Эта книга рассказывает о принципах функционирования масс-медиа, о законах, которые управляют работой журналистов и в крупнейших компаниях, и в провинциальных газетах. Двенадцать простых правил взаимодействия со СМИ помогут вам привлечь к себе внимание средств массовой информации, представить себя в лучшем свете и свести к минимуму ущерб от возможных нападок. А если вам известны правила игры, вы сможете добиться огромной известности, и конкуренты вам не страшны.
Хороший учитель не сообщает вам ничего такого, чего вы не знали. Он выражает мысли, которые вы смутно угадывали, но не могли сформулировать.
Сложность — наш враг. Вечные истины — наши друзья. Вы и сами это знаете, хотя не читали этих строк раньше. Приготовьтесь удивляться тому, как много вы знаете.
Вы мечтаете о доброжелательных, эффектных и, разумеется, бесплатных репортажах, ведь в эпоху могущества средств массовой информации (СМИ) они приносят успех. Да и кто не мечтает об этом? Как же завоевать и удержать внимание СМИ и при этом не обжечься? Многочисленные специалисты по пиару и медиаконсультанты клянутся, что у них есть ответы на все вопросы, и некоторые гении действительно ими располагают.
Дело в том, что у экспертов больше информации. У консультантов готовы советы, запреты, рекомендации и программы на любой случай. Этот головокружительный объем сведений лучше оставить профессионалам, так вы думаете? Позвольте вам возразить. Привлечь внимание СМИ вовсе не так сложно, как кажется, и отнюдь не так опасно, как описывают высокооплачиваемые эксперты.
Идея моей книги проста. Чтобы заручиться поддержкой паблисити, вы должны играть по правилам медиамира. Их всего только дюжина, и они ясны как день. Эти правила придуманы не мной. Это принципы, по которым живет Зверь по имени Медиа. Зверь блюдет их с религиозным фанатизмом, а значит, он предсказуем, Выяснив потребности Зверя, вы получите практичную и логичную схему действий для достижения своей цели — известности. Это не сложно. Все, что я вам скажу, — общедоступные истины, и большинство из них вам уже известны.
Как вы уже догадались, моя книга написана методом «от противного». Господа эксперты утверждают, что пиар — это искусство, доступное лишь избранным. Некоторые даже называют его «искусством крутиться» и гордо именуют себя маэстро, считая, что принадлежат к элите, и требуя за свои услуги безумные деньги. Один из «небожителей» издал книгу о своих подвигах и в предисловии предупредил: «Нужны годы, чтобы изучить пиар; годы, чтобы его понять; и годы, чтобы отточить стиль и мастерство». Он заявил, что «этот бизнес держится на тончайших оттенках, и умение их различать определяет победу или поражение перед лицом общественного мнения». На это я почтительно отвечаю: «Чушь!»
Пожалуйста, поймите меня правильно. Я не называю этого джентльмена лжецом. Он искренне верит, что эффективное использование мощности СМИ требует навыков и виртуозности канатоходца. Это потому, что наш эксперт потратил уйму времени на разработку изощренного, полного нюансов и опасностей способа управления мимолетными реакциями СМИ.
С годами он приобрел способность интуитивно определять, как извлечь пользу из новостей. И это работало на него. Он доволен собой, но вся его жизнь — это сплошная необходимость «крутиться».
У вас, я полагаю, нет ни времени, ни желания осваивать миллиарды премудростей. Что ж, это совершенно не нужно. Забудьте о сверхсложности и не вздумайте платить профессорам. Они вам не нужны.
Что вам действительно нужно, так это понимание системы создания паблисити. Вам необходимо усвоить простые знания и научиться их применять. Вам нужны Принципы Медиа, набор универсальных истин, которые помогут найти верное решение практически в любой ситуации.
Поразмышляйте о повседневных человеческих действиях. Большинство из них направлены на получение новых знаний и Их дальнейшее применение для улучшения собственной жизни. Иными словами, мы учимся, работаем и совершенствуемся. Впрочем, не все так просто.
Разве вы не хотели бы знать все, что учили? Сколько вы помните из школьного курса биологии? А геометрии? На самом деле мы теряем гораздо больше знаний, чем сохраняем. Проблема не в том, чтобы выучить, а в том, чтобы не забыть информацию.
По приблизительным подсчетам, 90 % участников коротких семинаров никогда не применяют полученные знания. Это же верно в отношении тех, кто читает учебники. Истоки проблем очевидны.
Во-первых, бесполезно пытаться усвоить огромный объем информации за короткий период. Так поступают студенты, которые перед экзаменом всю ночь сидят за книжками. Они сдают предмет, а через неделю их краткосрочная память избавляется от информации. 98 % выученного забывается начисто.
Во-вторых, в большинстве книг и семинаров сведения подаются отрывочно, в виде длинного списка советов и антисоветов. Здесь нет примеров и нет стержня, на который можно нанизать полученные знания. Информация не систематизирована, она изложена бессвязно — и крупицы знаний быстро исчезают. Их вытесняют более насущные заботы. Это замкнутый круг. Теория без практики забывается, а полузабытую теорию применить невозможно.
Метод обучения Принципам Медиа не страдает этими недостатками, и от вас не потребуется зубрежка бессвязной информации. Все принципы вы уже знаете. Вам просто нужна помощь, чтобы вы взглянули на СМИ под другим углом. Ознакомившись с Принципами Медиа и понаблюдав за их работой, вы удивитесь, как могли не замечать очевидного.
Медиапринципы — это не разрозненные обрывки сведений. Это система. Каждый принцип связан с другими, что облегчает запоминание. В этом вся суть. Вы помните правила, и вы их используете. Используя правила, вы их не забудете. Чем чаще вы их применяете, тем глубже они проникают в строй ваших мыслей. В конечном счете вам даже не придется задумываться о принципах действия СМИ, потому что вы будете рассматривать все возможности паблисити сквозь привычную призму. Ваши систематические знания будут гораздо надежнее и эффективнее интуиции так называемых «специалистов».
У всех информационных агентств четыре уязвимые точки. Ими определяются желания, потребности и запросы Медиа зверя. Как вы скоро убедитесь, Зверь ущербен, тороплив, голоден и человекоподобен. Перечисленные свойства оказывают громадное влияние на его работу. Это его слабые места, эдакая ахиллесова пята отрасли, которая тщательно скрывает от вас свою уязвимость.
Однажды изучив повадки Зверя, вы без труда сможете использовать медиапринципы, чтобы накормить, а значит, и приучить это странное существо. Мало кто из журналистов знает 06 этих принципах, и тем не менее вся братия неотступно им следует. Вы же вооружитесь инструкцией ко всему механизму. Нажмите вот эту кнопку, чтобы заручиться вниманием репортера. Нажмите другую, чтобы с ним подружиться. Ни в коем Случае не трогайте третью, чтобы не вызвать его ярость.
Принципы работы со СМИ делятся на четыре категории: Приманки, капканы, агрессоры, укротители. К приманкам относятся три основных элемента, привлекающих журналистов. Да, ИХ всего только три: неординарность, эмоциональность и простота. Капканы — это три принципа, которым надо следовать, чтобы заставить приманки работать: подготовка, доступность и повторение. Не забывайте проявлять активность. Агрессоры — Три принципа, которые пиар-агент должен воплощать в жизнь постоянно, чтобы подогревать интерес репортеров: ресурсы, изобретательность, своевременность. В этом вся прелесть систематичности — вы используете свои приемы снова и снова. Наконец, укротители — это принципы, которые помогут вам избежать дурной славы. В случае когда неблагоприятной огласки не избежать, укротители уменьшают опасность.
Принципы научат вас создавать и доносить до публики великолепные цитаты, а также покажут вам, как надо точно расставить акценты-ударения, чтобы создать себе желаемое паблисити.
Ну что, готовы к встрече со Зверем? Не бойтесь. Ужасы, которые вы о нем слышали, — это мифы, ложь и иллюзия.
Вот и вы — салфетка на коленях, стакан минеральной воды в руке, на столе серебряное блюдо и меню, полное настоящих деликатесов. Бифштекс под соусом «ТВ» такой сочный, что невозможно отказаться. Гарнир «Срочно в номер» — само искушение. А какой салат выбрать: «Лидер Интернета» или «Лучший журнал»? Нет, посмотрите на десерты! Пирожное «Эфир», пудинг «Новость» и мороженое «Уникальное предложение». Ну разве можно выбрать что-то одно? Закажем все фазу и откусим от каждого блюда.
Похоже, вы проголодались. Где же официант?
Должен кое-что сообщить изголодавшимся по вниманию прессы товарищам. Официант не придет. В кафе «СМИ» не приносят деликатесы на блюдечках и вообще их не готовят. Здесь сам владелец придирчиво выбирает закуски и с аппетитом обедает, а пиарщики суетятся на кухне и снуют между столиков.
Многие допускают роковую ошибку, общаясь со СМИ. Обдумывая, как бы они хотели выглядеть в эфире и публикациях, они сосредоточены на себе. Они гадают: «Каким деликатесом порадуют меня СМИ сегодня?» Это совершенно неверная постановка вопроса. Каждому, кто добивается внимания медиа, необходимо запомнить: чтобы получать подарки, надо прежде всего их делать. Медиазверь с радостью предоставит вам самые мощные инструменты маркетинга, известные человечеству. Однако сперва вы должны подать ему деликатес, перед которым Зверь не сможет устоять.
Это проблема, и ее нужно решать. Накормить Зверя непросто. Сначала узнайте, как обращаться с вашим клиентом, ведь у него масса причуд. Кстати, привыкайте: клиент — это Зверь, а не вы.
Бывает, что Зверя лучше не трогать, а порой он отчаянно нуждается в вашем внимании. Он терпеть не может банальный майонез и шпинат, но с удовольствием ест сэндвичи с соусом и салаты с тем же шпинатом. Привереда обожает мясо, картошку, десерты и кривится при виде свеклы. Не барская это еда. Никогда — запомните, никогда не прячьте от Зверя лакомство, которого он требует. Он все равно его слопает, а заодно оттяпает вам руку.
Чтобы получить репортажи нужного качества в нужном количестве, вам необходимо соблюдать два правила. Во-первых, вы должны знать своего клиента лучше, чем он сам себя знает. Об этом мы сейчас и поговорим, а второе правило я назову вам позже.
Вам предстоит убедиться, что медиамир вовсе не так загадочен, как вам представляется. Узнав слабые стороны и мотивы поступков Зверя, вы с удовольствием будете играть по двенадцати его правилам. Эти принципы нерушимы и на редкость просты. Вы их знаете, хотя и не догадываетесь об этом.
Итак, надеваем фартук и отправляемся жарить стейк, шинковать овощи и мило улыбаться сварливому и мстительному обжоре. Вам это представляется трудной задачей, и порой это действительно нелегко. Награда ждет лишь тех, кто выучит простое правило: прежде чем ждать подарков от Зверя, надо ему угодить.
Журналисты нам не враги. Что бы вам ни говорили, это не вероломные хитрецы. Напротив, подавляющее большинство репортеров — увлеченные профессионалы, которые хотят сделать мир лучше. Среди них часто попадаются идеалисты, и это хорошо. Демократия без них не состоялась бы. Итак, журналисты не враги, но вот компании, в которых они работают… мягко выражаясь, заслужили подзатыльник.
В этой книге будет постоянно встречаться метафорическое обозначение «Зверь». Оно относится ко всей системе сбора и подачи новостей. Другими словами, Зверь — это редакция, а не редактор; телекомпания, а не директор программы; обстановка в медиабизнесе, а не репортеры. Это очень важная оговорка, потому что тот, кто хочет успешно сотрудничать со СМИ, должен усвоить, что Зверь бывает туп и бесхитростен. Презирая слабости самого института, вы должны проникнуться симпатией к людям, которые в нем работают. Они — ваши помощники на пути к паблисити.
Журналистика никогда не была плевым делом. Людям приходится напряженно работать за смешные деньги. Их окружает хаос, шум и жаркие споры. Репортеры вынуждены задавать жесткие вопросы приятным людям. Они обязаны выжать ключевые проблемы из необъятных тем. Этим они оскорбляют тех, кто хорошо знаком с материалом. Это тяжелейший труд, но он приносит огромное моральное удовлетворение.
Выдерживают такой темп только самые выносливые. Когда я был новичком в СМИ, коллеги подарили мне табличку с девизом «Тяжелый труд, низкая зарплата, ужасные условия и многое другое». Я поставил ее на рабочем столе, где она продержалась несколько часов. Потом ее заметил мой босс и приказал немедленно убрать. Думаю, текст был слишком похож на правду.
Уже тогда, в 1986 году, работа репортера казалась непосильной. Сейчас она стала еще тяжелее. За прошедшее десятилетие медиабизнес серьезно изменился, и журналистов только что не заковали в цепи и не заставили работать круглосуточно.
Суть изменений в том, что СМИ стали объединяться. Журналисты Роберт Канкел и Джин Роберте подробно рассмотрели перемены в своей книге «Никому не нужный читатель: эпоха корпоративной журналистики» (Robert Kunkel, Gene Roberts. Leaving Readerz Behind: The age of Corporate Journalism. University of Arkansas Press, 2001). Как показывают авторы, «активное объединение достигло апогея. Начался беспрецедентный и яростный бум покупки, продажи и слияния газет, от могущественных ежедневных изданий до крошечных еженедельников». Канкел и Роберте подсчитали, что на долю трех крупнейших конгломератов приходится 25 % ежедневных тиражей газет.
Тенденция к объединению наблюдается не только среди газет. Медиаконцерны и другие компании с пугающей быстротой скупают журналы, телеканалы и радиостанции.
Эфирное время и печатное пространство концентрируются в руках небольшого числа людей.
Почему мы об этом заговорили? Сейчас объясню. У новоиспеченных магнатов четкая стратегия — объединять и подчинять себе СМИ, больше успевать за меньшее время и зарабатывать деньги. Это им отлично удается. Большинство медиакомпаний невероятно доходны. Их коэффициент прибыльности равен 20–30 %.
Объединение дорого обошлось: помимо профессиональной деградации журналистов (мы сейчас не об этом), оно вызвало повышение уровня стресса у сотрудников СМИ. Людей, которые непосредственно заняты созданием новостей, притесняют всеми возможными способами.
Для вас как охотника за паблисити в этой ситуации есть и плюсы, и минусы. Плохо то, что Зверь стал гораздо опаснее. Экстремальные условия работы в информационных агентствах — нехватка рабочих рук, отсутствие опытных специалистов, масса дел и постоянный цейтнот — увеличивают опасность обжечься, создавая пиар. Однако огромные возможности открыты для тех, кто сумеет использовать эти условия себе во благо. Чтобы получить необходимые знания, мы рассмотрим проблемы Зверя в схематическом виде.
Следующие страницы содержат мои обобщения. Разумеется, есть не только правила, но и исключения. Наша цель — выделить общие черты всех известных СМИ. Кое-где я укажу на различия между видами СМИ, но таких мест будет мало. Упрощенная схема облегчит понимание Зверя.
Итак, давайте поговорим о четырех слабостях Зверя. Именно на них играют знатоки Принципов Медиа. Напомню: наш Зверь ущербен, голоден, тороплив и человекоподобен.
Профессионализм современных журналистов невысок. Оли плохо приспособлены к своей работе. В массе своей эти люди недоучены, недоплачиваемы, недооценены, и плюс ко всему они недоросли. Так как медиамагнаты сокращают штаты, на долю сотрудников СМИ выпадает больше работы, чем они могут сделать. Требования отрасли серьезно превышают уровень, на который способны подняться ее работники.
Работа репортеров годится для молодых. Мало кто из 30-летних желает подвергать себя лишениям и стрессам, которые испытывают охотники за информацией. Соответственно, большинству репортеров местных и государственных СМИ от 22 до 40 лет, причем преобладает молодежь. Средний возраст журналистов постоянно уменьшается.
Репортеры всегда были самыми молодыми сотрудниками СМИ. Объединение компаний лишило работы всех, кроме юных и неопытных. Дело в том, что прыщавый юноша обходится гораздо дешевле, чем журналист с висками, убеленными сединами. Кстати, спецкорам всегда платили примерно столько же, сколько чернорабочим.
Я стал репортером в середине 80-х годов. Тогда выпускники факультетов журналистики начинали карьеру в небольших провинциальных городах, работая в местной газете, на радио или ТВ. Там они проводили два года и перебирались в город покрупнее, а набравшись опыта, двигались дальше.
Сейчас эти прыжки из офиса в офис тоже привычное дело, только скорость перемещения заметно выросла. Самые способные студенты вообще пропускают провинциальный этап. Раньше на переезд в Лос-Анджелес, Нью-Йорк, Денвер, Даллас, Майами или Вашингтон уходил десяток лет и покорить мегаполисы мог не каждый. Теперь журналист перебирается в крупный город через год или два после защиты диплома.
Эта тенденция радует алчных магнатов, но не устраивает самих журналистов, надеявшихся проработать в медиа-бизнесе всю жизнь. Чтобы узнать их мнение, достаточно зайти на один из сайтов, где полощется грязное белье СМИ: ТVSру. соm, NewsBlues.com и, простите, f..edTelevision.com.
Посетитель NewsBlues.com, к примеру, предложил переименовать компанию WNGX* так, чтобы ее название можно было расшифровать правильно: WNGX — «Got No eXperience in this market» — «Все журналисты некомпетентны». Сотрудник радио КRОN в Сан-Франциско поинтересовался, соизволит ли компания «нанять достаточно сотрудников для дополнительных передач? И успеют ли у этих сотрудников высохнуть чернила на дипломах?».
В газетах, на радио и ТВ — везде ситуация одинакова, Сегодня новости для нас готовят люди без опыта сбора и анализа информации, не говоря уже о жизненном опыте.
К несчастью, на уровне репортеров проблемы некомпетентности только начинаются. Они затрагивают всю редакцию. Невозможно сокращать ресурсы, задерживать выплаты, увеличивать нагрузку, нанимать неопытных сотрудников — и удерживать своих лучших людей. Солидные журналисты приходят к выводу, что можно уменьшить стресс и улучшить качество жизни весьма простым способом. Для этого нужно уйти из журналистики. Ваш покорный слуга так и сделал.
Как следствие, средний возраст и уровень квалификации продюсеров, редакторов, авторов и операторов резко снизились. В компании, где я работал в начале 1990-х, мне приходилось подчиняться трем продюсерам, которым едва ли стукнуло 25. Ни один из них в жизни не брал ни у кого интервью, не стоял перед камерой и не написал ни одной статьи. Они абсолютно не представляли, как делается нормальная работа, и это сильно усложняло мою жизнь. И надо сказать, что моя ситуация была скорее общим правилом, чем исключением.
Эндрю Коген, издатель Athletic Business, предлагает претендентам на редакторское кресло несложный тест. Большинство соискателей с позором проваливаются. Коген в свои «преклонные» лета (ему 39) называет себя самодуром. Он говорит, что подавляющее большинство «редакторов» делают ошибки в первом же предложении резюме. «Один редактор новостей и создатель университетской листовки не смог написать название газеты, в которой прочел наше объявление», — рассказал Коген. Он вынужден нанимать подкованных специалистов, обещающих в резюме «безупречную грамотность, орфографию и пунктуацию». И это мы еще не говорим об умении излагать объективные факты. Мы просто ищем человека, который научился правильно писать слова.
Избыток молодых сотрудников имеет интересные и неожиданные последствия для СМИ и тех, кто заинтересован в паблисити. Историческая миссия информационных агентств — сбор общественно значимых сведений, их проверка, анализ, обработка и подача в удобочитаемом виде. Однако постоянная гонка за количеством и оперативностью сделала миссию невыполнимой. И тогда цель изменилась.
В XXI веке Зверь стал патологическим обжорой. Он с невероятной скоростью тащит в рот все, что видит, и мгновенно все переваривает. Он просто не успевает ничего выяснить о том, что поглощает.
Журналистам мало известно о темах, которые они освещают. Даже раньше, когда среди репортеров было меньше молодежи, журналистику определяли как «искусство объяснять другим то, чего сам не понимаешь». Репортеры не слишком подробно проходят в университетах экономику, политологию и юриспруденцию. Их учат собирать информацию и подавать ее в печатном или эфирном формате.
Окончив вузы, новоиспеченные журналисты приобретают мало жизненного опыта. Они варятся в своем мирке. Даже те, кто сосредоточился на криминале, образовании или здоровье, весьма далеки от реальной жизни. Мы скоро убедимся, что люди, работающие на Зверя, совершенно по-особому смотрят на вещи. Следовательно, и картина мира у них специфическая. А пока я расскажу вам о волчьем аппетите СМИ.
Каждый охотник за паблисити должен знать: путь к сердцу Зверя лежит через желудок. Медиа изнемогают от голода. Они всегда готовы поесть. Зверь похож на человека, который попробовал все перечисленные в меню блюда и не насытился. У СМИ аппетит даже еще лучше. Он 24 часа в сутки проводит в буфете самообслуживания и по-прежнему жалуется на голодные колики.
Нам что, действительно нужны все эти выпуски новостей и информационные журналы? Нет, но съемки дешево стоят, и потом, их все равно смотрят. Поэтому медиакомпании забивают новостями эфир и печать. В 1996 году NBC, ABC, СВS, СNN и Fох показывали 26 часовых информационных блоков в месяц. К 2001 году это число увеличилось втрое. Телеканалы экономят миллионы долларов за счет отказа от съемок комедии и драм.
Вам известно, что в течение телесезона-2001 NBC платила каждому из шести постоянных актеров сериала «Друзья» по 750 000 долларов за фильм? Это 4,5 млн долларов за серию, не считая оплаты сценария, декораций, пленки, съемочной группы и других расходов! После таких цифр ясно, почему телеканалы полюбили «Время», «Итоги» и «Новости». Их производство стоит гроши.
И это только начало. Телекомпании экономят средства, прокручивая сюжеты по два, три, четыре раза. Материал, отснятый для вечерней программы, можно вставить в новости недели и в утренний выпуск.
Многие актеры положили мечты о славе на алтарь информационных программ. Менеджеры телеканалов единодушно разделяют философию Гордона Греко, героя фильма «Уолл-стрит». «Жадность — хорошее чувство», — говорил он.
Не так давно региональные телеканалы показывали меньше двух часов новостей в день. Обычно им хватало двух получасовых выпусков в шесть и десять часов вечера. И утреннем эфире появлялись пятиминутные информационные вставки. Некоторые телекомпании транслировали 30 минут новостей в полдень. И все. Однако теперь и небольшие телекомпании поняли, что новости занимают время, сокращают расходы и повышают прибыль.
Вместо того чтобы тратиться на съемки фильмов и шоу, местные каналы стали отводить больше времени на информационные выпуски. В 1994 году я работал на канале, который показывал 12 часов новостей в неделю. Через три года на них отводилось уже 30 часов, а сегодня — больше 40. Большинство медиакомпаний заменили утренние пятиминутки полноценными информационными блоками, идущими 3 часа или дольше. Полуденные выпуски растянулись на целый час. Появились дневные программы. Даже святая святых — утренние субботние мультфильмы были сняты с эфира или передвинуты на более поздний час. Новости слышны всегда и везде. От этого никуда не деться.
В несколько раз увеличив продолжительность новостных блоков, телеканалы не стали нанимать больше репортеров, продюсеров, ведущих, монтажеров и прочих специалистов. Оборудования — камер, аппаратных, компьютеров — прибавилось, но недостаточно. Это же можно сказать и о размерах офисов: на тот же объем работы теперь приходится гораздо меньше пространства. Компьютеризация позволила журналистам работать эффективнее, но она ни в коей мере не может компенсировать возросшую нагрузку. От сотрудников СМИ требуется проделать огромный объем работы в кратчайшие сроки. А передовые технологии зачастую усложняют процесс, ведь к ним надо привыкнуть.
В современных информационных программах намного больше спецэффектов. Красивые заставки, заголовки, анимация и аудиоэффекты, добавляющие новостям зрелищности, отнимают время у персонала, который вынужден их создавать. Этим объясняется снижение качества и надежности информации.
В ноябре 2001 года организация развития журналистики Project for Excellence in Journalism опубликовала пугающий доклад, озаглавленный «Игра с будущим: местные телеканалы страдают от произвола спонсоров, сокращения бюджета и штатов, увеличения количества программ». С июня по август 2001 года организация провела опрос среди продюсеров информационных блоков 118 телеканалов по всей Америке. Анонимные ответы показали, что бюджет половины каналов был сокращен. Две трети каналов стали транслировать больше новостей, и 57 % пришлось выпускать прежнее или возросшее количество программ, не смотря на задержку платежей, увольнения и уменьшение бюджета. Один из продюсеров сказал: «Мы увеличили Продолжительность выпусков, а три месяца спустя сократили штаты, перестав нанимать новых сотрудников. Дополнительные выпуски новостей при этом никто не отменял». Другой продюсер сокрушался: «Дополнительные информационные блоки сделали и без того тощих репортеров просто дистрофиками».
Разумеется, продюсеры, корреспонденты и ведущие недовольны. «Сокращение финансирования мешает работе; выплаты задерживают, нет надежды на повышение оклада и надбавку за сверхурочные часы», — рассказали продюсеры. Люди жалуются на усталость, потому что от них ждут качественной работы, не предоставляя необходимых ресурсов.
К несчастью для сотрудников информационных агентств, тенденция не собирается меняться. Уходить с телевидения в газеты тоже незачем. Там ничуть не лучше.
Как я уже отмечал, сегодня новости создают в основном медиаконцерны. Когда такой концерн приобретает газету, за этим почти всегда следуют увольнения. Отныне меньшее число журналистов должны делать тот же объем работы. Вторая по популярности газета Нью-Джерси Asbury Park Press стала наглядным примером такого поворота событий. В 1997 году ее купило крупнейшее на планете газетное издательство Gannett. Через год из 240 сотрудников Asbury Park осталось 185.
Другим следствием объединения медиакомпаний стало уменьшение или исчезновение конкуренции. Не испытывая нужды бороться за внимание читателей, слушателей и зрителей, владельцы позволяют себе все, о чем мечтали. Они снижают зарплаты, перегружают сотрудников и игнорируют потребности измотанных журналистов. Я думаю, вы уже догадались, какова третья проблема Зверя.
Журналисты постоянно живут в цейтноте.
Первопричина лихорадочной спешки всех сотрудников СМИ — это жесткие и очень плотные графики. Шестичасовые новости должны начаться ровно в 18.00. Остальные блоки выходят строго в 05.00, 12.00, 17.00 и 22.00 или 23.00. Утренние газеты должны быть отпечатаны и доставлены распространителям в назначенный час. По радио новости передают каждый час или каждые полчаса. Постоянно существует угроза появления экстренных сообщений, которые автоматически добавляют массу работы. Жизнь у журналистов, мягко говоря, бурная.
Однажды мой 24-летний продюсер ворвалась ко мне в кабинет за 10 минут до полуденного блока новостей. Она заявила, что у нее есть леденящие кровь кадры о подстригавшем деревья рабочем. Он запутался в проводе от своей машинки и подвергся «казни на электрическом стуле». Начальница сообщила мне некоторые факты и потребовала срочно написать сюжет. Я лихорадочно напечатал текст и отправился на место ведущего. Через несколько минут я был уже в эфире: «Житель Лас-Вегаса погиб, запутавшись в электропроводе».
Не успел я это сказать, как продюсер прокричала мне в наушники, что человек не погиб. В ближайшую рекламную паузу я объяснил ей, что, когда человека казнят на электрическом стуле, он погибает. Засыпает вечным сном.
Подобные сцены разыгрываются во всех редакциях постоянно. Удивительно ли, что доверие к журналистам сильно подорвано? Работая в условиях стресса, они допускают Массу ошибок.
