Автор этой удивительной книги — Масааки Хацуми, тридцать четвертый патриарх школы ниндзя, мастер высочайшего класса по девяти видам будо, решил, следуя примеру многих наставников кэмпо, рассекретить свое искусство. В данной книге Масааки Хацуми повествует об истории ниндзюцу, знаменитых сэнсеях, их мастерстве, о методах тренировок и образе мышления ниндзя, а также о тех поразительных достижениях, на которые способен человек, прошедший соответствующую подготовку. Благодаря удачному переводу в книге сохранились поэтический стиль автора, его высокий дух, его искреннее желание познакомить «людей всего мира» с древним искусством людей-невидимок. Книга будет интересна всем, кто изучает боевые искусства и увлекается историей, философией и традициями народов Востока.
С моей точки зрения, японский — мой родной — язык, уникален, потому что сохранился в сфере единой нации и единого общества, несмотря на существовавшие связи с культурой других народов.
Убежден, что перевод моей книги о ниндзюцу — непростая задача. Знаки японской письменности, особенно кандзи (иероглифы китайского происхождения) имеют много разных значений, и я старался максимально это использовать, чтобы оживить стиль. Это я называю литературным стилем ниндзя, и считаю, что в его использовании проявляется мой талант писателя. Для полноценной передачи произведения переводчик (хон-яку ся по японски) должен быть одновременно и, наравне с автором, ведущим актером (по-японски также хон-яку ся или сю-яку). Г-н Хираи, переводчик моей книги с японского на английский язык, и я — актеры, играющие вместе на одной сцене.
Г-н Хираи сказал мне: «Я удивлен не толщиной вашей рукописи, но глубиной значений, которые вы вложили в каждое слово. Честно говоря, я часто останавливал работу с программой-переводчиком, переставая стучать по клавиатуре и задумываясь над тем, что Вы хотели выразить. Иногда мне приходилось откладывать слово, чтобы вернуться к нему позже».
Я ответил: «Я извиняюсь за то, что использовал стиль, столь трудный для перевода на английский язык. Я чувствую себя подобно безответственному родителю, свалившему на других заботу о своем ребенке. Но Вы меня очень хорошо понимаете. Я старался беседовать с Вами как можно чаще, чтобы Вы лучше поняли меня. Да, мы живем в эпоху, когда машина заменяет мозг при переводе с одного языка на другой. Все же я убежден, что качество перевода определяется знанием языка и образованием переводчика».
Не говоря о знании языка, г-н Хираи — человек глубоко мыслящий и обладающий огромными знаниями и понимаем. В процессе нашего сотрудничества часто возникали беседы такого типа: Г-н Хираи спросил: «Японское слово «ками» обычно переводят как «бог», что неверно. К тому же, в мире существуют самые разные религии. Что именно Вы понимаете под «ками»? И как понимать встречающиеся в Вашей книге слова «синрэй» и «камуродзан»?» Я охотно ответил: «Под «ками» я понимаю выражение вселенской высшей силы. Синрэй — это божественный дух. А камурозан означает «гора, ближайшая к Небожителям».»
Я старался изо всех сил и телом, и духом, и словами сделать свое ниндзюцу, свой взгляд на боевые искусства и себя самого доступными пониманию людей во всем мире. Однако, как мне кажется, вместо камуродзан на пути многих людей встает гора их желаний: когда бы я ни воззвал, мой голос возвращается эхом, не достигая людских ушей. Но гора камуродзан прозрачна — все же люди могли бы меня услышать через гору, если бы захотели.
Вспоминается мысль одного ученого о том, что при разговоре с иностранцем нужно помнить насколько различно выражаются понятия на разных языках, особенно на таких отличных друг от друга, как какой-нибудь европейский язык и японский. Необходимо понимание смысла на языке оригинала и выражение его средствами языка, на который осуществляется перевод. Простой дословный перевод не даст хороших результатов. Если бы я оказался среди людей, говорящих на незнакомом мне языке, то почувствовал бы примерно то же самое, как если бы изображение моего цветного телевизора стало вдруг черно-белым, или если бы телевизор с объемным изображением заменили на обычный — настолько велика разница между родным и иностранным языком.
Трудности перевода с одного языка на другой или трудности общения между людьми, говорящими на разных языках, можно сравнить с проблемами международного брака. Раз это брак, значит у мужа и жены должно быть значительное, если не полное, взаимопонимание во имя любви. При этом общение с точки зрения перевода может быть далеко не совершенным. Проблемы здесь не в знании языка, а в понимании как и что думает партнер.
Это относится и к отношениям между учителем и учеником, и к отношениям между друзьями. В то время, как один изо всех сил старается быть понятым, другой, думая, что правильно понимает своего партнера, разрывает узы дружбы или отношения в силу неверного понимания или неправильного перевода. Мои многочисленные ученики живут в разных частях света. У них свои родные языки и разные способы мышления. Тот, кто ограничен собственной системой мышления, не может быть хорошим переводчиком, потому что не сможет выразить главную мысль оригинала. Поэтому в каждом конкретном случае нужно специально выбирать подходящего переводчика. Г-н Хираи и я достигли взаимопонимания. Он однажды сказал мне: «Я убежден, что нельзя хорошо перевести книгу, не понимая ее сути. Работая над переводом Вашей книги, я был вынужден внимательно изучить более чем тысячелетний период истории японской культуры».
Японский ученый Инадхо Нитобэ перевел книгу «Бусидо, или путь самурая» на английский язык и опубликовал в Соединенных Штатах. Я слышал о ее популярности, но сомневаюсь, что многие могут понять дух самурая. Причина, из-за которой я сейчас об этом говорю — слова господина Нитобэ, которые я однажды услышал: «Истинный смысл книги находится между строк или даже между слов». Я надеялся, что его слова успокоили г-на Хираи, потому что их целиком можно отнести к моей книге. Поэтому, если вы найдете мою книгу трудной — попытайтесь читать между строк. Тогда вы почувствуете дыхание тайной жизни ниндзюцу, появившейся тысячу лет назад.
Оказалось, что г-н Чарльз С. Терри, мой друг, перевел книгу «Миямото Мусаси», написанную Эйджи Ёшикава. Его перевод был настолько хорош, что книга стала бестселлером в Соединенных Штатах. О Миямото Мусаси в Японии писали многие. История создала много образов одного и того же человека. Каждый писатель создавал свой собственный образ — это тоже своего рода перевод. Можно сказать, что понятие перевода не ограничивается выражением мысли на другом языке.
Перевод этой книги выполнил господин Масару Хираи. Две другие мои книги были переведены на английский язык: одна — г-ном Стивеном К. Хэйсом и его супругой, вторая — г-ном Крисом В.П. Рэйнольдсом. Возможно читатели заинтересуются почему мои книги переводили разные люди. Для того, чтобы вы, мои читатели, меня лучше поняли. В тайдзюцу есть секретное ката, называемое сансин ката, или по-другому техникой трех центров. Один ум может привести к неправильному суждению. Напротив, при попытке достичь просветления три ума вместе дадут больше шансов.
Об этом я часто говорю своим ученикам. Естественно, каждый переводчик имеет свой собственный стиль и манеру перевода. Все же, через их взгляды, их сердца и их понимание вы сможете увидеть с трех сторон мой взгляд на ниндзюцу и боевые искусства, мои тренировочные методы и образ мышления.
Издательство «Контемпорари Букс» (Contemporary Books) опубликовало три моих книги, и я глубоко благодарен редактору господину Доновану Вича за его доброту. Я также благодарю всех переводчиков моих книг за их нелегкий труд. Время, труд и благодарность — вот три слова, которые приходят мне на ум в моменты размышлений об их сложной работе.
В древние времена яростные бойцы проверяли свою боеспособность с помощью цудзигири, то есть опробывали свои мечи на живых невинных людях. Эта история произошла, когда Сэнсэю Такамацу было 18 лет. Фабрике его отца ежедневно требовалось около 1250 литров чистой воды. Каждое утро, взяв шест и коромысла, Дзютаро один приносил воду на фабрику. Это был подвиг, который никто не мог повторить. Вода вытекала изо рта каменной черепахи, это был родник. Черепаха находилась недалеко от фонтана Маруяма, в семи-восьми кварталах от фабрики. За одну ходку Дзютаро приносил 250 литров, и всего надо было сделать пять ходок. Дзютаро говорил, что такая работа прекрасно тренирует его ноги и спину. Как-то один рабочий сказал: «Я чертовски перепугался прошлой ночью, молодой хозяин. Я шел один по мосту Син баси, и некто преградил мне путь. Я пробовал обойти его справа и слева, но он сдвигался в ту же сторону, что и я. Потом он схватил меня за ворот и бросил в воду. Я думал, что меня убивают. Молодой хозяин, я совсем не хочу, чтобы мне поручали ходить в тот район после наступления темноты». Услышав этот разговор, другой рабочий добавил: «Вот как? Тогда я тоже туда не хочу. Это похоже на цудзигири давних времен!»
В ответ на такие слова, Дзютаро сказал: «Предоставьте дело мне».
Мост Син баси находился в устье реки у морского побережья Акаси. Здесь владельцы привязывали свои маленькие лодки к берегу, чтобы потом выйти в море. В том районе было семнадцать или восемнадцать публичных домов. Всю ночь Дзютаро провел у моста Син баси, пресек его четыре, пять раз, но ничего не случилось. На следующую ночь все повторилось. Дзютаро сказал себе: «Может быть, хулиган меня знает». На следующую ночь он оделся так, чтобы его не узнали, и отправился к мосту. Как он и ожидал, дойдя до середины моста, он увидел идущего навстречу человека в шляпе, надвинутой почти на глаза. Дзютаро сдвинулся влево, чтобы пропустить его, но прохожий тоже сдвинулся и шел прямо на Дзютаро. То же самое произошло, когда Дзютаро попытался обойти его справа. Потом прохожий схватил Дзютаро за ворот и попытался бросить через бедро. Дзютаро напряг живот и встал, свободно опустив руки вниз. Нападающий пытался выполнить бросок, затем попробовал ударить Дзютаро кулаком, а после этого ногой. Но все его удары попадали в воздух. Когда нападавший пришел в замешательство, Дзютаро бросил его на землю с громким киай. Шляпа слетела с хулигана, и он упал на живот, подобно мертвому пауку. Дзютаро перевернул его, чтобы посмотреть на лицо и привести в чувство. Это оказался один из учеников Сэнсэя Мидзута, Мията, достигший среднего уровня подготовки по дзю-дзюцу. Дзютаро сурово отчитал его: «Как ты можешь ты так позорить свою школу? Стыдись!»
Каждый знает, что Ёсицунэ из клана Минамото, которого в молодости называли Усивакамару, изучал боевые искусства в селении Киитихогэн на горе Курама. Там находится храм бога-воина Бисямонтэна. Люди по разным причинам уединяются в горах для изучения нинпо или других боевых искусств. Так, мой учитель Такаги Ориэмон, от которого я воспринял стиль Такаги рю, провел тридцать семь дней в тренировках на горе Курама, чтобы понять причины своего поражения в поединке с Ягю Тадзиманоками, представителем Яго рю.
В последний из тридцати семи дней непрерывных тренировок у Ориэмона было видение. Его атаковал огромный свирепый тигр, который, приближаясь, становился все больше и больше. Ориэмон попытался нацелить копье тигру прямо в морду. Вдруг появилось густое черное облако, и видение растаяло.
Слабые звуки музыки медленно опускались с облаков и плыли вокруг, как это бывает в мире черных снов, когда звуки повисают в воздухе. Облака рассеялись и выглянула полная луна. В этот момент Ориэмон интуитивно понял значение глаз. В повторном поединке с Ягю, как говорят документы, Ориэмон поднял меч, нацелил его в глаза противника и победил. Некоторые могут усомниться: было ли это сном, видением. Однако видение можно истолковать как способ выражения духовного пробуждения, возникающего при пересечении пустоты и реального мира. Огромного тигра можно уподобить очень сильному воину; полную темноту можно представить как путешествие ума и тела в пространстве.
Я понимаю, что эти объяснения трудно понять. Следует сказать, что я придерживаюсь способа выражения мыслей, принятого в боевых искусствах. Поэтому используются магические символы и ритмическая музыка, которые передают сущность боевого искусства. Есть поговорка: «Вид одной и той же деревни в лунном свете по-разному затрагивает души разных людей».
Китайские иероглифы, означающие силу и пустоту, читаются по-японски одинаково — «му». Значит пустота и сила — одно и то же. Я хочу познакомить вас с миром нинпо с помощью системы выражения понятия пустоты. Не путайте, однако, понятия сатори (просветление) и кайгэн (духовное пробуждение). Давайте попробуем проникнуть в тайны ниндзюцу на основе опыта Сэнсэя Такамацу в духовном постижении ниндзюцу и будо — пути воина.
Когда сэнсэй Такамацу был ребенком, его звали Дзютаро. В марте месяце, на двадцать третьем году жизни, Дзютаро вернулся в Японию. Всем сердцем он стремился посетить могилу своей подруги Коганэ, а также повидать свою бабушку, которая жила в районе Хигаси Сирикэто города Хёго. Увидев его лицо, она заплакала от радости. Он объяснил причину своего возвращения в Японию. К сожалению, он вернулся домой не пожинать плоды успехов, а чтобы вылечиться от болезни бери-бери. Дзютаро попросил бабушку приютить его, и она предоставила ему свой дом и сказала, что он может остаться и не думать ни о чем, кроме выздоровления.
Месяц спустя приехал посланец из Акаси, от отца Дзютаро. Посланец сказал, что если бабушка будет продолжать лечить Дзютаро, то его отец (ее сын) перестанет присылать ей ежемесячно деньги на содержание. Бабушка ответила: «Кто же позаботиться о моем дорогом внуке, пока он болен, если не я? Его отец говорит, что мне не следует заботиться о Дзютаро — иначе он не будет мне помогать деньгами. Пусть перестанет посылать свои деньги! Я все равно буду заботиться о внуке, даже если мне придется работать на старости лет. Пожалуйста, передайте это моему сыну».
Пока она говорила с посланцем, больной Дзютаро поднялся с постели и сказал ему: «Хвала небу, что вы пришли! Я скоро собирался покинуть это место. Через пару дней я вполне приду в себя». Бабушка знала, что внук не только болен бери-бери, но и легкие у него повреждены. Из ее глаз полились слезы, и она сказала: «Дзютаро, не обращай внимания на то, что сказал отец. Я буду лечить тебя, что бы ни случилось. Останься здесь и отдыхай.» Дзютаро не мог позволить себе причинить ей неудобства. Даже если бы это его погубило, он не мог сойти с пути ниндзя. Он вспомнил лицо своего учителя Сэнсэя Тода, когда он с улыбкой говорил: «Если тебе в лицо посмотрит неизбежная смерть, умри смеясь». Спустя два дня после прихода посланца Дзютаро решил уйти. Он думал, что чем раньше уйдет, тем меньше причинит неудобств бабушке. Юноше дождался ее ухода из дома, и, надев только ту одежду, в какой пришел, покинул жилище своей бабушки. Он решил направиться к горе Маясан (Мая — мать Будды). Волоча тяжелые, пораженные болезнью бери-бери ноги (они распухли, стали толстыми, как у слона) сэнсэй Такамацу направился к водопаду Камэнотаки у горы Маясан. Он хотел увидеть свою «природную» мать, которую до сих пор не встречал. Если бы он не занимался ниндзюцу, то с такими больными ногами не смог бы сделать ни шага. сделать. Чувство справедливости порождало в нем желание жить, не причиняя неудобств бабушке — желание настолько сильное, что оно заставляло его ноги двигаться.
Было начало лета. Восходя по горной тропе, Дзютаро смотрел в небо. Временами его глаза наполнялись слезами: каждый шаг стоил огромных усилий. «Коганэ умерла! Я тоже хочу умереть, так пусть же это произойдет, когда я буду в одиночестве,» — думал гордый Дзютаро.
Все еще был сезон дождей, но солнце грело очень сильно. Ребенком Дзютаро много раз взбирался на гору Мая, но в тот день ему казалось, что восхождение будет длиться вечно: она как будто стала выше, чем обычно. Он полз на четвереньках и наконец добрался до Камэнотаки — водопада Черепахи.
Дзютаро нашел маленькую хижину. Там было только два соломенных мата площадью около четырех квадратных метров. Хижина с дощатыми стенами высотой около двух метров была достаточно просторной. В маназине у подножия горы Дзютаро купил два килограмма неполированного риса. Рис казался таким тяжелым, как будто он тащил на гору 50-килограммовый мешок.
Юноша не захватил с собой спичек, потому что не курил. Как только он подумал «Черт, я забыл взять спички», то сразу же вспомнил слова своего учителя. Сэнсэй Тода сказал: «Для ниндзя важно уметь есть сырую пищу, более того, следует избегать есть приготовленную пищу. Когда люди едят приготовленную пищу, они теряют жизненную силу, энергию и шестое чувство».
В этот момент свет мудрости учителя коснулся души Дзютаро. Сэнсэй Тода сказал: «Ниндзя должен привыкнуть к природной пище. Мы способны есть продукты неприготовленными. Во-первых нужна вода. Но вода для питья — еще не все. Нужно наполнить грудь свежим горным воздухом». Дзютаро усмехнулся, начиная понимать, почему люди говорят, что отшельники питаются воздухом.
Юноша вымыл рис и положил его на камень. Он использовал лучи солнца вместо огня, и вскоре растираемый между ладонями рис стал мучнистым. Такой рис можно разжевать. (Типичную еду ниндзя составляют орехи, коренья и горные травы.) Пока Дзютаро ел, он разговаривал с фотографией сэнсэя Тода. Пища озарилась таинственным светом. Он продолжал есть, думая о сэнсэе Тода, сэнсэе Иситани и сэнсэе Мидзутани, которые были на небесах, и сырой рис показался ему самой вкусной пищей в мире.
Дзютаро почувствовал, что у него прибавилось сил. Одиночество ожесточает человека, поэтому он решил завести друзей. Дул ласковый ветерок, вокруг весело щебетали птицы. Дикие животные, оставаясь на безопасном расстоянии, приходили посмотреть на него. Передвигаться по тропе вечером было трудно — не было света, но Дзютаро не испытывал трудностей, потому что освоил технику нинпо, позволявшую видеть в темноте.
Однажды вечером Дзютаро разбудил крик «Кайре! (Убирайся!)». Душераздирающий звук пронзил его насквозь и разорвал темную неподвижность ночи. Однако Дзютаро не испугался и снова уснул. Позже он понял, что это кричала полусонная птица.
Как-то на рассвете юноша услышал звуки шагов на краю водопада. Люди купались в струях падающей воды и пели молитвы. Возможно они осваивали учение Будды: до Дзютаро доходили их голоса со стихами буддистских сутр. Он ничего не знал ни о молитвах, ни о священном писании. Юноша был полностью истощен, его тело и душа лежали на земле, завернутые в простое кимоно, не имея сил подняться.
Несмотря на июнь, вечером становилось прохладно, холодный горный воздух остужал тело. Чтобы согреться Дзютаро пополз вперед на руках, безжизненные ноги волочились сзади. Возможно, дух отражавшейся в воде полной луны звал его в водопад. Дзютаро казалось, что он плывет по озеру и вода падает прямо на него. Он начал петь, повторяя молитвы, которые слышал днем, и священные сутры (а этого он никогда раньше не делал), как будто водопад пробудил в нем вокальные способности.
Спустя несколько дней какой-то старик заметил Дзютаро под струями водопада и подойдя ближе сказал: «Молодой человек, вы, кажется, занимаетесь аскетизмом. О чем же вы молитесь?» Дзютаро едва мог говорить, но заставил себя ответить: «Я хочу вылечиться».
Глаза старика излучали добрый свет. Он сказал: «Это не так уж трудно. У тебя бери-бери и ленточные глисты. Я могу тебя вылечить. Сначала избавимся от глистов». Старик сложил руки в одну из позиций кудзи-ин — положение «знак меча» (то-ин), и с криком нанес удар Дзютаро в живот, а потом что-то пробормотал про себя.
Мнение Дзютаро обо всем этом было довольно скептически: «Как может старик избавить меня от ленточных глистов таким странным способом?» Старик произнес: «Ты избавишься от ленточных глистов через два или три дня. Я вернусь, мой юный друг». Он взобрался на скалу и пошел прочь. Казалось, что ноги его не касаются земли. На третий день после ухода старика прекратился дождь и выглянуло солнце. Дзютаро почувствовал острую боль в животе и побежал за хижину, чтобы облегчиться. Из него вышло два разных ленточных червя. Внимательно их рассмотрев, он заметил, что у одного них были вертикальные полосы вдоль спины, а у другого — горизонтальные. — Действительно, очень странно! Он действительно сделал это. Какой странный старик!» Дзютаро почувствовал, что его притягивает таинственная сила незнакомца. Примерно через десять дней старик появился снова. Он спросил: «Как себя чувствуешь, молодой человек? Я полагаю ты уже избавился от ленточных глистов». «Да. Позвольте мне искренне поблагодарить вас за это,» — ответил Дзютаро и подвинул свои тяжелые ноги поближе к старику.
Незнакомец, который смотрел на юношу проницательным взором, сказал: «Хорошо. Тогда сегодня займемся бери-бери». Старик снова сложил руки в позицию то-ин. — На этот раз потребуется не более десяти дней для полного выздоровления, поэтому не волнуйся. Закончив лечение, старик снова беззвучно исчез.
Сам того не осознавая, Дзютаро только и думал, что об этом старике. Он стал приходить в чувство. Утром седьмого дня юноше в голову пришла мысль, что он может сидеть и даже стоять под струями воды. Цепляясь за скалу, Дзютаро заполз под водопад. На него низвергались массы воды, тянули его тело и плечи вниз, но ноги оказались способны выдержать такую тяжесть. Дзютаро был в восторге: «Я живу!» Он почувствовал себя так, как будто мог подняться вверх по водопаду, отталкиваясь только от воды.
Взобравшись на вершину скалы Дзитаро снова осмотрел свое тело. Он прыгал со скалы на скалу, как будто у него выросли крылья. Он принял решение со следующего утра начать выполнять упражнения школ Кото и Тогакурэ.
Дзютаро проснулся до рассвета и стал выполнять упражнения тайдзюцу на скале. Он был настолько полон энергии, что казалось будто в его удары вложена энергия солнца. Встав спиной к свету и вобрав в себя его энергию, Дзютаро ударил ногой по скале и разбил ее вдребезги. Он взобрался на большое дерево и, сделав сальто, прыгнул обратно на землю. Он прыжки с ударами ногами он отрабатывал в воде.
Дзютаро взял себе псевдоним и стал называться Кикаку Дзютаро, что означает Дзютаро Рога Демона. Как показывает новое имя, он был человеком, всегда добивавшимся поставленной перед собой цели.
Животные с соседних гор собрались посмотреть на тренировку; и вернулся странный старик, словно почувствовав сильный дух Дзютаро, который крошил скалы и рушил высокие деревья, несмотря на разбитые пальцы ног. «Похоже, ты совсем выздоровел,» — сказал он, и юноше показалось, будто старик обнял его своим взглядом, полным сострадания.
— Большое спасибо. Спасибо за помощь, я полностью выздоровел. Вы обладаете великой силой. Наверное вы доктор и лечите больных здесь в горах?
— Ты говоришь странные вещи. Человеческие существа видят только глазами, которые у них на лице, и не любят использовать глаза, которые в душе. А ты можешь. Люди же говорят, что не могут видеть душой оттого, что не знают как.
— Правда?
— Ты хорошо натренирован в боевых искусствах. Я понял это интуитивно по твоему взгляду и твоим движениям.
— Вы даже знаете, что я занимался боевыми искусствами, — ответил Дзютаро, — я все еще новичок. Сэнсэй Тода часто говорил, что не следует движениями или иными способами давать другим понять, что ты занимаешься боевыми искусствами.
— Думаю, это не страшно. Ты еще очень молод.
Когда я сравниваю истину Боевого Искусства с религиозной истиной, то нахожу, что они очень похожи. Этот эпизод напомнил мне разговор, состоявшийся тринадцать лет назад между Сэнсэем Такамацу и мной, примерно за год до его смерти. Он сказал: «Я решил передать все в руки Масааки Хацуми. Я думаю, что когда дело касается боевых искусств, ты наиболее подходящий кандидат. Сейчас я могу отплатить Сэнсэю Тода и Сэнсэю Иситани за их доброту. Я хочу продолжить изучение тайн природы».
— Например, — продолжил старик, — я могу сказать, что появится враг, прежде чем это произойдет на самом деле. Я даже могу сбить с ног врага, которого не вижу. Я знал заранее, что ты заболеешь. У тебя есть особый дар: ты станешь мастером в любом деле, какое бы ни выбрал. Но ты должен всегда помнить, что действовать надо с умом.
Закончив говорить, старик снова исчез в горах.
Мой учитель тренировался и развил свой дух, совершенствуясь в великих горах Матери Природы, я же могу сказать, что достиг духовного просветления в асфальтовых джунглях большого города.
Однажды к хижине подошел отшельник, ища убежища от дождя, который шел с утра. Отшельник сказал, что часто встречал тэнгу (гоблинов), потому что постоянно тренируется в горах. Дождь усилился и отшельник попросил разрешения остаться на ночь из-за невозможности идти домой. Дзютаро ответил, что будет рад, вот только нет ни белья, ни одеял. Но отшельнику очень понравилась мысль спать на земле с торчащими корнями деревьев.
