протянул руку, как «жертва» закричала:
— Хорошо! Хорошо! Я все скажу!
— Волузиан, стоять!
Дух обиделся, но отступил.
— Я ничего не знаю об этих девках. — Мужчина дрожал и запинался. — Мы их… не похищали.
— Вы грабите мирных жителей, — напомнила я. — А после набегов пропадают девушки. Подозрительно как-то.
Он лихорадочно затряс головой, не сводя с Волузиана испуганных глаз.
— Это не мы, клянусь…
— Вы слышали об исчезновениях?
— Да, но это не мы, — скороговоркой ответил пленник.
— Сомневаюсь, что все они сбежали с парнями. Но если не вы, то кто?
— Дура! — рявкнула женщина. — Для чего нам толпа девиц?
— Для того же, для чего они обычно нужны мужчинам, — парировала я.
— Да мы едва концы с концами сводим! На кой ляд нам лишние рты?
А это уже хороший вопрос.
— Других подозреваемых пока нет.
— Мы слышали, это дело рук чудовища! — выпалил мужчина.
— Чудо-овище, — уныло протянула я.
Посмотрела на Рюрика, но тот лишь плечами пожал. Снова повернулась к пленникам.
— И что за чудовище?
Никто не ответил. Удивилась самой себе: до сих пор считала всех джентри лжецами, но слова пленников показались убедительными. Девушек они не похищали. Россказни про чудовище, скорее всего, чушь, но разбойники верят, что это правда. Волузиан вдруг самовольно шагнул вперед — и мужчина торопливо заговорил:
— Чудовище живет на наших землях… В Ольх… то есть Терновом Царстве.
— Интересно, откуда ты это знаешь?
— Девушки исчезают только в Терновых землях, — объяснила женщина. — Вестория граничит с Рябиновым Царством, неподалеку две их деревни, Скай и Лэй. Но там никто не пропадал.
— Вы слишком хорошо осведомлены. И это наводит на подозрения.
— Мы ездим по обе стороны границы, а слухами земля полнится.
Женщина явно гордилась своими «гастролями». Интересная точка зрения, ничего не скажешь…
— Ладно. Хватит о девушках. Откуда взялись огненные демоны?
Опять молчание.
Я вздохнула.
— Волузиан.
Черт рванул к парочке и схватил мужчину за горло. Большинство духов бестелесны, но Волузиан достаточно силен, чтобы управлять плотью. Прикосновение проклятого — нестерпимый холод, адская боль. Человек дико закричал и рухнул как подкошенный.
— Хватит! Хватит! — завопила женщина. — Все скажу!
Я придержала Волузиана и выжидающе посмотрела на пленницу. Мужчина катался по полу, схватившись за горло и подвывая. На шее у него горели красные отметины. Женщина больше злилась, чем боялась.
— Их призывал наш вождь, Кован.
— Хочешь сказать, что какой-то бродяга обладает подобной силой? — усмехнулась я. — Почему тогда он не ушел от вас на поиски лучшей жизни?
— Он дворянин, бывший советник короля Эзона. И скорее будет жить в нищете, чем преклонится перед кем-то вроде тебя.
— При дворе Эзона в самом деле служил какой-то Кован, — подал голос Рюрик. — Она не врет.
Добрые духи, как я устала от всего этого! Вопросов все больше, а ответов не прибавляется. Все-таки кто и зачем похитил девушек?..
А на закуску — оппозиция с огненными демонами в авангарде…
— Ладно, — сказала я. — На сегодня все.
— Что с нами будет? — отчеканила женщина.
Замечательный вопрос, — пробурчала я.
— Эзон бы их казнил, — заметил Рюрик.
— Я — не Эзон.
Может, отпустить? Ведь на преступления их толкали голод и отчаяние. Конечно, это не оправдывает грабежи, да еще, возможно, убийства и похищения. Если я сейчас их освобожу, они ничего не поймут и вряд ли станут когда-нибудь порядочными людьми. Но не убивать же их! И держать в тюрьме нет особого желания.
Незнакомый стражник, который пришел с Рюриком, вдруг сказал:
— Ваше величество, вы могли бы приговорить их к исправительным работам.
— То есть?
— Многие преступники отбывают срок, искупая трудом свои злодеяния.
— Например, строят ваши аведу… как их там, — уточнил Рюрик.
А вот это уже неплохо. И полезно для всех. Я вынесла приговор: по полгода каторги каждому. Рюрик пообещал, что уже завтра преступники будут доставлены на место работ. Правда, скорчил такую рожу, будто этих двоих следовало бы приговорить пожизненно. Елки-палки, какая странная система! Я — и судья, и присяжные, и… если очень захочется, палач. Никто не посмеет оспорить решение монарха.
Закончив дело, я отослала Волузиана. Потом мы ушли наверх.
— Ладно, — устало вздохнула я, — моему величеству пора домой.
И тут из-за угла буквально вылетела Шайа:
— Вот вы где! А я-то вас ищу-ищу.
— Я исчезаю. Хватит с меня.
Она смутилась.
Прибыл принц Лейт. Он ожидает вас.
— Кто?.. Ой-ей-ей…
Сын королевы Рябиновых земель. Милый, смышленый парень. Мы познакомились на вечеринке у Майвенн.
— Что ему нужно?
Когда вы уехали в прошлый раз, я послала всех, кто может чувствовать металлы, искать залежи меди. Нашли очень много… Но возникли проблемы с добычей руды. Мы над этим работаем. Я объявила, что королевство начинает торговать медью. Лейт прибыл вести переговоры от имени матери.
— Однако, — сказала я, — вы, ребята, скоры на руку.
Шайа скривилась.
— Нельзя забывать и о вашем приглашении. Принц его точно помнит. Возможно, переговоры — просто предлог.
Ну и ладно. Все равно я ничегошеньки не смыслю в торговле.
Интересно, сколько сейчас времени? Часы я не ношу, сотовый остался в Тусоне. Что-то я тут задержалась…
— Я поговорю с ним. Недолго.
Судя по виду Шайи, у нее от сердца отлегло. Боялась, что я сбегу. Не зря, кстати. Пока мы шли к залу, где ожидал аудиенции Лейт, она оглядела меня и спросила:
— Не хотите помыться и переодеться?
Одежда моя измялась, в волосах, наверное, еще торчали травинки.
— Нет. Чем менее привлекательной я ему покажусь, тем лучше.
К несчастью, уловка не подействовала. Когда мы пошли в зал, Лейт вскочил, сияя от восторга:
— Ваше величество! Какая радость видеть вас снова!
Он склонился в полупоклоне и поцеловал мне руку.
— Вы, как всегда, великолепны.
Да… для поклонника стиля гранж[5].
— Надеюсь, мой неожиданный визит не нарушил ваши планы. Когда мать услышала о ваших находках, она не захотела упускать шанс.
— Разумеется, — сказала я, отнимая руку. — Нет проблем.
Уютная гостиная особо не изменилась со времен Эзона: тяжелые гобелены на стенах, много бархата, темные цвета. Придворные подождали, пока я сяду на плюшевый диван, и тоже расположились кто где. Я постаралась занять как можно больше места, чтобы Лейт не вздумал примоститься рядом. Он и так сиял от счастья и даже немного расстроился, когда Шайа начала разговор:
— Итак, ваша светлость, давайте обсудим детали обмена нашей меди на вашу пшеницу.
Говорили они долго. Все это до жути напоминало скучнейшую экономическую настольную стратегию, в которую меня заставляла играть мама. Обсуждались тонкости вопросов, в которых я не вполне разбиралась, так что я задумалась о своем: о работе, таинственных демонах, пропавших девушках… и, конечно, о Кийо.
Лейт и Шайа наконец договорились. Судя по лицу советницы, наши победили. Шайа вежливо кивнула мне и поднялась, прижимая к груди какие-то бумаги.
— С вашего позволения, я приведу документы в надлежащий вид, чтобы принц мог подписать их перед отъездом.
Так. Теперь пора мне развлекать Лейта. Но о чем с ним разговаривать? Точно не об американской политике или реалити-шоу. Наконец с грехом пополам я выдавила:
— Благодарю за помощь. В торговле.
Он ухмыльнулся.
— Нам это так же выгодно, как и вам. Может, даже больше.
— Шайа, кажется, считает иначе, — ляпнула я, не подумав.
Он расхохотался.
— Шайа — прекрасный дипломат. Вам с ней очень повезло.
Лейт слегка наклонился и тихо пропел:
— Особенно учитывая то, что переговоры — не наш… скажем так, непривычны для вас.
Такая откровенность застала меня врасплох. Я ожидала, что он будет строить из себя восторженного идиота, как большинство мужиков, которые пытаются меня закадрить. Но на лице Лейта читалось не тупое обожание, а понимание и сочувствие.
— Да нет, не совсем. Просто я еще не привыкла.
— Но вы же знали, что будет, когда Эзон погибнет от вашей руки.
Не уверена. И Шайа, и Рюрик много раз намекали: мол, не стоит переживать из-за неожиданного — и нежеланного — титула королевы. Да, я убила Эзона. Но не зарилась на его трон! Только вот меня постфактум уже никто не спрашивал. Порочный круг какой-то получился…
— Чему быть, того не миновать, — сказала я с сияющим видом. — Просто мы не ожидали таких серьезных проблем после изменения земли.
— Но ведь ваш мир именно таков?
— Только часть, где я живу. Но мы давно приспособились к тяготам климата. Я достала Шайе книги, которые помогут построить разные полезные приспособления, например для подачи воды. Надеюсь, она найдет ученых, способных в этом разобраться.
Лейт озадаченно нахмурился.
— Могу предложить свою кандидатуру. Покажете книги?
Сначала я подумала, что это новый способ добиться особого расположения моего величества. Потом вспомнила слова Шайи: Лейт — блестящий изобретатель. Он должен разобраться в диаграммах и прочем. Нам стоит подружиться.
— Разумеется, — заверила я его. — Так и сделаем.
Он снова улыбнулся — и даже я поразилась, насколько принц хорош собой. Не так, как Кийо, конечно. И конечно же… не как Дориан. Но довольно красив.
— Я изучу фолианты, как только выкрою время. Могу я еще что-нибудь для вас сделать?
Принц откровенно восхищался мной. Да, парень влюблен… но не похож на назойливую муху, как большинство ухажеров. И мне вдруг подумалось…
— Лейт… в Рябиновом Царстве, случайно, девушки не пропадают? Рядом с границей?
Это его несколько озадачило.
— Гм… прошу прощения?
— У меня в королевстве пропадают девушки, прямо на границе с вами. Там еще две деревни близко… эти… Скай и Лэй. Люди говорят, с вашими подданными такого не происходит. Ничего об этом не знаете?
Он покачал головой, совершенно сбитый с толку.
— Нет… Боюсь, я не слежу за жизнью народа.
В голосе Лейта не было и тени презрения. Ему крестьяне, видимо, просто неинтересны. Вспомнила, Рюрик говорил: Эзон ни за что бы не стал заниматься поимкой бандитов или розыском девушек, если бы это не касалось его напрямую. Лейт — не бездушный спесивец, просто высокородные джентри, как правило, плевать хотели на дела своих крестьян, пока те им не понадобятся.
Наверное, меня выдало выражение лица. Лейт приложил все усилия, чтобы порадовать объект своего чувства.
— Займусь этим по возвращении. Спрошу матушку, и мы разошлем гонцов собрать сведения. Выясню для нас все, что смогу.
Я улыбнулась его энтузиазму.
— Спасибо, Лейт. Ваша помощь бесценна.
— Это для меня честь, ваше величество. Кстати, вы не думали короноваться?
Мы поговорили еще немного. Лейт все-таки милый парень, умный и с чувством юмора. Этого недостаточно, чтобы прыгнуть в постель, но общаться с ним интересно. Шайа наконец вернулась с бумагами, пока Лейт подписывал, мы собрали ему обещанные книги. Глаза ученого засветились от радости. Клянусь, он готов был тут же сесть прямо на пол и читать. Но Принц не хотел показаться невежливым, поэтому рассыпался в благодарностях, поцеловал мне руку и удалился.
— Вы снова дали ему повод для визита, — заметила Шайа.
— Да, знаю. Но он безобиден. И понравился мне.
— Безобидных принцев не существует, — то ли в шутку, то ли всерьез сказала Шайа.
— Возможно, он решит проблему с водой и поможет с девушками.
— Девушками?
Я быстро пересказала ей все, что узнала от пленных. Шайа задумалась.
— Скай и Лэй…
— Знаешь эти селения?
Она кивнула.
— Лэй и Вестория одинаково удалены от врат. Они на перекрестке.
— Что, в мой мир?
Шайа кивнула снова.
— Сомневаюсь, что это совпадение. Любопытно…возможно ли…
Мне пришла в голову безумная идея.
— Может, девушки сбегают в мой мир?
— Не знаю. Блистающие частенько там бывают.
— Ага, чтобы создавать проблемы. Или красть женщин.
Настроение совсем испортилось. Одной из таких женщин была моя мать.
— Может, девушки похищают мужчин, чтобы забеременеть?
У людей с продолжением рода проблем нет. Поэтому джентри и бегают в наш мир. Только обычно «кавалеры» из Мира Иного охотятся за человеческими женщинами.
Шайа ухмыльнулась.
— Наши женщины могут зачать дитя и в вашем мире. Приводить сюда мужчин вовсе не обязательно.
В точку. Странно все это… Посмотрим, что выяснит Лейт. Если девушек все-таки никто не похищал… тогда мне и забот меньше. Не люблю джентри, шныряющих по моему миру, но… Короче, пока ничего не ясно.
— Полагаю, их, скорее всего, похищает какой-то монстр. Еще эта идиотская проблема с демонами.
Я вздохнула.
— Что ж, потихоньку разберемся.
— Уже уходите?
— Да. Наконец-то. Спасибо, ты сегодня мне очень помогла.
Но на этом сегодняшние мои злоключения не закончились. Запинаясь, советница пробормотала:
— Есть новости. Кое-кто еще ответил на предложение торговли.
— Вот как?
— Это Дориан.
— Ох…
Конечно, как он мог упустить возможность навязать мне свое милосердие?
— Ты ведь с этим справишься?
— Есть проблема. Он будет говорить только с вами. И только у себя дома.
— Что? — Я выпучила глаза. — Он… он не может!
Кривая ухмылка вернулась на лицо Шайи.
— Он — король. И может все, что пожелает.
— Да, но Лейт прибыл сюда! А Дориан просто хочет меня помучить.
И потрясти Изабель у меня перед носом.
— Королевство Лейта нуждается в меди больше, чем владения Дориана. Подозреваю, монарх просто делает вам одолжение.
— Нужны мне его одолжения!
Шайа покачала головой. Изумление в ней боролось с раздражением.
— Знаю, между вами не все гладко, но если вы будете милы с Дубовым королем, он заключит с нами очень выгодную сделку. На благо Терновой земли.
Шайа права, как никогда. Дубовое Царство процветает. У них есть многое, что облегчит жизнь моего народа. Я подумала о нищих жителях Вестории и даже о бандитах, у которых столько ртов, что не прокормить. Вздохнула.
— Отлично. Я поговорю с ним. И даже буду милой.
А теперь хочу домой, и баста! Уходя, я обернулась и проронила:
— Шайа, на всякий пожарный, поищи других торговых партнеров.
Возвращение домой — это здорово! Я так вымоталась и эмоционально, и физически, что даже не возражала против бурного приветствия штурмового отряда кошек и собак. Тим колдовал у плиты. На парне красовался индейский головной убор из длинных перьев.
— Это вроде не сиу? — поинтересовалась я. — Э-э… лакота?
— Вечно я попадаю впросак, когда притворяюсь выходцем из какого-нибудь местного племени, — объяснил Тим. — Так что буду теперь изображать дальнего родственника, чтобы не прокалываться по мелочам. Ты вот тоже первым делом обращаешь внимание на внешность. Кстати, сама не лучшим образом выглядишь. Под дождем, что ли, ночевала в чистом поле?
А ведь угадал «краснокожий» квартирант! Только сам он об этом не узнает.
— Просто денек выдался не из легких. И не один.
— Лара звонила раз сто. Привязалась как банный лист.
— Это и есть секрет ее больших заработков, — зевнула я. — Пойду спать. Разбуди, если снова позвонит.
— Может, вечером выберешься меня послушать? — спросил Тим, когда я уже шла в свою комнату.
Я застыла.
— Ох… э-э… м-да… У меня это… планы…
— Ну вот!
— Хочу съездить к маме.
— Чтения, — сказал он, — начнутся не раньше девяти. Думаю, ты успеешь.
Я давно свыклась с индейской фишкой Тима, но смотреть на этот цирк не было ни малейшего желания. Хватало и краснокожего в полном облачении у меня на кухне.
— Я написал новые стихи. — Тим изо всех сил пытался меня впечатлить.
— Не особо люблю поэзию.
Он в ответ двинул в атаку тяжелую артиллерию:
— Напеку печенья с орехами.
Я обреченно вздохнула.
— Так нечестно…
И побрела баиньки.
Позади раздался вопль ликования:
— Тебе понравится, Эжени! Обещаю!
Я нырнула в объятия Морфея, едва успела коснуться головой подушки, а проснулась от двух приятных сюрпризов. Сначала вдохнула запах свежеиспеченного шоколадно-орехового печенья. Потом открыла глаза и увидела, что рядом в кресле сидит Кийо и жует это самое печенье. Мой лис в последнее время появлялся и исчезал когда его душе угодно.
— Приятное зрелище, — сказала я и села в кровати.
— Да уж… — промурлыкал он, поедая взглядом мои голые ноги.
Спала я только в футболке.
— Что нового в Мире Ином?
— Ничего особенного. Майвенн нервничает. Ей скоро рожать.
— Уверена, все пройдет хорошо, у нее отличные целители.
Кийо и сам нервничал не меньше, так что я постаралась подбодрить любимого и скрыть неприязнь к Майвенн.
Потом заметила, что кицунэ — в белом халате.
— Собираешься на работу?
— Только что оттуда.
Черт! Он успел и поболтаться в Ивовых землях, и отработать смену, а я все дрыхну!
— Хочешь, съездим вместе к моим родителям?
Кийо состроил рожу.
— Роланд меня не переваривает.
— Да брось, слишком сильно сказано.
Впрочем, не совсем так. Роланд, мой отчим-шаман, не скрывал, что осуждает мои прогулки по Миру Иному. Ухажер оттуда, пусть даже наполовину человек, ему тоже не понравился. Но Роланд всегда более-менее вежлив. Мама не знала о происхождении Кийо и надышаться на него не могла. Она уже смирилась с отсутствием парней в моей жизни, когда появился кицунэ. Обычный с виду ветеринар, без потусторонних проблем… Мама уверена, мне очень повезло. В присутствии Роланда Кийо чувствовал себя неловко, но мамина фантастическая стряпня заставила его пойти па жертвы.
— Вы точно наелись? — спросила мама, когда мы закончили ужинать.
Она уверена, что я на грани истощения, а Кийо как воздух нужна хорошая кухарка. Хотя скажу честно: Кийо готовит куда лучше меня.
— Очень вкусно, — заверил ее лис. — Я просто объелся.
— Ну, не стесняйся, возьми добавки. Или заберите домой все, что осталось.
— Мам, побойся бога! Хочешь закормить Кийо до смерти? — притворно испугалась я.
— Бывают кончины и попечальнее, — протянул сытый и очень довольный оборотень.
Мама лучилась счастьем. Я подумала: она очень красива… По крайней мере, на мой взгляд. Говорят, я очень похожа на маму и лицом, и фигурой. Но глаза у нее ярко-голубые, в темных волосах уже просвечивает седина, а у меня волосы рыжеватые, и от папаши достались сине-фиолетовые глаза.
После ужина мы с Роландом уединились в кабинете, чтобы обсудить дела, а Кийо остался развлекать маму. Она знает, чем мы занимаемся, и не интересуется подробностями. Слишком тяжело маме вспоминать «красоты» Мира Иного…
— Вас, вижу, водой не разольешь… — съязвил Роланд, откидываясь в мягком кресле.
— Он милый, сам знаешь. У нас много общего.
Роланд задумчиво почесал затылок. Отчим совсем поседел. Каждый год прибавлял ему морщинок. Он давно отошел от дел, но не растерял силы. Я взглянула на руки отчима и вспомнила его татуировки: кресты, спирали, рыба и другие христианские символы работали так же, как и изображения богинь у меня на теле.
— Ты права, — вздохнул Роланд. — он не принадлежит Миру Иному всецело, но привязан к нему. Твой оборотень провел там гораздо больше времени, чем ты, девочка. Тот мир уже — часть его жизни и души. Парень все больше привязывает тебя к Миру Иному. А я бы держался как можно дальше от этого гадюшника.
Естественно, Роланд говорил о пророчестве, гласящем, что я стану матерью спасителя Мира Иного. Мы с отчимом часто обсуждали мои шаманские дела, но я никогда не рассказывала ему о проблемах Тернового Царства. Просто думала, ему это не понравится.
— Ну, у меня там есть кое-какие дела. И нечего так смотреть, — промурлыкала я, заметив, что Роланд нахмурился. — Помогаю тем, кто нуждается в поддержке. Что в этом плохого? Недавно я столкнулась с огненными демонами.
Это его зацепило.
— В Мире Ином?
— Нуда!
— В нашем мире исчадия ада были бы просто катастрофой.
— Пятеро рогатых, — уточнила я.
Роланд присвистнул.
— Чтобы призвать столько демонов, нужна огромная сила…
— Я дралась с ними, гм… не одна. Мои помощники слегка потрепали тварей. У меня хватило сил изгнать одного. Но потом пришлось уносить ноги.
— Да, это тяжело… Еще парочка шаманов была бы кс тати. В одиночку, — отчим покачал головой, — это слишком опасно.
— Знаю я, знаю! После драки кулаками не машут. Как еще можно от них избавиться? Без помощи армии шаманов?
— Самое «простое» — в больших и жирных кавычка — найти джентри, который может вызывать водяных демонов. И стравить их с огненными.
— Поиски займут кучу времени. И не факт, что я вообще кого-то найду.
Стоило мне закончить фразу, как в голову прокралась безумная идея: может, попробую справиться сама? Я могу призывать воду, однажды подчинила воздух, но демонами никогда не занималась… Боюсь, это мне не под силу. Король Бурь, вероятно, мог сотворить такое. Жасмин повелевала тварями воды. Не знаю, поддаются ли ей демоны. А я не в состоянии повторить трюки родственничков, и это бесило до одури!
— Да уж, — облегченно выдохнул Роланд. — Значит, проблему решит только грубая сила. Пусть «страждущие» снаряжают войско и забивают демонов числом. Это уже не твоя забота, а джентри и их повелителей.
— Точно, — с трудом выдавила я. — Поживем — увидим.
Отчим глянул на меня пронзительно. Не поверил, что остановлюсь на полпути. Правда, спорить не стал: понимает, что бесполезно.
— Кстати, ты слышал когда-нибудь о городах Мира Иного, как их там… Скай и Лэй?
Большинство шаманов терпеть не могут тот мир, но Роланд частенько бывал на земле джентри и многое о ней знал.
— Лэй… что-то знакомое… Это, кажется, в Ольховом Царстве? Или в Рябиновом?
Помимо прочего, Роланд ни сном ни духом не ведал о перевороте в Ольховом Царстве.
— В Рябиновом, — сказала я, — На границе с… гм… Ольховым. Я думаю, там перекресток. Ты знаешь, куда он ведет?
— Нет… но точно не сюда.
— Можешь как-нибудь проверить?
— Это связано с демонами?
Мгновение я колебалась, но открыла правду:
— Нет, еще кое-что. Другое дело.
— Эжени! — Роланд даже разъярился — мастерски я его довела. — Что ты творишь? Так дальше не может продолжаться! Их монстры — это их проблемы. Твоя работа — защищать наш мир!
— Не все они плохие… — прошептала я и сама себе удивилась.
— Тебе напомнить, кто похитил твою мать? Или о том, сколько раз пытались изнасиловать тебя саму?
Его слова ранили душу, но не убедили разум.
— Я могу себя защитить. Это неважно.
— Это всегда будет важно, — возразил Роланд. — И я не собираюсь помогать тебе ввязываться в новые неприятности с джентри.
— Что, будешь молчать как рыба?! — воскликнула я.
— Зато тебя не подвергну опасности.
— Нет. Если я не узнаю чего-то важного, дело станет гораздо рискованнее. Для моей драгоценной шкурки.
Роланд прищурился.
— Угрожаешь?
— Что происходит?! — Мама стояла в дверях и озадаченно нас разглядывала. — Я услышала крики.
Я встала.
— Роланд стал плохо слышать, и мне пришлось повысить голос.
Мы с мамой вернулись в гостиную, где остался Кийо. Кицунэ взглянул на меня, сгорая от любопытства. У оборотней очень чуткий слух. Не удивлюсь, если он уже в курсе всех наших пререканий.
— Нам пора, — сказала я. — Собираемся послушать новые стихи Тима.
Кийо, умница, не возмутился, только удивленно приподнял бровь. Я не раскрывала карты раньше: была уверена, что он станет упираться до последнего.
Кицунэ вежливо улыбнулся маме.
— Спасибо за ужин. Все было великолепно.
Мама немного расстроилась.
— Приезжайте на следующие выходные. Я сделаю лазанью и вишневый пирог.
Я чмокнула ее в щеку.
— Можешь не подкупать, мы и так приедем.
— Просто бонус для вашей решимости.
Роланда я тоже обняла на прощанье. Держа меня в объятьях, отчим пробормотал:
— Я поговорю с Биллом.
Слова прозвучали устало и сломленно — и я стиснула его крепче.
— Спасибо.
Билл — его приятель, шаман из Флагстаффа.
Только мы вышли из дома, Кийо спросил:
— Проблемы с отчимом?
— Можно подумать, ты не в курсе, — отрезала я.
Говорил же тебе, он меня ненавидит.
— Думаю, мои визиты в Мир Иной нервируют его гораздо больше.
— Он считает, что я плохо на тебя влияю.
— Ну да, влияешь…
Мы сели в машину и несколько минут ехали в полной тишине. Потом Кийо заметил, что я направляюсь не домой, а в центр города.
— Ну нет! — прорычал он, — Мы что, едем слушать Тима? Я думал, это просто повод смыться…
Я покачала головой.
— Прости. Обещания надо выполнять.
Кийо вздохнул — и смирился.
Итак, мы на месте. Здесь часто бывает Тим с друзьями. «Лисья нора». Я думала, Кийо сочтет название забавным, но он даже не улыбнулся. Когда мы вошли, девушка на сцене читала стихи о бессмысленной жизни и мусоре на обочине дороги. Кийо огляделся, оценивая публику за столиками. И ужасно расстроился, когда понял, что это кофейня, а не бар.
— Ужас! Я не смогу это вытерпеть без выпивки покрепче.
— Ох, просто помолчи, — ответила я, пряча улыбку.
В кафе было столько народу, что мы с трудом нашли себе места. Кийо остался сидеть за круглым столиком, а я принесла горячий шоколад. Хотелось кофе, но мне и так хватало проблем со сном. Пока я ходила, людей за столиком стало на троих больше.
— Привет, ребята, — сказала я.
— Рада тебя видеть, Эжени.
Барбара — из племени паскуа яки. Они признали христианство, но поклоняются и богам своих предков. Я даже заметила крестик у Барбары на шее. Многие считают ее святой. У нас довольно теплые отношения.
Она даже не вопит от праведного гнева, когда я называла себя шаманом. Ее сопровождали внуки — Феликс и Дэн. Я и с ними общаюсь нормально, в отличие от Тима.
— Пожалуйста, скажи, что твой засранец квартирант не будет сегодня издеваться над публикой, — взмолился Феликс.
— Следи за языком, — как истинная бабушка, одернула его Барбара.
Я поежилась от неловкости.
— Ну… он, наверное, все-таки придет…
— Господи боже… — простонал Дэн, уминая пирожное.
Он посмотрел на Барбару глазами нашкодившего котенка, потом повернулся ко мне.
— Мы ему сто раз говорили не делать этого.
— Да бросьте, парни! Хватит! Знаете, сколько он в прошлый раз щеголял с фингалом?
Феликс покачал головой.
— Готов смириться с тем, что он выступает от нашего племени — хоть это и обидно, — не будь стихи такими дерьмовыми!
— Феликс! — пригрозила Барбара.
Парень смутился.
— Прости, бабуля. Но я же прав…
— Он больше ничего не умеет, — с запинкой сказала я. — И вообще, сегодня он — из племени лакота.
— Не думаю, что это поможет его стихам. — Кийо потянулся в кресле.
— Согласен, — сказал Феликс. — Мерзость этой поэзии заражает все культуры.
Он ехидно улыбнулся бабке, довольный, что смог обойтись без ругательств.
Барбара не обратила на внука никакого внимания.
— Как дела? — спросила она у меня.
— Хорошо.
Странновато. Барбара нисколько не интересовалась моей работой, но ее всегда беспокоило, что я сражаюсь с существами из Мира Иного. Кажется, женщина не могла понять, ангелы это или черти, хотя сама видела потусторонних вредителей и знала, как я иногда нужна людям. Она хотела спросить еще что-то, но тут на сцену вышел Тим. Без рубашки, с перьями на голове и в кожаных штанах.
— Боже… нет… — простонал Феликс.
Тим воздел руки, чтобы унять жидкие аплодисменты.
— Спасибо, друзья, — сказал он глубоким монотонным голосом. — Великий дух приветствует вас в священном кругу сегодня вечером.
— Елки-палки! — прошипел Дэн. — Еще немного, и я выброшу его вон!
— Умоляю, — шепнула я, — только не сегодня…
— Для начала, — вещал Тим, — я прочту вещь, которую написал, сидя под открытым небом и размышляя о том, что крылья бабочки бьются так же, как наши сердца в этом изменчивом мире.
И начал декламировать, размахивая руками:
— Думаю, Дэну стоит помочь.
Кийо не надо было перекрикивать аплодисменты.
— Серьезно? — восторженно спросил Дэн.
— Нет! — в один голос воскликнули мы с Барбарой.
Потом Тим читал балладу об Ониате, юной деве неземной красоты, которая спускалась с небес и вынуждала мужчин повсюду драться за нее. Сюжет был интересный, но хромой на обе ноги слог и полчища чудовищных метафор все испортили.
— Это настоящая легенда, — бросила я вызов спутникам. — Слышала ее раньше.
— Да, только не в племени лакота, — фыркнул Феликс. — Кажется, у ирокезов…
— Если честно, — Дэн открыто изнывал от скуки, — это неважно. У всех племен есть истории про женщин неземной красоты.
Кийо тронул меня за руку и промурлыкал:
— А у меня есть своя собственная…
— Ушлый ты лис, — парировала я.
В конце вечера Тим продавал свои самиздатовские книженции. Не пойму как, но ему всегда удавалось реализовать охапку. И женщины… Вокруг нашего «индейца» уже крутились несколько барышень. Дэн поглядел на девушек и выдал «пёрл»: надоело работать сисадмином, хочу, говорит, заняться халтурой, как Тим. Мы заржали громче табуна коней.
— Судя по всему, — сказала я Кийо, глядя на Тимоти Огненного Скакуна и его обожательниц, — Тим сегодня ночевать не придет…
— Ты это к чему клонишь?..
— К сауне…
Все равно никто больше туда не влезет. Сауна у меня маленькая, а ограниченное пространство сближает людей. В прямом смысле. Мы с Кийо не возражаем.
Одежду сбросили в прихожей. Кийо притянул меня к себе. Его руки гладили мою талию, а губы ласкали шею…
— Требую компенсации за скучный вечер, — рыкнул лис мне на ухо.
— Все, что захочешь… Это была просто прелюдия… Помнишь, как Братец Дятел в стихах Тима вонзает клюв в дерево?
Кийо оборвал поток острот поцелуем. Губы его были горячими и твердыми, наши языки сплелись, как змеи… Не отрываясь друг от друга, мы умудрились открыть дверь в сауну и окунулись в горячий пар. Обожаю, когда зной и влажность охватывают мое тело…
А еще волосы Кийо от влаги загибаются в прелестные кудряшки.
Продолжая целовать, кицунэ прижал меня к деревянной стене, опустив руки мне на бедра. От жары наши тела стали влажными и скользкими. Я запустила пальцы в волосы Кийо, потом погладила его плечи и грудь, задержала руки у сосков, обводя их по кругу, постепенно нажимая сильнее и чуть-чуть пощипывая…
Кийо негромко и слегка удивленно застонал, продолжая целовать мне шею. Я выгнулась, отдавшись на волю чувств. Жадный рот Кийо словно пытался выпить меня всю… Легкие покусывания — будто электричество по венам… Наутро после бурной ночи я частенько обнаруживала засосы и чувствовала себя шестнадцатилетней дурочкой, но оно того стоило…
Губы Кийо скользнули с шеи на плечо, а руки проплыли от моих бедер к грудям в океане пота. Он начал сжимать и потирать их… Пальцы любимого порхали взад-вперед по влажной коже, периодически замирая, чтобы потереть соски… Меня окатывали волны желания. Терпение скоро иссякло, и я протянула руку туда, где чувствовалась его возбужденная плоть, и уже собиралась направить его в себя, но…
Кийо внезапно развернул меня. Я уперлась в стену руками. Сильные пальцы начали потирать спину, разминать уставшие мышцы и связки. Я охнула — и утонула в бездне удовольствия. Совсем скоро руки Кийо опять легли мне на бедра, слегка приподнимая, и я выгнулась, подчиняясь. Кийо прижался ко мне — и вошел. Я истекала влагой не только снаружи, но и изнутри… Вскрикнула, чувствуя, как он заполняет меня, вонзаясь сильнее и сильнее с каждым толчком. Прижалась щекой к стене сауны и открылась любимому до самых глубин.
Кийо ласкал мои груди, продолжая двигаться, и я тонула в огненных волнах наслаждения. Все тело и каждая его клеточка отданы во власть любви и страсти… Напор стал неистовым… Кийо крепче стиснул мои груди… Тела пылали изнутри и снаружи… Я качалась в море страсти на волнах наслаждения, пока цунами оргазма не накрыло с головой. Ноги ослабели, и я едва не упала… Плоть горела… Кийо все еще вонзался в меня, и чувствовать это было почти невыносимо. Казалось, я не в силах продолжать… Но на горизонте появилась еще одна волна наслаждения… и я снова достигла кульминации.
Руки Кийо вернулись мне на бедра, придавая ему устойчивость и помогая проникать сильнее и глубже. Я напрягла все силы, чтобы не распластаться по стенке. Оборотень напрягся, я поняла, что он вот-вот закончит. Гортанный первобытный вскрик — и его толчки стали медленнее, глубже… Кийо достиг кульминации — и взорвался внутри меня… Потом прижался лицом к моему плечу, постепенно замирая, насытившись…
Когда все закончилось, он положил руки мне на плечи, развернул и притянул к себе. Мы обнялись и, задыхаясь, прислонились к стене. Кийо нежно поцеловал меня в щеку. Я улыбнулась, прижалась к нему потеснее, утопая в аромате его покрытой испариной кожи.
— Ну как, стоил этого вечер поэзии?
Да, — ответил он, — еще бы…
На следующее утро я проснулась от назойливого треньканья телефона. Пришлось перелезть через крепко спящего лиса, чтобы дотянуться до трубки. Звонил Роланд.
— Привет, Эжени. Есть новости. Перекресток выходит к городу Йеллоу-Ривер в Техасе.
— Техас, значит? Интересно…
— Ага. Там живут два шамана.
— Два?
Нас вообще-то очень и очень мало. Так мало, что один человек на штат (если не считать команды «папа — дочка» вроде нас с Роландом) — уже большая редкость.
— Похоже, это здоровые врата. Чтобы пройти через такие, не требуется ни особой магии, ни стараний, так что за ним глаз да глаз нужен.
Любопытно. К счастью, не всякий перекресток пропустит любого человека или джентри. В определен дни, вроде Бельтайнаили Самхейна[6], ткань междумирья истончается, делая переходы проще. Тогда у нас с Роландом полно работы. Врата, которые несложно использовать весь год, еще опаснее.
Получается, «невесты» джентри могут без особого труда бегать в мой мир за «женихами»! От одной мысли меня передернуло. Поколение техасских эльфоф… Ужас!
— Эжени? — позвал Роланд, — О чем задумалась?
— Как зовут этих шаманов?
Роланд, казалось, все еще побаивался, что я лезу куда не следует. Подумала, он успокоится, если некто надежный и, что еще лучше, принадлежащий к роду людскому будет прикрывать мне спину. Отчим попытался вызнать подробности, но я особо ничего не рассказала. Поблагодарила за информацию, пожелала хорошего дня — и отключила связь.
Пока я болтала по телефону, Кийо проснулся, тихонько встал с постели и отправился в душ. Я спряталась под одеялом и предалась раздумьям на тему «что будет дальше». Надо бы связаться с этими шаманами и узнать, не заметили ли они в последнее время нашествия джентрийских дев. Если заметили, значит, с моей пропажей все более-менее в порядке. Тогда подумаю, следует ли потакать острому желанию препроводить девиц обратно…
Внезапно в комнате похолодало, а по коже словно провели ежиком… Волузиан? В темном углу тут же появился мой зловещий подручный.
— Какой сюрприз! — сказала я. — Твоя жизнерадостная мина — лучшее начало любого дня. Что стряслось?
Когда я в прошлый раз была в Мире Ином, приказала Волузиану доставлять мне любые новости. Раз проклятый здесь, ему есть что сказать. Значит, у меня снова проблемы.
— Дебилоидный мордоворот, командующий войсками моей повелительницы, потребовал ее присутствия, — изрек Волузиан.
— Это ты о Рюрике?
— Да, если только моей повелительнице не известен какой-либо иной дебилоидный мордоворот, командующий ее войсками.
— Он не говорил зачем?
Если дело касалось торговли, за мной послала бы Шайа.
— Он жаждал сообщить, что нашлась одна из пропавших девиц.
— Что?
Я выскочила из постели и торопливо оделась. Из душа вышел Кийо, похожий на Аполлона с мокрыми волосами, и удивленно на меня посмотрел.
— Что уже успело случиться?
— Нашлась одна из деревенских беглянок. Пойдешь со мной?
Он покачал головой и стал одеваться. На кресле, как напоминание, — белый халат.
— Не могу. Пора на работу.
Обидно, досадно, но, как говорится, ладно. Хорошо хоть, что он собирается работать, а не околачиваться рядом с Майвенн. Мы попрощались долгим поцелуем… Потом оторвались друг от друга, посмотрели на Волузиана и не смогли удержаться от смеха: у проклятого был такой вид, словно он мысленно перебирал доступные способы самоубийства.
Я отослала духа и вскоре сама перенеслась в Мир Иной. Ниа, как обычно, из кожи вон лезла от радости, но я вежливо сбежала искать Рюрика. Начальник стражи вместе с Шайей уединились в ее кабинете и сосредоточенно что-то обсуждали. Едва я переступила порог комнаты, они оба вскочили на ноги.
— Ваше величество, — пропела Шайа.
— Где она? — воскликнула я. — Девушка! Хочу поговорить, наконец-то во всем разобраться!
Рюрик сморщился.
— Гммм…
— В чем дело? Волузиан сказал, вы ее нашли.
— Ну, вернее, она сама нашлась. Та девушка из Вестории, о которой просили вас ее родители. Она прошлой ночью объявилась в деревне. Плакала и все твердила про какой-то ужас и что ей чудом удалось сбежать.
— Это в самом деле монстр? — удивилась я. — Или все-таки разбойники?
Рюрик помотал головой.
— Кто его знает. Девка бормотала ерунду как умалишенная… Родители пытались ее успокоить, но, думаю, не особо получилось. Они послали нам весточку, потому как были уверены, что вы захотите поговорить с девчонкой, и… м-да, тут начинаются проблемы.
— Можно подумать, раньше проблем не было.
— Когда девушка узнала о вашем скором приезде, она растеряла остатки рассудка.
— Я что, страшнее монстра?
Рюрик пожал плечами.
— Знаете, ваше имя… как бы так сказать… пугает многих подданных.
— Ой-ей-ей! Она, видимо, не знает историю об огненных демонах и потерянной гордости… — вздохнула я. — И что было дальше?
— Она сбежала. По-настоящему.
Я взвыла — и рухнула в кресло.
— Мы отправили людей на поиски, как только узнали, — с некоторой надеждой добавил Рюрик.
— Ну, хоть что-то… Девушка ведь… не иголка в стоге сена? Вы ее найдете?
Рюрик и Шайа уныло переглянулись. Я снова взвыла. Мир Иной, похоже, мастер укрывать беглецов: Жасмин ищут уже три месяца, но ее и след простыл.
— Напечатать бы ее фотку на пакетах с молоком… — пробормотала я.
— Прошу прощения? — смутилась Шайа.
— Так, пустяки. Еще есть новости? Желательно хорошие. От Лейта ничего не слышно?
Может, помедитирую чуток, поддержу землю — и обратно в Тусон?
— Пока ничего, — ответила Шайа, — Однако… пришло письмо от Дориана.
Вот. Очередная заноза…
Шайа, волнуясь, продолжала:
— Он интересуется, почему вы до сих пор не начали переговоры по вопросам торговли. И…
Я закатила глаза.
— Говори, говори. Уже готовлюсь к худшему.
Шайа смутилась.
— Если вы не потрудитесь явиться своевременно, он отменит сделку.
— Наверное, ничего страшного в этом нет, — заметила я. — Есть же и другие страны, которые хотят купить нашу медь?
Вид у Шайи стал еще более сконфуженным.
— Есть, но мало.
— Мало — это сколько?
— Кроме Рябинового Царства? Никого.
— Сукин сын…
И слепому видно, что это проделки Дориана! Я взяла себя в руки и посмотрела в умоляющие глаза Шайи.
— Полагаю, он не уточнил, когда это — «своевременно»?
— Вообще-то уточнил, — выдохнула она.
Рюрик нагло ухмылялся.
Плохо. Очень-очень плохо.
— Сегодня.
К Дориану я отправилась в юбке с разрезом до середины бедра — и с дурными предчувствиями. Шайа с Нией буквально заставили меня надеть платье: королевы, видите ли, в джинсах на деловые переговоры не являются. Я возразила, что в таком виде не смогу ехать верхом. Вот и пришлось выбирать меньшее из двух зол. Как положено, королева путешествует с толпой охранников. Меня эскорт по-прежнему нервировал и заставлял чувствовать себя ребенком. А сегодня — Лолитой…
Причудливая география Мира Иного привела нас еще в одну деревню. Ненадолго, правда. Здесь, как и в Вестории, царили голод и нужда. Правда, вода в поселке была: одна из жительниц умела искать источники. Мудрая женщина многому меня научила, хоть и была гораздо слабее по части магии. Я тут же опробовала новые знания — и без особого труда отыскала место для колодца. Снова захотелось взяться за лопату — но я вовремя вспомнила, что одета в «подобающее» платье. Впрочем, меня и так снова провозгласили спасительницей.
Поездка была ужасна, хоть мы и добрались до Дориана гораздо быстрее, чем до Майвенн. Мы почти не покидали Терновые земли. Жарило как в аду, я страшно потела в вычурном платье из фиолетового шелка. И ни ветерка, ни малейшего дуновения! Я бы все отдала, чтобы чуть пошевелить застоявшийся воздух… В Тусоне ветра — не редкость. Почему же здесь их днем с огнем не сыщешь?
Отец мог контролировать все, что связано с бурями: воду, воздух, заряженные частицы, температуру и прочее. Я пока управляла только водой. Но разок получилось повлиять и на воздух… Вот и сейчас чувства обострились: воздух звенел вокруг, звал… Я ответила на зов, и… ничего. Снова и снова я пыталась подчинить воздух так же, как управляла водой: заставить двигаться и охлаждать измученное тело… Безрезультатно. Наконец уже почти у ворот замка Дориана я сдалась. Может, в твердыне изящества будет попрохладнее…
Когда-то меня здесь приняли с враждебностью и подозрением. Теперь во взглядах уважение с изрядной долей раболепства. И настороженности. Не успела я и глазом моргнуть, как охранники исчезли, а на мое королевское величество налетели слуги Дориана и ну сыпать заманчивыми предложениями: поесть, отдохнуть. Я вежливо, но твердо отказалась от всего сразу. Хотелось поскорее приступить к переговорам — и убраться отсюда.
Слуга отвел меня в богато декорированную залу и громко возвестил о появлении, перечисляя титулы и прочее. Дориан, как обычно в рубашке кремового цвета с длинными рукавами, склонился над шахматной доской. В кресле напротив — старик с бородой до земли. Король поднял на меня золотисто-зеленые глаза и ослепительно улыбнулся. Как всегда, мастерски пользуясь своей красотой. Дориан неодобрительно глянул на партнера по игре.
— Клянусь богами, Каспер, где твои манеры? Здесь Терновая королева. Выкажи хоть каплю уважения, пока я тебя не выпорол!
Старик начал подниматься на ноги. Я попыталась робко возразить. Казалось, прошла вечность, пока дед распрямил скрюченное тело, изобразил что-то вроде поклона и мрачно выдавил: «Ваше величество».
Дориан в это время поменял местами несколько фигур на доске.
У меня отвисла челюсть. Дориан поднес палец к губам. Я сделала каменно-вежливое лицо и улыбнулась Касперу.
— Благодарю вас, можете присесть.
Слуга, который привел меня, торопливо пододвинул обитое бархатом кресло к шахматному столику. Я поблагодарила его и уселась, по привычке закинув ногу на ногу. Юбка сползла с колен, ноги обнажились сверх всякого приличия. Я торопливо сменила позу, но Дориан успел увидеть все, что хотел.
Глаза Каспера под кустистыми седыми бровями не отрывались от шахматной доски. Он сделал ход — Дориан лишился пешки. Король на секунду нахмурился, но потом повернулся ко мне — и засверкал улыбкой.
— Ты, как всегда, ослепительна. И платье сидит великолепно. Каспер, взгляни! Ты заметил, как этот оттенок подходит к ее глазам?
На лице Каспера было написано только желание продолжить партию, но старик покорно взглянул на меня и коротко кивнул:
— Да, ваше величество. Очень подходит.
Дориан стремительно смел с доски еще несколько фигур — и тут же напустил на себя вид глубочайшей задумчивости, пока Каспер поворачивал дряхлое тело обратно.
Король вздохнул и передвинул слона.
— Не самый гениальный ход, но что делать…
Теперь Каспер потерял пешку.
Дед очень удивился, когда понял, что фигуры на доске стоят совершенно не так, как минуту назад. Долго и внимательно изучал игровое поле, потом сделал ход конем. Безрезультатно.
— Эжени, ты что, скиталась по пустыне? — протянул Дориан, — Хотя чему я удивляюсь, ведь именно поэтому ты снова здесь. Ужасно стыдно, наверное… Твой народ так страдает: нужда, голод… Как в Сонгвуде…
Старик уколол меня взглядом.
— Сонгвуд?
— Сонгвуд? — переспросила я.
Дориан снова передвинул фигуры.
— Я там родился, — произнес Каспер. — Местные, что, голодают?
О, постойте-ка, — примирительно пропел Дориан, — Сонгвуд ведь в Ивовых землях? Простите, что напугал. Мне казалось, он — часть королевства Эзона. Уверен, город благоденствует.
Король только взглянул на доску — и сразу двинул ферзя.
— Шах и мат.
Каспер вылупил глаза.
— Это не…
И принялся изучать «поле битвы».
— Королеву не победить, — проворковал Дориан, — Если она решила покорить короля, остается сдаться — и получать удовольствие.
Я закатила глаза.
Каспер вздохнул.
— Великолепная игра, ваше величество.
Дориан одобряюще похлопал старика по плечу. Тот поднялся из-за стола.
— Не бери близко к сердцу. Ты хорошо играл, только немного небрежно. Возможно, в следующий раз тебе повезет.
Каспер отвесил еще один вялый поклон и ушел. Я гневно посмотрела на Дориана.
— Негодяй! Тебе должно быть стыдно.
— Вряд ли, — невозмутимо ответил тот. — Этот человек — чемпион семи королевств по шахматам. Я лишь слегка сбил с него спесь. Ему это только на пользу. Кстати, о спеси: не пора ли нам обсудить дела?
Он встал и подал мне руку. Я ее не приняла, просто пошла за королем на другой конец зала. Дориан опустился на кушетку, обитую шелком цвета слоновой кости, а я предпочла бархатную оттоманку под цвет платья. Да… Будто тону в лиловом море… Рядом — столик, заваленный документами. Дориан взял оттуда пачку пергаментов и протянул мне:
— Просто подпиши — и покончим с этим.
Да уж, наглость высшей марки! Я бегло просмотрела бумаги — и почти ничего не поняла. Грузы, способы доставки, какие-то проценты, графики… Эх, Шайю бы сюда! Я недоверчиво посмотрела на Дориана.
— А переговоры?
Он взял с другого столика графин с белым вином и наполнил два бокала.
— Ой да ладно… Чего время терять? Уверяю, условия весьма щедрые. Куда лучше, чем ты заслуживаешь за то, как играешь моими чувствами. Твои люди получат множество товаров в обмен на медь, которую еще и добывать надо.
— Тогда зачем я здесь?
Разве не понятно?
— Нет, — прорычала я, выписывая пером подпись. Пером, честное слово. — Негодяй!
— Стараюсь потихоньку. Вина?
Я покачала головой.
— Не хочу переводить твое добро. Итак, насколько я понимаю, мое присутствие здесь — часть оплаты за провиант для Тернового Царства. Чего еще тебе от меня надо?
Дориан пристально посмотрел на меня поверх бокала.
