Всем привет! Позвольте представиться: меня зовут Харлаф сын Брамака, из деревни Большие Петухи, мне семнадцать лет, и да, если вам интересно, – я маг… вернее, собираюсь им стать в ближайшем будущем, если удастся пережить этот день. Очень уж недобро смотрят мне в спину бывшие односельчане, молчаливой толпой собравшиеся на краю деревни… того, что от нее осталось.

Здесь, наверное, стоит разъяснить ситуацию. Если вам еще непонятно по остающемуся за моей спиной пейзажу – я собираюсь стать магом Огня. И шансы у меня есть, причем очень неплохие, по крайней мере, опыт в поджогах имеется богатый. За все годы жизни в Больших Петухах (которые давно следовало бы переименовать в Горелые Петухи), не было ни одного месяца, чтобы по моей вине не случалось хоть самого завалящего пожара. Причем, по мере того как я рос, росла и моя способность портить жизнь соседям, так как сила огня прямо пропорционально зависела от силы испытываемых его источником эмоций, которые в свою очередь во многом зависели от расстояния между мной и симпатичными представительницами противоположного пола. И особенно дочери нашего старосты… с амбара которого и начался вчера пожар.

Не знаю, каким чудом отцу удалось успокоить собравшихся у нашего дома рассерженных крестьян и уговорить их не поднимать меня на запасливо прихваченные вилы (в это время я храбро прятался в подвале). Но то, что вместо вил я получил лишь затрещину от отца, говорило о немалом авторитете бывшего десятника Третьего легиона Брамака из Кунга среди односельчан. Действительно, уважать отца было за что: начав жизнь крепостным крестьянином одного из мелких пограничных баронов, отец, спустя двадцать пять лет беспорочной службы королю и легиону, получил вольную, помилование за побег и небольшую сумму денег на обустройство в мирной жизни. Что он с успехом и сделал… Бравый ветеран в свои сорок пять мог дать фору многим двадцатилетним – это он и доказал вскоре, женившись на первой красавице деревни, дочери трактирщика Бригите.

А через девять месяцев родился я: милый мальчуган с волосами цвета воронова крыла и серо-голубыми глазами, которые в сочетании с аристократическими чертами (что передалось мне от матери, в предки которой во время одной из войн затесался неизвестный благородный) и упорно не поддающейся загару кожей разбили впоследствии немало сердец. Естественно, на одной только внешности далеко не уедешь, но и с других сторон я выглядел для деревенских девиц очень привлекательно: сын и наследник трактирщика (дед умер через три года после моего рождения, не оставив других наследников), богатейшего человека в деревне, магические способности имею, обучен грамоте… Одно это выделяло меня из общей массы деревенских парней и позволяло с невероятной для них скоростью убалтывать на прогулки под звездами даже самых неприступных красавиц. Конечно, попытки поучить жизни «бледного колдуна» со стороны недовольной общественности имели место быть, как же без этого, но ежедневные изнурительные занятия на протяжении более чем десяти лет с одним из лучших мечей легиона явно пошли мне на пользу. Мой нос до сих пор ни разу не подвергся надругательству.

Ладно, хватит самолюбования, продолжим экскурс в славную историю моей семьи. Итак, я родился. Целый год все было отлично, но затем появилась на свет моя сестра, в оплату за жизнь которой боги забрали мать, умершую родами… Видимо, это и определило мою судьбу – отец, совершенно не умевший обращаться с детьми, но отлично управлявшийся с солдатами, твердо решил сделать из меня образцового легионера, что ему, конечно, не удалось, ибо я был твердо убежден – Харлаф и армейская жизнь несовместимы. Тупые приказы и беспрекословное подчинение я терпеть не мог, хотя с понятием дисциплины и был знаком. Отец привил его мне с помощью ежедневных трехразовых розог по особо важным местам.

По правде сказать, отец не долго горевал по поводу непутевого дитяти – открывшийся у меня в семь лет (на два года раньше стандартного) магический Дар направил его мысль в иное русло, что меня, естественно, обрадовало. С этого времени приличная доля средств семьи начала уходить на найм для нас с сестрой учителей по так называемым общим дисциплинам: грамоте, счету, истории и географии. И теперь, когда мечта отца сбылась и я счастливо (хоть и не совсем добровольно, так как должен был это сделать лишь через год, по причине скудости семейного бюджета на данный момент) отбыл в столицу поступать в Академию магии, то был уже неплохо подготовлен. А для крестьянина так и вовсе прекрасно. Отец в прошлом году даже возил меня в Стратон и за большие деньги добился в одной из самых престижных столичных школ для третьего сословия, чтобы там у меня приняли экзамен. Который я успешно и сдал, получив аттестат с отличием. К тому же, так уж совпало, что терпение моих односельчан лопнуло как раз незадолго до первого дня весны – дня начала вступительной кампании в Академию магии. Я решил не спорить с Судьбой.

Все вышеперечисленное внушало мне уверенность в своих силах и держало настроение на высоте, жизнь была хороша. Помахав на прощание угрюмым односельчанам, я крепко обнял темного, как грозовая туча, отца, поцеловал в щеку сестру и уверенно зашагал вперед, к лучшему будущему.

– Удачи, Хар! – немного грустно произнесла мне вслед Эльвира, тоненько всхлипнув в рукав. Я, не оборачиваясь, помахал в последний раз рукой и, поправив переброшенную через плечо кожаную сумку, ускорил шаг. Все слова были сказаны еще вчера.

Вскоре родные Петухи остались далеко позади, а затем и вовсе исчезли из виду. Зато впереди показалась другая деревня, немного поменьше нашей, победнее и населенная не вольными землепашцами, а зависимыми крестьянами, полновластной собственностью графа Улафа фор Цвейхе. Вроде бы точно такие же дома, такая же одежда и такие же люди, но атмосфера… ощущение безнадежности и затаенной лютой злобы, запомнившееся мне по прошлым посещениям, настолько угнетали, что я не решился пройти Крупки насквозь, а сделал широкий круг и обошел стороной. Эта чувствительность (особенно она развилась в последние месяцы) наряду с белой кожей, резко контрастировавшей с крепким деревенским загаром моих сверстников, также часто служила причиной насмешек, но я не особо расстраивался по данному поводу, ведь это плата за магический Дар. Я просто более полно чувствовал Мир во всем его многообразии.

Быстро обогнув Крупки стороной, я снова вышел на дорогу, а она спустя пару часов ходу вывела меня на широкий торговый тракт, который должен был через два-три дня привести уже в саму столицу. По нему я и двинулся, обгоняя медлительные крестьянские телеги, уступая дорогу каретам и всадникам и даже не пытаясь напроситься к кому-нибудь в попутчики. К пешим походам я привычен и могу шагать, не особо уставая, от рассвета и до позднего вечера, благо у нас, в центральной провинции, с разбойниками получше, чем на приграничных территориях. Кстати, ночевать я собирался просто у дороги – цены на постоялых дворах из-за близости столицы кусались, и я считал, что лучше сэкономить деньги и помучиться, чем спать с комфортом, но быть задушенным огромной гнусной жабой. А холодные ночи… так всегда можно прибиться к разделявшим мое мнение запасливым крестьянам, возившим с собой достаточно дров для небольшого костра.

Так, как-то незаметно, за размышлениями и мечтами о великом будущем, день закончился, тракт опустел, а передо мной в полный рост встал вопрос о привале. Впрочем, он скоро отпал сам собой: впереди, шагах в пятистах дальше по дороге и немного в стороне я приметил костер.

– Стой, кто идет?! – окликнул меня один из сидящих у костра мужиков, поднявшись на ноги и положив руку на длинный, максимально позволенного размера для третьего сословия, кинжал на поясе. Остальные мужики лишь повернули головы в мою сторону, даже не потянувшись к оружию.

– Путник, – честно признался я, выходя в создаваемый костром широкий круг света. – Можно присоединиться?

Недолгая пауза, во время которой на лице самого активного мужика отразились все перипетии его непростых взаимоотношений с мыслительным процессом, заставила меня напрячься. Но мужик наконец до чего-то додумался:

– Подходи, – и уселся обратно на полено.

– Да будут милостивы к вам боги, – вежливо поблагодарил я хозяев, выбирая себе из кучи полено поудобнее и присаживаясь поближе к костру. Из сумки я достал флягу с вином, припасенную специально для подобных случаев, и передал ее «активному».

– Ух, доброе вино, – резюмировал спустя пару минут мужик, передавая флягу по кругу. – Что ж, путник, вежество ведаешь. Меня Казимиром прозывают, – дальше он начал представлять своих друзей по кругу, указывая рукой. – Это Славен, Юрась, Араз… кхм-м… Янек и Дударь. А тебя как звать-величать?

– Харлаф, сын Брамака, из Больших Петухов.

– Кхм… Харлаф, говоришь? Чудное имя…

– Родители назвали, не сам выдумал, – пожал плечами я.

В этот момент мне в руки всунули флягу, вино в которой плескалось уже на дне. Я сделал маленький глоток, сразу же передавая практически пустой сосуд дальше.

– Ага… Куда ж ты путь держишь, ежели не секрет? – Казимир, быстро, в несколько глотков допив вино, снова протянул флягу мне.

Флягу я засовывал в сумку нарочито медленно и сосредоточенно, обдумывая в это время ответ. С одной стороны, можно сказать правду, но тогда неизвестна реакция мужиков, – мне бы не хотелось из-за крестьянских предрассудков остаться без теплого костра под боком, а с другой – маг я или не маг?! Ну ладно, пока не маг, но ведь буду! Что же мне это скрывать? Тут гордиться надо!

– На мага иду учиться, – все же признался я, с интересом наблюдая за реакцией людей на такое признание.

Казимир удивленно крякнул, немного отшатнулся, но сразу же успокоился и посмотрел с любопытством, пригладив левой рукой бороду. Один из его товарищей, кажется Янек, вытаращил глаза от ужаса, но остался сидеть (просто ноги отказали, скорее всего). А вот остальные вскочили на ноги и согнулись, то ли собираясь бежать с низкого старта, то ли кланяясь. Уважение к магам (читай благородным), было впитано этими людьми с молоком матери.

– На мага? А разве ж господин благородный? – осторожно поинтересовался Янек – причина поклонов стала понятна. Также я понял, что умом мои новые знакомые не отличаются – я ведь представился, а из имени ясно видно, к какому сословию человек принадлежит.

– Нет, третьего сословья, – не стал я присваивать чужие заслуги (простолюдин, назвавшийся благородным, подвергался серьезному наказанию, вплоть до смертной казни).

– А разве ж такое бывает, чтоб простой человек магичить мог?

– В Академию принимают не только благородных, – веско возразил я. – Любой свободный человек может туда поступить!

В ответ Янек пренебрежительно махнул рукой, несколько снисходительно и покровительственно взглянув на меня:

– А разве ж то маги, то колдуны получаются.

– Ага, – поддакнул Дударь, болезненного вида худощавый мелкий мужичок, усаживаясь обратно на бревно с независимым видом. – Ты б, малец, не трепал языком попусту.

Каким чудом я сдержался и не врезал мужичонке в глаз, сам не знаю. Но не врезал. Сдержался, а вскоре разговор сам собой затух и все разбрелись спать. Через несколько минут ночную тишину уже разрывал многоголосый раскатистый храп… лишь я лежал и, глядя в глубокое звездное небо, размышлял над словами Дударя. Смогу ли я стать магом, хватит ли силы Дара? Я и раньше думал об этом, но всегда гнал плохие мысли прочь… Вот и сейчас сделаю то же самое! Все у меня обязательно получится! Спать!

Проснулся я рано, еще до рассвета, и, тихо собравшись, осторожно покинул небольшой лагерь. Если потороплюсь, то успею в столицу к вечеру. И пусть вступительные испытания в Академию только через три дня, но лучше потратить время с пользой в столице, чем болтаться без дела по тракту.

Второй день путешествия, так же как и первый, прошел без происшествий, если не считать чуть не сбившего меня с ног всадника. Близилась ночь, из-за горизонта виднелась уже лишь половина кроваво-красного шара Мистеля, и тьма с каждым мгновением укрепляла свои позиции, заставляя меня нервничать – не хотелось бы ночевать под открытым небом. Но вскоре опасения развеялись – вдали показались стены Стратона. Я расслабился, предвкушая горячую пищу и теплую ванну (привычка часто мыться выделяла меня из массы односельчан и вызывала перешептываний о ненормальности едва ли не больше, чем поджоги), как вдруг шагах в тридцати впереди, откуда-то из оврага у обочины, раздался заунывный волчий вой. Что за бред? Какие волки в этих местах?

Оказалось, самые обычные. На двух ногах и с бандитскими рожами. И конечно, они охотились стаей – шестеро спереди и шестеро сзади. Оп-па! Повезло… И как это я их не заметил? Тьма! Дюжина бойцов – это серьезно, к тому же четверо из них с луками… без шансов (стрелы я отбивать не умею, увы, хотя отец и рассказывал о способных на такое умельцах, но верится в это слабо). А у меня только жалкий кинжал… да даже будь это полноценный меч, я бы все равно ничего не смог сделать – мои таланты мечника не простирались настолько далеко.

– Сымай одежку, бросай сумку на землю и проваливай, – пробасил украшенный косым шрамом от переносицы через всю щеку смуглый здоровяк с добротным мечом на поясе и в кольчуге до середины бедер. – Я сегодня добрый.

Я начал раздеваться. А что еще оставалось делать? Только запоминать. Что я и делал, внимательно всматриваясь в лица подонков и стараясь запомнить их в мельчайших подробностях (на память я никогда не жаловался), с некоторым удовольствием отмечая, как под моим взглядом некоторые бандиты поеживаются и нервно бледнеют, покрепче стискивая оружие. Никогда бы не подумал, что способен взглядом кого-то испугать, но со стороны виднее.

Через пару минут я уже стоял возле кучки вещей в одних подштанниках и хмуро наблюдал за главарем. Тут уж рулетка: или убьют или нет, как карты лягут.

– Подштанники сымай, – ощерился из-за плеча главаря мелкий крысомордый субъект. – Гнида, – добавил веско.

Я не шелохнулся. В принципе, раздевшись, я ничего не потерял в плане боеспособности: в одежде или без, защита у моего организма абсолютно одинакова, а кинжал лежит сверху на куче тряпья, и схватить его проще простого. Пару уродов положить я успею наверняка.

Главарь осклабился:

– Крыс, заткнись! – Видимо, мой взгляд отразил пронесшиеся в голове мысли и решимость идти до конца. – Еще раз вылезешь – прикончу! Пусть молодой человек сохранит что-нибудь в память о родном доме… – И уже мне: – Понял, сосунок? Это тебе подарок за хорошее поведение, запомни мою доброту! Ха-ха-ха!

– Я запомню, – процедил я, глядя бандиту прямо в глаза.

Бугай нахмурился:

– Отойди на два шага.

Едва я отошел, крысоморд подбежал и воровато схватил мои вещи в охапку.

– Кнут, давай его прирежем, а? Не нравится он мне. Ай! За что?

Крыс получил в морду и отскочил.

– Я тебе сказал, не лезь! – произнес Кнут, обтирая с кулака кровь платком. – Мне не нужны ловчие маги на загривке!

Спустя минуту я остался на дороге один… Один, без денег (между прочим, в сумке было целых десять золотых, со скрипом собранных отцом мне на жизнь в отнюдь не дешевой столице), без одежды и, самое главное, без документов. Хуже и не придумаешь – в город мне теперь хода нет, мало того что не пропустят в таком виде и без пошлины, так еще и арестуют. Ведь документа, подтверждающего вольный статус, у меня теперь нет, а с беглыми холопами разговор короткий. Пока суд да дело, разбирательство, прием в Академию закончится. Да и будет ли кто разбираться? Любой благородный рад приписать себе лишнего раба…

Выход один: проследить за разбойниками и попытаться вернуть свои вещи.

Все эти размышления заняли у меня буквально несколько мгновений, и, приняв решение, я неспешно пошел вслед за бандитами. Они не могли уйти далеко – рабочее время еще не закончилось… Я оказался прав – рыцари дубины и топора действительно не удосужились отойти далеко, нагло устроив лагерь буквально в сотне метров от дороги, в овраге.

С зубовным скрежетом я наблюдал за дележом своего имущества. Уж как мне хотелось придушить гадов, кто бы только знал! Жаль, я не какой-нибудь герой баллад, повергающий врагов одной левой. А как бы хотелось! Эх, не было б у них луков! Тогда я, может быть, и попытал счастья. И то не знаю… я еще никогда не убивал людей, весь мой боевой опыт состоял только из схваток с отцом. Правда, с ним я шел почти на равных, выигрывая в скорости и ловкости, но проигрывая в опыте. Но разве можно определить свой уровень, сражаясь всегда только с одним партнером? Других же мне как-то в жизни не попадалось, если не считать таковыми деревенских увальней с оглоблями.

Спустя полчаса дележ добычи плавно перешел сначала в драку (впрочем, Кнут быстро успокоил бузотеров), а затем, вполне закономерно, в пьянку. Я уж было понадеялся, что сволочи перепьются и заснут прямо здесь, предоставив мне шанс на реванш, но Кнут держал своих шакалов в ежовых рукавицах. Немного поворчав, бандиты собрались и отправились занимать позиции у дороги.

Едва только последний разбойник скрылся в темноте, я поднялся и, пригнувшись, быстро перебежал к стоянке. Костер, естественно, был потушен, но и света от углей мне вполне хватило – в небольшой кучке мусора, предназначенного для растопки, я заметил свиток. Дрожащими руками, не веря в свою удачу, развернул бумагу и облегченно вздохнул, – по крайней мере, документы вернул, уже хорошо. И, как говорится, хорошенького понемножку, не буду испытывать Судьбу. Уж чего-чего, а терпения мне не занимать, и память у меня очень длинная. Когда-нибудь мы встретимся с Кнутом на узкой дорожке.

Я скрылся в темноте.

А через полтора часа я достиг городских стен, и, конечно, по закону подлости ворота закрылись прямо у меня перед носом, показав напоследок гнусно ухмыляющуюся рожу стражника. Надеюсь, не стоит говорить, что раньше срока ворота для меня никто не откроет, не такая уж я большая шишка. Придется ночевать за стенами. Ублюдочные разбойники, да и стражники не лучше! Тысячу демонов им в грызло!

Пришлось возвращаться обратно – шагах в трехстах дальше по дороге стоял постоялый двор, как раз для опоздунов вроде меня… или же для тех, кто хочет шумно отдохнуть за пределами города.

Последняя мысль пришла мне в голову, только когда я вошел в трактир при постоялом дворе, – зал оказался буквально забит людьми под завязку, причем людьми вооруженными… Вот так повезло…

Растерявшись, я застыл прямо в дверях, не решаясь войти. В мою сторону сразу посыпались шуточки. Что же делать? Предчувствие у меня не самое хорошее, но выбора все равно нет. Единственный шанс попасть в город – это напроситься на постоялый двор на работу. За оставшиеся до начала набора в Академию дни я должен каким-то чудом заработать на более-менее приличную одежду.

Надо идти.

Весь день у Харальда Рагнарсона, даже несмотря на праздник, было на редкость паршивое настроение – возглавляемый им отряд наемников гулял с самого раннего утра с упорством, достойным лучшего применения, пропивая свой месячный заработок. Вокруг Харальда трактир ходил ходуном, то тут, то там раздавались крики, лязг оружия и кубков. В углу трое наемников избивали какого-то доходягу. Еще двое, опершись руками о стол, вели разговор на повышенных тонах с охранниками жирного купца, вжавшегося в стену и обильно потевшего. Все как всегда, но сегодня привычные развлечения казались Харальду глупыми и совсем не веселили, заставляя лишь угрюмо заливать в себя один кубок вина за другим.

Внезапно гул в зале немного притих. Сидящий рядом лейтенант ткнул Харальда в бок локтем и кивнул на дверь. Харальд поднял взгляд и не поверил своим глазам: в дверях трактира застыл молодой парень, одетый в одни лишь серые шерстяные подштанники. Капитан окинул взглядом нежданное развлечение и в первый раз за день усмехнулся. И не он один, в адрес паренька тут же посыпались шуточки. Полупьяные солдаты нашли себе хорошее развлечение. Если чудо в кальсонах не прислушается к голосу разума и сейчас же не уберется подальше, то неприятности ему обеспечены.

Харальд недовольно поморщился… Глупый сопляк сдвинулся с места и, стараясь держаться поувереннее, пошел по образованному крепкими телами солдат коридору. И конечно, без инцидентов не обошлось. Где-то на середине зала Тругге Весельчак, записной «юморист» отряда, провернул один из своих номеров, резко выставив ногу в сторону… Но ожидаемого всеми эффекта не получилось, каким-то чудом успев заметить препятствие, парень ловко перепрыгнул ногу Весельчака и как ни в чем не бывало продолжил путь. Со стороны бойцов раздалось несколько одобрительных возгласов и шуток, только теперь уже в адрес Весельчака. Тругге, обожавший издеваться над другими, шуток в свой адрес не терпел. Побагровев, он резко вскочил на ноги, в несколько шагов догоняя парня.

– Стой, дерьмо! – проревел Весельчак, хватаясь своей лапой за плечо юнца. – Извинись!!

– Мне не за что извиняться, – спокойно произнес мальчишка, движением плеча сбрасывая руку наемника и пытаясь продолжить путь.

А дальше события понеслись вскачь…

Тругге, взбешенный поведением наглого сопляка, злобно ощерив зубы, снова схватил того за плечо. Захват руки, залом… и удар коленом в лицо отбросил Весельчака на соседний стол. На несколько мгновений в зале настала ошеломленная тишина. Подгулявшие наемники долго осмысливали случившееся – все произошло слишком стремительно для их заторможенного алкоголем восприятия.

– Ах ты… – среагировал один из друзей Тругге, гневно приподнимаясь из-за стола.

Но больше ничего сделать он не успел: одним широким плавным шагом парень переместился к новому противнику и, выбив у того ногой из-под задницы табурет, с размаху впечатал головой в стол. И завертелось. Разворот… удар в печень… локтем назад… бросок через плечо… серия ударов по корпусу… головой в горбатый нос Анвара Орла, и… на этом удача от молодого человека отвернулась.

Теперь, немного понаблюдав за схваткой, Харальд совсем по-другому рассматривал странного гостя. У того была очень неплохая школа боя: движения экономные, без лишних широких замахом, прыжков, кувырков и прочей туфты – каждый удар нанесен наверняка, чтобы нанести максимально возможный урон противнику и потратить как можно меньше сил. Парня явно учил кто-то из бывших вояк, скорее всего какой-нибудь ветеран-легионер, их школа.

Пока Харальд размышлял, его волки успели свалить юнца на пол, начав со смачным хеканьем пинать ногами.

– Прекратить! – Харальд не собирался позволять обозленным наемникам запинать парня до смерти. – Прекратить, я сказал!

– Капитан! Да этот сучонок Кладеру руку сломал… понял, понял, – отступил под взглядом командира возмущенный боец.

Воины расступились.

– Жив?

– Жив, – через несколько секунд произнес отрядный лекарь, нащупав на шее у паренька пульс. – Но досталось хорошо. У него крепкие мышцы, да и закрылся грамотно, а то все могло бы быть намного хуже. А вот о смазливой внешности ему придется забыть надолго.

– Хорошо… Эй, хозяин, живо организуй свободную комнату, – крикнул Харальд. – А вы, – взмах рукой, – тащите его за трактирщиком. Живо!

Окрыленный, я выбежал из здания учебного корпуса и помчался по дорожке в указанном направлении… Но к зданию общаги подошел неторопливо, стараясь выглядеть как можно более уверенным в себе. Произвести правильное впечатление в первые минуты знакомства всегда очень важно, будь то армия, тюрьма или студенческое общежитие, – как себя поставишь, так к тебе и будут относиться. А вот переломить негативное отношение очень и очень трудно, зачастую и невозможно.

Я открыл дверь и вошел внутрь.

– Здравствуйте, – поприветствовал сидящего за столом посреди холла молодого человека, скорее всего студента-старшекурсника. – Я поступил…

Парень поднял на меня угрюмый недовольный взгляд, а затем, проведя быстрый осмотр моей тушки и не обнаружив на пальце гербового кольца (у него кольцо как раз-таки было), сморщился, словно съел лимон, и спросил:

– Имя? Факультет?

– Харлаф, сын Брамака, из Больших Петухов, Рунный факультет. А…

Студент-мученик (я никогда не поверю, что даже самый захудалый дворянин добровольно согласится на такой унизительный пост), быстро записав мои данные в здоровенную книгу и на крохотную карточку, протянул мне карточку и напутствовал:

– Это отдашь кастеляну, прямо по коридору и поворот направо, – махнул рукой себе за спину фор. – У него возьмешь постельные принадлежности. Твоя комната номер пятьсот десять, пятый этаж, от лестницы налево, в конце коридора.

Я понятливо кивнул, но страдалец уже не обращал на меня внимания, снова погрузившись в переживания.

В комнату я взобрался только спустя полчаса, выдержав изматывающий бой за новые простыни и буквально вырвав из рук дородного мордатого дядьки ключи от комнаты. Промучившись с дверным замком минут десять, пока не догадался слегка приподнять дверь за ручку, я вошел внутрь… А ничего, небольшая уютная комнатка пять на восемь шагов, кровать, шкаф, стол и стул, тумбочка и подсвечник со свечой, на полу почти новый ковер. Большое окно, выходящее на учебный корпус, совмещенный с душем туалет и небольшая кухня. Неплохо живут колдуны!

Будем располагаться…

Проснулся я часов в семь утра, что было для меня уже довольно поздно, но напряжение вчерашнего дня, видимо, взяло свое. Натянул штаны, взял полотенце и двинулся умываться. По-быстрому освежившись, приступил к тренировке. Конечно, в моей скромной комнатке особо не разгуляешься, но что же делать? Через два часа, закончив разминку и приняв душ, я направился на поиски столовой… Аппетит был зверский.

Столовая нашлась совсем рядом с общежитием, и, заплатив всего пять медяков, я набрал себе такую гору еды, что из-за подноса выглядывала только моя голова, на которую с удивлением таращились все служащие и немногочисленные посетители столовки… Еще больше они удивились, когда я все это съел.

С трудом дожевав последний бутерброд с колбасой, я развалился на стуле, не в силах сдвинуться с места, но по этому поводу я не расстраивался. Все равно заняться нечем, разве что разведать территорию? М-да, это может быть интересным… На территории Академии располагались не только учебные корпуса и общежития, но и различные магические лаборатории и даже полигоны для испытания маломощных заклятий. А вот это может быть действительно интересно!

Но моим грандиозным планам не суждено было сбыться. В зал впорхнула стайка весело о чем-то между собой щебечущих девушек. И на что я обратил внимание – это странные тетради в их руках. А уж слова «библиотека» и «выдали», произвели на меня прямо чудесный эффект. На девушек я еще успею насмотреться (и не только), а вот увидеть самые настоящие магические книги я хотел прямо сейчас.

Расспросив дорогу до библиотеки, которая размещалась в небольшом трехэтажном квадратном здании позади учебного корпуса, я весело вломился в резную дверь строения и обмер. Нет, не так в моих мечтах выглядела Великая Библиотека Ужасных Магических Книг. Я представлял ее чем-то донельзя величественным и прекрасным. Реальность же оказалась значительно… скучнее. Коридор со стенами, обшитыми панелями из какого-то дерева, пяток самых обычных дверей по обе стороны этого самого коридора, лестница на второй этаж, в конце. И все.

В первую от входа комнату с говорящей надписью на дверях «Выдача магических книг» стояла очередь из трех богато одетых парней и одной симпатичной девушки – высокой зеленоглазой блондинки в охотничьем костюме, обтягивающем спортивную фигурку, и с тонким мечом на поясе.

При моем приближении парни сначала насторожились, посчитав опасным конкурентом, а затем, рассмотрев скромную, но добротную одежду и отсутствие кольца у вновь прибывшего, снова начали наперегонки что-то рассказывать девушке. Вернее, попытались, пока троица неудачливых ловеласов оценивала меня, подошла очередь и девушка вошла в кабинет.

– Кто последний? – широко улыбаясь, спросил я… и тут же пожалел.

Взгляды, которыми меня наградили ловеласы, не обещали ничего хорошего. Я внутренне подобрался, готовясь к неприятностям. Но все обошлось, дверь кабинета открылась и, попрощавшись с невидимым мне собеседником, девушка танцующей походкой направилась к выходу. Ловеласы хвостом поплелись вслед за ней.

Мне же и лучше.

– Доброе утро, – поздоровался я с сидящим в кабинете за столом, заваленным тетрадями, человеком лет тридцати с круглыми очками на носу. – Я пришел за книгами.

– Добрый день, – кивнул мне мужчина. – Ваше имя?

– Харлаф из Больших Петухов.

– Та-ак… – Водя карандашом по страницам, начал что-то искать в журнале библиотекарь. – Есть такой. Вот, держи! – И протягивает мне тоненькую, не толще десяти листов, тетрадь со снежно-белой обложкой. Да и размеров скромных: прямоугольник со сторонами две на две с половиной ладони – в моем представлении магическая книга должна быть размером локтя на два или того больше. А это?

Я взял тетрадь, задумчиво покрутил ее в руках и тупо спросил:

– А книги где?

– Какие книги? – поинтересовался очкарик невозмутимо.

– По которым я учиться буду, – разъяснил я неуверенно, чувствуя подвох.

– Все, что тебе нужно, я уже дал.

– И это все?! Все, чему меня может научить Академия? – возмутился я.

– Ты что, идиот… Харлаф из Грязных Петухов…

– Больших! Больших Петухов! – прервал я чиновника. И чуть не обделался.

– Не смей меня перебивать! – заорал внезапно очкарик, зажигая на ладони огненный шарик размером в два кулака. Уй-йо! Да он маг! Вот это я попал! Меня подвела нетипичная для благородного внешность и отсутствие кольца… – Скажи спасибо, что мы не в Арране, а то бы я приказал тебя выпороть!

– Э-э, извините. – Я пошел на попятный: ссориться с магом – себе дороже.

– Ничего. – К моему удивлению, маг махнул рукой, быстро остывая. – Сорвался. Это ты меня прости, оговорился.

А вот здесь у меня просто глаза на лоб полезли. Чтобы благородный извинился перед простолюдином?! Быть того не может!

– Я пойду, а? – поинтересовался я, осторожно пятясь к двери. – Спасибо за… э-э… книгу.

– Подожди. Ты правда не знаешь ничего об этой книге? – Маг жестом пригласил меня присесть.

– Нет. – Я присел.

– Я думал, это общеизвестный факт, ведь при поступлении с новичками проводится инструктаж.

– Меня, видимо, забыли пригласить, – буркнул я, ерзая на стуле.

– Ну-ну, знаю я ваши порядки… – Имперец взглянул на меня сочувствующе. – Знаешь, я ведь и сам из крестьян… Что ты так удивляешься? В империи всех обладающих сильным магическим Даром возводят в дворянское достоинство. Сначала, по окончании магической школы, ненаследственное, а потом, после обязательной государственной службы, – наследственное. Так вот.

– Я слышал об этом, но не верил, слишком невероятно звучит…

– Да уж поверь, – усмехнулся маг. – Ладно, расскажу тебе о книге… Открой.

Я открыл.

На первой странице оказалось оглавление:

– Интересно. А немагические дисциплины здесь зачем?

– А куда ты собираешься записывать рецепты лечебных мазей, к примеру? Знание трав магу иногда ой как необходимо, магическая энергия имеет обыкновение заканчиваться.

– Вы правы, не подумал, но ведь книга и так вон какая тонкая…

– Тонкая? А, прости, ты же не знаешь… – Маг неожиданно начал экскурс в историю. – С древнейших времен, с самого момента зарождения магии, основной проблемой для адептов магического искусства оставалась проблема сохранения знаний. Дело в том, что всякое более-менее сложное заклинание создается магом при помощи Форм – трехмерных магических знаков, описывающих последовательность действий, производимых магической энергией для достижения необходимого магу эффекта. Но проблема Форм в том, что их запись на материальный носитель чрезвычайно сложна. И в результате не только значительно усложняется процесс накопления и передачи знаний между магами, но и возникает опасность потери информации, что неоднократно и происходило. Двести лет назад одним из лучших умов того времени, Магистром Эльдором Саворитом, было предложено замечательное решение этой проблемы. – Маг указал пальцем на стопку тетрадей на столе. – Вот эти самые книги. Мало того что обработанная по специальной технологии бумага позволяет без труда записывать в данную книгу Формы, причем простым мысленным усилием (пусть для этого нужно долго и упорно тренироваться), так еще при заполнении одного в книге автоматически появляется новый чистый лист. Не спрашивай, как это сделано, я не знаю, – опередил мой вопрос арранец. – И это одна из главных тайн империи.

– Неужели никто не пытался раскрыть тайну?!

– Отчего же? Пытались, – усмехнулся маг. – Но на книге стоит надежная, постоянно обновляемая система защиты.

– Понятно. Получается, мне не нужно даже носить с собой перо, все и так в книгу запишется? – с надеждой спросил я.

– Нет. Эта функция относится только к записи магических знаков: Форм и рун. Остальное придется записывать вручную. Но сначала нужно привязать книгу к себе. Возьми.

Я взял из рук мага серебряное шило.

– Уколи палец и капни крови на обложку.

Я, немного поколебавшись, уколол палец. Капля крови, попав в центр обложки, сначала просто впиталась внутрь, не оставив следов, но спустя мгновение из обретшего невероятную глубину и объем листа начал всплывать к поверхности тяжелый искрящийся туман. А через несколько секунд в этом тумане появились сначала тусклые, а затем все более и более яркие искры огня, вскорости полностью поглотившие обложку… У меня в руках оказался словно кусок настоящего пламени… Еще мгновение – и все закончилось, а в моих руках оказалась обычная тетрадь. Черноту обложки разрушали лишь горящие огнем буквы имени. Моего.

– Ого! Настоящая магия! – обрадовался я как ребенок, рассматривая книгу со всех сторон.

– Открой.

Я дрожащими от нетерпения руками перевернул первый лист… и не разочаровался. Правда, в оглавлении вместо десяти теперь было всего четыре пункта:

– Она изменилась, – в благоговении погладил я свою магическую книгу.

– Если нужно добавить еще один раздел, то просто допиши, а если убрать – проведи пальцем по ненужной строке и пожелай удалить. Все просто.

– Спасибо, – произнес я в прострации. – Она теперь моя, да?

– Твоя, – кивнул маг, усаживаясь обратно за стол. – Но после твоей смерти книга будет возвращена в империю, где будет очищена для последующего использования.

Я понимающе кивнул. Теперь понятна причина благотворительности. Имперцы бесплатно распространяют книги среди магов, а те после смерти фактически передают Арранской империи все накопленные ими за годы жизни и работы знания. И все довольны.

– Прощайте.

– Скорее до встречи. – Маг мягко улыбнулся, провожая меня взглядом.

Выйдя из библиотеки, я сразу же направился за пределы Академии. Негоже носить такую ценную вещь просто в сумке, да и лучше, чтобы она всегда была под рукой. Нужно посмотреть, что могут на этот счет предложить лавки Стратона – потратить подаренные мне Харальдом десять золотых. Какой-нибудь футляр или что-то вроде того.

По рынку я проболтался часа два, но разыскать нужную мне вещь оказалось не так-то легко, причем в основном потому, что я и сам толком не знал, чего хочу. К концу второго часа я уже отчаялся подобрать себе вещь по вкусу и только по инерции заглянул в еще одну из множества лавок кожевенника. Мне все же повезло… Широкий, с ладонь, черный пояс из шкуры какого-то чешуйчатого гада, с креплениями для меча и кинжала и твердым футляром как раз под размер книги на правом боку (причем закрывался футляр при помощи трех кнопок – новомодного изобретения гномов). Я буквально со входа в лавку взглядом прикипел к поясу.

– Доброе утро, фор. Вас интересует пояс? – Хозяин лавки, ничем не примечательный смуглый мужчина лет пятидесяти, подошел ко мне. – Великолепный выбор, пояс сделан специально под заказ для студента Академии. Очень жаль, что он не смог его забрать. – Хозяин снял с витрины и подал пояс мне. – Как видите, здесь можно укрепить меч, кинжал, флягу… вот здесь, сзади. Специальный футляр для книги заклинаний, а еще крепления для метательных ножей, и, заметьте, внутрь вкладывается до пятидесяти монет, прекрасная защита от воров. Разрезать кожу практически невозможно. – Хозяин гордо подбоченился. – Я специально использовал для его изготовления кожу саламандры, огонь моему изделию также не страшен.

С каждым словом продавца жажда приобрести пояс во мне все больше разгоралась. А вот после оглашения стоимости я резко охладел. Пятьдесят золотых. Мне такие деньги и за пару лет не заработать, теперь понятно, почему заказчик не пришел за покупкой. Жаба победила.

– Извините, – сказал я хмуро, разворачиваясь к выходу. – У меня нет таких денег.

В общагу я шел не в самом лучшем настроении и с твердым намерением никуда, кроме столовой, до начала занятий более не выходить. Благо занятие у меня было. Я собирался досконально изучить СВОЮ магическую книгу, чем, собственно, и занялся.

Следующий день весь прошел в трудах и экспериментах, и к вечеру голова у меня шла кругом, а глаза слипались, но зато я понял основные принципы работы с книгой. На самом деле никаких особых умений не нужно было – лишь жесткий самоконтроль и предельная концентрация. Экспериментировал я в написании единственной известной мне доподлинно руны – «Соор» (Защита), добрым словом вспоминая выпивоху-колдуна, ставившего защиту на отцовский сейф. За кувшин вина тот с радостью рассказывал мне о рунах, пока не свалился под стол, что произошло после третьего стакана.

Лег спать только в четыре часа ночи… и что же странного в том, что проснулся я без пяти восемь, всего за пять минут до начала первой пары. Показав чудеса одевания на скорость, с легкостью побив в этом плане даже гвардейские нормативы, я выбежал из комнаты и сломя голову помчался на занятия. Вот где пригодились ежедневные тренировки. Проклиная лень, убедившую меня отложить изучение расписания занятий на потом, взбежал на второй этаж учебного корпуса, к доске с расписанием.

– Та-ак, что у нас здесь… – Я начал торопливо изучать расписание.

– Нет, это не мое… Ага! А вот мое!

Теория магии, аудитория номер пятьдесят четыре. И где искать эту аудиторию?! Я суматошно завертелся, пытаясь найти хоть какую-нибудь подсказку. Наугад по учебному корпусу можно бродить целый день и ничего не найти – не здание, а настоящий лабиринт. И тут мне просто тупо повезло. Взгляд наткнулся на аудиторию номер пятьдесят, значит, и нужная мне где-то рядом!

В аудиторию я буквально влетел, со всей дури врезав дверью о стену. Взгляды всей группы тут же скрестились на мне, за мгновения изучив до мельчайших подробностей и, не найдя на пальце гербового кольца, резко охладели. Из уважаемого фора я стремительно скатился в ублюдки, а кем еще может быть человек с внешностью благородного, но без гербового кольца? Кто-то скривился, словно унюхал кучу навоза, кто-то просто отвернулся, а кто-то презрительно поморщился… М-да, похоже, отношения с группой будут не самыми простыми.

Окинул взглядом аудиторию: доска на стене, полтора десятка парт, стулья. Стандарт. Естественно, свободной оставалась только первая парта – та, что ближе всего к учительской. Я присел на свободное место. И едва я это сделал, как дверь открылась, и в класс вошел высокий худощавый мужчина лет сорока, в очках и со стопкой бумаг в руках.

Все встали.

– Здравствуйте, – поздоровался преподаватель, взмахом руки разрешая нам сесть. – Меня зовут адер Андрес Компт, я буду читать вам лекции по теории магии. Каждый день, на протяжении полугода. В конце экзамен… Вопросы? – Гробовое молчание. – Вопросов нет. Тогда приступим, откройте ваши книги и достаньте перья… – По всей аудитории раздалось шебуршание и тихие переговоры. Как всегда, кто-то что-то забыл и теперь в панике уговаривал соседей поделиться. – Сразу говорю, чтобы потом не было вопросов, – записывать в магическую книгу нужно только основное, конкретику.

Итак, начать лекцию стоит с определения того, что же такое магия… Записываем… Магия – способ воздействия на реальность посредством управления первоосновами Мира или, иначе говоря, энергиями Стихий. Далее… Всего Стихий существует семь… Кто может их назвать? – Адер внимательно всмотрелся в лица боязливо прятавших глаза студентов. – Никто. Тогда записываем. Стихии есть следующие: Воздух, Земля, Вода, Огонь, Тьма, Свет и Жизнь. Записали?.. Хорошо, вопросы?

