Пит Креншоу направил машину к обочине. Его миниатюрная оранжевая «Вега-77» запрыгала по рытвинам и остановилась недалеко от кладбища. Притормозив, Пит посмотрелся в зеркальце заднего обзора, пригладил свои темные с рыжиной волосы и выкарабкался из-за руля. «Неплохо — при росте шесть футов один дюйм и ста девяноста фунтах веса![1]» — усмехнулся он.

Обойдя машину, Пит быстро открыл багажник, потянулся и достал руку — длинную, покрытую шерстью, мускулистую, как у культуриста. Только вместо кисти была лапа, болтавшаяся в такт его шагам, пока он переходил улицу.

Пит замер на ходу и посмотрел на часы. Девять часов. Ничего себе! Час назад он должен был встретиться с Юпом.

Может, он еще успеет позвонить? Только где тут телефон? Ах да, был один — на заброшенной бензоколонке, чуть дальше.

Пит подошел к телефонной будке, держа руку под мышкой. Он опустил четвертак, набрал номер, и после двух гудков знакомый голос сказал:

— «Три Сыщика». Юпитер Джонс слушает. Юп, это я, Пит. Я тебе дозванивался все утро!

— Знаю, — сказал Юпитер.

«Знаю!» Любимый ответ Юпитера Джонса.

— Откуда ты можешь знать? — спросил Пит. — Ты забыл включить автоответчик, и я все утро не мог пробиться.

— Я не забыл. Автоответчик не работает, полетели все пробки в мастерской. Определенно пора переходить на автоматические предохранители, — важно объяснил Юп. — А знаю я об этом потому, что у меня все в порядке с логикой. Ты опоздал — значит, произошло что-то важное.

Пит мысленно видел Юпа за старым железным столом в передвижном вагончике, который три сыщика переоборудовали под свой офис. Он стоял в глубине захламленного двора, который принадлежал дяде Юпа в городке Роки-Бич, в Калифорнии, совсем рядом с Лос-Анджелесом. Наверное, Юп сейчас сидит, откинувшись на вращающемся стуле, и работает на компьютере, а может быть, читает книгу для похудания.

— Ну ладно, ты, как всегда, прав. Кое-что произошло. И не просто важное — грандиозное. Угадай, где я нахожусь? — спросил Пит и, не дав сообразительному Юпу ответить, выпалил: — Я у Далтонского кладбища, это рядом с Хантингтон-Бич, и у меня есть трюковая рука, которую отец сделал для новой серии «Душителей» — «Душители-2».

— Хм… — отозвался Юп.

— Я несу ее режиссеру, Джону Травису. Но это еще не все. Отец думает, я могу получить у Трависа работу. Ну как, круто?

— Круто, но будь осторожен, — ответил Юп.

— О чем ты?

— О том, что много странного произошло на съемках первых «Душителей».

— То есть?

Юп не успел ответить — четвертак провалился в аппарат.

— Поговорим потом, — сказал он, вешая трубку, — я знаю, у тебя больше нет монеты.

«Ладно. Умный какой! — думал Пит по дороге на кладбище. — Недаром командир сыщиков. Но все-таки интересно, откуда он мог знать, что у меня больше нет денег? И какие такие странности он имел я виду, говоря о первых «Душителях»?»

Пит перешел дорогу и стал спускаться по зеленому склону на кладбище. В детстве, оказываясь среди могил, он испытывал ужас. Другое дело — сейчас. Тут кипела жизнь.

У подножия первого холма из-за скопления могил ступить было некуда. Дальше спуск продолжался, а с ним тянулось и кладбище до самого низа расстилающейся долины. Там и расположилась съемочная группа. Кучки зевак рассыпались по холмам, наблюдая за ходом съемок.

Пробираясь через толпу зрителей, Пит отметил двух девушек, с виду старшеклассниц лет семнадцати — вроде бы ровесницы. Одна наблюдала за съемочной площадкой в бинокль.

— Что они там делают? — спросила вторая.

— Копают могилу и болтают, — отвечала та.

— А его ты видишь? Диллер Рурк там? — волновалась вторая. — Я умру, если не увижу его. Ты у кого-нибудь еще видела такие глаза?

— Успокойся, Кэсси. Возьми себя в руки.

Пит рассмеялся про себя. Они когда-нибудь были на съемках? Наверное, нет. И уж, конечно, не были на съемках с участием Диллера Рурка, новейшей секс-звезды голливудского небосклона. Не у всякого отец работает в кинобизнесе и может подсказать, где что снимается.

Пит миновал еще два холма и попал на съемочную площадку. Лавируя среди осветительной аппаратуры, в толпе актеров и между разверстых могил, он думал, что «Душители-2» будет еще та заморочка. Речь шла там о парне, которого случайно хоронят заживо, а ему удается выбраться у могилы, и он обнаруживает, что стал зомби. Первоклассный ужастик.

На съемочной площадке Пит увидел Джона Трависа, тридцативосьмилетнего режиссера «Душителей-2». Развалясь на раскладном стуле, закинув ноги на внушительных размеров надгробие, он разговаривал по переносному телефону. Черный свитер с высоким воротом и темные брюки были в тон его сальной гриве; ростом он был на добрых пять дюймов ниже Пита.

— Ну-с, ангелочек, и где же наш Диллер Рурк? — визжал он в трубку. — Где, я спрашиваю, наш красавчик суперзвезда? Который, ты обещал, явится вовремя и будет знать текст назубок? — Он помолчал, слушая ответ, и презрительно скривил губы. — Ты же его агент, будь любезен знать! Из-за него работа стоит уже два часа! Ты что, хочешь, чтобы я разорвал его на части голыми руками? Чтоб немедленно был здесь! — С этими словами он швырнул телефон стоявшей рядом девушке с длинными рыжими волосами, собранными в хвост.

«Травис точь-в-точь такой, каким описал его отец», — подумал Пит. Вспыльчивый, самолюбивый и требовательный. Может, поэтому из него получился первоклассный режиссер ужастиков; а может, он стал таким после жутких фильмов. Его последняя картина «Жестокий мир» имела огромный успех.

— Марго, продолжай звонить ему в бунгало, — обратился Джон к рыжеволосой и тут замены Пита. — А это еще что? Чесалка для спины? — спросил он его.

Пит вручил ему принесенную руку.

— Я Пит Креншоу. Вот рука, которую сделал мой отец для сцены с гробом. Он просил сказать, что если руку поджечь, то кожа облупится в три слоя: сначала сойдет обычная, потом зеленая, с бородавками, и обнажится красный слой, со всеми венами и артериями.

Джон глянул на руку и впервые улыбнулся:

— Просто блеск. Шикарно! Твой отец — лучший мастер по спецэффектам! Мы с ним думаем в одном направлении. Зачем делать штуку, которая будет просто истекать кровью, если можно сделать так, что она еще и покроется волдырями? — И он передал руку ассистенту. — Слушай, а почему ты не в школе?

— Мы сегодня не учимся. Там какой-то педсовет.

— Ну, конечно… Не надо подробностей. Отец сказал, ты разбираешься в машинах, так? — Пит кивнул. — Прекрасно. Пару дней назад мне пришла в голову одна идея насчет сцены с машиной, и мне требуется человек, который сделает из нее конфетку. Улавливаешь?

Пит кивнул снова.

— У меня есть друг, Тай Кэсси, на пару мы можем заставить машину говорить.

— Мне не нужно, чтобы она говорила. Из нее должна идти кровь. Справишься? — Пит опять закивал. — Кровь должна течь с дворников, но если это будет похоже на каплю-другую кетчупа, значит, у тебя соображение, как у сосиски, — продолжал Джон. — Кровь должна хлестать потоками, словно вскрыли вот эту артерию. — И он ткнул пальцем ему в шею. По спине Пита пробежал холодок. — Какое-то время твое сердце еще качает кровь, — сказал Джон, — сначала сильно, потом слабее. Так это и должно выглядеть. Если не сможешь это сделать, скажи сразу и иди на все четыре стороны.

— Какой марки машина? — спокойно спросил Пит.

— Разумеется, «ягуар», — ответил Джон. — Ты когда-нибудь выкладывал за машину целых сорок Пять тысяч долларов?

Пит постарался сохранить спокойствие. Ему не хотелось признаться в том, что он никогда не платил за машину больше 750 долларов.

— Я справлюсь, — сказал он.

— Значит, решено. У меня договор с «Лучшими машинами» в Голливуде, — сказал Джон. — Ты скажи, что тебе нужно, а уж они вручат тебе ключи. Жду тебя в понедельник. — И он повернулся к рыжей Марго, которая тут же сообщила:

— У Рурка по-прежнему занято, мистер Травис.

Травис выхватил у нее телефон и швырнул его наземь, затем он обратился к ассистенту:

— Кевин, возьми мою машину и поезжай с Марго к Диллеру. Вот адрес: Малибу-Корт. При необходимости используйте силу. Какая-то паршивая звезда заставляет меня ждать, болтая по телефону.

— Уже едем, Джон, — ответил Кевин, поправляя очки в тонкой золотой оправе. — А Малибу-Корт это на юг или на север по береговому шоссе?

Травис тяжело посмотрел на ассистента. Он был готов его загрызть.

— Я знаю, где это, — сказал Пит, — я живу как раз на шоссе, недалеко от Малибу — в Роки-Бич.

Да за то, чтобы встретиться с Диллером Рурком, он готов был даже купить дурацкий путеводитель по «звездным домам».

— Ну что ж, механик, может, тебе удастся поторопить нашу звезду, — произнес Травис и черкнул адрес на каком-то клочке. — Поезжай с ними к Рурку и доставь его сюда. Если заблудишься, ищи снова. Больше я вас не знаю. — Легким взмахом руки он отослал их.

Они сели в его «Мерседес-560», и Питу в нос ударил запах мягкой дорогой кожи. Усевшись впереди, Марго и Кевин принялись болтать о всякой ерунде, но Пит не слушал. Утонув в мягком кожаном сиденье, он ощущал себя частью этой шикарной мошной машины, а там было на что посмотреть: трехканальный телефон, телевизор, видеоплейер, двухсотваттовый усилитель системы Долби, мини-холодильник — в общем, «мерседес» был до отказа набитый всякой всячиной. Жаль, что они ехали всего час с небольшим: Малибу под боком, а не в Индиану например.

Когда показался берег, Кевин убавил скорость.

— Я бы не отказалась здесь жить, — объявила Марго, провожая взглядом виллы богатых знаменитостей.

— Куда теперь? — спросил Кевин.

— Налево, — сказал Пит.

Примерно через милю они подъехали к дому Рурка, одноэтажному строению из кедра и стекла. На переднем дворе, поросшем травой, были свалены дорожные знаки, указатели поворотов (явно краденые).

Марго с Кевином первыми подошли к двери и позвонили. Пит поотстал. Теперь, когда он был так близко к цели, его охватил мистический трепет. Вот сейчас он увидит великую звезду первой величины, а что он, собственно, может сказать? «Привет, дружище. Почему вы стали сниматься в ужастиках, ведь ваше призвание — боевики?» Нет, не пойдет. Лучше поговорить о машинах на обратном пути.

Кевин все жал на кнопку, но в доме было тихо. Марго громко постучала в дверь, и тоже впустую. Они тревожно переглянулись.

Наконец Кевин надавил на дверную ручку, и она на удивление легко поддалась. Поколебавшись, он широко распахнул дверь и, шагнув внутрь, крикнул:

— Эй, Диллер!

По-прежнему ни звука.

Кевин и Марго исчезли за дверью, подошел и Пит. Что происходит? Он снова услышал оклик Кевина — и мертвую тишину в ответ. Пит напрягся: что-то случилось. Он быстро вошел в дом — и замер.

Все было перевернуто вверх дном. Мебель опрокинута, на полу катились торшеры и горшки с цветами, затейливая скульптура — нога на четырех ступнях — тоже лежала на боку. Все, что можно сломать, было сломано, и обломки раскиданы по комнате. Как будто здесь произошла жестокая драка, похоже на сцену из какого-нибудь триллера. Но так оно было на самом деле.

Марти и Кевин застыли посреди комнаты. Ясно, они не представляют, что делать дальше. Они были поражены и напуганы.

— Что произошло? — наконец произнесла Марго.

— Лучше давайте посмотрим в других комнатах, — сказал Пит.

— Зачем? — спросил Кевин.

— Что ты ищешь? — заторможенно спросила Марго.

Пит еще раз оглядел разгромленную комнату и помрачнел.

— Тело, — был ответ.

— Ты вправду собираешься искать тело или дурака валяешь? — спросила Марго.

Пит не ответил. Он единственно знал: что-то не так. Сердце билось как сумасшедшее, было трудно дышать, кружилась голова. Он решительно тряхнул головой и произнес;:

— Давайте все осмотрим.

Под каблуками хрустело стекло. Невозможно было сделать шагу, не наступив на это крошево. Пит прошел через все комнаты, стараясь не задеть какой-нибудь опрокинутый стул, лампу или другое свидетельство учиненного насилия.

«Что же тут произошло?» — думал Пит, входя в комнату Диллера. Так, трубка снята с рычага, этим и объясняются постоянные короткие гудки.

— Диллера нигде нет. Думаешь, это кража? — спросила Марго за его спиной. — Диллер мог войти, когда вор был в доме.

— Вряд ли, — ответил Пит. — Обычно вор перетряхивает все тумбочки и ящики, а не опрокидывает мебель. Посмотрите: что-нибудь украдено?

Марго проверила несколько ящиков высокого комода и сказала:

— Здесь ничего не тронули.

— Откуда ты столько знаешь о ворах? — спросил Кевин.

— «Я сыщик», — хотел сказать Пит, но прикусил язык. А назвал бы его сыщиком Юп? Нет, его дело — влезть в окно или врезать кому-нибудь, не более того.

— Нам надо возвращаться, — сказала Марго.

— Еще минуту, ладно? — сказал Пит, идя через комнату. Хрум-хрум.

«Ну же», — подгонял себя Пит. Разбитое стекло Вот же зацепка. Откуда взялось все это стекло?

И тут Пит вспомнил слова, много раз повторение Юпом в его рассуждениях на тему «Ключ к разгадке», если не можешь понять, что разбито, посмотри, что не разбито.

Звучит дико, как и большинство из того, что говорит Юп, пока на поверку не оказывается правдой в девяноста восьми случаях из ста. И Пит отправился на кухню, выдвинул ящики и уставился на целехонькие стаканы.

— Эй, — сказал Кевин, схватив Пита за плечо, — если ты вздумал прихватить что-нибудь на память, забудь про это.

— Я просто хочу выяснить, откуда взялось столько стекла.

Кевин с виноватым видом отошел.

— Извини. Нервы.

Потом Пит осмотрел окна. Тоже целы. И вазы.

Никаких цветов и разлитой воды на полу.

«Ключ» не находился. Пройдись он по дому еще сто раз, все равно ничего бы не нашел. Вот если бы Юп был на его месте, у того уже возникло бы теории пять. Да что, он — единственный сыщик на свете?! Вот бы удивился, расследуй Пит это дело сам! И Боб Эндрюс тоже, хотя тот давно уже не появляется на горизонте, подрабатывая помощником менеджера в каких-то рок-группах.

На обратном пути Пит в основном молчал, слушая догадки Кевина и Марго о том, куда подевался Диллер. Версий было три: Диллер ушел до того, как дом разгромили, или выбрался живым из переделки, или напился, разнес дом и пошел ночевать в гостиницу.

Скоро Пит бросил прислушиваться. Если он решил справиться с делом самостоятельно, то у него должны появиться собственные гипотезы. Пока было ни одной.

— Слушай, я правильно еду? — спросил Кевин, глядя на Пита в переднее зеркальце.

— Хоть на этот вопрос я могу ответить, — рассмеялся Пит. — Неправильно. Надо свернуть вправо на шоссе и дальше — прямо на юг.

Приехав на кладбище, они застали такую сцену: стоя в свежевыкопанной могиле, Травис объяснял актеру, как его надо засыпать. Неподалеку стоял поджарый и очень загорелый пожилой человек, видимо проводивший часы на теннисном корте. Белые брюки и персикового цвета тенниска только подчеркивали его загар и седину.

— Вернусь ни с чем? Где Диллер? — поинтересовался Травис.

— Мы можем поговорить с глазу на глаз? — сказал Пит, склонившись над могилой.

Травис выбрался наверх и увел Пита, Марго и Кевина в сторону. За ними шел и загорелый седой незнакомец. Он неожиданно обнял Пита за плечи и с родственной доверительностью сообщил:

— Я — Марти Морнингбаум, продюсер «Душителей-2». Занимаюсь тем, что подписываю чеки и слежу, чтобы Травис не ухлопал все деньги сразу. И если у тебя что-то серьезное, я тоже хочу это узнать.

— Диллера дома нет, — сказал Пит.

Марти тяжело посмотрел на него. Пит дернулся, но Марти держал его за плечо мертвой хваткой. Что-то запищало у него в ухе, и Пит понял, что это часы-будильник Марти.

— Ты берешь меня на испуг, да? — сказал продюсер. — Зачем? Мне дальше седеть некуда. И вообще, ты кто?

— Это сынишка Креншоу, — вмешался Травис. — В доме Диллера полнейший разгром. Похоже, там была драка.

Травис рассмеялся:

— Драка, говоришь? Какой из Диллера боец?! Он и муху на пикнике не прихлопнет. Баба! Он только в фильмах такой крутой.

— Ну, может, кто-то еще устроил у него погром, когда его не было, — сказал Марти. — Он мог пойти куда угодно — в магазин или заняться серфингом.

— Совершенно верно, мистер Морнингбаум, — встрял Кевин. — Что мы имеем? Диллера нет дома, телефонная трубка сбита, и домой он не заявлялся.

— Он отсутствовал всю ночь, — сказал Пит.

Все удивленно воззрились на него.

— Откуда ты знаешь? — спросила Марго.

— Мы же заходили в его спальню. Помните постель? Она не смята.

— Умница — весь в отца, — сказал Морнингбаум. — Действительно, творится что-то непонятное.

«Э, да я и без Юпа неплохо справлюсь», — подумал Пит и решился.

— Мистер Морнингбаум, я могу помочь найти Диллера. Мы с друзьями — сыщики. Мы разгадали уже немало запутанных дел. — С этими словами он вручил продюсеру визитку.

— «Три Сыщика»? — улыбаясь, произнес Марти. — Нет, не думаю, что в этом есть необходимость. Пусть Диллер пропал, но он будет пропавшим по истечении двадцати четырех часов. Так тебе скажут в полиции — и будут правы.

— Двадцать четыре часа? — взвыл Травис — Марти, это что же, ничтожный белозубый красавчик пустит мне насмарку целый съемочный день? Слушайте, у меня отличная идея! Давайте снимем сцену, где зомби вырывает у своей жертвы сердце.

— Джон, этого нет в сценарии, — терпеливо объяснил Марти.

— Ну и что? Ты посмотри: освещение — что надо, все в сборе, у меня приготовлены целые бочки крови, а что еще нужно публике? — возразил Джон.

— Нет в сценарии, значит, нет и в смете, — ровным голосом отвечал тот.

— Марти, в контракте сказано, что режиссер — я! Не лишай меня художественного руководства.

Марти не успел и рта раскрыть, а Травис уже летел к съемочной площадке. Уже издали он, обернувшись, крикнул:

— Не забудь о моей кровоточащей машине, Креншоу! Мне нужен темно-зеленый «ягуар» — слышишь? Те-мно-зе-ле-ный!

Когда Травис исчез из виду, Морнингбаум повернулся к Питу, Марго и Кевину, и улыбнулся.

— Нам есть о чем поговорить, — произнес он почти шепотом. — Мы единственные, кто знает, что Диллера Рурка нет дома, и больше никто не должен ничего знать. Фильму не нужна плохая репутация. Никаких журналистов, никаких скандальных новостей. Так что не будите во мне зверя. А вот если завтра не будет никаких известий, тогда все это действительно серьезно, и мы сделаем все, что в наших силах. Договорились?

