… А ведь вечеринка так хорошо начиналась…

Впрочем все по порядку. Я — сисадмин в одной конторе, которая является подразделением компьютерной фирмы. А занимаемся мы тем, что подгоняем программные системы под требования заказчика. Да и сами не брезгуем написать некоторую кучу модулей. Еще надо отметить, что мы ориентируемся на Internet и Intranet-технологии.

Так вот, сегодня мы успешно спихнули клиенту одну системку. Ну и на радостях решили закатить вечеринку, благо наша контора находится отдельно от основной фирмы, точнее — в другом конце города. Так что помех в этом благородном деле не ожидалось.

Надо сказать, что людей у нас немного. Кроме меня здесь работают еще три программиста, системщик и две девушки. Одна из них, понятное дело, секретарша, а вторая — документалист. Для тех, кто не знает что это такое, объясняю: документалист — это человек, который пишет эти самые глупые руководства пользователей для "чайников", чтобы они нас, барсов программных систем, не отвлекали от "главного" дела.

Ах да, у нас, как и полагается в приличной конторе, есть босс, который руководит нашим "хозяйством". Наш босс имеет вполне импозантный вид молодого профессора, и при этом достаточно хорошо ориентируется в том, чем мы занимается. Объясняется такая нетипичная ситуация тем, что он в молодости сам писал программы, а потом ломанулся в информационные технологии, и даже закончил курсы IT-менеджеров в Штатах.

Клиенту мы все спихнули сразу после обеда, поэтому расслабились и принялись вяло заканчивать текущие дела. Тем не менее, разброд и шатания усиливались, хотя каждый понимал, что вполне может завалиться шальной клиент.

Наконец, когда накал страстей ожидания и предвкушения готов был достигнуть некоторой планки, к нам вышел босс и, многозначительно посмотрев, спросил:

— Ну что, орлы, кто отправится за "секретными материалами"?

Очевидно, он предполагал, что мы можем потихоньку самостоятельно начать отмечать сдачу проекта. И, кстати, вполне правильно предполагал.

Я подумал и вызвался совершить волнительный вояж. Следом за мной вызвался системщик Серега. Это у него сработал инстинкт солидарности, так как мы с ним почти друзья.

В течение десяти минут был оговорен перечень продуктов и выпивки, и были собраны деньги. Я даже поразился такой оперативности.

Я взял деньги, вынул из ящика стола электрошокер и прицепил на пояс. Серега тем временем проглядывал список "секретных материалов".

— Анатолий Александрович, нам бы надо еще кого-то в помощь. А то вдвоем мы столько недопрем, — Серега продемонстрировал длинный список.

— Щас! Вся контора дружно отправится за закуской и выпивкой, а я останусь здесь в качестве сторожа, так чтоль? Не выйдет… Вот, возьмете мою машину.

И босс выложил на стол ключи. Из всех здесь работающих машины были только у двух программистов и босса. Остальные пользовали общественный транспорт, маршрутки и такси, причем без всякой системы.

Серега сцапал ключи, и мы вышли на улицу. Уже подходя к черному боссовскому BMW, Серега вдруг остановился и спросил:

— Слушай, Влад, а как управлять этой машиной?

Я удивился.

— Как в имитаторе…

— А! Ну тогда все в порядке. Кстати, а что важнее: выпивка или закуска?

Я немного задумался.

— Знаешь, выпивка вроде как важнее, потому что закуска без выпивки — это не закуска, а просто еда. А зачем тебе это?

— Ну надо же расставить приоритеты и решить за чем нужно отправляться в первую очередь.

— Логично, — согласился я.

— Ну тогда по коням… ой, в коня!

Я знал, что Серега неплохо шуршит в имитаторах, но не предполагал, что настолько неплохо. Он сразу набрал сотню, плавно вливаясь в поток машин. "Да, гонки по трассе он освоил качественно", — подумал я, глядя на то как он без особых проблем объезжает движущиеся "препятствия".

Через минут десять езды мы припарковались у магазина, торгующего водкой. Заперев машину, мы подошли к дверям. Не успел Серега протянуть руку, как дверь открылась сама.

— Во, блин, совсем как Ассистент в Ворде с системой one-no-click.

Серега, быстро осмотрев длинные ряды разнообразных водок, почесал затылок и обратился к продавщице:

— Нам, пожалуйста, 0х2710 водки… ой, 10 000 миллилитров вот этой водки, — Серега ткнул пальцем в выбранный им образец.

— Сколько, сколько? — удивилась продавщица.

— 10 000 миллилитров водки, — терпеливо повторил Серега.

У продавщицы от умственных усилий округлились глаза. Опасаясь дальнейших эксцессов, я быстро перевел цифры в нормальный мещанский вид и небрежным голосом сообщил:

— Ну, это ящик водки.

Продавщица облегченно вздохнула и каким-то телескопическим багром вытащила ящик водки.

Еще в машине мы обменялись — я дал Сереге деньги, а он мне — список. Поэтому он повернулся ко мне:

— Что у нас еще из спиртосодержащих материалов по плану?

Я заглянул в список:

— Шампанское.

— Сколько бутылок? — оперативно среагировала продавщица, полагая, что в противном случае мы начнем издеваться, называя непонятные цифры в непонятных ей единицах.

— А тут не написано…

— Так, — Серега наморщил лоб, — попробуем рассуждать логически. Нас сейчас восемь человек…

У продавщицы забегали глаза. Очевидно, она полагала, что остальные шесть прячутся под прилавком.

— Таким образом при масштабировании мы получаем от восьми до 12 бутылок. Определимся на десяти бутылках.

— Ты неправильно считаешь. Шампанское — это для девушек, а они столько не выпьют. Таким образом берем семь бутылок.

— При каком раскладе? — заинтересовался Серега.

— Четыре девушкам и три нам — понюхать.

— Логично.

Продавщица выставила шампанское.

— Так, теперь надо бы пиво, — с вопросительным оттенком сказал Серега.

— Точно, — подтвердил я, сверившись со списком.

— Полтора ящика вот этого, — заказал Серега и получил требуемое.

Пока Серега расплачивался, я загрузил ящик водки, вернулся обратно, и вместе с Серегой захватил пиво и шампанское.

— Ну вот, самое главное мы закупили, — сказал он, усаживаясь в машину. — Что у нас следующим в списке?

— Колбаса, сыр и прочие причиндалы к салату.

— Отлично, отправляемся к колбасно-салатовому магазину, — кивнул Серега и завел машину.

Я не знаю, какие трюки исполнял он на имитаторе, но сейчас он сделал какой-то совершенно оригинальный маневр, развернувшись практически на месте и рванул вперед. Мне доставило удовольствие наблюдать пятирублевые зрачки водителей, увидевших этот маневр. Серега, правда, на это не обратил внимание, так как был занят очередными маневрами.

Очередные маневры, что вполне логично, подвезли нас к другому магазину. Колбасно-салатному, по серегиной классификации. Причем Серега заехал на стоянку так, как если бы занимал выгодную стартовую позицию на "Формуле-1".

Помня о том, как двери открывались в предыдущем магазине, Серега даже не сделал попытки вынуть руки из карманов. А зря, потому как эта дверь автоматически не открывалось. Двери, как впрочем и Сереге, здорово повезло, что она открывалась внутрь (иначе Серега зашел бы внутрь с дверью, учитывая его комплекцию).

— Тьфу ты, файрволов понаставили, — мимоходом ругнулся Серега и, не снижая темпа, отправился в сторону колбас.

Вид быстро и планомерно несущегося Сереги почему-то распугивал посетителей магазина, и они быстро освобождали нам фарватер. Таким образом мы дошли до мясного отдела и начали изучение предлагаемых нашему выбору колбас.

— Может эту возьмем? — я ткнул в колбасу, которая мне больше понравилась.

— Нет, она масдайная…

— А чем она тебе не нравится?

— А вот, посмотри: жир в этой колбасе что-то слишком симметрично расположен. Сразу возникает подозрение в ее искусственном происхождении… Ага, вот подходящая.

— Нам вот этой колбасы, — обратился Серега к продавщице, — отрежьте на 12 дюймов.

Продавщица опешила. Что такое килограммы она знала, но вот что такое дюймы — она ни в зуб рукой.

— Это сколько?

— Да вот столько отрежьте от палки, — Серега показал интервал в 30 сантиметров.

— Ну так бы сразу и говорили, а то все в каком-то папуасском весе.

Продавщица отпилила требуемый кусок, взвесила и завернула в какую-то афишу (впоследствии оказалось, что это была фирменная заверточная бумага этого магазина).

Дальше ткнул пальцем в витрину уже я:

— И вот этот кусок ветчины.

Продавщица взвесила ветчину, небрежным жестом смахнула ее с весов на бумагу, быстро пошуршала своими пальчиками и пододвинула сверток в нашу сторону.

Но тут Серега внезапно узрел на полке банки с консервированным зеленым горошком.

— Ага, и еще три банки горошка.

— Зеленого? — зачем-то решила уточнить продавщица.

Лучше бы она этого не спрашивала, так как Серега внезапно встрепенулся:

— А что, есть синий или красный? Тогда тащите быстрей. Обожаю экзотику.

Продавщица повернулась и принялась рассматривать банки с горошком.

— Нет, у нас только зеленый, — тихо сказала она через пару минут.

— Жаль, а так красный горошек хотелось… Ладно, сойдет и зеленый.

Мы рассовали продукты по пакетам.

— А где у вас тут хостинг для сыра? — Серега по всей видимости решил добить продавщицу напрочь.

Продавщица разобрала только последнее слово, но так как это слово было ей знакомо, то она обрадовалась и защебетала:

— Сыр у нас вот там, в третьем отделе.

И для гарантии показала направление.

Третий отдел мы нашли весьма быстро и принялись осматривать витрину с выставленными образцами сыра.

— Вот, смотри, Серега, вот эти два сыра нам подойдут. Какой тебе больше нравится?

— А вот этот, с дырочками. Он лучше вентилируется, значит сырный запах равномернее распределен по всему сыру.

— Ну давай, бери.

Продавщица базарила с какой-то теткой. Серега бесцеремонно подвинул тетку:

— Прекращайте флейм. А нам вот этого сыра с перфорацией.

— Полкило, — быстро добавил я.

Девушка икнула от неожиданности такого поворота дела, но сыр взвесила.

— Да, — вспомнил я, — еще взвесьте четыре банки майонеза.

Девушка послушно начала выставлять банки на весы. Но, поставив вторую банку, до нее дошло. что что-то здесь не так.

— Фу! Не морочьте мне голову. Банки ведь не нужно взвешивать, они уже расфасованы.

— Бинго! — подвел итог Серега, протянул деньги, а потом принялся размещать сыр и майонез в пакете.

Мы еще пошлялись по магазину, купили креветок, шпротов и всякой другой мелочи. Особых проблем не возникло, времени ушло немного, поэтому мы вывалились из магазина на стоянку вполне довольными.

— Какой-то у тебя неформальный подход к продавцам, — заметил я, открывая дверь машины.

— Это почему неформальный? Это к них неформальный подход к покупателям. Неужели так трудно понять простого программиста?

— А ты всегда так продукты закупаешь?

