Перу — страна уникальных ландшафтов и непередаваемых словами красок. В ней есть непроходимые джунгли и многоводные реки, высокие горы, пустыни и бушующий океан. И до сих пор здесь все еще живы легенды о потерянных городах и мифическом золоте инков…

Столица Перу была основана в 1535 году. Ее основатель испанский конкистадор Франсиско Писарро считал это место чрезвычайно неприветливым. А вот его солдатам нравилось. В случае нападения индейцев из Лимы можно было быстро сесть на корабль и бежать.

Через пять лет после основания Лима стала столицей испанских колониальных властей и получила титул «прекрасного, восхитительного, верноподданного города королей». В Лиме жить было не слишком удобно: почти не было источников пресной воды, постоянно дул ветер и практически бесплодная земля.

Современные жители Лимы набережную Тихого океана любовно называют Коста-Верде, что значит «зеленый берег», хотя правильнее было бы назвать его «коричневым». А потому у жителей Лимы есть одна мечта — посадить траву и деревья. Церковь Сан-Франциско, входящая в комплекс одноименного монастыря, — одно из самых красивых сооружений в Лиме. За последние 400 лет обитель монахов-францисканцев не раз восстанавливали после землетрясений. И когда во время одного из них рухнула часть внешней стены здания, на ней обнажились древние фрески. Но самое примечательное в монастыре — подземные тоннели и гробницы, служившие в колониальный период городским кладбищем.

Главный вокзал города — первое здание со стальными конструкциями, по частям доставленными морем из Англии и собранными в 1908 году.

Спроектированный испанцами центр Лимы геометрически абсолютно правилен: все улочки пересекаются под прямым углом. И жители до сих пор называют его планировку «шахматами Писарро».

На центральной площади Лимы веками была сосредоточена власть, олицетворение которой — фигура Франсиско Писарро. Отношение к покорителю страны инков, завоевателю и тирану, в Перу далеко не однозначно. Но 18 января 1985 года в честь 450-й годовщины основания города его останки торжественно перезахоронили в главном соборе. На второй по значению площади города — Пласа-де-Сан-Мартин возвышается конная статуя аргентинского генерала Сан-Мартина, объявившего независимость Перу 4 июля 1821 года.

Впрочем, в Лиме с одинаковым почтением относятся к историческим антиподам, считая обоих национальными героями.

Город Арекипа — второй по величине в стране и крупный экономический центр юга. Он находится в тысяче километров от столицы на высоте 2 335 метров над уровнем моря.

Арекипу основал испанский конкистадор Франсиско де Карвахал в августе 1540 года. И поначалу весь город состоял из одного-единственного поместья, которое так и называлось: Прекрасная вилла Арекипа. Вилла стала перевалочным пунктом для караванов. Позднее вокруг виллы вырос целый город. По одной из версий, Арекипа получила свое второе название — «белый город» за прекрасные дома из белого вулканического камня. По другой — из-за большого количества в поселении европейцев. Арекипа, без сомнения, самый независимый город Перу. В разговоре с вами житель города не преминет несколько раз заметить, что он — вовсе не перуанец, а арекипянин. Жители города хранят «паспорта граждан независимой Арекипы», не имеющий, разумеется, никакой юридической ценности.

Арекипу можно назвать одним из самых красивых примеров испанской колониальной архитектуры во всей Южной Америке. Большинство величественных патрицианских домов построены еще в конце XVIII века.

Пожалуй, главная достопримечательность Арекипы — известный на весь мир женский монастырь Санта-Каталина. И хотя Святая Каталина (по-нашему — Святая Екатерина) никогда не бывала в Арекипе, монастырь носит ее имя. Он был основан почти одновременно с городом. Но открыт для посещения всего 30 лет назад — в 1970-м.

Горожане издавна отправляли в него девочек в возрасте 12 —14 лет. Отдать дочь в монастырь было очень престижно. Считалось, что это могло спасти души всех ее родственников. Оставаться послушницами девушки могли не более трех лет. Когда же одна из них проходила под красной аркой — в синюю часть, это означало, что она навсегда оставалась здесь, но уже монахиней. Были времена, когда здесь жили 175 монахинь. Сегодня в монастыре — всего 25 женщин. Самой младшей из них — 25 лет, самой старшей — 90. И теперь, скрывшись от мира, они живут в небольшой, новой части монастыря. Она находится за отдельной дверью. И входить любопытствующим туда строго-настрого запрещено.

Отправляясь в путь, нам пришлось выслушать немало рассказов о коварстве гор, опасных переправах через реки и частых горных обвалах. Наш путь лежал в Уанкайо. Большинство приезжих добираются сюда по железной дороге — самой высокогорной в мире. Она берет начало от главного лимского вокзала и представляет собой более 1 000 километров зигзагов, тоннелей и эстакад. Пассажирам иногда даже требуются кислородные маски.

Главная цель нашего путешествия по городу Уанкайо — монастырь Санта-Роса-де-Окопа.

Этот один из самых старых монастырей в Перу был основан в 1725 году монахами-францисканцами. Санта-Роса-де-Окопа служил отправным пунктом для миссионеров, намеревавшихся обратить перуанских индейцев в католичество. Пытаясь попасть сюда, многие монахи поплатились жизнью. Одни погибли по дороге от рук дикарей-индейцев, другие были съедены дикими животными в джунглях.

Миссионеры, как и следовало ожидать, встретили жестокий отпор индейцев. Дикари не желали обращаться в чужую веру. Многие из слуг божьих приняли мученическую смерть. Об этом в монастыре напоминает своеобразная «доска почета», на которой висят портреты 54 священников. Последний из них погиб не так давно — в 1925-м. Католические монахи внесли немалый вклад в исследование Южно-Американского континента. На карту были нанесены первые тропы по Амазонии, реки, горы, поселения, а также животные и индейские племена.

Главная гордость монастыря — библиотека. Большинство книг привезли сюда в седельных сумках европейские священники, пересекавшие Анды на мулах. У основателя книгохранилища ушло более трех лет на то, чтобы классифицировать и расставить книги по полкам. Эта библиотека — самая большая в Перу и лучшая во всей Латинской Америке.

Самые старые книги здесь — европейские манускрипты по биологии, астрономии и теологии, дневники с описаниями завоевания испанцами Нового Света. Одна из самых ценных — библия 1564 года на немецком языке. А самая старая книга была написана в 1490-м. Что удивительно — в библиотеке нет никаких систем, поддерживающих постоянную температуру и влажность. На протяжении многих лет прохладный и сухой горный воздух служит природным хранителем более 25 тысяч томов. В галереях монастыря содержится богатая коллекция картин неизвестных авторов. А неподалеку от библиотеки — музей животного мира. Здесь становится понятно, что святые отцы-францисканцы были не только отважными миссионерами, но и храбрыми таксидермистами…

Чтобы поддерживать в надлежащем состоянии такой большой монастырь, нужны немалые средства. Основное бремя по содержанию монастыря взяли на себя братья-монахи из далекой и богатой Испании. В качестве гуманитарной помощи в 1905-м сюда из Германии привезли старенький орган. Сегодня францисканцы предпочитают получать помощь деньгами. Покидая монастырь, мы заметили начертанные на одной из стен до боли знакомые слова: «Кто не работает, тот не ест»…

История происхождения Куско, находящегося в перуанских Андах на высоте 3 399 метров над уровнем моря, уходит корнями в глубокую древность. Археологические раскопки в одном из районов города доказывают, что люди в этих горах жили еще 3 000 лет назад. А индейская легенда гласит, что прародители инков — Манко Капак, его сестра и жена — Мама Окльо вышли из вод озера Титикака и основали город. Они искали место, где золотой посох Манко Капака войдет в землю. А найдя его, основали Куско. Сегодня Куско называют исторической или археологической столицей Америки. А ЮНЕСКО объявило его культурным достоянием человечества.

Сверху, с горы, на город смотрят две древние инкские статуи — каменная и бронзовая. Обе были установлены еще инками в честь Инки Пачакуте, сделавшего город Куско столицей древней империи Инков.

На центральной площади Куско сосредоточена вся жизнь города. Здесь говорят на всех языках мира, кроме… русского. И, несмотря на обилие полиции, воруют в Куско везде — из автомобилей, на улицах, в гостиницах и ресторанах. Здесь легко стать очередной жертвой перуанских воров. А потерять бдительность довольно просто — достаточно заглядеться на поразительные здания города. Массивные стены, сложенные из искусно подогнанных друг к другу камней, говорят о могуществе цивилизации, пять столетий назад управлявшей большей частью Южно-Американского континента. В период расцвета Куско мог похвастаться сложной системой водоснабжения, мощеными улицами и отсутствием бедных. Тогда население Куско составляло примерно 15 тысяч человек. Испанцы, захватившие город, строили свои здания на фундаментах инков. На инкских основаниях в Куско стоят не только католические храмы, но даже армейские бараки и здание полиции.