Тем временем ветер усилился и дождь низвергался в расположенное неподалеку озеро с жутким звуком. Ветер захохотал. Огромная скала рассыпалась на куски и рухнула на землю. Оползень достиг хижины и почти столкнул ее в озеро у водопада. Потрясенный всеми ужасами происходящего отшельник задрожал от страха. Дзютаро недоумевал: куда делась его прежняя самоуверенность. Его гость сказал, что оставаться слишком опасно и спустился вниз несмотря на ветер и дождь.
Дзютаро, заставив себя улыбнуться, лег спать. Он слышал, как стучали по крыше камни и трещали стены. Разлом образовался в 30 см над его головой. Он пробормотал во сне, что его жилище достаточно надежно. После этого снова послышался громкий треск.
Дзютаро разбудили яркие лучи солнца. Он хотел посмотреть на причиненные тайфуном повреждения, но не смог открыть заднюю дверь, чтобы выйти на улицу. Он вышел наружу через переднюю часть хижины, обошел вокруг и обнаружил кучу камней. Дзютаро пришел в восторг при виде созданной природой защитной стены и продолжил свои занятия.
Однажды он увидел отражение лица старика в воде и не колеблясь обратился к нему: «Сэнсэй!» — Ты достойный юноша. Я решил обучить тебя всем искусствам, которыми владею. Начнем прямо сейчас. Старик решил обучить Дзютаро искусству предсказывать, как долго будет жить тот или иной человек, искусству видеть в темноте и искусству понимать животных. Ему понадобилась почти вся жизнь, чтобы освоить их. Он также научил Дзютаро разбираться в изменениях в природе и предсказывать бедствия до их наступления.
Дзютаро увидел свет, когда стал понимать, что ниндзюцу и искусства каратэ и дзютайдзюцу, которые он освоил очень хорошо, были жизненными искусствами. Владение ими увеличивало шансы выжить. Дзютаро улыбнулся, подумав: «Я тренировался, веря, что боевые искусства дают средство победить врага. Ведь нинпо — это искусство делать свое дело тайно от окружающих, искусство быть невидимым. Но когда я думаю о правильном способе достижения просветления или о природе таких искусств, все указывает на постижение законов природы». Он решил продолжить общение с матерью природой еще на три месяца. Время проходило в тренировках ума и тела. Такой период был выбран им потому, что девять — сильнейшее из чисел, а десять — символизирует принесение клятвы добиться выполнения своего заветного желания.
По прошествии девяноста дней Дзютаро попрощался с большой лягушкой, с большой змеей, с горным потоком, со скалами и деревьями, с которыми успел подружиться за время отшельничества, и спустился с горы.
Мой учитель тренировался и развил свой дух, совершенствуясь в великих горах Матери Природы, я же могу сказать, что достиг духовного просветления в асфальтовых джунглях большого города. Дикие звери, называемые человеческими существами, живут в современных городах. Согласно английскому психоаналитику доктору Энтони Стоуву: «Мы, человеческие существа, — самые жестокие и бессердечные животные из существующих на земле. Ошибочно думать, что нормальный человек не может стать излишне грубым. Внутри каждого из нас есть инстинкт дикаря, заставляющий нас убивать, мучить и вести войны».
Современные города полны опасности. По улицам мчатся автомобили, а скандалы повсюду раскинули свои коварные ловушки. Любая преграда или опасность дикой природы имеет свою аналогию в большом городе. Полагаю, я могу себя назвать современным ниндзя, ведь я развил свой дух, работая над собой в джунглях современного города.
Мастера боевых искусств, включая ниндзя, обычно уединялись в горах для тренировок. Этот период считался совершенно необходимым. Мы представляем, что люди уединяются в горах вдали от жилья, но это не обязательно для ниндзя. Место уединения должно скрыть отшельника от посторонних глаз, но все же быть местом, где можно жить. Если к обиталищу отшельника ведет тропа, его легко найдут; однако место уединения должно находиться поблизости от воды. Поэтому лучше всего устроиться в малонаселенном районе, желательно недалеко от деревни. ЯМАГОМОРИ, что означает по-японски уединение в горах, можно также прочитать как ЯМАГАКУРЭ, то есть тайная жизнь без опасности поражения стрелой.
Образ Сасукэ Сарутоби, одного из легендарных мастеров ниндзюцу, был создан в литературе Татикава в конце периода Мэйдзи (1867–1912 годы). До того времени, как правило, образ ниндзюцу ассоциировался со зловещими искусствами, колдовством, магией, неведомыми силами и убийцами. Ребенком Сасукэ любил проказы. В книгах описан его невинный детский образ, исполненный сильным чувством справедливости. В рассказах главное внимание было уделено юмору, сражения были на втором плане. Однажды Сасукэ сказал себе: «Мне уже десять лет. Для меня уже больше нет практической пользы от занятий ятто (выражение духовной концентрации в киай) с обезьянами и оленями. Лучше я последую совету отца и найду мастера фехтования, чтобы он обучил меня. Пойду-ка я в Окуноин на дорогу Ториэ и попрошу богов ниспослать мне хорошего мастера». Прибыв в Окуноин, Сасукэ вместо того, чтобы упражняться в ятто, стал играть в роще. Он выбрал вместо врага большое дерево и старался повалить его. Тут он услышал чей-то смех. Сасукэ громко произнес: «Эй, кто там? Я занимаюсь фехтованием. Не смей надо мной смеяться. Я этого не прощу. Выходи немедленно.» Осмотревшись, он увидел старика с длинной косой волос на затылке. Старик улыбался. Волосы его были белы как снег. Сасукэ спросил: «Так это ты смеялся надо мной, старый человек?» Старик ответил: «Да, я».
Мальчик снова сурово спросил его: «Почему ты смеялся надо мной? Отвечай. Если нет стоящей причины, я никогда не прощу тебя, даже несмотря на то, что ты старик».
Старик засмеялся и сказал: «Сасукэ, ты тренировался с деревьями, а это все равно, что сражаться с мертвым врагом. Ты не сможешь улучшить свое владение мечом таким способом. Неужели ты действительно так сильно хочешь научиться фехтовать?» Дело происходило во время междоусобных войн. Лишь немногие доживали до пожилого возраста. Сасукэ подумал, что учитель фехтования, доживший до старости, и в самом деле хороший мастер боевых искусств.
Поэтому он сказал: «Старик, ты в самом деле мастер боевых искусств? Я хочу овладеть секретами этого мастерства».
— Что ты будешь делать с ними, когда узнаешь?
— Я буду сильным фехтовальщиком и завоюю славу и почет.
— Замечательно! Какая восхитительная цель! А ведь ты еще ребенок! Хорошо. Я дам тебе урок, учитывая твое рвение и решимость.
Сасукэ поклонился старику до земли и поблагодарил его. Затем мальчик нанес удар мечом по своему учителю, но попал только по воздуху — учитель исчез. Сасукэ беспокойно осмотрелся. Вдруг неожиданно он был захвачен врасплох атакой сзади и упал лицом вниз. Старик снова внезапно появился перед Сасукэ улыбаясь.
Он учил мальчика в течение трех лет. Мастер учил ребенка секретам техники годана (пятого дана), говоря: «Ты что, не можешь видеть спиной? Как ты скован!»
— Пока не поймешь как защищать свои слабые места, ты будешь проигрывать, даже зная слабые места противника. Секрет защиты в боевых искусствах — всегда быть настороже.
— Если человек не знает свои собственные слабые места, он не может быть уверен, что слабые места противника, которые он обнаружил, не ловушка.
В дополнение к анкокутосидзюцу — технике видеть в темноте, Сасукэ освоил искусство слышать крадущиеся шаги более чем за тридцать метров. Однажды старый учитель вручил ученику свиток и сказал: «Возьми, Сасукэ, мой прощальный дар, правила ниндзюцу. Храни их всю жизнь и веди себя осмотрительно. Если будешь сражаться с врагами или встретишь героев и великих людей, то никто не сможет тебя победить, если ты усвоишь то, что написано в этом свитке».
Вручив свиток Сасукэ, таинственный старик впервые открыл свое имя: Хакуунсай Тодзава, и исчез. Свой свиток я получил в подарок от Сэнсэя Такамацу. Со временем я стал лучше понимать заключенные в нем секреты. С того дня, когда я первый раз прочитал свиток прошло пять, десять, тридцать лет и сейчас я наконец вижу великий смысл, сокрытый в нем. Другими словами, я обнаружил бесконечные секреты, заключенные между строк. Если кто-нибудь украдет свиток, то не сможет им воспользоваться, потому что только я обладаю необходимым опытом и необходимой степенью духовного просветления, чтобы читать и понимать его.
Однажды вечером в начале осени, когда дул ветер и звенели цикады, я удостоился разговора с сэнсэем Такамацу о мире ниндзюцу. Вот наш разговор:
Хацуми. О происхождении ниндзюцу было много споров. Можете ли вы мне что-нибудь сказать об этом?
Такамацу. Ответить непросто. К тому же я не жил в том время, когда ниндзя играли активную роль в обществе.
Хацуми. Да, понимаю.
Такамацу. Кстати, как ты знаешь, я учился ниндзюцу у своего дяди, самурая из провинции Ига (сейчас это часть префектуры Миэ). Он многое мне рассказывал и поручал мне копировать свои записи. Но что гораздо более важно, — мы разговаривали друг с другом посредством тела и ума.
Хацуми. Понимаю. Мне кажется, нельзя понять суть ниндзюцу, не общаясь посредством тела и ума.
Такамацу. Это правда. И сэнсэй Тода, и сэнсэй Иситани тоже говорили о своих учителях. Они рассказывали о ниндюцу прошлого и, конечно, добавляли к рассказам свои интересные истории. В дополнение к рассказам учителей я прочитал много старых книг, написанных ниндзя далекого прошлого. Современные исследователи искусства ниндзюцу очень высоко ценят эти книги и охотятся за ними. Я тоже никогда не отказывался от чтения вновь найденных книг. Многие из них написаны о стилях Ига рю и Кога рю. Вообще, большинство документов и материалов, которые удалось обнаружить, повествуют именно об этих школах.
Хацуми. Вот оно что. Однажды я видел несколько документов, относящихся к другим школам ниндзюцу — Ясуда рю и Фукусима рю. Однако, как мне показалось, обладавшие документами исследователи не очень-то стремились их опубликовать. Я понимаю почему. Эти документы в основном повествуют об опасных вещах: о ядах и и тому подобном.
Такамацу. Да, это тоже важно.
Хацуми. Относительно происхождения ниндзюцу, некоторые говорят, что оно зародилось еще в эру богов; а другие настаивают на том, что оно возникло во времена междоусобных войн, длившихся от четырнадцатого до шестнадцатого века. Что правильно?
Такамацу. Говорят, что в эру богов Амэносиби но микото, Кумэбе, Отомо и другие аскеты, жившие в провинции Кисю, занимались ниндзюцу. Я слышал, что моя семья ведет начало от клана, жившего в лесах Такао в провинции Ига. Дедушка мне часто рассказывал истории об этом. Такао был расположен в горном районе Ига, и говорили, что его обитатели тесно связаны друг с другом. Отсюда можно было бы сделать вывод, что все члены клана занимались ниндзюцу. Однако, как я слышал, только очень немногие занимались им на самом деле. Существует теория, что ниндзюцу распространили некие китайцы, натурализовавшиеся в Японии — упоминаются имена Тё Бусё, Ё Гёкко и Икай из династии Тан. Есть другая теория о происхождении ниндзюцу. Говорят, что залив Исэ и полуостров Сима были полны пиратов, которые орудовали в районе Оми (современная префектура Сига). Важно то, что пираты жили в эпоху соперничества воинственных феодалов, стремившихся завоевать всю страну. Фудзивара но Куродо Санэюки, один из главарей пиратов, разбойничавший в районах Сима и Кисю, говорят, пользовался веревкой с крюком на конце — кигинава (одно из орудий ниндзя), ятобы взбираться на корабль или тащить его на буксире. Благодаря кагинава возникло искусство кусаригама но дзюцу — техника применения клинка на цепи стиля Кукисин рю. От кагинава произошло также камаяри (раздвоенное копье), которое использовали для захвата корабля; а также хия (огненные стрелы), которыми поджигали корабли.
Хацуми. Понятно. Это может подтвердить теорию о происхождении ниндзюцу в пиратской среде, не так ли?
Такамацу. Да. Вот почему некоторые придерживаются мнения о происхождении ниндзюцу в Японии и считают, что искусство распространилось затем в Китай и там усовершенствовалось.
Хацуми. Я считаю естественным, японские исследователи придерживаются идеи о происхождении ниндзюцу здесь, в Японии.
Такамацу. В те дни Ига и Кога были краями крутых гор и глубоких долин в основном выстланных пластами голубой глины — по-японски дзунэнко. Эти места были совершенно не исследованы и потому сложили стратегически важным естественным укрытием для дезертиров и иностранцев, так как надежно защищали их от врагов, начиная с периода правления Асикага до эпохи хронических гражданских междоусобиц (от середины четырнадцатого до начала шестнадцатого века).
Хацуми. А правда, что существовали секретные места для тренировок ниндзя?
Такамацу. Совершенно верно. Есть скала, которую называют Тодзин-ива, то есть китайская скала. Я слышал, что на каждую молитву, обращенную к ней, дается ответ. Ее также называют кудзи но ива или скала кудзи. У этой скалы ниндзя должны были освоить хитё каратэ копподзюцу под руководством самой матери Природы.
Хацуми. Вы сказали «под руководством матери природы». В этих словах содержится иносказание, понятное только для ниндзя.
Такамацу. Да, содержится. К тому же, этот принцип способствует овладению хаппо хикэн — восемью секретными методами обращения с мечом. Враг, нарушающий законы природы, проиграет сражение до его начала. Главнейшее для ниндзя — победить без боя.
Хацуми. Похоже, что независимо от эпохи и особенностей стилей и школ все ниндзя проходили комплексное обучение — ниндзя но хатимон, или восемь граней знания:
− Киай или концентрация энергии;
− Коппо тайдзюцу;
− Владение мечом и копьем в стиле ниндзя;
− Сюрикэн — метание лезвий;
− Кадзюцу — техника использования огня;
− Югэй или вежливые манеры;
− Кёмон или изучение религии;
− Ниндзя дзюхати кэй или восемнадцать уровней тренировки.
Такамацу. Да. Но поскольку в этом специфика ниндзюцу, широкая общественность это понять не может.
Хацуми. Ниндзя ассоциируется со словом «тень». Некоторые отождествляют ниндзюцу с искусством вести бой, оставаясь невидимым. Тем не менее, использование тени всего лишь часть тонкэй но дзюцу или различных техник маскировки, включая дзинтон но дзюцу (искусство прятаться), не так ли?
Такамацу. Да, конечно.
Хацуми. Во время и после окончания эпохи междоусобных войн, особенно во времена Ода, Тоётоми и Токугава было написано особенно много романов об искусстве ниндзя.
Такамацу. Да. Момоти Сандю, Тогакурэ Дайсукэ и Исикава Гоэмон были очень популярными литературными героями. К сожалению, Исикава Гоэмон писателями более позднего времени представлен злодеем, но в действительности он таковым не был. В хрониках говорится, что он общался с уважаемыми людьми. Говорят, будто его сварили живым в котле, но я не верю в то, что его смогли поймать. Достоин упоминания также другой мастер нинзюцу по имени Кидомару. Однако в эпоху междоусобных войн почти все документы терпевших поражение уничтожались. Кроме того, победители вероятно оставляли только те записи, которые отражали действительность — с точки зрения победителей — наилучшим образом. Это очень важно при исследовании истории ниндзюцу. С другой стороны, информация, предаваемая устно, может сохраняться очень долго.
Хацуми. Когда же ниндзюцу сложилось как вид боевого искусства?
Такамацу. Я слышал от своего учителя, что в период между эпохами Мандзю (1024 год н. э.) и Сёхо (1074 год н. э.) ниндзюцу уже вполне сложилось.
Хацуми. Понятно. Люди часто настроены против ниндзя. Я думаю, что такому образу в общественном мнении ниндзя обязаны тем, кто осмеливается изображать их в романах и пьесах, ничего в действительности не зная о ниндзюцу.
Такамацу. Я совершенно с вами согласен. Только очень немногие ниндзя в действительности соответствуют этому званию. В эпоху междоусобных войн многие погибали, не успев стать мастерами.
Хацуми. Действительно, прошло уже больше десяти лет с тех пор, как я занимаюсь под вашим руководством, а мое ниндзюцу еще очень далеко от совершенства.
Такамацу. В эру богов император Дзинму повелел Окумэ но микото отвечать за синобу хо или искусство тайны. В свою очередь, Окумэ но микото поручил одному из своих последователей активную роль в службе тайных действий Кисю — синобу хо. Я слышал, что этот человек приглашал воинов-отшельников в Кумано в Кисю участвовать в создании искусства тайных действий. Каждый знает историю о Ямато Такэру но микото, который с помощью синобу хо — переодевшись женщиной — подавил восстание в Кумасо. Говорят, что Сётоку Тайси, наследный принц Сётоку (574–622 году н. э.) тоже пользовался услугами синоби или ниндзя при основании государства.
Сохранились и другие записи, имеющие отношение к ниндзя. Монах Докё (?-772 год) был приговорен к изгнанию феодалом Окума Вакэ но Киёмаро, верным слугой императора за то, что осмелился встать на его пути. Докё расставил пятнадцать убийц на пути Кёмаро в Окума, приказав его убить. Однако телохранители Кемаро — братья Отомо, Комаро и Такэмаро — которые были мастерами ниндзюцу, кэмпо и бодзюцу перебили всех бандитов. Применявшееся тогда будзюцу было записано на свитке Рюсэн но маки, о котором я уже вам говорил. Этот свиток содержит описание ниндзюцу, сюрикэн и кусаригама.
Хацуми. Я знаю об этом. Ниндзюцу пустило корни в провинциях Ига и Кога и приобрело различные формы. Например, свиток дэнсё о стиле Кумогакурэ рю нинпо содержит сведения о Сарутоби Сасукэ как мастере в технике перепрыгивания с ветки на ветку, подобно обезьяне, с помощью раздвоенного копья.
Такамацу. Точно. При том, что раньше имена давали в основном по названию места жительства, он получил имя по названию своего искусства (сарутоби — по-японски прыжки обезьяны). Мы не можем пропустить этот момент при изучении истории ниндзюцу.
Хацуми. Во времена, когда сведения о происхождении могли стать гибельными для человека, некоторые естественно, уничтожали информацио о своей генеалогии. И наоборот, человек, озабоченный проблемой своей родовитости мог внести туда свои дополнения.
Рассматривая генеалогии ниндзя, мы часто видим незаполненные места. По-видимому, их оставляли до появления верных последователей, не так ли?
Такамацу. Да, это так. Если мы будем судить только по записям, то можем совершить очень грубую ошибку.
Но вернемся к ниндзюцу. Так как синобу хо или синобу вадза (искусство тайных действий) стало назваться ниндзюцу, истинные ниндзя стали понимать, что им следует выглядеть достойно в глазах людей. Они старались избегать лишних столкновений и конфликтов. Я перенял у своего учителя долг ниндзя стремиться к соблюдению законов гуманизма. Ни в одном сражении не должно нарушаться это правило. Следовательно, враг, нарушающий законы природы, проиграл сражение, еще до его начала. Важнейший приоритет для ниндзя — победа без боя, надо всегда стремиться именно к такой победе. Я постиг это сердцем. Люди не могут достичь такого понимания, пока не подвергнутся испытаниям. Вы должны все время об этом помнить, Хацуми Сенсей. Понимание постепенно проникнет к тебе в сердце и найдет выражение в проявлении духа, который с высыхающим потом поднимется к небу, и тогда Ками научит тебя многому.
Минуло уже восемнадцать лет, с тех пор как нас покинул Сэнсэй Такамацу. Я часто говорю с ним, обращаясь к небу, во время тренировок, когда до пота работаю со своими учениками. Наш разговор происходит тайно и беззвучно: — Сэнсэй! Сейчас я понимаю, почему вы назвали меня сэнсэй Хацуми. Один художник сказал: «Человек проводит первые сорок лет в учении и тренировках, затем тридцать лет в поисках и испытаниях и, наконец, встречает свои лучшие дни». Мне посчастливилось встретиться с вами, когда вам было семьдесят. Ведь это значит, что я мог тренироваться в окружении прекрасных цветов вашего мастерства. Мне казалось, будто я тренируюсь в саду среди цветов, а не в спортивном зале. Когда я ошибался в тренировках, вы говорили: «Это моя вина, я не научил тебя». Теперь я понимаю, что вы имели в виду. Вы хотели привить мне чувство гэзасин (чувство вины из-за неправильных действий) и чувство благодарности. Я благодарен вам за оба чувства. Отныне я прививаю своим ученикам и то, и другое. Вы были единственным учителем, уход которого настолько расстроил меня. Я знаю насколько велико горе расставания с учителем. Это все равно, что потерять родителей. Вот почему я посоветовал одному из моих учеников самому не идти в учителя. К моему глубокому сожалению, он покинул меня, не попытавшись узнать истинную причину моих слов. И тем не менее я искренне желаю своим ученикам стать хорошими учителями.
Люди говорят кэндзэн-итидзё, имея в виду, что меч и дзэн идут рука об руку. Когда дзэн был разрушен, любовь к поэзии возродила его к жизни своим криком от боли утраты. Что же стало с кэндзэн-итидзё сегодня? Я очень хорошо знаю ситуацию, но думаю лучше не высказываться здесь по этому поводу. По моему предпочтительнее говорить об изменении значения этого выражения и сказать, что «меч и добро должны идти рука об руку». (То есть дзэн здесь означает добро, но оба эти слова фонетически звучат одинаково). Люди были также очень высокого мнения о бумбу рёдо, сочетающее изобразительные и боевые искусства. Учитывая участившиеся случаи насилия в современном мире, следует воспринимать это понятие как сочетание моральных качеств и боевого искусства.
По моему мнению меч и искусство должны идти вместе, несмотря на идею Платона об изгнании искусства из государства с тем расчетом, чтобы оно нашло себе идеальную страну для существования. Боевые искусства Японии распространились по всему миру и приспособились к условиям тех стран, где пустили корни. Истинные мастера боевых искусств должны воспринимать это как естественный процесс. Однако очень немногие могут принять такую реальность. Многие убеждены, что действительно необходимое качество для мастера — сила (хакурёку). Я — за понимание этого слова в широком смысле, отражающее не просто силу, но разные аспекты силы. Без гибкости нельзя быть лидером в истинном смысле этого слова.
Говоря о хакурёку, можно включить туда, например, искусство владеть собой. Недавно я с удивлением обнаружил в себе силу духа, позволившую подавить приступ ярости. Думаю, это произошло потому, что я приобрел, по выражению сэнсэя Такамацу, «холодную ярость» — способность всегда сохранять хладнокровие. На тренировках я иногда намеренно привожу свои учеников в состояние ярости, чтобы показать им, насколько важно умение сохранять хладнокровие. Но некоторые мои ученики покидают меня, так и не поняв этого.
Сейчас все больше желающих заниматься ниндзюцу приходит в спортивный зал Будзинкан. Я хотел бы напомнить им строчку из «Божественной Комедии» Дантэ: «Оставь надежду, всяк сюда входящий».
Что я имею в виду? Это предостережение для тех, кто слишком эгоистичен или слишком ограничен, чтобы стремиться к духовному просветлению. Все же я считаю, что ученики посланы Богом и надеюсь на их духовный прогресс. Я настраиваю своих учеников на благородные мысли. Ведь с давних времен благородные люди считаются мудрыми, красивыми, культурными, обеспеченными и влиятельными. Тогда не мешает добавить долг к мечу и искусству. Меч, искусство и долг должны быть объединены.
Хотелось бы высказать мысль для тех, кому нравятся битвы, например войны. Основная трагедия войны не в том, что она приносит смерть и разрушения, но в том, что война порождает торговцев смертью, которые пытаются извлечь из нее доход. Это правило действует и в мире боевых искусств. Чем больше одни хотят драться, тем больший доход извлекают другие. Никогда не позволяйте себе плясать под дудку таких людей. Сэнсэй Такамацу, вы со мной согласны?
«Да, вы правы. Ведь все фильмы и книги должны приносить доход», — ответил он снова с улыбкой. Если вы скажете, что не знали этого, вас поднимут на смех. Но когда ваш путь проходит через темный мир желаний, эти же насмешники могут оказать вам серьезную услугу. Настоящий ниндзя должен видеть через все преграды мира страстей.
Сегодня моих учеников в мире столько, сколько звезд на ночном небе. Они пришли ко мне в поисках лучей ласкового солнца, и я уверен, что научил их всему необходимому для успешных поисков этого доброго света. Все же интересно, сколько из них исчезнут подобно звездной пыли и падающим звездам, покидая созвездие.
Давайте бросим взгляд на учение святого Нитирэна (1222–1282 годы), основателя секты буддизма Хоккё (Лотос): «Братья! Следуя учению, никогда, даже в унынии, не оставляйте надежды сомнению, и тогда вы сможете достичь духовного просветления и забыть о невзгодах житейского мира. Но как бы усердно я ни молился, днями и ночами, тот кто допускает в себе сомнение неизбежно попадет в водоворот суеты и незаметно для себя будет унесен в ад.» Я уверен, что ночные пути ниндзя ведут к рассвету. Я особенно запомнил тот день в доме сэнсэя Такамацу, когда он утром сложил руки, приветствуя восходящее солнце.