Из заднего ряда медленно и неуверенно поднялась рука.

– Слушаю, – произнес преподаватель несколько удивленно.

– А почему вы не назвали рунную магию?

Я фыркнул. Кто это там такой гений? Какая рунная магия? Речь же идет не о направлениях магического искусства! Собственно, то же самое сказал и преподаватель, видимо уже составив мнение о группе и, в частности, о ее отдельных представителях.

– Не стоит путать Стихии и направления магии, – покачал головой наставник. – Хотя это и немудрено для профанов. Начинаем записывать. Условно в магическом искусстве выделяют десять направлений, или школ. Можно называть как угодно. Школы Огня, Воздуха, Воды и Земли – это так называемые боевые школы. Из людей, имеющих предрасположенность к перечисленным направлениям, выходят лучшие боевые маги. Далее идут магия Тьмы и Святая магия – два антагониста, непримиримые противники. Особенностью данных направлений является работа со Стихиями не напрямую, а посредством обращения к божественным сущностям соответствующей полярности. Поэтому вполне естественно, что обучение адептов этих направлений происходит при храмах. Святая магия – это: экзорцисты (специализируются по изгнанию демонов и других сущностей Тьмы), клирики (жрецы Светлых богов и целители), паладины (специализируются на убийстве адептов Тьмы и темных тварей).

В магии же Тьмы не все так однозначно… В ней существует два течения – поклонение темным сущностям и колдовство при их поддержке и колдовство, где маг опирается только на силу своего Дара. В Арранском Университете Всех Стихий даже есть факультет, на котором осуществляется подготовка магов по темным специальностям: некромантии, оборотничеству, демонологии, малефицизму и химерологии… – Адер недовольно поджал губы. – Следующим направлением является магия Жизни, основанная на манипулировании Стихией Жизни. С ней тоже все очень не просто, способностями к магии Жизни обладают лишь люди и Светлые эльфы (Ночные длинноухие владеют магией Тьмы). Но существуют различия между магами Жизни этих двух рас: эльфийские чародеи имеют большую предрасположенность к такой стороне магии Жизни, как управление живой природой, и называются друидами, способности к исцелению у них среднего уровня. Маги же людей, наоборот, довольно посредственны в управлении природой и сильны как целители, потому обычно и называют их просто целителями, а факультет Жизни – Целительским.

А вот теперь мы вплотную подошли к рунной магии, которая, кстати, подразделяется на артефакторику, големостроение и алхимию, хотя последняя и причислена сюда чисто символически. Адептами рунной магии могут стать одаренные с предрасположенностью к любой Стихии. Рунным заклятиям абсолютно безразлично, энергией какой Стихии их запитывают.

И последние направления: магия Крови и магия Пространства. Это самые редко встречающиеся школы. Магия Крови – по причине ее повсеместного запрета, а магия Пространства – из-за чрезвычайной сложности: на данный момент ею владеют всего около сотни разумных во всем Мире. Это настоящая Высшая магия, доступная только магам не ниже Магистра. Зато какие возможности она предоставляет: создание порталов, пространственных карманов, «длинных шагов» (ускорения передвижения путем стягивания пространства) и много еще чего… Кстати, ваши магические книги во многом стали возможны благодаря этому направлению Искусства. А теперь извините, мое время истекло, – Андрес неожиданно закруглился и, взяв так и не пригодившиеся бумаги, поспешно вышел. Однако!

– Ну и скукота, – с изумлением услышал я не самую лестную характеристику так увлекшей меня лекции. Как кому-то может такое не понравиться?

На меня внимания никто не обращал, старательно игнорируя. Не самое приятное ощущение. Хвала богам, длилось это недолго, и вскоре в аудиторию вошел следующий наставник. В классе наступила просто гробовая тишина. Новый преподаватель оказался гномом. Ну да, кому же еще читать рунную магию?

– Доброго утра, – пробасил гном, окидывая взглядом студентов. – Садитесь… Меня зовут Трор Дрослир, я буду вести у вас курс рунной магии. Как теорию, так и практику. Две пары в день. В конце года экзамен… – Уже второй преподаватель начинал свою речь подобным образом. Традиция у них такая, что ли? – Что ж, с организационными вопросами определились… Ты! – Гном протянул мне стопку листов. – Раздай… Как вы можете видеть, – произнес он спустя пару минут, прохаживаясь между рядами, – на розданных вам листах изображен рунный круг из двадцати девяти рун: большой круг из двадцати одной руны, в который вписан круг из семи рун. В центре всей конструкции расположена последняя, двадцать девятая.

Я с любопытством стал изучать любезно предоставленный учебный материал – благо расшифровка значения каждой руны была приведена тут же, у левого края и внизу листа.

– Посмотрели? Тогда продолжим. – Гном уселся за стол. – В течение полугода вы должны будете выучить начертание рун и их значение наизусть и записать это все в свою книгу. Надеюсь, вам о ней хоть что-нибудь объяснили на вводной лекции.

Снова несмело поднял руку любознательный паренек с последней парты.

– Да?

– Вы хотите, чтобы мы записали руны в книгу мысленно? Я вчера пытался записать таким образом одну из известных мне рун, но у меня ничего не вышло…

Гном поморщился:

– Во-первых, не «записать мысленно», а спроецировать изображение. Во-вторых, я бы очень удивился, если бы у кого-то получилось спроецировать руну в первый же день. Клянусь молотом!

Ну-ну, лучше бы ты помалкивал, дядя. Я едва сдержал улыбку, представив лицо коротышки, когда он узнает о моих успехах. Впрочем, лучше я буду помалкивать.

– Что ж, с этим разобрались. И теперь я хочу сразу ответить на вопрос, который мне обязательно задают каждый год. Нет, Академия и я, в частности, не скрываем и не собираемся скрывать от кого бы то ни было своих знаний, а слухи о якобы боязни стихийных магов появления конкуренции им со стороны рунных – чушь. Чтобы раз и навсегда закрыть этот вопрос, я разъясню вам, почему рунная магия в исполнении людей так сильно уступает магии гномов… отнюдь не потому, что вас не хотят учить. Все дело в структуре Силы каждой расы. Как бы лучше объяснить… – Некоторые мои одногруппники начали откровенно зевать, но гном уже настолько увлекся своим рассказом, что не обращал на это никакого внимания. – Каждая руна – это своеобразный резервуар, наполняемый магом энергией Стихии и посредством этого воздействующий на реальность. А теперь представьте себе – вы вливаете в руну Силу, но она не наполняется, так как энергия просто уходит в никуда. Вы спросите, что же делать? И я отвечу: ничего. Эта проблема не решаема в принципе. Вы опять-таки спросите, а почему тогда заклятия гномов сохраняют работоспособность годами и даже веками? Ответ прост: как я уже сказал, дело в структуре Силы. Если провести аналогию, то Сила людей – это спокойная река на равнине, медленно и уверенно несущая свои воды к океану. Сила же гномов – это густая, вязкая и клейкая масса, движущаяся вперед со скоростью черепахи. Говоря простым языком: там, где магическая энергия людей медленно утекает прочь, Сила гномов застревает, – ухмыльнулся коротышка.

И опять поднялась рука из заднего ряда:

– Погодите, если все так плохо, то почему все же мы здесь учимся? Причем на рунных магов?

Гном смутился и, огладив бороду, произнес:

– Кх-кхм, я немного не так выразился. Люди способны создавать рунную вязь низшего порядка – до десяти рун включительно. Причем заклятия с пятью рунами и меньше у вашей расы ничем не отличаются от наших – потерь энергии нет. Но уже вязь в шесть-семь рун начинает проигрывать аналогичному заклятию гномов и, в отличие от него, требует периодической подзарядки. Заклятия же с восемью-десятью рунами имеют возможность использовать только маги, так как они требуют постоянной и беспрерывной подпитки Силой.

– Э-э… – Неожиданно для себя я решился задать вопрос. – Извините, а как же норкские рунные жрецы?

Наставник Трор с интересом посмотрел на меня.

– Ты прав, норкцы действительно уникальны, но их уникальность объясняется очень просто – соседством с моим народом. Среди горцев довольно велик процент полукровок.

– Это правда, что у орков вообще нет рунных магов?

Процесс пошел. К разговору подключился загорелый жилистый парень, типичный житель пристепных южных земель. Бьюсь об заклад, он не понаслышке знаком с орочьими набегами.

– Да, правда. Магия Рун доступна только людям, гномам и гоблинам. Остальные абсолютно не имеют к ней способностей. Если продолжать сравнение с реками, то орочий Дар – это бурная горная река, Дар эльфов – веселый и стремительный ручей, а Дар гоблинов – болото. О вампирах, троллях и драконах даже говорить не стоит, так как эти расы полностью лишены магических способностей или же имеют свою, специфическую, магию.

– А как же… это? – Южанин достал из-под одежды висящий на тонкой серебряной цепочке предмет, похожий на стеклянный шарик размером с горошину.

Ого! Эльфийский защитный амулет. Я такой однажды видел у останавливавшегося на постой графа.

– Эльфийские амулеты работают по другому принципу. При их создании используются не руны, а Формы, помещенные в Слезу Хот. Формы – энергетические конструкции, используемые стихийными магами для создания заклинаний, – пояснил наставник. – Всего Форм, описывающих характеристики заклинания, сорок… По энергозатратности одна Форма равна трем рунам внешнего круга или одной руне внутреннего круга.

Я быстро в уме кое-что подсчитал и спросил:

– Получается, энергоемкость максимально возможного для людей рунного заклинания это три целых и три десятых Формы, так?

– Нет, ты не учитываешь, что в рунном заклинании обязательно указывается Имя Стихии, к Силе которой обращаешься, в отличие от заклинания на основе Форм, где указывать Имя – тип энергии необходимости нет, так как оно всегда по умолчанию то, к которому имеет предрасположенность маг. Значит, у твоего максимального заклинания энергоемкость равна четырем Формам. Если тебе интересно, закончить любое из известных мне магических учебных заведений и получить право называться полноценным магом имеет право лишь тот, кто способен создать заклинание не менее чем из пяти Форм. Вам же, – обвел рукой аудиторию гном, – необходимо для сдачи выпускного экзамена показать уровень владения энергией, равный одной Форме. Конечно, с такими мизерными резервами Силы вы будете способны не на многое, и придется активно использовать накопители Силы. Но постепенно ваш Дар разовьется до нормального уровня.

– А если нет? – робко поинтересовалась миниатюрная брюнетка, сидящая прямо за мной. – Вдруг у меня Дар не настолько силен?

– Если нет, то тогда ты просто зря потеряешь год. Но вы можете не волноваться, все из здесь присутствующих имеют достаточно сильный Дар, чтобы при условии ежедневных упорных медитаций к концу года достичь необходимого уровня. По такому принципу и высчитывается минимум для поступления в Академию.

– Наставник, а как можно узнать уровень силы Дара? – Опять доходяга с последнего ряда.

– Способ есть, – кивнул Трор. – На второй паре мы перейдем в помещение для практических занятий, и там любой желающий сможет пройти тест.

Ребята весело загомонили.

– А если у кого-то окажется Дар достаточно сильный для досрочного выпуска из Академии? – поинтересовался я: вспомнился висящий над столом огненный шарик и ошарашенные лица экзаменаторов.

Гном покровительственно глянул на меня.

– Поверь, если бы у кого-то из вас оказался настолько сильный Дар, вы бы учились не здесь, а на стихийном факультете.

Я удивленно посмотрел на гнома. Он что, издевается? Или действительно настолько оторван от реалий нашего королевства.

– Но если все же такой человек найдется, то я лично готов просить Архимага о досрочном экзамене. Ведь такому гению здесь делать нечего – на самом деле, основное время обучения занимают медитации и практические занятия для развития Дара. Начиная с первой медитации и на протяжении следующих пяти-семи лет – период наиболее активного развития Дара, а затем этот процесс замедляется в несколько раз, именно поэтому так важно уделять как минимум по шесть часов в сутки на медитацию, если не хотите остаться никчемными слабаками. А теорию на уровне выпускника вполне реально освоить за месяц – для рунной магии и полтора-два года – для стихийной.

– Так нам что же, придется каждый день медитировать? Но это же скучно!

В разговор начали включаться все больше и больше людей. Последняя фраза принадлежала вихрастому подвижному парню. Слово «проказник» как нельзя лучше подходило этому персонажу.

– Ничего не поделаешь… В начале всем приходится медитировать очень много, но если вы разовьете свой Дар достаточно, чтобы создавать боевые заклинания, то можно тренироваться и так. Постоянно создавая заклинания и опустошая ядро, вы будете развиваться даже быстрее, чем при медитации. Вернее, время медитации сократится до двух-трех часов в день – для восстановления потраченной энергии. Правда, есть у этого способа и несколько минусов: такие тренировки жутко изматывают мага физически и на долгое время он остается практически беспомощен.

– Нельзя ли как-то ускорить рост Дара? Ведь есть же зелья, ускоряющие рост мышц, может…

Гном поморщился:

– Способ есть… – Было видно, что рассказывать об этом наставник не хочет. – Светлые эльфы торгуют одним зельем, называется вирар. Оно ускоряет рост Дара… но и у него, конечно, есть несколько недостатков. Во-первых, цена – золотой империал за дневную дозу, причем принимать вирар необходимо каждый день. Во-вторых, если прекратить принимать зелье хотя бы на три дня, то Дар безнадежно деградирует и вчера еще могучий чародей будет не способен даже свечу зажечь. Выводы делайте сами… Ладно. – Трор хлопнул ладонями по столу, поднимаясь на ноги. – Хватит вопросов. Идите за мной, пора приступать к практическим занятиям.

Крепкий и здоровый сон – залог крепкого здоровья, так мне говорила бабушка, когда я был маленький. Что ж я бабушку-то не слушаюсь, а? Только лег – и опять пора вставать… И не отдохнул почти, разве что голова уже не болит. Вяло, в полусне, поднявшись с постели и приведя себя в порядок, я двинул к мастеру Ронгару, раз уж обещал.

Легкая предрассветная прохлада и влажный от росы песок тренировочной площадки… Благодать. Самое время для тренировки. Я закрыл за собой калитку и побрел к сидевшему у стены на коврике наставнику.

– Присаживайся. – Мастер, не открывая глаз, кивнул в сторону второго коврика в полуметре от себя.

Я присел, скопировав положение тела наставника – все та же незабвенная поза пирамиды, что используется и в медитациях магов. Только на коленях Мастера Меча (о его ранге говорила серьга с рубином в мочке левого уха – в Арранской империи это отличительный знак бойца высочайшего класса, дающий право на получение дворянства) лежал длинный меч на полторы руки, с испещренными мелкими рунами крестовиной и узким прямым лезвием. В центре гарды находился янтарный кругляш размером с золотой империал, заточенный в круг из рун. Чудовищно дорогое оружие, а учитывая, что выкован меч из голубой гномьей стали, стоить он должен как целый замок с несколькими деревнями в придачу.

– Расскажи о себе.

Я замялся:

– Что рассказывать-то?

– Все: кто, откуда, кто отец, кто мать…

– Зовут Харлаф, родом из вольной деревни Большие Петухи, мать умерла, когда мне было год от роду, а отец, Брамак из Кунга, жив до сих пор и держит постоялый двор в деревне. Есть младшая сестра.

– Где ты научился обращаться с мечом? – наконец проявил хоть какие-то чувства наставник.

– Отец обучил. Он бывший легионер.

– Какой легион?

– Третий. Первый десятник третьей сотни первой тысячи Третьего легиона.

– Ого! Серьезно, – уважительно прищелкнул языком Ронгар.

Реакцию Мастера можно понять, если знать положение дел в королевстве: в Эсхаре на данный момент существует пять легионов, в каждом по шесть тысяч шестьсот человек. Много, конечно, но очень уж беспокойные соседи вокруг. По традиции, Первый легион расквартирован в столице и ее окрестностях, Второй легион разбросан по крепостям страны и никогда не собирается в полном составе, Четвертый легион располагается на границе с Лантаром, а Пятый – на границе с Арранской империей. Третий же легион прикрывает самый опасный участок границы – со стороны орков, непрерывные набеги держат его в постоянном тонусе, не позволяя расслабляться личному составу. И пусть Первый легион считается самым сильным из пяти, но на деле это уже давно не так, а все из-за огромного количества холуев и лизоблюдов, оказавшихся недостаточно родовитыми, чтобы попасть в королевскую гвардию, и вынужденно осевших в легионе.

Соответственно, Третий легион на данный момент – самый боеспособный из всех, элита. Но и среди этой элиты выделяются свои лидеры. Лучшей считается первая тысяча, а худшей – шестая, тот же принцип применяется и для сотен с десятками. Исключение составляет лишь третья сотня: первая и вторая сотни каждой тысячи – это личный резерв командования, лучшие бойцы тысячи… в строю. Третья же сотня выполняет совсем другие задачи, как то: рейды в глубь вражеской территории, диверсии, разведка, охота за головами и много еще чего другого. Вот такой у меня отец.

– Скажите, Мастер, очень сложно получить серьгу? – решился все же спросить я.

Наставник улыбнулся кончиками губ, вопрос его, видимо, не удивил.

– Сложно. Пока что ты на это не способен.

А то я не знаю!

– Просто на будущее… Что для этого нужно?

– Знаешь, это не так-то просто объяснить, – поморщился наставник. – Вообще, в Арране существует своеобразный культ воинского мастерства, с сопутствующим ему законодательством и ранговой системой. Во-первых: обучаться владению оружием в империи можно лишь в Школах Меча, имеющих государственную лицензию, или в армии. Во-вторых, право на ношение оружия имеют только выпускники этих самых школ, что обеспечивает определенный энтузиазм со стороны широких масс населения. И хотя девяносто процентов учеников фактически просто стремятся сдать экзамен, чтобы получить заветное серебряное кольцо воина на большой палец руки, оставшиеся десять процентов – это тысячи и тысячи неплохих мечников, гордость империи.

Среди этих десяти процентов существует деление по уровню мастерства на два ранга… Воин, продолживший обучение в Школе Меча, имеет право на сдачу следующего квалификационного экзамена – на ранг Мечника, и в случае успеха получает серебряный перстень с гербом своей Школы и магическую татуировку на запястье. Если же его постигла неудача, то он может снова попытать счастье через год. И второй ранг – Мастер Меча. Отличительным знаком Мастера Меча является та же татуировка, – сказал наставник, вытянув вперед руку, и я с изумлением увидел, как у него на запястье проявляется, словно всплывает из-под кожи, татуировка – вписанный в круг меч, расположенный рукоятью вверх на фоне восходящего Мистеля, – и серьга с рубином в мочке левого уха…

В твоем случае, так как ты не обучался в Школе Меча, получение ранга – дело несколько более сложное: либо ты платишь за возможность сдачи экзамена тысячу империалов, либо предоставляешь экзаменаторам рекомендации от признанного Мастера Меча. Надеюсь, что из себя представляет квалификационный экзамен, объяснять не нужно?

Я промолчал: вопрос был явно риторическим. А дальше началось. Целый час Мастер мучил меня самыми различными вопросами по самым неожиданным темам, начиная с моего любимого цвета и заканчивая вопросом о сексуальных пристрастиях… К чему был этот допрос, я не совсем понял, но в конце концов и он закончился.

Я облегченно вздохнул.

– Хорошо, – произнес неожиданно Ронгар, поднимаясь на ноги и направляясь в дом.

Я недоуменно уставился ему в спину, но с места не двинулся. Вернулся Мастер спустя десять минут, неся в руках длинный сверток. Мое сердце на секунду замерло, а затем понеслось галопом. Я уже знал, что находится в свертке. И не ошибся… Вскоре моему взору предстал великолепный меч, почти полная копия клинка учителя, разве что рунная вязь поскромнее.

– Держи.

Я несмело, дрожащими от волнения руками взял меч и чуть не упал. В мой разум неожиданно хлынул поток невероятных образов.

Орден Аан … основан две тысячи лет назад императорскими гвардейцами недавно распавшейся в результате гражданской войны империи Аан… возглавляет Магистр… Круг Мастеров… Мастер – рыцарь Ордена, воспитавший ученика, ставшего рыцарем… рыцарь – воин, которого меч Духа признал достойным… воин Ордена – новичок с ученическим мечом… мечи куют гномы в благодарность… отряд гвардейцев, сопровождавший приехавшего с визитом к гномам принца, погиб, сдерживая прорвавшихся из недр Мира демонов… гномы создают лишь заготовку меча Духа… Мастер копирует часть своего сознания в заготовку: боевые навыки, представления о мире, опыт… учитель отбирает ученика без гнильцы, вручает ему меч, а тот со временем решает, достоин ли воин стать рыцарем… ученический меч остается для будущего ученика, а сам он едет к гномам и берет чистый клинок… меч рыцаря Ордена – мощное руническое оружие, признающее только одного хозяина, так как в нем находится часть его души…

Не знаю, сколько я так простоял, окаменев и отрешившись от внешнего мира, но поток образов постепенно начал ослабевать, блекнуть, что и позволило мне вынырнуть в подзабытую уже реальность.

– Я смотрю, ты познакомился со своим новым другом. – Голос наставника окончательно привел меня в чувства.

– Вы хотите, чтобы я стал вашим учеником?

– Да, – не стал отрицать очевидного Мастер. – А ты против?

Я задумался. Шанс великолепный, но нужен ли мне этот непонятный Орден? Хорошо, попробую…

– Я согласен. Где нужно расписаться кровью? – пошутил я.

Мастер хмыкнул:

– Кровь тебе еще пригодится. Все, что нужно, уже сделано, если меч тебя признал, значит, ты в Ордене.

– Как все просто. А если бы я не согласился? – просто ради интереса спросил я.

– Я бы забрал меч и начал искать нового ученика, – пожал плечами Ронгар. – Через пару лет точно нашел бы.

– Через пару лет? Да любой согласится…

– Согласится любой, только не любой подойдет. Лишь человек без гнили в душе может вступить в Орден. – Учитель поднял руку, пресекая мою попытку задать вопрос. – Это не просто прихоть, а вопрос выживания. Самим Творцом наш Орден поставлен хранить этот мир от разрушения. – Я скептически поморщился. Ну что за бред? Ладно еще один псих, возомнивший себя мессией и спасителем мира, но целая организация? – Я понимаю, сейчас ты мне не веришь, но со временем ты к этому обязательно придешь.

– Может быть, – не стал я разочаровывать учителя. Нравится ему верить во всякую чушь – пусть верит. Мне от этого хуже? Лишь бы учил. – Так когда мы приступим к тренировкам?

– Собственно, мы уже приступили. Ведь ты уже знаешь, что в мече находится часть моего сознания, отвечающая за боевое мастерство… Меч подскажет все что нужно, останется только довести движения до уровня рефлексов, но и это будет намного проще, чем раньше. К тому же не так много я могу тебе дать – твой отец поистине великолепный мечник, не знаю, кто обучал его владению мечом, но это наверняка один из членов Ордена. Очень уж у тебя чистая техника, не придется даже переучивать…

– Получается, вы мне и не нужны? – ехидно поинтересовался я.

– Если ты так и хочешь остаться просто хорошим мечником, то не нужен. – Мастер Ронгар усмехнулся. – Но если желаешь стать кем-то большим, то списывать меня со счетов еще рановато.

– Ладно, так уж и быть. – Я милостиво махнул рукой, вызвав очередную ухмылку учителя. – Так чем мы займемся? – Я перешел на серьезный тон.

– Во-первых, ты должен научиться общаться с мечом осознанно… Возьми его в руки и потянись мыслью к камню…

Я с некоторой опаской взял меч и представил, что погружаюсь в центр янтаря, растворяясь в нем полностью и без остатка… В тот же миг в мое сознание снова ворвался поток образов. Но на этот раз я был готов, а потому спустя долгие мгновения запредельных усилий мне все же удалось сформировать свой вопрос. И конечно, я задал вопрос о будущем обучении.

…Каждое утро на восходе Мистеля медитация два часа … в это время самая чистая энергия… Одну двадцатую часть энергии в камень меча, остальное на подпитку организма… самое сложное здесь – научиться перерабатывать энергию дневного светила (древние называли его Аан – отсюда и пошло название Ордена и их империи) в собственную жизненную силу… боевой транс – мозг – это своеобразный предохранитель, не дает телу раскрыть свои силы… мать поднимает вековое дерево, придавившее ребенка… опасно, для поддержания этого состояния используются жизненные силы человека, и он может умереть… энергия, накопленная во время медитации, позволяет воину находиться в боевом трансе несколько минут… сила, накапливаемая в камне, – резерв в бою, заживляет раны, снимает усталость и…

Я, чувствуя, как сознание начинает мутнеть и словно подрагивать, с трудом прервал слияние, едва не свалившись на землю. Не представляю, как буду это делать в бою… Тренироваться придется долго.

Кстати, интересный факт: и у магов, и у воинов в процессе тренировок есть такой элемент, как медитация. Медитация для магов – это погружение внутрь, к ядру Дара и слияние с ним, а у воинов все наоборот – сливаться необходимо с внешним миром и тянуть энергию уже оттуда… Стоп!

– Учитель! – Раз я назвался учеником, то и называть Мастера должен соответственно, а не нейтральным «наставник». – Скажите, тренировки у вас не помешают мне колдовать?

– Что за чушь? – возмутился Крон, даже повернув голову в мою сторону, хотя до того разговаривал со мной, сидя на коврике полностью неподвижно. – Среди рыцарей Ордена полно сильных магов… Да что далеко ходить за примером? Смотри. – Мастер вытянул перед собой руку и сосредоточился: в сантиметре над его ладонью начал медленно расти ярко-оранжевый огненный шарик, источающий вокруг невероятный жар. Я отодвинулся в сторону, опасаясь за свои брови. А вот учитель даже не поморщился – значит, правду говорят, что магически созданный огонь самого мага не обжигает. Спустя две минуты фаербол был завершен, став размером с кулак.

– Ого! – Я с интересом рассматривал магический снаряд, подзабыв даже об опасности лишиться волос. – Научите меня. – Не смог я упустить шанс изучить боевое плетение. – Пожалуйста.

– Нет, – покачал головой учитель. – За изучение боевой магии тебя могут исключить из Академии…

– Плевать! Я сюда не закорючки рисовать пришел, а боевым магом стать!

– Изучив плетение фаербола, боевым магом не станешь, – вполне резонно возразил Мастер. – Ни одной же Формы я не знаю. Я и фаербол-то научился создавать лишь спустя пять лет тренировок. К тому же времени на тренировки в боевой магии у тебя все равно нет.

– Я найду время. Буду приходить сюда, к вам, после занятий и тренироваться.

– Этого мало, несколькими часами в день ты погоды не сделаешь.

– Я сдам другие предметы досрочно!

Я совсем обнаглел. Учитывая предстоящие нагрузки на рунной магии и лингвистике, замахиваться на нечто большее – это уже был предел наглости. Впрочем, теорию магии и ксенологию учить наизусть не обязательно, достаточно иметь общее представление о предмете и конспект.

– Хорошо, – сдался учитель. – Но на многое не рассчитывай… Я вижу, ты все равно не успокоишься… Вытяни перед собой руку. От ядра Дара через руку мысленно протяни четыре нити Силы, выведи из ладони и сплети из них каркас для фаербола, а затем проведи по ним в созданную конструкцию энергию из ядра. Понял?

– Да. – Я сосредоточился, погрузил разум в пылающий шар Дара и… конечно, ничего у меня не вышло. Только начавшие выползать из ядра тонкие усики энергетических нитей просто истаяли по непонятной причине. Я вздохнул, предвкушая долгие и изнурительные тренировки. Лишь бы только не пять лет…

Промучившись еще около часа над созданием фаербола и так ничего и не добившись, я угрюмо поплелся на пары, пытаясь проанализировать свои действия и понять, где совершил ошибку. Что-то там понималось, но как осуществить это на практике – было пока не ясно.

Не знаю, заметили ли мою отстраненность одногруппники, но адер Компт постоянно бросал в мою сторону странные взгляды – спасибо, хоть не трогал и не дергал вопросами.

Интересно, уже вся Академия в курсе вчерашних приключений моего колена? На самом деле, в понимании большинства студентов и преподавателей я уже должен быть где-то далеко от Академии, сидеть в стогу и дрожать от страха в ожидании праведной мести графа. Не удивлюсь, если моя личность и поступок стали одними из самых обсуждаемых в Академии за последние часы. Все, видимо, ожидали от меня каких-то действий, метаний и криков, сопровождаемых вырыванием волос из шевелюры или из задницы, а я, стыдно признаться, даже как-то подзабыл о произошедшем. Убегать я не собирался, что-то пытаться предпринимать в отношении целого графа тоже бесполезно, остается только положиться на случай и удачу. По большому счету, если я буду безвылазно сидеть на территории Академии, то предпринять в отношении меня что-либо фору будет очень сложно. Вот посижу, заняться есть чем, а уж жить-то как хочется!

Кстати, почему бы не тянуть из ядра один большой жгут Силы, разделив его на мелкие только непосредственно перед созданием плетения? Тогда проблем с контролем стабильности потоков быть не должно… А ведь должно получиться!

– Молодой человек, вы слышите? – Меня выдернул в реальность густой тяжелый голос. Ну ничего себе задумался! Даже не заметил, как сменился преподаватель.

– А? Да, конечно, адер, – ляпнул я.

Гном поморщился: такое обращение было ему явно неприятно – у подгорного народа нет такого жесткого деления на сословия, формально у них все равны.

– Повторите, что я сказал.

Я растерянно заметался взглядом по аудитории, пытаясь найти там подсказку. Удивительно, но я даже заметил несколько сочувствующих взглядов.

– Не могу, – признался я спустя несколько секунд, понимая, что выкрутиться не получится.

Гном недовольно поджал губы:

– Кто может помочь молодому человеку?

Неожиданно с места поднялась знакомая мне «пышка», сопровождаемая удивленным взглядом сидящей рядом с ней стервочки и всей группы.

– Вы предложили нам в рамках курса рунной магии выбрать себе специализацию: артефакторика, големостроение или алхимия. Каждая из предложенных специализаций имеет свои плюсы и минусы. В големостроении человеку невозможно достичь сколько-нибудь серьезных успехов по причине неподходящей структуры Силы, максимум, что может сотворить колдун, – это детская игрушка или несложный механизм вроде часов… Данную специализацию стоит выбрать людям с небольшим Даром. Следующая – алхимия, наиболее подходит для нашей расы, но в результате определенных преобразований Дара алхимики теряют способность создавать боевые заклинания. И последний из предложенных вариантов – артефакторика, здесь ограничений нет, но желательно иметь уровень Дара выше среднего… Все.

– Хорошо. А теперь я прошу поднять руки тех, кто желает специализироваться по големостроению… семеро. Запишите свои имена на листе, – пустил по рукам лист бумаги гном. – Алхимия… четырнадцать.

Еще бы, конечно, большинство захотело стать алхимиками, это ведь самая прибыльная профессия. Далее лист перешел к будущим артефакторам, и почему-то я не удивился, когда среди них почти в полном составе оказались те, кто вместе со мной занимался у мастера Ронгара. Вот они, будущие перебежчики, счастливые жертвы имперской пропаганды.

Я вписал свое имя в список и передал его наставнику, а когда тот отвернулся к столу, нашел взглядом «пышку», оказавшуюся обладательницей совсем не подходящего к ее мягкой внешности имени Лоран, и кивком поблагодарил, дождавшись в ответ дружелюбного взгляда. Что могло стать причиной такого ко мне отношения с ее стороны? Ничего, кроме вчерашнего происшествия с фором, мне в голову не приходило. Что же ей сделали благородные, раз девчонка даже решила податься в боевые маги?

– Теперь открываем магические книги и записываем… А вы, молодой человек, можете быть свободны, у вас уже есть задание, – обратился ко мне наставник. – Зал для практических занятий открыт.

Я послушно поднялся из-за парты и направился прочь из класса, провожаемый холодно-презрительными взглядами одногруппников (они явно решили, будто меня отправили на дополнительные тренировки из-за слабого Дара – я ведь так долго сидел над рунным кругом). Интуиция подсказывала, что с этого момента моя легкая жизнь закончилась.

Каждый человек знает, что алкоголь вреден для здоровья. Он не только разрушает мозг и печень, но и имеет обыкновение втравливать своего поклонника в самые разнообразные неприятности. И если для обладателя магического Дара первые два пункта не представляют особой опасности, то третий, по крайней мере для одного конкретного обладателя Дара, опасен втройне. Учитывая же крайнюю усталость этого самого обладателя и полное отсутствие ранее практики в поглощении данного вещества, шанс вляпаться в неприятности достигает ста процентов…

– Привет, красотка, как ты относишься к неспешной прогулке по городу, плавно переходящей в ни к чему не обязывающий завтрак, – выдал подошедший к нашему столу и склонившийся над Лоран молодчик…

Остроумие оценено не было.

Последовавший далее мордобой описывать смысла нет, да я его и не вспомню. Помню лишь, что в ответ на крики молодчика, решившего угрожать мне местью отца, я ответил крохотным фаерболом… Сидеть он теперь не сможет долго. Порадоваться успеху я не успел – по закону подлости именно в этот момент в ресторанчик за каким-то демоном занесло одного из младших преподавателей Академии (судя по форменной серой мантии).

Протрезвел я мгновенно.

– Завтра после обеда зайди в деканат забрать документы, – произнес маг, неспешно подойдя ко мне и, не сказав больше ни слова, спокойно направился к пустующему столику в углу зала.

– Вот и отметили, – подытожил произошедшее Мирс после минуты тяжелого молчания, с сумрачным видом разливая остатки вина по бокалам.

Прошло четыре месяца с тех пор, как я поступил в Академию. Четыре месяца непрерывной зубрежки и изматывающих тренировок. Начиная со счастливого дня выбора специализации, я начал добровольно измываться над самим собой – а как еще можно назвать круглосуточные тренировки и медитации, изредка прерываемые коротким сном? Итогом этого дикого марафона стала досрочная сдача экзамена по рунной магии и зачета по ксенолингвистике, что и стало причиной похода в ресторан с друзьями.

Мирс и Лоран, оказавшаяся дочерью купца второй гильдии Артенса Нунка, торговца шерстью из Довера, были единственными из группы, кто поддерживал со мной дружеские отношения, так что отказаться от их предложения я просто не мог. Тем более что Антонис, граф фор Мерула, с моего легкого колена получивший прозвище «Нос», два месяца назад покинул стены Академии в неизвестном направлении, не выдержав перешептываний за спиной. Перед отъездом он с нехорошей ухмылкой на лице пообещал сделать мне подарок, в связи с чем я две недели спал в обнимку с мечом. Но, видимо, ничего у моего врага не вышло, и в результате я стал меньше опасаться за свою жизнь, чему поспособствовали также и успехи в боевой магии.

Хвала богам, пяти лет для того, чтобы научиться плести фаербол, не понадобилось, хватило и месяца. Далее, за неимением нормального наставника, учебников и имея в копилке знаний только плетение огненных шаров, я начал проводить эксперименты над этим самым плетением, занимаясь самостоятельно и добившись неплохих результатов.

Первым моим заклинанием, если его можно так назвать, стал Всполох, получившийся случайно в результате неудачной попытки создания фаербола. Всполох активировался простым взмахом руки, вызывая на фронте, очерченном рукой мага, всполох пламени. Это заклинание было не смертельно, оставляя лишь легкие ожоги на теле жертвы, но против лошадей или для дезориентации противника просто незаменимо. К тому же вызывалось оно мгновенно. Вторым заклинанием стал, конечно, стандартный фаербол размером с кулак, используемый обычно против бездоспешного противника. Он также создавался довольно быстро, всего за две секунды, а вот дальше все было намного хуже.

Большой фаербол, в три раза крупнее стандартного, приспособленный против защищенного доспехами противника (я долго экспериментировал, высчитывая оптимальное сочетание между количеством Силы, необходимой для уничтожения стального панциря, и скоростью создания плетения), создавался уже десять секунд, и пока никакие тренировки мне не помогали ускорить этот процесс – скорость закачки Силы в плетение все равно оставалась низкой.

Что же тогда говорить о других заклинаниях… Снежок (крохотный белый шарик, состоящий из сжатого до невероятной плотности огня и приспособленный для прожигания прикрытых рунной защитой низшего уровня доспехов) и Огненное Копье (два закручивающихся друг вокруг друга фаербола, выпущенные из двух рук одновременно, которые при подлете к цели сближаются и сливаются в огненное сверло длиной метра три, идеальное плетение против плотного и глубокого строя противника. Конечно, заговоренные доспехи оно не пробивает, но три – пять человек в обычных – влегкую) создаются уже около минуты, для боя время просто запредельное.

И последние два плетения, самые энергоемкие в моем арсенале. Светляк (огромный, почти полметра в диаметре, огненный шар, предназначенный для борьбы против большого скопления врагов – при попытке создать фаербол большего размера силовой каркас заклинания просто рвется) – максимально возможной для меня силы плетение. Таких я могу создать только штук пять подряд, что заставляет гордиться собой, ведь каждый Светляк по энергоемкости лишь чуть меньше Формы. И последний – Огненный Щит (щит из огня, созданный по примеру Всполоха, который помогает против стрел, но от заклинаний защищает слабо, и хотя создается почти мгновенно, в отличие от пяти минут Светляка, но тянет такую прорву Силы, что на деле бесполезен). Всей моей энергии хватает только на две минуты поддержания Щита… И это – если никто не атакует.

Естественно, я пытался расширить свой арсенал, дополнить другими плетениями, но пока ничего не получалось, а скоро мне станет вообще не до экспериментов. Так же как сейчас не до продолжения банкета. Но самое странное, вместе с разочарованием и досадой я испытывал и некоторое облегчение, словно гора с плеч свалилась. Напряжение последних месяцев спало, я смог вздохнуть спокойно, а учеба… демон с ней. По большому счету, в нашей Академии мне делать больше нечего. Тот мизер знаний, который здесь давался, я практически усвоил. Ксенолингвистику и магию Рун сдал, травничество собирался сдавать через неделю, поэтому также проштудировал весь курс. Конспект по теории магии попрошу у препода (а точнее, попросит мастер Ронгар). Что же касается ксенологии, то здесь я мог дать сто очков вперед любому преподавателю, наши с Мастером ежедневные «разговоры обо всем» прилично подковали меня в этой теме. Успел учитель попутешествовать…

Об экспериментах с боевой магией даже говорить не стоит – после исключения здесь вырисовываются только жирные плюсы.

Единственное, о чем я жалел по-настоящему, – это о том, что не закончил обучение у мастера-мечника. Накопление энергии получалось уже неплохо, мастерство фехтовальщика значительно выросло, но с трансом были пока проблемы. Я из него постоянно вываливался. Но все равно, один из пяти спаррингов с Мастером я выиграл… однажды, когда впервые применил в бою Всполох. Жаль, больше на этот прием учитель ни разу не попался.

– Ладно, – сказал я, подняв себе оптимистичными мыслями настроение. – Пойду я.

Друзья переглянулись. Именно друзья – ни я, ни Мирс даже не пытались подкатывать к Лоран с предложениями перевести отношения в другую плоскость. У нее вообще не ладилось с мужчинами, и я догадывался почему. Найти бы ту скотину и оторвать лишнее…

– Конечно, пойдем, – сочувствующе взглянула на меня девушка.

– Да не смотрите вы так! – вспылил я. – Это же не конец Мира. Я даже рад, что так случилось.

– Да? И что же ты собираешься делать дальше?

Я угрюмо посмотрел на южанина. Вот умеет же человек настроение окружающим портить!

– В легион пойду.

– Какой легион?! Ты с ума сошел?! – практически заорал Мирс. – Да тебе с твоим Даром прямой путь в Арранский Университет! С руками оторвут.

– Знаю я, не ори! Я контракт подписал, что десять лет отслужу после учебы.

– Но ведь ты не закончил!

– И что? Деньги-то военное ведомство за четыре месяца все равно уплатило. В договоре этот пункт прописан четко, так что придется мне отслужить четыре года. Причем простым легионером.

– А ты не пытался выплатить… кхм… – Мирс осекся, поймав два красноречивых взгляда. – Понял, не дурак.

– Девушка, счет, пожалуйста! – позвал я официантку, и, расплатившись, мы направились в Академию.

Мне еще предстояло обрадовать учителя.

– Ты идиот! – обрадовался учитель, бросая в меня первым, что попалось под руку (а попался ему кувшин с ламповым маслом). – У тебя только начало получаться!

