1.0 — создание файла, структура, скрипты — крымчанка
— Мне срочно нужна работа.
С этими словами Паркер Диллон обратилась к своим лучшим подругам Шей Карлсон и Каре Филлипс, совершенно не представляя, во что влезает. Но прошла неделя, и вот пожалуйста — она уже официантка небольшой кофейни «Монарх», что на площади Перри в городе Эри штата Пенсильвания. Конечно, работенка не бог весть что, но, во-первых, лучше, чем ничего, а во-вторых, хозяйка у нее — Шей, а значит, всегда можно договориться! А опыт — дело наживное.
— Добрый день, могу ли я принять у вас заказ? — спросила она, подойдя к столику, за которым сидел мужчина с двумя детьми. Знакомое лицо, где-то она уже его видела. На мужчине были черные джинсы, черный свитер с высоким воротом и черный кожаный пиджак. Волосы у него тоже были черными. Не темно-коричневые с черным оттенком, а настоящие черные. Но довольно мягкие на вид.
Очень даже привлекательный мужчина! Впрочем, ее это совершенно не касается. У нее нет времени на мужчин!
Даже на темноволосых и симпатичных. Поэтому Паркер сосредоточила свое внимание на детях.
— Ну, кто первый скажет, чем он хочет полакомиться? — улыбнулась она.
Девочка не заставила себя долго ждать:
— Мне горячего шоколада и булочку с черникой, пожалуйста.
Паркер записала заказ и повернулась к мальчику:
— А тебе?
— Тоже горячий шоколад и шоколадный пончик.
Мужчина многозначительно кашлянул.
— Извини, дядя Джейс. — Мальчик взглянул на Паркер и добавил: — Пожалуйста.
Значит, дядя, не отец.
Почему-то сердце Паркер застучало чуть быстрее.
Мужчина отвернулся от детей и посмотрел прямо на нее.
Глаза у него были такими же темными, как и волосы. Темные и проницательные. Будто заглядывали к ней в душу.
— Кофе, — произнес он. Низкий голос прозвучал так, будто его голосовые связки кто-то долго тер наждаком.
Что-то внутри нее откликнулось на этот звук.
— Сливки и сахар? — спросила она со странным придыханием.
— Нет, черный.
Разумеется, что же еще может пить человек в черной одежде и с черными волосами! — усмехнулась про себя Паркер.
— Сейчас принесу.
Она направилась выполнять заказ, но невольно быстро оглянулась. Дядя Джейс, видимо, ругал детей, так как лица у них были виноватые.
— Ну и ну, тот еще фрукт! — воскликнула Шей, когда Паркер прошла за стойку. — Чего пристал к детям? Жаль бедненьких. Так и праздничное настроение недолго испортить. Но, как говорится, всех хороших папаш давно уже разобрали.
— Это не его дети. Они называют его дядей.
— Тогда им повезло. Но что-то я не вижу у него кольца. Ты его знаешь? Он наблюдает за тобой.
Паркер обернулась и убедилась, что ее подруга права. Мужчина действительно косился в ее сторону.
— Не могу вспомнить, где его видела, но он мне знаком.
— Ну так спроси у него, где ты с ним могла встречаться! — посоветовала Шей.
В этом была вся Шей. Она не знала, что такое сомнение и полумеры. И всегда стремилась действовать. Полный вперед — таков был ее жизненный девиз.
Именно по ее инициативе Паркер вместе с Карой открыли кафе и магазин. И хотя площадь Перри была не особенно бойким местом и иностранные туристы сюда захаживали редко, специализация Паркер по международной торговле все-таки пригодилась, когда они составляли бизнес-план. Кроме того, Паркер стала и в магазине и в кафе финансовым советником и бизнес-менеджером.
Шей взяла на себя руководство кофейней «Монарх». А Кара, самая спокойная из подруг, возглавила книжный магазин и, ко всеобщему удивлению, не только справлялась с работой, но и делала ее с удовольствием.
Магазин и кафе пока еще не приносили большого дохода, но подруг это не особенно беспокоило, так как дело лишь набирало обороты. Однако после того, как отец Паркер перекрыл дочери доступ к банковским счетам, возникли серьезные финансовые трудности. Вот поэтому она и решила занять вакантную должность официантки, что позволяло ей хоть как-то сводить концы с концами.
Обе ее подруги возражали против такого шага, но Паркер настояла на своем, да и работа с людьми пришлась ей по душе. Тем более, когда к ним захаживали такие симпатичные посетители, как этот «дядя Джейс».
— Давай-давай, хватит телиться! Подойди и спроси в лоб, не знакомы ли вы, — продолжала подначивать ее Шей.
— Ладно. Успокойся. Какая мне разница, в самом деле, видела я его раньше или нет, — отозвалась Паркер, разливая по чашкам горячий шоколад.
— Послушай, Паркер, я тебя не понимаю, он ведь мужчина что надо. Я бы на твоем месте обязательно обратила на него самое пристальное внимание. Тебе, подруга, давно пора браться за ум, — заметила Шей с усмешкой. — Так почему бы не прямо сейчас? Хуже не будет. Твой отец постарался устроить тебе сладкую жизнь. Кстати, он снова звонил… вернее, его секретарша. Она сказала, что это очень важно.
— Я так не думаю. — Паркер украсила горячий шоколад взбитыми сливками.
— Ты непременно должна позвонить отцу, — проворчала Шей. — В конце концов, он тебя не съест! Ты ведь уже сказала «нет». Так что беспокоиться нечего. Ты взрослая девочка и вольна строить собственную жизнь, как тебе заблагорассудится, на свой страх и риск. Помни лишь о том, что хотя ты и приняла решение не возвращаться домой и не подчиняться требованиям отца, это вовсе не означает, что тебе надо окончательно отрываться от семьи. Семья — это святое.
Паркер почувствовала угрызения совести. Да, ей следует больше ценить свою семью.
Не то чтобы она не любила близких родственников. Нет, она искренне любила их.
Ее мать, например, была самой милой и самой покладистой женщиной из всех, которых Паркер когда-либо знала.
К сожалению, она не унаследовала ни одного из этих качеств.
У нее, разумеется, были свои собственные достоинства характера, но выдержка в их число не входила. Она такая же упрямая и самоуверенная, как ее отец и брат.
Вспомнив своих близких, Паркер невольно улыбнулась.
По правде говоря, она обожала их, даже своего командира-отца. И ужасно по ним скучала.
Но любить родственников и жить с ними — совершенно разные вещи. Атмосфера в семье действовала на нее угнетающе. Паркер не отличалась особой застенчивостью, но постоянно находиться в центре внимания ей было мучительно. Журналисты следили чуть ли не за каждым ее шагом и позволяли себе выставлять напоказ даже самые интимные стороны ее жизни. Невыносимо чувствовать, что за тобой все время ходят по пятам и что нигде нет спасения от посторонних глаз. Так недолго и с ума сойти!
Паркер заставила себя сделать глубокий вдох и медленный выдох, отбрасывая подальше от себя неприятные воспоминания.
Нет, она ни за что не вернется в ту жизнь, хотя порой и тосковала по своим близким. Как бы там ни было, ей повезло, что они у нее есть.
Вот взять, например, Шей. У нее никого нет, кроме двух подруг. А ей всегда хотелось иметь семью, и даже не важно какую, лишь бы были люди, к которым можно прийти в минуту одиночества и тоски. Прийти, чтобы услышать слова утешения, слова любви. Ведь никакая, пусть даже самая близкая подруга не заменит мать и отца.
— Позвоню сегодня вечером, — пообещала Паркер. — А сейчас мне некогда, меня ждут клиенты.
— Хорошо, но все-таки спроси своего темноволосого красавца, не встречались ли вы раньше.
— Может быть, — кивнула Паркер и не без труда подняла уставленный чашками поднос. — Если подвернется удобный случай, то спрошу, почему бы и нет.
— Возможно, и не скажу, если вы пообещаете не ходить за мной, как в прошлый раз, — заявил Джейс О'Доннелл детям. Близнецы упрямо набычились. — Но вы сами прекрасно знаете, что ваша мама не разрешит, разве не так? У вас строгая мама.
Джейс понимал, что слегка преувеличивает. Его сестра любит напускать на себя строгость, но сердце у нее доброе.
И в этом ее прелесть.
И именно ее доброта недавно причинила ей так много боли.
— Мы сейчас поедим, а потом вы уйдете, договорились? — продолжал Джейс. — В этом случае я, так и быть, ничего не скажу маме.
— Договорились, дядя Джейс, — хнычущим голосом заявила Аманда. Как она похожа на свою мать! У Шелли такие же каштановые волосы со светлыми прядями, такие же пытливые голубые глаза. Она тоже доставляла ему массу хлопот и неприятностей, когда они были еще маленькими. Ее дети пошли в нее. Очко в пользу генетики!
Как ни хотелось Джейсу приласкать своих племянников, он понимал, что если сейчас не проявит к ним строгости, то проведет оставшуюся часть летних каникул близнецов вечно оглядываясь и проверяя, не плетутся ли они за ним.
— Вам хорошо известно, что вы будете мне мешать, — сурово заметил он. — Вы могли провалить все дело. Я же все-таки при исполнении служебных обязанностей.
— Нет, мы бы никогда не сделали этого, — заверил его Бобби. — Мы постепенно набираемся опыта. И мы уже большие. Так что через четыре года вполне сможем работать у тебя в качестве частных детективов.
Джейс с трудом сдержал стон и напомнил себе, что должен быть польщен желанием близнецов работать у него. Значит, они его уважают и хотят быть похожими на него.
Но временами их любознательность начинала действовать ему на нервы, ведь не может же он в самом деле целыми днями возиться с ними. Ему деньги надо зарабатывать!
— Это очень важное дело, — заметил он. — Я не хочу запороть его.
— Расскажи нам о нем, — попросила заинтригованная Аманда. — Мы могли бы помогать тебе.
— Нет.
— Но дядя, дядя Джейс, пожалуйста, — принялся канючить Бобби. — Нам осталось учиться каких-то четыре года. Всего сорок восемь месяцев. А если мы не будем тренироваться, то вряд ли у нас что-нибудь потом получится.
— Вы ошибаетесь. Не четыре года, а восемь лет. — У детей вытянулись лица, и Джейс почувствовал себя последним негодяем. Им столько пришлось вытерпеть за последнее время, а он снова делает им больно. — Сначала каждый из вас получит диплом об окончании колледжа, и лишь потом, если, конечно, желание не пропадет, вы сможете получить у меня работу.
— Нам не нужен колледж, — возразил Бобби. — Мы хотим работать. Ты сможешь научить нас всему, что нам нужно знать. Практический опыт гораздо полезнее теоретических знаний. Разве не так? Ты сам нам это много раз говорил. А кроме того, мы вполне можем совмещать работу с учебой. Давай начнем прямо сейчас. У Шерлока Холмса был доктор Ватсон. А у тебя их будет сразу два. Скажи, за кем мы следим?
Джейс оставил без внимания последний вопрос.
— К сожалению, я принимаю на работу только тех, кто имеет диплом колледжа. Что касается моего дела…
Паркер Диллон шла в их сторону с опасно качающимся на руке подносом.
— Тсс, — предостерег Джейс, не желая, чтобы официантка слышала их разговор о деле, так как этим делом была именно она. И ребятам незачем об этом знать.
Уже возле самого их столика нога девушки заскользила на небольшой лужице, и поднос угрожающе закачался. Представив себе, как на него падает кофе и две чашки горячего шоколада, Джейс быстро вскочил на ноги. Как нельзя вовремя!
— Да вы просто герой, — выпрямляясь, проговорила девушка с улыбкой. — Я едва не упала. И мне даже не хочется думать, к чему это могло привести. И вас бы облила и детей, ужас!
— Никакого беспокойства, — как можно равнодушнее ответил Джейс, садясь на место.
— Если бы не вы, все могло упасть, поэтому в качестве благодарности за то, что уберегли меня от неприятностей, я оплачиваю ваш заказ.
Джеймс нахмурился. Из отчета ему было известно, что у Паркер Диллон не было наличных денег, так как на прошлой неделе отец лишил ее средств. Ей пришлось даже продать машину, чтобы заплатить за квартиру и оплатить все счета.
Интересно, знает ли об этом ее отец? Надо будет включить эту информацию в свой следующий отчет.
— Вам совершенно не нужно этого делать, — заметил Джейс.
— Мне это будет приятно. Не каждый день девушке везет повстречать такого героя.
— Ну что вы, какой из меня герой, у меня даже нет ковбойской шляпы, — попробовал отшутиться он.
Но девушка смотрела на него с таким неприкрытым восхищением, что он почувствовал себя виноватым. Она с ним так искренна, а он ведет двойную игру. Впрочем, ему не привыкать. Работа есть работа.
Хотя с какой стати ему переживать? Он ведь явился сюда вовсе не для того, чтобы как-то навредить девушке, а, наоборот, чтобы удостовериться, что с ней все в порядке.
— Нет-нет, не спорьте, вы настоящий герой, — снова повторила она.
— Я…
И прежде, чем он смог снова возразить, в разговор вклинились его услужливые племянница и племянник.
— Конечно же, ты герой, дядя Джейс! — воскликнула Аманда. — Помнишь, на прошлой неделе ты отвез нас на целый день на мыс Седар, и мама вечером так нам и сказала: «Ваш дядя — герой».
— А как насчет того случая, когда ты поймал вора, укравшего у женщины кошелек? — гордо добавил Бобби. — Об этом еще в газете писали.
Паркер улыбнулась близнецам, потом повернулась к Джейсу.
— Видите, я права. Поэтому счет за ваш завтрак напишем на меня, это гораздо лучше, чем если бы горячий шоколад оказался на мне и на вас троих. Будем считать, что вы спасли меня от химчистки.
Она рассмеялась собственной шутке. Джейс нахмурился. И слепому понятно, что Паркер никогда не знала, что такое бедность. Впервые в жизни ей пришлось зарабатывать на хлеб насущный. И разумеется, ей трудно справляться с этой новой для нее ролью.
И зачем, спрашивается, ей это надо?
Паркер Диллон никакая не официантка.
Паркер Диллон — принцесса.
Настоящая принцесса с голубой кровью. И его задание как раз и заключалось в том, чтобы разузнать, почему она не желает возвращаться домой и выполнять свои королевские обязанности. А заодно обеспечить безопасность Его Высочества Марии Анны Паркер Микович Диллонетти из Элиасона.
— Мы правда не можем позволить вам оплатить наш завтрак. Я представляю, как трудно жить на зарплату официантки.
Ну вот, он напомнил, что теперь ей нужно экономить. Беречь свои деньги, а не разбрасывать их куда попало!
— Нет, мне действительно будет очень приятно как-то вас отблагодарить. Рыцари в наше время встречаются не часто. А если уж я заговорила о встречах, то скажите, пожалуйста: мы не виделись с вами раньше? Мне что-то знакомо ваше лицо.
— Нет.
Ее, видимо, поразил его односложный и несколько грубоватый ответ.
Она немного помолчала, но, не услышав продолжения, поняла намек.
— Что ж, ладно. Позовите, если вам понадобится еще что-нибудь.
— Обязательно. Все прекрасно, — ответил Джейс.
Бобби привстал и открыл рот, чтобы что-то сказать, но Джейс бросил на него предупреждающий взгляд, и племянник тут же тихо опустился на свое место.
Паркер Диллон ушла, не проронив ни слова.
Джейс с интересом наблюдал за ней.
Принцесса прошла за стойку и окинула взглядом зал: не надо ли кого еще обслужить.
Она тут возится с клиентами, недоумевал Джейс, а тем временем ее отец Антонио Поль Капелли Микович Диллонетти, король Элиасона, пытается понять, почему его дочь ушла из дома. Ну и дела!
— Мама, привет! — Во время обеденного перерыва Паркер уединилась в маленькой конторке в задней части кафе. — Это я. Мне сказали, что звонил папа и хотел поговорить со мной.
— Вы снова ссоритесь? — В голосе матери звучала озабоченность. В прошлом ее мама была обыкновенной девушкой из маленького городка. Теперь она королева. Но как все женщины хотела, чтобы в ее семье все были счастливы и ладили друг с другом.
Однако и отец и брат Паркер были известными упрямцами и снобами, поэтому немудрено, что ссоры нет-нет да вспыхивали. Но все старались держать свои обиды при себе. По негласному договору никто из них никогда не жаловался друг на друга. Поэтому Паркер постаралась как можно более спокойно ответить:
— Не понимаю, о чем ты говоришь, мама. Я звоню, чтобы поговорить с ним. Разве дочка не может просто соскучиться по своему отцу?
На другом конце провода раздалось совсем не королевское фырканье.
— Доченька, ну кому ты пытаешься морочить голову? Я же тебя насквозь вижу.
— Так, отца, похоже, нет. А как ты? — быстро спросила Паркер, не дав матери сформулировать более многословный ответ.
— У меня все хорошо. А у тебя?
Они немного поговорили о разном. Обычный непринужденный разговор. Ее мать рассказала о своей благотворительной деятельности и об отце. А также сообщила, что брат Паркер, Майкл, отправился в короткую дипломатическую поездку.
— Он будет в Соединенных Штатах и собирается заглянуть к тебе. Он тоже соскучился. — Возникла легкая пауза, после которой ее мать тихо добавила: — Мы все скучаем.
Паркер подозревала, что Майкл приедет к ней отнюдь не просто так. Солидарный с отцом, он считал детским капризом решение сестры отказаться от королевских обязанностей. Ничего, мол, это у нее от молодости. Перебесится и образумится. Если она правильно понимала ситуацию, то во время своего визита к ней Майкл постарается научить ее уму-разуму. От мысли, что ей придется выслушивать наставления брата типа «Пора повзрослеть, ты уже давно не девочка» и «Принцесса обязана печься о своих подданных», ей стало невыносимо скучно. Но надо что-то ответить матери.
— Я тоже, конечно, скучаю.
— Даже если ты не собираешься возвращаться в Элиасон, то можешь по крайней мере пообещать, что приедешь к нам погостить, хорошо?
— Я приеду. Скоро. Обещаю.
— Ладно. Я сейчас позову отца.
Мать немного помолчала и, прежде чем уйти, добавила:
— И помни, Паркер, я очень люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя, мамочка.
— Только постарайся с ним не ссориться.
— Почему, мама, ты думаешь, что мы обязательно будем ссориться?
И снова ее мать фыркнула.
Паркер ждала у телефона, стараясь психологически подготовить себя к разговору с отцом. Это будет не такой простой разговор, как с матерью.
Когда-то она делилась с отцом всеми своими мыслями. Он сажал ее к себе на колени, и они долго обо всем беседовали.
Жаль, что те времена давно прошли. Теперь они едва разговаривали. А когда это случалось, отец в основном ставил ей ультиматумы, которые она оставляла без внимания.
Такая ситуация разрывала ей сердце, но как сделать, чтобы отец смирился с тем, что она никогда не сможет быть такой, как он хотел? Вопрос, не имевший ответа.
Паркер не годилась на роль принцессы, как бы ее отец этого ни желал.
— Добрый день, Мари Анна, — раздался в трубке его густой бас.
В детстве она очень любила слушать, как он говорит. Не важно что, ей нравилось, как раскатывались звуки в его горле.
— Паркер, папа. Теперь я Паркер.
Она перестала быть принцессой Мари Анной, когда убежала из Элиасона. И специально приехала на родину своей матери в маленький американский городок Эри на берегу озера с тем же названием. Здесь никто не узнает о ее прошлой жизни принцессы.
Она теперь обыкновенная девушка — Паркер Диллон, официантка из кафе «Монарх».
— Ты всегда будешь моей маленькой Мари Анной, — заверил ее отец. — Моей принцессой.
Паркер вздохнула. Когда она спорила с отцом, у нее возникало впечатление, будто она бьется головой о каменную стену. Ни стену не прошибешь, ни от головной боли не убережешься.
— Что тебе нужно, папа? — стараясь сохранять терпение, спросила она.
— Мне нужно, чтобы моя дочь вернулась домой.
Настойчивый. Ее отец был самым настойчивым, целеустремленным человеком из всех, которых она когда-либо встречала. Именно эта его способность добиваться поставленной цели во что бы то ни стало и сделала его выдающимся политическим лидером. Но в личной жизни та же черта характера превращалась в упрямство и очень мешала общению с дочерью. Уж если какая идея возникнет, никогда от нее не откажется!
Разумеется, мать утверждала, что в этом отношении дочь с отцом — два сапога пара! От этой мысли девушка улыбнулась.
— Я люблю тебя, папа, — тихо произнесла она, а потом еще тише добавила: — Но я не вернусь домой.
— Твой жених ждет тебя. Он скучает.
— Вот уж не поверю! Он не настолько хорошо меня знает, чтобы скучать.
— Тэннер строит планы по поводу вашей свадьбы.
— Он слишком мало знает меня, чтобы скучать, а чтобы жениться — и того меньше. И передай ему: пусть строит планы где-нибудь в другом месте, поскольку я не собираюсь выходить за него замуж.
Она не видела Тэннера несколько лет. Раньше он был милым мальчиком с беззубой улыбкой, который любил подшучивать над ней. Иногда донимал, иногда веселил.
Но сейчас Тэннер уже не мальчик. И каким он стал — одному Богу известно. А она не собирается идти под венец с незнакомцем!
— Подобные браки вышли из моды лет сто или больше назад, и не мне их реанимировать, — пошутила она. Отец промолчал, и она со вздохом добавила: — Извини меня, папа, но я не могу выйти за него замуж. Здесь я счастлива. У меня даже появилась работа.
— Работа официантки недостойна твоего ранга и положения.
— Послушай, раньше я работала продавщицей у Кары в магазине. Это, по-твоему, лучше?
— Нет, — согласился отец. — Не лучше. Тебе вовсе не нужно работать. Ты принцесса и должна быть дома. У тебя хватает обязанностей перед семьей, перед твоим народом.
— Но мне хочется работать. Мама тоже работала, когда училась, до того, как ты познакомился с нею. И поверь мне: из меня вышла неплохая официантка.
То, что отец перекрыл ей доступ к денежным средствам, поставило под сомнение всю их затею. По ее расчетам, прибыль должна была появиться уже в ближайшие несколько месяцев, но без нынешних денежных вливаний магазин и кафе оказывались в крайне затрудненном положении. Как говорится, сегодня не дашь — завтра не получишь!
— Что касается работы, — продолжила она, — то я была вынуждена пойти на это. Видишь ли, кто-то заморозил мои счета и заблокировал кредитные карточки. А мне, как и всем людям, приходится иногда оплачивать различные счета.
— Я лишил тебя денег только для того, чтобы ты поскорее вернулась домой, разве я мог представить, что ты напялишь на себя фартук официантки!
Паркер услышала раздражение в голосе отца и еще раз пожалела, что явилась причиной его переживаний.
— Папа, мы уже спорили об этом много раз. Совершенно ясно, что ни один из нас не уступит ни на йоту, поэтому лучше прекратить бесполезный разговор. Я не выйду замуж за Тэннера. И не вернусь домой. И, как это тебе ни удивительно, мне нравится работать. — Она вспомнила о подносе, который едва не уронила сегодня, и о темноволосом мужчине, сумевшем его вовремя подхватить. Улыбнулась. — В некоторые дни моя работа мне нравится больше, чем в другие, но, как бы то ни было, она меня вполне устраивает.
Ее отец ничего не ответил.
— Разочарован? Надеялся услышать что-нибудь новенькое? Но я не собираюсь менять свое мнение, — наконец произнесла она.
— Тэннер приедет в Америку и заберет тебя, раз ты такая упрямая.
— Нет! — твердо заявила Паркер. — Нет! Это пустая трата времени. Не посылай его сюда, папа! Я не выйду за него замуж. Не могу поверить, что, по твоему мнению, давно изжившая себя помолвка с практически незнакомым мне мужчиной способна заставить меня вернуться.
— Твои дедушка и бабушка были помолвлены еще до того, как познакомились друг с другом. Мой отец клялся, что у них возникла любовь с первого взгляда. Так обычно в нашей семье и влюбляются — быстро и навсегда.
— Однако ты нашел маму сам, и я тоже хочу сама найти себе будущего мужа, если вообще выйду замуж. Не присылай Тэннера. Эта поездка только поставит нас обоих в неловкое положение. И ему все равно придется возвращаться домой несолоно хлебавши. Неужели ты серьезно думаешь, что я соглашусь стать его женой?
— Он уже в дороге. Прилетает завтра. Рейс тысяча сто двадцать девять. Самолет приземлится в аэропорту в восемь тридцать вечера. Постарайся быть вовремя.
— Я не буду его встречать.
— Барышня, будет крайне нелюбезно, если твоему жениху придется брать такси. Ты можешь отказываться быть принцессой, но даже тот, кто не относится к королевскому роду, обязан обладать хорошими манерами. Поэтому постарайся уж встретить своего жениха в аэропорту.
— У меня нет жениха, — повторила она в сотый раз.
И в сотый раз отец не захотел ее услышать.
— Мари Анна, я очень надеюсь, что ты будешь завтра в аэропорту в восемь тридцать вечера.
Ладно, в данном случае отец прав. Нельзя же оставлять бедного Тэннера одного в аэропорту!
— Хорошо, — нехотя согласилась она. — Я постараюсь его встретить. Однако это вовсе не означает, что я с ним помолвлена. Браку не бывать!
Отец вздохнул.