— Само собой. — ответила Марго.

— Согласен, сказал Кевин.

— Ладно, — нехотя ответил Пит.

Ему ужасно не хотелось упускать хорошее дельце — да еще поработать в одиночку. А чутье подсказывало, что тут настоящая головоломка.

— Договорились, — сказал продюсер, пожав руку Питу. — Ты только что заключил сделку с самим Марти Морнингбаумом, а это дорогого стоит в Голливуде.

Понятно, теперь надо помалкивать о пропавшем Рурке. Но это не означает, что он, Пит, должен немедленно возвращаться к себе, в Роки-Бич. Пит решил поболтаться здесь немного, послушать, что говорят люди: может, отыщется и ключ к разгадке.

Вскоре Пит набрел на компанию завтракавших рабочих. Он пристроился в сторонке, скрытый от их глаз за могильным камнем.

— Похоже, сегодня не светит увидеть этого мужика, — сказал рабочий в комбинезоне. — Я слыхал никто не знает, где он. Похоже, напрасно сюда ехали.

— Да, видно и на этих съемках не обойдется без штучек, — произнес мужчина, жуя лакричный корень.

— Ты о чем, Бен?

— А, ну да, ребята, вы же не были на съемках первых «Душителей», — сказал Бен.

— Ну?

— Была там пара случаев. Думаете, это очередной ужастик? Фильм-то сглазили.

— Это как же? — спросил тот, что в комбинезоне.

— Ну, всякий раз, когда мы принимались за сцену сжигания заживо, наш режиссер в момент терял голос, начисто. А ведь это Роджер Карлин, настоящий режиссер, не то что эта дешевка Травис. Поэтому Карлин и не взялся за продолжение. А главный герой, Кори Стивене, заработал какую-то нервную болезнь сразу после съемок и мучился с ней целый год. И еще: во время съемок я буквально задыхался. Чуть концы не отдал, ребята.

— Ну, знаешь, на каждой съемке что-нибудь случается, — возразила молодая женщина, монтажница декораций.

— Но не такое же. Фильм сглазили, это ясно. А теперь и тут начинается.

«Хватит», — подумал Пит, ему уже было не по себе. Он перешел к другому ряду могил и сел, прислонившись спиной к камню. Где-то неподалеку крутил записи «Битлз».

Окажись здесь Боб и Юп, Боб просветил бы их как называется эта битловская песня и из какого она альбома, а потом растолковал бы, почему его босс Сакс Сендлер, велит всем своим подопечным музыкантам почаще слушать «Битлз». А Юп все время твердил бы: «Пит, успокойся, дыши глубже и держи ухо востро, не существует никаких проклятий».

«Но друзей рядом нет, — подумал Пит. — Я один занимаюсь этим делом».

Солнце зашло за облако, и на Пита упала тень. Через мгновение Пит осознал, что облако тут ни при чем. Кто-то стоял перед ним и застил солнце.

— У тебя неприятности, — произнес человек. Солнце светило ему в спину, и поэтому казалось, что он окружен сиянием. На вид ему было лет сорок. Он был высок, светлые волосы доходили до плеч, а спереди были стрижены коротко. Он был одет в нечто белое и свободное — скорее пижаму, чем рубашку и брюки, и весь увешан цепочками, бусами, браслетами с разноцветными хрусталиками.

— Иногда лучше дать волне накрыть себя, а не пытаться вынырнуть, — С этими словами человек уселся в позе лотоса напротив Пита и взял в ладони его руку. — Марбл Экборн-Смит.

— Пит Креншоу. Вы актер?

Человек рассмеялся, но как-то беззаботно, а отнюдь не жутковато.

— Мое единственное занятие — оставаться самим собой, не подражать никому. А как насчет тебя? Чем ты занимаешься в мире звезд?

— Я ищу… — он хотел сказать «ключ», но спохватился, — ищу машину для Джона Трависа.

Покрутив в пальцах остроконечный розоватый кристалл, что на серебряной цепочке висел у него на шее, Марбл вдруг произнес:

— Кто-то из участников фильма очень беспокоит тебя. Ты на распутье. Куда направиться? — И замолчал.

Пит в изумлении уставился на него: «Ничего себе! Человек точно знает, о чем я думаю!»

— Ответ прост, — продолжал Марбл, — оставайся на месте, это самый быстрый путь к цели.

Питу стало не по себе. Откуда такие мысли? Он что, китаец-предсказатель?

Тем временем Марбл снял с себя цепочку с розовым хрусталиком и попытался всучить Питу.

— Спасибо, я не любитель украшений, — сказал Пит.

— Это не украшение, — ответил тот. — Возьми. Говори с ним, и он настроится на твою волну. — Он снял хрусталик с цепочки и вложил в руку Пита. — Прислушивайся к нему, к этому кристаллу. Я слушал его, и он поведал мне, что единственный человек, за которого здесь нужно бояться, — это ты.

И он поднялся, собираясь уходить.

— Эй, постойте! — сказал Пит. — Как вас пони мать? Это что, предупреждение, угроза?

Пит постарался говорить резко, чтобы Марбл не заметил, что у него перехватывает дыхание, как в доме у Диллера, где было ощущение, что он оказался в тесной каморке, откуда кто-то выкачивает воздух быстрее, чем Пит успевает его вдохнуть.

— Как понимать? — повторил Марбл. — Не знаю. Я говорю лишь то, что видит мой третий глаз.

Тут Пит даже засомневался. Понимает ли он, на каком языке говорит этот человек?

— Слушайте, я ведь задал простой вопрос. Мне угрожает какая-то опасность, да?

— Спроси кристалл, — удаляясь, сказал Марбл.

Пит разжал кулак и посмотрел на розовый камешек. Хрусталик переливался на солнце, и вдруг Пит почувствовал в ладони легкое жжение. Он вскочил на ноги и помчался к машине.

Как в тумане, Пит забрался в машину. Столько всего произошло — уму непостижимо. Трудно было разобраться во всем этом одному. А сможет ли он действительно справиться с делом в одиночку? Теперь у него не было уверенности.

Уезжая с кладбища, он последний раз оглянулся и увидел, как Джон Травис душил актрису, чтобы та как можно правдоподобнее изобразила отчаянное сопротивление и неминучую смерть. С невольным страхом Пит отметил, как натурально выглядит Травис. Какая репутация! — такой запросто убьет.

Пит взглянул на часы и понял, что сегодня уже поздно ехать за «ягуаром» для Трависа. Займемся этим завтра, в субботу. Так что он прямиком поехал домой и закрылся у себя в комнате, не отвечая на телефонные звонки. Он не хотел разговаривать с Юпом или Бобом: ему пока нечего сказать. Он не хотел даже поболтать со своей девушкой, Келли Мадиган. Пит прилип к приемнику, поймал новости, ожидая, что в эфир просочится что-нибудь об исчезновении Диллера Рурка. Нет, ничего.

Проснувшись на следующее утро, Пит пожелал узнать, есть ли ему что рассказать. Вдруг Диллер Рурк появился на съемках как ни в чем не бывало? Или загадка оставалась загадкой? Надо разузнать.

Запрыгнув в свою «вегу», он помчался на Далтонское кладбище — это пятьдесят миль к югу. Со вчерашнего дня там ничего не изменилось. Травис, съемочная группа, актеры — все были на месте, и никто ничего не делал. Ждали Диллера Рурка.

— Доброе утро, малыш, — сказал ему Марти Морнингбаум, выбегая трусцой из-за надгробий, под которыми покоился семейный клан. Сегодня он был в белых шортах и тенниске.

— Как отец? — спросил он.

— Прекрасно, — машинально сказал Пит. — О Рурке что-нибудь слышно, мистер Морнингбаум?

— Пока нет, — помрачнел тот.

— Вы сообщите в полицию?

Марти прекратил бег на месте и выключил свои беспрестанно пищавшие часы.

— А что это даст? Я и раньше видал такое: молодой актер, решил немного расслабиться и потрепать нам нервы. Безобразие, конечно, но не криминал.

— Так что вы собираетесь предпринять?

— То же самое, что любой участник этого фильма, будь то мужчина, женщина или зомби: будем ждать, пока Диллер соблаговолит появиться. И тебе рекомендую то же самое. И чтоб никаких сыщиков-любителей. Ни к чему это.

Пит молчал, размышляя, стоит ли последовать этому совету. Что сказал бы Юп? А драка в доме Рурка? А разбитое стекло? Прибавьте к этому еще странные происшествия на съемках «Душителей-1»… Нет, дело само просится в руки!

Он не успел ответить — снова запищали часы, и Марти сказал:

— Мне пора. Потом поговорим.

Пит поплелся к машине. Он был растерян: есть из-за чего беспокоиться или нет? В конце концов, отсутствие Рурка казалось подозрительным ему одному, а уж Марти Морнингбаум знает актеров получше чем он. Скорее всего, Диллер объявится сам. А пока Пит едет покупать «ягуар» — кто бы мог подумать что это возможно!

Пит подъехал к телефонной будке и позвонил Таю Кэсси, двоюродному брату Юпа. Тай недавно приехал в Роки-Бич, и каждый воспринимал его по-своему. Для Пита, например, у него были золотые руки, особенно по части автомобилей. Для Боба же Тай оставался загадкой, он не знал, когда и в чем на него можно положиться.

А Юп пребывал в полном недоумении. Взял и свалился с неба прямо в Роки-Бич! И Юп обзавелся братцем двадцати семи лет с Лонг-Айленда в Нью-Йорке, причем раньше он и слыхом о нем не слыхивал. Тай проводил свое время так: полдня копался на заднем дворе и учил Пита «доводить до ума» машины, а полдня где-то пропадал. А где — никто не знал.

Тай взял трубку в гараже после седьмого звонка. Обычно он отвечал после двенадцатого: прошлым вечером он вообще не подошел к телефону.

— Ну? — сказал он.

— Тай, это Пит. Как насчет съездить со мной за «ягуаром»?

— Прямо не знаю, Пит, — громко прихлебывая кофе, ответил Тай, — замки-то у них ерундовые, а вот без ключа зажигания…

— Да я не увести, а купить хочу.

Тай расхохотался:

— Купить «ягуар»? На это, пожалуй, у меня найдется и время.

Еще до полудня они были в салоне «Лучших машин Голливуда», больше известного под названием «Самые дорогие голливудские тачки».

Имя Марти Морнингбаума открывало многие двери, как и те две зеленые дверцы «ягуара», на котором Пит с Таем укатили час спустя.

Выехав из салона, они стали накручивать километры по Роки-Бич. Чтобы оттянуться в машине, объясняли они себе, и, конечно, показаться во всем великолепии.

Тогда-то Пит смог рассказать постороннему человеку о Рурке, разбитом стекле, кристалле и туманном предупреждении Марбла Экборн-Смита.

— Почему ты это рассказываешь мне, а не своим дружкам? — поинтересовался Тай.

— Потому что хочу на этот раз сам во всем разобраться.

В конце концов они приехали в мастерскую Пита, что находилась во дворе Титуса Джонса, по соседству со штабом «Трех Сыщиков». Пит поднял откидной верх и сказал:

— У нас на все про все полтора дня.

— Управимся, — отвечал Тай и принялся отверткой откручивать омывательный бачок. — Давай-ка вынем его и поставим что-нибудь побольше.

Заменив омыватель, они приладили к нему не-большой насос, чтобы увеличить давление. Потом Пит сбегал взять у отца немного красной краски для пробы.

— Давай, — сказал Тай, и Пит включил омыватель.

Брызнула кровь, но струйки ударили слишком высоко и, миновав ветровое стекло, оросили крышу.

— Не годится, — произнес Пит. — Джон Травис убьет нас, если увидит такое. — Вдруг он опять стал задыхаться, словно что-то сдавило ему грудь. Он отчаянно вцепился в руль.

— Что с тобой? — спросил Тай.

— Не знаю, — сказал Пит и вылез на свежий воздух.

На самом деле он знал. Это опять проклятие «Душителей». Может, кристалл с ним как-то связан. Пит полез в карман и вытащил камешек. Тот был горячий.

— Это еще что? — удивился Тай.

— Это кристалл, явно розовый кварц, или турмалин, прекрасно отшлифованный. Из-за пятнышка с краю его называют одноконечником.

Такая тирада могла принадлежать только одному человеку. Пит оглянулся и, конечно, увидел Юпитера Джонса. Черные как смоль, взъерошенные волосы, красная футболка с надписью: «Твоя Любимая Игрушка». В компании трех сыщиков Юп был самым мелким, коренастым. Он вечно сидел на диете, а недавно еще начал выполнять упражнения для роста. Скрестив руки на груди, он стоял рядом с Бобом Эндрюсом и внимательно следил за происходящим. Пит был готов поспорить, что у него уже есть миллион вопросов и по крайней мере столько же ответов на них.

— Вопрос не в том, что это такое, а откуда это у Пита. — продолжал он.

— Ну… мне подарили… на съемках, — сказал Пит.

— Спорим, это подарок для Келли? — сказал Боб.

На нем была расстегнутая на груди темно-красная рубашка, рабочие штаны и мокасины на босу ногу. Когда-то скромный секретарь сыщиков, он теперь был самым популярным парнем в школе. Высокий привлекательный блондин, к тому же перешедший с очков на линзы, он стал неоспоримым знатоком женского пола.

— Да, для Келли, — сказал Пит, холодея при мысли, что если вчера он специально «забыл» позвонить ей, то сегодня и вправду забыл. А с Келли это даром не пройдет.

— Ты лучше отойди от машины, Боб, а то у тебя слюнки потекли, а нам только ржавчины не хватает.

— Да, теперь остается отогнать мой «фольксваген» на свалку, — потрясенно проговорил Боб. — Где вы, ребята, раздобыли такую тачку, а?

— Да она не наша, а для режиссера, Джона Трависа, — ответит Пит.

— Не повезло, — ухмыльнулся Боб. — Мы тут с Юпом собрались прошвырнуться в кафе-мороженое, может, встретим кого. Вы с нами?

— Нет, — сказал Пит. — Да, Юп, ты ведь знаешь кое-что об актерах: бывает, что кто-нибудь просто так не является на съемки?

— Бывает? — улыбнулся тот. — Очень даже часто. И чем известней актер, тем дольше его ждут.

— А как ты думаешь, откуда может взяться разбитое стекло в доме, если окна, посуда, зеркала и вазы целы?

Бровь Юпа поползла вверх. Пит понял, что он размышляет не о стекле, а о том, зачем Питу понадобилось это знать.

— А что? — спросил Юп.

— Да ничего, так. Потом расскажу, — ответил Пит.

Парочка ушла, а Пит с Таем вернулись к работе. Но ненадолго. Появилась девушка Пита, Келли Мадиган, симпатичная шатенка в голубых джинсах и в мешковатой мужской рубашке. Пожав Питу руку она сказала:

— Привет, меня зовут Келли Мадиган. Приятно познакомиться.

— Что за шутки, киска?

— Просто я подумала, что раз за последние два дня ты мне не звонил, не передал записку и не бросил открытку, то, наверное, ты забыл, как меня зовут.

Пит покачал головой:

— Ну что ты, я узнал тебя, как только ты вышла из машины.

— Очень остроумно, но дело не в этом. Только что я встретила Боба и Юпа, они идут в кафе. Может, тоже сходим, попьем пивка, посмотрим друг на друга?

— Хорошо бы, но я правда занят.

— Знаешь, Пит, в городе немало парней, которые мечтают сходить со мной куда-нибудь, — сказала Келли. Питу ужасно нравилось, когда она так стояла: руки на бедрах, головка набок, прядь волос упала на лицо.

— Тогда почему бы тебе не сходить куда-нибудь с кем-нибудь еще? — Пит не знал, злиться ему на Келли или уступить.

— Потому что я, к несчастью, втюрилась в тебя, болван, — отвечала она. — А ничего машинка.

Ее зеленые глаза сверкнули не хуже хрома на «ягуаре».

— Дашь прокатиться? — спросила она.

— Мы готовим ее для одного эпизода в фильме.

— А завтра?

— Я провожу расследование, — сказал Пит.

Неудовольствие Келли постепенно сменялось раздражением.

— Не ври. Когда ты что-нибудь расследуешь, тебя краном не оттащить от Юпа с Бобом.

— Я провожу самостоятельное расследование. Непонятно?

— У тебя все дела важнее меня, — фыркнула Келли, забираясь в свою машину. Хлопнув дверцей, она добавила: — Можешь позвонить как-нибудь, возможно, я буду дома. — И машина с ревом умчалась прочь.

Пит оцепенел, а Тай как ни в чем не бывало вернулся к работе.

— Что делать-то теперь? — сказал Пит. — Какая-то она ненормальная. Слушай, Тай, тебе как-никак двадцать семь, ты уж должен знать эти штучки.

— Ну я, пожалуй, могу перевести, что она сказала: «Позвони мне завтра». Или еще когда.

Пит машинально вытер руки о джинсы, ощупал кристалл в правом кармане. Снова он подумал о Рурке, и снова подступило удушье.

— Давай-ка побыстрее закончим с машиной, — сказал он Таю, — мне еще надо на съемки, может, что-нибудь разнюхаю.

Они провозились допоздна, и к восьми утра машина была готова. Но было воскресенье, перерыв в съемках. Пит целый день названивал Келли, той не было дома, и он остался помогать отцу готовить очередной спецэффект. Поездку на «ягуаре» пришлось отложить на завтра.

На голливудскую студию Трависа его пропустили без вопросов, стоило ему продемонстрировать кровопролитные дворники в действии.

Травис наблюдал за возведением декораций в звуковом павильоне № 7 и заодно выковыривал из ладони занозу канцелярской скрепкой. Был он, как всегда, в черном.

«Он будет в восторге от машины», — подумал Пит.

Но Травис не проявил интереса.

— Мистер Травис, — начал Пит, — насчет машины…

— Отлично, — отозвался тот. — Слушай, мне надо встретиться с Марти, пойдем.

Пит поплелся за ним, по пути подстроилось еще несколько человек, пытавшихся вырвать у Трависа минуту внимания. Так они и шли гурьбой к белоснежному двухэтажному домику, конторе Морнингбаума. Войдя внутрь, Травис и Пит очутились в просторной в комнате, завешенной рекламными плакатами и фотографиями звезд. Совещание уже началось.

Марти устроился на краю стола орехового дерева, занимавшего полкомнаты. Остальных Пит не знал: похоже, пять сценаристов, фотограф, кто-то из каскадеров, а также костюмер и гример. Все они расположились полукругом на низких мягких креслах и стульях вокруг Марти.

— Привет, сынок, привет, Джон. Входите, присаживайтесь, — произнес Марти измученным голосом.

Они сели рядом на низкие кожаные стулья.

— Я вас введу в курс, хотя, собственно, вы и так все знаете, — начал Марти. — Уже ясно, что по какой бы то ни было причине Диллер может некоторое время отсутствовать… Так что советую всем вернутся к сценам в замке.

— Моя команда закончит с декорациями через три дня, — сообщила черноволосая женщина.

Пит понурился. Ну все, о машине можно забыть. Теперь Травис месяц к ней не подойдет.

— Все равно мы будем в простое без него, — раздраженно сказал Травис.

Тут у Морнингбаума запищали часы. Буквально через минуту принесли дневную почту, она вся была вскрыта, кроме конверта с надписью «Лично в руки».

Марти автоматически разорвал его, прислушиваясь к разговору, и, когда речь зашла о сгоревшем заживо герое, Марти побледнел и простонал:

— Только это.

— Что такое? Нервы сдали? Слишком много крови? — поинтересовался Травис.

— Нет! Диллер… Его похитили!

Марти Морнингбаум с хрустом смял письмо с требованием выкупа, и в комнате повисло молчание. Овладев собой, он выложил листок на стол и принялся судорожно разглаживать его. Присутствующие словно онемели.

— А что в письме, Марти? — наконец отважился спросить кто-то.

— Требование выкупа, — глухо сказал Марти. — Они хотят большую сумму, в противном случае бедняге каюк.

— Сколько они хотят? — спросил Травис.

