Кайра Саймингтон следила, как ее ложка медленно погружается в мягкие взбитые сливки, проходит сквозь густой, толстый слой шоколада, достигает золотистого пломбира, поворачивается и возвращается полная самой невероятной вкуснятины, какую только мог придумать человек. С диетой покончено. Она похудела на двенадцать фунтов, победив в соревновании с сослуживицами, и теперь отмечает по событие.

Джеймс Редман положил карандаш на ребро ластика и смотрел, как он качается, теряет равновесие и падает на вишневую столешницу. Директор Спецпроектов позволил себе на несколько мгновений задуматься о своей жизни.

Он любил свою работу. Работал интенсивно, а в последнее время интенсивней, чем обычно. Он нашел себе место в западном филиале корпорации «Трайтерра». Его перевели из Техаса, чтобы он возглавил отдел деловых переговоров, но получилась какая-то путаница, и ему временно дали Спецпроекты. За это время он твердо решил показать, на что способен, а это требовало немалого труда.

Когда-то он слыл большим ловеласом, но теперь не то. С тех пор как ему исполнилось тридцать, аппетит резко пошел на убыль.

— Но это же естественно, — сказала ему тетя Джо несколько месяцев тому назад в ответ на его жалобу. — Тебе пора жениться. Всему свое время. Это как прибывающий поезд: отменить невозможно.

Всякий раз, как он вспоминал эти слова, его передергивало. Эта женщина просто какая-то напасть. Он, конечно, любит ее как сын, но есть вещи, которых он и из любви не сделает. Например, женитьба.

На контрольной панели тихо звякнул сигнал. Джеймс нахмурился. Он все еще не выучил значений всех этих звонков, гудков и мигалок. Лучше подстраховаться у секретарши, прежде чем отвечать. Он включил переговорное устройство.

— Что там, Пем?

— Звонок на первом канале. Кажется, молодая леди говорила, что ее фамилия… — Пем деликатно кашлянула, — Пиккадилли, сэр. По- моему, так.

— Пиккадилли? — Он усмехнулся. — Ты хочешь сказать, Пика Дилей. Не все разбирают ее акцент. Мы давние друзья. Соедини.

Пем помедлила.

— Мистер Редман, я, кажется, объясняла вам. Достаточно нажать кнопку на вашем…

— Ах, да, — прервал он, — я забыл. Спасибо, Пем. — Джеймс нажал большую красную кнопку. — Пика? — произнес он в трубку. — Неужели это ты?

На другом конце линии утвердительно взвизгнули.

— Джеймс, золотко! Наконец-то я тебя разыскала! Я прочесала вдоль и поперек все побережье. Почему ты не сказал, что Рио-де-Оро — обыкновенный населенный пункт? Я обыскалась по всяким курортам и…

— Ну, вот ты и здесь, — поспешно вставил он, пресекая уже назревавший пространный рассказ. — Где ты остановилась?

Пика издала сладострастный, явно рассчитанный на эффект вздох.

— Видишь ли, дорогой, я надеялась…

— Не могу, Пика. Тетя то и дело наведывается ко мне на квартиру, и, кроме того, мне теперь приходится вкалывать до потери хвостового оперения. У меня не будет времени оказать тебе должный прием. Лучше сними номер в «Хилтоне». Счет беру на себя. — Насчет тети он соврал. Она действительно заходила к нему, но сейчас была в Египте. Однако осторожность никогда не помешает. Джеймс уже научился держать на расстоянии женщин, с которыми встречался.

— Как скажешь, Джейми, — вновь вздохнула Пика. — Мне так не терпится тебя увидеть!

— Мне тоже! Что скажешь насчет ужина? Заеду в гостиницу в семь. Идет?

— Конечно. Поужинаем в номере. — Она несколько раз звонко чмокнула в трубку. — Сейчас же поднимаюсь и принимаю долгую, освежающую ванну, чтобы нам можно было…

— Точно, — прервал он, вдруг подумав, не прослушивает ли Пем его телефонные разговоры. — Пока.

— Ммм, ммм. Как давно мы не…

— Пика, мне в самом деле пора. — Он швырнул трубку и глубоко вздохнул. Так, Пика в городе. Это хорошо. Он пошевелил плечами, с улыбкой вспоминая, ее осиную талию. Ему будет полезно немного развеяться. Настоящего свидания у него не было, с тех пор как…

— Мистер Редман.

Джеймс поднял голову. Пем Хейнс вошла с горой папок.

— Вы хотели просмотреть дела служащих.

Кстати, она права, надо еще кое-чем заняться. Он как раз задумал серию рекламных мероприятий, и его разработка вызывала энтузиазм Совета директоров. Идея предполагала, кроме всего, еще и особое подразделение служащих, которые должны были стать главными исполнителями в рамках проекта. Он хотел немедленно провести с ними собрание.

— Отлично. Положи сюда, ко мне на стол. Посвящу их просмотру вторую половину дня. — Он взглянул на секретаршу. — Ты сказала этой Саймингтон, что я хочу ее видеть?

— Да, она будет здесь в четыре. — Пем посмотрела на часы. — Я провожу ее к вам и побегу. Джеффри прилетает из Нью-Йорка, и я сказала, что встречу его в аэропорту. Вы не возражаете?

Он рассеянно взглянул на нее.

— Ммм? А, нет, конечно. Передай привет своему блудному мужу. До завтра.

Джеймс оглядел стопку папок с личными делами. Он решил главной в своей группе сделать Кайру Саймингтон. Она каким-то образом отвечала представлению о том, какой человек нужен на этом месте. Во всяком случае, она положительная молодая женщина и ее рекомендовала заведующая отделом. Кроме того, ему самому что-то в ней нравилось.

Джеймс глянул на свои плоские, очень дорогие золотые часы, подаренные тетей Джо на его последний день рождения. Интересно, насколько пунктуальна мисс Саймингтон?

— Войдите, — крикнул он, когда ровно в четыре раздался стук в дверь.

Сдвинув брови, он бесстрастно посмотрел на Кайру. Пожалуй, он не ошибся — ряд признаков явно говорил в ее пользу. Во-первых, она безумно хороша собой. Ее красивое лицо было спокойным, ему это нравилось. Фигура — подтянутая, осанка — изящная. Приятно выдавалась грудь. Одета не вызывающе, но и не серо. Сдержанная классика. Такую женщину он бы выбрал для чего угодно.

Единственное, что не вписывалось в рамки ее стиля, — это волосы. Она их носила распущенными, вместо того чтоб свернуть во французский валик или заколоть на затылке. Медового цвета с золотистыми искорками, они спадали крупными волнами. Он не мог оторвать глаз от них. Еще в первый раз, когда он ее заметил, ему захотелось притронуться к ним, зарыться пальцами в эту роскошь и…

Нет, это все не то. Главное, она внешне подходила.

Ее личное дело было отличным. Достоинство и чувство ответственности. Ему это нравилось. На это место ему нужна была не красотка с вечеринки, а уравновешенная, зрелая женщина, в то же время достаточно привлекательная, чтобы понравиться клиентам. Ей придется встречаться с потенциальными инвесторами, провожать их к местам проектируемых объектов, рисовать перед ними картину того, что будет здесь в дальнейшем. Она стала бы представительницей корпорации «Трайтерра», лицом компании. Ей было двадцать шесть лет, как раз подходящий возраст. Она наверняка давно пережила дурацкие подростковые эмоциональные всплески. В общем, кандидатура казалась почти совершенством.

Совершенство. Как раз такую женщину такой, как он, мужчина мог бы… Идея свалилась как кирпич на голову. Тут же всплыл разговор с тетушкой. Так вот же оно, решение проблемы! Кайра Саймингтон была в некотором роде олицетворением его идеала женщины. Если ей удастся удержаться на этом уровне, она сможет очень помочь ему в работе. А может быть, и в личном вопросе…

Нет, это сумасшествие. Он мысленно цыкнул на себя — не о том он думает. Сейчас надо, прежде всего, провести собеседование с этим совершенным экземпляром.

Проверить, насколько она соответствует, так сказать.

— Вот мы и увиделись еще раз, — сказал он, вставая, пожал ей руку и предложил сесть. — Мне была очень приятна наша сегодняшняя встреча в кафетерии.

Она пробормотала какие-то вежливые слова и опустилась в кресло. Хотелось бы знать, что скрывается за этой церемониальной улыбкой. В кафетерии у него был абсолютно бесстыдный взгляд, а сейчас перед ней стоял, подчеркнуто деловой человек. Кайра стиснула в пальцах блокнот, который прихватила на случай, если придется делать записи. Или использовать в качестве оружия.

И все-таки этот мужчина невероятно привлекателен. Черные волосы слегка взъерошены, как будто он запустил в них пятерню, сражаясь с какой-то нелегкой проблемой, но костюм сидел безукоризненно, а рубашка выделялась своей белизной на загорелой коже. А ресницы… Она никогда не видела у мужчин таких длинных, таких густых черных ресниц, эффектно подчеркивавших синие, как море, глаза.

Кайра почувствовала, как у нее ускоряется пульс. Этот мужчина губительно сексапилен.

— Вам нравится работать у нас в корпорации «Трайтерра», мисс Саймингтон? — непринужденно спросил он, присев на уголок своего стола и внимательно посмотрев на нее.

— Очень, — ответила она, решив, что невинная ложь с целью сохранить место оправдывает себя.

— Вам когда-нибудь приходило в голову заняться чем-нибудь другим?

Она заморгала и уставилась на него.

— Мне бы хотелось получить диплом колледжа, — медленно произнесла она. — Но кроме этого…

— А как вы относитесь к браку?

Кайра застыла от удивления. Что еще за вопросы? Это его способ флиртовать? Если так, то этот мужчина явно не оправдывает своей донжуанской репутации. И вообще, куда делся тот змей-искуситель с призывным взглядом, что обольщал ее в кафетерии?

— В каком смысле? — Кайра воинственно вскинула подбородок.

Бирюзовые глаза, казалось, пронизывали ее насквозь и видели то, что она предпочла бы никому не показывать.

— У вас есть планы в этом направлении? Вы помолвлены?

Но ведь это его не касается, не так ли? Она не знает наверняка, но, кажется, задавать такие вопросы уже не разрешается.

— Какое это имеет отношение к моей работе? — спросила Кайра, и воинственные интонации стали еще определеннее.

Что-то колыхнулось в бирюзовой глубине. Кажется, это его задело. Его взгляд скользнул по ее волосам, ключицам, груди, по коленям, которые не удалось, как следует прикрыть, хоть она и одернула подол. Кайра поежилась — взгляд был откровенно оценивающим.

Редман молчал, и она ждала.

— Так как, нет серьезного кавалера? — наконец спросил он.

Кайра вскинула голову, сверкнув темными глазами.

— Мистер Редман, вопросы такие странные, я не понимаю… — Она сделала попытку встать, но он опередил ее.

— Пожалуйста, Кайра, останьтесь. — Редман тронул ее за плечо. — В этом своя методика, поверьте. Я не добиваюсь личных сведений о вас интереса ради. — Он попытался изобразить улыбку, но глаза остались холодными. — У меня есть причины спрашивать. Мне должно быть ясно, сможете ли вы работать сверхурочно, по вечерам, по выходным и так далее. Но мы… э… пока оставим это.

Кайра взглянула на него с сомнением: что значит «пока»? А потом что?

Впрочем, уйти она всегда успеет, и она снова опустилась в кресло.

Редман обошел вокруг стола и сел на свое место. Когда Кайра встретила его взгляд, его глаза уже смотрели по-другому — как будто он принял какое-то решение. Он улыбнулся. Улыбка была непринужденной и отстраненной, но вполне искренней.

— Я взял на себя смелость просмотреть ваше личное дело. Хотел узнать о вас все, что удастся. У меня есть на это совершенно определенная причина. — Он подался вперед и посмотрел ей прямо в глаза. — Есть конкретное место, и я ищу на него человека. Я хотел бы взять на это место вас.

Она вновь застыла от неожиданности. Нет, не так все это делается. Хотя поработать на него было бы интересно…

Он встал и прошелся по кабинету. Кайра заворожено следила, как двигаются мускулистые бедра под тонкой шерстяной тканью брюк. В самой глубине крошечная частица ее существа вдруг жалобно заскулила. Значит, он все-таки не собирается с ней заигрывать. А она бы не отказалась, с ней пока не слишком часто заигрывали.

— Не знаю, говорила ли вам Пем что-либо о должности, которую я собираюсь предложить.

Она покачала головой.

— Боюсь, что нет.

Редман нахмурился и сунул руки в карманы.

— Вы слышали о проекте пляжного курорта Блэк-Стоун?

Блэк-Стоун был самым грандиозным проектом последних лет. Его планировалось разместить чуть южнее Кармеля и Монтеррея, на калифорнийском побережье. Предусматривались три гольф-площадки, подводный туннель, ледяной каток, три плавательных бассейна олимпийских масштабов и отель с водопадом.

— Да, разумеется. Это наш самый крупный проект.

Он кивнул.

— Совершенно верно. Со временем он, наверно, займет большую часть наших площадей здесь, в Рио-де-Оро. Каждому отделу придется так или иначе им заниматься. Но в настоящее время назначены всего несколько человек. Я предлагаю вам одно из этих назначений.

Он продолжал ходить по кабинету, разъясняя, как хотел бы провести рекламную кампанию, излагал расчеты, представляя все это весьма заманчивым.

— Нам понадобится не менее трех человек для организации обслуживания и сопровождения клиентов. — Он остановился перед Кайрой и посмотрел ей в глаза. — Я хотел бы, чтобы вы возглавили эту группу.

— Я? — Она не узнала собственного голоса.

Он снова кивнул.

— Вам будет оформлен краткосрочный перевод из вашего отдела, пока на полгода, потом, если все получится, мы продлим срок. Как вы к этому относитесь?

Как она относится? Да она годами мечтала о чем-нибудь подобном! О работе, на которой можно будет не только печатать, складывать папки и звонить, чтобы узнать банковский баланс. Он ничего не сказал о прибавке жалованья, но, даже если прибавка будет небольшой, эта работа даст ей необходимый опыт, чтобы в дальнейшем добиваться продвижения по службе. И самое главное: это, кажется, будет интересно! Вот только…

Кайра вздохнула.

— Извините, мистер Редман, боюсь, что не смогу принять ваше предложение. — Она готова была расплакаться.

Лицо у него помрачнело.

— Почему, позвольте узнать?

Она расстроено посмотрела на него.

— У меня есть еще работа. Я никогда не смогу быть в вашем распоряжении в вечернее время.

Он широко раскрыл глаза.

— Еще работа? Где? Чем вы там занимаетесь?

— Я работаю старшей официанткой в «Ржавом желобе», на Девега-стрит.

Он уставился на нее так, будто она призналась, что работает в стрип-клубе.

— Вы что, мать-одиночка?

Кайра покраснела.

— Нет, но мне надо. — И добавила: — Мне нужно рассчитаться с кое-какими долгами. Ничего не могу поделать.

— Даже если мне удастся выбить вам прибавку?

— Атмосфера, — говорил Дуэйн Бойд, менеджер «Ржавого желоба», — вот в чем секрет нашего процветания. И мы должны направить все усилия на ее поддержание. У наших клиентов должно быть хорошее настроение.

К счастью, кроме атмосферы, в ресторане был первоклассный шеф-повар, превосходно готовивший спаржу. А спаржа занимала важное место в атмосфере «Ржавого желоба».

— Мы — частица тропического рая на центральном побережье Калифорнии, — любил говорить Дуэйн. Спаржа помогала создать впечатление этого рая. Так же, как искусственный водопад в холле и тихая псевдополинезийская музыка с приглушенным птичьим пением. Клиент как бы попадал в хижину, скрытую в глубине тропического леса.

Это не считая зонтиков и напитков.

Для Кайры все это означало стремительное переодевание после работы в узкое платье типа саронга, обнажавшее плечо, и распущенные волосы. Последнее постепенно вошло в привычку — она нашла, что ей так нравится.

В тот вечер она зачесала волосы за ухо и прихватила белой гарденией в розетке из восковых зеленых листиков.

— Сегодня дела идут как нельзя лучше, — сказал Дуэйн ей и Шоне, второй старшей официантке, удовлетворенно потирая толстые ручки. — Все банкетные залы распроданы. В самом большом зале какой-то музыкальный ансамбль, или что-то в этом роде. День рождения. Я послал к ним Мардж, Ленни и Шерон. Надеюсь, справятся. Но если у них возникнут затруднения, а у вас выдастся свободная минутка, вы их выручите.

— На меня всегда можешь рассчитывать, — пропела Шона, тряхнув блестящими черными волосами, и направилась на кухню посмотреть, как там дела.

— Конечно, — сказала Кайра, изучая распределение мест по карте у стола администратора. После восьми часов в «Трайтерре» она совсем не чувствовала усталости — уже втянулась в этот ритм. Кроме того, встреча с Джеймсом Редманом вызвала такой прилив адреналина, что хватило бы еще на день работы.

Кайра до сих пор закипала, вспоминая, как Редман спровоцировал ее, а потом бросил посреди кабинета с полуоткрытым ртом… У нее все сжималось внутри от возмущения.

И в довершение всего, из-за него она опоздала. Едва успела сбегать в аптеку и поцеловать в щеку любимую бабушку. Сиделка О'Брайан хотела поговорить с ней, но было уже некогда. Кайра пыталась что-то отвечать, умудряясь одновременно стаскивать офисный костюм и залезать в свой саронг. Женщина твердила о какой-то больной сестре, но Кайра не могла сосредоточиться. Голова еще была слишком занята Джеймсом Редманом, в груди кипело раздражение.