Сейчас мне уже за пятьдесят, почти шестьдесят. Совсем недавно, размышляя о нинпо и боевых искусствах, я неожиданно осознал, что есть на самом деле я сам. Позвольте привести цитату из Миямото Мусаси, из его «Книги Пяти Колец»: «С тех пор я тренировался каждый день утром и вечером, надеясь постичь глубокую истину. Наконец, примерно в возрасте пятидесяти лет, я освоил боевое искусство». В этом отношении Мусаси и я похожи, я тоже считаю, что жизнь только начинается после пятидесяти.
Много лет назад военный правитель Японии Ода Нобунага сказал, что жизнь человека длится пятьдесят лет. Те, кто не знает как мыслит воин, могут подумать что в пятьдесят лет жизнь совсем кончается. Но это не так. Ода Нобунага имел в виду, что только до пятидесяти лет человек может сражаться за счет физической силы. А только потом начинается его настоящая жизнь. Я думаю, что лучше достигнуть успеха в бизнесе, когда вам за пятьдесят. Если успех приходит раньше, то соблазн в виде женщин, вина, денег и власти — по-японски ёндоку — может разрушить все достижения.
С помощью учения сэнсэя Такамацу о боевых искусствах я нашел свой путь в жизни. Сейчас я осознаю, что правильный образ жизни укрепился в моем сознании, а он более ценен, чем бриллиант в тысячу каратов. Однажды сэнсэй Такамацу сказал мне: «Ниндзя должен иметь потребность защищать законопослушных людей, а таких, хороших и уважаемых, в мире немало». Я прожил две жизни, одну дала мне Мать Природа, а другую — сэнсэй Такамацу. Если предположить, что жизнь человека заканчивается в пятьдесят лет, то моя жизнь уже закончилась. Продолжается она благодаря сэнсэю Такамацу. Счастлив тот, кто может позволить себе правильный образ жизни, я тоже проживу остаток жизни правильно. Для этого я буду рисовать и наслаждаться музыкой. Некоторые спросят: «Какая польза от таких дел?» Я отвечу: «Я всего лишь хочу жить как отшельник (сэннин) на свежем воздухе. Отшельник живет, наслаждаясь чудесными картинами матери Природы, слушая пение птиц и наблюдая животных. Также должен жить и ниндзя.»
Один немецкий поэт сказал: «Нет на свете людей с более узким кругозором, чем специалисты. «Современные люди помешались на натуральной еде. Однако истинно естественной пищей должна быть красота природы или воздух ниндзя.
Когда сэнсею Такамацу было пятнадцать лет, он посещал английскую школу в Кобе и носил прозвище Котора (маленький тигр). Однажды на пути из школы он зашел в тренировочный зал Синрюкэн сэнсэя Тода. Сэнсэй обратился к Котора: «Ты пришел вовремя. Два мастера тайдзюцу из школы Мусаси, Хитоцабаси и Кандзаки, только что вызвали нас на состязание. Котора, ты выйдешь против них?» — Да, выйду, — ответил Котора.
Сначала Котора вышел против Хитоцубаси и парализовал его духовной энергией. Похоже, что он работал в стиле Сирабэгата, то есть внимательно следил за движениями противника, постепенно усиливая свое энергетическое воздействие. Растерявшийся Хитоцубаси попытался нанести удар правым кулаком Котора в грудь, в жизненно важную точку. Котора отвел удар в сторону правой рукой и принял низкую стойку — как учил сэнсэй — для удара ногой. Хитоцубаси прыгнул.
В тот момент, когда Хитоцубаси должен был обрушиться сверху на Котора, контратакуя руками и ногами, Котора испустил киай, сконцентрировав свою духовную энергию. Хитоцубаси упал плашмя с таким грохотом, как будто проломился пол, и потерял сознание. Кандзаки наблюдал за боем стоя. Как и в прошлом состязании Котора и его противник пристально смотрели друг другу в глаза, оказывая психическое давление. Кандзаки, двадцатидевятилетний мастер боевых искусств, носил титул кисин в школе Мусаси и имел право присуждать титул мастера тайдзюцу школы Кандзаки — Мусаси. Оба подумали: «Это равный мне противник». Некоторое время они сражались только взглядами, оказывая друг на друга психическое давление. Внезапно Кандзаки сделал быстрое движение правой рукой, но оно было обманным. Котора, молодой и самоуверенный, отреагировал ожидая, что удар нанесет правая рука Кандзаки. Он сделал взмах левой рукой и попал в ловушку. Кандзаки нанес сильнейший удар по локтевому суставу противника ребром ладони.
Не обращая внимания на сломанный локоть, Котора немедленно контратаковал техникой, которая называется гяку гансэки отоси (бросок противника головой вниз). Кандзаки не смог устоять и упал. Котора подумал: «Я сделал это», Но в тот же момент у него закружилась голова, и он рухнул на пол. В тайдзюцу школы Мусаси противнику могут дать почувствовать, что он победил. Противник думает: «Я выиграл», ослабляет свою защиту, и в этот момент оказывается повержен ударом того, кто только что притворился проигравшим. Тем не менее, Кандзаки не встал после сокрушительного гяку гансэки отоси в исполнении Котора — он был в нокауте. С другой стороны, у Котора были повреждены уши и левая рука. Локтевой сустав был выбит, и Котора тоже потерял сознание. Сэнсэй Тода привел в чувство обоих. Придя в сознание, оба бойца заявили, что испытали удовольствие от замечательного поединка.
Кандзаки сказал: «На пути из Токио в Киото, Токайдо, у меня было семь или восемь поединков, и ни разу я не потерпел поражения. Я необыкновенно удивлен своей неудачей — сэнсэй Тода сказал, что вам всего пятнадцать лет». Потом Котора и Кандзаки долго и увлеченно обсуждали особенности тайдзюцу школы Мусаси.
Молодые мастера посвятившие себя боевым искусствам, могут говорить бесконечно.
В гэндзюцу, ниндзюцу и ёдзюцу есть похожие приемы, однако это не одно и то же. Чтобы создать правильный образ ниндзя и ниндзюцу и различать эти три вида боевых искусств, позвольте мне сказать несколько слов о гэднзюцу и ёдзюцу. Людей, владеющих гэндзюцу, зовут фокусниками, иллюзионистами (гэдзюцуси) и заклинателями дождя. Они находятся под влиянием Миккё (тайное учение Дайнити Нёрай) и докё или даосизма. Иероглиф «ё» в слове ёдзюцу можно перевести как сомнительный, странный или сверхъестественный. По сравнению с гэндзюцу, ёдзюцу — искусство сверхъестественное, и его чудеса происходят под воздействием неведомых сил разных духов. Разумеется, ниндзя тоже делают вещи, которые можно отнести к такого рода искусствам.
В книге Кёдзицу Дзацудансю, написанной на втором году эпохи Кансей (1790 год) содержаться сведения о том, что мастер гэндзюцу по имени Касинкёси активно действовал между периодами Муромати (1500 год) и Адзути Момояма. Касинкёси творил чудеса, он мог повелеть жене самурая, умершей пять лет назад, появиться перед глазами вдовца. Другое чудо он продемонстрировал в городе Нара. Горожане на празднике попросили мастера показать иллюзию. Мастер наполнил зал водой и вызвал из образовавшегося озера морского дракона. Все зрители от испуга утонуть и быть съеденными драконом потеряли сознание. Когда же они пришли в себя, в зале не было следов ни воды, ни дракона.
В популярной литературе появились образы ниндзя, пытавшихся как воры захватить власть в стране.
Однажды он напугал вельможу Ода Нобунага, показав ему муки грешника в аду. В присутствии другого героического война, Тоётоми Хидеёси, он показал иллюзию, оскорбившую гордость гневливого вельможи. За это мастера должны были распять. Когда его пригвоздили к кресту, палач спросил, каково будет последнее желание. Мастер ответил, что хотя он осуществил много чудес и превращался в разных животных, он никогда не превращал себя в мышь. В качестве последнего желания в этой жизни он захотел исполнить чудо превращения в мышь и попросил палача ослабить веревку. Превратившись в мышь, он влез на верх креста, на котором его собирались распять. Без малейшего промедления с неба упал ястреб, и мышь оказалась в его острых когтях.
Великий мастер иллюзий стал пищей для ястреба. Можно сказать, что поиски великой иллюзии для собственного удовлетворения заставили его потерять связь с реальностью и в конце концов привели к гибели.
Мастер гэндзюцу по имени Като Дандзо, известный также как летающий Като, исполнял фокус с проглатыванием коровы на глазах у большой толпы. Когда человек из толпы разгадал фокус, Като, чтобы отвлечь внимание, рассыпал на землю несколько семян лунного цветка. Едва коснувшись земли, они начали расти, усики, удлиняясь ползли по земле, бутоны увеличивались и раскрывались. Говорят, что цветки достигали семидесяти сантиметров в поперечнике. Пока толпа, оторопев любовалась лунными цветами, голова раскрывшего фокус с тяжелым глухим звуком упала на землю, за ней последовало тело, рассеченное пополам.
Услышав о славе иллюзиониста, воинственный вельможа Уэсуги Кэнсин призвал его в свой замок. Вельможа спросил: «Действительно ли ты иллюзионист?» Като ответил, что он действительно мастер, и для него нет ничего невозможного. Вельможа поручил ему прокрасться в особняк Наоэямасиро но ками, принадлежавший одному из вассалов феодала, и украсть длинный меч хозяина. Иллюзионист немедленно направился в особняк. Прежде, чем его отпустить, Кэнсин приказал своим вассалам охранять особняк, поставив часовых на многих постах. Всю местность ярко осветили, не оставив нигде темных мест, и спустили свору злых сторожевых собак. Охрана была начеку всю ночь. Но иллюзионист применил донкэндзюцу и дондзиндзюцу (проглатывание целиком животных и людей) и предстал перед вельможей как и было обещано с длинным мечом.
На феодала произвело большое впечатление мастерство иллюзиониста, и он подумал об огромной пользе воздействия его искусства на врага, если бы мастер был преданным вассалом. Однако не менее велика была опасность, если бы мастер обратил свое искусство против феодала. Приносящий пользу зверь хорош на цепи, но когда оковы сломаны, сорвавшийся с цепи зверь представляет смертельную опасность. Учитывая эту сторону проблемы, вельможа решил, что иллюзионист несет угрозу населению, и приказал его казнить. Быстро почувствовав перемену, Като попытался бежать. Однако в одно мгновение он был окружен со всех сторон.
Притворяясь, будто оставил попытки убежать он сказал: «Смотрите все, я покажу вам нечто удивительное». Он извлек на свет тыкву, и всем показалось, будто он наливал сакэ в чашку. Около двадцати маленьких кукол появились из тыквы и начали танцевать. Танец маленьких кукол очаровал и заколдовал вассалов. Через несколько мгновений куклы исчезли, исчез и сам иллюзионист.
После этого случая мастер иллюзионист посетил другого могущественного феодала, которого звали Сингэн Такэда. Снова вельможа объявил иллюзиониста опасным и приказал вассалам казнить его. Говорят, его либо обезглавили, либо застрелили.
Некоторые скажут, раз иллюзионист использует нечестные уловки — значит у него злое сердце. Мы должны осознавать, что иллюзионисты, изучавшие подобные уловки, наполнили свои сердца злом в процессе тренировок, осваивая нечестные приемы. Существует много теорий, объясняющих поведение нечестных иллюзионистов, но в смысле ниндзюцу они не представляют для меня никакого интереса. Мне достаточно понять базовую технику гэндзюцу. С помощью слов иллюзионист приводит зрителей в состояние гипноза. Как сон или игра воображения появляется умершая жена; в состоянии гипноза горожане думают, будто попали в поток воды.
Почему же летающему Като не удалось обмануть одного из зрителей при выполнении фокуса с проглатыванием коровы? Потому что его дух не был достаточно силен, чтобы привлечь полное внимание всех зрителей. К тому же есть люди, которых легко загипнотизировать, но есть и те, которые поддаются гипнозу с трудом. Объясняя другой фокус, необходимо сказать о способности некоторых лунных цветов вызвать галлюцинации. В древности считалось, что иллюзионисты исполняют свои фокусы, подчиняя своей воле души и тела зрителей, лишая аудиторию способности противостоять их приказам. Управляя действиями и мыслями зрителей, иллюзионист заставляет их двигаться как ему надо и внушает нужные ему образы. Повергая аудиторию в ужас, или наполняя сердца зрителей иллюзорной радостью, фокусник осуществляет сеанс массового гипноза.
Сверхъестественные силы — не искусство и не ловкие приемы. Они существуют в вашей душе, в вашей искренности.
Ёдзюцу, сверхъестественные фокусы, можно подразделить на разные виды:
− гирая, с использованием жаб;
− дайдзямару, езда на гигантских змеях;
− цунадэхимэ, езда на ленивцах;
− отомованахимэ, использование пауков. Все эти животные обитают в темных места и, как правило, вызывают отвращение.
Ёдзюцу играет активную роль в театре кабуки. Возможно сверхъестественные театральные фокусы выражали вызов власть имущим. Занавес на японской сцене открывается в стороны рабочими, раздвигающими его в противоположных направлениях, а не поднимается вверх, как на западе. Японский занавес не имеет аналогов в мире. Некоторые называют гэндзюцу искусством пространственных иллюзий, а ёдзюцу — искусством материальных фокусов. Но все они происходят только в мире фантазии. Когда вы достигаете определенного уровня мастерства в ниндзюцу, ваш проникновенный взор приобретает способность видеть насквозь тривиальные фокусы ёдзюцу и гэндзюцу. Вы ясно видите реальные явления, предназначенные для создания иллюзии. Однажды вечером сэнсэй Такамацу рассказал мне интересную историю времен своей молодости, когда он тренировался в храме на горе Хиэй.
Как-то сэнсэй Такамацу узнал из разговора нескольких священников, что в Сисиндэне по ночам появляются жуткие монстры, и никто не отваживается туда ходить.
В ответ он сказал: «Что вы говорите?! Я пойду и посмотрю, что это за монстры.» В одиночестве Сэнсэй Такамацу пошел в Сисиндэн и провел ночь в засаде. Когда погасли огни и подул теплый бриз, как бы призывая монстра, у Сэнсэя стали слипаться глаза. Потом послышался печальный звук барабана. «Так, появился монстр,» — сказал про себя Сэнсэй Такамацу и прислушался, пытаясь определить, откуда шел звук. Было похоже, что звук шел из-под дома. Прибегнув к способу передвижения ниндзя в стиле ветра, он прокрался в пространство между полом и землей (а пол был в метре от земли). Воспользовавшись светом снаружи, сэнсэй Такамацу благодаря владению искусством видеть в темноте (анкокутоси но дзюцу) увидел тень.
Невероятно, но монстр оказался большой лягушкой, не менее тридцати сантиметров в ширину. Тотчас сэнсэй вспомнил рассказ своего учителя, сэнсэя Тода. В былые времена ниндзя запускали лягушек под вражеские дома, чтобы ослабить врагов психологически, пугая возникающим шумом. Таким образом жуткий, наводящий ужас монстр оказался всего лишь большой лягушкой.
Сэнсэй Такамацу рассказал мне много историй, услышанных им во время пребывания на горе Хиэй. Однажды он разговаривал со своим другом, буддистским священником, и в этот момент по перилам в зале храма пробежала ящерица, извиваясь всем телом из стороны в сторону. Усилием воли, вложив его в короткий крик, сэнсэй сбросил ящерицу с перил, и она упала силой на землю. Пробыв некоторое время без сознания, ящерица пришла в себя и быстро исчезла. Беседа возобновилась. Через полчаса ящерица вернулась и снова извиваясь двинулась по полу. Сэнсэй Такамацу крикнул еще раз, и ящерица перевернулась от удивления. На этот раз он не дал ей убежать и парализовал, применив искусство фудо канасибари но дзюцу (способ парализовать жертву посредством заклинания).
Священник был поражен, увидев демонстрацию высокого искусства дважды. В этот момент он осознал огромную мощь силы воли.
Подобно гэндзюцу и ёдзюцу, оптика иногда создает иллюзорные образы.
Немного позже сэнсэй Такамацу заметил перелетающую с ветки на ветку птицу во дворе при храме. Он испустил один крик, и птица упала на землю. Она барахталась, пытаясь взлететь, но безуспешно. Видевший все старший священник был глубоко потрясен силой воли мастера боевых искусств и попросил его стать главой храма Тюсэндзи.
Мастер ниндзюцу видит насквозь фокусы ёдзюцу и гэндзюцу. Даже великий мастер подобных фокусов не сможет удивить всегда спокойного ниндзя. Здесь уместно заметить, что ниндзя использует как ёдзюцу, так и гэндзюцу в искусстве прятаться (интон дзюцу) и интриговать.
Что ж, я рассказал о связи между ниндзюцу и гэндзюцу. Внимательно изучите мой рассказ для того, чтоб понять фундаментальные особенности ниндзюцу.
Тайные методы тренинга ниндзя для приобретения всепобеждающей силы соли.
− Синто хихо (тайные учения Синто);
− Хатимон тонко дзюдзюцу (восемь способов колдовства);
− Тайдзюцусосоку (техника владения телом для передвижения подобно ветру);
− Мутодоридзюцу (захват без применения меча);
− Сэмбаннагэ и Кодати (техника владения дисковыми гарпунами и малыми мечами);
− Дзиссэнсэкко гидзюцу (техника разведки боем).
− Буддизм, в особенности Миккё (тайные учения Дайнити Нёрай);
− Сэндзюцудокё (учение горных отшельников);
− Тайдзюцу сосокусюгё (техника владения телом для передвижения подобно ветру);
− Сюрикэн и кодати (метание лезвий и малых мечей);
− Хэйгаку но итибу (краткая военная стратегия);
− Сюгэндо и сэккодзюцу (отшельничество в горах и техника ведения разведки).
Гэндзюцу было завезено в Японию в период Нара из Индии через Китай и Корею. Говорят также, что в период Муромати оно широко использовалось в Японии. Увидев мою технику владения своим телом и методами боевых искусств, некоторые называют меня волшебником. Я написал много книг, но не думаю, что можно изложить природу ниндзюцу на бумаге. Например, я объясняю технику по фотографиям, снабжая их пояснениями, но чувствую, что этого не достаточно.
Движения, выполняемые между моментами, запечатленными на фотографиях, также важны. Описание приемов с помощью фотографий можно уподобить движению мастера ниндзя в белом тумане. Некоторые моменты видны в местах, где туман рассеялся — они показаны на фотографиях, а остальные, между фотографий как бы происходят в белом тумане. Этот туман есть мудрость и дух мастера ниндзя.
Когда я смотрю на исполнение приемов гэндзюцу и ёдзюцу (а возможно в них используется психическая энергия змей, или какие-то другие трюки), мне хочется сказать их исполнителям: «Засните и спите до тех пор, пока весь мир не станет подобен огромному цветущему саду». Ниндзя советует им проснуться в мире весеннего света и навсегда оставить мрачный мир недобрых фокусов. Оставить злобу и ненависть. Теплый вечерний ветер унесет зависть из душ людей, и в них начнет расти любовь. Там, где живет любовь, магия не будет дурачить людей.
Когда Котаро было 13 лет, он ежедневно усердно занимался Которю копоодзюцу и готовился получить лицензию по Синдэнфудо рю. В то время он весил 60 килограммов. В те годы была популярна борьба сумо на земляных площадках: каждый вечер проводились поединки между молодыми людьми от 14–15 лет до 20-летнего возраста, которые съезжались со всех провинций. Однажды было объявлено о вечерних соревнованиях в Инарияма. Котаро отправился посмотреть. Собралось много людей, их яростные, полные энтузиазма крики отражало горное эхо. Котаро пробился сквозь толпу и сел на самом краю площадки, на которой проводились поединки. Гигант, прозванный «Они но яма» (Горный демон), победивший уже нескольких борцов, должен был бороться против Райдэна (Грома и молнии).
— На востоке — Райдэн; на западе — Они но яма, — объявил рефери. Борцы сцепились, едва рефери убрал руку, разделявшую их. Горный демон резко толкнул Грома и молнию. Тот просто упал. Горный демон схватил Грома и молнию за пояс и, броском в сторону, выбросил его за пределы площадки.
Чертенок сумо, сидевший внутри Котаро взбесился. От нетерпения Котаро даже не смог раздеться и повязать пояс. Он выскочил на ринг полностью одетый и ответил на торжествующий крик вызова Они но яма.
Рефери спросил как его имя. Котаро ответил: «Меня зовут Акэбоно». Рефери объявил: «На востоке — Они но яма, на западе — Акэбоно». Они но яма навалился на него всем весом. Сместившись в сторону от линии атаки Они но яма, Дзютаро броском поверг его наземь. Одного за другим, затрачивая столько времени, что едва успевал моргнуть глаз, Акэбоно победил восемь 22–23-летних борцов. Казалось, никто не может его превзойти.
Неожиданно появился огромный человек весом 113 килограммов. Он назвался Осакаяма и взобрался на ринг. Должен был состояться поединок между взрослым мужчиной весом 113 килограммов и подростком весом всего 60 килограммов. Как часто случается в поединке между маленьким борцом и гигантом, зрители были на стороне маленького. От громких криков в поддержку Акэбоно задрожала даже каменная гора.
— На востоке — Осакаяма, на западе — Акэбоно.
Приободряющие крики все нарастали. Борцы посмотрели друг на друга, рефери дал сигнал к началу поединка. Они сошлись с треском и, столкнувшись, пытались захватить друг друга за пояс. Как бы яростно Акэбоно ни пытался оттолкнуть противника или потянуть его на себя, Осакаяма даже не шелохнулся. Он захватил противника правой рукой и мощно давил. Акэбоно, используя напор Осакаяма, попытался поймать его и сделать бросок с захватом кисти. Пытаясь сохранить равновесие, Осакаяма споткнулся и заступил за ринг правой ногой. Рефери высоко поднял руку и объявил победителя: «Акэбоно!» Услышав это, толпа безумно обрадовалась, и в воздух полетели соломенные циновки для сидения и куртки хаори.
На следующий день Осакаяма пришел к Ясабуро, отцу Котаро. Он сказал: «В действительности я Кокумонрю (Дракон черных ворот), борец сумо из Осака. Позвольте мне воспитать вашего сына борцом сумо.»
Ясабуро ответил: «Спасибо вам за то, что пришли из такой дали. Я должен отклонить ваше предложение, потому что хочу воспитать своего сына солдатом». Только из предложения огромного человека в семье узнали, что тринадцатилетний Котаро победил профессионального сумоиста.
Я делал снимки движений мастеров нинпо и других боевых искусств с помощью высокоскоростной фотографической техники, чтобы доказать некоторые факты, утверждаемые исследователями и тренерами этих боевых искусств. По сравнению с человеком камера обладает недостатком: у нее только один глаз, а у человека — два! Несмотря на возможное дрожание и искажения объектива, я все же отважился снимать движения нинпо на камеру. С другой стороны, иногда, например на соревнованиях по сумо, медленное воспроизведение видеозаписи иногда позволяет правильно оценить события и доказать, что судьи ошиблись. Отсюда ясно, что объектив камеры подчас надежнее глаза человека.
Однажды мастер каратэ сказал видеооператору, что когда он разбивает рукой кучу черепицы, нижние и средние черепицы ломаются раньше, чем верхние. Затем он сложил штабель из двадцати черепиц и прикрыл его полотенцем для защиты руки. После этого мастер каратэ сделал вдох, выдох и нанес удар по черепицам. Вопреки ожиданиям мастера, видео показало, что черепицы ломаются последовательно сверху донизу.
Рассмотрим в качестве еще одного примера случай с мастером стрельбы из лука. Он верил, что натягивая лук до тех пор, пока он не принимал форму полной луны, а затем отпуская тетиву, он придавал движение стреле едва ли не прежде, чем была отпущена тетива. Однако, при замедленном просмотре отснятых на видео движений мастера стрельбы из лука обнаружилось, что после отпускания тетивы стрела сначала принимает форму полумесяца, изгибаясь под ее напором. Затем деформированная стрела начинает движение. Видеокамера убедила обоих мастеров в ошибочности их взглядов.
Перечисленные примеры показывают, что очень часто занимающиеся боевыми искусствами могут переоценивать себя, слепо полагаясь на то, что они называют «верой». На деле же это чувство может привести как к правильным, так и к неправильным выводам. Во время тренировки их ум может быть полностью измотан, что может привести к подсознательному шагу в неверном направлении.
Сотрудники американских журналов часто спрашивают у меня о рукописях и фотографиях в области ниндзюцу и боевых искусств. Я стараюсь изо всех сил удовлетворить их просьбы, но однажды главный редактор журнала «Ниндзя» посетовал: «Нам не нужны фотографии, если на них не видно лиц».
Я ответил: «Ваши американские журналы боевых искусств делают большую ошибку, обращаясь так с фотографиями. Похоже, вы не понимаете, что есть самое важное в боевых искусствах. Я же всегда пытаюсь сконцентрироваться именно на важнейших моментах.» Фотографии в этих журналах кажется специально выделяют ужасные лица, мускулистые тела и тому подобное, как будто внешность выражает возможные реальные действия человека. Создается впечатление, что фотографии киллеров вызывают наибольший интерес среди американских читателей. Такие журналы не изображают искусство; для них главное привлечь читателей; конкретная личность для них важнее боевого искусства, которым занимается этот человек.