Мало было у журналистов проблем — так еще Интернет появился. Он значительно увеличил скорость передачи информации и позволил всем желающим обновлять свои страницы поминутно. Было бы желание. Главы медиакомпаний не преминули взвалить на сотрудников новые обязанности.
Осенью 2001 года компания Fох заказала 11 дополнительных выпусков информационной программы «24». Озабоченный корреспондент высказался на сайте ТVSру. соm таким образом: «Мне очень нравится эта программа, но не уверен, что идея дополнительных выпусков хороша. Если добавить еще 11 блоков (читай «часов»), то получится, что у наших нанимателей 35 часов в сутках, и мы должны их все отработать».
Чтобы выполнить свои обязательства, Зверь должен очень торопиться. Это утомит даже зайчика-энерджайзера.
Если два телеканала в один день расскажут одну и ту же историю, кто из них окажется лучшим? Чья информация объективнее, полнее и достовернее? Немногие зрители сравнивают репортажи разных каналов. Зрители одного капала не знают, что показали другие, если только не задаются целью проанализировать работу ТВ. Уверяю, такую цель ставят перед собой немногие.
Как же люди решают, какой канал лучше? Критерии полноты, достоверности и объективности довольно расплывчаты и не всегда практичны. Единственное, что можно четко зафиксировать, — это кто первым сообщил новость. Помимо наград и премий, оперативность является самым убедительным доказательством качества. Вот поэтому журналисты стремятся первыми получить информацию, опередив конкурентов хотя бы на пару минут.
В медиамире заявление: «Мы первыми сообщаем, что…» трактуется как: «Мы самые компетентные» и является лучшим инструментом маркетинга. Больше поводов для гордости дает только эксклюзивный репортаж.
Раньше газеты тоже участвовали в гонке, но теперь у ежедневных изданий почти нет конкурентов и необходимость первыми публиковать новости пропала. Однако нехватка рабочей силы заставляет спешить и сотрудников печати. Лихорадочное стремление «первыми сообщить, что…» достигло апогея во время президентских выборов в 2000 году. Когда голосование завершилось, социологическая служба Voters News Service (VNS) допустила ошибку, заявив, что вице-президент Альберт Гор набрал во Флориде большинство голосов. VNS сделала данное заявление, опросив всех людей, выходивших из кабинок для голосования.
Финансировавшие опрос информационные агентства немедленно обнародовали результаты голосования в этом непредсказуемом штате. Однако когда пришли сведения из районов, где сильна республиканская партия, оказалось, что солнечный штат выбрал другого кандидата. VNS и информационные агентства опровергли свой прогноз.
Через несколько часов Fох News объявила, что во Флориде победил техасский губернатор Джордж Буш-младший. Решив, что Fох известно нечто, не известное им, остальные телеканалы поспешили заявить о победе Буша во Флориде, а следовательно, и на выборах.
Спеша представить зрителям нового президента, информационные агентства забыли, что победителем во Флориде Буша назвала Fох, а не VNS. Все они сели в лужу, потому что меньше чем через час пришлось опять опровергать информацию.
Достоверность чрезвычайно страдает из-за спешки. Это замечание верно в отношении крупных агентств и провинциальных телеканалов. Именно поэтому многие страшатся Зверя — он допускает массу ошибок, которые вредят героям новостей. Однако вы перестанете бояться порывистости юного Зверя, когда узнаете, как сыграть на его слабостях.
Теперь вы знаете гораздо больше о жизни современных журналистов. Мне не нужно продолжать расписывать ее тяготы. Нам осталось выяснить, что за люди работают на Зверя.
Даже не принимая во внимание неистовый темп жизни репортеров, вы замечали, что люди, ежедневно поставляющие нам новости, принадлежат к иной культуре. Это очень важное наблюдение. Как и все люди, работники СМИ имеют собственное мировоззрение, и оно проявляется в том, кик подаются — и почему не подаются — сюжеты.
В большинстве своем журналисты причисляют себя к культурной элите. Они могут в этом не признаваться, но они считают себя умнее, изящнее и утонченнее других. Не верьте мне на слово. Обдумайте результаты опроса, проведенного издателем из Орландо Питером Брауном.
В 1994 году Браун и профессиональный социолог задали несколько вопросов журналистам и людям других специальностей, проживающим в пяти средних по размеру Юродах США и в одном из мегаполисов. В Далласе и пригородах Браун опросил 300 журналистов и простых горожан. Он также проанализировал адреса 3400 работников СМИ, с помощью индексов сравнив их с адресами других людей. Любой социолог скажет, что место жительства многое сообщает о человеке. Браун получил интересные результаты. Можно даже сказать, интригующие.
Согласно выводам социологов, журналисты селятся в районах, жители которых играют на бирже, но редко посещают церковь и не участвуют в благотворительных акциях. Браун обнаружил, что в районах, где обитатели увлекаются зарубежным кинематографом и любят дорогое вино я кофе эспрессо, журналистов хоть отбавляй. Как и следовало ожидать, репортеры презирают пригороды и сельскую местность. По заключению Брауна, «журналисты абсолютно не разделяют политические, религиозные и материальные ценности обычных людей».
Похожие исследования, проводимые Media Research Center и другими организациями, показывают, что работники СМИ, как правило, придерживаются либеральных взглядов, например возражают против абортов я свободного ношения оружия. Одновременно они считают себя жертвами общества.
Журналист и консерватор Джон Лео иногда пишет об этом противоречии. По его словам, «репортеры принадлежат к элите общества и разделяют характерные для нее взгляды. Поразительное недоверие читателей к прессе обусловлено не столько недостоверностью репортажей и несовершенством стиля, сколько различием в мировосприятии корреспондентов и их читателей».
Автор книги «Яркие новости» Уильям Макгоуэн высказывает схожее мнение. Он говорит о том, что политическая левизна Зверя углубляет пропасть между СМИ и подавляющим большинством американцев. Макгоуэн заявляет, что «американцы инстинктивно чувствуют разницу во взглядах и подозревают, что новости пишут гости из параллельного мира».
Жители США без всяких опросов знают, что журналисты разделяют левые взгляды. Это естественно. Медиабизнес привлекает свободомыслящих людей так же, как другие сферы манят консерваторов. Желающие сделать деньи строят карьеру так, чтобы зарабатывать больше. Они становятся предпринимателями, банкирами, юристами, брокерами или дантистами. Люди, которым интересно, как устроен мир, становятся геологами, биологами, астрономами или физиками. Те же, кто хочет сделать мир лучше, а заодно прославиться, идут в СМИ.
Где учатся журналисты? Их выпускают гуманитарные факультеты вузов. Студентам внушают, что они глас народи. Корреспонденты должны быть на стороне бедных, униженных и неполноценных, защищая их от порой жестокой капиталистической системы. Работа журналистов, как Их убеждают, заключается в том, чтобы «защищать слабых и атаковать благополучных».
Благородный призыв имеет обратную сторону. Довольно велика вероятность того, что вас сочтут «благополучным» (подробнее об этом в главах «Принцип справедливости» и «Принцип атаки»), Я подчеркиваю, что журналисты оторваны от реального мира, и не только из-за своих Политических или философских убеждений.
В медиабизнесе есть поговорка: чтобы двигаться вперед, надо активно крутиться. Карьера журналиста подразумевает работу в разных городах и редакциях в зависимости от этапа и опыта. Деловой мир не одобряет тех, кто часто меняет работу, но для работников СМИ дело обстоит иначе. Подразумевается, что талантливый корреспондент, редактор, оператор или продюсер поработает несколько лет в небольшом городе и двинется к новым вершинам. Сотрудник уйдет в другую компанию или даже агентство попроще, чтобы занять более престижное место.
Допустим, некий репортер из Оклахомы мечтает работать в Далласе или Канзасе. Если его цель — стать ведущим новостей, он может переехать в провинциальное местечко, например Колорадо-Спрингс. Там его зарплата и статус автоматически возрастут. В Даллас или Канзас он попадет уже с опытом аналогичной работы. Некоторые поднимаются по карьерной лестнице внутри одной организации, но это удается только редким счастливчикам.
Постоянная текучка кадров делает Зверя гораздо опаснее, чем он мог бы быть. Можно ли рассчитывать, что репортер проявит добросовестность в отборе новостей, если он со дня на день собирается уйти из агентства и уехать из города? (Не забудьте, что я обобщаю. Конечно, не все репортеры юны, неопытны и непостоянны.)
«Я тут проездом» — вот фраза, которую мне не раз доводилось слышать и даже говорить, работая в СМИ. Моя карьера журналиста строилась в Нью-Мексико, Калифорнии, Южной Каролине, Неваде и снова в Нью-Мексико. Один мой друг и коллега не распаковывал в Калифорнии свои личные вещи. Он целый год жил на чемоданах, подыскивая более престижную работу. Он спал на полу на матрасе и хранил одежду в саквояже.
Думаете, если б вы были журналистом, вы бы жили иначе? И не надейтесь. Все мы люди. Если вы не собираетесь задерживаться в городе, то не станете делать многих вещей: например, вы не женитесь, не купите дом, не заведете детей и не подружитесь ни с кем, кроме коллег.
Чувствуете? Большинство журналистов вращаются в замкнутом кругу и никак не связаны с внешним миром. Сотрудники СМИ частенько говорят, что «медиабизнес не терпит ипотечных кредитов и свадеб». Отказываясь от человеческих ценностей, корреспонденты жертвуют связями с обществом. Это плохо для их работы, зато хорошо для тех, кто стремится попасть в телевизор. Как вы убедитесь, такое положение дел открывает для вас массу возможностей.
На протяжении всей книги я буду напоминать вам о четырех проблемах СМИ. Зверь ущербен, потому что работающие на него люди недоучены, недоплачиваемы, недооценены и им не до отдыха. Сфера, в которой заняты эти бедные души, недофинансируется, но развивает активную деятельность. Отсюда вытекает, что Зверь голоден и Тороплив. Наконец, это человекоподобное существо.
Особая среда, в которой вращаются журналисты, формирует их характер, поведение, взгляды и даже привычки. Работники СМИ — обычные смертные, поэтому им трудно не только отказаться от своих предубеждений, но даже признаться в них. Я знаю, что картина получилась мрачной. Зато объективной, а это качество должен ценить любой журналист.
Глядя на унылый портрет, который я нарисовал, вы не Можете не радоваться. Четыре проблемы Зверя — основа дин успеха вашей пиар-кампании. Знание трудностей СМИ поможет вам подчинить себе могучего Зверя.
Прыгайте в седло. Родео начинается.
Какое слово вы назвали? Если вы похожи на обычных людей, то выбрали определение «информация», «знания», «события» или «сенсация». Все эти характеристики имеют для новостей то или иное значение, но некоторые слишком широки, а другие ужи. Большинство же основаны на убеждении, что новости значимы для нашей жизни. Они якобы важны для всего общества.
Это не так. Далеко не все новости передают важные сведения. Много ли репортажей о загрязнении окружающей среды или проблемах образования вы видели и слышали за последнее время? Писала ли местная газета о том, как малый бизнес угнетают налоги? А о деньгах налогоплательщиков, которые тратятся на пенсии госслужащим, проработавшим всего 20 лет? Таких сюжетов и статей очень мало, потому что СМИ привлекает не общественная значимость информации.
Новости содержат сведения, которые, по мнению журналистов, люди хотят получить. Вопреки распространенному убеждению, это вовсе не та информация, которая действительно важна. Что люди хотят слышать? Как и во все времена, они хотят узнать что-нибудь новенькое. Новости — это новое. Проще говоря, новости — это нечто неординарное.
Не огорчайтесь, что не смогли так точно определить новости. Я еще не встречал человека, который мгновенно выдал бы эту формулировку, хотя спрашивал специалистов по маркетингу, рекламе, пиару и медиабизнесу. Я сам над ней долго думал, хотя имею диплом журналиста, почти десятилетний опыт работы в СМИ и репутацию отличного медиаконсультанта.
Найдите что-нибудь неординарное — и вы получите сюжет для репортажа. Не рассуждайте традиционно. Для СМИ значимость события не имеет значения, если оно одновременно не является неординарным.
Для Зверя важность события есть только один из критериев его ценности, причем далеко не первостепенный. Исключение составляют опасные или глобальные происшествия. Гораздо выше, чем важные новости, ценятся драмы, скандалы, трагедии, чудачества и комедии. Что между ними общего? Неординарность явления.
Ценность сюжета определяется степенью его отклонения от обыденности. «Собака покусала человека» — это не новость, такое случается на каждом шагу. «Человек покусал собаку» не многим лучше. Вам доводилось слышать последний пример, якобы подтверждающий, что новость — это необычное происшествие? Нет, репортерам нужно не просто незаурядное событие, а из ряда вон выходящее. Новость, если собаку покусает пожилой мужчина, а еще лучше — женщина. Вот вам и сюжет: «73-летняя женщина укусила питбуля, чтобы спасти скочтерьера из пасти чудовища».
В июне 2001 года жительница Флориды госпожа Маргарет Харгроув выгуливала девятимесячного скочтерьера. Вдруг на щенка набросился питбуль. Он стиснул челюсти на шее у ее любимца. Хдргроув попыталась разжать зубы пса, но не смогла. Тогда она наклонилась и дважды укусила чудовище за загривок. Питбуль взвизгнул, скочтерьер вырвался, а пес напал на Харгроув и за руку протащил ее по всей улице. Конец кошмару положил 13-летний Брэдли Строубридж, стукнувший питбуля битой.
Первой об этом сообщила газета St. Petersburg Times. Следом вышел информационный блок NBC Today Show, затем историю подхватили газеты, телеканалы и радиостанции Канады, Австралии, Англии и бог знает каких еще стран.
Значимо ли приключение госпожи Харгроув? Нет, но оно необычно.
Разумеется, некоторые новости, которые мы узнаем благодаря прессе, радио, ТВ и Интернету, значительны. СМИ всегда сообщают нам о войнах, вооруженных конфликтах, стихийных бедствиях, политических скандалах и других ярких событиях. Но они в то же самое время отвечают и принципу неординарности. Именно на это я хочу обратить ваше внимание. Зверь питает пристрастие к уникальности. Интерес СМИ к тому или иному событию напрямую связан со степенью его оригинальности.
Сбитый машиной несчастный вряд ли попадет в новости, даже если он в критическом состоянии. Если пострадавшему 86 лет, его шансы на известность возрастают, но намного. Если же какая-нибудь знаменитость сидит в Шезлонге перед своим домом во время несчастного случая, то происшествию обеспечено внимание всех репортеров. История становится намного лучше (хотя на самом деле Намного хуже), когда неожиданно обнаруживается, что злоумышленником-водителем была двухлетняя девочка, выбравшаяся из коляски на заднем сиденье, пока мама отправляла письма, — это событие. Такая история привлечет всеобщее внимание.
Зачастую журналистов привлекает не сама история, а контекст, в котором она произошла. Сообщат ли корреспонденты об угоне грузовика, принадлежащего какому-нибудь магазину? Да, если в этот день больше ничего не случится. А если пропадут два фургона? Интереснее, но сюжет затеряется в рубрике «Происшествия». А что, если Вор угонит три фургона из того же магазина в то же утро? Становится горячее. И все же для сенсации чего-то не хватает.
Погожим весенним днем чрезвычайно настойчивый угонщик похитил фургон, стоявший у хозяйственного магазина. На резком повороте машина сломалась. Поленившись чинить авто, преступник вернулся за другим фургоном, но и тот сломался на повороте. Угнав третью машину. бандит справился с управлением, но столкнулся с номой проблемой. Он въехал в полицейскую машину, как раз когда страж порядка размышлял, почему два новеньких фургона брошены посреди дороги.
Наш угонщик попал на обложку крупной ежедневной газеты.
23 июля 2001 года 16-летний жеребец Квиксол Кросетт не дошел до финиша на скачках Мейден-Чейз. Ну и что? Лошади похожи на бейсболистов: и те и другие постоянно проигрывают. Но не каждой лошади удается проигрывать так последовательно, как Квиксолу Кросетту. В тот знаменательный день британский жеребец проиграл сотый заезд подряд.
Возьмите любую газету. Посмотрите любой репортаж, послушайте радио. Зайдите на информационный сайт в Интернете. Все, что вы увидите и услышите, не похоже на события, происходящие в вашей жизни.
Вы когда-нибудь встречали заголовок: «Муниципальная система водоснабжения работает нормально вот уже 70 лет»? Вы слышали, чтобы ведущий новостей говорил: «В местной тюрьме месяц прошел спокойно»? Спортивный комментатор хоть раз сообщал вам; «За неделю тренировок игроки «Тайгерс» не получили травм»?
Важные повседневные события не рассматриваются как новости, если в них нет ничего экстраординарного. Если бы система водоснабжения обычно выходила из строя за пару десятков лет, то 70 лет функционирования стали бы сенсацией. Если бы в местной тюрьме творился беспредел и каждый день случались стычки, то месяц спокойствия превратился бы в новость. Неделя без травм — экстренное сообщение, если злосчастная команда калечилась весь сезон. Нормальный ход событий отражается в новостях, только если на него никто не рассчитывал.
Не сомневайтесь, что принцип неординарности соблюдается в СМИ. Он соблюдается и в человеческом восприятии как таковом. Нас очаровывает необычайное.
Почему модельеры постоянно изобретают новые силуэты, меняют ширину галстуков, цвет и фактуру тканей? Они знают, что вещи привлекательны только до тех пор, пока выглядят оригинально. Когда стиль становится привычным и теряет новизну, интерес к нему пропадает и появляется потребность в свежих идеях.
Этот же принцип работает в индустрии игрушек. Один год ребятня увлечена киндер-сюрпризами, следующий сезон ознаменован мечтами о тамагочи, потом все переключаются на покемонов. Людям быстро все надоедает. Поэму они изобретают новинки.
Успешные копирайтеры строят на этом рекламные тексты. Аррlе призывает клиентов: «Мыслите оригинально». (Dodge говорит прямо: «Dodge — необыкновенный». Пиво Coors выходит под маркой «Оригинальное». Вкус пива Corona назван «совершенно особенным». Pepsi обращается; к «новому поколению». Samsung предлагает покупателям: «Откажитесь от привычного». ЗМ искушает: «Почувствуйте разницу».
«Новая, улучшенная формула» — расхожая рекламная фраза. Самые эффективные объявления акцентируют оригинальность, а не качество. Именно ради оригинальности фирма Heinz стала выпускать «Взрывной зеленый» и «Веселый фиолетовый» кетчупы.
Люди не понимают, что движет массмедиа в выборе сюжетов, так как сбрасывают со счетов важный факт. Сотрудники СМИ — тоже люди. Всех нас манит неординарность, и репортеры не исключение. Они стремятся предложить аудитории то, что ей по вкусу.
Является ли Мухаммед Али величайшим боксером всех времен и народов? Вряд ли. Роки Марчиано ни разу не был Побежден. Генри Армстронг одновременно был чемпионом трех весовых категориях. Арчи Мур нокаутировал в три раза больше противников, чем Мухаммед Али. Марвин Хаглер одержал больше побед и потерпел меньше поражений, чем Али. Хулио Кесар Чавез проиграл всего один | поединок и отправил в нокаут 74 из 89 своих противников.
Так почему же Али называют величайшим, если он даже не лучший тяжеловес? Дело в том, что он использует СМИ для саморекламы и пиар-кампании. Он интуитивно следует главному принципу медиа — принципу неординарности.
Али сумел выделиться среди выдающихся спортсменов и чемпионов по боксу. Никто из них ни разу не вел себя столь самоуверенно. Да, Али профессионал высокого класса. Однако в мире тысячи профессионалов не хуже.
Мухаммед показал себя с неожиданной стороны — он выставил на всеобщее обозрение свой интеллект. Часто ли увидишь боксера-тяжеловеса, который умен, обаятелен, хорошо выглядит и говорит исключительно афоризмами? Нет, это необычно. Это новость!
Али использовал в своей карьере не только принцип неординарности. Он применил почти все принципы Зверя. По результатам опросов именно ему был присвоен титул «Боксер века», хотя объективно даже «Лучшим в весовой категории» его можно назвать с большой натяжкой. Али не стал лучшим боксером, но он самый известный и любимый боксер.
Пример Мухаммеда Али прекрасно показывает, как использовать принцип неординарности и добиться известности. Есть и другой тяжеловес, который прославился с помощью этого принципа. Джордж Формен тоже понял, что секрет успеха заключается в отличии от других. Он несколько раз уходил из большого
спорта и возвращался, пока не нашел свою нишу. Он стал привлекательным, прямодушным, свойским парнем, который крушит стойку с гамбургерами гак же лихо, как отправляет в нокаут своих второсортных противников. Своими шутками Формен обеспечил себе популярность, роли в комедийном сериале и рекламных роликах, а также заработок в миллионы долларов. Заодно Формен обессмертил свое имя. Ему это удалось, потому что он, непохож на других. Кто еще рискнет назвать всех пятерых сыновей Джорджами?
СМИ и их аудитория уделяли Формену почти столько же внимания, сколько Али. Жаль, что он не обнаружил свой талант раньше. Можете себе представить, что было бы, если б Али и Формен достигли вершин славы одновременно? Мы стали бы свидетелями беспрецедентного соперничества — увлекательного из-за своей неординарности.
Вы не политик и не великий спортсмен, у вас нет гениальной идеи, революционного товара и услуги, но вам нужно внимание СМИ. Что делать? Посмотрите, что предпринимают другие, и поступите неожиданно. Для большего эффекта сделайте свое выступление наглядным, своевременным, интересным, впечатляющим, остроумным, шокирующим, трагическим или провокационным. Придумайте что-нибудь особенное и сыграйте на этом.
Учитесь у клуба моржей Polar Bear. Все обычные люди купаются летом. Члены клуба совершают традиционный заплыв первого января, когда вода ледяная. Сумасшедшие? Возможно. Привлекают ли они внимание СМИ каждый год? Несомненно.
Как вы думаете, сколько отелей в Голливуде, штат Калифорния? Я думаю, сотни. Несмотря на конкуренцию, управляющие отеля Standard прочно удерживают интерес корреспондентов из многотиражек. Как им это удается? Они неординарны.
Позади столика администратора стоит необычная вещь — стеклянный куб. Он похож на аквариум, но там резвятся млекопитающие, а точнее, юные девушки. Пока гости регистрируются, модели живут своей жизнью: читают, болтают по мобильному телефону, пишут дневник, мирно дремлют. Все это привлекает зевак — простите, я хотел сказать, посетителей.
Вам известно, что каждый год в США выходит в свет 60 000 книг? Их авторы мечтают о внимании СМИ, но только малая часть его удостаивается. Чем больше времени проходит с момента публикации книги, тем меньше остается надежд на репортаж о ней.
Но не говорите этого при Николасе Бутмэне, авторе книги «Как понравиться людям за 3 минуты». Она выдержала уже шестое издание, а Бутмэн по-прежнему интересует Зверя. Стратегия писателя не сложна — она оригинальна. Бутмэн демонстрирует недоверчивым корреспондентам действенность своего метода.
Он предлагает репортерам отвезти его туда, где люди обычно недружелюбны, например на остановку автобуса, в аэропорт или правительственное учреждение. Для вящей убедительности Бутмэн надевает красные ботинки, которые также попадают в статью. Важен каждый оригинальный штрих. Завоевав симпатию людей в таких сложных условиях, он доказывает эффективность своих рекомендаций.
Не обязательно действовать так же радикально, как клуб моржей, отель Standard или Николас Бутмэн. Нужно только, чтобы ваши действия отличались от стратегии конкурентов. Это обеспечит вам интерес со стороны репортера, а значит, и его аудитории.
После террористической атаки 11 сентября 2001 года изобретательные торговцы нашли способ извлечь пользу даже из этой трагедии. Уже через несколько дней Бюро патентов и торговых марок наводнили предприниматели. Они регистрировали права на производство футболок с надписью «Osama Yo’ Mama!», масок Бен Ладена и плюшевых медведей с сердечком «Благослови Господь наших пожарных» (см. «Принцип своевременности»). Оружейный магазин в Ривьера-Бич, штат Флорида, завоевал известность весьма неожиданно. По цене 10 долларов за штуку он стал продавать мишени, изображавшие главного террориста.
Респектабельные компании не получили прямой выгоды от продажи новых товаров. Прибыль они перечисляли на счета организаций, помогавших жертвам «черного вторника». Однако фирмы приобрели громкую известность и совершенно бесплатно попали в СМИ. Вы можете не одобрять их тактику и циничный подход, но вы должны оценить использование принципа неординарности.
Если вы не стремитесь попасть в многотиражные издании и на государственные телеканалы, а рассчитываете лишь на репортаж в местных СМИ, у меня для вас прекрасная новость. Вам гораздо легче пробиться. Чем меньше газета или канал, тем меньше нужно думать об оригинальности.
Где доказательства? Загляните в местную газету, и вы увидите массу статей о необычных людях, товарах или событиях. Однако их нельзя назвать из ряда вон выходящими. Повторите эксперимент с местным журналом, радио, телеканалом. Вы получите те же результаты.
Суровая реальность такова, что мало людей обладают настойчивостью и изобретательностью, необходимыми, чтобы добиться внимания СМИ. Выделяйтесь из общей массы хотя бы немного, и ваши шансы на известность возрастут.
Когда в следующий раз вы будете читать местную газету или перелистывать профессиональный журнал, поищите статьи о людях или компаниях, занимающих определенную нишу. Вы будете удивлены тем, сколько репортажей попадет в эту категорию. Журналисты не могут пропустить незаурядное событие и предприятие.
Мелани Мэршанд работает в Филадельфии тренером по фитнесу. Она отлично справляется со своими обязанностями, но в национальную газету ей удалось попасть не поэтому. Репортера, который писал о Мэршанд, поразила не ее грация, а остроумная концепция маркетинга.
Мэршанд — чернокожая американка, которая тренирует только чернокожих американок. Ее компания называется SIS, то есть Sisters In Sport — «Сестры по спорту». Ориентируясь только на подруг по цвету кожи, Мэршанд выделилась из общей массы тренеров, не определившихся со своей нишей.
Компания Venture Law Group из Калифорнии свято верит в принцип неординарности. В 1993 году фирма приняла решение заниматься только интернет-компаниями. Стратегия оказалась даже более успешной, чем основатели Law Group смели мечтать. Группа помогла начать бизнес таким компаниям, как Yahoo, eToys и drugstore.com и стала одной из самых прибыльных юридических фирм США. При этом она не работает с корпорациями, даже с самыми престижными, если они не являются сетевыми. Не удивительно, что Venture Law Group притягивает корреспондентов словно магнит. Репортажи приносят ей известность, репутацию и доход.
Самый лучший фотограф — это Стивен Гросс из Чикаго. Вы спросите, откуда мне это известно? Конечно, из СМИ. Широкая публика узнала о работах Гросса из журналов и репортажей на ТВ. Что отличает его от сотен тысяч других фотографов? Неординарность. Гросс занимает особую нишу. Он снимает свадьбы исключительно на черно-белую пленку. Никто не позирует для этих кадров, все сюжеты естественны. По выражению одного журналиста, «обычно свадьбой дирижирует фотограф, делающий снимок за снимком. На торжествах уделяют массу времени фото на память, а альбомы разочаровывают: все было не так, да и вообще мы выглядим ненатурально, как пластмассовые фрукты».
На черно-белых фото Гросса запечатлены эмоции, а не застывшая неловкость. Когда моя дочь будет выходить замуж, я найму именно его, если смогу себе это позволить. Луис Баране — бухгалтер из Лос-Анджелеса. До того как основать собственную фирму, он работал в престижной компании по бухгалтерскому сопровождению Kenneth Levental, расположенной в Ньюпорт-Бич. Потом он занимался реструктуризацией финансовых операций в Donald Trump.