— Список, пожалуй, будет длиннее, чем наш договор…
Да. И мое тело — первый пункт.
— Ладно. О чем ты хотел поговорить?
— О тебе, — ответил он. — Почему ты ни разу не приехала повидаться со мной?
— Сам знаешь. Ты использовал меня, навязал королевство.
— Все люди такие злопамятные?
— Многие. Я лично ничего не забываю.
Дориан улыбнулся.
— Конечно. Например, Рюрик. Он пытался тебя изнасиловать, но ты ему доверяешь.
— Ну и что?
— Его ты можешь простить, а меня — нет?
Я опустила взгляд, теребя пальцами край платья. Что я могла ответить? Сначала Рюрик показался мне законченным мерзавцем, а теперь он — мой советник. Почему я до сих пор ненавижу Дориана? Да потому, что наши с ним отношения начались совсем не так враждебно… Конечно, я не сразу доверилась красавцу королю… Но он не сделал мне ничего по-настоящему плохого.
Думаю, Дориан мне нравился. Постепенно простая симпатия переросла в нечто большее — именно поэтому так больно и противно вспоминать, как он меня использовал. Дориан помог мне прикончить Эзона, а потом обманом заставил подчинить Терновые земли. Я понятия не имела, что делаю, пока не стало поздно. Как только я поняла, во что вляпалась, появилось чувство, что Дориан разыграл хитрый план: убрать Эзона, посадить на трон королеву-марионетку — и править самому! Естественно, я обиделась.
«Ты уверена?» — ядовитый голосок внутри. Нет, но в этом сложно признаться даже самой себе. Я, сама того не желая, очень привязалась к Дориану. Потеряла тогда контроль и над телом, и над эмоциями. И до сих пор не уверена, что могу устоять перед его чарами. А стена враждебности между нами — хорошая защита.
— О чем задумалась? — Дориан сам спас меня от своего предыдущего вопроса.
— Да вот, подписала контракт не читая. А вдруг там, мелким шрифтом, пункт о сексуальных услугах?
— Проклятье! — выругался Дориан, — И как я не додумался!
Судя по тону, король был искренен.
— Значит, в другой раз. Думаю, это не последняя сделка между нашими королевствами.
— Надеюсь, последняя. — Он, кажется, даже обиделся. — Неужели я так тебе противен?
Мне стало неловко.
— Нет, извини. Я не это хотела сказать. Просто… Надеюсь, жизнь в Терновом Царстве наладится — и мне больше не нужна будет помощь.
На лице Дориана вновь заиграла легкомысленная улыбка. Он допил вино и потянулся к моему нетронутому бокалу.
— Ходят слухи, что дела идут на лад благодаря всеблагой королеве Эжени. Мне тут на днях донесли, будто ты роешь ямы и кормишь сирот. Чудо, что у тебя хватает на это времени, при твоей-то лицемерной работе по изгнанию твоих же подданных из человеческого мира!
— Мои подданные не ходят в мир людей, — надменно заявила я.
Ага… А куда подевалась толпа деревенских дурочек?
— И вообще, я никакая не всеблагая! Просто отыскала воду пару раз.
Дориан цокнул языком. Глаза его горели от восторга.
— Большинство правителей не делают и сотой доли того, что творишь ты: общаешься с народом, буквально трудишься плечом к плечу с ними… Ты для них почти мессия. Только представь, как народ будет обожать твоего сына…
Я скорчила гримасу.
— Даже не заикайся! Я вовсе не пытаюсь изображать мессию, просто хочу помочь!
Благостные боги! — Дориан залпом осушил бокал. — Ты это серьезно? Успела кому-нибудь поспоспешествовать по дороге сюда?
— Э-э-э… Ну да, немного. Мы остановились в деревеньке, помогли отыскать воду.
— Заметно, заметно… Ты… прекрасна, когда пользуешься магией… Сила оставляет такие… следы…
Его голос… И — еще хуже — взгляд… До одури захотелось оборонительно скрестить руки и ноги, но я вспомнила… Чертово платье!
— Осмелюсь заметить, ты неплохо управляешься с водой, — добавил Дориан. — Тем хуже, что бросила учиться.
— Мне не нужна твоя помощь. Я тренируюсь сама… и стала намного сильнее.
— Хммм. Вижу, вижу… А как дела, скажем, с воздухом?
Он что, шпионил за мной? Нет, это не в его характере. Просто Дориан… слишком хорошо меня знал.
— Практикуюсь, — высокомерно процедила я.
Получи, фашист, гранату!
Губы короля изогнулись.
— Понятно. И как успехи?
Я промедлила с ответом. Он расхохотался — и неожиданно присел рядом. Я попыталась отодвинуться, но места было не так много.
— Эжени, Эжени… Перестань наконец бороться с этим… и со мной! Только создаешь себе лишние проблемы.
— Ну да, — ответила я.
Боже, от Дориана всегда так приятно пахнет корицей и яблоками… «Держись, Эжени, не сдавайся! Еще пару минут назад он бесил тебя до невозможности!»
— Это ради моего блага, а вовсе не потому, что ты мечтаешь покорить Мир Иной и увидеть исполнение пророчества?
— Ну… и поэтому тоже, — усмехнулся король.
Дориан всегда непоколебимо честен.
— Это совсем не значит, Эжени, что ты не сможешь использовать магию себе во благо. Не помешает научиться контролировать воздух для начала. Это поможет твоим несчастным подданным.
— Черт подери! Их-то не втягивай!
— Они уже и так… втянуты. Научись повелевать бурями, и засуха закончится.
Голос Дориана был полон обещаний и соблазна.
… Опустевшие поля, изголодавшиеся лица…
Я покачала головой.
— Ты не будешь учить меня.
— А если я найду другого учителя?
— Что? — Я развернулась, заглянула королю в глаза, — Что ты сказал?
— Что слышала. Как ни парадоксально, не я один тут умею использовать магию. Хотя я самый ошеломительно привлекательный и поразительно умный из всех…
Я посмотрела в глубь зала. Искательница воды из той деревеньки — первая джентри, у которой я смогла чему-то научиться. В смысле, магии. Сила Дориана очень отличается от моей, но он был достаточно искусен, чтобы передать базовые знания. А что, если я действительно найду учителя с более схожей магией и без желания затащить меня в постель?..
Нет. Магия опасна: чем больше ее используешь, тем сильнее хочется еще, и еще, и еще… Чем больше я принимаю свою джентрийскую сущность, тем меньше во мне остается человеческого… Кийо постоянно напоминает об этом. А Роланд… Даже думать не хотелось, как он это воспримет.
И все же…
— Есть кто-нибудь на примете?
Дориан кивнул.
— Она не так сильна, как ты, — честно говоря, джентри с такой силой просто нет, — но близка к этому и прекрасная наставница.
Она. Здорово! Хоть не будет мечтать заделать мне ребенка…
Дориан уловил мои колебания.
— Эжени, к чему противиться? У тебя на лице написано желание учиться, не притворяйся, что не хочешь очернять рук своих делами блистающих. Хватит баловства, прими это как дар.
— И какова будет плата? — недоверчиво поинтересовалась я.
— Ничего мне не надо, просто учись. Можешь даже забрать наставницу в Терновое Царство, только дай ей шанс!
— И все?
— Да. Ты прекрасно знаешь, чего я хочу, так что никакого подвоха тут нет. Остальное зависит только от тебя.
Правда. Дориан не скрывал ни своих наполеоновских планов на меня, ни своей мании величия…
— Ладно… Согласна.
Представила, как Кийо разозлится…
— Обещаешь?
— Обещаю.
И почему всякий раз, когда я соглашалась с Дорианом, так хотелось проверить, на месте ли душа?..
— Отлично, — сказал он, — мы еще сделаем из тебя всемогущую королеву!
Искуситель протянул руку и поправил складку у меня на юбке. Прямо рядышком с разрезом… Прикрыл ноги подолом… а пальцы скользнули по моей коже… Опасный миг: почти хотелось, чтобы рука двинулась дальше… Но она просто «прилегла отдохнуть» у меня па бедре.
— Дориан, — процедила я.
— Что?
Я выразительно посмотрела вниз.
Он глянул туда же…
— Ах это. Да я как-то и сам не заметил! — пропел он и убрал провинившуюся руку.
Я еле сдержалась, чтобы не скорчить обиженную рожицу…
— Чувствую, на ужин тебя заманить не удастся, поэтому позволь пригласить твою наставницу.
— Ты в самом деле поразительно умен, — ответила я с усмешкой.
Он встал и сверкнул белыми зубами.
— И ошеломительно привлекателен?
— Веди давай!
Он направился к выходу из зала.
Вот он идет, высокий, стройный… Солнечный свет струится из окна, и волосы Дубового короля переливаются всеми оттенками красного, оранжевого и золотого… Ходячий источник неприятностей. Подозреваю, я все-таки продала душу.
А потом Дориан привел мою наставницу…
— Она?! — воскликнула я и вскочила как ужаленная.
Дориан притащил… Изабель! «Эжениподобную» шлюшку с бала! Она застыла, вылупив голубые глазищи. Похоже, не одна я застигнута врасплох.
— Я что, ее должна учить?! — воскликнула Изабель.
— Именно, — спокойно ответил Дориан, — Иди собирай вещи. Поедешь в Терновое Царство. Научишь ее величество использовать магию в полную силу.
— Нет, — последовал ледяной ответ. — Не буду я этого делать!
Тут обходительность Дориана точно корова языком слизала.
— Еще как будешь. Или ты откажешься выполнить приказ своего короля?
Даже я, сознаюсь, задрожала. Чуточку. Совсем недавно он был почти милый, шутил и норовил облапать меня… А теперь он страшен…
— Дориан, — с трудом выдавила я. — Не заставляй ее…
Ненавидящий взгляд Изабель.
Обойдусь без вашей помощи!
— Ее желания меня не интересуют, — процедил Дориан.
Поразительно: словно Изабель для него не женщина, которая согревала королевскую постель, а красивая, полезная вещь. Она ведь ему нравится?.. Наверное… Но не настолько, чтобы заслужить особое отношение. Или я для него важнее…
— Не хочу учиться у нее! — выпалила я в ответ.
— Тоже неинтересно. — Дориан не сводил глаз с Изабель, — Ты обещала… Или хочешь вернуться в свой мир и бросить королевство?
— Я такого не ожидала!
А это неважно. Ты или сдержишь обещание, или нет. А ты, — обратился он к Изабель, — или подчинишься, или нет.
Глаза Изабель полыхали от ярости, она тяжело дышала. Казалось, она готова разразиться миллионом проклятий, но девушка закусила губу, сглотнула и сделала глубокий вдох. Смирилась и спокойно ответила своему королю. Правда, смотрела она при этом на меня. Если бы взглядом можно было убивать, от меня уже осталось бы только мокрое место. Давно на меня так никто не смотрел… хотя постойте! Смотрел. Волузиан.
— Конечно, я повинуюсь, ваше величество. С огромным удовольствием…
Помимо Изабель Дориан отправил ко мне несколько караванов с едой. Сказал, потом рассчитаемся. Я бы даже поверила, что он пытается извиниться, если бы не знала Дориана так хорошо. Он обожает меня бесить и, верно, сожалел, что не сможет наблюдать за «уроками». Я нашла выход из положения: возглавила отряд, а Изабель засунула в самый хвост, между стражниками и слугами Дориана.
Шайа, понятное дело, очень удивилась, когда увидела, в каком составе вернулась «делегация». Я велела ей разобраться с едой и Изабель.
— Определи ее куда-нибудь. Куда угодно, — велела я. — Мне все равно.
— Но почему она вообще здесь? Это же любовница Дориана.
— О да.
Я поглядела на «учительницу». Свита заходила в замок. Изабель, надутая как индюк, отошла в сторонку. Меня даже немного оскорбила ухмылка, которую вызвала у нее моя резиденция. Хотя по сравнению с замками других монархов мой и в самом деле выглядел неряшливо.
— Поверь, я в курсе, кто она такая.
Шайю так успокоили и отвлекли дары Дориана, что мне удалось улизнуть без особых препирательств. Я даже не переоделась, прежде чем вернуться в свой мир. Дома меня ждал приятный сюрприз: Кийо, на диване, в обнимку с кучей котов. Три питомца — на спинке дивана, четвертый — на плече у хозяина. Пятый оккупировал живот.
— Обалденное платье! — изрек лис, — Только слегка попахивает лошадьми.
Фиолетовый шелк и правда выглядел великолепно, особенно учитывая все, что ему пришлось выдержать.
— Это атрибут дипломатических переговоров.
— С Дорианом?
— И как ты догадался?
— По разрезу.
— Так. Я в душ. Потом в Техас. Поедешь со мной?
Кийо выпрямился, спугнув пару котов.
— Это что, новый ресторан? Или ты имеешь в виду штат?
— Штат. Надо поболтать с шаманами, о которых говорил Роланд. Я взглянула на часы. — Вероятно, мы застрянем там на ночь.
Кийо задумался.
— До завтрашнего полудня я совершенно свободен.
Я заверила его, что мы успеем вовремя, и отправилась смывать с себя пот и грязь. Кийо в этот раз не пришел «тереть мне спинку». Даже не знаю, радоваться или обижаться… Видимо, понял, что время дорого.
Мы отправились в путь через полчаса. Йеллоу-Ривер — недалеко от границы Техаса, часах в четырех езды, если поспешить. Кийо захотел вести машину — думаю, это какой-то мужской инстинкт, — так что я пустила его за руль. По дороге мы болтали обо всем и ни о чем. Это позволило мне обдумать «королевские дела».
Мне все еще очень тяжело было заботиться о королевстве. Делала что могла. Правда, успокаивала уверенность в том, что с остальными проблемами поможет разобраться Шайа. Мы обе это знали, и она прекрасно справлялась со своими обязанностями. Так что вряд ли мне стоило нервничать. Но пропавшие девушки — моя проблема. И шаманы из Йеллоу-Ривера могли пролить свет на картину событий.
Изабель… вот о чем стоило побеспокоиться. Пустила гадюку к себе в дом. Вот останусь как-нибудь ночевать в замке, а она меня задушит во сне! Будь моя воля, она бы скоренько собрала манатки и отправилась назад в Дубовое Царство. Но я дала слово Дориану. Может быть, она и правда смогла бы меня научить чему-то полезному, только эта шлюха вряд ли станет добросовестно выполнять приказ своего короля. Скорее, так и будет травить мне мозги. И не поверит, даже если я скажу, что Дориан мне не нужен…
Дориан.
Я вздохнула. Эта проблема должна была исчезнуть сама собой, но, увы, никуда не делась… Я скучала по нему. Мы оба это знали. И он не упускал возможности меня помучить. Дубовый король бесит меня, как никто на свете! Ужасно чувствовать себя пешкой в его играх. Но есть в Дориане и что-то неотразимое, что заставляет меня смеяться, несмотря на злость и обиду.
И да… Стыдно признать, но, как бы сильно ни любила я Кийо, как бы ни мечтала поставить крест на романе с Дорианом, меня тянуло к этому развратному демону. Та единственная ночь все еще будоражила мои сны. Он как бы невзначай коснулся меня сегодня — и подружка ненасытного оборотня запылала от фантазий… Сильная рука могла с легкостью скользнуть вверх по бедру и…
— Эжени?
— Что?
Голос Кийо возвратил меня в реальность.
— О чем задумалась? У тебя было очень странное выражение лица.
— Ох, ну, я…
И — о ужас — с губ сорвалось:
— Ну почему у нас никогда не бывает прелюдии?
Кийо всплеснул руками. Я перепугалась, что мы улетим в кювет, но он быстро успокоился.
— О чем это ты? Вообще-то бывает. Помнишь, что я проделывал с медом на прошлой неделе?
— Да, помню. Но это исключение, а не правило. Мы всегда сразу — в омут с головой.
— Раньше ты как-то не возражала…
— Нет… Мне и сейчас все нравится. Просто было бы неплохо… не знаю… расширить горизонты.
— Я не против, — сказал лис, немного подумав. — Готов исполнить любое желание… Это, видимо, инстинкты заставляют меня сразу накидываться на самое вкусное…
Да уж, все с ним понятно. Думаю, дикие лисы не особенно разбираются в предварительных ласках.
— Честно сказать, мне и самому хочется новизны.
Кийо на мгновение замолчал, потом спросил:
— Это Дориан так на тебя повлиял?
— Он-то тут при чем? — невозмутимо поинтересовалась я.
— Сам не знаю. Инстинкт подсказывает.
Лис сощурил темные глаза — сосредоточился на дороге.
— Я не идиот и знаю, что вы с ним спали.
Я удивленно застыла, не в состоянии выдавить осмысленное возражение. Я почти никогда не лгала Кийо насчет Дориана, просто не вдавалась в подробности.
— Как ты?..
Кицунэ печально улыбнулся.
— Дориан всегда смотрел на тебя, будто голодающий на кусок мяса. А теперь пялится, словно хочет добавки.
Я промолчала. Все равно сказать нечего.
— Да ладно, — примирительно сказал Кийо, — мы ведь тогда почти расстались. Что было, то было — если не влияет на день сегодняшний.
Меня простили. Чувство вины смешалось с благодарностью…
— Все в прошлом, — подтвердила я. — И прошлое забыто.
Наконец мы приехали к первому шаману, парню по имени Арт. Как Роланд и я, Арт жил в пригороде, в большом доме, совершенно непохожем на логово борца с нечистью. Стены выкрашены в солнечно-желтый цвет, а ухоженный двор огорожен белым штакетником. Слышно, как на улице играют ребятишки.
Арт во дворе пропалывал клумбы с цветами. Выглядит лет на тридцать. Одну руку обвивает красная змея, на другой стилизованный ворон. Остальные тату не видно под одеждой. Мы стали на одной из ведущих к дому дорожек. Арт увидел гостей и заулыбался.
— Вы, должно быть, Эжени. — Стряхнул землю с перчаток и смущенно проговорил: — Пожал бы вам руки, но…
Я улыбнулась в ответ.
— Не беда. Это Кийо.
Мужчины обменялись приветствиями, и Арт жестом пригласил нас на задний двор.
— Роланд говорил, вы хотите что-то узнать? Располагайтесь пока, а я смою грязь и принесу выпивку.
Мы с Кийо присели за милый столик под зонтиком и огляделись. Задний двор дома Арта оказался даже более вылизан, чем фасад. Климат здесь лишь немного влажнее, чем в Тусоне, так что можно представить, сколько воды и труда уходит на этот великолепный сад. Мне пришла в голову забавная мысль, и я не смогла удержаться от смеха.
— Что? — спросил Кийо.
Он наблюдал за колибри. Мини-птичка кружилась над усыпанными красными бутонами кустами, которые росли вокруг дома.
— Я подумала пригласить Арта в Терновое Царство, чтобы занялся ландшафтным дизайном.
— Думаю, это повредит твоей конспирации.
— Точно. Интересно, парень часто бывает в Мире Ином?
— Рано или поздно он все узнает — и настучит твоему отчиму. А может, не он. Но кто-нибудь обязательно поделится с Роландом этой новостью.
Я скорчила рожицу. Отчим знаком с кучей шаманов по всей стране.
— Да, я в курсе.
Арт вышел из дома уже без перчаток и в другой футболке. Поставил на стол переносной холодильник, аккуратно закрыл за собой стеклянную дверь. Мы успели увидеть занавески с сине-лиловым акварельным узором, расшитые серебристыми нитями. Глядя на них, я даже обзавидовалась: мои шторы порвала в клочья буря, которую я нечаянно устроила. Похоже, Эж, ты никудышная хозяйка…
Арт открыл холодильник.
— Не знаю, что вы любите, так что принес на выбор.
В морозилке нашлось несколько видов газировки и пиво. Кийо предпочел второе, я — первое. Летний день уступил место приятной вечерней прохладе, да и деревья давали достаточно тени. Я пила колу и вспоминала об утреннем путешествии по жаре.
— Великолепный двор, — похвалила я. — Жаль, у меня терпения не хватает… Мой скорее напоминает сад камней.
Арт ухмыльнулся. Лазурные глаза на загорелом лице оплела сеть морщинок.
— Это, кажется, сейчас модно?
— Ну да, вроде бы. Правда, модная композиция из песка и камней отличается от… просто груды песка и камней.
Он снова рассмеялся.
— Что ж, уверен, у вас есть дела поважнее. Роланд говорил, что передал вам бразды правления.
— Да нет, отчим мне помогает. Ему сложно наслаждаться «пенсией», когда я в одиночку веду дела.
— И какое же дело привело вас ко мне?
Не стал затягивать вежливую беседу о том о сем. Замечательно.
— У вас тут оживленный перекресток.
— Да уж, — подтвердил он, — не дает расслабиться.
— Джентри часто забредают?
Шаман от души глотнул пива и задумался.
— Ну, вообще-то регулярно.
— А в последнее время их не стало больше? Особенно девушек?
Брови Арта взмыли вверх.
— Я бы заметил… А почему вы спрашиваете?
— Да так, по работе, — увильнула я от ответа.
— Женщины, конечно, постоянно совершают переходы, — протянул Арт. — Но мужчины — чаще. В последнее время основная работа — экзорцизмы.
Я кивнула. Пока джентри и прочие жители Мира Иного не воспылали коллективным желанием заделать мне ребенка, я сражалась в основном с духами. Шаманская рутина, так сказать.
— Простите, ничем помочь не могу, — добродушно сказал Арт.
Лицо мое, видимо, не горело от радости.
— Спросите у Абигайль.
— Это ваш второй шаман?
— Ага. Мы работаем вместе. Может, она заметила то, что я пропустил.
Я поблагодарила Арта за сведения. Потом мы просто сидели и болтали о чем придется. Арт заинтересовался происхождением Кийо. Роланд чуял в ветеринаре оборотня, но безупречная вежливость шамана-садовода заставила меня сомневаться, что он ощущает то же самое. Еще Арт расспрашивал меня о работе, пытался перевести разговор на девушек-джентри. Я отвечала вежливо, но уклончиво.
Мы распрощались с парнем и направились к шаманке. Абигайль жила в центре Йеллоу-Ривера, в квартире, совсем не похожей на уютное обиталище Арта. Вообще город был куда более процветающим и интересным, чем я могла представить. Совсем небольшой, он тем не менее изобиловал магазинчиками и уютными ресторанами. Жилище Абигайль — над антикварной лавкой. И ведут туда два пролета пыльной, шаткой и оттого таинственной лестницы. Гораздо больше похоже на «логово» шамана.
Абигайль и сама будто сошла со страниц древнего трактата о шаманах. Нам открыла дверь пожилая женщина с длинной седой косой. Свободная крестьянская блуза расшита розовато-лиловыми и желтыми цветочками, на шее — хрустальные бусы. Завидев нас, она расплылась в блаженной улыбке.
— Эжени! Какая радость!
«Бабушка» пригласила нас внутрь, и я представила ей Кийо. Квартира куда современнее, чем можно предположить снаружи, но завалена свечками и статуэтками. Здесь я чувствовала себя в своей тарелке. Еще у Абигайль множество кошек. Я насчитала семь, и все они приветствовали Кийо. Четыре подошли и принялись тереться об его ноги.
— Вы ладите с животными, — заметила Абигайль.
— Я ветеринар, — объяснил лис с триумфальной улыбкой, от которой у женщин обычно подкашивались ноги.
Как и Арт, Абигайль усадила нас и заставила выпить — на сей раз травяного чаю. Поболтали «о погоде». Абигайль, можно сказать, фанатка Роланда: она как могла расхваливала отчима и его подвиги. Мне было неожиданно приятно. Но увы, по вопросу о девушках-джентри женщина не сказала ничего нового.
— В основном я занимаюсь целительством и возвращением душ, — объяснила она.
Возвращение душ — это нечто вроде изгнания бесов. Бывает, какая-нибудь сущность вселяется в человека, завладевает его душой. Я тоже пару раз возвращала души, хоть и не специалист.
— Я редко занимаюсь гостями оттуда. Этим у нас Арт заведует. Просто иногда работы столько, что приходится ему помогать.
— Но вы не заметили наплыва девушек-джентри?
— Абигайль покачала головой. Звякнули хрустальные бусы.
— Да нет, не особо. С ними Арт обычно один управляется. — Она печально улыбнулась. — Где уж нам до вас с Роландом!
Я в задумчивости поигрывала чайным пакетиком. Интересно, интересно… Неужели теория о «невестах-беженках» — чушь? Или они, как секретные агенты, умудрились проскользнуть мимо охраны? Я обычно изгоняла джентри лишь после того, как они натворят чего-нибудь нехорошего и заметного. А если девушки живут себе потихоньку?..
Я заказала номер в отеле на окраине города, так что мы допили чай, поблагодарили хозяйку и отправились туда. Когда дошли до машины, Кийо предложил съездить на ближайшую заправку, «покормить железного коня», заодно и шины подкачать. Лис поехал заправляться, а я решила пройтись по магазинам.
Прогулка помогла очистить мозг от тяжелых мыслей. Тем более что магазины в Йеллоу-Ривере оказались неожиданно интересными для захолустья: антиквариат, старинная одежда, хэнд-мэйд[7] и секс-шоп. Зашла туда и кое-что прикупила.
Вскоре мы с Кийо встретились на заправочной станции. Сели в машину и поехали ночевать.
— Немного мы узнали, — сказал он по дороге.
— Да. Давай с утра еще проверим перекресток?
— Давай.
— На самом деле я только за этим и подалась в Йеллоу-Ривер, так сказать, во плоти. Поговорить-то можно и по телефону…
— Если и там не найдем зацепок, придется признать, что рабочая гипотеза… гм… не работает.
Кийо покачал головой, легкая улыбка изогнула его чудесные губы.
— Знаешь, Эжени, женская логика — поразительная штука. Ты не хочешь быть королевой, но все-таки ломаешь голову, пытаясь помочь девушкам.
Мы подъехали к отелю и отыскали парковку. Кийо заглушил двигатель.
— Хочешь, чтобы я отказалась от этого?
— Только потому, что волнуюсь за тебя. Но если честно, ты просто суперкоролева!
В глазах кицунэ читалось восхищение с примесью чего-то жаркого, опасного и чудесного. Я могла сколько угодно подшучивать над его инстинктами, но в постели… ничего смешного не было. Его взгляд огненной стрелой пронзил мою плоть и зажег каждый нерв и каждую клеточку.
— Пойдем в номер, — тихо сказала я.
— Да, — так же тихо ответил лис, — жду не дождусь.
Мы едва успели закрыть дверь… Кийо тут же схватил меня… Как в первый раз… Подтолкнул к кровати, попутно срывая одежду. Хотелось простереться прямо там… Едва хватило присутствия духа увильнуть.
— Не передумал насчет нашего прошлого разговора? — спросила я, тяжело дыша.
В темных глазах — голод и нетерпение.
— Если ты сейчас же разденешься, я согласен на все.
— А на расширение горизонтов?
Лис примолк.
— Что ты задумала?
— Я ускользнула от него — а это непросто, — достала тот самый пакетик и вытащила наручники.
— Серьезно? — спросил Кийо не столько протестующее, сколько заинтересованно.
— Спинка кровати просто создана для того, чтобы закрепить там твои запястья.
— Мои?
Этого лис точно не ожидал.
Впрочем, колебался он только миг. Он так хотел меня, что был согласен на все. И точка.
— Хорошо.
Сбросил одежду и лег на покрывало, вытянув вверх руки. Я замерла, наслаждаясь зрелищем его сильного тела. Разделась сама, наклонилась над «жертвой», пристегнула одно запястье. Он тяжело вздохнул, когда одна из моих грудей почти коснулась его лица. Свободная рука лиса тут же легла мне на бедро и скользнула вверх… Я отстранилась.
— Э нет, командовать парадом буду я.
Он нахально улыбнулся. Все еще думал, что контролирует ситуацию.
— У меня есть еще рука и обе ноги…
Сейчас исправим… Я сладко улыбнулась и снова полезла в сумку. Вытащила еще три пары наручников. Улыбка Кийо сменилась изумлением.
— Не беспокойся, я про них не забыла.
Я надежно сковала оборотня по рукам и ногам. Теперь он в моей власти и будет делать только то, что я захочу. Когда я опустила бедра рядом с его лицом, раздвинув ноги так, чтобы его теплые губы и язык лизали и посасывали сколько мне заблагорассудится, знала наверняка: первой, кто кончит сегодня, буду я.
Как только мы вернулись в Тусон, Кийо сказал, что у него много работы, — и испарился. Еще добавил: не жди меня вечером, поеду к Майвенн. Обычно такие разговоры сразу портили мне настроение. Я и сейчас не испытала особого восторга, но после прошлой ночи чувствовала уверенность и некоторое превосходство в отношениях. Сомневаюсь, что он станет смотреть на Майвенн с тем же благоговением, с каким глядел на меня, когда я заездила его до изнеможения… Если бы еще посещение перекрестка в Йеллоу-Ривере прояснило хоть что-нибудь, я бы вообще была довольна, как слон после купания.
— Какое счастье, что ты заглядываешь домой, — сказал Тим, когда я вылезла из душа.
Как обычно, «индеец» колдовал на кухне.
— Что это? — спросила я, глядя, как он месит тесто.
— Рулетики с корицей. Вторая партия. Первая и остыть не успела благодаря кое-кому.
Он злобно посмотрел на собаку — кажется, Яна — под столом. Ян выглядел очень довольным.
Я извинилась за хвостатого мародера.
Тим закончил месить тесто, посыпал его смесью корицы и темного сахара.
— Тебя вечно не бывает дома. Не отрицай.
Я отыскала в холодильнике колу, села за стол. И этот собрался портить нервы!
— Прости, если тебе не хватает моего общества. Не понимаю почему. Тебе же лучше: меньше хлопот по хозяйству. И вообще я сейчас очень занята.
Тим нахмурился.
— Охотно верю. А как же работа? Та самая, за которую ты получаешь деньги? Вчера вечером звонила твоя секретарша: ты пропустила встречу. А общение с этой надоедливой бабой не входит в условия нашего договора.
Тим и Лара заочно ненавидят друг друга. Ну и ладно. У меня нет времени вдаваться в их проблемы. А новость повергла в шок.
— Что я сделала?
Схватила телефон, открыла органайзер. Да, вчера ваша покорная слуга не явилась на встречу по изгнанию. Плюс куча пропущенных звонков от Лары… Вот голова дырявая!
— Блин, — пробормотала я и набрала номер секретарши.
Как бы сильно я ни беспокоилась о пропавших девушках, Тим прав: счета оплачивать надо. Значит, надо работать.
Лара потребовала объяснений, как только сняла трубку. Никаких вам «здрасьте».
— Прости. Я была занята и забыла. Как думаешь, встречу перенесут? Может, скидку сделать?
— Скорее всего, — уступила она. — У них вообще нет особого выбора: призрака изгнать как-то надо. Кстати, есть еще несколько заказов.
Обычно я не задумываясь бралась за любую работу, что идет в руки: полезно и для моего банковского счета, и для мира в целом. Теперь же, когда надо заниматься королевскими делами, время на вес золота.
— Перенеси пропущенную встречу и назначь еще одну. Только одну. Остальные пусть ждут.
Лара затихла на несколько секунд.
— Ты это серьезно?
— Боюсь, да.
Она вздохнула.
— Ладно. В конце концов, ты все еще в состоянии платить мне зарплату.
— Ага, — рассмеялась я, — пока не обанкротилась.
— Тогда все, — Голос Лары стал чуть-чуть спокойнее, — Кстати, твоему квартиранту надо поучиться манерам. Вчера я звонила — ты бы слышала, как этот урод мне отвечал.
Лара заставила меня повторить время встреч и адреса заказчиков на сегодня, пожелала удачи — и отключила связь. Мне было так стыдно за вчерашнее… Что ж, поработаем сегодня вдвое усерднее. Надеюсь, грехи искупятся. Никогда прежде я не пропускала встречи. Профессия моя, может, и не совсем обычна, но я все же специалист и должна держать марку, какие бы королевские дела ни отвлекали.
После работы сбегала в Мир Иной. Собиралась ненадолго: узнать, как дела у Шайи и не слышно ли чего об удравшей девице. Эх, поймать бы ее и допросить!
Держу пари, все бы сразу прояснилось. И жизнь моя бы наладилась.
Но, увы, хороших новостей не было.
— Ни слуху ни духу, — сообщил Рюрик, как только я выловила его в замке. Застукала… гм… уже с кухаркой. — Мы отправили кучу людей на поиски, но никому из них не повезло. Кстати, наши разбойники переехали. Хотите проведать?
Не знаю. Конечно, бандитов надо изловить: и селянам легче жить будет, и, может, узнаем что-нибудь еще о пропавших девушках. Но если огненный маг все еще с ними, к встрече надо хорошо подготовиться. Так что я покачала головой.
— Пока нет. Продолжай искать беглянку, — я бросила косой взгляд на кухню, где скрылась новая подружка капитана, — если, конечно, найдешь время.
Шайа меня обрадовала. Припасы Дориана благополучно распределены между нуждающимися; Лейт изучил книгу по ирригации и предложил несколько идей. Принц выразил желание обсудить их со мной лично. Подозреваю, не только их, но ради народа я готова терпеть. По крайней мере, Лейта проще вывести на чистую воду, чем Дориана. И вообще меня не так просто соблазнить. Написала юному принцу, что с удовольствием встречусь с ним. И на всякий случай спросила, не знает ли он джентри, способного призывать водных демонов. И уже собиралась обратно, как…
— Ну? Может, покончим с этим?
Я с удивлением обернулась. Изабель стояла посреди коридора, руки в боки. Я думала немного пообщаться с землей, прежде чем сбежать, и поэтому шла на задний двор. Жара стояла изнуряющая, и большинство женщин замка носили легкие, воздушные наряды с короткими рукавами, наподобие того, что я надевала на прием к Майвенн. Изабель же не уступила погоде: зеленое бархатное платье с длинными рукавами изумительно оттеняло ее волосы. Но представляю, как в нем жарко!
— С чем покончим?
Рыжая раздраженно всплеснула руками.
— С твоим… обучением. Меня ведь для этого сюда прислали.
Ах да, точно. Если честно, я пыталась делать вид, что Изабель просто нет, и робко надеялась, что она испарится. Не вышло.
— Прости, — ответила я со всей возможной твердостью, — у меня нет времени.
— Ты обещала Дориану, — предупредила Изабель. — Пока ты меня игнорируешь, я не могу покинуть это проклятое богами место. Я хочу домой.
Я пожала плечами и отвернулась.
— Мы не можем вечно получать то, что хочется.
Не успела я сделать и шага, как порыв ветра ударил в спину, щвырнул волосы вперед, всколыхнул гобелены. Я резко остановилась. Обернулась. Изабель смотрела дерзко и враждебно.
— Боишься?
Очаровательно. Решила поиграть на моем самолюбии. Боже, старо как мир… но работает. Ладно, дело не только в самолюбии. Я не устояла перед искушением. Изабель, почти не напрягаясь, едва не сшибла меня с ног. Я такого не умела — даже близко — а ведь я гораздо сильнее… Если постараюсь, то смогу творить ураганы и сносить здания… Стану почти богиней…
Это неважно. Я не должна… но так хочется! Не богиней стать, конечно. Но подобная сила поможет моему народу. Должна помочь.
— Ладно. Давай попробуем.
Я вела себя так, словно хотела побыстрее избавиться от Изабель, и только.
В замке оказалось полно комнат. Многие из них — в пыли и запустении. Слуги и стражники живут в своих покоях. Мне достаточно гостиной и кабинета.
Сейчас в кабинете делали уборку, так что мы с Изабель пошли в один из заброшенных залов. Камин из речного камня там уже изрядно запылился, но полосатая парчовая мебель выглядела почти прилично. Я уселась в кресло и скрестила руки на груди.
— Давай начинать.
Изабель тщательно отряхнула от пыли диван, села и расправила платье. Сложила руки на коленях — прямо леди до мозга костей! Если не смотреть на злобное лицо.
— Дориан сказал, я должна научить тебя управлению воздухом.
— Что-то вроде того.
Она придирчиво взглянула на меня.
— Прежде чем мы начнем, я хочу сказать, что делаю это не по своей воле.
— Серьезно? А я и не заметила!
Губы Изабель насмешливо изогнулись.
— И что Дориан в тебе нашел? Ты обыкновенная неотесанная человеческая девка.
— Наполовину, — поправила я. — Обыкновенная или нет, но твой парень — как, впрочем, и любой другой в округе — готов дать руку на отсечение, только бы затащить меня в постель.
Так, хватит ее провоцировать! Это не только гадко, но и опасно для моих нервов: рыжая легко может превратить уроки в долгую пытку.
— Поверь, твое обаяние тут ни при чем. Это все из-за пророчества, человеческой крови, гипотетической способности к размножению и, если честно, — она с притворной скромностью разгладила подол, — им нужна не ты, а ребенок.
— Извини, если разочарую, но ребенка не будет. Никогда.
«По крайней мере, пока я принимаю таблетки».
Изабель подняла глаза.
— Да ну? Тогда почему ты… с кицунэ?
Она произнесла «кицунэ» как ругательство. Дориан частенько говорил так же, чтобы меня позлить. А рыжая, по-моему, искренна.
— Если ты действительно королева, — прошипела Изабель, — почему унижаешь себя связью с кицунэ? Думаю, хочешь ребенка. А оборотень доказал свою мужскую силу… Стоит только взглянуть на фигуру Майвенн. Ты заявляешь, что не пытаешься забеременеть… Или не можешь?
— Что? Это бред!
— Лично я, — она с гордостью провела руками по бедрам, — уже родила двоих детей.
Ничего себе! Поразительно — для джентри.
— От кого?
Интересно, почему мне не хотелось услышать имя Дориана?
— От мужа. Его убили в сражении много лет назад.
Изабель слегка нахмурилась. Первый раз я заметила у нее настоящие эмоции. Секунда — и стервозность возвратилась.
— Дети живут с моими родителями, они здоровые и крепкие ребята. Господин мой Дориан знает, что я могу родить еще. Поэтому я заняла твое место, а тебе досталось то, что осталось.
— Мы с Дорианом не потому… Ладно, забудь. Слушай, в последний раз говорю: я с Кийо не ради ребенка. Я люблю его.
Изабель фыркнула:
— Сомневаюсь. Если ты хотела любовника ради удовольствия, то не бросила бы моего господина. Ни один мужчина не сравнится с ним в искусстве любви. Когда он связывает мне руки веревками или рисует на моей коже вместо холста, я не представляю большего наслаждения.
— Ну-ка, прекрати! — воскликнула я, вскидывая руки.
Черт! Черт, черт, черт!!!
— Избавь меня от подробностей вашей с Дорианом интимной жизни. Это точно не поможет мне освоить магию. Не желаю… Погоди… Рисование?
Лукавая улыбка скользнула по лицу рыжей стервы.
— Господин любит искусство. Он частенько использует мое обнаженное тело вместо холста. Может часами украшать меня цветами и другими рисунками… А какое наслаждение доставляет его кисть, когда…
— Ладно, извини, что полюбопытствовала.
Уроки магии у Дориана часто включали связывание. Не уверена, что это было необходимо. Дориан долго, наслаждаясь процессом, обвязывал меня шелковыми шнурами, складывал их в сложный многоцветный узор… Представляю, как он задумчиво вырисовывает цветы, солнышки или что угодно на моей коже… Его чувственные руки неторопливо прикасаются ко мне…
Нет, не ко мне. К Изабель.
— Давай закончим поскорее, — мрачно сказала я.
Надеюсь, она не умеет читать мысли…
Тогда мы обе сможем отправиться по домам.
— Прекрасно. Тебе нужна моя помощь, потому что ты слаба.
— Не совсем верно.
Господи Иисусе! Так и будет продолжаться?
— Моя сила велика. Я владею магией воды… хотя, думается, не идеально. Вроде я должна была унаследовать и магию ветра, но… смогла использовать ее только раз.
— Может, ты неполноценная, — протянула Изабель непринужденно.
Ее взгляд скользнул по моей груди.
— И не только в магии. Ладно, посмотрим…
Ничего не менялось. Каждая ее реплика — колкость. И все же многое напоминает уроки Дориана. Надеюсь, она не морочит мне голову.
Изабель учила меня тянуться наружу и чувствовать разные типы воздуха — так же, как Дориан учил ощущать воду. Я, кстати, осваивала влагу очень и очень долго… Если столько же времени уйдет на воздух, рыжей придется здесь задержаться.
— Есть разные типы воздуха, — повторяла Изабель. — Не пытайся почувствовать все сразу. Ищи сначала один.
— Какие такие типы воздуха?
Прошел почти час, я устала и могла тянуться только к Тусону.
— Воздух — он и есть воздух.
— Слова дикарки, — съязвила Изабель в который раз. — Может, закончим на этом и скажем моему господину, что у тебя ничего не получилось?
Я скрипнула зубами.
— Объясни еще раз.
Она пожала плечами.
— Существуют разные типы воздуха.
И — тишина. Может, эта стерва права? Бросить бы все к чертовой матери! Надоело! Но Изабель снова подала голос:
— Вокруг растений воздух один. Другой мы выдыхаем. Третий воздух — когда на землю опускается туман. Правда, в этом проклятом месте туманов не бывает.
Я уловила суть.
— Газ. Молекулы. Вот ты о чем!
Теперь смутилась она.
— Разные типы воздуха, — Я с удовольствием перехватила инициативу. — Ты имеешь в виду, магия зависит от того, как ты чувствуешь каждый компонент…Кислород, водород, углекислый газ…
Я что, говорю на иностранном языке? Изабель впала в ступор, а мои мысли понеслись галопом. Я начала понимать. Дориан учил «от простого — к сложному». Сначала я почувствовала кувшин с водой… А, так сказать, на выпускном экзамене выкачала влагу из Эзона и разорвала его на куски. Изучение воздуха на молекулярном уровне немного пугало, но человек во мне тянулся к науке.
Я начала расширять сознание, практически так же, как если бы готовилась использовать магию воды. Раньше я воспринимала воздух как пустое место — и поэтому не чувствовала. Но стоило сосредоточиться на крошечной его частице… Изабель дышит: кислород на вдохе, углекислый газ — на выдохе. Мир замедлился до удара сердца, один вдох в секунду…
Не знаю, сколько я так просидела. Потеряла чувство реальности, ничего не видела и не слышала. Только дыхание. Наконец что-то изменилось. Изабель дышала, а я мысленно вычерпывала углекислый газ, покидавший ее губы, и отпускала его, словно воздушный шарик. Контроль слабый — нет мотивации. Воздух проносился мимо ее плеча, колыхал волосы.
— Ты… ухватила его, — мрачно удивилась рыжая.
Я не потрудилась ответить. Магия захватила меня. Чувства воспламенились. Мир вокруг заиграл яркими красками. Захотелось повторить трюк. Интересно, получится ли взять под контроль другой компонент воздуха — кислород? Я снова сосредоточилась па дыхании Изабель и дала сознанию ощутить иные частицы воздуха. Ухватилась за кислород… Изабель попыталась вдохнуть…
…но закашлялась. Руки взлетели к горлу, глаза что твои блюдца. Я застыла от удивления, а когда поняла, что делаю… страшно испугалась. Как это остановить?! Я просто… впала в ступор. Просто подчинила воздух. Сила горела во мне… а Изабель задыхалась.
Несколько секунд показались годами. Внезапно мозг пронзило осознание — и я отпустила кислород. Изабель уже упала на колени в отчаянной попытке вдохнуть — и, вероятно, начала терять сознание. Когда воздух вернулся, она, бледная от ужаса, долго не могла надышаться.
Через несколько секунд рыжая стерва пришла в себя и заорала:
— Ты… ты пыталась меня задушить!!!
— Нет! — в ужасе воскликнула я. — Я не хотела! Прости! Я только пыталась подчинить воздух.
Изабель встала. Лицо ее горело от злости, а тело тряслось.
— Обманщица! Все ты знаешь! Это какой-то хитроумный замысел!
— Нет, нет! — вскричала я и тоже поднялась на ноги. — До этого момента у меня получилось лишь один раз и то на пару секунд.
— Не верю. Ты не могла так быстро научиться!
А мне то, что я сделала, не показалось особо сложным. Я почувствовала воздух и попыталась им управлять. Вряд ли это можно назвать ураганом… Опять же побочный эффект — полузадушенная рыжая стерва. А я теперь как выжатый лимон. Не уверена, что в ближайшее время смогу повторить процесс. И мне пока не под силу вытворять то, на что способна Изабель.
— Прости… Я не хотела тебе вредить. Это случайность.
Изабель мрачно посмотрела на меня — и вылетела вон из комнаты. Мне показалось, в ее глазах заблестели слезы страха. Она боится меня. А как известно, лучшая защита — это нападение. Поэтому и корчит из себя стерву. Она — в моем доме, в логове той, кого считает соперницей. Плюс моя репутация тиранической воительницы… А еще я ее чуть не убила. И виноват в этом не кто иной, как ее возлюбленный и господин.
— Пугающие способности, ваше величество, — раздался голос из-за двери.
Я вышла в коридор. Шайа. Со свирепым выражением прелестного личика.
— Несчастный случай, — ответила я дрожащим голосом и сама себе удивилась. — Я ее ненавижу, но убивать не собираюсь.
— Понимаю, — лицо Шайи стало печально-мягким, — но она боится не просто так. Вы учитесь слишком быстро.
— Это было несложно! Как и передвигать воду…
— Украсть дыхание гораздо сложнее, чем просто создавать воздушные потоки. Вы боролись против самой жизни. На такое способны только очень сильные и упорные маги. А вы смогли сделать это уже сейчас. Подтверждение вашей силы куда страшнее, чем сам факт покушения на Изабель.
Я впала в ступор.
— Погоди… разве есть люди, которые способны сделать это нарочно? Украсть воздух, не дать дышать?
Шайа пожала плечами.
— Удушение может быть страшным оружием.
— Бред… это бесчеловечно.
— Согласна. Такие способности — большая редкость. Многие из тех, у кого эта сила есть, никогда не помыслят применить ее к другому человеку, враг он или нет.
Я зарычала:
— Кое-кому придется поверить, что это несчастный случай.
— Не поверит она. Никогда.
— Почему?
— Потому что жил на свете один человек, которому нравилось похищать чужое дыхание. Это был его излюбленный способ казни и пыток.
Шайа многозначительно посмотрела на меня.
— Тириган, король Бурь.
Я, как ни старалась, так и не смогла выманить Изабель из ее комнаты. Рыжая даже Шайе не поверила. Просто орала из-за закрытой двери, что сбежит из этого проклятого места — и все расскажет Дориану.
Близился вечер. Хотелось домой… Но — нельзя. Никогда бы не подумала, что буду чувствовать вину перед Изабель… что бы ни случилось. И еще… Здравый смысл надрывался от крика и требовал немедленно прекратить тренировки. Король Бурь убивал врагов чудовищными способами. Кийо предупреждал, что магия поведет меня по кривой дорожке.
Да, я знала: надо тормозить, но не хотела.
Конечно, я не стану изучать магию воздуха ради наслаждения убийством. Просто я прикоснулась к силе и уже не могла от нее отказаться. Разум снова и снова прощупывал воздух вокруг. Смогу ли я им управлять? Казалось, учитель мне теперь не нужен. Природная сила и способности вырвались на свободу. Я училась сама.
Самоанализ прервали: пришло письмо от Лейта. Как я и подозревала, он прочел все книги от корки до корки. Шустрый парень уже разработал план по внедрению некоторых ирригационных систем и собирался присоединиться к рабочим в Вестории завтра утром, чтобы запустить процесс — если, конечно, я не возражаю. И еще: он почтет за честь встретиться со мной.
Лейт добавил, что навел справки в городах возле перекрестка в Йеллоу-Ривере, но о пропаже девушек ничегошеньки не узнал. Неужели только из моего Царства толпами сбегают девицы? Или это чей-то коварный план? Меня ведь столько народу не любит…
Ладно. Завтра надо съездить увидеться с Лейтом. Даже если все это только ради удачного брака. Все равно ничего у принца «на белом экскаваторе» не получится. Плюс я надеялась, что Изабель наконец высунет нос из укрытия.
Итак, я осталась на ночь. Вечером немного пообщалась с землей. Утром ничего особо не изменилось, но земля казалась здоровее. Как всегда, непонятно почему. Возможно, потому, что ночевка в замке сегодня не была мучением, как обычно.
Я собиралась к Лейту, когда стражник принес известие: к замку едет одинокий всадник. Я подумала: вдруг это гонец или сам Рябиновый принц. Но ошиблась.
Дориан.
Замковая челядь сбилась с ног, приветствуя короля Дубовых земель, а он прошествовал в замок с каменным лицом, словно имел на это полное право. Каковое, видимо, он и вправду имел. Времени на фиглярство не было, так что я встретила короля так же холодно.
— Не сегодня, Дориан. У меня дела.
— У меня тоже.
Голос подчеркнуто официальный, но в глазах странная серьезность и нетерпение. Нечасто я видела его таким.
— Я приехал увидеться с подданной. Знаю, ты ее не особо жалуешь, но, дорогая, попытка убийства шокировала даже такого циника, как я!
У меня едва челюсть на пол не рухнула. И как Изабель удалось отправить ему сообщение?
— Что?.. Дориан, это несчастный случай! Я не понимала, что делаю!
— Могу я увидеться с ней? — холодно повторил он.
Я промолчала. Он без единого слова бросился в ее комнату. Изабель — неудивительно — приняла короля. Я же беспокойно расхаживала по коридору взад-вперед. Изабель считает меня способной на убийство. Это не смертельно. Но… вдруг Дориан плохо подумает обо мне… Ну и что? Его мнение не должно меня беспокоить: бог свидетель, я злилась на него куда чаще, чем не злилась. И все же в глубине души хотела сохранить подобие дружбы. Даже под ложечкой заныло от страха потерять его.