— Там не сказано, сам взгляни. — Он тяжело поднялся и передал письмо ближайшему соседу, тот пустил его по кругу; дошло до Трависа, тот прочитал и, не передавая Питу, вернул письмо Морнингбауму.

«Ну, спасибо, мистер Травис! Кому же, как не мне, взглянуть на это послание!» — возмутился Пит. Но тут случившееся буквально подкосило его. Диллера похитили! А ведь он — пусть подсознательно — знал, во всяком случае, подозревал это с самого начала, как только вошел в разгромленный дом Диллера.

Тем временем Морнингбаум взял конверт, в котором пришло письмо, и вытащил из него еще что-то.

— Да здесь еще снимок! — прохрипел он и положил на стол фото.

Все повскакивали с мест и кинулись к столу. Питу удалось лишь мельком увидеть фотографию, которую Морнингбаум отправил вместе с письмом в ящик стола.

Черноволосая женщина решительно потянулась к телефону.

— Надо звонить в полицию.

Но Марти, опередив ее, положил руку, на аппарат.

— Никакой полиции. Если я сообщу в полицию, они убьют его. Вы что думаете, они шутят?

Да, такие не шутят. В этом Пит был уверен. Если они не совсем дураки, они будут действовать быстро и четко, пока люди не оправились от потрясения.

— Мистер Морнингбаум, — заговорил он, — мы с друзьями могли бы вам помочь. Мы умеем раскручивать такие…

— Я категорически против! — перебил его Марти, — Ты что, не слышал? Никаких сыщиков, никакой полиции!

— Ты осознаешь, что все это значит, Марти? — сказал Травис.

— О да. Я должен где-то достать мешок денег, чтобы заплатить выкуп.

— Это полдела. — отмахнулся Травис. — Я говорю о фильме. Лавочку придется закрыть. Надо сообщить об этом съемочной группе, но у меня не хватит духа. Сообщать плохие новости — дело продюсера.

Марти затравленно посмотрел на Трависа и кивнул:

— Ты прав, Джон. Это моя работа. Пойдем.

«Гениально», — подумал Пит, пожирая глазами стол.

Марти первый двинулся к выходу в сопровождении Трависа и остальной компании. Пит, приотстав, шел последним. Когда все вышли, он быстро ретировался в комнату и закрыл дверь. Бросившись к столу, он открыл ящик и выхватил письмо.

Послание было составлено из вырезанных газетных букв, в нем говорилось: «Диллер Рурк у нас. Мы вернем его за очень крупную сумму. Если сообщите в полицию, то живым его больше не увидите. Мы с вами еще свяжемся».

Теперь фотография. Диллер сидел на складном металлическом стуле, руки связаны за спиной, рот залеплен широкой белой лентой, ноги в щиколотках тоже связаны. Знаменитые голубые глаза широко распахнуты от ужаса, словно прямо перед ним стояла смерть.

У Пита засосало под ложечкой, он чувствовал, как тугие веревки стягивают его собственные запястья и щиколотки, как белая лента запечатывает ему рот. Не отвлекайся на эмоции, а ближе к делу, как любил повторять Юп.

Пит сунул в карман письмо и фотографию и полетел по коридору в отдел фотокопий. Хорошо, что он заметил нужную дверь еще по дороге сюда. «Молодец, Пит! Глаз наметан!»

Он сделал несколько копий письма и этой жуткой фотографии. В приемной Морнингбаума он быстро прошел мимо секретарши, бросив на ходу:

— Я там забыл кое-что.

На его счастье, она только кивнула и не пошла за ним. Пит сунул все обратно в стол и перевел дыхание.

Что теперь? Случившееся больше не было загадкой. Это было похищение, вопрос жизни и смерти. И как ни хотелось ему самому заняться этим, он не мог рисковать, когда на карту поставлена жизнь Диллера. Выбора не было. Пит подошел к телефону и набрал номер.

— Юп, ты? Никуда не уходи. Подождите меня с Бобом, надо поговорить… Нет, сейчас не могу.

Только он повесил трубку, как дверь распахнулась и вошла секретарша.

— Чем вы занимаетесь, молодой человек? — спросила она.

— Надо было срочно позвонить девушке. Извините.

Он выложил ключи от «ягуара» на стол Морнингбаума и стремительно вышел. А до Роки-Бич его подвез один из членов съемочной группы. Забежав домой, Пит уже через секунду заводил мотор, и вскоре его машина остановилась рядом со штаб-квартирой «Трех Сыщиков». Выпрыгнув из лее, он пулей полетел к прицепу, но тут изнутри раздался голос Юпа:

— Стой! Ты сейчас в зеленой футболке, голубых джинсах и старых кроссовках, правильно?

— Откуда ты знаешь? — удивился Пит.

Наружу вылез Боб и ткнул пальцем вверх:

— Смотри.

Прямо над Питом была укреплена поворотная видеокамера, обозревавшая окрестности, а внутри, на столе Юпа, был помещен монитор. Это была новая система безопасности, над которой Юп корпел последние несколько месяцев.

— Круто, — рассеянно сказал Пит, входя внутрь. — Ребята, у меня плохие новости. Диллер Рурк похищен из своего бунгало в Малибу. Я попал сегодня на совещание у продюсера Марти Морнингбаума. Он получил письмо о выкупе.

— Быстрая работа, — заметил Юп. — Мы можем начать прямо по горячим следам. Выкладывай детали.

Пит отодвинул монитор в сторону, сел за стол и нервно потер колени.

— Понимаешь… в общем, кое-что вам может не понравиться… ну, короче, след не такой уже свежий…

— Как это? Не тяни! — потребовал Боб.

— Похоже, его похитили еще три дня назад, — сказал Пит.

— То есть прошло уже три дня, но ты узнал об этом только сегодня? — спросил Юп.

— М-м… Если честно, я знаю об этом уже три дня, — сказал Пит. Юп скорчил недовольную гримасу. — Я знаю, что ты скажешь: мы — одна команда и все такое… И, конечно, ты прав. Просто сначала я не хотел, чтобы вы мне помогали в этом деле. А теперь хочу.

Юп оскорбленно помолчал, но в конце концов пожал плечами.

— Ну ладно, я, собственно, не против небольшого предварительного расследования.

— Я рад, что ты так на это смотришь, — ухмыльнулся Пит, — потому что я сказал мистеру Морнингбауму, что являюсь мозговым центром нашей команды и сейчас подключу помощников.

Боб расхохотался.

— Скоро я выведу его из этого заблуждения, — надулся Юп.

— Да это шутка, Юп! Загадки ты щелкаешь быстро, а вот шутки — не очень, — сказал Боб.

Юп покраснел.

— Можно взглянуть на письмо?

Пит дал им копии письма и фотографии.

— У, какой ужас, — произнес Боб, рассматривая снимок.

— Если ты сильно обеспокоен состоянием здоровья Рурка, то напрасно, — сказал Юп. — Они специально сделали такую впечатляющую фотографию. Видишь, как сильно у него вывернуты назад руки. Если он останется в таком положении достаточно долго, то начнет задыхаться и потеряет сознание. А преступникам необходимо держать его в форме, чтобы запросить высокую цену.

— Знаете, очень интересное письмо, — сказал Боб. — Слова вырезаны из газеты, но не из «Л. А. Таймс» и не из «Геральд Экзаминер». Откуда-то еще, судя по гарнитуре.

— Хочешь сказать, оно отправлено не из Лос-Анджелеса? — спросил Пит.

— Логично, Пит, хорошая гипотеза, — сказал Юп.

— Спасибо, — просиял Пит, — но есть еще странности в связи с этим делом.

И Пит поведал о проклятии, нависшем над фильмом, о Марбле с его кристаллами и предупреждении о грозящей Питу опасности.

— Он сказал, что видел это своим третьим глазом и что я тоже должен слушать кристалл.

— Вот если ты начнешь слушать кристаллы, тогда точно стоит беспокоиться: значит, крыша поехала! — заявил Юп.

Они проговорили до темноты. Наконец Пит сказал:

— Я хочу есть.

Они вышли из штаба и укатили на «веге» Пита. Было довольно прохладно, и ночь населяли ведьмы, призраки и духи всех мастей.

— Слушайте, мы совсем забыли, сегодня же Хэллоуин! — воскликнул Пит.

Они немного поколесили по городу, высматривая знакомых, но видели только группки диковинно разрисованной малышни. Иные были точь-в-точь кровожадные зомби из «Душителей».

Ребята поели пиццы, и на обратном пути, затормозив у светофора, Пит включил дворники. Они задвигались, и на переднее стекло брызнула кровь.

— Ой, что это? — поразился Юп.

— Черт, наверное, раздавил что-нибудь сочное, — с невинным видом сказал Пит.

— Невероятно! Ты что, сделал со своей машиной то же, что и с тем «ягуаром»? — сказал Боб.

Пит рассмеялся. В дальнейшем он запускал свое устройство у светофора, если на переходе толпилось побольше народу.

Они приехали обратно, и перед двором Юп нажал кнопку на дистанционном пульте, чтобы открыть главные ворота.

— Взгляните-ка! — воскликнул Боб. — Взломана входная дверь.

— Не только. Выбиты все окна! — забеспокоился Юп.

— Они что, через ворота прыгали? — взорвался Пит.

Въехав во двор, они выскочили из машины и побежали к прицепу. Все записи и документы валялись на полу, ящики выпотрошены. На столе — бумажная куча.

— Черт-те что! Все раскурочили! — пробормотал Боб.

Вдруг у Пита появилось такое чувство, что стены надвигаясь, тесно обступают его. Он глухо застонал.

— Что с тобой? — спросил Боб.

— Стекло, — сказал Пит, — кругом стекло как в доме Рурка. И я снова задыхаюсь. Мне трудно дышать.

Юп прошел по комнате и сорвал газеты с противоположной стены. И чуть не упал от неожиданности: под ними была надпись краской. Он повернулся и нетвердым голосом проговорил:

— Похоже, ты прав. Это касается Рурка.

Пит и Боб одновременно вскинули головы и прочитали: «Кровь Рурка — на вашей совести!»

— Мне трудно дышать! Я задыхаюсь! — повторял Пит, хватая ртом воздух.

— Ты просто внушил себе, — сказал Юп, но тем не менее поспешил открыть дверь, чтобы впустить в комнату колючий октябрьский воздух. Вдалеке, хлопнув, взвились две шутихи.

— У нас годы уйдут, чтобы разгрести все это! — сокрушенно проговорил Боб, оглядывая разгромленную комнату.

— Это еще что, ведь они видели все наши секретные документы! — взвыл Юп, отчаянно сжав кулаки.

— Да успокойся ты, — сказал Боб. Он еще раз медленно огляделся вокруг. — Слушайте, а как они вообще узнали, что мы занимаемся этим делом?

Юп с минуту размышлял.

— Похитители следили за всеми, кто занят в этом фильме, в том числе и за Питом, — предположил он.

Вместе с Питом он поднял тяжеленный металлический шкаф.

— И все-таки странно, — сказал Пит. — Ведь письмо пришло только сегодня, и вроде за мной никто не следил.

— Может, мы поймем, с кем имеем дело, когда увидим их, — сказал Юп.

— Что ты хочешь сделать? Пригласить их поужинать? — спросил его Боб.

— Всему свое время, — отвечал Юп, — а сейчас я хочу посмотреть, справилась ли со своей задачей новая система безопасности.

— А, точно! У нас же есть камера! Может, эти ребята попали в кадр, — сказал Пит.

— Это конечно, здорово, но сколько пленки нам придется просмотреть, пока мы дойдем до громил? — заметил Боб.

— Помолчи, — сказал Юп, перематывая пленку назад, — неужели ты думаешь, в моей системе есть какие-нибудь дефекты? Снаружи я установил фотоэлемент. Когда кто-то подходит близко к штабу, фотоэлемент срабатывает, и начинается видеозапись. Когда человек уходит, запись прекращается.

Он нажал на пуск, и все приникли к экрану монитора. Когда появилось изображение, они придвинулись еще ближе, но то, что они увидели, заставило их тут же отпрянуть.

Весь экран заполнила долговязая страшенная фигура. Казалось, она не шла, а скользила к вагончику, словно на коньках; гигантский черный плащ раздувало на ветру.

Юп нажал на паузу, чтобы хорошенько рассмотреть жуткое, завораживающее «лицо».

Оно отливало зеленью, в огромных глазницах разгорались угольки, провально чернели щеки. Лицо выражало муку, словно человека изнутри точила боль.

— Жуть, — прошептал Пит.

Юп снова запустил пленку. Застыв, страшила внимательно огляделся вокруг. Убедившись, что его никто не видит, он изо всех сил ударил ногой в дверь. Та с треском распахнулась, и человек проник в дом, скрывшись из поля зрения камеры. Вскоре он снова показался и быстро пошел прочь в развевавшемся плаще.

— Кто это? — спросил Боб.

— Что это? — повторил за ним Пит.

Они снова и снова гоняли пленку, каждый раз отмечая новую деталь.

— У него клыки, — сказал Боб.

— На правой руке кольцо с большим камнем, — заметил Юп.

Вытянув все, что можно, из записи, запомнив каждой жест и каждую деталь одежды пришельца, они наконец выключили аппарат.

— Надо признаться, чистая работа, — начал Пит. — В Хэллоуин переодеться вампиром, чтобы никто ничего не заподозрил! В таком наряде с рук сойдет даже убийство.

— Ладно, надо составить план действий, — сказал Юп. — Пит, завтра все поедем на студию, поговорим с теми, кто хорошо знал Рурка и кто последним видел его перед похищением. Надо выходить на подозреваемых.

После школы они сразу отправились на студию, и первый, кто им повстречался, был отец Пита с какой-то самовзрывающейся маской.

— Привет, ребята. Вы как раз вовремя, — сказал он. — Я тут собрался проглядеть материалы последних съемок, проверить, как смотрятся мои игрушки. Хотите со мной?

По дороге Боб спросил у Пита:

— А что это за материалы?

— Все, что снято в течение съемочного дня, — ответил Пит, гордясь своей осведомленностью, — все дубли с накладками.

Просмотровый зал был похож на маленький театр, с шестью рядами мягких кресел алого бархата. В первом ряду у всех кресел на подлокотнике было по кнопке. Сев. Креншоу-старший нажал кнопку переговорного устройства и велел киномеханику начинать. Свет погас, и начался фильм.

Три сыщика одну за другой смотрели трюковые сцены, снятые в последние две-три недели. Самой обычной житейской ситуации Джон Травис придавал кошмарный поворот.

Например, у малыша случилась сильная икота.

— Я знаю, как остановить икоту, — говорит мамаша, превратившаяся в зомби. — Надо тебя напугать.

И с этими словами отрывает мальчику руку. Из плеча хлещет кровь, малыш ревет от боли.

— Видишь? Больше ты не икаешь, — говорит мать.

— Стоп! — слышится голос Трависа за кадром. — Роскошно!

В другой сцене мужчина высморкался и в ужасе уставился на платок: оказалось, он высморкал собственные мозги.

Юп наклонился к Бобу и прошептал:

— Крутой человек — Джон Травис.

— Узнал родственную душу? — шепнул в ответ Боб.

Потом пошли эпизоды с Диллером Рурком. Когда он стал зомби, под глазами у него появились зловещие темные круги.

— Знаю, папа, ты бы хотел, чтобы я учился в Гарварде, — говорил Диллер-зомби на экране, — но мне больше по душе кромсать людей.

Тут Пит громко прошептал:

— Кто написал текст? Лесси?

— Эй, полегче на поворотах, — сказал мистер Креншоу, — это все-таки моя работа.

В следующем эпизоде Диллер появился в паре с красивой молоденькой актрисой. Она была вполне во вкусе Юпа: невысокая, с темными волнистыми волосами и такими же темными кукольными ресницами.

— Это не Виктория Джансен? — спросил Юп, подавшись вперед.

— Она, — ответил Креншоу. — Вторая звезда нашей картины, хотя появляется на двадцать минут в начале, а потом у нее взорвется голова. Кстати, они с Диллером одно время встречались. Она приходящая няня и в этой сцене еще не знает, что Диллер только что съел двух малышей в спальне наверху.

— Понимаешь, Кэтти, у меня какие-то странные ощущения последнее время, — говорил Диллер экране. — Как будто я не могу дышать. Как будто я лежу в могиле и хочу подняться, а они сыплют и сыплют на меня землю. Из-за этого мне хочется кого-нибудь убить.

— Диллер, милый, — ворковала в его объятиях Виктория, — это всего лишь воображение, ты и мухи не обидишь.

— Стоп! — рявкнул Травис. — Виктория, ты назвала его Диллером!

— Думаю, надо выпустить этот фильм к Новому году, — заметил Боб.

— Почему? — спросил Пит.

— Будет большой спрос на клоунов.

Пит с Юпом фыркнули, и все трое стали свистеть и улюлюкать.

— Что, ребята, правда так убого? — спросил мистер Креншоу.

При молчаливом согласии Пита и Боба слово взял Юп. В детстве он снимался в кино, и у него всегда было твердое мнение о любом фильме, впрочем, как и обо всем остальном на свете.

— Сценарий идиотский, а режиссер совсем распоясался, — начал он. — Так происходит всегда, когда недорогой режиссер типа Джона Трависа вдруг снимает вызывающую шум картину. Студия дает ему кучу денег на следующую, предоставляет полную творческую самостоятельность, и он теряет всякую меру. Вы ведь хотели правду, мистер Креншоу?

— Дай осмыслить. Юпитер, — ответил Креншоу, натянуто улыбаясь.

Посмотрев все материалы, ребята собрались породить по студии, разведать обстановку: может, выяснится что-нибудь новенькое. Но отец Пита решительно остановил их:

— Ребята, сегодня утром мне позвонил Марти Морнингбаум, он опасается, что ваше дилетантское расследование подвергнет жизнь Рурка еще большему риску…

— Пап…

— Знаю, — перебил Пита отец, — вы не дилетанты. Но Марти решил выполнять выдвинутые условия ин поручил мне проследить за тем, чтобы вы не высовывались. Так что извините, но придется отправить вас домой.

Все возражения были бесполезны, и сыщики покорно поплелись к машине, сели и помчались навстречу Лос-Анджелесу, сверкавшему в лучах заката.

Пит вел машину, Боб крутил радио, а Юп сидел сзади и всю дорогу разглагольствовал об упущениях и промахах Джона Трависа.

— По-моему, ясно, что он просто ревнует Викторию Джансен к Рурку.

— Он или все-таки ты? — подколол его Боб.

— Сам посуди, он снимает ее при ужасном освещении и в плохих ракурсах, — возмущался Юп.

Они стали у светофора. Боб искал в эфире группы знакомые ему по работе в музыкальном агентстве. Неожиданно Пит отстегнул ремень безопасности и стремглав кинулся из машины, оставив дверь нараспашку. Задние машины наперебой засигналили.

Пит сломя голову несся к ресторану на противоположной стороне.

— Ты что, ненормальный? — закричал ему Юп.

— Там Келли! С парнем! — Перебежав дорогу, Пит растолкал прохожих и перемахнул через шеренгу кактусов перед рестораном. Его целью был «эскорт» последней модели, куда только что села какая-то девушка.

Пит подбежал к машине, когда высокий, коротко стриженный шатен открывал дверцу, и хотя парень выглядел как заправский культурист, Пит схватил его за руку и оттолкнул в сторону. Сунувшись в машину, он крикнул:

— В чем дело, Келли?

— Вот именно: в чем дело? — поинтересовалась та в ответ.

Это была не Келли.

Пит чувствовал себя полным идиотом. Потом чьи-то сильные руки схватили его сзади за плечи и резко развернули.

— Что надо, придурок? — проревел парень.

Секунду Пит колебался: сказать, что обознался или продемонстрировать парочку фирменных приемов каратэ? Но парень опередил его, наградив точном ударом правой в живот. Отдышавшись, Пит прохрипел:

— Слушай, я ошибся, я думал, это моя девушка.

— Что же ты ее одну отпускаешь?

— Да мы недавно поругались… серьезно поругались.