Собор в стиле испанского ренессанса стоит на древнем каменном основании индейского храма Инка Виракочи. На его строительство ушло целое столетие. А звук самого большого в Южной Америке 300-летнего колокола Мария Ангола, отлитого из золота, серебра и бронзы, весом в тонну, слышен за 40 километров.

В честь победы испанских конкистадоров над индейцами справа от Собора была сооружена церковь Эль-Триунфо. До нее на этом месте стоял храм с тростниковой крышей. Его не раз хотели сжечь индейцы.

Самый красивый храм Куско — церковь в стиле барокко Ла Компаниа расположена в 50 метрах от собора, на главной площади, где когда-то стоял дворец Инка Уайны Капака. Строительство храма с изысканным интерьером, балконами и алтарем, покрытым золотой фольгой, также продолжалось почти 100 лет.

Церковь Санто-Доминго стоит на месте священного Кориканча — индейского храма Солнца. И некоторые местные жители по-прежнему называют его старым именем. Когда-то этот храм был самым величественным сооружением города. Испанские хроники рассказывают об изумлении европейцев, увидевших внутренний двор Кориканча, полный гуанако, деревьев, фруктов, цветов и даже бабочек, искусно отлитых из золота и серебра…

Испанцы использовали для строительства не только инкские фундаменты. Они брали также огромные камни, высеченные индейцами из скал в окрестностях некоторых городов. Например, собор в городе Куско сложен из блоков, доставленных из индейской крепости Саксайуаман. Эта некогда могучая индейская крепость стоит на вершине холма, охраняя подступы к городу. Ради строительства храмов испанцы разрушили многие древние крепости, которые стали называться «долиной руин»…

Саксайуаман — яркий пример строительного мастерства инков. Эта крепость сложена из массивных глыб, весящих по 40 — 50 тонн, а вес одной из них высотой 9 и шириной 4 метра — целых 125 тонн! Это самый большой камень, лежащий в основании крепости во всей Южной Америке! На строительство Саксайуамана у инков ушло не менее ста лет. При этом стены из огромных камней они строили, не зная колеса, а возможно, даже и рычага, используя только наклонную плоскость… Саксайуаман был посвящен молнии. Даже стены крепости выполнены в форме зигзагов. Саксайуаман был военным и религиозным центром инков. Во время раскопок на центральной площади крепости были найдены более 300 фигурок, явно служивших культовым целям. Каждый год 24 июня, когда день в Южном полушарии самый короткий, а ночь — самая длинная, в Саксайуамане проходит фестиваль Солнца, привлекающий множество людей.

В 1986-м в Саксайуаман приезжал Римский Папа, отслуживший здесь специальную службу. Потомки католиков, разрушивших Саксайуаман и утопивших в реках крови цивилизацию инков, прибыли сюда по приглашению потомков индейцев, чтобы устроить в Саксайуамане католический праздник. Случаются и такие повороты истории…

Когда-то в крепости Саксайуаман были три смотровые башни. Две — квадратной формы, одна — круглой. Именно эти башни были разрушены испанцами в первую очередь, а их камни послужили для строительства католических храмов.

«Потерянный», или «заповедный», город Мачу-Пикчу лежит на 1 000 метров ниже древней столицы империи инков — города Куско. Это около 2 600 метров над уровнем моря.

В переводе с кечуа «Мачу-Пикчу» означает «старая гора». Если смотреть сверху, видно, что Мачу-Пикчу находится на почти ровном горном плато. Вокруг него возвышаются вершины соседних гор.

Долгое время о существовании «затерянного города инков» ходили только легенды. О том, что город и вправду существует, стало известно лишь в начале XX века. В 1911 году американский археолог Хайрам Бингем, посвятивший несколько лет его поискам, наткнулся на кишащий змеями, укрытый густыми зарослями древний город на вершине горы. Бингем поднялся туда в сопровождении носильщика-перуанца — проводника и переводчика. Легенда гласит, что здесь, на вершине горы, жили две индейские семьи, охранявшие «потерянный город». В одной из семей был ребенок. Бингем подарил мальчику-индейцу монетку в один соль, и тот показал профессору дорогу к древним развалинам. Так всего за один соль (около 30 американских центов) человечеству открылся потаенный город, видевший расцвет и закат цивилизации инков.

Но несмотря на открытие Бингема, Мачу-Пикчу оставался недоступным еще почти 30 лет, пока археологическая экспедиция, работавшая здесь, не обнаружила Дорогу Инков через долину к цитадели.

Во времена инков в крепость Мачу-Пикчу допускались только избранные. Здесь жили высшая знать, жрецы, ремесленники и слуги. Но главное — мамакунас — избранные девственницы, посвятившие свою жизнь служению богу Солнца.

Судьба жителей крепости по сей день остается неизвестной. Раскопки принесли новые загадки и без того загадочного города. Здесь обнаружили 173 человеческих скелета, причем 150 из них — женские. Но в захоронениях не было обнаружено никаких золотых предметов. В гробнице верховного жреца, как назвал ее Бингем, хранились останки женщины, болевшей сифилисом, маленькой собачки, несколько керамических предметов, два вертела и шерстяная одежда.

Пять гектаров обработанных земель размещались вокруг Мачу-Пикчу на традиционных для инков узких террасах на крутых горных склонах. И террасы и тысячи ступенек, соединявшие их, сохранились здесь на века. Весь Мачу-Пикчу поделен на секторы: кладбище, темницы, жилой район и храмы. Храм Трех Окон, через окна которого солнечные лучи попадали на священную площадь, вероятно, играл важнейшую роль в ритуалах. Три окна отражают представления инков о троичности мира. По легенде, три основателя империи инков вошли в мир через них.

Немного выше храма находится обсерватория и Интиватана — камень любопытной формы, который, видимо, был солнечными часами. Иногда его еще называют «контрольная точка солнца».

Некоторые здания в Мачу-Пикчу были двухэтажными, с заостренными соломенными крышами. Камни были подогнаны друг к другу с удивительной точностью. Между камнями многих строений в Мачу-Пикчу были оставлены специальные щели. Благорадя этому во время частых здесь землетрясений здания были гораздо более устойчивы. Стены крепости были специально построены под наклоном — для большей сейсмоустойчивости. Это удивительно, тем более что при строительстве инки не использовали ни цемента, ни других скрепляющих веществ — камни держат друг друга за счет собственного веса. Представьте, каково это подогнать к камню, имеющему ни много ни мало 32 угла, другой подходящий камень!

Считается, что в империи инков не было человеческих жертвоприношений. В Мачу-Пикчу в жертву богам приносили животных. В основном — лам. Трех в день: утром и днем — белую ламу, вечером — черную.

Дмитрий Чулов | Фото автора

Отсутствие надежных первичных данных настолько смущало ученых, что поначалу они допускали ближайшее родство ихтиозавров не только с рептилиями (типа ящериц и крокодилов), но и с амфибиями и даже с млекопитающими. Точнее определять «родственные связи»» научились только в минувшем столетии, когда, собственно, и укрепилось то мнение, что ихтиозавры действительно являлись рептилиями вида Diapsids (диапсид), включающего в себя змей, ящериц, крокодилов и динозавров. Хотя «точное время», когда на генеалогическом древе образовалась ветвь ихтиозавров, оставалось неясным до тех пор, пока палеонтологи из Азии не добыли окаменелые останки самых древних рыбоподобных ящеров. Крупнейшее открытие было сделано на северо-востоке японского острова Хонсю. Берега острова покрыты сланцем — слоистым черным камнем, в котором и оказались замурованными кости одного из первых на Земле ихтиозавров — Utatsusaurus (утатсузавр). Правда, его останки достались ученым не целиком, а в разрозненном виде. Однако в 1982-м геологам из Университета

Хоккайдо удалось откопать два практически полных скелета. Именно эти экземпляры стали доступны для серьезнейшего детального исследования благодаря стараниям японских ученых, потративших на кропотливую очистку костей от сланца с помощью микроскопа и тончайших игл из карбида 15 лет. Другого древнейшего ихтиозавра — Chaohusaurus (чаухозавр) с самым полным в мире скелетом отыскали китайские коллеги, что в свою очередь позволило составить более полное представление о строении рыбоподобных ящеров. Исследования показали, что и Utatsusaurus, и Chaohusaurus сохраняли некоторые главные черты своих сухопутных предков. В процессе эволюции позвоночник ихтиозавров увеличился в диаметре, но стал короче. Почему? Ответ был найден после изучения манеры плавания… акул. Они, как и ихтиозавры, разнятся как по форме, так и по размерам. Морские коты, к примеру, имеют узкое тело и длинный хвостовой плавник, явно походя этим на ранних ихтиозавров. У толстотелых сельдевых акул, таких как большие белые, хвостовой плавник имеет вид полумесяца, как у более поздних рыбоподобных ихтиозавров. Таким образом, сельдевые акулы перемещаются с помощью хвоста, а морские коты плавают, совершая волнообразные движения телом. Последний способ передвижения требует изрядной гибкости, которая обеспечивается наличием большого числа позвоночных сегментов. У сельдевых акул в передней части тела около четырех десятков позвонков — столько же было и у Utatsusaurus и Chaohusaurus. Похоже, и ихтиозавры, и акулы одинаково решали проблему гибкости, напрямую зависящую от числа сегментов позвоночника.