– Да ладно вам… – Я слегка замялся. – Что мне теперь-то делать?

– Иди собирай вещи и приходи сюда, а я пока пойду поговорю с твоими преподавателями.

– Зачем? – удивился я.

– Затем, что, пока ты официально не исключен, должен успеть сдать экзамены по остальным предметам.

– Все равно мне никто аттестата не даст, – воспротивился я… Это сколько же нужно будет вызубрить за одну ночь?!

– Дадут. Игнорировать официальные печати никто не решится, проблем с Арраном потом не оберешься.

– Да я не справлюсь! – Я все еще пытался отвертеться.

– Справишься – сам же говорил, только теория магии осталась… Или ты хочешь лишиться своей книги заклинаний?

– Н-нет, – искренне испугался я, резко приобретая стимул к учебе.

– А придется! Чародею без печати об успешном окончании официально зарегистрированной магической школы нельзя ее иметь… Все, иди!

– Через час буду здесь, не сомневайтесь, – прокричал я, выбегая из ворот Школы.

Учитель только головой покачал.

Добежал я до общежития мигом и, птицей взлетев по лестнице, вломился в комнату. Вещей у меня было откровенно мало, да и из тех я собирался половину выбросить, оставив себе лишь комплект дорожной одежды, купленный недавно и почти ненадеванный, а также приобретенный на днях черный (самый распространенный в Академии цвет) костюм с серебряной вышивкой. Надо же мне было в чем-то на экзамены ходить? Порядком износившуюся повседневную одежду просто оставил на кровати. Запихнул в сумку свой магический фолиант (это я так, слегка преувеличил для солидности) и несколько смен нижнего белья. Запрятал в пояс жалкие гроши, оставшиеся от выигранных в споре десяти золотых.

Спор, кстати, был очень поучительный: как-то раз во время тренировки с Мастером, проходившей на полигоне для занятий боевых магов, – учитель там обучал меня стрельбе из лука в состоянии боевого транса… Ох и нелегкое это дело, я вам скажу. Зато результат… Обостренные трансом до предела чувства позволяли почти в два раза увеличить дистанцию поражения, а о скорости стрельбы вообще не говорю. Я и раньше был неплохим стрелком (с таким-то отцом!), но теперь просто творил чудеса – кривенькие и куцые, если сравнивать с учителем, но все же. Так вот, как-то раз один из припозднившихся на полигоне студентов-стихийников то ли первого, то ли второго курса скептически высказался в адрес лука как оружия… Пока фор создавал фаербол, я успел сбить в полете десяток монет, которые после признания фором поражения и перешли в мое пользование. Наглядная демонстрация пользы гармоничного развития, ведь полагаться только на магию просто глупо, тем более если ты создаешь фаербол так долго, что даже безногий сифилитик успеет к тебе подбежать и прирезать.

Я кубарем скатился по лестнице и, всучив ключ от комнаты опешившему коменданту, побежал к Школе Меча. Естественно, Мастер еще не успел вернуться, но скучать времени не было. Я раскрыл книгу и начал повторять травничество.

Мастер вернулся спустя час в сопровождении взволнованной травницы и с объемными конспектами в руках. Ну в способности учителя добиваться желаемого я и не сомневался. Не знаю, что он пообещал старушке, но уже спустя десять минут я любовался печатью с четырехлистным клевером в своей книге. Впрочем, за этот экзамен я и не волновался: конспект у меня был, а любое из предложенных в билетах зелий я мог приготовить с закрытыми глазами.

– Ты должен успеть переписать конспект по теории магии до десяти утра, Андрес обещал зайти. К одиннадцати подойдет Дэрик, его конспект можешь не переписывать, просто просмотри. Для зачета должно хватить.

Я кивнул и, прихватив сумку и конспекты, пошел в здание школы. Здесь уже давно был мною оборудован уютный рабочий кабинет… А где прикажете хранить чертежи по боевым плетениям? В общаге?

Утро я встретил злой и раздраженный, пальцы на руках болели – кто переписывал конспект за целый курс всего за одну ночь, поймет. Но я справился, и к десяти часам все было готово.

– Это ты у нас боевой магией балуешься? – с места убил меня адер.

– Откуда вы узнали?

– Не волнуйся, официального приказа об исключении еще нет, совещание по твоему вопросу в полдень. Крон сказал, ты уже получил почти все печати, молодец. Давай книгу.

Адер достал печать и шлепнул в книге. Даже не спросил ничего… И зачем я всю ночь мучился?

– Затем, что конспект – доказательство.

Я что, вслух сказал? М-да, заработался…

– Поверь мне, кто-нибудь захочет тебя проверить. К тому же знания лишними не бывают… Удачи.

– Почему вы это делаете? Почему помогаете? – остановил я уже развернувшегося было, чтобы уйти, адера.

– Восьмая Стихия, парень, – хлопнул себя по сыто звякнувшему кошелю колдун.

Что ж, этого стоило ожидать.

C зачетом по ксенологии у меня проблем также не возникло… Восьмая Стихия, однако. И самая вездесущая из всех.

Снова знакомая дорога – позади остался памятный трактир, а впереди показалось место моего позора. Хотя, если подумать, то благодаря этому ограблению я и смог стать, кем стал… Кстати, Кнуту я так и не отомстил, хотя он бы со мной, наверное, не согласился – подчиненные Харальда на протяжении двух месяцев травили его банду, как волков, и в довершение совершили удачную облаву на воровскую хату, уничтожив практически всех бандитов. Сбежать удалось лишь главарю и парочке его ближних… Жаль, Харальд не смог продолжить поиски – его контракт с магистратом Стратона закончился, и он вынужден был покинуть пост главы стражи. При последней встрече капитан говорил, что собирается покончить с наемничеством и вернуться на родину, в Норк. Приглашал в гости.

Так, размышляя и планируя свои дальнейшие действия, я и не заметил, как наступил вечер. К этому времени я уже прошел почти половину пути. Не знаю, что было тому причиной – то ли более длинный летний день, то ли я шел быстрее, а может, имел место эффект знакомой дороги. Ведь не секрет, что знакомая дорога всегда короче, чем незнакомая. Если все будет хорошо, то завтра к вечеру я уже буду в Петухах… Эх, если б знал, то вместо парадного костюма купил лошадь… Уже дома сидел бы. Я завертел головой, высматривая остановившихся на ночевку путников, – теперь-то уж ни один крестьянин не посмеет пренебрежительно высказаться в мой адрес (меч говорил о статусе человека лучше любых слов).

Спустя пару минут я заметил немного в стороне от тракта небольшой костер и веселым шагом направился туда – что ни говори, а целый день на ногах, к тому же после бессонной ночи и больших переживаний, вымотает кого угодно. К костру я подошел, ступая как можно тише – не стоит сломя голову бросаться в объятия незнакомцев, мало ли? У костра, спиной ко мне, сидели пятеро самого обычного вида мужиков, разве что оружия при них было больше, чем требуется. Впрочем, времена сейчас опасные… Я собирался уже обозначить свое присутствие, но метрах в десяти от костра почувствовал неладное.

За последние месяцы я не только развил свои способности эмпата, но и научился неплохо закрываться от Мира. Только сильные эмоции, а особенно агрессия и ненависть, направленные на меня самого, пробивались сквозь броню контроля чувств. И сейчас в мою сторону были направлены не самые приятные эмоции со стороны пятерки сидящих около костра людей.

Конечно, умнее было бы сейчас убежать, но тут во мне неожиданно взыграли гордость и азарт.

– Кто вы такие? – спросил я спокойно. Один из мужиков вздрогнул, но остальные повели себя более уверенно и с большим самообладанием. Где-то в стороне, метрах в двадцати, я услышал шорох – еще один «мужик». Какие-то они странные…

– Путники, идем в Стратон, – произнес один из незнакомцев, поднимаясь с бревна и поворачиваясь в мою сторону с дружелюбной улыбкой на изуродованном шрамом лице. Хотя почему незнакомцев? Я не поверил своим глазам – передо мной стоял и улыбался… Кнут!

Видимо, мой взгляд не остался бандитом незамеченным, так как он нахмурился, отчего его лицо стало особенно уродливым.

– А-а, старый знакомый! – обрадовался разбойник. – Братва, гляньте, это ж наш цыпленок, несущий золотые яйца! – Я заскрежетал зубами. – Решил опять помочь бедным голодным разбойникам денежкой? Ты, я смотрю, разбогател, костюмчик новый прикупил. Молодец, а то мой совсем поизносился… Видишь, Крыс, правильно я тогда не дал его убить – сколько пользы он еще нам принесет!

Я злорадно ухмыльнулся. Ну-ну, ребята, пользы, говорите?!

– Вы, как я погляжу, сменили стиль работы? Лень даже на дорогу выходить?

Кнут зло сверкнул глазами:

– А зачем? Ты и сам к нам пришел, верно?

– Да я подумал, вы просто стражи боитесь… Извините за неуважение, – шутовски поклонился я.

– Что ты об этом знаешь?! – прорычал бандит, подходя ко мне практически вплотную. – Говори, гнус, и я, может быть, оставлю тебя в живых!

– Не так уж и много, – покорно произнес я. – Только то, что ты трусливо сбежал, когда твоих людей вырезали наемники… – Кнут шумно засопел. – А я ведь просил взять тебя живым…

– Так это ты? Из-за тебя я потерял все, из-за тебя вынужден прятаться в лесу, как барсук? – Бандит медленно потянул из ножен меч. – Убью!

Остальные разбойники во время нашего разговора разошлись полукругом и приготовили оружие, двое лучников положили стрелы на тетивы.

Дожидаться атаки бандитов я не стал. Соскользнув в транс, я привычно плавным движением взмахнул рукой, и разбойников захлестнуло волной ярко-оранжевого пламени. Вот и испробовал Всполох на практике. Ошеломленные и обожженные бандиты заорали, завизжали на разные голоса – им показалось, что они горят. Что ж, очень похоже. Не медля ни секунды, я извлек меч из ножен и стремительным движением вспорол Кнута от паха до подбородка, вскрывая, как кабана. Великолепный клинок даже не почувствовал сопротивления не прикрытой доспехами плоти.

Следующим ударом я полоснул бестолково размахивавшего коротким клинком коренастого бандита… и выпал из транса. Как же не вовремя! Ничего, и так справлюсь. Промелькнувшая возле самого уха стрела заставила отбросить мысли прочь. И спустя пять секунд лучники валялись на земле безжизненными тушками – единственным оставшимся в живых был подраненный мною попутно крысоморд… Хотя нет, я забыл о сидевшем в засаде бандите!

Я убрал щит концентрации и полностью открылся Миру: в сознание хлынули потоки новой информации, но я справился, выделив из десятков светящихся комков один, самый большой, источающий вокруг себя на много метров прямо-таки животный ужас. Он убежал уже довольно далеко, но это было неважно. Вызвав из памяти плетение фаербола и быстро напитав Силой, я метнул его вдогонку последнему бандиту. Со скоростью, превышающей скорость арбалетного болта, огненный шар ударил в спину беглеца, прожигая дыру в спине и зажаривая внутренние органы. Ого! Фаербол пролетел еще метров десять и погас прямо в воздухе.

Я медленно повернулся к тихо скулящему и баюкающему культю Крысу, пытавшемуся уползти прочь, но у него ничего не получалось – страх превратил мышцы ног в кисель.

– Ну здравствуй еще раз! – Крысоморд мелко задрожал, а его зубы начали отбивать чечетку. – А скажи-ка ты мне, дружок, – я ткнул бандита мечом с бедро, вызвав этим громкий взвизг с его стороны, – где вы храните награбленное?

А что, нужно же мне возместить убытки, полученные в результате их деятельности?

– Нету у нас ничего… Не убивай меня, я тебе все отдам… возьми… у атамана в поясе золото есть… Не убивай!

Я подошел и начал обшаривать пояс Кнута – впрочем, долго мне этим заниматься не пришлось. Монеты я нашел почти сразу. В поясе оказалось всего семь золотых монет и полтора десятка серебра – не много, но и не мало.

– Что еще можешь предложить за жизнь? – Я с интересом посмотрел на Крыса. Наверняка же что-то еще припрятано – если бы нет, то я бы не ощущал того букета эмоций, которым благоухал бандит: жадность, ненависть, страх…

– Больше ничего нет, клянусь!

– Ты врешь, – произнес я спокойно, с поразившим меня самого хладнокровием отрубая крысоморду ногу в колене. Я вовсе не забыл, как вел себя мелкий бандит, когда сила была на его стороне, – это давало крепкий иммунитет к жалобным стонам и взглядам. – Я чувствую ложь, – произнес я со стальными нотками в голосе, перекрывая истошный визг и прижигая Всполохом рану.

– Это все, правда! Кнут нам не доверял и держал все деньги при себе, но у меня есть камень… Я его… одолжил, еще до разгрома ватаги стражей.

– Проще говоря, ты его украл, – расставил я все по своим местам. – Где камень? Только не говори, что у тебя его с собою нет! – Я с угрозой поднял меч.

– С собой!!! – в ужасе заорал бандит, срывая голос и дрожащими пальцами вынимая из потайного кармашка пояса небольшой рубин…

– Где вы его взяли? – поинтересовался я с подозрением, рассматривая камень. Очень знакомый камень.

– Из серьги достали, – оправдал мои подозрения крысеныш.

– Вы смогли справиться с хозяином серьги в бою?

– Не совсем, он неосмотрительно зашел в один трактир… Немного яда, и не нужно рисковать своими жизнями… – От кровопотери Крыс сильно побледнел и голос его стал тише. Из последней фразы я почти ничего не расслышал.

Зато я расслышал другое – звук, обрадовавший меня невероятно: где-то неподалеку заржала лошадь.

– Вы добирались сюда верхом?

– Да, мы живем… жили в лесу, верстах в пяти. В охотничьем домике.

– Я возьму лошадей, ты не против? – спросил я, обходя стороной лужу крови, натекшую из разбойников. – Они тебе все равно не понадобятся.

– Ты обещал не убивать! – Крысоморд чуть не плакал.

– Когда это? Не помню… А впрочем, не стану я тебя трогать. Сам сдохнешь, от потери крови.

– Помоги! – взмолился Крыс, протягивая руку ко мне.

– Хорошая шутка… – Я улыбнулся. – Прощай.

Спустя полчаса, когда я проехал мимо костра, ведя за собой небольшой караван из четырех заводных лошадей, крысоморд был уже мертв. И червячок сожаления во мне даже не шевельнулся.

Здраво поразмыслив, я решил не оставаться ночевать возле трупов, а продолжить путь. Благо теперь не на своих двоих. В двух часах езды отсюда располагался небольшой постоялый двор. Там и остановлюсь…

Из города я выехал лишь спустя три часа. Приобретенная на Нижнем рынке лошадь весело рысила все по той же хорошо знакомой дороге. Дороге, которая должна меня привести прямиком к замку Цвейхе, точнее, не к самому замку, а к городку Химм, возле которого и стоял замок (или наоборот, если смотреть по времени основания). Там я надеялся найти графского приказчика и разузнать у него кое-какие подробности нападения – в частности, имена сообщников моего врага.

Но сначала нужно найти тихое местечко, чтобы подготовиться к этой встрече. Не зря же я потратил целых два часа на поиск и покупку одного дефицитного корешка – очень дорогого, очень редкого и в то же время обладавшего очень интересными свойствами. Этот корень как ничто другое подходил для моей цели, вот только для приготовления эликсира на его основе нужны определенные навыки, место для работы, а главное – время. Не меньше двух суток. Впрочем, время есть. Заодно и отдохну, к тому же пора бы мне, как всякому порядочному колдуну, обзавестись набором зелий на все случаи жизни. Да и какой-никакой амулетик стоит сварганить, а то я получаюсь как в пословице: сапожник без сапог. Наброски для амулета у меня были, я собирался его создать после сдачи экзамена, но просто не успел.

Собственно, основа для амулета уже подготовлена. И хотя для этого пришлось отдать кузнецу большую часть серебра, оставив себе лишь немного на дорожные расходы, я был доволен. В притороченной к седлу сумке лежал еще теплый после печи серебряный кругляш диаметром пять с половиной сантиметров и толщиной два миллиметра, на тонкой стальной цепочке – заготовка моего первого настоящего амулета. На одной стороне жетона будет располагаться заклинание на пять рун, защищающее хозяина от атак стрелами, камнями и другим метательным инвентарем с массой не больше килограмма, на постоянной основе. От удара мечом или даже ножом амулет не спасет, но с этим я уж как-нибудь и сам справлюсь. А на другой – заклинание из десяти рун, которое прикроет хозяина от атак магией. Минусом этой вязи является необходимость ежедневного вливания в нее примерно десятой части имеющейся у меня сейчас энергии. Недостаток серьезный, но тут уж ничего не попишешь. От мощного магического удара амулет опять-таки не закроет, но стандартный фаербол отразит с легкостью. Лучше такая защита, чем никакой, верно?

Только вечером, когда из-за темноты продолжать путь стало рискованно, я нашел подходящее для моих целей место – небольшой постоялый двор, расположенный почему-то в полукилометре от главной дороги, на небольшом от нее ответвлении. Какой идиот догадался построить там трактир? Впрочем, мне же лучше – цены в таком месте должны быть значительно ниже стандартных.

– Добрый вечер, – поприветствовал я крепкого, звероватого вида мужика, коловшего дрова во дворе трактира и вооруженного кроме колуна еще и огромной лопатообразной бородой. Мужик, не говоря ни слова, взял лошадь под уздцы и повел в прилепившееся к основному зданию нечто. Когда-то это была, безусловно, конюшня… Когда-то очень давно.

– Э-э, извините, вы уверены, что заходить внутрь ЭТОГО безопасно?

– Бур-р!

– Ага… Ладно.

С опаской взобравшись по безбожно скрипящим, черным от старости ступеням, я вошел внутрь не внушавшего доверия здания собственно постоялого двора. Выглядело оно получше конюшни, но не намного. За традиционной стойкой стоял тощий мелкий мужичонка… Оч-чень нетипичный трактирщик. Хотя для этого заведения самый подходящий.

– Здравствуйте, я бы хотел снять комнату дня на два-три.

– О-о, доброго вам здоровья, вы правильно зашли, у меня вы найдете комнаты, каких и в столице не видывали! – Доходяга начал заливаться соловьем. – И все это за один золотой в день!

– Ы-ы?! – Я почувствовал, как мои глаза лезут на лоб. – Золотой?

– Верно, всего один золотой плюс отдельная оплата за еду.

Я некоторое время осмысливал услышанное. Признаться, с чувством юмора у меня обычно все нормально, но сейчас я в прикол не въехал. А потому решил быть посерьезнее.

– Десять медяков за все.

– Один серебряный… и отдельно за обед, – резко смирил аппетиты трактирщик.

– Пойдет! Но еда должна быть нормальной! – окинув помещение опасливым взглядом и с сомнением взглянув на хозяина, на всякий случай уточнил я.

– Конечно-конечно, все сделаю в лучшем виде, не сомневайтесь… э-э…

– Адер Харлаф Бледный.

– Да-да, не сомневайтесь, уважаемый адер… Марыся! Где тебя носит?! У нас гость, подготовь ему угловую комнату!

– Чего орешь?! – Спустя пару секунд откуда-то из глубины трактира раздался ответный дикий рев – видимо, это и была та самая Марыся. – Все готово!

– Тогда веди гостя!

Вскоре из двери за спиной хозяина выдвинулось тело. Ростом на голову выше меня, шире в плечах раза в полтора и в два раза тяжелее… Я нервно сглотнул.

– З-зрасвуй… кхм… хм… Здравствуйте, меня Харлафом зовут, – пролепетал я, опасливо отступая на шаг.

– Марыся я… Нет, среди моих предков не было троллей! – Сжав кулачище и поднеся его к самому моему носу, произнесла… э-э… женщина.

– Да я даже и не думал спрашивать, – нагло соврал я.

– Ладно, – недоверчиво прорычала хозяйка, немного смягчившись. – Иди за мной.

На следующее утро я проснулся, как и положено воину Аан, за полчаса до рассвета. Быстро умывшись и проведя во дворе разминку, схему которой давно заучил под руководством учителя до автоматизма, я расстелил свой ставший уже родным коврик для медитации и уселся на него, подставив лицо первым лучам Мистеля и на два часа выпав из реальности…

Жаль, ничто хорошее не может длиться вечно. Закончилась и медитация – медитация Харлафа-воина, зато медитация Харлафа-мага только началась. Я отложил меч в сторону и продолжил…

Спустя еще четыре часа я встал на ноги и, разминаясь, с хрустом потянулся. Во время медитации тело устает – не так сильно, как если просто сидеть на коврике, но все же усталость имеет место быть. И какое лучшее средство от усталости? Правильно! Усиленная тренировка! Мои навыки погружения в боевой транс оставляют желать много лучшего, и сами собой они явно не вырастут. Вот и совместим приятное с полезным…

…Тренировку я прервал только тогда, когда собранная на медитации энергия оказалась израсходованной и настала пора заняться делами насущными. Но в трансе я продержался на целых три секунды дольше предыдущего рекорда.

Попросив трактирщика вынести на улицу стол и табурет (кстати, увидев, что я вытворял на тренировке, тот стал относиться ко мне с определенной опаской), я достал из сумки книгу, заготовку, другие необходимые для создания амулета инструменты и ингредиенты и, разложив все это на столе, на несколько минут застыл неподвижно, собираясь с мыслями и настраиваясь на работу.

Вначале создам вязь из десяти рун, как более сложную и энергоемкую. Потом медитация часов пять-шесть для восполнения сил, и можно приступать ко второму этапу. Вообще, восстановление запаса энергии в ядре с нуля занимало у меня чуть больше суток. И это было моим больным местом: если по запасам энергии я уже сейчас равен слабенькому-хиленькому, но дипломированному магу-стихийнику, то скорость закачки Силы в ядро оставляла желать много лучшего. Тот же объем энергии более опытный маг восполнил бы в три-четыре раза быстрее. Меня только успокаивало, что еще два месяца назад и этот результат казался пределом мечтаний.

С заклинанием Щита, защищавшего от магических воздействий (слабых, естественно, – максимум пары фаерболов), я справился примерно за полтора часа, а что? Вязь стандартная, ничего нового изобретать не нужно – будь у меня побольше опыта в передаче энергии, я бы и быстрее закончил. Но устал прилично.

Плотный обед, оказавшийся очень и очень недурственным, пополнил мои телесные силы и позволил с новыми силами взяться за медитацию. Такова доля мага, а особенно боевого, ведь только идиоты думают, что жизнь боевика – это сплошные битвы и веселье. Отнюдь нет! Жизнь боевого мага – бесконечные медитации. Вот только ни один маг никогда не откажется от этого: кроме чисто практической стороны – восполнения Силы, у медитации есть и другая сторона… Ничто в Мире не сравнится с тем сладостным чувством, которое ощущает одаренный, сливаясь со своим Даром, что и послужило, кстати, почвой для анекдотов о колдунах-импотентах. Сразу скажу – для мага такой проблемы не существует, просто для познавших полноту слияния с Даром плотские наслаждения кажутся непередаваемо пресными… Наслаждение доставляют лишь яркие чувства. Бывали даже случаи, когда маги полностью уходили в себя, погружаясь в Дар и забывая о внешнем мире. Если никто вовремя этого не замечал, то такой человек просто умирал от истощения.

Как всегда, время в медитации пролетело одним мгновением, усилием воли вынырнув в реальный мир, я шумно вздохнул. Пора приниматься за вторую сторону амулета.

Пересев с коврика за стол, я стал производить ту же последовательность действий, что и с утра: приложить медальон к чистой странице книги, обвести пером, очертив размеры рунного круга, спроецировать в получившуюся окружность необходимые руны – одну большую и четыре маленькие вокруг. А затем вырвать страницу и приложить к жетону. Все, осталось только напитать рунную вязь Силой…

На этот раз процесс прошел значительно быстрее, уже через полчаса я облегченно откинулся от стола. До полного истощения ядра не дошел, и это хорошо, откат мне совсем ни к чему.

А сейчас пойду спать – завтра у меня по плану зельеварение, все нервы истреплю, к демонам.

Славного города Довера, столицы герцогства Донкар и крупнейшего поселения северных территорий Эсхара, я достиг лишь спустя две недели после своей незабываемой встречи с «другом». Мог бы и вдвое быстрее, но зачем? Я за эти дни натренировался, намедитировался и наглазелся на достопримечательности вволю, а заодно насмеялся и наудивлялся. Нет, я читал, конечно, что девяносто процентов названий населенных пунктов северных земель начинается на «до», но одно дело читать…

Как только не выеживались северяне в попытках сохранить свои «великую самобытную культуру и великие традиции» нетронутыми. Доходило до полного абсурда вроде: деревня Дододолог или Дордордор… Большего бреда я в жизни не встречал! Впрочем, говорить это северянину в лицо не советую никому – легко можно нарваться на драку. Либо на долгую нудную лекцию (а возможно, сначала на одно, а затем на другое) о величии великого народа великих донгеров, некогда спустившегося с гор, пронесшегося по просторам материка войной в поисках новой родины и нашедшего ее в нынешнем Эсхаре. А уж если какой-нибудь умник-историк решит все же раскрыть пылкому патриоту глаза на историческую правду, то такого дурака и не жалко. Правильно: зачем лишать людей отдушины? Им и так нелегко живется, места на севере не самые дружелюбные.

Итак, я достиг славного города Довер (пешком, кстати, так как продал лошадей в ближайшем к городу трактире, вполне резонно рассудив, что лошади мне либо не пригодятся, либо будут предоставлены за счет легиона, а деньги лишними никогда не бывают, особенно учитывая недавние траты). Двадцать тысяч человек населения, славится кузнецами по всему королевству, столица самого маленького и самого богатого герцогства страны – вот в принципе и все, что я знал о месте предстоящей службы. Если кратко: горы, холод, кузнецы и горные бараны. Красота!

– Кто таков? – Дюжий бородатый воин в кольчуге до середины бедер и со здоровенным двуручным мечом неожиданно остановил меня у ворот города.

Назвать этого монстра стражником просто язык бы не повернулся. И с кем воюют? Вроде как войны нет. Или я чего-то не знаю?

– С какой целью в город? – спросил бородач подозрительно.

Ну точно! Опять во что-то вляпался! Знать бы только, во что. Да что же за невезение в последний месяц-то, а? Одно к одному.

– Адер Харлаф Бледный, прибыл на сборный пункт…

– Проходи, – прервал меня не совсем вежливо бородач.

Я благодарно кивнул.

– Понабрали сопляков, – буркнул воин, не успел я отойти и на пару шагов.

Откровенно говоря, я опешил. Да я с этим верзилой даже не знаком, а он оскорбляет!

– Послушай, ты! – Бородач медленно, мне даже показалось – со скрипом, повернулся и удивленно вскинул бровь, взглянув на меня как на говорящее насекомое. – Забери свои слова обратно, или я заставлю тебя их забрать! – Ух ты, круто сказал, даже самого пробрало! Могу, когда захочу!.. Но справедливости ради стоит признать, что эту фразу я взял из одного недавно прочитанного приключенческого романа. Жаль только, так впечатлившие меня слова не оказали на бородача ровно никакого эффекта.

– Че-о-о?!!

Воин схватился за меч и начал медленно его вынимать, сурово поигрывая бровями и скаля зубы. Запугать решил? Нет, здесь что-то не так… И внезапно до меня дошло – бородач просто играет роль, слишком его движения были… на публику, что ли (которая, кстати, не замедлила появиться, причем в основном это были крепкие мужчины в доспехах и с оружием). Зачем и почему играл – не ясно, но это и неважно. Я уже не собирался отступать.

– Как ты меня назвал, тварь?! – Я перешел в наступление. Возможно, этот бугай и хороший воин, но не лучше меня. Надеюсь… Пришла, видно, пора проверить свои навыки в реальном бою. Поэтому я и не стал применять фокусов с эмпатией, хотя мог бы при их помощи легко охладить пыл задиры… Убивать я его, конечно, не буду, но вежливости научу, а заодно и пар спущу. Мужику просто не повезло – в данный момент я ощущал острое желание набить кому-нибудь морду, не сдерживаясь выплеснуть накопившееся за последние недели напряжение и злость на такую вот поганую рожу. Не стоит копить в себе злобу, ведь эта бомба может взорваться в любой момент и, как обычно, самый неподходящий. – Я вызываю тебя! – Воин опешил, от неожиданности уронив меч обратно в ножны. То ли это должны были быть его слова, то ли до такого вообще не должно было дойти, но он растерялся. Особым умом и сообразительностью бугай явно не блистал. – Здесь и сейчас! – Я сбросил сумку наземь.

– Послушай, парень, перестань, это просто проверка. – Воин неожиданно пошел на попятный, высматривая кого-то в толпе. – Мы тут все из Дортверна.

– И что, я должен расплакаться, обнять тебя и напоить пивом до потери пульса? Так? – Я стянул с себя куртку, оставшись только в облегающем сером свитере, утепленных штанах из плотной ткани и крепких ботинках. Этот набор более подходящей к местным реалиям одежды я прикупил два дня назад, заменив им уже порядочно износившийся старый дорожный костюм, оставив себе только пояс, но зато навесив на него дополнительный груз. Теперь у меня сбоку слева висел длинный узкий нож, даже, скорее, стилет, дюжина небольших метательных ножей спереди, в специальных кармашках по обе стороны приличных размеров стальной пряжки, и, конечно, футляр с книгой справа, который я уже просто не замечал, так как он стал практически частью меня. Ах да, сзади еще крепилась фляга с самогоном, в горах без этого никак. Холод дикий. – В круг, гнида! – Бородач опешил – он явно не ожидал такого поведения от хлипкого по сравнению ним паренька, а затем в его глазах появилась нешуточная злоба.

– Я не хотел калечить тебя, сопляк! Но ты сам напросился! – Бородач наконец-то достал свой… наверное, меч. Вообще-то у меня на этот счет было два варианта: или меч, или безжалостно выдранное крыло ветряной мельницы, но раз уж ЭТИМ собираются драться… – Один удар – и ты труп, сопляк! – прорычал «актер».

Я только хмыкнул. По мне еще попасть нужно.

Присев на корточки, я отвязал от сумки сверток с мечом. Дело в том, что в герцогстве Донкар всем людям, не находящимся на государственной службе и не принадлежащим к первому сословию, было запрещено носить оружие открыто – закон предписывал закручивать его в ткань и перевязывать веревкой. Мера, принятая королем после одного из восстаний донгеров, решивших в очередной раз создать «великое государство великого народа».

– Что здесь происходит? – неожиданно отвлек меня от развязывания упорного узла чей-то чуть хрипловатый голос, раздавшийся практически над самым ухом. Судя по уверенному тону и властным ноткам в голосе, это был кто-то из командиров.

– Сотник, – браво отрапортовал бородач. – Этот соп…

Определенно, в детстве его либо обидел сопляк, либо самого так дразнили. А может быть, Борода просто не знал других слов.

– …Человек вызвал меня на поединок.

– Да-а? – протянул сотник, бросив на меня оценивающий взгляд. Это был высокий подтянутый мужчина в дорогой кольчуге и с великолепным мечом на поясе. Великолепным, но не в сравнении с моим. Хотя сейчас этого и не скажешь, потому как еще две недели назад я замаскировал меч, обернув рукоять полоской кожи, а ножны обтянув тканью. Зачем искушать разбойников видом безусого (да, волосы на лице у потомков Ночных эльфов росли плохо) юнца с жутко дорогим мечом. Мне лишние неприятности ни к чему.

– Решил проверить новичка?

– Я просто…

– Молчать! – Борода мгновенно заткнулся. – Парень, как тебя зовут? – обратился ко мне мой будущий командир.

– Адер Харлаф Бледный, прибыл на сборный пункт для последующего несения службы в крепости Дортверн, сроком на четыре года, – попутно разогреваясь, отчитался я… И замолчал, наткнувшись на взгляд сотника, напряженно наблюдавшего за моими движениями.

А вот Борода, да и остальные воины, смотрели с презрительно-покровительственной усмешкой. Воины видели перед собой лишь пытающегося выглядеть крутым юнца. Как же, они все ветераны, прошли огонь и воду, невместно им заниматься подобным… срамом. А вот я разминкой пренебрегать не стал, если есть возможность, то лучше размяться, чем потом залечивать растяжения и порванные мышцы. Тем более что в транс без разогрева лучше не соваться, ведь там нагрузка на связки и мышцы просто запредельная…

– Хватит дергаться! – не выдержал мой противник. – Давай начинать!

Признаться, последние несколько секунд я просто дурачился, наблюдая за физиономиями зевак и за задумчивым сотником, теперь уставившимся на мой меч. Явно пытался вспомнить, где уже видел подобный клинок. Молодец.

– Ладно… Условия?

Борода явно хотел ляпнуть «до смерти», чтобы потом надо мной поиздеваться, вынуждая просить о сохранении жизни, но сотник его перебил, глядя на меня с удивлением и неверием в глазах:

– До первой крови. – Бугай возмущенно вскинулся. – Не сметь перечить! Круг!

Зеваки расступились, образуя круг шагов пятнадцать в диаметре, тем самым загораживая проезд в город, что, естественно, не убавило числа любопытствующих.

Бородач что-то неразборчиво пробурчал, но возмущаться не решился. Я как можно равнодушнее пожал плечами – не спорить же со своим будущим начальством. К тому же наши взгляды на условия поединка полностью совпадали.

– Давай, Борода, поучи сопляка вежливости!

Хм, как я с прозвищем-то угадал.

– Покажи ему, Борода!

– Порви его!

Естественно, бугай после таких слов воодушевился, заревел, поднял меч высоко над головой и медленно пошел на меня, зловеще ухмыляясь. Здесь я должен был, наверное, упасть на колени и просить о пощаде… Ага!

Бугай все еще думал, будто это игра. А вот мне такое недвусмысленное пренебрежение и неуважение (да к тому же еще и непростительная беспечность) очень не понравились. Я даже в транс входить не стал – природной скорости вполне хватало для боя с такой неповоротливой тушей. Зря бородач не придал значения внешности противника, а может быть, он просто забыл о преимуществах, дарованных мне эльфийской кровью…

Два быстрых шага – и я оказываюсь вплотную с пышущим звериной силой и яростью телом… Удар ногой в ничем не защищенную голень… Правая рука с зажатым в ней обратным хватом клинком ударом снизу вверх со всей дури набалдашником меча разносит на мелкие кусочки челюсть бугая, а левая наносит удар ножом в бедро… И в довершение – уже совсем ненужный удар головой в нос, просто так, из моей природной злобности.

– Аф фы, фопфя… – прохрипел Борода, схватившись левой рукой за лицо (нужно отдать ему должное, меч он не бросил, используя его как костыль).

– Закрой пасть! – Сотник врезал здоровяку в ухо без лишних нотаций. И проорал: – Концерт окончен! Расходимся! – Толпа вокруг мгновенно рассосалась. Авторитет – страшная сила. – Иди за мной, парень. Меч можешь не прятать.

Я только пожал плечами, мило улыбнувшись своему противнику. Тот, впрочем, не оценил вежливости, бросив в мою сторону злобный взгляд. Могу поспорить, бородач считает свой проигрыш случайностью и скоро стоит ждать продолжения банкета…

– Ладно.

– Борода, если еще раз тебя здесь увижу – повешу. Пошли!

Это уже мне. Идти оказалось совсем недалеко – здание, выделенное властями города под сборный пункт, находилось буквально в пяти минутах ходьбы от городских ворот. Эдакий барак с расположенной рядом загородкой а-ля загон для скота, внутри которой под чутким руководством седого матерого десятника обливались потом три десятка новобранцев. Это сколько же воинов пойдет в Дортверн? Посчитаем: полтора десятка возле ворот, три десятка здесь, и наверняка я еще не видел половину. Будем считать, сотня – неплохо.

Мы вошли внутрь.

– Присаживайся! – Сотник предложил мне стул, усаживаясь за стол в кресло.

Я благодарно кивнул, но не стал падать на предложенное место, а сначала достал из сумки свиток и передал его начальству. Документы – прежде всего, да и, честно говоря, мне просто было лень что-то объяснять. И так вопросов будет более чем достаточно.

– Исключение из Академии за неподобающее поведение? – Сотник удивленно приподнял бровь. – Служба простым легионером сроком на четыре года? Но в то же время адер? Какой идиот определил дипломированного колдуна в строевые легионеры?! Ладно, в крепости разберемся… Ну и что ты такого неподобающего натворил? Залез под юбку дворянке? – Сотник ухмыльнулся. – Или наступил на ногу преподавателю?

– Почти. Я занимался запрещенной магией.

– Запрещенной? Магией Крови, что ли?

– Нет, просто боевой.

– Да-а, – задумчиво потер подбородок сотник. – И что же ты умеешь? Кстати, где ты учился драться?

– Умею… – Я сосредоточился, вытянув перед собой руку и сформировав над ладонью небольшой фаербол. – Вот примерно в таком ключе. А владеть мечом меня учил отец, а затем наставник Ронгар.

Лицо сотника вытянулось. Оказывается, учитель-то известная личность.

– Кхм… да? И ты… вы в Ордене?

А он неплохо осведомлен!

– Если вы имеете в виду Орден Аан, то да. Я воин Ордена.

– Вот же… – Сотник откинулся в кресле. – И задали вы мне задачку, адер. Вы понимаете, что я просто не могу оставить бойца такого уровня, да к тому же колдуна, рядовым легионером? Вот что, легионер Харлаф Бледный, вы повышаетесь в звании до десятника! – Сотник встал и протянул мне руку. – По прибытии в крепость начальник гарнизона решит, отправить вас инструктором или же отдать в распоряжение гарнизонного мага… Хотя у него и так два ученика-мага и три колдуна в подчинении, хватит с него.

По вопросу устройства на постой обращайтесь к десятнику Антонису Кругу… Все, можете быть свободны, – отпустил меня сотник, но уходить я не торопился.

– Господин сотник…

– Да?

– Можно вас попросить… Я бы хотел пока сохранить свои возможности мечника и мага в секрете. Это возможно?

– Да, конечно… Но зачем?

– Так я смогу лучше узнать будущих сослуживцев – все их хорошие и особенно плохие стороны…

Сотник ухмыльнулся:

– Хорошо, я пока не буду никому о вас рассказывать.

– Спасибо.

– Тревога!

Крик часового с крайней правой башни и последовавший за ним перезвон тревожного колокола заставили меня мгновенно сбросить оковы сна. Несмотря на то что лег вчера довольно рано, я не выспался и чувствовал себя вконец разбитым – подняться на медитацию стоило нечеловеческих усилий. Конечно, резерв жизненной энергии у меня есть – ведь я уже четыре дня полноценно не уходил в транс, а только пополнял запасы, но всякое может случиться… Вот это «всякое» и случилось.

Я грязно выругался, поймав при этом уважительный взгляд пробегавшего мимо легионера, и бросился обратно в комнату: если это нападение, то стоило экипироваться.

Эх, не зря я переборол жадность и свернул в сторону – дорога в Довер проходила как раз мимо известного на все королевство поселка кузнецов-оружейников, и я не удержался от искушения. Свернул – и потратил практически все средства на различные колюще-режущие игрушки, вкупе с прочим барахлом той же направленности. Часть своего арсенала я уже продемонстрировал широкой общественности, а теперь собирался предстать перед этой самой общественностью во всей красе. Со всей возможной скоростью я распотрошил свою заплечную сумку, бросая вещи прямо на пол, быстро оделся и уже в полной готовности выбежал наружу. Признаться, я даже немного отвык от ощущения меча на поясе, что не есть хорошо… Ничего, привыкну, к хорошему привыкают быстро.

– Стоять!

Гневной окрик остановил меня уже на выходе. Я обернулся. Позади стоял незнакомый десятник и недовольно рассматривал меня, любимого.

– Почему без брони? И вообще, кто ты такой? Я раньше тебя не видел.

Десятник окинул подозрительным взглядом мою нестандартную экипировку: на поясе слева полуторный меч, брони нет (решение отказаться от доспеха далось мне нелегко, но логика победила). Те доспехи, на которые у меня хватило денег, не давали сколько-нибудь значительной защиты телу, но зато прилично замедляли движения, так что я от них отказался, сделав ставку на амулет и собственную скорость. Единственное, что можно было с большой натяжкой назвать доспехом, – так это мой старый добрый пояс. Стилет я прикрепил к голени правой ноги, а меч повесил на пояс.

Я бросил быстрый взгляд на стену – пока все спокойно, можно особо не торопиться. К тому же защитников на стенах и так более чем достаточно.

