Изабель — отчаянная девушка, рискнувшая встать между кулачными бойцами, чтобы прекратить поединок, — заставила сердце непобедимого маркиза Стерлинга биться быстрее. Он, потомственный аристократ, вынужден силой зарабатывать на жизнь своей семье, а она, гордая простолюдинка, хочет отдать эти деньги на благотворительность. Отныне в свете делают крупные ставки за и против их женитьбы, а в Изабель с каждым днем крепнет желание оказаться в постели маркиза…
1.0 — создание файла
Маркиза Синклер поставила на стол старый облупленный таз с горячей водой и принялась разматывать грязные окровавленные повязки, стягивавшие израненные руки брата.
— Немного поболит, Стерлинг, но если собираешься снова драться сегодня вечером, боль усилится.
Сьюзен, старшая из сестер Синклер, занялась правой рукой Стерлинга: осторожно разогнула онемевшие пальцы, аккуратно протерла смоченной в теплой воде губкой свежие раны, а затем, бросив беглый взгляд на брата, достала штопальную иглу. Одно движение — и игла проколола кожу.
От неожиданности Стерлинг издал глухой стон.
— О боже! Прости!
Пальцы, удерживавшие иглу, задрожали, и в голосе Сьюзен послышалось беспокойство и сожаление:
— Я не хотела. Постараюсь аккуратнее.
Стерлинг фыркнул:
— Да не волнуйся ты так, Сью! Мне совсем не больно. Подумаешь — царапина. Что ж я тогда за боец? Ну, давай! Покажи, на что ты способна.
Он попытался улыбнуться, чтобы подбодрить сестру, но это не помогло.
Целую неделю Стерлинг выходил на арену бойцовского клуба, и каждый день в течение этой недели Сьюзен приходилось накладывать целые ряды швов на его рваные раны. Однако сдаваться Стерлинг не хотел, он был полностью уверен в своих силах и рассчитывал на победу в решающей схватке.
Он должен победить — другого выхода у него просто нет.
Сьюзен поднесла правую руку брата ближе к свету и принялась внимательно рассматривать рану, заставив Стерлинга сделать то же самое. Сквозь аккуратный ряд швов сочилась кровянистая жидкость. Сьюзен перевела дух.
— Господь всемогущий, Стерлинг, надо наложить повязку. Я не могу это так оставить.
— Чертовы раны! — процедил Стерлинг. — Ничего не поделаешь. Таковы правила.
Он вздохнул и попытался вырвать поврежденную руку из цепких пальцев сестры.
— Кровь скоро остановится. Не бери в голову! Ты же знаешь, я должен и буду драться во что бы то ни стало.
— Нет, хватит. Прошу тебя! Мы и так проживем, — взмолилась Сьюзен. — Посмотри на свои руки. Посмотри! — Она ткнула пальцем в его искалеченные суставы. — На них живого места нет. Это не руки — это кусок окровавленного мяса.
— Ну ладно, ладно. Я обещаю тебе, это мой последний бой. Но ты только подумай! На кону такие деньги, Сью!
— Да! Но какой ценой они достаются!
Губы Сьюзен слегка задрожали.
Внезапно, как будто забыв, о чем они сейчас говорили, она подошла к столу и принялась отжимать губку.
Стерлинг подошел к ней и крепко сжал ее плечо левой рукой, которая, хотя и напоминала мясную отбивную, все же была в лучшем состоянии по сравнению с правой.
— Послушай, ты же знаешь, для меня кулачный бой — это всего лишь спорт. И потом, нам нужны эти деньги и я принял вызов. Пойми, у меня не было выбора.
— Выбор есть всегда, — с трудом проговорила Сьюзен.
В эту минуту в проеме двери словно из ниоткуда выросла огромная фигура, прервав своим неожиданным появлением разговор и всколыхнув тихое пламя свечей. Сьюзен испуганно подняла взгляд, и вздох облегчения вырвался из ее груди. Ока сморщила личико, совсем как ребенок, который вот-вот заплачет.
— Грант, прошу тебя, скажи хоть ты ему! Меня наш упрямый братец слушать не желает!
— Сказать что? Что я гораздо красивее его? Он это и так знает, да, Стерлинг?
Грант тряхнул копной своих рыжих волос и вошел в мансарду, убогая обстановка которой не соответствовала благородному происхождению братьев и сестер Синклер и со всей очевидностью напоминала об их незавидном положении.
— Скажи, что он не может драться, — Сьюзен указала на Стерлинга. — Посмотри на его руки! Сплошное кровавое месиво.
— Да ладно тебе! Не так уж плохо они выглядят.
Грант присел на узкую кровать Стерлинга.
— Брось, Сью! Тебе его не переубедить. Он все равно выйдет на бой сегодня вечером. Ты же знаешь, если Стерлинг решил, так тому и быть.
Сьюзен промокнула рану Стерлинга. Крови не было.
— У нас есть деньги. Тебе не нужно участвовать в этой бойне. Отец дал нам достаточно… — начала было Сьюзен.
— Достаточно для чего? — перебил ее Стерлинг. — Разве только чтобы не умереть с голоду.
Он встал с кровати и посмотрел на больную руку.
— Именно сегодня я смогу изменить нашу жизнь.
Сьюзен наскоро вытерла руки и, бросив на стол полотенце, издала звук, напоминавший рычание дикого зверя.
— Значит, так. Если единственное, что он понимает, — это удар кулака, то ты, Грант, силой заставишь его отказаться от сегодняшнего боя.
Сьюзен резко встала, подобрав подол синей сатиновой юбки, и направилась к двери. Она вдруг обернулась и продолжила, обращаясь к Гранту:
— Если захочешь порадовать меня, я буду в гостиной с Айви и Присциллой.
— В гостиной? С чего бы это?.. — Грант от удивления хлопнул ладонями по коленям и вскочил с кровати. — На тебе новое платье?
Сьюзен пожала плечами.
— Ну и что с того?
— Это ее новое старое платье. — Стерлинг покосился на Гранта. — Похоже, братец, у наших сестер сегодня будут гости.
— Ну… да… вероятно, да. — Сьюзен откинула с плеч прядь длинных черных волос. — Сегодня на обеде мы с Айви познакомились с мисс Ирэн Хилоубин и пригласили ее к нам на ужин.
— И ты думаешь, она придет?
В голосе Стерлинга послышалось сомнение.
Сьюзен приняла оборонительную стойку и раздраженно сказала:
— Не верите — не надо. А вот мы с сестрами знаем, что делать. Мы добьемся признания в обществе, мы заслужим прощение отца!
— Ну да, конечно, сестренка! — Стерлинг повернулся к Гранту и жестом, чтобы не испачкаться в крови, попросил повязать ему шейный платок. — Но пока отец не простил всех нас, только я буду зарабатывать на хлеб для всей семьи.
— Стерлинг, послушай, откажись отбоя. Останься, познакомишься с мисс Хилоубин, а? Ведь никто не знает — может, для того чтобы стать полноправным членом лондонского высшего света, достаточно произвести хорошее впечатление на нужного человека!
— Все не так просто, Сью. — Грант помог Стерлингу надеть жилет, поднял лежавшую на кровати куртку и накинул ему на плечи. — Кроме того, Стерлинг не может просто отказаться от боя. Слишком большой куш на кону.
От услышанного глаза Стерлинга округлились. Сьюзен развернулась и приблизилась к Гранту.
— Что ты сказал?
Грант бросил умоляющий взгляд на Стерлинга.
— Ну ладно, ладно. — Стерлинг попытался смягчить удар. — Ну да. Я попросил Лаклана поставить кое-какую сумму в игорном клубе Уайта[1]. Но это ради всех нас. И потом, если я выиграю бой, мы получим в десять раз больше награды победителя.
Сьюзен отступила.
— Сколько ты поставил? Ты что, воспользовался деньгами, которые отец выделяет нам на жизнь?
— Не волнуйся! Не так много, как ты думаешь. — Стерлинг хотел было обнять Сьюзен, но она резко отшатнулась и покачала головой. — Господи, молю, пусть Стерлинг сегодня победит! — Она бросила взгляд на Стерлинга. — Если ты проиграешь эти деньги, я убью тебя!
Сьюзен повернулась к Стерлингу спиной и с гордым видом покинула мансарду.
Грант ухмыльнулся:
— Она это сделает, поверь мне.
— Не сомневаюсь.
— Пойдем. Киллиан нанял экипаж и ждет нас на улице. Ты готов?
— А как же!
Стерлинг задул свечу и последовал за братом. Они вышли из мансарды, спустились по лестнице и прошли в гостиную.
Стерлинг зажмурился от яркого света.
— Сколько свечей вы зажгли?
Стерлинг обратился к собравшимся в гостиной сестрам.
Самая младшая из Синклеров, Присцилла, удобно устроившись рядом со Сьюзен на мягком диване, одарила Стерлинга лучезарным взглядом и улыбкой.
— Достаточно, чтобы показать, что Синклеры не нуждаются в деньгах.
Сьюзен отвела взгляд и откинулась на спинку дивана, скрестив на груди руки.
Грант положил руку на плечо Стерлингу и постарался принять серьезный вид.
— Дорогой брат, ты же знаешь, наши сестры ждут важного гостя. Не могут же они зажечь всего одну свечу! Мисс Хилоубин, увидев темные окна, подумает, что никого нет дома. — Грант едва сдерживал смех. — Как же мы останемся без нужных связей, которые помогут нам стать членами лондонского высшего общества?
Стерлинг усмехнулся, но не смог оторвать глаз от горевших в гостиной свечей. Четыре на мраморной полке над камином, две на чайном столике, еще дюжина на люстре…
— Стерлинг, прекрати!
Айви вскочила и бросилась к братьям; ее кудрявые рыжие локоны рассыпались по плечам. Гримаса исказила тонкие черты ее лица.
— Не будь скрягой! Мы не такие бедные, по крайне мере пока. — Она приложила руку к сердцу. — Я знаю, что ты считаешь это расточительством, поэтому обещаю, что мы погасим все свечи, как только наша гостья покинет дом.
Она вдруг замолчала. Ее взгляд скользнул по рукаву куртки и остановился на израненной руке брата. Айви подняла руку Стерлинга и обратилась к Гранту:
— Сьюзен сказала, ты обещал отговорить Стерлинга драться.
— Я ничего не обещал, — возмутился Грант, — особенно его-то невозможного. — Грант показал взглядом на приготовленный для чаепития сервиз. — И потом, за все это кто-то должен платить.
— Чай «Хайсон» производит должное впечатление, — вмешалась Присцилла. — Все в этой роскошной гостиной призвано создавать иллюзию благополучия и богатства семьи Синклеров.
— Да-да. Пока никому не пришло в голову подняться наверх и увидеть, как мы живем на самом деле, — процедила Сьюзен.
Входная дверь с шумом распахнулась, приведя в действие дверной молоточек. Раздраженный Киллиан влетел в гостиную.
— Сколько это может продолжаться? Экипаж больше ждать не будет. Или у вас есть деньги заплатить за простой?
— Успокойся. Мы уже идем. — Стерлинг наклонился, чтобы поцеловать сестер. — Пожелайте нам удачи! Если победим, устроим шикарный ужин.
Перед тем как покинуть гостиную, Стерлинг еще раз посмотрел на переглядывавшихся, в недоумении сестер.
Готовый к бою Стерлинг Синклер выглядел как настоящий викинг. Он докажет сегодня свое превосходство. Стерлинг обвел взглядом бушующую толпу с выставленными напоказ тугими кошельками, жаждавшую нажиться на наивности шотландского маркиза.
Уголки его губ слегка дрогнули, когда он ступил на очерченную мелом квадратную площадку. Соперник Стерлинга, чемпион из Ирландии, уже разминался на площадке, готовый ринуться в бой. Бедняга, он даже не догадывается, что ждет его сегодня!
Да и никто из присутствующих в клубе не мог предположить, чем завершится этот бой.
Секунданты и соперники выстроились у линии в противоположных углах площадки, затем на ринг вышел сэр Джон Джексон и подал сигнал бойцам снять верхнюю одежду. Секунданты отступили назад, чтобы сэр Джексон мог удостовериться в одинаковом положении бойцов.
Стерлинг, не сводя глаз с ирландца, усмехнулся и повел бровью, чем вызвал недовольство соперника. Но это как раз и было нужно шотландскому маркизу. Он хотел поколебать уверенность ирландца.
Ирландец издал громкий крик и бросился на противника. Стерлинг отскочил в сторону. Огромного роста, ирландец больше напоминал дикого кабана с клыками, но большой вес мешал ему быстро двигаться.
Стерлинг разочарованно выдохнул. Он не этого ожидал. Он мог бы целый вечер уклоняться от ударов этого чудовища и веселить публику, но не будет.
Совсем скоро он выберет подходящий момент и нанесет один или два своих коронных удара. Нужно создать впечатление, что победа далась нелегко.
Ирландец подпрыгивал, вертелся, наступал на прочерченную мелом линию. Его лицо побагровело от злости.
Стерлинг сжал руки в кулаки, присел и приготовился к удару. Да, это был тот самый момент. Стерлинг не думал о том, что должен был делать, он помнил правила игры: боец принимает удар, спотыкается, и ставки начинают расти.
Вот мощный кулак ирландца движется на него, Стерлинг отворачивает голову, решив допустить лишь скользящий удар, но удача, видимо, ему изменила. Сокрушительный кулак ирландца с размаху врезается в челюсть маркиза.
Теплая жидкость со специфическим вкусом наполняет рот. Стерлинг трясет головой, и красноватые капли разлетаются в стороны. Он сплевывает и не сводит глаз с ирландца: «Ну все. Хватит. Один удар — более чем достаточно. Сезон только начался, их семью не пригласили еще ни на одно значимое событие, а лицо в синяках и ссадинах вряд ли будет способствовать приобретению полезных знакомств».
Пришел черед Стерлинга, но он не торопится, он заставит толпу поволноваться. Они думают, что ему пришел конец, но это только начало.
Стерлинг бросил взгляд на ирландца, с наглой усмешкой наблюдавшего за действиями соперника.
Вот теперь — время.
Стерлинг пошатнулся, голова упала на грудь, но даже в таком положении он прекрасно видел, как ирландец опускает кулаки, предвкушая легкую победу.
Вдруг до Стерлинга откуда-то из толпы донесся голос Гранта:
— Уходи! Уходи с ринга!
«Нет. Этого не может быть. Вот теперь — время. Сейчас».
Стерлинг резко поднял голову и вскинул кулаки. Что это? Перед ним юная леди.
«Черт! Черт!»
Он попытался перенаправить удар. Кулак просвистел в миллиметре от ее лица.
Он даже не видел, откуда она появилась. Она просто возникла перед ним, размахивая пачкой печатных листовок.
От неожиданности девушка ахнула и прижала листовки к груди.
Струйка крови стекла из уголка опухших губ прямо на грудь Стерлингу, который был не в силах оторвать взгляд от прекрасной юной леди: «Что, черт возьми, с ней могло случиться, что она не побоялась броситься между двумя озверевшими бойцами?»
— Твоя жена, Синклер? — фыркнул ирландец.
Толпа взревела.
Стерлинг приблизился к девушке и погладил ее по щеке.
— Нет… — Он с трудом разомкнул запекшиеся губы. — Пока нет.
Толпа заревела еще громче.
— Да как вы смеете! — Девушка оттолкнула его руку и повернулась лицом к публике.
Стерлинг с интересом ждал, что она скажет джентльменам, не скрывавшим своего недовольства ее вторжением в клуб.
Девушка оглянулась и посмотрела на Стерлинга. Она пыталась подавить страх. Да, она боялась его, и это хорошо. Значит, у нее сохранилась хоть капля здравого смысла.
Фигура Стерлинга высилась над собравшимися, как и фигуры трех его братьев.
Когда Стерлинг сравнивал себя и своих братьев и сестер с другими членами высшего света, ему казалось, что они принадлежат к другой расе. Все Синклеры отличались мощным телосложением, высоким ростом, пышными волосами.
«Да, мы самые настоящие шотландцы. Ничего, скоро все узнают, кто такие Синклеры!»
Юная леди подняла листовки.
— Почему бы вам, уважаемые джентльмены, не перестать тратить заработанные тяжелым трудом деньги на этих бандитов? Почему не подумать о том, что кому-то они гораздо нужнее?
— Все очень просто, мисс, — произнес сухощавый джентльмен, стоявший всего в нескольких шагах от нее. — Мои деньги достались мне легко. Я никогда тяжело не работал.
Толпа издала возглас одобрения.
Девушка резко выпрямилась. Стерлингу даже показалось, что она стала выше ростом.
— Тогда вам наверняка неизвестно, что такое голод. Вы не знаете, что чувствуют родители, когда умирает их ребенок, потому что у них нет денег на врача.
— А ты сама-то знаешь, красавица? — Стерлинг скрестил руки на груди. — Ты хорошо одета, и не похоже, чтобы ты испытывала нужду.
Девушка повернулась к нему. Ее глаза гневно сверкнули.
— Я говорю не о себе, а о вдовах, детях наших солдат.
— И ты думаешь, что, прервав бой, который пришли посмотреть все эти джентльмены, ты убедишь их пожертвовать деньги? — Стерлинг рассмеялся. — Красавица, если ты действительно так считаешь, то тебе лучше скорее убраться отсюда.
Сэр Джексон подозвал двух помощников.
— Проводите леди на улицу, пожалуйста. — Затем он повернулся к пышногрудой рыжеволосой женщине, наполнявшей пустые бокалы. — Мэгги, проводи ее до угла, чтобы она могла нанять экипаж.
Помощники стали оттеснять девушку к выходу. Встретившись глазами со Стерлингом, она выкрикнула:
— Ты еще обо мне узнаешь, шотландец!
— Обещаешь, дорогая? — отозвался Стерлинг.
Он видел, как она упиралась, отталкивая двух молодцов, тащивших ее к двери.
— Не сопротивляйся! — крикнул Стерлинг. — Поверь мне, на улице ты соберешь гораздо больше денег на свои нужды.
Толпа одобрительно загоготала.
Стерлинг провел языком по распухшим губам. Пару минут спустя помощники Джексона снова появились в дверях клуба. Он почувствовал необъяснимое облегчение, увидев, что они были одни, без той странной девушки с удивительными глазами.
— Стерлинг! — Грант тянул его за руку к краю площадки. — Бей! Давай! Пора заканчивать бой.
— Пора.
Стерлинг встряхнул головой, отгоняя образ девушки, стоявший перед глазами. Сэр Джексон развел бойцов по углам площадки и подал сигнал к бою.
Ирландец кинулся вперед, но на этот раз Стерлинг не растерялся. Удар настиг ирландца откуда-то снизу, глаза его закатились, и он рухнул замертво.
Толпа замерла.
— Все! Бой окончен, Стерлинг! — Грант в считанные доли секунды оказался рядом с братом. — Ты победил!
Он открыл кожаную сумку, достал марлю и начал перевязывать окровавленные руки Стерлинга.
Киллиан что-то бормотал о ставках. Члены клуба подходили к Стерлингу, хлопали его по спине и пожимали руку, чтобы потом с гордостью демонстрировать следы крови на своих перчатках.
Когда толпа отступила, сэр Джексон потянулся к левой руке Стерлинга, как будто для рукопожатия, и в этот момент Стерлинг ощутил в своей ладони несколько монет. Он разжал руку и увидел шесть гиней.[3]
— Твоя доля, приятель. Так, подарок. — Он жестом указал на постоянных членов клуба, которые отсчитывали монеты и передавали их Киллиану, чья улыбка светилась столь же ослепительно, как и гинеи в его кошельке. — Ты, наверное, знаешь, что благодаря ставкам на боях можно зарабатывать большие деньги.
— Да, я слышал об этом.
Стерлинг разжал ладонь и провел большим пальцем по монетам, позвякивавшим от каждого прикосновения.
«Такие деньги и практически никаких усилий. Да они могут жить как короли целый месяц или два!»
Как же на самом деле все просто! Стерлинг мог бы обустроить их дом на Гросвенор-сквер, и они бы прекрасно зажили здесь, в Лондоне, но даже страшно подумать, что могло произойти, если бы ему не удалось сдержать обещание. Да… Если бы он смог выиграть еще один бой!
Стерлинг опустил взгляд и увидел листовку. Он быстро нагнулся, поднял смятый лист, пробежал глазами первую страницу и спрятал в карман брюк. Затем он еще раз посмотрел на монеты, отмотал с левой руки немного ткани и оторвал ее зубами. Расправив края, Стерлинг положил в нее монеты и завязал тугой мешочек.
— Ну ты даешь, старина! Все просто в шоке. — Грант хлопнул Стерлинга по спине. — Шотландский маркиз победил ирландского чемпиона! Тебе удалось!
Мешочки с деньгами позвякивали в его руках, как колокольчики.
Стерлинг улыбнулся, и снова струйка крови потекла по подбородку.
— Лаклан ведет учет наших выигрышей в книге Уайта?
— А как же! Он ушел, как раз когда этот бедняга рухнул на пол. — Грант раскатисто рассмеялся: они снова при деньгах. — Я не могу поверить. Все это за один точный удар!
— Ты чертовски плохо выглядишь, Стерлинг, но это стоило того, ведь так? — Киллиан подошел к брату. — Они удвоили ставки. Ты слышал?
Стерлинг замер. Сцены прошедшего боя проносились у него голове. Он видел ее.
Киллиан толкнул Гранта.
— Что-то Стерлинг неважно выглядит.
Грант помог ему снять рубашку.
— Нас ждет экипаж, — сказал он. — Поехали домой. Сьюзен осмотрит твое лицо и добавит пару стежков, а, Стерлинг? Или, может, она сразу вышьет надпись «Единственный и неповторимый Синклер» на твоих кулаках? — рассмеялся брат и подтолкнул Стерлинга к выходу.
Стерлинг двинулся было вперед, но вдруг остановился.
— Идите, я вас догоню. Хочу поблагодарить сэра Джексона за предоставленную возможность.
Стерлинг довольно улыбнулся и повернулся, ища глазами сэра Джексона, но в ту же минуту Джексон поймал его за руку.
— В следующем месяце бой состоится на файвз-корте[4].
— Да, — кивнул Стерлинг, — я читал об этом в «Таймс». Мэдрид против Дуни. Звучит как матч века, а, сэр Джексон?
— Мог бы быть матч века, если бы Мэдриду не сломали шею два дня назад. Мэдрид мертв. — Сэр Джексон глубоко вздохнул. — Дуни — непобедимый чемпион. Он с легкостью кладет соперников на лопатки. И хорошо, если остался жив. Буду с тобой откровенен: он очень опасен.
Сэр Джексон многозначительно посмотрел на Стерлинга.
— Вы же не предлагаете мне драться с Дуни? Да еще после того, что я сейчас услышал?
— Я знаю, ты считаешь меня сумасшедшим. Ты маркиз и все такое, но я предлагаю тебе драться с Дуни. Подумай об этом.
Стерлинг не ответил.
— Слушай, на кону большие деньги. Плюс ставки… — Сэр Джексон шумно вздохнул, ноздри его затрепетали. — Знаю, что для маркиза деньги не главное, но престиж, слава ведь что-то да значат! У тебя талант. Ты быстро двигаешься, Дуни не сможет тебя достать. — Внезапно интерес в глазах Джексона угас и он стал непривычно серьезен. — Если надумаешь, сообщи мне.
Стерлинг с трудом проглотил густую слюну, все еще сдобренную кровью. Конечно, деньги для него имели огромное значение, но все же ему не хотелось остаться инвалидом.
— Не знаю, что сказать, Джексон.
Стерлинг поднял глаза и увидел за спиной Джексона небольшую группу постоянных членов клуба, которые внимательно прислушивались к их разговору.
Джексон оглянулся, и на его лице появилось недовольство.
— Идем, — и он потянул Стерлинга в центр площадки. — Ты не должен давать мне ответ прямо сейчас. Просто подумай. Ты станешь знаменитым, перед тобой откроются любые двери. — Джексон похлопал Стерлинга по плечу. — Просто подумай. Это все, о чем я прошу.
— Хорошо.
Стерлинг согласно кивнул и пожал руку Джексону, пожелав ему удачного вечера. Затем на несколько секунд остановился на краю площадки, взвесил в руке мешочек с деньгами и направился к выходу.
«Подумать он, конечно, подумает, но драться с чемпионом, который наносит порой смертельные увечья — это безумие».
Стерлинг проснулся неожиданно рано. Время близилось к полудню, до обеда оставался еще целый час, а Стерлинг не мог уснуть. Челюсть ныла, перед глазами стояли сцены вчерашнего боя и образ той смелой девушки, из головы не выходило предложение сэра Джексона.
Стерлинг начал одеваться. Всю жизнь у него была прислуга, а теперь ему приходилось все делать самому, да еще одной рукой. Одевшись, он спустился вниз. Стерлинг старался идти тихо, чтобы не разбудить своих братьев и сестер. Во-первых, полдень еще не наступил, а во-вторых, ему просто хотелось побыть одному.
Стерлинг спустился на первый этаж. Это было его любимое место, здесь он чувствовал себя как дома — в огромном особняке Синклеров неподалеку от Эдинбурга.
Стерлинг положил руку на стойку перил и хотел было свернуть в коридор, как вдруг наткнулся на Поплина.
— Вот черт!
— О, прошу прощения, мой господин! Я не хотел вас напугать. Я не думал, что кто-то уже встал в такой ранний час, — пробормотал Поплин.
Старик Поплин и не самая искусная кухарка миссис Уимпол выполняли всю работу по дому. Братьям и сестрам Синклер было позволено взять в Лондон только этих двух слуг, жалованье которых включалось в 375 фунтов стерлингов в год, выделенных отцом. И это уже было немало, поскольку назначенной суммы едва хватало на основные нужды титулованных отпрысков.
— Слух у меня, конечно, уже не тот. Но я старался открывать дверь еще до того, как зазвенит молоточек. А они все приходят и приходят. — В голосе Поплина послышалась досада. — Только закрою дверь, а уже стучит следующий посыльный. Все спят, а они хотят вас разбудить.
Стерлинг потер лицо левой рукой.
— Ничего не понимаю. Чей посыльный? Сэра Джексона?
— Нет, от него никто не приходил. Другие приходили, от разных людей.
— Что ты имеешь в виду?
Поплин подал знак Стерлингу следовать за ним в гостиную. Он постарался тихо отворить дверь, но старые петли заскрипели так, словно это крысы в мансарде Стерлинга скреблись когтями гладкий пол.
— Да вот они.
Поплин указал на полку над камином, на которой лежала стопка разноцветных карточек и приглашений.
— Черт меня подери!
Стерлинг схватил несколько визитных карточек. Мистер Такой-то и миссис Такая-то, сэр Такой-то… Стерлинг пробегал их глазами и от волнения прижимал к груди.
В каждом приглашении говорилось о предстоящем сражении чемпионов, о том, что хозяева будут рады, если семья Синклеров окажет им честь и посетит званый ужин, бал, скачки, раут и тому подобное.
Стерлинг долго не мог отвести взгляд от приглашений, затем повернулся, разжал руку, и разноцветные карточки полетели вниз, словно опадающие лепестки цветов.
Похоже, решение принять участие в бою, который состоится на файвз-корте, было принято за него.
Послышался скрип — Стерлинг поднял голову, ожидая увидеть Поплина, но это была Сьюзен.
— Что, что это?
Глаза Сьюзен округлились.
Стерлинг рассмеялся:
— Это, моя дорогая, то, чего ты и твои сестры так ждали с момента переезда на Гросвенор-сквер.
Сьюзен подошла ближе, наклонилась и подняла одно из приглашений.
— Не могу поверить: нас пригласили на бал!
— И не только, — пробормотал Стерлинг и показал на каминную полку. — Вот, моя дорогая сестра, наш пропуск в высший свет Лондона!
Сьюзен медленно перевела взгляд на Стерлинга, и улыбка тронула ее губы. Она ухватилась за спинку стула и села.
— О господи, Стерлинг! Тебе удалось. Я не знаю как, но ты смог открыть нам дорогу в высший свет.
— Похоже на то.
Стерлинг пригладил непослушные волосы.
Мисс Изабель Бишоп стояла у стены танцевальной залы, потягивая лимонад, который, как она надеялась, поможет ей справиться с чувством тошноты, возникшим с момента прихода сюда.
В спешке она поставила стакан на поднос проходившего мимо слуги и стала нервно переминаться с ноги на ногу. Она чувствовала себя здесь некомфортно, ей нигде не нравилось, но любые мероприятия высшего света вызывали у нее особое отвращение.