Я стараюсь, чтобы люди видели на моих фотографиях, что на самом деле есть боевое искусство, вне зависимости от внешности. Стараюсь изменить неправильное представление о боевых искусствах, сложившееся у большинства обычных людей. К счастью, обычно меня правильно понимают и ценят мое мнение.
Однажды господин Кондо Сосаку, известный режиссер очень популярного телесериала «Рассказы о дзюдо», нанес мне визит и предложил распространять нинпо в мире с помощью видео. Я принял его предложение.
Они снимали все мои движения одновременно тремя видеокамерами, говоря, что одной было бы недостаточно. Три глаза следили за мной из трех разных точек. Однажды меня попросили: «Не могли бы вы повторить это движение снова?»
Я ответил, что никогда не могу сделать движение больше одного раза. Если сделать одно движение дважды, оно станет всего лишь образцом. Даже если оно выглядит похоже, малейшее отличие моих действий или действий моего противника может совершенно изменить ситуацию. Пусть, например, вы проводите линию под прямым углом. При ошибке даже в одну тысячную градуса, чем больше вы удаляетесь от исходной точки, тем больше будет отклонение вашей линии от правильной. То же самое происходит при демонстрации приемов нинпо.
Из трех фильмов смонтировали один. После его просмотра режиссер сказал мне: «Вы побеждаете противников так легко, что зрителю будет неинтересно смотреть.»
Хотя он был очень впечатлен и, казалось, глубоко тронут фильмом, все-таки после записи он выглядел неудовлетворенным. Он сказал, что слишком многое его озадачивает, и добавил, что в следующий раз будет снимать пятью камерами. Трех оказалось мало. Одну камеру он поместил под стеклянным полом, а другую надо мной.
По своей сути движения нинпо непрезентабельны. Всегда есть много движений, которые нельзя воспроизвести на видео. Дело не в расстоянии. Неважно как близко вы стоите к учителю, когда берете урок, неважно как много деталей он показывает вам — по большей части нинпо объяснить нельзя. Да, нинпо — глубокое искусство.
Режиссер Кондо рассмеялся и сказал: «Ваши движения не может поймать наш старый легендарный одноглазый гоблин, не может даже обладающий высокими технологиями трехглазый гоблин. Они не идут ни в какое сравнение с вами.»
Мне повезло встретить в жизни несколько высокопрофессиональных фотографов, благодаря которым я сделал неожиданные открытия. Например, когда я тренировал актеров на репетиции пьесы под названием «Ниндзя», режиссер, писатель и продюсер оказались вместе. Корреспондент газеты и фотограф бросились к ним, чтобы получить интервью. Корреспондент попросил фотографа сделать несколько снимков под разными углами. Тот спросил: сколько снимков будут помещены в газете? Оказалось, что только один в вечернем выпуске. Едва успел их разговор закончиться, как раздался щелчок затвора фотоаппарата, один единственный, и фотограф удалился, оставив репортера в изумлении. Я получил незабываемое впечатление от этой уверенности в себе профессионала, и не могу забыть этого до сих пор.
Давно, в ранней истории Японии, велась серьезная борьба между двумя семьями: Гэндзи и Хэйкэ. Вот случай, произошедший во время битвы при Ицукусима по предводительством молодого полководца из семьи Гэндзи, Ёсицунэ.
Лодка плыла по океану. К мачте был привязан складной веер. Самурай на службе у Хэйкэ заметил стоящую под веером женщину и стал насмехаться над самураями, служащими у Гэндзи, говоря, что они не смогут сбить веер. Ёсицунэ услышал оскорбления самурая Хэйкэ и спросил своих людей: «Может кто-нибудь его сбить?»
Насу Ёити, лучший лучник среди молодых самураев Гэндзи, погнал свою лошадь вперед и натянул лук. Лодка качалась. Веер танцевал на ветру. Неудача покрыла бы позором всю семью на многие годы вперед. Точно так же, как ниндзя перед применением техники ниндзюцу, он погрузился в медитацию и произнес про себя молитву. Пущенная им стрела ударила мишень в самую середину, веер был сбит. Как и в случае с фотографом, потребовался всего один выстрел.
У двух любых искусств всегда найдется что-то общее.
Я говорил с женщиной — профессиональным фотографом со специализацией по съемке лошадей. То, что она рассказала о лошадях, оказалось очень похоже на экзамен на пятый дан по ниндзюцу (годан).
Приведу краткое описание экзамена на пятый дан. Судья поднимает меч. Экзаменуемый сидит напротив судьи, спиной к нему. Судья произносит несколько слов, чтобы дать сигнал к началу, и неожиданно наносит удар по голове экзаменуемого. Последний должен уклониться за долю секунды. Согласно этой женщине-фотографу, если нацелить камеру на лошадь, она будет ощущать взгляд, будет напряжена, и хороший снимок не получится. Вместо этого она поворачивается к лошади спиной. Когда лошадь расслаблена и движется произвольно, по собственной воле, фотограф неожиданно поворачивается и делает снимок. Она сказала, что именно так были сделаны ее лучшие фотографии лошадей.
Наличие таинственного в нинпо подразумевает его глубину. Однако фотограф, обладающий замечательной техникой и огромным мастерством, сможет выразить сущность нинпо в снимке.
Прибыв в Нью-Йорк, я встретил знаменитого фотографа, господина Хачи, который брал за один свой снимок десять тысяч долларов. Поэтому на семинаре я сказал, что каждое мое движение тоже будет стоить десять тысяч долларов. Ученики сказали хором: «Он прав!» В результате господин Хачи сделал четыре снимка.
Иногда в фотографиях можно видеть дух Дзэн, Итиго Итиэ. «Итиго» означает вся жизнь, а «Итиэ» — один шанс. Например, вы встречаете человека, которого можете никогда больше не увидеть. Возможно это единственный шанс встретить его в вашей жизни. Вот почему его следует принять приветливо и сделать для него все, что в ваших силах. Выдающаяся фотография отражает Итиго Итиэ.
Однажды я получил письмо, в которое была вложена моя фотография, сделанная при демонстрации нинпо в пресс клубе.
В письме говорилось:
«Многоуважаемый Мастер Хацуми,
Мне удалось найти вчера в газете ваш адрес, и я решил написать вам. На меня произвела сильное впечатление телевизионная программа, в которой выступали вы и господин Масааки Исикава в прошлом году. Позже мне посчастливилось видеть ниндзюцу в вашем исполнении в клубе иностранных репортеров и сделать снимок, который посылаю в этом письме. К сожалению не хватило освещения. Но вы можете видеть указующий дух рядом со своим ухом. Это дух господина Тёсокабэ, самурая из семьи Тоётоми, чисто выбритого; кажется ему около пятидесяти. Некоторые скажут, что просто фотография смазана. Но лицо очень отчетливо. Я верю в наличие сверхъестественной силы у некоторых людей.
Я хочу встретиться с вами в будущем, чтобы сделать более четкую духовную фотографию. Люди, занимающиеся боевыми искусствами могут сконцентрироваться легче, чем другие; мне представляется возможным сделать духовную фотографию, при условии, что и сам фотограф тоже сконцентрируется в это же время.»
Не тратя времени, я отправился на встречу с автором письма, взяв с собой своего ученика Фумио Манака. При встрече я сказал: «Спасибо за письмо и фотографию. Как вы ее сделали»
— Вы сделали вдох в момент метания меча. В этот момент я тоже вдохнул и нажал на затвор.
— Как вы узнали, что мой направляющий дух — самурай по имени Тёсокабэ?
— Я очень внимательно рассмотрел фотографию. Мои телепатические способности позволили мне увидеть буквы «Тёсокабэ» на снимке.
— Замечательно! Могу Вам сказать, что в книге, которую дал мне покойный учитель, упоминается это имя!
— Да, я верю, что вы каким-то образом с ним связаны.
— Человеку сопутствует только один дух?
— Нет. Если вы будете заниматься другим видом боевых искусств, может появиться другой дух.
— Сфотографируйте тогда и его тоже.
Выйдя от него, я отправился к одному из своих друзей, Суя, романисту и врачу, и рассказал о необычном разговоре.
Я спросил: «Что вы думаете о духах? Некоторые утверждают, будто дух по имени Исобэ преследовал Юкио Мисима, известного писателя, покончившего с собой».
— Люди вроде меня, долгое время связанные с естественными науками, не могут верить в духов. Но я принимаю концепцию перевоплощения, — ответил мой друг.
— Я, в свою очередь, наполовину верю, а наполовину — нет, — признался я. На следующий день я переговорил с профессором Масааки Исикава о фотографиях духов. Он заявил: «Если использовать некоторые уловки при проявлении, можно легко получить смазанное изображение, похожее на дух». Увидев фотографию, он добавил: «Я уверен, что это просто игра света. Вы помните, что на вас были направлены три прожектора, не так ли?»
Все живые существа также, как и люди теряют инстинкт и способность действовать подсознательно по мере роста уровня культуры. И в конце концов мы теряем интуицию, а она так необходима в жизни. Очень немногие люди понимают природу духов. Некоторые религиозные организации иногда пользуются отсутствием знаний о сверхъестественном и принуждают или запугивают попавших под их влияние людей. Такие организации совершенно не заслуживают того, чтобы их называли религиозными.
Мой покойный учитель Такамацу говорил: «Сверхъестественные силы — не искусство и не фокус. Они существуют в вашей душе, в вашей искренности. Как и религия.»
Мы, человеческие существа, можем быть жуткими демонами, которые угрожают или мешают другим посредством мастерства или уловок. Религия же не для обмана или запугивания людей. Религиозность человека соответствует его искренности. Я и дальше буду изучать область духов, очищая свою собственную душу.
Лично мне хотелось бы верить в духов. К сожалению миллионы людей в этом мире как будто совсем лишены души, духи им чужды. Я сильно надеюсь на то, что они все же разбудят свои души и заживут более плодотворной жизнью.
Позвольте мне напоследок вкратце рассказать еще об одном моем недавнем общении с объективом фотоаппарата. Это дало мне возможность лучше понять секретный киай (концентрацию внутренней энергии без крика). Во время занятий никому не разрешается фотографировать в тренировочном зале, потому что вспышки очень нам мешают. Однако часто посетители, игнорируют наши предостережения. Пользуясь отсутствием переводчика, они фотографируют как им вздумается. Я не решаюсь их остановить: может быть они ведут свои собственные исследования. Но некоторые используют фотографии для наживы. Такие люди не обращают внимания на наши трудности.
Однажды профессиональный фотограф посетил наш тренировочный зал и начал спокойно фотографировать. Тогда я решил направить на него секретный киай, чтобы прерывать вспышку. Три дня спустя я встретил его у моего дома. Со словами: «Ни одна фотография не вышла,» — он показал мне свои снимки. Половина из них оказались черными, а остальные совершенно нерезкими. «Я профессионал первого класса, что же произошло?» — недоумевающе спросил он. — Дело в том, что я направил на вас секретный киай. Но вы должны винить себя, а не меня, — был мой ответ. Каким таинственным оказался секретный киай! Может быть в нем отразилась жизнеспособность нашего стиля ниндзюцу Тогакурэ рю, существующего более тысячи лет? Временами я представляю себя плывущим в космосе и обладающим полным знанием истины, заключенной в секретном киай Сэнсэя Такамацу.
Это рассказ о времени, когда Дзютаро было 26 лет. В разных районах Китая он участвовал в соревнованиях по боевым искусствам и ни разу не проиграл. В результате его представили председателю японской ассоциации молодых мастеров боевых искусств.
Г-н Рэн, дядя бывшего китайского императора, относился к Дзютаро как к собственному сыну. Он всегда хвастался, что его Дзютаро — мастер боевых искусств высшего уровня. Неудивительно, ведь к тому времени Дзютаро имел уже более восьмисот китайских, японских, американских и французских учеников. Каждый вечер он работал с 70–80 учениками. Даже в страшную летнюю жару никто не видел на нем ни одной капли пота.
Услышав об этом, мастер шаолиньского кунфу Тёсирю из провинции Санто вызвал Дзютаро на поединок. Тёсирю поднимал 113-килограммовую штангу по сто раз каждое утро.
Дзютаро дважды отказывался, но Тёсирю не принимал его отказов. Однажды ночью Дзютаро думал о гигантском красном демоне, который бил тяжелым железным брусом по маленькой бабочке. Бабочка без труда избегала ударов снова и снова. Пот лился с красного демона, и, немного погодя, он рухнул наземь и завопил: «Довольно!» На следующее утро Дзютаро разработал технику танца бабочки.
Лорд Рэн нашел Дзютаро и сказал: «Тёсирю пришел снова. Что будем делать?»
Дзютаро ответил: «Он вызывает меня уже третий раз. На этот раз я приму вызов». Лорд Рэн обрадовался: «Спасибо, мы увидим великое событие!» Он рассказал каждому, кого встретил в городе, и известил Тёсирю о предстоящем бое. Тёсирю было 37 лет, его вес был 113 килограммов и рост его достигал 190 сантиметров. Дзютаро весил 75 килограммов. Поединок проводился на рыночной площади английского поселения. Лорд Рэн судил бой как рефери. Поединок начался: Тёсирю завопил, пятиметровым прыжком приблизился к Дзютаро и стал осыпать его ударами со скоростью гигантского дракона.
Дзютаро отпрыгнул вправо на три метра.
Тёсирю подпрыгнул, приземлился, прыгнул вправо и влево — и все это в мгновение ока.
Когда он снова начал наносить смертоносные удары, Дзютаро заметил незащищенную точку. Он попытался нанести удар из очень низкой стойки. Тёсиро подпрыгнул вверх на два метра и вновь обрушился на противника с яростными ударами ногами и руками.
Жаркая битва длилась уже более двух часов, и тут Дзютаро заметил, что Тёсирю задыхается и сильно потеет. Его движения явно замедлились. Слабое место крупного воина — неспособность выдерживать долгие бои — начала сказываться. Зрение Тёсирю ухудшилось: глаза заливал пот. На Дзютаро же не было ни капли пота. Когда Дзютаро сказал «Итак, я иду» со спокойной улыбкой на губах, лорд Рэн остановил бой. Зрители яростно кричали, требуя продолжения поединка. Но лорд Рэн видел, что у Тёсирю нет шансов победить.
Дзютаро и Тёсирю улыбаясь поздравили друг друга с прекрасным поединком.
После боя лорд Рэн, Тёсирю и Дзютаро отправились в ресторан отпраздновать новый союз дружбы. Этот союз смог возникнуть только благодаря взаимному уважению, появившемуся в процессе боя. Тёсирю похвалил Дзютаро, а более молодой мастер, в свою очередь, вернул комплименты старшему. Тёсирю объявил о своем желании, чтобы Дзютаро был его братом, и они скрепили боевой союз бокалом сакэ.
Связи друзей редко бывают прочнее братства в боевых искусствах.
Я родился в Нодати в префектуре Тиба, по соседству с Токио. Это произошло рано утром 2-го декабря 1931 года, как раз в тот момент, когда солнце решило обрадовать нас своим присутствием на небе. Перед моим появлением на свет моя молодая мать сильно мучилась, трудные роды были серьезным испытанием ее мужества. Повивальная бабка извлекла меня из чрева матери, шлепнула по спине, перевернула вверх ногами и много раз встряхнула. Из-за этого я захныкал. Так я появился на свет. Мое первое затворничество закончилось в положении вниз головой, а взгляд мой был устремлен в потолок.
Когда я в пору своей юности впервые захотел узнать что такое ниндзюцу, то повернулся в горам, давшим миру ниндзюцу, и крикнул. Я крикнул так, как будто звал любовь, исчезнувшую вдали. Сколько бы я ни ждал, как сильно бы я ни просил ниндзя появиться, ответа не было. Наконец, сорок лет спустя ответ достиг двери моего дома. Но открыв письмо, я нашел только чистый лист бумаги. Что я мог сделать в ответ? Только взять ручку и написать всем, способным читать.
Самураи проявляли свою силу, заключая браки между хорошими семьями, производя на свет потомков благородного происхождения, имевших достойную родословную. Купцы же, напротив, продолжали свой род, сохраняя норэн (добрая воля), и достойно делая свой бизнес. Наследники ниндзя вынуждены были передавать знания своим ученикам. Передача знаний и умений по наследству — вот их жизненный принцип.
Дух синоби (таинственности) помогал ниндзя.
Подтверждением того, что человек подобен ветру, служит след, оставленный им в жизни.
Этот след, это наследство присутствует в моем теле. Мой боевой псевдоним — Торацуги (преследующий тигр). Меня обдували ветры синоби. Они исчезли, вылепив мое тело, и бросили меня подобно потерпевшему кораблекрушение в открытом океане. Ниндзя в жизни сопутствует попутный ветер. Он проходит сквозь пламя, восходит к небу, приобретает великое мастерство. Бог ветра дарует славу и удачу.
Я путешествовал в поисках корней ниндзя. Мне помогал попутный ветер, и мое тело почти плыло над землей. Попутный ветер успокаивал мою душу. Когда менялось направление ветра, или он превращался в вихрь, — я уходил в сторону, применяя технику дотон (техника укрытия в земле), и ждал другого ветра. При полном безветрии я ощущал какое-то движение в воздухе. Это был ветер синоби.
Ветер синоби дул непрерывно в течение двух недель в мае 1986 года по направлению от Сан-Франциско к Альбукерку. Он позволили мне работать с перерывами на сон продолжительностью всего лишь два часа — в меня воплотился Бога ветра для облегчения передачи духа синоби. Тогда не только в Америке, но и в других странах ветры популярности сопутствовали ниндзюцу — началась «золотая лихорадка ниндзюцу». Люди, изучавшие каратэ, кунфу или другие боевые искусства, и ничего не знавшие о сущности ниндзюцу, извлекали для себя огромную пользу с помощью ветра синоби. В мир явились ниндзя мастера каратэ, ниндзя мастера кунфу, ниндзя мастера боевых искусств.
Нашлось несколько людей, не осознавших истинной сущности ниндзя, они не получили знаний, необходимых настоящему ниндзя. Из-за них случались несчастные случаи на тренировках. Одетые в одежды ниндзя, они совершали преступления.
Они даже не знали почему настоящие ниндзя носили такую одежду. Они не могли осознать, что черный цвет костюма ниндзя означает воздержание и скрытое в человеке чувство справедливости. Воздержание означает способность хранить тайну независимо от того, какие будут происходить события.
Неважно насколько сильным или слабым он может выглядеть внешне, настоящий ниндзя встречает врагов своим духом, закрытым невидимой броней. Под напором этой брони вражеский ветер бессилен. Скромная одежда лидера ниндзя соответствует тридцати законам неба, земли и человека, законам внешнего и внутреннего, и пяти техникам искусства прятаться. Используя их, ниндзя растворяется в ветре. Но если надо, он может и появиться из ветра.
Скромно одетый, я появился перед слушателями семинара в Сан-Франциско, принеся им послание ветров. Я обращался к ним словами и жестами, шедшими из моего сердца. Не обязательно было знать их языки, потому что я говорил с духом ветра.
Я говорил об игровой природе ниндзюцу. Обезьяны игривы в юности, но взрослея, они перестают играть. Человек же сохраняет способность играть в течение всей своей жизни. Конфуций сказал, что люди, которым небо подарило веселое сердце и склонность к играм — самые счастливые на свете. Я подчеркиваю важность склонности к игре. Для этого есть не одна причина. Если бы я насильно запихивал в них ниндзюцу, они бы сопротивлялись, и не слушали бы меня настолько внимательно. Я хотел, чтобы они сначала поняли укэми, безопасные способы падения с концентрацией тела и духа. Я открыл ворота таинственности и дал им почувствовать ветер.
Во время семинара меня попросили показать кукинагэ («воздушный бросок» или «техника ветра»). Я посадил своего ассистента Асихара на стул, а сам встал перед ним очень близко, повернувшись спиной к нему. Я начал двигаться так, как будто собирался пустить ветры. Ассистент зажал нос и упал на спину. Я спросил, поняли ли зрители суть техники. После небольшой паузы послышались веселые возгласы и смех. Я не хотел никому причинить вред, и все же избегаю искусственности в своих демонстрациях. Если бы ученики на моих семинарах знали укэми, мы могли бы рассмотреть более жесткую технику. Но не умея правильно падать, они вместо того, чтобы учиться, получили бы травмы или испугались.
Великий стратег Сунь Цзи сказал, что тот, кто знает врага и знает себя, выиграет все сражения. Правильное соотношение воздержания и умения маскироваться приобретает особо важное значение во время сражений. Следует упомянуть о кёдзицу тэнкан хо, взаимообмене концепций обмана и реальности. Кроме того, некоторые из видевших раньше демонстрации приемов поняли мое кукинагэ. Даже в такой обстановке, как на семинаре, важно сохранять баланс воздержания, маскировки и самообладания.
Стратегия и многообразие приемов тайдзюцу имеют что-то общее со стратегией и разнообразием матери природы. Самозабвенно желая узнать только фокусы и технику, нельзя постичь баланс ветра, а именно: баланс души и техники синоби.
В Альбукерке я подружился с мастером каратэ. Это оказался воин, который независимо от времени и места получал сообщения ветров. Он действительно получал информацию от ветра на поле боя. Он обладал предчувствием опасности, как и нидзя. Он стоит лицом к врагу и получает сообщение от ветра сзади — ветер толкает его вперед и пули летят мимо. Его могучий взгляд сверкает прекрасным светом. Однако в нем есть и тень. Мастер каратэ с убеждением говорил о разном выражении глаз у людей, стоявших на пороге жизни и смерти, и у людей, не знавших опасности. Когда мы говорили, его глаза светились лунным светом. Я видел в них движение ветра. Именно глаза воспринимали сообщения ветров и позволяли расти его технике.
Ко мне приходят сообщения со всего мира. Потом их авторы посещают Японию. Число писем возрастает с каждым годом. Вернувшись домой, гости снова пишут мне. Даже если нет писем на бумаге, есть люди, обращающиеся ко мне с помощью духа.
За пятнадцать лет общения корреспонденция между Сэнсэем Такамацу могла бы заполнить большой банковский сейф. Ни разу за пятнадцать лет я не выбросил ни одного его письма. Читая их, я совершенно забываю о времени. Когда бы Сэнсэй ни вспоминал секретную информацию, он отправлял мне письмо. Часто он отсылал мне письма раз в три дня. Читая его письма, я чувствую как слова обретают сущность, расширяются и заполняют пространство вокруг меня. Несмотря на развитие дальнозоркости, я легко могу их прочесть. В письмах Сэнсэя я вижу его желания и тайн. Даже сейчас мы разговариваем друг с другом с помощью этих слов.
Размышляя о ветре, Дзэн и боевых искусствах, я хочу обратить свои мысли к буддистским монахам. Когда некоторые думают о Дзэн, они представляют себе нищего монаха. Иккю был монахом, путешествовавшим на облаке, носимом ветром. Облако стало для него сценой, но жил он в реальном мире. Мы также называем это областью практической деятельности. Он любил свою мать, подтверждением чему служат многие рассказы из собрания «Кёунсю» его сочинений о монахе в южном Косю в Китае.
Монаха звали Бокусю. Он зарабатывал на пропитание, продавая разную мелочь и жил со своей матерью. Как обычный человек, он занимался Дзэн. Он достиг высокого уровня — выше облаков — это очень впечатляет.
Когда ему было семьдесят семь лет, Иккю завел себе женщину несравненной красоты и жил с ней в райском блаженстве, пока не умер на восемьдесят восьмом году жизни. В те дни монахи избегали женского общества, но он пошел на нарушение правил. Не удивительно — он обладал мужеством от рождения. Иккю писал, что в нежнейших местах женского тела он ощущал аромат нарциссов. Он считал это выражением воплощения Будды.
У кого он брал уроки нарушения правил?
Монах, которого звали Дзимэй, был великолепным учителем, но иногда он прекращал занятия и думал всецело об удовольствии обнимать женщину и соединять ее тело со своим.
Синтран, один из известных японских монахов, также нарушил запрет любить женщин. У Рэннё было одиннадцать жен и двадцать семь детей. Хотели ли они предостеречь монахов из секты Тэндай, которые были предрасположены находить сексуальное удовольствие с юношами? Говорят, что именно поэтому Синран и женился.
Почему я говорю о любви? Когда человек вводит себе неестественное жизненное ограничение, он может сойти с ума. Должно быть равновесие между правилами и природой человека.
Чтобы получать сообщения при нормальном самочувствия, нужны естественные условия. Сообщения в адрес различных миров (любви, ниндзя, житейских страстей и тому подобное) и сообщения от различных миров приходят и уходят, когда мы движемся на тайных ветрах синоби. Сообщения от ветров тоже приходят и уходят. Я верю, что в случае ниндзя это сообщения любви.
Ри Хотэй жила в доме гейши. Она была тихой и чистой от грязи этого дома. Ее походка и движения были милы и грациозны, и в нее влюблялись все, кто видел ее.
Она сочиняла стихи, писала рассказы и красиво вышивала. (В Китае женщины из веселых кварталов признаются в обществе.) Ей исполнилось 18 лет. Она была опечалена своим положением. Но несмотря на существование, которое она вела, как пыль на ветру, она оставалась чистой и незапятнанной. Однажды, сделав макияж, она сидела в задумчивости у окна и услышала звуки ссоры с улицы. Она быстро надела платье и вышла. Дрались даосский священник и покупатель. Побитый покупатель лежал внизу на ступенях. Хотэй попросила знакомого монаха из монастыря Сёрина помочь. Даосский священник проиграл монаху из Сёрина и убежал, поджав хвост.