— В общем, в моей машине ее нет. Поищи в другом месте. — сказал парень, забираясь в машину.

— Ага, — пробормотал Пит, глядя вслед удаляющемуся «эскорту».

«Надо срочно позвонить Келли, а то ведь и вправду выкинет что-нибудь такое», — подумал Пит, но до телефона не дошел, потому что теперь на него накинулись Боб с Юпом.

— Оригинально ты знакомишься с людьми, — заметил Боб.

— Да уж, — ответил Пит. — Знаете, поедем куда-нибудь поедим. Я ужасно проголодался.

— Поехали ко мне, — предложил Боб, — сегодня мамы нет дома.

Сыщики совершили форменный налет на кухню Боба. Но и тут Юп прикрепил магнитом копию вымогательского письма на дверцу холодильника, чтобы постоянно помнить о деле, даже когда они едят. Сам он положил перед собой огромный бутерброд с сыром и зеленью и у ставился на него.

— Юп, ты чего не ешь? — спросил Боб.

— Психологический самоконтроль, — объяснил тот. — Часть моего режима питания. Я начинаю есть только после того, как сам себе разрешу. Чтобы убедиться, что у меня есть сила воли, я жду пятнадцать минут.

— Ну да, а потом очищаешь тарелку, как пылесос! — воскликнул Пит.

Юп проигнорировал выпад.

— Смейтесь, смейтесь. А я покажу этому бутерброду кто здесь главный.

— Как ты думаешь, это научно доказано? — громким шепотом обратился Боб к Питу. — Если он морально подавит бутерброд, тот что, потеряет все калории?

— Да ладно, хватит, — промямлил Юп с набитым ртом.

Внимание Боба опять привлек листок на холодильнике.

— «Мы с вами свяжемся», — задумчиво произнес он. — Как вы думаете, Марти Морнингбаум уже получил инструкции от них?

Тут в кухню вошел отец Боба.

— Ребята, я на минутку, хочу кофе выпить, — сказал он, открывая дверцу холодильника, и вдруг заметил письмо. Он достал сливки и спросил: — Что это такое?

— Да мы тут расследуем кое-что, — ответил Боб.

Мистер Эндрюс много лет работал в одной лос-анджелесской газете. Прихлебывая кофе, он внимательно изучал листок.

— Эти слова вырезаны из «Всякой всячины». Вы это знаете?

— Из «Всякой всячины»? Это профессиональная газета киношников, — сказал Пит.

— Вы не ошибаетесь, мистер Эндрюс? — осторожно спросил Юп.

— Юпитер, я разбираюсь в этом, как ты в диетах, — с достоинством произнес мистер Эндрюс, уходя с кухни.

Юп задумчиво закусил губу.

— Вы понимаете, что это значит? — сказал до странности тихим голосом Юп. — Это значит, что похитители Диллера Рурка из мира кино. Может, даже участвуют в «Душителях-2».

На минуту все онемели, тупо уставившись на злополучное письмо. Потом заговорил Боб, повторяя слова Юпа, словно для того, чтобы до конца их осознать:

— Выходит, Диллера похитил кто-то из съемочной группы?

— Или актер, — сказал Юп. — Обычные преступники не читают «Всякую всячину», а вот киношники читают поголовно. Это вроде голливудской Библии. Ну, я думаю, теперь дело практически раскрыто.

Пит с Бобом знали, что в устах Юпа это означает: «У нас есть первая серьезная зацепка».

— Осталось только найти подозреваемого, мотив и местонахождение Рурка, — сказал Пит.

— Давайте поконкретней, — произнес Юп. — Нужно предельно четко организовать расследование. Самое главное, расспросить всех участников «Душителей-2», выявить врагов Рурка. А что касается порядка допроса, я лично считаю, что самое лучшее — начать с Виктории Джансен, которую мы видели в отрывках.

— Ясное дело, — усмехнулся Боб.

— В конце концов, она снималась с Рурком за день до похищения. К тому же отец Пита сказал, что них был роман.

— Был? — пряча улыбку, спросил Пит. — Значит, к тебя есть все шансы, Юп.

— А может, она любит хлипких болтунов, — подкалывал Юпа Боб.

— Ты хотел сказать: крепышей с хорошо подвешенным языком, — парировал Юп. — Я к ее услугам.

— Юп, я вынужден тебя разочаровать, — сказав Пит. — С Викторией Джансен не так-то легко пообщаться. Отец говорит, она живет очень замкнуто и помешана на всякого рода маскировке. Она очень заботится о том, чтобы ее никто не узнал на публике.

— Говоришь, помешана на маскировке… — задумался Юп. — Интересно, что она делала в Хэллоуин?

— Нет! — кричал Пит.

Он был в растерянности: бежать за помощью или подождать, вдруг Юп чудом очнется — напоследок. Крики Пита отзывались эхом и замирали.

Он опустился на колени возле безжизненного тела своего лучшего друга. Его переполняли ярость и боль, в горле встал ком, и заговорил он не сразу.

— Юп, кто же это тебя? — воскликнул он и со всей силой ударил кулаком по бетонному полу. — Скажи мне! Скажи, что теперь делать. Я рассчитывал на тебя.

Пит снова вскочил, его сердце отчаянно стучало. Где же найти помощь? Он боялся смотреть на рану. Юп не шевелился. Наверное, уже умер…

У Пита перехватило дыхание, опять словно начали сдвигаться стены, опускаться потолок.

— Скажи мне, Юп… скажи… А почему нет крови? — вдруг крикнул он, оглядев пол. Он ощупал его: сухо, пыльно, никакой крови. Тогда он протянут руку и осторожно дотронулся до кровавой полосы на горле Юпа. Красная резина.

— Грим, — взвыл Пит и ткнул Юпа в бок. — Поднимайся, шутник, розыгрыш кончен! Между прочим, не смешно!

Но Юп не двигался, даже когда Пит как следует тряхнул его. Выходит, он не валяет дурака. Что-то с ним произошло. Пит попытался нащупать у него на шее пульс. Юп не был мертв, но потерял сознание. Что тут происходит?

Юп слабо перекатил голову. Из сухих губ вырвался слабый стон. Наконец он открыл глаза.

— С возвращением, — улыбнулся Пит. — Не забудь зайти в камеру хранения и забрать свою голову.

Юп смотрел на него, не шевелясь, и ничего не говорил.

— Ты не можешь говорить? — спросил Пит.

— Ш-ш-ш, — остановил его Юп, — я пытаюсь в деталях восстановить случившееся.

— Можешь делать это вслух.

Юп сел прямо, покачиваясь, и начал:

— Значит, так… Я тут разнюхивал, где Джон Травис снимает интерьеры. Толковал с ребятами из съемочной группы. Они рассказали нечто потрясающее.

— О Диллере?

— Нет. Об одной диете, если честно.

— Юп!!! — возмутился Пит.

— Молочно-белковые коктейли, — продолжал Юп. — Их употребляют все звезды для сохранения веса. Ребята очень рекомендовали. Ну, я и пошел прямо в кафе, чтобы попробовать. Пока я ждал свое питье, я заметил здоровенного парня, который следил за каждым моим движением. Понятное дело, я сделал вид, что ничего не замечаю. Но когда я вышел оттуда, он преградил мне путь. Мы посмотрели друг на друга, и он сказал следующее: «В жизни главное не находка, а сам поиск».

— Даже не верится, — сказал Пит, шлепнув себя По лбу. — Это же Марбл Экборн-Смит.

— Он самый, — произнес Юп.

Он встал и сделал два нетвердых шага. Пит подскочил к нему подстраховать.

— Да все нормально, — сказал Юп. — Слушай дальше. Я никуда не мог отойти со своим коктейлем, потому что этот Марбл, кажется, собирался дать мне ответы на все вопросы, кроме тех, что я ему задал. В конце концов я спросил, когда он в последний раз видел Диллера Рурка. «Я вижу его каждый день», — говорит. «Да что вы, — говорю, — каким образом?» — «С помощью третьего глаза». Третий глаз! Да он не знает, зачем ему и два-то. Тогда я спрашиваю: «Где Диллер Рурк?» Он бы сказал, но тут подходит Марти Морнингбаум, узнает меня: «Малыш-Крепыш! Мы придумали новый грим, давай на тебе попробуем…»

Он с трудом отодрал клейкую кроваво-красную резину.

— Как видишь, я согласился стать подопытным кроликом в надежде поговорить с Морнингбаумом, — продолжал Юп. — Но я ошибся. Он привел меня в гримерную, а сам ушел. Потом вернулся посмотреть на результат. Я и рта не успел раскрыть, как у него запищали часы, и он опять испарился.

— Что ты делал потом? — спросил Пит, затаив дыхание.

— Вернулся в кафе к коктейлю и Марблу. Марбла там не оказалось, а коктейль был на месте. Я пошел сюда и пил на ходу. Больше ничего не помню, пока не увидел тебя.

— В напиток что-то подсыпали — факт! Готов поспорить, это дело рук Марбла, — сказал Пит, беспокойно оглядываясь.

— Если ты хочешь найти стакан из-под коктейля, то зря, — заметил Юп. — Я оставил его вон на той лавочке, но его там нет. Так что, я думаю, нам надо поговорить с этим Марблом, и чем быстрее, тем лучше.

Найти Марбла Экборн-Смита оказалось делом нетрудным. Реклама его услуг помещалась в лос-анджелесском «Желтом справочнике» в разделе «Советы по духовным вопросам»: «Марбл Экборн-Смит, провидец, предсказатель, врачеватель, медиум, душеприказчик. Я черпаю ответы из вселенной. Она оставляет послания, я передаю их вам».

Адрес привел друзей к белому дому в фермерском стиле в Беверли-Хиллз. Входная дверь была распахнута, хотя в доме было полно дорогой мебели и картин. Ребята постучали. Никто не отозвался. Тогда они комнатами прошли в дальнюю часть дома. Там находился бассейн, на краю которого сидел голый по пояс, в свободных белых брюках Марбл, скрестив ноги в позе лотоса.

Вставала луна, и одинокая звезда перемигивалась со своим отражением в бассейне.

— Юп, где-то я его видел, — прошептал Пит.

— Еще бы! Несколько дней назад он дал тебе розовый турмалин, — раздраженно ответил Юп.

— Да нет, еще где-то.

Юп пожал плечами и направился к Марблу.

Марбл сидел в квадрате из четырех больших голубых камней. В руке он держал красный кристалл, в уши заткнуты маленькие белые, а в пупке торчал золотой. Глаза его были закрыты.

— Мистер Экборн-Смит, я пришел продолжить нашу беседу, — сказал Юп, пытаясь привлечь внимание Марбла.

— Я не слышу тебя, у меня в ушах кристаллы, — не открывая глаз, произнес тот.

— Новый век, а шутка с бородой, — пробормотал Пит.

— Кристаллы в моих ушах не пропускают отрицательные вибрации, но они искажают наше осознание того, кем мы могли бы стать, будь мы кем-то другим, — сказал Марбл. — Они также говорят мне, что твой организм отравлен.

— Вряд ли вы узнали это от кристалла, ведь, насколько я понимаю, вы и отравили меня. Что вы подсыпали мне в стакан? — спросил Юп.

Марбл расхохотался, встал и сдвинул кристаллы в углах квадрата.

— Уже почти шесть, мне пора искупаться. — С этими словами он с разбега нырнул в бассейн.

Пит с Юпом наблюдали, как он бешено молотил по воде руками и ногами, то появлялась, то снова исчезала под водой его голова. Глаза вытаращены, рот наполнен водой.

— Не очень он хороший пловец, — заметил Юп.

— Он вообще не умеет плавать! — вдруг осенило Пита.

Он быстро разулся и нырнул. В несколько сильных взмахов он добрался до утопающего, обхватил его за шею и оттащил к стенке бассейна. Чтобы вытянуть Марбла, потребовались все силы Пита и Юпа.

Когда он отдышался, Юп спросил:

— Зачем вы это сделали? Без нас вы бы утонули.

— Вчера вас не было, — отвечал Марбл, — а я плавал.

— Через минуту нас опять здесь не будет, — запальчиво сказал Юп.

Пит понял, что Марбл его завел.

— Давайте напрямую, — продолжал Юп. — Диллер Рурк похищен, и, я подозреваю, вы что-то знаете, но говорить не хотите. Только знайте, что это не помешает нам разузнать все о вас.

Пит видел, что и Марбл заводится: его самодовольно-невозмутимая улыбочка сменилась гримасой досады. Но только на секунду: он умел держать себя в руках.

— Я не могу сказать вам, где Диллер, — произнес он. — Но Диллер сам скажет мне, где он находится.

— Думаете, он вам позвонит? — спросил Юп.

— Диллер — один из моих учеников, — ответил Марбл. — Первое, что я делаю, это даю каждому ученику его личный кристалл. Кристаллы приручаются, узнают нас. Узнают наши мысли, мечты. Они могут помочь выбрать одежду. Когда мы уезжаем, они скучают по нас.

— А если пояснее — что вы хотите сказать? — спросил готовый взорваться Юп.

— Принесите мне кристалл Диллера, я настроюсь на него и поговорю с ним, — ответил тот.

— Прямо кабельное телевидение, — проговорил Пит.

Марбл снова закрыл глаза.

— Принесите кристалл. Он скажет мне, где Диллер.

— Значит, кристалл скажет, где Рурк? Понятно, — с издевкой сказал Пит. — А если он не знает? Если у кристалла плохое настроение и он не захочет ничего рассказывать, а?

— Кристаллы суть утрата и обретение, — молвил Марбл.

«У парня в голове полный винегрет», — подумал Пит.

К его величайшему изумлению, Юп сказал:

— Ладно, договорились. Мы найдем эти кристаллы и принесем вам.

Пока они шли к машине, Пит безостановочно бубнил:

— Юп, говорю тебе, где-то я его уже видел, только не могу вспомнить — где. А как это ты согласился поискать для него кристаллы? Ты всегда лихо расправлялся с такими, не зря же столько прочел по философии.

Улыбаясь, Юп сел в машину и пристегнул ремень.

— Все так, но этот случай — особенный. Марбл что-то хочет сказать, а может, наоборот, скрыть — пока непонятно. В любом случае нам придется подыграть ему, если мы хотим что-то узнать. И еще, если мы найдем кристаллы Рурка, мы, возможно, найдем и ключ.

Рассуждая логически, в первую очередь следовало поискать в бунгало Рурка в Малибу. Пока они туда добирались, Юп строил догадки относительно Марбла, Джона Трависа, Ричарда Фабера и даже Виктории Джансен. Пит выслушивал все это больше часа, потом остановился у закусочной «Курятник».

— Ты что, проголодался? — спросил Юп.

— Нет, просто захотелось посмотреть, как ты будешь морально подавлять какого-нибудь жареного цыпленка, — ответил Пит. — По крайней мере, есть гарантия, что ты замолчишь на целых пятнадцать минут.

Перекусив, они поехали без задержек прямо к дому Рурка. Питу не очень хотелось заходить. Он осторожно подкрался к входной двери; та по-прежнему была незаперта.

Он заглянул внутрь. Никто так и не удосужился поднять мебель и чудную скульптуру.

— Ничего не тронуто, — сообщил Пит. — Иди первый, — распорядился Юп.

Пит пошел. Хрум-хрум. Осколки на полу теперь докрывал слой песка, который ветер нанес с пляжа.

— Здесь было настоящее сражение, — еще раз отметил Пит.

— Это точно, — сказал Юп, оглядывая перевернутую комнату.

Он опустился на корточки и вгляделся в осколки.

— Во всяком случае, это не кристаллы. Когда разбивают кристалл, он раскалывается на маленькие кристаллики, а здесь просто осколки.

— И откуда же они? — спросил Пит.

— Непонятно, — удрученно признался Юп.

В поисках кристаллов они разделились. Пит остался в гостиной.

Через некоторое время из дальней комнаты раздался вопль Юпа:

— Ты только взгляни на это!

Пит со всех ног кинулся в спальню: ее окна выходили на океан. Юп стоял на коленях у книжного шкафа и перебирал книги.

— Сочинения Марбла Экборн-Смита с автографами, — сказал Юп и стал зачитывать названия: — «Здесь кончается бесконечность», «Путешествия вне тела, или Как стать собственным туристическим агентством». «Третий глаз. Обманы зрения», «Как я разбогател, потерпев крах. Автобиография».

Пит опять почувствовал приступ удушья.

— Нет здесь никаких кристаллов, Юп. Я пошел к машине. Надо где-то еще искать.

Но прошло еще добрых полчаса, пока Юп вышел наконец из дома Рурка.

— Ты что так долго? — спросил Пит.

— Звонил Виктории Джансен, — объяснил Юп. — Она говорит, что Диллер никогда не снимался без этих кристаллов. Топаз был с ним в сценах ужасов, аметист в любовных, кварц — в эпизоде захоронения заживо, который как раз собирались снимать в день, когда он исчез. А за день до похищения снимали крупным планом сцену с гробом.

— Куда же мы едем? На студию? — спросил Пит.

— На кладбище.

— На кладбище! Юп, почему наши расследования в конце концов приводят на кладбище? Я провел там столько времени, что скоро мне начнут туда почту носить! Может, для разнообразия съездим туда как-нибудь днем?

— А не в глухую ночь, да? — засмеялся Юп. — Очень может быть, что Диллер оставил камень в гробу на съемках в прошлый четверг. Виктория говорит, что вся аппаратура и декорации еще там.

— Слушай, Юп, только не сегодня. До кладбища миль пятьдесят. Спорим, будет уже за полночь, когда мы туда доберемся.

Но он ошибся. Когда они припарковались у Далтонского кладбища, было всего 11:59. Злой ноябрьский ветер раскачивал кроны деревьев, и казалось, ветви клонятся друг к другу и о чем-то шепчутся. Пит поежился и сказал:

— Пожалуй, я лучше останусь в машине. Не буду выключать двигатель и запущу радио на всю громкость.

Юп пошарил в бардачке и сунул Питу большой ручной фонарик.

— Да ты не бойся. У тебя же есть надежная защита — твой розовый турмалин.

— А я его дома оставил, он мне карман прожег.

Они вышли из машины и оказались в полнейшей темноте: луна спряталась за мрачными облаками. Сверчки и ночное зверье во всеуслышанье комментировали каждый шаг Пита и Юпа, когда те начали осторожно спускаться по холму. Вдруг Юп споткнулся и кувырком полетел вниз. Пит даже не успел подхватить его.

— Ты чего толкаешься? — донеслось до Пита снизу.

— Я не толкался. Разве ты не сам споткнулся? — ответил Пит, спеша к другу.

— Ну, не знаю, — смущенно сказал тот.

Вдалеке, подвывая, залаяла собака, потом взвизгнула, как от боли, — и молчок. Мертвая тишина.

Пит шел впереди, освещая путь фонарем.

— Нам нужно на другой конец, — сказал он Юпу. — Наверное, фургоны с аппаратурой еще там.

Они шли вперед, светя себе фонарями, Юп впереди, Пит прикрывал тылы. Вдруг что-то с шумом полетело прямо на них. Оба почувствовали порыв ветра от мощных крыльев и услышали глумливый смешок.

— Что это? — воскликнул Пит, еле увернувшись. — Оно напало на меня.

— Это сова, — как ни в чем не бывало сказал Юп. — По особенному крику я узнал совку, обычного обитателя этих мест в это время года.

— Ладно, понял. Обойдемся без лекции о совах, — сказал Пит и повел фонарем в сторону площадки. — Вот она. Иди со стороны пустой могилы, кстати, там они и собирались снимать эту сцену. Гроб должен быть в фургоне с надписью: «Спецэффекты».

— Ты — первый, — сказал Юп.

— Подожди. Мне что-то послышалось, — произнес Пит.

— Пошли, — удаляясь, повторил Юп.

Они шли почти бесшумно, трава под ногами была влажной и мягкой. Ветер принес с собой какой-то сладкий дурман, который так и лип к одежде.

— Стой! — тревожно повторил Пит. — Тот же звук.