— Вообще-то нет, — признался Серега. — Продукты обычно покупает жена, а я в качестве тяговой силы.

Около нашей машины тусовался какой-то мужик.

— Это тут ваша машина стоит?

— Ну наша… А тебе-то чего? Типа покупать случаем не собрался?

— А вы в курсе, что вы тут поставили свою колымагу на мое место? — начал свои претензии мужик.

Но Серегу за жабры взять не так просто, как это кажется с первого взгляда. Да и я нащупал электрошокер. Так, на всякий буйный случай.

— Мужик, а ты тэсипи-айпи знаешь? — произнес Серега, как бы неохотно вступая в дискуссию.

Мужик испугался, видимо подумав, что крыша в лице "тэсипи-айпи" — это достаточно крутая штука, быстро отвинчивающая конечности в надлежащем порядке.

— Да не, я, извините, не знал…

Тут в дело вступил я.

— Мужик, вот это твоя телега? — я указал пальцем на недалеко стоящий "Чероки".

— Ой, извините, мой…

Я мстительно достал из кармана картридж с чернилами, который купил утром, но по какой-то непонятной причине забыл выложить из кармана. После чего не менее мстительно вылил чернила прямо на лобовое стекло "Чероки". А чернила, надо сказать, вещь не слишком хорошо смываемая. Уж я это дело проверил, когда выстирал свою рубашку, в кармане которой оказался распечатанный листок. Так вот, листок вместе с рубашкой красиво выстирался, но краска на рубашку не перешла, чем меня неплохо обрадовала.

После такого акта вандализма мы спокойно сели на свой BMW-шник и отчалили. Я даже посмотрел в зеркало — мужик все так же оторопело смотрел на свою тачку, как если бы она внезапно превратилась в памятник Буденному.

Судя по стилю езды, Серега больше тренировался в заездах в "Формуле-1", а не в нормальных имитаторах нормальных машин. Но при этом вел он машину по-филосовски спокойно.

Серега, надо сказать, приколист не хуже чем я сам. Вот тут с нами решил посоревноваться шестисотый Мерседес. А Сереге что? Ну BMW, ну неказистая машинка, зато движок форсированный. Так вот, обгоняет нас Мерседес, стекла у него не тонированные, так что довольную рожу вполне можно рассмотреть, тем более, что форточки открыты — типа для проветривания, только таким макаром можно поймать не только свежий воздух, но и случайно пролетавшего рядом голубя. А голубь — птица пугливая, может и насерить, оказавшись в незнакомой, путь даже и красиво оформленной, обстановке. Но вот тут Серега открыл свою форточку, радостно завопил "Мерседес — масдай!" и небрежно обогнал сию тачку. Тут у этих идиотов взыграл несколько нездоровый азарт, и они ломанулись доказывать, что Мерседес — это круче. Только вот не рассчитали и стукнулись в бампер другой машины. Бампер, как и Мерс отделались царапинами, но вот у мерса сработали подушки безопасности. Зрелище, кстати, красивое. Особенно когда видно мужика, который смотрит на эту подушку (а за подушкой дороги не видно) и на скорости в сотню пытается свернуть на обочину.

А Серега. Он просто ухмыльнулся:

— Я же говорил, что Мерс — масдай…

Мы отмахали уже полдороги по направлению офиса, но особенности Серегиной национальной езды a la "Формула-1" приметил гаишник и призывно замахал нам своей волосатой… извиняюсь, полосатой палочкой.

Серега свернул к обочине и открыл форточку. Мы начали ждать представителя деньготрясущего заведения. Да, Серега мог устроить гонки по расширенной программе (в смысле — с препятствиями), но в таком случае существовала вероятность преждевременной кончины выпивки, и эта вероятность совершенно не радовала. Кроме того, не радовало и то, что водительских прав не было ни у меня, ни у Сереги. А в имитаторах, на которых мы съели не одну машину, справок для гаишников не дают. Поэтому пришлось подстраховаться, приведя электрошокер в боевую готовность.

— Здраствуйте, гражданин водитель! Что ж это Вы гонки на наших российских дорогах устраиваете и старушек давите? Гоните, так сказать, права. Будем их сличать с личностью и делать выводы, — толстый гаишник (да, сейчас эта контора называется ГИБДД, но я предпочитаю называть их по-старому), подсчитывая, по всей видимости, те астрономические суммы, которые планируется с нас содрать.

Серега улыбнулся гаишнику как своему задушевному соседу, вытянул из бумажника визитку и протянул ее толстому дяде. Тот, по мере чтения визитки, постепенно переходил в состояние высокого импеданса.

— Извините, товарищ майор. Извините, что помешал. Счастливого пути! — гаишник вернул визитку, молодцевато откозырял, щелкнул каблуками и стал восхищенно смотреть, как наш BMW вливался в движущийся поток.

Я тоже улыбнулся и поудобнее устроился на сиденье. На днях к нам заходил майор ФСБ, проконсультироваться по компьютерам. Я и Серега потратили на него часа три, после чего довольный майор одарил нас визитками и пообещал временами заскакивать к "этим милым и умным профессионалам". Вот как раз эту визитку Серега и показал.

… На въезде в двор, где расположена наша контора, Серега внезапно остановился.

— Что там такое? — поинтересовался я.

— А вот, смотри, собака на трассе.

И действительно, по самому центру дороги развалился пес, причем весьма габаритный. А так как дорога избыточной шириной не страдала, то объехать этого пса, не задавив у него что-нибудь, было невозможно.

Серега, как истинный пацифист, интенсивно погудел. Пес, как настоящая негодяйская скотина, открыл один глаз, посмотрел на нас как на придурков, и остался лежать, не дрогнув ни единым мускулом. Зато в окне второго этажа перекрестилась какая-то бабуля.

— Влад, ты бы вышел, спихнул бы ее в сторону… Жалко ведь давить псину…

Мы и так уже несколько задержались на закупках, поэтому я бодро выскочил из машины и направился к псу на разборки. Для начала я громко выказал псу все, что я о нем думаю, особенно подчеркнув факт незаконного лежания в неположенном месте. Но эта скотина даже глаз не открыла. Тогда я пару раз пнул пса. Тот открыл глаз и злобно зарычал. "Пинг не проходит", — почему-то подумал я. Быть покусанным как-то не хотелось, поэтому я начал обдумывать вариант с привязкой буксирного троса к хвосту и последующей транспортировке на обочину, но тут в голову внезапно пришел еще один вариант.

Злобно ухмыляясь, я снял с пояса электрошокер, хорошо прицелился псу в задницу и нажал кнопку. Пес молча подпрыгнул метра на два вверх, после чего быстро, я бы сказал — метеором, убежал и залез на дерево, растущее у дороге, откуда подозрительно посматривал на меня и машину, очевидно прикидывая, чего от нас ожидать дальше.

— Странно, а я думал, что собаки не умею лазить по деревьям, — задумчиво произнес Серега, когда я забирался обратно в BMW.

— Ну, как видишь, умеют. Только стимул нужен…

Дорога была свободна и мы плавно подъехали к конторе.

На пороге конторы стоял наш программист Василий и курил, задумчиво глядя в потолок. При звуке хлопнувших дверей (это мы вылезли из BMW) он опустил угол зрения на нас с Серегой и спросил:

— Приехали?

— Приехали, — радостно подтвердили мы. — А как тут у вас дела?

— Дела? — Вася почесал затылок. — Куда-то двигаются, но в каком направлении — пока неясно. А я уже отквакался.

— А остальные?

— Пока квакают. Хотели немного пивка дернуть, пока ждем, но босс сказал громкое "фу" и "нет". Ну, и добавил "а то будет как прошлый раз".

А в "прошлый раз" было вот что. Наши программисты решили перед вечеринкой, чтобы не было скучно ждать, попить немного пивка для разогрева и чтобы сократить время ожидания. Попили.

Но когда сели за стол, то некоторые пытались орудовать вилкой так, как если бы это была не вилка, а мышка (компьютерная). Но самый писк был в том, что кое-кто все же "догадался" принести с собой мышь и кликал именно ее. Причем обнаружили это случайно. Звук-то знакомый, поэтому на него никто внимание не обращал. Хорошо, что он с собой клавиатуру не "догадался" принести.

— А что босс?

— Босс в мегатетрис играет.

Мегатетрис мы специально написали для босса, чтобы он поменьше отвлекался на нас. И не прогадали. Мегатетрис стал любимой игрушкой босса, поэтому босс стал реже появляться из кабинета. Мегатетрис — это хитрая смесь из трехмерного тетриса и кучи всяких разных игрушек, которые мы видели. Новую игрушку мы сделали многоуровневой, причем до сих пор совершенно не уверены, что последние два уровня можно пройти. Но, может, это к лучшему?

На наши голоса выглянула голова Лены, секретарши босса.

— Ну как, приехали?

— Ага, — подтвердил я. — Зови Диму и Лешу. Будем выгружать воз с маленькой тележкой…

— А зачем нам тележка? — поинтересовалась Лена.

— Ну, тык, тележка виртуальная, прилагается к возу.

Голова Лены исчезла за дверью.

Я распахнул заднюю дверь BMW, а Серега обошел машину и вскрыл багажник. Мы принялись выгружать выпивку и продукты из машины, а оперативно прибывшие программисты забрасывали все это внутрь конторы. На разгрузку у нас ушло минут десять, после чего Серега запер BMW и мы с ним ввалились внутрь нашей конторы.

И обнаружили Анатолия Александровича задумчиво стоявшего над пивом.

— Если я правильно помню, находясь в трезвом рассудке, то пива у нас в списке не было…

— Зато теперь есть.

— Перерасхода денег нет?

— Нет, все в выделенных рамках.

— Ну ладно, — босс махнул рукой. — Пусть будет так.

Все разделились, как в мануфактуре, таким образом. Мы с Серегой занялись подготовкой места для вечеринки, девушки принялись пилить продукты, а программисты — чистить картошку и прочие овощи. А босс уединился с Мегатетрисом.

О ножах в нашей конторе нужно сказать особо. Когда мы только въехали в это помещение и вздумали закатить новоселье, то выяснилось, что ножей-то как раз и нет. Посланный за ножами Лешка принес какой-то длинный сверток. "Леш, а ты, случаем, не сабли купил?" — поинтересовался босс. Леша, несколько потупясь, развернул сверток и выложил на стол ножи где-то сантиметров по 50 с холкой. "Меньше я не нашел".

Пару ножей мы укоротили, а с остальными решили не мучиться. С тех пор ходил слух, что мы хлеб нарезаем именной саблей Буденого. Ну, а мы люди тактичные, поэтому такие слухи не подтверждали и не опровергали.

Мы с Серегой начали расставлять столы в гостиной, предназначенной для приема гостей со всем комфортом. Грамотно расставить столы — это тоже искусство. Необходимо учесть, чтобы все присутствующие разместились, и при этом не занимались локтеприкладством в адрес рядом сидящего. Не менее важно, чтобы эти столы располагались так, чтобы любой мог нормально и без помех забраться к столу и выбраться от него на своих ногах, а не перемещаться над столом, уцепившись за люстру. Далее — необходимо помнить о том, что столы должны стоять намертво, а не падать вбок со всем на нем разложенным только из-за того, что кто-то оперся на него рукой.