Дориан вышел. Лицо по-прежнему каменное.
— Думаю, я убедил ее, что это случайность.
Я облегченно выдохнула — скорее от ощущения, что он сам, кажется, поверил.
— Спасибо.
— Вопрос в следующем: ты хочешь, чтобы она осталась?
— А она останется? — изумилась я.
— Она повинуется мне, — просто ответил Дориан. — Останется и продолжит обучение, если я прикажу.
— Не хочу, чтобы кто-то оставался здесь против воли.
— Я сказал, что ей ничего не грозит. Изабель больше не будет — чересчур — бояться тебя. Так ты хочешь продолжать обучение?
— Я не могу… после того, что…
Я замолчала, не зная, что сказать.
Не хотелось становиться подобием короля Бурь. Не хотелось наслаждаться убийством. И все же… я не могла забыть пробуждение силы, горение магии внутри…
Золотисто-зеленые глаза Дориана внимательно следили за мной.
— Понятно, — сказал он. — Прикажу ей задержаться еще немного.
Я хотела воспротивиться, но не смогла. Дориан вернулся к Изабель, поговорил с ней пару минут и присоединился ко мне в кабинете.
— Что ж, — сказал он энергично, — вот и все.
Мрачного лица как не бывало, и я почти обрадовалась его привычной мине.
— Ты вроде собиралась уезжать? Покидаешь нас, чтобы избавить людей от твоих подданных?
— Чтобы избавить моих подданных от меня самой.
Черты Дориана осветились заинтересованностью.
— Я, кстати, еду в ту же сторону. Или ты хочешь, чтобы я дождался твоего возвращения?
Нет уж. Последнее, чего бы мне хотелось, — это дать Дориану возможность хозяйничать в моем доме. Я поворчала для порядка и согласилась на его компанию. В конце концов, я благодарна ему за Изабель. Оказалось, во всем есть свои плюсы: Рюрик решил, что сегодня можно выехать из замка без толпы телохранителей. Мы отправились в путь втроем. Вот интересно, как Дориану удается путешествовать без эскорта? Хотя попробуй ему возрази…
— Не смей подшучивать над моей учебой, — предупредила я Дориана. — Не желаю слушать, как я принимаю наследство и исполняю пророчество.
Дориан смотрел на дорогу. Улыбнулся.
— Зачем говорить, если ты и так все понимаешь?
— Конечно… Но если я научусь использовать магию, то смогу избавиться от гребаных огненных демонов.
— Мне незачем тебя поучать. Ты сама найдешь, куда приложить силу.
— Эй, это серьезно! Ты что, палец о палец не ударишь, если по твоему королевству начнут бегать демоны? — Я нахмурилась. — Да или нет? Мне уже кажется, что большинство правителей не беспокоятся о таких пустяках.
На губах Дориана играла улыбочка, но глаза посерьезнели.
— Эзон не беспокоился. Не обобщай. Если бы на моей земле появились демоны, я бы лично возглавил карательный отряд.
Честно говоря, я бы удивилась. Возможно, я сильнее Дориана, но он куда опытнее. И поэтому опаснее. Правитель в Мире Ином должен быть сильным, иначе земля не примет его. Чудо, что меня сочли достойной.
— Хочешь, помогу? — внезапно спросил Дубовый король. — Составлю тебе компанию в следующем походе.
— А что взамен? — Я закатила глаза.
— А просто так помочь нельзя? Разве я не делал этого раньше?
— Не знаю, — смутилась я. Неужели он не так вероломен, как кажется? — Я никому не доверяю. — На горизонте показалась Вестория. — Даже инженерному благородству Лейта. Он делает это не ради торговли.
Дориан глянул на деревню.
— Согласен, — сказал он. — Неважно, победишь ли ты демонов, но земля тебе покорилась.
Ненавижу его уникальную способность угадывать мои мысли!
— Когда Катрис умрет, Рябиновые земли перейдут к тому, у кого хватит силы. Или королевство попросту разделят.
— Шайа говорит то же самое: Лейту нужна моя сила, чтобы сохранить трон для семьи.
Я покачала головой.
— С одним королевством я как-то справляюсь. Но на два… сил не хватит.
— Еще удивишься, — выдал Дориан.
Тоже мне, пророк!
Нас встретили так же радостно, как и в прошлый раз, перед дракой с демонами. Еще бы. Вчера доставили провиант, сегодня появился Лейт. Моя популярность растет. Дориан, кажется, тоже произвел впечатление. Когда мы слезли с коней и пошли по деревне, глаза жителей светились от восхищения. Глядя на Дориана, я их понимала. Дубовый король шел по пыльному городку — уверенный и величественный даже после утомительной скачки. Я и то восхищалась его великолепной внешностью. И рядом с ним сама себе казалась безвкусной и малозначительной.
Я попыталась отбросить хмурые мысли и взглянуть на нас со стороны. Высокие и рыжеволосые, мы хорошо смотрелись рядом. Я в джинсах и голубой майке на тонких лямках, плюс украшения из полудрагоценных камней. Вымытые с утра волосы распущены. Солнце запуталось в шевелюре, и она кажется золотистой. Идеальное сочетание с истинно рыжими локонами Дориана. Но главное, мы — король и королева. Будто пара голливудских звезд на красной дорожке.
— Ваше величество! Я так рад, что вы смогли… — Лейт выбежал нам навстречу, но споткнулся, завидев Дориана.
Несколько секунд замешательства — и принц отвесил церемонный поклон королю Дубовых земель.
— Ваше величество. Весьма польщен, что вы интересуетесь моей скромной персоной.
Могу поклясться, Дориан был в восторге оттого, что растоптал романтические мечты Лейта.
— Я не смог заставить себя расстаться с Эжени сегодня утром, вот и решил посмотреть, что у вас нового.
Я еле удержалась, чтобы не ткнуть нахала локтем в бок. Теперь Лейт подумает, что и проснулись мы вместе! О нашем романе не знал только ленивый. А Дориан даже не потрудился понизить голос. Могли ведь и селяне услышать! Не сомневаюсь, к вечеру новость разлетится по всему Миру Иному. Лейт совсем сник, и я попыталась его подбодрить:
— Покажи нам свой проект, пожалуйста. Думаю, у меня не хватит слов, чтобы достойно отблагодарить твою ученую голову.
Лейт просиял и живо повел нас на стройку. По дороге Дориан шепнул мне на ухо:
— Поверь, юный принц с радостью подскажет тебе способы отблагодарить его.
— Значит, ты один можешь помогать мне просто гак? Ты что, святой? — прошипела я в ответ.
Дориан ухмыльнулся. Мы пришли на окраину селения, и Лейт показал результаты своих трудов. Я разглядела немного — и еще меньше поняла. Люди копали закладывали фундамент. Лейт из кожи вон лез, объясняя, что получится в итоге, даже чертежи показал. Я просмотрела пергамент по диагонали. Готова поклясться, Дориану все происходящее показалось ерундой, но король сохранял вежливую улыбку.
Рябиновый принц пылал от энтузиазма, но «в бой с лопатой» не рвался. После экскурсии он засел вместе с нами в домике старосты. Даврос опять надулся от важности, быстренько принес нам вина и оставил высоких гостей обсуждать королевские проблемы.
— Это только начало. — Лейт уселся так, чтобы не видеть Дориана. — В скором времени я буду рад предложить вам новые проекты. Я придумал, как строить дома, чтобы они лучше отражали солнце. Не хотите начать с замка?
— Ой, — опешила я. — Потом как-нибудь.
— Это не так сложно, как вам кажется. Особенно с грамотным помощником.
Я улыбнулась и покачала головой.
— Давайте сначала позаботимся о людях.
Лейт улыбнулся в ответ.
— Разумеется. Но мне бы все-таки хотелось обсудить с вами перестройку замка — просто так, вдруг передумаете. Я нанесу вам визит… Или, еще лучше, приезжайте к нам сами. Матушка будет рада.
— Устройте прием в честь Терновой королевы, — невозмутимо проронил Дориан. — Уверен, она будет в восторге.
На этот раз я все-таки ткнула его локтем под ребра. От души. Заслужил! Лейт не заметил. Дориан даже в лице не изменился. А ведь знает прекрасно, скотина такая, что я на дух не переношу всякие балы и приемы — особенно в честь Терновой королевы!
— По правде говоря, — робко начала я, — это не…
— Ну конечно! — воскликнул Лейт — Давно мы не устраивали грандиозных балов. Пригласим сотни людей…
Похоже, Дориан требовал добавки. Пнуть его, что ли? Так хотелось! Но нельзя. Нельзя… Нельзя! Главный интриган Дубового Царства подпер рукой голову с видом крайней заинтересованности.
— Хотите поразить Эжени — устройте вечеринку грандиознее, чем недавно была у Майвенн. Это непросто. Очарование будущей матери дает Майвенн незаслуженное преимущество… Эжени по дороге сюда проговорилась, что, глядя на счастливицу, сама захотела ребенка.
Я поперхнулась вином.
— Я тоже люблю детей, — признался Лейт. — Очень хочу сына и дочку. Осталось найти для них подходящую маму.
Слава богу, пришел обеспокоенный чем-то работник со стройки и увел Лейта. Принц состроил скорбную мину: все его планы разлетелись в пух и прах.
— Простите, — сказал он, — придется вас оставить. Уверен, всего на секунду.
— По правде говоря, — я поднялась со стула, — нам тоже пора собираться.
— В самом деле? — спросил Лейт-Пьеро.
— Уверена, скоро мы снова увидимся.
— Да, — влез в разговор Дориан. — Принц, поторопитесь с балом. А то я сам исполню свою идею…
Лейт целиком заглотил наживку.
— Нет-нет! Вы окажете нам огромную честь!
Он поклонился мне, поцеловал руку.
— Обещаю вскорости дать о себе знать.
Я улыбнулась, поблагодарила юношу и позволила ему снова поцеловать мою руку, поскольку он настаивал. Едва Лейт удалился, я повернулась к Дориану.
— Ты что творишь?
— Ничего.
Он потянулся и подавил зевок.
— Ну как? Едем назад?
— Думаю, да.
— Ваше величество?
Даврос, привычно раболепный, показался в дверях. Его взгляд нервно перебегал с Дориана на меня.
— Простите за беспокойство… Я понимаю, вы заняты…
— Что такое?
Ее нашли, ваше величество. Пропавшую девушку. Родители выследили ее прошлой ночью, но боялись говорить вам… она так подавлена… Я сам только что узнал. Сказал им, что вы пожелаете поговорить…
— Еще как пожелаю! — Я направилась к выходу. Дориан — за мной. — Где они?
Не прекращая кланяться, Даврос торопливо повел нас к маленькому домику напротив постройки Лейта. Нетерпеливо забарабанил в дверь.
— Открывайте! Здесь королева!
Прошло больше минуты. Дверь заскрипела. Показалась женщина, которая просила за дочь в прошлый раз, и застенчиво склонила голову:
— Ваше величество. — Дориана она, кажется, не узнала. — Мы не ведали, что вы здесь.
— Нам нужно поговорить с твоей дочкой, — нетерпеливо потребовала я. — Немедленно.
Женщина замялась. В глазах — страх. И боится она не только меня. Даврос возмутился:
— Ну, впустите же королеву!
Женщина нервно сглотнула и отступила в сторону. Мы зашли в небольшой, но чистый домик. Полумрак — все занавеси опущены. Но свежо, потому что окна, напротив, открыты. В кухне нас встретил бледный от испуга хозяин.
— Ваше величество, простите, мы боялись, что снова сбежит.
— Я не собираюсь причинять ей вред. Просто хочу поговорить.
Господи, как надоело, что меня все боятся! В который раз вспомнилась Изабель… А ведь раньше я гордилась своей дурной репутацией в Мире Ином!
— Прошу вас, отведите меня к дочери.
Рука Дориана легла мне на плечо, теплое дыхание коснулось уха.
— Говорить «прошу вас» не обязательно.
Супруги переглянулись и проводили нас в крошечную спальню на другом конце дома. Там тоже царил полумрак, но я смогла разглядеть миниатюрную девчушку на кровати. Она вскочила на ноги и вжалась в стену. Влажная тряпица упала со лба на пол.
— Кто это? Не хочу никого видеть…
— Все хорошо, Мориа, — ответила ей мать. — Это королева. Она пришла поговорить с тобой. Она не причинит тебе вреда.
Девушка скорбно опустила голову. Светлые волосы скрыли большую часть лица.
— Нет-нет… Она пришла с другими… Человеческая кровь… Хочет поработить нас, уничтожить…
— Мориа, — мягко сказала я, поднимая руки, словно белый флаг, — твоя мама права. Я не причиню тебе зла. Просто расскажи кое-что, и мы уйдем.
— Они все так говорят. — В глазах девушки заблестели слезы. — Они говорят, что не причинят зла, эти люди. И ты такая же. Все говорят, что не будут.
Тихий, неразборчивый шепот. Руки девушки судорожно цеплялись за покрывало.
— Думаю, — пробормотал Дориан, — она… слегка тронулась умом от шока. Тебе не удастся узнать ничего полезного. При дворе Майвенн есть целительницa, она особо хороша в делах, касающихся слабого рассудка. Может, стоит послать за ней?
Наверное, он прав. Но я попыталась еще раз:
— Просто скажи, где ты была. Тогда это больше не случится ни с тобой, ни с другими девушками. Если я узнаю, кто виноват, я остановлю злодеев.
— Нет, — выдохнула она, — Ты такая же… такая же, как и он… Человек с красной змеей.
— Красная змея?.. — Демон, что ли? Не помню, они похожи на змей? — Мориа, тебя похитили демоны? Или какая-нибудь… — Черт, мы же в Мире Ином! Тут вполне могут бродить любые вообразимые чудища, вроде того медведя из подвала. — Змееподобная тварь?
Она лихорадочно затрясла головой.
— Наш народ не причиняет нам вреда. Только вы… одинаковые… Человеческая кровь… Все отмечены…
Ее взгляд скользнул по моему лицу и — ниже… Я даже удивилась, подумав, что она смотрит на грудь… Но нет. На плечо. Я машинально коснулась руки. Татуировка. Змея. Мориа зажмурилась.
— Одинаковые…
Я застыла.
— У него… у человека, который тебя похитил, такая же татуировка?
— Человек с красной змеей, — повторила девушка, не открывая глаз.
— Он изгнал тебя? Силой вернул в этот мир? Или ты вернулась сама?
— Железо… всюду железо…
Вот уж чего не ожидала!
— Я закончила, — повернулась я к родителям. — Пусть отдыхает.
Я стрелой вылетела на улицу. Дориан — следом.
— Ты что-то поняла?
Я кивнула и быстро пошла туда, где ждал Рюрик с лошадьми.
— Я знаю, кто похитил ее — и, возможно, других. Это не чудища и не бандиты. Это люди.
— Откуда?..
— Татуировка.
Человек с красной змеей. Я видела эту драную змею только вчера — у Арта. На одной руке — она, на другой — ворон.
— Это шаман. Он живет совсем рядом с нашим перекрестком.
А еще он, глядя мне в глаза, врал, что слыхом не слыхивал ни о каких пропавших девушках-джентри. Я остановилась возле лошадей, погладила свою кобылку по боку. Она глянула вниз и обнюхала меня.
— Но зачем ему девушки-джентри? И так много? Он должен вышвыривать их прочь из мира людей… Это, конечно, больно, но не сравнится с тем, что пережила Мориа. Она, кажется, побывала в аду…
Дориан фыркнул:
— Эжени, как ты до сих пор умудрилась остаться такой наивной? Ее похитил человек. Мужчина. Для того же, для чего мы похищаем человеческих дев.
Мне стало слегка не по себе.
— А если не одну?
— Значит, он не первый любит… как бы это сказать?.. разнообразие.
Я никак не могла поверить. Арт, милый парень, который заботливо выращивал сад и угощал нас пиком с закусками. Долгие годы знал Роланда. Работал с мим вместе. Неужели он похититель и насильник? Или девушка просто в шоке после изгнания?
Я сморщилась от отвращения. Какой ужас вытерпела Мориа? Может, там остались другие девчонки? Виновен ли Арт?.. Человеческая кровь… Знак, как у меня… Красная змея… Перекресток в Йеллоу-Ривере… Арт как-то связан с этим; надо узнать, как именно.
Я вскочила на лошадь и обернулась к Дориану и Рюрику.
— Мне нужно домой. — Здесь какая-то ошибка, путаница. Арт не виновен. Ох… Очень надеюсь, что не виновен. — Я должна кое с кем побеседовать. Немедленно.
Думала, Дориан, как всегда, станет подшучивать, но так и не дождалась.
— Тогда нам не по пути. Будь осторожна, Эжени.
Искренняя забота Дориана куда сильнее сбивала с толку, чем его обычное ерничество.
— Если это люди, разобраться будет намного проще.
Дориан покачал головой.
— Не знаю. Как по мне, лучше демоны и неупокоенные духи, чем человеческое коварство. Но если понадобится помощь, ты только скажи…
Привычный Дориан тут бы снова пошутил. Я смутилась и отвела глаза.
Спасибо. Надеюсь, все обойдется.
Обойдется? Не уверена. И что делать с Артом, если он и в самом деле виновен?
— Еще увидимся, Дориан.
Он кивнул на прощание. И наконец-то выдал:
— Кстати, дорогая, можешь сколько вздумается убивать людей, но, пожалуйста, не обижай моих подданных.
— Приму во внимание.
Я старалась изобразить гневный взгляд, но не удержалась от улыбки.
В замок, к вратам в мой мир, я летела галопом. Можно проскочить прямо в Йеллоу-Ривер, но я решила заехать домой, подготовиться к «теплой» встрече. Рюрик мчался рядом и, к счастью, хранил молчание. Он пялился на нас с Дорианом, словно ребенок на разведенных родителей, в надежде, что мамуля и папуля когда-нибудь воссоединятся снова.
Под круговерть мыслей дорога прошла незаметно. Еще и Мир Иной подкидывал короткие пути, будто старался помочь. Но… когда мы подъехали к замку, навстречу рванулся отряд стражников, и мое сердце сжалось. Что еще? Осада? Демоны? Кийо? Солдаты приблизились, и я увидела, что большинство из них… радуются как дети.
— Ваше величество! Господин! Мы нашли ее!
Мы с Рюриком остановили лошадей и спешились.
Ой-ой-ой! Ноги мои, ноги! Интересно, они к вечеру отвалятся или раньше? Игнорируя боль, я обратилась к страже:
— Кого нашли?
— Девушку, сбежавшую из Вестории, — сказал стражник, явно довольный успехом.
Мы с Рюриком обменялись недоуменными Взглядами.
— Это невозможно. Мы только что виделись с ней.
Стражник пожал плечами.
— Мы нашли ее в степи, неподалеку от границы с Рябиновым Царством. Подходит под описание. Трясется от страха. Даже сбежать пыталась.
— Что ж, показывайте находку, — беспомощно протянула я.
Еще одна девушка из пропавших? Должна рассказать что-нибудь новое и интересное.
Солдат отвел нас в одну из заброшенных комнат замка. Объяснил, что девушку пожалели — поэтому та не в темнице. Правда, охранять пришлось. А то бы сбежала или еще чего натворила… Мужчина не находил себе места от смущения.
— Мы… гм… заковали ее в железо. Колдовать пыталась. Но оковы не до конца ослабили ее.
Рядовой стражник не удержит железные оковы, не причинив себе вреда. Поэтому, когда надо ослабить магию пленника, помогают бронзовые кандалы с небольшим добавлением железа. Но даже это для простого джентри — как бомба в руках.
Мы подошли к комнате, и часовые расступились, пропуская нас внутрь. Там, на другом конце залы, спиной к нам стояла худенькая девушка. Длинные светлые волосы струились по спине… Так похожа на Морию, что я на секунду растерялась. Но пленница обернулась, и отсвет факела выхватил золотисто-рыжие пряди.
— Да вы шутите! — протянула я.
Жасмин!
— Ты!!!
Скованные руки не помешали Жасмин кинуться в драку. Она рванулась через комнату с искаженным от ярости лицом… но до меня не добралась. Налетели стражники и оттащили. Вокруг Жасмин полыхнула сила — ее снова приструнил один из охранников. Железные наручники не давали использовать магию, но человеческая кровь помогала сопротивляться. Я вспылила:
— Это не пропавшая девушка! Это моя сестра! Как вы могли ее не узнать? Она была любовницей Эзона!
Ответил Рюрик:
— Немногие из них вообще помнят Эзона, ваше величество.
Это правда. Дориан предупреждал, что, хоть я и завоевала Терновое Царство в честном бою, верные Эзону джентри еще долго не признают мою власть. Если вообще признают. Поэтому Рюрик регулярно избавлялся от тех слуг и стражников, кого считал неблагонадежными.
— И все-таки, — сказала я, — кто-то должен был ее узнать. Где, черт побери, Шайа?
— Отбыла по хозяйственным делам.
Стражник, который поначалу так обрадовался, теперь выглядел сконфуженным и расстроенным.
А Жасмин все пыталась вырваться. В железных кандалах она была беспомощна как котенок… И похоже, до сестренки только сейчас дошло, что она не может колдовать. Среднего роста, щуплого телосложения, Жасмин всегда казалась мне тощей. Наверное, это фамильная черта. Глаза ее, огромные, серо-голубые, напоминали о грозовых тучах.
— Тебе меня не удержать, Эжени! — закричала она. — Я освобожусь, прикончу тебя и стану матерью наследника нашего отца!
— Господи Иисусе, — пробормотала я. — «Песня остается все такой же»*.
Удивительно, что Жасмин еще не щеголяла животом-мячиком. И вообще, говорила о беременности в будущем времени. Удивительно и очень-очень здорово. Но пророчество висело над нами обеими. И до сих пор никуда не делось. Сын дочери короля Бурь завоюет и поработит род человеческий. Правда, пророк не уточнил, сын какой именно дочери… Вот Жасмин и воспылала идеей обставить старшую сестру.
— Пророчество исполнится, — твердила Жасмин. — И тебе меня не остановить.
— С ума сошла? — спросила я. — Тебе всего пятнадцать! Рано даже заикаться о беременности, не говоря уже о том, чтобы порабощать миры. Господи, ты же там выросла. Знаешь, как Уилл скучает по тебе?
— Ненавижу их, — выхаркнула она. Судя по злобному выражению ее глаз, где-то вдалеке бушевала гроза. — Ненавижу всех. Даже его. Я чужая там и всегда была чужой. Мой дом здесь.
— Вот возьму и отправлю тебя в какой-нибудь закрытый католический пансион, — припугнула я.
Мысль меня развеселила.
— Им меня не удержать.
— Я пошутила. Разве сарказм — не наша семейная черта?
— Тебе меня тоже не удержать. Этим олухам просто повезло. Я неделями водила их за нос, хотя каждый раз они думали, что схватили меня.
Я только глаза закатила. И какого черта мне теперь с этой пороховой бочкой делать? Я почти уже свыклась с радостной мыслью, что Жасмин бесследно исчезла. Внезапно я вспомнила слова сестры и сказала:
— Мои люди ни разу не видели тебя. Хотя, поверь, искали.
Жасмин уставилась на меня, словно это я ума лишилась.
— Они чуть было не поймали меня на прошлой неделе. Наверное, постеснялись докладывать, как я едва не утопила их приливной волной.
Я вопросительно глянула на Рюрика — он покачал головой — и снова повернулась к сестре.
— Это не мои солдаты. — Внезапно мне в голову пришла странная мысль. — Может, люди?
— Нет, конечно же.
— Уверена?
Жасмин прищурилась.
— Я в состоянии отличить людей от блистающих. А вот ты отказываешься признать очевидное, пытаясь вести себя как человек.
Интересно, что бы сказала. Жасмин, узнай она, чем я тут в последнее время занималась. Стараясь не обращать внимания на ее поведение, я подумала: Жасмин едва не поймали… чьи солдаты? Мориа лепетала про человека с красной змеей… Если это не Арт, то кто?
Так, надо обдумать все варианты. Что, если красная змея, о которой говорила Мориа, — не татуировка? Девушка могла случайно столкнуться с Артом — он, как и все шаманы, бывает в Мире Ином. Или — скорее всего — Арт просто выпроводил ее из мира людей. Похоже на правду. Только вот может ли изгнание повергнуть «объект» в такой ужас? Не уверена.
А теперь еще Жасмин твердила о похищении. Я сомневалась, что это совпадение.
— Может, разбойники? — спросила я сестру. — Ну… эдакие грубые, чумазые типы?
— Солдаты, — ответила она. — Не изображай невинность. Я в состоянии заметить разницу между бандой грязных попрошаек и опытными вояками.
— Да, да, гениально, — пробормотала я.
— По сравнению с тобой — да.
— Ох, не захлебнись сарказмом!
В детстве я мечтала о родных братьях и сестрах. Теперь сестра у меня есть — и это как страшный сон.
— Те парни были в форме?
Мои стражники одевались по-разному. Все носили кожаные доспехи, но «подаренные» рекруты Дориана рядились в зеленые туники цветов его армии, а мне в наследство от Эзона достались синие. Остальные вообще носили кто что хотел.
— Я ничего больше не скажу, — выпалила Жасмин. — Выпусти меня!
«Грозное требование» прозвучало почти жалобно. Теперь передо мной стояла усталая, испуганная девчонка, которая и думать не смела о мировом господстве. Но я ее не выпущу. А то она сразу раздвинет ноги перед любым, кто поможет исполнить грандиозные планы нашего безумного папаши.
— Я поглядела в ее юное личико — и кое-что поняла. Жасмин, так же как и я, каждый день рискует подвергнуться насилию. «Поклонники» не особо обращают внимание даже на то, что я — королева. А Жасмин вообще прекрасная мишень для каждого, желающего стать отцом наследника короля Бурь. Это может быть совсем другая история, и похищение Мории тут ни при чем… если девушку вообще похищали. Черт! Голова от всего этого кругом идет! Надо поговорить с Роландом и Артом для начала.
А Жасмин пока посидит под замком.
— Прости, — сказала я сестренке, — никуда ты не пойдешь. Радуйся, что я не стану насильно пичкать тебя контрацептивами и не набью камеру буклетами о пользе воздержания.
— Камеру? Ни в какой камере ты меня не запрешь!
Жасмин надула губы как обиженный ребенок. Я едва не расхохоталась. Ей будто запретили пользоваться мобильником, а не покорять миры.
Жасмин послушала тишину и, похоже, прониклась.
— Ты не можешь так поступить! Ты хоть понимаешь, кто я? Принцесса! Дочь короля Бурь! Мой сын будет управлять мирами!
Я покачала головой.
— Ты эгоцентричная соплячка, которой необходима жесткая дисциплина.
— Ты не можешь…
— Еще как могу. Или ты забыла, кто я? Твоя старшая сестра, которая управляет королевством и не даст тебе вляпаться по самые уши.
— Ты не сможешь держать меня здесь вечно…
— Она права, — раздался голос позади.
Я повернулась. В дверях застыла странно спокойная, даже равнодушная Изабель.
— А поэтому, — продолжала рыжая «учительница», — тебе придется убить ее.
— Что?! — в один голос воскликнули мы с Жасмин.
Изабель, похоже, почувствовала себя в родной стихии.
— Она — твоя самая грозная соперница. Живая, всегда будет тебе мешать. А еще может опередить тебя. Так что единственный выход — убрать ее.
Я хотела было возразить, что мы не соревнуемся, кто быстрее исполнит пророчество. Но поняла, что это неважно. Проблема в том, что Изабель почти права: Жасмин так рвется забеременеть, что, пока сестра рядом, покоя мне не будет.
Я медленно покачала головой.
— Не собираюсь я убивать сестру. Только свяжу хорошенько. Кто-нибудь, принесите еще пару кандалов.
Некоторых стражников передернуло от отвращения. Даже малой толики железа в кандалах хватало с избытком, чтобы оставить неприятные воспоминания большинству джентри. Дополнительные железяки еще сильнее подавят ее магию, но человеческая кровь сестры так и останется проблемой.
— Охраняйте ее камеру круглосуточно, — сказала я Рюрику, — Часовых удвоить. И убедись, что все они искусны в магии.
Принесли вторую пару кандалов. Жасмин разразилась новой порцией воплей и протестов.
Рюрик кивнул, потом сказал негромко:
— Могу я переговорить с вашим величеством наедине?
Я выгнула бровь. Рюрик верный и преданный, но он редко утруждается формально выражать почтение своей королеве. На людях, впрочем, он всегда обращается ко мне как положено. Интересно, что у него сейчас на уме? Мы вышли из комнаты, немного прошагали по коридору и остановились. Изабель проводила нас неодобрительным взглядом.
— Держать девчонку под замком, да еще и с охраной, — не лучшая затея, — сказал он.
Я застонала:
— Только не предлагай ее убить!
Он пожал плечами.
— Дориан так бы и сделал. Если хотите сохранить девчонке жизнь, поручите охрану вашему демону.
Какому, огненному?.. Точно не ему. А… понятно какому.
— Волузиану, что ли?
— Не могу доверять им… никому… полностью, — смутился Рюрик. — Только ленивый не захочет стать отцом вашего племянника. А если она предложит сама…
— Господи, ей же всего пятнадцать!
— Эзона это не остановило. Сомневаюсь, что остановит моих подчиненных. Думаю, вашего… гм… друга будет не так легко соблазнить.
Нет. Волузиан и секс — вещи несовместимые. Особенно под моим контролем.
— Прекрасно. Я призову его.
Заодно проклятый приструнит магию моей чокнутой сестренки.
— Подумайте еще над тем, чтобы найти мастера снадобий — сварить сонное зелье.
— Чего?
Отвар белладонны помешает ей использовать силу.
— Разве белладонна не ядовита?
— Только не для блистающих. Если правильно приготовлена. В жилах вашей сестры течет человеческая кровь, поэтому отвар подействует еще и как сильный наркотик. Но не убьет.
— Не собираюсь я опаивать ее сомнительными травами.
Я развернулась, чтобы возвратиться в комнату, но па полпути остановилась и зыркнула на Рюрика.
— Зачем тебе это? Помнится, ты сам хотел стать отцом наследника моего папочки. Почему не сейчас?
— С ней-то? — Рюрик фыркнул. — Не пойдет. Мать наследника должна быть воительницей, но, к несчастью, кроме вас, выбирать некого.
— Тебе никогда не залезть в мою постель, Рюрик.
Да, я тоже так считаю. Но я поддержу внука короля Бурь и буду не менее счастлив, если отцом ребенка станет мой господин, король Дубового Царства.
— Дориан? По-твоему, это выход?
Рюрик обиделся.
— А кто еще?
Я покачала головой и удалилась организовывать заточение.
Перед тем как отрядить Волузиана охранять Жасмин, я дала ему еще одно задание. Дух не слишком-то обрадовался. Впрочем, меня это не удивило.
— Госпожа, как обычно, упорно пытается продлить мою и без того вечную пытку.
— Никак не возьму в толк, почему тебе так тяжко понаблюдать за девушкой-подростком… Ей-то совсем невесело.
— Я существо бессмертное и не обделенное могуществом. Моя сила способна повергать на колени целые народы. — Глаза Волузиана еле уловимо сузились. — Но повелительница отряжает меня присматривать за детишками и доставлять любовные записки.
— Это не любовная записка! Можешь сам спросить!
Волузиан моргнул и растворился.
Проклятый дух передвигается куда быстрее человека или джентри. После всех трудностей сегодняшнего дня мне очень хотелось побыть рядом с Кийо. Обсудить все, попробовать докопаться до истины. Я не привыкла к такой неразберихе и безумно скучала по счастливым дням, когда достаточно было выйти из дома, отыскать монстра и избавиться от него. А не ломать мозг, как сейчас.
Кийо болтался у Майвенн, и я отправила Волузиана выяснить, сможет ли кицунэ приехать ко мне сегодня. Как будто послала эсэмэску. Проклятый вернулся минут через двадцать.
— Видишь, — сказала я, когда дух явился у меня в спальне, — все не так уж и плохо.
— Кицунэ сказал, что будет у вас через два часа, — холодно ответил Волузиан.
Два часа. Лучше, чем, скажем, послезавтра. Я вздохнула.
— Ладно. Спасибо.
Волузиан не шевельнулся.
— Иди присматривай за Жасмин. Не дай сбежать и боже упаси, не позволяй забеременеть.
— Как долго?
— Пока не скомандую «отставить»! — рявкнула я. Демон пылал от злобы, но не мог не подчиниться. Я наконец осталась одна. Легла обратно в кровать и задумалась. Надеюсь, два часа пролетят быстро. Как и все у джентрийских властителей, бархатная, на толстой пуховой перине кровать поражала роскошью. Богато расшитые покрывала почти не нужны в таком климате — но лежать на них изумительно приятно. Солнце еще не садилось, но свет дня уже тускнел, отбрасывая длинные тени на мощные каменные стены моих покоев. Вскоре потребуются факелы. В дверь постучали. Я подскочила.
— Кто там?
Ниа вошла в комнату и склонилась в книксене.
— Ваше величество, к вам посетитель.
Какой-то счастливый миг я думала, что это Кийо. Но нет. Слишком рано. И Ниа не стала бы докладывать о нем. Лиса в замке знают и везде пропускают.
— Кто?
— Принц Лейт из Рябинового Царства.
— Лейт? — Показалось, я ослышалась, — Мы же виделись с ним… примерно шесть часов назад.
Ниа беспомощно покачала головой.
— Все, что мне известно: он здесь.
Я свесила ноги с кровати, надела туфли и встала. Что он тут забыл? Вдруг — дрожь ужаса. В Вестории случилось несчастье? Почему тогда мне не доложили?
Лейт сидел в моем кабинете на краешке обитого шелком кресла. Вскочил, завладел моей рукой, поцеловал.
— Ваше величество! Благодарю, что нашли время. Простите за неожиданный визит. Уверен, я оторвал вас от множества важных дел.
— Не совсем. — Я отобрала у него руку. — И пожалуйста, зовите меня Эжени. Что случилось? Проблемы?
…Голод, потоп, саранча…
Лейт поспешил успокоить меня:
— Нет, что вы! В Вестории все прекрасно. Мы добились значительных успехов.
Я перевела дух.
— Хорошо. А то я волновалась.
— Я просто… странно, но я должен был увидеться с вами, спросить кое о чем. Боже, чувствую себя идиотом!
Я нахмурилась.
— Спрашивайте, о чем хотите. С вами все в порядке?
— О да, — Принц смутился еще сильнее. — Но после сегодняшнего… мне надо спросить…
Хорошо, спрашивайте.
— У вас отношения с королем Дубового Царства?
— Отношения… Романтические, что ли? С Дорианом? Нет!
Лейт просиял.
— В самом деле? Когда я увидел вас сегодня вместе… Как он говорил… как вы вели себя друг с другом… Я подумал, слухи правдивы.
— Какие еще слухи? — насторожилась я.
— Что ваш роман не окончен.
— Где это вы такое слышали?
— Проще вспомнить, где не слышал…
— Что ж, могу вас заверить, слухи врут.
— В самом деле?
— В самом деле.
Лейт вздохнул с облегчением. Потянулся к моей руке, но я отошла. От его восторгов стало не по себе.
— Тогда у меня есть шанс.
— Шанс на что? — уточнила я.
— Вы и я…
— Вы и… Нет, Лейт…
А меня ведь предупреждали!
— Вы… милый, замечательный… но ничего не выйдет.
— Но…
Он двигался вперед. Я — назад.
— У нас общие интересы, планы… Я — почти часть вашего королевства…
— Нет, нет… Лейт, я люблю другого… Вы знаете Кийо? Кицунэ? Мы вместе.
Лейт нахмурился.
— Не думал, что это серьезно. Казалось, он просто…
— Мимолетное увлечение?
— Да. Ведь особа вашего положения не может взять его в мужья.
Я вздохнула.
— Ну почему все только и твердят это? Я люблю Кийо. Мы вместе. И собираемся быть вместе еще очень долго.
Лейт моментально сник.
— Но… я думал, мое происхождение, то, как мы ладим друг с другом, делает нас идеальной парой. Признайте: обычно вы рады видеть меня.
— Конечно рада. Я очень хочу быть вашим другом, но только другом. Простите, если ввела в заблуждение.
— Наши отношения должны перерасти в нечто большее. Мы созданы друг для друга. — Лейт вздохнул. — Я никогда ни с кем не мог так легко общаться… Это прекрасно…
— Вы, джентри, мастера делать из мухи слона. На свете, возможно, еще куча девушек, с кем вам будет приятно сидеть и болтать, если освободитесь от формальностей.
— Нет! — Лицо принца исказилось от горя. — Только вы. Не могу сопротивляться… С каждым днем я все больше и больше люблю вас!
— Да вы же меня совсем не знаете! Вы не можете любить меня!
— Люблю, — сказал он тихо, — с первой минуты, когда увидел. Матушка говорила, вы подходящая партия для политического союза, но… Даже если бы вы были простой селянкой, я все равно полюбил бы вас, Эжени. Вы такая отважная и прекрасная… Я так мечтаю быть с вами…
Глаза принца полыхали страстью.
— Лейт… — Я постаралась придать голосу твердость.
Черт! Ну почему он не занудный придурок вроде большинства моих поклонников? Жалко его. Хороший парень… Усилием воли я попыталась остаться предельно вежливой.
— Лейт, вы мне нравитесь. Я ценю вашу помощь, нашу дружбу… но я не брошу Кийо.
— Но я люблю вас, — повторил он слабо и жалобно.
Я покачала головой.
— Мне очень жаль.
Лицо принца вытянулось, он отвернулся, чтобы скрыть отчаяние во взгляде. Твердым, быстрым шагом направился к дверям, но внезапно застыл и обернулся. Глаза снова просветлели.
— Если вы с кицунэ расстанетесь, следующим буду я?
— Следующим? Ну…
Почему я не могла соврать? Просто сказать «да»? Или отмазаться фразой вроде «не хочу разрушать нашу дружбу»?
— Не думаю, Лейт. Вы для меня — просто друг.
Несколько секунд он смотрел на меня широко раскрытыми глазами, полными горечи. Потом взял себя в руки, сделал каменное лицо.
— Понял. Простите, ваше величество, что отнял у вас время. Рабочие Вестории получили проект. Им больше не требуется моя помощь.
Он отвесил вежливый поклон и вылетел прочь.
— Лейт…
Я сделала несколько шагов вслед за ним. Внутри как будто все оборвалось.
Я знала, Лейт влюблен в меня, но не думала, что все так серьезно. Итоги нашей беседы разбили мне сердце. Чудовищно стыдно причинять Лейту такую боль, особенно после того, что он сделал!
Я добрела до спальни и велела слуге принести вина. Пара минут — и инкрустированный драгоценными каменьями кувшин, полный до краев, вкупе с тяжелым золоченым кубком возник на столике в комнате. Эльфийский сервис — это что-то! Я сказала стражнику у входа, что не хочу видеть никого, кроме Кийо, уселась на полу, оперлась спиной на кровать и подумала, сколько вина в меня влезет до тех пор, пока он не явится.
Очень удивилась, когда выпила все.
Прошло больше двух часов. Я пила кубок за кубком. Мысли о Жасмин, Лейте, Арте сплелись в невообразимый клубок. Потом тупо уставилась на дно опустевшего кувшина. Интересно, который уже час? Легкий стук в дверь. Ну наконец-то!
Встала. Мир поплыл. Ухватилась за кровать, чтобы не свалиться.
— Кийо?..
Нет. Шайа.
Как и Рюрик, она не слишком утруждала себя церемониями. Сейчас советница встревоженно оценивала, насколько пьяна ее королева.
— Жаль беспокоить вас… но прибыл гонец из Ивовых земель.
Злость на Кийо растаяла. Сердце сдавили ледяные лапы страха.
— О господи… С ним все в порядке?
Шайа замялась, потом быстро кивнула.
— Насколько мне известно, с ним все хорошо. Все беспокоятся о королеве Майвенн… Она разрешается от бремени.
Я застыла, уставилась на Шайю невидящими глазами. Прошло несколько долгих мгновений…
— Благодарю, — сказала наконец неестественно спокойным голосом.
Шайа не сводила с меня встревоженного взгляда.
— Я могу… что-нибудь для вас сделать?
«Принеси выпить», — подумала я, но покачала головой.
Вино не вылечит скорбь. Нужно что-нибудь покрепче. Захотелось сбежать в Тусон, разгромить бар… Поискать утешения в собственном доме, в своей постели, а не в богом забытой средневековой крепости. Но пьяная я едва ли смогу пройти между мирами. Замучаюсь до полусмерти, точно. Значит, я застряла тут.
— Желаю видеть Волузиана, — изрекла я.
Шайа уступила мне дорогу и, хотя я не просила, пошла вместе со мной в темницу. Тюрьма показалась ужаснее, чем в прошлый раз. Возможно, это все из-за вина. Камеру Жасмин охраняли четыре стражника. Я подошла и сквозь решетку увидела «картину маслом»: Волузиан застыл в углу, скрестив на груди руки. Жасмин сидит на противоположном конце камеры, испуганная и угрюмая.
— Что тебе еще нужно? — пролаяла она.
Я ее даже взглядом не удостоила.
— Волузиан, у меня к тебе поручение. Я присмотрю за Жасмин.
Волузиан прошел сквозь решетку и встал передо мной, как лист перед травой.
— Не сомневаюсь, у повелительницы есть для меня куда более важное дело.
— Это как посмотреть. Вернись в Тусон и принеси мне бутылку текилы из бара. И не пугай Тима.
Волузиан не шелохнулся.
— Изобретательность повелительницы в способах глумления надо мной непрестанно растет.
— Я думала, тебе понравится…
— Лишь в той мере, что это вдохновляет меня на изобретение равноценных издевательств и пыток, которым я подвергну вас, когда наконец-то смогу освободиться.
— Вот видишь, во всем есть свои плюсы. А теперь поторопись.
Волузиан испарился — и Жасмин сразу осмелела. Подбежала к решетке, изо всех сил вцепившись скованными ручонками в бронзовые прутья.
— Когда меня выпустят?
Я села напротив, прислонилась спиной к стене тюремного коридора. Интересно, рискнет она ударить магией или нет?
— А когда ты перестанешь спрашивать?
— Ты настоящая погань!
— Послушай, девочка, — прорычала я, — не зли меня сегодня. Я не в настроении.
Жасмин это не обескуражило.
— Поверить не могу, что ты держишь меня здесь с этим… существом! Это садизм!
— Ничего себе! Садизм — слово для взрослых. Не думаю, что ты проучилась в школе достаточно долго, чтобы узнать такие слова.
Ее взгляд потемнел.
— Если выберусь, тебе крышка.
— Знаешь, ты и «это существо» прекрасно поладите. Он проводит все свободное время, выдумывая для меня новые пытки и казни.
Жасмин протянула ко мне скованные руки.
— Я с ними даже есть почти не могу…
— «Почти» не значит «вообще».
На самом деле мне стало даже слегка неловко. Вечно, что ли, держать ее в наручниках? Может, все-таки попробовать снадобье, о котором говорил Рюрик? Нет… тоже неправильно. Я вздохнула, умолкла и провела «волшебные» полчаса, выслушивая смесь оскорблений и нытья. Даже протрезветь успела. Наконец явился Волузиан с полной бутылкой «Хосе Куэрво». Я мысленно возблагодарила небо за то, что она такая большая.
— Спасибо, — сказала я Волузиану и кивнула на камеру Жасмин. — А теперь — на пост.
Ушла, не оглядываясь. Вдогонку летели яростные вопли. Шайа тоже не отставала.
— Вы уверены, что я ничем не могу помочь?
Я обозрела бутыль.
— Попробуй найти стаканчики. — Я показала на пальцах размер стопок. — И принеси их… не знаю. Себе, Рюрику… черт, всем, кто захочет выпить со мной. Даже Изабель.
Какой-то у меня бешеный прилив великодушия. Подыхать — так с музыкой, как говорится.
Шайа встревожилась еще больше. Ну и ладно. Пустяки. Я вышла на круглый внутренний дворик в центре замка. Дворики эти, похоже, изобретение джентри. У Дориана таких парочка. Говорят, во времена Эзона мой двор был зелен, полон лилий и сирени. Теперь он песчаный и каменистый, огорожен кактусами, мескитовыми деревьями. Даже есть несколько терновых — символов моей земли. Мескитовые деревья в цвету добавляли воздуху аромата. Здорово, что здесь постоянно цветет какая-нибудь зелень.
Я села, скрестив нога, посреди двора. Кто-то начал укладывать тут каменную плитку, чтобы создать нечто вроде патио. Скорее всего, Шайа постаралась, как и с пучками травы вокруг. Не дожидаясь стопок, я открыла текилу и сделала большой обжигающий глоток.
Вскоре появились Шайа и Рюрик. Капитан был необычайно серьезен. Переглянулись, сели рядом со мной. Шайа поставила на плитку несколько крошечных стаканчиков из гравированного серебра. Не вполне стопки, но сойдет. Я взяла бутылку и налила.
— За королеву Ив и ее ребенка. — Я выпила. — Черт, жалко, нет соли и лайма!
Шайа и Рюрик снова переглянулись. Думают, я не заметила? И расправились с текилой. Рюрик вытерпел, а вот Шайа закашлялась.
— Что… это? — спросила она, когда смогла говорить.
— Напиток богов. Надо было послать Волузиана и бакалейную лавку за «Маргаритой», ему все равно было по пути.
Я рассмеялась. Налила еще по одной.
— Знаете, его делают из кактусов.
Шайа недоверчиво взглянула на бутылку.
— Правда?
— Ага. Ха, интересно, сможем ли мы производить такую штуку? Я видела тут агавы. Бьюсь об заклад, королевство разбогатеет.
— Сомневаюсь, — пробормотала Шайа.
Рюрик налил себе еще.
— Может, кому-то и понравится.
— Ах, Рюрик, я знала, мы с тобой — родственные души. — Я подняла пустой стаканчик, глядя, как он блестит в лунном свете.
Голова опять приятно закружилась.
— Как думаете, у Майвенн будет девочка или мальчик?
— Не знаю, — немного помолчав, ответила Шайа. — Некоторые маги могут это предсказать, но я не слышала, чтобы королева Майвенн пользовалась их услугами.
— Значит, не пользовалась.
Кийо сказал бы. Или… Может, это их особенный секрет… Я налила себе еще, но пока не выпила. Надираться — это нормально, но не до свинского же состояния.
— В моем мире задолго до рождения ребенка узнают не только его пол, но даже рост, чем будет болеть, и вообще, один он, двойня или тройня. Для этого есть специальные машины. По животу матери проводят лопаткой — и на экране видно ребенка. А иногда, на ранних сроках, в живот беременной втыкают иглу, вытягивают околоплодные воды — и по ним можно предсказать то же самое.
Рюрик и Шайа во все глаза смотрели на меня. Это нормально. Любого джентри поражают человеческие технологии.
— Я все думаю, осталось ли в вашем мире место для чуда?
Я подняла глаза и увидела силуэт Изабель в проеме замковой двери.
— О конечно! Там куча тайн. — Я поманила рыжую жестом. — Садись, выпей. Я сегодня так надралась, что точно никого не убью.
Изабель слегка засомневалась, но потом неторопливо подошла и присела рядом с Рюриком и Шайей. Так далеко от меня, как позволяли приличия. Поморщилась, подбирая под себя пышную шелковую юбку. Несомненно, это был удар для ее утонченной натуры. Рюрик бодро передал рыжей рюмку текилы. Она понюхала — и снова скривилась.
Я продолжала размышлять вслух:
— Похоже, ультразвук был бы весьма полезен вам, с вашими-то проблемами по части детей.
Это шанс. Майвенн может не перенести роды. Или ребенок окажется не жилец. Для джентри это своего рода расплата за долгую, здоровую жизнь. Я не желала им смерти… но, увы, если это случится, все станет куда проще… Кийо сейчас рядом с ней, держит за руку. Заботится, пытается подбодрить словами. В ребенке течет, пусть немного, но — человеческая кровь, поэтому он вырастет сильным и здоровым. А Майвенн — целительница… сможет ли она помочь самой себе? Думаю, да. Все будет хорошо, родится прекрасный малыш, он свяжет родителей навечно… А я никогда не стану звеном в этой цепи…
Я опрокинула очередную рюмку. Изабель мужественно выпила свою.
— Отличная работа, — похвалила я. — Хочешь еще?
Она покачала головой.
— Не думаю, что леди подобает напиваться, теряя самообладание и чувство приличия.
— Ты права.
— Я убеждена, — добавила она чопорно, — что королева Ив разделяет мои взгляды.
Я улыбнулась и волчком крутанула свою рюмку по земле. Засмотрелась, как она описывает все меньшие и меньшие круги… Мне сегодня и так с головой хватило нервотрепки, чтобы еще реагировать на колкости этой стервы.
Прошло несколько часов. Рюрик пил со мной наравне, Шайа тоже иногда давала себе волю. Изабель совсем осмелела: отпускала язвительные реплики как профессиональный комментатор. Думаю, мысль о том, как ранили меня роды Майвенн, придала ей храбрости.
Рыжая увлеченно рассказывала о том, как Майвенн и Кийо начали встречаться. Внезапно повествование оборвалось, а Изабель застыла, удивленная сверх меры.
— Государь!
Вскочила в тот самый момент, когда мои герольды возвестили:
— Его величество король Дориан, из дома Аркадии, Призыватель Земли…
Дориан, не дожидаясь, когда будут перечислены все его титулы, шагнул на двор. Сияющая Изабель подбежала к нему и упала на колени:
— Государь!