Хотэй привела покупателя к себе в комнату и спросила о причине драки. Покупатель ответил: «Мы с ним давно ссорились из-за стрельбы из лука. Спасибо, что спасла мне жизнь. В знак благодарности я хочу дать тебе десять серебряных монет.» С этими словами он взял свою сумку, достал деньги и положил серебро на стол.
Хотэй засмеялась: «Кто не помогает справедливости, тот трус, а кто не спасет умирающего — идет против природы. Я не из тех, кому нужны деньги. Вы думаете я не человек?» Она отказалась взять деньги.
Ее поступок тронул сердце спасенного. Он предложил выкупить ее и взять к себе в поместье. Хотэй отказалась, она хотела остаться поблизости от могилы своей семьи, чтобы следить за ней. Позже она купила немного земли и построила домик. Она заплатила значительную сумму денег своей приемной матери (в Китае девушек продают в малом возрасте и воспитывают до совершеннолетия.) Так она расплатилась со всеми своими долгами. Она взяла к себе жить своих родственников.
Бум ниндзя, который начался в Соединенных Штатах, распространился в Европе и сейчас находится на подъеме, — совершенно как золотая лихорадка в прошлом веке. Это привело к повсеместному появлению ложных ниндзя, которые, имея слабое представление о ниндзюцу, пытаются сделать легкие деньги. Порой им так легко удавалось разбогатеть всего лишь с поверхностными знаниями, что успех их опьянял. Их можно уподобить тем добрым людям из «Си И Чи» или «Обезьяны», которых поглотила тыква и превратила в сакэ. К сожалению, некоторые стали совершать преступления, одевшись в плащ ниндзя.
Думая, что с этим надо что-то делать, я решил вылететь с моими восемью учениками в Соединенные Штаты. Мы пересекли Америку, от Сан-Франциско до Кливлэнда, а затем прибыли в Альбукерк. На каждом проводимом нами семинаре было полно энтузиастов, желавших увидеть собственными глазами суть ниндзюцу. Я говорил собравшимся: В действительности ниндзюцу не для убийц или злодеев, а для людей, развивающих в себе настойчивость и выносливость для достижения счастливой жизни. Я хочу вам сказать или продемонстрировать на этом семинаре то, что может привести к счастью и миру всех людей вашей страны; следовательно, на вас возлагается огромная ответственность.
В этом мире пустоты надо видеть до глубины вещей, или знаний, или сознания; принимать решение и превращать его в действие. Таков путь к просветлению.
Давайте рассмотрим, что должен знать ниндзя, изучив свиток дэнё с объяснениями целей ниндзюцу стиля Тогакурэ рю.
Оглядываясь на более чем девятисотлетнюю историю, мы видим, что ниндзюцу понималось как синобу хо или путь настойчивости и выносливости; позже оно стало называться ниндзюцу (НИН означало «терпение» или «выносливость», это форма имени существительного для глагола СИНОБУ, означающего «проявлять терпение» или «выносить»; а ДЗЮЦУ означает «искусство»). Ниндзюцу высокого уровня развилось в нинпо, которое включает как религиозные и философские, так и военные аспекты.
Секретные записи свитка повествуют о важности поддержания правильного состояния духа и ума. Когда же дело касается боевых искусств, неверный или разобщенный дух может все разрушить. Вот несколько примеров:
− Медицина предназначена для спасения жизни, однако при неправильном лечении может произойти смерть. (Узнав об этом вы возможно захотите пересмотреть то лечение, которым сейчас пользуетесь).
− Еда и питье необходимы для жизни; однако излишества в ее и питье могут привести к проблемам с печенью или сердцем, или к другим заболеваниям. Верно, что умеренность — ключ к здоровью.
− Ожидается, что политические лидеры будут править страной и возьмут на себя ответственность за защиту своего народа; однако они могут разрушить страну и ввергнуть свой народ в великое бедствие, если будут жадными, неумелыми и эгоистичными.
Император Нерон, тиран римской империи, — один из ярчайших примеров такой разрушающей деятельности.
− Религия, основанная на искренней вере, откроет нам справедливость, путь верующих к благодати божьей, принося счастье всем членам семьи и творя добро в обществе. Однако, если религия теряет первоначальную направленность, она становится убийственной и может разрушить как отдельную личность, так и целую нацию.
− Боевые искусства тоже могут быть разрушительными. Концепции могут излишне сосредоточиться на жестких и формальных техниках, потеряв из виду человеческие аспекты. Такого рода формализм наблюдается во всей областях культурного развития.
Я хотел бы, чтобы вы всегда помнили, что боевым искусством сопутствует ветер Дзэн. Без достижения такого состояния духа ни один мастер боевых искусств никогда не поймет кандзин-канамэ, жизненный секрет ниндзюцу. Кандзин-канамэ — «ум и глаза бога» (обычно читается син-и-синган, но допустимо и чтение кандзин-канамэ). Мастер боевых искусств благодаря тренировкам (в том числе и ниндзюцу) должен приобрести чувство гуманности. Сознание, возникшее от человечности, восходит к небу и становится умом и глазами Бога. Оно открывает правильный взгляд на счастье, помещая человека под защиту Бога. Другими словами, постичь кандзи-канамэ означает осознать божественную справедливость.
Сэнсэй Такамацу всегда говорил мне, что ниндзя должны посвящать себя искренности и справедливости. Искренность также переводится как «доверие». Доверие или син в японском языке имеет много значений. Оно может быть употреблено в смысле «явление» или «приход», то есть явление ума и глаз бога — связь между высшим существом и человеком. Оно также означает «полный доверия» или «свободный от подозрений». Во время тренировок под руководством Сэнсэя Такамацу, был период, когда меня одолевали сомнения. В моменты сомнений я вспоминал об учении Сэнсэя.
Ничто не будет настолько неопределенным, как здравый смысл или знания человека. Несмотря на хрупкость знаний, следует отбросить все сомнения и посвятить себя тренировке, особенно когда одолевают сомнения. Чрезвычайно важно погружаться с наслаждением в мир пустоты, следует видеть сущность в здравом смысле, в знании, в божественном сознании, принимать решение и воплощать его в действие. Это путь в просветлению. Это также ключ к развитию шестого чувства, необходимого для мастеров боевых искусств и ниндзя.
Одновременное сохранение человечности и слияние с небом — необходимо. Пять природных элементов: дерево (моку), огонь (ка), земля (до), металл (кин) и вода (суй) не могут существовать без земли. Подобно им четыре времени года: весна, лето, осень и зима не могут быть четко отделены друг от друга без сезона доё («дни собаки» — переходный сезон). Четыре времени года без сезона доё, также как пять природных элементов без земли не образуют целого. Человек, будучи справедливым и искренним, живет в соответствии с небесной справедливостью. Когда кто-то приобретает понимание небесной справедливости, он исполняет волю Бога. Вот почему я и ссылаюсь на ум и глаза бога». Следовательно, ниндзя — человек, сознающий справедливость.
Вышеупомянутые принципы — важнейшее требование к ниндзя. Ни способность быть невидимым, ни сверхчеловеческие действия не являются приоритетными. Ниндзя — не артист цирка. Ниндзя не разбойники, не убийцы и не предатели. Это люди настойчивые и выносливые. Тогакурэ рю нинпо — великолепное свидетельство того, что ниндзя жили и защищали свою жизнь более тысячи лет.
Позвольте перейти к следующей теме: философии боевых искусств. Это не мое личное мнение, а учение девяти школ ниндзюцу. Цель будзюцу или боевых искусств — я защита нации, общества и самого себя.
Дзюцу или техника имеет решающее значение для всех боевых искусств. Возьмем к примеру кэндо, японское фехтование. В самом деле, меч необходим в кэндо, но только физической силы для обращения с мечом недостаточно. Даже колка дров требует техники, то есть дзюцу. В дзюцу жизнь вдыхает ум.
Дзюцу и ум работают вместе. Без правильной направленности ума нельзя ожидать никакого улучшения в технике.
Незрелый ум далек от разума. Разум тоже идет рука об руку с дзюцу. Без разума не существует дзюцу в подлинном смысле этого слова.
Я надеюсь, что после того, как прекратится бум ниндзя (вместе с ветром), в ниндзюцу останутся только те, кто ищет истину.
Даже те, кто называет себя мастером-ниндзя; или аттестован на восьмой дан должны помнить об этой философии — потому что этому нет внешних, материальных свидетельств. Рассматриваемое искусство настолько тонко, что исчезает, когда о нем спрашивают, и появляется, когда решено, будто его не существует. Это дзюцу, наряду с умом и разумом, составляет основу боевых искусств.
Тайные записи свитка дэнсё, рассказывающие о необходимости для ниндзя знать философию боевых искусств, считались секретом ниндзюцу. Я надеюсь вы уделите большое внимание уму и глазам нинпо и других боевых искусств, и связи между умом и Богом. Что касается меня, то прошло уже пятьдесят лет, с тех пор, как я вступил на путь боевых искусств, а потом и нинпо. Сейчас наконец я приобрел способность слышать пение при чтении каждой строки священного писания боевых искусств, оно подобно музыке, которую навевает чтение китайских стихов. Пение вымывает грязь из наших умов, мы как будто слышим кото, японскую арфу, к струнам которой прикасаются пальцы небесной девы. Вот почему я представил вам философию боевых искусство настолько верно, насколько смог, не добавляя своих собственных интерпретаций к учению моего наставника.
«Сильный» и «слабый» — обычные слова, слышимые от мастеров боевых искусств. Однако мое правило — прививать ученикам ровное поведение. Их поведение должно быть таким всегда, насколько это возможно; они должны делать все, что требуется от ниндзя. В конце концов, чтобы понять героя, человек сам должен быть героем. Я рекомендую своим ученикам стараться не превзойти врага, а стать человеком, способным выжить. Движения нинпо стиля тайдзюцу не называют «сильными» или «слабыми», а движениями, приносящими ун, судьбу.
Значит, вы должны найти в нинпо тайдзюцу такую истину, которая принесет вам ун или счастливые возможности. Это похоже на дракона, притягивающего облако (также произносится «ун» по-японски). Когда дракон притягивает облако, он вызывает и дождь. В буддизме есть выражение «сладкая дождевая вода». Буддисты верят, что глоток сладкой дождевой воды делает человека бессмертным. Аналогично, вызванный драконом дождь в интерпретации ниндзя можно воспринять как ниспосланную Богом воду, дающую бессмертие. Я очень доволен, что вижу как увядает полный показухи бум ниндзя. Не хочу, чтобы мои ученики неосознанно отклонились от пути нинпо и попали в западню страсти. Я надеюсь, что после того, как прекратится бум ниндзя (вместе с ветром), в ниндзюцу останутся только те, кто ищет истину. Также надеюсь, что среди искателей истины один за другим будут появляться искусные ниндзя или мастера боевых искусств и творить добро во всем мире. Я призываю интриганов, извлекающих доход из бума ниндзя, прекратить подвергать риску равновесие между живыми существами.
Ни мастера боевых искусств, ни ниндзя не любят войну и насилие. Подлинные ниндзя любят красоту природы и дух гуманизма. Сэнсэй Такамацу любил живопись и поэзию. Его любили и уважали многие люди. Я помню слова, слетавшие с губ пришедших проститься с ним в день его смерти, 2-го апреля 1972 года: «Неужели Сэнсэй Такамацу действительно ушел? Я не могу этому поверить.» Мы все верили, что Сэнсэй Такамацу возродится как феникс. В день похорон я нарушил обет воздержания впервые за пятнадцать лет и выпил глоток окиёмэ (сакэ, подаваемое при выполнении похоронных обрядов в Японии). Я тренировался под руководством Сэнсэя Такамацу пятнадцать лет, и госпожа Такамацу подавала мне ужин вместе с двумя бутылочками сакэ. Я отказывался пить сакэ, не осмеливаясь это делать будучи учеником Сэнсэя Такамацу. Я часто хотел, чтобы мы вместе выпили и весело провели время. Но все, что я мог позволить себе тогда — тренироваться под его руководством.
На обратном пути после посещения могилы Сэнсэя Такамацу уже на шестнадцатом году после его смерти, дочь Сэнсэя и я вели разговор, глядя через окно на распустившиеся цветы вишни. Она сказала: «Когда папа узнавал о твоем приходе, даже не замечая цветения вишни он ходил взад и вперед по дому в нетерпении. Как приятно, должно быть ему было иметь тебя своим учеником!» И добавила: «Сейчас ты остался единственным учеником моего папы». Она произнесла эти слова безрадостно, как бы обращаясь к облетевшим лепесткам вишни.
— Я буду следовать его учению, пока жив, — негромко сказал я, обращаясь к небу над белыми цветками вишни.
До сих пор слова Сэнсэя Такамацу звучат у меня в ушах: «Я учу тебя не победить врага, а научиться выживать. Никогда не будь заложником боевых искусств — пользуйся ими для радости. Хотел бы я знать: найдется ли из десяти тысяч человек хотя бы один, который получал бы удовольствие от боевых искусств?»
Учась в английской школе Акаси но Мия, Дзютаро одновременно посещал китайский литературный институт. Регулярно через день он занимался в додзё сэнсэя Мидзута Ёситаро Тадафуса, изучая стиль джиу-джитсу Такаги Ёсин рю. В то же время он периодически посещал додзё сэнсэя Тода, познавая секреты Тогакурэ рю ниндзюцу.
Как-то воскресным вечером Дзютаро прогуливался в парке на берегу моря и увидел двух детей, одного около 8, а другого — 12 лет, боровшихся на качелях. Подошли несколько людей и стали поддерживать старшего ребенка. Ободренный их поддержкой, старший ударил младшего. Более маленький бросился на противника, тот упал на спину, и младший оседлал его как лошадь.
В этот момент один из мужчин ударил более маленького мальчика. Дзютаро крикнул, что взрослым не следует бить детей. Он вышел вперед, чтобы помочь ребенку, но двое мужчин схватили Дзютаро за руки. Третий сзади схватил за пояс. Четвертый зашел спереди, схватил его за воротник и стал бить ногами. Дзютаро крикнул киай, и в мгновение ока бросил всех четырех в реку позади себя.
Потом я слышал, что большие люди, схватившие Дзютаро за руки, были сумоистами ранга дзюрё. Захвативший его сзади носил прозвище демон деревни Окуратани и имел патент инструктора стиля Такаги Ёсинрю сэнсэя Исидзаки. Захвативший его за воротник имел силу пяти человек. Обладая телом, крепким как железо, он легко мог отнести кусок скалы весом 75 килограммов в храм Хитомари, поднявшись на 108 ступеней. Никто не мог справиться с этими людьми, если они были вместе. Известие о победе Дзютаро дошло до всех, и стали говорить о появлении великого демона.
При поединке мастеров тайдзюцу высокого уровня малейшее движение зачастую решает исход боя, определяет победу или поражение. Даже если движение почти совершенно, одна маленькая ошибка иногда определяет жизнь или смерть.
Есть старая поговорка: «Загнанная в угол мышь может укусить кошку». И правда, люди могут сделать нечто, выходящее за пределы своих сил, когда они в реальной опасности. Эта пословица напоминает метод тайдзюцу: вы делаете шаг назад, как будто отступаете от противника, но на самом деле вы тянете его за собой.
Во время занятий тайдзюцу ученики часто говорят мне: «Я иногда уверен, что припер вас к стенке, однако вы ловите меня прежде, чем я успеваю это сообразить». Не то, чтобы я уворачиваюсь в последний момент, как обычно считают, — скорее я держу под контролем целиком его тело и душу, как будто я делаю его частью своей жизни.
Есть книга о тайдзюцу под названием «Подвиги кошек». В ней старый и молодой коты ведут разговор о стержне боевых искусств. Кошка может предугадывать погоду, видеть в темноте, ходить бесшумно, может отпустить добычу или загнать ее в угол, чтобы там поймать.
Покойный великий мастер Такамацу часто напоминал о победах и поражениях в природе, говоря: «Что в действительности значит «победа»? Я никогда бы не стал мастером тайдзюцу, если бы придерживался этой концепции». Нет ничего лучше в изучении тайдзюцу, чем отказаться от неглубокой концепции победы и поражения и найти правильный способ жить.
Во время занятий тайдзюцу ученики часто говорят мне: «Я иногда уверен, что припер вас к стенке, однако вы ловите меня прежде, чем я успеваю сообразить». Не то, чтобы я уворачиваюсь в последний момент, как обычно считают, скорее я держу под контролем целиком его душу и тело, как будто я делаю его частью своей жизни.
В тайдзюцу входят восемь базовых форм. В Японии 8 считается счастливым числом. Но из-за того, что число «8» похоже на символ бесконечности, я бы сказал, что здесь цифра 8 представляет бесконечность и вечность. Я помню наш разговор, как будто он произошел вчера, когда покойный сэнсэй Такамацу сказал мне о важности этих восьми форм. С тех пор я изучаю их более двадцати лет. Его повышенное внимание к восьми формам согласуется с революционным высказыванием Конфуция: «Наслаждение искусствами, исполненными достоинств — одно из самых благородных, глубоких деяний человеческих существ». И, занимаясь этими восемью формами более двадцати лет, я узнал о жизни больше, чем откуда бы то ни было.
Восемь приемов — стержень тайдзюцу, благодаря которому мы можем найти способ наслаждаться самим искусством, здоровьем, миром и счастьем. И когда вы наконец достигнете стержня искусства, то узнаете, что в действительности означает работа в пустоте.
По-японски предчувствие называют «сообщением насекомых». Например, когда кто-то умирает, его семья, или близкие друзья, которых он любил, чувствуют, что произошли какие-то события. Мы говорим, что насекомые предали им сообщение. Из-за таких вещей нам приходится верить в возможность общения на уровне подсознания. Многие избежали опасности благодаря так называемому шестому чувству.
Вспоминая с какой горячностью великий мастер Такамацу рассказывал мне такие истории, сравнивая человека с насекомым, я закрываю глаза. В уме я вижу полет светлячка под дуге. Дуга превращается в окружность. Невидимое насекомое из невидимого круга говорит со мной.
Меня иногда спрашивают: «Что делать, если мы потерялись в жизни?». Ответ очень прост: «Ни о чем не думать и довериться подсознанию». — Как подготовить себя к реальному бою? — спрашивают меня ученики. Я часто отвечаю: «Вам не нужна религия, не нужна философия, не нужна культура и тому подобное: они что подчиняют вас себе. Главное — чем больше ваша жизненная сила, тем больше вы можете выдержать». — Что вы имеете в виду под жизненной силой? — спрашивают они.
— Силу, которая работает даже тогда, когда в вас совсем не остается сил. Действуйте, как вам подсказывает интуиция, и перед вами откроются секреты тайдзюцу.
Примерно через сто лет после того, как огнестрельное оружие было завезено в Японию португальцами в 1543 году, его популярность упала. Некоторые полагают, что это произошло благодаря длительному миру в результате захвата власти во всей стране сёгуном Токугава Ияеясу. Другие говорят, что высокопоставленные воины были слишком горды чтобы пользоваться огнестрельным оружием; по их мнению предназначенным для трусов. Такое оружие обычно давали воинам низшего ранга. Был и другой аспект: люди начали придавать орудиям вид художественных ценностей с помощью декоративных гравюр. Оружие переставало быть инструментом боя, но становились объектами коллекционирования. Некоторые ссылались на сакоку — закрытие страны для иностранцев.
Ниндзя тоже использовали огнестрельное оружие. Сказать, что они каким-то образом приобретали пушки, было бы неправильно. Согласно историческим записям ниндзя использовали деревянные пушки. Удаляли середину из ствола дерева и укрепляли ствол, покрывая его изнутри несколькими слоями бумаги. Такие орудия носили в руках. Орудия другого типа изготовляли, покрывая бамбук японской бумагой. Полую середину заполняли порохом и пулями. Такие длинные «ружья» имели длину рукава и у каждого был запал. Подобные орудия не отличались точностью попадания.
Сэнсэй Такамацу рассказал следующую историю, когда передавал мне технику использования таких небольших ружей.
Воин по имени Санада Юкимура прокрался в лагерь Иеясу у горы Тяусу. Он выстрелили из в Иясу из такого ружья, но промахнулся. Этот эпизод описан в одной из глав «Юрусимоно Гоки». Говорят, что ниндзя знали как использовать порох еще до завоза пушек в Японию, что усилило искусство ниндзя катон до дзюцу. Они метали лезвия, помещенные в пакеты с порохом, горящие стрелы; использовали бамбуковые мортиры и гранаты.
Я расскажу об оружии и его применении их в бою. Когда я учу много учеников, то начинаю с тайдзюцу, затем идет переходный период, когда я позволю им брать оружие. Интересно, что характер ученика и как он освоил тайдзюцу сразу проявляются, когда он начинает работать с оружием.
Я занимался стрельбой и достиг успехов. Инструкторы удивляются моему мастерству и спрашивают, много ли у меня опыта обращения с пистолетами, и я отвечаю — немного. Возникает вопрос, как же тогда я могу быть настолько точным? Полагаю, это можно объяснить моим хорошим владением тайдзюцу. Тайдзюцу дает ценнейщую способность уверенно обращаться с новым, никогда не виденным раньше, оружием.
Возможно вы нацеливали свое ружье на птицу. В такой момент вы можете видеть, как хорошо развиты инстинкты у птицы. Если вы прицеливаетесь из незаряженного ружья, или не имеете намерения стрелять — птица не улетит. Синкэнгата или тайдзюцу реального боя позволяет развить реакцию как у птиц и диких животных. Однако я хочу, чтобы вы поняли: подобный занятия действитель дадут вам великолепную технику, потому что вы уже обладаете человеческим сознанием.
Иногда меня просят научить полицейских как обращаться с огнестрельным оружием и как отобрать оружие у преступника. Меня спрашивают, что делать в ситуации, когда вы за три метра до преступника, а значит он за пределами досягаемости. Я не могу ответить на этот вопрос. Вероятно есть многие области и движения, где я не могу найти ответа с помощью моего знания тайдзюцу. Но ответы на многие вопросы можно найти, наблюдая технику тайдзюцу в действии.
Ниндзя — не цирковые артисты. Ниндзя не разбойники, не убийцы и не предатели. Это люди настойчивые и выносливые.
Волшебник Чан Ле Со позволял кому-то из зрителей стрелять в него из заряженного ружья и ловил пулю зубами. Но когда его ружье стало совсем старым, оно однажды случайно выстрелило само, вылетела пуля, когда он не ждал выстрела. Пуля пробила правое легкое и Ли умер мучительной смертью. Даже самая поразительная скорость не может все время останавливать пулю.
Это доказывает разницу в чувствительности. Я уже говорил о ниндзюцу, как об искусстве сбегать, убегать и избегать. Ниндзя используют свое искусство, чтобы избежать поражения пулями и также, чтобы избежать конфронтации, если таково наилучшее решение.
Вот как моя школа или рю продолжает существовать уже 900 лет.
Те из нас, которые занимаются искусством быть незаметным, хотят жить мирно без огнестрельного оружия. Люди заявляют, что ружья используются в игре «выстрели-возьми»: живые существа убиты, жизни утрачены. Мы утверждаем, что это игра «выстрели — получи» — стрелявшие получают пули сами.
То же самое происходит сегодня с боевыми искусствами. Дзюдо и кэндо как боевые искусства сформировались после периода Мэйдзи скорее как зрелищные виды спорта. Все же у меня есть странное ощущение, что они ориентированы на реальный бой, но недостаточно. Боевые достижения моих девяти школ выжили более тысячи лет в самом центре реальных сражений. Поэтому здесь возможно немедленное приобретение чувства реального боя.
1. Из правосторонней стойки (как старик с палкой) противник атакует ударом кататэ бури (круговой удар одной рукой). Защита от атаки — наячи (мягкий блок).
2. Прижмите палку противника к себе левым локтем. Тогда противник будет взят на прием омотэ гяку оникудаки гата.
3. Просто опускаясь на колено, я вывожу противника из равновесия, и он чувствует боль в локте.
4. Двигая корпус (движение нагарэ) вниз — к противнику, я заставляю его упасть.
5. Движение заканчивается, когда заканчивается движение противника.
Эта техника работы от палки рассмотрена для объяснения общих идей муто сабаки — защиты без оружия от атаки с мечом.
Движения на фотографиях имеют две стороны: кажущуюся и реальную (кё-дзицу). Это также можно назвать здравым смыслом и обманом. Однако если кто-то будет неправильно обращаться с концепцией кё-дзицу, не будет движения в правильном направлении — смерть ждет его.
1. Основная идея защиты от длинного оружия та же, что и в предыдущей технике. Двигайтесь подобно ветру, сближаясь с противником.
2. Следите за направлением атаки противника.
3. Используйте большую инерцию длинного оружия. Закрутите его как волчок, чтобы вихревое движение мешало взгляду противника (мецубуси).
1. Двигайтесь вперед при любой атаке длинным оружием (кругового, колющего или рубящего удара).
2. Используя принцип рычага, бросьте противника, за счет силу, с которой он тянет палку к себе.
3. Медленно и естественно опуститесь на колено.
4. Противник падает на палку (часто с подвернутой правую рукой). Своей правой рукой с помощью палки я держу в замке шею противника. Также я удерживаю его тело правым коленом.
1. Когда противник замахивается для удара сверху вниз, толкайте вверх ручку меча.
2. Продолжая движение, захватите меч позади головы противника, затем выполните бросок.
3. Или нанесите удар ногой в прыжке.
4. Окончание: захват и контроль руки противника.