Поэтому нам пришлось потрудиться, но столы мы поставили грамотно. Серега сходил за скатертью, а я в это время расставил стулья и подвинул кое-какую мешающую мебель.

Немного передохнув, мы расставили тарелки, рюмки, вилки, салфетки. Оглядывая это безмолвное великолепие, Серега заметил:

— Не хватает только колбасбургеров.

Мы улыбнулись. "Колбасбургеры" — так наш Василий называл гамбургеры, которые продавались в точках "быстрого питания".

"Вась, а они же вредные для здоровья", — как-то сказали мы ему, на что он несколько обиженно выдал поистине гениальную фразу "А я в них бумагу по запаху чую, и такие колбасбургеры не беру".

— А для завершения композиции можно стулья поставить на стол.

Вот тут мы расхохотались. Дело было не у нас, а в другой конторе, и дело было так. Накрыли стол, а потом все куда-то слиняли. Тут входит уборщица. Чтобы не мешать и не томить людей, она просто поставила стулья на стол и подмела. После чего тактично удалилась.

Когда же сотрудники пришли к столу, то минут пять таращились на такое зрелище, пока кто-то не догадался, в чем было дело.

Отсмеявшись, Серега вынул бутылку пива, которую он предусмотрительно свистнул, и мы отдали дань уважения этому пиву, ожидая, пока все остальные суетились на кухне.

Минуты три мы успешно, за обе щеки, поглощали салаты. Причем, с хорошим азартом, так как, пока мы ездили за продуктами, а потом эти продукты готовились, все питались собственными слюнями, поэтому и оголодали.

Но бдительный босс, прикинув, что в там режиме мы можем молотить еще минут десять, решил вмешаться.

— Ну, как говориться, между первой и последующей… в смысле второй…

Он не успел договорить, как его перебил голос:

— Starting SD daemon… Done.

Босс от неожиданности икнул, и обвел всех таким взглядом, что каждый почувствовал себя юным и начинающим террористом.

— Сервер перезагрузился, — как можно более невозмутимо пояснил я. И не удержался докомментировать:

— Если Вы начнете получать пробкой в чайник с такой же частотой, то и не такое скажете.

— Ага, у меня словарный запас больше, чем у чайника, — отшутился босс и продолжил речь:

— Так вот, перерыв между начально запускаемыми приложениями по кнопке "Пуск"… Ой, куда это я? Скажем просто и доступно — перерывчик небольшой.

Очередная порция водки и шампанского была разлита, и тост планомерно перешел к Сереге, как к следующей особи за столом.

Серега встал, пристально посмотрел на рюмку, явно намереваясь найти в ней как минимум небольшой золотой слиток, и негромко произнес:

— Ну, за Экслера!

— За Экслера? — с подозрением спросил босс.

— Ну да, за Экслера. Который Алекс, — подтвердил Серега, всем своим видом показывая: "кто здесь из присутствующих не читает Экслера, пусть первым бросит в меня что-то тяжелое, но не сервер и не в голову, которой надлежит думать".

— Ладно, давай за Экслера, — согласился босс, косвенно признавая свою вину в прочтении Экслера.

Мы выпили и продолжили тестирование салатов и прочих разных закусок. Я сделал себе сыроброд. Сыроброд готовится так — на ломтик сыра ложится кусок колбасы, потом еще ломтик сыра, пластинку ветчины, а сверху — пару ложек салата. Теперь все это сооружение сворачивается в трубочку, накалывается на вилку — ну и зубами кусь-кусь. Потрясный, кстати, вкус.

— … All connections restored! — прозвучал, заглушая сосредоточенное жевание, синтезированный голос.

— Итить его электронные кишки, — грязно ругнулся босс. — Влад, — обратился он ко мне, — сделай что-нибудь с этим электронным пугалом, чтобы он заткнулся. Его идиотские комментарии совсем не в тему.

Я срулил в сторону сервера, отключил звук и привел сервер в боевое положение. Боевое положение — это когда никто не может вмешаться в работу сервера, не имея специального ключа. Для этого я заблокировал клавиатуру и закрыл внешние панели, за которыми были все кнопки управления.

Вообще, зачем нам голосовой вывод сообщений? Дело в том, что сидеть за консолью сервера никто не собирается, но реагировать на различные сообщения надо, поэтому мы и продублировали сообщения, появляющиеся на мониторе, звуком.

— … Ну, а теперь неплохо бы послушать, что нам скажут наши прелестные девушки… — улыбнулся босс. Мы все знали, что ему нравятся красивые и умные девушки.

Я, с чувством честно выполненного долга по "усмирению" сервера, подсел к столу. Очередная порция была разлита.

— Ну, если Анатолий Александрович так просит… Маш, загни-ка небольшой тостик, — продолжил фразу Серега.

Маша немного потупилась, а затем подняла бокал.

— Я, наверное, тоже буду краткой, — хлопнув ресницами, сказала Маша. — За 33 600! Ой, или сколько у нас?

— Мег двести, — чисто автоматически поправил Серега.

Шеф в такие вещи не вникал, поэтому, пару месяцев тому назад мы с Серегой сделали "апгрейд" нашего Интернета, не особенно объясняя боссу эту технологию. Мы с Серегой посетили сисадмина нашего провайдера, и, применив достаточно хитроумную технологию и 500 баксов, повысили скорость вдвое. Причем абонентская плата возросла совсем ненамного.

Обнаружив тот факт, что у каждого выпито по три рюмки, а ему надлежит произносить очередной тост, босс решил внести свои коррективы в распорядок вечеринки.

— Итак, где наше горячее с дичью типа фазан?

— Ну, не фазан, а индейка, — попыталась уточнить Лена.

— Не вижу между ними особой разницы. Вот страус или носорог — это действительно другое дело. Тем более. что в процессе приготовления индейка вполне могла перейти в состояние "фазан".

Наши девушки отправились на кухню, а босс внезапно помигнул:

— Ну что? Очередной проект спихнули, никто не мешает, так что теперь можно погулять. Эх, сейчас как зафигачу восторженную речь… А пока давайте немного глотнем шампанского нашим крепким мужским коллективом, причем конспиративно.

Девушки вернулись минут через пять. К тому времени мы уже успели разлить шампанского в бокалы и переместить содержимое этих бокалов в собственные желудки и преисполниться энтузиазма в дальнейшем продолжении банкета.

Маша несла кастрюлю с картошкой, а Лена — индейку. В индейке, по центру и вертикально вверх, точно флаг, торчала вилка. Я почему-то был уверен, что до такого фокуса девушки сами не додумались. Только вот кто? Ладно, не буду ломать свои мозги. Праздник продолжается!

А с кастрюлей тоже интересные вещи. Где ее откопал босс, я не знаю. В наших магазинах я не видел. Фокус в том, что эта кастрюля состоит из двух частей. Первая часть — вполне нормальная. Наваливаем продуктов и варим. А вот после окончания готовки в дело вступает вторая часть — термооболочка, не дающая остывать сваренному продукту. Получается эдакий термос.

— Ну и как себя чувствует наша утка? Прожарилась? — благодушно спросил босс.

— Индейка, — чисто автоматически поправила Лена. Это у нее в генах заложено — поправлять.

— Да по мне хоть аист, — отозвался босс. — Пусть даже гусем себя называет, лишь бы в печку влез. Как говорит незабываемый Слава Горкин, дичь ака птица — это то, что бегает и потенциально способно летать, а если у нее семь фунтов под килем — то она съедобна. А уважающая себя птица просто обязана быть вкусной.

Незабываемый Слава Горкин — это приятель нашего босса, учившийся вместе с ним на одном курсе, но на другом потоке. Периодически они собираются, едут на рыбалку, не забывая прихватить с собой, на природу, в охапку спирт, разведенный родниковой водой. Где они добывают эту воду зимой? Производят бурение скважины вакуумно-импульсным методом. Но самое интересное состоит в том, что рыбу они привозят, умудрившись наловить ее весьма экзотическими методами.

Горкин — физик, поэтому он, временами заезжая в гости, развлекает нас забавными физическими эффектами и экспериментами. Все, естественно, ахают и щелкают челюстями, поднимая их с пола и вставляя обратно. Зато на рыбалке он разворачивает физику в комплексе и по полной программе. Как-то раз Горкин умудрился сделать апгрейд удочки, чтобы прямо на червяка, в момент его дегустации, подавалось 18 киловольт.

Поэтому я не сильно удивлюсь, когда узнаю, что он для копчения рыбы использует аэродинамическую трубу, а градусник, засунутый в нее, покажет турбулентность рыбы. Интересно, а как выглядит сверхзвуковое копчение?

— Так вот, возвращаясь к нашей птичке-невеличке, — продолжил Анатолий Александрович. — Как у нее температура, горячая?

— Горячая, — подтвердила Лена, — не хуже кипятка.

— Тогда, — босс кивнул головой в знак понимания обстановки, — у нас есть время произнести приветственную речь этому гусю, который, как нам известно, не может оценить нашу щедрость.

Пока наши девушки раскладывали картошку по тарелкам, а Дима воздавал честь индейке, с хрустом ее разделывая, босс вынул из кармана пузырек с вязкой голубоватой массой и плюхнул немного из пузырька на ладонь. После чего растер эту массу по обеим рукам и, засунув пузырек обратно, вытер руки цветастым платком индейской расцветки (я бы сказал — дичайшей расцветки).

Это древний и совершенно непонятный обычай аборигенов Южной Америки. Правда, не всех аборигенов, а наиболее продвинутой их части — дипломированных жрецов. А в те годы диплом ценился по полному разряду. Если сейчас диплом может получить любой желающий, выложив штабель зеленых денежек, то тогда за такие предложения соискателя просто варили в котле, что просто и доходчиво объясняло необходимость правильного подхода к получению высшего образования.

Легенды гласят, что жрец мог запросто найти логарифм, используя в качестве счетного агрегата вилку. Поэтому Фурье, не умеющий считать на вилке, вынужден был раскладывать многие вещи на ряды Фурье, чтобы считать на пальцах.

Кстати, по поводу содержимого пузырька в нашем коллективе ходили самые разнообразные слухи, вплоть до гадания на кофейной гуще. Самый популярный вариант гласил, что это выжимка из древнеегипетской мумии горного зайца.

В какой-то мере этот процесс стал для нас необходимым ритуалом, смысла которого никто не понимал, но все хвостом чувствовали, что так и нужно.

Анатолий Александрович дождался, пока все удобно разместятся за столом и соорудят икебану из закусок на тарелке, а затем постучал по бокалу фирменной вилкой, выдолбленной из камня.

— Ну что, дорогие мои други и подруги! У нас сегодня праздник — мы провожаем в последний путь… в смысле, в свободное плавание горячо любимый нами проект, к которому мы приложили наши умения, наши силы, проект, который выпил у нас достаточно крови, но не убавил бодрости и стремления к прекрасному и возвышенному коду. Пусть сервер будет ему родным домом…

В это удивительное время, когда электрончики бороздят бескрайние просторы бекбонов, IP-пакеты роятся на маршрутизаторах, космические корабли сигают через тернии к старам, мы, простые монстры по информационным технологиям, творим обыкновенное чудо!

