– Напра-аво! Шагом марш! – громогласно вскрикнул дядя Кастор, бывший солдат королевской армии.

Строй из двадцати молодых парней в тот же миг синхронно развернулся, глухо ударились в плотном строю, друг о друга дощатые щиты и чуть более звонко отозвались имитации копий и мечей – просто обструганные под нужную форму деревянные палки.

Середина лета, самое беззаботное время для крестьян. Поля засеяны пшеницей для выпечки хлеба, подсолнухами и овсом для прокорма скотины на зиму и прочими культурами. Засажены овощами огороды и уход за ними требуется самый минимальный: прополка сорняков да поливка особенно водолюбивых культур. Да и поливать особенно не приходилось, климат на севере дождливый.

То что графство Левертон не относилось к числу богатых, и даже можно прямо сказать бедным, особенно его северная часть, только на руку крестьянам. У них оставалось больше свободного времени на свои личные дела. Не нужно часто ремонтировать немногочисленные старинные построенные еще во времена Великой империи дороги, те использовались довольно редко.

Графство находилось на самом северном краю королевства Кергелен, а королевство в свою очередь на самом северном краю всего человеческого домена. Крестьяне отдавали лишь десятину своего урожая своему лорду на питание его семейства, дружины в пятьдесят человек и слуг числом еще с полсотни ртов. Поставляли все начиная от сена для лошадей и заканчивая мясом молодых телят и поросят уже для людей. В графстве вообще самые низкие налоги и подати во всем королевстве, но как уже было сказано, жилось здесь тоже небогато, много не взять.

Севернее, там за высокими Пограничными горами, с вершин которых круглый год не сходил снег, проживали только дикие племена гоблинов да орков. С ними люди дел не имели, а потому почти никакой оживленной торговли в таком захолустье не велось, следовательно караванов ходило не так уж и много.

Единственной причиной, по которой эти дороги все еще не заросли бурьяном та, что на границе северо-восточной части графства находились две небольшие колонии гномов занимавших пригорье, а еще дальше между гномами и океаном в сочно-зеленых лесах жили эльфы.

Эти инородцы старались не иметь с людьми слишком тесных отношений, но какая-никакая торговля шла. Инородцы не водили караванов по территории людей и вообще не покидали своих анклавов. Люди сами два раза в год приезжали к ним, чтобы на границах ореолов их проживания, дальше которых они никого не пускали, на так называемом Поле, купить товары и разместить индивидуальные заказы.

Гномы ясное дело как искусные кузнецы и ювелиры поставляли изделия из стали, прежде всего оружие и доспехи как правило на заказ; серебра, золота и драгоценных камней из которых они мастерили ювелирные украшения. Хорошим спросом пользовались их механические поделки вроде музыкальных шкатулок и прочей развлекательной механики…

Эльфы же славились производством тончайших и легчайших тканей, которые при этом обладали еще и весьма прочными характеристиками. Также они продавали людям различные лекарственные снадобья из трав, что росли только в их лесу, секреты, изготовления которых держались в тайне. Кроме того большим спросом пользовалось эльфийское вино считавшееся самым изысканным (особенно если учесть что эльфы наверняка продавали людям вино не самого лучшего качества).

Все эти товары пользовались большой популярностью во всех двенадцати человеческих королевствах, особенно среди знати и только за счет взимаемых с этих караванов пошлин «живыми» деньгами графство, можно сказать, и жило. Еще одним источником звонкой монеты служило несколько не слишком богатых шахт, где добывали медную руду, которую переплавляли и также продавали в центральные районы королевства.

Единственным городом в этих северных краях можно считать разросшуюся рыбацкую деревню восточного баронства Херд – Порт-Брум. Только там имелись такие городские заведения как доходные дома, кабаки, гостиницы, появившиеся за счет того, что сюда приставали корабли с купцами также спешащих на Поле, где и вели торговлю инородцы.

– Построить оборонительную линию! – снова отдал команду дядя Кастор. – Первая линия – ставь щиты! Вторая линия – готовь копья!

Деревенская молодежь сноровисто перестраивались из походной коробочки, в которой только что шагали, как и было приказано в оборонительную линию.

В первый ряд встали парни с ростовыми дощатыми щитами, присев на правое колено, зажав в правой руке имитацию короткого деревянного меча, чтобы левой рукой держать верхнюю часть щита, подперев нижнюю часть левым же коленом.

Во второй ряд встали ребята с легкими короткими копьями, длинной не более двух метров. Этими копьями им предполагалось колоть врага врезавшихся в переднюю линию поверх щитов. По идее раненых от таких ударов предстояло добивать солдатам первой линии своими короткими мечами.

Дядя Кастор хромая на деревянном костыле вместо левой ноги, которую он потерял, когда служил в королевской армии в одном из приграничных конфликтов, осматривал строй.

– Неплохо, неплохо, – повторял он, проходя мимо шеренги изредка делая замечания: – Держи копье ровнее Генри, а то оно у тебя гуляет как ветка на ветру…

Парень стоявший во второй шеренге крепче перехватил свое длинное копье и оно перестало «гулять», замерев на месте.

– Не высовывайся Хорст… а то дадут по башке и в шеренге появится брешь, в которую прорвутся враги и перережут всех твоих товарищей. Они даже мечи достать не успеют.

И парень в первой линии виновато опускал голову за край плетеного из веток тальника щита.

Иногда бывший солдат бил по щитам увесистым мешком наполненный песком проверяя, насколько прочно сделали упор его ученики. Но здесь все обстояло в порядке и, ни один щит не проломился внутрь построения, как случалось раньше в самом начале обучения.

– А теперь колите врага!

И парни стоявшие в строю начали тыкать в пустое пространство своими копьями, поражая невидимого противника которым негласно считались инородцы – орки и гоблины в память о гремевшей полтора столетия назад войне.

За всеми этими построениями и перестроениями старших с интересом наблюдал «молодняк» – мальчишки восьми-десяти лет, десять человек все те кто в этом году выразил желание заниматься военным искусством. Подобные занятия проходили на чисто добровольной основе, здесь никто никого не держал. Хочешь – приходи, не хочешь – катись на все четыре стороны.

Самих «старичков», некоторые из которых всего на год старше «молодняка», вначале насчитывалось около сорока человек. Но помимо естественного выбывания – взросления с последующей женитьбой, когда до подобных утех уже не оставалось времени, нужно заниматься хозяйством, убывали по чистой лености.

– Хорошо, – одобрительно кивнул дядя Кастор. – За прошедшую неделю вы все вспомнили. Теперь можете распределиться на пары и заняться индивидуальным фехтованием. А я пойду заниматься молодежью. Вольно.

Строй начал рассыпаться. В отдельные кучи на краю полянки, где происходили занятия, положили щиты и копья. Там же взяли щиты поменьше и полегче для пешего строя. Ребята разделились на пары и начали заниматься фехтованием выструганными из дерева мечами. Каждые пять минут партнеры менялись, чтобы не привыкать к стилистике ведения боя своего противника, и всегда оставаться начеку.

Во время спарринга Мартин Флокхарт слышал все что говорил дядя Кастор. Впрочем, каждый раз при встрече новеньких его слова не сильно различались, почти теми же словами он встречал и тех учеников девять лет назад, в числе которых был сам еще десятилетний Мартин.

– Вот так же и вы научитесь двигаться через пару лет тренировок, как настоящие солдаты и случись что, вас будут ставить в пример другим ополченцам и даже более того – вы возможно из-за уже полученного здесь опыта станете не простыми ополченцами, а командирами подразделений!

Глаза юнцов горели огнем. Каждый уже видел себя командиром целого подразделения в двадцать, а то и в пятьдесят человек, ведущих своих солдат в бой. По крайней мере, именно так себя чувствовал Мартин в первый день начала тренировок. Что сказать – романтика…

Глаза пацанов загорелись еще больше когда Кастор откинул полог с какой-то бесформенной кучи и там обнаружились детские доспехи изготовленные из берестяной коры и кожи. Кастор делал их сам во время зимы, долгими вечерами, когда делать совсем уж нечего.

– Подбирайте свои размеры…

Пацаны кинулись к горе амуниции и стали выдергивать из кучи понравившиеся им экземпляры. Из-за некоторых вспыхивали небольшие потасовки, но Кастор их быстро гасил, обжигая драчунов своим прутиком из ивы.

– Потише ребята, всем хватит.

Каждому он помогал разобраться с завязками и через несколько минут строй новичков выглядел весьма впечатляюще. Подобные доспехи хорошо помогали установить дисциплину, ведь ребята чувствовали в них себя настоящими солдатами и старались соответствовать данному статусу.

После доспехов каждый взял себе палочку-меч и щит, сплетенный из хвороста тальника. Дощатый для них был пока слишком тяжел. Да и с досками как таковыми проблема.

– Так то лучше… – одобрительно кивнул Кастор. – По росту стройся!

Заглядевшись на то как пацаны лихорадочно перестраиваются, меряясь друг с другом ростом Мартин пропустил удар в плечо. Кожаный доспех, копия тех берестяных доспехов, но сделанный самостоятельно, смягчил удар, но рука все равно чуть дрогнула. Чтобы не получить удар на добивание пришлось спешно отступить и закрыться щитом.

– Хорошо ты меня приложил Пилат.

Противник улыбнулся. Пилат не считался искусным бойцом. По крайней мере, как ни странно фехтование мечом ему давалось плохо. В ближнем бою он лучше орудовал коротким копьем, что требовало определенного мастерства, что в свою очередь не очень хорошо получалось у Флокхарта.

– Не заглядывайся… не будешь получать.

– Да я вот каждый раз, когда их вижу в самом начале, думаю, что неужели, и мы выглядели такими же остолопами? – произнес Мартин, налегая на своего противника с утроенным рвением, так что Пилату пришлось принимать удары в основном на щит изредка отбивая коротким копьем.

– Скорее всего…

Пилат отскочив в сторону во время очередной атаки Мартина, сам перешел в наступление. Теперь Флокхарту приходилось отбивать копье. Его тупое острие метило то в ногу, то в руку. Движения Пилата были быстры, при этом он держал дистанцию, не позволяя противнику сократить расстояние между собой. Но удары все же не достигали намеченной цели. Мартину в самый последний момент удавалось отбить древко копья мечом или подставить щит, но чаще он просто отскакивал назад.

Неожиданно Пилат метнул свое копье. Мартин едва успел прикрыться щитом, он услышал глухой стук, а когда выглянул из-за него, то обнаружил, что противник уже сократил расстояние и его меч легонько стукнулся о доспехи Мартина, фиксируя колющий удар.

Чистая победа.

– Ты убит, – прокомментировал Пилат.

– Ладно, – признал Мартин победу над собой, он совсем забыл, что у противника есть еще и меч. – Но когда ты завтра будешь с одним мечом, я тебя подколю.

– Скорее всего, – легко согласился Пилат. Не столько на правах победителя и хорошего настроения, сколько действительно от того что он знал, Мартин как мечник лучше него. – Но завтра тебе вряд ли это удастся.

– Это еще почему? Не придешь?

– Приду, но завтра тебе придется биться копьем. – Улыбнулся Пилат. Он знал что у Мартина с этим оружием нелады, как и у него с мечом. – Так что шансы на успех подколоть друг друга у нас будут равные.

– И правда… Но тогда послезавтра! Послезавтра я и ты будем с мечами!

– Вот послезавтра – да, ты меня подколешь как пить дай, – кивнул Пилат.

Новая смена противников и все началось по-прежнему. На этот раз к облегчению Флокхарта против него выступал такой же как и он любитель меча, а значит, у него есть все шансы на успех. На последней минуте отведенного для поединка времени Мартину действительно удалось подколоть своего противника и это ему несколько подправило самочувствие. Он, как и любой человек не любил проигрывать тем более дважды подряд.

После получасовой тренировки всевидящий дядя Кастор объявил:

– Передохните… а то уж взмокли все. Реальное сражение ведь дольше и не длится… за редкими исключениями.

Ученики тут же рассыпались по периметру площадки. В том числе и Мартин, он уже чувствовал как гудят мышцы от напряжения а по спине течет пот. Чтобы доспехи не взопрели и не начали попахивать, он расшнуровал ремешки и снял их, положив рядом с собой.

Малейший ветерок даже теплый метнувшийся по полянке заставил Мартина вздрогнуть от холода, но потом солнце взяло свое и мокрая рубаха, стала быстро высыхать под его палящими лучами. Блаженно развалившись на полянке, опивая воду из фляжек, молодежь снисходительно наблюдала за потугами «молодняка».

Маленькие новобранцы еще не умели ходить в ногу, постоянно спотыкались и ломали строй. О плавности разворотов вообще говорить нечего. Но они грозно хмурились и переругивались между собой, чем только еще больше веселили наблюдателей.

«Ничего, – подумал Мартин. – Через неделю они уже будут маршировать не хуже королевских гвардейцев на параде».

Флокхарт все же удивлялся терпению дяди Кастора, когда тот доходчиво, спокойным доброжелательным тоном объяснял через какое плечо надо поворачиваться во время команды «направо», а через какое «налево», как при этом нужно ставить ноги, чтобы все получалось четко, по-военному и при этом не споткнуться.

«Я бы на его месте, наверное, уже орал бы, а особо тупых бил бы по лбу!» – снова подумал Мартин и улыбнулся усмехаясь над собой. Дядя Кастор с ними себе такого никогда не позволял, терпения ему не занимать.

Вскрик птицы в небе заставил Мартина отвлечься от снисходительного созерцания «новобранцев» и повернуться в сторону деревни, да так и остаться в такой не очень-то удобной позе. Там по улице от края деревни к реке с большой корзиной, по всей видимости, с бельем для стирки, шла Калиста. Не узнать ее даже с такого расстояния он не мог. Дополнительным знаком отличия ее от других деревенских девушек служила красная лента, которую Калиста заплетала себе в длинную косу.

Ее семья совсем недавно переехала в эту деревню. Отец прославившийся хорошей выделкой шкур работал у графа в замке чучельником, выделывая шкуры убитых лордом, на охоте трофеев. Говорили, что звери получались как живые, что очень нравилось графу сэру Грегори Левертону, и особенно его сыну еще более заядлому охотнику чем сам граф – Лембиту Левертону, рядом с замком которого и находилась деревня.

– Решил приударить? – также развернувшись в сторону деревни и заметив объект наблюдения Мартина, спросил Пилат.

– Ага, – не стал отрицать Флокхарт.

– Ну…

– Что? – мгновенно отреагировал на непонятный тон друга Мартин.

– Я бы не советовал.

– Почему?

– На нее положил глаз Годхавн.

– Плевать, – беззаботно махнул рукой Мартин, но внутри неприятно все перевернулось.

Если он и впрямь решит приударить за Калистой то это серьезный соперник. Серьезнее в деревне просто не найти.

Если все пойдет по правилам со сватаниями со стороны семьи Годхавна и положительным ответом со стороны семьи Калисты то у него против сыночка деревенского старосты нет никаких шансов. Поскольку Флокхарты не относились к числу богатых, если не сказать наоборот. Оно и понятно, единственный сын, без отца, большое хозяйство содержать невозможно.

Перерыв закончился, но вместо того чтобы продолжить занятия в индивидуальных поединках Мартин, мгновение подумав, решительно направился к дяде Кастору.

– Старшина Барроу, разрешите обратиться? – обратился к нему Мартин, встав на вытяжку по-военному, назвав настоящее воинское звание дяди Кастора.

Это в обычной жизни когда Кастор был обычным деревенским жителем резчиком по дереву и изготовлял деревянную посуду, к нему можно запросто обратиться «дядя Кастор», но не на подобных сборах.

– Обращайся, рядовой Флокхарт.

– Разрешите отлучиться сегодня пораньше, – попросил Мартин и невольно скосил взгляд в сторону деревни.

Старшина улыбнулся себе в широкие усы. Также глянув в ту сторону.

«Догадался ведь, – смущенно решил Мартин. – Но не факт что отпустит».

Флокхарт оказался прав, Кастор все понял, но отпускать просто так никого не собирался.

– Вот что рядовой Флокхарт, видишь вон те мишени?

Мартин повернулся в указанную сторону. Там на другом краю полянки имелось два деревянных щита, с нарисованными мелом двумя фигурами. Одна – просто контур здоровенного орка, вторая – ушастого воина-гоблина наполовину скрытого щитом, хотя доподлинно известно, что гоблины не пользуются большими щитами, предпочитая им небольшие кругляши размером не больше крышек для ведер. Гоблины впрочем, как и орки (вообще не пользующиеся щитами) предпочитали скорый наскок и маневр.

– Так точно старшина Барроу!

– А вот ножи…

Флокхарт увидел пять метательных клинков в кожаной сумке.

– Порази мишень и ты можешь быть свободен, рядовой.

– Какую мишень, старшина Барроу?

– На твой выбор, рядовой.

– Так точно, старшина Барроу!

Мартин взял метательные ножи и бегом направился на рубеж, остановившись у черты стандартной дистанции метания – десять широких шагов от черты до мишеней.

Флокхарт выбрал ту что являла собой гоблина. Мало того что гоблин сам по себе меньше орка да еще и человека, так его фигура сложнее в плане поражения из-за щита и он надеялся, что при ее удачном поражении дядя Кастор будет и впредь столь же благосклонным к нему в дальнейшем. Хотя он и не собирался пользоваться этой благосклонностью слишком часто, что называется по поводу и без повода.

– Начинай.

Секунду помедлив и вспоминая все чему его учил дядя Кастор относительно метания:

– Почувствуй нож… – говорил отставной старшина, – определи его структуру, центр тяжести и просто бросай…

Мартин кивнул этим воспоминаниям и начал метать ножи старшины Барроу один за другим с секундной задержкой только для того чтобы взять новый нож, выбрать новую цель и сделать короткий замах.

Первый снаряд пришелся в голову, прямо в переносицу между близко посаженным глазами гоблина, второй угодил в руку державную меч, третий впился в правую ногу чуть ниже пояса, четвертый в ту же ногу ниже колена, пятый нож вонзился в ступню пригвоздив воображаемого противника к земле.

Флокхарт секунду подумав, достал свой собственный тяжелый нож и метнул его в грудь нарисованного на досках гоблина.

Нож, вошедший на добрых три пальца в доску, являлся гордостью Мартина.

Вообще нож имел каждый уважающий себя парень в деревне. И считалось, что если у тебя нет ножа то ты и не мужик вовсе, а какое-то недоразумение… Железо являлось дорогим удовольствием, потому такие ножи считались еще и роскошью.

Для того чтобы получить сталь на свой клинок он еще будучи пятнадцатилетним парнем с другими ребятами которые также решили обзавестись свои клинки уходили далеко на север почти к самым Пограничным горам – естественной границе между людьми и племенами гоблинов и рыскали в предгорных лесах, отыскивая следы битв давно минувших дней.

Больше ста лет назад, когда все существующие королевства были еще единым царством, случился великий Набег инородцев. Долго бились легионы людей с дикими племенами гоблинов и орков и победили. Оружие и доспехи с тех известных битв естественно собрали и хранили в запасниках баронов, графов, герцогов и королей. Но в ту войну случалось немало неизвестных битв, когда целые отряды людей погибали до единого человека, и некому было рассказать о тех сражениях и указать место чтобы похоронить погибших.

Вот эти-то неизвестные поля битв и искали малолетние мародеры, чтобы найти немного железа, а если повезет, то и бронзы с серебром. А если совсем уж подфартит то и золота кошель!

Но в сырости лесов под прелыми листьями прошлогодних листопадов и ливневых дождей железные кирасы рассыпались в труху в первые пятьдесят лет. Клинки мечей держались чуть дольше ржавея насквозь, так что ребятам доставались только эфесы мечей – самые толстые части боевого оружия.

Но и их нужно следовало набрать столько, чтобы хватило не только на сам клинок, но и заплатить кузнецу за работу по ковке ножа. Можно конечно купить у него уже готовые изделия, но помимо того что это дорого и денег ни у кого нет, высшим шиком считалось иметь клинок из стали которую ты нашел сам много дней рыская по лесам.

Вот такой нож и был у Мартина, он загонял кузнеца, объясняя какой клинок ему нужен. И в результате он добился того, чего хотел. Клинок получился очень сбалансированным, общей длиной от кончика острия до противовеса в один локоть и для самых маленьких из тех кто только что начал тренировки под началом дяди Кастора мог сойти за короткий меч. Он годился как для метания, так и для прочего применения, в том числе и по хозяйству…

– Ты можешь быть свободен, – благосклонно кивнул дядя Кастор.

– Благодарю, старшина Барроу!

Мартин подскочил к щиту и стал выдергивать ножи. Дольше всего он провозился со своим клинком, раскачивая его вверх-вниз. Тот никак не хотел выниматься.

Кто-то еще захотел слинять по быстрому и тоже подбежал к старшине.

– Хорошо, – согласился Кастор. – Кто вот так же поразит мишень, как это сделал рядовой Флокхарт, может быть свободен.

Мартин усмехнулся про себя. Он являлся одним из лучших метателей ножей. Желающих не нашлось и остальные провожая его слегка завистливыми взглядами продолжили тренировку.

Флокхарт все же выдернул из доски свой нож, отдал метательные снаряды старшине и отсалютовав, направился в сторону деревни скорым шагом. Когда он уже чуть спустился с холма на котором и находилась тренировочная площадка и, решил что его уже не видят, Мартин откровенно побежал в сторону своего дома.

Чтобы было быстрее, он пробрался к дому через зады, перелез через забор, прошелся тропкой по огороду и оказался во внутреннем дворе.

– Марти! Ты напугал меня! – всплеснула руками мать, занимавшаяся своими делами.

– Прости ма!

– Ты чего так рано?

– Срочные дела…

– Какие еще дела?

– Потом мама…

Мартин нырнул в дом, там, в сенях он снял свой доспех, повесил щит и деревянный меч на вешалку, после чего сдернул с себя пропитавшуюся потом рубашку. Схватив новую он выскочил наружу, быстро ополоснулся под умывальником и обтерся полотенцем.

– Марти, ты куда?

– Потом, все потом! – отмахивался Мартин не в силах ничего придумать, решив состряпать историю поубедительней по возвращении домой.

Надев сухую рубашку, он бегом направился по улице в сторону речки, распугивая попадающихся под ноги гусей и куриц, из дворов ему вслед лаяли собаки. Вот показалась синеватая рябь речки, а чуть в сторонке сама Калиста.

«Вовремя!» – похвалил себя Мартин одновременно вертя головой в поиске места, где бы он схорониться до времени.

Калиста уже полоскала постиранное белье, чтобы не елозить им по песку, стоя на небольшом помосте, который ребятня во время купания зачастую использовала как трамплин для прыжков в воду.

Увидев оголенные ноги Калисты из-за заправленного края юбки за пояс, Мартин чуть не забыл, зачем пришел. Опомнившись, он продолжил лихорадочно искать укрытие. Таковое, наконец, нашлось, и он поспешил спрятаться.

Сидеть почти в центре кустарника шиповника оказалось весьма непростым занятием. Колючки больно впивались в тело протыкая легкую рубашку и штаны. Мартин шипел при каждом новом движении хотя старался сидеть неподвижно. Но эти неприятности ничто по сравнению с той болью, что он испытал, забираясь в центр куста. Тут еще появились дикие осы так что пришлось вообще замереть как статуя чтобы не получить ядовитое жало куда-нибудь под глаз и не опухнуть всей мордой как это случалось со стариком Хикоксом после недельного запоя.

Он ни за что не полез бы в колючки с целью сойтись с девушкой поближе, если бы не одно обстоятельство. Недавно Калиста бросила в его сторону такой взгляд, что Мартина пробила внутренняя дрожь. Но и подойти к ней просто так тоже нельзя, по мнению Флокхарта все должно произойти случайно, а не потому что она на него посмотрела, вроде как поманила и он послушной собачонкой побежал к ней на цыпочках. Вот эту случайность он и хотел обеспечить.

Тем временем Калиста уже закончила полоскать белье. Она отжала большую, по всей видимости отцовскую рубашку и положила ее в корзину в кучу других.

«Вот и повод есть пройтись с ней до самого дома, – удовлетворенно подумал Мартин, глядя на ее корзину. – Наверняка тяжелая…»

Калиста будто зная (а может быть действительно знала?) что на нее смотрят, подхватила свою ношу и пошла обратно в деревню, двигаясь как-то так, что от нее невозможно отвести взгляда. Выскакивать прямо из кустов ей навстречу было бы большой глупостью потому Флокхарт дождался пока она пройдет мимо и шипя сквозь зубы от каждого укола острых шипов выбрался из колючего кустарника.

– Привет Калиста, – приведя себя в порядок и нагнав девушку, поздоровался Флокхарт.

– Здравствуй Мартин…

– Домой идешь?

– Да.

– Это довольно далеко, давай помогу донести… тяжелое после стирки-то.

– Спасибо, это очень мило с твоей стороны.

Мартин взял корзину из рук Калисты, она заполненная мокрым тряпьем действительно оказалась довольно увесистой, но это даже лучше, поскольку естественней. Но вот о чем говорить дальше Флокхарт ума не мог приложить. С ним так было всегда, когда нужно показать свое внутреннее красноречие, которым он втайне гордился, слова куда-то исчезали, оставляя ощущение пустоты.

«Я сейчас выгляжу как идиот!» – сокрушенно думал Мартин, представляя себя со стороны.

Так они и прошли полдеревни не произнеся больше ни слова даже стараясь не смотреть в сторону друг друга, более того старательно отводя взгляд или пялясь только перед собой.

– Ты не на тренировке… – произнесла девушка, явно на что-то намекая.

– А?.. – отреагировал Флокхарт будто его по спине стеганули розгой. – Да… поранился, – соврал Мартин так и не поняв что она хотела этим сказать. Потом он посчитал нужным объяснить, что он делал у реки, но в голову ничего не приходило.

«Решит, что я за ней подглядываю, – подумал Мартин, чувствуя, что краснеет. – Хотя сейчас именно так все и обстояло на самом деле…»

Но объяснять ничего не пришлось, навстречу двигалась тройка парней: Годхавн – первый парень на деревне и двое его сподручных: Тикр и Фред. Годхавн шел важно о чем-то беседуя со своими приспешниками и после очередной фразы громко рассмеялся, явно работая на появившуюся публику, показывая тем самым Мартину и Калисте кто здесь хозяин.

Поначалу Мартин испытал лишь облегчение от того что не нужно будет объяснять Калисте что он делал у реки. Облегчение сразу же сменилось чувством раздражения, причем на все сразу. На то что он попался на глаза этому выскочке, на то что у этого выскочки на поясе нож который ему купил его отец, а не добытый как всеми прочими в многодневных поисках по темному лесу страшного вдвойне еще и от того что там за горами, до которых кажется рукой подать беснуются дикие племена гоблинов. На то что этот упитанный гад не ходит на тренировки, дескать он будущий хозяин и ему не зачем махать палками, пусть такие как Мартин защищают его и его добро от чужого посягательства. А главное на то, что он положил глаз на Калисту. В итоге раздражение переросло в злобу.

Флокхарт встретился взглядом со своим соперником и ничего хорошего для себя там не увидел.

«Будет делать мне всевозможные проблемы», – сразу понял он.

Годхавн прошел мимо, никак не показав внешне своего отношения, но все предельно прояснил, когда Мартин не удержался и как бы невзначай обернулся им вслед. Те двое лизоблюдов также обернувшись, скорчили грозные рожи и поиграли кулаками, дескать, попадись нам и мы тебя отделаем по первое число. Пантомима самого Годхавна была еще выразительнее, он провел пальцем по горлу.

«Ну это мы еще посмотрим!» – в конец разозлился Мартин.

Он знал, что по отдельности все трое ничего не стоят как бойцы. Тикр и Фред если еще и посещали уроки борьбы дяди Кастора в самом начале, то Годхавн вообще не ходил. Хотя сама его комплекция могла сделать всяческие приемы просто бесполезными, он здоров как медведь.

– Спасибо, ты мне очень помог, – забирая корзину, поблагодарила Калиста.

– А?.. Да… конечно, – очнулся Флокхарт от тяжелых мыслей, не заметив за ними, как они пришли к дому Калисты. – Пожалуйста.

Ее прикосновение к его руке, когда она забирала корзину, явно не случайное, стало для Мартина лучшим вознаграждением.

– Ты ведь специально за мной пошел?

– Да… – через силу признался Мартин. – Как ты догадалась?

Вместо ответа Калиста вынула из его волос лепесток от цветка шиповника.

– Проклятье…

– Ничего, мне было приятно твое внимание. Может, зайдешь в дом? Пусть поостынут…

– Ничего, – небрежно махнул рукой в сторону недругов Мартин. – Все будет в порядке.

«Не хватало еще, чтобы она подумала, что я трус и буду отсиживаться у нее! – подумал он. – Если кто узнает о сем, то, меня же засмеют, дескать, отсиделся у девки под юбкой!»

– Тогда до встречи… – попрощалась Калиста, поняв что, сказала лишнего.

– До встречи, – враз пересохшим ртом произнес Флокхарт.

Обещание было весьма многозначительным. Фантазия тут же разыгралась, подбрасывая совсем уж смелые картинки.

Уходя от Калисты, Мартину удалось избежать встречи с Годхавном. Он как самый последний трус скрылся на задах и возвратился домой снова через огород. Сегодня встречаться с этой тройкой ему решительно не хотелось. Всегда успеется…

Оставшийся день он провел словно во сне, вновь и вновь вызывая в себе образ Калисты. Практически все валилось из рук.

Мартин едва дождался вечера. Еще не зная, что и как будет делать, но он твердо решил как-нибудь встретиться с Калистой, а там кто знает? В общем, он хотел расставить все точки в их отношениях, хотя их как таковых еще и вовсе не существовало – по крайней мере он хотел определиться на будущее теряет ли он с ней попусту время или все же есть какие-то шансы на успех.

Матери он соврал что идет с приятелями на ночную рыбалку, что не вызвало больших подозрений поскольку ночная рыбалка действительно явление обычное. Правда удочки Мартин бросил в ближайших кустах и направился в сторону противоположную от реки. Как бы хорошо ни был известен район, по которому идешь, но темнота все изменяет. Нога попадает то в рытвину, то поскальзывается на камне. Особенно часто это случалось, когда полная луна вдруг заходила за тучи, и ничего уже не разобрать.

«В лепешку бы не угодить», – озабоченно думал Флокхарт пробираясь к окраине деревни. Вонять коровьим дерьмом во время разговора с Калистой его не прельщало.

Но вот и окраина деревни. Вот дом где живет Калиста. Подходя к забору, он лихорадочно соображал, как бы выманить ее из дома, ведь они никак не уславливались встретиться именно сегодня, да еще ночью. Затея начинала казаться ему все более глупой и даже опрометчивой. Хотя подобные намеки означали, что тебя будут ждать, но вот знала ли Калиста о подобных традициях деревни, ведь она приехала сюда недавно.

«А вот они знают…» – с упавшим сердцем подумал Мартин, когда увидел три смутные тени выросшие из высокой травы и двинувшиеся навстречу, когда луна выглянула из-за тучи.

Не последней причиной того, что Мартин стал учиться у дяди Кастора боевому искусству, являлась эта тройка сформировавшаяся еще в раннем детстве. Они всех задирали пользуясь не только своей силой, но и чувствуя за собой мощь и влияние родителей, а потому Мартину как и некоторым другим частенько от них перепадало. Жаловаться, кому-либо на них было бессмысленно.

Флокхарт чуть отступил, чувствуя, что добром дело не кончится и выходил на площадку, чтобы иметь пространство для маневра.

– А вот и наш герой-помощник…

– Шляется по ночам…

– По чужим женщинам.

В последнем голосе Флокхарт опознал Годхавна, тот, по всей видимости, кипел от злости и был готов порвать соперника на мелкие кусочки.

– Ну, чего молчишь? Или язык от страха проглотил?!

Раздались нарочито веселые смешки его приспешников.

– У нее на лбу не написано, что она твоя женщина, так откуда мне знать? К тому же мне казалось, что твоей невестой является Мальта, дочь уважаемого Дагрэй Соркотта. Не думаю, что ему понравится, что по сути уже названный, вдруг начнет крутить роман на стороне…

Дагрэй Соркотт являлся старостой соседней деревни, так что мог устроить много неприятностей отцу Годхавна.

– Ах ты урод! Я буду решать, кем быть моей невестой, ясно?!

– Послушай Годхавн, – пошел на попятную Флокхарт, – мне не нужны неприятности…

– А будут, – пообещал главный. – Раз ты днем струсил, как заяц драный, хотя получил бы всего пару затрещин по моей доброте душевной, то сейчас тебе никуда не уйти и ты получишь по полной. К тому же должен же я тебя проучить непонятливого! Ну, чего вы стоите?! Валите его!

Тикр и Фред вышли вперед, готовясь к схватке вынули тускло блеснувшие в свете луны ножи, добытые самостоятельно, как и положено для настоящих мужчин. Мартин тоже поспешил достать свой нож.

– Ребята, по-моему это уже перебор, – кивнул Флокхарт на свой клинок и стал медленно убирать его в ножны. После чего стянул с пояса ремень на котором он висел. – Мы же не хотим реально поубивать друг друга?

Тикр и Фред переглянулись и кивнув друг другу тоже убрали свои ножи в ножны, а после того как Мартин отбросил свой пояс в сторону, отбросили свои и они.

«Ну, хоть у этих двоих хоть какое-то понятие о чести есть, – с облегчением подумал Мартин. – Несмотря на то, что нападают вдвоем на одного».

Тикр и Фред стали обходить Мартина с флангов, сам Флокхарт отступал, стараясь держать противников в поле зрения. Так они кружили довольно долго, но это не понравилось Годхавну стоящему в стороне и, он прикрикнул:

– Ну, чего вы возитесь? Или решили танцевать здесь с ним до утра?!

Тикр и Фред сделали синхронный бросок вперед. Этого Мартин только и ждал. В момент броска своих противников он сам бросился навстречу Фреду, как самому ближнему из них. Удар плечом со всей силы в грудь, толчок руками и Фред покатился по земле, надсадно хрипя.

В следующий момент он сцепился с подоспевшим Тикром, так же свалившись на землю и катаясь по ней как злобные бурундуки что-то рыча. Но это уже вполне честная схватка один на один. Противники молотили друг друга не чувствуя боли. То Тикр наседал сверху и Мартину приходилось защищаться чтобы не выбили зубы или не сломали нос, то Тикр оказывался под Мартином и тогда уже он молотил со всей силы вкладывая в хорошо поставленный на тренировках удар всю свою ненависть на эту тройку.

Увлекшись, он не заметил, как очухавшийся Фред сбил его с Тикра ударом ногой. Мартин прокатился по земле и быстро встал на ноги. Оказались на ногах и его противники.

– Ну чего встали?! Мочите его! Мочите! – буквально завизжал Годхавн.

В соседних дворах уже во всю лаяли собаки услышавших их возню, но драчуны не обращали пока на это никакого внимания. После очередного окрика своего вожака Фред и Тикр снова решительно пошли в атаку.

Снова началось кружение на месте. На этот раз окрики вожака «покончить с засранцем быстрее» не возымели действия и Тикр с Фредом продолжили обходить Мартина с флангов. Флокхарт не собирался дожидаться пока его зажмут с двух сторон и сам начал раскачивать своих врагов.

Сначала он метнулся в сторону Фреда, наиболее пострадавшего от его удара в грудь и тот среагировал инстинктивно – чуть отскочил назад. Но ругнувшись в полголоса, скорее на себя за свое малодушие восстановил свою прежнюю позицию.

В следующий раз Мартин сделал резкий рывок в сторону Тикра, но тот помня ошибку своего товарища, да и сам будучи крепче не только физически но и морально, даже не шелохнулся.

«Ну, а теперь пан или пропал», – собравшись с духом, подумал Мартин, приняв решение.

Он снова метнулся навстречу Фреду, но тот, думая, что это очередная уловка не сдвинулся с места и даже не сменил стойку, что стало его большой ошибкой. Мартин продолжил бросок и в мгновение ока оказался рядом с Фредом. Замашистый удар ногой прямо в коленную чашечку заставил Фреда согнуться и в следующий миг Флокхарт уже бил противника коленом по лицу, схватив того за волосы, чтобы удар получился сильнее.

На этот раз Фред оказался в полноценном нокауте и лежал на травке, раскинув руки не подавая признаков жизни.

Вопреки ожиданиям Тикр не стал сразу же набрасываться на Мартина. Он был умнее и собирался выждать более удобный момент.

– Неплохо, – произнес он, сплевывая накопившуюся во рту кровь.

– Ходили бы на занятия не попадались бы на такие уловки, – прохрипел в ответ Флокхарт, так же сплюнув солоноватую слюну.

Только во время разговора он почувствовал, что губа разбита и один передний зуб чувствительно шатается.

«Главное не выбили, – подумал он с облегчением. – А что шатается так не беда, обратно закрепится».

– Наверное так и поступлю, – кивнул Тикр. – А то скоро девчонок на сеновал завалить не смогу…

Флокхарт никак не отреагировал на скрытое оскорбление, считая, что так его хотят вывести из равновесия и сделать ошибку. Но это не помогло, Мартин на чем-то оступился, чуть изменив положение тела, и Тикр перешел в атаку посчитав, что более удобного случая все равно не представится. В принципе он не прогадал и первый его удар достиг цели, окончательно расквасив Флокхарту нос, отчего тот свалился на землю, но довести дело до победного конца не получилось.

Мартин извернулся ужом, уходя от ударов ногами в живот и, снова оказался на ногах, отбивая очередной удар Тикра. Теперь уже сам Мартин перешел в наступление, и противники обменялись болезненными ударами. Очередной выпад Тикра и Мартин перехватил его руку, взяв ее в захват как это учил дядя Кастор, заломил запястье и противник согнулся пополам вскрикнув от нестерпимой боли и получил коленом в грудь.

Тикр выпрямился, но не успел среагировать на очередной выпад Мартина и поставить защиту. Удар Флокхарта пришелся прямо в челюсть снизу вверх, так что у Тикра аж зубы отчетливо щелкнули. В этот удар Мартин вложил всю свою силу и злость и он оказался весьма эффективным – Тикр упал на землю и остался лежать таким же неподвижным мешком, что и его приятель Фред, все еще не пришедший в себя.

Флокхарт шатаясь от усталости, повернулся в сторону Годхавна, глядевший во все глаза и не веривший, что его верные псы не справились и он остался один.

– Слабоватые у тебя бойцы… – не сдержался от словесной колкости Мартин, сам едва стоя на ногах. – Вдвоем на одного и то не могут победить. А самому-то слабо?! Или ты только чужими руками умеешь жар загребать? Свои запачкать боишься? А то смотри, если они и дальше все за тебя делать будут, то и девок за тебя портить станут, а ты останешься вроде как не у дел!

Мартин усмехнулся разбитым ртом, что отозвалось острой болью.

«Пожалуй, зря я это сказал, – запоздало подумал он, увидев, даже в слабом свете луны как тяжело задышал Годхавн. – Вечно у меня язык впереди мыслей».

– Убью гаденыша! – зарычал бизоном Годхавн и с ревом бросился на своего врага.

У Мартина мелькнула мысль что хорошо, дескать, этот бык за нож не схватился, хотя он и висел у него на поясе, все из-за того, что Годхавн им по-настоящему пользоваться не умеет, вот и забыл в порыве ярости, а то так бы в капусту покрошил.

Впрочем, Годхавн оставался весьма опасен и без ножа. Любой его прямой удар, достигший цели мог стать для Мартина особенно в таком ослабленном в только что прошедшей драке сразу с двумя противниками, последним. Годхавн возвышался над любым деревенским мужиком на две головы, а потому силищи в нем было не меряно, но вот умение подкачало и вместо того чтобы врезать своему противнику тем самым наверняка что-нибудь ему сломав, он просто схватил отступающего Флокхарта в могучие объятья и начал сжимать точно тисками.

Мартин даже сам не понял, как оказался сжатым, что даже руками невозможно пошевелить. Вот этот Годхавн, казалось медлительный увалень еще где-то там и вдруг он уже в его объятьях и вздохнуть не может, так как ребра уже трещат, сдавливая легкие.

– Удавлю гада! – усиливая давление, ревел, брызжа слюной прямо в лицо Мартина Годхавн. – Сдохни!

И Мартин понял, что это не просто угроза, этот здоровяк его действительно может раздавить. Он вдруг подумал, что Годхавн не является сыном своего отца Старбака, а скорее отпрыском кузнеца Закария, тот так же могуч, но на этот раз он благоразумно промолчал, что дескать твоя мамаша снюхалась с кузнецом пока твой папаша бегал по другим мамашам, только удивляясь самому себе как он в такую минуту еще может думать о чем-то постороннем, а не о своем спасении.

Флокхарт забился в объятьях Годхавна, чьим бы он ни был отпрыском, но это ему не помогло. Теперь Мартин уже реально не мог сделать ни единого вдоха, а давление рук противника все усиливалось. Легкие без воздуха уже начали гореть, распространяя слабость по всему телу.

– Сдохни! Сдохни!!

В отчаянии Мартин стал мотать головой стараясь достать до головы Годхавна, которую он предусмотрительно откинул назад, но несмотря на это он все же достал до подбородка сына старосты (или кузнеца?) и хватка громилы на секунду ослабла. Этого хватило, чтобы немного растолкавшись Мартин высвободил обе руки.

Разведя их в стороны, поскольку ни на какое другое движение он не был способен и со всей силы ударил ладонями по ушам Годхавна. Тот заревел, как оскопленный бык, но все же не выпустил свою жертву, лишь начал переступать с ноги на ногу.

Мартин повторил свой прием еще и еще раз. Завершающим аккордом стал удар лбом в переносицу Годхавна. Годхавн не смог выдержать такого удара и, обо что-то споткнувшись, стал падать на спину. Удар, руки его ослабли и Мартин наконец смог выбраться из цепких, смертельных объятий.

– Что здесь происходит?!

От неожиданности Флокхарт чуть снова не упал, едва отскочив.

– Да так, небольшая стычка, – хорохорясь, ответил Мартин, узнав по голосу в спросившей Калисту, стоящую у забора.

Не прекращающийся лай собак, наконец, выгнал их из дома, заставив проверить, не грабят ли огород или может животные какие повадились.

– Что с ним?

– Упал… сейчас очухается…

– Это вряд ли.

Флокхарт поспешил вскочить на ноги. Так как за спиной Калисты появился ее отец. Только потом до него стал доходить смысл его слов.

– То есть как?..

– А вот так…

Для надежности своего заключения Бэри Триер приблизился к лежащему с открытым ртом Годхавну и потрогал за шею.

– Так и есть – труп.

– Вы шутите?!

– Да какие уж тут шутки, парень?.. Мертвее мертвого.

– Но как же так?! Он только лишь упал…

Бэри приподнял голову Годхавна и провел под ней рукой, после чего показал на свете луны. Она оказалась блестящей, сразу стало ясно, что от крови. Бэри Триер пояснил:

– Он ударился о камень.

Мартин, где стоял там и сел на мгновенно ослабших ногах.

«Я убил человека?! – наконец в полной мере дошло до него понимание случившегося. – И кого? Сына старосты?!!»

Тем временем Бэри проверил еще двоих: Тикра и Фреда.

– Эти в порядке… сейчас очухаются. Вот что парень, беги-ка ты отсюда… – сказал он, так как понял, что здесь произошло и собственно из-за чего, а точнее из-за кого весь сыр-бор.

– Бежать?

– Беги. Старик тебе этого не простит. Но запомни я отпускаю тебя только один раз, вроде как сейчас я тебя не видел, но если я тебя увижу еще раз, то поймаю и никакого снисхождения и жалости ты от меня не добьешься. Ты понял?

– Д-да…

– А теперь исчезни. Сейчас здесь будет полно народу, вон сколько дворов переполошили собаки и они придут посмотреть что их так всех взвело.

– Д-да…

Мартин, не помня себя каким-то чудом подхватив свой нож, побежал, будто за ним гнались демоны из нижнего мира. В дом он ворвался как ураган, перепугав мать.

– Что случилось?

Мартин на минуту остановился и присел на скамью. Жалость к себе захлестнула его, к глазам подкатили слезы, в горле встал ком, в животе противно забурлило.

– Я только что человека убил… – через силу признался он.

– Что?! Кого?!!

– Годхавна…

– Ах… – всплеснула руками мать. – Что же теперь будет?..

– Да уж ничего хорошего…

Мартин помассировал, вновь ставшими ватными ноги. Неожиданно злость неизвестно на кого вновь возвратилась к нему, придав сил и решимости. Он схватил со стены свой доспех и выскочил на улицу. Время терять нельзя.

– Куда ты?

– Прятаться!

– Постой…

– Что еще, ма?

– Возьми.

Мать Мартина сняла со своей шеи медальон и протянула сыну. Это был серебряный кружок с изображением львиной головы.

– Что это?

– Медальон твоего отца. Может быть, он принесет тебе удачу.

Мартину было не до сюсюканий, тем более что отцу он по всей видимости не очень-то помог. С другой стороны он пропал, когда этого медальона с ним не было. Как бы там ни было он надел медальон себе на шею.

– Будем надеяться…

Тикр врезался в стену от сильнейшего удара в лицо и осел на пол. Он больно ударился головой, так что в глазах все поплыло, тем не менее, он даже не пискнул, лишь сглотнул кровь, из разбитой губы не решившись сплюнуть ее на пол хозяйского дома. Оно и понятно, он виноват, что Годхавн – единственный наследник хозяина, умер. В его и Фреда обязанности входило защищать хозяйского сына, так что нет ничего странного в том, что сам хозяин Старбак Хантер рвал и метал.

Фред вообще валялся в углу без чувств после пары ударов засыпанный деревянной посудой со свернутой им же полки. Тикр же был посильнее своего друга и, ему больше доставалось.

В самом начале Фред пытался отговорить своего приятеля от того чтобы идти к хозяину и рассказывать о гибели Годхавна.

– И что мы скажем завтра, когда он нас спросит? – спросил Тикр.

– Что мы ничего не знали…

В каком-то смысле идея здравая, дескать, знать не знаем ведать не ведаем и ни в чем не виноваты.

– Не пойдет Фред…

– Но почему?!

– Начнем с того, что нас видели вместе еще два человека без учета этой Калисты и ее папаши… может быть они и промолчали бы, тем более что это в их же интересах, но вот остальные… мы ведь даже не знаем кто они в то время как они знают нас…

– Откуда?

– Оттуда что только мы ходим втроем! И не опознать нас просто невозможно.

– Да, конечно…

– Хозяин в желании узнать что же все-таки произошло, проведет расследование, перевернет всю деревню верх дном в поисках свидетелей, и это обстоятельство всплывет и тогда нам точно не сносить голов за то что умолчали. Так что нам самим все нужно рассказать.

Вот и рассказали. Теперь Тикр думал о том, что, не лучше ли им действительно было промолчать, как предлагал Фред? Буйству Старбака не видно конца, а ему он кажется, уже ребро сломал. Так ведь и зашибить может. С него станется… Но тем не менее он сносил побои лишь подворачиваясь под удар хозяйского кулака так чтобы ему нанесли как можно меньше повреждений да посильнее охал как если бы удар был куда больнее чем был на самом деле.

В дальней комнате пока шло избиение, ревела мать Годхавна – Ундина, ей подвывали дочери.

Выплеснув первую злобу, Старбак тяжело дыша присел на скамью. Тикр сжался в комок, опасаясь смотреть на хозяина, чтобы не спровоцировать новые побои.

– Так кто ты говоришь, это был?

– Мартин Флокхарт, хозяин, – поспешил ответить Тикр.

– Что вы там вообще делали, демоны вас побери?! Ладно… – остановил Хантер взмахом руки попытку Тикра все объяснить. – Я все понял, не поделили девку…

– Да, хозяин…

– Слабаки… вы вдвоем не смогли его побить… Значит так…

Старбак сжал кулаки, гася в себе приступ ярости, после чего продолжил:

– Приведи в чувство этого дохляка…

Тикр поспешил исполнить приказ хозяина и метнулся к Фреду, начал лупить его по щекам. Тот встрепенулся прокричав вроде того что не бейте меня пожалуйста и вжался в стенку не сразу опознав кто его лупцует и что это вовсе не побои, а попытка привести его в чувство.

– Значит так, – продолжил Старбак когда второй очнулся и был способен понимать, – сейчас поднимите всю деревню, мы отправляемся на поиски этого гада, он не мог далеко уйти. Но к вам у меня особое поручение… и советую вам его выполнить во чтобы то ни стало.

Тикр понял, что это за поручение еще до того как его огласил хозяин и не ошибся.

– Вы его убьете. Вам все ясно?

– Да хозяин…

– Д-да х-хозяин, – кивнул в углу Фред когда Старбак на него пристально взглянул. И неизвестно что его больше страшило, гнев хозяина за невыполнение наказа или сама мысль об убийстве.

– А теперь пошли вон отсюда, пока я вас на куски не порвал!!!

Мартин скакал на коне столько, сколько тот его мог на себе нести. Самого коня он поймал на лугу. Конь был старый потому хозяин дед Архип держал его вне загона, просто вбив в землю кол и привязав к нему длинную веревку на другом конце которой пасся Бучь, доживавший как и его хозяин свои последние дни. Его-то и стреножил Флокхарт за неимением лучшего и доступнее.

Почувствовав что Бучь уже не тянет и вот-вот падет под ним Мартин его остановил и соскочил на землю.

– Спасибо старик, ты выручил меня, а теперь иди назад.

Конь, мотнув головой, послушно развернулся и тяжело дыша, поплелся обратно в деревню. Флокхарт надеялся, что когда погоня встретит коня, который уже успеет отойти на какое-то расстояние, это собьет преследователей с толку что даст ему еще немного форы.

«Километров десять будет», – определил Мартин пройденное расстояние.

Но он понимал, что десять километров от деревни это ничто. За ним уже наверняка развернулась погоня и погоня эта идет на молодых лошадях и что еще хуже с собаками, а от них не так-то просто оторваться. Да и сами жители деревни в охоте смыслили весьма много.

Дело в том, что граф Левертон еще по молодости очень любил постановочную охоту. Специально для него деревенские с помощью этих самых собак загоняли какого-нибудь зверя: кабана-секача, оленя, медведя. Зверей излавливали живьем (подкормив усыпляющим снадобьем) и доставляли в лес около замка Левертон. После чего гнали жертву на графа чтобы тот ее подстрелил метким выстрелом из лука или арбалета (смотря что за зверь для него изловлен, охотиться из лука на медведя и даже кабана глупейшее дело).

Так что загонщики в деревне имелись весьма опытные. Мартин сам пару раз участвовал в загоне, но уже в графском лесу бренча в колотушки. В настоящей охоте он участия не принимал по малолетству, но тем не менее представление о том что сейчас начнется он имел полное. Потому свернув с дороги, он помчался в сторону гор, там шансов убежать значительно больше, хотя бы потому, что окружить в горах не так-то просто.

«Лишь бы добраться до ближайшего ручья, там они меня потеряют», – думал Мартин.

Он бежал по темному лесу, проклиная на свете все и вся когда очередная еловая ветка била по лицу или же всю голову обматывала паутина залепляя глаза. Шум в лесу от его движения стоял такой что казалось слышно было за многие километры.

Ноги ломали павшие ветки и полусгнившие стволы молодых деревьев. Иногда на пути попадались поваленные разлапистые деревья перебраться через которые просто невозможно без получения травмы и тогда теряя драгоценное время, Мартин бежал в обход. Высокая трава, особенно в ложбинах спутывала ноги и их приходилось выдирать из цепкого обхвата леса силой.

Он удивлялся что еще ничего себе не сломал и даже не подвернул ногу на кочках или наоборот в выемках, хотя упал уже бесчисленное количество раз разодрав рукава рубахи в лоскуты и разбив руки в кровь. На лице царапин тоже хватало.

Усталость от бешенной гонки от пока еще невидимой погони, но которую он чувствовал, брала свое и Мартин начал тяжело дышать в результате скорость хода резко упала. Все чаще он присаживался на очередное павшее дерево и тяжело переводил дух, прислушивался, не слышно ли криков людей или лая собак. Но нет, ничего такого до его ушей пока не доносилось, хотя возможно не слышал из-за того что в ушах громко стучало собственное сердце. И тогда Мартин вставал и бежал дальше в сторону гор, до которых оставалось еще ой как далеко.

Погоня между тем действительно разворачивалась в полную силу. В деревне стоял настоящий гвалт голосов, все мужское население в спешном порядке по зову старосты снаряжалось в путь. И уже через десять минут более полусотни человек со сворами собак мчались за Мартином, держа в руках факелы и горя праведным гневом на убийцу. Они в два раза быстрее преодолели тот путь, что занял у Мартина на Буче. Встретившийся им на обратном пути конь ненадолго сбил их с пути. Опытный деревенский следопыт быстро разобрался что к чему и еще через пять минут вся толпа уже разворачивалась в цепь в лесу углубляясь в темень на лошадях.

Когда лошади уже не могли идти дальше из-за густоты леса да и из опасения хозяев что их животные могут переломать себе ноги в переплетениях корней люди пошли пешком. (По мнению некоторых лучше сломать ногу самому, чем забить на мясо дорогую скотину). Но они в отличие от Флокхарта были еще полны сил и двигались достаточно быстро. К тому же им не приходилось петлять, собаки сами рвались вперед показывая путь, ведь каждой дали понюхать одну из вещей Мартина что с силой отобрали у его матери ворвавшись в дом в поиске убийцы.

Мартин уже слышал этот злобный лай еще недавно соседских собак, брехавшие на него исключительно по долгу службы, когда тот проходил мимо их двора, готовые сейчас порвать его стоит хозяевам спустить поводки. Но они почему-то еще не спускали своих собак.

«Хотят взять меня живьем, – понял Флокхарт. – А если отпустят до того как увидят, то не успеют остановить, и меня просто порвут на части как зайца и им самим придется иметь дело с графским судом за самосуд».

Но это не успокоило его, он чувствовал, что погоня приближается и что хуже всего его начинают обходить с флангов, а так недолго до полного окружения, чего очень боялся Мартин. Потому он постарался увеличить темп движения.

Но неожиданно прямо перед Мартином разверзлась пропасть и не успев среагировать из-за сильнейшей усталости он скатился вниз с обрыва. Лицо и руки обожгло крапивой, и в следующий миг он почувствовал жуткий холод, пробравший его разгоряченное тело до костей.

«Ручей!» – воскликнул беглец и воздал хвалу всем Светлым богам, каких только знал.

Сгибаясь от враз потяжелевшей одежды, не обращая внимания на зуд от крапивного ожога, он хлюпая ногами побежал по руслу узкого ручья шириной всего в два шага. А собачий лай слышался все громче, а значит ближе. При желании уже наверное можно было разобрать отдельные команды главных загонщиков, но никакого желания разбирать эти команды у Мартина не имелось, он продолжал убегать стараясь крепче стоять на ногах.

Горло хрипело при каждом выдохе и вдохе, легкие жгло, лицо горело не только от ожогов крапивы, но и ранее полученных царапин, когда их заливало потом. Но он продолжал двигаться, постоянно падая на скользких подводных камнях ручья, уже окончательно в кровь разбив руки и колени, то тяжело пробуксовывая на наносах песка, молясь чтобы этот песок вперемешку с илом оседал как можно быстрее иначе его можно обнаружить только по этому мутному следу.

Ручей вымотал его последние силы, когда Мартин понял, что тот начинает забирать в сторону, по сути, навстречу погоне. Ничего не оставалось как снова выбраться на сушу в последний раз напившись холодной воды и остудив лицо. Вдалеке мелькнул огонек факела, погоня приблизилась на дистанцию прямой видимости, и это обстоятельство придало Мартину сил на новый бросок вглубь леса.

До спасительной гряды гор оставалось пройти еще столько же, сколько он успел пробежать. Но вот в то, что он успеет преодолеть это расстояние, Мартин уже не верил.

– Пускай собак! Пускай собак! – кричал Старбак Хантер, тряся за грудки главного деревенского загонщика Оуша.

– Еще слишком рано, староста! Они порвут его на части! Что мы скажем графу?!

– Плевать! Я заплачу ему щедрый штраф! Беру всю ответственность на себя!

– Нельзя! Мы возьмем его целым, я обещаю это вам Хантер!

Кое-как Оушу удалось отделаться от старосты, который буквально брызгал слюной от ярости и погоня продолжилась. Собаки хорошо шли по следу, правда в самом начале они немножко отвлеклись и по привычке погнались за кабаном, так что им пришлось вновь сунуть под носы войлочную шапку-шлем Флокхарта, чтобы они вновь взяли нужный человеческий след.

Неожиданно собаки жалобно заскулили закружив на месте.

– Что с ними случилось?! – взревел вне себя от злости Хантер.

– Они потеряли след, хозяин, – выдавил из себя Оуш. – Видите ручей, он пошел по нему и неизвестно в какую сторону… На другой стороне следов нет.

– Проклятье!

Собаки нюхали траву не в силах определить, куда двинулся беглец.

– Раздели всех на две равные группы, – приказал Старбак. – Одни пускай идут вниз по течению, другие – вверх.

– Слушаюсь…

– А вы двое, – подозвал староста к себе Фреда и Тикра, – пойдете соответственно вниз и вверх, и найдите его!

– Слушаемся…

Оуш наконец разделил загонщиков на две группы направив их в разные стороны в соответствии с приказом старосты. Сам Хантер, немного подумав, пошел вверх по ручью, поскольку, чуть поразмыслив, решил, что сам поступил бы так же. А почему и сам не знал.

Погоня продолжилась. Собаки казалось, не знали устали, а вот люди в этой бешеной гонке уже начали отставать. Только привычный к долгому бегу, как и его псы Оуш несмотря на свой возраст шел впереди, за ним бежал Тикр из-за своей молодости державший хороший темп. Сам Старбак шел наравне с ними исключительно оттого, что силы ему давала ненависть к убийце своего сына.

– Собаки взяли след, хозяин! – радостно прокричал Тикр после получаса бега, когда псы пошли по берегу более целеустремленно.

Тикр поспешил нагнать Оуша так как взгляд полный злобы брошенный Старбаком не сулил ему ничего хорошего.

– Ну, в чем дело?! Почему мы все еще не поймали его?! – вопрошал Хантер, после еще десяти минут ходу по лесу.

Большинство людей уже давно отстало, лишь двое-трое из числа молодых, от более чем двадцати человек в самом начале, после того как они разделились на две группы, оставались в пределах видимости. Бег по оврагу густо заросшего кустарником тальника и рябины, а так же жалящей крапивой, в котором протекал ручей, вытянул у преследователей все силы.

– Поймаем мы его, никуда он от нас не денется, хозяин.

– Пускай собак Оуш.

– Но…

– Пускай собак… – тихим шепотом повторил Хантер.

Неизвестно что прочел Оуш в глазах Старбака, но он послушно кивнул.

– Да хозяин.

Собаки, лишившись поводов, рванули вперед, уходя в темноту.

– За ними.

– Да, хозяин, – кивнул Тикр и припустил вслед за псами.

Мартин бежал уже на последних остатках сил, когда понял, что за ним мчатся псы, они еще далеко, но уйти от них, нет никаких сил. Понимая, что лучше сохранить силы для борьбы, он остановился чтобы отдышаться когда заметил рядом большую суковатую палку.

– Что ж, видно это знак богов свыше, – сказал себе Мартин поднимая дубину. – Хватит бегать пора драться…

Присев на колени Флокхарт возвел руки к небу, зашептав:

– О Альмана, богиня удачи и заступничества, помоги мне… Мне нечего сейчас принести тебе в жертву кроме тех псов, что гонятся за мной, и я посвящу их жизни тебе, если ты озаришь меня хоть искоркой своего проведения…

Услышав задорные повизгивания псов Флокхарт встал с колен и поудобнее перехватил палку. Вот из темноты, точно тени духов Тьмы появилась первая собака, вторая третья… всего он насчитал шесть здоровенных псов.

– Ну идите ко мне, – прошептал Мартин чувствуя непривычную уверенность в своих силах.

«Спасибо богиня…» – поблагодарил он, мысленно посчитав, что эта уверенность не что иное, как ее помощь.

Взмах справа налево и первая собака с диким визгом отлетела в сторону. Второй удар обратным движением и вторая собака отлетела в правую сторону с не менее пронзительным визгом. Но на этом везение Мартина, а может помощь богини закончилась – сухая дубина разломилась и в руках осталась жалкая палочка в локоть длиной…

Оставшиеся четыре собаки чуть приотставшие от первых двух из-за трудно проходимых зарослей одна за другой готовились налететь на Флокхарта и все вместе порвать свою жертву на куски.

Вот первая, из них резко оттолкнувшись задними лапами, взмыла в воздух и всей своей немалой массой обрушилась на Мартина. Он лишь в последний момент успел выхватить свой нож и всадить его псу между ребер.

Едва отбросив эту скулящую псину за дело взялся второй пес укусив руку с ножом за кожаный поручень. Несмотря на защиту это было довольно больно. Пес злобно рыча начал мотать головой из стороны в сторону словно пытаясь оторвать ему руку.

«А где еще двое?!» – вспомнил об остальных собаках Мартин.

Но еще две псины никак себя не проявляли. Хотя по идее должны сейчас также кусать свою добычу за ноги, руки, подбираясь к горлу. Может их придержали?

Но думать об этом не было ни времени, ни возможности, следовало разобраться с псиной, что на тебе в данный момент.

Кое-как вырвав свою руку из пасти пса, Мартин сам схватился за горло собаки и отстранил оскалившуюся морду от своего лица пытаясь задушить собаку, что оказалось не просто.

В следующую секунду произошло то, чего Флокхарт не мог никак ожидать и даже надеяться не смел. Собака взвизгнув, дрогнула всем телом и обмякла. В темноте Мартин увидел стрелу вошедшую собаке в правый бок и вышедшую наконечником из левого.

Отбросив поверженного пса от себя, Мартин быстро вскочил на ноги. В этом стремительном движении он увидел тех двух собак что так и не напали на него, по той простой причине, что их также пронзили стрелами.

– Кто здесь?!

Из-за дерева вышел лучник, держа стрелу на тетиве и готовый в любую секунду выстрелить в им же спасенного от расправы.

– Кто ты?

Вместо ответа лучник бросил взгляд чуть в сторону от Мартина. Подскочив к собакам, он вынул свои стрелы и резко развернувшись, бросился прочь в темноту леса. Прислушавшись Флокхарт услышал чьи-то крики, команды, просто ругань, а услышав также бросился подальше от места схватки с собаками вслед за неизвестным спасителем.

Но от лучника уже и след простыл. В довершение ко всему Мартин обо что-то споткнулся и упал.

– Проклятье…

Мартин с трудом поднялся на ноги, но не удержался и просто рухнул на колени, силы оставили его, все тело нещадно ныло. Он уже не чувствовал в себе ни малейших сил, а главное желания двигаться дальше. Наступило состояние полной апатии. Хотелось просто лежать и будь что будет, но он не сдвинется с места. Так он думал лишь до тех пор пока в темноте не послышался хруст. Кто-то осторожно приближался к нему, стараясь держаться за стволами деревьев, чтобы его не увидели.

«Опять лучник?» – с надеждой, но с большим сомнением подумал Флокхарт.

Он резко сел на корточки и подбросил свой нож перехватив его в положение для броска и стал выцеливать противника.

– Не бросай, – прозвучало из темноты. – Я знаю ты хороший метатель ножей. Даже в таком не лучшем своем состоянии.

– Кто там? Выходи…

– Тикр…

– Я не сдамся, Тикр.

– Я знаю… Тем более что ничего хорошего тебя в этом случае не ждет. Старик хочет убить тебя.

Тикр приблизился под настороженным взглядом Мартина и осмотрел место битвы.

– Это не по правилам, – произнес он, показав на собак. Но, почувствовав, что это прозвучало как-то двусмысленно, пояснил: – Он спустил собак в надежде, что они разорвут тебя.

– Это им почти удалось.

– Я вижу… – кивнул подхалим Годхавна.

– Что ты хочешь, Тикр? К чему все эти слова? Или ты надеешься разговорами задержать меня?

– Была такая мысль, – признался Тикр. – Но да ладно… сейчас я отпущу тебя…

– С чего это такая доброта?

– Смерть Годхавна – трагическая случайность. Кроме того, он сам виноват. За тобой развернули охоту как на какого-то дикого зверя и спустили собак даже не разобравшись, что к чему… только поэтому. Но в следующий раз я выполню приказ хозяина без подобных сюсюканий.

– Понятно.

– А теперь иди. Оуш со старостой уже близко и загонщик очень огорчится смертью своих собак, наверное, не меньше чем староста огорчен смертью сына…

– Спасибо Тикр, признаться никогда бы не подумал, что ты способен на это.

– Признаться, я тоже… – Усмехнулся Тикр. – Но да все когда-то случается.

Во время разговора Мартин успел отдышаться и, кивнув Тикру в знак благодарности, побежал дальше.

Тикр же нашел суковатую палку и полоснул ею себя по лицу, разодрав кожу до крови, после чего картинно развалился у дерева, дескать, отлетел от мощного удара палкой из засады. Синяков у него уже хватало от побоев чтобы делать новые…

Когда на поляне появился Оуш со своими собаками и Старбак Хантер он слабо пошевелился и что-то нечленораздельно промычал.

– Что случилось?! – закричал староста хватая Тикра за грудки. – Почему ты его не поймал?!

– Он ударил меня…

– Куда он пошел? Куда он пошел?!!

– Кажется туда, – слабо махнул рукой Тикр в другую сторону от тропы, по которой на самом деле ушел беглец. – Я точно не видел…

– Демон его подери!

Старбак с разочарованием отбросил от себя Тикра.

– За ним!

– У меня нет собак, чтобы взять его след, – залепетал Оуш, склонившись над телами своих любимцев, один из которых еще был жив и тянулся к своему хозяину.

– Ушел гад… Но ничего, я тебя поймаю и убью! Я тебе это обещаю!!! Ты меня слышишь, Мартин Флокхарт?!! – кричал в темноту леса деревенский староста Старбак Хантер.

До спасительных гор Мартин Флокхарт добрался только под утро, изможденный с запекшейся кровью он продолжал идти исключительно лишь на силе воли, уходя все дальше, поднимаясь все выше. Но наступил момент, когда он больше не смог идти и забравшись под каменный козырек на склоне одной из гор он наплевав на все, на то что его могут найти преследователи, на то что его может съесть какой-нибудь хищник, просто уснул.

Полусон, полубред закончился лишь под вечер того же дня. Сил ему этот сон с кошмарами почти не прибавил, но желание действовать, а точнее продолжать убегать вновь заявило о себе.

Обмывшись в ближайшем ручье и перевязав разорванной на лоскуты рубахой особенно серьезные раны оставленные собаками и колючими кустами, он двинулся дальше.

Мысль о лучнике не оставляла его. Кто он? Почему вмешался и спас от верной смерти? Но ответов на эти вопросы он не находил.

На вершине одной из гор Мартин убедился что поступил правильно отправившись дальше, поскольку увидел на одной из полянок своих преследователей снова идущих по его следу словно привязанные.

«Хантер наверное взнуздал всех и вся на мои поиски», – без особых эмоций подумал Мартин.

Флокхарт был прав, староста кого угрозами кого посулами заставил продолжить преследование беглеца. Ведь многие уже успели несколько раз обдумать произошедшую ситуацию с сыном старосты, и понять что они, пожалуй, слишком уж увлеклись охотой на молодого человека.

– Мы будем гнать его, пока не догоним и, он не окажется у меня в руках! – сказал всем Старбак. – Каждый участвующий в погоне получит вне зависимости от результата четвертину серебряного сингла, а тот, кто его поймает – золотой. Кто откажется – заимеет кучу проблем.

После такого весьма щедрого предложения, а так же угрозы в охоту включились даже жители с соседней деревни и окружение района, где предположительно находился убийца, стало полным.

Староста так хорошо организовал поиски, что даже еду подвозили мальчишки за медный грошик в заранее определенные места и еда эта шла за счет старосты. Обычно прижимистый Хантер не скупился на проведение поисков. Так что при такой организации поиски могли продлиться несколько недель подряд. Хотя никто не сомневался, что они затянутся на слишком уж длинный срок. Никто из спорщиков не давал беглецу и недели свободы, не говоря уже о том, чтобы тот мог сбежать с концами. Ведь круг прочесываемой местности постоянно сужался и пройти убийце мимо кордонов просто невозможно: с одной стороны бурная горная река без брода, с другой – люди с собаками, с третьей – Пограничные горы, а соваться туда значит стать обедом для гоблинов, без вариантов.

Два дня Мартин метался вдоль всей линии прочесывания стараясь найти брешь в которую можно проскользнуть. Поначалу люди шли друг от друга на довольно большом расстоянии, цепью где они даже не видели своих соседей особенно на лесистых склонах гор. Вот этот промежуток Мартин и старался проскользнуть, но при каждой попытке его засекали собаки и поднимался такой хай что Флокхарт старался исчезнуть как можно быстрее, поскольку в то место где он только что прорывался, спешили загонщики, ведомые собаками. Хорошо хоть не преследовали, когда он отступал назад.

К концу второго дня круг сузился настолько, что преследователи в цепи могли в редкой чаще видеть своих соседей и Мартин понял, что на свободе ему осталось гулять день, ну максимум два и он изможденный и обессиленный голодом будет изловлен. Так что этой ночью он решил прорываться, во что бы то ни стало. Но вот нужно еще решить, куда именно идти.

«На север, – первое, о чем подумал Флокхарт, – к Пограничным горам».

Но, несмотря на всю предпочтительность такого шага, ведь там в землях барона Адер людей меньше всего, даже крупных поселков нет, не говоря уже о самих Приграничных горах в которых можно прятаться сколько угодно, искать его там будут недолго что называется спустя рукава из-за страха перед гоблинами если вообще будут.

Но Флокхарту и сам опасался приближаться к Пограничным горам за которыми бесновались дикие племена гоблинов. Он помнил тот страх когда они гурьбой искали железо в северных лесах, а ведь их тогда было много, а теперь он совсем один.

Ходили слухи, что гоблины не до конца выполняют условия договора и переходят через границу на территорию людей, чтобы поохотиться и не только на косуль и кабанов… но и на зазевавшихся грибников. Попасть в лапы этим инородцам Мартин хотел меньше всего. Он не относился к числу тех смельчаков, что запросто гуляю по приграничной территории, где понятие граница весьма условна, тем более что подобных людей углубившихся севернее некой линии мало кто видел живыми.

Можно конечно попытаться пробиться на восток к гномам. Но и этот вариант отпадал. Гномы не станут его защищать, просто изловят чужака в своих горах, где они знают каждую расщелину и отдадут лорду, а где лорд там и староста.

«Тогда остается южное направление», – решился Флокхарт.

И снова он решил попросить заступничества у высших сил. Для чего поймал ящерицу и сел на колени перед плоским камнем положив рядом с жертвой свой нож.

– Прости меня богиня Альмана что так часто обращаюсь к тебе за помощью, но она мне вновь необходима. Возьми в дар это живое существо и огради меня от преследования. Ниспошли на меня свою благодать в трудную секунду…

С этими словами Флокхарт рассек жертву пополам и размазал кровь по всему камню. После чего сделал разрез на своей левой руке и окропил камень уже своей кровью.

– Прими мой дар…

– Молишься?..

Мартин резко вскочил и принял оборонительную стойку. Но почти сразу же принял нормальное положение, хотя нож не убирал, не зная, что ожидать. Перед ним стоял его давешний спаситель.

Парень выглядел странно. Длинные светлые волосы ниспадали на плечи, но при этом гладко выбрит, ни намека на щетину. Одежда изрядно поношенная но чистая, тем не менее, он не производил впечатление деревенского охотника и вообще деревенского жителя. Было в его правильном с тонкими чертами лице что-то странное… но вот что, Флокхарт взять в толк никак не мог, да и не до того сейчас.

– Молюсь…

– Правильно делаешь, – с усмешкой произнес стрелок и приблизился на пару шагов. Свой лук он также держал наготове, нужно только натянуть тетиву и спустить стрелу, дело одного мгновения. – Без помощи свыше тебе сейчас не обойтись.

– Это ты вчера спас меня?

– Я.

– Спасибо…

– Пожалуйста.

– Но что ты делаешь сейчас здесь? – удивился Мартин.

– То же что и ты – прячусь.

– Прячешься?

– Ну да… из-за тебя такой переполох подняли, что лес стал больше похож на растревоженный муравейник. Так что из-за тебя мне житья нет…

– Но от кого ты прячешься? – спросил Флокхарт, удивленный, что не только он в бегах.

– Это неважно, – пасмурнел стрелок, отбросив надменный тон. – А вот что ты такого сделал что лес народом с собаками кишмя кишит?

– Я случайно убил сына деревенского старосты…

– Тогда понятно.

– Меня зовут Мартин Флокхарт, – вложив нож в ножны, протянул он руку.

– Зови меня… Эльдаром, – после короткой паузы ответил стрелок, убрав стрелу в колчан.

– Очень приятно. Но я надеюсь, что ты хотя бы не разбойник с большой дороги?

– Нет, – усмехнулся Эльдар, – для этого я слишком далеко забрался на север. И один.

– Что ж, я так понимаю нам нужно теперь держаться вместе. Вдвоем у нас больше шансов вырваться из западни.

– В принципе я легко могу вырваться и один.

– Тогда почему еще не вырвался?

– Не знал, что устроенная на тебя облава столь масштабна. Но я не вижу ничего против того чтобы выйти из западни вдвоем. Помог один раз. Почему бы не помочь во второй?

– Благодарю. Мое предложение идти на юг…

– Лучше все же на север. На юге тоже не спокойно.

– Хорошо, – сразу согласился Флокхарт, решив, что этому парню лучше знать.

«Может это и есть провидение Альманы? – подумал Мартин. – Он появился дважды именно после моих молитв…»

Обратившись лицом к небу, Флокхарт прижав правую руку к сердцу, мысленно поблагодарил богиню за помощь. Это не осталось незамеченным Эльдаром, но он лишь хмыкнул.

– Отдыхай Мартин Флокхарт… мы пойдем с первой звездой.

– Как скажешь.

Дождавшись, когда опустится самая настоящая тьма и на небосклоне вспыхнет первая звезда, товарищи по несчастью двинулись на север – прямо в лапы своим загонщикам.

Загонщики, как и полагал Флокхарт и на что явно рассчитывал Эльдар за эти дни поисков довольно сильно устали и собравшись небольшими группками отдыхали возле костров. Два человека спало, один подбрасывал дрова в костер, не забывая настороженно поглядывать в редкий лес. Еще один человек патрулировал отведенную территорию с собаками.

Товарищи выбирали удобную позицию, из которой можно было бы наблюдать за патрулями, но так чтобы собаки не заметили их, благо ветер тому благоприятствовал.

Пройти между постами нужно было по возможности тихо и незамеченным. Но вот как это сделать Мартин просто не представлял. Мимо костра и патрулем когда тот отправлялся в лес не проскочить, так как при костре тоже есть две собаки. Патрули соседних импровизированных постов встречались где-то посередине между ними и расходились в стороны.

Его товарищ тем временем зорко вглядывался в тьму.

«Значит нужно пройти между патрулями когда они пойдут в обратный путь, – решил Мартин. – Но тогда ветер сработает против нас…»

Требовалось пройти тихо, чтобы не спровоцировать за собой новой погони, от которой он сейчас вряд ли уйдет.

– Готов? – шепотом спросил Эльдар, не поворачивая головы.

– Да…

– Патрульные только что разошлись и в момент их приближения к основным постам, когда появится максимальный разрыв, мы пойдем на прорыв.

– Я понял…

– Тогда пошли!

Товарищи, пригибаясь мелкими перебежками, двинулись меж деревьев стараясь, все время оставаться закрытыми от постов.

– Демон, – ругнулся Мартин, почувствовав, что наступил ногой во что-то липкой и пахучее.

Любой резкий запах мог его выдать, даже если ветер дует на него, а не от него.

Эльдар недовольно поджал губы, но потом произнес:

– Это собачье дерьмо… и его здесь много, что даже к лучшему…

– О чем ты?

