К.Комаров

Путь изобретателя

Двадцать восемь авторских свидетельств получил за свои

изобретения инженер Михаил Семенович Козодон. Но если

спросить у него о самом значительном из этих изобретений, он

не задумываясь назовет то, которое сейчас, уже давно

рассекреченное, числится под номером 425832. Потому что оно

не просто что-то улучшало, совершенствовало, экономило. В

грозные дни войны оно спасало жизни людей.

От имени спасенных

Еще до войны советская авиация получила пикирующий бомбардировщик Пе-2. Это была отличная машина. Но еще на испытаниях, а потом и на учебных бомбометаниях выявилось: иногда самолет не выходил из пике и врезался в землю.

Выяснилось, что сама конструкция машины здесь ни при чем, а виновата многократная перегрузка, которую испытывает организм летчика при выводе самолета из крутого пике. Чаще всего перегрузка не сказывалась на действиях летчика. Но иногда пилот на секунду-другую терял сознание, и этих коротких мгновений было достаточно для трагедии...

Михаил Семенович Козодон изобрел автомат, который сразу же после сброса бомб выводил самолет из пике без участия летчика.

Как работал этот автомат?

На задней кромке руля высоты располагается небольшая плоскость, которая называется триммером. У этой детали есть вполне определенное назначение. Бывает, из-за не совсем удачной загрузки или по другим причинам машина в полете стремится поднять или опустить нос. Не будь триммера, летчику приходилось бы все время поддерживать горизонтальный полет штурвалом. А триммер, поставленный летчиком в нужное положение, под напором встречного потока воздуха сам отклоняет руль высоты на постоянный, обычно небольшой, угол вверх или вниз, избавляя пилота от лишних хлопот. Триммерами оснащаются и элероны - на тот случай, если самолет стремится к крену.

Так вот, главной действующей деталью автомата стал триммер руля высоты. Одновременно с нажатием на кнопку бомбосбрасывателя триммер автоматически отклонялся и устанавливал руль в положение, необходимое для вывода самолета из пике.

К началу войны бомбардировщики Пе-2 уже были оснащены автоматом Михаила Семеновича Козодона. Конечно, война есть война, и не всегда машины возвращались на свою базу после боевого задания. Однако случаи гибели экипажа из-за потери летчиком сознания во время перегрузки были полностью исключены.

Немецкие пикирующие бомбардировщики тоже оборудовались подобными автоматами. Но разница была существенной, и заключалась она в степени надежности. У них бомбосбрасыватель работал от электрического привода, а автомат - от гидравлического. Два разных типа привода не вполне координировались между собой. А на самолетах Пе-2 и сбрасывание бомб, и отклонение триммера управлялось одним и тем же электрическим импульсом.

Михаил Семенович до сих пор получает и бережно хранит благодарственные письма от летчиков, которым случалось терять сознание во время бомбовой атаки и которые тем не менее остались живы.

А вот слова из официального документа: "...Творческий вклад тов. Козодона М.С. в годы войны в какой-то мере приблизил День Победы".

От вечного двигателя до вечного лекала

А начинал Михаил Семенович (тогда еще просто Миша, поскольку было ему одиннадцать лет) с грандиозной идеи осчастливить человечество, подарив ему вечный двигатель. Когда идея обрела более или менее ясные для него очертания, он, как полагается, оформил заявку на изобретение, отослал ее и стал ждать заслуженных лавров. А чтобы ожидание было не столь томительным, изобретал кое-что по мелочам, но, по его тогдашнему мнению, все это не шло ни в какое сравнение с вечным двигателем. Например, заметил как-то, что соседка тетя Паша забывает выключать свет в общем погребе. Через некоторое время он приспособил к двери погреба автоматический выключатель. Конечно же, Мише и в голову не приходило оформлять этот пустяк официально, и только по настоянию отца он все-таки отослал заявку, не ожидая особого результата.

И вот приходит долгожданный пакет с авторским свидетельством. Только, к величайшему изумлению Миши, не на вечный двигатель (этого свидетельства он, естественно, так и не дождался), а на выключатель. Сейчас такой выключатель есть почти в каждой квартире - откройте дверцу холодильника и взгляните еще раз на изобретение, сделанное одиннадцатилетним мальчишкой.

Узнав об успехе Миши, директор школы попросил его подумать над тем, чтобы звонок с урока и на урок действовал автоматически. В наши дни этим не удивишь даже первоклассника, да и тогда это вряд ли было новшеством, но, поскольку Миша своим умом дошел до конструкции, состоящей из часов и электрических контактов, не будем омрачать его гордость первооткрывателя.

Миша успешно окончил семилетнюю трудовую школу, поступил в индустриальный техникум и вскоре после начала учебы сделал второе свое изобретение.

В мастерских техникума станки работали еще по старинке - от трансмиссии. Двигатель внутреннего сгорания вращал длинный вал со шкивами, а от шкивов шли ременные передачи к станкам. Подшипники двигателя часто перегревались, вкладыши плавились, станки останавливались и стояли, пока разбирали двигатель, меняли вкладыши и собирали снова. Миша приспособил к подшипникам термометры, которые автоматически замыкали контакты электромагнитного крана, когда температура поднималась до опасной черты. Кран перекрывал подачу топлива, и двигатель останавливался.

Кроме того, Миша во время практики в мастерских умело усовершенствовал и унифицировал некоторые детали. Учитывая все это, руководство техникума поручило ему серьезную тему для дипломной работы: спроектировать новый насос для водокачки, которая плохо справлялась с водоснабжением Проскурова - родного города Миши. В отличие от множества дипломных работ, остающихся на бумаге, Мишин проект был воплощен в металле: насос изготовили и установили на водокачке. Установили и новые фильтры, спроектированные Мишей сверх дипломного задания. Вода стала гораздо чище, а главное - ее стало хватать на всех.