Впрочем, чего я тут расшаркиваюсь? Взалкаем!

И босс с чувством глубокого удовлетворения высосал рюмку. Остальные последовали его блестящему примеру.

Тишина за столом прерывалась хрустом костей индейки на зубах. Невольно создавалось впечатление, что здесь взвод лосей решает свои производственные проблемы.

Если говорить о костях, то надо начать с того, что к нам временами забегает кадр по имени Степа. Степан Афанасьевич работает в одной конторе недалеко от нас, компьютерщиком. Компьютерщик, в понимании руководства той конторы, это такой человек, который одной рукой стучит на клавиатуре, а второй — чинит чайник. Самое интересное — Степе удается и то и другое амплуа. Поэтому мы, как люди корыстные, заманиваем его к себе на кофе. А так как наши девушки умудряются готовить совершенно потрясающий кофе, то с чайниками у нас проблем не возникало.

Так вот, сага о костях. Как-то Степа выполнял нелегкую роль консультанта по попугаям. То, что он в попугаях разбирался так же хорошо как аллигатор в бананах, его приятеля ничуть не смущало. В итоге поход на рынок увенчался тем, что приятелю был приобретен пестрый попугай, умеющий загибать такие фразы на английском (это выяснилось дня через три), что многие иностранные гости даже стенографировали эти речи, объясняя это тем, что даже Флинт не обладал таким изощренным языком.

Дальнейшая ситуация развивалась в стабильно развернутом состоянии. При этом не попугай учился у человека, а человек — у попугая. Спустя месяца три степин приятель уже научился повторять некоторые фразы, применение которых вкупе с попугайским акцентом приводило многих женщин (иностранок) в безудержный трепет.

А Степа, в свою очередь, соблазнился щенком болонки. Когда щенок немного подрос, то выяснилось, что он — не совсем болонка, точнее — совсем не болонка, а помесь терьера с волкодавом. Пес обладал ангельским характером, зря не лаял, а кусал быстро и по-деловому. После чего его морда принимала настолько безмятежное и умильное выражение, что треснуть Джека Лондона (так Степа назвал песика) не поднималась не только рука, но и нога. Степу это чудесное превращение "из лягушки в принца" ничуть не смутило, зато в голову пришла гениальная идея, которая была реализована в виде специальной вазочки для костей. Поэтому с любой вечеринки в степиной конторе Джеку Лондону перепадало не так мало. В нашей конторе такой вазочки не было, но кости все равно собирались, а Степа приглашался на "кофе с костями".

Медитацию на индейке и гарнире с салатами прервал босс, обнаружив уполовинивание индейки.

— Дорогие мои истребители уток! Гусь, как это ни странно звучит, не может служить полноценной заменой алкоголю, зато прекрасно его дополняет. Этот факт замечательно обосновал в свое время Ломоносов, только не помню, как именно он доказал эту теорему. Что скажешь, Лена?

Лена привстала, дождалась наполнения рюмок и прочих емкостей, аккуратно поправила прическу (вся мужская популяция моментально отвлеклась на нее) и, лукаво оглядев всех через бокал с шампанским, заявила:

— Я расскажу вам красивую легенду. Жила-была одна веселая птичка, она пела веселые песни и заражала неувядаемым энтузиазмом всех окружающих. Но однажды ей почему-то стало тоскливо и скучно. И тогда у всех опустились руки. Но произошло чудо, и эта птичка неожиданно открыла для себя… — Лена подмигнула нам. — Нет, не Олвейс, а Интернет. И в упоении она спела такую песню, что окружающие просто лучились от счастья. Так давайте же выпьем за Интернет и за его виртуальное воплощение — за дот-ру!

— И за Александра Матросова… то есть — за Рамблер, — заметил босс, явно заинтересованный этой красивой легендой.

— И за Яндекс, — мягко добавила Маша.

Маша обладала уникальной способностью — она умела с помощью Яндекса и других поисковых систем вытягивать такие фразы, что клиенты, читая документацию, просто плакали от умиления.

За такой тост и за Интернет — не грех выпить. А не выпить — грех. Поэтому мы все встали, дружно чокнулись (рюмками, а не головами) и выпили.

И с энтузиазмом крокодилов, танцующих около антилопы, принялись за закуску. Но недолго мы стучали зубами, так как Леша, сделав неверное движение, на глазах у всех спихнул локтем неучтенную вилку.

— Ну вот, того и гляди гости заявятся, — мрачно заметил Вася.

— Гостей — форматировать и пингом обратно на роутер, — отозвался Серега, уплетая очередной кусок ветчины. — Антивирусы — к бою!

Леша наклонился за вилкой и тут же вернулся в нормальное положение, но с удивленной физиономией.

— Вилка не упала на пол, — сообщил он.

— Ты хочешь сказать, что она зависла? — решил уточнить Вася.

— Ну, вроде того… Она в стул воткнулась…

Тут все дружно осознали тот факт, что никто не слышал звука упавшей на пол вилки.

— Вилка на полу — это к гостям, а вилка, зависшая в стуле — это к чему? — поинтересовался Анатолий Александрович, ощутив пикантность такой ситуации.

— Это к тому, что мы ужремся, — тихо сказал Серега мне на ухо.

Судя по всему, никто не экспериментировал с втыканием вилок в стул, поэтому за столом возникла не совсем ловкая пауза. Видя, что пауза затягивается, слово забрал босс:

— Влад, а где наше музыкальное сопровождение? А то перед дичью неудобно…

Я встал из-за стола, сделал четкий шаг в сторону, но, как бы передумав, медленно и грациозно повернулся обратно:

— Возможно, Корней Чуковский… или Чайковский?… был прав, когда написал "Лебединое озеро". Нашему "гусю" это должно понравится. True idillia: природа, травка, пруд с камышами и лебеди, гордо выгнув шейку, прогуливаются парами в камышах… True color…

Анатолий Александрович удивленно поднял брови, но потом расхохотался так, что чуть не оказался под столом.

— Ох, Влад, временами ты real чудо природы в перьях. Но мы гуси простые… тьфу ты, совсем запутал старика, мы люди простые и вполне согласны на "оперу Марлезонского бассейна".

Хитроумный термин "Марлезонский бассейн" ввел в "употребление" именно я. Как-то раз, попивая кофе после тяжких трудов, на вопрос "как дела?" я ответил: "пока еще живой, но осталась вторая опера Марлезонского бассейна для полного счастья и окончательного торжества".

Надо же так перепутать два слова: "балет" и "бассейн". Зато фраза стала крылатой.

Кстати, зря босс иронизировал над "Лебединым озером". Я запросто мог его поставить. Мы с Серегой как-то перевели эту музыку в MP3 и использовали ее для тестирования канала и степени загрузки сервера из-за нехилых объемов. При этом (каждый раз!) наш провайдер удивлялся такому "документообороту", что же за данные можно обрабатывать в таком объеме.

Но про лебедей лучше слушать без водки, а то ностальгия замучает.

— Какую часть оперы ставить? Первую или…? — поинтересовался я.

— О чем это вы, мальчики, тут шепчетесь? — вклинился я, состроив совершенно невинную физиономию. Этому искусству я научился у кота.

К нам в контору временами заходит кот. Кот красивый и элегантный, чем сводит всех нас с ума. Шерстка у него потрясающего светло-голубого окраса, от которого балдеют не только наши девушки (интересно, если бы не светские условности, они вышли бы за кота замуж?), но и все мы, мужики. И шерстка у него никогда не бывает грязной, она всегда пропылесосена.

Но самое интересное состоит не в этом. Кот ласковый и вежливый, но вот его морда… на ней постоянно гуляет хитрая ухмыляющаяся улыбка. Босс считает этого кота живым воплощением смайлика "Чеширская улыбка". Поэтому, когда мы узнали, что кота зовут Джеймс Бонд, то почти не удивились. Но настоящий Джеймс Бонд не такой обаятельный.

— Да мы тут посмотрели на тебя и твои пляски, и сразу вспомнили о хакерах, — пояснил босс. — Картина Репьяненко — "Злоумышленник, хакающий холодильник". А за anekdot.ru надо выпить. Это, как и Экслер, святое… Кстати, а помните анекдот про колбасу и червяков?

— А как же не помнить, — подтвердил Серега, — "Мужик открывает холодильник, а из колбасы выползают три червяка и хором спрашивают: "Хозяин, а когда яблоки будут?""

Питьевые емкости были быстро заполнены и босс тонко намекнул:

— Дима, сказал бы тостик, а?

Дима напустил на себя важный и торжественный вид и сказал:

— Есть предложение выпить за anekdot.ru.

— И за Диму Вернера, — добавил я.

— И за коннект к нему, — присоединился Серега.

И на этой оптимистичной ноте мы дружно выпили.

Через пять минут, вдохновившись музыкой, босс предложил:

— А не потрясти ли нам костями? В смысле — станцевать чуть-чуть… Можно даже с бокалами.

Фишку с бокалами Анатолий Александрович, постоянно находивший в экзотике свою прелесть, поведал нам не так давно, несколько месяцев тому обратно. А танцы с бокалом в зубах (и в бокалах не вода), как ни крути, все-таки экзотика. Ну, в зубы мы бокалы не брали (тут нужна длительная тренировка, направленная на недопущение сгрызания бокала), а вот в руке — это можно. Мы даже научились не расплескивать содержимое этих бокалов.

Я исполнил небольшое соло на клавиатуре, вызвав "группу поддержки" — видеоэффекты. На независимые хитроумные алгоритмы, разработанные в состоянии продвинутой алкогольной интоксикации, сверху налагались оригинальные эффекты, подчиняющиеся ритму и стилю музыки и ими же синтезированные, что в результате давало феерическое зрелище. Кроме того, меня с Серегой дернул черт накачать эротических фото. После соответствующей обработки они органично наложились на эффекты и заметно прибавили нашей конторе танцевального энтузиазма.

Только мы пока не горели желанием рваться в бой. Видя этот факт, босс решил исполнить подвиг политрука и с криком "Эх, гуси-лебеди, что ж вы хобот так грустно повесили" увлек, как Александр Матросов, всех за собой на свободный танцевальный кусок пространства.

Подхватив в одну руку бокал с шампанским, а в другую — непонятно откуда появившийся бубен, он заломил такую пляску лебедя с улетевшей крышей, что мы таращились на него, стараясь удержать челюсть так, чтобы она не волочилась по полу, глядя на то, что босс вытворяет.

Я даже был готов дать свою щетину на отрезание, что любой шаман просто удавил бы себя от зависти, сразу после лицезрения этого шоу.

Дело, как нам рассказывал Анатолий Александрович, происходило так.

В одно забытое всеми племя дикарей наведалась группа энтузиастов по изучению, документированию и социологическому анализу их, дикарских, обычаев. Но через неделю рьяных исследований выяснилось, что запасы чистой фотопленки и бумаги подошли к исчерпанию. Ученые, правда, утверждали, что их втихую сожрали сами дикари, но кого из нас это интересует? Кроме того, кончился запас бус. Поэтому ученые, тяжко вздохнув, собрались покидать "гостеприимное племя".

