Да, фотографии подлечили. Меня привели в какую‑то каморку, где фотограф некоторое время продержал меня под дулом пистолета. Затем вошла Дженет Рино и пустилась в свои неотразимые кунштюки — я не выдержал и расхохотался. Щелкнул затвор фотокамеры, а потом мою голову «Фотошопом» присобачили к туловищу совсем другого парнишки. После этого меня отвели во дворик для игр, где мужчина в маскарадном костюме моего отца подбросил пушистый мячик, за которым я должен был погнаться. Мой настоящий отец — довольно‑таки жирный и, разумеется, не такой симпатичный, как тот, которого выбрали на эту роль. Я побежал за мячиком с широченной ухмылкой на физиономии. А вы бы разве не стакли улыбаться, когда в спину из шести разных окон, выходящих во дворик, вам целят шесть АК-47? Это мне, кстати, напомнило о том, как Администрация Клинтона разыграла меня как пешку, когда я был в Вако.

Круче всего пришлось в те три года, что я провел на нейтральном плоту сразу за выходом из Гаванской бухты. Ни к берегу пристать, ни в Штаты вернуться. Еду доставляла вертолетом швейцарская группа милосердия, а иногда мой настоящий отец, Мерзкий Мигель, подгребал на шлюпке и привозил пару дюжин банок с горчицей, которые каждый месяц жертвовали прекрасные люди из «Гульденза».

Когда я, наконец, вернулся на Кубу, меня поместили в деревянный ящик, а потом опустили на веревках со строительных лесов на городской площади, причем веревки держал сам Кастро. У меня до сих пор в ушах звучит его голос: «Вот што бываит с малэнкымы малчыкамы, когда они плавают по мору.» Потом, разумеется, начали промышленное производство моих трусиков «Надел И Смейся»™, и я ни пенни с продаж не увидел. Человек, изображавший моего отца, знаменитый кубинский актер Дези Фундамента Мачиста, с тех пор ни разу в жизни меня не видел. На съемочной площадке «Мальчонки с Кабаны» я приходил к его трейлеру, но он так и не выглянул. Тем не менее через посредника я получил его автограф. Он у меня до сих пор хранится.

Я никогда не считал себя ответственным за всех подражателей Элиану, которые пускались на моторных лодках к Маленькой Гаване и баррикадировали себя в «Родне Для Нас». Средства массовой информации даже не побеспокоились осветить последний десяток таких спасательных операций, и когда Эл Шарптон прибыл на место разобраться с №64, свидетелем этому стали только четыре подвернувшихся под руку демонстранта и продюсер одного из эпизодов шоу Джерри Спрингера.

Все это было задумано лишь для того, чтобы обелить Кастро. Мне кажется, именно это событие позволило ему закадрить и впоследствии жениться на Дженнифер Лопес. К тому же теперь я вижу, что стал важной фигурой в открытии торговых отношений между США и Кубой, хотя инцидент определенно положил конец мечте всей моей жизни — стать сигарным контрабандистом. Не поймите меня неправильно: я по–прежнему люблю свою родню в Маленькой Гаване. В конце концов, они — семья брата отца бывшего мужа моей матери. Наверное, все же кровь — отнюдь не водица.