Оба замерли, напряженно вслушиваясь… но все было тихо.

— Тебе показалось, — сказал Юп.

— Ты сам знаешь, что нет. У тебя даже голос дрожит.

— Ладно, пойдем.

Пит неохотно пошел вперед, с трудом ориентируясь. Они в правом ряду могил или нет? Да, все правильно. Вот та самая свежевырытая могила. Они постояли, обыскивая ее тонкими лучами своих фонариков. Но вокруг никаких фургонов, площадка опустела!

— А где же вся аппаратура, фургоны? — растерянно проговорил Юп.

— Они только что были здесь, — сказал Пит. — Похоже, кто-то переставил их.

— Не нравится мне это, — произнес Юп и прислушался. — Ты слышишь?

Но Пит не успел ответить — он почувствовал резкий удар по затылку и, словно издалека, услышал приглушенный вскрик Юпа. И оба мешками упали в разверстую могилу.

С глухим стуком Пит приземлился на дно глубокой ямы. В ушах шумело. Где он? Что произошло? Ах да, его ударили чем-то тяжелым по затылку. Может, палкой? А как Юп?

Пит поднял голову (вот так гораздо лучше) и увидел, что Юп недвижимо лежит рядом. Голова снова коснулась мягкой земли. Перед глазами словно закрывался занавес, но Пит сопротивлялся, пытаясь удержать сознание. Что же все-таки случилось? «Очнись, Пит, — говорил он себе. — Не поддавайся…»

Вдруг Пит услышал шорох и понял ужасную вещь: человек, который ударил их сзади, еще не ушел! Он стоял наверху, на краю могилы! Пит пытался поднять голову, но не смог.

Потом он почувствовал, как на лицо что-то падает. Не может быть — земля! Он засыпает нас землей. Он хоронит нас заживо.

Тот — наверху — заглянул в могилу. Пит не видел его лица, но видел, как от серебристой лопаты в его руках тускло отражается лунный свет. Человек откупил назад, и снова посыпалась земля. Пит не смог сдержать негодующий крик: Не надо!

Он помотал головой и потер лицо рукой. Руки испачкались в земле, от лица теперь тоже пахло землей. Но поток земли сверху прекратился. Пит с трудом встал на колени и попробовал подняться, упираясь в тесные края могилы.

— Юп, вставай! — позвал Пит. — Давай, Юп. Надо выбраться отсюда.

Юп слегка шевельнулся, после чего Пит буквально поднял его за шиворот.

— Окей, окей, — сказал Юп, еле ворочая языком. — Где… Что… — Он был не в состоянии закончить фразу. Но хоть стоял и стряхивал грязь.

Пит отпустил Юпа и переключился на следующую задачу. Цепляясь руками и ногами за мягкую землю, он выкарабкался из могилы. Пусто. Ни души на кладбище, если не считать сверчков, сов и собаки которая снова залаяла.

— Пошли. Может, поймаем его, пока он не уехал, — сказал Пит.

— Нет, — возразил Юп, соскабливая грязь с рубашки, — думаю, мы узнаем больше, если не попадемся ему на глаза и сможем следить за ним.

Когда двое сыщиков поднялись на горку, фары темного «камаро» на большой скорости удалялись в сторону Лос-Анджелеса. Пит сел за руль своей «веги» и через минуту тронулся. Он выжимал из нее что мог, стараясь не упустить «камаро» из виду.

Они проехали Хантингтон-Бич и Лонг-Бич и въехали в Лос-Анджелес. Вблизи Беверли-Хиллз место показалось им знакомым. Слишком хорошо знакомым.

— Мы вроде были здесь пару часов назад, — сказал Пит, вглядываясь в указатели и дома, которые они проезжали.

При свете фонарей Пит мельком увидел парня а рулем «камаро»: молодой, лет девятнадцати, на голове белая повязка. Через минуту он повернул налево. Это была дорога к дому Марбла Экборн-Смита.

Парадная дверь в доме Марбла была открыта настежь, в нее и вошел водитель «камаро». Пит и последовали за ним.

В ранние предрассветные часы дом освещали свечи. Огонь отражался в кристаллах повсюду. Пит и Юп обходили комнаты в поисках Марбла.

— Мы как мыши, которые знают, что их ждет мышеловка, — сказал Пит.

— И тем не менее мы хотим сыру, — добавил Юп.

Вдруг открылась дверь. Из большой комнаты, освещенной сотнями мерцающих свечей, вышел Марбл, и с ним мужчина и женщина лет двадцати с небольшим.

— Спасибо, что приняли нас, тем более в столь позднее время, — сказал мужчина, протягивая Марблу чек. — Я смотрю, вас ждут другие клиенты.

— Искатели истины, наверное, потеряли счет времени, — сказал Марбл, вопросительно глядя на Юпа и Пита.

— Жаль, что я не записывала все, что вы говорили, — сказала молодая женщина. — Спасибо, что связались с моим первым мужем. Я должна была поздравить его с днем рождения в полночь. Это у нас традиция. Еще раз спасибо. Спокойной ночи.

Когда они ушли, Марбл понимающе улыбнулся и сказал обыденным голосом:

— Вы не нашли кристаллы. Я это чувствую.

— Да, но мы вернулись из могилы, — ответил Юп. Пит прыснул от смеха. — Теперь мы ищем нечто другое, — продолжил Юп, — парня с белой повязкой на голове.

Марбл оглянулся.

— Я здесь такого не вижу.

— Попробуйте взглянуть третьим глазом, — предложил Пит.

— Мы видели, как он вошел в ваш дом, — сказал Юп.

Марбл изменился в лице, словно его только что уличили во лжи:

— А-а, вы, наверное, имеете в виду Харви. Это два из моих учеников. Зачем он вам?

— Только что он пытался похоронить нас заживо, — сказал Юп. — Он напал на нас на Далтонском кладбище, там мы искали кристаллы Диллера Рурка.

— Харви! — мягко окликнул Марбл. В дверях тут появился Харви с белой повязкой на голове.

— Это он, — сказал Пит. Его руки сжались в кулаки. — Зачем ты следил за нами? Зачем ты нас ударил?

— Я всю ночь был в своей комнате, — ответил. Харви.

— Врешь, — воскликнул Пит. — Похоже, ты начал следить за нами еще тогда, когда мы вышли отсюда.

— Я всю ночь был в своей комнате, — повторил Харви. Он направился к себе, не спуская глаз с Марбла.

— Что здесь происходит? — сердито спросил Пит.

— То, что происходит в этом веселом доме, пребудет тайной, пока вы не раскроетесь вполне, — сказал Марбл.

Юп вспылил:

— Кончайте. Людям кажется, что они могут скрыть что-то от нас, — сказал он, — но мои друзья и я всегда доказывали обратное. Вы что-то скрываете, и, по-моему, это связано с Диллером Рурком.

Марбл пожал плечами. Он не сказал «да», не сказал «нет». Он переменил тему:

— Пропажа Диллера Рурка — это боль сердечная для всех, включая его самого. Он раскрылся вполне. Он подобен великолепной скульптуре, которая называется «Обретая дорогу». Эта скульптура представляет собой одну ногу с четырьмя ступнями, каждая из которых повернута в другую сторону.

Пит вмешался в разговор прежде, чем Юп успел задать следующий вопрос;

— Когда вы последний раз были в доме Диллера на побережье?

Вопрос как будто удивил Марбла.

— У Диллера на побережье? Я никогда там не был. Ученик приходит к учителю.

— Откуда же вы узнали про эту скульптуру с четырьмя ступнями? Она в доме Диллера на пляже. Я ее там видел. Это одна из немногих вещей, которую разбили вдребезги.

— Откуда вы узнали про скульптуру? — спросил Юп у Марбла Экборн-Смита.

Как бы в ответ, Марбл разжал большую широкую ладонь. На ней лежал огромный светло-пурпурный кристалл. Он снова сжал ладонь — в крепкий кулак.

— Я должен очистить мой кристалл от чужеродной вибрации.

Тяжело ступая, Марбл вышел, оставив Юпа и Пита в комнате, где одна за другой гасли свечи.

— Здорово ты вспомнил про скульптуру в доме Диллера.

— Держись меня, Юп. Я научу тебя всем своим хитростям. — усмехнулся Пит.

Когда они вышли из дома Марбла, было около двух часов ночи. От чистого ночного воздуха они раззевались и вспомнили, что уже поздно.

— Хорошо бы поспать, — сказал Пит, включив двигатель. — Я подвезу тебя до дому.

— Что ты собираешься делать с Харви? — спросил Юп, глядя в правое боковое зеркало. — Он ждет в своей машине, пока мы тронемся.

Пит напрягся и посмотрел в зеркало заднего вида. Машина Харви стояла в нескольких ярдах от них, в глубине квартала, в тени. Улыбка сошла с лица Пита.

— Если он предпочтет такую игру, я подыграю, — сказал Пит. — А в Карабунге от него уйду.

— Валяй, — сказал Юп, усаживаясь поудобнее и предвкушая удовольствие.

— Большинство людей неверно представляют себе как надо уходить от хвоста, — пояснил Пит.

— Угу, отозвался Юп, не отрывая глаз от зеркала и наблюдая за Харви, который следовал за ними.

— Нужно быть исключительно предупредительным к идиоту, который у тебя на хвосте, — продолжил Пит. — Например, не спеши ехать на желтый. Вдруг он законопослушный? Он тебя потеряет, и игра закончена. И не нужно чехарды с постоянной сменой ряда. У него от такого темпа покрышки сгорят.

— До Карабунги три квартала, — заметил Юп.

— Пожелаем Харви спокойной ночи, — сказал Пит. Он нажал на газ и на огромной скорости помчался, нарушая правила, по улице с односторонним движением, моля Бога, чтобы не было встречных машин, Потом он резко взял направо, и автомобиль прыгнул на бордюр тротуара. В ту же секунду он выключил двигатель и фары. Потом они с Юпом пригнулись.

Пит благополучно приземлился на три колеса в заднем ряду отдела подержанных автомобилей «Карабунга Моторс». Пит и Юп выглянули в окно и видели, как Харви ездит кругами по кварталу.

— Он не может нас найти. Ему это быстро надоест, и он уедет, — сказал Юп.

— Окей, Харви, — рассмеялся Пит, включая двигатель. — Теперь наша очередь следить за тобой, и советую тебе отвезти нас в какое-нибудь интересное место.

В четвертый раз за эту ночь Пит и Юп поменялись местами с Харви в игре в кошки-мышки. Игра становилась все сложнее. Шел третий час ночи, и на улице было так мало машин, что Пит держался на расстоянии нескольких кварталов от Харви, чтобы не попасться ему на глаза.

— Хорошо бы кататься не зря, — зевнул Пит.

— Знаешь, о чем я думаю, Пит? — сказал Юп. — Возможно, Харви ведет нас прямо к тому месту, где держат Диллера.

Пит выпрямился и подтянулся поближе к «камаро».

— Думаешь, Марбл и Харви заодно с похитителями? — спросил он.

Юп резко ответил:

— Они что-то скрывают.

Теперь они были в Бель-Эр, одном из самых фешенебельных районов Лос-Анджелеса. Харви подъехал к тротуару и остановился перед трехэтажным домом розовыми оштукатуренными стенами и черепичной крышей в мексиканском стиле. В лунном свете плакучая ива отбрасывала на дом тень, по форме напоминающую крадущуюся кошку. Харви вылез из машины и внимательно оглядел спящую окрестность. Потом он взял черный рюкзак и осторожно направился к темному дому. Было видно, он опасался задеть сигнализацию.

— Кто бы ни был в этом доме, он не ждет Харви, иначе бы тот постучался в парадную дверь, — заметил Юп.

На улице Пит и Юп были осторожны вдвойне. Им как и Харви, не хотелось, чтобы сработала сигнализация. Не хотели они и чтобы Харви их поймал.

Харви шел вдоль фасада, заглядывая во все окна. Пит и Юп заняли позицию за толстым стволом старого дерева.

— Что он делает? — прошептал Пит.

— Кажется, заглядывает во все окна, — сказал Юп. — Но думаю, дома никого нет. А еще он говорит что-то в диктофон.

Когда Харви отговорился, он вытащил из рюкзака фотоаппарат и начал фотографировать сквозь темные окна. Потом сел в машину и направился в сторону дома Марбла.

— Мы вернулись на старт, — сонно сказал Пит, облокачиваясь на руль. — Что делать, Юп?

Юп крепко спал.

Выслушав автоответчик, Пит буквально задохнулся. «Они хотят получить большие деньги, иначе они убьют Диллера», — сказал его отец. Пит сглотнул подступивший к горлу комок и посмотрел на Юпа. «Я не должен был браться за это дело в одиночку, — подумал он. — Теперь у нас нет времени».

— Как жаль, что твой отец не сказал, где у Марти встреча с похитителями, — сказал Боб.

— Может, он и сам не знает, — предположил Пит.

— Скорее всего, — сказал Юп. — Думаю, только похитители и Морнингбаум точно знают, где и сколько. Но мы должны это выяснить.

— Как? — спросил Пит. — Марти ясно дал нам понять, что не хочет, чтобы мы расследовали это дело.

— Я его прекрасно понимаю, — сказал Юп, — но, когда он отдаст кучу денег и не получит ничего взамен, у него возникнут другие чувства.

— Ты хочешь сказать, что похитители заберут деньги и все равно убьют Диллера? — сказал Боб.

Юп кивнул.

— Поэтому мы должны убедить Марти в необходимости нашего вмешательства. А чтобы сделать это, мы должны отловить его в ресторане «Эспето».

Боб присвистнул.

— «Эспето»! — воскликнул Пит. — Полегче на поворотах, Юп. Там же бывают только знаменитости и самые влиятельные люди Голливуда.

— Именно поэтому я уверен, что завтра мы найдем там Морнингбаума, — сказал Юп. — Самое подходящее место для позднего воскресного завтрака.

— Да, но там нам даже стакан воды не по карману, а твой белковый коктейль стоит, наверное, не меньше двухсот баксов, — возразил Пит.

Улыбка Юпа означала, что он обдумал этот момент и выработал план действий.

— Нам вовсе не обязательно там есть.

На следующий день в два Пит отвез Юпа и Боба в «Эспето». Юп заранее уточнил, что Марти заказал столик. Сам ресторан располагался в небольшом доме из мамонтова дерева, окруженном экзотическими японскими деревьями и садом камней. Единственное различие между «Эспето» и любым другим итальянским рестораном в Лос-Анджелесе заключалось в том, что стоимость каждого автомобиля на стоянке этого ресторана не уступала сумме государственного долга.

В ресторане они не скоро привыкли к полумраку. Сперва они вообще ничего не видели. Неслись звуки итальянской оперы, в воздухе плыл запах теплого чеснока.

Потом в темноте кто-то кашлянул. Пит вздрогнул. Это был метрдотель, высокий, лысеющий мужчина в идеально отглаженном смокинге. Он брезгливо смотрел на трех ребят.

— Что, позвольте узнать, вы тут делаете? — спросил он ядовитым ровным голосом.

«Какое ему дело?» — подумал Пит, пока не заметил, что на них надето. Боб был одет как всегда: хлопчатобумажные брюки, легкая рубашка, мокасины на босу ногу. На Юпе майка с надписью: «КОГДА ПРДИТСЯ КРУТО, КРУТЫЕ ПАРНИ ЗАВТРАКАЮТ». Да и сам Пит одет не лучше: майка с эмблемой рок-группы «Предельная скорость», которую он выбрал, чтобы быть похожим на Ричарда Фабера.

— Мы бы хотели поговорить с мистером Марти Морнингбаумом, — сказал Юп.

— Вы полагаете, он захочет разговаривать с вами? — спросил метрдотель.

— Скажите ему, что пришел Пит Креншоу, — ответил Пит.

Метрдотель нехотя кивнул и ушел. Скоро он вернулся и отвел их к столику Марти Морнингбаума. Марти сидел около окна, выходившего в японский садик. На столе было так много радиотелефонов и факсов, что едва оставалось место для маленькой тарелки фруктового салата. Наклонив голову набок, Марти смотрел на сыщиков.

— Здравствуйте, мистер Морнингбаум, — сказал Пит.

— Мне не нравится, когда ты сразу в трех экземплярах, — сказал Марти, покачав головой.

— Мистер Морнингбаум, нам известно, что вы получили второе письмо от похитителей, — сказал Юпитер. — Можем мы взглянуть на него?

Марти потянулся было к внутреннему карману пиджака, но в ту же секунду отдернул руку.

— Я предупредил Пита с самого начала, малыш: не лезьте в это дело. Я не хочу никем рисковать — ни вами, ни Диллером. Это мое последнее слово.

Один из радиотелефонов на столе зазвонил. Марти быстро снял трубку и начал говорить, забыв о существовании сыщиков.

Друзья направились к выходу.

— У него есть письмо от похитителей — это очевидно, — сказал Юп.

— Да, в кармане пиджака, — добавил Пит. — Как бы нам взглянуть на него?

Боб улыбался: такая улыбка всегда означала, что ибо у него есть план, либо он увидел красивую девушку. Сейчас она означала и то, и другое. Через минуту он остановил официантку, перекрыв ей дорогу. Это была восхитительная брюнетка с тремя серьгами в левом ухе.

— Как дела? — спросил Боб; знаменитое обаяние Боба Эндрюса работало на полную мощь. — Мы не знакомы, но что-то подсказывает мне, что, если я попрошу тебя об одолжении, каким бы странным оно ни было, именно ты мне и не откажешь.

Она весело улыбнулась в ответ.

— С каким продюсером ты хочешь увидеться? — спросила она.

Боб покачал головой.

— Я хочу, чтобы ты пролила что-нибудь на пиджак Марти Морнингбаума, а потом отнесла бы на этот пиджак на кухню.

Официантка перевела взгляд на Юпа, потом на Пита.

— На пиджак Марти Морнингбаума? А почему бы мне сразу не вскрыть себе вены? — сказала она. Чего ты хочешь? Украсть его бумажник? Или записную книжку? Ты просто ненормальный.

— Я не вор, — ответил Боб, глядя на нее честными глазами. — И это не шутка. По правде говоря, это вопрос жизни и смерти.

Официантка уставилась на Боба и в ответ получила его лучшую улыбку из серии «Какая ты красивая». Наконец и она улыбнулась.

— Почему бы и нет? Ну, уволят меня — какая разница? Мне уже надоела эта идиотская работа, — сказала она и ушла.

Чтобы не быть на виду, Боб, Пит и Юп выскользнули в буфетную между столовой и гостиной и стали ждать, гадая, сумеет ли она сделать то, что обещала.

Скоро они услышали звон разбитого стекла, и одновременно заговорили три голоса. Официантка извинялась. Метрдотель бушевал. А Марти был спокоен и снисходителен.

Через несколько секунд она принесла на кухню залитый водой пиджак.

— Дай мне чистое полотенце, — сказала она подруге.

Юп взял пиджак и залез во внутренний карман.

— Ура! — сказал Юп, доставая письмо. Он развернул его.

В письме говорилось:

«Приезжай к телефонной будке на автозаправке Гэри, авеню Ван Найза, в воскресенье в десять вечера. Выкуп — один миллион долларов. Приезжай один или Диллер — покойник».

Боб быстро переписал письмо, пока официантка, как сумасшедшая, вытирала воду с пиджака Марти Морнингбаума. Потом Юп убрал письмо обратно карман пиджака. Поблагодарив официантку, они бегом бросились к машине Пита. Там Юп перечитал копию письма.

— Кто-нибудь знает, где автозаправка Гэри? — спросил Юп.

— Я знаю, — ответил Пит. — Это большая заправочная станция, там всегда много машин. Весь обслуживающий персонал передвигается на роликах. Огромное количество народу приезжает туда просто поглазеть.

К восьми часам вечера сыщики были напротив заправки Гэри. Та ярко светилась неоновыми огнями, по радио гремела музыка. Пит поставил машину возле какого-то медицинского заведения и очень надеялся, что Морнингбаум не узнает его «вегу», когда подъедет.