На балах и приемах она чувствовала себя всего лишь дочерью известного политика, которая почему-то оказалась в одной зале с представителями аристократических и королевских семей.
Однако она всегда принимала такие приглашения, потому что это была единственная возможность побыть вместе со своим отцом, депутатом палаты общин Корнелиусом Бишопом. Она и отец — это все, что осталось от их когда-то счастливой семьи.
Теперь все изменилось. Отец Изабель перестал появляться дома, проводя дни и ночи в парламенте и становясь все более и более нетерпимым к окружающим. Изабель всеми силами старалась не огорчать отца, хотя один тот факт, что она родилась девочкой, а не мальчиком, перевешивал часу весов не в ее пользу.
Сегодняшний вечер не предвещал ничего нового. Краем глаза она видела, как один джентльмен, непринужденно болтая с замужними дамами, то и дело кивал в ее сторону. Вдруг он поднял кулак, затем сразу убрал его и снова отпустил так, что слегка задел нос одной из собеседниц.
«Негодяй, — пронеслось в голове Изабель, но внезапное озарение повергло ее в шок: — Он рассказывает о ее появлении в бойцовском клубе. Ну конечно! По крайней мере, ничего другого она не сделала».
По правде сказать, Изабель была очень удивлена, что отец до сих пор ничего не слышал о ее скандальном появлении в клубе с просьбой пожертвовать деньги на нужды солдатских вдов. Ничего более глупого нельзя было придумать. Все эти богачи готовы тратить деньги только на забавы.
Изабель снова посмотрела на этого джентльмена. Она увидела, как новость быстро распространяется по зале, и поняла, что отец все равно узнает о ее безрассудном поступке.
— Вот назойливая блоха! — пробормотала Изабель, ища глазами своего отца.
В глубине души она понимала, что отец уже все знает. Ему известно, в какую глупую ситуацию она попала.
Изабель нашла глазами отца и направилась к нему, стараясь не привлекать внимания к своей персоне. Если она поторопится, то, возможно, ей удастся убедить отца, что у нее болит голова, и они вместе покинут залу собраний. Вдруг ей повезет и он не узнает об этом позорном случае!
Подойдя ближе к отцу, она поняла, что он возмущен и расстроен, но, похоже, это не было связано с ней.
— Не могу поверить, что кому-то пришла в голову мысль пригласить в наше общество этого громилу, — говорил он, обращаясь к сэру Руперту Уайтбирду. — А вот и он, да еще и дюжину секундантов привел с собой.
Тут отец заметил Изабель, схватил ее за руку и прошептал на ухо:
— Изабель, никуда не отходи от меня и не поворачивай голову в сторону двери. Тебе еще один скандал ни к чему.
Изабель не стала спорить. Конечно, он был прав, но все-таки ей хотелось увидеть, кто вызвал гнев отца.
Она как будто нечаянно опустила руку, и ее маленькая дамская сумочка оказалась на полу.
— О боже! — проронила она и наклонилась, чтобы подобрать упавшую сумочку.
Изабель подняла глаза, чтобы посмотреть, кто же войдет в дверь, и увидела его — этого нахала, который так унизил ее в бойцовском клубе. За его спиной выстроились красивые, статные мужчины и женщины. Женщины — одного роста с мужчинами, у них были удивительно правильные черты лица. Мужчины выглядели поистине как великаны на фоне собравшейся публики, их мускулы рельефно выделялись под темно-синей тканью сюртуков, подобно речным камешкам на мелководье.
Изабель утратила дар речи. Откуда появились эти люди? Ком, еще недавно стоявший у нее в горле, провалился куда-то глубоко и вызвал приступ кашля. Созданный ею шум привлек внимание не только стоявших рядом знатных особ, но и его.
Уголки губ бойца слегка дрогнули, и он устремил свой взгляд в сторону Изабель.
«О господи! Он узнал меня. Ну что ж! Прекрасно. Это как раз то, что мне нужно сегодня».
Изабель выпрямила спину и сделала вид, что роется в сумочке, проверяя, все ли на месте. Боковым зрением она видела, как вошедших богов и богинь — так тут же окрестила их Изабель — приветствовали мистер и миссис Карсден.
— Отец, у меня сильно болит голова. Может, уйдем?
Изабель нежно прижалась к отцу, стараясь заставить его сделать то, чего хочет она. Раньше, до того как отец узнал о гибели ее родного брата в битве при Ла-Корунье[6], ей это удавалось.
Сэр Руперт запротестовал:
— Мисс Изабель, если вы уйдете, как я тогда уговорю остаться свою дорогую Кристиану?
— Кристиану?
Изабель принялась искать глазами свою лучшую подругу, пока не увидела, как она покидает танцевальную площадку под руку с красивым молодым джентльменом.
— А вот и она! — Сэр Руперт одобрительно закивал головой. — Вы действительно не хотите остаться, мисс Изабель? Может, мне удастся вас переубедить?
Изабель не знала, что ответить. Этот страшный человек мог приблизиться к ней в любой момент.
— Я, я…
Отец Изабель прокашлялся.
— Думаю, Изабель права. Сегодня здесь собралась неподобающая компания.
— Бишоп, вот здесь я с вами не согласен. Известно ли вам, что этот молодой боец скоро станет герцогом?
— Герцогом?
Бишоп, казалось, не мог подобрать слова, хотя губы продолжали шевелиться.
— Этого громилу, как вы изволили выразиться, зовут Стерлинг, маркиз Синклер. Вы видите его кольцо с огромным бриллиантом?
— Да. Ну и что? — спросил Бишоп.
— Это так называемый бриллиант Синклеров. Неужели вы не слышали о нем? Это кольцо передается герцогом самому старшему из наследников. — Лорд Уайтбирд загадочно улыбнулся. — Вы слишком много времени проводите в палате общин, дорогой Бишоп! Вам не помешает чаще выходить в свет, как это делает Изабель.
Изабель вежливо кивнула. Конечно, она слышала о бриллианте Синклеров, но ей и в голову не могло прийти, что этот человек — наследник знатного рода.
— Вот ты где! — послышался голос мисс Кристианы Уайтбирд. — Где ты пряталась? Танцевала с каким-нибудь красавцем и разбила его сердце, а? Признавайся!
Изабель покраснела.
— Да, нет. Ничего подобного. Мы с отцом как раз собирались уходить.
— Нет-нет-нет. Ты не можешь. Здесь Синклеры! — Кристиана схватила Изабель за руку и потянула в сторону. — Ты что, ничего не слышала?
— Эти Синклеры меня не интересуют, — запротестовала Изабель.
— Не интересуют! Ты что, с ума сошла? Ты только посмотри на них!
Изабель посмотрела туда, куда указывала Кристиана. Стерлинг смотрел прямо на нее. От волнения ее сердце затрепетало. Изабель быстро отвела взгляд.
— А что в них особенного?
— Ты когда-нибудь видела таких красивых людей? — не унималась Кристиана. — Я — нет.
Изабель попыталась высвободиться из объятий Кристианы.
— Может быть, они и прекрасны, но этот Стерлинг, маркиз Синклер, похоже, самый невоспитанный человек во всей Англии.
— Да, я слышала о твоей встрече с ним в бойцовском клубе. — Кристиана прикрыла рот рукой и рассмеялась. — Ты разве не понимала, куда идешь?
Изабель пожала плечами.
— Это был импульсивный поступок, и хватит мне о нем напоминать. В клубе я увидела хорошо одетых джентльменов. В то время как тысячи вдов и детей погибших солдат голодают, эти так называемые джентльмены бросают деньги на ветер. Ох, как я зла!
— Да? И что же ты получила в ответ? Ничего.
— Неправда. — Изабель загадочно улыбнулась. — Благотворительный фонд вдов Ла-Коруньи получил небольшое пожертвование сразу же, на следующий день. Кто-то в этом клубе услышал мой призыв, кто-то, у кого есть сердце, что, пожалуй, не свойственно посетителям бойцовского клуба.
— Ну хорошо. Надеюсь, отец уже не сердится на тебя. — Кристиана наклонилась к Изабель так, чтобы никто посторонний не мог их услышать. — Приглашение посетить сегодняшний бал — это что, наказание?
— Он еще не знает об этом. — Изабель посмотрела на дверь и снова на Кристиану. — Хорошо бы, чтобы Синклеры прошли вглубь залы, тогда мы с отцом могли бы уйти без лишнего шума.
Кристиана обвела взглядом залу.
— М-да! Не получится. Он смотрит на тебя.
— Я знаю. Вот поэтому я и должна уйти прямо сейчас.
— Бедная моя Иззи! Не хотела бы я быть на твоем месте. — Кристиана прижала руки к груди. — Он такой красивый и такой несчастный. Это же мечта каждой женщины — вылечить мужчину своей любовью.
— О чем ты? Разве непонятно? Да я его презираю!
— Как ты можешь! Ты что, ничего не слышала о трагедии этой семьи?
Изабель отрицательно покачала головой.
— Не понимаю, о чем ты.
Кристиана обомлела от удивления и потащила Изабель в дальний угол залы.
— Ты правда ничего не знаешь?
— Клянусь! Не знаю.
Изабель попыталась увернуться, но Кристиана не хотела ее отпускать.
— Тогда ты должна знать. Это может все изменить. — Кристиана кивком головы указала на Синклеров. — Их называют Семь Смертных Грехов.
— Что?
— Правда! Говорят, что герцогиня Синклер умерла при родах близнецов — Киллиана и Присциллы. Отец с горя начал пить и позволил своим семи отпрыскам делать все, что заблагорассудится.
Изабель побледнела, в ее голове пронеслись воспоминания о той ночи, когда ее мать, не в силах пережить свалившегося на нее горя, покончила с мучившей ее болью утраты раз и навсегда.
— Очень скоро весь Эдинбург стал называть детей Синклера не иначе как Семь Смертных Грехов.
— Это ужасно. Они же потеряли мать, и отец пил…
— По мере взросления дети все более соответствовали тому прозвищу, которое дал им высший свет. Лорд Стерлинг воплощает жадность. — Кристиана посмотрела на Стерлинга, и Изабель невольно сделала тоже самое. — Леди Сьюзен — это лень. Айви, с волосами цвета меди, — это зависть.
— Это полная чушь!
— Неужели? — И Кристиана продолжила: — Лаклан очень распущен, его грех — похоть. Лорд Грант — тот, с кружевными манжетами, говорят, питает слабость к роскоши. Его грех — чревоугодие. Близнецы — самые падшие из всех. — Кристиана еще раз повернулась к Синклерам. — Лорд Киллиан — это гнев. Говорят, что он любит драться, а еще ходят слухи, что он убил человека просто за то, что тот проявил неуважение по отношению к Присцилле. А вот и Присцилла! Ты только посмотри на нее! Ее подбородок гордо смотрит вверх. Здесь, в обществе знатных людей, она считает себя выше всех. Так что ее грех — гордыня.
— Полная чепуха! Я не верю в это, — проговорила Изабель. — Я не верю во всю эту историю. Это просто сплетни.
— А я верю. — Кристиана уперла одну руку в бок, а второй стала размахивать в воздухе. — Тогда зачем они переехали в Лондон? Да чтобы никто не знал об их подмоченной репутации.
— Не знаю.
Изабель увидела, как рот Кристианы широко открылся, и почувствовала, что кто-то стоит сзади.
— Наверное, затем, чтобы пригласить тебя на танец, красавица.
Его голос с шотландским акцентом будто эхом отозвался в каждой клеточке ее тела.
Изабель резко повернулась и уставилась прямо на лорда Стерлинга.
— Прошу прощения! Я бы обратился к тебе по имени, но, увы, пока его не знаю. Но зато я знаю, что ты самая красивая девушка в этой зале. — Прежде чем она смогла что-либо ответить, он подошел и погладил ее по щеке точно так же, как сделал это в клубе. — Англичанки мне не очень нравятся, но в тебе явно течет шотландская кровь.
Вдруг Изабель, сама того не ожидая, залепила своему собеседнику увесистую пощечину.
— Сэр, вы унизили меня, посмеялись над моим стремлением помочь слабым, вдовам и детям погибших солдат. И после этого вы считаете, что я соглашусь танцевать с таким невоспитанным и гадким человеком?
— Но я же попросил, и потом я видел, как ты смотрела на меня.
Он приподнял бровь, будто дразня ее. Изабель не смогла сдержаться и ударила его еще раз. Стерлинг поднес руку к щеке.
— Неплохо. Может, ты подумаешь о карьере борца?
И он снова усмехнулся.
Изабель отошла в сторону и стала искать отца. Он стоял в двух шагах и ошеломленно смотрел на дочь. Изабель пошла к нему, но он отступил.
Краем глаза Изабель заметила, что все до единого смотрят на нее. Все.
Изабель закрыла лицо руками и поспешила к выходу. Она быстро спустилась по лестнице и выбежала на улицу.
«О господи! Отец не пустит меня домой, я так унизила его сегодня», — проносилось у нее в голове. Одно Изабель знала точно: каким бы ни было наказание за совершенный поступок, отец никогда больше не разрешит ей выходить в город.
А виноват в этом один человек — маркиз Синклер.
Грант и Стерлинг удобно расположились в гостиной, чтобы выпить по бокалу бренди, как вдруг в отблеске единственной горевшей свечи отразился чей-то силуэт. Стерлинг прищурился, стараясь разглядеть, которая из его сестер не спит в столь поздний час.
— Может, наложить пару швов на твою щеку, дорогой брат?
«Сьюзен».
Он должен был догадаться, она как-то особенно складывала руки на груди.
— Ты так быстро ушел после того, как эта юная мисс унизила тебя при всем честном народе.
В голосе, как и в осанке Сьюзен, ощущалась невероятная сила и твердость.
— Вот, хотела посмотреть, насколько ты пострадал от столь увесистой пощечины.
— Да просто для нас, шотландцев, в этом доме нечего было выпить. Вот мы и ушли.
Сьюзен подошла поближе.
— Там был лимонад.
Стерлинг фыркнул и поднял бокал бренди.
— Ну хорошо, скажу иначе. Там нечего было выпить для настоящего мужчины.
Сьюзен взяла у него бокал и отхлебнула глоточек.
— Да, ты первый раз имеешь на это право. — Она села рядом с Грантом на диван, украшенный позолоченной резьбой. — Ну так где вы были? Стерлинг, все, с кем мы общались, хотели познакомиться именно с тобой. Они хотели узнать все о тебе, о нашей семье. Сегодня вечером мы как будто снова оказались в Эдинбурге, разве только люди отнеслись к нам иначе. Это было так прекрасно! Мы чувствовали себя особенными, какими-то дарами высшему свету Лондона.
Грант перевел взгляд своих желто-зеленоватых глаз на Стерлинга.
— Слушай, может, нам надо было задержаться?
Стерлинг отрицательно помотал головой.
— Что более важно: пробивать себе дорогу в высший свет или… это?
Он потянулся к жилету и достал из кармана перевязанный мешочек, содержимое которого издавало характерное позвякивание.
Сьюзен удивленно посмотрела на брата. Ее зрачки расширились в попытке разглядеть то, что показывал Стерлинг.
— Что это?
Стерлинг откинулся на спинку дивана и хитро улыбнулся.
— Семена, которые стоит посадить, а потом подождать, пока вырастут.
Сьюзен никак не могла прийти в себя.
— Мы же потратили весь выигрыш на покупку достойной одежды. Откуда у тебя это?
— Я не транжира, Сью. Я отложил кое-что на оплату дома и ведение хозяйства, хватит на месяц или два. — Стерлинг наклонился вперед и поднял мешочек. — Это неучтенный выигрыш. Лучший боец Лондона должен получать достойное вознаграждение, правда? И вообще, я был поражен, когда он сказал мне, что у него мало денег с собой. Это от одной очень уважаемой семьи. Не терпится узнать от какой, а?
— Уверена, если бы все эти люди узнали о реальном положении вещей, они бы призадумались, — сказала Сьюзен. — Ведь они считали, что Синклеры живут и ни в чем не нуждаются. Не так ли? Ведь наш папочка обо все позаботился.
От волнения Грант начал ерзать на диване.
— Изменить нашу жизнь мы можем и сами.
— Ну да, конечно, — согласилась Сьюзен, — вот только Стерлинг вечно все усложняет.
Лицо Стерлинга приняло невинное выражение.
— А что такого? Я просто пригласил ее на танец.
Грант довольно хихикнул.
— Нет, брат, ты должен был сделать что-то еще, чтобы получить две такие затрещины.
Он уныло посмотрел на оставшиеся в его бокале капли бренди, перевел взгляд на пустую бутылку и грустно вздохнул.
— Плохо. Очень плохо, — вмешалась Сьюзен. — Учитывая то, что все молодые леди и их мамаши весь вечер говорили только о тебе, ты должен был вести себя достойно, Стерлинг, как подобает настоящему джентльмену. Тогда бы мисс Бишоп упала в обморок от счастья видеть тебя и танцевать с тобой.
Грант утвердительно кивнул:
— Ты, конечно, права, Сью. Но не забывай: она дочь одного из самых влиятельных членов парламента. Кто знает, Стерлинг, может, ты ей все-таки пришелся по душе. А что, вот это была бы партия — девушка из уважаемой семьи. Думаю, отец одобрил бы твой выбор.
— Вместо этого ты устроил спектакль, зрителями которого стали все присутствовавшие члены высшего света. — Сьюзен громко дышала. — И еще неизвестно, чем это обернется для нас.
— Стерлинг, ты бы хоть мне сказал, что собираешься устроить на балу. Я бы заключил пари и кое-что поставил в клубе Уайта. — Грант поднял руку и стал водить ею в воздухе, словно листал книгу записей ставок. — Юная мисс из хорошей семьи даст пощечину будущему герцогу в зале собраний, нет, дважды залепит пощечину. — Он рассмеялся, очевидно, довольный отпущенной шуткой. — Уверен, кто-то обязательно клюнул бы на такое пари. Мы бы немного заработали, а, как ты думаешь?
Стерлинга словно ударило молнией; он резко выпрямился, весь дурман от выпитого бренди испарился, как будто его и не было.
Сьюзен, похоже, не обратила внимания на слова Гранта. Она выхватила у Стерлинга мешочек, достала монету, затем засунула ее назад.
— Ха, карманные деньги, — произнесла она, гордо тряхнув шелковистыми волосами, встала и безмолвно покинула гостиную.
Стерлинг напряженно вслушивался в звуки ее удалявшихся шагов. А когда они стихли, повернулся к Гранту.
Грант наклонился вперед.
— Что случилось? — спросил он шепотом. — Что так подействовало на твой опьяненный бренди мозг, что ты с трудом дождался, пока Сьюзен уйдет?
Стерлинг несколько секунд просто смотрел на брата, словно выверяя возникшую в его голове идею: возможно ли это, может, в этом и кроется ответ? Он резко нагнулся и схватил Гранта за руку.
— Что ты знаешь об этой мисс Бишоп?
Грант усиленно заморгал.
— Да вообще-то немного. Так, слышал кое-что в клубе, когда она появилась там со своими листовками.
Довольная улыбка появилась на лице Стерлинга.
— Расскажи!
— Я не спросила у него, могу ли пойти за покупками. Я просто ушла.
Изабель жаловалась Кристиане, когда они вдвоем шагали вдоль Пэлл-Мэлл[7] в направлении Сент-Джеймс-стрит.[8]
— Ты что, просто ушла? — Кристиана разволновалась. — О господи, если бы мой отец был так зол на меня, как мистер Бишоп после твоей выходки, я бы из дома ни ногой. Только с его разрешения, даже с письменного. Ты очень смелая, правда!
— Никакая я не смелая. Парламент сейчас заседает, и его просто нет дома. Вот мы и пришли.
Изабель взяла Кристиану за руку и свернула в Гардинг[9].
Кристиана прошла несколько шагов и остановилась.
— А если он узнает?
Изабель подошла к прилавку и взяла шелковый веер.
— Как? Отец всегда поздно приходит домой. Мне просто нужно вернуться до его прихода. — Она положила веер на прилавок. — Платья и шляпки в четвертом отделе. Пойдем, у меня не так много времени.
Изабель рассмеялась и потащила Кристиану вглубь магазина.
Они проходили мимо галантереи, как вдруг немолодой джентльмен уставился на Изабель и даже выронил дамскую сумочку своей жены, которая рассматривала рулон розового шелка.
— Доротея, посмотри, это она.
— Кто, дорогой? — ответила дама безучастно.
— Мисс Бишоп, — ответил он шепотом. — Ну, ты же знаешь ее!
Дама сразу всполошилась.
— О, мой бог!
Изабель почувствовала, как горят ее щеки, но продолжала идти, таща за собой Кристиану.
«Не может быть, — думала она, — прошла целая неделя, а люди все не могут успокоиться из-за этой пощечины. Пора бы уже угомониться. Она не настолько интересна для общества. Отец все время говорит ей об этом».
— Прошу прощения, мисс Бишоп, — с каждым словом дама начинала говорить все громче и громче, — пожалуйста, можно вас на минуточку?
— Изабель, стой!
Кристиана остановилась и крепко сжала руку подруги, чтобы она не могла двинуться с места.
Изабель опустила голову и глубоко вздохнула. Она слышала, как супружеская пара приблизилась к ней, успокоила дыхание и обернулась с натянутой улыбкой.
— Прошу прощения, мы знакомы?
— Нет-нет. Мы просто хотели знать, каковы ваши планы? — сказал джентльмен и вдруг, вспомнив, что не представился, произнес: — Извините! Позвольте представиться: лорд Коллинз, а это моя жена Доротея.
Лорд Коллинз поклонился, Доротея слегка кивнула.
Изабель присела в реверансе.
— Еще раз прошу меня извинить, но я не понимаю, что конкретно вы хотите знать.
Доротея рассмеялась.
— Ну как же! Выйдете ли вы замуж за маркиза Синклера до конца года?
Изабель в недоумении посмотрела на Кристиану, надеясь, что подруга сможет разъяснить ей, о чем идет речь, но выражение лица Кристианы напоминало ее собственное.
— Прошу прощения, миссис Доротея, но я не имею ни малейшего представления, о чем вы говорите. — Изабель нахмурила брови. — Почему вы об этом спрашиваете? Уверена, я не та девушка, на которой хотел бы жениться лорд Синклер, да и он не тот человек, за которого я желала бы выйти замуж. Да еще после его выходки.
Лорд Коллинз протянул сумочку своей жене.
— Это пари — полное безумие. Я же тебе говорил, что понял это, как только услышал о нем.
Жена лорда Коллинза отрицательно покачала головой.
— Нет-нет. В этом что-то есть. Десять тысяч фунтов, что мисс Бишоп выйдет замуж за лорда Стерлинга до конца года. Между ними точно что-то есть. Она просто не хочет в этом признаваться.
— Прошу прощения, что вы сказали? Десять тысяч фунтов? — Изабель подняла голову. — Мне кажется, я не совсем правильно расслышала. Вы сказали…
Кристиана утвердительно кивнула головой.
— Десять тысяч фунтов на то, что ты выйдешь замуж за этого борца до конца года. — От восторга Кристиана даже хлопнула себя по губам. — Невероятно! Это так волнительно, да, Иззи?
— Нет, я не согласна. — Сердце Изабель бешено колотилось. — Лорд Коллинз, скажите мне, пожалуйста, что вы пошутили и никакого пари нет.
— Пари было зафиксировано в книге Уайта, — ответил лорд Коллинз.
Внезапно Изабель почувствовала дурноту.
«Это не может быть правдой. Просто не может. Такая огромная сумма наверняка вызовет ажиотаж среди знати, и ее отец, конечно, узнает об этом рано или поздно. Если только она не уговорит человека, который заключил пари, отказаться от него».
— Лорд Коллинз, умоляю, скажите, кто заключил пари? Я должна знать правду. Я ведь всего лишь молодая девушка, репутация которой под угрозой. Я хочу прекратить этот кошмар. Надеюсь, вы меня понимаете. Вы мне поможете?
— Мой муж с удовольствием назвал бы вам имя этого человека. — Миссис Коллинз взяла Изабель за руку. — Но пари было заключено анонимно. Значительная часть суммы хранится непосредственно в клубе как гарант сохранности имени игрока в тайне. Как раз то, что заявитель неизвестен, и вызвало такой интерес к этому пари.
— Мисс Бишоп, простите меня, но вы хотели знать правду. Так вот, я скажу вам, что многие джентльмены приняли вызов, в книге уже достаточно имен.
— Много имен? Но кого интересует, выйдет ли обычная девушка замуж за лорда Синклера?
— Поймите, ведь это пари — своего рода спор. Вы публично оскорбили маркиза. Большинство, в том числе и я, считает, что вы никогда не выйдете замуж за маркиза, а вот моя жена думает иначе.
Доротея некоторое время внимательно изучала Изабель, а затем произнесла:
— Я не согласна. Я видела, как незримая искра проскочила между ними на балу. — Она повернулась к мужу. — Я хочу, чтобы ты тоже сделал ставку от моего имени. Уверена, что мисс Бишоп выйдет замуж за лорда Синклера.
— Доротея, прошу тебя, будь благоразумной. Я не могу этого сделать, — ответил лорд Коллинз без тени смущения.
— Нет, можешь! — Доротея простилась с Изабель и Кристианой кивком головы. — Всего хорошего. — Она собралась уже было уйти, но что-то заставило ее остановиться. — В четвертом отделе продается чудесный голубой шелк. Он подошел бы для свадебного платья. Вам стоит посмотреть.
Доротея взяла лорда Коллинза под руку, и они направились к выходу.
Изабель, не в силах шевельнуться, наблюдала, как эта супружеская пара покинула магазин и пошла вдоль Пэлл-Мэлл.
— Это ужасно, — наконец проговорила Изабель. — Нам нужно быстро уйти, не то встретим еще кого-нибудь.
Кристиана повернулась и направилась вглубь магазина. Изабель уставилась на нее.
— Ты куда?
— Я думала, ты захочешь посмотреть на тот голубой шелк, о котором говорила госпожа Доротея.
Кристиана пошла дальше, но вдруг остановилась. Изабель не двинулась с места.
— Ты идешь? — Кристиана указала на четвертый отдел. — Я даже отсюда вижу этот рулон ткани. Он действительно прекрасен.
Изабель вдруг осознала, что несколько женщин внимательно прислушивались к их разговору. Поэтому, чтобы не выказать истинных чувств, Изабель выкрикнула голосом торговца апельсинами:
— У меня нет никакого желания смотреть на свадебные платья. И никакого желания выходить замуж, тем более за лорда Стерлинга.
— Неужели? — Кристиана хитро улыбнулась. — Посмотрим…
Изабель развернулась и направилась к выходу, Кристиана проследовала за ней.
— Правда, лорд Синклер меня ничуть не интересует.
— Иззи, дорогая, мне кажется, ты слишком кипятишься, — тяжело дыша, проговорила Кристиана.
Изабель повернулась и уставилась на Кристиану, рассматривавшую прилавок с веерами и перчатками.
— Ты что-то сказала?
— Что? — Кристиана сделала невинное лицо. — Ой, только…
Она покраснела и замедлила шаг. Ее взгляд скользнул по витринам первого отдела. Затем она снова переключила свое внимание на Изабель.
— Я не хотела говорить так громко, но, Иззи, веер, который тебе понравился, стоит так дорого!
Изабель подозрительно посмотрела на Кристиану, вернулась и схватила ее за руку.
— Не будем сегодня делать покупки. Я хочу домой. Не желаю больше видеть членов клуба Уайта. Не стоит испытывать судьбу.
Стерлинг делал все возможное, чтобы случайно не проглотить ужасную жидкость, которую миссис Уимпол называла супом. Его желудок категорически отказывался принимать такую пищу.
— Это был любимый суп моей матери, — гордо сообщила кухарка Уимпол, ожидая реакции маркиза. — Я не смогла точно вспомнить все ингредиенты, поэтому положила немножко того, немножко сего.
Стерлинг, утвердительно кивая, подавил рвотный рефлекс. Хотя внешне суп выглядел довольно аппетитно, на вкус напоминал бульон из гнилой рыбы.
Миссис Уимпол поправила свою кружевную косынку.
— Ну как, мой господин? Вкусно, правда?
Стерлинг крепко сжал губы, изображая улыбку и подавляя желание выплюнуть содержимое. Сообразив, что дольше не протянет, Стерлинг схватил бокал с элем и с жадностью осушил его.
Миссис Уимпол, слегка покусывая губы, спросила:
— Слишком горячий?
— Да, — ухватился за ее слова Стерлинг, — горячий. — Он посмотрел на лежащую на тарелке булку. — Вы еще и хлеб испекли?
Миссис Уимпол рассмеялась.