Между тем опоздала она всего на пять минут, что, если разобраться, не так уж страшно. Главный обеденный зал был уже наполовину заполнен, и клиенты прибывали.

Ресторан пользовался спросом, и работа здесь коренным образом отличалась от работы в «Трайтерре». Темп нарастал стремительно и доходил до предела. Кайра начинала двигаться в каком-то странном, почти гипнотическом ритме, действуя скорее инстинктивно, чем опираясь на продуманный расчет.

Поэтому она не сразу поняла, что стоящая перед ней очередная пара клиентов — не кто иной, как Гейл с мужем. Гейл вывела ее из транса.

— Эй, — смеясь, сказала она, — это я. Надеюсь, ты не забыла, как я выгляжу, с тех пор как мы обедали.

Кайра подняла на нее невидящий взгляд и, наконец, тоже рассмеялась.

— Гейл! Извини, я совсем отключилась, так что, боюсь, и сама себя не узнаю, если увижу в зеркале.

Гейл представила своего мужа, Грега Смита. Кайра с некоторым беспокойством отметила его бледность и худобу.

— Хочу поделиться с тобой, — Гейл склонилась к Кайре, когда та взялась проводить их к столику. — Мы отмечаем. Кажется, получилось.

— Получилось? — Кайра взглянула на нее и тут же поняла. — А, ты была у врача! Ты… ах, Гейл! Ты беременна?

Та с улыбкой кивнула. Кайра обняла ее и прижала к себе.

— Я так за тебя рада. Тебе действительно есть что отметить. Долго же вы дожидались!

Гейл снова кивнула.

— Да, мы очень счастливы. — Она посмотрела на Кайру. — Хотя я не хочу пока, чтобы об этом знали.

— Конечно.

Кайра усадила их под шелковые орхидеи и еще раз поздравила. Ей показалось, что муж Гейл выглядел счастливее своей жены. К радости Гейл явно примешивалась грусть.

Но размышлять над этим было некогда. Кайра заказала для них особую закуску в качестве личного подарка и снова закружилась в безостановочном ритме.

В самый крупный банкетный зал начали сходиться музыканты. В штанах клеш и шелковых рубашках, они, похоже, собирались хорошо пошуметь. Кайра взглянула на часики — начало девятого. Еще три часа.

Джеймс припарковал блестящий черный «порше» на стоянке и подставил локоть Пике.

Они встречались несколько лет, но он тщательно избегал постоянных отношений с одной женщиной, так что опыт общения у него был довольно широкий. В обществе женщин Джеймс чувствовал себя уверенно и непринужденно. Редкая из них не поддавалась его обаянию, однако, когда его браслет зацепился за волосы Кайры, произошло нечто новое. Взглянув ей в глаза, он увидел, как в них загорелось что-то первобытное, не поддающееся контролю сознания.

Ноги сами инстинктивно понесли его к столу. Он боялся взглянуть на Кайру, старательно делая вид, что ничего не случилось.

Так вот почему накануне он обратил на нее внимание в столовой! Между ними есть связь. А это значит, что она идеально впишется в ту роль, которую он собирался отвести ей в своей жизни. Теперь надо только добиться, чтобы и она поняла это.

А пока приходилось терпеть Пику.

Та, между тем, болтала без умолку. Ловко увернувшись от струй водопада, она без запинки описала болезни мисс Минни, выразила восторг по поводу тропического интерьера, и все так, будто ее вовсе не интересовало, слушает ли ее кто-нибудь. Джеймс задумался: как это он до сих пор не замечал ее неугомонного языка? Наверно, ему это было просто безразлично. Ведь, не ради же, содержательных бесед он встречался с ней…

За столом сидела старшая официантка, но была не Кайра. Прелестная женщина, но не та, которую он искал. Джеймс незаметно огляделся.

— Вы делали предварительный заказ? — спросила Шона.

Он мрачно посмотрел на нее.

— Боюсь, что нет. Сможете втиснуть нас?

Она неуверенно изучала карту.

— Не знаю. Сегодня очень много народу. Возможно, придется ждать не меньше часа, если вы…

— Целый час! — взвизгнула Пика. — Джимми, я умираю с голоду, я не могу ждать целый час!

Джеймс начал ее успокаивать, но вдруг прозвенел голос:

— Давай я займусь, Шона.

Он обернулся и не поверил глазам. Это была Кайра, но совсем не та, которую он видел на работе. Там была деловая миловидная женщина, вся — достоинство и сдержанность. Здесь — роковая искусительница в узком, туго обтягивающем платье с обнаженным плечом, на десятисантиметровых шпильках. Лицо разрумянилось, губы приоткрылись, темные глаза горели, а волосы… У Джеймса пересохло во рту.

— Здравствуйте, мистер Редман, — спокойно произнесла Кайра и покосилась на Пику. — Думаю, найду для вас столик. Пойдемте.

Она пошла вперед, и Редман, как загипнотизированный, двинулся за ней, не в силах оторвать взгляда от колыхающихся бедер, так что когда Кайра остановилась возле столика в нише, он чуть не сбил ее с ног и ему пришлось бормотать извинения. Она выдвинула стул для дамы, и Джеймс машинально сел на него — он все еще не мог опомниться.

Пика между тем чувствовала себя как дома. Она осыпала Кайру комплиментами по поводу цветка за ухом, спросила, откуда здесь птички, и, наконец, села. Джеймс ее не слышал, он не мог отвести глаз от Кайры.

Кайра ответила холодным взглядом и вложила ему в руки меню.

— Приятного аппетита, — сказала она, повернулась и пошла в зал. Джеймс вновь уставился на ее сказочные бедра. Хорошо, что он сидел, — у него явно ослабли колени. Пика что-то лепетала о своей поездке на Гавайи полгода тому назад, но Джеймс ее не слушал. Он сделал большой глоток холодной воды и вдруг сообразил, что хочет еще раз поговорить с Кайрой.

— Что ты будешь есть? — спрашивала Пика, не замечая его рассеянности. — Я думаю попробовать махимахи в скорлупе макадамского ореха с гарниром из протертого ананаса. Как ты считаешь?

Он считал, что в этом ресторане слишком шумно и совершенно невозможно собраться с мыслями.

— Хочу бифштекса, — проворчал он, — с кровью.

— Тогда зачем было приходить в полинезийское заведение? — наивно спросила Пика.

Он не стал утруждать себя ответом — надо было еще обдумать, что сказать Кайре, когда они наконец окажутся вдвоем. У него даже ладони вспотели от такой перспективы.

Официант записал их заказ и принес особую закуску от Кайры. Пика заохала и заахала, но Джеймс покосился на часы.

— Э, прости, Пика, — прервал он ее, — мне надо пойти позвонить.

— Ты разве не взял с собой мобильник?

— Нет, я оставил его в машине. — Он встал и положил на стол салфетку.

На мгновение Пика растерялась: с кем же ей теперь говорить? К счастью, женщина за соседним столиком как раз вовремя попросила одолжить свечу, чтоб зажечь свою, и Пика вновь затараторила.

Кайра глубоко дышала — ей надо было успокоиться.

Если бы ее хотя бы предупредили, она успела бы подготовиться. Но прийти на работу и увидеть неприлично красивого Редмана в безукоризненном черном костюме, под руку с ослепительной красавицей, на которой не было ничего, кроме какого-то куцего подобия платья, обнажавшего живот… Нет, это было чересчур.

Хотя в глубине души она все же предполагала, что он придет сегодня. Она ведь сказала ему, где работает. Значит, он решил выяснить, та ли это работа, ради которой можно отклонить его предложение? Или просто пришел поиздеваться? Ведь это, кажется, его хобби?

Кайра прощалась с Гейл и ее мужем, когда заметила, что официант подает ей знаки.

— В чем дело, Бобби? — спросила она.

— Это сборище в большом зале, — запыхавшись, ответил тот. — Ты разве не слышишь, как они шумят? Клиенты жалуются.

И как она раньше не обратила внимания? Над залом гремела полька, заглушая полинезийское щебетание. Надо было срочно что-то предпринять.

— Я займусь, — успокоила она молодого человека и направилась к банкетному залу. Музыка становилась все громче, сквозь мелодию прорывалось гиканье. — Ну и денек, — проворчала себе под нос Кайра и распахнула дверь.

Ее чуть не сбила с ног волна веселого, пестрого шума. Гости выплясывали по всему залу. Несчастные официанты лавировали между танцующими, стараясь не уронить подносы с едой. Чувствовалась острая необходимость в твердой руке.

Кайра прошла вперед и выхватила у запевалы микрофон.

— А ну-ка внимание, — рявкнула она почти по-военному. — Слушай меня!

Через десять минут Кайра снова была возле стола администратора, чувствуя себя как выжатый лимон.

От того, что она увидела там пребывавшего в беспокойном ожидании Джеймса Редмана, ей легче не стало.

— Мне надо поговорить с вами, — сказал он, глядя на нее светящимися в сумрачном, свете глазами.

— Я на работе, — ответила она, не замедляя шага, прошла мимо и улыбнулась дожидавшейся у стола паре. — Столик на двоих? Пожалуйста. Ваша фамилия?

Он ждал, пока она занималась клиентами.

— Это серьезно. Мне нужно кое-что вам объяснить.

— Я сейчас занята, не можете подождать до завтра?

— Нет. — Он огляделся, чтобы убедиться, что их никто не услышит. — У меня есть идея. Насчет работы по совместительству. Не такой напряженной, с более высоким заработком. И вы сможете занять то место, которое я вам предлагал в «Трайтерре».

— Вы нашли мне другую работу? — Кайра в изумлении уставилась на него. Он что, думает, что уже может распоряжаться ее жизнью? Она покачала головой. — Идите ужинать, мистер Редман. — Кайра хотела уйти, но он удержал ее за руку.

— Думаю, вас это заинтересует. Мне только нужно объяснить…

— Хорошо. — Она взглянула ему прямо в глаза. — Я слушаю.

Он замялся.

— Не здесь. Вас отвлекут. Когда вы заканчиваете?

Она приподняла бровь.

— Вы здесь с дамой.

Он нахмурился.

— Это не то, о чем вы подумали. Не беспокойтесь, я от нее избавлюсь.

Кайра прищурилась: похоже, на женщин он смотрит как на одноразовые безделушки. Очень захотелось двинуть его ногой в пах.

Наверно, он что-то почувствовал, потому что поспешно добавил:

— Мы просто друзья. Еще со времен Далласа. Я говорил ей, что после ужина у меня дела. Отвезу ее в отель и вернусь сюда.

— Я не освобожусь до одиннадцати.

— Буду к одиннадцати.

— Нет, мистер Редман, в самом деле не могу. У меня женщина сидит с бабушкой, и я должна сразу ехать домой, чтоб отпустить ее.

Он сдвинул брови и поджал губы.

— Тогда отпроситесь. — И бросил через плечо: — Вернусь к десяти.

Она вновь покачала головой.

— Нет, право, не могу…

Но Редман уже ушел. Кайра смотрела, как его широкие плечи исчезают в соседнем зале. Она могла отпроситься в десять — к тому времени будет затишье, и Шона справится, но нужно ли ей это? Прикусив губу, Кайра задумалась.

Но долго думать не пришлось: опять подошел официант Бобби.

— Ребята в банкетном зале снова бесятся, — сообщил он, морща от беспокойства плоское, широкое лицо. — Я попытался их утихомирить, а они забросали меня печеньем. — Он бросил на нее взгляд, полный смертельной обиды, и встряхнул головой, как выкарабкавшаяся из воды собака. Во все стороны полетели крошки.

Кайра вздохнула.

— Хорошо, я займусь ими. — Она расправила плечи и направилась в сторону банкетного зала. Почему так легко быть строгой с распоясавшимися клиентами и так трудно перечить мистеру Редману?!

Кайра сидела в «порше» рядом с местом водителя и хваталась руками за сиденье всякий раз, как Джеймс делал крутой вираж. С тех пор как они вышли из ресторана, он не сказал ни слова. Кайра была напряжена до предела: она едет в шикарной спортивной машине с членом правления корпорации «Трайтерра». Не от этого ли матери предостерегают дочерей?

Вечер в ресторане выдался довольно насыщенным. Она совершенно выдохлась, усмиряя плясунов в банкетном зале. Ей даже пришлось станцевать с их предводителем, после чего тот упал на колено и тут же сделал ей предложение. Теперь, вспоминая об этом, Кайра не могла не улыбнуться. Первое в ее жизни предложение, сделанное человеком в желтой шелковой рубашке и фиолетовых брюках клеш. Может, стоило подумать?

Джеймс снова круто завернул, и они оказались на Оушн-бульваре. Ночь была ясной, полная луна разливала струйки серебра по чернильному морю.

Джеймс въехал на стоянку у пирса, выключил мотор и выскочил из машины.

— Пройдемся? — Он придержал дверцу с ее стороны и протянул ей руку.

Кайра вылезла из машины и огляделась. Она еще никогда не была на пирсе так поздно.

Жизнь здесь между тем кипела. Рыбаки целыми семьями сидели с ведрами и удочками, прогуливались влюбленные парочки.

Кайра закуталась в жакет, защищаясь от ветра, и бегло улыбнулась Джеймсу.

— Прекрасно, — проговорила она.

Минут десять они шли по деревянному настилу, пока не остановились возле массивных перил. Редман облокотился и посмотрел вниз на воду.

— Любите море? — спросил он.

Она удивленно взглянула на него.

— Я всю жизнь прожила в приморском городе. Это как воздух, как солнечный свет. Это часть меня.

Он неопределенно кивнул, и Кайра не поняла — то ли согласился, то ли просто принял к сведению.

— Я вырос недалеко отсюда, — произнес он тихо. — В Санта-Барбаре.

— Я не знала. — Она смотрела на него и думала, что растрепавшиеся от ветра густые темные волосы делают его почти неотразимым. — Выходит, перевод сюда — это что-то вроде возвращения на родину?

Что-то вроде. Вообще я здесь практически не жил с тех пор, как уехал в колледж.

— А-а…

Он повернул голову и взглянул на нее.

— Итак, вы живете с бабушкой?

— Да. — Она кивнула. — Ей нездоровится. Родители погибли в авиакатастрофе шесть лет тому назад. Потом жила с бабушкой и дедушкой. — Она посмотрела вниз, на беспокойную воду. — Два года назад умер дедушка, так что мы с бабушкой остались одни.

Он нахмурился.

— И больше никого нет?

— Из близких — нет. А что?

— Ничего, просто так. — Он отвернулся и снова стал смотреть на воду.

Кайру, однако, этот ответ не успокоил — он ничего не объяснял, и она уже начинала тревожиться. Редман говорил о какой-то работе, но пока что ни словом не обмолвился о ней. Может, он имел в виду все-таки что-нибудь совсем другое?

— А у вас? — спросила она. — У вас есть родня в Санта-Барбаре?

Джеймс глубоко вздохнул, повернулся спиной к перилам и откинулся на них, скрестив на груди руки.

— Как раз об этом я и хотел с вами поговорить, — таинственно произнес он. — Видите ли, я тоже лишился родителей, только очень рано. Сестра моего отца, Джозефин Редман, взяла меня к себе в Санта-Барбару и воспитала. Я зову ее тетя Джо. — Он остановил взгляд на Кайре. — Я очень привязан к ней, — сказал Джеймс с нажимом, будто боялся, что Кайра начнет возражать.

— Разумеется, — ответила та, немного хмурясь. Она все никак не могла понять, к чему он клонит.

По-видимому не удовлетворившись ее ответом, Редман выпрямился и схватил ее за руку.

— Пошли, — быстро проговорил он, — возьмем по чашечке кофе.

Он повел ее в кафетерий в конце пирса. Народу почти не было, и они выбрали нишу, откуда открывался вид на море.

— Давайте я начну все сначала, — сказал Джеймс, когда они сели друг против друга и официант поставил перед ними кофе. — Мой отец был военным моряком. Он служил второй срок во Вьетнаме, и мама поехала на Гавайи, чтобы побыть с ним на время его увольнения. Меня она оставила с тетей Джо. Они взяли напрокат лодку, отплыли в океан и так и не вернулись. Тела не были найдены, но была принята версия об их гибели. Мне было четыре года.

Кайра вздрогнула. Это было еще хуже, чем у нее. Она, по крайней мере, была уже достаточно взрослой, когда погибли родители.

— Какой ужас.

Он дернул плечами, словно стряхивая ее сочувствие.

— Я почти ничего не помню, и у меня оставалась тетя Джо, которая никогда не была замужем и не хотела иметь детей. К тому времени она уже сделала неплохую карьеру в своей области — она была археологом, — разъезжала по миру, давала консультации, и ей могло понадобиться что угодно, только не четырехлетний пацан на шее. — Лицо у Редмана вдруг сделалось мягким и сентиментальным. — Она могла отдать меня на усыновление или отослать в школу-интернат. Но не сделала этого. — Он глубоко вздохнул и посмотрел Кайре прямо в глаза. — Она на двенадцать лет оставила карьеру, чтобы сидеть дома со мной.

Кайра тоже глядела на него. История была трогательной, и, рассказывая ее, Редман что-то глубоко переживал, но это явно был еще не конец — главного он пока так и не сказал.

Джеймс словно прочитал ее мысли.

— Да, я вижу, вы хотите знать, зачем я вам все это говорю. Вы правы, у меня действительно есть план. — Он замялся и отвел взгляд. То, что в мыслях представлялось таким разумным и вполне логичным, неожиданно показалось странным и почти невозможным. — Хотите перекусить? — нервно спросил он. — Что скажете о кусочке пая?

Кайра хмуро покачала головой.

