Лежа на подстилке из гнилых листьев и совершенно охреневший, я, поглядывая по сторонам, начинал думать о том, что все это мне примерещилось. И никакой ВЕЧНОСТИ не было... и никуда я не путешествовал... а лежу я сейчас в 'дурке' обколотый какой-нибудь дрянью... Но припомнив этот взгляд, меня проморозило изнутри. Ну его. Уж больно реальный глюк.

   И шепот, прозвучавший в моей голове на прощанье...

   Я шел по лесу... мы шли по лесу, и я размышлял. То, что я на Земле это процентов девяносто девять. Насквозь тут все знакомо. Европейская часть. Птицы и животные знакомы... деревья тоже. Вызывает вопросы время. Больно чисто и никаких там примет цивилизации - ни окурков, ни бутылок... В общем, ничего такого нет. Переночевали у костра. Тот, кто будет задавать глупые вопросы: 'Как добыть огонь ничего не имея?' - дурак в кубе. Гоша, с помощью двух палок, меньше чем за час добыл огонь, даже не задавая таких глупых вопросов. Шаис пошатавшись вокруг, приволок каких-то корней и червей. Запекли и съели. Дрянь конечно несусветная, но на зуб кинули. Ещё не такое приходилось жрать. Хотя вру - такое не приходилось. Но Шаису я верю. Да и Гоша сильно расстроенным не выглядел. Этот себе шашлычок изобразил. Пока я костер поддерживал он тоже побродил вокруг и наловил мышей. Насадил их на веточки, зажарил и потом с удовольствием их сожрал. Тело изменилось, а мозги и вкусы - нет. Всегда готов сожрать любую дрянь. И еще мне усиленно предлагал. Из уважения. Но я выбрал - 'растительную диету - от дроу'. Да уж, переживает бедняга, но меня ни в чем не обвиняет.

   Интересно как там все мои? Беспокоюсь сильно... Но гоню, гоню плохие мысли от себя. Ничего не изменишь. Высшие силы за каким-то нагибают меня... только зачем? И предположений никаких нет. Хрень какая-то.

   Который день 'волчьим шагом' вестфольдингов идем на юг. Посмотрим, куда кривая вывезет. Попавшаяся река - снабдила рыбой. Плохо одно, что нет соли. Это сильно напрягает.

   Ититная сила!!! Вывезла.

   А я ещё Шаису не поверил, когда он предупредил: 'Впереди жилье'. Я, конечно, не такой любитель леса, но как он определил - непонятно. Но в некоторых вопросах я склонен больше доверять своим спутникам, чем самому себе. Эти-то истинные дети природы, а не я - дитя каменных джунглей.

   Звериная тропка вывела прямо на аборигенов.

   Перед нами находился луг, окаймленный петлей реки. На пятачке метров в пятьсот стояли чумы. Или индейские вигвамы если хотите.

   В поселении с десяток чумов. Мальцы какие-то возятся. Собаки бегают. Свиньи роются в грязи. Пара полуголых аборигенок в шкурах чего-то делают на реке. Видно несколько долбленок. Пацаны рыбу ловят. Мирная картинка обычного поселения.

   Пока мы стояли на опушке и разглядывали пейзаж - нас заметили. Первым оказался часовой. Потом собаки. Они сильно напоминали мне лаек загнутыми хвостами... и, были, похоже, с большой примесью волчьей крови. Стая метнулись к нам с весьма недвусмысленными намерениями. Остановившись на почтительном расстоянии, они надрывались, предупреждая хозяев о незваном госте. А в поселухе между тем началась суета. Бабы кинули мокрые шкуры. И с криками стали забегать в чумы и из чумов. Издали было сложно разобрать те или другие вбегали и выбегали из построек этого 'элитного жилья'. Вот то, что пинками сопровождали любопытствующую 'молодежь' в яранги. Это было хорошо видно. Какие-то лохматые мужики суетились, спешно вооружаясь.

   С того места где я стоял, вооружение было плохо видно, но копья и луки я разглядел хорошо. Пара минут, и толпа грязных аборигенов двинулась к нам. На ходу они перебрасывались какими-то фразами. Я был готов к любому развитию событий.

   Когда эта компания приблизилась, я насчитал в ней полтора десятка мужчин различного возраста. Не, они нам не соперники, несмотря на грозный вид и костяные копья. Это крестьяне нам - воинам, только пожива, на один зуб. Подождем развития событий.

   Одеты они были в грязные и весьма засаленные шкуры. Когда они приблизились, я ощутил жуткое амбре. Шаис тоже брезгливо поморщился. Гоша принял это нормально. А воняли они преизрядно, это чувствовалось издалека. Все какие-то засаленные и потертые - это я уже про мужиков, а не про шкуры. Они, в общем-то, стоили друг друга. Сальные волосы, рожи разной степени бородатости и такие же грязные и немытые.

  Гигиена во главе с цивилизацией досюда не добралась.

   Вооружение двух 'ополченцев' лук - палка с жильной тетивой. Стрелы с костяными наконечниками. Была у них и пара копий с такими же. А вот остальные были с кремниевыми. Присутствовали затейливо вытесанные дубинки и каменные топоры - палки с остроконечным камнем. На поясах скребки каменного века чуть не в локоть длинной... не оружие - смех один. Да плюс дохловатые они все какие-то... недокормленные. И с преизрядным недостатком в зубах. А вот настроение у 'бойцов' - внимательно-настороженное. Никакого гостеприимства их глаза и морды не демонстрировали. Врал Миклухо-Маклай. Не собирались тут нам вешать венок на шею и угощать на славу. Ну, да это недолго. Настроение и у меня не подходящее с ними тут рассусоливать. Не, смотрели настороженно.

   Вряд ли это реконструкторы. Уж больно колоритные фигуры и похожи они друг на друга. Все черноволосые с раскосыми рожами... Сразу видно - одноплеменники. У всех были смугловатые хари с длинными, черными, нечёсаными космами. Ну и у некоторых были затейливо заплетенные косички. Чем-то все они напоминали северян. Точнее идентифицировать национальную принадлежность я пока затруднялся.

   Вперёд шагнул могутный гном. Росту в дядьке было метра полтора, и по ходу он тут был главным. Об этом свидетельствовало несколько перьев в его космах и пара ожерелий из медвежьих зубов и клыков. Этот атрибут доблести не произвел на меня неизгладимого впечатления. Погрознее видали. Из чужих ушей, например.

   Вышедший вперед 'предводитель дворянства' рявкнул на надрывающихся собак и разразился пафосной речью. При этом он ухал, цвикал, подпрыгивал и, похоже, кого-то копировал с вопросительными интонациями.

   Некоторые, видимо самые удачные обороты этого говоруна, когда он величественным, как ему казалось жестом, обводил местный весьма унылый пейзаж, встречались стоящей сзади массовкой одобрительным гулом. При этом он зачем-то потрясал здоровенной дубинкой и бил себя кулаком в грудь... Этого я так и не понял. Пугал что ли? Но я этого не оценил - потом посмотрим кто здесь хозяин. А то главный пока не догоняет, что на его землю пришла власть. Ну, пусть пока потешится, а мы... а мы терпеливо посмотрим.

   Когда мы подошли к околице - она обозначалась несколькими кольями с насаженными на них черепами. Со здоровым скепсисом я разглядел не только медвежьи, турьи, но и пару человеческих черепов тоже.

   'Ишь, пугают возможных врагов. Орлы!' - посетила меня здравая мысль.

   Не буду врать - одолевали меня и другие разные мысли - про мое бесконечное 'попаданство' и прочее дерьмо. Но это было так... фоном.

  Выживать нужно - здесь и сейчас. То, что я навешаю... пардон, мы навешаем этим охотникам, несмотря на их пятикратное превосходство в численности, сомнений у меня не вызывало. Они все, несмотря на 'оружие' и ловкость - не воины. Вот это как раз сомнению не подлежало. Не потянут хоть три, хоть пять дворовых псов против волка. А они по сравнению со мной - именно дворовые псы. А я, если уж пользоваться такими сравнениями - 'пес войны'. Ладно... посмотрим на них... пока. Будем мирно вживаться в это общество. Судя по всему, задвинуло нас в прошлое моей страны. Что у нас там было... родоплеменной строй? Судя по фонемам, издаваемым аборигенами - финно-угорская группа. Значит мы где-то на территории моей необъятной родины.

   'Твою мать!', - выругался я про себя. ' Нет бы, хоть поближе к цивилизации закинуло. А тут шкуры и никакой картошки с салом. Хотя сало-то, наверное, есть...'

   - Вождь, что делать? - тут же прервал мои размышления Гоша своим вопросом

   - Что-что... помалкивать и глядеть в оба. Не нравятся мне тут. Пойдем потом цивилизацию искать.

   Гоша примолк и стал ещё более подозрительно смотреть по сторонам.

   Чумы, родоплеменной строй, и никаких теплых клозетов. Эдак можно сделать допуск по времени от десяти тысяч - минус, до десяти тысяч - плюс, от рождества Христова в привычных мне датах. Блин! Ни географической привязки - ничего! Хотя чего уж тут себе-то врать - отличить Волгу от того же Дона я вряд ли смогу. И это несмотря на то, что я на Земле. Хотя и это не факт, но весьма и весьма похоже. Я со своей биографией уже ничему не удивляюсь.

  Надо двигать на юг. Там вроде Египет, Рим и Вавилон. Хотя нет, не Вавилон - Карфаген. А-а... какая на хрен разница. Это только если тут первое тысячелетие. Да и теплее там. Да и небо с созвездиями насквозь знакомое. По любому мы в Европе...

   Тут нам навстречу торжественно вышел шаман.

   Некое толсторожее недоразумение. Так сказать, 'Эксплорер' к местному пантеону богов.

   Этот недоеданием не страдал. Все как по команде стихли. Одет 'святой отшельник' был в меховую доху мехом наружу, расшитую чьими-то сильно погрызенными и мелкими костями. Его 'одежа' была украшена камушками... и кусками чьих-то рогов.

   На голове красовалась соболья шапка. На шапке поблескивали самоцветы. Исподтишка поглядывая на нас, он достал из-за спины здоровенный бубен. И запел...

   Да. Полное отсутствие голоса и слуха - он компенсировал нездоровым энтузиазмом. Но, индивидуальное соло продолжалось недолго. Я стал надеяться, что он сорвал голос. Не тут-то было!

   Сначала он притопывал. Как в русских народных. Но вот пуститься вприсядку, ему было не суждено - возраст и кондиции брюха явно не позволяли. Но он нашел выход из положения. Продолжая кружиться, он сыпанул от души травы в костерок и глубоко затянулся пару раз, сунув голову в самый густой дым.

  Ну результат и не замедлил сказаться. Глаза его заблестели, и танец стал гораздо зажигательней, причем в полном смысле этого слова. Служитель культа через пару па, 'незаметно' извлек горсть чего-то из кармана и снова сыпанул в костерок, прям на угли. Ярко пыхнуло и завоняло дохлятиной. Я отодвинулся подальше от этих миазмов. Ещё надышишься и тоже станцуешь с ним на пару.

   Народ благоговейно внимал.

   После этого, заунывно напевая, этот нечестивый поедатель чужого, достал здоровенную полую кость и зачерпнул ею угли. Приплясывая, как ярко выраженный адепт мухоморов и поганок, он обошел вокруг нас, что-то напевая. Потом он завыл в голос.

  'Видимо дозняк кончился!', - тут же пришло в голову мне. 'Или трава слабоватая попалась?'.

  Но упрямый толстяк опять сыпанул чего-то в костер и снова сунул туда башку.

   'Научить его самокрутки, что ли крутить?', - мне стало некоторым образом, его жаль. - 'Так бездарно тратить ценный продукт?!'

   Но народ представлению 'жиртреста' внимал на полном серьезе. Надышавшись насквозь знакомого мне дыма, он неутомимо продолжил сольные танцы. Служитель незримых сил - крутился, подвывал и колотил бубном по своей лысой бестолковке.... В общем, всячески демонстрировал простым аборигенам близость к местным культовым традициям.

   Попрыгав вокруг нас и исполнив танец недобитого лебедя, он будто бы в экстазе с уханьем завалился на землю около костра - демонстрируя якобы полный упадок сил. Причем ведь как аккуратно прилег, сволочь? Не близко к углям и не на сырую землю. Видимо это мне повезло увидеть предтечу 'честного' американского реслинга.

   Толпа благоговейно ожидала конца представления.

   Немного полежав, 'совершенно обессиленный' он привстал и выдал речь. Я ни слова не понял. Но как нормальный и образованный человек, понять на каком языке он разговаривает, вполне смог. Лопотал, этот самородок от этнографии, на финском или где-то близко к нему. Значит я всё-таки прав - финно-угорская группа.

   Народ принял речь 'народного самодеятеля' с большим вниманием и одобрением. Ну практически, как делегаты съезда речь дорогого Леонида Ильича. Они - 'встретили его речь продолжительными бурными аплодисментами и горячим одобрением'. Понять, что навещал этот 'авгур', мне так и не удалось, но толпа разразилась приветственными криками.

   После чего шаман чего-то сказал и махнул рукой.

  Видимо это уголовно наказуемое деяние по приему чужаков было неоднократно отработано. Мне - сироте!!! Захотели съездить дубиной по башке. (Как впрочем, и остальным). Но я был резко против столь предсказуемого развития событий. Да, встреча была отработана. И до сей поры видимо сбоев не давала. Но... как говориться: 'Переходя через дорогу, смотрите не на светофор, а на машины!!! Светофоры еще никого не сбивали...'. Так что этот номер им не удался. Хреновый тот боец, который не видит чего у него за спиной твориться. А эти дети природы 'грамотно' переместились нам за спину и приготовились к атаке. Ню-ню. Флаг вам в руки и трансвестита в койку по-пьяни.

   Стоящий сзади меня волосатый мо?лодец двинул мне по черепу дубиной и немного задумался. Непруха. Там где он рассчитывал здоровенной дубиной поправить мне прическу... не оказалось ни прически, ни даже моей головы. А вот его голова оказалось очень удачно развернута под мой удар. С присева я ему и влепил стопой в подбородок. Не знаю, чего у него там хрустнуло - шея или челюсть, но унесло его назад капитально. Он двигался в этом направлении столь быстро, что дубина его осталась на месте, а пальцы рефлекторно ухватили только воздух. Скорбный его полет - был недолог. Он сумел, ловко раскинув руки зацепиться по дороге за пару подельников прервать свое недолгое парение. После чего они все вместе весело изобразили живую фигуру 'пьяный Шива на отдыхе'.

   И понеслась веселуха...

   Гоша, имеющий такой же рост, как и у противника не задумываясь, треснул ему по 'помидорам', а когда тот очень удачно согнулся - он, лихим даром колена, разогнул его назад. Я успел заметить только эту последнюю часть. Несколько оторопев от столь быстрой смены декораций, толпа не ненадолго застыла, чем я моментально и воспользовался. Прихватив с земли дубину, неосторожно брошенную неудавшимся городошником, я немедленно изобразил нижний удар по ногам стоящему рядом 'предводителю команчей'. А когда тот рефлекторно подпрыгнул, предусмотрительно избегая травмы, я коварно изменил траекторию удара и с размаху треснул его по голове. Раздался жизнерадостный и четкий бильярдный треск.

   - Классный дуплет, Джокушка! От борта! - приветственно заорал Сим.

   Ещё один волосатый неандерталец сделал неудачную попытку ткнуть меня копьем. Отбив столь глупый выпад в сторону аристократии, я треснул и этого маргинала по башке. Под горячую руку досталось ещё двоим или троим. Никакого понятия о фехтовании они не имели, и бил я их безо всякого удовольствие.

   Большая часть УЖЕ одумалась и теперь лежа настороженно наблюдала за развитием событий. Один, правда, попытался стрельнуть в меня из лука. Но Шаис такого шанса ему не дал. Едва рука доморощенного 'ваххабита' пошла на натяг тетивы, (до этого он боялся в толчее задеть своих), как прилетевший дрын, изображающий здесь копье, смачно треснул его по ногам. Стрела рванулась в небо. Крутанув головой, я понял, на что, уставился народ.

   Выскочивший из драки Гоша азартно пинал нечестивого служителя культа. Тот только закрывался руками и чего-то тонким голосом вопил. Видимо призывал гнев богов на голову гоблина. Но боюсь, у него эти молитвы не пройдут. У гоблина свои боги.

   Все замерло в шатком равновесии. Только Гоша продолжал просветительскую работу среди шамана.

   - Ты на кого руку поднял?! Это... самый... знаменитый... вождь...! Понял, сволочь?!

   Шаман ему не ответил.

   - Дикобраз неумытый! Дебил... - продолжал откровенничать с ним Гоша.

   И что характерно - это выходило это у него... ну, прям на загляденье. Шаман внимал его откровениям с таким позитивом! Со стороны казалось, будто бы Гоша посланник от его бога и принес ему какую-то местную 'благую весть'. Лично у меня создалось впечатление, что этот сожитель с идолами уже начал понимать общий, на котором ему 'вещал' Гоша. Может это от того, что Гоша каждую свою фразу подкреплял молодецким пинком?

   - Хватит! Он уже понял, - скомандовал я неуставшему гоблину. - Так, - обратился я электорату. - Пошли все по домам. Праздник! К вам спустились любимцы Одина! Ву компрене?

   Меня естественно не поняли. Пришлось объяснить на пальцах - 'шо власть - переменилась!'. И пора готовить жрать и вообще принимать гостей полной программе. Народ, наконец, внял и рассосался, шоб принять дорогих гостей. Остались вождь и ещё пара несостоявшихся бойцов.

   Вождь, стоя на карачках блевал. Я не поскупился... когда приложил его дубиной. Теперь у него качественный сотряс и некоторое время ему будет не оспаривания власти. Остальные избиратели несколько пофигистически отнеслись к смене власти. Ну... от здорового фатализма ещё никто не умирал... в моем присутствии я имею в виду.

   Шаис завладел чьим-то луком и теперь бдил. А Гоша стоял и сторожил каждое движение шамана. Толстомордый 'любимец богов' прикинулся ветошью и не отсвечивал. Он делал вид, что типа без сознания и вообще жизнь в нем едва теплится. Ха! Пробить с ноги его 'кацавейку у меня и в бутсах не вдруг получится. Что уж говорить про Гошу одетого в сандалики. Он, в этом отношении пользуясь спортивной терминологией - 'любитель'.

   - Вставай... крысеныш! - обратил я свой благосклонный взор на шамана.

   Тот продолжал притворяться.

   - Встать! Ты, ледяной пот на яйцах трахомного бабуина!

   Гоша обладает многими талантами, в том числе запоминает мои ругательства. Вот и применяет их по делу и без дела. А свою фразу он опять подкрепил хорошим футбольным пинком. Шаман застонал, делая вид, что типа только-только очнулся. Но симулянтов Гоша нагляделся ещё в моем замке, да ещё каких. Нечета этому. Поэтому жалкие потуги доморощенного артиста его нежную и трепетную душу обмануть никак не могли.

   - Вождь, может я его зарежу? - надеждой обратился ко мне Гоша и потянул из ножен костяной ножик.

   Кстати те ножи, что были у нас - незаурядное произведение искусства. Уж не знаю, из какой кости их сделали. Вернее из чьей. Но пырнуть им, можно было без затей.

   Шаман, скосив глаза и увидев кровожадную рожу Гоши, решил 'внезапно очнуться'. Демонстрируя при этом полный упадок сил и смирение с судьбой. Он обратил свой ' чистый и мятущийся взор' на меня. Правда, боюсь шо с подбитым глазом, он был не такой 'проникновенный', как ему хотелось бы. Безошибочно распознав во мне главного, он чего-то там забормотал.

   - Засохни плесень! - напутствовал его Гоша.

   - Фи... Гоша. Какой ты всё-таки грубый. Он может нам гостеприимство предложить хочет. Ведь хочешь, трупоед? - обратился я служителю культа и выразительно погладил рукоять ножа.

   Тот меня естественно не понял. Но поняв, что его что-то спросили и чего-то желают, он с такой скоростью начал кивать головой, что я всерьёз стал опасаться, что она отвалится.

   - Во-от... что и требовалось доказать. С помощью ножа и доброго слова можно добиться гораздо большего, чем с помощью просто доброго слова... - перефразировал я Аль Капоне.

   - Шаис пошли, отведаем местного гостеприимства.

   Тот молча кивнул, и мы двинулись по стойбищу. Так сказать 'народ посмотреть и себя показать'. Народ испуганно выглядывал из-за занавесок из шкур, которыми завешивался вход. Бабы, шмыгавшие взад и вперед без особого смысла и толка, с немой надеждой поглядывали на нас. Они явно ожидали, что мы начнем первым - грабеж или изнасилования. Ну, по праву победителя. Они-то предпочли бы наверняка - второе. А чего? Мужчины мы видные. Нечета этим местным 'полуросликам'. Но я их, по всей видимости, разочаровал. Я показал на рот и высказал недвусмысленное пожелание:

   - Ам-ам, - сопроводив свое многословное объяснение изящным пинком по чьей-то некстати подвернувшийся заднице. Это возымело воистину волшебный эффект - хаотичное броуновское движение приобрело упорядоченность и цель. Та задница, которую я двинул, видимо посчитала себя назначенной любимой женой. Эта 'Гюльчетай' стала с визгом и воплями объяснять остальным, чего делать. Я даже слегка опешил.

   - Вот чего пинок-то животворящий делает! - тут же высказал свое мнение Сим.

   - Боюсь ты прав. Я походу сказал ей комплимент.

   Тут эта грымза обернусь и так многообещающе улыбнулась мне, что меня... с непривычки передернуло. И это случилось вовсе не от радости. Тетке было 'немного за тридцать', как пишут не которые из дам в интернете. Сколько ей было на самом деле, я не рискнул бы определить. Её прекрасное лицо похожее на печеное яблочко рассекали каньоны из морщин. Похожие на трещины в растрескавшейся грязи пустыни, а улыбка напоминала... нет, вовсе не Джоконду. Скорее она тремя оставшимися зубами она повествовала о тщете всего сущего. К тому же она была неимоверно грязна...

   - Гля! Как она на тебя смотрит... - не преминул подъеб... подъехать с непристойным предложением Сим. - Эта старуха Изергиль, готова тебе отдаться прямо тут!

   - Жаль... очень жаль, что не могу треснуть по твоей уродливой роже... Извращенец!!! А теперь представь, какие чувства испытаешь ты, когда я ей отдамся.

   Сим потрясенно замолчал. Видимо он представил. У него вообще богатое воображение. Я заржал вслух.

   Гоша, тут же отвлёкшись от созерцания куска мяса нанизываемого на палку, вопросительно уставился на меня.

   - Хочешь большой и чистой любви с этой 'красоткой'? - я кивнул на скалящуюся 'Изергиль'.

   Гоша отрицательно затряс головой, прям как при 'падучей'. Видимо у него тоже было хорошее воображение.

   - Что? Нет?! Можешь изнасиловать её по праву победителя! Я разрешаю... - я вовсю прикалывался.

   Гоша слегка отодвинулся от меня.

   - А ты Шаис, как?

   Дроу посмотрел на меня как на полоумного и оскорбленно отвернулся. Я заржал.

   - Шучу!

   В ответ Шаис только презрительно фыркнул.

   - Ладно, архаровцы*. Пошли устраиваться. Не думаю я, что они рискнут напасть после столь впечатляющей победы. Ну, а если рискнут...

   - Мы их зарежем, - тут же продолжил мою фразу гоблин.

   - Ага! Не больно. Фи, Гоша. Ну зачем же их сразу резать?

   Заняли мы естественно ярангу 'воскуривателя ладана'. Как самую большую и как посланцы богов. Ну а кем ещё мы можем быть? Все такие красивые из себя и могучие. Эта 'Хижина дяди Тома'* чистотой не блистала. Куча разнообразных шкур заменяла постель. Пучки какой-то травы. Кособокая глиняная грязная посуда. Чьи-то кости... Нищета неописуемая.

   Жилище местных аборигенов не блистало разнообразием. Остроконечные типи. Ну, или если хотите чумы. Сооружение из жердей, покрытых шкурами. Шкуры это лося или изюбря бог весть. Все входы смотрели строго лицом на юг. Это для сохранения тепла. Вот только не надо мне про долготу определяемую наклоном большой медведицы относительно склонения углового параллакса... к оси меридиана. И прочим там умным словам. Знаю я эти слова. Но куда этот параллакс смотрит и чего там счислять, я имею примерно такое же представление как лесоруб об интригах в Большом театре.

   Это я к тому, что понятия, где я нахожусь на просторах моей любимой и необъятной Родины я нахожусь, до сих пор не имел никакого. Был бы я хоть археологом, так по черепкам бы чего нить понял. Но никакого желания копаться в помойке находящейся около берега я не испытывал.

   Вот представьте обычного офисного работника, 'весело и с улыбкой' как говорил Никулин в знаменитой репризе, вывезенного на пикник. Ну и соответственно неслабо так принявшего там, на грудь энного количества алкоголя. И случайно забытого после пья... мероприятия. Он проснется, и... он хоть понятие имеет, в каком он времени. И вот если он будет куда-то идти, то выйдет на дорогу. Куда могу выйти я, какой счас век и 'Кой черт меня занес на эти галеры?' - я по-прежнему никакого понятия не имел.

   Вернемся к нашим баранам, вернее к нашим ярангам.

   Посреди 'пентхауса' шамана был выложен из камней очаг. В нем подернутые седым пеплом рдели угли. Дым тоненькой струйкой сочился в открытое отверстие вверху.

   - Бедненько и ...грязненько, - резюмировал я, оглядев убогий 'пейзаж'. - 'Нет, это не Рио-де-Жанейро', - умастив свою истомившуюся от похода задницу на ближайшую кучу шкур, я продолжил. - Вот интересно насекомые у них тут есть?

   Шаис ощупывающий и обнюхивающий пучки трав в изобилии видящих на жилах вдоль жердин остова этой походной кибитки - мечты, блин, скотовода.

   - Нет, в этом жилище ничего опасного, - резюмировал он. - А вот травки интересные...

   - Интересно чего ты там интересненького нашел? Гоша! - я повысил голос. - Хорош греть уши. Прекрати рыться в этой гадости. Иди и посмотри, чего они там готовят.

   Хозяйственный гоблин...

   Я по привычке продолжаю его так звать. Ну не могу я его пока парнем обозвать. Не могу и все тут! Так вот - хозяйственный Гоша повернулся ко мне как избушка из сказки. Ну, та, которая 'к лесу задом. Подумаешь, сменил он внешность. Манеры и сущность не укроешь. Тут некоторых наших 'звезд' вспомнишь с силиконом и 'ботоксами' всякими, ещё не так удивишься.

   - Вот, - он горделиво потряс каким-то мешочком.

   - Ну и чего это? - лениво поинтересовался я.

   - Не знаю, но оно было там запрятано.

   - Ну, ты прям 'Гугл'.

   - Кто?

   - В моем настоящем или вернее прошлом был такой интернет-поисковик...

   - А кто этот 'интернет'?

   - Так! Пошел вон, - я понял, что ещё немного и расспросы продолжатся до вечера. - Можно подумать ты 'ЧТО'ком на Галане никогда не пользовался. Иди! А мешочек оставь.

   Он с огромным сожалением положил его около меня и послушно выдвинулся наружу посмотреть и проконтролировать процесс приготовления пищи для посланцев.

   - Так чего там с насекомыми, Шаис? - продолжил я прерванную беседу.

   - Нет тут насекомых. А вот травки интересные. Эти, - он потряс каким-то пучком, - галлюциногены. Это - отхаркивающие...

   Надо сказать, что все мы изъяснялись на дикой смеси разных языков. Это был и общий, и русский, и даже некоторые слова из галанского. Если не было аналога на родном. Главное, что мы прекрасно понимали друг друга. Не говоря уж про исключительно ругательные способности гоблина.

   - А эти я не знаю, - Шаис ещё раз понюхал очередной пучок.

   - Какие, ты говоришь тут галлюциногенные? - заинтересованно спросил я.

   Шаис посмотрел на меня с плохо скрытым недоумением и протянул мне пучок. Я понюхал.

   - Ага... Экологически чистый продукт. Покурим. Ну и чего ты смотришь? Думаешь, я дурак?

   Он молча кивнул.

   - Э нет, брат. Водки-то нет, а курнуть немного не грех. Надо же мне расслабиться. Заметь, тебе я не предлагаю. Ты этот, полезный пучок отложи отдельно. Не покурим, так хоть придумаем куда использовать.

   - Куда, например? - сарказма в его голосе прибавилось.

   - Расслабься! Я придумаю. Тащи сюда свою задницу, как говорили в моем времени пиндосы, посмотрим на местные ценности, - я потряс приятно тяжелым мешочком. - Иначе чего шаман его тут прятал?

   Шаис подкинул пару веток в очаг, для освещения. Правда, это как-то не очень сильно помогло. Тогда Шаис запалил жировой светильник с каким-то, протухшим ещё при изготовлении, жиром. Я развязал мешок и аккуратно вытряхнул содержимое на шкуру. Светить добычу было неохота. Мало ли какие у них тут религиозные воззрения.

   Добыча Гоши и теперь соответственно наша, составила с кило самородного золота, какую-то липкую пузатую деревянную фигурку и десяток обработанных самоцветов.

   - Эти с оружия, - отложив шесть штук в сторону, резюмировал Шаис. - Эти, - он отодвинул пальцем четыре штуки в сторону, - украшения.

   - Бирюза, рубин, изумруд, - констатировал я. - Два десятка золотых... максимум. За каждый.

   Камни были полированные, а не огранённые.

   - Да, это явно не средневековье, - почесав 'репу', подвел итог я. - Хотя черт его знает, когда у нас начали правильно гранить камни.

   - Какая тебе, в конце концов, разница? Чего ты все время пытаешься узнать про время. Сто лет - туда, сто лет - сюда. Какая разница?

   - Э нет, яхонтовый ты мой, - с распевной интонацией базарной торговки начал я, - ни хрена ты не понимаешь! Это у вас сто лет туда - сюда, никакой роли не играет. Вы слишком медленные. У нас прогресс двигался несколько по-другому. Тут на Земле - такая жопа.

   - А, - Шаис легкомысленно махнул рукой, - чушь это все. Тут, что есть кто не убиваемый?

   - Не, нету. Но хотелось бы конкретики.

   - Зачем? - дроу вальяжно откинулся на ворох шкур. - Вот то, что нормального оружия нет - это плохо.

   - Я всё-таки надеюсь, что мы здесь не до нашей эры.

   - Брось. Хочешь новых подданных?

   - Ты этих имеешь в виду? - я показал пальцем за спину.

   - Ага.

   - Не, не хочу. С этими головных болей больше, чем прибытка. Отдохнем. Поедим. Возьмем проводника и двинемся дальше.

   - С трофеями что?

   - Ну-у, ты же меня знаешь. Поступим по совести. Как там у них у всех написано: 'не стяжай богатства на Земле?'. Ну вот, пусть этому постулату и следуют. Золотишко с камушками возьмем себе. А вот предметы культа - оставим. Я всегда уважал чужие религиозные чувства. Это им. И не спорь! - я отложил грязную и засаленную фигурку божка в сторону.

   - У него и на шапке были самоцветы, я видел, - нейтрально заметил Шаис.

   - Негоже трогать предметы культа. И не надо из меня монстра-то делать. Я бедный, но гордый. Грабить не будем! - я веско подчеркнул последнюю фразу.

   За тонкими стенами из шкур залаяли собаки. Потом раздался гневный вопль Гоши и раздался собачий визг. Потом забубнил женский голос, раздался звук смачной оплеухи, и голос Гоши произнес:

   - Нормально готовить надо! Так как тебе говорят.

   В ответ раздался оправдывающийся женский голос.

   - Наш барон всегда прав, - веско объяснил он. - А его правая рука, значит... - тоже всегда прав! - продолжил Гоша обучение местного населения языку и традициям развитого феодализма. - Поняла кошелка?!

   В ответ прозвучало что-то вроде:

   - Кюлля.

   - Однако это весьма странный и спорный вывод, - прокомментировал Гошину 'филиппику'* прислушивающийся Шаис.

   - А что ты хочешь? Мальчик учится. Э... Он на практике учится применять Суворовскую 'Науку - Побеждать'.

   - Мне интересно, что будет с шаманом, когда он обнаружит, что его тайник пуст?

   - Пусть обратится в ООН за компенсацией? - легкомысленно отмахнулся я.

   - А ООН - это что?

   - Ну, что-то вроде императорского совета всей планеты в моем времени.

   - И что этот совет имеет реальную власть?

   - Да... как тебе сказать. Это что-то вроде собрания старых маразматиков.

   - Это ты так шутишь?

   - Шучу. У нас так говорят о чем-то возможном, но несбыточном. У нас очень много идиом. Я тебе много раз говорил. Короче, это как если б серв поперся жаловаться в королевский совет на своего барона. Понял?

   - Да. Теперь - да.

   - Если тебе позвонили в домофон и задали идиотский вопрос: "Ты дома?", не раздражайся и спокойно ответь: "Да. А ты где?", - как всегда в своей манере поучаствовал в беседе Сим. - Можешь ему это озвучить.

   - Ага! И ещё полчаса объяснить ему, что такое домофон и почему не надо зарезать непрошенного гостя. Помолчи лучше все равно толку от тебя нет. Ты во мне испортился.

   - Нет. Я просто значительно поумнел. И теперь стал истинно 'гусским', - с непередаваемым еврейским акцентом ответствовала эта тварь. - Я весь в тебя...

   - Пройдемся? - предложил мне Шаис.

   - Пошли, - я стал вставать. - Должны же люди иметь счастье лицезреть своего нового вождя.

   - Если попадете в плен к людоедам, запомните два жизненно важных правила. Первое - не подмигивайте жене вождя, второе - никогда не подмигивайте жене вождя, - тут же посоветовал мне Сим.

   Я невольно улыбнулся и ответил:

   - Блин! Сим, у тебя нормальные советы есть?

   - Есть! Как не быть.

   - Ну и...?

   - Зимнее правило номер один: 'Не лови снежинки на язык, пока не убедишься, что все птицы улетели на зимовку!'. Такой совет реально тебе подойдет, - заржала эта сволочь....

   - Ну вот что тебе сказать на это. Ты ведь по большому счету прав, гнида...