— Нет-нет, что вы! Это из пекарни. Вчерашняя, но если разогреть, то на вкус очень даже ничего.
«По крайне мере, безопасно», — подумал Стерлинг, отломил кусочек и положил в рот.
— А где остальные? Я опоздал всего на несколько минут.
— О, они все спустились к обеду, но после ложки моего чудесного супа Киллиан вдруг вспомнил, что их ждут к чаю в каком-то саду. В райском, кажется. Да, точно.
Стерлинг вскочил.
— А, в «Райском саду»! Как я мог забыть! Я немедленно должен идти.
Миссис Уимпол удивленно пробормотала:
— Нет, мой господин! Только не говорите, что вы тоже должны уйти, пожалуйста. Куда я дену этот суп? Поплин велел мне экономить.
Стерлинг схватил булку и поспешил к выходу.
— Не беспокойтесь, миссис Уимпол, я уверен, что вы с Поплином не дадите пропасть такому вкусному блюду. Угощайтесь! До скорого!
Стерлинг побежал к себе в мансарду, перепрыгивая через три ступеньки. Там он присел на колени, поднял половину и достал кожаный мешочек с монетами. Вынув два шиллинга, Стерлинг завязал мешочек и спрятал назад в тайник. Он хотел было идти, но вдруг остановился.
«Вот черт! Они что, не могли выбрать более дешевое заведение? Не люблю тратить деньги попусту».
Он вздохнул и снова опустился на колени. Засунув пальцы между половицами, Стерлинг достал последнюю гинею.
«Черт, черт, черт! Тратить деньги на чай и пирожные вместо того, чтобы восстанавливать свое пошатнувшееся положение!»
Присцилла попыталась улыбнуться, заметив Стерлинга, входящего в сад.
— Ой, смотрите, кто пришел! Решил попробовать суп миссис Уимпол, да, Стерлинг?
Стерлинг постарался сдержаться. Видимо, Грант во всем признался. Стерлинг недовольно посмотрел на младшего брата.
— Ну, кто из вас заплатил ей, чтобы она меня отравила? — Он обвел глазами братьев и сестер.
Присцилла довольно захихикала.
Аромат желтых роз, высаженных вдоль изгороди из боярышника, был таким же приторным, как и улыбка его сестры.
— Так вы слышали. — Стерлинг продолжал сверлить Гранта глазами. — Спасибо, братец, что избавил меня от такой трудной задачи, а то я не знал, как мне вам рассказать о том, куда уходят деньги, выделенные на наше содержание.
На долю секунды Стерлинг задержал взгляд на каждом, пытаясь понять, что же они на самом деле думают о нем.
— Стерлинг!
Грант подал знак замолчать, но было уже поздно.
Сьюзен встала.
— Наше содержание? — Сьюзен стукнула кулаком по столу так, что посуда задрожала. — Ты что? Заложил деньги, выделенные на наше содержание?
Розовощекая Айви моментально побледнела.
— Стерлинг, скажи, что это неправда!
Стерлинг посмотрел на Гранта.
— Стерлинг, я им ничего не говорил. Ты сам начал.
«Черт возьми!» — выругался про себя Стерлинг.
Киллиан вскочил, но Присцилла схватила его за рукав и усадила назад на стул. Киллиан наклонился вперед и процедил:
— Ты что, думал, мы не узнаем о пари? Весь Лондон об этом говорит, и каждый хочет получить свой куш, каждый!
Стерлинг довольно улыбнулся.
«Да, выгодное пари. Но все равно я-то лучше знаю, что к чему».
— Да, на кону большая сумма.
Он замолчал и выразительно посмотрел на братьев и сестер, напоминая им, что это не лучшее время для обсуждения таких вопросов.
— Но я слышал, что игрок, заключивший пари, неизвестен. — Стерлинг перешел на шепот: — А игорный клуб потребовал большой процент от ставки, поскольку основной заявитель не захотел себя назвать.
Киллиан стиснул зубы.
— Лондонский высший свет не догадывается, кто заключил это безумное пари, но ты наш брат. Мы не могли поверить, что ты на такое способен, но, услышав об условиях пари, поняли, откуда ветер дует.
— Мы только не знали, что ты поставил деньги, которые отец выделил на наше содержание, — Присцилла попыталась уколоть Стерлинга.
Стерлинг обвел взглядом всех сидящих за столом. Только Лаклан продолжал улыбаться.
— Да ладно, — сказал он, — не изображайте удивление! Оставьте на столе шиллинг, и Стерлинг тут же положит его себе в карман, да еще попытается сделать из него как минимум два. — Лаклан заложил руки за голову и стал раскачиваться на стуле. — Но, с другой стороны, он всегда приносит деньги. Каким способом он их зарабатывает — это другой вопрос. Доверьтесь нашему брату. Он сделает нас богатыми. Он либо согласится драться на файвз-корте, либо заставит мисс Бишоп выйти за него замуж.
Глаза Киллиана снова загорелись от гнева.
— Я не сомневаюсь, что ты сможешь удвоить наше состояние, но впредь, будь добр, сначала обсуждай с нами такие вопросы.
Официант принес Стерлингу стул и вежливо пригласил его сесть, а сам поспешил к другому столику выполнять заказ.
Эта небольшая заминка позволила Стерлингу собраться с мыслями. Он надеялся, что у него будет время подумать, прежде чем о пари узнают другие. К тому же заявитель не был известен.
— Это солидное пари. Но если бы я в открытую попросил каждого из вас поддержать меня, вы бы отказались. — Он махнул рукой в сторону сестер. — Вы точно так же вели себя, когда я поставил кое-какие деньги на бой с ирландцем.
Сьюзен характерно сложила руки на груди и переглянулась с сестрами. За спиной Сьюзен он увидел нечто странное. Ягненок шел по лужайке с разноцветным попугаем на спине. Стерлинг потер глаза, но это не помогло. Посредине сада он увидел яблоню, на которой примостилась змея. Оглядевшись более внимательно, Стерлинг понял, что в саду находились не только уважаемые люди города, но и самые разнообразные творения Господа Бога.
«Нет, лондонцы, очевидно, сошли с ума. Иначе это не объяснить».
Стерлинг осознал, что выбора у него нет. Он должен добиться руки мисс Бишоп и уехать в Шотландию. В этом городе он жить не будет.
— Стерлинг, ты мог проиграть бой, и тогда мы остались бы без денег, — прервала Сьюзен размышления брата.
Стерлинг посмотрел на Сьюзен.
— Ты была недовольна, что я поставил наши деньги, ты постоянно обвиняешь меня в жадности, но при этом никто из вас не побрезговал пользоваться плодами моего греха.
Присцилла закашлялась, пытаясь переключить внимание Стерлинга на себя.
— Мы очень ценим, что ты помогаешь нам. Просто мы все хотим знать, остались ли у нас деньги? И еще, может, ты этого и не осознаешь, но слухи о предстоящем бое и интерес к анонимному пари привлекают к нашей семье внимание высшего света, а это нам необходимо не меньше, чем лишняя монета.
— Да, немного денег осталось, — сказал Стерлинг. — По крайней мере, достаточно для того, чтобы содержать дом и хорошо питаться до конца года.
Айви вскрикнула и замолчала. Стерлинг было испугался, что она перестала дышать.
— А как же одежда и украшения?
Сьюзен оглянулась кругом, указав на сидящих за столиками разодетых дам высшего света. Затем она наклонилась к Айви и прошептала:
— Дорогая, успокойся. Мы не одни. — Она подняла чашку Айви и поднесла ко рту. — Ой, а пирожное что-то суховато. Мокни его в чай. Давай.
Сьюзен заставила Айви взять чашку и блюдце.
Айви залпом выпила чай и отодвинула чашку. На этот раз она заговорила шепотом:
— Как же мы сможем наладить связи в высшем обществе, если у нас не будет надлежащей одежды и украшений? Это невозможно! У нас не получится.
Лаклан отрицательно покачал головой.
— Все получится, дорогая. Мы просто должны научиться быть такими же хитрыми, как наш брат.
Стерлинг сжал кулаки, но вдруг опустил их. Он потянулся к столу, положил себе на тарелку пирожное и намазал кремом. В другой раз он бы так двинул Лаклана, что тому пришлось бы пить чай где-то на дорожке сада, но вместо этого Стерлинг, понимая, что все ждут от него ответа, испытывал их терпение и наслаждался вкусом пирожного.
Он медленно жевал пирожное, словно специально заставляя их страдать за то, что сомневались в нем.
Подняв глаза, Стерлинг сначала посмотрел на своих неблагодарных сестер.
— Если вы сможете в течение двух последующих недель воздержаться от покупки новых платьев и будете носить одежду прошлого сезона и старые украшения, — Стерлинг перевел взгляд на братьев, — а вы попросите миссис Уимпол заняться вашими костюмами, то, когда я выиграю бой на файвз-корте, мы компенсируем эти вынужденные лишения.
«Вот черт! Но он делает это ради них. Почему он должен давать отчет, ведь он самый старший и отвечает за всю семью?!»
Стерлинг почувствовал, что не может сдержать закипавшую в нем ярость. Он вскочил, и если бы не удержал стул, то он упал бы на джентльмена, сидевшего позади.
Стерлинг поставил стул на место, выхватил из кармана гинею и кинул на стол. Монета со звоном покатилась, ударилась о тарелку Присциллы и упала.
Голос Стерлинга звучал тихо, но уверенно:
— Если вы сможете довериться мне и поможете добиться руки мисс Бишоп до конца года, то вне зависимости от того, простит нас отец или нет, мы все равно станем богатыми.
Он дотронулся до кармана жилета, чтобы проверить, на месте ли два шиллинга, которые он достал из тайника. Услышав их звон, Стерлинг успокоился, улыбнулся и направился к выходу.
«Ему бы такую уверенность для боя на файвз-корте!»
— Подожди! — окликнула его Сьюзен. Стерлинг услышал, как она отодвинула стул и встала. — Ну пожалуйста!
Стерлинг почувствовал, что Сьюзен говорит искренне, и медленно повернулся к ней.
— Стерлинг, мы с тобой, — сказала Сьюзен и взглядом заставила каждого кивнуть в знак согласия, — чего бы нам это ни стоило.
— Благодарю, — выдавил Стерлинг, прекрасно понимая, что его слова ничего не значат для них.
Он вышел и направился вдоль по улице, ощущая неясное томление в груди. Где-то в глубине души Стерлинг знал, что его братья и сестры поддерживают и верят в него.
Впрочем, он не оставил им выбора.
Изабель проскользнула в дом, на ходу развязывая ленты шляпки. Она в ужасе думала о том, что это пари, условием которого невольно стала она сама, ввергнет ее в водоворот ужасных событий, как только ее отец узнает правду.
Изабель прошла к вешалке, сняла шляпку и вздрогнула.
Широкие поля шляпки защищали лицо от солнца и других погодных явлений, и вообще, были в моде, но, как оказалось, загораживали боковой обзор. Отец подошел поближе, поднялся на носки, а затем с грохотом опустился на пятки, явно демонстрируя свое настроение.
— Добрый день, отец, — сказала Изабель, — я не знала, что ты будешь дома так рано.
Она решила улыбаться и ничего больше не говорить. Хотя по выражению его лица невозможно было понять, отчего же он все-таки злится, Изабель чувствовала, что внутри него разгорается пламя, которое каждую секунду может вырваться наружу.
Уголки губ лорда Бишопа зашевелились, и Изабель показалось, что он улыбается. Но этого не могло быть! Он никогда не улыбался.
«Неужели он еще ничего не слышал об этом пари?»
— Изабель, — голос отца звучал как-то не так, обычно он разговаривал с ней в другом тоне.
«Точно. Он еще не знает, — пронеслось в голове Изабель. — Наверное, им удалось принять какое-то важное решение в палате общин. Иначе как объяснить его благодушное расположение духа? Да, точно».
Она с облегчением вздохнула, повесила шляпку на крючок и достала пакет с лентами, которые купила во время прогулки.
Отец удивленно поднял брови.
— Вижу, ты делала покупки.
Изабель замялась.
— Я ничего такого не купила. Просто ленты для шляпки. Я потратила всего один пенни… правда!
Отец еще раз посмотрел на пакет, а затем скорчил недовольную гримасу.
— Я не потерплю, чтобы моя дочь экономила на одежде и украшениях. Скажи мне, что тебе нужно, и я об этом позабочусь.
«Он что, предлагает мне тратить больше? Кто это передо мной? И где мой отец?»
Ей стало неловко.
— Отец, — она приблизилась к нему и дотронулась до лацкана пиджака, — ты себя хорошо чувствуешь?
Он убрал ее руку от груди и как-то неестественно сжал ее.
— Почему ты спрашиваешь? Разве это странно, что отец хочет видеть свою дочь красиво одетой? — Он потянул Изабель в библиотеку и поспешил открыть ящик письменного стола. — Скажи, Изабель, сколько будет стоить новое платье? Что-то очень нарядное из шелка или сатина?
Его взгляд упал на рот Изабель, как будто ответ прятался там.
Откуда ей знать? С тех пор как умерла мама, Изабель старалась следовать моде, переделывая старые платья, которые украшала кружевами или лентами. Оставшуюся часть денег она тратила на благотворительный фонд, который основала для помощи вдовам солдат, погибших в битве при Ла-Корунье.
Она робко пожала плечами.
Мистер Бишоп наморщил лоб.
— Ну, тогда, — он вынул одну из своих визитных карточек, — пусть портниха отправит мне счет к оплате. Возможно, так даже лучше. В этот раз я сам займусь твоим гардеробом.
И он протянул карточку Изабель.
Шокированная Изабель не могла двинуться с места — тогда отец обошел стол и вложил карточку в ее руку.
Изабель пристально смотрела на отца. Раньше с ним такого не случалось. Он даже никогда не делал попыток притвориться щедрым.
— Прошу тебя, дорогая, — Бишоп довольно улыбнулся, — поторопись с платьем. Оно тебе понадобится через два дня.
Он снова обошел стол и уселся на кожаный стул с высокой спинкой. Надвинув очки, господин Бишоп открыл книгу и углубился в чтение.
— Через два дня? — заикаясь, произнесла Изабель. — Но для чего?
Отец поднял глаза, снял очки и положил их на стол.
— Мы пойдем на весенний бал к лорду Партриджу.
— Но я планировала надеть голубое платье. Я всегда надеваю это платье на балы и рауты. Оно тебе всегда нравилось.
— Пришло время обновить гардероб.
— Отец, послушай, ни одна портниха не справится с такой задачей, тем более что все знатные дамы требуют сейчас к себе особого внимания. — Она попыталась вернуть ему визитную карточку. — Я обычная девушка, дочь политика, а не знатного лорда.
Бишоп вскочил и перегнулся через стол.
— Ты тоже знатного рода, Изабель, и все члены высшего света знают об этом. Ты думаешь, если я заседаю в палате общин, то не знаю, что творится в этом игорном клубе, тем более если это касается моей дочери?
Изабель отступила на два шага назад.
— Я не имею никакого отношения к этому пари, клянусь.
— Нет, имеешь! Ты дважды ударила маркиза, забыла? Ты устроила спектакль и привлекала всеобщее внимание. Люди стали задавать вопросы, они просто теряются в догадках, что же это за девушка, которая так вела себя на публике. Может, между ней и маркизом существует тайная связь?
Изабель вспыхнула.
— Это неправда! Я его ненавижу!
— Ты будешь отрицать тот факт, что встречалась с маркизом Синклером раньше?
Отец наклонил голову и пристально посмотрел на Изабель.
«Так он все-таки знает об этом инциденте в бойцовском клубе».
— Нас не представили друг другу.
— То есть вы встречались. Разумно, что ты не отрицаешь этот факт.
Изабель отвела взгляд.
— Да. И, судя по всему, ты об этом знаешь. — Она засунула карточку в рукав и подняла глаза. — Чего ты хочешь от меня, отец?
— Чтобы ты вышла за него замуж, если, конечно, он добьется тебя. Он уже один раз пригласил тебя на танец, и потом, ты ему явно нравишься.
Это был ответ, которого Изабель совершенно не ожидала. Этого просто не может быть! Родной отец заставляет ее выходить замуж!
— Никакого интереса у этого бойца нет, он просто поиграет мной как куклой и бросит. И поверь, не хочет он на мне жениться! А я лучше уйду в монастырь, чем буду жить с таким чудовищем.
Бишоп опустился на стул и взял очки.
— Ну, если это твое желание, Изабель…
— Что ты хочешь этим сказать?
Изабель напряглась, кажется, догадываясь, что прозвучит дальше.
Отец даже не посмотрел на нее.
— Я устал от твоего недостойного поведения и больше не стану его терпеть. Если ты не выйдешь замуж до конца года, то можешь отправляться в монастырь. — Он поднял голову и посмотрел на дочь сквозь очки. — Мне надоели твои выходки, Изабель.
Изабель бросило в холодный пот.
— Ты не можешь так поступить. Ты что, выставишь меня из дому, если я не выйду замуж до конца года?
— Уверяю тебя, я не шучу. — Отец перевел взгляд на книгу. — У тебя не так много времени, дорогая. Будь я на твоем месте, я бы немедленно отправился на Бонд-стрит[12] выбирать новое платье.
От услышанного на ее глаза навернулись слезы. Изабель бросилась в прихожую. Она не хочет выходить замуж за этого маркиза, вообще не хочет выходить замуж!
Изабель решила посвятить себя благотворительности и основала фонд в честь своего погибшего брата и семьи, которая когда-то у них была. Если отец действительно выставит ее на улицу, она пойдет жить к одной из тех вдов, которым помогает в последнее время.
Второпях Изабель дернула и порвала ленту на шляпке. Слезы так и хлынули из глаз. Но она надела шляпку и накинула на плечи мантилью. Из рукава выпала карточка отца. Изабель наклонилась, подняла ее и снова засунула в рукав. У нее не было ни малейшего желания отправляться к портнихе, но и оставаться дома с отцом было невыносимо. Изабель распахнула дверь и выскочила на улицу.
Экипаж, стоявший перед домом, резко тронулся с места, поэтому невозможно было разглядеть, кто сидел внутри. Мисс Бишоп так растерялась от неожиданности, что не сразу заметила мешочек с монетами, оставленный на пороге.
Изабель открыла мешочек — две гинеи, один шиллинг и записка. Изабель развернула сложенный лист бумаги.
Почерк был явно мужским, это Изабель могла определить точно, но подписи не было. Нужно было действовать быстро. Изабель решила догнать экипаж, чтобы поблагодарить пассажира, но он уже свернул с Лейчестер-сквер на Грин-стрит.
Изабель еще раз прочитала записку, и комок подступил к горлу.
«Моя цель была благородной и достойной. Этот таинственный благодетель прав».
Изабель выпрямилась. Она сможет пережить череду этих неприятных событий. Высший свет не любит судачить об одном и том же, очень скоро другая несчастная душа окажется в центре какого-нибудь нового скандала.
Внезапно довольная улыбка озарила лицо Изабель. Ну конечно, она знает, что надо делать!
Изабель подняла подол юбки и спустилась по ступенькам. Сейчас она возьмет экипаж и отправится на Бонд-стрит, где закажет самое модное, самое лучшее платье, а потом использует все свое обаяние на балу, чтобы собрать как можно больше пожертвований для своих по-настоящему благородных целей. Если инцидент с маркизом вдруг привлек к ней всеобщее внимание, то почему бы не воспользоваться этим для сбора денег вдовам Ла-Коруньи?
Для нее это была самая благородная цель.
Экипаж уже четыре раза проехал мимо игорного клуба Уайта, когда Стерлинг наконец заметил Гранта, направлявшегося в сторону Пикадилли.[13]
— Поверни здесь, — приказал Стерлинг извозчику, — и остановись за углом.
Грант поспешно прошел мимо двух магазинов и сел в экипаж.
— Хорошие новости.
Стерлинг дал брату отдышаться. Экипаж двинулся в направлении Гросвенор-сквер.
— Ну, каковы наши шансы?
— Очень даже неплохи, — Грант был явно доволен собой, — условия пари приняты.
— Это я знаю. Сколько уже набежало?
— Ты не понял, Стерлинг. Сумма ставок достигла десяти тысяч фунтов. — Грант усмехнулся. — Некоторые члены клуба удваивают твою анонимную ставку.
Стерлинг прижал ладонь к губам и задумался. Прошло только два дня, а вся сумма уже покрыта.
— Нет, так не пойдет. Мы должны поставить большую сумму.
Грант обернулся и посмотрел на Стерлинга.
— Но у нас нет больше денег. Из-за твоего желания сохранить анонимность нам пришлось заложить полную сумму.
— Немного денег у нас есть.
— Но это деньги на жизнь, на еду, на виски, в конце концов. — Грант прищурился. — Мне не нравится огонек в твоих глазах. Нет, Стерлинг, мы не можем. Наши сестры сделают из нас рагу, если узнают.
— А теперь послушай меня, Грант. Это пари не дает никому покоя, все только об этом и говорят, да еще об игорном клубе Уайта.
Грант утвердительно кивнул.
— Да там даже сесть негде, и встать тоже. А еще многие заключают пари на то, что ты не женишься на мисс Бишоп до конца года.
— Что, если мы попросим Уайта удвоить ставку, не требуя внесения полной суммы?
Стоял чудесный день. Публика, прогуливавшаяся по Пикадилли, с удивлением наблюдала за братьями Синклер сквозь открытые окна экипажа.
Грант попытался укрыться внутри салона.
— Вот черт, они смотрят на нас!
Стерлинг выглянул из окна и радушно приветствовал пешеходов.
— Прекрати, Стерлинг, — смущенно проговорил Грант. — Думаешь, что ты принц Уэльский?
— Нет, просто пытаюсь привлечь еще больше внимания к нашему делу.
Грант схватил Стерлинга за лацканы пиджака.
— Мы не можем просить об удвоении ставки. А если проиграем? Если ты не добьешься расположения мисс Бишоп? Ты об этом подумал?
— Нет, не подумал и не собираюсь, потому что я выиграю. Я же видел, как мисс Бишоп смотрела на меня. Она может сколько угодно притворяться, что ненавидит меня, но на самом деле я ей нравлюсь. — Стерлинг послал воздушный поцелуй двум молодым девушкам. — Ответь мне, Грант, какая девушка, а особенно та, которой давно уже пора было бы стать женой какого-нибудь знатного лорда, откажется от такого красавца, как я? Ведь я скоро стану герцогом.
— Возможно, та, которая не побоялась встать между двумя разъяренными мужчинами на площадке бойцовского клуба.
Грант посмотрел на брата, по его глазам было видно: он не шутит.
— Она так ревностно относится к своему благотворительному фонду, а мне нравятся женщины, у которых есть особая цель.
— Да, но не забывай, благотворительность требует денег. — Грант вопросительно вскинул бровь. — Если ты проиграешь, у вас с мисс Бишоп будет много общего, верно, приятель?
Стерлинг выглянул из окна. Улыбка мгновенно исчезла с его лица.
— Я не допущу этого. Айви сказала мне сегодня утром, что мисс Бишоп будет присутствовать на балу у Партриджей. Я тоже планирую быть там. Я готов побеждать.
— Ну что ж, как скажешь. — Грант вздохнул. — Даже за весь виски Шотландии я бы не пропустил этот бал.
Как только экипаж Уайтбирдов свернул на Джордж-стрит и вдалеке показалась Ганновер-сквер, Изабель почувствовала, что ежегодный весенний бал у Партриджей не предвещает ничего хорошего.
Множество экипажей собралось на Ганновер-сквер. Разодетые леди и джентльмены пробирались ко входу.
Сэр Руперт Уайтбирд распорядился припарковать экипаж на Джордж-стрит. Кристиана, Изабель, сам сэр Руперт и Корнелиус Бишоп отправились в особняк Партриджей пешком. И хотя весенний вечер был довольно прохладным, Изабель заметила, что все окна в доме открыты настежь. Три молодые девушки, громко смеясь, высунулись из верхнего окна.
Изабель сжала руку Кристианы.
— Не нравится мне все это. Обычно на этом балу не бывает много людей.
— Уверена, что портниха похвасталась платьем, которое сшила для тебя. Вот все и явились, — рассмеялась Кристиана, но Изабель было не до смеха.
Она знала: особняк полон гостей, все эти знатные особы пришли сюда, чтобы увидеть ее. И конечно, его.
«О господи! Ну почему она сочла, что сможет выстоять?!»
В голове мгновенно прозвучал ответ: «Ради погибшего брата».
Изабель глубоко вздохнула и прислушалась к себе.
«Ради солдатских вдов. Ради детей. Да, она сможет. Она должна».
Изабель прижалась к Кристиане. Никто не должен был знать о том, что она задумала собрать пару-тройку фунтов.
— Мне нужна будет твоя помощь сегодня, Кристиана.
— В чем? В том, чтобы прятаться от лорда Синклера? — прошептала в ответ Кристиана.
— Вовсе нет. Наоборот, я хочу вовлечь его в игру. Пусть аристократы раскошелятся.
Изабель так не хотела, чтобы отец услышал, о чем она говорит, что ее губы дрогнули.
Глаза Кристианы округлились. Она остановилась.
— Что ты имеешь в виду?
Испугавшись, что отец заметит замешательство Кристианы, Изабель потянула ее за собой.
— Луна сегодня стоит прямо над особняком Партриджей, посмотри! — повысила голос Изабель, а затем резко перешла на шепот: — Ты не поверишь, но я хочу, чтобы как можно больше людей заинтересовались этим пари.
— Я не верю. Ты не можешь этого хотеть на самом деле. Никто бы не захотел.
Кристиана уставилась на Изабель.
— Перестань так смотреть на меня. Мой отец заметит и подумает, что я что-то замышляю, но это не так. Все это ради вдов и сирот.
— Иззи, дорогая, что ты собираешься делать? — Кристиана больно сжала руку Изабель. — От твоих слов мне стало тяжело дышать, мой корсет так и трещит по швам.
Изабель смерила взглядом расстояние между ними и их отцами.
— Если лорд Стерлинг пригласит меня на танец, я соглашусь. Я буду хлопать ресницами, как молодая влюбленная девица, но, если придется, отвечу на его грубость громкой пощечиной. А еще буду игнорировать его и равнодушно слушать все его досужие разговоры.
— Ты говоришь чепуху, Иззи. Ты что, выпила бокал бренди перед выходом?
Они слились с толпой, стоявшей у входа. Кристиана остановилась и внимательно посмотрела на Изабель, ожидая ответа.
— Я планирую это сделать если не сегодня, то на каком-нибудь другом балу. Я хочу, чтобы люди говорили о нас. — Изабель приложила губы к уху Кристианы. — Я тогда смогу открыто защищать интересы вдов и сирот и собрать как можно больше денег. Если они готовы тратить деньги на такое глупое пари, почему бы не заставить их сделать доброе дело?
Кристиана хотела было что-то сказать, но в этот момент они вошли в дом. Передавая накидку лакею, она задумалась, но когда увидела, что их отцы проследовали дальше, повернулась к Изабель и кивнула.
— Я помогу тебе. Я для тебя все сделаю, ты знаешь. Помоги тебе Господь, только бы не узнал твой отец!
— Нет, это я буду помогать Господу, потому что, если отец узнает, он отправит меня в монастырь.
Изабель с трудом сглотнула подступивший к горлу комок. В это мгновение сэр Уайтбирд и мистер Бишоп присоединились к дочерям и вместе проследовали в бальную залу.
Стерлинг стоял рядом с Грантом. Гостей было столько, что приходилось пробираться сквозь толпу.
Стерлинг посмотрел в противоположный конец залы и увидел Киллиана и Лаклана, возвышавшихся над обступившими их англичанами и уже собиравшихся покинуть бал.
Он не мог обижаться на них, ведь при других обстоятельствах он сам сделал бы то же самое, но сегодня его ожидала встреча с мисс Бишоп. Он должен быть на высоте.
На кону пари и достаток семьи.
Его сестры были ярко одеты: синий, темно-оранжевый и ярко-зеленый оттенки. Они явно выделялись на фоне традиционных белых платьев.
По зале пробежал шепот. Стерлинг оглянулся и увидел малиновую вспышку.
Толпа расступилась. В дверном проходе показалась мисс Бишоп.
Ее яркое платье переливалось в свете люстр. Малиновый цвет подчеркивал бледность лица и четкие линии губ. Она не двигалась, но все взгляды были устремлены именно в ее сторону.
Стерлинг был поражен ее красотой и необъяснимой силой, с которой она притягивала его.
Грант ободряюще похлопал его по плечу, когда толпа сомкнулась за спиной Изабель и подобно морским волнам вынесла к нужному берегу.