— Яне голодна, и мне надо поскорее домой, так что…

— Ну да, да. — Джеймс попытался улыбнуться, но вышло фальшиво. Тогда он снова серьезно взглянул на нее. — Я уже говорил — у меня есть идея, как вам получше устроиться по совместительству.

Она кивнула.

— Это как-нибудь связано с компанией?

— Э… только косвенно. — Он кашлянул и забарабанил пальцами по ламинированной столешнице. — Я почти подхожу к сути дела. Прежде всего, я хочу предупредить: это место вы займете временно. Согласно плану, ровно на год. Но заработок будет высокий: в три раза больше, чем вы получаете в корпорации.

— В три раза? — У Кайры расширились глаза. Она зарабатывала не так уж много, но увеличенное в три раза это «немного» давало кругленькую сумму. Хватит, чтобы быстренько стряхнуть долги, подобрать бабушке подходящую частную лечебницу… У нее заколотилось сердце, и ей пришлось глубоко вздохнуть, чтобы успокоиться.

— В три раза, — повторил Редман, явно довольный произведенным эффектом, — при этом вам не нужно будет уходить из корпорации. А после повышения…

— Погодите… — Она тряхнула головой. То, что кажется невероятно хорошим, чаще всего и оказывается невероятным. — Я не совсем поняла. В чем именно заключается эта работа? Чем я должна буду заниматься каждый день?

Он заморгал.

— Я хочу подчеркнуть, что это составило бы серьезное обязательство, работа с полной занятостью. Но благодаря ее характеру, как вы сами поймете, она превосходно сможет сочетаться с вашей постоянной работой. Так что…

Нет, это невыносимо. Кайра была готова изо всех сил стукнуть кулаком по столу. Она подалась вперед.

— Я хотела бы знать, что вы подразумеваете под полной занятостью?

— Я подразумеваю двадцать четыре часа в сутки.

Ее пальцы рефлекторно сжали край стола и побелели — это был удар ниже пояса.

Кайра нахмурилась, чувствуя, как ее затягивает безумный водоворот.

— В чем именно заключается эта работа?

Опять эта непонятная, мгновенная смена выражения на его лице. Так она и думала: что- то тут не то.

— Это покажется довольно странным… — Редман замялся. — Хорошо, дело вот в чем. Вы будете работать на меня. Мне нужно… то есть… А, черт, ладно. — Он бросил на нее свирепый взгляд. — Мне нужна жена, сейчас же.

От неожиданности у нее открылся рот.

— Понимаю, это необычно, — быстро добавил он. — Но, видите ли, я обожаю свою тетю, я обязан ей всем, ради нее я готов на, что угодно… за исключением… того, о чем она сейчас меня просит. А она просит меня жениться. Причем на женщине, которую я терпеть не могу. На самом деле тете просто хочется, чтобы я женился, на ком угодно, и если я это сделаю, вопрос будет закрыт.

Кайра глубоко вдохнула, потом выдохнула, потрясла головой. Она была в шоке. Ей вдруг захотелось рассмеяться.

— Не верю.

— Так вот, как я говорил, — Редман будто не слышал ее, — жениться отнюдь не входит в мои намерения. Вообще. И никогда не входило. Поэтому мне пришло в голову найти женщину, которая вышла бы за меня замуж на год. Мы будем жить вместе, и никто не узнает, что мы женаты только формально. Через год мы расстаемся, получаем не порочащий развод, аннулируем брак, что угодно, и весело расходимся, каждый в свою сторону.

Кайра не знала, смеяться ей или плакать. Это что, оскорбление? Или комплимент? Или мужик с ума спятил? Он, конечно, начальник, но должен же и ему кто-то мозги вправить.

Она смотрела на него обалдевшими глазами. Впрочем, надо быть осторожней. Однажды он уже поманил — сегодня, в кабинете — и бросил ее, охмелевшую без вина.

Она поджала губы.

— Мистер Редман, я понимаю, вы у нас в городе новичок, но… не нужно вам этого делать. Вы… очень привлекательный мужчина, и вам, безусловно, удастся добиться свидания без… подобных крайностей.

Он досадливо мотнул головой.

— Я не свидания добиваюсь.

— Да? А я было подумала… — Кайра подобрала сумку и запахнула жакет — пора домой. — Не беспокойтесь, почти любая из молодых незамужних женщин корпорации «Трайтерра» с удовольствием прогуляется с вами. — Она встала. — Просто так вышло, что я не из них.

Он уставился на нее с явным неодобрением.

— Вы не поняли, я ни с кем не собираюсь гулять. Мне нужна деловая партнерша, а не сексуальная.

Да он просто маньяк! Кайра бросила взгляд на часики — почти одиннадцать. Бабушка уже ждет.

— Если завтра у вас найдется время, я хотел бы показать вам квартиру, в которой мы бы жили.

Ну, разумеется. Может, еще и свои акварели?..

Она вздернула подбородок и холодно взглянула на него.

— Затруднение как раз в этом, мистер Редман: у меня не найдется времени. — Кайра повернулась, но он уже вскочил со стула и встал у нее на дороге.

— У вас намечена другая встреча? — Тон был сухой и холодный.

— У меня намечена своя жизнь. Я слишком занята, чтобы играть с вами в эти игры. — Она сделала шаг к выходу, но он поймал ее за руку.

— А вы вообще слышали, что я говорил?

В бирюзовых глазах кипела злость.

— О, да! Каждое слово. И надо отдать вам должное, мистер Редман: вы додумались до раздражающе хитроумного способа получить дешевое свидание.

Его рука, как тавро, жгла ее и беспокоила.

— Вы надеетесь, я поверю, что вы хотите жениться, чтобы избавиться от тетиной надоедливости? Извините, мистер Редман, это ни на что не похоже.

Он внимательно посмотрел на нее.

— А если я познакомлю вас с тетей Джо?..

Кайра предостерегающе подняла руку.

— Никаких ваших родственников я не хочу знать.

— У меня только одна родственница.

Она бросила на него нетерпеливый взгляд.

— И вы хотите еще?

К ее удивлению, он улыбнулся.

— У вас есть чувство юмора, это говорит в вашу пользу.

Непроницаемая улыбка и сухой тон убивали сильнее, чем злость и раздражение.

— Мистер Редман, — начала Кайра, пытаясь высвободить руку.

— Мисс Саймингтон. — Он отпустил ее. — Пожалуйста, выслушайте меня.

Что-то в его голосе остановило ее.

Кайра вела машину, двигаясь как автомат — голова была занята событиями минувшего дня. Кайра злилась и не понимала. Откуда в людях столько самомнения? Ведь Редман почти уверен, что она согласится. И как могло прийти в голову превратить брак в сделку? Будто недвижимость покупает. Невероятно, она такого еще не видела. Нет, так нельзя, нельзя!

Но, впрочем, хватит об этом, она и так опаздывает. Просто ужас, как она в последнее время всюду опаздывает. Хуже всего то, что она заставляет задерживаться сиделку.

Кайра свернула на подъездную дорожку, выскочила из машины и вбежала в маленький домик. С громким приветственным возгласом она бросила на стул жакет и направилась в спальню, где ее бабушка теперь проводила почти все время.

Старушка лежала, откинувшись на белые подушки. Ее лицо сморщилось в улыбке, и она протянула руки навстречу внучке.

— Дорогая девочка, ты так тяжело работаешь, — вздохнула она. — Хоть бы тебе найти хорошего молодого человека, чтобы он о тебе позаботился.

— Молодые люди уже не те, бабушка. Теперь они считают, что женщины должны заботиться о них. — Она улыбнулась. — А я хочу заботиться только о тебе. — Кайра огляделась. — А где сиделка?

— Ей пришлось уйти.

Кайра резко обернулась.

— Что? Она бросила тебя одну?

— Видишь ли, я заставила ее уйти. У нее в семье неожиданные неприятности, а я, слава богу, могу часок-другой побыть и одна.

Старушка прикрыла глаза, собираясь с силами, и глаза у Кайры наполнились слезами. Она что угодно отдала бы, только чтобы вернуть бабушке здоровье.

Врач сказал, что нужна хорошая частная лечебница, где в любое время можно получить врачебную помощь. Бабушкина подруга Хильда как раз находилась в таком заведении. Все только завидовали, когда она рассказывала, какую чудную лечебницу подыскал ей ее сын Берти. Но Берти был старшим партнером в юридической фирме, он многое мог себе позволить. Кайра не могла позволить себе даже сиделку, если уж быть совсем откровенной.

В голове вновь всплыл Джеймс с его предложением. Имея деньги, о которых он говорил, она могла бы… Нет, нельзя распускаться. То, что он предлагал, невозможно. С таким же успехом можно ставить на лотерейный выигрыш.

— В любом случае мне придется привыкать оставаться одной, — слабым голосом сказала бабушка, снова открывая глаза. — Когда сиделка О'Брайан уйдет…

— Уйдет? О чем это ты?

— Ты разве не слышала? Она сказала тебе, когда ты приходила переодеться для ресторана.

Кайра закрыла руками лицо.

— Я… так спешила.

Старушка с любовью посмотрела на внучку.

— Тогда я скажу тебе. Она получила письмо от сестры из Алабамы. Той через пару недель будут оперировать ногу, и она попросила ее приехать присмотреть за детьми, пока она будет лежать. Сиделки О'Брайан не будет по крайней мере месяца три. Не надо так расстраиваться, Кайра, ничего не поделаешь. Попросим кого-нибудь из соседских девушек заглядывать ко мне после занятий.

Кайре хотелось крикнуть: «Ни за что!», но она не посмела — похоже, все шло именно к этому.

Она еще несколько минут провела с бабушкой, пока та не стала засыпать, и только начала подтыкать ей одеяло, как старушка тихо произнесла:

— Если бы ты только вышла замуж. Тогда мне было бы спокойно…

Кайра прикусила губу. Медленно, словно преодолевая боль, она выключила свет и ушла к себе в комнату. Там она стащила с себя платье и распустила волосы. Кажется, весь мир сговорился выдать ее замуж. Скорей бы в постель, заснуть на несколько часов и забыть весь этот сумбур.

А завтра свидание за завтраком.

Джеймс ждал в самом укромном боксе Дома вафли.

Он рано встал, чтобы проводить Пику в аэропорт. Та немного дулась, когда он пытался объяснить, что у него просто нет времени уделять ей достаточно внимания. Пика не была дурой и догадывалась, что здесь что-то не то. Ну и плевать.

Джеймс резко сдвинул манжету и вгляделся и циферблат, потом взглянул на недопитую чашку кофе и нахмурился — Кайра опаздывала. Значит ли это, что она не придет?

Он заерзал на стуле, вертя в руках ложечку. Что в таком случае ему делать? Есть ли у него шанс найти кого-то другого?

Говоря откровенно, нет.

Он знал многих женщин, у него были любовницы, но ни с одной из них ему не пришло бы даже в голову связать себя на год.

Странно, непонятно, но почему-то именно Кайра оказалась первой его знакомой, которую он, похоже, мог бы вытерпеть в течение долгого времени. У нее было какое-то редкостное внутреннее самообладание. К тому же она была хороша как картинка. Но это не главное, не главное, поспешил одернуть он себя. Потому что это не будет сексуальной связью. Нет, секс только осложнил бы дело. Они с Кайрой будут жить как брат и сестра. И притворяться, что муж и жена.

— Привет, — раздался рядом знакомый голос. — Извините за опоздание.

Он одарил ее долгой улыбкой и невольно скользнул взглядом сверху вниз. На ней были юбка и свитер, облегавший грудь так, что Джеймс снова поерзал. Волосы мягко обрамляли лицо, щеки слегка разрумянились. Он смотрел, как она садится напротив него, и его вдруг потянуло поцеловать ее, чтобы распробовать, какой она могла бы быть в знойную летнюю ночь…

Но этого нельзя, и Джеймс остановил долгий, пристальный взгляд на ее полных, аппетитных губах. Может же мужчина помечтать?

— Эй! — Кайра помахала рукой у него перед носом. — Не спите?

— Нет, — почти промурлыкал он.

Она казалась озабоченной. Быстро отхлебнула апельсинового сока и расстелила на коленях салфетку.

— Вы хотели обсудить вашу сумасшедшую затею, — напомнила она. — Надо обсудить побыстрее, мне пора на работу…

— …когда я решу, что вы должны там быть, — закончил он за нее. — Я босс, не забыли?

Этого Кайра не ожидала и злобно уставилась на него.

— Да, сэр, — произнесла она с сарказмом. — Значит ли это, что вы постоянно напоминали бы мне о неравенстве наших положений, если бы я согласилась выйти за вас замуж?

Джеймс прикусил язык, ругая себя за неосторожность.

— Нет, нет, ни в коем случае, — поспешил заверить он. — Извините меня за эти слова. Я просто хотел немного поддразнить вас. — Он серьезно взглянул ей в глаза. — Поверьте, в этом браке мы будем равными. Я никогда не позволю себе быть непочтительным к вам. Это можно оговорить в контракте.

Она не могла не улыбнуться при виде такой глубокой веры в подписи и печати.

— Ладно, неважно, — Кайра отломила уголок от его тоста и отправила себе в рот. — Мы ведь не поженимся, так что это просто слова ради.

Он нахмурился.

— Что нужно, чтоб убедить вас?

Она покачала головой, но не успела ответить, как появилась официантка. Кайра заказала творожное кольцо и снова повернулась к Джеймсу.

— Вся затея нелепа. Ничего не выйдет, никто в это не поверит.

— Вот как?

— Да, так.

— Откуда такая уверенность?

— Здравый смысл подсказал. Этого у меня предостаточно.

— А как насчет воображения?

— Его у меня тоже хватает. Воображаю, что тогда начнется.

— Назовите то, что вызывает у вас возражения. Отвечу по каждому пункту.

Она глубоко вздохнула.

— Прежде всего, если я выйду за вас, то не смогу занять место руководителя в вашем проекте. Это рассматривалось бы как семейственность и фаворитизм. Люди стали бы шушукаться о том, как я через постель проложила дорогу вверх, и о том, что вы лишены деловых качеств.

— Мне приходило это в голову, — признался он, — но это можно обойти.

— Каким образом?

— Я приехал сюда не для того, чтоб заниматься Спецпроектами. Я должен был возглавить отдел Контрактных переговоров, но вышла небольшая заминка, и мне временно предложили проекты. Сейчас уже все выяснилось, так что в течение месяца я сдам дела и займу свое законное место в отделе Переговоров. — Он пожал плечами. — Как видите, я не буду вашим непосредственным начальником, и никто ничего не сможет сказать.

Ее поражал этот мужчина — все у него просто.

Официантка принесла ей кольцо, и Кайра откусила кусочек.

— Мне надо заботиться о бабушке. У нее диабет, ей требуется постоянный уход.

— Возьмите ее с собой. В моей квартире пять спален. Наймем круглосуточную сиделку. — Его самодовольная улыбка бесила. — Дальше?

У нее вдруг стало пусто в голове. Нужен был веский аргумент, но он пока не находился.

Что ж, зайдем с другой стороны.

— Хорошо, я все поняла. И про вашу тетю, и про то, как вы ее любите, так что готовы на любые жертвы… остается один вопрос. Что за женщина, на которой вас хотят женить? За что вы ее так не любите?

Улыбка сползла с лица Джеймса, глаза стали стальными.

— Калоша Кларк, — презрительно выговорил он. — Ее мать и моя тетя — близкие подруги. Они часто жили у нас, пока не уехали в Австралию. Мне тогда исполнилось тринадцать. Эта дрянь испортила мне все детство.

— Она ваша ровесница?

— На два года моложе. Противная, конопатая. Нос как у хрюшки. Таскалась за мной по пятам.

Кайра еле сдержала усмешку.

— Что же она такое делала, чтобы вас разозлить?

У него был мрачный вид.

— Подробности не имеют значения.

— Ну нет, как раз подробности — это все! Надо узнать.

— Она дразнила вас? Прятала ваши бейсбольные карточки? Выдавала подругам ваши секреты? Ябедничала тете?

— Все вместе. А еще выводила из себя старших ребят, и мне приходилось потом драться из-за нее. Сколько раз я ходил с разбитым носом…

— Типичная сестренка.

В его бирюзовых глазах появился угрожающий блеск.

— Ну, нет, моя сестренка никогда не была бы такой испорченной. Хуже всего, она… — Он взглянул на Кайру, в глазах отразилась трагедия. — Она поссорила меня с девочкой, в которую я был безумно влюблен. Больше та девочка со мной не разговаривала…

Кайра изо всех сил старалась не рассмеяться. Это было трудно.

— Как ее зовут?

— Кого? Калошу? Джилл Кларк. Чтоб ей…

— Ну, ладно, ладно… Кажется, я поняла.

Он досадливо поморщился.

— А тетя Джо не понимает и считает, что было бы замечательно нам снова оказаться вчетвером.

— Мама входит в пакет?

— О, да. Через пару недель они приедут погостить. И тетя Джо готовится к свадьбе. — Он решительно выпятил челюсть. — Теперь понимаете, почему мне надо срочно решить эту проблему?

Кайра медленно отпила кофе.

— А почему вы думаете, что Калоша присоединится к затее вашей тети? А может, она не хочет за вас замуж?

Он пожал плечами.

— Но она же едет. Тетя Джо и Калошина мать, Верна, уже давно заварили эту кашу. Поверьте, она бы сюда не ехала, если б не была заодно с ними. — Он выжидающе посмотрел на Кайру. — Итак, с этим ясно. Думаю, в Лас- Вегасе мы быстро управимся. Можем вылететь в пятницу…

Кайра почувствовала, как ее вновь захлестывает раздражение.