Не все же мне отношения с сослуживцами портить, надо для разнообразия и налаживать.

– Адер Харлаф Бледный, новый гарнизонный колдун, – начал я дружелюбно. – Лэр, вы не знаете, что случилось?

– Извините, адер, – произнес воин. – Я не знал, что у колдовской братии пополнение…

Что там десятник хотел сказать дальше, я не услышал – мое сознание затопила жуткая боль… Очнулся я стоя на коленях и уткнувшись лбом в лужу собственной блевотины.

– Что за… – прохрипел я, обтирая лицо рукавом. Единственное, что всплывало в памяти, – это нахлынувший на меня внезапно коктейль из дикого ужаса и запредельной боли.

– Посмотри на стену, – произнес прямо над ухом знакомый голос. Так и есть, Триан. Маг, кстати, тоже выглядел, мягко говоря, не ахти.

Я поднял глаза вверх.

– Молот мне в зад! – Я с раздражением отметил присутствие в своем голосе панических ноток. – Кровавый Туман!

– Точно, – подтвердил мои опасения маг. – Сейчас полезут. – Это он про лантарцев, конечно.

Я мотнул головой, отгоняя малодушные мысли. Каким бы сильным ни был противник, сдаваться еще рано. Это я так себя успокаивал, но на самом деле шансы на выживание у гарнизона Дортверна призрачны. Кровавый Туман относился к заклинаниям высшего порядка в магии Воды. Магистру Воды мне просто нечего противопоставить, а разделять судьбу той сотни воинов, которая сейчас висела кровавой взвесью над стеной, не хотелось.

Маг оказался прав: буквально через несколько секунд после его слов из Тумана вынырнула первая фигура вражеского воина, окутанная дымкой магической защиты – без специальных амулетов находиться внутри Тумана не рекомендуется. Я поднялся на ноги. Что ж, пришла пора испытать себя в бою с настоящим противником.

– Я на стену.

– На стену? Ты с ума сошел! Иди к колдунам и помогай запитывать стрелы Силой!

– Сейчас я нужнее там, – грубо прервал я мага. – Колдуны справятся и без меня.

– Погибнешь зазря.

– Не думаю. Смотри, наше начальство уже начало действовать!

И еще как действовать… Пятерка лантарцев, выбежавшая из Тумана на чистый воздух, тут же осыпалась кровавыми ломтями. Туман в мгновение ока сдуло со стены вниз, послышались дикие крики лантарцев, стоявших в задних рядах и не экипированных амулетами. Появился великолепный шанс увидеть бой двух виртуозов магии. Вода или Воздух? Вот в чем вопрос. Естественно, в данном конкретном случае я всеми конечностями за Воздух.

– Закрыть брешь!

Голос тысячника, казалось, пронесся по крепости ударной волной. Отработанный годами упорных тренировок командный рык внушал уважение. И этот рык произвел прямо-таки магическое действие на подчиненных: легионеры, до того хаотично метавшиеся по крепости, очнулись и стали походить на солдат, а не на стаю перепуганных кур. На башнях заработали катапульты, станковые арбалеты начали посылать в наиболее опасных врагов зачарованные болты-переростки. Я вихрем взлетел на стену, с ходу включившись в драку.

Активная рубка на стене продолжалась всего минут пятнадцать, а затем лантарцы отступили, оставив под стенами горы тел – даже просто упавший с тридцатиметровой высоты воин гарантированно превращался в труп. Сил магов врага, видимо, не хватало еще и на спасение любителей недолгого полета – вся энергия уходила на поддержание в рабочем состоянии гигантских лестниц. Интересное, кстати, решение: обычная лестница ни за что не смогла бы дотянуться до края стены Дортверна, а вот обработанная рунными магами – вполне. К тому же оторвать такую лестницу от стены усилиями простых легионеров было невозможно, как они ни старались: колдовская конструкция будто вросла в камень. Мои попытки сжечь лестницу сначала тоже терпели полный крах, пока я не разозлился и не пульнул Светляком. Огромный фаербол просто испарил находившихся в тот момент на лестнице солдат врага, а также всех стоявших в радиусе тридцати метров на земле возле нее. Естественно, сама лестница превратилась в кучу головешек.

И вот тогда для меня началось настоящее веселье: из толпы вражеских воинов вылетело три воздушных кулака (по сути, тот же шар, только сжатого воздуха, а не огня), один фаербол и светящаяся синяя сосулька – все они устремились ко мне. Видя такой праздник, мой амулет разом практически истощил все запасы Силы, но хозяина спас… Чего не скажешь о находившихся рядом со мной легионерах. Высвобожденная энергия трех Стихий в долю мгновения превратила пять здоровых и пышущих жизнью мужиков в изуродованные трупы. Меня едва не вырвало, но пришлось сдержаться: не стоит разрушать впечатление, которое я, судя по взглядам, произвел на окружающих. В следующий же миг мне стало не до размышлений – в мою сторону уже летела очередная волна мелких, но от того не менее смертоносных заклятий.

– Сколько тебе нужно времени для создания следующего шара? – Рядом со мной под защиту каменного зубца присел полусотник.

– Около пяти минут. – Я присел на корточки, вытянув перед собой ладони, и стал собирать между ними энергию, наполняя плетение.

– Долго… Ладно, работай, парень. В этот раз, может, и отобьемся…

На двух средних башнях бушевала настоящая буря – Мастер и его ученики-уникумы отчаянно отбивались от атак врага, изредка контратакуя, причем довольно результативно. По моим подсчетам, всего у врага было около тридцати тысяч солдат против шести сотен защитников. А сейчас, наверное, и четырех сотен не наберется.

Но главное, у лантарцев было подавляющее превосходство в магии. Против наших Мастера, двух магов и четырех колдунов противник выставил минимум одного Магистра (что уже больше наших совокупных сил), четырех Мастеров и десятка три магов различного калибра. Просто чудо, что гномья рунная защита на стенах еще держится. Но накопители Силы в крепости не безграничны.

По уму, в Дортверне сейчас уже должны бы сидеть все четыре эсхарских Магистра и Архимаг – ректор Академии, ведь о скоплении на границе с Лантаром войск было известно даже последнему лавочнику на северных территориях. Только я никого из этих уважаемых господ рядом что-то не наблюдаю.

Наконец Светляк был готов. Я медленно, осторожно встал, выглянул из-за края зубца… и сразу же сел обратно. На моем участке стены находилось еще пять лестниц. Я, пригнувшись и расталкивая легионеров, осторожно перебежал к ближайшей лестнице. Пару раз глубоко вдохнув и сосредоточившись, я нырнул в транс – так больше шансов увернуться от шальной стрелы или слишком резвого солдата, хотя их сейчас защитники и сшибали из арбалетов, не жалея болтов.

А дальше меня ждал сюрприз. Когда я встал и сделал шаг из-за зубца, подняв руки с вертящимся между ними фаерболом, то глаза в глаза встретился с взобравшимся почти на самый верх пареньком лет шестнадцати. Гадать, каким образом этот ловкач взобрался незамеченным так высоко, я не стал – скорее всего, отвод глаз – это объясняет, почему только я один мог видеть хитреца, просто аура у меня оказалась мощнее. Откровенно говоря, я никогда особо не интересовался заклятиями сокрытия и слабо представлял, как работает тот же отвод глаз, знал лишь, что для этого нужно уметь отлично манипулировать аурой и иметь предрасположенность к Свету или Тьме.

Наглый взгляд паренька, который, видно, думал, что я его не вижу и просто смотрю сквозь него, сменился сначала недоумением, а затем страхом, когда он заметил мою ехидную ухмылку и срывающийся в его направлении фаербол…

Как оказалось, парень не понадеялся только на невидимость, справедливо опасаясь шальной стрелы, – защитные амулеты на нем также имели место быть. Причем довольно мощные.

Светляк не смог уничтожить защитное поле, создаваемое неизвестным амулетом, зато банально снес парня вместе с его защитой вниз, испепеляя по пути лестницу и ползущих вверх воинов. Свое дело мое мощнейшее творение сделало отлично, но я был недоволен – ловкач, попавший под удар Светляка в упор, выжил, хотя его и унесли из-под стены в подгоревшем состоянии. Ценный кадр, видимо.

На этот раз я спрятался прежде, чем маги врага успели что-то понять и попытаться меня убить. Но радовался я зря. Лантарцы вовсе не собирались просто так отпускать доставившего им столько неприятностей субъекта. Воздух вокруг меня сгустился, заставив застыть на месте, а затем вспыхнул бело-оранжевым пламенем… Комбинированная атака Воздуха и Огня, требующая потрясающей слаженности в действиях магов либо же таланта сразу к двум Стихиям, что случается очень и очень редко.

Спасся я лишь благодаря везению. Те крохи Силы, что оставались в амулете, дали мне мгновения, необходимые для создания Огненного Щита. Врагу не хватало боевого опыта – в тот момент, когда воздух вокруг меня вспыхнул, воздушные тиски перестали действовать. Действительно, зачем тратить энергию, если сквозь огненный вихрь невозможно прорваться – по крайней мере, дилетантам вроде меня? Так они думали. Огненный Щит является моей уникальной разработкой – магам, оперирующим Формами, просто нет необходимости использовать Щит, ведь при помощи Форм можно создать намного более совершенную и гораздо менее энергоемкую защиту. Нужно отдать должное магам противника, сработали они отлично, но все предусмотреть невозможно. И это радует.

Единственное преимущество Щита перед защитой на основе Форм – это скорость его создания. Маги заранее создают и навешивают на себя защитные заклятия (не активируя, естественно), ведь времени, необходимого для их создания с нуля, в бою нет. Посчитав, что защиты на мне нет (даже неактивированное заклятие для опытного мага прекрасно различимо Истинным зрением), лантарцы ударили эффективным, но не самым мощным заклятием из своего арсенала. Спасибо им… Щит, пусть и плохо прикрывающий хозяина от магических атак, выиграл для меня несколько мгновений жизни. Но главное – он помог обмануть противника, который похоронил меня слишком рано и убрал воздушные тиски, позволив мне прорваться сквозь кокон огня и прыгнуть со стены вниз…

Когда моя изрядно прожаренная и поломанная тушка пошевелилась, пробегавший мимо молодой легионер чуть не обделался, приняв меня за ожившего мертвяка. А после того, как прямо на его глазах начали заживать ожоги и открытые переломы ног (собирать кости руками без обезболивающего оказалось крайне неприятно) якобы трупа, легионер вообще начал смотреть на меня как на бога во плоти.

Я вскинул голову вверх и невольно присвистнул. Одно дело, знать, что тридцать метров – это высоко, а другое – прочувствовать на своей шкуре.

– Спасибо, учитель, – тихо поблагодарил я. Если бы не уроки Ронгара, научившего меня правильно падать даже с такой высоты – лежать мне горячим трупом. Даже энергия в мече Духа не помогла бы. Кстати, а ведь камень-накопитель почти пуст. Та-ак, и с магией все плохо. На Снежок хватит, но вот на большее…

В свете новых обстоятельств возникает вопрос: возвращаться обратно на стену и почти гарантированно погибнуть или же идти помогать колдунам в зарядке рунной вязи на болтах и стрелах? Никто не осудит, если я поступлю именно так, да я и сам себя не осужу…

– Господин маг! – Ко мне подбежал легионер, исполнявший обязанности посыльного. – Полусотник просит вас оказать магическую поддержку.

– Вашу маму! – выругался я в сердцах. – Что случилось?

Я поднял взгляд вверх. На стене дела были совсем плохи: две тройки вражеских оберуких воинов буквально вырубали защитников одного за другим, не обращая внимания на стрелы и болты, а за их спинами уже скопился приличных размеров отряд лантарских латников.

Я сломя голову побежал вверх по лестнице, выскребая последние крохи Силы и запитывая ею Снежок. Спустя минуту мое сильнейшее пробивное плетение было готово, но возникла проблема – я не мог его бросить, мешали свои же воины. Думал я не долго – погрузившись в транс, размытой тенью взметнулся на ближайший зубец и бросил Снежок в шаррагарца, удачно попав тому в плечо у основания шеи. Мечник упал замертво, даже четыре косицы не помогли… Впрочем, на достигнутом я останавливаться не стал. Пусть Силы на создание огня у меня и нет, но в трансе еще секунд десять продержусь. А потом пару минут можно работать чисто на энергии тела… прежде чем умереть от истощения. Чего, откровенно говоря, очень бы не хотелось.

Совершив над головами воинов прыжок метров на пять, чтобы приземлиться между вражескими латниками и шаррагарцами, я чудом разминулся при этом с гигантской светящейся от вложенной Силы сосулькой. Тем не менее еще в полете я хлестнул по шаррагарцам волной ужаса (прием известный, но действующий только против неподготовленного противника), заставляя на секунду отвлечься и замереть на месте. И это принесло плоды – кто-то из легионеров в заднем ряду не растерялся и метнул боевой молот, снеся одному из шаррагарцев половину черепа. Защитный амулет элитного наемника оказался практически копией моего – стрелы и прочий метательный мусор он с легкостью уводил в сторону, но, как и для моего амулета, это касалось только предметов весом до килограмма. Стандартный амулет – стандартные решения, в каждом десятке легионеров есть один особо сильный и меткий воин, специально чтобы метать молот в таких хитрецов, как я, решивших вырвать себе у Судьбы лишний шанс на выживание. А против боевого молота в голову было только три варианта действий:

а) уклоняться от этих довольно медлительных снарядов, что и делали шаррагарцы до моего появления;

б) выложить кучу денег и купить себе эльфийский амулет (в отличие от более распространенных амулетов гномьего и человеческого производства, эльфийские амулеты обволакивают владельца защитным пологом, непроницаемым для физических атак);

в) стать магом и развернуть вокруг себя защиту.

Тьма!.. Что-то я совсем не ко времени стал размышлять на отвлеченные темы. Враг еще отнюдь не убит. И к нему на помощь спешит десяток злобных латников, настроенных порубать оказавшегося между молотом и наковальней глупца на гуляш. Я окинул шаррагарца оценивающим взглядом: четыре косицы, серебряные нити, движения стремительные, но, определенно, в транс входить не умеет. И вообще, уровень владения мечами у него не очень высок. Приблизительно тот же, что был у меня полгода назад, до встречи с учителем. Неплохо, но не более того. Правда, быстро убить его все равно не получится…

Но мне и не пришлось. Ветер Ножей доказал свою эффективность – четыре десятка воинов врага в великолепных доспехах и защищенные амулетами превратились в месиво из кровоточащей плоти и железных опилок. А громкий треск, пронесшийся вдоль стены, оповестил защитников об окончании штурма.

Я подошел к стене и с некоторым отупением от усталости (откат меня все же догнал, плюс к нему еще и истощение жизненных сил) посмотрел вниз – ни одной лестницы. Враг выдохся, чем Мастер сразу и воспользовался, показав все, на что способен.

На сегодня штурм закончен. Жаль, только на сегодня…

– Адер! – Все тот же легионер-посыльный, переживший-таки штурм, встретил меня на середине лестницы. – Вам приказ от господина мага явиться к нему в кабинет.

Чего от меня хотят, я понял далеко не сразу – несколько секунд бездумно смотрел на начавшего стремительно бледнеть посыльного.

– Хорошо.

До кабинета барона я доплелся лишь спустя минут десять.

– Почему так долго? – возмутился устало развалившийся в кресле у стены адер Мегрис. – Мало того что занимался неизвестно чем во время штурма, так еще и…

– Помолчите, адер! – грубо прервал излияния подчиненного Мастер. – У меня нет к адеру Бледному никаких претензий.

– Но…

– Вам что-то не понятно? – Голосом мага стало возможно замораживать птиц на лету.

– Н-нет, все понятно, фор, – пролепетал побледневший колдун, вытирая платком выступивший на лбу пот.

– Вот и хорошо. Тогда по делу. У меня есть хорошая и плохая новость. Начну с плохой… Враг имеет подавляющее преимущество в магии. – Барон махнул рукой в сторону лагеря лантарцев, расположенного в километре от крепости, вне зоны досягаемости крепостных метательных машин. – По моим подсчетам, там работают пять Магистров магии и около десятка Мастеров… Комментарии, я думаю, излишни. Я держался лишь благодаря Силе, собранной в накопителях, и рунной защите крепости, но запасы Силы уже истощены больше чем на половину…

– Когда ждать помощи? – поинтересовался адер Кант через минуту тягостного молчания, выразив общий витавший в воздухе вопрос.

– Не раньше чем через неделю. Наше родное начальство сильно просчиталось. Согласно плану, в случае нападения лантарцев на Дортверн, Совет Магистров в полном составе должен был телепортироваться в крепость, как обычно. – Маг недовольно поморщился. – Никто даже и предположить не мог, что король Сигурд решится оголить защиту границ и отправить в Эсхар всех своих высших магов, ведь границы Лантара также не образец спокойствия… А теперь лантарцы просто блокируют перемещение телепортом в крепость и активно используют свое численное преимущество… Все, на сегодня хватит. Лучше используйте это время для восполнения сил и отдыха. Свободны.

– Извините, Мастер. – Я все же решил повременить с отдыхом. – Но вы сказали, у вас две новости. Какая же хорошая?

– Хорошая? Я ее уже озвучил… – Маг криво усмехнулся. – Помощь придет через неделю…

Слов у меня на это просто не нашлось. Если уж это хорошая новость, то я даже и не знаю… У нас нет возможности продержаться такой длительный срок. Взять, к примеру, меня: физически я здоров, если не считать усталости (восстановиться поможет здоровый сон), но вот в плане энергетики все намного хуже. Запас Силы я не успею полностью восстановить, как бы ни старался. Это же относится и к жизненной энергии. После восхода Мистеля прошло около часа, хотя в бою время пролетело одним мгновением… Хорошо, если накоплю на пару минут транса – это в лучшем случае.

Ладно, нечего предаваться пессимистическим мыслям – нужно действовать… Я выбрал место возле самой скалы, чтобы почище было да людей поменьше бродило, и погрузился в медитацию. Нужно успеть взять от Мира все, что он может предложить…

Нет, в плену мне решительно не нравится. Кормят отвратительно – вернее, вообще не кормят, потому как есть бурду, гордо именуемую здесь похлебкой, я не стал. Лучше поголодать, чем уподобиться другим пленникам, источавшим жуткую, режущую глаза вонь – не успели добежать до отхожей ямы в углу загона…

Привели нас в этот загон, бывший некогда местом содержания скота, два дня назад, пинками загнали внутрь, не удосужившись даже развязать руки. Видимо, предоставили нам право сделать это самим или при помощи уже находившихся внутри собратьев по несчастью, которых накопилось в загоне прилично – человек тридцать. В основной массе это были простые солдаты, но встречались и исключения, хотя лучше бы не встречались. В дальнем углу отдельно от всех сидела троица благородных: двое с виду безземельных дворянчиков и их друг-покровитель, мужчина лет двадцати двух – двадцати трех с надменным лицом и блокирующим магию ошейником, братом-близнецом украшавшего мою шею. Маг, пусть и совсем слабый, судя по ауре (единственное, что оставил мне ошейник-блокиратор из былых способностей, – возможность видеть ауры), но отнюдь не это послужило причиной особого отношения к нему со стороны охраны, выражавшегося в лучшей еде и отсутствии тумаков. Мой невольный сосед оказался бароном и сыном одного из ближних советников герцога Донкарского.

– Эй, колдун! – позвал меня Худой – огромный, жирный до безобразия мужик, главарь группы из шести таких же наглых и тупых уродов, захвативших власть среди быстро превратившихся из солдат в толпу пленных. – Иди сюда.

Даже странно, что два дня я, идеальная мишень для ненависти и издевательств, жил спокойно. Одна только моя внешность вызывала неприязнь у окружающих – причиной ее была извечная нелюбовь бесправного простолюдина к высокомерному фору, глядящему на него как на коровью лепешку под сапогом и дерущему налог в три шкуры. Правда, смелости выплеснуть эту ненависть на настоящего аристократа (даже трех, имевшихся в наличии совсем рядом) у злобствующего быдла не было, вот они и нашли им замену в моем лице. А два спокойных дня объяснялись просто: Худой оценивал жертву на предмет опасности, присматриваясь к отношению ко мне со стороны охраны – лучшему мерилу социальной значимости человека на данный момент.

– Ты оглох?! Иди сюда, ублюдок! – Худой начал заводиться, такое демонстративное пренебрежение ему не нравилось. – Ну ты сам напросился!

Толстяк, а вслед за ним и вся банда, медленно поднялся на ноги.

Увы, планам Худого по моему моральному уничтожению не суждено было сбыться. Наступило время обеда, и в загон вошли три охранника: двое несли стопки с черными от старости и грязи деревянными мисками, а третий, почему-то улыбаясь, – два ведра с бурой дрянью, заменявшей здесь еду. Следом за троицей «кормильцев» вошел их десятник, в руках которого была небольшая кастрюлька с содержимым явно мясного происхождения и столовые приборы для благородных.

– Подходи, – буркнул охранник и постучал черпаком по ведру, с ухмылкой наблюдая, как пленные вскакивают на ноги и, расталкивая друг друга локтями, бегут занимать очередь. Худой, сопровождаемый по пятам своими шакалами, тут же изменил маршрут и вальяжно двинул сквозь толпу в начало очереди. Крепкий бородатый легионер, попытавшийся возмутиться, получил в зубы и пошел отплевывать их в уголок – сегодня ему стало не до обеда.

– Ты! Почему не подходишь за едой?

Голос подкравшегося сзади десятника охраны заставил меня вздрогнуть и оторваться от созерцания процесса насыщения окончательно скатившихся к скотскому состоянию людей… Не самое приятное зрелище: присев на корточки или согнувшись, словно пытаясь прикрыть миску телом, пленники руками запихивали в рот вонючую бурую массу, злобно зыркая исподлобья на соседей. То тут, то там возникали драки… Я и представить раньше не мог, до чего легко можно превратить вчера еще нормального человека в тупое животное. Оказывается, всего-то и нужно, что толпа таких же людей вокруг и голод.

– Я наблюдал за тобой – ты еще ни разу не брал еду… Иди жри, я не собираюсь отвечать за труп в своей камере (это у нас камера такая оригинальная, оказывается! Никогда бы не догадался)! Или тебе тоже не нравится наша еда? – Охранник бросил недовольный взгляд на неспешно обедавших в углу форов, с откровенным презрением наблюдавших за простолюдинами. Что ж, в данном конкретном случае я с ними солидарен.

– Не нравится, – честно признался я.

Не объяснять же ему, что я не голоден, так как постоянно погружен в медитацию, а жизненной силы, накапливаемой мною по утрам, вполне хватает, чтобы комфортно существовать без еды. Бесконечно я так, конечно, не проживу, но недели две легко, если двигаться поменьше.

– Все жрут. – Десятник оскалился, показав желтые зубы. – И ты будешь! – Ох и сильно его достал барон со товарищи, сейчас что-то будет.

Я подобрался, начиная подниматься на ноги… И в этот момент получил страшный удар по голове. Очнулся я от похлопывания по щекам, на земле и в компании четырех донельзя вонючих бугаев: услужливые и вежливые товарищи моего пухлого друга старательно удерживали меня за руки и ноги, а главарь стоял в ногах и гадостно ухмылялся. Но главной неприятностью была летящая в мой раскрытый при помощи грязной пятерни рот жирная капля противоестественного гибрида сочной зеленой сопли и вонючей от употребления жевательной коры слюны десятника, увлеченно втягивавшего в себя следующую порцию предназначенного мне десерта.

Сказать по правде, от открывшегося зрелища я сначала настолько растерялся, что даже забыл войти в транс, лишь судорожно дернул головой в сторону. Сопля весело стекла по щеке.

– Не дергайся, тварь! – проорал охранник, брызгая слюной и совсем потеряв чувство меры от всеобщего внимания и явственного одобрения своих действий стадом людей.

Я приготовился убивать, о чем честно и предупредил…

Жаль, исполнить угрозу у меня не получилось (прямо заговор посетителей какой-то – я же если никого особо жестоко не убью, спать спокойно не смогу… м-да). Как раз в этот момент в наш загон за каким-то демоном занесло делегацию в составе высокого военного и колдовского начальства и пары непонятных личностей. Воины из охраны высоких гостей быстро согнали толпу пленных в дальний от барона и его друзей угол, прихватив за компанию и любителя поплевать.

Минут десять посетители что-то оживленно обсуждали с бароном, активно жестикулируя, а затем так же быстро, как и пришли, двинулись к выходу, взяв с собой счастливчиков-аристократов.

Внезапно глава «делегации» остановился напротив меня.

– Кто это?

Ого! Судя по пылающей ауре, маг рангом не ниже Магистра! Вот это сила! А еще рубиновая серьга в ухе! Невероятно…

– Один из пленных колдунов, господин, – поспешно ответил начальник лагеря, дистрофичный субъект с кожей нездорового желто-зеленого цвета, блеклыми глазами и тонкими бледными губами. – Из неблагородных.

– Однако для колдуна у него мощный Дар. – Предполагаемый Магистр скосил глаза на барона. Презрительно так скосил.

– Пф-ф! Сиволапое мужичье никогда не сможет в Искусстве сравниться с человеком благородных кровей! – Барон сморщил нос, а его дружки угодливо заржали.

– По крайней мере, этот, – маг выделил голосом последнее слово, – колдун сильнее тебя.

Барон побагровел:

– И что? Бык тоже сильнее меня, но я могу забить его одним ударом!

Магистр не обратил на слова аристократа никакого внимания, повернувшись ко мне:

– Как тебя зовут, парень?

– Адер Харлаф Бледный, – ответил я с готовностью.

Вот и шанс выбраться из этой клоаки, причем шанс реальный. Нет, я, конечно, мог в любой момент войти в транс и перепрыгнуть стену – охрана даже выстрелить не успеет, но что дальше? Лагерь военнопленных находился буквально в двух шагах от другого лагеря – лантарского военного. Сражаться одному против тысячи – не наш вариант. Сбежать же незамеченным не получится, так как при несанкционированном пересечении периметра на нарушителя автоматически вешается магический маяк…

– Странная фамилия, скорее прозвище…

– Это и есть прозвище, еще совсем недавно я был Харлаф из Больших Петухов. – Все трое эсхарских и подавляющее число лантарских аристократов скривились, будто учуяв рядом кучу свежего свиного навоза. Да пошли вы все лесом, уроды! Я гордо вскинул голову, с вызовом взглянув Магистру прямо в глаза. Тот понимающе улыбнулся, удовлетворенно кивнув каким-то своим мыслям.

– Сколько тебе лет, Харлаф? Двадцать пять? Тридцать?

Маг даже обидел меня немного. Неужели я выгляжу настолько старше своего возраста? В отличие от сверстников, я вовсе не стремился выглядеть старше, чем есть. Для подобных мне носителей капли эльфийской крови время течет немного по-другому – некоторые особо упорные полукровки, не наделенные Даром, доживали до почтенных двухсот лет, в то время как чистокровный человек редко доживал до ста. Учитывая же неслабый магический Дар (срок жизни мага прямо пропорционален силе его Дара), я вообще могу рассчитывать на очень и очень долгую жизнь.

– Недавно исполнилось восемнадцать.

Лицо предполагаемого Магистра нужно было видеть. У него разве что челюсть не отвисла от удивления. Он возмущенно повернулся к барону:

– Неужели в Эсхаре начали обучать магии детей? Это же опасно!

– Не-эт, не замечал, – растерялся фор.

Нет, ну совсем дядя обнаглел! Ладно еще – старше, но младше-то я почему вдруг стал? На восемнадцать я выгляжу, не больше и не меньше!

– Это почему же детей? Мне почти восемнадцать было, когда я в Академию поступил! – возмутился я.

После этой фразы Магистр ненадолго завис, как голем-шахтер перед поворотом, так и хотелось послать сигнал реактивации, он же пинок под зад.

– То есть как… восемнадцать? Когда ты первый раз вошел в медитацию? – Магистр подался вперед.

– Полгода назад.

На этот раз Магистр молчал минут пять, не обращая внимания на нетерпеливо переминавшихся и с непониманием рассматривавших меня спутников.

– Он идет со мной, – произнес маг не терпящим возражений тоном, слегка повернув в сторону начальника лагеря голову.

– Но-о… Хорошо, сейчас я прикажу надеть на него кандалы…

– Никаких кандалов! И снимите с адера ошейник!

– …И отдайте имущество, – продолжил я за Магистра. То, что моего мнения никто не спросил, меня как-то даже не задело. Не на казнь же ведут.

Магистр кивком подтвердил мое требование.

– Хорошо, – согласился начальник лагеря со вздохом. – Фрол, принеси вещи адера.

Кстати, дисциплина у лантарцев железная – командир горных егерей, оказывается, не прикарманил мое имущество… Похвально. Да и оперативность выполнения приказов на высоте – уже через пару минут под ошеломленными взглядами воинов из свиты Магистра я застегнул на себе ставший родным пояс с мечом Духа. Быстро пробежался руками по поясу, порылся в сумке, проверяя наличие вещей. Золота ни в сумке, ни в потайных карманах пояса не было. Архуд (темный бог, один из владык Нижнего мира, покровитель воров и убийц) с ним, не стану возмущаться, пусть это будет наказанием за глупость.

Начальник лагеря расстегнул мой ошейник.

«Блин, почти тридцать золотых, ничего себе наказание!» – возмутилась жаба и принялась меня увлеченно душить. Я отбивался. И довольно успешно, пообещав этой назойливой твари в следующий раз завести счет и чековую книжку в банке. Нужно только до империи добраться. Или до гномов.

– Идем, – приказал маг, разворачиваясь. – Тебе, наверное, интересно узнать, зачем ты мне понадобился.

Я хмыкнул:

– Ну думаю, лично вам я без надобности, а вот Аррану мог бы и пригодиться.

Магистр застыл на месте.

– С чего ты взял, будто я из Аррана?

– Умею думать головой, – начал я набивать себе цену. – Достаточно проанализировать информацию, полученную от наблюдений за вашим, ваших подчиненных и лантарцев поведением. Хотя по большому счету, выдали вас телохранители. В следующий раз берите с собой мечников-лантарцев. Знающий человек с первого взгляда определит не только принадлежность воинов к Аррану, но и скажет, какую именно школу боя они окончили.

– Понятно. – Маг довольно улыбнулся, собираясь продолжить путь. – Я в тебе не ошибся.

– Извините, Магистр… – Маг снова довольно улыбнулся. Значит, я угадал его ранг. – Позвольте… Мне нужно завершить здесь одно дело.

– Только недолго.

– Это не займет много времени…

Я зловеще ухмыльнулся, окинув взглядом переминавшихся с ноги на ногу в углу солдат, выискал среди них испуганно сжавшегося охранника и Худого со товарищи и медленно двинулся к ним. Под моим взглядом (подкрепленным доступной теперь эмпатией) толпа начала выдавливать из себя «сотоварищей».

– Не надо, – тихо попросил Худой, растеряв весь свой гонор, а любитель поплеваться упал на колени и тихо заскулил. Немного в стороне мелькнуло бледное лицо другого десятника, нашего незабвенного проводника по тайным проходам. Демон с ним, не хочу мараться.

Я подошел к трясущимся от ужаса подонкам на расстояние пяти шагов, взялся рукой за меч… Но вытащить его не смог – противно стало. Эти гнусные твари и не люди даже. Не могу. И просто так уйти нельзя… Соскользнув в транс, я размытой тенью переместился к продолжавшему стоять на коленях охраннику и нанес удар коленом в зубы – подонок взвыл и повалился в грязь, обильно смачивая кровью землю.

– Теперь ты!

Я перестал транслировать на Худого страх, и он замотал головой, багровея от злости.

– Щенок! – Туша главаря начала движение в мою сторону.

Я окинул Худого оценивающим взглядом: огромная масса, рост под метр девяносто, колоссальная сила, но слабая скорость реакции… Это мне и нужно использовать. В транс я входить не стал из принципа – неужели не смогу справиться с этим линялым боровом просто так? Конечно, без транса его жировую броню не пробить, но кто сказал, что обязательно месить студень? У человека столько замечательных уязвимых мест…

Бесцельно молотить в живот кулаками я не стал (как это делали некоторые из противников Худого совсем недавно). Два скользящих шага – и я оказываюсь на расстоянии, необходимом для удара. С легкостью уклонившись от размашистого удара здоровенной ручищи, я оттолкнулся от земли и буквально взмыл в воздух, нанося сцепленными в замок руками удар сверху по голове противника… Сперва мне показалось, что удар не произвел на «ударяемого» никакого эффекта – Худой все так же, не поведя ни единым мускулом под слоями сала, продолжал стоять на месте. Целых десять секунд… А затем плашмя повалился наземь, мордой в грязь.

Вот и все. Удар за удар. А ничего, кстати, ударчик получился, мощный. Такого кабана завалить многого стоит!

– Ты закончил? – поинтересовался Магистр, даже не подумав спросить меня о причинах избиения.

– Да. Теперь я готов вас выслушать, – ответил я, пристроившись рядом с магом.

– Что ж… – Арранец сделал небрежный пасс рукой. Наверняка возвел защиту от подслушивания. – Я кратко изложу варианты твоего дальнейшего существования. Как ты уже знаешь, я арранец, и, как мне кажется, ты согласен выйти из-под покровительства эсхарской короны и перейти под руку моего императора. – Я ухмыльнулся: ага, покровительства… Какого покровительства? Да меня в Эсхаре и за человека-то не считали. А переезд в империю – великолепный шанс обрести знания, доступ к которым в Эсхаре для меня закрыт… Шанс отомстить.

– Согласен.

– Тогда вариант первый: ты ожидаешь полгода до следующего набора в Университет Всех Стихий и поступаешь туда, для тебя это проблемы не составит. Второй вариант: находишь себе индивидуального наставника и обучаешься у него. И третий вариант – поступаешь на службу в Тайную стражу, рекомендации я дам…

Вот так номер! Я, конечно, догадывался о принадлежности моего освободителя к этой мощнейшей в мире тайной службе, но чтобы получить подобное предложение… Не ожидал.

– Естественно, в случае согласия на этот вариант ты сначала отправишься на полугодичную подготовку в школу при… службе. А в дальнейшем, как молодой и перспективный сотрудник, будешь приписан учеником к одному из лучших специалистов, что гарантирует тебе изучение самых передовых, включая засекреченные, заклинаний.

Вот скажите, какой нормальный маг может отказаться от такого?

– К тому же – продолжал соблазнять меня Магистр, – со временем ты сможешь перейти из Тайной стражи в Серебряную гвардию – тысяча великолепных воинов и магов, мощнейшее воинское соединение империи, или даже в Золотую – это личная охрана императора, дюжина лучших воинов-магов империи рангом не ниже Мастера, а во владении мечом – обладателей рубиновой серьги… Кроме прочих привилегий это титул барона или даже графа, естественно, с прилагающейся к нему землей. Согласись, неплохой шанс для крестьянина из захолустного королевства.

Конечно, соглашусь!

– Я выбираю третий вариант, – ответил я, подумав минуты две.

За это время я успел прокрутить в голове все возможные варианты – у каждого из них были свои плюсы и свои минусы.

Вариант первый: в случае поступления в Университет я через пять лет окажусь перед той же проблемой, что и недавно в Академии, – обучение в Арранском Университете бесплатное для всех, но каждый его выпускник обязан отработать на благо государства десять лет, и, могу поспорить, меня опять-таки определят в Тайную стражу, а значит, я просто зря потеряю пять лет.

Если же выбрать второй вариант – обучение у индивидуального наставника – то еще неизвестно, насколько квалифицированным тот окажется; к тому же в этом случае существует риск не сойтись с наставником характером, и тогда уж учеба точно не будет ни продуктивной, ни приятной. Нужен этот риск? Нет… Вот так и получалось, что остался лишь вариант Тайной стражи.

– Отлично. – Магистр улыбнулся уголками губ. – Будем считать, что с этого момента в книге твоей жизни начинается новая глава.

– Тогда скорее уж новая часть… Вторая часть.

– Отлично! На сегодня хватит. – Капитан (звание, эквивалентное сотнику в строевых частях) Карс подал мне руку, помогая подняться на ноги. – Сегодня ты показал все, на что способен, молодец.

Я поморщился. Это «все, на что способен» помогло мне лишь один раз из пяти условно убить Мастера (причем в реальности я бы все равно умер от ран, только немного позже) и один раз свести бой в ничью (мы оба погибли). Так что способен я не слишком на многое. Казалось бы, я должен при помощи меча Духа и заключенных в нем знаний Крона Ронгара если не выигрывать, то уж точно не проигрывать с треском такому же Мастеру Меча, но все оказалось не так просто.

Конечно, меч Духа помогает владельцу намного быстрее овладевать новыми приемами боя, но все же меч – всего лишь хранилище знаний, пусть и обладающее своим примитивным сознанием. А воин, использующий в бою тупо заученные приемы, уязвим для более опытного противника своей предсказуемостью. И есть только один способ избавиться от этого недостатка – научиться понимать Рисунок боя: импровизировать, чувствовать противника и предугадывать его действия на несколько шагов вперед.

За полгода, прошедшие со времени моего поступления на службу в Тайную стражу, я под руководством Мастера Карса и других инструкторов избавился от своего главного недостатка – перестал самопроизвольно вываливаться из транса. Кроме того, я увеличил объемы накапливаемой в теле энергии Мистеля и, соответственно, время нахождения в трансе с десяти до двенадцати минут – это притом, что Мастер Карс мог находиться в трансе около получаса, а Ронгар больше сорока минут, так что мне было еще куда расти. Я поднабрался опыта в боях с десятками, даже сотнями самых разнообразных противников, освоил десятки новых приемов боя. Но увидеть Рисунок так и не смог… Этому никто научить не мог – у каждого свой путь.

Инструктор забрал у меня тренировочный меч и деактивировал – туманное лезвие развеялось, оставив в руках капитана лишь покрытую рунами рукоять.

– Могу уверенно сказать, что сейчас ты находишься на уровне Мечника, и больше мне нет смысла тебя учить. Дальше ты можешь только самосовершенствоваться. Тренируйся, сражайся, и однажды ты сможешь увидеть Рисунок боя, а значит, стать Мастером Меча.

– На это уйдут годы, – вздохнул я, бросив унылый взгляд на серьгу в ухе Карса.

Я не хотел признаваться даже самому себе, но страстно желал стать дворянином. Неудивительно: когда с детства тебя считают человеком третьего сорта, поневоле стремишься доказать всем свою значимость… Жаль, ранг Мечника не предусматривает получения дворянского титула. Вообще в империи нет такого четкого деления на сословия, как в Эсхаре. Здесь все люди делятся только на простолюдинов и благородных. Простолюдином считается как купец первой гильдии, так и забитый крестьянин-арендатор, а благородным как безземельный лар (отсюда, кстати, пошло и армейское лэр), так и титулованный лорд.

– Не стоит расстраиваться. Что такое несколько лет? Они пролетят как одно мгновение. Подумай лучше вот о чем – достичь того, чего достиг ты, большинству людей просто не суждено. Даже лучшим нашим бойцам требуются годы, десятилетия, чтобы научиться входить в транс, но на это способен лишь один из тысячи…

Я прикинул в уме: если брать численность населения Арранской империи по последней переписи – шестьдесят пять миллионов человек (против полутора-двух миллионов в Эсхаре), то получается около шести – шести с половиной тысяч воинов, способных войти в транс. В идеале… На практике же – хорошо, если наберется тысяча человек.

– Не так и мало, – вслух сказал я, когда мы с Карсом уже направились в раздевалку. – Между прочим, я ведь до сих пор не сдал экзамен на ранг.

– Ты действительно этого хочешь? – Мастер приподнял бровь.

– Конечно!

– Дело твое… Что ж, через неделю заканчивается стажировка, один выходной день у тебя будет. Используй его с умом.

Княжество Аргос, маленькое и ничем не примечательное государство у восточных границ империи, вернее, почти ничем не примечательное – для обычного человека. Зато среди людей, посвятивших себя служению Мечу, об этом княжестве известно всем и каждому. Чем же так прославилось крохотное государство с мизерными возможностями и невероятными амбициями? А вот этими замечательными боевыми серпами, которые, атакуя из самых неожиданных мест, заставляют меня на протяжении последних семи с половиной минут сидеть в глухой обороне и лишь изредка пытаться контратаковать их владельца! Среднего размера серпы, заточенные лишь с внутренней стороны, были грозным оружием в руках умельца, а способность наносить удары на расстоянии при помощи тонких цепей, выскакивавших из полых длинных рукоятей, позволяла лучшему ученику Мастера Рамиреса с легкостью гонять меня по залу. При всем при этом, учитывая усталость после двух поединков с другими учениками Школы Рион (полное имя наставника и владельца Школы Меча было Игнасио Рамирес Рион), мне нужно закончить бой с Мечником как можно быстрее.