  Выйдя из вонюченького жилища этого любителя поиграть на бубне на бис, я обнаружил, что на костерке пытались сварить суп. На самом деле костерков было несколько. На одном жарили здоровенные куски мяса. А вот на втором пытались сготовить 'супчик'. Когда я заинтересованно подошел и стал смотреть, ЧТО мне пытаются приготовить. Я не удержался и разразился гневной тирадой:

  - Гоша! Чтоб ты под себя ходил, а не ногами! Лошадь ты страшная! Это чё? - я обвиняюще уставил палец на... на 'кастрюльку'. - Подожди! Ничего не говори. Дай угадаю! Это будет суп!? Угадал?

  - Это будет уха, - доверчиво и ничего не подозревая подтвердил гоблин, стоя у костра и контролируя процесс приготовления пищи.

  - Да чтоб тебе всю жизнь заниматься пассивной некрофилией! Зоофил ты недоделанный. Ты чего вспомнил свое беспризорное босоногое прошлое в своем стойбище?!

  - Чего...

  - Чего?! Ты ещё спрашиваешь?

  - Грыжа протухшего тролля!

  - А все продукты свежие. Я сам смотрел.

  - И ты думаешь, я буду ЭТО... есть?

  - А чего?

  Искренне недоумевающий гоблин никак не мог понять, в чем его вина. Он насупился, ожидая моих разъяснений.

  - Не, ты натурально - лошак!

  Дело в том, что еда - это всегда хорошо. Осталось объяснить причину моего гнева. Вы, небось, думаете что 'уху' варят в котле. На худой конец, в горшке. Так вот - как бы ни так!!! Варят это адское варево, в кожаном ведре опуская туда раскаленные камни. Мало того что камни туда попадают грязные. Мало того, что они при этом крошатся от перепада температур. Но самое-то главное, ведро это - НИ РАЗУ НЕ МЫЛОСЬ со дня своего 'рождения'. Я даже боюсь предположить, сколько там кил грязи, бактерий и прочих 'радостей' для моего нежного организма. Никто никогда тут не слышал не то, что о Луи Пастере. Они слово 'гигиена' никогда не слыхали. И как они тут ещё не вымерли от инфекций. От негодования у меня даже ругательства кончились. Ладно - эти. Но Гоша-то? Культурный гоблин! Хотя в его старом теле ему было все равно, что жрать. По-моему он мог переварить даже камни. В своем старом теле. Но вот теперь у него новое тело. А как оно отреагирует на 'достижения' местной 'гастрономии', я боюсь предположить. Его случись что, его даже лечить от поноса нечем. Хотя может Шаис и найдет, какую травку.

  - Ну, чего ты ругаешься? - прорезался Сим. - Я что тебе говорил?

  - Что? - на автомате переспросил я.

  - Если сосиски отварить с кубиком говяжьего бульона - то они будут пахнуть мясом, - тут же жизнерадостно разъяснила мне мои заблуждения эта тварь.

  - Короче 'Склихасофский'! - обратился я уже к Гоше. - ЭТО... - будешь жрать сам.

  - И съем!

  - Да, на здоровье.

  Шаис с ухмылкой наблюдал за нашей перепалкой. Местные 'красавицы' тоже заинтересованно прислушивались, пытаясь понять, чем это, такой грозный я, недоволен. Но посматривали они исподтишка. Стараясь ничем не выдать своей заинтересованности.

  - Шаис присмотри за мясом. Травы что ль, какой добавь. А то останемся голодными.

  Он молча кивнул и отправился к дальнему костру. Я пошел по стойбищу посмотреть на народ и себя показать... хотя себя-то мне показывать не надо. И так все заинтересованные лица видали.

  Наверное, можно надо рассказать о чудесной здешней природе, о том, что птички там поют и разная живность бегает.

  Хренова-то тут, судя по всему. Это каменный век. Или если не каменный, то ребята в здоровенной изоляции. Хотя судя по золоту и обработанным камешкам - цивилизация рядом есть. Но языка я не знаю, и изучать его, желания никакого нет. Глубоко пофиг, откровенно говоря. Грабить тут по праву победителя - некого. Вернее нечего. Ну, возьму пяток-десяток шкур. Судя по рожам и зубам, они тут не изнывают от переедания. Вот собаку взять можно. Хотя Гошу использовать вместо собаки можно. Он как не странно не сильно потерял в своем нюхе, несмотря на смену тела. Странно меня это как-то даже не очень и волнует. Запас удивления, что ли кончился?

  Посмотрев на мужичка поздоровше, я подозвал его и знаками объяснил, что мне требуется мясо. Судя по солнцу ещё даже не полдень. Так что давай на охоту. Как не странно меня поняли.

  Опасливо поглядывая на меня. Мужики собрались и отправились за пропитанием. Видимо поняв, что мы задержимся, но население ни резать, ни обижать не будем - охотники стали гораздо покладистей. Свистнули собак и ушли. Да, фатализм великая штука. Смирились с судьбой. Пришельцы странные, но не злые. Кстати и помыться надо. Баньку там организовать.

  Я уселся на пригорке и занялся самым полезным - размышлениями.

  Ладно, надо определиться насколько мы здесь задержимся. Пары-тройки дней достаточно. Сейчас судя по моему сиротскому опыту - апрель. Широта с долготой хрен его знает. Но судя по растительности - европейская территория. Не Сибирь. Хотя я могу и ошибаться. Племя - кочевники. Собиратели-охотники. Тюркская или финно-угорская группа. Подробнее даже не определишь. Ну, не специалист я. А такие тут повсеместно бродили по территории нашей необъятной родины. И на севере и в Сибири. Город надо искать. Цивилизацию.

  Я размышлял и поглядывал по сторонам. Но чувство было мерзким. Опять начинать все сначала. Одно могу сказать твердо.

  ЗА-ДОЛ-БА-ЛО!

  ЭТО МОЙ МИР!

  И больше оглядываться на жалость и прочие человеческие тенденции я не буду. Слишком хорошо я знаю историю. И чем кончали 'человеколюбивые, да жалостливые', тоже. А посему... жить и вести себя я буду так, как подсказывает мне мое разумение. А я барон Ольт! И в 'Эру Милосердия'... - без меня. Иначе плохо можно кончить.

  Я поглядел на Гошу. Ну, вот и ответ. Белобрысый уже пользуется большим спросом. Около его костра вертелось пара девок. И тот уже что-то им рассказывал и показывал. Те хихикали, и вовсю строили ему глазки. Пусть его развлекается. Улучшение генофонда задача почетная и смотрели тут на это всегда благосклонно.

  В общем, потихоньку жизнь входила в рабочую колею.

  Торопиться мне было совершенно некуда. По крайней мере, ближайшие лет десять. И я решил задержаться здесь на несколько дней. Надо вооружиться. Да и запас пищи приготовить. Соваться голым в никуда - это не самая лучшая идея. Попытки сделать меня рабом или поиметь с меня что-то против моей воли я воспринимаю весьма болезненно.

  На следующий день вождь по заковыристому имени Ыргынтар, уже ковылял по стойбищу и руководил. Поняв, что на его власть я не покушаюсь, и репрессий не последует, он смирился со своей судьбой и сделал вид, что мы его дорогие гости. Шаман отлеживался в соседней яранге, делая вид, что совершенно разбит и потрясен. И что вообще, его жизнь висит, ну прям на волоске. Весь его вид при моем посещении демонстрировал, что вот-вот он помрет. Толстая рожа и прижмуренные глаза лежащего под ворохом шкур должны были убедить грозного неведомого пришельца в том, что он безобиден. И только то, что мы здесь - задерживает его в этом мире. А так бы он уже давно помер. Ладно, пусть живёт. Не стал я его трогать.

  Гоша сделал боло. После чего получил приказ обыскать стойбище на предмет полезностей. И со всем пылом приступил к заданию.

  А Шаис 'смастерил' себе лук. Ну как смастерил? Хрен его знает как, но у вождя хранился боевой клееный лук. То ли это бывшей трофей, то ли подарок. За неимением запаса слов, сие выяснить не удалось. Но он хранился правильно завернутым в шкуры и вождь чуть не плакал, когда Гоша обнаружил его и передал Шаису. Тот моментально ухватился за него, и теперь вырвать его у него можно было только с руками. Он занялся апгрейдом, смазывал его и изготавливал запасную тетиву. И занялся изготовлением стрел. В запасе у вождя было только три стрелы. С бронзовыми(!) наконечниками. Цивилизация выходит где-то есть.

  Ыргынтар ходил вокруг меня и чуть не плакал, умоляя его отдать. Показывал то на небо, то на землю... в общем, рассказывал мне о том, что без этой штуки его жизнь теряет всякий смысл.

  - Плюнь братан. Тебе он не к чему, - я хлопнул бедолагу по плечу. - Вы люди мирные, я же вижу, - я объяснил ему правильную политику партии. - А я отдарюсь. Не боись! За мной не заржавеет.

  Тот расстроенно что-то замычал в ответ. Но я уже знал, как отплатить, в общем-то, незлым аборигенам за 'подарок'. Я подозвал Гошу изучавшего неподалеку местный язык с двумя девчонками, с которыми он провел прошлую ночь.

  - Возьми подружек и вон тех пацанов, - я ткнул пальцем кучку 'пионеров' поблизости. - И организуй коптильню. Эти живут рядом с рыбой и кроме сушеной и вареной не знают ничего. Вперед.

  Гоблин приступил. Благо недостатка ни в помошниках, ни в материале не было. Любопытная пацанва крутилась вокруг и была готова на все, чтобы подсмотреть, как работает настоящий мастер.

  Между тем как оказалось, я забыл самое основное. Нет, это не устройство коптильни. Про это я расскажу позже. Главное это то, что я в каменном веке. Ну, в данный момент. Надо прокопать несколько ям. А чем?

  Гоша уже под моим чутким руководством объяснял пацанам - чего он хочет. Я чувствую, что вскоре начну и знаками изъясняться лучше, чем глухонемой. Два десятка слов, которые я усвоил, не особо мне помогали. Но вот Сим оказался незаменим и на высоте - он стал подсказывать мне слова, ну прям как суфлер.

  Пока я был занят высоким (ну размышлял я... о разном) рядом ходила местная девчонка, которую мне пытались подложить в постель. И только то и делала, что называла разные предметы вокруг. Кстати о сексе. Шаис тоже не оказался обделен таким вниманием. Правда у меня создалось ощущение, что его хотело использовать, да и запало почти все женское население. Около постоянно терлись и оказывали разные знаки внимания, по-моему, вообще все бабы. Ну не понимаю я, чего они нашли в этом альбиносе. Флюиды что ли он какие-то распространяет? Ну да черт т с ним. Буду я следить, спит он с кем или нет. Вот то, что "сифилисов" тут всяких нет, в этом я уверен. 'Культура' сюда ещё не добралась. Так что с этим все в порядке.

  А мне пару раз делала столь прозразные намеки эта 'Старуха Изергиль', ну, та которую я пнул. Это что у них тут ритуал ухаживаний такой? Или эдакое ненавязчивое предложение секаса? Я как-то даже побоялся пнуть её второй раз. Ещё решат, что я посватался!

  А. Так вот. Смугленькую и вполне себе скуласто-сисястенькую девку в постели её по её прямому назначению я использовать не стал. В отличие от гоблина. Тот, похоже, оторвался в новом теле по-полной. Проверил его на экстремальные нагрузки так сказать. Поначалу он, было, устроился в моем чуме, но минут через пятнадцать я выгнал любвеобильного гоблина на природу. Снабдив на прощание ворохом шкур и благословляющим пинком.

  А то задолбали они там шуршать, стонать и осваивать всякие новые позы. Гоблин посматривал порно каналы на Галане и стал весьма разносторонне развитой в этом плане личностью. И решил за счет моего сна поразить местных аборигенок широтой своего кругозора в этом вопросе. Касмасутрист недоделанный.

  Не, я мог отключить слух и поспать. Но зачем? На улице тепло, шкуры мягкие - не замерзнут. А так отключишь слух - расслабисся и все. Нет, в то, что на меня рискнут, напасть я не верил ни на секунду, но... как иногда правильно говорит разные афоризмы и советы этот недоделок Сим: 'Когда вы с другом убегаете от медведя, важно бежать быстрее друга, а не медведя!'. Так что мы лучше будем бдить.

  Иленай так представилась 'моя' подружка было обрадовалось тому, что мы остались 'наедине'. Не считать же помехой дроу, чем-то занимающегося в своем углу. Но куда там. Брезгую я. Что делать. Научился я спермотоксикоз преодолевать и уже не трахаю все, что шевелится. Вместо этого я заставил её чего-то рассказать. Под её бубнеж я благословясь и уснул. А то, что она рассказывала и разные там слова, запоминал Сим. А я? Я спокойно завалился спать и выспался.

  А, так вот о коптильне. Решил я облагодетельствовать местных Сим чудом неизвестным им. Так вот. Нужно всего-то вырыть канаву, накрыть её дерном, сделать топку, сделать решетку... ну и так далее.

  А изо всех инструментов у нас имелись только три костяных ножа - длинной в две ладони. Ничего не могу сказать - ножи отличные. Крепкие. Но размышлять кто, зачем и как снабдил нас разными девайсами - я бросил на первом километре. Один хрен, что не придумаешь... все равно - правда. Потому что дальнейших ништяков не предвидится и остается пользоваться только тем, что есть.

  Копать ямы нарезать дерн одним ножом задача весьма не тривиальная. Но Гоша справился к обеду. Я всегда говорил энтузиазм великое дело. Особенно правильно мотивированный. Когда объяснили местным про новую вкусную еду - дело пошло. Они практически все стали 'добровольцами'.

  Итак. Самая примитивная коптильня - это две ямы. Топка, дымоход и труба-домик, куда и помещается жертва для копчения. В общем, на небольшом обрывчике выкопали они топку в полметра. От нее вывели канаву-дымоход. Потом её сверху накрыли каменными плитами, а места стыковки плит плотно-плотно зашпаклевали сырым мхом. Плиты и камни сверху накрыли пластами дерна. Топка с дымоходом получилась метра в три.

  Прежде всего, во всей этой фигне надо усвоить главный технологический принцип: в любом случае продукт должен коптиться в обновляющемся, подчеркиваю обновляющемся. Ну, или по научному в циркулирующем потоке дыма, а ни в коем случае не печься и не жариться на языках пламени. А это значит, что продукт должен быть удален от прямого воздействия жара и пламени. Вот. Ну, а сама температура копчения не должна быть слишком высокой (самый простой тест - дым не должен обжигать руку). На энтой простой аксиоме и зиждется устройство любой коптильни.

  Что ещё?

  Копчение бывает холодным и горячим. Кстати для справки: холодное - наиболее качественное. Вот так-то.

  Ну, а у нас традиционный вариант - довольно длинная топка, переходящая в дымоход, который в свою очередь сообщается с отсеком для копчения. Что мы сделали. Там где выход дыма соорудили камин-трубу. Видел бы кто это сооружение - помер бы со смеху. Кривое, косое, но зато крепкое и не собирающееся заваливаться. Камни промазали глиной. Оставив дырку сверху. Потом мы её закроем дерном на обрешетке. Только травой вниз. А то с землей продукт жрать, не комильфо.

  Что ещё вам о коптильне? Да! В месте перегиба дымохода необходимо установить колосник. Если кто думает про чугун, то зря. Нам сошла и простая решетка из перекрещенных осиновых веточек, предварительно правда очищенных. Он нужен для того, чтобы случайно упавшая рыба или мясо не испачкалось в саже и вообще не пропало.

  В стенки мы вставили березовые ветки поровней. На них и повесим ветки с мелкой рыбой, а если крупная, то положим ее на основные брусья.

  Рыбы в реке валом. Тут даже на костяные крючки и примитивные морды вылавливают классные экземпляры.

  Построили.

  Местные глядели во все глаза. А как же новый девайс. Гоша заколебался, правда, объяснять, что коптят обычно на ольхе, осине, иве... но пара пинков и подзатыльников совершили магическое действо. Поток дров стал нормальным.

  Уже в обед развели сильный огонь из сушняка, а потом когда подсохло и прогорело - зарядили в топку партию трухлявых поленьев... и процесс пошел.

  Народ слонялся и поглядывал. Ну чисто дети вокруг новой машинки и куклы. Не, так-то они нормальные, когда за твоей спиной сила. И даже дружелюбные. А Гоша важничал и руководил процессом.

  Чуть ближе к темноте, наконец, достали рыбу. Гоша даже приволок немного соли - это тут огромная ценность. К весне она закончилась, и скоро надо будет идти туда, мне махнули в сторону юга - меняться и торговать.

  'Мы славно поработали и славно отдохнем!', - подумал я засыпая. 'А завтра надо будет и баньку организовать!'.

  - Когда моешься в ванной - лучше включи воду, мыться будет гораздо легче, - посоветовал мне перед сном Сим.

  На третий день мы помылись.

  Согласен, звучит несколько ...странно. Но что делать? Такова суровая 'сермяжная правда'. А теперь непосредственно о помывке. Баня - это песня. А то я весь уже исчесался от местных прелестей.

  Представляете, какое удовольствие я получил, устроив парилку практически в сурвайверском боевом походе на берегу реки. Рекомендую всем воспользоваться сим способом. Он прост, как и все гениальное*.

  Итак, баня в походе 'по-черному'!

  Это более жаркая баня, но вместе с тем и более дымная, грязная и требует наличия некоторого опыта.

  Есть три подхода, первый: камни собираются большой пирамидой, в основании которой часто лежит огромадный валун. Он, как правило, вовсе и нетранспортабелен. Для него подбирают камни - окатыши, прочность и стойкость которых испытаны самой природой. Сверху и вокруг сооружается огромный костер, который не поджигается до тех пор, пока его полностью не сложили из всех имеющихся дров. Больше в костер ничего не подбрасывают - ждут, пока прогорит.

  Второй подход. Складывается своего рода печь насухо - буквой 'П', в основании которой разводят костер и несколько часов (4-5-6) топят.

  Третий вариант - делается ящик из железных прутьев, толстой проволоки с камнями и его кидают или устанавливают над костром.

  Я естественно воспользовался первым способом - как самым простым. Да и железных прутьев вокруг не наблюдалось.

  После прогорания костра остатки несгоревших дров мы сдвинули подальше. Мелкие угли размели свежесорванным веничком. Всё вокруг камней обильно полив водой и застелив лапником, мы поставили стены. Стенами, естественно стал наш чум. Пока горел костер, чуть в стороне мы приготовили наше жердевое жилище. Чтобы сразу им накрыть камни сверху. Правда, переносить его пришлось всемером. Но что делать - издержки производства. Вот собственно и всё - наша баня готова.

  Не могу не упомянуть и специфике. О некоторых моментах, которые необходимо если не знать, то хоть учитывать.

  Помните! Во время нагревания камней они трескаются. Это происходит из-за разного коэффициента температурного расширения различных включений. Именно поэтому камни желательны однородные. Также они трескаются из-за резкого изменения температуры. Например, вытащили валун из речки и сразу в костер - скорее всего он весь растрескается. Но! Во время полива камней в самой бане они на практике уже не взрываются, даже если во время нагрева была сплошная канонада.

  Хороший индикатор температуры - пар. В хорошей бане после полива камней пар поднимается кверху и исчезает в воздухе горячей волной. Когда баня остывает (мало камней или они уже остыли) после полива камней, баня заполняется чрезвычайно густым туманом. Это сигнал о том, что данный заход - последний.

  Обычно первый заход в такую баню это только разогрев себя и "помещения". А вот второй - уже полноценное паренье. Сразу после такого 'захода' Гоша и сиганул в реку охладиться. Не привык бедолага к новой коже. В то время как с диким ором Гоша 'плескался' в ледяной воде. Из ' сауны' выскочил и Шаис. Он моментально присоседился к диким воплям гоблина, оставив меня в одиночестве потеть. Надо было видеть рожи местных аборигенов весьма озадаченных этаким шоу. Голос у дроу естественно на голос Баскова не походил, но и его руладу после выныривания оценили на бис.

  Большим минусом таких бань является значительная разница температур внизу и вверху. Это "лечится" застиланием ковриками места для людей. У нас ковриков не было, поэтому пришлось воспользоваться малобэушными шкурами неизвестных животных. Неизвестных потому как шкуры были почти лысыми и испортить их, нам не грозило.

  Шампуня у нас не было, но добыть щелок из золы - проблемы не составило. Во всяком случае, для меня.

  На следующий заход я приволок и свою 'подружку'. Вот чтоб её помыть - пришлось приложить неимоверные усилия. Но поверьте, ночью я с огромной радостью неоднократно убедился 'шо оно тово стоило'. И теперь я абсолютно уверен, что спермотоксикоз мне не грозит.

  Когда мы уже собрались, то местный вождь стал настолько любезен, что подарил нам на прощанье меховые одежды. Видимо наша помывка сильно его впечатлила.

  А мы взяв проводника стали пробираться дальше.

  Десять дней переться по лесу - то ещё "удовольствие". Первые дни конечно с непривычки было паршиво, но потом втянулись. От не хрен делать, я по дороге изучал язык аборигенов. Сами они себя называли - люди. На их местном наречии - 'эргын'. Много не много, но лично я сотни две слов запомнил.

  Не, не буду отрицать прелести походной жизни. Всякие там песни у костра, ночевки у него же, появляющиеся комары, дичь во всех видах.... Это все конечно классно. Но только мать твою, когда из задолбавшего тебя города едешь отдохнуть! А не когда речь идет о самом выживании. У меня вся эта 'романтика' порядком достала. И даже не порядком, а очень сильно. Шаис с Гошей учили русский, а не только ругательства 'на великом и могучем'. Шаис продолжал 'исследовать' магию. А Гоша тренировал новое тело и боевые навыки для него.

  Правда, подведя итоги моего очередного "попаданса", я слегка расстроился. У Сима силенок убавилось. Но что меня радует, я ни скорости, ни своих благоприобретенных умений не утратил. Это уже отлично. Шаис с Гошей тоже. Новых умений пока вроде не прибавилось. У Шаиса из магии ему доступной остались огрызки. Это его возможность воздействия на растения. Эта хрень у него в крови. У меня же осталось 'истинное зрение'. Но на хрена оно мне тут, где нет магии? Я это не очень пока представляю. Хотя нет. Магия Шаисова есть. Магия леса. С растениями он мог договариваться. Но вот, что конкретно он может - не говорит.

  - Могу определить съедобное-не съедобное, опасное-не опасное.

  И все. Тут я вызверился и заорал:

  - Я, мля и без твоей сраной магии могу тебе сказать, что тут опасно, а что нет! Тоже мне эльф недоделанный!!!

  Он на эльфа обиделся и молчал до вечера.

  Судя по температуре, положению солнца и продолжительности дня - мы где-то ближе к северу. Да рожи у аборигенов на северян сильно смахивают. По рыбам, птицам или животным определить местоположение не представляется возможным.

  Из рыбы я знаю плотву, окуней и корюшку с треской.

  Корюшка водится в Финском заливе, а треску с кумжей и пикшей я ловил на Севере. Я, конечно, не беру в расчёт филе какого-нибудь палтуса или телапии. Думаю, они в виде филе тут вообще нигде не водятся. Что ещё? Ну, семгу знаю... крабы ещё, северные. Вот и все мои знания о рыбе. Вороны, глухари и сойки о местоположении ничего не говорят. Олень - он олень и есть. Кабан тоже. Ну, бурундуки всякие попадались. Лис видели. От волков бог миловал.

  Шли мы как по шоссе, только лес задолбал слегка. Природа это хорошо, но цивилизация лучше. Проводник парнишка лет пятнадцати практически ровесник Гоши, по имени Самрат кое-как начал объясниться с нами. Ему было тоже интересно с нами поговорить.

  Ах да на десятый день мы опять встретились с цивилизацией. Если кто думает, что мы вышли к городу, то разочарую. Нашли ещё одно стойбище.

  Опять куча яранг, куча немытого народу и никакой цивилизации. Самрат потерся носами с кем-то, поклонился вождю и старейшинам и нам предоставили ночлег с угощением. На гостиницу даже в одну звезду все это не тянуло. Да, и мы тоже поклонились. Не скажу за всех, но в некоторых моментах я такой душка-демократ, прям страх.

  Ну чего сказать? Стойбище как стойбище. С небольшими изменениями. Народу чуть больше. Ну, организовали пир. Река рядом, так что рыбы валом.

  Шаман там, правда, пытался чего-то бухтеть про жертвы. Под жертвами как я понимаю, он имел в виду нашу компанию. Но получив пару раз по почкам от Шаиса, который неизвестно как просочился в его жилище. Похоже, сделал он это, минуя стены и к огромному и искреннему сожалению шамана не обратив никого внимания на заклятия и обереги. После чего он как-то сразу успокоился и даже преисполнился большого уважения к гостям.

  Правда, как Шаис со своим запасом в полста слов смог донести до него мысль: 'что это плохо так думать о гостях. И вообще с некоторыми лучше дружить. В частности с нами. Тогда есть хоть какая-то гарантия дожить до завтра, несмотря на обереги и расположение богов...'.

  Волосатый и грязный 'Эксплорер' воли нижнего и верхнего мира, сразу проникся идеями миролюбия и интернационализма. И теперь он думал только о том, как бы побыстрее нас сплавить. Он даже разразился на эту тему речью. Типа, 'мир - дружба - жвачка'. И пусть поскорее достанется другим 'это счастье - мы'.

  Организовали пир. Ну не пир, так большую обжираловку. Но хоть от души. Пришли новые люди. Расскажут новости или истории. Я, оправдал их ожидания, врал напропалую и рассказывал в благодарность разные байки. Шаман хоть и кривился, поглядывая на нас, но делал вид, что рад. Попробовал бы он гнида, что-то вякнуть. Я б его совсем не больно придушил бы. Сижу я кушаю рыбку, запиваю её простой водой, и тут вмешивается в мои мысли на этом 'пиру', Сим:

  - Знаешь, что я тебе скажу, Джок?

  - Что?

  - Самым медленным интернет-соединением за всю историю был признан тот самый грек, пробежавший 42 километра за три часа, чтобы передать 32 бита информации: 'Радуйтесь, афиняне, мы победили!'.

  - Это ты к чему? Шаман оказался быстрее, - выдал он и мерзко захихикал.

  - А я с тобой согласен. Пустить на самотек свою безопасность? Это надо быть идиотом, - подвел я итог, после чего продолжил набивать брюхо местными 'деликатесами'.

  Не знаю, местные относились к нам более-менее нормально. Торговли у нас с ними не было. Менять пока было нечего. Поэтому рады были и тому, что покормили. Передохнули денек и двинулись дальше.

  Я все раздумывал, куда меня черт занес на этот раз. Ответ я получил через три дня.

  Самрат выцвел меня на дорогу.

  - Дорога, город - туда, - выдал он и показал пальцем куда идти.

  - Краткость сестра таланта, но это вовсе не значит, что талант брат краткости, - в своей извечной манере прокомментировал Сим.

  - Угу, - согласился я с ним и вслух произнес:

  - Я твой должник Самрат. Надеюсь, ещё увидимся, и я смогу отблагодарить тебя.

  Он молча поклонился, сделав вид что услышал. Развернулся и канул в лесу. Лесовик, что тут скажешь. Лучше его, наверное, только Шаис. Он между тем осматривал кусты на обочине, дорогу, щупал траву. За всем этим действом мы с Гошей наблюдали с большим удовольствием. Сразу видно профессионала. Наконец он закончил.

  - Ну, и какой вердикт? - не выдержал я.

  - Шесть телег проезжали три дня назад.

  - Да уж, понятно, что это не автобан Цюрих - Берлин. Что-то ещё?

  - Десять человек воинов, три купца шесть возниц. Из воинов трое лучников остальные мечники. Вооружение стандартное - щит, меч. Одоспешенны. Один вооружен секирой.

  - Эх и нихрена себе?! - выдал я резюме.

  Не верить дроу не было ни малейшего повода. Он всегда говорил мало и только то, в чем был абсолютно уверен.

  - Но как, Шаис? Как ты определил?

  - Дорога рассказала. Растения все помнят...

  - Магия?

  - Нет. Опыт. Телеги ехали с грузом. Остальные шли пешком, вот и сохранились следы.

  Твою дивизию! Следы!!! Тут, на мой взгляд, из всех следов только чуть видная колея. Ну, трава примятая. Вот же следопыт. Поневоле обзавидуешься.

  - Ладно. Двинулись, - подвел я итог дискуссии, и мы пошли по дороге к цивилизации. А меня посетило какое-то дежавю. Опять мечи. Значит, влетели мы до семнадцатого века. Ща найдем город и посмотрим что тут к чему.

  Прошло ещё два дня пока мы, двигаясь по дороге, обнаружили цивилизацию.

  - Там - деревня, - Шаис ткнул в незаметную тропинку вправо.

  - Ну, пошли, посмотрим, чего там... и как.

  Продираясь по едва заметной тропке, с кучей ловушек километра через три мы вышли к какой-то... ...веси. Другого слова я подобрать не мог. Мы стояли в кустах и разглядывали... это... жилье. Три дома-полуземлянки крытые прелой соломой. Никаких печных труб и прочих пятистенков. Никакого стекла, в окнах бычьи пузыри, черные бревна. Пара коров, какой-то огрызок поля, которое мужик с парнем пашут на таком одре.

  Мирное сельское поселение...

  Я мысленно взвыл. Да чтоб сапогом и мне по яйцам! По ходу влетел я по-полной! Это либо монгольская, либо домонгольская Русь. Вот твою ж... жопу на барабан! И что теперь делать? То-то этот толковал про князя. Да что ж та не везет то так?! Хоть бы в 'галантный век' вперлись. А тут ни народу... ни-че-го! Эх и взбесился я. Правда, молча. Эх! И накатило на меня!

  - Сзади воины на лошадях, - раздался бесстрастный голос Шаиса.

  Гоша мгновенно ощерился кинжалом в левой руке, а правой стал доставать любимое боло. Я же почувствовал неизъяснимую радость. Вот счас мне кто-то и ответит на все невысказанные вопросы.

  - Посмотрим, кто... и валим всех, если что, - коротко распорядился я.

  Что-то мало мне верилось в миролюбие воинов едущих в эту деревеньку. Хотя это могли быть и сборщики налогов и люди местного князя, и просто проезжие... но вот интуиция кричала, что не с добром идут воины.

  Шаис снял свой плохонький лук, который смастерил первым делом. Стрелы у него конечно были дрянь, с костяными наконечниками. В основном на дичь. Но зная меткость дроу, разницы для жертвы большой не было - засадят тебе в глаз стрелу с костяным наконечником или с металлическим.

  Шаис оттянулся назад, вглубь леса шагов на пятнадцать-двадцать. Гоша молча перетек на другую сторону тропинки. Там было больше места, где можно раскрутить боло. Вокруг тропинки росли кусты, эдакий густой подлесок, так что гнаться за нами на коне дело весьма бесперспективное. Проезд есть, но только по одному, гуськом. Хорошее место.

  Я разместился за здоровенной сосной, так что заметить меня можно было только в упор. Я достал костяное изделие неизвестного мастера и подкинул в руке. Уж одного-то я вальну без вопросов. А затем останусь только с кистенем из камня. Я посмотрел в сторону Шаиса. Вот же 'Чингачгу?к'. В пустом весеннем лесу он растворился, как кусок сахара в кофе. Умеет, чего и говорить. Даже зная где он, разглядеть мне его не удалось. Посмотрел на Гошу. Его тоже в зарослях не особо заметишь.

  Прошло меньше минуты, и на тропинке появился первый всадник. Я молча кивнул Гоше, проведя большим пальцем по шее. Это означало, валим, кого можем - и если что, сваливаем в лес. Черт его знает, сколько их. Все было ясно. Первый всадник был раскосым и на мелкой лошадке. Явный степняк, одетый в засаленный халат. На его башке был малахай или что-то подобное. В общем, лисий треух. На поясе сабля, за спиной лук в налучье. Колчан был приторочен к седлу.

  Это он совсем зря. Ничего он не успеет - покойничек. А вот, сколько их сзади?

  Первого степняка, судя по всему дозорного - мы пропустили. Шаис все равно не даст ему уйти. Шагах в сорока позади него ехали остальные. Восемь человек. Неполный десяток. Даже заводные лошади были. И судя по всему с добычей. И сто процентов перлись, не поздороваться с деревенскими, и не выпить с ними самогону.

  Ну что ж? Тут пару-тройку мы приголубим.... А дальше - как пойдет.

  Этот красавец-дозорный даже сидя на лошади, был чуть выше меня. Остальные тоже не отличались богатырским сложением. В общем, напоролись мы на легковооруженных конников. Почти все были одеты одинаково. На головах малахаи, отличающиеся лишь материалом. Шапчонки были с острыми или с округлыми тульями и расширенным кверху околышем, с которого свободно свисали пушистые звериные хвосты. Все кроме одного одеты во что-то вроде халатов. У двоих стеганые, с косым запахом и узкими длинными рукавами. На руках у всех кожаные рукавицы. Все в штанах и сапогах. Вооружение лук и сабля. Несколько человек с копьями. И что характерно, у каждого волосяной аркан возле седла. И только один в кольчужке и корявом шлеме. Десятник, наверное. Вот его и буду валить первого.

  Пока я их разглядывал, в голове всплыло слово - людоловы.

  Ню-ню. Не всем сегодня удастся поймать удачу.

  Мое раздражение и злоба плавно перетекли в кристальную ясность чистой и незамутненной ненависти к... этим. Они подъехали и я, вышагнув из кустов, я метнул отлично сбалансированный костяной кинжал в десятника. Он стал заваливаться с кинжалом в шее. Секунда ушла у них на осознание того, что их вдруг начали убивать. В этот момент послышался шелест боло и один из степняков получил его на шею. Главная подлость состояла в том, что камни на концах так хлестанули беднягу по раскосой роже, что он без звука стал валиться из седла.

  Не иначе как "от большого ума" пара придурков, завизжав что-то воинственное ломанулось ко мне, безоружному. Наверное, они хотели поблагодарить, за то, что избавил их от плохого командира. Двое рванули к Гоше, доставая сабли. Оставшаяся парочка стала доставать луки, чтобы поддержать меткими выстрелами своих боевых товарищей.