Златокудрый демон приветствовал ее коротким кивком, подошел ко мне. Думаю, я одна успела заметить, как скорбно вытянулось лицо рыжей стервы… Шайа и Рюрик, повинуясь этикету, начали подниматься, но Дориан быстрым жестом велел им сидеть. Отстегнул темно-синий в лунном свете плащ, расстелил его на земле и сел возле меня.
— Ну и ну! Устроили вечеринку, а меня не пригласили…
— Это, можно сказать, импровизация.
Я потянулась, чтобы налить ему рюмку. Рука предательски задрожала.
Дориан отобрал текилу и сам довершил дело. Потом внимательно посмотрел на меня.
— Похоже, вы тут давненько сидите.
— Да. Обмываем пяточки нового короля или королевы Ивового Царства.
— Наслышан, наслышан… Вот и приехал поглядеть, как новость отразится на вас. — Он опрокинул стопку. Королевские брови удивленно взмыли, но он тут же налил себе еще. — Не будь так уверена, что ребенок унаследует землю. Все будет зависеть от силы…
Я вспомнила о Лейте, о его признании… Ох… Похоже, я лишила королевство бесценного помощника. Ладно, подумаю об этом завтра.
— Как ты умудрился так быстро приехать? — спросила я Дориана.
— Не так уж и быстро. Новости прилетели лишь несколько часов назад.
Обалдеть! Дориан узнал все раньше, чем я. Вероятно, как и остальные. А кто я такая, в конце концов? Никто. Выскочка. Просто еще одна правительница, которая пришлет драгоценности и гобелены, когда родится ребенок.
Я налила себе очередную рюмку, но Шайа ее забрала.
— Можно мне еще?
Она явно была не в восторге от этого зелья. Думаю, она пыталась помешать мне напиться в стельку. Ну и ладно. Вроде бы в бутылке осталось еще чуть-чуть… но меня снова опередили. Дориан.
— Тебе будет плохо.
Я отобрала у него бутыль. В мою рюмку упало лишь несколько капель.
— Я рискну. Удивительная штука.
— Ее делают из кактусов, — сообщила я, надеясь, что это отвратит его от последней порции.
Не помогло.
— Любопытная вещь, — сказал король, опустошив рюмку, — И… тут вполне достаточно кактусов, чтобы варить подобное зелье. Уверен, Терновое Царство обогатится.
В потемках было не разобрать, но, кажется, Шайа закатила глаза.
Присутствие Дориана не особо радовало, но Дубовому королю прекрасно удалось увести беседу в русло, далекое от Майвенн и Кийо. Конечно, это не изменило моих мрачных мыслей, но Дориан так забавно шутил. Просто душа компании. Он мог увлечь и развеселить кого угодно. Интересно, он сейчас искренен или притворяется, как любой король? Я вот так не могу, хотя тоже венценосная особа. Остается лишь восхищаться и завидовать потихоньку…
Опустилась ночь. В пьяном угаре меня стало клонить в сон. Не удивительно, ведь полбутылки я уничтожила сама. Это не мешало горевать из-за Кийо, но, наверное, на трезвую голову пришлось бы еще хуже.
Я попробовала подняться, но ноги не держали. Остальные встали почти нормально.
— Позвольте, помогу, — предложила Шайа, но Дориан влез прежде, чем она успела дотянуться до меня.
— Нет, нет. Я сам провожу Терновую королеву в ее покои. Нам нужно кое-что обсудить.
Лицо Изабель потемнело. Дориан обвиняюще бросил:
— Прекрати. Я скоро приду — если Эжени позволит остаться на ночь.
— Конечно, конечно, — позволила я, — не стесняйтесь. Будьте как дома. Совет вам да любовь.
Он протянул мне руку, и я ухватилась за нее. Лучше еще немного потерпеть присутствие Дориана, чем опозориться перед слугами. Изабель с яростью смотрела нам вслед, и я ее понимала. Если бы мой парень взялся провожать пьяную женщину до ее спальни…
— С чего это ты решил, будто мне нужна твоя моральная поддержка? — прошипела я, когда убедилась, что нас не услышат.
— Правильно. Тебе нужна только моральная поддержка бутылки, — издевательски проговорил он. — Не ври себе, Эжени. Твой любовник сейчас рядом с бывшей, ожидает рождения их общего ребенка. Я бы тоже расстроился.
— Сомневаюсь, — пробурчала я.
Мы подошли к спальне, и Дориан без приглашения вошел вслед за мной.
— Меня очень многое расстраивает…
Он нахмурился, еле уловимо… Е-мое, он ведь и сам не очень-то трезвый…
Я выпустила его руку и подошла к высокому зеркалу в золоченой раме. Распустила волосы. Нужна мне ночная рубашка или нет? К черту! Рухну спать в чем есть. Мама всегда говорила, что я слишком худая. Я возражала: не худая, а спортивная. Провела руками по бокам и бедрам. Да… Как ни назови, фигура чересчур стройная.
— Никогда не смогу родить для него ребенка, как она, — сказала я чуть слышно.
Дориан подошел. Встал позади, встретившись взглядом с моим отражением в зеркале.
— А ты хочешь?
— Не знаю. Дети никогда не были целью жизни для меня… они просто должны быть. Потом, в будущем… Но теперь… зная, что я не смогу…
Бедра и живот внезапно показались нездорово тощими… Они никогда не почувствуют полноту жизни, какую чувствует Майвенн. Я никогда не смогу разделить этого с Кийо.
Дориан положил руки мне на талию. Я вздрогнула. Он опустил голову мне на плечо, но я слишком устала, чтобы противиться.
— Тебя что, приговорили к бесплодию или возраст уже прошел?
— Скорее всего, так оно и есть.
— Ничего подобного. Ты молодая, здоровая и сильная. У тебя может быть дюжина детей.
Я медленно покачала головой.
— Нет, не может. Как бы толпа поклонников моего папаши с тобой во главе ни хотела этого.
— Возможно, родишь дочь…
— Не хочу рисковать.
Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке:
— А если Кийо не захочет… оставаться с женщиной, у которой не будет детей? Может, этот ребенок… Из-за него Кийо вернется к Майвенн… Бросит меня…
— Слезы покатились по лицу… Я возненавидела себя за слабость.
Дориан сильнее сжал мою талию.
— Тогда он дурак. И ты тоже будешь дурой, если станешь плакать из-за него. Ты не просто сосуд для вынашивания ребенка.
— Мне уже не раз давали понять, что это главное. Ты, кстати, тоже.
Дориан резко повернул меня к себе. Возмущаться не было сил. Все еще не выпуская меня, он прижал свой лоб к моему. Я чувствовала его дыхание, пахнущее текилой. Несомненно, от меня несло куда хуже.
— Эжени, ты — женщина, которой нет равных. Как бы я ни бесил тебя, как бы ни пытался забыть — а это, поверь, я вытворяю регулярно, — жить без тебя не могу. Даже будь ты бесплодна, я, ничуть не колеблясь, взял бы тебя в жены, с радостью привел бы тебя в свою постель только ради того, чтобы наслаждаться твоим телом.
Я сглотнула.
— Но ты… То есть как насчет… Изабель? У нее могут быть дети…
— Изабель — ничто. Бледное подобие тебя — и даже это ей плохо удается.
Меня вдруг словно накрыла теплая волна… Стало хорошо и спокойно. Несмотря на все его шуточки, двусмысленные намеки и коварные планы, Дориан надежен как скала. И всегда готов помочь. До дрожи в коленях захотелось, чтобы он поцеловал меня… Захотелось почувствовать силу его тела и нежность рук…отдаться стоя, потом на кровати, на полу… неважно где, только бы снова ощутить его плоть внутри…
Черт! Сердце бешено заколотилось. Я почти поддалась искушению… А это лишнее. Одно дело — понять, что Дориан мой друг. Скакать в постель — совсем другое. Не знаю, текила или тревоги насчет Кийо тому виной. Роман с Дорианом окончен, и повторяться я не желаю. Пусть он клянется, что не может без меня жить… Но Дориан — он и есть Дориан. Наверняка тут замешана политика…
Я сделала самую несексуальную вещь, на которую только была способна: призвала Волузиана.
Эдакий паранормальный вариант ледяного душа. Даже Дориан слегка опешил. Проклятый быстро глянул на короля, потом уставился на меня.
— Повелительница желает еще одуряющего зелья?
— Нет.
Дух, естественно, понял, что я слегка не в форме. Правда, до полной потери контроля еще ой как далеко…
— Сбегай в Ивовое Царство, спроси, как там дела.
— Снова романтические послания…
— Пошел! — рявкнула я.
Вот точно: лучшая защита — это нападение.
Волузиан испарился.
Правда, разъяренный Дориан никуда не исчез… Нежности в голосе, да и в жестах, как не бывало.
— Это глупо, Эжени! А если бы ты потеряла контроль, после таких-то возлияний?
Я отвернулась.
— Надо выяснить, что там происходит.
— Изгони его! Пока не поздно.
Он полезный. И перестань брюзжать! Тебе пора к Изабель. На сегодня с меня хватит признаний в любви…
— Дану? — ухмыльнулся Дубовый король. — А что, их уже несколько?
— Лейт, — вздохнула я. — Явился вечером, чтобы засвидетельствовать свое негасимое восхищение и узнать, нет ли у него шансов.
Зеленые глаза Дориана загорелись от любопытства.
— Ну и?..
— Конечно нет! Правда, доходило до него очень-очень туго…
Дориан расплылся в саркастической улыбке.
— Ты разбила бедному мальчику сердце! И его матери заодно. Не будет никакого бала. Хочешь, его устрою я?
— Нет, — прошипела я, — хочу, чтоб ты ушел. Иди к Изабель и делай с ней что душе угодно. Я устала и хочу спать. Одна.
Удивительно, но Дориан не возражал.
— Как пожелаешь. Если понадоблюсь, я всегда рядом…
— До тебя будет не так-то просто достучаться, — сухо процедила я.
Дориан сверкнул хитрой улыбкой и молча вышел. Отправился к Изабель… Елки-палки, почему это меня вообще должно беспокоить? А вот беспокоит же…
Через несколько минут вернулся Волузиан.
— Ну? — спросила я.
Меня подташнивало. И от страха тоже.
Если бы проклятый мог улыбаться…
— Слуги Ивового Царства с радостью докладывают, что их госпожа подарила жизнь дочери. Все здоровы и счастливы.
Я застыла. Мир вокруг сузился до пылающих красных глаз духа…
«Держись, Эжени!»
— Благодарю, Волузиан.
— Не хочет ли повелительница, чтобы я узнал подробности радостного события?
Он что, издевается?
— Нет. Возвращайся к Жасмин. Живо!
Он подчинился. Я осталась в одиночестве. Несколько минут сидела на кровати, смотрела в пространство, думала… О чем? Да обо всем сразу. Эмоции поглотили меня… Внезапно я собрала воздух комнаты «в кулак» — и шмякнула вазой об стену! Не знаю точно, из-за Дориана или все-таки из-за Кийо…
Ночью я вся извертелась, так и не провалившись в пьяное забытье. Поднялась на рассвете и решила по-тихому уехать. В замке еще почти никто не проснулся. Отлично. Не хотелось видеть озабоченную Шайю или смотреть на заигрывания Дориана и Изабель за завтраком. Не хотелось думать о том, чем эти двое занимались прошлой ночью. И почему это меня так бесит? Мы с Дорианом просто друзья. И точка.
Прежде чем сбежать, я сунула нос в темницу. Ночная смена стражей бдила, Волузиан нес бессонный караул в углу. Жасмин свернулась клубочком и глубоко спала. Я заметила высохшие дорожки от слез на щеках. Девчонка выглядела такой юной и беззащитной…
Черт, это, наверное, самое жуткое похмелье в моей жизни…
Перенеслась в Тусон. Утро уже в разгаре, но дома было так же тихо, как и в замке. Коты и собаки высыпали меня встречать. Ластились, смотрели с ожиданием. Значит, Тим еще не встал, не покормил их. Выпустила собак погулять во внутренний дворик, а котам велела ждать. Выпила два стакана воды и почти пол-упаковки аспирина и рухнула в постель. Моя кровать не такая удобная, как королевское ложе в замке, но я сразу провалилась в тяжелый сон на два часа.
Проснулась, приняла душ. Почувствовала себя гораздо лучше. Из кухни доносился запах французских тостов, и несчастный желудок попросил еды. Я пошла на кухню сказать Тиму, чтобы накладывал двойную порцию, и обнаружила, что он не один. Девушка лет двадцати, в Тимовой футболке «Внутренняя безопасность». Сидела за столом, хихикала. Тим — у плиты. В тренировочных штанах, с бусами на шее.
— Ой, привет, — чирикнула девушка.
— Эж! Что ты… эммм… приветствую тебя этим утром, сестра Эжени, — Тим поднял руку в индейском жесте. — Я и не почуял, что ты уже дома.
Я закатила глаза — сегодня его выходки особенно бесили — и налила себе кофе.
— Надеюсь, у тебя есть настоящий кленовый сироп.
«Индеец» протянул мне тарелку с тостом, только-только с огня. Думаю, еда предназначалась для его подружки. Я нашла кленовый сироп в холодильнике, обильно полила тост, а потом молча ушла обратно в гостиную. Через несколько минут появился донельзя смущенный Тим.
— Я не разрешала тебе никого сюда водить.
— Да, знаю. По правде говоря, не думал, что ты появишься.
— Логично. Но это не меняет правила.
Тим кивнул.
— Можно, она позавтракает, прежде чем уйти?
Я жевала тост и думала о том, что нужно сделать сегодня.
— Можешь оставить ее на все утро. Я все равно скоро уезжаю… Буду только вечером.
Тим несказанно обрадовался:
— Правда? Супер! Спасибо, Эжени. Ты — лучшая…
Я протянула ему опустевшую тарелку.
— Принесешь добавки, и замнем дело.
Я велела Ларе пока не брать заказы, поэтому появилось свободное время. А время нынче дорого. Надо снова съездить в Йеллоу-Ривер, поговорить с Абигайль и Артом о человеке с красной змеей. Надоели вопросы без ответов. Может, разберусь с этим «детективом» и наконец займусь своими проблемами…
Пора снова размышлять и строить планы. Что ж, сегодня самый подходящий для этого день. Дорога свободна: только я, мои мысли и пустое шоссе стелется под колеса. Я снова и снова вспоминала, как мы с Кийо ехали туда в прошлый раз, о бурной ночи в отеле… Сейчас они с Майвенн вместе, празднуют рождение дочери… Думала о Дориане. О страхе, что потеряю Кийо…
Сотовый лежал на сиденье. Громкость — на максимуме. Вдруг позвонит Кийо… Он же захочет рассказать о дочке? Если не позвонит, значит, он все еще в Мире Ином. А там, понятное дело, мобильники не работают.
Я съехала с шоссе. Решила сначала навестить Абигайль. Она жила поближе. Я проехала по скромному центру Йеллоу-Ривера — мимо секс-шопа — и припарковалась возле дома шаманки. Сиял солнечный полдень, люди сновали туда-сюда. Туристы то и дело заглядывали в антикварную лавку под квартирой Абигайль. Я отыскала маленькую дверь рядом со входом и магазин и поднялась по ступенькам. Вот интересно, кошки прибегут встречать меня?
Они не прибежали. Дома вообще никого не было. Я несколько раз постучала, даже крикнула «Абигайль!» разок. Потом набрала ее номер. Дозвонилась только до голосовой почты.
— Ну, это уж слишком! — пробормотала я.
Может, оно и к лучшему. Интересовал-то меня в основном Арт, с этими его татуировками и всем прочим.
Я поехала в пригород. Чудесное место все-таки. Дома большие, новые, каждый окружен такой же ухоженной лужайкой, как у Арта. Возле дома шамана стоял большой красный внедорожник. Здорово! Значит, поговорить удастся.
Я постучала, потом еще раз, и еще… Он что, тоже, как на грех, куда-то вышел? Я уже собиралась позвонить в дверь — но она открылась. Арт. Волосы мокрые, словно он только что из душа. В руке садовые ножницы.
— Эжени! — расплылся он в улыбке. — Вот так сюрприз!
Встревоженно застыл на секунду.
— Все в порядке? Роланд…
— Благоденствует. Просто надо кое-что обсудить.
— Что-то важное, видимо, если вы приехали, — протянул он.
Вышел и закрыл за собой дверь.
«По телефону проще соврать», — подумала я.
— Выдался свободный денек. Я решила, что так проще.
— Конечно. Счастлив вас видеть… Если не возражаете, я хотел бы закончить работу.
Он помахал садовыми ножницами, словно оправдывался.
— Не вопрос.
Арт, похоже, собирался предложить мне выпить, по увидел стакан кофе у меня в руках. Купила на заправке и до сих пор не осилила. Я присела на крыльцо. Парень принялся подстригать кусты возле дома. Зелень была густая, с тяжелыми листьями и миленькими желтыми цветочками. Дом с этой стороны походил на замок спящей красавицы. Того тоже из-за кустов почти не было видно. Правда, в сказке был терновник. Арт заботливо подравнивал мелкие веточки, чтобы придать зелени ухоженный вид.
— Я заехала к Абигайль, но ее нет дома.
— Отбыла в Эль-Пасо на пару дней, — ответил Арт. Мускулы на его руках бугрились. Красная змея на предплечье казалась живой, — У нее там сестра, они дружат. Увы, на днях мне так «не вовремя» потребовалась помощь по работе. Жаль, вас не оказалось рядом. Кстати, это была девушка-джентри. Вы ведь их ищете?
— Ага, — удивилась я. — Вы сами ее изгнали?
— Она была не слишком сильная. И очень перепуганная.
Я потягивала кофе, пытаясь понять, что дальше делать. Почти уверена, я поспешила записать Арта в насильники. Он просто изгнал Морию, вот она и запомнила красную змею.
— Вы часто бываете в Мире Ином? — спросила я.
Он резко рассмеялся.
— Только если этого не избежать. Переходы — паскудная штука, даже простые. Я не был там… не знаю…несколько лет.
— Вот как, — протянула я.
Арт застыл и удивленно взглянул на меня.
— А почему вы спрашиваете?
— Джентри в последнее время говорят о человеке, очень похожем на вас.
— На меня? — Парень еще больше смутился. — Странно…
— Мужчина с татуировкой в виде красной змеи.
Не хотелось голословно обвинять шамана, но так уж получилось.
— Зачем, по-вашему, мне врать?
Арт не злился, просто спрятал дружескую улыбку и охладел до официального тона.
— Стоп! Я не говорю, что это вы! Но согласитесь, Арт, очень странно… Там видели мужчину, похожего на вас. И перекресток совсем рядом…
Надеюсь, реплика не походила на попытку извиниться…
— Пара джентри, которых я изгонял недавно, вели себя как сумасшедшие: кричали, что это я — в их мире… Никогда не мог их понять… Может, от изгнания у них башни посносило?
— Интересно, интересно…
Мориа говорила, что сбежала…
Арт потихоньку превращался в подобие Снежной королевы.
— Знаете, что странно на самом деле? Я слышал, какой-то шаман ошивается среди джентри, выслушивает их сплетни — и беспокоится из-за этого. Какая вам разница, есть там люди или нет?
— Они могут натворить бед.
— Ну и?
— И это неправильно.
Арт фыркнул и продолжил стричь кусты.
— Это джентри, Эжени. Не люди. Я слышал, вы с ними тоже особо не цацкаетесь.
— Когда ловлю в этом мире — да.
— В любом мире, Эжени. Они — нелюдь. В самом буквальном смысле. Почему же их судьба вас так тревожит?
— Не ваше дело.
Черт! Не успела закрыть рот вовремя! Арт обратил ко мне лицемерный лик.
— В таком случае, не ваше дело, куда я хожу и чем занимаюсь — в любом из миров.
У меня сердце екнуло.
— Значит, это были все-таки вы?
— Я сказал, хватит допросов! Не желаю выслушивать смехотворные обвинения. Если больше нечего сказать — скатертью дорожка!
— Для них это важно.
— Думаю, вы неправильно задаете вопросы. Зачем так рьяно защищать тех, кто прикончит вас при первой возможности? Стоит ли ради этого нападать на своих соплеменников?
Я вскочила, стараясь не расплескать кофе.
— На кого это я напала?
— Тогда убирайтесь, пока это не случилось!
Мы стояли как два барана на мосту, и я подумала:
сейчас подеремся. Я вооружена, он — нет. Впрочем, Арт выше и сильнее. Нет, это глупо. Зачем нам драться? Он ни в чем не признавался, просто его вывели из себя мои обвинения. Глупые и беспочвенные, как он опять же думает. Ничего не прояснилось. И драка не поможет.
— Прекрасно. — Я начала тактическое отступление. — Жаль, если я вас огорчила. Просто пыталась попять, что к чему, и убедиться, что никто не пострадает.
Он выдавил улыбку. Холодную, презрительную.
— И что вы сделаете, если кто-то и в самом деле пострадает? Бросьте, Эжени. Не берите на себя так много. Нет у шаманов полиции. И законов нет. Вы не вправе говорить мне или кому-то еще, что делать.
— Приму к сведению, — ответила я и направилась к машине.
Если бы задержалась, точно ляпнула бы что-нибудь, о чем бы потом пожалела. Арт — темная лошадка. Виновен он или нет, но мне не нравится его отношение к джентри — особенно потому, что напоминает мое в недавнем прошлом.
— Передам от вас привет Роланду.
Не сомневаюсь, — отозвался Арт. — И поговорите с ним о ваших безумных идеях. Роланд знает, что правильно, а что нет.
Я прикусила губу и молча влезла в машину. Итак, вопросы остались без ответов. Вот только Арт… Не доверяла я ему. Плоховато парень разыграл невинность. Почти уверена, что он шатался по Миру Иному куда чаще, чем говорит.
А его отношение к джентри? Ужас! Роланд тоже не особо любит эльфов, но от него так не пышет ненавистью, как от Арта. Отчим просто старается уберечь меня от них. По многим причинам. Как и Кийо. (Вот уж чья бы корова мычала…) Но Терновое Царство — часть моей жизни, нравится мне это или нет. И отношусь я к джентри уже совсем по-другому. Они странные. Мне не всегда нравятся их поступки и образ мыслей. Но в глубине души они такие же люди, как и я, у них те же чувства и желания. Не понимаю, как можно вообще отмахиваться, когда пропадают беззащитные девушки — даже если они и джентри…
Уже за рулем меня осенило: Арт второй раз не пригласил гостью в дом. Совпадение? Жилище внутри, по логике вещей, должно быть столь же безупречно, как и снаружи. И все же… что, если там найдутся доказательства его вины? Черт! Поискать уже не получится, ведь Арт все еще там, и он зол на меня.
Я катила по городку в сторону шоссе. Опаньки! Что там говорил Арт? Абигайль уехала из города на несколько дней? Не уверена, что она вовлечена во все эти интриги с Миром Иным, но шаманы работают вместе. Может, у нее удастся что-нибудь выяснить.
Я снова припарковалась возле ее дома и скользнула наверх мимо антикварного магазинчика. Основные инструменты шамана — кинжал, волшебная палочка и пистолет; но у меня с собой было несколько вещей, так сказать, на всякий пожарный. Среди прочего — кристалл кварца для чтения энергии и набор отмычек. Импы, тролли и прочие иногда пытались спастись от меня за закрытой дверью. Если замок Абигайль — не произведение искусства, я его открою.
Замок оказался обычным. Сирена не завыла, значит, сигнализации тоже нет. Правда, ее вполне могла заменить орава голодных котов. Они приняли меня за свою и потребовали еды. Любопытно, кто их кормит, пока хозяйки нет? Ой-ей-ей… Добрая подружка или соседка может появиться в любую минуту. Надо спешить.
Как оказалось, непросто найти неизвестно что неизвестно где в квартире, заваленной книгами, благовониями и свечами. Ох, надеюсь, следы обыска никто не заметит. И все-таки замечательная квартирка у «бабули»: красивая, обставлена дорого и со вкусом. Полы ручной работы — никакого вам ламината. Лепнина и украшения явно не из дешевых. И бардак везде-везде. Странно. Хотя мне ли об этом говорить…
Под конец обыска я зашла в спальню. Там было почище, значит, меньше всяких закоулков, где можно что-то спрятать. Лоскутное покрывало из разноцветного шелка. Шкаф набит шарфами и легкими платьями. В шкатулке на туалетном столике ошеломительная коллекция ожерелий и колец и — хотите верьте, хотите нет — наручники. Я едва не заржала. Во «бабуля» дает! Да, не одна я заходила в тот секс-шоп. Мои наручники дешевые и легкие, а эти тяжелые, стальные, вроде полицейских. Видимо, Абигайль зашла в «расширении горизонтов» куда дальше, чем я.
Я вышла из квартиры, закрыла дверь. Села в машину и направилась обратно в Тусон. Приехала вечером, но не очень поздно. На автопилоте двинулась к дому. Остановилась на полдороги и позвонила Тиму.
— От Кийо есть новости?
— Не-а, разве что… его кошка наблевала на ковер в гостиной.
— Это не новость.
Я положила трубку и в сотый раз проверила автоответчик. Пусто. Вздохнула и направилась к ближайшим вратам в национальном парке Сагуаро. Если Кийо до сих пор не вернулся из Мира Иного… Может, он послал какое-нибудь сообщение мне в замок? Я чувствовала себя пятнадцатилетней дурой, которая в отчаянии рыдает над молчащим телефоном… Но что делать?
Увы, в Мире Ином меня тоже никто не обрадовал.
— Нет, ваше величество, — сказала Ниа, будто просила прощения, хотя точно ни в чем не была виновата. — Никаких известий.
Я поблагодарила ее и решила найти Шайю, узнать свежие новости. В коридоре неожиданно столкнулась с… кем бы вы думали?.. Жераром, темнокожим кузнецом с вечеринки Майвенн.
— Ваше величество. — Он приветствовал меня вычурным поклоном.
— Я надеялся увидеться с вами, прежде чем уйти…
— Прежде чем… что вы вообще здесь делаете? — спросила я, скорее пораженная, чем раздосадованная его появлением.
— Я приехал передать вам это.
И как фокусник вытаскивает кролика из цилиндра, Жерар извлек на свет божий поразительной красоты колье. Причудливо заплетенная цепь струилась словно вода, и с нее свисал грушевидный сапфир, обрамленный жемчугами.
— Боже ты мой! — воскликнула я, принимая украшение. — Невероятно. Это вы сделали?
— Да, ваше величество, — скромно ответил он.
Кузнецу явно польстило мое искреннее восхищение.
— От кого оно?
Помня рассказы об амбициях Жерара, я была почти готова услышать, что это его подарок. А может, Кийо вспомнил обо мне? Или Дориан? Нет. Этот бы принес себя в качестве бонуса.
— От принца Лейта, из Рябинового Царства.
Конечно. Могла бы и догадаться. Чтобы Лейт да так быстро смирился! Слишком хорошо для правды.
— Его высочество велел добавить: если вам будет угодно, он закажет корону в том же стиле. Принц Лейт шлет вам это в знак величайшей любви и преклонения.
— Уверена, так оно и есть. — Я вздохнула и протянула колье обратно. — Что ж, боюсь, не будет никакой короны. Мне безумно жаль, Жерар, но я не могу принять даже это. Простите, что ваша работа пропадет впустую.
Он взял украшение и сноровисто упрятал его в один из многочисленных карманов.
— Не беспокойтесь. Понимаю, дела сердечные — штука тонкая. Его светлость, конечно, огорчится. А я был счастлив просто сделать что-то новое, разнообразия ради. Так что оно того стоило, даже если и не украсит вашу шейку.
Я вспомнила, что Жерар живет при дворе Катрис.
— Над чем вы обычно работаете?
Он скорчил гримасу.
— Ее величество королева Катрис любит животных и собирает статуэтки, украшения… все, что с ними связано. На прошлой неделе я смастерил хрустальную белку. Довольно мило, конечно, но это уже пятая за последний год.
Я не удержалась от смеха.
— Рада за вас… Можно… — внезапно осенило меня, — дать вам задание? Ничего общего со зверинцем ее величества Катрис. У вас есть время?
Жерар низко поклонился.
— Разумеется.
Слышала, вы можете работать с железом. Вот что мне нужно…
Я описала проблему с Жасмин. Заказала нестрогие наручники, в которых было бы столько железа, сколько он сможет добавить. Сгодились бы, конечно, и наручники из мира людей, но я хотела особенные, с примесью меди или бронзы, чтобы стражники могли к ним прикоснуться.
Жерар внимательно выслушал меня. Кивнул.
— Да, конечно, я могу это сделать. Завтра привезу.
— Ничего себе! Не ожидала…
Он откинул голову и расхохотался.
— Ваше величество, вы забываете, что мы работаем не так, как люди. Я приказываю металлу гнуться, и он повинуется. Остальное — мастерство и терпение.
Я поблагодарила Жерара от всей души и сказала, что позднее Шайа договорится с ним о цене. Он ушел, а я продолжила поиски Шайи.
Через пару минут меня снова остановили — на этот раз Изабель. В гордом одиночестве. Значит, Дориан вернулся домой. Первая хорошая новость за сегодня. Не хотелось, чтобы он тут загостился — особенно после моих слезных ночных откровений.
Изабель встала на моем пути, сложив на груди руки. Совсем осмелела рыжая! Наверное, визит Дориана придал ей уверенности. Или она просто перестала бояться, когда понаблюдала, как я заливаю печаль текилой.
— Государь сказал, что я не могу уехать, пока мы не проведем по крайней мере еще один урок.
— Обломись. — Я пролетела мимо. — Мне надо найти Шайю.
Изабель снова преградила мне путь. Точь-в-точь как в прошлый раз, когда мы обсуждали то же самое.
— Шайи сейчас нет. Чем быстрее мы покончим с этим, тем лучше. Тебе все равно нечем заняться. Просто ждешь, когда кицунэ подкинет тебе косточку.
Достала!!! Хоть и говорит истинную правду. Потому и достала!
— Ничего подобного. У меня уйма дел. И вообще мне не нужна твоя помощь. Сама справлюсь!
Я мысленно потянулась и нащупала вокруг разные типы воздуха. Отошла от Изабель подальше. Выделила несколько групп. Теперь я понимала, как устроена каждая из них, поэтому могла соединять их, как конструктор. Направила воздух по коридору… Получился порыв ветра, такой же, каким хвалилась Изабель в начале нашей «учебы». Рыжая смотрела презрительно, но я готова поклясться, в ее глазах замелькали боязливые огоньки. Права была Шайа, когда сказала, что я учусь слишком хорошо и быстро.
— Неплохо, — выдавила Изабель. — Хоть и неуклюже. Но ты еще не научилась смешивать его с водой, чтобы по-настоящему управлять погодой.
В этом она права, но, думаю, я смогу все понять и сама. Надо продолжать тренировки.
— Со временем научусь.
— Государь настаивал еще на одном уроке… — Насмешка Изабель сменилась неуверенностью. — Есть кое-что еще… Ну… ты даже близко к этому не подошла.
— Я унаследовала магию бури. Воды и воздуха. Что там еще может быть?
— Пойдем покажу… если справишься.
Вот она, прежняя рыжая стерва. Без нее было даже как-то скучно…
Мы пошли во дворик, где сидели прошлой ночью. На другом конце двора слуга (помню, видела его пару раз в замке) укладывал новые плитки, расширяя площадку. Бедняга аж покраснел от натуги. Изабель застыла, напряженная, со скрещенными на груди руками.
— Я буду счастлива покончить с этим фарсом и вернуться в Дубовое Царство. Ясно как день, государь скучает по мне. — Глаза рыжей засверкали торжеством. — Прошлой ночью он взял меня с невиданным доселе пылом. Я кричала и билась в экстазе.
Я закатила глаза и чуть не ляпнула: «Ага, думал-то твой король обо мне».
— Давай закончим уроки, и сможешь уехать, и кричать, и биться, сколько душе угодно. Чего я еще не знаю?
— В воздухе есть кое-что… — Она прикусила губу, пытаясь сформулировать мысль. — Я чувствую, но не могу коснуться. Наверное, ты тоже не сможешь.
— Нельзя ли поточнее?
— Оно всегда здесь… Как будто частички воздуха… острые. Колкие на ощупь. Их бывает больше перед грозой.
Я на мгновение уставилась в пространство, а потом призвала на помощь человеческую логику.
— Молния… ты говоришь о создании молнии, — выдохнула я.
Как, бишь, там по-умному?
— Это заряженные частицы.
Естественно, термин рыжая не поняла, но, когда я упомянула молнию, Изабель кивнула. Идея понравилась, и я немедленно потянулась наружу… Молекулы воздуха теперь как на ладони: вот кислород, а это углекислый газ. Остальные я тоже различала, но не поручилась бы, где азот, а где водород. Но…
— Не чувствую ничего похожего. — Я покачала головой.
Изабель довольно улыбнулась:
— Я ж говорила, у тебя силенок не хватит.
— Погода слишком хорошая, — поняла я. — Видимо, их просто нет поблизости.
— Нет, они всегда здесь. Сегодня маловато, конечно, но я чувствую.
Я стиснула зубы и повторила попытку. Как с Дорианом в старые добрые времена: бесконечное ожидание… Только он меня еще и связывал. Изабель тоже бы не отказалась, если бы я позволила. Прекрасный шанс перерезать сопернице глотку…
Воздух, воздух, воздух… Каждая частица уникальна… Но ни одна не колется, как описывала Изабель. Один раз, давным-давно, у меня получилось призвать бурю. Джентри в обличье элементала… гм… горел желанием исполнить пророчество, мама истекала кровью… Отчаяние и паника «взорвали мозг». Гроза едва не сровняла мой дом с землей. Не помню деталей… Все размыто как во сне…
Внезапно волоски на коже встали дыбом… Вот оно! В воздухе вокруг появилось кое-что новенькое… электричество! И точно — колется! Я потянулась к нему, попыталась подчинить, как другие частицы, но оно — как песок сквозь пальцы… Зато я поняла, почему у Изабель не получается… Они совсем другие… Запаслась терпением, попробовала снова — и в мгновение ока собрала частички в узел! Запало озоном… Черт, потеряла! Ни вспышки, ни грома…
Но Изабель в ужасе!
— Тебе… удалось! Хотя не должно было…
— Да ничего у меня не получилось!
— Ты почувствовала… управляла ими… А я не могу даже прикоснуться!
Слишком быстро и легко. Ну прямо как папаша.
— Это совсем не похоже на молнию. — Надеюсь, я убедительна. — Мне еще далеко…
Я не знала, что сказать, но чувствовала, что это будет непросто. Управлять ветрами… я постепенно научусь. Надо только упорно тренироваться. А молния — она совсем другая. Странная… Когда я ощутила ее мощь…
Внезапно я вздрогнула. Волна ликования накрыла разум! Если я научусь повелевать молниями… Господи Иисусе! Именно поэтому весь Мир Иной трепетал перед королем Бурь! Это невероятно. Удивительно. Мощно. Божественно…
Ну вот опять! У меня что, развивается мания величия? Я же не богиня! Желать подобного могущества неправильно. Это вам любой скажет. По крайней мере, любой человек. Нормальный. И все же, научись я бросаться молниями — огненным демонам конец! Только ради этого стоит попробовать. Но, увы, я сказала Изабель чистую правду. На это уйдет куча времени. Значит, надо искать еще какое-нибудь удивительное оружие. Демоны-то не будут сидеть и ждать…
Внезапно я застыла, позабыв обо всем. Оружие — прямо у меня перед носом! Мы избавимся от демонов раз и навсегда! Правда, его еще надо уговорить, оружие это…
— Елки-палки! — воскликнула я. — Жасмин!!!
Я подбежала к ее камере с криком:
— Ты! Ты можешь вызывать водных демонов!
Жасмин вскочила как ужаленная. Вытаращила глаза, для разнообразия потеряв дар речи. Похоже, я оторвала ее от… ничегонеделания. Из жалости я послала ей пару книг, но, по словам караульных, она только и знала, что кукситься. И еще уговаривала их открыть дверь. Интересно, как она собиралась проскочить мимо Волузиана?
Секунда — и губы Жасмин изогнулись в презрительной усмешке. Ох… еще одна Изабель… Может, стоит посадить их в общую камеру? Девчонки бы подружились…
— Все может быть, — уныло протянула сестра, — А тебе зачем? Боишься, они помогут мне освободиться?
Нет, меня просто огненные достали!
Роланд говорил, что лучший способ изгнать демонов — призвать их противоположности. Мне такое не под силу. Но я почти уверена, Жасмин могла бы сделать это… только вот сестренку никак найти не могли. Да и причин думать, что она сразу бросится мне на помощь, не было.
Теперь обстоятельства изменились.
— Ну и? — Жасмин наглела с каждой секундой. — А мне-то что с этого?
— Ты должна мне помочь. Мы встретимся с ними и их хозяином, и ты призовешь водных тварей, чтобы справиться с огненными.
Сомнение в лице Жасмин выглядело почти комичным.
— С чего это вдруг я стану помогать тебе?
Я попыталась сыграть «хорошего полицейского»:
— С того, что они вредят невинным людям.
— А я тут при чем?
— Ты ведешь себя как эгоистичный ребенок.
Жасмин вспыхнула. Я снова наступила ей на любимую мозоль.
— Мне казалось, ты хочешь в один прекрасный день стать владычицей этих земель.
Она зарделась.
— Я бы уже была ею, если б ты не присвоила корону.
— А зачем? Какая ты, к черту, королева, если не желаешь ничего делать? Или хочется носить корону, чтобы все пресмыкались перед тобой?
Жасмин сделала каменное лицо. Ответила твердо, холодно:
— Я не буду тебе помогать.
Я подошла к решетке вплотную, сладко улыбнулась — и включила режим «плохого копа».
— Еще как будешь. Хочется тебе этого или нет.
— И как же ты меня заставишь?
Я в мгновение ока выхватила «глок» и прицелилась в нее. Жасмин побледнела, попятилась к стене, явно желая с нею слиться. Я услышала, как позади забеспокоились стражники. Пистолет — человеческое оружие. Он сделан из стали. А джентри, мягко говоря, не очень ладят с этими металлами. Как и полукровки ироде Жасмин.
— Ты рехнулась! — заверещала она.
Я пожала плечами.
— У меня есть проблема, а ты — ключ к ее решению. Будешь хорошей девочкой — переедешь повыше, в настоящую комнату.
— Жасмин задумалась. Теперь уже серьезно. Сестра молода, неопытна, эгоцентрична, но она не дура. Надеюсь, это гоже семейное.
— А если не соглашусь? Застрелишь?
— Знаешь, сколько раз мне говорили, что тебя надо прикончить?
Я старалась говорить спокойно и холодно. Поверит она мне или нет? Черт, а я себе верю? Жасмин понимала, что после всех выходок я вряд ли стану ее жалеть. А еще, думаю, до нее доходили слухи о Терновой королеве — тиране и убийце. Жасмин сглотнула. Она тоже пыталась выглядеть спокойной, но в глазах плескалось озеро ужаса.
— А вдруг я призову тварей воды, натравлю их на тебя и сбегу, как только снимете кандалы? А сбросить их придется.
Я сняла пистолет с предохранителя.
— Мне нечего бояться, пока ствол у твоего затылка.
В камере повисла тишина. Долгая, мертвая. Волузиан стоял как каменный. Я едва не забыла о его присутствии.
— Ненавижу тебя, — наконец прошипела Жасмин.
— Значит, согласна?
— Что ж, молчание — знак согласия. Я убрала пистолет. Е-мое! Сердце колотилось, будто я подралась с демоном. Я только что угрожала смертью пятнадцатилетней девчонке. И Роланд, и Кийо говорили, что магия меняет человека. Неужели тренировки с воздухом и молнией превратили меня в бессердечного, эгоистичного тирана? Нет, решила я. Это не магия. Это необходимость. Единственный способ избавиться от огненных демонов и помочь людям.
— Эжени?
Тихий голос в коридоре за спиной…
Кийо… Да… Оставалось только гадать, что он слышал. Да ну, неважно! Я была счастлива его видеть! Камень упал с души… Так и бросилась бы в объятия, если б не многочисленные свидетели! Он выглядел потрясающе: джинсы, простая серая футболка идеально облегает мускулы, шелковистые темные волосы вьются у подбородка, кожа похожа на карамель.
Но взгляд… как топор над головой.
Я бросила Жасмин:
— Поговорим позже.
— Да пошла ты!
Я взяла Кийо за руку, и мы поднялись наверх. Мои страхи и тревоги, нервное напряжение последних суток — все испарилось. Кажется, снова узнаю свой привычный мир. Новость о рождении ребенка далась нелегко, но я все еще хотела поздравить Кийо. Мы оказались наедине, теплые слова уже готовы были сорваться с губ… Но он заговорил первым:
— Ты до чего докатилась?
У меня голова все еще кружилась от радости.
— О чем ты?
Он показал на дверь башни, через которую мы только что вошли.
— Приставила пистолет к голове ребенка!
— Ну прямо уж к голове, — протянула я. — Она поможет нам решить проблему. Если Жасмин не удастся вызвать настоящих демонов воды, она сумеет поднять водных монстров помельче.
Мы с Кийо сражались с ними пару раз. Однажды мокрая тварюка застукала нас в его машине… не очень одетыми и едва не прикончила обоих.
— А если нет, и в самом деле убьешь?
Я вздохнула, прислонилась к стене и заглянула ему в глаза.
— Ты серьезно?
— Она поверила. Да и я тоже. У тебя, похоже, дар запугивать людей до смерти.
Мы стояли совсем близко. Воздух пропах странной смесью сексуальности и противоборства.
— Что-то не так… Ты колдовала?
Я помедлила с ответом. Кийо глянул на меня даже с большим страхом, чем когда думал, что я пристрелю Жасмин.
— Немного.
— Немного? Эжени, — прошипел он, наклоняясь ближе. — «Немного» не получится, как бы ни хотелось! Ты просто падаешь и падаешь все глубже в кроличью нору!
Я рассмеялась и развела руками.
— Я давным-давно уже в Зазеркалье.
— Ты поняла, о чем я. Думал, ты больше не станешь этого делать. Думал, ты поняла, что это — зло.
— Это ты так считаешь. — Я начала заводиться, — А я просто захотела научиться чему-то новому.
— У кого ты училась? — с подозрением поинтересовался лис.
— У подданной Дориана. Она показала, как управлять воздухом. Мне почти удалось вызвать молнию.
Яростный взгляд Кийо обжег меня. Вместо того чтобы залиться краской смущения, я гордо приосанилась.
— Опять Дориан. Почему я не удивлен?
— Он в последнее время ведет себя прилично!
Я сама не ожидала, что встану на защиту короля джентри и при этом не буду врать. В чудовищной неразберихе последних дней Дориан часто поддерживал и успокаивал меня.
Кийо закатил глаза.
— Уверен, он с удовольствием будет вести себя еще приличнее. Ты уже собираешь воедино магические элементы, твоя сила растет. Скоро ты будешь похожа на…
— Не сравнивай меня с королем Бурь! — заорала я. — Надоело! Куча джентри используют магию, не сходя с ума! Ты можешь доверять мне хоть немного?
— Я просто беспокоюсь за тебя, — прорычал он.
— А знаешь, о чем беспокоюсь я? О людях, которым не хватает еды и воды. О девушках, которых похищает неизвестно кто непонятно для чего. А еще я пытаюсь жить по-человечески и не даю своре проклятущих местных кобелей залезть мне под юбку! Тебя никогда нет рядом! Ты и понятия не имеешь, каково мне!!!
Я орала как резаная. Чудо, что слуги не сбежались поглазеть. Я тяжело дышала, сжав кулаки.
— Что ты вообще здесь делаешь?! — наконец завизжала я.
Глаза Кийо — омут. Непонятно, что он чувствует, но я заметила, что ярости во взгляде поубавилось. Он или передумал обвинять меня во всех смертных грехах, или просто решил, что лучше не спорить.
— Хотел пригласить тебя взглянуть на ребенка.
— Ой… — На голову словно вылили ушат ледяной воды. Я вздохнула. — Кийо… прости. Зря я на тебя наорала…
Лис провел рукой по волосам.
— Да брось, я сам дал повод взбелениться. — Он криво ухмыльнулся. — Понимаю, тебе тяжело, а меня не было рядом. Только это не меняет моего отношения к магии Жасмин…
Я подняла руку.
— Ладно… еще успеем поспорить… Расскажи про ребенка.
Кийо словно подменили. Радость и удивление божественной чистоты осветили его лицо… Даже немного странно. Никогда его таким не видела…
— Ох, Эжени! Она красавица! Совершенство! Я никогда… и я не представлял, что она будет такой…
У меня внутри будто оборвалось что-то ледяное и свинцово-тяжелое. Я практически жаждала снова разозлиться. Злоба теплее печали…
Выдавила улыбку и потянулась к его руке.
— Счастлива за тебя! Так хочется на нее посмотреть! Как вы назвали малышку?
— Луиза…
Кийо произнес имя, как молитву, как заветное слово, что могло исправить все несовершенства мира. Он иногда шептал мое имя таким голосом… в порыве страсти… Думаю, из него получится чудесный отец.
— Красивое имя. — Я снова попыталась улыбнуться.
Несколько мгновений неловкой тишины, и…
— Ну что, поехали? — бодро спросила я.
С грехом пополам удалось убедить Рюрика, что мы с Кийо прекрасно доберемся до Ивового Царства и вдвоем. На душе полегчало. Я ехала верхом, а Кийо-лис без труда бежал рядом. Хоть визит и неофициальный, на меня напялили джентрийское платье. Как будто в джинсах я — не королева! Простой бледно-голубой воздушный наряд с короткими рукавчиками, почти как у героинь Джейн Остин. Ужаснее всего была задравшаяся юбка — никогда не сяду в женское седло! Но это неважно — кроме Кийо, меня никто не видел, а он уж точно не против…
Проехали мимо незнакомой мне деревни. Кажется, Шайа говорила, именно здесь нашли залежи меди. На окраине поселка вовсю шли раскопки. Надо постараться заехать сюда на обратном пути — если Мир Иной не отправит меня «по другой дорожке».
Мы прибыли в Ивовое Царство, а там… весна в разгаре. Потеплело куда быстрее, чем я думала. Снег растаял, на деревьях набухли почки. Воздух был идеален для пикников, а крокусы, нарциссы и прочие первоцветы залили землю яркими красками. Я недоуменно глазела по сторонам, пока не вспомнила, как королевства Мира Иного связаны со своими монархами. Я вливаю в землю свою энергию — и она исцеляется.
В Дубовом Царстве — вечная осень… Она напоминает Дориану о юности, радует и придает сил. А Майвенн только что родила… и ее королевство радуется появлению новой жизни!
Мы приблизились к главным воротам замка, и Кийо перекинулся в человека. Я засветилась от радости, хотя сама не могла понять почему. Словно безумный волшебник разлил эликсир счастья по коридорам замка. Все, кто попадался на пути, вели себя так, будто вот-вот отправятся на праздник. Улыбки сияли на лицах.
Мы с Кийо, без охраны, быстро прошли на верхний этаж, в спальню Майвенн. Оглядев комнату, я в который раз захотела сменить обстановку у себя в замке. От Эзона досталась «спальня средневекового военачальника»: угловатая мебель, мало окон, все — от толстых стен до кровати — темное, мрачное. Спальня Майвенн светлая и воздушная, с большими окнами и уникальной мебелью из березы. Кровать застелена простынями цвета лаванды, а вместо полога тонкая вуаль. Покои эльфийской принцессы… то есть королевы.
— Эжени, — улыбнулась Майвенн. Она сидела на кровати, опершись спиной на подушки. — Я надеялась, что ты придешь.
«Правда?» — подумалось мне.
Прошел всего день после родов, но она выглядела роскошно. Золотистый водопад волос струился на нежный розовый пеньюар. Изящный, украшенный жемчугом венец, который она надела даже в постели, подчеркивал великолепие волос. Я снова вскользь подумала, что и мне не помешает подобная штука. Кийо сказал, что корона меня испортит, но мне внезапно жутко захотелось почувствовать на голове тяжесть венца. Дочурка, сверточек в пеленках, спала у мамы на руках. Я разглядела только кружевной чепчик да клочок темных волос.
Я улыбнулась в ответ и нерешительно приблизилась. Вдруг почувствовала себя не в своей тарелке. Может, стоило надеть что-нибудь получше и добавить золота и благовоний?
— Мои поздравления. Вы, должно быть, так счастливы…
Улыбка Майвенн стала еще солнечней. Она посмотрела на Кийо, и что-то сверкнуло между ними — не страсть, не влюбленность, но нечто теплое, сильное, родное… и я к этому не имела никакого отношения. Майвенн осторожно подняла укутанный в одеяло сверток, и Кийо так же трогательно принял его.
— Смотри. — Он подошел ко мне. — Разве не красавица?
Красавицей я бы ее не назвала, милая — и слава богу. Ужасно, когда ребенок страшненький, а тебе приходится его расхваливать, чтобы родители не обиделись. Сейчас лгать не пришлось. Малышка была славная — не удивительно, с такими-то корнями. Темные волосики и смуглая кожица выдавали в ней папину дочку.
— Держи. — Кийо вручил мне ребенка.
Возразить я не успела.
До сих пор мне редко доводилось нянчить младенцев. Я неловко приняла девочку, одной рукой придерживая тельце, другой — головку. Теплый, почти круглый сверток легонько шевелился во сне. Крошечный носик, крошечные пальчики, крошечные реснички… Я почувствовала комок в горле — вспомнила разговор с Дорианом. Мои бедра всегда будут такими. Мое тело никогда не создаст новую жизнь. Луиза на мгновение приоткрыла глаза — темно-голубые, они, без сомнения, потом станут карими, — взглянула на меня, и я передала ее отцу.