— Раньше с тобой не было так трудно.
— И с тобою тоже. — К ней снова вернулись воспоминания о том, как она сидела у него на коленях, чувствуя себя любимой и защищенной. На глаза навернулись слезы. — Но как бы нам ни было трудно, я люблю тебя, папа.
— А я тебя, Мари Анна. А я — тебя.
Он повесил трубку.
Паркер долго сидела, тупо уставившись на телефон.
Итак, Тэннер приезжает в Эри.
Он полагает, что едет сюда забрать свою невесту.
Бедный принц Эдуардо Мэтью Тэннер Эриксон из Амара!
Ее отец ввел его в заблуждение, и теперь Паркер придется раскрыть ему глаза.
Во всем виновата Шей. Кто ей твердил все время: «Позвони отцу, позвони отцу…»? Так, может быть, Шей и будет встречать принца? А что, неплохая идея!
На следующий вечер Паркер представляла собой сплошной комок нервов. Ей совершенно не хотелось жаловаться матери, что отец лишил ее средств существования, но она все-таки надеялась упросить мать повлиять на него. А вдруг тот в последний момент все же услышит доводы разума и позвонит Тэннеру, чтобы отсоветовать ему встречаться с «невестой»?!
— Твой отец не поддастся на уговоры. Но я убеждена, что ты сама справишься с Тэннером, дорогая, — заверила ее мать. — Я знаю, какой у тебя сильный характер.
— Ты не считаешь, как папа, что я убежала? — спросила Паркер.
— Не убежала, а отправилась искать свое счастье, устраивать жизнь по своему вкусу.
— А если эта жизнь далеко от Элиасона?
— Надеюсь, ты придумаешь, как включить в твою жизнь Элиасон, даже если ты будешь находиться далеко отсюда. Ведь хочешь ты этого или нет, но мы все равно твоя семья.
Беседа с матерью позволила ей немного расслабиться. Так было всегда. Выйдя замуж за короля, мать, естественно, оказалась в центре внимания и сумела как-то к этому приспособиться. Однако она хорошо знала, как мучительно бывает порой не иметь возможности уединиться, а значит, понимала, что ее дочь не хочет платить столь высокую цену за материальное благополучие.
Если бы только Паркер удалось достучаться до отца! Но это скорее из области фантастики, поэтому придется убедить Тэннера забыть о ней раз и навсегда и уехать ни с чем. Она не вернется домой!
Шей пусть и не сразу, но согласилась встретить принца, однако это означало, что кто-то должен будет остаться в кафе. Разумеется, выбор пал на саму Паркер.
Она впервые оставалась за главного в «Монархе». Ей не хотелось брать на себя такую ответственность, но пришлось согласиться, так как в противном случае ей пришлось бы отправляться в аэропорт встречать Тэннера.
Остаться в кафе показалось ей меньшим из двух зол. Но Паркер нервничала не только из-за того, что осталась за главного в маленькой кофейне. Вряд ли ее поджидают какие-то особые проблемы.
Гораздо больше ее беспокоил приезд Тэннера.
Наверняка с ним будет так же трудно, как и с ее отцом.
И дело тут не в королевских амбициях. А в мужских.
Но ей не привыкать отстаивать свое мнение. Если она не поддалась на уговоры отца, то с какой стати она должна уступить своему приятелю детства! Они еще не знают, с кем связались!
— Мисс! — обратилась к ней темноволосая женщина, засидевшаяся в кафе.
Выглядела она явно чем-то озабоченной.
— Извините, — кивнула ей Паркер. — Я задумалась. Чем могу служить?
— Не может ли кто-нибудь проводить меня до машины? В сквере на площади притаился какой-то мужчина. Он наблюдает за нами через окно и похож… — Она замолчала, и щеки ее слегка порозовели. — Ну, может, я и паникерша, но вид у него довольно зловещий. Одет во все черное и прячется за деревом.
Во все черное?
У Паркер закралось смутное подозрение, что она знает, кто это.
Нет, конечно, она могла ошибиться. На свете существует масса мужчин, любящих носить одежду черного цвета. И, признаться, она никогда не обладала даром ясновидения, хотя, по слухам, ее двоюродная бабушка Маргарет со стороны отца имела удивительные оккультные способности.
Может быть, Паркер унаследовала частичку этого дара?
И хотя она большую часть времени думала с беспокойством о предстоящей встрече с Тэннером и о своих отношениях с отцом, мысли о вчерашнем посетителе несколько раз приходили ей в голову.
И это еще слабо сказано! Он даже приснился ей прошлой ночью.
Так что совершенно неудивительно, что, когда взволнованная посетительница упомянула мужчину в черном, ей сразу пришел на ум Джейс.
А что, если она не ошибается и это действительно он? Но зачем ему наблюдать за кафе? И имеет ли это отношение к тому факту, что она, вне всяких сомнений, где-то раньше его видела?
Ясно одно: голову ломать ни к чему, ответов на эти вопросы ей все равно не найти.
— Сейчас я запру кассу и провожу вас, — откликнулась она. Увидев сомнение в глазах женщины, Паркер поспешила добавить: — Не бойтесь, я смогу, если понадобится, защитить нас. У меня есть баллончик с перечным спреем.
— А вы уверены, что это поможет? — недоверчиво спросила посетительница.
— Вам когда-нибудь брызгали в лицо перечным спреем? Уверяю вас, мы будем в безопасности. Только дайте мне одну минуту. — Паркер подошла к маленькому проходу, который разделял «Монарх» и магазин «Книги». — Эй, Кара, ты не могла бы мне помочь!
— Да! — ответила маленькая брюнетка, подходя к Паркер.
— Мне нужно довести клиентку до ее машины. Все посетители ушли, и я заперла кассу, но пригляди все-таки минутку за кафе, хорошо?
— Конечно! Какие проблемы! — ответила Кара. — А что-нибудь случилось?
— Нет. Думаю, ничего. Просто попалась нервная клиентка.
— Хорошо! Я пригляжу за кафе. Но учти, если ты не вернешься через пять минут, я позвоню в полицию.
— Спасибо.
Паркер вернулась к женщине.
— Я взяла свой перечный спрей и попросила присмотреть за кафе. Мы можем идти.
— Вы уверены, что нам ничего не грозит? — снова спросила женщина.
— Совершенно.
— Ну ладно, пойдем. Тут недалеко. Мне только перейти улицу, — заверила она.
Они вышли на тротуар.
Паркер скосила глаза, стараясь рассмотреть другую сторону улицы и сквер, о которых упомянула женщина.
Среди деревьев действительно мелькнула какая-то тень.
— Прямо перед нами? — спросила она.
— Да. За тем большим деревом, — прошептала женщина. — Моя машина как раз перед ним — маленький японский внедорожник.
— Пошли.
Они пересекли улицу и приблизились к машине. Паркер терпеливо дождалась, пока женщина открыла дверцу и уселась за руль.
— Большое спасибо, прямо не знаю, как вас отблагодарить! — воскликнула она. — Я такая трусиха. Вечно мне что-то мерещится.
— Не за что. Надеюсь скоро увидеть вас в «Монархе».
Женщина захлопнула дверцу, и Паркер отступила, чтобы пропустить машину, а потом, вместо того, чтобы сразу вернуться в кафе, направилась в сторону сквера.
Дорожки были освещены фонарями, но дерево, где, как ей показалось, мелькнула тень, росло довольно далеко, и трудно было определить, действительно ли за ним кто-то стоит.
Внезапно впереди что-то мелькнуло. Теперь Паркер была совершенно уверена, что это мужчина. Когда она приблизилась к нему, он постарался скрыться в ночи.
Она остановилась.
Паркер всегда думала, что женщины в фильмах ужасов — полные дуры. Обычно она сидела в своем кресле, смотрела и ругалась про себя:
— Ну куда ты лезешь на рожон?! Что ты забыла в подвале?
Разумеется, ей следует немедленно развернуться и возвратиться в кафе. Но любопытство взяло верх над здравым смыслом. Внезапно она испытала сочувствие к этим объятым ужасом девушкам, которым всегда надо знать, кто затаился внизу лестницы, даже если их ждет маньяк с топором.
Мужчину почти не было видно в темноте, но она знала, что он там. И была абсолютно уверена, что интуиция ее не подвела. Это был ее вчерашний посетитель в черном.
Сжимая перечный спрей, она громко позвала:
— Джейс!
Раздался слабый шелест, как будто мужчина хотел спрятаться.
— Я знаю, что ты здесь, Джейс. Черный кофе. Племянница и племянник.
В ответ снова зашелестела листва.
— Если ты не выйдешь, я наберу на своем сотовом номер полиции. Очень удобно, когда полицейский участок расположен по соседству. Ребята приходят в «Монарх» попить кофе, поэтому я точно знаю, что они поверят мне, когда я поклянусь, что ты следишь за мной. И, полагаю, я знаю, почему ты дежуришь здесь. Это он дал тебе такое задание, верно?
Это был удар наудачу, но Паркер сердцем чувствовала, что угадала. Наверняка ее отец нанял кого-то, чтобы следить за ней… уже не в первый раз.
Вот почему этот «дядя Джейс» показался ей таким знакомым!
Вот почему он находился здесь, наблюдая за нею в кафе!
Он был платным агентом ее отца.
Может быть, она и впрямь обладает некоторыми способностями ясновидения, поскольку уже нисколько не сомневалась, что права. В последние несколько недель у нее время от времени возникало чувство, что за ней наблюдают. Она старалась убедить себя, что это просто игра воображения, вызванная новыми попытками отца вернуть ее домой. Но скорее всего она попала в точку!
— Как хотите, Джейс. Я вынимаю телефон! — крикнула она.
Мужчина почти тут же вышел из тени.
— О чем это вы бормочете? — неожиданно спросил он.
Несмотря на то, что ожидала его, Паркер невольно вздрогнула.
Она постаралась скрыть свою нервозность, сразу перейдя в наступление:
— Бормочу? Я не бормочу. У меня нет такой привычки. Говори, что он велел тебе делать!
— Не знаю, о чем вы, — мрачно отозвался мужчина.
— Прекрасно знаешь, Джейс. Мой отец. Ты один из его наемных сыщиков. Не вздумай отрицать. Не ставь под сомнение мою сообразительность. Еще вчера ты показался мне знакомым, но я так и не вспомнила, где я тебя могла видеть. И лишь только что меня осенило: на хоккейном матче на прошлой неделе. Ты с детьми был там. Они действительно твои племянница и племянник или просто ребята, которых мой отец нанял для твоего прикрытия?
— Они настоящие, правда. И я никогда не воспользовался бы ими для прикрытия. Они получают огромное удовольствие летом оттого, что ходят за мной по пятам. Если бы не они, сомневаюсь, что вы бы сумели выследить меня.
Паркер взглянула на стоящего перед ней мужчину. Даже в темноте им можно было залюбоваться.
— Думаю, ты не из тех, кто может трусливо бежать, когда его поймали на месте преступления.
— Должен ли я принять ваши слова как комплимент? — саркастически улыбнулся он.
— Принимай как хочешь, только скажи, почему следишь за мной.
— Извините. Не могу. Не имею права.
— Прекрасно, тогда я вызываю полицию и сообщаю им, что за мною следит подозрительная личность. Они живо прибегут сюда.
— Что ж, вызывайте, если вам так угодно. — Он с безразличием пожал плечами.
— Мне это совершенно не угодно, — заявила она и зашагала по дорожке в обратную сторону.
Она услышала, что мужчина пошел следом за нею.
Ей было все равно.
Пусть идет, если хочет.
В любом случае Паркер нисколько не сомневалась в том, что слежку организовал ее отец.
Она направилась в кафе, чтобы позвонить домой и попросить отца отозвать своего сторожевого пса. Иначе она исчезнет из города и отправится туда, где он ее никогда не найдет. Ей не хотелось угрожать своему отцу, но он зашел слишком далеко и у нее нет другого выхода.
То, что он послал за нею Тэннера — нежеланного жениха, — это одно, но то, что отправил человека шпионить за нею, это совершенно другое.
Человек-ищейка сделал пару шагов и подошел к ней.
— Так что же вы теперь собираетесь делать?
— Пусть вас это не беспокоит. Знайте только, что скоро потеряете работу.
— Я мало беспокоюсь о ней.
— Ага! Вот вы и признались!
— Ошибаетесь, я не признался, что связан с вашим отцом.
— Вам и не надо ничего говорить, мне и так ясно, что это именно он послал вас. Учтите, я не потерплю, чтобы за мной вечно болтался хвост. Хватит и того, что меня выслеживали, как зверя, все мое детство.
Старое чувство страха пронзило все ее существо, но Паркер постаралась подавить его. Перед ней всего лишь услужливая ищейка, а не газетчик. У него нет собой фотоаппарата.
— Принцесса…
Единственное, что смог выдавить из себя Джейс. Заранее заготовленные слова застряли у него в горле, так как девушка подошла к нему совсем близко и встала лицом к лицу.
— Никогда, слышите меня, никогда не называйте меня так. Здесь я не принцесса. Я — Паркер. Паркер Диллон. Обыкновенная девушка, которая живет своим трудом, обходясь немногим.
— Даже не будь вы принцессой, обыкновенной вас никак не назовешь, — произнес он почти ласково.
На какое-то мгновение Паркер вдруг захотелось легонько пройтись пальцем по его щетинистому подбородку. Что за безумные желания?
Она ничего не знала о Джейсе, кроме того, что тот был сторожевым псом ее отца и имел племянницу и племянника.
Интересно, почему он назвал ее необыкновенной? Но это совершенно не так. Она самая что ни на есть обыкновенная. Именно такой она и хотела быть.
Нормальной.
Обычной.
Как все.
Таким человеком, которого никто не замечает.
Таким, которому не посвящаются статьи в бульварной прессе и чьи фотографии не печатаются на первых страницах газет.
Она резко развернулась и заторопилась обратно в кафе. Вошла, но дверь захлопнуть не успела, Джейс ловко протиснулся вслед за ней и уселся за один из столиков.
Она бросила на него испепеляющий взгляд, потом закрыла дверь и повесила табличку «Закрыто».
— Можно мне кофе? — попросил незваный визитер.
— Нет.
Из подсобки вынырнула Кара.
— Ты вернулась!
— Да, — почти прорычала в ответ Паркер.
— Проблемы?
— Ничего такого, с чем бы я не справилась самостоятельно.
В конце концов, она несколько лет отбивала наскоки своего отца и ускользала от его властного покровительства. Справится и с этим сторожевым псом.
— Кто это? — спросила Кара, указывая подбородком на спокойно сидевшего за столиком мужчину.
— Дядя Джейс, — насмешливо протянула Паркер. Заметив недоумение на лице подруги, она добавила: — Не мой дядя. Он приспешник, которого мой отец нанял приглядывать за мной.
— О нет! Я думала, твой отец извлек урок из того, что случилось с бедным Хоффманом, которого он нанял следить за тобой.
— А что случилось с Хоффманом? — полюбопытствовал Джейс.
Кара громко рассмеялась.
— Вам лучше этого не знать. Но она и до вас доберется.
Глаза у него сузились, и он внимательно посмотрел на Паркер, потом снова повернулся к Каре.
— В каком смысле доберется?
Кара посмотрела на Паркер, потом снова на Джейса.
— Извините, но это не мое дело. Не хочу вмешиваться. Разбирайтесь сами.
Видимо, решив, что Кара ничего ему не скажет, он переключился на Паркер.
— Эй, принцесса… извините, Паркер, что вы сделали этому вашему Хоффману?
— Скоро узнаете. А пока сидите и помалкивайте, — ответила она и, подняв трубку, стала набирать номер отца.
— Который сейчас там час? — спросил Джейс. — Вы его не разбудите?
— Мне безразлично, даже если и разбужу. Он заслужил, чтобы его разбудили. Я могу звонить когда угодно. Впрочем, не беспокойтесь, он мало спит.
Она не добавила, что в этом отношении пошла в своего отца. Остальным людям нужно семь или восемь часов сна. А она, как ее отец, вполне довольствовалась тремя-четырьмя часами.
— Алло? — раздался голос отца.
Без всякого вступления Паркер бросилась в атаку:
— Как ты мог так поступить со мной?
— Ты говоришь о Тэннере? Он что, еще не прилетел? Ты звонишь из аэропорта?
Паркер тихо простонала. Из-за этой истории со слежкой она совсем забыла о приезде «жениха». Быстро взглянула на часы. Наверное, Шей уже скоро будет с ним здесь.
Да, ночь обещала быть длинной и нервной!
— Не Тэннер, — поправила она. — Джейс. Твой слуга.
— Я никогда не нанимал слуг, чтобы следить за своей любимой дочуркой, — заверил ее отец. — Джейсон О'Доннелл — весьма уважаемый частный детектив. Сам мэр вашего города рекомендовал мне воспользоваться его услугами.
— И что он должен расследовать?
— Ничего особенного. Он просто должен узнать, что держит тебя в Эри. Или, точнее, кто.
— Я много раз говорила тебе, что в моей жизни никого нет, кроме моих подруг Шей и Кары. Я не хочу становиться принцессой. Ты знаешь, как тяжело мне дался прошлый год. За мной постоянно следили репортеры, каждый мой шаг обсуждался и превратно истолковывался. И мне нравится моя жизнь здесь. Мне нравится быть просто Паркер. Немедленно отзови своего сторожевого пса.
— Нет. Он останется до тех пор, пока Тэннер не увезет тебя домой. Я соскучился по тебе, поэтому, пожалуйста, сделай это поскорей. Мы ждем тебя.
Ее отец повесил трубку.
Паркер с минуту стояла неподвижно, потом повернулась к Джейсу.
К Джейсону О'Доннеллу, частному детективу.
— Похоже, что я крепко завязана с тобой, — задумчиво произнесла она.
— О нет! Еще один Хоффман? — прошептала Кара.
— Да-а, — ответила Паркер, внимательно глядя на мужчину. — Может быть, даже хуже.
Кара бросила на Джейса сочувствующий взгляд, потом промолвила:
— Думаю, я оставлю вас вдвоем разбираться. Я не люблю подобные драмы.
Паркер улыбнулась.
— Иди. Со мной все в порядке. Я справлюсь.
— Нисколько не сомневаюсь, что справишься, — заметила Кара, после чего кивнула и направилась в книжный магазин. — Именно это и пугает меня.
Джейс перевел взгляд с маленькой брюнетки, которая, уходя, сочувствующе махнула ему, на высокую блондинку, свирепо смотревшую в его сторону.
Он не знал, кто такой этот Хоффман, но пообещал себе, что завтра первым делом отыщет парня и узнает, что именно принцесса сделала с ним.
Знание — лучшая защита. А судя по свирепому взгляду Паркер, ему придется несладко.
— Когда я разделаюсь с вами… — начала она, но Джейс так и не узнал, что она собирается сделать с ним, потому что в этот момент дверь в кафе с шумом распахнулась.
Он следил за Паркер две недели, и знал, что женщиной с короткими волосами была Шей Карлсон, ее подруга и владелица «Монарха». Но не Шей привлекла его внимание, а мужчина, находившийся рядом с нею.
У него были безукоризненно причесанные волосы и шикарный костюм, явно от известного модельера.
— Здравствуйте, принцесса Мари Анна! — произнес вошедший парень низким вкрадчивым голосом.
— Меня зовут Паркер, — свирепо ответила она. (Очевидно, рафинированная внешность мужчины не произвела на Паркер особого впечатления.) — Напрасно ты сюда приехал. Отправляйся обратно. Прошло слишком много времени, Тэннер, — добавила она уже более нормальным тоном.
— Ты права. Много. — Он одарил ее лучезарной улыбкой, от которой, наверное, таяли сердца множества женщин во всем мире.
— И еще бы столько же не видеться, — пробормотала девушка.
Тэннер.
Джейсу было знакомо это имя из документов, которые прислал отец Паркер. Принц Эдуарде Мэтью Тэннер Эриксон из Амара.
Жених Паркер.
— Твой отец велел мне привезти тебя домой.
— А я уже дома.
Мужчина нахмурился.
— Обратно в Элиасон.
— Повторяю: возвращайся в Элиасон или Амар на ближайшем самолете. А я останусь здесь.
— Вот как? Как неласково ты меня встречаешь. А ведь я преодолел сотни миль, чтобы повидать свою невесту…
— Я не твоя невеста, — перебила его Паркер.
— …а ты только и можешь, что сказать мне: «Уходи»?
— Это что касается наших с тобой долгосрочных отношений. А если говорить о ближайшем будущем, то я ухожу. Ты закроешь кафе, Шей?
— Конечно, — заверила ее подруга. Она кивнула в сторону принца. — А как быть с ним?
— Не отвезешь ли ты его в какой-нибудь отель?
— Хорошо. С удовольствием.
— Эй, сторожевой пес, ты идешь? — спросила Паркер, обернувшись.
— Да… — Джейс не знал, что ему делать. Он должен был тайком идти за нею следом, а вовсе не сопровождать ее. — Может, я подвезу?
— Мне это подходит, поскольку я приехала сюда на автобусе.
— На автобусе? — воскликнул озадаченный принц. — Моя невеста пользуется общественным транспортом? Ушам своим не верю!
— У тебя нет невесты, Тэннер, но если ты имеешь в виду меня, тогда да, я пользуюсь общественным транспортом. Мой отец закрыл мне доступ к моим банковским счетам, и я в результате осталась без денег. Поэтому пришлось продать машину.
— Но… но… — пробормотал принц.
— Не беспокойтесь, — заметил Джейс. — Я прослежу, чтобы она благополучно добралась домой.
— Слышишь — домой! — нарочито громко повторила она принцу. — Я дома, и тебе нужно домой. Возвращайся в Амар. В Эри ты ничего не найдешь, а уж невесту — тем более.
С этими словами Паркер повернулась и вышла из кафе.
Джейс почувствовал жалость к парню.
Теперь, похоже, наступила его очередь. Эта непокорная принцесса сделает все возможное, чтобы унизить и его. И возможно, ему придется похуже, чем таинственному Хоффману.
Джейс вздохнул и вышел на улицу вслед за девушкой.
Да, лето обещало быть долгим и жарким.
— На самом деле я не ехала на автобусе. Я шла пешком, — призналась принцесса Паркер. — Ведь здесь всего лишь несколько кварталов.
Джейс знал об этом. Он шел за нею сегодня утром от дома до «Монарха».
Похоже, девушка забыла, что была его заданием, а следовательно, он хорошо знает, где она живет. Но он промолчал, когда она принялась объяснять ему дорогу.
После поворота на Франт-стрит, Паркер сообщила:
— Вот мы и приехали, — и показала вперед на аккуратный двухэтажный кирпичный дом.
Джейс сбавил скорость и въехал на подъездную дорожку.
— Красивый, — пробормотал он.
— Это не дом, — махнула рукой Паркер, — а гараж.
Конечно, он и это знал.
Дом принадлежал маникюрше, работавшей в салоне красоты напротив «Монарха». Паркер въехала в квартиру при гараже три года назад.
Но что он не знал и не мог понять, так это почему принцесса, которая вполне могла купить половину всех домов в городе, согласилась жить в квартире при гараже.
Ее отец лишь недавно перекрыл ей доступ к деньгам, а она переехала сюда сразу после окончания колледжа.
— Почему? — прошептал он.
— Почему что?
— Почему вы живете в гараже?
— Над гаражом. Там квартира.
— Но вы же принцесса. Зачем вам жить над гаражом? Вы можете жить где угодно.
— А где, по-вашему, должна жить принцесса? — парировала она.
— Неважно, — пробормотал он.
Он не хотел говорить, что принцесса должна жить во дворце. Слишком уж банально.
— Давайте говорите, — настаивала она.
— Забудьте, что я спрашивал.
— Я догадываюсь, что вы хотели сказать. Скажите мне. Вам можно.
— Вы требуете, чтобы я это сказал вслух, верно? — спросил он, хотя знал ответ.
Паркер не отстанет, пока не заставит его произнести вслух свою мысль, но если он уступит, то попадет в затруднительное положение.
— Да.
— Хорошо, — выпалил он. — Во дворце. Принцесса должна жить во дворце. Уверен, что у вашей семьи имеется таковой. Большой, как Виндзорский дворец, верно?
— Да, у нас есть дворец. В Европе их полно. И они очень дешево стоят. Люди там не так восторгаются ими, как это делают американцы. Наш замок, разумеется, не такой большой, как Виндзорский, но все-таки достаточно большой и комнат для гостей всегда хватает. Хотя для меня это больше не имеет значения. Видите ли, я не живу в Элиасоне, я живу в Эри. И у меня квартира над гаражом. Вам понятно? Я вполне доходчиво объяснила?
Джейс понимал, что Паркер провоцирует его на ссору, но ему не хотелось портить с ней отношения, поэтому он ответил коротко:
— Понятно.
Девушка открыла дверцу и вышла из машины. Джейс последовал ее примеру.
— Что теперь? — спросила она.
— Вы можете пригласить меня к себе.
— Зачем мне делать что-либо подобное? Мы с вами не друзья. Вы — соглядатай.
— Я им не являюсь, — ответил он. — Ваш отец нанял меня, чтобы не волноваться и точно знать: с дочерью все в порядке.
— Мой отец нанял вас шпионить за мной.
— Нет. Он просто волнуется. Он любит вас. Мне кажется, это очевидно и для вас самой. И, признаться, мне хотелось бы, чтобы вы пригласили меня к себе: я осмотрел бы ваше жилище и смог бы спать спокойно, зная, что до конца выполнил свою работу.