Расчеты, основанные на аэробных возможностях сегодняшних ныряльщиков (в основном млекопитающих и птиц), показывают, что животное типа Ophthalmosaurus, весившее 950 килограммов, могло задерживать дыхание минимум на 20 минут. Выходит, Ophthalmosaurus легко достигал полуторакилометровой глубины.

И все же до сих пор неизвестно, почему, просуществовав 155 миллионов лет, ихтиозавры исчезли. И хотя период их исчезновения совпадает с появлением на Земле акул, никому пока не удалось найти прямых доказательств губительной конкуренции между ними. Вряд ли причины исчезновения ихтиозавров будут когда-нибудь названы с абсолютной точностью. Но поскольку изучение долгой истории этих существ продолжается, будем надеяться, что нам предстоит узнать о них еще много нового и интересного.

Александр Светлов

Сейчас никто не может сказать, когда и где человек впервые использовал упавшее в воду дерево, надутый воздухом кожаный мешок, связанные в гирлянду глиняные горшки, для того чтобы переправиться через реку. Еще труднее представить, с какими опасностями сталкивались мореходы античных времен, уплывая в неизвестность и не зная, суждено ли им вернуться. Со временем люди стали строить долбленные из целого ствола дерева челны, лодки из связок тростника, а впоследствии, совершенствуя свое мастерство, — каравеллы, фрегаты и белокрылые клипера.

«…На корабле было сто двадцать отборных египетских моряков. Их сердца всегда были отважнее львиных. Они предсказывали бурю, прежде чем она грянет, и грозу, прежде чем она разразится» («Сказка потерпевшего кораблекрушение». Среднее царство, XXI — XV века до нашей эры). Эти слова, дошедшие до нас, свидетельствуют о том, что уже в те далекие времена люди уверенно осваивали водные просторы.

Но уже за тысячу лет до этого египтяне строили корабли и ходили по Средиземному морю в Сирию и до берегов Каликии, а по Красному — до Африканского рога. Найденная в 1954 году в Гизе у южного подножия пирамиды Хеопса лодка, названная Царской ладьей фараона Хеопса, является аргументом в пользу того, что корабли строились в нильской долине, а затем, разобранные, доставлялись на берег моря, где снова собирались и отправлялись в плавание.

Несколько веков назад один из кораблей, перевозивший молодое вино, взял курс от берегов Франции на север, но, попав в погодные передряги, пришел в пункт назначения с весьма изрядным опозданием. Уныние, с которым незадачливые негоцианты вскрывали бочки с ни на что не пригодным, по их мнению, содержимым, вряд ли возможно вообразить. Но еще труднее представить себе их изумление, а потом и бурную радость от того, что в бочках, вопреки всем опасениям, содержался напиток, за время долгого путешествия не только не утративший первоначального вкуса, но и соединивший в себе такую силу, цвет и аромат, что впору было назвать это чудом. Вот она, случайность, которая впоследствии легла в основу производства того, что позже было названо коньяком.

Еще в незапамятные времена человек научился превращать виноградную лозу в веселящий душу напиток. Дань беззаботному богу Бахусу с удовольствием платили многие народы, в чьих пределах произрастали виноградники, в том числе и галлы, которым римский император Пробус еще в III веке до нашей эры разрешил выращивать солнечную ягоду. В конце V века Галлия была завоевана германскими племенами и вошла в состав Франкского государства.

К тому времени франки уже слыли заправскими виноделами. Причем благодаря активной торговле как с ближайшими соседями, так и с другими, более отдаленными государствами французское вино стало известным и популярным. Особенно же выделялась своей «плодовитостью» французская Шаранта, находящаяся в непосредственной близости с одноименной рекой, несущей свои воды в Атлантику и позволявшая не одно столетие снабжать другие страны шарантским вином. Его вывозили на торговых судах в Англию, Швецию, Норвегию, Голландию и другие страны. Плавание было длительным — расстояния немалые, а вино настолько легким, что зачастую при транспортировке превращалось в уксус. Да к тому же в начале XVII века во Франции существенно повысились торговые пошлины на вывоз белых столовых вин. А потому, чтобы уйти от уплаты больших налогов, виноторговцы решили сократить объем продукции с помощью перегонки вина. Это давало возможность получать так называемый винный концентрат, который было гораздо удобней перевозить, а уже на месте доставки разбавлять водой и продавать уже в полном объеме. Шло время, торговля процветала, но и этого становилось недостаточно. В 1641 году местные умельцы, почесав в затылках, решили пустить в ход… двойную дистилляцию, придумав и воплотив в жизнь специальные медные перегонные аппараты, именуемые нынче «шарантскими». Объем продаж неуклонно набирал обороты.

Само же слово «коньяк» пошло от названия города Коньяк, расположенного в департаменте Шаранта. Там в конце XVIII века и началось массовое производство самого благородного напитка из всех существующих ныне, и, надо сказать, истории старейших Домов не менее интересны, чем история самого коньяка.

Старейшим из действующих сейчас коньячных Домов по праву считается Augier (Ожье), основанный в 1643 году.

Дом Мартель, основанный в 1715-м англичанином Жаном Мартелем, приехавшим в Коньяк с острова Фиджи, является сегодня вторым по объему выпускаемой продукции. Вложив в новое для него дело все свое состояние и присовокупив к этому немалое приданое супруги, господин Мартель всерьез занялся коньячным бизнесом и очень скоро выпустил в продажу великолепный коньяк. Вплоть до начала Великой Французской революции фирма «Мартель» была ведущей в производстве коньяков, да к тому же держала пальму первенства в деле освоения зарубежного рынка, в том числе английского и саксонского. Сейчас во главе фирмы стоит уже восьмое поколение семьи Мартель.

Третий по старшинству Дом — Remy Martin, основанный в 1724 году, по праву гордится тем, что производит Фин Шампань Коньяк, сырьем для которого может быть только виноград, выращенный в двух лучших районах провинции — Гранд Шампань и Петит Шампань.

Многие поколения семьи Готье торговали лесом. Основными их клиентами были торговцы коньяков, закупавшие лес для коньячных бочек. В 1744 году Шарль Готье, взяв в жены дочь местного владельца виноградников и торговца коньяком, обосновался в Энгре. В 1755 году он основал коньячный Дом Gautier, и с тех пор по сегодняшний день во главе этой фирмы стоят потомки Шарля Готье. Основные коньячные погреба Дома Готье находятся на небольшом островке, омываемом притоками реки Шарант, что дает возможность круглый год поддерживать в погребах необходимую влажность.

Еще одним «не французом», основавшим крупнейшую коньячную фирму, стал ирландец Ричард Хеннесси, приехавший в Шаранту для поправки здоровья. Рука с секирой — часть фамильного герба Хеннесси — стала символом торгового дома, основанного в 1765 году. Не так давно в память об основателе его потомки создали коньяк Richard Hennessy, содержащий спирты, дистиллированные более 200 лет назад. Сейчас Домом управляет уже восьмое поколение знаменитого ирландца.

Эммануэль Курвуазье — винодел из Парижа, вместе с партнером Луи Голуа открыл свое дело недалеко от Парижа в 1811 году. Среди его клиентов оказался сам Наполеон, весьма пристрастившийся к этой марке. Сейчас на этикетках каждой из марок коньяка Курвуазье помещены запатентованная надпись La Cognac de Napoleon и силуэт императора. Примечательно, что Дом Курвуазье, в отличие от других производителей, не строит дистиллярии, придерживаясь собственной технологии выработки коньяков. Особой гордостью Дома по праву считаются почти 3 000 старинных бутылок коньяка, возраст которого насчитывает более 200 лет.

Не обошлось в деле производства классических французских коньяков и без наших соотечественников. Братья Август и Карл Майковы являлись официальными поставщиками белых вин двора императора Александра II. Именно они убедили царя в необходимости создания частной фирмы по отбору лучших вин не где-нибудь, а в Шаранте. Царь дал свое согласие, и в 1862 году в провинции Коньяк появился первый русский коньячный Дом «A.C. Meukow & Cie». После первой мировой войны компания перешла в собственность семьи Шеферд, которая стала широко продавать эту марку, символом которой является леопард, символизирующий сочетание мягкости и силы хищного зверя.