А потом ребята просто смотрели и ждали. Со своего наблюдательного пункта они видели бензоколонку, людей на роликах и две телефонные будки. Одна из них была ближе к улице, а другая — к зданию.

Время тянулось медленно еще и потому, что они знали: до десяти ничего не произойдет.

— Зачем было так рано приезжать? — спросил Пит Юпа.

— Ш-ш-ш, едет, — прошептал Боб.

Было 9:58.

Они видели, как длинный белый «мерседес» медленно въехал на заправку и остановился у неработающего компрессора. Распахнулась задняя дверь, и вышел Марти Морнингбаум. В руках он держал большой кожаный чемодан.

Миллион долларов — в одном чемодане.

— В письме было сказано: «Приезжай один». Почему же Морнингбаум приехал с шофером? — удивился Юп.

— В Голливуде это и значит — один! — объяснил ему Боб.

Марти прижал к себе чемодан обеими руками и понес его к той телефонной будке, что была ближе к улице. Внутри ему с чемоданом было не развернуться. Ровно в десять часов, когда он закрыл дверь, раздался звонок.

Морнингбаум дал ему немного позвонить, вытер пот со лба. Он не отрываясь смотрел на свою машину.

— Чего он ждет? — спросил Пит.

Наконец он снял трубку. За время телефонного разговора он не произнес ни слова, только постоянно кивал на все, что ему говорили. Потом повесил трубку.

Пит включил двигатель «веги» и медленно выехал со стоянки вслед за автомобилем Морнингбаума. Так они доехали до начальной школы в тихом пригороде недалеко от Бель-Эр.

— Вероятно, похититель уже здесь, — тихо сказал Юп, когда они приближались к школе. — Нельзя, чтобы он нас заметил.

Пит выключил двигатель, и сразу же погасли фары. Потом они тихо шли следом за Марти, держась на приличном расстоянии от него. Они остановились в тени и смотрели, как Марти с грохотом тащит чемодан на колесиках по земле. Он подходил к детской площадке.

Было темно, небо покрывали тучи, сквозь которые пробивался слабый лунный свет. Пит почти ничего не видел. Но то, что он слышал, не вызывало никаких сомнений.

Он слышал, как Марти Морнингбаум поднял тяжелую стальную крышку мусорного ящика в центре детской площадки. Потом чемодан упал в ящик. Марти с грохотом и лязгом опустил крышку. Все кончено. Кожаный чемодан с миллионом долларов лежит в мусорном ящике.

Когда Марти приблизился к их укрытию в кустах, они затаили дыхание. Он прошел так близко, что них донесся запах его одеколона.

— Посмотрим, что будет дальше, — прошептал Боб.

— Возможно, что-нибудь увидим, — неуверенно отозвался Пит.

Ждать вообще скучно. Особенно на детской площадке. Скрипнули качели. Ветер или на них кто-то сидит? Хрустнули ветки. Ветер или на них кто-то наступил?

Грохот. Треск. Стальная крышка мусорного ящика! Нет, это не ветер, это кто-то берет чемодан!

В сотне ярдов Пит разглядел смутные очертания фигуры. Человек был один. Луна не высветила его. Похоже, он был в черном и темных лыжных очках. В Подростки ринулись к нему. Побежала и темная фигура.

Пит вырвался вперед; он выкладывался, как мог. Потом замер, как кошка. Шаги в темноте тоже стихли.

— Окружайте его со всех сторон! — крикнул Пит Бобу и Юпу. «Пусть парень думает, что нас не трое, а пятнадцать», — подумал он.

Где-то слева снова послышались шаги. Пит бросился петлять вокруг качелей. Потом остановился и прислушался. Тишина. Где Юп и Боб?

Наверное, тому тяжело бегать с чемоданом. Или он просто стал, решил Пит. Или ушел.

Удар! Боль в животе, от которой кругом пошла голова. Пит упал и лежал скрючившись, не в состоянии пошевельнуться.

Следующее, что помнил Пит, — шаги, приближающиеся к нему по хлюпающей грязи. Он дернулся встать, но кто-то очень большой навис над ним. Было так темно, что он не различал лица. Или он терял сознание? Чьи-то руки рывком посадили его и тряхнули.

— Пит, ты в порядке?

Это Юп. Голос встревоженный.

— Что случилось? — спросил Боб.

Пит помотал головой.

— Он ударил меня в живот, — сказал Пит. — У меня не было никакой возможности показать ему пару приемчиков каратэ. Наверное, меня ударили чемоданом с миллионом долларов. Чуть дух из меня не вышиб.

— Похититель от нас ушел. Ты тут бегал кругами, как сумасшедший, и, когда мы с Бобом тебя догнали, его уже не было, — сказал Юп.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Боб.

— Я чувствую голод, — ответил Пит.

— Он пришел в себя, — заключил Боб.

Через некоторое время Пит, Юп и Боб уже стоял в очереди в ближайшем закусочном ресторане «У Красавчика». Пит заказал двойной «Хитрый чизбургер». Боб заказал пончик с яблоком. А Юп раскритиковал название ресторана.

— Вы понимаете, что это просто смешно звать ресторан «У Красавчика»? — спрашивал он девушку, которая ждала его заказ. — И почему «Закусочный ресторан»?.. А что, есть рестораны, где не закусывают?

— Ты откуда сбежал, малыш? — спросила девушка.

— Юпитер, — резко поправил ее Юп.

— Я так и думала, — сказала она. — Будешь что-нибудь есть, малыш?

Когда наконец Юп присоединился к Бобу и Питу за столиком, он потягивал что-то из высокого пластикового стакана.

— Это подозрительно смахивает на клубничный молочный коктейль, — заметил Боб, когда Юп сел рядом.

— Она сказала, что это молочно-протеиновый коктейль, — объяснил Юп. — Просто у них другая технология приготовления.

— По-моему, другая технология состоит в том, что они кладут туда мороженое, — развеселился Боб.

Юп кашлянул.

— Поговорим о более важных вещах, — сказал он. — О похитителе. О парне, который приезжал за деньгами. Что-то в нем показалось мне знакомым.

— Я знаю одно: чемодан — опасная штука, — сказал Пит. — Счастье, что он не сломал мне пару ребер.

— Как тебе показалось: он ударил чемоданом сверху вниз или снизу вверх? — спросил Юп.

— Да какая разница? Больно было! — пожаловался Пит.

— Я имею в виду, он высокий или нет?

Пит откусил большой кусок от чизбургера. Кетчуп вытек и был похож на кровь.

— Когда мы за ним бегали, он мне маленьким не казался.

— Согласен.

— Значит, единогласно, — заключил Боб.

— Итак, мы знаем, что он нам чем-то знаком и что он высокий, — суммировал Юп.

— Таким образом, Ричард Фабер отпадает раз и навсегда, — сказал Пит. — В фильмах-то он большой, но я его видел: он маленький. Сильный, но маленький.

— Тогда кто же это был? — спросил Боб.

Пит пожал плечами. Юп снова вытащил копию второго письма и перечитал ее, видимо, в поисках ключа, который он мог упустить. Вдруг он перестав пить клубничный коктейль и закрыл глаза.

— Минуту. — Юп широко открыл глаза.

Он схватил маленькую пластиковую тарелку с недоеденным чизбургером Пита и поставил ее в центр стола. Рядом с тарелкой поставил соль. А ближе к краю стола — перец.

— Взгляните на письмо, — возбужденно сказал Юп, не дав, впрочем, им вчитаться. — Там сказано — подойти к телефонной будке на автозаправке Гэри. Окей, вот автозаправка Гэри. — Он указал на чизбургер. — Вот две телефонные будки. — Он указал на соль и перец. — Одна ближе к зданию, а другая — к улице. Пока все ясно?

— Да, но я не пойму, куда ты клонишь, — сказал Пит.

— Сейчас поймешь, — уверил его Юп. — Теперь, что происходит, когда приезжает Морнингбаум?

— Он выходит из машины и идет к телефонной будке, — сказал Пит, указывая на перец.

— И телефон тут же звонит, — добавил Боб.

— Точно! — воскликнул Юп и взял перец. — Мы не видели, чтобы он раздумывал, выбирая будку или бросая монетку. А в письме не было сказано, в какую именно будку ему надо идти. Но он идет прямо к этому телефону, и телефон тут же звонит! Как он узнал, по какому телефону позвонят похитители?

Минуту они сидели молча. Как всегда, Пит восхищен блистательным умом своего друга.

— Может, просто догадался, — предположил Боб.

— Это, конечно, возможно, — согласился Юп. — Но возможно и другое: Марти Морнингбаум знал по какому телефону ему будут звонить, потому что он сам имеет отношение к похищению!

Боб встал.

— Ты куда? — спросил Пит.

— Позвонить.

Пит и Юп удивленно посмотрели на Боба.

— Мы с Морган договорились встретиться через полчаса в студии, где записывают ночью, — объяснил Боб. — Но у Юпа, боюсь, появилась идея в духе «Пойдем обыщем кабинет». Так что лучше я внесу поправки в нашу встречу с Морган.

В час ночи сыщики подъехали к киностудии на грузовике со склада утильсырья, принадлежавшего дяде Юпа. Они остановились за квартал до высоких аркообразных железных ворот студии, чтобы выработать план действий.

— Отличное место. Вот только флагов не хватает, — заметила Морган, которая сидела рядом с Бобом в кузове. Ремень на ее черных кожаных брюках поблескивал в темноте.

— Большинство девушек верит, когда парень говорит, что не сможет прийти на свидание, — проворчал Юп.

— Я никогда не верю на слово, — сказала Морган. — Кроме того, я знаю, что Боб не отменит свидание, если его не отвлечет что-нибудь из ряда вон. Вот я и сказала себе: «Почему я должна упускать такое?»

— Окей, я еду к воротам, — сказал Пит. — Всем укрыться.

Как только Боб, Юп и Морган спрятались под брезентом. Пит подъехал к воротам и остановился у будки охранника.

— Пит Креншоу? — удивился охранник. — Ты что тут делаешь? Уже час ночи.

— Марти Морнингбаум позвонил моему отцу, как обычно, в полночь и велел явиться сюда и забрать все спецэффекты из павильона, где снимают «Душителей», — объяснил ему Пит. — Но отец так устал, что я решил его выручить.

— Ага, я слышал, что они прикрывают эту лавочку. Но мне никто не звонил насчет тебя, — сказал охранник, уставившись на Пита.

«Спокойно», — сказал себе Пит, затаив дыхание. Он ничего не ответил и ждал, пока охранник что-нибудь решит.

— Ну ладно, раз это ты, то все в порядке, иди забирай свои спецэффекты. Может, тебе сегодня даже удастся выспаться.

— Спасибо, — сказал Пит и включил двигатель. Миновав будку охранника, он выдохнул и поехал к маленькому домику, где был офис Марти Морнингбаума.

Боб выпрыгнул из грузовика и сказал:

— Морган, ты сиди в машине и карауль. Если поймешь, что идут охранники, жми на гудок.

— Сидеть в машине? — Морган хихикнула и покачала годовой. — Не пойдет. Мне жвачки не хватит.

Юп снова пристально посмотрел на Боба, и Морган это заметила.

— Расслабься, пончик! — сказала она и ущипнула Юпа за щеку.

Юп чуть не зарычал.

Между тем Пит нашел открытое окно. Через пять минут он изнутри отпирал друзьям входную дверь.

— Скорее, — прошептал он, — охранник идет в обход.

Когда все оказались внутри, инициатива перешла к Юпу.

— Так. Мы ищем нечто такое, что связывало бы Марти с той телефонной будкой или с похитителями. Это может быть записано на бумаге, может даже выглядеть как шифр. За дело!

Лучи трех маленьких фонариков заюлили по комнате. Юп просматривал картотеки. Боб изучал содержимое мусорных корзин. Пит занялся письменным столом Марти.

А Морган ходила, открывала шкафы и напевала.

— У кого-нибудь есть фотоаппарат? — спросила она.

Боб бросился к ней:

— Ты что-нибудь нашла?

— Нет, просто я бы хотела, чтобы меня сфотографировали.

— Извините, ребята, — тихо сказал Боб.

— Сценарии, контракты, сметы, — зачитывал Юп названия картотек. — Почтовые индексы.

— В мусорной корзине попадаются только записки типа «Пообедаем вместе», — сообщил Боб.

Пит смотрел на стол Марти. Там что-то есть, и Пит это чувствовал.

Он открыл верхний ящик стола. В свете фонарика он увидел с десяток разных часов, таблетки, расческу, зубную щетку, позолоченные метки для мяча в гольфе и фотографию Марти, Диллера и Марбла Экборн-Смита. Марбл, как на мишени, был обведен кружком.

Пит закрыл этот ящик и открыл другой. Там было пусто. Странно. Потом он посмотрел на телефон. Телефон четырехканальный, на нем масса кнопок самого разного назначения. Нашел! Вот оно!

— Посмотри, Юп, вот кнопка повторного набора.

Юп подошел к столу.

— Интересно, кому последнему он звонил? — задумчиво произнес Юп.

— Давай, — сказал Боб Питу, — нажимай.

Пит снял трубку. Загорелась лампочка. Он нажал на кнопку повторного набора.

Буп-буп-бип-буп-бип-буп-бип! — набран номер, по которому в последний раз звонили с этого телефона. Телефон начал звонить.

— Да, — сказал голос на другом конце провода. — Марти? Это ты, Марти?

Пит словно язык проглотил. Он оцепенел. Он узнал этот голос!

— Алло! Кто это? — говорил голос в трубке. Но Пит не отвечал. Голова у него кружилась. Он с шумом бросил трубку.

— Да что с тобой! — воскликнул Юп. — Кто это был? Кто подошел к телефону?

Пита трясло.

— Ты не поверишь. Я знаю этот голос. Это Диллер Рурк!

Конечно, это был не кто иной, как Диллер Рурк. Пит видел достаточно фильмов с ним, чтобы безошибочно узнать гортанный голос этого крутого парня.

— Объясни еще раз, — сказал Юп. — Ты нажал на кнопку повторного набора, и, когда телефон зазвонил, трубку снял Диллер Рурк?

— Точно.

Пит, Юп и Боб закрыли глаза. Все трое пришли к одному и тому же выводу.

— Итак, последним, с кем Марти Морнингбаум разговаривал с этого телефона, был Диллер, — сказал Боб. Он подумал минуту, потом нажал на кнопку повторного набора. Он ждал. Губы его шевелились, пока он считал звонки.

— Не снимает трубку, — сказал он наконец.

— Так, — сказал Юп. — Факт номер один: Диллера Рурка никто не похищал.

— Или — если его и похитили — он первая жертва похитителей, которой разрешают говорить по телефону — высказал свою версию Боб.

Морган захихикала и виновато взглянула на Юпа.

— Он такой смешной! Хочет — пусть подает на меня в суд. У меня отчим — адвокат.

Она села на стол Марти и стала болтать ногами.

— Факт номер два, — сказал Пит и сел в кресло Марти. — Марти знает, где сейчас Диллер.

— Если, конечно, никто другой не звонил с этого телефона Диллеру. — Это Морган предложила собственное объяснение.

— Возможно, — нехотя согласился Юп.

— Но вряд ли, — вставил Пит. — Диллер назвал меня по телефону «Марти».

— Верно, — сказал ему Юп. — Думаю, мы можем предположить, что все это время Марти знал, где Диллер.

— Итак, получается, что Марти и Диллер, вероятно, вместе и спланировали похищение от начала до конца: исчезновение, разгром в доме Диллера, письма от похитителей, — заключил Боб. — Но зачем?

— Вот именно, — сказала Морган. — Зачем самому красивому актеру Голливуда и Марти Морнингбауму гробить такой фильм, как «Душители-2»? Фильму обеспечен бешеный успех.

— Давайте еще поищем. — Юп снова принялся перебирать бумаги на столе. — Может быть, мы найдем здесь ответ.

Вдруг кто-то включил свет. Похолодев, они повернулись к двери. Там, держа одну руку на выключателе, а в другой сжимая дубинку, стоял охранник.

— Эй! Что вы тут делаете? — спросил он, растягивая слова. Он был южанин, высокий и тощий как скелет. Форменная фуражка была сдвинута на затылок, из-под козырька торчал клок соломенных волос.

Пит посмотрел на Юпа, Юп — на Боба, а Боб — на Пита.

— Я вас спрашиваю: что здесь происходит?

— Пит, — сказал Боб, — твоя очередь объяснять.

— Ага, как же, — отозвался Пит, — я уже объяснял в прошлый раз. Сейчас очередь Юпа. — И он указал на Юпа.

Если сначала охранник нервничал, то теперь он еще и был сбит с толку.

— Так. Вас не должно здесь быть — это я знаю точно. И я должен позвать подкрепление. Или сперва я должен вас обезвредить?

Нерешительность в голосе охранника дала Юпу зацепку. Он тут же заговорил самым взрослым и властным голосом, на какой только был способен.

— Офицер, я должен записать ваше имя и номер удостоверения. На самом деле это была проверка.

— Правда? — взволнованно сказал охранник.

— Да. Как вам, наверное, известно, в нашей компании принято периодически проверять навыки ваших агентов в реальных ситуациях. Мы прождали вас в этом офисе целый час, — врал Юп. Говоря, он продолжал перебирать вещи в столе Марти Морнингбаума.

— Час семь минут, — вставил Боб, строго посмотрев на часы. — Я-то знаю твою точность, Ю. Д.

— Довольно большой срок, чтобы оставаться не замеченным охраной, — сказал Юп.

— Вы уверены, что так долго? — Охранник нервно теребил подбородок.

— Вам многое придется объяснять начальству. — Юп достал лист бумаги из стола Марти и помахал им перед охранником. — Вот наш отчет, и нельзя сказать, что он составлен в похвальном тоне.

— Подождите. — Охранник изменился в лице. — Послушайте, ребята, я дорожу этой работой. Я же не знал, что сегодня проверка.

— Вы и не должны были об этом знать, — сказал Юп. — Вы только должны были исполнять свои обязанности.

— Может, проверите меня еще раз? — спросил охранник и посмотрел на Морган. — Я совсем недавно начал работать в этой компании.

— Что скажете, ребята? Дадим ему еще один шанс? — сказала Морган.

Юп кивнул и порвал бумагу.

— Мы надеемся, что в следующий раз вы справить лучше, — сказал Юп, выходя из офиса Марти.

— Не сомневайтесь, — сказал охранник вслед. — Теперь буду начеку. Сюда никто не войдет и не выйдет.

Оказавшись на улице, все четверо пошли к грузовику, и Морган взяла Юпа под руку.

— Лихо, — сказала она ему.

В темноте она не видела, что Юп покраснел.

— Вообще-то говоря, — начал, запинаясь, Юп, — придется признаться, хотя мне этого и не хочется…

— Тебе никогда не хочется признаваться, — поддразнил его Боб.

— …но, боюсь, я увлекся и порвал письмо, — сказал Юп, показывая порванную бумагу. — И в таком виде уже не мог оставить его на столе Марти.

— Это важное письмо? — спросил Пит.

— Думаю, да, хотя пока не знаю точно — почему, — сказал Юп. — Это письмо из страховой компании, и в нем говорится о страховке съемок «Душителей-2». Здесь сказано, что компания согласна выплатить Марти Морнингбауму двадцать миллионов долларов, то есть ту сумму, которую он уже потратил на съемки. Продюсеры часто страхуют фильмы таким образом, чтобы сберечь свои деньги в случае смерти актера или потери им дееспособности. Поскольку Диллер не в состоянии закончить картину, страховой компании придется возместить убытки Марти.

— Так вот оно что, — сказал Пит, хотя и не до конца понял, в чем дело. — Морнингбаум устроил это ложное покушение, чтобы получить страховку?

Юп покачал головой и прикусил нижнюю губу.

— Тут что-то не сходится, — сказал он. — Если это так, то они просто получают двадцать миллионов и фильм не выходит. Но первый фильм «Душители» собрал больше двухсот миллионов. Деньги, полученные по страховке, это капля в море по сравнению с возможной прибылью от «Душителей-2».