Глаза Изабель наполнились ужасом от такого внезапного перемещения, она даже не успела выставить руки, чтобы избежать неминуемого столкновения.
Стерлинг распахнул объятия, и через секунду она оказалась прижатой к его груди. Он почувствовал, как Изабель пытается отодвинуться назад, поэтому еще крепче сжал руки.
Ее волосы источали приятный цветочный аромат, напомнивший Стерлингу запах вереска, и, на минуту закрыв глаза, он оказался в своей родной Шотландии.
Легкий вздох слетел с губ Изабель, она подняла свои золотисто-карие глаза и внимательно посмотрела на него.
— Вы в порядке?
Она кивнула, уперлась ладонями в его грудь и высвободилась из крепких объятий.
Это произошло так быстро, что Стерлингу пришлось удержать ее за руку, чтобы не дать упасть.
Изабель снова подняла глаза, мило улыбнулась и присела в реверансе.
Подчиняясь этикету, Стерлинг отвесил вежливый поклон.
Толпа одобрительно загудела, раздались аплодисменты.
Когда все стихло, заиграли музыканты и внимание гостей, которое минуту назад было приковано к ним двоим, переключилось на оркестр.
Мисс Бишоп, казалось, не взволновала реакция публики, она вопросительно смотрела на Стерлинга.
Он понял, что, если не хочет снова попасть в переплет, стоит поприветствовать ее так, как подобает истинному джентльмену.
На лице Стерлинга появилась галантная улыбка.
— Мисс Бишоп, нам, кажется, выпадает третий шанс познакомиться, что следует сделать незамедлительно, так как я слышал, мы должны в скором времени пожениться.
В этот момент в глубине души Стерлинг пожалел об участии в нашумевшем пари.
Мисс Бишоп не смутилась, она немного склонила голову и сказала:
— Да, я слышала, лорд Стерлинг. Интересно, не правда ли? — Она поднялась на носки и добавила: — Надеюсь, это всего лишь слухи, хотя я могу ошибаться.
На ее лице не дрогнул ни один мускул.
В переполненной зале было так душно, что казалось, воздух не движется, но волосы на голове Стерлинга зашевелились, словно по ним пробежал легкий ветерок. Он растерялся.
«Может, она просто играет с ним? Ведь он поступил точно так же во время их последней встречи. А может, у нее есть какой-то иной интерес? В конце концов, она простая девушка, а он — шотландский маркиз. Все возможно».
Стерлинг обвел взглядом залу в поисках Гранта. Его брат лучше разбирался в скрытых помыслах женщин. Он увидел, что Грант и его сестры стоят у столика с пуншем и лимонадом. Лакей как раз наполнял их бокалы, когда все они посмотрели в его сторону, и он сумел подать знак брату.
Стерлинг повернулся, чтобы предупредить мисс Бишоп о приближении его родных, но в этот момент какая-то девушка схватила ее за руку и повела в другом направлении.
Изабель бросила на него извиняющийся взгляд и исчезла в толпе пожилых леди и джентльменов.
«Черт!»
Она была с ним — и вот он уже ее потерял.
— Что ты успел ей сказать, из-за чего она так быстро убежала? — спросил Грант как можно тише, чтобы слышали только Стерлинг и сестры.
— Ничего такого. — Стерлинг нашел ее взглядом: она с кем-то разговаривала неподалеку. — Мне бы следовало немного умерить твой пыл за то, что толкнул меня на нее.
Айви захихикала.
— Грант не виноват. Ты мог стоять как статуя, а толпа все равно свела бы вас. Ты не представляешь, насколько лондонский высший свет заинтересован в этом пари.
Стерлинг отрицательно покачал головой.
— Трудно поверить в честность такого пари. Да, сумма значительная, — он поймал удивленный взгляд своих младших братьев и сестер, — но как столько важных особ могут заинтересоваться судьбами людей, у которых, по сути, нет ничего общего, кроме того, что их обоих отвергает высший свет Лондона.
Присцилла локтем подтолкнула Сьюзен, как бы заставляя ее опровергнуть слова брата. Сьюзен раскрыла веер и тихо сказала:
— Стерлинг, ты так ничего и не понял. Дело не в деньгах, хотя, ты прав, сумма большая.
— Что ты имеешь в виду, Сью? — Стерлинг нагнулся к ней. — Да, конечно, дело в деньгах, в чем же еще?
— Нет, — ответила Сьюзен. — Дело в любви.
Стерлинг сначала посмотрел на Сьюзен, потом на Гранта.
— Скажи ей, что это она ничего не понимает. Как можно в это верить!
— Ну почему, она отчасти права, — сказал Грант. — Я признаю это.
— Ты что, тоже рассудок потерял, брат?
— Подожди, позволь мне закончить мысль. — Грант жестом пригласил всех подойти поближе. — Джентльмены из клуба, конечно, заинтересованы в деньгах и хотят сорвать куш.
— Ну вот, я же говорил, — одобрительно кивнул Стерлинг.
Грант поднял руку.
— Но истинный источник средств — это их жены и дочери. Это я сам слышал, когда решил пропустить бокальчик бренди в клубе. — Именно они хотят, чтобы красавец маркиз женился на обычной девушке с Лейчестер-сквер.
Присцилла поморщилась.
— Ты сказал Лейчестер-сквер? Не самый лучший адрес. Ты уверен, что она из хорошей семьи, Стерлинг?
— Да, из хорошей. А тебе следует умерить свою гордыню, Присцилла, — процедила Айви сквозь зубы. — Что ты можешь противопоставить? Да, мы сейчас живем в роскошном районе, но уверена, что дом мисс Бишоп обставлен куда лучше нашего.
— Стерлинг, — Грант перевел взгляд на бокал с пуншем, — не делай резких движений, но карие глаза мисс Бишоп смотрят прямо на тебя.
Стерлинг поднял голову.
— Да, на меня.
— Начинается второй раунд, — сказала Сьюзен. — Мисс Бишоп невероятно популярна сегодня, думаю, если ты хочешь укрепить свои позиции, тебе следует пойти к ней.
— Я через некоторое время приглашу ее на танец…
— Нет, Стерлинг, сейчас. — Присцилла кивнула головой в сторону молодого джентльмена с золотисто-каштановыми волосами в противоположном конце залы. — Если ты не пригласишь ее на танец сейчас же, это сделает он.
Стерлингу хорошо был знаком этот взгляд в глазах мужчины. Этот джентльмен не просто собирался пригласить девушку на танец, он восхищался ею, он боготворил ее…
Не теряя ни секунды, Стерлинг направился к мисс Бишоп. Он старался не терять ее из виду, но боковым зрением заметил, что этот молодой англичанин тоже пробирается сквозь толпу.
Стерлинг видел, как пожилые дамы давали дорогу англичанину, чтобы он первым подошел к мисс Бишоп, но маркиз не собирался сдаваться.
Англичанин явно выигрывал.
«Вот черт!»
Вдруг какая-то дама перегородила дорогу назойливому джентльмену. Она остановилась и пристально посмотрела на англичанина.
Стерлинг кивнул мисс Бишоп, услышал окрик, но даже не повернулся, чтобы посмотреть, он видел только ее.
Танцевать с ней будет он и никто другой.
Изабель, вдоволь посмеявшись над историей леди Мэригольд, собиралась было пойти за бокалом пунша, как вдруг увидела, что к ней направляются два джентльмена, вернее, джентльмен и Синклер.
Дамы спешили дать дорогу красавцу маркизу, а их мужья, напротив, изо всех сил старались ему помешать.
— Иззи, смотри, они идут прямо к тебе! — воскликнула Кристиана и схватила подругу за руку.
Пожилые дамы, стоявшие рядом, поспешно ретировались. Изабель попыталась освободиться из цепких объятий Кристианы, но заметила, что все взгляды устремлены на нее. Она замерла и с улыбкой на лице решила подождать, кто доберется до нее первым.
Где-то в глубине души она надеялась, что Синклер проиграет. Англичанин ей нравился гораздо больше. Сразу было видно, что он воспитанный молодой человек, не то что этот грубиян. Однако ее надеждам не суждено было сбыться.
Стерлинг посмотрел на Изабель, его глаза так и сверкали, он был явно горд собой. Неопытный соперник, оказавшийся за спиной Синклера, предпринимал отчаянные попытки добраться до Изабель, но дамы сомкнули ряды и два голубка очутились в клетке.
Лорд Стерлинг подал Изабель руку.
— Дорогая мисс Бишоп, окажите честь! Разрешите пригласить вас на танец.
Изабель с трудом справилась с волнением. За все годы, что она бывала на балу у Партриджей, первый раз мужчина младше пятидесяти лет приглашал ее на танец.
Она так мечтала об этом, рисуя картины в своем воображении, и вот молодой человек, который подает ей руку, — ненавистный Стерлинг Синклер.
Изабель посмотрела на Кристиану, склонившую голову в молчаливом одобрении дальнейших действий подруги.
— Я… — запнулась Изабель, — с удовольствием, но музыканты еще не начали играть.
Лорд Стерлинг повернулся лицом к музыкантам и взмахнул рукой. Музыканты, словно по команде, подняли инструменты. Тогда маркиз взмахнул второй рукой, и пары выстроились в нужном порядке.
Как ни в чем не бывало Стерлинг посмотрел на Изабель и склонил голову.
— Мисс Бишоп, похоже, вы ошиблись. Прошу!
Изабель бросило в жар, щеки покрыл румянец; она и сама не знала, почему ее так взволновали его уверенные действия, но испытала чувство гордости. Изабель положила руку на руку Синклера и гордо прошествовала мимо своего крайне удивленного отца и еще дюжины лордов на середину залы.
Не говоря ни слова, Стерлинг занял положенное место, и первый раз в своей жизни Изабель почувствовала, что это такое — быть желанной.
Как только заиграла музыка, он обнял ее за талию и они закружились в танце.
Изабель не могла налюбоваться неожиданной грациозностью столь крупного мужчины, а лорд Синклер двигался легко и уверенно, как никто другой в этой зале, да и во всем Лондоне.
Изабель спохватилась и принялась следить за своими движениями, ей очень не хотелось ошибиться или оступиться рядом с таким искусным танцором.
Когда они стали друг напротив друга, их глаза встретились. Изабель показалось, что музыканты перестали играть. Она больше не слышала музыки, не видела никого в этой переполненной зале. Все куда-то исчезло, испарилось, подобно туману над Темзой, все, кроме… него.
Стерлингу с трудом удавалось сосредоточиться на танце. Мисс Бишоп смотрела на него как-то особенно.
«Неужели все дело в пари? Не может быть!»
Его сердце готово было выпрыгнуть из груди. Никогда еще девушка так на него не смотрела.
Не то чтобы это волновало его, но смущало. С каждым движением танца мысли об истинной причине такой перемены со стороны мисс Бишоп покидали Синклера, и к заключительным аккордам он уже планировал покинуть эту освещенную залу вместе с девушкой.
— Мисс Бишоп, — произнес Стерлинг, как только умолкли последние ноты, — поскольку мы скоро должны пожениться, не пора ли познакомиться?
Изабель склонила голову и посмотрела на свою руку, крепко зажатую в большой руке Синклера.
«Нет, он не отпустит ее. Не отпустит до тех пор, пока не будет уверен, что она не уйдет к этому назойливому англичанину».
— Лорд Стерлинг, Стерлинг, ведь вас так зовут?
Глаза Изабель загорелись, а в голосе прозвучали явно саркастические нотки. Странно, но это совсем не обидело Синклера.
— Да. — Ну почему она вызывает у него необъяснимое желание припасть к ее алым губам? — Но вы не назвали своего.
— А вы не знаете? — Она вопросительно вскинула брови. — Что-то не верится. Но если по какой-то причине вы не слышали упоминания моего имени в связи с заключенным недавно пари, я скажу вам. Меня зовут Изабель. Мисс Изабель Бишоп.
— Изабель, — повторил Стерлинг, забыв обо всем на свете, но, услышав собственный голос, постарался взять себя в руки. — Оно вам очень идет, и красивее звучит Изабель Бишоп, а не мисс Бишоп.
— Неужели?
— Правда.
— То, что вы теперь знаете мое имя, не дает вам права использовать его, как и держать мою руку после того, как танец закончился.
Она снова посмотрела на их сомкнутые руки.
В этот момент Стерлинг осознал, что его большой палец нежно поглаживает руку Изабель, а ему так не хотелось отпускать ее!
— В этом доме должна быть терраса или сад, как вы думаете?
Изабель побледнела.
— Да, да, наверное. — Она подняла свободную руку и указала на лестницу. — Но я не думаю, что…
— Я тоже не думаю, что стоит оставаться в этой душной зале. Немного свежего воздуха вам не повредит.
Стерлинг потянул девушку к выходу.
Изабель оторопела от мысли, что она должна покинуть залу вместе с этим мужчиной. От ужаса она не смогла сделать ни шага.
— Ну же, пойдемте. — Стерлинг приветливо улыбнулся. — Погулять со мной в саду, где наслаждаются ароматами весны еще десятки гостей, гораздо более безопасно, чем стоять с сомкнутыми руками посреди бальной залы. Это вызовет гораздо больше сплетен, поверьте мне.
Изабель слегка кивнула, что Стерлинг со свойственной ему уверенностью принял за знак согласия. Он разомкнул объятия и подал локоть. К удивлению маркиза, мисс Бишоп взяла его под руку, и они вышли из залы.
Изабель успела заметить, что на лице ее отца отразились и удовлетворение и растерянность одновременно. Да и ее саму переполняли похожие чувства.
Перед тем как они с лордом Стерлингом двинулись по направлению к саду, Изабель успела подать сигнал Кристиане и очень надеялась, что надолго наедине их не оставят.
Ночной воздух был по-весеннему прохладен. Но Изабель была так занята лордом Стерлингом, что не увидела лакея, раздававшего теплые накидки всем, кто хотел прогуляться в саду при свете луны.
Стерлинг повел ее по аллее, усыпанной устричными раковинами, вдоль которой росли источавшие аромат ранние мускусные розы.
Их шаги звучали необычайно громко в звенящей тишине сада.
Изабель остановилась и заставила Стерлинга сделать то же самое. Хруст под ногами прекратился. Они снова зашагали по аллее, и многоголосый хор раковин зазвучал громче, но в этот раз его нарушило чье-то хихиканье. Изабель обернулась и увидела нескольких молодых девушек, забегающих в дом, за которыми лакей закрыл стеклянные двери с таким грохотом, что эхо еще долго раздавалось в опустевшем саду.
— Нет!
Изабель бросилась к двери. Она крутила медные ручки, стучала и звала лакеев, но те уже скрылись из виду.
— Они заперли нас в саду! — крикнула Изабель.
Лорд Стерлинг бросился к открытому окну, но и его успели захлопнуть перед самым носом маркиза.
— Вот черт! Но вам ведь не надо так скоро возвращаться в бальную залу? — Стерлинг повернулся и медленно пошел к металлической скамейке, видневшейся в дальнем углу сада. — Пойдемте, присядем и насладимся свежестью весеннего вечера. Пусть они парятся в этой духоте.
Изабель снова попыталась открыть дверь.
— Дорогая, от того, что вы будете там стоять, двери не откроют.
Изабель вздохнула и пошла к скамейке. В голове проносились разные мысли, но, взглянув на своего спутника, она вдруг сказала:
— Надеюсь, вы не имеете к этому отношения, лорд Стерлинг?
Стерлинг рассмеялся и хлопнул себя по коленям.
— Какой шотландец не захочет поймать в свои сети прекрасную англичанку, да еще и стать центром внимания большей части женского населения Лондона?
И он указал жестом на четыре открытых окна, из которых свешивались любопытные дамы высшего света.
Изабель вздохнула, сняла перчатки и потерла руками виски.
— Почему они так поступают?
— Они играют роль Купидона. Неужели вы не понимаете? — Стерлинг постучал по скамейке. — Садитесь. Мы достаточно далеко от дома, нас никто не услышит, да и кусты роз послужат нам укрытием.
«Да. Он прав. Ей нужно отдохнуть от всех этих назойливых, сверлящих взглядов».
Изабель подошла к скамейке, вышла из-за кустов, чтобы ее хорошо было видно из окон, присела в глубоком реверансе и опустилась на скамейку рядом с маркизом.
«Какой абсурд! Она в одно мгновение оказалась в центре внимания из-за этого пари».
Стерлинг заливисто рассмеялся, заставив ее улыбнуться. Она внимательно посмотрела на него.
«Может, он не такой уже и злой? Может, он тоже жертва чьей-то игры».
— Лорд Стерлинг, вы случайно не видели эту учетную книгу Уайта, куда заносят все ставки? Кто основной заявитель? — спросила Изабель. — Никто, похоже, не знает.
Стерлинг задумался.
— Я сам не видел, но мой брат имел такую возможность.
Изабель напряглась.
— Кто он? Пожалуйста, скажите. Кто заключил это рисковое пари?
— Его зовут лорд Аноним. — Стерлинг пожал плечами. — Я бы с удовольствием рассказал вам все, что знаю, но заявитель действительно неизвестен.
— Но почему этот человек не открывает своего имени? Я думаю, все члены клуба Уайта поздравили бы его с такой удачной выдумкой. Ведь в этом пари участвуют практически все.
Лорд Стерлинг поднес руку ко рту, и Изабель заметила кольцо со сверкающим бриллиантом на его пальце.
— Я бы сказал, что он сделал это намеренно, чтобы привлечь больше внимания. Похоже, его план сработал. — Маркиз пристально посмотрел в глаза Изабель. — Вы верите в то, что человек мог сделать это из любви?
— Нет, я не верю! — Изабель сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. — Я считаю, что это было сделано просто из жадности, из эгоистических побуждений, которые присущи как мужчинам, так и женщинам.
Она взглянула на толпящихся перед окнами представителей высшего света.
Стерлинг вздрогнул. Он не ожидал услышать такой ответ.
— Прошу прощения, я бываю груба, но мне трудно скрывать свои чувства, когда одни люди нуждаются в деньгах, а другие бросают их на ветер. — Не осознавая, что делает, Изабель положила руку на колено Стерлингу. — Когда мы с вами встретились первый раз, я проходила мимо бойцовского клуба, чтобы передать несколько шиллингов вдове одного погибшего солдата. Я решила пойти пешком, чтобы сэкономить на извозчике.
Стерлинг опустил глаза и уставился на разбитую устричную раковину, лежавшую под ногами, а затем с силой раздавил несколько таких раковин каблуками.
Изабель почувствовала, что ему неприятно вспоминать об этом инциденте в клубе, когда он действительно повел себя не лучшим образом, но остановиться уже не могла.
— Когда я увидела, как все эти джентльмены с набитыми кошельками входят в клуб, внутри меня все закипело от возмущения.
— Вы решили, что сможете собрать деньги на благотворительный фонд? — с трудом проговорил Стерлинг.
— Вы знаете о моей работе? Знаете, что я собираю деньги, чтобы приобрести пансион и разместить там солдатских вдов и детей?
Изабель была явно удивлена.
Стерлинг кивнул:
— Ну да. Вы же размахивали своими листовками прямо перед моим носом, не помните?
Глаза Изабель еще больше округлились.
— Но вы посмеялись надо мной и над моей просьбой.
— Я же не знал, что вы собираетесь делать, когда внезапно появились на площадке. Я мог вам нос разбить.
Он посмотрел на ее руку, лежавшую на его коленях.
Изабель отпрянула.
— Но это не означает, что я не услышал вас. Я восхищен вами.
Изабель смутилась.
«Неужели она могла ошибиться?»
Стерлинг увидел, что Изабель как бы по-новому смотрит и оценивает его. Щеки ее раскраснелись, и она стала обмахиваться перчатками как веером.
«Ну и зрелище! Ночь прохладная, а ей жарко».
— Вы думаете, за нами скоро придут?
— Думаю да, Изабель, — ответил Стерлинг. — Члены клуба Уайта быстро узнают о том, что сделали их жены, и не захотят терять свои денежки, поэтому прибегут и освободят нас.
Свет луны, отражавшийся в его глазах, манил. Она чувствовала себя защищенной, как там, в зале, когда он взял ее за руку. Изабель осознала, что хочет, чтобы он обнял ее и больше не отпускал.
— Скоро они придут и закроют от нас этот манящий свет луны, — прошептал Стерлинг.
Изабель подняла глаза, чтобы убедиться, что не ослышалась.
— Они придут и освободят нас из плена сладостных ароматов весеннего сада. — Он приблизил свои губы так близко, что Изабель ощутила его дыхание на своих щеках. — Не бойтесь, дорогая Изабель.
Его влажные губы совсем рядом, зовут и манят, а кусты достаточно высоки, и никто не увидит. Изабель закрыла глаза, она знала, что должна только слегка приподнять подбородок, и их губы соприкоснутся.
И тут произошло неожиданное. Прежде чем она успела что-либо понять, ее губы приникли к его устам. На мгновение их дыхания слились. Сердце Изабель затрепетало от возникшего желания.
Вдруг Изабель пришла в себя.
— О, боже мой! — Она отпрянула. — Я не хотела… — Изабель дотронулась пальцами до своих губ, затем до губ Стерлинга и в этот момент поняла, что снова и снова прикасается к нему. — Прошу прощения! Не знаю, что на меня нашло. Пожалуйста, простите меня!
Изабель почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.
Стерлинг выглядел смущенным.
— О чем вы говорите, Изабель, вы не сделали ничего дурного. Это жара так действует.
Изабель уставилась на него.
«Он что, и правда думает, что она просто на мгновение потеряла сознание? Да нет, ей не может сопутствовать такая удача».
Но когда она снова посмотрела на него, по его взгляду можно было судить, что он как раз думает иначе.
«Разве такое может быть?»
— Иззи! — раздался женский голос.
Изабель вскочила и увидела Кристиану, стоявшую в дверях.
— О, слава богу!
Кристиана умоляюще выкрикнула:
— Скорее заходи в дом, пока лакеи не вернулись, им приказано держать вас в саду.
Изабель кинулась к дверям, когда поняла, что лорд Стерлинг не идет за ней.
— Мы должны торопиться. Вы слышали, что сказала Кристиана?
Стерлинг наклонился вперед и посмотрел на верхние этажи особняка.
— Как я и думал!
И он указал на открытые окна.
Изабель посмотрела вверх. Мужья пытались силой оттащить своих протестующих жен от открытых окон.
— Думаю, на сегодня их развлечения окончены, — сказал он с довольной улыбкой на губах. — Для них этого более чем достаточно.
Изабель сглотнула. «Нет, сегодня — это еще не конец».
Она сумела собрать всего несколько фунтов для своего фонда, и, насколько она успела заметить, дамы были практически уверены в своей победе.
«Нет, не сейчас. Ей нужно попытаться удерживать их внимание как можно дольше. Ей нужны деньги».
— Увидимся в зале, лорд Стерлинг. Может быть, музыканты сыграют какой-нибудь шотландский танец.
Изабель попыталась улыбнуться. Она присела в реверансе и оставила его в саду.
«Конечно же, он вернется в дом, хотя бы для того, чтобы попрощаться с ней».
Изабель пришла к двум неутешительным выводам. Во-первых, она недостаточно сегодня развлеклась, а во-вторых, она собрала мало денег.
Стерлинг не успел подняться по лестнице, как на встречу ему выбежал Грант. Младший брат обнял его за плечи и повел в бальную залу.
— Ты где был, черт тебя дери?
— В саду. — Стерлинг сбросил руку Гранта с плеча. — Ты мог бы проследить, чтобы двери в сад оставались закрытыми еще какое-то время.
Грант застыл от изумления.
— Не понимаю, в чем ты меня обвиняешь. Но если ты о мисс Бишоп, то послушай меня. Ты не должен делать вид, что все так просто. Особенно сейчас.
— Что просто? — Стерлинг замолчал, а затем тихо добавил: — Завоевать ее?
— Да. — Грант огляделся, чтобы удостовериться, что их никто не слышит. — Киллиан и Лаклан вернулись, у них есть новости. Ты не поверишь. Анонимный заявитель удвоил сумму, и при этом ему не пришлось вносить дополнительный залог.
Грант ждал реакции Стерлинга.
В этот момент Киллиан вместе с Лакланом выскочили из залы.
— Ты уже рассказал ему, Грант?
— Я бы ни за что не поверил, но думаю, у тебя есть план, Стерлинг.
Лаклан отхлебнул из своего бокала.
Стерлинг посмотрел на Гранта.
— Ведь это еще не все, не правда ли?
— Здесь пока никто не знает об этом, и мы должны согласовать свои шаги. — Грант потянул Стерлинга подальше от двери. — Я не знаю, что нам делать. Уайт пошел на беспрецедентные меры: он дал разрешение участвовать в пари не только членам клуба, но и всем желающим.
— Что ты городишь?!
Стерлинг начал нервно прохаживаться из стороны в сторону.
Об этом он совершенно не подумал. Взглянув на братьев, которые, казалось, ждали его дальнейших указаний, Стерлинг отрезал:
— Что вы уставились на меня? Условия изменились, но пари не отменено. — Он резко развернулся по направлению к бальной зале, оставив братьев в недоумении. — Мы не подвергаем себя большей опасности. Все, что сейчас происходит, только повышает наши шансы на выигрыш.
Сквозь открытую дверь Стерлинг увидел Изабель, стоявшую рядом со своим отцом. Как будто почувствовав, что он смотрит на нее, Изабель подняла глаза и улыбнулась.
Грант приблизился к брату.
— Да, большое число участников увеличивает наши шансы, но только если они будут видеть, что добиться расположения мисс Бишоп не так уж легко. Ведь их привлекает тот факт, что вы ненавидите друг друга. — Грант не скрывал недовольства. — А ты что делаешь? Посмотри на себя и на нее. Вы похожи на двух голубков.
Стерлинг попытался возразить:
— Чепуха.
Лаклан стал рядом с Грантом, а Киллиан — рядом со Стерлингом.
— Ты еще будешь это отрицать! А может быть, ты изобрел новый способ, который поможет нам заработать больше денег?
Киллиан многозначительно посмотрел на Гранта.
— Думаю, ты прав, Лаклан.
Стерлинг резко повернулся и направился в бальную залу, но вдруг остановился.
С одной стороны, он чувствовал, что ему трудно сдерживать свое желание увидеть и поговорить с Изабель, обнять ее и увести куда-нибудь подальше отсюда, а с другой — его братья были абсолютно правы. Никто не захочет участвовать в пари, заранее понимая, что проиграет. Ему просто необходимо было на время покинуть мисс Бишоп.
Огромные карие глаза Изабель смотрели прямо на него, но все же Стерлинг заставил себя повернуться и направиться к лестнице.
— Ты куда? — окликнул брата Грант.
— Скажи сестрам, что мы уходим, — произнес Стерлинг, не обернувшись.
— Но, Стерлинг, они не захотят уходить, — попытался вмешаться Лаклан.
— Меня это не волнует. Скажи им.
Изабель стояла рядом с письменным столом отца и терпеливо ждала, пока он закончит просматривать утреннюю газету. Мистер Бишоп наконец оторвался от чтения и кивком головы предложил ей сесть в кресло.
Он снял очки и спросил:
— Ну, Изабель, ты ничего не хочешь мне рассказать?
Откровенно говоря, Изабель не совсем понимала, что отец хочет услышать. Колонка светской хроники содержала столько подробностей вчерашнего вечера, что непонятно было, как они успели все это напечатать. Правый глаз Изабель начал нервно подергиваться. Так происходило каждый раз, когда отец собирался отчитать ее за недостойный поступок.
— Прости, отец, но я не понимаю.
Бишоп ткнул пальцем в газету.
— Ты это читала?
Изабель утвердительно кивнула.
— Не все. Я не считала нужным продолжать чтение, ведь здесь нет ни слова правды.
— Какую часть ты прочла? Может, о том, как ты позволила этому шотландцу держать тебя за руку после окончания танца? Так это истинная правда. Я сам видел, собственными глазами. — Он нервно забарабанил пальцами по столу. — Или о том, как дочь министра Бишопа уединилась в саду с лордом Синклером?
— Это неправда, вернее, только часть правды. — Изабель даже наклонилась вперед. — В саду было много гостей, когда мы туда пришли, а потом они покинули сад.
— Почему же ты осталась с лордом Стерлингом?
— Я осталась с ним после того, как все ушли, — Изабель вскочила на ноги, — только потому, что они закрыли двери и заперли нас в саду.
Отец пристально посмотрел на дочь, подождал, пока она успокоится, и произнес:
— Зачем же дамам высшего света закрывать тебя в саду с лордом Синклером?
Изабель почувствовала, как внутри нее разгорается пламя.