О благородстве и изысканности лучших марок французских коньяков можно рассказывать бесконечно, но гораздо лучше попробовать хотя бы один из них, убедившись, насколько хорош этот напиток — старый и все же вечно молодой.

В 1909 году французское правительство издало декрет, в котором были официально определены границы провинции Коньяк и по которому коньяком может называться только напиток, произведенный из винограда этого региона методом двойной дистилляции.

Известно, что своим вкусом коньяк обязан идеальным климатическим условиям той местности, где производится, а главное — типу почвы, представляющей собой легкий известняк на поверхности и плотные подпочвы, регулирующие содержание влаги как во время засухи, так и во время дождей. Такой тип почвы называется Шампань.

Декретами 1936 и 1939 годов были также обозначены 6 регионов провинции Коньяк, расположенные в виде поясов, в центре которых расположен город Коньяк.

Каждый из этих поясов обладает определенной ценностью почв для производства коньячного бренди. Наиболее ценными из шести регионов считаются Гранд Шампань и Петит Шампань. Далее идут Бордери, Фен Буа, Бон Буа и Буа Ординер. Такое понятие, как Фин Шампань Коньяк, представляет собой смесь различных видов этого напитка, происходящих из двух ценнейших районов провинции Коньяк.

Коньяки различаются и по месту происхождения и делятся на следующие виды: Надпись Grande Shampagne (Гранд Шампань) означает, что виноград для этого коньяка был выращен исключительно в Гранд Шампани.

 Обозначение Fine Shampagne (Фин Шампань) указывает на то, что коньяк изготовлен на основе смеси винограда Гранд Шампань (не менее 50% ) и Петит Шампань. Если коньяк выработан из винограда, взятого с других участков земли, то это обычно не указывается.

Перед тем, как начинать выдержку коньяка в каменных подвалах, виноград нового урожая должен быть подвергнут двойному превращению. Первое — это превращение винограда в вино. Ягоды отжимают, удаляют из

них семечки и снимают кожицу, после чего вино начинает брожение.

В итоге получается белое сухое с фруктовым привкусом вино. Вторая стадия превращения заключается в том, что полученное вино подвергается дистилляции. Для дистилляции всего урожая обычно требуется несколько месяцев, но, сообразуясь с принятыми нормами, она не должна производиться позднее 31 марта следующего года.

Дистилляцию проводят по шарантскому, трехсотлетней давности, методу при помощи бронзовых перегонных кубов.

После первой фазы дистилляции получают спирт-сырец (до 27°), после второй — молодой коньяк крепостью 70°, который и разливают по бочкам для выдержки.

Считается, что выдержка является решающим фактором для достижения напитком высшей степени качества. Коньяк выдерживают от 3 до 25 и более лет в 350-литровых дубовых бочках. Качество древесины, из которой эти бочки делают, имеет огромное значение, ведь в коньяке содержится от 500 до 2 000 (в очень старых) различных компонентов, переходящих в спирт именно из дуба. Дубы эти берут в основном в лесах Лимузена, несколько реже в лесу Тронсе, находящемся в центре страны. Бочки для коньяка изготавливают из сердцевины дерева, подвергая ее предварительно особой обработке. Возраст дуба не должен превышать 80 — 100 лет.

Бочки изготавливают без единого гвоздя — в соприкосновение с коньяком должна вступать только древесина. В качестве же герметизатора используются мука и листья камыша. Чем старее бочка, тем она ценнее, самые старые ценятся буквально на вес золота. Когда после нескольких десятков лет внутренний слой дерева бочки вырабатывается, его с величайшей осторожностью соскабливают, удаляя от одного до двух миллиметров древесины. После этой операции бочку опять пускают в дело. В процессе выдержки напиток испаряется со скоростью 2 — 4% в год, а его крепость уменьшается до 40°.

Купажирование, или смешивание коньячных спиртов разной выдержки и разных урожаев, начинается, когда спирт «созрел». Купаж — процесс очень ответственный, ведь ни один отдельный урожай винограда не может дать коньяку все необходимое многообразие вкусов и ароматов. Вначале смешивают коньяки примерно одинакового возраста, но взятых из различных виноградников. Затем купажируют коньяки разных возрастов и в завершение происходит уже окончательное смешивание, которое и придает напитку задуманные характеристики, ведь именно купажирование позволяет сохранять неизменный вкус и качество, присущие определенной марке. Старые, длительно выдерживаемые коньяки смягчают вкус более молодых и снижают содержание алкоголя в купаже. Для понижения крепости также используют дистиллированную воду.

Стандарты и системы контроля возраста коньячных спиртов установлены Национальным Межпрофессиональным Бюро Коньяка. На этикетке специальным обозначением определяется качество коньяка: VS (Very Special) — возраст самого молодого коньяка в купаже не менее 3 лет; VSOP (Very Superior Old Pale), VO (Very Old), Reserve — самый молодой коньяк в купаже не моложе 5 лет; Napoleon (это не название, а марка), XO (Extra Old) — не моложе 8 лет; Extra, Vieille Reserve — срок выдержки самых молодых коньяков в купаже составляет не менее 15 — 17 лет.

Елена Никитенко

Одна из самых трагических страниц в истории прусского народа связана с нашествием  на их землю рыцарей Ордена дома Святой Девы Марии Тевтонской, а проще говоря, Тевтонского ордена. Его начало совпало с тем временем, когда члены тевтонского братства обратили свои взоры на Пруссию и прибалтийские народы.

Тевтонский орден был создан во время крестовых походов на Ближний Восток в XII веке. Свое имя он получил от древних германских племен — воинственных тевтонов. На первых порах Орден объединил в своих рядах не более 40 человек. Его глава сначала носил титул магистра, затем — хормейстера, позднее руководителя новоявленных тевтонов стали именовать гроссмейстером. Изначально Орден, созданный на основе госпиталя Святой Марии, был призван заниматься в основном благотворительностью и созданием больниц для лечения раненных в боях с мусульманами. Но с течением времени намерения крестоносцев изменились и орден был преобразован в военную группировку. В середине XIII века многочисленные силы мусульман нанесли крестоносцам ряд серьезных поражений. Христово воинство оставило Сирию и перебралось на Кипр, а затем в Венецию. После возвращения в Европу борьба за дело Христово не прекратилась, а вспыхнула с новой силой. Теперь внимание тевтонцев было приковано к Балтике, где воинственные язычники пруссы сильно досаждали соседям христианам. Тем более что Папская булла от 26 октября 1206 года предоставляла им неограниченные права на завоевание земель западных балтов. До крестоносцев обратить пруссов в христианство пытались также поляки. Польские князья не раз устраивали крестовые набеги на языческие городища. Именно один из польских князей — Конрад Мазовецкий — обратился к ордену с просьбой о помощи в борьбе с пруссами.

И вот в 1231 году с благословения Папы Римского начался крестовый поход по территории Пруссии. В то время к Ордену присоединились еще около 2 000 человек, которых в Европе заглазно стали именовать «пруссаками». Участие в сей богоугодной акции гарантировало завоевателям духовное спасение, знатные же воины могли рассчитывать на получение крупных участков земли на завоеванных территориях. И пусть для покорения целой страны 2000 воинов может показаться недостаточно, надо отдать им должное — воинами рыцари были великолепными. За многие годы крестовых походов методы их проведения были отработаны до тонкостей. С оконечности подконтрольной территории выдвигалась вооруженная группа. На расстоянии дневного перехода всадника от места выдвижения этой группы закладывалась крепость. В Пруссии тактика ордена была такой же, как и тактика крестоносцев на Ближнем Востоке. Вступив на языческую, а значит, по понятиям рыцарей, ничейную, землю, воины Христовы, руководимые Дитрихом Бернхаймом, подвергли осаде весьма значительное укрепление пруссов Хонеду. Долгих два года длилась блокада. Надежной защите укрепления способствовали естественные, непреодолимые препятствия: топкие болота, непроходимые леса и воды залива Фришес Хафф. Правда, положение самих пруссов в осажденной крепости стало за это время невыносимым. И по истечении двух лет в Хонеде вспыхнул мятеж, в результате которого защитники крепости убили своего вождя — Кодруна. Хонеда пала, и крестоносцы практически тут же приступили к строительным работам. Сначала были возведены укрепления из дерева, а затем на месте временных сооружений средневековые зодчие возвели каменный замок Бальга, ставший на территории Пруссии первым укрепрайоном Тевтонского ордена. Замковые строения полностью соответствовали потребностям обороны: высокие и узкие окна-бойницы, длинные галереи с амбразурами.