— Я за вас не пойду, — твердо сказала она.

— Пойдете. — В его ясных глазах вспыхнула искорка. — У вас есть что-нибудь поинтереснее на ближайший год?

Она отдала бы все за достойный ответ. Но ответа не было. Кайра вытерла губы салфеткой, аккуратно положила ее рядом с тарелкой и встала.

— Я опаздываю на работу. — Бегло взглянув на Джеймса, она повернулась к выходу. — Из- за вас я могу потерять обе работы.

Он ласково улыбнулся.

— Нет проблем. У меня для вас есть кое-что получше, вы же знаете.

Но она уже шла решительным шагом к стоянке.

Кайра подошла к своему столу и увидела, как замигал автоответчик. Она подняла трубку и нажала кнопку.

— Привет, Кайра, — прозвучал голос Молли Дрю, одной из самых близких школьных подруг. — Наверно, тебя еще нет. У меня отличная новость: Кевин снова в городе. Он так замечательно провел время в прошлый раз, когда я устроила вам свидание, что попросил пригласить тебя в субботу вечером. Я найду няню, чтобы посидеть с детьми, и мы все вместе выберемся на мини-гольф. Повеселимся. И не вздумай отказываться, девчонка. Тебе надо выбираться из дому. — Она щелкнула языком и понизила голос, будто делилась секретом. — Кайра, я понимаю, что Кевин не сказочный принц, но у него хорошая работа, и… ты же знаешь, как твоей бабушке хочется, чтобы ты вышла замуж. Поверь, Кевин — хорошая кандидатура. И, знаешь, надень что-нибудь сексапильное. Ты всегда так консервативно выглядишь. Тебе надо научиться одеваться так, чтоб привлекать внимание мужчин. Все. Целую! Звони!

Голос замер, и Кайра уставилась на телефон. Кевин был скучным чучелом. Он пытался лапать ее, едва она подпускала его на расстояние вытянутой руки. Молли, конечно, одна из ее любимых подруг, но неужели это все, что ей светит, если она будет идти прежним путем? Люди будут пристраивать ее к каким- то уродам ради ее же блага? При том, что она могла бы прекрасно проводить время с таким мужчиной, как Джеймс Редман.

Стиснув зубы, Кайра села за стол. Как замечательно было бы оставить на автоответчике Молли следующее сообщение: «Извини, в субботу не могу, боюсь, буду слишком занята: я выхожу замуж».

Эта мысль заставила ее улыбнуться.

Обед прошел напряженно. Подруги чувствовали, что что-то происходит, но ходили вокруг да около. Гейл вспоминала, как накануне хорошо поужинала в «Ржавом желобе», а Шарин веселила всех рассказами о своих двойняшках, которые объелись незрелых абрикосов.

Наконец Шарин не выдержала:

— Так что, Кайра Саймингтон, сама все выложишь или нам заняться допросом?

Кайра сделала вид, что не понимает.

— О чем это ты?

— Кери Паркер говорит, что вчера тебя вызывал Редман. Это правда?

Кайра почувствовала, что краснеет.

— Да, правда.

— Ну? — хором воскликнули подруги. — Что там?

Только Трейси положила руку на плечо Кайре и мягко сказала:

— Если тебе не хочется говорить об этом…

— Никаких отговорок! — предупредительно выставила руку Шарин. — Давай, девочка! Выкладывай!

Кайра оглядела полные ожидания лица и поняла, отступать некуда.

— Он… э… предложил мне место.

У Гейл расширились глаза.

— Блэк-Стоун?

Она кивнула, уже не в силах смотреть подругам в глаза. Больше она не могла им ничего сказать.

— И как, ты согласна?

Согласна ли она?

— Я еще не решила, есть… осложнения, — пробормотала Кайра.

За столом воцарилось молчание.

— Я бы все отдала, чтобы только работать на Блэк-Стоун, — мечтательно произнесла Энн Мари.

Кайра подняла глаза. Джеймс говорил, что Курт Барбор, шеф Энн Мари, займет его место в Спецпроектах, значит, это коснется и Энн Мари. Но она не имела права говорить сейчас об этом.

— Блэк-Стоун — самый крупный из проектов компании, — сухо заметила Шарин. — Кто не согласился бы работать на нем?

— Конечно, — кивнул Кайра, — и я в том числе. Но там надо будет работать по вечерам, а иногда и в выходные. А у меня же ресторан, вы знаете…

Шарин закатила глаза, Энн Мари засмеялась, но Гейл взяла Кайру за руку и серьезно посмотрела ей в лицо.

— Я знаю, ты человек осмотрительный и, как и я, осторожный. Такой и надо быть. Только гляди, как бы осмотрительность не стала препятствием в жизни. Иногда приходится рискнуть, чтобы не упустить шанс.

Гейл явно знала, о чем говорила. Воспользовалась ли она однажды своим шансом или упустила его? Кайра подняла на нее глаза.

— А как узнать, когда проявлять осторожность, а когда идти ва-банк?

Гейл улыбнулась.

— В этом и есть риск. Пока не сделаешь шаг, не узнаешь.

Кайра задумалась. И в ней был когда-то этот азарт, она тоже была готова рискнуть ради мечты. Только все это застыло в тот день, когда ее вызвали домой в связи с гибелью родителей. С тех пор она шла словно по тонкому льду, боясь, что беда может передаваться по наследству. Может, пришло наконец время «сделать шаг», как выразилась Гейл? Шагнуть — и бегом. Но в таком случае тот ли человек Джеймс Редман, к которому надо бежать?

Работать было невозможно. Отпечатанные на машинке слова копошились перед глазами, как насекомые. Кайра встала и пошла в кабинет Алис Билс, чтобы узнать графики на будущую неделю. Алис не было, и Кайра уже повернулась, чтобы уйти, когда заметила свое имя на первой странице открытой папки. Страница была озаглавлена: «Запрос характеристики». Кайра вгляделась. В графу «Положительные черты» Алис успела вписать: «Осторожность и исполнительность».

Неожиданно эти слова показались ей до крайности обидными. Осторожность — это что? Трусость? А исполнительность? Всегда готова сделать то, что скажут, потому что у нее нет ничего поинтереснее?

Так, значит, осторожность и исполнительность? Ну что ж, она им еще покажет!

Свернув к кабинету Джеймса, Кайра еще кипела. Его секретарша, Пем, усердно трудилась за компьютером. Кайра не стала ждать, пока она поднимет голову, и прошла, не останавливаясь, мимо. Не обращая внимания на возмущенный окрик Пем, она распахнула дверь кабинета.

Конец осторожности. Конец исполнительности. Мир содрогнется.

Джеймс сидел за столом. Он поднял на нее удивленные глаза.

Кайра решительно подошла и встала перед ним, уперев руки в бока.

— Так и быть, парень, — твердо произнесла она, — твоя взяла, иду за тебя. Когда свадьба?

Его красивое лицо расплылось в улыбке, но глаза смотрели скорее насмешливо, чем радостно. Кто-то сдержанно кашлянул. Кайра резко повернулась и увидела мистера Гарлока, директора отдела Бюджета и Финансов, которого прочили в члены Совета директоров. Он стоял перед книжным шкафом, держа в руках подшивку, и восторженно улыбался.

— Ах! — вскрикнула Кайра. — И… э… извините. — Она попятилась. — Я не знала…

— Не нужно извинений, — ответил Медисон Гарлок. Это был высокий, красивый мужчина с приятным взглядом. — Я рад Оказаться свидетелем такой очаровательной сцены. — Он поставил подшивку на полку и шагнул вперед. — Разрешите мне первым поздравить вас, — тепло произнес он и с воодушевлением пожал ей руку. — Мисс Саймингтон, я не ошибся? Джеймс рассказывал мне о вашем головокружительном романе. Надеюсь, вы будете счастливы вместе.

— С-спасибо, — с трудом выдавила Кайра, в изумлении уставившись на Джеймса. С чего бы ему говорить с коллегами об этой сумасшедшей затее? И чего он там наговорил?

— Оставляю вас наедине, — вальяжно произнес Медисон, направляясь к двери. — Наверняка вам о многом надо поговорить. — Он одарил Джеймса понимающей улыбкой. — Ох уж эти тихони.

Кайра вдруг вспомнила, что ее милая, тихая подружка Трейси была его секретарем. Так что он хотел этим сказать?

Но стоило ему выйти, как мысли о Трейси тут же улетучились.

— Что ты ему наговорил? — Кайра изумленно уставилась на Джеймса.

— Только то, что он должен знать. — Джеймс разглядывал ее так, будто впервые видел. — Мне нужно было подготовить почву. Мы с тобой возьмем отпуск, а когда вернемся, я перейду в Контракты, а ты явишься к Курту и приступишь к работе над Спецпроектами.

— А-а. — Значит, ее повышение все-таки состоится, мелькнуло у нее в голове, но это уже не показалось важным. И прежде чем она успела еще о чем-то подумать, Джеймс встал и пошел прямо на нее. Кайра отступила на шаг.

— В чем дело? — резко спросила она.

— Мы женимся. — Он взял ее за плечи и так улыбнулся, что ей стало тяжело дышать. — Я собираюсь поцеловать свою невесту.

Ну, нет, хотелось ей крикнуть, но почему- то она промолчала.

Может, потому, что его рот накрыл ее губы, а легкий поцелуй в честь помолвки начал стремительно превращаться в нечто совсем другое.

Сама виновата, говорила она себе потом. Он собирался поцеловать ее просто так, по- дружески, а она раскрыла губы и вдруг, сама не зная, как это получилось, увлеклась. Будто изголодалась по мужской ласке. А может, так оно и было.

Она чувствовала, как его жар вливается в нее, словно рюмка бренди, выпитая в морозный зимний вечер, как его руки нащупывают чувствительные участки ее тела. Если бы он не отстранился, она знала, чем все могло кончиться прямо там, у него в кабинете. Не она прервала поцелуй. Будь ее воля, так могло продолжаться вечно.

Эта мысль подействовала отрезвляюще. Придется проявлять больше осторожности.

Стоп, а не от нее ли она как раз собиралась избавляться? До чего все запуталось. Страшная это штука — погоня за шансом.

Но теперь все, она совершала прыжок в пространство и парила, ловя распростертыми, словно крылья, руками воздушные потоки. Прикрыв глаза, Кайра чувствовала, как ветер пронизывает ей волосы. Сердце колотилось в груди, она чертовски гордилась собой — она взлетела, и только время покажет, приземлится ли она на ноги.

— Тетя Джо?

— Джеймс! Милый мальчик! Как я рада тебя слышать!

— Привет, тетя Джо. Как дела в Каире?

— Просто чудо, милый. Мой цикл лекций о пирамидах пользуется вниманием местных жителей. Но ты представляешь себе, который у нас час?

— Ты спала? Извини.

— Мы же в противоположных сторонах света.

— Знаю. Пожалуйста, извини. Я должен был позвонить, чтобы сообщить тебе хорошую новость.

— Хорошую новость? Что за хорошая новость?

— Я женюсь.

Долгая пауза не сулила добра. Джеймс напряженно ждал ответа и наконец не выдержал:

— Тетя Джо? Нас разъединили? Ты где?

— Я тут, Джеймс. Просто жду развязки анекдота.

— Это не анекдот, я, в самом деле, женюсь.

— Ага. Это случайно не связано с тем, что Верна и Джилл Кларк едут к нам с визитом?

— Они едут? Вот те на, а я и забыл.

— Ну да. Ты так же забудешь об этой своей помолвке, едва они отбудут обратно.

— Что ты, тетя Джо! Неужели ты не веришь мне?

— Думаю, ты на все пойдешь, лишь бы уклониться от брака. Я люблю тебя, милый, но придержу свои поздравления до тех пор, пока не увижу зардевшуюся невесту с твоим кольцом на пальце.

Джеймс ухмыльнулся: он представлял выражение ее лица, когда она увидит Кайру.

Наконец-то он избавится от этого парализующего мозг ужаса, охватившего его в тот весенний день, когда, наставив на него унизанный кольцами палец, тетя Джо произнесла:

— Тебе придется жениться.

— Еще чего! — буркнул Джеймс, как бурчал всякий раз, когда заходили разговоры на матримониальные темы. Но, взглянув в лицо тете, он вздрогнул: на лице была решимость. А когда тетей Джо овладевала решимость, даже сильные мужчины вокруг валились, как складные стульчики.

Джеймс перевел взгляд на застекленную стену, за которой открывалась панорама побережья, гавани и простиравшегося за ними океана. Почему он не парусная лодка? Он гораздо охотнее сразился бы с бушующей стихией, чем с тетей Джо, когда у нее на лице появлялось это выражение ловца, преследующего добычу.

Он до сих пор не забыл, как она стояла подбоченясь, в искрящемся на солнце серебристо-фиолетовом шелковом брючном костюме, и глядела на него, откинув голову и прищурив глаза. Взгляд говорил: «Чтобы это было урегулировано». Этот взгляд ему был хорошо знаком, и шестое чувство подсказало, что на этот раз предписание жениться прозвучало всерьез. И что тетя Джо намерена добиться своего.

Тогда ему даже в страшном сне не могло привидеться, что она начнет его шантажировать Калошей Кларк, но чувство нависшей беды зародилось сразу. Это и заставило его предложить Кайре место его жены. Сумасшедший мир. Или, вернее, сумасшедшая тетка.

Он поговорил с ней еще несколько минут, затем попрощался и повесил трубку. Больше болтать было некогда, в его жизни наступили перемены. Он занятой человек, ему надо готовиться к свадьбе.

Джеймс нахмурился и оглядел гостиную. Через полчаса у него ужин с Кайрой, потом она поведет его знакомиться с бабушкой. На то, чтобы сообразить, как подготовить квартиру к переселению в нее женщины, осталось несколько минут. Он решил, что, пожалуй, стоит убрать пивные ящики с кухонного стола, а из ванной — календарь с девочками, который мужики в офисе подарили ему на день рождения. Хотя последнее не к спеху: вряд ли Кайра зайдет туда он собирался отдать ей спальню с другой стороны коридора, а там есть своя ванная. А шведская Принцесса Льдинка, на странице следующего месяца, уж очень хороша в своей распахнутой шубке… Так что с этим можно повременить, пока дела не примут серьезный оборот.

А сейчас он даст поручение приходящей дважды в неделю горничной освежить спальню для Кайры и проследить, чтобы там было все, что нужно, в смысле туалетных принадлежностей. Он понятия не имел, что требуется женщине, — ему всегда казалось, что тьма всякой всячины. Горничная разберется.

Ну, а кроме этого… а кроме этого, пожалуй, менять больше нечего, и так все уже замечательно.

Чрезвычайно довольный собой, Джеймс мысленно прошелся по перечню задач. Адвокат заканчивал работу над контрактом, тур- агент заказывал авиабилеты и номер в «Камелоте» в Лас-Вегасе и вел переговоры со служителем небольшой часовни, который занимался такого рода делами. Пожалуй, все. Все под контролем, недоделок не видно, беспокоиться не о чем. Все предусмотрено.

— Осталось предусмотреть еще тысячу вещей, — твердо сказала Кайра через час, когда они сидели в уютном боксе «Таверны монаха», дожидаясь ужина. — Как говорится, бес мелочами тешится.

Она сердилась на него. Из-за того, что он смотрел на нее так, будто с большим аппетитом съел бы ее шею, чем поданную официантом закуску.

— Нам надо внимательно смотреть себе под ноги, понимаешь? — чеканила она. — Чтобы не провалиться в волчью яму.

— Волчью яму? — бессмысленно переспросил он, вспоминая, как она в тот день таяла в его объятиях, какой была на вкус, как естественно ее тело приспособилось к его телу, как ему пришлось отступить, пока это не зашло слишком далеко. А ведь она не пыталась остановить его. — Все очень просто. Что еще может провалиться?

По его глазам было видно, какие приятные воспоминания его занимают.

— Прекрати! — прошипела она, в смятении уставившись на него.

— Что прекратить? — Джеймс заморгал, будто выходил из транса.

— Прекрати думать о… сам знаешь.

Глаза у него блеснули.

— Ты кто, полиция мыслей? — Он усмехнулся и провел по ее щеке пальцем. — Ты становишься хорошенькой, когда возмущаешься.

Она предпочла бы становиться неприступной. Если бы только ей это удавалось. Кайра быстро отхлебнула холодной воды — события развивались слишком стремительно. В сердце закрадывалась паника. Ей казалось, что она скользит по льду, и каждый следующий шаг может оказаться роковым.

Между тем после обеда она успела сделать многое. Позвонила в «Ржавый желоб» и сказала Дуэйну Бойду, что увольняется. Он не огорчился. Две другие старшие официантки просили у него сверхурочных, так что проблем не будет. И все-таки ей было немножко грустно расставаться.

Отменила визит к стоматологу. Это без сожалений. Отнесла белый шелковый костюм в срочную химчистку. Предположительно в нем она собиралась венчаться.

Венчаться! Это слово пронзило ее, вызвав дрожь. Неужели, она в самом деле идет на это? Неужели у нее хватит сил? Выйти замуж за этого невероятно красивого мужчину, который сидит сейчас рядом и с которым она почти незнакома? Похоже, что да.

Перед самым выходом из дома она рассказала бабушке о своих намерениях. Это было тяжело. Она не могла сказать всей правды, и теперь ее мучила совесть. Кайра терпеть не могла обманывать и не сомневалась, что за этим обязательно последует расплата.

Бабушка удивилась и обрадовалась. Казалось, скоропалительность этого решения ее не беспокоила, ей только хотелось поскорее познакомиться с женихом, и Кайра пообещала привести его после ужина.