— Так вот что я для вас такое — работа! Отлично, можете сообщить боссу, что проследили за мной до двери. Осмелюсь предположить, что этого для него достаточно.
— Послушайте, мне совсем не хочется вмешиваться в ваши и без того сложные отношения с отцом, но…
— Разве вы не понимаете, что попали в самую сердцевину проблемы? Я для вас всего лишь возможность заработать неплохие деньги. Мы с вами не друзья, не приятели, а совершенно чужие люди. И с какой стати я должна приглашать вас в дом? Вы ведь совершенно не знаете меня.
— Неправда, — возразил он.
— О чем вы?
— Я знаю вас, Паркер Диллон. Скажу откровенно, что не знаком с принцессой Мари Анной Паркер Микович Диллонетти из Элиасона, но я уже успел многое узнать о Паркер.
Он следил за нею на протяжении двух недель и действительно многое успел узнать. Когда он соглашался на работу, то ожидал столкнуться с взбалмошной и избалованной девицей, считающей, что весь мир обязан исполнять ее прихоти. А вместо этого увидел добрую и работящую девушку, которой он с каждым днем восхищался все больше.
— Ну и что вы знаете? — спросила она с вызовом.
— Знаю, что вы любите хоккей, что вы добрая…
Она покачала головой.
— С чего вы это взяли?
Джейсу вдруг захотелось стянуть с ее волос ленту и посмотреть, как они раскинутся по плечам.
Конечно же, он не сделал этого. И только сказал:
— Я точно знаю, что вы добрая. Каждый день вы заглядываете к квартирной хозяйке и помогаете ей с уборкой. Вы дали своим подругам по колледжу денег, чтобы открыть кафе и книжный магазин. Вы проявили вежливость и терпение по отношению к вашему якобы жениху.
— Вот уж нет. Я ведь отослала его домой.
— Доброта заключается в том, чтобы вовремя развеять чьи-нибудь неправильные представления, а не ждать, пока человек сам поймет свою ошибку. Очень вредно питать напрасные иллюзии и верить в то, чему никогда не суждено сбыться.
— Вы все переворачиваете с ног на голову. Если бы я была действительно доброй, я бы отправилась домой и осчастливила свою семью.
— И сами стали бы несчастной. Рано или поздно ваш отец понял бы, что вы сделали это только ради него, и почувствовал бы себя виноватым. То, что вы не возвращаетесь домой, безусловно, ранит вашего отца, но не так больно, как если бы он понял потом, что своими действиями разрушил вам жизнь.
— Не стану спорить. И тем не менее я остаюсь при своем мнении: вы меня не знаете. Все ваши сведения почерпнуты из бумаг, предоставленных моим отцом. Представляю, что там понаписано про меня.
Она была права. Большинство сведений он почерпнул из папки, полученной от отца Паркер. Но слежка за девушкой открыло ему и многое другое, чего не было в документах.
— Вы любите сидеть у озера, — тихо заметил он. — Вы любите чаек. Любите детей и, насколько мне известно, никогда не пинаете ногами собак. Как и я, вы любите черный кофе, и ваш любимый цвет — оранжевый.
Она рассмеялась.
— Верно, оказывается, вы действительно кое-что обо мне знаете. Но далеко не все.
— Пригласите меня к себе. Позвольте мне поближе узнать вас, пока я буду проверять, безопасна ли ваша квартира.
— Я прожила здесь три года, и у меня есть охранная система. Самая лучшая, какая была в продаже, уж мой отец проследил за этим. Так что мне ничего не угрожает. Моя квартира — настоящая крепость.
— Но…
Она остановила его.
— Считайте это еще одним проявлением доброты. Я говорю вам прямо, а не хожу вокруг да около. Сегодня я не приглашаю вас к себе. Отправляйтесь домой!
— Прекрасно! Будь по-вашему! У вас сегодня и так хватает впечатлений. — Он вернулся к машине и уселся за руль. — Увидимся завтра, Паркер, — попрощался он через открытое окошко.
— Если только я захочу этого, — парировала она. Джейс подождал, пока девушка скрылась за дверью, после чего выехал на улицу. Он не собирался ехать домой. Разумеется, охрана принцессы — первостепенная задача, но у него имеются и другие дела. Иногда ему даже хотелось иметь напарника, но это желание всегда было недолговременным. Джейс слишком любил независимость и предпочитал работать самостоятельно.
Разве плохо выбирать дела, которые интересны тебе самому?
Такие дела, как его принцесса.
Он заулыбался.
Паркер права. Он знал о ней много бесполезных фактов из отчетов. И возомнил, что познакомился с нею. Но сегодня вечером понял, что ему предстоит еще очень многое узнать. И, по правде говоря, чем больше он узнавал, тем больше нравилась ему непокорная принцесса.
Принцесса…
Он не должен забывать, что Паркер — принцесса.
Это плохо, потому что под короной скрывалась женщина, которую Джейсу хотелось узнать как можно ближе.
«Если только я захочу этого».
Паркер застонала, вспомнив свои собственные слова. Это надо же было так сказать! Звучит невежливо и как-то по-детски.
Она вздохнула, набрала код охранной системы и вошла в квартиру.
«Принцессы должны жить во дворцах».
Паркер вспомнила свою гувернантку с ее длиннющим списком того, что принцессам не разрешается делать.
Бегать, громко разговаривать, говорить то, что думаешь, класть ногу на ногу, носить джинсы, жевать резинку, делать татуировку…
Паркер никогда не испытывала желания украсить свое тело татуировкой, хотя Шей и пыталась убедить ее, что это здорово. И она не была большой поклонницей жевательной резинки, зато любила говорить, что думала, ходить в изрядно поношенных джинсах и сидеть, положив ногу на ногу.
Не зажигая света, она вышла из гостиной на маленький балкон.
На подъездной дорожке машины видно не было. Она оглядела улицу.
Никого.
Джейс О'Доннелл уехал.
Ну и хорошо!
Меньше всего Паркер нужен еще один телохранитель, следующий за ней по пятам. Второй Хоффман.
Она улыбнулась при мысли об отставном полицейском, которого нанял ее отец. От него было не так уж трудно избавиться, с Джейсом будет потруднее. Крепкий орешек! Как же избавиться от его опеки? Пока ничего хорошего в голову не приходило.
Она слишком мало о нем знала. Лишь то, что он опытный частный детектив и хороший дядя, имеющий племянницу и племянника.
Не слишком внушительный список.
Зазвонил телефон.
Паркер проверила, кто звонит. Она была не готова к еще одной ссоре с отцом и совершенно не хотела разговаривать с Тэннером. Но на маленьком экране высветился номер Шей.
Паркер подняла трубку и произнесла:
— Привет! Спасибо, что встретила Тэннера.
— У меня проблема, — сообщила Шей. Голос у нее был тревожным.
У Паркер все сжалось в груди.
— Что еще случилось? Мой отец опять что-нибудь учудил?
— Не отец. Твой принц.
— Он не мой принц, — пробормотала Паркер, вздохнув с облегчением.
С Тэннером она легко справится! Да и с Джейсом тоже!
Только бы отец не нанял еще кого-нибудь! Ей вполне хватит борьбы с двумя мужчинами!
— И что же такого сделал Тэннер?
— Вопрос в том, чего он не сделал. Он не уехал.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я хочу сказать, что Тэннер и его головорезы…
— Его головорезы?
— Принц привез личную охрану, трех амбалов. Он остановился у меня, а его телохранители заняли три номера в отеле с видом на залив. Принц отказывается уезжать. Он говорит, что побудет со мной.
— В каком смысле?
— По его мнению, ты примчишься спасать меня, и тогда он сможет поговорить с тобой.
— А тебе нужно, чтобы я тебя спасала? — спросила Паркер, не желая бросать подругу в беде.
— Нет, — со смехом ответила Шей. — Я просто позвонила, чтобы узнать, как мне себя вести. В конце концов он твой жених.
— Нет, он просто мой друг детства. Тебе не нужно миндальничать с ним.
— В самом деле? — спросила Шей.
— В самом деле, — заверила ее Паркер, почувствовав некоторую жалость к Тэннеру. Он, похоже, не знал, с кем имеет дело. Вряд ли ему доводилось встречать в высшем обществе людей, похожих на ее подругу.
— Прекрасно! Значит, ты даешь мне карт-бланш? — обрадовалась Шей.
Паркер представила себе улыбку Шей. Эта девушка умела доставлять окружающим людям неприятности! В этом у нее не было соперников.
— Только, умоляю, не делай ничего такого, из-за чего нас могли бы упечь в тюрьму. Я-то еще смогу получить дипломатическую неприкосновенность, а вот ты, если влипнешь в историю, вряд ли сумеешь отвертеться.
— Нет проблем! Не вешай трубку, принц хочет поговорить с тобой.
В трубке послышался звук шагов, после чего раздался красивый и хорошо поставленный голос Тэннера:
— Паркер, нам необходимо поговорить.
— Единственное, что я могу сказать тебе, Тэннер, — уезжай. Удирай, пока не поздно. Шей не очень довольна, что ты расположился у нее в доме, а когда Шей чем-то недовольна, это опасно.
— Паркер, твой отец сказал…
— Что бы он ни говорил, это неправда. Извини, Тэннер, но мы с тобой не помолвлены. — Она говорила это и раньше, но прежде такие слова не помогали, поэтому она решила добавить: — Видишь ли, у меня есть кое-кто.
— Кое-кто? И кто же он?
— Ну… — начала Паркер, стараясь подыскать какое-нибудь подходящее имя.
— Тот сегодняшний мужчина? — наконец спросил Тэннер, когда молчание слишком затянулось.
Она с облегчением выдохнула.
— Да. Да, это он, сегодняшний мужчина.
— Вряд ли ты говоришь серьезно.
— Я говорю очень серьезно. Он забавный и добрый… и он видит во мне обычную женщину, а не принцессу. Тэннер, пожалуйста, послушай моего совета. Доброй ночи! И до свидания!
Паркер повесила трубку, не дождавшись ответа. Сегодняшний день действительно оказался одним из самых длинных дней в ее жизни.
Паркер показалось, что она едва закрыла глаза, как зазвонил телефон.
— Алло? — произнесла она скрипучим спросонья голосом. Посмотрела на часы.
Восемь часов семь минут. Кто же мог звонить в такую рань? Она сразу узнала голос.
Джейс. Джейс О'Доннелл. Ей следовало догадаться!
— Сейчас кому-то не поздоровится, — угрожающим голосом произнесла она. — Ничто не спасет вас от моего гнева. Сегодня у меня выходной, а вы разбудили меня ни свет ни заря!
Она натянула на голову одеяло, стараясь защититься от ярких солнечных лучей, бивших ей в глаза.
— Не поздоровится скорее вам, а не мне. Принц наверняка постарается утром найти вас.
Она села и откинула одеяло.
— Откуда вы знаете? — Молчание на другом конце провода. — Ах да, какая я глупая. Ведь вы шпион.
— Детектив, — поправил он. — Итак, вам не кажется, что было бы разумно сейчас уйти? Если только вы не хотите встретиться с принцем.
Она протерла глаза.
— Нет, не хочу. Я сказала ему все, что должна была сказать.
— И что вы собираетесь делать? — поинтересовался Джейс.
— Оденусь и удалюсь, пока он не явился сюда, — ответила она. — Надеюсь, если я долго буду избегать его, он поймет мой тонкий намек.
— У меня есть предложение, — неожиданно объявил ее собеседник.
У Паркер в голове быстро возникла картинка: она и Джейс стоят вплотную друг к другу. Джейс шепчет: «У меня есть предложение». И голос у него такой тихий, хриплый. И она в ответ шепчет «да»…
Что это с ней? — удивленно покачала головой Паркер. Какие идиотские мысли порой приходят в голову!
Она и Джейс?
Абсурд!
— Паркер, почему вы молчите? Вы хотите услышать мое предложение? — спросил он. В его голосе скорее звучало раздражение, чем намек на интимную близость. Ее воображение играет с ней плохую шутку.
Итак, какое-то предложение… Она постаралась сосредоточиться на разговоре.
— Конечно. Так что? Только побыстрее. Сами сказали, ко мне может в любую минуту приехать принц.
— Я просто хотел спросить вас, не захотите ли вы провести день со мной и детьми. У моей сестры сегодня встреча с судьей по поводу развода. Я пообещал, что присмотрю за ребятами. И раз уж меня наняли также присматривать и за вами, у меня весьма ограниченный выбор. Или я возьму их с собой, когда буду следить за вами, или вы поедете с нами.
— Не могу поверить своим ушам. Что за наглость! Вы переходите все границы здравого смысла и приличий. Преследуете меня и еще хотите, чтобы я облегчала вам работу? Нет, мне еще ни разу не попадался столь самоуверенный и дерзкий шпион.
— Вопрос не в том, чтобы облегчить ее мне. Следить за вами не так уж трудно. Но это не особенно интересно ребятишкам.
— Итак, я должна пойти вам навстречу ради ребят? — Девушка старалась разозлиться, но у нее не получилось. Наоборот, ее изрядно позабавила странная логика Джейса.
— Да, ради детей, — согласился он. В его голосе она тоже уловила иронию. — И вам не придется целый день бегать от жениха. Мы убьем сразу двух зайцев, каждый своего.
Последний довод Джейса показался ей весьма убедительным.
— Хорошо, поехали убивать зайцев, — согласилась она.
— Прекрасно, — заключил он. — Мы приедем за вами через полчаса. Надеюсь, этого хватит принцессе, чтобы самостоятельно одеться.
Паркер сердито заскрипела зубами и повесила трубку.
Она только что добровольно согласилась провести день со шпиком, нанятым ее отцом! Полное безумие! Но почему-то она была уверена, что провести день с Джейсом намного лучше, чем с Тэннером.
Наверное, это из-за детей.
Да. Очевидно!
Паркер любила детей.
Стараясь убедить себя, что дело только в этом, Паркер торопливо вылезла из кровати и стала собираться.
Она покажет ему, какой расторопной может быть принцесса!
— Я хочу лягушку, — заявила Аманда.
После ланча они отправились по аттракционам.
— Но для этого мне надо сбить еще одну кеглю, — простонал Джейс. — А у меня остался всего один шар. Вспомни, чтобы сбить первые две кегли, мне понадобилось одиннадцать шаров. Не могла бы ты выбрать зверя поменьше? Посмотри на пингвиненка. Какой симпатичный! Будь я в твоем возрасте, мне бы очень хотелось иметь такого. И как раз за две сбитых кегли.
— А мне нравится лягушка, — захныкала девочка. Но хныканье явно было не настоящим.
Ей просто хотелось подшутить над дядей.
— Но, Аманда, послушай… — начал было Джейс.
— Ну-ка, дайте мне шар, — вмешалась в их разговор Паркер, протягивая руку. — Я собью последнюю кеглю. Тем более, что лягушки часто бывают принцессами, а про пингвина с короной я еще ни разу не слышала.
— Вы хотите попытаться сбить кеглю? — насмешливо спросил Джейс.
Паркер сердито стрельнула в него глазами.
— А вы, небось, полагаете, что женщина не способна бросить шар с такой же силой и точностью, как мужчина?
— Первые две кегли обошлись мне в пять долларов. А это мой последний шар.
— Неверно, — возразила она. — Это уже мой первый и последний шар.
— Прекрасно. Но если Аманда не получит эту игрушку, вина ляжет на ваши плечи. — Он усмехнулся, когда клал шар ей в руку. Их пальцы соприкоснулись.
То было мгновенное прикосновение, и все же Паркер ощутила, как что-то шевельнулось в груди. Точно такое же ощущение, как в тот первый день, когда он помог с подносом. Что за чертовщина! Такой же электрический ток нередко бил героев любовных романов, которые ей подсовывала Кара. Она никогда бы не подумала, что такое бывает на самом деле!
Паркер решила сделать вид, что ничего не заметила, и с вызовом промолвила:
— Давайте, давайте, я покажу вам, на что способна женщина.
Она пристально посмотрела на кеглю, нагнулась, прицелилась и со всей силы бросила шар. Удар, к ее собственному удивлению, получился на загляденье! Кегля отлетела далеко в сторону.
— Пожалуйста. Что и требовалось доказать, — произнесла Паркер со смехом и церемонно раскланялась.
— Воображала, — пробормотал Джейс с улыбкой.
Девушка выпрямилась и показала ему язык.
— Вот теперь сдаюсь, — мужчина поднял руки вверх. — Высунутый язык — это убийственный довод!
К ним подошел хозяин аттракциона.
— Прекрасный удар, леди! — похвалил он и протянул Аманде лягушку.
— Спасибо, Паркер, — поблагодарила девочка. — Я, конечно, понимаю, что уже слишком взрослая и мне ни к чему мягкие игрушки…
— Для мягких игрушек никогда нельзя быть слишком взрослой, — возразила ей Паркер. — Я, например, собираю Микки-Маусов. У меня до сих пор хранится самый первый, которого мне подарили родители. Его одежда истрепалась, и он стал похож на нищего, но я никогда не расстанусь с ним.
— Правда? — восхищенно спросила Аманда.
— Чистая правда. Чище не бывает!
— Кто пойдет со мной в Комнату ужасов? — воскликнул Бобби, которому уже надоели девчоночьи разговоры про мягкие игрушки, и, не дожидаясь ответа, бросился к очереди на поездку.
— Я хочу, — ответила Паркер и побежала за ним. Аманде и Джейсу ничего не оставалось, как последовать ее примеру.
— Вы как маленькая девочка, — заметил Джейс, когда они стояли, дожидаясь своей очереди.
— Обожаю парки с аттракционами. Здесь я совершенно забываю обо всех своих проблемах. А как ты к ним относишься?
— Да, мне тоже нравится. Я в детстве ходил сюда каждое лето. Мой отец работал в компании «Дженерал электрик» и, когда проверял работу аттракционов, брал меня с собой.
— Как это, наверное, здорово: кататься на аттракционах, ходить в кино, на пляж, играть с соседскими детьми…
— А ты разве не делала этого, когда росла? — удивился Джейс.
— Когда твой отец управляет страной, пусть даже такой крошечной, как Элиасон, а твоя мать входит во все благотворительные организации, какие только существуют, то на такие легкомысленные вещи, как парк с аттракционами и пляжи, остается совсем немного времени. — Она заметила на его лице сочувствие и поспешила добавить: — Ну, у нас дома есть бассейн, так что плавать я научилась. И не могу сказать, что папа и мама совсем не обращали на нас внимания, обращали, конечно. Но… — Она замолчала, не понимая, почему рассказывает ему все это.
— Но, — подхватил он, — это не одно и то же.
— Да.
— Что же, тогда давайте забудем до конца сегодняшнего дня, что вы… — Он наклонился ближе и прошептал ей на ухо: — принцесса.
Когда его дыхание защекотало мочку уха, у нее по спине побежали мурашки. И на мгновение, всего на какую-то долю секунды, в ней шевельнулось желание прижаться к стоящему рядом мужчине, почувствовать себя под его защитой.
— И давайте забудем на время, что я частный детектив, работающий на вашего отца. Даже забудем о том, что мы взрослые. Будем просто Джейс и Паркер. Просто Джейс и просто Паркер, гуляющие с детьми в парке аттракционов.
Почувствовав, как сразу стало ослабевать напряжение между ними, Паркер улыбнулась и ответила:
— Не имею ничего против.
Подошла их очередь, и ребята уселись в первую машину.
— Полагаю, нам придется ехать вместе, — заключила Паркер как можно более небрежным тоном, чувствуя возбуждение, не имевшее ничего общего с предстоящим аттракционом.
Они забрались в небольшую и довольно узкую машинку, в которой, конечно же, приходилось сидеть, тесно прижавшись друг к другу. Бедром к бедру. В этом случайном, невинном прикосновении не было ничего сексуального. И все-таки Паркер снова пронзил странный электрический разряд.
Машинка въехала в расписанные всякими чудовищами ворота, и они погрузились в темноту. Комната за комнатой. Темный свет. Освещенные тусклыми фонарями скелеты, окровавленные тела… Устрашающая бутафория производила скорее забавное впечатление.
— Паркер, — прошептал Джейс, наклонившись к ней.
Она подумала, что он хочет поцеловать ее в губы, но он просто прижался щекой к ее щеке. Всего лишь легкое прикосновение до того, как машинка выехала из темного помещения и перестала раскачиваться из стороны в сторону.
— Джейс, — медленно заговорила Паркер, желая обсудить то, что только что между ними произошло и узнать, о чем он думал, когда так нежно прижался к ней. Потому что, может быть, зная его мысли, она смогла бы разобраться в своих и в странной тяге к нему. Но в этот момент они въехали в последнее помещение, где громко звучала музыка и сказать что-либо было невозможно.
А ведь они почти что поцеловались! Джейс улыбнулся детям, поджидавшим их у выхода, и весело спросил:
— А теперь что делать будем?
И те потащили его к следующему аттракциону. Паркер пошла за ними, и у нее в голове вертелся тот же вопрос: а теперь что делать будем?
Джейс сожалел лишь о том, что не захватил с собой фотоаппарат. Он не слишком увлекался фотографией. Зато его сестра Шелли буквально не расставалась с фотоаппаратом, но она задержалась в брачной конторе вместе со своим бывшим мужем, где они обсуждали условия развода. Это был брак, обреченный с самого начала.
Когда Шелли выходила замуж за Хэла Робертса, Джейс не на шутку забеспокоился и после долгих колебаний все же сказал сестре, что, на его взгляд, им не стоит быть вместе, уж слишком они разные. И дело даже не столько в разнице в возрасте — целых пятнадцать лет, — сколько в том, что Хэл происходил из зажиточной семьи, а Шелли — нет.
Такая же примерно история произошла и с их родителями. Его отец ушел, когда Джейсу было пять лет, а Шелли девять. Ушел, даже не оглянувшись. Вернулся к своей благоустроенной жизни и выбросил из головы мысли о собственной семье.
Услышав звонкий смех Аманды и Бобби, Джейс отвлекся от своих мрачных мыслей о прошлом. Паркер что-то им сказала и теперь улыбалась, глядя на них.
Вот для чего ему нужен был фотоаппарат: запечатлеть на пленке улыбку Паркер.
Не королевскую улыбку на публике, которая была у нее на фотографиях, присланных ему ее отцом. То были студийные фото. Она выглядела на них холодной, отчужденной… царственной. Совсем не то, что сегодня. Казалось, она отбросила все свои сомнения и просто наслаждалась хорошим днем. Шутила. Смеялась. Объедалась сластями вместе с детьми: сладкой ватой, засахаренными яблоками, попкорном…
Сейчас она и дети поглощали огромную порцию сырных чипсов.
— Перестаньте все время что-то жевать, иначе вечером у вас разболятся животы, — предупредил он.
— У меня не разболится, — заверил его Бобби с набитым ртом. — Мама говорит, что у меня луженое брюхо.
— Интересно, как у мамы дела? — заметила Аманда и нахмурилась.
— Не сомневаюсь, что у нее все хорошо, — успокоил Джейс племянницу, хотя совсем не был уверен в этом. — Ваша мама сильная.
— Мой отец не хочет выплачивать никакого пособия на детей и вещи не отдает. Мы даже без машины остались. Вот и пришлось маме пойти сегодня в… — Бобби замолчал.
— В арбитражный суд, — подсказал Джейс.
— Да. В арбитражный суд, — кивнул Бобби.
— Вот поэтому мы живем с дядей Джейсом, — добавила Аманда.
— А когда вырастим, мы будем вместе с ним работать, — гордо сообщил Бобби
— Только после того, как закончите колледж, — напомнил близнецам Джейс.
— Да, колледж, хотя это нам совершенно ни к чему, — хмыкнул мальчик.
Джейс невольно восхитился настойчивостью племянника. Бобби унаследовал это качество от своей матери.
— Нет, вам обязательно надо учиться, — возразила Паркер. — Я знаю, что в нашем колледже замечательный курс по уголовному судопроизводству. Вы узнаете массу полезных вещей. Да и в компьютере разбираться не помешает. Иногда ведь для получения важной информации приходится взламывать защищенные паролем компьютеры.
— Взламывать? Не подавайте ему таких идей, — попросил Джейс, изображая ужас.
У Бобби зажглись глаза.
— Компьютеры, — задумчиво повторил он. — Я люблю компьютеры.
— Понятное дело, — заметила Паркер, подмигивая Джейсу.
Он ответил благодарной улыбкой.
— Но мысли о колледже могут и подождать, — произнесла Паркер. — Лично мне становится жарко. Давайте сходим в аквапарк.
— Вы только что ели. Надо подождать хотя бы полчаса, прежде чем плавать, — запротестовал Джейс.
— А кто говорит о плавании? Мы будем скользить на лодочке по воде. Огромная разница. — Паркер вытащила из пакета последний чипс и запихнула его в рот. — Поторопитесь, день уже подходит к концу, ой, не успеем.
Какая прекрасная девушка, восхитился про себя Джейс. В меру скромная, в меру энергичная. И умная, и веселая. Она совсем не похожа на испорченную принцессу, которую он ожидал увидеть. А как она умело и легко общается с детьми! Одной-двумя фразами заставила их задуматься о поступлении в колледж! Как бы ему хотелось пригласить ее на свидание. Уже без детей! Но, увы, из этого ничего не получится. И дело даже не в том, что он профессиональный детектив, получивший задание следить за Паркер и оберегать ее от всех напастей. Его останавливало другое: что бы ни говорила ему Паркер и какие бы планы ни строила на будущее, она оставалась принцессой Мари Анной Паркер Микович Диллонетти из Элиасона.