Порыскав от осажденной Бальги в глубь территории, уже через неделю крестоносцы основали крепость Бранденбург, названную в честь германского города Бранденбурга, выходцев из которого было довольно много в отряде. Так же как и Бальга, Бранденбург сначала был деревянным. Первыми зодчими стали монахи. Позднее крепостью занимались артели вольнонаемных каменщиков, которые хранили в строжайшей тайне секреты своего мастерства. Для строительства замков они применяли известняковые глыбы и неотесанные камни. Когда стена достигала человеческого роста, сверху на нее укладывали кирпичи ручной формовки, значительно крупнее и прочнее современных. Часто на территорию, где сушились стройматериалы, забегали дикие и домашние животные, залетали птицы, оставляя отпечатки лап. Некоторые историки ошибочно полагали, что кирпичи с оттисками выполняли роль оберега тех зданий, в которые их закладывали. В стенах Бранденбурга кирпичей, отмеченных зверем, предостаточно. В Самбию одним из первых попал отряд под командованием рыжебородого Оттокара II Пшемысла. Он был королем Богемии и внуком императора Священной Римской империи. К войску 25-летнего предводителя балтийских конкистадоров присоединился отряд подкрепления, и вскоре богемский монарх начал теснить пруссов, загоняя их все дальше и дальше, в глубь их же территорий. Промежуточным пунктом на кровавом пути рыцарей стала крепость Меденов, представляющая собой земляной вал, окруженный частоколом. Размеры военной базы кнехтов были настолько внушительными, что время оказалось бессильным перед мощью насыпей. Их высота достигала 15 метров. И по сей день кажется, будто Меденов возведен едва ли не вчера. Другой крепостью, основанной Оттокаром, стал Варген — единственное сохранившееся до сегодняшнего дня тевтонское укрепление, на месте которого не были впоследствии построены каменные стены. Судя по размерам рвов и валов, число рыцарей, останавливавшихся здесь на зимовку, было никак не меньше 5 — 6 тысяч. В те времена вокруг Варгена существовало множество прусских поселений. Надо ли говорить, что все они были разграблены и сожжены дотла. Впрочем, после зимовки в Варгене Оттокар никогда больше и не посещал основанную им крепость…

В 1255 году король Оттокар с братьями-рыцарями отправился к прусскому городищу Твангсте, через который проходил древний Янтарный путь. Когда-то Тевтонский орден владел крепостью Монт Рояль — Королевская гора, и было это в Сирии, но в ходе войны с арабами навсегда потерял ее. И вот теперь на месте Твангсте был снова заложен замок под названием Королевская гора, или Кенигсберг. Тевтонцы увековечили таким образом память о своих ближневосточных походах. Сам Оттокар во время закладки замка был уже в пути на родину. Через пять лет после основания Кенигсберга им были разгромлены венгры и половцы, прозвавшие его Железным. Король Богемии создал обширное славянское государство и стал сильнейшим монархом Европы. Он претендовал на престол Священной Римской империи, однако князья, напуганные его мощью, посадили на трон одного из Габсбургов. Отказавшись ему присягнуть, Оттокар был предательски убит. Германские историки почему-то склонны принижать роль Оттокара в основании Кенигсберга. Однако реалии таковы: будущую столицу Пруссии заложил славянский король, также являвшийся крестоносцем. Правда, с его уходом геноцид местного населения нисколько не прекратился.

Головокружительные успехи крестового похода на Балтику стали возможны не только благодаря его великолепной организации. Помимо этого, среди тевтонцев насаждались кастовость и жесткая дисциплина, основанная на ненависти ко всем, кто не был христианином. Братья давали не только обет целомудрия, но и обет послушания, говорили между собой вполголоса, не могли иметь тайн от начальства, жили вместе, спали на твердых ложах полуодетыми с мечами в руках, ели скудную пищу. Костяк орденской организации составляли рыцари в белых плащах с черным крестом, свидетельствовавшим о знатности происхождения и боевых заслугах. Серые братья должны были оказывать знатным рыцарям всякого рода услуги. Так называемые полубратья — гражданские лица из числа колонистов — привлекались в основном на хозяйственные работы. В каждом орденском замке в обязательном порядке должны были жить двое ученых членов ордена: богослов и юрист. Основной военной и хозяйственной фигурой рыцарского «гарнизона» был комтур. Он и избранные рыцари составляли Конвент из 12 человек. В крупных же замках в Конвент входило от 50 до 70 крестоносцев. Здесь были свой казначей, ризничий и госпитальер, ведавший вопросами здравоохранения. Строгие законы и обычаи тевтонцев были во многом заимствованы у ордена тамплиеров. Но, несмотря на жесткий жизненный уклад, суровые правила ордена регулярно нарушались. В замках частенько кутили, играли в азартные игры. В подвалах хранились значительные запасы вина, пива, медовухи. В общем никто даже и не скрывал, если приходилось содержать незаконнорожденных детей. К тому же вовсю процветала работорговля.

В период своего подъема рыцарское государство являлось не только крупным потребителем, но и не менее крупным производителем. Его казна считалась одной из самых богатых в Европе. У тевтонцев была единая и надежная монета, имевшая хождение в ряде крупных стран.

Благодаря грамотной политике привлечения рабочей силы в Пруссию устремлялись все новые и новые потоки переселенцев. Быстрорастущие деревни получали статус городов. В орденские времена их насчитывалось более пятидесяти. В 1270 году около реки Прегель началось строительство Альтштадта. Он был первым из трех городов, которые, позднее объединившись, образовали Кенигсберг. Границы Альтштадта росли очень быстро. Чтобы получить городской статус, поселению необходимо было иметь определенное число граждан. Они расселялись по дворам, и каждому двору на плане соответствовала одна клеточка. Когда все клетки, предусмотренные в плане, заполнялись, город считался построенным. А для контроля над строительством домов приглашался всадник с копьем определенной длины. Он проезжал по улицам, и если случалось так, что острие его копья задевало какое-то строение, домовладелец должен был или сломать копье, или заплатить солидный штраф. В XIII веке колонистов было уже так много, что через несколько лет у Ордена возникла необходимость основать по соседству с Альтштадтом еще один город, называемый Либенихт.

Этот город был удален от реки, в нем не было портов и складов, а потому его населению пришлось заняться земледелием и ремеслами. Порядки, царившие в городе, завозились переселенцами с оставленной родины. Каждый мог добиваться своих прав только в том случае, если состоял в каком-либо союзе. На основе «закона о попрошайничестве» возникло даже объединение нищих, которым предоставлялась концессия. Заплатив налог, они могли спокойно собирать подаяния. Либенихт и Альтштадт заселили быстро. А вновь прибывшие колонисты из Европы начали осваивать третью территорию, расположенную на острове Кнайпхоф. Отношения между этими городами были натянутыми, дело зачастую доходило даже до локальных войн, особенно когда Кнайпхоф перекрывал Альтштадту дорогу на юг. В 1333 году на речном острове начали строить огромный Кафедральный собор, посвященный Деве Марии и Святому Адальберту — первому крестителю, которого пруссы-язычники принесли в жертву. Собор этот строили целых… 50 лет.

Закат орденского государства историки связывают с Великой войной и Грюнвальдской битвой 1410 года. Объединенные силы поляков, литовцев и русских нанесли Ордену сокрушительное поражение. Пруссия получила протекторат Польской империи. Немцы, зависевшие тогда от поляков, выдвинули польскому императору условие — не восстанавливать разрушенные войной замки и крепости, чтобы «панове» не имели возможности закрепиться на прусской земле. Последним магистром Тевтонского Ордена стал германский герцог Альбрехт Бранденбургский, тонкий политик и опытный дипломат, преобразовавший религиозное государство в светское. Таким образом, Пруссия стала герцогством с четко определенными границами. Во время правления Альбрехта страна смогла оправиться от последствий тяжелейших войн, которые Орден вел с Литвой и Польшей. Герцог Альбрехт дожил до глубокой старости и умер в замке города Тапиау (ныне город Гвардейск). Его похоронили в кенигсбергском Кафедральном соборе. Со смертью последнего магистра Ордена дома Святой Девы Марии Тевтонской рыцарские времена в Пруссии прошли, уступив место временам герцогов, курфюрстов и королей.

Язычники

Задолго до прихода «псов-рыцарей», закованных в латы, территория, которую позже стали называть Пруссией, носила другие названия: Самбия и Натангия. И жили здесь языческие племена, во главе которых стояли вещие воины — братья Видевут и Брутен. Последний владел душами смертных и заставлял их верить в реинкарнацию. Он научил подданных приносить жертвы богу войны и молний, богу весны и молодости, а также седому богу смерти. Культовые действия совершались в пределах священных мест, обычно на горе, возле бессмертного дуба. Жертвенным животным был козел, которого убивали и запекали, бросая куски мяса через костер. Во время жарки язычники не только публично каялись в грехах, но и били друг друга, причем что есть мочи. Иногда же козла не убивали, а отводили подальше от священного места и отпускали. Вместе с ним уходили грехи и всевозможные неприятности. По большим праздникам место «козла в отпущении» занимал плененный враг.