— Послушайте, ребята, а где все-таки Диллер? — спросила Морган.

Сыщики переглянулись.

— Давайте спросим Марти Морнингбаума, — предложил Юп.

Боб покачал головой:

— Он не скажет.

— Не мы будем его спрашивать, — пояснил Юп, — а Диллер. — Юп хорошо изображал людей и голоса. Сейчас он заговорил голосом Диллера: — Марти, это Диллер. Приезжай скорей. У меня неприятности.

— Здорово, но не пойдет, — сказал Пит. — Ты бы обвел вокруг пальца кого угодно, кроме Марти. Единственное, что может заставить его приехать, это голос самого Диллера.

— Голос самого Диллера, — медленно повторил Юп и несколько раз прищелкнул языком. — Думаю, это можно устроить.

Идея Юпа была блестящая, на что он не замедлил указать в процессе объяснения. Он напомнил Питу и Бобу о склеенной из разных кусков аудиокассете, всплывшей в недавнем деле в Мехико.

— Теперь мы сами можем организовать подобный трюк, — сказал Юп. Он объяснил, что, когда снимается фильм, звук пишется отдельно на четвертьдюймовую аудиокассету. Затем он переписывается на 35-миллиметровую катушку и в процессе редактирования монтажа синхронизируется с изображением. — Таким образом, все, что нам нужно, — это достать звуковые ролики из материалов съемочного дня, и тогда мы сможем «заставить» Диллера произнести необходимый текст. А потом мы оставим сообщение Диллера на автоответчике Марти.

Пит согласился, что идея блестящая, Боб был в восторге, а Юп — на седьмом небе от счастья. Тем более обидно, что Питу пришлось охладить пыл Юпа.

— Проблема только в одном, Юп. Звукозаписи хранятся в сейфе. Так что речь идет не просто о незаконном проникновении в помещение, но, возможно, о взломе сейфа. Забудь об этом.

Лицо Юпа вытянулось.

— Но ты не расстраивайся. Съемочные материалы нам не нужны, — продолжал Пит. — Почему не воспользоваться той кучей видеокассет с фильмами Диллера Рурка, которые мы взяли напрокат? Мы можем переписать звук на аудиокассету и потом его отредактировать.

Когда все четверо влезали в машину, Юп взглянул на Пита с восхищением, что бывало крайне редко.

Всю ночь в штаб-квартире «Трех Сыщиков» горел свет. Юп и Пит смотрели фильмы с Диллером Рурком, пока Боб провожал Морган домой. Когда Боб вернулся, Юп уже переписал часть диалога из фильма на отдельную катушку.

— Лучшие фильмы с Диллером — приключенческие, но они не очень годятся для наших целей, — сообщил Юп Бобу. — Большую часть диалога мы переписали из его комедии «Учитель гориллы».

— Да, — вставил Пит. — Диллер там работает в лаборатории с гориллами; в порядке эксперимента он заменяет декана колледжа гориллой, и никто не замечает подмены.

Потом Юп приступил к редактированию диалога. От фразы «Я бы выпил мартини» вскоре осталось только слово «мартини». Юп отметил, где на магнитной ленте заканчивается слог «ни», и вырезал эти звуки бритвой. Когда ленту склеили, голос Диллера говорил «Марти».

Вскоре из фраз «Мне нужна хотя бы минута на размышление» и «Спасибо за помощь» получилась фраза «Мне нужна помощь».

Только в семь утра в понедельник они наконец записали эту кассету. Потом позвонили в офис Марти. Включился автоответчик:

— Это Марти. Я сейчас тороплюсь, так что оставьте короткое сообщение, и я перезвоню вам, как только, смогу. Би-ип!

Юп включил магнитофон и поднес трубку к микрофону. Ясный и четкий голос Диллера говорил:

— Марти, мне нужна помощь. Приезжай скорей!

Юп быстро повесил трубку.

— Немедленно едем на студию: вся надежда на что Морнингбаум прослушает свой автоответчик только в офисе, — сказал Юп. — Он должен скоро появиться на работе, но не задержится там, особенно после того, как услышит это сообщение. Он, конечно, позвонит Диллеру, но я абсолютно уверен в том, что Диллер больше не подойдет к телефону. Слишком рискованно, особенно после вчерашнего звонка Пита. Поэтому, если все пойдет по плану, Марти сразу же поедет туда, где прячется Диллер, а мы за ним следом!

Автомобиль Марти Морнингбаума, сверкающие полировкой «порш-кабриолет», выехал с территории киностудии около полудня. Марти спешил. Он не помахал рукой охраннику. Он не притормозил прежде, чем выехать на дорогу, и резкий звук его шин, когда он прибавил газу, послужил другим предупреждением о том, что он сворачивает налево и ему все равно, как посмотрят на это остальные.

Руки Пита в полной готовности лежали на жестком пластиковом руле «веги». Его машина стояла на другой стороне улицы, и оттуда Пит видел, как Марти выехал с территории киностудии.

— Думаю, он получил наше сообщение, — сказал Пит.

— И что важнее, попался на удочку, — улыбнулся Юп.

Пит тронулся, держась на порядочном расстояний от «порша», и ехал в потоке машин. Они мчались вслед за Марти на север, и вскоре Лос-Анджелес с его пробками остался далеко позади. Вокруг были фермы и равнины. Через некоторое время Марти свернул с шоссе на узкую грунтовую дорогу, которая вела к прибрежным холмам. Повсюду росли сосны и секвойи. Когда Марти свернул на проселок, ведущий в тупик, Пит остановил машину и выключил двигатель. Они в трех часах езды от Лос-Анджелеса, и погоня закончена.

Сыщики выждали минут пять в машине, чтобы по дороге пройти незамеченными. Потом отправились в путь. За поворотом показался бревенчатый домик. Из трубы шел черный дым. «Что же там делают Марти с Диллером? — подумал Пит. — Сказал ли уже Диллер Марти, что это не он звонил?»

— Камин — это то, что надо, — сказал Пит, потирая руки.

В горах холодно, а троица была в футболках.

— Через заднюю дверь? — спросил Боб.

— Зачем? Войдем через парадную дверь, — сказал Юп.

Подойдя к двери, Пит посчитал до десяти. Потом разом ребята вышибли дверь. Они влетели в домик, надеясь тут же увидеть Диллера. Но Диллера там не было.

Они увидели просторную, скудно обставленную комнату, где вся мебель: обеденный стол, стулья, диван и небольшой книжный шкаф — была сколочена из вагонки.

Посреди комнаты Марти Морнингбаум занимался спортивной ходьбой на тренажере. Выглядел он, надо сказать, совершенно по-другому. Исчез озабоченный вид, усталый безжизненный взгляд, болезненно-серый цвет лица. Он будто бы был доволен, что сыщики вломились в его дом.

— Мальчики, мальчики, что происходит? — отеческим голосом спросил Марти. Он нажал на кнопку на часах и прекратил ходьбу ровно настолько, чтобы вытереть лицо полотенцем, которое висело У него на шее.

Трое сыщиков, не отвечая на его вопрос, принялись искать Диллера. Очень скоро они убедились, что Диллера нигде нет.

— Ребята, что вы тут делаете? — спросил Марти. В голосе ни намека на удивление. — Послушайте, я чуть не решил, что вы следите за мной.

— Мы по лесу гуляли, — сказал Пит.

— И искали змей, — добавил Боб, холодно разглядывая Морнингбаума.

— А как насчет пончиков? — весело спросил Марти.

— Пончиков? — Пит посмотрел на Юпа. — Что происходит?

Юп пожал плечами. Марти сиял; он был куда приветливее, чем раньше.

— Я, конечно, к ним даже не притрагиваюсь — сплошные калории, — сказал Марти. — Но что-то мне подсказало, что сегодня у меня будут гости. Так что я купил несколько штук в лавке. А тут и вы пожаловали. Какое совпадение!

— Чей это дом? — спросил Юп.

Часы Марти пикнули, и он снова принялся за ходьбу.

— Мой, — тяжело дыша, произнес он. — Я приезжаю сюда восстанавливать силы.

— Вы один? — спросил Юп.

— Конечно, нет, — ответил Марти.

От волнения Пит затаил дыхание и посмотрел по сторонам.

— На природе не бываешь в одиночестве, — продолжал Марти. — Свежий воздух, деревья, дикие звери — все это тебя окружает. Я не выдерживаю здесь и двух суток, бегу назад, в город.

Он снова остановился и сошел с тренажера. Потом вытер лицо полотенцем, и казалось, что его улыбка стала еще шире.

— Какие-то вы грустные, ребята. Что-то не так?

— Мы знаем, что сегодня вы прослушали сообщение на автоответчике, — сказал Юп. — Вы решили, что это Диллер Рурк просит о помощи. Поэтому вы и приехали сюда. Вы знали, что Диллер здесь.

— Диллер здесь? — Марти весело расхохотался. — Здорово придумано, ребята, но вы только оглянитесь. По-вашему, здесь кто-нибудь был за последнюю пару месяцев? Давайте же, смотрите.

Он бросил им вызов. Но ведь он прав: пол и мебель в пыли. Юп почесал голову.

— У нас в подвале с десяток банок, в которых хранится такая вот пыль, — сердито сказал Пит. — меня не обманете, когда дело касается спецэффектов.

— У вас, ребята, богатое воображение. — Марти покачал головой. — Но вы не правы. Я сегодня не получал никаких сообщений. Хотите — можете прослушать мой автоответчик. Там ничего нет. Я приехал сюда праздновать.

— Что праздновать? — спросил Пит.

— Разумеется, освобождение Диллера. Ну не удивляйтесь вы так. Вы еще не слышали последние новости? Похитители получили выкуп и отпустили Диллера. Я всегда знал, что так и будет.

Удивление — это слишком слабое слово.

— Когда это случилось? — спросил Юп.

— Пару часов назад. Как раз перед тем, как я уехал из Лос-Анджелеса, — сказал Марти. Он подошел к кладовой и открыл коробку пончиков. Потом стал доставать стаканы. — Выпейте молока. Вам еще надо расти, расти и многое узнать. — Он был очень доволен собой.

— Означает ли это, что теперь вы закончите съемку «Душителей-2»? — спросил Юп.

Марти тихо рассмеялся. Это был первый признак удивления за сегодняшний день.

— Знаете, к сожалению, уже столько времени упущено, что придется прекратить съемки «Душителей-2». А что мне остается? Представьте, в каком Диллер сейчас состоянии; к тому же потеряно слишком много времени. Актеры уже заняты в других фильмах. Да и фильм сам получался отвратительный. Из Джона Трависа режиссер как из меня сиделка.

— Понятно, — медленно проговорил Юп. Пора Уже было Юпу увидеть какой-то просвет, и он его увидел. — Вы просто не хотите заканчивать картину. Вы поняли, что ее ожидает провал, и решили получить двадцать миллионов долларов.

— Получить двадцать миллионов долларов? — спросил Марти, разливая молоко. — Ребята, да я потратил целое состояние на «Душителей-2».

— Но вы получите его обратно. За неоконченный фильм страховая компания обязана выплатить вам двадцать миллионов, — сказал Юп.

Стакан выпал из рук Марти и разбился об пол. Битое стекло. Дзинь-дзинь.

— А вы знаете о кинобизнесе больше, чем я предполагал, — заметил он. — Но потерянного не воротишь. Вы правы: страховка покрывает убытки от съемок. На то она и страховка. Все правильно, ребята

— А все ли правильно в подстроенном похищении с целью получить страховку? — резко спросил Юп. — Это называется «мошенничество».

Марти холодно посмотрел на них.

— Одно дело — сказать и совсем другое — доказать. Думаю, вам пора идти. Разговор окончен.

Когда они ехали обратно в город, Пит включил обогреватель, но ему все равно было холодно. Юп все смотрел на часы и волновался, что не успеет посмотреть пятичасовые новости. Без десяти пять — они все еще далеко от Роки-Бич, но Юп заметил у дороги обшарпанную забегаловку. Она была в плачевном состоянии, но с одним несомненным достоинством — большой спутниковой антенной на крыше.

— Останови здесь, — приказал Юп и выпрыгнул из машины прежде, чем она остановилась.

Народу в забегаловке не было, только повар, который в одной руке держал тарелку с яичницей-глазуньей, а в другой — вилку.

— Можно посмотреть новости? — спросил Юп.

Повар, продолжая есть яичницу, кивнул в сторону телевизора. Юп быстро включил телевизор и нашел «Новости в 5».

— Бывает, актеры играют героев, но сегодня один актер доказал, что он сам — настоящий герой, — говорил ведущий в камеру. — Сегодня утром полиция нашла молодого популярного киноактера Диллера Рурка; он в оцепенении бродил по улицам. Рурк сообщил полиции, что его только что освободили: до этого одиннадцать дней его держали заложником. Через некоторое время он повторил рассказ о своих мучениях на пресс-конференции. Корреспондент «Новостей в 5» был там…

Пошла видеозапись пресс-конференции: показали Диллера — он напряженно сидел за столом в полиции, перед ним была куча микрофонов. Темные очки закрывали его знаменитые голубые глаза. Диллер никогда не отличался вежливостью и терпением с репортерами, так что теперь ему пришлось туго.

— Вы дали полиции подробное описание похитителей? — спросил один из репортеров.

— Конечно. Я сказал, что один очень похож на тебя, — отозвался Диллер враждебно. — Да нет, приятель, я их не описывал. Я не знаю, как выглядят эти ублюдки. Днем они завязывали мне глаза, а ночью в комнате было совершенно темно. Я ни разу никого не видел.

— Диллер, вы теперь вернетесь к Виктории Джансен?

— Кто-нибудь выкинет отсюда этого ублюдка? — сказал Диллер. — Знаешь, парень, когда тебя одиннадцать дней держат связанным, тебе уже плевать на то, кто с кем встречается.

— Сколько было похитителей?

— Я же сказал: я их ни разу не видел.

— Всегда можно сосчитать голоса, — покачал головой Юп. — Он использует актерскую технику, чтобы сбить людей с толку.

— И знаешь что? — заметил Боб. — Ему это удается.

— Вас били?

— Нет, мы мило беседовали. — Диллер хмыкнул. — Вы все-таки удивительный народ. Хотите кровавых подробностей, стервятники? Ладно. Меня связали, били, и я орал как резаный. Надеюсь, они подавятся этим выкупом, так же как вы — своими вопросами.

Диллер ответил еще на пару вопросов, а потом встал и ушел. И полиция, и репортеры ему поверили. Более того, ему поверили все, кто в тот вечер смотрел новости — все, кроме трех сыщиков в пустой закусочной. Но те не знали, как доказать, что Диллер и Марти Морнингбаум лгут.

Посмотрев новости, Пит повез друзей домой и долго не говорил ни слова. Наконец его прорвало.

— Мы проиграли! — закричал Пит. Он ударил по рулю и случайно нажал на гудок. — Им это сойдет с рук. Как я мог так все испортить?

Юп долго не отвечал.

— Я не уверен, что мы все испортили, — сказал, он. — Возможно, нас просто перехитрили. Скорее всего, у Марти и Диллера был выработан определенный телефонный пароль. В любом случае они раскусили наш трюк с автоответчиком, так? Да, нас перехитрили — только и всего.

— Называй это, как хочешь, — сказал Боб. — Легче все равно не становится.

Доехав до Роки-Бич, Пит высадил Боба и Юпа и некоторое время кружил около дома Келли. И все время думал об одном: позови он Юпа раньше, может, все было бы по-другому? Сейчас этого уже не узнаешь.

Наконец, не выключая фар, он выскочил из машины, подбежал к дому и постучал в дверь. Вскоре на крыльце зажегся свет и открылась дверь. Келли стояла и смотрела на него сквозь сетку от комаров.

— Привет.

— Здравствуй, незнакомец. Разве я тебя знаю? Ты потерялся? С тобой что-то случилось? — спросила Келли. — Это мой дом, и здесь живу я. Это не штаб-квартира сыщиков и не автомагазин, где живешь ты.

Пит отодвинул сетку.

— Выходи. Давай поговорим.

— Говори, а я послушаю, — недовольно сказала Келли. Но все-таки вышла на крыльцо и стала рядом с Питом.

— Келли, я не хочу ссориться. Мне правда очень жаль, что так вышло. — Пит вдруг почувствовал, что руки у него тяжелые, как стопудовые гири. — Иногда то, чем я занимаюсь, не получается, но из этого не следует, что я не старался.

Келли удивленно взглянула на него.

— Что случилось Пит? Я первый раз вижу, чтобы ты был настолько выбит из колеи.

Пит полез в карман джинсов и вытащил оттуда кристалл, который дал ему Марбл Экборн-Смит. Он вложил кристалл в руку Келли.

— Что это? — спросила она.

— То, что мне уже не пригодиться, — ответил Пит.

— Почему?

— Потому, что он напоминает мне о одном деле, с которым я пытался справится в одиночку — и проиграл!

Двадцать четыре часа спустя у Пита все еще оставался отвратительный осадок от дела Диллера Рурка. То же было и с Юпом, который пытался утопить свои горести в нуге.

Пит смотрел, как ложка двигается вверх-вниз, туда и обратно — от пломбира с шоколадом и нугой ко рту Юпитера Джоунса. Стены кафе-мороженого буквально сотрясались от рок-н-ролла пятидесятых годов.

— Юп, ты уже второй пломбир ешь, — заметил Пит.

Юп поднял глаза от высокого бокала с мороженым, но не пошевелился, и ложка продолжала курсировать в прежнем направлении.

На входной двери зазвонил колокольчик, и в кафе вошел Боб. Он быстро придвинул стул к их столику.

— Привет, ребята, — сказал он. — У меня отличные новости. Саксу Сендлеру сегодня рано утром позвонил — знаете кто?

Юп пожал плечами.

— Я в последнее время не очень хорошо разгадываю загадки.

— Только представьте себе, — продолжал Боб, — рано утром звонит веселый и радостный Джон Травис. Сегодня вечером он устраивает у себя дома прием в честь возвращения Диллера Рурка. Он хочет, что там играла группа Морган.

— Прекрасный шанс для Морган, — сказал Пит.

— Мальчики, мальчики, — сказал Боб, подражая вчерашним интонациям Марти Морнингбаума. — я хочу сказать, что это наш шанс заставить Диллера во всем признаться.

— Нас пригласили на этот прием? — спросил Юп.

— По-твоему, нас остановит такая мелочь, как отсутствие приглашения? — с улыбкой спросил Боб. — Вот мой план: мы надеваем белые рубашки, черные брюки, черные галстуки-бабочки и темные очки. Дай Бог, чтобы официанты из фирмы, которой Травис заплатил за организацию приема, были одеты точно так же. Тогда мы теряемся на общем фоне и растворяемся в толпе!

Пит рассмеялся, и даже Юп прекратил еду на время, достаточное для улыбки.

Назавтра к девяти часам вечера прием был в полном разгаре, когда Юп, Боб и Пит подъехали к дому Трависа в Бель-Эйр. Найдя заднюю дверь, они прошли на кухню и взяли подносы с едой. Никто и не заметил их среди других нанятых на этот вечер официантов, которые бегали на кухню и с кухни, разнося горячие закуски.

— Окей, — сказал Пит. — Давайте проболтаемся в толпе, пока не найдем Диллера.

Дом Джона Трависа являл собой апофеоз страсти к готическим ужасам. Тяжелая старинная мебель обтянута темно-красным бархатом. Комнаты освещаются конусообразными свечами в высоких канделябрах и кованых подсвечниках. В центре гостиной, над троном, украшенным красными розами, висит транспарант, на котором красными с подтеками буквами написано: «С ВОЗВРАЩЕНИЕМ, ДИЛЛЕР!»

На открытой террасе с видом на бассейн играла группа Морган. Дом был полон голливудских знаменитостей и людей, связанных с кинобизнесом; повсюду ели и танцевали.

— Вон там Морнингбаум. — Боб пытался перекричать музыку. — Если он нас заметит, просто идите другую сторону.

— Я пока не вижу Диллера, — сказал Юп, уворачиваясь, чтобы не столкнуться с другим официантом.