Она королевской крови!
А он обычный парень, работяга, каких много. И вдобавок любящий свою независимость.
Они происходили из двух различных миров. Джейс О'Доннелл знал лучше других, что социальные различия имеют огромное значение: перед лицом был пример матери и сестры.
А кроме того, у него много всяких забот. Разумеется, принцесса — самая важная на этот момент работа, и он должен ей посвящать львиную долю своего времени. Однако ему нужно было заниматься делами еще двух своих клиентов, вести бухгалтерию и помогать сестре. О каких свиданиях может идти речь?
Впрочем, почему бы действительно не провести несколько часов в аквапарке?
Джейс решил последовать своему собственному совету. На сегодня он забудет обо всем, кроме того, что она Паркер, а он Джейс. Они были просто двумя людьми, проводившими время с детьми.
— Пойдем, дядя Джейс, — умолял Бобби.
К нему присоединились и Аманда с Паркер.
— Ну, хорошо, уговорили. Отправляемся в аквапарк! — согласился он.
Гуляешь только один день. И больше никаких поблажек, предупредил он себя.
Но в душе Джейс прекрасно понимал: давать себе советы легко, выполнять их значительно труднее.
Паркер и припомнить не могла, когда в последний раз так весело проводила время.
Вечером она познакомилась с сестрой Джейса. Шелли все время улыбалась, слушая болтовню детей о том, как они провели день. Но в глазах ее застыла печаль.
— Трудный был день? — тихо спросил Джейс.
Шелли только пожала плечами и продолжила разговор с детьми о парке аттракционов.
Вскоре пришла пора прощаться.
Перед тем как уйти, Джейс слегка сжал сестре плечо. Заметив этот мимолетный, но выражающий сочувствие и поддержку жест, Паркет растрогалась и с нежностью вспомнила о своем старшем брате. Она не видела его два года. Разумеется, они неоднократно разговаривали по телефону, но разве это сравнить с настоящей встречей?
Мама сказала ей, что брат, возможно, заедет к ней, когда будет в Соединенных Штатах с какой-то дипломатической миссией, порученной ему отцом. Так хочется его увидеть! Только бы он не пытался заставить ее вернуться домой!
Паркер ощутила острую тоску по дому, за которой последовало чувство вины. Она-то отказалась от своих дворцовых обязанностей, а Майкл этого сделать не мог. Как единственный сын и будущий король, он обязан был взвалить на себя тяжелую ношу. Вопрос о будущей карьере никогда не стоял перед ним. Он станет королем!
Машина въехала на подъездную дорожку, и Джейс выключил мотор.
Паркер не хотелось идти в дом, ей было жаль, что день так быстро кончился. Совершенно замечательный, особенный день! Она бы даже назвала его волшебным, если бы слово не показалось ей слишком смешным.
— Итак, вы пригласите меня к себе сегодня? — тихо спросил Джейс.
Ее первым желанием было ответить «да». Но он работал на ее отца. По существу, был ее врагом. Поэтому она решила потянуть время:
— А почему вам так хочется побывать у меня в квартире?
— О человеке можно многое сказать, посмотрев на его жилище, — ответил он. — Может быть, я хочу лучше узнать вас.
— Но мне, по правде говоря, кажется, что вы и так знаете о моей скромной персоне больше, чем нужно! — И это действительно было так. Джейс стал занимать неестественно большое место в ее жизни, что начинало пугать девушку. Ей не хотелось привыкать к его присутствию, к возможности посмеяться вместе с ним или поплакать ему в жилетку.
Сегодня она рассказала Джейсу о своем детстве, какой одинокой и затравленной она себя чувствовала иногда.
Подобная откровенность ей не свойственна! Это так непохоже на нее!
Но с тех пор, как отец перекрыл ей доступ к денежным средствам, все пошло вкривь и вкось.
Теперь она зарабатывала себе на жизнь.
Ее преследовал нежеланный жених.
И частный детектив, который с каким-то странным упорством влезал к ней в душу.
— Разве я не права и вы мало обо мне знаете? — отважилась спросить она.
— Нет, я, конечно, знаю вас, но недостаточно хорошо, — ответил Джейс. — И чем больше я общаюсь с вами, тем больше мне хочется знать вас. Вы совсем другая, нежели я ожидал.
— Эту песню я уже слышала: «Принцесса должна жить во дворце». Знакомый стереотип! Но должна вас сразу предупредить: я никогда не общалась с феями и не впадала в заколдованный сон.
— Очень жаль, — усмехнулся он. — Если бы вы заснули, заколдованная, я бы мог попробовать поцеловать вас, чтобы разбудить.
Ей не хотелось говорить о том, как Джейс ее поцелует.
Да, мысль о том, что Джейс поцелует ее, не раз приходила в голову Паркер, особенно после того, что произошло в Комнате ужасов. Но она прекрасно знала, что у них никогда ничего не получится.
Ей не хотелось рисковать и испытывать судьбу. По крайней мере не сегодня. С нее хватит эмоций и впечатлений! Ей действительно пора идти!
— Спасибо за прекрасный день! — Она хотела уже набрать код сигнализации, но Джейс остановил ее.
— Пригласите меня наверх, — прошептал он, не отпуская ее руки. — Это не касается работы, просто… Я не хочу, чтобы этот вечер кончался. Вы совсем не такая, как я ожидал, и мне хочется узнать больше для себя, не для вашего отца, не как частному детективу. Просто для себя.
— Хорошо, может быть, и вы не такой, каким обычно бывает сторожевой пес.
— А какой я, по вашему мнению?
— Эй, спросите что-нибудь полегче! — фыркнула она. — Я отказываюсь льстить вашему самолюбию, перечисляя ваши многочисленные положительные качества.
Наконец-то! Паркер воспользовалась возможностью и выдернула руку, надеясь, что Джейс не поймет, как взволновало ее прикосновение его пальцев.
Он улыбнулся и спросил:
— Неужели у меня есть положительные качества? Мне бы очень хотелось хоть немного послушать о них. Ну хотя бы об одном-двух.
— Вы ведь не оставите меня в покое до тех пор, пока я не приглашу вас к себе, верно? — спросила она, стараясь не выдавать себя. Только вот удалось ли ей это — большой вопрос.
— Да, я не сдамся. Можете внести упорство в достижении намеченной цели в список моих достоинств.
— Не знаю, насколько это достоинство, но полагаю, вы можете подняться и проверить, нет ли в моей квартире привидений. Ведь мой отец вам за это платит большие денежки, правда? Проверьте, а потом можете выметаться.
— Прекрасно! Я проверю, нет ли привидений, потом вы скажете мне все, что обо мне думаете, и я сразу уйду.
— Вы ужасно надоедливый, — пробормотала она.
— А-а, думаю, вы начали поддаваться моим чарам. Я уже больше не враг. Я всего лишь надоедливый. Это определенно шаг вперед.
— Не помню, чтобы я когда-нибудь систематизировала ваши недостатки, но можете так считать, если хотите.
Паркер встала спиной к Джейсу и набрала код охранной системы.
— Это правильно, — тихо произнес он.
— Что правильно? — спросила она, когда они поднимались по лестнице.
— Вы не дали мне увидеть ваш код, когда набирали его. Никто не должен знать ваш код.
— Я полагала, что вы обязаны защищать меня, — заявила она, поворачиваясь и глядя ему в глаза. — Мне ведь нужно доверять вам, верно?
Он поднялся еще на одну ступеньку. Лицо его сделалось совершенно серьезным.
— Да, вы можете доверять мне, принцесса. Но об этом знаю только я один.
Она развернулась и преодолела последнюю пару ступеней.
— Не понимаю.
— Я прекрасно знаю, что сделаю все от меня зависящее, чтобы обеспечить вам полную безопасность, но вы-то знаете обо мне только то, что меня нанял ваш отец, этого слишком мало, чтобы вы могли доверять мне.
— Вы очень странный человек, — заметила она, зажигая свет в гостиной.
Джейс стоял, оглядывая комнату.
— Красиво.
— Но на дворец не похоже, верно? — спросила она.
— Нет. Но здесь гораздо уютнее.
— Вы так действительно думаете?
Паркер оглядела комнату, стараясь увидеть ее глазами Джейса. По всей видимости, его внимание привлекли многочисленные фотографии в рамочках.
То были такие снимки, которые не показывают публике, — фотографии членов ее семьи в обыденной жизни.
Мать и отец шутливо борются в воде. Брат прыгает с вышки в бассейн. Отец жарит мясо. Мать режет овощи для салата…
Глядя на эти фотографии, можно было подумать, что она происходит из самой обычной семьи.
Рядом были фотографии Кары и Шей. Фотографии озера.
— Чайки, — пробормотал Джейс. — Я был прав — вы любите чаек. Я видел однажды, как вы их кормили.
Паркер ничего не сказала, и Джейс продолжал рассматривать снимки.
— Ваша семья, ваши друзья. Как я понимаю, фотографировали вы?
Она пожала плечами.
— Любительские снимки.
— Хорошо сделаны. У вас есть чувство композиции. Умело строите кадр. Выразительные позы. Вот, например, эта фотография ваших родителей — я бы никогда не сказал, что они управляют королевством. Это просто двое людей, которым хорошо вместе.
— Да, они любят друг друга, — прошептала Паркер.
Она взглянула на шутливую фотографию своих родителей, смеющихся как дети, и поняла, что тоже хочет иметь дружную семью, любимого мужа. На меньшее она не согласна!
Ей вдруг сделалось неловко, что Джейс рассматривает ее интимные снимки, она будто впустила его в свою душу!
Он прав: по тому, как живет человек, можно очень многое узнать о нем.
Паркер заметила, что он разглядывает ее довольно разбитое пианино, и заулыбалась, вспомнив, как Кара и Шей вместе с некоторыми другими друзьями из колледжа тащили его вверх по лестнице.
Потом Джейс подошел к книжной полке с книгами, в основном — любовными романами, и начал читать заголовки.
И снова она почувствовала себя раздетой.
— Это Кара. Она все время дает мне книги домой.
Тихая Кара была романтической натурой, недаром она стала управлять книжным магазином.
— Не хотите ли чего-нибудь выпить? — Если дать ему чего-нибудь выпить, решила Паркер, то, возможно, он перестанет так внимательно все разглядывать. Но ей не хотелось изображать гостеприимную хозяйку. В конце концов, она его к себе не приглашала.
— Нет, — пробормотал он, все еще разглядывая книги. — Мне и так хорошо.
— Ну, вы проверили мое жилище? Оно безопасно?
— Я проверил гостиную. Я бы хотел убедиться, что остальная часть квартиры тоже безопасна.
— И тогда вы уйдете? — спросила она с надеждой, но без особой уверенности.
Он не ответил. Просто вошел в ее маленькую кухню.
— Маленькая, но вполне функциональная. Вы готовите?
— Хотите спросить, умеет ли принцесса разбираться в указаниях на обратной стороне упаковки? Наверное, полагаете, что раньше около меня постоянно находились слуги, не так ли?
— Я хочу сказать, что совершенно не умею готовить и не подошел бы к плите даже в том случае, если бы речь шла о моей жизни. Вот поэтому мне интересно, умеете ли вы готовить.
— Да, умею немного, — призналась она. — Моя мать хотела, чтобы мы могли сами позаботиться о себе. Мы с братом по одному разу в неделю готовили обед на всю семью. Я по понедельникам, а он по четвергам.
— И что же было вашим коронным блюдом?
— Бифштекс с картофельным пюре. Еще я могу испечь плохонький пирог.
— Может быть, вы когда-нибудь приготовите его для меня? Ни разу в жизни не ел королевский пирог, — довольно самонадеянно попросил он.
— Так, что еще осталось вам посмотреть? — Паркер на всякий случай перевела разговор на другую тему.
— Только спальни. Уверен, ваш отец рассчитывает на мой профессионализм. В нашем деле мелочей нет.
Она не успела запротестовать, как он подошел к двери одной из спален и вошел.
— Вот это да! — Он стоял на пороге, рассматривая ее гостевую комнату. — Здорово! Правда, совсем не то, что я ожидал увидеть.
— Опять-таки предвзятые мнения о жизни принцесс, — пробормотала она. — Попробую догадаться: канапе с вензелями, атласные покрывала, множество позолоченной мебели с витыми ножками, зеркала…
— Не знаю, что именно, но только не это.
Она пожала плечами и постаралась принять беспечный вид.
— Это комната Микки-Мауса, я говорила об этом вашим племянникам.
— Что и говорить, впечатляет.
Стены в гостевой спальне Паркер были выкрашены в ярко-красный цвет. А мебель — черная. И на кровати — желтое стеганое одеяло. И еще самые разнообразные Микки-Маусы… около сотни, если не больше. Плакаты, статуэтки, мягкие игрушки…
— Послушайте, я, можно сказать, влюбилась в мультфильмы Диснея, когда мне было шесть лет. У меня был день рождения, и одна из девочек подарила мне куклу Золушку, сказав, что принцесса должна играть с принцессой. На следующий день я отнесла ее обратно в магазин.
— Принцессы возвращают подарки?
— Они так поступают, когда им шесть лет и они не хотят быть принцессами. Как бы то ни было, я получила взамен моего первого Микки-Мауса. Я очень его любила. Но однажды потеряла его во время какой-то поездки. Мое горе было таким искренним, что мама подарила мне новую игрушку, и отец, не сговариваясь, сделал то же самое. После чего Микки-Маусы посыпались на меня как снег. Принцессы не для меня. Предпочитаю Микки. Переехав в свое собственное жилище, я разместила их здесь, потому что они напоминали мне о родном доме.
— Вы спите здесь? Хочу сказать, не знаю, смог ли бы я вытерпеть всех эти Микки-Маусов, вечно наблюдающих за мной.
Паркер рассмеялась, она никогда не задумывалась над этим.
— Нет, это гостевая комната.
— Ну, если мне придется когда-нибудь заночевать в вашей квартире, я не захочу спать здесь.
Паркер почувствовала, как потеплели ее щеки при одной лишь мысли о другой кровати в доме. Если бы Джейс, что, конечно, невозможно даже представить, когда-нибудь переночевал бы у нее, то оставался бы только один вариант. Поэтому она поторопилась успокоить его:
— Вы никогда не будете здесь ночевать, можете не бояться.
— Тогда покажите мне вашу комнату… ту, где вы спите, — попросил он.
Она открыла дверь напротив гостевой и постаралась представить, какой он увидит ее комнату.
Функциональной, но теплой. Удобной. Дубовая мебель, светло-серые стены и покрывало более темного серого тона. Тумбочка со стопкой книг на ней.
Обычная. Такое у нее было чувство, когда она бывала в ней.
— Слава богу, не видно ни одного Микки, — улыбнулся Джейс.
На туалетном столике стояли еще фотографии, и Джейс хотел было направиться к ним, чтобы их рассмотреть, но Паркер захлопнула дверь перед самым его носом.
— Привидений, как видите, здесь тоже нет, — заметила она. — Так что, полагаю, вы закончили свою работу. Я собираюсь ложиться спать и включу охранную систему, как только вы уйдете.
— Нет, не могу. Видите ли, вы так и не сказали, чего вы не ожидали увидеть во мне.
— Вы более надоедливый, чем, по моему мнению, может быть частный детектив.
— Более надоедливый, чем Хоффман?
— Гораздо более надоедливый, чем Хоффман.
— Вот как? Вы только и можете сказать, что я надоедливый. А я наговорил вам столько приятных вещей.
— У вас есть подшивка документов обо мне. А у меня нет. — Она немного помолчала, потом добавила: — Ну какие у вас достоинства, бросающиеся в глаза… Вы умеете обращаться с детьми. И у вас достаточно терпения.
— Аманда и Бобби переживают тяжелые времена. Я всячески стараюсь отвлечь их от этого. Сестре моей тоже сейчас приходится несладко. Впрочем, я уверен, что уход ее мужа — это положительный момент.
— Хотите поговорить об этом? — спросила Паркер.
— Тут нечего сказать. Она вышла замуж не за того парня и страдала, но старалась сохранить брак ради детей. Но в конце концов он стал слишком часто обманывать ее, и она ушла.
— И вы живете с ней.
— Только пока она все не уладит. Муж не против развода, но не желает ей ничего отдавать из вещей. Именно об этом сестра и говорила с ним в арбитражном суде, они старались определить, кто и что получит.
— Надеюсь, все прошло хорошо.
— Ее адвокат был настроен оптимистично. Она не хочет оказывать давление на своего бывшего мужа, но он обязан помочь поставить детей на ноги — это справедливо.
— Но даже если он не станет этого делать, у них есть вы. Видите, я знаю немного о вас, даже и без подшивки.
— Я бы мог больше вам о себе рассказать, — заметил он, придвигаясь к ней ближе.
Близко.
Но, слава богу, не слишком.
Паркер понимала, что это сумасшествие. Она испытывала странное искушение — такого с ней не случалось очень давно! — броситься в его объятия.
Но опыт прежних лет многому научил ее, и она сумела сдержать себя.
— Сейчас уже поздно. Думаю, вам пора уходить.
— Но…
— Доброй ночи, Джейс, — попрощалась она, прервав всякие возражения.
Он попятился к выходу.
— Доброй ночи, Паркер!
— И не звоните мне и не будите меня завтра. Мне нужно в семь часов открыть кафе.
— Я подъеду и подвезу вас.
— Это всего несколько кварталов.
— Но я все равно поеду в ту сторону, поэтому вы вполне можете принять мое предложение.
— Прекрасно. Будьте здесь в шесть тридцать.
— Шесть тридцать. Тогда до встречи. Спокойной ночи, принцесса.
То, как он произнес слово «принцесса», на этот раз не разозлило ее. В его устах это был не титул, а скорее проявление нежности. Тихо и трогательно и, как показалось Паркер, с легким оттенком страсти. Последнее ей скорее всего лишь показалось.
— Спокойной ночи, Джейс, — прошептала она в ответ.
Когда он спускался по лестнице, ей хотелось позвать его обратно, хотелось побыть с ним хоть немного подольше.
Или, может быть, гораздо дольше.
Паркер осталась одна в собственной квартире.
Как принцесса, запертая в охраняемой башне. Она вышла на балкон, посмотрела в ночь и почувствовала себя более одинокой, чем когда-либо.
На следующее утро Джейс подъехал к дому Паркер точно в половине седьмого.
Он и сам не мог понять, как ему удалось встать вовремя. Ночь прошла тяжело.
Попрощавшись с Паркер, он заехал в свой офис, чтобы поработать с документами. Но мысли о принцессе мешали ему сосредоточиться. И даже когда он наконец улегся в постель, спокойствие к нему не вернулось. Паркер преследовала его и во сне.
В пять часов Джейс проснулся и понял, что уже не уснет. Приняв душ и выпив кофе, он медленно оделся и спустился на улицу.
Конечно, с грустью думал он, сидя за рулем своего автомобиля, им никогда быть вместе. Она — принцесса, а он всего-навсего частный детектив — ее «сторожевой пес». И рано или поздно она все же уступит требованиям отца.
Где же жених Паркер? Он должен был уговорить ее вернуться домой. И чем скорее она уедет, тем, наверное, будет лучше для Джейса. После вчерашнего дня он не был уверен, что сможет легко забыть эту девушку. Минут десять Джейс просидел в машине возле дома Паркер. Может быть, она не знает, что он здесь, и ему нужно сходить за нею? — подумал он и в то же мгновение, будто услышав его слова, она вышла из дома.
— Доброе утро, — поздоровалась Паркер, садясь в машину. — Вы вовремя.
— Я всегда вовремя.
Выглядела она хорошо. Чертовски хорошо!
Но он заметил темные круги вокруг глаз, означавшие, что она спала не лучше, чем он.
Провела ли она ночь, думая о нем, как он думал о ней? Или у нее в голове был ее жених Тэннер?
Это не имеет никакого значения, предупредил он себя. Все равно тебе, парень, ничего не светит! И прежде, чем успел отговорить себя от ненужных мечтаний, он протянул ей папку с документами.
— Что это? — спросила она, поворачивая папку и разглядывая ее.
— Полагаю, все должно быть по справедливости. У меня ведь лежит досье на вас. Поэтому я составил аналогичное и на себя. Оно — ваше.
Он рассчитывал, что она хотя бы раскроет его и заглянет внутрь, но она запихнула папку в свою огромную сумку, не сказав ни слова.
А через минуту-другую спросила:
— А как чувствует себя ваша сестра?
— Надеюсь, лучше. Дети проведут сегодняшний день с отцом, а Шелли возьмется за свое резюме, чтобы начать искать работу. Она вышла замуж за Хэла, когда была на первом курсе колледжа, а через год у нее появились дети, так что найти работу ей будет трудно.
— У нее же была какая-то специальность, — заявила Паркер. — Проведя день с Бобби и Амандой, я точно знаю, что она какое-то время работала.
Он рассмеялся.
— Вы правы. Но это было давно. Она работала официанткой.
— А какую работу она ищет? — спросила Паркер. — Если у нас на площади что-нибудь подвернется, я дам ей знать.
— Шелли мечтает закончить колледж и получить диплом, но до этого ей нужна работа. Без денег ей не поднять двух ребятишек. Я ей, конечно, помогаю, но на одну зарплату разве проживешь. А насчет работы… Думаю, она сама точно не знает, чего ищет сейчас.
Джейс покосился на девушку и понял, что ему безумно хочется ее поцеловать. То легкое прикосновение в Комнате ужасов требовало продолжения. Но Паркер — дочь его клиента. Он не мог позволить себе снова забыть об этом!
— Хорошо, я поспрашиваю, — пообещала Паркер, очевидно, не замечая его внутреннего смятения, — и узнаю, может быть, где-нибудь есть вакантное местечко. Начну с парикмахерской. Тем более, что Перли на днях сказала, что мне пора подстричься. Только не хочется давать повод для сплетен. О нас и так уже начали судачить. А тут скажут: вот, сразу же побежала прическу себе делать.
— О нас начали судачить?
— Слухи быстро расходятся, а событие дня, безусловно, — история обо мне и таинственном мужчине.
— Обо мне? — Он нахмурился. — О нас?
— Ну, может быть, они думают, что у нас роман, — чего на самом деле, конечно, нет, — быстро добавила она. — Но с другой стороны, может быть, мне стоит позволить старым дамам думать, что у нас действительно роман. Если они будут так думать, то, как это ни смешно, они скорее отстанут.
— А они пристают?
— Перли и ее приятельницы, очевидно, полагают, что мне нужно устраивать свою судьбу, раз я живу одна и, по их мнению, почти не хожу на свидания, — объяснила она.
— А на самом деле?
Даже для его собственных ушей вопрос прозвучал резче, чем нужно.
— Что на самом деле? — спросила Паркер.
Ему хотелось сказать: «Ничего, забудьте. Я беру свой вопрос обратно!» Но вместо этого быстро спросил, будто боялся, что если хоть немного промедлит, то передумает:
— А вы часто ходите на свидания?
Паркер кинула на него странный взгляд, который он так и не смог истолковать.
— Меня устраивает количество моих свиданий, — сухо заявила она, всем своим видом показывая, что Джейс переступил границу дозволенного.
— А что это за количество? — тут же спросил он, хоть и прекрасно понимал, что ему не следует этого делать. Паркер, разумеется, не понравятся его расспросы.
Хотя у него была подшивка документов на Паркер, в них ничего не говорилось о том, как часто Паркер ходит на свидания. И, конечно, он не заметил никаких свиданий, с тех пор как взялся за ее дело. Ему стало просто любопытно. И к тому же ответ на этот вопрос интересовал его чисто профессионально.
— Вряд ли я отвечу на этот вопрос. Вам, вероятно, захочется включить мои слова в отчет моему отцу.
Джейсу очень не понравилось напоминание, что Паркер — это дело, работа, хоть он и понимал, что не должен забывать о деле под номером двадцать четыре дробь семь.
И хоть он постоянно напоминал себе, что Паркер — это работа, в последнее время он перестал так думать. Может быть, это произошло в тот момент, когда она последним шаром попала в кеглю и выиграла лягушку для его племянницы. А может быть, раньше… когда она вошла в парк и он увидел ее.
Впрочем, какая разница, когда именно это случилось!
Важно, что он относился к Паркер совершенно по-особенному. Ему стоило большого труда напоминать себе, что она принцесса. Для него она стала теперь просто Паркер Диллон.
Удивительной.
Загадочной.
Желанной.
Очень желанной.
Слишком желанной…
И теперь Джейс ни в чем не был уверен. Он не понимал, почему так воспылал чувствами к женщине, с которой лишь недавно познакомился. Она ведь дочь его клиента. И по всем законам профессии он даже не имеет права смотреть на нее как на женщину, не то чтобы мечтать о близости с ней! Так что никаких намеков о своих чувствах!
— Ваш отец просил, чтобы я приглядывал за вами.
— И сообщили ему, почему я не еду домой, — печально заключила она.
— Я уже написал вашему отцу, почему, по моему мнению, вы не вернетесь в Элиасон, что бы он ни предпринимал.
— Что? — воскликнула удивленная Паркер. — Что вы сказали?