Вместо ответа Эльда подхватил кусок дерьма и размазал его по жилету Мартина.

– Что ты делаешь?! – яростно зашипел он.

– Ты воняешь… запах собачьего дерьма скроет твой аромат и они ничего не заметят.

После чего Эльдар стал мазаться сам.

– Давай, не стесняйся…

Процедура вышла весьма неприятной, но чего только не сделаешь для своего спасения? Мартин отважно загреб рукой эти какашки и начал растираться ими. Руки, жилетка, ноги и тяжело вздохнув, Мартин измазал и голову. Он сдержал несколько рвотных позывов которые могли выдать их с головой и скрепив сердце пополз вперед вслед за лучником. Оставалось преодолеть самый опасный участок.

Патруль меду тем встретился и легкий ветерок доносил слова людей разговаривавших в полный голос, остановившихся чтобы немного поболтать друг с другом.

– Что бы ты сделал с золотым Томас?

– Его еще заработать надо…

«Вот уж точно, – усмехнулся Мартин, догадавшись что за него объявлена награда, что его не очень-то порадовало. – Не дели шкуру неубитого медведя».

– Ну а все-таки?

– Ну, лошадь бы купил, у меня уже старый мерин, копыта скоро откинет.

– А вот я бы на золотой…

– Тихо!.. – зашептал Томас на своего приятеля, глянув на собак.

Они вели себя несколько нервозно, а не сидели как обычно возле ног своих хозяев.

– Чуют что-то…

Флокхарт по знаку Эльдара замер на месте за стволом дерева, враз взмокнув от страха, что его сейчас обнаружат, проклиная себя за это, ведь выделившийся пот очень заметен.

– Ничего они не чуют, или белка где скачет, а нам уже возвращаться пора…

– Да, наверное… – неуверенно кивнул Томас, остановившись на полпути к Мартину. Еще раз взглянув в темноту леса, он последовал совету своего товарища, который уже шагал обратно.

«Пронесло!» – возликовал Флокхарт.

Отсчитав время, требовавшееся патрульным чтобы максимально приблизиться до своего поста, товарищи вновь двинулись вперед. Вот он пересек невидимую границу цепи загонщиков, вот она осталась позади и Мартин больше не в силах сдерживаться, побежал в полный рост. Он сам не мог поверить, что им удалось вырваться из западни так легко.

– Благодарю тебя богиня! – воскликнул Мартин когда он без сил упал в траву. – Благодарю тебя за твою милость!

Они бежали так долго как могли, оставляя позади все кордоны и посты.

– Вообще-то это я тебе помог, – с усмешкой напомнил Эльдар. Он выглядел значительно лучше и почти не запыхался после бега.

– И тебя благодарю Эльдар… – кивнул Флокхарт. – Но с другой стороны, почему я не должен считать, что твоя помощь не есть провидение богини Альманы?

– Ты хочешь сказать, что я своего рода посланник богини? Хм-м… может и так, – согласился лучник, – тем более что я сам не понимаю, что я делал в тех краях…

Мартин решил не замечать иронию Эльдара. Вместо этого он стал искать источник воды, ручей в котором можно вымыться, не вонять же дерьмом всю оставшуюся ночь?

Вода оказалась ледяной, ручей стекал со снежных вершин Пограничных гор, тем не менее, он помылся и отчистил от успевших высохнуть лепешек собачьего кала свою одежду. То же самое проделал Эльдар, более стойко перенося холодную воду чем Флокхарт.

«Наверное, привычен, – подумал Мартин. – Сколько он уже так бродит?»

– Что думаешь делать? – спросил Эльдар, когда они помылись и немного согрелись у костра разведенного в балке ручья из сухих веток, чтобы его никто не заметил ни из-за отсвета, тем более дыма.

– Не знаю… наверное все же попробую вернуться и все объяснить.

– Прямо сейчас?

– Нет… чуть позже… пусть старик Хантер поостынет и все обмозгует.

– А если не остынет?

– Не знаю… подамся на юг. А ты долго здесь в лесу ходишь Эльдар?

– Долго.

– А чего вообще ходишь, а не пробуешь вернуться?

– Я не хочу об этом говорить.

– Ладно… но почему хотя бы в другое место не ушел?

– На юг?

– Ну да.

– Был я там, да только люди везде одинаковые… – загадочно ответил Эльдар и лег, закрыв глаза показывая, что больше не намерен продолжать разговор.

Мартин остался бодрствовать, прислушиваясь к каждому шороху и вскрику в ночном лесу.

В свете костра. Когда Эльдар поворачивался с боку на бок, он заметил что у его товарища ободрано ухо, не отрезано как это бывало, делали с преступниками, а именно ободрано, точно его откусили собаки…

«Может тоже в свое время от собак уходил?», – подумал он и отвернулся, чтобы не смотреть на увечье товарища по несчастью.

Через три часа, когда его уже хотел разбудить Флокхарт, Эльдар проснулся сам и сменил Мартина, продежурив до самого рассвета.

– Спасибо, – поблагодарил Флокхарт.

– Не за что, – отмахнулся лучник. – Ты сильно пострадал вчера, так что тебе требовался сон.

– Что теперь?

– А что теперь?

– Ну, я не знаю, – пожал плечами Мартин, что отдалось тупой болью во всем теле. – Ты пойдешь своей дорогой или еще какое-то время постараемся держаться вместе?

– Сначала я хотел уйти, – признался Эльдар. – Да вот проблема, ты ведь можешь сам того не зная повести их за мной… Так что я пока побуду с тобой, до тех пор пока мы точно не выйдем из зоны поисков.

– Спасибо… это с твоей стороны очень…

– Пустое. Лучше собирайся, пора трогаться в путь, мы не так уж далеко ушли вчера ночью.

Товарищи двинулись дальше на север, уходя из все еще опасного района. Так они и шли почти до самых Пограничных гор на северо-восток поближе к колонии гномов. Туда люди также старались не соваться большими группами, гномы этого не любили.

Эльдар стрелял дичь, зайцев, а Мартин их свежевал и готовил. О своем спутнике, кроме того, что Эльдар вот уже второе лето мается по лесам, Флокхарт так больше ничего не узнал, несмотря на то, что провел с ним неделю, а об ободранных ушах он спросить не решался. У каждого свои тайны и пусть они останутся тайнами.

Время прошло, и Мартин засобирался в дорогу.

– Спасибо тебе Эльдар, без твоей поддержки я так долго не продержался бы.

– Ничего, мне тоже было приятно пообщаться с живым человеком, так что мы квиты.

Флокхарт лишь внутренне хмыкнул, общением их времяпрепровождение трудно было назвать. Они почти всегда молчали.

– Пойдем, провожу тебя до дороги. По самой дороге не иди, она будет служить тебе направлением, чтобы не заблудиться.

– Я понял.

Собравшись, товарищи двинулись в обратный путь. Но не успели они пройти и пары километров как в лесу раздались странные крики, какое-то писклявое гиканье.

Посмотрев друг на друга, не зная, что и думать приятели бросились навстречу. Чтобы узнать, в чем собственно дело.

Достигнув края поляны, они залегли в кустах. От тройки загонщиков убегал человек, но несмотря на приличную скорость ему все равно было не уйти, погоня быстро настигала беглеца.

– Это же гоблины! – опознал в тройке загонщиков инородцев Мартин. – И они гонят человека!

Гоблины наконец настигли свою жертву всего в каких-то тридцати метрах от залегших приятелей набросились сверху.

– Эльдар… сможешь их подстрелить?

– Попробовать можно… – кивнул стрелок, снимая с плеча лук и беря в руку стрелу.

Встав из кустов, Эльдар сделал первый выстрел и один гоблин тут же взвыл от боли сжимая стрелу впившуюся в левый бок. Вторая стрела пришлась ему в грудь, прекратив мучения.

Остальные двое гоблинов среагировали на удивление быстро и бросились в сторону кустов из которых исходила опасность.

Третий выстрел и еще один гоблин полетел кувырком не то убитый, не то раненый.

Эльдар не успевал прицелиться и выстрелить, третий гоблин был слишком близко и тогда метнул свой нож Мартин.

«Прямо как на учениях!» – похвалил себя Флокхарт когда гоблин рухнул на землю с ножом в груди.

Убедившись, что других инородцев поблизости нет, приятели вышли из кустов, чтобы помочь несчастному чуть было не ставший обедом вислоухих человеку.

– Вставай друг, – сделал попытку поднять за плечи видно оглушенного ударом дубинки человека Флокхарт. – Нужно уходить, а то вдруг их тут еще неизвестно сколько шастает…

Несостоявшаяся жертва зашевелилась и что-то глухо простонала. Вдруг Эльдар как отпрыгнет в сторону точно дикая кошка. В один момент стрела оказалась на натянутой тетиве, аж лук от напряжения затрещал.

– Ты чего?..

– Немедленно отойди от него! – зашипел Эльдар, продолжая целиться из лука.

– Да что с тобой?!

– Это не человек! Это – гоблин!!!

Не то человек, не то гоблин поднял голову и тут Мартин увидел, что его приятель прав, он держал за плечи, помогая встать, гоблина! Из-под капюшона виднелась именно гоблинская морда, а не человеческое лицо!!!

Флокхарт отскочил в сторону почти также далеко как до этого Эльдар и выхватил нож. Без поддержки несостоявшаяся жертва загонщиков упала на землю и, только это спасло его от смерти, сойдя с линии прицела.

– Не стреляйте в меня… – попросил гоблин на человеческом языке.

– Что?! – опешил Флокхарт и даже Эльдар в удивлении вскинул брови. – Ты говоришь на нашем языке?!

– Да… говорю…

Гоблин с трудом подобрался и сел на колени. Капюшон упал на спину и теперь стало видно что это и впрямь гоблин, только какой-то странный – белый, а не светло-зеленый как его собратья, зачем-то гнавшиеся за ним.

На лысой голове кровоточила рана.

– Гоблин-альбинос… – вымолвил Эльдар.

– И что будем делать? – спросил Мартин.

– Убьем…

– Не убивайте меня… ведь я вам ничего не сделал.

– Справедливо… – кивнул Флокхарт. – Кто ты и почему они гнались за тобой?

– Меня зовут Горг… По крайней мере так звал меня старик Хорг. Он был человеком…

– Был? – строго переспросил Эльдар.

– Да, был… эти трое убили его, и хотели убить меня… Хорг выучил меня своему языку… он был почти слепым, отшельником, потому не видел что я не человек…

– А что ты вообще делаешь по эту сторону Пограничных гор? – спросил Мартин.

– Как вы уже, наверное, успели заметить я белый…

– Успели…

– Так вот… с меня еще в самом начале, в детстве, хотели стянуть кожу чтобы натянуть ее на шаманский барабан. Только ждали когда я стану больше… барабан уж очень большой. Но я узнал о своей участи и сбежал. С тех пор прошло много лет, я прибился к немощному старику, он выучил меня, а за это я охотился для нашего общего пропитания… И вот спустя столько лет мои же сородичи нашли меня…

– Ясно… – выдавил из себя Флокхарт. Невероятная история рассказанная гоблином его потрясла.

– Кстати… Старик Хорг и я не единственные их жертвы.

– Они еще кого-то убили?

– Не совсем… В плену находится маленький человек… Он там, у дома старика.

– Как далеко это отсюда?

– Недалеко… я могу показать.

– Веди, – кивнул Эльдар, – но будь очень предупредительным… одно неверное движение и моя стрела в твоей спине.

– Я понял… Идемте за мной.

Друзья двинулись за странным гоблином. Спустя полчаса пути они вышли к избушке посреди леса. Рядом со входом лежало тело старика в старых рваных лохмотьях, немощного с длинными седыми волосами и белыми глазами невидящим взглядом уставившимся в небо.

Горг поднял тело и бережно перенес его внутрь избушки.

– Ты говорил о маленьком человеке, – напомнил Мартин.

– Да… Он за домом, в мешке…

Мартин и Эльдар бросились за дом и действительно увидели мешок. Флокхарт принялся срезать веревки. Они ожидали увидеть там ребенка, но какого же было их удивление, когда из мешка буквально выкатился гном.

Он начал что-то кричать на своем языке и без перевода ясно, что грязно ругаться. Наконец он присмотрелся и удивленно выговорил:

– Люди?.. А где…

– Мы их убили господин гном, – ответил Эльдар.

Мартин поспешно развязал гному руки и ноги.

– Благодарю.

Вдруг раздался треск всепожирающего огня, и все почувствовали запах дыма.

– Ты что наделал?! – закричал на него Эльдар.

– Хорг просил меня сжечь его в этом доме, когда придет его час… Я взял что можно было взять, – показал гоблин-альбинос на нож и топор.

Огонь быстро охватил избушку и приятелям не оставалось ничего другого, как только смотреть на бушующее пламя.

– Господин гном…

– Зовите меня Рудалом люди… без всякого «господин», я для этого слишком молод.

Приятели представились в ответ, представился и гоблин. Гном при виде Горга изменился в лице и стал шарить в районе пояса, но оружия так и не нашел. Горг же лишь усмехался.

– Я против тебя ничего не имею коротышка… но если хочешь подраться, всегда пожалуйста.

– Он и сам чуть не стал жертвой своих сородичей, господин Рудал, – вступился за гоблина-альбиноса Флокхарт. – Да мы подоспели, не ведая, что он не человек.

– Ладно… это не мое дело. Не убили сразу, значит не за что и мне…

Гном взял свой нож, протянутый ему Эльдаром, снятого им в свою очередь с убитого гоблина. Не говоря ни слова, гном повернулся и зашагал на восток к себе домой.

– Я пожалуй тоже пойду, – проронил Горг и увидев недоуменные лица людей ставшие хмурыми, добавил: – Не бойтесь, я не ем человечину и вообще буду держаться от людей подальше.

И также не дождавшись ответа направился на запад.

– Что ж, и нам каждому своей дорогой идти нужно, – напомнил Эльдар.

Мартин ошарашено кивнул головой, подумав, что для сегодняшнего дня и вообще за эту неделю на его долю выпало слишком много событий: случайное убийство, загон его собаками, встреча со странным стрелком спасшего его от неминуемой гибели, а теперь еще и гоблин с гномом.

«Бывает же такое…» – вздохнул он.

Вспышка, и все вокруг на какое-то мгновение несмотря на яркий и безоблачный солнечный день погрузилось во тьму. Даже лес колыхнулся во все стороны как от сильного порыва ветра. Это черный кристалл на вершине Башни наполнился энергией на все сто процентов.

– Да!!! – торжествующе вскрикнул маг Лессинг и вскочил с кресла, в котором просидел неподвижно больше недели, ожидая этого мгновения, чувствуя, что оно вот-вот должно произойти.

Он построил свою Башню на задворках мира используя для строительства дикарей и выкраденных мастеров-каменщиков из числа людей. Ведь что путное могут построить гоблины которые и шалаша-то нормального поставить не могут?..

Целых сто лет шло строительство Башни, каждый обработанный мастерами камень приходилось опоясывать магическими рунами, что требовало траты огромного количества Силы столько же, как если бы маг сам выдалбливал эти руны долотом и молотом. Но что камни по сравнению с кристаллом черного хрусталя размером с бочонок на десять литров! Только сам маг мог сказать, сколько времени и Сил он потратил на его поиск, обработку, и «оживление». И еще пятьдесят лет этот кристалл наполнялся энергией. Но вот все сработало и можно начинать претворять в жизнь задуманные им великие планы.

В дверь постучали.

– Ну?! – раздраженно спросил маг.

В дверном проеме так и не решившись переступить порог, показался коротышка гоблин, раб.

– Кристалл, хозяин… – пролепетал он.

– Я знаю! Пшел вон!

Гоблина как ветром сдуло, а маг продолжал «купаться» в струящихся потоках Силы своей башни, которая словно ожила и только ждала команды к действию. И она вскоре последовала.

Каждый год в день летнего солнцестояния высшие маги Форготта – когда-то существовавшей империи, а ныне распавшейся на двенадцать отдельных королевств, собирались в башне стоявшей на нейтральной территории, как государств, так и зон влияния и ответственности самих магов совпадавших с государственными границами королевств.

Территория та располагалась на острове, что находился в центре Проклятого озера в свою очередь плескавшегося почти в центре материка, потому и построили маги там свою Башню.

Каждый маг курировал независимое королевство с момента их образования, находясь при сменяющихся государях в качестве советника и придворного мага. В каком-то смысле маг служил королю, по крайней мере делал все чтобы у правителя создавалось такое впечатление. На самом деле маги продолжали служить разрушенной империи, которая как гласило предание, должна была вновь возродиться. Правда произойти это должно было неизвестно когда. Может быть через сто лет, через двести или триста лет, а может через тысячу… Никто точно не знал. Но империя Форготт должна вновь восстановиться, это маги знали точно.

Хотя со стороны, с точки зрения простого человека могло показаться, чего уж проще?! Вы же маги! Объедините королевства в прежнее царство! Что ж, маги это могли… могли запудрить мозги королям которые добровольно отказались бы от власти, могли объявить рождение империи и даже посадить на трон и короновать вполне достойного этого звания человека. С этим у магов проблем бы не возникло.

Но увы, королевства это не только короли, а все остальные люди, начиная от простолюдинов самого последнего свинопаса и заканчивая знатью самым влиятельным герцогом. Этим людям разрушение прежнего привычного уклада жизни, да еще магами без учета их мнения могло не понравиться и начнутся тайные игры, открытые выступления, бунты и войны и проживет воссозданная империя не больше чем сложенная из песка крепость до первого дождя… А это тысячи ни в чем неповинных жертв, разрушенные города, сгоревшие деревни, обезлюдевшие земли. Прознав о сем, на это пепелище могли прийти внешние враги: гоблины и орки с севера, горные варвары с запада и многочисленные кочевые племена с юга и тогда действительно мог наступить конец всему роду человеческому в этом суровом мире.

Нет, маги этого не хотели, они не могли допустить со своей стороны столь фатальной ошибки и предпочитали, чтобы процесс объединения происходил естественным путем, ну может лишь чуточку подталкивая ход событий совершенно незаметно для обыденного глаза, но не более. Так что все шло, так как шло своим чередом.

Гремели войны, происходили пограничные стычки, но и здесь маги оставались в стороне, не давая своим королям никаких магических инструментов для ускорения своей победы, хотя оставались именно боевыми, легионными магами империи. Магами двенадцати легионов командиры которых, однажды, со смертью императора, перессорившись друг с другом после последней Большой войны с инородцами и не сумев выбрать среди себя следующего правителя образовали независимые королевства, назвав их своими именами.

Маги заключили соглашение между собой что в междоусобных войнах между людьми никто не станет помогать ни одной из сторон, ведь это могло привести только к еще более масштабным жертвам и если уж короли решили начать войну, то пусть ведут ее своими силами. Свое мастерство и всемерную помощь они окажут лишь при внешней, всеобщей угрозе от инородцев…

Вот маги одновременно вошли в залу почти на самом верхнем ярусе Башни и заняли свои места, положив на круглый стол свои посохи, показывая что каждый из них пришел с чистыми помыслами и открытым сердцем. Они пришли сюда как много раз до этого чтобы в который раз обсудить важнейшие дела, как в области магии, так и политики королевств. Обменяться мнениями, может быть выработать какое-то решение по возникшим проблемам и приступить к их выполнению.

Но магов в Башне насчитывалось только одиннадцать. Еще два места пустовало. Одно кресло находилось на некотором возвышении и принадлежало их учителю который почувствовав что Сила переполняют его и жажда власти над миром начинает душить, но он сумел обуздать себя и незадолго до Большой войны навсегда ушел путешествовать по Ожерелью миров, таким образом, решив растратить эти излишки Силы в бесконечном пути познания. Никто не занимал его место, хотя одна попытка все же произошла.

Один из учеников вскоре после ухода учителя решил занять место Великого… Собственно именно он и спровоцировал Большую войну между людьми и инородцами сто пятьдесят лет назад в той же безумной жажде власти желая открыть источник Силы, темной силы запечатанной под Башней, но был изобличен и изгнан. Оставшееся без присмотра изгнанного мага королевство Хедленд раздробилось на полсотни княжеств, графств и баронств, которые частенько вели войны между собой.

Остальные маги чтобы не подвергаться такому соблазну и не ввергать в хаос «свои» королевства, приходили сюда лишь раз в год. В любой другой день Башня была запечатана и никто из них, по одиночке печать сорвать не мог. Они могли снять свои замки только все вместе, и даже если одного мага не хватало, печать невозможно взломать.

Дела королевств маги обсудили довольно быстро. Ничего примечательного не происходило уже давно, в общем, все шло как всегда, и заострять внимание на чем-то отдельном всем вместе было не нужно. С каждой проблемой каждый из магов мог справиться самостоятельно.

– Хорошо… Тогда перейдем к главному, мои друзья, – встал со своего места маг Джельфо, бывший когда-то магом Второго легиона и курировавшего королевство Кергелен, который в этом году исполнял роль спикера.

Все ждали продолжения, не задавая вопросов, а потому маг не заставил себя ждать и продолжил:

– Я думаю, что все из вас чувствуют новый источник концентрации Силы…

Десять магов согласно закивали. Да каждый из них почувствовал, что в этом мире появился новый источник Силы к довершению уже хорошо известным и не слишком опасным. Этот новый источник дал о себе знать всего месяц назад, словно волной пройдясь по тонкому энергетическому миру. Собственно ради обсуждения этой проблемы маги и собрались.

– У кого какие соображения?

– Да чего тут думать?.. – махнул рукой маг Седьмого легиона, Кансант из королевства Меногр. – Как пить дай, наш это друг воду баламутит, маг Лессинг…

Все маги синхронно посмотрели на пустующее место Лессинга, мага Двенадцатого легиона и куратора королевства Хедленд. После своей попытки занять место Великого он не являлся ни на одно из заседаний. Хотя его звали пусть даже для того чтобы наставить на путь истинный. Но все было бесполезно.

– Окончательно в темные подался, – продолжил маг Кансант. – Свою Башню построил и его кристалл, под завязку наполнившись энергией, дал импульс… говоря о готовности к действию. Больше некому.

И снова маги согласно закивали. Больше действительно некому. Мир Форготта невелик, всего два материка, один Большой на котором живут в основном люди. Лишь на севере имеются достаточно большие территории орков и гоблинов, именно с ними вела войну империя. На западе орудовали варвары, на юге в Великой степи кочевали кочевники, а что творилось за Великой пустыней, не знали даже сами кочевники.

Второй материк – Малый на нем обитают в основном гоблины и орки, ведшие между собой бесконечную войну за территорию – охотничьи угодья да снежные тролли. С Троллями никто не связывался, просто потому что охотиться в снежной пустоши гоблинам и оркам не на кого, они сами являлись добычей для белых гигантов.

– Что ж, тогда позвольте мне как спикеру сегодняшнего собрания, подвести некоторые итоги, – снова взял слово маг Джельфо. – Мы хорошо знаем Лессинга и, можно с уверенностью утверждать, что он не отступился от своих темных планов взломать печати Нижнего этажа Башни, открыть дороги в самые глубокие нижние миры и получить власть над всем миром Форготта. А там кто знает куда его поведут извращенные амбиции… Потому следует ждать новой Большой войны к новому нашествию инородцев. И значит, нам нужно готовиться к ней со всей серьезностью, поскольку Лессинг без сомнения вновь воспользуется запрещенными приемами…

Маги согласно закивали. В прошлый раз их бывший друг вызывал демонов из ближайшего нижнего мира, которые успели натворить дел, пока их не уничтожили или не загнали обратно в их холодный сумрак.

– Но есть и хорошая новость, – вдруг добавил маг Второго легиона, загадочно улыбнувшись. – Я смотрел вероятности судьбы…

Маги с интересом прислушались к Джельфо. Всем знали, что он лучший из всех по части взглядов в будущее.

– Ну, не томи! – с деланным нетерпением воскликнул магистр Зерц.

– Не буду. Возможно, империя восстановится еще в этом столетии. Вероятность этого равна пятидесяти процентам в случае начала новой Большой войны при условии, что нам удастся победить. Более того, самое смешное в том, что Лессинг сам спровоцирует ускоренное объединение королевств в империю… если конечно проиграет.

– Но какова вероятность победы в самой Войне? – спросил все тот же магистр Зерц.

– Тут хуже… я не смог определить точно, слишком много неизвестных и самая важная из них, сумеет ли появиться полководец, сумеет ли он раскрыться… привести людей к победе. Кроме того, у Лессинга своя Башня, а значит, он стал значительно сильнее, чем раньше.

– Но ты видел его? Ты видел избранного?!

– Смутно…

– Но хоть что-то о нем известно?!

– Только то, что он уже появился на свет, далеко не младенец и уже не мальчик.

– Он один из нас? Маг?

– Нет… в нем нет ни капли Силы…

– Дворянин?

– Тоже нет, самый, что ни на есть простолюдин. Но он соберет одну из самых мощных армий, а первый отряд появится еще до войны…

– Великий воин, мастер меча?

– Довольно силен, отважен и искусен, но любой хорошо подготовленный дворянин разберется с ним за минуту.

– В каком королевстве он родился? – продолжали сыпаться вопросы.

– Неизвестно…

– О боги! Ты дал нам хорошее описание для поисков! – усмехнулся маг Кансант. – Да таких как он уже сейчас сотни с бандами по дорогам шастают, чем не отряд?! Есть хоть что-то более определенное, за что мы могли бы зацепиться?

– Ну… по всей вероятности при нем будет обладатель Силы… – неопределенно сказал маг Джельфо едва заметно улыбнувшись.

– Маг?

– Нет… для того чтобы зваться магом и даже колдуном у него слишком мало Силы.

– Он знает о том, что у него есть Сила?

– Этого я не знаю…

– И это все?!

– Да.

– Что ж, и это уже хоть что-то… если постараться, то мы сможем его отыскать.

– В том-то и вопрос друзья, стоит ли нам его искать и тем более рассказывать о нем королям? – вопросил маг Второго легиона.

– То есть?

– Если мы начнем свои поиски, то о них непременно узнает Лессинг и тоже может попытаться его найти… а после убить. Мы можем потерять будущего императора… короля королей. Да и сами короли, не желая терять власть, могут, прознав о нем избавиться от конкурента, когда он объявится со своей армией…

– Действительно… Но ты же прорицатель Джельфо, скажи нам определеннее, что произойдет? Посмотри в будущее более избирательно.

– Я смотрел долгие дни, можете мне поверить… я и так его слабо видел, едва разглядел, и не могу сказать об исходе ничего определенного, если о нем узнают все кому не лень…

– Что ж, тогда я предлагаю всем молчать о нашем возможном императоре Форготта… – предложил Кансант.

Маги, переглянувшись между собой и синхронно кивнули в знак согласия.

– Что ж, мы обсудили все вопросы, солнце уже садится, и я думаю нам пора расходиться, а то, как бы короли без нашего присмотра не учудили бы чего… – снова встал Джельфо и взял со стола свой посох.

Взяли, вставая, свои посохи остальные маги. Королям всегда не нравилось, когда маги куда-то уходили, им все казалось, что они между собой плетут какие-то свои заговоры… пятая колонна так сказать. Потому их действительно нельзя надолго оставлять одних точно детей малых…

Маг Лессинг не мог удержаться от злорадного смеха. Он давно ждал этого Совета, а потому смог к нему подготовиться и слышал все, о чем говорили его бывшие соученики, друзья и коллеги, при помощи своего шпиона – мышки полевки. Она так долго жила при Башне, что ее просто не заметили, и именно ее ушами и глазами маг слышал все, о чем говорилось в Круглой зале.

Да, конечно не очень хорошо что они знают о том что у него есть своя Башня и он обрел истинную Силу архимага став сильным как никогда, это несколько снижало эффект неожиданности но не устраняло его совсем. Его бывших друзей больше, но даже они признали, что шансов на победу в будущей Войне равные…

«А вот с воином, будущим императором Форготта что приведет людей к победе, которого я оказывается сам же невольно и возведу на трон, и существование которого эти выскочки хотят сохранить в тайне, нужно что-то делать, – подумал Лессинг. – Иначе опять все может пойти прахом как в прошлый раз».

Тогда Лессинг добился лишь того, что империя распалась. После смерти императора генералы легионов перессорились друг с другом (не без участия шпионов и агентов влияния Лессинга) дело чуть не дошло до гражданской войны, что могло стать его полной победой, но маги предотвратили это безобразие и в итоге на месте огромного царства, образовалось двенадцать королевств. Потом Лессинга вычислили и прогнали с позором из своих рядов…

«В этот раз все должно получиться как надо, я готовился слишком долго, чтобы все его труды вновь лопнули что мыльный пузырь, – подумал темный маг. – В этот раз я либо выиграю, либо проиграю окончательно с фатальным исходом».

– Общий сбор! – позвал своих учеников Лессинг.

Вскоре в зале один за другим начали появляться молодые маги, последователи Лессинга. Он решил что не стоит нарушать некоторых традиций и имел свою Школу, как и его бывшие друзья. Кто-то из молодых адептов вошел в дверь традиционным способом через дверь, кто-то появился прямо в самой зале из дымки темного тумана.

В итоге перед архимагом Лессингом сжимавшего в руке посох кристалл которого, отзываясь на вибрацию своего собрата на крыше Башни, пульсировал медленно меняя свой цвет от светло-коричневого до непроницаемо-черного. Словно в насмешку над своими врагами учеников оказалось двенадцать, двенадцать молодых магов, вставших на колено и склонивших головы. Вперед прошел самый старший и самый опытный из них, и также встав на колено, произнес:

– Приветствуем тебя архимаг… ты звал нас и мы пришли. Повелевай…

– А ты оказывается подхалим Уайтхорс, – засмеялся Лессинг, который носил до этого момента звание магистра, как и остальные одиннадцать королевских магов, но собственная Башня с полным Силы кристаллом, безусловно поднимала его статус на новый уровень. – Но ты прав… теперь я действительно архимаг! Что ж, теперь мне придется немного поменять и ваши звания… адепт Уайтхос, теперь ты магистр…

– Благодарю архимаг…

– Остальные станут мастерами, когда найдут достойных учеников… пора нам расширять свои ряды. А теперь о главном…

Архимаг Лессинг ненадолго замолчал, собираясь с мыслями и снова в голове прокручивая совет магов.

«А не ловушка ли это? – подумал он. Но какого бы то ни было утвердительного ответа он, так и не мог себе дать. – Все равно придется проверять все возможности, даже если это дезинформация… я не должен ничего упустить».

– Смотрите…

Хозяин Башни показал нужный отрывок этого совета своим ученикам.

– А теперь о главном, наши враги правы, близится Большая война и за власть над миром и безграничную Силу, и начнем ее мы. Но нам нужно найти этого воина, что уже сейчас собирает армию или только начнет ее собирать и… уничтожить. Вы оставите все свои дела и отправитесь в королевства искать его… все немногие данные, что о нем известны, вы знаете. Да… это может быть просто отвлекающим маневром, но мы ничего не должны упускать из виду. Готовьтесь к тому, что поиски могут продлиться много лет и для большинства окажутся безрезультатными. А заодно, вы найдете себе учеников. Во время своих поисков распространяйте слухи на счет этого воина… Оплевывать его не надо, наоборот – описывать все его достоинства с пафосом верноподданного, – засмеялся Лессинг.

– Но зачем, архимаг?! – искренне удивился Уайтхос.

– Считаешь, что мы этим только укрепим дух людей и только создадим себе лишние проблемы? – усмехнулся темный архимаг.

Уайтхорс только согласно кивнул.

– А затем, чтобы короли тоже зашевелились… Рано или поздно слухи о новом императоре достигнут их ушей… Наши враги правы, они не захотят терять власть и сами того не зная помогут нам, тайная стража и летучие отряды начнут искать человека, простолюдина создающего себе отряд или армию и поверьте мне они таких будут отправлять в путешествие через Грань. Есть еще один немаловажный момент, – усмехнулся архимаг. – Как известно, поднявшись высоко – больнее падать. Так и здесь, чем выше мы поднимем дух людей слухами и пророчествами о грядущем императоре, тем малодушнее и слабовольнее они станут, когда узнают о смерти своего короля королей!

Ученики понятливо заулыбались.

– Хорошо. Держите меня в курсе дел… если потребуется совет или помощь обращайтесь, я всегда выйду на связь, а теперь отправляйтесь сейчас же, времени еще много подготовка продлится пять-шесть лет, но оно не ждет.

– Привет…

– А?! – испуганно вскрикнула Калиста и резко обернулась на звук, выронив лукошко с ягодой. – Мартин?! Ты меня напугал до жути!

– Извини… я не хотел…

– Ничего… Но что ты здесь делаешь?!

– Прячусь конечно, – невесело усмехнулся Флокхарт.

– В ста шагах от деревни?! – удивилась Калиста.

– Ну да.

– Тебя же ищут! А ты здесь.

– Я в курсе.

К его удивлению даже спустя неделю поиски все еще продолжались. Мартин едва сумел избежать встречи с таким поисковыми командами. Пригодился совет Эльдара.

«Старбаку Хантеру это влетит в немалую сумму», – думал он.

– А что касается того, что прячусь здесь так это вполне объяснимо. Случалось тебе как-то потерять вещь, долго и безуспешно ее искать в самых дальних уголках по всему дому и неожиданно найти на самом видном месте, буквально под рукой?

– Было дело…

– Вот и я так же решил. Так сказать оказаться на самом видном месте, там, где меня искать и думать не будут.

– А ты хитрец! Но зачем ты обнаружил себя передо мной?

«Действительно, зачем?» – подумал Мартин.

Он увидел Калисту собиравшую ягоду в графском лесу и не вытерпев появился перед ней когда она собрала уже почти полную корзинку.

– Не знаю, – пожал плечами Флокхарт. – Захотелось поговорить. Человек не может оставаться один…

«Разве что Эльдар?» – подумал Мартин.

– …Ему нужно кому-то доверять. Мне почему-то показалось, что ты лучшая кандидатура.

– Спасибо за доверие, я тебя действительно не выдам. Тем более что в какой-то степени сама явилась причиной всего произошедшего…

– Просто несчастный случай.

– Я все же думаю что этот лес не самый лучший вариант.

– Почему?

– Ну не можешь же ты здесь прятаться до конца жизни? – удивилась Калиста. – Рано или поздно тебя здесь все равно найдут если не целенаправленно, то случайно.

– Я и не собираюсь прятаться до конца своей жизни.

– То есть?

– Старосту можно понять… – вздохнул Флокхарт. – Старбак Хантер потерял единственного наследника потому он делает все чтобы найти меня и найдя сделает все чтобы меня казнили. Это так. Но он все же умный человек, иначе не стал бы старостой, и я надеюсь, что когда он перебесится, успокоится и все проанализирует, то поймет, что все произошедшее просто трагическая случайность и я ни в чем не виноват и позволит мне и моей матери если не остаться в деревне, то хотя бы спокойно уехать на другое место жительства. Вот я и собираюсь подождать до этого времени… Думаю это не будет слишком долго, максимум еще неделю… ну месяц.

– Ты в курсе, что староста за твою поимку объявил награду?

– Да, один золотой, – кивнул Мартин, вспомнив разговор патрульных в горах мимо которых он проскочил.

– Да нет, уже гораздо больше…

– И сколько?

– Десять золотых.

– Серьезно?! – изумился Мартин. Сумма действительно впечатляла, особенно для края где денег почти нет.

– Да.

– Не за каждого главаря бандитской шайки с большой дороги столько дают.

– Вот и я про что. Так что думаю, ждать тебе придется очень долго того момента, когда он остынет и все поймет.

Мартин нахмурился. Дело принимало по-настоящему серьезный оборот. Десять золотых – целое состояние. За такие деньги его сдаст почти любой лучший друг, ведь на эти деньги здесь можно отстроить крепкое хозяйство и еще более богатое дальше на севере в баронстве Адэр. Там же на севере заполучить в жены самую красивую девушку, если у кого здесь с этим проблемы…

– И что ты предлагаешь? – понуро поинтересовался Флокхарт.

– Тебе нужно уходить отсюда совсем.

– Совсем?!

– Совсем.

– Но куда? Здесь мой дом…

– В центральную часть королевства, там где тебя не найдут и даже искать не будут. Ты парень весьма удачливый раз смог выскользнуть из ловушки что на тебя развернули, как-нибудь выкрутишься в большом мире.

– Я не могу… – прошептал Мартин, подумав, что его удачи в этом не так уж и много. – Лучше я все же подожду еще немного.

– Понимаю, не так-то просто уйти из родных мест, чужие края кажутся враждебными. Я вот до сих пор иногда скучаю по родной деревне, хотя она не так уж и далеко отсюда…

– Вот именно.

– Ладно, мне уже пора, – начала вставать с травы Калиста, подхватывая свою корзинку с собранной с земли ягодой, – а то отец волноваться будет, на мои поиски отправится. Тебе это совсем ни к чему.

– Вот уж точно.

– И еще…

– Что?

– Я сюда завтра еще приду… – улыбнувшись, пообещала Калиста.

– Не могла бы ты чего-нибудь прихватить пожевать? А то я уже три дня ничего не ел..

– Постараюсь.

На всякий случай Флокхарт увязался следом за Калистой и вел ее до самого края леса, откуда уже виднелась деревня. Не то что бы он ей не доверял, но как говорится: «доверяй, но проверяй». Но нет, волновался он зря и никакого шевеления в деревне Мартин не отметил, а значит, Калиста никого не предупредила о том, что он ошивается буквально у всех под боком.

«Это что же она чувствует по отношению ко мне если наплевала на десять золотых?» – самодовольно подумал Флокхарт, строя далекоидущие выводы и даже планы.

Так что когда опустилась ночь, Мартин долго не мог заснуть не столько от голода, который он попытался обмануть, напившись воды из ручья да съев несколько горстей дикой клубники, сколько от предвкушения новой встречи с Калистой. Она как никакая другая возбуждала в нем самые сильные и трудноописуемые чувства и мечты о счастье до глубокой старости.

Проснулся Флокхарт от хруста ветки прямо под деревом, на котором он укрылся на ночь. Чуть не свалившись вниз от неожиданности, и не вскрикнув как перепуганная девчонка, он судорожно вцепившись в ствол, посмотрел вниз. Там двигалась какая-то смутная тень.

«Демон из нижнего мира!» – подумал он первое, что пришло в голову.

Демонами пугали непослушных детей родители, которые слишком сильно озоровали или долго не засыпали на ночь глядя. Так что страх перед ними был очень большой, особенно если учесть что демоны и в самом деле существовали. Их призывают для своих нужд маги, колдуны и шаманы. Иногда прорываются сами. Правда к счастью последнее случалось крайне редко.

И вот один из демонов прямо под ним! Но потом он понял что это обычный человек, а не демон, потому как темная фигура что-то злобно зашептала после того как чуть не упала, споткнувшись о корень дерева. Мартин точно знал, что демоны не ругаются по человечески и уж тем более не шарят по лесу как слепые кроты, так как должны видеть в темноте лучше кошек. А как же иначе ведь их мир вечный сумрак, а совсем на нижних планах – полная тьма!

«Но тогда кто?! – спросил он себя. – Кто шарится по лесу глубокой ночью?!»

«Калиста предала меня!» – вспыхнула новая мысль.

Но Мартин ее тут же отбросил. Если бы это соответствовало истине то сейчас от загонщиков со сворами лающих собак, и факелов в этом леске было бы не протолкнуться. А это всего один человек, неумело бредущий по ночному лесу со стороны деревни в сторону замка.

Замок?! Человек шедший в сторону замка стал еще загадочнее и непонятнее. Флокхарту несмотря на собственное незавидное положение стало интересно если не узнать кто этот человек то хотя бы выяснить куда он двигается, поскольку он хоть и шел в сторону замка, но там дальше был только длинный и глубокий овраг.

Боясь потерять ночного незнакомца во тьме, Мартин быстро, но осторожно слез с дерева и отправился вслед за этим человеком. Незнакомец явно не из деревенских жителей. Тогда что он делал в деревне и почему идет в замок не по дороге, а по лесу? Все эти вопросы подстегивали Флокхарта.

Неожиданно тень исчезла. Просто взяла и растворилась. Вот была, а вот ее нет.

«Может действительно какой дух?» – снова с беспокойством подумал Мартин.

Но потом понял, что в темноте не заметил, как они уже подошли к оврагу и человек начал спускаться вниз. Слышался его злобный шепот, звук осыпавшейся земли.

Флокхарт последовал за ним. Незнакомец шел вперед таща за собой тяжелую ветку, иногда водя ею из стороны в сторону, что отлично скрывало следы ног отпечатывающиеся на песке, особенно если учесть что все станет совсем естественным после малейшего ветерка.

Впереди как помнил Мартин росли обширные заросли шиповника и крапивы. Но человек не остановился и не свернул. Он смело вошел в кусты, Мартину же пришлось затаиться, не решаясь сразу же последовать за тенью. Тем более выхода оттуда как он думал не существовало и он решил подождать когда незнакомец снова появится и уйдет.

Как-то само собой в голове возникли мысли о кладе. Что кто-то прячет что-то ценное в самом труднодоступном месте оврага. Может быть желание узнать об этом больше, а то и заполучить клад, сдерживало Мартина на месте хотя его так и подмывало встать и убежать от всех этих непоняток как можно дальше.

Но незнакомец так и не появился, ни через час, ни через два часа, уже начало светать, а незнакомца все нет.

– Куда он провалился?!

Решившись, Мартин двинулся к кустам, посекундно охая и шипя от болезненных уколов длинных колючек, он продирался вперед. В стене из глины и песка показалась щель, осторожно заглянув в которую Мартин от картины, открывшейся перед ним, не сдержался от удивленного вскрика. Нет, трупа незнакомца он там не обнаружил, хотя подсознательно ожидал увидеть что-то в этом духе. О кладе тоже приходилось забыть.

– Дверь… – прошептал он, пробуя ее на ощупь все еще не веря что в стенке оврага прямо в глине находится кованая железом дубовая дверь. – Да это же тайный ход в замок!

Но дверь, несмотря на все усилия Флокхарта не поддавалась, становилось ясно, что она заперта изнутри. Он постарался разрыть небольшой участок рядом с дверью, осыпав глину, но обнаружил только каменную кладку, которая наверняка тянулась от двери до самого замка.

– Да это же был никто иной, как сам граф! – изумился Мартин, вспомнив пропорции тени и несколько раз виденного им лично лорда, тот был несколько тучен. Все совпадало.

Припомнив различные слухи что, бродили по деревне, Флокхарт решил, что граф таки образом в тайне от жены посещает деревенских любовниц. Он даже догадывался кого именно. Претендентов не так уж и много: красивые, незамужние или потерявшие мужей (хотя и это условие необязательное) и при этом вполне состоятельные).

– Паразит… Причем дважды паразит если использует для этих целей тайных ход скорее всего предназначенный для спасения или наоборот для укрытия всех жителей деревни в замке на случай войны ставя его под угрозу обнаружения… что я кстати и сделал.

Оставив графу графово, Мартин как мог заделав свои раскопки, занялся своими проблемами. Ожидая прихода Калисты, и гадая, придет она все же или нет, он сделал из бересты емкость, в которую набрал ягоды, чтобы ей не пришлось ее собирать и они могли бы пообщаться. Обуреваемый сомнениями и страхом он все же снова приблизился к деревне и начал наблюдать, но снова никакого подозрительного движения не заметил.

Вот и сама Калиста чуть более скорым шагом чем следовало бы направилась через всю деревню к лесу с корзинкой в руках прикрытой платком. От предвкушения еды, которая, несомненно, есть в корзине, живот громко заурчал.

– Сейчас, сейчас, – успокоил его Мартин поглаживанием.

Преследования не появилось и, Флокхарт со спокойной душой вернулся на свое место счастливый оттого, что Калиста не продала его за десять золотых.

– Мартин, ты где Мартин? – звала Калиста, на их прежнем месте встречи.

– Здесь…

Флокхарт вышел из кустов. На этот раз девушка не испугалась.

– Держи, здесь все, что я смогла достать.

– Этого вполне достаточно.

Мартин не выдержал и уселся есть прямо посреди поляны. Куриная нога, свежевыпеченный хлеб, небольшой кусок домашней колбасы, немного сыра, все это было невероятно вкусно и он набивал рот всем сразу. Закончив наблюдать за тем, как ест Флокхарт, Калиста поднялась на ноги.

– Ну ладно, а мне ягоды надо набрать, а то если приду пустой, могут заподозрить неладное.

– Не нужно, я уже набрал ягоды для тебя… – дожевывая последние куски еды, выговорил Мартин.

– Да?

– Да. Там в шалаше. Здесь недалеко. Пойдем я тебе покажу.

– Ну пошли…

Мартин отвел Калисту в особенно густую лесную чащу с высокой травой и в низине, в кустарнике боярышника она увидела добротный шалаш построенного Флокхартом.

– Сейчас достану…

Мартин юркнул в шалаш и мгновение спустя, Калиста залезла внутрь вслед за ним. Внутри было сухо и пахло клубникой. Калиста сама не знала, что толкнуло ее на этот шаг. Вряд ли жалость, хотя ей конечно жалела Мартина попавшего из-за нее в такую переделку. Желание испытать острые ощущения? Как бы там ни было, но она приблизилась к слегка опешившему Мартину, развернувшегося к ней с емкостью полной ягоды и поцеловала, после чего вообще повалила на землю.

Флокхарт ответил со всем пылом, тем более что сам желал того же, но все же после торопливой, но очень яркой любви спросил:

– Что это с тобой случилось?

– Не знаю… должна же я как-то компенсировать те десять золотых, что могла бы получить за твое обнаружение…

Мартин усмехнулся:

– Не думаю, что я компенсировал тебе такие деньги…

– Нет конечно, от силы один серебряный… Так что жди меня завтра! – с вызовом произнесла девушка и даже сумрак царящий в шалаше не смог скрыть проступивший яркий румянец смущения.

Калиста быстро собралась и выскочила наружу, не забыв прихватить ягоду.

– Да и вряд ли я на серебряный потянул, да еще в таком состоянии, – прошептал ей в след Мартин, будучи о своих любовных способностях весьма невысокого мнения.

Калиста стала своеобразным источником информации через который Мартин находился в курсе всех дел что происходили в деревне. Так он узнал что охоту на него свернули на четвертый день его обитания в леске, убедившись что беглец каким-то образом ускользнул от них. И все мужики уже вернулись по домам к своим женам, получив таки от старосты по четвертине серебряного сингла медью за свои труды. Так что теперь нужно держаться особенно внимательно.

Калиста продолжала ходить в лес якобы за ягодой, которую ей собирал Мартин Флокхарт, а на самом деле после трапезы, которая возвращала Мартину силы, проводили время вдвоем в шалаше, повышая свое любовное мастерство…

Однажды ночью измученный тайной скрытого хода в замок Мартин все же смог открыть дверь. Во время очередного посещения он пнул песок под ногами и нога скользнула по камню, слишком правильному, явно обработанному.

Заинтересовавшись им и откопав, Флокхарт обнаружил под ним промасленную тряпицу, а в ней большой железный ключ, форма которого подходила под скважину у двери.

Не долго думая Мартин сунул ключ и попытался открыть дверь потайного хода. Замок двери поддался тяжело, но без скрипа, не скрипнули и петли, говоря о том, что за ними хорошо ухаживали. Из штольни пахнуло холодной сыростью, но Мартин все равно решил пройтись по проходу.

Темнота навевала страх, вновь приходили мысли о демонах и о том, что этот ход и есть путь в нижний мир… но нет, ход вел в замок. Мартин, дойдя-таки до конца пути практически на ощупь, уперся в другую дверь. Чтобы открыть ее не потребовалось никаких ключей, просто посильнее навалиться и ход вывел его в одну из комнат замка. Правда выходить Мартин из потайной штольни не стал, в узкую щелочку понаблюдав за внутренним убранством, впрочем ничего интересного он не увидел кроме голой стены и части рыцарского доспеха одетого на стоявшего в нише манекене.

Решив не рисковать и не гулять по замку, хотя очень хотелось, Мартин вернулся обратно в лес, положив ключ туда где лежал и присыпав скрывавший его камень так же как было раньше.

Но следующую ночь Мартин не удержался и снова совершил путешествие в замок, сердце в отличии от прошлого раза стучало тише и он решил проникнуть в комнату. Но стоило ему только сделать шаг, как его окрикнул женский голос:

– А ну стоять!

Мартин замер на месте.

«Попался», – обреченно подумал он, ожидая когда позовут стражу, его схватят и точно казнят за проникновение в замок.

Но крика «Стража!» все не звучало. К нему тем временем приближалась сама графиня, лет на тридцать моложе своего мужа и выглядевшей очень привлекательно, так что непонятно, зачем граф бегал к другим.

– Ты кто? Отвечай, а то позову стражу!

– Не нужно госпожа! – бухнулся Флокхарт на колени. – Не зовите стражу!

– Тогда отвечай.

– Мартин Флокхарт, госпожа… я из деревни…

– Это тебя ищут?

– Да, госпожа…

– Откуда ты узнал про ход о котором даже я ничего не знала? И не узнала, если бы не ты. Ну?!

– Случайно госпожа! Совершенно случайно!

– Как именно?!

– Я э-э… проследил кое за кем крадущимся в лесу, где я прятался… – не придумал ничего лучшего, как сказать правду Мартин.

– И этот кто-то его милость граф?

– Я не знаю госпожа, – пролепетал Флокхарт. – Было темно, я не видел…

– Значит он.

Глаза графини сверкали от злости и праведного гнева, казалось еще немного и из ноздрей вырвутся языки огня.

– Раз он так, то и я также поступлю, – сказала она какую-то непонятную для Мартина фразу. – Пойдем со мной.

– Куда госпожа?!

– Не трусь. Ничего с тобой не случится, ну или почти ничего. А то, что тебя ищут так это даже лучше… – добавила она такое впечатление разговаривая, сама с собой.

Делать было нечего и, Флокхарт поплелся вслед за графиней. Они прошли мимо залы в котором Мартин мельком увидел большой диск со львиной головой, с двенадцатью маленькими выемками кругляшами, в трех из них находились серебряные жетоны которые ему что-то смутно напомнили. Только удар медальона под рубахой ему все объяснил. У него на груди находился один из девяти отсутствующих в диске медальонов!

Но подумать над этим ему больше не дали. Мартин неожиданно обнаружил, что находится в спальне самой графини!

– Раздевайся. – Приказала она, сама, снимая с себя верхнее платье.

– Э-э… хм-м… – поперхнулся Флокхарт и поспешил отвернуться. – Госпожа…

– Или ты предпочитаешь, чтобы я позвала стражу и истерично закричала? Думаю, они будут не долго думать, что с тобой делать, увидев чужака в моей спальне.

«Вот уж точно! Порубят в капусту!!!» – мелькнула в голове мысль и Мартин стал быстро снимать с себя одежду.

– Что мне делать госпожа? – задал Мартин вопрос, который показался ему глупым уже через мгновение, после того как с графини упала последняя сорочка из эльфийского шелка, а потому прозрачного точно предрассветный туман.

– А что делают взрослые мужчина и женщина оставшись вдвоем наедине и будучи при этом абсолютно голыми? – не удержалась от ехидства графиня.

– Может все-таки не надо госпожа?

– Надо! Если он изменяет мне с деревенскими шлюхами, разве не могу сделать того же я?

Доводы показались Флокхарту весьма убедительными.

– Так что иди ко мне, – графиня откинула полог одеяла.

Отбросив последние сомнения, Мартин принял приглашение. Он боялся, что у него ничего не получится, в таком он был удрученном состоянии, так оно и случилось бы, но графиня оказалась весьма искусна в плане любви, так что ей не составило труда расшевелить Мартина весьма незнакомыми деревенскому парню способами, так что инстинкты взяли свое и он смог показать все то немногое, на что только был способен.

Этой ночью Мартин на практике много чего узнал интересного. Графиня оказалась весьма изобретательна и довольно таки ненасытна.

– А теперь иди, думаю, не стоит напоминать тебе, чтобы ты не болтал лишнего?

– Конечно госпожа…

Замок еще спал, потому Флокхарту удалось незамеченным добраться до потайного хода и скрыться в нем. Выходя в овраге, он решил что больше ни за что не сунется в замок.

Но на следующий день он все же смог приятно удивить Калисту некоторыми приемами, что овладел этой ночью, полностью отработав серебряный. А о подземном ходе из замка, ведущего в лес, он ей решил и вовсе не рассказывать, как хотел сделать сначала.

Девушка в очередной раз спешила в лес, стараясь избегать встречи с кем-либо, как ее и просил Флокхарт, но в этот раз отвернуться от встречи не удалось.

– Привет, – поздоровался с ней, как и все вернувшиеся из поисков в лесу Пилат.

– Здравствуй…

– По ягоду? – спросил Пилат, кивнув на корзинку, которая ему показалась чем-то отягощенной, да еще и накрытой платком, что не совсем обычно, даже подозрительно, но спрашивать ничего не стал.

– Да…

Калиста перекинула корзинку с одной руки на другую подальше от любопытных глаз.

– Понятно…

Пилат кивнул на прощание и зашагал своей дорогой. Поспешила в сторону леса и Калиста. Как вдруг Пилат остановился: легкий ветерок донес до него запах еды.

«Нет, – отмахнулся Пилат от своих мыслей, – просто показалось. Или она недавно поела».

И зашагал дальше, как снова остановился.

«Еда в корзине, – уже с уверенностью подумал Пилат. – Но зачем идти по ягоду с едой? Она что, там до вечера, что ли ее собирать собралась? Бред! Тогда…»

От осенившей его догадки Пилату стало жарко до слабости в коленях.

«Ну конечно! Она бежит к своему дружку Мартину и несет ему еду!»

Пилат скорым шагом добрался до своего дома и начал быстро облачаться в свой кожаный доспех, почти такой же какой имелся у его бывшего друга, на охоту за которым он и собрался. Десять золотых на дороге не валяются, а эта дурочка приведет его прямо к нему!

Пилат взял свой специальный нож устроенный таким образом, чтобы он мог служить и наконечником для короткого копья – предпочитаемого оружия Пилата на тренировках у дяди Кастора, которым он среди сверстников владел лучше всех. Да и среди старшего поколения немного тех, кто смог бы ему противостоять на копьях.

Во дворе он насадил свой нож на древко от метлы, хорошо закрепив его бечевкой и, в его руках оказалось полноценное боевое оружие. Немного подумав, он в довесок взял нож своего отца, прикрепив его на поясе.

– Ну все, ты попался, – усмехнулся Пилат и задами, чтобы его никто не видел и не смог помешать его охоте, а значит и помешать заработать десять золотых синглов, поспешил в лес.

Помощников он тоже брать не стал, хотя в первую минуту и подумал об этом ведь вдвоем, а то и втроем изловить Флокхарта станет не в пример легче, но тогда с этими помощниками придется делиться наградой, чего Пилат никак делать не хотел. Деньги ему нужны самому. Очень нужны.

Калиста конечно же уже скрылась из виду в лесу, но Пилат знал графский лес не хуже кого бы то ни было в деревне. Ведь ребятней он там с друзьями часто играли в разбойников и, потому был уверен, что найдет Флокхарта без особого труда, тем более что мест, где там спрятаться не так уж и много. Лес-то небольшой всего три километра шириной и десять длиной, одной стороной упиравшейся в дорогу, ведущую к замку за которой были поля, а другой – в горы.

Тикр соскочил с коня, которого нещадно лупил бичом и бил пятками в бока, перед воротами ведущих во двор дома старосты.

– Хозяин! – закричал он ворвавшись в дом.

– Чего тебе?..

Старбак Хантер за последние дни осунулся, был вопреки обычного небрит и вообще каким-то вялым. Он лично облазил все места, где мог прятаться убийца его сына, все низины, горы, леса, пещеры и ничего не нашел. Уже основательно подразорившись и поняв, что беглец каким-то образом ускользнул, он вынужден был свернуть охоту. После всего этого Старбак непрерывно пил брагу, уже ни на кого не кричал и не бил своим кнутом за нерасторопность. Что вполне объяснимо.

«Ничего, сейчас снова оживет», – подумал Тикр и продолжил:

– Я, кажется, знаю, где этот Мартин ошивается, хозяин!

Староста тяжело поднял голову и с трудом сфокусировал взгляд на Тикре.

– Ну и где?

– В графском лесу, хозяин!

– С чего ты взял? Ты его там видел что ли? – начал злиться Старбак.

– Нет хозяин, не видел…

– Тогда почему демон тебя подери ты решил, что это гад там?!

– В сторону леса, скрываясь, пошел Пилат в полной амуниции…

– Пилат?

– Да… сын Георга.

– Вспомнил, – кивнул староста.

– Охота там запрещена, – продолжил развивать мысль Тикр, – значит…

– Я понял!

Тикр поразился произошедшим со старостой изменениям. Старбак Хантер будто враз протрезвел, в тусклых и безжизненных глазах заиграл огонь, он выпрямился и из сутулого старика вновь превратился в человека привыкшего приказывать.

– Поднимать деревню, хозяин?

– Нет, – грохнул Хантер кулаком по столу. – Он ушел в прошлый раз, сможет уйти и сейчас… Нужно привлечь профессиональных загонщиков с настоящими гончими собаками.

Тикр промолчал. Такие собаки и профессиональные охотники есть только у графа.

– Но почему этот Пилат не предупредил меня, а пошел один?!

– Вознаграждение, хозяин…

– Проклятье! Да отдал бы я ему это вознаграждение! А так он может только спугнуть его! Коня мне Тикр!

– Слушаюсь, хозяин!

Тикр метнулся в конюшню старосты и быстро запряг самого быстрого скакуна Старбака. Он уже десять раз успел пожалеть о том, что отпустил Мартина, поддавшись минутной слабости – благородства пополам с жалостью. Сейчас он считал себя просто глупцом.

На скакуна садился уже совсем другой Хантер – собранный и целеустремленный на поясе болтается весьма внушительных размеров кошель заполненного явно не медью, что означало только то, что староста по-прежнему не собирался давать делу официальный ход и как прежде желает лично разделаться с Мартином Флокхартом.

Тикр оказался прав. Старбак Хантер направился не к своему лорду – графу Левертону, а к его охотничьему. Тот проживал за замком в отдельной сторожке на самом краю леса. В псарнях залаяли псы почуяв чужого, но властный окрик заставил их всех заткнуться.

– С чем пожаловал, мой старый друг, – вышел охотничий навстречу старосте.

– С делом, Фишер.

– Хм-м… какие дела у тебя могут быть ко мне? – уже в доме спросил охотничий.

– Обычные. Нужно поймать кое-кого в графском лесу.

– Так ловите… – нахмурился Фишер.

Слухи распространялись быстро, такую облаву что учинили сразу две деревни на какого-то паренька в тайне в принципе невозможно удержать, но как ни странно граф еще об этом ничего не знал или делал вид что не знал. Граф действительно не любил вмешиваться в чужие дела, пока его об этом не попросят, предпочитая, чтобы все сложности утрясались сами.

– Уже пробовали. Я боюсь, что он и на этот раз уйдет.

– Проси помощи у его милости Старбак. А так я тебе ничем помочь не могу…

Хантер ожидал услышать нечто подобное и подготовился к такому обороту, а потому одним движением отстегнув от пояса кошель, с легким стуком положил его на стол.

– Здесь десять золотых Фишер… и тридцать серебряных синглов. Надеюсь, этого достаточно, чтобы ты вывел своих собачек на прогулку в лес, а зайца отдал мне?

– Если о том узнает его милость, тебе несдобровать, – предостерег Фишер своего старого друга, уже догадавшись что, сделает староста с пойманным парнем.

– Я заплачу графу щедрый штраф. Не думаю, что он станет требовать от меня большего. В конце концов мы единственная деревня которая платит все подати и налоги вовремя и в полном объеме… Кроме того вдруг его милость прямо сейчас захочет выйти на охоту? А там разбойник которому нечего терять… Усекаешь Фишер?

– Это удар ниже пояса, но да ладно Старбак, я выведу своих собачек на «прогулку», – кивнул охотничий, перетягивая на свою сторону стола кошель с деньгами.

– Давай прямо сейчас. Он может уйти. Вот его запах… – Хантер бросил на стол, где только что лежали деньги войлочную шапку-шлем.

– Не беспокойся… Мы прочешем лес с одного его края до другого. Никуда он не денется.

Мартин с Калистой лежали в своем шалаше, любуясь друг другом. Девушка больше не убегала, стыдливо прячась как это случилось в первые два раза. Может тому виной были те не совсем благообразные любовные приемы, которым положил начало Флокхарт после встречи с графиней, что они начали сами развивать и изобретать.

– Староста еще не успокоился? – поинтересовался Мартин.

– Пьет…

– Значит, скоро все поймет, – с облегчением произнес Флокхарт.

Ему уже порядком надоело прятаться в лесу. Да и Калиста скоро перестанет ходить к нему, не потому что он скоро отработает десять золотых, а просто ягоды уже на полянах не было и предлогов, чтобы ходить в лес больше не будет. А до грибного сезона еще далеко.

– И тогда мы уедем?..

– Мы? Да мы уедем! – поспешил подтвердить Мартин.

Произнесенное Калистой слово «мы» очень обнадежили Мартина, и он решился спросить напрямую, чтобы расставить все на свои места и не мучиться неопределенностью:

– Когда все это закончится, ты выйдешь за меня?

– Да Мартин…

Флокхарт привлек к себе Калисту.

– Что это такое? – спросила Калиста, взяв в руку серебряный медальон Мартина, болтавшийся у него на шее, после новой порции любви.

– Все что осталось от отца… – отмахнулся Флокхарт, но память вновь показала бронзовый диск с тремя такими же медальонам. Впрочем это еще ни о чем не говорило, да и не знал Мартин, что это все могло означать.

– А что с ним случилось?

– Точно неизвестно… мать не любит об этом говорить.

– А все же?

– Да то ли он погиб от рук разбойников, то ли он сам был разбойником и погиб уже от рук либо солдат, либо во время очередного дела… Я его в общем не знал даже…

– Понятно… А почему ты не просишь защиты у лорда? – решила сменить тему Калиста, поняв что Мартину она неприятна. – Он ведь наверняка во всем разберется по закону и вынесет справедливое решение.

– Ну если честно то поначалу я очень сильно струхнул, – усмехнувшись признался Мартин. – Потому драпал, куда глаза вели.

– А сейчас?

– Подумав, я понял, что не все так просто и поступил правильно, что не явился к его милости, потому как милости от него мне ждать точно не приходится.

– То есть?

– Ну начнем с того что мое слово – слово предполагаемого убийцы против слова уважаемого старосты деревни. Чье слово весомее?.. То-то и оно. Особенно если учесть что у него есть два свидетеля Тикр и Фред, которые скажут все что угодно…

– Я с отцом могли бы свидетельствовать в твою пользу…

– И что бы вы сказали? Особенно если учесть что вы появились когда все закончилось. Что пришли, сын старосты лежит с разбитой головой, а рядом лежат его охранники без чувств.

Калиста не удержалась и прыснула в кулак.

– Прости…

– Все нормально. Это действительно выглядит несколько комично… И потом я думаю граф предпочтет принять сторону старосты даже если каким-то образом мне удастся склонить его на свою сторону доказав свою правоту.

– Почему?

– Потому что это только кажется, что лорды всемогущи. Да они могут казнить и миловать устанавливать законы и все такое прочее… Но если староста умный то он может создать своему лорду множество проблем вплоть до бунта… то медведи хлеб поели, то неурожай, то еще какая напасть… так лорда и до разорения можно довести.

– Надо же… – приподнявшись на локте с удивлением посмотрев на Флокхарта, произнесла Калиста. – То, что ты сказал, звучит очень… умно. Я никогда не смотрела на вещи с этой стороны.

– Сторон у вещей много, – с грустью произнес Мартин. – И важно лишь, с какой стороны на них посмотрят вершители судеб.

Мартин и Калиста замолчали, погрузившись, каждый в свои думы.

– Эй, Мартин! Выходи! – вдруг раздался крик совсем рядом от шалаша.

– Что это?! – вскрикнула Калиста.

– Без понятия! Одевайся!

Флокхарт сам начал лихорадочно натягивать на себя штаны, рубашку и кожаный доспех который он успел привести в порядок, а недостающие кожаные пластинки которые ему вырвали собаки во время драки в лесу он заменил берестяными. Последним он подхватил щит, который в свободное от сбора ягоды время, успел сплести из прутьев тальника, какая-никакая, а все же защита.

В голове успело пронестись десятки разных мыслей и главная среди них та что его все же поймали, а счастье было так близко… К удивлению Мартина когда он показался из шалаша ожидая увидеть кучу народа жаждущую поднять его на вилы, перед ним оказался только один Пилат.

– Ну, ты напугал меня, – стараясь придать голосу, беззаботность произнес Мартин, но напряжение все же прорвалось. Пилат предстал перед ним в полном своем снаряжении с копьем и щитом. Понятно, что просто так в таких доспехах не гуляют…

Пилат довольно долго искал Флокхарта. Он обежал все укромные места разбросанные по лесу то тут то там но нигде не находил следов беглеца и вот когда было подумал что ему все же не найти Мартина он услышал приглушенные специфические звуки: охи да вздохи.

Приглядевшись, он заметил добротный хорошо замаскированный шалаш, отдав Мартину должное за качество исполнения. Честно дав парочке, время насладиться друг другом, все ж не зверь, да и самому нужно немного отдышаться после долгих поисков, он вызвал Мартина.

– Выходи… я один, – повторил Пилат чуть тише. – Дело есть.

– Какое?

– Не валяй дурака Марти, ты понял, что я хотел сказать!

– Понял, – подтвердил Флокхарт. – Что ты хочешь, Пилат?

– Отвести тебя в деревню и получить свое вознаграждение.

– Неужели ты продашь за десять золотых своего друга, Пилат? – искренне изумился Флокхарт. – Я отказываюсь в это верить…

– А придется.

– Но почему Пилат, почему?

– Все очень просто, – пожал плечами Пилат. – Я собираюсь жениться. Ты знаешь что девушка за которой я ухаживаю из семьи которая несколько богаче моей… И ее родители не приветствуют подобный брак. Десять золотых не только сравняют это положение, но и вкупе с приданным, позволят мне завести весьма серьезное хозяйство.

– Только поэтому?

– Да.

– Совесть тебя не будет мучить? – начал раздражаться Мартин.

– Нет. Должен сказать, что ты для меня никогда не был по-настоящему другом…

– Почему же? – опешил Мартин.

Он считал Пилата своим лучшим другом и вот на тебе услышать от него такое признание. Такое довольно сильно выбивает из душевной колеи, аж руки опускаются…

– Есть в тебе что-то такое, что меня всегда раздражало, – признался Пилат, одновременно накручивая в себе ненависть против Флокхарта чтобы не отступить в последний момент. – Что-то неуловимое, чем ты отличаешь от всех нас… В общем, какой-то ты не такой.

– Я не понимаю тебя Пилат…

– Это не важно. Я пришел сюда за тобой, чтобы отвести к старосте, и получить свои деньги, а не лясы точить.

– Я не пойду.

– Тогда я приведу тебя в деревню силой… живым или мертвым.

– Даже так?!

– Да.

– Пилат, неужели ты это серьезно?! – воскликнула Калиста, не желая верить своим глазам.

– Вполне, а теперь не мешай.

– Отойди, – кивнул Флокхарт Калисте. – Все будет нормально.

– Не думаю, – усмехнулся Пилат. – По крайней мере, не для тебя.

Пилат удобнее перехватил свое копье и, Мартину не оставалось ничего другого как самому встать в боевую стойку, прикрывшись щитом и вынув из ножен нож.

– Дядя Кастор не одобрил бы этого, – проговорил Мартин, кружа со своим противником по полянке. – Не для того он нас учил владению оружием, чтобы мы друг друга убивали.

– Ничего не поделать, такова жизнь…

Пилат сделал первый выпад, и наконечник-нож его копья ударился в подставленный щит, проскользнув между прутьями. Будь это обычная тренировка, противники обменялись бы уже градом ударов, но сейчас все происходило всерьез и, никто не желал рисковать, ведь ценой малейшей ошибки могла стать собственная жизнь, потому противники разошлись и вновь начали свой танец-хоровод.

– Одумайся Пилат! – попытался все же отговорить того от своей затеи Мартин. – Просто уйди, и мы будем считать, что ничего этого не было! Все останется как прежде!

– Не могу… И как прежде уже ничего не останется. Ты сам это знаешь не хуже меня.

Пилат снова пошел в атаку. На этот раз серия ударов была более длинной и опасной. Мартин едва успевал защищаться, отбивая удары то щитом, а совсем уже опасные ножом. Все-таки это нож, а не меч и переломить древко копья одним сильным ударом не удалось. Нож оставил только зазубрину на толстой палке.

Пилат снова и снова переходил в наступление и каждый раз он подбирался к своей жертве все ближе и ближе. Мартин уже несколько раз вскрикивал оттого, что наконечник копья хоть и вскользь но подрезал его и на одежде появились красные разводы. То он недостаточно хорошо отражал удар и наконечник добирался до плоти сквозь прутья щита перерубая веточки, то обманное движение Пилата замечалось не вовремя и тогда Флокхарт нес более существенные потери и приходилось отскакивать, чтобы сталь не вспорола ему ноги, не перерезала сухожилия и не достала до кости.

Приходило понимание, что нужно самому переходить в наступление, потому как победить, постоянно находясь в обороне просто невозможно. Но как это сделать, если Пилат держал его на длинной дистанции своим коротким копьем, которым он владел весьма неплохо и, любая попытка сближения встречалась градом ударов.

Как бы там ни было, Мартин подстраиваясь под тактику Пилата, изучая его стиль ведения реального боя делал попытки атаковать. И вот уже первые удары ножом Мартина достигли щита противника. Пилат понял, что еще немного и его просто раскусят. Как и любой боец, он отлично знал свои слабые места, а его слабым местом являлась короткая дистанция. Несмотря на то что копье называлось коротким для сверхмалых дистанций боя оно никуда не годилось и предназначалось для поражения противника на расстоянии двух-трех шагов и это расстояние Флокхарт с успехом время от времени начал сокращать до одного и тогда приходилось обороняться уже ему.

Уходя от очередного выпада Мартина, Пилат отскочил в сторону и мгновенно перехватил свое копье в захват для метания. Быстрый взмах назад и резкий бросок.

Флокхарт среагировал мгновенно и защитился щитом уже в момент защиты подумав что правильнее было бы просто отскочить, но рефлексы отточенные на тренировках у дяди Кастора сделали свое дело и он защитился по всем правилам боевого искусства в очередной раз забыв что за щит у него в руках. Короткое копье Пилата с хрустом разбило ветки тальника и прошило щит насквозь.

Мартин жутко закричал. Наконечник достал его по левой руке прямо в предплечье, пройдя всего ничего от кисти державшей щит, тогда было бы еще хуже. Но подобный хворостяной щит имел и некоторое преимущество по сравнению с дощатым – через него можно было видеть.

Об этой особенности подзабыл уже Пилат и Мартин видел как он бросился ему навстречу как в прошлый раз, во время тренировки, выхватывая из-за пояса не деревянный меч а настоящий нож собираясь нанести решающий удар.

Флокхарт отбил всей массой щита, в котором так и торчало копье, наносимый удар Пилата прижимая его руку с ножом к земле и в тот же момент нанося удар сам через все тот же щит. Удар пришелся прямо в грудь. Кожаный доспех не спас от прямого удара и Пилат замерев на месте какое-то время стал заваливаться на спину с недоумением глядя как из его груди по мере падения выходит окровавленный клинок Мартина.

– Нет, нет и нет! Даже и не думай Пилат! Не вздумай подыхать! – закричал Флокхарт, подскакивая к своему бывшему другу.

Мартин в полной мере осознал что с этим вторым убийством ему уже точно не станет дороги назад, потому он делал все возможное чтобы Пилат выжил. Закрывал широкую рану руками, пытаясь остановить кровотечение. Ему в этом начала помогать Калиста, протянув лоскут ткани, которым она обычно прикрывала еду для Мартина в корзинке. Но ничего не помогало, рана оказалась слишком глубокой и большой. Мартин буквально чувствовал, как жизнь покидает тело Пилата.

– Странное ощущение, – проговорил Пилат, глядя в небо, – можно даже сказать приятное… Такая легкость во всем теле… Умирать оказывается не так уж и больно… страшнее думать о смерти когда ты еще живой…

Пилат хотел сказать что-то еще но забулькал кровью мгновенно появившейся во рту видимо не найдя другого хода и замерев на миг, превратившись точно в камень, безвольно обмяк.

– Эх… Пилат-Пилат… ну зачем ты пошел за мной… – выдохнул Мартин, закрывая его широко открытые глаза рукой.

– Что теперь будет? – прошептала Калиста, начавшая понимать, что это убийство ставит окончательную точку в судьбе Мартина.

– Не знаю, но теперь дело действительно дрянь… Если в первом случае это был несчастный случай, то сейчас это полноценное убийство за которое в лучшем случае отправляют на рудники.

– Но это самозащита!

– Никто не станет разбираться, что именно это такое. Хантер сделает все, чтобы меня отправили даже не на рудники, а на королевские галеры.

– О боги!..

– Да… невеселая перспектива.

Всем известно, что если из рудников еще можно сбежать, то с галер такой возможности не представлялось в принципе, если конечно судно не заставал шторм, и его не разбивало о камни. Тогда невероятное и чудесное везение могло повернуться к несчастному так, чтобы гребец оказался выброшенным в море, после чего все было в его руках или руках богов – доплыть до берега или же утонуть в бушующих пучинах. Но и после того как он добирался до суши, его обессиленного сто раз могли изловить специальные поисковые команды. Конечно происходили случаи удачного бегства, но такие случаи являлись большой редкостью.

Калиста занялась порезами Мартина, а главное его рукой, серьезно поврежденную Пилатом и теперь любое шевеление ею, даже просто сгибание или сжатие в кулак причиняло сильную боль не говоря уже о том, чтобы полноценно ею работать. Калиста неожиданно замерла на месте и повернулась в южную часть леса.

– Ты чего?

– Я что-то слышу…

Прислушался и Флокхарт.

– Опять двадцать пять, – выдохнул он, опознав услышанные звуки.

– Что там?

– Собаки… несколько свор, идут широким фронтом по всему лесу. Причем, судя по направлению движения это не деревенские, а графские собаки.

– И что это значит?

– Как минимум то, что дело совсем дрянь. Эти собаки специально с самого рождения тренированы на поиск добычи и ее загон. И добычей в данный момент выступаю я. А значит уйти от них будет гораздо сложнее, чем от деревенских.

– Какой ужас!.. Что теперь делать?!

– Ну, я буду убегать. Не впервой.

– Я с тобой!

– Ну вот еще чего! Ты уж извини меня Калиста, но я один-то не факт что справлюсь, а с тобой мне это будет сделать в десятки раз сложнее. Мне придется думать не только о себе…

– Да, я поняла. Но…

– Не беспокойся, залезь на дерево, я тебя подсажу. Собаки по деревьям не лазают…

– Но что я скажу?

– Правду. Пришла за ягодой, а тут труп Пилата лежит, кто-то в лес убегает и как назло собаки уже поблизости вот и залезла на дерево, чтобы случайно не разодрали.

– Хорошо.

– Тогда ладно, я побежал, времени уже нет…

Флокхарт подсадил Калисту на ветку ближайшего дерева и, та забралась почти до середины. Оглянувшись, Мартин прихватил с собой кроме своего оружия еще и копье Пилата.

– Тебе оно уже все равно не к чему…

Щит слишком тяжел даже изготовленный им из прутьев, если учесть что левая рука почти не действовала, да и бегать с ним по лесу не слишком удобно. Щит Пилата Мартин так же оставил на месте.

Собаки уже были близко, Мартин отыскав глазами Калисту в густой кроне встретился с ней взглядом.

– Надеюсь, мы еще встретимся.

– Обязательно Марти!

Флокхарт резво взял с места и помчался прочь от новой погони. Какое-то время он бежал достаточно легко, но один раз оступившись и пролетев кувырком, обо что-то больно ударившись он подумал: «А куда я собственно бегу? Мне ведь все равно не убежать».