«Меня ли в этом обвинять!»
Но вслух сказала:
— Потому что ты заставил меня пойти на этот бал.
— Признаю, я попросил тебя пойти. У меня больше нет сил выносить твои выходки. Если лорд Стерлинг попросит твоей руки, я с радостью соглашусь, собственноручно упакую твои вещи и отправлю тебя в Шотландию.
У Изабель даже перехватило дыхание.
— Только не притворяйся, что удивлена.
— А я и не удивляюсь, что тебе пришла в голову такая замечательная мысль, отец. — Изабель встала и направилась к выходу. — Меня переполняет отчаяние от того, что родной отец мог сказать такое своей дочери. Вот когда мама и Клайв были живы…
— Сядь.
— Не сяду! — Изабель скрестила руки на груди. — Ты практически приказал мне соблазнить лорда Стерлинга против моей воли, а потом сам возмущаешься моим поведением и при этом с интересом наблюдаешь за ситуацией. Ты такой же, как все. Так вот что я скажу, отец. Я приняла приглашение лорда Стерлинга, поскольку было бы грубостью с моей стороны отказать ему. Я покинула бальную залу вместе с маркизом, чтобы подышать свежим воздухом и отдохнуть от назойливых взглядов собравшейся публики. Я не сделала ничего плохого.
— Похоже, что сделала. — Мистер Бишоп раскрыл газету и прочитал: — Гостям, приглашенным на бал в Партридж-хаус, стало казаться, что роман между шотландским маркизом и мисс Бишоп развивается бурно и интересно, но затем что-то произошло, поскольку лорд Стерлинг внезапно покинул особняк.
Бишоп положил газету на стол.
Изабель пожала плечами.
— Неужели? Я видела его после того, как Кристиана освободила нас из сада.
Но на самом деле она все хорошо помнила. Острая боль пронзила ее, когда она увидела, как маркиз, который секунду назад смотрел на нее глазами, полными страсти, вдруг развернулся и покинул залу.
— Газета утверждает обратное.
Бишоп с остервенением швырнул газету в сторону Изабель, но она не шевельнулась. Она знала, что если наклонится, то слезы так и польются из глаз от обиды и унижения.
— Почему он вдруг потерял интерес к тебе? Значит, ты сделала что-то не так. Воспитанный молодой человек, который весь вечер ухаживает за понравившейся ему девушкой, не уходит, не попрощавшись.
— А кто сказал, что маркиз — воспитанный молодой человек? Он шотландец, и этим все сказано.
— Да? Только очень скоро этот шотландец станет герцогом. Поэтому я настойчиво рекомендую тебе вспомнить все подробности вчерашнего вечера, чтобы понять, где ты допустила ошибку.
— Я уже сказала, отец, что с моей стороны никаких оплошностей, которые могли бы вызвать такую реакцию Синклера, не было.
Бишоп щелкнул пальцами, как бы показывая, что разговор окончен.
— Я наведу справки и узнаю, когда состоится следующий прием, чтобы ты могла исправить ситуацию, а теперь иди, ты свободна.
Изабель вышла в коридор.
— Может, желаете чаю, мисс Изабель? — спросила служанка Блубелл. — Вы что-то очень бледная. Принести чашечку?
— Нет, спасибо.
Изабель стала медленно подниматься по лестнице. Служанка последовала за ней.
— Может, я помогу вам понять, чем вы обидели маркиза? — вдруг произнесла Блубелл. — Откуда такой мисс, как вы, это знать?
Изабель уже стояла наверху. От неожиданности она пошатнулась и схватилась за перила лестницы.
— Что?
— Я просто хотела сказать, что вы росли без матери, откуда вам знать, как подобает вести себя молодой леди? Ваш отец не способен это понять.
Изабель схватила Блубелл за руку и потянула в свою комнату.
— Ты подслушивала наш разговор с отцом?
— Я не хотела. Я просто расстилала ковер в коридоре и случайно услышала. — Блубелл кинулась к Изабель. — Но я могу помочь вам, правда. У меня есть опыт в таких делах. — Служанка хитро приподняла бровь. — Ну, вы понимаете, о чем я.
— О господи!
— Мисс Изабель, мне ничего не нужно взамен. Ну разве что вы мне первой скажете, что выходите замуж за маркиза.
— А разве тебя это касается, Блубелл? — удивленно спросила Изабель.
— Ну, я поставила пару шиллингов, теперь ведь любой может участвовать в пари.
— Что? — Изабель снова схватила служанку за руку. — Что значит любой?
— Вы не слышали? Со вчерашнего дня все только об этом и говорят.
— Блубелл, прошу, расскажи все, что знаешь!
— Уайт разрешил всем жителям Лондона участвовать в пари. Каждый может сделать ставку, и для этого не нужно быть членом клуба. Входить в здание запрещено, ставку оставляют у специального служащего на углу Пикадилли и Сент-Джеймс-стрит в двенадцать часов дня и в шесть вечера. Да, участвовать можно только в одном пари.
Изабель, обессиленная, упала на кровать.
— И это пари…
— Единственное, которое интересует всех: выйдете ли вы замуж за лорда Синклера до конца года?
Изабель вдруг села на кровати.
— Ну конечно! Какое же еще!
Изабель и Кристиана не успели выйти из экипажа на углу Пикадилли, как мрачные тучи, сгустившиеся в небе над Лондоном, разразились холодным дождем. Раскрыв большой зонт, подруги взялись за руки и направились к Сент-Джеймс-стрит. Несмотря на образовавшиеся лужи, Изабель не подумала замедлить шаг. Часы показывали без минуты двенадцать.
— Мы уже прошли мимо трех магазинов. Я бы хотела зайти и переждать дождь, — пожаловалась Кристиана. — Ты пригласила меня пойти за покупками, а не бродить по лужам.
Слегка замедлившая шаг Изабель, приподняв зонт, увидела, что на углу улицы собралась толпа.
— Иззи, думаешь, там что-то произошло? Несчастный случай?
— Никакого несчастного случая. — Изабель с силой сжала руку Кристианы. — Думаю, причина проста.
Кристиана вопросительно посмотрела на Изабель.
— Какая еще причина, кроме несчастного случая, могла заставить такое количество людей собраться вместе? — Она высунула руку, и вода, попавшая в рукав платья, заставила Кристиану вздрогнуть. — Трубочист, бакалейщик, генерал, кажется, две служанки, и — не может быть! — личный врач моего отца!
— Поверь, у них есть причина мокнуть под дождем. — Изабель тяжело вздохнула. — Они пришли сюда, чтобы поставить на меня и лорда Синклера. — Она схватила Кристиану и потащила за угол соседнего дома. — Не хочу, чтобы меня видели.
— Ты хочешь сказать, что все эти люди из разных районов Лондона пришли сюда, чтобы сделать ставку в книге Уайта? — Кристиана отрицательно покачала головой. — Не может быть! Посмотри на эту толпу. Там нет ни одного члена клуба.
— Со вчерашнего дня членство в клубе не является обязательным условием для участия в пари.
Изабель стряхнула зонт, и струи воды потекли по спине Кристианы.
— Иззи, что ты делаешь! — Кристиана прижалась к подруге. — Но если ты это знала, зачем мы сюда пришли?
— Мне хотелось увидеть это собственными глазами. Я не могла поверить словам моей служанки.
Изабель перевела взгляд на джентльмена, стоявшего в центре толпы и державшего зонт над другим джентльменом небольшого роста, который что-то усердно записывал в большой книге. В этот момент коротышка поднял голову, и Изабель узнала мистера Рэггета, управляющего делами клуба Уайта. Изабель закрыла рот рукой, подавив крик. Если на углу улицы стоит мистер Рэггет, то в руках у него, безусловно, та самая знаменитая учетная книга.
В течение нескольких минут Изабель наблюдала за действиями Рэггета. Он внимательно слушал просящего, а потом что-то вносил в книгу и давал расписаться.
Вдруг на улице появился экипаж и направился прямо к толпе.
— Кто-то явно не хочет упустить свой шанс, — сказала Кристиана. — Если бы мы стояли ближе, нас бы просто переехали.
Из остановившегося экипажа никто не вышел, но Изабель отчетлива услышала, как кто-то назвал ее по имени. Она смущенно посмотрела на Кристиану, и они вдвоем направились к экипажу.
Окно открылось, но как Изабель ни пыталась, ей не удалось рассмотреть, кто сидит внутри.
— Садитесь! — послышался женский голос. — Мисс Бишоп и вы, мисс Уахетбирд, прошу. Вы промокнете.
— У нас есть зонт, — попыталась было возразить Изабель.
— Садитесь! Вы же не хотите идти домой в промокших ботинках?
В окне показалось женское лицо, и руки в перчатках принялись открывать замок. Дверь, экипажа распахнулась.
Это была одна из сестер Синклер.
Кристиана прошептала на ухо Изабель:
— Это леди Айви.
— Добрый день, леди Айви! Вы что-то хотели обсудить со мной? Могу я узнать, что именно?
— Нет! Садитесь!
Кристиана быстро забралась в экипаж.
— Иззи, здесь так тепло! Перестань упрямиться. Садись.
Изабель сложила зонт и, снова окинув взглядом собравшуюся толпу, села в экипаж.
— Вы очень упрямы, Изабель, — заговорила Айви.
— Прошу прощения!
Изабель напряглась. Но, с другой стороны, чего можно было ожидать от родной сестры лорда Стерлинга? Она всегда говорила что думала.
Леди Айви откинулась на спинку сиденья, подала знак извозчику, и экипаж тронулся.
— Шпионов из вас не выйдет, — сказала чуть погодя Айви. — Я проезжала мимо и заметила вас рядом с желающими сделать ставку. Еще немного, и кто-то другой вас увидел бы. И тогда светская хроника запестрела бы новыми сообщениями. Как бы вам это понравилось?
— Она права, Иззи. Со стороны можно было подумать, что ты сама не прочь принять участие в пари, — поспешила вмешаться в разговор Кристиана.
— Но я не этого хотела. Я не могла поверить, что любой житель Лондона может участвовать в пари. Вот и решила убедиться собственными глазами.
Айви хмыкнула.
— Придется поверить. Действительно, теперь любой может сделать ставку. Мой брат узнал об этом вчера на балу. Он пришел в ярость и приказал нам всем покинуть бал. Неизвестно, что бы еще эти члены высшего общества придумали для вас двоих.
От удивления Изабель открыла рот.
— Так я не сделала ничего дурного? Я не обидела вашего брата? Он не из-за меня покинул Партридж-хаус?
Айви улыбнулась.
— Что заставило вас так подумать?
— Дело в том, что так было сказано в газете, — сказала Кристиана.
Айви расхохоталась.
— Вы очень наивны. Мы, Синклеры, никогда не обращаем внимания на газетные сплетни. Журналисты пишут на потребу публике, им все равно, правда это или нет. Чем раньше вы это усвоите, тем лучше.
Изабель и Кристиана молчали. Слова Айви прозвучали как гром среди ясного неба.
Экипаж остановился.
— Гросвенор-сквер, — объявила Айви.
Дверь распахнулась, и седой лакей подал Изабель руку. Она взглянула на леди Айви.
— Где мы?
Леди Айви встала и вышла из экипажа.
— Это наш дом. Может, зайдете? Выпьем чаю в гостиной, и вы просохнете.
— Я иду. Можешь сидеть и ждать здесь, если тебе так нравится, Иззи. Но горячий чай нам не помешает.
Кристиана выскользнула из экипажа.
Внутренний голос говорил Изабель, что она должна выйти и направиться домой, на Лейчестер-сквер, но, как это обычно бывает, предупреждение не было услышано. Она сошла по ступенькам и направилась вслед за леди Айви в дом номер один по Гросвенор-сквер. И ей даже в голову не пришло, что какой-нибудь журналист в это время следит за домом Синклеров.
Стерлинг поднимался по лестнице, как вдруг услышал приглушенные женские голоса. Сердце маркиза забилось быстрее.
«Нет, это не сестры и не миссис Уимпол!»
Стерлинг, стараясь не шуметь, начал спускаться вниз, но старые половицы преступно заскрипели под ногами. Голоса смолкли, маркиз прижался к стене и затаил дыхание.
— Для меня было бы честью познакомиться с таким знаменитым человеком, как лорд Элджин, — произнес знакомый женский голос, но Стерлинг никак не мог определить, кто это. — Конечно, я слышала о статуях, но не имела возможности увидеть их собственными глазами. Да, было бы интересно узнать, как они попали к лорду Элджину.
— Тогда решено, — послышался голос Айви.
Стерлинг подавил улыбку. Его хитрая сестра все-таки убедила кого-то посетить их особняк. Он одернул жилет и направился в гостиную, чтобы поприветствовать гостью, как подобает истинному джентльмену.
— А вы присоединитесь к нам, мисс Бишоп? — добавила Айви.
У Стерлинга перехватило дух. Он глубоко вздохнул и закашлялся, чем выдал свое присутствие. Но прежде чем он успел произнести что-либо, огромные карие глаза мисс Бишоп уставились на него, а ее губы зашевелились, словно подыскивая подходящие слова.
«Тот сладкий поцелуй, который она так тщательно хотела скрыть… Нет, он не мог его забыть».
— Дорогие леди, а вот и мой брат, лорд Стерлинг, — Айви поставила чашку на столик, встала и пошла к нему. — Стерлинг, я не знала, что ты уже вернулся из клуба. Я думала, ты будешь тренироваться до вечера, тебе ведь нужно хорошо подготовиться к бою, который состоится на файвз-корте.
Айви снова посмотрела на Изабель и ее спутницу, стараясь убедить их, что она действительно не предполагала такого скорого возвращения старшего брата.
Правда состояла в том, что Стерлинг не собирался тренироваться сегодня. Когда кашель успокоился, он приподнял одну бровь и посмотрел на Айви, словно давая ей понять, что она не так уж умна, как думает, и что не следовало бы сталкивать его с мисс Бишоп еще раз.
Молодые леди торопливо встали, когда Стерлинг вошел в гостиную и замер в глубоком поклоне.
— Мисс Бишоп.
Изабель присела в реверансе. Стерлинг повернулся к спутнице Изабель.
— Прошу простить меня, но кроме того, что Изабель называет вас Кристианой, я не знаю, как к вам обратиться.
Айви поспешила на помощь.
— Стерлинг, позволь представить тебе мисс Кристиану Уайтбирд.
Кристиана нервно поправила прядь выбившихся волос.
— Лорд Стерлинг.
Она склонила голову и присела в реверансе.
— Очень мило с вашей стороны, что вы навестили мою сестру.
Стерлинг с трудом подбирал слова.
Напряжение нарастало, и только Айви знала, что делать.
— Знаешь, я увидела наших леди, когда проезжала по Пикадилли. Они стояли на углу Пикадилли и Сент-Джеймс-стрит и мокли под дождем. Так что я просто обязана была спасти их, напоить горячим чаем и отогреть, чтобы они не схватили воспаление легких.
Айви многозначительно посмотрела на Изабель и Кристиану.
— На углу Пикадилли и Сент-Джеймс-стрит?
«Господи, Изабель наверняка узнала о том, что отныне сделать ставку может любой житель Лондона, иначе зачем бы она отправилась туда?»
— Неужели вам так хотелось пройтись по магазинам, что вы не побоялись такой ужасной погоды?
Айви пригласила всех сесть. Она придвинула четвертый стул, но Стерлинг и не подумал садиться.
— По правде говоря, мы не успели заглянуть ни в один магазин, — сказала Кристиана.
Глаза Изабель округлились, а щеки покрыл жаркий румянец.
— Да, не заглянули. Дождь помешал нашим планам. — Она перевела взгляд на чашку горячего чаю, которую держала в руке. — Спасибо леди Айви, она увидела нас, когда проезжала мимо в экипаже, иначе нас смыло бы прямо в Темзу.
Изабель попыталась улыбнуться.
Стерлинг не мог отвести глаз от Изабель, хотя в глубине души осознавал, что один факт его присутствия заставляет ее нервничать. Его внимание привлекла капля воды, поблескивавшая на ее прекрасных волосах. Изабель, словно почувствовав его замешательство, тряхнула головой, и капля медленно скатилась вниз, исчезнув где-то в глубоком вырезе декольте.
Айви закашлялась.
— Надеюсь, я не заболею.
Она приветливо улыбнулась Изабель и Кристиане и ледяным взглядом одарила Стерлинга, как бы приказывая ему взять себя в руки. Маркиз увидел, что сестра показывает ему на стул, а молодые дамы терпеливо ждут, когда он сядет. Стерлинг поспешил занять свое место, но мысли его были далеко. Он представлял себе, как дождевая капля медленно движется между ее полными грудями, потом вниз по животу и заканчивает свой путь где-то в самом сокровенном месте любой женщины. Стерлинг поднес чашку ко рту и большими глотками выпил чай.
Айви попыталась вырвать чашку из его рук.
— Это моя чашка, дорогой. — Она заливисто рассмеялась, заставив Изабель и Кристиану сделать то же самое. — Давай я налью тебе еще.
Стерлинг попытался привести мысли в порядок. Он перевел взгляд на мисс Уайтбирд и увидел, как капелька дождя, задержавшаяся на кончике носа, дрожит от каждого ее вдоха и выдоха. В этот момент Айви протянула ему чашку чаю. Стерлинг взял чашку и отвесил благодарный поклон.
— Мне кажется, ты куда-то приглашала наших гостей.
— Да. — Айви нервно сжала руки. — Лорд Элджин прислал сегодня свою визитную карточку. Его жена и наша семья состоят в родстве.
— Не может быть! — Стерлинг внимательно посмотрел на сестру.
«Что она замышляет, ведь он был дома целый день, но посыльный не приходил?»
— Да, представь себе. — Голос Айви слегка дрожал. — Вот я и подумала, неплохо было бы пригласить мисс Бишоп и мисс Уайтбирд провести с нами этот вечер.
— Ты так считаешь? — Стерлинг вопросительно посмотрел на Айви. — А лорд Элджин согласился?
Айви поморщилась.
— Пока нет. Я его еще не спрашивала, но мы все-таки дальние родственники. Я думаю, он не будет против.
— А когда состоится прием? Мне необходимо сверить мое расписание тренировок в клубе.
— В четверг вечером, — нисколько не смутившись, ответила Айви и перевела взгляд на Изабель и Кристиану. — У вас ведь нет других планов на этот вечер?
— Нет. Думаю, нет, — ответила Изабель.
— Даже если и есть, то я все отменю. Я не могу пропустить такую встречу, — быстро проговорила Кристиана.
— Прекрасно! — Айви даже захлопала в ладоши. — Думаю, в четверг мы устроим грандиозный прием для лорда Элджина.
Через несколько минут Изабель и Кристиана уже сидели в карете.
Стерлинг стоял у окна и смотрел, как Айви машет рукой отъезжающему экипажу. Он задумчиво покачал головой.
«Что задумала Айви? С чего она взяла, что лорд Элджин, которого презирает весь высший свет, согласится прийти в особняк Синклеров?»
Семья Синклеров не была представлена лорду Элджину, и тем более не состояла с ним в родстве.
«Похоже, Айви что-то затевает».
— Лорд Элджин обещает быть, — убеждала Изабель своего отца.
— Ты уверена, что правильно расслышала, Изабель? — Бишоп вскочил с кресла. — Ты точно уверена? Лорд Элджин?
Изабель выдохнула.
— Да, лорд Элджин. Тот самый, который укрывает статуи из Парфенона. Леди Айви упоминала о какой-то семейной связи со стороны его жены, вернее, бывшей жены. Я точно не помню. Но в том, что лорд Элджин прислал свою визитную карточку, я уверена. В четверг вечером состоится прием. Я бы хотела оповестить леди Айви, что мы будем присутствовать.
Корнелиус Бишоп задумался. Изабель решила, что он не пойдет на этот прием и ей не разрешит.
— Нельзя было выбрать более удобное время.
Бишоп опустился в кресло, удовлетворенно потирая руки.
— Так что мне ответить?
Изабель сложила руки на груди, стараясь скрыть свое нетерпение.
Мистер Бишоп поднял глаза и удивленно уставился на Изабель, словно забыл, что она находится в комнате.
— Да, мы принимаем приглашение. Да, да. — Довольная ухмылка появилась на лице Бишопа. — Лорд Элджин еще не знает, что парламент организовал комиссию по рассмотрению его просьбы о приобретении коллекции, и тем более он не знает, что я тоже вошел в состав в комиссии. Думаю, он будет удивлен.
— Что ты имеешь в виду, отец? — Изабель опустила руки. — Ты же не собираешься расспрашивать лорда Элджина о статуях, не признаваясь при этом, что входишь в состав комиссии. Это неэтично!
— Скорее, его поступок можно считать неэтичным. Он приобрел, вернее, украл статуи, будучи послом в Константинополе. Он мог бы отправить их в Лондон на своих кораблях, но воспользовался военными кораблями Великобритании.
Изабель была поражена рассказом отца, но больше его выражением лица. Цвет щек мистера Бишопа менялся от ярко-красного до мертвенно-бледного, а дышал он как разъяренный пес.
— И только теперь, когда перевез статуи в свое поместье в Шотландии, он вдруг решил обратиться в парламент и предложить правительству приобрести коллекцию. Это, видите ли, будет обогащать культурную жизнь лондонцев!
Изабель застыла от изумления. Она редко соглашалась со своим отцом, но в этом случае, похоже, она склонялась на его сторону. Если отец говорил правду, то жадность участников пари была ничтожной по сравнению с алчностью лорда Элджина.
Стук копыт эхом разносился по Гросвенор-сквер. Гости, подобно солдатам Веллингтона[14], плечом к плечу двигались в направлении особняка Синклеров. Стерлинг прильнул к окну на втором этаже. Ему было любопытно узнать, кто же из гостей, приглашенных сестрами, явился на четверть часа раньше назначенного времени.
Стерлинг сразу не смог узнать мужчину, стоявшего в свете уличного фонаря, ему пришлось наполовину высунуться из окна. Элегантно одетый джентльмен тут же снял шляпу и поприветствовал маркиза. Стерлинг с удивлением заметил повязку на носу мужчины.
«Наверное, тоже борец».
Стерлинг напряг зрение.
«Да нет, не похоже, слишком уж маленького роста, и телосложения некрепкого».
Стерлинг кивнул головой в знак приветствия. Джентльмен проверил повязку на носу, а затем направился к дому. Внезапно Стерлинга поразила догадка и он кинулся к двери. Айви поспешно по следовала за ним.
— Кто пришел? Ой, нет, дай догадаюсь. Наверное, мисс Уайтбирд с отцом. Да? Угадала?
Стерлинг обернулся и схватил сестру за плечи.
— Ты же сказала, что не отправляла приглашение лорду Элджину?
— Да, сказала. Я не отправляла. Я даже не знаю, где он живет.
Стерлинг пристально посмотрел в глаза Айви. Он знал, что его сестра любит иногда приврать. Он больно стиснул ее плечи.
— Буквально через минуту я узнаю, не врешь ли ты!
— Клянусь, Стерлинг, — рассердились Айви, — я не приглашала его на наш вечер.
— Тогда не удивляйся, если о его приходе объявят через минуту-другую, — Стерлинг отпустил сестру. — Лорд Элджин прибыл собственной персоной.
Он уставился на Айви; на его губах играла довольная улыбка.
— Ты уверен? — Айви была удивлена.
— Да, абсолютно.
Все братья и сестры Синклеры отчетливо услышали, как их слуга Поплин объявил о приходе Томаса Брюса, седьмого графа Элджина, и поспешили в гостиную засвидетельствовать свое почтение дорогому гостю. Для них не имело значения, что некоторые члены высшего общества восхищались графом, другие презирали его. Отношение к лорду Элджину разделило общество на два лагеря, так же как и скандальное пари. Более того, для Синклеров не имело значения, что лорда Элджина никто не приглашал на сегодняшний прием, ибо только Айви знала истинную, причину его прихода.
Присцилла не могла отвести взгляд от повязки на носу лорда Элджина.
— Стерлинг, — она оттащила старшего брата подальше к окну, чтобы лорд Элджин ненароком не услышал их разговор, — что с ним случилось? Я боюсь задать этот вопрос, но и не смотреть не могу. Это был несчастный случай? На него напали в Афинах, когда он пытался вывезти статуи?
— Невежливо задавать такие вопросы.
Стерлинг скорчил недовольную гримасу.
— Стерлинг!
Присцилла опустила глаза.
— Продам информацию за кое-какие сведения, — хитро улыбнулся Стерлинг.
— Прекрасно. У меня нет никаких секретов.
— Так уж и нет? — Стерлинг перевел взгляд на Айви. — А вот у нашей сестры есть.
Присцилла выдохнула.
— Ты хочешь узнать, откуда она взяла деньги на вечеринку?
— Да, она сказала, что не откроет тайну до тех пор, пока последний гость не покинет наш дом.
Стерлинг нервно перекатывался с пятки на носок.
— Ты и сам можешь спросить у нее об этом, — сказала Присцилла. — Посмотри, она надела мою ленту цвета бордо и даже не спросила разрешения.
— Могу, но это будет не по-джентельменски. Я хочу попросить тебя.
Стерлинг начал терять терпение.
— Я и так могу тебе рассказать. Только я здесь ни при чем. — Присцилла мило улыбнулась Айви и проговорила сквозь зубы: — Из твоего тайника под полом.
Стерлинг задохнулся.
— Не шути со мной так, Присцилла. Или я вам обеим задам сегодня.
— Я не вру. Она взяла деньги из тайника. И не надо так удивляться. Мы все знали, где ты прячешь деньги. Каждый раз, когда ты поднимаешь половицу, скрип слышен на весь дом.
— Но я бы заметил.
Стерлинг обвел взглядом нарядно украшенную гостиную.
— Айви положила, в мешочек металлические гирьки, чтобы ты не почувствовал, что он стал легче.
Стерлинг вперил в Айви взгляд — она обернулась и поняла, что ее тайна раскрыта, поэтому поспешила укрыться за спиной лорда Элджина. Присцилла одернула брата.
— Твоя очередь. С Айви ты потом разберешься.
Они отошли к столику с закусками.
— Мне рассказал это один человек, но все равно я не могу ручаться, что информация достоверна.
— Ну, рассказывай же, — Присцилла нетерпеливо смотрела на брата, — у нас не так много времени.
— После того как статуи были погружены на военные корабли английского флота, лорд Элджин решил не плыть по морю, а вернуться домой через Францию. Это была ошибка, которая стоила ему носа и жены.
— Что ты имеешь в виду? Французы отрезали ему нос?
Стерлинг отрицательно покачал головой.
— Его взяли в плен, где он провел много лет. Когда он наконец освободился и вернулся в Англию, то узнал, что его жена ушла к другому, он потерял свое место в палате лордов и его финансовое положение, как и дипломатическая карьера, пошатнулись.
— Но его лицо! Он напоминает статую с отбитым носом.
Стерлинг закатил глаза.
— Это случилось в Константинополе: он подхватил какую-то болезнь, которая усугубилась во время его нахождения в плену. Его нос сгнил.
Присцилла с ужасом уставилась на лорда Элджина.
— Как же ему удается сохранять хорошее расположение духа? Я бы, наверное, утопилась.
— Думаю, он держится в надежде на то, что парламент даст согласие купить у него статуи.
Присцилла вздрогнула.
— Но его нос… Какой ужас! Как это можно вынести?
Стерлинг обнял сестру, пытаясь ее утешить, а затем направился искать Айви и свои пропавшие монеты.
В этот момент раздался голос Поплина.
— … и мисс Бишоп.
Стерлинг замер. Изабель под руку с отцом вошли в гостиную.
Изабель стояла рядом с отцом, который всматривался в гостей, собравшихся в уютной гостиной. Она первая заметила лорда Элджина. Он увлеченно беседовал с леди Айви и другими Синклерами.
Леди Айви увидела Изабель, извинилась перед собеседниками и направилась поприветствовать Бишопов. Они вместе вошли в гостиную, а когда мистер Бишоп попросил Айви представить его лорду Элджину, она послушно повела его вглубь комнаты.
Стерлинг, воспользовавшись моментом, подошел к Изабель, взял ее руку и припал к ней губами. Даже сквозь перчатку она чувствовала его горячее дыхание. Изабель страстно желала, чтобы он прикоснулся к ее губам и поцеловал ее… Но не так, как в Партридж-хаусе, как-то второпях, а по-настоящему. Сознание ее слегка помутилось, будто после бокала вина, но виной всему был лорд Стерлинг и его обаяние.
Он выпустил ее руку.
«Чувствовал ли он то же, что и я?» — пронеслось в голове Изабель.