По такому случаю все племя жутко обрадовалось, так как из-за настырности, занудливости и приставучести "великих исследователей" аборигены не знали, на какую стенку им лезть. И все их "социальные эксперименты" стояли у несчастных дикарей даже не костью в горле, а большим шпангоутом.

И покатился пир горой. Чем ученые умудрились нажраться, науке неизвестно, но очевидцы утверждают, что они закатили разнузданную дискотеку, и показали настолько виртуозную игру на там-таме, что местные шаманы, раскатав язык и выпучив глаза, пялились на это шоу.

Ну какому шаману могло прийти в голову выполнять полные экстаза пляски в стиле гибрида брейк-данса и вальса?

Завороженные этими пируэтами человека-журавля перед вертикальным взлетом, мы потянулись к центру…

Утром я проснулся с зашумленной головой. Ах да, вчера же у нас была вечеринка. И я в ней участвовал.

Кровать у меня с подпиленными… то есть, с отпиленными ножками, поэтому я скатился на пол и пару минут провалялся на коврике, разглядывая (зачем, интересно?) три лампочки в люстре. Лежать на коврике было холодновато, поэтому я вскочил, нацепил тапки (и, как всегда, спутал правый тапок с левой ногой) и отправился на кухню. Пить кофе.

Варить нормальный кофе было настолько лень, что я засыпал растворимого кофе в размере одной третьей кружки, и, почесав за ухом, добавил туда три столовых ложки рижского бальзама, залил горячей водой и… вылил. Себе в глотку.

Спустя минуту меня переколбасило по всем направлениям, зато пропал шум в голове. Я удовлетворенно хмыкнул и отправился обратно в комнату за одеждой.

На работу я добрался почти одновременно с Серегой. Около двери мы с ним раскланялись и обнаружили, что приехали первыми. Впрочем, ключами мы были не обижены, и быстро забрались в прохладное помещение нашей конторы. Серега посмотрел на меня, потом на себя (в зеркало) и сделал совершенно логичный вывод, что видок у нас не ахти.

— Ну что, поправим здоровье? По бутылочке пива в глотку трудящихся?

Мы не спеша высадили по бутылочке пива, с удовлетворением замечая улучшение жизненного уровня, и тут в контору ввалился босс. Вид у босса был озабоченный.

— Привет, мужики. Как дела?

— Вполне нормально, — отозвался я.

— Готовы к ТО, то есть к труду и обороне, но — ну их нафик, — добавил Серега. — Работа, как говорил мудрый русский народ — это вам не волк.

— А вот я допился до глюков, — тоскливо сообщил босс. — Сел вчера вечером в машину, смотрю — собака на дереве сидит.

— Так она там до вечера просидела? — удивился Серега. — Видать, понравилось…

— Угу, — заметил я, — Сегодня утром она меня как увидела, так снова туда, в смысле — на дерево, чуть не залезла.

— Погодите-ка, так что, собака — это не плод моего воображения?

— Это Влад ее туда загнал, показав прелести шокера, — пояснил Серега.

— А-а! — обрадовался босс. — А я-то уж думал… Вы тут, как я наблюдаю, пивом лечитесь? Поделились бы…

— Так берите, Анатолий Александрович, — великодушно "разрешил" Серега. — Со вчерашнего банкета ящик пива остался.

Минут через десять, шумно пыхтя, ввалился Дима и пожаловался, что если не везет, так с самого утра, что является нарушением круговорота пчел в природе.

— Как только подъезжаю к очередному перекрестку, так скворечник становится красного цвета, хоть ногами его пинай. Понаставили всяких файрволов недоеденных…

Потихоньку прибыли остальные, и совместными усилиями мы добили пиво. Настроение улучшилось вполне качественно, зато у всех появилось чувство, что чего-то не хватает.

— Да, только ста грамм для полного счастья не хватает, — озвучил это желание Анатолий Александрович.

— Так со вчерашнего вечера не вся водка выпита. И еда осталась, — как бы задумчиво сказала Маша.

— И я еще пол-ящика водки привез, — добавил Дима, — как и просили.

— И точно — просил, — вдруг вспомнил босс.

— На стол накрывать? — поинтересовалась Маша.

— И ты еще спрашиваешь? В обязательном порядке! Как уже заметили умные люди, волк — это не партизан, из леса под кровать не убежит.

Босс подмигнул и продекламировал:

"Эх, а кони нам снятся, летящие рысью,

И свет из-за туч укоряет листву.

Зачем мы, поручик, внимая бокалу

Желаем отведать, на зуб виртуально, кусок дежавю?"

Проигнорировать озорное настроение босса было просто невозможно.

Разобранный вчера (не помню, кем) стол был заново собран. Количество закусок со вчерашнего несколько поуменьшилось, но и этого было вполне достаточно. Мы ведь не гурманы, стоящие на собственных принципах. С радостной суетой спиртное было разлито, и босс отобрал себе слово.

— Ну что, други мои похмеленные… Однажды Клод Шеннон, гоняя дежурную мышь по лабиринту, задумался о том, как померить информацию. Клод вспомнил, что когда-то, давным-давно, на заре цивилизации, один маленький страус решил выяснить, где крокодилы есть, а где — нет. И на будущее (чтобы каждый раз не проверять собственными перьями), там, где любили обитать крокодилы, он ставил зарубку на дереве. Так появились первые распределенные реляционные базы данных.

Почесав репу в затылке, он решил таки эту трудную задачу. Так давайте же выпьем за нулевой бит, с которого начинается информация!

… в которой главный герой рассказывает о себе, а ситуация начинает выходить из-под контроля.

… в которой Петрович приступает к исследованию внутренностей груза.

…Ладно, пора возвращаться в реальность…

— Да что за черт! — повторил Фрейзер.

И вдруг заорал:

— Гоги! Иди сюда!

У меня аж уши свернулись колечком в трубочку. Ну зачем, скажите, так истошно орать, когда на "Чайке" есть селектор? Нет, его тоже нужно перевоспитывать. А то от таких криков я скоро оглохну.

Вы когда-нибудь видели глухонемого кота? Я, кстати, тоже не видел. И себя в такой роли совсем не жажду увидеть. Как тогда мне общаться? Лапами и ушами жестикулировать?

В рубку влетел Гоги:

— Что такоэ, что случилось?

— Это что такое? — Фрейзер ткнул пальцем в экран.

Гоги подошел и посмотрел.

— "Абонэнт не найдэн". Ну и что? Либо номер не найдэн, либо он отключэн.

— А то, что мне нужно поговорить с Боссом. А он, видите ли, не "найден".

— А мне что, идти и искать его? — обиделся Гоги.

— Идти и искать, — подтвердил Фрейзер, но спохватился, — Ах да, ты здесь, а он — там. Так что искать не получится.

Тут в рубку заглянул сэр Чарльз:

— По какому поводу вы тут орете? Громкий звук, как вы знаете, мешает правильному пищеварению. Или вы хотите чтобы я заболел от неправильного пищеварения?

Правильно подмечено. Хоть кто-то со мной солидарен. Я был готов его расцеловать. Но как-то неудобно для воспитанного кота.

— Да вот, — Фрейзер повторно ткнул пальцем в экран. Никак не могу связаться с Боссом. А связаться надо. И выяснить, что нам делать? Куда и кому давать груз? Сколько, черт побери, нам тут болтаться? И вообще, кто-нибудь может мне на пальцах объяснить ("на лапах" — автоматически поправил я), что мы, собственно, везем?

Какой-то недоразвитый компьютер, который Петрович уже неделю не может запустить, или "непонятно что с непонятными функциями"? И вообще, кто бы мне объяснил, почему мы движемся короткими импульсами, а не на полном ходу?

Сразу понятно, что капитан раздражен. В спокойном состоянии он такие длинные фразы не произносит.

— Ой! — ответил ему сэр Чарльз, потому что сзади на него налетел Петрович, произносящий фразу "Я вам сейчас всё объясню!".

Петрович, если он проникнулся какой-то идеей, при своих передвижениях временами упорно не замечает препятствий на пути. Хотя, странное дело, он умудрялся при этом никогда не наступать мне на хвост.

— Знаете, капитан, я решил развинтить тот компьютер, что мы везем, и посмотреть, почему он не хочет нормально работать. И знаете, что я обнаружил у него внутри? А вот что, — он протянул капитану какую-то компьютерную плату.

— Это что? — поинтересовался Фрейзер.

— Процессор с DXH-кристаллом.

— Да объясни ты мне по-человечески. Я в твоих компьютерных прибамбасах мало чего понимаю.

— Ну, — Петрович почесал у себя за ухом. Ой, они это место как-то по другому называют. Никак не вспомнить…

— Ну, DXH-кристалл — это новейшая технология в изготовлении компьютеров. Используются какие-то пайсерианские секретные технологии. Скорострельность жуткая. Фактически, мы имеем суперкомпьютер, причем на одной плате.

— Ну и что? — Фрейзер почему-то не казался удивленным. А вот я не все понял, но заинтересовался.

— А то, что тот гроб, который нам подсунули как компьютер, набит этими платами. Их там 23 штуки. А все остальные потрохи засунуты кое-как. Я удивляюсь, как там ничего не выгорело. Да посмотрите сами…

Фрейзер минуту о чем-то поразмышлял, сосредоточенно рассматривая монитор. Интересно, что сейчас выберет капитан? Ага, выбрал:

— Ладно, пошли смотреть этот чудо-агрегат.

И мы отправились гуськом: впереди Петрович, потом Фрейзер, а затем сэр Чарльз. А я? Я пристроился в тени сэра Чарльза.

Да, зрелище было еще то. Представьте себе шкаф, у которого снят корпус, внутри непонятная мешанина из плат и прочей электроники, а во все стороны торчат провода. Ну, и для полного фейерверка — огоньки, вспыхивающие то там, то сям в этом хаосе.

— Вот они стоят, — Петрович ткнул пальцем внутрь этого "агрегата". — Идиоты, понавтыкали все в кучу, везде конфликты, где уж тут ему работать…

Сэр Чарльз, а за ним и Фрейзер, подошли поближе, явно заинтересовавшись этой экзотикой.

Я тоже подошел посмотреть поближе. Интересно ведь. Занятно, как покосился на меня капитан. Он думает, что я умею ходить через стенки.

Ну, через стенки я не хожу, хотя… хотя — об этом в следующий раз.

… в которой рассказывается назначение кварковой пушки, и откуда она взялась на борту.

Рассказать, как я "хожу" через стены и переборки?

Сэр Чарльз говорил, как это называется по научному. Сейчас вспомню… А! Экстемпоральное туннелирование. Ничего удивительного в этом нет, нечто подобное делают звездолеты во время гиперпрыжка. Гиперпрыжок можно делать и без специальных устройств, но нужно очень сильно тренироваться. А я, сами понимаете, не такой кот, чтобы посвятить этому свою жизнь.

Поэтому все получается гораздо проще.

Дело в том, что на моей родной планете Игс климат достаточно суровый. Летая на "Чайке", я повидал другие планеты, поэтому знаю, о чем говорю. Так вот, раз климат суровый, то существует конкуренция за "место под солнцем". Конкуренция — в смысле кто кого съест.