Неожиданно кто-то подошел и взял себе еды с подноса Пита. Потом он снял с Пита черные очки.

— Чего ради этот маскарад? — спросил Пита Джон Травис.

— М-м, здравствуйте, мистер Травис, — сказал Пит. На большее его не хватило. Он не знал, что говорить.

— Сыщики из нас никудышные, так что мы решили попробовать, может, официанты получатся, — пришел на помощь Боб.

— Главное, не пробуйте себя в кинобизнесе, если конечно, не хотите, чтобы ваше сердце разбилось вдребезги, — посоветовал Травис.

— Что вы имеете в виду, мистер Травис? — спросил Юп.

— Я имею в виду то, что я потратил огромные деньги на этот прием в честь Диллера в надежде, что он вернется и мы закончим съемки «Душителей-2». Знаете, что он мне сказал? «Ciao. Au revoir. Hasta. Liego. Shalom». На любом языке это означает: «Проваливай». Ублюдок.

— Вы не знаете, где сейчас Диллер? — спросил Юп.

— Была бы моя воля — быть ему на дне бассейна, — сказал Травис. — Посмотрите в комнате пыток. Я видел, как он шел туда с Викторией Джансен.

Джон Травис объяснил, как пройти вниз по винтовой лестнице в темную комнату, где хранилась его коллекция старинных орудий пытки.

Казалось, вся комната была увешена цепями, шипами, гирями. Там сыщики и нашли Диллера с Викторией: они сидели на дыбе и разговаривали.

— Дилл, тут пришли трое сыщиков, которые тебя искали, — сказала Виктория, приветливо улыбаясь

Диллер же разглядывал их с нескрываемой неприязнью.

— Привет, — процедил он сквозь зубы.

— Вам, должно быть, пришлось нелегко во время похищения, — сказал Боб.

— Да, — спокойно ответил Диллер. — Чтобы выжить, нужно максимально использовать свои внутренне возможности. Это вы не давали покоя Марблу?

— Не давали покоя? — переспросил Пит. — Что вы, я в свое время был в восторге от его субботних сеансов борьбы.

— Мы бы хотели задать вам несколько вопросов, ведь похитители все еще на свободе, — сказал Юп. — На пресс-конференции вы заявили, что не можете точно сказать, сколько именно их было. Вы не пробовали сосчитать их голоса?

Диллер покачал головой.

— Они все время изменяли голоса, — ответил он. — Чтобы запутать меня, понимаешь? — Он и глазом не моргнул, спокоен, как никогда.

— Вы не могли бы изобразить хотя бы один из голосов? — попросил Юп.

— Слушай, ты, пузан… — начал Диллер, спрыгивая со средневекового орудия пытки.

Виктория положила ему руку на плечо.

— Они же пытаются помочь тебе, Дилл, — сказала она.

— Вам это будет совсем не трудно — вы же актер, — сказал Юп, делая ударение на последнем слове. — Попробуйте сказать: «Привет, Марти. Это ты, Марти?» — голосом одного из похитителей. А потом произнесите те же самые слова вашим собственным голосом. Думаю, нам это очень пригодится.

— Давай же, Дилл. Помоги им, — сказала Виктория.

Диллер произнес эти слова. Он произнес их дважды: раз — чужим голосом и раз — своим собственным. Пита пробрала дрожь. Голос Диллера звучал точно так же, как тот голос, который услышал Пит, нажав кнопку повторного набора в офисе Морнингбаума. Пит кивнул Юпу, и тот кивнул в ответ.

— Мы видели фотографию, где вы связаны, — сказал Юпитер. — Скажите, вы все время были связаны?

На Диллере была бирюзовая рубашка свободного покроя с короткими рукавами. Он посмотрел на свои запястья, на которых не было и следа от синяков, а затем — на Юпа.

— Нет, не все время. Меня просто держали взаперти.

От этого удара он увернулся. Неплохо справляется, подумал Пит.

— Откуда взялось стекло? — спросил Пит.

— Какое стекло?

— Стекло в вашем доме, — объяснил Пит. — Оно было везде, куда ни глянь.

Вдруг все огни в доме начали мигать.

— Прошу всех пройти в кинозал, — услышали они голос Джона Трависа по радио. — У меня для вас сюрприз.

— Пойдем, — сказал Диллер Виктории. — Эти ребята действуют мне на нервы.

— Так как насчет стекла? — спросил Пит.

— Послушай, парень, меня схватили и надели какой-то мешок на голову, — сказал Диллер, проходя мимо ребят. — Все, что я знаю, это то, что они устроили там хороший разгром. Я еще не был дома. Расслабьтесь, ребята. — Они с Викторией вышли из комнаты пыток на винтовую лестницу.

— По-моему, нам удалось заставить его понервничать, — сказал Юп, когда они ушли.

Пит окинул взглядом орудия пыток.

— Тут кто хочешь разнервничается.

— Нам не нужно, чтобы он нервничал, — сказал Боб. — Нам нужно, чтобы он допустил ошибку. Но он прекрасно владеет собой. Боюсь, он выйдет сухим из воды.

Когда они оказались наверху, в кинозале, Травис уже стоял перед большим экраном.

— Мы все собрались здесь только по одному поводу: сказать Диллеру, как мы рады, что он жив и здоров, — сказал Джон. — Мир так и не узнает, что не лишился одной из своих лучших небритых звезд. — Смех в зале. — Я только хочу сказать, что работа с Диллером доставила мне огромное удовольствие, и я надеюсь, что в следующий раз мы доведем картину до конца.

Смех, хотя некоторые в зале покашливали и переглядывались.

— А как насчет сюрприза? — крикнул кто-то.

— Сюрприз, — улыбнулся Джон, потирая руки. — Сюрприз — это тайна. У всех нас есть свои тайны, которые мы хотели бы хранить вечно, и Диллер не исключение.

Пит внимательно посмотрел на Диллера: ни один мускул на его лице не дрогнул.

— Мы с Диллером не первый раз работаем вместе, — продолжал Джон. — Его первый фильм, вообще говоря, был и моим первым фильмом.

— Только не «Вампир в шкафу»! — крикнул Диллер, притворно смущаясь. — Фильм был настолько чудовищный, что даже не пошел в прокат. Я там был совершенно отвратительный.

— Безусловно, да и я тоже. Думаю, тогда бы никто не сказал, что у меня есть задатки блестящего режиссера, — сказал Джон. Он сделал паузу, ожидая аплодисментов. — Леди и джентльмены, друзья, хотя Диллер об этом и не знает, но у меня сохранилась единственная копия моего первого фильма «Вампир в шкафу» с Диллером Рурком в главной роли. И сейчас я с огромным удовольствием приглашаю вас посмотреть эту картину.

Публика взревела и разразилась аплодисментами.

— Свет! Камера! Начали! — скомандовал Джон.

Погас свет, зазвучала страшноватая музыка. Фильм был ужасный. На подростков в школе-интернате нападают вампиры, чьи склепы потревожила ходуном ходившая дискотека.

Диллер оказывается в числе первых укушенных, вскоре он возвращается на экран уже не как ученик, а как вампир. Он в черном плаще, лицо бледное, с зеленоватым оттенком, щеки от черных кругов под глазами кажутся впалыми.

Пит сильно толкнул Боба и Юпа, Юп вскрикнул «Ой!»

— Ты видишь? — прошептал Пит. — Помнишь эти кадры?

В темноте засветилась улыбка Юпа.

— Прекрасно помню. На Хэллоуин, в ночь, когда разгромили нашу штаб-квартиру, Диллер Рурк был в том же самом костюме!

На экране Диллер Рурк, одетый светящимся вампиром, кровожадно нападал на людей.

— Я же говорил: нам нужно, чтобы он допустил ошибку, — взволнованно шептал Боб. — Прекрасный ход, Диллер!

— Теперь мы можем с точностью сказать, где был Диллер на Хэллоуин, — сказал Пит. — Он вломился в нашу штаб-квартиру в костюме вампира. Никакие похитители его не прятали.

Юп тоже радовался, но сдержаннее.

— У нас есть видеозапись, на которой кто-то вламывается в нашу штаб-квартиру. Но проблема в том, что мы не можем доказать, что это был Диллер, — сказал он. — Но если поторопиться, мы, наверное, сможем использовать эту запись, чтобы выжать кое у кого признание.

— Замечательный план. Мне он уже нравится, — сказал Пит.

— Прекрасно, — ответил Юп, — тем более что тебе в нем отведена главная роль.

Оказалось, что главная роль Пита заключалась в следующем: ехать в штаб-квартиру, взять видео-кассету и мигом вернуться обратно на прием. Вернуться прежде, чем кончится фильм, — в этом был весь смысл.

Сердце Пита бешено колотилось, когда он давал экзамен своей маленькой «веге» по дороге к Роки-Бич. Тормоза не схватывали сразу, акселератор не выжимался до упора. Почему неисправности в его автомобиле вылезают всегда некстати? Ладно, исправим говорил он себе. Даже хорошо, что все это отвлекало его от движения часовой стрелки.

Добравшись до штаб-квартиры, он выскочил и побежал искать видеокассету. 29 октября. 30 октября. 31 октября! Сюда-то Юп ее и положил. Пит подбросил кассету в воздух, поймал — на счастье, — прыгнул в машину и отправился обратно в Бель-Эр.

Когда Пит вернулся, гости жуткого готического особняка еще смотрели «Вампира в шкафу» и хохотали. Он тихонько пробрался в будку в конце кинозала где был установлен проектор. К счастью, там никого не было. Пит вставил видеокассету в магнитофон. Нажал на несколько кнопок — и кинопроектор стал работать медленнее и остановился. В ту же секунду заработал видеопроектор, и на экране пошла запись взлома штаб-квартиры, учиненного Диллером.

Пит вернулся к Юпу и Бобу. Публика смеялась пуще прежнего.

— Отличный монтаж, Травис, — крикнул какой-то молодой актер. — Где это снимали?

— Как это тебе удалось, Травис? Ты что, снимал с закрытыми глазами? — крикнул кто-то другой.

В эту секунду на экране Диллер вышибал дверь штаб-квартиры.

— Диллер, ты никогда не слышал, что полагается стучать в дверь? — спросила одна женщина.

Она произнесла заветное слово «Диллер». Теперь Пит, Юп и Боб знали, что они почти у цели.

— Послушайте, это не я, — сказал Диллер; он был встревожен.

В кинозале вспыхнул свет. Джон Травис повернулся к Диллеру и пронзил его ледяным убийственным взглядом.

— Где были сняты все эти кадры? — спросил Джон.

Пальцы Диллера обжимали голубой кристалл.

— Я же говорю тебе, это не я, — сопротивлялся он.

— Не ты? А кто же? Президент Кеннеди? Конечно, это ты! — сказал Джон.

— Это не я, — обреченно возражал Диллер.

— Диллер, — попыталась убедить его Виктория Джансен. — А кто же еще это может быть? Ведь ты оставил себе этот костюм, когда вы закончили съемки. Зачем ты отпираешься?

Марбл Экборн-Смит, который был в числе приглаженных, встал и простер руки вперед, словно желая успокоить и без того притихшую публику.

— Иногда мы кажемся не теми, что есть на самом деле, даже если остаемся самими собою, — сказал он.

— Красиво излагаете, Марбл, — подал голос Пит из дальнего конца зала. — Но вы всего-навсего «Силач-Томми-поднимет-две-тонны» — или я съем свою шляпу.

Марбл быстро сел на место, а Диллер беспокойно заерзал в кресле.

— Пора кому-нибудь объяснить, что тут происходит, — сказал Джон Травис.

Пит, Юп и Боб быстро, с видом победителей прошли к экрану.

— Мистер Травис, — начал Юп, — видеокассета, которую вы только что видели, принадлежит нам. Она была записана на Хэллоуин, ровно девять дней назад. В тот вечер Диллер Рурк вломился в нашу штаб-квартиру.

Публика охнула, потом раздались смех и недоверчивое бормотанье.

— Но это невозможно, — сказала Виктория Джансен. — Диллера похитили за три дня до Хэллоуина.

— Никакого похищения не было, — объявил Юп. — Исчезновение Диллера было сплошной мистификацией.

Внезапно раздался писк часов Марти Морнингбаума. Марти встал.

— Я не могу спокойно сидеть и слушать бредни мальчиков с больным воображением. Может, они наркоманы. Все мы знаем, что Диллера похитили. Выгони их, Травис. — Он начал было протискиваться к проходу, но Пит преградил ему дорогу.

— Мистер Морнингбаум, прошу вас остаться, — сказал Юп. — Ваше имя будет еще неоднократно упоминаться.

— Что это значит? — спросил Джон Травис.

— Спросите Диллера Рурка, — посоветовал Пит.

Диллер встал, словно тоже собирался уйти. Но на него смотрели все, и он должен был доиграть роль. Он взглянул на Марти, потом на Юпа, Пита и Боба. Пит подумал, что у него взгляд загнанного зверя.

Наконец он снова сел, точнее, уселся верхом на спинку своего кресла.

— Ладно, все в порядке, меня никто не похищал, Окей? Это была шутка.

— Шутка? Ты остановил съемки моего фильма — и это шутка? — сердито закричал Джон. — Да как ты мог пойти на такое?

Марти Морнингбаум сел; на лице его ясно читалось отвращение.

— Наверное, было бы проще убить тебя, Джон. Тогда бы мы были уверены, что ты больше не станешь снимать фильмы.

— Будь мужчиной и посмотри наконец фактам в лицо. «Душители-2» были обречены на полный провал, — сказал Диллер. — Даже лучшие части фильма были кошмарные. По-моему, фильмы такого уровня тебе просто не по зубам, Джон.

— Кто бы говорил! — крикнул Травис.

— Например, я, — отозвался Марти Морнингбаум.

Диллер язвительно рассмеялся и посмотрел на свой голубой кристалл.

— Сейчас я расскажу вам, как было дело, и мы все хорошо посмеемся, — обратился он к публике. — Недели две назад мы с Марти просматривали съемочные материалы. С каждой записью ему делалось все более тошно. Наконец он сказал мне, что уже потратил целое состояние на этот фильм и что если съемки будут завершены, то потеряет еще двадцать миллионов. Повторялась история с «Вампиром в шкафу». Я понял, что если фильм пойдет в прокат, моя карьера кончится быстрее, чем закипит чайник. Так что, когда Марти выложил мне свой план, я тут же согласился. Не обижайся, Травис.

— Я и не обижаюсь, — согласился Джон, — потому что тебя и Марти посадят.

— Посадят? — Диллер вышел на сцену и встал перед экраном. — Нет, так не пойдет. Игра была нечистая, окей? Но это только потому, что у меня была прекрасная двойная роль. Я должен был одновременно быть похитителем и жертвой. И я действительно вжился в образ похитителя. Например, когда учинил разгром в собственном доме. Там ведь будто ураган прошел, верно?

— Стекло, — перебил его Пит. Он снова почувствовал, что задыхается. — Откуда взялось битое стекло?

— Гениальная идея, — сказал Диллер. — Понимаешь, мне нужно было взять с собою свои кристаллы. Я держал их в стеклянном ящике. Я понял, что, когда придет полиция, она поинтересуется, что было в ящике и куда это делось. Было бы очень подозрительно, приятель, если бы похитители позволили мне взять с собой кристаллы.

— И поэтому, чтобы придать месту действия еще более ужасный вид, вы разбили стеклянный ящик, — сказал Юп. — Вот откуда взялось битое текло на полу.

— Да, — согласился Диллер, — этот похититель был жуткий тип. Вот и на детской площадке, где я должен был забрать выкуп, и в какой-то момент я чуть с ума не сошел. Вы, ребята, гонялись за мной. Я со всей силой стукнул кого-то из вас чемоданом. Просто невероятно, что этот парень пришел в себя.

— Да, невероятно, — согласился Пит, вспомнив, что он чувствовал, когда из него словно выпустили воздух.

— На Хэллоуин мы только-только начали заниматься этим делом, — сказал Юп. — Зачем же вы разнесли нашу штаб-квартиру?

— Марти мне про вас рассказал, — ответил Диллер, — и мой похититель как с цепи сорвался. Я решил, что он захочет сразу же отпугнуть вас от этого дела.

— Я предупреждал тебя, — не выдержал Марти. — Я говорил, что это рискованно. Но нет — тебе обязательно надо переиграть.

— Послушайте, в чем дело? В чем, собственно преступление? — сказал Диллер. — Ну, будет одним фильмом меньше. Ничего страшного — Америка это переживет. А что до моего недельного отпуска, то я спас свою карьеру и получил миллион долларов.

— Вы собираетесь оставить эти деньги себе? — спросил Пит.

— Обязательно, — ответил Диллер. — Это половина той суммы, которую страховая компания заплатила Марти. А что, я должен вернуть эти деньги?

Пит кивнул.

— Да, при этом тебя надули, красавчик, — сказал он. — Чек, который Марти получил от страховой компании, был на сумму в двадцать миллионов долларов.

Диллер резко обернулся и посмотрел на Марти.

— Ха! Вот что получается, когда веришь продюсеру, — сказал Джон Травис. — Они всегда стараются заплатить тебе меньше, чем следует. Все актеры — дети.

— А все режиссеры — эгоисты, — горько отозвался Диллер.

В комнате стало тихо, потом кто-то поднялся, чтобы уйти.

— Виктория, ты куда? — спросил Диллер.

Виктория Джансен была уже у дверей, но обернулась и посмотрела на Диллера.

— Я не хочу дожидаться конца этой истории, — грустно сказала она. — Приедет полиция и заберет преступников. Это была не лучшая твоя роль, Диллер. Тебе больше шло амплуа положительных героев.

После ее ухода вечер расстроился окончательно. Марти Морнингбаум обещал полное объяснение случившегося, но никто не собирался его слушать.

— Вас выслушает полиция, мистер Морнингбаум, — сказал Юпитер и взглянул на часы. — Я вызвал их пару минут назад.

Почти всю ночь показания протоколировали в полицейском участке. Когда сыщики отправились домой, уже светало. Пора возвращаться в Роки-Бич и к нормальной жизни. Через несколько часов они пошли в школу. После школы Пит и Боб работали. Юп приводил в порядок материалы, связанные с делом Диллера и возился с новой электроаппаратурой.

Как правило, троица очень много говорила о только что распутанном деле. Но не на этот раз. Они выиграли, но чего-то не хватало. Казалось, расследование еще не закончено.

Несколько дней спустя Пит приехал в штаб-квартиру с письмом от Марти Морнингбаума. Он выложил письмо на стол, и Юп и Боб прочли:

Первым заговорил Боб, когда все прочли письмо:

— Я ему не верю. Он чуть не угодил в тюрьму и хочет на этом заработать! Будем бросать жребий, кому порвать письмо!

Не дожидаясь жребия, Пит порвал письмо на мелкие кусочки и бросил их в мусорную корзину.

— Вот так! — произнес он удовлетворенно. — Теперь дело закрыто.

Пит хотел сказать что-то еще, но не смог. Он снова почувствовал, что задыхается.

— Я не могу дышать, — с трудом проговорил он. — Всякий раз, когда я думаю об этом деле или просто слышу слово «душители», я не могу дышать.

— Постарайся расслабиться, Пит, — сказал Юп. — Я собирался объяснить тебе, в чем дело.

— Что это, Юп? — спросил Пит. — Гипноз? Кристаллы? Сглаз? Это сделал Марбл? Что со мной происходит?

Юп открыл ящик своего стола и достал оттуда газетную вырезку. Он протянул ее Питу:

— Вот еще одна загадка, которую я разрешил. Думаю, сейчас ты все поймешь.

Пит прочитал заголовок статьи и чуть не открыл рот от удивления. Заголовок был следующий: «В пять раз увеличилось количество цветочной пыльцы в связи с самым долгим периодом цветения карантинных сорняков».

— Это не удушье и не сглаз, — сказал Юп. — Это всего-навсего сенная лихорадка, Пит.

— Апчхи! — ответил ему Пит.

Соответственно, свыше 185 см и около 73 кг.