Но и сдаваться он не собирался. Заливистый лай собак звучал все ближе и Мартин понял что они уже взяли его след, причем все сразу и начинают окружать, а значит, простое бегство явно ни к чему не могло привести.

– Как там говорил дядя Кастор? – спросил себя Флокхарт, вспоминая его поучения на тренировках, и сам же ответил: – Лучший способ защиты – это нападение… Ну что ж, попробуем.

Рассчитывая на то, что собаки идут по следу, Мартин пробежал еще немного вперед, прямо под ветвистым деревом черемухи, а потом вернулся по своему же следу и взобрался на дерево, скрывшись в густой листве. О том чтобы отсидеться в кроне черемухи, рассчитывая, что собаки, потеряют след глупо, но Мартин и не собирался отсиживаться. Он вообще не знал, что станет делать дальше, просто ему надоело бессмысленно бегать.

Лес в этом месте рос чуть реже, потому Флокхарт еще издали увидел одно звено своих загонщиков. Впереди бежал пеший едва сдерживая на длинных поводках огромных борзых с одним лишь ножом на поясе. Вслед за пешим двигался всадник на рослом абрупте – тонконогом коне, специально выведенной породы для охоты в лесу. В отличии от пешего, вооруженного лишь ножом, у всадника имелся лук, а значит его могли не просто нагнать в лесу и сбить, затоптав копытами, а еще и подстрелить на дальнем расстоянии.

– Вот ты-то мне и нужен… – прошептал Мартин молясь о том чтобы всадник не испугался низких ветвей черемухи и проехал под деревом никуда не свернув.

Ухоженные борзые с лаем пронеслись прямо под деревом. Но вот всадник решил не рисковать и чуть объехать черемуху.

– Проклятье!

Но делать нечего и Мартин перехватил короткое копье Пилата для броска. Метать оружие, сидя на ветке да еще сквозь листву очень не удобно, явно не то же самое что стоять на рубеже и спокойно выцелив круг, метнуть в неподвижную мишень. Но он надеялся что навыки, полученные им на тренировках, не подведут его сейчас.

Кроме того, требовалось метнуть копье еще так чтобы не убить человека. Вольно или невольно он убил уже достаточно и больше не хотел пополнять личное кладбище новыми жертвами. Лучше всего для ранения подходила нога всадника. Но демон ее возьми, она так и плясала перед глазами!

– Лишь бы не в лошадь, – прошептал Флокхарт, отводя руку назад, когда всадник идеально вышел на дистанцию метания, ведь лошадь нужна ему самому.

Собаки жалобно заскулили, потеряв след начав кружить по полянке вынюхивая в траве запах и всадник приостановился, не желая им мешать вновь взять след.

– Спасибо…

Мартин с коротким замахом метнул копье. Раздался дикий крик и, всадник рухнул на землю держась за обильно кровоточащую рану. Флокхарт буквально спрыгнул на землю и помчался к коню. Пеший загонщик еще ничего не понимая, поспешил к раненому и, его следовало опередить во что бы то ни стало.

Подбежав первым к кричащему начал ловить взбрыкивающую лошадь, почуявшую чужого.

– Ну же… иди ко мне… я добрый и ничего тебе не сделаю плохого… – ласково говорил Мартин медленно подходя к абрупту протянув ему пустую ладонь.

Он изо всех сил сдерживался от того чтобы не прыгнуть на коня и схватить его узды, так как пеший со своими собаками был уже совсем рядом и неизвестно чего тонконогий абрупт боялась больше: чужого Мартина, дико орущего седока метавшегося по земле или летящих на него борзых. Хотя может быть всего вместе.

Видимо Мартина абрупт боялся меньше всего и, ему удалось схватить коня под узды. Еще мгновение и Флокхарт оказался в седле.

– Ты же мне прямо в кость попал!!! – кричал раненый.

– Скажи спасибо, что не убил! – ответил Мартин, выхватывая копье из ноги раненого, чем вызвал еще один душераздирающий вопль, от которого конь пошел боком.

– А-а-а!!! Стой сволочь! Тебе не уйти!

Дав абрупту шенкеля, Мартин буквально с места рванул галопом. За ним неслась с запозданием отпущенная свора собак, что только подстегивало коня. Пронзительно зазвучал охотничий рожок означавший для остальных что жертва найдена и чтобы все спешили на призыв. В данный момент у призыва появился несколько иной смысл означавший для Мартина что за ним сейчас увяжется погоня из всадников, которые в седле держатся куда как лучше него самого.

Несмотря на то, что Флокхарт деревенский парень, ездить на лошади ему доводилось не часто тем более в таком бешеном темпе, так неспешная прогулка на водопой или в детстве во время сенокоса возил копна сена со всего поля к большому стогу. Тут ко всему прочему выяснилось, что прежний всадник под стать своему абрупту – таким же длинноногим и ноги Мартина болтались в стременах не имея опоры.

Мартин даже и не думал управлять конем, больше думая о том, как не вывалиться из седла и удержать при этом копье. Ветки хлестали отовсюду и, он подумал, что умный абрупт сам найдет дорогу и вынесет его из леса. Тем не менее, погоня продолжалась и вот уже можно услышать голоса всадников сквозь лай отпущенных свор собак. Еще через минуту скачки первые три всадника поравнялись с беглецом и самый смелый и рисковый из них, пошел на сближение.

– Остановись, – закричал он, – а то ведь только хуже будет!

– Мне уже хуже не будет!

После этих слов загонщик стал сближаться совсем вплотную. Когда Мартин понял что тот хочет сделать, банально схватить его за шиворот и свалить на землю, он едва удерживаясь в седле взмахнул наугад копьем отгоняя преследователя.

Но всадник оказался не из робкого десятка и продолжил попытки сближения с Флокхартом, не оставляя свои попытки выполнить задуманное. Видя его настойчивость, к нему присоединились его коллеги и, теперь Мартину приходилось махать копьем направо и налево, умудряясь при этом еще избегать встреч с ветками, которые могли ссадить его с коня не хуже копья рыцаря на турнире.

Кому-то все же удалось схватить его за загривок и, Флокхарт почувствовал, что съезжает с коня. Рука потянула поводья и два абрупта столкнулись боками и пошли в сторону прямо на дерево.

– О, демоны! – вскрикнул Мартин, увидев, что сейчас его размозжат о ствол ели, в стороны от которой начали расходиться кони.

Неизвестно откуда появились силы и координация, но Мартин рывком вернулся обратно в седло по инерции вытащив из седла своего противника схватившего его за шиворот. Раздался крик, внезапно оборвавшийся глухим ударом. Теперь Флокхарта преследовало два всадника из трех.

Увидев что случилось с их коллегой и поняв что беглеца голыми руками не взять, один из преследователей взялся за короткий лук и на полном скаку начал натягивать тетиву со вложенной стрелой. Раздался резкий звук спуска, но первая стрела прошла мимо. Примеру первого загонщика последовал второй и теперь приходилось уворачиваться сразу от двух стрелков.

Только потому, что гонка происходила в лесу, постоянно приходилось маневрировать объезжая деревья да рытвины охотники еще не попали в цель, которая к тому же делала все возможное, чтобы в нее не попали. Но Мартин понимал, что долго так продолжаться не может и они рано или поздно всадят в него минимум по стреле.

На боку у его трофейного абрупта также имелся колчан с луком и стрелами, но мысль о том чтобы саму отстреливаться он сразу же отбросил. Он в принципе не умел стрелять из лука – дядя Кастор служил простым пехотинцем и этому мастерству не обучал, потому как сам не умел.

Но сбрасывать погоню как-то нужно. Неожиданно ему на глаза попался поваленный ствол дерева и, охнув про себя, потому как терять ему нечего, Мартин направил на него коня. Со всей силы, сжав ногами бока абрупта и схватившись в его гриву, Мартин скаканул на коне через дерево, при приземлении которого на все четыре копыта он чуть пробкой не выскочил из седла. Его примеру последовали преследователи.

– А-а-а!!! – раздался протяжный крик и охотник, который поздно заметил опасность из-за того, что натягивал тетиву лука, намереваясь стопроцентно подстрелить беглеца, взмахнув руками, распластался на земле.

Неожиданно лес кончился и два всадника: беглец и преследователь выскочили на дорогу.

– Вот тебе и конец парень! – радостно закричал охотник, натягивая лук, понимая, что на открытом пространстве ему не составит труда попасть в свою жертву.

Но первые две стрелы все же прошли мимо, буквально просвистев над ухом. Мартин норовил заскочить обратно в лес, но как назло в этой части между дорогой и лесом рос высокий кустарник и абрупт отказывался вломиться в него на полном скаку.

– Проклятье… – заскулил Мартин, почувствовав острую боль в левом плече.

Охотник таки попал в него и продолжал снова натягивать тетиву лука.

– А ну пошел! – прикрикнул на коня Мартин и со всей силы натянул повод, направляя абрупта в лес и, тому ничего не оставалось, как подчиниться и одним прыжком пробиться сквозь заросли, благо те стали чуть поменьше.

Боль в плече давала о себе знать невероятным жжением, можно даже подумать, что наконечник стрелы намеренно смазали какой-то едкой мазью для причинения жертве как можно больше страданий, хотя Флокхарт понимал, что это не так.

Тем не менее, он стал чувствовать, что силы начали потихоньку покидать его, но Мартин все же держался в седле. Преследователь также проломившийся сквозь заросли не отставал ни на шаг, продолжая стрелять из лука, но как и в прошлой гонке в лесу у него ничего не получалось.

Но вот лошади снова выскочили на открытое пространство и, взору всадников предстал замок Левертон. Вокруг него копошились люди исполняя свои повседневные обязанности, кто-то подновлял стену, где-то потрошили быка на жаркое и прочее, прочее…

Замок, расположившись между грядой холмов, запирал долину баронства Адэр. Вытянутые стены в два человеческих роста имели три входа-выхода. Один непосредственно в замок и еще два имелись по бокам от него. В один из таких ходов и направил коня Флокхарт.

Абрупт преодолел мосток через ров и ворвался во внутренний двор внешнего кольца стен. Вслед за ним вскочил охотник и закричал:

– Держите его! Держите!

Перепуганная замковая обслуга мало что понимала разбегаясь в стороны, но следующие слова заставили их действовать немного иначе:

– Кто поймает его, получит от графа серебряный сингл! – снова закричал охотник, явно импровизируя, понимая, что такое в тайне от графа не удержать и тот обязательно заинтересуется происходящим. Но ему уже наплевать, он хотел поймать этого беглеца, во что бы то ни стало.

Теперь мужская часть обслуги бросалась навстречу Мартину, пытаясь схватить поводья. Конь такому хамскому поведению людей сопротивлялся и вставал на дыбы грозя залепить кому-нибудь копытом в лоб. Флокхарт держался, а люди в таки мгновения разбегались в сторону.

Абрупт метался по внутреннему двору, переворачивая столы, сминая рогатины, державшие веревки с сушащимся на них бельем, в след неслись проклятья. Конь так и метался бы до тех пор, пока его не изловили, но Мартин отыскал выход из западни и направил коня к нему.

– Закройте ворота, закройте ворота! – кричал охотник, на своем коне только умножая общую сумятицу и беспорядок.

Кто-то бросился к воротам и попытался их закрыть, но оказалось уже слишком поздно. Мартин что-то прокричал грозное, скорчив страшную рожу и пригрозив копьем, что немного замедлило закрытие ворот чего беглецу вполне хватило и он оказался снаружи. Растолкав с мостка еще какую-то обслугу сбросив часть ее в ров с грязной водой с узкого прохода, Мартин во весь опор уже порядком подуставшего коня направился на юг.

Почувствовав, что оторвался от погони, которая заглохла еще в замке, Мартин решил сделать передышку, дать отдохнуть себе и смертельно уставшему коню. Для этого он заехал в лес и остановился у ближайшего ручья.

Кроме того, он хотел разобраться еще и со своей стрелой, так и сидящей в плече. Тяжело опустившись на землю и привязав коня к деревцу чтобы тот не убежал, Мартин стал обследовать свою рану на ощупь, что получалось не очень хорошо.

Кожаный доспех конечно же не выдержал пущенную с близкого расстояния стрелы, но он все же сдержал удар, благодаря чему стрела не вошла так глубока как это произошло бы будь он без защиты. В тело вошел только наконечник.

Любое движение уже причиняло невыносимую боль, ведь по телу двигался сам доспех тревожа при этом стрелу. Вся спина стала липкой от крови. О том чтобы снять доспех и выдернуть стрелу не могло быть и речи, стрелу следовало выдергивать сразу. Изловчившись и шипя от боли, едва не теряя сознание и вспотев, Флокхарт ухватил стрелу правой рукой и попытался ее выдернуть, при этом дико закричав от боли.

Раздался хруст, но психологическое облегчение обернулось разочарованием, когда Мартин увидел, что наконечника на стреле нет.

– Проклятье! Да за что же мне это?!

Оперенный прутик полетел в сторону. С большим трудом Мартин снял с себя доспех и дотронулся до раны. Делать этого не стоило, это Флокхарт понял во время прикосновения. Не выдержав, уже почти ничего не чувствуя от усталости и пережитого за сегодняшний день, обессиленный Флокхарт повалился на землю без памяти.

В это время граф рвал и метал отчитывая старосту за самоуправство и за то что охотники устроили у него за внешними сторонами крепости во внутренней части внешней стены, свидетелем которых он являлся лично. Выслушав объяснения и пообещав разобраться со старостой позже, граф Левертон распорядился снарядить новую погоню, с привлечением всех деревенских охотников, но при этом не устраивать малоэффективные облавы.

Проснулся Флокхарт от лошадиного всхрапа, абрупт, как охотничья собака, встал в стойку обнаружив дичь, смотрел куда-то в темноту леса. Мартин обнаружил, что уже наступило утро, промозглая сырость пробирала до костей. К его удивлению рана, особенно если не шевелить рукой, почти не болела, несмотря на то, что наконечник, все еще оставался теле и более того он даже набрался сил.

Но пристальное внимание коня к лесу заставило Мартина подняться на ноги. От леса веяло угрозой из-за которой он даже согрелся. Может потому, что он имел темный окрас и даже утро пока его не осветлило, а темнота всегда возрождала в человеке страх. Может потому что умный абрупт даже перестал пережевывать траву и все смотрел и смотрел куда-то в сторону.

Флокхарт почел за лучшее не рисковать и начал собираться. Стараясь не шевелить левой рукой, прижав ее к телу, он поднял свой доспех и положил его в охотничью седельную сумку.

– Не дергайся, – предупредил Мартин коня, берясь за луку седла, чтобы сесть на него верхом. Перед этим он подогнал стремена под свой рост, чтобы увереннее держаться в седле.

Флокхарт все же не сдержался от громкого стона, когда вскакивал в седло и чуть не свалился. Конь для него был слишком высокий.

– А теперь понеслись…

Абрупт без понуканий всадника поспешил из леса на дорогу. Через полчаса Флокхарт понял что поступил правильно поспешив убраться со своей прежней стоянки, позади себя он услышал перестук лошадиных копыт и что-то подсказало ему что это новая погоня. Посвежевший после отдыха абрупт, легко перешел сначала на рысь, а потом и на галоп.

Несмотря на его повысившийся статус, магистра Уайтхорса, как и всех прочих последователи Лессинга отправили на поиски того самого человека, что должен в будущем стать великим воином и даже привести к победе… над самим архимагом Лессингом. Но демон подери всех и вся, где и как его искать?!!

Королевство Кергелен откуда собственно и был родом Уайтхос, имело весьма обширную территорию, десятки городов, городков и крепостей, сотни деревень и этот будущий король королей мог находиться в любом из этих мест. Как его найти? Особенно если он еще никак себя не проявил или при нем все еще нет человека обладающего Силой?! Это вопрос, на который нет ответа.

Что ж, архимаг сразу предупредил, что поиски могут занять несколько лет, пока длится подготовка в войне, и могут закончиться ничем, но это не значит, что искать не нужно. Как раз наоборот. Новоиспеченный магистр не стал хвататься сразу за все, и если нет возможности найти объект сразу он будет выполнять другие распоряжение архимага искать себе достойного ученика и распространять слухи. Для этого притворившись путешественником-пилигримом посещающего все священные места, он начал много ездить, заглядывая в каждую деревню и в каждый городок.

Попав в поселение Уайтхорс первым делом обходил все злачные места где могли находиться различные банды или потенциальный ученик и смотрел и не просто смотрел, а смотрел магическим взглядом. Хватало всего пары секунд, чтобы осмотреть все и молодой маг возвращал себе обычное зрение. В большинстве случаев ничего интересного обнаружить не удавалось, все люди как люди, и ни одной яркой ауры говорившей о наличии у человека внутренней Силы он не находил, а значит ни нужной банды ни потенциального ученика в пределах видимости нет.

Таким же образом он гулял по городам на несколько секунд вглядываясь в группы людей магическим взглядом и снова пусто. Однажды он все-таки нашел человека с ярко светящейся не инициированной аурой! Что могло говорить о большом магическом потенциале. Но какое же его постигло разочарование, когда при ближайшем рассмотрении это оказалась женщина.

Увы мимо нее пришлось пройти мимо, она не отвечала ни одному из требований к искомому объекту… нужен именно мужчина. Он не мог ее взять даже в качестве ученицы. Прямых запретов на этот счет не существовало, но считалось, что с женщинами лучше дел не иметь. Слишком непредсказуемые существа, всегда себе на уме, слишком импульсивные и в случае чего излишне мстительные. Подобные характеристики только мешали делу.

Максимум что он мог, так это позаимствовать ее Силу себе, банально убив во время специального ритуала. Но и этого делать он не собирался. Собственной Силы вполне достаточно, с ней бы научиться управляться в полной мере, да и внимания лишнего к себе привлекать не стоит.

По ходу дела в каждом городе маг вербовал себе осведомителей, в деревнях этого делать не требовалось, там и так все сразу рассказывали, выставь только перед всезнайкой добрую кружку эля да расскажи пару занятных историй. А вот в городах сложнее, там народ подозрительнее, скупее и потому требовались договорные отношения и маг их заключал, обещая платить за обнаружение странных и интересных личностей, когда он в следующий раз снова здесь объявится.

Так и не найдя ничего интересного магистр приступал к распусканию слухов. На этот раз он заходил в один из приличных питейных домов и проникнув в доверие иногда даже без использования магии, набросив на себя завесу таинственности начинал рассказ «достоверной» истории доверительным тоном, что вот дескать слышал я историю от одного своего знакомого, который слышал ее от другого знакомого, а тому ее в свою очередь поведал колдун-провидец что настанет день и падут нынешние короли со своими королевствами и взойдет на трон единого царства король королей – император Форготта.

И на следующий день после пуска слуха, будучи уверенным в том что он продолжит распространяться и вербовки пары-тройки агентов Уайтхорс вновь пускался в путь в следующий город, чтобы все начать сначала.

Дни шли за днями, недели за неделями скапливаясь в месяцы. Подступила зима. За это время маг возведенный в ранг магистра успел объехать полкоролевства в основном южную часть и оказаться в его северной половине. Сюда в большие города после летних скитаний по лесам и грабежей честных купцов возвращались разбойники всех мастей и работы у магистра несказанно прибавилось. Вот они эти миниармии…

Все таверны забиты этими охотниками за легким золотом которое они тратили на дешевое, но забористое вино и сговорчивых женщин. Но никакая зима не могла стать причиной остановки и он на попутках двигался от города к городу. За год нужно объехать все королевство, чтобы в следующем году уже начать получать первые данные от агентов и проверить качество распространения слухов и если последние затухли, то вновь их пустить в оборот.

Но вот однажды Уайтхорсу наконец посчастливилось увидеть ауру человека обладающего Силой. Он сидел за столом и играл в наперстки, понятное дело, что обыграть его простому человеку не было никакой возможности, тем более что парень знал о своей Силе и использовал ее на всю катушку!

– Что ж, наконец-то я нашел хоть что-то…

Магистр Уайтхорс решил проследить за парнем, чтобы выяснить одиночка ли он или состоит в какой-то банде, а значит в потенциальной армии, не является ли он тем самым маяком что может привести его к воителю? Несколько дней слежек не дало никакого результата, парень оказался одиночкой. Он ходил из кабака в кабак и обдирал рискнувших сыграть с ним как местных жителей, так и быстрых на расправу разбойников облегчая их карманы на серебро и золото.

Время от времени он попадался под горячую руку, как и в этот раз.

– Ах ты обманщик! – вскричал один из проигравшихся разбойников схватив сразу три скорлупки и не обнаружив ни под одним из них шарика. После чего схватил наперсточника за горло и приподнял над полом. – Да за такое парень кишки выпускают в приличных обществах!

И принялся искать деньги, но в карманах фокусника ничего не обнаружил.

– Где наши деньги выродок?!

Его приятели мигом повынимали свои ножи, кастеты и кожаные мешочки с песком. Остальные посетители смотрели за этим с интересом как на бесплатное развлечение. Маг так же стал с интересом наблюдать за парнем, за тем как тот сумеет выпутаться, уже строя на счет него некоторые планы. Он мог получиться неплохим учеником.

– У тебя на плече змея! – вдруг закричал несчастный. – Угрюмка!

Разбойник вздрогнул и выпустил наперсточника сбрасывая с плеча невесть откуда появившуюся да еще на плече! змею, ядовитую разновидность гремучки. Магистр взглянул на нее магическим взглядом и увидел лишь сгусток энергии, а значит никакой змеи нет и в помине. Тем не менее остальные разбойники так же отшатнулись от того места куда упала змейка, а потом начали ее топтать и за этим делом не заметили как обманщик исчез, а потом без следа растворилась и змея.

Послышались грязные ругательства и проклятия, но с некоторой примесью страха… Нечистое дело, магия.

– Неплохо, неплохо, – улыбался Уайтхорс. – Но нужно еще много работать.

Маг направился вслед за мошенником, намереваясь предложить ему стать своим учеником, а значит учеником самого архимага Лессинга. Парня он нашел на другом конце города где тот дурил очередных простофиль решивших быстро заработать в беспроигрышной игре. Вот только оставался вопрос, для кого именно эта игра была беспроигрышной. Впрочем, ответ лежал на поверхности.

Уайтхорс присел в качестве очередного простофили желающего с одного серебреного сингла выиграть целый золотой.

Но стоило только наперсточнику взглянуть в глаза своего очередного клиента, как он отшатнулся, быстро взглянув в сторону выхода.

«О! да он еще умеет определять других обладателей Силы!» – удивился Уайтхорс, тем не менее положил серебряную монетку.

– Ну что же ты, давай сыграем.

– Й-я не буду с вами играть аде… мистер…

– А что так… боишься проиграть?

Наперсточник начал сворачивать все свои приспособления для игры.

– Но хотя бы поговорить мы можем?

– Хорошо, – уже более увереннее ответил парень, взяв в себя в руки, что тоже понравилось Уайтхорсу.

Они сели за дальний столик в самом темном углу, заказав по кружке вина.

– О чем вы хотели поговорить… мистер?

– О тебе… Кто ты?

– Это так важно?

– Да в принципе нет. Не хочешь говорить, не надо. Я тогда тоже представляться не буду… Но на кое-какие вопросы тебе все же придется ответить, – добавил маг с металлом в голосе.

– Какие именно?..

– Как ты узнал о своей Силе?

– Меня нашел один маг… он рассказал.

– Хорошо… он тебя научил этим фокусам?

– Да.

– Врешь. Говори.

– В Школе…

– Правда. Почему же ты тогда не учишься? Каникулы бы вроде давно прошли.

– Я изгнан…

– За что? – уже более заинтересованно спросил Уайтхорс.

Изгнанника легче переманить на свою, не совсем чистую сторону магии.

– Баловался запрещенными приемами?

– Нет… Я без потенциала… эти фокусы максимум на что я способен, – с болью в голосе признался наперсточник.

Уайтхорс еще раз оглядел ауру парня и выпустил выдох разочарования. Аура сильна, но только за счет того, что ее развили в Школе магии. Как он мог так ошибиться и решить что это лишь зародыш мага?! Но это действительно предел парня, теперь он видел это отчетливо.

«Видимо на безрыбье и рак показался рыбой…» – подумал Уайтхорс.

Теперь осталось только решить, что делать с самим парнем. Он видел его… свидетель проникновения в королевство сторонника архимага Лессинга! Но и смерть наперсточника бывшего ученика Школы может стать еще большей уликой проникновения! Маги могут, да и отслеживают деятельность своих даже бывших учеников, чтобы те не слишком шумели и не дискредитировали своими фокусами всех магов вообще.

– Живи… но советую тебе молчать и вообще, убраться как можно дальше из этих мест в самую большую глухомань, которую только можно представить и найти. Потому как если ты мне попадешься на глаза в следующий раз, просто увижу, я тебя убью. Ты меня понял? – тихо спросил Уайтхорс, в глазах которого мигнули желтые огоньки, ясно показывающие, что он не шутит и, сделает все в точности, как сказал.

– Д-да…

– Молодец.

Разочарованный магистр Уайтхорс исчез из города этой же ночью.

Позади в выжидательной позе встал один из «щенков», привлекая к себе внимание главаря. У него явно появилась какая-то информация, но статус и обычаи не позволяли первым открыть рот, нужно дождаться разрешения.

– Ну, в чем дело? – спросил Ярый, недовольно поведя плечом.

Он сидел у костра и просушивал стеганую куртку от сырости, что просочилась за утро и мешала согреться.

Ярый в последнее время находился в раздраженном состоянии, их занесло в какую-то глушь, где невозможно развернуться. Еды не хватало, даже воровство домашней скотины здесь было делом трудным. Местные жители стерегли свои стада со всем усердием и, после каждой такой мало-мальски удачной поживы приходилось уносить ноги от настоящей облавы с собаками, что на них устраивали всей деревней от мала до велика.

– Говори…

– Глазастый увидел на дороге движение.

– В такую рань?

Глазастый был их наблюдателем. Благодаря своему хорошему зрению получивший соответствующую должность в группе. Он сидел на высоком дереве и наблюдал за дорогой. В последний раз он докладывал о движении три дня назад, уж очень редко здесь ходили. Но и в прошлый раз поживиться оказалось нечем, обоз был большим в двадцать человек. А как уже знал Ярый по печальному опыту, здешние жители умели за себя постоять, и обоз пришлось пропустить, тем более что в его группе всего пятнадцать человек считая трех «щенков».

– Поднимать людей? – спросил Дикий, заместитель Ярого, слышавшего доклад.

– Поднимай, – кивнул главарь. – Все равно хватит дрыхнуть.

Дикий начал поднимать людей привычным ему способом, и просто не признавая других, пиная подельников под бока и приговаривая: «Вставайте облезлые собаки!»

– Веди…

«Щенок» засеменил в сторону дороги, указывая направление. Ярый оказался на открытой полянке с которой хорошо видно наблюдателя сидевшего на дереве росшего, на возвышенности.

– Ну, чего он там видит?

Щуплый замахал руками, давая понять что, главарь здесь и интересуется деталями. Наблюдатель начал махать в ответ.

– Всадник… один… – начал читать Ярый знаки Глазастого. – Пять всадников… Что он несет?! То один то пять!

– Пять всадников преследуют одного, – взял на себя смелость перевести более точно Щуплый.

За реплику без разрешения Щуплый получил легкую оплеуху от главаря.

– Спасибо… – все же поблагодарил Ярый.

– Ну что там, командир? – спросил только что появившийся Дикий.

– Пять всадников преследуют одного…

– Будем брать?

– А смысл?

– А вдруг он что-нибудь украл и потому за ним гонятся?

– Что ж, в этом есть логика, – согласился Ярый. И посмотрев на наблюдателя, прочитав его знаки, добавил: – Тогда пошли, тем более что он сейчас проедет мимо нас.

Вся банда стала выдвигаться в сторону дороги и через полминуты оказалась в кустах на самом ее краю. Вот показался и сам всадник скачущий галопом едва не падая с коня. За ним погоня из пяти лесных охотников на своих низкорослых лошадках, наверное из-за коротких ног последних они все еще не догнали свою жертву.

– Выходим, – махнул рукой Ярый и, бандиты полезли на дорогу, как раз в тот самый момент, когда погоня догнала-таки свою жертву и начала останавливать рослого абрупта.

Всадник на это никак не реагировал, едва находясь в сознании и держась за шею коня стараясь из последних сил не свалиться на дорогу. Абрупт среагировал на новых участников странно – он встал на дыбы и его седок вывалился из седла прямо под копыта лошадей охотников.

– Вам придется отдать его нам, – произнес Ярый, выйдя вперед.

– Это преступник…

– А мы кто?

После этого вопроса главаря вся банда зашлась смехом.

– Проваливайте, – махнул своим ятаганом Дикий. – Он наш.

Разбойников было больше, еще неизвестно сколько сидит в лесу. Они не нападали лишь потому, что четверо из пяти охотников натянули тетивы своих луков и могли поразить, как минимум четверых разбойников из десяти потом им самим придется несладко, запросто могли повалить на землю и добить мечами и дубинами что они открыто держали и покачивали в руках. В общем, спрогнозировать исход схватки не представлялось возможным.

– Хорошо…

Осторожные охотники, которые предпочитали бить только наверняка, быстро развернулись и ускакали прочь на своих лошадках.

Один из членов банды по немому приказу Дикого прямо на дороге начал обшаривать полуживого человека на наличие каких-то драгоценностей из-за которых возможно за ним увязалась погоня. Но ничего кроме серебряного медальона он не нашел.

– Пусто…

– Проклятье. Ладно заберем лошадь, хоть поедим нормально.

– Его тоже, – кивнул на беглеца Ярый.

– Зачем он нам нужен? – удивился Дикий. – Он же совсем никакой, того и гляди концы отбросит.

– Затем что я так сказал. А если что, убить мы его всегда успеем.

Спорить против такого довода бессмысленно и двое из членов банды, подхватив обессиленного человека, положили его в седло абрупта. И все вместе отправились обратно в лес. Нужно еще сменить место стоянки, на тот случай если по их душу после доклада охотников отправят поисковую группу с целью перебить всех бандитов.

На самом деле, спасая незнакомца Ярый преследовал весьма прозаичные цели, а не руководствовался человеколюбием или бандитской солидарностью (которая к тому же была весьма расплывчатым понятием), ему требовались новые члены группы.

Очнулся Мартин Флокхарт от дикой боли и собственного крика, спину жутко обожгло, словно его ткнули раскаленной головешкой. Шипение и запах паленого мяса показал, что так оно и есть на самом деле, только это не головешка, а лезвие раскаленного до красна ножа.

– Очнулся… значит жить будет. – Констатировал человек, державший в руке раскаленный нож, которым он и прижег спину Мартина. В другой руке он держал наконечник злополучной стрелы. – Хотя еще немного и отдал бы душу богам.

Сознание после просветления от боли снова стало угасать. В следующий раз когда он очнулся то обнаружил себя в сидячем положении прислоненным к какому-то дереву. Он почувствовал, что рану после того как прижгли чем-то приложили для ускоренной заживляемости и перевязали. Люди вокруг него делали свои дела, по их движениям Флокхарт понял, что они только что поменяли место стоянки и обустраиваются на новом месте.

– Кто вы?.. – пересохшим ртом спросил Мартин, так тихо, что его никто не услышал, хотя уже спрашивая, он понял, что это разбойники, что его не слишком-то обрадовало.

Но это все же лучше чем оказаться в подвале графа, откуда после скоротечного суда и заживления ран местным лекарем (рабы должны быть здоровыми, иначе от них нет никакого проку), отправиться прямо на рудники.

Отдельной кучкой лежали его вещи и вещи графского загонщика, а именно: нож, короткое копье, кожаный доспех, лук с колчаном стрел, охотничий рожок, и прочее по мелочам. Рядом лежало седло со всей сбруей, самого коня нигде не видно, но вертящиеся большие куски мяса над костром, от которых шел своеобразный запах, явственно показало, куда именно подевался конь, вынесший его из стольких бед.

Мартин смутно припомнил, как он уходил от последней погони после которой непонятным образом оказался в руках бандитов с большой дороги. Сначала появился один охотник, но тот один ничего не мог сделать и тогда раздался уже знакомый сигнал из рога, потом еще и еще и в итоге охотников оказалось пять человек.

Флокхарт пытался укрыться от них то в лесу, то оторваться по ровной дороге, но ничего из этого не получалось. В лесу охотники хоть и отставали но шли по следу как привязанные. Тогда Мартин снова выезжал на дорогу, но тут оказывалось, что не все охотники уходили в лес. Часть из них продолжали идти параллельным курсом по дороге и, в итоге преследователи все время висели у него на хвосте. Так что непонятно, как он оказался не в их руках, а в руках бандитов.

«Они что, продали меня им? Но зачем? Зачем охотникам продавать меня, а бандитам – покупать?!» – удивился он.

Но потом в голову пришло более правдоподобное объяснение – его просто отбили. Но опять-таки зачем? Задаваться этим вопросом не хотелось, по крайней мере сейчас.

После того как бандиты обустроились и разобрали свои вещи, остались только вещи Мартина. Он стал свидетелем их дележа. К кучке подошел самый большой бандит в кожаной жилетке с нашитыми на нее передними пластинами конских копыт и стал копошиться в вещах, выуживая из них самое ценное среди которых оказались его медальон и нож. Почему-то Мартин решил, что этот бандит по прозвищу Дикий (он слышал, как его так называли) не является главарем. Хотя силен наверняка без меры.

Флокхарт понял что его используют как основную устрашающую силу когда главарю не с руки заниматься мордобоем самому рискуя проиграть пусть и случайно (в любом случае авторитет будет подорван и тогда начнутся интриги). А самому Дикому не доставало ума, чтобы занять первое место в бандитской группе. Настоящий главарь просекал это его намерение еще в самом зародыше и предпринимал необходимые действия, чтобы авторитет соперника падал так низко, что к его словам просто перестают прислушиваться.

Так и оказалось, громила дождался благосклонного кивка другого бандита возлежавшего на бараньей шкуре под елью. В нем Мартин, по уже стальным бляхам на такой же кожаной куртке и манере держаться с самого начала опознал главного, исповедующего принцип разделяй и властвуй, делегировавшего например вот такие почетные функции как раздел добычи, и тот начал раздавать наименее ценные вещи своим подельникам или те которыми ему были без надобности несмотря на свою ценность. К последнему случаю относился лук со стрелами.

– Держи Грач, – бросил лук одному из своих приятелей громила. – Ты у нас единственный кто с этим умеет обращаться.

– Хорошая вещь, – попробовав натяжение тетивы лука, поблагодарил Грач.

– Маловата, – с сожалением произнес Дикий после примерки и отдал кожаный доспех одному из щуплых бойцов. – Это тебе Крест.

– Спасибо…

Так же разошлись все остальные вещи вплоть до седла (хотя зачем оно вообще кому-то нужно ведь лошадей в банде нет). Но у разбойников все шло в дело. На месте осталось только копье Пилата. Бандиты предпочитали пользоваться ножами или короткими мечами, или даже самодельными булавами, а потому копье не вызвало никого энтузиазма. Никто не догадался развязать ремешки и снять наконечник, тогда бы выяснилось, что это тоже хороший нож с несколько специфической формой ручки и только.

– Что возьмешь Ярый? – спросил Дикий, когда все было роздано. В одной руке он держал серебряный медальон, в другой – нож Флокхарта.

– Дай посмотреть…

Главарь повертел в руках то и другое и остановился на ноже. Покрутил его в руках, проверяя балансировку и удобство ручки.

– Хорошая вещь. Пожалуй, я возьму нож.

– Тогда мне остается серебришко, – остался доволен Дикий, положивший на медальон глаз с самого начала.

– Это мое! – вдруг закричал Мартин и сделал попытку встать. – Забирайте, что хотите но отдайте мне мой медальон!

– Оп-па, наш приблудный очнулся! – радостно заревел Дикий.

Его поддержала вся остальная банда.

– Ты кто будешь, коровье дерьмо?!

– Мартин Флокхарт!

Ему наконец удалось подняться на ноги. Его все же удивило, насколько он сильно ослаб. Колени дрожали, во всем теле появилась необычайная ломота, будто вместо мышц у него были деревянные прутья, голова чугунная и его мгновенно прошиб пот.

– Признаться мне это ничего не говорит, – произнес Дикий наступая на Мартина. – Мы понимаешь его от охотников защитили, жизнь ему спасли, а он тут еще права качает. Да ты мразь, что тут себе вообще позволяешь?!

– Постой Дикий, – взял слово главарь и Дикий мгновенно остыл, продолжая злобно вращать глазами. – Надо поговорить с человеком, прежде чем что-то делать.

Ярый принял более величественное положение на своем лежбище, сев прямо подобрав под себя ноги, после чего продолжил:

– Послушай парень, ты здесь никто и что мы с тобой сделаем, зависит только от того, что ты нам расскажешь, а главное я решу, что из того, что ты наплетешь – правда. Так что ничего твоего здесь нету, даже жизнь твоя и то полностью принадлежит мне. Усек?

Мартин после короткой паузы, взяв себя в руки, кивнул головой.

– Ну, рассказывай, почему за тобой гналась целая свора местных рейнджеров?

– Убийство… двойное…

– А по тебе не скажешь, – ухмыльнулся Дикий. – Разве что только соседских гусей подавил…

После смеха в банде Ярый его поддержал, предупредив:

– Говори правду парень, а не набивай себе цену. Здесь все с некоторым… опытом.

– Это правда. В первом случае все произошло случайно и сын деревенского старосты просто неудачно упал на камень…

– У меня вот тоже такая же гадость случилась, – снова усмехнулся Дикий. – Один придурок десять раз сам напоролся животом на мой нож…

В лесу раздался молодецкий хохот, который не сразу остановил даже главарь.

– Дальше.

– Я спрятался… думал переждать пока все не успокоятся и не поймут что это случайность, – продолжил Мартин решив что про награду которую объявил за его поимку староста лучше умолчать, а то как бы за десять золотых его эти самые разбойники не сдали, по которым самим каторга плачет. – Оставалось подождать еще совсем немного когда меня не нашел один из деревенских и не пришел за мной вот с этим копьем…

– И ты его – того, вон тем ножичком… – догадался Дикий, кивнув на нож который держал Ярый.

– Да, но это была самозащита. Тут уже на меня развернули полноценную охоту…

– Ну что же, это выглядит вполне правдоподобно, – решил главарь. – Осталось только решить, что нам с тобой делать.

Ярый выжидательно смотрел на Флокхарта следя за его реакцией. Также выжидательно на него смотрели остальные членный шайки. Интуитивно Мартин выбрал правильную линию поведения, то есть он вообще никак не реагировал на слова главаря и просто стоял. Не просился в банду, слезно уверяя, что он может быть полезным, но и не просил его отпустить на все четыре стороны. И то и другое служило бы признаком страха. Хотя Мартин, конечно же боялся, все таки не среди ангелов…

– Что скажешь парень?

– А что мне сказать? – пожал плечами Флокхарт, старательно вытравливая из голоса даже намек на подобострастие, старясь держаться как можно независимее. – Вы не дали мне никакого выбора и не сделали никакого предложения.

– Хорошо, – одобрительно кивнул Ярый. – Из всего, что ты сказал, следует, что тебя объявили или вскоре объявят вне закона, и тогда каждый будет вправе убить тебя и при этом еще получит награду. Далеко, в центральные части королевства или даже в другое королевство, туда, где тебя никто не знает и ты смог бы затеряться, тебе одному не уйти. Потому вот тебе мое предложение – войти в состав моей группы свободных граждан.

Ярый замолчал ожидая услышать ответ. Мартин про себя грустно усмехнулся, выбирать особо не из чего.

«Если откажусь, то меня пустят в расход хотя бы ради того чтобы снова с места на место не кочевать», – догадался Флокхарт, ведь возможности того, что он все-таки может уйти не прозвучало.

– Ну, чего молчишь? – снова набычился Дикий. – По репе настучать?

– Не нужно… Если других предложений и альтернатив не будет, то я согласен.

– Хорошо, – снова кивнул Ярый и потеряв к Мартину всякий интерес обратился к Дикому: – Определи его куда-нибудь…

На этих словах Мартин почувствовал пустоту обреченности, так как понял что ничего хорошего для него это «определение» не сулит.

«Бить будет», – догадался он.

Почему-то он решил, что Дикий непонятно почему невзлюбил его с самого начала, так что побоев скорее всего не избежать.

– Признаться, куда тебя определить я пока не знаю, – начал Дикий медленно приближаясь к Мартину все ближе и ближе. – Все вакансии вроде как заняты, так что будешь делать все, что скажут. А чтобы ты не сильно оборзел от оказанной тебе чести правом стать свободным гражданином или как в случае с медальоном, я тебя немножко поучу правилам хорошего тона…

С этими словами Дикий обрушил на Мартина замашистый удар. Поставленный блок как его учил дядя Кастор, не помог слишком он обессилил и Флокхарт рухнул на землю. Этого Дикому оказалось мало, потому он заорал:

– Вставай выкидыш осла и свиньи!

Флокхарт честно пытался подняться на ноги и даже сел на колени. Видя, что это не помогает, Дикий сам рывком поставил Мартина на ноги и нанес следующий удар. На этот раз Марти чудом устоял (потому как просто оперся спиной о ствол дерева на который он налетел). Флокхарт понял что просто так терпеть побои не следует и надо несмотря на свою слабость делать попытки сопротивления чтобы совсем не уронить свое достоинство ведь за ним наблюдала вся шайка оценивая его как бойца. Так ведь потом каждый мог ноги вытирать об него.

Потому, когда Дикий начал наносить новый удар в лицо Мартину, он как мог резче отклонился в сторону и кулак со всей силы пришелся в ствол дерева. Дикий дико закричал на радость банды живо обсуждающей новое развлечение – избиение новенького.

Ярый хотел прекратить подобное ничего не преследующее избиение (кроме как развлечения для остальных что в общем-то тоже дорогого стоило так как снимало напряжение внутри группы между ее членами) но, увидев что не все так плохо и слишком возросший авторитет Дикого в банде, которое следовало уже давно укоротить, может снизиться без его участия, позволил действу разворачиваться дальше. И нельзя сказать, чтобы пожалел.

Дикий вновь перешел в атаку, обрушив на Мартина целый шквал ударов, от которых он начал плеваться кровью. Тем не менее он устоял на ногах, а точнее его поставили другие члены банды на руки которых он упал в своеобразном «танце». Заместитель главаря показательно отдышавшись вновь занялся новичком, но тот уличив свободный момент со всей силы боднул его в лоб.

– Я же тебя убью сволочь! – Закричал Дикий размазывая кровь из разбитого носа и снова набросился на Флокхарта.

– Хватит, – все же остановил избиение Ярый, когда Мартин уже был почти без чувств превратившись в мешок. – Ты же его действительно убьешь, а он мне живым нужен.

Дикий вынуждено подчинился и злобно дыша оставил Мартина в покое.

– Тебе повезло… Иди к другим щенкам…

Дикий отбросил Флокхарта к тройке парней сидевших чуть в стороне от основной группы разбойников. Им стукнуло от пятнадцати до семнадцати лет, в деле разбоя наверняка участвуют впервые, так что новый «щенок» по сравнению с ними оказался щенком-переростком.

Рядом с Мартином приземлилось короткое копье. Дикий пояснил:

– Это будет твое. Все равно оно никому не нужно… И еще, что касается клички… Поскольку именами мы не пользуемся то ты будешь… – Дикий задумался и наморщил лоб в мыслительной деятельности. Наконец его лицо просияло и, он выдал: – Будешь отныне Дворянчиком!

Бандиты сидящие у костра радостно заржали. Прозвище в бандитской среде действительно довольно оригинально.

– Ну, ты выдал! – усмехнулся один из них, протягивая Дикому кусок успевшей за это время прожариться конине. – Повеселил ты нас однако. Но как он тебе по роже заехал!

Бандиты и дальше с хохотом и шутками продолжили обсуждать редкое веселье не обращая на «щенков» и Мартина в частности никакого внимания, кроме того, что и им бросили несколько кусков полноценного мяса, что явилось большой щедростью в обычно скудном рационе бандитов и тем более «щенков».

Мартин с трудом прислонился к тонкой березке пытаясь отдышаться сплевывая кровь. Дикий отбил ему все внутренности. Один из «щенков» в котором проглядывалась изрядная горбатость, взял кусок мяса и протянул его Мартину.

– Держи… Дворянчик.

– Спасибо…

– Меня зовут Хребтом, – представился он, и стал знакомить с остальными, показывая на своих товарищей: – Это Глазастый, а это Камень.

– Почему?

– Глазастый далеко видит, а Камень камни бросает хорошо. С двадцати шагов может точно залепить прямо в лоб.

В подтверждение этих слов Камень подбросил на руке гладкий речной булыжник размером с небольшое куриное яйцо.

– Ну а я из-за своего горба…

– Понятно…

Мартин попробовал пожевать мясо. Аппетита после того как ему пересчитали все ребра и отбили внутренности не прибавилось, но он знал, что надо поесть пока имеется такая возможность. В таких сообществах неизвестно что произойдет в следующую минуту, да и подкрепиться не мешало в любом случае, так как не ел уже больше суток. А восстанавливать силы нужно как можно быстрее. Мартин собирался, во что бы то ни стало вернуть себе свой медальон и убраться подальше от банды.

– Все-таки одного не пойму…

– Чего? – откликнулся Хребет.

– Почему именно Дворянчик? – поинтересовался Флокхарт. Не нужно было быть гением, чтобы понять что прозвище имеет уничижительный характер, что в этой среде не приветствовалось.

– А кто его знает этого Дикого, – пожал плечами Хребет.

– Знаешь, в тебе действительно есть что-то такое, – подал голос Глазастый, неопределенно проведя рукой перед своим лицом. – Словами не описать видеть нужно.

– Точно, – кивнул Камень, приглядевшись. – Какой-то ты не такой.

– Понятно…

«Вот и Пилат о чем-то подобном говорил», – с грустью подумал Мартин.

Шло время и Мартин Флокхарт немного оправился после ранения в плечо и устроенного Диким избиения. Ему приходилось заниматься самой грязной работой получая за это самое скудное пропитание, сытное время после съедения коня на котором он попал в банду прошло.

Чтобы совсем не загнуться от голода разбойники совершали небольшие набеги на деревни крадя отбившейся от общего стада скот, что было для Мартина в новинку по многим причинам. У них в деревне ничего подобного никогда не происходило и он подумал, что это одно из преимуществ жизни в глуши, где нет разбойников… Деревенские, потерявшие свою скотину устраивали облавы, но разбойники успевали уйти достаточно далеко, чтобы не быть пойманными и забитыми до смерти на самосуде.

Когда не имелось возможности воровать скот или птицу члены шайки отправлялись на охоту, кто что лучше умел. Грач например неплохо стрелял из лука, по словам «щенков» со специальным охотничьим луком его результативность стала гораздо лучше чем до того как у него был самодельный какой-то конопатый лук.

Крест ставил силки на звериных тропах, «щенки» обычно удили рыбу на речках украденными у деревенских сетями.

Не работали только Ярый как главарь банды да его заместитель Дикий. Так и жили разбойники в лесу в ожидании «миграции» – так разбойники называли время, когда начнут прибывать купцы на Поле для торговли с инородцами.

Несколько раз у Мартина появлялась возможность покинуть банду, но он этого не делал по нескольким причинам. Во-первых, он просто не знал, что делать потом, одному ему действительно не добраться до центральных районов королевства. Любой одинокий путник, а тем более такой оборванец как Мартин ловился либо другими бандитами, либо жителями или охотниками дворян и препровождался в ближайший замок, где выясняли кто он и откуда. Понятное дело, что в этом случае быстро выяснится, кто он и за что его ищут, а значит, ему предстояла прямая дорога на каторгу.

Во-вторых, медальон все еще висел на шее у Дикого, а украсть или завладеть им каким-то другим образом у него нет возможности – в прямом столкновении с Диким ему не справиться. Шанс был только при бое на холодном оружии, но Мартин не находил достаточного повода, а зачинщика драки без повода самого могли убить.

В-третьих, Мартин признался самому себе, что никуда пока уходить не хочет и его вполне устраивает такая жизнь. Здесь можно о многом подумать и наметить планы дальнейшей жизни. Если бы еще не Дикий, полностью оправдывающий свою кличку, ничем не объяснимыми взрывами ярости, когда он нападал на самых беззащитных, то есть «щенков» (поскольку остальные выработали свою тактику против такого буйства и побили Дикого всем скопом, а так они лишь наблюдали за новым развлечением), то было бы совсем хорошо.

За прошедший месяц с того момента как Мартин попал в шайку разбойников, он сумел более или менее подружиться с остальными «щенками» и узнать, как их занесло в подобную банду.

Хребет залетел по воровскому делу – его просто изгнали из деревни из-за его патологической страсти к воровству. Воровал все что плохо лежит, далеко бегает от хозяев и так далее.

– Ничего не могу с собой поделать, – признался Хребет под смех товарищей. – Как увижу, что что-то плохо лежит, беру себе… что б лежало хорошо.

Камень попал, как и Мартин за убийство, так же случайное, по крайней мере так он сам говорил:

– Бросал камень на спор. Поставили горшок одному юродивому на голову ну и я начал прицеливаться, а когда уже начал делать бросок меня отвлекли, рука чуть дрогнула ну и я залепил ему точно в лоб… За такое мне несколько лет каторги светило, но я решил сбежать.

Глазастый попал в банду за изнасилование.

– Да все было по обоюдному согласию, – оправдывался он. – Только она чего-то испугалась и всем сказала, что я принудил ее силой… ну ясень пень, что меня чуть на вилы не подняли.

Что ж, эти истории казались весьма правдоподобными, но вот правдивы ли они на самом деле Мартин понять не мог. Про других членов банды он узнал не много, те не любили когда «щенки» шушукались о них за спиной и могли поколотить.

По прошествии месяца, когда уже начало холодать, осень все-таки на носу, напряжение в банде начало нарастать. Бывалые по поводу и без повода задирали «щенков», между ними самими значительно участились стычки по малейшим причинам. Всем уже надоела такая жизнь скитальцев-оборванцев, хотелось чего-нибудь крупного. Разжиться золотишком и вернуться в центральные районы королевства, где есть большие города и можно вдоволь напиться и оттянуться с женщинами в кабаках на награбленное добро. Чувствовалось что еще немного и бандиты станут покидать шайку в поиске более удачливых командиров к которым можно примкнуть.

Все это прекрасно видел и понимал Ярый, поэтому однажды вечером он всех собрал у костра на серьезный разговор. Главарь поднял руку и, гомонящие разбойники замолчали.

– Ну что же господа свободные граждане, у меня есть для вас хорошая новость. Лето подошло к концу, а значит скоро, по дороге пойдут и уже идут первые обозы, потому мы выступаем на дело.

– Да!!! – радостно заревели разбойники, вскидывая вверх руки с зажатыми в кулаках ножами и короткими мечами.

– Завтра с утра и выступаем… Мы начинаем сезон охоты.

Веселье продолжилось. Под дичью в данной охоте как сразу понял Флокхарт являлись купцы, что спешили к анклавам инородцев: гномов и эльфов, два раза в год чтобы купить их товары. Понятное дело что при них будет много денег, а значит и много охраны. И на обратном пути тоже можно грабить, отбирая товар который потом можно сбыть по дешевке в городах у нечистых на руку торговцев.

– Ну вот, – сказал Глазастый, – скоро появится шанс показать себя и избавиться от звания «щенка»…

– Или от жизни, – усмехнулся Хребет. – Я слышал, весной эта банда насчитывала двадцать человек, а не считая нас их почти в половину меньше… Это сколько же нас останется после первой же стычки с купцами даже с самым маленьким обозом?..

– Ну, тут уж как повезет.

Мартин промолчал. У него под шумок появлялся шанс разобраться с Диким и, забрать свой медальон, а потом покинуть эту банду. Грабить честных людей, да еще и с возможным смертоубийством ему как-то не улыбалось.

Прошло семь дней с того момента, как шайка Ярого оказалась у дороги, по которой спешили купцы к Полю. За это время Глазастый доложил о трех обозах по две телеги каждый, но банда не решилась напасть ни на один из них. Оно и не мудрено, охрана у каждого купца знатная от двадцати до тридцати хорошо оснащенных доспехом и вооруженных наемников, половина из которых всадники. Это не считая прочую прислугу, также имевшую при себе обитые железными гвоздями дубины и топоры, и могли постоять за себя.

Становилось ясно, что и прочие обозы будут такими же хорошо защищенными. Купцы не скупились на свою охрану, чтобы не потерять все. Хотя подобные караваны были вполне по силам более крупному разбойничьему отряду. С каким предложением и вышел Дикий:

– Командир, может все же объединимся с кем-нибудь кто тут еще шастает, а?

Ярый сидел на своей шкуре мрачнее тучи. Все отлично понимали, что самим на дело в таком малом количестве идти очень опасно, могут просто перебить, но и объединяться резону большого нет. Мало того что люди из группы, которая инициировала свое включение в состав другой банды идут в первой линии атакующих, а значит несут самые большие потери, так еще и отдать придется куда как больше чем половину.

– Нет, объединяться ни с кем не станем, – наконец промолвил он. – Будем действовать своими силами. Что мы, дохляки или бабы какие? Сами можем взять любого за жабры!

Члены банды довольно заулыбались, при том же риске что и при объединении, ну может чуть большем, они получат знатный барыш, а не жалкие остатки.

– Сегодня уже никого больше не будет, – посмотрев в вечернее небо продолжил Ярый, – но завтра берем первый же обоз который появится у нас на пути. Нужно только подготовиться…

Разбойники довольно загудели. Им уже порядком надоело сидение без дела, и все желали чтобы скорее бы уж все решилось. Повеселев, бандиты стали осматривать свое оружие. Стал готовиться к столкновению с наемной купеческой охраной и Мартин Флокхарт, понимая, что завтра Ярому понадобятся все силы и ему наравне со всеми тоже придется участвовать в нападении.

– Эй, ты что это делаешь, Дворянчик?

Мартин вскочил на ноги, отложив в сторону свою работу. Перед ним стоял вожак.

– Я делаю щит …

Ярый поднял полуготовый щит сплетенный из веток сирени которые подходили для этого дела не хуже привычного тальника которого нигде поблизости не оказалось.

– А ты умеешь им пользоваться?

– Смею надеяться. По крайней мере, будет хоть чем-то защититься от кавалерийского меча, от которого в принципе мало, что спасает, если попасть под прямой удар. И потом я не очень хорошо владею копьем, так что защита мне в любом случае пригодится.

– Ты я погляжу, много знаешь…

– В деревне, где я рос живет бывший солдат королевской армии, он нам часто рассказывал о своих походах.

– Знаю я этих старых болтунов! – усмехнулся Ярый. – Понапридумают небылиц для детишек, а те слушают, разинув рты!

Вожак, посмеиваясь, ушел по своим делам, а Мартин продолжил плести щит. К нему подсели остальные «щенки» и с интересом наблюдали за его работой. Им тоже раздали оружие – ножи и обитые гвоздями дубины. Бывалые бандиты разобрали себе оружие получше – мечи, топоры. Банда сформировалась не так давно, так что богатым арсеналом похвастаться не могла.

– Думаешь поможет? – кивнул на щит Хребет.

– Надеюсь… Без щита и своего доспеха я чувствую себя совсем голым, а так хоть какая-то уверенность будет.

– Да, уверенность нам завтра пригодится, – согласился Камень.

Он набрал в свой мешок увесистых речных камней и перебирал их, отбрасывая в сторону, по его мнению негодные снаряды, либо слишком большие и потому тяжелые либо слишком маленькие и потому бесполезные в метании. Завтра он собирался ими хорошенько поработать, разя наповал… как того юродивого.

Мартин наконец закончил работу и одев щит на руку опробовал его якобы принимая удар. Щит оказался несколько тяжеловат, так как прутья сырые, но это все же лучше чем ничего. После попробовал движение строевого нападения, все как учил дядя Кастор, коля воображаемого противника копьем сверху в голову, сбоку и снизу в ноги, делая замашистые косые удары сверху вниз как мечом разрубая якобы открывшегося противника.

– Ну, вроде ничего, – оценил Глазастый. – Смотришься…

– Главное как это все произойдет в реальности, – ответил Мартин.

Весь оставшийся вечер Флокхарт провел в тренировке, вновь набивая руку, чтобы все движения происходили без лишнего обдумывания сами собой. Проверяя не помешают ли ему в самый неожиданный момент прошлые раны. Но они окончательно зажили и больше не беспокоили. В результате своих тренировок он посек в щепку ствол одного из деревьев выступавшего в качестве противника, так он его исколол и изрубил.

Этой же тренировкой Мартин старался унять охватившее его возбуждение, ведь одно дело просто тренироваться в строю таких же как он у родной деревни и совсем другое знать что возможно уже завтра тебе придется показать все на что ты способен. Даже Дикий не задирался в этот момент, тщательно проверяя свою амуницию.

Обоз показался только в половине следующего дня. Мартин уже научившийся читать бандитские знаки прочел по движениям рук Глазастого, что на дороге находится два воза с охраной из двадцати пяти человек, десять из которых всадники. В общем, стандартный обоз.

– Пускай спускается, – пробормотал Ярый. – Нам сейчас все понадобятся.

Главарь собрал всех членов шайки вокруг себя на военный совет, даже «щенки» сидели в одном круге, внимая наставлениям вожака.

– Значит так, слушайте сюда, – начал Ярый, – будем считать, что их двадцать девять человек, нет… тридцать один. Помимо наемников на каждом возе сидят по два погонщика которые как показывает опыт тоже хорошо владеют дубинами и могут постоять за имущество своего хозяина. Плюс к этому есть сам хозяин и его помощник. Будем считать, что они тоже владеют оружием.

– Да ладно тебе командир, это уже явная перестраховка, – хохотнул Дикий, его слабо поддержала часть банды, даже без этих двух у купца двойной перевес в силе.

Ярый холодно оглянул своих людей и смешки тут же прекратились. Мартин подумал, что Ярому больше подошла бы кличка Стальной.

– Лучше перестраховаться. Теперь что касается расстановки сил. Нас пятнадцать человек против тридцати одного, не слишком удачная комбинация. Потому нужно вывести как можно больше охраны еще до вступления в основную схватку. Эта задача ложится на Грача. Что скажешь Грач, сможешь их настрелять?

– Двух-трех человек всяко-разно сниму, – уверенно кивнул Грач, – а там видно будет.

– Ладно, но тогда бей всадников, они для нас самые опасные.

– Хорошо.

– Теперь ты Камень…

– Да, командир?

– У тебя та же задача что и у Грача. Вывести из строя как можно больше людей еще на подступах. Я знаю ты меткий парень, так что у тебя все должно получиться.

Камень зарделся от оказанного ему внимания самим главарем.

– Сделаем!

– Хорошо… Ну а остальные, поскольку не имеют никаких специальных способностей, будут биться как простые пехотинцы. Теперь что касается денег. Они скорее всего у купца, а точнее под подушкой на которой он сидит. Там наверняка не все, но половина точно, так что всеми возможными способами старайтесь пробиться к нему. Товаров он никаких не везет потому брать с него больше нечего. А теперь на позицию…

Разбойники скорым шагом поспешили к дороге. Обоз уже оказался в поле видимости, хотя для полного обзора очень мешали ветки и кустарник, и осталось дождаться, пока он поравняется с разбойниками. На флангах разместились Грач с Камнем приготовив свое оружие и кивнув главарю что они готовы к выполнению своей миссии.

Он кивнул им в ответ и предупредил:

– Выходим только по моей команде…

Телеги запряженные парами лошадей подбирались все ближе. По обе стороны от телег ехало по пять всадников и шли пехотинцы, хотя часть из них сидела на телегах, видимо отдыхающая смена. На телегах действительно никакого товара не было, только лишь вода в бочонках да провизия для людей и овес для лошадей.

Наемники шли в полной экипировке, не понаслышке зная, что этот лес так и кишит разбойным людом и, редкий обоз достигал цели своего пути без происшествий. Это были бывалые бойцы, а потому на легкую победу рассчитывать не приходилось. Даже погонщики и хозяин со своим помощником имели хорошую нательную защиту и держали при себе короткие мечи.

Их поведение говорило о том, что они не догадываются о засаде, а значит, у разбойников есть все шансы на успех. А то бывало, что наемники просекали о засаде и сами атаковали разбойный люд, рассеивая противника по лесу, заходя им в тыл в тот момент, как они хотели напасть. Такое тоже случалось довольно часто.

Но сейчас они шли, ни о чем не подозревая. Вот обоз практически поравнялся с разбойниками и Ярый махнул рукой, давая отмашку Грачу и Камню. Те не заставили себя долго ждать и начали метать свои снаряды. Дзинькал лук и первые стрелы ушли из леса на дорогу поражая всадников. Грачу удалось ссадить только двоих, но он продолжал стрелять и вскоре выполнил поставленный командиром норматив.

Камень также не остался в стороне, и увесистые камни полетели в пеших бойцов. Четверо из них упали с разбитыми лицами, по которым густо текла кровь. Наемники вскоре определили источник опасности и стали защищаться щитами. Камень, видя, что большего ему не достичь, стал бросать камни в лошадей и два всадника слетели на землю со вставших на дыбы коней.

Видя что стрелки сделали все возможное и счет более или менее сровнялся Ярый дико закричал и ломанулся из леса на наемников размахивая своим двуручником, увлекая за собой остальных бандитов.

Завязалась схватка. С первых ее мгновений стало ясно, что у разбойников в честном бою против наемников нет никаких шансов и дело совсем было бы худо, если время от времени не давали о себе знать Грач и Камень. То один то другой противник падал то со стрелой в боку, в руке или ноге, то с разбитым лбом от увесистого булыжника Камня. Даже не очень удачные выстрелы помогали, отвлекая противника.

Появились первые убитые и раненые как с одной так и с другой стороны непосредственно от столкновения. Мартин Флокхарт не раз обрадовался, что сплел-таки себе щит, иначе его уже десять раз бы разрубили, а так только щит в мочалку смяли. Но и он не остался в долгу и уже два раза подколол противника своим копьем. Сначала удар пришелся в наколенник и срикошетил, но потом отбив два тяжелых удара своего противника щитом, проколол ему ногу чуть ниже колена, попав в кость и, тот упал с жутким криком.

Место раненого занял другой наемник, но как видно Флокхарт оказался очень неудобным или правильнее сказать непривычным противником потому, как и второй наемник свалился с колотой ногой. Третий даже не успел занять место напротив Мартина, как на секунду раскрывшись, упал от попадания камнем по лицу. Мартин обернулся и на подмигивание Камня поблагодарил того кивком головы, после чего все вернулись к своим делам.

Так что, несмотря на начальный численный перевес наемников над разбойниками они начали отступать. Не помогла даже кавалерия, потому как все кавалеристы стали пехотинцами, а им несподручно махать длинными тяжелыми мечами по вертким целям почти никак не защищенных разбойников, так что и их вскоре всех оглушили хорошими ударами по голове дубинами оставившие на их шлемах хорошие вмятины над которыми потом придется сильно постараться чтобы выпрямить.

– К обозу! К обозу! – кричал Ярый, с рыком разрубая чей-то щит надвое.

Разбойники стали пробираться к первой телеге где по их мнению под задницей купца таилось золотишко или какая другая ценная монета или драгоценные камни для расплаты с гномами и эльфами за их великолепные товары.

Наемники после таких криков разбойника стали драться еще более отчаяннее и еще несколько свободных граждан свалилось на дорогу с распоротыми животами и еще пара наемников отправилось вслед за ними кто со стрелой в груди кто с проломанным черепом.

Камень уже метал свои снаряды в непосредственной близости и был более результативен в то время как Грач только вышел на дорогу и стрелял от кромки леса. Но и у них в конце концов закончились снаряды и им пришлось вступить в дело как всем остальным.

Хребет, прикинувшись тяжело раненым, упал на землю, заставив его противника переключиться на другую жертву и убедившись, что его оставили без внимания, стал быстро проползать вперед по направлению к головной телеге.

– А ну пошел негодяй! – закричал купец, размахивая коротким мечом перед юрким Хребтом вооруженного дубинкой.

Наемники не могли отвлечься от схватки и прогнать Хребта потому как остальные разбойники налегли на них с утроенной энергией. Видя, что и Хребту никак не удается ничего сделать, а купец уже встал на ноги тычет в него длинным копьем. Но и разбойникам ничего не удается сделать с наемниками и пробиться к телегам силы с которыми окончательно сравнялись и они стали давить оборванцев.

Флокхарт увидел только одну возможность пособить Хребту. За неимением лучшей идеи он решил ею воспользоваться и закричал:

– Хребет, пригнись!

Мартин чуть отступил и метнул свое копье в купца. За что тут же поплатился, получив мощный удар по щиту окончательно разлетевшийся на отдельные веточки и его бы подкололи, не прикрой Мартина в очередной раз Камень бросивший булыжник поднятый с земли прямо по пальцам наемника державшим меч.

Дело было сделано. Брошенное со всей силы копье поверх головы Хребта мгновенно пригнувшегося не размышляя, кто кричит и зачем, сбило тучного купца защищенного кольчугой с телеги и он с грохотом свалился на землю.

Хребет тут же вскочил на воз и разбросал подушки на которых сидел торговец в разные стороны. Как и предполагал Ярый, обнаружил там кожаные кошели с деньгами, которые он сноровисто выгреб и помчался в лес, не забыв прихватить копье Мартина так ему помогшее.

– Отходим! – закричал Ярый увидев, что дело сделано, а на то чтобы проверить вторую телегу, в которой тоже возможно имелись деньги, сил уже не осталось. Ведь купцы как никто другие чтят пословицу насчет того, что не стоит класть все яйца в одну корзину.

Разбойники отхлынули от своих противников и, практически не защищаясь и не оглядываясь, бросились, наутек подхватив нескольких своих раненых, оставив на дороге среди убитых и раненых наемников пятерых своих.

Охрана преследовать своих обидчиков не стала, лес не являлся их стихией. Им предстояло как можно быстрее восстановить свои силы, залечить раны и продолжить путь, желательно не встречаясь с другими разбойничьими шайками битву с которыми они наверняка проиграют вчистую.

Разбойники веселились даже несмотря на понесенные потери. Радовались даже серьезно раненые, которые еще недавно орали, когда им прижигали раны, поскольку никаких других способов лечения свободные граждане не знали. И потом чего бы им не радоваться? Каждый получил по пятьдесят серебряных синглов и по пятнадцать золотых! Добыча оказалась довольно богатой, хоть сейчас можно сниматься и отправляться в ближайший город в центральные районы, чтобы напиться и повеселиться с девочками. Этих денег и того, что у них уже имелось до налета, хватило бы на полгода довольно таки приличного кутежа.

А вот по сути главные герои, то есть бывшие «щенки» практически ничего не получили.

– Хватит с вас того что вы стали полноценными свободными гражданами с правом голоса, – отмахнулся Дикий.

Ярый все же оказался более благоразумен, так как отлично понимал, благодаря кому удалось добыть эти деньги, достал из общака серебро и кинул каждому по монетке.

– Заслужили. Дикий прав, – добавил он. – Со следующей добычи вы получите равную со всеми долю.

Бывшие «щенки» впрочем не особенно и огорчились столь малой доле, первый успех как и всем, да и то что остались живы в отличии от некоторых бывалых, вскружил голову и они уже видели себя богатыми. Лишь для Мартина эти деньги вообще не представляли какой-либо ценности и он надеясь на благодушное настроение Дикого подошел к нему.

– Дикий…

– Чего тебе… Дворянчик?!

– Медальон. Отдай его мне, а я тебе отдам серебряный сингл…

Цена хорошая, тем более что медальон дороже серебряного и не стоил, но неожиданно Дикий, словно что-то взвешивая, поиметь ли ему еще серебряный сингл к уже имеющимся либо в будущем иметь источник потехи. Видимо выбрал последнее потому как отказался:

– Отвали, он не продается!

– Но почему?

– По кочану! Потому что нравится!

«Ты еще за это поплатишься! – бледнея от злости, решил Мартин, отходя, прочь от Дикого. Он решил разобраться с ним при первой же возможности, при первом же подвернувшемуся поводе. – Я тебя еще заставлю пожалеть!»

– Мартин…

Флокхарт удивленно обернулся. Его уже давно так не называли, по крайней мере в этой шайке ни разу. Решившего нарушить традиции обращаться исключительно по кличкам оказался Хребет.

– В чем дело… Хребет, – спросил Мартин, не зная его настоящего имени.

– Научи меня вот так же драться, как ты тогда с наемниками дрался… Я знаю, ты это отлично умеешь делать.

Флокхарт не смог удержать улыбки. Причина этой просьбы лежала на поверхности. Зная воровскую натуру Хребта, его долго мучили, выпытывая, не припрятал ли он где мешок с золотом, когда вымел все подчистую у торговца. Хребет долго плутал по лесу, пока его не нашли. Так что ничего удивительного в этих подозрениях не было, мог ведь где-то и припрятать один мешочек до лучших времен. Особенно в истязаниях как всегда усердствовал Дикий, выламывая руки и грозясь каленым железом и даже прижег-таки Хребту кожу. Но в итоге убедившись, что Хребет не врет, отпустили. И теперь он видимо хотел хорошо научиться драться, чтобы его нельзя было и в дальнейшем вот также безнаказанно мучить.

– Не только поэтому, – тоже улыбнулся Хребет, догадавшись о чем, подумал Флокхарт, потирая все еще нывшие бока. – Просто мне нужно научиться стоять еще и в настоящей схватке, чтобы не пристукнули как истукана… Я ведь сегодня едва вывернулся, чудом, Грач прикрыл дважды. В следующий раз так может и не повезти.

– Честно говоря, учитель из меня никакой, – признался Мартин, вспомнив, как он тогда смотрел на непонятливых «новобранцев» из деревенских мальчишек и думал, что бил бы им по головам, чтобы быстрее доходило.

– Ну, хоть какой-то… К другим ведь даже не подойти с таким вопросом. Никто не захочет тратить на меня свое время или посчитают ниже своего достоинства…

– Ну ладно, – сдался Мартин, решив, что напарник в спарринге ему совсем не помешает. – Пойдем, нарежем веток сирени. Перво-наперво нужно сплести щиты. Он мне, кстати, тоже нужен…

– О, смотрите! – закричал Дикий, показывая на Мартина с Хребтом. – Хребет ищет защиты у Дворянчика!

Раздался хохот, все поняли, что хотел этим сказать Дикий, а тот не унимался:

– Хребет, ты ошибся! Дворянчик – это его такое прозвище, а не его статус! Так что защиты искать у него смысла нет, так как он не сможет никого призвать к ответу! И уж тем более наказать!

Не обращая внимание на смех, Мартин с Хребтом только ушли еще дальше в лес и продолжили плетение щитов. К вечеру послышался глухой перестук, это Флокхарт приступил к основным тренировкам Хребта, вспоминая все, чему его учил дядя Кастор и повторяя все его наставления своему неожиданному ученику.

Глазастого и Камня приняли в одну из неформальных групп бывалых, (только лишь Мартин с Хребтом по разным причинам не вписались ни в одну из групп) потому они тоже лишь ходили мимо и усмехались, хотя в глазах явно горел интерес к происходящему.

«Словно замараться боятся…» – усмехнулся Флокхарт и стал показывать Хребту следующий урок боя.

– Встать в оборонительную стойку. Хорошо… Щит может быть не только средством защиты, но и нападения… вот смотри.

Мартин нижним ребром своего щита с легким замахом ударил по щиту Хребта. Удар оказался довольно чувствительным, что Хребет даже отступил на шаг.

– А теперь представь, что будет если попасть по лицу или горлу противника.

– Мало не покажется… зубы можно выбить.

– Вот именно. Давай, теперь ты попробуй.

Теперь Флокхарт защищался, а Хребет пытался ударить по его щиту своим щитом. Удар получился смазанным, но это явно с непривычки.

– Ничего, в следующий раз получится лучше. Давай еще…

– Где ты так научился? – все же не удержался от вопроса Глазастый. – Ты же говорил что из простой крестьянской семьи…

– Так и есть. Просто нас обучал один бывший солдат королевской армии. Я же говорил.

– А он не врал?

– На счет чего?

– Да что вообще солдат.

– Ну, судя потому, как он меня обучил, что я не погиб в первом же бою, то, как видно нет.

Тренировки продолжались в свободное от прочих обязанностей время. Тренировки требовались самому Мартину, так как во время спаррингов с Хребтом он повышал и свой уровень тоже, проводя приемы которые с бездушным деревом не сделать.

Отдых подошел к концу, раненые немного подлечились и уже могли участвовать в схватках и бандиты решили, что настало время очередного нападения. Много золота не бывает. Но вот количества людей явно не хватало даже с учетом выздоровевших, а охрана в обозах уменьшаться не хотела и по-прежнему составляла от двадцати до тридцати человек. Так что простым лобовым столкновением сделать, что-либо вряд ли бы удалось.

Но неожиданно Ярому в голову пришла идея, которой и воспользовались. Решили срубить дерево и повалить его на дорогу. Но не перед обозом как это обычно делали другие банды, перекрывая каравану путь вперед или назад или вперед и назад одновременно, чтобы никто не смог убежать и спокойно оттеснив охрану забрать все что они хотели, а повалить дерево прямо посреди телег, чтобы разбить обоз и охранявший его отряд на две половины, а если совсем уж повезет то и придавить тяжелыми ветками часть купеческой охраны.

Так и сделали. Заранее подрубили подходящее дерево и принялись ждать очередного купца. Их сейчас ходило довольно много, все старались успеть потому как до начала торгов оставалось всего несколько дней и опоздавшим могло ничего не достаться.

В этом разбойничьем набеге им просто повезло, что они не только добились своей цели обогатившись и в том что никто не погиб, хотя без ранений все же не обошлось, несмотря на то что охраны у купца было больше тридцати человек. Несмотря на такую численность Ярый не отступился и дал отмашку для начала атаки.

Два человека навалились плечами и подрубленное дерево начало с треском падать. Лошади всадников, заметив опасность инстинктивно понеслись вперед оставив второй обоз совсем без конной охраны, даже несколько пехотинцев прикрывая головы руками побежали вперед, а не назад. Часть из них придавило ветками. И вот на этот оголенный участок – вторую телегу оставшейся почти совсем без охраны – десять пехотинцев сидевших на телеге и направил своих бойцов Ярый.

Половину охраны выбили стрелами и камнями Грач с Камнем действуя в своем амплуа, а оставшиеся наемники и погонщики приняв бой скорее по привычке, но быстро поняв что им ничего не светит, так как помощь к ним пробиться через густые ветви достаточно быстро не могла, а за то время пока она к ним пришла бы их два раза успели бы убить, почли за лучшее бежать.

Поскольку, как правило, на второй телеге едет помощник купца и его охраняют чуть хуже, то золота здесь не оказалось, только серебро. Но и этого было вполне достаточно, особенно если учесть с какой легкостью оно им досталось. Более того, со второй телеги выгребли все припасы даже несколько мер овса для лошадей. Здесь же оказалось несколько бутылей с крепкой брагой, так что разбойники вечером отмечая успех перепились на славу, пересчитывая по двенадцать серебряных и по двадцать медных синглов.

В этой короткой схватке бывшие «щенки», бились в первой линии и было заметно как особенно слаженно действовали Дворянчик с Хребтом. Так что через день, после того как раздали теперь уже действительно равную долю к ним подошли Глазастый с Камнем.

– Твоя взяла Дворя… Мартин, – споткнувшись на кличке Флокхарта, махнул рукой Камень, зная как нервно он к ней относится. – Учи и нас военному делу…

Глазастый согласно кивнул, добавив:

– Если ты конечно не против…

– Отчего же против… вовсе нет, – несколько смутившись от оказанного доверия, отозвался Флокхарт. – Но если вы это решили всерьез, то пойдемте резать ветки на щиты.