Окончив техникум, Миша поехал в Москву. Проработав некоторое время на заводе и внедрив там несколько рацпредложений, он поступил в Московский энергетический институт.

Все знают, что студенту приходится много чертить. Эту работу, как и всю свою предыдущую, Михаил Семенович тут же принялся совершенствовать.

Например, не очень удобно заштриховывать на чертеже сечения и разрезы: расстояния между линиями получаются хоть чуть-чуть да разными. Михаил Семенович придумал линейку-автомат: нажимаешь кнопку и линейка сама передвигается точно на нужное расстояние. Мало того что штриховка выходила идеальной, еще и экономилось время, которого студенту, как известно, всегда не хватает.

За это изобретение он получил еще одно авторское свидетельство.

И еще не очень нравилось Михаилу Семеновичу, что разные кривые линии приходилось чертить разными лекалами, которых порой и под руками не было. Он взял и придумал лекало с изменяющейся кривизной рабочей части. Тоже получил авторское свидетельство. Но полного удовлетворения не было: его лекало позволяло вычерчивать только выпуклые линии. Михаил Семенович изобретает еще одно, теперь уже универсальное, и получается как бы единственное и вечное лекало на все случаи чертежной практики.

Большая работа

В институте Михаил Семенович специализировался в электрооборудовании металлургических производств. А распределили его в ЦАГИ.

- Как же так? - удивился Михаил Семенович. - С каких пор ЦАГИ нуждается в металлургах?

- Вы правы, ЦАГИ не нуждается в металлургах. Но очень нуждается в изобретателях, - объяснили ему в комиссии по распределению.

Когда Михаил Семенович пришел в ЦАГИ, то первым делом заявил, что в авиации он ровным счетом ничего не смыслит, хотя и очень любит ее.

- Вот и хорошо, что вы ничего не смыслите в авиации, - ответили ему. - Те, кто смыслит, на сегодняшний день сделали для повышения скорости истребителя все, что могли: шасси убирается, все обводы зализаны, даже заклепки теперь с потайными головками. Надо дать людям время для новых идей. А вы пока займитесь факелами. Вот они, под крыльями.

В ту пору еще не было мощных электрических фар. На случай посадки ночью на неосвещенный аэродром самолет оборудовался магниевыми факелами.

- Так надо сделать их убирающимися в крыло, как шасси, и все, предположил Михаил Семенович.

- Нельзя. В крыльях бензобаки. А вдруг летчик по ошибке зажжет факелы, не выпустив их?

- Значит, надо сделать так, чтобы летчик даже по ошибке не мог зажечь факелы, пока они не выпущены.

И Михаил Семенович делает свое очередное изобретение.

Потом последовал уже знакомый вам автомат вывода из пике.

А после войны - новые изобретения, причем большинство из них сделаны в тех областях, в которых Михаил Семенович, по его же словам, на первых порах ничего не смыслил: в геологии, автомобилестроении, спектрографии, вакуумной технике, медицине... Но теперь он уже не боялся незнакомых областей. Он знал, что смыслить во всем одинаково невозможно и, в общем, не нужно. В сформулированных Михаилом Семеновичем заповедях изобретателя места всезнанию нет.

Чему же есть место?

Михаил Семенович считает, что корни любого изобретения тянутся в детство изобретателя. Если не было в ранние годы тяги к технике, любознательности, стремления улучшить что-то, изобретений от такого человека вряд ли можно ожидать в будущем. Он может стать прекрасным специалистом, нужным и полезным обществу, но изобретателем не станет.

Очень важно не лениться проверять теоретические знания на практике. Михаил Семенович делал это еще в школе. Причем иногда доходило до курьезов. Например, он предположил: если все тела от тепла расширяются, то летом должна удлиняться его родная улица. Промерил ее шагами зимой, а потом и летом. Результат получился прямо противоположным ожидаемому. Потом догадался, конечно, что шаги в валенках по снегу короче, чем в сандалиях по асфальту.

Зато проверка закона о сообщающихся сосудах принесла ощутимые результаты. На чердаке стояли две бочки на случай пожара. По мере испарения воду в бочки приходилось доливать, поднимая ее ведрами на чердак. Обязанность наполнять одну из бочек лежала на Мише, а другую, отгороженную дощатой перегородкой, доливал соседский мальчик. Миша сквозь щель в перегородке соединил обе бочки, и... Сосед, кажется, так и не понял, почему из его бочки вода стала "испаряться" гораздо быстрее, чем раньше.

Было сказано уже, что всезнание изобретателю необязательно. Однако общее знание разных областей техники весьма желательно. Потому что часто решение изобретателю подсказывает как раз это знание чего-то другого, порой далекого от нынешнего дела. И наоборот, свое, наиболее близкое и знакомое дело помогает делать изобретения в других видах техники, если знаешь хотя бы их проблемы.

Изобретателю совершенно необходимо уметь работать руками, знать по меньшей мере слесарное дело. У Михаила Семеновича дома небольшая, но прекрасно оборудованная мастерская, причем многие инструменты и приспособления сделаны им самим.

Такова в общих чертах характеристика изобретателя в представлении Михаила Семеновича Козодона.

Да, мы еще забыли о физкультуре и спорте. Изобретатель должен быть здоровым человеком, ибо здоровье сберегает время.

Михаилу Семеновичу было уже за семьдесят, когда один из давних знакомых посоветовал:

- Не пора ли тебе, Миша, на заслуженный отдых?

- На отдых? Нет, брат. Хочешь, я еще сдам комплекс ГТО?

И сдал.

Теперь он носит значок ГТО с не меньшей гордостью, чем почетный знак "Изобретатель СССР".