Первого воина, вооруженного внешне похожим на меч Духа оружием, я победил быстро, секунд за десять, буквально раскатав его тонким слоем по полу, а вот второй, неплохо владевший саблей, успел меня порядком утомить, прежде чем признал поражение… Третий же стал настоящим препятствием.

Во время тренировок в Центре мне приходилось несколько раз сражаться со жнецами, виртуозно, как мне казалось, владевшими серпом, но как же сильно я ошибался… Для победы над этим жнецом моего мастерства банально не хватало, даже вничью я бой свести, скорее всего, не смогу. Эх, жаль, меч тренировочный, и запасов жизненной энергии в нем нет.

– Стоп! – неожиданно раздался хриплый голос Мастера. – Бой окончен! – Мой соперник, высокий мускулистый шатен в простой, но удобной одежде свободного покроя, тут же вложил серпы в ножны за спиной и коротко поклонился. Я поклонился в ответ. – Идите за мной, Мечник.

Мое сердце екнуло: сдал! От радости я, позабыв об усталости, буквально побежал вслед за Мастером, уже вошедшим в скромную дверь в противоположном конце зала. Мы оказались в небольшой комнатке, три на два метра, где из всей мебели были только стол да два стула, один из которых занимал маг. На столе перед ним на чистой тряпице лежали инструменты для нанесения татуировки, а рядом стояли флаконы с разноцветными жидкостями и какая-то коричневая деревянная коробочка.

Маг указал рукой на пустой стул:

– Присаживайтесь. Вашу руку, пожалуйста.

Я закатал рукав, обнажая запястье.

– Насколько я знаю, вы не являетесь учеником Школы Рион, а обучались на дому. Поэтому я хотел бы узнать, какой именно герб вы желаете внести в свой знак Мечника?

– Я являюсь воином Ордена Аан.

У мага от удивления слегка расширились зрачки, но больше он ничем себя не выдал.

– Вот оно что. – Маг помассировал переносицу пальцами. – Ясно. Значит, Аан… Меч на фоне восходящего Мистеля, кажется.

– Абсолютно верно.

– Хорошо. Какую татуировку вы предпочитаете, обычную или «невидимку»? «Невидимка» стоит сто золотых, обычная бесплатно, за счет казны.

– «Невидимку». – Я достал из кармашка на поясе овальную стальную пластину – жетон, который мне выдали вчера как знак принадлежности к Тайной страже. Жетон представлял собой обычный овал из черненой стали и отличался от точно таких же блях городских стражников отсутствием на нем какого-либо изображения – вернее, отсутствием какого-либо изображения, видимого обычному человеку. Но после определенного воздействия на него Силой жетон раскрывается, представляя для всеобщего обозрения информацию о своем владельце. Я активировал жетон.

– Пожалуйста.

Маг без вопросов начал готовить инструменты. Для тайных «невидимки» за счет казны.

Спустя пять минут на моем запястье красовалась татуировка, похожая на виденную когда-то у учителя, но с некоторыми отличиями. Если у того меч и половинка Мистеля были вписаны просто в круг, то у меня знак был несколько сложнее: в круге сначала помещался треугольник, а уже в нем сам герб.

– Я не вижу здесь рун, – произнес я, с интересом рассматривая татуировку.

Дело в том, что татуировка Мечника – не просто рисунок. Мало того что ее невозможно подделать, так она еще является своеобразным магическим документом, содержащим данные о владельце и его номер в государственном реестре. Вот только я никак не мог понять, где это все записано.

– А их и нет. – Маг достал из шкатулки серебряный перстень, повертел в руках и положил обратно. – Перстень вы хотите, я так понимаю, также «невидимку»?

– Да.

Маг достал из шкатулки другой перстень, почти неотличимый от предыдущего, а затем взял в руки иглу.

– Мне необходима капля вашей крови. – Я не колеблясь снова протянул ему руку. Укол, короткая боль – и перстень с медленно впитывающейся в него красной каплей оказался у меня на левой руке. Я внимательно присмотрелся – то, что все называют перстнем, было на самом деле печаткой (насколько я понимаю, перстень – это кольцо со вставленным в него драгоценным камнем, а здесь вместо камня – ровная круглая поверхность), причем печать на ней уже была моя, в точности повторяющая рисунок татуировки. И когда только маг успел все сделать? Чудеса… – Готово.

– Спасибо. – Я, вспомнив все, что знал о перстнях-«невидимках», мысленно приказал тому преобразиться, и он тут же замерцал, исчезая, оставив вместо себя тонкое серебряное колечко, причем не на безымянном, как перстни Мечников, а на большом пальце, как и положено простому воинскому кольцу. – До свидания.

Маг благосклонно кивнул.

Я вышел за дверь и остановился, рассматривая кольцо и татуировку, полностью отрешившись от Мира, потому и не сразу услышал, что меня кто-то зовет. А когда очнулся, то наткнулся взглядом на смуглое лицо Мастера Меча, разглядывавшего меня с понимающей улыбкой.

– Вот, возьми. – Мастер протянул мне свиток с рекомендациями от учителя Ронгара и еще один, точно такой же. – Еще пригодится… Здесь рекомендации от меня.

– Спасибо, Мастер.

Коротко поклонившись, я заткнул свитки за пояс – свою дорожную сумку я оставил в раздевалке вместе с курткой, мечом Духа и сапогами. Ну да, на дворе ведь ранняя весна… Совсем недавно минул год, как я покинул Петухи. Ладно, не будем о грустном – буквально вчера куратор сделал мне подарок: предоставил полный список всех напавших на мою семью подонков, включая и имена, остававшиеся мне неизвестными. Сделал он это, чтобы прекратить мои попытки выведать эту информацию самостоятельно, что я делал довольно активно.

Оказывается, фор Мерула сейчас обучается на втором курсе Арранского Университета. Узнав это, я едва не сорвался с места – остановила лишь клятва, данная именем Изиды, что, пока я на службе империи, мстить ни самому графу, ни его отцу не буду… без разрешения. Отец Антониса, герцог фор Неймар, был чрезвычайно выгоден для империи самим своим существованием, так как являлся властолюбивым ублюдком и мечтал о троне, всячески интригуя против правящей династии Эсхара и дестабилизируя обстановку в королевстве.

Впрочем, клятва не распространялась больше ни на кого из кровников. Вот только достать их сейчас нет никакой возможности: после поступления графа в Университет маг вернулся обратно в Эсхар, шаррагарец закончил контракт и исчез где-то за границами империи, а оборотни (те четыре воина с необычными глазами оказались истинными оборотнями) нанялись в охрану арранского купца первой гильдии и путешествуют вместе с ним по всей империи, а у меня просто нет времени на игру в догонялки… Очень жаль. Кстати, Иглеас все-таки откинул копыта, причем сделал он это в мучениях, что не могло меня не радовать.

Школу я покинул спустя десять минут, направившись к видневшемуся вдалеке пятиэтажному зданию банка «Серапио и сыновья»… Не самый лучший банк империи, но и не второсортный, вполне себе нормальное заведение средней руки. Я решил выполнить обещание, данное жабе в загоне для военнопленных, и положить-таки деньги в банк – благо за полгода службы у меня скопилось целых шесть десятков золотых империалов, пять из которых я и собрался оставить на хранение.

Поднявшись по ступеням, я вошел в вестибюль банка. Четыре кресла вдоль стены, сейчас пустующие, охранник-амбал, старательно изображающий пустое место, и двустворчатая дубовая дверь напротив входной… Откровенно говоря, не густо.

– Здравствуйте, чем могу помочь? – подбежал ко мне служащий банка.

Я огляделся: три низких столика с креслами в разных углах зала, стойка у противоположной стены и лестница наверх… Сойдет.

– Я бы хотел побольше узнать о вашем банке.

– Конечно, лар, – польстил мне человечек. – Я с радостью все расскажу. Банк «Серапио и сыновья» основан шестьдесят лет назад отцом нынешнего хозяина, господином Валерианом Серапио. Это произошло здесь, в Бунте, на родине господина Серапио. Спустя десять лет открылся первый филиал нашего банка в Радионе, а затем и в столице. На данный момент наш банк насчитывает пятнадцать отделений во всех столицах провинций империи и здесь, в Бунте. Также, если вы желаете открыть счет, то должны знать, что у нас заключены договора с другими банками империи и даже соседних стран – вы сможете снять свои деньги в любом из них…

– Вы правы, – прервал я затянувшуюся речь клерка. – Я хочу открыть счет. – Я достал из сумки кошель с полусотней золотых. – Здесь пятьдесят империалов.

Человечек довольно улыбнулся и жестом предложил мне располагаться в кресле возле ближайшего столика.

– Какой счет вы хотели бы открыть? – Клерк сбегал к стойке и прихватил оттуда приличных размеров журнал, пару листов бумаги и перо с чернильницей. – До востребования? Накопительный?

– А в чем разница?

– До востребования – это такой счет, на который вы можете класть деньги в любой день и снимать также в любой день. Проценты по счету до востребования не начисляются. – Клерк положил передо мной буклет с описанием видов счетов. – А при накопительном вы получаете рост в десять процентов годовых, но не можете снимать средства со счета в течение полугода. В дальнейшем на счету не должно оставаться менее десяти процентов от суммы первоначального вклада. Оба эти счета пополняются в любой момент.

Я задумался. С одной стороны, хотелось бы и в рост положить, но вдруг деньги срочно понадобятся? Эх, мне бы что-нибудь среднее между тем и тем… Я внимательно прочитал буклет, все два абзаца. М-да, выбор небольшой. Или – или.

– Я выбираю накопительный. – Кошель с деньгами плавно перекочевал в руки клерка, где были молниеносно пересчитаны, а ко мне придвинулись договор и перо.

– Прочитайте и распишитесь, пожалуйста.

Я начал вдумчиво читать. Повторять ошибки некоторых особо доверчивых граждан я не собирался.

– Ого! Десять империалов просто за открытие счета?! Что-то многовато.

– Увы! Мы бы и рады сократить эту сумму, но одна только зачарованная чековая книжка стоит семь золотых. Зато никто без вашего разрешения не сможет с ее помощью снять деньги со счета!

– Хорошо. – Я с силой опустил каблук прямо на жабу, снова подавшую голос. Сама напросилась!

Из банка я вышел спустя полчаса. В сумке теперь, вместо довольно тяжелого золота, лежала небольшая, с ладонь, серебристая книжечка. Что ж, это радует – особенно учитывая, что завтра я покидаю Центр и отправляюсь на свое первое задание. Добираться до места, города Калнос, мне придется почти месяц – за такой длительный срок всякое может случиться. Да и на месте…

От главы тайных Калноса (точнее, того немногого, что осталось от этого подразделения) пришло паническое письмо с просьбой о помощи: в окрестностях городка вот уже два месяца пропадают люди и скот, от которых потом в лучшем случае, находят пару костей. Все попытки городской стражи и местных тайных найти и уничтожить похитителя своими силами привели лишь к исчезновению самих охотников. Окрестности Калноса и сам город погрузились в пучину ужаса: после гибели лучших защитников люди начали пропадать по ночам прямо из домов, оставляя после себя только лужи крови.

В общем, без посторонней помощи там обойтись оказалось невозможно. Вот и послали меня разбираться с монстром. Безрассудно? Может быть, но в здравомыслии моему начальству не откажешь. В Калносе я наконец-то встречусь со своим наставником. Как и обещал Магистр, агитируя за службу в Тайной страже, у меня будет индивидуальный наставник по боевой магии. Кто он такой, что из себя представляет, я понятия не имел – знал лишь, что его зовут лорд Кассий Бернард, граф Верона, и что он последние пять лет находился вне пределов империи с каким-то секретным заданием.

Кстати, о секретных заданиях… А не обмыть ли мне начало трудовой деятельности хорошим вином? Я завертел головой в поисках трактира, каковой не замедлил найтись. Предвкушая будущие приключения на известное место, которым сидят, я направился за своей дозой алкоголя.

– Ты слышал? Уже третий караван разграбили, – раздался справа громкий шепот. За соседним столом разговаривали два мужичка затрапезного вида. Точнее, говорил один, а второй лежал мордой в блюде с полуобглоданными свиными ребрышками. – Купцы от страха сбиваются в большие караваны. Говорят, разбойники – все сплошь маги да Мечники, никого в живых не оставляют. Охотники из Гильдии пробовали их поймать – все погибли. Сейчас отряд собирают, да только когда его соберут? У нас же не столица, Охотников раз-два, и обчелся, а чужаки когда еще приедут… Не буду я в этот караван наниматься, хоть и платят там хорошо, да больно жирный он. Никак его лиходеи не пропустят.

– Куда караван идет? – подал неожиданно голос второй забулдыга, не поднимая лица из объедков.

– В столицу…

Услышав это, я тут же сделал стойку, как охотничья собака. Большим глотком допил вино и, поставив кубок на стол, направился в гости к соседям. Если все сказанное – правда, то мне бы тоже не помешало прибиться к каравану до Валора. Недельку попутешествую в безопасности, а там посмотрим. И вообще, откуда здесь разбойники? Куда смотрят в Центре? Не могут же они не знать, что у них прямо под боком творится? Ничего, я просвещу, мне не трудно.

– Здравствуйте, уважаемые! – Говорливый забулдыга испуганно шарахнулся в сторону. – Можно присесть? – Я, не дожидаясь разрешения, сел, жестом подзывая служанку. – Вина моим друзьям! – На лице первого расплылась благодушная улыбка, а второй что-то одобрительно пробулькал, так и не подняв головы. – Скажи-ка, любезный… То, что ты рассказал о разбойниках, – правда?

– Правда, чистая правда! – Пьянчуга жадным взором впился в бутылку в руках служанки. – Мамой клянусь! Господин – Охотник?

– Нет. Господин – купеческий приказчик, – на ходу придумал я легенду. – Мне нужно в столицу. Ты говорил, туда скоро отправляется караван…

– Да-да, мой лорд. – Забулдыга дрожащей рукой налил вина себе и товарищу. Я от предложения отказался. – Завтра рано утром отправляется. Большой караван. От северных ворот.

– Спасибо.

Я поморщился – второй пьянчуга наконец-то поднял лицо, все запачканное слюнями и подливой. Но это его абсолютно не смущало: он сноровисто опрокинул вино в пасть, украшенную пеньками гнилых зубов. А я решил побыстрее покинуть сие благородное общество. Не попрощавшись (впрочем, забулдыги вовсе не обиделись на мои манеры), я выбежал на улицу.

Хватит с меня на сегодня развлечений.

Насчет отдыха я оказался прав. Уже третий день двигался караван, медленно, но верно приближаясь к Валору, и ни одного происшествия. Если и были здесь разбойники, то они все разбежались, заслышав сопение и хрипение тролля, особенно громкое и раздражающее по ночам. Никогда не думал, что собственными глазами увижу такое чудо – единственного в мире тролля-астматика. Но мылся он самостоятельно, на это его куцых мозгов хватало. А что? Логическая цепочка проста: моешься – кормят, не моешься – получаешь разряд тока из шокового шеста в задницу от доброго дяди-поводыря.

В общем, путешествие проходило тихо и мирно. Я тренировался, постоянно находясь в медитации (сидя на лошади, приноровиться это делать было нелегко) и пытаясь в малейших подробностях воспроизвести в ядре своего Дара Форму Наг, последнюю Форму, которую мне показали в Центре и которую я еще не успел усвоить, но скоро должен. Тогда я стану значительно сильнее и смогу наконец-то записать в книгу несколько интересных заклятий, хотя можно и не записывать – запись заклинаний, состоящих менее чем из пятнадцати-двадцати Форм, по большому счету, не требуется.

Для чего предназначена магическая книга? Правильно, для записи заклинаний и более быстрого их воспроизведения. Вот только заклинания из трех (минимальное число Форм в заклинании, при меньшем их количестве структура заклинания чрезвычайно нестабильна и быстро саморазрушается, иногда с летальным исходом для мага), пяти, десяти Форм маг способен сплести самостоятельно, без помощи костылей. Книга в этом случае лишь немного ускоряет процесс – погружаясь в медитацию, маг словно ныряет в ставшую объемной страницу книги, вбирая разумом плавающие в пустоте Формы и перенося их в центр Дара. То есть записывать в книгу имеет смысл только заклинания второго и первого классов, а также мифические – «А» класса.

Пятый класс – заклинания или, как их чаще называют, плетения, для создания которых не используются Формы, а только нити Силы, сплетенные в каркас, заполненный чистой энергией Стихии.

Четвертый класс – заклинания, состоящие из одной-двух Форм, объединенных с плетением. Отличаются от просто плетений более высокой скоростью создания, большей мощностью, но и большим энергопотреблением.

Третий класс – заклинания, созданные только на основе Форм, в количестве от 3 до 10.

Второй класс – от 11 до 25 Форм.

Первый класс – от 26 до 50.

«А» класс (А – от абсолют) – от 51-го до бесконечности, но в реальности мощнейшее известное на данный момент заклятие Гнев Стихии (для каждой Стихии свое, в частности для меня – Гнев Огня), состоит всего из 107 Форм.

На самом деле сама по себе идея разделить заклятия на классы не нова. Точно такое же деление существовало давным-давно, еще во времена империи Аан. И это заставляет задуматься. Прошло больше двух тысяч лет, а мы, маги, топчемся на месте. Впрочем, классы, ранги – все это муть, ерунда. Но ведь и в Искусстве современные чародеи только теперь сравнялись, если сравнялись, с древними! Кровавые столетия, наступившие после распада Аан и продлившиеся до зарождения и возвышения Аррана, не прошли бесследно для Искусства.

Но не буду о плохом, лучше подумаю о хорошем. О том, что меня ждет буквально через неделю-полторы, когда закончу изучение шестой Формы…

Усиленный на двадцать процентов Светляк с соответствующим увеличением энергозатрат на десять процентов, который я смогу создать всего за десять секунд (не считая трех минут на создание и помещение Формы в ядро Дара – основное время уходит на закачку в Форму энергии). Улучшенное Огненное Копье, хотя скорее уж Огненный Клинок, способный разрезать любые созданные людьми рунные доспехи на расстоянии до двадцати метров, но потребляющий вчетверо больше Силы, чем Копье… Только эти два заклятия я смог пока просчитать, без возможности проверить расчеты на практике.

Остальные же плетения совершенствовать оказалось невыгодно: улучшив какой-нибудь из фаерболов, я получу просто тот же Светляк, ведь энергоемкость Формы определяет силу заклятия, а она неизменна. Вот усовершенствовать Снежок было бы очень выгодно, но я просто не представлял, как сжать энергию Формы в компактный шарик, увеличив тем самым его температуру без применения еще одной Формы, что делало использование улучшенного Снежка нецелесообразным – слишком энергоемко и выполняет те же функции, что и Огненный Клинок. Огненный Щит и Всполох вообще переделывать глупо.

Но кое-что я вызнал из книг. Оказывается, заменив всего одну Форму в Сфере на Наг, можно получить заклинание с поэтическим названием Дыхание Дракона, а по-простому – жидкий огонь, потушить который без помощи магии невозможно – он сожжет все, на что попал.

От благостных размышлений меня оторвал истошный возмущенный визг. Высунув из окна кареты голову, кричала «вобла», как ее прозвали охранники. Дело в том, что с караваном шли не только мелкие купцы или одинокие путники вроде меня, присутствовали в нем и представители, так сказать, знати, в частности – леди Арлет, старшая дочь барона Комола, одного из местных владетелей. Путешествовала эта особа, естественно, не в окружении сотен придворных и солдат, а в сопровождении всего четырех воинов и одного слабенького мага, если не считать «воблу» (то ли гувернантку, то ли няньку, что более подходило по возрасту этой старой стерве) и молоденькую служанку. Леди ехала в Валор. Что там собиралась делать эта копия «воблы», только более молодая и злобная, было понятно: женихов искать, конечно. Точнее, одного конкретного жениха – младшего сына императора, принца Весана. Это она озвучила в первый же день, сразу как вышла из кареты. Все тогда здорово посмеялись.

Мне было искренне жаль несчастных охранников леди Арлет: как они выдерживали ее постоянные придирки и капризы, было выше моего понимания. Впрочем, основной удар капризной хозяйки принимали не они, а несчастная служанка. Я поражался безграничному терпению этой молодой девушки, звали которую Энис или, если полностью, Энисиллия (довольно распространенное женское имя в Арране). Ну да, я уже успел с ней познакомиться, не все же мне… медитировать, тем более что она была полной противоположностью своей злобной и некрасивой госпожи. Хотя имела и один большой недостаток – не могла ни на шаг отойти от хозяйки без разрешения, а меня охрана и близко не подпускала к карете. И правда, нечего жалкому купеческому приказчику «портить виды» такой важной особе! В итоге все наше общение с Энис свелось к паре коротких разговоров.

В то время как я предавался размышлениям, события стремительно развивались. Начальник каравана, по неосторожности проезжавший в этот момент возле кареты, теперь со страдальческим видом выслушивал нытье «воблы», сетовавшей на отсутствие в караване музыкантов и хамское поведение простолюдинов, которые и не думают кланяться карете госпожи, проходя мимо. М-да, в империи, конечно, нет тех дебильных порядков, что в Эсхаре, – крестьяне уже не собственность феодала, а арендаторы его земли, нет четких и практически неизменных сословий, больше гражданских свобод и возможностей простолюдинам пробиться наверх, но все же люди не равны. Впрочем, равенство невозможно в принципе, и это хорошо – больше стимулов таким, как я, стремиться вверх по социальной лестнице. Главное, чтобы была возможность подняться, возможность поднять голову и вздохнуть полной грудью…

Мои философские рассуждения были прерваны самым прозаическим образом и на самом интересном месте – взвыло предчувствие опасности. Я машинально, не задумываясь ни на миг, – спасибо инструкторам Центра, – высвободил ноги из стремян и спрыгнул наземь, одновременно разворачивая Сферу. И сделал это не зря: меня со всех сторон окружила туча крохотных черных жуков, облепив защиту, словно пчелы медведя-террориста. Молот мне в зад! Я с ужасом заметил, что из меня вытекает Сила, вливаясь в защитное поле, а из него уходя в стремительно раздувающиеся брюшки жуков. Сволочи! Ждать, пока всю Силу сожрут, не стоит. Пришла пора помахать мечом.

Соскользнув в транс, я удовлетворенно ухмыльнулся, в который уже раз наблюдая ту же картину: быстрые и смертельно опасные противники, казавшиеся непобедимыми, стоило мне войти в транс, сразу становились милыми и пушистыми. И пусть жуки-пожиратели Силы милыми не стали (их создатель все же был темным магом-химерологом, а не восьмилетней девочкой с бантами), но здорово теперь напоминали мух на морозе. Такие же медлительные и неповоротливые – шансов против Мечника у них нет… Меч Духа заблистал под лучами Мистеля веселыми зайчиками, создавая вокруг своего владельца серебристо-стальной вихрь, и жуки градом посыпались на землю, источая вокруг себя оранжевое сияние вырвавшейся на свободу Силы Огня.

Порадоваться успеху я не успел: в поле моего зрения появился хозяин гнуса – высокий бледный мужик с худым костистым лицом и лысым черепом. Наличие рядом с ним двух невероятно уродливых тварей-телохранителей, бывших некогда боевыми псами, явно указывало на его принадлежность к химерологам, редкой разновидности магов Тьмы… Вот и папочка зверья.

Я оглянулся, оценивая ситуацию, и еле сдержал крепкий мат: если на нас напали разбойники, то я – балерина. Ни один разбойник не станет уничтожать свою добычу, зато нападавшие делали это с чистой совестью.

Треть каравана уже была уничтожена – трупы людей и животных, кучи гнилья и древесной трухи на месте товаров и телег, обглоданные костяки и гниющая плоть – все это дело рук лишь трех магов. И от тролля помощи не дождешься – из безголового помощник плохой. Какое-то мощное заклятие взорвало бедняге голову, оставив телу на память только нижнюю челюсть, болтающуюся на лоскуте кожи.

Да, тролль был бы сейчас совсем не лишним. Помимо шнырявшего повсюду и нападавшего на людей измененного зверья (даже из-под земли нападали какие-то то ли змеи, то ли чешуйчатые червяки с четырьмя челюстями, усыпанными зубами-иглами), «детишек» химеролога, охрану каравана оттесняли от кареты леди Арлет три десятка оборванцев, бестолково, но очень резво размахивавших корявыми железяками, заменявшими им оружие. Более чем резво…

Крэксеры? Одержимые? Вероятнее всего. Один из атаковавших караван магов, похоже, имел немалую толику гоблинской крови, что не только не лучшим образом отразилось на его внешности, но и позволило освоить специфическую магию этой расы. Чтобы контролировать сразу три десятка одержимых, нужен не только талант и сильный Дар, но и кровь – для вызова и удержания в нашем мире духов. Много крови. Отсюда и вырезанные караваны. Вот только зачем магам, и неслабым, понадобилось выходить на большую дорогу? Бред.

Итак: химеролог, шаман и… кто? Третий противник сильнейший из всех. Именно он убил тролля и одного из наших магов – тот даже пикнуть не успел, истаяв как кусок сахара в кипятке вместе с лошадью, за пару мгновений съеденный серой хмарью. Второму магу, исполнявшему обязанности поводыря тролля и отрядного колдуна караванной охраны, повезло еще меньше. Силы на создание Сферы у него не было, и он пережил своего питомца всего на несколько секунд – пока поводырь стирал попавшие на лицо мозги и кровь тролля, змеечерви не спали. Стремительно высунувшись из земли на метр-полтора, один из них, наплевав на защитный амулет, вгрызся в спину чародея в районе поясницы, быстро проделав в нем дыру размером с кулак. Затем его чешуйки завибрировали, быстро опускаясь и поднимаясь, и тварь скользнула внутрь жертвы. Живот мага заходил волнами, изо рта потоком хлынула кровь, и он упал на колени, извергая наружу обрывки кишок и куски органов. Но самое страшное – в этот момент маг все еще был жив, так как его лицо исказилось в страшной муке, рот широко открылся, словно для крика… И из него выскользнул порядком поправившийся червь, который тут же, как нож в масло, нырнул в землю…

Все эти события заняли несколько мгновений, а дальше мне стало не до наблюдений. Рот третьего мага-разбойника широко открылся, да так, что нижняя челюсть опустилась до середины груди, и из него хлынул серо-черный густой туман, в котором мельтешили и противно шелестели какие-то существа. Демона мне… Стоп! Поминать демона сейчас – не самая лучшая мысль, если я правильно определил расовую принадлежность этих тварей…

Туман волной налетел на карету и десяток ее защитников… Хм, какой знакомый стиль боя у возниц, и оружие великолепное. Вот же куратор, гад… Когда я ему доложил о разбойниках, он еще отчитал меня, что я зря потратил его время на ерунду, а на самом деле в караване уже сидели подсадные из тайных – самая настоящая боевая пятерка. Но на таких разбойников они явно не рассчитывали.

Что было дальше, я уже не видел – химеролог начал действовать, натравив на меня своих уродских собак. Ну-ну, умник, видно, судьба клопов-мутантов ничему тебя не научила. Первую химеру я встретил фаерболом прямо в разинутую пасть, без удивления отметив довольный блеск в ее глазах. Ну конечно, если уж жуки навострились Силу жрать, то «собачкам» сами боги велели. Но отбросить тварь на пару шагов назад мне удалось, использовав при этом на полную катушку возможность расправиться со вторым существом. Безусловно, собаки обладали великолепной скоростью реакции, но я был быстрее, и у меня был меч. С некоторым сопротивлением, но меч Духа разрубил череп шустрого песика, лишь самую малость не успевшего разминуться со смертью.

Второй пес, прокатившись кубарем по земле и снова поднявшись на ноги, медленно двинулся ко мне – грязный, с желтой пеной, капающей из пасти. Опрометчиво бросаться в атаку уродец не стал: печальный опыт коллеги его, видно, чему-то научил. Какая умная зверушка – даже слишком! Да уж, слишком!

Тихий шелест оповестил об опасности снизу – ноги сработали без указки мозга, подбрасывая тело с места вверх. Выросшие подо мной три извивающихся и злобно шипящих червезмеи подтвердили правоту интуиции и слуха. Изогнувшись в воздухе, как акробат, я рубанул вниз мечом, сокращая поголовье тварей на одну единицу, а подзабытая уже «собачка» чуть было не сократила меня, взвившись в воздух в нужный момент и попытавшись схватить меня в воздухе, как Тузик кость… Схватила она только нож в шею, но некрасиво упасть мне все же пришлось – последовав примеру своего обидчика, я немного прокатился по земле. Не понравилось… А еще больше мне не понравилось, что нож в горле не оказал на химеру никакого эффекта – рана мгновенно зажила, и нож из нее просто выпал. Только теперь я понял, как мне повезло с первой тварью: если б я сразу же не раскроил ей череп, мало бы мне не показалось.

Не знаю – то ли химере надоело со мной играть, то ли у нее появились неотложные дела, но тварь решила еще больше увеличить свои шансы на победу. Вздрогнув всем телом, химера начала раздуваться, наращивая мышечную массу, стремительно превращаясь из просто крупной собаки в сплошь увитого мышцами монстра с грубой и очень прочной на вид угольно-черной кожей. Но и это оказался еще не конец – под моим изумленным взглядом из позвоночника существа стали выдвигаться острые шипы, становясь неплохим довеском к выросшим втрое когтям. И конечно, все это богатство хотело, прямо-таки жаждало порвать простого и безобидного меня на мелкие-мелкие кусочки, а я еще даже на ноги встать не успел, настолько быстро развивались события. И, судя по всему, уже не успею – химера приготовилась к прыжку. Единственное, что я мог еще сделать в данной ситуации, – так это выставить перед собой клинок. Но даже если я каким-то чудом попаду твари в жизненно важный орган (хотя вряд ли такие есть, кроме мозга), она успеет распластать меня когтями на ремни.

Не успела.

Тонкий, едва слышный свист, раздавшийся со стороны мага, заставил «деток» прекратить атаку. Я облегченно вздохнул… и пощупал штаны между ног, неотрывно глядя вслед удаляющемуся бесхвостому заду собаки, галопом припустившей вслед за хозяином, который вместе с друзьями спешно ретировался в лес. Повезло. Я оказался крепче, чем думал, и – удачливей.

«Ладно, не расслабляться!» Я поднялся на ноги и огляделся. Бой прекратился, оборванцы-одержимые валялись на земле, не подавая признаков жизни, а больше никого из врагов рядом видно не было. Впрочем, и толп друзей тоже. С двух концов каравана к карете леди Арлет медленно приближались немногие выжившие стражники и самые смелые из купцов. Никто не спешил: не было смысла. Не знаю, что там находилось в тумане, но поработало оно на славу – ни одного живого человека я возле кареты не заметил… Хотя нет, чья-то аура еще не успела угаснуть! Жаль, я не целитель – человеку еще можно помочь. И тут меня осенило: а почему бы не попробовать перелить свою жизненную силу, которой у меня еще много, умирающему? Если рана не слишком сложная, может получиться!

Я встрепенулся, стартуя с места в карьер и направляясь к карете. Умирающим в луже крови человеком была Энис. Я на секунду растерялся, не зная, что делать, – у девушки оказалась страшная рана на шее, из которой лишь слабой струйкой текла кровь, а ее аура уже начала распадаться. Нужно действовать быстро! Проблема в том, что я просто не знал, с чего начать. Сколько я ни пытался, мой организм отказывался отдавать жизненную силу непонятно на что – с его, эгоистичной, точки зрения.

Меня пробил пот. Что делать?

И внезапно меня озарило – я выхватил метательный нож и коротко резанул себя по ладони, тут же приложив ее к ране Энис. Получилось! Сначала медленно, с трудом, а затем все быстрее и быстрее, подчиняясь моей воле, жизненная энергия начала перетекать в тело и ауру девушки. Очень быстро перетекать, так быстро, что через несколько секунд мне пришлось схватиться за меч Духа, распечатывая резерв.

А дальше, после того как моя жизненная сила заполнила тело и ауру Энис, образовав по сути одну ауру на двоих, заживляя раны и попутно восстанавливая ее энергетику, с моим Даром начало твориться нечто непонятное. Я помимо воли провалился в состояние медитации и с ужасом заметил, что ядро Дара начитает терять свою идеальную шарообразную форму, его буквально разрывало на части! Такого не должно быть!.. Почему? Я запаниковал, довольно скоро взяв себя в руки.

До рези в глазах я принялся всматриваться в окружающую иллюзорную реальность, пытаясь определить причину катастрофы. И мне это в конце концов удалось. Сперва я заметил лишь небольшое изменение внешнего вида моего внутреннего мира – кое-где сочные красные и оранжевые цвета Огня стали заменяться голубыми и белыми цветами Воздуха. Да что происходит?! И тут я понял… Энис оказалась неинициированным магом Воздуха, и теперь ее Дар предпринимал попытки проникнуть на вновь появившуюся «жилплощадь» и выжить оттуда старого «квартиранта».

Ну уж нет, так просто я не сдамся! Мгновенно приняв решение, запредельным усилием я заставил реальность закрутиться водоворотом и вспыхнуть, выжигая и уничтожая чужеродные вкрапления. А затем, напряжением всех сил преодолевая сопротивление встречного ураганного ветра, направил всю свою Силу в то место, где голубые цвета уже вытеснили цвета огненной Стихии.

– Я – Огонь!!! – дико заорал я…

И огонь вспыхнул, родив из ярости человека и Силы Стихии ужасающий по своей мощи огненный шторм.

– Лысые, говоришь?.. Интересно, – продолжил допрос мой напарник, новый наставник и, как оказалось, брат по Ордену, вальяжно развалившись в кресле, попивая вино из бокала и оценивая малейшие движения мышц лица собеседника. Хотя и считалось, что это лишь дружеский разговор, но мне он таковым не показался.

– Я объединил свою энергетику с энергетикой девушки и стал переливать жизненную силу в ее тело и ауру. – Я отхлебнул вина из бокала и поерзал в кресле. – Сначала все шло нормально, но затем что-то непонятное произошло с ее Даром…

– И он начал атаку на твой, – перебил меня граф и веско добавил: – Ты идиот.

Я удивленно взглянул на собеседника. Раньше с его стороны подобных выражений в мой адрес не было – впрочем, познакомились мы всего-то часов десять назад.

– Тот прием, которым ты попытался излечить девушку, известен с давних пор. Да, он эффективен, но есть одно «но» – его нельзя применять по отношению к обладающим Даром! Объединяя энергетику и ауру с аурой пациента, ты тем самым пытаешься объединить и Дар, а это невозможно. Ты думаешь, никто не пытался таким образом увеличить свою силу? Пытались, да только ничего не вышло. Мало того, один из участвующих в процессе слияния обязательно умирает. Ведь это и произошло с девушкой?

– Да. – Я скрипнул зубами, вспоминая события трехнедельной давности. – Ее аура и энергоканалы тела просто сгорели, да я и сам едва не погиб.

– Повезло, – кивнул наставник. – Ты был достаточно силен, чтобы выжить.

– Значит, не было шансов ее спасти?

– Спасти – нет, а вот приобрести с этого кое-какие бонусы ты мог, – выдал Магистр Огня фразу, несколько противоречащую его же словам. – Столетия экспериментов все же позволили магам разработать способ стать сильнее за счет других.

– Вот как? И что за способ? – Я подался вперед.

– Скажем так: при помощи заклинаний и набора артефактов мы можем пусть и не усилить основной Дар чародея, но дать ему возможность обращаться к другим Стихиям.

– Универсалы? Я думал, это сказки, – пробормотал я ошарашенно, откидываясь в кресле.

– Что за чушь? – возмутился граф. – Маг, прошедший через ритуал Слияния, вовсе не приобретает способность обращаться к другой Стихии – столь же полно, как к основной. Предрасположенность к приобретенной Стихии мала, на уровне обычного человека, и к тому же сателлит не способен развиваться самостоятельно. Он растет только вместе с ростом основы – в прямо пропорциональной зависимости от нее.

– Но что это дает? Если приобретенный Дар настолько слаб, – спросил я недоуменно.

– Мм… Возьмем, к примеру, тебя. Ты чрезвычайно силен. Даже я, лучший выпускник Университета за последние тридцать лет, значительно уступаю тебе по уровню слияния со Стихией – где-то раза в полтора. А потому для тебя сателлит – вовсе не бесполезный груз. Лет через семь он сможет уже вместить целую Форму, а через сто – все три.

– Немало… Получается, для мага ниже уровня Магистра сателлит бесполезен?

– Верно. К тому же обеспечить слишком большое количество магов сателлитами невозможно. Ведь донор в результате обряда погибает, отличий в этом плане у разработки магов и твоей… импровизации, нет. Для обряда используются маги, приговоренные судом империи к смертной казни, каковых не очень много. Я стою в очереди уже шесть лет.

– Да-а… Занятно. – Я встал на ноги и начал в задумчивости прохаживаться за спинкой кресла, меряя шагами комнату и анализируя полученную информацию. – Какое предельное количество сателлитов возможно?

– Я понял, о чем ты подумал. Нет, набрать пару сотен сателлитов не получится при всем желании. – Магистр криво усмехнулся. – Даже тебе не потянуть больше пяти-шести. Нынешний рекорд – четыре, и Магистр Саворит погиб, пытаясь добавить пятый.

– Это тот, который…

– Да. Тот самый, что изобрел книгу заклинаний. – Кассий указал пальцем на мой пояс. – Великий маг, один из сильнейших чародеев своего времени и, безусловно, искуснейший в магии Пространства.

– Почему же он тогда погиб?

– Все просто. Всю жизни он работал над одним секретом древних, утерянным в Темные века… Искал заклятие межмирового перехода… – Я в изумлении уставился на графа. Это шутка, что ли?! – И он его нашел. Вот только для создания межмирового портала потребовался чрезвычайно мощный Дар, способный поддерживать заклинание на сто двадцать Форм (что для старых магов в принципе не проблема), но и иметь предрасположенность ко всем семи Стихиям. Количество сателлитов зависит не от того, сколько Силы имеет маг, а от того, насколько сильно его сродство со Стихией. Иначе основа под воздействием сателлитов (здесь прослеживается сходство с планетами и их спутниками, да и внешне очень похоже) начинала деформироваться, терять стабильность, и в конце концов ими уничтожалась. Собственно, Саворит от этого и умер.

– Понятно…

– Тебе еще рано думать о сателлитах… – пресек мои дальнейшие вопросы Магистр. – Хотя не думаю, что тебе придется ждать очереди долго. Ты ведь потенциальный ходок.

– Кто?

– Ходок, курьер – так в Аан называли тех, кто мог передвигаться между мирами. В лучшие времена в империи было одновременно не больше трех ходоков… Выводы делай сам. Все! Продолжай рассказ.

– Да что рассказывать? – начал я несколько отстраненно. – В сознание я пришел спустя три дня, в госпитале тайных в Валоре, а на следующий день уже отправился в путь. Изучил Форму Наг, пополнил арсенал – благо добирался без приключений и мог спокойно работать. Прибыл в Калнос вчера вечером, зашел в таверну, послушал слухи о нападениях и направился в магистрат, где полчаса выслушивал нытье и причитания мэра о потерях – людских и финансовых. Ну а потом вы… ты меня нашел. – Я вспомнил встречу с Магистром и его требование обращаться к нему по имени и на «ты», как к брату по Ордену (если точнее, то рыцарю Ордена). Впрочем, хотя граф и старше меня на тридцать лет, но выглядели мы ровесниками, так что для конспирации «выканье» было бы не лучшим вариантом.

Совпадение или нет, но я попал в напарники именно к орденцу, и как раз в отдел Тайной стражи, занимающийся тем, на что и нацелен Орден Аан, – уничтожением тварей Тьмы, хотя и не только. В зону непосредственной ответственности нашего отдела, состоящего из нескольких десятков двоек сильных магов и мечников, косящих под обычных охотников за головами, кроме охоты на монстров, демонов и прочую злобную нечисть, входило также уничтожение различных кровавых культов, магических Орденов, магов, преступивших закон, и так далее. Работка по мне, в общем.

– Что ты можешь сказать об объекте охоты? – спустя некоторое время спросил граф.

– Пока ничего… Разве только, что здесь поработал не один монстр, а несколько, причем они явно обладают разумом, – высказал я сформировавшуюся у меня только что теорию. – Для более точных выводов пока нет информации.