Она еще не договорилась с сиделкой О'Брайан насчет ухода за бабушкой, пока она будет в Лас-Вегасе. Придется отложить на вечер, когда они с Джеймсом придут к ней домой. Бабушка сейчас была ее самой главной заботой.

Появился официант и поставил перед Кайрой накрытое крышкой блюдо. Другое он подал Джеймсу. Под крышками оказались ребрышки со спаржей и желтенький йоркширский омлет. Прекрасный ужин, но Кайре было не до еды — слишком многое еще надо было обсудить.

— Так вот, одна из возможных проблем, — сказала она, стараясь держаться ближе к делу. Это откладывать было нельзя. — Что, если… тебе покажется, что я тебе слишком сильно нравлюсь?

Он вопросительно поднял брови.

— Что ты имеешь в виду?

Она глубоко вздохнула и подумала, не хлебнуть ли еще воды.

— Я имею в виду, мне кажется, мы договорились, что это будет без… интима.

— Ну конечно. — Однако уголки его широкого рта медленно поползли вверх. — Если, конечно, мы не решим…

— Нет! — вспыхнула Кайра. Ответ прозвучал несколько громче, чем ей бы хотелось. — Нет, — повторила она тише, но так же решительно. — то должно быть ясно с самого начала. Я согласилась на сделку, не более того. Если ты попытаешься превратить это во что- то другое, я уйду.

Взгляд бирюзовых глаз затуманился.

Из-за чего, собственно, сыр-бор? Что до него, так, на его вкус, немножко секса не повредило бы. Ведь и она не так чтоб не заинтересована, а если бы она попыталась его переубедить, он без труда доказал бы ей, как она неправа. Особенно после того их поцелуя.

Он вдруг почувствовал себя обиженным.

— Не беспокойся, — непринужденно проговорил он, — до этого может и не дойти. У меня ведь есть иные ресурсы. — Джеймс ясными глазами встретил ее взгляд и пожал плечами. — Если у меня возникнет потребность…

— Только не пока мы женаты, — твердо сказала Кайра. Она не просила, это был приказ.

Он снова заморгал. Как-то он об этом не подумал. Похоже, эти марьяжные дела чреваты более далеко идущими последствиями, чем он предполагал.

— А?.. Нет, этак не получится.

— Конечно, нет.

Он нахмурился.

— Погоди…

— Нет, это ты погоди. — Она ткнула его пальцем в грудь, явно все больше смелея. — Если тебе нужна эта сделка. У меня тоже найдутся кое-какие условия, и я хочу включить их в контракт. — Она вытащила аккуратно сложенную бумажку и передала ему. — Тут я кое- что записала, пока дожидалась тебя.

Джеймс развернул листок и бегло просмотрел.

— Что? Никаких денег на одежду? Никаких завтраков в постель? — Он насмешливо улыбнулся. — Это кажется вполне разумным. Я передам твои условия своему адвокату. — Он засунул бумажку в нагрудный карман. — Кстати, тебе тоже надо подыскать кого-нибудь, чтобы изучить контракт, прежде чем ты его подпишешь.

— Обязательно. Я знаю, к кому можно обратиться.

— Хорошо.

— Так, и еще одна вещь, — сказала она, упорно не обращая внимания на то, что уголок рта у него начал раздраженно подергиваться. — Ты упоминал о Лас-Вегасе как о месте бракосочетания. Так вот, у меня это вызывает смешанные чувства.

Он усмехнулся.

— А у кого не вызывает?

— Я хочу сказать, что бабушка может обидеться, если останется в стороне. То есть, если бы я действительно выходила замуж, я, конечно, включила бы ее в состав участников церемонии.

Он пожал плечами.

— Хочешь взять с собой?

— Нет. — У нее смешок застрял в горле при мысли, что бабушка может оказаться в Лас- Вегасе. — Просто она слишком больна, чтобы присутствовать на свадьбе. Даже если провести церемонию у нее в спальне.

Он нахмурился.

— Это действительно так серьезно?

Кайра замялась, потом кивнула.

— Я просто прошу что-нибудь для нее сделать, когда вернемся. Небольшой ритуал со свечами у ее постели. Что-нибудь. Просто чтобы ей чувствовать, что и она принимает участие. — Она вгляделась в его лицо. Сделает он это ради нее?

Джеймс вновь пожал плечами.

— Конечно. Если считаешь нужным.

Ему очень не хочется всем этим заниматься, сказала она себе. Впрочем, как и большинству мужчин. Значит, придется приспосабливаться.

— Спасибо, — четко произнесла она и снова отхлебнула воды.

Он на мгновение задержал взгляд у нее на горле, глядя, как двигаются мышцы, когда она пьет. По правде говоря, ему все больше нравилась эта женщина. Неожиданно он что-то вспомнил и начал рассеянно хлопать то по одному, то по другому карману. Наконец вытащил небольшой бархатный кисетик.

— Вот, еще одно. Думаю, тебе лучше носить кольцо. — Он раскрыл кисетик и вытряхнул на ладонь кольцо с бриллиантом. — Надеюсь подойдет, — пробормотал он, потянулся за ее рукой и надел кольцо на безымянный палец. Размер подошел.

Кайра уставилась на бриллиант. Крупный, с огранкой маркизой, в старинной оправе. Грани ловили лучи света и искрились, как блестящее конфетти.

— Ох! — выдохнула она, не в состоянии произнести больше ни слова, ей сдавило горло.

— Оно принадлежало моей бабушке, — небрежно говорил Джеймс. — Так что мне придется попросить тебя вернуть его, когда истечет год. Но, если оно тебе не кажется отвратительным…

— О, нет, нет! — Она начала стаскивать кольцо. — Я не могу его носить.

— Почему? — Он остановил ее, накрыв рукой ее руку. — Если не тебе, никому уже не придется — я не собираюсь проходить через все это еще раз.

Кайра опустила глаза на большую, сильную руку, на бриллиант, сиявший сквозь его пальцы, на собственную бледную кожу, и глаза у нее наполнились слезами. Вполне вероятно, что и она никогда больше не соберется… А кольцо такое красивое. Если б только… Огромная горячая слеза упала на руку Джеймса.

— Эй. — Он взял Кайру за подбородок и заглянул в полные слез глаза. На лице у него выразилось недоумение, потом уголков губ коснулась улыбка. — Знаю, в чем дело, — поддразнил он. — Ты думаешь, какое хорошее колечко мог преподнести тебе тот, из ресторана. Что- нибудь из оранжевой пластмассы.

Она улыбнулась сквозь слезы и прикусила губу, чтобы унять в ней дрожь.

— Со встроенной прыскалкой, как в мультиках. — Она тихо рассмеялась.

Джеймс тоже улыбнулся, наклонился и поцеловал ее в губы.

— Давай поедим, — сказал он, переключаясь на еду. — Нам надо набраться сил, нас ждут долгие выходные.

На следующее утро, выезжая на работу, Кайра включила авторадио. Зазвучала песня «Дурдом». Кайра рассмеялась. Как по заказу специально для нее. Чем она вообще занимается? Она себя чувствовала листом, сорвавшимся с дерева и упавшим в бурную реку.

Накануне вечером Джеймс посетил ее дом, чтобы познакомиться с бабушкой. Кайра немного волновалась: ее домик такой маленький, такой скромный, что он может подумать? Но надо признать, Джеймс вел себя совершенно естественно. А бабушка пришла в восторг, когда он склонился над ней и, взяв за руку, сказал ей несколько слов с этой своей потрясающей улыбкой. Он даже очаровал сиделку О'Брайан. Кайре казалось, что они, будь их ноля, попросту завернули бы ее в разноцветную бумажку, перевязали ленточкой и вручили бы ему, вздумай она в последнюю минуту вдруг пойти на попятную.

На своем столе она нашла записку. Курт Барбор, который теперь возглавлял Спецпроекты, хотел ее видеть в своем кабинете, и как можно скорее. Все развивалось так стремительно, что, если не следить, можно и отстать от событий. Кайра глубоко вздохнула и быстрым шагом пошла по коридору.

Энн Мари как раз снимала чехол со своего компьютера. Она уставилась на Кайру, которая, подмигнув ей, прошла мимо и вошла прямо в кабинет мистера Барбора.

— Вы хотели меня видеть? — спросила она.

Курт повернулся и с улыбкой встал ей навстречу.

— Садись. — Он указал на стул возле своего стола. — Я знаю, что сегодня после обеда ты отправляешься на очень важные и длинные выходные, поэтому решил поговорить до твоего отъезда.

— Да? — Она держалась отчужденно. Наверняка он хочет присмотреться к ней, узнать, во что это Джеймс впутывается. Небось, думает сейчас: «С чего это Джеймса угораздило жениться на этой серенькой девчонке из офиса? Он что, спятил?»

— Я так понимаю, что скоро мы будем работать вместе, — продолжал между тем Курт. — Знаю, что тебя еще официально не уведомили, поэтому пока поздравлять не стану, но я просмотрел твое дело и хочу сказать, что буду очень рад видеть тебя в своей группе.

— О! — Она чувствовала, что краснеет — и от неловкости, и от радости. — С удовольствием.

— Хорошо. — Он опустил взгляд на бумаги, лежавшие перед ним на столе. — Должен сказать, что не пойму, почему тебя не повышали до сих пор. Похоже, твоя работа вызывает здесь всеобщее восхищение. Ну, и тем более, раз вы с Джеймсом женитесь, то, конечно…

Конечно. Он дал фразе повиснуть, но Кайра поняла, что Курт хотел сказать. Если она станет женой Джеймса, ей понадобится более престижная работа. Что ж, она не против, только какие сплетни пойдут, когда пронюхают! Народ начнет считать месяцы, гадать, не беременна ли она. Кайра терпеть не могла быть в центре внимания.

— Во всяком случае, я рад, что мы познакомились.

Это был намек на то, что аудиенция окончена.

— Хочу предупредить тебя, — добавил Курт, провожая ее до двери. — Объявление о твоем повышении будет дано только сегодня после обеда. Пожалуйста, до тех пор не говори никому.

Она повернулась к нему, склонив набок голову.

— Энн Мари, ваша секретарша, моя близкая подруга. Она в курсе?

— Нет, она пока ничего не знает. — Он широко улыбнулся. — Не говори ей, ее это с ума сведет.

Лицо Кайры осветила улыбка, и Курт начал понимать, что так очаровало Джеймса.

— Вы думаете, вам удастся выдержать слезы Энн Мари? — спросила она.

— Нет, — рассмеялся он, — но будет интересно попробовать.

Она тоже рассмеялась. Юмор, искрившийся у него в глазах, был заразителен. Кайра чувствовала, что они сработаются. Уходя, она улыбнулась Энн Мари и прошла мимо, проигнорировав любопытный взгляд подруги.

— Это что? — Шарин взяла в руку розу на длинном стебле, лежавшую у ее места за столом, и, прищурив глаза, посмотрела на Кайру. — Давай, таинственная леди. Не пора ли посвятить друзей в происходящее?

Кайра кивнула. Она положила розу возле каждого места. Ей хотелось, чтобы подруги разделили с ней ее радость. Она отмечала событие. Ей казалось, что внутри нее кто-то надувает воздушный шар и она вот-вот улетит.

— Ясобираюсь уехать на выходные. Долгие. Вернусь в среду. Но перед тем как уехать, должна сказать вам… — Она оглядела подруг. — Я выхожу замуж, — наконец выпалила она. — За Джеймса Редмана. В Лас-Вегасе. В ближайшие выходные, — добавила она для ясности. — Мне хотелось бы пригласить вас, но все произошло так внезапно…

— Да уж… в самом деле… — протянула Шарин недоверчиво глядя на нее. — Это что, розыгрыш? Издеваешься над нами, да?

— Нет, — рассмеялась Кайра, — не издеваюсь.

— То есть ты хочешь, чтобы мы поверили, что ты выходишь замуж за человека, которого впервые увидела три дня назад? — Гейл нахмурила хорошенькое личико.

— Но я действительно выхожу замуж, — смеясь ответила Кайра. — Извините, если это кажется таким странным. Поверьте, для меня все это тоже очень неожиданно…

— Слушай, а ты не перетрудилась? — Трейси озабоченно взглянула на нее. — Бывает, что человек под действием стресса или переутомления начинает думать, что с ним происходит что-то, чего на самом деле нет…

Не удержавшись. Кайра громко расхохоталась. Что сделать, чтобы они поверили?

— Ой, смотрите. — Трейси схватила ее за руку и высоко подняла. — Кольцо!

Все ахнули и столпились вокруг Кайры.

— Ну, а теперь верите? — спросила она. — Это правда.

Казалось, что, несмотря на кольцо, девушки не хотели верить, но это было уже неважно, потому что около столика появился Джеймс.

— Добрый день, дамы, — сказал он, улыбаясь. — Боюсь, мне придется похитить у вас Кайру — нам надо успеть на самолет. — Он чмокнул ее в висок. — Пошли?

— Пошли. — Она улыбнулась ему и повернулась к подругам. — До свидания, увидимся на той неделе.

За столом царило молчание.

Джеймс и Кайра вышли из кафетерия, держась за руки и улыбаясь друг другу. Совсем как по-настоящему.

Лас-Вегас лежал под ними, словно мерцающая драгоценность среди темной, окутанной ночью пустыни. Кайра придвинулась ближе к иллюминатору — ей хотелось разглядеть все. Джеймс, любуясь, наблюдал за ней. Она иногда бывала такой открытой, что ему казалось, он видит ее душу. Но уже в следующее мгновение осторожность сковывала ее, и она замыкалась. Джеймс начинал ненавидеть эту стену между ними. Он хотел читать ее мысли, знать, чего она так боится.

В аэропорту было несметное количество туристов со всего света. Надо было пробраться к месту выдачи багажа, а потом поймать такси. Кайра заметила знакомое женское лицо и схватила Джеймса под руку.

— Разве это не?.. Но она же умерла. Не может быть!

Джеймс усмехнулся.

— И нет, и да. — Он подмигнул ей. — Это двойник. В последнее время Лас-Вегас кишит ими. В «С'еst 1а vie» ставят большое шоу. У них там и Хемфри Богарт, и Кларк Гейбл, и Бастер Китон. Может, попробуем попасть туда?

Отель оказался совсем недалеко от аэропорта, у самого конца полосы, но Джеймс попросил шофера проехать в глубь города, к часовне, где на следующий день должно было состояться их венчание.

— Это называется «Малая часовня любви», — сказал Джеймс.

— Знаю, — ответил шофер и через несколько минут замедлил ход. — Вот она. — Он обернулся к ним.

Кайра выглянула и приказала себе остаться спокойной. В конце концов, брак у них ненастоящий, так что и свадьба будет ненастоящая.

И все же она испытала разочарование: бесформенное розовое строеньице с облупленными оштукатуренными стенами. Предыдущий слой краски был явно фиолетовым, светящимся, как неон. Вывеска на фасаде гласила: «Брак без задержек, не выходя из машины». Вдоль подъездной дорожки — несколько облезлых веток, из которых торчали выцветшие пластиковые цветы. Более удручающее зрелище было трудно представить.

— «Камелот», — тихо произнесла Кайра. — Я всегда мечтала зайти и посмотреть, каков он на самом деле.

— И что же не зашла? — словно, между прочим, спросил Джеймс.

Она покосилась на него. Будто не понимает? «Камелот» — самое роскошное заведение в городе. Бывая в Лас-Вегасе, Кайра останавливалась в отелях, рассчитанных на скромный бюджет. «Камелот» воспринимался как сказочная страна для богатых людей.

А он был прекрасен. Стены обиты пурпурной парчой с золотым бордюром, гранитные пилястры, ковер — такой пушистый, что она боялась утонуть в нем. Чтобы попасть к регистратору в главном фойе, пришлось перейти через ров с лебедями. Лифт представлял собой движущийся застенок замковой башни. А когда их проводили в номер, они оказались в комнате размером с небольшой лекционный зал, увешанный шпалерами. Кровать под пологом была достойна самого короля Артура.

— Тем более если он был ростом метра в два, — заметил Джеймс, когда она сказала ему об этом. — Ты уверен, что нас по ошибке не разместили в комнате, предназначенной для иногородней баскетбольной команды? — спросил он у служащего. Тот широко улыбнулся, сделал ныряющее движение головой и протянул руку за чаевыми.

Когда молодой человек вышел, Джеймс повернулся и посмотрел на Кайру.

— Ну как, нравится?

— Замечательно, — выдохнула она, медленно оглядываясь. — Чувствую себя принцессой в замке.

— Это лучше замка. Тут, по крайней мере, есть водопровод и электричество, а не свечи.

Кайра рассмеялась.

— Ты прав, это лучше замка. — Она посмотрела на дверь в глубине комнаты, потом на широкую кровать. — А где я буду спать?

Почему-то ее вопрос ему не понравился. Непонятно, почему. В конце концов, вся эта свадьба — всего лишь инсценировка. И вообще, он не собирается жениться. Никогда. Однако вопрос прозвучал как напоминание, что он не должен подходить слишком близко и не должен очень увлекаться. Джеймс нахмурился.

— В соседней комнате есть еще кровать. — Он указал на дверь в одну из трех комнат, составлявших апартаменты. — Не беспокойся, о контракте я не забуду.

Она блеснула улыбкой, словно и не заметила раздражения в его интонации.

— Шикарно. Пойду уберу свои вещи.

Джеймс посмотрел ей вслед и мрачно опустился на диван. Все эти приготовления, спешка с самолетом отвлекли, не дали задуматься, зачем они, собственно, здесь, в Лас- Вегасе. Теперь эти мысли догнали его: он женится. Он думал, что этого никогда не произойдет. Неудивительно, что сейчас его мучает смутное раздражение.