— Это есть в досье, которое я недавно дал вам. Но если коротко, то я написал ему, что, на мой взгляд, вы хотите остаться в Эри, потому что вам здесь хорошо. Потому что у вас здесь дом, работа и друзья. Вы живете так, как вам нравится. А еще потому, что здесь вы нашли себя — Паркер Диллон. Но о ваших личных делах я, разумеется, ничего не рассказывал и никогда никому не расскажу.
— Я…
— Мы приехали, — тихо произнес он, останавливаясь напротив кафе.
— Да, мы приехали.
Он дотронулся до ее руки.
— Вы для меня не просто работа, вы…
— Извините, я опаздываю, — перебила его Паркер. Она открыла дверцу машины и бросилась во весь дух через улицу.
Джейс вздохнул, видя, как она торопится в кафе. Он понимал, что она не хочет слышать того, что он собирался ей сказать, так же, как он не хочет этого говорить. Но слова можно и попридержать. Вовсе необязательно все говорить вслух. А вот как быть с чувствами? От них так просто не отмахнешься! И все-таки придется как-то бороться с ними, ведь у любви принцессы и частного сыщика нет будущего.
Понимать и чувствовать — это, к сожалению, совершенно разные вещи.
Паркер искренне радовалась наплыву посетителей в кафе, ведь так ей было намного легче забыть прикосновение Джейса в машине. Забыть, что он хотел сказать.
Впрочем, забыть о том, что он едва не сказал, было легко, потому что она не знала точно, какие это могли быть слова.
А как насчет прикосновения? Ерунда, скорее всего она выдает желаемое за действительность. Ведь ничего особенного не произошло. Всего лишь ласковое поглаживание. Пустяки! Это ведь не поцелуй! Прикосновение к руке ничего не значит. Девушке припомнилась Комната ужасов. Даже то нельзя было назвать поцелуем. Он лишь прикоснулся к ее щеке. Случайность. Как и сегодняшнее ласковое прикосновение к руке. Легкое.
Едва заметное. А вдруг он и впрямь попытается ее когда-нибудь поцеловать? Как ей себя вести тогда?
По спине Паркер побежали мурашки, едва она подумала об этом. Она рассеянно взглянула на людей, выстроившихся в очередь около стойки. Очередь продолжала расти, и все столики были заняты. Она отогнала мысли о Джейсе на задний план, не слишком, правда, надеясь, что они там останутся… Но у нее нет времени на глупые фантазии, и надо постараться не давать им ходу.
Паркер вспомнила о Шей, уехавшей развлекать Тэннера. Интересно, как у нее идут дела? Она улыбнулась. Зная Шей, можно было предположить, что визит Тэннера в Эри проходит не слишком гладко. Она получила дюжину роз вскоре после открытия кафе. На карточке было написано: «Ваш выбор в пользу охранника меня удивил, однако я не забыл, зачем приехал в Эри. Шей не сможет все время удерживать меня».
Паркер искренне желала, чтобы Тэннер забыл, зачем он приехал. Она никогда не позволит ему даже поцеловать себя, а о свадьбе не может быть и не речи! Другое дело — Джейс. Зачем обманывать себя, она бы хотела разочек поцеловать его!
Внезапно она услышала знакомый голос:
— Давайте я помогу.
Джейс! Он встал к ней за стойку.
Щеки девушки зарделись. Он будто прочитал ее мысли. Но вряд ли он мог догадаться, что она фантазировала о том, как поцелует его!
— Что? — спросила она.
— Вы занимайтесь столиками, а я постою за стойкой.
— Но…
— Послушайте, это ведь не китайскую грамоту разбирать. У вас на стене висит прейскурант. Любой справится.
Паркер не стала говорить, что потратила несколько дней, чтобы почувствовать себя хоть немного уютно за стойкой кафе, и что, если признаться, до сих пор не слишком освоилась.
— Мы с Шелли помогали нашей матери в ресторане, где она работала, — добавил Джейс. — Это мало чем отличается.
— Хорошо, — согласилась она, пожимая плечами. — Замечательно. Можете помочь.
— Только не надо строить из себя великую начальницу, — поддел он ее.
Это сработало. Паркер заулыбалась, покачала головой и направилась в зал. Джейс не знал, о чем она фантазировала. Он не мог знать. Значит, ей ничего не грозило! Но обслуживая посетителей, она иногда косилась на него и видела, что он украдкой наблюдает за нею.
Он не умеет читать мысли! Что за глупости!
Паркер заставила себя сконцентрироваться на работе. К счастью, ее было достаточно много, чтобы отвлечься от сумасбродных мыслей. Наконец подошла Тэмми, студентка из Гэннона, которую они наняли на лето. Паркер почувствовала прилив благодарности к Джейсу. Он помог ей пережить утренний наплыв. А теперь их полку прибыло! Можно вздохнуть спокойно.
— Пришлось побегать? Много народу утром? — спросила с улыбкой Тэмми. Она была первокурсницей колледжа, но выглядела очень юной.
Или, может быть, Паркер ощущала себя старой. Прошло всего четыре года после окончания колледжа с дипломом по международному бизнесу, но ей казалось, что прошло больше.
Гораздо больше.
Когда она приехала в Эри, то думала, что продержится здесь недолго. Даже когда окончила колледж, она старалась не замечать страха, охватывавшего ее каждый раз, когда она думала о возвращении домой. Но в конце концов ей придется вернуться.
Потому что, сколько она себя помнила, ей постоянно внушали понятие долга. Ее долг — вернуться в Элиасон. Ее долг — представлять семью на светских мероприятиях. Здесь чай для иностранной делегации, а там надо перерезать ленточку… Ее долг — стать пищей для папарацци, чтобы те за нею вечно шпионили, ходили по пятам и щелкали, щелкали фотокамерами…
— Паркер! Почему ты молчишь? О чем задумалась?
Голос Тэмми вернул ее к действительности.
— Да, — ответила она, с трудом вспомнив, о чем шла речь. — Да, народу было очень много.
— Сейчас будет полегче.
— Да. Тэмми, послушай, мне нужно отлучиться на полчасика. Я записана к парикмахеру на десять. Но если ты против, то я, конечно, позвоню и все отменю.
— Зачем отменять? Я вполне справлюсь, — заверила ее Тэмми.
— Я останусь и помогу, — предложил Джейс.
У Паркер странным образом подскочило сердце. Она не слышала, как он подошел к ним.
— Я не могу вас просить о таком одолжении, — начала она.
Но Джейс перебил ее:
— В конце концов, вы будете недалеко, по другую сторону сквера.
— И вы не будете следить за мной? — спросила она.
— Следить за вами? — переспросила Тэмми.
— А-а… — Паркер поняла, что ей не следовало этого говорить.
— Мы встречаемся, — выпалил Джейс, приходя ей на помощь. — И я всегда очень волнуюсь, когда выпускаю Паркер из виду.
— Ах, как романтично, — вырвалось у девушки.
— Да, это так, не правда ли? — согласился Джейс и улыбнулся Паркер, будто говоря: ну что же ты, давай отрицай, что мы встречаемся.
— Да. Встречаемся. По уши влюблены, — согласилась она без особого энтузиазма.
— Пойди подстригись, дорогая, — проворковал он, явно получая удовольствие от игры. — Я подожду тебя здесь, пока ты не освободишься.
— Спасибо, любимый, — кивнула она. — Я вернусь очень скоро.
Она направилась к двери. Ей определенно нужно было остаться одной. Она ускорила шаг, но тут почувствовала, что Джейс догоняет ее.
Она обернулась. Большая ошибка. Она оказалась прямо перед его темными глазами, и у нее перехватило дыхание.
— Что такое? — только и смогла она сказать с надеждой, что это прозвучит достаточно сердито. Однако, видимо, у нее ничего не получилось, так как никакого раздражения она не почувствовала.
— Ты не поцеловала меня на прощание. — Джейс изобразил недовольство, так как Тэмми внимательно смотрела на них, но Паркер увидела смешинки в его глазах.
Смешинки и еще кое-что.
— Джейс, — прошептала она, надеясь, что он уловит предупреждение в ее голосе.
Он не дал ей времени придумать, как избежать поцелуя, а просто наклонился и прикоснулся к ее губам.
Скорее это было невинное чмоканье, а не настоящий поцелуй, но это вовсе не значило, что Паркер не среагировала на него. Наоборот, она вся затрепетала. Ее обдало жаром. И ей вдруг пришло в голову, что бороться с желанием можно только одним способом: ей необходимо снова поцеловать Джейса.
И Паркер неожиданно даже для самой себя продемонстрировала ему, каким должен быть настоящий поцелуй.
Жадный.
Горячий.
Наконец она оторвалась от него, изобразила на лице улыбку и произнесла:
— Ну что ж, до свидания!
Паркер отошла на несколько шагов, обернулась и посмотрела на Джейса. Вид у того был ошарашенный.
Девушка заставила себя повернуться к нему спиной и быстро вышла на улицу. В глазах у нее поплыло. И возникло ощущение нереальности окружающей жизни. Идея борьбы с желанием с помощью поцелуя определенно не сработала. Вместо того чтобы успокоиться после второго поцелуя, она еще больше ощутила неудовлетворенность и жар во всем теле.
Ей хотелось вернуться обратно в кафе и снова поцеловать Джейса.
Больше, чем просто поцеловать его.
Ей бы хотелось…
Паркер с усилием отогнала эту мысль и вошла в парикмахерскую.
— Привет, подруга, — весело воскликнула Джози, а потом раздался хор приветствий от Либби Гарднер, владелицы салона, и Перли Гейтс, стилистки и страшной сплетницы.
И еще в комнате находился…
— Хоффман, — пробормотала Паркер, улыбаясь при виде отставного полицейского. — Кто бы мог подумать, что увижу вас здесь.
Она поняла, что в какой-то момент забыла о своем плане отомстить Джейсу за его вынюхивание, как сделала это с Хоффманом.
— Уберите эту ухмылку с лица, барышня, — прорычал старый детектив. — Никогда не прощу, что вы со мной сделали. Вы виноваты в том, что я потерял свободу.
— Ах, прекрати, — попросила Джози, приглаживая свои буйные рыжие волосы.
— Самая настоящая пытка, — заныл Хоффман. — Если бы вы знали, что мне приходится терпеть.
— Я просто делаю тебе маникюр, — объяснила Джози. — Ты своими длинными острыми ногтями царапал меня. Ужас, как больно!
— Она хочет покрыть их лаком, — прошептал он. В голосе пожилого мужчины звучал ужас.
— Совсем нет, — покачала головой Джози. — Я просто привожу их в порядок.
— И еще Перли хочет подстричь мне волосы. — Хоффман нахмурился.
— Все три волосины, — с улыбкой заметила Перли Гейт. — Мы старались уговорить Хоффмана пересадить волосы, но после долгих размышлений он решил, что пересадка трех волос с задней части головы на переднюю ничего не даст.
— Теперь понимаете, на какие муки вы меня обрекли? Я перестал принадлежать сам себе и сделался игрушкой в руках этих женщин. И во всем виноваты вы, — принялся обвинять девушку Хоффман. — Вы и ваша жажда мести. Надо же придумать такое: послать за мной Джози, чтобы эта женщина гонялась за мной так же, как я прежде гонялся за вами.
— Не слушай его, Паркер, дорогая, — попросила Джози. — Использовать меня в качестве отвлекающего момента было замечательной идеей. И поверь: я — самое лучшее, что когда-либо случалось со старым дурнем.
— Давай, Паркер, садись, — подала голос Либби. — Буду делать из тебя фотомодель.
— Спасибо.
Девушка села в кресло и вздохнула. Она находилась среди друзей. Ну, конечно, если не считать Хоффмана. Все равно можно откинуться на спинку кресла и минут на двадцать-тридцать полностью расслабиться.
Хорошо бы к тому времени, как ей закончат подравнивать волосы, забыть о Джейсе и их поцелуях. Забыть, как ощущала себя в его объятиях, забыть лесной запах его одеколона…
Да, целовать Джейса опасно!
Ей просто необходимо как можно скорее забыть об этом!
Либби набросила белую накидку на плечи Паркер.
— Ну, давай рассказывай нам, — без всякого вступления начала Перли, присев рядом в пустое кресло.
— Что рассказывать? — не поняла Паркер.
Либби прыснула ей на волосы немного воды и принялась их расчесывать.
— О твоем мужчине.
Может быть, рассказать им Тэннере? — подумала Паркер. Ей не хотелось даже думать о Джейсе, не то чтобы говорить о нем.
— О каком таком мужчине? — с наигранным удивлением спросила она.
— До нас дошли сведения, что к тебе прилепился некий высокий темноволосый красавец. Мы хотим знать, что у тебя происходит, — решительно заявила Перли.
— Да уж, милая, будь добра, поделись с нами своими новостями, — поддакнула Либби.
— И учти, нам нужны все подробности, — продолжала Перли. — Как его зовут? Как давно вы встречаетесь? Насколько это серьезно? Какие планы на будущее?
— А ваш отец в курсе происходящего? — не удержался от вопроса Хоффман.
Женщины из парикмахерской узнали о том, что Паркер принцесса, в прошлом году, когда за ней следил Хоффман.
— Именно мой отец и нанял его, — ответила Паркер, небрежно передернув плечами. — Разумеется, ему все известно.
— Даже то, что вы с ним встречаетесь? — продолжал настаивать Хоффман.
— У вас только одно на уме. Не город, а сборище сексуальных маньяков! Мы с Джейсом вовсе не встречаемся. Он меня охраняет, так как отец хочет быть уверенным, что я не попаду в беду. — Паркер не покривила душой, она действительно не ходила на свидания с Джейсом.
Целовалась — да, но на свидания не ходила.
— И только? — явно разочарованно протянула Либби.
— У него есть на меня досье, — добавила Паркер.
Упомянув, что у Джейса есть на нее досье, она вспомнила о той папке, которую он дал ей. Она так разволновалась из-за поцелуя, что совершенно забыла о ней.
Интересно, что там находится!
— Досье? — озадаченно воскликнула Перли.
— А что здесь такого? У меня тоже есть досье на Паркер, — сообщил Хоффман и тут же вскрикнул: — Ой, больно!
— Прости, дорогой, рука дрогнула, — извинилась Джози. — Сам понимаешь, парикмахерские принадлежности и всякие там досье — вещи чрезвычайно опасные.
— Я сегодня же выброшу его, — поняв намек, пообещал Хоффман. — Сожгу его, а пепел развею, так что никто никогда его не прочтет.
Джози с удовлетворением кивнула головой.
— Что ж, нам всем очень жаль, — начала Перли. — А мы-то за тебя обрадовались. У тебя наконец-то появился мужчина, но, оказывается, он всего лишь телохранитель. Послушай мнение умных людей, Паркер! Мы ведь тебе все время твердим: надо чаще выходить в свет. Что за удовольствие куковать одной в холодной квартире. Надо все время вертеться, под лежачий камень вода не течет. И учти: мы уже очень многим нашим подругам помогли отыскать себе пару. Доверься нам, мы и тебе подберем. Такого ослепительного красавца найдем, все от зависти лопнут.
— Ну уж нет! — громко простонала Либби. — Паркер, послушай моего совета: ни в коем случае не позволяй Перли и Джози устраивать твою жизнь. Потом будешь всю жизнь расхлебывать их ошибку. Этим девицам лишь бы уложить кого-нибудь в постель.
— Спасибо за предложение, но мне никто не нужен, — заверила их Паркер. — Мне бы от моих двоих избавиться!
— Двоих? — быстро переспросила Перли.
— Отец отправил ко мне жениха, чтобы тот забрал меня домой.
— Жениха? — повторила Джози. — Пожалуйста, повтори еще раз это слово, мне нравится, как оно звучит.
— А мне — нет. Я не хочу выходить замуж только потому, что мы кому-то кажемся подходящей парой. Этого недостаточно. — Паркер хотела большего. Гораздо большего! — Я хочу выйти замуж за того, кого полюблю, — прошептала она скорее себе, чем кому-либо еще.
— Любовь — это сплошная хи-ми-я, — пропела Перли, растягивая слово.
— Да, химия. Или, вернее, алхимия, — поддакнула Либби.
— И взаимное уважение, — вставила Джози.
— Да, алхимия и взаимное уважение, — согласилась Паркер.
— Вот у меня есть троюродная сестра… — начала Перли.
— Не надо, Перли! — дружно простонали Джози, Либби и Хоффман.
— Спокойно! Если вы знаете эту историю, то помолчите и дайте другим людям послушать, — попросила она, а потом, повернувшись к Паркер, принялась рассказывать: — Ее звали Линда. Коротко, среди домашних — Лин. Она была по своей природе типичной старой девой, совсем как ты.
— И как ты, Перли, — ехидно заметила Джози. — Наша подруга Мэйбл встречается с Элмером. У меня есть Хоффман. А ты… скажи откровенно, нам нужно помочь тебе подыскать кого-нибудь или сама справишься?
— Ну нет, спасибочки! Я довольна своим одиночеством, — запротестовала Перли. — А вот моя троюродная сестра так вся измучилась. И хочется прибиться к живой душе и боязно. Она работала палеонтологом и шутила, что кости доисторических животных ей гораздо милее и интереснее любого мужчины.
— Перли, я почти закончила стрижку, — перебила ее Либби. — Так что тебе пора закругляться.
— Вечно вы мне портите малину! Быстрее, быстрее… торопыги! Да в деталях весь интерес кроется. Беда мне с вами! Никогда не даете ничего толком рассказать.
Она притворно вздохнула и продолжила:
— У Линды были такие высокие интеллектуальные запросы, что ни один мужчина и близко подойти к ней не решался. «Если у меня и появится муж, — говорила она, — то лишь какой-нибудь седовласый ученый. А с этими сопляками и поговорить не о чем. Ей уже тридцатник стукнул, а мужа нет как нет. Мы, честно говоря, на нее рукой махнули. А вот нашелся-таки! Писатель. Любовные романы пишет.
— Любовные романы? — с усмешкой переспросил Хоффман. — Настоящие мужчины их не пишут.
— Тоже мне настоящий мужчина нашелся! Придется тебе, голубчик, взяться за перо. Обожаю читать любовные романы, — строго предупредила Джози.
Хоффман посмотрел на пилочку в руках женщины и побледнел.
— Ах, дорогая, я пошутил. Любовный роман — это прекрасно. Я обязательно сегодня же куплю тебе несколько книг. И цветы в придачу.
Джози улыбнулась.
— Спасибо, любимый!
А Перли продолжила:
— Как бы то ни было, Мерв, так зовут этого писателя, оказался настоящим волшебником. Хотя ему и пришлось изрядно повозиться, но брешь в обороне Лин он все-таки пробил. И крепость сдалась на милость победителя! Обычный человек вряд ли сумел бы доказать Лин, что она напрасно отгораживается от жизни. А писателю, как говорится, и карты в руки. Кто любовные романы читает, тот психологом по жизни становится. И всякие там приемы знает. Вот уж действительно, хорошая штука — любовные романы. Теперь уже десять лет прошло, как они женаты. Живут душа в душу. Не нарадуются друг на друга. А какая разница, где писателю по клавиатуре стучать? Ему и пенек подойдет. Вот Мерв и ездит с женой на раскопки. Просто умереть не встать! Лин копается в земле, кости динозавров ищет, а он на свежем воздухе страница за страницей строчит. Замечательная пара получилась. Вот и тебе, Паркер, надо подобрать мужчину по вкусу. Кто знает, может быть, он у тебя под самым носом ходит, а ты его не замечаешь. Ты оглянись-ка вокруг!
— Готово, — сообщила Либби, снимая накидку и смахивая волосы с шеи Паркер. — Поторопись, подруга, беги, скрывайся, пока еще не поздно. Разве не видишь, что Перли набирает воздух в легкие, чтобы уже начать другую историю. Этих историй у нее — вагон и маленькая тележка.
— Могу я попросить об одной любезности перед уходом? — спросила Паркер.
— Конечно. Все, что угодно, — ответила с улыбкой Либби. — Ты же знаешь. Для тебя я в лепешку расшибусь.
— Не могла бы я побыть несколько минут в твоем кабинете? Мне нужно просмотреть кое-какие бумаги, а в кафе сегодня сумасшедший дом.
— Располагайся, как у себя дома, — предложила Либби, не задавая никаких вопросов.
Даже Перли, которая обычно не понимала значение слова «уединение», не стала ничего спрашивать.
Паркер поспешила в подсобное помещение и вытащила из сумки папку.
На обложке было написано: «Джейс Патрик О'Доннелл».
На первой странице Паркер увидела лишь колонку цифр: вес, рост и тому подобное. Девушку интересовало не это. Ей хотелось знать, о чем думает и мечтает этот частный детектив, который так настойчиво пробивается к ней в душу… Все, чем он живет.
Итак, Джейсу тридцать. А ей почти двадцать семь. Неплохая разница…
Она оборвала себя на полуфразе.
Совсем не важно, какая у них разница в возрасте! Ему поручили следить за нею, только и всего!
Она пыталась уговорить себя, что смотрит досье Джейса лишь для того, чтобы лучше понимать своего противника. Но не смогла. Себя не обманешь! Ей просто почему-то хотелось знать о нем как можно больше. Она быстро пролистала все страницы, исписанные убористым, очень четким почерком. Один абзац привлек ее внимание. Джейс написал о своих родителях и их разводе. «Слишком разные люди, чтобы жить вместе».
На следующей странице еще один похожий пассаж. О сестре Шелли и ее бывшем муже. «Различия усугубились и сделались слишком явными», — написал он.
Опять различия!
Паркер закрыла папку. Главное она, кажется, уловила. Но пусть Джейс не беспокоится. Она прекрасно понимает, что между ними много различий. Но знать и чувствовать — это две совершенно разные вещи. А когда Джейс прикоснулся к ней, она забыла обо всем на свете!
Настроение девушки упало. Она запихнула папку обратно в сумку и вернулась в салон.
— Спасибо за кабинет. Я, пожалуй, пойду обратно в кафе.
— Не расскажешь нам, в чем дело? — поинтересовалась Перли.
— Нет, — ответил Паркер, упрямо тряхнув головой. — По крайней мере, не сейчас.
Седовласая женщина вздохнула.
— Признаться, я и не надеялась, что ты нам все расскажешь. Ничего. Мы с девочками любим поразмышлять над хорошей тайной.
— Здесь нет никакой тайны, Перли, — Паркер похлопала подругу по плечу и, обернувшись к остальным, воскликнула: — Спасибо за прическу и всем пока!
Едва Паркер оказалась на улице, как ее сразу охватили мрачные мысли.
Боже, как она могла поцеловать Джейса! Ну почему ей так некстати изменил здравый смысл?
И самое ужасное, что такого поцелуя у нее еще никогда не было в жизни.
Между ними явно возникла какая-то странная близость.
Но слово «разные» продолжало крутиться в голове. У нее и Джейса разное происхождение, разная жизнь и определенно разное будущее.
Но вслед за этими мыслями сразу возник образ женщины-палеонтолога с лопатой в руке и мужчины с ноутбуком на пеньке.
Они тоже были разными людьми, но сумели ужиться и стали дополнять друг друга.
В своем отчете Джейс рассказывал, что браки его матери и сестры не удались, потому что люди были слишком разными.
Но, может быть, иногда различия помогают?
Захочет ли частный детектив ужиться с принцессой?
Сказки заставляют читателя думать, что быть принцессой — счастье. А на самом деле это тяжелая и ответственная работа. И вдобавок ко всему — постоянный контроль за каждым твоим шагом.
В Эри она обрела сравнительный покой. Но даже здесь существовал риск, что журналисты найдут сбежавшую принцессу и сделают ее личную жизнь достоянием мировой общественности.
Паркер вспомнила свой последний год в колледже. Однажды она нарушила строгие законы студенческого общежития, и тотчас газеты запестрели заголовками типа «Непослушная принцесса из Элиасона».
Одна ошибка, один промах, который мог допустить любой подросток, и дело получило самую широкую огласку. Несколько месяцев продолжалась самая настоящая травля.
Такое могло повториться снова. Она постоянно жила с этим страхом.
Она дошла до середины сквера, когда зазвонил ее мобильный телефон. Взглянув на номер звонившего, она поняла, что это ее мать.
— Привет, мамочка!
— Привет, дорогая. Я только что узнала, как поступил с тобой отец. Я сожалею…
— Мамочка, понимаешь, дело в том…
— Не надо, родная. Не нужно ничего объяснять. Мы, конечно, хотим видеть тебя дома, но ты уже создала собственную жизнь в Эри. Я прекрасно понимаю, чем она привлекательна для тебя. Я прожила, как мне хочется, более двадцати лет, прежде чем встретила твоего отца.
— Не знаю…
— Подожди, дорогая, я еще не сказала тебе самого главного. Я серьезно поговорила с отцом, и он разблокировал твои счета. — Мать замолчала.
— Спасибо, — только и смогла вымолвить Паркер.
— Мы хотим тебе счастья, доченька. Помни об этом! И я знаю, что ты сумеешь найти способ совместить жизнь, которая тебе нравится, с жизнью, для которой была рождена. Ты ведь у нас боец.
Они поболтали еще немного. И когда наконец попрощались, Паркер внезапно ощутила острое желание увидеть своих родных… Увидеть Элиасон.
Она отключила трубку, чувствуя себя обманщицей. Мать назвала ее бойцом. Но в последнее время она не чувствовала в себе сил для борьбы.