— А, вот вы где! — Лорд Грант положил одну руку на плечо Изабель, а другую — на плечо Стерлингу. — Как поживает самая популярная влюбленная парочка Лондона? Решаете, на какой день свадьбу назначить?
Грант многозначительно посмотрел на обоих в надежде на то, что они оценят его шутку.
— Мисс Изабель, вы, наверное, еще не знакомы с самым незадачливым шутником Англии. Тогда разрешите представить: мой брат, лорд Грант.
Изабель присела в реверансе, приветствуя лорда Гранта, но думала о другом: о человеке, стоявшем рядом в темно-синем фраке и идеально сидевших брюках, подчеркивавших достоинства фигуры.
Тем временем Стерлинг взял ее руку, нежно опустил поверх своей мощной руки и повел знакомиться с самым важным гостем этого вечера — лордом Элджином. Изабель внезапно ощутила, что та неуклюжая мисс, которая жила внутри нее, куда-то исчезла, а ее место заняла уверенная в себе молодая женщина. Она часто заморгала, чтобы скрыть стоявшие в глазах слезы. Странные перемены смущали и волновали ее. Ей стало казаться, что, увидев свое отражение в зеркале, она не сможет узнать себя. Что с ней? Почему присутствие рядом этого мужчины пробуждает неведомые ранее ощущения, дремавшие в глубине ее души? Ей безразличны взгляды и мнение окружающих. Она ли это? Может, он передал ей частицу своего мужества? Ведь с момента их знакомства она не переставала думать о том, что дает ему силы противостоять обществу. По сути, он делал то, что велело ему сердце. Он был бесстрашен.
Изабель восхищенно наблюдала за Стерлингом. Он, как будто почувствовав ее внимание, приветливо улыбнулся в ответ и сжал ее руку.
Она погрузилась в себя и не отреагировала даже тогда, когда Стерлинг прервал ее отца, чтобы представить Изабель лорду Элджину. Она уже точно знала, что рядом с маркизом в ней наконец пробуждается женщина.
Час спустя нанятый у соседей слуга пригласил всех к столу и стал разливать суп. Стерлингу тут же вспомнились кулинарные шедевры миссис Уимпол. Он задержал дыхание, когда Изабель зачерпнула ложкой суп и поднесла ко рту. Пространство вокруг стало расплываться.
«Нет, он не может этого допустить, даже если это огорчит Айви».
Пот градом катился по его лицу. Маркиз остановил Изабель:
— Секундочку…
Изабель удивленно посмотрела на него, но послушно опустила ложку. Гости молча уставились на Стерлинга, который открыл было рот, чтобы объяснить причины своего поведения, но вдруг ощутил приятный аромат горохового супа.
— Гороховый суп, — сказал он.
«Вот черт, а выглядит в точности как знаменитый суп миссис Уимпол».
— Это гороховый суп, — повторил Стерлинг.
— Да, — медленно произнесла Айви и облизнула губы, — и очень вкусный. Не бойся, Стерлинг. Он не горячий.
Сьюзен, сидевшая напротив Изабель, зачерпнула полную ложку и отправила в рот.
— Суп отменный. Моя сестра наняла кухарку, которая раньше работала у самой герцогини Девонширской, — Сьюзен понимающе кивнула Стерлингу, как бы призывая его попробовать суп.
Стерлинг последовал немому совету и поднес ко рту ложку горохового супа. Присцилла не могла сдержать улыбки.
— Лорд Элджин, — вступил в разговор мистер Бишоп, и внимание гостей переключилось на другую половину стола. — Мы так рады, что леди Айви собрала нас здесь сегодня.
Изабель, которая как раз намеревалась попробовать расхваленный суп, снова опустила ложку и удивленно сказала:
— Да, леди Айви. — Она перевела взгляд на Айви. — Вы, должно быть, еще не знаете, но мой отец…
Глаза мистера Бишопа округлились, и он резко прервал Изабель:
— О, позволь мне, дорогая! Пожалуйста! — И он повернулся к лорду Элджину. — Попечительский совет Британского музея поручил мне сформировать комитет, который займется вопросом приобретения статуй из Парфенона. Тот факт, что мы оба оказались на этом вечере у леди Айви, — поистине удивительное совпадение.
Бишоп заставил себя выдавить улыбку.
Лорд Элджин удивленно вскинул брови.
— Но, господин секретарь, меня не приглашали на этот вечер.
Айви вскрикнула:
— Ну что вы, лорд Элджин! Мы отправляли вам приглашение. Вы наш почетный гость!
И она посмотрела на Сьюзен, затем на Стерлинга, как бы ища у них поддержки.
— Вы, конечно, получали приглашение моей сестры. Наш посыльный сказал, что доставил его, — Сьюзен обратилась к Айви, ожидая, что та назовет адрес, но увидела, как глаза сестры округлились от ужаса, — вам домой.
— О боже мой, я не видел этого приглашения, но вы должны были быть уверены, что я приду.
— И вы пришли!
Стерлинг наклонился к столу.
Лорд Элджин обвел взглядом всех собравшихся и рассмеялся.
— Я, кажется, всех ввел в заблуждение. — И он обратился к Стерлингу: — Признаюсь, для меня это все неожиданно. Думаю, вы наслышаны о ситуации, в которой я оказался.
— Лорд Элджин, мы рады приветствовать вас у себя дома. Мы ведь тоже шотландцы.
Лорд Элджин склонил голову, а затем гордо поднял ее.
— Я пришел сюда не праздновать, а просить помощи у вас, лорд Стерлинг. Я бы хотел, чтобы вы вывезли статуи в Шотландию.
— Что? — Бишоп даже закашлялся от удивления. — Но музей? Вы же обратились в парламент с просьбой купить у вас…
Стерлинг встал и подошел к лорду Элджину.
— Давайте обсудим это наедине.
Лорд Элджин смутился.
— Я не хотел прерывать вечер…
Айви тоже встала.
— Вы нам не помешаете. Идите и поговорите. У нас еще много блюд, — она хитро улыбнулась, — наш ужин может длиться нескончаемо долго.
Лорд Элджин поклонился.
— Благодарю вас, леди Айви.
Стерлинг многозначительно посмотрел на мистера Бишопа, затем пропустил вперед лорда Элджина и вышел из комнаты.
Уходя, он отправил прощальный взгляд Изабель и очень надеялся, что она поняла его правильно. Он просил ее остаться.
— Это же Пикадилли, а не Лейчестер-сквер. Лорд Стерлинг, вы обещали отвезти меня домой!
Изабель вглядывалась в силуэты зданий.
«Почему они здесь?»
После откровенных признаний лорда Элджина вечеринка перестала быть интригующей. Отец Изабель так разволновался из-за того, что его миссия по покупке статуй и передаче их Британскому музею может провалиться, что лицо его позеленело. Он быстро покинул особняк, предварительно попросив оставшихся джентльменов проводить Изабель домой. Безусловно, этим джентльменом стал лорд Стерлинг, который спустя время снова появился в гостиной.
— Почему мы здесь, Стерлинг?
Серебристый цвет луны отсвечивал в его глазах.
Когда экипаж подъехал к самому дальнему строению Берлингтон-хаус, Стерлинг открыл дверцу и вышел так быстро, что извозчик даже не успел сообщить, что они на месте.
Стоя в свете луны, он манил ее за собой.
— Я хочу вам кое-что показать. Что-то необыкновенное.
Изабель с опаской подала руку Стерлингу и вышла из экипажа.
Стерлинг крикнул извозчику:
— Жди нас! Жди столько, сколько понадобится, хоть до рассвета.
«До рассвета… Что он задумал?»
Изабель обвела взглядом странный дом.
— Здесь кто-то есть? — спросила она.
— Нет. Этот дом продан.
Стерлинг взял ее за руку и повел к высоким воротам. Из кармана жилета он достал ключ и открыл калитку, ведущую в сад.
— Тогда почему мы здесь? Что вы хотите мне показать?
Изабель почувствовала странное томление в теле. Не из страха, а от осознания того, что она находится наедине со Стерлингом. Ведь с того мгновения, как они встретились на площадке бойцовского клуба, она денно и нощно думала только о нем.
Стерлинг распахнул калитку и, пропустив Изабель вперед, вошел в сад. Когда их глаза привыкли к темноте, перед ними предстало величественное зрелище: мраморные статуи, будто укрывшиеся в тени вековых деревьев. Изабель не могла поверить своим глазам.
— Это же не статуи лорда Элджина? — тихо произнесла она, понимая, что задает этот вопрос напрасно.
— Это они.
Стерлинг подошел ближе.
— Тебе холодно? — вдруг произнес он.
Она отрицательно покачала головой, но послушно окунулась в его объятия.
— Они оставили статуи здесь, во влажном климате Лондона?
— Не совсем так. — Стерлинг отрицательно покачал головой. — Идем, Элджин дал мне ключ.
Он отсоединил один ключ и, взяв Изабель за руку, повел в стоящее поодаль деревянное строение. Это был обыкновенный сарай, где хранили уголь, но он был огромных размеров, пожалуй, даже больше, чем их особняк на Лейчестер-сквер.
Стерлинг вынул из кармана жилета маленький ключик и открыл дверь. Несколько минут они стояли в проходе, ожидая, пока глаза привыкнут к темноте. Несмотря на то что через окна на крыше пробивался лунный свет, помещение оставалось достаточно темным.
— Да, слишком темно, чтобы насладиться великолепным видом статуй. — Стерлинг виновато посмотрел на Изабель. — Прости, я хотел удивить тебя.
— Ты их уже видел? — спросила она.
— Нет. — Стерлинг протянул руку, погладил по гриве мраморного коня и улыбнулся. — Сегодня лорд Элджин предложил мне купить статуи. Вот почему он пришел в наш дом.
— Что? — Изабель не смогла сдержать удивления. — И ты согласился?
Стерлинг рассмеялся.
— Я хотел бы, но не могу. Другой такой коллекции в мире нет, она бесценна, но у меня нет таких средств. Пока нет.
Изабель нахмурилась.
— Что ты имеешь в виду?
Стерлинг, чьи глаза уже привыкли к темноте, направился вглубь постройки.
— Лорд Элджин на самом деле не жадный коллекционер, как о нем говорят.
— Кое-кто готов поспорить, что это не так.
Изабель прислушалась, и когда до нее донесся его голос, потихоньку пошла к нему.
— До сегодняшнего вечера и я так думал. Но, оказывается, Элджин собирался сделать гипсовые копии великих произведений искусства до того, как они будут уничтожены.
— Почему же он изменил планы?
— Акрополь стал на время турецкой крепостью. Часть скульптур уже была разрушена, часть находилась в плачевном состоянии. Элджин и его мастера упросили коменданта крепости разрешить им сделать гипсовые копии, но он не позволил им возвести леса, поэтому они смогли выполнить только часть работы.
— Но это не гипсовые копии. — Изабель провела рукой по мраморной поверхности. — Это произведения искусства.
— Капеллан посольства Великобритании был страстным любителем старины. Он направил послание в Константинополь с просьбой разрешить Элджину вывезти статуи, которые не являлись частью стен. Время было выбрано удачно. Нельсон выиграл битву при Абукире[16], британцы имели большой вес, поэтому разрешение было получено.
Изабель задумалась.
— И Элджин считает, что, вывезя статуи, он спас их от разрушения?
— Да. Уникальная коллекция — это Божий дар человечеству, и она должна быть спасена.
Изабель стало одиноко в темноте, и она направилась к месту, откуда звучал голос Стерлинга.
— Тогда почему он хочет их продать?
— Возвращаясь домой через Францию, он попал в плен. Его жена, которой он обещал привезти сокровища Греции, ушла от него к человеку, якобы занимавшемуся вопросом его освобождения из плена. Болезнь изуродовала его лицо, а печаль — душу.
Изабель вздохнула; она чувствовала, что Стерлинг подошел слишком близко.
— Но мой отец и члены парламента готовы спасти коллекцию.
— Думаешь, парламент не прислушается к мнению тех, кто говорит, что Элджин украл эти скульптуры? Сомневаюсь. И лорд Элджин не верит. Скорее они оставят их гнить здесь, чем оплатят Элджину стоимость перевозки. Это, кстати, все, о чем он просит.
— Мой отец не допустит этого, — вспылила Изабель, но в ее душу закралось сомнение.
В поисках Стерлинга Изабель сделала шаг вперед и почувствовала, что уперлась в его грудь. Она склонила голову ему на плечо и ощутила приятное тепло. Его руки обвили ее тело, словно прутья ивы. Так они и стояли, обнявшись. Неведомая сила влекла их друг к другу. Но внезапно Стерлинг отпустил ее и сказал:
— Хоть мы и не сможем увидеть скульптуры так хорошо, как днем, упускать такую возможность нельзя. Второго такого шанса может и не быть.
Изабель подняла глаза, пытаясь угадать, где находится его рот.
— Что ты имеешь в виду?
Стерлинг взял ее руку и положил на холодный мрамор скульптуры.
— Мы будем смотреть руками. Прикосновения расскажут нам о каждом из этих шедевров.
Рука об руку они стали скользить по изгибам мраморных линий.
— Великолепно.
Губы Стерлинга находились прямо над ухом Изабель. Она закрыла глаза и представила мускулы на ноге статуи, но воображение постоянно уводило ее к нему. Ей стало казаться, что это его нога, а его рука плавно скользит по ее телу.
В следующее мгновение Изабель почувствовала легкое прикосновение.
Его рука скользнула по талии вверх, повторяя все изгибы ее тела. Она почувствовала, как его твердая плоть коснулась ее ягодиц, и несколько секунд они стояли без движения, как будто никто из них не мог решиться на побег.
Изабель положила свою руку на руку Стерлинга и потянула ее к груди; невероятное возбуждение охватило ее, когда она почувствовала его прикосновения.
— Изабель!
Его голос заставил ее задрожать. Она знала, что Стерлинг не просто зовет ее, он спрашивает, хочет ли она продолжения.
Да, хочет. Все, что произойдет сегодня ночью, не имеет никакого отношения к ее будущему. Она не выйдет замуж, она останется одна. Так всегда говорил ей отец.
Пари — всего лишь игра, которая свела двух совершенно разных людей. Но их время ограничено. Скоро их дороги разойдутся. Она так и покинет этот мир в статусе «мисс».
Сейчас она желала его, желала познать чувства, которые испытывает любая женщина, занимаясь любовью с мужчиной. Она желала запомнить эту ночь. Всего одну ночь с этим божественно красивым мужчиной. Собрав все свое мужество, Изабель повернулась лицом к Стерлингу и жадно припала к его устам. От нахлынувших чувств у нее закружилась голова, а руки бессильно повисли вдоль тела. Спина Изабель уперлась в колени мраморной статуи, но Стерлинг мягко приподнял ее и усадил выше. В полумраке Изабель почудилось, что Стерлинг улыбается, — она нагнулась, ухватила его за полы фрака и потянула к себе, но маркиз так просто не сдавался.
У Изабель, ощутившей было прилив смелости, слезы подступили к горлу.
«Одна ночь. Всего одна, а он отвергает меня».
Вдруг Стерлинг накрыл ее всем своим телом, осыпая страстными поцелуями. Изабель обнимала его, гладила мускулистую грудь, впившись губами в его манящие уста. Стерлинг запустил руку в ее волосы, и они рассыпались по плечам. Поцелуи становились еще более глубокими и страстными.
— Ты уверена, Изабель? — донеслось до нее сквозь пелену любовного дурмана.
Она пыталась увидеть в темноте его глаза.
— Я хочу тебя.
— Но, дорогая, ты…
Изабель приложила палец к его губам.
— Женщина, которая вдруг осознала, что проживает неполноценную жизнь. Я хочу тебя, и мне все равно, что будет завтра.
В отблеске лунного света она увидела его блестящие глаза, пристально вглядывавшиеся в нее. В глубине души она чувствовала, что, возможно, эта ночь не значит для него столько, сколько для нее, но тем не менее не могла побороть желание отдаться этому мужчине здесь и сейчас. Стерлинг закрыл глаза и пробормотал что-то на шотландском языке, чего она не могла понять, а затем припал к ее губам в страстном поцелуе.
Стерлинг никогда еще не чувствовал такого возбуждения, никогда так не желал женщину, которая находилась рядом с ним; она была ему нужна.
Он нежно провел языком по ее верхней губе. Изабель подалась вперед, прижавшись бедрами к его затвердевшей плоти. Затем она нежно провела рукой по его груди и спустилась ниже, к возбужденному мужскому естеству.
«О господи, как он желал ее! Неужели она не понимает, какие ощущения дарят ему ее прикосновения?»
Стерлинг медленно развязал ленты на платье и приподнял нижнюю сатиновую рубашку. Изабель затрепетала, когда он страстно припал к ее упругим соскам. По очереди лаская то один, то другой, он заставлял ее подниматься на вершину наслаждения.
Изабель откинулась назад, подставляя свое тело ласкам и поцелуям желанного мужчины. Вдруг Стерлинг взял ее под мышки и приподнял. Она удивленно взглянула на него. Маркиз посмотрел вниз, словно обдумывая план. Он схватил Изабель за лодыжки и поставил на ноги статуи, открывая ее самое сокровенное место.
Изабель попыталась сесть.
— Стерлинг…
Он приблизил губы к манящему нежно-розовому бутону, скрывавшемуся под юбками, и впился в него поцелуем. Изабель застонала.
— Стерлинг, пожалуйста.
Лаская нежный бутон, он медленно ввел палец в ее горячее лоно и начал ускорять движения.
— Стерлинг, — застонала Изабель, — иди ко мне.
Стерлинг послушно кивнул и начал медленно, целуя и лаская каждую частичку ее тела, двигаться к ее раскрытым губам. Он направил свое мужское естество к ее горячему влажному лону. Не забывая о том, что Изабель — девственница, Стерлинг начал медленно входить в нее. Он не хотел причинять ей боль. Но Изабель не могла больше ждать, она двинулась навстречу.
— Изабель, не спеши.
— Нет, не могу. Я хочу тебя, Стерлинг. Сейчас.
— Изабель, я…
Изабель резко села на него, открывая свой нежный цветок, распуская все его лепестки. От резкой боли Изабель впилась ногтями в спину Стерлинга. Он остановился. Почувствовав, что тело Изабель снова расслабилось, Стерлинг начал медленно двигаться внутри нее.
Сначала движения были медленными, но затем, когда их тела и души слились воедино, толчки стали более сильными и быстрыми. Изабель, не отрывая глаз, смотрела на Стерлинга, с каждым движением ее лоно то раскрывалось, то сжимало его мужское естество. Стерлинг почувствовал приближение наслаждения.
«Он должен остановиться».
В этот момент Изабель сцепила ноги за его спиной и закричала в нахлынувшем на нее экстазе. Стерлинг не мог больше сдерживаться.
— О господи, Изабель! — закричал он и наполнил сокровенный сосуд. — Я люблю тебя!
Происходящее солнце осветило стены особняка Синклеров. Стерлинг стоял перед входной дверью не в силах скрыть улыбку на лице. Но только он взялся за дверную ручку, как вдалеке показался экипаж, стремительно приближавшийся к дому. Стерлинг юркнул внутрь.
«Не хватало еще газетных сплетен».
Не успел он повесить на крючок верхнюю одежду, как входная дверь открылась и вошел Поплин, который немало удивился, обнаружив перед собой самого лорда Стерлинга.
— Доброе утро, мой господин. Рано встали.
Его глаза скользнули по костюму Стерлинга.
— Хорошо провели вечер? — поправился слуга.
— Прекрасно, Поплин.
Стерлинг снова открыл входную дверь. Экипаж как раз поравнялся с домом. Он быстро захлопнул дверь и взглянул на Поплина.
— Поплин, если мне не изменяет память, ни ты, ни миссис Уимпол не обязаны жить в этом доме.
— Да, мой господин, — Поплин отвесил поклон. — Прошу меня извинить, но я должен заняться камином, иначе вы все замерзнете до смерти.
И, не дождавшись ответа, Поплин пошел по коридору.
Стерлинг снова открыл дверь и увидел удаляющийся экипаж.
— Ага… Кажется, я догадываюсь.
Легкая улыбка заиграла на губах маркиза.
— Доброе утро, Стерлинг. Что-то ты слишком весел сегодня, — сказала Сьюзен.
Она сидела за обеденным столом и поджидала остальных к завтраку.
— Прекрасный день.
Стерлинг все еще улыбался. Он взял фрукты и хлеб и сел рядом с сестрой.
— Мы волновалась. Ты не пришел ночевать.
Сьюзен поставила чашку и пристально посмотрела на Стерлинга.
— Но вот он я, прямо перед тобой. Я же вернулся домой.
Он намазал хлеб джемом и с явным наслаждением откусил кусочек.
Сьюзен возмутилась:
— Ну хватит! Ты можешь объяснить, что тебя так развеселило?
Стерлинг закончил жевать, отхлебнул чай и сказал:
— Она выйдет за меня.
Сьюзен кинулась обнимать брата.
— Как это произошло? Ты сделал ей предложение? Это было романтично?
Стерлинг молчал. Сьюзен нахмурилась.
— Неужели ты воззвал к ее здравому смыслу? Неплохо, мол, выйти замуж за будущего герцога и все такое?
Стерлинг отрицательно покачал головой.
— Я не делал ей официального предложения. Пока не делал…
— Ну конечно! Ты же не к ней обращался, а к ее отцу, да?
Сьюзен села.
— Нет, ни с кем я не говорил. — Стерлинг улыбнулся. — Я просто так чувствую, я знаю, что она примет мое предложение.
Сьюзен уставилась на брата.
— Что ты уже натворил? Как только газетчики узнают об этом, перед нами закроются двери высшего общества. Все поймут, что ты не жертва пари, а главный исполнитель!
— Это не имеет значения. Я женюсь на Изабель, и мы получим самый большой выигрыш в истории клуба Уайта. Ты разве не понимаешь, Сью? Отец одобрит мое решение жениться. Изабель из хорошей семьи, она не актриса, не танцовщица, а порядочная девушка.
— Нет, это ты не понимаешь. Пари — это не только деньги, это наш шанс пробиться в высший свет Лондона. И только так мы сможем вернуть расположение отца. Поэтому все, что ты делаешь, будет иметь последствия для нас. Я хочу, чтобы ты запомнил это раз и навсегда.
Сьюзен выскочила из столовой, задев проходившего мимо Лаклана. Он улыбнулся.
— Хорошо провел ночь, да, Стерлинг?
Изабель вздрогнула от приближающихся шагов. Она просматривала газеты в поисках сообщений о ее отношениях с лордом Стерлингом.
— Прошу прощения, мисс Изабель. Я не хотела вас потревожить. — В комнату вошла Блубелл. — Ваш отец не очень хорошо себя чувствует и спрашивает, не зайдете ли вы к нему, — сказала служанка, не поднимая глаз на Изабель.
«Боится увидеть что-то неподобающее», — мелькнуло в голове у Изабель.
Изабель поняла, что ей не удастся дочитать хронику, и сделала вид, что разглаживает смятую газету. Но Блубелл не собиралась уходить.
«Неужели они нас все-таки выследили? Да нет. Ни одна газета не печатает новости так быстро».
— Конечно, Блубелл. Сейчас иду. Я просто хотела навести порядок на столе. У отца сегодня встреча с членами комитета.
Изабель поспешно вышла из библиотеки и поднялась наверх.
— Доброе утро, — весело поприветствовала она отца, открывая дверь в его спальню.
Тяжелые занавески были плотно задвинуты, и ей понадобилось несколько минут, чтобы привыкнуть к полумраку. Отец возлежал на подушках с холодным компрессом на лбу.
— Скажи, Изабель, лорд Стерлинг собирается делать предложение?
— О, боже мой, отец, я не знаю, какие у него намерения!
Отец открыл глаза и снял повязку.
— Ему осталось только договориться о цене. Конечно. А за этим дело не постоит. Семья Синклер достаточно богата. Ты видела кольцо у него на пальце? Думаю, хватит, чтобы приобрести половину метопов?[17]
— Метопы? — повторила Изабель.
«О господи, отец говорит совсем не о ней».
— Рельефы между триглифами[18] на фризе. — Изабель уставилась на отца. — Мраморные скульптуры, Изабель. Я говорю о коллекции Элджина. А ты о чем подумала?
— А, мраморные скульптуры! Я просто раньше никогда не слышала слово «метопа».
— Нет, эта история с Элджином должна послужить нам уроком, и если цена этого урока — потеря коллекции, ну что ж, так тому и быть!
— Отец, эти скульптуры — шедевры мирового искусства. Нельзя отказываться от условий сделки только из-за того, что задета репутация правительства. Элджин не может содержать коллекцию. Это все, о чем он просит.
Отец вдруг сел на кровати и нагнулся к Изабель. Он пристально смотрел в ее глаза, пытаясь отыскать подтверждение сказанным словам.
— Так ты считаешь, что Синклеры не заплатят Элджину его завышенную сумму.
— Я не знаю, отец, но сердцем чувствую: если ты можешь использовать свое влияние, чтобы убедить попечительский совет Британского музея приобрести коллекцию, ты должен это сделать. Иначе вы все будете нести ответственность за утрату таких ценных экспонатов.
Мистер Бишоп задумался.
— Позови ко мне Элтона, я хочу отправить записку в комитет.
Изабель вышла из комнаты и закрыла дверь. Она очень надеялась, что отец поступит правильно.
Ежегодный музыкальный вечер считается поистине одним из самых важных событий в жизни Лондона, а благодаря скандальному пари семья Синклер также получила официальное приглашение. Они стояли у окна и о чем-то говорили между собой. Гости проходили мимо, но никто не осмеливался заговорить с ними, пока сэр Ричард Найт сам не обратил внимания на братьев и сестер Синклер.
Сэр Найт слыл истинным ценителем прекрасного, в особенности древнего искусства.
— Если он еще раз пройдет мимо, — шипела Присцилла, — я подойду и скажу ему, что этот музыкальный вечер — полная скукотища.
— Он нас изучает. Дай ему время, Присцилла, — тихо сказала Айви. — Не сомневаюсь, что этот заносчивый англичанин просто боится подойти к настоящему мужчине.
Стерлинг ухмыльнулся, и Найт воспринял это как знак, что он может к ним подойти.
— Очень рад, что вы и ваша семья смогли найти время, чтобы посетить наш скромный вечер, лорд Стерлинг.
— Ну что вы! Мы получили ваше приглашение — и вот мы здесь.
Присцилла, не выдержав, стала между братом и Найтом, присела в реверансе и сказала:
— Мы польщены вашим вниманием. Ну, как вы нас находите?
Краем глаза Стерлинг увидел, как Сьюзен прикрыла рот веером, чтобы скрыть улыбку.
Но Найт оценил замечание Присциллы.
— Дорогая, вы Дерзкая особа, но, как известно, у каждой красивой розы имеются шипы. — Он обошел ее и стал рядом со Стерлингом. — На вас приятно смотреть. — Он посмотрел на Стерлинга. — Даже на вас, лорд Стерлинг. У вас симметричные черты лица, хотя вы подставляете свою челюсть жестким ударам во время боя. — Найт замолк на секунду, затем тихо рассмеялся. — Вы само противоречие. Спорт и азарт, кажется, значат для вас много, но при этом вы не забываете о прекрасном.
— Не более чем кто-либо другой.
Стерлинг попытался улыбнуться.
«Единственная причина, по которой он решился прийти сюда, — это Изабель».
— Да, но не каждый интересуется скульптурами Элджина.
Найт выжидающе посмотрел на Стерлинга.
Стерлинг ничего не ответил.
— О, не беспокойтесь! Я всегда в курсе событий, касающихся произведений искусства.
— Да, я интересуюсь коллекцией Элджина. Хочу сохранить ее для людей.
— Неужели? — Найт скрестил руки на груди. — А я слышал, что это на самом деле римские скульптуры. — И он уставился на Стерлинга. — Думаю, вы тоже об этом слышали.
— Да, долетал до меня этот слух, но еще доходили вести, что этот слух вылетел из ваших уст, сэр. — Стерлинг покачал головой. — Но сдается мне, что вы, настоящий знаток искусства, сказали это в шутку. Вам ли не знать истинной ценности этой коллекции?
Найт на минуту задумался, затем рассмеялся.
— Нет, право, вы мне нравитесь, лорд Стерлинг. Вы забавный.
— Вы тоже.
Тут Стерлинг увидел, как в залу вошла Изабель под руку с отцом и — черт возьми! — с этим джентльменом, который как-то раз уже пытался помешать их счастью.
Ричард Найт пригласил вошедших присоединиться к их компании. После официальных приветствий Бишоп произнес:
— Лорд Стерлинг, позвольте представить, мой протеже мистер Лик.