  Дико визжа чего-то нечленораздельное первый 'орел' наезжал на безоружного меня, размахивая саблей.

  Вот так и гибнут во цвете лет!

  Когда он почти подъехал я, не дожидаясь пока меня, рубанут саблей, шагнул обратно за сосну. Степняк ловко двинул за мной, намереваясь закончить дело одним ударом. Оно и закончилось одним ударом, когда этот придурок появился там вместе с лошадью.

  Я наврал.

  У меня остался не только кистень. У меня с той стороны сосны стоял двухметровый боевой шест из выдержанного дуба. Я приватизировал пару штук в яранге у шамана. Они там составляли её остов. Хорошее выдержанное дерево. Лишнее, правда, пришлось отрезать. Я конечно не теквондист, но пару приемов пешего против всадника разучил. Мало ли какой случай? Да и так покрутить пришлось. Десятник у меня в Вигосе был большой поклонник этого предмета. Адептом я, конечно, не стал, но вот с десяток приемов освоил вполне прилично. А что делать? Как там, в 'Особенностях национальной охоты' было про корову: 'Жить захочешь - ещё не так раскорячишься...'.

  Подхватив шест, я раскрутил его. И вот как только степняк неосторожно выскочил, погоняя лошадь, так сразу мой маховый удар по ногам лошади и завалил всадника на землю. Где он соответственно мгновенно и получил по своей раскосой роже тяжеленым дрыном. После чего судя по умиротворению на остатках его лица его перестали волновать все земные проблемы.

  Да, вот лошадку мне гораздо жальче этого клоуна. Но, на войне как на войне...

  Следующий 'наймит мирового капитала' увидев столь переменчивую судьбу своего товарища, решил было достать лук и с комфортом застрелить меня издали. Но понял, что уже категорически не успеет. Я окажусь рядом с ним быстрее. И тогда он, подняв саблю, обреченно кинулся на меня. Что я могу сказать? Итог оказался таким же предсказуемым. Правда, провозился я чуть дольше.

  Вот она судьба! И сабелька его нифига ему не помогла. Она почему-то сломалась в самый ответственный момент.

  А я? А я ещё раз подтвердил народную истину: 'Против лома нет приема!'.

  А вот те, на тропе которые хотели пострелять в нас дурачков безопасно стоя на дороге... там, на дороге и умерли. Так и не успев выстрелить. Заодно Шаис подстрелил и ту парочку возжелавших Гошиной крови. Пара десятков шагов для дроу - не расстояние. Это практически стрельба в упор. Как я и думал, все получили стрелы в лицо.

  Вот интересно успел дозорный ускакать или все же познакомился с 'Веселой Смертью'? Хотя зная Шаиса думаю, что никуда он ускакать не успел. Теперь осталось переловить лошадей и посмотреть чего эти уроды успели награбить. Ну, это самая приятная часть.

  А что, кто-то мог подумать, что такую связку я не предусмотрел или мы её ни разу не отрабатывали? Это зря! Я человек старый, больной... на почве своей безопасности. И ввязываться в драку с непредсказуемыми шансами никогда не стану. Вот такое я... ну впрочем, вы это и так знаете.

  Вот если б это были тяжёлые всадники тогда, да. Шансы у них были бы. Не сказать, что большие... лес кругом, но всё-таки. Не так уж и просто завалить подобного одоспешенного профессионала. По опыту знаю. А эту шантрапу? Несмотря на их трехкратное численное превосходство, я как-то даже как соперников их не очень рассматривал. Имея в поддержке дроу, который мог держать семь стрел в воздухе одновременно? Да при его-то феноменальной меткости? Можно было оставить его одного. Он, наверное, и один положил бы этих 'вояк'. Но это было бы несправедливо. Мне тоже охота размяться. Он же не стал стрелять в напавших на меня? Правильно, не стал! Знал, что я обижусь, если он их убьет. А так я их убил, и все в порядке с моим авторитетом - он не пошатнулся.

  Подумаешь гуманизм. Вон Гоша - последних дорезает. Контрольный удар костяным кинжалом.

  - Э! Кулибин! Одного оставь допросить! - заорал я, видя, что он направляется к последнему условно-живому, который получил болом по морде. - Хотя с другой стороны, - пробормотал я себе под нос, - татаро-монгольского-то я ни фига не знаю.

  - В младших классах мальчики бьют красивых девочек портфелями по голове, - нравоучительно произнес Сим, - а потом удивляются, почему все красивые девушки - дуры.

  - Это ты к чему?

  - Болван! Может в деревне его кто-то знает. Или сам пленный может говорить.

  - Ну-да, ну-да, - в раздумье я покивал головой. - Это ты пожалуй прав. У Шаиса и мертвый разговаривать станет. Гоша, - заорал я, - свяжи этого недоумка и можешь заниматься трофеями. Теперь нам все пригодится...

  Сожалел ли я о чем-то? Нет. Значит, судьба у этих встретить меня.

  - Если русского человека посадить, то в глубине души он обязательно будет знать за что, - утешил меня Сим чьим-то афоризмом подходящем к случаю.

  Пошел я посмотреть на воинов поближе. Надо ж знать чего они из себя представляют.

  М-дя.

  Малахаи у всех разные. Опознал я шкуру кабарги и соболя. Ну и как я и говорил, был волк и лиса. Интересно может это что-то значит? Так - теперь одежда. Однако. Одеты воины в основном в мягкие панцири в виде длинного кафтана с листовидными оплечьями. Только вот сшиты они нифига не из материи, как представлялось мне по книжкам. У троих они сшиты из слоеной кожи, а у остальных из войлока и вдобавок простёганы металлическими пластинками.

  Поймал я себе лошадь. Ну, надо же, не соврали? Лошаденка мелкая да и опасался как бы подо мной не сломалась. Но ничего, она оказалась достаточно крепкой. Вообще хрен бы мы и половину поймали, без Шаиса. Тот как-то ловко посвистел, чего там пошептал и эта скотина присмирела. Поводья на седло, что б двигаться гуськом и можно дальше... приобретать трофеи.

  А 'моя' лошадь, эта та которую я себе присмотрел, от бывшего десятника оказалась такой скотиной! В прямом смысле. Эта тварь решила меня цапнуть. Не, ну чисто собака. Настроение у меня было неподходящее миндальничать. Ну и засветил я ей кулаком в лоб. Ничего так, живучая оказалась животная. Башкой помотала и решила ещё раз меня цапнуть, видимо с первого раза не дошло. Ну я её по голове ещё раз и приложил. О! Дошло кто теперь хозяин. Ага. Вдобавок это оказался жеребец. До этого мне как-то некогда было интересоваться такими подробностями. Все равно мелкий он по сравнению с теми, к которым я у себя привык. Масти он каурой*.

  - Значит, и звать я тебя буду Кауркой, - обратился я к нему - Понял?

  Жеребец недовольно фыркнул.

  Я, не обращая внимания на его настроение, привязал поводья к ближайшему кусту. И стал помогать Гоше марод... э... снимать и вьючить трофеи на лошадей. Пригодится - фсе. Продадим или сменяем на что-то нормальное. Нам нынче все надо. От оружия до доспехов. А доспехи всегда стоят немеряно. Хорошие, я имею ввиду. Провозились, наверное, с час, пока поснимали все нужное. Лошадку, которой я ударил по ногам, пришлось, сожалея - дорезать. Не оставлять же её мучиться с перебитыми ногами. Да и мясо опять же.

  В итоге обзавелись мы табуном из пятнадцати коней. Восемью 'доспехами' и мечами. Ну и т.д. Кольчужку со шлемом я подарил Гоше. На меня она по-любому бы не влезла. Да и беспокоюсь я за него. Это раньше он был гоблин. А теперь-то он - человек, и кожа у него человеческая. А значит слабая.

  Наше появление вызвало в деревне фурор. Не знаю как бойцов, а лошадей хорошо разглядели. На местных они нифига не походили. Народ побросал работу и срочно стал вооружаться. До деревни метров семьсот. Пока мы ехали, народ попрятался. Остались только мужики, вооруженные кто чем. Пара человек с топорами, у троих рогатины. Даже пацаны похватали серпы. Ха, у одного даже меч есть. Богатство по нонешним временам. Все сгрудились у избы побольше, явно намереваясь дать бой.

  Остановившись метров за двадцать до толпы, я, оглядев неказистое воинство, обратился к ним с прочувствованной речью:

  - Мы гости. Добрые гости. А лошадки, - я похлопал Каурку по шее, - это добыча.

  - Цем докажешь? - настороженно глядя на меня осведомился хмурый мужик лет пятидесяти, ловко держащийся с мечом.

  Правда, прозвучало это как-то вроде:

  - То не лжа ли есмь?

  - Не лжа! Пусть кто-то сходит, да посмотрит. Добычу мы взяли,- я, не оборачиваясь, ткнул большим пальцем себе за спину. - Но конина осталась, заберите себе.

  - Сколь там их было? - ни разу расслабляясь, поинтересовался мужик.

  - Девять.

  - И вы их троима взяша?

  - Да, - надменно глядя на него ответил я.

  - Сё дивь? Вы дружинные?

  Блин, а это-то чё? В голове соответствия у меня не нашлось. То ли он имел в виду, что мы дружинники княжеские, то ли просто чьи-то бойцы.

  - Я, барон Ольт. Ярл, по-вашему. Издалека. Путешествую.

  - Третьяк, - представился мужик и поклонился.

  Меч при этом он не опустил. Было видно, что эта тяжесть ему привычна. Посмотрев на то, как он стоит, и как держит меч, мне сразу было понятно, что это не крестьянин 'от сохи'. И меч ему привычней орала.

  Мужик со здоровым скепсисом смотрел на меня. Видно, что у меня нихрена кроме трофеев нет. Одет я в простенькую рубашонку и обычные штаны. Только вот башмаки не местного фасона. Сабля у меня явно трофейная. Уж чего-чего, а в этом местные должны хорошо разбираться. Поэтому этот и удивился - чем и как мы могли положить столько народу и не получить никаких ран.

  - Людоловы к вам шли. Степняки. Мы перехватили. Пришлось убить.

  Мужик все также сторожа каждое мое движение что-то прошептал парню лет тринадцати. Тот сорвался с места и, обогнув нас, почесал в сторону, откуда мы пришли.

  Понятно. Пошел проверять. Я, продолжая со снисходительной улыбкой глядеть на мужика, предложил:

  - Может в гости пригласите?

  Мужик отрицательно покачал головой.

  - А если мы оружие снимем? - лениво поинтересовался я, чисто ради прикола.

  Мужик снова отрицательно покачал головой.

  - Да, и скажи своему лучнику, - я ткнул пальцем в сторону какого-то сарая, за которым тот 'спрятался', - чтоб лук убрал. Мой друг нервничает. А убить он его успеет раньше, чем тот сумеет натянуть тетиву.

  Мужик, подумав пару секунд, повернулся и скомандовал:

  - Годин, убери лук, гости нервничают.

  Шаис всё-таки урвал себе приличный лук. Клееный, сборный... единственно, что короткий - для конного. А так весьма и весьма достойный. Он сидел позади меня с наложенной стрелой и сторожил 'пейзан'. Черт его знает, что им со страху в голову стукнет? Возьмут и 'пальнут' с испугу. Видел я такие штуки.

  Просто так сидеть и ждать, пока прискачет пацан с известиями, мне надоело. Я спешился и потянулся. Пора и с подарочком разобраться.

  - Слышь, Третьяк, там у нас пленник есть. Говорить у вас с ним кто-то может?

  - Ты не бяше по-торски?

  Спросил он у меня что-то вроде этого. Не бяшу я, и нихрена почти не понимаю. И как с ними разговаривать? Я и так понимаю его с пятого на десятое. Плюс он цокает и цвикает. Караул! Больше по интонации и догадываешься. Черт его знает, кого мы завалили? Торков, чёрных клобуков, монгол каких-нибудь или ещё кого? Если память мне не изменяет, то племен этих и народностей хоть застрелись.

  Короче переводчик нужен.

  - Толмач, - подсказал Сим.

  - Толмач надоть, - эхом откликнулся я.

  - Я могу, - отозвался Третьяк.

  - Отлично! Вот и забирай его. Гоша, приволоки пленники и отдай Третьяку, - беспечно повернувшись к мужикам спиной, отдал команду я.

  Сидевший позади нашего табунка и обряженный в трофейную кольчужку Гоша подъехал, ведя заводного коня с привязанным пленником в поводу. Подъехав к мужикам, он спешился, достал нож и перехватил верёвку под брюхом лошади, которой закрепили пленника. После чего спихнул его, как мешок с дерьмом. Тот грохнулся на землю и застонал. Да-а, чем-чем, а человеколюбием Гоша явно не страдал. После чего ведя коней, оттянулся обратно.

  - Бери его. Поспрашивай сколько их, где и как вашу... весь нашли.

  Про тропку я сказал. Но вот реально найти её просто так, очень проблемно. Да и ловушки, которые мы просто обошли, не позволят непрошенным гостям просто так добраться сюда. Там была пара волчьих ям неплохо замаскированных и несколько привешенных бревен. Про настороженные самострелы я уже не говорю. Тот кто 'оборудовал' тропинку понимал толк в защитных сооружениях.

  Стоящие около избы мужики слегка расслабились. В крохотном окошке приземистой избы мелькали чьи-то лица. Я спешился и ходил вокруг восьмерых мужиков и оглядывал пейзаж. Правда, только делал вид, что мне все пох. Сторожился я. А ну как метнут в меня рогатину? Дырка точно будет неслабая. Честно говоря, непривычно мне все это 'оружие'. Если кто не знает - рогатина это здоровое такое копье с перекладиной. Оно сильно похоже на древко от знамени, только фиговина сверху длиннее, и цельнокованая, с эдакой металлической поперечиной. Это шоб ведмедь вставший на задние лапы и решивший привычно сграбастать и задрать охотника, на нее насадился и дальше не соскользнул и не мог зацепить его лапами. Металл говенный я и так вижу. Сабли наши и ножи трофейные из той же оперы. Кованы на коленке. Не, если рубануть, мало не будет. Но вспоминая свое оружие, хотелось завыть. Шаису лук по любому найдем. Гоше тоже подберем чего-нито по руке. А вот хорошую секиру или топор я, наверное, затрахаюсь искать.

  Весь, затерянная в дебрях, состояла из трех домов, нескольких загонов и пары сараев. Нищета неописуемая. Все жутко корявое, но сделано на совесть. Бревна у изб толстенные. Видно, что строили на совесть. В избе недовольно мычала скотина: корова, козы. В сарае должен быть конь или два. По идее зажиточная деревня. Поля вокруг росчисть. Кусок вспаханного поля. Колодец с журавлем из оглобли. Огороды какие-то. Это то, что мне видно за домами. Избы топятся по-чёрному. Да, блин попал...

  Самое поганое, что историю я знаю так себе. Кто там за кем наследовал, даже и не читал. Летосчисление если мне скажут не от рождества Христова, тоже не смогу пересчитать...

  О, пацан бежит, только пятки сверкают. Спортсмен, наверное. А что? Бегом туда, бегом обратно. Натуральные продукты, нормальная экология.... Че не бегать? Это я старый и ленивый, и бегать отвык. А молодым надо. Подскочил он к главному, к старосте что ли или как там его, и чего-то доложил вполголоса. Я даже подслушивать не стал и так все понятно. Покойников мы убирать не стали. Много чести. Зверье сожрет, если местные не захотят эту падаль хоронить.

  Ну вот, другое дело. Колюще-режущие попрятали, робко улыбаются, кланяются почтительно. Благодарят. Бабы с девками, да пацанва из избы выходят. Тоже кланяются, благодарят. Ну-да, прорвись эта компашка сюда, расстреляли бы селян из луков, да порубили их в капусту. Девок, да пацанов, ну из выживших - в рабы. Стариков под нож. Знакомо до боли. А там - рабский рынок и неволя, скорее всего до конца жизни.

  Третьяк скомандовал бабам накрывать на стол, а пацанам обиходить коней. Народ, получив внятное ц/у, начал деловитую суету. Коней забрали, бабы начали готовить какую-то снедь. А сам Третьяк тем временем приступил допросу.

  Я остановился поодаль стою, наблюдаю. Мужик видно, что воевал, но пленных потрошить явно не умеет. Пнул его пару раз, спросил чего-то. Тот его по ходу его на хрен послал. Так я понял. Я и его самого понимаю с пятого на двадцать третье.

  - Завид, - командует он мужику, - вздуй огонь, да кали железо. Ничего поганец говорить не хочет.

  Я дальше буду по-русски говорить, и переводить, как мне привычно. А то все эти 'паки, понеже, есмь...' и прочие архаизмы и так мозг мне вывихнули. Мне-то их пришлось употреблять, что б меня поняли. Хорошо хоть Сим синхронным переводчиком подрабатывает, а то я вельми 'скудоша мовлю по-росськи'. Так то.

  - Слышь Третьяк, давай мой человек его спрашивать будет. Без каленого железа. А то воняет оно. А ты вопросы нужные задашь? Глядишь, дело и быстрее пойдет.

  Тот поглядел на меня со странным выражением лица и спрашивает:

  - Ты что, ката с собой возишь?

  - Не, - отвечаю, - это просто умелец, каких поискать. Разговорит даже камень. Могу и я, но мне невместно.

  Он кивнул головой, соглашаясь.

  - Твой пленник, поступай, как знаешь.

  - Шаис, тут для тебя работенка есть. Клиент неразговорчивый попался. Говорить совсем не хочет.

  Шаис непередаваемо хищно улыбнулся и, соскочив с конька, достал нож и пошел к ближайшей поленнице. Не буду напоминать, но к людям его отношение, несмотря на то, что он сейчас сам стал человеком, нисколько не изменилось. Не любит он людей-человеков.

  Он достал чем-то приглянувшееся ему полено. Несколькими ловкими ударами наколол щепок, разной длины и толщины. Ножом подровнял их и, повернувшись, направился к молчальнику. В его глазах светилась настолько искренняя радость, что я даже порадовался за него. Судя по всему счас ему, наконец-то, кто-то и ответит за перерождение в человека. Да и любимая развлечение опять же. Настроение поднимется и нервы успокоит. Ну и что, что жестоко? О, темпора, о морес. Так-то!

  Дурной пленник с презрением поглядел на дроу и вдобавок чего-то там пробурчал. И ещё и плюнул в сторону крестьянина, которым виделся ему Шаис.

  - Отвернись, - посоветовал я Третьяку, - не любит он, когда на его работу смотрят.

  Тот послушно, но недовольно отвернулся. Шаис ловко расстегнул халат пленника и сдернул его к связанным рукам, оставив его полуголым. Потом развязал ноги и ловко привязал каждую к колышку. Гоша помогал держать строптивого пленника. Потом так же привязали и руки. В общем, распяли бедолагу. Затем Шаис достал тонко заточенную щепку и воткнул ему в грудь. Потом тонкие как иглы щепки начал втыкать только по одному ему ведомой системе. Иглоукалыватель, блин.

  Секунд десять ничего не происходило. Потом раздался такой вопль! А дальше поехало. Пленный, приколотый как бабочка, начал непрерывно вопить. Причем на разные голоса. Он извивался, мычал и выл и подвывал. Шаис играл на нем на хорошо настроенном пианино. Я отвернулся. Судя по запаху, тот даже успел обделаться.

  Пленник, судя по голосу, уже раскаивался уже не только в том, что плюнул в сторону дроу, но и вообще горько сожалел, что родился на свет. Как он кричал...

  Вот что значит, работает специалист. Любо-дорого послушать. О! По-моему, степняк смог взять верхнее 'фа' в третьей октаве*.

  - Самец ласки перед тем, как овладеть своей любимой лаской, овладевает ещё несколькими ласками. Это - предварительные ласки, - прокомментировал это действо Сим.

  - Да. В этот раз пожалуй ты прав.

  Теперь, когда его разогрели, можно и вопросы задавать. А то у меня много разных накопилось.

  - Третьяк, иди, спрашивай...

  М-да. Ситуевина хуже не придумаешь. Да что ж не прет-то мне так!?

  Слегка поспрошали пленника. Потом я отошел и сделав перерыв и поговорил с Третьяком. Заодно и посоветовался с Симом и вот тогда картинка чуть прояснилась.

  Пленник оказался половцем или кипчаком. Эти как всегда пришли пограбить. Оказалось, что влетели мы в треугольник между Смоленском, Черниговом и Курском. Последний, правда, был далековато. В общем, пока мы были на территории радимичей. Рядом какое-то Новгород-Северское и Черниговское княжества. Это на юге. На севере Смоленское. А мы где-то в междуречье между Десной и Окой. Тут граница между радимичами и вятичами.

  Кто такие? Тоже нихрена не помню.

  Помню про древлян которых княгиня Ольга сожгла в каком-то Искоростене, и вроде как все. Но на всякий случай переспрашивать не стал. Ныне стоит на дворе Маиус или Травень 6731 года от сотворения мира. И чё? Ну узнал я. А как это переводится на нормальный русский? Толку-то? Имена князей, которые сообщил Третьяк, мне тоже ничего не говорили. Пошел узнавать про внешнеполитическую обстановку у пленного. Тот вообще пер что-то неудобоваримое. Тот хан... этот хан. В общем, чушь собачья. Хотя когда эта кочевая морда вякнула про что-то про хана Котяна. Что-то такое ворохнулось.

  Сим, покопавшись в моей памяти, выдал, что это тесть какого-то Мстислава Удалого или Удатого. Судя по прозвищу - отморозок ещё тот. Даром такое прозвище не давали. Да и читал я чего-то такое.

  Спросили про войну. Тот сказал, что наваляли им в прошлом году по самое не балуйся. И были это воины Чингиз-хана. О как! И что интересно, часть половцев уже служила у Судебая в штрафниках. Ну, это я для себя перевел. А так они наступали в первых рядах. Выслуживали доверие. Ха - три раза. Расходный материал - это и коню понятно.

  Если это Земля, что пока ничем не подтверждено, то, история примерно знакома. А если какой-то параллельный мир, то может быть что угодно. Вот и думай. Надо как-то устраиваться. Хотя схема в принципе знакома. Только вот халявы не будет.

  - Господи как надоело-то путешествовать и обустраиваться! - мысленно пожаловался я про себя неизвестно кому.

  На что тут же получил ответ от Сима подслушивающего внутри:

  - Джокушка - красавчик, ты хоть себе не ври.

  - А чего это я вру?

  - Да ты в покое сопьешься через год, к чертовой матери!

  Покачав в раздумье головой, я согласился:

  - Это ты прав, загнусь я тут от скуки. А так? Ну что... придется начинать все сначала.

  Далее пленный показал, что принадлежит к роду Белебевых или Елебеевых и чего там ещё. Но мне это было неинтересно. Интересно было другое. Готовится большая война.

  После того как половцам наваляли воины Чингиза, часть народу поумней, рванула дальше в Булгарию. Там типа родственники. Ну на край можно было кое-как устроиться. А так как приходить с пустыми руками хреново, то решили по дороге пограбить. Перехватили купца с товарами.

  - Так! А вот с этого места поподробнее?

  Так. Ага, это тот который впереди нас проехал. Само кочевье достигало больше сотни человек. Бойцов три десятка. От отчаяния и бедности решили взять купца из засады. И взяли. Но цену заплатили немалую. Из трех десятков - один потеряли. Два десятка охраны да купец с возчиками просто так не дались. Да и драться им было за что. Купец вез меха, сукно и железо.

  Понятно, отчего такая охрана.

  - Третьяк, спроси его, убили всех или кто в плен попал?

  Тот перевел:

  - Пять человек в плену, будут ждать выкупа, да трое раненых. Выживут или нет - неизвестно.

  Вот интересно, почему сразу не убили? Неужели надеются на выкуп? Или хотят продать по дороге?

  - Сколько воинов осталось на стоянке и где она?

  Тот что-то замялся с ответом.

  - Далеко ушли. Три дня догонять надо.

  Понятно. Своих сдавать не хочется. Три дня. Ха! Сказочник. Максимум пол конного перехода. Фиг кто бросит тут баб с ребятишками в незнакомых местах.

  Я кивнул Шаису. тот моментально достал тонкую как игла щепку. Пленник, извиваясь как червяк, пытался убежать или хоть на сантиметр отодвинуться. Глупышка. У дроу даже мертвые говорить будут. Тем временем Шаис загнал ему ещё одну щепку-иглу куда-то подмышку. Раздался совсем жалостливый вой.

  - Пять раненых и шесть здоровых остались охранять стоянку - остальные бабы и дети. Стоянка в двух часах. На лугу. Там где болото недалеко.

  - Третьяк, ты знаешь, где это?

  - Да.

  - Проведешь?

  - Чего вести? Выйдешь на дорогу ошую, повернешь. Там недалече и будет.

  Ну-да. Чего-то я торможу.

  - Слушай Третьяк, а этого, - я указал пальцем на пленника, - есть куда пока засунуть?

  - Конечно.

  - Собираемся! - скомандовал я своим. - Пожрать откладывается. Нам добыча в руки идет. Слушай Третьяк, а не хочешь маленько заработать?

  Тот с некоторым недоумением взглянул на меня.

  - Ну, скажем так, пара лошадок в хозяйстве у тебя явно лишними не будут?

  Он, похоже, начал догадываться о моих намерениях.

  - Ты хочешь взять их лагерь?! Троима?! - удивление на его лице было неподдельным.

  Как я его понимаю. Трое, из них двое бездоспешных, собираются напасть на сто человек. Пусть мало воинов, но наверняка есть подростки. Да и некоторые бабы явно не фунт изюму. Явно у меня не все в порядке с головой. Да ещё и его тянет?

  - Ты не волнуйся. Там скот, мне... нам троим с ним не управиться. Поможешь перегнать. Ну, или пацанов возьми. Тогда три лошади. И все! - ответил я на его невысказанный вопрос. - Все остальное там - мое.

  Ни о какой справедливости речь и не шла. Не те времена. Да и менталитет у людей тут другой. Он бывший воин это прекрасно понимал. Его нанимает незнакомый отмороженный на всю голову ярл, на одну операцию, где не придется непосредственно участвовать в бою. Так, просто помочь. А плата очень щедрая. Он раздумывал.

  - Постоите в сторонке. Если нас убьют, скроетесь в лесу.

  Искушение было велико. Степные лошадки это хоть и не фонтан, но богатство в эти времена немалое. Ну а то что добыча там знатная, он и без меня прекрасно понимал. Ему интересно на что я надеюсь, раз предлагаю? Но говорить я ничего не стал.

  - Ножи дашь?

  - Всем участникам концессии?

  Он с недоумением посмотрел на меня.

  - Э... тем помогать будет? - поправился я. - Да. Дам.

  - По рукам.

  - Кстати, Третьяк, откуда у тебя меч?

  Тот заметно смутился.

  - В лесу живем... то трофей.

  Я поясню, тем, кто не знает. Раньше, в эти времена князь собирал ополчение. А потому зимой на два месяца проходили обязательные сборы. Чтоб уж совсем не подставлять людей. Тренировали их пусть и по минимуму. Чтоб хоть не совсем толпа стояла. А поскольку воевали много и часто - надо было соответствовать. А вот иметь меч - запрещено. Под страхом лишения живота. Вот так-то. Времена ни фига не отличались от нынешних. Это примерно, как если у вас дома найдут - АКМ и гранаты. Мало не покажется. Но это не мои дела. Это я так, поприкалывался.

  - Шаис, возьми тупых стрел, пригодятся.

  Он удивлено поднял брови, задавая немой вопрос.

  - Всех валить - не будем. Попробуем обойтись без крови. Ну а если что - тогда вали.

  Он молча кивнул и пошел отбирать стрелы.

  - Так, Гоша. В драку не лезь. Просто смотри повнимательней. Но если что - не стесняйся, - он понятливо кивнул.

  'Наши сборы недолги от Китая до Волги', - напевал я себе под нос, собираясь. Впрочем, особо собирать нечего. Взяли по луку. Шаис как всегда взял три тула стрел, чтоб с запасом. Стрелы отбирал лично. Третьяк явился одетый. Черт не помню, как это называется. В общем, в халат набитый конским волосом. Как оно называется, я благоразумно уточнять не стал. С ним пришли четверо. Здоровый мужик с рогатиной и три пацана, Гошиного возраста. Сели на трофейных коньков и... рванули на подвиги.

  Да, а в том, что деревню нашли, частично виноват и я. Наследили мы у дороги. Невольно. Кто ж знал? Но всё-таки косяк.

  Где-то уже глубоко после обеда мы наконец-то вышли на исходную. Луг. Метров триста. Пасутся кони, пощипывая молодую травку. Верблюды. Арбы. Пара десятков кибиток. Народ тусуется. В основном бабы и дети. Так вот и часовые. Трое. Значит где-то ещё трое. Раненые, не в счёт.

  Можно конечно считать меня совсем отмороженным, но у меня был план.

  Шаис с Гошей расположились в лесу, практически сразу в конце луга. Два лука не десять, но хоть что-то. Я же обогнув стоянку, выехал на дорогу. Позади нее. Конька я выбрал себе самого лучшего. Ну. Я выдохнул. 'Погнали!'.

  Нахлестывая коня, я выметнулся перед лагерем и галопом погнал мимо него, сделав вид, что испугался, завидев такое множество кочевников. Часовой заорал. Выскочили бойцы и мгновенно вскочив на коней, кинулись в погоню. Ну да. Понятие дисциплины отсутствует, как и мозги. Крестьянин ехал по делам, спужался, и теперь улепетывает. А убежать от степняков на усталом коне - это без вариантов. Вот она добыча!

  Я на скаку оглянулся. Не, мозгов у них точно нет. За мной рванули даже часовые. Народ высыпал из юрт и азартными криками подбадривает преследователей. Я проскочил чуть дальше по дороге и, притормозив, обернулся, готовясь прийти на помощь, а преследователи тем временем поравнялись с засадой. Их азартные крики не как не напоминали знаменитое: 'Шайбу - шайбу!'. Там скорее звучал призыв: 'Остановись! Я все прощу!'.

  Вот в этот момент Гоша и метнул боло передней лошади под ноги. И первый степняк с жизнерадостным клекотом орла впервые вставшего на крыло, катапультировался на всем скаку. Полет был недолог, но красив. В соревновании: 'Степняк - Земное Притяжение', безоговорочно победило последнее. С эдаким панковским: 'У-у-у-а-а-апть!', - он размаху хряпнулся о землю и остался недвижим. А лошадка естественно завалилась, создав живой затор на дороге. После чего Шаис моментально снял троих. Пара чуть отставших пыталась, притормозив развернуть лошадей. Они даже выпустили в сторону засады пару стрел. Но дело это бессмысленное - стрелять в лес. А вот два лука в упор, сразу, прям на корню пресекли их дурацкие мечты убежать. Вся эта стычка заняла меньше минуты.

  Я свистнул стоящим в отдалении мужикам.

  Те порысили ко мне. А мы заготовленными петлями вязали этих 'воинов'. Ну что с них возьмешь? Пастухи да охотники. Не буду отрицать, воины и стрелки они может и отменные, но вот без командиров толпа толпой. Всемером мы моментально упаковали и разоружили всех. На меня поглядывали с заметным уважением. Навьючили тушки на их собственных лошадок и порысили в сторону лагеря.

  Я опоясался саблей и взял в руки лук. А перед этим - обмотал руку сыромятным ремнем. Это чтобы при стрельбе избежать повреждений внутренней стороны руки, со стороны левого предплечья. Потом надел костяное кольцо на палец и наложил стрелу, чтоб стрелять без задержки. Кстати, те четверо деревенских, что поехали со мной, были вооружены саблями, луками, щитами и копьями. Хоть издали сойдут за воинов.

  Я хоть и не великий стрелок из лука, но на пятидесяти метрах я вряд ли промахнусь.

  - А теперь Третьяк тебе предстоит рискнуть. Толмачить надо.

  Он поправил меч и молча кивнул.

  Братнич его - Чура с двумя пацанами и пленными остановился прямо около дороги. Я так и не врубился кто этот братнич. То ли брат, то ли двоюродный брат, а может вообще дядя. Главное что родственник. В эти времена родовые отношения - это все.

  Эти встали, а мы не спеша поехали к юртам. Увидев картинку столь 'победоносного' возвращения добытчиков и кормильцев в лагере поднялся дикий ор. Завыли бабы, кто-то сгоряча метнулся за луками.

  - Шаис в руки если можно. А там как получится.

  Не успел я договорить, как свистнуло две стрелы и самые горячие половецкие парни заорали от боли.

  - Бросить оружие! Иначе смерть!

  Третьяк мгновенно проорал перевод. Стоящий чуть поодаль чумазый парень с луком чуть замешкался, снова свистнула стрела, и он со стоном завалился, получив простое и доступное указание в плечо. Народ, держащий железяки, с фатализмом стал бросать похватанный походно-кухонный инструмент и сабли.

  О, явление бойцов народу. Из ближней юрты выскочили двое раненых, с саблями, намереваясь подороже продать свою жизнь.

  - Тупыми, - вполголоса скомандовал я.

  Получив в голову тупую стрелу, первый завалился даже не успев чирикнуть. Второй на секунду оглянулся, чем и совершил стратегическую ошибку. Он тут же прилег рядом.

  - Ваши мужья живы! - я показал себе за спину. - Ещё одна попытка сопротивления и их не больно зарежут! - проорал я.

  Третьяк опять перевел.

  - Собраться на дальнем конце луга! Всем! - указал пальцем.

  Электорат внял. Подавленные, они покорно пошли, куда я указал. Подхватив оглушенных воинов, тоже потащили с собой. Кто-то из их пацанвы пытался было чего-то там вякнуть. Но пара затрещин, вразумила особо горячих. Появилась пара даже пера аксакалов. Их почтительно придерживая, повели под руки.

  - Сгрузите пленных. Можно не сторожить. Не развяжутся.

  Ко мне подъехал Чура с пацанами. Все сторожились. Держа луки наготове. Стрелять умели все - охотники. А толпа? Толпа навскидку около ста человек. Если кинутся - сомнут. Но судя по их лицам никто об активном сопротивлении уже не думал. Все ждали решения своей судьбы.

  Я с Третьяком поехал поближе к толпе.

  - Ты, ты, ты... - я указывал на девок посимпатичней.

  В толпе горестно завопили.

  - Запрягайте телеги! Где имущество купца?