Паркер взглянула на кафе. Там ее ждет Джейс. И хотя одна проблема благополучно разрешилась, и она вновь получила доступ к деньгам, вторая, возможно, еще более трудная, осталась. Что же ей делать со своими чувствами к частному детективу?
Джейс в который раз посмотрел на часы. Время будто остановилось. Он все еще обдумывал, как ему вести себя с принцессой, когда она вошла. Остановилась у входа и с минуту как-то странно смотрела на него.
— Что-то не так? — спросил он.
Она покачала головой и изобразила улыбку. Эта улыбка не обманула его. Что-то было не так.
— Паркер! — воскликнул он. — Что случилось?
— Ничего. Все хорошо. Просто прекрасно. А как шли дела здесь?
Она явно говорила неправду. Что-то все-таки произошло.
— Звонила Шей и сказала, что зайдет днем. Без принца, — медленно сообщил он.
Она даже не посмотрела в его сторону. Просто кивнула и негромко заметила:
— Хорошо. Мне нужно поговорить с нею.
Паркер начала суетливо расхаживать по комнате, собирая посуду, поправляя то одно, то другое.
Джейс не торопил ее. Он обязательно узнает, что произошло в салоне красоты, но дождется подходящего момента.
Как только придет Шей, Джейс отведет Паркер в какой-нибудь укромный уголок и выпытает у нее всю правду.
Укромный уголок… В голову сразу полезли мысли о том, какими интимными вещами он хотел бы заняться с нею.
К черту фантазии! Джейс внимательно взглянул на Паркер и невольно вспомнил тот день в Вальдемейере, в парке аттракционов. Она умела веселиться. Смеяться, улыбаться с детьми. Но сегодня она не улыбалась. Что же все-таки произошло в этом чертовом салоне красоты?
— Привет, Джейс.
Он отвел взгляд от Паркер и увидел, что у стойки стоит Шелли. Хорош частный сыщик, ничего не скажешь, даже не заметил, как в кафе вошла его сестра! Из-за Паркер Диллон, сводившей его с ума, он совершал промах за промахом.
— Привет, сестричка, — ответил он.
— Почему ты стоишь за стойкой кафе? — спросила Шелли.
Он пожал плечами.
— Просто помогаю.
— Помогаешь или делаешь вид, что помогаешь? — спросила она шепотом. — Не бойся, я не помешаю твоему расследованию.
— Не беспокойся об этом. Все нормально. Как у тебя дела?
— Разносила резюме, пока дети оставались с Хэлом. Они мне и сказали, что у тебя появилось новое любимое место. Знаю, что здесь работает твоя подруга Паркер.
— Они никогда не станут частными сыщиками, если не перестанут трепать языком, — проворчал он.
— Если мешаю, могу уйти, — предложила Шелли
— Нет, все хорошо. Кофе хочешь?
— Да. Устала очень и понервничала. Так трудно искать работу.
Он наполнил ей чашку до краев и сказал:
— Садись и отдыхай. Я скоро освобожусь и посижу с тобой.
Она кивнула и направилась к ближайшему свободному столику. Зазвонил телефон.
— Не могла бы я поговорить с Паркер? — произнес женский голос на другом конце провода.
— Паркер! — позвал Джейс. — Вас к телефону.
— Алло? — сказала девушка в трубку, испытывая некоторое беспокойство. Слишком много неприятных звонков у нее было за последние несколько дней.
— Паркер, это Шей. Я не приду сегодня. У меня здесь принц на мели, а это значит, что и я тоже на мели.
— Где вы?
— Мы на катере Кары. Но мотор не заводится. И рация не работает. Так что все в порядке. Живи спокойно.
Паркер хотелось спросить, что они делают вдвоем на катере, но тут услышала отдаленный голос Тэннера:
— Шей, где ты? Я уверен, что ты сможешь это починить.
— Ой, — шепотом воскликнула Шей. — Мне пора! Я тебе попозже перезвоню.
И она разъединилась, прежде чем Паркер успела что-нибудь спросить.
Паркер повесила трубку и машинально оглядела комнату в поисках Джейса. Он сидел за столиком со своей сестрой. У них, похоже, происходил серьезный разговор. Паркер нравилась его способность полностью сосредоточивать внимание на том, с кем он разговаривал. Будто в этот момент никого другого не существует на свете. Очень приятное ощущение!
— Извините, — раздался рядом вежливый голос.
Паркер с трудом оторвала взгляд от Джейса и, оглянувшись, увидела у стойки незнакомого мужчину. У него были миндалевидные глаза, необыкновенно красивые черные волосы и потрясающая улыбка.
— Простите, — извинилась она. — Я задумалась.
— Мне не надо спрашивать, о чем, вернее, о ком вы думали, — заметил мужчина, оглядываясь на Джейса.
— Я не… — начала было отрицать Паркер, но потом поняла, что не обязана давать какие-либо объяснения человеку, которого видела в первый раз в жизни. — Не понимаю, о чем вы говорите, — заявила она подчеркнуто высокомерным тоном. — Хотите что-нибудь заказать?
— Нет, спасибо, — тихо произнес мужчина. — Я Питер. Работаю на…
Ему не надо было продолжать. Она поняла. Все было понятно по его дорогому костюму и по почтительным взглядам, которые он бросал на нее.
— Тэннера, — Паркер произнесла это имя почти как ругательство.
Питер наградил ее чарующей улыбкой и кивнул.
— Да, вы правы, на Тэннера. Мне приказано следить за вами до его прихода.
— Напрасная трата времени. Можете сразу уходить! Он сюда не скоро придет, — сообщила Паркер.
Питер отрицательно покачал головой.
— Принц сказал мне, что скоро будет.
— У меня более свежая информация. Он и моя подруга Шей сели на мель, — заверила его Паркер.
— Тэннер настроен решительно, — недоверчиво заметил Питер. — Он будет обязательно здесь, независимо от того, на мели он или нет.
— Тогда я постараюсь, чтобы меня здесь не было, когда он сюда явится.
Девушка понимала, что ей все-таки придется остаться и встретиться с ним, но она устала. Устала снова и снова объяснять свою позицию. Устала от постоянного давления. Просто устала.
Ей нужно побыть некоторое время одной, чтобы все хорошенько обдумать и решить, что делать с навязчивым женихом и как совместить свое желание вести тихую, нормальную жизнь с королевскими обязательствами. И еще — как поступить с Джейсом.
— Да-а, — заметил Питер. — Но только учтите, мой коллега Эмиль находится у вашего дома, а Тонио — у дома вашей подруги Кары.
Как ей не хочется встречаться с Тэннером! Но, видимо, все-таки придется!
Она же сказала Тэннеру, как обстоят дела, но он не слышал ни слова из сказанного. Как и ее отец, он слышал лишь то, что хотел слышать.
Будь все неладно! Она думала, что Тэннер умнее.
Что ж, тогда она закажет номер в какой-нибудь гостинице. Теперь, когда у нее снова есть деньги, это не проблема.
— И хочу предупредить вас: я уже сообщил принцу, что вы находитесь здесь, — промолвил Питер. — У него есть сотовый телефон, что он утаил от Шей. Он притворился, будто разглядывает мотор, а сам позвонил мне. Я же в свою очередь позвонил в соответствующую службу. Катер скоро будет на берегу! Полное поражение!
— Через какое время он будет здесь? — упавшим голосом спросила Паркер.
— Он утверждает, что скоро. Я должен охранять вас до его прибытия.
— А зачем вы все это говорите мне? — с подозрением поинтересовалась Паркер.
— Может быть, я считаю, что нельзя человека насильно выдавать замуж.
— Вы печетесь обо мне? Как трогательно! Вы ведь даже не знаете меня. С чего это вдруг такая неожиданная симпатия?
— Я служу хозяину уже пять лет, но мне не нравится, когда красивая женщина без ее согласия выставляется на ярмарку невест. У Тэннера было много любовных связей, но ни из одной ничего не вышло. Последняя его любовная история оказалась особенно горькой. Думаю, он до сих пор не опомнился. — Питер вздохнул. — Нормальной женщине трудно жить под пристальным вниманием, к которому он уже привык. Отчаявшись найти себе жену по вкусу, он в конце концов решил согласиться на помолвку с вами. Он говорит, вам известно, что такое королевская кровь. И королевский долг.
— Думаю, это недостаточная причина, чтобы жениться, — возразила Паркер.
— На мой взгляд, тоже недостаточная, — согласился Питер. — Вот поэтому я и охраняю вас, и одновременно раскрываю секреты.
Паркер рассмеялась.
— Итак, чем вы собираетесь заняться, пока будете ждать его появления?
— Я подумал, а не съесть ли мне вот такую булочку с черникой и не выпить ли чашечку кофе?
— Конечно. — Паркер подала ему булочку и кофе, а когда он вытащил кошелек, чтобы заплатить, отрицательно покачала головой: — За счет заведения. Спасибо вам за откровенность.
— Мне очень приятно работать с вами. — Он озорно подмигнул ей. — Знаете, если бы я не опасался, что Тэннер сдерет с меня семь шкур, я бы с удовольствием поухаживал за вами.
— Пришла моя пора вздохнуть и сказать, что при других обстоятельствах я бы, возможно, охотно согласилась на ваши ухаживания.
— И тем самым необычайно польстили бы моему самолюбию. — Питер одарил ее ослепительной улыбкой, свидетельствовавшей о его многолетнем опыте общении с очаровательными женщинами.
Паркер не смогла сдержать улыбку, глядя на него.
— Почему у меня такое чувство, что вашему самолюбию не нужна поддержка?
Питер засмеялся.
— Полагаю, вы правильно оцениваете мой характер.
Он кивнул, взял свой кофе и сел за столик позади Джейса и Шелли.
Что теперь? Не оставлять же Тэмми одну в кафе. И Кара не могла одновременно заниматься книжным магазином и кафе. Паркер понимала, что должна остаться, но ей очень хотелось поскорее уйти оттуда.
Джейс поднялся и подошел к стойке.
— Помочь?
— А как Шелли?
— Она все утро искала работу и теперь отдыхает.
В сознании Паркер вспыхнул озаряющий свет.
— Может быть… Послушай, побудь здесь немного. У меня появилась идея.
— Куда ты?
— Просто подожди, — попросила она и направилась к проходу, соединяющему кафе и книжный магазин.
Кара махнула ей и подошла.
— Как идут дела? — спросила она.
— Думаю, я могла бы стать хорошей официанткой, если бы захотела, — ответила Паркер. — Я вполне справилась с утренним наплывом посетителей, можешь мне поверить.
— Не думаю, чтобы твоя семья желала бы видеть тебя в таком качестве.
— У них определенно другое на уме. Но мне все равно. — Впрочем, Паркер немного покривила душой. Ей было не все равно. Будь ей все равно, ей было бы намного легче спорить с отцом. — Мне нужно знать твое мнение по поводу одной вещи. Шей занята, и я не могу поговорить с ней об этом. Однако мы с тобой вполне можем принять решение. Ведь нас двое, то есть большинство.
— О чем ты? — не поняла Кара.
— Что ты думаешь о том, чтобы нанять нового сотрудника?
— Нанять сотрудника? Я думала, мы взяли тебя, чтобы не нанимать кого-нибудь еще.
— Вон видишь того парня? — Когда Джейс вернулся за стойку, Питер проскользнул за столик, за которым сидела Шелли. Он улыбался, а Шелли над чем-то смеялась. — Он служит у Тэннера. Его послали сюда следить за мной. А Шей удерживает принца на катере Кары. Она полагает, что все придумала как нельзя лучше. Однако оказалось, что у Тэннера есть сотовый телефон, поэтому план Шей рухнул и мой жених должен с минуты на минуту явиться сюда.
— Возможно, я кое-что пропустила, но если я правильно тебя поняла, ты хочешь смыться?
— Да, — кивнула Паркер. И я не могу оставить Тэмми одну. Поэтому я хотела спросить, как ты отнесешься к тому, если мы прямо сейчас наймем еще одну официантку.
— Кого?
— Сестре Джейса Шелли нужна работа. И поскольку я снова при деньгах…
— Как и когда это случилось? — спросила Кара.
— Я получила доступ к деньгам сегодня утром. И поэтому мне не нужна работа, а Шелли нужна. Правда, я не знаю, заинтересует ли ее это, но она прекрасно подойдет. Она старше, чем студенты колледжа, которых мы обычно берем, и у нее есть опыт.
— Не надо убеждать меня. Я полностью доверяю твоему мнению, и Шей, наверняка, тоже. Так что я голосую «за». Твоя Шелли принята.
— И ты поможешь ей, если понадобится, верно?
— Разумеется, помогу, — пообещала Кара. — Пойди и узнай, согласна ли она. Но сначала я хочу спросить тебя кое о чем. Почему ты все время убегаешь?
— Извини?
— Паркер, ты самая сильная и волевая из известных мне женщин, и тем не менее ты потратила массу времени, скрываясь от своей семьи, страны. А теперь ты бежишь от Тэннера. Никто не может заставить тебя быть принцессой или выйти замуж. Так зачем тебе все время убегать?
— Может быть, я убегаю не от чего-то, а бегу к тому, чего хочу.
Кара посмотрела на нее с сомнением.
— Бегать — значит убегать. И как только ты пристрастишься к такому способу решать свои житейские проблемы, ты уже привыкаешь к этому и рискуешь никогда не остановиться.
— Ты не понимаешь. Ты не знаешь, что это такое…
— Может быть, я не королевской крови, но мои родители дали мне ясно понять, чего они ждут от меня. Мне пришлось отказаться от многих вещей, чтобы угодить им. Все люди так или иначе чувствуют, какие надежды возлагают на них старшие.
— Если ты не хочешь, чтобы я нанимала Шелли…
— Я «за», все хорошо. Мы с Шей с самого начала знали, что работа официантки для тебя кратковременное пристанище.
Паркер все еще колебалась.
— Иди спроси ее, — приказала Кара, подталкивая ее вперед, как ребенка. — Подумай о том, что я сказала. Бегать — значит убегать. И вечно бояться, что тебя догонят. Остановись, сделай глубокий вдох и оглядись, чтобы понять, чего же ты хочешь. Вдруг поймешь, что то, от чего убегаешь, необходимо для счастья. А теперь прости, мне нужно возвращаться в книжный магазин.
Паркер медленно подошла к сестре Джейса.
— Привет, Шелли. Помнишь меня?
— Конечно, помню. Я не забываю женщин, с которыми встречается Джейс, — ответила та с лукавой усмешкой. — Их слишком мало.
Паркер больше всего хотелось бы сесть за столик и расспросить Шелли о тех немногих женщинах, с которыми встречался Джейс, но она понимала, что у нее нет времени.
— Послушай, Шелли, мне кажется, у меня есть идея…
— Ты уверена, что хочешь сделать это со мной? — в тысячный раз спросил Джейс.
В принципе Паркер собиралась уйти и посидеть дома одной, чтобы все обдумать. Но когда Джейс жалостливо попросил: «У меня так много дел, будьте хорошей девочкой, помогите мне», она невольно согласилась.
Ей не хотелось признаваться даже себе в том, что ей очень приятно побыть вместе с Джейсом.
— Ну хорошо, мне спешить некуда, поэтому я говорю «да». К тому же мне интересно посмотреть, как вы работаете.
— Не так интересно, как вы думаете. Я слежу за парнем, жена которого наняла меня. Записываю, кто входит и выходит из его офиса в течение дня. Приходится торчать на одном месте. А одному очень скучно, вот почему, если вы составите мне компанию, я буду вам чрезвычайно благодарен.
Он сел, Паркер примостилась рядышком.
— Ни бинокля, ни специальных приспособлений для слежки?
— В моей камере объектив с переменным фокусным расстоянием. Этого вполне достаточно.
— Вот как.
На некоторое время в автофургоне воцарилась тишина, как будто никто из них не знал, что сказать.
Наконец Джейс нарушил молчание и спросил:
— Признайтесь, почему вы все время убегаете, принцесса?
Паркер поразила прямота вопроса и то, что Джейс был третьим, кто за день спросил ее об этом. Будь это кто-нибудь другой, она бы просто не стала отвечать. Но Джейс… Она, конечно, не обязана отвечать ему, но ей хотелось… нет, ей было необходимо, чтобы он понял.
— Честно говоря, вы уже не первый спрашиваете меня об этом. Сначала моя мама сказала, что, хотя я и убежала из семьи, она надеется, что мне удастся совместить личную жизнь с королевскими обязанностями, поскольку по натуре я боец. Потом Кара произнесла небольшую речь о том, что бегать — значит убегать. Теперь вы.
— Вам следует задуматься, раз все говорят об этом.
— Глупости! Я никуда не убегаю. Наоборот, я бегу к той жизни, которая мне нужна. Знаете ли вы, как это ужасно, когда ты можешь узнать все о своей жизни из газет? Как родилась, как крестилась, как проходили дни рождения. Наверное, если бы пресса освещала только эти крупные события, я бы еще стерпела. Но журналисты не оставляют тебя в покое, если видят хоть какую-нибудь возможность повысить спрос на газеты. И по сути дела, продажа газет идет за счет копания в грязном белье известных людей.
— Что же произошло? — тихо спросил он.
Паркер не собиралась исповедываться перед Джейсом, но неожиданно рассказала ему свою историю:
— Мне было шестнадцать, я училась в школе. Моя подруга решила тайком сходить на вечеринку и пригласила меня. Перспектива провести вечер без охранников, следящих за каждым моим шагом, мне понравилась, и я согласилась. Мы вылезли из окна на балкон, проникли в другую комнату, а оттуда незаметно в коридор. Охранники, дежурившие у моей двери, ничего не заметили. На вечеринке я лишь пригубила немного вина, а подруга моя опрокидывала рюмку за рюмкой.
— А что было потом? — спросил он.
— Кто-то узнал меня. Охваченная паникой, я нашла свою подругу и практически вынесла ее из дома, так сильно она опьянела. Мы уже были близко от нашей спальни, когда нас догнал фотограф и сделал первый снимок. Подруга моя опустилась на четвереньки, и ее стало тошнить. А он все щелкал и щелкал. Что это за мужчина, который фотографирует, как тошнит девушку? На следующий день в газете появилась огромная статья с обличительными фотографиями. Из меня сделали чуть ли не распущенную пьянчужку. И это только один случай. А их было несколько. Малейшая моя ошибка мгновенно попадала под увеличительное стекло.
— И поэтому вы приехали сюда учиться и решили не возвращаться домой?
— Нет. Я все-таки собиралась поехать домой после окончания колледжа. Мои родители много сделали, чтобы оградить меня от пронырливых папарацци. Так я стала Паркер Диллон. Нормальная, обычная школьница. Слышали бы вы мои споры с отцом! Он все равно пытался приставить ко мне охрану, но я поклялась, что вообще исчезну из его поля зрения, если он будет настаивать. Так или иначе я собиралась вернуться домой после получения диплома.
— И почему же не уехали?
— Получив диплом, я через несколько дней приехала в аэропорт. Когда уже прощалась с Карой и Шей, увидела рядом вспышки блицев. Как потом мне рассказали, какая-то семья фотографировалась в аэропорту. Меня неожиданно затошнило и охватил приступ паники. Вот именно тогда я поняла, как сильно мне не хочется возвращаться к той, прошлой жизни. Мне неприятно признаваться, что я не могу сделать этого.
— Может быть, ваша сила как раз и заключается в том, что вы знаете, чего действительно хотите и к чему стремитесь?
Паркер покачала головой.
— С вашей стороны весьма любезно так говорить, но я не соглашусь с этим. Я осталась в Эри, потому что так было легче. Шей, Кара и я стали партнерами и открыли книжный магазин и кафе. Мой отец до сих пор не понял, что произошло. Он считает, что я просто капризничаю и, когда образумлюсь, обязательно вернусь домой. Моя мать посоветовала мне сегодня найти способ совместить жизнь, которая мне нравится, с жизнью, для которой я была рождена. Необычайно сложная задача. Уж и не знаю, получится ли это у меня.
— Родители любят вас, и им вас не хватает.
— Знаю. Я тоже люблю их. Но я не могу вернуться. Роль принцессы не для меня.
— Иногда у нас нет выбора. Семья достается нам от рождения, и мы не в силах что-либо изменить.
— В вашем досье я прочитала, что ваши родители разошлись. Я сожалею. — Паркер случайно положила руку поверх руки Джейса. Она хотела отдернуть ее, но не успела, он крепко сжал ее, и девушка замерла, наслаждаясь ощущением волнующего тепла.
— Мне наплевать на то, что они разбежались, — успокоил ее Джейс. — Но мне жаль мою маму. Отец просто ушел и завел новую семью. Он забыл о нас. Мама работала на двух работах, стараясь обеспечить нас. Большую часть времени мы оставались с Шелли вдвоем.
— Вы больше не видели своего отца после этого? — Хоть отец и доводил ее чуть ли не до безумия в последнее время, Паркер не могла себе представить, что не увидит его. Никогда.
— Ни разу. Но я нисколько не жалею об этом.
Она взглянула ему в глаза.
— Как бы я ни вела себя, я всегда знала, что отец с матерью любят меня и что моя семья тревожится обо мне.
— Любить вас не сложно, Паркер. Совсем не сложно.
Джейс медленно наклонился к ней. Паркер догадалась, что он хочет поцеловать ее. У нее было достаточно времени отстраниться, удержать его, но она не шевельнулась. Наоборот, придвинулась к нему. Казалось, как будто время замедлило свой ход, и их губы медленно двигались навстречу… все ближе, ближе…
Раздался громкий стук в окно, и Паркер резко отодвинулась.
— Дядя Джейс, впусти нас.
Около машины, улыбаясь, стояли Бобби и Аманда.
Джейс, что-то пробурчав себе под нос, отпер дверцу, и близнецы, пыхтя, забрались на заднее сиденье.
— Что вы здесь делаете? — резко спросил он.
— Мы пришли помочь тебе вести наблюдение, — объяснил Бобби.
— Как вы нашли меня?
— Ну, ты же не хочешь, чтобы мы выдали все свои секреты, — у Бобби появилась озорная улыбка. — Я хочу сказать, что, если бы мы раскрыли их, зачем тебе тогда брать нас на работу?
— Нам ведь можно остаться? — умоляющим тоном спросила Аманда.
Джейс бросил взгляд на Паркер. Она уловила в нем извинение, но было видно, как сильно он любит ребят. Они ей тоже нравились, хотя и помешали их поцелую. Но как можно было на них сердиться!
Он повернулся и строгим голосом произнес:
— Вы могли сорвать мне расследование.
— Мы вели себя осторожно. Кроме того, если мы в машине, это выглядит менее подозрительно. Я хочу сказать, кто станет подозревать в слежке семью? Никто же не берет на задание детей.
— А разве вы не должны быть у своего папочки?
— Он ушел на весь день, — ответила вполголоса Аманда.
Паркер увидела тень грусти в глазах девочки. А Бобби так просто был взбешен.
Должно быть, Джейс тоже увидел это, потому что он сразу согласился:
— Хорошо. Можете немного посидеть с нами. Но когда мы закончим, вам нужно будет вернуться.
— Замечательно! — воскликнул Бобби. — Мы купили блокнотик, чтобы записывать номера машин. И…
Пока близнецы возбужденно болтали, Джейс бросил на Паркер взгляд с легкой улыбкой, которая означала: «Что я могу поделать?»
Она улыбнулась ему в ответ.
Джейс выехал на подъездную дорожку и взглянул на Паркер.
Они не сказали друг другу ни слова с того момента, как высадили близнецов у дома их отца.
Он был один с Паркер.
Она как-то странно посмотрела на него.
Может быть, это из-за неудавшегося поцелуя? После ее рассказа ему просто захотелось утешить ее. Его принцессу. Утешить. Ничего больше.
Но ее взгляды могли быть и не связаны с поцелуем, которому помешали близнецы. Она странно смотрела на него целый день, с того момента, как отправилась в салон красоты.
— Мы приехали, — сообщил он.
Паркер смотрела прямо на него, но ее взгляд был затуманен. Казалось, она испугалась, когда он заговорил.
— Что? — спросила она. Девушка была явно не в себе.
Джейс не хотел ходить вокруг да около, поэтому спросил прямо:
— Что с вами?
— Ничего.
Она слегка встряхнулась, как бы собираясь с мыслями.
— Со мной ничего. А почему вы спросили?
— Потому что вы как-то странно ведете себя.
— За мной следите не только вы, но и множество других людей: подобранный отцом жених, его прихвостни. Не удивительно, что я не в своей тарелке…
Джейса не удовлетворило такое объяснение.
— Вы что-то от меня скрываете, я ведь вижу.
— Вы ошибаетесь. — Паркер помолчала и спросила: — Так вы пригласите меня к себе домой?
— Почему бы и нет, — ответил он, открывая дверцу со своей стороны и вылезая на дорожку. Ему было интересно, как она оценит его жилище.
— Ну что ж, я, пожалуй, не откажусь!
— Паркер, что касается… — Он замолчал.
— Поцелуя? — договорила она, голос у нее сделался низким и хриплым. — Вы волнуетесь по поводу поцелуя в кафе и о том, что мы снова чуть не поцеловались у вас машине до прихода близнецов?
Он подошел к входной двери.
— Волнуюсь? Послушайте, леди, я целовал многих женщин. Подчеркиваю, многих. Так что не беспокойтесь, один поцелуй не может меня взволновать.