Эволюция — штука достаточно интересная. Мы, коты, несколько недовольные такой ситуацией, выработали в себе искусство оставаться незаметными, а на крайний случай — слегка затуманивать мозги. Вырастая, каждый кот постепенно начинает применять это искусство чисто автоматически, даже если в нем нет надобности.

Сэр Чарльз, похоже, об этом догадывается. А Петрович… Петрович, кажется, меня раскусил. Знаете, почему я так думаю? У него взгляд кота. Я в этом разбираюсь, поверьте специалисту по котам.

Первым нарушил молчание Фрейзер.

— Да, игрушку ты получил неплохую…

Петрович перемялся с ноги на ногу. Ну давай, давай, говори. Я теперь понимаю. почему у них нет хвостов. Меньше нужно топтаться.

— Знаете, капитан, похоже, что в спешке они засунули сюда три лишних модуля. Ну, я и начал объединять их в суперкомпьютер.

И на недоуменный взгляд Фрейзера пояснил:

— Вы знаете, сколько стоят эти платы? В 35 раз больше, чем наша "Чайка". Не знаю, как вы, но когда в двух шагах от меня такие материальные ценности, я предпочитаю неплохую систему управления оружием вместо выстрела в заднюю часть.

— Ты что, хочешь сделать из "Чайки" боевой крейсер? А стрелять из чего?

— Как из чего? У нас ведь кварковая пушка есть.

— Откуда у нас кварковая пушка? — Фрейзер был искренне изумлен.

— А разве сэр Чарльз вам не говорил? — Петрович был изумлен не меньше.

Тут в разговор вступил сэр Чарльз:

— Помните, Фрейзер, тогда на Хыдаке у нас оставалось немного денег? И торговец пристал. Дескать, купите у меня фиговину. По дешевке. Всех тогда достал, чертов коммерсант, а в конце концов Слейтер сдался и купил.

— Ага, и сказал, что "в хозяйстве пригодится"- вспомнил Фрейзер.

— Так вот, мы с Петровичем решили разобраться, что это такое. Раскрутили, вывернули потрохи наизнанку. Ну и определили, что это кварковая пушка.

— И управляется она только компьютером. Но наш бортовой компьютер ее не вытянет, а вот суперкомпьютер — в самый раз, — добавил Петрович.

Помню, помню. Я тогда возле них крутился. Все-таки я любопытный кот. Тогда-то сэр Чарльз и объяснил Петровичу, что такое кварковая пушка. Я это помню: "Кварковая пушка — это сложное устройство, работающее в импульсном режиме. Вот здесь должен стоять сканнер, он собирает информацию, передает ее компьютеру. Компьютер обрабатывает ее и выдает команды на серию импульсов. Да что я тебе о компьютерах говорю. Ты в них лучше понимаешь. Факт в том, что несколько правильно рассчитанных импульсов выводят из строя электронику противника. Фокусировку, кстати, подбирает тоже компьютер".

— Вот вам, Фрейзер, и ответ — что за груз мы везем. Интересно, правда, куда и кому, — докончил сэр Чарльз.

Фрейзер закрыл отвисшую челюсть. Я тоже. Дело принимало весьма серьезный оборот. Судите сами: с Боссом не связаться, груз надо каким-то местом оборонять, а из-за частых переходов меня скоро начнет тошнить. Да еще и везем контрабанду (я правильно сказал?).

— Нда, — Фрейзер обрел речь, — я так понял, что мы везем контрабанду, и весьма неплохую. Ох, подсунул нам Босс свинью по самые гланды… Так вы что, пушку хотите использовать?

— Да, — подтвердил Петрович, — надо бы ее смонтировать на поворотном… этом, как его… манипуляторе.

— Хорошо, я скажу Слейтеру, он поставит эту вашу бандуру. Хотя я не уверен, что это поможет…

— А знаете, Фрейзер, я понял, почему мы движемся короткими гиперпереходами, — проникновенно сказал сэр Чарльз, чем очень заинтриговал Фрейзера.

… в которой мы узнаем историю Пизанской башни и знакомимся с тактикой правильной охоты. Шпангоут готовит себе завтрак, а Петрович собирается применить принцип По.

— Тогда, может, нам несколько намекнете? — спросил Фрейзер, пытаясь не выдать свою заинтересованность, что, впрочем, ему несколько не удалось.

Меня, впрочем, ответ на этот вопрос тоже волновал. Гиперпереход, конечно не сахар, но несколько коротких гиперпереходов — это, извините, перебор.

— Все очень просто. При коротком прыжке вычислить звездолет труднее, чем при длинном и плановом. А несколько идущих подряд небольших прыжков еще больше запутывают дело. А учитывая вновь вскрывшиеся обстоятельства… Я говорю о стоимости нашего груза… Нам, несколько говоря, лучше не привлекать к себе внимание…

— Да кто бы говорил, — прервал его Фрейзер, — я не вам, Чарльз. Но сейчас мы находимся в положении Пизанской башни. До Босса не дозвониться, куда пихать груз — тоже неясно. Полный бардак, короче выражаясь…

Ну да, знаем мы Пизанскую башню. Построили ее криво, так потом куча народа специально ездила смотреть это чудо. Дескать, косая и почему-то не падает.

Но все хорошее рано или поздно (каждому — свое) заканчивается. Закон эволюции вместе с единством и борьбой противоположностей. С какой стороны не смотри — а все ж объективная реальность и принцип исторического развития.

Чего-то меня на философию потянуло… Так вот, о башне. Реальность оказалась такой — стояла, стояла она, а потом — бух и грохнулась. Так потом кирпичи распродавали за такие деньги, что мне хватило бы на жратву лет на 100, не меньше, учитывая при этом экзотические блюда, а не то, что выдает этот вечно барахлящий синтезатор.

Фрейзер оглянулся по сторонам.

— Куда бы этот чертов компьютер подальше засунуть с глаз долой?

— Зачем? — удивился Петрович. Я просто прибью к нему табличку "Under construction". В полном соответствии с принципом Эдгара По.

— Хорошо, — удовлетворился этим Фрейзер, у которого таким образом снимались сразу две проблемы: "где это спрятать" и "как его туда оттащить".

Вдоль стены пробежала норлеанская крыса. Капитан, похоже, всерьез считает, что крысы являются индикатором к началу эвакуации. В смысле, когда ситуация начинает выходить из-под контроля. Насколько этот способ эффективен — не знаю. Как не знаю и того, сколько времени норлеанская крыса сможет обходиться без воздуха. Хотя… Ну, крысы — они и есть крысы. Чуть дело не так — поломятся во все щели. Хорошо, если двери не снесут. Но порядок, даже в популяции норлеанских крыс должен быть. Как же без порядка и дисциплины. Поэтому я переключил внимание на эту крысу. Тем более что положение, в которое мы попали, несколько прояснилось.

Так что я набрал скорость и погнался за крысой. Крыс, правда, я не ем. Кухонный синтезатор — он как-то роднее. Да и выходные блюда у него более питательны, чем крысы. Но я все же прирожденный охотник, черт меня побери. Да и спортивную форму надо поддерживать на уровне.

Вот уж кого ценят крысы, так это не меня (хоть я и тренирую их), а Слейтера, который их подкармливает. Убивая при этом сразу двух тушканчиков, образно говоря. И крысы сыты, и отходы есть куда деть.

Погоня в стиле "гонка за лидером" началась. Тут самое главное — это не переусердствовать. Загонять крысу до инфаркта — много ума не надо, обратное же — труднее.

Таким образом мы пересекли пару коридоров и один отсек.

Тут крыса проскочила в небольшую дырку прямо по курсу. Понятно, что я в эту дырку не пролезу, так что пришлось интенсивно тормозить, потому как разогнался я как следует.

Разминка, правда пошла мне на пользу. Сразу появилась тяга к жизни (она и утром была, но не такая большая), готовность совершать подвиги, и… здоровое ощущение голода. А так как подвиги лучше совершать не с пустым желудком (и сэр Чарльз со мной согласен), то я отправился на кухню с благородной целью набить желудок. Степенно и солидно, как и подобает воспитанному коту.

На кухне никого не было. Даже странно как-то. Или они не собираются совершать подвиги? Тогда мне придется одному отдуваться за всех. Ну да ладно. Я дотянулся до пульта и нажал кнопку. Хорошо все-таки сделал Петрович. Наиболее часто поедаемые блюда теперь заказывались простым нажатием на определенную кнопку. Понятно, что он сделал это для облегчения труда Риты, но это дело и мне пригодилось.

Синтезатор зажужжал и выдал на тарелку порцию пельменей с мясом стаа. Что я, собственно, и заказывал.

Если бы на кухне был бы кто-нибудь из экипажа, то они сняли бы мне тарелку вниз. А так — пришлось запрыгивать на синтезатор и питаться там. Обычный кот спихнул бы пельмени вниз, но вот лично мне пыльная еда не нравится.

На то, чтобы не спеша перегрузить пельмени из тарелки в собственный желудок, ушло минут десять. Вторую порцию заказывать и уничтожать уже не хотелось, поэтому я спихнул тарелку вниз и оттащил ее к утилизатору (благо тарелка одноразовая — не надо потом по полчаса их перемывать)

Чем бы заняться? Сходить посмотреть, как Слейтер приматывает изолентой кварковую пушку к манипулятору? Шутка. Пушку придется прикручивать более капитально. Чтобы, типа, не отвалилась в нужный момент.

Но не успел я пройти и двух метров, как из динамика интеркома раздался голос Люка:

— Капитан! Гоги все-таки дозвонился до Босса. Так что милости просим к нашему очагу. На сеанс одновременной игры… в смысле — связи.

Так, Слейтер отменяется. Надо пойти послушать, что же такого изволит сообщить наш драгоценный и всеми нелюбимый Босс.

Ничего, я при личной встрече располосую его по полной программе. Хоть моральное удовлетворение получу.

… в которой Фрейзер беседует с Боссом. Как прикалываются страусы. Развитие событий не нравится сэру Чарльзу.

В дверях (если так можно назвать гейт с автоматикой) я чуть было не столкнулся с Фрейзером, но тактично пропустил его вперед. Главный все-таки он, а не я, да и тактичность должна быть. Я остановился около двери, чтобы не попасть под обзор видеокса.

Этот мерзкий тушканчик (я говорю о Боссе) все еще помнит нашу последнюю встречу. А лишний раз я его раздражать не собираюсь. Дождусь личной встречи. Вот тогда и посмотрим, кто кого.

Остальные предусмотрительно ушли в "тень" заранее. Риты и сэра Чарльза почему-то не было. Есть подозрение, что они уединились на кухне. Только не подумайте чего плохого. Просто сэр Чарльз любит поесть (совсем как я), а Рита достаточно ловко обращается с синтезатором. Да я об этом уже говорил (см. главу 1).

С экрана монитора смотрела жирная морда Босса зеленого цвета. Гоги клянется, что это неполадки в аппаратуре, а отремонтировать он не может из-за наличия отсутствия запчастей. Но я думаю, что дело не в аппаратуре. Просто Босс зеленого цвета больше раздражает.

Экипаж вполне можно включать в группу боссоненавистников. А периодическое лицезрение зеленой жабы только укрепляет наши ряды.