  Вперед вышел старый морщинистый дед и что-то залопотал.

  - Они уже все поделили, - перевел Третьяк.

  - По два человека от каждой юрты. Все имущество купца собрать сложить обратно на телеги. Оружие туда же. Если я после найду хоть ржавый наконечник - заложники умрут. Как и каждый десятый из вас.

  Третьяк перевел. Вперед вышли с десяток баб и послушно пошли к своим юртам. Все! Они сломались.

  - Теперь всем сесть! Кто встанет без команды - смерть!

  Все послушно сели.

  - Где пленники?

  Несколько рук показали на шалаш между двух юрт. То-то я гадаю, что ж это за нетипичное сооружение посреди стойбища. Ненароком даже подумал, что это общественный туалет. Ну мало ли? Вдруг врут всякие писаки, а кипчаки - культурный, высокообразованный народ. Да, все как всегда оказалось гораздо проще.

   Стоящая сзади меня пятерка чутко контролировала все это сборище. Девки ловили стреноженных коньков и вели их к телегам - запрягать. Те бабы, что постарше выносили барахло и послушно грузили в них мое имущество.

   Я соскочил с коня, аккуратно положил лук на седло и пошел посмотреть на пленных. Подойдя к шалашу, я достал саблю и, подцепив его изнутри - развалил. Удачно. Трое воинов, два возчика и двое кое-как перевязанных раненых.

  Все раздеты до портов и качественно связанны. У каждого во рту деревяшка, завязанная на затылке ремешком. Чё-то я думал это более позднее изобретение. Выходит, кочевники совсем не дураки. Хрен развяжешься, и веревки не перегрызешь. Да и ни вопить, ни сговариваться возможности - нет. Молодцы, однако, вот, что значит опыт.

  Я подошел к ближайшему мужику без характерных шрамов и, достав нож, аккуратно перерезал завязки 'кляпа'.

  - Жалуйся, - положив саблю на плечо, по неистребимой привычке глумливо предложил ему я.

  - Прости, не ведаю, как обращаться к тебе боярин*, - выплюнув кору, с сырой деревяшки набившуюся в рот, обратился он ко мне.

  - Я барон Ольт. Остального тебе знать пока не надобно.

  - Мы - двое, челядинцы* купца Любомира. Шли обозом - для торговли. Да налетели проклятые силищей. Воинов - охрану, частью постреляли, и кольчуги не помогли. Кого сразу убили, а нас ярл, вишь, пленили.

  Та-ак... если я правильно помню, то слово "челядь" восходит к тем же корням, что кельтское слово "клан". То есть челядь первоначально это все младшие представители семейства-рода-клана, подчинённые старейшине клана. Значительно позже, уже с появлением домашнего рабства, пленник становился частью клана в качестве слуги/раба. А наименование "челядь" распространилось на домашних слуг и рабов. Вообще сейчас, именно в это время "челядь" означает скорее "недееспособных" (то есть бесправных) младших членов клана, беспрекословно выполняющих все приказы старших. И в первую очередь главы/хозяина/огнищанина/купца. Надо потом выяснить поподробнее, как и что.

  Лежавший и внимательно слушающий здоровенный рыжеватый мужик со шрамами на теле требовательно замычал. Я подошел перезал и ему веревку.

  - Говори воин.

  - Я, норманн. Сигурд - Бычий хвост, - представился он.

  - Вольный ярл Ольт, Джок - Кровавая Секира, - представился я ему старым прозвищем.

  - Развяжи. Я хочу посчитаться за побратима моего.

  Да, месть - это святое. Я его очень понимаю.

  - А зачем? - глядя на связанного воина сверху вниз, со скепсисом поинтересовался я. - Ты мне никто. К тому же освободи я тебя - кинешься мстить. Станешь баб и детишек резать? Невелика доблесть. К тому же ты видимо забыл - сейчас это моя собственность. (А вот к чужой собственности эти ребятки всегда относились очень трепетно). - Э, нет. Это в мои планы не входит. Веришь брат, у тебя - два варианта. Быть проданным в рабство или дать мне роту на мече. Я знаю, что воина никто не купит... (На что смуглые предки гастарбайтеров надеялись, совершенно непонятно). - Или я могу подарить тебе жизнь и оставить здесь.

  Надо было видеть его рожу в этот момент, когда он услышал последнюю фразу.

  - Откуда ты, ярл?

  - О... издалека... - протянул я.

  На его лице отразилась напряженная работа мысли. Я поглядел на остальных. Не, можно сказать, что у тех тоже отразилась... но мимика была несколько беднее. С распяленной рожей... в том смысле, что со вставленной в рот деревяшкой их лица напоминали взнузданную лошадь. Да, мимика была скудновата. Ещё один пучил глаза, напоминая собаку, севшую погадить возле вольера с медведем.

  Я прошёлся и перезал завязки всем.

  - Ну что господа? Считаю наше собрание - открытым. Голосовать не предлагаю. Ибо... ибо вам нечем, - не удержался я и высказался на "Великом и Могучем".

  На меня несколько ошалело уставились. Современного моего, естественно тут не понимали, как не смогли оценить и мою шутку. Собрания и выборы как я понимаю тут не в ходу. Пришлось адаптировать.

  - Ну что мнёшься... как девка на выданье. Говори.

  - Нам надо посоветоваться...

  - Советуйтесь...

  Не понимаю и чего на меня смотреть так недружелюбно? Вот что мне тут нравится, это с дисциплиной здесь более или менее порядок. Да и к слову своему относятся достаточно трепетно. Это если правильно его дадут. Пустопорожних дискуссий на тему: "Разновидностей юридического акта, превалирующего над денежными средствами" - тут разводить никто не стал. А для тех, кто не понял, сие переведу. Это значит "Уговор дороже денег". Вот это они и решили обсудить.

  Ну что ж не буду им мешать. Никогда нельзя лишать человек выбора. Пусть это и не выборы в Госдуму, но все равно. Думаю, им есть что обсудить.

  Я пошел посмотреть, как грузят мое имущество. Погрузочные работы двигались по графику. Справедливое перераспределение богатств - шло полным ходом.

  Черт, но как нас всё-таки мало! Никто не расслаблялся. Да, знали бы эти кочевники, чем кончится дело - давно бы кинулись... ну если не в лес, то на меня точно. Ладно, как сказал один юморист: 'Пускай сюрприз будет'. Род этих любителей конины послушно сидел. Мои, его сторожили. Очухавшиеся бойцы лежащие с краешку леса, не предавались праздным разговорам. С забитым кляпом особо не поболтаешь. Я неторопливо проехался по стоянке. Окинул так сказать хозяйским взором все кругом. Ну и заодно не мешало бы подумать.

  Да, решение воинов идти под мою руку весьма неочевидно, но вот определенные надежды я питаю. Нет тут пока столь сильного деления по всяким национальным и прочим признакам. Кто я для них? Разбойник с большой дороги? Местный весьма удачливый бонд? Вот в этом главное слово УДАЧЛИВЫЙ. Насколько я понимаю, эти ребятки викинги. Сиречь отправившиеся в вик-поход. Хотя не совсем в поход они пошли. Пошли они наниматься. А по дороге решили подработать охраной. Дело хорошее и почетное. Но вот нарвались на засаду. Что хреново - это то, что кольчуга бронебойную стрелу в упор не держит. Ну и постреляли их. Вот только за каким чертом их не дорезали? Вот это непонятно. Брать воина в плен дело весьма неблагодарное. Хотя пес их знает с их резонами. Эти ребята прутся куда-то от войны. Значит либо не воевали, либо воевали и им навесили. Соответственно потери, ...но кто-то с головой тут есть. Просчитал ситуацию, а может, испугались и ломанулись просто так. Все равно информации мало и языком я не владею, чтоб досконально выяснить...

  Мои размышления прервал призывный крик одного из норманнов. Послушаем, чего надумали.

  - Мы шли наниматься к киевскому князю, - начал разговор рыжий Сигурд.

  Эва, удивил?

  - Тебя мы не знаем.

   А я и не стремлюсь пока к широкой популярности.

  - Какие условия?

  О! вот это деловой разговор.

  - Это, смотря что ты хочешь?

  - Киевский князь обещал заплатить нам серебром.

  - И сколько? - тут поинтересовался я.

  - Десять гривен каждому мужу.

  Так гривна в Киеве... это чё-то грамм сто с лишним.

  - Сим сколько весит гривна?

  - Сто сорок грамм, если твои книжки не врут, - откликнулся он.

  Охренеть! Полтора кило серебра каждому. Их ещё добыть надо. Ну есть у меня с кило самородного золота. Цена у него то ли один к десяти, то ли к четырнадцати... где-то так. Но с ним ещё та морока. Только засветишь, будет столько желающих порасспросить, откуда оно, что затрахаешься отмахиваться. Хотя барахлишком я тут грамотно разжился. Это я товары купца имею в виду. Пусть в рай попадет или в Ирий. Но какого... он поперся не по реке, а обозом? Не иначе передать барахло по дороге кому-то. И тогда этот кто захочет узнать, куда делись его вещички. А... пусть ищет. Что на меч взято - то свято. Найдем мы денег на оплату. Но и соглашаться так сразу на такую цену не люблю. Это я все думал. А вслух произнес другое:

  - Ну, я не Киевский князь. И потом ваша свобода разве ничего не стоит? Готовы вы дать выкуп за себя? А оружие, которое я вам дам?

  Хе, задумались. Да уж, в софистике они явно слабоваты.

  - Что ты предлагаешь?

  Остальные пока помалкивали. Дисциплинка-то, однако, присутствует.

  - Год службы, за половинную цену. Увечному - двадцать гривен. Будем воевать... - за это будет отдельное вознаграждение. Но мне нужны воины минимум на три года. Если договоримся - потом полная плата.

  - Развяжи. Даю слово, что никто не попытается ни бежать, ни причинять вреда - ни тебе, ни твоим воинам.

  Развязал. Сели договариваться.

  Да-а, я думал это я умею торговаться и договариваться... обломался я. Мы обговорили каждую мелочь. Мля, это реально спецы. Я и о половине 'приколов' не знал. Как делить добычу, кому сколько долей, как с кормами... Караул! У меня почему-то в замках это не всплывало. Хотя... может, там более развит феодализм.

  Наконец мы договорились. Мне от имени всех дал клятву Сигурд.

  Ититная жисть! Вот это опыт?!

  Не прошло и десяти минут как ребятишки отыскали свое оружие, переоделись, а потом пошла потеха. Заныканное барахло моментально отыскивалось с такой сноровкой, что я только диву давался. Пинками припахали ещё нескольких подростков и со сноровкой выдающий немалый опыт занялись самым приятным - грабежом. Причем тут имело цену не только железо...

  В толпе сидящих поднялся вой. Это наконец до кочевников дошло, что их только что реально ограбили до исподнего. Нагрузив кучу арб немыслимым скарбом, весьма повеселевшие норманны пришли за распоряжениями:

  - Дорезать сам будешь? Или нам поручишь? - обратился ко мне Сигурд.

  - Э... у меня несколько другие планы... - туманно отозвался я.

  - Из кочевников плохие рабы, - он понял мою заминку по-своему. - Никто не купит, - решил просветить меня он.

  - Мы оставим их здесь. Даже коней немного оставим.

  Он немного в удивлении покрутил головой:

  - Ты ярл. Тебе виднее. Но они захотят отомстить... или приведут других. Безопаснее убить.

  - Отвянь. Я гуманный, - доходчиво объяснил я ему по-русски. Потом пришлось переводить: - Делай, как я говорю. Потом увидишь. Раненных устрой получше. Девок посимпатичней привяжи. Пусть правят. Эти сгодятся.

  Он кивнул головой и занялся привычным делом. Хотя кого я учу?! Профессиональных и потомственных грабителей. Вот я тормоз!

  Третьяк со своими, с большим удивлением иногда поглядывал в мою сторону. Они по-прежнему с луками контролировали толпу. Лишь иногда кто-то из толпы отбегал к ближайшим кустам по нужде.

  А я пошел разбираться с челядью купца.

  С этими тоже проблем особых не возникло. Они до сих пор лежали связанными и, боясь, что таковыми и останутся при моем отъезде, они мудро решили, что быть челядью вольного ярла Ольта быть не менее почетно и пошли служить ко мне. За корм. Не, ну надо? Мерзкие тут реалии. Это я не о рабстве. Это я о том, какие проблемы меня тут ждут. Украсть - это пол проблемы. Чем добычу кормить? Урожаи тут не ахти. И все больше натуральное хозяйство. А я в этом ни бум-бум. Да, и проблему с семьями новых работников я обещал решить попозже.

  Наконец обоз был готов, и мы тронулись в обратный путь.

  Ну что я могу сказать? Обоз был больше двух десятков телег и арб. Из них шесть телег купца. Знатный приз. Меха - это считай серебро. Заготовки для мечей, наконечники стрел, несколько броней, пяток готовых мечей изукрашенных и явно на продажу или в подарок. Серебра, килограмм пять. Кольчуги и оружие убитых норманнов. Украшения и деньги кочевников. Луки. Мешки с какой-то крупой. Походные казаны, кой-какая посуда. Две юрты получше. Десяток девок разных возрастов. Десяток мальцов лет пяти-шести. Кони, вернее кобылицы. Верблюды... да были у них и верблюды. Я, правда, не знаю чем и как их кормят, но их бывшие хозяева наверняка это знают.

  Увязалась с нами и пожилая тетка лет за тридцать оравшая громче всех и не пожелавшая расстаться с детьми. Она, кланяясь чего-то просила. Перевели - просила взять с собой. Я милостиво кивнул. Она ловко забралась на арбу. Думаю, присмотрит за девками в самый раз. Она и поехала с нами. Тем паче что по-русски, пардон по древнерусски она разговаривала.

  Как не странно, но половцы в большинстве понимали русский. Пусть команды, пусть с пятого на десятое, но всё-таки. Только потом я сообразил. Рабы и грабеж. Долго они тут ошивались рядом с Русью. Грабить надо с умом. Надо расспрашивать про дороги и прочее, да и рабы были русские. Ну, пусть древляне всякие, но язык более или менее сходный.

  Добыл я себе и рабов. Рабов было всего двое. Вернее осталось всего двое. Ну и плюс бывшие челядинцы купца. Остальных-то зарезали.

  Вот так я стал достаточно богатым ярлом. Причем борясь исключительно за справедливость, полностью поддерживая закон и наказывая разбойников.

  Была в весь ещё одна хитрая дорога, там можно было пройти с телегами. Туда мы и отправились. Девки плакали, родственники выли, верблюды помалкивали, кони ржали, народ довольно улыбался. Под народом я понимаю только своих.

  Теперь осталось грамотно свалить с добычей и начинать думать, что дальше. Но в первую очередь свалить.

  Что интересно в основном народ был молодой. Это я викингов имею в виду. Хотя может они и варяги, черт их счас тут разберет.

  Но вот что интересно. Часть захваченной мной толпы баб и девок были явные степняки. Ну монголоиды. А часть европеоиды. Поначалу я как-то не обратил на это внимания не до того было. Единственное, что я сразу сделал - это урвал себе доспехи, которые тут же напялил на себя, а то, мало ли, и меч. Доспехи были - супер, пластинчатые. К ним прилагались два шлема с личинами. Один подошел мне. По этим временам богатство немыслимое. Эти два комплекта - явно на продажу или взятка. А может чей-то заказ. Сейчас уже не узнаешь.

  Второй доспех достался Гоше. Шаис почему-то отказался. Он ухватил кольчужку полегче и сменил лук.

  Надо сваливать пока никто не проехал. А то потом греха не оберешься. Свидетелей... надо будет, скорее всего валить. Не те времена. Да и приз неслабый. А против трех или пяти десятков воинов нам просто не устоять. Это тут из засады один к двум нормальный расклад. А в прямом столкновении - сомнут и вырежут. Три десятка заводных коней мне за глаза. Ну, четыре. Да плюс верблюды. Особо прокормить их проблема. Хорошо травы кругом много. Да и коньки неприхотливые.

  Едва тронулись, как ко мне кинулась ещё одна тетка. Гоша, обнажив меч, уже сторожил каждое её движение. Ну да, понты - дороже денег. Ухватив меня за стремя, она чего-то залопотала, целуя мой сапог.

  - Эй! - заорал я на продолжающую сидеть толпу, - толмач есть?

  Подскочил пацан. Что тетка, что пацан, были смуглыми и явно не кипчаки. Парень с пятого на десятое перевел.

  - Она просить взять с собой.

  - Ну пусть едет.

  - Твоя всех взять!

  - Кого это всех?

  - Наш род - ясы. Едем с ними...

  Минут пять понадобилось на то, чтоб вообще разобраться кто-что и чего тут вообще происходит.

  Миленько. Третьяк повел обоз, а возле меня остались Шаис с Гошей и два викинга. Почетный караул, напрочь отбивающий дурные мысли у тех, кто остался. Ножи-то мы им оставили. Как и несколько луков. Да и не всю провизию забрали. Вот такой вот я немыслимо добрый.

  Так вот что выяснилось. Тут было два рода. Они там какие-то родственники по кому-то. Ясы свалили от притеснений князя и скорой войны. Они больше крестьяне, чем воины. А шли в Булгарию вместе с этими. Кто-то там у кого-то гостил. Ну и предложил свалить вместе с ними, от войны. Они собрались и отправились. Род маленький четыре десятка. Семь я забрал. Четверо погибли при нападении на обоз купца. Двое живых связанные у леса. Вот просят теперь меня принять их под свою руку. Иначе не дойти и не выжить и как итог - закономерное рабство. Это в лучшем случае.

  'Ясы, ясы...', - вспоминал я. 'А! Это ж предки осетин. То-то лица показались странно знакомыми'.

  - Принимаю, - покладисто согласился я. - Только быстро! Вам надо ещё догнать обоз.

  Из толпы выскочила куча баб и быстро начала разбирать юрту и кое-как паковать имущество. Тут же загружая его на арбы. Часть побежала к оставшемуся табуну ловить коней и запрягать. Парнишка кинулся к связанным пленникам. Разобравшись со всеми делами (сказывается опыт и малочисленность оставшегося им скарба), они чуть не за двадцать минут собрались. Правда непонятные выкрики с места и перебранка между остающимся и отъезжающим бабьем несколько смазала благостную картинку. Но тем не менее. О чем они там ругались я так и не понял, но догадывался. Переводчик мне не нужен, чтобы понять, что те обвиняли этих в черной неблагодарности.

  Осталось два десятка человек и трое коней. Ну и чёго? У них теперь есть выбор. Допрут - догонят. Пойдут под меня. Тогда можно не опасаться удара в спину. Я уезжал, а за моей спиной раздавался горестный вой.

  Восседая на степном 'росинанте' и неторопливо догоняя свой обоз, барон Ольт предавался размышлением. 'Грустно это все девочки! Нет, то что живой - это прекрасно. Но увы, человек такая скотина, что всегда недоволен'.

  - А счас-то ты чем недоволен? - влез в мое минорное настроение, Сим.

  - Чем?! И ты ещё спрашиваешь?! Нет бы, попал я - попозже.

  - Вот! Главное слово - попал! Заметь, что ты как-то не мечтаешь вернуться обратно в свое время.

  - Да... пожалуй ты прав. Обратно я хочу... но как-то больше умозрительно. Не хватает удобств.

  - А что вот тебе сейчас предложат вернуться к себе, что ты вернешься?

  - К телевизору и мягкой кровати... - с некоторой грустью подумал я.

  - Ага, и к закону и к порядку... - с сарказмом продолжил мою мысль Сим.

  Захотев в раздумьях почесать затылок, я наткнулся пальцами на металл шлема.

  - Тьфу, на тебя, сволочь! Умеешь ты поддержать товарища.

  - А что ты хотел? Ты денька три, а то и недельку наотдыхаешься. И ведь ввяжешься в какое-нибудь дерьмо. Зарежешь пару человек недостойных жить по твоему мнению. После чего карательный аппарат государства навалится на тебя. Сколько ты сможешь драться в одиночку? Космоса у вас там нет. Планет свободных тоже. Отправишься на войну? И что? Там условия лучше?

  - Да пошел ты! Должна же быть у человека... мечта.

  - Это свое время ты считаешь мечтой? Ты... - барон! Это здесь ты - кто-то. А там? Винтик!

  - Знаешь... а ведь пожалуй ты прав.

  - Это Гумилев - прав, ты - пассионарий.

  - Кто?

  - Пассиона?рии - в пассионарной теории этногенеза люди, обладающие врожденной способностью абсорбировать из внешней среды энергии больше, чем это требуется только для личного и видового самосохранения..., - забубнил Сим тоном лектора читающего очередную лекцию студентам по аналу*.

  (Анал - для тех, кто не в курсе, это не то, что вы сразу подумали, а замечательное сокращение - совершенно простого и обычного преподаваемого предмета - Аналитической Химии).

  - Ты что думаешь, я не знаю кто такие пассионарии? - тоном обвиненного в скотоложстве прервал я его высокоумную тираду.

  - Может, и не знаешь. Забыл, например?

  - Тьфу, на тебя. Сказал бы проще - тот, у кого в жопе шило.

  - Ну можно и так сказать.

  - Не, я не пассионарий, - чуть подумав, ответил я. - Я для этого сильно ленивый и рациональный.

  - Не ты ли убогий, все время твердишь что - 'лень - двигатель прогресса'. А?

  - Ты там у меня в бестолковке поковыряйся и посмотри первоначальное значение этого слова

  - У бога. Бедный.

  - Во-во. Нищий. Милый богу. А я уже не нищий.

  - И чего, ты теперь думаешь делать не пассионарий?

  - Да хрен его знает? Я те отвечу очередным сокращением. Читай по заглавным - 'Научно-исследовательский Институт Химических Удобрений и Ядохимикатов'. Заешь такой?

  - Зря,- с ответом Сим чуть задержался. Наверное, сокращал. - Ты хоть понимаешь, куда ты попал?

  - Ну, в прошлое. К монгольскому нашествию куда-то. А что?

  - Что. Аналогий у тебя не возникает?

  - Не-а.

  - Эх, ты... как ты там, в прошлый раз выразился: 'Характерные внешние приметы, как повод для узурпации наиболее благоприятного социального статуса на рынке'.

  - Со свиным рылом, да в калашный ряд.

  - Ну да.

  - Да иди ты!

  - Я-то пойду. А вот ты подумай. Ты ведь точно помнишь... ты тогда жил.

  Я стал раздумывать. Чего он крутит. Наталкивает меня на какую-то очевидную мысль. Иногда Сим бывает чертовски прав. Я жил... а? Твою дивизию!!! А ведь эта сволочь права. Ситуация как её не верти - это наши девяностые. Тут вся ситуация - один в один. Смотрящие, воры в законе, бригады с бригадирами. И разборки те же. А историю пишут победители. Победи у нас бандюки - расписали бы благородных разбойников как Робин Гудов победивших шерифов российских. Однако.

  - Дошло?

  - Дошло. А чего, сразу не мог сказать? - сварливо ответил я.

  - Ха! А так ты сам додумался скудоумненький мой.

  На улице уже минимум плюс двадцать и умереть от переохлаждения мне грозит. Только вот опять влезать в обычные феодальные дела... надо. Черт бы взял это слово. Кому - как, а я точно знаю, люди - главное богатство. Причем, что интересно тут у всех интересы и счастье - это просто пожрать 'от пуза'. Нет и близко закидонов моих бывших современников - хочу это... это... и ещё неплохо бы вот то. То, что запросы не соответствуют - это фигня. дайте! Свои желания я в расчет не принимаю. Как там? Quod licet Jovi non licet bovi. Да-с. Как говорится: 'Что положено Юпитеру, то не положено быку'.

  Ха. Открыл глаза и сделал вид, что проснулся. Сел, огляделся. Подбежала девчонка с вопросом 'не изволит ли уважаемый ярл откушать'. Милостиво кивнул. Ага, 'царь трапезничать желают'. Усвистала на всех парах. Гоша бдит и сторожит каждое её движение, на всякий случай. Хотя, что там можно спрятать под домотканой рубахой? Но, положено. Статус.

  Шаис чего там колдует со стрелами. Обложен колчанами и стрелами как старьевщик в своей лавке. Что интересно никто не лезет с проблемами. Норманны тоже занимаются оружием - точат, полируют, пригоняют... один кашеварит на костерке. Ага, раненые в теньке и заново перевязаны. Лепота.

  - Шаис, ты раненых вчера смотрел?

  Утвердительный кивок.

  - Жить будут?

  Снова кивок.

  - Магичил?

  - Чуть-чуть.

  - Что у тебя со стрелами?

  - Дрянь! Два десятка отобрал остальные ... хашан руак... ... .... (Что в переводе... в общем грязные ругательства дроу, пожелания мастерам ковавшим сие произведение засунуть свои руки в... в разные места и провернуть... много разного в общем). - Все наконечники разные!

  - Эва удивил?! А что ты хочешь? Тут до штамповки еще не дошли.

  - Ты дойдешь? - вопрос утверждение.

  - Для тебя...? Дойду!

  Кузнеца придется или сманить или украсть. Как получится.

  Принесли завтрак - опять кашу с квасом. Позавтракали так себе. Кофе опять нет. От меда я ещё вчера отказался, хотя Третьяк предлагал. Как-то мне сейчас не до пьянки. Решать надо что-то и быстро. Иначе скоро жрать будет совсем нечего. Счас мужики все в поле - пашут.

  Ладно, пошел разбираться с ясами. Напялил доспех с помощью Гоши - мешает, но надо. Уже отвык. Доспехи так себе. Железо. Но хоть чешуя. И нихрена она как жар не горит. А то на картинках намалюют, а некоторые смущаются и верят. Хорошо если от стрелы прикроет. Ну а в атаку в нем бежать... я пока обожду. На край, поищу чего получше. Хотя может это тут последний писк конструкторской и инженерной мысли. О-хо-хо, грехи мои тяжкие.

  - Гоша, Третьяка сюда давай.

  - Есть! - лихо козырнул, развернулся через левое плечо и усвистал. Норманны вытаращились. Ещё бы такая диковина.

  Мое барахло - трофеи, стоят отдельно, возле меня. А эти сироты - ясы сидят, ждут указаний. Пошел к ним. Ко мне подскочил первым давешний пацан.

  - Как тебя зовут? - поинтересовался первым делом, а то вчера было как-то не до этого.

  - Папай.

  - Как?!

  - Папай.

  Моему удивлению не было предела. Не, ну надо?! Сколь глубокие корни имеет американская 'культура'. Я-то по скудоумию своему думал, что в освоении Америки ясы не участвовали. Ошибался! Вот значит, как оно-то на самом деле было. Что ж, осетины могут гордиться. Теперь я стопудово уверен, что без них там не обошлось.

  - Кто у вас старший?

  - Каплан, - и он указал пальцем, на мужика, лежащего в тени арбы.

  - Кто?! - снова переспросил я.

  - Каплан.

  - Мля! А его девичья фамилия часом не Фани Каплан*?! - не удержался я от подъё... от вопроса.

  Но поскольку спросил я на русском, то паренек уловил только последнее слово.

  - Да-да, Каплан, - подтвердил он.

  'Твою дивизию! Вот же собралась компания. И захочешь, не забудешь', - мгновенно промелькнуло в голове. 'Да уж.... И это учитывая мою плохую память на имена'.

  Между тем услышав свое имя, мужик начал приподниматься.

  - Лежи, Аника-воин*! - скомандовал я, поглядев на него.

  Было видно, что мужику совсем не кисло прилетело. Башка замотана тряпкой (Шаис снял его стрелой в лоб). Понятно, что рана под 'бинтом', а вот синячище уже сполз на пол-лица. Да плюс нехилый сотряс. Так что Каплану совсем не волшебно. В принципе второй рядом, почти такой же. Тупая стрела в упор это если кто не знает, как дрыном приложить. Попробовал я один раз, чтоб знать. Больше такого опыта я повторять не собираюсь. Это хуже чем пуля в броник. Дух выбивает махом. Ну а чуть неудачнее и труп. Так-то.

  - Значит так. Пока ты ранен, пусть вчерашняя женщина или кто там ещё, сосчитает все что осталось и скажет мне. Сколько еды, сколько семян и какие.

  Папай затараторил, переводя.

  - Сосчитать сколько людей, и сколько какого скота. Мой скот тоже можете считать. Скажете мне, что срочно нужно. Да, ещё. Луки я вам дам, - я кивнул на Папая. - Можете охотиться. Вечером я скажу что дальше.

  Выслушав перевод, тоже с пятого на десятое. Каплан молча кивнул. Я развернулся и пошел смотреть трофеи.

  Две телеги были, были ни о чём. В том смысле, что там находилась еда, походные шатры, котлы... и прочие вещи для удобства путешествия. Вот две телеги порадовали отличными мехами. Соболь белка, куница. Денег это стоит очень не слабо. Ну это я так думаю.

  Кстати забавный факт. Ну как сказать не совсем забавный, но примечательный. Меха были клеймёными. Это типа как у нас фирменная печать. Типа кто сделал, где изготовлено. Я когда эту фигню увидел, слегка впал в прострацию. Это получается не безымянный товар, а четко привязанный к владельцу. И отследить его при желании ни фига не проблема. Вот ведь как. Я когда в первый раз увидел... чайку не чайку, в общем, птиц какой-то, но не медведь - точно. Увидел - обалдел. Потом стал смотреть дальше. А дальше такая же фигня. Кружки, крестики и прочие прелести. Вот теперь и думай. А говорили о необразованных предках. Офигенно суки врали. Одним движением подтвердили качество изготовления и изготовителя. Ну и из обезличенного товара сделали вполне себе узнаваемый. Горжусь предками.

  Правда, это с одной стороны, а вот с другой стороны все плохо. Затрахаешься сбывать. Придет купец на торг, а там этот товар явно отсматривают. Как отсмотрят и начнут задавать неудобные вопросы. Это из будущего в прошлое смотрят как на дураков и неумех. А вот передо мной подтверждение лежит. Ох, умницы. Ладно, отложим, будем думать. У меня если что видоков хватит чтоб подтвердить, что я честно все это на меч взял. Здешних законов я не знаю. Может тут родственникам 'долю' надо выделять. Или ещё

  На остальных телегах вперемешку оружие, мешки с наконечниками, разная мелочевка вроде бисера, гребешков. Было даже несколько отрезов ткани. В общем, было за что рисковать.

  Третьяк, получивший коней, уже их припахал. Ну да, счас самая работа в поле. Надо мне срочно этим озабочиваться, иначе останется только на большую дорогу выходить. А как работает местный князь мне объяснять не надо, я сам не так давно разбойничков выводил.

  Третьяк уже ждал, стоя чуть в сторонке. Когда я подошел к нему он поклонился. В этот раз он кланялся с гораздо большим почтением. Понятно. Теперь я уже не "некто", а явно - сила. И сила вооруженная и с дружиной.

  - Пошли, поговорим.

  Шаис и Гоша присоединились по моему кивку.

  - Значит так. Нарисуй мне, где и какие города и реки рядом.

  Взяв прутик, огнищанин схематично набросал мне контурную карту местности.

  - Ока, Десна, - он, показывая тем же прутиком начал объяснять.

  Да... на юге - Курск, Новгород-Северский, Чернигов, Любеч. Ещё дальше на юг - Киев. На западе - Стародуб. На северо-востоке - Мценск и Козельск. На северо-западе Брянск. А мы, в общем-то, в междуречье. Вот теперь и думай. Первый же купец, с которым мы столкнемся, тут же доложит князю о нас. Или не князю. Насквозь знакомо. Самое хорошее, что речек по окрестностям полно. Это так, для полноты картины. Связь будет, да и торговать можно.

  - Слушай Третьяк, а есть неподалеку место, где можно дома поставить?

  - Отсеяться хочешь ярл?

  - Хочу.

  - Да поздновато, сейчас-то.

  - Это уже не твои проблемы.

  Правда, прозвучало это: 'То не твоя туга'. Эдак скоро и думать буду по-древнерусски.

  - Место-то есть, - задумчиво проговорил, он, - но...

  - Что, 'но'?

  - В двух днях пути, стояло городище. Прогневили его жители богов...

  'Интересная оговорка. Крестик на шее, а сам похоже язычник', - тут же промелькнуло у меня в голове.

  - Привязалась к ним болезнь. Померли житьи люди во множестве. Остатние рассеялись. Так и стоит впусте.

  - Гнев богов пал на них. Я-то тут причем? - несколько дипломатично выразился я.

  - Проклятое место.

  - Чем?

  - На другой год вернулись люди... и снова померли. С тех пор никто там не живет....

  - И давно?

  - Поболе десятка лет будет. Тот год множество люда померло.

  'Понятно, эпидемия какая-то прокатилась'.

  - Завида сказал: 'Прогневили люди богов - там не будет жизни'.

  - А Завида это кто? - решил уточнить я на всякий случай.

  - Завида мудрый волхв, - после краткого раздумья выдал Третьяк.

  - Волхв? Ты же крещеный? - я пальцем показал на крестик, висящий на нитке в вороте его распахнутой рубахи.

  - Так-то оно так, но волхвы мудры. Они помогали ещё нашим дедам и прадедам. А в храм я хожу, когда бываю в городе. Бог милостив.

  - Ага, бог милостив. Ладно, я с тобой не разговоры о вере не собираюсь вести. Подожди здесь.

  Мы отошли втроем в сторону посовещаться.

  - Ну и что ты думаешь Шаис по этому поводу?

  - Смотря, что там было.

  - Что что? Эпидемия - коню понятно. Сколько там инкубационный период тянется, я убей меня, не знаю. Но по идее передохло там все. Больше-то чем за десять лет. Пойдем? Там хоть отсеяться можно. Иначе жрать реально будет нечего. Мы-то ладно. А вот людей чем кормить? Может, вырастет чего?

  - Лес поможет. Здесь он добрый.

  - Добрый? - с сарказмом поинтересовался я. - Значит, магия у тебя работает.

  - Работает. Немного по-другому, но лес дает силы. Ваши друиды - волхвы могут пользоваться силой. А вот крестик тоже сила, но другая.

  - Не морочь мне голову богословскими проблемами. Твою богиню жертвы умилостивят? Если ты подаришь ей чужую жизнь.

  - Степняка предлагаешь принести в жертву?

  - Можно и его.