Жрецы-вайделоты сжигали его вместе с конем и полным боевым снаряжением. Остальные обыкновенно смотрели на жертвенный огонь, потягивая божественные напитки: молоко и мед. На этом же костре сгорала третья часть собранной дани и добычи, захваченной воинами во время битв. Надобно сказать, что из прусского воинства вышли родоначальники многих русских дворянских фамилий, таких как Романовы, Шереметевы, Яковлевы…

После распятия и воскресения Христа прошло более тысячи лет, а жители Самбии и Натангии все еще обожествляли таинственную силу природы, землю, солнце, гром, огонь, липу, многих животных, не исключая жаб. Пруссы верили в барздуков и маркополей, в маленьких мужчин, хранивших домашний очаг. Словом, католическая церковь мириться с этим не могла.

К концу XIII века рыцари уничтожили едва ли не половину коренных обитателей Пруссии. Чтобы выжить, им приходилось принимать христианство, и пусть многие так и делали, вот только это ничего не гарантировало, ведь тевтонцы были свято уверены в том, что хороший прусс — мертвый прусс.

Вылазки крестоносцев сопровождались невиданными грабежами мирных жителей, кровавыми оргиями. По договоренности с Папой Римским треть всех захваченных земель отходила католической церкви. Пруссы трижды поднимали крупные восстания против засилия и зверств ордена. Во время первого мятежа крестоносцам пришлось почти полностью покинуть территорию уже завоеванного края, однако тевтонцы возвратились. И вскоре все прусские земли были разделены орденскими замками, брать которые язычники так и не научились. В 1283 году в Литву ушел последний вождь народа. С тех пор пруссы еще более 50 лет упорно сопротивлялись орденским войскам, но единственным их преимуществом были многочисленность и любовь к своей родине. Но этого оказалось недостаточно…

Замки и города тевтонского ордена

Центральным сооружением замка Бальга был дом Конвента, нависающий над заливом на высоте 25 метров. Помимо него в замке находились рыцарские палаты, часовня, трапезная, арсенал, склады для хранения оброка и товаров собственного производства.

До сих пор сохранились очертания внутризамкового рва и остатки мощной крепостной стены. С внешней стороны рва размещались здания форбурга, или предзамка, конюшен, пекарен, мельниц с конным приводом. До сегодняшнего дня дожили только развалины большой башни да остатки форбурга. Когда-то выход из него закрывался подъемными воротами из дуба. О неприступности Бальги говорит тот факт, что во время неоднократных восстаний и победоносных походов пруссов этот замок так и не был взят. На его стенах и сейчас еще можно прочесть имена магистров Тевтонского ордена, причем все они написаны красной краской, и только имя магистра Ульриха фон Юнгингена — черной. Дело в том, что немцы, колонизировавшие Пруссию, именно с ним связывали закат орденского государства.

Вслед за первыми двумя крепостями последовало строительство третьей, четвертой, шестой, десятой… Всего же в Пруссии было возведено более 100 замков-плацдармов, помогавших крестоносцам совершать рейды в глубь прусских земель.

После окончательной победы над коренными жителями тевтонцы занялись строительством орденского государства. Вокруг замков и крепостей возникали поселения колонистов, стекавшихся сюда из всех уголков Римской империи. Крепости становились центрами освобожденных территорий, которые обживались пришельцами. Они поступали в распоряжение локатора — человека, следящего за расселением колонистов и освоением ими участков земли.

Андрей Понкратов

Бивень слона, рог носорога, шкура льва — с давних пор эти охотничьи трофеи приносили хорошие деньги. И чем лучше шли дела у охотников и перекупщиков, тем меньше шансов на выживание оставалось у африканской дикой природы. Численность самых крупных и самых красивых обитателей саванны стремительно сокращалась — в середине ХХ века казалось, что спасти богатейший животный мир Африки от истребления может только чудо. И оно произошло.

Нет, на «черном рынке» не упал спрос на слоновую кость и леопардовый мех и браконьеры не зачехлили свои ружья — просто в благополучных странах Европы и Америки появились люди, готовые платить немалые деньги за удовольствие видеть тех же львов или слонов не по телевизору и не в зоопарке, а в естественных условиях обитания. Впервые в истории освоения Африки коммерческую выгоду сулило не уничтожение животного, а его сохранение в неприкосновенности. Спасителем африканской фауны стал туризм.

Многие государства Черного континента постарались использовать открывшиеся в связи с этим возможности. Значительные средства были потрачены на создание и поддержку национальных парков, введен тотальный запрет на охоту и торговлю любыми охотничьими трофеями. Эти меры практически ликвидировали браконьерство и позволили диким животным избавиться от «генетического» страха перед человеком.

Особую привлекательность приобрели национальные парки с открытыми пространствами, позволяющими «выследить» животное и подъехать к нему на максимально близкое расстояние. Среди подобных парков наиболее популярен Масаи-Мара.

Однако с тех пор как дикая природа превратилась в одну из основных статей дохода, племенам масаи — скотоводов-кочевников, которым в течение почти трех столетий и принадлежали эти земли, пришлось потесниться: максимальная свобода в парке была предоставлена животным. И они не преминули этим воспользоваться.

Масаи (или маасаи на их родном языке — маа) этнически принадлежат к группе нилотов — высокорослых выходцев из долины Нила. Сами масаи появились в Кении предположительно в XVI — XVII веках, практически одновременно с португальцами, высадившимися на восточном берегу континента. Притеснения колонизаторов, межплеменные войны, оспа, холера, падеж скота и голод — с конца Х1Х столетия для народа масаи наступили трудные времена. В 1910-м строительство железной дороги Кения — Уганда отсекло значительную часть их исконных земель. Еще большие потери масаи понесли спустя полвека, когда в стране началось перераспределение территорий, связанное, кстати, и с организацией национального парка Масаи-Мара. Можно только удивляться, как и почему, находясь в непосредственном контакте с цивилизацией, масаи умудряются сохранять свой ужасающий, на взгляд европейцев, образ жизни — и упрямо ощущают себя вполне счастливыми.

Общество масаи имеет четкую трехступенчатую структуру, основанную на возрастных категориях: юноша — воин — старейшина. Раз в 6 — 8 лет старейшины назначают очередную инициацию — обряд посвящения юношей, достигших 15 — 18 лет, в воины. Пройдя через ряд испытаний и процедуру обрезания, воины-новобранцы полностью посвящают себя основным мужским обязанностям: охране скота, заботе о его приумножении (в том числе за счет грабежа соседей), поиску новых пастбищ и т. д. Воин со стажем получает право жениться, а со временем может перейти в ранг старейшины. У замужних женщин свой круг обязанностей: воспитание детей, приготовление пищи, дойка коров, ремонт жилищ. Несмотря на существование многоженства, в пределах возрастных групп мужчины и женщины фактически равноправны. Понятие развода у масаи отсутствует, а все споры решает старейшина.

Строже всего карается неуважение к старейшему: уличенный в этом прегрешении может быть подвергнут проклятию. Ущерб от проклятия распространяется главным образом не на личность виновного, а на его скот, поскольку это для масаи чувствительнее. Однако излишнее усердие старейшин в наказании не поощряется: проклятие, подобно бумерангу, может вернуться и поразить самого старейшину. Вину снимают раскаянием и уплатой штрафа в размере одной телки — после этого проклятие можно считать исчерпанным.

Национальный парк Масаи-Мара — уникальное место. Здесь никто никому не несет угрозы. А жизнь и смерть находятся в тех пропорциях, которые установлены от века самой природой. Может быть, поэтому все и кажутся здесь счастливыми: и люди, и звери.

Знаменитая миграция антилоп гну начинается в июне, когда в Масаи-Мара подходит к концу сезон дождей и на просторах саванн обновляется растительность. Полуторамиллионное стадо гну, пополненное 400 тысячами новорожденных, покидает выжженное солнцем Серенгети и устремляется в Кению, в Масаи-Мара. Путь этот, повторяемый дважды в год в противоположных направлениях, полон драматизма. Тысячи животных становятся жертвами львов, шакалов и гиен, тонут при переправе через реку Мара, наполняя желудки крокодилов и падальщиков марабу, гибнут под копытами себе подобных во время характерных для гну приступов паники. Только один из трех их детенышей, рожденных в Серенгети, сможет вернуться обратно в конце года.

Бесчисленные стада, подобно полчищам саранчи, сплошь покрывают желтые холмы — потом, растянувшись на многие километры в узенькую цепочку, с унылостью песочных часов «перетекают» с места на место. Зрелище мигрирующих гну превратилось в одно из чудес дикой природы.

К этой «вакханалии» диких травоядных, приводящей в восторг ценителей природы, с резонным возмущением относятся масаи. Антилопы несут угрозу их собственным стадам, уничтожают пастбища, отравляют пометом немногочисленные источники воды. В 1968 году член кенийского парламента от народа масаи обвинил правительство в том, что в своей политике оно ставит животных на первое место, а людей — на второе. Этот демарш показателен: при всем примитивном укладе масаи постоянно доказывают свою жизнестойкость и учатся извлекать свою выгоду из вынужденного соседства с цивилизацией.