Бараяс занимал высокие посты, но ему хотелось чего-нибудь необычного. Он вернулся в родной город и стал продвигать свои услуги среди людей, которые действительно нуждались в бухгалтерском сопровождении. В интервью региональной газете он объяснил, что испано-говорящие бизнесмены из Южной Калифорнии привыкли нанимать мастеров на все руки, то есть бухгалтеров, которые занимаются и налогами, и браками, и разводами, но не имеют достаточно высокой квалификации ни в одной сфере, Необходим был эксперт, который обслуживал бы исключительно испано-говорящих предпринимателей. Создание ниши для своего бизнеса — отличная идея, потому что в этом случае вашу рекламу запомнят. Занимая нишу, вы приобретаете мощный инструмент маркетинга и обеспечиваете себе интерес СМИ. Журналисты охотно поведают миру о вашей незаурядности.
Деловая Америка придумала действенный способ заручиться паблисити. Ежегодно крупные и мелкие предприятия участвуют в благотворительности. Это очень хорошо. Плохо только, что фирмы не дают себе труда сделать это эффектно.
Я поражаюсь тому, сколько компаний упускают отличные возможности для пиара. Они просто не принимают в расчет практическую сторону дела. Фирмы, желающие изменить мир к лучшему, могли бы сделать гораздо больше, если бы не делили свои вклады между несколькими организациями. Неординарность без эмоций мертва (см. «Принцип простоты»).
Каждый, кто занимается маркетингом компаний, знает, что руководителей постоянно засыпают письмами с требованием дотаций. Помощи просят организации по борьбе с различными болезнями (раком, диабетом, сердечно-сосудистыми заболеваниями), экологические ассоциации (берегите воду, спасите китов, защитим полярную сову), образовательные учреждения (детские сады, школы для умственно отсталых или одаренных детей, фонды для стипендиатов). Список можно продолжать бесконечно.
Велико искушение умилостивить сразу все организации, перечислив им по крошечной сумме. Многие компании уступают, не выдержав натиска просителей. Но что они за это получают? Мемориальную доску и две строчки в местной газете.
Пожалуйста, поймите меня правильно. Я всячески приветствую корпоративную благотворительность. Просто я не советую давать дотации всем без разбора. Оставьте житейскую мудрость «дам всем помаленьку, пусть успокоятся» своим конкурентам. Не разбрасывайтесь. В Античных действиях нет никакого смысла. Поставьте все на одну карту. Перечислите все средства на счет минимального числа организаций (желательно одной-единственной). Расскажите о своем благородном и неординарном поступке всему свету. Преподнесите его так, чтобы журналистам было о чем написать и что показать.
Вот теперь вы можете сказать, что не упустили возможность для пиара. В СМИ попала не только ваша фирма, но и благотворительная организация, а значит, вы преподнесли ей подарок гораздо более ценный, чем сама дотация.
Однажды я консультировал клиента, который организовывал благотворительный бал. На ранней стадии организаторы хотели перечислить все собранные средства нескольким ассоциациям. Я выступил категорически против этого плана и, к счастью, убедил их сосредоточить внимание на одном объекте. Мы выбрали детский клуб Boys and Girls и собрали для него 40 000 долларов.
Угадайте, что мы сделали с этой суммой? Думаете, просто перевели деньги на счет и позволили клубу истратить их на зарплату персоналу и администрации? Шутите! Сразу после бала мы отправили представителей клуба за баскетбольными корзинами, мячами, компьютерами и прочими полезными вещами. Из этого получились хорошие видеокадры и фото. Когда в новостях была названа сумма, которую мы собрали, горожане по-настоящему оценили наш вклад.
Большинство фирм распределяют дотации так, что каждой организации достается по капле. СМИ просто не о чем говорить. Когда дело касается благотворительности или публичных мероприятий, не повторяйте чужих ошибок. Произведите фурор. Будьте неординарны.
В середине 1990-х я работал с корпорацией INTEL, производящей компьютерные чипы. Она собиралась выпустить облигации на рекордную сумму — 8 млрд долларов. Получить разрешение было трудно, так как скидка с налогов на оборот и с имущественного налога должна была достичь полумиллиарда долларов.
В ходе пиар-кампании мы планировали рассказать в СМИ, какие выгоды получит от выпуска облигаций местное население и весь штат Нью-Мексико. Проект обеспечивал создание тысяч высокооплачиваемых рабочих мест, тысячи дополнительных мест в секторе услуг и увеличение налоговых выплат (INTEL платит огромные налоги с доходов). Кроме того, мы давали горожанам возможность карьерного роста.
Однако мы понимали, что этих сведений недостаточно, чтобы снять с INTEL обвинения в эгоистических действиях. Влиятельная группа противников корпорации стремилась ее оклеветать (см. «Принцип справедливости»).
Решение этой проблемы мы увидели не в том, чтобы облагодетельствовать городское сообщество массой дотаций. INTEL завоевала поддержку общества одним-единственным неординарном поступком.
Здесь я должен оговориться: INTEL активно участвует в разнообразных благотворительных проектах, но в данном случае щедрые подарки не спасли бы ее. Корпорация помогает большому числу организаций, потому что располагает достаточными средствами. Далеко не каждая фирма может себе это позволить.
Крупный завод INTEL расположен в небольшом, но быстро растущем городе Рио-Ранчо, население которого тогда составляло около 40 000 человек. Самая большая проблема, стоявшая перед его обитателями, — отсутствие средней школы. Дети каждый день ездили в соседние города. Хуже того, администрация Рио-Ранчо твердила, что денег на строительство школы не будет еще как минимум пять лет.
Что же сделала INTEL? Я думаю, вы догадались. Создатели высокотехнологичных чипов задумались над проектом возведения школы. Строительство стоило 30 млн долларов и было завершено в рекордные сроки. Это впечатляет, не так ли?
Вскоре Рио-Ранчо попал в число финалистов конкурса «Лучший город Америки», проводимого Национальной Гражданской лигой. Город оказался в центре внимания не случайно. Это стало результатом акции INTEL. Таковы Возможности пиара. Вы привлекаете к себе внимание и этим создаете предпосылки для новых репортажей, сделок, доходов, известности.
Давая интервью, вы должны помнить о принципе неординарности. Его соблюдение жизненно важно. Сколько «говорящих голов» вы видели в телевизоре за неделю? Сколько голосов слышали на частотах FМ и АМ? Сколько цитат прочитали в газетах, журналах, Интернете? Если бы каждое интервью принесло Америке по доллару, мы бы выплатили национальный долг и устроили шикарную вечеринку.
А сколько из услышанного и прочитанного вы помните? Есть вероятность, что ничего. Сам объем информации в СМИ стал причиной того, что люди просто не воспринимают. Но действует и другой фактор. Большая часть из сказанного не стоит того, чтобы! мы это помнили. На эти реплики не стоит даже обращать внимание. Фразы скучны, расплывчаты, полны ненужных деталей и не поднимают настроение. Проще говоря, человек, которого вы слышите, не потрудился! выделиться из толпы и теперь бубнит, как посредственность.
Банальности говорят даже известные люди, чьи слова часто приводятся в СМИ и которым следовало бы знать несколько правил общения со Зверем. Они не используют свои творческие способности. Они слишком заняты и не думают об интервью, пока репортер не появляется на пороге. Они самоуверенны и не сомневаются в своей способности импровизировать.
У культурной элиты свои особенности. Внимание знаменитостей сосредоточено на других вещах. Эти люди уже прославились благодаря чему-то неординарному. С чего бы им пытаться выделиться еще сильнее? Когда журналист задает вопрос, какой-нибудь ответ обязательно приходит на ум. Обычно это избитая фраза, которую уже тысячу раз слышали и произносили все зрители. Я называю это явление «умственным автопилотом». Включая его, вы непростительно нарушаете принцип неординарности.
Что сказал футбольный нападающий Джон Элви в 1998 году, когда «Денвер Бронкос» выиграли двенадцатый матч подряд? Он заявил: «Мы настраиваемся на конкретный матч». Не похожи ли его слова на то, что в 1972 году произнес Боб Гриз, когда «Майами Долфинс» достигли такого же результата? Не повторил ли эту фразу Джо Тейсмен в 1983 году, когда свою первую дюжину матчей выиграли «Вашингтон Редскинс»? Не говорят ли то же самое игроки школьных, студенческих и профессиональных команд, если побеждают или терпят поражение в нескольких встречах подряд?
Если бы Тейсмен и Элви заранее подготовились к интервью, они нашли бы более оригинальный, запоминающийся и эмоциональный ответ, чтобы порадовать СМИ и своих болельщиков.
Тейсмен мог бы сказать: «Перед первой игрой я забыл почистить зубы. Когда мы победили во втором матче, я вспомнил, что опять их не почистил. Тогда я взял за правило не прикасаться к зубной щетке перед игрой. Хотите узнать, как пахнет у меня изо рта?» Эту фразу подхватили бы все репортеры.
Людям нравится, когда их кумиры не теряют скромности и чувства юмора, будучи в зените славы. Фанатов не удовлетворяет ответ: «Мы настраиваемся на конкретный матч». Элви следовало бы сказать: «Любой может выиграть дюжину матчей. А вот попробуйте победить в тринадцатом!» После поражения «Бронкос» в тринадцатом матче Элви бросил бы замечание: «Я рад, что тринадцатый матч позади. Теперь мы откроем счет новым Победам». Целеустремленность и остроумие принесли бы ему любовь болельщиков.
Подумайте пару минут, и вы без труда назовете массу спортивных клише. «Главное, чтобы команда выигрывала, а мой вклад — дело десятое». «Я счастлив участвовать в этой игре». «Нам предстоит играть с сильным противником. Это хорошая проверка наших возможностей». «Пока у нас не все идет гладко». «Мы не сдаемся. Еще не все потеряно». «Сегодня не наш день». «Мы допустили тактические ошибки». «Сегодняшний матч мы проиграли». «Этот год для нас стартовый». «Мы не отступаем перед трудностями. Сильная команда преодолевает препятствия». И наконец, вспомним величайшее спортивное клише всех времен: «Это наш единственный шанс».
Спортсмены и тренеры — самые злостные нарушители принципа неординарности. Бесспорно, есть и другие любители стандартных фраз. Какой мэр, руководитель, генерал не говорил: «Мы достигли поставленной цели, но нам еще многое предстоит сделать»? А такие слова вам знакомы: «Обстоятельства против нас, но мы не собираемся сдаваться»?
В каждой профессии и для каждого поста существуют свои клише. Полицейский говорит: «Задержание прошло успешно». Юрист говорит: «Мы проведем закрытое слушание дела». Благотворитель говорит: «Если мы поможем хотя бы одному человеку, наши усилия не пропадут зря». Герой говорит: «На моем месте каждый поступил бы так же». Христианин говорит: «Я согрешил против Тебя, Господи».
Если вы заранее не подготовите блестящий ответ на очевидный вопрос (см. «Принцип подготовки»), вам останется лишь выдать первое, что придет на ум. Конечно, это будет фраза, которую люди произносили тысячи раз и которая успела превратиться в банальность. Испытанный, проверенный, безопасный ответ — это клише. А на клише наложено табу.
Чтобы добиться внимания СМИ, вам нужно отличать от других. Не обманывайтесь, полагая, что ваши слова и дела должны быть значительными. Журналисты и аудитория вовсе этого не жаждут. Их привлекает неординарность и неожиданность.
Герой телесериала «Облава», выходившего в 1950-х! годах, сержант Фрайди часто повторял в интервью: «Только факты, мэм». Ему было безразлично, что корреспондентка думала об этих фактах и какое впечатление они на нее производили. Фрайди хотел лишь перечисления важнейших пунктов. Большинство людей общаются со СМИ так же, как он. Они считают, что в прессу попадет самая важная и подробная информация. Это не так.
31 января 2001 года Комиссия по госбезопасности США в XXI веке обнародовала свой финальный отчет. В эту ответственную комиссию входили высшие военные чины, известные специалисты, бывшие члены кабинета министров и конгрессмены.
Эксперты потратили два года и 10 миллионов долларов на тщательный анализ национальной безопасности и ее слабых мест. В результате аналитики пришли к выводу, что США не готовы противостоять террористическим атакам, порекомендовали радикально изменить систему государственной безопасности. Доклад изобиловал тревожными ими. Один из выводов звучал так: «Велика вероятность массовой гибели американцев на территории США». Получил ли он широкое освещение в СМИ? Нет, только несколько статей промелькнули в крупных национальных газетах. Службы NBC и АВС проигнорировали отчет, а CBS сделала один репортаж.
Как такое могло случиться? В ноябре 2001 года посвященное проблемам американской журналистики издание American Journalism Review занялось поисками объяснения. Репортеры ответили представителям AJR, что отчет был «важным, но скучным». В нем не было эмоциональности (несмотря на зловещие предсказания), и он не вызывал интереса. Исполнительный директор Комиссии по госбезопасности генерал Чарльз Бойд и бывший сенатор Колорадо Гэри сразу после написания отчета посетили редакции New York Times,Washington Post и Wall Street Journal. По словам Бойда, представители СМИ «отчаянно зевали и больше никак не реагировали на мое присутствие». Все переменилось 11 сентября 2001 года, когда террористы создали эмоциональное сообщение. Такого Америка не видела со времен бомбардировки Перл-Харбора.
Химия движется фактами. В физике и аэродинамике важны факты. Ежегодные отчеты основаны на фактах (по крайней мере, так предполагается). Человеческое общение — совсем другая история.
Наша жизнь не подчинена однозначным логическим и фактическим закономерностям. Мы эмоциональны и чаще всего принимаем решения не на основе точной информации, а по велению души.
Новости дня выбирают, сообщают и потребляют люди, а значит, сведения неизбежно отбираются субъективно. Если вы хотите, чтобы люди обратили внимание на ваши дела, не пытайтесь заставить их думать. Заставьте их быть неравнодушными. Забудьте о воздействии на умы — сосредоточьтесь на соблазнении их сердец.
Не поймите меня превратно. Репортеры ценят важные факты. Однако ценность почти всегда определяется эмоциональным контекстом. Вспомните, как широко представлена в американских СМИ проблема наркомании. За последние 20 лет в прессе появились сотни тысяч репортажей о людях, которых погубила зависимость от героина или кокаина.
Статистика выглядит пугающе. Управление по надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов подсчитало, что два этих нелегальных наркотика убивают четырех американцев в день, то есть около 1500 в год. Однако эти цифры ничто в сравнении с тем, сколько людей погибают от легального наркотика — никотина. Ежегодно от пристрастия к курительному, жевательному или нюхательному табаку умирают 400 000 человек. Это почти 1100 человек в день! Другими словами, от никотина за 31 час погибает больше людей, чем от кокаина и героина за год.
Есть еще как минимум два шокирующих факта. Центр контроля над заболеваемостью полагает, что ежегодно 300 000 американцев умирают потому, что не хотят встать с дивана. Пассивность губит 882 человека в день. Ежегодно 5000 человек уходят в мир иной в результате пищевого отравления. Это почти 14 человек в день.
О смерти от никотина, лени и некачественной пищи мы почти ничего не слышим, потому что картины и обстоятельства этих трагедий не могут быть эмоционально и зрелищно отражены в СМИ.
Журналисты похожи на всех нас: они тоже обожают мелодрамы и ненавидят скучать. Соответственно, истории, на которых они остановят свой выбор, будут не пробуждать мысль, а влиять на наши эмоции, вызывать боль или любое другое сильное чувство.
Каждый божий день в США без вести пропадают люди. Многие никогда не возвращаются, но их имена не упоминаются в прессе. Однако если в исчезновении замешан конгрессмен и его преступные действия, тогда эмоциональная приправа к сенсации в вашем распоряжении.
Весной 2001 года мало кто в Америке знал о существовании женатого конгрессмена Гэри Кондита. Исключение составляли лишь жители севера Калифорнии и округа Вашингтон. К июню трудно было отыскать человека, не имевшего собственного мнения о характере Кондита. Масс-медиа смаковали слухи о его романе с Чандрой Леви, которая проходила стажировку в конгрессе и внезапно исчезла. Шли педели, поиски Леви оставались безуспешными, а Кондит по-прежнему настаивал, что он и 24-летняя стажерка просто друзья. СМИ оказывали на Кондита безумное давление, а кульминацией стала беседа один на один с корреспонденткой АВС Конни Чанг. Кондит признался, что у него роман с Леви, но повторял, что ничего не знает о том, что с ней случилось. Мы поговорим о допущенной конгрессменом ошибке позже (см. «Принцип атаки»).
А теперь давайте посмотрим на факты. Гэри Кондит — один из 435 конгрессменов. Чандра Леви — одна из тысяч пропавших без вести в 2001 году. В свете ее возможной смерти (девушку до сих пор не нашли) и романтических похождений женатого конгрессмена история получила право на упоминание в СМИ. Однако шумиха вокруг нее оказалась несравнимо больше той, которую диктовали сухие факты. Факты не создают сенсаций. Это задача эмоций.
Дело, известное в США как «Судебный процесс века», стало отличным примером принципа эмоциональности. Обвиняемый в убийстве — О. Симпсон, знаменитый футболист, актер и любимец СМИ. Его женой была потрясающая блондинка с фигурой супермодели. Чета жила в шикарном пригороде Лос-Анджелеса. Убийство было зверским, алиби Симпсона — неубедительным. Вторая жертва, Рон Голдмен, просто оказался в неподходящем месте в неподходящее время.
Список интригующих деталей оказался бесконечным. Здесь были и погоня по автостраде; и сокрушительные доказательства вины Симпсона, полученные в результате экспертизы ДНК; и несоблюдение порядка следствия; и участие полицейских-расистов; и некомпетентный судья; и дорогие адвокаты; и удивительно быстрый оправдательный приговор, и так далее и тому подобное. Трудно представить себе дело об убийстве с большим эмоциональным накалом.
Чем же занимались СМИ? Они освещали каждый поворот разбирательства, доводя его до абсурда. Под прицелом множества телекамер процесс, несомненно, принял другой оборот, и его исход изменился. Вероятно, даже вердикт был бы другой, если бы не журналисты. Использовали ли адвокаты Симпсона внимание СМИ, чтобы оправдать подзащитного? Определенно.
А каковы же были факты? Мужчина предположительно убил жену и ее спутника в припадке ревности. Есть ли тут что-нибудь необычное? Преступления на почве страсти совершаются в США постоянно. Если бы в процесс не были вовлечены знаменитости, расисты и деньги, ему бы никогда не достичь такого эмоционального накала. Произойди убийство на ферме в Айове, жители Канзаса, а тем более всего мира, никогда бы не узнали о нем. Личности участников процесса обеспечили ему самое широкое освещение в СМИ за всю мировую историю. Принцип эмоциональности очень важен.
Гибель принцессы Дианы — еще один экстремальный пример принципа эмоциональности. Молодая, красивая мать двоих детей была отвергнута холодной королевской семьей. Мгновенно после ее гибели в автокатастрофе СМИ начали кричать о трагедии. Смерть очаровательной принцессы на несколько месяцев стала главной темой репортажей.
Посмотрим на факты. Женщина и ее бойфренд погибли в аварии. Машину вел пьяный водитель. Он значительно превысил допустимую скорость. Редкость ли это? Нет, увы. Это трагическая ситуация, которая повторяется каждый день.
Была ли смерть леди Ди полноценным сюжетом для СМИ? Бесспорно. Имеет ли ее гибель огромное значение для всего мира? Вряд ли. Но значимость фактов интересует медиа гораздо меньше, чем эмоциональное воздействие.
Принцип эмоциональности неопровержимо доказывает недавняя история Элиана Гонзалеса. Вы, конечно же, помните, что Гонзалес — это юный кубинец, которого выловили в океане в День благодарения, когда он пытался нелегально попасть в США.
Там его ждали и готовы были приютить родственники. Мать Элиана утонула. Отец мальчика твердил, что дом его сына на Кубе. Женщина увезла Гонзалеса вопреки воле мужа.
СМИ превратили судебное разбирательство и последовавшее за ним выдворение мальчика из страны в мегасобытие. За сагу о Гонзалесе газета Miami Herald получила Пулитцеровскую премию. Фотограф Associated Press Алан Диаз удостоился той же премии за снимок вооруженного автоматом правительственного агента, вынужденного забрать Элиана у родственников.
Важна ли борьба за Элиана для кого-нибудь, кроме его родных? По 100балльной шкале ее важность невозможно оценить даже в единицу. Но в плане эмоциональности она наберет более 90 очков.
«Звучит разумно, но есть ли доказательства?» — спросите вы. Есть, безусловно. Держу пари, что вы никогда не слышали о 5-летнем Джонатоне Коломбини. Его мать, Арлетис Бланко Перез, незаконно забрала сына и без согласия отца-американца перевезла мальчика на Кубу. Джон Коломбини обратился в правительство США с просьбой вернуть похищенного ребенка.
Если следовать логике, этот сюжет должен привлечь еще больше внимания, ведь на сей раз американца принуждают жить в коммунистическом обществе. Но вы не слыша-ли о Коломбини, так как накал страстей здесь невелик. Судебный процесс был упомянут в СМИ только потому, что был зеркальным отражением истории кубинца Гонзалеса.
Я показал действие принципа эмоциональности на нашумевших примерах, но то же правило действует на всех уровнях. Если вам нужно упоминание в небольшой еженедельной газете, найдите что-нибудь эмоциональное (и неординарное), о чем сможете поведать репортеру. Хотите, чтобы ваше сообщение попало в Newsweek, Wall Street Journal, ABC News или CNN? Используйте тот же принцип. Естественно, чем крупнее информационное агентство, тем выше конкуренция и тем более эмоциональным должно быть ваше сообщение. Сделайте его интересным для широкой аудитории. А для упоминания в провинциальных СМИ хватит малой толики эмоций.
Каждый специалист по маркетингу знает, что люди покупают не стейк, а его аппетитное шипение на сковородке. Это верно и в отношении новостей. Недостаточно приготовить хороший стейк, то есть факты. Нужна соблазнительная, привлекательная и дразнящая презентация.
Давайте рассмотрим три банальных истории, у которых, казалось бы, нет шанса на внимание СМИ. Во-первых, мы поговорим о поварском училище; во-вторых, о компании, продающей плакаты; в-третьих, об интернет-магазине подержанных вещей. Все истории похожи на потертый коврик, который валяется под ногами. Но добавьте к ним перчика, и репортеры сбегутся на зов.
С чего бы журналистам обращать внимание на скандалы, которые сопровождают обучение студентов поварского училища? А вдруг эти скандалы — часть учебного процесса? Что, если преподаватели сосредоточились на создании стрессовых условий, а не на обучении кулинарии? Вот теперь вы заинтересовали репортеров Wall Street Journal и публику.
Центр поварского искусства Viking во Франклине привлек к себе внимание национальных СМИ благодаря нестандартному методу обучения менеджеров. Консультанты по менеджменту обнаружили, что психологическая обстановка скандала и напряженной работы, которая возникает на кухне, создает отличные условия для обучения. Чему здесь можно научиться? Формированию команды и установлению отношений. Корпорации платят до 9000 долларов в день, чтобы их менеджеры научились готовить омлет по-испански и заодно узнали, как ладить с людьми. Прекрасная история для репортера готова.
Плакаты можно увидеть так же часто, как стены. Вы не проедете и двух кварталов, не наткнувшись на магазин, где их продают. Почему же Dallas Morning News решила рассказать своим читателям о компании, которая вот уже два года торгует постерами? Да потому, что фирма Despair предлагает сарказм и мрачный юмор вместо традиционной радости и вдохновения.
Оптимистичные плакаты побуждают нас к новым свершениям и работе над собой, внушают чувство гордости и удовлетворения. Despair играет на тайном желании снизить планку. Ее мантра: «Желай меньшего, и не будешь разочарован». Один из плакатов серии «Демотиватор-2000» изображал роскошный закат. На заднем плане тонул корабль, а надпись гласила; «О заблуждениях: возможно, ваша жизнь всего лишь предостережение для других». Каждый раз, когда общепринятые стандарты нарушаются остроумно, дерзко, трагически или возмутительно, корреспонденты проникаются желанием рассказать о смельчаке.
Недавно созданная фирма решает продавать через Интернет подержанные вещи. Ну и что? В условиях новой экономики интернет-компании такое же привычное явление, как продукты и услуги, которые они предлагают. Фирме half.com необходимо было найти нечто неординарное, и она справилась с задачей. Компания вызвала короткую, но интенсивную вспышку интереса СМИ, когда убедила администрацию Халфуэя, штат Орегон, переименовать город в честь сайта. Это было оригинально (принцип неординарности), удивительно и довольно забавно. Девин Гордон из Newsweek высказался о проделке так: «Идея хороша для журналистов и предпринимателей. Кто может их упрекнуть?» Успех и внимание СМИ ждут каждого, кто найдет повод для шутки или эмоций в скучной деловой среде.
Принцип эмоциональности помогает завоевать внимание СМИ, и его необходимо применять в ходе пиар-кампании, Важнейшая составляющая хорошего репортажа — это выражение человеческих эмоций и личного отношения. Нужны яркие цитаты. Если интервью неинтересное, то таким же получится и репортаж. Вот почему огромное внимание уделяется тому, чтобы драматичные кадры сопровождал эмоционально насыщенный текст.
Шокирующие кадры, где белый полицейский из Лос-Анджелеса избивает афро-американца Родни Кинга, были отвратительны, но приковывали зрителей к экранам. Заявление оправившегося Кинга имело еще большее воздействие на аудиторию. «Ну почему мы не можем жить дружно?» — отныне выгравировано в массовом сознании.
Джесс Вентура стал видной политической фигурой благодаря своим габаритам, поведению и прямолинейности. Однако этого мало, чтобы удержать внимание СМИ. Репортеры занимаются одним сюжетом не дольше, чем второгодник. Вентура остается под прицелом телекамер благодаря тому, что он говорит, а не своей внешности.
Вскоре после вступления на пост губернатора Миннесоты Вентура заявил в интервью Newsweek: «Иной раз от работы мои мозги так закипают, что я сам боюсь ошпариться». Фразы бывшего рестлера так неожиданны, смешны и политически неграмотны, что репортеры не могут наслушаться его вдоволь. Они даже придумали название для неиссякаемого потока его афоризмов и теперь охотятся за «джессизмами».
Профессиональные спортсмены постоянно уходят из большого спорта, а затем возвращаются. При этом они произносят банальные фразы, если, конечно, не подготовились дома. В 1981 году, вновь став игроком «Вашингтон Редскинс» через год после ухода, Джон Риггинс сказал репортерам: «Я заскучал, превратился в развалину и вернулся». Забавная эмоциональная реплика произвела на корреспондента Фрэнка Луску такое впечатление, что 20 лет спустя он использовал ее в статье о повторно вышедших на арену спортсменах.
Для высокой цитируемости сообщения вовсе не должны вызывать истерический хохот или припадок ярости. В 2001 году 38-летний Майкл Джордан во второй раз вер-нулся в большой баскетбол. Его болельщики желали знать, по-прежнему ли рядом с Майклом лучшие игроки выглядят недотепами. Джордан ответил гораздо скромнее, чем ожидалось. Он заверил фанатов: «Большинству из вас интересно, могу ли я забросить мяч в корзину. Пока могу». Поклонники Его Воздушества замерли в ожидании его неподражаемых прыжков, отрицающих законы гравитации.
Экс-звезда КВА Клайд Дрекслер, который на год старше Джордана, прокомментировал: «Здорово, что у Майкла это получается. Стоит мне подумать о таких прыжках, и у меня болят ноги». Голые факты в интервью не вызывают интереса. Что нужно репортерам и всем нам — это что-нибудь человеческое: развалины-звезды, гудящие ноги и мечты о будущих победах.