Через три дня после последнего удачного нападения на торговые обозы из леса вышел заросший бородой разбойник. Его из-за перестука во время тренировки никто не услышал и обнаружили лишь когда чужак захлопал в ладони и проговорил, чтобы услышали:

– Неплохо, очень неплохо…

Мартин со своими новыми друзьями, которые до этого разбившись на пары, вели учебный бой, мгновенно построились в линию ощетинившись, кто чем, закрывшись щитами.

– Это еще лучше, – одобрительно закивал бородач подходя все ближе. – Настоящие бойцы, не то, что мои обалдуи…

За его спиной Флокхарт заметил еще несколько теней, которые стали постепенно материализоваться в других разбойников. Всего он насчитал двадцать человек. Следовало вообще-то поднимать тревогу, но с другой стороны этот бородач не держал в руках оружие и он появился сам, выдав себя с головой, хотя мог бы со своими людьми сразу разделаться с четверкой.

– Что вам нужно? – наконец спросил Мартин. – Кто вы?

– Нужно мне поговорить с вашим атаманом, а зовут меня Быком. Так и передай своему командиру, малый…

– Отходим… – прошептал Мартин, не желая чтобы остальные оставались наедине с этой бандой конкурентов, которые как он понял пришли сюда разбираться именно на счет территории обитания. Это не было редкостью.

Четверка, даже не собирая свои разбросанные вещи, скорым шагом вернулась в лагерь.

– Ярый…

– Чего тебе, Дворянчик? – недовольно пробурчал главарь. Он собирался немного вздремнуть после довольно сытного обеда.

– У нас гости… Некто Бык.

– Проклятье! – мгновенно вскочив на ноги, закричал Ярый, хватая свой двуручник. – Все в полную боевую готовность!

Пока разбойники облачались в свои хлипкие доспехи, появился сам Бык со своей бандой. Люди обеих групп смотрели друг на друга настороженно, но при этом разбойники Быка поглядывали еще и с высока, ведь их в два раза больше и они не сомневались в своей силе. Может быть именно поэтому, а не по негласному разбойничьему кодексу пришли открыто, не напали ночью или во время трапезы, чтобы иметь больше шансов на успех в «переговорах».

– Ты кто? – спросил Бык, выходя на крохотную полянку на которой обитали люди Ярого.

Остальные остались посреди деревьев, окружив стоянку полукругом, чтобы в случае чего быть готовым к нападению или наоборот к отражению.

– Ярый, – представился главарь. – Чего тебе нужно, Бык?

– В принципе немного… Вы должны отдать мне половину всего, что успели награбить…

– В честь чего?

– Это не все, – с раздражением махнул рукой Бык. Видимо он не любил, когда его прерывали. – Вы должны отдать мне половину всего что награбили, и сделать одно из двух: либо уйти отсюда, либо поступить под мою руку… Правда есть еще и третий вариант, но не думаю, что в этом случае у вас есть хоть какие-то шансы.

Мартин понял, что под третьим вариантом имеется ввиду битва. Что ж, шансов у них действительно в этом случае не много. Но с другой стороны он в банде Быка нигде не видел ни одного лучника, а как известно хороший стрелок стоит десятерых даже в схватке на короткой дистанции, особенно если учесть что есть еще и Камень со своими метательными способностями. Так что неизвестно, как поступит Ярый несомненно учитывающий сии моменты.

– Ну и в честь чего? – повторил свой вопрос Ярый, когда Бык умолк и выжидательно уставился на своего коллегу-конкурента. – В честь чего мы должны отдать тебе половину честно награбленного, уйти или влиться в твою банду?

– В честь того, что это моя территория, Ярый! А ты приходишь сюда и начинаешь грабить купчишек, оставляя меня и моих ребят без заработка! Так дела не делаются. В конце концов, я мог бы потребовать отдать все что у вас есть, – напомнил Бык кивнув на своих людей, чуть успокоившись, намекая на численный перевес своей банды. – Так что цени мою доброту…

Бык позволил себе улыбку. Наверное, это было лишнее, потому как Ярый только еще больше нахмурился и, уже достаточно хорошо зная своего командира, Мартин понял, что тот не отступит.

– Камень, – прошептал Флокхарт.

– Чего?

– Встань за нами и приготовь свой мешок… Дело дрянь.

– Понял.

Камень тоже догадался, что сейчас произойдет непоправимое и сдвинулся за щиты своих друзей, выудив из мешка камень поувесистей, глазами отыскивая наиболее уязвимые для его оружия жертвы. Таких было полно – шлемов практически никто не носил, даже войлочные шапки, которые могли бы смягчить удар, были не у всех.

– Остальным, чтобы ни случилось, надо держаться вместе плечом к плечу. Только в строю прикрывая друг друга, мы будем силой. Поодиночке нас быстро перебьют.

Ярый решил чуть затянуть развязку, чтобы его люди смогли получше подготовиться к бою, в том числе и морально.

– Ну и какую долю мы будем получать, если пойдем под твою руку? – спросил он.

– Поскольку я сегодня добрый, то предлагаю вашей группе одну шестую от общей добычи, а там уж делите между собой как вам захочется.

– Этого мало. Одна треть – это справедливая цена и все наше остается с нами.

– Ты забываешься Ярый. Либо уходи, либо соглашайся на такие условия. Я ведь могу вообще забрать все.

– Попробуй!

«Ну, вот и все!» – дрожа как осиновый лист, подумал Мартин, но когда раздались боевые кличи обеих банд, он обрел странное спокойствие сродни апатии, лишь еще раз добавил:

– Держимся вместе! Плечо к плечу! Щит к щиту! И не высовываться!

Люди Быка по команде своего главаря рванули вперед практически не защищаясь, что стало для них большой ошибкой. Камень начал метать свои снаряды с удивительной скоростью и сразу несколько человек рухнули в траву как подкошенные нелепо взмахивая руками.

Добавил из-за дерева Грач и, еще тройка человек свалилось на землю со стрелами в груди. Далее дистанция сократилась до сверх короткой и началась полноценная рубка. Но дело было сделано и в течении нескольких секунд пока работал Камень и Грач количество противников сравнялось в пропорции один к одному.

Грачу не повезло. На него, как на самого опасного бойца банды, навалилось сразу два противника. Одного он, несмотря на отчаянные зигзаги нападающего, ссадил стрелой но другой, добравшись до своей жертвы, погрузил в него свой меч и вспорол брюхо до самой грудины. Грач потянулся за следующей стрелой, вместо того чтобы схватиться за меч, что и стало его смертельной ошибкой. Впрочем, с мечом он стоил не много, так что исход в любом случае был бы один.

Камню тоже стало не до метания булыжников. На них налетело четыре человека и он поступил куда как правильнее встав в строй, понимая что троим его друзьям даже практически в непробиваемом строю с четырьмя не справиться. Разбойники рубили так остервенело, что парням приходилось лишь защищаться. Самодельные щиты при этом быстро приходили в негодность.

– Щас мы вас на ремни изрежем, сопляки! – в ярости пообещал один из разбойников и остальные поддержали его злорадным смехом.

Удары людей Быка сыпались на них как крылья мельницы в непогоду, но щиты пока выполняли свое предназначение. Четверка отступала не разбивая строй, став чуть дугой чтобы их не смогли обойти с флангов. Отступление продолжалось до тех пор пока бывшие «щенки» не почувствовали что их противники чуть выдохлись и в этот момент они сами перешли в атаку.

– Шаг вперед! – скомандовал Мартин и четверка чуть навалилась вперед.

Буквально сразу же Флокхарт подколол своим копьем открывшегося противника Глазастого стоявшего от него по правую руку. Тот поднял руку с мечом, чтобы нанести сокрушительный удар по измочаленному щиту Глазастого и Мартин проткнул его между ребер.

Противник загнулся и получил уже от самого Глазастого хороший удар дубиной по голове, отправившего своего противника в мир вечной охоты. Смерть их товарища от каких-то «сопляков» произвела на оставшихся троих удручающее действие, что дало четверке еще продвинуться на шаг вперед еще немного разбив строй своих противников, что не могло не сказаться на результативности и Камень сделав резкий выпад под защитой щита своим топориком рубанул по ноге своего противника. Тот дико закричал и пропусти еще один удар уже от Хребта дубиной в грудь проломившей ему все ребра и отбросившей на спину.

– Держать строй! – напомнил Мартин, увидев, что его товарищи, опьяненные кровью и видимой легкостью добычи, сейчас рванут вперед на врага обычной толпой добивать двух оставшихся деморализованных противников, что могло стать для них фатальной ошибкой.

– Держать стро-ой!!!

Командный голос сделал свое дело, отрезвил парней и строй выровнялся.

– Построение «Скорпион»!

С этим выкриком им самим придуманным строем, Мартин отступил назад, а Глазастый, Хребет и Камень вновь сомкнули щиты. Оставшиеся двое словно обезумели и вновь обрушили на «сопляков» мощные удары мечей, но на этот раз тактика четверки сменилась. Трое просто держали удары и не думая отвечать, в то время как Флокхарт выбрав удачный момент поверх голов своих товарищей, словно скорпион своим хвостом, нанес еще один удар, копьем поразив одного из нападавших в плечо, отчего тот выронил свой меч и побежал прочь.

Последний, оставшись один тяжело дыша, отступил назад.

– Проваливай мужик, – посоветовал Камень, злорадно улыбнувшись. – А то мы сейчас тебя в капусту изрубим. Хотя если хочешь, то можем и на ремни…

Их противник опустил ржавый меч и действительно, чуть помедлив, бросился следом за своим ранее убежавшим раненым в плечо товарищем.

Друзья победно закричали не в силах сдержать эмоции от первого по-настоящему успешного боя к которому они учились, чувствуя себя сильными как никогда.

Тем временем вокруг также кипела битва, уже лежали раненые и убитые с обеих сторон. Бык и Ярый убив по одному противнику, встретились друг с другом. Двуручный меч против легкой секиры. Бык отлично владел своим оружием и разобравшись с приемами Ярого перешел в наступление и начал его давить. Выкрутив меч из рук своего врага, и отбросив в сторону, он замахнулся секирой словно дровосек, проговорив:

– Зря ты не согласился, Ярый…

И начал довершать удар, от которого уже некуда было увернуться. Этот момент заметил Флокхарт и недолго думая, мгновенно перехватил свое короткое копье в положение для метания и, коротко замахнувшись, метнул его со всей силы. Копье вошло в живот Быку и тот дернувшись рефлекторно изменил направление удара и секира вошла в землю рядом с дернувшимся в сторону головой Ярого.

Через несколько секунд схватка между бандами закончилась. Не столько потому что погиб один из главарей по негласному правилу считавшейся концом битвы, а потому как биться уже по сути стало некому. Повсюду лежали убитые и истекающие кровью раненые, требующие, чтобы им помогли.

Банда Ярого потеряла в схватке троих человек убитыми: Грач, павший первым; некто Моргун, прозванный так из-за того что часто моргал, вот и проморгал очередной удар и худосочный Крест. Флокхарт не погнушался и снял с него свой кожаный доспех отданный ему Диким. Еще двое были серьезно ранены. Полностью без повреждений оказалась четверка бывших «щенков» да главарь, которому так и не раскроили черепушку секирой.

Банда Быка понесла несколько большие потери в основном из-за лучника, всего семь человек убитыми и четверо раненые это не считая тех что получил булыжниками от Камня – у них на лбах появились здоровые налившиеся кровью шишки, а под глазами всплыли синюшные круги. Потеряв сознание, они вышли из игры и пропустили все самое интересное, а когда очнулись, то обнаружили, что власть переменилась. Теперь хозяйничал Ярый.

– У меня к вам есть предложение, – начал он, когда все немного привели себя в порядок, совместно похоронили всех мертвых, подлечили раненых и уселись вместе у костра правда по разные его стороны. – Поскольку все мы потерпели из-за этой драки серьезные потери и по отдельности ничего не стоим, то предлагаю нам с вами объединиться, но теперь уже на моих условиях.

– Какие условия? – спросил один из подчиненных ныне покойного Быка.

– Щедрые, весьма щедрые… Собственно такие же какие я требовал для себя. А именно, равная со всеми доля с добычи, и так уж и быть все, что ваше остается у вас. Все кто хочет попытать счастья в других бандах – скатертью дорога, но не думаю, что там предложат вообще что-то подобное. Ну как?

– Хорошее предложение, – кивнул тот же бандит, по всей видимости бывший заместителем Быка, как Дикий у Ярого, который кстати получил небольшое ранение. – Я согласен.

Остальные, особенно молодежь, также согласно закивали головами. Предложение Ярого действительно отличалось щедростью, если еще учесть что он являлся победителем и мог вообще забрать все как законный трофей. Впрочем, с имуществом, а точнее с деньгами убитых противников он так и сделал.

Деньги же погибших людей из банды Ярого поделили между оставшимися в живых ее членами. Люди Быка остались при своих чем были весьма довольны.

После объединения двух банд в одну под рукой Ярого вместе с ним самим оказалось двадцать человек. С такой большой бандой, можно покушаться на более крупные караваны, а значит и добыча будет куда как больше, что не могло не радовать разбойников.

Как это обычно бывает во вновь образовавшейся банде после притирки сопровождавшейся небольшими стычками, правда не доходивших до драк и определением новой иерархии, определились свои неформальные группы. На этот раз они сформировались по возрастному признаку в итоге десять человек бывалых и десять человек молодняка – бывшие «щенки» из той и другой банды которые занимались разбоем первый, максимум второй сезон.

Самым старшим все равно остался Мартин Флокхарт он и стал неформальным лидером среди молодняка, хотя этому сильно мешало его прозвище. Потому один из тех кто разбойничал уже второй год, но будучи при этом младше на два года попытался перетянуть симпатии на себя. Но у него ничего не получилось, не потребовалось даже выяснять силу на кулаках. Самовыдвиженец, по всей видимости, пользовался не слишком большим уважением среди своих, потому половина из них просто перешли на сторону Дворянчика, и тот молодчик по кличке Зуб, быстро сник.

– Ты специально молодняк оставил? – как-то поинтересовался у Камня Мартин, кивнув на шестерых ребят пятнадцати-семнадцати лет с отметинами на лбу, из-за которых они сами друг над другом посмеивались.

– Нет, просто так получилось. Они, как и мы самые плоховооруженные и защищенные потому и оказались в числе первоочередных и легкопростреливаемых целей.

– Тогда понятно.

Однажды один из них по кличке Сухой с отметиной Камня на лбу подошел к ним, когда Мартин приступили к очередной тренировке.

– Возьмете меня?

– Тренироваться строю? – переспросил Мартин.

– Да. Я когда чуть очухался, видел, как вы разделались с Кривым и остальными.

– Так чего ж не помог им?

– Да нет, не струсил я, – понял подтекст Мартина Сухой. – Просто после того удара по лобешнику даже глаза в кучу собрать не мог, все двоилось. Мне вообще казалось, что вместо двадцати человек дерутся все сорок!

Слышавшие разговор засмеялись, особенно те кто знал о чем говорил Сухой, они испытывали примерно то же самое когда очнулись и долго не могли прийти в себя.

– А если бы и пошел в бой то махался бы с видением, рубя воздух…

– Что ж, милости прошу, – улыбаясь, зазывно махнул рукой Флокхарт. – Щас мы тебя научим плести щит из веток, и можешь вставать в строй вместе со всеми.

Вслед за Сухим в тренировку втянулся и остальной молодняк. Даже пробовавший поначалу бузить Зуб и тот запросился строй. Вопрос с оружием решился просто, его оказалось достаточно с прошлой схватки от старших товарищей залегших в сырую землю, как и с более-менее нормальной броней из кожи и войлока. Так что теперь отроки имея нормальное вооружение – короткие мечи и броню (кое-кто местами даже металлические накладки), превратились в полноценное строевое соединение. Теперь можно было пробовать классические построения в две линии защитная и короткокопейная, когда передняя линия лишь принимала на себя удары, а задняя – колола копьями.

Чувствовалось, что и старшие товарищи несмотря на довольно издевательские смешки сами не прочь заняться чем-то подобным, потому как хоть краем глаза но видели эффективность строевого боя, но им не позволял статус опытных и все умеющих.

«Ну и подыхайте из-за своей гордости», – усмехнулся про себя Флокхарт.

Вернул Мартин и свой нож. Еще в самом начале к нему подошел Ярый и поблагодарил:

– Спасибо что спас мне жизнь, – признал он.

Хотя далось ему это признание, по всей видимости, не очень нелегко, потому и благодарил вдали от всех, чтобы никто не видел. Но Мартину на это было плевать, как и на его благодарность.

– Да не за что…

– Нет, так не пойдет. Что хочешь за это? Я не люблю оставаться в долгу… Золота?

– Ну, если вы настаиваете, то верните мне мой нож…

– Держи, – с готовностью снял Ярый нож Мартина со своего пояса и указывая на кожаный доспех, добавил: – Я вижу, ты уже вернул все, что тебе принадлежало.

– Не совсем, командир.

– Ну да… – кивнул Ярый с легкой усмешкой вспомнив о медальоне висевшем на шее Дикого. – Но тут я тебе ничем помочь не могу.

– Я понимаю.

– И все же, зачем ты меня спас? Остался без оружия, а что если кто-то бы продолжил на вас атаку? Риск…

– Признаться я уже не знаю… Но сейчас обдумав свой поступок я понял что вы наиболее приемлемая для меня кандидатура в качестве командира.

– Хм-м… в смысле?

– Выиграй Бык, что от него ждать неизвестно, а с вами уже вроде как привычней.

– Ну, убил бы его потом, после того как он меня раскроил бы пополам.

– Тогда дело совсем плохо, – усмехнулся Мартин. – Остался бы Дикий, я бы тогда предпочел бы походить под рукой неизвестного Быка, чем видеть в качестве командира абсолютно непредсказуемого Дикого. И потом неизвестно оставил ли Бык нас, именно нашу четверку, в живых, после того как мы перерубили столько народу из его банды. Такой позор не каждый может снести. А мы как напоминание перед глазами каждый день маячили бы.

– Ясно.

Теперь Флокхарт жалел, что оказался так болтлив. Впрочем, с ним всегда была эта беда – несдержанность на язык. Хотя он не видел, чем так уж фатально навредил себе и навредил ли вообще, разве что только слишком откровенной оценкой командного состава… Просто впредь нужно было держать язык за зубами.

В любых бандах в человеке развивается звериное чувство опасности, он начинает ощущать ее кожей или видеть со спины, будто на затылке появился третий глаз.

Вот и у Мартина развилось нечто похожее, у него буквально мурашки побежали по телу, когда он почувствовал на себе взгляд. Быстро обернувшись, он увидел рядом друг с другом Ярого и Дикого, по всей видимости, не так давно на него смотревших, прочитав по губам первого: «Подергай его немного». Дикий довольно улыбнулся – вот и законный повод развлечься.

«С чего бы это вдруг?! – все таки с тревогой подумал Флокхарт, тут же вспоминая недавний разговор с Ярым. – Или он решил, что я покусился на его власть? Или могу это сделать в ближайшем будущем и хочет развеять мой авторитет? Бред…»

Это предположение выглядело смешным и нелепым с любой точек зрения. Ну, разве можно предположить, что бывалые дядьки будут подчиняться юнцу еще совсем недавно бывшего «щенком»? Да ни в жизнь!

«Тогда что? – снова начал размышлять Мартин. – Или Ярый боится, что я отколюсь от банды и создам свою из молодняка, который уведу с собой и потому меня надо принизить?»

Эта мысль показалась Флокхарту более здравой чем первая, но все же слишком натянутая. Ни о чем подобном он не помышлял, да и вряд ли молодняк пошел бы с ним. Все же они неопытны и количество не то, чтобы действовать самостоятельно, а прибиваться к другой банде смысла нет – доходы будут куда ниже чем в этой.

«Тогда в чем дело демон его подери?! – негодовал Мартин. – Может дело не во мне, а в Диком?»

Такое предположение после некоторого раздумья тоже показалось весьма здравым. Дикий подмял под себя несколько человек из новеньких и стал возвышаться, что не могло понравиться Ярому и резонно предположить, что он собирался уесть своего заместителя руками Мартина.

«Но неужели он думает, что я могу совладать с Диким, с этим бугаем?! – Подумал Флокхарт, а потом не без нотки самодовольства додумал: – А почему бы и нет?..»

Все Мартину было слишком сложно и непонятно, одно было ясно точно – Ярый сталкивал друг с другом, по его мнению, слишком возвысившихся людей, и могущих угрожать его авторитету как единоличному лидеру банды. В общем Ярый в любом случае убивал сразу двух зайцев, если не уесть одного так в любом случае будет уязвлен другой. Что вполне понятно.

«Хотя мне возможно просто все показалось и я раздуваю из мухи невесть что», – попробовал отмахнуться от тревожных мыслей Мартин, но это у него плохо получилось.

По крайней мере, он не удивился и даже в какой-то степени с облегчением воспринял излишне грубый толчок Дикого и его раздраженный говор, означавшего, что он все же не ошибся:

– Подвинься Дворянчик, а то расселся тут как настоящий барин! Не пройти, не проехать!

Дикий с шумом сел у костра между Мартином и Камнем. По сути, Дикий являлся командиром молодняка, в то время как Ярый, как более высокий начальник, командовал бывалыми.

«А почему бы и нет? – решился Флокхарт. – Рано или поздно все равно придется с ним столкнуться. А сейчас я вполне в своей форме…»

И еще раз глубоко вздохнув унимая внутреннюю дрожь, произнес с пренебрежением и прямо таки сквозившим презрением в голосе так чтобы слышали все:

– Не толкайся Дикий, а то лезешь напролом как беременная корова…

Все разговоры за костром тут же стихли, стало слышно, как потрескивают дрова в огне. Люди так и остались сидеть с разинутыми ртами, кто-то даже остановил жевательное движение на полпути, да так и замер, переводя взгляд с Дикого на Мартина и обратно.

– Что ты сказал, помесь свиньи и черепахи?! – вскричал Дикий, посте того, как пришел в себя от неслыханной наглости подчиненного, а вокруг стали раздаваться едва слышные шепотки. – Я же тебя за это удавлю!

Мартин лишь усмехнулся, Дикий в своем амплуа, эти помеси он мог придумывать бесконечно, ни разу не повторяясь. Остальные в этом искусстве были лишь жалкими подражателями.

– Что слышал Дикий. Не видишь, я разговариваю? Неужели свободных мест нет, вон пустые места. Так ведь нет…

Договорить Флокхарт не смог, вылетев со своего места от костра. Благо он ожидал подобного действия от Дикого и успел подставить блок руками, так что отделался лишь сильным толчком, а не сломанным носом или выбитыми зубами.

– Да я тебя за такое Дворянчик в землю по самую ноздрю вобью!!!

– Попробуй… И еще, это относится ко всем, хватит называть меня Дворянчиком. Признаюсь, мне это уже жутко надоело.

Это было уже верхом наглости. И если до этого еще можно как-то обойтись миром, пережив минуту побоев, но тогда вообще можно забыть о каком бы то ни было авторитете в группе навсегда, то теперь дело принимало совсем уж скверный оборот и без драки до смерти не обойтись.

– Защищайся падаль, я тебя убивать буду! – в конец взбесился Дикий, крутясь на месте то вправо, то влево в поиске своего оружия.

Наконец он нашел своей ятаган с легкостью могшего поспорить своей серьезностью с двуручным мечом. Флокхарт тоже не стал задерживаться и подхватил свое обмундирование. Быстро надел доспех, нацепил пояс с коротким мечом и ножом, взял щит и после секундного раздумья подхватил копье.

– Ты с ума сошел?! – зашептал Камень, помогая Флокхарту застегнуть застежки доспеха. – Он же тебя убьет! Посмотри какой он здоровый и при этом еще быстрый!

– Вполне возможно… но я этого постараюсь не допустить.

Члены банды быстро освободили место и образовали круг диаметром в десять-пятнадцать шагов, внутри которого по негласным правилам и предстояло биться спорщикам. Все уже делали ставки на победителя, в руках замелькали реальные деньги, а значит, кто-то мог реально обогатиться, поставив на темную лошадку – Дворянчика.

Ярый на все это взирал без какого бы то ни было участия, собственно он и спровоцировал подобное развитие событий, а значит, он дозволял проведение боя, чего не позволил бы прежде из-за острой нехватки людей, а сейчас народу полно и потеря одного погоды не сделает.

Противники вошли в круг подбадриваемые членами банды, смотря, кто за кого болел. Мартин решил сначала биться мечом на который он и учился боевому искусству у дяди Кастора, а копье когда-то принадлежавшее Пилату и владению которым он также достиг гораздо большего мастерства воткнул в землю на краю образованной площадки.

Правилами допускалось взять с собой в круг весь свой арсенал и пользоваться им по мере необходимости. Нельзя только пользоваться чужим оружием которое могли дать сердобольные товарищи. Такого товарища самого могли жестоко наказать.

– Ты пожалеешь о том дне когда появился на свет, малек! Я буду тебя мучить долго и медленно! Ты будешь лизать мне ноги, умоляя, чтобы я прикончил тебя быстро!

– Серьезные перспективы. Потому я постараюсь не доводить дело до такого, – кивнул Мартин. – И пришью тебя сразу.

Словесная дуэль закончилась быстро и противники начали сходиться, принявшись кружить хоровод изучая друг друга. Дикий был слишком вспыльчив, часто бросался в неподготовленные атаки, выходя из них живым только благодаря своей скорости и сковывающим движения страхе, что он внушал своему противнику. Именно на этом и собирался сыграть Мартин – дождаться подобной дикой атаки.

Дикий не стал долго раскачиваться и подтверждая свою кличку с диким криком бросился на своего противника делая быстрые замашистые косые удары своим ятаганом сверху вниз способные разрубить человека надвое.

Флокхарт легко ушел с линии атаки первых ударов острого клинка, даже и не пытаясь принять их на щит что в принципе бесполезно и глупо.

Действия Дикого встретили в толпе одобрительным гулом и подзадоривали усилить натиск. Но он кажется никого не слышал, и видел только лишь своего врага, пытаясь достать его своим клинком. Но Мартин постоянно оказывался вне его досягаемости и все удары уходили впустую. А как известно самые изматывающие удары это удары угодившие в пустоту.

Хоровод продолжился, стало видно, что Дикий чуть остыл и более трезво оценивает ситуацию, но все равно его глаза горели бешеным огнем, и он вновь пошел в атаку. На этот раз некоторые удары Мартин не только принял на щит но и отвел в сторону мечом. Возможностей для атаки самим Мартином все еще не представлялось, а атаковать самому было чистейшей глупостью, по крайней мере сейчас, когда его противник все еще находился в своей полной силе.

Во время очередного размена ударами Дикий выбил из рук Мартина меч отсушив ему руку, благо, что не отрубил… что было встречено восторженным возгласом предвкушая великолепное зрелище. Прозвучало в этих возгласах и нечто похожее на сожаление, что все кончится так быстро, ведь копье Мартина в результате всех их хороводов оказалось за спиной у Дикого и пройти сквозь него просто так не представлялось возможным. Любая попытка, по их мнению, окажется для Дворянчика смертельной.

– Ну что, допрыгался выкидыш ежа и зайца?! – усмехнулся Дикий, чувствуя, что уже почти победил, осталось лишь нанести решающий удар. – Я дам тебе шанс на спасение… встань на четвереньки и вылижи мне сапоги!

В толпе раздался заливистый смех, хотя все понимали, что Дворянчик на это не пойдет, понимал это и Дикий просто желая как можно сильнее уесть своего смертельного врага, выбить того из колеи и покончить одним ударом.

Мартину, по правде говоря, на это ответить нечего не мог, нож в руке который он вынул взамен потерянного меча, валявшийся у ног Дикого, не являлся существенным в такой драке. Кроме того, Дикий заметивший взгляд Мартина на свой меч подцепил его носком и подбросил в воздух, мастерски поймав левой рукой.

– Тебе это нужно, ты помесь козла и верблюда? – издевательски усмехнулся Дикий, вертя мечом словно игрушкой перед носом у ребенка.

Флокхарт только сглотнул пересохшим ртом, проталкивая в горло густую слюну.

– А не получишь!

Дикий выбросил меч Мартина за живой круг и снова перешел в наступление. Взмах ятаганом, Мартин пошел влево уходя от удара, одновременно приседая с шажком вперед подныривая под Дикого, выбрасывая вперед левую руку со щитом вкладывая в удар всю силу и полученную инерцию во время движения.

Удар кромкой щита в живот Дикого получился что надо и тот прогнувшись поспешно отступил назад. Его неподготовленный удар по уходящему противнику Мартин легко отбил щитом и кувыркнувшись по земле в один момент оказался рядом со своим копьем, тут же оказавшийся у него в руке. Вот только щит оставлял желать лучшего… Ветки так и топорщились во все стороны словно разодранное птичье гнездо.

Подобный стремительный поворот событий встретили бурей восторга, пожеланиями удачи и даже аплодисментами, что взвило и без того взвинченного Дикого не на шутку.

– Я расколю пополам тебе твою голову рыбье говно! – вскрикнул Дикий с криком бросаясь в очередную атаку.

«Ну наконец-то!» – возликовал Флокхарт почувствовав в движениях Дикого некоторую задержку и тяжесть, означавшую что его враг в подобном долгом бою начинает выдыхаться со своим тяжелым ятаганом. Именно этого ждал Мартин весь этот бой, именно это давало ему шанс на победу.

От щита остались одни ошметки, просто куча хвороста во все стороны торчащая ветками.

– Сделай его Мартин, сделай! – кричал кто-то из его новых друзей.

Понимая, что возможно другого шанса может и не представиться и Дикий его зарубит, стоит только потерять единственную защиту, Флокхарт пошел в наступление, резкими движениями выбрасывая копье вперед целя противнику в ноги.

Скорее от неожиданности Дикий чуть отступил, оторвавшись от Дворянчика. Мартин окончательно разорвал дистанцию, отскочив назад. Одновременно он перехватил копье в положение для броска и метнул его в дикого. Как и ожидалось (хотя в тайне Флокхарт надеялся что все же попадет), Дикий ушел с линии атаки чуть отвернувшись, тем самым на мгновение утратив контроль над действиями Мартина, чего тот и ожидал.

Само копье воткнулось в дерево рядом с одним из бандитов который глядя на вибрирующее древко нервно сглотнул.

Флокхарт бросился вперед понимая что сейчас в любом случае наступит развязки и либо он убьет Дикого либо Дикий прихлопнет его. И когда противник повернулся к нему бросил в его лицо ошметки своего щита.

Разбойник инстинктивно отбил его ятаганом, что стало роковой ошибкой, так как из-за этого он слишком далеко отвел свое оружие в то время, когда Мартин уже подскочил к нему с ножом в руке и поднырнув под очередной косой удар воткнул его в грудь Дикого.

«Немного на прием Пилата похоже, – отметил Мартин, с грустью вспоминая своего друга, пусть тот и не считал его самого таковым. – Только переработан под местные условия».

«Ох-х!» – раздался общий возглас разбойничьей шайки никак не ожидавшей такого исхода боя. Большинство членов банды ясное дело ставили на Дикого.

Сам Дикий, замерев на месте, переводя взгляд с ножа в своей груди на Мартина и обратно, стал медленно заваливаться на спину, после чего грохнулся об землю, распластав в стороны руки испустив последний вздох.

Мартин опустился на колено над Диким и сорвал с него шнурок с медальоном.

– Вот теперь все мое при мне…

Из круга вышли трое: бывшие приспешники Дикого оставшиеся без покровителя, которым за свои грехи, понукание своих же товарищей, предстояло опуститься на нижнюю ступень в бандитской иерархии. Они буквально горели желанием расквитаться с Дворянчиком за свой будущий позор.

Но неожиданно для них с другой стороны круга вышли вперед встав чуть позади Флокхарта Камень, Глазастый и Хребет. Остальной молодняк не решился выступить против своих же старых товарищей еще по прежней банде под рукой Быка, но видимо их взгляд оказался более чем красноречив, так что тройка приспешников Дикого остановилась.

Точку в этом противостоянии поставил Ярый, которому новое побоище не сулило ничего кроме новых потерь, выкрикнув:

– Отставить! Все произошло честь по чести.

Теперь в лесу стоял ликующий вой, причем ликовали все особенно молодняк, которых Дикий достал до смерти своей грубостью, понуканиями и оскорблениями. Они и подхватили его на руки, начав подбрасывать в воздух.

– Ладно, ладно! Уроните ведь! Опустите меня! – также смеясь, кричал Мартин.

Сжалившись, молодые разбойники опустили его на землю, тем более что к ним подошел главарь и, требовалось соблюдать приличия.

– Дворя… – начал было Ярый, но осекся, увидев хмурый взгляд Мартина, спросив: – Как тебя называть теперь, ты вроде бы не доволен своим прежним прозвищем?

– Ландскнехтом, – после короткой паузы ответил Флокхарт.

– Что это означает?

– Понятия не имею! – признался Мартин.

– А вдруг что-нибудь похабное? А то будешь потом мучиться… Сам ведь выбрал.

– Не думаю… Это было подписью под картинкой, на которой был изображен солдат… – пояснил Мартин.

– Тогда ладно, – кивнул Ярый и уже громче для всех продолжил: – Ландскнехт победил в честном бою!

Теперь Мартин точно знал, что Ярый хотел урезонить в первую очередь именно Дикого, другое дело что он урезонил его навсегда, на что явно не рассчитывал. Другую такую цепную собаку не найти.

– Так и быть, теперь ты командуешь ими, – кивнул Ярый на молодых и становишься моим вторым заместителем. Не подведи меня…

– Благодарю за доверие командир. Я вас не подведу.

– Ладно, Ландскнехт иди, празднуй со своими… солдатами, – усмехнулся Ярый.

После этого боя с Диким подопечные Мартина Флокхарта стали заниматься строевой подготовкой еще усерднее. Что неудивительно, они сами видели, уже во второй раз, чего можно достичь подобной тренировкой – завалить бугая который считался непобедимым.

Правда нужно сказать, что и сам Мартин учился у своих учеников владению оружием при схватке тет-а-тет. Тому чему его не мог научить дядя Кастор. Особенно хорошие уроки ему давал Зуб разбойничавший уже второй год, а потому знавший много запрещенных приемов. Так что новички были полезны друг другу.

– Толстый, на тебя никакой жратвы не напасешься! – с усмешкой заявил Бельмо, юный разбойник к которому перешел лук Грача, как лучшему стрелку в банде, несмотря на то что левый глаз его смотрел серебром.

– Что поделать?.. – промычал Толстый. – Зато я самый сильный! А для поддержания силы мне нужна еда.

Да силой Толстого боги не обидели. В кулачном бою без оружия на него ради интереса как-то набросились все вместе, и даже повалили на землю, но он словно дикий медведь раскидал всех по поляне, словно вцепившуюся в него свору собак. К нему, кстати, и перешел ятаган Дикого, поскольку только он даже среди бывалых мог с ним управиться.

Остальные бойцы Мартина также делали успехи как в строевой подготовке так и в индивидуальных схватках. Так как в этой нелегкой профессии разбойника с большой дороги пригодиться могло все что угодно.

Флокхарт тем временем ожидал очередного подвоха со стороны Ярого, для принижения его авторитета, поскольку сам Мартин чувствовал, что он действительно взлетел слишком высоко и слишком быстро. Но тот пока ничего не предпринимал и Ландскнехт старался делать все так чтобы атаман и дальше ничего не делал, выполняя все его приказы от и до, точно и в срок. Он считал что Ярый, скорее всего, будет противопоставлять ему Зуба, устраивая этакую внутреннюю конкуренцию, потому Флокхарт старался держать ухо востро.

Странное дело, но Мартин уже не хотел уходить из банды как стремился это сделать с самого начала, подлечив рану в плече от стрелы и заполучив обратно как свой нож, так и медальон. Рана уже давно не давала о себе знать, все его вещи уже давно при нем, даже немного разбогател, но он не уходил.

Конечно, его тщеславие тешило это командирское место в банде: в его отряде почти десять человек! Но Флокхарт знал, что это ни при чем. Где-то занозой сидело то, что он бросит свой отряд, своих подчиненных, но после некоторого размышления он понимал, что и не в этом все дело. Оставались только деньги. Их накопилось не так уж и много, чуть больше двадцати серебряных синглов, на дорогу до соседнего королевства хватит… Но что потом?

Вот в чем дело, он не мог решить, что станет делать потом. Даже если его не поймают, даже если он благополучно доберется до соседнего королевства, имея при себе немного денег, что он собирается делать, как жить? На этот вопрос ответ Флокхарт не находил.

Завести хозяйство не сможет, даже на его окраине, для этого нужно хотя бы десять золотых. Опять разбойничать? Так зачем тогда уходить и менять вполне сложившуюся банду, где ты уже занимаешь командирскую должность и весьма сплоченный коллектив, который понимает тебя, да и ты его, с полуслова, на другую, где все придется начинать сначала?

«Но что будет, если я все же скоплю достаточно денег, как на дорогу, так и на крепкое хозяйство?» – задавал себе вопрос Флокхарт и вынужден был признаваться самому себе, что вряд ли покинет свою шайку даже в этом случае.

Пожалуй, имелся еще третий вариант, когда никуда далеко уезжать не придется. Добыть достаточно денег, как для заведения нормального хозяйства, так и для откупного для старосты за Годхавна, для родных Пилата и графу для снятия с него статуса преступника. Но вот сколько именно нужно денег?! По самым скромным подсчетам Мартина, ему требовалось не меньше пятидесяти золотых, а то и все семьдесят. А еще лучше сто.

«Правда граф может придраться к истории происхождения денег, – подумал Мартин. – Впрочем, не пойман – не вор».

И вот имея отпускную грамоту можно уехать чуть севернее и завести свое хозяйство с Калистой.

Калиста… В последнее время он все чаще думал о ней, о том времени проведенном с ней в шалаше… Как там она сейчас? Мартин едва владел собой в тот момент когда хотелось прикоснуться к ней. Хотелось рвать и метать, чтобы сбросить накапливающееся напряжение.

– О чем думаешь? – весело спросил Камень присаживаясь рядом, тем самым разрушая воспоминания Мартина.

– Да так, ни о чем…

– Думал-думал! У тебя сейчас рожа такая мечтательная была! О девках ведь думал?..

– Об одной, – все же признался Флокхарт, впрочем, не собираясь ничего пояснять.

– Ничего. Вот грабанем еще пару обозов и денег будет достаточно чтобы иметь кучу девок!

Мартин усмехнулся. В последнее время не только он думал о девках. Мужская кампания истосковалась по женским прелестям за месяцы проведенные в лесу на разбойничьей ниве. Всем как можно скорее хотелось добыть достаточное количество золота чтобы, вернувшись в центральные районы королевства не иметь никаких проблем ни с женщинами, ни с жильем, ни с едой, ни с питьем… вообще ни в чем не себе не отказывать.

Но за зиму разбойники спускали всю добычу, добытую своей и чужой кровью и ранней весной снова сбивались в банды и уходили в леса, чтобы грабить честный народ на узких дорогах.

Но вот как назло уже две недели на дороге не показывался ни один обоз. Торги на Поле уже начались и все кому нужно и смог уже туда добрались и торговались за товары, выкладывая золото за ткани, снадобья, вино, оружие, ювелирные изделия и всего того, что сделали инородцы с последних торгов.

Для разбойников это означало, что максимум через неделю купцы отправятся в обратный путь с телегами полные товаров. Плохо только то что купцы на обратном пути как правило для лучшей охраны закупленных товаров объединяли свои обозы, а значит и свою охрану для лучшей защиты от разбойников. В то время как на Поле они спешили наперегонки друг с другом чтобы скупить понравившийся товар по более низкой цене, не имея жесткой конкуренции со стороны своих менее быстрых коллег. Теперь же им не нужно конкурировать между собой, требовалось лишь довезти товары до дома в целости и сохранности.

Объединялись купцы и по той причине, что охрана редела по пути на Поле от бандитских набегов, зачастую сразу нескольких за весь путь и возвращаться с товаром (если после налетов еще оставались деньги) с поредевшим отрядом наемников, родным которых еще нужно платить страховку, было по меньшей мере неразумно.

Банды в ответ на это также объединялись в шайки покрупнее, но не все, на что и рассчитывали купцы. Вот и Ярый не хотел объединяться с кем либо, считая что он один может справиться с любым обозом, хотя эмиссары от других банд приходили к нему чтобы обсудить вопрос объединения. Но Ярый их отсылал даже не выслушав до конца их предложения.

– Ландскнехт!

– Да командир? – достаточно быстро подбежал Мартин к Ярому на его призыв.

При атамане уже сидел его первый заместитель по кличке Седой – действительно седого разбойника, но далеко не старого.

– Обоз идет…

Мартин понятливо кивнул головой – первый обоз отправившийся в обратный путь, полного разных товаров, которые тоже не грех прибрать к рукам.

– Будем брать? – спросил Мартин.

– Еще не знаю… Сейчас Глазастый доложит что там и как.

– Понятно.

– Ну а как твои ребята? Готовы?

– Рвут и мечут командир. Только и ждут когда смогут проверить себя в настоящем деле. Говорят, засиделись уже.

– Что ж, похвально, возможно сейчас им представится такая возможность показать себя. Пусть собираются.

– Понял.

Мартин отдал несколько распоряжений и его отряд стал быстро вооружаться и одеваться в доспехи, еще раз проверяя оснащение. Вскоре стали поступать первые уточненные сведения от Глазастого о размерах конвоя и его охране.

– Двадцать телег… – начал читать знаки Ярый, – около тридцати всадников… идут впереди и позади обоза по пятнадцать голов… и пехотинцы… человек шестьдесят… Ну, кто что скажет?

Ярый повернулся к Флокхарту, ожидая его слова. По старой традиции первым свое мнение должен высказывать младший, как по возрасту, так и по званию.

– Слишком много командир, – наконец выдавил из себя Мартин, рискуя быть обвиненным в трусости, за что с него могли снять командирское звание и сделать простым бойцом.

Но сто человек против девятнадцати! Нападение на такой хорошо охраняемый обоз такими малыми силами – гиблое дело.

– Даже несмотря на то что мы подготовились на все случаи жизни, нас слишком мало командир… У меня все.

– Значит ты против?

– Я этого не говорил, – отрицательно замотал головой Мартин, опять кляня себя за свой язык. Ну зачем он ответил так резко? В конце концов он все равно ничего не решает! И попытался смягчить сказанное: – Просто, по-моему, это излишний риск. С нашей стороны в любом случае будут слишком большие потери.

– Ну а ты что скажешь Седой?

Разбойник пожал плечами.

– В случае успеха добыча будет знатной… Возможно, что нам больше не придется здесь задерживаться, и мы сможем сразу уйти.

– Я тоже так думаю. – Поставил точку Ярый. – Мы будем брать обоз. Выдвигаемся к дороге.

Разбойники облачившись в доспехи скорым шагом приблизились к дороге и принялись ждать добычу у приготовленного для нападения места. Еще загодя некоторые деревья были подрублены, так что хватит пары мощных ударов топором, чтобы их повалить на землю поперек обоза. Таких деревьев было, аж пять штук.

Весь состав банды перед нападением собрался вместе для последнего инструктажа и координации действий.

– Будем брать третью и четвертую телегу начиная с головы, – дал вводную Ярый. – Брать головные или хвостовые телеги невыгодно – рядом с ними кавалерия которая порубит нас в капусту. Так что положим деревья между центральными возами и нападаем. Нам будет противостоять около тридцати пеших наемников, по пятнадцать человек с обеих сторон, но думаю, наши стрелки сравняют это число до приемлемого уровня.

Камень и новый лучник по кличке Бельмо согласно кивнули головами, они это могли.

– Далее пробиваемся к телегам. Ландскнехт…

– Да?..

– Твоя задача перебраться за телеги и сдерживать охрану вашим строем, пока мы будем все вычищать. Понятно?

– Да командир.

– Отлично. Тогда по местам.

Разбойники разбежались по кустам. По два человека подбежали к двум деревьям с топорами и принялись ждать сигнала от атамана, чтобы повалить деревья на дорогу.

Обоз медленно продвигался по дороге. Впереди авангардом ехали пятнадцать всадников, удалившись от основного обоза метров на сто. Они настороженно вглядывались в лес под забралами своих шлемов, чуть поворачивая головы из стороны в сторону, но листва надежно скрывала дополнительно замаскировавшихся разбойников, и они проехали мимо, не заметив ничего подозрительного.

Далее показались первые телеги с товаром рядом с которыми шли пешие наемники, часть из них, отдыхающая смена, сидела на телегах не портя товар. Они также поглядывали в лес, не ожидая от него ничего хорошего.

Что-то неправильным во всем этом показалось Мартину, но он никак не мог понять, что именно его насторожило. Но вот когда казалось, что загадка почти разгадана, Ярый махнул рукой, давая команду «лесорубам» и в ту же секунду раздались частые удары топорами по дереву, а за ними и треск на весь лес падающих стволов.

Еще не успели стволы деревьев упасть на дорогу как Ярый вскакивая, закричал:

– Вперед!

И вслед за ним на дорогу бросались остальные разбойники. В том числе и Мартин, со своими бойцами уже напрочь забыв о своих подозрениях относительно обоза. Теперь нужно биться и отнимать товар у честных купцов.

Деревья упали весьма удачно, отделив две телеги от остальных, в том числе и от весьма грозной охраны в лице всадников с их длинными мечами. Заработали Бельмо с Камнем отстреливая либо самых опасных бойцов охранников, либо самых незащищенных, это уж как получится, в любом случае уменьшая количество охраны.

Затрещали еще три дерева, падая на дорогу создавая дополнительные препятствия для подмоги или давя ее ветками и стволами охрану, создавая дополнительную сумятицу в рядах из-за дико ржавших от страха лошадей. Впрочем, наемники пока не спешили на подмогу своим товарищам, попавшим в западню, вертясь на месте ожидая встретить разбойников которые нападут и на них никак не думая, что напал такой малочисленный отряд и лишь на часть обоза, а не на весь караван.

Пока они вертелись, ожидая увидеть не существующих дополнительных грабителей, как бойцы встретились со своими непосредственными противниками и завязались первые схватки.

Камню с Бельмом удалось сравнять численность обороняющихся с численностью нападающих и те оттеснили обескураженных наемников сначала к телегам. Тем более что их всего-то десять человек осталось, большинство валялось на земле либо со стрелой в груди, либо с пятном на лбу что в скором времени превратится в огромную шишку. Так что они по определению не могли организовать достойного сопротивления, а бойцы с другой стороны телег не успели среагировать и подоспеть на помощь.

Так что охранникам пришлось отступить под стремительным натиском и отойти еще дальше за телеги. Там они приободренные поддержкой стали вести более ожесточенное сопротивление. Под прикрытием товарищей смогли даже взвести несколько легких арбалетов и сделать прицельные выстрелы. Большая часть болтов естественно досталась самому опасному противнику и Бельмо сразу с двумя болтами в теле слег где-то в траве.

Но и разбойникам дальше продвигаться не требовалось. Они достигли своей цели и оттеснив охрану от возов начали ворошить содержимое телег, разбрасывая совсем уж ненужные или плохо реализуемые вещи.

– Что за дерьмо?! Тут ничего нет! – закричал кто-то из бывалых разбойников вороша телеги.

Мартин сумел обернуться лишь на секунду и увидел, как один из разбойников разбрасывает на землю солому, пытаясь добраться до дна телеги и найти-таки хоть что-то ценное. Но что-то говорило Флокхарту что он ничего не найдет, как нет ничего и в других телегах. Теперь он понял, что ему показалось неправильным в этом обозе.

Слишком маленькая охрана, всего шестьдесят человек на двадцать телег. Даже вспомнив, какой численностью охранников, обладали подобные обозы когда они ехали в сторону Светлого поля становилось понятным что наемников должно быть не меньше ста человек! Даже если учесть что купцы потеряли много охраны во время первого перехода к месту торгов или уже на обратном пути, но тогда не было ни раненых, ни лишних доспехов от погибших наемников!

«Да это же живец! – понял Флокхарт. – Нас банально поймали на живца!»

Понял это и Ярый, приказав:

– Отходим! Все отходим!

– Отступаем! – продублировал приказ командира Мартин своим бойцам.

– В чем дело Ландскнехт?! – с недоумением прокричал Хребет, отбиваясь от насевшего на него пехотинца.

– Мы попали в засаду!

– Ах, проклятье!!! – вскрикнул Хребет и Мартин не сразу понял чему именно, то ли такому позорищу то ли…

Оказалось второе. Флокхарт заметил, что Хребта немного подрезали и рука держащая щит вся в крови, а значит, она скоро ослабеет и он просто не сможет защищаться.

– Хребет, быстро на вторую линию.

В отличие от бывалых они отступали строем, прикрывая друг друга от лезущих отовсюду сквозь ветви поваленных деревьев солдат. Да это их преследовали именно солдаты переодевшихся в простых наемников и составляющих специальный отряд призванный очищать дорогу от разбойников, от которых королевство несло большие убытки.

Но совершить быстрый налет не означает, что удастся также быстро отступить, особенно если тебя вообще не собираются отпускать, как это делали обычные наемники, в задачу которых входило только охранять обозы, а не заниматься ловлей разбойников путем преследования их по лесам! Эти солдаты, осознав, как малочислен противник, стали его стремительно окружать.

Раздались первые предложение о сдаче, но их никто не слышал из-за лязга боя, либо не хотел слышать.

Отступление строем не позволяет развить большую скорость, но зато все бойцы еще были живы в отличии дерущихся каждый сам за себя стариков. Вот солдаты подкололи троих из старших товарищей, насев на одного по трое. Вот подколот четвертый бывалый сразу в живот и спину… Все это Мартин отмечал лишь боковым зрением руководя своим отрядом.

– Камень, Глазастый! Во вторую линию! Остальные – круг!

Названные юные разбойники быстро отступили за спины своих товарищей образовавших круг, так как их уже самих окружили и могли просто переколоть в спины. Новый порядок позволил им стать более компактными и лучше защищаться строем. Наседающие солдаты мешали друг другу непривычные к тому, что разбойники сами могут защищаться строем, а значит никак не могли сообразить, как с ними совладать. В то время как Хребет, Глазастый и Камень кололи своих противников короткими копьями, в образовывающиеся в строю щели не давая туда вклиниться врагу, либо поверх плеч своих друзей.

Дикими вепрями ревели бывалые в количестве трех человек из девяти, размахивая мечами или топорами. Остальные уже лежали на земле кто бездыханный, а кто тяжело раненый, что для них ничего не меняло им все равно грозила смерть на графском суде если их вообще посчитают достойными тащить в такую даль в таком плохом состоянии и не прикончат здесь же на дороге просто чтобы не возиться, дескать сразу убили…

Разбойники уже отступили в лес, но им это ничем не помогло, солдаты все никак не отпускали свою жертву и продолжали наседать и среди деревьев и кустов. Родная стихия не помогла бывалым и вот в живых остался только один Ярый. Только теперь Мартин полностью осознал, за что атаман получил свое прозвище в обычной жизни спокойный и рассудительный вожак банды.

Ярость действительно плескалась у него через край. Их командир уже получил три смертельных ранения, но он этого словно не замечал, весь в крови продолжая махать своим двуручником подрезая не слишком осторожных солдат, продавая свою жизнь как мог дороже. Но вот и он вскоре пал. Солдаты налетев гурьбой буквально истыкали его мечами, не оставив на теле ни одного живого места.

Остался только Флокхарт со своим отрядом в восемь человек. Бельмо куда-то пропал. Толи сумел сбежать, то ли слег с остальными.

Юные разбойники уже серьезно ранили семерых, почти не получив сами никаких ранений, что заставило солдат отнестись к ним со всей серьезностью. Тем что стояли во второй линии уже перерубили копья но они сдергивали другие со спин своих товарищей стоявших в первой линии, отражавших лобовые атаки мечами и топорами сами делая рискованные выпады.

Но несмотря на их умение, отвагу, все было кончено, это понимал каждый. Особенно когда к месту схватки подоспели арбалетчики…

Раздался тройной звонкий звук рожка и солдаты наседавшие на них отступили, образовав плотный круг вокруг своих противников.

Вперед на коне выехал командир. Он собственно и протрубил, отдавая приказ о прекращении схватки, видя что ничего хорошего из всего этого не выйдет и пока они добью разбойников он сам потеряет кучу своих бойцов, за что его естественно не похвалят. Кроме того, нужно привести хоть часть бандитов живыми. Тех что они подкололи раньше, долго не протянут.

– Меня зовут капитан Джарвис… Надо признать, вы задали нам хорошую трепку, – сделал признание командир отряда. – Впервые вижу, чтобы юнцы держались так хорошо, настолько хорошо, что остались в живых в то время когда их старшие товарищи уже общаются с демонами нижнего мира… Обычно все происходит наоборот. У меня к вам предложение…

– Какое?.. – тяжело дыша, спросил Мартин.

Рубка действительно получилась знатной и признаться он не ожидал что они продержатся так долго, однако ж продержались. Они бы все полегли гораздо раньше, если бы охотники на разбойников пошли бы на них конницей или сразу взялись за арбалеты, но к счастью они пробрались достаточно глубоко в лес, где кавалерия бесполезна, не могла набрать скорость и просто проломить строй, а арбалетчики чего-то застряли.

– Да обычное… Вы сейчас бросаете оружие и сдаетесь на милость правосудия.

– Эта та же смерть только лишь в отсрочку...

– Не знаю, возможно. Но если не сдадитесь, вы умрете здесь и сейчас. Вас всего девять человек, против ста…

– Вас от силы шестьдесят, – возразил Мартин. – Я умею считать… читать и писать.

– Такие способности весьма похвальны. Но нас действительно сотня. Еще сорок человек в пяти минутах хода позади этого обоза… собственно они уже разбирают завал, что вы там обрушили на нас.

– Вас все равно меньше сотни! – со злостью выкрикнул Мартин.

– Да, человек десять, не считая раненых, вы и ваши старшие товарищи подкололи… особенно последний из них постарался. Дикарь. Но за них на вас я зла не держу. Итак, мое предложение: вы бросаете оружие и сдаетесь. Вас будет судить благородный лорд на чьих землях вы промышляли разбоем и грабежом… В конце концов у кого-то в будущем возможно появится шанс сбежать или даже пережить заключение и вновь стать добропорядочными подданным короля… хотя в этом я сомневаюсь, – двусмысленно заметил капитан. – Итак, либо прямо сейчас мы рубим вас в капусту и, тут уже ни у кого никакого шанса нет, либо сдаетесь. Других вариантов предложить я вам не могу.

– Дайте минуту… – выдохнул Флокхарт. – Нам нужно посовещаться.

– Да хоть пять, – благосклонно улыбнулся капитан. Солдаты по его приказу отступили еще на пять шагов, оставив в центре необычных разбойников давая им видимость свободы выбора.

Подошли арбалетчики.

– Будем сдаваться? – спросил Зуб.

Флокхарт пожал плечами. Ему сейчас все было по барабану сдаться или умереть, внутри зияла лишь пустота. Он посмотрел на своих бойцов, и увидел в их глазах лишь то, что никто из них не горел желанием стать рабами и до конца своих дней вкалывать в шахтах, согнувшись в три погибели, под низкими сводами толкая груженую тяжелой рудой тачку, и уж тем более ворочать тяжелым веслом на галере сидя на своих испражнениях прикованным к этому самому веслу.

Но и умирать никто тоже не торопился. В глазах все же была крохотная искорка «а вдруг да повезет, чем демон не шутит?!»

В то же время чувствовалось, что скажи он «нет», откажись он сдаваться, они и дальше будут биться до последнего против сотни солдат, пока все не погибнут, в таком противоречивом внутреннем состоянии они сейчас были.

Так что Мартину предстояло принять нелегкое решение, но он его принял и меч что держал в руках полетел на землю рядом со всадником. Он не был самоубийцей. Туда же полетело все остальное оружие всего отряда.

– Что ж, весьма мудрое решение.

– Только без мордобоя, – устало попросил Мартин. – Лучше сразу убейте…

– Ну что ты, мы же не изверги, – усмехнулся командир специального отряда. – Ну а что на счет замковой стражи, то тут ничего обещать не могу, она мне не подчиняется.

– И на том спасибо.

Без легкого мордобоя все же не обошлось. Солдаты, озлобленные потерями и полученных ран и не смогли не дать выход этой злобе. Но все оказалось в пределах нормы, даже ни одного зуба никому не выбили, ну а разбитые носы, губы, брови все это быстро заживет.

– Ого! – удивленно воскликнул Зуб как только они оказались на дороге. – Да мы тут не одни!

Мартин тоже расширил от удивления глаза. Командир этого летучего отряда не соврал и к основному обозу действительно подошло еще сорок человек солдат. Но эти солдаты являлись охранниками для более чем семидесяти свободных граждан, таких же как они разбойников с большой дороги. Они собственно и разбирали завал.

В голове и хвосте конвоя ехали всадники, по флангам шли пешие державшие на поводках сразу по две-три огромных лохматых волкодава лаявших по малейшей причине и старались цапнуть преступника за ногу.

– Здорово он почистил лес, – добавил Камень. – Купцы смогут ехать спокойно.

– Особенно если учесть скольких зарубили, – согласился Флокхарт.

– Закуйте их! – приказал капитан.

Конец цепи на которую приковали отряд Мартина приставили в хвост основной колонне пойманного разбойного люда и сноровисто приковали, увеличив количество пленников до сопоставимого с отрядом численностью. Бывалых среди них не оказалось, те как и предполагал капитан долго не протянули и их даже не стали закапывать, бросив как какую-то падаль. Только оружие собрали и положили в телеги под слой соломы, где уже находилось все вооружение ранее пойманных бандитов.

– Куда нас теперь поведут?

– Скорее всего в замок Левертон, Хребет, – ответил Мартин. – Он является главным лордом здешних земель. Эти бароны лишь его вассалы.

– Ты вроде бы из тех мест?

– Да…

– И какой он этот лорд?

– В смысле?

– Добрый, злой…

– А демон его знает? – пожал плечами Флокхарт. – Но вроде бы никто от него особой жестокости не видел. К крестьянам своим справедлив, налоги не завышал… не зверь, в общем.

– Но это не значит, что он к нам подобным не будет жесток…

– Тоже верно… Но будем надеяться на лучшее.

– Да. Больше нам надеяться не на что кроме как на графское милосердие.

Приятели на последних словах невесело хмыкнули. Вот уж действительно шутка…

Похоронив тела погибших в этой схватке солдат летучего отряда и так же собрав все их оружие колонна снова тронулась в путь. Дождей не было довольно давно, хотя осень в этих местах приходила быстро принося с собой сырость и ливни, так что десятки пар ног поднимали огромный шлейф пыли и последним уже нечем было дышать.

Раз в пару часов из огромной бочки что везли два вола к телеге которой и были прикованы преступники, в ведре разносили воду и жаждущие могли напиться, а точнее промочить горло, пить все равно хотелось до жути. Ближе к вечеру в протянутые ладони несчастных из этой же мерной кружки отсыпали по порции сухарей и голодные разбойники начали ожесточенно их поедать.

Ночью для разбойников костров не разжигали, а потому отмучавшись с комарами закованные в цепи люди прижались друг к другу чтобы согреться в ночной прохладе. Хотя такой способ согревания помогал мало и заснуть долго не получалось хотя звезды уже давно горели в полную силу соперничая по яркости со взлетавшими в воздух искорками от костров.

– Глазастый, ты чего весь извертелся? – недовольно спросил Мартин, поскольку их наблюдатель мешал ему заснуть своим ворошением, так как они сидели, рядом прислонившись спинами друг к другу.

– Лес осматриваю…

– Можно подумать, что ты можешь что-то увидеть в такой мгле?..

– Представь себе, могу.

– И что ты там хочешь увидеть? – удивился Флокхарт.

– Помощь…

Мартин лишь усмехнулся. Он тоже поначалу надеялся, что другие разбойники нападут и освободят своих коллег, но потом он осознал, что этого не произойдет в любом случае. Ну зачем им освобождать на свою голову себе конкурентов?! Этим же кстати объяснялось и то что банды узнавшие об отряде «оборотней» не спешили предупреждать своих коллег, надеясь что подобные охотники на свободных граждан отловят часть конкурентов, а значит добыча будет богаче.

Конечно, они могли отбить часть разбойников для пополнения своих банд. Но вот стоила ли овчинка выделки? Ведь при нападении на такой хорошо вооруженный отряд они потеряют какую-то часть своих людей и пополнение может даже не восстановить понесенные потери ни по количеству ни по качеству…

Обо всем этом Мартин и рассказал Глазастому, добавив:

– Так что даже и не надейся на благородство наших собратьев…

– Думаешь?..

– Уверен.

– Ваш командир прав, – отозвался один из ранее пойманных разбойников из числа бывалых. – Никто нас отбивать не будет. Кроме того, нас сейчас охраняют, что девственниц южного хана… по лесу бродят рейнджеры и о любом поползновении в нашу сторону свободных граждан будет тут же замечено и пресечено.

– Вот ведь гадость-то какая…

– Да… а теперь успокойтесь и поспите. Завтра трудный день…

Через неделю пути, во время которого передовой отряд имитирующий купеческий обоз еще раз столкнулся с бандитами и пополнив цепь новыми закованными будущими шахтерами, галерными гребцами, а так же висельниками, показался замок Левертон – конец их пути.

Разбойников завели во внутренний двор за частоколом и только теперь Мартин узнал предназначение столбов в два обхвата вкопанных глубоко в землю с кольцами – к ним приковывали цепь с преступниками.

На этом ответственность капитана Джарвиса – командира летучего отряда заканчивалась и разбойники переходили под ответственность графских замковых горе-воинов. Эти сразу как саранча налетели на приведенных людей и начали над ними измываться обыскивая, а поскольку ничего не находили, так как тех уже обыскали и забрали все мало-мальски ценное, начинали избивать из своей природной злобности.

– О! Да у этого серебришко осталось! Как же они его просмотрели?! – воскликнул толстый капитан, от которого разило несвежим, даже зловонным дыханием и изрядно дешевым пивом.

– Отдай! – снова выкрикнул Флокхарт когда медальон сорвали с его шеи.

– Тебе он уже все равно не понадобится! Скоро на твоей шее будет висеть веревка, а точнее ты на ней!

Возразить Мартин больше ничего не смог просто физически от пинка под дых. Он упал на землю, жадно хватая воздух.

– Сволочь…

– Как ты его вообще сумел сохранить до сегодняшнего дня? – удивился Хребет. – Нас же перетряхнули с ног до головы.

– Да когда в первый раз обыскивали я его во рту спрятал… а теперь вот не успел.

– Да… Но с другой стороны оно тебе теперь действительно вряд ли поможет.

– Тоже верно, – согласился Мартин.

Под вечер весть о том, что в замок привели целую сотню разбойников, облетели все ближайшие деревни и посмотреть на ужас торговцев, а теперь жалких оборванцев прибежала вся окрестная детвора. К удивлению Флокхарта граф разрешил детишкам поглазеть на преступников, лишь солдаты отгоняли ребятню приблизившихся к разбойникам слишком близко. Это могло быть опасно.

«Что ж, в этом есть свой смысл, – подумал Мартин. – Если кто-то до этого и мечтал о карьере легендарного Сорвиголовы – настоящего ужаса купцов, услышав имя которого купцы сами отдавали все золото лишь бы им не оторвали головы в буквальном смысле, то теперь посмотрев на нас, оборванных и уже по сути мертвецов эти мечты погаснут, словно свечи в на ветру».

Уже вечером, когда на востоке начало темнеть и все любопытные разошлись, пленным дали по заплесневелой черствой лепешке и кружке воды. Ходить приходилось под себя, руками вырыв ямку, а потом засыпать, чтобы не воняло. Хотя вонь все равно стояла изрядная.

– Ну и долго нас так будут мучить? – не вытерпел Камень.

– На виселицу торопишься?..

– Нет… просто надоело уже все… скорее бы уж ясность наступила.

– Да нашего брата вроде по пятницам граф судил, – ответил Мартин. – И потом лорду не резон держать сотню голодных ртов слишком долго у себя за просто так, так что скоро все решится.

– А какой сегодня день?

– Без понятия… Эй служивый, – окликнул ближайшего солдата Мартин. – Не подскажешь, какой сегодня день недели?

– Не знаю, – буркнул тот в ответ.

– Четверг… – ответила проходившая мимо девушка в свободном платье, под которым обычно в первые месяцы беременности прячут появляющийся живот. Она несла в корзине какие-то кожаные лохмотья.

– Калиста?..

– Ты ее знаешь? – удивился Глазастый.

– Это ж его любовь, – прокомментировал Камень. – Я прав Ландскнехт?

– Прав…

Девушка остановилась, удивленно обернувшись на свое имя.

– Кто ты и откуда знаешь, мое имя? – спросила она резко.

– Неужели я так сильно изменился, Калиста? Хотя, наверное… оброс, грязен…

– Марти?! – спросила она, взглянув в лицо внимательнее.

– Он самый…

Девушка, где стояла там и села на колени, всплеснув руками.

– Я все же надеялась, несмотря на слухи, тебе удалось уйти далеко отсюда… думала, что ты уже в каком-нибудь городе.

– А что за слухи ходили?

– Что тебя убили рейнджеры.

– Им это почти удалось, но вот уйти не получилось. Видно не судьба. Вот к одной банде прибился, купчишек щипал… да только изловили нас. А как твои дела?

– Нормально…

– Я смотрю ты вышла замуж? – с горечью спросил Мартин, увидев на пальце Калисты серебряное колечко.

– Да, но…

Дальше ей продолжить не дали, стражник отогнал ее со словами:

– Прочь, прочь, это опасные звери… дотянутся – разорвут на части.

Мартин тяжело вздохнул, он еще о многом хотел поговорить, но видимо ему вообще больше с ней не удастся увидеться… разве что на небесах.

– Тут я тебя понимаю, – сочувственно похлопал по плечу Камень. – За такую не то, что сына деревенского старосты, тут сынка самого лорда не жалко прибить…

– Кстати, ты заметил что она того – брюхата?

– Не трави душу Зуб…

Мартин конечно же заметил этот аспект. Впрочем, это все понятно. Его считали погибшим, не носить же девушке вечный траур по парню с которым она провела несколько дней и с которым ее почти ничего не связывало.

– Чем так омерзительно воняет? – капризно спросил сэр Грегори Левертон у своего лакея подносившего своему хозяину теплый халат, вставая с постели и потягиваясь. – Словно кошка сдохла у меня под кроватью.

– Никакой кошки нет, ваша милость. Сегодня ночью дул северо-восточный ветер, вот и надуло в вашу спальню…

– Какой ветер? Чего надуло? – не понял граф. – О чем ты вообще тут говоришь?

– В северном крыле находятся разбойники которых вчера привел доблестный капитан сэр Джарвис, ваша милость, вот от них и разит…

– Ну да, я совсем забыл… А сегодня стало быть пятница?

– Так точно, ваша милость, пятница – день Суда.

– Ага… только вот что Лукон, передай-ка чтобы пока я принимаю и разбираю дела добропорядочных и не совсем подданных, их помыли. Я не собираюсь весь день дышать их испражнениями и прочей кислятиной.

– Конечно ваша милость, передам…

Тем временем граф облачился в камзол и направился плотно завтракать, так как до обеда еще нужно разобрать кучу проблем, ведь сегодня пятница – день Суда.

За неделю накопилось множество проблем, которые требовали рассмотрения. То один крестьянин украл у другого овцу (барана, курицу, гуся, и прочую домашнюю скотину), а тот не признавался или отказывался платить должную цену, потому как уже овца зарезана и часть ее съедена. В общем, решить спор полюбовно деревенскому старосте не удалось и всем должен заниматься граф. Вот и нужно определить, кто сколько и кому должен заплатить, а также наложить штраф в графскую казну с вора или отправить его на какие-нибудь работы если тот не сможет заплатить даже самый минимум.

То кто-то кому-то попортил посевы, неосторожно проехав телегой или на коне по пшеничному полю и все то же самое, выяснение виновного, плата потерпевшему, штраф лорду или принудительные работы по ремонту крепости, дорог и так далее…

Всеми этими делами лорд занимался до обеда. Он вникал во все тонкости и выносил решения. Обычно этого времени хватало.

– Как же я устал с этими крестьянами, – жаловался граф лакею, прислуживающего еще и за столом своему господину. – Какие они все-таки… нудные и мелочные.

– Да ваша милость… – поклонился Лукон.

– Сколько там вчера наш капитан Джарвис привел этих отбросов?

– Сто семь человек, ваша милость.

– Сто семь человек?!

– Именно столько, ваша милость.

– Какой кошмар! Я же с ними провожусь до самого вечера!

– Можете оставить их на следующую пятницу, – внутренне усмехнулся лакей.

– Ну уж нет! – воскликнул Грегори Левертон не почуяв усмешки. – Они сожрут все мои запасы просто сидя на своих задницах и ничего не делая! Лучше я разберусь с ними сейчас и отправлю на шахты и королевские галеры, чтобы они как можно быстрее начали отвечать за свои преступления перед короной и возмещать принесенные графству, да и всему королевству убытки.

– Это мудрое решение, ваша милость.

– Надо только сказать капитану, чтобы в следующий раз он приводил поменьше…

– Его солдаты и так зарубили двести человек, ваша милость.

– Ого?! А сколько сам потерял? – полюбопытствовал Левертон.

– Сорок бойцов, ваша милость.

– И все-то ты знаешь… шпион.

Лукон чуть поперхнулся от шутливого обвинения графа, но даже зная об этом но все же поспешил заверить его в обратном:

– Стараюсь служить вашей милости, сэр.

– Ну ладно. А где графиня? Почему я который день обедаю один?

– Почивает, ваша милость…

– Как можно столько спать?!

На этот вопрос Лукон предпочел промолчать. О том, что графиня забеременела от какого-то конюха или еще кого, когда граф сам брюхатил деревенских девок, пользуясь секретным ходом думая, что все остается в тайне (о чем не знал лишь глухой), и теперь ее тошнит от одного вида еды. Лучше о сем молчать, чтобы не попасть в опалу.

– А мой сын?

– На охоте, ваша милость…

– Понятно.

Обед закончился и переодевшись в легкую блестящую кирасу с вытесненным родовым гербом на груди, чтобы выглядеть представительнее, граф спустился на нижний этаж в Красную залу с давних времен используемую в качестве судебного зала для полноценных преступников.

– Заводите, – кивнул граф стражникам и те отправились за первой партией разбойников.

А лорд тем временем подсчитал, скольких он может оставить преступников у себя, отправив на свои шахты и сколько отправить королю и скольких казнить на месте. Выходило, что двадцать человек так и так могут пополнить его шахты.

«Неплохо», – подумал граф, вспомнив, что управляющий уже давно жалуется на нехватку рабочих рук. А то он даже начал подумывал о том, чтобы провинившихся крестьян отправлять на рудники… на пару недель, но к счастью делать этого не придется.

Стражники привели первых разбойников и бросили их на колени. С них еще капала вода, видимо от быстрой помывки.

– Ну, и кто из вас главарь?..

– Нету среди нас главаря, мы все рядовые бойцы, – ответил один из разбойников. – А атамана зарубили в сече неравной…

– Врешь. Просто знаете, что светит главарю, вот и врете и сдается мне что ты и есть главарь, раз рот первым открыл…

Прошла ночь, разбойники вошкались не в силах заснуть несмотря на свою привычку засыпать в самых экстремальных условиях. Естественно все дело в том, что завтра их ожидал суд, и это никого не могло оставить равнодушным. Посапывали только те кто знал, что им действительно конец и переживать зря не стоит и те кто считал что им грозит лет пять в шахтах за их незначительные прегрешения. Но таких было меньшинство.

Мартин относился к той категории, что не знали наверняка, что их ожидает: жизнь или смерть, а потому тоже не мог сомкнуть глаз.

Но наступило утро, и сквозь ворота потянулся народ решать свои проблемы на графском суде, межевые и прочие споры. Один из дородных крестьян остановился и внимательно осмотрел разбойников, остановив свой взгляд на Мартине.

– Вот ты и попался душегубец! – возликовал он и подошел к Флокхарту чтобы насладиться видом поверженного врага.

Мартин разлепил глаза после бессонной ночи и узнал в мужике деревенского старосту Старбака. Оправдываться перед ним у Мартина не было никакого желания, и он просто отвернулся.

– Я приду посмотреть на твою казнь Флокхарт! На то, как ты будешь визжать и молить о пощаде! Но не будет тебе никакой пощады! Тебя вздернут на виселице!

Старбак Хантер еще долго злобно смеялся и даже пробовал плеваться в Мартина, но не попадал, а потом это надоело охранявшему их стражнику, и он отогнал старосту подальше.

– Кто это был? – спросил Камень.

– Деревенский староста…

– Тот чьего сынка ты случайно пристукнул и из-за которого оказался в лесу?

– Он самый.

– Милый старичок…

К разбойникам подбежал давешний капитан замковой стражи со своими подчиненными несшим в руках пустые ведра и закричал:

– Всем мыться, вшивое отребье! Вы должны предстать перед сэром Грегори Левертоном хоть в коком-то подобии человеческого облика! Живо на помывку! Встать!

Стражники стали выводить разбойников небольшими партиями ко рву, в котором текла проточная вода отведенная от горной реки специальным рукавом. Из этого рва и стали зачерпывать воду разбойники и мыться, просто выплескивая друг на друга по ведру студеной воды и шаркаясь руками отмывая самые грязные участки, после чего всех возвращали обратно во двор подсыхать.

После обеда, когда их снова покормили сухарями и дали запить кружкой воды, первые партии разбойников отправились на графский суд. Сначала Мартин думал, что разбойников стражники отправляют по случайному выбору, схватив первых же попавшихся, но потом он понял, что их отводят группами по пять-десять человек, в зависимости от того в какой банде они состояли. Это означало, что Флокхарта будут судить вместе с его лесными друзьями с теми, с кем он промышлял разбоем.

Так получилось, что они пошли на суд последними. До этого осудили даже тех кого поймали уже после Мартина Флокхарта с кампанией. Картина повторялась один в один. Стражники разделяли осужденных людей и уводили в разные стороны. Кто-то из осужденных пытался вырываться, но стражники держали разбойников крепко, а особо буйных награждали по голове мешочком наполненным песком, так что все буйство сразу исчезало и разбойник сам становился похож на безвольный мешок с песком.

– Этих приговорили к смерти, – сделал вывод Глазастый, когда вывели первых разбойников и те начали метаться из стороны в стороны. – Как тут казнят, Ландскнехт?

– Я никогда не присутствовал на подобных мероприятиях, но слышал что через повешенье…

– Мн-да, не веселая перспектива, – потер шею Зуб, то ли с каким-то намеком, то ли просто оттого, что чесалась несмотря на помывку.

Вторая группа вела себя тише, из чего сделали вывод, что их решили направить на принудительные работы либо в шахты, либо отправить на королевские галеры, выбор небольшой и гадать особо не приходилось.

– Ну, вот и наша очередь, – выдохнул Зуб, когда вокруг уже никого не осталось и к ним направился злобно улыбающийся толстый капитан замковой стражи со своими подчиненными.

– Встать! – закричал капитан. – Предупреждаю, кто хоть сделает попытку броситься к лорду, будет немедленно зарублен! А теперь вперед!

Мартина и остальных завели под своды замка. Флокхарт с интересом оглядывался, возможно это его последний день жизни, но он не удержался от проявления любопытства. На стенах коридора висели странные овальные щиты с витиеватыми выемками по бокам, в нишах стен стояли тяжелые блестящие доспехи. Между ними висели картины, пусть порядком потрескавшиеся и выцветшие, но картины, которых Мартин да и остальные никогда не видели со сценами битв или просто воинов в золоченых доспехах.

Впрочем, коридор оказался достаточно коротким и они вскоре оказались в зале отделанного красной тканью. В дальнем конце залы на возвышении в глубоком кресле восседал сам Левертон в легкой кирасе, но без шлема.

Стражники, приведшие их в зал, бросили разбойников на пол.

– Сидеть на коленях!

– Много там их еще? – устало поинтересовался граф у капитана стражников, осматривая очередную партию. – А то я уже со счета сбился…

– Последние сэр!

– Слава богам!