Вот в чем дело. Конечно, в этом: ему приходится делать то, чего он поклялся не делать никогда.

Джеймс видел удачные браки. Видел и неудачные. Но всегда мужчина оказывался вынужденным строить свою жизнь в соответствии с тем, как представляет это себе женщина.

Что-то в интонации Кайры, когда она спросила, где ей спать, разом оживило в нем это впечатление. Он мог устанавливать какие угодно правила, мог вывесить их контракт на стене, мог все свое время проводить в офисе, но ничто не предотвратит неизбежного: эта женщина изменит его образ жизни. Она станет его женой.

Джеймс издал глухой стон. Пора наконец стать взрослым. В конце концов, это всего на год. Год — это не смертельно. Можно, например, повесить календарь и вычеркивать дни.

Впрочем, Кайра может обидеться.

Вот, опять! Она так или иначе влияет на его жизнь! Он терпеть этого не мог.

— Давай поедим, — нетерпеливо проговорил Джеймс, когда Кайра вышла из соседней комнаты. — Разберем пожитки позже.

Она помедлила, думая, не слишком ли измято ее простое льняное платье, но было ясно, что Джеймс не станет ждать, пока она переоденется. А ведь главный он, верно? Она схватила сумку и поспешила за ним.

Они в полном молчании пересекли казино. Мелькали огни, звучала музыка, крупье за столами отпускали шутки. Глаза разбегались. Но они промчались так быстро, что все слилось в сплошное яркое пятно.

Джеймс провел ее в дальний конец здания, и они очутились в обеденном зале, предназначенном явно для избранной публики. Их тут же проводил к столу мужчина в смокинге и говоривший по-французски. Кайра уселась в огромное мягкое кресло и почувствовала себя маленькой девочкой, не достающей ножками до полу. Два официанта приподняли ее кресло и придвинули его к столу. Она чуть не захихикала, но вовремя сдержалась. Настроение окончательно упало, когда, взглянув в лицо Джеймсу, она поняла, что ничего смешного он в этой ситуации не находит.

Ждать не пришлось — еду подавали быстро. И тихо. Деликатесы были красиво сервированы и вкусны. Кайра с восторгом пробовала все понемножку, однако, заметив, что Джеймс только пьет и ничего не ест, сразу потеряла аппетит. Джеймс явно не был настроен поддерживать легкую беседу, и Кайра стала оглядываться вокруг.

Вначале казалось, что разглядеть кого-либо из обедающих просто невозможно — все сидели в таких же огромных креслах и были скрыты от глаз. Но если смотреть достаточно долго, то можно было заметить, как кто-нибудь высовывался из-за спинки, чтобы оглядеться или взять еду с сервировочного стола. Кайра нахмурилась. Ей показалось, что она видит до странности знакомые лица. Что это, опять двойники? Или те самые люди? Джеймс казался неприступным и так и не проронил ни слова, поэтому Кайра решила его не беспокоить.

Вдруг в высшей степени элегантная пара преклонного возраста остановилась у их стола.

— Джеймс, дорогой, — отчеканил джентльмен с британским акцентом, — как я рад тебя видеть!

— Сэр Рандольф! — Джеймс расплылся в улыбке и встал, чтобы пожать джентльмену руку и поцеловать руку его спутнице. Кайра приподняла бровь. — А я слышал, что вы еще в Швейцарии.

— О, нет, там невыносимый гам. Ох уж эти их песни! — Джентльмен неодобрительно покачал головой, а Джеймс вопросительно посмотрел на его даму.

— Мы застряли в отеле, переполненном немцами, — сказала она с прелестным смешком. — Они размахивали пивными кружками и целый день пели застольные песни. Нам пришлось бежать оттуда ближайшим рейсом, и он доставил нас прямо сюда.

Джеймс усмехнулся.

— Похоже на правду. — Он повернулся, чтобы представить Кайру.

Пожилые господа были любезны, но Кайра заметила в их глазах неприязнь. Она не сразу поняла, в чем дело. Может, они подумали, что она кокотка? Джеймс не сказал, что завтра они поженятся. Или здесь что-то еще? Кайра слушала, как они обмениваются любезностями, уговаривают Джеймса присоединиться к ним за баккара и прощаются. При этом о ней речи не было. Тем временем ей показалось, что она заметила за другим столом еще одно известное лицо.

— Это не?.. — Она взглянула на Джеймса, который опускался в свое кресло.

— Да, это он. — Джеймс кивнул мужчине. Тот обернулся, ответил кивком и помахал рукой.

— Ты знаком с ним? — вылупив глаза, шепнула Кайра.

— Да. — Он рассеянно посмотрел на нее. — В перерывах между съемками он много времени проводит во Франции. Я там познакомился с ним однажды летом, когда учился в колледже.

— О!

Джеймс понял, что надо объясниться.

— Дело вот в чем. Не помню, говорил ли я тебе, что моя тетя — археолог с мировым именем. Ее приглашают на всевозможные фестивали и выставки, и она везде знакомится со знаменитостями. Когда мне исполнилось шестнадцать, она вернулась к своей карьере и начала возить меня с собой на раскопки, лекции и так далее. И, естественно, у меня сложились дружеские отношения со всеми ее друзьями. — Он пожал плечами. — Просто удивительно, как одни и те же люди оказываются в одних и тех же местах, по всему миру. «Камелот» — одно из таких мест. Я годами ездил сюда, и иногда мне начинало казаться, что я попадаю на сбор одноклассников.

— Понятно. — Кайра почувствовала себя еще более маленькой в своем огромном кресле.

Группа девушек подошла пококетничать с Джеймсом, и он отвечал им в тон. Они не обращали на Кайру никакого внимания, пока Джеймс специально не представил ее. Тогда все стали очень милыми.

Кайра все больше чувствовала себя несчастной.

Они уже собрались уходить, когда седая дама в фиолетовом шелковом костюме обернулась и заметила Джеймса. Она поспешила к нему, расцеловала в обе щеки и настояла на том, чтобы он вечером выпил с ней. Кайра молча ждала, пока они разговаривали. От одежды этой женщины так и несло деньгами. Как и от остальных здесь присутствующих.

Стоя посреди зала на виду у всех, Кайра чувствовала себя почти судомойкой.

Кто-то еще из сидевших за соседним столом окликнул Джеймса, и он обернулся. Седовласая дама взглянула на Кайру, оглядела ее измятое платьице с распродажи в дешевом универмаге и, отворачиваясь, заметно повела носом.

— Ах, бедняжка, — не выдержала Кайра, — у вас насморк. Вот вам бумажный платочек. — Она пошарила в кармане и вытащила чистый, но мятый платочек, который носила с собой весь день, и сунула его в руку даме. — Вы же не хотите заразить всех этих милых людей? — сказала она громко и весело.

Женщина держала платочек, как крысу. Ее тщательно нарисованный рот искривился в ужасе. Кайра отвернулась и твердой походкой направилась к выходу. Джеймс пошел за ней следом.

Она была уверена, что он на нее злится. Эта женщина наверняка какая-нибудь важная особа. Но ей было все равно. Ей осточертело, что с ней обращаются как с бедной родственницей.

— Извини, — сказала она, не глядя ему в лицо, когда они вошли в лифт. — Мне надоело, что твои друзья смотрят на меня свысока.

Комната плыла, кружилась, извивалась. Джеймс изо всех сил старался собраться с мыслями. Он был пьян. Такое с ним не случалось много лет, еще со времен колледжа. Как глупо. Он закрыл глаза и откинулся в кровати, но все закружилось сильней. Надо было ухватиться за что-нибудь, чтобы не выпасть из этого мира.

— Эге, — сказала Кайра, когда он обхватил ее руками, — я пытаюсь уложить тебя в постель.

— Постель, — пробормотал он и подтащил ее к себе.

— Джеймс!

Она боролась. Он насупился.

Она тут же затихла. Он с облегчением вздохнул и примостился к ней ближе. Ее запах напоминал калифорнийские маки, весной покрывавшие золотом холмы. Он положил на нее руку, рука тяжело повисла. Женщина рядом была мягкой и уютной. Он придвинулся еще теснее.

— Не уходи, — прошептал он, — останься здесь.

Кайра лежала совсем тихо, едва дыша. Твердый и теплый, Джеймс напоминал ей шоколад: темный, горько-сладкий, очень вредный для фигуры. Она вспомнила его поцелуй и как таяла каждый раз, когда он обнимал ее. Наверно, он думал, что она изголодалась по любви. И, черт побери, он был прав!

Она отодвинулась, осторожно выпуталась из его объятий и посмотрела на него. Волосы всклокочены, глаза закрыты, но все равно красив. Она несколько минут следила за тем, как он дышит, и в ней росло чувство, которое раздувалось и готово было задушить ее. Она закусила губу, пытаясь побороть это чувство… Да что ж это такое, черт возьми? Уважение? Привязанность? Или что-нибудь посильней?

Ничего посильней она позволить себе не могла. Ей надо избавиться от долгов и позаботиться о бабушке, вот и все.

Кайра годами изгоняла мысли о браке. После истории с Генри она твердо решила никогда больше не позволять себе становиться такой уязвимой.

Теперь на нее обрушился этот псевдобрак. Он пробуждал желания, которые она очень долго подавляла. Муж, дети, собственный дом — разве не об этом мечтает каждая женщина?

Ладно, хватит, сейчас надо уложить его в постель. Она нерешительно склонилась над Джеймсом. Легко сказать — уложить. А как раздеть? Сделай вид, что ты медсестра, мысленно сказала она себе. Или врач. Им приходится все время держаться отчужденно во время работы.

Она потянулась к ремню, расстегнула и выдернула его. Затем принялась расстегивать брюки. Отчуждение — это, конечно, хорошо. У нее вдруг заколотилось сердце, будто она пробежала целую милю, лицо горело. Она поджала губы. Р-раз, и брюки скользнули вниз. Кайра быстро стащила их и накинула одеяло. Не станет же она смотреть! Ну, разве что чуть- чуть…

Она вдруг разозлилась на себя. Непонятно, зачем она это сделала!

Но теперь все. Она встала и, погасив свет, ушла к себе в спальню. Сейчас она ляжет в постель и сразу заснет. Есть вещи, которыми лучше заниматься при дневном свете.

Когда Кайра проснулась, солнце уже поднялось. Было еще рано, но впереди тяжелый день. Пора вставать.

Первое, чего ей захотелось, — это позвонить домой и справиться о бабушке. Ответила сиделка О'Брайан. Они поговорили несколько минут. Дома все было в порядке, это ее подбодрило.

Теперь — разговор с Джеймсом. Кайра расправила плечи и решительно вошла в его комнату.

Джеймс еще спал. Она подошла к кровати, посмотрела на него и улыбнулась. Это произошло непроизвольно. Итак, она испытывала к нему чувство привязанности. В принципе — ничего страшного. Если только не влюбляться.

Она вдруг ощутила волчий голод. Меню доставки в номер потрясло ее ценами. Дневной заработок за чашку кофе со слойкой? Эти люди просто грабители. Надо идти в кафе.

Она спустилась на первый этаж. В кафе все оказалось жутко дорого, но вполовину дешевле, чем заказ в номер. Она взяла все в упакованном виде и пошла обратно.

Джеймс уже встал. Более или менее встал. Он сидел за столом, неестественно откинувшись на спинку стула.

— Доброе утро, — жизнерадостно произнесла Кайра.

— Арргг, — ответил он. Этот рык словно вырвался из самых недр души.

— Денек, кажется, приятный, — щебетала она, освобождая на столе место для еды. — Как себя чувствуешь?

Он злобно уставился на нее из-под набухших век.

Она широко улыбнулась:

— Что я люблю в спиртном, так это незамедлительность действия. Расплата за этот порок приходит сразу, причинно-следственная связь выступает со всей определенностью — совершенно ясно, чем навлекаешь на себя мучения. — Она отступила, подбоченясь, и бесстрастно глянула на него. — Это должно послужить уроком.

Его перекосило, и он схватился рукой за голову.

— Ты не могла бы говорить тише? — прохрипел он.

— Что? — мило спросила Кайра, не понижая голоса. — Ты не мог бы говорить погромче? Я тебя не слышу.

За ее спиной громко звучал свадебный марш в органном исполнении. На компакт- диске, разумеется, но все равно — звук был объемным и волнующим. На Кайре было свадебное платье, которое миссис Денигрю подобрала ей, в руках — букетик маленьких белых цветочков, свисавших гроздьями на тонких стебельках. Кайра на мгновенье остановилась в нерешительности и глянула в конец прохода.

Джеймс ждал ее, и лицо у него сияло так, будто он и в самом деле женился по любви. Она поплыла к нему и вдруг поняла: она никогда еще не была так счастлива.

Часовня была маленькой. По сторонам прохода стояло по пять скамей, половину из которых занимали люди, приглашенные миссис Денигрю в свидетели бракосочетания. Казалось, она затащила сюда каждого, кто не отрицал, что знаком хоть с каким-нибудь Джеймсом. Все-таки удивительно, скольких людей он знал в «Камелоте». Не переставая удивляться, Кайра шла по проходу. Можно было почти поверить, что все это по-настоящему. Ей это безумно нравилось, и она ничего не могла с собой поделать.

Все, однако, было не так просто час назад, когда миссис Денигрю напрочь забраковала ее белый костюм и вытащила свадебное платье. Кайра была в ужасе — она не могла позволить себе такой дорогой наряд.

— Оставьте сомнения, — сказала миссис Денигрю, — тут ничего не нужно покупать, это просто взято напрокат на два часа.

Но Кайра не сдавалась: ей казалось кощунственным надевать свадебное платье на ненастоящую свадьбу. Но миссис Денигрю взяла ее осадой, и когда Кайра надела платье, она вдруг превратилась в принцессу.

Она видела по лицу Джеймса, что эффект достигнут — он ошеломлен.

Ошеломлен и безумно красив в своем черном фраке и галстуке. Он сделал шаг ей навстречу она подала ему руку, и он повел ее к священнику.

— Ты выглядишь потрясающе, — прошептал он, прежде чем отпустить ее руку.

Кайре казалось, что она стала другим человеком. Более того, что уже ничто не будет как прежде. Священник произносил слова обета, и они проникали ей в сердце.

— Обещаю, — сказала она, когда наступил ее черед.

Джеймс надел ей кольцо, а она ему, священник провозгласил их мужем и женой, и Джеймс наклонился, чтобы поцеловать ее. Она горячо ответила на его поцелуй.

Прозвучал заключительный марш, новобрачные повернулись и улыбнулись прихожанам, все вскочили на ноги и захлопали. Миссис Денигрю распахнула дверь в соседнее помещение, где было выставлено шампанское с серебряным печеньицем на золотых подносах.

И свадебный торт! А на нем фигурки невесты и жениха. Кайра и Джеймс переглянулись и рассмеялись. Все прошло так идеально, что было даже смешно.

Следующий час они провели на свадебном обеде. Гости окружали их, уводя все дальше друг от друга, пока окончательно не разделились на тех, кто собрался вокруг Джеймса в одном конце комнаты и вокруг Кайры — в другом.

Кайра то и дело поглядывала на Джеймса поверх голов и улыбалась. А он глядел на нее и подмигивал.

Ей еще никогда не приходилось быть, как сейчас, в центре внимания. Это оказалось довольно приятно. Кроме того, став женой Джеймса, обретя, так сказать, официальный статус, она вдруг обнаружила, что значительно выросла в глазах окружающих. Люди, смотревшие на нее свысока накануне вечером, держались теперь почтительно и непременно подходили поговорить с ней. Их улыбки были доброжелательны и казались искренними, теперь она была им симпатична.

Кайра оглянулась на Джеймса. Он беседовал с седым джентльменом, который похлопывал его по спине, словно старого друга.

На минутку ей стало не по себе — здесь были только друзья Джеймса и ни одного ее друга, ни одного близкого ей человека. Захотелось вдруг увидеть бабушку, девчонок из офиса… Хоть кого-нибудь, все равно кого, но своего.

Джеймс обернулся к ней и вдруг изменился в лице. Кайра обернулась вслед за ним.

— Элвис! — воскликнула она.

— Привет, милая, — произнес он, скривив рот в фирменном оскале. На этот раз его комбинезон клеш был зеленого цвета с золотыми пайетками вдоль каждого шва, а в темных очках поблескивали изумрудные стекла. В одной руке он нес гитару, в другой — шелковый платок. Кайра была ему ужасно рада. — Можно на счастье поцеловать невесту? — спросил Элвис.

— Конечно. — Она подставила щеку. Он очень мило чмокнул ее, на мгновенье прижав к себе.

— Думаю, тебе не о чем беспокоиться, милая, — заметил он, отступая. — Я видел тебя рядом с твоим парнем, Джеймсом. Мне кажется, это серьезно. Вы хорошо смотритесь вместе.

Ее улыбка ничего не выдала.

— Спасибо, — искренне поблагодарила она, — ты меня очень выручил. — Она потянулась к нему и поцеловала в ответ, явно его смутив. Он попятился под смех и аплодисменты собравшихся.

Джеймс подошел к ней, когда Элвис уже исчезал в толпе.

— Эй, сказал он, глядя вслед удаляющейся зеленой фигуре, — а этот что тут делал?

Кайра улыбнулась.

— У тебя есть друзья. У меня тоже.

Потом они разрезали торт, Кайра бросила свой букет, и они помахали всем на прощание. Перед тем как подняться наверх, они зашли в офис к миссис Денигрю.