Кийо так же восторженно взял ребенка на руки и присел на край кровати. Отдал Луизу Майвенн… Лис дотронулся до нее, только чтобы передать мне, но я снова почувствовала между ними вечную невидимую связь…
Захотелось уйти. Точнее, удрать и никогда не возвращаться. Но я осталась ради Кийо. Кроме того, сбежать из «замка радости» было бы невежливо по отношению к Майвенн. Я нарисовала улыбку и через силу завела разговор: унаследует ли Луиза способности кицунэ и когда Майвенн собирается отмечать ее день рождения.
Наконец Кийо сказал, что нам пора. Могу поклясться, он сделал это исключительно ради моего спасения. Будь его воля, остался бы на всю ночь. Я снова поздравила Майвенн, пропела, что счастлива за нее, что ребенок изумителен, наговорила еще кучу любезностей, которые так нравятся молодым мамочкам. Кийо сиял, но, едва мы покинули спальню, улыбка погасла.
— Неужели все так ужасно? — спросил он.
Я не сразу поняла:
— О чем ты? Я что-то не то ляпнула?
— Нет, Эжени. Ты держалась идеально. Все было идеально. Майвенн ничего не заметила — хотя она сейчас такая рассеянная…
Он вздохнул.
— Но я-то тебя знаю. И вижу, ты расстроена. Все еще боишься, что мы с Майвенн снова сойдемся?
Майвенн и он?.. Как объяснить, что это не просто ревность? Я не боялась, что рождение ребенка соединит их снова. Луиза, маленький посапывающий сверточек, изменила и меня тоже. Я люблю Кийо, хочу, чтобы мы всегда были вместе, но… вдруг он правда отвергнет меня, ущербную? Майвенн уже родила дочурку — значит, сможет дать жизнь еще одному малышу… Или не одному… А я? Я пока не горю желанием заводить ребенка, а до климакса еще далеко. А что, если когда-нибудь захочу, но не смогу забеременеть? Или, боже упаси, ребенок «получится» случайно? Я ведь не смогу его полюбить… О пророчестве я вообще молчу… Дамоклов меч!
— Это непросто. — Я вспомнила, что Кийо все еще ждет ответа.
— Эжени, — сказал он устало, — я люблю тебя. Очень сильно люблю. Этого не изменить. Мы с Майвенн больше не любовники. Я всегда буду заботиться о ней, и мы вместе будем заботиться о нашей дочке. Но ты — моя половинка. Я хочу быть только с тобой.
Его слова ласкали слух и согревали душу, но… Кийо так и не понял, какие эмоции всколыхнуло во мне рождение этого ребенка. В последнее время с лисом все так невпопад! Иногда кажется, что он знает меня лучше, чем я сама. В другой раз, когда речь заходит о младенцах — или магии, или управлении государством, — до него совсем ничего не доходит.
— Знаю. — Я ласково прикоснулась к его руке. Конечно, я не собиралась спорить или ругаться в замке Майвенн. — Слушай, все нормально. Поговорим позже. А сейчас… Бьюсь об заклад, тебе совсем не хочется уходить.
Он покачал головой.
— Нет, нет. Я пойду с тобой…
— Кийо, — сказала я, не в силах удержать слабую улыбку, — я тебя знаю. Я видела твое лицо. Ты хочешь еще побыть с Луизой. Ты должен. Я доберусь сама.
— Эжени…
Честное слово, я была права.
— Все нормально. Я злая и страшная Терновая королева, помнишь? И еще я хочу заехать в ту деревеньку, которую мы видели по пути сюда.
Он замолчал на несколько секунд.
— Какие планы на завтра? Я смогу тебя найти?
— Точно не скажу. Утром вернусь в Тусон — у меня там дела, и с Роландом надо поговорить, а потом…
В калейдоскопе событий последнего времени я просто отмахивалась от одной проблемы — и тут же бралась за другую. Надо сесть и поговорить с Роландом об Арте и о странностях перекрестка в Йеллоу-Ривере, а Кийо-то не слышал последние новости. Но лис меня огорошил:
— Хочешь, пойдем подеремся с огненными демонами?
Я удивленно уставилась на кицунэ.
— Серьезно?
— Ну… Если ты используешь Жасмин и свои новые фокусы, шансов прибавится. А для верности возьмешь еще и меня. Они же у тебя как кость в горле…
Разговор происходил посреди зала, почти как недавно у меня в замке, только без ругани и споров.
— Спасибо, — прошептала я.
Попыталась запечатлеть невесомый поцелуй на его губах… Кийо схватил меня за плечи, притянул и впился в губы как голодный волк. То есть лис.
Я отстранилась. А вдруг какой-нибудь слуга заметит, что отец ребенка их королевы творит такое с другой женщиной? Хотя для джентри это нормально…
— Иди. — Я отступила, чтобы не поддаться искушению снова поцеловать его. — Иди любуйся красавицей дочерью. Поговорим завтра.
— Спасибо, Эжени. — Лицо Кийо расплылось в чудеснейшей из улыбок. — И спасибо за… даже не знаю. Ты меня поняла. Спасибо…
Я улыбнулась ему вслед, повернулась и шагнула в благоухание весны.
Интересно, хоть кто-то в обоих мирах понимает меня?
Селение называлось Мармант. Пришлось справиться у стражников Майвенн, как до него добраться, чтобы не сбиться ненароком на какой-нибудь окольный путь Мира Иного. По дороге туда я снова и снова с тревогой вспоминала споры с Кийо, пытаясь понять, насколько все серьезно. Когда от раздумий начала пухнуть голова, я мысленно потянулась, ощутила воздух — и принялась гонять ветер, пытаясь создать мощный порыв. Вихрь согнул низкорослое деревце, но на это ушли все силы. Надо тренироваться чаще, если хочу когда-нибудь создать настоящий ураган, не говоря уже о молнии…
Жители Марманта приветствовали меня с благоговением и ужасом, как и следовало ожидать. Перемены в королевстве уже ощущались, народ был исполнен благодарности и надежд. И все же моя пугающая репутация никуда не делась: люди боялись разъярить опасную повелительницу, которая навязала им эту опасную землю.
Роль старосты селения исполнял совет пятерых уважаемых граждан. Они пригласили меня в дом побеседовать. Немного провинциальные на вид мужчины и женщины (обычное для этого мира дело), но важные и серьезные.
— Как житье? — поинтересовалась я, надеясь, что хоть чуточку похожа на заботливую и безобидную королеву. — Теперь у вас есть вода и пища?
— Да, ваше величество, — ответила женщина средних лет, кажется, глава совета. — Благодарим вас ваше величество.
— Хорошо. Мне жаль, что вам пришлось нелегко. Теперь будет лучше.
Комнату затопила неловкая тишина. Только пищал в воздухе комариком невысказанный вопрос. Я переводила взгляд с одного лица на другое.
— Что случилось?
— Мы не хотели беспокоить вас, ваше величество…
— Какое там беспокойство! Я за этим сюда и приехала.
Новый обмен взглядами. Похоже, они приятно удивлены.
— Что ж, — вздохнула женщина, — неподалеку от деревни произошло несколько нападений.
— Знаете, кто нападал?
— Разбойники, ваше величество.
— Сукины дети! — рыкнула я.
Мы знали, что шайка «переехала». Но до сих пор они вели себя тихо-мирно. Я надеялась взять с собой Кийо — и разобраться с бандой прежде, чем она натворит бед.
У нас немало воинов и сильных магов, — с гордостью сказала женщина. — Но мы не смогли противостоять их чудовищам.
— Демонам, что ли?
Женщина нервно кивнула.
— Сукины дети, — повторила я. С этим нужно разобраться. Даже если придется изображать сволочь, приставляя ствол к голове Жасмин, — Не волнуйтесь, они получат по заслугам. Скоро. Очень скоро.
Мой угрожающий тон немного испугал женщину, но она искренне сказала:
— Спасибо, ваше величество.
— Что еще мне следует знать?
На этот раз заговорил один из мужчин:
— Мы не хотим вас беспокоить…
Я взвыла:
— Да говорите же!
— Мы слышали, ваше величество разыскивает пропавших девушек.
Я выпрямилась.
— Да. А что?
Одна из наших девушек исчезла два дня назад. Дочь соседа, Маркела. — Слабая, робкая улыбка скользнула по его губам. — Она дикарка, вечно бродила там, где не следует. Не вернулась… хотя всегда приходила обратно…
У меня сжались кулаки, но я заставила себя успокоиться. А то никогда королевский имидж не сменю…
— Кроме разбойников, никто подозрительный тут не ошивался? Может, люди?
Мужчину эта тема испугала еще больше.
— Здесь бывают люди, ваше величество, — Кажется, он думал, что упоминание о моем народе разозлит меня, — Обычное дело: они… э-э… преследуют кого-то из обитателей нашего мира.
То есть шаманы вроде меня.
— Стоит догнать жертву, и они уходят.
Я снова подумала о Жасмин.
— А воины джент… блистающих?
— Время от времени. Наверное, дезертиры из армии короля Эзона. Они приходят и уходят, но никогда не возвращаются.
Я нагнулась вперед. Такое чувство, словно мир вокруг вот-вот рухнет.
— А кого-нибудь вы видите регулярно? Особенно с тех пор, как начали пропадать девушки?
Советник кивнул.
Вот оно. Все совпадает.
— Мужчина? С татуировкой в виде змеи?
— Нет, ваше величество.
— А… — Я застыла на мгновение. — Кто тогда?
— Женщина с седыми волосами, заплетенными в длинную косу, ваше величество.
Я посмотрела на него — и захохотала. Смех напугал их даже больше, чем ярость.
— Абигайль, — выдавила я наконец.
Не для них, для себя.
— Ваше величество?
Я отмахнулась.
— Так, ничего.
Абигайль. Абигайль, мать ее за ногу, и Арт. Работают на пару… Похищают джентрийских девушек. Но для чего? Предположим, Арт и правда больной на голову насильник. Но при чем тут бабуля? Вздохнув, я задвинула вопросы в дальний угол разума. Надо собраться с мыслями. А потом изложить их Роланду.
— Что еще мне надо знать? У вас поблизости нашли медь? Как продвигается добыча?
— До этого дня медленно, ваше величество, — потупилась женщина, — Наши маги искусны во многом, но мало кто из них умеет работать с металлом. Добывали в основном вручную.
Я нахмурилась.
— А что изменилось сегодня?
— Как это что? — изумилась она, — Вы прислали к нам Дубового короля.
— Дубового… Погодите-ка. Вы хотите сказать, Дориана?! — воскликнула я. — Он что, здесь?
Весь совет удивленно застыл.
— Да, ваше величество, — сказал мужчина, что поведал об Абигайль. — Он сейчас вместе с рабочими на карьере. Думал, вы в курсе.
Я встала, ошеломленная новостями.
— Я должна увидеться с ним. Прошу меня простить.
Советники забормотали вежливые слова прощания, они кланялись, едва не сбивая друг друга с ног. Я не стала тратить время на формальности. Вышла из дома и пробежалась под ярким полуденным солнцем до дальней окраины селения, где раньше видела рабочих. Дориана я сперва не заметила. Мужчины и женщины прилежно копали, пот катился по лицам…
…Внезапно послышался глухой рокот, земля задрожала. Огромные булыжники поднялись в воздух. Некоторые из них поблескивали на солнце. Камни собрались в кучу и медленно поплыли к краю рудника, аккуратно опускаясь на груду такой же породы. Я посмотрела на противоположную сторону участка. Дориан водил руками по воздуху, направлял руду. Одет совсем просто, но волосы пылают на солнце, словно жидкое пламя.
Он не отрываясь смотрел на камни, пока те летели. Но стоило им опуститься на свое место, как он расплылся в улыбке и шагнул ко мне.
— Госпожа Терновая королева, какое удовольствие!
Я позволила ему поцеловать руку, приличия ради, — серьезно, ну почему джентри так на этом повернуты? — и оттащила подальше от любопытных ушей.
— Что, черт подери, ты тут делаешь?
— Что-что, добываю свою медь.
— Я не о том!
Он пожал плечами и утер со лба пот. Если отбросить браваду, станет ясно, что Дориан устал. Я схватила его за руку и увлекла в деревню.
— Пошли выпьем чего-нибудь, пока ты не засох, как дерево в пустыне. И давай рассказывай.
— Слышал, у тебя проблемы с добычей меди, и решил помочь нам обоим. Мне, знаешь ли, пора перековать меч. И это не метафора. С метафорическим все в порядке. Кроме того, ты же не думаешь, что я позволю тебе отнять у меня лавры самого заботливого монарха в округе. На фоне тебя мы все выглядим бледно.
— Дориан! — простонала я.
Что ему еще сказать?
Мы вдвоем произвели настоящую суматоху. Точно голливудская парочка приехала в захолустную деревню. Вернулись в зал совета. Я приказала добыть напитки и оставить нас вдвоем. Все исполнили через пару минут. Даже удивительно как-то…
Едва селяне исчезли, Дориан растянулся в кресле, по-настоящему утомленный.
— И давно ты работаешь? — Я налила ему воды из кувшина.
— Большую часть дня. Я буду вино, дорогая. — Он кивнул на стоявший поблизости графин.
— Потом как-нибудь, — отрезала я и протянула чашку с водой.
Дориан поморщился, но выпил жадно. Я смотрена па него по-прежнему в растерянности.
— Но зачем? Тебе же не настолько нужна эта медь.
— Может быть. А вот тебе — нужна.
Он допил воду, я налила еще.
— Спасибо. Каждый мужчина мечтает, чтобы о нем заботилась королева.
Я тоже присела в кресло.
— Ты не обязан это делать. Ты еле держишься на ногах.
— Не надо меня недооценивать.
— И все-таки я не понимаю…
Он допил вторую кружку. Окинул меня взглядом усталым — и веселым.
— Эжени, ну почему ты не веришь, что я стараюсь только ради тебя?
Дориан, казалось, говорил искренне. А до меня все никак не доходили очевидные факты. Он, похоже, единственный в Мире Ином, на кого я могла положиться.
— Сама не знаю почему. Извини. Просто тут у вас маловато альтруистов. И — прими к сведению — разработка месторождения не поможет затащить меня в постель.
— Что ж, — бодро ответил он, — этого никто не может сказать наверняка. Впрочем, неважно. Тебе нужна моя помощь. Она приносит тебе радость. Вот и все.
Я отвела взгляд. Дориан и в самом деле мне друг.
— Спасибо. Ты очень помог, правда. Среди моря проблем одной стало меньше.
Он подал мне чашку.
— Теперь налей вина и расскажи, что у тебя за проблемы. Можешь даже присесть ко мне на колени.
— Нет, спасибо. — Я налила ему вина.
— Сегодня я видел, как вы с кицунэ проезжали мимо. Это часть твоих проблем? — И сам себе ответил: — Да, да, конечно.
Я — интересно, с какого перепугу — начала вываливать на него свои заботы. На этот раз даже будучи трезвой.
— Сегодня я видела дочку Майвенн.
— Хорошенькая?
— Не то слово. Давненько меня так эмоции не накрывали… Не знаю. Кийо говорит, это ревность, но дело не только в ней. Не могу объяснить…
— Задумалась о своей жизни, о выборе — и есть ли он вообще?
Я ошеломленно подняла глаза. Дориан смотрел прямо на меня. Совершенно серьезно.
— Да, в точку…
Дориан молчал. Я продолжала:
— Ему сейчас непросто: то магия, то пропавшие девушки, то демоны… Кийо не нравится, что я тут зависла. Да и Роланд не в восторге. — Я не удержалась от улыбки. — Черт, да и я сама! Но… это мой долг. Я обязана навести здесь порядок.
— Знаю, — ответил он серьезно.
— Дориан… а что, если я коронуюсь?
Он улыбнулся.
— Будешь еще прекраснее.
— Нет, серьезно. Кийо говорит, это плохая идея. Тогда все станет реально.
— Реальнее, чем сейчас, уже не станет, дорогая.
— Вот именно! Знаешь, я никогда не относилась к коронации серьезно. Ты вот не носишь корону.
— Ношу изредка. Но важнее то, что она у меня есть. Я был коронован, и подданные мне присягнули. Вот зачем все это нужно. Или венец тебе только для красоты? Конечно, так проще. Но попробуй надеть ее, показаться подданным, особенно в городке вроде Хаймора, и заявить: «Я ваша королева…» Именно этого боится кицунэ. Ты уже королева. И никакая корона этого не изменит. Только укрепит власть. Ты сама поверишь, что ты — королева.
— Ничего себе, — протянула я. — А ты этого боишься?
Дориан фыркнул:
— Вовсе нет. Я и так понимаю, что ты королева. Ты излучаешь царственность. Но хочу, чтобы ты сама осознала это.
В круговерти последних дней я уж точно осознала, что королева, — и никуда не денусь. Так что оставим корону в покое и вернемся к нашим баранам. Точнее, к разбойникам и Абигайль.
— Не пойму, как она в этом замешана. Раньше ты говорил, что мотивы Арта… можно объяснить. Но она-то? Если только не помогает по доброте душевной…
Дориан налил себе еще. Протянул мне другой бокал. Я рассеянно пригубила вино.
— Позволь полюбопытствовать, зачем обычно мужчины-блистающие похищают ваших женщин?
— Элементарно, — ответила я, — чтобы завести ребенка. У вас, ребята, нравы куда свободнее, но толку с этого чуть. Мужчине, который мечтает о детях, скорее повезет с человеческой женщиной.
Дориан кивнул. Такое чувство, что у него уже готов ответ, но он заставляет меня додуматься самостоятельно.
— А вы, люди, что, мечтаете о детях каждый раз, когда занимаетесь любовью?
Я рассмеялась. Видел бы он мой запас презервативов и таблеток…
— Вовсе нет. Мы прилагаем уйму усилий, чтобы этого не случилось.
Дориан нагнулся ко мне. Зеленые глаза, как лазеры, просвечивали насквозь.
— Вот и подумай. Ты понимаешь, зачем нам люди. А мы им для чего?
Я внимательно смотрела на Дубового короля, пытаясь понять, до чего же он додумался. Через секунду меня осенило.
— Человек может заниматься любовью с девушкой-джентри, не опасаясь беременности. Или болезни.
Джентри здоровее нас. Поэтому, видимо, и живут дольше…
— Точно! Девушки-джентри дольше сохраняют молодость и красоту…
Ужас затопил разум. До сих пор самое страшное в моей жизни — это бесконечные попытки озабоченных джентри стать отцом моего ребенка. Но… если догадка Дориана верна… все гораздо ужаснее. Девушки-джентри идеальны для секса: юные, красивые, не заболеют и не забеременеют — даже от человека. У меня вырвался нервный смешок: прямо как в стихотворении Тима о божественно красивой деве из другого мира, которую жаждали все смертные мужчины.
Интересно, как относятся к этому сами девушки? Многие, желая забеременеть, с огромным удовольствием отдадутся первому встречному из мира людей. Но Мории, похоже, у Арта не понравилось.
Я поднялась и протерла глаза.
— О боже! Шмотки… все те шмотки…
— Что? — не понял Дориан.
Я всплеснула руками.
— Абигайль и Арт небедно живут. Явно не на шаманскую зарплату.
Огромный дом Арта в элитном районе. Сияющий внедорожник. Роскошная, пусть и захламленная квартира Абигайль. Ее коллекция драгоценностей.
— Не знаю как, но они на девочках бабки заколачивают, — Я сползла по стене. — Елки-палки, что делать?
Дориан поднялся и подошел ко мне.
— Ты остановишь их.
Я помотала головой.
— Это не так просто. Арт прав… на шаманов нет управы. Не в полицию же идти! К ним не применишь никакие законы.
— Они нарушили твои законы. — Дориан склонился надо мной. — Значит, у тебя есть право остановить их. Они не лучше любого преступника в твоем мире. Убей их.
— Не могу! — воскликнула я, — Придется ловить их здесь. Я не смогу прикончить их в Техасе.
— Почему? Если мой подданный убьет кого-то из твоих, готов поклясться чем угодно, что ты придешь в Дубовое Царство и покараешь его.
— Это другое. Они…
— Люди?
Стыдно признаться, но дело именно в этом. Я без колебаний изгоню или — если нет другого выхода — уничтожу любую магическую тварь, которая пролезет в мой мир. Но преследовать и убивать людей…
Дориан понял все без слов. Вскипел.
— Черт подери, Эжени! Ты сказала, что собираешься навести здесь порядок! Но где этот порядок?
— Что, сложные проблемы решать не надо, сами испарятся? Или ты сегодня не в настроении? А может, передумала?
— Ты не понимаешь! — воскликнула я. — И не сможешь понять никогда! Я разрываюсь между двумя мирами, черт возьми! Я с детства принадлежу к миру людей. Думаешь, я так просто отброшу все и предам сородичей?
Вдалеке раскатился гром. Дубовый король рассмеялся.
— Слышала? Это твоя ярость.
Я покачала головой.
— Я не могу пока контролировать гром и молнии.
— Контролировать — нет. Но ты можешь бессознательно призывать их. Королевство связано с тобой, не забыла? — Он развел руками. — Все эти люди смотрят на тебя с обожанием. Они тоже твой народ. Именно это я имел в виду, говоря, что ты до сих пор не поняла, что стала королевой. Все эти люди верят в твою мудрость и ждут от тебя защиты. Если не уверена, лучше уйди и делай то, чего хотят твой кицунэ и отчим.
— Дориан, я не способна на хладнокровное убийство.
Он схватил меня за плечи. Голос короля был спокоен, но в словах сквозила злость:
— Ты можешь все, что нужно. Ты королева! Забудь о россказнях про внука короля Бурь. Сейчас его наследница ты. Правь как хочешь, люби свой народ — но ты должна его защитить. Эжени, ты станешь одной из величайших в истории джентри королев. Ты обязана покарать преступников! Если не сможешь остановить тех, кто причиняет боль твоим подданным, все покатится как снежный ком с горы! Иди скажи своим подданным, что ничем не способна помочь им, что не станешь кормить и защищать их только потому, что они джентри, что не желаешь марать руки кровью ради них!
Я глядела на него во все глаза. Побаиваюсь, когда Дориан выходит из себя. В такие минуты я вспоминаю, как он силен физически и магически. Внешняя изнеженность обманчива: я видела его в бою. Надеюсь, мы никогда не окажемся по разные стороны баррикад. Снова послышался гром.
Несколько мучительных секунд тишины, и я заговорила. Очень-очень тихо.
— Не могу… Не могу я им такого сказать.
— Знаю, не можешь, — прошептал Дориан.
Он наклонился и поцеловал меня. И… я ответила. Казалось, вся ярость, боль, растерянность, снедавшие меня в последнее время, вылились в этот поцелуй. Я кусала его губы… Он прижал меня к стене — и я обрадовалась легкой боли. Наши руки не переставали двигаться… Я ласкала все его тело… Дориан резко вздернул платье, которое я сегодня с такой неохотой надела. Поднял над бедрами… Придерживая юбку одной рукой, другой Дориан скользнул меж моих бедер… Я сегодня в стрингах: надеялась затащить в постель Кийо.
Искушенные пальцы скользнули в меня… Я сама не ожидала, что лоно повлажнеет так стремительно. Дориан заглушил мой вскрик жадным поцелуем. А его пальцы то погружались в меня, то играли с клитором. Наконец он остановился снаружи и принялся поглаживать клитор по кругу… Между бедер стало жарко… Мышцы свело от напряжения… Пылающий поток ощущений взорвался… Я снова вскрикнула. Крик, заглушённый поцелуем Дориана, превратился в стон. Тело мое содрогалось от волн страсти…
Впрочем, это было только начало. Рука Дориана скользнула от моих бедер к его штанам и принялась расстегивать. Его губы оторвались от моих и стали покрывать шею горячими, яростными поцелуями. Дориан избавился от штанов и прижался ко мне бедрами. Я сполна почувствовала… твердость его намерений. Мои пальцы путались в его волосах, я запрокинула голову, принимая жар поцелуев… Дориан стащил с меня трусики… Я опомнилась.
— Подожди… — простонала я. — Нет, нельзя… я не могу…
— Можешь, — выдохнул Дориан мне в ухо. — Дай мне… сделать это. Дай погрузиться в тебя. Позволь раздвинуть твои ноги и взять тебя, как раньше. В этом мире мы боги, Эжени, и никто не может сравниться с нами в искусстве любви. Никто не достоин нас.
Стринги упали на пол… Дориан вот-вот исполнит все, что обещал. Он взял меня за бедра и приподнял. Я обвила его ногами.
— Дориан… Я люблю Кийо…
— И что с того? Ты королева. И можешь иметь столько любовников, сколько захочешь.
— Это… неправильно.
— Правильно, — шепнул он многообещающе. — Наши земли только спасибо скажут…
Потом я так и не смогла сказать, поддалась бы искушению или нет. Хочется думать, что устояла бы. В конце концов, я хорошо относилась к Дориану, но любила Кийо. И должна была сказать «нет». В мгновение перед поцелуем я чувствовала: он понял, что творится у меня в голове. Я полюбила его с первого взгляда… Но не могла изменить Кийо.
Тогда нас прервал стук в дверь.
Я отпрянула от Дориана и в спешке одернула юбку. Он спокойно отвернулся и неторопливо натянул штаны. Дверь распахнулась. Вошла женщина, глава местного совета. Даже при том, что Дориан стоял к ней спиной, а я уже оделась, все было ясно. Впрочем, ее это не особо шокировало. Джентри, понятное дело…
— Ваши величества, — вежливо сообщила она, — надвигается гроза. Рабочие интересуются, что прикажет Дубовый король.
Дориан повернулся и одарил ее чарующей улыбкой.
— Гроза? В самом деле? Какая неожиданность. Что ж, велите им перенести медь на склад, сколько успеют, прежде чем польет. Остальное прикройте. Я приду проверить через минуту, поскольку у меня такое чувство, что Терновая королева собирается спешно отбыть.
Женщина присела в реверансе и закрыла дверь.
— Ты прав, — сказала я, натягивая стринги. — Я уезжаю.
— Да, — подтвердил он с улыбкой, — ты всегда убегаешь, когда не справляешься с ситуацией.
— Ничего не было, понял? — прорычала я, — Ничего!
Дориан изогнул брови.
— Правда? А вот я готов поклясться: что-то произошло с моей рукой, когда она была у тебя…
— Нет! — Я бы налетела с кулаками, если б не боялась новой вспышки запретной страсти, — Ничего не было. Это все злость и расстройство! Спасибо за помощь с медью. Огромное. И за совет насчет девушек. Но это все!
Я развернулась. Не желаю больше смотреть в эти зеленые глаза, видеть эту ухмылку! Черт, не могу признаться даже самой себе, что всю оставшуюся жизнь мне придется любить двоих и разрываться между двумя мирами! Надо убраться отсюда, вернуться домой… А куда это — домой? Дориан не пытался удержать меня. Я вылетела наружу под еще робкий дождь. Его голос зазвенел вдогонку:
— Помни мои слова, Эжени. С короной или без, но ты королева. Не бойся делать то, что должна. Любовь и безжалостность — твои козыри в этой игре.
К себе в замок я вернулась мокрая как мышь. Можно было раскрыть магический зонтик, но я не захотела тратить на это силы. После дневной жары приятно ехать под дождем. А еще мне хватало чем занять мозги. Почему каждый раз, когда я возбуждаюсь, идет дождь, черт подери! Догадываюсь, я смогу им управлять, ведь поливает не всегда поэтому. А то дойдет до комедии типа: «Эй, глядите, дождь зарядил! Похоже, королева снова с кем-то кувыркается в постели. Ох! Никак, град? Видать, она решилась на что-то погорячее…»
Интересно, считается ли изменой ситуация, когда парень запускает руку тебе под юбку и заставляет кончить? Вот если б я с ним переспала, это точно была бы измена.
А, черт! Измена есть измена. И неважно, как именно все произошло. Да, а как вообще такое могло произойти?! Мы спорили, даже ругались… а потом? Взял и облапил. Эмоции, магия — и все так быстро…
Я вздрогнула. Мне ведь сотню раз советовали быть осторожнее с моей силой. Может, это она виновата? Или моя слабость? Но магия поможет мне решить проблемы королевства. А это сейчас главное.
Только вот не осталось сил спокойно смотреть в глаза Кийо.
— Ваше величество!
Ниа едва не лишилась рассудка: бегала вокруг, суетилась, сулила то и это… А мне хотелось просто вытереть голову, переодеться в привычные джинсы и футболку. Ждать, пока слуги приготовят горячую ванну… слишком долго. Лучше вернусь в Тусон. Там есть сауна и душ… А еще там я чувствую себя в безопасности.
Перед уходом я поговорила с Рюриком и Шайей. Рюрику сказала, что у нас запланирована драка с демонами, и Жасмин — в команде. Он от восторга не запрыгал. Рюрик знал, что ее сила может пригодиться. Но холодная логика подсказывала капитану, что хорошая Жасмин — мертвая Жасмин. Он немного взбодрился, когда Жерар привез наручники. Они позволяли пленнице почти свободно двигаться, но магию сдерживали вполне надежно. Жасмин совсем приуныла. Значит, Жерар поработал на совесть.
Ну хоть что-то. Судя по лицу Шайи, добыча руды шла полным ходом. Что бы там Дориан ни замышлял.
— Мой господин очень любезен, — сказала она.
И Шайа, и Рюрик частенько называли Дориана господином, словно по-прежнему работали у него. Такая преданность трогательна, но иногда задевает за живое. Вот интересно, они что, считают службу у меня ненастоящей?
— Его помощь значительно ускорила процесс. Вы и представить себе не можете, как быстро пойдут дела, стоит только добыть медь.
Усмехнулась. Глаза блестят. Видимо, на ходу обдумывает всякие планы.
— Вам, должно быть, очень приятно, что мой господин так старается ради вас.
«Да уж, так приятно иногда, что дрожь берет…»
Но я, конечно, счастлива, что добыча меди продвигается.
Каждый раз, когда Дориан делал для меня что-нибудь хорошее (кроме секса), меня одолевало странное чувство. Он снова и снова помогал мне, но зачем? Говорил, просто так. А мне не верилось… У Шайи на лице было написано: мне несказанно повезло. Я подумала, что смогу отблагодарить его дубовое величество.
— Шайа… Жерар еще здесь?
Она кивнула.
— Я выделила ему комнату на ночь. Не ехать же под дождем… Что-то не так?
— Нет, просто хочу поговорить.
Она отвела меня в его комнату. Кузнец, как и прежде, был сверх всякой меры рад меня видеть. Глядя на него, я вспомнила Лейта. Стыдно до сих пор и больно, но ничего не поделаешь… Я не могла ответить на его чувства. Жерар, к счастью, совсем из другого теста. Он жаждал создавать красивые вещи — и получать за них деньги и признание. Так что я объяснила свой замысел, и он тут же взялся исполнить.
— Да, ваше величество. Думаю, у меня получится. Начну делать эскизы прямо сейчас.
Несомненно, он был счастлив сотворить что угодно, кроме очередной зверушки для Катрис. Я пропела, как он талантлив и как мне важен этот заказ, — и испарилась. Жерар славный парень. Я скорее окружу себя карьеристами, чем озабоченными поклонниками моего гениального папаши.
Вернулась в Тусон, а дома тишина… Супер! Тима не было, но он оставил мне макароны с сыром, посыпанные молотыми сухарями, и записку:
О работе я не забыла. Пока. Так что пусть напоминают. Ужин разогревался в микроволновке. Один из котов принялся тереться о мою ногу, и я стала почесывать его за ухом. Жаль, что это не Кийо-лис… Расстались мы не очень хорошо. Хоть и тепло на первый взгляд. Напряжение никуда не делось. И я не могла избавиться от чувства, что, в отличие от Дориана, Кийо не понимает меня в последнее время…
Ох… Дориан.
Сбросила одежду на пол ванной. Проклятые стринги! Никак не получалось выкинуть его из головы…
«Хватит, Эжени! Ты одержима!»
Я ведь… смогла бы сказать «нет», если бы не стук в дверь?
Смогла бы?
И Кийо, Кийо… Что я скажу Кийо? Мы поругались, но это не давало мне право творить такое… Ненавижу ложь и даже малейшее увиливание от истины! Елки-палки, что делать?
Постояла минут двадцать под обжигающим душем, но так ничего и не придумала. Вылезла наружу, изрядно размякшая и порозовевшая, и принялась вытираться. Потом спряталась в уютную пижаму: серо-голубые фланелевые шорты и белую майку на тоненьких лямках. В Мире Ином лил дождь, а здесь было сухо и жарко. Ночь немного остудила воздух, и я распахнула все окна, чтобы проветрить дом. Подул легкий ветерок…
Я едва удержалась, чтобы не подправить напор сквозняка. Чувствовала его… Каждую частичку… И до трепета хотела подчинить…
«Нет», — жестко сказала я себе.
На сегодня достаточно. Вообще пора вводить запрет на магию в Тусоне…
Решила заняться делами. Было почти десять вечера, значит, Роланд еще не спал. Я растянулась на диване перед раскрытой дверью в патио (оттуда тянуло сквозняком) и набрала его номер.
— Эжени! — радостно отозвался отчим. — Что у тебя там происходит? Ты не отвечала на звонки. Матушка волновалась, но я сказал, что ты занята.
Я улыбнулась. Здорово, что у меня есть Роланд. Все понимает и может успокоить маму.
— Да, занята была.
Я уже собралась перечислить кучу заказов, от которых Лара отказалась, но в последний момент передумала. Если он узнает, что я занималась не шаманскими делами, придется отвечать на вопросы, к которым я не готова.
— Поговорила с Артом и Абигайль? — спросил Роланд.
— Да, — ответила я. — Именно поэтому и звоню. Я думаю… Короче, они торгуют девушками-джентри.
Телефон помолчал пару секунд.
— Торгуют? То есть?
— Они похищают девушек и… не знаю. То ли принуждают заниматься проституцией, то ли продают, то ли творят что-то еще ужаснее.
Рыжий в черных пятнах кот устроился у меня на животе.
— Эжени… я знаком с Артом лет десять. Абигайль знаю еще дольше. И… не верится как-то!
— Их обоих видели в Мире Ином именно тогда, когда открывались врата. Одна из девушек сбежала. Я с ней разговаривала, и она узнала Арта! Бедняжка тронулась умом, Роланд! А еще и Арт, и Абигайль живут куда богаче, чем им полагается.
— Это не доказательство, — заявил Роланд. — Может, у них просто хорошо идут дела.
— В крошечном городке? Даже с вратами под боком они не могут получать столько заказов, чтобы хватило на такую прорву шмотья. У нас обоих работы в десятки раз больше, но я отчего-то не чувствую себя особо богатой.
— Эжени, прости, но обвинения притянуты за уши, а доказательства… Доказательств нет. Ты видела девушек, связанных, в его доме?
— Нет, — призналась я. — Потому что он ни разу не пригласил меня внутрь. Что тоже подозрительно.
— Нет, Эжени, не подозрительно, — устало отозвался Роланд. — У тебя нет ничего, кроме рассказов джентри. Ты что, им веришь?
— Я знаю, что девчонки похищены и, скорее всего, с ними творят что-то кошмарное.
— А ты не думаешь, что это проблемы не людей, а джентри?
— То есть, по-твоему, нормально делать из джентри сексуальных рабынь? После того, что случилось с мамой?
— Как ты можешь так говорить! — вспылил он. — Это не одно и то же. Мы не полиция двух миров. Мы защищаем людей. Значит, кто-то защищает и джентри.
«Ага, — подумалось мне, — и это снова я».
— Может, ты хоть с Артом поговоришь?
— Что, спросить, не похищал ли он девчонок?
— Ну… может, тебе удастся подать это более деликатно.
Я чуть не ойкнула от боли: кот соскочил с меня на спинку дивана. Шерсть у него стояла дыбом, хвост выписывал дуги. В комнату зашли собаки.
— Я не стану спрашивать его об этом, — ответил Роланд. — А если он скажет «да»? Что тогда ты собираешься делать?
Вспомнились слова Дориана: «Убей их».
— Слушай, не знаю, мне просто нужно разобраться…
Одна из собак глухо зарычала. Я подумала было выгнать вон сразу всех, но… Наш зверинец нечасто устраивает побоища. Так, иногда, по мелочам. Собак я не видела, но кот смотрел на раздвижную дверь, а не на пол. Я встала. Собаки уселись перед дверью и уставились в ночь.
— Эжени? Ты еще здесь?
— Ага, повиси немного.
Прижав телефон плечом к уху, я встала и схватила оружие с кофейного столика. Сунула волшебную палочку и серебряный кинжал за пояс шортов, взяла в руки пистолет и стальной клинок. Одна из собак снова зарычала. Я медленно направилась к двери.
— Эжени? Что происходит? — встревожился Роланд.
— Я перезвоню.
Не выпуская кинжала, я умудрилась выключить телефон и бросить его на пол. Ночь снаружи была спокойна, только ветер шелестел в деревьях да машины изредка проезжали где-то далеко. Я на секунду прикрыла глаза. Где ты, ночной гость? Такая сила — редкость среди шаманов. А долгие прогулки по Миру Иному обострили чувства.
Вот! Пришелец из Мира Иного. Звери, благослови их Господь, заметили опасность раньше меня. Кем бы ни был нежданный гость, он жался по самым дальним углам моих владений. И, что странно, прятался уже некоторое время.
«Ага, — я негромко хихикнула, когда все поняла, — тебя остановили чары, сукин ты сын?»
Когда только начались нападения на меня, я позвала ведьму, и та сотворила защиту вокруг дома. Вроде волшебной сигнализации. Она действовала не на всех, но пока помогала.
Гость, похоже, не опасен. Однако я не могу расслабиться, зная, что выходцы из Мира Иного шастают в округе. Я выскользнула наружу. Сосредоточилась. Прошлась по двору, не выходя за границы «магической сигнализации». Мой дом — на самой окраине района. Позади только пустырь, камни да чахлые деревца. За ним уже другой район. Сомневаюсь, что существо спряталось у фасада, там соседям все видно.
Ах, нет… не «оно». Они. Сколько? Не знаю… Встала на цыпочки, заглянула за деревянный забор — и попалась одному на глаза. Каменный элементал. То есть слабый джентри. Не хватило магии даже перенестись в наш мир как положено. Квадратный, неуклюжий, тело отливает белым и черным. Секунда — и он атаковал. Деревянный забор печально хрустнул под каменными ногами… А вот защитный барьер устоял. Каменюка словно налетел на невидимую стену.
Он растерялся. Мне это на руку. Я отбросила пистолет и достала палочку. Серебряные пули не так сильно помогают против джентри, как стальные. А еще, если я устрою пальбу, соседи вызовут полицию. А зачем мне лишние проблемы на пустом месте? Я направила силу через палочку, открывая дорогу в Мир Иной. Призвала Гекату, и татуировка со змеей вспыхнула на плече. Потом я принялась нараспев читать заклинание. Элементал почувствовал чары, но воспротивиться не смог. Через секунду он покинул наш мир, оставив после себя гору щебня.
Секунда — и рядом с кучей камней возникла еще одна фигура. Я заметила еле уловимое поблескивание воды. Ему что, мало, друга позвал? Водный дух. Фигура мужчины капала и растекалась на каждом шагу.
Боже, как глупо!
Я даже палочку спрятала. Хоть потренируюсь. Вот сейчас разнесу наглеца в клочья… Внезапно кто-то дернул меня назад. К горлу приставили нож. Его держала рука из плоти и крови. От незнакомца разило магией. Достойный противник, раз не только явился во плоти, но даже обманул защиту. Я треснула ногой ему по коленке и вырвалась, лишь чуть-чуть поцарапавшись о лезвие. Повернулась к нападавшему лицом. Хорошо, что с собой у меня стальной кинжал. Незнакомец — юный красивый джентри со шрамом на щеке. Накачанное тело, кожаные доспехи поверх красной туники. Похоже, чей-то солдат.
А Жасмин ведь говорила: «Я в состоянии отличить грязных попрошаек от опытных вояк».
Совпадение, подумала я. Только хороший боец решится искать меня в моем мире.
Мы двинулись по кругу. На губах моего противника играла улыбочка. Я не боялась. В схватке один на один я справлюсь, да и изгонять во время боя умею. Сложно, конечно, но что делать? Он бросился вперед. Я уклонилась. Да зачем вообще эти хлопоты?!
Словно делая вдох, я вытянула воздух рядом, создала смерчик, взметая пыль и песок во дворе, швырнула их в противника. Джентри вскрикнул и принялся тереть глаза. Я уже приготовилась изгнать его, как краем уха услышала: кто-то читает заклинание. Тихо-тихо. Покалывание… Шаман? Я развернулась, чтобы найти источник звука, но увидела только водного элементала, который лез сквозь брешь в заборе, проделанную его приятелем. Кто-то снял защитные чары.
Я выставила перед собой стальной клинок. Джентри, конечно, очухается через пару секунд, но больше мне и не надо. Призвала магию воды, чтобы разорвать элементала в клочья. Внезапный удар в спину — и я в объятьях мокрого урода. Элементал, даром что водный, схватил меня очень крепко. Джентри-воин пришел в себя, хотя по его лицу еще катились слезы.
Я попыталась вырваться, но элементал был слишком силен. Снова призвала магию воды. Мокрый взвыл, когда его плоть стала разрываться в клочья. Второй джентри собирался ударить меня медным клинком. Но не добежал. Вскрикнул от боли — и кто-то оттащил его подальше.
Я спокойно закончила заклинать водного элементала. Он взорвался, окатив меня с головы до ног. Ну вот, опять! Так, и где этот второй? А он уже дерется… с Роландом.
Роланд держал нож в левой руке, а правой съездил джентри по лицу. Впрочем, тот не остался в долгу. Глядя, как наглец дубасит моего отчима, я вспылила. Снова призвала воздух — и отогнала от джентри кислород. Выпучив глаза, он бросил клинок и обхватил горло руками, пытаясь вдохнуть. Я опрокинула его на землю и от души врезала по физиономии, в отместку за то, что он бил Роланда.
Легкий зуд от чар изгнания. Роланд открывал портал в Мир Иной. Он произнес заклинание и рявкнул:
— Эжени, прочь!
Я отскочила. Магия затрещала вокруг поверженного джентри — и он исчез.
Тишина… Я сидела на грязной земле, мокрая до нитки. Сердце бешено колотилось. Роланд подошел и помог встать.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я.
Он фыркнул:
— Ты вот так бросила трубку — и думала, я не приеду?
— Да уж…
Я устала. Кружилась голова. Босые ноги расцарапаны в свалке. Нужны мыло и антисептик.
— Спасибо.
Роланд пожал плечами. Сдалось ему мое спасибо! Даже в сумерках я видела, что он сердится.
— Какого черта ты тут вытворяла?
«Ой, Роланд, я столько успела натворить… Что конкретно тебя интересует?»
— Ты о чем?
— О ком. — Он показал туда, где только что валялся джентри. — Ты… применила магию, чтобы задушить его.
— Я хотела его ослабить, — прорычала я, не желая признавать, что была чуточку не в себе.
Слишком быстро все получилось. Я намеревалась лишить джентри возможности сопротивляться. А как это сделать? Я и не подумала. Само вышло… Когда я поняла, что — опять! — сделала, стало нехорошо. Клялась же, что это больше не повторится…
Пригвоздила бы его кинжалом, в конце концов. Где, черт возьми, ты этому научилась?
— Да там и сям…
Лицо Роланда исказилось от гнева.
— Ты не должна использовать эту магию, Эжени. Ни при каких обстоятельствах.
Я тоже начала злиться.
— На случай, если ты забыл: магия у меня в крови.
— Нет, — негромко возразил он, — я не забыл. Именно поэтому ты должна себя контролировать. Что еще ты умеешь? И давно?
— Неважно. Это помогает спастись, когда такие вот уроды пытаются меня изнасиловать. Я могу контролировать эту магию.
— Ты должна держаться подальше от джентри. Ты слишком сильно втягиваешься в их мир, в их магию…
— Магия джентри — часть меня. Тебе этого не изменить. А если не хотел, чтобы я прыгнула в кроличью нору, зачем снял барьеры?
Роланд нахмурился.
— Не снимал я их. Думал, это джентри.
— Нет, джентри проник внутрь, но его приятели держались снаружи — пока кто-то не убрал заклятия. Нашей магией. Я решила, это ты.
— Зачем, ради всего святого, мне это делать?
— Значит, другой шаман.
— Прекрати. Думай что хочешь, но Арт и Абигайль тут ни при чем. Зачем им ломать барьеры, помогать джентри против собрата по ремеслу? Думаешь, они где-то поблизости? Ты ошибаешься. Видимо, все-таки это сделал кто-то из джентри.
— Совсем мне не веришь? Значит, Роланд, я вообще кругом виновата! Я знаю, на что похожа магия шаманов. И в курсе, на что похожа магия джентри. Особенно если, как ты говоришь, я постоянно ею пользуюсь.
Лицо Роланда потемнело от усталости, он казался старше, чем был.
— Эжени, я не хочу торчать тут в потемках и спорить с тобой. Если не можешь остаться человеком ради меня, подумай о матери. А вообще, поступай как знаешь.
— Роланд…
Он исчез во мраке. Я глядела вслед человеку, которого всегда считала отцом, и мучительно гадала, чья же я дочь на самом деле.
Я решила не говорить Тиму, что защитные чары сняты. Он нормально относился к странностям моей жизни, пока они не затрагивали дом. Я позвонила ведьме, которая накладывала заклятия в первый раз, и попросила ее заехать и потихоньку все повторить, пока не вернулся мой жилец.
Потом у меня — в кои-то веки — был заказ. Никси завладела бассейном несчастного семейства. Я справилась так легко, что даже немного испугалась самой себя. Недавно нам с Дорианом пришлось подраться с отрядом никси, которых призвала Жасмин. Тогда сражался Дориан, и они казались куда страшнее. Сейчас я лучше владею магией, и разбираться с водным существом стало до смешного просто. Но изгнала я никси все же по старинке. Так надежнее. Роланд меня не убедил, только расстроил брюзжанием и нотациями. А как я тогда разделалась с элементалом! Обалдеть! Если б еще умела вызывать водных монстров, как Жасмин…
К слову о Жасмин: позже вечером я сняла Волузианa с поста. Надо вскоре наведаться в Терновое Царство, проверить, как там сестренка. Надеюсь, она не умудрилась забеременеть…
Волузиан возник в темном углу спальни. Кошака, который спал на кровати, как ветром сдуло.
— Повелительница звала, — пробубнил дух.
— У меня к тебе дело.
— Разумеется.
Отправляйся в Йеллоу-Ривер, проверь дом местного шамана. Не дай себя увидеть или почувствовать, если возможно.
Надеюсь, Арт не способен чувствовать незваных гостей, как я.
— И что повелительница хочет мне поручить?
— Осмотрись. Поищи что-нибудь подозрительное, особенно касательно девушек-джентри. Усек?
— Естественно, усек. — Ответ сопровождался уничтожающим взглядом. — Не равняйте меня с шавками, которые вам служат.
Получил адрес — и испарился. Я вздохнула. Может, стоит поработить другого пропащего духа? Это проще простого, особенно если выбрать кого-нибудь не слишком могучего. Волузиан, конечно, скотина, но абсолютно прав: его умения незаменимы для серьезной войны. А мальчиком на побегушках может быть и дух послабее.
Подумаю об этом в другой раз. А теперь пора возвращаться в Терновое Царство. Переночую там, встану пораньше, и начнем охоту на демонов. Кийо опять же обещал появиться на рассвете…
Я прибыла в замок, а там вечеринка! Ну или просто посиделки. Рюрик, Шайа и несколько старших слуг в одном из кабинетов пили вино и смеялись. Жерар с ними. И даже Изабель! Счастливая, для разнообразия. Похоже, меня сегодня не ждали: все подскочили, словно нашкодившие ребятишки. Шайа стала оправдываться, но я жестом прервала ее:
— Нет, нет. Веселитесь.
Я часто забываю, что они тоже (ну, почти) люди, что им тоже надо отдыхать…
Неловкая пауза — и все расселись обратно, а Рюрик предложил мне бокал вина. Я покачала головой.
— Знаете, — спросил он, — что ваш прислужник исчез?
— Да. Я отправила его по делу.
— Я удвоил охрану Жасмин.
— Хорошо. Надеюсь, за это время ей не удастся скинуть платье.
— Ее надо прикончить, — мрачно заметила Изабель.
Я пропустила замечание мимо ушей.
— Пойду проверю, как она там.
Шайа выделила Жасмин спальню этажом выше. Идеальное место для почетного заключения — впрочем, иного от советницы я и не ожидала. Просторная комната, с хорошей мебелью, но не настолько большая, чтобы стражники потеряли Жасмин из виду — понятное дело, если она не в ванной. Единственное окно — узкая бойница, через нее не вылезешь. Четверо стражников на часах снаружи, четверо — внутри. Жасмин лежала на кровати, читала книгу. Замечательно.
Наручники Жерара были скреплены длинной тонкой цепью. Металл — почти полностью железо. Так что девчонка может свободно двигаться, но не наколдует мне проблем. Когда я вошла в комнату, Жасмин подмяла серо-голубые глаза.
— А… это ты.
Я присела на узкую плетеную скамью. Кивком отпустила стражников.
— Пришла узнать, как дела.
— Нормально. Твоими заботами.
— Стараюсь.
— Все, что тебя заботит, — самой родить наследника да с моей помощью избавиться от монстров.
— Демонов. И поверь, последнее, чего я хочу, так это наследника.