Повеселевший граф сменил позу в кресле, пересев на другую половину задницы, поскольку та на которой он до этого сидел, уже почти отнялась и ничего не чувствовала. Кираса хоть и облегченная однако ж и она давила.

«И стоило ли ее вообще одевать?» – подумал он.

– Ну, тоже будете полоскать мне уши, что среди вас нет главаря?

Флокхарт сделал попытку встать, но это пресек капитан, больно ударив плашмя своего меча по плечу. Но граф небрежно махнул рукой, дескать, пускай встанет.

– Ты что-то хочешь сказать?

– Да, ваша милость… среди присутствующих я являюсь главным.

– О! – неподдельно изумился сэр Грегори и стал разглядывать разбойников более заинтересованно. – Первый случай кто честно признался. Остальные все норовили свалить ответственность на своих мертвых подельников. Хотя может быть, вы просто по малолетству не знаете, что грозит главарю?

– Ну почему же, знаем… смертная казнь.

– Верно. И как звать такого отважного юношу, что сам себе подписал приговор?

– Меня зовут Ландскнехтом.

– Хм-м… интересное прозвище. Особенно если сравнить с теми, что я за сегодня уже услышал: Тыква, Шмель, Мочка, Хруст, Череп, Волчий клык, Ослиное ухо и тому подобное… – перечислил граф запомнившиеся клички. – Ты сам-то знаешь, что твое прозвище означает?

– Нет… – потупив глаза, признался Мартин. – Просто увидел это слово на картинке под изображением солдата.

– А ты еще умеешь читать?

– Да…

– Что ж, редкое умение среди вашего брата. Ну так хочешь напоследок узнать, что означает твое прозвище?

– Если можно, ваша милость.

– Наемник.

Мартин пожал плечами, он ожидал, что-то подобное, вот теперь узнал точно. Хотя какое ему теперь до этого дело?

– Ну а как твое настоящее имя Ландскнехт?

– Мартин Флокхарт, ваша милость, – ответил Мартин после короткого раздумья.

Теперь уже не было никакого смысла скрывать свое имя – он попался и его казнят в любом случае.

– Мартин Флокхарт, Флокхарт, Мартин, – стал вертеть имя граф, что-то вспоминая. – Знакомое имя, не подскажешь в связи с чем я его слышал? И из-за чего ты собственно подался в разбойники?

Мартин пожал плечами, он уже все равно висельник, так почему бы и не ответить?

– Деревенский староста Старбак Хантер, ваша милость…

– Вспомнил. Ты прикончил его сына и еще одного юношу…

– Пилата, ваша милость.

– И зачем ты это сделал? Лишил меня стольких подданных включая самого себя, это не считая того что ты натворил, будучи уже разбойником, принеся мне столько убытков?

– В первом случае это была чистая случайность – обычная деревенская драка за девушку… Что касается Пилата ваша милость, то здесь имело место быть самооборона, он решил поймать меня и сдать старосте за десять золотых.

Зуб присвистнул от удивления. За Быка, его бывшего атамана предлагали всего пять золотых, как и за Ярого.

– Ну что ж, молодой человек с вами все ясно… Как главарь, ты пойдешь на виселицу. Теперь с остальными…

Накидать сроки остальным разбойникам графу тоже не составило труда. Наметанным глазом он определял тех кто, по его мнению, является самым опасным во всей группе, и надо признать лорд оказался весьма точен. Потому Зуб, Камень, Толстый и еще пара человек были приговорены им к галерам по пять лет каждому, хотя все знали что дольше года там никто не живет. Остальные получили не меньшие сроки но уже в шахтах в которых дотянуть до конца срока тоже вряд ли можно, от силы три-четыре года, потом шахтеров-невольников выносили из забоя ногами вперед.

– Уведите их, – махнул рукой граф, и уже рабов подхватили под руки.

– Ваша милость, одна просьба, пожалуйста! – воскликнул Мартин, когда стражники грубо схватили его под руки и повели к выходу, сам не зная зачем ему это нужно. Может быть напоследок, досадить капитану-вору?

«Слишком мелочно, – решил Флокхарт. – тут что-то другое…»

– Ну что еще?

Стражники по знаку лорда вернули заключенных на место.

– Какая еще просьба?

– Ваша милость, кажется, приговоренному по древней традиции можно выдвинуть одну просьбу, которую должны исполнить.

– Ну, есть такой обычай, только он относится к военным… а не к разбойникам, – признал сэр Грегори такую традицию. – Ну да ладно, что у тебя? Только не проси отпустить ни себя, ни своих подельников, это не пройдет.

– Ничего такого ваша милость… Эта простая просьба, выполнить ее не составит никакого труда, ваша милость.

– Ну, так в чем дело?

– Прикажите мне вернуть мой медальон, ваша милость.

– Медальон?

– Да ваша милость, серебряный, капитан забрал его…

– Ну тут я вряд ли чем смогу помочь тебе. Бравый капитан Джарвис уже далеко отсюда… пошел ловить остальных ваших коллег, хотя не думаю, что ему удастся в этом году поймать еще кого-нибудь. Что касается медальона, то он считается его трофеем и принадлежит ему по праву.

– Не тот капитан, ваша милость, а капитану вашей замковой стражи…

– Гульбаш?

Граф вопросительно посмотрел на начальника своей стражи.

– Ну… м-м-м… ваша милость… сэр…

– Говори как есть капитан, брал медальон?

– Так точно ваша милость…

– Понятно… Дай его мне…

– М-м-м…

– Пропил?

– Так точно, ваша милость! Но сам медальон у одного из лейтенантов… я его ему продал, ваша милость…

– Принеси…

– Сию минуту ваша милость!

Капитан, зло сверкнув глазам на Мартина, выбежал прочь, за медальоном.

– Все же зачем тебе этот медальон? Все равно его заберут, когда тебя повесят…

– Маленькая прихоть приговоренного, ваша милость, – пожал плечами Флокхарт, так и не найдя причину своей просьбы.

– Ладно…

Наконец в залу, красный и блестящий от пота как спелое яблоко, вбежал запыхавшийся капитан Гульбаш, с медальоном в руке. Ему наверняка пришлось пообещать выплатить за него в два раза больше чем сам получил.

– Принес медальон?

– Так точно ваша милость! – ответил капитан, еще раз злобно взглянув на Мартина мысленно обещая всяческие неприятности, что тому было по барабану, два раза убить не смогут. – Вот он!

– Дай сюда…

Гульбаш протянул медальон графу. Тот внимательно его осмотрел, задержав взгляд на рисунке. Дальше произошло несколько странное, Левертон вдруг улыбнулся, глядя, куда поверх разбойников невидящими глазами. Так он просидел примерно с минуту показавшийся всем часом.

– Подойди ближе. – Приказал граф.

После того как Мартин под конвоем стражи неуверенно приблизился к возвышению на три шага, сэр Грегори стал внимательно вглядываться в его лицо. Затем чтобы как-то сгладить в высшей степени свое странное поведение, строго спросил:

– Откуда у тебя этот медальон, Ландскнехт? Ты его украл, купил, обменял?

– Никак нет ваша милость, не украл. Это мой медальон. Его отдала мне моя мать, когда я убегал из деревни после того злополучного убийства сына деревенского старосты…

– Ясно…

Все с удивлением обнаружили на лице графа проявление противоречивых чувств которые он испытывал, хотя никто не догадывался что именно это за чувства и по отношению к чему.

– Держи.

Неожиданно граф бросил медальон Мартину и тот его поймал, и одел себе на шею.

– Спасибо ваша милость… – поклонился Флокхарт и уже повернулся, чтобы его отвели к остальным приговоренным к смерти.

– Постой, я вас еще никуда не отпускал.

– Ваша милость? – удивленно обернулся Флокхарт.

Граф барабанил пальцами по подлокотнику кресла, еще раз обдумывая, стоит ли говорить, то что он собирался сказать или нет.

– У меня к вам предложение, молодые люди, – наконец выдал Левертон. – Хотите знать какое именно?

– Конечно, ваша милость… особенно если это как-то связано с нашими приговорами.

– Связано напрямую… – подтвердил граф. – Хотите стать свободными… ну не совсем свободными, но и не в шахтах гнить и уж тем более не на виселице болтаться.

Мартин, увидев активно кивающих головами друзей, подтвердил:

– Конечно ваша милость. А в чем суть предложения?

– Хм-м… для вас это будет звучать довольно необычно… Вы люди молодые, не те закоренелые преступники с которыми я только что имел дело. Ведь так?

Разбойники с готовностью снова согласно закивали головами.

– Не закоренелые ваша милость, – подтвердил Мартин. – Все стали разбойниками в силу разных причин, а не потому что изначально хотели стать разбойниками.

– Ну вот, потому думаю, будет справедливо дать вам второй шанс… другой способ исправления кроме как толкать тяжело груженые тачки с рудой задыхаясь в пыли.

– Какой же, ваша милость?!

– Я предлагаю вам стать охотниками за головами. На тот же срок что и заключение – пять лет. Ну а тебе Ландскнехт как главарю взамен смертного приговора на десять лет.

– Ваша милость?..

– Да-да, – усмехаясь, закивал головой Левертон. – Стать кем-то вроде капитана Джарвиса. Только он строевой военный и это его работа, за которую он получает плату вне зависимости, поймает он кого или нет. А вы бывшие преступники будете ловить таких же как вы. Но думаю, ваша результативность станет выше чем у капитана, ведь вы знаете свой мир разбойников с большой дороги, все его привычки, замашки и прочее, прочее… Будете сами ходить по лесу и вылавливать разбойников, а не как капитан бороздить дороги туда сюда прикидываясь купцом в надежде что разбойники сами нападут на него, это несмотря на хороший улов в этом году в целом не слишком результативная тактика.

– Признаться ваша милость, это несколько неожиданное предложение…

– Что ты хочешь этим сказать Ландскнехт? Отказываешься!

– Ну мы сами разбойники с большой дороги и охотиться на себе подобных это зазорно.

– Вы предпочитаете отправиться на рудники? А ты на виселицу?

– Нет ваша милость… нет. Просто…

– Ну?

– Просто как вы собираетесь нас контролировать? Что помешает нам сбежать и не выполнить заключенное соглашение?

– Вот ты о чем… ну с этим все просто господа. С тобой дело обстоит проще всего Мартин Флокхарт. У тебя есть мать, которую ты наверняка любишь и уж никак не хочешь, чтобы с ней что-нибудь случилось плохого. Правда?..

Флокхарт согласно хмуро кивнул.

– Ну вот, я так и думал. Что касается остальных, то у меня есть несколько возможностей пустить слух в бандитскую среду, что вы работаете на меня, дам все ваши клички, особые приметы. Думаю мне не нужно вам объяснять, что случится с таким засранцем в любой банде?

Все хмуро отрицательно покачали головами. Все прекрасно знали, чем для них это может обернуться – лютой смертью.

– Кроме того в случае повторной поимки, если вас не прирежут свои, я позабочусь о том чтобы вашу жизнь превратили в ад с каждодневными пытками и вы считали бы счастливым избавлением попасть на галеру.

У кого-то на нервной почве от этих слов громко забурлил живот, так что это услышали все и невольно улыбнулись.

– Хорошо. Ну а чтобы вы не думали, что работаете задаром, одну лишь отпускную грамоту которая для вас все равно что бумажка для одного места, что по-своему было бы справедливо учитывая ваше прошлое, и дать вам некоторый стимул, я буду платить вам за каждого пойманного разбойника или за его голову, ну… скажем по бронзовому синглу. Справедливо?

Несколько робких, согласных кивков показали что это вполне справедливая цена.

– Вот и отлично. Еще добавлю серебряный за каждые десять разбойников приведенные в течении пятнадцати дней в одну из крепостей: мою или баронов Росон и Херд. Я с ними договорюсь чтобы они оплачивали вам головы… Итого один серебряный и десять бронзовых синглов за десять разбойников, живых или мертвых. Так что теперь твое прозвище Мартин будет более полно соответствовать твоему роду деятельности… И так уж и быть, все трофеи что добудете – ваши. Ну, как согласны?

– А что нам помешает выдать за разбойников каких-нибудь крестьян с окраин? – с вызовом спросил Зуб.

– Любая пропажа людей очень быстро становится мне известна, так что не советую играть со мной подобным образом. А теперь в последний раз спрашиваю: согласны на такое предложение или вы предпочитаете шахты и каменоломни?

Мартин оглядел своих спутников. Ловить в их среде себе подобных было последним делом, но в шахты, на галеры и в каменоломни, а уж тем более на виселицу точно никто не хотел и Флокхарт согласно кивнул головой.

– Мы все принимаем ваше предложение, ваша милость.

– Хорошо. Я прикажу вас разместить где-нибудь. Вы немного отдохнете, окрепнете, подберете амуницию и через неделю отправитесь отрабатывать свою жизнь и свободу.

С жутким лязгом на каменный пол, едва показавшись из-за стеллажей, рухнул закованный в тяжелые латы Толстый. Подняться самостоятельно он уже не мог, неуклюже барахтаясь, словно перевернутый на спину жук, потому со смехом, ему помогли это сделать его друзья.

– Ты чего так вырядился, Толстый?! – охнул Мартин, вместе со всеми помогая самому сильному члену команды избавиться от элементов доспеха.

– Так сам же сказал, подобрать что понравится. Мне это понравилось…

– Я вроде бы еще про функциональность и удобство брони говорил.

– Было дело…

Граф поселил своих личных охотников за головами в сарае, рядом с конюшней, на следующий день они видели как приговоренных к смерти их бывших коллег повесили на специально выстроенных к этому дню виселицах. Когда вздернули первого у Флокхарта непроизвольно перехватило дыхание и он потер шею.

– Да, на его месте мог быть сейчас ты, – заметив этот движение, усмехнулся Зуб.

– Да уж…

Посмотреть на казнь пришли его мать, Калиста и ясное дело сам староста. Поговорить ни с кем не удалось – граф запретил с кем-либо общаться, лишь матери удалось переслать с мальчишкой-конюхом небольшую записку, в которой он поведал, что с ним все хорошо. Ну а с Калистой он все равно поговорить бы не сумел, не столько из-за факта ее замужества, сколько того, что она пришла с мужем, тоже один из бывших друзей Мартина, не отходивший от нее ни на шаг.

Но Флокхарт видел, как Калиста облегченно улыбнулась, так и не увидев, как его казнили, объявив, что все приговоренные к смерти казнены. Мартин это было очень приятно.

А вот староста Старбак Хантер буквально был вне себя от злости. Сначала на его лице блуждала торжествующая улыбка когда он ожидал увидеть как выведут на эшафот убийцу его сына, как оденут на шею петлю и как огласив приговор дернут за рычаг и Мартин сдохнет провалившись в проем тем самым не столько удавившись от самой веревки сколько сломав себе шею при падении под воздействием массы собственного тела. Но ничего из этого к его удивлению не произошло.

Так и не увидев долгожданного зрелища, староста помчался на прием к лорду, выяснять, почему это пойманного разбойника, главаря, убийцу его сына и еще одного деревенского парня так и не казнили. Но ответа не добился.

Подкормив пару дней команду и приведя ее в порядок, лорд предложил им выбрать себе нормальное вооружение и обмундирование.

– Подберите себе что-нибудь, не отправлять же вас голыми в лес, так ведь перебьют в первой же схватке с врагом.

Щедрость графа у всех вызвала оторопь. Особенно когда увидели из чего можно выбрать. Кладовая оказалась весьма обширной и забита доспехами и вооружением под потолок.

Вот они и подбирали. Флокхарт выбрал себе кольчужную рубаху с небольшими металлическими накладками в области груди и плеч; остроконечный шлем, чтобы по нему сходили прямые удары, а также поручи и поножи. Из оружия забрал свой нож из графских трофеев, что оставил ему капитан Джарвис, а также выбрал из запасников легкий короткий меч, наверное, еще времен Империи.

Примерно так же облачились и все остальные члены группы, так же кольчужные рубахи, кто с накладками, кто без, кто с массивными наплечниками. Только вот Толстый чего-то учудил с рыцарскими латами, и ладно бы для пешего боя, так ведь нет, он напялил на себя конный вариант, когда такого всадника вообще водружают на коня с помощью специального подъемника. Осталось удивляться, как он вообще сумел на себя все это одеть без посторонней помощи.

Впрочем, и здесь его можно понять. У самого Мартина, когда он спустился в оружейную комнату глаза просто разбегались и он не знал что выбрать. После их войлочных жилеток и в лучшем случае кожаных доспехов такое железное, медное и даже бронзовое богатство поражало. А ведь даже далеко не у всех солдат королевской армии имелись нормальные доспехи, многие ходили в бой в войлочных и кожаных доспехах. Только у сержантов и ветеранов имелись кольчуги и нормальные доспехи. А тут такая броня и для кого?! Для изловленных разбойников ставших охотниками за головами.

В оружейной комнате хранилось около сотни мечей самых разных размеров, смазанные маслом для лучшей сохранности, самые невероятные наконечники для пик и алебард, броня, шлемы, булавы, топоры, и прочее, прочее, прочее…

Но Мартин с остальными сумел соотнести желание, необходимость и функциональность, а потому выбрали простые, легкие и удобные в ношении амуницию.

– Ну, чего вы на меня смотрите? – нахмурился Толстый.

– Может тебе подобрать что-нибудь полегче? – примирительно начал Флокхарт, под сдерживаемые смешки.

– Это, что ли? – указал на кольчугу на одном из бойцов Толстый.

– Да хотя бы…

– Не хочу… не серьезное какое-то.

– Понятно, – кивнул Мартин, поняв, что Толстый ни за что не наденет кольчужную рубаху. – Ну, раз тебе нужно что-то посерьезнее, то возьми вот этот панцирь…

Флокхарт показал на кованую броню, полностью защищавшую весь торс.

– Только наплечники сделаем кожаными.

– Зачем?..

– Чтобы ты не гремел в лесу как связка железных ведер… Поскольку для нашего дела нам потребуется скрытность.

– Ну, давайте, померяем…

Толстый стал облачаться в новую предложенную броню. Одев ее он подвигался, все оказалось довольно неплохо, минимум шума, максимум подвижности и удобства.

– Вот это гораздо лучше Ландскнехт, – довольно кивнул Толстый, – а то на меня даже нормальных кольчуг нет… разве что если только из двух склепать.

Потом Толстому подобрали нормальное оружие (тот опять хотел взять себе что-то непомерно тяжелое, ятаган Дикого, но ему дали нормальный меч) и шлем, добавив традиционное для отряда короткое копье.

Мартин вооружался по максимуму, стараясь брать самое легкое и эффективное оружие, как для боя в строевом порядке, так и для индивидуальных схваток. Но много все равно не взять, просто таскать тяжело.

В отдельном закутке оружейной комнаты они обнаружили стреляющие оружие – луки и арбалеты. Последние так же поражали воображение своими формами и размерами, а также хитрыми механизмами натяжки тетивы. В голове мгновенно начала формироваться тактическая схема их применения в бою.

– Это тоже можно взять? – спросил Мартин, у смотрителя.

– Лорд сказал, что вы можете взять все в пределах разумного… – неопределенно ответил он.

– Значит можно.

Флокхарт выбрал самые простые в применении и самые легкие образцы, без всяких шестеренок и прочей технологии которые при поломке невозможно починить в полевых условиях, только ручной взвод и простой спуск. Мощность выстрела у таких изделий конечно же впечатляет не сильно, но на коротких дистанциях в лесу этого будет более чем достаточно.

После чего заставил всех опробовать данное оружие на заднем дворе. Первые болты естественно улетели куда-то мимо мишени, но на десятых выстрелах все более или менее попадали в цель, даже Толстый попадал, хотя с арбалетом у него не ладилось дольше всех.

В довершение ко всему все взяли себе высокие прямоугольные щиты. Они были тонким, легкими, но при этом очень прочными.

– Какие легкие, – удивился Глазастый, пробуя щитом разные положения защиты и атаки. – Легче и удобнее чем те, что мы плели из прутьев.

Мартин тоже был несколько удивлен этим обстоятельством.

Когда все оружие опробовали в спарринге друг с другом, проверяя, нет ли чего лишнего, но нет, все оказалось в норме – самый оптимум. Флокхарт взял бы больше, но таскать такое на себе было бы уже не под силу и слишком тяжело, да и разместить на себе уже негде.

– Ну вот, так то лучше, – оглядев свое воинство, проговорил Флокхарт, заставив всех под вечер после всех проверок, нацепить на себя всю амуницию в походное положение.

Его бойцы стояли не только полностью вооруженные и защищенные, но еще и с походными принадлежностями на каждом члене команды, начиная от топоров (которым также можно еще и воевать) и заканчивая припасами из сухарей, сухофруктов и вяленого мяса, а также походным котелком для варки пищи, который ясное дело нес на себе Толстый.

Все это упаковали и завязали так, что при движении ничего не бренчало, не стесняло и не могло выдать их продвижение. Масса для каждого члена команды также была в пределах нормы, никто не гнулся к земле от непосильной тяжести и мог за день покрыть порядочное расстояние.

– Отлично, – похвалил неожиданно появившийся со спины граф, чем несколько всех напугал. – Ну что же, думал дать вам пару советов, да вы я погляжу уже готовы, так что завтра и отправитесь в путь. Надеюсь уже в скором времени получить от вас хорошие новости…

«В виде голов», – договорил про себя за графа Мартин. Как он увидел, все остальные подумали о том же.

Понял это и Левертон.

– Ничего не поделаешь, такова уж ваша судьба и трудно винить за это кого-либо кроме себя. Или я не прав?

– Конечно ваша милость, вы правы. Только…

– Только?

– Только не думаю, что нам удастся прислать вам много хороших новостей, ваша милость. Сезон уже подошел к концу… купцы разъехались, а разбойники отправились на зимовку, тратить зарабо… награбленное.

– Ничего, у вас впереди целых пять лет. Но будет неплохо, если вы еще до первых холодов получите от меня двадцать бронзовых и два серебряных сингла. Вы поняли? – жестко спросил лорд и, от его добродушия не осталось и следа.

Стало ясно, что саботажа работы он не потерпит, как и работы откровенно спустя рукава. Не для этого он их отпустил.

– Поняли, ваша милость, – кивнул Мартин. – Мы постараемся.

– Прекрасно. Тогда ночуйте и отправляйтесь завтра с утра. Вы уже отъелись, окрепли, подлечились… дольше задерживаться вам смысла нет. Так что всего хорошего и удачи.

– Спасибо, ваша милость.

– Мн-да… – выдохнул Зуб, когда граф ушел. – Двадцать человек нужно отловить за оставшийся месяц. Это притом, что нас самих десять человек. Любая банда больше нашей в два-три раза.

– Что поделать, – пожал плечами Мартин. – Попала нога в колесо, пищи но беги. Но мы что-нибудь придумаем… Будем брать не численностью а умением и хитростью. Что мы, зря всего столько набрали?

Бойцы поднялись и собрались еще до того как пропели первые петухи, собственно они еще сами дрыхли со своими курами… Собравшись, личный отряд графа вышел за пределы замка и направился на юг в свой первый поход в качестве охотников за головами. У многих это вызывало весьма смешанные чувства…

В первый день несмотря на то что они шли по ровной дороге им удалось пройти только двадцать километров от замка. Бойцы часто останавливались и перевешивали на себе оружие. В общем происходила притирка и привыкание ко всей амуниции, ее весу.

Под вечер они все с огромным облегчением разделись до одних рубах, подлечивая мазями, что им выдал графский врачеватель, первые потертости кожи от ремней и доспехов. Все по опыту уже знали, что в будущем эти участки тела загрубеют и не будут вызывать такого беспокойства, потому особо громко не стенали.

Мартин недовольно повел плечами и повернулся к Зубу, который на него пристально смотрел. Они только что поужинали пшенной кашей и несмотря на благодушное настроение и некоторую потерю бдительности подобные взгляды учишься чувствовать всей кожей.

– В чем проблема Зуб? Есть что сказать – говори, а нет – не пялься, я от этого чесаться начинаю и мне хочется кому-то врезать в бубен.

– Да я вот думаю Ландскнехт, с чего это граф так подобрел, что, по сути, отпустил нас?

– А я откуда знаю?

– Я думаю, что все каким-то образом связано с твоим медальоном.

– Не знаю… возможно и связано, – пожал плечами Флокхарт.

Ему тоже казалось, что медальон здесь сыграл не последнюю роль. Он вспомнил, как видел такие в замке во время своего похода по подземному туннелю и далее в спальню графини.

«Если бы он узнал про графиню, то никакие медальоны меня бы не спасли, – усмехнулся Флокхарт. – Уж точно никуда бы не отпустил».

– И знаешь что еще…

– Ну?..

– Думаю ваш Дикий, был в чем-то прав…

– Ты это про что? – набычился Мартин.

– Про твое прежнее прозвище…

– Послушай Зуб… – начал заводиться Флокхарт и даже шагнул к Зубу.

– Нет-нет, я не имел в виду ничего оскорбительного, но твое лицо… ты чем-то похож на этого графа…

Флокхарт собирался окончательно вспылить, но увидев едва заметные улыбки всех членов команды, успокоился, значит они тоже считали что он походит на графа, хотя некоторое раздражение все же прорвалось:

– Ты это на что намекаешь?!

– Ни на что Ландскнехт, ни на что.

– Ладно… Но мне отчего-то кажется что это еще не все что ты мне хотел сказать.

– Не все.

– Ну так говори! Мне не хотелось бы чтобы между нами были какие-то недомолвки.

– Ты действительно собираешься выполнять данное графу слово?

– У меня нет другого выбора, Зуб. Поверь, мне самому все это очень не нравится.

– Ну, так давай не будем! Давай плюнем на все и уйдем! С таким обмундированием мы смогли бы сбить хорошую банду в любом другом королевстве, да хоть в самом Кергелене! Разве мало мест, где есть хорошие дороги, по которым ездят богатые купцы с золотом и роскошными товарами?!

– Думаю таких мест полно. Но я также думаю что все эти места уже заняты.

– Отобьем!

– Хочешь сбежать? – напрямую спросил Мартин. Именно этого случая он опасался больше всего.

– А то!

– Не выйдет. У лорда на меня слишком прочный поводок.

– Да, я помню. Но на нас-то такого поводка у него нет.

– Нет. Но если поймают второй раз, то он действительно может устроить такую веселую жизнь, так что галеры вам покажутся избавлением.

– Не поймают.

– Я не пойду Зуб.

– Будешь отрабатывать свою свободу?

– Да. И вам советую поступить также. Если все пойдет удачно, то вы заработаете достаточно денег для того чтобы, став свободными зажить весьма состоятельными людьми.

– Это конечно если все сложится удачно…

– Да Зуб, если ты намекаешь на то что мы можем погибнуть, отрабатывая свободу, то хочу напомнить что шансов сдохнуть, будучи так называемыми свободными гражданами, ничуть не меньше, если не больше, при этом, постоянно опасаясь поимки и быть повешенными, не говоря уже о конкурентах.

– А если я все же решу уйти?

Мартин замолчал, обдумывая ответ. Заставить, кого бы то ни было остаться угрозами – гиблое дело, потому он не придумал ничего лучше как сказать:

– Скатертью дорога, Зуб. Но…

– Что «но»?

– Но если ты мне встретишься на пути в качестве разбойника, то не взыщи…

– А если мы уйдем все? Ты что, один будешь охотиться?

– Не знаю Зуб. Скорее всего я тогда вернусь к графу и предоставлю ему решать мою дальнейшую судьбу… Вряд ли он меня повесит Зуб, ведь он помиловал нас за преступления что мы уже совершили, потому скорее всего мне предоставят другой способ отработать свою свободу и не думаю что на шахте. А вот что касается вас в том случае, я не знаю.

– Ландскнехт…

– Я еще не закончил Зуб! Если ты решил, уведя всех на разбой, таким образом стать атаманом над всеми, то тебе придется оспорить это звание у меня в честном бою. Потому как не думаю, что тебе удастся сохранить свое влияние на бойцов. Как бы это смешно ни звучало, передача власти должна быть легитимной даже у нас. Потому если ты решил уйти один – уходи. Если ты решил увести с собой остальных, тебе придется сразиться со мной один на один в честном поединке. Решай Зуб.

В качестве подкрепления своих слов Флокхарт взял меч и щит.

Зуб медлил с ответом. Он сам являлся свидетелем того как этот Ландскнехт еще будучи Дворянчиком разделался с таким громилой как Дикий, потому следовало двадцать раз подумать, прежде чем бросить вызов такому бойцу. Конечно, он сам обладал теми же знаниями что и Ландскнехт и даже некоторыми воровскими приемами, о которых его возможный противник и понятия не имел, но все же риск умереть неоправданно велик.

С другой стороны если он сейчас откажется он сильно потеряет в весе и с ним действительно никто не пойдет, ведь по сути Ландскнехт бросил ему – Зубу вызов, а не он Ландскнехту!

«Ах, Дворянчик, ах сукин сын! – невольно восхитился Зуб. – Обвел ты меня вокруг пальца, опередил, перехватил инициативу и свою слабость сделал своей силой!»

Что ж, Зуб отдал должное, что командир из Ландскнехта получался отличный. Умеет обыгрывать все, так что поворачивает в свою сторону самые безысходные ситуации. Вот и Зуб сам не заметил как оказался в позиции защищающегося. Он понял что проиграл по всем статьям если только не бросить прямой вызов на честный бой, но здесь шансов на победу равные, что для него слишком неопределенно.

– Твоя взяла Ландскнехт…

Флокхарт лишь кивнул принимая своеобразные извинения и сложив оружие, лег на подстилку и накрывшись плотным шерстяным одеялом демонстративно приготовился ко сну. Время действительно уже было позднее и следовало как можно быстрее восстановить силы перед завтрашним трудным днем. На следующем марше нужно пройти гораздо большее расстояние чем сегодня Вслед за ним приготовились ко сну все остальные члены отряда, кроме выставленного часового.

Мартин решил что с самого начала все будет по правилам, чтобы подобные меры предосторожности вошли в привычку и без них они чувствовали себя голыми. А значит помимо смены часовых завтра кто-то пойдет вперед в качестве разведчика, хотя по большому счету необходимости в этом пока не было. Но нужно уже сейчас набивать руку, чтобы в реальности все получалось само собой.

Признаться Флокхарт не особенно удивился когда обнаружил что Зуба нет, он ушел когда часовой все же заснул, он только испытал облегчение что за ним больше никто не увязался. Признаться Мартин ложась спать боялся что проснется вообще один, что уйдут все, не желая охотиться на своих бывших товарищей и ему придется возвращаться к графу. В этом случае его судьба была бы покрыта мраком.

– Сволочь, – сплюнул Камень.

– Ладно, завтракаем и отправляемся в путь. Хребет, сегодня ты – разведчик.

– Понял.

Отряд двинулся в путь. На этот раз как и хотел Мартин они прошли гораздо больше. Только до обеда они преодолели пятнадцать километров. После обеда они прошли еще столько же. Это был прогресс и можно было надеяться, что им в скором времени удастся еще немного увеличить дальность и скорость перехода.

На вечернем привале, когда все снова готовились ко сну, Глазастый вдруг вскочил с места и взялся за мгновенно взведенный арбалет по звуку нацелившись в темноту леса.

– Кто там?! Назовись, иначе стреляю! – предупредил он.

– Не стреляй, – раздался из темноты уставший голос.

– Возвращение блудного сына, – в полголоса усмехнулся Камень, вложив обратно один из своих булыжников в кожаный мешок к остальным.

Мартин также узнал говорившего. Это оказался никто иной, как Зуб.

– Ведите себя как ни в чем не бывало, – предупредил всех Флокхарт, пока Зуб с шумом ломился через кусты к месту стоянки отряда. – Будто и не уходил он никуда.

Члены отряда несколько удивились открыто показывая командиру свое недоумение, они уже хотели провести самую жестокую экзекуцию беглеца, но подчинились.

Мартин понимал через что, пришлось пройти Зубу, чтобы он вот так сбежав, решил вернуться обратно. Потребовалось перешагнуть через свою гордость, которая у Зуба была весьма сильна. Потому он не собирался его дополнительно унижать перед всеми остальными для собственного возвышения. Это для самого Флокхарта могло стать перебором. Но разговор как-то нужно было начать.

– Что показала разведка? – спросил Мартин, когда Зуб остановился у костра. – Есть поблизости разбойники?

– Нет… Разбойников мною обнаружено не было, – принял правила игры Зуб после долгой паузы, решая, издеваются над ним или нет.

– Присаживайся, вон в котелке каша…

– Спасибо, – поблагодарил Зуб, когда Мартин остался стоять в первую одну из самых тяжелых смен. – Я уже готовился к самым изощренным наказаниям за свой демарш…

– Они непременно последуют Зуб, если ты снова учудишь что-нибудь подобное.

– Я понимаю… И постараюсь больше ничего такого не делать. А когда меня снова припечет, я тебе об этом честно скажу.

– Хм-м… честный ответ, – усмехнулся Мартин. – Теперь ложись спать. Твоя смена предрассветная, – напомнил Флокхарт.

– Понимаю…

Стоять на страже тяжело: холодно, спать хочется… закроешь глаза дольше чем на мгновение и все – заснул. Но вот наконец смена осталась позади, можно поднимать следующих часовых: Зуба с Толстым.

– Только где напарник?

Приглядевшись в едва разрываемую всполохами огня темноту Флдокхарт увидел ноги Свинца.

– Неужто заснул?! Ну я ему…

Горя праведным гневом Мартин приблизился к посту напарника.

– Свинец, если ты заснул, то я даже не знаю что с тобой сделаю!

Нагнувшись, Флокхарт хмыкнул:

– Так и есть паршивец! Вставай!

Мартин затряс заснувшего напарника за плечо, но тот никак не желал просыпаться.

– Да что с тобой такое?..

Флокхарт отпрыгнул в сторону исключительно на инстинктах, когда краем глаза только заметил легкую тень, но недостаточно быстро. Что-то тяжелое и одновременно мягкое все же достало его вскользь в висок.

Когда очнулся в лагере стоял настоящий переполох.

– Лови его! Лови! – кричал Толстый и указывая куда-то во тьму. – Он туда побежал!

Бойцы вскакивали с еловых лежанок, хватаясь за оружие, и устремлялись в погоню.

– Заходи с флангов! – руководил погоней Зуб. – Глазастый, Хребет – налево! Камень, давай со мной направо! Остальные – фронтом!

Несмотря на полученную контузия Флокхарт быстро сообразил, что погоня организована за оглушившим его человеком.

«Хорошо хоть не убил», – облегченно подумал он, попытавшись принять участие в загоне, но это оказалось не так-то просто, удар не остался без последствий, немного мутило и двоилось в глазах.

Вместо этого он помог также начавшему приходить в себя Свинцу добраться поближе к костру.

– Ну, я его за это…

– Что произошло? – морщась, поинтересовался напарник по страже, прикладывая руку к голове. – Проклятье…

В лесу продолжали раздаваться крики, координирующие команды и наконец победный вскрик Камня:

– Я сделал его!

«Что ж, он тоже свое получил», – мстительно подумал Флокхарт.

Первым появился Толстый, держа в руках мешок с запасами вяленого мяса.

– Украсть хотел сволочь! – потрясая мешком, пояснил Толстый. – Только у меня не забалуешь.

Флокхарт усмехнулся, Толстый смотрел за мешком как отец за непорочностью дочери.

Наконец явились остальные, ведя связанного пленника.

– О! Живой командир! – воскликнул Зуб. – А мы думали этот гад тебя с Свинцом порешил!

Пленника подтолкнули к костру. Выглядел он неважно, весь в лохмотьях. Низкий капюшон на голове и вонял как десять козлов!

«Знакомый запашок», – вдруг подумал Мартин.

– Что с ним делать будем Ландскнехт?! Порешим?!

– Погоди Зуб… порешить всегда успеем. Ты кто таков будешь… добр человек?

Бойцы засмеялись при слове «добр», но неожиданно пленник поддержал смех, а когда все замолчали, сказал:

– Хорошая шутка Мартин Флокхарт…

И скинул капюшон.

Бойцы с криками проклятий отскочили в стороны, вновь выхватывая оружие.

– Тот-то мне твой запах знаком, – улыбнулся Флокхарт. – Здорово Горг.

– Т-ты… его знаешь? – удивился Камень, только теперь разглядев, как и остальные, кого они повязали – цельного гоблина.

– Знаю…

– Он еще и по-человечьи говорит?! – изумился Глазастый.

– Говорю.

– Ты зачем меня и моего товарища зашиб Горг?

– Есть хотел… – со вздохом кивнул гоблин на мешок, что все еще держал в руках Толстый. – Я же говорил, что не ем человечину, а тут само лежит. Только пойди и возьми. А что касается конкретно тебя, то извини, не признал, так бы не тронул… Вы люди мне на одно лицо…

– Ладно… развяжите его.

– Что?! – опешил Зуб.

– Да, развяжи. Ничего он нам не сделает. Правда Горг?

– Правда…

Один из бойцов с опаской развязал узлы и Мартин пригласил Горга подсесть рядом.

– Присаживайся, угощайся…

В течении пяти дней пополнившийся одним членом отряд добрался до района входя в который ни один купец не мог быть уверен в том что его не ограбят по дороге. Молодые люди проходили в день по десять, пятнадцать, а то и двадцать километров в зависимости от сложности рельефа местности. В последнем случае им пару раз удалось проехаться на попутных крестьянских телегах, сохраняя в себе силы и увеличивая дальность и скорость передвижения.

Необычный гоблин все это время оставался в центре внимания. То что командир был знаком с ним раньше и спас ему жизнь от рук других гоблинов несколько меняло отношение к лопоухому как к злобному инородцу, но все же…

Но после того как Мартин заставил Горга помыться, что значительно сбило зловонный запах, отношение к нему стало меняться в лучшую сторону гораздо быстрее.

Но вот и лес носившее неформальное название – Разбойный. Хотя пик разбоя уже прошел, да и награбили разбойники уже порядком, чтобы пережить зиму до следующего сезона где-нибудь в более оживленных местах, потому они потянулись на юг к городам, где было полно кабаков с крепким элем и прочих злачных мест. Но часть разбойников, тем что не очень повезло, все еще сидела в лесу.

Для тех, кто остался, добыча все же имелась. Ездили крестьяне, отвозя в замки графа или баронов десятину своих продуктов, а также часть звонкой монетой. Особенно денежными считались крестьяне, торговавшие с городком Порт-Брум на побережье баронства Херд. Там жили в основном рыбаки не имевшие подворья для животноводства и ведения сельского хозяйства. Так что и с крестьян разбойникам было чем поживиться.

Второй день отряд двигался по лесу, уже без всякой дури и блажи, всерьез. Впереди на удалении в один километр от основного отряда бесшумно двигался разведчик. Свою амуницию он распределял среди своих товарищей, при себе имея только меч да нож. Изредка кто-то из них брал арбалет, не столько ради своей собственной защиты, хотя и для этого тоже. Ведь кроме разведывательной деятельности шедший в авангарде играл роль охотника, обогащая стол отряда свежим мясом то подстреленного глухаря, зайца, а то и целой козы.

– Ландскнехт…

– Чего тебе, Нос? – обернулся Мартин на носатого парня.

– А где мы зимовать будем?

– Хм-м, интересный вопрос…

Флокхарт задумался. Вопрос действительно не праздный, холода уже подступали. Ночью нужно подбираться к костру все ближе, рискуя сжечь одеяло от стрельнувшей искрой ветки. А утром на листьях виднелся подмороженный иней и изо рта валил пар, приходилось руками растирать застывшее на холоде лицо.

Но до настоящих холодов еще далеко. До того как выпадет первый снег оставалось еще около месяца и, за это время нужно поймать графу минимум двадцать свободных граждан. А отряд еще не нашел в лесу ни одного следа их присутствия. Нет, старых следов сколько угодно, но вот тех, что в настоящее время околачивались в лесу, они еще не нашли.

– Ну, тут у нас два варианта, – подумав ответил Мартин.

– Какие?

– Первый: мы зимуем в одном из замков, либо самого графа, либо баронов Росон или Херд, это уж как повезет. Можно конечно зазимовать в Порт-Бруме. Не думаю, что нам там обойдется дороже, чем в замке, да и свободнее чувствовать себя будем без опеки лордов.

– А второй вариант?

– Второй вариант, это уйти вслед за разбойниками и зазимовать на юге в настоящем городе или в какой-нибудь деревне при нем. Вот только это уже значительно дороже. Цены там за проживание и стол весьма кусаются. А у нас с монетами не ахти.

– Я все же предпочел бы второй вариант, – признался Нос.

– Чего так?

– Никогда в городе не был…

– Я тоже, – признался Мартин.

– Так может, рванем в город? – поддержал Носа Зуб. – Это конечно если нам удастся отловить достаточно бывших коллег и при этом у них что-то еще добудем. Думаю, в этом случае нам вполне хватит перезимовать на юге не в слишком богатом постоялом дворе. Как на это смотришь?

– В принципе положительно, – кивнул Флокхарт. – Но тут уже все от обстоятельств зависит.

– Тогда решено – город.

Мартин кивнул. Ему тоже особенно не улыбалось провести всю зиму под боком сэра Грегори Левертона или одного баронов Росон или Херд в их тесных замках, где и развлечений-то никаких нет кроме как лаяться с их заносчивыми стражниками да пытаться захомутать в постель какую-нибудь служанку-прачку. Лучше уж в город, даже несмотря на то что это «съест» все их заработанные и при удаче захваченные в качестве трофеев у разбойников деньги.

– Привет… – раздалось из кустов, и из зарослей вышел человек с поднятыми руками.

Несмотря на пустые руки незнакомца, отряд тут же ощетинился мечами.

– Привет… Эльдар, – обалдело пробормотал Мартин, узнавая старого знакомого.

– Ты часом своей богине не молился?

– Чего?

– Ну, я обычно появлялся, когда ты возносил молитву к богине Альмане о помощи.

– А, вот ты о чем! – воскликнул Мартин, поняв, о чем говорит Эльдар. – Нет, не молился, да и помощь мне сейчас не требуется. – Ты вообще чего…

– Пришел?

Мартин кивнул.

– Скучно стало… вот думаю, дай со старыми знакомыми пообщаюсь.

Мартин снова кивнул, ничего не понимая.

Его отряд тоже ничего не понимал, бойцы переводили взгляды с командира на незнакомца. Они лишь уяснили, что эти двое друг друга знают.

– Мы – охотники за головами Эльдар. Подневольные. Ты хочешь присоединиться к нам?

– Да.

– Чего так? Как я понял, ты вроде бы одиночка…

– Люди меняются… К тому же одному в лесах стало совсем трудно… живности почти нет. Да тебе и Горг это подтвердит. Тоже ведь ушел из наших краев по этой же причине.

Белокожий гоблин согласно проворчал.

– Ясно…

Мартин развернулся к своим парням, спросив:

– Кто-нибудь возражает против нового члена отряда. Эльдар отменный лучник и следопыт.

Никто возражать не стал. Раз уж против гоблина ничего говорить не стали…

– Ты принят Эльдар.

– Спасибо. Ну а в качестве вступительного взноса могу сказать, где располагается стоянка ближайшей банды.

– Даже так! Мы внимательно слушаем!

– Небольшая банда находится в пяти километрах севернее.

– Сколько их?

– Увы, сколько в ней членов я не знаю… мне тогда было не до них.

– Понятно. Что ж, дождемся возвращение Камня и пойдем на север.

Камень пришел с пустыми руками как в плане охотничьей добычи, так и информации о разбойниках.

Отряд в полном составе быстро двинулся на север. В километре от стоянки разбойников отряд остановился. Бойцы как-то нервозно засуетились. Предстоящая схватка не станет первой, но это их первое столкновение в новом для себя качестве охотников за головами и потому все испытывали возбуждение.

– Так… – обронил Мартин, забыв что, хотел сказать, он тоже чувствовал себя несколько необычно, словно невесомо. – Так, всем разгрузиться и начать готовиться… Я пойду с Эльдаром на уточняющую разведку, а вы… готовьтесь.

– Приготовимся Ландскнехт, все будет в ажуре, – кивнул Зуб.

– Веди Эльдар!

Эльдар шагнул в кусты, за ним юркнул Мартин. Эльдар шел практически бесшумно, Флокхарт ему сильно уступал в этом свойстве, но все равно тоже ступал тихо. Он стал двигаться еще тише, когда Эльдар предостерегающе поднял руку, а через сто метров вообще лег на живот и пополз вперед. Мартин последовал его примеру и еще через сто метров они чуть раздвинув заросли высокой но уже пожухлой травы далеко впереди увидели людей. Те сидели у костра, что-то неспешно обсуждая между собой, раздавались смешки, когда кто-то отчебучивал сальную шутку.

– Сколько их там? – шепотом спросил Мартин, поскольку у него получился ограниченный обзор.

– Двадцать человек.

– Ну что же, не так уж и много…

Эльдар на это ничего не ответил.

– Давай еще раз попробуем подсчитать, – предложил Флокхарт.

– Давай…

После минуты подсчета и сверки результатов, вышло, что бандитов там несколько больше – двадцать два человека.

– Поползли назад.

– Ну что там?! – оживился Зуб, вместе со всеми опуская оружие, когда на полянке появились разведчики.

Бойцы притихли, не желая пропустить ни слова разведчиков. Мартин вдруг подумал, что для них, да и для него самого это что-то вроде игры, как и участие в разбойной шайке тоже было чем-то вроде игры. Когда они чуть помладше лет в семь восемь, делились деревенской ребятней на две стайки и одни выступали в качестве легионеров, а другие – гоблинами и орками, после чего начинали сражаться… Вот и сейчас происходит что-то подобное, только на этот раз их могли убить по-настоящему.

– Ну не томи! – заволновались бойцы, когда пауза несколько затянулась.

– В общем, их двадцать два человека. Может чуть больше если мы не всех видели. Не самая большая, но и не маленькая банда. Но то что мы увидели, вселяет некоторую надежду. Стальной брони, кроме по всей видимости у главаря мы не заметили, только кожаные доспехи да войлочные жилетки. Из оружия мечи и топоры… Стрелков также не заметили, но это не значит, что их нет, может быть, они на охоте, что нам только на руку. Что еще?..

– Щиты, – напомнил Хребет.

– Немного… У пяти-семи человек, круглые огрызки.

– В общем типичная банда, – подвел итог Камень. – Осталось решить, будем ли мы их брать, несмотря на двойное превосходство в численности или пройдем мимо и поищем менее сильную и более малочисленную жертву…

– Поскольку это наша первая встреча, то приказывать не буду, – сказал Мартин. – Мы решим это вместе. Но я за то чтобы их взять. Скоро холода, а их тут уже больше двадцати!

– Я понял тебя, – усмехнулся Зуб. – Хочешь одним ударом выполнить план и убраться отсюда к демонам?!

– А чем тебе это не нравится? Или ты хочешь задержаться подольше?

– Да нет, наоборот, я полностью за!

Зуб согласно поднял руку. Вслед за Мартином и Зубом подняли руки остальные.

– Отлично.

– Еще одна маленькая деталь, Ландскнехт…

– Какая еще деталь, Зуб?

– Мы конечно уже крысы и здесь ничего не изменить, но неужели мы вот так выскочим и нападем на них?

Флокхарт задумался. Действительно напасть вот так из-за кустов и перебить всех, не дав никому шанса на добровольную сдачу, последнее дело. Даже разбойники при нападении друг на друга предъявляли сначала какие-то свои требования, пусть заведомо невыполнимые, но они выходи и бросали вызов и только после этого решали все в бою если никто не собирался отступать.

Но они не разбойники, они – охотники за головами… Должны ли они играть по правилам своих жертв? На этот вопрос нужно ответить, чтобы в своих собственных глазах не выглядеть последними сволочами.

– Что ты предлагаешь Зуб, выйти и бросить им ультиматум? Сдаться на милость лорда, его справедливый суд или умереть?

– Что-то вроде того…

Горг хмыкнул и демонстративно отвернулся, осматривая свою дубину. Ему все эти нюансы казались глупыми.

– Мы потеряем эффект неожиданности… Все может полететь прахом. И потом, никто из них не согласится сдаться десятку человек… Здоровые дядьки сдаются пацанам которых к тому же вдвое меньше. Смех один.

– Я понимаю…

Мартин посмотрел в лица своих ребят и заметил, что они в целом поддерживают идею Зуба, хотя им не нравится, что придется раскрыться. В общем, полными уродами им чувствовать себя не хотелось. Так что о предложении вообще напасть ночью, пришлось отказаться напрочь, даже не предложив его на обсуждение.

«Ладно, оставим это на потом, когда попадутся по-настоящему крупные банды и они сами поймут что по-другому кроме как напасть внезапно победить и выйти живыми никак не получится», – решил Флокхарт.

– Хорошо, Зуб. Я выйду и предъявлю им ультиматум по всем правилам.

– Вот это дело.

– А теперь пошли…

Отряд оставил все лишние вещи, взяв с собой только боевые принадлежности. Зарядили арбалеты и выдвинулись вперед.

Уже на ходу, хотя сделать это еще следовало в лагере, Флокхарт разъяснял тактическую схему и боевой порядок построения:

– Если они не согласятся с ультиматумом, а они не согласятся, вы разряжаете арбалеты в ближайших и быстро строитесь во второй порядок. Ясно?

Бойцы молча закивали головами. Эльдару пришлось пояснить, что это такое и обозначить его место в строю.

– И прошу вас, цельтесь тщательнее… от этого зависит, какой массой на нас навалится противник. От этого сами понимаете что зависит…

– Все будет в ажуре!

– И не подстрелите меня…

– Не боись командир… – усмехнулся Зуб, поняв, что эта шутка относится, прежде всего, к нему. – Не подстрелим.

– А если подстрелят я тому башку в один момент снесу, – дал о себе знать гоблин, взвесив в руке свою дубину и все поняли, он не шутит.

Бойцы подобрались достаточно близко к лагерю разбойников и Мартин остановил отряд, распределив его на местности.

– Приготовьтесь, выберете себе цели, чтобы в случае чего не пальнуть в одного и того же сразу два, а то и три болта.

– Не пальнем…

– …А я пошел… предъявлять ультиматум.

Флокхарт взял щит и закрыл им свой заряженный арбалет. Сначала он хотел оставить его у кого-нибудь из бойцов, того же Горга, хоть и стрелял он из рук вон плохо, но потом понял, что арбалет ему самому пригодится.

С появлением чужого, да еще так странно выглядевшего человека рядом с их стоянкой, а там за ним еще несколько таких же юнцов, почти пацанов больше похожих на солдат в хорошей броне, чем на их коллег заставило разбойников оборвать все разговоры на полуслове, а кое-кого и резко встать, схватившись за оружие.

«Ну вот, сейчас он мне черепок и расколет», – иронично подумал Мартин, увидев как один из свободных граждан, схватил легкий топорик, какие обычно используют для метания.

– Ты кто такой?! – выкрикнул, тот, что был в доспехе с железными бляхами. Как он и определил ранее – главарь банды.

– Меня зовут Ландскнехт. С кем имею честь разговаривать?

– Я – Топтун! Могу одним ударом раздавить твою хлипкую башку, сопляк! Чего тебе и твоим щенкам надо?! Пришли проситься ко мне?!

– Нет, уважаемый Топтун. Я пришел объявить вам ультиматум…

– Какой еще ультиматум, ходячая ты глиста?! – воскликнул с неподдельным удивлением Топтун. – Ты кто такой?! Нас тут больше двух дюжин! И ты пришел предъявлять нам какой-то ультиматум с десятком юнцов, у которых еще и молоко-то на губах не обсохло?! Да ты никак свихнулся парень! Или тебя в детстве часто роняли на пол головой вниз?

Разбойники засмеялись, полностью поддерживая выводы Топтуна. Ну, где это видано, чтобы десять человек, каких-то сопляков, пришли и начали банде в две дюжины ставить какие бы то ни было условия? Смех один!

– Убирайся восвояси и забери своих щенков, пока я не рассердился и не отшлепал вас!

Снова раздался взрыв хохота. Теперь разбойники уже не видели в десятке молодых парней никакой угрозы, и даже повались обратно на землю, положив оружие.

«Что ж, тем лучше для нас, – подумал Флокхарт, вспомнив одно из наставлений дяди Кастора: – Никогда не стоит недооценивать противника, даже если он кажется сущим слабаком».

– Все же Топтун, послушай мое предложение…

– Какое еще предложение, сопля?!

– Я представляю графа, сэра Грегори Левертона и состою у него на службе. От его имени я предлагаю вам сложить оружие и добровольно сдаться на милость лорда и его праведный суд. Все сделавшие это добровольно получат снисхождение и послабление приговора…

– Ты продолжаешь смеяться над нами графский приспешник?! Что бы мы, МЫ сложили оружие!!! И самим завезти в петлю?! Да ты точно больной на всю голову!

– В противном случае мы заставим вас сделать это силой. Все выжившие будут доставлены лорду на суд, но тогда уже никакого снисхождения вам предоставлено не будет. Решайте.

– Да ты никак на драку нарываешься, щенок?! – побагровел Топтун. – Будет тебе драка! Тут и решать нечего!

Главарь обернулся к своим и призывно вскинув руку, крикнул:

– А ну ребята, давайте изрубим этих приспешников голубой крови в капусту! А то они что-то совсем обнаглели! Да и броню их себе заберем, а то она им голову вскружила.

Разбойники снова повскакивали на ноги и с ревом бросились на своих врагов, этих юных наглецов что бросили им вызов – неслыханное дело за которое стоило жестоко наказать.

– Отходи Ландскнехт!

Мартин уже и сам бросился назад к своим, которые наоборот поспешили навстречу противнику. Но на нужной дистанции они остановились, поставили щиты, на них одновременно положили заряженные и взведенные арбалеты и один за другим почти синхронно спустили курки. Механизмы разряжались с сухими ударами, посылая болты в цели. Выстрелил свой арбалет и Флокхарт.

Разбойники не сразу поняли что происходит, продолжая с ревом нестись навстречу противнику, а когда стали разбираться, было уже поздно. Пять человек повалились на землю с болтами в груди. Еще пять болтов ушло в молоко вглубь леса. Арбалеты полетели в сторону, так как перезаряжать их слишком долго и отряд быстро построился в двойную шеренгу, защитившись щитами и ощетинившись короткими копьями и мечами.

Лишь Камень еще продолжал стрелять своими снарядами. За это время он успел поразить еще двух нападавших, доведя, таким образом численность противоборствующих сторон почти до равного количества.

Мартин все же боялся, что их все равно сметут, но противник оказался деморализован потерей почти половины группы настолько, что казалось они бьются с какой-то неохотой, вроде как ожидая еще какой-то гадости. Но постепенно они снова вошли в раж и налегли со всей силой, но было уже поздно. Двое из них уже валялись под ногами, подколотые копьями и добитые мечами.

Топтун повел половину своих оставшихся людей на фланг, чтобы обойти строй графского отряда, но Мартин с Камнем и Хребтом метнули свои копья, поразив двух из пяти человек, полностью разрушив планы Топтуна. Вот теперь их численность действительно сравнялась количеством один к одному.

– Метайте копья! – приказал Флокхарт, выхватывая копье впередистоящего бойца, закрепленного у него на спине. Закругляющийся под натиском рассвирепевших бандитов строй едва удавалось сдерживать.

Их примеру последовали Нос и Свинец, также метнувшие свои копья во врагов, ранив одного и также сорвавшие копья у впереди стоящих.

Понимая, что их сейчас переколют, забросав копьями, бандиты отхлынули от строя в надежде сбежать, как бы позорно это ни выглядело. Но не получилось. Еще один был свален на землю копьем, а двое получили ранения.

Еще одного свалил Горг метнув дубину.

Остальные в количестве тринадцати человек скрылись в лесу. Здоровые убежали сразу, за ними зажимая руками раны скрылись раненые. На поле боя остался только Топтун, он в безумной ярости схватился с Мартином избежав брошенного в него копья.

– Затопчу!!! – ревел Топтун, нанося размашистые удары мечом.

Два из этих мощных удара Мартин принял на щит чуть не отсушив себе руку и немного отскочив от Топтуна достал свой нож и раскрывшись бросил в своего противника. Нож угодил прямо в плечо главарю разбойников. Меч, что Топтун держал в обеих руках, дрогнул и вывалился. Сам главарь свалился на колени.

– Все целы?! – спросил Мартин.

– Все! – сразу заорал весь отряд Флокхарта.

– Никого даже не поцарапало, – подвел итог Камень.

– Хорошо…

– Кто вы такие, демоны вас подери?..

Мартин обернулся на Топтуна, что держал его нож так и не в силах его вытащить из раны, не то из-за сильнейшей боли, то ли из-за того что он там застрял.

– Я уже говорил тебе Топтун… Надо было тебе послушать нас и сдаться.

Несмотря на боль Топнут засмеялся.

– Я понимаю, – кивнул Флокхарт. – Мы не выглядели столь впечатляюще, чтобы сдаваться. Тебе просто не повезло.

– Да уж…

– Сколько у нас? – спросил Флокхарт, кивнув на убитых разбойников.

– Пятеро полноценные жмурики и уже в лодке у лодочника… – начал перечислять Зуб, осматривая мертвых и раненых. – Двое, вот эти, скорее всего вот-вот последуют за ними, слишком глубокие раны. Остальные четверо в том числе и их вожак вполне смогут идти своим ходом.

– Невероятно!

– Да, – согласился Зуб. – Мы выполнили половину плана и если бы не те трусливые шакалы что удрали, так что от них только пятки мелькали, даже не попытавшись драться до конца, мы уже сегодня могли бы отправиться на зимовку…

– О чем вы говорите? Какой план? – морщась от боли, вопрошал Топтун.

– Ну, у нас перед лордом есть некоторые обязательства, – начал объяснять Мартин, не видя в этом ничего зазорного. – Нам нужно до конца месяца, поймать и привести, живыми или мертвыми двадцать разбойников.

– А что взамен?

– Свобода и деньги.

– Так вы крысы?

– Можно и так сказать. Хребет!

– Что Ландскнехт?

– Ты нашел их деньги и прочие трофеи?

– Их даже искать не пришлось. Не они же напали, а мы. Потому ценности никто не прятал… Вот они, лежали у места главного…

Хребет протянул два мешочка. В другой руке он держал еще связку из десяти небольших кошелей – деньги разбойников.

– Здесь по всей видимости общая касса и его доля, а также деньги остальных.

– Подсчитай.

– Уже. Сорок бронзовых, десять серебряных и столько же золотых синглов.

– Что ж, неплохая добыча. Еще два таких трофея с учетом платы за головы и мы можем перезимовать в любом городе, практически ни в чем себе не отказывая.

– Твоя правда Ландскнехт.

– А что мы с ними будем делать? – задался вопросом Зуб. – Так и будем таскаться с ними из леса в замок и обратно? Это ж сколько времени уйдет на переходы…

– Действительно…

Флокхарт задумался. О доставке пойманных как-то раньше не подумали. Граф на этот счет тоже никаких инструкций не давал.

– Или с собой таскать их будем?

– А это мысль, – согласился Мартин. – Почему бы и нет?

– И правда. Заодно нас разгрузят. А то тяжело все на своем хребту носить.

– Решено. А тебе Топтун предстоит выполнить малоприятную процедуру.

– Какую?

– Отрубить головы своим товарищам, что пали в бою.

– Да, будешь теперь не Топтуном а Головотяпом, – съязвил Зуб, протягивая топор.

– А самим слабо?!

– Что-то вроде того, – согласился Мартин, и показав на Горга, добавил: – Только не шали, а то он тебя вмиг прихлопнет.

– Я уже понял…

Пока собрали трофеи и распределили по носильщикам из числа пленных, пока нашли нормальные мешки, для того чтобы сложить в них головы (оставалась проблема их сохранности, потому решили опустить их в холодный ручей для охлаждения, предварительно набрав из него воды), пока то да се, незаметно подкрался вечер и не осталось ничего другого как остаться на ночлег на месте облюбованной уже бывшей бандой Топтуна.

Поскольку беглецы могли вернуться и попытаться напасть ночью, их все же больше хоть и часть из них ранены. Мартин поставил двойные дозоры и отстоял вторую смену сидя в темноте и вглядываясь в черноту деревьев и вслушиваясь в ночные звуки леса. Но нет, беглецы и не собирались возвращаться ни для того чтобы осмотреть поле боя, ни тем более для того чтобы отбить своих захваченных товарищей. Хотя не факт что они не возвращались, может просто увидев своих врагов расположившихся на стоянке, решили не связываться с ними и уйти окончательно.

– Ландскнехт, Ландскнехт, – тряс своего командира Нос.

– Что?! – резко развернулся Флокхарт, схватившись за меч. Он спал после своей смены, передав ее Носу и Камню. – Враги?!

– Нет, посмотри…

Мартин понял, что хотел сказать Нос. Сейчас должно было быть темно, так что хоть глаз коли, однако лес словно просветлел – с неба сквозь ветви деревьев падал первый снег.

– Проклятье…

Только теперь он почувствовал собачий холод, который успел сковать его.

– Будите остальных, иначе замерзнут во сне…

– Одну минуту.

Отряд подняли и бойцы ругаясь и дрожжа потянулись к костру в который подбросили дополнительных дров.

– Эх, сейчас бы элю или бражки… бр-р… – кутавшись в одеяло пробормотал Зуб и вздохнул. – Что будем делать, командир?

– В смысле?

– В том смысле, что снег уже выпал. При всем желании мы уже побегать по лесу, тем более ночевать в нем не сможем. Разве что каждую ночь обзаводиться настоящей землянкой… но это не дело. Нужно что-то решать, несмотря на то что план мы не выполнили.

– Да, такая ситуация даже не обсуждалась, – согласился Флокхарт.

Ему предстояло решить, куда двигаться дальше: вернуться ли в замок графа, продолжить ли движение на побережье в замок Херд и дальше в Порт-Брум где и зазимовать. От одного замка до другого они уже прошли примерно равное расстояние, ну может быть, до Левертона все же чуть ближе.

– Не, – мотнул головой Зуб, после того как Мартин озвучил возможные варианты. – К графу я не пойду. Лучше уж в Херд: одноименный замок или даже на само побережье в город. Тем более я слышал, что чем ближе к морю, тем теплее.

– Тогда пойдем в город, – согласился Мартин, которому, как и всем остальным не очень хотелось возвращаться в замок, с которым у всех без исключения были связаны только неприятные воспоминания.

Утром на пленных разбойников погрузили все вещи как их самих так и часть отряда в частности всю провизию и двинулись дальше на восток к побережью.

– Может, на дорогу выйдем, все быстрее будет, – предложил Зуб.

Снег начал таять и идти по лесу стало значительно сложнее. Стало скользко, вода, скапливающаяся на листьях, от неосторожного движения обрушивалась на путников, мокрая трава вмиг промочила все штаны до нитки, стало сыро и зябко от холода.

– Ты хочешь прямиком в замок?

– Ну да. Зима уже наступила, после такого ночного снегопада, все наверняка уже точно отправились на юг зимовать.

– Нет, – не согласился Мартин.

– Но почему?

– Этот снег мог быть аномалией, природным капризом и если мы сразу же бегом доскачем до замка, а все пойдет своим чередом, не думаю, что граф нас за это похвалит.

– Понятно.

Навстречу отряду вышел разведчик обязанности которого сегодня выполнял Хребет.

– Ты чего, банда? – спросил Флокхарт.

– Нет. Там в пяти минутах ходьбы валяется чье-то тело.

– Пойдем, посмотрим…

Отряд чуть свернул южнее, углубившись в лес относительно дороги. Под кустом, где еще сохранился снег действительно лежало тело. Волки уже основательно поработали над ним, разорвав все в клочья еще до снегопада, потому как труп присыпан снегом и следов возни не видно, только голова осталась более-менее целой.

– Это ваш? – спросил Мартин у Топтуна.

– Да, – кивнул главарь, посмотрев в лицо. – Это Ржавый.

– Что тут произошло?

– А кто его знает? – пожал плечами Глазастый. – Теперь уже не разобрать. Может волки раненого загнали, может сам откинулся от ран, а может между своими разборка какая была…

– А это мы сейчас проверим.

– Как?

– Деньги при нем?

Глазастый внимательно огляделся вокруг, но ни кошеля ни монет не обнаружил.

– Нету ничего.

– Значит междоусобчик был. Грохнули Ржавого и монеты забрали. С другой стороны он сам по себе монетой является…

– Тоже верно, – согласился Толстый и одним ударом отсек голову от разорванного тела. После чего бросил голову в один из мешков со словами: – Двенадцатый бронзовый…

Отряд продолжил движение. Хребет снова ушел вперед на разведку. Топтун, понимая что ему светит петля постарался уговорить своих пленителен отпустить его обещая золотые горы. Но Мартин оставался непреклонен.

– Лучше заткнись, а то ведь я могу только твою голову графу принести, – пригрозил Флокхарт, чувствуя, что некоторые из его бойцов стали прислушиваться к словам разбойника, что могло плохо сказаться на дисциплине и выполнении обязательств. – Мы сами подневольные люди и в случае чего нас всех повесят вместе с вами.

День шел за днем, и никаких следов разбойников действительно не находились. Казалось так же что снег за месяц до снежного сезона действительно являлся лишь капризом природы, но на четвертый день сильно похолодало и пошел самый настоящий снегопад. Снежинки падали пушистые и тяжелые. Теперь никаких сомнений в том что это всерьез и надолго ни у кого не возникало. И Мартин принял решение выйти на дорогу и скорым шагом добраться до замка Херд. Потому как ночевать в снегу дело не из приятных. Половина отряда и так уже приболела, мучалась соплями и кашляло.

– Сколько нам до замка? – спрашивал Нос. Этот вопрос он задавал каждый день.

– Еще пять дней и мы на месте. А еще через два дня будем в Порт-Бруме лежать в кроватях, и согревать нас будут пухленькие девушки, – как мог, поддерживал Мартин.

– Это самое главное, – соглашался Нос.

– А вот как быть со мной Ландскнехт? – прорычал Горг. – Или мне тоже с вами в город?

– А ты против?

– Ну я вообще-то не…

– Будешь ходить в капюшоне, масочку оденешь и тебя от человека не отличить. А если еще и высовываться не будешь… В общем на месте разберемся как быть. Идет?

– Хорошо…

– Подъем!!! – раздался истошный крик в ночи одного из часовых.

Мартин вскочил с лежанки как ошпаренный сразу же хватаясь за меч еще не разлепив глаза, что никогда нелишне.

– Нападение!!! – кричал второй часовой по кличке Трал.

Вслед за криками дежурных поднявших тревогу в темноте раздались боевые разбойничьи кличи, не меньше двадцати глоток и вскоре их тени показались в свете костра.

– В круг!!! – кричал уже Мартин Флокхарт, хватая свой щит.

Бойцы уже оказались на ногах, все спали в полной амуниции, они лишь только похватали свое оружие, да надели шлемы, и тут же выполнили команду встав кругом, центром которого стал костер.

Охотники за головами приняли бой, не подготовившись. Все арбалеты естественно разряжены так что возможности сравнять численность еще до прямого столкновения не было никакой.

«Разве что Горг! – подумал Мартин. – У него все равно выучки нет, а силищи ему не занимать! Взвести арбалетный лук ему все равно что плюнуть! А с такого расстояния разве что слепой промахнется».

– Горг! Займись арбалетами!

– Понял!

– Шаг назад, плотнее строй!

Бойцы со всех сторон окруженные врагами шагнули ближе к костру сдвинув щиты так плотно что они краями перекрывали друг друга образовав сплошную непрошибаемую стену. Это дало возможность гоблину заняться арбалетами. Удары разбойников сыпались на щиты и кто-то из отряда уже охнул получив ранение и свалился в тыл товарищам.

Начал стрелять Горг, в бешеном темпе взводя арбалет и посылая болт за болтом поверх голов своих товарищей и появились первые результаты. Три разбойника один за другим отлетели со стрелами в груди назад. Это несколько ослабило натиск противника. Сами охотники за головами почувствовали себя увереннее и делали попытки контратаковать.

Встал раненый по прозвищу Кость и начал кидаться головешками из костра в противника, метя в лицо. Пару раз ему это удавалось и посреди криков раздавались настоящие визги прижженных.

Мартин стоял плечом к плечу со своими друзьями отдавая нужные команды, когда строй начинал прогибаться и тогда в дело вступал либо Горг всаживая в кого-нибудь болт на трудном участке, либо Кость удачно бросался раскаленными головешками.

Но строй не ломался. Более того бойцы смогли подколоть как минимум троих, одного из них проткнул Флокхарт, дотянувшись до горла окропив струей крови противника первый ряд.

– Развяжите нас, развяжите нас!!! – кричали пленники.

И видимо их все же услышали и начали развязывать.

Тем временем в строю появилось еще трое раненых, что грозило отряду смертью, но видимо разбойники уже сами пожалели что напали на столь организованный отряд и не видя дальнейшего смысла в сражении их главный отдал приказ на отступление. Разбойники сразу же отхлынули.

– Они воруют наше добро! – закричал Зуб, порываясь кинуться в погоню.

– Стоять! – взревел Мартин. – Горг!..

Стрелок согласно кивнул и выстрелил в разбойников, что решили поживиться их имуществом. Одному это сделать не удалось, и он со стрелой в спине рухнул в снег.

– Проклятье… Все живы?!

– Да вроде бы…

И действительно, серьезных ран ни у кого не оказалось. Броня выдержала все рубящие удары, но эти удары были настолько сильны, что вот за целость своих костей уже поручиться никто не мог. Собственно именно эти мощные удары, словно молотами и выводили бойцов из строя.

У самого Флокхарта жутко ныло правое плечо, он не удачно контратаковал и получил рубящий удар мечом. На наплечной пластине остался глубокий резаный след и сама сталь прогнулась. Но перелома вроде бы быть не должно, рука хоть и с трудом и болью, но все же слушалась, а как говорил дядя Кастор, будь у тебя что-то сломано, ты даже пошевелиться не сможешь.

«А что случилось бы если бы на мне не оказалось брони?! – с ужасом подумал Мартин. – Отрубили бы руку к демонам!»

На рассвете окончательно подвели итоги ночного боя. Пленников не оказалось и в помине, части вооружения тоже. Видимо разбойники рассчитывали на внезапность, убить всех и спокойно разобраться с вещами и ценностями отряда сидя еще на теплых трупах поверженных противников. Но план провалился и грабители с большой дороги унесли лишь то что успели подхватить убегая.

Отряд недосчитался четырех арбалетов. Трех вещмешков с продовольствием, трех копий, половины всего трофейного оружия, всех топоров и даже котла. Остался лишь тот весь измятый, что раньше принадлежал банде Топтуна.

– Наверное, это те самые беглецы из банды Топтуна, на нас других бандитов вывели, – присев рядом с Мартином, поделился своими нехитрыми выводами Зуб.

– Наверное… – Согласился Флокхарт. Ему пришли те же мысли что и Зубу. – Хотя по всякому может статься. Может, думали, что мы сами обычные разбойники.

– Но тогда почему не поступили по правилам и не предъявили ультиматум?

– А демон их знает…

– Но есть и положительные моменты.

– Да, то, что мы живы, – согласился Мартин.

– Ну и это тоже, – ухмыльнулся Зуб. – Но я про другое…

– Про что?

– Все наши деньги при нас…

– Потому что спим с ними.

– Правильно что спим, потому ничего не украли. А после сегодняшнего и дальше будем спать. Головы как наши… так и людей Топтуна тоже все остались. Горг… подстрелил того придурка, что схватил один из мешков с головами…

– Наверное, думал, что там что-то куда более ценное.

– Да… – посмеялся Зуб. – Интересно чтобы они сделали с ними.

– Выбросили бы.

– Наверное.

– Сколько этих жмуров? – спросил Флокхарт, кивнув на валявшиеся трупы бандитов напавших на них ночью.

– На семь бронзой.

– Итого… пятнадцать бронзовых и один серебряный сингл если мы доберемся до замка со всем этим богатством.

– Даже больше чем прежде, – усмехнулся Зуб. – С учетом сбежавших.

– Действительно. Вот только оружие что мы потеряли, стоит дороже этих пятнадцати голов.

– Да… Но что делать будем?

– Око за око, зуб за зуб…

– В смысле?

– Да очень просто. Я предлагаю пойти и забрать все свое назад.

– Думаешь получится?

– Вполне…

– А оно того стоит?

Мартин пожал плечами.

«А действительно, оно того стоит? – подумал он. – Не злость ли, не обида ли ведет меня на месть?»

– Стоит, – решил Флокхарт. – Нам нужно дать понять, что с нами шутки плохи. И никому и никогда мы ничего не будем спускать с рук.

– Но их там куча народу.

– Ничего как-нибудь да управимся… Если ты конечно опять с предъявлением ультиматума не пристанешь.

– Не пристану…

Но сказать легче, чем сделать. Банда что напала на отряд спешно уходила на юг на зимовку, она и так по непонятным причинам задержалась слишком долго в то время как большинство уже пило в кабаках и веселилось с проститутками. По следам подсчитали, что в преследуемой группе от шестнадцати до двадцати человек.

Впереди разведчиком довольно часто шел Горг, он как никто другой, даже лучше чем Эльдар, умел ходить по лесу тихо и этой его способностью пользовались как никогда часто.

Охотники настигли разбойников на третий день, но напасть, а точнее скрытно приблизиться очень близко на прицельный выстрел из арбалета оказалось невозможно. Снег под ногами предательски скрипел, а звук в лесу разносится далеко.

Именно из-за этого скрипа часовые и засекли нападавших, успели подать сигнал, а главное отряд сумел быстро среагировать и защититься. Теперь это же спасший их снег играл против них самих. Кроме того три бойца окончательно разболелись и отряд мог выдать даже приглушенный чих или кашель любого из бойцов.

– Не удастся нам к ним подкрасться, – посетовал Зуб.

– Это ты к тому, что надо возвращаться? – понял направление мысли Зуба, Мартин.

– Да, демон с ними пусть уходят. В следующем году с ними разберемся. Времени у нас много, целых пять лет.

– Ты прав… У меня и того больше.

– Вот уж точно!

– Да, но не в том, что надо возвращаться, или можем разобраться в любое другое время… – проговорил Мартин.

– А в чем?..

– В том, что подкрасться к ним нам не удастся. Нужно придумать другой способ.

– Перелагаешь ломануться на них так же как они на нас?

– Это самоубийство, ты сам это знаешь. Мы поступим по-другому…

– И как же?

– Встретим их в засаде.

– Проклятье, как мы раньше до этого не додумались?!

– Но ведь додумались же!

– Но с другой стороны, где ставить засаду? Ошибемся всего на несколько метров и все бесполезно, придется начинать сначала. А мы даже незнаем, куда они пойдут.

Флокхарт достал карту, которой его снабдил граф как и верительными письмами. Водя по ней пальцем, он бормотал:

– Они последние два дня идут точно на юг, никуда не сворачивая. Так?

– Ну да…

– Значит и дальше пойдут прямо точно вот к этой тропе в засечной полосе.

– Предлагаешь идти к засеке?! Да до нее еще три дня ходу! А потом обратно сколько тащиться! У нас же просто еды не хватит на такое время, особенно если произойдет неудача и мы не сможем поживиться трофейными запасами.

– Ни в коем случае. Мы встретим их завтра днем. Хотя этот проход был бы в качестве засады более предпочтителен.

– Но они могут пройти мимо…

– Не пройдут. Тут не так много тропок. Встретим их на одной из них, нам лишь бы не ошибиться в направлении… Подъем ребята! Нам предстоит марш-бросок.

– Ночь ведь, устали…

– Успеем еще отдохнуть! Завтра, если все пройдет удачно, мы отправимся назад.

После этих слов бойцы задвигались более шустро и через пять минут все подготовились к новому переходу. Флокхарт повел своих людей на восток и стал по широкой дуге обходить ночлег неизвестной банды, что на них напала ночью и которую они преследовали.

Шли ориентируясь по звездам, Глазастый их хорошо читал, он различал даже малейшие отклонения в то время как для остальных расположение небесных точек оставалось неизменным. Стоянку бандитов обогнули по хорошей дуге, чтобы они даже случайно не наткнулись на их следы.