Несмотря на характерную для масаи внешнюю сдержанность, граничащую с враждебностью, о них известно больше, чем о многих других африканских племенах.

Масаи — в высшей степени прагматичный народ, быстро осознавший бессмысленность и даже губительность противостояния с западной цивилизацией, все больше проникающей в Африку.

Не изменив своему внутреннему миру, они сами допустили к себе этнографов, позволив им исследовать себя за определенное вознаграждение.

Распространенное мнение о злобности масаи связано, по-видимому, с их резко негативной реакцией на несанкционированную фотосъемку: за снимок, сделанный без разрешения и бесплатно, могут и копьем проткнуть. Однако это лишь реакция на бесцеремонное вторжение в их жизнь.

Масаи верят в бога Дождя, которого зовут Нгаи. По легенде, у Нгаи было три сына. Первому он подарил стрелу, и тот стал охотником, второму — мотыгу, и он стал крестьянином, а третий взял последнее, что осталось, — палку, чтобы пасти скот. Он и был отцом всех масаи. Они верят, что призваны сохранять рогатый скот по всей земле, и для пополнения своих стад без зазрения совести отбирают животных у соседних племен. Скот для масаи — фундамент всей их жизни. Основная пища — молоко и кровь (мясо масаи не едят, а используют в ритуальных целях). Шкуры идут на одежду, обувь и постели. Навоз — средство для строительства, моча — для лечения. Кровь животного добывают из яремной вены, проколов ее стрелой, и сливают в сосуд из тыквы, где смешивают с молоком. Животное при этом не умирает — рану тщательно обрабатывают, и она заживает.

Андрей Нечаев | Фото автора и Дмитрия Чулова

Представьте себе: вы живете в глубокой древности, и кто-то, положим, ваш знакомый, пообещал вам обменять свою козу на мешок вашего зерна. Вы договорились встретиться на городской площади, но, к несчастью, ночью коза приятеля издохла. Вы же с трудом дотащили до заранее оговоренного места встречи мешок с зерном и совсем не хотите нести его назад. Тогда ваш знакомый предлагает вам: «Давай, ты все равно отдашь мне свое зерно, а за это я приведу тебе двоих овец. А чтобы ты мне поверил, я нарисую на этой мягкой глине козу и дам тебе в знак того, что должен тебе эту козу, вместо той, что умерла ночью». В этот момент, видимо, и изобрели письмо, да к тому же изрядно продвинулись в деле торговли. Предшественники письма — таблички, которыми обменивались в залог товаров, — появились 10 000 лет назад, а первые записи — это не что иное, как торговые счета.

Древние шумеры, жившие на территории нынешнего Ирака, были выдающимися торговцами. И видимо, именно им и принадлежит честь изобретения письменности. Во всяком случае, шумеры были первым народом, оставившим о себе письменные свидетельства. Происхождение шумеров до сих пор неизвестно, а язык их не имеет никаких родственных связей ни с одним языком мира.

Оставленные же шумерами письменные свидетельства являлись клинописью, названной так, потому что надписи состояли из клиновидных значков, которые процарапывались палочкой на глиняных табличках.

Клинопись первоначально использовала около 2 000 знаков и по сути была графическим языком — эти знаки изображали предметы. Наиболее ранние образцы — это рисунки птицы, рыбы, кувшина с зерном. Впоследствии изображения стали более абстрактными, и графический язык развился настолько, что уже мог передавать более сложные понятия из области истории, законодательства, науки, математики, астрономии и медицины.

Торговля и религия были основой письма. Жрецы выступали поручителями в сделках, надзирали за государственными работами, подсчитывали доходы казны, воспитывали учеников и регулировали обращение денег, учили чтению и письму. Первое литературное произведение также записано клинописью. Это эпос о Гильгамеше, повествующий о богах, героях и битве за бессмертие. Клинопись не была алфавитом. Ее создатели не пытались записать звуки речи. Клинопись основывалась прежде всего на символах, а не на звуках. Кстати, впервые клинопись была расшифрована в 1802 году немецким учителем Георгом Фридрихом Гротефендом. Ему удалось «подобрать» ключ к записи на табличке, найденной на территории древнего Персеполя. На ней была «записана» генеалогия одного из персидских царей. Звучала она так: «Дарий, царь великий, царь царей, царь стран, сын Гистаспа Ахеменид построил этот дворец». 

Пока в Шумере развивалась клинопись, египтяне создали собственные символы. Их иероглифы, или «священная резьба», названные так греками через 2 000 лет, первоначально содержали 24 символа для обозначения границ государства, размеров налогов и времени разливов Нила. До XIX века ученые предполагали, что функция иероглифов та же, что и у клинописных знаков, — в обоих случаях чисто изобразительная. Но когда была расшифрована надпись на знаменитом Розеттском камне, стало ясно, что египтяне использовали письмо для передачи не только образов, но и звуков. Они явно получали удовольствие от игры слов, когда один и тот же звук имел два значения, и, видимо, это и заставило их сделать главный шаг к созданию алфавита.

Как гласит легенда, когда в 1799 наполеоновские войска достигли Луксора в Египте, увиденное так поразило их, что, по слову очевидца, «войска остановились сами собой и в едином внезапном порыве сложили оружие». Как раз неподалеку от Луксора, в Розетте, была найдена базальтовая плита, покрытая буквами. Около 196 года до нашей эры на Розеттском камне был высечен один и тот же текст, воспроизведенный с использованием иероглифов, демотического письма (к нему прибегали для повседневных нужд) и греческих букв (ими писали правители Египта). Ясно было, что это ключ к расшифровке египетских иероглифов, над которой ученые бились сотни лет. В 1822 году французский ученый Жан-Франсуа Шампольон, знавший греческий и коптский (в котором применялось демотическое письмо), закончил перевод этой надписи. Текст рассказывал о великих свершениях египетского царя Птолемея V.

Финикийцы, населявшие запад Азии, были первыми, кто использовал то, что сейчас мы называем буквами. Первые подобные примеры датируются 1500 — 1700 годами до нашей эры. Их алфавит, состоявший из 22 букв — только согласные и ни одной гласной (ими мы обязаны древним грекам), — стал буквально революционным достижением. Большинство ученых согласны с тем, что это открытие было сделано только один раз. Таким образом, северосемитский алфавит является родоначальником всех алфавитов мира.

Неизвестно, как и почему был изобретен финикийский алфавит. Возможно, и здесь основным стимулом была торговля. В Средиземноморском регионе смешивалось множество разных народов и языков, а финикийцы побывали и на Средиземноморском, и на Атлантическом побережьях, и, возможно, даже огибали Африку. Вероятно, письмо, основанное на звуках, казалось им более быстрым и удобным как для общения, так и для торговли.

Именно финикийский алфавит стал основой заимствования для древних греков. Наряду с этрусками в центральной Италии и римлянами они приблизили его к современному европейскому, добавив гласные и дополнительные знаки. Этому способу записи предшествовало иероглифическое и крито-микенское линейное письмо. Древнейшие из дошедших до нас памятников греческого языка относятся к VIII – VII векам до нашей эры. Это были надписи на камне, металле и керамике.

Коран (его название происходит от арабского глагола «кур’aн» — читать вслух, декламировать) по канонам ислама — книга несотворенная, существующая предвечно, как сам Аллах, она его «слово». Оригинал Корана начертан на арабском языке на листах, и свитки с ним хранятся под престолом Аллаха, и только он один в этой книге может «стирать, что желает, и утверждать». В Коране 114 разделов, каждый из которых называется сура — от арабского «шеренга» или «ряд». Самые ранние сохранившиеся списки относятся к VII–VIII векам.

Миштеки — один из народов древней Мексики. Весьма воинственный, прославившийся своими достижениями в искусстве, особенно в живописи. Свидетельством этого могут служить так называемые кодексы. Один из них длиной 11 метров был написан знаками на оленьей шкуре и сложен в 44 раза.

Китайская система иероглифического письма сложилась в середине II века до нашей эры. Общее число различных письменных знаков составляло 50 тысяч. Первоначально эти знаки использовались жрецами. Рисованные знаки не являлись буквами, они означали целые понятия. Считается, что иероглифическое письмо создал первый китайский историк Цанзе для записи исторических фактов. Интересно, что даже окончание его имени пиктографически изображается в виде руки и бамбуковой таблички. Китайское письмо было употреблено также в Японии, Корее и Вьетнаме и легло в основу национального письма Японии и Кореи.