Фрейзер взял микрофон. Вообще-то он мог взять коммуникатор — устройство, совмещающее наушники, микрофон и систему беспроводного доступа к внутрикорабельной информационной сети. Петрович даже несколько переделал один коммуникатор так, чтобы я мог им пользоваться (коммуникатором, а не Петровичем). Понятное дело, мне надевать коммуникатор лапами не слишком удобно, но вполне возможно. Правда, мне не совсем понятно, как мяучить так, чтобы понял весь экипаж, но уж быть в курсе их переговоров — это запросто. Я же говорил, что Петрович — свой человек для котов.

Так вот, Фрейзер взял микрофон с пульта связи.

— Наше приветствие Вам, Босс!

— Кто это мы? Я ведь говорю с тобой, Фрейзер!

— Ну так я ведь от лица всего экипажа, — выкрутился Фрейзер.

— Так вот, Фрейзер, это хорошо, что ты вышел на связь. Делай так и дальше, мой милый мальчик…

Фрейзер моментально насторожился. Если Босс начал говорить такими оборотами, то жди подвоха. Моя шкура такой исход дела подтвердит. Статистика — вещь упрямая.

— Однако, к делу — на орбите Астрериса примете груз в дополнение к основному. После этого связываетесь со мной, я говорю, куда все это доставить.

— Босс, а может туда одним прыжком, сразу на орбиту?

— Да туда всего три коротких гиперпрыжка. Ничего для вас страшного. От трех прыжков еще никто не умирал. Я специально в справочнике смотрел, — Босс улыбнулся, видимо считая, что сказал гениальную шутку. Но лучше бы он не улыбался. От этой его гримасы становится как-то не по себе в желудке.

Ну надо же — справочники зеленожабый читал. А лучше бы не читал. Три перехода — это, извините, не один.

— Босс, а что с компьютером делать? — зашел с другого бока Фрейзер. — Чего-то он работать нормально не хочет…

— Стандартные тесты проходит? Тогда все нормально. А если не проходит тесты — так пусть Петрович заставит его проходить тесты. Он ведь у нас компьютерщик, не так ли?

— Ну да ладно! — подвел итог Босс. — У меня еще куча работы. Конец связи.

Монитор показал типичный "экран смерти" — синий экран с надписью "Абонент прекратил связь по непонятной причине".

Фрейзер задумчиво посмотрел на этот синий экран. После чего начал ругаться.

— Вот подарочек-то! Болтаться на орбите Астрериса и ждать подарки от не-знаю-кто. Работать он, видите ли, пошел. Щас! С бабами трахаться и виски хлестать. Вот куда он отправился. Черт бы побрал этого жирного страуса!

Люк начал выцарапывать фразу "Босс — жирный страус и баботрахатель"

Знаем, видели мы страуса. Чуть что, так убегают с такой скоростью, как будто у него к хвосту пороховой ускоритель примотали. Кстати, голову в песок страус не прячет. Ему что, делать больше нечего? Он просто опускает голову между ног. Прикалывается птица таким вот образом.

Но Фрейзер верно подметил. Наделает Босс делов, сам голову в песок, а нам расхлебывай.

— Интересно, а что он сказал им? — заметил Люк и, пародируя голос Босса, добавил: "Опознавательные приметы: звездолет голубого окраса с надписью "Голубая Чайка". Особые приметы: экипаж — идиоты…"

Фрейзера передернуло.

— Уймись! И так тошно. Занялся бы ты лучше расчетом прыжков. И запасных вариантов. Лучше быстро убежать, чем гордо и по-идиотски отдавать концы.

— Нэт! — вступил в разговор Гоги. — Я свой конэц никому нэ отдам…

Ну началось. Сейчас они начнут вспоминать родословную Босса, родителей и всех его предков по материнской линии.

Пойду, лучше проведу инспекционный рейд по "Чайке".

Побродив немного по "Чайке" и не найдя для себя ничего заслуживающего внимания, я решил зайти в грузовой отсек. И не обманулся.

Слейтер прикручивал кварковую пушку к манипулятору. Если Слейтер за что-то берется, то делает так обстоятельно, как будто ему за это выделят персональное место в раю. Хотя, как знать… по заслугам и награды веером. Вот и сейчас он прикручивал пушку к манипулятору, используя шесть держателей, хотя хватило бы двух.

Ага, вот и Фрейзер появился. Тоже, видимо, инспекцию проводит.

— Ну, как дело двигается?

— Скоро закончу, последний держатель остался…

Скажу пару слов о манипуляторе. Манипулятор — это такая штука, которая позволяет подцепить груз за бортом и втащить его внутрь. Но вся фишка в том, что при этом сохраняется герметичность грузового отсека. Как достигается такой эффект — толком сам не знаю (хотя могу пофантазировать). Но вещь, безусловно, полезная.

Извините, отвлекся. Но Фрейзер со Слейтером решают какие-то технические проблемы, и я их не слушаю.

О! Это уже становится интересным. Сюда заглянул сэр Чарльз.

— Фрейзер, а я вас по всей "Чайке" разыскиваю…

Фрейзер повернулся к сэру Чарльзу, но сказать ничего не успел.

— Да знаю я, знаю… Просветили… — махнул рукой сэр Чарльз, — не нравится мне это. Ой как не нравится. Желудком чувствую…

Сэр Чарльз передохнул и преподнес сюрприз:

— А вы знаете, что садиться на Астрерис несколько не рекомендуется. А в том что "подарочек" нам передадут на орбите, "с доставкой на дом", я сильно сомневаюсь.

Фрейзер нахмурился.

— Это почему не рекомендуется?

… в которой Фрейзер, узнав о некоторых привычках жителей Астериса, делает сравнительный анализ Босса, а затем собирает экипаж. Сэр Чарльз рассказывает о кентерийской защите.

— Да понимаете, Фрейзер, дикари они там. Прирежут — и глазом не хлопнут. А об интеллигентности — ни ухом, ни рылом. Менталитет у них, понимаете ли, не такой.

— А что, были случаи? — забеспокоился Фрейзер.

— Были, — подтвердил сэр Чарльз. — Хотя и не афишировались.

— Да…,- с шипением произнес Фрейзер, после чего загнул по случаю трехэтажную фразу, содержащую сравнительный анализ интимных отношений Босса с некоторыми животными.

Подробности оказались настолько пикантными, что капитан обрел сразу трех благодарных слушателей, узнавших для себя много нового и интересного.

Высказав все свои взгляды на эту сторону жизни Босса, Фрейзер перевел дух, и сказал уже спокойно:

— Общий сбор через 10 минут. Слейтер, обеспечьте явку.

Ну, сейчас начнется… Смотрите триллер "Слейтер начинает охоту за экипажем". А что? И в самом деле отлавливает. Слейтер — человек ответственный, и, надо сказать, именно он смотрит за порядком и соблюдением инструкций. Пару раз он и меня приглашал.

Через 10 минут почти весь экипаж (вместе со мной) расположился в кают-компании. Не было только Риты.

Фрейзер, похоже, начал беспокоиться. Понятно, проблему, в которую мы угодили по милости Босса, надо решать. Интересно, сколько он выдержит? Сделать, может, ставку на пять минут?

Рита пришла через пару минут, держа в руках тарелку с пельменями для сэра Чарльза.

Умница! Помнит, что сэр Чарльз лучше думает после принятия пищи, а на пустой желудок вообще отказывается думать (точнее, отказывается думать не сэр Чарльз, а его мозги).

Фрейзер удовлетворенно кивнул и начал:

— Как вы уже все знаете, мы сейчас летим на Астрерис. И вполне вероятно, что нас там ждет "особо горячий" прием. Что мы везем — вы знаете. Только вот все остальное — непонятно…

Фрейзер хотел добавить еще что-то, но решил этого не делать, а переключился на научного консультанта.

— Какие будут идеи, сэр Чарльз?

— Ну что сказать, — начал сэр Чарльз, прожевав штук пять пельменей, — ситуация развивается таким образом. Груз, который мы везем, стоит больше, чем вся наша "Чайка" вместе с экипажем. Но, предполагается, что мы этого не знаем. Кто у нас будет принимать груз — тоже неизвестно. Предполагается, что они сами нас найдут. А если нет? Как бы нам не пришлось их искать самим. Мы ведь не знаем, что им сказал Босс. Такой расклад сильно напоминает карточную игру с закрытыми от игрока козырями, или эксперимент с несколькими неизвестными. Выбирайте, что вам ближе.

Знаю, знаю, что они выберут. Впрочем, а что я удивляюсь такому выбору?

— Иначе говоря, — закончил анализ Фрейзер, — ситуация имеет нас, а не мы ее. Как не повернись, везде задница теллурианского бегемота.

Сэр Чарльз кивнул.

— Верно сказано! — вскричал Люк, — Давайте будем стрелять первыми! А потом…

Фрейзер укоризненно посмотрел на него и Люк заткнулся. А то он начал бы развивать дальше теорию превентивного уничтожения неизвестных факторов.

Но Фрейзер уже переключился на сэра Чарльза.

— Эх, сэр Чарльз, поделись коньячком со страдальцами…

Пару минут шла молчаливая дуэль между Фрейзером и сэром Чарльзом. Взгляд Фрейзера убеждал в том, что коньяк жизненно необходим, в то время как взгляд сэра Чарльза в этом сомневался.

В итоге, взгляд Фрейзера оказался более убедительным, так как сэр Чарльз отправился за коньяком.

Я коньяк не пью (ну не нравится мне он), поэтому Рита принесла мне холодного молока. Натурального, а не синтетического. Если сэр Чарльз запасался хорошим коньяком (статья расхода — лечебные препараты), то Рита запасалась молоком, для меня.

Тут вернулся сэр Чарльз с двумя бутылками коньяка. Рита поставила бокалы, и Фрейзер начал разливать коньяк.

Экипаж принялся не спеша дегустировать коньяк.

Видимо, съеденные пельмени и выпитый коньяк оказал на сэра Чарльза благоприятное воздействие, поэтому сэр Чарльз заметил:

— Тут хорошо бы использовать кентерийскую защиту.

— А что это такое? — поинтересовался Люк.

— Есть такая легенда. Жила-была планета Кентер. А недалеко от нее — империя Астур. И вот приспичило императору присоединить Кентер к своим владениям. А что? Армия и космофлот весьма неплохи, опыта вдоволь. Полководцы давно не ведали поражений.

Но в случае с Кентером все пошло наискось. Кентерийцы начали вести себя настолько идиотски, что озадаченные этим полководцы Астура, не находя в них логики, начали совершать не менее идиотские поступки. Иначе говоря, пытаясь понять и предугадать планы кентерийцев, полководцы начинали переделывать свои планы, совершая кучу ошибок, а потом, пытаясь исправить эти ошибки, наваливали сверху еще более идиотские ошибки.

Длилась эта странная война не слишком долго. Император Астура просто плюнул на Кентер и начал присматриваться к другим планетам, пока полководцы не ушли с головой в потустороннюю сублогику.