5. Возможна контратака по голове отобранным мечом противника. Мутофутэн (муто тёккэнгата) — прямой стиль.
Сначала усвойте, что главное в Мутодори — понять, что секретная точка всего лишь в шаге перед вами.
1. Шагните вперед подобно ветру.
2. Очень важно точное время реагирования. Не идите против движения противника. Двигайтесь, как легкий ветер. Это правило работает при любых движениях: вправо — влево, вперед — назад, вверх — вниз (тайхэндюцу).
3. Легким движением положите свой правый локоть на правое предплечье противника.
4. Держите гарду меча безымянным и мизинцем правой руки, затем перехватите левой резким движением сверху вниз.
5. Молниеносный добивающий удар.
1. Противник пытается атаковать мою левую ногу или корпус слева. Пока нет необходимости двигаться.
2. Когда меня атакуют, я делаю большой шаг вперед. Удар попадает в пустоту, а я разворачиваюсь, оказываясь рядом с противником.
3. Выполняя прием тайхэн дзюцу (в стиле гёкко), я держу рукоятку меча правой рукой.
4. Моя левая рука придерживает рукоятку. Направляю лезвие вверх, как в омотэ гяку.
5. Затем направляю клинок к шее противника.
6. Кладя правую руку на тупую сторону клинка, я режу его шею.
1. Противник принял стойку для атаки (хассо но камаэ).
2. Использую технику защиты без оружия сираха дори. Я приседаю, блокируя левой рукой снизу левое предплечье противника.
3. Вращательным движением моя правая рука воздействует на левую руку противника. Я могу дополнительно нанести удар правым кулаком. Заметьте, что здесь важен непрерывный поток движения корпуса. Обезоружьте противника, пока он падает под действием болевого приема.
4. Конец — гора разрушена бурей.
1. Противник в стойке для атаки — листопад.
2. Противник атакует — порыв холодного ветра сметает листья с ветвей.
3. Затем я тоже танцую, как лист на ветру.
4. Нужно сделать движение вперед и блокировать руки противника.
5. (Тайхэн дзюцу) Поворачиваю и тащу его вниз, словно вертящийся лист.
6. Противник падает — как лист — и можно естественным движением забрать его меч.
7. Стойка на колене — держу меч, как стоящее дерево.
8. Конец — словно порыв зимнего ветра.
1. Ваш противник в стойке сэйган но камаэ.
2. Двигаюсь вперед, блокируя левую руку противника своей левой рукой.
3. Наношу жесткий удар правой рукой, затем затем движением левой руки вывожу противника из равновесия, и при поднимаю его.
4. Наношу удар в лицо правой рукой.
5. Затем наношу удар ребром ладони по правой руке противника, ближе к плечу.
6–8. Выбив ногу противника свой правой ногой, выбираю один из вариантов завершающего удара.
1. Естественная стойка против противника, принявшего стойку сэйган но камаэ.
2. Блокирую снизу руки атакующего противника своей правой рукой, выполняя прием сансин-гата-тайхэн.
3. Подныриваю под руку противника.
4. И сразу же перекатываюсь.
5. Обе руки противника в болевом замке, он отпускает меч.
6. Поднимаюсь на колено с захватом тайхэн.
7. Взяв меч противника, завершаю контратаку.
1. Примите сойку гёкко рю ханнин но камаэ против противника в стойке тюдан но камаэ.
2. Я двигаюсь навстречу противнику с приемом ханин. Моя левая рука контролирует его правую руку, а моя правая рука придерживает тупую сторону клинка.
3. За счет движения корпуса я толкаю меч с одновременным рывком левой рукой за правую руку противника.
4. Я заставляю его присесть, и теперь меч у меня под контролем.
5. Естественным движением беру меч.
1. Я стою в стойке доко но камаэ, а противник — в стойке касуми но камаэ.
2. Противник делает выпад, и с ударом сансин левой рукой я вхожу навстречу, оказываясь рядом с противником с правой стороны.
3. Я наношу удар левым локтем по его правой руке. Если противник двигается, то возможен дополнительный удар левой рукой. Держу клинок двумя руками (сираха дори).
4. Зажимая левой рукой руки противника, за счет движения корпуса я поворачиваю клинок к его шее.
5. С движением корпуса назад я зажимаю шею противника между своим левым локтем и мечом.
6. Конец.
1. Противник в стойке тэнти но камаэ. Мое левое колено тоже помогает вывести противника из равновесия (фрагмент).
2. Я блокирую удар левым предплечьем — подобно тигру поднимающему когтистую лапу на врага.
3. Техника сираба дори основана на движении моего левого локтя. Обычно техника муто дори выполняется не только руками — добавляется локоть.
4. Движением левого колена можно дополнительно вывести противника из равновесия.
5. Поворачиваю лезвие — торагаэси. Вонзаю меч, как дикий тигр вонзает клыки.
Одиннадцатого числа должны были праздновать день рождения императора. У Мататаго был подряд на украшение деревни по случаю праздника. Дзютаро нанял иностранцев, чтобы украсить улицы. Его друг Огасавара тоже нанял иностранцев — для украшения крыши дома правителя. В полдень, когда Дзюторо позвал Огасавара, который должен был находиться на крыше — ответа не последовало. Он взобрался по лестнице наверх, чтобы посмотреть, что случилось. Когда Дзютаро оказался на крыше, он увидел, что его друга избили рабочие, несколько человек собирались сбросить его с крыши.
Дзютаро прыгнул и оказался между рабочими и Огасавара, чтобы защитить друга. Немедленно один из рабочих нанес ему удар правой рукой. Быстрым движением ноги Дзютаро блокировал удар. Напал другой рабочий, но Дзютаро не атаковал: он всего лишь блокировал удары нападавших. Более десяти рабочих свалились с крыши без каких-либо усилий со стороны Дзютаро. Работавшие у Дзютаро люди, наблюдавшие за этим, поздравили его с выходом из столь опасного положения. Сэнсэй Такамацу часто говорил: «Для тайдзюцу наиболее важна подвижность ног, а не их сила».
Когда я пытаюсь понять почему девять традиций ниндзюцу сохранились в течение более чем тысячи лет, то думаю, что очень важным было то, что каждый сокэ или глава рода, достигший просветления, передавал свой опыт ученикам. Предки ниндзя, рисковавшие жизнью, достигли просветления. Их жизненный опыт стал правилами ниндзя.
Ниндзя изобрели правила, необходимые для получения благословения свыше. Правила созданы естественным путем и могут быть приспособлены к условиям современного мира. Благодаря им можно осознать ёдзицу тэнкан хо, или правильную взаимосвязь истины и обмана, через занятия нинпо тайдзюцу. Эти правила подобны семи путям и трем направлениям способов маскировки ниндзя. Семь секретов маскировки плюс три в сумме десять. Десять — счастливое число, отгоняющее зло.
Цели ниндзя: во-первых, с помощью ниндзюцу пробраться во вражеский лагерь и выяснить обстановку. Могут быть разработаны планы неожиданной атаки или разжигания внутренних раздоров. Ясно, что у нас нет выбора кроме борьбы за победу в случае, если враг предпринимает определенные действия против нас. Но в нормальных условиях мы начнем действовать сами, чтобы добиться успеха. Здесь я говорю о вражеском стане, как о чем-то конкретном, но хотел бы подчеркнуть, что можно найти врага и в природе, и в душах других людей. Ко всему прочему, защищать свою страну и себя — это гражданский долг, необходимый для сохранения мира.
Во-вторых, ниндзя должны служить стране и ее правителю на основе духа справедливости и развивать в своих душах любовь к учителю и родителям. Они не должны использовать ниндзюцу для личной наживы, страсти иди развлечения.
При защите справедливости важно помнить о том, что справедливость вражеской стороны зачастую неправильно интерпретируют, не считая справедливостью.
Нас учат уважать учителей и родителей. В Японии говорят, что связь между родителем и ребенком длится одно поколение, между мужем и женой — два поколения, а между учителем и учеником — три. Это подчеркивает глубину нашего долга учителям и важность уважения и помощи.
Я бы хотел рассказать о себе сейчас, спустя пятнадцать лет после смерти Сэнсэя Такамацу. Мои ученики выросли, и я чувствую, что сейчас действительно могу назвать их учениками. Японская пословица рекомендует ходить в метре позади учителя и не наступать на его тень. Одно время я считал, что пословица учит нас ступать по стопам учителя, но держать дистанцию, чтобы не проявлять неуважение. Но в действительности мы не можем наступить на чью-то тень, потому что тень всегда поверх ноги, хотя мы и думаем, что наступили на нее. Тени учителя, его наставника и его же ученика — похожи. Много раз, занимаясь у Сэнсэя Такамацу, я чувствовал, что постоянно наступаю на его тень. Но после глубокого размышления, я пришел к выводу, что в действительности я не наступал на его тень. Ко мне приходит много учеников. Некоторых радует множество учеников, но не меня. Это потому, что независимо от числе моих учеников, главное — правильно передать им мой дух. Если нет такой передачи духа — можно считать, что учеников нет совсем.
Даже если вы занимаетесь развитием духа всю жизнь, ваши достижения в духовном пробуждении (без просветления) ограничены. Достигнутое вами уместно сравнить с вершиной айсберга. Я имею в виду, если вы видите слово «воздух», то это не значит, что вы понимаете что это такое. Есть люди, неспособные достичь духовного пробуждения, даже если бы пытались в течение всей жизни. К тому же некоторые осознают свою неспособность достичь просветления.
Духовное пробуждение не связано с количеством времени, затрачиваемого на тренировки. Зал для тренировок по буддистским понятиям — место, где Сакиямуни стал Буддой. Тренировочный зал — это не просто участок земли или помещения, это место для работы над просветлением.
В Японии был известный монах по имени Рёкан. Он всегда играл с детьми. Однажды, увидев что ростки бамбука стали прорастать через пол его дома, монах проделал в полу отверстия для побегов. Говорят, он даже проделал отверстия и в потолке, когда бамбук подрос. Дальнейший рост бамбука привел к разрушению дома. У Рёкана никогда не было ни тренировочного зала ни учеников.
Другой буддистский священник по имени Тосуй имел большой зал для тренировок и много учеников. Однако говорят, что он оставил свой тренировочный зал и стал нищим. Он соединился с простым народом и учил на улицах.
Я убежден: и Рёкан, и Тосуй понимали притягательную силу тренировочного зала, и что после основания такая организация будет расти; тем не менее, посещение тренировок не гарантирует пробуждения.
Не разрешается использовать ниндзюцу для развлечений или для магических действий. Если кто-то использует искусство тайных действий для подобных целей, то это больше не ниндзюцу, оно приобретает оттенок колдовства, злых чар. В этом случае исполнитель не сможет жить в обществе на виду у других людей, его удел — жить среди змей, жаб и слизняков в мире, где никогда не светит солнце.
Сознание, возникающее от корыстных интересов и эгоистичных желаний отправит вас в лабиринт, из которого нет пути к просветлению. Если вы забудете правила ниндзя и пойдете на поводу своих желаний, то это приведет к конечному пункту «Обман», или «Тюрьма» или, если будете думать о насилии, даже «Гроб».
В ниндзюцу происходят замечательные вещи. Плохой ниндзя, использующий свое искусство для корыстных целей, исчезнет как обычный купец или глупый бандит. Подобно последователям, обленившимся после успешного основания школы боевых искусств, ниндзя, выражающий свои желания в явном виде, потеряет силу.
В-третьих, ниндзюцу уделяет важную роль ходзюцу, которое основано на кёдзицу тэнкан хо или взаимодействии истины и обмана. Не открывая себя врагу, вы можете использовать тайдзюцу, но когда такой возможности нет, можно использовать хаппо хикэн или восемь способов использования тайных мечей, или другие инструменты ниндзя, чтобы привести противника в замешательство.
Очень важно привести противника в замешательство. Можно сказать, что ходзюцу уделяет больше внимания атаке на ум, чем атаке на тело. Это означает, что ниндзя используют технику разведки, шпионажа, тайных действий и заговоров, а также смесь обмана и истины, чтобы добиться победы.
Я всегда говорю своим ученикам, чтобы они старались достичь просветления через тайдзюцу или технику тела. Стратегия и изменения такой техники тела имеют что-то общее со стратегией и изменениями природы. Этого нельзя понять, если не посещать моих занятий. Тренировка техники тела, измененчивых, истинных и обманных движений выведет вас на дорогу справедливости.
В-четвертых, ниндзя должны освоить применение пороха, инструментов ниндзя и снадобий — включая лекарства и отравляющие вещества. Важное дополнение к этому правилу — вы не должны убивать врага. Ниндзя знают, что плохой человек губит сам себя. Что касается человеческой жизни — человек считается мертвым, если мертва его душа, хотя тело может еще иметь признаки жизни. Ниндзя воспитали в себе дух справедливости.
В-пятых, ниндзя должен значительное время уделять работе с теми видами оружия, которые он будет использовать. Необходимо, чтобы он учился на основе своих инстинктов и извлекал из них пользу. Способ владения оружием со временем меняется, и то, что эффективно сегодня, завтра может устареть. По-японски и оружие, и пустота произносятся одинаково «бу», а отсюда вытекает необходимость воспитания в себе способности владеть оружием, с которым мы никогда не встречались на практике. Когда я был в Нью-Йорке, некоторые мои спутники были удивлены моей способностью владеть любым оружием, которое мне давали. Они называли меня волшебником.
В-шестых, ниндзя обязательно должен знать метеорологию и географию. Благодаря метеорологии и физической географии мы изучаем перемены и подлинный характер материи природы. Это не академические знания, а результат опыта. В опыте участвует все тело, и мы начинаем понимать беззвучный язык матери природы через посредство чувств и восприятия, как будто разговариваем с Богом.
В-седьмых, во времена гражданской войны в Японии ниндзя, нарушавших правила, сурово наказывали. Иногда их близких родственников обезглавливали или отправляли в ссылку. Во время войны ниндзя всегда попадают в трагическую ситуацию, когда им очень сложно соблюдать свои правила. Вот почему их философия учит по возможности избегать боя и исчезать. Позвольте объяснить значение слова «изгнание». В буддизме это означает лишение права называться последователем учения и изгнание из секты. В ниндзюцу это также означает отлучение от рю. Но мое представление отличается от общепринятого. Вместо того, чтобы прогонять ученика, я его оставляю у себя. При этом я надеюсь на его серьезные успехи после осознания им своей неправоты. До сих пор я не выгнал ни одного ученика. От некоторых учеников я отказался. Вы спросите: почему я отказался, но не выгнал? Потому что они опустились ниже животных. Я учу, что полезно не только ученикам иногда не соглашаться и спорить друг с другом, но также и мастерам со своими учениками неплохо время от времени поспорить. Но это не означает, что они должны все время злиться друг на друга. Родители и дети, братья и сестры, — все иногда ссорятся. И естественно принять назад оставившего тренировочный зал, но решившего вернуться, подобно тому, как встречают вернувшегося после долгого отсутствия члена семьи.
В-восьмых, ниндзя не должны убивать других, наносить вред порядочным людям, красть деньги и ценности. Здесь проходит граница между колдовством и ниндзюцу.
В-девятых, ниндзя всегда должны держать себя в форме, иметь сильное тело, быть быстрыми, изучать много предметов и освоить множество искусств. Я люблю музыку, играю на гитаре, исполняю японские танцы; люблю писать и рисовать, и усердно работаю над развитием своей души для ниндзюцу.
В-десятых, ниндзя должны проходить определенное обучение. Есть восемнадцать областей тренинга: духовное развитие; косидзюцу, копподзюцу, фехтование на мечах, фехтование на палках и шестах, метание лезвий, использование цепи и серпа, владение копьем и алебардой, верховая езда, плавание, изготовление пороха, организация заговоров, шпионаж, проникновение на охраняемый объект, искусство побега, маскировка; метеорология, география.
Ниндзя интенсивно тренируются. Это означает, что необходима настойчивость для достижения цели тренировок. Жизнь ниндзя проста: он регулярно тренируется во всех восемнадцати искусствах изо дня в день и придерживается всех правил ниндзя. Существуют основы великого секрета ниндзя. Великий секрет также можно назвать едва уловимым секретом. Правила ниндзя не жестоки и не слишком требовательны. Это всего лишь правила знатоков искусства тайных действий, которым надо следовать для раскрытия и защиты истины.
Несколько слов о защитных амулетах. Боевые искусства не дают неуязвимости. Есть правило, которое учит, что мастерство и техника предназначены для защиты, а не для атаки. Такая концепция защиты включает контратаку — как известно, встречный удар сильнее удара нападения. Тот, кто защищается, более расслаблен. Если вы выносливы и правильно организуете защиту, путь к победе неизбежно появится перед вами — природа и Бог дадут вам защитный амулет. Итак, правила ниндзя подобны амулету, защищающему вашу жизнь.
Ё Гёкко из провинции Суйкай был известен широко за ее пределами своим искусством кэнси но дзюцу (вид боевого искусства, включающий технику работы кулаками, пальцами и головой). Борясь с вызвавшими его на бой, он иногда убивал их. Много людей имели на него зуб, но из-за его силы никто не мог с ним поквитаться. Магазин Ё процветал все больше и больше. Однажды к воротам дома Ё пришел священник и сказал: «Старейшина храма Гохэйдзи узнал о вашей славе и послал меня попросить вас посетить храм».
Сначала Ё отказывался. Но повторные приглашения убедили его в энтузиазме священников. Поэтому он решил идти. Ё взял с собой Кайбу, своего маленького сына.
Священник проводник, приведший двух гостей в храм, отправился с докладом об их прибытии. После этого таинственный старец со странной внешностью в сопровождении нескольких десятков помощников вышел их приветствовать. Кайбу почувствовал зло, исходящее от этих людей и попросил отца быть острожным. Ё ответил, что священник продемонстрировал свою добрую волю, и к тому же, какой смысл опасаться священника. Они вошли в главный зал. Старейшина храма пришел вместе с учениками и с большим уважением приветствовал Ё. Все называли его роси (учитель, сэнсэй). Он был очень доволен. Старейшина предложил подняться на второй этаж, чтобы выпить и закусить.
Кайбу спросил: «Почему прием проводится на втором этаже? Почему не на первом?»
Священник ответил: «Я чувствую, что ваш сын подозревает нас в недобром умысле. Если это так, проведем прием на первом этаже».
Ё всегда ценил храбрость и поступал, не думая о логике. Поэтому он пошел наверх. Старейшина сказал: «Сэнсэй Ё относится к людям без предубеждения, с верой, а сын его очень умен. Оба качества достойны уважения». Все одобрили его слова и выпили.
Во время возлияний заговорили о боевых искусствах. Все были в согласии. Вдруг раздался звон колокола, и старейшина и ученики атаковали Ё, выхватив мечи. Ё пустил в ход против них и пальцы, и голову. Четырнадцать священников лежали мертвыми, бесчисленное множество остальных были серьезно ранены. Ё тоже получил несколько ран. Кайбу заметил, что отец намеревается найти старейшину. Тот, зная, что ему не устоять против Ё, спрятался за воротами, выжидая подходящий момент. Когда Ё приблизился, старейшина выпрыгнул и ударил мастера по голове мечом, но голова оказалась настолько прочной, что меч отскочил от нее.
После этого случая Ё увеличил свою славу в стране еще больше, убив огромного льва кулаком. Люди стали звать его Кото-У (король, убивающий львов). Сведений о том как он умер нет.
История нинпо началась сотни лет назад. Секреты искусства передавались от ниндзя к ниндзя. Однако самым главным оставалось проникновение в неизведанное и окончательное открытие высшего пути в жизни посредственном ниндзюцу.
Вот история старого великого мастера Такамацу, показывающая высший путь.
Глубоко в пещере на горе Такао в провинции Ига сидит старик с белыми волосами и пронзительным взглядом, держа в руке свиток. Он выглядит как существо из другого мира. Перед ним, опустив головы, сидят двое молодых людей — как две неподвижные скалы.
Старик говорит страстно, как будто его голос должен разрушить эти две скалы.
— В первый год эпохи Коню, когда я был в Ка, я проиграл сражение против короля Дзинсо и убежал в страну Сикоу, в Китай.
Слушайте. Перед началом войны я рекомендовал королям Китана и Ка не воевать с королем Дзинсо. Война был бессмысленна, мы были в очень невыгодном положении. Но они меня совсем не слушали. Я вступил в войну из преданности к королю, но она закончилась нашим поражением.
Я едва спасся и приехал в Японию. Теперь я живу у Храма Исэ и цель моей жизни — помочь вам развить в себе истинный дух боевых искусств — для Японии и ее народа. Большим несчастьем обернулось бы неправильное понимание и неправильное использование самураями духа боевых искусств — люди вели бы жалкое существование.
В качестве примера старик привел основателя династии Тан (618–906 годы н. э.), который сделал из собственного народа большую армию. Война началась в феврале и закончилась в июле. Множество людей умерло от голода. Три года спустя война началась снова. Людей насильно заставляли воевать, и много тысяч опять умерло от голода.
Старик продолжил: «Вы должны тренироваться, заниматься боевыми искусствам, и в то же время сохранять верность королю и уважать родителей. Вы всегда должны быть готовы выполнить свои обязательства. Процветание существует только в мирной жизни. Любая война или битва всегда приводит к разрушениям и упадку. Люди поймут, что гармония стоит на первом месте в боевых искусствах только после того, как поймут на что похожа война, насколько ужасны могут быть ее результаты».
— Если меч используется со злым умыслом, он будет оружием убийцы, а фехтование — просто техникой убивать. Меч — это дух воина. Позор тому, кто использует меч просто как оружие.
Фехтование — только один пример. В Китае, Японии, любой другой стране ни одно боевое искусство не существует для того, чтобы убивать других. Ни одно боевое искусство не прощает убийство.
Даже если бы я повторил сотни раз, даже если бы вы двое окончательно освоили все секреты фехтования, вы не усвоите эту простую истину. И правда, сейчас я понял великое значение последнего замечания: «Даже если вы окончательно освоите все секреты, этого мало, чтобы понять простую истину: боевые искусства существуют не для того, чтобы убивать». Я понял важность этих слов через тридцать лет занятий.
Один из молодых последователей старого мастера, Рютаро, впоследствии стал великим мастером ниндзюцу под именем Ярюдоси. Другой, Досан, тоже преодолел много трудностей, боролся за мир в стране. Он был известен под именем Тэндо Какагами и всю жизнь пользовался уважением.
Хогэнбо, так звали старика, обладал тремя самыми ценными качествами. Первым было мастерство фехтовальщика, которое позволяло справиться с любым человеком в любом месте в любое время, притом даже без использования меча. Вторым было совершенство ума, делающее все понятным. Третьим сокровищем был его добрый дух, который очищал всех вокруг него и долго жил в сердцах людей, даже после смерти старого мастера. Некоторые верят в то, что я веду жизнь супермена, в которой нет ничего невозможного. Они спрашивают, в чем секрет такой жизни? На это я отвечаю: «Я занимаюсь нинпо, история которого насчитывает тысячу лет. Моя жизнь просто показывает его величие».
С какими бы трудностями я ни встречался, я с восхищением оглядываюсь на путь нинпо, ведущий, несмотря на все испытания и трудности, через годы. Есть пять заповедей ниндзя, весьма простых, но очень важных для меня. Когда я печален, несчастен, болен, ранен или расстроен, то всегда воодушевляюсь, вспоминая их.
Во-первых, забудьте о печали, гневе, зависти и ненависти. Пусть они уйдут, как дым, унесенный ветром. Не погружайтесь в такие чувства.
Во-вторых, вы не должны отклоняться от пути справедливости; вам надлежит вести жизнь достойного человека. Эта простая философия есть в точности то, что сотни мудрецов повторяли веками. Некоторые люди считают меня великим. Но я всегда отвечаю им — я всего лишь обычный человек. Ум проявляется в простой жизни, а не в какой-то особенной или великой — я с недавнего времени убежден в этом.
В-третьих, не подпадайте под влияние жадности, жажды роскоши, эгоизма. Если вы изучаете боевые искусства исключительно для себя и постоянно стараетесь подчиниться кому-то, просто потому что так легче — вы будете подвластны этим трем желаниям — даже если уже достигли высокого уровня мастерства. Жадность, жажда роскоши и эгоизм способны разрушить не только боевые искусства, но и человеческие отношения вообще. Когда люди умирают, есть два пути к смерти радость или страдание. Радость здесь означает небесное чувство, а не удовольствие или развлечение. Когда человек достигает такой жизненной стадии, он осознает свое предназначение в жизни.
В-четвертых, следует принимать страдания, печали, даже ненависть как они есть и понимать, что они посланы Всемогущим как возможность пройти испытание. Самое благородное проявление духа нинпо — принимать все как благодать природы. Когда вы пытаетесь преодолеть что-то, ваша добрая воля к победе иногда воспринимается со злобой некоторыми людьми, пораженными эгоизмом. Они могут бросить в вас камень. В таких случаях я пробую представить, что это благословенный камень, брошенный Богом для моей пользы. Даже Нитирэн, великий буддистский священник, проповедовавший в разных городах, иногда был бит камнями.
В-пятых, полностью посвятите свое время и свой ум будо и глубоко проникните в будзюцу. Читая между строк в рассказе покойного великого мастера Такамацу о ниндзя, приведенном выше, вы поймете подходы и методы, которых следует придерживаться, занимаясь ниндзюцу.