– Неплохо. Что ж, я в этом городишке на сутки дольше, потому сразу скажу – мы имеем дело со стаей оборотней под предводительством темного мага.

– Оборотни? Если с магом, то проклятые.

Я еще помнил по Академии, что оборотни делятся на три вида:

1) проклятые – обычные люди, превращенные магом в оборотней и подконтрольные ему;

2) истинные – оборотни, уже рожденные такими, потомственные, так сказать;

3) перевертыши – маги Тьмы, способные оборачиваться.

– Проблема… Придется искать и в городе, и в его окрестностях.

– Вот ты этим и займись. – Магистр залез в карман и достал оттуда странную черную повязку, покрытую белыми и серебристыми рунами. – Держи. Повяжешь на глаза, и она поможет не только оборотня определить, но и мага найти, как бы тот ни скрывал свою сущность.

– Как она действует? – Я со всех сторон рассматривал повязку – работа гномов…

– По принципу действия похоже на тот артефакт, при помощи которого у тебя в эсхарской Академии определяли Дар, – блеснул знанием моей биографии граф. – Только намного сложнее.

– Как же ты?

– Обойдусь. Все, давай за работу – и так уже время потеряли на разговоры. Переодевайся – и вперед.

Я кивнул, соглашаясь, и направился в комнату, выделенную мне в здании представительства тайных Калноса (для непосвященных – обычный постоялый двор).

Действительно, на стуле возле кровати висела одежда. Простая, без изысков и излишеств – самое то для охотника за головами. И герб их гильдии, на груди пониже правого плеча, тоже был – стилизованная волчья голова в треугольнике.

Первое задание… Круто!

– Значит, одни трупы… Шикарно. – Голос Кассия был не самым довольным. Зуб даю, что у него хорошими новостями также не пахло.

Трупы оборотней, сваленные кучей в овраге, я нашел всего пять минут назад. Что ж, по крайней мере, серебряную монету мальчишке отдал не зря…

– Мертвы приблизительно десять-двенадцать дней, – продолжал я докладывать обстановку. – Следов насильственной смерти нет… Три десятка волков, хотя от волков у этих тварей одно лишь название и небольшое внешнее сходство – на редкость уродливые создания, умерли одновременно и без сопротивления… Просто перестали жить.

– Маг замел следы. – Напарник буквально сорвал у меня с языка фразу. – Могу поспорить, уходил он порталом.

Во время разговора я, неспешно прогуливаясь и изучая следы, как раз дошел до места, где и был создан портал. Определил я это просто – следы трех человек, до того довольно четкие, здесь просто пропали. Я выругался. Все, упустили гадов. Спустя почти две недели отследить, куда был создан портал, невозможно – максимум час-полтора. И только для специалиста экстра-класса, к каковым ни я, ни даже Кассий не относились и близко. Впрочем, чего-то подобного я и ожидал, потому не сильно расстроился.

– Что мне сделать с трупами оборотней? Сжечь?

– Да, только оставь парочку для исследований. – Кассий тяжело вздохнул. – Генерал нас за такой промах на лоскутья порвет …

– Но мы же не виноваты! – возмутился я.

– Когда в игре такие ставки, виноват ты или нет – большого значения не имеет! – Граф несколько заинтриговал меня. – Я покопался в доме последнего похищенного, еще кое-что сделал… В общем, он иномирянин.

– Что?! – Сказать, что я был потрясен, – ничего не сказать. – Ты же сам говорил, что переходить между мирами способны лишь сильные маги! Оборотням такое не по зубам!

– Правильно, только наш клиент вовсе не по своей воле покинул родной мир – как и девяносто девять процентов всех «попаданцев», как называет их один мой знакомый. Природные порталы, проколы в реальности – если человеку «посчастливилось» оказаться рядом с такой аномалией, его вполне могло забросить куда угодно, даже в другой мир.

– И много этих… попаданцев?

– Лично я знаю троих и слышал еще о парочке.

– Какие они? – Я затаил дыхание.

– Обычные люди… гномы… эльфы – правда, со слабым или вообще без Дара, по крайней мере, ни один из известных мне иномирян магом не был… Маг к природному порталу и близко не подойдет, сам должен понимать. В этом и причина «неодаренности».

– Какая тогда от них польза? – не понял я.

– Огромная: каждый иномирянин – не только бесценный источник новых идей и знаний – технических, философских да каких угодно, – но и человек, который может дать ходокам ориентиры для перемещения в свой мир. – Быстрый взгляд в мою сторону.

– Получается, темный поймал важную птицу… – Мой рассеянный взгляд уловил нечто непонятное. – Подожди-ка… – Я спустился в овраг и подошел к одному из трупов, который выглядел несколько иначе, отличался от других… большим человекоподобием, что ли?! Этот оборотень прожил несколько дольше других и даже успел отползти на полметра в сторону от трупов своих товарищей, но потом, видимо, решил бросить гнилое дело и заняться рисованием. Он когтем выцарапал на найденном булыжнике странный символ – глаз с тремя зрачками, расположенными треугольником… Конечно, рисунок так себе, да еще и не закончен полностью, но в принципе понятен. – Один из оборотней перед смертью нарисовал какой-то знак… глаз с тремя зрачками. – Ответом мне было молчание. – Эй! Кассий, ты меня слышишь?

– Да, – отозвался маг спустя несколько секунд. А затем меня обескуражил: – Сжигай трупы и возвращайся. Нам здесь больше делать нечего.

– Не понял? Все трупы сжигать?

– Да, через пять минут я создам портал. Отправляемся в Валор, срочно.

Цок-цок, цок-цок, цок-цок… Скачет всадник по ровной, широкой, мощенной камнем имперской дороге… Трактиры, стража следит за порядком – счастливец! Как бы и я хотел так же, по дороге, но реальность совсем не соответствовала мечтам – мы с Кассием вот уже третий день плелись по холодной, унылой, изрытой вдоль и поперек какими-то землероющими тварями степи. И даже редкие островки молодой зеленой травы посреди моря пожухлой растительности не спасали положения и не поднимали настроения. Вот такая она – «благословенная» гентская земля, расположенная под серым тяжелым небом и населенная немытыми кочевниками, которые с завидным упорством и старанием следовали завету предков: до двух пальцев не грязь, а потом сама отвалится. В общем, северные степи не самое лучшее место Мира. Конечно, о такой диковинке, как снег, здесь никогда никто не слышал, если не считать норкцев, служивших в приграничных крепостях, но и температура, близкая к нулевой, тоже удовольствия доставляла мало. Особенно мне, привыкшему к теплому, даже жаркому, по сравнению с этим, климату Эсхара.

Но разве я ною? Нет! Я злюсь! Сильно. А еще я хочу поскорее прикончить тварей, поселившихся в руинах храма, и убраться из Гента навсегда. Единственное, что меня утешало, – это учеба. Работа над изучением Формы проходила успешно и по завершении обещала еще больше расширить мой арсенал заклятий.

– Вот и они… – Голос Кассия вывел меня из задумчивости.

Я поднял глаза.

Действительно, на грани видимости уже были различимы искомые руины – просто груда каменных блоков, но сколько же из-за нее проблем… Действительно, мы могли заполучить их много, и совсем скоро. Вообще в местах, служивших некогда для отправления культа бога или могущественного демона, очень часто возникают проблемы, сходные с той, что предстояло решить нам: после ухода хозяина храма, прекратившего «сторожить дверь», эта самая дверь в иные пласты бытия оставалась открытой для различного рода сущностей. И никогда не угадаешь, что за тварь проникла в наш Мир, пока не уничтожишь или пока она тебя не схарчит…

– Какой у нас план? Приходим, кричим погромче, а когда все твари повылазят – мочим? – спросил я.

Стыдно признаться, но планом операции я до этого момента не интересовался, оставив все на откуп Кассию, а тот не спешил навязываться.

– План хороший, но мне просто лень убивать каждую паскуду по отдельности… Так что тихо пробираемся в центр руин, а потом я жахну Спрутом.

Я так и застыл с открытым ртом. Ого! Заклятие уровня Архимага!

– Ты способен его создать?!

– Да, – не стал отрицать очевидного Кассий. – Но потом я даже фаербол сплести буду не способен.

– Так, может, не стоит…

– Ты желаешь ползать по храмовым подземельям в поисках неизвестно каких затаившихся там чудовищ? – приподнял бровь Кассий. – Я – нет.

– Я подумал… Может быть, мы найдем там что-нибудь ценное, – смущенно признался я.

– Бесполезно. Этому храму сотни, если не тысячи лет. Неужели ты думаешь, будто за время его существования искатели сокровищ не вытащили оттуда все, что только возможно?

– Ладно, – тяжело вздохнул я, признавая поражение. – Мне-то что делать?

– Для активации заклятия нужно время, где-то две минуты, – произнес Кассий. – В это время я окажусь без защиты. Будешь прикрывать.

– Дай мне пару минут на подготовку. – Я на несколько секунд задумался, решая, что же подвесить из заклятий. Учитывая объем Силы, выбор у меня не велик: три улучшенных Светляка (пусть будут Огоньками), итак, три Огонька, Огненный Клинок и… И все – энергии останется только на плетения. Сказано – сделано, причем быстро. Обожаю работать с Формами – такой фактор, как скорость закачки Силы, в этом случае почти не играет роли… Мне понадобилось всего четыре минуты, чтобы структурировать весь свой запас Силы. – Я готов…

– Начали!

Я разочарованно вздохнул, вкладывая меч в ножны. Только что я использовал последние крохи жизненной энергии из янтаря, и пусть она пошла на праведное дело, а именно на собственное излечение, легче мне от этого не стало. Новая оболочка так и осталась развалиной. Тилак, так звали первого владельца тела, как оказалось, имел очень непростую судьбу. Родившись в семье сотника имперской пограничной стражи и дочери вождя небольшого племени кочевников, ему сначала пришлось пережить гибель отца во время штурма крепости ахарцами, переехать с матерью к ее родителям, а затем увидеть уничтожение всего своего рода, сопровождавшееся долгими издевательствами, вследствие чего разум мальчика помутился. Ну а увечья он получил уже позже. Оказывается, не такие и жестокие у нас в Эсхаре дети – к хвосту лошади за ноги, по крайней мере, никого не привязывают и собаками не травят. А собаки у степняков злые.

Медленно поднявшись на ноги, я с хрустом потянулся, разминаясь. Пусть состояние тела по-прежнему далеко от идеала, но дело делать надо. А именно – мстить. Жаль, до главного врага я не доберусь, но кое-кого достать смогу. Честно сказать, я за прошедшие сутки занимался не только самолечением, но и планы строил. Прямо скажем, грандиозные… Только неосуществимые. В мечтах я с чувством, с толком, с расстановкой вырезал своих обидчиков одного за другим, наслаждаясь процессом. Но этим мечтам не суждено было сбыться, и в основном банально из-за недостатка времени. До Эсхара дорога не близкая, и даже если Кассий решит мне помочь, шансов пробраться через охрану кого-то из кровников просто нет. В принципе, учитывая ситуацию, я даже согласен произвести с ними размен баш на баш – все равно мне скоро конец, но где гарантии успеха? Впрочем, над этим вопросом нужно еще подумать.

– Где же ты, Кассий… – пробормотал я.

– Да здесь я!

Я вздрогнул. Вот, блин горелый, любитель сюрпризов! Естественно, сзади стоял Кассий собственной персоной, ехидно ухмыляясь и с интересом меня разглядывая.

– И давно ты за мной подсматриваешь?

– Да с полчаса уже… Не волнуйся, спешить все равно некуда. – Кассий крепко пожал протянутую руку. – Тело еще не упаковали.

– В смысле? Э-э… меня перевозят?

– А ты хотел остаться здесь? – приподнял бровь граф. – Конечно, перевозят. В Центр. Там его уже ждут лучшие специалисты своего дела… И жрец Орвуса. На крайний случай.

– Нет. – Я решительно мотнул головой. – Никакого случая, даже крайнего. Помощь жреца не приму.

– Как хочешь, – не стал спорить со мной напарник.

– Долго еще… будут паковать? С чего бы это мне такая честь, кстати? Не думал, что из-за меня поднимется такой шум.

– Почти закончили. Отнесем, обследуем…

– У меня нет времени быть подопытной крысой! – прервал я напарника.

– Да у тебя его вообще нет! – возмутился Кассий. – Что может быть важнее шанса спастись?

– Неоконченные дела, – ответил я, взглянув Кассию прямо в глаза. – Цепляясь за призрачные шансы, я могу упустить возможность сделать реальное дело.

– Ты еще не оставил мысли о мести?

– Оставил?! – Я практически кричал. – Они убили моего отца! Еще и года не прошло! Я успокоюсь только после смерти… своей или врага.

– В любом случае, дня три тебе придется побыть в Центре.

Я пожал плечами:

– Хорошо… Слушай, я хотел…

– Я помогу, – прервал мой лепет Кассий. – Четверка оборотней сейчас как раз в Валоре. Контракт с купцом закончился – отмечают. Но учти, фор Мерула и герцога тебе убрать не позволят…

– Я понимаю… – согласился я, не став кочевряжиться, – все равно нынешних возможностей мне для свершения мести не хватило бы.

– Если понимаешь… – Лицо Кассия на мгновение застыло подобно маске. Он словно к чему-то прислушивался. – Пошли, пора отсюда убираться. Воняет невозможно.

– Ты со стариком расплатился? – поинтересовался я.

– Да. – Граф недовольно поморщился. – Старый жмот… Триста золотых, подумать только! И куда он их здесь потратит? Ну куда?

– Да ладно, деньги-то небось не твои, – начал я успокаивать напарника.

– Конечно, нет. Твои, – злорадно ухмыльнулся Кассий, наблюдая, как вытягивается моя физиономия.

– Что-о?!

Сказать, что я был расстроен, – значит ничего не сказать.

– Да я и так половину за посох отдаю!.. Сволочь! Убираемся отсюда! Нет, ну вот жмот, где он их тут тратить-то собрался?! – услышал старый шаман последние слова шагнувшего в портал парня и радостно осклабился.

В себя я пришел от боли. Забыл, что правая рука нерабочая, и машинально закрылся ею от коварного стеклянного снаряда… и замер: рука работала идеально, и в ней была зажата капельница, вылетевшая от рывка, что и вызвало боль.

– Вернулся, – ошарашенно пробормотал я, недоверчиво рассматривая свое исхудавшее, но такое родное, до боли знакомое тело. И конечно, едва осознав произошедшее, я тут же бросился с ревизией к ядру, чтобы облегченно вздохнуть – все оказалось в норме, никаких повреждений или разрывов, будто и не было ничего.

– Быть того не может, – вновь пробормотал я, протирая глаза, но спокойно проанализировать случившееся чудо мне не дали – в палату во главе процессии врачей буквально ворвался Кассий, втащив за собой главного специалиста по мне. Этот самый специалист застыл на месте с широко открытым для очередного возмущенного крика ртом и выпученными глазами. Я глупо хихикнул, не сдержавшись, – нервное, наверно.

– Ы-ы?! – удосужился наконец сказать что-то умное целитель. – Почему мне никто не сказал, что пациент пришел в себя?! – И в следующее мгновение налетел на растерянно толпящихся в коридоре подчиненных, яростно сверкая глазами. – А?!

Толпа мигом расступилась в стороны, зашевелилась и буквально вытолкнула из своих недр провинившегося – невысокого худощавого парня лет двадцати с небольшим на вид. Нервно пригладив… Нет – попытавшись пригладить дрожащей рукой «воронье гнездо» на голове, он судорожно оглянулся в поисках поддержки на притихших коллег и произнес:

– Я-а только что проверял, все-о было как обычно. – Бедняга сглотнул комок в горле и мгновенно покрылся потом и красными пятнами.

– Обычно?! А это что?! – Возмущенный маг, не оборачиваясь, ткнул в мою сторону пальцем (ура! я снова могу видеть ауры!).

– Эй! – возмутился я. – Я вам не «что»! И вообще, какого лешего вы все здесь делаете?! – Я замолчал и задумался. – И какого… я здесь делаю?! Мне кто-нибудь объяснит?!

– Так ты ничего не помнишь? – удивился Кассий, грозно уставившись на мигом притихшую и начавшую стремительно редеть толпу.

– Не-э-эт… – подозрительно протянул я, бросив взгляд на главного лекаря и его ближайшего помощника, которые что-то оживленно обсуждали шепотом в углу и даже не думали уходить.

– Так убили тебя оборотни. – Кассий сразу взял быка за рога. – Нож в сердце.

Я задумался. И пусть последним моим воспоминанием был графин, наличие ножа я тоже отрицать не мог… Как-то же нужно объяснять чудесное возвращение в свое родное и любимое тело. А действительно, как?

– В таком случае, почему я не умер? – поинтересовался я, вперив еще более подозрительный взгляд в напарника. – Я надеюсь, вы не…

– Да не беспокойся ты! Насколько мне известно, боги здесь ни при чем, – неуверенно произнес граф.

– И кто тогда мой благодетель?

– А вот это, молодой человек, мы узнаем только после полного осмотра, – влез в разговор лекарь, мигом оттирая Кассия в сторону. – Граф, попрошу вас покинуть палату, – твердо сказал мастер-целитель, глядя прямо в глаза Кассию (кстати, имени его я так и не узнал – секретность… Слишком уж важной информацией владел главный врач Центра, чтобы подвергать его даже малейшей опасности).

– Позже поговорим, – уступил напору Кассий, спешно убираясь из комнаты. – Выздоравливай…

– Ну-с, приступим… Не двигайтесь, молодой человек. Обследование не займет много времени. – Доктор приложил руки к моей груди и выпустил диагностирующее заклятие, да так и застыл с закрытыми глазами на следующие три с половиной часа.

И снова, согласно традиции, несмотря на бурно проведенную ночь и всего час сна, я поднялся еще до рассвета для медитации и разминки, разбудив при этом Лирию, тут же испуганно рванувшую из постели одеваться.

– Спи, еще рано, – успокоил я девушку, усаживаясь на пол напротив открытого окна и ловя кожей первые лучи Мистеля.

– Господин, простите, я должна была…

– Просто Хар. – Я закрыл глаза, сливаясь с Миром, но спокойно помедитировать мне сегодня было не суждено.

– Гос… Хар, не говорите, пожалуйста, никому, что я рассказала о… темных людях, – выбила меня из медитации неожиданная просьба Лирии. – Меня накажут.

– Зачем же ты тогда рассказала? – удивленно спросил я, поднимаясь на ноги и присаживаясь на кровать рядом с девушкой.

– Не знаю… Ты другой, не такой, как остальные. Теплый, как огромный костер…

– Даже так? – задумчиво пробормотал я, машинально поглаживая Лирию по руке. – Интересно… – Я неторопливо подошел к стоявшей в углу сумке и достал оттуда переданную мне когда-то Кассием для ловли оборотней повязку. Возможно, неинициированный маг? Надел – и выпал в осадок.

– Умный мальчик, – совсем другим тоном, нежели раньше, похвалила меня Лирия, стремительно преображаясь.

– Орисса, – произнес я несколько более злобно, чем следовало, признав в своей новой знакомой богиню – сходство со статуэткой из храма было полное. Мне стоило раньше догадаться, что людей, настолько идеальных в эмоциональном плане, как Лирия, в природе не существует. Ни одной отрицательной эмоции, сплошной позитив. И чем думал? Впрочем, ясно чем… – К чему этот спектакль? Какого демона ты вообще здесь делаешь?

– Фу, как грубо. – Орисса сморщила носик. – Так неуважительно разговаривать с богиней.

– Ты обещала позаботиться о моей сестре! О каком уважении ты толкуешь? – Я злобно ощерился. – Что тебе нужно?

– Помочь тебе найти моих жриц, конечно, – удивилась моей непонятливости Орисса.

– А нельзя было не дожидаться, пока я потащусь в эту дыру?!

– Можно, но я хотела познакомиться с тобой поближе. – Богиня обезоруживающе улыбнулась, делая несколько шагов в мою сторону. – Я так много о тебе слышала…

Я растерялся.

– Даже так? Какое дело живущим на Небесах, – я коротко мотнул головой вверх, – до простого смертного?

– Ну не прибедняйся, – подошла богиня совсем уж вплотную ко мне и провела пальчиком по груди. – Назвать тебя простым смертным не повернется язык даже у меня! – Ага, в ход пошла грубая лесть.

– А вот этого не надо! – Я сделал шаг назад. – Если тебе больше нечего сказать, то позволь, я продолжу медитацию.

– К чему такая агрессия? – приподняла бровь мнимая Лирия. – Я не враг тебе. Твои враги – рабы Комола.

– Возможно, но и к тебе у меня доверия нет, – прямо ответил я, не став ходить вокруг да около.

– Я знаю о твоем отношении к моим… родственникам, – улыбнулась богиня. – Поверь, ты им тоже не нравишься.

Я поежился от такого откровения. Как-то мне раньше было приятнее считать, что богам нет дела до маленького человечка по имени Харлаф с его своеобразной жизненной философией: боги есть, вот и пусть будут в сторонке, а я без них обойдусь, своим умом.

– Если я им не нравлюсь, почему я еще жив? – спросил я с наигранным ехидством.

– Можно убить муху, что смирно сидит на потолке, но для этого нужно встать и протянуть руку… А это делать лень. – Орисса приблизилась ко мне и прошептала на ухо: – Сиди на потолке и не жужжи… А то кто-нибудь все же не поленится встать с дивана.

– Я подумаю над твоим предложением, – дерзко произнес я, но, видно, в моем голосе проскочили-таки нотки испуга – Орисса довольно улыбнулась.

– А теперь слушай, – начала богиня жестким, приказным тоном. – Своих имперских друзей можешь не беспокоить. Я вижу, ты гадаешь о связи провинциального арранского барона и сильнейшего из Темных богов… Все просто: предок барона был участником Священного похода против первых слуг Комола и сыграл в нем решающую роль, за что удостоился дворянского титула и такого оригинального родового имени. Они, наивные, полагали, что зло повержено навсегда.

– Зачем же жрецам убивать дочь барона? Месть? Через столько лет? Глупо – зачем привлекать к себе лишнее внимание? – удивился я.

– Это просто демонстрация серьезности намерений: со времен основателя рода бароны Комолы хранили как семейную реликвию один интересный артефакт – жертвенный нож, взятый с алтаря бога. Таким образом барона вынудили его отдать.

– Нож? Я не понимаю…

– Даже человек, столь пренебрежительно относящийся к религии, должен знать, что такое Первая Реликвия, – недовольно произнесла Орисса с некоторым сомнением в моей умственной полноценности.

– Насколько я помню, это артефакт, данный богом своему первожрецу, его символ.

– Почти так. – Девушка обошла вокруг меня. – Благодаря Реликвии жрец в любой момент может обратиться к своему богу. С ее помощью он также способен на время вобрать в себя Силу всех остальных жрецов (у Светлых богов) – это одна из причин, почему жрецами становятся лишь одаренные… Ну а Реликвия Темного бога может вбирать Силу принесенных в жертву единовременно, но не ограничиваясь только лишь его жрецами. Основой любой Реликвии, как Светлой, так и Темной, является частица души самого бога, овеществленная в виде кристалла.

– И зачем же им нож? – спросил я, уже догадываясь об ответе.

– Вскрыть печать темницы, конечно… Для этого нужно целое море Силы.

– Тогда почему боги ничего не делают? Разве ситуация недостаточно накалилась?

– Тут все не так просто. Никто из нас не может приблизиться к месту печати.

– И для этого вам нужен я.

– Да, – не стала играть в тайну Орисса. – Нужен.

– Почему именно я? Есть множество более сильных и умелых магов, которые…

– Сила и мастерство не имеют никакого значения, – перебила меня Орисса. – Важна лишь степень слияния со Стихией, а значит, ты – лучший кандидат.

– А другие апостолы… – начал я, обозвав себя новым словом.

– Ни у кого из них нет такой мотивации, – не дала мне договорить Орисса, как-то странно дернувшись. – Их будет сложно заставить рискнуть жизнью.

– Да, меня заставлять не нужно.

– Вот и хорошо, тогда собирайся. Ты отправляешься в Эсхар.

– В Эсхар?

– Печать в Донкаре, – улыбнулась богиня.

– Но там война, – тупо произнес я.

– Конечно, война! Почему, ты думаешь, Лантар затеял эту бучу? Регент Крейс – жрец Комола.

Я вспомнил: да, действительно, так зовут истинного правителя Лантара, хотя официально страной правит двенадцатилетний король Роберт II…

– Во главе государства… темный? Во главе союзного Аррану государства?! – Откровенно сказать, в такое мне было сложно поверить. – Слабо верится.

– Они прятались сотни лет. За это время можно многому научиться.

– Но сейчас-то все открылось! Нужно что-то делать…

– Это не твоя проблема, подумай лучше о сестре. – Ударив по больному месту, Орисса резко охладила мой пыл. – Время на исходе.

– Зачем вообще привлекать внимание и нападать на жриц? Им мало обычных магов?

– Дело не только в жертве. Твоя сестра вместе с другими жрицами направлялась в Лантар, чтобы основать здесь мой первый храм… – Богиня замялась. – И у них с собой была диадема Ориссы.

– Реликвия… Впечатление захотела произвести? – едко спросил я.

– Да, – огрызнулась богиня. – Ты знаешь другой путь привлечения верующих?!

– Нужно лучше охранять свое имущество! – Я ушел от ответа, одновременно переходя в атаку.

– Да у меня ни одного паладина нет! – возразила девушка, яростно сверкнув в мою сторону глазами и, уже тише, добавив: – Я решила сделать ставку на скрытность…

– Вот и сделала! – Орисса промолчала. – Зачем этим гребаным сектантам нужна твоя диадема?

– Частица души Комола, находившаяся в крестовине ножа, была уничтожена. Проще не создавать новую с нуля, а преобразовать, отравить чужую… Это долгий процесс, но он уже подходит к концу… Я чувствую. Еще немного – и превращение будет завершено.

– Сколько времени у меня есть?

– Пара дней, не больше… – Богиня странно замялась с ответом.

– Дней? – почти закричал я. – Мне не успеть! Я даже не знаю, где конкретно находится печать!

– Тебе и не нужно, твоя задача в другом – вобрать накопленную Силу… Просто убить первожреца нельзя, ведь он не маг в полном смысле этого слова, а скорее сосуд. Разбей сосуд – и его высвобожденное содержимое тебя же и прикончит, а заодно повредит печать. Есть только один способ избежать взрыва – заколоть жреца ритуальным ножом и вобрать в себя накопленную Силу.

– Разве я не должен быть жрецом, чтобы…

– Отличие жреца от мага лишь в одном – в поддержке первого богом-покровителем, – в очередной раз перебила меня Орисса.

– Вот как… Хорошо, но мне все равно не добраться до ножа, – призадумался я. – Я шага не успею ступить, как меня тут же прикончат. Или паладины расчистят дорогу?

– На помощь паладинов и жрецов не надейся. Мы не можем помочь… Или начнется война.

– Родственнички Комола недовольны? – ехидно поинтересовался я.

– Помощь тебе окажут бывшие соотечественники… – проигнорировала мой выпад богиня. – Ты отправишься в Стратон. – У меня внутри все сжалось. Уж где-где, а в Стратоне я хотел бы оказаться меньше всего. Как-то там родина встретит своего блудного сына? Виселицей или топором?.. Плевать! Сразу не казнят, я им нужен, а потом что-нибудь придумаю. Главное сейчас – спасти сестру!

– Хорошо, – решительно произнес я. – Но я все равно не успею…

– А я здесь зачем? Переправлю, куда нужно, лучше любого мага, – перебила меня Орисса. – Собирайся.

– Пожрать хоть дай, – возмущенно буркнул я. – Вырядилась служанкой – так работай.

– Обойдешься! Собирайся, или отправлю как есть! Во всей… хм… красе…

Вышел из портала и сильно удивился – наш отряд с первоначальных семидесяти человек усох до одиннадцати, если считать меня и появившегося следом Магистра. Не густо, мягко говоря.

– А где остальные? – Я начал оглядываться вокруг, преувеличенно внимательно изучая каждый сантиметр приютившего нас глубокого оврага.

– Алтарь находится на территории, подконтрольной лантарским войскам, и отлично ими охраняется, – снизошел до ответа один из магов отряда, заметив полное игнорирование меня Магистром. – Основная часть отряда послужит для отвлечения сил противника… В километре от алтаря расположен лагерь лантарских войск, около пяти тысяч воинов.

– Ясно… Спасибо, фор. – Я слегка поклонился, с удивлением заметив легкий ответный кивок. Чудеса! Что такое в Эсхаре сдохло, если дворяне колдунам стали кланяться?

– Выдвигаемся! – не стал тянуть кота за хвост Магистр, окидывая цепким взглядом подчиненных. – Надеюсь, все помнят, что от применения магии стоит воздерживаться по мере сил?

– Конечно, помним, фор, – с сарказмом произнес я. – Вы же так подробно все рассказали.

– Смерд! – взревел Зэтр. – Ты знаешь ровно столько, сколько и положено предателю, не более того! И если ты еще раз позволишь себе говорить со мной подобным тоном, то пожалеешь! – Я молча кивнул. – Пошел!

Долго сбивать ноги не пришлось – от места высадки до цели – выстроенного на скорую руку капища Комола – оказалось всего четыре часа ходьбы. За это следует благодарить неизвестную личность, открывшую глаза Аррану на истинную суть его союзника. После этого империя отозвала своих военспецов, в том числе и занимавшихся отслеживанием и пресечением попыток создания несанкционированных порталов на подконтрольной Лантару территории (составлявших девяносто процентов специалистов этого профиля). Естественно, после ухода союзников держать под контролем всю вновь приобретенную территорию лантарцы не смогли и были вынуждены сконцентрировать силы на наблюдении лишь за ключевыми точками, первой из которых и было окруженное невысокой деревянной стеной капище… Не тянуло это склепанное на скорую руку убогое сооружение из девяти восьмигранных, иссиня-черных каменных столбов, окруживших по кругу черного же камня квадратный алтарь, на полноценный храм. Судя по внешнему виду алтарного камня, жертвам полагалось лежать голова к голове под углом девяносто градусов по бокам алтаря, запрокинув голову в специальную выемку и подставив горло под нож. Свободное пространство алтаря занимал вырезанный в камне Глаз Комола, куда по желобкам должна была стекать жертвенная кровь.

Пока мы наблюдали и оценивали обстановку, из загона, расположенного метрах в пятидесяти от жертвенника, двое мужиков в черных балахонах вытащили следующую жертву и направились к терпеливо ожидавшему их первожрецу с кривым ножом, готовому пополнить кучу трупов, сваленную сразу за пределами жертвенного круга.

– Внимание! – Зэтр оторвался от созерцания цели и, сжав в кулаке шарик переговорного амулета, на секунду сосредоточился. В стороне что-то яростно полыхнуло… – Начали!

Теперь ясно, что полыхнуло. Отряд прикрытия приступил к выполнению задания, так же как и наш – забыв о маскировке, маги отряда окутались мощнейшими защитными заклинаниями и рванули к цели, разделившись на три группы, оставив меня наедине с Магистром и стремительно остывающими трупами часовых, на свою беду оказавшихся на этом холме.

– Мы разве не должны помочь? – поинтересовался я, видя, что бой магов и жрецов идет полным ходом, а Зэтр и не думает двигаться с места.

– Нет, – на этот раз соизволил ответить Магистр.

А тем временем эсхарские маги доказывали, что они действительно элита, буквально вырубая не оказывавших сопротивление сектантов – некоторые даже сами подставлялись под удар, выбегая из здания казармы и хозяйственных построек. Естественно, таким темпом скоро враги закончились. Нападавшие в растерянности остановились… И больше уже ничего в этой жизни сделать не успели – тела погибших сектантов сморщились, почернели, и от них отделилось что-то черно-багровое, зависло на мгновение, а затем с сытым хлюпаньем втянулось в столбы, которые тут же окутались черной дымкой с алыми прожилками, а дымные языки, взметнувшиеся от них, словно живые, обвили эсхарцев, чтобы через несколько секунд их тела упали наземь иссохшими мумиями. Защитных заклинаний первого класса оказалось недостаточно, чтобы сохранить жизнь хозяевам.

– Что ж, пора и нам, – произнес Зэтр.

…И я получил удар по голове.

– Как это он решил остаться в Ордене?! – орал на меня лорд Вартон, сам глава Тайной стражи. – Вы хоть понимаете, насколько важен иномирянин для империи?! – Орать-то он орал, но до хамства, как большинство начальников, не опускался. Уважаю.

– Конечно, лорд, – прилежно ответил я. – Но что я мог сделать? Это было решение Антона, а Магистр Ордена тут же ухватился за него обеими руками… Я же простой воин, даже не рыцарь, чтобы спорить с…

– Ладно, – устало прервал меня генерал, опадая в кресло. – Вы мне лучше скажите, что нам делать с вашей сестрой? Врачи говорят, что ее состояние стабилизировалось… – Я радостно встрепенулся: с момента прибытия в столицу империи Эльвиру я еще не видел – нас распределили в разные учреждения. Я проходил обследование в специально созданной под меня секретной лаборатории тайных, а Эль отправили в другую лабораторию – не менее секретную. Даже я не знал, где она находится, и не мог навестить. – Но надежд на выздоровление нет. Фактически нам всем повезло, что среди поглощенной вами энергии значительный процент занимали Силы Жизни и Света – иначе вы подняли бы нежить чудовищной силы, а не… это.

– Я не собираюсь сдаваться, – произнес я упрямо. – Шанс еще есть.

– Шанс? – удивленно переспросил генерал. – Ее душа находится вместе с сильнейшим из Темных в его темнице, а тело – нечто непонятное, подобно гигантской помпе выкачивающее жизненную энергию из любого, приблизившегося к нему слишком близко. О каких шансах речь?!

Я угрюмо молчал. С Эль случилось действительно что-то непонятное – все, кроме меня, кто осмеливался к ней подойти, буквально за несколько секунд превращались в иссушенные мумии. Как доктора ухаживают и обследуют такого, мягко говоря, необычного пациента, я не представлял, но работали же как-то…

– Безусловно, лейтенант (ого, видимо, период стажировки закончен! Теперь я лейтенант Тайной стражи, что приравнивается к званию полусотника в регулярных войсках), вы чрезвычайно талантливы. – Лорд Вартон достал из ящика стола папку средней толщины. – А учитывая произошедшие с вами изменения – и вовсе уникальны, но все же нужно реально оценивать свои возможности.

– Простите, лэр… – осторожно начал я. – Изменения? Меня не ознакомили с результатами обследования… Можно? – Я кивнул на папку в руках генерала.

– Ознакомьтесь. – Лорд бросил папку на стол передо мной, а сам достал сигару и закурил.

Я поморщился. Не понимаю этой привычки. Ведь еще несколько лет назад никто и не слышал о табаке, а теперь каждый второй аристократ и богатый купец портит себе здоровье, вдыхая эту дрянь. Хорошо еще, что цены на табак высоки, все же путь от Южных островов до Валора не близкий.

Карточку я изучал минут десять, и чем дальше, тем больше вытягивалось мое лицо. Откровенно говоря, из написанного я понял далеко не все – сказывался недостаток образования, но и того, что понял, мне хватило. Судьба в очередной раз решила компенсировать потери подарками…

– Лэр… – Я деликатно привлек к себе внимание сосредоточенно вдыхавшего дым высокого начальства. – Еще раз прощу прощения, но моего образования не хватает, чтобы…

– Слишком заумно написано? – Генерал понимающе усмехнулся. – Понимаю. Далеко не каждый выпускник Университета способен разобраться в этой зауми. Если вкратце, то Дар мага – как эльфийский надувной шарик: с виду маленький и неказистый, но стоит его надуть – и он раскроет перед тобой весь замысел художника.

– Э-э… надувной шарик?

– Довольно дорогая штука, ее делают из сока одного эльфийского дерева, используется для украшения… – отмахнулся лорд. – Так вот, медитируя и развивая свой Дар, маг постепенно его надувает, как шарик… Кто-то дует слабее, кто-то, как ты, сильнее. – Лорд все же перестал «выкать». Ну и ладно, будем считать это признаком улучшения отношений. – В случае же с поглощенной тобой Силой ты одномоментно раздул свое ядро до невероятных размеров, едва не уничтожил, но это же и сделало тебя сильнее… Совсем новый, ни разу еще не надувавшийся шарик довольно сложно надуть, приходится напрягать легкие, но если постараться и сделать, то в следующий раз ты сможешь его надуть намного быстрее и легче.

– Я правильно понял сравнение? Теперь скорость развития моего Дара увеличится? – уточнил я. – Насколько?

– Согласно данным, – генерал кивнул на документы в моих руках, – такого размера ядра Дара ты смог бы достичь путем естественного развития приблизительно через сто тридцать лет. Сейчас же, чтобы достичь этого уровня, понадобится всего четыре с половиной года.

– Ого! – Я ударился в расчеты. – А еще лет через пятьдесят снова удвоение…

– А вот это вряд ли. – Лорд Вартон улыбнулся. – Дальше придется развиваться как все, халявы не будет.

– Жаль, – расстроился я, увидев крушение своих только-только сданных под ключ воздушных замков. – Но и так неплохо.

– Неплохо? Да большинство магов могут только мечтать о такой силе! К тому же спешу вас обрадовать, лейтенант. – Генерал снова перешел на официоз. – Вы теперь первый кандидат на получение сателлита. Решением самого императора.

– О-о, спасибо! Я…

– Конечно, отработаете… И начнете уже завтра, в городской страже Нижнего города.

– Страже? – Я приподнялся от удивления в кресле. – Но я же…

– Мой племянник временно не может выполнять свою работу, а давать вам другого напарника нецелесообразно.

– Племянник? – туповато переспросил я, не сразу и поняв, что генерал говорит о Кассие. Родственники? Интересно… – С ним все в порядке?

– Да. Просто некоторое время ему не стоит покидать Валор, – несколько туманно объяснил лорд.

– Хорошо. И кем же я буду в городской страже? Надеюсь, не рядовым стражником?

– Нет, конечно… скажем, армейским полусотником из штабных, выгнанным поганой метлой из легиона в городскую стражу за провинности. Это поможет вам лучше влиться в коллектив и облегчит выполнение задания.

– Задания, лэр? – Я не стал говорить командиру, что для шпионской работы не подхожу (у меня и справка есть). Надо – значит, надо, начальству виднее.

– С ним вас ознакомят позже. – Судя по интонации, с которой была произнесена последняя фраза, на этом разговор был окончен.

– Разрешите идти? – Я поднялся на ноги.

– Идите.

Я развернулся и направился к двери.

– Кстати, – окликнул меня лорд, – библиотека службы в вашем полном распоряжении, лейтенант. Я распоряжусь.

Я молча поклонился и вышел, прикрыв за собой дверь… И едва не столкнулся лоб в лоб с рванувшим мне навстречу парнем лет двадцати.

– Лэр Бледный? – с поклоном спросил человек.

– Да.

– Позвольте, я вас провожу.

– Кто вы такой? – отстранился я.

– Мастер Урвиш просил вам кое-что передать… – Парень, не совсем ловко уведя разговор в сторону, почему-то не назвался.

Я встрепенулся: так звали лекаря, занимавшегося лечением Эльвиры.

– Идем.

Разводить долгие разговоры я не стал – с бандитами, пока ты не докажешь им, что сильнее, разговаривать на равных невозможно.

Я ударил магией.

Первым умер крэксер, что стоял у меня за спиной, – почти не обратив внимания на защитный амулет, Огненный Клинок разрезал его наискосок, от поясницы до подмышки. Второй бандит, любитель бить людей по лицу, на опасность отреагировал быстро и дернулся было ко мне… Но это стало его последней ошибкой. Фаербол летит почти в два раза быстрее арбалетного болта, и на расстоянии полуметра увернуться от него не способен никто. Распространяя аппетитный запах и отсвечивая подгоревшими внутренностями через дыру размером с кулак в груди, этот крэксер также прекратил существование – сорвавшийся с моей правой руки Снежок доказал свою потрясающую эффективность.

Но расслабляться было рано – возле самого моего лица промелькнул небольшой стальной шарик, выпущенный Костлявым из пружинного метателя, спрятанного под одеждой. Вот наконец и пригодился защитный амулет – от выпущенного с такой скоростью и с такого расстояния снаряда я не смог бы увернуться, даже находясь в трансе. Возможно, когда смогу видеть Рисунок боя и научусь предугадывать действия врага, это станет возможно, но сейчас… На одной только реакции далеко не уедешь. А теперь, раз уж я выжил, то продолжим!