— Вот и вы, — сказала та, протягивая им туго набитый пластиковый мешок. — Альбом с поздравлениями гостей, свадебные подарки и видеокассета с записью вашей свадьбы: вся церемония и появление некоторых гостей.

— Видеокассета? — Кайра была поражена. — Как вам удалось так быстро со всем этим справиться?

Миссис Денигрю сложила безупречные губки в отрепетированную улыбку.

— Дорогая, я со всем справлюсь. Считайте меня своей крестной феей.

Это было очень похоже на правду. Кайра не удивилась бы, если бы застала в офисе миссис Денигрю тыкву вместо кареты и серых мышек вместо лошадей. В раздевалке она сменила свадебное платье на брючный костюм. Волшебная ночь кончилась. Кайра вздохнула и улыбнулась Джеймсу. Пора было возвращаться в номер.

В номере они сбросили туфли и расположились на диване. Джеймс ослабил галстук, и они начали вспоминать события последних часов. Он расспрашивал ее об Элвисе, и Кайра интриговала. Она спросила его о некоторых женщинах, которые казались с ним на слишком короткой ноге, и он загадочно улыбался. Он сказал, что группа его друзей организует пикник на следующий день и они приглашены почетными гостями. Гарри Бабкок, богатый коневод, обещал продать ему давно приглянувшегося скакуна по очень умеренной цене. «Считайте это свадебным подарком», — сказал он, и Джеймс был воодушевлен — он давно искал хорошую лошадь.

В дверь постучали, и явился ужин с омаром. Кайра упрекнула Джеймса в неумеренных расходах, но он сказал, что в такой день грех считать каждое пенни. Оба были голодны как волки и доели все до последней крошки.

После ужина они сидели и тихо разговаривали. Джеймс расстегнул запонки и засучил рукава, обнажив сильные руки, слегка поросшие темными волосками. Рассказывая о своем детстве. Кайра завороженно глядела на эти руки. Джеймс расстегнул рубашку, обнажив загорелую грудь. Он рассказывал, как ездил с тетей на раскопки, какими теплыми были их отношения и как часто она добивалась от него того, что ей было нужно.

— Она грозилась, что закажет мне невесту по почте, если в течение года я не женюсь, — сказал он.

Кайра разинула рот.

— Шутишь.

— Какие уж тут шутки! Она начала приобретать каталоги. «Лучше каталог, чем холостяцкий кабак», — говорила она. Я боялся возвращаться домой: вдруг в один прекрасный вечер на пороге меня будет ждать какая-ни- будь странница с переметной сумой на плече.

Кайра нахмурилась.

— А как насчет Калоши?

— Это было потом, когда я встал на дыбы по поводу каталогов. Я понял, что на этот раз мне не отвертеться. Разве что… — Он не договорил, как будто почувствовав вдруг неловкость.

— Разве что нанять кого-нибудь в жены, — невыразительно закончила за него Кайра.

Он кивнул, не глядя ей в глаза.

Они еще немного помолчали, потом Джеймс поднял голову.

— Совсем забыл. Надо позвонить ей.

— Кому?

— Тете Джо. — Он потянулся за телефоном. — Надо ей сказать.

— А который сейчас час в Египте?

— Неважно. — Глаза у него лукаво блеснули. — Я люблю будить ее. Спросонья она не такая строгая. — Он вдруг посерьезнел. — Тетя Джо! Опять я. Я подумал, что ты должна знать: у нас все в порядке — мы женаты.

— Объясни, Джеймс, почему ты не можешь звонить мне в приличное время?

— Потому что я знаю, как ты любишь свежие новости. Я женился на Кайре Саймингтон Редман. Утром передам по факсу копию свидетельства о браке.

— Это что, серьезно?

— Да, милая тетушка, совершенно серьезно. Так что можешь отменить визит Кларков — это утратило всякий смысл.

— Джеймс, дорогой, во-первых, я исключаю тебя из завещания. Во-вторых, лечу домой ближайшим рейсом — хочу сама удостовериться. В-третьих, я не в состоянии остановить Кларков — они плывут на зафрахтованном пароходе и сейчас находятся где-то посреди Тихого океана. Они прибудут на следующей неделе, по расписанию. И, наконец, в-четвертых: нам придется остановиться у тебя на квартире, потому что мой дом сейчас красят снаружи и внутри. До скорого, милый, поцелуй за меня невесту. — Конец связи.

Джеймс ошалело смотрел на телефонную трубку, чертыхаясь себе под нос. Кайра слышала, что говорила тетя Джо, но поняла, что Джеймс вновь оказался битым. Она хотела сказать что-нибудь шутливое, но решила промолчать. Что-то в его лице подсказывало, что сейчас ему не до шуток.

— Ну, я пошла. — Она сделала попытку встать, но Джеймс среагировал молниеносно.

— Ты куда? — Он обхватил ее, крепко прижал к себе, уткнулся носом ей в шею.

— Джеймс, я… — слабо запротестовала она, вся дрожа.

— Гмм? — Он прикусил ей мочку уха. — Ты что-то сказала?

Его язык скользнул по краю ушной раковины, и Кайра судорожно вздохнула. Его дыхание было теплым, оно щекотало кожу, губы легко скользили… и, наконец, оказались у нее на губах. Он упивался ею, как редкостным вином, будто это было лишь началом, будто впереди их ждала долгая ночь любви, которую он давно готовил.

— Джеймс… — сказала она, чуть дыша, пытаясь отстраниться от его поцелуя. — Нет, нельзя…

— Нам нельзя? — тихо спросил он и снова потянул ее к себе. — Почему?

Она уперлась ладонями ему в грудь, но жар его тела проник в нее, разжигая кровь, возбуждая, заставляя желать большего, гораздо большего. Она тихо застонала. Звук собственного голоса вывел ее из оцепенения. Кайра поняла, что происходит.

— Нет. — С неожиданной силой она вырвалась. — Нет, Джеймс, нам нельзя. — Она отодвинулась от него на другой конец дивана.

Джеймс заморгал, словно в темном помещении вдруг включили свет.

— Почему? — спросил он.

— Потому что мы не по-настоящему женаты. — Кайра боялась, как бы у нее не дрогнул голос. — Наш брак существует только на бумаге. Мы не… не сочетались сердцами.

Он отпрянул, будто получил пощечину. Она вскочила и заставила себя быстро пройти по ковру.

— Мне пора спать.

Он молча смотрел, как она уходит.

Кайра закрыла за собой дверь и привалилась к ней, глотая воздух. Это было самый тяжелый день в ее жизни.

Телефонный звонок прозвенел словно в тумане. Кайра не спала почти всю ночь, а когда наконец заснула, зазвенел телефон. Она слышала, как Джеймс отвечает, и ждала, стараясь стряхнуть дурман.

Когда на пороге появился Джеймс, сонливость как рукой сняло.

— Это твоя сиделка О'Брайан, — сказал он. — Твоей бабушке стало хуже.

— Что? — Кайра села в постели, подтянув к груди одеяло. — Что с ней?

— Сиделка сказала, чтобы мы не беспокоились, доктор считает, что это не слишком серьезно, но у нее начался кашель, и они хотят ее госпитализировать, чтобы предупредить пневмонию.

Она молча смотрела на него, потом встала, забыв о едва прикрывавших ее кружевах.

— Я должна ехать. Сейчас же. — Она взглянула на него. Если он собирается возражать, она готова стоять на своем. Мужчины, похоже, вообще не понимают, как надо решать семейные проблемы, поэтому она и не надеется, что он ей поможет. Но это неважно — бабушка ее, а значит, она сама справится.

— Конечно, — ответил он, скользнув взглядом по ее груди, видневшейся под тонким материалом. — Я позвоню в авиакомпанию, и мы вылетим ближайшим рейсом.

Кайра посмотрела на него широко распахнутыми глазами.

— Но тебе вовсе не нужно ехать. Я могу поехать одна. — И, боясь обидеть его, изобразила слабую улыбку. — Ты разве не должен встретиться с тем человеком насчет лошади?

Он пожал плечами.

— Я могу встретиться с ним в другой раз. Еду с тобой.

Он вышел из ее спальни и стал звонить в авиакомпанию, пока Кайра умывалась и одевалась.

Итак, он едет с ней. Это было приятно. Но наверняка у него для этого какие-то свои соображения. Иначе с чего ему ехать? Кайра привыкла сама решать свои проблемы и боялась утратить эту полезную привычку.

Спустя несколько часов они уже двигались в машине Джеймса из лос-анджелесского аэропорта вверх по побережью. Кайра беспокоилась и хотела как можно скорее увидеть бабушку, но, несмотря на тревогу, она заметила, что Джеймс непривычно замкнут и молчалив. Она решила, что он еще сердится после вчерашнего. Жаль, конечно, что так получилось, но чего же он хотел? Они ведь договорились с самого начала. Оба знали, что стать такими близкими означало бы катастрофу, и ей нельзя было так рисковать. Она просто не позволит себе быть такой дурой. Тем более что она, похоже, уже влюбилась в него…

А как еще назвать это прекрасное и теплое чувство, которое возникало в ней, стоило ей посмотреть на него? Ей хотелось вызвать у него улыбку, видеть его счастливым. Разве не это называется любовью? Она была вынуждена признать, что да. Значит, надо быть осторожной вдвойне.

Они подъехали к больнице в полдень. У Кайры замерло сердце, когда она увидела бабушку. Старушка казалась такой маленькой и хрупкой, вся в катетерах и проводах, подключенных к мелькающим и пикающим мониторам. Она то и дело засыпала, но проснулась, чтобы поцеловать Кайру и слабым голосом поздравить новоиспеченного мужа, на которого смотрела с сияющей улыбкой.

Крепко держа Кайру за руку, она шепнула:

— Я так рада, что ты замужем. Теперь ты больше не будешь такой грустной.

Кайре пришлось отвернуться, чтобы скрыть слезы.

Бабушка снова заснула. Кайра посидела рядом с ней, потом пошла к Джеймсу, который разговаривал с докторами. Когда они уже уходили из больницы, Джеймс передал ей мнение врачей:

— Они говорят, что она еще долго не сможет вернуться домой, хотя, когда пройдет угроза пневмонии, пребывание в стационаре ей уже не понадобится. Они рекомендуют частную клинику «Авиньон». Там есть полный штат медработников и оборудование для экстренной помощи. Думаю, нам стоит туда наведаться сегодня после обеда.

Кайра с удивлением взглянула на него.

— Это замечательное заведение, — согласилась она. — Но, Джеймс, это так дорого.

— Поговорим об этом позже, — резко перебил он. — Сейчас единственное, чего я хочу, — это попасть наконец домой и пообедать.

Она подавила протест. Он до сих пор обижался на нее, и это было гораздо хуже его сексуальных домогательств. Она тайком взглянула на него, пока они ехали через город. Его профиль был тверд как гранит и непреклонен.

А еще этот его пентхаус. Вначале она стеснялась. Ей казалось, она сидит в витрине. Неужели здесь живет человек?

Стоя посреди гостиной. Кайра медленно поворачивалась, разглядывая все.

— Ты сам занимался отделкой? — сухо спросила она.

Джеймс огляделся, будто увидел все это в первый раз. Хром, стекло, белый ковер. Современная скульптура. Картина, похожая на коллаж из старых тряпок, но в тон обивке. Когда он сюда въехал, то обратился к дизайнеру, дав тому зеленый свет, и больше об этом не думал. Впрочем, ему казалось, что все в порядке. Все равно он здесь только ночевал. Что еще было нужно?

А теперь будет иначе? Только потому, что теперь здесь Кайра? Вопрос, конечно, интересный, и он обдумает его, но потом.

— Нет, — ответил он, — я нанял человека.

— Слава богу, — сказала она с легкой улыбкой.

Он помедлил.

— Если тебе хочется что-нибудь переделать — пожалуйста. Создай побольше уюта, я не против.

Она покраснела.

— Думаю, мне не стоит этим заниматься. В конце концов, я здесь временно, только в качестве наемного работника.

Лицо у него помрачнело. Он пробормотал что-то под нос и быстрым шагом вышел из комнаты, оставив ее в полном недоумении. Чего он от нее хочет? Это ведь его затея. Он ее нанял.

Они пообедали, и он отвез ее домой, чтобы она забрала кое-что из одежды и свою машину. Потом они вместе поехали взглянуть на клинику. Это было прелестное заведение с окнами на океан. Все казалось очень чистым и хорошо оборудованным, медсестры были доброжелательны. Кайра с тоской смотрела на все это. Зачем он заставил ее приехать сюда? Для нее и бабушки такая роскошь не по средствам.

Как она будет смотреть потом на менее шикарные заведения?

Возвращаясь в больницу они говорили мало.

Бабушка выглядела немного лучше. Кайра посидела рядом с ней с полчаса, потом поцеловала, пожелала спокойной ночи и вышла из палаты. Тут она услышала, как Джеймс договаривается с доктором по телефону. Разговор шел о бабушке.

— Чем ты занимаешься? — спросила она, когда он положил трубку.

— Довожу до конца кое-какие планы. — Его бирюзовый взгляд бесстрастно скользнул по ней. Взяв ее под руку, он направился к выходу. — Я думал перевезти твою бабушку к нам жить, когда ее выпишут. Но доктор считает, что ей нужен интенсивный уход, по крайней мере, в течение нескольких недель. Так что я переведу ее в «Авиньон», как только…

— Джеймс! — Она резко повернулась к нему — Ты не имеешь права строить планы относительно моей бабушки. Это моя бабушка. Я сама все распланирую.

Он искренне удивился ее раздражению.

— Мне казалось, мы согласились с тем, что «Авиньон» для нее лучше всего. Это прекрасное заведение.

Она повернулась и пошла вперед, стараясь успокоиться.

— Она не поедет в «Авиньон», — повторила Кайра твердо.

Но Джеймс не отставал.

— Но это лучшее…

— Разумеется, лучшее, — огрызнулась она. — И самое дорогое. Мы не можем себе его позволить.

— Нет, можем.

— Это ты можешь. — Она сверкнула глазами. — А мы с бабушкой не можем.

Кайра, я оплачу это.

Он что, ничего не понял?

— Нет, не оплатишь. Я не могу тебе этого позволить.

— Что значит — позволить? Мы женаты. Ты что, забыла? У супругов бывает так: они заботятся друг о друге, о родственниках. Мы теперь одна семья, нравится это тебе или нет.

Она вдруг почувствовала себя очень усталой.

— Но ты же знаешь, что это неправда. Это не настоящий брак, и я не могу позволить себе такое заведение.

— Тем хуже для тебя, — отрезал он. — Потому что я делаю это не для тебя, а для твоей бабушки.

Он вдруг поймал ее за руки и, заглянув в глаза, стал что-то искать в них, какую-то связь, какой-то знак.

Кайра только вернулась из больницы, куда ходила проведать бабушку, как раздался звонок в дверь. Она нахмурилась. В последнее время в квартале была просто какая-то эпидемия сбора пожертвований, и Кайра оттачивала технику отказа, испытывая при этом отвратительное чувство вины. Вполне возможно, что она отказывала тем, кто действительно нуждался.

На этот раз тревога оказалась напрасной.

На пороге стояла высокая красавица со сказочной рыжей шевелюрой, одетая в модную джинсовку и с небрежно повязанным бежевым платком на шее.

— Привет, — сказала она, весело сверкнув глазами. — Здесь живет Джеймс Редман?

— Да, здесь. — Кайра не могла сдержать ответной улыбки. — Сейчас его нет дома. Я могу вам помочь?

— Смотря по обстоятельствам. — Опустив взгляд, красотка заметила на пальце Кайры кольцо и вытаращила глаза. — Скажите, что вы замужем за Джеймсом! Доставьте мне такую радость!

Кайра рассмеялась.

— Я действительно замужем за Джеймсом, мы поженились неделю назад.

Женщина радостно рассмеялась.

— Я спасена! Аллилуйя! — Кайра не успела остановить ее, та протянула руки и на мгновенье обняла ее. — Меня зовут Джилл Кларк. Я только что из Австралии. Я…

— Нет! — Кайра разинула рот. — Нет, не может быть! — Она оглядела с ног до головы стоявшую перед ней потрясающую женщину, не веря глазам.

— Вы слыхали, что я еду?

— О, да. — Кайре вдруг передался смех этой женщины. Она проводила ее в комнату. — Мы ожидали вашего приезда. Вернее, кого-то под вашим именем. — Она широким жестом указала на Джилл. — Но не вас!

— Так вот, я здесь. Не могу дождаться новой встречи с Джеймсом. — Она опустилась на диван, как будто вернулась из длительного путешествия. Что почти соответствовало действительности. — В детстве он был для меня Божьим наказанием. Может, он вам рассказывал? Большей частью мы были заклятыми врагами. Наверно, из-за того, что столько лет вынуждены были жить одной семьей. Естественно, мы вели себя так, как типичные брат с сестрой: соперничали.

— Да, он рассказывал мне. Но я думала… — Она осеклась. Как описать этой красивой, оживленной женщине, что она ожидала увидеть? Кайра переменила тему. — А где ваша мама? Я думала, она приедет вместе с вами.

— Так вышло, что я на сутки опережаю ее. Она осталась в Сан-Диего погостить у друзей, догонит меня завтра. — Джилл откинула назад красивые волосы. — По правде говоря, я подумала, что мне лучше приехать первой, чтобы кое о чем предупредить Джеймса. Но раз он женат, проблема отпадает.

Кайра присела на подлокотник кресла.

— Это насчет тети Джо и вашей мамы?..

— Да! Эти две озорницы сговорились заставить Джеймса жениться на мне!

Кайра кивнула.

— Поверьте, он об этом знает.