Если кто-то ошибочно видит смысл духовного просветления в самоудовлетворении, он неосознанно попадает под власть собственных желаний, играя в жизни роль то зверя, то человеческого существа — совсем как двойственная личность из романа Р.Л.Стивенсона «Доктор Джэккил и Мистер Хайд». Только те, кто может безошибочно отличить правильное от неправильного, могут стать сильными духом.
В битве при Тэнсё Ига (1582 год н. э.), когда ниндзя Момоти Сандаю был атакован армией Ода Нобунага, он и его люди были вынуждены двигаться к Самбонмацу. Там он сказал своим людям, что им больше не угрожает вражеская атака. Люди не поверили. Он настаивал, и чуть позже, в тот же день сказанное им подтвердилось: Нобунага был убит своим помощником Акэти Мицухидэ.
Не именно ли поэтому Миямото Мусаси, знаменитый мастер фехтования, уединился глубоко в горах? В своей известной «Книге пяти колец», где элементы стратегии представлены пятью элементами природы — землей, водой, огнем, ветром и небом, сравнил свои размышления о законах природы с фантазией, запечатленной на картине.
По моему мнению, ему казалось, будто он жил в мире такой фантазии, где всегда присутствует ложь или вымысел. Именно таким образом фантазия проявляется в бою или сражении. Я думаю, он хотел написать именно об этом.
Его перо свободно скользит по книге. Однако, когда вы видите его рисунки, то лучше понимаете, что он хотел сказать. Будь это картина, скульптура, изделие из фарфора — что бы он не делал, вы поймете чему он подобен, когда увидите созданные им вещи.
Знаменитый великий мастер чайной церемонии Сэн Но Рикю был убит диктатором Хидаэёси. Ученик Рикю, Сикибэ Фурута, тоже был убит правителем, свергшим диктатора, сёгуном Иеясу. Оданко судя по созданным им вещам для чайной церемонии мы можем видеть, что Рикю был великим человеком и вел достойную жизнь.
Ниндзя могут сказать, какой была жизнь человека или его ценности, видя результаты его работы.
Все знают, насколько неприятно оказаться в затруднительной ситуации. Обычно трудности длятся не долго. Но в эпоху гражданских войн подобные ситуации продолжались годы и годы. Поэтому, если вы научитесь оценивать вещи и людей в подобных обстоятельствах, то можете предотвращать битвы и неприятности. Если вы способны держать уже упомянутые заповеди в уме, чтобы избежать нападения со стороны плохих людей, плохой семьи, плохих друзей — этого будет достаточно, чтобы сделать вас великим.
Когда вы окружены плохими людьми, ваша позиция должна быть такой: бог послал их, чтобы испытать вас. Он дает вам шанс проверить себя.
Я поступал в строгом соответствии с этими тысячелетними заповедями для развития силы духа. Вот почему мне удается сейчас удерживать себя на правильном жизненном пути. Старая история о ниндзя, рассказанная покойным великим мастером Такамацу, одновременно и очень естественна, и очень проста; она отражает величие, таинственность и простоту природы. Возможно, я уже сам стал предметом для подобных историй.
Я думаю, что именно почтительное отношение сэнсэя Такамацу к Богу, позволило ему учить в божественной манере: он никого не бранил.
Есть несколько старых песен о ниндзюцу: «Это из-за сердца у тебя щемит сердце…» или «Твое желание выиграть приведет к поражению…» Вероятно для ниндзя такие песни были как колыбельные. Или может быть они пели их горам, а эхо приносило ответы.
Похоже, они слушали не только ушами, но и умом. Может быть они напевали свои песни в одиночестве. Именно такие песнопения приводят к духовному просветлению, к совершенствованию боевого искусства. Мелодия достигает Бога, превращается в небесные звуки и оживает. Ниндзя видят пять заповедей как пять нотных линий.
Я хотел бы немного поразмышлять. Если кто-то выигрывает поединок, означает ли это, что он сильнее? Хорошо ли выигрывать? Есть сведения, что великий самурай Миямото Мусаси провел около 60 поединков, не проиграв ни в одном из них. Но не будет ли суждение односторонним, если оценивают только победы? Вероятность поражения есть всегда. Трудно понять, что в мире якудза есть боссы вроде Эйгоро из Омаэдак, которых уважают за их достоинство, хотя они ни разу не демонстрировали свою силу в бою.
Размышляя об этом, можно задуматься, сколько легендарных бойцов действительно достигли уровня мастера боевых искусств. Я думаю были люди, не проведшие ни одного поединка, но запомнившиеся как мастера. Однажды я получил письмо на эту тему от Сенсея Такамацу.
Одиннадцатого числа я видел тебя по телевизору. Было немного необычно, но, тем не менее, хорошо. Мужество крайне важно для человеческих существ. Однажды приехал господин А, и я сказал ему: «Не будет преувеличением, если я скажу, что обучил несколько тысяч человек. Ни один из них не обладает таким мужеством, как господин Хацуми. Благодаря мужеству он может исполнить любую технику». У меня не так много мужества, и все же я не проиграл ни одного из нескольких десятков поединков, и ни одного поединка на настоящих мечах.
Сегодня приехал г-н Б и провел ночь в доме г-на В. Я слышал от г-на В критику в твой адрес, о твоей ссоре с Сэнсэем Д и о других вещах. Думаю, что и Сэнсэй Д и Сэнсэй Е — оба превосходят тебя в чем-то, но ты превосходишь всех как мастер боевых искусств — по силе духа. Человек достоин звания мастера, только если его дух сверхсилен. Я стар и у меня уже нет физической силы, но сила моего духа позволяет уверенно заявить, что я побью любого противника. Расставаясь с этими людьми, я сказал, что главное — это дух.
Тот, кто решил стать мастером боевых искусств, наращивает мужество и наращивает силу через мужество. За пятнадцать лет учения Сэнсэй Такамацу ни разу меня не ругал. Когда я выступал по телевидению и допустил ошибку в исполнении техники, он сказал: «Я тебя учил, значит это моя ошибка. Вот как следовало сделать». И показал правильное исполнение. Я думаю, что именно почтительное отношение Сэнсэя Такамацу к Богу позволило ему учить так, как учил бы Бог: никогда не повышая голоса.
Моя концепция сокэ всегда может измениться. Она может меняться в соответствии с временем, или по воле ума и глаз Бога, но я не намереваюсь менять концепцию самостоятельно. Я твердо верю, что был рожден охранять истинную волю и дух Ками. В то же время с тех же духовных позиций я оцениваю ваши способности и уровень. Такая оценка свободна от эгоизма. Здесь я хотел бы четко сказать, кто есть сокэ.
История Тогакурэ рю создавалась жизнями его тридцати четырех наследников. По велению Бога они живут вместе со школой. В Кукисин рю было двадцать восемь наследников звания главы школы, в Гёкко рю — тоже двадцать восемь.
В других стилях:
− Кото рю — восемнадцать;
− Гикан рю — пятнадцать;
− Кумагакурэ рю — четырнадцать;
− Синдэнфудо рю — шестнадцать;
− Такагиёсин рю — семнадцать;
− Осин рю — двадцать один наследник звания главы школы.
Сознание двухсот одного наследника все еще живо внутри стилей. Я хочу быть не частью водоворота сознания наследников, а человеком, обладающим этим сознанием. На основе этой неизменной точки зрения я готов охранять благородные искусства тайны и нести за это ответственность. Две сотни великих мастеров приняли решение, с помощью бессмертного духа, жить согласно трем принципам ниндзя: касэйтикусэй, банхэн фукэй и бусинва. Сделав три указанных принципа основными для сохранения законов боевых искусств, великие мастера сохранили свое искусство вечно живым.
Я испытываю к своим учителям огромную благодарность, и, чтобы вернуть великий долг, готов пожертвовать жизнью в любое время. Я веду занятия строго, чтобы сохранять законы Боевых Искусств. Я всегда говорил, что ранг выше пятого приобретают люди, имеющие талант от Бога и силу, приобретенную в тренировках. Неважно настолько человек силен и как упорно от тренируется. Его душа чернеет и делает черной душу общества, когда он пытается стать мастером, не соблюдая указанные принципы. Это сохраняет законы искусства ниндзюцу.
Увидеть сверкающую силу Сорю, унаследованного стиля, узнать его и узнать себя — значит приобрети две сотни союзников. Инструкторы, вооруженные этой мудростью, будут как бы окружены теплыми нежными волнами весны и смогут достичь цели своей жизни. Я повторю снова, что мастер боевых искусств — тот, у кого сверхсильный дух. Настоящую героическую повесть отличает персонаж с подлинно героическим духом.
Родители часто говорят о своих детях с нежностью: «Мои сыновья (дочери) в детстве были очень сообразительны и милы». Я питаю к своим ученикам такие же чувства, как родители к своим детям. Вспоминая времена, когда они были очень молоды, я чувствую себя на вершине счастья. Каждый из них идет собственным жизненным путем. Они начинают приобретать независимость, и проявляют ее различными способами.
Однажды я слышал, как известный очень компетентный менеджер профессиональной бейсбольной команды заявил: «Мой учитель дзэн Ицугаи Кадзиура сказал, когда я впервые был назначен менеджером: Раз тебя назначил руководителем команды ее владелец господином Сёрики, то тебе надо стараться хорошо выполнять свои обязанности. Чтобы успешно работать менеджером, тебе следует вести игроков, повернувшись к ним спиной. Если руководить ими поверхностно, только стоя к ним лицом, то никогда не сделать настоящую работу».
Услышав историю менеджера бейсбольной команды, я понял, что учу своих последователей, оборотясь к ним лицом. Я решил переменить манеру и стал учить их, стоя к ним спиной.
Некоторые люди красиво смотрятся сзади. Иные выглядят сильными. Иногда женщины поворачиваются спиной в смущении. Такое сопоставление вызывает у вас улыбку, не так ли?
Мое предназначение — вести людей на высоком уровне. Поэтому я поднимаю голову, поворачиваясь к ним спиной, я живу уединенно, когда необходимо. Поскольку мне нравится и слушать, и говорить, я считаю своей задачей рассказывать им старые истории ниндзя и учения великого Мастера Такамацу.
Вспоминаю историю, рассказанную Мастером Такамацу при нашей первой встрече более тридцати лет назад.
В первые годы эпохи Тэнэй в Коппо жил великий мастер. Жил спокойно, мирно — словно весенние цветы. Но он был настолько храбр, что не боялся бороться против ста тысяч врагов. Он мог повалить дикого зверя на землю одним ударом. И он долго искал настоящего самурая, который бы понял его дух и последовал за ним.
Да, я отчетливо помню, что он это мне сказал.
Тё Бурэн жил в период Дои империи Син (этот период не получил отражения в историческом календаре), он был из Дзёсю. По своей силе и технике боевых искусств он превосходил миллионы других. Хозяйство его было бедно, в комнате почти не было мебели. Иногда он писал стихи и пил вместе с друзьями — шестью братьями. Он особенно дружил с третьим по старшинству братом, третий ребенок, который работал охранником у ворот дома тюдзё — правителя в Го.
В то время в провинции Го орудовал ловкий разбойник. Сколько бы ни посылали людей, никак не могли его поймать. Однажды вечером разбойник пробрался в спальню Тюдзё и приставил к его горлу нож. Он потребовал сто тысяч рё. Тюдзё очень удивился и сказал, что не может заплатить такую огромную сумму сразу же. Чиновник вымолил у разбойника отсрочку в месяц. Вымогатель ответил, что будет у храма за пределами замка и велел сообщить, когда у правителя появятся деньги. После этого он исчез с громким хохотом. Чиновник остался в шоке, недвижим подобно дереву, не в силах произнести ни слова.
На следующий день охранник отправился в тюдзё по какому-то делу. Правитель выглядел не лучшим образом. Он мог произносить только отдельные слова. Немного погодя он подозвал охранника и стал объяснять причины своего беспокойства, потом спросил, что делать. Охранник ответил: «Разбойник искусен. Мне с ним не справится. Это работа для моего друга, его зовут Тё Бурэн. Думаю, что необыкновенный Тё Бурэн победит разбойника.» Тюдзё очень обрадовался и выделил большую сумму денег, чтобы убедить Те Бурэна прийти и помочь. Тё Бурэн пришел в комнату и встретился с Тюдзё. Бурэн, в дополнение к сонному лицу и лохмотьям, был неразговорчив и едва мог связать два слова. Тюдзё в душе был недоволен, но заставил себя быть вежливым с гостем. Он спросил: «Действительно ли этот человек может поймать нашего разбойника? Он похож на того, кто в прошлом получил ученую степень по литературе. Может быть, мне следует приставить его к своим детям и поручить читать им книги?».
Бурэн проснулся, вышел во внутренний дворик, сложив руки за спиной. Несколько раз посмотрел на луну и прочитал стихи. Неожиданно, он подпрыгнул и стал исполнять технику боевого искусства Сёрин. Гибкий как призрак, он подпрыгнул словно пружина, и его кулаки как буря пронеслись по деревьям и кустам внутреннего дворика. Закончив, он принял стойку журавля и долго смотрел на луну. Тюдзё выскочил из дома, схватил его за локоть и сказал: «Я долгое время наблюдал за вами украдкой. Я не знал, что вы самый выдающийся боец в стране. Мастер боевых искусств, простите ли вы мою дерзость? Я был бы очень счастлив, если бы вы избавили нас от несчастья». Бурэн со смехом простил Тюдзё. Тогда несчастный правитель спросил, есть ли у мастера план поимки разбойника.
Бурэн ответил: «Я не знаю, какой техникой он владеет. Предложите ему завтра прийти в ваше поместье. Я спрячусь за ширмой, а потом выйду и одолею разбойника». Тюдзё согласился и послал за разбойником. Разбойник со своей бандой явился в поместье. Все бандиты выглядели очень сильными и уверенными в себе. Из-за раболепного вида хозяина бандиты ему доверяли. Они громко говорили и вели себя как им вздумается. Тюдзё исполнял все их капризы и побуждал их пить все больше и больше. Некоторое время спустя он удалился. Бурэн в мгновение ока оделся поваром и вышел в сад с большим подносом в руках. Войдя, он бросил поднос на пол. Разбойник очень удивился, облокотился о стол одной рукой и прыгнул высоко в воздух. Он попытался удрать на крышу по потолочной балке. Тё Бурэн согнул ноги в коленях и одним прыжком захватил обе ноги разбойника. Он разорвал его пополам, а остальные бандиты стояли как загипнотизированные. Ножки стола, на котором стоял бандит, ушли в землю на пятнадцать сантиметров. Это произошло только под действием силы рук Бурэна.
После того, как все было кончено, Тюдзё поблагодарил Бурена и дал ему тысячу золотых монет в знак признательности. Бурэн засмеялся и сказал: «Я расправляюсь с разбойниками из чувства долга перед людьми. Дело было незначительным». Затем он быстро ушел. Позже, как бывало и прежде, он вернулся к потягиванию вина, сочинению стихов и пению в компании шести братьев. Он умер, ни разу ничего не рассказав о своей технике и о своем Боевом Искусстве.
Насилие, совершаемое человеком, разрушает само себя. Оно подобно каннибализму в мире животных или выжиганию лесов древними земледельцами, которое заканчивалось истощением почвы, то есть уничтожением источника пищи. Ниндзя должен осознавать факт, что насилие саморазрушительно, и понимать значение Врат Небесных и Врат Земных.
Основа верований ниндзя — в подчинении законам природы. Следуя законам природы, человек восходит на Камуродзан, священную гору всеобщей справедливости. Это восхождение незаметно и не оставляет следов. Это внутренние шаги, которые мы должны сделать в сторону неба.
После того, как я унаследовал титул сокэ, я живу, разгадывая загадки природы и двигаясь по дороге просветления. Я помню слова своего наставника. Он сказал, что занимаясь боевыми искусствами и осваивая их тайны смог стать сильным и справедливым, Но он не мог постичь подлинное искусство самозащиты и стать мастером боевых искусств — настоящим ниндзя, пока он не познакомился с верой ниндзя, в которой нашел синюю птицу счастья. Он добавил, что я должен знать истинную природу религий, чтобы быть в состоянии выбрать правильную. После этого разговора я изучил и проанализировал несколько различных религий, чтобы выяснить их истинную природу.
В мире есть много верований. Подобно убивающим и живительным боевым искусствам, есть два типа религий. Встречаются крайности в религиозных ритуалах, например, массовое самоубийство, совершенное сектантами Народного Храма в Джоунзтауне, случай самосожжения японского священника на глазах императора и придворной знати — с целью попасть в рай согласно философии религии Дзёдо; случившееся недавно в Японии после смерти руководителя секты самосожжение верующих женщин. Трагикомическое крайнее следование религиозным уставам доходит до полного отказа от секса или избыточных им занятий, запрета некоторых продуктов (корнеплоды, выкапываемые из земли, мясо), постов, запретов на спиртные напитки, признания насилия добродетелью. Жизнь членов религиозных сект не может быть названа психически или физически полноценной. Но они уверены в том, что они счастливы.
Мой наставник сказал, что в современных религиях нет ничего хорошего. Я хотел бы рассказать о положениях веры Сэнсэя Такамацу.
Вот они:
− развивать дух терпения Дзэн и понимать его возможности;
− развивать в себе искренность и веру (магокоро);
− стремиться к самопознанию и самосовершенствованию, благодарности и щедрости. Постоянное стремление к реализации этих воззрений — вот что нужно для правильной жизни человека в согласии с волей Бога.
Думаю, что стоит объяснить понятие магокоро. Это японское слово подразумевает жизнь без обмана, чистосердечно помогая другим, честно защищая слабых, и служа правде и добру. Я думаю, что магокоро — отражение макото (правдивости, искренности, веры) в душе человека с большим сердцем — это проявление сути хорошего человека.
Вера существует не только в храмах и монастырях. Это сила для укрепления и развития слабой души и увеличения маленького сердца. Она борется со злом в сердце, превращая его в справедливость. Сэнсэй Такамацу удалился в горы и нашел там свою веру. Он достиг просветления и осознал истину, которую нельзя постичь только одними боевыми искусствами. Только после этого он стал мастером боевых искусств.
Мастер Такамацу говорил: «Давайте добьемся счастья, изгнав горе, страдание и разочарование из наших сердец. Счастье — это лучшее из того, что может дать жизнь. Изгнав неудовлетворение и страдание, вернитесь к источнику счастья» Святое учение Будды пришло по шелковому пути из Китая. В Китае жили великие священники, достигшие просветления. От одного из них японец перенял учение и сам стал священником. Затем японский священник учил других, и со временем великие мудрые священники появились и в Японии. Точно также, как росло число достигших просветления людей, росло число ниндзя и мастеров боевых искусств, и сейчас образовалось целое сообщество — не только в Японии, но и за ее пределами. Членами нашего международного сообщества ниндзя: Дорон Навон, Стивен К. Хейс, Джек К. Хобан, Чарльз Даниэл, Свенерик Богасатер и Буд Мальмстрём. В их родных странах есть свои религии, но истинная вера не имеет границ. Не имеет границ и искусство ниндзя. В каждой стране есть гора, священная гора, ведущая к всемирной справедливости. Священная гора ниндзя, о которой я говорю — видение. Это самое близкое место к небесам на земле. Оно всегда в пределах вашей досягаемости. Я хочу указать вам путь на вершину священной горы, чтобы вы встали там и вслушались в таинственную музыку духов.
Раси родился в провинции Косэй. Он был крутым парнем и любил насилие. Он был намного сильнее всех остальных, и местные купцы перед ним заискивали. Однажды нищий калека, передвигавшийся на коленях, пришел просить подаяния в магазин Раси. Он сказал: «Я из Косэй, но у меня нет денег, чтобы туда вернуться. Пожалуйста, ради того, что мы земляки, сжальтесь надо мной. Будучи скупым, Раси бросил нищему монету в один сэн. Нищий презрительно засмеялся, наклонился вперед и поднял монету. Раси рассвирепел. Рассчитывая на свою силу, он отбросил нищего на большое расстояние. Однако тот подполз ближе, Раси снова отшвырнул его. Так повторилось три раза. В конце концов нищий сдался, повернулся, чтобы уйти с сказал Раси: «Я ухожу. Какой ты грубый и свирепый! Я нищий, потому что у меня искалечено тело. Тебе следовало бы мне посочувствовать и обойтись со мной по-доброму. Ты применил силу против инвалида. Нельзя считать подвигом победу надо мной. И ты меня не победил. Я ухожу. Если с тобой случится что-то странное, найди меня. Я буду в заброшенном храме в северном пригороде».
Вечером, когда Раси собрался лечь спать, его тело пронзила нестерпимая боль. Он развязал пояс, чтобы посмотреть, что же ее вызывало. На животе была большая рваная рана. К своему великому удивлению, Раси понял, что нищий не был обыкновенным человеком. На рассвете он отправился в храма к нищему. Попрошайка спал на соломенной циновке. Когда он увидел приближение Раси, то засмеялся и сказал: «Вчера ты бросал меня трижды, а сегодня вся твоя сила ушла». Страх и уважение охватили Раси. Он с уважением поклонился нищему, коснувшись лбом пола, и умолял о прощении. Тот сказал: «Учитывая, что мы земляки, я сдержал свой гнев, иначе ты потерял бы руки по локоть. Но твоя рана не легка. Ты должен наложить лекарство, чтобы она стала заживать. На перекладине есть. Пойди и возьми».
Раси виновато сказал, что не сможет этого сделать. Нищий вспрыгнул на перекладину. Быстрота его движения напомнила Раси ласточку. Когда он наложил лекарство, предложенное нищим, вся боль прошла.
Нищий сказал бесцеремонно: «Под небом те, которые долго путешествуют в одиночестве, должны защищать себя необычными искусствами. Когда я был мальчиком, то полагался на свою силу. Я пренебрегал важностью других аспектов тренировки, и поэтому потерял ноги. Учти мой пример и не иди той же дорогой». Раси принял замечание и взял нищего к себе в дом как учителя. До конца жизни он заботился о калеке.
Говорят, что таинственные явления связаны либо с колдовством, либо с черной магией, либо с религией, либо с боевыми искусствами, либо с гипнозом, либо с ниндзюцу. На самом ли деле таинственны таинственные явления? Нужны ли для них сверхчеловеческие способности? Чтобы знать подлинное ниндзюцу, необходимо четко отличать его от ловкости рук, колдовства или черной магии. Ниже следует объяснение некоторых фокусов, оно приводится, чтобы заставить взглянуть на ниндзюцу и боевые искусства с другой точки зрения.
В клубе иностранных корреспондентов ниндзюцу называли тайной Востока. Так как я хочу, чтобы на ниндзюцу смотрели как на боевое искусство, то по очереди продемонстрировал кэндзюцу и ходзюцу (опасные или особо сложные трюки с мечом), и потом ниндзюцу — объясняя разницу. Конечно, я объяснял показываемые фокусы.
Например, рассказывая о трюке с использованием японского меча, я сказал: «У японского меча специальная заточка, поэтому не будет пореза, если я определенным образом прижму его к телу и буду двигать, или если я встану на лезвие». Затем я положил клинок к своему лицу, примотал веревкой и потом вытащил меч. Доктор Стэкер (переводчик литературы Кавабата) засомневался: «Должно быть лезвие не острое. Позвольте мне осмотреть его». Тогда я подбросил вверх кусок бамбука и, держа меч одной рукой, рассек бамбук пополам.
Когда человек усыпляет лягушку, ударив ее ладонью по животу, его восхваляют, как будто он специалист в ниндзюцу, или обладает экстрасенсорным восприятием. Такие люди — существа не удивительные, а обычные — это люди, хорошо удивляющие других. В этой главе я объясню выполненные мой фокусы. Пожалуйста, обратите внимание, что я не учу вас исполнять трюки, а только демонстрирую, как они работают.
Человека изо всей силы бьет человека палкой по предплечью. Помощник старается ударить участком палки, расположенным как можно ближе к своей руке. Исполнитель старается сконцентрировать силу в той области руки, куда направлен удар.
Здесь вы можете видеть, как работают законы физики.
Искусство протыкания кожи длинной иглой без кровотечения и проявления боли. Наиболее важные моменты при выполнении данного фокуса — стерилизовать иглу и выбрать место, где по данным анатомии находится наименьшее число нервов и сосудов.
Захватив кожу, проткните нужное место одним движением иглы. Поначалу существенна толщина иглы. Если игла слишком толстая, возможно кровотечение — и фокус будет испорчен. Профессионалу сисиндзюцу больно, если ужалит пчела, но в месте вставления иглы у него развивается мозоль, и он не чувствует боли, когда игла входит в это место.
Напрягите живот, полностью расслабьте руку, оттяните кожу и пронзите ее одним движением иглы. Вытаскивайте иглу с давлением снизу вверх. Затем зажмите прокол одним пальцем на две-три секунды, чтобы остановить кровотечение. Главное в этом фокусе — избегать жизненноважных участков. Например, в середине языка нервов мало, а значит будет не так больно при протыкании. Есть люди, которые используют эти фокусы для пропаганды боевых искусств или демонстрируют их как результат тренировок. Зная механизмы фокусов, вы можете смотреть на них, как на обманные трюки, которые вовсе не требуют специальной напряженной тренировки. Цель их — удивлять простаков.
Не относитесь к таким трюкам небрежно, они представляют некоторую опасность.
— Встань на мою правую ладонь и крепко держи меня за пояс, — говорит исполнитель. Затем весь вес взрослого человека удерживается одной рукой этого суперсилача! Но когда я объясняю трюк, становится очевидно, то подвиг не так уж велик. Ключевые слова здесь находятся во фразе: «Крепко держи меня за пояс…» В этот момент исполнитель поднимается, и вес человека сверху оказывается приложен к корпусу исполнителя. Таким методом можно удерживать стол ртом, держа ножку стола у себя на животе. Сконцентрировав свою силу в животе, можно удержать вместе со столом еще и танцующую на нем женщину.