— Я слышала, о чем болтали стражники. Говорят, ты постоянно крутишься возле Дориана. Зачем еще, спрашивается, тебе это делать? Он, как никто другой, стремится заполучить внука нашего отца. Эзона ведь больше нет…
Жасмин скуксилась.
— Дориан мне просто друг. Вырастешь — поймешь.
«О, Эжени, какая же ты лицемерка!»
— А про Эзона лучше забудь.
Жасмин снова уставилась в книгу.
— Я любила Эзона. Ты понятия не имеешь о любви.
— Уж поверь, имею! Это наивысшее наслаждение и величайшая боль. А еще она черт знает как сбивает с толку.
Жасмин снова поглядела на меня. Угрюмо, но с пониманием.
— Что тебе нужно? Изображаешь няньку, пока чертов имп не вернется? Боже, как я его ненавижу!
Я уже хотела сказать «Следи за языком», но решила, что это бессмысленно.
— Завтра у нас драка с демонами.
— Ага, под дулом пистолета.
— У меня нет выбора. Они терроризируют людей. Или ты не понимаешь, насколько все серьезно?
Она равнодушно пожала плечами и откинула с лица несколько светлых прядей.
— Это твоя проблема. Не моя.
«Эгоистичная девчонка!»
Жасмин нахмурилась.
— Они еще похищают девушек?
В голосе — почти забота. Почти.
— Не знаю, — призналась я, — связана ли эта банда с похитителями. Если честно, думаю, тут замешаны люди.
Позабытая книга соскользнула с ее колен.
— Зачем это им? Бред какой-то…
— Подрастешь — узнаешь, — сухо ответила я. Глупо: Жасмин уже столько всего видела… — Уверена, что тебя пытались поймать не люди.
— Да, я уже сто раз говорила: блистающие.
— Ты описывала их как солдат… Красные туники? Кожаные доспехи?
— Так одеваются все солдаты вообще-то. Ну, может, туники были не красными. Честно говоря, цвета я не помню.
— Часто это случалось? — Я гнала мысль о том, как мы похожи. — Они хотели тебя…
— Изнасиловать? Да, пару раз.
Грустный, почти беззащитный взгляд.
— Но ты всегда говорила…
— Боже! Я не стану спать с кем попало. За шлюху меня принимаешь?
Да. Только умную. Но я промолчала. Может, ей уже пришлось пережить насилие?
— Извини. Просто ты так хочешь ребенка…
— Да, но не от первого встречного! И уж конечно, не в результате изнасилования. — Она вскинула голову. Глаза зло заблестели. — Никто не смеет так поступать с дочерью короля Бурь! Это порочит память нашего выдающегося отца.
Как бы Жасмин ни старалась забыть свои человеческие корни, но только человек может назвать эльфийского тирана выдающимся.
— Я вообще-то не совсем так к нему отношусь.
— Знаю. Поэтому спишь с кем попало. Я бы даже не обратила внимания на твоего кицунэ. Нужен кто-то достойный… вроде Эзона.
Я в который раз попыталась донести до нее, что Эзон был просто деспотом и мерзавцем. Но скоро поняла, что логика и любовь редко ходят рука об руку, и моя жизнь — лишнее тому подтверждение. Беседа уже почти зашла в тупик, когда комнату затопил холод — и явился Волузиан.
— Твою мать, — прошипела Жасмин.
Боже, ну и язык у нее!
Я встала. Скрестила руки на груди, пытаясь выглядеть внушительно. С Волузианом так всегда — чтобы не зазнавался.
— Ты был у Арта?
— Да, повелительница.
— И как? Нашел что-нибудь?
— Нет, повелительница. Не смог войти.
— Он что, и тебя на задний дворик пригласил пивка попить?
Волузиан и глазом не моргнул.
— Дом зачарован.
— Дом зачарован, — монотонно повторила я. — И ты не смог преодолеть чары?
— Должно быть, там серьезное волшебство, — заметила Жасмин.
— Спасибо, Мисс Очевидность.
Я попыталась вспомнить местных ведьм, но была не слишком-то хорошо с ними знакома, шаманов знала лучше.
— И где он мог найти такого сильного мага?
— Чары не людские. Они пронизаны магией этого мира, — продолжил Волузиан.
— Что? Арту помогает джентри… при том, чем этот козел занимается?
— Может, он тоже кому-то пистолет к башке приставил, — подколола меня Жасмин.
Вот. Еще одна фамильная черта.
— Нужно пробраться в дом, — пробормотала я, — Впрочем, это подождет, как и все остальное. Спасибо за попытку, Волузиан.
— Я не жду вашей благодарности и не нуждаюсь в ней, повелительница. Что на этом свете, что на том мне не нужно ничего, кроме вашей смерти.
Жасмин рассмеялась.
— Что ж, уверена, ребята, вы отлично проведете время вместе.
Я открыла дверь и впустила стражников. Волузиан вернулся, значит, здесь хватит двоих.
— Увидимся утром.
Хотелось посидеть со своими людьми за дружеским столом, но я решила не стеснять их. Королева на импровизированной вечеринке с подданными — все равно что директор фирмы, лезущий к сотрудникам во время обеденного перерыва. Я отправилась к себе в комнату. По дороге встретила Жерара.
— Ваше величество, — он отвесил витиеватый поклон, театрально взмахнув плащом, — работа над заказом идет полным ходом.
— Так скоро?
Я знала, что кузнецу помогает магия, но все же удивилась.
Жерар улыбнулся.
— Королева велит, я подчиняюсь.
Он извлек из складок плаща свиток и развернул пергамент передо мной: подробный эскиз меча с кучей пометок насчет веса и сплава. Надписи для меня значили немного, но меч был прекрасен — особенно рукоять.
— Он великолепен, — сказала я.
— Надеялся на это. Меч, достойный короля.
Я невольно улыбнулась в ответ. Дориан поверг меня в эмоциональное болото, но я изо всех сил старалась не утопить там нашу дружбу. Дубовый король упомянул, что ему нужен новый меч, — и я подумала доверить это дело Жерару. Как ни взгляни, он мастер, да еще и может касаться железа.
Жерар провел пальцами по острию.
— Могу сделать железный клинок. Пока Дубовый король будет держать оружие за рукоять, оно не причинит ему вреда.
— Зато стальное острие смертельно для врагов, — добавила я.
Кстати, это я придумала добавить железо.
— Для большинства. Я могу начать ковку прямо сегодня, но нужно знать балансировку его нынешнего меча, прежде чем заканчивать этот.
— Он будет здесь завтра. Сможете все обсудить.
Дориан тоже вызвался помочь мне с демонами.
— Великолепно! Госпожа Шайа сказала, что у вас есть материалы, которые я могу использовать, если вы дадите добро. Иначе придется вернуться в мастерскую.
Я покачала головой.
— Нет, нет! Берите все, что понадобится.
Жерар иронически усмехнулся.
— Ох, что ни делается, все к лучшему. Вернулся бы домой… Подозреваю, принц Лейт мне все уши прожужжал бы расспросами о вас.
Я вздохнула.
— Он все еще огорчен?
— Ваш отказ, прошу меня простить, совершенно разбил парню сердце.
— Я не хотела! Он нравился мне… и все еще нравится. Предложила ведь остаться друзьями…
— Судя по моему опыту, ваше величество, у мужчин и женщин это так просто не выходит.
Я подумала о Дориане.
— Да уж, черт побери, верно! Что ж, благодарю за меч. Дайте знать, если понадобится моя помощь. Но не спешите сильно с работой. Возвращайтесь на вечеринку. Пейте. Флиртуйте с Шайей. Вы ей понравитесь.
Жерар сочно расхохотался.
— Я слишком дорожу головой, чтобы вызывать ревность капитана вашей охраны.
Я не сразу сообразила, о чем это он.
— Кого? Рюрика? Но они с Шайей не… Она… не знаю… слишком щепетильна. Он же только и делает, что гоняется за кухарками.
Жерар пожал плечами.
— Я серьезно!
И почему это так меня поразило?
— Они работают вместе. Они просто друзья.
Жерар снова сверкнул улыбкой.
— Разве вы не слышали, что я говорил о дружбе между мужчиной и женщиной? — Он осмелился подмигнуть и снова поклонился. — До завтра, ваше величество.
Я смотрела ему вслед. Красный плащ, как вихрь огня, — по коридору. Не могу поверить. Шайа и Рюрик? Нет, это просто смешно! Он точно ни капли ей не интересен. Шайа слишком умна. А Рюрику вполне хватает легкодоступных служанок да кухарок.
— Ты делаешь подарки моему господину и при этом говоришь, будто не интересуешься им.
Я повернулась. Изабель стояла на углу коридора. Она явно слышала наш с Жераром разговор. Что, нечем больше заняться, кроме как следить за мной?
— В последнее время он очень мне помогает. Просто хочу его отблагодарить.
— Можешь выразить благодарность и по-другому, — съязвила она.
Я собиралась было загнуть про друзей, но вспомнила сарказм Жерара.
— Пожалуйста, слезь уже с любимого конька! И вообще, мы обе выполнили то, чего хотел Дориан. Я училась, ты учила. Завтра Дориан приедет, чтобы помочь мне решить проблему с демонами. Возвращайся домой.
Огромные голубые глаза округлились от удивления.
— Почему?
— Что — «почему»?
— Почему ты отпускаешь меня?
— Потому что ты не хочешь здесь оставаться. Да и училка мне уже без надобности.
С содроганием я припомнила, как едва не придушила Изабель… Я ведь так и не извинилась с тех пор. Скорее всего, просто не хотелось вспоминать. А сейчас рыжая и так на взводе…
— Да… ты выучилась быстро. Магия сильно горит в тебе. Не думаю, что стоит извиняться за то, как она рвется наружу. Ты очень похожа на короля Бурь.
— Ты знала его?
Упоминание о нем всегда бросало в дрожь… отвращения и страха. Часть меня не желала иметь с ним ничего общего. Но другая стремилась узнать побольше.
— Я бы так не сказала, — протянула рыжая. — Мой отец был его телохранителем, так что я несколько раз видела короля Бурь. Он внушал ужас.
Она попыталась скрыть страх, но все равно вздрогнула.
— Я слышала, его многие боялись.
Кийо видел короля Бурь, будучи еще лисенком. Я тоже, скажем так, имела честь немного пообщаться с папашей.
— Сила, как у тебя… Он способен был вызвать ее в мгновение ока. Стоило ему подумать о буре, и мир сотрясался.
— Что ж, пока можно расслабиться. Мне до этого еще далеко.
— А знаешь почему? — спросила она.
— Практика?
Она покачала головой, поджав губы.
— Потому что, несмотря на все титулы и способности, в душе ты остаешься человеком.
Судя по ее тону, человек — та еще гадость.
— Мой отчим так не считает.
Ну вот, никому не угодишь…
— Ты думаешь как человек. Стремишься все осмыслить логически. Твой подход к магии очень… научный.
Нечасто джентри используют это слово.
— Ты холодна со своей силой. Каждую частицу воспринимаешь как нечто отдельное, пытаешься систематизировать их. Конечно, магия нуждается в контроле, но не надо забывать про эмоции. Ты говорила, что ненароком вызывала молнию. Как это вышло?
— Я испугалась. — А еще, поняла я, это происходит, когда я возбуждена. — И… разволновалась.
— Ты освободила эмоции, и сила вырвалась. Ты никогда не сможешь полностью управлять ею, потому что подавляешь чувства. — Она торжествующе ухмыльнулась. — Именно поэтому мой господин никогда не полюбит тебя так, как меня.
Ну конечно. Не подколешь, не проживешь. Интересно, что бы она сказала, узнав, с каким рвением ее господин хотел заняться со мной любовью?
— Спасибо за вдохновляющую беседу. Пойду к себе. Отправляйся завтра с Дорианом и люби его как сможешь. А я и так справлюсь.
Изабель улыбнулась приторно до тошноты.
— Надеешься вернуться живой?
Я развернулась и бросила на нее жесткий взгляд.
— Это угроза?
— Разумеется, нет. Я не имею никакого отношения к завтрашней авантюре. Но ты идешь против демонов. Все может случиться. И если ты не вернешься, я рыдать не стану.
Супер. Ничто так не бодрит перед битвой, как хорошее проклятие.
Утром я проснулась на покрывалах. Солнце струилось сквозь восточные окна. Только что рассвело, но воздух уже прогрелся. Денек обещал быть горячим. Интересно, не моя ли готовность к бою вызвала жару?
Солнечные зайчики плясали по каменному потолку. Я сощурилась. Не знаю. В последнее время я вообще мало в чем уверена. Пора вставать. Я вздохнула, перекатилась на бок — и нос к носу столкнулась с Кийо. Аж подскочила от удивления.
Шоколадные глаза широко распахнуты. Наверное, смотрел, как я сплю. Слегка сощурился. На губах играет томная улыбка. Солнце золотит почти обнаженное тело…
— Давно ты здесь? Я ничего не заметила.
— Знаю, — ответил он. — Ты дрыхла как сурок. Даже бровью не повела, когда я залез в постель.
Он положил руку мне на бедро, погладил обнаженную ногу. Спать я ложилась только в футболке.
Его взгляд, тихие ласки согрели меня изнутри. Все будет хорошо — хоть в этом мире, хоть в другом — пока Кийо со мной. Он сильный и надежный, постоянный, несмотря на бурную сексуальность оборотня. Я коснулась его щеки. Как здорово, что он здесь, со мной… И чуточку удивилась сама себе.
— Сомневалась, то ты придешь, — призналась я.
— Эжени, ну как ты могла такое подумать? — Одной рукой лис поглаживал мою ногу, другой притянул меня ближе. — Я сказал, что приду. Не хочу отпускать тебя одну. Это опасно.
— Тебе не нравится мое поведение. Как и Роланду. Мы с ним сильно поругались.
Кийо поцеловал меня в щеку, потом в нос и в губы.
— Он тревожится за тебя. И я тоже. Но я понимаю, что помочь этим людям — твой долг.
Я смотрела на него… и внутри разливался теплый свет. Я так нуждаюсь в понимании… Не только Дориана, но и Кийо.
— Правда?
— Да.
Он снова поцеловал меня. Теплые, ищущие губы…
— Я знаю, каково жить в двух мирах. Ты храбрая, делаешь то, что считаешь нужным, но я хочу тебя защитить, — прошептал он мне на ухо. — Как и все те люди, что собрались внизу.
Попытался снова поцеловать, но я вывернулась.
— Пого… что? Кто собрался?
Он пожал плечами. Руки скользили по моему телу.
— Да все. Рюрик со стражниками. Жасмин в наручниках. Даже Дориан там.
Я села.
— Кийо! Нам пора! Мы не можем… Ах!
Ласковая рука — уже на внутренней стороне мое-то бедра… Выше, выше… Еще выше…
— Подождут…
— Нет уж… — выдавила я.
Его пальцы заплясали, то проникая внутрь меня, то выскальзывая наружу. На секунду я вспомнила, как это делал Дориан… «Ну вот, опять он! Молчи, Эж, забудь…»
— Нас ждут!
— Пять минут, Эжени… — мурлыкнул Кийо.
Он задрал мою футболку, наклонился, поцеловал грудь. Обхватил ее губами, посасывая все сильнее…Легкий укус. Я дернулась. Кийо поднял голову.
— Что бы ты ни думала, я соскучился, Эжени. И я так тебя люблю!
Его пальцы выскользнули наружу. У меня вырвался вздох сожаления. Лис улыбнулся.
— Похоже, и ты скучала.
Он перевернул меня. Я приподнялась на колени… Встал сзади… и внезапно вошел. Твердый, набухший, сопровождая каждый удар сдавленным стоном… Я зажала в руках простыни, выгнулась — и отдалась без остатка. Крепкие руки сжали мои бедра. Глубже… еще…сильнее… Я стонала, запрокинув голову… Хотелось все больше и больше вобрать его в себя…
Кийо наклонился и, не сбиваясь с ритма, взял мои груди в ладони. Принялся тереть большими пальцами напряженные соски. Мое тело словно горело на костре страсти… Кийо выпрямился и снова ухватил меня за бедра. Удары — еще сильнее… быстрее… Даже слышны шлепки от прикосновений тел. Громкий стон… Лис вонзил ногти мне в бедра и содрогнулся всем телом… Достиг финала… Задержался на несколько секунд… и рухнул на постель. Развернувшись, я вытянулась рядом.
— Теперь я точно готова сразиться с демонами.
Мы спустились вниз. Думаю, никто не догадался, что мы недавно занимались любовью. Даже дождь не пошел. Если кто что и заподозрил, так это Дориан. Ничего от него не скроешь… Солдаты выстроились на улице. Дориан и Шайа в кабинете пили чай. Изабель едва ли не разлеглась на коленях у «господина». Жерар тоже был тут, пробовал на вес старый клинок Дориана, а сам Дубовый король изучал эскиз будущего меча.
— Эжени, — брови короля изогнулись, — ты сегодня аж светишься.
Изабель сморщилась.
— Это все кожа.
Я оправила рубашку. Твердила Шайе, твердила, что доспехи мне не нужны, но она раздобыла тонкую кожаную безрукавку и заставила напялить. Не наряд порнозвезды, но все равно непривычно.
— Этот меч, — продолжал Дориан, — уникален. Благодарю тебя.
— Что это? — заинтересовался Кийо.
— Меч из легенды. Тот, что преследует негодяев, где бы они ни были. Эжени заказала его для меня.
Кийо покосился в мою сторону. Потом точно придется выдержать допрос.
— Это знак благодарности. Дориан мне очень помогает в последнее время.
— Уверяю тебя, — сказал король невозмутимо, — я люблю не только брать, но и отдавать.
— Ладно, — заторопилась я. — Не пора ли нам выдвигаться? Солдаты уже на улице. А я мечтаю поскорее покончить с этим.
Изабель тут же повисла на Дориане и выдала монолог на тему «Береги себя, любимый». Он торопливо потрепал ее по плечу, сказал, что будет осторожен. Но глаза короля уже горели жаждой боя. Он даже не обернулся, выходя… Бедная Изабель. Мне ее почти жалко. Она просто грелка в постели Дориана. Не желает мириться с этим, вот и бесится.
Жасмин уже во дворе. Скованная, озлобленная, на пару с Волузианом. Духу велено подчинить Жасмин, если та попробует выкинуть какой-нибудь фокус. А она попробует, я уверена. К несчастью, Волузиан нужен и в драке, значит, он не сможет постоянно следить за девчонкой. Да и никто не сможет. Придется мне одной рукой держать ее на прицеле, а другой — изгонять демонов.
Кийо посмотрел на Жасмин и нахмурился. Помог ей сесть на лошадь.
— Это неправильно, Эжени, — зашептал лис, как только мы отъехали.
— Что именно? Брать ее с собой или держать в плену?
— И то и другое.
— Ты же говорил, что понимаешь меня. Или просто очень хотелось секса?
Дориан ехал рядом. Точно все слышал, но промолчал.
— Мне ее что, отпустить?
— Нет, — Кийо угрюмо глянул на Дориана, — можно просто обращаться с ней погуманнее.
Жасмин содержат в уютной комнате. И наручники эти куда свободней обычных. Чего ты от меня еще хочешь?
— Не знаю, — вздохнул Кийо.
— Вот и нечего критиковать, — встрял Дориан. — В теории мы все сама доброта, но в реальности иногда приходится марать руки.
— А тебя вообще никто не спрашивает! — огрызнулся Кийо.
— Так или иначе, Эжени, тебе предстоит нелегкий выбор. — Дориан продолжал говорить так, словно мы ехали вдвоем. — Как ты поступишь с пленниками?
Я пожала плечами.
— Отправлю на каторгу.
— И вожака, Кована? Того самого, что призывал демонов? Он опасен, даже когда копает ямы.
— Не слушай его, — сказал Кийо. — Пусть себе издевается. Здесь, в конце концов, есть тюрьмы.
— Очаровательный акт милосердия, — протянул Дориан. — Враги трясутся от ужаса!
— Не убивать же каждого, кто встанет у меня на пути! — воскликнула я, — Я тебе не король Бурь, как бы сильно ты этого ни хотел!
— Я этого и не хочу, — хмыкнул Дориан. — Но лидер должен иногда быть жестоким.
— А может и не быть, — возразила я.
— Королю Бурь милосердие не было знакомо, — заметил Кийо.
— Ага, — согласился Дориан. — Я просто хотел убедиться, что его дочь не станет чересчур милосердной. Не ты один защищаешь ее, мастер кицунэ. Мы все делаем это, только по-разному.
— Довольно, — приказала я.
Рюрик, ехавший впереди, дал знак остановиться. Отлично, а то меня уже тошнило от этой перепалки.
Отряд двинулся дальше на своих двоих. Меня не покидало странное дежавю, пусть разбойники и сменили место лагеря. Вспомнилось сражение с Эзоном. Тогда рядом тоже были Дориан и Кийо. И так же ругались. Еще в тот раз со мной была Шайа. Сегодня Рюрика чуть удар не хватил, когда она вызвалась идти с отрядом. Может, Жерар и прав…
Конечно, с Эзоном я дралась без армии за спиной. Рюрик послал лучших людей осмотреть лагерь и снять вражеских часовых. Мы ждали в напряженной тишине. Я взглянула на Жасмин. Наручники сниму только в самом крайней случае. Не доверяю я ей, и все тут.
— Знаешь, что нужно сделать? — спросила я. Она задумчиво смотрела на стражников впереди, оценивала уступы холмов и редкие сосны. Точно сбежать попробует. Как и раньше, разбойники встали лагерем в низине. Умно, ничего не скажешь. Жасмин повернулась ко мне, мигом возвратив себе ехидный вид.
— Да.
— Не забыла, что будет, если ослушаешься?
— Да, — злобно прошипела сестренка.
— Хорошо. — Я демонстративно поправила пистолет.
Жасмин мельком взглянула на него. Глаза все такие же злобно-холодные. Дориан подошел ко мне.
— Надеюсь, ты сдержишь слово.
— Хватит подзуживать! — прорычал Кийо.
— Надоели, оба! Сама решу!
Вскоре вернулись разведчики. Сказали, все чисто. Мы направились к лагерю, снова взяли бандитов в кольцо — и начали спускаться. К счастью, никто не завопил «Именем королевы, сдавайтесь!», и мы застали разбойников врасплох. Я сняла с Жасмин наручники. Надеюсь, потом жалеть не буду. В правой руке — упертый в ее спину пистолет (головой пусть думает), в левой — волшебная палочка. Кийо с остальными бойцами готовился пойти врукопашную, а я, вместе с другими магами, ждала поодаль. Волшебство джентри пусть останется на крайний случай. Я сегодня просто шаман.
Воздух внезапно зазвенел от мощной нарастающей магии — и с той стороны лагеря возникли пылающие фигуры. Демоны! Рюрик посмотрел туда. Нет, не на тварей. Это — мои проблемы. Рядом с ними болтался какой-то джентри. Надеюсь, Кован. Рюрик бросился в атаку. Я подтолкнула Жасмин пистолетом.
— Давай, за работу. Волузиан, вперед!
Задержала дыхание, гадая, что сделает Жасмин. Секунда — и почувствовала ее магию. Сила была похожа на мою, но немного отличалась. Часть моего сознания пыталась разобраться в ней, в надежде, что позднее смогу повторить этот трюк. Другая часть следила, как открывались врата в Преисподнюю. Из щели между мирами шагнули две фигуры, похожие на водного элементала, что напал на меня вчера, но повыше ростом. Водные демоны. Тела плещутся на ходу. Рога. Желтые глаза пылают.
— Только двое?! — воскликнула я. — Огненных же пятеро!
Жасмин не ответила. Вскинула руку, словно дирижер дал знак крещендо музыкантам. На долю секунды мне показалось, что водные твари двинутся к нам. Но нет, они увидели древних недругов из Царства Мертвых.
Дориан неподалеку творил собственную волшбу: разрывал землю под ногами огненных; те спотыкались и проваливались в огромные ямы, превращаясь в легкую добычу.
— Демонов призвать непросто, — сказал он, не отрываясь от работы — Огненных уже не будет. Ни один человек не в силах привлечь больше пятерых. Не удивлюсь, если этот Кован уже валяется без сознания.
Это лучше, чем ничего. Прислужники Жасмин схватились с двумя огненными, значит, людям уже легче. Волузиан справлялся еще с одним. Оставались двое. И они неистово рвались вперед. Мой выход.
Я призвала силу шамана, знакомую с детства. Силу воли, а не эмоций, как у джентри. Направила ее через палочку на одного из «ничейных» демонов. Окружила. Призвала Персефону. Открыла врата в ад, чтобы затянуть его туда. Демон смекнул, что происходит, и попытался вырваться. Я напрягла волю… Бабах! Возле демона словно взорвалась мина. Тварь споткнулась и упала.
«Спасибо, Дориан!»
Врата в Преисподнюю распахнулись — и тварюка отправилась домой.
На изгнание снова ушли почти все силы. Я перевела дух и огляделась. Один из водных монстров Жасмин поразил огненного демона и теперь помогал собрату. Думаю, вдвоем они разберутся быстро. Кийо с солдатами тоже не дремали. Ни одному бандиту не удалось сбежать. Я снова повернулась к огненным демонам. Так, и что дальше?
«Ничейная» тварь двинулась к моим воинам. Второе изгнание будет жестким. Я напрягла все силы. Призвала Персефону. Произнесла заклинание. Демон, естественно, все понял и повернул ко мне. Черт!
— Он… приближается, — сдавленно прохрипела Жасмин.
Лица ее я не видела, но, кажется, сестре тоже не сладко.
— Ага, уже вижу.
Демон прорывался ко мне. Я стиснула зубы.
«Нет. Нет! Я сильнее! Я дочь короля Бурь!»
Чтобы выпроводить демона, нужен отвлекающий маневр. Вот только помочь мне было некому. Дориан занялся противником Волузиана. Демон куда сильнее проклятого, но мой слуга бессмертен… Так что ни один из них не мог взять верх, пока Дориан не шарахнул демона здоровенным булыжником. Волузиан нанес тому смертельный удар.
Мой демон все еще приближался. Надо попытаться отвлечь его без посторонней помощи. Я не Жасмин, железо мне почти не страшно, только иногда мешает. Так что можно попробовать магию джентри и с пистолетом в руках. Но без него проще. Уверена, я об этом пожалею… Отшвырнула пистолет и призвала магию бури. Вот бы прикончить демона ударом молнии! Но пока не получится, увы. Так что я потянулась к небу. Воздух и вода! Мне даже удалось связать их вместе… Плотные свинцовые тучи, свиваясь в широкую воронку, опустились на демона. Это пока верх моего мастерства. Сознательного, конечно… Демон упал. Мини-циклон, правда, тут же испарился. Но тварь отвлеклась, и я успела начать изгнание. От напряжения чуть не разорвалось что-то внутри… Огненный исчез из этого мира!
Дыхание сперло, мир вокруг плясал… Я огляделась. Ни одного демона! По крайней мере, огненного… Водяные — победители — все еще здесь. Идут к нам! Черт! Что я наделала! Схватила Жасмин за плечо, едва не свалив с ног, и потянулась к пистолету.
—
— Это не я! — выкрикнула она в ответ. — Они сами!!!
Я внимательно посмотрела в ее бледное, покрытое испариной лицо. Дориан сказал, что вызвать демона непросто, но Жасмин смогла. Боль резанула по сердцу. У нее просто не хватило сил удержать власть. А я уже точно никого сегодня не изгоню. Жасмин все еще пыталась колдовать, хоть и слабенько… Удивительно, но я вижу ее магию как на ладони. Эти твари — из воды. Значит, подчинятся мне. Должны. Изо всех сил пытаясь подражать Жасмин, я сплела потоки наших сил и повелела демонам убираться.
Они уже рядом… Я едва не расхохоталась. Какая нелепая смерть! И тут внезапно у нас получилось! Демоны застыли как вкопанные. Мы снова приказали им исчезнуть. В реальности возникла брешь — врата в Преисподнюю. Похоже на изгнание… Демоны добровольно-принудительно шагнули туда.
Я чувствовала себя как бегун-марафонец на финише. Все тело изнывало от боли и усталости. Но Жасмин пострадала сильнее.
— Кажется, кровь и в самом деле гуще, чем вода. — Она еще пыталась шутить.
Ноги ее подкосились, девчонка закатила глаза и рухнула наземь. Я еле успела подхватить ее, чуть не свалилась сама… Сильные руки перехватили ношу. Кийо.
Ни царапинки. Я облегченно вздохнула.
— Спасибо.
Он легко поднял Жасмин на руки.
— Ты как?
— Почти в порядке, — ответила я, глядя на сестру, которая меня так и не предала. — А вот ей туго пришлось. Отнеси к целителю.
Кийо не хотелось оставлять меня. Но он быстро кивнул и сорвался с места в пружинистый звериный бег. Я огляделась. Стражники сгоняют в одну кучу еще живую шваль. Наши потери, похоже, незначительны. Рюрик ведет человека примерно в таком же состоянии, что и Жасмин. Ага, вот ты какой, призыватель демонов! Дориан — возле капитана. Резкий взгляд зеленых глаз: ну, Эжени, ты решилась наконец казнить его? Я резко мотнула головой. Дориан сморщился и отвернулся, чтобы помочь Рюрику с пленным.
Никто во мне не нуждался, никто меня не искал, и я со вздохом облегчения улеглась прямо на землю. Интересно, смогу ли я повторить то, что сделали мы вместе с Жасмин? Потом подумаю… Поборола в себе желание анализировать и стала просто наблюдать, как работают мои люди.
И тут краем глаза заметила движение. Далеко, в стороне, на каменном откосе, усыпанном кактусами. Узнала шпиона: ночной гость, джентри со шрамом. Недолго думая, бросилась за ним. Но тут — аж сама удивилась — притормозила и сделала то, чего всегда требовал Рюрик. Поблизости болталось двое солдат.
— Эй, сюда, — крикнула я им и замахала руками.
Они тут же последовали за мной. Мы обогнули утес, но того джентри уже и след простыл.
Здесь начинались предгорья, как и возле моего дома в Тусоне. Растительность гуще, хотя до настоящего леса ей Далеко: кактусы, колючки и приземистые деревца. По небольшому холму взбиралась узкая тропка, и, повинуясь импульсу, я устремилась по ней. Позади — хруст гравия под сапогами моих солдат.
Кто этот парень? Куда он делся? Один из разбойников? В бою я его не видела. Может, шпион? И поэтому пробрался ко мне в дом…
Щелк. Щелк.
Стоило нам добраться до вершины холма, как словно из ниоткуда вылетели две стрелы. Секунда — и оба моих воина мертвы. Я вскрикнула и застыла. Теперь, похоже, моя очередь. Но где же ты прячешься, таинственный незнакомец?
Стрела не вылетела. Джентри не показался.
Зато из кустов с лучезарной улыбкой вышел… Арт.
— Эжени, как я рад! Слышал, у тебя дел невпроворот. — Он махнул рукой в сторону, откуда я появилась.
Сама засунула руку в капкан! Вот же конченая идиотка!
Из кустов показались новые персонажи: джентри со шрамом и двое эльфов. Все одеты в кожаные доспехи и красные туники, как и описывала Жасмин. В руках — мощные луки.
— Вчера звонил Роланд. Едва мне голову не оторвал за то, что я втянул тебя в джентрийские дрязги. — Арт покачал головой. — Интересно, что он скажет, если узнает, что вы и так по уши, ваше величество.
Я адски устала, колдовать не смогу. Но пистолет все еще со мной. Я направила его на Арта. Меня будут искать, так что надо тянуть время. Черт! Полезла сломя голову, и что? Заработала приключение на… другое место. Вот только… как скоро внизу заметят, что я пропала?
Арт недоверчиво прищелкнул языком:
— Убьешь одного из своих? Или мы уже не свои?
Внезапно воздух наполнился магией. Знакомой…Шаманской! Меня словно окутал туман, густой и тяжелый. Забыв про Арта, я резко повернулась на звук заклятия — слова, черт, помню наизусть! Абигайль. С палочкой в руках.
Изгоняет меня. Господи боже!
Пытается сломать мою волю, в точности как я в схватке с демонами… Мир вокруг трещит по швам, магический вихрь вытягивает куда-то… Я сопротивлялась изо всех сил — но сил не осталось.
Путешествовать по мирам можно по-разному. Перекрестки и врата — для плавного перехода. Можно «скакать» от одной вещи, в которой часть твоей души, к другой.
И совсем изредка, если хватает сил, можно пробить врата и перенестись в другой мир. Правда, это чертовски больно. И опасно. Но именно таково изгнание — да еще и против воли. Тебя вырывают из одного мира — и запихивают в другой.
Ткань реальности трещит по швам… Другой мир тянет меня, тянет… Не могу сопротивляться… Я лягалась, кричала… но была слишком слаба. Меня словно разорвало на миллион кусочков и затянуло в водоворот… и сознание погасло.
Сознание включилось. Боль. Целая вселенная боли… Гораздо хуже, чем в ночь, когда родилась Луиза. Боль размеренно пульсирует в голове… Серый оштукатуренный потолок. Тошнит… Боже, желудок сейчас вывернется наизнанку… В последний раз такое случилось, когда я прорвалась из одного мира в другой.
Кстати о мирах… где я? Вскоре дошло: меня выдернули из Мира Иного, значит, я либо в Преисподней, либо в мире людей. Я, похоже, еще жива — значит, это земля. Зачем, ради всего святого, Абигайль понадобилось меня… Черт! Опять затошнило… Я прикусила губу и попыталась сесть, а то всякое может случиться.
Подняться не удалось. Руки… привязаны к изголовью кровати… Нет, прикованы наручниками. Тяжелыми, стальными… Черт! Приподняла голову — и желудок предал меня. Кто-то сноровисто сунул тазик под нос… Хорошо. Кровать и одежда остались чистыми. Вырвало дважды, и неведомый благодетель спросил:
— Все?
— Кажется, да.
Я подняла глаза. Густо усыпанное веснушками девичье лицо. Темно-каштановые волосы. Носик маловат, но девушка симпатичная. А еще она джентри. Может, меня и не изгоняли? Нет. Это человеческий мир. Чувствую. Магия в воздухе… Ее нет.
Девушка убрала таз и вернулась с мокрой тряпицей. Вытерла мне лицо, потом рот. Принесла стакан воды. Я жадно выпила. Двигалась она плавно и изящно.
— Как тебя зовут? — спросила я.
— Кариена.
— Какое красивое имя. Где мы, Кариена? — Я дернула оковы.
Они даже не собирались поддаваться.
Девушка села в кресло в углу.
— В мире людей.
— Это я знаю.
Так, стараемся не нагрубить…
Доспехи исчезли. Я только в футболке и трусиках.
— Что это за место?
Она осмотрелась, словно комната могла пролить свет на эту тайну. Стены бледно-серого цвета. На кровати — такое же серое покрывало с рисунком из фиолетовых и серо-белых цветочков. В углу небольшой шкаф. Рядом — кресло, в котором сидит Кариена. Места немного, а окон нет совсем.
— В доме человека с красной змеей.
— Человека с… Сукин сын! Арт!
Я с трудом вспомнила, что произошло. Обрывки сражения… Как гналась за солдатом… Абигайль… изгнание… Черт!!!
Дальше — пустота. Как я оказалась здесь? Ох, это, наверное, после изгнания. Или по голове стукнули… Не-а. Не похоже. Похоже на похмелье. Только хуже. В тысячу раз.
— Где он сейчас? — спросила я.
Кариена покачала головой.
— Не знаю, он нам не докладывает.
— Нам? Здесь что…
И снова несчастный разум пытается сложить воедино кусочки мозаики под названием «знала, но забыла». Ну почему я не могу собраться с мыслями? Будто пьяна в стельку и одновременно мучаюсь похмельем. Фантастика, блин! Мы. Арт. Человек с красной змеей.
— Здесь есть и другие? Другие девушки?
Она кивнула.
— И много вас?
— Пять… нет, четыре. Фару забрали вчера. Теперь очередь Исанны.
— Они — это кто?
— Люди. Приходят, смотрят на нас. Иногда… — она отвела глаза, — просто гостят. А иногда заключают сделку с человеком с красной змеей — и одну из нас забирают.
— Арт, — пробормотала я. — Его зовут Арт. Много чести величать этого козла «человеком с красной змеей».
Захотелось протереть глаза… Чертовы наручники!
— Остальные девушки тоже прикованы?
— Только те, кто сопротивляется.
— Понятно. А ты?
— Перестала.
— Почему не сбежишь? У тебя же должна остаться сила, хоть немного?
Кариена подняла руки. Уродливые стальные браслеты. На каждом крошечный замок. Под железом кожа покраснела и шелушится.
— Господи… Но ты же можешь просто выйти через дверь…
— Железо… повсюду. В окнах, в дверях. Чары. И замки кругом. А потом… — Голубые глаза слегка расширились. — Я не знаю, куда идти в этом мире.
— Домой, — яростно прошептала я. — Ты вернешься домой. Я тебя выведу.
Она грустно покачала головой.
— Отсюда не сбежать. Даже тебе.
Я с любопытством взглянула на Кариену.
— Знаешь, кто я?
— Ты — Терновая королева. Дочь короля Бурь. Моя повелительница. — Она почтительно поклонилась. — Великая воительница и колдунья. Если человеку с красной змеей удалось поймать даже тебя, нам надеяться не на что. Мориа пыталась сбежать, но погибла.
— Мориа жива…
Почему в голове такая каша? Почему мысли как сонные коровы? Великая воительница и колдунья! Мне не нужны руки, чтобы выбраться отсюда. У меня есть магия. Железо на меня не действует. Да и времени прошло достаточно, чтобы запасы силы восстановились. Я потянулась вглубь себя, потом наружу в поисках воды и воздуха… Что бы такое сотворить? Разнести изголовье на кусочки? Окислить наручники?.. Ох… Пожалуй, ничего.
Все без толку.
Я чувствовала себя… скажем так, человеком. Как и долгие годы до того, как соприкоснулась с магией Мира Иного. Разум видит только пустоту.
— Что со мной? — спросила я, чувствуя, как накатывает волна настоящей паники. — Магия исчезла. Сталь ведь на меня не действует…
— Это не сталь, — внезапно послышался голос. — Это сонная одурь. И полагаю, тебе пора снова принять ее.
В комнату вошел Арт. Загорелый, с улыбкой кинозвезды. Дерьмо собачье! Я зазвенела оковами. Не вырваться. Сонная одурь… сонная одурь. Где я это слышала? Рюрик! Он, кажется, рекомендовал эту настойку, чтобы полностью лишить Жасмин магии. Сказал, действует сильно и долго… Но если в «пациенте» есть хоть малая толика человеческой крови, его будет тошнить, а сознание затуманится. Вот откуда мое «похмелье»…
Обсуждать «лечение травами» с Артом бесполезно, так что я сразу перешла к делу:
— Я тебя прикончу.
Арт расхохотался. Его глубокий, сочный смех так понравился мне когда-то…
— Прости, но я тебя не боюсь.
Повернулся к Кариене.
— Принеси сонной одури для Эжени. Убедись, что Исанна одета и готова ехать, когда Абигайль вернется.
Не успел он закончить, Кариена вылетела из комнаты.
— Значит, это правда. Я, как и Роланд, сначала считала этот ужас полным бредом. Куда собирается Исанна? К новому хозяину?
Арт развалился в кресле и скрестил ноги.
— Можно и так сказать. Я, правда, называю это новым домом. Человек, купивший Исанну, ждет не дождется ее приезда.
— Ах ты, чертов урод! — выхаркнула я. — Они тебе не принадлежат!
— Может, и так. Если тебе станет легче, я не всех продаю. Кариена, к примеру… не так хороша, чтобы за нее дали приличную сумму. Она у меня прислуживает.
— Прислуживает, значит… — Меня снова затошнило, но не от сонной одури. — Оставил ее себе? Торгуешь секс-рабынями, бордель содержишь и при этом изображаешь героического шамана! Даже Роланда обвел вокруг пальца…
Арт выпрямился, топнув ногами. В глазах сверкнула злость.
— Я благодетель человечества. Эти девчонки — ничто. Они не люди. А ты… — Он покачал головой. — Чья бы корова мычала. Так же изображаешь героиню, а сама стоишь во главе армии джентри. Роланд знает, кто ты на самом деле?
Синее пламя моей ярости смешалось с наркотическим опьянением.
— Кажется, ты забыл: я обещала убить тебя.
— А ты забыла, что я не боюсь?
Вернулась Кариена с кофейной кружкой. Я тревожно взглянула на нее. На кружку, понятное дело.
— Что будет со мной? — потребовала я ответа. — Ты уже пропустил миллион возможностей меня прикончить. Решил тоже продать? Или для себя приберег, раз уж так не любишь джентри?
Арт покачал головой и подошел к кровати.
— Эжени, я ни за какие деньги не оставил бы тебя здесь. Лучше новая идиотка джентри каждый день. Стоит включить микроволновку — и они неделю сидят тише воды ниже травы.
Он жестом велел Кариене подойти. Схватил меня за голову. Я поняла, что сейчас будет, и начала сопротивляться. Арт навалился сверху и умудрился ненамного приоткрыть мне рот.
— Лей, — приказал он.
Кариена покорно влила в меня жидкость из кружки. При этом одними губами сказала «прости». Гадость редкая! Я поперхнулась. Попыталась выплюнуть, но Арт торопливо зажал мне рот и держал, пока я не проглотила все до капли. Горечь окатила горло. Нахлынула новая волна слабости.
— Да, — сказал Арт едва ли не бодро, — ты заноза. Я тебя не хочу. И ни один нормальный человеческий мужик не захотел бы. Но к счастью, заказчик — не человек.
Кажется, он еще улыбался, но сонная одурь подействовала тут же. Я погрузилась в морок, во тьму, и сознание погасло.
Когда я пришла в себя, сразу заметила две вещи. Первая — Арт все еще в комнате, хотя, кажется, уходил. Наблюдает за мной, спящей.
Вторая — наручники исчезли.
Я стремительно соскочила с кровати и бросилась на него. Думала, что стремительно. Проклятое зелье! Руки-ноги еле повинуются… Рухнула и в далекой от изящества позе замерла на полу. Кариена стоит рядом, держит сверток с одеждой. Девушка устремилась мне на помощь, но Арт покачал головой — и она застыла на месте.
— Вот незадача! Боюсь, ты меня сегодня не убьешь, — пропел он.
— Тварь ты мерзкая! — прохрипела я, закидывая руку на кровать в попытке приподняться. — Долго я была в отключке?
— Примерно час. Это, как правило, самое неприятное для людей. Ну, раз ты теперь уже держишь нос по ветру, а хвост пистолетом, Кариена поможет тебе принять благопристойный вид.
Я злобно глянула на него. Не знаю, кто раздел меня до нижнего белья, но, если это Арт, умирать он будет очень, очень медленно… Он смотрел на меня, как на большого жирного паука. Омерзительного и опасного. Что ж, значит, наши чувства взаимны.
— Меня будут искать!
Я наконец умудрилась взобраться на кровать.
— Кто? — поинтересовался он. — Тебе хватило идиотизма оторваться от своих людей. Никто не видел, куда ты ушла. Ну, кроме тех двоих солдатишек… А они уже ничего никому не расскажут.
Как ни крути, Арт прав. Никто не догадается, где меня искать. Я рассказала про Йеллоу-Ривер нескольким друзьям, но им и в голову не придет связать это с моим исчезновением после битвы. Пожалуй, решат, что я погналась еще за каким-нибудь демоном…
— Кто эти парни в красных туниках? — спросила я, — У вас тут что, армия наемников?
Арт ухмыльнулся.
— Кариена, одень ее.
А мне велел:
— Веди себя хорошо, иначе она ответит за твое неповиновение.
Он вышел. Закрыл дверь. Щелкнул замок. На другом конце комнаты Кариена смотрела на меня огромными от ужаса глазами. Девчонка боится и меня, и Арта. Я вздохнула. Не завидую ей.
— Все в порядке. Я оденусъ. Не болтаться же в нижнем белье.
Она облегченно вздохнула, подошла и развернула сверток. Платье. Сшитое по джентрийской моде.
— Ты шутишь! — воскликнула я, — Ничего другого нет?
Кариена съежилась от страха.
— Он дал мне только это.
Я взглянула на покрывало. Может, изобразить Скарлетт О'Хару, соорудить из него одеяние? Бледное лицо Кариены… Я не позволю Арту избить ее или продать какому-нибудь мужику. Взяла у нее платье. Даже одеться сама не могу… Боже, как я ненавижу беспомощность! Не связана, могу двигаться… но сил защитить себя не осталось. Я едва могу стоять.
Цвет платья — где-то между лавандовым и бледно-голубым. «Перванш». Дебильное название. Гладкий бархат, облегающий фасон, шнуровка на спине. Длинные узкие рукава и овальный вырез, куда более глубокий, чем я обычно себе позволяю. Вещи с таким декольте я надевала на свидания с Кийо… или когда пыталась выбить что-нибудь у Дориана.
Кийо и Дориан. Может, это глупо. Как принцесса из сказки, жду рыцаря на белом коне… Но я бы все отдала, только бы они оказались здесь.
Кариена сжала ладошки и с обожанием воззрилась на меня.
— Вы великолепны, ваше величество! Теперь я понимаю, почему в нашем мире у вас столько поклонников.
В нашем мире…
— Красота, увы, не главное…
Она достала щетку и распустила мне волосы. Присела рядом.
— Даже не знаю, хочется ли мне быть красивой. Наверное, хочется. Но раз уж я дурнушка, никто меня отсюда не заберет.
В ее голосе звучала радость.
— Ты красива, — резко ответила я. — Мы выберемся отсюда. Вместе.
Кариена печально улыбнулась, но я заметила в ее глазах отблеск надежды. В дверь постучали. Она вскочила на ноги. Застыла, опустив глаза.
— Ох! Он здесь.
— Кто?
Арт точно не стал бы стучаться.
Щелкнул замок, и дверь отворилась. В комнату вошел…
— Лейт! — воскликнула я.
Как всегда, темные блестящие волосы собраны в хвост, одет в красно-белую шелковую рубаху. Захотелось вскочить, но я знала, что снова свалюсь на пол.
— Слава богу!
Он пришел. Я не сгнию здесь. Хотела сказать Кариене, что нас спасут… но она уже убежала, торопливо захлопнув дверь.
— Эжени, — выдохнул Лейт, подбегая ко мне. Встал на колени. Схватил меня за руки. — Ты ошеломительна… все так же прекрасна… Нет, даже прекраснее, чем я запомнил. Боже, как я скучал…
По спине пробежал холодок. Что-то здесь очень, очень неправильно.
— Лейт… нужно выбираться отсюда. Помоги мне. И этим девочкам. Здесь творятся страшные вещи.
— Мы уйдем, — сказал он. — Но не сейчас. Пусть все утрясется.
Я попробовала высвободить руку. Не удалось.
— Что утрясется?
— Пока, — он словно и не слышал меня, — ты останешься здесь, где тебя никто не найдет. Обещаю, я буду навещать тебя каждый день.
— Не могу я оставаться здесь! Мне надо… куда угодно, только прочь! В Тусон. В Терновое Царство. Куда угодно! Лейт, какого черта здесь происходит?
— Арт добыл тебя для меня.
Холод охватил все тело… сплошь и везде… Я снова попыталась выдернуть руку, но сил не было.
— Откуда ты знаешь Арта? О боже… Только не говори, что работаешь с ним на пару!
Он пожал плечами.
— Нам обоим это выгодно. Я помогаю ему доставать девушек из нашего… из Мира Иного.
— Девушек из моего королевства. Вот почему у вас никто не пропал!
Лейт даже смутился.
— Я не трогал знатных девиц, Эжени. А кто заметит исчезновение крестьянок?
— Родители, например!
— Неважно. Мои солдаты ловят их, а я доставляю к Арту и Абигайль.
Вот оно что! А я даже не подозревала… Обычно красные туники напоминают мне о «Звездном пути»[8].
Флаг Рябинового Царства! Он тоже красный! Значит, это не дезертиры Эзона и не армия наемников…
— Лейт, как ты можешь помогать такой сволочи? Они продают девчонок похотливым самцам! Чего ради ты взял грех на душу?
— Ради этого, — он обвел рукой комнату. — Арт и Абигайль делятся со мной разными вещами… знаниями этого мира. И я приношу их в свой.
Я уставилась на него, ушам своим не веря.
— И выдаешь их за собственные. Прославился. Гений! А кто делал те схемы орошения земли для меня?
— Ну, — признался он, — мне помогли. Неважно. Ты не знаешь, каково это. Ты сильная. И с каждым днем становишься все сильнее. А я? Ошибка природы. Я не могу наследовать. Стать гением — единственный способ добиться хоть какого-нибудь уважения… Но даже это не давало право на трон, пока я не встретил тебя.
— Лейт…
— Я помню, что ты говорила. Я люблю тебя. Когда ты получше меня узнаешь, тоже полюбишь. Мы подходим друг другу. И дело не только в магии.
Я отклонилась, чтобы оказаться хоть чуточку подальше от него.
— Думаешь, я твой пропуск на трон Рябинового Царства?
— И не только его. Всех земель! И этого мира тоже. Эжени, ты родишь мне сына. И тогда поймешь, кто прав.
Глаза принца горели фанатичным огнем. Не могу понять, то ли он совсем съехал с катушек, то ли и вправду очень-очень сильно верит в то, что плетет. Хотя какая разница…
— Я сделаю тебя счастливой. А ты — меня. Ты так прекрасна…
Он поднялся, сел рядом на кровати… провел рукой по укрытой бархатом ноге.
— Лейт… не надо.