  - Не знаю. Надо проводить темный ритуал. А как отреагируют другие, я не знаю.

  - Какие другие? - на всякий случай решил уточнить я.

  - Местным богам может, не понравится появление конкурентов.

  - Короче. Я не буду влезать в твои теологические споры. Об этом поговорим попозже. Реально, сейчас ты можешь помочь? Говорить с растениями можешь?

  - Увеличить урожай и убить вредителей? - загадочно ухмыляясь, поинтересовался он.

  - Да. Без твоей помощи нам боюсь, придется очень туго.

  - Ну, на это у меня сил хватит, - он с миной такого превосходства оскалил свои белоснежные зубы в улыбке. - Все ваши жрецы здесь дети, по сравнению со мной. Они помогают развитию вероятности. А я занимаюсь практической магией.

  - Откуда это у тебя такой вывод?

  - А я вчера попросил посмотреть амулет у одного серва - крестик. Он совсем другой. Это просто ещё один вариант веры в Единого. Вера, конечно, иногда творит чудеса, но к магии она не имеет отношения.

  - Отсюда вывод? Урожай будет? - утвердительно задал я вопрос.

  - Будет,- твёрдо произнес Шаис. - Лес сейчас спит. Но силой он делится.

  - Понятно. Спасибо, я очень на это рассчитывал.

  Надеюсь, он не заметит издевки, а то очень он на эту тему обидчивый. Чуть, что не так - кирдык. А попроще объяснений от него не дождешься. Не хочет он на эту тему разговаривать и все тут. Хоть убей его.

  - Остается вопрос с землей.

  - Город, непременно чей-то, даже если брошен, - сразу высказался Гоша. - Нигде не бывает ничейной земли.

  - Вот тут ты пожалуй прав. К осени надо ждать гостей. Про нас узнают. Охотники.

  - Охотники? - переспросил Гоша.

  - У князя есть прознатчики. Шатаются охотники по лесу и смотрят - где чего нового появилось. Да и дороги появятся - их не скроешь.

  - Можно убить соглядатаев, и дороги можно прикрыть, - высказался Шаис.

  - А зачем? Ты точно знаешь, что охотник - шпион?

  - Можно спросить...

  - Да иди ты! А то я не знаю, как ты спрашивать будешь. Нафиг мне лишние покойники. Да ещё и русские. Я как не странно - патриот. Так что отпадает. Ты мне проще скажи. Силой жертвы ты сможешь воспользоваться? Как там? - я ткнул пальцем в небо.

  - Ллосс любит кровь... она всегда помогает своим детям, как бы далеко они не находились.

  - А по-простому высказаться ты не можешь? Например, словом 'Да' или 'Нет'.

  - Сила - она всегда сила. А воспользоваться ей всегда можно, если умеешь. Да. Только направлена она, должна быть правильно.

  - На разрушение? - уточнил я.

  - По-разному.

  - Все! Пошел к чертовой матери со своими рассуждениями! Мне со всеми вашими философиями счас некогда разбираться. Значит так. Даю вводную. Гоша, ты командуешь переселенцами.

  Гоша горделиво расправил плечи.

  - Шаис твоя задача разведка. Возьми пару пацанов в помощь. Поучишь.

  - Каких?

  - Покажу. Хотя... сам посмотри, может кто сгодится, из тех, - я кивнул в сторону ясов.

  - Все. Идите. Я договорю с Третьяком.

  Я вернулся огласить ему мое решение.

  - Мы займем то место, которое проклято. Некогда заниматься строительством.

  - Гнева богов не убоишься?

  (Хотел было по привычке добавить что-то вслух про благословление, но боюсь, не поймут).

  - Не убоюсь. Проводника дашь?

  - Дам. Торопка с вами сбегает. Покажет. Но в дома не пойдет.

  - Договорились. Я вот ещё, что скажу. Заберу я у тебя пару-другую пацанов в свою дружину.

  Третьяк насупился.

  - Не бесплатно. Бою буду учить. Воинами будут. Да и тебе наверняка воины под боком лишними не будут.

  Посмотрев на мое лицо, Третьяк понял, что спорить бесполезно.

  - Утешься. Я здесь надолго. Тут теперь моя земля. А я своих людей защищаю.

  - А ну как похолопишь парней? - он требовательно уставился мне в лицо.

  - А смысл? Вон у меня куча баб с детишками. Ещё и твои мне зачем? Мне воины нужны. Сила скоро придет сюда из степи. Всех вырежут. А кто останется рабом на веки станет. Боюсь вам тут совсем не устоять. Надумаешь приму под свою руку. Защиту дам. Ты-то знаешь, как меч держать. Долго ли твои 'вои', - я ухмылкой подчеркнул, последнее слово, - устоят против хоть двух десятков степняков?

  Третьяк отрицательно покачал головой.

  - То-то и оно. Закидают мужиков издали стрелами. А остальным петлю на шею и в рабство. Схороны-то у вас есть?

  - Есть. Как не быть. Так вот дозор тебе постоянно держать на дороге надо. Пусть хоть дымом предупредят. А то налетят как эти. И все.

  - Откуда сие это тебе ведомо?

  - Отчего ты думаешь, кочевники сюда забрались? Они в Булгарию шли. Другие кочевники огромной силищей их побили. И следом идут. Эти поумнее. Баб с детишками похватали да подались подальше от рабства неминучего. Тем кроме рабов да добычи больше ничего не надо. Кочевники они. Им земля не нужна. Только дань, добыча и рабы. Понял?

  - Даст бог не дойдут... Чую, уходить надо, - неожиданно сделал вывод Третьяк.

  - Да, ты и вправду не дурак. Дорогу ведь не спрячешь. Да и мы изрядно натоптали.

  - Если ты правду баешь... то смутные времена грядут. Только куда уходить? Земля только вот кругом княжья. А в зиму уходить - перемрет половина.

  Я пожал плечами.

  - На службу княжью пойдешь?

  - Я подумаю.

  - Это ты с десятком воев надеешься устоять против княжьей дружины? - скептически поинтересовался он.

  - Если я скажу - 'да', ты поверишь?

  Он покрутил головой, пряча ухмылку в бороду. Ещё бы. За такие смехуечки могут и голову смахнуть.

  - Ты мне головой не крути. Говори по-простому, я хоть и знатен, но не спесив.

  - Ляжете вы под мечами дружины как колосья под серпом. Вои князя нечета степнякам. Норманны вои хорошие, но не десятку драться против сотни.

  Я ухмыльнулся:

  - А воевал ты под рукой князя? Откуда такое знаешь?

  - Воевал было дело.

  - Пойдешь под мою руку, если князь отступиться?

  - Отступится на этот год, придет на следующий.

  - Ну давай подумаем. Сколь воинов князь берет на полюдье?

  - Мало три десятка. А то и поболе.

  - Мы втроем добычу на степняках большую взяли. Ещё воины будут. Отобьюсь.

  - Раз отобьёшься. Може и второй раз отобьешься. Сговорит князь братьев. Все ляжете.

  - Ладно, - я тяжко вздохнул. - Некому будет скоро меня воевать. Не сей год, так следующий придут поганые. Мнози убьют, да в рабство угонят. Князья плохую смерть примут - без чести. То мне ведомо.

  На лице Третьяка промелькнула целая гамма чувств. Удивление недоверие, возмущение...

  - Не говори ничего. И никому не говори. Не поверят тебе. Разор идет на землю. Безбожники алчные. Тебе говорю, потому что добра хочу. Придут худые вести - сразу уходи ко мне. Не жди. Бросай все и людей уводи, сразу не мешкая. Набег большой будет. Все предадут мечу и огню.

  - То правду ли ты баешь?

  - Ты других степняков, кроме половцев видел?

  - Нет.

  - Тогда детей да родичей с бабами пожалей. Все верно я тебе говорю. А степняки бегут. Значит, те от кого бегут - сильней их. Понятно?

  - Понятно.

  - А теперь иди, собери мужиков и парней говорить с ними буду. Мы сейчас уходим. А насчет князя я подумаю. Я ему не враг - знай это.

  Третьяк повернулся и зашагал обратно в поле.

  - Ну, по крайней мере, пока, - это я уже пробормотал себе под нос.

  - Гоша! - я кликнул верного Санчо и дождался пока он подойдет. - Собираемся и уходим.

  Он, молча, кивнул и пошел распоряжаться. Я продублировал приказ для нурманов-варягов и уселся на подаренную шкуру подумать.

  Вот как мне с моим знанием истории дальше быть? Все что я помню это битва на Калке. Придут туда два, а то и три тумена. Правда то, что у монголов полный списочный состав в туменах по десять тысяч - это хрен там. Не может такого просто быть. Воевали они по дороге. И потери несли. А пополнение где брать? Взяли воинов со стороны? Возможно, но маловероятно. Проиграть сильному противнику не такой уж большой позор. Вот и написали историки, что много их было. Начнем с того что их навряд ли десять тысяч. Это тупо - жрать нечего. А вот в то, что несколько тысяч это запросто. Это опять же я так думаю. Что там дальше? Послали их на разведку. Или не на разведку, а кого-то наказать? Наказали. Да-а. С историей Древней Руси у меня совсем плохо. После последнего перехода и у Сима с инфой проблемы. Каша там.

  - Ну чего там, Сим? Не нашел?

  - Нет у тебя в голове дат. Только те, которые ты сам помнишь.

  - Вот и поговорили...

  - Если хочешь жить - живи. Если не уверен - ляг и подумай...

  - Ага, как же полежишь тут. Ладно, буду сам вспоминать.

  Я подошел к Шаису.

  - Собираемся! Пойдешь первым посмотри там...

  Он понятливо кивнул и стал готовиться. Я опять присел и задумался.

  А будут там Джебэ и Судубай-богадур. Это я в детстве у Яна читал. Или не у него и не в детстве? Блин в книжках как хорошо - попал и помнишь все про всяких князей. Кто с кем поссорился, кто с кем воевал и когда. А я с трудом про самых важных. Джебе и Судубай. Чего там писали? Джебе вроде был крутой полководец. Тактика монголов... ну монголами я буду их по привычке называть. Их по моему мнению и было всего несколько тысяч. Но это так - лирика. Тактика их наскочил - ударил. Ограбил - убежал. Не вяжется это с историей. Если бы они напали, то про них уже конкретно бы знали. Походов было в это время два. Сначала пара туменов гоняла половцев, потом наскочили на Русь. Потом пришел сам 'унучёк' Бату-хан. Значит это мы перед первым нашествием. Битва на Калке. О как!

  Вот куда они потом двинулись и где та Калка? Вот это вопрос. По-любому надо забраться поглубже и не отсвечивать. Ну-у... не совсем так чтобы не отсвечивать. А пощипать монголов - святое дело. Разжиться опять же людьми. Гнусненько звучит. Зато, правда. Героически кинуться с десятком на сотню это в кино только бывает. Вот втихую настрелять их - это можно и нужно. Только интересно в этот год они придут или в следующий. Хорошо бы в следующий. Дружину хоть успею подготовить.

  Поглядывая изредка по сторонам и занятый невеселыми размышлениями, я увидел, как Третьяк собрал мужиков. Поднялся и пошел к ним речь толкать. Подошел, оглядев толпу вольно стоящих и ждущих крестьян. Че-то никакого подобострастия и никакой забитости на их лицах я не заметил. Нормальные люди. Вольные. Поклонились.

  Я толкнул речь. Минут пять я разорялся на тему о жути, идущей на их земли. О набегах и безопасности. В общем, уговаривал присоединиться либо к воинам, либо просто идти под мою руку. Обещал изобилие и прочие бонусы. Задавали вопросы и думали.

  В общем, завершив собрание - председатель удалился, а оставшиеся в его отсутствие перешли к прениям. На всю эту канитель издали поглядывали уже собравшиеся норманны и тоже что-то обсуждали.

  - Готовы, Сигурд? - задал я вопрос уже обряженному в кольчугу норманну.

  - Готовы.

  - Пойдем на новое место. Надо быстро закрепиться. Потом мы пойдем за добычей. Крови, надеюсь, не боишься? - пошутил я.

  - Нашим богам люба руда.

  - Только вот я тебе скажу, а ты своим. Делать в точности, только то, что я скажу. И убивать ТОЛЬКО по моему разрешению, - я голосом подчеркнул последнюю фразу. - Иначе смерть любому. Дисциплина в первую очередь.

  Тот понимающе кивнул: - Дициплина, - он с трудом выговорил незнакомое слово. - Убить только по воле ярла. Понял. Скажу. Будь уверен.

  - Добычи будет много. И про вашу долю я не забуду.

  - Удачливый ярл - принесет удачу и остальным, - он довольно кивнул.

  'Мы быстро собрались и быстро пошли',- эта фраза вертелась в башке, как пластинка, сбивая благочестивого ярла с возвышенных мыслей о судьбах народов. Мне доложили, сколько там у меня и чего есть. Было много. А значит я уже не нищий.

  'Это я удачно зашел', - подвел я итог докладу. Почему? Да все просто. На переселение поехали десяток семей. И ясы не кочевники, а земледельцы. Супермаркетов тут нету, и поэтому ребята захватили самое необходимое с собой. Семена и сельхозинвентарь. Кроме овса, они, оказывается, возделывали гречу и разные огородные культуры.

  А мне в башку влезла следующая странная мысль: - 'Интересно пашут на верблюдах или нет?'. И это при явном избытке лошадей. Лошади, правда, явно больше смахивали на пони. Это не мои боевые жеребцы. Мелкие какие-то. Но привычка искать в любом плохом - хорошее, привела к мысли, что жрут они меньше и... овсом их явно не балуют.

  Что я могу сказать об этих временах? Общинно-родовые отношения... и прочие умные слова не передадут духа. Если просто, то у кого жрачка - тут тот и заказывает музыку. Вот это и есть простая сермяжная правда. Магов-погодников тут нет и неурожай дело обычное. Да и урожай 'сам - три' не оставляет простора для фантазии. 'Сам - три'... ну или 'сам - пять' это ежели кто не знает - производительность. Кило посадили - три или пять кило сняли. Из этого надо ещё и налоги отдать. Сменять ещё на что-то нужное в хозяйстве. Материю или железо. Вот и думай, как жить. Элементарно жрать нечего. Вот такая вот суровая действительность. Плюс, вернее минус - семенной работы никто не вел. Чем думаете, занималась крестьянская семья зимой? В лото играла или там, на колядки ходила? Нифига подобного. Зерно она перебирала. Это развлечение по вечерам. Вот так. Да и соха опять же, сиречь - 'орало'. Почему её ругали? Она рыхлила землю. Зерно в земле выше - урожайность меньше. Меньше воды и прочих полезностей. А вот плуг позволяет засунуть зерно поглыбже - соответственно всхожесть и урожайность выше. Про минералы всякие и воду говорить бесполезно. Ибо многие уверенны, что гамбургеры рождаются прямо на фабрике. А плуг - это железо. Железо - дорого. А земля тут чернозем - это я уже поглядел. Значит, хлебушек у меня будет.

  Почему я опять занимаюсь глупостями вроде сельского хозяйства? Это просто. Можно жить с меча. Я и не собираюсь отказываться. Но вот ложиться в этом случае под кого-то не охота. Надо иметь норку, куда стаскивать запасы.

  Да что ж это такое?! В конце концов! Благородному барону подумать не дают. На очередной 'небольшой выбоине на шоссе', которую мой местный шестисотый конь играючи 'перелетел'... я едва не откусил язык, задумавшись. Жаль, что здесь блин не на кого поорать по поводу 'сэкономленных' средств. Как сказал один умный человек: 'Российская особенность - украсть на строительстве дорог, купить на них дорогую машину и разбить ее о плохие дороги'.

   'Дорога' к городищу - это ужас! Эту дорогу я буду звать теперь - 'мечтой мазохиста'. Как она меня задолбала! Все время приходилось вырубать подлесок, чтоб протащить телеги. Преодолели два ручья и здоровенный овраг. Дорога заросла напрочь. Ночевали в лесу. А сколько 'преодолели', я даже прикидывать не стал. Провались оно пропадом!!! Лес и лес кругом. Если б просто так идти - это нормально. А вот тащить обоз с лошадьми и верблюдами - это совсем другое. Вот что хорошо, что никто не вопил про трудности и что я там кого-то куда-то завел. Нет тут такого. Старший ведет - остальные под его мудрым руководством выполняют. Практицки мечта любой партии. А вот долбанные комары мне обгрызли уже всю морду. Единственное, что утешило - не только мне, но и всем остальным тоже. Птиц и несколько зайцев по дороге подстрелили, да и Шаис идущий впереди оставлял на дороге дичину - развлекался. Так что вечером опять ужинали с мясом.

  Меня перед сном беспокоило разное. Как максимально обеспечить запасы продуктов? Ну понятно, что их сначала надо добыть. А ладно! Есть кое-какие наметки. Вот только нашествие в этом году или в следующем? От этого зависело многое. Под шумок вырезать и ограбить монголов это одно. А влезать в княжеские свары - это совсем другое дело. Появись на княжеских землях неизвестная ватага хорошо вооруженных бойцов, сразу же захотят выяснить - 'кто и зачем?'. И захотят поставить в строй. В таком ключе (это с бездарным командованием) ложится в землю как-то сильно неохота. Да и встречаться с властями тоже. Пусть я подлец, но лезть с шашкой на пулемет - это идиотство чистой воды. Я их и так резать буду.

  Наконец мы пришли.

  Что я могу сказать? Хорошо! Причем так хорошо, что даже не верится.

  Как только мы вышли из лесу, я остановился и даже присвистнул от удивления. Прикольное... - 'проклятое место'.

  Перед нами вдалеке текла речка. На берегу реки высился скальный холм. Река огибала его петлей. И вот в устье этой петли и стоял тын с изрядно заросшим рвом. Направо и налево расстилались 'поля'. Чуть заросшие молодыми деревцами, но понятно, что обрабатывались. За рекой на другом берегу неслабый такой заливной луг. "Холмик" - естественное укрепление, высотой метров восемь-десять над уровнем реки. Выкопать ров если там не скала... и затрахаешься брать без камнеметов. Штурмовать можно только со стороны леса, где мы сейчас стоим. Там изрядно оплывший вал, на котором и стоит тын. Понятно, что сидели здесь в глуши только крестьяне. Может и было несколько воинов, и то навряд ли. Огородились и хватит. Штурмовать тут некого.

  - Шаис и как тебе 'проклятое' местечко?

  - Удобно, - в глубине его глаз мелькнуло довольство. - Тут можно оставаться.

  Осталось узнать, ушла зараза или нет? Судя по тому, что рассказал Третьяк, сюда добралась чума. А из того, что я помню, носителями были грызуны. От них переносчиком были вроде как обычные блохи. Чего там ещё? понятно, что вирус... или он не вирус? В общем один хрен за десять лет оно должно сдохнуть. Как оно попало сюда - непонятно. Хотя судя по тому, что сказали мне - может быть что угодно. Человек 'покрывался язвами и умирал плохой смертью'. На дальнейшую тему расспросы были бесполезны. Табу энд опасение проклятия - хоть ты его убей. Оспа? Так они почти все тут рябые. Может осложнение? Я всяко, не биолог или кто там этим занимается. Ладно, пойду первым.

  Показав пальцем, где устраиваться народу, я пошел посмотреть на свои новые владения. Гоша естественно увязался за мной. Здоровенная воротина сложенная из половинок стволов просела и стояла на земле.

  Мля-а... городище...

  Несколько десятков домов, наверное, только сейчас могли назваться городищем. Полуизбы - полуземлянки. Но три-четыре десятка 'изб' было. Короткая улочка, ведущая в гору упиралась в дом получше. Получше - это в полтора этажа. Перед домом была небольшая площадь. От нее перпендикулярно отходили два переулка. Эдакая - Т-образная планировка, в вершине которой и стоял дом... старосты, тиуна или кто там командовал.

  По краям вдоль обрыва реки была сложена стена в пару метров. Забравшись на нее, я посмотрел вниз. Да-а... а штурмовать снизу бесполезно. Обрывистый берег. Внизу река. Тут один лучник и один копейщик удержит всех. Остается перестроить 'вход' и сидеть тут можно до 'морковкина заговенья'. Были бы продукты. Колодец выкопан у самой стены. В самом низком месте, в углу крепостицы. Теперь её можно и так назвать. Кругом все запущено, но видно, что устраивались надолго. Я заглянул внутрь колодца - до воды метра четыре. Да. Отлично!

  Я спустился и зашел в первый же попавшийся дом. Покойников нет. Интересно. И барахла тоже нет. Грубый стол, пара лавок... и неизменная черная печь, занимающая треть или четверть 'пентхауса'. Хотя вру. Пентхаус - это дом на крыше. А тут полуподвал-Хаус. А если уж совсем на манерном пиндосовском языке - бесментхаус. Забавная кстати эта штука - печь. Она или глинобитная с камнем внутри стен или каменно-глинобитная. Это такое прямоугольное здоровенное сооружение. Я зашел во вторую избу. Та же самая - глинобитная печь. Значит где-то неподалеку, есть глина. Это радует, будем с кирпичом и посудой. А вот живого тут никого нет.

  - Пойдем-ка, Гоша посмотрим наш домик.

  Посмотрели. Ничего хорошего. Подслеповатые окна давали немного света, чтобы оценить бедность. Одно отлично тараканы и насекомые тут вымерли.

  - Итак, будем заселяться.

  - Какая нищета! - с сожалением выдал он в ответ на мое предложение.

  - Это ты насчет того, что украсть нечего?

  - Зачем украсть? - состроил он обиженную рожу. - Тут и так все наше.

  - А... понятно.... Найти ничего 'ненужного' пока не удалось... скорбишь? - абсолютно 'нейтрально' поинтересовался я.

  - А что? Должны же были что-то спрятать? - обиженно протянул он.

  - Я тебе сто раз говорил - тут натуральное хозяйство. Вырастили - сожрали. Разносолов не будет. Тут самое сладкое - мед.

  - А сахар?

  - Сахар... Сахар будешь лично курировать. Вот вырастишь, переработаешь и сожрешь сколько хошь.

  Гоша слегка посмурнел.

  - Шо? Ти таки вспомнил свое босоногое детство?

  - Чего?

  - Чего-чего? Когда-то помню у тебя крыса - за счастье была. Тоже деликатес.

  - Это давно было. Сам же говорил - война кругом.

  - Война тут постоянно. Делят территорию князья, да смотрят постоянно, у кого чего пограбить.

  - Ну?

  - Что ну?

  - Может и мы, присоединимся?

  - Мы-то присоседимся. А дальше?

  - Дальше добыча.

  - Эх ты... - босяк. А отсиживаться от разгневанных хозяев, ты где будешь?

  - Места много - убежим.

  - Я часто бегал? - иронией поинтересовался я.

  Гоша задумался.

  - Не-ет.

  - Вот. Сначала нужно место, где мы будем жить.

  - Отсель грозить ты будешь шведу? - он, глумясь, перефразировал великого поэта.

  - Боюсь, что предки шведов сейчас на поле устраиваются.

  - Норманны?

  - Угу. Только сейчас мы глубоко в заднице. Пока... там, - дойдя до большого дома, я с натугой открыл дверь. Оттуда пахнуло затхлость и нежилым духом. - Кстати придется тебе ещё креститься.

  - Я помню, что ты рассказывал, - ответил мне Гоша в спину. - А Шаис не станет.

  - Не ста...

  В темноте большой комнаты на секунду за печкой свернули зеленью чьи-то глаза.

  - А ты кто? - задал я вопрос в темноту.

  Гоша моментально отреагировал. Он бесшумно перетёк влево за моей спиной и, судя по шороху, уже сжимал нож.

  Но все было тихо. Глаза погасли. Можно было это списать на глюк, но я слишком старый, чтоб в это поверить. Как же померещилось? Так один раз привидится... и утром не проснешься.

  'Котов тут нет. Рысь? Не живут они в домах... Не может быть!!!', - мгновенно промелькнуло в голове. Я вежливо поклонился и произнес:

  - Доброго дня. Не позволишь ли дедушка остановиться тут. А я в долгу не останусь. Отблагодарю.

  Темнота вновь сверкнула зеленью и прошелестела: - По вежеству пришел?

  - По вежеству и с уважением.

  - А дух от тебя совсем не здешний. Ты что ж не поклонник нового бога?

  - Крестили меня - врать не буду. Младенем. Так что ж дозволяешь?

  - Дождался... - мягко, и как мне показалась, с облегчением выдохнула темнота. - Проходи... новый хозяин.

  - Это кто? - шепотом поинтересовался Гоша.

  - Нож спрячь, - повернув голову, сказал я. - Знакомься Гоша. Это хранитель здешний - домовой.

  - Кто такой домовой? Это которому еду оставляют? - подозрение в голосе Гоши можно было намазывать на хлеб.

  - Нишкни малец! - отозвалась темнота. - Ты сам-то кто? Облик у тебя человечий, а внутренность - не наша... другая. Думаешь, я не вижу!?

  - Раскусили тебя Гоша. А ты не обижайся уважаемый. Гоша - гоблин. Рожден в дальних краях. Но про то он сам тебе расскажет, как ближе познакомитесь. Выйди к гостю. Покажись, каков ты есть.

  Мне и самому было интересно. Не верил я в домовых и леших. Не верил и все. А смотри-ка ты. Доведется вживую на него посмотреть. А вот кто он или что? Одно понятно - есть тут магия. А это значит, что Шаис что-то крутит. Не договаривает. А может он и вовсе реликт? Одно понятно. Ни хрена мы не знаем!

  Темнота вздохнула и на тусклый свет, падающий от крохотных оконец и со стороны сеней, вышло нечто лохматое - размером примерно по колено. Из шерсти таращились здоровенные круглые глазищи, а с боков головы из шерсти выглядывали кончики рысьих ушей. Ручки с эдакими неслабыми ноготочками... но общее впечатление приятное.

  Его глазищи моргнули и требовательно уставились сначала на меня, а потом на Гошу:

  - Ну что? Посмотрел?

  Гоша горделиво подбоченился и в свою очередь вызывающе уставился на домового.

  - Посмотрел! Ты волосатый, что ли здесь рулил... пока нас не было? - высказался он на 'чиста' русском языке. Как не странно, но домовой его понял.

  - Телок ты неумытый! Ищо от сиськи не оторвался... а туда же! Немочь дурная... младчая... - лохматый комок подбоченился и попытался посмотреть на Гошу сверху вниз, - осина стоеросовая!

  Видимо домовой обиделся. Но попытка осадить явно зарвавшегося гоблина потерпела фиаско. Гоша выпятил грудь и, положив руку на рукоять костяного кинжала, разразился пафосной речью.

  Правда состояла она в основном из заковыристых ругательств барона Ольта, которыми тот пользовался в разное время. Изрядно перевранных и вдобавок произнесенных с жутким акцентом. Это говорило о хорошей памяти гоблина запомнившего их. А суть его высказываний сводилась к тому, что он своими собственными руками может порезать сомневающегося в его возможностях на много маленьких домовых и распинать их потом по всем концам нашего нового дома. Набрав в грудь воздуха, чтобы добавить ещё что-нибудь, Гоша на секунду прервался.

  Домовой ловко воспользовался этим и не дал ему закончить речь. Он в негодовании подпрыгнул и моментально став в полтора раза шире - оглушающее громко проскрипел несмазанной дверью. Затем сквозняком в печи и выдал тираду. Из которой я уловил несколько очень образных сравнений Гоши, с худшими представителями животного мира страдающих различными заболеваниями, как врожденными, так и приобретенными. Вроде хромоты, глухоты, слабоумия и энуреза. Там ещё было что-то про тлю и морщинистую вошь... После чего он перешел и вовсе на незнакомый мне язык с шипящими и прищелкивающими звуками. На древнеславянский, он был похож... как Шаис на демократа. Из этой речи я и вовсе ничего не понял. Но масса экспрессии и жестов не оставляли сомнений в её содержании.

  - А-а-а...!!! - заорал Гоша. - Так ты и ещё и лаешься не по-нашему! - возопил гоблин в великом негодовании и выхватил кинжал, намереваясь претворить свои угрозы в жизнь. - Вот значит как?!

  Видимо слова у него кончились.

  - Так!!! А ну тихо!!! - грохнул я во всю мощь своего голоса. Я чуть не рассчитал. Звуковая волна, родившаяся в моей груди, никак не была рассчитана на это маленькое помещение. Поэтому беседующие слегка присели и уставились на меня.

  - Хорош обмениваться любезностями! Я вижу, вы познакомились и даже понравились друг другу... - две пары глаз возмущенно уставились на меня. - Поэтому я предлагаю пожать друг другу руки... горячие финские парни, - уже гораздо тише добавил я.

  - А... - начал домовой.

  - А вот спорить не надо! Стыдно...!!! Стыдно смотреть на то, как такой мудрый и много знающий домовой, повелся на безобидные шутки малолетнего гоблина. Тем более он готов извиниться.

  Я повернул голову в сторону Гоши и нежно поинтересовался:

  - Ведь готов?

  Гоша в возмущении открыл и закрыл рот. Судорожно сглотнул, и согласно кивнув, выдал:

  - Всенепременнейше-с согласен. И инда с превеликим тщанием-с и смирением - готов.... Да-с, извиниться. Вельми понеже...иже херувимы...

  Эта замысловатая велеречивая фраза из уст только что матерившегося гоблина слегонца вогнала меня в ступор. Интересно где он мог набраться таких канцеляризмов? Хотя его хитрая морда так и лучилась довольством. Наверняка репетировал, сволочь. Ишь как доволен.

  Домовой пару раз хлопнул глазами и, посмотрев то на меня, то на Гошу разразился ухающим смехом.

  - Потешил! Ой, потешили... старика. Чую весело с вами будет. Ну что ж давайте знакомиться....

  Меня занимал вопрос кто ж такой этот домовой вообще и есть ли тут ещё такие. Как оказалось есть. Но существо он магическое или нет, он не знал. 'Был мы всегда', - вот и весь ответ. 'Как люди верить в них перестают - так они и исчезают'.

  Когда я выдал знакомую мне версию по книгам о том, что они ухаживают за лошадьми и занимаются хозяйством... домовой долго смеялся. Они оказывается жуткие индивидуалисты, и живут в одиночку. Один на целую деревню. И помогают так по мелочи. Хозяина вовремя разбудить при пожаре или там, если воры полезут. Еды надо мало. Они, что-то вроде сигнализации и наблюдения. Причем они считают, что это защита своего жилища. Что-то вроде кошки или собаки. О как.

  Плюнув на все, я выдал команду заселяться в дома.

  Как не странно, но четкой градации на воин - не воин, не было. Вдохновленные речью на тему: 'Родина ждет от вас трудового подвига', народ начал пахать. Пахали землю - это для непонятливых. Что явилось для много знающего и читающего меня, это то, что на верблюдах оказалось можно пахать. Вот это меня сильно удивило. Интересно, почему тогда распространение получила лошадь, а не верблюд? Потому что ест меньше? Мое стадо насчитывало больше полусотни голов. Теперь надо думать, чем его кормить. Эх, нелегка ты жизнь феодала.

  Я рассчитывал на спокойное лето. Ну даже если и дойдут до местного князя слухи обо мне. Наврядли он сломя голову бросится на разборки. Других дел полно. Да и кто ему расскажет?

  Переселенцы все у меня. Живых я имею в виду. Да. Я забыл упомянуть, бабы с детишками, что оставались на дороге собрались и тронулись вслед за мной. Я видимо на фоне остальных местных руководителей выглядел нетипичным добряком. Я ведь не дал команду вырезать их всех, как было бы нормальным, а оставил жизнь и даже кое-какие крохи имущества. Нас догнали у поворота на весь. И попросились их принять 'насовсем'. Поклявшись в верности какими-то своими богами. Что делать - принял я обузу на свои плечи. Что делать вот такой вот я добряк.

  Между тем прошло две недели. Потихоньку обжились. Вспахали поля. Бабы высадили огороды. Коровы дают молоко. Ну, по крайней мере, та одна, которая у нас есть. Кони пасутся. Травы полно. Раненные практически выздоровели. Ещё мне не хватало покойников. Мне воины нужны.

  Гоша стал счетоводом и казначеем. Шаис взял на себя разведку. Сигурд - Бычий Ху... э... Хвост, стал начальником дружины. Все время в голове вспоминается дурацкий анекдот на тему его имени. Хорошо ни разу не ошибся. Языки разные.

  Костяк дружины составили пятеро норманнов. Плюс пятеро кочевников. Двое слуг. И больше десятка детей. Вот и вся моя военная сила на данный момент. Считаю я всех только мужеского полу. Больше трех десятков баб и куча девочек - оставлена на потом. Не знаю я пока что с ними делать. Вот сейчас у мужиков малина. Женщин гораздо больше, и я вижу титанические их усилия, пристроится в постоянные жены. Они гораздо прагматичнее мужчин в этом плане. К концу недели народ разобрался с предпочтениями и можно сказать, жизнь началась. С десяток изб ещё были пустыми и требовали хозяйской руки. Но так жить уже было можно.

  Планов у меня громадьё, но вот финансы и материальная база подкачали. Да и статуса боярина тут у меня пока нет. Поглядим. Я запланировал через недельку путешествие в Новгород-Северский - столицу соседнего княжества. Для ознакомления так сказать с местными реалиями.

  Я сидел на скамейке из половинки бревна и размышлял. Вот забрался я в немыслимые ебе... э... даль. С одной стороны - хорошо. Эдак удачно я попал встык двух княжеств. Новгород-Северского и Черниговского. А вот с другой, накроют нас тут как тараканов. Да ещё если с двух сторон навалятся. Будет кисло. Придется помирать. А с другой стороны... ну не верю я в добрососедские отношения князей. Надо идти под чью-то руку. А мне это как-то не охота. Не испытываю я никакого пиетета к власти. Скорее наоборот. Наверное, я анархист. Феодальный. И вообще я современный человек - у меня психика пластичная. Во что хочу в то и верю. Кого хочу того и ненавижу. Подо все можно подвести базу. Вот она, прекрасная демагогия, которой нас всех учат.

  Земля тут добрая - чернозем. Значит и урожаи должны быть нормальными. Интересно, хорошее ведь место и никто не живет - боятся. А я не боюсь. Теперь тут будет город Ольт.

  На этом мои размышления были прерваны. Приперся Сигурд.

  - Ярл мы готовы.