К утру они уже завершили обходной маневр и встали засадой возле одной из троп по которой по их расчетам должны пройти направляющиеся на зимовку разбойники. Мартин хотел отойти еще дальше и встретить врага когда наступит уже вечер и разбойники будут измотаны. Но потом понял, что они сами себя измотают в конец, да и вероятность ошибки по угадыванию тропы сильно возрастет.

– Ну вот, еще до обеда все должно решиться, – приободрил своих товарищей Мартин Флокхарт. – так что приготовьтесь и отдыхайте…

Группа приготовилась в засаде к бою и принялась ждать. Без костра на снегу лежать очень холодно, так что время от времени то один боец то другой вставали и делали упражнения, разгоняя по телу застывшую кровь.

Место для засады с точки зрения Флокхарта было просто идеальным. Тропа проходила в низине между двумя небольшими холмами, покрытые деревьями. Снегу на тропе немного, так что они должны всяко разно пройти именно здесь. Но вот беда – разбойники все никак не появлялись.

Время подошло к обеденному, а разбойники которые даже по самым пессимистическим расчетам должны были пройти здесь как минимум час назад все не шли.

– Может, мы ошиблись, Ландскнехт и они идут где-то в другом месте?

– Нет Зуб, – скорее чтобы убедить самого себя, ответил Мартин. – Им просто негде пройти кроме как здесь.

– Тогда чего они не идут?..

– Без понятия…

– Ребята уже продрогли…

– Я тоже, – Мартин показал свою посиневшую руку и попробовал сжать пальцы, но они почти не слушались.

«Проклятье, еще немного, так и из арбалета все промажем просто не в силах прицелиться от собственной тряски», – подумал он.

– Нужно что-то решать.

– Ладно Зуб, еще час и уходим.

– Хорошо.

Прошло еще полчаса, когда дозорный – Глазастый находившийся на вершине холма подал условный знак «противник».

– Идут, – прокомментировал Зуб.

– Всего два человека, – прочитал знаки дозорного Флокхарт.

– Сволочи, нашу тактику срисовали и посылают вперед разведчиков.

– Или охотников.

– Не суть важно.

– Ты прав.

– Что будем делать? Если они пройдут по ложбине чуть дальше они заметят наши следы… а мы надо признать наследили там порядком.

– Да уж, – согласился Мартин, – натоптали достаточно.

Флокхарт привлек к себе внимание всего отряда и приказал им оставаться на месте.

– А мы с тобой Зуб немного прогуляемся.

– Понял!

Вдвоем они спустились с холмика и огибая его побежали навстречу разведчикам. Остановившись, они взвели арбалеты и вложили по болту.

– Ты – валишь того что длиннее, – распределил цели Мартин.

– Хорошо.

– Тогда вперед.

Теперь охотники бежали почти не скрываясь. Снег под ногами предательски скрипел после морозной ночи и нет ничего удивительного в том что их заметили еще на подступах. Разбойники сначала решили принять бой тем более что противников тоже всего двое, но потом они поняли свою ошибку когда нападавшие вдруг остановились уперли свои щиты в землю и положили на них арбалеты, слишком уж знакомый и зловещий жест. Тогда они взглянув друг на друга синхронно рванули обратно.

Раздалось два сухих щелчка и два болта сбили разбойников.

– Еще два бронзовых… – подсчитал Зуб. – А куда это наш бронзовый сингл побежал?..

К досаде Мартина его жертва вскочила и с болтом в плече припадая к земле продолжила убегать.

– Стой сволочь, не уйдешь! – побежал он за своей целью.

Ему никак нельзя было выпустить разбойника обратно в ложбину иначе они сильно наследят и те что пойдут вслед за ними по суматошным следам быстро поймут что здесь находится засада. Как ни старался Мартин но догнать разбойника не получалось, тот хоть и ранен но бегал довольно резво.

Оставалась всего сотня метров до того момента когда беглец выскочит и те что пойдут вслед за ними смогут еще издали заметить эту сумятицу со следами так что это нельзя будет скрыть.

К счастью его жертва споткнулась о скрытый снегом камень и, Мартин в два счета нагнал его и снова свалил на землю, придавив своим телом. После чего со всей силы врезал в лицо тем самым оглушив. Вставив ему в рот кляп, поволок обратно.

– Зачем ты его оставил? – связывая беглеца, спросил Зуб.

– Чем больше живых пленников, тем лучше…

– Оп-па, нам нужно поспешить…

Мартин уже и сам видел, что Глазастый подает новые знаки. На этот раз шла вся банда в семнадцать человек. Разбойники медленно втягивались в ложбину идя прямо по следам своих разведчиков, о чем-то переговариваясь. По довольным рожам стало ясно почему их не было так долго, по всей видимости обед они устроили себе несколько раньше.

«Это даже лучше, – решил Мартин. – На сытый желудок драться не слишком удобно».

Было ли это так на самом деле или он просто делал себе самовнушение чтобы чувствовать себя увереннее, он и сам не знал.

Когда разбойники вошли в оптимальную зону поражения, Мартин встал во весь рост поставил щит и положил на него свой арбалет, тем самым давая остальным сигнал к действию. В тот же момент среди снегов поднялось еще четыре фигуры и повторило его движение кроме Эльдара, ему лук на щит класть незачем, тем более что и щита нет.

Раздался щелчок арбалета, а за ним разрядились все остальные. Четыре фигуры в шайке повалилось на снег, две стрелы прошло мимо.

– В атаку!

Все бойцы бросились вниз навстречу врагу. Эльдар также сбежал вместе со всеми, но при этом успел выстрелить еще трижды почти в упор сбив еще двоих. Не бездействовал и Камень, он также на ходу произвел несколько метаний и один из разбойников откинулся назад с отметиной на лбу.

– Второй ряд, бросайте копья!

Уже почти сблизившись, лоб в лоб полетели пять копий, снизив численность противника еще на три человека. В итоге против двенадцати бойцов отряда Флокхарта осталось лишь одиннадцать разбойников. Остальные были либо убиты, либо ранены. В общем все получилось как надо и впереди их ждал честный бой один на один.

В ответ тоже полетело три копья, но они не достигли цели, врезавшись в щиты, а одно вообще пролетело поверх голов. Тренировки с этим метательным снарядом у разбойников не было никакой, отсюда и нулевой результат.

Началась драка. Отряд Мартина стоял привычным и хорошо отработанным строем в две шеренги. Во второй шеренге стояло только три человека: два копейщика и лучник. Последний отстреливал всех, кто хотел обойти строй с флангов и поразил двоих. Копейщики также не отставали и подкололи еще столько же. Это не осталось незамеченным и оставшиеся разбойники отступили, а потом и вовсе бросились бежать петляя, изо всех сил уходя вверх по склону.

Эльдар стрелял до тех пор пока имелась хоть какая-то надежда попасть и подстрелил еще одного и тот повалился в снег.

– Все целы?

– Да Ландскнехт, только мне ногу порезали… – пожаловался Нос.

– А мне руку, – отозвался Хребет…

Еще несколько человек доложили о своих ранениях. Но они как и перечисленные ранее оказались несерьезными и лечились достаточно быстро обычной обмоткой. Глубокие раны прижигались – вот и все лечение.

Подсчитали трофеи.

– Твой план полностью удался Ландскнехт, – пришел с докладом Зуб. – Все свое мы вернули, в том числе почти всех беглецов. Убежал только Топтун с еще двумя уродами. В итоге вместе с теми двумя разведчиками у нас двенадцать бронзовых синглов из которых четверо смогут идти сами.

– А к ним прилагается еще один серебряный.

– Точно! А еще из трофеев два кошеля меди и один серебром! У нас куча денег!

– Все-таки должен отметить, что нам невероятно везет.

– Ничего подобного, – отмахнулся Зуб, – хотя на первый взгляд действительно можно так подумать. Просто это хорошая организация проведения боевых операций, чего нет у наших бывших коллег. Кроме того, мы легче, быстрее, лучше защищены и старики слишком самонадеянны, когда видят перед собой бывших щенков…

– Это точно. Ну что же, давайте лечиться, да пойдем обратно, получать свои честно заработанные деньги и на зимовку.

– Это мы мигом! А может быть, тех засранцев еще изловим?! Они вряд ли далеко уйдут без припасов! Мы сможем их легко догнать и перебить в засечной полосе!

– Не стоит искушать судьбу Зуб. Тем более будет даже неплохо, если о нас узнают там за пределами графства.

– Это чем же хорошо? – не понял он.

– В следующем году может быть меньше разбойников сюда сунется, прослышав об отряде который две банды уже подчистую разгромил. Кто-то обязательно несколько раз подумает, прежде чем сюда соваться.

– Думаешь, что кого-то остановит то, что здесь орудует отряд охотников за головами из двенадцати человек, большинству из которых еще не исполнилось и восемнадцати лет?!

– Такая информация, конечно же, никого не остановит, но ты забываешь об одном свойстве слухов, историй гуляющих из одного кабака в другой поведанные поддатым окружающим доверительным тоном так же уже порядком охмелевшими рассказчиками.

– Это о каком же?

– Всякий слух проходя из одних уст в другие обретает массу подробностей которых не было и в помине, а реальные вещи гипертрофируются в совсем уж чудовищные масштабы. Уверен, что к концу зимы из дюжины человек мало-помалу наш отряд превратится в дикую сотню и будут в нем не юнцы шестнадцати-восемнадцати лет отроду, а здоровые мужики с пудовыми кулаками и железными лбами способные одной рукой сворачивать шеи врагам своим, поедающих печень своих поверженных противников не знающих пощады и тому подобное. Вплоть до того, что боевые колдуны у нас есть… Людская молва весьма изобретательна.

Зуб и все остальные уже откровенно смеялись, представляя себя в расписанном обличье. Многим это явно льстило.

– Хотя конечно излишняя мифологизация нам тоже ни к чему. Таким россказням, как и сказкам не поверят, и все равно попрутся в лес грабить честных купцов, но все же, все же…

До родового гнезда барона Херд отряд добрался довольно быстро всего за четыре дня. Спешить есть от чего. Отряд чуть не лишился одного бойца – Свинца, тот в конец разболелся, поднялся сильный жар и он уже не мог передвигаться самостоятельно, так что больного пришлось нести буквально на руках, соорудив волокуши.

К концу пути еще трое разболелись настолько, что едва дошли самостоятельно и слегли уже в замке, но баронский врачеватель к счастью знал свое дело отменно и они скоро пошли на поправку. Даже самый больной мог уже передвигаться самостоятельно через неделю горячки.

А когда отряд появился у ворот замка, стражники так перепугались вооруженных людей, что даже подняли тревогу и опустили кованую решетку, закрывая вход. Но потом все же довольно быстро разобрались и капитан стражи повел их в нижнюю залу где их принял сам барон.

– Двадцать бронзовых и два серебряных?! – не поверил барон сэр Херд.

– Так точно ваша милость, – кивнул Мартин. – Именно столько граф обещал заплатить за пойманных пленников. По бронзовому синглу за голову и еще один серебряный если приведем в течении пятнадцати дней десять пленников. Мы выполнили задание лорда и в том или ином виде привели двадцать человек.

Флокхарт отлично видел что барон не хочет расставаться с деньгами, но договор с графом однозначен и толкованию не подлежал.

– Ладно, я заплачу вам, – наконец выдавил из себя барон.

– Благодарю вас, ваша милость.

– Что намерены делать дальше?

– Отправимся в Порт-Брум и зазимуем.

– Может, останетесь здесь?

Барон явно хотел вернуть обратно себе деньги, взяв их в качестве платы за еду и предоставленный кров. А то и подзаработать еще.

– Благодарю вас, ваша милость, но мы хотели бы побывать в Порт-Бруме.

– Дело ваше…

Барон все-таки выжал из них пять серебряных за лечение и еду, так что сомнений в том что надо отсюда уходить ни у кого не осталось. Иначе так можно совсем без денег остаться, да еще и в долги по самые уши залезть!

Появившиеся в полном вооружении люди в таверне с гостиницей на втором и третьем этаже в вечернее время сильно напугали хозяина заведения. Он уже решил, что разбойники настолько сильно обнаглели, что начнут грабить прямо в центре городе, никого не стесняясь. Но все вскоре разъяснилось и, владелец быстро понял, что у него появился весьма стабильный источник дохода в «мертвый сезон».

Молодые люди исправно платили за жилье, стол и кров. Правда содрать по высшей ставке их не удалось но и то что он получал являлось весьма значительной суммой. Это не считая тех комиссионных что он получал с ночных девочек которыми постояльцы весьма охотно пользовались почти каждую ночь. Вот только на вине как рассчитывал хозяин таверны заработать, сильно не удалось. Молодежь не приученная к вину быстро пьянела, и потому много выпивать не успевала.

– Подъем пьяные свиньи! – закричал однажды Флокхарт, после небольшой прогулки по городу, что развеяло у него в голове пьяный туман и вернуло способность соображать, увидев живописную картину на второй месяц пребывания в городке.

Его бойцы лежали кто где. Кто уткнулся мордой в салат и мирно посапывал, кто лежал совсем под столом, кто пьяно требовал еще вина…

– Бардак…

– В чем дело, командир?.. – заплетающимся языком поинтересовался Сухой.

– Посмотрите в кого вы превратились!

– А в кого мы превратились?.. – поинтересовался уже Нос.

– В грязных свиней, вот в кого! Пьете, жрете, баб тискаете!

– А чего еще делать?..

Бойцы его искренне не понимали. В их глазах читался немой вопрос, чего это так разгорячился их атаман? Но все оказалось просто. Мартин видел что его отряд превращается в стадо засранцев, они вели себя также как обычные бандиты спускающие в трубу все свои деньги, а точнее деньги ощипанных купцов.

Надо сказать, что Флокхарт сам не сильно отличался от своих бойцов в первый месяц, тогда и он не удержался от жуткого загула. Но сегодня протрезвев он понял что так дальше жить нельзя. Боеспособность отряда быстро падала, о дисциплине уже и говорить нечего, вечные потасовки, разве что не доходило до поножовщины. Еще немного и они просто отбросят копыта навернувшись по пьяному делу с лестницы, захлебнутся блевотиной или окажутся убитыми в какой-нибудь банальной поножовщине если не между собой, то с местным населением, которое также в выходные дни приходило испить чурку другую вина и чего покрепче.

Чуть позже на память пришло очередное изречение дяди Кастора, насчет того, что плох тот командир, солдаты которого бездельничают.

«Солдаты должны быть всегда заняты, – говорил он вышагивая вдоль строя. – Иначе это не солдаты, а банда ублюдков».

«А они у меня не только бездельничают, а еще и пьют и девок городских гоняют, так что их чуть на вилы оскорбленные отцы семейства не сажают, едва отбивать удается…» – горестно подумал Мартин, оглядывая свое воинство.

Инциденты в городе удавалось пока улаживать миром, выплачивая откупные, на что они уже потратили пять золотых. Но ведь, как известно чем дальше, тем больше…

«Значит им нужно найти занятие! – просветлел Флокхарт. – И я им такое устрою!»

– Посмотрите на себя! К концу зимы вы и меч-то поднять не сможете! Не говоря уже о том чтобы за кем-то охотиться! Живо на улицу!

Отряд отмахнулся от слов своего командира, кто-то даже его далеко послал, и повалились обратно туда, где только что лежали, а кто-то так и не вставал и даже не садился.

– Ну что ж, я вас все равно заставлю протрезветь, – пообещал Мартин.

Флокхарт позвал двух дюжих молодцов работавших у хозяина таверны разнорабочими и, щедро заплатив им по бронзовой монете, попросил ему помочь. Вместе с ними он выбросил своих людей на мороз, прямо в сугробы.

– Командир, ты изверг! – закричали бойцы выскакивая из снега, пытаясь пробиться обратно в тепло помещения, но путь им преградил сам Мартин с работниками. Они без особого труда отбивали пьяных охотников за головами обратно на снег.

Поняв что просто так им не пробиться бойцы стали действовать совместно пробуя строить тактические планы.

– Уже лучше, – хвалил Мартин, отбивая одного за другим вместе с вышибалами вошедших в раж.

Бойцы также озверели и смогли таки пробить оборону и ворваться в таверну. Все бросились к камину, дрожа от холода до стука зубами в надежде отогреться. Отогревшись, они стали выглядеть куда как презентабельнее.

– Ну вот, – удовлетворенно кивнул Мартин.

– Что «ну вот»? – огрызнулся Зуб.

– Теперь на вас можно смотреть без того, чтобы сдерживать рвотные позывы. С этого дня у нас новый распорядок дня… С утра – пробежка до… до старой мельницы и обратно…

– У-у-у!!! – возмущенно заревели бойцы.

Оно и понятно, неизвестно по какой причине, но полуразрушенная мельница почему-то стояла отдельно от городка, когда-то бывшего обычной деревней, и довольно далеко: километрах в десяти. И это по сугробам да по канавам.

– Это еще не все.

– Что?!!

– Именно! После обеда, если вы конечно сможете вернуться до обеда… и пообедать, тренировочные занятия в роще за городом до самой темноты.

– О-о-о!!!

Этот возглас тоже можно было понять. Зимой хоть и рано темнеет, но как минимум три часа занятий всем обеспечено.

– Вот так-то. А то пьянствуете тут… мы и так уже потратили треть всех своих денег и если так пойдет дальше, то хозяин нас выгонит еще до весны как неплатежеспособных.

Поскольку к такому поведению он также приложил руку Флокхарт сам наравне со всеми побежал первые десять километров. Дались они ему ничуть не легче чем остальным, при том, что бежали они налегке. Особенно тяжелы оказались последние пять когда пришлось практически идти пешком, поскольку бежать в снегу доходившему до колена просто невозможно, хоть он и рыхлый.

После сытного обеда и короткого отдыха они вновь побежали в лесок уже с оружием, чем немало перепугали прохожих. Здесь продолжились тренировки строю и фехтованию, а также оттачиванию меткости в стрельбе из арбалета.

Они так разошлись, что порвали тетивы и их пришлось заказывать у местного кожевника. Это стоило денег, но Мартин решил, что лучше уж потратить деньги на оружие и повышение боеспособности, что в дальнейшем принесет им деньги, чем на выпивку, которая никаких дивидендов не принесет, а лишь только проблемы в виде опухшей рожи, боли в голове и порчи внутренностей.

Такими крутыми мерами Флокхарту удалось остановить безудержное пьянство своих людей, даже гулящих девушек они и то стали приглашать меньше, уставая за день так что ничем другим уже заниматься просто не могли. Даже болезнь не считалась достаточным основанием для пропуска занятий, по крайней мере, умственных.

Поскольку до ночи еще оставалось довольно много времени, Мартин нанял городского учителя и заставил своих людей в обязательном порядке обучаться грамоте. Учился и сам.

Дисциплина была восстановлена, боеспособность поднята, что не очень нравилось хозяину таверны, доходы которого резко упали. Бойцы теперь пили только пиво или очень сильно разбавленное водой вино, которое практически не пьянило.

День ото дня нагрузки становились больше и к концу месяца к мельнице бегали уже в полной боевой выкладке в том числе и со щитами и с мешками с песком имитирующих провизию. Довольно часто за ними увязывалась ребятня, но она отставала на полпути, зато в роще от них никуда было не скрыться и они повторяли все приемы бойцов отряда, так что приходилось их разгонять.

Молодыми людьми ведущий странный образ жизни, да еще при деньгах, заинтересовались местные уже добропорядочные девушки, так что вскоре хозяин таверны себе кусал локти от того что его доходы уменьшились еще и от отсутствия комиссионных за предоставление девушек легкого поведения. Но тут он ничего поделать не мог. Пытался повысить цену за проживание и еду, но быстро понял свою ошибку после того как отряд три ночи подряд не появлялся в таверне, так что даже скидку пришлось делать что бы бойцы вернулись обратно.

Внимание местных девушек в свою очередь принесло новые проблемы. Местные парни собрали свой отряд числом втрое превышавших охотников за головами и попытались объяснить кто здесь хозяин. Бились на кулаках, но численное преимущество не принесло местным победы не в последнюю очередь благодаря Горгу ходившего с замотанным лицом, хотя охотникам так же изрядно досталось и весь следующий день они залечивали раны, не думая ни о чем другом.

Бойцы под конец даже поблагодарили своего командира за то что он заставил их отлучиться от всех тяжких, понимая что действительно очень быстро бы загнулись от такой развеселой жизни, хотя изучать грамоту они по-прежнему не хотели, не видя в ней никакого смысла и старались всячески от этого занятия увильнуть, жалуясь что у них уже голова от всех этих закорючек пухнет…

– Ничего, потом тоже спасибо скажете… а пухнет она потому что знаниями наполняется.

Под конец прошлой зимы Уайтхорсу повезло и он нашел таки банду главарем в которой являлся простолюдин и в этой банде имелся-таки человек обладающий Силой. Хотя надо сказать, что маг просто не мог поверить в то, что бандюга с такой изначально звериной рожей мог стать великим воином и тем более императором Форготта! Скорее уж этот разбойник мог стать великим воином армии архимага Лессинга по завоеванию королевств. Но если это все же правда, то что же за порядки будут в империи?!!

«Если уж ему предначертано стать императором то пусть станет! – мысленно смеялся Уайтхорс. – Это нам только на руку. Империя просто загнется под таким императором!»

Но приказ архимага оставался приказом, который следовало выполнить и этого главаря стоило изничтожить. Хотя обладатель Силы, так же не инициированный, и с хорошим потенциалом (как его только королевские маги не нашли и в свою Школу не определили?!) мог бы стать его учеником, но раз убирать, то убирать всех.

Маг справился с этой задачей блестяще. Когда отряд отправился на дело, то проезжал возле скалы. Лучшего способа просто и придумать трудно. Уайтхорс буквально взлетел на скалу, обогнав отряд и когда разбойники проезжали под ней небольшим магическим усилием вызвал сильный камнепад.

Весь отряд буквально смело в овраг. Люди, кони переломали себе все кости, выжить не удалось никому. Хотя как этого и ожидал маг, обладатель Силы держался дольше всех, но и он испустил свой дух, когда Уайтхорс отнял ее у него, пополнив свои растраченные на завал запасы энергии.

Через неделю попался еще один отряд, но в нем главарем был какой-то безземельный барон решивший промышлять разбоем. В его отряде тоже имелся обладатель Силы.

«Вот так всегда, – подумал Уайтхорс. – То пусто, то густо…»

И хотя в пророчестве мага Второго легиона говорилось, что главарь должен быть простолюдином магистр убрал и этот отряд, выведя на него стражу. Зарубили всех. В конце концов дворянин мог погибнуть и главенство перешло бы к какому-нибудь простолюдину и тогда пророчество могло исполниться. Такой ошибки или оплошности он допустить не мог.

После этих случаев Уайтхорс связался со своим учителем, чтобы сделать доклад и запросить дальнейших инструкций.

– Архимаг я выполнил ваше задание. Я уничтожил два отряда в которых находились люди обладающие Силой.

– Хорошо. У тебя лучший… да что там лучший у тебя пока единственный результат. Остальные, меньше половины, смогли найти себе только учеников. А как у тебя с этим делом?

– Пока никак архимаг…

– Ищи ученика Уайтхорс… и не забывай об основном деле. Даже если найдешь ученика, все равно продолжай поиски отрядов с человеком обладающего Силой.

– Я понял Архимаг.

– Хорошо…

Архимаг Лессинг прервал связь, оставив Уайтхорса несколько разочарованным. Он хотел найти ученика и сразу же вернуться в Башню архимага для дальнейшего познания Силы, повышения своего мастерства, но как видно не судьба.

И снова поиски, снова изнурительные путешествия из города в город из деревни в деревню. Под конец лета он нашел таки себе ученика в какой-то глухой деревне в которую маг попал совершенно случайно. Именно потенциального мага, а не колдуна который после нескольких десятилетий учебы и практики сможет сам поддерживать свою жизнь собственной Силой, а не загнуться как дешевый колдун от старости.

Парень лет пятнадцати по имени Тамп сразу согласился стать спутником магистра Уайтхорса как только узнал что обладает Силой и маг может помочь ему раскрыть свою сущность и сделать его если не великим, то очень сильным магом.

Купить его пришлось на вполне приземленные страсти (как купили когда-то самого Уайтхорса):

– Тебе будут подвластны стихии мира, – увещевал адепт Тьмы паренька, показав пару весьма впечатляющих, но ничего не значащих фокусов. – Ты сможешь иметь все что захочешь, богатство, самые красивые женщины мира… они будут твоими стоит лишь тебе поманить их пальцем.

Последним маг попал в точку, парень не пользовался популярностью у девушек и не имел каких либо других достоинств вроде обширной мускулатуры или богатых родственников. И это только сильнее передвинет его на сторону Тьмы… да именно Тьмы. Теперь Уайтхорс точно мог разделить всех магов на две эти части Свет и Тьма не чувствуя никакого внутреннего сопротивления от того что он стал Темным магом и даже наоборот он ощущал от этого даже некоторый внутренний подъем!

Но зато какая аура у этого парня! Уайтхорс сам позавидовал бы ей, будь у него такая аура в самом начале его ученичества, когда его почти вот так же нашел архимаг Лессинг.

Лишь позже мальчишка поймет, что все богатства мира, женщины и прочие безделушки станут лишь пеплом и пылью, ничем по сравнению с достижением абсолютной Силы, истинного могущества. Сейчас он этого просто не поймет, а потому темный маг вербовал его на более понятных и доступных его скудному разуму вещах.

И снова зима. Уайтхорс успел вновь обойти все королевство по своему прошлогоднему маршруту, где встречался со своими агентами. Но ничего интересного, по крайней мере, по делу они рассказать не смогли. Каждому он выдал по золотому в качестве верности и продолжал путь.

В дороге он обучал своего ученика Тампа основам магии, теории, и некоторым безобидным фокусам, чтобы он видел результаты своих усилий и не прекращал занятий, сам жаждал учиться, но для этого ему пришлось основательно потрудиться, обучив его грамоте.

Вот очередной городок северный городок под названием Ваерсонберг. Сюда они добрались, когда уже сильно примораживало. Попутчики жаловались на преждевременный холод, но Уайтхорс этому только улыбался, так как ранняя зима означала лишь то что архимаг начинает разворачиваться в полную силу подготавливая площадку и условия для будущей Большой войны! Все будет выглядеть естественно и Светлые маги даже не сразу разберутся, чьих это рук дело!

– Учитель, можно я пойду с вами? – попросил Тамп.

Уайтхорс действительно собирался в город на очередную встречу со своим еще прошлым летом завербованным агентом. В этом городишке их было трое и желательно поговорить со всеми за одну ночь, чтобы уже утром вновь отправится в дорогу, так как зима не являлась причиной, чтобы останавливаться.

– Ладно, пойдем… заодно попробуешь найти какого-нибудь обладателя Силы.

– Учитель, вы хотите взять еще учеников? – ревниво спросил Тамп.

– Нет, просто это будет твой урок, чтобы не шатался по городу без дела. Что касается набора учеников, то можно, некоторые мои собратья могут и не найти достойной смены…

Уайтхорс вместе со своим учеником вышел из постоялого двора и направился на другую окраину города, вплотную примыкающую к тесным улочкам трущоб. Он легко нашел нужное ему заведение под названием «Свиное ухо». В подобных заведениях собирался самый отъявленный народец, в основном воры, но попадались и убийцы.

Нужного человека он не нашел, потому Уайтхорс подошел к бармену, чтобы спросить о своем агенте, где того можно найти, поскольку как он знал – бармены самый осведомленный народ о своих постоянных клиентах.

– Вина, – сделал заказ маг.

– Какого?

– Можно подумать у тебя есть какие-то сорта? – криво улыбнулся Уайтхорс.

Бармен был тертым калачом, но от такого голоса и холодного взгляда у него по спине побежали мурашки и он поспешил наполнить кружку вином. Сортов здесь действительно не было, да и то что выдавали за вино таковым и не являлось вовсе. Так, перекисшая брага…

Маг взял протянутую кружку и, положил вдвое больше чем требовалось, спросил:

– Где-то тут должен быть мой старый знакомый Кергон Острый глаз…

– Я не знаю такого… – поспешил ответить бармен, затянув свою традиционную для всех барменов тянучку «никого-не-знаю-никого-не-видел-и-отстаньнте-от-меня».

Оно и понятно, слишком болтливого бармена могли прирезать недовольные его болтовней посетители, о которых он собственно говоря и болтает лишнее.

– Врешь… – маг перехватил руку бармена схватившего деньги и силой сжал.

Страх в глазах бармена стал совсем уж диким, а как иначе, если все рука начала быстро холодеть, превращаясь в безжизненную культю которой и пошевелить-то нельзя.

– Я правда не знаю где он! – вскрикнул он, так что на него покосились из зала.

– Хорошо… Кто знает?

Бармен скосил глаза, пояснив:

– Вот тот в зеленой шапке… его зовут Змеем… они всегда работали вместе…

– Спасибо, а это тебе за неудобства…

Уайтхорс бросил на стойку бронзовый сингл самого крупного достоинства.

– Змей? – скорее утвердительно произнес маг, подойдя к одному из посетителей кабака.

– Ну… допустим… – неохотно кивнул он после некоторого раздумья. – Чего надо?

– Мне сказали, что ты знаешь где может находиться некто Кергон Острый глаз.

– Тот, кто сказал у того и спрашивай.

Змей попытался встать, но Уайтхорс его остановил, припечатав обратно к табурету, просто положив тому руку на плечо. После чего бросил на стол серебряный сингл.

– Дам золотой…

– Так кто вам нужен?! – сразу же оживился Змей. – Я не сразу расслышал…

– Понимаю, – усмехнулся Уайтхорс. – Мне нужен Кергон…

– Боюсь вас огорчить господин, но с Острым глазом уже никто кроме богов или демонов, тут уж как ему повезло, встречаться не может. Повесили его… поймали стражники на месте с поличным и после суда на площади вздернули! – с какой-то радостью сообщил Змей.

– Понятно…

Да… такое с ним случилось впервые. Уайтхорс собрался уходить, чтобы навестить других агентов, если конечно с ними тоже не случилось какая-нибудь фатальная неприятность сходная с Острым глазом.

– Может я могу чем-то помочь господину? – поспешил спросить Змей, чувствуя, что можно неплохо заработать.

– Посмотрим, может и можешь… – кивнул маг, возвращаясь обратно на табурет. – Мне нужно знать о любых странностях, что произошли в этом городе или где-то поблизости. Если еще конкретнее то о человеке который собирает отряд… Если я решу что твои слова правдивы и достойны моего внимания и потраченного времени, то ты получишь еще три золотых.

Змей аж облизнулся от названной суммы за какие-то слухи и начал вываливать все подряд, но Уайтхорс нетерпеливо махал рукой показывая что его не интересуют слухи ни о любовных похождениях местной знати, ни о их заказах на устранения конкурентов и соперников по бизнесу и просто неугодных и многого прочего, повторяя:

– Не то. Что еще?..

– Даже не знаю господин… – озабоченно пробормотал Змей лихорадочно вспоминая слухи, как его взгляд упал на одного из разбойников. – Может быть вас заинтересует это…

– Ну?

– В северном графстве Левертон объявилась странная группа.

– И чем же она странная?

– Тем что раньше сама занималась разбоем, а теперь охотятся за своими бывшими собратьями! Граф их как-то переманил на свою сторону или после поимки и суда просто заставил работать на себя, последнее предположение я думаю верно более всего. Вон видите того со шрамом на руке?

– Вижу…

– Один из немногих уцелевших! Всю их банду искрошили какие-то сопляки, которым и двадцати-то нет! Чем не странно?!

– И чем же?

– Ну если верить им, то у этих крыс… отличное вооружение, и они дерутся строем!

«Армия!» – возникло в голове Уайтхорса слово.

– Сколько этих молодчиков?

– Неизвестно… Эти уцелевшие разное болтают. Кто говорит, что с полсотни, кто говорит, что от целой сотни отбивались. В общем, позориться не хотят. Я так думаю, было бы этих позорных крыс сотня, из них бы никто не вырвался…

– Это точно.

– Ну как, я заработал свои золотые?

– Держи…

Маг бросил на стол честно заработанные вором монеты, но те исчезли так и не ударившись о столешину. Вор поймал деньги на лету и неуловимым движением запихнул куда-то под свой рваный и потому казавшимся необъятным балахон.

– Кого мы ищем, учитель? – спросил Тамп, после того как маг подозвал своего ученика.

– Ты нашел обладателя Силы?

– Тут никого нет…

Магистр проверил, действительно только обычные люди, а значит, Тамп пока не юлит, не желая иметь под боком соперника.

– Учитель…

– Конкретно никого…

И Уайтхорс рассказал своему ученику все признаки воина, будущего короля королей.

– Мы пойдем на север, искать этот отряд охотников за головами? – спросил Тамп.

– Скорее всего… Он наиболее полно отвечает пророчеству… Молодые, дерутся строем точно армия… Армия… Неизвестно только есть ли среди них обладатель Силы… этого простые смертные нам поведать не могут.

Отряд Флокхарта уже ужинал после тренировки когда Мартин снова увидел нового жителя городка. Он приехал в город неделю назад, что называется с оказией на телеге возившую за перевал мороженую рыбу, которой славился только Порт-Брум. Пришелец занимался тем, что развлекал местных жителей разными фокусами. Которые первые несколько дней проходили на ура, но потом интерес к этому искусству стал падать, тем более что за то чтобы его смотреть, следовало платить деньги, которые зарабатывались тяжким трудом и, потому никто не собирался выкидывать их на ветер.

Когда услуги фокусника окончательно оказались невостребованными, новичок перешел к разновидности азартных игр – наперстки. Гонял шарик под тремя скорлупками от орехов.

Парень сидел за столиком в окружении человек шести рыбаков. Оттуда доносился тихий, даже вкрадчивый голос фокусника:

– Смотрим, смотрим шарик… Вон он здесь, а вот он тут, где сейчас он будет?..

Мартин знал, что сейчас совершаются быстрые движения руками и шарик буквально мелькает под скорлупками. Сам он ко всем азартным играм проявлял безразличие, а вот пара его парней на этом сильно погорела, проиграв в обшей сложности три серебряных медью и продули бы больше не останови он их на пару с Зубом, который также прохладно относился к азартному развлечению.

– Здесь! – ткнув пальцем в одну из скорлупок, сказал мужик не дюжих размеров.

– Точно?! Может быть, вы передумаете и покажете на другой?

– Нет! Здесь шарик, в центре, давай открывай! – грохнул распаленный прошлыми неудачами мужик.

– Хорошо…

Фокусник медленно поднял скорлупку, но никакого шарика там понятное дело никто не обнаружил.

– Вот он. – Сказал фокусник и достал шарик из под левой скорлупки перевернув правую пустую, показывая шарик честному народу.

– Желаете еще? Ставите медяшку, получаете бронзовый. Ставите бронзовый получаете серебряный… Ставите серебряный, получаете золотой…

– Да ты обманщик! Клянусь богом грома и молний Сертаном Громовержцем это так! Я же тебя помесь макрели с черепахой вот этими руками на части порву! – тяжело дыша, воскликнул бугай, местный житель Порт-Брума по прозвищу Гребец, вскочив из-за стола. Руки у него действительно что лопаты. – На одну ногу встану, а другую выдерну!

Гребец владелец двух баркасов, один из самых состоятельных людей Порт-Брума уже потерял пять серебряных синглов. Фокусник поначалу дал ему выиграть два бронзовых на свои медные монеты как и было заявлено медь на бронзу, бронзу на серебро, а серебро на золото, и когда тот что называется заглотил наживку вытянул из него не только свои деньги но и дополнительно пять монет.

В общем даже Мартину было понятно, что фокусник действует старым проверенным методом не оставляя никому шанса на победу, и неясно только почему остальные этого не понимают и продолжают играть в беспроигрышную игру… для фокусника.

Гребец схватил фокусника за грудки и отшвырнув стол поднял его над полом одной левой рукой, так что тот не касался досок ногами.

– Я же тебя сейчас по стене размажу! Клянусь демонами глубин!

– Ох, силен мужик, – почти восхищенно обронил Толстый.

Судя по выражению лица фокусника, он был очень напуган, но почему-то Мартин подумал, что у парня есть пара способов, как избегать таких неприятностей как размазывания себя по стене. Иначе бы его уже давным-давно размазали.

– Отдавай деньги глиста акулья! – шипел Гребец, поднимая парня все выше и выше.

– Какие деньги уважаемый?!

– Ах ты выродок!

Гребец стал обшаривать своего пленника, но к своему удивлению денег в ожидаемом месте, куда как все видели фокусник клал выигранные деньги, не нашел.

– Отдавай деньги!

– Но у меня нет денег, уважаемый! Я бедный путешественник…

Договорить ему не дали. Гребец вообще был из тех, что не любят долго говорить и, фокусник полетел к противоположной стене. За ним отправился проигравшийся бугай под смех своих товарищей, которые также проиграли немало медяков и теперь жаждущих поквитаться с фокусником хотя бы руками Гребца.

– Отобьем парня? – предложил Мартин, чувствуя, что на этот раз добром все не кончится.

Гребец разошелся по настоящему и от простых угроз, которыми сыпали все проигравшиеся, он перешел к делу.

– А зачем? – спросил Камень.

– Вот именно, – согласился Зуб. – Сжульничал, пускай получит свое…

– Прикончат…

– Ну и хрен с ним.

– Вообще-то он не жульничал, – вставил Эльдар.

– То есть? – удивился Глазастый.

– Если вы имеете ввиду что он в последний момент зажал шарик между пальцами, оставив скорлупки пустыми, то это не так. Можете мне поверить…

Эльдару поверили, зрение у него хоть куда, даже Глазастый порой не мог разглядеть того что видел лучник, и от его глаз не могла укрыться ни одна мелочь незаметная для других.

– То есть все честно?

– Не знаю… Бугай в последнем случае прав. Шарик должен был находиться под той скорлупкой что он указал, но его почему-то там не оказалось. Но это не жульничество в прямом понимании этого слова. Тут что-то другое…

– Ну так что, будем отбивать или подождем пока ему все кости переломают? – снова спросил Мартин, кивнув на фокусника, который уже несколько раз отлетал то к одной то к другой стене и на его губах уже появилась кровь.

Похоже фокусник не мог ничего сделать для своего спасения, даже если у него и имелись в арсенале способы. Слишком плотно его взяли в оборот.

– Пожалуй, стоит отбить, – кивнул Зуб. – Лишнее внимание к таверне со стороны стражи нам совсем ни к чему.

Фокусник грохнулся рядом со столом, за которым сидел отряд охотников за головами и к своей жертве вновь медленно приближался Гребец.

– Урою гниду!

– Ладно уважаемый, порезвились и будет, – встал из-за стола Флокхарт.

– Не лезь не в свое дело, щенок! Он сжульничал и ответит за свой обман.

– Ты хочешь отправиться на галеры за убийство? – поинтересовался Флокхарт.

– Какое убийство? – опешил Гребец.

– Которое сейчас произойдет. У тебя ведь силищи не меряно. Зашибешь по случайности из-за каких-то пяти серебряных и на пять лет каторги.

– Но он обманул!

– Но ты ведь знал что эта игра… не совсем честная, наверняка знал, по крайней мере, должен был об этом слышать и все равно сел играть. Решил испытать богиню удачи, а вот ей могло не понравиться, что ее по поводу и без повода испытывают и решила тебя наказать. Тебе как больше нравится, чтобы удача тебе сопутствовала в игорном деле или в твоем ремесле, вытаскивая из водных пучин во время урагана, и посылая рыбу в сети.

Мартин ударил по самому слабому месту рыбаков – веру в судьбу, в удачу и как увидел, он попал в яблочко.

– Ну… – неуверенно замычал Гребец. К богине удачи Альмане он относился со всем почтением.

– Вот серебряный, как некоторую компенсацию за моральный ущерб от того, что ты не сможешь его помучить еще и на этом расстанемся. Как тебе такое предложение?

Драться с этими рыбаками Мартину не хотелось. Подобная драка легко могла закончиться поножовщиной и отряд мог серьезно поредеть, поскольку его бойцы сейчас без защиты в одних лишь стеганых поддоспешниках заменяющих им куртки.

Видимо слова Флокхарта все же задели рыбака за живое и он схватив со стола серебряный сингл и злобно взглянув на фокусника ушел из таверны, решив что с этими странными ребятками лучше не связываться. Доподлинно ведь известно что они бывшие грабители с большой дороги и вот теперь сами ловят себе подобных, во что плохо верилось, однако ж городская стража их не трогала, а значит все могло быть правдой и в случае чего придется иметь дело с графом который этих ребят и нанял на свою службу. Чтобы выглядеть победителем Гребец обернулся в дверях, бросив на последок фокуснику:

– Лучше тебе не попадаться мне на глаза, помесь собаки с жабой…

– Как тебя зовут парень? – спросил Флокхарт фокусника, приглашая его за стол, помогая ему подняться с пола.

– Какое вам до этого дело?!

– Но-но! Поубавь гонору-то, – с угрозой в голосе посоветовал Зуб. – Тебя тут понимаешь от смерти спасли, выкуп заплатили, за свой стол пригласили, а ты тут еще гонор будешь свой показывать? Да ты совсем обнаглел!

– Ладно, – примирительно поднял руки фокусник. Откуда не возьмись в пальцах у него сверкнул белый кружок, который он и положил на стол со словами: – Вот ваш серебряный.

– Здорово! Как ты это делаешь?!

– Сейчас не об этом речь Хребет, – напомнил Мартин. – Как тебя зовут?

– Зовут меня Брем Сайзмор.

– Что ты тут забыл Брем в этой глуши?

– А вы сами-то кто такие, что расспрашиваете меня?

– Охотники за головами, Сайзмор…

Фокусник конечно обладал хорошей выдержкой, раз он не боялся обдуривать мужиков с пудовыми кулаками, но брови от услышанного у него невольно наползли на лоб.

– Не удивляйся что такие молодые, это правда. Так что ты тут забыл?

– Я не преступник…

– Нам это по барабану.

– Да, ты не в нашей ком-пе-тен-ции… – вставил Нос, блеснув при всех новым выученным, на уроках грамоты, словом.

– Точно, – улыбнулся Мартин. – Ни ты со своими шулерскими фокусами, ни Гребец в случае если бы он тебя убил. Все это в компетенции лишь городской стражи. Вот они тебя пускай и ловят. Мы ловим лишь исключительно лесных разбойников охотящихся на купцов. Ну?..

– Вам так нужно обо мне все знать?

– Нет. Ты нам тоже по барабану, если честно, то нам просто скучно.

– Я вам могу показать выступление.

– Не нужно, мы уже видели все твои выступления, – отмахнулся Мартин. – Не хочешь говорить, не надо. Но советую тебе поменьше отсвечивать и вообще убраться из Порт-Брума с первой возможностью. В следующий раз когда ты будешь жульничать нас поблизости может не оказаться и неизвестно еще захотим ли мы тебя такого ершистого спасать.

– Эт-т точно, – ухмыльнулся Толстый.

– Ладно, иди с миром Брем. – Махнул рукой Флокхарт. – Я вижу, разговор у нас не очень клеится, а слушать россказни, придуманные тут же от свечки, которые мы все равно проверить не сможем, нам не больно хочется.

На следующий день фокусник сам подошел к столу отряда.

– Разрешите? – кивнул он на свободный стул.

– Присаживайся, – разрешил Мартин. – С чем пожаловал?

– Возьмите меня в свой отряд.

Присутствующие бойцы одновременно охнули от удивления, необычности предложения и какой-то обреченной наглости фокусника.

– Зачем ты нам Брем? Драться ты не умеешь, использовать тебя как носильщика? Так это не слишком честно по отношению к тебе, да и хлипковат ты, прямо скажем. Много и далеко не унесешь, а ходим мы быстро и на большие расстояния. А лес это не проселочная дорога.

– Я могу быть вам полезен в другом качестве…

– Фокусами развлекать? – усмехнулся Хребет.

Его поддержали дружным смехом.

– Чем Брем? – более серьезно спросил Флокхарт отсмеявшись. – А то если фокусами, то это слишком накладно…

– Кроме того мы о тебе вообще ничего не знаем, – вставил Зуб.

– Точно.

– Что вы хотите обо мне знать?

– Кто ты, откуда и чего приперся в такую глушь? – тут же выдал Зуб.

– Я – фокусник из Люсака, небольшого городка рядом со столицей королевства…

– Далеко же тебя занесло парень! – не удержался Толстый.

– Далековато… Что касается того, почему я так далеко забрался, то… как бы это объяснить…

Фокусник несколько замялся не зная стоит ли все рассказывать этим парням половина из которых имеет столь откровенно бандитские рожи… И захотят ли они после этого взять его к себе. Хотя тут как он понимал сами сидят не ангелы.

– Я тебе помогу, – вдруг взял слово Эльдар. – Это как-то связано с твоими фокусами в частности исчезновения шарика…

Сайзмор резко взглянул на лучника, глаза сузились, губы сжились в линию.

– Именно исчезновения, – продолжал давить Эльдар. – И если честно, то я вообще думаю что никакого шарика не было в помине…

– Что?! – удивились члены отряда.

– Да, ты прав… – неожиданно признался Брем Сайзмор, что вызвало еще большее удивление в глазах бойцов.

– Что значит исчезновения?! – сдавленно спросил Зуб. – Как это не было?! Я же своими глазами видел этот коричневый шарик!

– Зеленый! – не согласился Хребет.

– Красный… – буркнул Нос.

– Черный…

– Белый…

Флокхарт непонимающе смотрел на своих товарищей, все видели шарик разного цвета, иногда его окраска совпадала. Это казалось очень странным. Сам он видел серый шарик.

– Всего лишь иллюзия, – махнул рукой Брем и показал своим новым знакомым пустую ладонь, оттянув рукав. – Ничего нет?

– Нет…

Сайзмор сжал ладонь и прежде чем раскрыл сказал:

– Сейчас у меня в руке появится шарик.

Пальцы разжались и в пляшущем свете свечи на руке фокусника оказался серый шарик, но только для Мартина. Остальные так же видели его в разных расцветках о чем они и поведали.

Фокусник дунул на руку, и шарик исчез, превратившись в дымку.

– Ты маг?! – чуть ли благоговейным голосом спросил Зуб.

Мартин надо сказать тоже почувствовал себя несколько неуютно.

– Нет. Это не имеет почти никакого отношения к магии.

– Но!..

– Все очень просто. Я сказал, что появится шарик и вы, ожидая его увидеть – увидели. Я не уточнил, какого цвета и каждый увидел его в том цвете, в котором он считал, что шарик для игры в наперстки должен быть именно такой окраски. Всего лишь иллюзия… одна из самых простейших.

– А если бы ты не сказал, что должно появится, что тогда? – спросил Нос.

– Ладонь была бы пустой. Это и есть главное отличие от магии.

– То есть?

– То есть маг может материализовать в руке что хочет, не объясняя присутствующим, что он должен материализовать, так что для всех это является неожиданностью.

– Вот оно что…

– Но это и не просто фокус, – сказал Флокхарт. – Тогда что? Где ты этому научился? Не мог же ты до всего дойти сам?!

– Это не совсем фокус, но и совсем не магия. Что касается того, где научился… что ж, я скажу. Я был учеником в королевской Школе магии, одним из немногих в ком нашли толику Силы из-за которой у меня и получается столь хорошие иллюзии. Нас всего пятьдесят человек со всего королевства и лишь пара-тройка станет по окончании школы настоящими магами. С десяток получают звание колдунов разной степени. Остальные… остальные выходят в осадок. Я оказался в числе последних. После трех лет учебы, постижения азов магии, учитель решил, что у меня нет потенциала, даже чтобы стать колдуном самой низкой десятой степени, и перестал обучать. Его можно понять, чем больше времени он будет уделять оставшимся, тем лучшие маги из них получатся. Надо сказать, что я таким был не один. Он выгнал еще десятерых…

– И что дальше?

– Я решил продолжить обучение самостоятельно, благо, что мне разрешили остаться в школе в качестве слуги. Препараты там готовить, порошки толочь и тому подобное… Пользуясь своими умениями, я проникал в библиотеку и читал древние книги по магии, что строжайше запрещено. Однажды об этом узнал учитель и совсем выгнал из школы.

– Понятно. Но, а сюда-то, зачем пришел? Остался бы там, развлекал богачей…

– Уходя, я украл книгу, оставив вместо нее иллюзию…

– Все знали что там должна стоять книга и все ее видели, хотя там ничего не было! – догадался Глазастый.

– Да. На эту сложнейшую иллюзию я истратил все свои силы, но она все равно не продержалась слишком долго. Маг нашел меня и отобрал книгу, а в качестве наказания за воровство объявил меня преступником, обвинив в краже ста золотых. Так что мне пришлось податься в самые глухие места королевства, где меня уже никто не мог достать.

– А чего на юг не ушел, а потом вообще в другое королевство?

– На юге слишком много народу, а сто золотых хотят получить все начиная от разбойников всех мастей и городских нищих и заканчивая стражниками. Такая информация разлетается довольно быстро и достигает всех заинтересованных в деньгах ушей. Им же не объяснить, что этих денег у меня никогда не было. Будут пытать где спрятал… Пришлось пойти туда где меньше всего людей и докуда слава обо мне еще не успела добраться. Здесь я надеялся заработать деньжат и отправиться с первым кораблем на юг в смысле более южное королевство. Но как видно не получится. Бедноват тут народ и меня десять раз успеют пристукнуть прежде чем удастся скопить необходимую сумму на дорогу, это не считая затраты на проживание и еду. Вот такая вот моя история, – с грустью выдохнул Сайзмор, решил промолчать о встрече с другим магом, что кроме первой причины еще быстрее заставило его убраться на север.

– Это так, – кивнул Мартин, не зная верить в рассказ или нет.

– Ну так что, возьмете меня в свой отряд?

– А на юг ты уже не хочешь?

– Да у меня собственно нет четких планов на будущее. Как-то не получилось их составить. Так почему бы не стать как вы охотниками за головами? Это по крайней мере лучше чем быть балаганным фокусником которого в любой момент могут обвинить в воровстве и повесить, либо просто прирезать как это хотели сделать вчера.

Флокхарт оглядел своих товарищей и у всех на лицах прочитал сомнение. Больно странный этот тип, с магами знался, сам что-то умеет… Кто-то явно в мыслях голосовал «за», кто-то «против».

– Давай сделаем так Сайзмор… До начала активного сезона у нас еще есть полтора месяца, скажу честно, новые люди нам не помешают. Но за это время ты должен научиться ходить и биться строем и индивидуально. В общем, овладеть оружием, чтобы смог продержаться хотя бы полминуты против любого из нас, а также стать таким же выносливым как мы потому как бегать по лесу нам предстоит очень много и очень быстро. Поблажек тебе давать никто не будет, потому как от твоего боевого умения может зависеть его собственная жизнь, так что с завтрашнего дня побежишь со всеми наравне… Если все освоишь, то будешь состоять в отряде, если нет, то нет. А в качестве платы за стол и проживание что мы будем оплачивать тебе, когда кончатся твои деньги и в случае если ты не сможешь заработать сам, будешь показывать свои фокусы или рассказывать истории что-нибудь о магах, о тех местах что видел, городах в которых успел побывать за время свого скитания и тому подобное. Ну, как тебе наши условия Брем? Выдержишь?

– Договорились.

В целом Брем Сайзмор оказался крепким парнем несмотря на свою худобу. Первые недели он едва добегал до мельницы без мешка с песком имитирующего все нагрузки, но потом он довольно быстро приспособился и стал пробегать дистанцию чуть ли не легче всех остальных.

С фехтованием у него тоже не возникло больших проблем, схватывал все налету, и когда с полей сошел снег, он уже мог выстоять в индивидуальном поединке полминуты даже против Флокхарта, а некоторых бойцов вообще переплюнул и побеждал их на двадцатой секунде боя, не без использования своих умений фокусника. Не очень честно, но действенно, а это главное, ибо победа есть победа.

– Молодец, – похвалил его Мартин, после очередного боя. Флокхарт едва что называется не упал в грязь лицом и не проиграл новичку, но все же сумел подколоть его.

– Я же говорил, что быстро учусь и что смогу вам быть полезным.

– Говорил… Что ж Брем, вынужден признать, что ты готов стать охотником за головами и хочу спросить, не передумал ли ты сам стать им? Скоро придут корабли с товарами, когда пойдут назад они заберут рыбу, шкуры, меха, что местные заготовили за зиму и уйдут обратно на юг. Я мог бы посодействовать тебе уйти на одном из кораблей. Ты хочешь этого?

– Не нужно Ландскнехт, я пойду с вами.

– Признаться я рад этому ответу Брем. Теперь что касается твоего имени…

– А что с моим именем?

– Ну, ты наверняка заметил, что никто из нас не обращается друг к другу по имени, только к тебе и то только потому, что ты пока не являешься полноценным членом нашего отряда.

– Хотите дать мне прозвище?

– Да.

– И какое же? Фокусник?

– Нет… Маг.

– О! Это большая честь для меня и в то же время насмешка…

– Почему?

– Потому что магом мне никогда не стать, я сам это чувствую…

– И все же ты будешь зваться Магом.

– Я согласен Ландскнехт и благодарю.

– Хорошо. У нас еще неделя свободного времени и через неделю мы отправимся в поход к Журавлиной шее.

– Что это?

– Журавлиная шея – это небольшой участок среди Драконьего хребта, где проходит дорога. Обычно через этот проход и идут караваны с купцами. Как только появится первый, мы пойдем на охоту за разбойниками. Они появляются в лесу как правило за две недели до купцов и сбиваются в банды… Так что мы можем столкнуться с ними еще по пути к Журавлиной шее. За это время тебе надо еще раз все обдумать и если не передумаешь отточить некоторые приемы рукопашного боя…

– Я все сделаю Ландскнехт.

– Отлично Маг.

Через неделю, когда снег растаял даже в лесу и дороги подсохли, отряд отправился в путь. По дороге они заскочили к барону Херду и выбили из него дополнительные комплекты защиты для новых бойцов: Горга ставшего зваться Белым, Эльдара получившего кличку Безухий (его увечье все успели разглядеть) и Брему Сайзмору – Магу.

Барон сопротивлялся, но потом сдался, когда ему напомнили, сколько всего оружия отряд притащил в его замок в прошлый раз. Так что теперь все щеголяли в добротной кольчужных рубахах со стальными накладками, хорошими легкими мечами, прямоугольными щитами и арбалетами за спиной. В общем, все как у всех.

Передвигался отряд быстро и легко. Трава еще не поднялась и бойцы шагали практически по голой земле, не запутываясь в ней словно в сетях, лишь вздымая время от времени охапки прошлогодней листвы и иголок от елей и прочих хвойных.

– Все хотел спросить Маг, – подскочил к Сайзмору Нос.

– Что именно?

– Почему тебя твой учитель в качестве наказания не превратил в лягушку, а отделался каким-то мелочным наказанием подложным обвинением в воровстве?

– Ну, наверное, я виновен не так сильно чтобы со мной нужно было обойтись так круто, но есть и еще одна причина…

– Какая?

– Превращение людей магами в других животных – это миф.

– То есть?

– То есть они не станут тратить столь огромное количество энергии на то чтобы превратить человека в лягушку или еще какое другое существо, это просто не рационально. Легче просто убить.

– А я думал, что стоит им щелкнуть пальцами и все дела…

– Нет, любая даже самая простая магия требует невероятной траты энергии. Чтобы превратить человека в лягушку даже самый сильный маг – магистр Джельфо, должен истратить почти всю свою энергию, после чего он станет беззащитнее ребенка и его можно будет убить просто подойдя и воткнув в живот нож, что в других случаях сделать просто невозможно. Чтобы восстановить потерянную энергию ему придется запереться в своей башне на несколько месяцев, закачивая в себя и свой посох Силу. Ни один маг не станет рисковать свой жизнью ради такого фокуса.

– Понятно… А почему у тебя нет посоха?

– Потому что я не маг.

– Понятно…

– Ну, все равно, – подключился к разговору Флокхарт, слышавший его от начало и до конца. – Ты же говорил, что в тебе есть Сила, так?

– Ну да. Иначе меня не взяли бы в Школу.

– Ну, так накапливал бы в нем свою Силу для своих иллюзий.

– Хм-м… А это мысль Ландскнехт! Честно сказать мне не приходила в голову такая идея. Вот что значит стереотип мышления, раз не маг значит не должен иметь даже скипетра не то что посоха…В моем случае, если у меня все же будет посох, иллюзии будут как никогда совершенны!

– Так чего ты ждешь? Вон какой лес большой. Иди да руби себе посох…

– Увы, не все так просто.

– В смысле.

– Любая палка не подойдет. Под каждого мага… то есть обладателя Силы как я, нужна своя порода дерева. И даже в этом случае нужно искать дерево, которое так же обладает Силой.

– Вот те раз! Деревья тоже обладают Силой?

– А как же?! Все в этом мире имеет Силу больше или меньше…

– А какая порода дерева твоя?

– Дуб…

– Да… с этим здесь плохо… слишком далеко на севере живем. Но ничего, скажем разведчикам чтобы искали любой дуб… авось да найдем, имеющий Силу прорастет и здесь.

Сайзмор кивнул, он не хотел обнадеживать себя и других раньше времени, но если бы дуб отыскали в этих северных пределах, то это действительно был бы дуб с Силой, иначе бы он просто не выжил в таких суровых краях как этот.

– Есть еще одна маленькая деталь с этим посохом, – замялся Брем.

– Какая Маг?

– Палка не есть посох… это просто дубина и не более того. К настоящему магическому посоху должен прилагаться определенный камень. И не простой камень, а драгоценный и…

– Тоже содержащий в себе Силу, – договорил Мартин.

– Именно так.

– Да уж, с этим здесь еще сложнее… Но давай решать проблемы по мере их поступления и начнем в нашем случае с самой простой и реальной в выполнении.

– Какой?

– Сначала найдем тебе посох. Потом будем думать о камне.

– Хорошо…

С тех пор разведчики, да и все остальные поглядывали по сторонам не только в поиске противника или дичи но и в поиске дуба. Хотя никто не помнил, чтобы видел здесь подобное дерево. Дубы здесь не росли…

– Впереди противник… – чуть запыхавшись, доложил Хребет, бывший в разведке.

– Странно, – озадачился Мартин. – Слишком рано они здесь появились. До начала сезона еще больше двух недель.

Отряд прошел только полпути от Порт-Брума до Журавлиной шеи и никто не ожидал увидеть разбойников так рано.

– Решили пораньше прибыть, чтобы самых ранних купчишек пощипать.

– Скорее всего, – согласился Флокхарт с Зубом. – Сколько их там Длинноус?

– Девятнадцать человек.

– Не самая большая банда. Это для нас не проблема, – пренебрежительно махнул рукой Зуб и с ним все согласились в том числе и сам Мартин. – Особенно если нападем ночью. Они даже свое оружие найти не успеют спросонья.

– Точно! И пикнуть не успеют! – на разный манер соглашались остальные.

На этот раз никто об ультиматуме даже не заикался. Хватило первого раза и вероломного нападения со стороны разбойников.

– Какой состав? – продолжил тем временем выуживать из не слишком умелого разведчика данные Мартин. – Вооружение?

– Десять человек бывалые, остальные – молодняк, возможно даже что «щенки»-первогодки. По крайней мере очень похоже.

– Щенки говоришь…

– Да. Оружие обычное… у бывалых мечи, ятаганы, топоры… у молодняка…

– Понятно…

– Эй, Ландскнехт, ты чего задумал? – глядя на задумывавшегося командира, спросил Зуб, чувствуя что добром это не кончится.

– Помнится, ты как-то настаивал на предъявлении ультиматума…

– Что было то было, но что было то прошло… Давай насядем на них ночью и все дела.

– Нет…

– Ладно Ландскнехт, тебя не переубедить и ты командир. Так что говори, что задумал, а мы уж постараемся в меру своих сил и способностей выполнить задумку.

– Я хочу дать им шанс, в первую очередь молодняку, – сказал Мартин, но увидев непонимание в глазах бойцов, добавил: – Нам с вами дали шанс и мы его должны дать другим. Не думаю, что граф будет формировать еще дополнительные отряды охотников, это слишком рискованно, он и с нами-то сильно рисковал, и потому им светит только каторга на рудниках.

– Что ж, командир, это справедливо, – согласился Зуб и, остальные так же согласно закивали головами. Шанс следовало дать всем.

– Тогда готовимся и выходим…

Отряд оставил все лишнее, в последний раз проверив оружие и зарядив арбалеты, пошли вслед за Хребтом, который повел отряд в стан их бывших коллег. Увидев разбойников, сидевших рядом с костром и что-то готовивших в котелке, Мартин вышел вперед. Разбойники тут же переполошились и вскочили со своих мест с оружием в руках. Дело в общем то привычное потому к Мартину пошел главарь, выяснить в чем дело и у кого какие к нему претензии.

– Ты кто такой и чего тебе нужно?!

– Ландскнехт. И я буду говорить не с тобой, а со всеми сразу.

Начало получилось явно нетрадиционным и главарь недоуменно обернулся на своих подельников, а Мартин тем делом продолжил речь полностью захватив инициативу в свои руки:

– Хочу сказать сразу, что мы охотники за головами и пришли за вами, чтобы отвести вас к графу на его справедливый суд поскольку вы посмели прийти в его землю и грабить купцов на дорогах проходящих по его владениям.

– Да мы вас на ленты изрубим! – вскрикнул главарь и сотряс мечом в воздухе.

– Да! – поддержали своего главаря бандиты. – Кишки вытянем!!!

Флокхарт лишь поднял руку и толпа разбойников замолчала.

– Это еще неизвестно кто кому и чего вытянет. Но у меня есть предложение… Все кто хочет остаться на свободе и не погибнуть в схватке могут просто уйти в сторону. Сложить оружие прямо сейчас и подождать скажем возле той сосны, – показал на дерево Мартин. – Это обращение адресовано прежде всего молодняку и «щенкам». Можете быть уверены, лорд будет к вам милостив…

– А не пойти ли тебе прогуляться к демонам, крыса?! – снова заорал главарь.

– Это мы всегда успеем, но прогуляться предстоит тебе…

Главарь еще раз тряхнул мечом и издав боевой кличь бросился на врага. Мартин ожидал этого и просто выхватил заряженный арбалет спрятанный под шитом и всадил болт прямо в грудь своего персонального противника. После чего быстро отступил к своим товарищам.

Остальные разбойники бросились вперед и когда они подскочили достаточно близко, раздался нестройный залп щелчков и еще пятеро разбойников свалились в прошлогоднюю листву. Еще один последовал за ним уже будучи без памяти которую на некоторое время вышибло из головы камнем.

Строй в две линии был обманчиво мал и разбойники продолжили атаку несмотря на потери, отчего лишились еще одного человека сбитого стрелой Эльдара. Далее начался полноценный бой стенка на стенку. Бойцы первой линии отряда Флокхарта сдерживали натиск в основном принимая удары на щиты и изредка орудуя мечами, вторая линия колола врага короткими копьями.

Одна минута и все закончилось. Под ногами охотников за головами лежало три трупа и пятеро раненых. Никто даже не успел сбежать, так все быстро произошло.

– Все целы?

– Ни царапины…

– Хорошо.

Мартин посмотрел в сторону сосны у которой он предложил собраться тем кто хочет от графа помилования или на худой конец снисхождения. К его удивлению там оказалось три человека – молодняк. Они в самом начале принимали участи в схватке, но где-то на тридцатой секунде отступили и собрались у обозначенного дерева.

– Кажется, твой план сработал, – усмехнулся Зуб. – И что теперь?

– Посмотрим…

Парни действительно были совсем уж молодыми, не больше семнадцати лет. Но впрочем в его отряде тоже такие есть… Остальным за зиму исполнилось кому по восемнадцать, кому по девятнадцать.

– Это ваш первый поход в лес? – спросил Мартин, подойдя к ребятам.

– Да, – с некоторым вызовом в голосе ответил тот что выглядел постарше.

– Что ж, как я и обещал, граф проявит к вам снисхождение… вы отделаетесь максимум двумя годами на строительных работах. Это лучше чем шахты и уж куда лучше галер, что светят вашим старшим товарищам.

Флокхарт уже забыл о тройке сдавшихся парней и повернулся, чтобы уйти и подсчитать трофеи, как вновь обернулся к ним с неожиданно пришедшей ему в голову идеей.

– Хотя у меня к вам есть другое заманчивое предложение…

– Какое?

– Вы можете стать, охотниками за головами. Такими как мы.

Боковым зрением Мартин увидел, как у Зуба отвисла челюсть, но к счастью он промолчал, не высказав своего отношения, а он был явно против нового пополнения. Он и включение Мага в отряд не очень хорошо перенес.

– Да. Жизнь мало чем отличается от той что вы вели до этого, но вы будете на стороне закона а не преступности, – тем временем продолжил Флокхарт. – И охотиться будем не на купцов, сталкиваясь с хорошо вооруженной охраной, а с разбойниками, так что риск смерти и в том и в другом случае равный, нам лишь виселица не грозит. Даже доход одинаковый, а то и больше. Так что решайте, второй раз предлагать не буду…

– Это пряник, а что на счет кнута? – вновь поинтересовался старший.

– Молодец, – улыбнулся Флокхарт. – Есть и кнут, без него никуда. Пугать законом и всяческими карами графа в случае поимки я не буду. Если вы сбежите или каким другим образом предадите отряд… Ладно если вы просто сбежите и попробуете себя в другом не преступном качестве… тогда боги с вами. Но если вы примкнете к другой банде, и я вас поймаю живыми, во время охоты, вы умрете. Я лично зарублю вас. Не весть какая кара, тем более что мне еще поймать вас придется, но в противном случае у вас не будет ни единого шанса. Вы останетесь в лесу со вспоротыми животами. Я даже за ваши головы деньги с графа не стану брать… Решайте.

– Я согласен, – кивнул неформальный лидер тройки. После чего представился: – Трилист.

– И я, – кивнул второй. – Дрок.

– И я, – вышел вперед третий. – Шлепок.

– Хорошо. Чуть позже к каждому из вас я приставлю наставника, который будет обучать вас всему необходимому, что должен знать и уметь охотник за головами. А пока сидите здесь.

– Зачем ты их взял в отряд Ландскнехт?! – возмутился Зуб, приблизившись вплотную.

– А почему бы и нет? Чем они хуже нас? Или ты беспокоишься из-за того, что трех бронзовых сингла лишился?

– Деньги тут ни при чем… хотя они нам тоже не помешают… Тут другое.

– Я понимаю тебя Зуб. Но и ты пойми. Нас очень мало и до сих пор нам все же везло, что до сих пор мы оставались целы при нападении на отряды более чем вдвое превосходящих нас по численности. А что будет дальше Зуб? Ты думал об этом?

– О чем ты?!

– О том, что в середине сезона, когда в банде численность доходит до пятидесяти человек! Что мы будем делать с ними? Обходить стороной? Пусть творят что хотят? Вряд ли граф останется доволен… И потом, если нас и далее будет также мало, бандиты из более мелких банд получат возможность сбегать, далее сбиваться в более крупные стаи и тогда уже развернется охота на нас… как в прошлый раз. Помнишь? Потому мы тоже должны расти. Возможно у меня с ними ничего не получится и они все убегут, но мы по крайней мере ничего не теряем. А в случае удачи только приобретем.

– Что ж, возможно ты прав, – подумав, кивнул Зуб. – Лишь бы убегая, они не перерезали нас…

– Это вряд ли.

Подлечив раненых пленных (остановив кровотечение раскаленным железом) и отрубив головы убитых, отряд двинулся дальше. По предложению Зуба убитых не похоронили, а оставили в качестве устрашения для других, подвесив трубы за ноги к веткам деревьев.

На взгляд Мартина это не очень разумно просто потому что те кто это увидит, станут более осторожны, но уроки Ярого которые он успел усвоить сказали ему что в этом нужно уступить. Пусть каждый член отряда чувствует, что он тоже принимает решения, показать, что его мнение тоже чего-то стоит и оно принимается в расчет, и он не просто безвольная пешка в других руках. Это помогало сплачивать коллектив и не создавать явную оппозицию недовольных. А потом, вдруг эти обезглавленные трупы болтающиеся на веревках действительно отпугнут хоть несколько банд?

– Вот только что нам теперь с пленными и головами делать? – недоумевал Зуб. – Все время с собой таскать?

Мартин отлично понял, что хотел сказать его заместитель. Уже пора поворачивать на юг и напрямую, а не по дороге идти к Журавлиной шее, где и дожидаться первого обоза. Вести пленников в замок, чтобы получить деньги у графа слишком долго и далеко.

– Нет с собой их таскать смысла нет головы и так уже начинают пованивать.

– Вот и я говорю, нужно что-то решать…

К задумавшимся над ситуацией командирам подбежал один из новичков.

– Разрешите доложить?

– Что у тебя Дрок?

– На дороге крестьянская телега.

– Понял, иди, – отпустил Дрока, Флокхарт.

Иногда они закупали у крестьян везущих десятину своим лордам продукты, чтобы разнообразить свой стол, то головкой козьего сыра, то десятком яиц, нормальным хлебом а не сухарями. Сейчас в этом необходимости не было.

– У меня кажется есть идея… – еще неуверенно произнес Мартин.

– Какая?

– Дрок, стой!

– Да командир…

– Передай, чтобы остановили телеги.

– Понял.

Дрок умчался передавать приказание.

– Ты чего задумал?

– А ты еще не понял?

– Кажется, начинаю понимать…

Отряд повинуясь знакам командира направился к дороге.

– Не убивайте нас… Прошу… – залепетал крестьянин сидевший на головной телеге с провизией. Остальные еще на двух телегах также тряслись от страха.

– Одно да потому, – усмехнулся Флокхарт.

Остальные понятливо усмехнулись.

Каждый раз когда они останавливали крестьян с десятиной они думали что их сейчас будут грабить и убивать, что в общем-то понятно. Переубедить в обратном их стоило больших трудов и даже когда они платили за продукты деньги они все еще им не верили, считая что это такое извращенное издевательство разбойников над ними.

– Да не тряситесь вы… мы вас не тронем. Кто ты и откуда?

– С-старос-ста Газбар… из деревни Уилуна…

– Куда направляетесь уважаемый?

– В з-замок его милос-сти графу…

– В Левертон? – спросил напрямую Мартин.

– Д-да.

– Отлично. Видишь вот этих людей? – Флокхарт показал на туго связанных четырех разбойников с мешками за спинами.

– Д-да…

– Это разбойники.

– Разбойники?!!

– Да. Вам нужно просто доставишь их в замок лорда, он их судить будет.

– Почему мы?!

– По кочану.

– Понятно…

– Потому лучше не развязывай. Сейчас я напишу письмо графу… но вот если ты их не доставишь, я тебя найду и сделаю очень больно тебе и всей твоей родне. Ты меня понял?

– Д-да… ваша милость…

– Ставь свою закорючку на листе… Писать-то умеешь?

– Только свое имя.

– Отлично. Пиши и двигай в замок как можно быстрее, а то груз вконец провоняет… И как бы они не угрожали, просили или умоляли, не вздумай их отпустить.

– Все будет в лучшем виде, – начал улыбаться староста, наконец поняв кто перед ним.

– Отличная придумка, – с уважением закивал Зуб, когда телеги уже порядком отъехали и отряд вернулся в лес. – Не нужно каждый раз туда бегать. В будущем также будем делать.

– Вот и я про что… А теперь в темпе двигаем к Журавлиной шее.

К Журавлиной шее отряд добрался за неделю быстрого марша и без происшествий. Бойцы встали лагерем за холмом у дороги и ждали первый купеческий караван который по расчетам должен пройти через несколько дней. Торговый сезон последнего месяца весны на Светлом поле должен начаться через две недели так что купцы уже наверняка в пути и первые из них, самые смелые или безрассудные, а может просто отчаянные вот-вот должны пересечь границу графства Левертон, граница которого на юге проходила как раз по пику не очень высоких гор зовущихся Драконьим хребтом.

Первый обоз сразу из четырех телег с тремя десятками наемников охраны появился на четвертый день стояния отряда. Можно было ожидать, что за первым их двинет целый караван с отставанием друг от друга в половину дня, а далее и вовсе в пару часов. Что в свою очередь означало, что леса графства уже просто кишат разбойным людом, жаждущих поживиться купеческим золотишком и серебришком. И этой поживе нужно было помешать.

– Все, собираемся… – поднялся с земли Мартин, выслушав доклад наблюдателя. – Пора браться за работу.

Отряд двинулся на восток и в одну из первых ночей произошла неприятность, которая очень сильно испортила настроение Флокхарту и поколебала его решение и в дальнейшем пополнять отряд за счет молодняка.

– Ландскнехт…

– Чего? – потянулся Мартин. – В чем дело Длинноус?

– Шлепок сбежал…

– Проклятье.

Сон как рукой сняло.

– Как он ушел? Ты заснул на посту?

Сон на посту это пожалуй самый большой грех в отряде, за который жестоко наказывали, избивая до полусмерти. И жестокость эта оправдана, как ни верти, ведь это могло привести всех к смерти.

– Нет командир, я глаз не сомкнул! – поспешил заверить часовой.

– Тогда как?

– Ну, он заворочался, а потом сказал, что в туалет захотел и отошел в сторонку, ну я естественно отвернулся… Чего смотреть?.. Его минут пять не было… мало ли что. Но когда прошло еще время достаточное чтобы справиться со всеми проблемами, я пошел проверить все ли с парнем в порядке, а от него уже и след простыл.

– Ясно…

Это мог быть только побег. Хищник его задрать не мог, поднялся бы шум возня и кровавые следы. В качестве языка его тоже взять не могли, хотя эта версия имела право на существование, но не могли потому как легче сразу напасть и перебить отряд, раз уж они подобрались к стоянке так близко незамеченными.

– Мы его еще можем догнать!

– Не нужно Длинноус… он сам выбрал свой путь. Сторожи дальше, никого не буди.

– Понял…

Уже утром после общей побудки не обнаружив своего товарища, к Флокхарту подошли бывшие друзья Шлепка, Дрок и Трилист.

– Ландскнехт…

– Что?

– В общем ты не думай что мы тоже такие… Шлепок всегда был слабаком, а чтобы доказать тебе это мы готовы пойти по его следу. Клянусь, мы приведем его…

– Не нужно, я не могу сейчас разбрасываться людьми, когда нас ждет основная работа. Не бойтесь, на вас его поступок никак не отразится.

– Тогда… тогда когда мы его поймаем, если он затрется в другой банде, разреши нам самим казнить его.

– Хорошо. А теперь в путь.

Но не прошел отряд и километра как остановился из-за того что начал чудить Маг. Фокусник остановился и начал осматриваться вокруг, вот только с закрытыми глазами, казалось, что он даже к чему-то принюхивается, выставив перед собой руку, словно ощупывая воздух.

– В чем дело Маг?

– Я что-то чувствую…

– Противник рядом? – первое что пришло в голову Мартину из-за побега Шлепка который мог навести банду на отряд охотников за головами чтобы поднять свой статус.

– Нет, другое…

– Пожар? Чувствуешь дым?

– Да нет… я чувствую Силу…

– Силу?

– Да…

Ничего не объясняя Маг двинулся куда-то в сторону. Весь отряд в том числе и Мартин двинулся вслед за ним, кто-то крутил у виска, намекая что у фокусника поехала крыша… Неожиданно Маг остановился.

– Что еще?

– Источник очень близко…

Повертевшись на поляне, Сайзмор подошел к молодому деревцу рябины.

– Вот источник…

Брем словно грел руки над костром, так он водил ими над ветвями дерева.

– Вот это деревце? – удивился Зуб.

Деревце как деревце, так что удивление Зуба было понятно.

– Да, это деревце. Из него получился бы отличный посох… – с сожалением в голосе пояснил Маг. – Но увы…

– Так сделай из него свой посох, – предложил Мартин.

– Не могу.

– Почему?