Джейс был доволен, что Паркер в этот момент шла сзади и не видела выражения его лица.
— То было больше, чем простой поцелуй, — возразила она, вдруг оказавшись рядом с ним. — Меня и раньше целовали, но это было нечто большее.
— Я был прав, — заметил он насмешливым тоном, — они что-то сделали с вами в салоне красоты. Вы нанюхались там химикатов или…
— Послушайте, — шутливо начала она, — если вы боитесь за свое целомудрие, вернемся в машину и уедем. Отвезите меня домой.
— Мне о своем целомудрии беспокоиться нечего. Я в полном порядке, — заявил он, чувствуя, как неуверенно звучат его слова про «порядок». Несмотря на то, что он прекрасно знал, что пора остановиться, он продолжал: — Может быть, я боюсь за ваше целомудрие. Об этом вы не подумали? Я хочу сказать, вы ведь в конце концов принцесса.
— А вы так соблазнительны, что я не смогу устоять против ваших чар? — Она рассмеялась. — Не льстите себе, с вами мое целомудрие в полной безопасности.
— Хотите меня проверить на прочность?
Нет, напрасно она его провоцирует! Ведь если быть честной с собой, то следует признать очевидное: она боится даже лишний раз прикоснуться к нему, такое волнение это вызывает у нее в душе и теле. Единственное, в чем она абсолютно уверена, — он до мозга костей джентльмен и никогда ничего не сделает против ее воли. А вдруг она ошибается?
— Так что же будет, сердцеед, если я зайду к вам в гости? — спросила она с вызовом в голосе.
— Что-нибудь, — ответил он, пожимая плечами. Он отпер дверь и пропустил ее вперед. — Входите!
Паркер осмотрела гостиную Джейса. В ней царил полный беспорядок. К огромному телевизору была подключена игровая приставка, ее провода вились по центру комнаты, вокруг валялись разные игры.
На спинку кушетки кремового цвета было наброшено цветастое покрывало. На одном конце кофейного столика лежала большая кипа журналов, на другом — раскрытая газета.
Хоть и неубрано, но выглядит необычайно уютным. Теплая, располагающая, жилая атмосфера, которая приглашала сбросить обувь и расслабиться.
— Хотите кофе? — спросил Джейс и, не получив ответа, направился на кухню.
— А можно чай? — попросила она, следуя за ним.
— Да, думаю, Шелли купила. — Он начал рыться в буфете и, не глядя на нее, заметил: — Если уж мы заговорили о Шелли, то должен вам сказать: вы были очень добры, предложив ей работу.
— Никакой доброты я в этом поступке не вижу, — ответила Паркер, садясь на табурет. — Ей нужна работа, а мне нужен кто-то, кто следил бы за кафе. Вы говорили, что оба занимались этим, когда были моложе. Мое предложение таким образом напрашивалось,
— И все-таки вы очень добры. И вообще, принцесса, — тихо произнес Джейс, — где бы вы ни находились, вы всегда выделяетесь из толпы. И неважно, королевская у вас кровь или нет, вы выделяетесь. Посмотрите на своих подруг, Кару и Шей, — они все сделают ради вас, и вовсе не потому, что вы — принцесса, а потому, что вы это вы. Особенная.
Паркер неэлегантно фыркнула. Совсем как мать.
— Какие глупости вы говорите!
— Это правда. Я понял это, проследив за вами всего пару дней… Когда вы пошли смотреть хоккей, на вас были джинсы и простая майка. Даже если бы я не следил за вами, вы бы привлекли мое внимание. Мне не нужно было читать досье, не нужно было лично знакомиться с вами, чтобы понять, что вы особенная.
У нее в груди поднялось что-то опасное и растеклось теплой волной по всему ее телу. Ей вдруг стало жарко.
— Джейс, — пробормотала она.
— И с того дня я не мог выбросить вас из головы. Работа кончилась, началось нечто другое, гораздо большее. После нашей совместной прогулки в Вальдемейере мне стало очень трудно. Я только… и думаю, что о вас, Паркер.
Джейс понимал, что ему надо держать дистанцию, ведь он и Паркер — существа разных миров. Между ними не может получиться ничего серьезного. Короткий роман возможен, но длительные отношения совершенно нереальны.
И наконец, Джейс понимал, что самое последнее, что ему следует делать, — это целовать свою гостью. Потому что, если они снова поцелуются, он не был уверен, что сможет этим удовлетвориться.
Но скорее всего было уже слишком поздно что-либо менять. Они уже перешли черту, когда еще можно было остановиться и разойтись в разные стороны. Теперь их неумолимо влекло друг к другу. И устоять перед соблазном было невозможно!
Джейс обнял Паркер, надеясь, что она оттолкнет его и скажет «нет».
Но она не сделала этого.
Наоборот, быстро прижалась к нему и обхватила его за шею.
— Паркер! — прошептал он, стараясь понять, хочет ли она продолжения.
— Да, — ответила она, словно прочитав его мысли.
В качестве приглашения ему нужно было услышать только это одно-единственное слово.
Он крепко сжал ее и поцеловал со страстным желанием, которое так отчаянно старался сдержать.
Горячо.
Очень горячо.
Паркер едва дышала из-за жарких прикосновений Джейса, но, казалось, ей и не надо дышать, пока он обнимал ее.
В одной из книг, которые Кара посылала к ней домой, Паркер прочитала фразу «она растаяла», но ей не приходилось испытывать ничего подобного… до сих пор. До этого момента.
До Джейса.
Она прижалась к нему, желая — нет, испытывая необходимость — быть как можно ближе, так, чтобы их ничего не разделяло.
— Вишневая кока-кола, — прошептал он. — Твои губы на вкус как вишневая кока-кола.
— Это мой бальзам для губ, — тихо ответила она и невольно засмеялась.
Смех не рассеял жара, который она испытывала.
— Нет, это не бальзам для губ. Это ты. Сладкая и терпкая.
— Жаркая, — пробормотала она.
— Жаркая. Сладкая. Терпкая.
Они снова поцеловались, и Джейс осторожно вытянул из джинсов ее рубашку. Его рука теперь легко прикасалась к ее спине. Паркер вздохнула и отдалась чувствам. Ощущение его губ, рук на обнаженной коже… Она потонула в море эмоций.
— Паркер, я хочу тебя, — признался он. — Но…
— Да, понимаю, существуют… все эти соображения, — начал он. — Я много раз думал о них, стараясь использовать их как барьер, чтобы я мог сохранять дистанцию. Я знаю, почему не должен так хотеть тебя, но желание здесь, и оно растет. Ты нужна мне… не твой титул, не твое прошлое. Ты. Я хочу…
— Я тоже хочу тебя, — призналась Паркер.
— Ты уверена?
— Да, я…
Она не успела закончить фразу, так как входная дверь распахнулась и в гостиную влетели Бобби и Аманда. Аманда была вся в слезах.
Паркер развела руки, и девочка бросилась в ее объятия.
— Что случилось? — спросил Джейс.
— С отцом поругались, — ответил Бобби слишком взрослым тоном для парня, который еще не начал учиться в средней школе. — Мы пришли к нему в гости, а он сказал, что уходит, мол, дела у него. Знаем, какие у него дела! Он приказал, чтобы мы сидели у него дома, пока его не будет. Я сказал «нет».
— Он не видел нас три недели, — добавила, давясь рыданиями, Аманда.
— И мне все равно, увижу ли я его еще. Именно это я и сказал ему.
— Бобби и папа очень сильно поругались, — заключила Аманда.
— Я ненавижу его, — заявил Бобби.
Паркер посмотрела на мальчика и подумала, понимает ли его отец, какого замечательного сына теряет.
— Думаю, если бы ты его ненавидел, тебе бы не было так больно. Я знаю это по себе, — тихо заметила она.
Джейс положил руку на плечо мальчика.
— Не переживай! Все образумится.
— А где мама? — спросила Аманда.
— У нее все хорошо. Она нашла работу, — ответила Паркер.
— Работу? — переспросила Аманда. — Как здорово! А то я знаю, она очень беспокоилась об этом. Даже плакала по утрам.
— А почему бы нам не заказать пиццу и не посмотреть какой-нибудь фильм? Мама как раз и подойдет, — предложил Джейс. — Уверен, ей нужно многое рассказать нам.
Паркер посмотрела на него. Он все еще держал руку на плече племянника. Чувство, более сильное и глубокое, чем раньше, переполнило ее душу.
Это была не страсть и не желание.
Что-то новое.
Что-то, похожее на… любовь.
Джейс посмотрел на женщину, спящую в его объятиях. Ее сам Бог послал, она отвлекла ребят и развеселила их. И задремала около часа назад, еще до того, как пришла домой Шелли и отвела ребят спать.
Наверное, тогда ему надо было разбудить ее, но он не сделал этого. Он просто сел рядом с нею на диван и обнял ее.
Джейс не понимал, что происходит. Он испытывал к Паркер не просто физическое желание.
Она зашевелилась и села.
— Который час?
— Думаю, около полуночи.
— Надо было разбудить меня, — посетовала она, приглаживая волосы.
— Мне нравилось смотреть, как ты спишь, — признался он.
Паркер выглядела взволнованной. Это тоже ему понравилось. Понравилось, что он смог смутить ее. В конце концов, это только справедливо. А то раньше она постоянно смущала его.
— Ты храпела, — сообщил он, только чтобы позлить ее.
Сработало!
Она, как по команде, нахмурилась и сощурила глаза.
— Врешь! Я не храплю.
— Да-да, принцесса, которая храпит. Бьюсь об заклад, я бы мог заработать массу денег в бульварной прессе. Представь себе заголовок: «Я слышал храп принцессы Паркер».
На мгновение он испугался, что девушка обидится. Но она только усмехнулась и шутливо ударила его.
Маленький завиток упал ей на лицо, и Джейс, протянув руку, заправил его за ухо.
Паркер замерла. Улыбка исчезла, и лицо сделалось напряженным.
На какой-то очень короткий миг он подумал, что она хочет поцеловать его. Но она отодвинулась и чуть слышно прошептала:
— Мне надо идти. Уже поздно.
И хотя он понимал, что ее уход, возможно, самый лучший вариант для них обоих, чувства говорили другое. Он не хотел, чтобы она уходила. Не хотел расставаться с нею ни на минуту.
— Принц наверняка все еще следит за вашим домом, — заметил он.
— Возможно. — Она пожала плечами. — Мне пора поговорить с ним начистоту. Пора посмотреть правде в глаза.
— Но не обязательно сегодня вечером, — возразил он. — Я хочу сказать, вы могли бы остаться здесь и отдохнуть, а завтра утром встретились бы с принцем.
— Здесь Шелли и ребята. У тебя нет места еще для одного гостя.
Он не подумал об этом. Его сестра и дети занимали две комнаты.
— Есть моя комната.
— Не думаю, что это будет правильно.
— Не для меня. Я имею в виду, что могу лечь у Бобби. В его комнате две кровати.
— Я не…
— Пожалуйста, — попросил он. — Подумайте о детях, они будут рады, если увидят вас, когда встанут утром.
— Джейс…
— Я буду с Бобби. И даже не подойду близко к вашей двери. — Он поднял руку. — Клянусь.
Паркер молчала.
— Итак, что вы скажете? Отдохнете, завтра немного поиграем с детьми. — Он замолчал и попытался придумать какой-нибудь довод поубедительней. — А я даже подам вам на завтрак бельгийские вафли.
— Вы умеете готовить? — недоверчиво спросила она.
— Конечно, умею. — Ну, может быть, сказать, что он умеет готовить, было преувеличением. Но он действительно умел делать потрясающие вафли.
— Но ведь это вы говорили мне, что пора прекратить бегать от жизни. Я должна пойти домой и встретиться с Тэннером. И заодно разобраться с некоторыми вещами.
— Возможно. Но не сегодня. Останьтесь, — тихо попросил он.
— Хорошо, — согласилась она, все еще внимательно глядя на него, как будто сомневаясь, что он говорит правду. — Только из-за вафель.
— Тогда пошли, — позвал он, направляясь к лестнице. — Я вас положу и укрою одеялом.
Она покачала головой.
— Спасибо, думаю, мне лучше самой укрыться.
— Ну вот, испортили все настроение, — усмехнулся он.
Паркер только что согласилась провести ночь в его постели!
Как жаль, что он будет спать в комнате Бобби!
Ранним утром Паркер на цыпочках ушла из дома Джейса. Когда накануне вечером она согласилась остаться на ночь, то действительно собиралась задержаться и попробовать бельгийские вафли, приготовленные Джейсом.
Но бессонная ночь убедила ее не делать этого.
Когда девушка вчера вечером улеглась, она готова была тут же уснуть. Только Богу известно, как она устала. Но постельное белье… пахло Джейсом…
Промучившись до утра и так и не сомкнув глаз, Паркер тихонько встала, оделась и вышла на улицу. В следующий раз, когда она увидит Джейса, ей хотелось, насколько это возможно, быть свободной и просветленной.
Она надеялась, что через какое-то время разберется в собственных чувствах и завершит все незаконченные дела.
Паркер доехала на автобусе до дома, наскоро приняла душ и переоделась в чистую одежду. Потом отправилась в «Монарх». Надо ей засесть за телефон. Вначале Тэннер, затем отец и наконец Джейс.
«Джейс, я на пороге любви к тебе» — вот что она ему скажет.
Но разве только на пороге?
Если быть честной, она зашла гораздо дальше. Она уже входит в стадию «влюбиться по уши».
Как он вел себя со своей сестрой, с близнецами… Как смеялся… Что она чувствовала, когда он обнимал ее, подшучивал над нею…
Обычно, когда люди упоминали ее королевское происхождение, она чувствовала, что моментально уходит в себя и пытается закрыться от внешнего мира.
Но когда Джейс подшутил над ней, она не отреагировала. Что пресса, что встреча с семьей, встреча с Тэннером — ничто ее больше не пугало.
Джейс увидел ее.
Джейс увидел Паркер.
Только этого она и хотела. Чтобы кто-то увидел в ней не только принцессу, но и обыкновенную женщину.
Он увидел.
Пора прекратить бегать от жизни!
— Ну наконец-то! — воскликнула Шей, когда Паркер вошла к ней в магазин.
Из книжного магазина выбежала Кара.
— Где ты была, Паркер?
Она улыбнулась своим подругам.
— Я заночевала у Джейса вчера вечером. Мне нужно было время все обдумать.
— Тэннер сходит с ума. Его люди обошли весь город в поисках тебя.
Паркер пожала плечами.
— Я не обязана отчитываться перед Тэннером.
— Мы тоже волновались, — тихо добавила Кара.
Паркер почувствовала угрызения совести.
— Простите, что заставила вас обеих поволноваться. Потом я все вам расскажу, но сейчас мне нужно связаться с Тэннером.
— У меня есть номер его сотового, — медленно ответила Шей, как будто ей не хотелось признаваться в этом.
— Прекрасно. Позвони ему, пожалуйста, и скажи, чтобы он приехал ко мне домой в одиннадцать. Пора покончить с этим делом.
— А что ты будешь делать до одиннадцати часов?
— Я хочу выпить кофе, а потом позвонить своему отцу. Я больше не прячусь, больше не бегаю. — Она слегка улыбнулась, глядя на Кару. — Я не стану извиняться за то, что хочу жить своей собственной жизнью. У Тэннера нет невесты. Он должен понять это.
— Можем мы чем-нибудь помочь?
— Нет. У меня все под контролем. Но спасибо, что спросили. Вы обе знаете, как много вы значите для меня, правда? — Она почувствовала, как у нее увлажнились глаза.
Может быть, Паркер не считала себя такой суровой, какой считала себя Шей, но она была не из тех, кто часто дает волю чувствам. Но именно в этот момент, глядя на Шей и Кару, она понимала, что они готовы ради нее на все. И чувства прорвались наружу. Она ничего не могла поделать с собой.
— И ты очень много значишь для нас, — растроганно заявила Кара.
Смущенная Шей просто кивнула головой в знак согласия и протянула:
— Конечно.
— Хорошо. Вы сможете обойтись сегодня без меня в магазине?
— Я слышала, ты получила назад свои деньги. И, глядя правде в глаза, следует сказать, что ты не слишком подходишь на роль официантки, — заверила ее Шей с улыбкой.
— У меня стало лучше получаться.
— Лучше, но все равно плохо. — Шей рассмеялась. — К тому же скоро придет Шелли. Думаю, она станет очень ценным работником.
— Рада, что ты не стала возражать, мы ведь наняли ее без твоего одобрения.
— Я доверяю вам обеим, вы знаете это. А теперь выйдете, пожалуйста, отсюда, и я позвоню Тэннеру.
— Спасибо, — поблагодарила Паркер и вышла. Она была готова сразиться с целым миром.
Впервые в жизни ситуация находилась полностью под ее контролем.
— Куда, черт побери, она ушла? — пробормотал Джейс, набирая на своем сотовом телефоне номер «Монарха».
Он проснулся утром и почувствовал себя необычайно бодро для начала утра. Одно то, что Паркер находится в его доме, в его постели… ну, он решил, что не возражал бы начинать так каждый день.
Потом он спустился в холл и увидел, что дверь в его комнату открыта, а Паркер там нет.
Не было ее и внизу.
Она ушла.
Настроение у него резко упало.
Кто-то поднял трубку в кафе.
— Кафе «Монарх», — произнес женский голос.
— Шей? — спросил он,
— Да, — ответила его собеседница.
— Это Джейс О'Доннелл. — И тут же перешел к делу: — Где Паркер?
— Почему ты спрашиваешь? — спросила Шей.
— Потому что я проснулся утром, а ее нет. А мне хотелось угостить ее бельгийскими вафлями собственного изготовления. Ну куда она могла пойти рано утром? И почему мне ничего не сказала? Я же волнуюсь!
Последняя фраза вырвалась сама собой. Джейс попытался сгладить ненужный для него эффект, добавив:
— Ведь моя работа как раз и заключается в том, чтобы приглядывать за нею.
— Ну, может быть, она не любит вафли, — предположила Шей. — Скорее всего она села на такси или на автобус.
Джейс обнаружил, что ему так же не понравилось, что Паркер ездит на автобусе, как и ее предполагаемому жениху. И ему не понравилось, что Шей с пренебрежением отнеслась к его вафлям. В конце концов, он мужчина и у него есть своя гордость.
— Уверяю тебя, что ей понравились бы мои вафли, — принялся настаивать он. — Женщинам всегда нравятся мои вафли. Они просто восторгаются ими. И всегда просят еще.
— Паркер не просто какая-то женщина. У нее изысканный вкус. Может быть, вафли она не очень любит.
— Она бы полюбила их, если бы попробовала.
— Может быть, она боялась, что если попробует их и они ей понравятся, то ей будет трудно пережить момент, когда их больше не будет. Готовы ли вы потчевать ее вафлями всю оставшуюся жизнь, когда бы она ни попросила? — спросила Шей.
— Этого я не могу обещать. Кроме того, она заслуживает большего, чем вафли. Она заслуживает икры и шампанского. Так с ней все в порядке? — поинтересовался Джейс.
— Абсолютно. Она встречается с Тэннером и решает свои дела.
Тэннер. В этом принце было что-то ненадежное, что настораживало Джейса.
— А мне не надо быть рядом с ней? — спросил он.
— Нет. Она большая девочка. Может сама позаботиться о себе. Прости, но мне надо идти, много покупателей. Но один совет тебе все же дам — разберись, чего ты хочешь, прежде чем снова увидишься с нею. — И Шей повесила трубку.
Джейс несколько секунд стоял неподвижно, слушая сигнал отбоя.
Разобраться, чего он хочет?
Тут и думать нечего.
Он хочет Паркер.
Проблема в том, что он ее никогда не получит.
Ровно в одиннадцать Тэннер Эриксон постучал в дверь Паркер.
— Ты живешь в гараже? — удивленно спросил он, когда она впустила его. — Мои люди сообщали мне об этом, но я до последнего не верил.
— Мне здесь нравится, — сухо заметила девушка. Она не собиралась оправдываться перед этим человеком. — Садись, пожалуйста.
— Наконец-то ты перестала убегать и мы можем спокойно поговорить, — заявил Тэннер, усаживаясь на тахту.
Тэннер явно чувствовал себя не в своей тарелке.
Паркер села в кресло напротив него.
— Я пригласила тебя сегодня сюда, потому что мне нужно сказать тебе…
— И мне нужно сказать тебе… — перебил ее Тэннер.
Но Паркер не дала ему закончить:
— Помолчи. Тебе ничего не нужно мне говорить. Ты ничего не можешь сказать, и, честно говоря, я тоже не могу сказать тебе ничего нового. Я все сказала уже в первый вечер.
— Кое-что изменилось, — сообщил Тэннер, не обращая внимания на ее слова.
— Да, — согласилась она, думая о Джейсе. — Да, изменилось.
— По поводу нас…
— Я надеялась, что сумею пощадить твое самолюбие. У меня теплые воспоминания о нас, когда мы были маленькими, но мы оба изменились.
— Да, изменились, — кивая, согласился он. — Изменились. Об этом я и хочу поговорить.
— К сожалению, что бы ты ни сказал, я не изменю своего решения. Я не люблю тебя. Ты не любишь меня. Вот все, что нам нужно сказать.
— Итак, мы оба согласны, что больше не обручены? Ты свободная женщина, а я свободный мужчина? — Он совсем не выглядел подавленным. Скорее, наоборот, успокоенным.
— Да
Она это сделала. Наконец-то добилась, чтобы тупоголовый принц понял ее. Наверное, ей надо было принять оскорбленный вид из-за его счастливого лица и того, как легко он воспринял эту печальную для него новость.
Ей совсем не хотелось разбивать ему сердце, но было бы неплохо услышать некоторое сожаление с его стороны.
— И ты сообщишь своему отцу о том, что порвала со мной? — настойчиво спросил он.
— Ну конечно, я сообщу ему.
— Хорошо. Спасибо, Паркер. — Тэннер встал и улыбнулся. — Знаешь ли, я желаю тебе всего самого хорошего. Так ты действительно останешься здесь и забудешь о своей семье и долге?
— Да. Нет. Я хочу сказать, что мне нужно и то, и другое. Я ищу способ достичь этого.
Паркер поднялась и удивилась, когда Тэннер поцеловал ее в щеку. Это был нежный поцелуй, какой бывает между друзьями.
Она улыбнулась:
— И тебе тоже всего хорошего, Тэннер. Я искренне желаю тебе только счастья.
— Думаю, твое пожелание скоро осуществится, — загадочным тоном ответил он.
— Что происходит? — спросила она, раздумывая, не имеет ли его будущее счастье что-либо общее с официальным разрывом их помолвки.
— Я пока не могу сказать, но обещаю, что ты узнаешь первой, когда все будет точно известно.
— Договорились. Счастливо, Тэннер.
Паркер смотрела, как уходит ее предполагаемый жених. Все прошло легче и быстрее, чем она думала. Наверное, ей надо было оскорбиться, когда он так благосклонно воспринял новость о ее окончательном отказе, но она чувствовала лишь облегчение.
Оставалось сделать только одно. Позвонить отцу. После их разговора она будет свободной от прошлого. И сможет желать все, что захочет.
И она знала, чего хотела.
Джейса О'Доннелла. Паркер набрала номер.
— Привет, папа…
Джейс знал, что легко может отыскать Паркер, но не стал этого делать.
Он обдумал все свои возможности и наконец осознал, что ему необходимо сделать первый шаг, какую бы цель он ни преследовал, — позвонить отцу Паркер.
Секретарь тут же соединила его.
— Да? — ответил отец Паркер с тревогой в голосе. — Мой секретарь сказал мне, что вам нужно срочно поговорить со мной. Что-нибудь случилось с Паркер?
— Нет, ваше величество, — ответил Джейс. — Ничего не случилось. Я просто хочу сказать вам, что увольняюсь.
Все очень просто.
Он не мог объяснить свое решение. Но знал, что оно правильное.
К его удивлению, король не стал возражать и что-либо спрашивать.
— Отлично. Меня это устраивает, — сообщил король. — Дело в том, что Паркер заявила, что, если я не уволю вас и не найму кого-нибудь другого, она исчезнет и я никогда ее больше не найду.
— Простите, что она сказала? — переспросил ошарашенный Джейс.
Паркер просила отца уволить его? Что это еще за новости?
— Паркер попросила меня уволить вас, — подтвердил ее отец.
— А она объяснила, почему? — Джейс был неприятно поражен.
— Да. Она сказала, почему, и многое другое. — Судя по веселому голосу короля, его разговор с Паркер прошел хорошо.
Джейс поблагодарил короля и быстро повесил трубку.
Паркер хотела, чтобы его уволили.
Что же это значит?
Зазвонил телефон. Он не взял трубку. Скорее всего, звонили одному из близнецов. Ребята могли часами разговаривать по телефону.
— Дядя Джейс, ты все еще занимаешься слежкой по тому делу? Можно нам прийти поработать с тобой сегодня? — спросила Аманда, протягивая ему телефон. — Это вас.
Он протянул руку за трубкой.
— Спасибо, но я там закончил, — сообщил он. Осталось только написать отчет. Он подумал о других досье на своем столе, которые ждали его внимания. Теперь, когда Джейс больше не работал на короля, ему стоит как можно быстрее заняться ими. — Алло? — наконец ответил он.
— Джейс, — раздался в трубке голос Паркер, — нам надо поговорить.