Я взмахнул Клинком, удлиняя его и пытаясь достать еще одного крэксера, но здесь меня ждала неудача. У Костлявого при себе оказался не только метатель, но и отличный защитный амулет на основе Слезы Хот, который окутал защитной пленкой хозяина и его телохранителей. Клинок оказался не настолько хорош, чтобы справиться с проблемой, и просто распался, истощившись.

Я на секунду задумался.

Дальше у меня было два варианта: накрыть троицу Дыханием Дракона, вынудив Костлявого сократить площадь щита и оставить подчиненных за его границами, или же немного развлечься и проверить крэксеров в деле… Душа моя требовала забыть на время магию и взяться за меч, но разум подсказывал, что огненное представление не осталось незамеченным, и если здесь еще нет толпы воровских подручных, то лишь потому, что они боятся помешать хозяину развлекаться.

Дыханием я сработал ювелирно, не повредив окружающей обстановки, чего не скажешь о бандитах – всего несколько секунд работы липкого, негасимого пламени, и крэксеры превратились в горелые скелеты, которых бы тоже не осталось, не развей я заклятие из опасения, что оно заденет главаря. Костлявый был мне еще нужен… Но не обязательно целым.

Не знаю, возможно, воровской старшина и проходил частичное изменение тела, но полноценным форсером он точно не был. В три года – это максимальный возраст для проведения полноценного изменения – он обитал в одном из самых мерзких детских приютов города, и денег для изменения, естественно, не имел. Значит, конкуренцию он мне составить не мог, тем более без оружия. Ну не считать же за оружие стилет? Мне даже драться не пришлось – прямой удар, который Костлявый нанес стилетом мне в грудь, пришелся в пустоту, в ответ же я удачно отоварил лысого рукоятью меча по блестящей черепушке, свалив его на пол. Времени, которое бандит был без сознания, хватило, чтобы вытянуть у него ремень из штанов, перетянуть руки за спиной и, поставив над ним табурет, усесться верхом, поигрывая ножом в предвкушении развлечения.

– Я убью тебя!

Ну вот, ни «здрасьте», ни «как дела» – сразу угрозы!

– Ай-ай-ай, зачем же вы так, уважаемый, – издевательски произнес я. – Во-первых, вы первый начали… Кстати, крэк я действительно не брал, вас развели как школьника. А во-вторых, нож-то у меня, – сказал я с какой-то даже нежностью. – И я умею им пользоваться… – Я нагнулся и схватил бандита за подбородок, протягивая руку с ножом к его голове. – К тому же я никогда никому ничего не прощаю, и с некоторых пор мне чужда жалость к подобным вам личностям. – Я завел нож бандиту за ухо и равнодушно произнес: – Так тебе будет даже лучше.

– Ху-а-у-у… – Костлявый только и мог, что замычать, – моя рука надежно удерживала его челюсть.

– Дерьмо! Я тебя прикончу! – Бандит продолжал вести себя по-хамски. Причем ничего нового он в плане угроз не придумал, как ни печально.

– Может быть, это, – я бросил отрезанное ухо на грудь пленника, тут же протягивая руку ко второму, – научит вас вежливости.

– У-а-ар-х!

– Для симметрии, – пояснил я, и второе ухо отправилось путем предыдущего. Я тут же, коротким всполохом пламени, прижег раны. – Красота… – Костлявому так действительно было намного лучше. – Надеюсь, теперь вы готовы к конструктивному разговору?

– Ах ты, гнида, – не сдавался упорный бандит, хотя я даже слегка применил к нему свои способности эмпата, внушая благостное настроение и доверие к себе. Не вышло… – Я тебя своими ру… кха-а… – Удар ногой в лицо наконец-то прекратил снова начавший литься на меня поток брани и угроз. Упорный, гад!

– Жаль… – Я достал из кармана штанов овальную пластину размером с ладонь. Бандит забился, отчаянно пытаясь освободиться… Узнал. – У меня их мало, дорогие, сволочи! – Я рванул рубаху на груди бандита, обнажая грудь, и приложил пластину в ее центр, накрывая ладонью и одновременно начиная закачивать Силу. – Ну вот и все, а ты боялся.

– Ублюдок…

– Ага! – Я ткнул пальцем в грудь Костлявого. – Тебе уже не терпится ее испытать! Тогда слушай первый приказ: не хами мне и не угрожай, будь вежлив и честен! – Подтверждая приказ, печать Подчинения тускло засветилась голубоватым светом. – Договорились?

– Конечно… господин. – Костлявый несколько переборщил с вежливостью, но, по сути, не погрешил против истины.

– У тебя действительно украли крэк или это просто уловка?

– Украли, господин.

– Интересно… Неужели стражники промышляют торговлей крэком? – задумчиво пробормотал я.

– Я не знаю об этом, – ответил на мой риторический вопрос воровской старшина.

– Это-то понятно, если бы ты знал, то виновные давно бы кормили рыб, – отмахнулся я.

– Да, господин.

– Ладно, тогда к делу. Ты не считаешь, что причиненный тобою моральный ущерб нужно компенсировать финансово?

– Нет, господин.

– Но все-таки тебе придется это сделать.

– Конечно, господин. – Вот, блин горелый, надоел уже с этим «господином».

– Какова стоимость пропавшего крэка?

– Три тысячи империалов, господин.

– Ого! Не думал, что спрос на крэк в столице настолько велик… – Я подозрительно прищурился. – А может, вы, мои… нечестные друзья, затеяли войну? Я не слышал о разногласиях в Триумвирате (союзе трех крупнейших преступных группировок Нижнего города, ранее воевавших, но лет двадцать назад объединившихся), но, может быть, мои данные не точны?

– Война будет, но не между нами, – обескуражил меня Костлявый. – В город пришла новая сила, крэк нужен нам, чтобы отстоять свое.

– Новая сила? – Я недоверчиво взглянул на пленника. – И кто же это?

– Кровососы.

– Кто-о?! О чем думает Тайная стра… – Я осекся. – Тьма… И почему я не верю в совпадения? Жить было бы намного легче!

Странно, но перед отправкой на задание самого задания мне дать не додумались… Собственно, кроме одного пароля и отзыва, мне вообще ничего не сказали. Хотя бы снаряжением обеспечили, и то хорошо. Вот как бы я обошелся сейчас без печати Подчинения? Жаль, что их только три штуки…

– Босс, у вас все нормально? Я… – неожиданно прервал мои размышления голос из-за двери.

– Прикажи ему убираться, – прошептал я.

– Убирайся! Я занят! – послушно проорал бандит, и крикун с громким топотом удалился – сердить хозяина не решался никто. – Он ушел, – констатировал очевидную вещь Костлявый.

– Это ненадолго… – Я призадумался. – Слушай и запоминай. Первое: ты больше никогда не будешь предпринимать ничего, способного навредить мне прямо или косвенно. Второе: ты никому не расскажешь о том, что здесь произошло и обо мне. – Я бросил взгляд на трупы телохранителей и махнул рукой в их сторону: – Придумай что-нибудь… И третье: если я сниму печать, ты будешь мстить?

– Конечно, я приложу все силы, чтобы найти вас и убить… господин.

– В таком случае, моя совесть чиста. В качестве компенсации ты заплатишь мне десять тысяч золотом. – Совсем наглеть я не стал. – До завтрашнего вечера. Наличными, через посыльного. Я буду ждать его в «Золотом гусе» на втором этаже, ровно в шесть вечера.

– У меня нет таких денег, господин, но я могу взять из казны Гильдии.

– Не нужно, – разочарованно произнес я. Запускать руку в воровской общак слишком опасно: возникнет много лишних вопросов. Кстати, о вопросах. Если со стороны воров свидетелей не осталось (не считая персонала трактира, но они-то подоплеки дела не знали и ничего существенного рассказать не могли), то продажные «псы» явно знали слишком много, чтобы жить. – Какую сумму ты можешь достать, не привлекая внимания… коллег.

– Около четырех тысяч. – Я разочаровался еще больше.

– Хорошо, пусть будет так. После того как передашь деньги – убей себя так, чтобы тело нельзя было допросить.

– Да, господин, – с радостью в голосе оттого, что может выполнить волю хозяина, произнес несчастный, и я невольно вздрогнул – не думал, что печать Подчинения настолько страшная вещь. Хуже смерти.

– А теперь я хочу знать все, что тебе известно о пробравшихся в город вампирах.

– Да, господин. – Вот заладил! – Если желаете, я передам вам материалы по этому вопросу вместе с деньгами.

– Хорошо. – Я убрал табурет и, перевернув Костлявого на живот, развязал ему руки. – Прощай.

– Господин… – неожиданно окликнул меня воровской старшина. – Что мне делать с этим? – Он держал в руке свои уши.

– Мне без разницы, – легкомысленно произнес я, уже думая о другом, и добавил, забыв, что, находясь под действием печати, люди не понимают сарказма или шуток. – Хоть съешь…

Зря я это сказал. Не успел я сделать и пару шагов, как сзади раздался противный хруст и чавканье.

Меня едва не вырвало прямо на пороге. Это уже слишком.

– Итак, внимание!

Я громко хлопнул в ладоши, призывая собравшихся в комнате людей к тишине. А толпа оказалась немалой – полторы сотни человек. В связи с чрезвычайной ситуацией я решил собрать всю базарную стражу вместе и познакомиться, попутно прочистив им мозги, – что, учитывая случившееся со мной всего час назад и полученные от информаторов данные, было отнюдь не лишним: фактически стража находилась на содержании Триумвирата. Меня это не устраивало. Пусть моя легенда и полетит к демонам (уже начала лететь – от того человека, каким являлся по легенде Харлаф Блейз, сложно было ожидать действий, подобных моим), но просто смотреть и ничего не делать я не мог. Арран стал моим домом, а я привык содержать свой дом в чистоте.

Толпа (ничем другим это скопище народа назвать было нельзя) успокоилась.

– Все вы уже знаете, кто я такой, – начал я. – Но я все же представлюсь: лейтенант Харлаф Блейз, ваш новый командир. – Толпа загудела. – Назначен вместо погибшего лейтенанта Солтаса… да примут боги его душу. Это был, безусловно, достойный человек. – Сказать данную фразу убедительно я не смог – зубы сводило от злости при мысли о том, что всего за три года эта мразь развалила некогда образцовое подразделение. – Мы продолжим его дело и будем исполнять свои обязанности с удвоенным рвением! – Я немного помолчал. – Что ж, а теперь возвращайтесь к своим обязанностям. – Люди потянулись к выходу, и через пять минут в комнате не осталось никого, кроме меня и моего заместителя, сержанта Остаса Нурга.

Несколько секунд сержант настороженно смотрел на меня, а я – на него. И я никак не мог понять, каким образом ближайший помощник Солтаса оказался не замешан (по словам неудачливой парочки стражей) в его грязных делах и при этом не уволен. Мохнатая лапа в верхах? Возможно…

– Лэр, – первым нарушил молчание Нург. – Я надеюсь, мы сработаемся. – Я медленно кивнул. – Ах да, совсем забыл – тетушка просила передать вам привет. – Моя челюсть упала на пол… Вот это номер!

– Спасибо, я обязательно заеду к ней на пироги, – вспомнил я отзыв.

Ясно теперь, чья лапа так заботится о сержанте.

– Так вы…

– Да, – прервал меня сержант. – А теперь я должен вам кое-что передать. – Нург достал из кармана и протянул мне шарик переговорного амулета. Я взял его и тут же вспомнил свои разговоры с мечом Духа. Передача информации прямо в мозг оказалась более распространенным делом, чем я думал.

– Значит, я угадал, – глухо произнес я спустя полминуты, стряхнув с руки на пол пепел от сгоревшего амулета.

– Лэр?

– Сержант, что вы знаете о вампирах?

– Практически ничего… Вампиры были в Валоре всегда, но примерно месяц назад их количество увеличилось где-то на порядок. – Я невольно присвистнул. – Что послужило причиной – мне не известно. И еще, судя по косвенным признакам, их Гнездо располагается где-то в Нижнем городе, вблизи рынка.

– Та-ак… Получается, назначить меня сюда, – я ткнул пальцем вниз, – планировалось изначально. И Солтаса убрали наши.

– Вы почти правы, – усмехнулся Нург. – Только лейтенанта должен был убрать я – завтра. Вы несколько опередили план.

– Я его не убивал!

– Конечно, но капитана-то на путь истинный наставили вы? – Ага, значит, капитан Рур «под колпаком». – Вообще-то убирать Костлявого в планы не входило, насколько я знаю. Но тут уж ничего не попишешь.

– Вот именно. Нельзя было ознакомить меня с планом заранее? Хотя о чем это я… Разве можно назвать планом этот набор «ценных указаний»?

– Прошу меня простить, лэр, но вы, видимо, не слишком много знаете о вампирах.

– Почему же? В Академии Эсхара я проходил курс ксенологии. О вампирах там было, конечно, не много, но большего мне и не надо.

– Что-нибудь вроде: «огромная физическая сила, бледная кожа, уязвимость к свету Мистеля, клыки»? – ухмыльнулся Нург.

– Размножаются, превращая других существ в подобных себе, – добавил я и тоже усмехнулся. – Ах да, еще – я могу справиться врукопашную с кровососом возрастом до ста пятидесяти лет… Больше мне знать для выживания и не нужно… было.

– Неплохо. – Сержант уважительно кивнул то ли моим воинским успехам, то ли знаниям. – Но недостаточно. Об этом мало кто знает… Вампиры делятся на две неравноправные группы: Истинных, или, иначе, чистокровных, и обращенных. Откуда изначально появились вампиры, точно не скажет никто, но одно известно наверняка – все они произошли от общих прародителей – Короля и Королевы, именно так, с большой буквы, а настоящие их имена знают лишь чистокровные…

– Дай догадаюсь, – влез я. – Чистокровные – это дети королевской семейки, уже рожденные вампирами.

– Верно, именно от них около шести тысяч лет назад и произошли первые обращенные. Всего Истинных вампиров одиннадцать – четыре женщины и семь мужчин. Вначале было семнадцать, но из-за отсутствия возможности размножаться количество Истинных сократилось… По естественным причинам. – Сержант злорадно ухмыльнулся, и я сразу понял, какие причины он считает естественными для кровососов. – Об Истинных вампирах вы, лэр, должны были что-то слышать, их еще называют Князьями.

– Слышал, но думал, это просто самые сильные и старые из них.

– О нет! Среди обращенных, конечно, тоже существует своя иерархия – подразделение на низших и Высших, проживших более тысячи лет, но ни один из обращенных не посмеет назвать себя Князем.

– Ага… понятно. И кто же из Князей прислал своих… детей в Валор?

– Никто. Судя по описанию свидетеля, на одном из вампиров был знак Спящего.

– Кого? – История становилась все запутанней.

– О, это отдельная история… Вы слышали о Кровавой неделе?

Я ненадолго задумался, но ничего в голову не пришло.

– Нет.

– Это случилось незадолго до распада Аан. – Сержант присел на стул. – Один из сильнейших магов той поры, имени не помню, что-то не поделил с Сибиллой, Истинной, в результате произошел поединок… И маг вышел победителем. Но радовался он недолго – отомстить за смерть дочери явилась сама Королева. В результате маг погиб, вместе с ним погибла куча народу, но совместными усилиями десятка Магистров и Архимага удалось уничтожить и Мать вампиров… что и положило начало Кровавой неделе. Упыри по всему миру одновременно словно сошли с ума, в гневе принявшись убивать людей направо и налево. Князья и лично Король практически стерли с лица Мира Валор, разрушив даже Университет и Императорский дворец… Кошмар продолжался неделю, а затем все прекратилось. Как стало известно позже, Король неожиданно впал в оцепенение, заснул… и спит до сих пор. На основании этих и некоторых других фактов позже были сделаны выводы, что Король и остальные вампиры эмоционально тесно связаны.

– Интересная сказка, – скептически произнес я.

– Возможно, – не стал спорить сержант. – Прошло слишком много времени, чтобы знать точно, но одно мы знаем – вампиры в городе, и они что-то ищут… или ждут.

– Допустим. Вы все хорошо расписали… – Я выставил ладони перед собой в защитном жесте. – Но при чем здесь безответственное отношение командования к планированию операции?

– Все просто. Даже сейчас, несмотря на свое состояние, Король вампиров остается сильнейшим эмпатом и телепатом нашего Мира. Он всегда чувствует направленную на него или его детей агрессию. Это было не единожды доказано – кровью. Теперь же, когда внимание Короля направлено на всех, кто связан с этим делом, стоит только кому-то начать что-то планировать – и Хранители Спящего тут же об этом узнают.

– То есть, – протянул я, – остается импровизация.

– Верно.

– Это невозможно! Не могу же я работать, вообще не думая над следующим ходом! Пусть найдут кого-то другого для этого дела.

– Другого нет, – покачал головой Нург. – Лишь вы…

– Только не говорите мне, что дело в силе моего Дара, а то я повешусь! В последнее время из-за него у меня куча проблем!

– Тем не менее дело как раз в Даре, – улыбнулся сержант. – У сильных магов, чье слияние со Стихией достаточно велико, есть природный иммунитет к магии разума… Для телепатов это как пытаться услышать разговор, происходящий у водопада, – шум воды заглушает все.

– Получается, делиться своими планами мне нельзя ни с кем, – констатировал я унылый факт и улыбнулся: – Только раздавать ценные указания.

– Так точно, – неожиданно рявкнул сержант, вытягиваясь во фрунт. – Разрешите идти? – Я в недоумении взглянул на Нурга, а потом до меня дошло. Я на мгновение сбросил блокировку эмпатических способностей и просканировал окружающее пространство – за дверью кто-то притаился, излучая интерес и страх. Шпионят, гады! Но как Нург смог его засечь раньше меня?

– Иди, и чтобы завтра отчет был у меня на столе! – Я, всем существом выражая пренебрежение, граничащее с презрением, отвернулся. И тут же почувствовал, что комок из чувств удаляется от двери. – Ушел. Теперь по делу, – зачастил я. – Завтра утром мне нужен полный список всех стражей – кому я могу доверять, и особенно, кому доверять нельзя ни в коем случае… А также, кого нужно… устранить. Вы поняли?

– Да, лэр. – Нург мгновение помолчал. – Сделаю… Ах да! – Сержант хлопнул себя ладонью по лбу, запуская вторую руку в висящий на поясе кошель и вынимая оттуда шарик переговорного амулета. – Это вам. – Я молча принял передачу и спрятал шарик в свой кошель.

– Идите… Кстати, – спросил я двинувшегося к выходу сержанта. Нург обернулся. – Где мой кабинет?

Я вернулся домой поздно, часа в два ночи, уставший как собака – пришлось побегать. Вампирша чрезвычайно резво прыгала по крышам – очень уж впечатлительной оказалась. Глупая тварь даже и не думала, что за ней кто-то может следить, а потому бежала прямиком в Гнездо, к «папочке» под крыло. Ну вот скажите, как существо, чья жизнь крутится вокруг крови, может не знать о ней самых очевидных вещей? Уж вампиру-то должно быть известно, что кровь мага – не просто какая-то там вкусная питательная жидкость, она еще и часть самого мага, содержащая частицу его Дара… Стоило мне только закрыть глаза и на мгновение погрузиться в медитацию, как я перед внутренним взором увидел отделившуюся от ядра моего Дара крохотную оранжевую искорку, стремительно удалявшуюся сквозь вязкую чернильную темноту. Оставалось только иди за ней… И я дошел, а затем рассказал о своей находке кому следует, после чего вернулся домой и заснул сном праведника.

– Лэр лейтенант, проснитесь! – Кто-то со смутно знакомым голосом забарабанил в дверь. Я напряг память. Один из молодых стражников, заступивших в смену на ночь. – Идет бой на рыночной площади!

– Что-о-о?!! – Я мгновенно оказался на ногах, тут же сбрасывая сон и торопливо одеваясь.

– Лошадь оседлана, лэр! – произнес рядовой, пускаясь вдогонку за мной по лестнице. – Дежурные наряды стягиваются к месту драки.

– Кто?

– Люди Топора и Костлявого… вернее, одного из его ближников. – Парень вслед за мной запрыгнул в седло.

До рыночной площади мы добрались быстро – благо до рассвета оставалось еще полчаса и людей на улицах было немного. Зато зевак вокруг места побоища скопилось порядком – рынок начинал работать очень рано, некоторые купцы и крестьяне ночевали прямо здесь в своих палатках и телегах, чтобы не потерять место. Поэтому в бандитской стычке погибли не только ее участники (трое), но и несколько невинных людей. Старик лет семидесяти лежал на земле с разрубленным черепом – не вовремя высунул нос из телеги с привезенными на торг овощами. Молодая женщина с ребенком лет двух на руках лежала, подвернув ногу, возле перевернутого лукошка с яйцами… Мальчик был пришпилен к груди матери арбалетным болтом. У меня перед глазами встал прибитый к стене трактира отец… Богатое воображение не всегда благо.

– Ну-ург!!! – бешено заорал я, чувствуя, как во мне пробуждается холодная ярость, заполняя меня до краев ледяным пламенем.

– Я здесь, лэр лейтенант! – Мой заместитель словно из-под земли вырос позади меня.

– Почему не уследили? – Я бешеным взглядом окинул нервно сжавшихся стражников. – Чья вахта? Чей участок?

– Стражи Крем, Лопар и Таворис. – Названные стражники, стоявшие неподалеку, сделали неуверенный шаг поближе ко мне.

Я тут же снял блокировку эмпатических способностей и атаковал их, принуждая к откровенному разговору. Стражники взглянули на меня со страхом и преданностью, а маг-криминалист, оказавшийся рядом (между прочим, двое расследователей также находились здесь, опрашивая свидетелей), – с удивлением.

– Как это случилось? – едва сдерживаясь, спросил я.

– Мы были там… Они напали неожиданно… Мы бегом… – затараторили стражники всем скопом, начиная рассказ с разных сторон и путая друг друга и меня.

– Стоп! Заткнулись все! Ты! – Я ткнул пальцем в стоявщего посредине стража, самого старшего по возрасту и званию. – Говори.

– Лэр, мы были во-он там. – Мужчина указал рукой в противоположный конец торгового ряда. – Совершали обход, когда услышали крики. Бросились сюда. Здесь дрались между собой десятка два оборванцев. – Я поморщился: хороши оборванцы – с арбалетами. – Позвали подмогу, – рядовой поддел большим пальцем цепочку висящего на шее свистка, – и побежали сюда. Нищие бросились врассыпную.

– Плохо. – Я успокоился. Даже как-то чересчур, но в глубине души все еще бушевал огненный ураган. – Если вы меня сейчас не удивите, можете сдавать жетоны…

– Лэр? – удивленно переспросил Лопар, оглядываясь вокруг. – Удивить? Я не…

– Разрешите, лэр лейтенант, – вклинился в разговор сержант Нург. – Результатом действий стражи стало задержание четверых участников стычки. Сейчас их допрашивают расследователи.

– Вот как? – Я окинул взглядом окружающее пространство. Чуть в стороне действительно происходил допрос четверки подозрительных личностей. Эти самые личности презрительно молчали, а двое расследователей – один совсем молодой, а второй постарше, на вид лет тридцати с небольшим, вяло у них что-то спрашивали, уже отчаявшись выжать хоть слово. – Непохоже, что там дело сдвинулось с мертвой точки… За мной.

Катакомбы мне сразу не понравились – темно, сыро, непонятное шебаршение в темноте, сразу за пределами освещаемой факелами зоны, сзади напряженно пыхтит бандит, периодически покалывая меня кинжалом в спину. И зачем так прижиматься? Извращенец.

Вопреки моим ожиданиям, путь наш проходил не по узким коридорам, а чуть ли не по подземному проспекту – по крайней мере, стен я разглядеть не смог. Только пол неровный… Ай! Я попал ногой в яму и чуть не подвернул ногу, остановился на секунду, а идущий сзади урод больно кольнул меня кинжалом в спину.

– Тебя я убью первым, – полуобернувшись назад, спокойно произнес я.

– Что-о?! Ах ты… – взревел бандит, но тут же заткнулся, остановленный на полуслове ледяным взглядом вожака. Духу у него хватило только что-то тихо пробурчать.

– Эй, маг, – окликнул я. – Долго нам идти? Час уже шлепаем.

– Почти пришли, – ехидно ответил бандит. – Понравились катакомбы?

– Очень, – уныло пробурчал я. – Только я не вижу здесь ни монстров, ни сокровищ… ничего достойного внимания.

– Этот район регулярно очищается нашими людьми. К тому же это только верхний ярус, вниз я бы тебе спускаться не советовал.

– А сколько всего ярусов? – поинтересовался я.

– Не знаю, до самого дна не спускался, но четыре точно. С четвертого я еле унес ноги, оставив там всю группу.

– Неужели никто не пытался проверить, что внизу? – искренне удивился я.

– Почему же? Некоторые маги и сорвиголовы спускаются и ниже четвертого яруса, но не ты, – несколько высокомерно произнес маг. – Сколько тебе лет, двадцать семь? Тридцать? – Ну да, по легенде лейтенант Блейз был двадцати девяти лет от роду (слишком молодой командир не всегда имеет должный авторитет у подчиненных, поэтому надо мной немного поработали, слегка изменив внешний вид – совсем чуть-чуть).

– Почти, – сухо отозвался я.

– Признаю, как маг ты неплох, но этого явно недостаточно для спуска туда. – Бандит ткнул пальцем вниз.

– Посмотрим…

– Пришли, – не дал мне договорить конвоир, останавливаясь возле еле заметной ниши в стене и на что-то нажимая. Раздался скрип, хруст, а затем моему взору открылась уходящая вверх лестница, освещенная факелами, расположенными на стене через каждый метр. Зачем? Темноты они, что ли, боятся?

Мы начали подъем, а на середине пути нас остановил властный оклик, и сверху, на лестнице, возник воин в полном доспехе, с коротким мечом и почти ростовым щитом в руках. В стенах я почувствовал присутствие десятка решительно настроенных организмов. Охрана? Кого они так боятся? Еще и руны?.. Я удивленно присвистнул.

– Пропуск, – прогудел страж, решительно загораживая нам путь.

Чародей послушно достал из-под одежды квадратную стальную пластину на тонкой серебряной цепочке. Судя по всему, об опасности подземелий он не соврал. Но если так, тогда почему в городе не лезут из-под земли эти самые твари? Этот вопрос я и озвучил, едва мы двинулись дальше.

– Все выходы из катакомб опечатаны магией. К тому же охранители и тайные постоянно проводят рейды и зачищают верхние ярусы, используют их в качестве полигона для обучения молодняка в условиях, максимально приближенных к боевым.

– Не знал. – Я поморщился, заметив, что бандит, занятый переноской моих вещей, пристроился в конец шеренги. – Сурово тут у вас… – Я криво усмехнулся: мой сопровождающий остановился перед дверью в конце лестницы и приложил руку к рунному кругу в ее центре. – Магические запоры – это не слишком?

– Всякое бывает. – Дверь с тихим шелестом отворилась. – Вперед.

– Ясно, что не назад, – съязвил я, окидывая взглядом взявших меня в «коробочку» бандитов. Зря вы, ребята, так близко ко мне стали – арбалеты вам сейчас не сильно помогут… Впрочем, трепыхаться все равно бесполезно: из этой подземной крепости мне не выбраться – по запутанности коридоров она ничуть не уступала катакомбам, да еще и охрана на каждом шагу… Война, однако.

Идти нам пришлось относительно недолго, минут десять, и я подозреваю, что водили меня кругами. Но к нужной двери все же привели. Маг постучал, дождался разрешения войти, и открыл дверь, пропуская меня вперед…

Обстановка внутри роскошью не блистала, но и убогой тоже не была: стол, стулья, пара шкафов с книгами, диван с маленьким столиком рядом. Вот как раз на диване и сидели гостеприимные хозяева: здоровенный, простоватого вида грузный мужик под два метра ростом, с небольшим, но отнюдь не декоративным топориком на поясе, и лощенный до отвращения аристократ с холодными злыми глазами – Граф, третий член Триумвирата.

Я беззастенчиво принялся рассматривать гостеприимных хозяев.

– Так вот ты какой… – окинув меня с ног до головы пренебрежительно-заинтересованным взглядом, процедил Граф.

– Ага, я такой, – подбоченился я. – А ты кого ожидал увидеть?

– Не смей меня перебивать, – сощурился триумвир. – И изволь обращаться ко мне как подобает!

– Конечно, – со всем смирением пролепетал я. – Так что же такой ублюдочной твари, как ты, нужно от меня?

Слова попали в цель. Граф буквально взорвался, мгновенно растеряв все свое хладнокровие, – характеристику мне на него дали более чем точную: обычно спокойный и уравновешенный, этот незаконнорожденный сын кого-то из семи герцогов империи очень болезненно реагировал на… кое-какие слова. Вот и сейчас он прямиком рванул ко мне… Просто так я умирать не хотел, хоть одного гада с собой прихвачу.

– Стоять! – вскочил вслед за союзником Топор, но было поздно. Войдя в транс, я, развернувшись, снизу вверх под углом сорок пять градусов рубанул ребром ладони по горлу стоявшего сбоку справа конвоира, беспечно подошедшего слишком близко (обещал же, что убью первым!). Левой рукой выхватил у него из ножен на поясе кинжал и, одновременно с ударом ногой в бок второго ломая ребра, метнул клинок в достаточно приблизившегося ко мне Графа…

С расстояния в полметра брошенный с такой скоростью снаряд не способен отклонить даже гномий амулет, а активировать эльфийский ночной хозяин просто не успеет – для этого нужно трезво и быстро оценивать ситуацию… В следующий момент средней силы воздушное ядро унесло меня прямо в книжный шкаф. Шустрый маг не зря ел свой хлеб, если бы он не старался сохранить цель в живых, мне бы очень не поздоровилось. Зато теперь, прикрытый с одной стороны стеной и имея всех противников перед собой, я мог спокойно выпустить в них кое-что из своего арсенала. Что я и сделал, жахнув Огоньком (раз уж они не додумались надеть на меня браслеты, блокирующие Дар). Сразу думал использовать Дыхание Дракона, самое мощное, что есть, но затем передумал – Дыхание истощило бы запасы Силы в ядре, а мне еще из здания выбираться.

Из вытянутых в сторону врагов рук сорвался огромный бело-рыжий огненный шар, заливая помещение пламенем, – я лишний раз порадовался, что заклинания не могут причинить вред своему создателю. Немного волновался я только за свои вещи, но мечу огонь не страшен, а все остальное из огнеупорных материалов – как-никак принадлежит магу Огня…

Впрочем, радовался я рано – не успело пламя взрыва схлынуть, как я получил привет от своего более опытного коллеги. Меня плотно прижало к стене воздушным прессом, не позволяя двинуть даже пальцем, – главное препятствие между Харлафом и свободой выжило, прикрывшись Сферой Воздуха. Живы и здоровы были и остальные, разве что бандит, получивший удар по горлу, не подавал признаков жизни да Граф болезненно морщился, ощупывая живот, скрытый под гномьей кольчугой. Предусмотрительная тварь!

– Я же говорил – он не так прост, как кажется, – спокойно, будто ничего и не случилось, произнес Граф, не совсем понятно, к кому обращаясь. Успокоился, сволочь!

– Ты прав, – отозвался Топор. – Не ожидал от него такой прыти… А ты что скажешь, Халид?

– Неплохой Дар, – с полным безразличием в голосе ответил маг, судя по имени, все-таки ахарец. – Но такой скорости я не ожидал. Что-то с ним нечисто.

– Ясное дело, – отмахнулся Граф. – Только это не объясняет интереса к нему со стороны кровососов. – Услышав это, я просто выпал в осадок. Вампиры мной интересовались? С чего бы? – Мол, позаботься о госте. – Один из подручных Графа достал из сумки на поясе ужас всех магов – если они еще не стали Магистрами.

Через минуту я уже мог свободно двигаться – как только на меня надели блокирующие магию браслеты и ошейник, соединенные между собой тонкой, но очень прочной цепью гномьей ковки, Халид развеял пресс.

– Вопрос, наверное, тупой, но почему вы сразу их не надели, если носили с собой? – Я вопросительно вскинул бровь.

– Хотели испытать тебя в деле, понять, зачем ты им нужен… – поморщился Халид, бросив взгляд на лежащий у ног труп. – Испытали.

– Только не все дожили.

– Плевать на этого урода! – презрительно бросил Топор, пнув тело. – Сам подставился. Из ворья выходят отвратительные солдаты, сколько их ни учи, – этот бывший десятник (а ныне дезертир), не помню какого легиона, считал себя великим воином и любил это подчеркнуть при случае.

– Не могу не согласиться… Ладно, чего ты хочешь от меня? Если насчет рынка – то пока виновные не будут выданы властям, перемирия не будет.

– Перемирия? – искренне удивился Граф. – Ты считаешь, что ведешь с нами войну? Ты, «пес»?! Я могу раздавить тебя как жука…

– Тебя что, так обидела «ублюдочная тварь»? – снова перебил я бандита. – Так ведь не со зла, правду же сказа… к-х… тьфу, молодец… – Я сплюнул кровь, слегка пошатнувшись, но и не думая валиться с ног. – Крепкий удар. – За это я получил еще несколько ударов кулаком с зажатой в нем тростью по лицу.

– Хватит! – Топор перехватил руку компаньона на очередном замахе. – Он нам нужен.

Граф в раздражении вырвал руку.

– Знаю. Ты уверен, что они уйдут, получив его?

– Нет. Но и другого выбора тоже нет! Их несколько сотен, в нынешней ситуации наших сил для войны недостаточно. Впрочем, если все выгорит, то войны не будет. Халид, ты договорился о встрече? – Топор повернулся к магу.

– Да, – поморщился ахарец. – Через час, возле тринадцатого входа на второй ярус. Нас встретят.

– Хорошо, возьми два десятка крэксеров и отправляйся.

– Сделаю. – Халид махнул рукой подручным. – Ведите его за мной.

– Подождите! – Уже в дверях я опомнился. – Наверное, не стоит говорить такие банальности второй раз за день, – я кивнул в сторону трупа, а затем по очереди посмотрел в глаза триумвирам, – но я вас убью… если выживу.

– Хорош прохлаждаться!

Из апатии и забытья меня вывел неожиданно прозвучавший в голове странно знакомый голос… Все, отбегался: периодические удары по голове не слишком благотворно отражаются на психическом здоровье. И вообще… Я разве не умер?

– Очнись, олух! У нас мало времени.

Я с трудом разлепил глаза.

Точно, умер… И попал непонятно куда, в компании непонятно с кем. Кругом неприятный белый туман, я лежу на земле, а надо мной стоит какой-то тип лет тридцати. Он в черном костюме необычного покроя, с мечом рыцаря Ордена на поясе и узким, в два пальца, серебряным обручем, с проходящими по кругу незнакомыми рунами и светящимся зловещим алым светом ромбовидным рубином в центре, на лбу… Но больше всего меня «порадовало» наличие у незнакомца посоха-помощника со стремительно вертящимися вокруг огненного набалдашника шестью сателлитами.

– Ты кто? – осторожно поинтересовался я, еще более осторожно пытаясь прощупать ауру чужака. Но, демона мне в грызло, где же я его видел?! Такое знакомое лицо… – Я умер?

– Я и забыл, какой ты идиот, – радостно, словно вспомнив что-то приятное, произнес маг. Я обиделся. – Да не пытайся ты меня просканировать! – Чего? Что это значит? Это он о попытке рассмотреть ауру? Интересное слово, надо запомнить. – Я нереален – в том смысле слова, которое вкладываешь в него ты. Кроме того, я давно научился маскировать ауру от таких неучей… Не умер ты, не паникуй, просто при смерти! – Незнакомец, почувствовав мой настрой, «успокоил» меня. – Успокойся! Упыри, конечно, поработали над тобой хорошо, но и я не лыком шит! Жить будешь.

– Чего ты хочешь? – Не знаю почему, но к этому магу, пусть он старше и намного сильнее, обращаться на «вы» у меня не получалось.

– Я хочу дать тебе несколько ценных указаний, – очень знакомо ухмыльнулся маг.

Я определенно его где-то видел!

– Не нуждаюсь. – Я встал на ноги и отряхнулся… Зачем? Это же все нереально, да? Рефлексы, будь они неладны.

– Ну и ладно, – вопреки моим ожиданиям, собеседник не разозлился, а просто развернулся и направился прочь. – Я хотел рассказать о твоем будущем, но раз не хочешь…

– Подожди! – опомнился я. – Откуда ты можешь знать мое будущее? И вообще… Кто ты такой, демоны тебя задери?!

Незнакомец окинул меня долгим оценивающим взглядом.

– Ты в зеркало давно смотрелся?

– При чем тут зеркало? – И тут я вдруг понял, где видел это лицо и слышал этот голос…

– Дошло наконец-то, – второй я устало вздохнул. – И года не прошло.

– Да ладно тебе… э-э-э… – Я замялся. – А как мне тебя называть?

– Ты уже забыл свое имя? Меня по-прежнему зовут Харлаф.

– Да, и меня тоже, в том-то и проблема… Хорошо, будешь Харлафом, а я… – протянул я задумчиво.

– Пока ты решаешь, как тебя зовут, время уходит, – напомнил Харлаф. – Я не могу долго оставаться в этом времени.

– Так ты все-таки из будущего?!! Как у тебя это получилось?! Что меня ждет? Сколько лет прошло? – Я начал засыпать Харлафа вопросами… непривычно как-то говорить о себе в третьем лице.

– Стоп! Не все сразу… – мотнул головой Харлаф. – Что ты там спрашивал? А, точно… Да, я из будущего…

– Насколько…

– Не очень далекого, – отрезал второй я. Скрытный, гад! – Что же касается… как получилось, то тут все просто: ты пока не знаешь об этом, но у человеческой души есть одно очень интересное свойство: в определенных условиях время для нее перестает существовать… А потому, если взять душу мага и отделить от тела, то можно сместить ее во времени. Совсем ненадолго, с огромными затратами Силы и на малый отрезок времени, но этого обычно хватает для короткого воздействия. Как ты понял, общаться таким душам легче с человеком, находящимся без сознания, так как он в некотором роде тоже в нереальном мире.

– Понятно. – Я задумался. – Так что ты собирался рассказать? О том, что со мной будет?

– Это опасно, – пошел на попятный Харлаф-двойник. – Нельзя вмешиваться в естественный ход вещей.

– Э-э, подожди, – возмутился я. – Если ты из будущего, то должен знать разговор наперед, и его последствия тоже – просто не говори лишнего!

– Не должен! Самим этим разговором я меняю свое прошлое – круг еще не завершен, изменения продолжают происходить. Я словно бы вспоминаю то, о чем сейчас говорю… очень странное чувство.

– Но я-то буду помнить этот разговор!

– Ты и я – мы разные, как ни странно… Не только я твое будущее, но и ты – мое. Тебе выпало завершить круг.

– Какой еще круг? Ты второй раз о нем упоминаешь, а толком ничего так и не объяснил!

– Блин, как же тебе растолковать? – Харлаф помассировал пальцами переносицу. – Началось все не с меня. Назовем его Харлаф-один, или Первый… Вероятнее всего, что-то в его жизни не сложилось.

– Вероятнее всего? – удивился я. – Ты не помнишь?

– Нет, – покачал головой Харлаф. – Когда Первый изменил свое прошлое, он исчез вместе со своим прошлым, потому мы и не помним ничего из происходившего ранее. Первый начал круг – нашел момент, изменив который можно было кардинально изменить всю его жизнь, – и изменил.

– Допустим. – У меня разболелась голова от попыток вникнуть во все эти хитросплетения. – Какой именно момент жизни он подправил?

– Помнишь Гент? Тень, появившуюся из ниоткуда, а затем так же внезапно пропавшую без следа…

– Еще бы я забыл! Такого… Ты хочешь сказать, что это дело рук меня самого? Погоди, старик шаман говорил, что не в человеческих силах изгнать Тень! – Второй я демонстративно поправил двумя пальцами обруч на лбу, ничего не ответив. – Так вот кого мне нужно благодарить! А я грешил на богов. – Я рассмеялся. – Но зачем?.. Впрочем, знаю – Комол.

– Верно, если бы не Тень, неизвестно что могло произойти. Без нее ты бы не справился со Стражем.

– Я даже подумать не мог…

– А нужно, чтобы подумал! – ткнул мне пальцем в грудь Харлаф. – Видишь ли, в чем проблема… так как Первый изменил прошлое, то теперь у тебя, Харлафа-три, как бы и нет причин что-то менять…

– …но если я не совершу повторно фокус с Тенью, моя судьба снова изменится и станет судьбой Первого… – продолжил я мысль.