Пока сэр Чарльз распинался об этой легенде, я допил молоко и подобрался к пельменям. Сэру Чарльзу тоже полезна умеренность, поэтому, слушая его легенду одним ухом, другой лапой я осторожно подцеплял пельмени и отправлял их себе в рот.

Фрейзер допил коньяк из бокала и осторожно поставил его на столик, как будто боялся пробить его ненароком.

— Таким образом получается, что чем более по-идотски и непредсказуемо мы поступим, тем меньше у наших противников шансов завладеть грузом?

— Получается — так, — подтвердил сэр Чарльз.

— Ой, держите меня, — Люк стал в шутовскую позу, — сейчас я буду становиться идиотом, и тогда мы все спасемся!

— Да сядь ты! — осадил его Фрейзер. Тут подумать нужно, мозгами пораскинуть…

— Мои мозги… то есть мозги моего суперкомпьютера к вашим услугам, — галантно предложил Петрович, разглядывая остатки коньяка в своем бокале немного окосевшими глазами.

— Угу, — кивнул Фрейзер, думая о чем-то своем.

Компьютер — это дело хорошее, но только человек может сделать что-то по-настоящему идиотское.

… в которой кентерийская логика применяется на практике. Как спрятаться от дракона и правильно глушить вайров. К нам гости!

— Вот видите — и Шпангоут "за", — подтвердил мое мнение Люк.

— И правильно делает, что "за", — отозвался Петрович.

— Это почему правильно? — заинтересовался Фрейзер.

— Ну как сказать… Один прыжок занимает меньше времени, чем три.

— Логично, — подтвердил сэр Чарльз, — тогда мы прибудем раньше, чем планировалось. Как я понимаю, мы решили использовать кентерийскую логику?

— Что-то в этом роде, как я понял, — подтвердил Петрович, — только это называется "сингулярное управление вероятностными векторами"…

Петрович сделал паузу.

— Люк, а мы можем сделать прыжок сразу на орбиту Астрериса?

Люк удивился:

— Можем, но так никто не делает…

— Я поэтому и спрашиваю…

Ну наконец-то они начали нормально думать. Поступать не так, как того ждут окружающие, а как нужно самому — это ведь основа кошачьей логики. Если бы мы, коты с Игса, поступали так, как ждут окружающие, то нас бы давно слопали.

Дальше я вслушивался в пол-уха. Ничего интересного. Хотя, так переплести философию, логику и т. д. — это надо уметь.

Диспут закончился тем, что Фрейзер хлопнул еще одну рюмку коньяка и, со зверским выражением морды, подвел баланс:

— Так! Прыгаем прямо на орбиту Астрериса, а дальше — ориентируемся по местности и ситуации. Главное — не сесть кому-нибудь на голову при выходе из гиперпрыжка.

Прыжок прошел без происшествий. Мы вышли практически на орбиту Астрериса и никого при этом не задавили. Потребовалась, правда, небольшая корректировка курса. Но это, енгст, ерунда по сравнению с черной галактической дыркой, где скручивает так, что хвост вылезает через уши.

Пока Рита готовила еду, Петрович разместил на консоли ноутбук для управления кварковой пушкой и манипулятором. Люк занялся расчетом аварийных прыжков на тот случай, если дела пойдут совсем в другую сторону.

Фрейзер и Слейтер пошли в оружейную запасаться "средствами самозащиты". Как говорит Слейтер, "Лучше иметь камень за пазухой, чем дубинкой по ребрам". Мы, коты с Игса, говорим по-другому: "лучше быть с острыми когтями, чем с вертелом в заднице".

Надо сказать, что когти у меня острые, так как никто из экипажа не рискует мне их подточить. Да и Рита против. Когда у Слейтера возникла подобная мысль (после случая с Боссом), Рита сразу стала на мою защиту: "Ну что вы мучаете бедного котика?"

А сэр Чарльз куда-то слинял. Если он не ест и не спит, то где-то пропадает. Совсем как я.

Кстати, еда готовилась потому, что сэр Чарльз задал простой, но заковыристый вопрос: "Если мы не поедим сейчас, что когда у нас будет время поесть?"

Да, как бы намекнуть Петровичу, чтобы он завел программу "пельмени с мышиным мясом"?

Ну не жрать же мне норлеанских крыс! Мясо у них жесткое. Сам не пробовал, но другие коты говорили.

А так хочется кушать мягкое, нежное мясо молодых мышек…

Что-то я размечтался. Ага, вот возвратились "специалисты по отстрелу дичи" (я говорю о Фрейзере и Слейтере). С собой они принесли несколько плазменников.

Плазменники, понятное дело, достались не всем.

Во-первых, не досталось мне. Ну, это-то понятно. На какой хвост он мне нужен? Для меня привычнее когти и неожиданность. Кстати, я тут недавно проверил — если поднапрячься, то я могу прыгнуть на пять с половиной метров.

Во-вторых, не досталось Петровичу. После того, как Фрейзер увидел Петровича, играющего в StarGate Ultra (ее пращуром в древние годы была игра Doom), и осознал результаты очередного раунда (точнее говоря, подсчитал "Убитых Петровичей: Убитых вайров: Разнесенных в молекулы посторонних помех", что вышло как "0:129:52"), то решил, во избежание всяких случаев, Петровичу боевое оружие не давать.

Таким образом, Петрович и Рита получили по разряднику. А сэр Чарльз не получил ничего, потому как заявил, что с его комплекцией боевые действия вести будет несколько затруднительно, но он знает несколько укромных мест на "Чайке", откуда его не выковырнет даже дракон с планеты Халлд.

Прошло несколько часов. Мы успели пообедать и немного отдохнуть. Потом Люк и Петрович сели на "боевое дежурство".

Я немного пошлялся по "Чайке", а потом вернулся в рубку. Чтобы не пропустить самое интересное. Фрейзер тихо подремывал в кресле, Люк занимался какими-то расчетами, периодически отвлекаясь для облагораживания надписи "Босс — голубой гиппопоздесь". Петрович резался на ноутбуке в StarGate, продираясь через уровень 7Е, и оставляя после себя гору трупов и обломки различных предметов, имевших несчастье попасть под его горячую руку.

Обстановка пока была тихой.

Внезапно пискнул зуммер терминала слежения.

— Капитан! — воскликнул Люк, заценив обстановку. — К "Чайке" приближается неизвестный нам космокатер.

Петрович, громко хмыкнув, нажал на компьютере несколько кнопок, переключаясь с игры на систему управления кварковой пушкой.

— Так, манипулятор в шлюзе… вышел… инициализация пушки…

… в которой происходит обмен грузами и беседа с Боссом в одну сторону. Шкатулка по полной программе и размером с сундук.

Вот так мы и отправились "соображать на троих". Не в смысле выпивки, а в смысле совместной встречи "гостей".

Я не считаю себя суперкотом (да и сложение у меня не суперменское), но приложить к делу свою лапу — это запросто.

По этой причине полкоридора я разминал когти. Я кот с Игса или как? А неприятности я привык решать с высоко поднятым хвостом и острым когтем.

Как об этом говорят на Игсе? "Умри, но поцарапай".

Ну, и кого мы увидели в шлюзе? Двух вполне нормальных аборигенов. Одного повыше ростом, другого — пониже (и с чего это такие совпадения?). В связи с отсутствием явной агрессивности, они были запущены на борт "Чайки". Ну в самом деле — общаться через дверь — это так неудобно…

— "Голубая Чайка"? — поинтересовались гости.

Фрейзер кивнул.

— Капитан Фрейзер? — не унимались аборигены.

Фрейзер еще раз кивнул.

— А мы прибыли к вам за грузом, — радостно сообщил гость пониже.

— А счет-фактура и генеральная доверенность у вас есть? — принялся за гостей Слейтер. Иной раз полезно иметь на борту бюрократа. Слейтер обладал удивительной способностью, оставаясь невозмутимым, доводить "клиентов" до истерики разнообразными бюрократическими придирками и приколами. Это обстоятельство пару раз нам здорово помогало.

Ну как тут не вспомнить, что от такой занудчивости Слейтера нам как-то продали вполне отличное топливо за полцены. По той простой причине, что им просто надоел Слейтер, готовый запробовать топливо "на язык" и сказать, что в этом топливе не того.

Ни того, ни другого, у аборигенов, судя по их растерянности, не было. Я испугался, что нам придется мотаться по орбите, ожидая, пока они добудут требуемые документы. Но выход был найден.

— А у вас проектор V-кристаллов есть?

— Есть! — бодро отрапортовал Фрейзер.

Проектор-то был. Это я и сам знаю. Но вот судя по взгляду, Фрейзер в работоспособности проектора был совсем не уверен. Я, впрочем, тоже.

Тем не менее, вся делегация отправилась в рубку к проектору. Впереди, прикинувшись пофигистом, шел Фрейзер. За ним — гости. А замыкал процессию Слейтер, всем своим видом показывая, что бардака на вверенном ему звездолете он не потерпит.

А я? Я как обычно — на страховке. Главное — это неожиданность. Если внезапно пощупать когтями некоторое мягкое место — такое шоу можно увидеть. Полный улет.

Проектор, как ни странно, работал. Предложенный ему V-кристалл был нормально схрумкан, и явил присутствующим зеленую боссовскую морду. Готов поспорить с Фрейзером на сосиску, что это происки Гоги, хотя он, понятное дело, в этом не признается.

Зеленая морда, однако, вещала с экрана следующее:

— Хе-хе, Фрейзер. Вот мы и опять встретились…

Фрейзера от таких слов передернуло, хотя со стороны было похоже, что капитан отгоняет муху.

— Инструкции будут такими. Груз отдаете подателю этого кристалла, взамен получаете шкатулку, с которой и следуете на Землю. Ну, а там получаете новый груз и — на Центроникс.

— А деньги? — автоматически поинтересовался Фрейзер у "бессловесной зеленой твари".

— А деньги получите на Земле, — в тему ответил Босс.

Далее этот крокодил немного помолчал и выдал весьма неожиданную по своей идиотичности фразу.

— Всего хорошего, Фрейзер, — ухмыльнулся Босс, — будь паинькой.

Экран погас.

— Ну что, Петрович, готовь компьютер к выносу тела.

— У меня все готово, — обиделся Петрович на такое предложение. — Хоть сейчас забирайте. Тележку только не забудьте вернуть.

— Это мы мигом, — уверили гости. — Показывайте, откуда взять…

Следующие 15 минут ушли на банальное кантование компьютера в катер. Зато, взамен, из катера в "Чайку" втащили какой-то сундук. Хорошо и со вкусом украшенный, но, сосиской клянусь, явный сундук по размерам.

— А это что такое? — подозрительно посмотрел на эту штуку Фрейзер.

— Шкатулка. Немного великовата, но — шкатулка.

Ну все, приехали. Не фига себе шкатулочка. Они бы еще, енгст, шкаф приволокли. Типа — шкатулочка. Немного, правда, великовата по размерам, уж извиняйте.

Фрейзер, скорее всего, подумал о том же, поэтому недовольно пробурчал:

— Ну ладно, грузите на тележку эту вашу шкатулку.

Заметил я, как блестнули глаза Петровича. И часа не пройдет, как они с сэром Чарльзом приступят к вскрытию замка на этом сундуке. Да и я засмотрю…

The End