— Рад знакомству, — важно произнес Стерлинг, изо всех сил стараясь не смотреть на Изабель.
Ведь с той ночи он не получил от нее ни весточки.
Лик кивнул.
— Думаю, вы помните, как мы с вами сражались за право танцевать с этой красивой молодой леди? — Лик посмотрел на Изабель, которая вдруг изменилась в лице. — Так, может, мы все еще остаемся соперниками?
Стерлинг молча сверлил глазами этого наглого молодого англичанина.
— А, так вы тоже принимаете участие в пари? Увы, пока не могу предсказать, каким будет исход этого предприятия, — с улыбкой сказал маркиз.
Изабель зарделась.
— Приятно было с вами познакомиться, — сказал сэр Найт. Жестом он указал музыкантам занять свои места. — Вечер сейчас начнется. Почему бы вам не присесть?
Стерлинг протянул руку Изабель, но мистер Бишоп встал между ними. Положив руку на плечо Изабель, он направил ее и мистера Лика к трем свободным стульям, которые находились по другую сторону прохода, напротив того места, где как раз занимали свои места братья и сестры Синклеры.
Стерлинг повернул свой стул к Изабель, но мистер Бишоп так строго посмотрел на дочь, что она не смела поднять глаза.
Стерлинг наклонился к Сьюзен.
— Помоги мне.
— Что? Сейчас? Вечер вот-вот начнется.
Сьюзен раскрыла веер и сделала вид, что показывает Стерлингу причудливый рисунок.
— Что-то не так. Мне просто необходимо поговорить с мисс Бишоп. Ты можешь пригласить ее завтра на чай в «Райский сад»?
— А в чем дело? Мне показалось, что вчера ты был абсолютно уверен в своих силах, — тихо сказала Сью.
— Я бы хотел знать, в чем дело. В ее глазах тревога. Что-то случилось. Ее отец не дает мне даже подойти к ней, — вздохнул Стерлинг и принялся рассматривать программку. — Ты мне поможешь?
Сьюзен коснулась его руки.
— Конечно. Надеюсь, у тебя завалялось пару шиллингов в укромном месте, — улыбнулась она.
Стерлинг утвердительно кивнул. Сьюзен обернулась и посмотрела на Изабель, которая разглядывала музыкантов, стараясь не поворачивать голову в их сторону. Мистер Лик что-то увлеченно рассказывал об античных вазах, стоявших на каминной полке.
В этот момент Стерлинг услышал шепот Айви:
— Не переживай, Стерлинг. Я помогу тебе, попытаюсь отвлечь мистера Лика от Изабель.
Стерлинг еще ниже склонил голову. В руке осталась смятая программка.
Швейцар указал рукой на столик, за которым сидели сестры Синклер, и Изабель поспешила к ним.
— Все в порядке? Я была так удивлена, когда получила ваше приглашение на чай.
— Все чудесно, — громко сказала Айви, чтобы все окружающие могли слышать, а затем перешла на шепот: — Ты голодна, дорогая?
Изабель кивнула.
— Да, немного.
Она посмотрела на тарелки с пирожными, печеньем и почувствовала, что голодна.
— Вот и замечательно, а я как раз заказала корзину со сладостями, — сказала Сьюзен и подала знак официанту, который скрылся за занавеской и вынес оттуда корзину.
Изабель смутилась.
— Мы уже уходим?
— Нет, дорогая, не мы, а ты.
Присцилла слегка наклонила голову. Экипаж как раз подъезжал ко входу. Внутри сидел человек.
— Это Стерлинг, — сказала она. — Он думает, что что-то случилось, потому что твой отец явно не хотел оставлять вас наедине на вчерашнем концерте.
— Да, он прав.
Изабель уставилась на корзину.
— Иди. Ты же хочешь этого, и он хочет. Иди, — попыталась подбодрить ее Сьюзен.
— Благодарю вас, леди Сьюзен.
Изабель присела в реверансе, отправила воздушный поцелуй Присцилле и Айви и медленно, как и подобает девушке из высшего общества, направилась к экипажу.
Извозчик открыл дверцу, и она попала в объятия Стерлинга. Он усадил ее рядом и поставил на сиденье корзину.
— Бошамп Гранж, — выкрикнул Стерлинг, и экипаж двинулся по указанному адресу. — Бошамп Гранж в часе езды, нам предстоит долгий путь. Хорошо, что ты взяла с собой перекусить.
Стерлинг не мог удержаться от поцелуя. Изабель рассмеялась.
Стоял теплый день. Изабель сидела рядом со Стерлингом на большом камне, окунув ноги в прохладную воду пруда.
Она уперлась подбородком в плечо и молча наблюдала за Стерлингом.
— Здесь так тихо, так красиво! Я бы хотела жить в таком месте. Никаких сплетен, никаких журналистов, светских хроник, важных приемов! — Она рассмеялась. — Стерлинг, расскажи о своей родине.
Стерлинг обнял ее.
— Похоже на это место. Тихо, спокойно. Иногда, правда, приходится работать, чтобы поместье не пришло в упадок.
— Просто рай.
— Да, когда не надо напрягаться. — И он поцеловал ее в щеку. — В детстве мы жили в семейном особняке в Эдинбурге. Тогда большой дом казался нам скучным.
Изабель повернулась к нему.
— Расскажи о своей семье. Я слышала, что вас называют Семь Смертных Грехов. Конечно, можешь не вдаваться в подробности. Это не обязательно, просто мне хотелось узнать тебя лучше. Мы ведь ничего не знаем о прошлом друг друга.
— Это правда. — Стерлинг посмотрел на водную гладь. — Мама умерла после рождения близнецов. Отец был так потрясен, что решил: виски — это лучший способ пережить горе.
Изабель обняла его за плечи.
— Долгие годы мы были предоставлены сами себе. Мы делали что хотели. Ему было все равно, а нам так нужны были его поддержка и забота. Со временем наши детские шалости переросли в серьезные проступки. Мы просто хотели, чтобы он обратил на нас внимание.
— Не могу поверить.
— Да, это так. — Стерлинг поднял с земли камешек и запустил его по поверхности пруда. — Очень скоро окружающие стали называть нас Семь Смертных Грехов. Мои сестры плакали, когда узнали об этом, а братья при каждом удобном случае ввязывались в драку. Хотели доказать, что это не так. Так это прозвище за нами и сохранилось.
— Это ужасно. Вы же были детьми.
— Да, но мы были неуправляемыми детьми. Мы презирали все существующие порядки и правила. Ты уверена, что хочешь слушать дальше?
— Да.
Стерлинг снова бросил камешек.
— Я, как старший, должен был как-то защитить нас от боли, которую нам причиняли. Тогда я решил, что каждый из нас выберет один из семи смертных грехов и будет вести себя на публике в соответствии с выбранным образом.
Изабель не могла поверить в то, что говорил Стерлинг.
— Но вы не такие!
— Да, но мой отец не согласился бы с тобой. — Он крепче прижал ее к себе. — Видишь ли, с годами игра перестала быть игрой. Все плохие черты стали частью каждого из нас. И тут наш отец наконец оторвался от бутылки и осознал, что сделал с нами.
— Поэтому он отправил вас в Лондон? — спросила Изабель.
— Да. Он богатый и влиятельный человек. Однажды к двери подъехали груженые экипажи и нас выслали из Шотландии. Его агент снял для нас особняк на Гросвенор-сквер. Отец назначил нам небольшое содержание и сказал, что мы сможем вернуться домой только тогда, когда завоюем уважение и признание общества.
Изабель уставилась на Стерлинга.
— Так вы должны заслужить прощение?
— Думаешь, это возможно? — рассмеялся Стерлинг.
— Передо мной человек, который нуждается не в прощении, но в любви.
Стерлинг поцеловал Изабель, помог ей подняться и повел на лужайку.
— Я чувствовал, что с тобой что-то не так. Ты слишком хороша для меня, слишком красива и порядочна. — Он снова поцеловал ее. — Но не забывай, красавица, мой грех — жадность. Я тебя никому не отдам. Никогда.
— Каким образом? У тебя, должно быть, есть план?
— Конечно! Я просто женюсь на тебе.
Экипаж проезжал по мосту Блэкфрайерз[20]. Влюбленные возвращались в Лондон. Изабель смотрела на темные воды Темзы и тяжело вздыхала. Бошамп Гранж — это какой-то другой мир, сказочный уголок, в котором ей довелось побывать, и что бы ни случилось, она всегда будет помнить об этом чудесном дне. Конечно, ей не давали покоя слова Стерлинга о женитьбе. Возможно, он сказал это в порыве страсти, но все же она предпочла поверить ему. Они только успели переехать мост, как что-то во взгляде Изабель взволновало Стерлинга. Он крепко сжал ее руку.
— Дорогая, все только начинается. Прошу, не грусти. У нас еще будет много таких дней, обещаю тебе.
Он хотел поцеловать ее, как вдруг экипаж остановился.
Стерлинг открыл дверцу и крикнул извозчику:
— Это не здесь. Лейчестер-сквер, пожалуйста!
Извозчик подошел к Стерлингу и открыл дверцу шире.
— Мне кажется, вам лучше остановиться здесь.
Он широко улыбнулся.
— С чего бы мне останавливаться здесь? — Стерлинг высунулся и огляделся вокруг. — Коллегия юристов по гражданским делам.
Стерлинг хлопнул себя рукой по лбу.
Изабель запротестовала.
— Нет-нет. Мы здесь не выйдем.
— Мой господин, зайдите, не пожалеете. Возьмете разрешение для себя и мисс Бишоп и сможете пожениться в любое время в любом месте.
— Благодарю, дружище, но сейчас мы поедем на Лейчестер-сквер.
Он обернулся и посмотрел на Изабель.
Извозчик нахмурился.
— Это не просьба, мой господин.
Стерлинг удивленно взглянул на извозчика.
— Прошу прощения. — Он закрыл дверцу и заставил Изабель откинуться на спинку сиденья. — Лейчестер-сквер, пожалуйста.
— Простите, сэр, не могу. — Извозчик покачал головой. — Моя жена меня со свету сживет, если я позволю вам уехать вот так.
— Ваша жена?
Изабель уставилась на извозчика.
— Да, мисс. Она поставила на вас. Заставляет меня покупать газеты, чтобы быть в курсе «самых романтических отношений романа года». Так они про вас говорят.
— Но тебе не обязательно рассказывать ей о том, что ты нас вез!
Стерлингу порядком надоело препираться.
— Мне не надо и слова говорить. — Извозчик отошел и показал рукой на толпу, собиравшуюся позади него. — К вечеру об этом узнает весь Лондон.
Зеваки стали собираться возле экипажа, какая-то молодая девушка протиснулась к Изабель и подарила небольшой букетик цветов.
— Я попрошу вас сойти здесь. Экипаж дальше не поедет. — Извозчик довольно улыбнулся. — Неужели нарушите данное слово?
Стерлинг растерянно смотрел на Изабель.
— Похоже, другого выбора у нас нет. Либо мы выходим, либо через минуту здесь будет весь Лондон. — Он подал ей руку. — Не отходи от меня.
Стерлинг помог Изабель сойти и заплатил извозчику пару монет. Толпа расступилась, освобождая путь к Коллегии юристов. Стерлинг пошел вперед, крепко держа Изабель за руку.
— Что мы будем делать? — чуть не плача спросила Изабель.
— У меня есть идея. Не отходи от меня. — Стерлинг остановился. — По правде сказать, у меня не осталось денег, чтобы купить разрешение.
Изабель открыла свою сумочку, и вдруг кто-то выхватил ее из рук. Какая-то женщина в мгновение скрылась из виду.
— Стерлинг! — закричала Изабель.
Послышался звон монет.
— Вот, три шиллинга.
— Еще шесть.
— Соверен[21] от меня.
Через минуту сумочка Изабель была полна денег.
— Боже мой, Стерлинг, и что теперь?
Стерлинг пожал плечами.
— Думаю, я должен зайти в Коллегию и купить разрешение.
Он взял ее сумочку и поднял над головой.
Толпа взревела, раздались бурные аплодисменты.
Изабель побледнела.
«Господи, он и вправду решил жениться на ней!»
Весь высший свет очень удивился бы, узнав, на что готовы обычные лондонцы, чтобы помочь парочке влюбленных приобрести разрешение на брак. Через час Стерлинг и Изабель шли к экипажу, который ждал их, чтобы отвезти домой мисс Бишоп.
Изабель сияла от счастья, а Стерлинг размышлял над тем, что осталось преодолеть одно последнее препятствие — уговорить мистера Бишопа.
Извозчик ждал возле экипажа.
— Признайтесь, это была неплохая идея. — Он открыл дверцу. — Лейчестер-сквер, мой господин?
Стерлинг осмотрелся в поисках других экипажей, но их не было видно.
— Моя госпожа, вас ждет экипаж…
Изабель села в экипаж, а когда дверца захлопнулась за Стерлингом и они двинулись по мостовой, сказала:
— Не думаю, что отец даст согласие на наш брак. Несколько дней назад он упорно желал выдать меня замуж, я сопротивлялась, а теперь все наоборот.
— Причина в моем разговоре с лордом Элджином?
— Честно говоря, не знаю. Но он не разрешает мне видеться с тобой, даже приближаться к тебе. Он считает, что мистер Лик — более выгодная партия для меня.
Стерлинг взял ее руку.
— А чего хочешь ты, Изабель?
Она обернулась.
— Я хочу, чтобы каждый день моей жизни был похож на сегодняшний.
— Да, особенно мне понравилось, как быстро твоя сумочка наполнилась деньгами.
Стерлинг улыбнулся и поцеловал Изабель.
Она легонько оттолкнула его.
— Ты прекрасно понимаешь, что я имела в виду. Проводить дни вместе в любви и согласии.
Стерлинг отвернулся к окну и задумчиво посмотрел вдаль.
— Я тоже этого хочу. — Он резко обернулся. — Я добьюсь. Я приду к твоему отцу сегодня в девять вечера и попрошу разрешения на наш брак. Все решено. Больше ждать не хочу. Не хочу, чтобы газеты смаковали подробности наших отношений.
На несколько секунд повисло молчание.
— Я подготовлю его, расскажу ему о своих чувствах. — Изабель опустила глаза. — Я ведь самого главного тебе не сказала. Ты должен знать.
— О чем ты, дорогая?
Изабель смотрела в глаза Стерлингу.
— Я люблю тебя. Люблю!
— Боже, Изабель! — Он притянул ее к себе. — Я так счастлив, ты не представляешь, как я счастлив!
Экипаж остановился на Лейчестер-сквер. Извозчик открыл дверцу перед Изабель.
— Пожалуйста, не провожай меня, Стерлинг!
— Почему?
— Потому что журналист, который ведет колонку светской хроники, уже два дня дежурит у моего дома. По крайней мере, так сказала моя служанка Блубелл. — Она вышла из экипажа. — До вечера.
— До вечера, — ответил Стерлинг.
Изабель повернулась и пошла по дорожке к дому. Голова ее кружилась.
«Лорд Стерлинг сделает мне предложение. Это самый сказочный день в моей жизни», — думала Изабель.
Заперев входную дверь, Изабель сняла мантилью и прошла в библиотеку, но отца не было.
«Вероятно, он в палате общин», — подумала она и пошла наверх.
В спальне она открыла гардероб и принялась выбирать наряд для сегодняшнего вечера. Но что-то не давало ей покоя.
Изабель встала и провела рукой по пяти платьям, которые ей особенно нравились.
«Отец не может не одобрить ее выбор. Да ей и не нужно его разрешение, чтобы выйти замуж за Стерлинга. Пожалуй, вот это красное подойдет. И Кристиана говорит, что оно ей к лицу».
Изабель вдруг осознала, что так волновало ее все это время.
«Стерлинг так и не сказал, что любит меня».
— Сегодня я попрошу ее руки. — Стерлинг указал на сундук, стоящий в углу. — Давай, Грант, помоги! Что мне надеть? Я сам не свой.
— Я считаю, что ты спешишь. — Грант вытащил смятую рубашку. — Не разрешай миссис Уимпол гладить твои рубашки. Мне она уже две испортила. Да, вот эта жилетка мне нравится.
— Почему, Грант?
— Чтобы ставка сыграла — это слишком рано. Мы еще не собрали остальные десять тысяч. Ты должен делать вид, что у тебя ничего не получается с мисс Бишоп. А вместо этого вы появляетесь везде вдвоем, смотрите друг на друга влюбленными глазами. Все считают, что дело за малым — назначить день свадьбы.
— Сколько не хватает?
— Три тысячи по первой ставке.
Стерлинг начал нервно вышагивать из угла в угол.
— Что ты предлагаешь?
— Разрыв, приятель. Разрыв с Изабель. Пусть на время все выглядит так, как будто она никогда не выйдет за тебя. А в конце года вы благополучно поженитесь.
— Нет, не могу. Я не могу так с ней поступить. — Стерлинг потер виски. — Я обещал ей, что поговорю с ее отцом сегодня вечером и попрошу ее руки. — Стерлинг посмотрел на Гранта и вытащил из кармана жилета сложенный лист бумаги. — Вот разрешение на брак. Я купил его днем. Я женюсь на ней во что бы то ни стало.
— Ты женишься на ней. Никто не возражает. Такое разрешение дает тебе право сделать это когда угодно. — Грант обнял Стерлинга. — Ты можешь подождать несколько дней? Заставь всех поволноваться. Стерлинг, нам нужны эти деньги. Ты сам все прекрасно понимаешь.
Стерлинг помотал головой.
— На кону еще мой бой на файвз-корте.
— Да, но это при условии, что ты выиграешь. Но, брат, твой соперник убил двух человек, не забывай! И кстати, сейчас обсуждается вопрос о том, чтобы запретить ему участвовать в боях, которые заведомо закончатся смертельным исходом.
— Смертельным исходом? Так об этом пишут в газетах? Вот черт!
— Никто не обвинит тебя, если ты откажешься, Стерлинг.
Стерлинг отрицательно покачал головой.
— Не могу. Я кое-кому должен денег.
— Как я могу помочь тебе, Стерлинг, если ты не слушаешь моего совета? Ты должен порвать с мисс Бишоп и отказаться от боя. Все просто.
Грант развернулся, чтобы выйти из комнаты, но его взгляд упал на сундук.
— Эти брюки тебе подойдут.
Стерлинг подошел к окну и уставился в темноту.
«Если бы все было так просто!»
Изабель услышала, как открылась входная дверь и в прихожей раздались мужские голоса. Часы на каминной полке показывали без пятнадцати девять. Для Стерлинга еще рано.
Она поспешила уложить свои непослушные локоны и стала спускаться вниз. Кто бы это ни был, время для визита явно не самое подходящее. Ей просто необходимо остаться с отцом и Стерлингом сегодня вечером, а больше им никто не нужен.
Дверь в библиотеку была закрыта. Изабель глубоко вздохнула и повернула ручку. Когда она увидела, кто сидит за столом рядом с отцом, у нее перехватило дыхание.
Мистер Бишоп остался сидеть, а сэр Найт и мистер Лик встали, чтобы поприветствовать Изабель. Она присела в реверансе и перевела взгляд на отца.
— Отец, у нас сегодня будет особый гость. Он попросил твоей аудиенции. — Изабель обошла стол и остановилась возле кресла отца. — Ты не забыл?
Мистер Бишоп поднял глаза на Изабель.
— Я все помню. — Жестом он указал двум джентльменам, где сесть. — Я пригласил сэра Найта и мистера Лика присутствовать на нашей встрече с лордом Стерлингом.
Мистер Найт так странно улыбнулся, что казалось, он держит в рту дольку лимона.
— У нас есть вопрос к лорду Стерлингу. Уверен, что вам это тоже будет интересно.
Мурашки побежали по спине Изабель.
— О чем он говорит, отец? Я хочу понять. Ты знаешь, как для меня важен этот вечер?
— Знаю, но мы должны получить ответ на интересующий нас вопрос до того, как ты начнешь готовиться к свадьбе.
На стук дверного молоточка, прежде чем Элтон успел подойти к двери, Изабель ринулась в прихожую и распахнула дверь.
Перед ней стоял Стерлинг с широкой улыбкой на лице. Изабель посмотрела на него так, что улыбка мгновенно сошла с его губ.
— Изабель, что-то случилось?
Изабель взяла его за руку и повела внутрь.
— Не знаю, но отец привел сэра Найта и мистера Лика.
Она стиснула его руку прежде, чем они предстали перед лицом британской инквизиции.
Джентльмены встали и поприветствовали лорда Стерлинга. Мистер Бишоп предложил ему стул.
— Я лучше постою, если вы не возражаете. — Стерлинг обратился к Изабель: — Мисс Бишоп, пожалуйста, садитесь.
— Помилуйте, лорд Стерлинг, — запротестовал мистер Бишоп, — я могу распорядиться, чтобы принесли еще один стул.
Стерлинг стоял на своем.
— Нет необходимости, мистер Бишоп. Я пришел, как вы, наверное, уже догадались, чтобы просить руки вашей дочери.
Изабель внимательно наблюдала за отцом, который перекинулся взглядом с сэром Найтом.
— Прежде чем приступить к обсуждению брачного контракта, мы бы хотели задать вам один вопрос. От вашего ответа будет зависеть и мое решение.
Стерлинг старался сохранять спокойствие.
— Ну что ж, я готов.
Изабель с ужасом заметила, что Стерлинг занервничал. Корсет, стягивавший ее грудь, вдруг стал ей тесен, и она почувствовала, что задыхается.
Стерлинг еще раз огляделся, будто ища свободный стул.
— Задавайте свой вопрос.
Как ни странно, первым заговорил не мистер Бишоп, а сэр Найт.
— Лорд Стерлинг, вы, конечно, знаете об условиях пари. — Сэр Найт поднял вверх палец, давая понять Стерлингу, что ему пока стоит помолчать. — Я имею в виду скандальное пари, которое касается вас и мисс Изабель.
— Да, — ответил Стерлинг и озадаченно посмотрел на сэра Найта.
— Так, может быть, это вы или ваше доверенное лицо заключили это пари? На условиях анонимности, конечно.
Сэр Найт нервно покусывал губы, ожидая ответа.
Стерлинг молчал.
— Стерлинг! — Изабель вскочила со стула. — Стерлинг, пожалуйста, ответь! Скажи, что это не ты!
Но Стерлинг ничего не ответил. Он смотрел в глаза Изабель. Она видела, как напряглись мускулы на его шее.
— Стерлинг, — пробормотала она, — пожалуйста.
— Дорогая, — вдруг заговорил мистер Бишоп, — он не может ответить, потому что это он заключил это пари на самую крупную сумму в истории клуба Уайта.
Изабель подошла к Стерлингу. В ее глазах стояли слезы.
«Почему он молчит? Почему ничего не говорит в свою защиту?»
— Вы понимаете, мисс Бишоп, — сказал сэр Найт, — он на самом деле не хочет жениться на вас, он не любит вас. Он просто использовал вас, чтобы выиграть пари.
— Стерлинг, — голос Изабель дрожал, — скажи, что это неправда. Я не могу поверить.
Слезы градом покатились из ее глаз, падая на ее любимое красное платье.
Стерлинг схватил ее за плечи.
— Это правда. Это я заключил пари.
Изабель пошатнулась. Стерлинг старался поймать ее взгляд.
— После того как ты отпустила мне пощечину, я думал, что никто никогда не поверит в то, что ты можешь полюбить меня, что ты согласишься выйти замуж за такого грубияна, как я.
Мистер Лик осторожно постарался высвободить Изабель из объятий Стерлинга. Мистер Бишоп стал настойчиво подталкивать Стерлинга к двери.
— Прошу вас, лорд Стерлинг, покинуть наш дом. Вы и так причинили моей дочери достаточно беспокойства.
Элтон предусмотрительно открыл входную дверь.
— Я должен объясниться! Изабель, — кричал Стерлинг, — выслушай меня, прошу!
Последние слова заглушил шум захлопнувшейся двери.
Мистер Бишоп вернулся в библиотеку с довольным выражением лица.
Изабель оттолкнула мистера Лика, который пытался усадить ее на стул, и пошла к выходу. Отец поспешил за ней.
— Изабель, пожалуйста, ты должна понять.
Она оттолкнула его и, не оглядываясь, поднялась в свою спальню.
Дверь мансарды распахнулась. Спотыкаясь о пустые бутылки из-под виски, вошел Грант.
— Вот черт! — Он распахнул шторы, и яркий свет хлынул в комнату. — Проснись, Стерлинг! Слышишь? Вставай! Что ты, черт возьми, наделал?!
Грант сдернул с брата покрывало. Стерлинг упал на пол.
— Убирайся отсюда, а то пожалеешь!
Грант хлопнул его по плечу.
— Думаешь, ты в форме, брат? Тогда давай, покажи, на что ты способен!
Стерлинг уселся на кровати.
— Ты разбил бокал. Я хочу выпить еще.
— Может, хватит? — Грант уставился на Стерлинга. — Или ты хочешь уподобиться отцу?
Ярость охватила Стерлинга, он кинулся на младшего брата, но тот предусмотрительно отошел в сторону.
— Я не знаю, что произошло между вами вчера, но пресса сообщает следующее… — Грант развернул сложенную в руках газету. — А, вот! Мистер Корнелиус Бишоп объявил, что его дочь не выйдет замуж за лорда Синклера и никогда всерьез не рассматривала его предложение.
— Это ложь!
— Более того, лорд Стерлинг признался мистеру Лику, что это его агент заключил скандальное пари в клубе Уайта.
Стерлинг горько ухмыльнулся.
— В этом они правы. Только не мистеру Лику, а этому сэру Найту, который находился в библиотеке Бишопа, когда меня допрашивали.
— Так… — вздохнул Грант. — Все кончено. Уайт позволит всем забрать свои ставки, ты проиграешь бой на файвз-корте. Мы бедны как церковная мышь.
Стерлинг поднял глаза.
— Я не проиграю этот бой.
Грант открыл рот от удивления.
— Ты не будешь драться с этим уродом. Он убил двоих. Тебе просто везло. Ему ты не сможешь противостоять.
— Мне нужны деньги, и я буду драться.
— Стерлинг, нам всем нужны деньги, но рисковать ради этого своей жизнью…
Грант подошел к брату и потрепал его за плечо. Стерлинг сполз на пол и замер.
— Тьфу ты, бесполезный разговор!
Грант повернулся и вышел из комнаты. Когда его шаги стихли, Стерлинг просунул пальцы в тайник под полом и нащупал смятый лист бумаги.
— Мне нужны деньги, — сказал он. — Я заработаю их для нее.
Изабель и Кристиана стояли перед зданием пансиона.
— Его скоро продадут, — сказала Изабель.
— Ты знала об этом, — ответила Кристиана.
— Я думала, что у меня будет достаточно времени, чтобы собрать нужную сумму. Здесь вдовам солдат было бы комфортно и уютно, а со временем они нашли бы себе другое место жительства.
— Пока его еще никто не купил. Может быть, у тебя получится. Тебе же удалось заинтересовать некоторых знатных особ.
— Да, но это конец. — Изабель вздохнула. — Слухи о пари почти стихли. Я не смогу больше привлечь внимание к своей персоне.
— О чем ты? Все еще в силе. Я сама слышала, как мой отец говорил кому-то, что после того, как мистер Бишоп выступил с заявлением об отказе, ставок стало больше. Когда ваш роман развивался плавно, люди стали терять интерес. А теперь все узнали, что лорд Стерлинг использовал тебя в качестве приманки, и ставят против него. Удивительно, не правда ли?
— Вовсе нет. Меня это больше не интересует. Я хочу приобрести это здание, а больше мне ничего не нужно. Ничего.
«И никто».
Солнце еще не встало, а Стерлинг уже упаковал свои личные вещи. Так, на случай, если он вдруг не вернется с файвз-корта.
Как ни пытались братья и сестры отговорить его, все было напрасно. Стерлинг утратил смысл жизни. Тот факт, что женщина, которую он по-настоящему любил, поверила в то, что ее использовали, чтобы заработать деньги, причинял ему невероятную боль.
Разве не случалось с ним такого раньше? Разве не использовал он людей ради своего обогащения?
Но теперь все было иначе. Может, он и не любил ее тогда так, как сейчас, но эта девушка с первого взгляда покорила его.
Он еще раз обвел глазами пустую комнату. Затем встал на колени, приподнял половицы и достал кожаный мешочек и смятый лист бумаги.
— Поплин! — позвал Стерлинг.
— Иду, мой господин, — отозвался слуга.
Стерлинг развязал мешочек, положил в него кольцо и листовку Изабель.