— Правда? Значит, и на этом конце та же интрига. Я не была уверена, поэтому подумала, что надо предупредить его, а то вдруг он попался бы в их ловушку.

Кайре вдруг пришла в голову тревожная мысль.

— А вы…

Джилл вопросительно взглянула на нее, не сразу поняв, что она хочет сказать.

— О нет, нет! — сообразила она, наконец. — Я вообще не собираюсь замуж. Поверьте, я делала все, чтобы заставить их бросить эту затею. — Она со вздохом откинулась назад. — Нет. Я геолог-консультант при международной нефтяной компании. Последнее, что мне пришло бы в голову, — это хоть на какое-то время оказаться привязанной к месту. Покамест брак в мои расчеты не входит. — Она повела плечами. — Может, и никогда не войдет.

— О, не говорите так, — пробормотала Кайра.

— Почему? — Джилл улыбалась. — Знаете, я выдам вам секрет. На протяжении многих лет, после нашего переезда в Австралию, я мечтала о том, как подрасту и вернусь, разыщу Джеймса и сшибу его с ног небывалой красотой, которую, не сомневалась, обрету в один прекрасный день, и выйду замуж за этого несчастного зануду. — Она закинула голову и расхохоталась. — Я даже всех своих ухажеров рассматривала по меркам идеального Джеймса, которого хранила в сердце. Конечно, никто из них не соответствовал. Наверно, из-за этого я и погналась за карьерой, в ущерб романам.

Кайра улыбнулась, но уже с меньшем воодушевлением. Что бы Джилл ни говорила, она настоящая красавица. Как-то ее примет Джеймс?

Она зашла на кухню, налила по стакану лимонада и вывела Джилл на террасу. Там они поговорили еще полчаса, и наконец, Кайра услышала, как звякнул ключ в замке. Она жестом позвала Джилл обратно в гостиную.

Джеймс вошел с хмурым лицом.

— Знаешь что, если они перенесут нашу парковку по ту сторону гаража, я сдам «порше» на хранение и стану ездить на работу на танке…

Он заметил, что у них гости, и замолчал при виде Джилл. Глаза у него расширились, рот раскрылся. Он швырнул ключи на диван.

— Нет! — воскликнул он с выражением изумления и радости. — Нет, не может быть!

Джилл сделала шаг навстречу ему и уставилась на него светящимися глазами.

— У меня такое же ощущение, — сказала она.

Они стали кружить друг возле друга.

— Не могу поверить, — одновременно произнесли они и обнялись.

Кайра смотрела и улыбалась. Они еще минут десять обменивались возгласами, когда к ним присоединилась подоспевшая тетя Джо. К этому времени улыбка Кайры уже начала тускнеть. Джилл была просто прелесть, она ей сразу понравилась. Кайра начинала чувствовать себя лишней.

Она решила ретироваться на кухню, чтобы дать им выговориться, и приготовить ужин на четверых.

Она сварила немного рису, поджарила на решетке филе лосося, быстренько настрогала зеленый салат, нарезала дыню и через час подала все на стол.

Ужин получился отличный, если ей позволено себе это сказать. Пожалуй, позволено, поскольку никто другой этого не сказал. Они так увлеклись разговором, смеялись, вспоминали былое, что даже не замечали, что ели.

— А помнишь, как мы копались в мусорных контейнерах, выставленных в проходах между домами? — говорила Джилл, не отрывая глаз от Джеймса. — Мы искали бутылки и банки, чтобы сдать их за гроши и купить «Веселых ранчеров», от которых зеленел язык.

— Конечно, помню, — воскликнул Джеймс. — А, как мы угнали парусник мистера Макдоналда в бухту? Два часа стояли в штиле, без питья и еды, не считая пакета чипсов. Мы чуть не умерли от жажды.

— Да, — поддразнила Джилл, — а ты старался декламировать «Балладу о старом мореходе». Мне хотелось выбросить тебя за борт.

— Меня, за борт? Хотел бы я посмотреть на это.

Она рассмеялась.

— Помнишь, как мы пошли в пеший поход в устье, а я порезала ногу и ты вынес меня на руках? — Она улыбнулась с неприкрытой нежностью. — В тот день ты стал моим героем.

Кайра наблюдала за всем этим со смешанными чувствами. Конечно, они старые друзья и им нужно какое-то время, чтобы вспомнить прошлое без ее вмешательства. Ей в этом прошлом места не было. Но если быть точной, ей и в настоящем места нет — по сути, нет. И, все- таки, она ужасно ревновала и ничего не могла с собой поделать. Их явная радость начинала вызывать у нее боль.

— Так это и есть твоя вредная конопатая дрянь, Калоша Кларк, — сказала она вполголоса, когда они с Джеймсом на минутку оказались вдвоем на кухне. — Нос как у хрюшки, если не изменяет память. По твоему описанию, я ее не узнала.

— Тсс, не говори ей этого, — буркнул он и молча вернулся к Джилл.

Кайра осталась на кухне. Сдерживая слезы, она говорила себе, что ведет себя глупо. И глупее всего было то, что Джилл ей нравилась. Прекрасная женщина — красивая, сложившаяся как личность, остроумная, веселая. Хоть бы Джеймс не смотрел на нее как человек, нашедший самородок.

Легли они поздно — все ждали, когда тетя и Джилл заснут, чтобы Джеймс мог прошмыгнуть в дальнюю спальню.

— Она совсем не такая, какой ты ее помнил, верно? — спросила Кайра.

Джеймс тихо рассмеялся.

— О, нет, она замечательная. — Он провел ладонью по волосам и улыбнулся. — Забавно, как это я позабыл обо всех приятных событиях и только помнил, как она меня выводила из себя. Я так рад, что она приехала. Теперь все изменится.

— Все? — Кайра затаила дыхание.

Но Джеймс даже не заметил, какое ужасное слово произнес.

— Пожалуй, завтра я отвезу ее в Санта-Барбару и покажу дом тети Джо. Ей будет безумно приятно увидеть места, где мы играли. — Он посмотрел на Кайру так, будто только что сообразил. — А ты не хочешь поехать с нами?

Она покачала головой, избегая его взгляда. Она не хотела, чтобы он прочел в ее глазах обиду.

— Нет, я обещала бабушке принести обед от Луиджи. Это ее любимый ресторан.

— А, в таком случае это надо сделать. — Он сказал это без малейшего сожаления.

— Да, — тихо подтвердила она.

Джеймс прижался ухом к двери. Было тихо. Он повернулся к ней, чтобы кивнуть на прощанье.

— Джилл совершенно сногсшибательна, правда? Совсем не такая, какой я ее помнил. — Он пожал плечами и покачал головой. — Это же надо, столько натерпелся… и все напрасно. — Его гримаса напоминала маску театра го. Он вышел.

Кайра стояла не двигаясь, чувствуя себя смертельно обиженной. «Столько натерпелся… напрасно». Эти слова прожигали мозг, словно раскаленные угольки. Глаза у нее наполнились слезами, потом слезы покатились по щекам. Что же ей теперь делать? Что она вообще могла поделать?

На часах пробило три часа ночи. Кайра остановила на них взгляд. Ей так и не удалось заснуть и вряд ли удастся. Все это время она думала и теперь, пожалуй, знает, как надо поступить.

Ее наняли на работу, и она выполнила свои обязательства. Ясно, что больше в ее услугах не нуждаются. Пора увольняться. Джеймс выдал ей очень щедрый аванс, и она уплатила основную часть долгов. Возможно, придется вернуть часть этой суммы, но это они обсудят потом. Бабушку придется поместить в заведение подешевле «Авиньона». Остается вопрос об одежде. Большинство из купленных вещей она еще не надевала, так что их можно будет вернуть. Уйти она собиралась с тем, с чем пришла.

Но, сперва, надо прекратить лить слезы. Ведь она провела с ним неделю. Неделя с любимым мужчиной — не так уж много, но это больше, чем ничего.

Увы, он не создан для нее, он создан для Джилл. Это стало ясно, как только они оказались вместе. Джилл ему подходит, он выглядел таким счастливым с ней. Она образованна, элегантна, у нее с ним общее прошлое и интересы.

А ей надо бежать отсюда. Будет чистым мучением смотреть, как сближаются Джеймс и Джилл. У нее не хватит мужества на это. Кайра выскользнула из постели и потянулась за одеждой. Она собиралась домой.

Джеймс проснулся, потянулся и подумал о Кайре. В последнее время он думал о ней постоянно — о ее теплых карих глазах, о медового цвета шелковых волосах и о том, как выглядела ее грудь под голубым свитером. И еще о том, какая она была на вкус… Он хотел ее почти нестерпимо. Сейчас она наверняка еще в постели. Что, если разбудить ее, скользнуть к ней?.. Попытка не пытка.

Он скатился с кровати и выглянул в коридор, потом тихо прошел в свою спальню. Придержал дверь, чтобы она не скрипнула, и осторожно закрыл. И, наконец, обернулся, надеясь увидеть, как светлые волосы Кайры разметались по подушке. Но постель была пуста.

У него гулко заколотилось сердце. Он зашел в ванную, на кухню… После пробежки по основной части дома он понял, что ее нигде нет. Его уже не беспокоил производимый им шум. Он был зол, перепуган и озадачен. Осмотрев последнюю пустовавшую спальню, Джеймс вернулся к себе и нашел на комоде кольца и рядом с ними записку:

Она написала «с любовью», потом вычеркнула и написала снова. Он смотрел на записку, не понимая смысла. Что, черт побери, она хотела этим сказать?

Тетя Джо вошла в своих меховых шлепанцах. Джеймс поднял на нее печальные глаза, но вспомнил, что она ничего не должна знать.

— Я… она ушла, — сказал он, не в состоянии более притворяться. — Зачем было вот так уходить?

Тетя Джо взяла у него записку и прочла. Потом с жалостью посмотрела на племянника.

— Хорошенькое дельце. Иди-ка за ней и приведи обратно.

Он помедлил, пряча от нее глаза.

— Это сложнее, чем тебе кажется.

Она всплеснула руками.

— Джеймс, дурная ты голова! Ты думаешь, я не догадалась, что ты женился, просто чтобы не послушать меня? Ты же всю жизнь только и делал, что мне перечил. Ты же упрямец. — Она покачала головой. — Я вообще не собиралась заставлять тебя жениться на Джилл. Я просто хотела, чтобы ты задумался о своей жизни.

Джеймс помрачнел еще более.

— Хорошо, я это сделал — я нашел себе в жены идеальную женщину. Но она не хочет быть моей женой. Так что…

— Джеймс Редман, ты мужчина или мышонок?

Он наморщил лоб.

— Интересный вопрос.

— Так вот, найди на него ответ. Как ты к ней относишься?

Он лихорадочно соображал. Как выразить все, что он чувствует?..

— Понимаешь, я никогда не верил во всю эту галиматью насчет любви. Но с Кайрой… знаешь, мне действительно показалось, что я влюбился. Я не сразу признался себе в этом, но чуял нутром. Но она так замыкалась передо мной. Я даже подумал, что ничего не выйдет, что она так и останется непреклонной и мне никогда не удастся к ней пробиться. И я решил закалять свои чувства. Конечно, из этого ничего не вышло.

— Естественно. Она просто берегла себя, потому что не знала, можно ли тебе довериться.

— Ты, в самом деле, так думаешь?

— Конечно, это же так просто.

— Со стороны, может быть.

— Сейчас же иди за ней, дурень, — строго проговорила тетя Джо. — Она же прелесть, такую надо удержать. Кроме того, она явно влюблена в тебя.

У него взлетели брови.

— Почему ты так считаешь?

— Как, по-твоему, есть у меня глаза или нет? Когда мы с ней наедине, она совершенно нормальная молодая женщина, умнее многих. Но стоит тебе появиться, и она буквально дрожит от желания. Она не может от тебя глаз отвести. — Тетя Джо усмехнулась. — Но вечно так не будет. Не будешь осторожным, потеряешь ее.

Джеймс снова помрачнел.

— Что ты мне говоришь?

— А я считала тебя умным. Ты любишь ее?

Он помолчал, выбирая слова.

— Если ты имеешь в виду…

— Все, что я имею в виду, — это любовь! Подумай, ты можешь вынести мысль о том, чтоб жить без нее?

— Нет, не могу.

— Значит, любишь. — Она погладила его по плечу.

Джеймс смотрел на нее, и его глаза начинали улыбаться.

— Тетя Джо, что бы я без тебя делал?

— Забывал бы поесть, наверно, — проворчала она, шаркая обратно в свою комнату. — Иду обратно в постель и надеюсь, к тому времени, как я проснусь, ты вернешь ее. — Она зевнула. — Кстати, она чертовски вкусно готовит, — бормотала она, скрываясь в своей комнате.

Кайра печально слонялась по комнатам скромного бабушкиного домика. Он казался мрачным и одиноким. Она отсутствовала всего неделю, но уже не чувствовала себя здесь как дома.

— Это потому, что тут нет Джеймса, — пробормотала она.

Он был здесь всего два раза, но она вынуждена была признать, что теперь ее дом там, где он. Без него она везде будет чувствовать себя чужой.

Ну и чем же она теперь займется? Наверное, вернется на работу. От такой мысли захотелось плакать. Как она посмотрит в глаза людям? Как вынесет появление Джеймса в коридорах? Может быть, придется искать другую работу.

Она резко повернулась, услышав шуршание шин на дорожке, подошла к окну и увидела, как Джеймс взбегает на крыльцо.

Кайра отскочила от окна. Она не ожидала, что он приедет так скоро, не подготовилась и не знала, что сказать.

Раздался звонок в дверь. Кайра закусила губу. Она должна дать ему ясно понять, что поступила трезво, что обдумала свое положение и не собирается цепляться за мужчину, которому не нужна.

Она распахнула дверь и сердито уставилась на него, надеясь, что он не заметит, как распухли у нее от слез глаза.

— Что тебе угодно? — холодно спросила она.

Он расплылся в той самой обворожительной улыбке, которую она так любила. Опустившись на одно колено прямо на ее крыльце.

Джеймс протянул ей бриллиантовое кольцо, которое она, уходя, оставила.

— Кайра Саймингтон, выйдешь за меня замуж? — спросил он громко.

Она смотрела на него в недоумении. Она ожидала вежливых слов, печали, сожаления… И еще, что он поймет, как зрело она смотрит на происходящее, и предложит законное расторжение их отношений. Зачем все путать этим показушным… чем бы это ни было?

— Что ты несешь? — Она тряхнула головой. — Мы уже женаты.

Он кивнул и несколько неуклюже поднялся с колена.

— Но, как ты сама неоднократно отмечала, этот брак имеет место всего лишь на бумаге. — Он схватил ее за плечи и посмотрел прямо в глаза. — Я хочу, чтоб мы сочетались сердцами.

Она остановила на нем взгляд.

— Почему?

Он не отвел глаз.

— Потому, что люблю тебя и хочу быть рядом с тобой навеки.

У Кайры затряслись колени.

— А Джилл…

— Я ужасно люблю Джилл. Она мне как сестра. — Джеймс чмокнул ее в нос. — А ты — как жена. Хорошую жену найти непросто.

Она качала головой, все еще не веря.

— Постой, Джеймс. Все так запутано. Я не настоящая жена, я нанялась. Ты платишь мне за…

Взгляд у него помрачнел.

— Извини меня, Кайра, но это уже недействительно. Вот… — Он вытащил из кармана контракт и помахал им перед ней. — Смотри. — Бумаги разлетелись на мелкие клочки. — С этим покончено, все, я ни пенни не заплачу тебе по этому контракту.

Она смотрела на него, ничего не понимая.

— Но…

Он снова притянул ее к себе. Кучка соседей собралась, шушукаясь и подталкивая друг друга локтями.

— У тебя все в порядке, Кайра? — крикнула Герриетт Клайн, жившая в соседнем доме. — Если хочешь, чтобы я позвонила в полицию, так я сейчас…

— Ох! — Кайра вырвалась из объятий Джеймса и вышла на край крыльца, смахивая с лица растрепавшиеся волосы. — Нет, нет, все в порядке, миссис Клайн. Это… — Она повернулась и указала на Джеймса. — Это мой муж. Просто мы… слегка повздорили. — Она помахала им. — Все отлично. Рада была всех вас видеть, — крикнула она, когда соседи стали нехотя расходиться.

Она поймала Джеймса за руку, втащила его в дом и захлопнула дверь.

— Вот видишь? Ты устроил спектакль. — Она посмотрела в его красивое лицо. — Нам неделями будут косточки перемывать.

— Ну, их. — Он снова прижал ее к себе и поцеловал в губы. — Пусть болтают, у нас есть чем заняться. — Он огляделся вокруг. — Где твоя бывшая спальня?

— В том конце дома. А что?

— Нам придется ею воспользоваться. — Он взглянул ей в глаза. — Мы займемся любовью. — Он нагнулся и легко поднял ее на руки.

Она обвила руками его шею.

— Но мы даже не… ты порвал контракт.

— Да, порвал. — Он толкнул ногой дверь. — Контракт больше не нужен.

— Не нужен?

— Нет.

Он опустил ее на кровать. У нее разметались волосы, и он потянулся к пуговкам ее блузки.

— Джеймс, — бормотала Кайра, — не знаю…

— А я знаю. — Он снова поцеловал ее в губы. — Я прекрасно знаю, что делаю. — Он зацепил двумя пальцами ее кружевной бюстгальтер и стащил его, обнажив сливочные груди. Под его взглядом набрякли розовые соски, и он застонал от растущего желания. — Так тебя заласкаю, что поверишь.

— Поверю? — задыхаясь произнесла она. — Во что поверю?

— Что я люблю тебя.

— Подожди…