Латинский алфавит пришел в европейские страны в VI веке. Изначально он состоял всего из 23 букв. Кстати, за распространение прописных букв современникам следует благодарить франкского короля Карла Великого. Хотя точки использовались в написании уже в древности, а современная система пунктуации была создана двумя венецианскими печатниками XVI века. От западного и восточного вариантов греческого алфавита свое начало ведут и славянские глаголица и кириллица. Глаголица, по-видимому, была создана творцом славянской письменности Кириллом во второй половине IX века. Кирилловское письмо, или кириллица, было разработано путем добавления к 24 буквам греческого письма еще 19.

Кириллица сменила глаголицу в X–XI веках из-за большего удобства переводов греческих христианских текстов.

Алексей Коростелев

«Местность Соловецкого острова составляет решительный контраст со всеми соседними ей: словно природа огорчилась, истощенная в береговых тундрах и болотах, и, собравши последние оставшиеся силы, произвела на острове новый, особенный мир, в котором так всем привольно и так все сродни и знакомо дальнему заезжему человеку…» — отмечал в позапрошлом веке русский писатель Сергей Васильевич Максимов.

И по сей день Соловецкий архипелаг являет собой совершенно особый мир, насквозь пронизанный богатейшей историей как его освоения, так и последующей жизни на нем русских людей. Причем самое удивительное то, что этот благодатный край лежит всего в 165 километрах от Полярного круга.

Пустынными эти острова в Белом море оставались до XV века, до той поры, пока иноки Савватий и Герман не поселились на одном из шести островов архипелага — Большом Соловецком, и не основали там мужской монастырь. А уже к XVII веку Соловецкий монастырь приобрел огромное влияние как на всем русском Севере, так и во всем Русском государстве, став одним из крупнейших землевладельцев — монастырские земли простирались по Беломорскому побережью от Архангельска до Кольского полуострова, вдоль течения северных рек — Онеги, Кеми, Сумы и Керети.

Сколько всего произошло за многотрудную историю Соловков! С XVI века монастырь был не только прибежищем православия, но и важнейшим форпостом Русского государства, твердо державшим оборону на северных подступах.

Монастырское войско сумело отбить нападение шведов в 1571-м, успешно обороняло свои стены во время польско-литовского нашествия, а в 1854-м и чуть позже, в 55-м, силу русского оружия испытала на себе сама владычица морей Британия.

Дважды Соловки посещал Петр I — монастырь давал немалые средства на строительство молодого русского флота, и именно здесь царь начал свой поход по «государевой дороге», окончившийся победой русских на Неве и выходом к Балтике.

Еще со времен Ивана Грозного на Соловках была особая тюрьма, где содержались как государственные, так и религиозные инакомыслящие. Закрыта Соловецкая тюрьма была только в 1903 году, просуществовав более трех с половиной столетий. А в 1923-м на долгих 20 лет открылась, вновь став тюрьмой особого назначения и унеся жизни более миллиона соловецких мучеников…

В годы Великой Отечественной на Соловецких островах была основана знаменитая Школа юнг Военно-морского флота, давшая стране до 1945 года 4 000 выпускников.

Сейчас жизнь на Соловецких островах течет столь ж размеренно, как и несколько столетий назад. Все так же величаво вонзаются в небо кресты многочисленных церквей, все так же несет свои воды совсем не теплое Белое море, все та же тишина вокруг и все то же ощущение особенного мира, где всем привольно и все сродни, которое посещает каждого, кто ступил на землю Соловецкую.

Фото Александра  Захарченко

Развитие технологий порождает и новые болезненные пристрастия. На сегодняшний день в Интернете существует около 3000 сайтов, предлагающих помощь тем, кто считает себя чрезмерно затянутым во всемирную сеть. Недавно по примеру Анонимных алкоголиков была создана организация Анонимных интернетоголиков.

Первые признаки Интернет-зависимости были констатированы американским психиатром Айваном Голдбергом еще в 1995 году. По последним данным Американской психологической ассоциации, проблемы с психикой, возникшие в результате работы с Интернетом, испытывают от 5 до 10 процентов пользователей Сети. То есть в одной только Америке Интернет-зависимостью страдает около 200 000 человек.

Попытки установить точные цифры дают пока очень разные результаты. Кимберли Янг из Питтсбургского университета в 1996 году обследовал 496 добровольцев, регулярно пользующихся Интернетом, и пришел к выводу, что 396 человек из их числа следует считать Интернет-зависимыми. Тогда как сходное исследование немецких специалистов — в нем участвовало 809 человек — выявило признаки зависимости только у 20.

Установлено, что у человека, играющего в компьютерные игры по Сети, в мозгу повышается уровень дофамина, а это верный нейрохимический признак болезненной зависимости. Психологи из Гарвардского университета утверждают, что Интернет-зависимые лица страдают по крайней мере одним из трех психических отклонений — депрессиями, боязнью общения или рассеянностью внимания. Психиатры из университетов Флориды и Цинциннати независимо друг от друга насчитали пять психиатрических заболеваний, которыми чревато неумеренное увлечение Интернетом.

Проведенные исследования также показали, что болезненное пристрастие к путешествиям по Сети с высокой долей вероятности может привести вас к разводу, проблемам в учебе и на работе, долгам, самоизоляции от друзей и семьи. Люди, страдающие Интернет-зависимостью, не высыпаются, по утрам опаздывают на работу, не уделяют должного внимания семейным обязанностям, у них возникают финансовые затруднения.

Выявлены и совершенно конкретные симптомы у Интернет-зависимых людей: постоянная сосредоточенность на Интернете; увеличение проводимого в Сети времени и неоднократные безуспешные попытки сократить его; потеря чувства времени; беспокойство, угнетенность, подавленность, а порой и раздражительность, возникающие у человека при недоступности компьютера, имеющего выход в Интернет.

С точки зрения развития болезненной зависимости очень важную роль играет фактор окружения. Совершенно очевидно, что неблагополучная социальная атмосфера повышает риск смерти, вызванной употреблением наркотиков, и часто бывает обусловлена средой. Так, для подростков из неблагополучного города или района героин — препарат вполне приемлемый в определенной социальной группе и поэтому осознается как «свой». Если взглянуть на эту проблему с точки зрения психологии, то приобретение зависимости можно объяснить такими терминами, как компенсаторная реакция, то есть стремление заглушить боль или унять беспокойство. И в этой связи употребление алкогольных напитков большая часть общества считает приемлемым. Если в семье или среди сверстников подростка склонность к алкоголю считается нормой, то весьма велика вероятность того, что со временем он также пристрастится к постоянному употреблению спиртного.

Точно так же, увидев человека, помещение или принадлежности, связанные в памяти с получением наркотического кайфа, наркоман может ощутить острую потребность снова испытать его. К сожалению, практически все наркоманы абсолютно не задумываются над физиологическими процессами, происходящими у них в мозгу под действием наркотиков. Для них существенно лишь то, как прием наркотиков сказывается на самочувствии, настроении, образе мысли и на взаимоотношениях с окружающим миром.

Люди, подверженные ненаркотической зависимости, скажем страстные игроки, привыкают к тому, что то или иное занятие бывает связано с острыми положительными эмоциями, вызванными определенными нейрохимическими процессами, и постоянно стремятся, несмотря ни на что, вновь испытать эти эмоции. Человек же свободный от зависимости, испытывая стремление получить удовольствие, прежде всего достаточно хладнокровно взвешивает, уместно ли это будет в данной ситуации.

Игорь Аникеев

Тема покорения космических пространств всегда волновала человека. Едва ли не каждому из нас хоть раз в жизни рисовались межзвездные путешествия, уводящие далеко за пределы Солнечной системы. Попытки преодолеть космическое пространство делались уже достаточно давно, но реальным воплощением этих устремлений можно считать уникальные разработки инженеров Центра управления космическими полетами НАСА Дж. Маршалла. Именно здесь проводятся лабораторные исследования негнущегося, легкого материала — углеродного волокна, которое может быть использовано для создания гигантского космического парусника — величайшего из когда-либо созданных человеком межпланетных кораблей. По словам руководителя разработок межзвездных ракетных двигателей Леса Джонсона, это будет первым путешествием за пределы Солнечной системы, предпринятым человечеством.

Межзвездному космическому паруснику-зонду предстоит преодолеть расстояние, составляющее свыше 37 млрд. километров. Запуск зонда планируется провести в 2010 году, причем сделано это будет с помощью самого мощного из когда-либо созданных космических кораблей. По расчетам специалистов, полет этой уникальной системы будет длиться около 15 лет. Устремившийся к звездам со скоростью 93 км в секунду, он покроет расстояние около 4,5 тыс. км менее чем за минуту. Его скорость способна превысить скорость легендарного «Шаттла» более чем в 10 раз, да и не только. Двигаясь в пять раз быстрее космического аппарата «Вояджер», запущенного в 1977 году с целью исследования внешних пределов Солнечной системы, зонд достигнет этого корабля в 2018 году, миновав путь, проделанный «Вояджером» в течение сорока одного года, всего за восемь лет.