Есть два вида реплик: одни отражают факты, другие дают их эмоциональную оценку. Робота можно запрограммировать на сообщение сведений, но для передачи чувств требуются голос и мимика. Многие люди ведут себя перед камерой как бесчувственные автоматы, а не как существа из плоти и крови.
Репортеры всегда отдают предпочтение эмоциям, а не фактам. Повторяю, всегда. Фактическое сообщение чрезвычайно редко становится хорошей цитатой (например, «все погибли» или «она утонула»), но и тогда эмоциональное воздействие оказывается гораздо более значимым, чем сами сведения.
В качественном информационном сюжете репортер сообщает определенные сведения, а герой интервью дает их эмоциональную оценку. Если он вздумает добавить фактов, то история получится скучной и не произведет на аудиторию никакого впечатления. Рейтинги и тиражи ясно показывают, что сухость изложения хуже проказы. С позиций маркетинга можно сказать, что чисто информативное интервью ничуть не улучшит ваш имидж. Оно даже может ему повредить.
«Минуточку, — скажете вы, — Я постоянно встречаю в СМИ прямолинейные, скучные комментарии». Конечно, встречаете. Несмотря на очевидный постулат: «факты подаются — эмоции продаются», большинство людей уверены, что факты важнее. Репортеры изо всех сил пытаются вытащить из собеседников хотя бы словечко с эмоциональной окраской, но встречают упорное сопротивление.
Почему люди не желают выполнять просьбы репортеров и делать то, что принесет им успех? Все просто: они боятся. Замечено, что одна из самых распространенных человеческих фобий — это страх перед публичным выступлением. Люди опасаются показаться глупыми, недалекими или некомпетентными. Беседуя с репортером, мы рискуем выставить себя идиотами перед огромной аудиторией. Ваши слова могут исказить (чуть подробнее об этом ниже). Естественной реакцией на эти условия оказываются традиционные, скучные, безликие фразы.
Мы имеем массу доказательств того, что в современной культуре страх показаться глупцом подавляет желание выглядеть проницательным. В фильме «Аполлон-13» есть сцена, когда репортеры бросаются к женам космонавтов Фреда Хейза и Джима Ловелла сразу после запуска корабля. Миссис Ловелл, муж которой уже четыре раза бывал в космосе, шепчет своей подруге: «Запомни, ты горда, счастлива и взволнована». Даме, у которой муж полетел в космос впервые, остается только сказать репортерам: «Мы горды, счастливы и взволнованы».
В фильме о бейсболе «Булл Дарем» опытный игрок Крэш Дэвис делится с новичком житейской мудростью: «Тебе нужно вызубрить клише. Они станут твоими друзьями. Например, «мы думаем о конкретном матче»». Ньюк жалуется, что это скучно, а наставник отвечает: «Конечно. В этом и суть». Как и большинство людей, Дэвис видит в репортере угрозу, а не возможность. Страх появляется у тех, кто не знает принципов СМИ и слишком часто обжигается.
Цель интервью — вызвать эмоциональный отклик. В газету попадут 10 самых эмоциональных слов, прозвучавших в беседе. В эфир попадут 10 самых эмоциональных секунд. И это правильно. Новости, состоящие из одних фактов, скучны и постны, как пицца без соли, бифштекс без перца и мороженое без шоколада.
Давая интервью, вы становитесь не основным блюдом, а приправой к фактам. Мало кто замечает это, казалось бы, очевидное явление. Теперь вы о нем знаете.
Баскетбольный тренер Даррелл Уокер, похоже, учился красноречию у Крэша Дэвиса и сержанта Фрайди. Когда президент клуба Washington Wazards Майкл Джордан сообщил, что Уокеру предстоит тренировать эту команду, Уокер ответил: «Я счастлив работать с вами» — и добавил столь же «новую» фразу: «Моя мечта сбы-лась». Венчала интервью реплика: «Я хочу, чтобы мы просто начали играть, соперничать, учиться у других, защищаться и получать удовольствие». В одной беседе Уокер умудрился использовать три величайших спортивных клише. А как надо было бы сказать? Например: «Я сейчас чувствую себя всесильным волшебником страны Оз. Лишь бы Тотошка не лез в мою волшебную кухню».
По иронии судьбы человек, употребляющий клише, часто выглядит именно так, как ему меньше всего хочется: некомпетентным и недалеким. Вскоре после выборов в ноябре 2000 года, когда голоса еще не были подсчитаны и президентом США мог оказаться как Джордж Буш-младший, так и Альберт Гор, бывший лидер партии большинства в сенате Джордж Митчелл дал интервью CNN, чтобы высказать свое авторитетное мнение. Вы, наверное, думаете, что человек с таким опытом публичных выступлений подготовился к беседе? Не угадали.
Первый вопрос журналистки Джуди Вудрафф касался ручного подсчета голосов во Флориде. Вудрафф поинтересовалась: если бы верховный суд штата запретил пересчет голосов, стало бы это решение «смертельным ударом» по амбициям Гора? Митчелл ответил: «Любое неблагоприятное решение вызывает проблемы». Замечательно! Экс-сенатор старался не подчеркивать своей осведомленности и указывал лишь на очевидное. Это не пошло на пользу имиджу эксперта. Если бы Митчелл знал о принципе эмоциональности, он бы ответил: «Смертельный удар — это вряд ли. А вот головную боль вызвало бы наверняка».
Внимание СМИ улетучивается, если вы не производите яркого впечатления. Хороший способ запомниться — дать эффектное интервью. Зачем добиваться публичности, если ваше сообщение затеряется в океане информации?
Журналист использует лишь те сведения, которые он получил. Большинство героев интервью волнуются и настораживаются, боясь сказать лишнее, поэтому хорошие фразы — настоящая редкость. Усугубляет проблему нехватка профессиональных репортеров, умеющих вытащить из собеседника красивую реплику.
Лучшей преградой для глупых ответов и лучшей базой для блестящих фраз является подготовка. Подготовиться нетрудно. Мы подробно рассмотрим этот вопрос в главе «Принцип подготовки».
Сухость интервью не гарантирует, что ваши слова просто забудут. Возрастает вероятность того, что их вырвут из контекста.
Репортер должен представить факты в окружении эмоций. Если собеседник не желает выражать свои чувства, журналист поддается искушению подредактировать его слова и подчеркнуть ощущения, возникшие во время разговора. Зачастую реплики не меняются формально, но приобретают новый смысл. Вы можете жаловаться на то, что ваши слова исказили, но вы ответственны за это в той же мере, что и журналист. Кстати, подобных жалоб немало.
В 1998 году Американское общество редакторов газет провело опрос, показавший, что 73 % тех, кто давал интервью, стали после этого более скептически оценивать достоверность новостей. Меньше всего СМИ доверяли люди, непосредственно причастные к освещенному событию. Среди 31 % из этих людей был проведен другой опрос, и 24 % респондентов ответили, что их слова переврали. То есть каждый четвертый человек, общавшийся с журналистом, чувствует себя обманутым! Если бы больше людей знали законы медиамира, разочарований можно было бы избежать.
СМИ не позволяют себе публиковать или пускать в эфир все те тоскливые фразы, которыми окружены яркие цитаты. Безликие предложения вырезают, а значит, пропадает часть контекста. Вы можете сетовать на несправедливость или искать способ эффективной коммуникации. Я настоятельно рекомендую второй вариант.
Элементарное решение проблемы — это делать краткие, не требующие контекста заявления, не лишенные эмоциональной окраски. Думаете, это легко? Будет легко, если вы посвятите этому искусству всю жизнь. Чтобы говорить афористично, нужно мыслить творчески, лаконично, дальновидно и эмоционально.
Принцип эмоциональности действует даже в условиях пресс-конференций, публичных заявлений и речей. Представим, что некая компания Dystag объявила о решении сократить штаты. Какой фрагмент вы предпочли бы опубликовать из следующего заявления?
«Суровые законы бизнеса таковы, что мы сейчас находимся в сложном положении. В третьем и четвертом кварталах прибыль падала, и совет директоров Dystag принял решение в будущем году сократить штаты компании на 10 %, что затронет около 500 человек. Мы поможем этим работникам перевестись на другие объекты Dystag. Некоторым сотрудникам мы предложим пособия и социальные пакеты для раннего выхода на пенсию. Некоторых работников переведем в другие отделы».
В столь длинном, сложном и подробном заявлении репортеру трудно найти эффектную цитату. Единственная строка, содержащая хоть какой-то проблеск эмоций, — первая. Но упоминание о «суровой реальности» и «сложном положении» представит компанию холодной и равнодушной к сотрудникам. В итоге представитель Dystag будет рвать на себе волосы и вопрошать небеса, почему репортер ничего не сказал о соцпакетах и переводах в другие отделы. Однако он должен винить во всем самого себя, так как сделал самое веское утверждение негативно окрашенным. Сравните с другим заявлением:
«Мы стремимся усилить позиции Dystag ради 5000 ее преданных работников и всех жителей Льюистона, Мы позаботимся, чтобы в процессе преобразований ни один работник не лишился зарплаты. Части сотрудников мы предоставим крупные выходные пособия, другим предложим хорошие места в нашей корпоративной семье. Dystag видит свое призвание в заботе о сотрудниках и Льюистоне, и мы не изменим нашему кредо».
В этом варианте каждое предложение самостоятельно. Слова с положительной окраской заменили сухой профессиональный язык. Вы скажете, что это просто сладкая пиаровская сказка. Возможно. Плохо ли это? Нет. Не забывайте: журналист хочет услышать десяток стоящих слов или записать десять секунд хорошего видео. Выполните его желание. Потеря 500 рабочих мест так или иначе просочится в репортаж. Оптимистичный же взгляд компании на жесткую стратегию попадет в сюжет, только если интервьюер получит от ее представителя нужную цитату, удовлетворяющую принципам СМИ.
«Важно не что ты говоришь, а как ты это говоришь». Сколько раз вы слышали это в детстве? Как часто говорили собственным детям? Мы должны помнить эту житейскую мудрость, общаясь с людьми и со Зверем. Вы, конечно же, знаете, что 80 % общения идет помимо слов. К сожалению, мало кто из нас сознательно пользуется этим знанием.
По множеству причин, из которых самая распространенная — волнение, люди скрывают свою индивидуальность, беседуя с репортером. Они считают, что должны выглядеть официально, профессионально и сдержанно. Вместо этого они кажутся холодными, равнодушными и бесчувственными. Стараясь удачно выступить, люди отказываются от важнейшего элемента сообщения — эмоций.
Подготовка к интервью или публичному заявлению никогда не бывает лишней. Ей посвящена вся четвертая глава. Но если бы мне пришлось выбирать между тщательно продуманным сухим заявлением и спонтанным извержением эмоций, я бы не колеблясь выбрал второе. Так поступает и Зверь.
Один из самых ярких примеров превосходного эмоционального общения — это поведение Рудольфа Джулиани после террористической атаки 11 сентября 2001 года, когда два самолета врезались в здания Всемирного торгового центра. Джулиани был тогда мэром Нью-Йорка. В первые дни после трагедии Джулиани даже в большей степени, чем президент Буш, выражал горе, ярость и гордость нации. Демонстрируя спокойствие и решимость, мэр не сообщал чего-то сверхэффектного. Он выходил к микрофону и говорил: «Я знаю, что сейчас многие обеспокоены, но ваша судьба в надежных руках. Мы всё восстановим и станем еще сильнее». Никакой патетики, никакого пафоса, просто слова от души.
Неподготовленные, абсолютно естественные выступления Джулиани обеспечили ему горячую поддержку жителей Нью-Йорка, всей Америки и, разумеется, прессы. О способности мэра быть лидером в переломные моменты были сделаны десятки репортажей. Джессика Макбрайд писала: «Мэр выглядит усталым и осунувшимся, он словно постарел за день, но это только делает его более человечным» Именно сострадание Джулиани произвело самое сильное впечатление на людей, которых опросила Макбрайд. «Он у руля, и я восхищаюсь тем, что он сумел дать городу надежду и убедил нас, что мы пройдем через это испытание», — сказал один из жителей Нью-Йорка. «Он нас успокаивает. По-моему, он доказал, что город заботится о нас», — добавил другой.
Обратите внимание, что забота напрямую ассоциируется с пребыванием у руля. Респондент, не голосовавший за Джулиани на выборах, признал, что «мэр действительно помогает людям справиться с потрясением».
Корреспондент Newsweek: Джонатан Алтер написал о ведущем политике Нью-Йорка хвалебную статью. «Город и страна обрели одно из самых желанных демократических сокровищ — настоящего лидера». Подпись под фотографией Джулиани (с героическим сенатором Хиллари Клинтон на заднем плане) гласила: «Чуткий и жесткий, мэр нетал у руля».
Внезапная популярность Джулиани запечатлена даже в комиксах. На карикатуре в Newsday один террорист говорит другому: «Он ведет за собой миллионы!» Второй поддерживает: «Такого лидера еще не бывало!» Взбешенный Усама Бен Ладен огрызается: «Вы прекратите говорить о Джулиани?!»
Все это восхищение досталось человеку, которого еще недавно яростно осуждали: женатый мэр прохаживался с любовницей по центру города. Вот такой силой обладают слова, идущие от сердца.
Где был губернатор штата Нью-Йорк Джордж Патаки, пока Джулиани купался в народной любви? Обычно он стоял за спиной мэра, и лицо его ничего не выражало. Когда Патаки говорил, он сохранял официальность и прятал чувства. Если бы Джулиани был моложе и крепче здоровьем, его ждало бы блестящее будущее. Патаки попросили бы оставить пост.
Начальник почтовой службы генерал Джон Поттер мог бы многому научиться, посмотрев любую из пресс-конференций мэра. К несчастью для него, в решающий момент шеф появился на экране в том же амплуа, что и Патаки.
В разгар паники из-за сибирской язвы генерал провел пресс-конференцию, чтобы предупредить американский народ об опасности. Поттер нервничал, был скован и выглядел так же ободряюще, как конверт с белым порошком. Он невыразительно повторял в камеру: «Мы не скрываем, что над нами нависла угроза, и сейчас она исходит от писем». Страшнее слов были только его манеры. Поттер произносил речь без всякого сочувствия и не пытался ободрить нацию.
Неспособность генерала к эффективной коммуникации так поразила ABC News, что компания сделала ее главной темой вечерних новостей. Корреспондент призвал Поттера (а заодно и всех нас) не забывать о первом правиле общения со СМИ и говорить от сердца. Следуйте его совету, и Зверь в точности повторит ваши слова.
Тех, кто дает скучные интервью, ждет наказание. Как вы помните (см. «Природа Зверя»), СМИ вечно торопятся. У репортеров много работы и мало времени на ее выполнение. Они сердятся, выискивая интересные фразы в сыром материале. Они окончательно выходят из себя, подгоняя статью под плохонькие цитаты. Такая акробатика отнимает драгоценное время. Соответственно, когда журналистам снова понадобится авторитетное мнение, они не позвонят тем, кто просто констатирует факты.
Верно и обратное: интересные, лаконичные, эмоциональные реплики заставят репортеров обращаться к вам снова и снова. Вы станете одним из счастливчиков, которым завидуют конкуренты.
Журналистам не нужны факты из ваших уст. Они хотят получить эмоциональную оценку событий. Всю необходимую информацию дайте в пресс-релизе, а в интервью следуйте принципу эмоциональности.
Стараясь привлечь внимание СМИ, не повторяйте ошибок сержанта Фрайди и Крэша Дэвиса. Яркие новости и блестящие интервью не имеют ничего общего с фактами.
Слышали анекдот о Моисее и репортере? На заднем плане виден горячо проповедующий пророк, а репортер в прямом эфире говорит в камеру: «Только что Моисей спустился с горы Синай с десятью заповедями Г осподними. Вот три главные, цитирую…»
Основная функция корреспондентов ТВ — упрощать информацию. Журналист может обладать блестящим умом. Он может в совершенстве владеть языком и быть дотошным исследователем. Он может быть красноречивым оратором. Однако если он не будет упрощать информацию, то запросто останется без работы.
Работа репортера кажется простой. Он собирает сведения и сообщает только то, что считает главным. Остальное он отбрасывает. Вот и все. Звучит элементарно, но не тут-то было. Втиснуть весь объем значимой информации в отведенное время в большинстве случаев невозможно. Плюс ко всему значимая информация затеряна среди огромного количества второстепенных сведений. Задача репортера усложняется еще и нехваткой времени.
Каждый день охотника за новостями похож на игры детей, пытающихся найти пасхальные яйца. Журналист торопливо окидывает взглядом местность и хватает все, что попадается на глаза. Когда время поисков истекает, он садится и приступает к сортировке. Яйца вкрутую (незначительные факты) репортер выбрасывает. Пластмассовые яйца с сюрпризом внутри (важные, но не ключевые факты) откладывает в сторону. И только шоколадные яйца (ключевые сведения) сразу попадают в центр внимания. Добавим к поиску подарков проливной дождь (страшный цейтнот) и бешеную собаку (сложность большинства сюжетов). Перед нами подлинная картина подвига корреспондента.
Альберт Эйнштейн говорил: «Все должно быть упрощено до предела, но не более». Следуйте его совету, и вы преуспеете в работе со СМИ.
Ежедневно миллионы людей пытаются привлечь внимание информационных агентств. Большинство, в которое входят и пиар-консультанты, с позором проваливаются. Их постигает неудача, потому что они игнорируют принцип простоты.
Протяните репортеру большой, спелый арбуз и предложите его попробовать. Журналист отвернется. Предложите ему сочный алый кусочек, и Медиазверь будет есть у вас с рук. Я хочу сказать, что репортер не любит сокращать истории, превращая их в репортажи. Поэтому сделайте это сами (см. «Принцип доступности»). Одна женщина применила принципы СМИ, чтобы привлечь внимание журналистов к поставленному его рождественскому балету. Она знала, что самое сложное — это доказать, что ее спектакль отличается от остальных. Но сюжет и декорации были похожи на все традиционные постановки. Тогда женщина воспользовалась принципом простоты. Вместо того чтобы подчеркивать уникальность балета, она подчеркнула уникальность артистки.
Одна из танцовщиц страдала от сколиоза и вынуждена была 23 часа в сутки носить корсет. В свой единственный свободный час она танцевала. Бинго!
Домохозяйка не случайно упростила свою историю — она сделала ее эмоционально насыщенной, привлекательной и необычной. В результате на местном телеканале дважды прошел двухминутный сюжет о спектакле, а в крупной ежедневной газете опубликовали о нем статью. Репортеров заинтересовала танцовщица, и публика собралась на нее посмотреть.
Простота, как и остальные приманки, работает на всех уровнях СМИ. Возьмем, к примеру, политику. Первый тур президентских выборов, прошедший в феврале 1999 года, положил конец надеждам республиканцев Стива Форбса, Алана Кейза и Гэри Бауэра. Во второй тур вышли четыре кандидата: республиканцы Джордж Буш-младший и Джон Маккейн и демократы Альберт Гор и Билл Брэдли. По проницательному замечанию Джеймса Пинкертона из Newsday, «медиа получили интересный сюжет: предстоит проследить за двумя парными забегами». Обратите внимание, что упрощение резко усиливает эмоциональную составляющую.
Что вы знаете об игроке NBA Уилте Чемберлене? Если вы большой любитель спорта, то припомните, что он забил 100 голов за один матч. Баскетболиста раздражало, что люди знали единственный момент из его долгой блестящей карьеры. Он очень переживал: «Люди не помнят, что за матч я набираю в среднем по 50 очков, что я играл в чемпионате за «Лейкерс» и мы выиграли 69:13. Все только и говорят, что однажды я набрал 100 очков». Чемберлен не понимал, что один зрелищный и простой момент производит гораздо более сильное впечатление, чем статистика и ход карьеры. Некоторые знаменитости это осознают и успешно используют. Спросите любого, кто был знаком с Бобом Бимоном, Джоном Кеннеди или Нилом Армстронгом.
Кстати, готов поспорить, что на смертном одре Уилт Чемберлен отдал бы все, чтобы люди вновь связали его имя с блестящим матчем и сотней очков. Но нет, публика уже запомнила его сомнительное, дерзкое заявление, что он переспал с 20 000 женщин. Более простая, эмоциональная и неординарная похвальба вытеснила былую победу.
Какой синоним журналисты подбирают к прилагательному «неподходящий»? Тот же, что называют продюсеры и редакторы: «сложный». Длинные, запутанные сюжеты не только перегружены информацией, но и лишены неординарности и эмоционального эффекта.
Не надо ждать от журналистов слишком многого. Выделите в своем сюжете эпизод, отражающий картину в целом, и вы получите приманку, на которую сбегутся корреспонденты.
Вы должны были заметить, что неординарность, эмоциональность и простота в информационных сюжетах взаимосвязаны. В интересном репортаже присутствуют все три компонента. В среднем репортаже обнаруживаются хотя бы два. Репортажи, где нет ни одной из перечисленных характеристик, большая редкость. Но не думайте, что троица компонентов образует симбиоз. Неординарность, эмоциональность и простота являются ключевыми моментами всех репортажей, но они неравноправны. Без простоты неординарность и эмоциональность не производят нужного эффекта.
Простота, подобно увеличительному стеклу, усиливает эффект необычности и эмоций. Подумайте о какой-нибудь широкой категории, например образовании. Вы не увидите статей и сюжетов на эту тему. Как начать рассмотрение столь масштабного вопроса? Сузьте проблематику до целей и задач образования. Это уже лучше, но все равно необъятно. Что, если кто-нибудь предложит выдавать "; родителям, недовольным качеством образования? Из эго можно сделать сюжет!
Теперь подумайте о том, что из-за непрофессионализма врачей ежегодно погибает около 100 000 американцев. Об этом сообщает Институт медицины. Здесь у нас имеется сенсация: доктора убивают пациентов. Смерть из-за врачебных ошибок, бесспорно, вызывает сильный эмоциональный отклик. Но если тему не удастся упростить, СМИ ее проигнорируют.
Давайте сосредоточимся на ключевой проблеме и смотрим, что можно сделать. Ежегодно тысячи, погибают, потому что врачи неразборчиво пишут рецепты. Фармацевты не понимают их почерк, больные покупают неправильно составленные лекарства и губят себя.
Упростите сюжет, и вы автоматически подчеркнете е неординарность и эмоциональный эффект. Чтобы завоевать внимание СМИ, надо доказать, что данный сюжет незауряден и/или вызывает эмоции. Сократите сообщение, и усилите его воздействие.
Если вы хотите, чтобы о вашем товаре или услуге заговорили, учитесь на статьях, каждый день публикуемых в газетах и журналах. Большинство из них обладает общей чертой — простотой. Не думайте масштабно; думайте просто. Не обобщайте; приводите конкретные факты. Не раздувайте историю; сокращайте ее. Интерес Зверя вызывает самое простое и осязаемое качество вещи, которую вы продаете.
Винодельня Plump Jack добилась внимания, подчеркнув уникальное свойство ограниченной партии «Каберне Совиньон» 1997 года. В бутылке вина стоимостью 135 долларов не было пробки. Вместо это предлагалась новинка — откручивающаяся крышка. Крышка, к которой знатоки относились столь презрительно, оказалась более долговечной, чем традиционная пробка. Виноградари теряли 10 % лучших вин из-за того, что со временем пробка трескалась или усыхала, и вино портилось. Откручивающаяся крышка практически не подвержена повреждениям.
СМИ обожают по-новому смотреть на привычные вещи. Специалистам по маркетингу компании H. J. Heinz известно. Сначала они придумали разливать кетчуп в восьмигранные стеклянные бутылки, затем заменили их пластмассовой сжимающейся упаковкой, потом — бутылкой, которую можно переработать. Последнее изобретение, которое произвело фурор, — это крышка-дозатор. Проблема аккуратности решена — теперь кетчуп не льется на тарелку фонтаном. Сотрудники Heinz потратили 18 месяцев на разработку новинки не для того, чтобы поразить СМИ. Однако ведущие производители соусов знали, что маркетинг изобретения надо начинать через прессу.
Нужен еще пример? Казино Tropicana в Атлантик-Сити опробовало новый товар Pedal’n’Play. Это велотренажер, соединенный с игровым автоматом. Гибрид позволяет клиентам испытать свои силы, не соревнуясь с традиционным одноруким бандитом. Вы делаете ставку и крутите педали, а специальный датчик сопоставляет прогноз и результат. Трюк довольно смешной и вряд ли протянет долго, но мы говорим о другом. Репортеры без ума от простых и оригинальных идей.
Подсчитано, что жители больших городов видят и слышат до 3000 рекламных объявлений в день. Каковы шансы привлечь внимание СМИ к вашей пиар-кампании? Весьма скромные, если ваш метод не потрясает воображение простотой, эмоциональностью и необычностью, как, например, стратегия Beach and Billboard. Компания изобрела машину, которая следует за мусоросборником и отпечатывает рекламное объявление на свежевыровненном песке пляжа. В то время как многие из нас никогда не получат удовольствия от порчи рекламного объявления босыми ногами, новости СМИ позаботились, чтобы все мы узнали о том, что они здесь были.
Простые идеи и простые решения — вот мечта репортера. Если у вас они есть, поделитесь со СМИ. Зверь расскажет о них всему свету, и люди захотят попробовать ваш волшебный товар.
Первоочередная задача охотника за известностью — это убрать из предлагаемой истории все сложности. Начинать надо с цифр. Просмотрите свой сюжет, найдите в нем цифры, и вы поймете, что слишком все усложнили.
Джон Карвер, глава федерального агентства, занимающегося надзором за отпущенными под залог подозреваемыми, извлек горький урок из общения с Washington Post. В 1999 году Карвер встретился с корреспонденткой Post по поводу событий, обсуждавшихся в газете за месяц до этого. Он предоставил девушке 37-страничный отчет по статистике побегов за три месяца по округу Вашингтон. Чувствуете, как сгущаются тучи? Вооружившись отчетом, девушка опубликовала тревожные данные: из 226 сбежавших подследственных 83 позже были осуждены за новые преступления. Корреспондентка не учла тот факт, что 63 из этих 83 были осуждены собственно за побег. В результате в Роз! появилась статья, утверждающая, что отпущенные под залог преступники — «серьезная угроза для безопасности жителей».
Общаясь со СМИ, сводите все количественные показатели к простейшим наглядным примерам. Это обеспечит вашим словам максимальную ясность. Если вы не упростите статистические данные самостоятельно, этим займется репортер, который знает о данной теме куда меньше вас. Хотите рискнуть?
Журналисты отдают предпочтение сюжетам, в которых мало цифр или вовсе их нет. Почему? Люди, зарабатывающие на жизнь продажей слов, опасаются цифр. Они ушли в журналистику отчасти для того, чтобы не сталкиваться с цифрами. Давно замечено, что те, кто любит работать со словами, не дружат с математикой. Верно и обратное. Вы встречали красноречивого бухгалтера или остроумного физика? Вы видели писателя, актера или певца, который разбирался бы в финансах?
30 августа 2000 года в Wall Street Journal вышла статья профессора Массачусетского университета Арнольда Барнетта, в которой ученый попытался выяснить, почему репортеры так отчаянно путаются в цифрах. Он рассмотрел три репортажа, вызвавших отклик у аудитории. Они были посвящены казни невиновных, обвинениям сотрудников дорожной полиции в расизме и тому, что смертная казнь помогла снизить число убийств. В каждом случае СМИ сильно преувеличили показатели. Барнетт пришел к выводу: «Не стоит принимать близко к сердцу результаты журналистского анализа. Репортеры порой искажают факты не преднамеренно, а из-за беспорядка в голове». Проще говоря, цифры сбивают репортеров с толку, и их ошибки отражаются в статьях.