Ты должна забеременеть, — сказал он. — Как ты не понимаешь? Если вернешься в мой мир, неся в чреве моего ребенка, все будет решено. Арт сказал… ты можешь препятствовать беременности. Каждый день принимаешь снадобье.
Одна рука уже на бедре… Другой он коснулся моего лица и погладил волосы. Я пыталась отстраниться, хоть и поняла, что сил не хватит.
— А еще Арт сказал: если достаточно долго не давать тебе снадобья, ты сможешь зачать ребенка…
Я сглотнула. Сердце грозило выпрыгнуть из груди.
— Нет… Ты не заставишь меня забеременеть. Я уже ношу ребенка.
Его беспечность как ветром сдуло.
— Что?
— Ты был прав насчет нашего с Дорианом романа. Кийо — просто прикрытие. Он не достоин… Я ни за что бы не стала рожать от него. Мы боялись происков врагов. Я беременна уже…
До какого срока это еще незаметно?
— …два месяца. Ты опоздал, Лейт.
Он словно окаменел. Только глаза пытливо изучали мое лицо.
— Ты врешь. Все знают, что ты терпеть не можешь Дубового короля. Вы не любовники.
— Любовники. И когда он все узнает, тебе конец.
Лейт покачал головой, скользнул рукой по моему животу.
— Здесь пусто. Пока еще пусто.
Паника охватила меня. Дыхание сперло. Сколько раз меня уже пытались насиловать? И не сосчитаешь… Но я спасалась. Оставались воспоминания. И ужас… Боже…
— Лейт, прошу, не делай этого.
Его ладонь неуклюже легла мне на грудь. Опрокинул на постель…
— Все хорошо, — сказал он мягко, как ребенку, — все будет хорошо. Тебе понравится, обещаю.
— Не смей!!!
Но его губы уже впились в мою шею… Глупому влюбленному юнцу, как оказалось, не чужда мужская жажда секса. Я отчаянно забилась, но с таким же успехом могла и в самом деле быть ребенком. Из-за этой поганой наркоты разум и тело превратились в кашу. Я не могла физически противостоять ему и помешать задрать юбку. Голове не хватало сообразительности, чтобы отговорить… И когда он скинул с себя одежду и лег сверху, придавив меня к кровати, я поняла, что наручники излишни. Силы, с которой он удерживал мои запястья, более чем достаточно.
Как опишешь изнасилование?
Секс с любимыми Кийо или Дорианом я могла бы живописать часами, в мельчайших подробностях. Я бы нашла слова, чтобы рассказать, как они гладили мои волосы, как их губы прикасались к моей коже. Даже в сексе с засранцем Дином — моим вероломным бывшим парнем — хватало любви и радости, пока между нами все было гладко.
С Лейтом ничего такого не было.
По крайней мере, я ничего не чувствовала. И это самое ужасное. Для него, объятого безумной страстью, все действительно было актом любви.
Он приходил еще несколько дней подряд. И каждый раз, когда насиловал, шептал, что любит, пытался изображать нежность. А я не могла сопротивляться. Он подчинял меня почти без усилий. Лучше бы он был жестоким… Я всю жизнь дерусь с кем-нибудь. Привыкла к такой боли. Это знакомо, успокаивает, словно еще одна битва. Но извращенная любовь Лейта… ее выносить было куда сложнее.
За это время я видела Арта лишь однажды. Абигайль регулярно заходила проверить, не очухалась ли я. Я выяснила, что именно она варила сонную одурь, а рецепт ей дал Лейт. Чаще всего я видела Кариену. Она, похоже, тут горничная и периодически секс-игрушка для гостей. Когда меня только привезли, здесь были еще три девушки. Исанна (я о ней услышала в первый день) вскоре уехала. Она была очень хороша собой, и Абигайль за нее отвалили кругленькую сумму. Две другие девушки, божественно красивые, похоже, смирились со своей участью. Словно преступницы, приговоренные к виселице… Глаза всегда грустно-мечтательные… Меня же так щедро потчевали зельем, что минуты просветления были редки — хотя никакие снадобья не помогали забыть, что творил со мной Лейт. Ни одну из девушек сонной одурью не потчевали, им хватало железа. Кариена, правда, рассказала, что особо сильных и строптивых все-таки поили, но не столь часто, как меня. Все же Арт и Абигайль боялись, что я вырвусь…
— Когда уже будет известно? — спросил в один «прекрасный» день Лейт. Он только прибыл и еще не вошел в комнату. Спорил с Абигайль. Дверь была открыта. — Мне казалось, что вы, люди, можете узнать это заранее.
— Да, это возможно, — огрызнулась Абигайль, — Но не так скоро. Развлекайся, тебе же нравится.
Усмешка в ее голосе была столь отчетлива и однозначна, что я мысленно поклялась придушить суку.
Лейт не особенно обрадовался.
— Две недели — это чересчур. Она должна быть уже беременна, когда ее найдут. А ее вовсю ищут. Половина Мира Иного стоит на ушах. Терновое Царство — что потревоженный муравейник. А еще Дубовый король и королева Ив никак не желают успокоиться.
Господи… Дориан меня ищет… Хоть это и не удивительно. Надежда робко подняла глаза в моей душе. Но Майвенн? Не Кийо ли тут виной? Или она действительно так добра?
— Плевать я хотела на твоих деревянных монархов, — нетерпеливо перебила Абигайль. — Никто не станет искать ее здесь.
— Она подозревала вас и раньше. И рассказала другим. Кто-нибудь может найти ее через хрустальный шар.
— Хрусталь не поможет. Не с нашими заклятиями. Так что прекращай ныть, иди к ней и решай проблему! Скоро надо давать ей новую дозу.
Нет… Удушение — слишком простая смерть для Абигайль. Впрочем, их разговор дал мне немало поводов поразмыслить. Лейт перепуган. Значит, меня и вправду ищет куча народу. Чары… Вспомнилось, как я присылала сюда Волузиана. Волузиан… еще один путь к свободе! Черт, почему же я раньше не додумалась… Можно послать проклятого, чтобы сообщил остальным. Но… чары — проблема. Сам он не сможет их сломать. Думаю, когда я призову его, наша связь проведет духа. Если только немного восстановить силы… Но как? Железо и сонная одурь напрочь вырубают магию джентри. Сила шамана основана на физической мощи и воле — где их возьмешь в таком состоянии?..
Стерва за дверью сказала, что сейчас мое сознание яснее, чем обычно. А в голове все еще каша, и тело что твой кисель… Правда, слабость не такая, как раньше. Абигайль сказала, скоро новая доза. Значит, эффект от снадобья потихоньку снижается. Кариена говорила, что мне дают его куда чаще, чем остальным. То есть зелье пробудет в организме еще некоторое время. Но если уловить момент, когда воздействие отравы максимально ослабнет…
Появление Лейта прервало мозговой штурм. На лице принца все еще отражался ужас от спора с Абигайль. Лейт посмотрел на меня — и расплылся в улыбке.
— Эжени… ты сегодня очень хороша.
Да-да. Это я уже слышала. Я такая красивая, такая удивительная, несравненная и самая любимая. «Ох, лучше бы ты меня оскорблял, придурок чокнутый!» Сегодня на меня надели розовато-кремовое платье. Тошнотворно напоминает свадебное…
Он оглядел меня с ног до головы и помрачнел. Я лежала на кровати, рука прикована к изголовью.
— Что это? — спросил он. — Зачем они это сделали?
— Я надерзила Абигайль. Она меня наказала. Его лицо помрачнело еще сильней, и он присел на кровать.
— Мне не нравится, что она так поступила. Но, Эжени, признай, ты сама виновата.
«Ох, Лейт… Тебе повезло, что я едва могу поднять свободную руку. А то с удовольствием врезала бы по смазливой физиономии!» Он разглядывал меня.
— Ты должна забеременеть как можно скорее.
— Это не совсем от меня зависит, — прошипела я. «Точно, не зависит. Сколько времени я уже не пью таблетки? Три, четыре дня? Давно я вообще тут валяюсь? Боже… Я как-то читала, что можно забеременеть, пропустив всего одну пилюлю…»
Лейт вздохнул и начал расшнуровывать лиф платья:
— Мы должны постараться. Если подождем немного, я смогу сделать это дважды сегодня.
«О! Какая, на хрен, радость! Может, сказать ему, ничего не получится, пока у меня нет овуляции? Сколько бы раз в день он меня ни насиловал? Ничего этот «гений» чертов не поймет. Большинство джентри уверены, что секс равняется младенцу — и точка».
— Как только ты отяжелеешь, мы вернемся домой и поженимся. Ты будешь свободна и сможешь пользоваться магией.
«Ага… И первое, для чего я использую магию, — чтобы овдоветь».
— Все будет хорошо, — Он навалился сверху. — Обещаю. Я так тебя люблю…
Когда Лейт ушел, я отрубилась даже без зелья. Он сдержал слово — поимел меня дважды. Я неспешно приближаюсь к грани, за которой — безразличие мертвеца. Ничего не чувствовала. Словно рассудок витал где-то сам по себе, спал или вынашивал планы мести в пелене дурмана. Думала о чем угодно, только не о насилии над телом. Воображала, что все это происходит не со мной. Так было легче. Но когда он уходил, боль внутри возвращала меня к жестокой реальности.
Вскоре пришла Кариена с еще одной девушкой, чтобы дать мне сонную одурь. Вспомнить имя второй джентри я не смогла. В мозгах и так каша… Девушка с темными вьющимися волосами и небесно-голубыми глазами вдруг напомнила мне Изабель.
Абигайль, уверенная в своей власти, иногда поручала им давать мне наркоз. Как ни печально, эта сука все просчитала. Один раз я попыталась их отговорить, но девчонки побоялись. Сегодня я лишь попросила отсрочки.
— Погодите, — сказала я, когда они склонились надо мной.
Черноволосая собиралась меня держать, пока Кариена будет вливать пойло.
— Дайте поговорить с вами минутку.
Кариена занервничала:
— Ваше величество, нам нельзя…
«Ох… Какое "величество" в таком виде… Интересно, она действительно так преданна или просто издевается?»
— Одну минуту. И все.
— Постой, — сказала вторая девушка.
Я благодарно улыбнулась ей.
— Напомни, как тебя зовут.
— Маркела.
«Знакомое имя. Маркела. Надо запомнить».
— Слушайте, я просто хочу узнать кое-что про сонную одурь. Как часто мне ее дают?
— Каждые шесть часов.
Кариена встревоженно озиралась.
— То есть в два раза чаще, чем надо, — прибавила Маркела.
В глазах — еле уловимый блеск злости. Интересно, не та ли это «проблемная» девчонка, о которой говорила Кариена? Та самая, кого тоже пришлось поить сонной одурью, чтобы подчинить…
— Ее можно как-то… разбавить?
Кариена ахнула. Ответила Маркела:
— Нет, ваше величество. Абигайль готовит ее сама и провожает нас почти до двери…
— Где она варит?
— На кухне. У нее там все ингредиенты. Каждый день делает новую порцию.
— Из чего эта дрянь состоит? Помимо белладонны?
Маркела выжидающе посмотрела на Кариену. Та сглотнула, задумалась на секунду… и торопливо перечислила список трав. Одни я знала, другие — нет. Наверное, в Мире Ином они просто назывались иначе.
— Там есть еда? Арт с Абигайль когда-нибудь готовят?
Маркела кивнула.
— Но мы никогда не стряпаем — только они сами. Смекалистая девчонка. Подумала, наверное, что я предлагаю отравить тюремщиков. Да уж, неплохая идея…
— Какие-нибудь ингредиенты зелья похожи на другие травы, которые могут быть на кухне?
Обе девушки смутились.
— Других трав я не видела, — скала Кариена.
— Вы можете свободно ходить по дому…
Остальных девушек держали в подвале.
— Так что пошарьте в шкафах. На кухне есть запасы, значит, должны быть и пряности.
В дверь постучали.
— Что вы там копаетесь? — крикнула Абигайль.
— Найдите специи, похожие на травы для зелья, — прошипела я. — Подмените их.
Ручка двери повернулась.
Абигайль вошла в тот миг, когда Маркела вцепилась в меня, а Кариена влила питье. «Бабуля» придирчиво следила за нами.
— Вы слишком долго возитесь, — рявкнула шаманка. — Ей нужно принимать это регулярно.
Обе девушки униженно склонили головы.
— Простите, — взмолилась Кариена. Я знала, ее раскаяние искренне. — Этого больше не повторится.
Абигайль закатила глаза.
— Идиотки. В следующий раз сама все сделаю.
Поганое снадобье подействовало моментально. Накатила знакомая чернота, и я заснула.
Миновал еще день. Лейт «нанес визит». У девчонок, похоже, ничего не вышло: отраву вливали точно по графику, но мне не полегчало. Теперь поить меня приходила Абигайль собственной персоной. Помогала ей одна из девушек. Значит, старуха что-то заподозрила. Наведался Арт. Пара язвительных реплик в его адрес — и мне приковали вторую руку.
Я начинала понимать роли, которые играли Арт и Абигайль. Арт вместе с людьми Лейта похищал девушек. Пленниц держали дома у шамана. А я еще гадала, зачем такой просторный особняк одинокому мужчине… Абигайль, так сказать, занималась хозяйством, следила за «товаром». Наручники на ее туалетном столике — вовсе не для секса. А в тот день, когда я приехала к ним во второй раз, Абигайль, скорее всего, не ездила к сестре, а отвозила очередную несчастную к новому хозяину. Представляю, на что похожа каждая такая поездочка. Оказаться в машине, в окружении металла и техники для джентри, — худшая из пыток.
Лейт одевался после очередного «брачного» визита. Приближалось время сонной одури. Я уже могла бросать на него презрительные взгляды, но он их не замечал. Принц, казалось, сильно взволнован.
— Прошла неделя, — сказал он. — Еще столько же, и — Абигайль говорит — мы сможем проверить, не понесла ли ты моего ребенка.
Впечатал поцелуй мне в лоб.
— Я чувствую, Эжени, нам удалось.
«Какое, к дьяволу, "нам", больной на голову насильник?» Я промолчала с каменным лицом. Так легче, он скорее уйдет. А я останусь наедине с мрачными мыслями и болью. Собственное тело после его визитов казалось мне таким оскверненным и грязным, что я начинала его ненавидеть. Потом вспоминала, что ни в чем не виновата. Что не могла сопротивляться. Это все Лейт.
Он ушел. Вскоре появились Абигайль и Маркела с новой порцией отвара. Я услышала, что Маркелу хотят купить, и стало жаль отважную девушку. Я уже так привыкла к сонной одури, что почти не сопротивлялась. Было почти все равно. Неужели им удалось-таки меня сломить?
Абигайль и Маркела вышли. Я лежала и ждала отключки. Обычно этак через час я приходила в себя и продолжала валяться в полусознательном состоянии до следующей дозы; Боль отступила, но спать не хотелось. Ни капельки. Я лежала, боясь вздохнуть… Ждала и ждала… Сознание так и не отключилось.
Расслабленное, паршивое состояние никуда не исчезло. Но хуже мне не стало. Ничего себе! Получилось! Подменили-таки травки в зелье! Интересно — кто? Ставлю на Маркелу против боязливой Кариены. Маркела, хоть и притворяется паинькой, девушка гордая и смелая. А еще ее скоро продадут. Она уроженка Тернового Царства. Моя подданная. Иногда казалось, что она все еще надеется на свою королеву…
А я… смогу ли я? Удастся ли мне выбраться отсюда самой? Оружия нет. Сил тоже нет — в драке я не опасней котенка. Дверь на запоре, так что сбежать не выйдет. Я осторожно села. Мир, как обычно, покачнулся, но… все же чуть легче.
Так. Что делать? Нет никаких гарантий, что следующая доза не окажется настоящей. Значит, шесть часов. И мне должно становиться лучше с каждой минутой. Что угодно бы отдала за часы или просто лучик солнца… Надо дождаться последнего момента. Накопить столько силы, сколько получится. И надеяться, что догадка верна.
Нахлынула паника. Четкого плана нет. Понятия не имею, как скоро зелье отпустит. В любой момент сюда могут войти. Может заявиться Лейт… Муть в голове начала оседать, и воспоминания… Я, как в том фильме, вспомнила все! И ярость стала пламенем…
Нет! Не думать об этом. Только не о Лейте. Не о невыносимом унижении… Нужен план побега. Начну с деталей.
Повезло — я сегодня не скована. Из-за сонной одури никому и в голову не пришло нацепить на меня железные браслеты, как на девушек. Значит, моя магия свободна. Ну, почти. Сомневаюсь, что смогу разнести это место локальным ураганом. А значит, вся надежда на Эжени-шаманку.
Начался обратный отсчет. Минуты превратились в пытку, особенно потому, что я не могла следить за временем. Сначала я просто считала про себя, но скоро утомилась. Надо ждать, пока восстановятся силы.
И они восстанавливались. О, мне еще очень далеко до того, чтобы надрать кому-нибудь задницу, но сознание почти прояснилось. Я встала, прошлась по комнате. Получилось. Даже не больно! Сейчас или никогда. Нужно рискнуть. Наверное, шесть часов еще не скоро истекут, в отличие от моего терпения.
С палочкой, свечами и так далее было бы проще. Но их нет. Так что придется обойтись. Я выключила свет и села на кровати, скрестив ноги. Прошептала:
— Волузиан! Узами, связывающими нас, приказываю тебе явиться и исполнить мое повеление!
Моя воля выплеснулась наружу и потянулась через два мира к прислужнику. Ничего… Черт! Неужели все бесполезно?.. Нет… Да!.. Есть! Легкое колебание связи. Стиснула зубы, напрягла волю и те крохи силы, что успела накопить.
— Призываю тебя! — прорычала я. — Повинуйся! Явись передо мной!
На мгновение показалось, что это облом. Потом холод затопил комнату, и передо мной вспыхнули красные глаза. Жутковато смотрится в кромешной темноте. Я включила свет.
— Повелительница вернулась, — сказал он, — или, скорее, я вернулся к повелительнице.
Губы духа скривились в усмешке. Он все понял. Моя власть, словно тончайшая шелковая нить, готова порваться в любой момент. Сам призыв отнял куда больше сил, чем я предполагала. Я все еще держала его, но впервые за все эти годы осознала, как проклятый могуч и опасен.
— У меня к тебе дело, — твердо сказала я.
Я должна быть сильной. Волузиан подошел ближе.
— Повелительница дерзит. Вы едва способны поддерживать связь!
— Я могу удерживать связь до скончания времен. Подчинись!
Прежде чем я заметила, что происходит, его когтистые лапы сомкнулись на моей шее — ледяные-ледяные. Обжигающе ледяные.
— Как долго я ждал этого, — прошипел он. — Как долго ждал, когда ты ослабеешь, чтоб я мог убить тебя, заставив перед этим мучиться так же, как ты мучила меня!
Душит. Холодно. Не вскрикнуть — нет воздуха. Я захрипела. Рычание — из глубины шаманской души. Отчаянное сопротивление… «Я одна из самых могущественных шаманов этого мира. Я могу подчинять проклятых духов. Я могу легко поработить любого из них. Когда-то у меня был целый штат. Я смогу победить».
— Ты испытаешь боль, которая даже в кошмарах не приснится, — продолжал он. — Будешь просить о смерти, умолять о забвении…
Сколько раз меня предупреждали… все… кому не лень… что не стоит держать при себе Волузиана.
«А если ты потеряешь над ним власть?» — спрашивали меня.
Сколько раз Дориан предлагал изгнать его в Преисподнюю подобру-поздорову. Я лишь смеялась в ответ. Я была сильной. Даже после битвы с огненными демонами моя связь с Волузианом не пошатнулась. Но теперь…
Ты проиграешь… твоя власть вот-вот рухнет…
«Нет!!!»
Слова вспыхнули в сознании. «Я не потеряю… не потеряю власти над ним». Собрала в кулак остатки воли — сердце рвется из груди — и приказала:
— Подчинись! Назад!
Мир вспыхнул искрами, воздуха почти не осталось… Волузиан отступил.
— Его глаза горели злобой. Он был так близок — и мы оба понимали это. Власть над ним все еще непрочна. Надеюсь, силы вскоре восстановятся.
— Ты не причинишь мне вреда, — сказала я вяло.
— Как прикажет повелительница.
Дух, судя по голосу, решил, что мне просто повезло. Теперь он будет настороже. И вообще в любой момент сюда может войти Абигайль. Интуиция подсказывала просто распорядиться, чтобы он вытащил меня отсюда. Но что, если на это уйдут последние силы? Тогда он с легкостью прикончит меня после того, как спасет. И даже сбеги я, как насчет девушек? Я не выручу их в одиночку. А Маркелу скоро увезут…
Надо выдворить Волузиана из дома. Здесь он меня больше не достанет. Чары защитят меня. Нужно послать духа за помощью, но к кому?
— Покинь этот дом, отправляйся к Дориану, — приказала я и ухватилась за жалкие остатки воли, чтобы усилить воздействие. — Повелеваю тебе. Отправляйся к Дориану и скажи, где я. Точно скажи.
А могла ведь послать и к Кийо. Кицунэ знает, где этот дом. Но если Волузиан все-таки заартачится, Дориан сможет обуздать его. Не хватало еще, чтобы проклятый сбежал. Если он вообще собирается к Дориану…
Нет! Он должен добраться!
— Пошел! — грубо скомандовала я.
— Как прикажете.
Волузиан испарился. Я рухнула на кровать. Сознание помутилось. Неужели сработает? Или я просто разрушила связь до конца? Оставалось только гадать.
Дверь внезапно отворилась. Время сонной одури. Более!.. Если пойло на этот раз настоящее, я точно потеряю Волузиана…
Вошла Абигайль с чашкой в руке, Маркела — по пятам. Девушка шагала, обреченно опустив глаза… Я прикусила губу. Повезет?.. Или нет?
Снадобье оказалось, как всегда, горьким. Но пока я пила, Маркела подняла глаза. В них нельзя было ничего прочитать, ни намека, ни ожидания. И все же я знала. Знала. Снова подделка.
Довольная, что я выпила все до капли, Абигайль презрительно посмотрела на меня:
— Тебя нужно привести в порядок. Этот идиот собирается снова прийти сегодня вечером, а в прошлый раз он изрядно замарал твое платье. Он хочет, чтобы ты выглядела пристойно, так что…
Она равнодушно пожала плечами. Правда, платье измял и порвал не Лейт, а Волузиан.
Маркела опустила глаза.
— Принести ей новый наряд?
— Нет. Иди сама прихорашивайся. Скоро за тобой приедут.
Девушка вздрогнула. Абигайль, кажется, не заметила. С чего бы ей заметить? Она не обращает внимания на подобные «мелочи».
— Когда эта проснется, пришлю веснушчатую.
Так. Пора засыпать. Я откинулась на покрывала, заморгала, будто пытаясь преодолеть сонливость. Абигайль и Маркела вышли. Девушка посмотрела на меня в последний раз. В ее огромных глазах страх смешался с надеждой.
Когда дверь закрылась, я вздохнула и села на кровати. Время пришло. Я все еще слаба, но теперь это больше похоже на усталость после долгой пробежки. Маркела говорила, что обычно между дозами проходит двенадцать часов. Уже прошло достаточно много времени. Видимо, организм почти избавился от отравы. Значит, магия тоже должна вернуться и…
— Ну что ж, — пробормотала я.
Я потянулась мыслью по комнате… и — еле-еле! — ощутила покалывание воздуха и воды. Жаль, не могу сейчас никого разнести в клочья… Но магия возвращается. А когда она вернется, этим уродам крышка.
Надо подождать, пока зелье окончательно выветрится. А то получится как с Волузианом.
Тем временем не помешает снова все обдумать. Абигайль в доме. Арт и Лейт ушли, но вернутся. Когда? Хороший вопрос. Я не могу драться с ними всеми одновременно. Для начала разберемся с Абигайль. А для этого мне нужна помощь.
Примерно через час Кариена шмыгнула в комнату. Принесла платье из розового шелка. У Майвенн таких куча… Елки-палки! Никому и в голову не пришло, что рыжим розовый цвет не идет. Я встала, забрала платье и швырнула его на кровать. Кариена застыла, выпучив глаза.
— Ваше в-величество, что?..
— Уходим, Кариена.
— Мы не можем!
— Еще как можем! Где Маркела? — Нужна помощница посмелее… — И Райна?
Я редко видела третью девушку. Понятия не имею, чем она тут занимается, но лишняя пара рук и голова нам точно не помешают.
— Райна в своей комнате. Она… проявила непочтительность. А Маркела занята сборами.
Ага, собирается провести остаток дней в качестве наложницы. Я поморщилась.
— А Абигайль?
— Наверху. Смотрит… — Кариена замешкалась, вспоминая, — телевизор.
— Хорошо.
Мысли понеслись вскачь. Кажется, мозги уже в норме.
— Мне нужно оружие. Ты видела в доме что-нибудь, что могло бы сгодиться?
— Мы не можем этого сделать. Мы не…
— Можем, — припечатала я жестко.
Кариена сломалась. И похоже, давно. А раз уж она так боится Арта и Абигайль, меня — свою королеву — она должна бояться еще больше.
— Ты подчинишься мне. Ты — моя подданная. Выберешься отсюда живой, клянусь. И увидишь семью.
Она все еще тряслась от страха. Слабо кивнула.
— Абигайль и человек с красной змеей носят оружие, но никогда не оставляют его без присмотра. Я не смогу до него дотронуться.
— Ладно. Мы справимся… Из дома можно попасть в гараж?
— Гараж?
— Там держат машины.
Гараж тут точно есть. Не помню, правда, соединен ли он с домом напрямую. Кариена кивнула.
— Да. Вход через кухню.
— Когда ты спускаешься сюда, чья комната первая по коридору? Моя или Маркелы?
— Ваша…
Кариена была явно озадачена.
— Прекрасно. Я знаю, что делать. Идем к Маркеле.
— Секундная заминка. Сейчас решится, будет Кариена помогать или нет. Дверь не заперта… Девушка нужна мне. Если воспротивится, придется вырубить и убрать с дороги.
— Сюда, — сказала она наконец.
Маркела едва не бросилась мне на шею, когда мы вошли в ее комнату.
— Ваше величество! Я знала, у вас получится!
Она была в коротеньком красном сарафане на тонких лямках и уже накладывала макияж. Забавно. Меня одевали как королеву джентри, а девочек — как человеческих проституток.
— Ш-ш-ш, — прошептала я. — Мы еще не выбрались.
Я торопливо изложила свой план. Маркела поняла с полуслова. Кариена, похоже, тоже поверила, хоть и выглядела до смерти напуганной. Я вернулась к себе в комнату. Надо чуточку подождать. Прижалась ухом к закрытой двери. Шаги. Кариена поднимается по лестнице. Вероятно, она говорила с Абигайль. Слов не расслышать. Через несколько секунд две пары ног застучали по ступенькам и прошли мимо моей комнаты в покои Маркелы.
Я чуточку приоткрыла дверь. В коридоре пусто. За соседней дверью Маркела, как мы и договаривались, закатила истерику. Кричит, что боится уезжать, боится этого мужчины, не знает, что надеть… Абигайль начала браниться, примерно так же, как реагировала на нытье Лейта. Я направилась в сторону лестницы.
Поднялась наверх, осмотрелась. Дом богатый, новый. Дизайн идеально соответствует другим домам в районе. Присутствие темницы для джентри внизу, впрочем, несколько портит впечатление от кленовой мебели и лепнины на потолке. Шторы опущены, на окнах железные решетки. Я едва могла разглядеть живые изгороди в духе спящей красавицы, тоже заслонявшие окна. Обустройство лужайки для Арта — не просто эстетика. Занавеси на внутреннем дворе, которыми я в свое время так восхищалась, прошиты не серебряной нитью, а железной.
На кухне — вход в гараж. Дверь со стеклом. На стекле — очередная железная решетка. Я повернула ручку двери. Заперто. Ключей поблизости не видно. Придется прорываться силой. Я внимательно осмотрела кухню и гостиную, но не нашла ничего острее ножей для масла. В лучшие времена я справилась бы с Абигайль голыми руками. Но сейчас не лучшие времена.
Вздохнув, я вернулась к гаражной двери. Вот оно. Решетка держится на честном слове. Предназначена исключительно для девушек. Я схватилась за края и попыталась оторвать. Секунда немыслимого напряжения — и она целиком выкорчевалась из древесины. Я застыла, прислушиваясь. Тихо.
Дальше — громче. Я подтащила к двери кресло, взяла табуретку, которой пользовались, чтобы достать до верхних полок шкафов. Она была металлической и довольно увесистой. Сработает ли? Я встала на кресло и ударила табуреткой по стеклу. Упс! Больше половины раскололось. Еще одним ударом я выбила остатки и пролезла в гараж. Не слишком изящно, но получилось. Отделалась двумя-тремя порезами на руках и ногах.
Через пару секунд должна появиться Абигайль. Звук бьющегося стекла разнесся по всему дому. Я осмотрелась. Сквозь узкие окошки проникает свет. Обыкновенный гараж, разве что стоит в нем «ягуар». Вот почему Арт паркует внедорожник во дворе! Так и подмывало пнуть машину. Надо кое-что поискать. Разбросанные инструменты. Мешки с удобрениями. Садовый инвентарь. Здоровенный гаечный ключ… Нет, не пойдет. Нужно что-нибудь полегче. О! Садовая лопата!
В доме кто-то кричал. Скоро Абигайль найдет разбитое стекло и поймет, куда я делась. Благословляя темноту, я бросилась за дверь, через которую вошла, и прижалась к стене. Щелчок. Открылась дверь в кухне. Точно, Абигайль. Ищет меня.
Несколько мучительно долгих мгновений — и я увидела руку с магическим кинжалом. Потом Абигайль шагнула внутрь гаража. Осторожно, медленно, озираясь по сторонам. Заглянула за дверь… И получила лопатой по голове.
Старуха рухнула. Кинжал стукнул по бетонному полу. Я мигом подняла его. Наконец-то настоящее оружие! Глаза Абигайль закатились, на виске — кровавая отметина. Я пощупала ее пульс. Жива, но придет в себя нескоро — уж об этом я позабочусь.
Я оставила ее валяться на полу в гараже и пошла в кухню. Обыскала несколько шкафов. Нашла аптечку. Тайленол, мультивитамины и прочее. За ними стояли несколько пузырьков с рецептами. Один незнакомый. Кажется, какое-то лекарство от сердца. Другой — амбиен. Я улыбнулась. Многие шаманы, как и я, страдали от бессонницы.
Вытряхнула таблетку из бутылочки, потом подумала и достала еще одну. Приподняла Абигайль. Запихнула пилюли ей в горло. Стакан воды и ловкость рук.
— Расплата — сволочное дело, — сказала я, когда Абигайль проглотила таблетки.
Я пошла обратно в кухню. Девушки уже там, смотрят на меня: Кариена и Райна — испуганно. Маркела (на щеке алеет след от пощечины Абигайль) — с восхищением и решимостью.
Я приказала им отнести Абигайль вниз и запереть в какой-нибудь комнате, чтобы Арт не нашел ее в гараже, когда вернется. Разбитое стекло, правда, и так выдаст нас с головой.
Прежде чем девушки унесли Абигайль, я ее обыскала. Больше никакого оружия. Впрочем, я нашла еще кое-что полезное: несколько ключиков на кольце. Те самые, от наручников и железных браслетов на запястьях у девушек. Они оттащили Абигайль и тут же избавились от железа. Лица засияли облегчением. Я нахмурилась, увидев синяки и рубцы там, где металл касался кожи.
— Понадобится ваша магия, — Я потянулась к телефону. — Что вы умеете?
Позвонила Роланду на сотовый. Девушки, пока шли гудки, описали мне свои способности. Кариена может выращивать растения, как Шайа. Райна — целительница. Маркела вызывает солнечные лучи и световые шары.
Роланд не ответил. Я перезвонила Кийо.
— Гадство, — пробормотала я.
Их магия бесполезна. Если честно, я не особо удивилась. Арт не смог бы сделать покорными служанками сильных волшебниц.
Телефон Кийо прогудел разок и переключился на голосовую почту. Либо трубка выключена, либо он в Мире Ином. Я прервала связь. Приготовилась звонить родителям на домашний. Если Роланд не ответил на звонок по сотовому, то его, скорее всего, нет дома, но попытаться стоило. Не успела я нажать нужные кнопки, как услышала звон ключей за входной дверью, на дальней стороне дома.
— В подвал! — прошипела я девушкам, — Быстро!
Маркела, кажется, хотела остаться. Но я суровым взглядом приказала бежать вслед за другими.
Голос Арта, уже в доме:
— Абигайль?
И чего он насторожился? Абигайль может быть и в подвале… Шаманская интуиция! Он устремился в кухню, торопливо грохоча ногами по деревянному полу. Спрятаться негде. Значит, надо застать его врасплох. Как только Арт ворвался в кухню, я ринулась на него с кинжалом.
Арт вооружился до зубов: в одной руке — пистолет, в другой — кинжал. Это помешало ему отразить мою атаку. Даже сила здорового мужика не помогла. Я рассекла ему лицо и с огромным удовольствием увидела цвет его крови.
— Ах ты, сука! — прорычал он.
Мы закружили по кухне, оценивая силы противника.
— Где Абигайль?
— Прилегла вздремнуть, — ответила я с глумливой улыбочкой. Надеюсь, прозвучало грозно… Я ведь еще не в форме. Но Арт не должен понять, насколько все плохо… — Не волнуйся. Можешь составить ей компанию.
— Так я и знал: от тебя одни проблемы, — прорычал Арт. — Лучше б Лейт, как неандерталец, отволок тебя за волосы назад в ваш долбаный мирок. Но он слишком боялся, что там тебя найдут.
— Поздно. Все уже знают, где я. Телефон видишь? Я позвонила как раз перед твоим приходом.
Ложь, как выяснилось, эффективная. Арт глянул на телефон, который валялся на полу. Когда я бросила трубку, она рассыпалась. Батарейка лежала отдельно. Когда Арт отвлекся, я снова кинулась на него. Треснула урода ногой. Не так сильно, как обычно, — чертово джентрийское платье! — но он потерял равновесие.
Арт, увы, оказался силен и проворен. Он успел отбросить кинжал и схватить меня свободной рукой. Больно выкрутил плечо, вынуждая уронить клинок. В другой руке он сжимал пистолет, но, похоже, не решался его использовать.
В конце концов я сдалась, выпустила кинжал. Вот и все. Арт прижал меня к шкафу и попытался развернуть спиной к себе. Видимо, чтобы сковать руки. Я еще раньше заметила, что у него с собой наручники. Брыкалась, отказываясь поворачиваться.
— Прекрати, не то разнесу башку! — пригрозил Арт. — Никто не придет. Ты это знаешь. Будь умницей, иначе Лейту никаких богатств не хватит, чтобы помешать мне прикончить тебя.
— Сомневаюсь. Твой бордель, похоже, процветает. Неужели ты от него откажешься?
— Есть и другие способы добывать девчонок-джентри, — прохрипел он, все еще пытаясь меня развернуть. К несчастью, он был близок к цели. Я почти выбилась из сил, — Других найду. Мне не нужен ни Лейт, ни его шлюха-полукровка, чтобы… А!
Сначала я увидела кресло, потом — Маркелу. То самое кресло, на которое я взбиралась, чтобы пролезть в гараж. Абигайль отодвинула его в сторону. Маркела прокралась в кухню и треснула им Арта по спине. Он выпустил меня и отпрянул. Маркела забилась в уголок, но Арт на нее особого внимания не обратил. Снова уставился на меня. Слабая или нет, я должна свалить его. Рванулась в драку, и тут… Верите или нет, но этот урод выстрелил! Пуля вошла в правое плечо. Я отлетела к шкафу, осела на пол и инстинктивно взметнула левую руку к ране, чтобы остановить кровь. Арт опустил ствол и подбежал.
— Следующая — в сердце, — сказал он. — А теперь кругом, руки за спину!
— Да я, между прочим, сейчас кровью истеку, мать твою, — огрызнулась я.
Плечо горело огнем. Я не могла пошевелить рукой.
Арт зло усмехнулся:
— Эжени, ты перестанешь быть опасной, только когда сдохнешь.
Я увидела, как Маркела снова подбирается к нему сзади. Кресла у нее уже не было. Она отчаянно замолотила кулачками по спине Арта, пытаясь отвлечь его от меня. Очень благородно. Я была тронута. Хотелось заорать, чтобы она убиралась отсюда к чертям собачьим. Для Арта она — не более чем назойливая муха. Шаман развернулся и отвесил девушке пощечину. Клянусь, она полетела на пол с большей скоростью, чем я с простреленным плечом.
Я воспользовалась моментом: изо всех сил пнула его в голень. Арт покачнулся, поджал ногу, но не упал.
Пистолет, правда, выронил. Тот с грохотом отлетел в сторону. Мне его уже не достать… Ствол подняла Кариена. Она, похоже, все время там пряталась. Когда пистолет скользнул к ней, робкая девочка не колебалась: крича от прикосновения к металлу и пластику, пустила по полу в мою сторону.
Я схватила оружие. Арт все это время следил за путешествием пистолета. Теперь шаман смотрел на меня. Левой я стреляю неважно, но ладно уж… Я прицелилась и нажала на курок. Пуля вошла Арту в щеку. Он рухнул, заливаясь кровью.
Маркела и Кариена бросились ко мне, Райна появилась через пару секунд.
— Вы в порядке? — воскликнула Маркела.
— Я? Это же ты от его удара летела через комнату!
Она пожала плечами:
— С тех пор как я здесь, бывало и хуже.
Девушки помогли мне подняться, стараясь не задевать раненое плечо. Райна призвала целительную магию, но ей удалось лишь ослабить боль. И то хорошо. Наверное, я слишком рано списала ее со счетов… Потом мы отыскали бинты для перевязки. И все мы делали вид, что трупа тут нет.
— Ладно. Попробую позвонить еще раз, вызвать подмогу… но думаю, придется выбираться на своих двоих. Я знаю, где врата… Путь неблизкий, нужно постараться.
— Эжени? Что происходит?
Я положила пистолет на стол, когда поправляла повязку. В мгновение ока он вернулся в левую руку и нацелился на нового персонажа «кухонной трагедии». Я узнала голос прежде, чем увидела лицо. Да и как не узнать? Раз за разом я слышала его во сне и наяву всю эту неделю. Голос обещал любовь и преданность, но приносил боль и унижение.
Раньше жуткие воспоминания заглушались наркотиком и силой воли. Но теперь, переполненная адреналином, на волоске от свободы, с ясным сознанием, я словно вновь пережила все. Ужас. Отвращение. Беспомощность. Ураган эмоций пронесся в душе, но через долю секунды разум отбросил бесполезные рефлексии. Осталась только ярость.
Я крепче сжала пистолет и поглядела на человека, которого ненавидела больше всех на свете.
— Привет, Лейт.
Лейт застыл, не сводя глаз с оружия. Наконец сглотнул и медленно поднял глаза. Посмотрел мне в лицо. Он был так бледен, что казалось, вот-вот грохнется в обморок.
— Эжени… ты ранена… тебе плохо? Кровь на повязке…
Я в этом не сомневалась и даже не потрудилась проверить.
— Хватит! Избавь меня от гребаной притворной заботы. Слышать этого не могу!
Краем глаза я заметила, как девушки подбираются ко мне, словно почетный караул. Хотела приказать им, чтобы держались позади… только зачем? Лейт не маг и не боец. А у меня пистолет.
— Что ты?!. Это не… притворство, клянусь. Я волнуюсь за тебя. Люблю тебя.
— Любишь? — огрызнулась я. — Зачем тогда пичкал наркотой и насиловал?!
— Я тебя не насиловал… Разве тебе было больно? Разве я бил тебя?
Я даже дар речи потеряла. На секунду.
— Ты… что, серьезно? Ты правда в это веришь? Действительно веришь, что не сделал ничего плохого?
— А как еще я мог убедить тебя… что мы созданы друг для друга? Обычные ухаживания не помогали. Не помогла и попытка матушки похитить тебя и вывезти в Рябиновое…
— Какая еще попытка?
— Она использовала магию, чтобы связать вместе силу нескольких зверей и…
— Господи Иисусе, это ее рук дело?
Косолапый! Мишка! Очаровательно… Жерар упоминал, что Катрис нравятся лесные зверушки. А она, значит, может ими еще и управлять.
— Слушай, — бессвязно залепетал Лейт, — мы будем прекрасной парой — поверь, умоляю… У нас есть два королевства. Ты видела мои возможности! Я тебе помог! С твоей магией и моей гениальностью…
— Гениальностью?! — завопила я.
Заржала бы, если б это не было так ужасно.
— Да какой ты, к дьяволу, гений! Знаешь чуть больше, чем средний джентри. А все остальное тебе дали люди. В обмен на честь этих девушек! У тебя даже духу не хватало похищать собственных подданных!
И снова, как и тогда, когда он меня насиловал, я пожалела, что он совершенно не враждебен. Искусственная любовь ужасна. Злость вскипела, затопила меня. Я почти ослепла от ярости. Или от потери крови? И — странно — воздух прежде был влажным и спертым, а теперь стал прохладнее. Не так, как перед появлением Волузиана, но все же как-то непонятно…
— Клянусь, я больше не буду. Если ты позволишь себе стать счастливой… Если мы будем вместе…
Он шагнул ко мне. Я сделала предупредительный выстрел. Пуля едва не задела ему плечо и пробила шкаф. Лейт тут же остановился, побледнев еще больше.
— Ни с места! — закричала я. — Даже не думай прикасаться ко мне!
Я все еще не могла поверить… что такое возможно. Я все думала о том, как он меня насиловал. Раз за разом… Раз за разом… И снова в воздухе что-то изменилось, и я поняла что. Атмосферное давление. Оно падало. Быстро падало. Запахло озоном.
— Я люблю тебя, — жалко выдавил принц.
— Ты эгоцентричный ублюдочный насильник, — спокойно ответила я. — А я… я — Терновая королева.
Слова слетели с губ — и я внезапно осознала: Дориан был прав, когда говорил, что мне самой нужно поверить в то, что я — королева. Я поверила.
И ничтожный червь вроде Лейта не смел так поступать со мной.
— Я Терновая королева!
Воздух вокруг двигался: занавески колыхались, со шкафа что-то свалилось.
— И ты заплатишь за то, что сделал.
— Эжени, стой. Положи пистолет.
Я оторвала взгляд от съежившейся фигуры Лейта и на этот раз засмеялась — но смех больше походил на хрип. Кийо, Дориан и Роланд стояли в дверях кухни. Мои спасители. Арт оставил входную дверь открытой…
— Господи боже, — сказала я, — вы немного опоздали…
Заговорил Кийо. Его лицо было взволнованным.
— Всем нужно успокоиться. Ты поймала его, Эжени. Все кончено. Положи пистолет.
Роланд — тоже на взводе, с пистолетом в руке. Дориан не особо встревожен, но без привычной усмешки.
— Ты не представляешь, что он сделал… — прорычала я, — что он творил со мной! Милосердие не всегда уместно. Лейт заслужил смерть.
Ветер крепчал. Несколько прядей упали мне на лицо, но у меня не было свободной здоровой руки, чтобы стряхнуть их.
— Я ничего не делал! — закричал Лейт. Он умоляюще посмотрел на мужчин. — Я честно завоевал ее. Как в старые времена… Мужчина, который пленяет королеву, становится королем. Если она беременна, мы поженимся… По закону…
— Роланд скривился от отвращения, крепче сжал пистолет и начал уже поднимать его… но Кийо махнул рукой, и отчим опустил оружие. Ненамного.
— Это уже не важно. Она не твоя.
— Неужели ты думаешь, — я снова посмотрела на Лейта, — что я рожу от тебя, если не хочу этого? Даже если я беременна, это можно исправить.
— У него отвисла челюсть.
— Это кощунство…
Для джентри, жаждущих иметь детей. Я никогда не делала аборт. Но ни за что не стала бы вынашивать ребенка, зачатого путем насилия. Внезапный порыв ветра едва не сбил меня с ног. Окно в кухне разлетелось вдребезги.
Кийо застыл как статуя.
— Эжени, прекрати. Останови магию. Опусти пистолет. Мы забираем его и девушек в Мир Иной.
— Да как ты смеешь? — закричала я, — Ты что, ничего не понял? Как ты можешь отпускать его после того, что он сделал? Ты не представляешь, что он натворил!
— Никто и не говорит, что мы его отпустим, — возразил Кийо. — Есть и другие способы.
Ослепительная вспышка осветила кухню. На миг я потерялась в пространстве, будто ослепла. В ту же секунду раздался оглушительный гром. Думала, лопнут барабанные перепонки. И я внезапно поняла, как управлять молниями. Как и советовала Изабель.
Я положила пистолет на стол.
— Он мне не нужен, — сказала я Лейту.
Ветер свистел вокруг… Переворачивал предметы, взметал мои волосы, словно языки пламени. Я — эпицентр бури. Далекий, очень далекий раскат грома… Сильнее, чем в прошлый раз… Я обратила взор на Лейта. Интересно, не потемнели ли мои глаза точно так же, как у короля Бурь от ярости…
— Я лишу тебя воздуха. А потом молнией вышибу Дух.
Лейт упал на колени.
— Прошу, не надо!
Те же самые слова… Когда он впервые насиловал меня, я кричала то же самое.
Буря взъярилась вокруг еще сильнее.
— Я королева Бури, — сказала я тихо. — А ты… заплатишь за все.
Кийо шагнул вперед. Я уловила ход его мыслей. Решил атаковать, но слишком боялся разгула моей силы. Взмолился:
— Если ты действительно любишь свой народ… этих девушек… остановись. Он принц. Убьешь его, и мать объявит войну. Думаешь, засуха — беда? Армии врага опустошат твою землю. Горящие селения, гибель невинных — ты этого хочешь? Неужели твой народ страдал недостаточно?
Буря бесновалась вокруг нас — и внутри меня. Ненависть к Лейту — неуправляемая стихия, яд в моих венах. Я хотела заставить его страдать. Хотела его смерти. Он не мог уйти безнаказанным. Его кровь смоет мою ярость. И все же… Кийо прав. Мой народ достаточно настрадался. Еще несколько мгновений я тяжело смотрела на Лейта. А затем постепенно буря успокоилась. Молния пропала. Ветер стих. Облака рассеялись. Давление поднялось, как на улице. Лейт облегченно вздохнул — и осел на пол. Я дышала глубоко и почти спокойно.
— Нет, — тихо ответила я.
Сила уходила…
Я так устала. Невыносимо устала.
— Я не хочу войны. Я не могу развязать ее.
И тогда впервые за все время Дориан подал голос:
— Зато я могу.
И прежде чем мы успели понять, что происходит, он пересек кухню. Меч сверкнул ослепительно и смертоносно — и Дориан вонзил клинок в Лейта. Рябиновый принц застыл, выпучив глаза. Король вдавил лезвие в его живот.
Время остановилось. Дориан — единственная движущаяся фигура в мире изумленных статуй. Через секунду он резко выдернул меч. Тело Лейта рухнуло навзничь. Я заметила, что это мой подарок, меч из легенды, работа Жерара. Тот, что карает злодеев. Кровь текла у Лейта из раны и изо рта. Темно-красная лужа расползалась все шире и шире, а я почему-то вспомнила розы. «Наверно, теряю сознание…»
Кийо бросился вперед, словно пытаясь спасти Лейта… Остановился на полдороги. Слишком поздно. Принц мертв. Кицунэ заорал на Дориана:
— Что ты наделал?!
Дориан невозмутимо отправил не очищенный от крови клинок прямо в ножны.
— То, что должен был сделать ты.
Кийо уставился на Дубового короля. Тот ответил ему недвусмысленным взглядом. На лице оборотня мешались ярость, шок, страх…
— Ты понимаешь, что развязал войну? Ее войну?
Дориан посмотрел на тело Лейта, потом на Арта, снова на Лейта. Поморщился, словно на полу валялись не трупы человека и джентри, а два омерзительных чудища, пусть и мертвые. Снова посмотрел на Кийо.
— Я знаю, что сделал. Неужели ты думаешь, что теперь я спрячусь в нору? И оставлю ее один на один с ними? Кроме того, — кривая усмешка заиграла на губах короля, — его убил я. Катрис будет мстить мне.
Кийо покачал головой.
— Нет. Она придет за вами обоими. Ты не должен был этого делать.
Я снова обрела дар речи. Облизнула губы, пытаясь выдавить слова.
— Наверное, — прошептала я, — все-таки должен…
Тишина… Густая и тяжелая. Взгляд Кийо… который я не до конца поняла.
— Ты не в себе. Не понимаешь, что говоришь. Мы заберем тебя и девушек в Мир Иной. Записи Арта подскажут, где искать остальных.
Я переводила взгляд с него на Дориана. Не то чтобы я возненавидела всех мужчин… Просто не могла смотреть на этих двух, хоть и любила обоих. А еще я пока не желала даже приближаться к Миру Иному.
— Нет. Забирайте девушек… я остаюсь.
Дориан вскинул бровь.
— Что ты собираешься делать?
Впервые за все это время я посмотрела на Роланда. Он не выпускал пистолета, правда, теперь держал его стволом вниз. Интересно, как такая разношерстная компания умудрилась собраться… Узнаю как-нибудь потом. А сейчас… прямо сейчас… Роланд смотрел на меня так, словно впервые видел. Что-то закололо и вспыхнуло у меня в груди. Больно и тяжело…
— Я хочу… — Слезы вскипели в глазах. Боже мой, как глупо! За всю эту неделю я ни разу не заплакала. Сегодня дралась и убивала без жалости. А теперь… казалось, вселенская скорбь выворачивает меня наизнанку. — Я хочу домой… — Реки слез побежали по щекам. — Хочу к маме…
Я думала, Роланд отвернется… проклянет меня — полукровку-джентри, врунью и интриганку. Но отчим протянул руку. Я не приняла ее. Сомневаюсь, что смогу сейчас вытерпеть прикосновение. Даже отца. Даже любимых. Я без ума от них обоих, но сейчас боюсь. Не знаю почему.