  - Иду.

  Телеги были выстроены, и около них стояла пятерка норманнов. Ну чё - поедем, посмотрим чего там за города. Выживание требует людей. Люди это главное богатство. Что не купим, то украдем. Не фонтан конечно со стороны, но чего делать.

  Мы часто так пикировались с ним на совершенно разные темы, чтоб не было так скучно.

  - Ну и куда ты верблюда привязываешь? Гоша, на хрена они тебе? - заорал я, увидев что Гоша прибавил к обозу ещё пятерых связанных цугом верблюдов. - Что значит надо...? Это твой личный обоз...? И что это интересно тебе может попасться по дороге...? А главное - вдруг...?! Ты брось мне эти штучки! Тут сразу вешают. За что - за что? За шею!

  Но наконец, все сборы были закончены. Небольшой обоз из пяти телег и пяти верблюдов тронулся в путь. На охране ценного груза состояли: трое нас, пятеро викингов-норманнов. А я ведь, кстати, так и не определился норманны они викинги или кто там ещё. Трюгви например, точно был - даном. У них ещё не было такого точного деления на нации. Ну и были трое ясов. С нормальными такими именами - Пидорос, Хернак и Дуло. А ежели кто думает, что я прикалываюь, то нет. Это действительно у них такие имена. Ага, ещё Папай и Каплан. Папай поехал с нами, а Каплан остался на хозяйстве. Вдобавок у них какие-то престранные представления об имени. Нельзя его вслух говорить. Мол, типа духи обидятся или ещё чего-то. Суеверные они тут все до безобразия. Даже жена, оказывается мужа зовет не по имени или там по фамилии, а по прозвищу. В итоге чтоб не заморачиваться все начали учить русский язык. А эти получили вполне вменяемые клички: 'Первый, Второй...' и тэ дэ. Благо такой опыт у меня был. Прихватил я и трех месных пацанов. Они поступили под команду Гоши.

  Я в последнее время хоть спал нормально. Вместо простыни у меня теперь была медвежья шкура, и ещё я оставил шкурок на одеяло. Бабы мне его сшили. А чего? Имею право не спать на одном сене. Хотя с другой стороны мне глубоко по барабану, на чем спать. Но если есть возможность, почему не воспользоваться.

  - Пофигизм есть высшая степень уверенности в себе, - одобрил мои мысли Сим. Дурацкая она твоя родина.

  - Это почему же?

  - Да все, как и у нас, только магов нет и магии.

  - Да ну тебя. Вот пымает меня местный князь, да как повесит....

  - Ну и дурак.

  - Кто - князь?

  - Ты. Если тебя могут повесить - ты дурак. Во все времена ценилась только сила.

  - Это ты к чему?

  - Убей его первым! - ответил мне Сим и заржал.

  А вокруг зеленела трава. Как прекрасно идти тоненькой ленточкой дороги и, забывая обо всем, растворяться в величественной красоте леса! Он будто бы раскрывает для тебя свое объятия, и ты замираешь в немом удивлении. Тишина восхищает тебя. Ты на секунду замираешь неподвижно, словно ждешь чего-то. Но вот налетает ветер, и все сразу оживает. Просыпаются деревья, и начинает шуметь лес. Дорога ложится под копыта моего коня. Красота... Ну ещё зудели долбанные комары. И твердое седло снова отбивало мне задницу. Ага, идиллия. До вечера встретились с двумя пешеходами и одной телегой. Мля, ни разу это не Бродвей. Илиада началась. Ну или как там правильно обозвать путешествие в неизвестность.

  Все обряжены в железо - это тут очень круто. Не сейчас, а вообще. Только последний идиот будет париться в кольчуге без нужды. А разведкой у нас занимается Шаис... поэтому комментарии излишни. Кого он не сможет убить сам, выведет под наши клинки. Кстати о клинках, железо на них не фонтан. Да, совсем не гномьей ковки. Я ухватил себе помимо меча ещё и секиру, с рукоятью окованной металлическими кольцами.

  Ехал я, любуясь природой и раздумывая о всяком разном. Из того что хранила моя сиротская память про карты, мне помнилось примерное расположение всех этих княжеств. А вот время? Это, скорее всего нашествие на Русь. Потому что только тогда навешали хану Котяну. Хан...хан... Половецкий он хан или кипчапский? В башку лез какой-то половецкий танец с саблями, только вот откуда он никак не приминалось. В голове вертелся князь Игорь и плач какой-то Ярославны. Да уж. С моими историческими знаниями только прогнозы и строить. Из всех историцких сведений в голове упорно вертелось, что в общем-то глубоко пох - кто. Все кочевники одним миром мазаны. Надо их либо использовать, либо просто резать. Такова моя простая жизненная позиция. А тут еще этот чертов Котян. Он точно какой-то родич Мстиславу Удалому ...или Удатному. Как-то так. На дочке он его, что ли женат. Только вот кто на чьей...? Тут я пас.

  А 'Наш' князь - Изяслав Владимирович, князь Теребовльский, Новгород-Северский, Великий Князь Киевский. О как. Какое-то федеральное правление. В общем, толком в древнерусских реалиях я ещё не очень разобрался. Ориентировочно на дворе тыща двести двадцать какой-то год. Ну, или тридцать. Батыева нашествия пока не было. Калки тоже. Но это на основании небольшого опроса. С учетом скудости языка и собссно моих знаний об этом периоде. Что я читал... что я читал...?

  - 'Отрока' ты читал - баран! - влез в мои размышления Сим.

  - И чего?

  - Тормоз ты.

  - Почему?

  - Так какое время описано?

  Я призадумался, вспоминая.

  - Итить-колотить! А ведь ты прав - дефективный. Точно! Он-то зависает счас в Турово-Пинском княжестве. А это практически рядом - два лаптя по карте. Как думаешь, если съездить - найдем мы его там?

  - Судя по тому, что тебя придурка забросило, пес знает куда, то и этот может оказаться вполне рядом. Вот вы вместе дел понаделаете. Помнишь, он говорил, там попаданцев машиной какой-то отправляли. Может и ты под её действие попал?

  - Попал-то, я попал. Но это было бы слишком хорошо, чтоб быть правдой. Хотя чем черт не шутит, на пару с пацаном делов бы накрутили. А пока? Пока надо думать, как закрепиться здесь. Там в этом Пинске кусок земли никому на хрен ненужный. А тут? Тут больно хорошее место для городка. И ещё - князь-то у нас Теребовльский, по словам Третьяка.

  - И чего?

  - Ещё бы знать, где этот Теребовль? Судя по всему где-то на юге.

  - А тебе зачем?

  - Да черт его знает, - совершенно искренне ответил я. - Просто интересно. Ладно, отстань. Чапай - думать будет...

  Две недели путешествия промелькнули, как один день. Я ехал, с моим удовольствием. Благо торопиться мне было абсолютно некуда. Купался и плавал в речушках, попадавшихся по дороге. Экология - мать наша, ещё не нарушена и не суродована. Ясы сначала смотрели как на идиота, а вот викинги присоединились на второй... и почти добровольно. А вот пахнущих их, мне пришлось спихивать в воду прямо в одежде. Сначала они думали, что я их в жертву хочу принести. Пришлось слегка соврать - сказать, что есть такая злая богиня 'Гигиена', и если ей не приносить жертвы, то она обижается и приносит болезнь. В общем, 'весело с улыбкой', с простым русским матерком и пинками... начались приживаться начала умывания и постирушек. А 'грязность' это совсем не черта характера. Это данность. Второго комплекта одежды нет. Поэтому стираться особо желания не возникает. Но у запасливого барона Ольта был припасен второй комплект. И даже постиранный. Поэтому после нескольких доходчивых оплеух, решение мыться было безоговорочно принято большинством голосов. Как не странно в богиню гигиену первыми поверили суеверные норманны. При всей своей безбашенности и презрению к чужой жизнь они были весьма суеверны и слепо верили в удачу. Раз я победил тех, кто победил их - значит моя удача больше. И надо присоединиться к ней, чтобы урвать свой кусочек. Меня весьма позабавили подобные рассуждения на ночевке. А Сигурд стал старшим в нашей маленькой дружине, что весьма пришлось ему по нраву.

  Особых происшествий можно сказать не было. Дорога, как не странно достаточно оживленная. Купцы, странники, монахи какие-то, крестьяне... одежда у всех в большинстве своем простая и домотканая. Рыба и продукты стоят копейки. Кажется просто ехай в свое удовольствие. Но, придурошный барон Ольт не смог усидеть на месте. И на второе утро, подняв всех чуть свет... он побежал по дороге - подавая естественно дурной пример. Первым он бежал не в силу своих замечательных физических данных. А в силу того, что был умнее остальных. Норманну в голову не могло прийти побежать куда-то безоружным. А барон бежал налегке. Пара км - туда, пара - обратно. Детский лепет. Только вот воины, не приученные к такому, слегка запыхались. Не, норманны еще ничего, а вот ясов хоть выжимай. Вот и отправились они искупнуться, когда вернулись обратно.

  Вот таким простым и незатейливым способом были введены водные процедуры, утреннее умывание и зарядка. Желающие на халяву прокатится - 'пролетели как фанера над Парижем'.**

  Деревень по тракту, практически не было. Тут все нормальное жилье напоминало форты у американцев. Деревеньки что попадались, были огорожены тыном. Просто дома вокруг, те да - говенные полуземлянки, либо сруб с крохотными оконцами, крытый соломой или камышом. Ценности они никакой, как правило, не составляли. При опасности, набеге кочевников например, народ сбегал в ближайший лес. Где искать их, было весьма бессмысленным занятием.

  А вот усадьбы местных феодалов были эдакими блокгаузами - небольшими крепостицами. Я, правда, видел только одну и то издали, но представление составил.

  Никаких постоялых дворов мне нихрена не попалось. Гостиничный бизнес тут совершенно не развит. Это большое упущение со стороны местных.

  Городов мне пока не попалось. Я пробирался пока какими-то 'козьими тропами'. Кстати, никакой забитости на лицах встреченных мужиков я не заметил.

  'И кто сказал, что тут все человеколюбивые и приветливые?'.

  У попадавшихся изредка 'путешественников' были такие рожи, что я сразу понял, почему тут все вооружены. Даже крестьяне, кланяясь исподтишка так зыркали на телеги, что рука невольно тянулось к кобуре. Хотя врать не буду - купеческие обозы или караваны, если хотите, попадались частенько. Только вот присоединиться никто не предлагал. Но в конце концов меня нагнал обоз из двух телег. Местный купчишка с четырьмя своими людьми вез зерно на ближайший торг. Звали его Якуня. Прозвище это или крестильное имя я благоразумно уточнять не стал.

  - Ольт. Барон Ольт, - представился я.

  Мужик посмотрел на меня и уточнил, не из благородных ли я.

  - Чаю, не простых вы кровей.

  - Да, - неопределенно кивнул я.

  - Издалече?

  - С севера. Путешествую.

  Мужик не понял.

  - Ну по нужде еду. Да и торговлишка кой-какая.

  - А..., - он сделал в голове у себя какие-то выводы. - Так что, дальше поедем вместе?

  - Поедем... - милостиво согласился барон.

  Ехать просто так было скучно, и купец принялся болтать о наиболее близкой ему теме о торговле. Я не возражал и с удовольствием слушал его разглагольствования. За время совместного путешествия я слегка составил картину окружающего мира. Кто чем тут дышит.

  В Новн, вокруг которого было мало плодородных земель, шло в основном зерно. Ну это, я так зал. Из Волыни во все концы развозили соль. С севера на юг шла рыба разнообразных видов и сортов. А вот заграницу русские "гости' везли - воск, мед, скору (пушнину), льняное полотно, разные поделки из серебра, знаменитые русские кольчуги, кожи, пряслица, замки, бронзовые зеркальца, изделия из кости. Частенько купцы гнали на продажу и челядь - захваченных дружинами во время военных походов пленников. Они весьма высоко котировались на невольничьих рынках.

  'Жаль, что нам пока не встретилось таких караванов', - сразу подумал я. 'А то барон Ольт очень не любит рабство. ...И хозяев, и тех, кто этим занимается - сильно не любит. Прямо до смерти. До их. И пусть у меня дурацкие принципы. Я всегда это могу ловко обосновать. Со свободного прибыли всегда больше! Вот так'.

  На Русь же иноземцы везли свои товары. Из Византии шли - дорогие ткани, оружие, церковная утварь, драгоценные камни, золотые и серебряные вещи и украшения. С Кавказа, Персии и Прикаспия - вино, благовония и пряности, бисер, который так ценят русские женщины. Из Фландрии - тонкие сукна. Из прирейнских городов, венгерских, чешских и польских земель шли - металлические вещи, оружие, вина, кони.

  'И какая сволочь говорила о том, что русские нихрена не умели и не могли? Европа нас научила? Так чёж на вывоз идет такая куча промтоваров?'.

  Сильно порадовала розница. Оказывается вокруг Киева, Новгорода и других больших городов шатается целая куча коробейников. Они занимаются мелким оптом - развозят по весям и градам изделия местных ремесленников.

  'Это как я понимаю - офени'.

  С налогами проблем нет. Большое мыто (сиречь пошлину) собирают со всей этой разнообразной торговли киевские и местные князья. Они даже учувствуют в торговых делах. Хотя чаще не сами, а через своих представителей. Они либо поверяют свои товары купцам, либо имеют своих торговых представителей в многочисленных торговых караванах, которые под усиленной охраной идут из русских земель во все концы света. Вот так.

  А налоги тут простые - двадцатая или десятая деньга или такая же часть товара. Иногда бывает и пятая.

  - Но то, совсем татьба, - коротко прокомментировал свое же высказывание Якуня.

  'Пять или десять процентов - это я считаю, по-божески. Ладно, пять процентов с барона Ольта - это нормально. Я готов отдать. И кто тут разбойник? Это если сравнить с нашим налогообложением. Наценка тут на товар - от ста до трехсот процентов. И это норма. А отдать двадцать процентов? Не, это точно - разбой! Абсолютно согласен'.

  Но вот дальнейшее 'повествование' этого 'извлекателя прибыли' меня слегка разочаровало. Можно даже сказать - потрясло. Попрало так сказать веру в человечество.

  Выяснилось, что таможенные пошлины - это ещё не все. Тут оказывается идет интересная градация. Проездная пошлина - это само мыто. Есть оказывается помимо этого ещё и такие виды пошлин, как 'головщина', 'мостовщина', 'перевоз' и т. д.

  'Походу получается, я скоро с этим столкнусь. Интересно, почему никто из почтенной пишущей братии не заострил внимания на такой мелочи. Постеснялись упомянуть. Поехал и продал! Продал?! С такими налогами после продажи ещё и должен останешься?'.

  Привоз товара на продажу или денег для покупки облагается - 'замытом', объявление товара и намерение торговать - 'явкою'. При найме лавки или амбара на торгу, требуют - 'амбарное' и 'полавочное'.

  'Это типа аренда?'.

  При вывозе товаров из местного 'супермаркета' - базара, требуют - 'дворовую пошлину'. При складировании - 'свальное'; при взвешивании - 'весчее', 'пудовое', 'конторное', 'рукознобное' и 'подъемную' пошлины...

  Услышав про столь наглое попрание прав практически нищего барона, у меня слегка стало сносить крышу. Захотелось кого-то сильно рубануть топором. Но сделав как можно более равнодушный вид, я попросил Якуню продолжить. Он и продолжил...

  Я слегка охренел.

  ...при измерении чего-то, сразу берут - 'померное' и 'покороченое'. При клеймении, отдай - 'пятне'. При привязывании 'продажной животины' - 'роговое' и 'привязную' пошлину.

  'Привязал корову, которую привел на продажу - 'дай денег?'. Это как?! Убил бы!', - сразу подумал мягкосердечный барон Ольт.

  ...при отвозе купленного товара в другое место для продажи или привозимого куда-либо на продажу, но не проданного, взимают - 'узолки', или 'узолцовое'.

  Непосредственно за саму продажу и покупку товаров нужно было платить - 'осминичное' и 'порядное'.

  'Это минимум десять процентов', - моментально подсчитал я. 'Ладно, маловато силенок у меня нынче. Я конечно, заплачу. Не ввязываться же с ходу в поножовщину. Но ведь будет и дорога домой. А узнать какой караван повезет княжеские товары - не проблема', - эти мысли моментально примирили меня с суровой торговой действительностью.

  На второй день словоохотливый купец отвернул куда-то в сторону

  А наше 'путешествие Нильса с дикими гусями' вошло в размеренный ритм. Хотя назвать дикими 'гусями' из моих спутников, можно только норманнов. Напомню что 'серые гуси' - это наемники, у вас. Ну а эти - наемники у нас. Причем они действительно абсолютно нормальные профессиональные воины. Профессия - ничуть не хуже других. И как не удивительно совершено честно воюют за деньги. Как там - професъён дэ фуа? Профессиональная этика. Да-с. Ну а Нильс, так сказать непослушный мальчик - это соответственно я.

  Не могу сказать, что бойцы скучали по дороге. А началось все с того, что заскучав на второй день, добрый барон решил проверить боеготовность своего войска.

  - Значит так. Я и Шаис будем изображать разбойников. А вы будете защищать телеги и имущество. Нас разбойников - двадцать человек.

  Видя непонимание на некоторых лицах, я понял, что у них трудности не только с математикой для третьего класса, но с моим нормальным русским языком.

  'Чё-то я туплю', - пробормотал я себе под нос. Потом подумал и скептически ухмыльнувшись, проорал:

  - Будем тренироваться! Для некоторых это будет совсем не лишним. Будем тренироваться...

  На меня с некоторым недоумением смотрели все. Я ведь начал общаться на 'великом и могучем' безо всякого перевода.

  - Два раза по две руки разбойников, ослы трахомные!!! - именно так вежливо и терпеливо начал свою вводную лекцию смиренный и кроткий барон...

  Я по себе знаю, как быстро учатся разные команды и язык, проходя предварительно через ноги и руки. Проблема была не в подготовке самих бойцов. Индивидуальная - была вполне себе на уровне. Я не великий боец, но с норманнами мог махаться на равных, а они профи для этого мира, который теперь все быстрее и быстрее становился и моим.

  Поначалу конечно вылезал индивидуализм бойцов, но постепенно до всех начинала доходить необходимость слаженной работы всех.

  Гоша тренировал пацанву. Учил пользоваться боло и другим весьма экзотическим оружием, рассказывал о разнообразных способах убийства себе подобных.

  Поначалу конечно, норманны слушали его байки со скептическими ухмылками, но когда он продемонстрировал засомневавшемуся в некоторых словах его словах Олафу - Прибрежной Свинье, сыну Кнуда - Губошлёпа, сыну Кольбьёрна - Краса Деревяшки, сыну.... Ну, там много было достойных предков. Не буду всех упоминать, самое стремное, что там ещё упоминались и их жены. Надо заметить, что у норманнов вообще помнили родственников черт знает до когда. И это было нормой. А уж перечислить шесть-десять поколений предков это вообще ни о чём. Ну как у нас перечислить программы телевидения по памяти.

  Итак, у меня было пятеро норманнов: Сигурд - Бычий хвост, Олаф - Прибрежная Свинья, Паль - Деревянная Борода, Эрик - Звон Весов и Снорри - Убийца.

  Прозвища использовали скандинавы в качестве фамилий и могли отражать особенности внешности, одежды (Серая Шкура) или там характер человека - (Молчаливый), или его место жительства (С Дымных Холмов) или быть ассоциацией с каким-нибудь ярким событием. Интересно, что они могли меняться в течение жизни. Например, конунг Харальд - Косматый, позже стал Харальдом - Прекрасноволосым. (Помылся он, наконец, что ли?)

   Большинство скандинавских прозвищ не слишком замысловаты или забавны, но среди них встречаются довольно неожиданные, а то и вовсе подлинные перлы. Как вам нравится, например, 'Треск Поварешки, Трудный Зять или Коровий Сосок'? Это не я придумал, это чистая правда.* Норманны частенько вспоминали родственников и знакомых, и с удовольствием их обсуждали. Мне даже рассказали какую-то сагу, которую я сдуру тогда и согласился выслушать.

  Я чуть не умер от монотонного изложения и всяких их метафор. Слово - 'тоска зеленая', нисколько не отражает моих чувств в момент исполнения. Я хотел... я сначала ну очень хотел: убить рассказчика, его родителей, вырезать деревню - где он жил и с особым цинизмом надругаться над животными из нее. Но пришлось, скрипя зубами слушать. Да ещё и выражать восторг в некоторых местах. Иначе кровная обида. Вот с тех пор я сразу сваливал при намеке на исполнение подобного 'шедевра'. Единственно, что позабавили, прозвища. А неиспорченные 'дети морей' слушали это... эту песнь, как мы смотрели бы высокобюджетный блокбастер. Вскрикивая, одобрительно гудя и сопереживая в сотый раз слышанному. Чего уж, мне тоже пришлось тогда присоединиться. Толерантность, мля. Да плюс их всякие, мать его, - иносказания.

  Вот например, кусок их творчества:

  'На окровавленном мече -

  Цветок из золота.

  Лучший из правителей

  Чествует своих избранных.

  Воин не может быть недоволен

  Столь великолепным украшением.

  Воинственный правитель

  Умножает свою славу

  Своей щедростью...'.

  Вот блин и пойми, о чем они хотели сказать?

  Ах, да. В общем когда Гоша продемонстрировал, бойцу на голову выше себя, пару приемов рукопашки вываляв того в песке, его разглагольствования слушали все уже. И весьма внимательно. Гоша, похоже, стал числиться в головах у норманнов - скальдом. Скальд - это местный поэт, для тех, кто не знает. Личность весьма и весьма уважаемая.

  Память гоблина не отравленная пропагандой и предрассудками, хранила кучу просмотренных фильмов и вообще разных историй. По дороге в свободное время он и рассказывал 'скаски'. Говорил и рассказывал он на местном 'русском', поэтому и учился язык для всех гораздо проще.

  Недели путешествия сплотили людей и показали, какой я придурок. Об этом мне рассказывала моя отбитая задница на привалах, чешущиеся укусы комаров, дрянная жратва и тысячи прочих мелочей. Мозг страдал от недостатка информации, я от раздрая в душе. А в глубине её поднималась волна раздражения на то, что обстоятельства пока выше меня.

  Наконец я добрался до столицы удельного княжества - города Новгорода. Новгорода-Северского.

  - 'Странное какое-то название', - наконец-то подумалось мне. - 'Он по уму должен быть - южным. Ибо я торчу на северной Украине. А Украина на юге. Хотя если Украина северная ... то и город северный. Тогда привычный мне Новгород теперь на юге что ли? Ага, крайний юг Ладожского озера. А с другой стороны никакой Украины ещё нет и в помине. С чем наверняка не согласятся разные идиотские самостийники. У тех по неведомому мне выверту психики, Украина образовалась ещё при мамонтах. Даже приводят какие-то доказательства. Их бы сюда. На самостийное собрание и демократическую дискуссию с Мстиславом - полным хозяином удельного княжества. Вот пущай бы и попробовали ему чего-то эдакое доказать. (Далее следует мой сотонинский смех). Вот черт. Ещё и с попами тут разбираться. Монголы-то их не трогали. Вот и нажила тогда церковь неслабо.

  - Слышь Сим, у меня в башке никаких сведений о городе не осталось?

  - Осталось,- явно глумясь ответил он.

  - Ага, я даже знаю какие. Итак, Новгород-Северский возник в восемьсот или девятьсот каком-то году на месте поселения кого-то другого.

  - Первое летописное упоминание о Новгороде-Северском, - начал Сим, - было в знаменитом 'Поучении детям' Владимира Мономаха. Затем он сделал паузу и дальше забубнил как простывший пономарь: - А на ту зиму повоеваша половци Стародубъ весь, и азъ шедъ с черниговци и с половци, на Десне изьимахом князи Асадука и Саука, и дружину ихъ избиша. И на заутрее за Новым Городом разгнахомъ силны вои Белкатгина, а семечи и полон весь отяхом.

  - Вот ты мля, орел! Орел наш, дон Рэба. Мог бы и проще сказать. Из каких-то там историцких хроник следует, что наши половцев нагнали и хорошенько им навешали. Отняв все нажитое нечестивым разбоем. После чего и начали строить крепость от них.

  - Уже в каком-то неведомом никому одиннадцатом веке город был уже полностью сложившимся социальным организмом, - продолжил Сим.

  - Это ты стебаешься или правду набрел на кладезь мыслей, неизвестных мне? - мой вопрос был полон сарказма.

  - Синапсы при биполярной бифуркации мозга излучают определенные химические сигналы...

  - Да пошел ты в жопу! - перебил я его. - Если есть чего сказать - валяй. А задвигать мне такую хрень нечего.

  - Не, ничего особо интересного в твоей голове нету.

  - Ха, что там ничего интересного нет, я и сам знаю...

  Итак, подведем итоги. Из всего, что я вспомнил по дороге, более-менее верным можно считать... что.... Очень долго город был главным оборонным форпостом для Киева от степняков. После знаменитого Любечского съезда князей девяносто седьмого года он стал центром большого удельного княжества и родовым гнездом династии Ольговичей. Тех ещё отморозков. Они участвовали во всех заварухах того времени. Как мне припомнилось, именно здесь какое-то время князем был Игорь Святославич. Тот самый знаменитый, описанный в 'Слове о полку Игореве'.

  И если я не ошибаюсь счас здесь относительная анархия. Проще говоря, Новгород-Северское княжество распалось на ряд мелких уделов - Курский, Путивльский, Рыльский, Трубчевский энд другие. И все самостийные и удельные. Ага, и к границам Руси счас уже прутся непобедимые тумены монгол. А это уже другие воины. На данный момент самая совершенная военная машина этого времени. Здесь на неведомой мне речке Калке, русским и половцам, и нанесут первое сокрушительный удар. Там ляжет цвет русской армии и куча князей. Там же ляжет и новгород-северская дружина во главе с князем. И того, если не ошибаюсь, там и убьют.

  Вот такая перспектива...

  С князем-то и хрен бы с ним. За обирание бедного барона - ему этого даже мало. Это я имею в виду такое придурошное налогообложение.

  Сам город состоял из крепости. Крепостная стена была из здоровенных бревен в два ряда, между которыми была забита земля и Детинца. Это сооружение типа замка. Слева протекала река Десна. С торца стены на меня смотрели три башни. Самая здоровая была - воротная, через которую мы и въехали. Кстати река достаточно полноводная в этом месте для судоходства и постройки кучи причалов. Возле причалов было припарковано куча разнокалиберных корабликов. В общем, судя по всему огромный очаг местной культуры и торговли.

  'Есть ли жизнь на Марсе, нет ли? Сие, науке неизвестно', - сказал один знаменитый герой. А барон Ольт гордо въехал в город.

  Вы не поверите!? Но эти суки, взяли с меня.... С МЕНЯ - налог! Эта сволочь слупила с меня денег... но это я так. По привычке возмущаюсь. Вообще серебро творит поистине чудеса. Как брали, так и берут! Это единственное что примирило меня с действительностью. Вообще я расстроился. Мало того эти козлы захотели, что за проезд, так они хотели ещё и за товар.

  - Эй, куда прешь?! - заорала мне чья-то рожа, едва мы подъехали. - Кто таков?

  - Вольный ярл Джок, по торговым делам.

  - Мыто плати... и езжай.

  Дальше пошла бодяга про налоги и поборы. Типа того, что 'жисть чижела... отдайте - княжескую долю' и прочая чушь. Вот тогда и пришлось - дать.

  Официально могу заявить - брали даже в древности. Поэтому бороться с коррупцией бесполезно. Ладно, это все лирика. Дали - проехали. Проехали тоже интересно. Задорнова здесь никто не слышал. Помните как там у него?

  Подъезжает мужик на таможню. Подходит к таможеннику и говорит:

  - Давай сыграем. Даю тыщу долларов и фуру не открываем.

  Тот думает: 'Вот мля, наконец, контрабандиста поймал'.

  - Нет. Открывай.

  - Две тыщи и не открываем!

  - Нет.

  - Десять тысяч!

  - Открывай!!!

  - Ладно...

  Открывают, а там ни хрена нет.

  Таможенник: - Как же так? Давай деньги.

  - Я же тебе предлагал сыграть. Ты проиграл.

  Второй раз едет. История повторяется. Таможенник думает: 'Ну, в этот-то раз точно что-то есть!'. Открыли - ничего. Просто груз.

  В третий раз подъезжает.

  - Ну чего? Три тыщи - и фуру не открываем?

  - В этот раз ты меня не обманешь. Давай деньги и езжай на фиг.

  Тот заплатил и проехал. Только в этот раз фура была полной контрабанды.

  Вот я и вспомнил эту историю и решил приколоться. Не, стражники наглые и тупые. А мытарь хитрый и глупый. Сбор налогов проходил тоже интересно. За воротами была площадь, куда и загоняли телеги для досмотра. Это чтобы пробки в воротах не создавать. Сервис, однако. А ещё говорили, что предки были тупые. Ни фига подобного.

  - Даю гривну - и ты не досматриваешь мои телеги, - с ходу предложил я мытарю. Тот слегка опешил.

  - Положено десятину, - мямлит тот, но видно, что и денег сильно хочется.

  - Две гривны - и ты не осматриваешь телеги...

  В общем, история повторилась. В итоге я заплатил две куны. (Пару чешуек серебра). Надо было видеть растерянную рожу местного таможенника. Он-то рассчитывал сильно поживиться. Но не удалось. Я вовсе не рисковал - у меня с собой все равно ничего не было.

  А я въехал в город и стал оценивать местное зодчество и сервис.

  Народу тусовалось по улице до черта. Ехали телеги с разным содержимым, проходили прохожие - весьма пестро одетые. Народ здоровался, раскланивался, всяко разно орал. Стоял разноголосый гомон. Такое впечатление, что я попал на наш современный базар. Но как оказалось, базар был впереди. Гомон накатывался приливом. Голоса и выкрики звучали все громче.

  Мать твою! И кто мне говорил о сдержанности наших предков? Солидные типа они и степенные...

  Когда мы подъехали к самому торгу, чей конец даже не было видно, я слегка приху... э... обалдел. Куда там восточным базарам до этого торжища. Тут стоял такой ор, что соседа было неслышно. Улица, по которой мы ехали, самым краем проходила мимо торжища. На этом краю торговали снедью. Телеги, лотки, кадушки, какие-то прилавки.... Короче вавилонское столпотворение. Одни предлагали, другие покупали, третьи пробовали, четвертые глазели... - дурдом. Наша кавалькада неспешно перла мимо. И то десяток каких-то разносчиков разной дряни успели предложить свой товар - надрывая глотку. Торговые представители, мля. Предлагали пирожки с репой, какие-то ягоды, пиво, рыбу, жареных птичек... продавец свистулек успел получить плюху вместо монеты, потому что, подобравшись ко мне, поближе продемонстрировал самую громкую свистульку. Отчего мой конь едва не понес. Пришлось поблагодарить разок - нагайкой. Оценил я такое рвение 'торгового агента'. А кругом - ор, ржание коней, блеяние овец, крики... - прямо демонстрация демократов.

  Попалась даже одна гадалка. На улице предлагает мне предсказать прошлое. Поглядев на нее - я отказался. Похоже, в прошлой жизни она была лошадью Пржевальского... потому как и сейчас не сильно от нее отличается.

  Попадались и явно воровские рожи. Ну и естественно воины. Немного, но все же.

  Как не странно, но сходство многих воинов попадавшихся нам по дороге с бандюками было весьма заметным. То же презрение к чужим интересам и эдакая снисходительная спесивость. На нас поглядывали профессионально-оценивающе. Ню-ню. Я в ответ смотрел на них ещё более нагло.

  Какие там, на хрен права человека или уважение к чужой личности? Кто сильнее тут и прав - это четко просматривалось по воинам. А уж парочка стражников были один в один наши ППСники. Такие же пузатые с завидущими глазами и руками, которые загибаются только к себе.

  Долго ли, коротко ли, но наша кавалькада добралась до постоялого двора. Да, средневековье рулит. Здоровенный двор, огороженный неслабым забором, внутри скрывал двухэтажное здание. С окнами тут не очень, но прорубили все равно. Они закрывались ставнями. По летнему времени они были распахнуты и изнутри доносился гомон голосов и смесь разных запахов. Пахло подгорелой кашей, маслом, навозом, помоями.

  - Да. Это не Рио-де-Жанейро, - выдал Гоша с похабной улыбкой.

  - Слышь ты - чтец-декламатор, заткнулся бы.

  - А чё?

  - Это моя Родина - сынок... - процитировал я известную песню, и я утер скупую мужскую слезу.

  Гоша посмотрел на меня, и мы оба покатились со смеху. Остальные странно посмотрели на нас. Ну, ещё бы. Кроме меня с Гошей Ильфа и Петрова никто не читал. Да и то Гоша больше 'смотрел'. Устраивал я несколько закрытых показов у себя баронстве.

  - Надолго ли пожаловали уважаемые гости? - ко мне подскочил мужичонка в льняной рубахе с совершенно пройдошистой мордой.

  - Ты кто? - задал я вопрос, не сходя с коня.

  - Пров - я. Здешний приказчик. К вашим услугам, - он поклонился, цепко оглядывая телеги. Он сразу попытался оценить, чего мы привезли.

  - Разгружаемся! - я махнул в угол рукой и спрыгнул с коня.

  К нам тут же подбежал мальчонка, чтоб помочь с конями. А я, потянувшись, поманил приказчика к себе. Он с готовностью подскочил. Угодливо кланяясь, он умудрялся одним глазом косить на телеги.

  - Пров, ты жить хочешь?

  - Хочу, - он уставился на меня обоими глазами. Тут таким не шутили.

  - Тогда не лезь к телегам и будет тебе счастье.

  - А...

  Закончить фразу ему не удалось. Бесшумно подошедший Гоша уже ткнул ему в поясницу нож. Пров оглянулся и, увидев абсолютно индифферентное выражение лица малолетнего душегуба, моментально проникся.

  - А то можно поскользнуться и упасть прямо на обнаженный нож - восемь раз подряд... и умереть, - нравоучительно заметил я. - Теперь веди пожрать, да комнаты приготовь...

  - Сей момент, сей момент будет готово. Не извольте сомневаться. Все самое наилучшее. Счас будет готово.