Статья Барнетта довольно забавно подтверждает правило простоты. Несколько раз перечитав его откровения, я обнаружил свою неспособность проникнуть в ход рассуждений профессора. Пресса преувеличила число казней невиновных, о чем Барнетт пишет: «Соотношение 1 к 7 представляет собой не реальный показатель количества ошибок, а загадочный сплав двух известных чисел. Пресса делит число избавленных от смерти невиновных на общее число казней. Другими словами, она ставит в числитель количество ошибочно вынесенных, но отмененных смертных приговоров, а в знаменатель — количество казней». Боже правый, о чем этот пассаж?
К чести профессора надо сказать, что позже он разъясняет свою мысль с помощью аналогии: «Это все равно что пытаться подсчитать доходность акций компании, разделив ее доходы на число акций другой фирмы». Как и большинство людей слова, а не цифры, я долго думал над этим сравнением. Кажется, я все-таки понял, что имелось в виду.
Помните «проблему 2000 года», когда специалисты били тревогу, опасаясь глобального компьютерного сбоя? Это очень сложный сюжет, который журналисты вынуждены были освещать, так как эксперты считали последствия сбоя катастрофическими. По современным оценкам, на устранение угрозы было потрачено 300 млрд долларов, из них 100 млрд долларов потратили США. «Проблема 2000 года» стала всеобщей заботой, и миллионы людей направили свои силы на предотвращение катастрофы библейского масштаба.
Наступило 1 января 2000 года, а техника по-прежнему работала. Что же произошло? Неужели мы потратили миллиарды на решение несуществующей проблемы? Похоже, да, но я хочу сказать другое. После 7 января я не видел ни одного репортажа об этой проблеме. А вы?
Неделю СМИ сообщали нам то, что мы и так прекрасно знали: все в порядке, ничего не случилось. К февралю историю забыли даже самые дотошные агентства. А как же паника и финансы, почему они остались без внимания? Своим молчанием Зверь признавал; «В сюжете слишком много цифр, он сложный, я запутался и устал».
Критики отметили, что основная часть масс-медиа избегала научных рассуждений о «проблеме 2000 года». Технические характеристики и числовые данные смущали репортеров. Вместо того чтобы тщательно анализировать факты, продюсеры новостей сделали акцент на эмоциях. Вы помните сюжеты о людях, запасавших еду и питье в отдаленных горных районах? Спасло бы нас это, если бы наступил технологический апокалипсис?
Пока СМИ заставляли нас прочувствовать всю напряженность момента, решительный и прямолинейный исследователь доказал отсутствие угрозы. Хэнк Хейнграф опубликовал работу «Миллениум: отладка сбоя», в которой ясно показал, что возможные технические неполадки не повод для столь масштабной паники. Упоминания о труде Хейнграфа промелькнули в нескольких национальных изданиях. Это объясняется тем, что в «Миллениуме» изложен упрощенный взгляд на проблему. Соблюдался и принцип неординарности: мнение исследователя резко выделялось из общей массы.
Однако Хейнграф старался воздействовать на разум людей и пренебрегал чувствами, которые бушевали вокруг «проблемы 2000 года». Поэтому его книга затерялась среди других работ и репортажей о нависшей над нами угрозе, впоследствии лопнувшей как мыльный пузырь.
СМИ могли бы и дальше писать об этом непроисшествии, пытаясь понять, почему люди поддались панике и истратили уйму денег на решение несуществующей проблемы. Но нет, эта тема слишком сложна для медиа. К тому же объяснять явления — задача ученых. Зверь лишь сообщает информацию.
Опыт показывает, что чрезмерно упростить сообщение невозможно. Между тем чрезмерно усложнить новости и сделать их недоступными пониманию репортера — вполне реальная опасность. Если вы хотите, чтобы вашу историю рассказали правильно или хотя бы упомянули, не позволяйте себе вставлять в нее цифры и другие тонкости.
Однажды я проводил тренинг с администрацией школ целого района. У нее были проблемы с репортерами: те постоянно искажали факты. Во время первого интервью завуча спросили, сколько учителей планируют выйти на пенсию. Завуч постаралась ответить просто, но ей это не совсем удалось. Она предоставила репортеру все статистические данные и даже прокомментировала их.
Однако совету Эйнштейна начальница не последовала. Она не упростила данные до предела, то есть не подготовила для репортера единственно понятные показатели — проценты. Предоставленный самому себе, корреспондент высчитал, что увольняется треть учителей, и сделал из этого заголовок передовицы: «Кадровая чехарда: сменится 33 % учителей».
Реальный показатель составлял 12 %. Если бы завуч сама подсчитала соотношение, репортер дважды проверил бы собственные вычисления и в худшем случае поставил бы под вопрос арифметику администрации. В обоих случаях чудовищный заголовок не был бы написан.
В другом районе все лето шли проливные дожди, и крыши стали протекать. Это создавало определенные проблемы властям. Журналист поинтересовался, почему в школах так много протечек — целых 80. Ответственный чиновник ответил: «Общая площадь крыш составляет миллион квадратных метров. Восемьдесят протечек не так уж много». Правда ли это? Простому человеку трудно оперировать такими цифрами.
Давайте применим принцип простоты. Разделив площадь крыш на число протечек, мы получим всего одну протечку на 12 500 м. Однако и это число слишком трудно представить. Попробуем разделить его на площадь крыши среднего дома (162 м). Мы получили наглядный, имеющий смысл результат: одна протечка на 77 домов. Проделав эти вычисления, администратор мог бы заявить: «У нас всего одна протечка на 77 домов! Если вы вспомните, как много лет зданиям и как мало ремонтников, то согласитесь, что мы отлично справляемся». Принцип простоты может превратить плохую новость в хорошую.
Людей с гуманитарным складом ума (а таковы большинство журналистов) цифры смущают. Использование цифр в сюжете не упрощает, а усложняет восприятие. Вы можете представить себе 2,86 млрд долларов? Я не могу, пока мне не дадут подсказку. Огромные цифры постоянно мелькают в газетах, радиопередачах, телевизионном эфире, как будто бы их кто-то понимает. Если я скажу, что 1 млрд долларов — это стопка стодолларовых купюр высотой с монумент Вашингтона, вы станете лучше представлять себе эту сумму, хотя и не поймете ее значения. Слова и образы придают цифрам смысл.
Вероятно, репортеры так плохо производят вычисления потому, что это требует времени и сосредоточенности. Время у журналистов всегда в дефиците. Не пытайтесь отнять его! Лучше окажите корреспондентам любезность и упростите сюжет, а все цифры представьте наглядно.
Принцип простоты работает и для пресс-релизов, и для событий, рассчитанных на внимание СМИ. Если у вашего товара несколько достоинств, не пытайтесь рекламировать все сразу. Выберите главную черту и разыграйте козырь. Медиамир не признает сложностей. Пытаясь предложить СМИ нечто всеобъемлющее, вы допустите стратегическую ошибку.
Представим, что городские власти горячо одобрили проект транспортной системы. Как им получить паблисити и заручиться поддержкой общества? Придется упростить идею, иначе кампания обречена на провал. Что, если магистраль пройдет через жилой район, старое кладбище или потребуется спилить могучее дерево? Заговорят ли о ней в СМИ? Безусловно. Журналистов не интересует весь проект, им нужны только яркие моменты.
Чтобы сюжет попал в СМИ, надо максимально его упростить. Иногда и этого недостаточно.
Вы возмущены налоговым кодексом и хотите его усовершенствовать? Вступайте в клуб недовольных. Трудно найти человека, который считал бы налоговую политику США оптимальной, но все попытки улучшить законодательство неизменно проваливались. Конечно, люди предлагали более простые налоговые планы. Но даже самый элементарный проект, основанный на здравом смысле, слишком сложен для СМИ. Зверь такого не терпит, а без внимания СМИ все предложения проходят незамеченными.
В начале этой главы я рассказывал о сочетании неординарности, эмоциональности и простоты. В занимательном информационном сюжете эти качества упакованы, как горошины в стручке, и первой лежит простота. Интервью строятся по тому же принципу.
Великолепные фразы, эффектные благодаря необычности и накалу чувств, являются и самыми простыми. По удачному определению К. Серэма, «гениальность — это умение рассказать просто о сложном». Э. Шумахер выразился иначе: «Любой образованный дурак может представить вещи более значительными, сложными и непонятными, чем они есть. Чтобы двигаться в обратном направлении, нужны ум и отвага».
Репортеры, как и все человечество, любят простое изложение идей. Нет ничего более привлекательного, чем ясно сформулированная истина. Особенно когда времени и места в обрез.
Скончавшийся в январе 2000 года великий баскетбольный тренер и телезвезда Эл Макгир запомнился как мастер упрощения. Ему принадлежала масса афоризмов и собственных терминов. Арии Стейплтон писал для Associated Press: «На жаргоне Макгира вполне возможна фраза «Наш аристократ — динамит в игре и посредственность за кулисами»». Диктор CBS Дик Энберг вспоминал; «Эл — самый удивительный человек из всех, кого я знал. Он смотрел на жизнь по-своему, совершенно не так, как все мы. Он проникал в суть вещей мгновенно, быстрее, чем кто бы то ни было».
Эл Макгир был интересным (читай: необычным) и ярким (то есть эмоциональным) человеком, которого невозможно было не полюбить. Он заработал эту репутацию простыми и оригинальными репликами.
Ужасно несправедливо, но результаты всех действий президента сводятся к одной его меткой фразе. Это наследие из слов. Авраам Линкольн сказал: «Не устоит дом, разделившийся сам в себе». В библейской фразе четко сформулирована его позиция в Гражданской войне и определен дух его президентства. Франклин Рузвельт произнес: «Нам нечего бояться, кроме страха». Он призвал американский народ к отваге и этим внес свой вклад в коллекцию президентских изречений.
Каждый лидер хочет запомниться. Джон Кеннеди произнес свою лучшую фразу сразу после присяги: «Не спрашивайте, что страна может сделать для вас. Спросите, что вы можете сделать для страны». Рейган может быть посвящен в рыцари «Ордена героев общения» только за одну фразу: «Господин Горбачев, снесите стену».
Пока Билл Клинтон занимал пост верховного главнокомандующего, СМИ печатали и выпускали в эфир сотни репортажей о человеке в поисках своего афоризма. Президент Клинтон терял время, пытаясь найти свое изречение, а Зверь занимал наше время, рассказывая нам о его стараниях. После долгих поисков Клинтон уже навсегда запечатлелся в массовом сознании благодаря фразе: «Я не вступал в сексуальную связь с этой женщиной, с мисс Левински».
Правило простоты применимо к членам всех партий. Республиканцы, демократы, независимые и все прочие должны уважать простоту и относиться к ней трепетно. Простейшая реплика, сказанная в самый напряженный момент президентства, становится его итогом. Исключений не бывает. Наследие Ричарда Никсона — фраза: «Нет, я не мошенник». Джордж Буш — старший запомнился словами: «Читайте по моим губам: новых налогов не будет». У создателей новостей и их аудитории нет времени и терпения для расшифровки туманных посланий. Им нужны цитаты в готовом к употреблению виде. Опытный журналист Джефф Гринфилд сформулировал это так: «Изящный поворот мысли и самый элегантный риторический прием не стоят ломаного гроша в сравнении с ясной и четко изложенной мыслью».
У простых и ясных фраз есть еще одно достоинство. Их легче понять и труднее вырвать из контекста. В предыдущей главе я упоминал опрос, проведенный в 1998 году Американским обществом редакторов газет. Как вы помните, почти четверть респондентов сообщили, что их слова исказили. Легко предположить, что злейшие враги этих людей — они сами. Они проговорили с репортерами слишком долго, сообщили им массу лишних подробностей и не потрудились внятно сформулировать свои мысли.
Итальянский журнал Oggi опубликовал статью, в которой процитировал слова лечащего врача Папы Римского Иоанна Павла II о том, что понтифик страдает болезнью Паркинсона. Врач заявил, что ею слова исказили. Джанфранко Финечи, в 1994 году проводивший операцию на бедре Папы, сказал в интервью Associated Press: «Меня спросили, нет ли у святого отца болезни Паркинсона, на что я ответил: «Я не могу исключить возможности, что он страдает от болезни вроде паркинсоновской, но это не моя специальность»».
Человек, использующий двойные отрицания в разговоре с репортером, напрашивается на неприятности. К тому же, если болезнь Паркинсона не входит в вашу специализацию, зачем о ней рассуждать? Следуя принципу простоты, хирург мог бы ответить: «Моя задача — оперировать бедро. Спросите что угодно о бедре Папы, и я вам отвечу».
Если вы хотите, чтобы корреспондент точно передал вашу мысль, упростите ее. Не сбивайте журналиста с толку ненужной информацией. У него нет на нее времени. Лучше сами сделайте выжимку из своих слов. Репортер оценит ваши усилия, потому что это заметно облегчит его работу (см. «Принцип доступности»). Вы увеличите шансы на правильное изложение своей точки зрения и в награду получите уверенность, что журналист вас хорошо понял. Понимание часто превращается в доброжелательный репортаж.
Почему же, общаясь со СМИ, большинство людей не упрощают свои мысли? Главная причина ясна. Люди не знают, что именно они хотят подчеркнуть (см. «Принцип подготовки»). Они не выстраивают свое сообщение четко и логично. Герои интервью ждут, что репортер охватит весь огромный материал по проблеме (о которой он, вполне возможно, впервые слышит) и проникнет в самую суть. Понятно, что в таких условиях репортер и его собеседник редко находят общий язык и приходят к консенсусу.
Правило простоты не соблюдается еще и потому, что люди переоценивают возможности репортеров. Герои интервью старательно объясняют все аспекты проблемы. Они предлагают разные пути ее решения. Они дотошны и вникают во все мелочи. Когда репортер уходит, они страшно горды собой.
Когда в эфире или печати появляется репортаж, наивные герои хватаются за голову. «Что это такое?! — кричат они. — Я дал корреспондентке столько информации, а она использовала только «жареные» факты! Она выбросила все самое важное!» Позвольте спросить, а чего же вы вдали? Документального фильма? Статьи на весь разворот? Люди, которые каждый день смотрят новости и читают газеты, почему-то удивляются, когда их сообщение оказывается очень коротким.
В январе 1999 года организация Project for Excellence in Journalism установила, что 70 % информационных сюжетов на региональном телевидении занимают меньше минуты, и 50 % сюжетов длятся меньше 30 секунд. Телевизионным корреспондентам нужна от вас всего одна четкая и броская фраза, которая уложится в 5-10 секунд. На радио временные рамки еще жестче.
Принцип простоты жизненно важен в работе с тележурналистами, потому что время между получением задания и его сдачей у них минимально. Молодые репортеры славятся неумением брать интервью. Они изводят метры пленки, чтобы записать побольше цитат и обеспечить себе широкий выбор. Это стратегия глубокого анализа проблемы. Однако стратегия не срабатывает, когда дело доходит до монтажа. Крайний срок подходит быстро. Видеозапись просматривается медленно. Спеша закончить сюжет, репортер выхватывает из интервью первый более или менее яркий фрагмент. Попадет ли туда ваша лучшая реплика? Может быть, да, если вам повезет. А может, и нет.
Вы должны отредактировать материал самостоятельно, а не оставлять эту работу корреспонденту. Упростив сообщение и ясно выразив свою позицию, вы доставите репортеру неземную радость. Вы также сэкономите его бесценное время. Журналист будет вам благодарен. Ваши старания принесут плоды.
Время от времени попадаются репортеры, которые, кажется, никуда не спешат. Как правило, это внештатные корреспонденты, сотрудники журналов или отраслевых изданий. Принцип простоты, однако, остается в силе. Он даже приобретает большую значимость.
Репортеры, не ограниченные во времени и в задачах, находятся в свободном творческом полете. Они в общих чертах представляют себе будущий репортаж, но еще не выбрали угол зрения. Это может привести к неприятностям. Процесс похож на прицельную стрельбу при отсутствии целей. Как попасть буйволу в глаз, если неизвестно, где буйвол?
Разговор с репортером, который не знает, о чем будет писать, дает вам твердую гарантию, что ваши слова выдернут из контекста. Журналист, определившийся с точкой зрения после первого интервью, куда-нибудь вставит вашу цитату, вот только будет ли это подходящее место?
Что делать с неопределившимся репортером? Следуйте принципу простоты. Попросите журналиста изложить вам свою точку зрения, чтобы вы смогли быть ему полезны. Если корреспондент не способен внятно сформулировать свой взгляд, вам повезло. Дайте журналисту угол зрения (см. «Принцип доступности» и «Принцип ресурсов»). Просто объясните ему, что у вас есть хороший сюжет. Не поддавайтесь искушению изложить все подробности, не нарушайте принцип простоты. Быстро закончите разговор. Если репортеру понравится ваша идея, он вам перезвонит. На этот раз у него уже будет угол зрения — ваш. Принцип простоты не означает отказа от фоновой информации. Убедитесь, что репортер правильно понимает сопутствующие обстоятельства (см. «Принцип подготовки»). Но не излагайте их в интервью, чтобы не пришлось об этом жалеть.
Определитесь с главной идеей своего сообщения. Просто, эмоционально и необычно изложите свою точку зрения. Изложите ее еще раз (см. «Принцип повторения»). Закончите разговор.
Принцип простоты несложен, но соблюдать его нелегко. Вам придется обдумывать свои слова заранее, планировать интервью, чем-то жертвовать и действовать решительно. Я убежден, что, узнав цену сложных интервью, руководители компаний, специалисты по пиару, владельцы малого бизнеса, политические деятели и все, кому нужна популярность, с удовольствием проделают работу по упрощению материала.
Полагаю, вам уже до смерти надоело мое заклинание: «Неординарность, эмоциональность, простота». И это еще не конец. Я прожужжал вам все уши этими тремя понятиями и буду возвращаться к ним неоднократно, потому что именно они лежат в основе принципов Зверя. Все репортажи с них начинаются и ими заканчиваются. Найдите необычный, яркий и несложный элемент в любой истории, и вы приобретете известность и все маркетинговые преимущества, которые она приносит.
Но пока знания мертвым грузом лежат у вас в голове и не вписываются в какую бы то ни было систему. Как же применить их на практике? Об этом следующие три принципа под общим названием «капканы». Это несложные, практичные и систематизированные рекомендации по управлению вниманием Зверя.
Провалите подготовку — и приготовьтесь к провалу. Подготовка — залог успеха. Многие лидеры неукоснительно следуют этому предписанию во всех делах, кроме работы со СМИ. Даже самые умные люди принимают СМИ за всемогущего капризного гиганта. Он карает и милует. Его настроения и действия произвольны и непредсказуемы. Поэтому подготовиться можно только к самым базовым моментам. В остальном подготовка исключена.
Работникам СМИ льстит это заблуждение. Оно дает им огромную власть и заставляет людей трепетать. Оно напускает туман, скрывающий реальные условия работы журналиста, — панику, отчаяние и необходимость кормить ненасытного Зверя.
Вы теперь знаете правду: Зверь предсказуем во всех отношениях. Журналисты, редакторы, продюсеры и операторы влекомы тремя манящими силами: неординарностью, эмоциональностью и простотой (НЭП). Найдите историю, содержащую все три характеристики в разумных пропорциях, и вы получите косточку, в которую Зверь вцепится намертво. Скажите фразу с НЭП, и она понравится журналистам. НЭП — это три столпа, на которых стоит предсказуемость СМИ. К предсказуемым же событиям, как известно, можно готовиться.
В июне 1999 года ведущий ток-шоу Джерри Спрингер предстал перед представителями полиции и департамента пожарной безопасности Чикаго. Члены городского совета были обеспокоены тем, что выходящее на экраны уже восемь лет «Шоу Джерри Спрингера» поощряло яростные конфликты между участниками и даже провоцировало драки.
Марта Ирвин, одна из корреспонденток, освещавших беседу, писала: «Здесь было все, что нужно: аплодисменты сторонников, свист оппонентов и 20 нацеленных на говорящих телекамер». Проще говоря, в сюжете была львиная доля НЭП. Какой репортер мог бы пропустить такое шоу?
Виртуозный медиаманипулятор, Спрингер подготовился к беседе. Когда его спросили, почему продюсеры ток-шоу пригласили в страну человека, который, возможно, преступил закон, Спрингер не ответил напрямую. Ирвин ликующе сообщила, что «он подался вперед и бросил: «Я никогда не был членом коммунистической партии»». Поклонники Спрингера устроили овацию. Одно краткое, яркое замечание (принципы НЭП), и Спрингер изобразил себя невинной жертвой линчевания в традициях Маккарти. Подготовка — мощное оружие.
Практически любой человек может приручить Зверя и приобрести желанную известность. Для этого нужна подготовка. Помните финал чемпионата по американскому футболу среди женщин World Cup 1999? США играли против Китая. К концу основного времени счет не был открыт, и дело решал пенальти. Брэнди Честейн забила решающий мяч и от радости сорвала с себя футболку. Ее искаженное от счастья лицо и спортивный бюстгальтер попали на обложки всех газет и журналов, а также в эфир телеканалов всего мира. Честейн утверждает, что ее жест — результат минутного помешательства. Я в этом не уверен.
Более вероятно, что Честейн планировала сорвать с себя футболку, когда представится достойный повод. К счастью для нее, лучший случай невозможно придумать. Быстрота, с которой футболистка сорвала одежду, и тот факт, что под ней обнаружился черный бюстгальтер (среди белых футболок его легче заметить), доказывает, что она задумала этот трюк очень давно. Кстати, когда Честейн продемонстрировала свое белье, продажи спортивных лифчиков подскочили.
С лифчиками все понятно, но как привлечь внимание к технологиям, например к защите компьютерной информации? Соберите дерзких хакеров и предложите 50 000 долларов тому, кто сумеет взломать некую систему и получить доступ к данным. Именно это в январе 2001 года проделала Argus System’s Group, производитель защитной программы Pit bull. Argus бросила вызов хакерам во время открытого соревнования по взлому компьютерных систем Ореп Наск III, которое спонсирует журнал Week.
Риск был не так велик, как обещал заголовок: «Pit bull испытывает хакеров». Argus знала, что лучшие взломщики откажутся от участия в конкурсе, так как для получения приза им пришлось бы раскрыть секреты своего мастерства. Знал ли Зверь, что имеет дело с фальшивкой? Конечно, но искушение рассказать такую историю было слишком велико.
Не думаю, что Джерри Спрингер, Брэнди Честейн и производители Pit bull готовились к появлению в СМИ так: «Поищем что-нибудь неординарное, эмоциональное и простое, что даст нам известность». Они действовали интуитивно и чувствовали, что сработает, а что нет. Интуиция движет большинством специалистов по маркетингу и пиару. Обладая огромным практическим опытом, некоторые из них приобретают способность готовить для Зверя его любимые блюда. Однако основная масса чаще ошибается, чем попадает в точку. Для тех, кто не знает принципов Зверя, его поведение — большая загадка.
Каждый, кто хочет извлекать из общения со СМИ и паблисити максимальную пользу, должен следовать принципу подготовки. Каждый, кто хочет избежать ужасных последствий недовольства Зверя, должен следовать тому же принципу. (О возможных последствиях я расскажу позже, когда мы дойдем до рисков.)
Принципы работы масс-медиа неизменны. Осознанно или неосознанно их используют все, кто достигает известности. Будучи репортером и медиастратегом, я долгие годы следовал принципам СМИ, сам не зная об этом. Соответственно я не использовал их в полную силу. Я допускал ошибки, которых можно было легко избежать, и упускал блестящие возможности. Самая развитая интуиция не заменит вам четкой системы в работе со СМИ.
Размещение сюжета в СМИ — это маркетинговое предложение. Вы продаете журналистам товар, который они в свою очередь будут продавать аудитории. Что интересует вашу целевую группу? Ей нужны НЭП и поменьше противоречий (см. «Принцип доступности»).
Готовя историю для целевой группы, вы должны задать себе три главных вопроса. Что необычного в моем товаре? Какие чувства вызывает мой товар? Какие детали я могу опустить, чтобы сделать товар соблазнительно простым?
Маркетинговые решения McDonald’s — одни из лучших в мире. Посмотрим, как изобретателям полуискусственных цыплячьих крылышек удается лидировать в условиях высокой конкуренции на рынке быстрого питания. McDonald’s революционизировал процесс приготовления еды, придумав новую технологию. Руководство решило, что это должно быть широко известно. Но какое СМИ дело до того, что McDonald’s научился быстрее обрабатывать заказы и подавать гамбургеры и картошку фри на пару секунд скорее?
Пробудить интерес Зверя можно с помощью принципов медиа. Если бы McDonald’s не приправил свой пресс-релиз ничем, кроме фразы «с новой технологией обслуживание у нас стало лучше», Зверь бы широко зевнул и не обратил на сюжет никакого внимания. Но McDonald’s приготовил для Зверя аппетитное блюдо по рецепту НЭП.
Компания осознанно пошла на риск и предложила испытать систему ста самым придирчивым клиентам: финансовым аналитикам и банкирам, управляющим инвестициями. Эксперты прошли короткую подготовку в нескольких ресторанах McDonald’s Америки и повязали фартуки. Они грели булочки в тостерах, поливали кетчупом картошку и следили за обработкой заказов, сидя перед компьютерами. Для наглядности эксперимента финансистов просили работать в самое напряженное время, когда в других организациях обеденный перерыв. «Финансисты жарят картошку» — оригинальная, простая, остроумная затея.
Присмотритесь к тому, что происходит на арене, политической или спортивной, в деловой жизни или в индустрии развлечений. Вы увидите, что принцип подготовки задействован в каждой истории. Положительное паблисити редко возникает само собой. Обычно оно является результатом тщательно подготовленных действий.
Лиз Кэлоднер столкнулась с проблемой. Ей необходима была известность, чтобы раскрутить свой сайт знакомств SocialNet.com. Решение пришло неожиданно — Кэлоднер придумала собственной службе необычное применение. Одинокая 40-летняя дама нуждалась в паблисити и спутнике жизни. Она устроила конкурс «Выиграй свидание с директором сайта». Несколько недель мужчины со всей страны размещали на сайте заявки и представлялись прекрасными рыцарями. История о «самопожертвовании» Кэлоднер быстро распространилась по Интернету и даже попала в газеты. Используя три основных приманки для СМИ, Кэлоднер не только познакомилась с парой поклонников, но и завоевала благосклонное внимание Зверя.
На заключительном этапе предвыборной кампании Альберт Гор и Джордж Буш-младший сосредоточили усилия на том, чтобы получить поддержку сомневающихся штатов. Они развернули масштабные кампании на местах, колесили по стране и старались всюду получить бесплатное освещение в СМИ. Команда Гора понимала, что одного визита и классической речи для этого мало. Нужно было найти способ попасть в СМИ всех ключевых штатов одновременно. Задействовав творческие способности и хорошо подготовившись, команда Гора достигла цели.
Перед первыми серьезными дебатами с Бушем Гор отправился во Флориду и собрал группу советников, убедив их помочь в подготовке к выступлению. Ирония судьбы заключалась в том, что советники Гора не были профессионалами во внешней политике, экономике или образовании. В комитет вошли представители рабочего класса, различных этнических и социальных категорий из колеблющихся штатов. Штаб Гора знал наверняка, что необычный выбор доверенных лиц демократа заинтересует местные газеты и телеканалы. Стратегия сработала превосходно. Кампания получила широкое освещение во всех ключевых штатах и в общенациональных СМИ.