Человек встает и говорит: «Подними меня». Другой его легко поднимает. Затем первый говорит: «Подними меня снова». Во второй раз он как будто стал тяжелее, силач не может его поднять. Это фудодзюцу (фокус неподвижности). Механизм его заключается в смещении центра тяжести поднимаемого человека. Все, что требуется сделать, когда вы хотите затруднить подъем — наклониться и вытянуть руки вперед.
Для другого фокуса нужен очень сильный человек. Он вытягивает перед собой руки на уровне груди, держа обеими руками один конец короткой палки. Исполнитель берет другой конец палки только одной правой рукой. Они стараются столкнуть друг друга с места. Улучив момент, исполнитель опускается, понижая свой центр тяжести, и толкает палку по диагонали вверх. Сильный человек проиграет слабому, притом работающему только одной рукой. Здесь работает законы физики, а не магия. Можно указать и другие применение — перед атакой сумоист приседает, понижая центр тяжести, и атакует, толкая руками вперед-вверх.
В следующем трюке исполнитель держит длинную (180 см) палку и отталкивает противника, давящего на другой конец изо всех сил обеими руками. Исполнитель давит на конец палки мизинцем, а противник давит на другой конец обеими руками. Палец не ломается, а на самом деле отталкивает противника. Тут есть маленькая уловка. Палка, на которую вроде бы оказывается давление только мизинцем, на самом деле лежит на второй фаланге среднего пальца. Как раз средним-то пальцем исполнитель и давит.
Другие трюки кайрикидзюцу включают разрыв веревок, сгибание металлических прутьев, разрывавшие цепей и противодействие при удушении. При попытке удушения противодействие возможно за счет использования силы челюстей и плеч.
Говорят, что ниндзя способен выскользнуть из веревок, выворачивая суставы. Есть мнение, что поскольку мастера боевых искусств вряд ли захотят, чтобы их суставы были в таком состоянии, когда легко может произойти вывих, то они вряд ли будут пользоваться такими методами.
Можно освободиться от веревок, используя технику, показанную на иллюстрациях. Но тщательно проследите за выбором материала. Освободиться от крепко затянутой толстой веревки легче, чем от тонкой.
Сначала, раскройте свои связанные руки, используя их толщину, чтобы ослабить узел, затем просуньте через него большой палец.
Повторные смещения суставов запястий, локтей или плеч нежелательны для мастера боевых искусств. Но иногда мастера могут успешно использовать этот метод. Некоторые думают, что ниндзя может перерезать веревку ножом, спрятанным в одежде. Однако такие действия привлекут внимание врага. Есть методы освобождения с помощью стрелы, ножа или ключа, а также с помощью животных. Также можно воспользоваться искусством хэнсодзюцу (искусство обмана).
В Америке жил мастер, который мог выскользнуть из любых наручников, но никогда не объяснял как он это делает. После его смерти долго изучали его метод и в конце концов решили, что у него были необычно гибкие суставы запястий. Из наручников выскользнуть легко, но, учитывая, что многие правонарушители захотят узнать как, метод здесь не приводится.
Змею можно сделать неподвижной, держа ее левой рукой и трижды сжав правой. Если она еще шевелится, нажмите сильнее.
Когда легендарный фехтовальщик Миямото Мусаси обедал в чайном домике, носильщики паланкина попытались втянуть его в дуэль. Тогда Мусаси молча убил пять мух, мешавших обедать, с помощью палочек для еды. Увидев это, носильщики в страхе убежали. Муху легче убить в тот момент, когда они трет лапки перед взлетом или когда она полностью сконцентрирована на еде.
Чтобы поймать рыбу, хватайте акуратным движением сверху вниз, надавливая на глаза. Опытные ловцы карпов (кои) использует этот метод. Попробуйте поймать таким способом свою кои (игра слов: по-японски «кои» и карп, и любовь). Ха! Один житель Ямато рассказывал как победил медведя. Когда медведь напал на него, человек, забыв о страхе, засунул руку в пасть медведя и вырвал ему язык. Медведь умер.
Однажды в Китае Сэнсэй Такамацу и его китайский друг шли по деревенской дороге. Неожиданно на них напало несколько местных собак. Самая большая была размером с сенбернара, она набросилась на Сэнсэя. Передние лапы уже лежали на его плечах, а клыки вот-вот был готовы вонзиться. В этот момент сэнсэй совершенно перестал двигаться, но не потому что испугался, — это был специальный прием. Когда мастер Такамацу изучал искусство ниндзя под руководством мастера Тода Синрю, он научился бороться с дикими животными. Было замечено, что ни одно, даже самое свирепое животное не нападет, если вдруг неожиданно замереть. В тот момент, когда собака прекратила рычать, правая рука сэнсэя ударила собаку в нос. Зверь упал, и другие собаки разбежались в страхе. Искусство останавливать движение животных можно использовать, внимательно изучив их поведение.
Гомо сапиенс — тоже животное. Позвольте познакомить вас с несколькими трюками, которые обычно показывают уличные фокусники. Трюки называются фудоканасибаринодзюцу. Количество зрителей не имеет значения. Заставьте их согнуть локти под прямым углом, руки держать перед собой и пусть они вращают руки круговым движением. Неожиданно закричите киай. Их руки застынут. Затем возьмите руки, согнутые под прямым углом, и аккуратно переведите их за спину. Зафиксируйте их там. Руки останутся в этой позиции. Исполнитель предлагает помощнику лечь на пол лицом вверх и прогнуться, подняв живот. В таком положении похоже, что тело застыло. Затем кладут верхнюю часть корпуса и ноги на стулья.
В такой позиции один или два нетолстых человека могут сесть ему на живот, и он не упадет. Даже если специальная каменная плита будет положена на живот этого человека, и по ней будут бить железным молотом, он будет чувствовать себя нормально. Есть исполнители, которые на человека в такой позиции моста ставят тяжелую деревянную ступку с зернами риса, и затем деревянным молотом толкут рис в муку. Некоторые кладут дайкон (длинную белую редиску) человеку на живот и разрубают ее мечом.
Есть трюк, когда исполнитель останавливает прохожего криком киай. Здесь хитрость в том, чтобы крикнуть, в тот момент, когда человек собирается поднять ногу для следующего шага. Знание таких естественных феноменов может быть полезно в боевых искусствах.
Эффект карточного домика можно показать, поставив несколько людей в неустойчивое положение. Чем больше участников, тем более неудобной должна быть их позиция для удачного фокуса. Когда один человек потеряет равновесие, остальные последуют за ним один за другим, и все упадут. Сконцентрируйтесь, и голосом воздействуйте на них, заставляя упасть. Все подобные силовые трюки используют равновесие людей. Их заставляют упасть или делают их тела на взгляд тяжелыми или легкими.
Положите около десяти металлических листов, прошитых гвоздями остриями вверх, а затем встаньте на гвозди босыми ногами. Вы не почувствуете боли, потому что вес вашего тела приложен ко всем гвоздям, на которых вы стоите. Более того, чем ближе гвозди друг к другу, тем меньше будет боли.
Этот принцип развивали многие исполнители. Лежа на щите с гвоздями, человек может держать другого, стоящего сверху. На него можно положить что-то тяжелое, например, положить большую скалу на живот и бить по ней стальным молотом (о похожем мы уже говорили). А можно положить на него сверху деревянную панель и проехать по ней на машине.
Можно стоять босыми ногами на битом стекле и не пораниться, если осколков стекла много. Дело в том, что вес тела поровну распределен между всеми осколками под ногами. Используется тот же принцип, что и при стоянии на гвоздях. Боли не будет, потому что вес приложен к сотням точек.
Кожа на подошве самая толстая на теле человека. Сходя с битого стекла, стряхните все осколки. Единственный оставшийся кусочек стекла может легко повредить кожу.
Как уже упоминалось, японский меч режет вдоль своей оси. Значит он не порежет человека, стоящего на нем, если человек знает, как на него вставать и как слезать. Люди, рассекающие редиску на животах других людей, и сжимающие меч голыми руками, прекрасно знают характеристики своих мечей. На одной из моих лекций об искусстве ниндзюцу один из студентов из Гакусю Ин заявил, что мой меч вообще тупой. Он коснулся лезвия кончиком пальца и порезался. Этот пример доказывает, что для человека, незнакомого со свойствами меча, трюки с лезвие могут быть опасны. Следует сказать, что подобные трюки нельзя делать с короткими мечами, бритвенными лезвиями или кухонными ножами, потому что все они режут по-разному.
Более того, характеристики японских мечей следует изучать, чтобы знать, как надо правильно держать меч; освоить чувство, возникающее при резании. С лезвиями необходимо обращаться, как с очень тонким инструментом; необходимо учитывать очень большую вероятность травм; те или иные трюки с лезвиями нужно осваивать под руководством опытного мастера и обязательно только под его присмотром.
Сделав весьма своеобразное заявление: «Я мастер быстрого удара», — некоторые исполнители разрезают палочки для еды листом бумаги, или ломают бамбуковые занавески пополам. Такие трюки не имею ничего общего с настоящим иай дзюцу, они лишь результат динамики, инерции или ловкости рук.
Например, есть трюки, когда исполнитель с криком ломает одновременно десять или даже больше палочек для еды, которые держит один из зрителей, с помощью всего лишь одной такой палочки. Как видно на фотографиях, палочки на самом деле разрубают лезвием, которое исполнитель прячет в руке.
Был человек, исполнявший такие трюки на телевидении и объявлявший себя мастером иай дзюцу. Со временем он исчез с экрана. Как-то этот человек наведался ко мне. Тогда другой, который обычно появлялся вместе с ним на телевидении, сказал мне: «Сэнсэй, не приходил ли недавно к нам человек, заявлявший будто он ниндзя? Пожалуйста, будьте с ним осторожны, он ужасный мошенник!»
Изначально ниндзюцу не предназначалось для демонстрации перед аудиторией. Более тысячи лет люди моей школы хранили ниндзюцу в секрете. Возможно такая таинственность позволила мне появиться на свет. Я иногда осознаю жизненную важность сохранения тайны. Трюки, о которых я рассказал, также называют опасными или колдовскими. Такие трюки исполняют маги, уличные фокусники, странствующие монахи, люди, называющие себя ниндзя — как доказательство мастерства в боевых искусствах. Их не исполняют для развлечений настоящие мастера, знатоки, люди, достигшие просветления — трюки не являются показателем мастерства. На мой взгляд к ним не стоит особо серьезно относиться. Но такие трюки направлены против основ ниндзюцу. Имейте это ввиду. Если вы хотите исполнять такие фокусы, вам следует найти инструктора, который научил бы вас. Для подобных трюков нужна сообразительность, а не тренированность или боевое мастерство.
Когда я был с визитом в Соединенных Штатах, то был восхищен, услышав о себе «милый мальчик». Это был очень приятный момент для меня. У детей прекрасное чувство восприятия мира и великолепный слух, иногда они принимают очень мудрые решения. В этой главе я хотел бы объяснить основы духа ниндзя с помощью скрытого значения детского ума.
Говоря о ниндзюцу, мы не можем дать его полного объяснения только с позиций религии и боевых искусств. Более того, его нельзя объяснить, если полагаться только на чувства мира взрослых. Именно поэтому мы часто теряем из виду и более важные вещи. Что же, давайте поищем новое восприятия света и звука через глаза и уши ребенка.
Для начала заглянем в Кодзики, хронику древних событий, написанную в 712 году н. э. Она вносит огромный вклад в наше понимание японской истории и мифологии.
Брат Богини Ама тэрасу охо ми ками (небесная лучезарная великая высокая богиня) — Бог Суса но о но микото (храбрый быстрый неукротимый великий бог) был склонен к шалостям и злым шуткам. Однажды, когда Ама тэрасу охо ми ками находилась в своем священном зале, он проделал дыру в крыше над залом и бросил туда шкуру небесной лошади. После этого Ама тэрасу охо ми ками закрыла дверь небесного замка и уединилась там, чтобы наказать его. Она была богиней солнца, и из-за ее ухода весь мир погрузился во мрак.
Это рассказ о ссоре между сестрой и братом. Однако мы можем рассматривать эти два божества как два душевных состояния: брата и сестры. Подбрасывание лошадиной шкуры метафорически можно представить как насмешку или осуждение. Несмотря на подобное оскорбление, великая и великодушная богиня солнца не проявляет гнева, а, напротив, скрывается за стенами небесного замка. Вот, поистине, акт проявления стойкости и терпения, отсюда берет начало дух ниндзя.
Царство бога-хулигана недолговечно. Поэтому божества собрались на божественную ассамблею и разработали немало планов, включая пение птиц и танцы. Пение птиц здесь надо воспринимать как предвестник восхода солнца. Удивленная смехом и пением, великая богиня солнца слегка приоткрыла дверь, чтобы посмотреть, что происходит. Тогда Та дзикара о но ками (Бог с сильными руками), который спрятался и ждал удобного момента, быстро открыл дверь как можно шире. Великая богиня явилась, озарив весь мир счастьем и светом.
Бог То дзикара о но ками обладал огромной силой, как вы могли догадаться, но можно также сказать, что он открыл дверь силой своего духа боевых искусств. То есть он был искренне предан великой богине солнца и успешно разбудил ее спящий рассудок силой своего духа. В Кодзики содержится множество подобных наставлений, включая притчу о человеческой глупости, которая иногда превращает сильную любовь в яростную ненависть.
Ребенок играет с бамбуковым мечом. У ребенка есть гениальная способность находить счастье в каждой малости. Взрослые забывают о подлинном счастье, приносимом маленькими вещами.
Первым императором Японии был император Дзимму. Основав государство, он пытался избежать ненужных войн и установить мир во всей стране, правя с любовью и милосердием. Японский дух называют ямато дамасий, что буквально значит большой, объединенный дух. Он основывается на великом осознании необходимости защиты мира. Я хотел бы донести до вас, что этот дух продолжает жить во всех нас сегодня.
Именно благодаря таким духам мы открываем новое в жизни. Было немало людей, выражавших свой жизненный опыт в разных формах как в поэзии, так и в литературе. Их шедевры все еще трогают наши сердца. Сэнсэй Такамацу однажды сказал мне: «Боевые искусства — это еще не все. Тебе следует держаться вместе со всеми хорошими людьми вокруг, молодыми и старыми. Защищай их, помоги им обрести счастливую жизнь. Это тоже дух боевых искусств, мой мальчик». Сейчас я не только слышу голос Сэнсэя, но и вижу и ощущаю значение его слов.
Я очень люблю Кобаяси Исса, поэта в жанре хайку, который видел мир глазами ребенка. Хочу познакомить вас с некоторыми из его хайку и прокомментировать их. Начнем с самой известной:
Эти строки о самцах лягушек, соревнующихся за право спариться с самкой. Слабый маленький лягушонок оттеснен более крупными, но он возвращается снова и снова. Я чувствую в этих стихах присутствие духа боевых искусств, духовная сила — это самое главное!
Когда вы видите муху, складывающую и потирающую лапки, то возникает чувство, будто она умоляет нас не убивать ее, несчастное создание. Стихотворение показывает мне, то нехорошо убивать маленькую слабую муху. Мастер ниндзюцу никогда не убивает без нужды.
Кроме прямого смысла, в этих стихах я также вижу отражение духа ниндзя. Если заменить блох и мух на людей, то дух просматривается еще более отчетливо: «Еще один день прошел, а суетливые люди опять мне мешали». Но это отнюдь мысль человека в депрессии. Скорее, здесь есть более глубокий смысл: человек, который подавляет других, тратит свои дни впустую, и кто не понимает этого — заслуживает жалости.
Здесь содержится урок для торопливых. Как говорит пословица: «Поспешишь — людей насмешишь». Если вы не контролируете свои действия, то можете упасть в Сандзу — реку, текущую через ад. Вы можете утонуть в адской реке, если нарушаете законы природы. Жажда славы и богатства может столкнуть вас в бездну жадности.
Маленький воробей играет посреди дороги и не видит лошади. Видя, как лошадь приближается, Исса заботливо предостерегает воробьишку и советует ему уйти в сторону. Однако, если сравнить маленького воробья с учеником, начавшим изучение боевых искусств, то совершенно ясно проглядывается смысл хайку для мира будо. В мире будо полно опасностей, особенно для непосвященных. Значит необходимо научиться быстро реагировать на опасности, чтобы освоить секреты искусства.
Эти строки могут быть продолжением предыдущих. Для полных энтузиазма начинающих, которые не могут найти себе истинного учителя, другом и учителем будет старший товарищ.
Басё — другой известный мастер поэзии хайку, большой любитель путешествовать. Он любил людей и природу. Он возвысил искусство хайку, введя в него элементы саби (элегантной простоты), ваби (вкуса к простоте и спокойствию), сиори (деликатности), хосоми (утонченности) и каруми (легкости). Он в самом деле был хорошо осведомлен о малых изменениях в матери природе, был очарован красотой и вечной мощью природы и ее гармонией. Все это нашло отражение в его стихах. Никто не может отрицать, что он был одним из величайших поэтом, но мы также можем сказать, что он был исследователем и философом.
Ёсано Бусон, один из учеников Басё, был одним из тех, кто принес разнообразие в хайку и вышел далеко за его традиционный формализм. Некоторые считают его игривым поэтом, наслаждавшимся красотой — в поэзии Бусона не найти следов принуждения и насилия. Когда вы смотрите на его художественные произведения или хайку, вы не можете не ощущать теплой волны интимности и ностальгии. Боевые искусства, которые есть моя жизнь, и мир хайку здесь соприкасаются.
Во время Тайсё и в начале периода Сёва поэт Ногути Удзё отчетливо выразил детский ум в своих стихах. В его поэзии тоже нет агрессивности, но глубокие мысли его произведений полны силы и убедительности. На стихи Удзё и музыку Накаяма Симпэй создано много детских песен. В силу некоторых причин эти песни имеют магическое воздействие даже на взрослых, давая чувство легкости и изящества.
Ниндзюцу — продолжение романтического мира детства. Меняется время, меняется и мир детства.
Подлинная сила и величие часто возникают из незаметных вещей вокруг нас. Если же вы не видите их ценность, то вас нельзя назвать мастером боевых искусств. Единство тела и ума делает единым мир. Они сосуществуют, потому что имеют всеобщий характер. Когда тело и ум обновляются, достигается высшее проявление искусства — простота. Поэмы Удзё и музыка Накаяма Симпэй понятны людям всего мира.
Стиль произведений этих авторов близок к стилю народных песен Шотландии. Шотландские народные песни, такие как «Цветок-колокольчик», «Энни Лори» и «Зеленые рукава» по своей идее глубоко гармонируют с японскими детскими песнями. Некоторые из вас уже наверное знает, но я повторю еще раз, что восприятие, невинность, детские идеи, также как и память о детских годах — все это служит целям боевых искусств и ниндзюцу.
В ниндзюцу есть техника, называемая ётон но дзюцу, использующая детский ум. Многие думают, что в ётон но дзюцу используют детей как инструмент. На самом деле это сцепленная с детским умом техника, а не использование живого ребенка. Вы можете легко заметить, что она не работает эффективно без тонкого и гибкого ума. Дети же есть и должны быть сокровищем нации. В Курдистане существует пословица: «Зло бессильно для семьи, благословенной многими детьми».
Я хотел бы сказать читателям своей книги, что всегда буду за вами следить. Будьте терпимы к критике других. Это будет проще, если вы будете воспринимать их упреки, как будто они исходят от ребенка. Я был бы счастлив, если бы узнал, что эта книга помогла вам понять вам дух ниндзя и сущность их техники.
− Ниндзя внесли важный вклад в дело восстановления мира в провинции, известной под названием Ямато (современный район Осака) для императора Дзимму и покорения варваров — известных как племя Айну.
− Ниндзя составили армию, преданную южному императорскому двору Ёсино (1331–1333 годы н. э.). Они присоединились к армиям Нава, Кусуноки, Китабатакэ (1334–1335 год н. э.).
− Ниндзя обратили в смятение армию Асикага (1487–1488 годы н. э.).
− Они присоединились к армии Сэкита и преследовали большую армию Хосокава Такануки под командованием сёгуна Асикага (1504–1520 годы).
− В те дни ниндзя не имели специальных школ, как Кога или Ига рю и различались по названию мест проживания. Ниндзя, жившие как в провинции Кога, так и в провинции Ига были роялистами. Однако, когда Асикага Ёситане послал войска в район Оми для подавления сопротивления Асикага Ёсидзуми, ниндзя из Кога встали на сторону Ёситанэ, тогда как ниндзя из Ига этого не сделали. Такой оборот событий вызывал распрю между ниндзя из Кога и из Ига.
− Ниндзя из Ига сотрудничали с императорской армией (1854–1859 годы), они вступили в отряд придворной полиции и беспокоили Синсэнгуми, телохранителей правительства Токугава в период заката сёгуната.
− В 1863 году некоторые ниндзя вступили в Тэнтюгуми или группу экстремистов под предводительством Ёсмура Торатаро, Фудзмото Тэссэки и другими, которые пытались свергнуть сёгунат Токугава. Поднятое ими вооруженное восстание было подавлено, и многие из них были убиты.
− Ниндзя отличились на поле боя против правительства Токугава. В битве при Тоба Фусими между роялистами и сторонниками сёгуната Токугава сразу после декрета о восстановлении правления императора в 1886 году ниндзя присоединились к роялистам и снова отличились в боях.
Школа ниндзюцу Тогакурэ рю ведет свою историю от Тогакурэ Дайсукэ в эпоху Охо (1161–1162 годы). Он учился ниндзюцу у Кагакурэ Доси. Однажды в июле в эпоху Хогэн (1156–1159 годы) Сима Косанта Минамото но Канэсада 16 лет от роду и могущественный клан из провинции Исэ присоединились к армии Минамото Ёсинака и сражались против трех тысяч всадников Фудзивара Хидэхира. Кагакурэ Доси спас лежавшего на поле битвы серьезно раненного Сима, и они скрылись в горах Ига. Говорят, что Сима овладел боевыми искусствами и ниндзюцу под руководством Кагакурэ Доси. Позже он стал известен как второй великий мастер Тогакурэ рю ниндзюцу.
Легенда рассказывает о ниндзя по имени Икаи, который жил при режиме Со в Корай (современная Корея) в конце десятого или начале одиннадцатого веков. В первый год эпоху Коую он оказался на проигравшей стороне в битве между королем Дзинсо и армиями Киттана и Ка. Тогда он бежал в Японию, высадился на Исэ и жил в пещере в провинции Ига. Сохранились записи, где сказано, что Икаи был полководцем, хорошо владевшим титё какурэгата (техника тайных действий, основанная на титё дзюцу), с криком киай он мог подпрыгнуть на несколько метров. Очевидно, Икаи был первым, кто завез ниндзюцу в Японию.
Тем не менее, есть другой кандидат в основатели, в эпоху Дзиряку (1065–1068). Фудзивара Тикадо окопался в пещере в горе Такао у деревни Танэо, потому что при дворе императора ему отказали в ранге, которого он добивался. Говорят, что эту жилье в пещере построил Икаи, когда бежал из Кореи несколькими годами раньше.
В записи сказано о существовании семидесяти трех школ ниндзюцу за все его историю. Вот несколько главных школ: Нэгиси рю, Сирай рю, Синто рю и Хакуун рю, от которой, говорят, произошли школы Тагакурэ рю, Кусю рю, Миамото рю, Гэндзцу рю, Рюмон рю, Тэнтон хаппо рю и Готон дзюппон рю.
Ига рю и Кога рю просуществовали так долго и приобрели столь высокую репутацию благодаря поддержке правительства Токугава.
Хакуун рю был организован Гарю додзи и позднее усовершенствовал во время Хакуун додзи. Говорят, что Хакуун рю вобрал в себя гибкие черты четырех демонов: демона тени, демона огня, демона земли и демона ветра. В эпоху Охо, примерно через сто лет после эпохи Дзиряку, ученик Хакуун додзи Кагакурэ додзи передал опыт ниндзюцу Тогакурэ Дайсукэ. А он в свою очередь позаботился о Сима Косанта. Как указано выше, есть запись о днях, когда немного выживших из армии Кимо Ёсинака укрылись в горах провинции Ига. Позже, во время эпох Энгэн (1136–1339 годы) и Сехэй (1346–1369 годы) множество беглецов как от Северной, так и от Южной династии укрылись в горах провинций Ига и Кога. Некоторые утверждают, что это и было началом различных школ ниндзюцу, включая Ига и Кога рю.
Согласно записям ниндзюцу школы Кога во время эпохи Тэнкё (938–946 годы) Мотидзуки сабуро Канэиэ — третий сын Сува Саэмона Минамото Сигэёри, правителя провинции Синано отличился в подавлении бунта Тайра но Масакадо. За это он был удостоен поста губернатора Кога гун, юго-востока провинции Оси. Он поменял имя Мотидзуки Сабурло Канэиэ на Кога Оуми но ками Канэиэ. Его сын по имени Оуми но ками Иэтика, имел литературное и военное образование, говорят, что он учился гэндзюцу у буддистиского монаха, которого звали Тацумаки Хоси. Монах был мастером гэндзюцу и жил в провинции Кога. Некоторые настаивают на том, будто отсюда пошло Кога рю ниндзюцу.