— Паркер, ты куда исчезла? — откликнулся он. — Я проснулся, а тебя нет.
— Мне нужно было сделать кое-какие дела, — медленно ответила она.
— Какие, например? — Уволить его — вот какие!
— Я все расскажу тебе при встрече.
— А где ты? — спросил он.
— У себя дома.
— Я буду у тебя через десять минут. Никуда не уходи.
— Договорились. Слово скаута.
Он почти увидел ее улыбку.
— А ты была когда-нибудь скаутом?
— Нет, — ответила она со смехом.
— Я так и думал, — заметил он.
— Итак, жди, — напомнила она и повесила трубку.
Несколько секунд Джейс слушал сигнал отбоя, потом нажал кнопку конца разговора на трубке.
Пора было выложить все карты. Он хотел знать, почему Паркер ушла, почему она уволила его.
И еще надо сообщить ей, что он больше не работает на ее отца.
Джейс вдруг понял, что скажет: «Я хочу тебя, Паркер, я хочу, чтобы наши отношения со временем окрепли и…»
— Джейс, — позвала Шелли.
Что-то в ее голосе заставило Джейса поспешить в гостиную.
— Что случилось?
— Звонил Хэл. Он едет за детьми. Встретишь его, ладно? Я пока не могу видеть его. Все еще злюсь из-за прошлого вечера.
— Может быть, он хочет извиниться? — предположил Джейс.
— Сомневаюсь. Хэл не собирается извиняться. Но если бы он захотел, то извиняться надо не передо мной, а перед Амандой и Бобби. — Она помолчала и попросила: — Ну как, ты согласен?
Джейс посмотрел на часы. Ему уже пора ехать к Паркер.
— А через сколько он будет здесь?
— Он сказал, что скоро.
— Хорошо, я подожду.
— Спасибо. Не знаю, что бы я делала без тебя, — благодарно произнесла Шелли.
— Ты никогда не узнаешь этого, — пообещал Джейс.
Где же Джейс? Он мог позвонить и сказать, что запаздывает, мол, должен помочь Шелли и приедет, как только сможет.
Впрочем, нежданно появившееся время позволяло ей обдумать еще раз предстоящий разговор.
Итак, как же лучше выразить то, что ей нужно ему сообщить?
Она скажет: Джейс, я должна сказать тебе, что официально порвала с Тэннером. Он теперь знает, что между нами ничего никогда не будет. И я позвонила отцу — ты уволен.
Да, это хорошее начало.
А потом добавит: я согласилась проводить несколько месяцев в году дома и помогать им, а мой отец согласился с тем, что моя настоящая жизнь будет здесь, в Эри.
И наконец: Джейс, я хочу, чтобы ты задумался, любишь ли ты меня, потому что, мне кажется, я люблю тебя.
Вот! Вот так! Это именно то, что она должна сказать. Слова «мне кажется» не совсем правдивы, но их роман столь короткий, что лучше будет их добавить.
Ей не хотелось торопить события.
Паркер продолжала ходить по комнате.
Джейса нет!
Она посмотрела на часы.
Еще раз прорепетировала свою речь.
Походила по комнате.
Посмотрела на часы.
Где же он?
В дверь позвонили.
Наконец он здесь!
Все слова, которые, как она думала, намертво засели в ее голове, моментально улетучились.
Девушка сбежала вниз по лестнице и открыла дверь.
— Извини, что опоздал, — произнес Джейс.
— Ничего, — ответила она, ощущая странную пустоту в голове. — Заходи, поднимайся.
Что же все-таки она ему скажет? Паркер попыталась вспомнить заготовленную речь и не смогла ничего сказать. Ни единого слова.
— Присаживайся, — предложила она и села в кресло напротив.
— Паркер, — начал он так же официально, как и она, — я говорил с твоим отцом. И он сказал тебе, что я попросила уволить тебя.
— Да, просила. И не стану извиняться за это. Я сказала ему также, что не приеду домой, по крайней мере, не очень скоро. Но пообещала возвращаться время от времени в Элиасон для осуществления королевских функций при условии, что он тебя уволит. Мне по-прежнему не нравится, что моя жизнь станет общественным достоянием, но еще больше я переживаю, что отвернулась от своей семьи и своих обязанностей. Поэтому я хочу постараться совместить свою жизнь здесь со своей жизнью там.
— Я рад за тебя.
— Еще я сказала ему, что не выйду замуж за Тэннера. И…
Джейс перебил ее.
— Я уволился до того, как он сказал мне, что ты уволила меня.
— Хорошо. Тогда нет проблем. Мне нужно поговорить с тобой о своих чувствах к тебе.
Она подумала, что это было хорошее начало.
— Нет, — почти прорычал он. — Ничего не говори. Не говори мне ничего. Видишь ли, я пришел сюда, чтобы сказать, что я больше не работаю на твоего отца, а заодно попрощаться с тобой.
— Попрощаться? — переспросила Паркер.
— Я больше не занимаюсь этим делом, поэтому нам не надо больше встречаться.
— Но я думала, что ты… что мы… А что же тогда было вчера вечером?
— Помрачение рассудка. Я забыл, кто я и кто ты. А теперь, когда ты снова станешь принцессой…
— На некоторое время.
— На некоторое или на все время принцессой это одно и то же. Мы слишком разные, и никакое время не изменит этого.
«Разные».
Это слово ударило Паркер, словно пощечина.
— Я не тот парень, который поведет тебя за собой, — тихо заметил он. — Поэтому нам лучше попрощаться и спокойно разойтись.
Он поднялся и направился к двери.
— Джейс, разве мы не можем поговорить с тобой? Что случилось сегодня после того, как я ушла?
— Как видно, ты не понимаешь, что мы с тобой слишком разные, чтобы у нас что-нибудь получилось.
— Только потому, что у твоих родителей не получилось… — начала Паркер.
Джейс перебил ее:
— Не только у моих родителей. Шелли также вышла замуж за мужчину не из нашего круга, и посмотри на них сейчас. Вот поэтому я и опоздал. Знаешь ли ты, каково это: смотреть на людей, которые однажды поклялись, что будут вечно любить друг друга, а потом буквально рвут друг друга на части? Вот что делают различия — они отдаляют людей.
— Так необязательно бывает, — тихо возразила она.
Он холодно рассмеялся.
— Обязательно. Принцесса, если мои родители и Шелли с ее бывшим мужем находятся на расстоянии звезд, то мы с тобой на расстоянии галактик.
— Ты не осознаешь, что говоришь.
— Нет, осознаю. Ты — принцесса. И нам с тобой никогда не быть вместе. Отправляйся домой. — Он вышел и плотно закрыл за собой дверь.
— Я дома, — ответила Паркер пустому дому. — Я дома.
— Ох уж эти мужчины! — сердито восклицала Паркер неделю спустя. Когда Джейс ушел, она подумала, что, возможно, так будет лучше для них обоих. Если бы они остались вместе, то в конце концов сделали бы друг другу больно.
Но последние семь дней доказали ей, что больнее всего ей было без Джейса.
Ну почему она так сблизилась с кем-то?
Она ведь никогда не принадлежала к тем женщинам, которые верили в любовь с первого взгляда.
Но именно так полюбили друг друга ее отец и мать — быстрая, мгновенная связь, прошедшая испытание временем. Ей бы хотелось увидеть, способно ли это влечение перерасти в нечто столь же постоянное и длительное, как у ее родителей.
Но Джейс испугался и не захотел попробовать.
— Ох уж эти мужчины, — повторила она.
— Да, они такие, — добавила Шей таким же раздраженным тоном, как и Паркер, может быть, даже еще более раздраженным.
Паркер и Кара старались понять, что происходит с Шей. Их подруга уже несколько дней пребывала в плохом настроении и порой с такой злостью бормотала имя бывшего жениха Паркер, что девушка радовалась, что она не Тэннер.
Ее мучили угрызения совести, ведь, каковы бы ни были взаимоотношения Шей и Тэннера, виновата была она. Это она их свела.
— Ох уж эти мужчины… — с тяжелым вздохом произнесла Кара. — И все-таки вы ошибаетесь! Эй, послушайте меня. У вас, возможно, есть проблемы, но поверьте мне, сдаваться нельзя. Любовь не дается легко.
— Любовь? — удивленно протянула Паркер. Она внимательно посмотрела на Шей. Неужели Кара права? Неужели их строгая подруга влюбилась? В Тэннера?
Что именно произошло между ними? Шей не говорила, а Паркер не спрашивала, но, может быть, стоило разобраться?
— Вы можете обманывать себя, можете даже обманывать друг друга, но со мной этот номер не пройдет, — продолжила Кара. — Я слишком хорошо знаю вас обеих, чтобы ошибиться в признаках.
— В каких признаках? — спросила Паркер, хотя ей не очень хотелось продолжать этот разговор. — Пусть Кара продает любовные романы, пусть читает их чуть ли не по одному в день, но она определенно не специалист по любовным отношениям.
— Признаках того, что я не ошибаюсь, — подтвердила Кара, поднимая вверх палец. — Во-первых, вы обе крайне раздражительны. — Подняла еще один палец. — Определенно не похожи на себя. — Подняла третий. — И сердиты на всех мужчин сразу. — Она опустила руку и добавила: — Но когда я упоминаю имя Джейса или Тэннера, у вас на несколько мгновений теплеет взгляд, а потом вы снова хмуритесь. Явные, я бы даже сказала, стопроцентные признаки.
— Явные признаки чего? — тихо спросила Шей.
— Любви, — ответила с уверенностью Кара. — Вы обе так влюблены, что совершенно изменились. Но я знаю вас обеих. Вы сумеете наладить отношения с Тэннером и с Джейсом.
— Возможно, и нет, — заметила Паркер. — Тут нечего налаживать. Джейс уволился.
— А Тэннер… — Шей осеклась, так как в книжный магазин вошла Шелли.
— Нужно вам что-нибудь еще до того, как я уйду? — спросила она
— Нет, — ответила Паркер. — У нас все хорошо. Я хотела спросить, нравится ли тебе работать здесь?
— А почему мне должно не нравится? — спросила Шелли. — Я что-нибудь сделала не так?
— Нет, — заверила ее Паркер. — Просто понимаешь… ну, между мной и твоим братом сложились довольно сложные отношения.
— Послушай, — начала Шелли, — это ваше дело, а не мое. Зато я знаю, что ты устроила меня на работу и прекрасно ладишь с моими ребятами. Этого мне более чем достаточно. А разбираться с чужими проблемами… Сейчас у меня своих хлопот хватает.
Шелли выглядела измотанной, и Паркер с сочувствием спросила ее:
— А что сейчас случилось?
— Да мужчины все… Ох уж эти мужчины! — огорченно протянула Шелли.
— Твой бывший муж создает проблемы? — спросила Паркер.
— Ну да, но это нормально, когда идет речь о разводе. Хэл раздражен, что я оставила его, вот поэтому и устраивает мне веселую жизнь. Но я теперь стараюсь поменьше с ним встречаться.
— Тогда в чем проблема? — спросила Кара. А потом, прежде чем Шелли успела ответить, заметила: — Ты говоришь, что у тебя проблемы с мужчинами. Если это не твой бывший муж, значит, есть новый.
— Да, есть один, который пытается подкатить ко мне. Я сказала ему, что пока не готова к близким отношениям. Еще ведь не просохли чернила на бракоразводных документах. Прошло всего пять дней, как мы их подписали, — объяснила Шелли.
— С мужчинами трудно… — проговорила Шей.
— …а без них еще труднее, — закончила ее мысль Кара. — Вы мелете всякую чепуху. Кто сказал вам, что любить просто? Это не так. Любовь — это постоянный труд. Как и все в этой жизни. Взять хотя бы наши магазин и кафе. Сколько сил мы в них вложили, чтобы их поднять и привлечь покупателей! А почему вы думаете, что любовь должна быть легкой? Любовь — это жизнь. А жизнь редко бывает легкой. Поэтому перестаньте обе хныкать.
Они еще долго сидели, вздыхали и смеялись, ругали мужчин, жаловались на свою жизнь, строили планы на будущее. После этого разговора Паркер ушла домой в приподнятом настроении. Она по-прежнему не знала, что ее ждет впереди, но впервые за всю неделю у нее появилась надежда. Кара права. Она влюбилась, а любовь не бывает легкой.
Когда она переходила площадь, к ней из-за деревьев сквера выскочил мужчина. На мгновение она подумала, что это Джейс, и у нее радостно забилось сердце, но уже через секунду поняла, что это Майкл, ее брат.
Здесь, в Эри?
Паркер смутно припомнились слова матери, что он собирался к ней ненадолго заехать, будучи с дипломатической миссией в Соединенных Штатах.
— Майкл! — воскликнула она, обнимая его. Брат тоже обнял ее.
— Я не был уверен, что ты будешь рада меня видеть.
— Конечно, рада. Я скучала по тебе. По всем скучала.
Она повела его в тихий сквер, и они сели на скамейку.
— Как давно ты здесь?
— Да позавчера приехал. Пожимал руки, встречался с людьми от имени отца. А теперь направляюсь в Нью-Йорк. Но я, конечно, не мог находиться рядом с тобой и не повидаться.
— Я так рада тебя видеть. Если ты не говорил с отцом, то наверняка порадуешься, когда узнаешь, что я обещала приехать на несколько недель домой.
— Он говорил мне об этом, — заметил Майкл.
— Мы выработаем для меня расписание. Найдем какой-нибудь компромисс, — твердо заявила Паркер.
— Хорошо, — Майкл снова обнял ее. — Мы скучали по тебе.
— Я тоже скучала. Я так давно не видела тебя. Итак, расскажи мне, чем занимаешься…
Они долго сидели, болтая о том о сем.
Паркер не могла поверить, что она так долго жила вдали от своей семьи. И вот наконец она почувствовала себя по-настоящему дома.
Неожиданно для себя она рассказала Майклу о Джейсе. Слова просто полились из нее.
— Знаю, что все это слишком быстро.
Он покачал головой.
— Для любви нет ограничений во времени. Когда она приходит, то приходит. И, дорогая, если послушать, как ты говоришь о нем, то она к тебе точно пришла. Так же, как пришла много лет назад к матери и отцу. Поверь мне, сестра, это любовь.
— Я пришла к такому же заключению. К сожалению, мой избранник — редкий упрямец.
— А ты, конечно, не знаешь, что такое быть упрямой, верно? — Майкл широко улыбнулся.
У Паркер хватило чувства юмора огорченно улыбнуться ему в ответ.
— Я не упрямая, а просто уверенная в себе.
— Эй, послушай, уверенная в себе женщина, а ты уверена, что любишь его?
— Да.
— Тогда почему ты сидишь здесь со мной?
— Я подумала, что мы поужинаем вместе.
— У меня такое чувство, что твои мысли витают где-то далеко, — пожал плечами Майкл. — Я не уеду завтра. Иди к Джейсу и расскажи ему о своих чувствах.
— Он не захочет слышать это.
На этот раз Майкл рассмеялся.
— И что? Разве это может помешать тебе рассказать ему о своих чувствах?
— Ты прав. Завтра я увижу тебя?
— Обязательно. Мы наверстаем упущенное время, обещаю.
Она обняла брата.
— Я действительно по тебе скучала.
— Я тоже. А теперь иди.
Она еще раз быстро обняла его и повернулась.
— Пожелай мне удачи, — попросила она.
— Думаю, она тебе не нужна. Ты справишься собственными силами.
Паркер попрощалась с братом и зашагала по улице. Будет нелегко убедить Джейса не придавать значения их различиям и уговорить его рискнуть, но, как сказала Кара, любовь — это постоянный труд.
Любовь — это постоянный труд.
Эта фраза снова и снова звучала в голове Паркер, когда она ловила такси. К деньгам-то она получила доступ, но у нее не было времени купить новую машину.
Она уже все для себя решила. Джейс ей нужен, будь он неладен.
Майкл прав — она умеет быть упрямой. И даже если бы ей пришлось несколько дней сидеть на ступеньках у его входной двери, их чувства стоят того, чтобы рискнуть.
К сожалению, Джейс О'Доннелл так просто не уступит. Он считает, что прав, и знает ответы на все вопросы. Она вспомнила его речь о различиях между его отцом и матерью и Шелли и ее мужем.
Он утверждал, что у Паркер еще больше различий с ним, что ее титул принцессы относит ее к совершенно другой — какое слово он употребил? — галактике. Но тут он ошибается.
Если его останавливает только титул принцессы, она сможет все уладить.
Джейс сидел у гостиницы в деловой части города, поджидая, когда из нее выйдет некий мистер Арчибальд Смит.
Оказалось, что дружище Арчи не был однолюбом.
Проследив за ним в течение недели, Джейс обнаружил, что у малого было целых три женщины.
Ему бы вполне хватило одной. Паркер.
И зачем только он познакомился с ней! Теперь всю жизнь будет мучиться.
Неожиданно в дверцу машины постучали. Джейс вскочил и от резкого движения пролил кофе на брюки. Негромко чертыхнувшись, он повернулся и посмотрел в окошко, ожидая увидеть Аманду и Бобби.
Джейс замер, когда увидел, кто это был.
— Паркер?!
— Не возражаешь, если я сяду? — спросила та с улыбкой. Не дождавшись ответа, девушка уселась на пассажирское место и захлопнула дверцу.
— Что ты здесь делаешь? — удивился он, оттирая кофе с джинсов.
— Нам надо поговорить.
— Как ты нашла меня? — спросил он, стараясь казаться раздраженным. Но на самом деле он так обрадовался появлению Паркер, что его мало интересовало, как она нашла его.
— Близнецы мне подсказали, где ты находишься.
— Ну я задам им трепку. — А про себя подумал: или куплю подарки. Хорошие подарки.
— Нет, не надо, — принялась успокаивать его Паркер. — Они мне сказали, где тебя найти, потому что беспокоятся о своем дяде. По их словам, ты в плохом настроении после нашего последнего разговора.
— Ошибаются. У меня не плохое настроение, я просто был занят по горло.
Не обращая внимания на его слова, она продолжала:
— И они совершенно уверены, что ты злишься из-за того, что скучаешь без меня.
— Черта с два! Мы едва знаем друг друга, с какой стати мне скучать?
— Ты, кажется, забыл, что у нас с тобой есть досье друг на друга. Информации предостаточно.
— Я ничего не забываю, — пробормотал Джейс.
— Я тоже, — тихо откликнулась она.
— Прости, но я не это имею в виду.
— Давай не будем спорить, — остановила его Паркер. — Мне просто надо задать тебе один вопрос. Если бы я не была принцессой, ты стал бы ухаживать за мной?
— Но ты — принцесса, поэтому какое это имеет значение? — спросил Джейс, не отвечая на ее вопрос.
Она улыбнулась.
Это была именно та улыбка, которую он хотел запечатлеть на пленке в тот день, когда они были в парке аттракционов с Амандой и Бобби.
Тогда Джейс не захватил с собой фотоаппарата, но сейчас собирался им воспользоваться, снимая мистера Смита. Он поднял цифровой аппарат и сделал снимок, пока Паркер не успела запротестовать.
— Зачем ты это сделал? — недовольно воскликнула девушка.
— Я просто хотел проверить, работает ли он. Прости, забыл, что ты не любишь, когда тебя фотографируют.
— Когда это ты, я не возражаю.
Она так трогательно и нежно взглянула на него, что он забыл обо всем на свете и у него возникло острое желание обнять ее.
— Ах, послушай, тебе все-таки лучше уйти. Я работаю, — проворчал Джейс.
— Я тоже. И поверь на слово, у меня очень тяжелая работа, — с иронической усмешкой сообщила ему Паркер.
Джейс вздохнул. От нее не избавиться, придется ждать, когда пока она сама уйдет.
— Чего ты хочешь?
— Я хотела узнать, стал бы ты ходить на свидания со мной, если бы я не была принцессой. Ты сказал «да». Прекрасно. Так вот знай: скоро я не буду принцессой. Ну, что скажешь?
— Что это значит, черт возьми! — не на шутку разволновался Джейс.
Она снова улыбнулась.
Он подвинулся немного ближе к двери, держа аппарат на коленях, как легкую преграду между ними.
— Ради тебя я отрекусь от своего королевского титула, и ты сможешь пригласить меня на свидание.
— Ты не сделаешь этого! — воскликнул он. — Ты не можешь так просто уйти и отказаться от своей семьи, от престола.
— Конечно же, могу! Мне никогда особенно не нравилось перерезывать ленточки и позировать для газетных фотографий, хотя я думала о разных благотворительных учреждениях, которым могла бы помочь, поставив королевский титул перед своим именем. Но я найду другой способ помочь людям. И я определенно не буду скучать по папарацци. Поэтому я с удовольствием пойду с тобой в кино и съем большую порцию попкорна. Не волнуйся, я непременно поделюсь с тобой.
— Выбрось все это из головы. Я никогда не позволю тебе отказаться от королевского титула!
Паркер рассмеялась.
— Да у тебя руки коротки! Мы еще не достигли в наших отношениях такого уровня, когда ты сможешь что-нибудь позволять мне или не позволять. Хм, говоря о будущем, сомневаюсь, что такой момент вообще наступит, если все пойдет так, как я надеюсь. А что касается моего решения отказаться от королевского титула, то я все уже разузнала. В Элиасоне члену королевской семьи не возбраняется отречься от притязаний на трон, от титулов… от всего. Сегодня вечером я позвоню отцу и начну действовать. Это может разбить ему сердце, но, ура, я сотру наши различия, и ты будешь счастлив. Через несколько дней я официально превращусь в обычную Паркер Диллон. Мои будущие дети не станут королевскими наследниками. Я уступаю все права на престол моему брату. Это значит, что мои родители заставят его в скором времени жениться, но он переживет такую малость во имя блага родины.
Паркер снова улыбнулась.
— Сумасшедшая! — набросился на нее Джейс. — Ты не можешь отречься от своих королевских притязаний. Ты не можешь отбросить свою родословную. Рано или поздно у тебя будут дети. Они заслуживают быть частью истории твоей семьи.
— Я могу и сделаю это, — тихо сказала она. — Неужели ты этого еще не понял? Чтобы быть с тобой, я откажусь и от большего, чем корона. Безусловно, это трудно понять, и, конечно, мы не так давно вместе. Но, Джейс, пойми, мне нужно быть рядом с тобой. И ты мне очень-очень нравишься. Поэтому я снова спрашиваю: если у меня не будет титула, пригласишь ли ты меня на свидание и дашь ли нам возможность увидеть, к чему это приведет? Я нравлюсь тебе?
Нравится? Это слово не вмещало того, что он чувствовал к этой удивительной женщине. Женщине, которая ради него была готова отказаться от королевских благ и почестей.
— А я тебе действительно нравлюсь? — спросил он.
— Больше, чем нравишься. Я…
— Любишь? — тихо спросил он. — Прежде чем ты ответишь, позволь мне сказать, что я очень надеюсь на твое «да», потому что, честно говоря, я только и думаю что о тебе и не могу представить, как смогу жить дальше, если ты вдруг скажешь сейчас «нет».
— Но ты меня оттолкнул.
— Я пытался быть благородным. Но благородство сделало меня несчастным.
— Ничего, скоро все наши проблемы сами собой отпадут.
— Паркер, отказ от титула не уничтожит различий между нами. Я не могу допустить, чтобы ты сделала это.
— Но Джейс…
— Когда я сидел здесь утром в машине, у меня было время подумать. И я понял: мне безразлично, что мы из разных миров, — я хочу быть с тобой.
Произнеся это слова, он почувствовал, насколько они правильны. Ему все равно. Он знал, чем рискует, и хотел рискнуть, чтобы быть с Паркер.
— Неужели? Ты хочешь? — спросила она с некоторым недоверием.
— Как ты говорила, у нас с тобой все очень быстро получилось, но, значит, такова наша судьба. И ничего не изменится, подождем мы еще десять часов, десять дней или десять месяцев. Я люблю тебя. И хочу быть с тобой всегда.
— Джейс! Что я слышу! — воскликнула она, смущаясь.
— Всегда, — повторил он. — Выходи за меня замуж.
— Нет.
— Нет?
— Слишком быстро.
— Послушай, Паркер…
— Я надеялась, что когда-нибудь ты предложишь мне руку и сердце, но не сегодня. Слишком быстро. Однако…
— Однако что? — спросил он со слабой надеждой в голосе.
— Предложи мне снова стать твоей женой через месяц, если я по-прежнему буду нужна тебе. Думаю, тебе понравится мой ответ.
— Тогда через месяц. Я готов ждать тебя всю жизнь. Не знаю, как сложится вся эта история принцессы и частного детектива, но хочется верить, что мы как-нибудь придумаем ей счастливый конец.
— Ах, есть еще одно, о чем я должна сказать. Видишь, я могу отречься от своего королевского титула, это верно. Но, по нашим законам, принцесса не может выйти замуж за человека без дворянского титула.
— Итак, если ты хочешь быть со мной, тебе все равно придется отречься от престола.
Он не мог допустить, чтобы она сделала это!
— Ну, — медленно произнесла он, — я могу. Или есть другой выход.
— Какой?
— Мой жених должен стать придворным. Мой отец пожалует тебе титул герцога или кого-нибудь еще. И, когда мы поженимся, ты станешь…
— Не произноси этого, — почти умолял он.
— Принцем.
Она засмеялась, лицо ее засветилось радостью, и Джейс сделал единственное, что мог, — поцеловал ее долгим и крепким поцелуем.