Вся штука заключалась в том, что Гор, обладая ораторским искусством, уже был многократно обласкан СМИ. К тому времени он стал национальным политиком № 2, но весь год президентских выборов ему пришлось провести в разъездах, сотрудничая с этими советниками-неспециалистами и обращаясь к неспециалистам же в разных концах страны. Этот трюк и принес ему успех.
Если вы управляете огромной корпорацией, выдвигаетесь на пост президента, владеете малым бизнесом — готовьтесь к появлению в СМИ и не забывайте о принципах НЭП.
Если вы хотите постоянно удерживать внимание СМИ, следуйте принципу подготовки. Если вы уже попали в центр внимания Зверя и хотите увеличить количество репортажей, забывать о принципе подготовки просто нельзя. Выгода от паблисити не в том, чтобы один раз промелькнуть в СМИ. Каждый день в газетах, на радио и в Интернете появляются репортажи о сотнях людей, которые не получают от этого никаких преимуществ. Их голоса сливаются с гулом сообщений, которые обрушиваются на нас ежеминутно.
Очень легко заметить, что человек не подготовился к появлению в СМИ. Прочитав, посмотрев или прослушав сюжет, вы обнаружите, что у вас в голове ничего не осталось. Ноль. Пустота. Информация была доставлена, получена и забыта. В ней не было ничего интересного и важного для потребителя новостей. Если вам нужна настоящая известность, приведите свой сюжет и слова в соответствие с НЭП.
В телевизионной драме о подозреваемом в убийстве О. Симпсоне (реалити-шоу) адвокат Джонни Кочран заявил про перчатку, проходившую как улика: «Если не налезает, пусть суд его оправдает». Одна ритмичная строчка, за которой стоит целый образ, заставила присяжных усомниться в виновности Симпсона. СМИ подхватили афоризм, и он снова и снова звучал с экранов (см. «Принцип повторения»).
Поэтическая творческая находка Кочрана была не так уж логична. Перчатки шьют так, чтобы они обтягивали руку. Симпсона попросили надеть найденную на месте преступления перчатку поверх резиновой (видимо, чтобы сохранить улику невредимой»). Это сделало его руку больше. Вполне разумно также предположить, что попавшие на перчатку-улику пот и кровь заставили ее сесть.
Важно ли это, когда речь идет о паблисити? Нисколько. Афоризм Кочрана был великолепен. Репортеры знали, что в свете фактов заявление абсурдно, однако не могли его не процитировать. Простая и оригинальная реплика адвоката — это шедевр подготовки.
Президент Рейган заработал прозвище Великий Коммуникатор не потому, что был особенно остроумен или умел импровизировать. Его тщательно подготовленные комментарии запоминались. В 1986 году в день подачи налоговых деклараций Рейган сказал в интервью: «Республиканцы считают каждый день Днем независимости, а демократы — днем сбора налогов». Ни один уважающий себя журналист не пройдет мимо такой цитаты.
В 1981 году Рейган привлек внимание к программам, финансируемым из федерального бюджета, но приносящим выгоду только отдельным регионам.
«Мы создали лекарства от пока еще неизвестных болезней», — язвительно заметил он.
Несколько лет его экономическую политику резко критиковали, и Рейган наконец парировал: «Недавно моего друга пригласили на маскарад. Он сделал маску из пары разбитых яиц и сошел за экономиста-либерала».
Эти четкие, броские, запоминающиеся фразы не импровизация, а результат подготовки.
В мире современных технологий специалисты по пиару пристрастились к техническим терминам. Было очень приятно и неожиданно услышать творчески спланированные дебаты на конференции Comdex в 2000 году. Репортеры следили за дебатами между ведущими производителями карманных компьютеров. Лидеры обсуждали достоинства своих товаров: модели Clie фирмы Palm и модели Pocket PC компании Compaq.
Представитель Palm Майкл Мейс провел презентацию Clie как более легкого и дешевого КПК, чем Pocket PC. Он сформулировал это так: «Наш КПК вы можете носить в кармане. Положите в карман Pocket PC, и он стянет с вас брюки». Зал засмеялся, а репортеры заскрипели перьями. Тед Кларк из Compaq был готов отразить критику. Он мгновенно нанес ответный удар, подчеркнув основное преимущество своей модели — яркий цветной дисплей, и высмеял черно-белый экран. «Жаль, что Майкл не включал свой Clie. Если б вы увидели его экран, то пользовались бы Pocket PC… даже и со спущенными брюками», — опять раздался взрыв хохота, и зашелестели блокноты.
Пикировка между представителями Palm и Compaq может стать хорошим уроком для тех, кому известность нужна для позиционирования товара или услуги. Обе фирмы составили простые, незаурядные, предельно эмоциональные фразы. Репортеры и аудитория только этого и ждут.
В любом репортаже должна быть главная мысль. Следуя принципу подготовки, вы должны построить сообщение так, чтобы главная мысль проходила сквозь него красной нитью. Вы можете добавлять второстепенные детали, но в центре внимания необходимо оставить одну идею.
Это особенно важно при работе в прямом эфире. Спросите бывшего вицепрезидента Дэна Куэйла. В 1988 году он участвовал в теледебатах с Ллойдом Бенсоном, кандидатом на пост вице-президента от демократической партии. Куэйл и его команда сознавали, что придется оправдывать молодость кандидата, его самое уязвимое место. Решено было ссылаться на Кеннеди, который довольно рано стал главой государства. В таком свете ровесник Кеннеди на посту вице-президента кажется вполне приемлемым. Подготовившись к нападкам, команда Куэйла чувствовала себя во всеоружии. Оказалось, что она сделала слишком мало, и за эту ошибку Куэйл расплачивается по сей день.
Бенсон догадался, что оппонент будет использовать в качестве аргумента возраст Кеннеди. Других вариантов у него просто не было. Поэтому на аргумент подготовили возражение, которое и озвучил Бенсон: «Сенатор Куэйл, я лично знал Джека Кеннеди. Я работал с Джеком Кеннеди. Вы, сэр, не Джек Кеннеди». Это был сокрушительный удар. Большинство людей теряется и не может придумать достойный ответ, когда их так осадили, да еще перед миллионной аудиторией.
Команда Куэйла должна была не только найти единственный аргумент, но и спрогнозировать, что оппонент заготовит ответ. Приготовив козырную карту, Куэйл мог бы превзойти противника. На заявление: «Вы не Джек Кеннеди», — он мог ответить: «Вы правы, мистер Бенсон. Я верен жене». Сторонники Кеннеди пришли бы в негодование, но Куэйл заработал бы репутацию острого на язык человека и достойного кандидата в вицепрезиденты.
Каждый день на нас обрушивается поток информации и репортажей, но число грамотно составленных сообщений по-прежнему ничтожно. Почему? Большинство людей, появляющихся перед журналистами, не имеют готового сообщения, нужного Зверю. Корреспондент задает вопрос за вопросом, герой интервью отвечает. Он ошибочно полагает, что репортер обязан выбрать из его слов красивую цитату и выделить главную мысль. Сообщение надо готовить как деликатес для искушенного гурмана и подавать на блюдечке с голубой каемочкой. Одно из дружеских писем Марк Твен закончил словами: «Я написал бы короче, но у меня не было времени». Сократить и упростить сообщение — это трудоемкая, тяжелая задача. Само по себе это не сделается.
Вы думаете, Мухаммед Али импровизировал, говоря: «Порхай, как бабочка; жаль, как пчела»? Бросьте! Али знал, как воздействовать на СМИ, и готовил для них изысканные блюда. Медиа и аудитория поглощали угощение с удовольствием.
Арбитр Национальной футбольной лиги Тони Сирагуза умеет готовить материалы для СМИ. Перед победой New York Giants над Baltimore Raven в Суперкубке репортеры смотрели ему в рот, ожидая афоризмов. В одном из знаменитых интервью Сирагуза сострил по поводу артикуляции футболиста Шеннона Шарпа: «Когда Шеннон пришел в команду, движения его губ напомнили мне говорящую лошадь из знаменитой комедии. Увидев его зубы, я поразился сходству». Футбольные болельщики часто слышат, как тренеры и спортсмены говорят о товарищах, игре, травмах и надеждах. Это все забывается. Человек, говорящий как Сирагуза, остается в памяти.
Звезда радио Дон Аимэс спросил спортивного комментатора Ноуи Лонга, почему тот работает с хрупким с виду Крисом Коллинсуорсом. Что ответил комментатор? «Видите ли, Дон, это один из тех парней, у которых приятели отбирали деньги на школьные завтраки». Полагаете, на Лонга снизошло озарение? Он постоянно спорил с партнером в эфире и понимал, что рано или поздно его спросят о странном альянсе. У комментатора было два варианта: подготовить блестящий ответ и использовать его, как только представится случай, или полагаться на незаурядный дар импровизации. Угадайте, что он выбрал. В 2000 году видный представитель демократической партии Джеймс Карвилл посетил Национальное собрание республиканцев. Когда его спросили зачем, он ответил: «На каждом дог-шоу должен быть человек с брандспойтом». В восьми словах Карвилл создал яркий образ. Избалованные псы-республиканцы, собравшиеся на помпезном шоу, кидаются на единственное полезное и разумное существо (самого Карвилла). Его замечание не просто насмешка над республиканцами. Это грамотный уход от ответа на конкретный вопрос. Что делал советник демократической партии на собрании республиканцев? Шпионил? Или его жена (высокопоставленный советник оппонентов) переманила его в стан противника? Мы никогда этого не узнаем, чего и добивался политик.
Однажды Марвин Буш, брат Джорджа Буша — младшего, решил произвести впечатление на корреспондентов. Он прокомментировал тогдашние события: «Звук, который вы слышите, это хруст челюстей медиа, вцепившихся в Джона Маккейна».
Кочран, Бенсон, Сирагуза, Лонг, Карвилл и брат президента не теряли времени, отведенного на подготовку афоризмов. Имея в запасе несколько дней или даже недель, любой здравомыслящий человек способен составить фразы не хуже. Согласны? То-то и оно. Ораторы готовят речи. Большинство людей пренебрегают подготовкой, и зря.
Разумно и правильно заранее готовиться к интервью. Но что делать, если журналист позвонит внезапно? Вы сняли трубку, и от вас требуют интервью. Как подготовиться к таким сюрпризам? Ответ прост: скорее всего, неожиданных вопросов не будет. Если нет форс-мажора, то с вами наверняка заговорят о том, в чем вы хорошо разбираетесь. Подумайте о себе. Журналист позвонил потому, что вы обладаете конкретными знаниями по интересующему его вопросу. Сколько у вас сфер влияния? Сколько из них могут привлечь репортеров? Это легко вычислить. Потенциальная новость, плохая или хорошая, соответствует принципам НЭП. Сколько таких в вашем распоряжении: четыре, пять, шесть? Если вы обычный человек, то имеете один- два сюжета. Независимо от того, сколько тем входит в вашу компетенцию, четко сформулируйте свою позицию по каждой из них и приготовьтесь красноречиво высказаться, когда выпадет случай.
В числе моих клиенток была создательница центра помощи для жертв насилия в семье. Она хотела, чтобы о центре узнало больше людей, и для этого ей нужно было внимание СМИ, но женщина боялась давать интервью. «Вдруг я разнервничаюсь, скажу что-нибудь не то и покажусь глупой?» — волновалась она. Мы свели ее обширную тему к набору основных элементов (принцип простоты), и клиентка поняла, что лучше затронуть в интервью лишь немногие аспекты проблемы. Она подготовила хорошую цитату по каждому пункту и составила фразу, которую использует во всех беседах: «Жертвы домашнего насилия есть и в нашем городе. Возможно, это ваши соседи». Эти слова она произносила в десятках интервью для прессы и ТВ. В большинстве случаев цитата попадала в репортаж.
В апреле 2000 года журнал People опубликовал статью о моей клиентке и ее подруге, учительнице средней школы Ким Гаттоне. Ким — опытная альпинистка, решившаяся покорить Эверест. Журналисты заинтересовались ею, потому что Ким собиралась во время восхождения общаться со своими учениками — шестиклассниками христианской школы при Церкви Голгофы — с помощью ноутбука, спутниковой связи и сайта Quokka.com. За покорением вершины могли следить школьники и учителя всей страны. Великолепная история, соответствующая всем принципам НЭП, вы согласны?
Однако была и загвоздка. Ким хотела быть уверенной, что репортеры не упустят ее самых важных слов. Она очень религиозная женщина, и ей необходимо было донести до журналистов Реорlе (и всех остальных), что восхождение на Эверест — это не только проверка собственных сил и необычное общение с учениками, это еще и гимн Творцу.
Осознав значение подготовки, Ким твердо поверила, что сможет сделать статью интересной для журналистов и правильной, с ее точки зрения. Вот фрагмент репортажа из Реорlе:
Истово верующая женщина,
Гаттоне поднимается на Эверест уверенно и смиренно. «Горы всегда казались мне очень маленькими», — признается она. Гаттоне поняла, почему это так, стоя на вершине Чо Ю и глядя на далекий Эверест. «Я услышала голос: "Ким, твой взгляд устремлен на Творца, и потому все его творения кажутся маленькими"». Поскольку она бросала вызов Эвересту, это убеждение было полезным.
Репортеры постоянно ищут оригинальные события или цитаты. Найти их удается лишь изредка, ведь немногие из нас говорят как герои популярных комедий. Киношные герои остроумны, потому что сценаристы часами потеют над диалогами, стараясь сделать реплики яркими. Короткие и злободневные, остроумные или глубокие высказывания — это результат подготовки. Скучные, информативные, очевидные комментарии — результат неудачных импровизаций.
Иногда репортеры задают экспертам неожиданные вопросы. В таком случае возможности для подготовки ограничены, но они существуют. Грамотное применение принципа подготовки даст вам шанс найти удачный ответ.
Каждый раз, соглашаясь на интервью, поинтересуйтесь возможностью предынтервью. Попросите корреспондента объяснить вам свою точку зрения. Выяснив, что нужно репортеру, вы сможете сказать именно то, что он хочет услышать. Не забывайте: на карту поставлены ваше доброе имя и репутация. Они зависят от того, что будет напечатано в прессе или показано по ТВ. Вы имеете право знать, в каком контексте окажутся ваши высказывания.
Если репортер не соглашается на предынтервью, это должно вас насторожить. Возможно, у вас возникла проблема посерьезнее, чем нехватка острых цитат. Журналисты, скрывающие общий замысел репортажа, часто загоняют собеседников в угол. Об опасностях, поджидающих вас, мы поговорим позже (см. «Принцип атаки»).
Предынтервью позволяет вам сузить круг возможных тем. Корреспондент собирает многочисленные факты, из которых выберет для репортажа самые впечатляющие. Ваша задача — предоставить информацию еще до начала беседы. Решив незначительные вопросы и обсудив основные моменты до интервью, вы определите спектр проблем для дискуссии. Журналист уже знает, что важно, а что нет. Намечена главная тема беседы. Теперь у вас огромные возможности для того, чтобы подчеркнуть свою мысль и донести ее до аудитории.
Устанавливайте рамки, или придется вписаться в чужие. Если вы не очертите границы беседы, бог весть куда может забрести ваш собеседник.
Такие прогулки доставляют неприятности героям репортажей. Отвечать на вопросы интервью с ходу — все равно, что участвовать в родео без предварительной тренировки, ковбойских бутс и защитного жилета. И на интервью, и на родео вас ждет печальный итог, только бык добрее, чем корреспондент в цейтноте.
Получить необходимую информацию до интервью легче, чем вы думаете. Если у вас есть секретарь, отвечающий на звонки, приучите его сообщать репортерам; «Да, мисс Джонс с удовольствием с вами поговорит. Сейчас она на совещании и перезвонит вам через десять минут. Мисс Джонс хотела бы знать, каким вы видите будущий репортаж. Что ей передать?» У вас появилось несколько минут, чтобы поразмыслить о теме, определиться с главной идеей и упростить сообщение.
А что, если у вас нет секретаря или вы сняли трубку и услышали вопрос репортера? Нет проблем. Попросите журналиста изложить вам концепцию репортажа. Чему будет уделено особое внимание? Чем вы можете быть полезны? Какие вопросы вам зададут? Выяснив это, скажите журналисту, что вам нужно закончить срочное дело, и пообещайте позвонить через десять минут. Вы не солжете. Подготовка к интервью — это очень важное дело, которое нельзя откладывать!
Еще один вариант — прямой ответ: «Мне нужно несколько минут на размышление, чтобы я мог отвечать убедительно и достоверно. Не возражаете, если я перезвоню вам через десять минут?» Если график репортера не слишком жесткий, он с радостью согласится на предложение. Журналист будет очень доволен, потому что шансы раздобыть отличную цитату возрастут.
Вопреки распространенному заблуждению, большинство журналистов охотно дают предынтервью. Когда я был репортером, я проникался уважением к каждому, кто хотел заранее обсудить концепцию статьи. Я знал, что эти люди достаточно умны и не боятся показаться неуверенными. Я знал также, что те, кто не сомневается в своем красноречии и даре импровизации, говорят в сто раз хуже людей, попросивших время на подготовку.
Однажды директору по рекламе Стиву Макки позвонила корреспондентка, попросившая обрисовать перспективы рекламного бизнеса. Макки знал, что нужно делать. Он попросил корреспондентку изложить концепцию репортажа. Она сказала, что национальная служба прогнозирования предсказала резкое увеличение спроса на рекламу в ближайший год. Журналистка выясняла мнения лидеров рекламного бизнеса. Макки попросил привести примеры вопросов, на которые ему предстоит отвечать. Пообещав скоро перезвонить, он продумал несколько ответов и выстроил их по принципам СМИ.
На вопрос о том, предугадывает ли рекламный бизнес экономические тенденции, Макки ответил: «Государство — это большой корабль, а наша отрасль — его рулевой, поэтому мы знаем, когда корабль начнет поворачивать». О борьбе за государственные задания он сказал: «У нас нет доступа к столь крупным клиентам, поэтому нам надо прилагать больше усилий в другом. Мы делаем интересные работы». Макки также добавил: «Мир становится тесным, поэтому идеи должны быть масштабными».
Сравните реплики Макки, построенные по принципам НЭП, с ответами трех его конкурентов: «Да, дела у нас идут лучше, но по сравнению с другими фирмами не так уж хорошо». Что тут имелось в виду, непонятно. «Реклама — отражение экономики». Не поспоришь. «В масштабах страны мы наблюдаем упадок, потому что многие Интернет — агентства на грани банкротства». Вот это да! В чью фирму вы бы обратились, если бы вам понадобилась реклама?
Майк Стэнфорд является президентом банка, активно участвующего в общественной жизни. Он яркий и прямолинейный лидер, использовавший принципы медиа, чтобы стать любимцем репортеров. Журналисты всегда могут рассчитывать на его готовые афоризмы. Крупнейшей газете штата, решившей сделать о нем статью, Стэнфорд сказал: «Мой клиент номер один — мои сотрудники. Я убежден, что все вырастает из уважения и внимания к людям. Недовольный человек не будет хорошо работать». Когда журналисты поинтересовались его мнением о будущем главе Торгово-промышленной палаты, Стэнфорд ответил: «Мы всегда над ним подшучиваем. Он ведет себя, как Джеймс Бонд, так же учтиво. Он мужественный красавец и несгибаемый человек. Если честно, меня от этого воротит».
Лидер учительского профсоюза критиковал Стэнфорда за то, что он был в числе банкиров, поддержавших на выборах в школьный совет не имеющих преподавательского опыта бизнесменов. В интервью местной газете Стэнфорд опроверг довод «учителям виднее»: «Мне не важно, кто вы: учитель, пекарь или ювелир. Хорошо ли вы понимаете, как нужно учить детей? Есть ли у вас широкий взгляд на вещи? Или вас задавит система?»
Лозунг фирмы Стэнфорда First State Bank звучит так: «Не просто ваш банкир. Не просто ваш банк». Он отражает философию владельца. Интеллектуальные способности не главное при создании отличных цитат. Все дело в подготовке. Каждый день СМИ публикуют слова умнейших людей, но большинство фраз скучны и безличны. Люди упускают возможность для пиара. Но это не худшее, что может случиться с неподготовленными. Далеко не худшее.
Если вы не подготовили для репортера впечатляющих слов, вы автоматически повышаете вероятность того, что он выберет совсем не те реплики. Возможно, это будут второстепенные фразы. Возможно, ваши слова поместят в другой контекст. Хуже, если вы ляпнете что-нибудь настолько глупое и смешное, что журналисту не останется ничего другого, как вынести это в заголовок.
Есть множество оговорок и ляпсусов, вошедших в историю. Их произнесли неподготовленные к интервью люди.
Получая приз Академии киноискусства, Салли Филд воскликнула: «Вы меня любите! Вы очень меня любите!» Над ее неловкой фразой смеются до сих пор.
Звезда фильма «Бестолковый» Алисия Силверстоун сказала в интервью: «Я считаю, что фильм очень глубокий. Я считаю, что он глубокий благодаря тому, что очень легкий. Я считаю, что легкость должна идти от огромной глубины, если это настоящая легкость». За это лингвистическое достижение Силверстоун получила от борцов за чистоту английского языка премию «Косноязычие-2000» в номинации «Самое пуганое заявление». Похоже, актриса бестолкова.
На судебном разбирательстве, касающемся владений покойного миллиардера, его вдова и модель Playboy Анна Николь Смит заявила: «Быть мной очень дорого. Чтобы быть мной, я вынуждена делать ужасные вещи». Звезда бейсбола Джон Рокер получил горький урок принципа подготовки. Он поделился с журналистами из Sport Illustrated своей неприязнью к жителям Нью-Йорка, особенно к эмигрантам, гомосексуалистам и национальным меньшинствам. Рокер заявил, что никогда в жизни не станет играть за нью-йоркскую команду, потому что не желает ездить в метро «бок о бок с подозрительным ВИЧ-инфицированным типом. В числе диких высказываний Рокера было и другое: он назвал чернокожего товарища по команде «жирной обезьяной». Пресса не простила бейсболисту грубостей, и его карьера завершилась плачевно. Рокер надеется на возвращение в большой спорт, но его необдуманные выражения пока не забыты.
Самые серьезные ошибки допускают политики. Я привожу здесь лишь малую часть коллекции, собранной сатирической газетой Опюп.
«Я знаю, что электроэнергия очень важна и что в 70-х годах был серьезный кризис, но остальное для меня скрыто во мраке».
«Статистика свидетельствует, что процент забеременевших в подростковом возрасте гораздо меньше среди тех, кому за 25».
«В некоторых районах люди по-прежнему думают, что задача СМИ — предоставлять информацию».
«Я не против черных, многие порядочные черные это подтвердят».
«Смертная казнь — знак нашего уважения к человеческой жизни».
Вы рискуете подготовиться слишком тщательно. Употребление отрепетированных фраз еще неприятнее и опаснее, чем констатация фактов.
Во время предвыборной кампании 2000 года Джордж Буш обвинял вицепрезидента Альберта Гора в использовании «странной математики». Советники Буша по пиару сами заслужили осуждение за странную логику. Очень важно сформулировать мысль четко и кратко, но важно и не перестараться. Аудитория не терпит примитива. Многократное повторение фраз оскорбляет слушателей. Команда Буша заметила это и перестала вписывать злосчастную «математику» в его речи, но лишь когда ее стали пародировать в телепрограммах.
Чтобы не отстать от конкурента, Альберт Гор стал твердить, что будет «бережно относиться» к фонду социального обеспечения. Это навязшее в зубах заявление почти так же сильно раздражало избирателей, как и вздохи вице-президента во время первых теледебатов. Позже Гор попытался исправить положение, пошутив: «Я поберегу свои вздохи».
К несчастью, «странная математика» и «бережное отношение» не единственные фразы, которые изо дня в день приходится слушать американцам. Гор постоянно надоедал нам разговорами о «богатой верхушке, составляющей 1 % населения», своем намерении «поддержать Роу Уэйда» и «заботе о работающих семьях». Буш беспрестанно говорил о «медицине», «заботе о каждом ребенке» и «новой позиции Вашингтона».
Мне кажется, лучше всех выразил свое отношение к повторениям губернатор Миннесоты Джесс Вентура: «Фразы заучены и обтекаемы. Это то, что, по мнению партий, нужно сказать для победы на выборах». Джесс прав. Когда же политики поймут, что СМИ и аудитории нравятся четкие, содержательные фразы?
Обе ведущие партии могли бы извлечь для себя урок из выступления кандидата от партии «зеленых» Ральфа Надара, чей рейтинг после дебатов в 2000 году подскочил на 7 %. Если вы видели дискуссии, то не удивитесь. Во время трех телевизионных встреч ни Гор, ни Буш не сформулировали свои идеи так, чтобы они вызвали резонанс. Они изъяснялись скучно, излишне сложно или шаблонно. Надар говорил, что ему должны были разрешить участвовать в дебатах, «чтобы люди не заснули перед экранами и вытерпели серые, тоскливые дискуссии».
Участвуя в передаче ЛВС «Неделя», Надар заявил: «Если Гор не способен победить техасского губернатора-мямлю, на что он вообще годится? Боже праведный! Он обязан разбить Буша наголову». Журналист Дэвид Броудер сказал о Надаре: «В прошлом ворчун и зануда, он превратился в динамичного и остроумного публичного человека, адепта ярких фраз». В свои 65 лет Надар вдруг стал «динамичным и остроумным»? Я думаю, дело в другом. Он наконец понял, что мощные цитаты не приходят в голову просто так. Они появляются в результате целенаправленной работы.
Ни президент Буш, ни его пиар-консультанты так и не научились избегать заученных фраз. Через три месяца после инаугурации журналист Дэвид Голдштайн высмеял президента за постоянное использование определения «порядочный человек». Голдштайн назвал больше дюжины мужчин и одну женщину, которых Буш отнес к «порядочным». В их числе оказались сенатор Джон Маккейн, министр юстиции Джон Эшкрофт и глава Федерального резервного банка Алан Гринспин. Время шло, а Буш говорил по-прежнему. После террористической атаки 11 сентября 2001 года он неоднократно повторил: «Не сомневайтесь, мы привлечем террористов к ответу».
Администрация Буша не отказалась от повторения одних и тех же слов, но научилась готовить броские цитаты. О террористическом ударе президент все же сказал несколько достойных фраз. Одна из лучших: «Я не собираюсь стрелять ракетой за 2 млн долларов по верблюдам и палаткам за 10 долларов. Я буду действовать решительно». Вот это люди запомнят!
Чтобы подготовиться, вам нужно знать, над чем работать. Именно из-за неосведомленности люди часто не готовы к встрече со Зверем. Они не выяснили, что главное в сюжете, и не определили, что хотят сказать. Почему? У них нет плана действий. Люди полагаются на свои ощущения и интуицию, подсказывающую, что нужно СМИ. Иногда, в самых простых случаях, этот подход работает; но он бесполезен, если возможность заработать имя не лежит на поверхности. Без точного знания пути из точки А в точку Б вы никогда не добьетесь известности.
Интуиция помогает попасть в СМИ, но не помогает привлечь постоянное внимание репортеров. Мало один раз мелькнуть в СМИ. Чтобы получить пользу от упоминания в прессе или на ТВ, нужно донести до аудитории интересное сообщение.
Если вы следуете принципу подготовки и максимально используете НЭП, вы на голову обходите конкурентов. Однако мы только начинаем осознавать важность подготовки. Она является движущей силой всех остальных принципов СМИ.
Доступность — это лев в саванне, акула в океане и орел в небесах. Она на верху «пищевой цепи медиа». Нет принципа СМИ сильнее, чем принцип доступности.