– Это не мое дерево не мой знак, мне нужен дуб… Если я сделаю себе посох из какого-то другого, то он будет только отбирать мою Силу себе… а не наоборот. Он станет моим вампиром и через несколько месяцев он меня просто убьет, выпив всю мою Силу до дна.

– Вот оно что, – изумился Флокхарт. – Тут все еще серьезнее чем я думал.

– Да, но есть и приятный момент… – улыбнулся Брем Сайзмор.

– Какой же?

– Теперь я знаю, как искать свой посох.

– Что ж, нет худа без добра… а теперь двигаем дальше.

Сезон начался. Отряд охотников прочесывал лес на наличие разбойников и находил их. Происходили многочисленные стычки, случались потери, но и приобретения. Когда в бандах было много молодняка Флокхарт несмотря на некоторую промашку со Шлепком выходил к банде и предъявлял ультиматум предлагая молодым разбойникам шанс.

Таким образом к середине сезона отряд уже насчитывал тридцать человек. Тех кто не соглашался и оставался в живых отправляли с первой же оказией в ближайший замок Левертон или Херд. Остальных обезглавливали вешали вверх ногами за сучья деревьев чтобы служили наглядным примером того что случается с бандитами.

Один раз они даже побывали во владениях барона Росон которое не пользовалось особой популярностью у разбойников. В конце концов нужно проверить все графство. Тем не менее и там они разгромили две банды и еще неделю охотились за беглецами, тем что удалось сбежать с поля боя чтобы всех вывести под ноль.

В последнее время к ним стали присоединяться даже мужики в годах. То были в основном крестьяне, так же не слишком давно орудующие в бандах, а потому сохранившие в себе некоторое чувство справедливости и понимание что хорошо, а что плохо, чего зачастую отсутствовало у самих охотников за головами.

Не только отряд охотился на разбойников, но и разбойники сбившись в несколько больших банд, охотились за охотниками, с потерями но отряду удавалось выходить из неприятных ситуаций и все начиналось сначала.

– Таких мы еще не встречали, Ландскнехт, – сказал возвратившийся разведчик.

– Каких таких Хребет? – не понял Мартин.

– Таких… основательных, в броне…

– Ладно, пойдем, покажешь. Глазастый, Зуб, Маг, пойдем со мной.

Хребет вел их сверхосторожно и вскоре им на глаза попался разбойничий отряд. Действительно с такими охотники еще не встречались. Большой отряд насчитывающий около пятидесяти человек, они много передвигались потому точное их количество удалось подсчитать только через десять минут наблюдений когда они все чуть успокоились и присели у своих костров.

– Пятьдесят три человека, – выдал Глазастый. – Десять из них всадники…

– Может коллеги? – предположил Мартин, вспомнив капитана Джарвиса.

Предположение было весьма логично. Уж очень хорошо оснащены эти люди. Добротные кольчуги у всадников, кожаные куртки с металлическими бляхами у пеших, мечи, щиты. Ничего не валяется где попало как у обычных разбойников, все начищено. Сразу чувствуется военная дисциплина, хотя несколько расшатанная.

Особенно сильно из общей толпы выделялся один человек в кольчуге с ног до головы со стальными наплечниками, поручами и поножами. Его подчиненные поставили ему отдельную пусть небольшую но палатку, в то время как все расположились под открытым небом, что говорило о его явном дворянском происхождении. Рядом с палаткой лежали настоящие рыцарские конные доспехи – кираса и шлем. Такого всадника в бою даже свалив с коня не сразу можно убить, нужно еще найти слабое место куда всунуть меч.

– Вряд ли, – мотнул головой Зуб. – Что-то в них не то…

Мартин снова согласился. Действительно, что-то, какое-то трудноописуемое чувство заставляло отвергнуть мысль что это их коллеги. Потому он выдвинул следующую версию:

– Дезертиры?

– Скорее всего… – кивнул Маг.

– Но вон тот кажется благородных кровей… Сразу видно.

– Тоже верно и ничего необычного в этом нет. Таких во всех королевствах полно ходит, особенно в Хедленде. Баронские сынки имеющие титул но обделенные наследством.

– А остальные?

– Солдаты с приграничных территорий. Там постоянно ведутся небольшие стычки.

– Но что они делают здесь?

– Видимо честно отрабатывать свои деньги им надоело и они решили заняться более легким и прибыльным ремеслом.

– Возвращаемся…

Разведчики вернулись в лагерь и продолжили обсуждение увиденного уже в более широком кругу, рассказав всему отряду что они видели и с чем в случае чего им придется столкнуться.

– Как только лорды сами грабителями становятся?! – изумлялся Хребет.

– Обычное дело, – пожал плечами Маг. – Наплодит какой-нибудь любвеобильный дворянин детишек, а наследства всем не хватает. Раздает им латы из запасников, дает каждому доброго коня и гонит из поместья на все четыре стороны… Надо признать что большинство из таких безземельников нанимаются на службу к своему королю и составляют его конную рыцарскую гвардию. Или нанимаются к графам и герцогам в их дружину, но во время войны они опять таки состоят на службе короля. Мощная сила… Только представьте себе эти несколько тысяч всадников закованную в броню с ног до головы несущихся во весь опор с длинными пиками наперевес.

– Хорошо что у нас всего десять всадников, – ухмыльнулся Зуб.

– Да и негде им развернуться в лесу с пиками-то, – поддержал Хребет.

– А эти как получаются? – спросил Мартин имея ввиду их вероятного противника.

– Ну, либо просто дезертировали чем-то недовольные, либо оплатой либо местом службы. Может, какое преступление против своего короля совершили… какое-нибудь воинское преступление, хотя им обычно все списывается…

– Значит перед нами полный отморозок? – понял Мартин.

– Да. Но некоторые разбоем промышляют изначально, не желая кому-либо служить. Таким дают небольшой кусок земли и они дерут со всех проезжающих плату…

– Значит у нас с нашими разбойниками еще тиши и благодать.

– Можно и так сказать.

– Значит нам осталось решить, нападать на них или пройти мимо. Честно скажу что «за» и «против» такого решения даже у меня равное количество, – признался Мартин.

– Излагай, – кивнул Зуб. – А мы уж подскажем если что…

– Начну с «против». Их много, пятьдесят три человека против тридцати нас. Они отлично вооружены и защищены отменной броней… По всей видимости, бывшие солдаты, а значит не хуже нашего, а то и лучше умеют биться строй против строя. Опять же наверняка у них приличный боевой опыт что немаловажно.

– А какие соображения «за»? – спросил Хребет, которому все эти «против» показались весьма существенными.

– У нас тоже неплохое оружие, а у половины так же отменная броня. Более того, мы легче, а значит подвижнее, в то время как они массивны и неповоротливы. Опыт боев у нас весьма велик и именно в лесу, в то время как у меня сложилось впечатление, что у этих ребят такового опыта еще не очень много. И самое главное… у нас есть эффект неожиданности.

– Ночное нападение? – уточнил Зуб.

– Да. Ультиматум им предъявлять думаю, смысла нет.

Флкхарт осмотрел своих людей. Страха в их глазах он не увидел, несмотря на предстоящие трудности. С превосходящими силами противника сталкиваться им приходилось не раз, так что здесь ничего необычного нет. А что солдаты умеющие биться строем, так эффект внезапности на что? Они просто не дадут им построиться.

Через минуту молчания стало ясно, что все готовы выступить хоть сейчас.

– Выдвигаемся ночью, – кивнул Флокхарт. – Когда большая звезда встанет в зенит.

Все согласно заулыбались и разошлись по своим местам готовиться к ночному нападению. Проверять оружие и броню.

Наступила ночь и часть людей даже успела вздремнуть не мучаясь мыслями о предстоящем бое. Флокхарт тоже особенно не переживал, все в общем-то привычно и знакомо. Но вот звезда застыла в зените, отмерив половину ночи когда засыпает даже страдающий бессонницей человек и Мартин приказал поднимать бойцов, отъявленных лежебок.

– Пошли…

Отряд двинулся к стоянке дезертиров решивших попробовать себя в разбойном ремесле. Ни одна веточка не хрустнула, никто не заругался получив еловой веткой по лицу… Все движения за эти несколько месяцев в отряде и прошлый разбойный опыт были отточены.

Мартин с Магом, Зубом и Камнем вновь ушел чуть вперед на дополнительную разведку, чтобы дать отряду уточненную информацию о противнике.

– Грамотно стоят, – отдал должное Зуб. – От каждого десятка три человека на посту. Итого пятнадцать человек постоянно бодрствуют, все друг друга видят. Даже и не знаешь, как нападать…

– Солдаты все-таки хоть и бывшие, – согласился Камень.

– Что делать будем, Ландскнехт?

– Зуб прав, обычная тактика здесь не сгодится. Строем нам их не одолеть, даже если мы положим половину из них в первые секунды из стреляющего и метательного оружия. Если и победим, то потери понесем просто ужасающие.

– Тогда как? – спросил Камень.

– Ничего не поделаешь, придется вспомнить свое прошлое…

– В смысле?

– Налетим на них разбойничьей ордой. Налетим… но молча. Обстреляем их из арбалетов, метнем копья и дальше мечами… Давай Зуб, пойди передай остальным тактический план.

– Понял…

Зуб отполз назад и через минуту на переднюю линию начали группами по несколько человек подбираться бойцы. Через пять минут все они скопились на одном участке расположившись полукругом относительно стоянки дезертиров.

– Все на месте…

– Хорошо. Арбалетчики готовься! – свистящим шепотом приказал Мартин и приказ разлетелся по цепочке.

Вперед выдвинулись стрелки в том числе и лучник, а также неплохие метатели ножей которых в отряде набрался десяток.

– Пошли! Стрелять наверняка…

Отряд двинулся вперед. Впереди шли стрелки держа арбалеты на весу целясь в наиболее открытых врагов. Их продвижение не могло не остаться незамеченным, но первому часовому кто вздумал поднять тревогу не повезло, он лишь успел набрать в грудь воздуху для крика как получил стрелу в грудь и повалился в костер.

Это стало своеобразной командой и защелкали остальные арбалеты. Половина остальных часовых также попадали на землю как сидели, но зато уцелевшие подняли тревогу по всему лагерю. Раздались крики и спящие солдаты стали вскакивать. Впрочем, это было уже не важно, так как после залпа Мартин крикнул во всю глотку:

– Вперед!

И сам бросился в атаку, отбросив арбалет под ближайший ствол дерева, чтобы позади идущие не сломали его наступив.

В лагере началась суматоха, поднялся крик, но половину вскочивших первыми тут же прикололи обратно к земле копьями. Старался Безухий продолжая отстреливать стрелу за стрелой оставаясь в засаде. В итоге половина лагеря дезертиров так и не смогла подняться с земли.

Охотники за головами пронеслись по нему как какая-то орда и крушила все направо и налево. Кто-то увлекся и забежал слишком далеко, оторвавшись от основной массы, за что и поплатился мечом в живот от уже опомнившихся солдат.

Но мало помалу дезертиры вскакивали с земли, будучи уже в части амуниции, кто-то успел набросить на себя куртки и схватить мечи и они начали организовывать круговую оборону возле шатра из которого выскочил их предводитель с длинным кавалерийским мечом. Он-то и начал отдавать необходимые приказы для более действенной обороны.

Но у него ничего не получилось. Флокхарт зная силу строя со своими бойцами проломился в не до конца закрытую брешь в которую стали пробиваться все новые и новые охотники его отряда. Завязалась драка. Кто-то польстившись тем что главарь так близко и без щита, казался легкой добычей и налетел на него. Это стало ошибкой самонадеянного молодого бойца и длинный клинок окровавленным вышел у него из спины.

Флокхарт бросился на этого дворянина сам как один из самых опытных и старших во всем отряде (не считая крестьян по тридцать-сорок лет, но у которых было мало опыта).

Короткий меч не давал Мартину приблизиться к противнику с длинным клинком. Тот держал его на дистанции и атаковал, так что Флокхарту пришлось лишь парировать эти удары, либо принимать их на щит. Почувствовав что имеет серьезное преимущество и его противник не имеет опыта борьбы против кавалерийского меча дворянин перешел в более жесткое наступление.

Мартин отступал. Один раз меч все же прошелся по его броне распоров кольчугу. Спасло лишь то что удар был нанесен кончиком клинка и под кольчугой еще была войлочная подкладка так что остался только неглубокий порез.

Драка вокруг также продолжалась еще довольно ожесточенная. Часть дезертиров все же смогла сгруппироваться и человек пятнадцать держали круговую оборону отгородившись от бойцов отряда щитами. Их штурмовал Зуб, также строем. Остальных дезертиров уже приканчивали, навалившись по двое-трое на одного. Все это Мартин заметил лишь краем глаза и фиксировал подсознанием, сосредоточив все внимание на бароне.

Флокхарт отбивая очередной удар, оступился на трупе и упал из-за чего чуть не получил удар в грудь, но вовремя перекатился и клинок вошел в землю. Перекатившись, он уперся в другой труп с копьем в груди.

«То что нужно!» – подумал Мартин быстро вскакивая на ноги и отбрасывая меч в строну. Еще одно движение и в его руках оказалось короткое копье.

Несколько выпадов после недолгого «танца» друг напротив друга и теперь уже Флокхарт понял, что дворянин не имеет никакого опыта борьбы против солдата с копьем в руке и потому тот начал понемногу отступать.

– Сдавайся барон, – предложил ему Мартин, после нового обмена ударами.

– Ни за что!

– Подумай сам, твои люди уже мертвы… На что ты надеешься? Сдайся…

– Никто из рода Эргов никогда не сдавался! Не сдамся и я сэр Форд Эрг!

Сказав это дворянин перешел в наступление делая резкие косые удары держа меч в обеих руках справа налево слева направо рубя сверху вниз беспрестанно наращивая скорость. Скорость их возросла настолько что Мартину снова ничего не осталось делать как отступать. Это была настоящая «мельница», о которой он только слышал. Мало что можно противопоставить такому.

Загипнотизировав Мартина кровавым блеском своего меча отражавшего свет костров барон сменил направление удара с косого на горизонтальный и буквально разрубил щит Флокхарта пополам, пройдя буквально три пальца ниже руки, еще немного и на месте щита мог оказаться он сам.

Безухий отстреляв самые опасные цели решил ему помочь и спустил в барона стрелу, но она срикошетила с накладки нижнего доспеха барона. Но это все же это сыграло свою роль и сэр Форд из рода Эргов чуть замешкался с очередным ударом по противнику который мог стать для него последним, так как щита у него уже не было. Мартин не стал играть в благородство и воспользовался случаем, сблизившись с дворянином, со всей силы ткнул его копьем в живот.

Барон согнулся пополам, мертвой хваткой схватил древко копья, так что его было не вынуть обратно и стал с выпученными глазами падать на спину. В итоге свалившись на бок в таком вот нелепом согнутом виде в позе зародыша.

– Ты его что, убил? – подойдя, спросил Зуб.

После падения командира, остальные дезертиры также прекратили сопротивление и побросали на землю свое оружие.

– Да не должен бы, – пожал плечами Флокхарт. – он же в кольчуге… копьем ее просто так не взять.

Зуб приблизился к лорду, и своим копьем перевернул его на спину, ногами отбил стиснутые руки от древка копья и все увидели, что наконечник полностью вошел в живот.

– Да… А за живого барона мы могли бы получить наверняка неплохую дополнительную цену от графа… как вы думаете?

– Наверняка, – согласился Мартин. – Или по голове. Вдруг ему не понравится, что мы убили представителя так называемой «голубой крови»?

– Вот уж точно. Но что случилось то случилось. И ничего исправить нельзя.

– Да. Ну а как наши дела? Потери?

– Еще не подсчитали…

Потери оказались большими. Все же бойцы несколько переоценили себя и от отряда в тридцать человек, осталось только двадцать. Это не считая раненых. То оказались самые крупные потери отряда за одну схватку.

Кроме оружия и денег бронзой и медной мелочью ничего ценного при дезертирах не обнаружили, из чего сделали вывод, что они только пришли и даже не успели пошуровать на дороге. Оно и понятно, пик сезона начинался только через неделю, когда караваны пойдут обратно, а сейчас дороги пустынны.

– Может оно и к лучшему, что они не успели пошуметь, – кивнул Глазастый.

– Да, – согласился Мартин. – Таким отрядом они наломали бы дров. Выгребали бы караваны подчистую, оставляя горы трупов.

– Но и на них самих мы неплохо заработали…

– Точно. Пятьдесят три бронзовых и пять серебряных синглов и за полсотни – золотой. Весьма неплохо…

– Особенно если еще наших добавить… – поддакнул Зуб. – Ладно-ладно, – поднял он руки, после того как на него хмуро посмотрели. – Согласен, неудачная шутка…

Своих отряд не обезглавливал и хоронил, не зарабатывая на них деньги, хотя конечно же все они стоили своего бронзового так как были из бандитских шаек. Левертон их не знал, а значит он заплатил бы и за их головы, но это уже чересчур.

Чтобы окончательно отвести от себя внимание, Зуб перевел его на Сайзмора.

– Посмотрите, наш Маг чего-то опять чудит…

Все посмотрели на фокусника, тот действительно опять медленно передвигался по полю боя, прикрыв глаза как в прошлый раз когда он нашел деревце рябины наделенного Силой. Маг поворачивался то туда, то сюда, водя перед собой рукой, точно слепой в комнате, нащупывая нити Силы, наконец побродив с минуту он целенаправленно направился к телу барона.

Дворянина решили не обезглавливать и отвезти графу все тело целиком, чтобы не навлечь на себя каких-нибудь неприятностей. Никто ж не знал, как отнесется к смерти, пусть и пришедшего сюда с мечом дворянина другой человек знати да еще к отсечению его головы. Может обезглавливание барона станет личным оскорблением и для сэра Грегори Левертона. Потому труп даже не обыскали. И по всей видимости Маг решил исправить это упущение.

Брем начал лихорадочно возиться с застежками кольчуги на груди барона.

– Эй Маг, ты чего делаешь?! – подбегая спросил Зуб.

Мартин и все кто оказались рядом также приблизились к месту действия. Но Сайзмор похоже не обращал ни на кого внимание и продолжал копошиться. Наконец он справился с застежками и выудил на свет золотую цепь с красным камнем величиной с фалангу большого пальца в золотой же оправе.

– Что это? – требовательно спросил Флокхарт.

– Рубин Ландскнехт…

После чего фокусник засмеялся и вскоре начал хохотать как сумасшедший.

– Эй Брем, – взял Мартин за плечо Сайзмора. – Ты чего?

Фокусник оборвал свой смех и, оглядев собравшихся, что смотрели на него настороженно, всякое могло быть с этим парнем с частичкой Силы внутри. Вскочит еще чего доброго и поубивает всех, с него станется…

– Все в порядке, – выдохнул Маг и снова улыбнулся.

– Точно?..

– Абсолютно.

– Тогда в чем дело?

– В этом камне… Этот барон похоже даже не знал что за сокровище он носит на груди.

– Ну почему не знал? – не согласился Камень. – Знал, раз на золотой цепи носил.

– Этот камень драгоценен не сам по себе что считается драгоценным, а тем что он если хотите – магический, камень с Силой внутри…

– Как то деревце?..

– Почти… Знаете в чем ирония судьбы этого барона?

– В чем?

– С этим камнем он мог бы стать непобедимым воином! Проконсультируйся он с каким-нибудь магом или колдуном, что соединил бы их сущности в одно целое. Но вся беда в том, что он не знал истинной ценности своего камня, иначе не заключил бы его в золотую оправу.

– О чем ты говоришь?

– О Силе! Он запер Силу в клетку… Как вам объяснить?.. Ну если совсем примитивно, то это как со львом. Сильный хищник, который может убить всякого кого захочет… но если запереть его в железную клетку то он не сможет проявить своей силы! Вот и с этим камнем так. Его заключили в оправу точно в клетку. А носил бы он его в мешочке, так же на шее, барон был бы непобедим.

– Теперь ясно…

– Мне нужен этот камень, Ландскнехт… Возьмите все мои деньги, но дайте его мне.

Видя что многие не прочь стать непобедимыми воинами Маг продолжил:

– С этим камнем никто из вас не сможет управиться, вы станете его рабом не имея Силы… Поверьте мне, я говорю это не потому что хочу всеми правдами и неправдами обладать им, а потому что это так. Даже я не стану его освобождать от клетки пока не найду свой посох куда и вставлю его. Помнишь Ландскнехт, я говорил о посохе, который бесполезен без камня?

– Было дело…

– Так вот, вот он этот камень! – Маг показал его в раскрытых ладонях, которые чуть подрагивали. – Нам казалось, что сложнее всего будет найти именно камень, а оказалось что посох… Теперь осталось отыскать только молодой дуб и сделать из него мой скипетр Силы…

– Тогда ты станешь настоящим магом, Маг?

– Нет… мне не стать магом… но я смогу создавать полномасштабные иллюзии! А не эти жалкие шарики под наперстками и тому подобную мелочь… от которой нет никакого прока кроме как кратковременного развлечения.

– Хорошо Маг, бери камень себе. У тебя он послужит всем нам.

– Спасибо…

На этот раз спорить никто не стал, всех напугала мысль рабства. А Маг похоже действительно знал что делать с камнем ему и карты в руки, а остальные ни с какой магией знаться никаким боком не хотели. Поскольку никто до конца не верил что Маг действительно не маг, а простой фокусник. Впрочем отчасти это действительно было так, ведь Силу он все же имел…

Сайзмор освободил рубин от толстой золотой цепочки и бросил ее на грудь барона, слово это была обычная веревка.

Солдат, которых после суда ждали исключительно королевские галеры, поскольку дезертирство считалось одним из самых серьезных преступлений против короны, и, тело этого разбойничьего барона в замок графу сэру Левертону было решено отвести лично. Тем более что по пути, да и купеческих караванов которые нужно защищать на дороге пока еще нет, а значит, можно устроить себе выходные. И подлечиться не мешало.

Сэр Грегори не стал ругаться за то что убили барона, хотя и показал что делать впредь этого не стоит.

– Я дал вам право гонять исключительно разбойный люд… а не дворян. В следующий раз постарайтесь приводить их живыми. Дворян может судить только король.

– Слушаюсь ваша милость…

– И еще до меня дошли сведения, что твой отряд Ландскнехт вырос в три раза.

– Уже только в два, ваша милость… в последнем бою с этим бароном, мы потеряли десять человек… они храбро и умело сражались и те кто остался в живых, думаю достойны вашего прощения… Ну или хотя бы чисто символические сроки с отбыванием в вашем отряде охотников за головами.

– Вот ты куда загнул?!

– Да ваша милость. Вдесятером мы не были бы столь эффективными…

– Вот уж действительно, казну вы мою выгребаете весьма эффективно…

Мартин лишь улыбнулся, ответь на такое нечего. Денег со срубленных голов они действительно получили довольно много, это не считая того что они брали в качестве трофеев. Лорд не зажимал и держа слово выплачивал все сполна. Он как-то признался, что делает это только потому, что надеется на дивиденды в будущем, когда разбойников в лесах значительно поубавится и купцов платящих подати станет гораздо больше, а там и глядишь, они и сами будут платить охотнее.

– Ладно, я подготовлю бумаги и на них.

– Благодарю вас ваша милость.

Пока отряд отлеживался в замке, Флокхарт наведался в деревню и завез матери денег. Год обещал быть не слишком урожайным из-за поздней весны и похоже такой же как в прошлом году наступающей ранней осени. А с этими деньгами она не будет знать проблем.

– Чуть не забыла, – всплеснула руками мать когда Мартин собрался уже возвращаться в замок.

Снаружи стояло полно народу, весть о том что он в деревне разлетелась мгновенно и все хотели посмотреть в живую на охотника за головами которого все знали обычным ничем не примечательным парнем. Нужно было поторапливаться еще и потому чтобы староста Старбак Хантер не учудил какой-нибудь подлянки, с него станется…

– Что еще ма?

– Вот…

Мать протянуло какое-то полотно, развернув его Мартин обнаружил вышивку.

– Что это?

– Это от Калисты… Она знала, что ты можешь рано или поздно появиться у меня вот и передала. Сама делала.

Флокхарт сразу же узнал на вышивке тот же рисунок что и на медальоне – львиная голова.

Настроение, вместо того чтобы подняться от такого знака внимания наоборот окончательно испортилось. Мартин мечтал с ней встретиться, но она замужем и уже с ребенком, что не мешало встрече как таковой, но и не могло ничего изменить. Что-то сделать можно только лишь после того как он получит грамоту с прощением графа, а ждать ее еще три года, а за это время всякое могло случиться…

– Возьми…

– Ладно.

Мартин запихал полотнище за пазуху и отбыл из деревни, сопровождаемый ребятней до самого замка. Его люди за следующую неделю подлечились, перевооружились и снова отправились на охоту, тем более что начался новый осенний пик сезона.

– Где зимовать думаешь? – напоследок спросил граф.

– Ребята просились на юг, ваша милость…

– Понятно, хотя и не одобряю… разбегутся.

– Не думаю, ваша милость.

– Ну-ну…

Весь следующий месяц отряд снова носился по лесам в поиске разбойников. Но им приходилось не только гоняться за разбойниками но и убегать от них! Несколько раз разбойники пытали сами нападать на отряд охотников но терпели неудачу. Произошло несколько кровавых стычек, за которые его отряд потерял еще пятерых человек, но приобрел гораздо больше, так что когда выпал снег на юг из Разбойного леса уже уходило сорок пять охотников за головами с полными кошелями меди, бронзы и серебра с золотом.

Все за исключением Мага находились в хорошем настроении. Фокусник же шел с понурой головой так как за все это время он нашел аж три! дерева обладающих Силой, но ни одного даже простого ростка дуба.

Как ни спешил Уайтхорс, но в графство Леветон попасть раньше весны все равно не успел. Чем дальше на север, тем холоднее и больше снега на дороге, тем медленнее он тает, так что любое движение просто встало. Пришлось дождаться конца зимы в какой-то деревушке, а когда он все же попал в графство и дошел до ближайшего городка, то отряда уже не обнаружил. Он лишь узнал что тот зимовал в Порт-Бруме и хозяин таверны с большим удовольствием рассказал все о своих постояльцах сказав что они уже ушли в лес чистить его от всякой швали.

Больше всего магистра заинтересовал фокусник который этой весной присоединился к отряду.

«Фокусник?!» – буквально вспыхнула в голове мысль.

– А что за фокусник? – вкрадчиво спросил Уайтхорс.

– Ну фокусник и фокусник… – смутился хозяин таверны. – Молодой…

– А в наперстки он играл?

– Да было дело, – кивнул хозяин и усмехнулся: – Его чуть было за жульничество не порвали, но эти юноши за него вступились.

«Проклятье! – вскрикнул про себя Уайтхорс. – Я буквально сам подтолкнул обладателя Силы к этому воину!»

Уайтхорс уже не сомневался что этот обладатель Силы один и тот же человек, фокусник и наперсточник. Что ж, он выполнил свое обещание на угрозу мага и забрался в самое глухое место в королевстве и стал тем самым приближенным обладающим Силой!

Маг решил, во что бы то ни стало изничтожить отряд этого некоего Ландскнехта и его самого. И буквально на следующий день он отправился вслед за отрядом в лес.

Только несведущему человеку может показаться, что маг может точно собака идти по следу за своей жертвой. Разве что в самом начале пока аурные следы не «остыли», но времени прошло уже слишком много. Тем более что он не приспособлен движению в лесу и особенно его ученик.

А потом в лесу началось что-то невообразимое. Людей стало больше чем дичи и все следы, что и без того читались с трудом, окончательно затерялись, так что приходилось полагаться исключительно на удачу.

Хотя нет, следы пусть другого характера все же имелись… Уайтхорс быстро понял, как найти этого неуловимого воина, нужно лишь идти по следу смерти оставляемого им и его людьми, а именно безголовых висельников.

Несколько раз удача улыбалась ему, но нежелание использовать магию, чтобы лишний раз не отсвечивать и не привлекать к себе внимание местных магов и колдунов заставило его привлечь к работе разбойников. Тут ему пригодился его ученик Тамп. Маг засылал его в разбойные отряды в качестве уцелевшего «щенка» после набега охотников за головами и он слезно рассказывал о крысах что пируют где-то неподалеку на костях его старших товарищей.

Разбойники, только прослышав о своих врагах, буквально зверели и этой же ночью нападали на графский охотничий отряд. Но вот странное дело, охотники всегда выходили победителями из схваток с минимальными потерями и максимальными потерями своих противников. Почувствовав запах жареного разбойники откатывались назад в темноту леса, теряя своих товарищей которые потом оставались висеть на деревьях вниз головой но только без самой головы.

– Вот так всегда, – вздохнул Уайтхорс, залечивая рану своему ученику, которого немного побили при приеме в отряд, такова уж традиция… Только вот самого отряда уже нет.

– Хочешь, чтобы все получилось, делай свою работу сам. Эти разбойники слишком трусливы и ни на что не годны. Только и могут что беззащитных бить.

– Вы убьете их магией?! – со злостью спросил Тамп, желая этому отряду охотников самой лютой смерти за все свои страдания перенесенные среди разбойников.

– Придется, – кивнул маг. – Хотя не хотелось бы оставлять такие яркие следы… Наши враги могут заинтересоваться… Но что только не сделаешь, чтобы сделать свою работу и не дать пророчеству сбыться.

Уайтхорс и дальше бы пытался разобраться с отрядом чужими руками, но снова приближался холодный сезон года и все разбойники словно перелетные птицы уходили на юг, так что задействовать уже просто некого. Да и сам отряд потянулся на север в очередной раз сбагрив пленных и головы разбойников своему нанимателю. Так что ему волей-неволей приходилось действовать самому.

– Я готов!

– Ну еще бы, – ухмыльнулся маг. – Что ж, пойдем, устроим им небольшую засаду.

Впрочем как таковой засады они не устраивали, просто обогнали отряд, встали у них на пути и принялись ждать. Магистр Уайтхорс подготовил небольшое заклинание, чтобы оно было не слишком заметным для этого фокусника мага-недомерка! но достаточно убойным, опять таки без излишней Силы, что бы его не засекли все и вся.

– Они идут учитель!

– Я вижу…

Уайтхорс вышел вперед отряд его заметил и маг резко выбросив руку перед собой сбросил с нее ранее подготовленное заклинание в главаря отряда ушла огненная стрела.

Отряд двигался на юг и с ними больше никто не сталкивался, как всегда, охотники уходили последними. Маг по-прежнему вел себя нервно, но если раньше Флокхар все списывал на то, что Сайзмор никак не может найти себе посох, то теперь он в этом уверен не был. Фокусник буквально, словно что-то вынюхивал в траве.

– Маг, что происходит? – спросил Мартин во время короткой стоянки.

– А в чем собственно дело?

– Ладно, отключай дурака, – отмахнулся Флокхарт от наивного непонимания Мага. – Ты ведешь себя слишком нервно… Свою нервозность ты словно передаешь другим и остальные люди начинают постоянно оглядываться, быстро раздражаться…

– Извини… но мне все время словно что-то чудится, но я сам не могу понять что.

– А если немного конкретнее?

– Не знаю… тебе например не показались странными последние нападения на нас?

– Да в принципе нет, – усмехнулся Флокхарт. – Мы для разбойников, что кость в горле или заноза в каком другом месте, вот они и пытаются при первой же возможности от нас избавиться. Нам даже лучше было, сами на нас выходили свои головы оставлять, даже искать их не приходилось.

– Я сначала тоже так думал пока не стал чувствовать чужое присутствие…

– В смысле?

– Магическое…

– Час от часу не легче, – выдохнул Мартин. – Ты хочешь сказать, что за нами идет маг? Настоящий маг!

– Да… В последнее время я его словно кожей ощущаю… Бр-р-р!!! Так и веет холодом. Я бы его и не заметил вовсе, но так уж случилось что кажется, я с ним раньше встречался. Да… определенно я с ним встречался…

Сайзмор вспомнил странного мага, что подсел к нему когда он баловался наперстками. Это точно он!

– Так может он за тобой охотится?

– Можно было бы предположить и подобное, – согласился Маг, – но вряд ли. Он меня имел возможность убить при первой нашей встрече. Зачем начинать охоту сейчас?

– Рассказывай, – потребовал Ландскнехт. – Ты ведь не все нам рассказал?..

– Не все…

Брем Сайзмор рассказал Мартину, как все произошло на самом деле.

– Понятно… Но что ему от нас нужно?

– Без понятия. Но если предположить что последние нападения его рук дело – то смерти. А вот для чего и почему я без понятия…

– Что мы можем ему противопоставить, если нам все же придется встретиться? – спросил Флокхарт. – Как его убить?

– Нам нечего ему противопоставить… У нас нет ни единого орудия, ни амулетов, ничего…

После этих слов Мартину стало по-настоящему страшно, так страшно как еще никогда. Ни когда за ним охотились, словно на зайца с собаками, ни когда он был в шаге от виселицы, будучи только что приговоренным графом. Магия всегда пугала своей запредельностью, непонятностью, особенно когда ты сталкиваешься с ней лицом к лицу и лицо это – смерть.

– Никому ничего не говори, – наконец выдавил из себя Флокхарт. – Если уж нам суждено с ним встретиться, то пусть это будет без лишней нервозности и суеты…

– Да Ландскнехт.

– Отряд, в путь!

Люди быстро доели холодное мясо, запили его водой, нацепили на себя свою поклажу и тронулись в дорогу. Всем не терпелось попасть в какой-нибудь крупный город и повеселиться от души на те деньги что они заработали.

– Ландскнехт… – прошептал Маг, подойдя к Флокхарту через два часа пути.

– Что?

– Он прямо перед нами… Я уже вижу его и еще чью-то ауру!

Мартин сразу понял о ком речь. К тому же он еще и не один! Стоило только Мартину подумать о неизвестном маге, как он увидел его. Тот вышел из-за дерева темной фигурой.

– Проклятье… – прошептал Флокхарт и закричал, увидев, как стоящая в тридцати метрах эта фигура, выбрасывает вперед руку: – Рассредоточиться!!!

Флокхарт сам прыгнул в сторону и стрела пламени врезалась в дерево позади него после чего оно вспыхнула как сухая хворостинка. Маг продолжил метать молнии работая сразу двумя руками и там куда они ударялись оставались лишь выжженные до черноты пятна.

Мартин уворачивался но все же оказался недостаточно быстр и одна из молний пришлась ему прямо в грудь! Флокхарт от полученного удара отлетел на добрых пять метров и безвольной куклой грохнулся о землю.

Остальные бойцы разбежались по лесу даже и не думая сопротивляться магу. Разве такое возможно? Конечно же нет! На месте остались лишь Маг да лучник.

– Стреляй в него Эльдар! Меть в голову! Только в голову! – кричал Маг еще в то время как настоящий маг еще метал огненные молнии в Мартина.

Когда Флокхарта все же сбили магией Безухий сориентировался и невероятно быстро стал метать свои стрелы в мага. Невероятно, но маг качнулся и отступил.

– Бей его, бей! – продолжал кричать Сайзмор.

Безухий продолжал стрелять, раздался жуткий крик, от которого казалось кровь в жилах застыла. После него Эльдар замер растянув тетиву лука со вложенной стрелой и внимательно вглядывался в лес поводя из стороны в сторону наконечником стрелы не видя цели.

– В чем дело?

– Я его не вижу…

– Действительно…

Напавший на них маг куда-то исчез, даже Сайзмор его не видел.

– Но я попал в него, – сказал Эльдар.

– Попал?..

– Да! Клянусь всеми богами Форготта, я попал в него и как ты сказал в голову минимум один раз это точно!

– Хорошо… Я ведь даже и не надеялся, что у тебя получится. Думал все, конец нам.

– Но почему именно в голову?

– Самое слабое место мага это голова и сердце. В голову попасть легче это если конечно удастся пробиться сквозь его защиту, а потом добить просто отсекя голову и вырвав сердце, либо заклинанием. Но ты как-то пробился, тем не менее он все же ушел…

– Да что же мы все о магах да о магах! – вскричал невесть откуда появившийся Камень. – Что с Ландскнехтом?!

– Действительно…

Бойцы бросились к Флокхарту, к ним удостоверившись, что злобного мага нет, стали подбегать остальные охотники.

Кольчуга расплавилась став своеобразной кирасой, лицо обожжено, выглядел Мартин как покойник и все так и посчитали не веря что после атаки мага можно выжить.

Тем не менее Сайзмор залепил Мартину сильную пощечину по здоровой стороне лица от которой он вздрогнул.

– Хр-р-р… – захрипел Флокхарт. – Что демон меня подери произошло?!

– На тебя напал маг!

– Точно! – вспомнил он. – И я до сих пор жив?!

– Это действительно странно, – согласился Зуб. – Но это так.

– А-а-а!!! – вдруг закричал Флокхарт. – Как же невыносимо жжется!

И стал яростно срывать с себя одежду. Ему в этом помогли товарищи, отодрав сплавившуюся кольчугу из-под которой жутко воняло паленом войлоком. Им удалось отодрать это все от Мартина и на его груди обнаружился сильнейший ожог явно оставленный медальоном, отпечатав на груди своего носителя оттиск льва.

– Проклятье! Как же больно!

Дав Мартину прокричаться, Маг выдал:

– Повезло тебе… Не будь у тебя этого медальона, или правильнее сказать защитного амулета, валялся бы ты сейчас горкой пепла… что вон та сосенка, – показал на дымящее деревце Маг.

– Да?

– Можешь мне поверить.

– Демон меня подери, – Мартин снова взглянул на медальон. – По сути второй раз меня от смерти спас… Сначала от виселицы, теперь вот от разъяренного мага. Ох не простой оказывается это медальон, ох не простой! И что он к нам только пристал? Не пойму…

– Может его наняли разбойники, чтобы он нас всех изжог? – предложил Зуб.

– Да ну, – отмахнулся Камень от такой закрученной версии. – Много чести, да и сколько для этого магу нужно заплатить?! Разбойники для этого слишком жадные да и денег не хватит даже если несколько банд объединят свои капиталы.

– Кстати где он? – спросил Мартин.

– Убежал. Безухий его подстрелил…

– Молодец Эльдар!!! Но думаю и нам не надо надолго задерживаться.

– Это точно! – поддержали его бойцы.

Флокхарт встал при помощи товарищей, переоделся в запасную стеганку (кольчуги жаль не нашлось) и весь отряд скорым шагом заспешил на юг, прочь от места схватки с магом.

Первые выстрелы уши мимо и Уайтхорс продолжил плеваться огнем и попал таки!

«Но что за демоны?! Этот червь жив!» – изумился магистр.

Он видел магическим зрением, как его смертельный сгусток огня врезался в сильный энергетический щит.

– Оказывается у этого поганца есть амулет!

Но дальше уже стало не до амулета и его хозяина, этот недоделанный маг-крохобор что-то закричал лучнику и тот с невероятной скоростью последовав совету, начал спускать стрелы. Мгновения что маг остался без защиты, не поставив его после атаки от удивления, что жертва жива, хватило стрелку, чтобы совершить ужасное – попасть магу в голову!

Уайтхорс, после вспышки сильнейшей боли, сразу же почувствовал, как жизненные силы мгновенно стали покидать его. Издав рык, он бросился прочь, отводя последующие летящие в него стрелы.

Тамп бежал за ним. Посчитав, что отбежал достаточно далеко, если этим проклятущим охотникам все же вдруг взбредет в голову поохотиться на мага, Уайтхорс сотворил отводящее взгляд заклинание чтобы его наверняка не наши и прошли мимо, без сил упал.

Ему уже не помогали самовосстановительные заклятья, ранение оказалось слишком серьезным, обычный человек умер бы мгновенно от такого ранения. Но Уайтхорс уже ступил на ступеньку лестницы ведущей к становлению существом высшего порядка. Но сейчас это могло только оттянуть неизбежное.

В данный момент ему мог помочь только другой маг или еще лучше сам архимаг Лессинг, но сил не оставалось даже на то чтобы связаться с ним и сообщить о своих проблемах. Мысль о смерти на пути к бессмертию казалась какой-то нереальной и смешной, тем не менее смерть подступала все ближе.

– Учитель, учитель! – запричитал Тамп упав рядом на колени. – Что с вами?! Чем я вам могу помочь учитель?!

Увидев своего ученика, Уайтхорсу пришла в голову идея собственного спасения.

– Можешь…

– Что мне делать?!

– Помнишь, я показывал тебе пентаграмму? Пятиконечная звезда и символы в ней…

– Да учитель! – обрадовано закивал Тамп от того, что у учителя есть возможность спастись и он сам не пропадет без него. Эту пентаграмму он запомнил лучше всех других.

– Хорошо… помоги мне лечь головой на север и черти пентаграмму.

Тамп помог своему учителю и лихорадочно начал водить вокруг него по земле ножом. Пока он чертил, Уайтхорс шептал заклинание.

– Начертил учитель! – воскликнул Тамп, заслуженно гордясь своей работой. Звезда и прочие символы на земле получились на удивление хорошо, будто на бумаге.

– Молодец…

Маг рывком последних сил обнажил свою грудь, достал из сумы ритуальный нож и передав его Тампу, произнес:

– Теперь черти такую же у меня на груди…

– Учитель?

– Черти!

– Да учитель! Простите!

Тамп принялся чертить звезду на груди у мага, а тот не замечая ручейки крови стекавшие по коже продолжал шептать заклинание.

– Готово учитель…

– Дай мне нож.

– Возьмите…

Но вместо того чтобы взять нож из рук ученика он зажал клинок в его руках и поднес в центр начерченной и начавшей тускло светиться пентаграммы. Пентаграмма на земле также засветилась, и от нее пошел дым.

– Что вы делаете, учитель?! – почуяв неладное, запричитал Тамп.

Но Уайтхорс не отвечал. Его сил хватило чтобы, преодолев сопротивление Тампа пытавшегося вырваться и выронить нож, вонзить себе ритуальный клинок в Солнечное сплетение.

– Учитель!!! – закричал Тамп с болью в голосе, но потом он продолжил кричать от жуткой боли появившейся в собственной голове.

Пентаграммы на груди и земле теперь полыхнули ярким огнем, а из открытого рта мага в раскрытый от крика рот Тампа полилась светящаяся дымка. Обессилев, Тамп упал на уже мертвое тело своего учителя.

Пролежав с минуту, он встал.

– Неплохо, – произнес переродившийся Уайтхорс, поведя плечами до хруста в суставах, глядя глазами Тампа на свое бледное тело.

Обряд прошел как надо и сознание мага, вытиснив слабый рассудок Тампа, заняло его тело. Маг привыкал к своей новой оболочке, он снова стал пятнадцатилетним мальчишкой, но со знаниями достаточно опытного мага. Плохо только что этими знаниями он не сможет воспользоваться еще очень долго. Обряд проведен, что называется в полевых условиях, не все получилось как надо и ему долго придется привыкать к новому телу, оттачивать мастерство движений, снова концентрировать Силу в нужных местах.

Но радовало то что после притирки к новому телу он станет еще сильнее! Ведь Сила Тампа никуда не исчезла и она станет полностью его. Маг даже не знал насколько именно он станет могущественнее, но то что на несколько ступеней это точно.

«Возможно, что я даже стану равным самому архимагу!» – возникла крамольная мысль, от которой он расхохотался.

Но сейчас силы нет даже на то, чтобы сообщить архимагу Лессингу о своих приключениях и произошедших с ним изменениях.

– Вроде бы я должен вас благодарить за открывающиеся в будущем перспективы, когда полностью раскрою потенциал мальчишки и объединю его со своей Силой, – с насмешкой произнес Уайтхорс в пустоту леса обращаясь к отряду охотников, – но вот ты Безухий, в отличии от остальных что я просто убью, получишь от меня особо за причиненную мне боль…

Подхватив свои вещи и вынув из груди своего прежнего тела ритуальный нож, маг так же поспешил на юг. Он все же явллялся мальчиком, и любой хищный зверь его мог запросто задрать как простого несмышленого ягненка.

Отряд больше не встретившись с магом (Сайзмор больше не чувствовал его присутствие) остановился на зимовку в ближайшем крупном городе соседнего с графством Левертон герцогстве Тронхейм. Более мелкие поселения они прошли стороной, решив, что гулять так гулять! Тем более им казалось, что в крупном городе отряду будет легче затеряться от злобного мага, если он все же решит их преследовать, хотя почему он вообще на них напал до сих пор было покрыто мраком. Бойцы, добравшись до города, немного успокоились, страх сошел почти на нет и они вновь вели себя, как ни в чем не бывало.

Еще на пути к городу Флокхарт прослышал, что в небольшом лесу живет колдун, исцеляет скотину, людей, привораживает и отвораживает и чего только не делает…

– Может зайдем к этому колдуну? – предложил Магу Флокхарт.

– Зачем?

– Да боюсь что эта наша встреча с магом не последняя. Я подумал о защите и может, прикупим каких-нибудь амулетов и прочих штучек, чтобы в следующий раз дать по-настоящему серьезный отпор, ответить против магии магией.

– Мысль хорошая, – кивнул Маг. – Да только вряд ли нам сможет в таком серьезном деле помочь какой-то там жалкий колдун, который и может, что свинью от глистов избавить…

– Тогда что нам делать?

– Ну, если ты все же решил прикупить всяких магических штучек, то лучше обращаться к настоящему магу.

– И где их искать?

– В крупных городах. Но их услуги стоят очень дорого. Очень.

– Плевать. Жизнь дороже. И деньги у нас есть, так что когда будем в городе, первым делом поведешь к этому магу, я почему-то думаю, что ты знаешь, где их искать.

– Примерно.

Порт-Брум с городом Кермадек в котором они решили встать не имел ничего общего. Город, как положено, обнесен высокой каменной стеной и окружен рвом. Самые низкие дома здесь насчитывали два этажа тогда как в Порт-Бруме это самые высокие. Здесь же сплошь и рядом стояли трехэтажные, а в центре встречались и четырехэтажные постройки. Причем центральная часть города как ни странно оказалась куда как просторнее его окраин.

– Это потому что здесь земли мало, вот они и растут ввысь, – пояснил Маг, единственный кто был в местах подобного этому и более богатых. – Но это еще что вот в столице Суатгептоме там вообще сплошь и рядом четырехэтажные дома стоят и у каждого бога свой храм.

В Кермадеке стоял только один храм – храм всех богов как и в Порт-Бруме, но он был необычайно богат и скульптуры богов по качеству исполнения и богатству убранства не имели ничего общего с облезлыми статуэтками или даже деревянными идолами Порт-Брума.

Впрочем, вскоре все восторги от большого города прошли как сон. Улочки давили своей теснотой и грязью, привыкшие к простору леса и полей бойцы чувствовали себя неуютно, особенно страдал Эльдар кривясь и зажимая нос. Привыкший видеть достаточно далеко и иметь простор для передвижения и действий он особенно остро чувствовал, что его способности лучника здесь бесполезны, один бросок противника из-за угла и он даже лук с плеча снять не успеет не говоря уже о том чтобы натянуть тетиву и вложить стрелу. Постоянно приходилось оглядываться и сторониться важных господ на конях, бесцеремонно разъезжавших, которые могли сбить простолюдина в грязь или смотреть наверх, чтобы тебя не облили нечистотами прямо из окна.

Проживание в городе оказалось очень дорогим, а качество еды и питья оставляло желать лучшего. Совсем разочаровал город после трех случаев воровства. Когда малолетние оборванцы стиснули кошели у зазевавшихся бойцов. Горячие головы сначала хотели жестоко отомстить, но вот найти городских воров в чужом городе не представлялось возможным. Городская стража лишь разводила руками и посоветовала держать деньги поближе к телу или вообще положить в банк и брать необходимое количество по мере надобности.

Когда они все же нашли воровской притон, за мзду показанный одним из стражников, находящийся на окраине города в трущобах, то навстречу бойцам из всех щелей повылезло около двух сотен человек с ножами, крюками, обитыми гвоздями палками, цепями и демон знает чем еще.

– Лучше проваливайте, – посоветовал один из воров вышедший вперед из толпы одетый в рваную накидку, а на голове имел что-то вроде короны из серебряных и золотых вилок и ложек.

Несмотря на свой довольно шутовской вид его все слушались. Глаза короля воров были холодными, и чувствовалось, что только сделай он знак пальцем и вся свора нападет на них. Устоять против них, а тем более победить не было никаких шансов.

– Пожалуй, мы так и сделаем… – согласился Флокхарт, понимая, что никакое мастерство боя как личное, так и строевое их не спасет, тем более что они были без защиты с одними ножами.

Так что, встав плечом к плечу охотники за головами решили плюнуть на украденные деньги и ретироваться по-хорошему понимая что в чужой монастырь со своим уставом не ходят и их тут просто задавят, отняв последнее.

– Думаю пора навестить мага, – произнес Мартин Сайзмору. – Пока все наши деньги не пропали и нас в конец не обчистили местные уличные воришки и воры под видом держателей таверн… Ты кстати узнал где маг живет?

– Узнал.

– Так чего мы ждем?

Сайзмор замялся.

– Не хочешь никому из них показываться? – понял Флокхарт.

– Вообще-то да.

– Может тогда я один со своими ребятами схожу? Делов-то…

– Ну уж нет. Еще всучит чего-нибудь и обдерет вас как липку. Вы же в этом ничего не понимаете, так что я пойду с вами.

Сайзмор тяжело вздохнув и встав, махнув за собой рукой.

– Пойдем… Тут в принципе недалеко.

Мартин позвал еще пятерых бойцов, как для солидности, так и для охраны магических амулетов, что они купят.

Трехэтажный дом мага стоял в центральной части города. Впрочем, жили в лучшем случаев на двух верхних этажах. Первый этаж как и многие из других отводился под лавку, где находились образцы товаров и принимали посетителей. Над дверью висела вывеска не скрывающая истинного ремесла владельца «Лавка мастера Керда Ферманда, магические принадлежности».

При входе над головой раздался мелодичный звонок и буквально через секунду неизвестно из-за какой ширмы появился продавец.

– Чем могу быть полезен, молодые люди? – спросил господин лет сорока. Вот только глаза казалось были значительно старше. А их взгляд словно видел насквозь.

«Маг», – решил Флокхарт.

– Э-э… хм-м… нам нужны амулеты, – замявшись, произнес Мартин.

– Какого рода?

– Защитные…

– От злых духов, сглаза?..

– Нет, от этого не надо… Нам нужны настоящие амулеты, защищающие от магии… от боевой магии, – уточнил Флокхарт.

От удивления у Ферманда аж брови на лоб полезли и сам собою открыл рот, впрочем, он быстро взял себя в руки.

– От боевой магии говорите?

– Именно. Кроме того, нам нужны амулеты не только для защиты но и для нападения.

– На кого?

– На мага конечно!

– Увы молодые люди, но я не могу дать вам таких амулетов, да еще представителям вашей так сказать профессии.

– А какая наша профессия? – усмехнулся Мартин. Он уже потерял всякий страх перед магом и начал раздражаться.

– От вас так несет смертью, молодые люди, – холодно улыбнулся Ферманд.

– Ах вот вы о чем… Вы думаете что мы разбойники с большой дороги? И боевые амулеты нам нужны для нападения на простых людей?.. Вы немного обознались уважаемый мастер Керд, мы как раз защищаем мирных людей и ловим этих самых разбойников.

В доказательство Флокхарт выложил перед магом лист бумаги – графская грамота, говорящая о том что он находится на службе в качестве охотника за головами и имеет право на ношение оружия. В грамоте также высказывалась просьба о всемерной помощи властей.

– Действительно, ошибочка выла, – признал маг свою неправоту.

– Так вы дадите нам амулеты?

– Хорошо… какие вам нужно?

– Понятия не имею, вы же специалист. Но определенно что-то вроде этого…

С этими словами Мартин снял свой медальон и положил его на прилавок перед продавцом-магом.

– Очень интересно… – взял в руки серебряный медальон Керд Ферманд. – Совсем недавно он был в действии…

– Точно. Один сумасшедший маг меня чуть в горстку пепла не превратил. Только медальон и спас от неминуемой смерти. Лишь грудь обожгло, да волосы подпалило.

– Вы очень легко отделались… можно сказать легким испугом.

– Хм-м… можно и так сказать, хотя страху мы натерпелись изрядно.

– Очень странно… кто бы это мог быть?

– Это вы уж сами разбирайтесь. Так вы дадите нам амулеты?

– Хорошо… я сейчас посмотрю.

Маг скрылся за ширмой и вернулся со связкой каких-то пластинок из рогов, ракушек, камешков, стеклянных бус и прочего. После чего раскладывая один амулет за другим маг начал пояснять какой амулет от чего защищает. От таких перечислений у Флокхарта голова пошла кругом, так что в дело вступил Сайзмор имевший о магии непосредственное представление, но остававшийся до этого в тени своих товарищей.

– Простите мастер Ферманд, но вы кажется не поняли что именно хотел сказать мой друг Ландскнехт, – тихо произнес он.

Фокусник и маг встретились взглядами.

– Мы знакомы молодой человек?

– Вообще-то нет, но вы видели меня пару раз в Школе, когда меня уже отчислили мастер Ферманд. На следующий год мне предстояло слушать ваши курсы по этим самым амулетам их изготовлении и применении, – кивнул на бижутерию Брем.

– Да я вспомнил…

– Отлично. Теперь что касается амулетов мастер… меня исключили еще до того как я начал изучать этот раздел магии, но даже я понимаю, что все это, да простите меня за эти слова, фуфло. Нам не нужны эти… бусы мастер Ферманд. Они годны лишь в качестве украшения. Нам нужны нормальные амулеты защитного свойства, универсального характера, вроде вот этого медальона, что вам показали.

– Это дорого…

– Мы знаем мастер Ферманд, но мы весьма платежеспособны, если вы конечно не станете перегибать с ценой.

– Хорошо. Но ты действительно с ними? – зачем-то уточнил маг.

– Да мастер.

– Хорошо. – Легко согласился маг, даже не обидевшись на эпитеты в сторону своих амулетов. – Сколько вам нужно?

– Сорок пять штук защитных амулетов, – выдал Флокхарт.

– Хороший заказ. Приходите завтра, все будет готово.

– Простите мастер, но нам еще нужны боевые амулеты… если нам придется встретиться с этим или другим магом еще раз.

– С этим сложнее молодые люди… но впрочем я могу для вас что-нибудь придумать. Вот только пользоваться ими сможет только ваш… друг. – Ферманд посмотрел на Сайзмора.

– Пусть так.

– Приходите завтра, – повторил маг. – Все будет готово.

– Хорошо. Мы придем завтра.

На следующей день они вновь зашли в магазин мага продававшего наивным горожанам всякие безделушки от сглаза, приворотов и тому подобной чепухи. Впрочем, как выяснилось, у него имелись вещи куда серьезнее.

– Ну как? – спросил Мартин посмотрев на выложенные амулеты мастером Фермандом у Сайзмора, который единственный из всех кто в этом хоть что-то понимал.

Защитные амулеты были сделаны из какого-то дерева красного цвета, каждый из них опоясан вязью символов. Флокхарт успел восхититься тем что маг смог их вырезать за одну ночь! Но потом подумал что возможно заготовки уже ждали своего часа и он просто «зарядил» их Силой. Последнее предположение ему показалось более верным.

– То что нам нужно или побрякушки как в прошлый раз?

– Хорошие вещи, – кивнул он, проведя над ними рукой. – Даже посильнее твоего медальона будет… Защищают от огненных фаерболов, молний, ледяных стрел в общем от большинства самых распространенных магических импульсов. Только вот каждый из них может выдержать один сильный заряд, с повторным он не справится. Но они имеют способность к самовосстановлению Силы, так что это не одноразовое дерьмо.

Мартин пощупал серебряный кругляш на своей груди. Мастер Ферманд сказал, что тот восстановится еще только через несколько недель и будет сильным как прежде.

– Ничего, теперь у меня двойная защита будет.

– Да тебе это потребуется, особенно если учесть что он именно за тобой охотился… а мы лишь свидетели. – Кивнул Маг и спросил: – А где боевые амулеты мастер Ферманд?

– Вот, – вынул маг из под прилавка еще пять амулетов, каменных и металлических из бронзы, меди, железа… и как в прошлый раз показывая один за другим начал перечислять их назначение: – Удар молнией… Слепящий свет… Удар молота… Хлыст гонщика… И Болотный колодец. Я сделал для вас что попроще. С более сложными тебе Брем к сожалению не управиться.

– Понимаю…

Мартин ожидал, что Сайзмор запротестует и как вчера потребует что-то одно универсальное, но он оказался вполне доволен.

– Сколько с нас, мастер Ферманд?

– Пятьдесят золотых.

У Мартина от названой суммы аж сердце заработало с перебоями и он едва удержался чтобы не хватать воздух ртом как выброшенная на берег рыба, но Маг снова обменявшись с продавцом взглядами согласно кивнул.

– Хорошо…

Все амулеты собрали и компания вышла на улицу.

– Что ты на меня так смотришь? – усмехнулся Маг.

– Пятьдесят золотых?!

– А ты что хотел Ландскнехт? Отделаться пятью серебряными?

– Ну не знаю…

– То-то и оно.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Да то что они нам можно сказать по дешевке достались.

– То есть?

– То есть стоят эти амулеты значительно дороже. Значительно дороже, – со значением повторил Брем Сайзмор.

– Тогда почему он их так дешево нам отдал? – с подозрением удивился Флокхарт. – Может быть они поддельные?!

– Нет… настоящие. Это я могу сказать точно. От них так и исходит Сила.

– Тогда почему?

– Не знаю… Но амулеты настоящие и весьма сильные. Так что в следующий раз маг получит он нас по самые помидоры… Если я конечно успею с этим всем управиться до того как он нас всех разорвет пополам…

– А что так?

– Да к каждому амулету надо заклинание выучить. А они довольно сложные…

– Мерзкий город… мерзкие жители… мерзкие дома… мерзкие улицы… – перечислял Зуб все что ему не понравилось в этом городе после третьей кружки крепкого вина. – И даже девки здесь тоже какие-то мерзкие…

Остальные бойцы согласно кивали словам Зуба и продолжили глушить вино. Неудачный поход в трущобы за своими деньгами, где они едва не потеряли свои жизни, до сих пор бередил самолюбие бойцов привыкших выходить победителями из всех схваток с разбойниками. А тут такая пощечина.

Немного подпортило настроение и вручение амулетов, напомнив всем про проклятого мага налетевшего на них ни с того ни с сего. А амулеты больше похожие на какие-то безделушки с непонятными каракулями сами по себе как-то не очень внушали доверия и не прибавляли уверенности что они выйдут целыми из новой схватки с магом если он не дай боги снова состоится.

– Чего надо старик?! – недобро спросил Зуб у подошедшего в рваной одежде мужичка пропойного вида от которого за версту несло плохим вином и мочой.

– Дайте горло промочить… – попросил старичок, который за соседним столиком просил того же самого и в ответ на то что в его кружку все же плеснули плохого пойла рассказал про какого-то воина что станет королем королей, что соберет воедино ныне раздробленные королевства в единое царство каким оно существовало до этого в свои славные времена и станет его императором.

Байка пьяного старика в общем, но Мага она почему-то очень заинтересовала, и он слушал ее с неожиданным вниманием.

– Пошел вон, – отмахнулся от старика Зуб.

– Вы люди как я погляжу лихие…

– Не твое дело!

– Погоди…

И Флокхарт отлил старику вина в его деревянную кружку из своего кубка.

– Спасибо добрый юноша… все же если вы лихие люди, то послушайте совета старика за доброту вашу…

– И каков же твой совет старик?

– Не ходите на север юноши ежели прожить долго хотите…

– А чего так? – усмехнулся Мартин.

– Да многие ходят туда за легким золотом юноша, да что-то немногие стали возвращаться…

– И с чем сие связано? – подмигнул своим бойцам Флокхарт.

– А с тем, что демоны по тем землям бродят… – заговорщицки продолжил старик, – головы откусывают, на ветки вешают и всю кровь стекающую выпивают… А как напьются так мозгом человеческим закусывают…

Кто-то за столом прыснул от смеха, но Мартин состроил страшную рожу, пригрозив кулаком незаметно для старика и смешки прекратились, лишь глаза по-прежнему смеялись.

Старик лопотал что-то еще, но это уже было не разобрать. Спиртное быстро сделало его язык непослушным и он, отойдя присел у стены таверны и обмочив штаны, заснул тихо похрапывая.

– Да Ландскнехт, прав ты был тогда, далеко наша слава дошла… – утирая слезы, выступившие от смеха, после того как старик отчалил, проговорил Зуб.

– Только она приняла еще более извращенные формы, чем я думал, – кивнул Флокхарт, так же немало повеселившись. – Но главного мы добились, теперь все меньше охотников до золота будет желать попасть в графство…

– Вот именно на счет золота… оно у нас очень быстро утекает в этом городе, думаю пора подумать о том, чтобы сменить наше место жительства на еще более дешевое.

Бойцы согласно закивали головами. Всем этот город уже надоел.

– Куда-нибудь в деревню, где воздух чище и девки краше…

Отряд снова согласно закивал головами. В деревне и еда лучше и дешевле.

– Чу, – поднял руку Флокхарт и, бойцы замолчали тревожно осматриваясь.

– Ты чего, Ландскнехт?

– Тихо что-то стало…

И действительно половины посетителей уже как небывало. Словно гроза какая-то должна разразиться и они словно зверье какое спешили исчезнуть из потенциально опасного места.

– Куда это все подевались?..

– А вот и мы и встретились сопляк! – с порога заявил только что вошедший громила, в котором Мартин не сразу, но все же опознал старого знакомого Топтуна.

Вслед за Топтуном вошло еще с два десятка мужиков под плащами у которых угадывались ножи, дубинки и даже короткие мечи. По всей видимости, это была его новая банда.

– Проклятье…

– Ты, выкидыш крысы и ежа, обнаглел настолько, что заявился сюда ручки погреть?! Что ж, это было очень опрометчиво с твоей стороны… Как бы совсем пришлось без рук остаться!

После таких слов последних посетителей словно ветром выдуло через «черные» ходы, только лишь старик остался у стенки и с интересом наблюдал за происходящим.

– Но раз уж ты оказался настолько глуп что заявился сюда, то я сниму тебе твою глупую башку…

– Топтун, я думаю, ты немного погорячился, говоря такие слова, – произнес Мартин, вставая из-за стола. – Давай перенесем наше выяснение отношений в лес…

– Нет, мы разберемся здесь и сейчас… или испугался?!

– Нет.

– Или на стражников надеешься? Так эти трусливые обожравшиеся коты придут сюда, когда вы прирастете к полу.

– Свистун, – бросил через плечо Мартин и коротко кивнул, давая знак.

Тот коротко кивнул в ответ и засунув в рот два пальца так оглушительно свистнул что Мартин не удержавшись поморщился и поковырял пальцем в ухе. Несколько секунд ничего не происходило, Топтун тоже непонимающе переглянулся со своими бойцами, а потом послышался топот десятков ног. Под обалдевшие взгляды Топтуна и его людей с балконов второго этажа на него смотрели остальные люди отряда, оторванные свистом кто-то от чего. Кто просто спал, кто спал вовсе не один, а с дамами пышных форм. Тем не менее, все они стояли здесь. Кто-то даже прихватил и уже успел зарядить арбалеты. Встал Камень, поигрывая одной рукой сразу тремя булыжниками, как заправский жонглер на какой-нибудь ярмарке.

Топтун, нервно улыбнувшись и с трудом сглотнув мгновенно ставшей вязкой слюну, дал знак своим людям и сам стал отступать. Сам он так ничего и не сказал.

– Завтра же утром уходим отсюда, – сказал Мартин, после того как банда Топтуна ушла не солоно хлебавши. – А то мало ли что ему еще на ум придет?.. Мы действительно по дурости свой забрались в самое логово льва.

Как показало время, уходить следовало в тот же вечер. Через два часа в таверну вломилось около пятидесяти человек и началась жуткая потасовка после которой отряд Флокхарта сократился до сорока человек. Они все же прогнали противника, так же порядком обескровленного.

Жертв было бы гораздо больше, не вмешайся таки городская стража. Всю таверну залило кровью, вся мебель переломана, потому как ею защищались что щитами, строили баррикады, бросались друг в друга. В общем вообще повезло что они отделались такими относительно малыми потерями, ведь дрались без нормального оружия и брони, бились в непривычных для себя условиях замкнутого пространства.

После драки Маг еще долго стоял, словно в оцепенении, держа в руках амулеты.

– Маг… – осторожно позвал Мартин.

– Что? – очнулся Брем.

– Ты чего?

– Смотрел… – ответил он с непонятными для Флокхарта интонациями. Он лишь понял, что смотрел он не совсем так как смотрят обычные люди, потому попросил уточнений:

– Ну и?

– Думаю что чисто.

– Ты в смысле, что не работа ли это того самого мага из леса?

– Да. Его поблизости не было. Но это не значит что он не мог натравить на нас этих остолопов, но сам нападать не стал.

– Все легче…

Уж неизвестно, сколько хозяин таверны заплатил стражникам и их главе, почувствовав беду, что твой оракул-предсказатель, но подоспели они вовремя и бандиты увидев стражников унесли ноги, а то жертв могло быть куда больше. Но в тоже время городской начальник стражи выдал предписание отряду покинуть город, что они с удовольствием и сделали утром следующего дня, поскольку уже сами решили покинуть его.

Покидал отряд город, через центральную улицу выходя на главную дорогу.

– Какие же мы все-таки идиоты, – охал Зуб, повторяя мысль Мартина. – Это ж надо было добровольно припереться зимовать в самое логово разбойников! О чем мы только думали?! Как только нас раньше всех не поубивали?!

– В следующий раз будем умнее…

– Вот уж точно… В следующий раз останемся в Порт-Бруме.

– Это правильно, – согласился Мартин. – И воздух чище…

– И вино лучше и дешевле…

– Не говоря уже о жратве, – вставил Толстый, которому местная кухня особенно не понравилась ее качеством и дороговизной, учитывая, сколько он любил кушать.

– И девки чище!

– И потренироваться есть где…

Бойцы еще долго перечисляли, чем северные края лучше так ранее желанных южных городов. Затормозил продвижение отряда Маг. Он оперся рукой о стену и остановился, закрыв глаза.

– Что Маг, хорошо по голове вчера долбанули? – посочувствовал Флокхарт. – Никак оправиться не можешь?

– Да нет, просто там за стеной одна вещь, которая мне нужна.

– И что там?

– Посох…

– Оп-па… А ты уверен что это именно твой дуб, а не какое другое дерево?

– Более чем… меня буквально трясет всего изнутри. Это определенно именно то, что мне нужно.

– Что там за забором? Кто знает? – уже у всех спросил Мартин.

– Кажется дом городского главы… – ответил кто-то из отряда успевшего облазить весь город вдоль и поперек и разузнать о нем все и вся.

На этот раз Мартин по-другому посмотрел на стену. Действительно, кирпичная в два человеческих роста высотой с зубцами. Наверняка предназначенная для оборонительных действий.

– Мн-да. И что делать будем?

– Может, просто зайдем и купим? – предложил Хребет.

– Может и продаст, если не знает о его свойстве, – пожал плечами Сухой.

– А если знает?

– Тогда не продаст…

– И еще охрану выставит и стражников позовет, чтобы не выкрали.

– Да, рисковать нельзя, – согласился Зуб.

– Тогда остается одно, – выдохнул Мартин.

– Что же?

– Банальное воровство…

– Его нельзя просто так срубив украсть, – возразил Маг.

– Почему?

– Нужно провести ритуал…

– Час от часу не легче… Он очень сложный и долгий?

– Нет, пару минут всего.

– Ты его можешь провести самостоятельно?

– Да.

– Я имею ввиду прямо сейчас? Без всяких там дополнительных приспособлений и всего такого?..

– Ну да, там ничего в принципе не надо…

– Ну, тогда все просто, там сам проведешь свой ритуал.

– Что так и полезем средь бела дня?! – не удержался от удивления Маг.

– А почему бы и нет? Давай ребята, подсадите! И покараульте…

Бойцы с готовностью подставили руки для Флокхарта и Мага и чуть раскачав подбросили их так высоко что они без труда зацепились за край стены, обхватили руками зубья и взобрались наверх.

– А как назад?

– Они веревки бросят по нашему сигналу и просто вытянут обратно.

– И точно, – кивнул Маг.

Взору открылся довольно обширный сад со множеством красивых цветов, каких-то цветущих лиан обвивающих деревья с раскидистой кроной. В саду работал садовник, подрезая декоративное деревце, и еще какая-то девушка ухаживала за клумбой. В общем, дом был богат.

– Ну что пошли?

– Давай…

Охотники спрыгнули вниз. И только сейчас их заметили. Садовник затрясся от страха словно потерял дар речи, а девушка уже набрала в грудь воздуха чтобы оглушительно закричать в истерике, но не успела. Мартин подскочил к ней и зажал рот, предупредив:

– Не ори…

– Кто вы?.. Грабители? – спросила она, под рукой трясясь от страха.

– Нет… не совсем.

– Не трогайте госпожу, не трогайте, – залепетал старый цветочник, бухнув на колени.

– Да не будем мы тут никого трогать!

– Точно? – переспросила девушка.

– Точно… А что хотела чтобы мы все же тебя потрогали?! – усмехнувшись спросил Мартин, подмигнув глазом.

– Нахал!!!

Девушка стала вырываться из рук, что ей позволил Флокхарт и она отойдя на два метра привела себя в порядок, собрав обратно разлетевшиеся волосы и пригладив помявшееся платье. Но не убегала и не кричала.

– Ну, вот еще чего! Что вам вообще тут нужно?! А то я позову стражу!

– Не нужно никого звать… мы сейчас сами уйдем. Маг, ищи свое дерево…

Сайзмора долго упрашивать не пришлось и он начал поиски. Вскоре Брем остановился в углу сада, разворошив лианы вьюнов, чем заставил содрогнуться садовника наверняка отдавший много сил чтобы сотворить эту композицию, но промолчал.

– Что вы ищите? – не унималась девушка, оправившись после первого шока.

– Дуб.

– Здесь никогда не росли дубы…

– А это что?.. – кивнул на молодое деревце Мартин, вокруг которого вертелся Маг. – Ну что, это то, что тебе нужно?

– Да! – дрогнувшим голосом подтвердил Брем.

– Тогда выкапывай его и пошли.

– Нужен ритуал…

– Нут так проводи его, не стоит злоупотреблять гостеприимством.

– Сейчас, сейчас…

Маг встал на колени перед деревом и что-то зашептал. Все невольно приблизились поближе, чтобы посмотреть за его странными действиями. Неожиданно фокусник достал нож и полоснул себя по руке, чем заставил вздрогнуть не только Мартина, но и вскрикнуть девушку.

Маг окропил своей кровью дерево и стал поливать ее землю, прямо под корень, продолжая что-то шептать. Закончив свой ритуал, он перевязал рану и слабым голосом попросил:

– Дайте мне лопату…

– Живо! – прикрикнул на садовника Мартин. – Лопату ему!

– Одну минутку!..

– Ты чего сейчас делал? – спросил Флокхарт, когда старик убежал в подсобку за инструментом. – Зачем все это шаманство с кровью?..

– Я знакомил его с собой… Объединял его Силу со своей…

Садовник сбегал за лопатой и протянул ее Магу. Тот принялся выкапывать дубок. Выкопав, его он обрубил ножом макушку и лишние корни, оставив немного размером в два-три кулака, после чего промыл их в бочке с водой. Мартин не мог не заметить какой-то правильности, симметричности форм корней и более того, какую-то выемку в самом центре.

«Для камня», – понял он.

Но вопреки ожиданиям Мартина Маг не стал вставлять камень прямо сейчас.

– Мне нужно к нему привыкнуть, – пояснил Маг, видимо поняв, что хотел сказать Флокхарт.

– Тогда уходим…

Мартин свистнул и, в один момент через стену перелетело две веревки.

– Охрана! Охрана! – раздался чей-то мужской несколько истеричный голос.

– Кто это?

– Мой отец… – ответила девушка.

– Всего хорошего госпожа, – улыбнулся Мартин, обматывая веревкой свою руку. – Извините что побеспокоили…

– Ничего…

Ту же операцию с веревкой проделал Маг, после чего Мартин свистнул и, они в одну секунду оказались наверху стены, а потом спрыгнули на мостовую. За стеной послышались озабоченные голоса, ругань на садовника и успокаивающе-раздраженный голос девушки, что дескать все в норме.

К непонятной группе стоявшей у дома городского главы уже спешили стражники, так что отряд бросился из города со всех ног от возможной погони из стражи и охраны городского главы.

Оставшуюся часть зимы отряд провел в различных деревнях, уходя все дальше на север, когда страсти в поселениях начинали накаляться. Теперь защищенные защитными и боевыми амулетами бойцам казалось, что лучше зимовать в глухих деревнях, где любой пришлый сразу же окажется у них на виду. А потом это выгоднее с точки зрения экономии. В деревнях жили небогато, потому проживание выходило дешевле. Опять же тренироваться есть где.

Маг возился с посохом, постоянно ковыряя в нем ножом и при этом что-то нашептывая, в итоге из простой деревяшки получился полноценный посох, правда, он все еще не торопился вкладывать в него баронский рубин.

– Ну что опять не так? – спросил Флокхарт, недовольно поведя плечами на пристальный взгляд Мага.

– Помнишь того старикашку, что за порцию пойла всякие байки травил?

– Ну да, – усмехнулся Мартин. – Он нас же от похода в леса нами пугал, дескать демоны мы, кровь пьем и мозги жрем…

– А то, что он еще говорил?..

– Я не прислушивался. Мало ли чего может выболтать алкаш, ради того чтобы еще хлебнуть живительной влаги?

– То же верно, – кивнул Брем. – Но одна его история меня очень заинтересовала.

– Это которая?

– Про короля королей.

– И что в ней интересного?

– Я уточнил некоторые аспекты этой истории и получается весьма презабавная вещь, особенно если ее соотнести с нами.

– С нами?!

– Да. Если соотнести ее с нами, то становятся понятны некоторые странности, что с нами произошли в последнее время.

– Это которые?

– Да хотя бы нападение мага в лесу и щедрость мага торговца амулетами…

– Ладно Маг, – сдался Флокхарт. – Выкладывай, что за история и с какого боку мы в ней замешаны.

– Хорошо. Никто не знает откуда она появилась но все считают ее пророчеством.

– И в чем заключается пророчество?

– В том что появится однажды король королей и после Большой войны объединит все королевства в единое царство и станет он императором Форготта.

– Мн-да… красиво. Ничего не скажешь. Все же я не понимаю при чем здесь мы.

– При том, что воин этот соберет свой отряд еще до начала этой войны, а во время войны вообще будет командиром целой армии.

– Ну и?

– Вспомни сколько уже человек под твоим началом Ландскнехт, а сколько станет в будущем если мы пойдем тем же путем?

– Х-ха! Держи карман шире. Армиями могут командовать только дворяне! И не просто дворяне, а герцоги это при условии, что сам король решит не вставать во главе своего войска, если он достаточно умен и понимает, что не способен руководить войском или просто труслив.

– Тем не менее, пророчество говорит, что армией или одной из этих армий будет командовать обычный простолюдин.

– То есть ты намекаешь…

– На тебя, – согласно кивнул Маг.

– Чушь, – отмахнулся Флокхарт, хотя внутри что-то перевернулось, в животе словно бы образовалось пустота.

«Может просто жрать хочу?» – подумал по этому поводу Мартин и продолжил:

– Все это брехня Маг. Ну сам подумай сколько только в нашем королевстве всяких банд ходит. Тех же миниармий охотников за головами. А ведь неизвестно, сколько их в остальных королевствах. Ведь как я понял точного местонахождения этого будущего короля неизвестно… ведь так?

– Так…

– Вот и я о чем.

– Можно и так подумать, а теперь скажи мне, у скольких этих твоих миниармий есть люди обладающие Силой?! – торжествующе спросил Брем Сайзмор, прямо таки светясь от торжества.

– Такие как ты Маг?

– Угу!

– Мало… ничтожно мало.