  Да уж с удобствами тут не очень. Но и народ, в общем-то, не избалованный. Гоша провожая его рассказал ему этот анекдот про восемь раз и арбуз.

  Народ внутри - хлебал шти, лопал убоину, пил пиво из корчаг... Сам зал грязный, с наспех засыпанным сеном полом, засаленными столами и тяжеленными лавками - производил довольно паршивое впечатление. Мне сразу вспомнилась моя гостиница. Да. Может, что-то и удастся исправить.

  Я заказал пива и бражки, убоины, кулебяку, кашу, расстегаи и хлебальный пирог. Классный пирог кстати. Вся фишка заключается в том, что его сначала пекут. Потом вынимают середину и в пустой пирог наливают щи, вместо тарелки. Весьма вкусная штука.

  Те, которые вам будут говорить про пышный хлеб караваями, не очень верьте. Всем знакомые дрожжи изобрели только в девятнадцатом веке. А пока тут для выпечки использовали хмель. Вместо дрожжей. Хмелевая закваска. Шишки заливают кипятком, настаивают полчаса. Потом добавляют мед и настаивают ещё пару дней. Вот так-то. Хлеб здесь в основном ржаной, как и мука.

  Комнаты удалось снять без проблем - не сезон. Комнаты были три на два и были меблированы - кроватью с матрасом набитым сеном, лавкой и сундуком. Роскошь. Впереди полдня и делать совершенно нечего.

  Четырнадцать человек разместились бы без проблем. Но в наличии-то было всего десять. Пацаны - Юбер, что в переводе означает - скворец. И Кабан, что как не странно означает в переводе - скирда, под руководством Торопки, остались ночевать возле телег. И чтобы сторожить их тоже. С именами тут достаточно прикольно. Если ребенок родился весной, во время появления скворцов, он и получает имя - Юбер (скворец); если во время сенокоса - Кусо (косы), во время уборки хлеба с полей - Кабан (Скирда)... вот примерно так.

  Трое норманнов попили пива и, прихватив еды, отправились за город. Сменить тройку оставшихся с телегами. Я как всегда перестраховался, оставив самое ценное, просто загнав телеги поглубже в лес неподалеку от города - под охраной четверки воинов. Не хватало мне ещё и вправду платить дебильные пошлины и налоги.

  А наша троица отправилась побродить по городу.

  Пошли знакомиться с достопримечательностями. Город и, правда, оказался здоровенным, по местным меркам, конечно. Тысяч тридцать-сорок навскидку. Была гончарная слобода, кузнечная - обнесенная отдельной стеной.... Ну и сам торг. Мы прошлись по краю. Побродили. Я внимательно разглядывал, кто чем и как платит. Очень не хотелось выглядеть лохом. На рынке звенели различные монеты. Здесь были и собственной чеканки серебряные гривны и куны, и арабские, и византийские, и немецкие монеты. Пару раз заметил, что тут ещё и как в старину, иногда использовали в качестве денежных единиц шкурки ценных зверей и даже скот. Значит, и мы тут будем нормально смотреться. Осталось присмотреться, куда и кому сдать мой товар. А пока мы ходили и глазели.

  Воистину рынок смешение языцев и народов. Кого тут только не было. Арабы, византийцы, степняки, даже русских народов было полно разных. Черт его знает кто тут древляне, кто поляне, а кто дреговичи, но спрашивать я 'постеснялся'. Ну на фиг - обидишь ещё ненароком. А мне оно надо - разборки на ровном месте. Одеты они все были по-разному. У кого лапсердак другого фасона, у кого вышивка на рубахе с петухами, кто в семяге, кто в лаптях.

  Видя заезжих лохов на торгу, у меня тут же попытались срезать тяжеленький кошель с пояса. Ну и что, что там придорожные камешки. Может они ценные. Но затертый мужичонка, который был видимо неплохим карманником здесь, никуда не годился против глазастого гоблина. Детский лепет против профессионала. Он меня толкнул, 'неловко' споткнувшись, и едва его рука протянулась к моему кошелю, как ему под ребра уперся кончик ножа, и добрый голос сзади поинтересовался:

  - Ну чё, тать? Тебе только пальцы отрезать... или ещё по роже пару раз ножом чиркнуть? Да-да. А теперь повернись дятел, только медленно...

  Шаис расслабленно торчал сбоку и довольно ухмылялся. Я стоял, положив руку на оголовье меча, и ждал продолжения.

  - Я споткнулся... - начал канючить застуканный на кармане мужичонка.

  - Ага. И вот эта заточка совершенно случайно валялась на земле? - глумливо спросил Гоша, умудрившись поднять с земли остро заточенную полоску металла не отнимая ножа от пояса неудачливого вора. - А вон та парочка обломов сзади просто любуется природой?

  - Я ни в чем не виноват...

  - Зарезать его вождь? - на полном серьезе спросил меня Гоша.

  - Не знаю... - задумчиво протянул я, - может отдать его Шаису и пусть он принесет его в жертву?

  Мужика кинуло в пот. Ндравы тут простые и я мог с ним вправду сделать все что угодно. Подельники не рискнули вмешиваться. С благородными, ну или с воинами (поскольку на наших поясах висели мечи) шутки были чреваты. Могли рубануть, походя... и заплатили бы виру. Какие-то копейки. Возможно поимели бы головняков от родовичей. Типа кровная месть, но это сильно наврядли - времена счас стоят больно суровые. Так что влезать им было совсем не с руки. Гильдий тут нет. Все больше ватажки и индивидуалы. Так что такое вот тут се ля ви.

   Народ потихоньку начал обращать внимание на нашу четверку.

  - Бери его Гоша, и отойдем подальше. Вернее туда где потише. Попробует бежать - убей его

  - Двигай ушлепок, - Гоша нежно приобнял нашего невольного спутника. - И не вздумай дернуться. Зарежу сразу.

  Гоша половину слов произносил по-русски, но, тем не менее, представитель древнего преступного мира понимал его полностью. Вот что страх-то животворящий делает!

  Подельники, видимо растерявшись, остались в толчее торга... а может им совсем не понравилась жизнерадостная улыбка Шаиса, когда он посмотрел на них и приглашающе махнул рукой - предлагая добровольно присоединиться и пройти с нами. Что им не понравилось? Непонятно. Но они не рискнули идти за нами. А мы дошли до какого-то обоссанного переулка и перешли к философской беседе. В ходе дружеского разговора 'не под протокол', обвиняемый поведал нам о местных реалиях. И что характерно - практически добровольно. Его пальцы почему-то ему были дороги. Подумаешь. Он даже с парой не соглашался расстаться.

  Ага. Ну, все как я и думал. И почему сбываются только мои самые мерзкие предположения? Карма у меня, что ли такая? В городе присутствовали и скупщики краденого и тайные кабаки с девками. Монаси тут тоже не отличались благочестием. Предавались разным грехам, но втихую. Какая там благочестивость и благолепие? Мля, приснопамятные девяностые. Только бандюки в роли официальной дружины. Права и повадки те же. Представьте, у нас победили бандюки? Представили? Вот такое вот как тут и получили бы.

  Я расстроился. Хотел ведь быть добрым гуманитарием. Простым 'ботаном'... и жить по совести. Может даже налог заплатить где-то... но не судьба. Тут мля, закон работал только в одну сторону. Северские ненавидели Черниговских. Черниговские ненавидели Киевских. Никакого понятия о том, что они живут в одной стране - нет. НЕТ!!! Они все тут, мля, живут только в своем княжестве. Остальные если не враги, то люди второго сорта. Так-то. Вот же ситуёвина.

  А я расстроился, да. От этого и подарил жизнь этого неудачника - Шаису. Силы ему ещё понадобятся. Могу сказать в свое оправдание, что он не мучился перед смертью. Совсем. Жестокий век - жестокие сердца. Не надо нам лишних свидетелей. Даже вопросы, которые я задавал, могут навести на ненужные мысли. А дураков тут нет. Верных псов у воеводы хватало. Донесут и опять разборки на ровном месте. А я тишину люблю. И людей... иногда.

  На следующий день я нашел на торгу присмотренную вчера лавку какого-то ваххабита. Византиец торговавший неподалеку, мне не понравился - рожа настолько честная и правильная, что я - не я, если он не из спецслужб. Византийских разумеется.

  У араба вряд ли тут есть функции разведки, слишком далеко. Только торговля. А вот византийцы стопудово имеют тут свой интерес. Русские им постоянно навешивали и поэтому ослабить их хоть как-нибудь это для них святое. Ну его.

  - Ассалям аллейкум* уважаемый Аль-Хасан, да пребудет над тобой милость Аллаха, - вежливо поклонившись, как подобает, приветствуя старших, поздоровался я, войдя в лавку.

  - Уа аллейкум ассалям уа рахматулла уа баракатуху*. Прости, не знаю твоего имени и имен твоих достойных родителей, - ответил мне сухонький смуглый и рыжебородый старичок в чалме и халате.

  Ещё минут пять ушло на взаимные расшаркиваниях, уверениях в дружбе и во всяких пожеланиях здоровья. А что сделать - этикет. Он присматривался ко мне, я к нему. Причем 'по-русски' он болтал довольно сносно. Уж всяко лучше половины гастарбайтеров приезжающих в Россию на заработки. Не говоря о том, что у него одного мозгов было больше, чем у хорошей бригады этих 'строителей'.

  - Вы уважаемый человек и торговец далеко известный своей честностью, - начал я свою речь.

  - Приятно встретить столь зрелый ум в таком молодом возрасте, - парировал он мой комплимент, довольно щурясь как чиновник, только что получивший вожделенный откат.

  Я покосился на Гошу. Надо было видеть его рожу в этот момент. Он походу являл собой уменьшенную копию статуи Командора и жадно впитывал каждое наше слово и жест. Ну да, такого он от меня никогда не видел.

  - У меня есть маленькое, но небезвыгодное предложение для такого уважаемого человека.

  - Не подобает достойным людям вести разговоры без глотка чая. Прошу принять малую толику гостеприимства моего скромного дома, - и он жестом пригласил меня внутрь.

  Лавка была большой, и внутри еще имелось и хозяйское помещение, и склад. Со стороны склада тянуло пряностями и какими-то благовониями. А небольшая хозяйская комната была вполне в восточном духе. На полу небольшой ковер с орнаментом, низенький лакированный столик и куча подушек на полу. В углах стояло несколько затейливо украшенных сундуков.

  - Присаживайтесь...

  Он привычно уселся на пол, скрестив ноги, у дальней стены и подсунул под спину несколько подушек. Я уселся напротив. Гоша с Шаисом устроились у входа.

  - Али, чаю нам, - коротко распорядился он приказчику, парню лет двадцати пяти, тоже смуглому и носатому.

  - Как здоровье ваших уважаемых родственников? - задал я вопрос.

  Переходить сразу к делам на Востоке - это моветон. Старичок благосклонно кивнул, он оценил мои скромные потуги соблюсти ритуал вежливости.

  - Слава Аллаху, все здоровы.

  Мы ещё минут десять разговаривали ни о чём. Али приволок маленький чайничек, пиалушки и сушенные фрукты. Я с та-аким удовольствием наконец-то отхлебнул чаю. И пусть я не очень люблю зеленый, но это - ЧАЙ, а не какие-то заваренные травы. Выпив чай я, наконец, приступил к тому делу, которое меня в общем-то и привело в эту лавку.

  - Уважаемый Аль-Хасан, я знаю, вы интересуетесь хорошим товаром, - я состроил простодушную рожу и вопросительно поднял правую бровь.

  - Интересуюсь... - не стал спорить он, и внимательно уставился на меня. - Имеете, что-то предложить?

  На последней фразе меня слегка перекосило, настолько отдавала она одесским 'Привозом'. Я подавился очередным вопросом, потому что сразу мучительно захотелось спросить: 'В вашем роду евреев не было?'. Да, на такой вопрос он бы смертельно обиделся.

  - У меня есть немного мехов... - я сделал паузу, - но вот платить мыто я как-то не очень хочу.

  - Да-да, совершенно грабительские расценки, - он согласно покачал головой. - А какие меха? И сколько?

  Я перечислил. По мере моего равнодушного перечисления бровки старичка начали путешествие к волосам. Глядя на его лицо, я наконец понял, что взял королевскую добычу.

  - И где они все находятся? Можно посмотреть... и даже пощупать?

  - Да, вполне. Я оставил их неподалеку за городом. И если на то, будет желание уважаемого Аль-Хасана, - я прижав ладонь к груди слегка поклонился, - мы можем либо привезти вас к мехам, либо привезти меха к вам. Куда вы укажете. Разумеется, место должно быть вдали от жадного ока мытарей. Очень, знаете ли, не хочется платить лишние деньги князю. Лучше я немного уступлю в цене хорошему человеку, - я чуть поклонился и глазами я показал, кого считаю хорошим.

  Поглаживая крашеную хной рыжую бородку, купец думал.

  - Хорошо, дорогой. Завтра я хочу прокатиться вниз по Десне.

  - Вы, наверное, хотели сказать вверх? - невинно поинтересовался я.

  - Да. Я ошибся. Именно вверх. И в трех верстах я остановлюсь на обед...

  - Там неподалеку проходит дорога, насколько я помню?

  - Да, совсем рядом.

  - Я думаю вам лучше встать у противоположного берега...

  - Во избежание разных недоразумений, - закончил он мою мысль.

  - Да уважаемый. Два разумных и честных человека всегда придут к... (я едва по привычке не ляпнул к консенсусу*) ...согласию.

  Вскоре мы распрощались. Я заказал чаю. Они суки его чуть не по весу серебра продают! Но, должны же быть у меня слабости? Купил.

  Хороший купец человек - умный и осторожный. Его ладья действительно встала у противоположного берега. Мои три телеги выкатились к берегу. Шаис нашел какую-то звериную тропу. По ней мы и протащили телеги к берегу практически на руках. Не можно конечно было их перетаскать руками. Но бегать несколько раз по лесу взад-вперед с кучей мехов это сильный изврат.

  Купец на лодчонке перебрался к нам поближе. Я же во избежание отправил норманнов подальше в лес. Зачем нервировать нормального человека. Он тоже был с одним воином. Практики захвата в заложники тут ещё такой развитой как у вас, ещё не было, и поэтому он не очень опасался. Рассматривая меха, купец цокал языком, гладил соболей как любимую женщину и дул на мех, проверяя качество.

  Этот сын осла и ящерицы торговался как правильный еврей. Как два еврея. И это я - с уважением!

  Но мы быстро договорились - за какой-то час. Если бы я не стал торговаться, он просто перестал бы меня уважать. Деньги это конечно и смысл и цель, но получение их без торга... Это фигня. Ну, как еда без соли. Менталитет-с. Никуда не денисся.

  В итоге я стал обладателем килограмм двадцати серебра и некоторого неслабого количества золота. Я был богат. Безобразно богат, по местным меркам. И хочу заметить совершенно законным путем. Ну почти. Уплата моих собственных денег за просто так, да ещё и неизвестному мне мужику, обзываемых мифическим словом - 'налоги...', в число моих многочисленных добродетелей не входила.

  После удачной сделки купец, преисполнился ко мне добрых чувств и доверия.

  А как же? Доверяй, но проверяй. Можно подумать я не видел воинов и лучников на струге. Вполне вменяемый человек. В общем, подсказал он к кому обратиться с остатками моего барахла и посоветовал хорошего оружейника.

  - Скажешь им, что ты от меня. Они дадут нормальную цену.

  Вряд ли я много выручу за остатки товара, но в моем положении каждая копеечка на счету. Экономный я. И хочу многого. Судя по тому, что вокруг разгар лета, а монголов нет - нашествия в этом году не будет. Да не помню я, в каком году это точно было. Вернее помню, но вдруг я ошибаюсь.

  Вернувшись в город, я уплатил положенную пошлину с оставшийся мелочевки, и перебрался на другой постоялый двор. Тут было почище и обслуживание получше. А что дороже - ерунда. Теперь могу себе позволить. И воинам, и возчикам был выдан аванс, и народ в соответствии с реалиями предался... (нет, вовсе не пьянству и разгуляеву), а закупке подарков, оружия, одежды. Ну, у кого к чему была склонность. Как не странно никто не начал с ходу 'праздновать', как я, в общем-то, ожидал. Другие они тут. Совсем другие. Сильно врали писатели про чуть не поголовное пьянство.

  - Сигурд скажи мне, довольны ли воины?

  - Да, ты честный ярл. Оружия хватает, но...

  - Людей мало, - закончил я его мысль.

  - Да. Ты очень мудрый вождь. Мало воинов - мало добычи. Он кивнул. Я так тебе скажу, серебро дело хорошее. Но я скажу тебе так. Лучшая победа это когда ты получаешь его, не вступая в драку.

  Он несколько недоуменно посмотрел на меня. Не, он хороший боец, но слегка тугодум. Мы сидели за завтраком на нашем новом постоялом дворе.

  - Думать надо лучше, а 'смотреть ширше', - не выдержал я и схохмил.

  Он меня естественно не понял.

  - Ты предлагаешь торговать, а не воевать?

  - Я задумчиво отхлебнул чаю.

  'Америка ведёт две войны - с терроризмом и с ожирением. Особая удача - когда попадаются жирные террористы', - выдал очередную сомнительную сентенцию Сим.

  'Это ты к чему?'

  'Тугодум твой десятник'.

  'Зато верный. А это сам знаешь, много значит. Ему просто надо объяснить'.

  'Ну-ну...'.

  - Нам нужны воины, Сигурд. Сможешь ещё набрать?

  - Конечно. Есть свободные вои.

  - Займись. Ещё нам нужны крестьяне.

  - Можно купить холопов.

  - Куплю. Надеюсь, княжий тиун любит серебро.

  А по поводу торговли это идея хорошая. У скандинавов и торговля, и война вполне себе почетные занятия.

  Как я успел выяснить, рабства как такового здесь не было. Но людей продавали. В холопство. И\или они сами продавались. Можно было выкупиться, но это дело скорее умозрительное, чем реальное. Да уж. Это как свобода в вашем мире. Взял ипотеку или кредит, и чем ты не раб? Мифическая свобода - для даунов. Вроде можешь все,... а на деле - ничего. Правила, законы, положения и прочая хрень. Так и тут. Холопство, как не назови - все одно рабство. Ну, пусть не рабство, а зависимость... полузависимость, как не говори, а оно и есть. Тут пока все проблемы со жратвой. Кто народ ужинает, тот его и танцует.

  Черт! Не знаешь, за что и хвататься. Разбойничью ватагу организовать - не вопрос. Раздавят рано или поздно, а я комфорт люблю. Управляющий мне толковый нужен. Вот пусть придурки и говорят о вреде управленцев. Попробовали бы они вот так покрутиться, как я сейчас.

  Кузнец нужен, гончар... да до хрена кого. А найти спецов, готовых на переезд - проблема.

  Эх, ладно! Придется наступить на горло собственной песне. Стану я рабовладельцем. Продвинутым. А что ещё остается делать? Попал в колесо - 'пищи, но бежи'. Народ тут конечно, если смотреть чисто физически, мелковатый. Я на их фоне смотрюсь крупноватенько. Мелкий в среднем народец. Где-то на голову ниже меня. Хотя попадаются здоровяки вроде меня. Но это я так, к слову. А вот менталитет совсем другой. Никакого 'гуманизьма'. Сплошная прагматика. Эта долбанная толерантность даже из меня ещё не вся вышла. Вот зарежу человека и мучаюсь... А может его ещё можно было как-то еще использовать... А? Продать там, например...

   Ладно, пойдем тусанемся по городу. Да и прибарахлиться не мешает.

  Торг встретил привычным гомоном и кучей разнообразных запахов. Народ торговал. Раздавались зычные выкрики продавцов, яростные вопли покупателей. Хвалили товар, ругали цены - все как всегда.

  - Почем сапоги? - поинтересовался я по привычке у первого же попавшегося продавца.

  - За два алтына отдам. Бери, сносу им не будет, - начал тыкать мне чуть не в лицо тщедушный мужичонка, сильно бэушные сапоги.

  Глянув на сильно ношенное изделие местного "кутюрье", я только скривился. Оба сапога на одну ногу, без различия на правый и левый.

  - Ну нах, - коротко и информативно ответил я.

  - Чаво?

  - Не надо говорю. Я просто так спросил.

  - Ну как хошь, - смирился мужик, поняв, что я действительно не буду это покупать.

  "Продаст сапоги и деньги пропьет", - коротко резюмировал я. По морде видно, что мужик с сильного бодуна.

  'И не заплатит никаких налогов', - сразу прокомментировал это действо Сим. 'Да-а, Джок. К 'черной' бухгалтерии вас приучали ещё в школе...'.

  'Это как?!'.

  'Ещё тогда вам на уроках в школе говорили: 'Два пишем - три в уме'', - выдал 'разъяснение Сим и эдак пакостно захихикал. 'В прикольной стране ты вырос'.

  'Что есть, то есть...', - чуть подумав, покладисто согласился я. 'Это ты верно заметил".

  Ну что, в лавку оружейника первым делом. Там я уже был. Но так сказать проходом. Теперь посмотрим, чего тут есть. Поподробнее.

  Чернобородый мужик, на вид чуть за сорок, сидел за прилавком и вжикал оселком по мечу. Рядом лежала тряпица с пылью для его полировки. О, приятно посмотреть. Человек на работе.

  - Чего надо? - задал он вопрос, чуть приподняв голову.

  Да-а, чего-то он не в настроении. А самое интересное, что никакого раболепия и подобострастия. Купят, не купят - ему по фиг. Это чёж должно случиться, что б торгаш так клиента встречал?

  - Здравствуйте уважаемый. Мы б оружие хотели посмотреть.

  - Смотрите...

  По стенам были развешаны кольчуги, мечи, топоры, луки, ножи... На чем-то вроде манекена висела бригантина. Хотя как манекена. Сбитые крест-накрест две палки. Хотя может по этим временам и ноу-хау. Богато тут, ничего не скажешь. Железа тут много.

  - Что ж ты такой невеселый, хозяин?

  - А нечего мне веселиться. Сын единственный помирает.

  - А отчего?

  - Злым колдовством извести хотят. Никто лечить уж не берется.

  'Опа!',- сразу насторожился я. 'Колдовство - это интересно'.

  - А не будешь ли ты возражать, если мы с товарищем посмотрим твоего сына?

  - А ты волхв аль травник? - с внезапно вспыхнувшей надеждой спросил мужик.

  - Ага, прям доктор, мать его, психотерапевт.

  - Ась? - переспросил хозяин, поскольку предыдущую фразу я выдал на чисто русском языке.

  - Тебе того знать не надобно. Смогу помочь - скажу сразу... - я пожал плечами, - не смогу... скажу тоже сразу. А может, и на виноватого укажу.

  Мужик мгновенно подобрался. Да. Это не торгаш. Это либо мастер, либо бывший воин. А может и то и другое. Повадки не спрячешь.

  Коротко глянув на меня, он с непонятной интонацией произнес:

  - Ты сказал.

  Заперев лавку, мужик повел нас к себе домой. Жил он в кузнечной слободе. На это указал веселый перестук молотов. Слобода располагалась у дальнего края города и была предусмотрительно обнесена деревянным забором и обложена кирпичом-сырцом. Однако! Весьма предусмотрительно. И опять врали историки про неразвитость Руси. Очень толково в деревянном-то городе. Умно... и противопожарные мероприятия опять же.

  Зайдя в слободу, мы прошли по короткой улочке, вошли на просторный двор с кузницей и кучей других хозпостроек, и остановились возле довольно просторного дома. С окошками у него, конечно, были проблемы. Но пара окон со слюдой говорила о достатке хозяина. Они были распахнуты настежь по летнему времени.

  - Проходите, - предложил мужик.

  Зайдя в хату, я заметил только согбенную фигуру бабы в платке и... рубахе, что ли, стоящую у плиты. На секунду на меня блеснули из тьмы её темные глаза. Она как будто резанула меня взглядом.

  - Где болящий?

  - Вон на лавке лежит.

  Я подошел ближе. На лавке у стены лежал малец, лет двенадцати. Я потрогал его лоб. Холодный. Но малец явно чем-то болеет. Определить на взгляд, что за болезнь, я конечно не могу, но то что не вирусное и не горячка - это запросто.

  - Ну что болит-то тебя, парень?

  - Ослаб я. Живот вот болит иногда.

  'Живот - это хреново'.

  - Помру видать скоро, - с сожалением произнес он.

  Просто констатировал факт. На изможденном лице упрямо светились глаза. Смирение было в голосе. На лице было. А вот в глазах - нет. Надеялся парень на чудо. Может на бога... но пока он не верил в смерть. Не смирился.

  - Добро тебе раньше смерти хоронить себя? Посмотрим, может и сможем тебе помочь.

  'А не сможем, так хоть поквитаемся', - это я добавил про себя.

  Может, конечно, показаться странным, что я заинтересовался жизнью незнакомого мне мальца. Но это как посмотреть. Я сторонник равновесия. Нажил денег - помоги кому-нибудь. Нищей бабке подай или в магазине там заплати за её кусочек сыра, который она купила. Да хоть шоколадку купи и ей подари. Просто так. Есть тебе, что сожрать - дай, чутка голодному. С тебя не убудет, а человеку - хорошо. Жив, здоров - помоги больному или убогому. Иначе тот, кто наверху - отвернется от тебя. Есть удача - поделись с другим. И не ищи в этом корысти. Иначе в следующий раз не повезет. Это вроде как налог на удачу, не дашь - потом пожалеешь. А я срубил бабла по-легкому. И очень неслабо.

  Ну а самое главное, было произнесено волшебное слово - 'колдовство'. А вот это - очень интересно. А вдруг, правда. Тогда это надо захапать себе. Ну, где-то так...

  - Шаис, посмотри-ка, нет ли тут чего знакомого тебе? А то что-то мужик про колдовство плел.

  Шаис коротко кивнул и подошел к пареньку.

  - Пойдем на улицу, хозяин. Мой друг пока посмотрит твоего сына. И жена твоя, пусть выйдет. Негоже смотреть на его работу.

  Мы вышли во двор.

  - А по-каковски это вы разговаривали? - задал вопрос мужик.

  - По своему, - интимно поведал я ему.

  - Немцы?

  - Ну, скорее варяги-викинги, если тебе будет понятнее. Вольный ярл Джок - Кровавая Секира, - представился я.

  - Прости, ярл. С этой болестью все правила вежества позабывал. Иван, по прозванью Стрекоза*.

  - Почто так-то? - переспросил я, услышав весьма забавное для меня прозвище никак не вязавшееся с этим здоровым мужиком.

  - Много в детстве прыгал. Так прозвище и осталось. Думаешь, твой друг сможет помочь?

  Едва я открыл рот, чтоб ответить, как за меня ответил Сим:

  'А это точно поможет? - спросила царевна Несмеяна, осторожно затягиваясь'.

  'Вот ты урод!'

  А я пожал плечами и неопределенно ответил Ивану:

  - Все руце божьей.

  'А чё? Не хватало мне ещё геморроя с церковниками'.

  'Да-да Джок, - согласился со мной Сим. - Хороший человек с пистолетом лучше, чем просто хороший человек'.

  - Как думаешь, поможет твой друг моему сыну? - не выдержал Иван. - Батюшка приходил молился за него.

  Я ухмыльнулся и предложил:

  - Хочешь, расскажу тебе притчу?

  Иван кивнул. Гоша тоже придвинулся поближе. О, и жена вижу тоже, внимательно прислушивается. Она возилась неподалеку, возле хлева.

  - На Востоке, рассказывают так:

  'Один бедный человек зарабатывал на жизнь тем, что перевозил людей с одного берега реки на другой на своей лодке.

  Как-то великий книжник переправлялся через реку на его лодке. Он спросил лодочника:

  - Скажи-ка, лодочник, а знаешь ли ты Коран? Изучал ли ты писания?

  - Нет, некогда мне, - ответил с почтением, но не без иронии лодочник.

  - Да, тогда половина твоей жизни прошла зря, - изрёк важно грамотей.

  В это время налетел ураган, маленькую лодку закружило и понесло от берега. Волны перехлёстывали через борта, и лодка быстро наполнялась водой. В любой момент она могла затонуть. Лодочник поинтересовался:

  - Скажите-ка, господин учитель, а знаете ли вы, как плавают?

  Грамотей очень испугался, весь покрылся холодным потом.

  - Нет, - проскулил он: куда и вся спесь девалась.

  - Да, тогда вся ваша жизнь прошла зря, - заметил лодочник, перелезая через борт. - Ну, я поплыл!'.

  Иван задумчиво чесал густую бороду.

  - Понял ли, к чему я тебе это рассказал?

  - На бога надейся, да сам не плошай.

  - Вот то-то.

  - Джок,- крикнул из избы Шаис, - зайди.

  Я вошел внутрь и подошел к нему.

  - Что скажешь?

  - Ты был прав. Дерьмо это. Обычное проклятие. Уровень ученика. Но плетение мне незнакомо.

  - Ну и...

  - Я его просто сжег. Перенасытил силой - оно и не выдержало. Повесил обычное укрепляющее. И все.

  - Повесь ему защиту.

  Шаис вопросительно уставился на меня.

  - Так надо.

  - А на что я его тебе повешу? Камень нужен, - задумался Шаис.

  - Пошли, - мы вышли на воздух.

  И Иван, и его жена смотрели на меня с затаенной надеждой.

  - Выздоровеет твой сын. Совсем здоров будет.

  Жена, внимательно слушавшая, что я скажу, кинулась ко мне в ноги с подвываниями - кланяться и благодарить.

  - Уйми жену, Иван. Не до нее.

  - Цыть, - гаркнул он ей. - В дом иди. Займись там.

  Она, утирая слезы, молча, кинулась в дом.

  - Значит так. Беги к ювелиру.

  - Куда?

  'Тьфу ты пропасть! Опять косячу. Многих слов тут ещё нет. Или я не знаю'

  - К златокузнецу иди. Камень нужен. Необязательно дорогой, но граненый. На цепи, на веревке... но чтоб носить на теле можно было. И молчи! Молчи о том, что здесь было. Пытать будут - молчи. Иначе внимание к нам привлечешь ненужное. И к сыну болезнь вернется. А тогда уже никто не поможет.

  Иван так истово кивнул, что побоялся, что у него оторвется голова. В его глазах загорелась мрачная решимость:

  - Да я... коли не врешь... все, что захочешь, тебе отдам.

  - Об этом после потолкуем. Как сын совсем здоров будет. Можешь сказать бог помог. И соврешь не сильно.

  Едва хозяин умотал за ворота, как меня торкнуло. 'А я-то чего сижу?! Ювелира надо и мне посмотреть'. Правильно говорят: 'Хорошая мысля - приходит опосля'.

  - Э, господа-товарищи, пошли и мы посмотрим. Гоша, тормозни его, с ним пойдем.

  - Слушаюсь, вождь, - выдал он и ломанулся догонять хозяина.

  Однако 'человек предполагает, а бог располагает'.

  Едва выскочив за ворота, Гоша совершенно случайно толкнул неторопливо идущего воина. Гоша моментально извинился и попытался пробежать дальше. Не тут-то было.

  Этот деятель - одетый в ярко синюю рубаху, зеленые штаны и шапку, отороченную лисьим мехом, отчего-то решил, что извинений ему недостаточно. Поэтому наилучшим извинением будет, если он врежет наглому подростку по роже. Вот тогда все станет "вери гуд". Что он и не преминул моментально осуществить.

  Он съездил своим кувалдометром по лицу Гоше. Вот это он - совершенно зря. Не в том плане, что я обидчивый - вовсе нет. Гоша провел со мной достаточно много времени. Да и в тренерах у него был не только я.

  Молодецкий взмах кулака, конечно, мог впечатлить местных, но отнюдь не Гошу. Пропустив кулак этого ухаря, он привычно как на тренировке, провел прием. Ухватив левой рукой красивую синюю рубаху под правым локтем, он правой рукой зацепил её над правой ключицей противника. После чего мгновенно сделал левой ногой большой шаг - вперёд-влево. И сразу же носком правой ноги ловко подсек под колено ногу 'противника'. У того естественно опорная ножка сильно согнулась в колене. И Гоша резким рывком рук и туловища бросил тушку к своей левой ноге.

  Бам-с.

  'Но супротив приёмчика - он ничаво не смог', - это если перефразировать Высоцкого.

  Сильно удивленный дядя громко хлопнулся оземь.

  С секунду он соображал, отчего земля и небо поменялись местами. А когда сообразил, взревел и, схватившись за нож, попытался вскочить с земли.

  Совершенно непонятно на что он надеялся? На то, что ему удастся достать нож? Ну, удалось. Это когда он после молодецкого пинка в грудь, вторично завалился обратно на землю.

  'А мальчик-то растет'.

  Я оглядел улочку. Пока никого. Только вдали маячит хозяин, не зная то ли бежать по делу, то ли прибежать к нам 'разруливать' ситуацию. Он сделал самое умное в его положении - остался на месте, решив посмотреть, чем кончится дело.

  - Добить его, вождь? - задал вопрос Гоша, уже достав саблю и уперев её в горло врагу.

  'Никакого волнения. Абсолютно бесстрастен. Констатация факта - не более того'.

  Я остановился рядом с потерпевшим и задал вопрос:

  - Ты кто, убогий? И пошто ты на моего человека без причины бросился?

  - Мартынко - я, вой княжий.

  - Что ж ты вой княжий, беззаконие творишь?

  - Он первым меня изобидел.

  - Вот как? - мое лицо стало задумчивым. - Он тебя случайно толкнул... а потом извинился.

  - Так?

  - Так.

  - В ответ ты его ударил. Так?

  - Так, - опять согласился он.

  - Он тебе ответил. Кровь твою не пролил. Так?

  - Так.

  - В ответ же - ты обнажил оружие. Так?

  - Так.

  - Ты - воин и знаешь правила. Обнажив оружие - ты вышел на бой. Так?

  - Так, - угрюмо кивнул Мартынко, продолжая лежать на земле.

  - Ты - проиграл. Значит, теперь твоя жизнь принадлежит ему.

  - Он бился бесчестно.

  - Это, с каких это пор воинские ухватки стали бесчестными? - ласково поинтересовался я. - Когда ты мальца, заведомо слабее себя решил зарезать?