Каждый, кто хочет приручить Зверя, должен запомнить: доступность ведет к успеху. Если вы хотите, чтобы репортер заметил вашу историю, сделайте ее освещение понятным. Беспокоитесь, что журналист неправильно вас поймет? Позаботьтесь, чтобы сюжет был прост даже для пятиклассника. Не уверены, что корреспондент использует предложенную вами фразу? Сделайте ее удобной для понимания и убедитесь, что она не обидна для журналистов.
Как и все люди, репортеры выбирают путь наименьшего сопротивления. Сделайте дорогу к вашему сюжету прямой и гладкой. Билл Гейтс поступил именно так и стал богатейшим человеком планеты.
В начале карьеры исполнительный директор Microsoft Билл Гейтс ясно понимал, как важен принцип доступности. Приверженность к доступности обеспечила ему огромную известность, в свою очередь, ускорившую рост империи Microsoft. В последнее время Гейтс забыл, что нужно, чтобы оставаться в центре внимания СМИ (вспомним конфликт, вызванный антимонопольной политикой федеральных властей). Тем не менее мы можем поучиться на опыте Гейтса, его успехах в середине 1990-х.
В сентябре 1998 года издание Brill’s Content опубликовало подробное исследования стратегии Гейтса. Оно было озаглавлено так: «Путь Билла. Как пиар-технологии Билла Гейтса сделали его владыкой мира. Почему они подводят его теперь».
Статья Элизабет Лесли Стивене подчеркивала маниакальное стремление Microsoft к вниманию медиа. Журналистка пришла к выводу, что методичное манипулирование репортерами сыграло огромную роль в триумфальном пути компании — разработчика программного обеспечения. Гейтс рано понял необходимость облегчить жизнь журналистам, чтобы получить известность и гигантскую долю рынка.
Стивене приводит слова Дэвида Киркпатрика, члена редколлегии журнала Fortune: «Microsoft не пытается контролировать публикации
обычным способом. Вместо этого компания окружает репортеров всевозможной заботой». В Brill’s Content опубликованы данные из близких к Microsoft источников, свидетельствующие, что в штате компании 500 специалистов по пиару. В 1996 году, когда было высказано это предположение, во всей Microsoft работало 20 000 человек. Для сравнения: в корпорации Тте ТРогвег было 300 пиарщиков на 68 000 других сотрудников. Когда компания появляется в СМИ так часто, как это делает Microsoft, ей требуется много людей для работы с корреспондентами.
Самое значительное достижение Microsoft положившее начало ее мировому господству, — это Windows'95. Небольшая в то время компания начала маркетинговую войну против гиганта делового мира — IВМ и ее операционной системы OS/2. Microsoft использовала всю силу и влиятельность СМИ, чтобы разгромить IBМ, и это ей удалось, хотя система OS/2 превосходила Windows по качеству.
Стивене цитирует бывшего сотрудника Microsoft Рика Сегала, который возглавлял команду так называемых евангелистов. Люди, которых спасали пиарщики-«евангелисты», — это репортеры. Сегал вспоминает: «Ключик ко всей кампании прост. Мы следили, чтобы ни один работник СМИ не испытал разочарования, используя наш продукт».
Сегал сообщил, что компания разработала для журналистов особую инструкцию по работе с Windows. В брошюрах также излагались преимущества системы над разработками конкурентов, По словам Сегала, стратегия была так эффективна, что фразы из инструкций публиковали в статьях. Тактика «родилась, когда мы подумали: «Мы знаем, что журналисты спешат и у них жесткий график. Они ленивы, а мы можем сделать за них работу»».
Рассуждения Сегала о недостатках СМИ верны только наполовину. Жесткий график действительно представляет собой проблему. Лень — нет. Дело в том, что журналистам часто поручают убить буйвола из винтовки 22-го калибра. Это невозможно. Люди, которые это видят, извлекают выгоду из занятности и невежества Зверя.
Чтобы раскрутить Windows’95 и обойти конкурентов, Microsoft не пришлось нанимать армию пиаровских гениев. Нужно было лишь понять недостатки Зверя. Вы прекрасно знаете, что Зверь ущербен, голоден, тороплив и человекоподобен.
Как вы помните из предыдущих глав, в большинстве случаев перед журналистами ставятся невыполнимые задачи. Зачастую репортер лишь в общих чертах представляет себе проблему, которую освещает. Временной фактор присутствует всегда. Крайний срок настает быстро. Понимание сложных вещей (например, различий между операционными системами) приходит не сразу. Информационное агентство — суетливая кухня, где готовятся новости.
Журналистов перегружают работой, им недоплачивают. У них расшатанные нервы и циничный взгляд на мир. Разве можно их за это упрекать? Все успеть невозможно. Новые репортажи должны поступать быстро, и времени на их подготовку катастрофически не хватает. Острые углы нужно обойти. Компромиссные решения надо выработать. Обед придется пропустить, и ужин будет поздним. Вряд ли он получится питательным. Графики несогласованны и все время меняются. А Зверь опять требует пищи. Накормите его. Накормите как можно скорее. Тогда он станет ручным.
Медиазверь постоянно ест на бегу, поэтому его мучит изжога. Как он лечится? Так же как миллионы американцев. Вместо того чтобы правильно питаться, упражняться и вовремя отдыхать, он глотает но-шпу или мезим. Ах, как хорошо! Кажется, отпустило. Но это мнимое облегчение. Настоящее лекарство для СМИ — это доступность. Вспомните новости, которые вы узнали за последние сутки. Не похожи ли они на сообщения, которые вы слышали в прошлом и позапрошлом году? Президент говорит о налогах и терроризме; конгрессмен замешан в скандальной истории; новые беспорядки на Ближнем Востоке; в Индии случилось землетрясение; кого-то убили; задержан подозреваемый в ограблении банка; профсоюз учителей требует прибавки к зарплате; университетская команда выигрывает (проигрывает) решающий матч; ожидается дождь, или снег, или жара.
В своей книге «Газета глазами математика» Джон Аллен Паулос проницательно замечает, что большинство новостей поступает из централизованных источников. Соответственно, из пяти главных вопросов журналиста: кто, что, где, когда и зачем — основным является «где». Чаще всего действие разворачивается в одном из столь знакомых нам мест: в Вашингтоне или Голливуде, на Уолл-стрит, в городской мэрии, администрации штата, департаменте полиции, городском суде, школе или университете.
Напрашивается вывод, что новости случаются именно в этих местах. В определенной степени это верно. Однако, по моему глубокому убеждению (которое скоро станет и вашим), новости из данных мест преобладают в СМИ, потому что их легко получить. Проще простого пойти туда, где все время кипит активность, и поговорить с первым встречным. Вдобавок на это нужно мало времени.
Собирая материал для своей книги «Как найти новости», Герберт Гэнс десять лет наблюдал за работой корреспондентов вечерних новостей СВS, ночных новостей NВС и газет Newsweek и Times. Он подсчитал, что 80 % информационных сюжетов СВS и NBC посвященных событиям внутри страны, рассказывали о делах президента, конгрессменов и федеральных властей.
Эти удивительные цифры больше не актуальны. За 20 лет, прошедших с опубликования работы Гэнса, интерес СМИ к политике резко упал. Это следствие моды на освещение скандалов и общего кризиса.
Однако исследование Гэнса важно для нашей беседы. Правительственные институты, по-прежнему фигурирующие в новостях, постоянно привлекают внимание журналистов благодаря своей централизации.
Проблема, связанная с сюжетами о политике, заключается в том, что действующие лица и сами события скучны и/или непонятны. Чтобы Зверь прибежал на зов со всех ног, в происходящем должен быть драматизм. Незатейливое, но зрелищное событие — отличный козырь, позволяющий потрепать доброе имя бюрократии. Спектакль гораздо интереснее и проще освещать. Только представьте, как рады были журналисты, впервые услышав о появлении стажерки в Белом доме!
Центр изучения СМИ и связей с общественностью подсчитал, что с 1 мая по начало ноября 1998 года в вечерних выпусках новостей национальных телеканалов выборам в Конгресс было посвящено 72 сюжета. За то же время было показано 426 репортажей о скандальной связи Клинтона и Левински. История Билла и Моники затмила предвыборную борьбу за места в палате представителей США. Соотношение скандальных и политических репортажей почти 6:1.
Ажиотаж вокруг амуров Клинтона и Левински вытеснил с экранов не только выборы представителей, но и все остальные новости Белого дома. Исследование, проведенное NewsTV, показало, что в июле 1998 года телеканалы посвятили сексуальному скандалу 179 сюжетов. Втрое меньше репортажей (всего 56) освещали события, не связанные с супружеской изменой президента и попытками ее скрыть. Кому нужны разговоры о реформе образования, внешней политике и финансовых проблемах, когда прямо на глазах развернулся такой спектакль, как скандал между Клинтоном и Левински?
Целый месяц после ухода из Белого дома Билл Клинтон появлялся в СМИ чаще, чем президент Буш. Человек, устроивший один из самых грандиозных спектаклей в истории президентства, не мог не учинить напоследок еще ряд скандалов для СМИ и аудитории. Билл и Хиллари приняли роскошные подарки для украшения своего нового жилища; они прихватили с собой кое-что из Белого дома, но потом вернули; чета попыталась снять безумно дорогой офис в Нью-Йорке; поддержала не платившего налоги миллиардера Марка Рича, чья жена щедро спонсировала деятельность демократической партии.
Репортер Wasington Post Говард Кертц написал: «Для журналистов это захватывающее событие, в отличие от маневров вокруг политики Буша по снижению налогов. Для СМИ скандал всегда привлекательнее, чем скучные вашингтонские планы».
Одновременно Джонатан Алтер из Newsweek заметил: «Ясно, что Клинтон не просто очередной кумир нации, пренебрегающей солидными новостями. Он не устает делать подарки СМИ, республиканцам и всем, кому интересны грани его характера и мотивы поведения. Все, что он делает, каждый его успех или провал заметнее, чем любые действия американских политиков. Мы принимаем его, как Элвиса, — худым или толстым, таким, каков он есть». Журналист Ричард Ривз добавил: «Мы пишем о семье Клинтона, потому что с этими людьми не соскучишься. Большинство репортеров и редакторов стараются избежать такого занудства, как правительство и политика. Мы убеждены, что наше стремление разделяет большинство американцев. Они боятся скуки даже больше, чем мы. За внимание СМИ Билл и Хиллари борются не с семейством Бушей, а с Симпсонами и Эминемом».
Итог недели был подведен в прямом эфире в субботнем шоу пародий, вышедшем 24 февраля 2001 года. Даррелл Хэммонд заявил, что Клинтон похож на биг-мак: «Ты съедаешь штуку, и тебя начинает тошнить, и ты клянешься, что больше никогда это в рот не возьмешь, но биг-мак вкусный, и ты опять его покупаешь». Вот так все просто. Спектакль на политической арене — для Зверя деликатес.
Скандалы любопытны и развлекают публику, но вы можете спросить: разве они важны? Да, важны, потому что подтверждают простой факт: интересы всех СМИ одинаковы. Журналисты из крошечных, средних и гигантских городов, работающие на региональном или мировом уровне, сталкиваются с одними и теми же трудностями.
Репортеры, продюсеры и редакторы ищут занимательные сюжеты, которые легко освещать. Для начала журналисты обращаются к централизованным источникам, уделяя им максимум внимания. Децентрализованные источники, к которым относится большинство фирм, некоммерческих организаций и частных лиц, борются за оставшихся не у дел представителей СМИ. И, как будто этого мало, у Зверя есть еще одно излюбленное блюдо — экстренные новости.
Нет ничего более привлекательного для журналистов, чем неожиданный всплеск активности. Пожары, авиакатастрофы, землетрясения, бунты, массовые убийства и, естественно, террористические атаки — вот происшествия, которых жаждут репортеры. Все понятно. По всем признакам это идеальные приманки: неординарные, эмоциональные, простые. Добавим, что они еще и легко доступны. Ответы на вопросы «кто, что, когда, где и зачем» сконцентрированы в одном месте. Происходит мгновенная централизация событий.
Вспомните, чем были заняты СМИ в последние годы. Это теракты 11 сентября 2001 года; конверты со спорами сибирской язвы; теракт на американском корабле «Коул»; избиение Родни Кинга и негритянские беспорядки в Лос-Анджелесе; бомба во Всемирном торговом центре в 1993 году; противостояние ФБР и секты самоубийц в Уэйко, штат Техас; бомба в правительственном здании Оклахомы; трагедия в школе «Коламбин»; убийство Николь Браун-Симпсон и ее друга Рональда Голдмена, последовавший за ним суд над О. Симпсоном и оправдательный приговор; убийство модельера Джанни Версаче; убийство Джона Бонета Рамси и грубые ошибки следствия; гибель принцессы Дианы в автокатастрофе; сага об Элиане Гонзалесе (см. «Принцип эмоциональности»); путаница при подсчете голосов на президентских выборах 2000 года; инцидент, когда американский корабль «Гринвиль» потопил японское рыболовное судно.
Список можно продолжать бесконечно. Если бы мы задались целью перечислить все экстренные новости за последнее десятилетие, на это не хватило бы жизни. А вы представляете, сколько эфирного времени и печатных полос заняли репортажи? Просто голова идет кругом! Все эти происшествия важны, но они попали в центр внимания не из-за своего значения. Зверь набрасывается на экстренные новости, потому что их легко освещать. Репортер Wasington Post Вильям Бус очень наглядно продемонстрировал действие принципа доступности. Когда на федеральных землях в окрестностях Лос-Анджелеса сгорело 150 000 акров леса, Бус вел репортажи с места события. Он отметил, что ранее в том же году пожары уничтожили 2 млн акров леса на Аляске и в Неваде. Это в 12 раз превосходит ущерб в Южной Калифорнии. Однако пожары на Аляске и в Неваде практически не получили освещения в национальных СМИ. Почему? Огонь бушевал далеко от мегаполисов и информационных агентств, а «к месту пожаров в Калифорнии легко попасть на вертолете компании».
Присмотритесь к региональным СМИ, и вы заметите ту же закономерность. Экстренные новости получают максимальное освещение. Это объясняется принципом доступности. Репортаж практически рождается сам собой. Если на месте еще остались следы происшествия, сделать сюжет проще простого. Видеоряд, звуковое сопровождение и фотоснимки достаются легко. Даю вам циничный совет: если захотите непременно попасть в СМИ, застряньте в горах в снежную бурю. Репортеры пойдут по вашим следам с азартом профессиональных ищеек.
В погоне за паблисити не забывайте, что вы в невыгодном положении. Скандалы, преступления, политика, катастрофы, социальные конфликты и правительственные решения всегда получают львиную долю эфира и газетных полос. Они легко доступны. Людей, не связанных с такими событиями, ждет жесточайшая конкуренция. Победит сюжет, легкий для освещения.
Легкость освещения подразумевает доступность материалов. Если доступ неограничен, шансы на известность возрастают. Задайтесь вопросом: что преграждает журналистам путь к вашей информации? Не вы ли?
Однажды я готовил репортаж об участившихся случаях насилия в лагере для старшеклассников. Ко мне подошли несколько ребят и увели меня в кусты, за которыми располагался клуб. Ученики рассказали, что на территории школы спрятано много оружия. Когда я попросил прокомментировать это директора школы, та рассердилась. «Почему вы, журналисты, приходите только за плохими новостями?! — кричала она. — Почему вас не интересует ничто положительное?!» Доказывая справедливость упреков, она сказала, что на прошлой неделе ее ученики удостоились награды за выдающиеся успехи.
Когда она закончила меня честить, я спросил, с кем из сотрудников СМИ она связалась по поводу успехов в учебе. Дама запнулась, а потом робко призналась: «Ни с кем». Очевидно, что, если медиа не знают о вашей истории, они не имеют к ней доступа.
Иногда нужно лишь сообщить журналистам, что у вас есть для них отличный сюжет. Это элементарно, но если бы вы только знали, сколько прекрасных сюжетов остаются без внимания.
Конференцию по принципам СМИ посетил директор пиар-службы небольшой некоммерческой организации, помогающей людям с ограниченными возможностями. Он понял, что у него есть великолепный ход. Придя на работу, он первым делом позвонил газетному репортеру и рассказал ему о 21-летнем Майкле Ортеге.
Когда ему было полтора года, Ортега заболел менингитом. В результате болезни его мозг и правая сторона тела оказались частично парализованы. Несмотря на инвалидность, Ортега получил диплом о среднем образовании и с помощью данной некоммерческой организации устроился конвоиром в окружной суд. За отличную работу Ортега получил премию «Я все могу», учрежденную Фондом поддержки одаренных детей. Он оказался одним го 35 лауреатов, выбранных среди 2500 кандидатов из США, Канады и СССР.
Эту вдохновляющую историю легко рассказать, и она соответствует всем принципам НЭП. Однако это не играло никакой роли, пока репортер не узнал о существовании вундеркинда и замечательной благотворительной организации, которая помогла ему реализовать мечту. После того как информация стала доступна, история Ортеги появилась на первой странице воскресного выпуска Albuquerque Journal.
Нечто похожее открыл для себя и специалист по пиару, работающий в крупном медицинском учреждении. Думаете, он добился паблисити только потому, что ему повезло? Везение тут ни при чем. Эксперт предложил репортерам великолепный сюжет, и этого хватило с лихвой.
Специалист из медицинского учреждения прошел тренинг по принципам СМИ и выстроил в соответствии с ними историю Валери Пинто. Валери 21 год, и она не может ни говорить, ни ходить из-за церебрального паралича. Девушка живет в резервации для индейцев навахо. Ей нравится пасти овец и навещать двоюродную тетушку, живущую в полумиле от ее дома. Однако делать это было сложно, потому что тонкие колеса инвалидной коляски Валери буксовали в песке. Медицинская организация легко уладила проблему, подарив девушке коляску с толстыми колесами и прекрасными техническими характеристиками. Об этом практически никто не знал, пока пиарщик не позвонил репортерам. Он тщательно подготовил пресс-релиз, и история была опубликована на первой странице воскресного номера ведущей региональной газеты. Сюжет подхватили несколько небольших изданий, а первый по рейтингу канал региона показал двухминутный репортаж. Добиться паблисити довольно сложно, но бывают случаи, когда достаточно по-новому взглянуть на то, что у вас перед носом.
С точки зрения репортера, свободный доступ к информации означает возможность доступа к ней в любую минуту. Поэтому будьте готовы по команде Зверя прыгать в кольцо и днем и ночью, и в будни и в праздники. Если корреспондент не может прийти к вам, предложите зайти к нему. Если для репортажа потребуются интервью с другими людьми, назовите журналистам их имена и телефоны. Если вашу новость нужно снабдить видеорядом или фотографиями, облегчите съемку. Вы должны проанализировать все аспекты сюжета и обеспечить максимальное удобство его освещения.
Малейшее препятствие на пути репортера к вашей истории должно быть немедленно устранено. Учитесь у крупных компаний и правительственных органов, которые часто мелькают в СМИ.
Сложно получить разрешение на съемку сборки машин на заводе General Motors. Трудно снять сотрудников Intel, в стерильных условиях собирающих микропроцессоры. Вряд ли получится заснять тренировки армии США. Поэтому General Motors, Intel, армия и многие другие общественные и частные организации нашли компромисс. Они сами снимают заветные кадры и поставляют их СМИ. Когда всплывает подходящая история, информационные агентства не тратят времени и сил, чтобы добыть редкую пленку. Им даже не приходится просматривать архивы, чтобы выудить нужные кадры. Журналисты точно знают, где лежат материалы от фирмы. Доступность ведет к успеху.
Искушенные специалисты готовят видеопресс-релизы. Ежегодно крупные корпорации тратят небольшое состояние на производство новостей о себе. Они нанимают профессиональных операторов (многие из которых сбежали с ТВ), чтобы сделать сюжет-конфетку для репортеров. Сюжеты преподносятся СМИ на блюдечке с голубой каемочкой и, как правило, рассказывают о товаре или услуге фирмы.
Иногда продюсеры запускают сюжет целиком. Однако в большинстве случаев из видеопресс-релизов варварски вырезают отдельные кадры и нужную в данный момент информацию. Даже если репортеры растерзают несчастный релиз, товар, ради которого он был создан, все же промелькнет на экране. Миссия выполнена.
Не только ведущие корпорации и органы власти могут извлечь пользу из потребности Зверя в фото- и видеоматериалах. При определенных условиях ваш релиз будет показан. Условия таковы; СМИ заинтересованы в вашем сюжете, но не имеют времени или ресурсов для подготовки репортажа. Ваши кадры пригодятся, если вы сделаете профессиональную съемку с применением высококачественной аппаратуры. Относительно низкие цены на цифровые видеокамеры сделали создание видеопресс-релизов доступным для многих.
4 июля 2001 года группа активистов организовала в моем городе детский парад. Сотни ребят украсили свои велосипеды и мопеды, нарядили собак и празднично оделись сами. Перед колонной ехала яркая пожарная машина. Мы сообщили о параде местным телестудиям. Одна из них выразила интерес, но было лето, многие сотрудники ушли в отпуск, остальные были заняты другими событиями, и оператор никак не мог подъехать.
Применяем принцип доступности. Твердой рукой запечатлел парад на собственную цифровую камеру и взял все крупные и общие планы, которые нужны были продюсеру. Я также снял несколько коротких интервью с детьми. После шествия я приложил к записи основную информацию и отправил кассету на телестудию. Журналисты озвучили пленку и дважды показали парад в вечернем эфире. Парады всем нравятся. Рассказать о них легко.
Сбор информации — тяжелый, требующий времени процесс. Вечно спешащий Зверь не может устоять перед готовыми новостями. Ему некогда сесть и полноценно пообедать. Он ест на бегу, получая пакет с гамбургером в окошке ресторана быстрого питания. Поэтому готовые вкусные блюда — книги, исследования, опросы, в которых информация уже отобрана и логически выстроена, — всегда так привлекательны для СМИ.
Когда Всемирный фонд защиты дикой природы представляет доклад об угрозе исчезновения животных и растений из-за глобального потепления, репортеры вынимают блокноты. Когда Министерство образования США заявляет, что в старших классах ученики валяют дурака, продюсеры договариваются об интервью с директорами школы. Когда Институт медицины приводит пугающую статистику о том, скольких пациентов лечат устаревшими, небезопасными, неправильными методами, в редакциях начинают стучать клавиатуры.
На первый взгляд может показаться, что подобные сюжеты поглощают эфирное время и газетные полосы, как пожар поглощает кислород к комнате. До определенной степени это верно. Однако если вы вглядитесь повнимательнее, то обнаружите восхитительные возможности для пиара там, где раньше видели только жесткую конкуренцию.
Архитектор Сара Сьюзенка любит проектировать небольшие дома. За последние 30 лет средняя площадь американского дома увеличилась на 75 м2, и спрос на творчество Сьюзенки грозил упасть. Однако ей так не нравились похожие на пещеры жилища, что она написала книгу «Не очень большой дом». Архитектор пыталась противостоять тенденции и заняла свою особую нишу. Она шла вразрез с общественными предпочтениями (неординарность), поэтому о ней заговорили СМИ. Г ромкая известность сделала книгу бестселлером.
Сьюзенка продолжила работу, выпустив книгу «Как создать не очень большой дом». Это практическое пособие для строителей и декораторов. Благосклонность масс-медиа принесла книгам такой успех, что Сьюзенка перестала проектировать дома. Она решила читать лекции и создала сайт notsobighouse.com, куда заходят 4000 посетителей в день.
Такие авторы, как Сьюзенка, становятся легкой добычей для СМИ: они абсолютно доступны и предлагают конкретные факты, цифры, идеи и эмоции. Книга хороша, когда изложенная в ней информация актуальна (см. «Принцип своевременности»). Полагаю, писатели рады были это узнать. Но не завидуйте им. Действуйте по принципу доступности: пусть авторы работают, а вы воспользуетесь результатами их труда. Допустим, вы подрядчик и строите небольшие дома. Прочтите книги Сьюзенки. По ходу дела собирайте все красивые фразы, касающиеся вашей работы. Скомпонуйте материал и представьтесь репортеру как профессионал, уловивший новые веяния. На книгу можно положиться, ей доверяют. Вы — подрядчик, который воплощает в жизнь идеалы, изложенные в печати.
Все журналисты мечтают найти сюжет национального масштаба. Информационные агентства, телеканалы и крупные газеты слетаются на опросы и исследования как мухи на мед. Почитайте обзоры и книги, отыщите связь между их темой и вашей деятельностью.
Когда International Journal of Obesity опубликовал гипотезу о существовании вируса, который вызывает полноту, СМИ растиражировали ее. Кто их упрекнет? Как оставить без внимания идею о том, что лишние килограммы можно подхватить так же, как простуду? И если вирус существует, то должно быть лекарство, убивающее болезнь? Перед нами отличное сообщение, которому можно найти тысячу применений.
Фитнес-клуб посмеется над очередным нелепым оправданием, выдуманным, чтобы не заниматься спортом. Группа психологической поддержки для людей с избыточным весом и терапевты проанализируют эмоциональный эффект предположения. Медики и тренеры, производители продуктов питания и диетологи могут воспользоваться гипотезой, чтобы добиться паблисити. Видит бог, аудитория таких сообщений огромна.
В марте 2001 года газета U.S News &World Report напечатала небольшую заметку о риске, связанном с ездой на велосипеде, особенно после пары стаканчиков. Статья была основана на изучении 124 серьезных травм, полученных велосипедистами из штата Мэриленд. У трети скончавшихся, содержание алкоголя в крови превышало норму. Эту заметку могли бы использовать для привлечения внимания СМИ продавцы велосипедов, ассоциация «Матери против вождения в нетрезвом состоянии» и даже государственные власти. Новые исследования и обзоры есть в каждой сфере. Стиль жизни современных людей постоянно меняется. Наши привычки изменяются благодаря всем новым и новым открытиям. Старые теории отмирают, на их месте появляются новые. Все публикации, содержащие сжатую информацию, дают вам отличную возможность привлечь к себе внимание СМИ и аудитории.
Конечно, если вы амбициозны и изобретательны, то всегда сможете самостоятельно добыть информацию. В главе «Принцип изобретательности» я расскажу, как это сделать.
Неожиданное, остроумное, шокирующее высказывание — вот что оживляет репортаж. Без ярких цитат сюжет похож на выключенный мотор. Автомобиль безжизненно стоит на месте. Если репортер соберет механизмы из сухих, скучных фактов, мотор закашляется, но приведет машину в движение. Мечта корреспондента — блестящие, новые детали из упаковки, которые он вручную легко закрепит на своих местах. Сборка должна быть быстрой, легкой и давать прекрасный результат.
Вам будет приятно узнать, что принцип доступности не добавит новых требований к вашим интервью. Если вы прилежно применяете все предыдущие принципы, то ваши фразы легки для восприятия. Спросите себя прежде всего, о чем ваш рассказ? Что вы в первую очередь хотите сказать по данной теме? Как сформулировать ответы, чтобы они были неординарны по содержанию, просты для пони- мания и эмоциональны по тону? Когда вы это обдумаете (то есть отдадите дань уважения принципам НЭП), у вас получится блестящая, зажигательная реплика для СМИ. Как я уже говорил, яркая цитата повышает вероятность того, что ваше сообщение будет опубликовано в первозданном виде. Одновременно уменьшается риск быть неточно истолкованным.
Прочитайте следующие примеры. Они очень разнообразны, но обладают одним общим качеством. Проверим, сможете ли вы его заметить.
«Гольф во многом похож на жизнь — самые серьезные травмы мы наносим себе сами».
Обратите внимание, все эти фразы самодостаточны. Репортеру не надо мучиться и комментировать их. Не надо беспокоиться о сохранении мысли автора. Нужно просто вставить цитату в текст и повернуть ключ зажигания. Это роскошь, и журналисты ее ценят. К тому же профессиональные репортеры всегда начеку, чтобы не пропустить высказывание, которое даст тему для новых сюжетов. Репортаж на заданную тему не только вызывает интерес. Его легче готовить.