– Вот именно Ландскнехт что их почти нет или эти люди даже не знают что обладают Силой… такое тоже может быть… и к моему огорчению по этому поводу в пророчестве ничего не сказано, должны они знать о своем даре или нет. Тем не менее, мы полностью попадаем под описание. Ты собираешь отряд, который постоянно растет, в нем армейские порядки, и в отряде этом есть человек обладающей Силой то есть я!

– Ты еще что-то говорил про магов…

– Точно. Это-то меня больше всего и убеждает в том, что пророчество с очень большой вероятностью относится к тебе.

– Ну говори, не томи.

– Темный маг напал на нас, потому что пришел к тем же выводам что и я то, что ты и есть будущий король королей – император Форготта. И чтобы не допустить этого он попытался тебя убить, но тебя спас твой медальон. Совпадение?

– А второй маг? – уже тише спросил Флокхарт. – Торговец этот…

– То же самое, потому почти задаром отдал нам амулеты, чтобы защитить будущего императора и полководца, который возможно приведет людей к победе в Большой войне!

– Если ты прав, то я делаю неутешительный для себя вывод, что за мной будут снова охотиться, а это значит, что под угрозой находятся все, кто меня окружает. Так что я даже не знаю, радоваться мне или горевать что я возможной претендент на императорский трон.

– Действительно…

– Так что на счет всех этих баек лучше молчать. Хорошо? А то как бы весь мой отряд не сделал бы от меня ноги поверив всем этим пророчествам и оценив грозящие им в связи с этим опасности.

– Ладно, я буду нем как рыба.

Дальнейшая зима прошла вполне обычно в изнуряющих тренировках на выносливость и боевое мастерство. Чужих в деревне больше не появлялось, по крайней мере, того злобного мага никто и близко не видел.

Когда снег совсем сошел они оказались в графстве Левертон самыми первыми и принялись ждать первый караван, чтобы начать новый марафон по отлову разбойников, что несмотря на все ужастики про демонов откусывающих головы всем кому не попадя продолжали наводнять лес в поиске легкой добычи, сбиваясь в банды.

Маг все же вставил свой рубин в посох и ходил с ним никого не замечая. Боевые амулеты он также приторочил к посоху, чтобы не копаться в ответственный момент в сумке да и сильнее получится эффект при использовании если их будет подпитывать Сила посоха.

А когда однажды его все же уже в лесу уговорили что-нибудь показать он, указав на летевшего в небе ворона предупредил, что все увидят маленького дракончика. После чего направил на ворона свой посох, что-то сказал, рубин тускло засветился и действительно, все вместо обыкновенной черной птицы-падальщика в небе увидели каждый своего великолепного дракончика.

Иллюзия продержалась недолго всего десять секунд, но она оказалась очень реальна. Но видимо эта реалистичность далась очень тяжело, Сайзмор даже качнулся, опершись на посох, как будто после многочасового бега по пересеченной местности, так он устал, создавая это недолгое видение.

Но этой демонстрации хватило с лихвой, бойцы потом еще долго восхищенно описывали друг другу, что они видели, оставив Мага в покое, давая ему время на восстановление потраченной Силы.

В тот день, когда продал странным парням амулеты, мастер Ферманд закрыл свою лавку, приказал слугам собрать экипаж и как только тот был готов поехал в столицу королевства на встречу с магистром.

Кони неслись как бешенные, маг очень спешил, а потому подпитывал лошадей своей Силой. Так что путь занимавший обычно целую неделю даже в летний период когда дороги сухи, не разбиты после проливных дождей и тем более в зиму, когда то тут, то там наметены огромные сугробы или сошли лавины которые не разобрать до весны занял у мага всего двое суток.

Все препятствия, что попадались на его пути буквально взрывались, обнажая чистую дорогу вообще свободную от снега. Этот путь требовал много сил, особенно после их затрат на создание защитных и боевых амулетов для молодых охотников за головами, но маг их не жалел спеша обо всем рассказать своему однокашнику.

Считалось, что у магов нет своих башен, но это не совсем так. Да у магов таких как Ферманд своих башен не имелось, а вот у легионных магов нечто подобное все же наличествовало. Магистрам отводили целое крыло дворца и те делали там что хотели в итоге обычная дворцовая башня перестраивалась и становилась магической.

В этой башне магистр встречал своего бывшего ученика.

– Я ждал тебя только через два месяца, мастер Ферманд, – поздоровался с магом магистр Джельфо. – Что заставило приехать раньше?

– Я прибыл по срочному делу магистр.

– По какому же?

– Вам наверняка известны бродящие по всему королевству слухи?

– Слухов много…

– Я имею ввиду пророчество о короле королей, магистр, – скривившись, нетерпеливо пояснил мастер Ферманд.

– Ах ты об этом… Что ж, эти слухи то бишь пророчество бродит не только по нашему королевству но и по всем остальным. Но что с того, что именно тебя заставило приехать?

– То, что я видел этот отряд!

Магистр, не сдержавшись, засмеялся во весь голос, чем вызвал немалое удивление у Ферманда, потому как тот знал что магистр один из тех кто практически никогда не проявлял своих чувств. А тут такое!..

– Чему вы смеетесь, магистр?!

– Пойдем в мою комнату, поговорим там.

Ферманд согласно кивнул. У стен есть свои уши и глаза, собственно чтобы хоть как-то контролировать магов короли и поселили их подле себя. Какая наивность – контролировать магов!

Комната в которую привел своего посетителя магистр была защищена от прослушиваниями десятками заклятий да и просто никто не мог оказаться поблизости незамеченным.

– Ну рассказывай Керд, что тебя так взволновало что ты немедленно решил встретиться со мной. Ты как я знаю не из самых впечатлительных, чтобы тебя взбудоражил какой-то там слух, – сделав глоток чая, произнес магистр.

– Вот уже два года по королевству расползается странный слух-пророчество о короле королей. В нем говорится о…

– Я знаю о чем в нем говорится, – кивнул магистр Джельфо. – Можешь не утруждать себя пересказом. Переходи сразу к главному.

– Я видел этого короля королей.

Магистр снова рассмеялся.

– Прости меня мой друг, – замолкая, проговорил магистр, но смех как видно все равно прорывался, и лишь сила воли позволила магистру стать вновь серьезным.

– Почему вы смеетесь каждый раз когда я завожу разговор об этом человеке?

– Сейчас я постараюсь тебе все объяснить… Дело в том, что прямой или косвенной причиной распространения этого слуха-пророчества, тут смотря как посмотреть, явился я сам.

– То есть?

– Все очень просто мой старый друг… Близится Большая война которую вновь хочет развязать наш старый знакомый магистр, а теперь уже его можно назвать архимагом Лессинг. Он где-то на окраине мира построил себе полноценную башню, решив работать с силами Тьмы тем самым став Темным магом. Его цель как и прежде Башня на острове Проклятого озера. А точнее то что под ней – источник безграничной Силы. Наш учитель – Великий также однажды чуть не соблазнился этим порталом, но запечатал его и ушел в путешествие по Ожерелью миров… Лессинг оказался более мелочным и потому он сделает все, чтобы заполучить Силу, сорвет печати, наводнит мир демонами и духами нижних миров и тогда человечеству в этом мире придет конец…

– Я понимаю. Но при чем тут пророчество, причиной распространения которого по вашим же словам стали вы сами?

– Да все при том же. Мы – магистры и легионные маги, как тебе известно, каждый год собираемся в Башне чтобы обменяться мнениями, принять какие-то решения и тому подобное. Башня в будущей войне как ты понимаешь, станет нашим штабом в котором будут вырабатываться все основные военные решения и откуда будут производиться магические манипуляции. Но меня уже давно беспокоили некоторые странные вещи… У меня сложилось стойкое впечатление, будто нас кто-то подслушивает или просто кто-то из магистров оказался чересчур болтливым. Потому я решил проверить обе эти версии одним очень простым способом.

– То есть…

– Да, – улыбнулся магистр Джельфо. – В последний момент я ознакомил всех со своим якобы видением судьбы! Будто бы я заглядывал в будущее. В этом мне равных нет, так что никто не поставил под сомнения мои слова. Я создал этот миф о короле королей!

– А вы смотрели вероятности судьбы на самом деле? – спросил мастер.

– Конечно. Я делаю это каждый раз, когда еду в Башню. И скажу честно я не видел никакого короля королей в ближайшем будущем, я вообще пока не вижу объединения королевств в старое-новое царство… до конца века как я тогда сказал. Это пророчество я придумал буквально в ту же минуту, как рассказал о нем остальным… Я даже хотел приплести в этот отряд квартерона – человека с четвертью эльфийской крови или даже полноценного эльфа-полукровку, но потом подумал, что это уже слишком невероятно и остановился только на человеке обладающего Силой. Так естественнее… Ты поэтому пришел мой старый друг?

– Да. Я видел отряд полностью отвечающий этому пророчеству… простолюдин собирает себе целую армию. Из десяти человек его отряд вырос до сорока пяти и кто знает до какого количества он вырастет через несколько лет. И что самое важное при нем есть человек обладающий Силой… Кстати последнего вы должны помнить.

– Да? И кто же это?

– Брем Сайзмор.

– Надо же! – усмехнулся магистр. – Да я помню его. Хотя этого мальчика надо бы пожалеть. Родиться наделенным Силой и знать, что выше пусть лучшего но все же иллюзиониста ему не стать. Печально, очень печально…

– Но все же чего вы добились или хотели добиться этим… ложным пророчеством?

– Будем в преддверии войны называть его по-военному – дезинформацией… Я хотел выяснить имеет ли Лессинг свои глаза и уши в Башне. Потому следовало пустить такую информацию на которую невозможно не среагировать, которая была бы весьма невероятна чтобы быть правдой и достаточна заманчива чтобы не не проверить ее. Для этого мы поклялись что никто не станет рассказывать о моем пророчестве никому даже самым близким ученикам и помощникам, чтобы все осталось между нами. Якобы, для того чтобы это будущего императора не достал Лессинг или его не прикончили нынешние короли, когда прознают о грозящей им опасности потери власти. И что же получилось? Слух все равно пошел гулять по королевствам! На следующий год, когда мы вновь собрались, я удостоверился, что никто из нас не сказал ни слова, ни полслова о короле королей. Все молчали как рыбы… Значит это дело рук Лессинга, позже мы нашли несколько лазеек в Башне через которые он мог нас слушать и закрыли их. Теперь мы можем планировать ответные действия не опасаясь, что враг будет нас все время опережать на шаг вперед, зная все наши намерения. Кроме того, этим слухом мы заставили Лессинга рассредоточить свои силы на поиск несуществующего воина по сути призрака который должен сокрушить его армию. Да и сам Лессинг будет чувствовать себя неуютно, что немаловажно, любая неуверенность отнимает силы.

Магистр снова не удержался от улыбки. В конце концов он не чувствовал себя виноватым, все делалось ради людей, их спасения от полного уничтожения и его план сработал.

– Вот как все значит… – вздохнул мастер Ферманд. – Как жаль… Жаль еще и от того что этого парня и весь его отряд хочет уничтожить один из учеников Лессинга. Весьма сильный ученик. И шансов у этого Ландскнехта прямо скажем никаких, даже, несмотря на то, что я снабдил его амулетами для защиты от этого мага, а Сайзмору дал несколько амулетов, чтобы тот мог что-нибудь ему противопоставить.

– Неужто его ученик так силен?

– Да. Этот Ландскнехт носил медальон легионного полковника.

– Какого Легиона? – с нескрываемым интересом спросил магистр.

– Вашего магистр. Медальон Второго Легиона, прозванного львиным.

– Надо же, как много совпадений и просто примечательных случаев…

– Да. И этот маг буквально сжег его, сняв всю защиту одним ударом. Вы сами должны знать что легионные командирские амулеты не так-то просто вывести из строя, особенно если учесть сколько времени прошло и этот медальон только набирал Силу. В следующий раз ученик Лессинга будет умнее и применит что-нибудь посильнее. Так что их не спасут даже мои амулеты.

– Что поделать, это война, – пожал плечами магистр Джельфо. – А на любой войне жертвы неизбежны. Гибнут не только солдаты, но и ни в чем неповинное население. Такова уж судьба у этого человека.

– Я понимаю… И знаете что?

– Что?

– Пожалуй магистр, вам не стоит ждать меня через два месяца и позже тоже. Думаю, найдется, кому заменить меня и провести лекции о создании амулетов без моего участия.

Магистр взглянул на мастера Ферманда. Ему не составило труда понять, что собрался сделать его бывший ученик.

– Что ж… не буду тебя останавливать Керд и даже пожелаю удачи. – Произнес вставая вслед за мастером магистр Джельфо.

Он не стал отговаривать еще и потому что этими действиями по защите отряда от последователя архимага Лессинга он только еще сильнее утвердит врага в мысли о том что Ландскнехт и есть тот самый воин, которому суждено привести людей к победе объединить королевства в царство и стать императором Форготта.

– Спасибо.

Уайтхорс всю зиму и даже лето провел в неустанных тренировках по разработке своей и слияния чужой (Тампа) Силы. В первое время приходилось трудно, пришлось даже вспомнить свою собственную молодость, когда он был пятнадцатилетним мальчишкой и чтобы не пропасть Уайтхорс промышлял воровством, срезая у зазевавшихся горожан кошелки с медью или просто воруя еду лежащую на прилавках. Когда ему стала доступно применение магии, после нескольких кровавых жертвоприношений (зарезанных куриц) чтобы эта способность появилась как можно раньше, он не гнушался использовать магию.

Будучи еще совсем слабым в смысле магии он увидел своих ненавистных врагов. Отряд за которым он охотился, зимовал в том же городе что и он, весело проводя время. А увидев бойца на которого ему как-то показывал Змей, как одного из людей пострадавшего от охотников, Уайтхорс решил стравить две банды друг с другом. У него это получилось, однако ж какого его было удивление когда выяснилось что отряд вырос с прошлого раза чуть ли не в двое и Топтун ушел ни с чем только потеряв своих людей.

Выяснилась и еще одна неприятная подробность – у отряда появились сильные защитные амулеты.

«Это они от меня защищаться собрались», – с усмешкой и чувством удовлетворения подумал магистр Уайтхорс. Он уже сейчас понял что когда обретет полную Силу то они не станут помехой, но для этого еще нужно много работать над собой.

После драки отряд ушел из города, но вот маг их примеру последовать не мог. Ему выжить в городе проще. Чтобы окончательно восстановить силы ему требовалось провести человеческое жертвоприношение, а это не так просто даже в самом грязном городе.

Но ему неожиданно повезло.

– Мальчик…

Уайтхорс обернулся и внутренне улыбнулся. Перед ним стоял человек извращенный самыми гадскими пороками которые только можно было придумать. Тот нервно улыбался, дышал порывисто явно в каком-то приятном предвкушении и косил по сторонам глазами, явно не желая, чтобы его застукали и позвали стражу.

«То что нужно», – подумал маг и улыбнулся в ответ.

– Что дяденька?

– Хочешь сладкую конфетку?

«И ведь находятся же такие идиоты что говорят «да»!» – изумился Уайтхорс и ответил то, что хотел услышать извращенец:

– Да дяденька!

– Пойдем со мной, я тебя угощу!

Мужик заторопился и схватив Уайтхорса за руку буквально потащил за собой. Заведя в какой-то нищий квартал он буквально затиснул его в дом и почти сразу же забросил в подвал. Через несколько минут человек сам спустился вниз и стал надвигаться на Уайтхорса все время потирая руки, что-то бормоча и непрестанно хихикая.

– Идиот, – властно произнес Уайтхорс и встал на ноги сбросив с себя личину затравленного и испуганного зверька.

До человека стало медленно доходить неправильность ситуации, когда жертва не молит о пощаде не мечется по крохотной комнатке, просто стоит и ждет еще нагло улыбаясь! Наконец до извращенца что-то дошло, он повернулся чтобы быстро уйти но было поздно. Уайтхорс буквально выстрелил заклинанием и человек упал навзничь.

– Что ты делаешь?! – в страхе спросил извращенец не в силах пошевелить ни одним мускулом, лишь ртом да глазами и глаза эти видели страшную картину как этот неожиданно сильный сопляк положив его в центре комнате что-то чертит на земляном полу.

Закончив черчение, маг встал над головой своей жертвы, и начал что-то бормотать от этого бормотания извращенец в конец потерял дар речи и мог только наблюдать за происходящим. Последнее что он увидел это то, как занесенный нож вошел ему в грудь.

Закончив ритуал, Уайтхорс глубоко вдохнул. Все получилось как надо и он буквально чувствовал как каждая клеточка его тела наполняется Силой. Ее надо будет еще немного перегруппировать, но это уже пустяки.

Маг встал над своей жертвой и с некоторым удивлением произнес:

– А ты Тамп стал бы величайшим некромантом, не займи я твое тело.

Все выходило как нельзя лучше. Уайтхорс с новым телом и дополнительной Силой приобрел новые возможности. Пусть его способности некроманта будут несколько ниже чем это могло быть у Тампа, но ведь у него их вообще по сути не было! А с новыми возможностями усилились старые.

– Ну теперь держись Ландскнехт! И ты Безухий трепещи!

Следующее лето и зима после нападения мага прошли на удивление спокойно. Он больше не заявлял о себе и казалось что Ландскнехт поторопился купив прямо-таки на сумасшедшие деньги амулетов для бойцов и Мага. В общем о том случае в отряде начали потихоньку забывать. Жизнь вошла в свою колею, и отряд продолжал давить разбойников по всему лесу.

Развернутая Ландскнехтом деятельность привела к тому что в количественном соотношении отрядов разбойников стало меньше (впрочем и самих желающих поорудовать разбойников в лесу тоже заметно поубавилось), но зато их отряды стали куда крупнее прежних. Если раньше банда в пятьдесят человек считалась просто невозможно большой, то после двух с лишним лет деятельности охотников за головами такая банда считалась уже нормой. Теперь меньше чем по полсотни человек банды не ходили.

Впрочем, за это время отряд Ландскнехта также немало вырос и достиг ста человек. Такая большая численность несла определенные трудности, особенно в части снабжения продовольствием. Охотой подобную проблему не решить. Но у охотников за головами имелось одно преимущество, они могли запросто зайти в деревню и закупить продовольствие. В то время как разбойники мучались на охоте, любые их попытки отнять у крестьян продовольствие встречало от них самое ожесточенное сопротивление.

Купцы также среагировали на увеличение численного состава банд и теперь не ездили в одиночку, а двигались исключительно большими караванами даже в самом начале сезона, накапливаясь по ту сторону Журавлиной шеи, объединяя свою охрану, потому как одиночкам при встрече с разбойниками светила только смерть.

С другой стороны большинству купцам, опасавшихся разбойников за свою жизнь и добро, предпочитавших лишний раз не рисковать больше не нужно было проводить все лето у Поля дожидаясь осеннего открытия торгов. А могли сразу же после весеннего отваривания отправляться домой и снова приехать к осени, тем самым подтверждая купеческую мудрость, что чем больше и быстрее обернешься тем большую прибыль извлечешь.

Но в целом лорд был доволен. Лес мало помалу очищался от разбойников. Нападений на купцов становилось меньше, а значит, росли платежи. И решение графа о создании своего отряда по отлову разбойников стало себя оправдывать.

Отряд двигался уже неделю, но никаких следов разбойников не находил. Теперь разведчики сновали не только впереди по ходу движения но и по флангам. Отряд превратился в какого-то огромного осьминога, своими щупальцами-разведчиками прощупывая лес в поисках добычи.

– Еще неделя и мы потеряем с десятка серебряный, – недовольно пробурчал Зуб.

Действительно, месяц подходил к концу, а они так никого еще не привели.

– Что поделать, – усмехнулся Флокхарт. – Не может же нам вести вечно.

– Может их вообще уже нет?

– А куда ж они делись? Только середина сезона. Скоро купцы снова пойдут на Светлое поле.

– А мы их всех извели под корень. – Выдал Зуб, сам усмехаясь собственным словам.

Мартин ничего не ответил так как видел что заместитель сам не верит в то что сказал. Потому отряд продолжил движение.

– Демоны! – выругался Флокхарт через час пути.

– В чем дело? – встрепенулся Зуб.

Флокхарт показал в сторону и Зуб сдавленно выдохнул. Средь деревьев виделась большая масса людей – разбойники. Они шли к дороге и пока не видели своих врагов.

– Что же наши разведчики?! Как они их не заметили?!

– Да разве теперь это важно? – отмахнулся Мартин, и начал давать знаки чтобы отряд остановился и присел: – Всем сесть! Всем тихо!

Впрочем, остаться незамеченным не получилось и вскоре в походном порядке разбойников раздались выкрики боевых кличей.

Такое случилось впервые, чтобы противники налетели друг на друга в походном порядке. Обычно они гонялись друг за другом, нападали ночью, били из-под кишка. Но чтобы вот так…

– К бою! – закричал Мартин. – В круг!

Флокхарт только спустя минуту понял что отдал правильный приказ поставив людей в кольцо, а не в линейный порядок, как это следовало делать при встрече с примерно равным по численности противником. Разбойников оказалось тьма тьмущая, это был просто невероятно большой отряд, даже непонятно как они выживали в лесу.

На почти сотню охотников за головами налетело около двухсот разбойников! Отряд Ландскнехта мгновенно оказался в полном окружении. Даже павшие от залпа арбалетных болтов больше не производили на разбойников удручающего впечатления и они налетели на строй, пытаясь с наскоку проломить его, но не получилось, только потеряли с десяток своих одних из лучших бойцов.

Бойцы рубились на мечах, кололи копьями, но разбойники постоянно атаковали, решив, во что бы то ни стало разделаться с охотниками за головами, за их головами. Ради этой цели объединилось от трех до шести банд со всей округи. Видимо очень сильно они достали разбойный люд, но сейчас Мартину было не до гордости от таких умозаключений. Внутри круга уже лежало пятнадцать его бойцов, мало кто из них доживет до вечера, а кто-то уже переправлялся на другой берег бытия в черной лодке…

Разбойники пытались перенять тактику охотников биться строем, понимая что против строя эффективен только строй, а не индивидуальное фехтование, но им не хватало ни опыта, ни выдержки и образовавшийся бандитский строй то и дело рушился и тогда охотники показывали все на что они способны.

Правда и охотникам не всегда улыбалась удача. Отряд сильно разросся потому качество подготовки бойцов несколько страдала, кто-то высовывался вперед, кто-то наоборот испуганно отступал и тогда разбойники снимали свою жатву.

Из-за размеров также страдало вооружение бойцов и их оснащение нательной защитой. Граф просто отказался давать всем нормальную броню, просто потому что у него такого количества просто не имелось. Приходилось вооружаться чем боги послали, а также защищать свои тела.

Еще один взмах копьем и очередной разбойник рухнул как подкошенный, но через минуту боец стоявший в первой линии сам упал на землю с разрубленной топором головой. В образовавшуюся брешь хотел было протиснуться враг но лишь накололся на копье Мартина и был отброшен назад. Флокхарту самому пришлось встать в первую линию вытащив меч, так как копье не слишком удобное оружие для первой линии.

Казалось бой длится уже целую бесконечность и круг строя уже сжался на несколько шагов назад. Становилось понятным что еще немного и разбойники их одолеют и тут уже ничего нельзя поделать, ничто не сможет им помочь, ни изредка все продолжающие стрелять арбалеты, кто-то из раненых все же боролся до последнего и не имея возможности стоять в строю натягивал тетиву арбалета изредка стреляя во врага. Ни более частые выстрелы Безухого. В конце концов запас его стрел не бесконечен, всего два десятка, да и попасть даже стреляя в упор не всегда возможно, мешают свои, мельтешат чужие…

– Ландскнехт! Ландскнехт!

Мартин наконец очнулся, чуть отвлекся от битвы и увидел что его зовет Маг.

– Что?!!

– Где помощь?! – орал во всю глотку Маг, сотрясая в воздухе посохом.

Мартин невольно удивился. О какой помощи может идти речь?! Они здесь одни, весь отряд в наличии, за исключением десятка разведчиков ушедших вперед на поиски противника и бьется за свою жизнь, а больше никого нет.

Видимо понимая все его сомнения, Маг сильнее затряс своим посохом.

– Где подмога Ландскнехт?! – снова закричал Маг, буквально подкидывая свой посох.

«Ну конечно! – воскликнул про себя Флокхарт. – Какой же я идиот!»

Он догадался, что имел в виду Сайзмор. Он хочет сотворить иллюзию, но увидеть можно только то о чем люди слышали, и что в связи с этим ожидают увидеть. Потому так и орет, чтобы его слышали все разбойники!

– Вон же они! – закричал Мартин, указывая мечом в сторону леса за спины разбойников. – Держитесь друзья, сейчас они им врежут! Тридцать человек как-никак!

Один из разбойников не выдержал и обернулся, потом второй, третий… Этого только и ждал Маг. Он поднял свой посох, рубин в нем засветился куда как ярче чем при показе дракончика… Даже сам Флокхарт увидел среди деревьев сначала неясные тени, а потом четкие фигуры десятков вооруженных людей. Разбойники увидели свою иллюзию, но в целом она совпадала с видением Мартина и, кто-то из них истошно закричал:

– Засада!

– Враг в тылу! – вторил другой.

Часть разбойников развернулась и под чьим-то предводительством бросилась на своих призраков, тем самым ослабив фронт.

– Поднажмем! – вскрикнул Мартин. – Шаг! Шаг вперед!

Бойцы, защищаясь щитам, принимая на них ожесточенные удары двинули, вперед растягивая кольцо окружения и в какой-то момент они его порвали. Несколько арбалетных выстрелов доделали дело и противник ничего, не понимая, дрогнул, видя что, происходит что-то не то и почти достигнутая победа выскальзывает из рук. Чтобы окончательно уверить в этом противника, увеличив в его рядах моментальные потери, Флокхарт приказал:

– Метайте копья!

Броски и сразу около двадцати человек повалились на землю с длинными древками в телах. Решение было очень рискованным так как практически обезоруживало вторую линию, но оно все же дало свой положительный результат и разбойники отхлынули назад.

Стала возвращаться та группа разбойников человек в пятьдесят, что гонялась за несуществующим подкреплением, но ситуация уже в корне переменилась. Потери сильно возросли и многие их товарищи, особенно раненые предпочли скрыться в лесу видя что все пошло наперекосяк.

Вернувшиеся же вступили в бой наверное лишь только из-за если не отчаяния, то просто от опьянения схваткой. Но этим они уже ничего не могли изменить. Теперь бой шел на равных и побеждал лишь тот кто был в военном деле искуснее.

Более профессиональными в этом отношении оказались охотники за головами, отдающие тренировкам по три-четыре часа в день перед отбоем, кроме того все кто был недостаточно умел, уже лежали либо убитыми либо ранеными.

Разбойники же похвастаться такой организацией тренировок, а следовательно, умением и дисциплиной не могли, предпочитая нежиться у костра травя байки о своих прошлых боевых и любовных похождениях. А потому в первые же секунды столкновения понесли жестокие потери от быстрых и юрких бойцов Флокхарта.

Бой продолжался, обе стороны продолжали нести потери, но все больше разбойников предпочитало унести ноги от этих малолетних лесных демонов не знающих пощады.

– Убью паразитов! – ревел один из разбойников махая топором на длинном топорище и одному бойцу не повезло. Топор достал его и он отлетел с проломленным черепом.

Мартин поспешил туда и в разбойнике с топором сначала по голосу, а потом и в лицо и фигуре узнал Топтуна. Он тоже узнал Флокхарта.

– А вот и ты глиста!

Несколько быстрых взмахов топором, мощных ударов о щит, да таких что Мартин отлетел в сторону с разбитым щитом. Он подхватил чей-то более целый, кому он уже все равно был без надобности и поднял с земли копье. С копьем против топора куда сподручнее чем с коротким мечом.

Теперь поединок шел на равных, Мартин то отступал, но сам переходил в атаку, делая короткие удары. Но ему все же не повезло и копье полетело прочь перерубленое пополам.

– Вот и все щ-щенок! – воскликнул Топтун делая очередной замах чтобы прикончить своего врага.

Меч или нож доставать уже было поздно как и отступать и Флокхарт молясь чтобы щит выдержал, сделал шаг вперед и прикрылся им от удара упершись в щит обеими руками. Мощный удар сбивший его с ног и Мартин оказался возле этого самого обломка копья с наконечником и в следующий замах Топтуна копье вошло ему в бедро.

Раздался жуткий крик, топор полетел куда-то в сторону и Топтун рухнул на землю держась за обрубок копья.

Через несколько секунд битва вконец заглохла и кто мог из разбойников убежал в лес.

– Как у нас дела Зуб? – спросил Мартин, после того как отошел от боли.

В этой неподготовленной схватке его оказывается несколько раз ранили и вот эти раны, после того как их прижгли жутко болели. Но боль немного отошла, а чтобы о ней окончательно забыть, нужно заняться делами отряда.

– Даже не знаю. Все могло быть куда как хуже.

– Это понятно…

– В общем тридцать человек из наших того… еще семеро тяжело ранены. Более-менее нормально себя чувствуют только двадцать три человека. Без ран обошлись только Маг, Камень и Безухий… Мне вот тоже…

Зуб показал плотно перебинтованное запястье.

– Что?..

– Два пальца потерял…

– Проклятье…

– Да. Рука хоть и левая, так что максимум что смогу, так это только во второй линии стоять пока все окончательно не заживет.

– Да… Что еще?

– По нашим все. Что касается противника, то на поле осталось пятьдесят два жмура… плюс двадцать раненых. Итого семьдесят два бронзовых и пять серебряных сингла. Это если успеем добраться до конца месяца.

– Ладно, выступаем завтра… все пойдем в замок Херд, нам нужно основательно подлечиться. «Тяжелые» останутся там до тех пор, пока совсем не выздоровеют.

– Хорошо…

Зуб ушел командовать дальше. Сразу после него к Мартину подошли трое, причем одни из них был разбойником.

– Кто это Трилист? – спросил Флокхарт.

– А ты не узнаешь, Ландскнехт?

Мартин внимательно пригляделся в пленника. Парень был молод и очень знаком.

– Знакомое лицо… уж не Шлепок ли это, ваш старый дружок?

– Он самый, – подтвердил Дрок.

– Ну что же, – тяжело поднялся с земли Мартин, берясь за рукоять меча, – однажды я дал слово и его надо выполнять…

Глаза Шлепка расширились от ужаса и он попытался слабо вырваться.

– Ты обещал его отдать нам… – напомнил Трилист.

– Вы все доказали ребята, зачем вам это?

– И все же…

– Хорошо…

В глазах Шлепка появилась надежда, но лишь до тех пор, пока он не увидел что с ним хотят сотворить его бывшие друзья. А друзья его накидывали на высокий сук веревку с петлей. Но и это еще было не все. Ребята проявляли не дюжую изобретательность.

– Пощадите други! Меня заставили! Я ни в чем не виноват!

Пленник продолжал умолять о пощаде, что-то обещал, пускал сопли, но когда его бывшим друзьям это надоело, они вставили ему кляп и продолжили свои приготовления.

Далее они накинули петли на руки Шлепка и привязали к двум соседним деревьям так, что тот оказался подвешенным за руки на порядочной высоте и только после этого одели петлю на шею. Все в том числе и пленники с интересом наблюдали за происходящим. Мартин как и остальные никак не мог вникнуть в смысл происходящего.

Но когда все было готово, Трилист и Дрок дали понять Мартину, что можно двинуть речь. Флокхарт не стал упрямиться, тем более что нужно было подтвердить свои грозные слова, которые он произносил каждый раз, принимая новичков в отряд, что покарает предателей.

Вот и представился очередной случай подтвердить свои слова делом, так как уже состоялось несколько казней, которые Мартин в отличии от этого раза совершал сам. Говорить о чем-то высоком и много ему не хотелось, чем он грешил раньше, потому он просто повернулся к своему отряду и указав на жертву, произнес:

– Перед вами разбойник известный как Шлепок… однажды он был принят в наш отряд, но предал его и сбежал. Не просто сбежал и начал законопослушную жизнь, а как все поняли, примкнул к другой банде, за что приговаривается к смерти.

Флокхарт кивнул Трилисту и Дроку сам с интересом наблюдая за тем что произойдет дальше. И они если так можно выразиться не разочаровали… Бывшие друзья и подельники Шлепка подошли к приговоренному одновременно выхватили мечи и синхронно отрубили Шлепку руки по локоть, тело ухнуло вниз под действием собственной массы и Шлепок в конечном счете оказался повешенным.

– Оригинально, – усмехнулся Топтун.

Мартин вынужден был признать его правоту.

– У этих ребят потенциал палачей и наверняка дознавателей. Скажи Ландскнехт, что это было?

– Что именно?

– Ваша подмога…

– Какая тебе разница?

– Да наверное уже никакой. Меня скорее всего повесят, хоть и не так… красочно. Просто бежим мы навстречу вашей помощи, встали они в ваш защитный строй мы буквально в них врезаемся и они исчезают точно туман… Магия? Тем более что я слышал, что ты кого-то звал «магом».

– Да нет, просто иллюзия…

– Врешь…

Флокхарт пожал плечами и отошел от Топтуна. Зачем ему что-то доказывать и объяснять? Пусть думает что хочет… тем более что и думать-то ему недолго осталось.

Обретя новые возможности и силы, Уайтхорс не помчался в графство Левертон искать своего врага – будущего императора Форготта, а остался на прежнем месте. Во-первых пока бы он добрался до Разбойного леса прошла бы первая половина лета, во-вторых его еще надо найти, что как по прошлому опыту он знал не так-то просто и оставалась вероятность того что он его не успеет найти до начала зимы и придется снова мотаться по всему королевству. Потому он решил подождать отряд здесь же и прикончить всех разом в городе, где к стати ему легче всего упражняться в своей Силе, раскрывая все новые свои, а точнее Тампа возможности. Потенциальных жертв целая куча.

Но увы, он просчитался и отряд не пришел ни в этот ни в какой другой южный город, а остался зимовать на севере в Порт-Бруме. А южные города вместе с возвращающимися разбойниками только наводняли слухи один страшнее другого, но все они были об охотниках за головами.

Уайтхорс уже буквально кожей чувствовал, что Большая война близко, вот-вот начнется, а потому с первой же возможностью он помчался на север. Нужно уничтожить полководца с собственной армией как можно быстрее.

Ландскнехт оставлял четкий след из безголовых висельников и спустя половину лета Уайтхорс наконец практически нагнал отряд охотников за головами. Осталось только решить, как изничтожить его и доложить о проделанной работе архимагу Лессингу. Напасть в открытую он не решался, все-таки отряд имел амулеты и не только защитные, но и для нападения. Одна ошибка и снова придется начинать все сначала. Но вот только времени на это уже не было. Значит нужно действовать наверняка.

Магистр Уайтхорс остановился на очередном поле битвы где охотники взяли богатый урожай из голов. Целых пятьдесят с лишним висельников!!! Один почему-то без рук и повешен за голову… Выбор получился сам собой – некромантия.

Но увы оживить безголовых невозможно, можно безруких, безногих, даже без внутренних органов, но не безголовых. Удача все же не оставила адепта Тьмы, недалеко от болтающихся безголовых тел Уайтхорс почувствовал братскую могилу.

– Что ж, таков закон любой войны, что армия время от времени в схватке с врагом несет потери, – проговорил маг.

Вспомнив свои способности некроманта, Уайтхорс приступил к обряду восстания мертвых в мир живых. Обряд закончился и разгребая землю из могилы встали тридцать некромонгеров или как их прозвали в народе – мертвяков. Дергался в петле тот безрукий инвалид пока все же не свалился на землю… потеряв голову, став бесполезным. Некромонгеры шатаясь ходили меж деревьев глядя на мир мутными белками глаз, то и дело натыкаясь на них, то на друг дружку. Они жаждали теплой, живой крови и даже потянулись к магу их ожививших, но Уайтхорс быстро прояснил им кто тут главный. Мертвяки жалобно завыли.

– Не орите, будет вам кровь!

Но даже некромонгеры без оружия не много навоюют, и потому маг решил немного помочь Ландскнехту в его деле по очистке леса от разбойников и однажды ночью его мертвяки напали на разбойничий отряд. По совпадению это были остатки того самого отряда с которым бились некромонгеры еще будучи по-настоящему живыми. Никто не ушел, те кто пытался бежать были убиты Уайтхорсом своими излюбленными огненными молниями и фаерболами.

Это нападение не только дало возможность некромонгерам утолить первую жажду крови, но и вооружиться, да еще и пополнить свои ряды свежими мертвяками. В итоге армия Уайтхорса увеличилась до шестидесяти человек.

Но даже столько мертвяков не давали магу уверенности в победе. Кроме того они нужны ему скорее только в качестве отвлекающего маневра чтобы маг-крохобор, этот недоделанный иллюзионист истратил на них все свои боевые амулеты, а сам он уже ничего не опасаясь мог разделаться с отрядом.

Немного подумав, он решил, что лучше немного переборщить, чем опять что-то упустить потому Уайтхорс решил подстраховаться и вызвать демона. Следовало покончить отрядом одним мощным, пусть даже запредельно мощным ударом. Теперь он мог сделать то, о чем даже и мечтать не смел. И все благодаря Тампу, его природной Силе, которую адепт Тьмы только развил, сплетя ее со своей жизненной энергией.

Поле смерти годилось для этого как нельзя кстати. Если раньше Уайтхорс мог вызвать пару демонов из одного из самых близких нижних миров, существа из которого были немногим эффективнее некромонгеров, и вели себя словно дикие звери начиная поедать все подряд. Их следовало вызвать только непосредственно в бою в момент, когда нужна их прожорливость. Но в скоротечном бою проведение этого обряда вызова длилось слишком долго, отнимало много энергии, и внимания. В результате можно погибнуть самому по чистой случайности.

Но теперь у него намного больше Силы и он замахнулся на один из глубинных миров, где демоны обладали разумом и с ними можно договориться о тактике, цене и прочих условиях. Кроме того, они появлялись сразу по зову. Но чтобы они появились в нужный момент их нужно вызвать заранее перед боем и уговорит одеть на себя так называемую серебряную нить.

– Отойдите подальше, – бросил маг некромонгерам.

Появившийся демон мог сожрать их, а Уайтхорс не собирался терять свой отряд, даже его часть. Мертвяки переступая с ноги на ногу послушно отдалились в глубь леса. Им не терпелось снова вкусить крови и лишь Сила мага ставшего их хозяином и его приказ удерживала их от свободной охоты на всех и вся.

Обряд был завершен, посреди поляны вдруг образовалось большая гнилостная лужа с серным запахом из которой разбрасывая зловонные капли словно пробка из бутылки с ревом вылетел ужасный демон.

– Это ты меня вызвал сморчок?! – взревел демон и встряхнув от грязи короткие крылья.

– Да, я!

– Тогда я сожру тебя за это!

Демон встав на четвереньки рванул навстречу магу ревя во всю глотку. Уайтхорс ожидал чего-то подобного, а потому метнул в демона фаербол который буквально вырвал демону его левую руку. Демон потеряв конечность полетел кувырком, сломал дерево оказавшееся у него на пути и плюхнулся далеко от мага.

– Учудишь еще что-нибудь подобное, и я тебя убью. – Пообещал Уайтхорс.

– Не буду…

– Так-то лучше. И почему вы сразу хотите сожрать того, кто вас вызвал, а?

– Мы голодны…

– Это не повод.

– Повод, – возразил демон. – Ничто так не утоляет голод как плоть мага.

– Вот оно что…

– Зачем ты меня вызвал?

– Для заключения обоюдовыгодного соглашения демон.

– Какого?

– Мне нужно чтобы ты сожрал несколько человек.

– Несколько?

– Их там будет около сотни. Думаю, тебе этого хватит. Но одного из них ты должен сожрать в обязательном порядке.

Маг переслал демону образ жертвы.

– Без проблем.

– А теперь протягивай лапу, я надену нить.

– Может не надо?

– Ага! Что бы ты плюнул и не пришел? Ну уж нет, протягивай лапу или я ее тебе вторую оторву!

Демон скривился, но все же протянул целую лапу и Уайтхорс одел серебряную нить, которая тут же исчезла из виду, но не исчезла как таковая, давая возможность одним посылом вызвать демона из нижнего мира.

– Теперь я могу уйти? Здесь мне больно…

– Валяй. И постарайся отрастить себе новую лапу как можно быстрее. У тебя не так много времени даже по меркам твоего мира.

Демон кивнул и прыгнул обратно в зловонную яму, которая тут же стала засыхать.

– Вот теперь можно приступить к основной части плана. За мной! – призвал за собой мертвяков Уайтхорс.

Некромонгеры почувствовав скорую поживу бежали вслед за своим хозяином не зная устали. В их возрожденном магом ничтожном сознании, которое и сознанием то можно было назвать лишь с огромной натяжкой, пульсировала только одна мысль: «Кровь! Кровь!! Кровь!!!»

Маг спешил, он не мог тянуть слишком долго. Демон мог сорвать серебряную нить, все-таки у Уайтхорса было не слишком много опыта обращения с ними. Тем не менее он сумел дождаться ночи, собственно именно к ее наступлению он и нагнал отряд Ландскнехта, приготовившийся ко сну и как только решил что нужный момент настал, скомандовал своим некромонгерам:

– Вперед! Порвите их!

Мартин Флокхарт проснулся от всхрапа лошадей, еще тех, что они захватили у баронского отряда. Только теперь их насчитывалось не десять, а всего три. Часть продали, часть съели, когда дичи совсем не было, и когда не имелось возможности купить провизию у крестьян ввиду того, что их деревни слишком далеко, а есть хотелось нестерпимо. Отряд как-никак большой, а на тех что остались, перевозили своих раненых и таким образом не сбавляли темп движения по лесу.

Когда раненых не было, возили часть амуниции и провизию, что также не только облегчало передвижение, но и гораздо лучше сохраняло бойцам их боеспособность из-за меньшей усталости. Иногда на лошадях производили преследование за бежавшими во время битвы разбойниками. В общем, эти лошади оказались для отряда полезными животными буквально во всех смыслах.

Обычно они всхрапывали, когда неподалеку кружили хищники, в основном волки, редко медведи, но видимо в лесах добычи после двух протяженных и холодных зим совсем стало мало, что они стали подходить настолько близко и пугать лошадей так сильно, что они начали перебирать копытами.

Мартин украдкой посмотрел на часовых. Те не спали и чуть прикрикнули на обеспокоенных лошадей чтобы успокоились и никого не разбудили своим ржанием.

«А что если это не волки и не медведи?!» – озабоченно подумал Флокхарт.

Он еще раз со всем вниманием посмотрел в лес, но нет, ничего так и не увидел и даже чуть успокоился. Но потом беспокойство вновь начало брать свое. Неясная ситуация требовала прояснения.

«Слишком тихо», – вдруг подумал Мартин, прислушавшись к лесу.

Даже ночью лес всегда полон звуков. Где-то вскрикивала ночная птица, чаще всего сова, подвывала выпь, слышался писк ночных грызунов дерущихся за добычу и тому подобное. К этим звукам охотники уже давно привыкли и просто не замечали, переставая их воспринимать. Но Флокхарт вдруг обнаружил, что не слышит голоса леса. Только лишь листва как обычно чуть слышно шуршала в кронах от небольшого ветерка.

Этот самый ветерок донес до него трупный запах, какой-то сладковатый, от которого, тем не менее, начинало тошнить.

«Трофеи воняют», – первое, о чем он подумал.

Но потом он вспомнил, что еще слишком рано. Запах появляется только на четвертый-пятый день, а прошло всего три. К тому же отрубленные головы на ночь погружают в холодный ручей для лучшей сохранности.

«Да и ручей в другой стороне!» – вспомнил Флокхарт.

– Эй, Камень, – растолкал Мартин своего соседа. – Проснись…

– Чего Ландскнехт? – недовольно перевернулся он на другой бок.

– Чувствуешь?

– Что именно?

– Мертвечину…

– Не-а…

– Принюхайся… может быть мы рядом с местом прошлой стычки встали.

В этом случае должны вонять болтающиеся обезглавленные разбойники.

– Точно нет. У меня память на эти места хорошие. И знаешь, действительно чего-то потягивает, – прогнусавил Камень. – Может трофеи?

– Нет, ручей в другой стороне…

– Точно.

– Ну и вонь! – рыкнул проснувшийся Горг.

Эльдар тоже выглядел встревоженным. Даже за лук взяся.

Флокхарт увидел в свете костра как проснулся Маг и взяв свой посох уставился в темноту леса именно в ту сторону откуда, по его мнению, несло падалью.

Мартин почувствовал, как мгновенно покрылся холодным липким потом.

«Проклятье! Лучше уж прослыть паникером, чем трупом!» – встрепенулся он и вскочив на ноги во всю глотку крикнул:

– Отряд, подъем!!!

Бойцы стали живо вскакивать со своих мест и недоуменно озираться.

– В чем дело? – неслись отовсюду недоуменные вопросы.

Мартин и сам решил что ошибся, все оставалось тихо, но тут в темени леса раздался усиливающийся даже не крик, а какой-то многоголосый рык. Сон с отряда как рукой сняло и бойцы начали хватать свое оружие и подтягивать к себе щиты. Так что когда в пределах света от костра появились первые нападающие, бойцы уже все стояли на ногах и при своем оружии.

– В круг!!! В круг!!! – орал Мартин, призывно махая мечом.

Не все успели добежать и встать в строй. Самые дальних буквально смяло налетевшей массой разбойников и моментально зарублены. Не повезло и пленникам, нападавшие набросились на них словно дикие звери.

«Что происходит?!» – недоумевал Мартин, краем глаза видев как пленных буквально закусывают до смерти и разрывают на части.

Началась драка. Как сразу стало понятно, разбойники отлично к ней подготовились. Кто-то из них вооружился здоровенными жердями, которыми они проламывали строй, буквально вдавливая бойцов первой линии внутрь построения. Но надо отдать должное другим охотникам за головами, они быстро закрывали бреши и нападавшим не удавалось разрушить строй.

Только столкнувшись с противником лоб в лоб он понял что именно люди и воняют падалью.

– Да это же наши! Они стали мертвяками! – прозвучал чей-то голос, опознавший в нападающих своих погибших товарищей.

«Действительно», – удостоверился Флокхарт, увидев лицо одного из них.

– Держать строй, рубите их! – закричал Мартин, почувствовав, что бойцы сейчас струхнут и попытаются бежать прочь, что станет для них смертельной ошибкой.

Мартин, следуя своему совету проткнул одного мертвяка, буквально насквозь, их тела стали податливыми, но вот большого вреда это мертвяку не принесло и он продолжил атакующие действия, с диким криком молотя булавой по щитам.

Раздались первые арбалетные выстрелы и несколько разбойников буквально отбрасывало назад от мощных ударов болтов если они попадали в нечто подобие доспехов. Но чаще они просто пробивали тела навылет не принося мертвякам никакого урона.

Стрелял Безухий и самые активные разбойники валились на землю со стрелами в телах но потом они вновь вставали на ноги даже не обламывая глубоко засевшие стрелы. Бойцы сражались, но разбойников было слишком много, около шестидесяти, а то и семидесяти человек, в темноте не особо разобрать и они начали нести существенные потери.

Мертвяки то и дело прорывались в строй и схватив какого-нибудь бойца вырывали его из построения и начинали кусать его, выпивая кровь. Эти бойцы дико кричали, так что у живых кровь стыла. Самое плохое заключалось в том что эти погибшие вставали на сторону противника и начинали сражаться против тех с кем еще минуту назад стояли в одном строю плечом к плечу. Пожалуй, это вынести было труднее всего.

– Да как же их убить-то! – взревел Зуб.

– А я почем знаю?! – кричал в ответ Мартин. – Маг! Скажи что-нибудь!

– Вспомнил! – закричал в ответ Маг. – Рубите им головы! Только так их можно обезвредить!

– Но почему бы тебе не воспользоваться боевыми амулетами?!

– Я берегу их для более сильного противника! А с этими вы сами справитесь!

– Кого?

– Того самого!

– Понятно…

– Так что отбивайтесь своими силами!

– Постараемся!

Очередной стрелок выпустил болт в мертвяка, это его немного затормозило, разбалансировав движения, и в этот момент Флокхарт дотянулся и срубил мертвяку голову. Сделать это оказалось значительно легче, чем думал Флокхарт и мертвяк рухнул на землю и больше не вставал, хотя его конечности все еще шевелились, а руки словно пытались дотянуться до живых, пальцы сжимались и разжимались в хватательных движениях, но хватали они только невесомый воздух.

Мартин быстро объяснил отряду тактику боя и дело пошло на лад. Сразу с десяток мертвяков успокоились навсегда. Бойцы почувствовали себя увереннее и, кое-где даже послышалась ругань вроде:

– Получи мертвяк поганый!

– Сдохни во второй раз!

Иногда мастер Ферманд жалел, что отправился вслед за отрядом охотников за головами. Жалел потому что верил магистру Джельфо о том, что охотник за головами не есть будущий император, а просто один из многих… просто совпадение произнесенных пустых слов. Жалел еще и потому что пришлось надолго отказаться от привычного ему образа жизни, тепла, хорошей пищи, сна в мягкой постели. Все это заменил холод, гнус, жесткая еда и спальный мешок на голой земле.

И как же это долго продолжалось! Целый год ничего не происходило, он только следовал за отрядом оставлявшего после себя горы трупов, вербовавшего из противников новых бойцов из которых и пополнял свой отряд время от времени также несущего ощутимые потери.

Может быть именно поэтому он не уходил обратно в свой дом, не возвращался к привычной жизни торговца амулетами, половина из которых как правильно определил Сайзмор, просто побрякушки, бижутерия… Может быть именно потому что все же что-то было в этом отряде.

Но он оставался. И мастер Ферманд даже сам уже не понимал почему. Может быть из-за темного мага что пытался на чужой территории обделывать свои делишки, пытаясь помешать осуществлению и без того ложному пророчеству. Он просто шел вдалеке от отряда чтобы его не почувствовал изгнанный из Школы бывший ученик.

Как неожиданно в середине следующего лета он почувствовал колебание Тонкого мира. Совсем близко, кто-то творил магию. Маг едва ее ощущал и даже подумал, что это Сайзмор что-то выделывает сверх своих возможностей, но потом вспомнил, что тот не может ничего более иллюзии, что вообще никак не влияло на Тонкий мир.

– Все-таки пришел… – улыбнулся мастер Ферманд, поняв, что это тот самый маг, что пытался в позапрошлом году уничтожить отряд охотников, а точнее его командира, которому вовсе не суждено стать королем королей. Но темный маг этого не знал и хотел доделать свою работу.

Ферманд встрепенулся, он почувствовал запретную магию – магию некромантии. Следовало спешить. Мастер помчался еще быстрее, почувствовав совсем уж темную силу – вызов демона.

Некромонгеры начали нести потери. Бойцы преодолели свой первый страх, нашли способ противоборства и начали успешно отбиваться от слуг Тьмы. Уайтхорс буквально заскрежетал зубами, половина некромогеров стала полноценными мертвецами.

Уайтхорс потянул невидимую серебряную нить и когда она обрела реальное серебристое свечение, дернул ее. С диким ревом боли из под земли выскочил демон.

– Уже? – удивился он.

– Да. Ты отрастил себе лапу?

– Вот, – продемонстрировал демон ранее оторванную магом конечность.

– Тогда сожри их!

– Один момент!

Демон как-то враз увеличившись в размерах раза в три, он и раньше был не маленьким, но сейчас его рост достигал пятнадцати метров и он такой громила, валя деревья точно сухой камыш двинулся навстречу отряду.

Содрогание земли почувствовали все, а уж треск лопающихся и падающих деревьев не услышать даже в горячке боя было просто невозможно. И все несмотря на все ужасы перед глазами пытались рассмотреть что еще за новая угроза нависла над ними.

– Что это?! – закричали кругом.

В темноте ночи в свете луны появилась чья-то тень.

– Маг!!!

– Я вижу!

Маг действительно готовился. Рубин в его посохе горел огнем и пробормотав какие-то слова, один из амулетов разрядился боевой магией, протянув от посоха к демону огненную дугу.

– Удар молнией!

Демон дернулся назад. Флокхарту показалось что он видел огромную дыру в теле нечестии, но тот, издав дикий рык вновь двинулся на отряд.

– Болотный колодец!

Демон преодолев половину пути до отряда от места поражения ударом молнии вдруг провалился в землю по пояс, если у демонов вообще существовало такое понятие.

Житель нижних миров пытался выбраться из ловушки в которую угодил, а Маг все не унимался и пытался его добить.

– Удар молота!

И демон, почти выбравшись из болотного колодца с воем как от реального удара по голове, вновь погрузился в него почти по голову. Но неожиданно демон рывком вылетел на сушу, сложилось полное впечатление того, что ему в этом явно помогли и он вновь бросился на желанную добычу.

– Слепящий свет!

Демон не успел закрыть лапами глаза и ослеп. Так он начал метаться по поляне, ломая деревья, спотыкаясь о них и палая, вновь ставая и крутясь на месте ничего не видя. Маг продолжал его бить уже использованными амулетами, заставив демона каждый раз отлетая назад словно от хлестких ударов уменьшаться в размерах.

Пятый разряд магии амулета, «Хлыст гонщика», Маг пустил куда-то в лес. Флокхарт хотел спросить что он сделал если демон прямо перед ними, только лишь истратил заряд впустую, но увидел в лесу вспышку света и фигуру человека который словно невидимыми щитом защитился от атаки Сайзмора и нанес удар сам.

Мертвяки что еще стояли между темным магом и бойцами отряда разлетелись в стороны кусками смердящей плоти, а бойцов буквально раскидало в стороны. Амулеты защитили не только своих хозяев, но и тех, что стояли рядом, так что погибших от магии оказалось немного, но и те что уцелели не на многое остались способны.

– Жри их! – прокричала фигура срывающимся на фальцет голосом.

Несколько слабых ударов остаточной боевой магии амулетов Мага не смогли что-либо изменить лишь злили демона замедляя его движения на какие-то мгновения. Демон вновь обретя зрение практически врезался в строй отряда и даже кого-то подхватил и забросил себе в пасть как его отбросило сгустком света.

– Все назад! – закричал странно знакомый голос.

– Назад! – продублировал Мартин, вспомнив, что он принадлежит магу, что продал им амулеты. – Это союзник!

Маг тем временем вышел вперед и продолжил добивать демона. От исчадия нижнего мира отлетали куски плоти, который разлетались зловонными каплями при ударе о землю словно куски грязи. Не выдержав избиения демон сорвал с себя нить вместе с рукой к которой она крепилась и скрылся в своем родном мире.

– Ты заплатишь за это! – вскричал Уайтхорс, почувствовавший сильнейшую боль от того что серебряная нить была сброшена не по его воле, а воле демона.

Два полноценных мага сошлись в поединке. Они словно бросались чем-то друг в друга и закрывались движениями так, точно в руках их висели щиты. И действительно защитная аура сияла каждый раз как в магический щит попадала магический же заряд.

Борьба магов получилась довольно продолжительной, сразу стало ясно что они практически равны по силе и опыту плетения заклинаний. Лишь только истощив свою Силу в поединке до какого-то минимального уровня они одновременно отступили. Темный маг скрылся в лесу, а тот, что защищал отряд, обессилено сел на колени там, где стоял.

– Стойте на месте! – вскрикнул Ферманд, когда к нему хотели подбежать спасенные, пояснив: – Это еще не все…

Мастер начал что-то шептать и вскоре над поляною образовался круг света.

– Что он делает?! – удивился Мартин.

– Хочет с кем-то связаться, – ответил Сайзмор, хотя Флокхарт и не надеялся услышать ответ.

– Магистр, помогите мне, – попросил мастер Ферманд.

– Что случилось? – раздалось в ответ.

– Я бился с приспешником Лессинга, магистр и мне требуется помощь. Я чувствую, как он зовет своего хозяина.

– Какой в этом смысл Керд?

– Я хочу, чтобы вы защитили…

– Зачем?

– Потому что я так хочу. Если вы не сделаете этого, я запрошу помощи у какого-нибудь другого магистра. Думаю, они сразу ответят на мой призыв и не думаю, что им понравится то, что он это вовсе не ОН и узнают это не от вас, а от меня, то, что вы их все это время держали за дураков.

– Это уже откровенный шантаж.

– Я знаю…

– Ладно, твоя взяла.

Ферманд был прав, Уайтхорс, также создал портал связи и запросил помощи:

– Архимаг Лессинг, помогите мне!

– Что случилось?

– Я нашел их! Я нашел этот отряд!

– С чего ты это решил?

– Им помогают маги! Я бы уничтожил его, но в ответственный момент вмешался маг и все испортил, помешав мне закончить начатое!

– Иду…

Портал ослепительно засиял и из сгустка света вышла темная фигура архимага Лессинга.

– О, мой мальчик, что с тобой случилось? – неподдельно удивился архимаг, увидев Уайтхорса в его новом обличье.

– Простите меня, но все объяснения потом, архимаг. Сейчас нам нужно спешить! Вы с легкостью разделаетесь как с отрядом и его предводителем, так и с этим магом!

– Хорошо, идем.

Вышел на поляну и магистр Джельфо. Хотя Флокхарт почти ничего не понял про что они говорили о том что он это не он и что-то там о других магистрах.

Поговорить дальше магистр и мастер между собой не успели, на поляну вышло еще два участника. Один из них был бойцам знаком – тщедушный маг, что натравил на них мертвяков и демона. Второй выглядел куда солиднее.

Вопреки ожиданиям ожесточенной войны между новыми участниками не случилось, хотя чувствовалось, что они друг другу смертельные враги, хотя бы, потому что кристаллы в их посохах горели огнем, что позволяло остальным видеть всем происходящее точно днем.

– Здравствуй Лессинг, – поздоровался Джельфо.

– Здравствуй…

– Давно не виделись.

– Давно… вот уж как больше ста пятидесяти лет.

– Зачем пришел?

– Можно подумать ты не знаешь, – усмехнулся Лессинг.

– Знаю конечно. Но ты ошибся Лессинг, как и твой ученик.

– То есть? – с недоверием поинтересовался архимаг Лессинг.

– Нет никакого короля королей.

– Но ты же сам… Ах вот оно что!

– Да. Я тебя провел. Заставил раскрыться и заделал все бреши в Башне, через которые ты мог за нами следить.

– И все же…

– Да ладно тебе, – отмахнулся магистр Джельфо. – Ты раньше тоже был неплохим провидцем, мог бы и посмотреть.

– Я смотрел.

– Ну и?

– Я не видел императора, не видел объединение королевств в царство… – признался архимаг Лессинг. – Но решил подстраховаться, потому, как ты был лучшим из нас в плане осмотра будущего.

– Ну, так что, ты еще хочешь убить ни в чем неповинного человека?

– Мне плевать на его невинность. Мне вообще плевать на них.

– Да, я как-то подзабыл.

– Но и убивать его теперь все равно бессмысленно. Я ухожу.

– До встречи, – кивнул магистр Джельфо. – Думаю она непременно состоится.

– До встречи. Вот только следующая наша встреча будет вряд ли такой же мирной.

– А жаль.

– Но архимаг! – попытался протестовать Уайтхорс.

– Заткнись! Нас провели точно неразумных детей. Пойдешь со мной. Время на исходе, мне нужны помощники…

Архимаг Лессинг схватил своего последователя за руку, раздался хлопок и на поляне остались только магистр Джельфо и мастер Ферманд.

– Ну, где твой отряд? – спросил магистр.

Кристалл в его посохе стал гаснуть.

– Вот там, среди деревьев залег.

– Выходите…

Мартин Флокхарт неуверенно осмотрелся, но Сайзмор утвердительно кивнул, и они почти синхронно встали на ноги. Вслед за ними потянулись остальные бойцы отряда не разбежавшиеся по лесу только потому что находились в шоке от атаки мага на них и всего увиденного.

– Здравствуй Брем…

– Здравствуйте учи… магистр Джельфо, – поправился Сайзмор.

– Обижаешься? Ну да ладно… Что ж, я вижу вы действительно удивительно хорошо подпадаете под описание… мое описание отряда, армии и ее командира. Даже человек обладающий Силой у вас и тот есть… Даже чудно.

Магистр вдруг повернулся в сторону Безухого и фыркнул с непонятной интонацией.

– Даже больше того… – еще более непонятно произнес магистр, глянув в сторону Горга Белого. – Ладно… Должен тебя разочаровать Ландскнехт, – снова продолжил магистр Джельфо, посмотрев на Мартина безошибочно угадав в нем командира отряда. – Ты ведь наверняка слышал о пророчестве… Так?

– Ну да, – немного заробел Флокхарт.

– Повторюсь, я должен тебя разочаровать. Это не ты. Этого короля королей вообще нет. Пророчество ложно и было создано совсем для других целей, объяснять которые я тебе не буду, потому что не хочу, да и не нужно это тебе.

– Понимаю…

– Ну а раз так, мы пожалуй откланяемся. Что касается тебя, то можешь больше не беспокоиться, эти маги тебя больше не побеспокоят. Живи как жил и будь что будет.

– Это жестоко…

– Ничего не поделаешь. Жизнь вообще жестокая штука. Близится война и жестокости станет еще больше…

С этими словами магистр положил руку на плечо мастера Ферманда и они исчезли с таким же хлопком что и архимаг Лессинг с Уайтхорсом.

– Проклятье… – выдохнул Флокхарт.

Признаться, Мартин в мечтах уже примерял на себя корону императора, слова Мага запали ему в душу, и он сам поверил в то, что он и есть тот избранней судьбы… и тут такой жестокий удар. Крушение самых светлых и смелых надежд… Это опустошает сильнее чем самая жаркая битва и самые большие потери.

Правду говорят в народе – не грейся в шкуре неубитого медведя…

– Да Ландскнехт, а я уж хотел попросить у тебя, когда ты станешь императором, какое-нибудь баронство, – невесело усмехнулся Зуб.

Он тоже знал пророчество и сопоставив некоторые факты пришел к тем же выводам что и Маг.

– Отвали Зуб, и без тебя тошно…

– Да не переживай ты так.

Отряд приведя себя в порядок, похоронил убитых, подлечились раненые и отдохнув, отправился в путь. После более основательного лечения в замке барона сэра Херда, где сбыли все свои трофеи продолжили свою деятельность по очистке леса от разбойного люда.

Отряд то редел, то вновь пополнялся, но тенденция была положительной и к концу лета охотников за головами уже вновь насчитывалось больше ста человек.

Отряд к удивлению Мартина после всех произошедших с ними страшилок не распался и даже стал более сплоченным. Хотя может быть, потому что все слышали, что маги больше не собирались охотиться на их командира, а значит и им самим нечего опасаться. Хотя спасшие их амулеты держали при себе.

Большой отряд не делал охотников всесильными потому как разбойники вообще всегда к осени увеличивали свою численность сбиваясь в еще более крупные стаи так как купцы уезжавшие с товаром со Поля так же объединялись в большие караваны, да тут еще и деятельность охотников заставляла их укрупняться.

Тем не менее охота продолжалась и головы с живыми пленниками регулярно отправлялись в замок Левертон. Маг использовал свои боевые амулеты на полную катушку так что даже банды разбойников в триста человек для охотников были весьма по плечу. Отряд после того как его численность перевалила за сотню даже отрядил отдельную команду в обязанность которой входила именно доставка пленников графу.

Так отряд и мотался по всему лесу от побережья до глухих окраин графства в баронстве Росон, до конца сезона рубя головы и забирая не только причитающееся серебро и золото, но и богатые трофеи самих разбойников, что они успели отбить у купцов.

Помня неудачную зимовку на юге в центральных районах королевства, отряд и в этот раз предпочел зимовать в Порт-Бруме, чему хозяин таверны был только рад. Еще за прошлую зиму он весьма хорошо обогатился. За зиму Флокхарт тренировал новичков сбивая из них полноценный отряд который должен был в следующем году не оставить разбойникам никаких шансов.

Впрочем к концу зимы произошли некоторые изменения, в конце концов таким большим отрядом было очень сложно управлять, у кого-то появились или возросли амбиции… Наверное это было неизбежно, но в отряде сформировалось два своеобразных блока.

В одном бывшие крестьяне попадавшие в отряд по двум причинам. Первая и их было большинство попадали из-за нищеты ушедшие в разбойники или завлеченные по глупости и в основном были местными или из северных районов соседнего графства. Вторые сами приходили в отряд когда те проходили мимо деревень запасаясь продуктами или зимовали в таверне.

В другом блоке сгруппировались закоренелые воры и не очень-то раскаивающиеся в содеянном убийцы собранные буквально отовсюду, со всего королевства. Первые сгруппировались вокруг Флокхарта, вторые вокруг его заместителя Зуба.

И вот однажды когда уже сходил последний снег, к нему подошел Зуб.

– Ландскнехт…

– Да Зуб?

– Помнишь, однажды я сказал, что, если что я сам подойду…

– Помню Зуб. Выкладывай. Решил взять главенство на всем отрядом? – спросил Флокхарт, стараясь держаться независимо и степенно, но сердце все же куда-то ухнуло вниз. Заговор как-никак под боком созрел.

– Не совсем… В общем мы, ну ты понял, те кто в моем подчинении, – пояснил Зуб, – решили этим летом пойти на юг.

– Грабить?

– Нет Ландскнехт! Мы вполне осознали преимущества охотников за головами. Тем более что разбойников много, а нас мало. Мы бы остались с тобой, но ты сам должен признать, что еще в прошлом сезоне особенно под конец работы стало весьма мало.

Мартин, соглашаясь, кивнул. Действительно под конец когда лес еще должен был как в прошлые годы кишеть разбойным людом буквально опустел.

– Ну вот… мы решили пойти на юг, предложить свои услуги другим графам и герцогам. Думаю они не откажутся от наших услуг… Сам знаешь, у них там своих разбойников что блох на псине. Если все что мы слышали – правда, то они будут платить по два серебряных за голову!

– Что ж, вполне может быть. Вот только как быть с графом Левертоном? Он может объявить вас беглыми преступниками.

– Может, с него станется… Но ты уж постарайся его отговорить.

– Свихнулся! Кто я и кто он?! Что ему мое слово – слово раба?!

– И все же… Тем более что мы в принципе выполнили перед ним свои обязательства… Признай, что тебе только проще будет с половиной, чем со всем отрядом по лесу бродить. Тем более что Маг остается с тобой и он всегда может нарастить тебе недостающую часть отряда, а то и амулетами поможет, – усмехнулся Зуб.

Мартин улыбнулся в ответ. Что ж, это Маг мог и делал в прошлом не раз. И надо было признать, что Зуб был прав по сем статьям. Они изучили этот лес как свои пять пальцев и знали все места где могли отсиживаться или прятаться разбойники перед налетом на обоз, так что действительно пятидесяти-семидесяти человек хватит с лихвой, особенно если учесть помощь Мага.

– Ладно Зуб, иди на юг, а я уж постараюсь замолвить за вас словечко перед лордом.

– Спасибо Ландскнехт.

Зуб старался сдерживаться, но все равно он прямо таки светился от счастья.

После этой особенно суровой, снежной и затяжной зимы, какой не могли припомнить даже очень седые старожилы, когда сугробы, наметенные за ночь доходили до окон, а в бушующее море несмел выйти даже самый отчаянный мореход даже на одну милю от берега и вообще выглянуть из бухты, Зуб ушел на юг, а еще через неделю отряд Флокхарта начал свой затяжной лесной марафон по пересеченной местности.

Разгромив за полтора месяца беспрерывной охоты несколько разбойничьих шаек так и не успевшие перевалить за полсотни, они, погуляв по лесу несколько недель и так никого больше не встретив, повернули к замку Левертон, немного отдохнуть. Лес словно опустел, и купеческие обозы могли двигаться обратно, не встречая на своем пути желающих опустошить их кошельки и поживиться закупленным для перепродажи товаром.

Въезд в замок получился весьма торжественным. Впереди на коне ехал Камень выполняющий роль знаменосца. В качестве знамени или правильнее штандарта выступала вышивка Калисты. За ним так же на коне ехал Мартин Флокхарт, на третьем коне восседал Маг в длинной хламиде в которой он производил впечатление настоящего мага особенно из-за посоха, а за ним уже весь его отряд выросший за эти полтора месяца до девяносто трех человек в основном за счет крестьян со всего графства вербовавшихся к Мартину в Порт-Бруме специально приехав туда.

– Ландскнехт едет! Ландскнехт! Посмотрите это Ландскнехт!

– Львы сэра Грегори Левертона!

– Гроза разбойников!

– Да здравствуют ландскнехты!

– Демоны Разбойного леса!

На все лады приветствовали их крестьяне привезшие десятину лорду, а также те кто приехал просить у него помощи или защиты. Восторженно кричала и высыпавшая наружу замковая прислуга. Даже некоторые стражники приветствовали по сути подневольного человека, взмахивая своим оружием мечами или алебардами. Люди любят героев даже если этот герой конкретно для них ничего не сделал. Лишь капитан Гульбаш провожал отряд хмурым взглядом. Моет быть еще и оттого, что стоило лишь этому рабу-наемнику шевельнуть пальцем и его орда просто сметет всю охрану и захватит замок в считанные минуты.

На все усиливающийся шум своей прислуги выглянул даже сам граф.

– А, наш герой прибыл… – протянул граф. – Ну что ж, заходи.

Мартин слез с коня и пошел вслед за лордом внутрь замка. Его люди уже привычно располагались на внешнем дворе у тех самых столбов к которым их приковали бы цепью не перейди они в отряд охотников.

– Тебя так приветствовали Ландскнехт, как истинного повелителя края, что я даже ревновать начинаю! – засмеялся граф.

– Простите ваша милость… – поклонился Флокхарт показывая свое подчиненное положение, так как почувствовал, что за шуткой кроется доля правды и лорд действительно приревновал свою прислугу и остальных к славе Мартина.

– Ладно, но я что-то не заметил повязанных разбойников, да и мешков с головами.

– А их и нету ваша милость.

– Вот как? Тогда чего приехал?

– По нескольким причинам ваша милость, первая это то что некоторым моим людям требуется помощь вашего врачевателя, вторая это нормально оснастить некоторых бойцов из того трофейного оружия что мы вам оставляем…

– А третья?

– Третья та что мы вот уже две недели никого не видели в лесу, ваша милость. Как и свежих следов. Так что нам просто не за кем охотиться!

– Это хорошая новость.

– Потому мы решили немного переждать у вас, пока лес чуть подзаполнится разбойным людом и мы снова отправимся их ловить, ваша милость.

– Ладно, пойдем со мной…

Левертон провел своего личного охотника за головами в верхний зал, выполнявший роль столовой, сел во главе большого стола и усадил рядом с собой Мартина Флокхарта.

– Садись.

– Благодарю ваша милость.

Лорд подал знак слуге, сказал несколько непонятных Мартину слов и слуга понятливо поклонившись убежал, а через пару минут вернулся с подносом с легкой закуской и бутылкой вина с двумя фужерами на высокой ножке которые казалось сломаются стоит их только взять в руки. После чего наполнил бокалы буквально светящимся изнутри вином.

– Попробуй, – кивнул сэр Грегори на наполненный бокал и отпил из своего, жмурясь от удовольствия точно кот.

– Благодарю ваша милость…

Мартин не стал кочевряжиться и отхлебнул вина и его брови невольно полезли на лоб от удивления, настолько тонок был его вкус.

– Заметил?

– Вы о вине ваша милость?

– Да.

– Конечно ваша милость. Я никогда не пробовал ничего подобного и вряд ли бы когда попробовал, если бы не ваша щедрость…

– Это точно, элифийское как-никак!

Второй глоток вина застрял у Мартина во рту. Он просто не мог себя заставить его проглотить. Эльфийское вино даже самое дешевое было очень дорого. Если все перевести в денежное выражение то сейчас во рту у него плескалось больше десяти серебряных и еще столько же уже было в животе. Как-то невольно это все перевелось в головы… Стало не очень приятно. Тем не менее он проглотил и с шумом выдохнул.

– Ваша милость…

– Ничего… – усмехнулся лорд, наблюдая за потугами Мартина. – Я раньше сам не мог себе позволить такое вино, но благодаря твоим действиям Ландскнехт смог.

– В смысле, ваша милость?

– Еще в позапрошлом году ты изловил довольно много разбойного люда да и в прошлом тоже. Этим ты значительно опустошил мою казну, но и значительно ее пополнил… Еще в прошлом году я вернул все затраты что вложил в тебя и уже начал получать чистую прибыль, значительно больше обычного. Прослышав о чистых дорогах уже этой весной купцов было на десять процентов больше… осенью их будет наверняка еще больше. А это значит что они заплатят пошлины по полной мерке, которые раньше были снижены до минимума из-за бродивших по лесу разбойников нападавших на купцов обчищая их до нитки.

– Значит, ваш план удался, ваша милость?

– Вполне, раз я смог позволить себе купить себя ящик эльфийского вина.

Мартин подумал, что более удачного момента рассказать о том что часть его людей ушла на юг не будет. Так он и сделал. К его удивлению граф даже не стал хмуриться и пренебрежительно махнул рукой. Оно и понятно, какое ему дело до части по сути бежавших осужденных если план по очистке леса от разбойников выполнен? Никакого!

Ему даже наоборот спокойнее что под боком нет целой армии, хорошо подготовленных и оснащенных, практически никак не подконтрольных ему людей.

Мартин допив свой бокал до дна встал, давая понять что не смеет больше злоупотреблять гостеприимством лорда которой и без того был с ним уж слишком любезен.

– Разрешите идти, ваша милость?

– Иди Ландскнехт… все необходимое оружие твоим людям будет предоставлено. Правда, надо отметить, что отгрохал ты себе отряд немаленький…

«Это вы еще не знаете, каким он был к концу прошлого сезона! – про себя усмехнулся Мартин. – И каким был бы сейчас!»

– Так уж получилось ваша милость…

– Надеюсь, ты не собираешься однажды захватить с помощью него мой замок?

– Ни в коем случае ваша милость… – ответил Флокхарт, не зная как относиться к этой реплике графа.

– Ладно, не бери в голову. Куда сейчас?

– В деревню ваша милость, попроведать мать. Я ее давно не видел.

– Это правильно. Что ж, иди.

– Благодарю, ваша милость.

В деревню Мартин решил въехать с меньшим шумом и потому прибыл один, оставив всех людей отдыхать в замке. В деревню он въезжал уже под поздний вечер, так что когда увидел на дороге пацаненка что задержался в замке дольше всех, вместе с остальными разглядывая уже легендарных охотников за головами, то предложил ему довезти его до дома.

– А ты много убил разбойников?! – спросил он по всей видимости давно мучавший его вопрос.

– Много…

– Я когда вырасту, тоже стану охотником за головами! Вы меня возьмете в свой отряд когда я вырасту?!

– Возьму-возьму, – пообещал Флокхарт, понимая что по-другому он пацана будет не отделаться.

Довезти до деревни он его так и не смог так как повстречал на пути его мать.

– Вот ты где! – всплеснула она руками. – Никогда больше так не делай!

– Не буду ма! – ответил пацан и когда Мартин опустил его на землю, быстро побежал в деревню так что только пятки сверкали.

– Спасибо вам…

– Ничего Калиста… – ответил Флокхарт наконец узнав в темноте молодую женщину скорее по голосу чем в лицо из-за темноты и новой прически.

– Мартин?

– Он самый. А это твой?

– Да…

– Как зовут? – спросил он не придумав ничего лучше.

– Джозеф.

– Озорной мальчуган.

– Да… весь в отца.

– Ну да… – грустно кивнул Мартин, жалея что все так обернулось и не он является мужем Калисты, хотя все к тому шло.

– То есть в тебя, – после долгой паузы пояснила Калиста.

Флокхарт споткнулся на ровном месте и не упал лишь потому, что держал за уздечку коня и за счет нее устоял.

– То есть, он мой?! – опешил Мартин.

– Ну да. Я потому и поспешила выскочить замуж, чтобы не было кривотолков и у Джозефа не было проблем по поводу незаконнорожденности…

– Тогда понятно.

Мартин все же не удержался, подхватил Калисту на руки и закружил. Остановился лишь, когда они чуть не упали. Но потом все же повалились в траву.

– Ты сумасшедший…

– Тут ты абсолютно права!