В эту минуту в комнату вошел Поплин.
— Экипаж сэра Джексона уже прибыл. Разбудить остальных?
Стерлинг отрицательно покачал головой. Он еще раз посмотрел на кожаный мешочек и протянул его Поплину.
— Я хочу, чтобы ты передал это мисс Бишоп, если со мной что-нибудь случится. Пусть она купит здание пансиона. — Стерлинг с трудом проглотил комок в горле. — Ты меня понял?
— Не совсем, — признался Поплин. — Что значит «если со мной что-нибудь случится»?
Стерлинг покачал головой.
— Просто передай и все.
Поплин кивнул.
— Вам нужна помощь, чтобы снести вещи?
— Нет, все, что мне нужно, я взял.
И он направился к выходу.
Изабель пила утренний чай, когда в столовую вошел отец. Он был явно чем-то взволнован.
— Что случилось, отец? Ты себя плохо чувствуешь?
Он покачал головой и уселся за стол напротив нее.
— Отец!
Изабель начинала терять терпение. Такое выражение лица она видела только однажды, когда отец пришел сказать ей, что мать покончила с собой.
Он достал из кармана жилета маленький кожаный мешочек и протянул Изабель.
Она уставилась на мешочек, не в силах взять его в руки. Она даже не знала, хочет ли она открыть его.
— Это доставили несколько минут назад, — сказал отец. — Принес его Поплин, слуга лорда Стерлинга — по крайней мере, он так представился.
— Что?
Изабель развязала мешочек и высыпала содержимое на стол. Семейная реликвия Синклеров — кольцо с бриллиантом и ее листовка. Глаза Изабель округлились.
— Я ничего не понимаю.
Она посмотрела на отца.
— Я тоже. Поплин сказал, что лорд Стерлинг велел ему отдать это тебе в случае, если с ним что-то случится.
Мурашки пробежали по спине Изабель.
— С ним что-то случилось? Где он?
— Поплин говорит, что лорд Стерлинг отправился на файвз-корт на бой с ирландским чемпионом Дуни.
— Так с ним пока все в порядке. Бой еще не начался?
Уголки ее губ дрогнули в улыбке.
Мистер Бишоп удрученно покачал головой.
— Он не сможет выиграть этот бой. Сила ирландца настолько велика, что в последних двух боях он убил своих соперников.
— Что? Что ты говоришь, отец? Говори внятно.
Изабель быстро заморгала, пытаясь скрыть слезы.
— Лорд Стерлинг — честный боец, хороший боец, но он не сможет победить.
— Не сможет победить? Ты хочешь сказать, что он погибнет?
Мистер Бишоп старался не смотреть на Изабель.
— Прости меня, Изабель! Это я виноват. Я раскрыл тайну пари, расстроил ваши планы. Прости!
Изабель вскочила, опрокинув чашку.
— Ты должен помочь мне, отец! Если ты все еще любишь меня, пожалуйста, останови бой.
— Файвз-корт в Оксфорде. Мы можем не успеть.
— Мы должны попытаться. — Изабель схватила его за руку и потащила к двери. — Я люблю его, слышишь! Ты должен помочь мне!
Изабель высунулась из окна. Повозки, экипажи, фаэтоны. Проехать по дороге было невозможно. Изабель начала было впадать в отчаяние, но вдруг увидела, как желающие попасть на бой покидают свои экипажи и отправляются пешком. Они не могли пропустить коронный удар Дуни!
— Сколько осталось до начала боя?
Изабель повернулась к отцу.
— Увы, бой уже начался.
Изабель выскочила из экипажа и бросилась бежать по направлению к файвз-корту.
Стерлинг стоял на площадке лицом к лицу с Лаймом Дуни — чемпионом по кулачным боям. Секунданты развели соперников по углам в ожидании команды к бою.
— Стерлинг, не делай этого!
Грант пытался перекричать рев толпы.
Обычно на файвз-корте бои проводились в перчатках, но сегодня соперники должны были драться на кулаках. Возможность летального исхода для одного из бойцов только усиливала напряжение.
Тысячи зрителей выстроились по периметру площадки, несколько знатных особ сидели в своих ложах, остальные расположились на свободных местах.
Стерлинг с трудом сдерживал себя.
«Как они могут веселиться, пить, курить, когда один из нас, скорее всего, погибнет. И это буду я».
Чувство самосохранения подсказывало ему, что стоит отказаться от боя, но честь была превыше всего. Стерлинг кинул прощальный взгляд на Гранта, которого вместе с секундантом Дуни уводили за меловую линию. Грант махал ему рукой, призывая уйти, но Стерлинг только качал головой. Лаклан и Киллиан пробирались через толпу.
— Стерлинг, не делай этого! — крикнул Киллиан в тот момент, когда его оттащили от ринга.
Лаклан прорвался на минуту к веревкам, протянутым по периметру площадки.
— Стерлинг, брось, не дури. Нам не нужны эти деньги.
Но и его оттащили от поля боя.
«Нет, он не уйдет».
Стерлинг посмотрел на Дуни. Ирландец настолько огромен, что сам он едва доставал ему до плеча. Дуни обладал невероятной силой, его кулаки всегда были готовы нанести смертельный удар.
Стерлинг был выходцем из бойцовской школы Эдинбурга, отличительной чертой которой была быстрота ног. Он помнил свой первый бой, когда вдруг осознал, что для того, чтобы заработать пару шиллингов, следует нанести пару точных ударов.
Прозвучал гонг. Стерлинг и Дуни стали друг напротив друга, и по сигналу сэра Джексона бой начался. Дуни сделал несколько выпадов, но было видно, что он ждал, когда Стерлинг попытается нанести первый удар. Стерлинг не заставил себя долго ждать. Удар левой — и Дуни уже на спине. Толпа ринулась вперед, явно не ожидая такого развития событий. С трудом поднявшись на ноги, Дуни вытер струйку крови, появившуюся на губе, и отошел к краю площадки. И тут к Стерлингу вернулась уверенность в собственных силах. Он кинулся вперед и нанес еще несколько мощных ударов. Дуни упал на колени. Из левого глаза и рта сочилась кровь. Сделав усилие, он поднялся и встал в оборонительную стойку.
Стерлинг немного успокоился. Он понимал, что Дуни испытывает боль, силы его на исходе. Толпа ревела. Стерлинг готовился нанести последний удар. Он отвел правую руку назад, и вдруг веревки зашевелились.
— Стерлинг, нет!
«Изабель?»
Он увидел, как она пробирается под веревками, отталкивая секундантов.
Удар в челюсть — и Стерлинг оказался на спине.
Он попытался открыть глаза. Над ним склонилась Изабель. Ее слезы капали прямо на его лицо.
— Господи, женщина, ты меня в могилу сведешь! — простонал Стерлинг.
— Пусть это буду я, но никто другой.
Она перевела взгляд на Дуни, который в свою очередь уставился на нее в полном замешательстве.
— Нет, пусть я умру от истощения, но мы должны осмотреть все статуи из коллекции лорда Элджина, — тихо проговорил Стерлинг.
На лице Изабель вспыхнул румянец.
Грант склонился над братом.
— О, боже мой! Врача! Он бредит.
— Как насчет слова «дурак»? — Сьюзен достала свою штопальную иглу. — Нет, на твоем подбородке явно уместится больше букв. Может, «Изабель»? Ты не против?
— Думаю, лучше обычный шов, как всегда, Сью.
— Сьюзен, быстрее, я сняла повязку, и кровотечение снова усилилось, — сказала Присцилла и поставила чайник на стол. — Мне бы не хотелось отмывать кровь с шелковой обивки.
— Слушай, а может, «статуя»? — Сьюзен хитро улыбнулась. — Грант рассказал мне о твоих последних словах, перед тем как ты потерял сознание. Что ты имел в виду?
Стерлинг пожал плечами.
— Я не помню.
Айви захихикала.
— Думаю, об этом лучше спросить мисс Бишоп. Она наверняка помнит. Грант сказал, что после слов Стерлинга она залилась румянцем.
Послышался звук дверного молоточка. Присцилла и Айви вскочили с мест.
— Она приехала! — закричала Айви.
Стерлинг попытался сесть, но Сьюзен уложила его на диван и продолжила работу. Ему показалось, что она вышивает букву «В».
— Не двигайся, — проворчала Сьюзен, — и ни слова, пока я не закончу.
Поплин открыл дверь в гостиную и впустил мисс Изабель, забыв объявить о ее приходе. Изабель поздоровалась со всеми и подошла к Стерлингу.
— Как ты себя чувствуешь?
Стерлинг хотел что-то сказать, но Сьюзен так хлопнула его по лбу, что он не решился повторить попытку.
— Почти закончила. — Казалось, Сьюзен говорит сама с собой. — Все, готово! — Она посмотрела на свою работу и явно осталась довольна. — Вы умеете шить, мисс Бишоп?
Изабель побледнела.
— Да, умею.
— Это хорошо, — Сьюзен встала, — а то мне уже порядком надоело.
Она сбросила ноги Стерлинга с дивана и усадила Изабель.
Изабель и Стерлинг не мигая смотрели друг на друга. Сестры вдруг вспомнили, что обещали помочь миссис Уимпол, и заторопились на кухню.
— Они пригласили меня на чай, — наконец смогла вымолвить Изабель. — Они присоединятся к нам?
— Да, скоро.
Изабель чувствовала себя неловко.
— Но я хотела поговорить с тобой наедине. Я хочу извиниться. Из-за меня ты проиграл, но я не могла представить, что ты сможешь одолеть этого великана. — Она медленно подняла глаза. — Я слышала, этот ирландец убил двоих соперников. Я испугалась, что он может причинить тебе боль. Господи, Стерлинг, я не простила бы себе, если бы с тобой случилось что-то плохое.
— И поэтому стала между нами.
— А как еще я могла остановить бой?
Изабель пыталась оправдаться, но выражение ее глаз говорило о другом. Она не жалела о своем поступке.
— Изабель, я не виню тебя. Ты сделала это из лучших побуждений, но становиться между разъяренными противниками опасно. Тебя могли убить! Я ведь так обидел тебя. Зачем ты рисковала жизнью?
Изабель отвела взгляд.
— Ты и так знаешь, Стерлинг.
Вдруг прядь волос упала ей на глаза. Изабель попыталась поправить прическу. Стерлинг молчаливо ждал.
— Потому что я люблю тебя. — Она пристально посмотрела на него. — Разве ты этого не чувствуешь?
— Чувствую. А разве твое сердце не говорит тебе, что и я люблю тебя? Да, в последнее время я вел себя не лучшим образом. Но мои чувства к тебе искренни. Я полюбил тебя с той самой минуты, как увидел в бойцовском клубе, и с каждым днем я люблю тебя все сильнее.
— Но зачем ты придумал это пари?
— В тот момент мне казалось, что я ничем не рискую. Это была просто игра на деньги, и я хотел получить выигрыш. Но чем больше времени я проводил с тобой, тем больше понимал, что рискую не десятью тысячами фунтов, которые принадлежали моей семье, а своими чувствами к тебе. Я хотел дарить любовь и очень надеялся на ответное чувство.
— Так оно и случилось, — вздохнула Изабель.
— Да, десять к одному. Но знаешь, Уайт может аннулировать пари и забрать все деньги, которые я поставил, себе. Пусть все мои братья и сестры будут каждый день отравлять свои желудки не самой лучшей стряпней миссис Уимпол, пусть я проиграл все, но зато я нашел самое ценное сокровище на земле — тебя.
— Стерлинг, ты не все потерял.
— Почти все, дорогая, я скоро стану нищим.
— Нет, у тебя есть вот это.
Изабель открыла сумочку и достала кожаный мешочек.
— Мешочек? У меня таких много. Оставь его себе.
Изабель достала кольцо. Бриллиант переливался всеми цветами радуги в ярком свете солнца.
— Я не могу взять это кольцо. Оно по праву принадлежит твоей семье. Когда-нибудь ты передашь его своему сыну.
Стерлинг не двигался — тогда Изабель положила кольцо на стол.
— Если ты не хочешь взять мое кольцо, позволь мне предложить кое-что другое.
Стерлинг встал и протянул ей руку.
Изабель положила свою руку на протянутую ладонь и уже хотела встать, как вдруг заметила, что Стерлинг опускается на колено.
Из кармана жилета он вынул еще одно точно такое кольцо, только чуть меньшего размера.
— Когда-то ты говорила, что тебе не нужно согласие отца. Поэтому я спрашиваю тебя вместо него. Ты согласна стать моей женой?
Глаза Изабель округлились от удивления.
— Тебе придется еще раз просить меня, чтобы знать наверняка.
Она попыталась скрыть улыбку, но Стерлинг уже знал ответ.
— Я не заслуживаю любви такой благородной и честной девушки, как ты. Но если ты окажешь мне честь, обещаю, я постараюсь сделать все, чтобы стать достойным твоей любви.
— Ты сказал благородной? — Изабель опустила глаза и провела пальцем по его повязкам. — Стерлинг, это ты делал пожертвования в мой фонд! Это не мистер Лик. — Она закрыла глаза руками. — Боже! Какая же я глупая! Как же я сразу не догадалась? Но почему ты не сказал мне?
— Видишь ли, такой поступок мог разрушить мою репутацию скряги.
Стерлинг думал, что своим ответом развеселит Изабель, но вместо улыбки слезы градом хлынули из ее прекрасных глаз. Стерлинг испугался, что неправильно расценил ее ответ и она сейчас откажет ему.
«Я ведь недостоин ее, я просто привык получать то, что хочу».
Его сердце бешено колотилось.
— Изабель, ты выйдешь за меня?
— Да.
Изабель задыхалась.
Стерлинг бросился к ней.
— Прошу прощения, дорогая, я не расслышал.
Она погладила его по щеке.
— Я сказала «да». Я выйду за тебя. Для меня это большая честь. Я люблю тебя, Стерлинг!
Внезапная боль пронзила его.
«Никто и никогда не произносил слова „честь“ и „Стерлинг“ вместе».
На секунду он закрыл глаза, пытаясь успокоить нахлынувшие на него эмоции.
— Стерлинг?
Он посмотрел на Изабель.
— Я люблю тебя, Изабель. С каждым днем я все сильнее погружаюсь в тебя. Я ощущаю полноту жизни. Меня еще никто так не любил так, как ты. — Он взял ее руку и надел кольцо своей матери на палец Изабель. — В знак моей верности и преданности.
— Мне нечего подарить тебе, кроме своего сердца.
Голос Изабель дрожал.
— Тогда я буду самым богатым человеком на земле. Мне больше ничего не надо. — Стерлинг пристально посмотрел на Изабель. — У меня есть еще один вопрос.
— Да, дорогой.
— Что Сьюзен вышила у меня на подбородке?
Изабель рассмеялась.
— Там сказано… ой, мне как-то неудобно!
— Говори!
«Вот черт, она наверняка вышила слово „статуя“».
— Там вышиты слова «Выходи за него». — Изабель поцеловала Стерлинга в губы. — Что я и сделаю.
— Вы честный и благородный человек, лорд Стерлинг. Хотя, признаюсь вам, были времена, когда я всерьез опасался за репутацию своей дочери.
Мистер Бишоп передал Стерлингу бокал с бренди.
— Рад, что ваши опасения не оправдались, сэр.
— Знаете, мое чутье касательно истинных намерений других людей раньше меня никогда не подводило. Но в вашем случае, признаюсь, я ошибся.
— В чем именно?
— Да во всем. — Мистер Бишоп подошел к столу и жестом пригласил Стерлинга сесть. — Думаю, Рэггет аннулирует вашу ставку. — Бишоп поднес бокал ко рту. — Вы ничего не получите, но все равно намерены жениться на Изабель. Значит, вы ее по-настоящему любите.
— Вы абсолютно правы, сэр. Я очень сильно люблю ее.
— Да. Но вам удалось еще раз меня удивить. Вы приходите просить руки моей дочери, хотя прекрасно знаете, что она не нуждается в моем согласии.
— Я просто хотел выразить вам свою благодарность за то, что воспитали такую замечательную дочь.
— Да, она очень хороший человек. — Стерлинг в первый раз увидел, как мистер Бишоп улыбается. — Если бы она не уговорила меня пойти посмотреть на скульптуры из коллекции лорда Элджина, я бы никогда не согласился заниматься вопросами приобретения. Только благодаря Изабель я понял, что эта коллекция должна быть сохранена любой ценой.
— Так вы заплатили лорду Элджину столько, сколько он хотел, и за транспорт, и за хранение? — спросил Стерлинг. — Все-таки сумма была названа большая, и если правительство пошло на эту сделку, то усилия Изабель не пропали даром.
— Некоторые финансовые затруднения у лорда Элджина, конечно, остались. Мы ему заплатили меньшую цену. — Мистер Бишоп посмотрел на содержимое бокала. — Если бы не Изабель, я бы поддался на уговоры сэра Найта и его приспешников и убедил правительство не покупать скульптуры, а оставить их под открытым небом до полного разрушения.
Стерлинг даже выпрямился на стуле.
— Так Британский музей забирает коллекцию?
— Да, их перевезут туда через неделю.
Стерлинг встал.
— Значит, скоро состоятся два знаменательных события — открытие коллекции и наша свадьба.
— Да, вы правы. — Бишоп пригладил волосы. — Может, вы позволите мне поучаствовать в организации свадебного торжества? Только пусть это будет сюрприз для Изабель.
Стерлинг поставил бокал и подошел к мистеру Бишопу.
— Что вы имеете в виду, сэр?
Мистер Бишоп наклонился к Стерлингу и что-то прошептал ему на ухо.
— Стерлинг попросил меня не распространяться о нашей свадьбе. Мы не будем устраивать пышных торжеств.
В голосе Изабель прозвучали печальные нотки.
Она стояла в спальне Сьюзен, которая помогала ей одеваться. С улицы доносились голоса, заставляя ее волноваться.
— Что же ты хотела, дорогая? Весь Лондон принимал участие в развитии вашего романа, — ответила Сьюзен. — Но, судя по количеству голосов, можно подумать, что сама принцесса Шарлотта[22] выходит замуж.
Изабель осторожно выглянула из-за занавесок. В саду яблоку негде было упасть. Изабель от удивления раздвинула шторы, и толпа взревела, приветствуя ее. Изабель отпрянула от окна.
— Сьюзен, а почему в саду развешаны покрывала? Стерлинг тебе ничего не говорил?
— Нет, но я думаю, что он увидел толпы людей рядом с домом и постарался не нарушать твое уединение. Ты не заметила, что в доме не осталось ни скатертей, ни покрывал? — Сьюзен рассмеялась. — Думаю, не заметила. Ну и правильно, тебя сегодня ждут более важные события.
Кристиана приоткрыла дверь.
— Ты уже одета? Можно войти?
Изабель весело рассмеялась.
— Не шевелись. — Умелые пальцы Сьюзен расправляли сатиновый белый пояс на талии Изабель. — Ну вот, теперь можешь посмотреть на себя в зеркало.
Сьюзен украсила платье несколькими жемчужинами.
Изабель смотрела на свое отражение и не могла поверить, что это на самом деле она. Из зеркала на нее смотрела красивая молодая девушка в прекрасном платье. Вырез на груди и на спине подчеркивал изящество ее фигуры, короткие рукава были оторочены жемчугом.
В комнату ворвалась Айви. В руке она держала украшения.
— Это принадлежало нашей матери. Ты наденешь?
Изабель почувствовала, что вот-вот расплачется, хотя давала себе слово не пролить ни слезинки.
В этот момент Кристиана открыла свою сумочку и достала кожаную шкатулку.
— Твой отец просил меня передать это тебе. — Кристиана протянула руку. — Это серьги твоей матери. Теперь они твои.
Изабель не могла оторвать глаз. Эти серьги как нельзя лучше подходили к ее платью.
В дверь заглянула Присцилла.
— Священник ждет. Пора.
Она взяла Изабель под руку, и они стали спускаться по лестнице в сад.
Изабель нервно подтягивала перчатки. Кристиана шла позади, поправляя украшения в волосах Изабель. Казалось, она нервничала не меньше подруги.
Двери в сад были плотно закрыты. Лаклан и Киллиан стояли по обе стороны, ожидая команды. Изабель последний раз посмотрела на Кристиану, пытаясь улыбнуться и подбодрить и себя, и лучшую подругу. Двери раскрылись, и Изабель шагнула вперед, навстречу своему будущему. Вдруг все покрывала были сдернуты и перед Изабель открылось ночное небо, усеянное звездами. Казалось, чья-то невидимая рука зажгла тысячи свечей.
Изабель медленно пошла по дорожке сада. Стерлинг ждал ее в самом дальнем углу. Она разгадала его тайну: по обеим сторонам аллеи стояли двенадцать мраморных скульптур из коллекции Элджина.
Грант стоял рядом с братом. На них смотрели тысячи зевак, устроившихся в самых невероятных местах, чтобы увидеть свадьбу года.
Изабель казалось, что это сон. Проходя мимо статуй, она увидела трех седовласых джентльменов. Сердце бешено забилось. Изабель узнала своего отца, лорда Элджина, а третий мужчина был так похож на Стерлинга, что у нее не оставалось сомнений: это сам лорд Синклер!
Она мило улыбнулась всем троим, но впереди ее ждал Стерлинг. В его глазах было столько любви, что Изабель не смогла сдержать слез. Он взял ее за руку и крепко сжал. Минуту спустя сон стал явью: священник объявил их мужем и женой.
Вместо свадебного завтрака влюбленных ждал полуночный бал. Ворота сада открыли, и все желающие смогли присоединиться к празднику, а заодно и посмотреть знаменитую коллекцию Элджина.
— Твой отец приехал. — Изабель наклонилась к Стерлингу, когда они оба лакомились тортом. — Он идет к нам.
— Наверное, хочет поздороваться. Кстати, он никому не сказал, что приедет. — Стерлинг быстро вытер рот салфеткой. — Думаю, он все знает о пари и сейчас объявят, что отлучает меня от дома.
Стерлинг встал, ожидая, когда подойдет отец, но тут вперед вырвался Грант вместе с мистером Рэггетом.
«Вот черт! Лучшего времени не придумаешь».
Изабель тоже встала и обняла Стерлинга.
Грант выглядел очень взволнованным.
— Стерлинг, ты не поверишь! Ты не поверишь, потому что это не может быть правдой.
Стерлинг нетерпеливо переводил взгляд с Гранта на мистера Рэггета и обратно, намереваясь быстрее закончить разговор. Он не хотел, чтобы отец слышал, о чем они говорят.
— Вы теперь богатый человек, лорд Стерлинг, — сказал мистер Рэггет. — Ваша ставка сыграла. Вы можете на следующей неделе забрать выигрыш в клубе. Все участники требуют, чтобы вы лично пришли за деньгами.
Стерлинг уставился на мистера Рэггета.
— Я думал, что ставка аннулирована.
— Нет, мы внимательно изучили дело после того, как узнали о том, что вы были заявителем. Дела клуба пошли в гору, магазины на Сейнт-Джеймс-стрит и Пикадилли процветают. Вы выиграли по праву, лорд Стерлинг.
Отец Стерлинга стоял позади мистера Рэггета и слышал весь разговор. Когда мистер Рэггет попрощался и ушел, герцог сказал:
— Стерлинг, я все знаю. Признаюсь, я был очень огорчен твоим поведением, но когда я узнал, что ты делал пожертвования в благотворительный фонд вдов Ла-Коруньи, я просто не мог в это поверить.
Стерлинг вопросительно посмотрел на Изабель, но она отрицательно покачала головой. Было ясно, что Изабель не могла рассказать его отцу.
— Да, еще это пари. Но теперь я вижу, что твои чувства к мисс Бишоп искренни. — Он положил руку на плечо сыну. — Твои братья и сестры пока не заслужили носить фамилию Синклер и получат по тысяче фунтов из твоего выигрыша.
Стерлинг услышал, как Грант и Айви возмутились. Они явно подслушивали их разговор, но в глубине души Стерлинг понимал, что им придется смириться с решением отца.
— Ты поставил мои деньги, и поэтому я буду принимать решение по поводу оставшейся суммы. Или у тебя имеются возражения?
Стерлинг покачал головой.
Он уже получил самое ценное сокровище на свете.
— Я приму твое решение, отец.
— Ну что ж! Я решил отдать оставшуюся сумму тебе, Стерлинг. Что ты собираешься делать?
В свете луны Стерлингу трудно было понять, отец просто смотрит на его реакцию или проверяет его. Поэтому он ответил так, как подсказывало ему сердце:
— Я бы хотел приобрести пансион Грэя для благотворительного фонда вдов Ла-Коруньи.
Отец рассмеялся от души и обнял Стерлинга и Изабель.
— Я горжусь тобой, Стерлинг. Теперь ты по праву носишь имя Синклер.
Он обернулся и посмотрел на остальных своих детей.
— Что касается вас, то помните: мой агент в Лондоне будет следить за вашими действиями. Время, которое я дал вам на то, чтобы исправиться, не бесконечно. Живите честно. От меня вы не получите ничего до тех пор, пока не докажете, что достойны называться Синклерами.
Когда разошлись последние гости, Стерлинг и Изабель еще долго стояли посреди сада.
Изабель склонила голову на плечо Стерлингу, который нежно целовал ее прекрасные волосы. Изабель не могла отвести взгляд от статуй.
— Они так прекрасны! — Ее глаза вдруг зажглись. — Вот досада, а скульптуры того склоненного мужчины среди них нет!
Она рассмеялась.
— Увы, она оказалась слишком большой и не прошла в ворота. Поэтому пришлось отвезти ее в музей.
Изабель вздохнула.
— Жаль, он мне так понравился.
Стерлинг хитро улыбнулся.
— Правда?
— Ну, если ты очень хочешь его увидеть, — Стерлинг потянулся к карману жилета, — у меня есть ключ.
Изабель рассмеялась, но даже в неверном свете луны он увидел, как ее щеки залились румянцем.
— Позволь мне только взять накидку.
Игорный клуб Уайта — мужской клуб, который был открыт в Лондоне в 1693 году и в начале XVIII века стал популярным игорным домом.
Бонд-стрит — с XVIII века улица дорогих магазинов в лондонском районе Мэйфэр, одна из главных улиц торговой части Вест-Энда.
Гинея — английская золотая монета. Впервые была отчеканена в 1663 году из золота, привезенного из Гвинеи.
Файвз-корт — специальная площадка, закрытая с трех сторон стенами, для файвза, игры в мяч по особым правилам.
Олмакс — зал для собраний, точнее, анфилада комнат для приемов и балов с клубом для игры в карты в Лондоне, на Кинг-стрит. Построен в 1764 году. Допуск в Олмакс был честью, которую современники сравнивали с представлением ко двору.
Ла-Корунья — город в Испании, место кровопролитного сражения 16 января 1809 года между англичанами и наполеоновской армией.
Пэлл-Мэлл — улица в центральной части Лондона.
Сент-Джеймс-стрит — одна из главных улиц в центральной части Лондона.
Гардинг — большой универмаг в Лондоне в XIX веке.
Мэрилебон — фешенебельный район в северо-западной части Лондона.
Лейчестер-сквер — площадь в центре Лондона.
Бонд-стрит — улица дорогих магазинов в Вест-Энде в Лондоне.
Пикадилли — одна из самых широких и оживленных улиц в историческом центре Лондона — Вестминстере.
Веллингтон Артур Уэлсли, герцог Веллингтон — участник наполеоновских войн, который победил в битве при Ватерлоо.
Берлингтон-хаус — один из немногих сохранившихся старинных особняков Вест-Энда, бывший дом лорда Берлингтона на Пикадилли.
Битва при Абукире — решающее морское сражение между флотами Великобритании под командованием адмирала Горацио Нельсона и наполеоновской армией под командованием адмирала Франсуа де Брюи у острова Абукир в дельте Нила, на средиземноморском побережье Египта 1–2 августа 1798 года, в котором англичанам удалось разгромить французский флот.
Метопа — архитектурный элемент в виде каменных или керамических плит, заполняющих промежутки между двумя триглифами. Метопы нередко украшались рельефами.
Триглиф — украшение дорического фриза, вертикально стоящая каменная плита с треугольными продольными желобами.
Парк-лейн — улица в лондонском районе Мэйфер.
Мост Блэкфрайерз — мост через Темзу в центральном Лондоне между Лондонским и Вестминстерским мостами. Свое название получил в честь доминиканского монастыря, когда-то располагавшегося поблизости (
Соверен — английская золотая монета достоинством один фунт стерлингов.
Шарлотта Августа Уэльская (1796–1817) — принцесса Великобритании и наследница престола. Вышла замуж в 1816 году.