– …и все снова пойдет по кругу. Потому я и здесь, чтобы сказать тебе, что нужно сделать. Ты завершишь круг и пойдешь дальше… сразу же после разговора с собой в прошлом. – Харлаф пошатнулся – действительно, для него тяжело здесь находиться.

– Как все накручено. – Я помотал головой, разгоняя муть. – Допустим. Но ты-то откуда знаешь, что именно нужно мне сказать… и почему сам не сделал?

– Не все так просто. Проблема в том, что в моем времени изменения уже были сделаны – Первым. Для завершения же круга это должен сделать я, а точнее – ты…

– Хорошо. – Я думал недолго, выбора все равно не было. – Но я же не знаю как…

– Поймешь в свое время… Ладно, пора.

– Ну уж нет! – возмутился я. – Не пора! Сейчас ты будешь мне долго и подробно рассказывать о будущем! Ты обещал! – Я осуждающе указал пальцем на хитреца. Ишь ты, сначала заманил пряником, а сейчас пытается отвертеться.

– Вмешательство может привести к непредсказуемым последствиям, – заюлил Харлаф.

– Каким еще последствиям? – удивился я. – По сути, ты даже и не жил пока, о чем сожалеть? У тебя нет прошлого – мне его только предстоит создать. Почему бы нам не облегчить себе задачу?

– Я жил!.. Ты жил… е-мое, у меня скоро мозги вытекут, совсем запутался… Ладно, черт с тобой, – непонятно чем или кем ругнувшись и значительно при этом потускнев, сдался Харлаф. – Но о нашей собственной жизни рассказывать не буду! Открою тебе несколько… глобальных секретов.

– Давай, не тяни! Еще развеешься ненароком. – Я усмехнулся.

– Начнем с устройства Мира…

– Что-о?! Да ты издеваешься!

– Так вот, – как ни в чем не бывало продолжил Харлаф, – мир состоит из двух частей, планов бытия: мистического и физического. Мистический план бытия составляют уже известные тебе Нижний, Средний и Верхний миры, со всеми их обитателями – богами, духами, демонами, людьми и так далее. Физический же план – это планета… Что такое планета, ты знаешь.

– Знаю, знаю, дальше давай.

– Так вот… планета, звезды, наши луны – Маори и Хот, Мистель, существа из плоти и крови, населяющие планету, относятся к физическому плану. – Харлаф потускнел еще больше, а я заволновался.

– Ты можешь к сути сразу? – разозлился я. – К чему мне лекции по устройству Мира, я все это и сам прекрасно знаю!

– Заткнись! Сам виноват, что рассказывать не умеешь!

– Я еще и виноват?! – Я злобно ухмыльнулся. – Клянусь Даром, когда в будущем завершу разговор с самим собой… ударю себя в глаз оголовьем меча.

– Ах ты, сволочь! – восхитился Харлаф, и довольно добавил: – Весь в меня.

– Это ты в меня, – буркнул я.

– На чем я остановился? – продолжил я из будущего. – А, точно! Планета… Короче, в своем времени ты знаешь только об одном материке – Калионе (по которому назван и мир в общем), но существует еще два, не такие большие, конечно, но, вместе взятые, превосходящие первый…

– Рад за них, – преувеличенно серьезно произнес я. – Но я здесь при чем?!

– А вот тут и начинается самое интересное. Проведем небольшой экскурс в историю. – Я застонал. – На данный момент наш Мир населяют одиннадцать разумных видов, если считать отдельными видами вампиров и оборотней…

– Вообще-то всего девять, – поправил я.

– Одиннадцать – в новых землях есть еще два: элоры и наги, – недовольно мотнул головой Харлаф. – Элоры наряду с троллями – коренные народы Калиона, но, в отличие от троллей, они магически чрезвычайно одаренная раса. В конце первого эона, когда наступил первый перелом времен и в наш мир пришли Комол с Орвусом, элоры уже создали развитую цивилизацию магического типа и даже научились путешествовать между мирами. Используя свои знания и древних богов в качестве источников питания, элоры сотворили вокруг двух оставшихся в их владении материков и прилегавших к ним островов магический барьер, не позволяющий богам-захватчикам и их слугам проникать внутрь.

– Ого! Серьезные ребята! – Я уважительно цокнул языком. – И что боги?

– Утерлись твои боги. Пробиться через барьер не смогли и, естественно, запретили сообщение между материками – во избежание, так сказать. Все остались при своем, и все довольны. – Харлаф поморщился, словно съел что-то кислое. – Элоры развивались дальше, постепенно все больше отдаляясь от других народов (незадолго до конца первого эона на Калион пришли: люди, драконы, эльфы, гномы, орки и гоблины – именно в таком порядке) и погружаясь глубже в мир магии. А примерно три тысячи лет назад они и вовсе исчезли. Остались лишь редкие одиночки да наследие их цивилизации в виде артефактов, разных тварей вроде вампиров, оборотней и прочего.

– Подожди! Так вампиры сотворены элорами? – Я увлекся повествованием.

– Да, и они, и оборотни были созданы в результате экспериментов магов элоров над существами из других миров, а потом сбежали и размножились… Примерно семь-восемь тысячелетий назад.

– Вот оно что. – Я задумался. – Интересно… Но ты опять ушел в сторону от темы! Повторюсь: я здесь при чем?!

– Ты очень даже при чем! – Образ Харлафа практически померк, но голос пока был слышен хорошо. – Тебе нужно попасть в Западное полушарие, лишь там у тебя есть шанс не только освободить Эль, но и повысить свои шансы на выживание в будущей заварушке.

– Каким боком это касается Эль? И что еще за «заварушка»?! – буквально вскричал я, чувствуя, что время стремительно уходит, а вопросов становится только больше. – Чем больше ты рассказываешь, тем меньше мне понятно!

– Эльвира… ты сам скоро поймешь. А насчет заварушки… Наступает перелом времен, второй эон закончился… Мира, который ты знаешь, скоро не станет…

Я недоверчиво хмыкнул, но Харлаф продолжил, и мне стало не до смеха.

– В Нижнем мире скоро начнется восстание против власти Старших богов, которое перерастет в междоусобную войну… Нижний мир обретет своего Владыку. И тогда смертным не поздоровится.

– Не думаю, что какие-то демоны смогут победить Орвуса, – не поверил я.

– У Старших будут другие заботы. Отчаянно пытаясь выжить, Орвус выпустит брата из темницы. – Мои зубы свело от ненависти. – То, что начнется в мире смертных потом – войны, голод, катаклизмы, восстания и мятежи, – все это станет следствием божественной свары. Вампиры и прочие твари потеряют страх перед ослабившими хватку людьми, духи природы сойдут с ума от ужаса и начнут крушить все подряд… Вследствие применения мощнейших заклинаний и буйства Стихий во время битв богов границы между Калионом и соседними мирами истончатся – в наш Мир придут новые, неизвестные ранее народы, которые тут же включатся в битву и начнут отвоевывать для себя жизненные пространства. Калион откатится на тысячелетия назад, настанут новые Кровавые века.

– Мы не допустим такого!

– Мы? Ты имеешь в виду Арран? – угадал мои мысли Харлаф. – Он падет… Имперские легионы смогут с трудом удержать лишь несколько центральных провинций, ядро для возрождения страны.

– Хорошо, а как же эти… апостолы? Они… Мы тогда зачем, разве не для этого родились?! Остановить разрушения.

– Апостолы? Давно я не слышал этого слова… Вернее будет назвать их Истинными магами. Их цель вовсе не предотвращение катастрофы – они просто хранители, поставленные присматривать за Миром, пока он не обретет новых хозяев… – Харлаф замялся. – И еще, не хочу, чтобы ты питал ложные надежды… Кассий ошибся, ты не один из Истинных – обычный маг.

– Ты уверен? – Я расстроился. Приятно чувствовать себя избранным.

– Абсолютно… Люди слишком мало знают об… апостолах, и в большинстве своем эти знания ложны… Первое заблуждение в том, что их считают людьми. Но они не люди – Истинные маги рождены Стихиями, чтобы стать их разумным воплощением в нашем мире. Семь существ, для управления Силой Стихии которым не нужны заклинания – достаточно лишь усилия мысли, их запасы энергии неиссякаемы, а мощь безгранична.

– Что же, тогда постараюсь не встречаться им на пути. – Я пожал плечами. – К тому же не верю, что у Истинных нет слабых мест, они есть у всех.

– Верно. Я и не говорил, что Истинные неуязвимы… Каждый из них – это Стихия в чистом виде, а как ты знаешь, даже у людей предрасположенность сразу к нескольким Стихиям встречается чрезвычайно редко, а значит, Истинные не способны управлять Силой чужой Стихии и не способны ее принять. Зная это, легко вычислить слабое место.

– Так вот почему боги выбрали меня на роль жертвенной козы! Истинный не может поглотить чужеродную энергию! Но зачем лгала Орисса? Она ведь знала, что я не… Истинный?

– Да. – Голос Харлафа уже был слышен едва ощутимым шепотом. – Боги могут отличить обычного мага от Истинного, даже до его Воспламенения. Они ищут Истинных – я не знаю зачем: убить или подчинить, но конкуренты им точно не нужны. Пока арранцы думают, что апостол Огня у них, – у богов есть фора в его поиске.

– Подожди! Если они не могут работать с другими Стихиями, то и межмировые перемещения для них недоступны, – озарило меня, и я порадовался, что являюсь самым обычным магом – другие миры я хотел увидеть даже больше, чем стать дворянином. – А слабое место… Думаю, если перенести одного из них в место, где его Стихия слаба, то появится шанс на победу. Хотя лучше не проверять, они ведь мне не угроза, да?

Харлаф не ответил… Секунда, десять, двадцать – молчание.

– Эй! Ты меня слышишь?.. Тьма! – выругался я и задумался. – Исчез… Как бы и мне последовать его примеру?

Последний факел погас к концу второго дня скитаний по подземельям. После того как я по невнимательности провалился в какую-то дыру в полу и упал спиной в здоровенную лужу непонятной жидкости, лишь отдаленно смахивавшей на воду, практически весь запас факелов в секунду пришел в негодность и реанимации не подлежал. Немного помучившись в тщетных попытках что-то спасти, я скрепя сердце сбросил изрядно похудевшую вязанку со спины и побрел вперед, освещая путь тем факелом, что был у меня в руке в момент падения и который я рефлекторно поднял на вытянутых руках над водой. Как же я сожалел теперь об отсутствии ночного зрения и возможности применять магию… Впрочем, в условиях полного отсутствия света и темноэльфийское зрение мне бы особо не помогло.

Судя по всему, провалился я на третий ярус катакомб, место очень неприятное и опасное, если верить ахарцу. Ах да, Халида я все-таки нашел в десятке метров от входа в портальную комнату – маг сумел вырваться и убежать… Но его догнали и порезали когтями на лохмотья, увы, повредив при этом и ключ-амулет. Так что теперь, медленно продвигаясь на ощупь вдоль стены, я тихо позвякивал цепями. Только бы какая-нибудь тварь не услышала. Хотя, может, маг и соврал? До сих пор я никого не встретил.

Донесшееся до меня неожиданно рычание быстро опровергло эту теорию. Я застыл на месте, стараясь не издать ни звука и одновременно прислушиваясь. Не знаю, что там за твари в темноте, но на зрение они вряд ли полагаются, запах же мой с лихвой перебивает вонь жижи из лужи, и если не издавать звуков, то может пронести… в хорошем смысле слова.

Не пронесло… И хорошо, что в обоих смыслах, хотя я был близок – неизвестный зверь протопал по коридору, из которого я только что свернул… но внезапно остановился, шумно втянул воздух носом, удивленно взрыкнул и двинулся в мою сторону. Я лихорадочно начал обдумывать варианты действий: без подпитки от Мистеля и еды сил для полноценного боя у меня нет… И кандалы… Но бежать нельзя. В темноте особо не побегаешь, да и подставлять спину для удара – последнее дело.

Я потянул меч из ножен… Только не рассчитал, что со скованными руками это сделать несколько сложнее. Прежде чем клинок покинул ножны, мощный удар лапой отбросил меня на несколько метров назад, оглушив и заставив пропахать спиной пол, а затем сверху навалилась тяжелая туша и в лицо дохнуло смрадом. Жаль, но от вони я не отрубился – зверю пришлось добавить мне лапой по голове, хорошенько расцарапав лицо и чуть не лишив глаза.

Кассий скучал… После более чем активного участия в очистке просторов Лантара от сектантов и других нежелательных для Арранской империи элементов (под шумок можно и не то провернуть, а шумок был будь здоров – еще бы, власть в целом королевстве захватила кровавая секта поклонников Темного бога) ему пришлось ненадолго «залечь на дно», скрываясь от мести родственников этих самых элементов, в массе своей очень влиятельных и богатых. В итоге граф Верона вынужден был сиднем сидеть в столице, высовывая нос из своего особняка только на полигон (и то телепортом), коротать время в тренировочных боях или испытывать экспериментальные заклятия. Нельзя сказать, что это было таким уж бессмысленным и скучным занятием, для мага повышение мастерства и рост личной силы – одна из главных целей в жизни, но всем этим можно заняться и в условиях реального боя. Кассию даже себе стыдно было признаваться, но он конкретно подсел на адреналин: без опасности, будоражащей кровь, жизнь казалась пресной и скучной. Профессиональное заболевание.

Кассий в раздражении захлопнул книгу и зевнул, поднимаясь с дивана. Книга попалась на редкость нудная – «Структурные изменения заклятий при их применении в зоне моностихиальности» Варнама Горма, но полезная. Не сказать, чтобы граф планировал сражаться с богами или архидемонами – аура этих существ настолько сильна, что плетения и низкоуровневые заклятия просто разрывались ею, а высокоуровневые воздействовали с совершенно непредсказуемым эффектом. Но мало ли – лучше быть уверенным, что твое заклятие не расползется на куски при приближении к противнику или не обернется против тебя самого. Впрочем, эти знания применимы были также для боя и в так называемых Местах Силы (районах с концентрацией энергии Стихии, в десятки раз превышающей среднюю по Миру), где сейчас располагались магические школы и башни могущественных магов. Конечно, таких мест не много, меньше сотни на весь материк, причем всего тринадцать из них принадлежат к Стихии Огня.

– Пора спать… – Маг бросил книгу на диван и, лениво почесывая зад, побрел в спальню – благо она располагалась рядом с кабинетом и не нужно было брести в другой конец особняка.

– Господин! – Кассия заставил вздрогнуть голос духа-дворецкого, внезапно проявившегося перед ним на расстоянии полутора метров. – Экстренный вызов.

– Давай. – Граф оживился, протягивая руку в сторону слуги. Неужели случилось что-то интересное? Дух на мгновение исчез, а когда появился вновь, на его ладони находился тревожно светящийся шарик переговорного амулета, поддерживаемый в воздухе телекинезом. Кассий еще раз порадовался, что не пожалел как-то тысячу золотых за кристалл со Слугой, амулет (приличных размеров кристалл в форме пирамиды, установленный в подвале дома) совместного производства некромантов и гномьих артефакторов. Содержать живую прислугу при его работе довольно проблематично, а присмотр за домом нужен. Плененная же душа не просила зарплату, не уставала и не была способна предать, к тому же она обладала некоторой магией и разумом, достаточным, чтобы успешно управлять защитными системами дома. – Слушаю! – дрожащим от предвкушения приключений голосом произнес лорд, судорожно сжимая в кулаке амулет.

– Экстренная ситуация, код «Красный три». – Сердце Кассия бросилось с места в галоп: «Красный три» – это не приключение, это большие проблемы. Накликал… – Атакованы объекты службы, личному составу прибыть по прилагаемым координатам… – Едва рассмотрев координаты, граф буквально сорвался с места, устремляясь в подвал, – перемещаясь из портальной комнаты, можно было сэкономить время на создании портала. – Враг – предположительно вампиры, численность неизвестна.

– Вампиры? – Кассий в изумлении остановился на середине лестницы, на миг сосредоточился и достал прямо из пустоты книгу, принявшись быстро перелистывать страницы. – Плохо… Ну ничего, есть у меня и для них парочка сюрпризов. – Маг вперился взглядом в страницу с изображенным на ней сложнейшим заклятием…

– Не хочешь немного отдохнуть? – Раздавшийся сзади голос Кассия мигом сбил концентрацию. – Ты сегодня вообще поесть-то успел?

– Нет, – с трудом выдохнул я. – А, проклятье! – Стальное бревно с ручками, которое я держал над головой на вытянутых руках, упало, сотрясая почву. – Ты сбил концентрацию!

– Значит, у тебя еще не получилось, – безразлично пожал плечами напарник, дожевывая пирожок с мясом. – Вряд ли в бою ты сможешь держать концентрацию. Но все равно это, – Кассий кивнул в сторону моего необычного спортивного снаряда, – впечатляет. Сколько там?

– Двести пятьдесят килограмм. – Я гордо вскинул подбородок – шутка ли, в течение получаса держать на вытянутых руках над головой груз, в три раза превышающий свой вес.

– Неплохо, – уважительно присвистнул граф. – А как с другими возможностями?

– Тринадцать минут боевого транса, двадцать часов бега в спринтерском темпе, – начал я методично перечислять свои достижения. – Могу поднять груз, в двенадцать раз превышающий собственный вес, могу до сорока минут удерживать над головой груз в три раза больше собственного. – Я укоризненно взглянул на прервавшего тренировку друга. – Освоил регулировку скорости передвижения без транса, на одной лишь жизненной энергии, закачанной в мышцы, и силы удара. Единственным оставшимся минусом можно назвать лишь необходимость постоянной концентрации.

– Неплохо.

– Очень хорошо! – поправил я напарника. – Я пытался достичь этого почти полтора года со времени начала обучения, но недостаток опыта не позволял. Знаешь, я даже рад, что со мной случилось то приключение в катакомбах, иначе я бы еще долго не мог использовать свои возможности полностью. Возможно, мне стоило раньше посадить организм на голодный паек, чтобы он научился использовать свои запасы правильно, распределяя их постепенно.

Тут, видимо, стоит прояснить, что же произошло.

Как оказалось, на всех выходах из катакомб магами городской и Тайной стражи давным-давно используется система, позволяющая предупредить находящуюся на поверхности охрану о попытках проникновения из катакомб на поверхность. Проще говоря, в колодце была установлена магическая сигнализация, как раз и вызвавшая ту парочку недобросовестных стражей (заклятие определяет также, кто именно пытается проникнуть в колодец, и, если это какая-то тварь – активирует боевые охранные заклятия, иначе вряд ли бы трусливые мародеры осмелились спуститься вниз). В общем, когда я сжег охранников, сигнализация сработала повторно и вызвала следующую группу – на этот раз магов.

Так я и оказался на поверхности и даже выжил, хотя пришлось проваляться в госпитале почти неделю. Впрочем, мне еще повезло, что среди магов группы быстрого реагирования нашелся один, близко знакомый с алхимией, и с чемоданом, полным зелий на все случаи жизни, в руках.

А после выписки из госпиталя я активно взялся за тренировки, не бросая и работу в страже, так как чувствовал себя виновным в том, что происходило в Нижнем городе, – осмелевшие в результате последних событий бандиты принялись активно выяснять отношения между собой и со стражей и делить территорию. Стража вынуждена была скрипеть зубами и пресекать только самые наглые выходки криминала. Разгром, устроенный вампирами тайным, имел ужасающие размеры…

В то время как я был занят «общением» с воровскими старшинами, на поверхности развернулась настоящая война. Отвлекая внимание властей на «верхушку айсберга» в районе рынка, кровососы тайно смогли провести в город и разместить в различных его местах до полутысячи бойцов, которые по сигналу атаковали одновременно два десятка объектов, в основном принадлежавших Тайной страже. И опять-таки все из-за меня… Я считал себя самым умным и везучим, а на самом деле меня использовали – теперь мне стали понятны слова второго Харлафа о спасении сестры.

Только после того как я покинул госпиталь и узнал новости, все кусочки мозаики сложились у меня в голове в единое целое – вампиры пришли в Валор за Эльвирой… Моя встреча с близнецами в трактире была не случайностью, а точно просчитанной многоходовой комбинацией. Способность Эль иссушать жизненные силы любого, подошедшего слишком близко, делала невозможным похищение тела даже для кровососов, но они нашли выход: подкупили лечащего врача, который убедил меня сделать самый глупый поступок в своей жизни. Мастер Урвиш растолковал мне, что Эльвире могло помочь переливание вампирской крови. И я поверил… А почему бы и нет? Причин не доверять этому человеку у меня не было.

В общем, используя тот факт, что я не подвержен иссушению, а кровь вампиров обновляется после каждого приема пищи и становится подобна крови жертвы, кровососы и заслали ко мне близнецов. Одна вампирша, испившая моей крови и отпущенная на свободу, была высушена подчистую будущими носильщиками для тела Эль, заодно заманившими в ловушку три Звезды Тайной стражи, послужившие прекрасными источниками информации о секретных объектах службы, нападение на которые должно было отвлечь силы тайных от истинной цели. Вторая же, ставшая донором, своей кровью еще больше усилила сходство между Эльвирой и вампирами, что позволило им донести ее до портала в катакомбах (здесь я вспомнил мумии бандитов).

Единственным белым пятном оставалась причина нападения. Зачем вампирам понадобилось тело человека, пусть и обладающего такими необычными способностями? Вывод напрашивался один: я опять что-то сделал не так, и это «что-то» скоро доставит массу неприятностей не только мне, но и тысячам совершенно посторонних людей, как это и бывало обычно. Казалось, за последние год-полтора я только и делаю, что влипаю в неприятности или же создаю их для других. Причем очень часто это происходит по глупости или из-за недостаточно высокого уровня подготовки. Но если сделать что-то с глупостью было довольно проблематично, то заняться боевой подготовкой стоило вплотную.

Я начал активно тренироваться.

Увы, как бы я ни кичился своими магическими способностями и рангом Мечника, до Мастера Ордена и даже до рыцаря я сильно недотягивал. Тот же Кассий превосходил меня по всем статьям. И дело было вовсе не в количестве жизненной энергии, а в умении ею управлять. Контролировать ток жизненной силы по энергетическим каналам тела я просто не умел. Да, я мог войти в транс, мог излечить даже смертельные раны, но все это происходило с неоправданными потерями энергии. Я должен был научиться контролю. Мои способности к управлению жизненной силой можно сравнить с могучей рекой, перекрытой плотиной. Раньше я, чтобы войти в транс или излечить раны, открывал задвижку, и весь ревущий поток воды разом устремлялся на свободу. Но дело-то в том, что иногда для достижения цели достаточно лишь немного приоткрыть задвижку, чего я не умел (на то же восстановление после укусов вампиров у меня могло бы уйти в три раза меньше энергии). Старался, пытался, но до последнего времени ничего не получалось. Спасибо катакомбам, научившим меня экономить силы, правильно говорят: все, что не убивает – делает нас сильнее. Это как раз мой случай. Ну и конечно, стимул к развитию у меня появился более чем весомый.

– Молодец, тебе совсем немного осталось до получения рыцарского меча, – похвалил меня Кассий. – Но ты ведь не только над этим работаешь? Зачем тебе разрешение на посещение отдела Запретных заклятий Императорской библиотеки?

– Откуда ты знаешь? – Я удивился не слишком сильно. – Хотя у тебя же дядя.

– Фи, – насмешливо скривился напарник. – При чем здесь дядя? Не забывай, ты все еще числишься моим подопечным. Согласен, в последнее время я уделяю не слишком много внимания твоему обучению…

– Да уж…

– Но скоро это изменится. – Граф ткнул в мою сторону пальцем. – Если верить твоему рассказу о будущем, а не верить было бы глупо, так как намеки на такое развитие событий уже есть, то империи нужно начинать подготовку кадров для войны. В общем, указом императора через три дня мы с тобой отправляемся на обучение к одному из магов экстра-класса.

– И ты тоже? – удивился я.

– Поверь, мне еще далеко до своих более опытных коллег.

– Тебе виднее. – Я направился к стоявшему в тени возле стены кувшину с водой. Занятия мои проходили в доме Кассия, милостиво предоставившего для этих целей свою тренировочную площадку, расположенную на заднем дворе особняка, хотя жить продолжал в казарме стражи. – Так как там с доступом?

– Согласие есть, но времени нет, – одновременно и обрадовал и огорчил меня друг. – Что ты хотел там найти? Я могу помочь?

– Возможно. – Я задумался. – Понимаешь, после всего случившегося я ищу способ уравнять шансы с… врагами. В одной книге мне встретилось упоминание о заклинании Вспышка. – Глаза Кассия удивленно расширились, что не осталось без моего внимания. – Оно позволяет человеку справиться даже с тысячелетним вампиром… Но единственное, что я о нем узнал, – мне необходимо довести свои способности в управлении жизненной силой до абсолюта. Потому и рвение такое.

– Кха-кха, – прокашлялся граф. – Это не совсем заклинание. Вспышка, или иначе Аура Скорости – это скорее умение, чем заклинание, техника управления энергиями, схожая с трансом, но намного более опасная и трудная в усвоении – в империи ею владеют лишь два десятка человек. И почти все они состоят в Золотой гвардии.

– А теперь ты скажешь, что тоже умеешь, – усмехнулся я.

– Не совсем, – разочаровал меня напарник. – Я так и не смог ее освоить до конца. Но теорию знаю неплохо… и продемонстрировать кое-что могу.

– Давай. – Я подался вперед.

– Войди в транс – так ты хоть что-то увидишь.

Я в недоумении пожал плечами, на секунду сосредоточился и вошел в транс.

– Смотри, – медленно-медленно протянул Кассий… Хотя на самом деле это я ускорился.

Я во все глаза уставился на застывшего без движения с закрытыми глазами товарища… и все закончилось.

– Вот и все! – Я обернулся – у меня за спиной стоял и тяжело дышал Кассий, насмешливо глядя на меня и истекая потом.

– Не понял. Как ты здесь оказался? – Я ткнул пальцем в землю под ногами графа. – Портал? Я не заметил создания.

– Так, – строго произнес граф, решив поиграть в наставника. – Сперва расскажи, что видел.

– Да ничего, – пожал плечами я. – Ты стоял там, а потом сразу здесь, разве что была какая-то оранжевая вспышка, – показалось, наверное.

– Не показалось. Именно благодаря этой… вспышке данная техника и получила свое название. Ее суть в том, чтобы заменить в теле жизненную энергию на Силу Стихии, то есть не выбросить Силу наружу через ауру и специально предназначенные для этого энергоструктуры, а пропустить ее по каналам тока жизненной силы. То, что ты видел, – остаточные выбросы Силы, ведь ее количество в десятки раз превышает объемы жизненной энергии, находящейся обычно в теле, потому и образуется видимая даже глазу неодаренного аура – в моем случае, как и в твоем – огонь, охвативший тело.

– Сколько Силы необходимо для активации Вспышки? – Я как-то сразу вник в суть вопроса.

– Эквивалентно тридцати формам. – Я присвистнул: не каждому магу такое «по карману». – И это только для активации, поддержание также требует затрат Силы.

– Да уж… Подожди, но каналы тока жизненной силы не способны провести такие объемы энергии, к тому же другого типа. Они просто сгорят!

– Ты прав, – кивнул Кассий. – Именно поэтому Вспышка и отнесена в разряд запретных заклятий и доступна только тем, кто способен манипулировать жизненной силой на высшем уровне. Даже кратковременное ее применение опасно для здоровья, а если применять Ауру слишком долго, то энергосистема тела разрушится и ты в лучшем случае останешься парализованным на всю жизнь.

– Но с тобой все в порядке, – весомо возразил я.

Действительно, Кассий уже пришел в норму.

– Я восстановился. Прежде чем учиться активировать Ауру скорости, стоит научиться устранять последствия ее воздействия, для этого и нужны тренировки по контролю жизненной силы. Простым вливанием энергии эти повреждения не залечить, они намного сложнее простых ран – для излечения каждого участка энергосистемы, каждого органа тела нужна своя интенсивность, частота и сила воздействия. В общей сложности около пятидесяти параметров.

– Это нереально, – пораженно ахнул я. – Я едва способен контролировать один-два параметра!

– На все нужны тренировки. Я добивался нынешнего результата почти десять лет. Представь себе, сколько труда вложили гвардейцы, чтобы в итоге находиться под действием Ауры всего минуту (максимально безопасное время – дальше смерть). Впрочем, я фактически учился всему сам. Тебе повезло больше. С таким учителем, – судя по интонации, Кассий имел в виду не себя, – это время значительно сократится.

– Хорошо бы… А что за учитель?

– Секрет, – усмехнулся граф.

– Раз так, – делано обиделся я, – не мешай мне тренироваться, мало ли кто там будет и чему сможет научить…

– Тренируйся, – снова усмехнулся Кассий и развернулся уходить, но неожиданно остановился, хлопнув себя ладонью по лбу: – Совсем забыл! Подошла наша очередь получать сателлиты. – Я замер на месте. – Заканчивай свои игры в стражника и послезавтра с утра будь готов.

– Эй-эй, – возмутился я. – Какое послезавтра? Я не успею, у меня в участке дел по горло! Как раз на послезавтра намечен захват участников драки на рынке!

– Никто не будет откладывать ритуал Слияния из-за такой ерунды! Перенесите на более ранний срок. После ритуала ты некоторое время пробудешь в госпитале, под наблюдением.

– У нас ничего не готово, – попытался возражать я, но Кассий даже не стал слушать, исчезая в портале. – Проклятье! – Я в сердцах бросил оземь тренировочные меч и посох – сражаться обоими сразу оказалось сложно, но нужно было учиться, раз уж отныне это мои «рабочие инструменты». Использовать посох только как колдовской инструмент просто глупо, если им можно с успехом и голову проломить.

Я пару раз глубоко вздохнул, успокаиваясь, поднял оброненный инвентарь и пошел поторапливать коллег-расследователей. Эти уважаемые господа целый месяц занимались ерундой, не смогли вычислить организаторов драки – пусть теперь побегают. То, что все было сделано по приказу Топора, и дураку ясно, но он фигура не того масштаба, чтобы его просто арестовать. Да никому это и не выгодно – в первую очередь простым людям. Сотни жертв бандитских разборок, ставшие результатом смерти Костлявого, послужили тому отличным доказательством. Как было ни противно, но от мести пришлось отказаться… пока. Не люблю нарушать обещания…

Приняв душ и перекусив на скорую руку, я отправился уговаривать коллег-расследователей перенести сроки проведения операции. Увы, но вряд ли получится обойтись без смазывания шестеренок бюрократической машины своим жетоном Тайной стражи. Впрочем, неважно.

Десять стражей в полном боевом облачении: кожаный доспех с поддетой кольчугой, наручи, поножи, шлем, короткий меч и стандартные защитные амулеты, защищающие как от физических атак, так и от магии, – грозная сила. Я довольно кивнул, осматривая строй своих бравых подчиненных, усердно поедавших меня преданным взглядом.

– Вы наверняка удивлены, зачем я вас собрал в такое позднее время (было уже три часа ночи), да еще и не в своем районе… Так вот, через улицу отсюда, – я махнул рукой за спину, – расположились и спокойно сопят в подушку полтора десятка ублюдков, среди которых и те, кто несет ответственность за беспорядки в нашем районе, и особенно за события на рынке месяц назад… Теперь о том, что требуется конкретно от вас. – Я перешел к делу. – Так как операция проводится Корпусом расследователей, то непосредственно захватом объектов будет заниматься их штурмовой отряд. Мы же стоим в оцеплении и перехватываем беглецов, если таковые будут… Все ясно?

– Так точно, – тихо отозвался за всех сержант.

Правильно, лучше соблюдать тишину – мало ли что. Мы, конечно, заняли дом (выселив на время его хозяев) достаточно удаленный, чтобы можно было спокойно разговаривать, но и наглеть не стоит.

– Вот и хорошо, ждем сигнала и выдвигаемся. Ваш участок самый легкий, со стороны улицы.

Кое-кто из стражей поморщился – казалось бы, должны радоваться… Но неприятно, когда тебя считают вторым сортом.

– Ваш? – удивленно переспросил сержант, заметив мою оговорку. – Вы не с нами, лэр?

– Нет. – Я хищно улыбнулся. – Для себя я выбил место в первом ряду.

Строй глухо зароптал, возмущаясь несправедливостью жизни.

– Прекратить! – Нург окинул суровым взглядом подчиненных. – Решение командира не обсуждается! – Ответом ему было гробовое молчание… прерванное протяжным волчьим воем.

– Что это было? – Я в недоумении захлопал глазами.

– Видимо, сигнал. – Сержант тоже опешил.

Я извлек меч из ножен, а сами ножны отцепил от пояса и бросил Нургу.

– Это я понял… Меня предупреждали, что не узнать его будет сложно… Но какой идиот додумался до волчьего воя в городе? Недоумки!.. Вперед! – Я коротко кивнул сержанту, передавая командование (это было заранее обговорено), а сам сконцентрировался, решив применить на практике то, чему научился за последний месяц. Я собрал жизненную энергию в мышцах ног, с легкостью перемахнул трехметровый забор со стальными шипами поверху и сломя голову бросился вслед за уже начавшей проникновение в дом группой захвата.

– Стоять! – Дорогу мне заступил какой-то напомаженный хлыщ в костюме из эльфийского шелка с кружевами и кучей драгоценностей, общей стоимостью не меньше тысячи империалов. – Кто такой?! – Этот вопрос был адресован к стоящим за моей спиной двум крепким воинам. Здоровяки растерянно переглянулись. – Отвечать!!! – завизжал раненой свиньей хлыщ, хватаясь за… меч, наверное, если эту зубочистку, сплошь покрытую драгоценными камнями (даже в сам клинок вставили, хотя я не понял зачем, так как магии в них не было ни грана), можно было назвать таким гордым словом.

– Лэр! – Из-за спины хлыща вылез один из знакомых мне еще по событиям на рынке расследователей, тот, что постарше… Микел Карос, кажется. – Это лейтенант базарной стражи Харлаф Блейз, он и его люди также участвуют в операции.

– Лейтенант… базарной стражи? – Услышав мое имя и должность, холеный подонок презрительно скривился (так как в Арране традиция дворянских колец не распространена, то определить статус человека с первого взгляда нелегко), окидывая меня таким взглядом, что мне захотелось с ходу дать ему в морду. Перед глазами пронеслись сотни таких же надменных ублюдков, точно так же гадостно ухмылявшихся… но это было в Эсхаре. – Убрать.

Бугаи нерешительно двинулись ко мне.

– Лэр, участие лейтенанта Блейза было одобрено капи…

– Теперь я здесь командую! И не собираюсь терпеть рядом всякую… черноногую мразь! – Я стиснул зубы, чувствуя, как крошится эмаль. – Хватит и того, что я терплю всех вас. – Хлыщ махнул рукой на расследователя и бугаев. – Я, граф Нимер, сын герцога Ланского, троюродного брата самого императора, вынужден нюхать эту вонь, когда у меня есть действительно важные дела! За что мне это?! Нерон и Ралег сейчас пьют альберское на балу у…

Нытье аристократишки было прервано появившимся из дверей сержантом штурмовиков.

– Лэр. – Сержант стер рукавом кровь с лица. – У нас потери. Необходима магическая поддержка!

– Поддержка? – искренне удивился граф. – Где я ее возьму?

– Вы можете вызвать…

– Нет! Это слишком долго. Пока они доберутся сюда, бал уже закончится! – Все присутствующие в немом изумлении уставились на идиота. – Справляйтесь сами, и побыстрее.

– Но… лэр, – с трудом выдавил из себя последнее слово сержант. – Будут потери, я не думаю…

– Мне плевать! – Аристократ побелел от бешенства. – Не перечить! Всех на каторгу, мрази! Я вам…

– Давайте я попробую. – Быстрый взгляд по сторонам – бугаи кивнули, отступая на шаг. – Сержант, ведите.

– Что-о-о?!! – Нимер дрожащей рукой потянул меч из ножен, но сделать этого не успел. Короткий удар в нос мгновенно отправил его на землю и в нокаут. Не сдержался!

Снова нос, и снова сынок герцога – как бы ностальгия не замучила… Везет мне на таких тварей!

– Второй – уже традиция. – Я злорадно ухмыльнулся. – По крайней мере, в выборе врагов не мелочусь.

Быстро взбежав по лестнице на второй этаж, я едва не споткнулся о труп штурмовика, кираса и даже тяжелый прямоугольный щит которого напоминали решето, а сам он лежал в луже крови. Рядом обнаружилось еще два трупа такого же вида, а немного впереди виделись широкие спины остальных воинов, один из которых как раз выглянул за угол и едва успел убрать голову обратно – рядом с ней пролетела и воткнулась в стену длинная светло-синяя сосулька. Так, значит, «водяник»… Не лучший вариант.

– Один?

– Да, – отозвался воин с насечками капрала на кирасе, стоявший первым в «очереди». – Остальных прикончили или повязали. Нам никто не сказал, что среди них маг… Капитан был магом, а этот… – Капрал заскрипел зубами.

– Хорошо. – Я оттеснил штурмовика назад, занимая его место. – Живым брать не буду! – Позади довольно забурчали.

Я соскользнул в транс.

Первый эон – рождение Мира из Стихий:

1. Срединный мир – появляются природные духи, сильнейшие из которых становятся первыми богами, превратившимися позже в Младших богов пантеона Пресветлого Орвуса. На Калион из других миров приходят смертные расы; зарождение цивилизации.

2. Верхний и Нижний миры – образуются духи Света и Тьмы, позднее эволюционировавшие в Младших богов, духов, Архидемонов и демонов.

Второй эон

11,5 тыс. лет назад – приход на Калион божественных братьев Комола и Орвуса и захват ими власти. Рождение Старших богов.

10 тыс. лет назад – междоусобная война между божественными братьями, разрушение цивилизации и откат назад, заточение Комола и его сыновей.

8 тыс. лет назад – появление первых государств.

7,5 тыс. лет назад – первое упоминание о вампирах и оборотнях.

6961 лет назад (1 год от основания Валора, О. В.) – основание Валора и зарождение империи Аан.

4432 год от О. В. – Кровавая неделя.

4895 год от О. В. – распад империи Аан, начало Темных (Кровавых) веков.

1253 года назад – зарождение Арранской империи.

1001 год назад (252 год от Возрождения) – печати на темнице Комола ослабевают, Священный поход.

Боевая магия: магия Стихий Воздуха, Земли, Воды и Огня.

Святая магия (магия Света): обучение адептов Стихии Света происходит исключительно при храмах Светлых богов.

Специализации:

экзорцисты – специализация по изгнанию сущностей Тьмы (демоны, Тени и т. д.);

клирики – жрецы Светлых богов, широкий профиль;

паладины – специализируются на уничтожении адептов и тварей Тьмы;

целители.

Магия Тьмы: обучение происходит как при храмах Темных богов, так и в индивидуальном порядке, от учителя к ученику.

Открыт факультет Тьмы при Арранском Университете Всех Стихий с обучением по специальностям:

магия Тьмы

некромантия

демонология

малефицизм

химерология.

Магия Жизни: управление живой природой и целительство.

Специализация:

друиды – управление живой природой.

целители.

Магия Пространства: включает в себя создание порталов, пространственных мешков, «длинных шагов» и др.; доступна магам уровнем не ниже Магистра.

Рунная магия: артефакторика, големостроение, алхимия.

Магия Крови (запретная): информация засекречена.

Высшая магия: к Высшей магии причисляются все заклинания энергоемкостью свыше 50 Форм (уровень Магистра).

Верхний мир

Старшие боги (Светлые) – Пресветлый Орвус и его потомки.

Младшие боги – сильнейшие из древних Светлых богов, владевших Миром в первый эон.

Духи.

Блуждающие души – души разумных, не почитавших при жизни никого из богов, попадают согласно совершенным при жизни грехам в Верхний или Нижний миры и ожидают там перерождения, витая в пустоте и рискуя затеряться в ней навечно (в Нижнем мире для таких душ имеется еще и шанс быть съеденными). В отличие от них, души верующих попадают в Царство бога, которому возносили молитвы при жизни, и ожидают перерождения, находясь под его защитой.

I сословие – высшая аристократия, дворяне, высшее жречество.

II сословие – жрецы, купцы первой и второй гильдии, адеры, военнослужащие неблагородного происхождения (включая наемников).

III сословие – купцы третьей гильдии (мелкие лавочники), вольные землепашцы, мещане.

IV сословие – зависимые крестьяне.