  Мужик заерзал. Ну да, куда ему убогому против извращенца, выросшего в среде политиков, чиновников и телевизора. Прямые они тут и простые как палка. А тут софистика - против логики. Не работает тут закон. Формально я прав. Зарежут его по моему кивку и все. Кранты. С мертвым-то, кто будет разбираться. Да и будет ли? Кто выжил тот и прав - вот это он знал точно. Как там у Высоцкого:

  'Я отвечаю: "Не канючь!"

   А он - за гаечный за ключ,

   И волком смотрит (Он вообще бывает крут), -

   А что ему - кругом пятьсот,

   И кто кого переживет,

  Тот и докажет, кто был прав, когда припрут!'.

  Так что версия событий в моем изложении может быть совершенно любой. И скорее всего она ему не понравилась бы. Будет - не будет, князь за него мстить - неизвестно. Я принюхался. Ну, точно. Он ещё и датый, но не так чтобы сильно.

  - Выкуп за жизнь тебе придется заплатить, - озвучил я итог. - Вот оружие твое в него и войдет. И пояс, пожалуй.

  Мужик, услышав это, только скрипнул зубами, катнув желваки.

  - А как ты хотел? - я по-отечески наставительно задал вопрос. - Я в своем праве. Иль не так?

  - Тако всё... А может, серебром выкуп возьмешь? Позор ведь.

  - Вот видишь, как быстро ты все осознал и понял. Гоша отпусти его.

  Тот послушно убрал саблю.

  - Вставай, Аника-воин, - я протянул ему руку.

  Одним гибким движением он, почти не держась за мою руку, вскочил.

  'Силен мужик. Один на один Гоше его не взять. Молод ещё. Веса мало и силенок. Если только за счет техники. Хотя... Нет. Ему под тридцать. И если дожил - боец неслабый'.

  - Я не Аника я - Мартынко. Говорил уже, - угрюмо глядя на меня, произнес он.

  - Это я о другом. Ну, это впрочем, неважно.

  - Может всё-таки, серебром дело решим? - мужик стоял и угрюмо теребил пояс, ожидая моего решения.

  - Вот смотрю я на тебя Мартынко и удивляюсь. Ведь хороший ты воин. Справный. Не иначе как черт тебя попутал, иль бражка паршивая в корчме была. А?

  - Бес попутал, уж прости боярин. Да и брага, у Тетёхи Косого - дрянь.

  - Не боярин, я. Вольный ярл. Джок - Кровавая Секира, - вторично за последние десять минут представился я.

  Мартынко уже с уважением стал смотреть на меня. Кто такой ярл, ему объяснять не надо. А такое прозвище как у меня среди отморозков-викингов - это надо сильно постараться.

  - Вот смотрю я Мартынко не тебя и думаю, - продолжил я, - Коль бес тебя попутал, то какой с тебя спрос? Да ещё говоришь, брага была дрянь.

  - Дрянь, - он обреченно кивнул.

  - За то, твоему Косому морду надо набить.

  - ...надо.

  - Так что, пожалуй, не будем мы с тебя ни пояс воинский снимать, ни меч... да и серебра... я требовать не буду. Не по-христиански то. Так?

  - ...так, - мужик слегка завис.

  Глядя на наши рожи думать о нашем христианском смирении... мог только полный придурок. А он дураком, явно не был.

  - Да и Перун не одобрит...

  Мартынко, по привычке сделал какой-то знак, услышав имя Перуна.

  'Да, мужик. А ты совсем и не христианин. Больше язычник. Ибо - воин', - сразу пришла мне в голову мысль.

  - Так вот я и думаю, грех обижать хорошего человека. Иль затаил ты неприязнь? - ласково поинтересовался я. - Так мы можем прямо здесь и решить все противоречия. Ну так как?

  - Что ты ярл! Спасибо тебе за науку, век помнить буду.

  - Я думаю, если когда-нито понадобится мне услуга от тебя, так ты не забудешь?

  - Не забуду, Перуном клянусь.

  Дураком он явно не был и понял, что задолжал мне и довольно много. Пусть по собственной дурости. Но ни чести, ни серебра не лишили. А что урок преподали? Так то дураку - наука.

  Сим в моей голове хихикнул.

  'Чего ты там?'

  'Джок, ты знаешь, как можно отличить осторожность от трусости?'

  '...не-а. А как?'

  'Это очень просто! Если боимся мы, то это - осторожность. А если другие - трусость'.

  'Вот оно чё. А что я согласен'.

  Тем временем воин низко поклонился и уважительно произнес:

  - Нужен буду тебе, на княжьем дворе спроси Мартынку, всяк покажет. А прозванье у меня - Косяк.

  - Как?! - удивлённо переспросил я. Ибо у меня с этим словом несколько другие... ассоциации.

  - Косяк, - подтвердил он, решив, что я недослышал.

  - Прощевай покуда, Косяк. Даст бог, другой раз за добрым столом встретимся, а не посреди улицы.

  'Мля, ну у них тут и прозвища. Хотя чего говорить. Помню, читывал я в "Очерках по истории Русской Церкви" - Карташова, перечень киевских митрополитов в пятнадцатом-шестнадцатом веке. Так там экзотика покруче. Есть там, разные персонажи, типа: Спиридон Сатана, Макарий I Черт, Иосиф II Солтан, Илия Куча и даже Онисифор Девочка. Так-то вот. И самое смешное, что это не презрительные прозвища, а вполне себе официальные фамилии. Так что и эта может ничего'.

  Кузнец, увидев мирное разрешение ситуации ломанулся к нам.

  - А я уж переживать начал. Мартынко знатный боец. Токмо вспыльчив очень. А твой-то парнишка куда как ловок. Так вроде и поглядеть не на что, а востер. Это ж надо... Мартынко на кулачках одолеть. Никто не поверит, кому не скажи.

  - Вот-вот... - покладисто согласился я, и тоном Абдулы из 'Белого солнца пустыни", продолжил: - 'Не говори никому. Не надо'.

  - А...

  - Ты меня слышал.

  Он захлопнул рот и понятливо кивнул.

  - Вот и ладненько. Ну что, теперь идем к золотарю? Тьфу. К златокузнецу, я хотел сказать. Мне тоже интересно посмотреть.

  Чё-то торможу я в последнее время. Время бежит впереди меня, а это плохо. Ну да ладно вечерком посидим, подумаем. А вот для того чтобы найти ювелира, пришлось придти практически обратно на торг. Только с другого конца.

  По дороге попадались и женщины. Вернее не так. Дофигища тут женщин. А уж красивых-прекрасных среди них во множестве. Их социальный статус показывала одежда и украшения.

  Сколько я тут? И недели нет. А женщин было только три. Непорядок. Случайные связи не приведут к добру. Невестой считается девушка с четырнадцати лет, а то и раньше. Как родители скажут. От них и старались пораньше избавиться. Я как-то раньше не задумывался, почему девочек так рано отдавали. Дочь - отрезанный ломоть. Когда она выходит замуж - она полностью принадлежит мужу. Как говорится и душой и телом. Так на кой её кормить лишний год? Муж даже может её убить и ему за это особо ничего не будет. Прав был, этот долбанный бородатый 'буратина' - Маркс. 'Бытие - определяет сознание'.

  Ну а девки тут - огонь, не буду врать. Гоша кобелировал тут с "малолетками". А мне они не очень интересны, мне вдовиц хватает. Как вам, например, вдовица - лет семнадцати-восемнадцати?

  Ничего не могу сказать, мужчин тут уважали. В смысле женщины. Меркантильный причем какой-то интерес. Причем в хорошем смысле. Как не смешно, но здорового ребенка хотела каждая вторая... Если не первая. Прикладная биология в действии. От доброго коня - будет добрый жеребенок, от доброго быка - будет добрая телочка, от доброго барана... э... ну это я увлекся.

  Так вот, какое там предохраняться? Я под утро был выжат как половая тряпка. А как же? Мало того, что воин (меч на поясе - воин), так ещё и здоровый. Мало того, что высоченный и здоровый, так у меня же ещё и зубы все на месте. Это в моем преклонном возрасте, а тут это круто. Ну, нет тут стоматологов. Только рвать.

  А вот языки у женщин? Ну как бритва. Даже хуже. Это да, этого не отнять. А на улицах как глазами стреляют - ух. Какая там к бесам забитость? Того кто это написал сюда бы вечерком или к колодцу. Шуточки и разговоры у колодца - караул! Колодец, это тут клуб. Наши ночные - а-атдыхают. Я когда в первый раз шел мимо, сдуру и пошутил: 'Во, какой цветник. Прямо красота ваша режет глаз'. Тормоз!!!

  Мне сразу подробно рассказали о моих умственных способностях, по ходу изложения я ещё узнал, какой длинны у меня член, (причем, что самое паршивое, все сравнения как-то шли в сторону уменьшения). А уж последнее сравнение с зайчиком так и вовсе было обидным. Ещё я узнал - сколь раз я могу за ночь. Причем я даже ненадолго задумался, как это - пол раза? И слегонца подрастерялся пока проклятые бабы подробно обсуждали все мои стати. Все! Тьфу, ты! Вот же язвы. А не далее как вчера, меня сняли прямо на улице. Да. И нечего удивляться. Как там, в формуле любви:

  - Селянка, подь сюды. Хочешь большой, но чистой любви?

  - Да кто ж её не хочет...

  - Тогда приходи, как стемнеет, на сеновал. Придёшь?

  - Отчего ж не прийти? Приду. Только уж и вы приходите. А то вон сударь тоже позвал, а опосля испугался.

  Ага. Примерно такой разговор и состоялся, только в качестве селянки присутствовал я.

  Девчонка лет двадцати пяти, 'случайно' толкнула плечиком и, прижавшись на секунду налитой грудью, открытым текстом предложила пройти на сеновал.

  Русский я, в конце концов, или нет? Не посрамим...! Ну не могу же я отказать в удовлетворении столь искреннего желания. Пришлось идтить. Ну и что, что с радостью? Пошел же. А уж какой темперамент тут у женщин... Какие там, на хрен - 'южные красавицы'. Наши им фору дадут. И судя по моему сиротскому опыту "Камасутра" была изобретена на Руси, а потом её западники подло украли и перепродали индусам.

  Так что ндравы тут сильно попроще. А, про это уже говорил. Не, сначала-то я подумал, со своим цинизмом, что это такая завуалированная форма проституции. Древняя. Но нифига подобного. У меня ничего не просили. Но я порядочный человек! ...и естественно отдаривался. Колечко с камушком или там простенькие колты, безумно радовали неизбалованных женщин. Ладно, об этом попозже. Мы дошли.

   Лавка была вместе с домом. Где-то там внутри располагалась и сама мастерская. Нас встретил приказчик. Ну, этот точно, как я представлял. В рубахе с опояской, штаны заправлены в смазные сапоги, и волосы расчесаны на прямой пробор и смазаны маслом.

  Не, местный ювелирный салон нисколько не походил на привычные мне. Во-первых, перед 'витриной' находился барьер с дверкой. Вот там и тусовался приказчик. До изделий хрен дотянешься. Приказчик вооружен. Во-вторых, у дверей стоит охранник. А как же? Обязательный фейсконтроль, мать его. Весьма массивный дядя. Не поймает, так хоть задержит.

  Изделия разложены по коробочкам. Услужливый мерчендайзер подаст, покажет и расскажет. Сервис по полной программе. Все на высшем уровне - для этого времени.

  - Что судари изволят?

  - Короче, Склихасовский, - я решил сам взять быка за рога, с кузнеца толку тут мало. - Нас интересует украшение. Подвеска любая, самая дешевая, с любым камнем.

  - Есть лалы, яхонты...

  - Ты чё, ушлепок, не понял? Я сказал - дешевая.

  - Это вам к византийцам. Они стеклом торгуют...

  И тут эта тля эдак презрительно фыркнула, поморщившись, будто куснув лимона. Моя рука оказалась быстрее мозгов. Я схватил его за горло.

  - Ты с кем так разговариваешь, вошь подзаборная? - в бешенстве прошипел я, - Я барон Ольт. И в состоянии купить всю твою паршивую лавку. Но не буду. А вот поучить манерам тебя надо.

  - Стой, ровно и останешься жив, - раздался сзади ледяной голос Шаиса.

  Я оглянулся, не отпуская продавца. Кончик сабли Шаиса упирался в горло 'горы мяса', именуемого тут охранником. Я ж говорил, что он медленный.

  - Что молчишь? Язык проглотил?

  Продавец что-то полузадушено прошипел.

  - Иди, уже, - я отбросил его к прилавку. - Бить тебя страшно, ведь шею сверну. И будешь ты под себя ходить, а не ногами. Показывай, что я попросил.

  - Всенепременно барон. Одну секунду, проходите, - он распахнул калитку перед прилавком.

  Смотри-ка, даже мой титул умудрился запомнить. Вот что страх-то животворящий делает? Тут, похоже, только страх и работает. Грубые люди - никакой толерантности и уважения прав чужой личности.

  Я зашел и стал рассматривать изделия местного ЮвелирПрома. Я по неистребимой привычке стал рассматривать товар.

  На прилавке лежали в основном колты. Колты, если кто не знает - это такие парные полые золотые или серебряные подвески, типа сережек, которые они цеплялись не в уши, а крепились цепочками или лентами к головному убору. Типа кокошник. Любимое украшение горожанок здесь. И кстати, они тут отличаются удивительным совершенством формы.

  Некоторые представляли собой массивные пятилучевые звёзды, густо покрытые тысячами напаянных мельчайших шариков металла. Это если не ошибаюсь - зернь, изначально скандинавская техника. Ага, а вот и скань. Это когда тончайшая серебряная или золотая проволочка, скрученная жгутами, напаивалась на пластины или свивалась в ажурные узоры. Красиво.

  Некоторые колты были украшены речным жемчугом и изображениями фантастических птиц с женскими головами. Все цвета очень яркие, и сочетание на редкость изысканное - белый, бирюзовый, тёмно-синий и ярко-красный. Думаю, что и ваши женщины такое с удовольствием нацепили бы. Если б такие были в продаже.

  А мастер-то - монстр. Если конечно он все это делал сам. Об этом я как-то позабыл спросить.

  Смотрю, тут есть даже несколько изделий выполненных в виртуозной технике перегородчатой эмали. Это конечно может быть и византийская работа. Но сдается мне, что все таки местная. Откуда я столько знаю? Да шарился я несколько раз с гостями по золотому фонду Эрмитажа. Есть там такой. Экскурсовод много интересного рассказывал и показывал - я и запомнил.

  Типа: 'Это забытое ныне искусство перегородчатой эмали требовало терпения и поразительной точности в работе. На поверхность золотого украшения ювелир напаивал на ребро тончайшие золотые ленточки-перегородки, составлявшие контур будущего рисунка. Затем ячейки между ними заполняли порошками эмали разных цветов и нагревали до высокой температуры. При этом получалась яркая и очень прочная стекловидная масса. Изделия, выполненные в технике перегородчатой эмали, были очень дороги, поэтому не случайно большинство сохранившихся до наших дней произведений являются деталями дорогого княжеского убора'. Ага, вот это забытое я счас и наблюдал воочию. Блин, чувствую себя как в музее. Только купить можно, а не только посмотреть.

  - Вот это сколько стоит? - я ткнул пальцем, яркую бирюльку.

  - Пятнадцать гривен.

  Я охренел. Сдается мне, не смогу я купить всю лавку... денежков не хватит.

  Были тут и перстни, и серьги, и цепочки. Правда, грубоватые на мой взгляд. Углядел я и створчатые браслеты-наручи. Эти были сделаны в технике чернения.

  В голове промелькнула ещё часть лекции: 'Чернь это сложный сплав олова, меди, серебра, серы и других составных частей. Нанесённая на серебряную поверхность, чернь создавала фон для выпуклого изображения. Особенно часто чернение использовали при украшении'.

  Ну да, юлелирка здесь грамотная. Я пригляделся. На бранзулетках было нетрудно различить фигуры музыкантов, танцовщиц, воинов, орлов и всяких фантастических чудовищ. Да уж, сюжетец рисунков весьма далёк от христианских представлений и гораздо ближе к язычеству. Инквизиции на них нет. Хотя и хорошо, что нет. Людям работать не мешают.

  - Ладно, мерчендайзер с повышением, дай мне вот это, вот это и... это. Шаис глянь, какой камень тебе больше подходит. А то огранка у них тут, не очень.

  - Вот этот, - он ткнул в сине-сиреневый камешек.

  - Это чё, гопник? - вежливо ткнул пальцем в изделие.

  - Аметист, барон.

  - Ладно. Мы берем все. Посчитай...

  Я сидел один, с кувшином вина, на своем постоялом дворе, в своей комнате - и думал.

  Согласен, это вроде не очень свойственное мне дело. Но надо. Надо. А то чувствую, пушистый зверек скоро помашет мне хвостом.

  Ну что? Не буду лукавить перед самим собой. Я на Киевской Руси. Сё - факт. Наша, не наша - пох. Но пока очень близко.

  У меня задача минимум, это - выжить. Выживу. Это не проблема. Куплю, краду, захвачу - смердов. (Нужное подчеркнуть). Организую баронство и буду спокойненько жить. Напложу детей. Заведу жену. Буду чуть-чуть ходить налево* - исключительно для укрепления брака. (Адюльтер только укрепляет брак, в этом я точно уверен). Напложу детей. Создам себе оригинальное хозяйство. Торговать буду. Одно мешает - татаро-монголы на Русь идут. Народу завалят, страх. Отбросит это её далеко назад. Торговать русскими будут. А этого я не люблю. Плевать мне на высокие слова. О людях судят по делам их.

  Ну урву я кусок территории, анклав сделаю. Разобрался я с местоположением. Я сижу на притоке Десны. И намерен я в дальнейшем урвать себе весь этот небольшой приток. И кусок Десны хочу. И городок хочу основать. Резиденцию себе построить. Хотя херня это.

  Если не при моей жизни, то при моих детях - сожрут, сожгут и разрушат. Нах. Не отгородишься. Играть от обороны - значит заведомо проиграть. Проходили. Устроят блокаду, будут пакости делать - все равно сожрут. Не, не катит.

  Лезть в мясорубку на Калке или пытаться остановить каток монгольских туменов? Это чушь в кубе. Все эти мерисьюшные попаданцы с кучей ништяков и знаний - туфта. Ну выставишь ты сотню, ну пусть тысячу. Красницкий в 'Отроке' правильно написал - школу надо делать. И воинов готовить.

  Только это должны быть - 'преторианцы'. Всего на всего. Люди преданные лично мне и готовые порубить в капусту того на кого я укажу. Вот так-то.

  У всех попаданцев в это время присутствует системная ошибка. Какая? А простая. Хрен ты мир улучшишь. Чушь это по большому счету. На Руси счас миллионов пять живет. Может - семь. Дружина Великого Князя - пятьсот рыл. У удельных князьков - сотня. И это в лучшем случае. Херню писали все эти доморощенные историки. По ходу только один правильно цифры выдал. На Калке было пять тысяч наших и восемь тысяч монгол. Вот в это я верю.

  Всю эту чушь писали шпаки. Без правильного образования, а именно военного. Отсюда и все ошибки.

  Зачем идут монголы? Правильно говоря - разведка боем. Отсюда и задачи. Потому и не пошли они дальше на Русь. А пошли они в Волжскую Булгарию... это если я правильно помню. До этого порезвились в Крыму. Значит сейчас там их власть.

  К слову половцы - светлые. Половцы от слова - полова. Сиречь бледный, белесовато-соломенного цвету, аки полова. Вот так-то. Хан этот Котян, сорок тыщ... то ли привел на Русь... То ли увел в Венгрию. Отчего там образовались - мадьяры или венгры по-современному. Чушь какая-то в голову лезет. Не помню я историю - хоть убей. Помню, что ещё там парочка каких-то баев была. Пардон, ханов. Но кто с кем дрался, и дрались ли вообще - провал. Или они сразу драпанули?

  Муть какая-то в голове.

  Ладно. То, что тридцать тыщ стояло против двадцати наших? Ну не верю я. И все. Нет тут столько народу и жратвы. Просто нет. Князь, владеющий городом, может прокормить сотню - это как? Оружие дорого? Да. А монголам этого не надо? Десяти-двадцатитысячный город начинал голодать уже максимум через месяц. И это город где есть снабжение. Чего там, в степи они жрали? Земледелия нет - зерно привозное. Баранов жрали? Так на всех мяса не напасешься.

  Но это мои и только мои мысли.

  Думал я, думал и додумался. Наверное, на моем месте 'домашний патриот' кинулся бы грудью защищать русских. Только вот беда нет тут их. Есть вятичи, радимичи... древляне всякие. А вот русских нет. И режутся все постоянно между собой. Куда там монголам.

  Так вот, о всеобщей ошибке. Все стараются сделать оружие, подготовить бойцов... и выиграть войну. Я буду действовать по-другому.

  Мономашиши эти задолбали. Мало того, что они плодятся в геометрической прогрессии. Мало того, что тут - дебильное Лествичное право. (Это когда умершему отцу наследует не старший сын, а старший родственник). Они суки, тут кочуют из удела в удел. И хапают, хапают... чисто чиновники.

  Мало того, что тут нет - майората. (Это когда всю землю - наследует старший сын, а остальным деньгами).

  Мало того, что они - ненавидят друг друга, волкохищные собаки.

  Мало того, что - постоянно воюют.

  Мало того, что - гнобят и режут князей других родов. Они козлы при этом людей режут, деревни сжигают, людей пленяют, холопят и в рабство продают.

  Русь раздроблена и не готова к войне. Горожане одного города люто ненавидят горожан другого.

  И вот я - создал войско. Нормальное войско. И я пойду со своими бойцами резаться с монголами?! Не, ребята. Это надо быть стукнутым на всю голову. И не потому, что я не патриот. Просто отдать своих людей под командование какого-то придурка? Из-за того, что типа он - древнего рода? Это бандюки, сыновья и внуки бандюков. С таким же менталитетом и претензиями. Вот такое мое мнение.

  А при каких условиях меня не тронут, если я захапаю себе кусок? Если кругом бардак. Тогда не до меня. А когда бардак? Когда идет смена власти. Не до меня - убогого. Значит, что? Сделаю я хорошие такие ДРГшные группы и начинаю тупо резать князей. 'Ривалюционный тиррор', так сказать. Не помню кто, но сказал правильно: 'Русские на Калке проиграли не потому, плохо воевали. Их подвело отсутствие единого командования'. Ну и ещё одна смертельная ошибка была. Войска в бой они вводили - поэшелонно. Пр-ридурки.

  Не, я сознаю, конечно, что сволочь я ещё та. Но чем это, жизнь совершенно незнакомого мне князя, ценнее для меня жизни совершенно мне незнакомого воина? Или пахаря? А? Да ничем!

  То, что он князь? Так я и сам - барон!

  А рассуждения про суд, чью-то там виновность или невиновность - можете засунуть себе... Догадались куда? Городов много - князей тоже много. Работы... у-у-у. Не схочет объединяться? Значит, не дожил... или советники внезапно умерли от инфекции. Полметра, хорошей такой стрелы... - в голову, ещё никто благополучно не пережил. И вообще надо какую-нибудь 'Черную стрелу' изготовить. Чтоб страшнее было.

  Подобное коварство (убить исподтишка... второго - после бога), не-е, у местных такое пока просто в голове не укладывается. Но мне-то...! Воспитаннику прекрасного демократического общества на грех... и такое окаянство, мягко скажем - наплевать. Я дитя своего насквозь прогнившего века. И с моралью у меня все в порядке. Какая удобнее и ближе - ту и выберем. Нас так учили.

  Вот, например, Мстислав Удалой. Он конечно молодец. Но большущее Черниговское княжество счас раздергано на уделы. А сам он плевал - как на Киев, так и в другую сторону. Вот если б он сидел, на Киевском столе - тогда другое дело.

  Возникнет, наверное, у кого-то законный вопрос: 'А как же татары?'. Сознаюсь. Вот их я буду резать с гораздо большим удовольствием. Шовинист я. Или как там это правильно называется? И за Калку и за сотни и многие тысячи простых русских людей - угнанных, убитых, изнасилованных и замученных...

  Правильно сказал герой Виктора Сухорукова, в 'Брате-2': 'Вы мне, суки, ещё за Крым ответите!'.

  А монголы? А что монголы. Войско, лишенное командования - это толпа. Вот убью лучших военачальников Батыя - Джебэ и Судэбая... и нормальненько. Ведь читал же что, большинство побед именно за ними числится.

  Так, что начну, пожалуй, убивать князюшек. А когда бардак - власть сильному легче подхватить. А централизованное государство - это всегда благо. Единые законы для всех. Плохие ли, хорошие ли - то пока не моя печаль. Не политик я, и не государственный деятель. Я - монархист. А потому плевать мне на чиновников как бы они не назвались.

  Хотя... Я вообще может, женюсь на княгине какой-нибудь и стану совершенно легитимным правителем. А кровь? Да, не боюсь я её. И оправдываться не собираюсь. Это мой и только мой выбор.

  Помогу по возможности будущему государю. Ну, заодно и посмотрю, чтоб вменяемым оказался. Ведь поправить никогда не поздно...

  Но это пока задача - максимум.

  А задача - минимум, быстро и чисто поднять денег. И все законные пути отпадают. Как не жаль. Торговля... - нечем. Грабить... фу-у... западло. Жениться на приданном... - та же фигня. Но нашел я выход.

  Нашел!

  Я сука, всё-таки - гениальный. Кто у нас счас самый богатый? Купцы? Да. Но они это заработали своим трудом. И главное слово - ЗАРАБОТАЛИ. А вот местные чиновники - тиуны, да управляющие или судьи там разные - воруют у князя. Или у богатого боярина. А это не порядок. Надо делиться. Я возьму у вора! И совершенно добровольно отдам долю князю. Киевскому князю. Непорядок, когда МОЕМУ государству совсем ничего не достается. Легитимность опять же... хотя к чему тут это слово? А-а... Легитимность - это законность. Тогда значит правильно.

  Тихо-мирно берем чиновничка... и он нам добровольно и быстро рассказывает, где и сколько. Что не верите? Хотел бы я посмотреть на того, кто у Шаиса в руках промолчать сможет. Скажет где кубышка и пусть гуляет. Может, я к нему даже во второй раз и не наведаюсь.

  Вот и денежки. На дружину, школу, оружие... Ну, и на выкуп подходящих людей.

  Всё-таки, я сука - гениальный...

  Ну что я могу сказать? Пора вживаться. Прошло уже две недели. И вижу я, история возвращается на круги? своя. Не очень-то много вариантов развернуться в средневековье. Надо сказать, что последняя неделя была сильно насыщенной. Хорошо быть богатым и здоровым.

  Я уже успел засветиться. Ибо купил себе подворье в городе неподалеку от гончарной слободы. Было ещё одно с кузницей, но в кузнечной слободе. Но там такой грохот от светла до светла, что ну его нах. Хотя его я тоже купил. Осталось купить кузнеца и, будем ковать себе счастье. Народ тут честен и добродетелен. Честен - это значит, что они работают за такие копейки, что караул. За еду практически. Но что интересно - абсолютно честно.

  У Гоши под началом два десятка местных беспризорников. Вернее Гоша повышен в чине, и теперь он - вахмистр. Если кто не знает, вахмистр - в русской армии и жандармерии являлся ближайшим помощником командира сотни, по строевой подготовке, внутреннему порядку и хозяйственным делам. Этот чин соответствовал чину фельдфебеля в пехоте. У него было три зама - будущие десятники и он тренировал мальцов потихоньку. Это мои будущие глаза и уши - разведка. Эрик - Звон Весов оставался с ними на том подворье присматривал за ними.

  Что интересно, около рынка и порта крутилось куча сирот, до которых никому нет дела. Но все они готовы за регулярную кормежку работать и учиться. Главное, чтоб без обмана. Что сделать - взял, 'насовсем'. Зато теперь порт, торг и кремль присмотрены, и я знаю о тех телодвижениях, что меня интересуют.

  Организованной преступности тут нет. Так кое-какие потуги делаются. Хороших воинов мало. Очень мало. И не потому, что их нет, а потому что - стоят очень дорого. Даже у меня столько серебра нет, чтоб собрать дружину. Но я хитрый, а вовсе не умный и потому ищу себе местечко близко к городу, но подальше от чужих глаз. И там я хочу сделать что-то типа базы. Перевалочной базы. А это подворье уже завтра пойдет на слом. Буду делать клуб по интересам. Кабак и ночной клуб. Опыт имеется. Мои норманны поехали вдоль по реке искать место. Причем на моем кораблике. И его я прикупил. С дорогами тут беда. Значит, будем ходить по реке. Шаис поехал 'посмотреть' на местных князей. Ну а если, кто помрет от смотрин - нам дуракам, все в прибыль. Всё-таки он жуткий индивидуалист. Да и подготовка не чета моей.

  А ярл с Оловянных Островов прикупил себе недвижимость и стал собирать себе дружину для путешествия и возможного найма на службу в Царьград. Это была основная версия, которую я озвучил вслух.

  Хорошо хоть с церковью пока более-менее нормально. Занес батюшке и все нормально. Правда это все сопровождалось излишними телодвижениями типа 'Искренне верую...', 'От всей души...' и все такое. Вот же долгогривая порода. Те же чиновники, но от бога. Не, не буду врать много и искренне верящих. Но процент слишком мал. И поди тут угадай с ходу - правда он верующий или так, прикидывается. Если только рожа раскормленная и сильно благостная - тогда да. Да и то - не факт.

  Но батюшка, к примеру с ближайшего храма, тощий и желчный - та ещё сволочь. Такая 'праведник' - мать его! Приперся во двор - 'Посмотреть на паству...'. А глаза так и шарят по сторонам - оценивают. Пришлось кормить и разговаривать.

  Благостный такой - гнида. Все про бога плел... и пальцем вверх тыкал, бесконечно крестясь, да про уважение. И самое главное уважение - это пожертвование, чтоб я не забыл. Честно отвечал, что стопудово не забуду.

  Вот кто сказал, что я не провидец? Рупь за сто, что случится несчастный случай с этим попом. Уж больно любопытные вопросы он задавал.

  Собрали мне за неделю отличный домок. Осталось отделать как надо и запустить. Вот что хорошо никаких особых разрешений на открытие 'точки общепита' не было. Ресторации не надо было; ни согласований с СЭС, ни с пожарниками, ни с налоговой, ни с многочисленными чиновниками. Даже лицензию на торговлю спиртным не надо было оформлять. Чисто уведомительное дело. Если знаешь, кому занести. Сбор - фиксированный. Это первый год. Можно сказать копейки. Я пока сильно не вкладывался. Собрал нормальные печи из кирпича. Его тут производили. Гончарная слобода как-никак. Посуды прикупил нормальной. Народ тут не сильно избалованный. Да и я зарываться не стал. Толковая еда и минимальные удобства вполне всех устраивали.

  Неявным хозяином стал я, а вот наемным управляющим и видимым хозяином стал - Торопка. Приглядел я тут парня лет двадцати с небольшим. Чем-то он смахивал на Алексашку Меньшикова. Этот тоже пирогами торговал. Только пироги у него в отличие от многих были нормальные. А то тут 'с маленьким запашком' продать еду - это нормально. Подумаешь чуть тухлое? Зато недорого. Жена Торопкина пекла, а этот торговал ими. Язык отлично подвешен и товар нормальный. Трое детей - малолеток. Чем не кандидатура? Местный, да и знает всех и что-где купить. Подучу немного и все. Мне в городе место нужно, где остановиться. Да и жрать нормально охота.

  А то тут едят всё!

  Как вам совсем простое и обычное блюдо на постоялом дворе? Берется большой котелок, туда закладывается брюква, заливается водой, все это варится. Потом это растирается, и подают на стол. Все это несоленое - ибо соль дорога. Ходят сюда со своей. Нормально поесть - это проблема. Но есть места, где нормально готовят. Я свел знакомство с несколькими местными купцами. Вот там нормально покормили. Про некоторые блюда даже я не знал. Это разные блюда из потрохов (совершенно зря забытые). Берется баранье лёгкое, в которое через горло и бронхи вдувают яйца, смешенные с молоком и мукой. Затем жарят и режут на куски. Вполне себе съедобно. Кстати, блюда из субпродуктов - тут называют 'стола потешение'. Частенько подают 'ушное'. Это полужидкое блюдо, что-то напоминающее рагу из бараньей грудинки с репой и с другими овощами. Баранины тут много. Любопытные тут 'каши' - судачьи, стерляжьи, севрюжьи. Каши, ага. Нарезают кусками рыбу, варят, затем всыпают левую крупу и всё варят до готовности. Ну и вкус - соответственно. Очень сильно на любителя.

  Меню у простых людей, в мясные дни на обед: щи и жидкая каша, иногда сушёная рыба или тушёная репа. На ужин - щи, капуста, толокно, иногда ботвинья. По праздникам к обеду дополнительно готовят разные пироги, дополнительно подают гущу, ягоды, блины, кисели, пиво, брагу. А гуща... это пивная бурда, заправленная мёдом. Это нормально?! Десерт, блин! Не, я понимаю, что это в принципе съедобно. Но я уж как-нибудь по старинке - привычной мне еды. Вот такая суровая действительность.

  Только теперь мне стало понятно, почему княжьи пиры пользовались такой популярностью - там пожрать нормально можно было!

  Намедни наведался ко мне воин из младшей дружины. Я было подумал, может на пир. Оказалось, хренушки. Позвали на беседу к княжьему воеводе. Мои потуги по найму воинов и прочей деятельности были отслежены. Хорошо хоть тому не сильно до меня было. Так позвал - 'чиста пасматреть' на меня. Мнение составить. Не угрожаю ли я как-нибудь горячо любимому князю. Сам князь пребывал временно в вояже по своим городам. Но на страже города оставалось больше полутора сотен воинов. Мелочь - вроде, но по нынешним временам сотня профи - это очень круто. И это столица?!

  Я заверил, что дел мне до местных никаких нет, а подбираю я себе дружинников, беспокоюсь я только о себе любимом. Не знаю, поверил он или нет, но сказал: 'Ежели, что... порубят всех и не посмотрят!'.

  Я про себя ухмыльнулся. Порубят там или нет - это мы будем посмотреть. А вот будет ли кому так верно служить? Вот в этом я не уверен.

  Но расстались без вражды. У него свои дела - у меня свои.