Я поняла, что уйти с Роландом безопасней. Шаман — мой отец. Осознав, что я чувствую, он опустил руку и кивнул в сторону выхода. Я перешагнула через тела и подошла к нему.
Ладно, — прошептал Роланд, и в глазах его заблестели слезы. — Поехали домой.
Ни для кого не секрет: моя мать ненавидит все, что связано с Миром Иным. Ее похитили и насиловали почти так же, как меня. Она всегда пыталась не обращать внимания ни на нашу с Роландом работу, ни на мою джентрийскую кровь. Воспитала меня как человека.
Удивительно: когда мы вернулись в Тусон, она восприняла все легче, чем Роланд. Отчим рассказал ей обо всем, что произошло в Йеллоу-Ривере, о том, что я втайне училась магии, и о том, что я теперь королева эльфов. И о Лейте. Может, она была шокирована. Может, возненавидела меня но ни разу этого не показала. Она была просто… мамой.
Я вернулась в свою старую спальню. Комната почти не изменилась за прошедшие годы. Даже светящиеся в темноте звездочки, которые я когда-то наклеила на потолок, никуда не делись. Когда я в детстве прилепила их туда, мама ругалась, что отодрать их можно только вместе с краской…
Роланд через вторые руки нашел врача. Тот приехал и методами полевой хирургии вытащил из меня пулю. Оставил кучу обезболивающих и антибиотиков. Потом отец словно перестал обращать на меня внимание. А мама… сидела рядом, болтала обо всем, кроме Мира Иного, приносила книги, включала телевизор. Я же снова и снова обдумывала события прошедших недель. Пока мысли не начинали разбегаться, как зайцы от охотника… Тогда я просто переставала думать на какое-то время. Странный способ исцелить душу… Лейт все чаще приходил ночью в кошмарах.
Потом у меня начались месячные. Мама купила тест на беременность. Так, на всякий случай. Когда результат оказался отрицательным, я бросилась на кровать и разрыдалась. Мама обнимала меня и укачивала, повторяя:
— Понимаю, детка, я все понимаю.
Странно… Я даже не знала, отчего плачу. Я ведь не беременна. Лейт не оставил последствий. Когда мама обнимала меня — первое прикосновение после заточения в доме Арта, — я внезапно подумала: а что чувствовала она сама, когда узнала, что беременна мной. Каково это — носить в себе насильно зачатого ребенка джентри? Избавилась бы она от меня, если бы смогла? Я нервно задрожала. Мама вышла и принесла свитер.
Прошло несколько дней, прежде чем мы с Роландом наконец поговорили. Я к тому времени почти ожила. Спустилась вниз, чтобы сделать себе порцию мюсли. Вошел Роланд. Сел за стол с чашкой кофе. Постаревший, осунувшийся. Несомненно, из-за меня.
— Прости, — сказала я, когда молчание стало невыносимым. — Я… должна была все рассказать.
Он поднял глаза.
— Что именно?
— Все. Абсолютно… — Я вздохнула. — Ты беспокоился, когда я просто ходила в Мир Иной. Я не хотела огорчать тебя еще сильнее.
— Да уж, хотела как лучше, а получилось…
— Прости, не знаю, что еще сказать… Все произошло так быстро. Та битва с Эзоном…
— Знаю, знаю. Кийо уже посвятил меня в детали. Он, кстати, тоже удивлен тем, что ты можешь вызывать ураганы на манер короля Бурь.
Я покачала головой.
— Мне до этого еще далеко. Но я начала изучать магию… и просто не могу остановиться.
Роланд вздохнул.
— Он заезжал пару раз.
У меня ушла секунда, чтобы понять, что отчим имел в виду Кийо, а не короля Бурь.
— Я не готова с ним видеться.
— Знаю.
В воздухе повисла неловкая пауза. Потом Роланд выдавил:
— Парень не так уж и плох.
Я печально улыбнулась.
— Да, он замечательный.
Я и в самом деле так думала, но… между нами словно черная кошка пробежала. Кийо уже не казался таким родным и понимающим, как прежде.
— Что ты намерена делать дальше? — спросил Роланд.
Я удивленно уставилась на него.
— А что я могу изменить?
— Так и будешь метаться между двумя мирами, пытаясь делать вид, будто живешь нормальной жизнью?
Его тон задел меня.
— А что, по-твоему, мне делать? Разве наша жизнь когда-нибудь была нормальной?
Он покачал головой.
— Не сравнивай. Ты не можешь жить в двух мирах.
Я помолчала. Жевала мюсли и думала.
— Если честно, выбора нет. Земля связана со мной. Если брошу, она погибнет.
Роланд промолчал.
— Перестань! Ты же не думаешь, что я на такое способна? Что, забросить королевство? Пусть люди страдают и гибнут? Черт! Ты не лучше Арта.
Загадка, что стало с телами Арта и с Абигайль, так и осталась… загадкой. Мне просто сказали: «О них позаботились».
Глаза Роланда гневно вспыхнули.
— У меня с ним нет ничего общего! Больше не смей так говорить! Но джентри — не люди. Они не твой народ.
Поднялся. Сказал тихо, устало, будто смирился с поражением:
— Не знаю теперь, что и думать. О тебе, о твоей жизни. Кажется, я тебя совсем не знаю.
Отчим никогда не поднимал на меня руки. Но сейчас я почти ждала удара.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я.
Я хотела сказать это решительно, но слова прозвучали тихо, испуганно, как мольба ребенка. Я вспомнила, с какой радостью смотрела на него в доме у Арта. Отец. Защитник.
— Ты… больше меня не любишь?
Он уже уходил. Остановился будто громом пораженный. Повернулся ко мне. Посмотрел в глаза.
— Конечно люблю. Ты по-прежнему моя дочь. Но не уверен, что когда-нибудь между нами все станет как раньше.
Роланд вышел из кухни.
— Я поняла: пора уходить.
Вернулась к себе домой. Тим чуть не запрыгал от радости. Когда кошмар в эльфийском борделе закончился, мама позвонила ему и сказала, что я в порядке. Но «индеец», как оказалось, все равно скучал и волновался.
— Что вообще случилось? Ты здорова? Пока тебя не было, я общался с Ларой. Можешь мною гордиться. — Он улыбнулся, довольный, что назвал ее по имени вместо привычного «секретутка». — Есть хочешь?
— Ну точно как мама, — поддразнила я его. — Вечно рвешься меня накормить.
Он пожал плечами.
— Ты слишком тощая. А я в этом разбираюсь… Я вообще знаток по части женщин.
Он был прав. Во всем. Как ни странно. У Арта я почти ничего не ела. Отощала, как в концлагере. Очень хотелось привычно навалиться на пакет «Милки Вэев» в буфете, но логика подсказывала, что сейчас надо нормально питаться. Так что я велела Тиму приготовить мясную поджарку. «Индеец» искренне обрадовался и принялся за дело.
Оставшуюся часть дня меня снедали скука и беспокойство. Занялась стиркой, хоть Тим и возражал. Схарчила здоровенную тарелку жареного мяса. Животные никуда из дома не делись. Значит, Кийо еще здесь. А я почти ожидала, что он съедет. После того как я не захотела его видеть, когда жила у родителей.
Если честно, я не знала, куда себя деть. Не хотелось пока ни возвращаться в Мир Иной, ни — как я заявила Ларе по телефону — браться за работу шамана. Тим и Лара встревожились насчет моих доходов, но я их успокоила. У меня были сбережения.
Магию я тоже забросила. Даже не пыталась пробовать, хотя несколько раз воздух и вода взывали ко мне, словно поющие сирены, а меня так и подмывало коснуться их. Правда, один раз воспользовалась шаманской магией: попыталась призвать Волузиана. Он не явился. Я не знала, что и думать.
Почти полюбила ночь: можно завалиться в кровать и отключить мозги. Я не могла просто забыть — и начать жить сначала. Телик, пазлы, даже бодрая болтовня Тима… ничто не радовало, не увлекало. Но и скуки не было. Я словно потеряла связь с миром.
Той ночью, как обычно, мне приснилось Терновое Царство. Сон такой яркий, будто душа путешествовала вне тела. Я словно вышла из дома и направилась к предгорьям. Чистый, свежий воздух. Аромат цветов пустыни. Безжалостное солнце. А мне почему-то хорошо и спокойно… И краски… От красок альтерэго готово было заплакать. Персиковые деревья, зелень, цветущие кактусы… чистая синева неба… Впервые с момента похищения я ощутила мир в душе, почувствовала себя цельной и исцеленной.
Проснулась, тоскуя, словно потеряла часть себя. Накинула халат, добралась до кухни, надеясь, что кофе и завтрак помогут отогнать всепоглощающее желание сбежать в Мир Иной.
— Кийо! — воскликнула я.
Он сидел за столом, пил кофе, читал газету. У ног — обе собаки. Ну точно как Роланд тогда, на кухне у родителей. Опять мне предстоит неприятный разговор.
— Эжени! — Он отвлекся от газеты.
Его шоколадные глаза светились теплом любви. Лис встал со стула и подошел ко мне, раскрыв объятия. Я хотела шагнуть в них, но что-то заставило отстраниться. Это не Лейт. Это Кийо, и он любит меня… просто я все еще боюсь чужих прикосновений. До сих пор я позволяла обнять себя только маме.
Кийо сник, но, кажется, все понял. Неловко коснулся моего плеча. Я лишь слегка дернулась. Сделала себе кофе. Мы сели за стол. Кицунэ пожирал меня глазами, словно не видел несколько лет. Конечно, последние пару недель вполне могли показаться годами.
— Ну, как ты? — спросил он. — Я так скучал по тебе. Так волновался.
— Я в порядке. Попала в хорошие руки.
— Как плечо?
Я пошевелилась.
— Побаливает. Но уже лучше. Наверное, сбегаю в Мир Иной, найду целителя.
Кийо помрачнел.
— Думаю, тебе стоит держаться от Мира Иного подальше.
— О черт! И ты туда же! Я королева. И должна вернуться.
Вспомнился обрывок сна. Я знала: это не просто игры подсознания. Мы с королевством связаны. Если я его брошу, земля погибнет… Может быть, она уже гибнет…
— Должен быть выход! Майвенн обещала помочь. Наверняка хоть кто-нибудь за всю историю джентри отказался от королевства, не доведя землю до погибели.
— А это хорошая мысль? — спросила я. — Отказаться?
— Конечно, — поразился лис. — Ты же сотни раз твердила об этом. Так будет лучше для всех. Следующий, кто привяжет к себе землю, наверняка изменит пустыню. Ты освободишься. Сможешь жить здесь. Нормально, без магии…
Я прищурилась.
— Вот от этого я точно никуда не денусь.
— Да. — Голос Кийо стал жестким. — Но здесь, вдали от Мира Иного, меньше соблазнов. Почему, черт возьми, ты не говорила, что изучаешь эту ерунду?
— Я говорила тебе! Говорила, что Дориан прислал Изабель.
— То, что я видел… покруче, чем ты рассказывала.
— Все произошло слишком быстро… сама не поняла как. Я не хотела огорчать тебя.
— Никто не может учиться так быстро, — пробормотал лис.
Я вспомнила слова Шайи: «Кроме короля Бурь».
— Что ж, я пока не всемогуща. А еще Волузиан сбежал. Я вызывала, он не пришел.
— Думал, ты знаешь.
— Что?
— Он теперь служит Дориану.
Я вытаращилась на Кийо.
— О господи… Я так и думала…
Кийо удивился.
— Ты предвидела? Тогда почему, черт побери, послала его к Дориану, а не ко мне?
— Да потому, что проклятый почти вырвался, а Дориан мог его связать.
— Ты права. Но у меня такое чувство, будто ты подарила Дориану ядерную боеголовку.
Кийо расстроился. Больше оттого, что я попросила помощи у Дориана, а не у него.
— Значит, именно так вы меня и нашли? Волузиан сообщил Дориану, а он передал вам с Роландом?
Отчим мне уже рассказал, но хотелось послушать еще раз.
Кийо кивнул.
— Мы обыскали весь Мир Иной. Ты после битвы как в воду канула. Мы понятия не имели, что случилось. Подключили Роланда, искали уже в этом мире, но… — Лис покачал головой. — Безрезультатно.
Зазвенела неловкая тишина. Мы оба думали о том, о чем не хотели говорить. Мой плен. Изнасилование. Я прикрыла глаза, водя пальцами по краю кофейной кружки. Воспоминания, словно туристы на американских горках, то оседали на дно памяти, то резко взмывали вверх…
Я взглянула Кийо прямо в глаза.
— Почему ты не позволил мне убить Лейта?
С содроганием вспомнила, как во мне пылала ярость, а вокруг бесновалась буря.
Кийо опешил:
— Что? Не знаю. Из-за войны… И потому, что месть не в твоей натуре.
— Уверен?
Внезапно я разозлилась на него — и тут же поняла, что именно эту злость пыталась подавить в себе всю неделю.
— Ты не имел права встревать. Месть была бы справедлива. Не ты прошел через все это, а я.
— Знаю. — Лис старался говорить спокойно. — Лейт заслуживал ужасного наказания. Могу себе представить, что ты…
— Ни хрена ты себе не представляешь!
— Еще как представляю. Особенно последствия. Катрис собирает армию, Эжени. Королевства не воевали уже много лет. Все может очень плохо кончиться. Будут гибнуть люди. Я хотел… оградить тебя от этого.
— Хорошо. Почему тогда сам не убил его?
Гробовая тишина.
— Что? — взорвался Кийо.
Я холодно отчеканила:
— Ты сказал, он заслуживал ужасного наказания.
— Да, ареста или…
— Ареста? Ты рехнулся? Он принц! Был… Катрис бы точно так же взъярилась, и Лейт вышел бы на свободу!
— Война хуже. Хочешь верь, хочешь — нет.
— Ты должен был убить его, — повторила я, — Вокруг только и говорят о том, что ты «всего лишь» кицунэ. Сам по себе. Катрис не стала бы воевать против тебя одного.
— Это бред! Я не мог убить безоружного человека!
— Он совершал жуткие, чудовищные вещи! И не должен был уйти безнаказанным.
Изумление Кийо сменилось злостью.
— Поверить не могу, что ты перекладываешь на меня ответственность. Это магия виновата, точно. Она меняет тебя. Вот почему ты должна держаться подальше от Мира Иного. Ради собственной безопасности! Иначе превратишься в…
— Неужели! Теперь ты хочешь защитить меня! Послушай. Только ты сможешь понять. Я не могу уйти из Мира Иного. Не могу уйти из этого мира. Я не принадлежу ни тому ни другому. И все же… принадлежу обоим. Я разрываюсь, Кийо. Думала, ты поймешь. Ты говорил, что понимаешь. Ведь ты такой же.
— Это… не совсем так.
— Ты лицемер, Кийо! — воскликнула я. — Ты решаешь за нас обоих, а на деле заботишься только о своем удобстве. Тебе, значит, можно, а мне нельзя. Это нечестно!
— Я пытаюсь защитить тебя, — повторил он.
— А тебе не кажется, что я такая же сильная, как и ты?
Он всплеснул руками.
— Не знаю. Может, я просто нерешительный…
— В отличие от Дориана, — вырвалось у меня.
И снова гробовая тишина.
Кийо допил кофе.
— Вот, значит, в чем дело…
Окинул взглядом дом, распростершихся котов…
— Может… мне пора паковать вещи?
Я скрестила руки на груди.
— Думаю, это хорошая идея.
Впрочем, мне понадобится день или два, чтобы забрать животных.
— Хорошо.
Я изображала равнодушие, как великая актриса. Прежняя Эжени, наверное, заплакала бы, умоляя его не уходить… Извинилась бы за резкость, за то, что сваливала на него всю ответственность… А нынешняя…
…обвинила Кийо и превознесла Дориана.
Кийо поднялся. Сказал, что вернется за вещами, когда меня не будет дома, — так легче для обоих. Я согласилась. Пошел к двери…
Я обидела его. Может, я сейчас совершаю самую чудовищную в своей жизни ошибку… Мы часто ругались. Кийо не понимал меня. А когда все сломалось, он мог защитить свою женщину, но ничего не сделал.
— Эжени. — Лис ссутулился возле задней двери, — знаю, тебе было больно. Ты страдала — и все еще страдаешь. Да, кажется, что Дориан поступил благородно.
— Но это не так. И в один прекрасный день — возможно, очень скоро — ты пожалеешь о том, что он сделал.
Я покачала головой.
— Не знаю… Может быть.
— Думай обо мне что хочешь, но еще не все потеряно. Ты можешь договориться с Катрис. Остановить это.
— В его глазах сверкали мольба и отчаяние. То ли от жажды мира, то ли от муки расставания… У меня сердце разрывалось от боли, но…
— Договориться? И как же?
— Ну, не знаю… извиниться… свалить все на Дориана. Майвенн могла бы начать переговоры…
Ярость снова захлестнула меня.
— Я не собираюсь пресмыкаться перед женщиной, чей сын насиловал меня целую неделю! И я не предам Дориана.
Майвенн… Да ну ее!
— Меня не пугают последствия, Кийо. Я Терновая королева.
Он печально улыбнулся.
— Ты уверена? А может, королева Бури?
Я нахмурилась.
— Что?
— Именно это ты сказала Лейту. Там, на кухне.
— Нет.
Я помнила лишь обрывки, но уверена, такого бы не забыла.
— Я сказала, что я Терновая королева, несколько раз. Но, господи боже, не королева Бури!
— Я своими ушами слышал. Один раз ты сказала «королева Бури».
Я покачала головой. Злость снова поднялась в душе.
— Ты ошибся. Просто ослышался.
Его улыбка увяла. Лис стал еще печальнее.
— Только не с моим слухом.
В конце концов Кийо ушел — куда, не знаю. Это неважно. Мое сердце разбилось на тысячи кусочков, и от долгих раздумий становилось только хуже. Так что надо убираться — и я знала, куда именно.
В мое королевство.
Я перенеслась в свой замок и с удивлением обнаружила возле кроличьего пресс-папье Нию. Она скрючилась на полу, уткнувшись в колени мокрым от слез лицом. Завидев меня, девушка просияла. Словно солнце вышло из-за туч…
— Ваше величество! — Ниа вскочила. — Говорили… вы не вернетесь! Но я знала, что это не так!
Обожание в глазах искреннее… Изумительно. Ниа, как и многие другие, перешла ко мне от Дориана. Никогда бы не подумала, что она служит мне потому, что любит…
— Конечно я вернулась, — тихо ответила я. — Почему нет?
Она отвела взгляд.
— После всего того, что случилось… ну, и из-за королевы Катрис. Кое-кто решил, что вы бросили нас и остались в мире людей.
Я впала в ступор. А сплетники не подумали, что бросить землю для меня все равно что умереть?
— Решили… я развяжу войну и свалю?
— Я знала, вы нас не оставите в беде, — горячо зашептала Ниа.
Я улыбнулась девушке. Мол, не волнуйся, королева здесь. Но внутри все перевернулось.
— Отведи меня к Рюрику и Шайе.
Оба встретили меня удивленными взглядами, но интуиция подсказывала, что они в меня верят. У Шайи на лице было написано искреннее сочувствие. Так. Понятно. Все всё знают. Удивительно, но именно Рюрик успокоил мою душу. Он не задавал вопросов, не выказывал сострадания. Просто перешел к делу.
— Пока вас не было, мы собрали всех солдат, каких смогли. Часть встала лагерем возле замка. Дориан сказал, скоро подойдет подкрепление — его армия куда многочисленней. Ваши войска большей частью размещены в Хайморе. Надо поработать над стратегией.
Рюрик принялся объяснять тонкости ведения войны. У меня на секунду закружилась голова. Что происходит? Что я делаю? Я простая тусонская девчонка. Как, черт возьми, я превратилась в королеву эльфов? Какая из меня, к дьяволу, воительница?
Я взмахнула рукой.
— Погоди… прежде чем мы продолжим… Можно ли… как-то избежать всего этого? — Вспомнились слова Кийо, и, ненавидя себя, я спросила: — Можно ли заключить мир?
Рюрик выпучил глаза, шок и ярость затопили его лицо.
— Мир? После того, что…
Шайа жестом велела ему умолкнуть.
— На самом деле — да. Катрис прислала длинное письмо с требованиями.
— Итак… мы могли бы объяснить ей, что… — Это был несчастный случай? Вряд ли. — Может ли Катрис отказаться от мести? Лейт же сам во всем виноват…
Шайа неловко закашлялась. Рюрик злобно скривился.
— Ну, — начал он, — не совсем. Катрис согласна заключить мир, если мы станем вассальным королевством и выплатим контрибуцию. Зверскую, кстати. Она даже подробно описала налоги. А еще… вы должны будете выйти замуж за ее племянника, вместо сына, чтобы связать королевства брачными узами. Думаю, Дориану она прислала подобное письмо, кроме части про племянника. Он отказался, и довольно неделикатно.
У меня отвисла челюсть. Как Катрис может требовать подобного? Как она смеет вести себя так, будто я совершила что-то недостойное? Да, она оплакивает погибшего сына. Я понимаю. И все же… ее предложение просто курам на смех. Никто из ее чокнутой семейки больше никогда не прикоснется ко мне!
К дьяволу их всех скопом! Позже попрошу Шайю помочь мне сочинить формальный ответ. Что-нибудь в духе: «Пошла на хрен. Я Терновая королева».
— Что будем делать дальше? — спросила я Рюрика.
Он улыбнулся с пугающе-восторженным блеском в глазах.
— Обратитесь к солдатам. Официально объявите войну. Потом вам надо будет отправиться в Хаймор и повторить все. Воины должны знать, кто поведет их в бой. И еще… начните практиковать магию. И для битвы, и для того, чтобы показать народу: рябиновая сучка не сможет даже пальцем вас тронуть.
Я вздрогнула. В Тусоне я старалась избегать магии, но сейчас… она снова звала меня. И теперь, после угроз — нет, оскорбления — от Катрис… безумно хотелось призвать силы природы, чтобы разнести врагов в пух и прах.
— Думаю, Дориан прибудет сегодня. — Шайа прервала мои кровожадные мысли. — Следуйте его советам. Он знает, что делать.
Не знаю… Не хочу… Я не готова засесть за карты с Рюриком… не готова вести войну. Я всегда проигрывала в настольные стратегии. И вообще, я вернулась в Терновое Царство не воевать — по крайней мере, не сейчас. Я сбежала сюда в поисках мира и спокойствия, как вчера во сне…
А спокойствием тут и не пахнет. Королева джентри собирает армию. Я должна быть готова отразить удар. Я только что порвала с любимым, обвинила его в малодушии. И Лейт… Он все еще является мне в кошмарах. Неважно, сколько времени прошло. Кажется, я никогда не избавлюсь от ощущения грязи внутри и от Страха перед прикосновениями.
Я пообещала Рюрику поговорить с ним позже. Сказала, что мне нужно успокоиться и собраться с мыслями, и ушла во внутренний дворик. Тот самый, где Шайа все еще пыталась вырастить газон и где мы с Кийо занимались любовью. Села, скрестив ноги. Впитывала солнце, как и оранжевые камни вокруг. Наслаждалась легким ветерком, колыхавшим ветви мескитового дерева и дымчатых тернов. Крошечная ящерка сбежала с валуна. Рядом в клумбе что-то затрещало. Наверное, колибри или толстозадая пчела.
Я очистила сознание и попыталась наладить связь с землей, исцелить ее, как прежде. Не получилось. Я запаниковала. Неужели из-за Лейта я больше не могу исцелять королевство? Господи боже! Я сжалась в комочек, обливаясь потом… Что теперь будет? Что станет с землей без нашей связи? Жара усыпляла… Я прилегла на траву, отчаянно зарылась руками в землю…
А когда проснулась, сразу заметила перемены. Я будто родилась заново. Цвета, запахи вокруг казались сильнее и ярче. Я не улыбалась, как идиотка, но ужас… горечь… ослабели. И я, как ни старалась, не могла вспомнить лицо Лейта. Воздух вокруг звенел… Пару секунд я не могла понять, где заканчивается Эжени и начинается моя земля… Сегодня не я исцелила землю, а она меня. Теперь я полна сил. Готова ко всему. Готова начать войну.
Дальше — интересней. Рядом со мной сидела Жасмин. Я резко выпрямилась.
— Какого черта ты здесь делаешь? — воскликнула я. — Тебе нельзя разгуливать на свободе.
Сестра подняла руки — все еще в оковах — и мотнула головой в сторону замка.
— Нет так уж я и свободна.
Я посмотрела туда. Дюжина стражников. Держатся на почтительном расстоянии, но бдительности не теряют. Ясное дело, Рюрик позаботился.
— Жасмин, — вздохнула я, — у меня нет настроения ругаться. Будешь ныть и оскорблять меня, когда война закончится.
Ее лицо было совершенно спокойным.
— Я знаю, что ты пережила.
Я приготовилась к хамству.
— Да, похоже, об этом не знает только ленивый.
— Я буду сражаться на твоей стороне.
— Слушай, я уверена… погоди, что ты сказала?
Я удивленно уставилась на нее. Это что, новая издевка? Не тут-то было. Сестра по-прежнему серьезна. Даже выглядит старше своих лет.
— Он не имел права. Я уже говорила: никто не смеет так поступать с дочерью короля Бурь. Даже с тобой.
— На секунду я потеряла дар речи… Не верилось как-то.
— Жасмин… ты же ненавидишь меня.
Она кивнула.
— Ага. Но оскорбивший нашего отца не может остаться безнаказанным. Дориан должен прикончить и Катрис тоже.
Интересно, при чем тут папаша, который умер много лет назад?
— Что ты собираешься делать?
— То же, что и ты. Сражаться. Использовать магию. Призывать чудовищ.
— Но… то есть ты хочешь защитить… честь нашей семьи… и поэтому будешь помогать мне? Думала, ты хочешь прибить меня и заполучить папашиного внучка — захватчика миров.
— О да, — любезно сказала она, — я очень хочу этого… И так будет. Но сначала надо разобраться с Катрис. Наследник нашего отца должен быть зачат от достойного мужчины. Когда с Катрис будет покончено, я займусь тобой. Кроме того, кто-то должен унаследовать Рябиновое Царство… Почему не я?
Ничего себе… женская логика. Точнее, логика маленькой девочки… Не знаю, как она, а я была зачата насильно. Бог знает, сколько еще женщин похитил король Бурь… А Жасмин лепечет что-то про «достойного мужчину». Но в бою Жасмин может быть полезной, так что пусть каждая останется при своем мнении. Да еще и одним врагом меньше — хотя бы на время…
— Ну, тогда спасибо, — сказала я наконец.
Решила не говорить, что ни за какие коврижки не позволю ей завладеть Рябиновым Царством. Ох уж эти детали…
Жасмин казалась очень довольной.
— Так что, теперь я свободна?
Я фыркнула:
— Ни в коем случае!
— Но я же помогаю тебе!
— Да, пока тебе это выгодно. Послушай… — Я оглянулась на стражников. Надо ее определить куда-нибудь… Точно! Поговорю с Рюриком, чтобы подобрал охранников понадежнее. Еще папиного наследничка сейчас не хватало! Так что будет принцессу Жасмин охранять… скажем так, мой женский батальон. — Ты можешь свободно ходить по замку — разумеется, под охраной. И я позабочусь о… — Я нахмурилась, вспомнив своих помощниц из дома Арта. Ровесницы Жасмин… Преданные… По крайней мере, Маркела. Она может стать одновременно телохранителем и подругой.
— Найду девушку примерно твоих лет, чтобы составила тебе компанию.
Жасмин нахмурилась.
— Я вовсе не это имела в виду.
— Твоя камера еще свободна.
Она одарила меня фирменным злобным взглядом и унеслась в замок. Мне сейчас пригодится любая помощь. Кийо намекал, что у Катрис есть союзники. Если это правда, скоро тут будет жарко как в аду.
Я встала. Снова закружилась голова, затошнило от страха. Я не могу. Не могу возглавить армию. Не могу отправиться на войну. О чем я только думала?
Пытаясь стряхнуть панику, как назойливого клеща, я направилась обратно к замку. Надо спрятаться ненадолго в своих покоях. Встретила в коридоре Рюрика. Военачальник искал меня, хотел поговорить. Армия собрана и рвется в бой, Дориан уже рядом. Я торопливо кивнула, пообещала что-то и испарилась… Все вокруг ошеломляло. Нужно побыть одной, иначе я разревусь.
Вскоре меня снова остановили. Возле моей спальни ждала Изабель, скрестив на груди руки. Значит, я не ошиблась. Делать ей нечего, вот и выслеживает.
— Никаких уроков магии, — отчеканила я.
— Уроки магии?! — завизжала она.
Изабель, как обычно, неотразима: рыжие волосы заплетены в неимоверное число косичек.
— Больше никогда, ни за что! Господин отсылает меня прочь — и все из-за тебя!
Земля, точно, исцелила меня. Поэтому я и вынесла за один день столько неожиданностей.
— Ты о чем?
— Господин скоро прибудет, — прошипела она. — Он велел мне собирать вещи и готовиться к отъезду. Даже выделил небольшой отряд стражников для эскорта.
— Ну и что? — Я пожала плечами и тоскливо поглядела на дверь в спальню. — Ты же так этого хотела!
Она подошла ближе.
— Он отправляет меня не к себе в замок. Он отсылает меня в деревню — назад, к детям! Он меня бросает! Из-за тебя!
Лицо Изабель пылало от злости. Запамятовала, видимо, что я и придушить могу. Она подошла так близко… Неужели и вправду попытается ударить? Хотелось сказать, что Дориан отсылает ее вовсе не из-за меня. Просто таков уж Дориан. Шайа говорила, что Изабель — последняя из череды любовниц, которые напоминали ему меня. Он устал от нее, как и от предыдущих. Я не виновата.
— Сочувствую. Но разве ты не рада увидеть детей?
— Рада? — воскликнула она. — Что я могу им дать, проведя столько времени при дворе? У меня ничего нет. Я прибыла к Дориану, чтобы разбогатеть. А теперь меня швыряют обратно, в забытую богом деревеньку.
Ох… Даже не знаю, что сказать… Понятно, что любая нормальная мать старается обеспечить потомство, но добиваться этого через королевскую постель… Как-то грязно.
— Не горюй, — устало сказала я. — Уверена, ты что-нибудь придумаешь.
Я уже собралась уйти, но Изабель вдруг схватила меня за плечо и развернула. Думаю, собиралась обрушить поток оскорблений, но я ей шанса не дала. Она прикоснулась ко мне… Я не сдержалась. Секунда — поток воздуха отшвырнул Изабель прочь от меня и крепко треснул о стену. Она встала, оглушенная. И застыла, выпучив глаза. Я охнула. Вот опять: не подумала и натворила дел… Похоже, я и в самом деле дочь своего отца.
— Ты в порядке? — спросила я и подошла ближе.
Она отшатнулась.
— Ты отняла его у меня! И заплатишь за это! Он мой! Поняла?
Изабель выдала долгую напыщенную тираду вперемешку с оскорблениями. Доступно объяснила, как сильно меня ненавидит и как порадуется моему поражению. Но держалась уже поодаль. Скоро мое терпение лопнуло, и я развернулась и ушла к себе в спальню. Заперла дверь. Рыжая продолжала кричать.
Рюрик сказал, мне надо поговорить с людьми. Кто-то из них, вероятно, оправится за меня на смерть… Попыталась не думать об Изабель. Зарылась в шкафу. Надену, наверное, что-то в стиле джентри… Тем более что здесь куча красивых платьев. Спасибо Ние… Во мне разгоралось желание спустить Катрис с небес на землю. А для этого я должна стать сильным лидером. Выбрала серебристо-синее платье. Вопли Изабель наконец стихли. Я вздохнула с облегчением и начала раскладывать платье на кресле. Случайно глянула в узенькое окошко.
Под окном стояла армия.
Я попятилась, пытаясь отгородиться от моря лиц. Бросила платье. Снова закружилась голова. Боже… Как все реально… Кто я, а кто они? Как я могу вести их в бой? А если мы проиграем… Резкий стук прогнал панику. Я разозлилась. Опять эта дура ломится! Бросилась к двери, резко распахнула ее.
— Слушай, я уже сказала, что ничем не могу помочь…
И осеклась. За дверью стояла не Изабель.
А Дориан.
— Ох, — жалобно сказала я, делая шаг в сторону, чтобы дать ему войти. — Думала, тут кое-кто другой.
— Кое-кто в фиолетовом платье, вопящий во весь голос? — уточнил он.
Дориан прошел мимо с привычным изяществом. Он без лишних вопросов старался слишком не приближаться, будто догадывался о моем отвращении к прикосновениям.
— Ну, вроде того.
Я закрыла дверь.
Король пожал плечами. Немедленно отыскал в комнате вино.
— Она тебя больше не побеспокоит, — наполнил бокал. — Я отсылаю ее.
— Да, поэтому она и орала как резаная. Мне ее немного жаль.
— Прекрати, — отрезал Дориан. — Ее проблемы тебя не касаются. Она слишком меркантильна. А я не меценат.
— Да, точно.
— Еще раз повторяю: эта орущая женщина — не твоего ума дело. Тем более сейчас, когда тут такое творится.
Я сморщилась.
— Да уж… Хотя меня столько народу не любит… О господи! Чуть не забыла. Волузиан у тебя?
Дориан отцепил меч и снял плащ. Лицо его помрачнело, когда я упомянула демона.
— Да… я подчинил его себе.
— Можно… вернуть его обратно?
Дориан окинул меня взглядом.
— Уверена? Будет лучше, если мы его изгоним.
Я вспомнила лапы Волузиана у себя на горле… Если снова потеряю контроль, могу и не выжить. Но я теперь буду сильной. А дух нужен для того, что ждет впереди.
— Да, — твердо ответила я. — Я хочу его вернуть.
Дориан пожал плечами.
— Призову его попозже. А пока не будем портить момент. Твой демон не сильно веселый, знаешь ли.
Дориан подошел к окну. Поднял брошенное платье.
— Какое милое…
— Я собиралась надеть его, но… — Я махнула головой в сторону окна. — Там… армия.
Дориан аккуратно положил платье на кресло и глянул в окно.
— Да, там армия. Твоя и моя. Точнее, часть армии.
— До сих пор не могу поверить…
— Они никуда не денутся. Так что не вижу смысла прятаться.
— Я уж было понадеялась…
Он ничего не ответил, только посмотрел выжидающе. Хотелось заговорить, но что сказать? Я снова подошла к окну.
Солдат оказалось куда больше, чем я ожидала. И это не все, кто будет сражаться против Катрис. Моя маленькая рать в разномастном снаряжении пестрела сбоку. Воины Дориана, в темно-зеленых рубахах под кожаными доспехами с эмблемой золотого дуба, стояли рядом. Так много… Скоро подойдут другие полки Дубового Царства. Остальные подтянутся, как только по стране пройдет слух, что я направилась в Хаймор — если я туда поеду.
— У всех поступков в жизни, — пробормотала я, — есть последствия. Я отказала Лейту, он похитил меня, а ты…
Я не смогла окончить фразу. Наверное, и не надо было.
— Жалеешь? — спросил король. — О том, что я сделал?
Он говорил уверенно и спокойно, как обычно, но могу поклясться, в голосе прозвенела еле уловимая нотка страха.
Кийо не раз говорил, что я еще пожалею об этом. Стоит ли обрекать на смерть всех этих мужчин и женщин… ради чего? Чести? Или все-таки отмщения? Еще не поздно ответить на письмо Катрис, выйти за ее племянника и заключить мир…
Внутри все сжалось. Выхода нет. Я не смогу быть женой родственника Лейта, не вспоминая о заточении и насилии. Я ни за что не позволю Катрис или кому-либо еще считать меня и мой народ мелочевкой. В конце концов, Лейт не только изнасиловал меня. Эти девочки… они тоже пострадали. Я защищаю свой народ. Я Терновая королева. Я — Терновое Царство.
Вспышка в памяти: Дориан заносит клинок над Лейтом… Наверное, я должна была скривиться от отвращения. Но я ощутила… спокойствие.
— Нет, — Я посмотрела Дориану прямо в глаза. — Я не жалею. Я… рада, что ты это сделал. — Мой голос слегка дрожал. — Очень рада.
Лицо Дубового короля вытянулось от недоумения. Он привык к моей человеческой рациональности и милосердию. Долго, наверное, готовился выслушивать гневные речи. Ожидал, что я буду орать и беситься, как и тогда, когда он подарил мне Терновое Царство.
Такой Дориан возбуждал — и смущал. Я отвернулась к окну и призналась:
— Но… я боюсь. Я не хотела начинать войну. И уж конечно, не знаю, как ее вести.
Дориан подошел. Встал позади, все еще стараясь не приближаться.
— Это у тебя в крови, — сказал он. — Король Бурь был великим стратегом.
— Но я — не он. И не хочу быть такой, как он.
Гаденький голосок у меня в голове заметил: «Но ты, по словам Кийо, назвалась королевой Бури».
— Ты можешь наследовать его гениальность без его жестокости, — сказал Дориан.
— Наверное, но все же… не знаю, что делать. Поможешь мне?
Мы поглядели друг на друга. Его лицо опять будто озарилось изнутри.
— Конечно. Не за тобой одной охотится Катрис. Именно я прикончил несчастного уродца, помнишь? — Свет в лице Дориана угас. Он наклонился ко мне, напряженно вгляделся в лицо. — И я бы тысячу раз сделал это снова, если бы смог. С войной или без нее.
Такой искренний, такой бесстрашный… По спине побежали мурашки.
— Война еще не началась. Ты не представляешь, что будет дальше.
— Ох, Эжени… Еще как представляю. Мы победим, ты и я. Станем сильнейшими правителями этого мира. Катрис знает это, но горе и ярость ослепляют. Захватим Рябиновое Царство. Поделим его… А после… покорим этот мир. Вместе. Королевство за королевством падут к нашим ногам…
Я смотрела на него — и видела будущее. Нехорошие предчувствия крепли. Я видела, как мы уничтожаем армию Катрис… Видела себя… и бури, сотрясающие мир. Неловко засмеялась.
— Мне хватит и одного королевства.
Человеческая сторона моей натуры вернула меня на землю.
— Это сейчас ты так думаешь. — Его взгляд, полный восторга, переливался всеми мыслимыми оттенками зеленого и золотого. Я тонула в его глазах. Отражалась в них. Красавица. Королева. Почти богиня… — Эжени, тебе суждено стать королевой-воительницей, равных которой не было и нет. Память о тебе будет жить в веках. Слава твоя переживет славу короля Бурь. Ты поведешь армии — могущественная, бесстрашная, прекрасная. Катрис покажется тебе грязью под ногами…
Я смутилась, вспомнив видение, которое посетило меня в Преисподней. Моя душа тогда искала душу Кийо, но в полусне увидела именно Дориана. Мы стояли на утесе перед армиями, излучая сияние и величие. На руках у меня был младенец, а на голове — корона.
Никогда не рассказывала ему об этом. Это было лишь искушение, а не видение будущего. Пытаясь разрядить обстановку, спросила:
— А ты, Дориан? Не станешь ведь прятаться в тени.
— Дорогая моя Эжени, — сказал он с привычной ухмылочкой, — ты, как всегда, мне не веришь. — И приосанился: — Разумеется, я буду рядом.
Я рассмеялась. Дориан, он и есть Дориан.
— Разделишь власть и славу?
— Ну… чуть-чуть. — Его веселость испарилась. — А еще я буду охранять тебя. В какую бы войну ты ни вступила, какой из миров ни решила бы захватить… Даже если вернешься к ремеслу шамана… Тебя больше никто не обидит, пока я жив. Клянусь. — Он подошел ближе, но так и не коснулся меня. Голос Дориана звенел от страсти… Я почти ощущала ее всем телом… — Всегда.
Я перестала улыбаться. Верю ему. Кийо не оправдал надежд. С Дорианом будет иначе.
Черт! Все это время я как последняя идиотка пыталась оттолкнуть его. Верила ли ему до конца? Нет. Я знала, что он защитит меня. Перед самым пленением поняла, что люблю и его, и Кийо… Словно душа и тело разрывались пополам. Две половинки моей натуры будут вечно бороться друг против друга. Но прямо сейчас мне не нужна человеческая половина, которая разумно требует мира. Мне нужна та часть, которая не побоится броситься вперед, пробудить силу. Мне нужен Дориан. Именно его любовь поможет мне стать могущественной и непобедимой.
Я взяла его за руку. Медленно, неуверенно. Это было грандиозно. Думаю, он тоже понимал. За последние две недели ко мне не прикасался никто, кроме мамы. Мутило даже от мысли, что к моему телу когда-нибудь притронется мужчина. Глаза Дориана слегка расширились, он затаил дыхание.
Я держала его руку, чувствуя тепло длинных сильных пальцев. Сколько магии таится в прикосновении, в физической близости… Так же осторожно я положила его руку себе на бедро и шагнула вперед. Дориан сглотнул, и… впервые за все время нашего знакомства я увидела его нерешительным.
— Эжени…
Я прижала палец к его губам и, встав на цыпочки, поцеловала. Его губы раскрылись навстречу, теплые и жаждущие. Прижалась сильнее, помогла обнять меня и второй рукой… Король отстранился. Его снедало желание… Но Дориан покачал головой.
— Нет, нет… слишком рано.
— Мне решать, рано или нет.
Я снова поцеловала его, крепче… Желание стремительно охватывало мое тело… До этого самого момента я думала, что никогда не захочу мужчину. Но сейчас… Дориан, его напряжение и пронизывающая нас сила… Я так долго противилась страсти, что она вскипела внутри — и вырвалась наружу… Как в той деревушке, где я едва не отдалась ему вопреки обязательствам перед Кийо.
Теперь обязательств больше нет.
Дориан вернул поцелуй… такой же жаркий. Его руки заскользили по моим бедрам. Страсть охватывала его, он готов был забыться в море любви. Но голос разума снова вернул его к реальности. Думаю, мир был бы в шоке, узнай он о высоком моральном облике Дубового короля. Дориан снова отстранился, но на этот раз я не позволила ему заговорить.
— Ты хочешь, чтоб тот кошмар и дальше преследовал меня? — спросила я резко. — Хочешь, чтобы, вспоминая о последнем сексе, я вспоминала Лейта?
Я расстегнула все пуговки на хлопковой блузке с короткими рукавчиками, ухватила Дориана за руки и заставила коснуться моих грудей. Сегодня бюстгальтера на мне не было… Теплые ладони Дориана легли на обнаженную кожу.
— Позволь мне запомнить это, — хрипло сказала я почти приказным тоном, — на всю жизнь. Закончи то, что начал…
Больше уговаривать не пришлось. Дориан принялся играть с моими сосками. Довел меня до постели и мягко опрокинул. Поцеловал в губы, потом — вниз по шее, к груди… Обхватил губами сосок… Сначала нежно посасывал, теребя языком, потом принялся покусывать… Стремительным движением стянул с меня джинсы. Они упали на пол. Дориан на секунду присел на кровать, глядя на меня, обнаженную.
Ожидание его прикосновений превращалось в муку… Я потянулась к Дориану, расстегнула штаны и украшенный каменьями пояс. Он поднялся с кровати, полностью избавился от одежды. Встал передо мной, прекрасный в своей наготе. Идеальное мраморное божество, которое я уже видела однажды. Глядя на рельефные мышцы, на его мощь и твердость его естества, я почувствовала, как мое тело неистово отзывается на его зов. Раньше я жаловалась Кийо на отсутствие прелюдии. Сейчас, с Дорианом, мне это не нужно — хотя уверена, он бы растянул ее на долгие часы, и к черту армии.
— Не медли, — взмолилась я, приспуская с бедер трусики. — Не медли…
Дориан стащил их, взял меня за лодыжки и подтянул к себе… Мои ягодицы оказались на самом краю кровати. Поднял мои ноги, наклонился вперед… и вошел, застонав от теплоты и влажности внутри меня.
Я вытянула руки над головой. Выгибаясь всем телом, смотрела, как он ритмично проникает. Дориан тоже не сводил с меня взгляда, словно хотел вобрать всю до капли. В сексе среди бела дня есть что-то особенное. Ничего не скрыть. Все явно. Уязвимо. В такие моменты нетрудно потерять уверенность… Но только не под этим взглядом — исполненным не только страсти, но восхищения и обожания.
Он снова и снова погружался в меня, мощно и властно, но не причиняя боли. Это было так не похоже на кошмар в доме Арта, что я поняла: там у меня не было секса. Теперь, когда Дориан рядом, все снова хорошо и правильно. Мое тело горело от желания, и Дубовый король пылал вместе со мной. Жар внутри усилился… Удовольствие, почти на грани с болью, с каждым ударом нарастало сильнее и сильнее. Я вскрикнула — и словно взорвалась, словно весь мир взорвался! Волна чистейшего экстаза прокатилась от бедер до кончиков пальцев.
Дориан опустил мои ноги на кровать и лег сверху, ни на секунду не разрывая нашего единства. Стал двигаться еще сильнее, сам приближаясь к кульминации. Волна великолепных волос хлынула мне на лицо, я обхватила руками его шею, запустила пальцы в шелковые пряди. Руки Дориана обнимали, словно кокон. Бедра его двигались все резче и резче.
Он громко вскрикнул, прижался лицом к моей шее и извергся в меня. Я крепко сжала его. Тяжелое дыхание… Бешеный стук сердца… Мы застыли в блаженном единстве. Наконец, не разрывая объятий, он поднял голову и отвел с моего лица пряди своих волос.
— Я говорил тебе, Эжени: мир возродится, если мы будет вместе. Он возродится, и мы покорим его…
Я провела пальцами по его губам.
— Не увлекайся. Мы просто вершим возмездие.
В его глазах сверкала уверенность: это превратится в нечто большее. Но Дориан мудро промолчал. Перекатился, пристроился рядом на покрывалах.
— Думаю, — сказала я после недолгой паузы, — мне надо обратиться к людям. Посмотрим, готовы ли они рисковать жизнью ради моей чести.
— Дело не только в твоей чести, — сказал Дориан. — Ты — это земля. Все они с радостью будут драться за тебя.
Я села. Посмотрела на шелковое платье.
— Что ж, пора исполнить свою роль. Жаль, короны нет.
Дориан тоже сел на кровати.
— Как это нет?
Подошел к столу, на котором оставил меч и плащ. Я заметила там небольшой сверток. Дориан принес его мне, и я затаила дыхание. Поняла, что там, и испугалась.
Дориан протянул мне сверток. Я не приняла.
— В чем дело? — спросил король.
— Я… видела сон…
Как рассказать ему, что я видела в Царстве Мертвых? Мы стояли вместе на холме. На мне корона короля Бурь… Перед нами огромная армия, жаждущая сражения.
— Какой сон?
— Не могу объяснить…
Дориан развернул сверток. У меня сердце ушло в пятки… Я приготовилась снова увидеть искусное украшение из платины, инкрустированное бриллиантами и аметистами… но его там не было.
Корона была золотой и очень-очень тонкой. Я с недоверием взяла ее в руки и принялась изучать мельчайшие детали: розочки усыпаны шипами, крошечные изумруды разбросаны среди золотистых листьев. Она нисколько не напоминала венец короля Бурь.
— Работа Жерара, — с уверенностью определила я.
— Да.
Дориан провел пальцем по моему обнаженному плечу. Когда я взяла корону, у него, казалось, камень с души свалился.
— Не только ты можешь делать ему заказы.
— Но он работает на Катрис.
— Больше нет. Помнишь тот день, когда ты впервые встретилась с ним? Он подумал и решил перейти на нашу сторону. Уверен, оружие у него получается тоже неплохо.
Я не сводила глаз с великолепной короны. Боже!.. Как здорово, что она ни капли не похожа на венец из видения… Я неуверенно подняла ее и возложила на голову. Посмотрела на Дориана.
— Ну как?
Он улыбнулся, поправил корону и слегка пригладил мои волосы.
— Иди взгляни сама.
Я слезла с кровати и подошла к огромному зеркалу. Бледная кожа, рыжие волосы — и сияние короны… У меня нет светлых прядей, как у Жасмин, но шевелюра отливает золотом. И сейчас корона бросает золотистый отсвет на локоны, рассыпанные по плечам. Крошечные изумруды оттеняют волосы и глаза.
— И как тебе? — спросил Дориан.
Я взглянула на него: растянулся на кровати, глядит весело. Повернулась обратно к зеркалу, изучая обнаженную коронованную себя, и улыбнулась.
— Кажется, она мне к лицу.
Намек на Департамент внутренней безопасности США. После террористического акта 11 сентября 2001 года в администрации президента был создан Офис внутренней безопасности США. В 2003 году он был преобразован в Департамент. Деятельность организации подвергается критике за попытки установления тотального контроля над обществом.
Сенбернар, персонаж одноименного романа Стивена Кинга.
Популярная компьютерная онлайн-игра.
Буррито — традиционное мексиканское блюдо, пшеничная лепешка с начинкой.
Приверженцы стиля носят внешне неприглядную, но качественную и удобную одежду с эффектами «потертости» и «застиранности», пренебрегают макияжем и прическами. (Прим. ред.)
Бельтайн — кельтский праздник начала лета, традиционно отмечается 1 мая. Самхейн — кельтский праздник окончания лета, сбора урожая, отмечается 31 октября — 1 ноября.
Эксклюзивные вещи ручной работы.
«Звездный путь» — популярный научно-фантастический сериал.