Мой коллега, играющий за баскетбольную команду колледжа, следовал принципам медиа, давая интервью о получившем травму товарище Брайане Смите. «Вы когда-нибудь слышали старую фермерскую историю о лошади, сломавшей ногу? — спросил он у репортера. — Лошадь усыпляют, чтобы не мучилась. В этом году, по-моему, пора отправить Брайана на покой. Я сказал тренеру: «Давайте назначим день и прикончим его»». Статья вышла под заголовком «Рабочая лошадка Смит». В начале репортажа Смит был назван «заезженной ломовой лошадью», и фермерская тема прошла через всю статью.
Журналисты боготворят людей, умеющих кратко и просто объяснять сложные вещи. Физиотерапевт Терри Лоунс как раз такой человек. Она доходчиво объясняет, почему американская система здравоохранения столь неэффективна и почему медицинская страховка так дорога. Она сравнивает заботу о здоровье с заботой об автомобиле. Если бы производители авто бесплатно давали вам новый мотор каждый раз, как у вас сломается старый, стали бы вы менять масло? Так же и в медицине. Люди меньше заботятся о здоровье, потому что страховка покрывает все расходы на лечение.
Лоунс изложила свою теорию журналисту, пишущему о деловом мире, и объяснение ему так понравилось, что он посвятил проблеме отдельный репортаж. Корреспондент даже выразил свое восхищение красноречием Лоунс: «Будучи физиотерапевтом, Лоунс говорит по существу. Будь она экономистом, она сказала бы что-нибудь вроде «Информационное освещение модели расчета затрат на здравоохранение несколько несовершенно»».
Замечание журналиста верно только отчасти. Лоунс ясно выражается не потому, что она терапевт. Она нашла простую и понятную аналогию потому, что активно использует принципы СМИ. Благодаря этому ее компания получила долю паблисити. Репортеру легко достался красивый пример в подарочной упаковке. И он, и Лоунс получили то, что хотели.
Если вам нужно благосклонное внимание СМИ, выбирайте путь наименьшего сопротивления, но не для себя, а для журналистов. Назначайте мероприятия в удобное для них время. Подавайте материал в сжатом и легком для понимания виде. Во время интервью делайте яркие, прямолинейные, лаконичные комментарии. Придерживайтесь главной мысли.
Если вы занимаетесь связями с общественностью, пиаром, маркетингом или какой бы то ни было работой со СМИ, вашей единственной целью должно стать облегчение жизни репортерам. Это лучшее, что вы можете сделать для завоевания известности. Это также лучшее средство для борьбы с неблагоприятными репортажами.
Казалось бы, принцип очевиден, но специалисты, не желающие его замечать, постоянно мучают журналистов и редакторов. Они проводят мероприятия в неудобное время и в неподходящие дни недели. (Об этом мы поговорим подробнее ниже, см. «Принцип своевременности»). Они не сообщают четкой и существенной информации (на чем мы также остановимся, см. «Принцип ресурсов»). Иногда они даже вступают в противоборство со СМИ, о котором я расскажу (см. «Принцип эго» и «Принцип атаки»).
Если вы вспомните уже прочитанное, то обнаружите принцип доступности во всех четырех рассмотренных правилах. Репортеров привлекают неординарные истории, потому что они заметны. Их легче найти. По той же причине Зверь любит эмоции — они поднимаются над повседневностью. Людей трудно увлечь фактами, но добавьте эмоций, и толпа всколыхнется. Сложные темы неприятны не только журналистам, но и их аудитории. Нужен простой материал — сокращенный, сжатый, легкий для восприятия. Понимая важность неординарности, эмоциональности и простоты, мы должны тщательно готовить свои сюжеты и высказывания, используя знание принципов СМИ.
Читая эту книгу, вы убедитесь, что принцип доступности лежит в основе абсолютно всех правил масс-медиа. Легкие блюда Зверь ест с аппетитом.
Что объединяет Mc Donald’s, The Rolling Stones, Стивена Спилберга, компанию Соса-Соlа и журнал Time? Все они достигли большого успеха, это понятно. Но что принесло им успех? Они покорили мир, справившись с тремя задачами: они смогли: 1) выделиться из общей массы; 2) стать лидерами; 3) преумножить свои достижения. Первые две задачи очень сложны, но ведущие компании знают, что еще сложнее выполнить третью задачу: быть последовательными.
Когда дело касается паблисити, люди делятся на три категории. Одни не проявляют упорства. Они хотели бы воспользоваться преимуществами широкой известности, но даже не пытаются ее получить по ряду причин (таких, как нехватка времени, страх или рассеянность).
Вторые считают себя упорными. Они более успешны, чем первая группа, потому что прилагают хоть какие-то усилия. Время от времени они сообщают информационным агентствам о том, чем занимаются. Они либо попадают в СМИ, либо нет и забывают о медиа до следующего важного события. К этой категории относится большинство крупных компаний. Они скорее симулируют активность, чем действуют.
Первая и вторая категории объединяют подавляющее большинство желающих накормить и приручить Зверя. Они никогда не достигают больших успехов, потому что не используют принцип повторения.
Третью категорию составляют по-настоящему упорные люди. Для них паблисити является приоритетной задачей. Они постоянно ищут возможности для пиар-кампании и максимально используют то, что удается найти или создать. Конечный результат столь же поразителен, как и закономерен. Десяти процентам людей достается девяносто процентов благосклонного внимания СМИ.
Большинство охотников за паблисити слишком быстро отчаиваются или слишком рано празднуют победу. Выиграв или проиграв, они останавливаются. Чтобы ваш сюжет получил широкое освещение, нужно изложить его в концентрированном виде и предлагать всем журналистам, которые согласны вас слушать. Если Зверь не обращает внимания на предложение, пересмотрите его и попробуйте снова. Если сюжет по-прежнему неинтересен, оставьте его и найдите другой. Когда Зверь его схватит, порадуйтесь, но не прекращайте работу. Переформулируйте сообщение так, чтобы оно заинтересовало новую аудиторию, и разместите его в СМИ еще раз. Сюжет привлек одно агентство, привлечет и другое.
О принципе повторения можно многое узнать от особой породы репортеров — фрилансеров («свободных художников»). В их работе совмещается деятельность журналистов и пиарщиков. Фрилансер не только пишет статью, но и продает ее информационным агентствам, Не соблюдая принцип повторения, он недолго продержится на такой работе.
Прежде чем собирать материал для статьи, фрилансер просчитывает, кому он ее продаст. Иногда удается продать еще не написанную статью. К примеру, репортаж о стрессе на работе в равной мере заинтересует редакции местных газет, СNN, журнал о психологии и бог знает какие еще СМИ. Внеся в текст незначительные изменения, фрилансер продаст одну и ту же статью разным изданиям.
Допустим, корреспондентка потратила на репортаж 12 часов и получила за него 300 долларов. Соответственно, ее зарплата составит 15 долларов в час. Вспомнив про налоги и служебные расходы, мы приходим к выводу, что ей выгоднее было бы работать секретаршей. Однако если за ту же цену корреспондентка продаст репортаж восьми редакциям, ее зарплата составит 120 долларов в час. Повторение — чудесная вещь!
Советую вам рассматривать все возможности для пиара так же, как журналист-фрилансер. Спросите себя: скольким информационным агентствам вы сможете предложить свой сюжет? Как заставить одни и те же организации использовать сюжет несколько раз? Ваша цель — добиться того, чтобы ваше имя упоминалось в СМИ как можно чаше. Многие не проявляют настойчивости, ошибочно полагая, что, если их сюжет один раз мелькнул в СМИ, этого хватит. Вовсе нет. Если один раз ваша история сработала, используйте ее и дальше.
В начале 1990-х национальный журнал новостей опубликовал статью об инновационном методе борьбы с диабетом в резервации индейцев зуни. Главный оператор телеканала, где я работал, показал мне статью и предложил сделать серию репортажей о борцах с диабетом. И мы ее сделали. Получился очень хороший цикл. Его номинировали на премию «Эмми». Мы продали серию каналу ЛВС и нескольким другим информационным компаниям.
Однажды мне позвонил корреспондент Том Формен и расспросил о подробностях. Через несколько месяцев он снял собственный сюжет на ту же тему. Она до сих пор популярна. В январе 2001 года, пролистывая U.S. News and World Report, я наткнулся на очередную статью о проблеме диабета у индейцев племени зуни. Мы посещали резервацию несколько лет назад, а о ней продолжали писать. Женщина, возглавляющая Центр по борьбе с диабетом у зуни, рассказывала журналистам о своей программе, несмотря на то, что ее многократно освещали местные, региональные и национальные СМИ.
Лучшие приманки для Зверя создает не тот, кто постоянно изобретает что-нибудь новенькое. Зверь бежит к тем, кто находит одну идею и использует ее многократно. Это как игра на барабане: вы стучите по одному инструменту, но меняете ритм. И все же будьте начеку и не забывайте искать новые возможности для пиара.
Повторение может принимать разнообразные формы.
Для этого нужно охватить множество информационных агентств. Пусть несколько журналистов передадут ваше сообщение разным аудиториям по разным каналам. Статья может превратиться в телесюжет, и наоборот. Известность в местном кругу может принести популярность в национальном масштабе. Национальная известность покорит один из городов. Отраслевые новости попадут в новости общей тематики, а бывает и наоборот. Иногда сюжет подхватывают все без исключения, и он начинает жить собственной жизнью (скоро мы об этом поговорим). А чаще всего эти процессы совмещаются, Какую бы форму ни приняло повторение, как правило, оно является результатом чьих-то целенаправленных усилий.
Возможность продемонстрировать принцип повторения появилась у меня в мае 2001 года. Я развернул утреннюю газету и в изумлении увидел, что Комиссия Нью-Мексико по государственному регулированию проголосовала за присвоение нового телефонного кода самым густонаселенным городам штата — Альбукерке и Санта-Фе. Код сельских районов оставался неизменным — 505. Решение, которое планировалось претворить в жизнь всего через два месяца, было абсолютно бессмысленным. Предприятия и административные здания сосредоточены как раз между Альбукерке и Санта Фе. По подсчетам эксперта, смена кода этого региона стоит на 50 млн долларов больше, чем смена кода в сельских районах. Так почему трое из пяти членов комиссии проголосовали за изменение кода в городах? Дело в том, что их избиратели преимущественно живут в сельских областях, и там же живут члены комиссии. Я не хотел спускать чиновникам такую глупость. Я связался с Дэвидом Кэмпбеллом, юристом фирмы Vogel, Campbell? Bleuher & Castle, и с Джином Грантом, специалистом по пиару, работающим в фирме DW Turner & Assoc. Втроем мы составили «Коалицию-505».
Первой задачей было заявить о нашем появлении на сцене. В воскресенье я разослал в редакции пресс-релиз о запланированном на вторник ралли «Сохранить 505». Местом старта была назначена центральная площадь Альбукерке. Корреспондент АВС взял у меня интервью в тот же день, и в 22.00 в новостях вышел его репортаж. Думаете, я на этом остановился? Конечно, нет!
На следующий день я позвонил в ведущую радиостанцию штата и получил приглашение на часовую беседу. Ее транслировали в прайм-тайм, то есть в полдень. Я обратился в несколько газет, и везде у меня взяли интервью. Репортер из самой читаемой ежедневной газеты Нью-Мексико обещал, что статья будет напечатана во вторник утром. В понедельник вечером сюжет со мной показали все пять местных телеканалов. Не пора ли остановиться? Ни в коем случае!
Следующим утром я дал интервью ведущим радиостанциям, выходящим на частоте АМ и РМ. Для полуденных выпусков новостей у меня взяли интервью СВ5 к АВС. СМИ не оставили без внимания и нашего адвоката Дэвида Кэмпбелла. Успешно прошло наше ралли «Сохранить 505»— естественно, в 5.05 вечера. Все телеканалы вели прямые трансляции, а до и после гонки я дал несколько интервью корреспондентам радио и газет. Мероприятие не только стало главным сюжетом вечерних новостей, но и попало (вместе с крупными фото) на первые полосы ведущих газет. Можно ли на этом успокоиться? Ни за что! Мы создали веб-сайт, написали несколько серьезных статей и продолжали использовать каждую возможность для пиара. «Коалиция 505» заставила Комиссию по государственному регулированию провести общественные слушания и новое голосование, сопровождавшееся очередным шквалом репортажей в масс-медиа. Результаты повторного голосования оказались идентичны результатам первого, поэтому мы обратились в Верховный суд.
Дюжина газет не только регулярно посвящала репортажи нашей проблеме, но и затрагивала ее в редакционных статьях и карикатурах. Я и наш адвокат дали еще несколько интервью радиостанциям. Тему подхватило агентство Reuters, газета USE Today, вашингтонская служба новостей ВNА, выпускающая более 200 информационных передач и изданий, а также другие медиаслужбы. В итоге «Коалиция-505» создала самую масштабную медиакампанию в Нью-Мексико за 2001 год. Нашему сюжету были посвящены сотни репортажей. Это произошло не случайно. Мы постарались привлечь внимание СМИ и удержали их интерес,
Наша акция протеста и сопровождавшая ее шумиха в СМИ принесли плоды. Во время борьбы местные и федеральные власти выяснили, что могут на долгие годы отсрочить изменение кода, введя программу экономии телефонных номеров. Используя принцип повторения, мы не позволили штату выбросить на ветер десятки миллионов долларов.
Разумеется, спорные вопросы, такие, как борьба за сохранение кодов, способны долго оставаться в центре внимания. Однако и не столь острые противоречия надолго станут предметом обсуждения, если вы хорошенько постараетесь. Пример браслетов милосердия Лениа Хайциг это подтверждает.
После теракта 11 сентября 2001 года писательница и жена пастора миссис Лениа Хайциг смотрела по телевизору жуткие кадры и молилась. Она искала способ помочь семьям погибших. Хайциг верила, что все американцы так же, как и она, потрясены масштабами трагедии. Она понимала, что люди не могут почувствовать боль от потери, тысяч жизней, но способны разделить чувства одной из семей. Вот тогда и родилась идея браслетов милосердия, название которых расшифровывается как «Каждый день с именем ближнего». На серебряных браслетах были выгравированы имена жертв теракта.
Всего за две недели Хайциг собрала необходимых специалистов: дизайнера, ювелира, разработчика сайтов, журналистов, пиарщиков и других. Программа была запущена во время воскресной церковной службы.
В субботу я разослал пресс-релизы и обзвонил своих знакомых в медиакругах. Вечером местные телеканалы показали репортаж о проекте Хайциг. Один из каналов запускал репортажи о нас еще десять дней. К сожалению, пресса не сразу обратила внимание на наш сюжет, но мы продолжали упорно работать. Лениа использовала свои связи (см. «Принцип ресурсов»), чтобы назначить встречу с издателем Albuquerque Journal. Через два дня ее история и цветное фото появились на обложке журнала. Мы отправили пресс-релиз на адрес шоу Опры Уинфри. Я написал электронное письмо другу и коллеге из СКК Лениа дала многочисленные интервью радиостанциям, включая радио Ассоциации евангелистов. Корреспондент-фрилансер Джереми Рейнальдс написал о браслетах милосердия статью, которую опубликовал почти десяток информационных сайтов. В результате наших усилий и достигнутой известности сюжет попал на первую страницу Dallas Morning News. Его увидел продюсер ночной программы ABC, и браслеты милосердия были упомянуты в передаче о благотворительных организациях, помогающих жертвам терактов 11 сентября. Количество репортажей росло как снежный ком. Тему осветили СКЫ, NYTimes.com и ведущие издания Вашингтона, Миннеаполиса, Нью-Джерси и других городов. Репортажи о браслетах попали на страницы газет и журналов, в эфир национальных телеканалов и в Интернет.
Я рассказал вам о «Коалиции-505» и о браслетах милосердия потому, что интерес СМИ к ним возник в результате целенаправленных усилий и не угас благодаря дальнейшим действиям.
Большинство журналистов считают себя независимыми, и некоторые действительно таковыми являются. Однако вы знаете, что Зверь человекоподобен. Как и все люди на планете, журналисты подвержены влиянию лидеров индустрии. Стоит медиаконцерну одобрить сюжет, и все остальные СМИ решают его осветить. К лидерам или к элите медиабизнеса США относятся крупные информационные агентства и такие издания, как Newsweek, Time, New York Times, Washington Post, Wall Street Journal. Если один из лидеров упомянул ваш сюжет, готовьтесь: его влияние будет огромным.
Владельцы кондитерской для животных Three Dogs Bakery ощутили на себе влияние лидеров СМИ, когда к ним случайно зашел репортер Wall Street Journal. Корреспонденту понравилась уникальная идея собачьего печенья из натуральных продуктов (принцип неординарности). Он написал статью о магазине и его товарах, в том числе выпечке для щенков, пуделей и датских догов. В день, когда сюжет появился в газете, сотрудники магазина, должно быть, чувствовали себя как хромые псы, — они физически не успевали всех обслужить. Еще две недели в магазине разрывался телефон: люди хотели знать, как им заказать печенье, и получить больше информации о продуктах. За два дня магазин продал товаров, как за обычные десять. Это было следствие одного-единственного репортажа.
На этом история не закончилась. После статьи в Wall Street Journal на владельцев кондитерской обрушился поток запросов на интервью от десятков других СМИ. С ними хотели побеседовать представители USA Today,People, Entrepreneur, New York Times Magazine, Общественного национального радио, телешоу Опры Уинфри и многих других программ и изданий. Внимание СМИ помогло Three Dogs Bakery преуспеть на рынке США, Канады и Японии. Откуда я это знаю? Из репортажа на сайте inc.com.
Когда ваш сюжет освещает лидер медиабизнеса, готовьтесь к массовому интересу. Стив Хэнке был одним из множества полуголодных художников, пока Wall Street Journal не поведал миру о его удивительном таланте. Всего за тридцать минут Хэнке с поразительной точностью мог нарисовать что угодно: человека, предмет или целую сцену. Продюсеры программы «С добрым утром, Америка» увидели статью и пригласили Хэнкса в студию, чтобы он создал портрет их команды. Не обошел его своим вниманием и журнал Реорlе, а также масса других изданий. Постепенно Хэнке отказался от быстрых набросков, потому что не хотел быть лишь художником-циркачом. Он использовал интерес СМИ, чтобы продемонстрировать свои гениальные акварели. Сейчас Хэнке входит в число лучших художников США, рисующих акварелью. Очень жаль, что Зверя нельзя контролировать, когда он оценил вкус истории и она ему понравилась. Как было бы хорошо, если бы все подданные Зверя терпеливо ждали своей очереди к источнику информации! В реальном мире это не так. Если медиаэлита благословляет сюжет, за ним устремляются орды репортеров. Итог может быть печальным.
Лайл Боулин основал книжный интернет-магазин Positively You.com и получал приличную прибыль. Репортеры New York Times сочли его успех знаком того, что каждый может заработать в Сети. Г азета посвятила бизнесу жителя Айовы большую статью. За ним последовал репортаж в журнале Times, сюжеты в программе «С добрым утром, Америка», на Fox News и многих других СМИ. Как вы догадались, объем заказов на Positively You.com вырос больше чем в 20 раз практически за ночь. К несчастью для Боулина, его небольшая компания не могла справиться с таким резким и неожиданным расширением бизнеса. Меньше чем через год виртуальный магазин вынужден был закрыться, пав жертвой слишком громкой известности.
Думая, что этот раздел не про вас, так как у вас нет шанса на внимание медиаэлиты, вы ошибаетесь. Three Dogs Bakery, Стив Хэнке и Positively You.com были абсолютно безвестны, пока волей случая не попали в СМИ. То же самое можно сказать о тысячах маленьких людей и организаций, которые каждый год вдруг оказываются объектами внимания крупнейших изданий и телеканалов. Даже если к вам не постучатся репортеры New York Times, важно понимать степень влияния лидеров СМИ на остальные редакции. Этот механизм работает в каждом городе, штате и государстве.
Где бы вы ни жили, журналисты везде одинаковы. Им нравится получать готовый материал, но они обожают делать из него собственные выводы. Они всегда ищут интересные истории, поэтому как крупные, так и мелкие информационные агентства следят за действиями конкурентов. Это позволяет им: а) убедиться, что их новости популярны; б) испытать чувство собственного превосходства, заполучив сюжет, не доставшийся конкурентам; в) отметить упущенное. На все СМИ в определенной мере влияют репортажи конкурентов. Если история попадает в газеты, ее с большей вероятностью передадут ТВ и радио, и наоборот.
Однако в принципе повторения есть подвох, о котором должен знать каждый охотник за паблисити. С одной стороны, СМИ просматривают материалы конкурентов, чтобы определить, какие новости в моде, и почерпнуть идеи для репортажей. С другой стороны, жесткая конкуренция и борьба за сюжеты иногда заставляет их игнорировать или сводить к минимуму освещение событий, впервые упомянутых соперниками.
В случае с браслетами милосердия мы добились масштабного внимания телеканалов в первый же день. Однако один из каналов уделил проекту особое внимание и посвятил ему довольно много репортажей. В результате остальное ТВ потеряло интерес к браслетам. То же самое случилось с прессой. Первой сюжет подхватила утренняя газета, поэтому дневные издания его проигнорировали. После того как статья появилась в Dallas Morning News, я позвонил в редакцию далласского телеканала и сообщил, что в Альбукерке уже популярна история с милосердным проектом. «Возможно, Dallas Morning согласится прислать вам видеопленку», — сказал я (см. «Принцип доступности»). Однако редактор ТВ отказался от предложения, заявив, что Dallas Morning уже все рассказала.
Разве я как медиаэксперт не должен был знать, что агентство не станет освещать то, что опубликовала пресса? Нет, не должен. В другой день, при других обстоятельствах ТВ с удовольствие проглотило бы историю из газет. Некоторые информационные агентства стараются не воровать сюжеты у конкурентов. Другим происхождение истории абсолютно неважно. Телеканалы небольших и средних городов без стеснения заимствуют сюжеты из газет, причем ежедневно.
Вне зависимости от общей политики СМИ поступают так, как им выгоднее в данный момент. Сегодня они отбрасывают тему, потому что она «уже использована». Завтра они вцепятся в лакомый сюжет, только что увиденный у конкурентов.
Невозможно предсказать, как именно изложат историю СМИ, поэтому лучше и не пытаться. Продайте сюжет максимально возможному числу репортеров и готовьтесь продавать его дальше, когда он получит развитие и преобразуется. Не удивляйтесь никаким неожиданностям.
В разгар истории с кодом 505 я написал большую статью для Albuquerque Tribune, Я также написал статью для Albuquerque Journal и договорился, что ее опубликуют во вторник. В понедельник днем вышла Tribune, и мне немедленно позвонил редактор из Journal. Он заявил, что снимает мою статью, так как я опубликовался у конкурента. Я растерялся, ведь мои статьи были совершенно не похожи друг на друга. Растерялся, но не сдался. Я спросил редактора, опубликует ли он статью, если поставить под ней имя нашего адвоката, а не мое. Редактор согласился, и спустя несколько дней статья была напечатана. Запомните, что принцип повторения работает во всех направлениях: по горизонтали и вертикали, на местном и национальном уровне, внутри одного вида СМИ и всех медиа. Если история не идет по каналу, на который вы рассчитывали, не беспокойтесь. Постарайтесь разместить ее в максимальном количестве СМИ.
Принцип повторения — отличный поставщик информации. Но в нем таится опасность. Повторяя новости, журналисты не задумываются, точны ли источники. В сообщениях столько лишней и случайной дезинформации, что факты и домыслы спутываются в один клубок.
Необходимость поставлять новости в кратчайшие сроки приводит к тому, что журналисты не имеют времени для перепроверки работы коллег. «Факты», изложенные одним репортером, принимаются за истину. Соответственно, другие журналисты смело используют их в своих репортажах. Если же факты повторились многократно, они фиксируются в массовом сознании как общеизвестная истина, даже если неверны.
В сумасшедшие часы после трагедии в школе «Коламбин» к месту происшествия стекались журналисты со всей страны. Число жертв росло, и в репортажах стали мелькать сообщения, что стрелявшие целились в товарищей по школе, принадлежавших к национальным меньшинствам или занимавшихся спортом. Этот «факт» обнародовали, когда выяснилось, что в числе 12 убитых учеников был чернокожий спортсмен Исайя Шуэлс. Информация оказалась шокирующей, и, разумеется, ее повторили бесчисленное множество раз. В течение нескольких недель после побоища выходили репортажи об убийстве учеников из нацменьшинств и спортсменов. Это была дезинформация. Шуэлс единственный из погибших принадлежал к нацменьшинствам и занимался спортом. Впоследствии выяснилось, что стрелявшие действительно выбирали жертв — христиан из секты «Рожденные заново». Пробегая по школе, убийцы спрашивали встречных, верят ли они в Бога. Тех, кто говорил «да», убивали. Истина получила гораздо меньшее освещение, чем версия с национализмом и спортом.
Нынешний президент Буш умудрился выиграть от ошибок СМИ. После накаленной предвыборной борьбы и голосования 2000 года масс-медиа жаждали исторических параллелей. Представитель Буша Джеймс Бейкер с радостью их провел. Он рассказал о поразительно похожих выборах 1960 года, когда Никсон благородно уступил победу Джону Кеннеди, не обратившись в суд, хотя преимущество оппонента в полудюжине штатов было ничтожным и весьма сомнительным. Тогда тоже ходили слухи о подтасовке результатов голосования в Иллинойсе, Техасе и других штатах.
СМИ не усомнились в точности слов Бейкера, потому что самопожертвование Никсона было «известным фактом» в политических кругах. Журналисты проглотили сравнение Бейкера и, следуя по заготовленному для них пути, спросили, не должен ли так же поступить Гор. Великодушный жест Никсона стал убедительным аргументом в пользу уступки Гора. Убедительным, но не достоверным.
Историк Дэвид Гринберг опубликовал статьи, доказывающие, что лидеры республиканцев, в том числе и помощники Никсона, до конца ноября настаивали на пересмотре результатов голосования в одиннадцати штатах. Внешне оставаясь в стороне от споров, Никсон, без сомнения, поддерживал кампанию. Однако опровержения бессильны против принципа повторения. На следующих выборах победивший с небольшим перевесом голосов кандидат приведет в пример патриотизм Никсона и позволит конкуренту проиграть с честью.
Помните, как администрация Клинтона разгромила Белый дом перед тем, как передать офис Дж. Бушу? Это один из многочисленных скандалов одного из самых скандальных президентов — Клинтона. И он не совсем правдив.
История началась с репортажа о том, что подчиненные Клинтона на прощание убрали «W» с нескольких клавиатур. Затем общественности рассказали о перерезанных компьютерных проводах и телефонных кабелях, исписанных граффити стенах, перевернутых столах и склеенных архивных папках. Борт номер один, как сообщалось, тоже подвергся вандализму. U.S. News & World Report напечатала статью, утверждая, что Белый дом тратит 10 000 долларов в день только на починку телефонных линий после вандалов Клинтона.
Журналист Дэвид Голдштайн разоблачил скандал как надуманный и предоставил американцам новую, «достоверную» информацию. Но самое смешное случилось после того, как Голдштайн восстановил «справедливость».
Энтони Уэйнер, демократ из Бруклина, на одной из пресс-конференций потребовал от администрации Клинтона извинений. Вместо извинений представитель Белого дома Эри Флейшер принес ему подробное описание ущерба. В список вошли граффити в шести кабинетах, 10 перерезанных телефонных линий и 100 испорченных клавиатур. Как выяснилось, администрация Клинтона действительно устроила акт вандализма, хотя и не с таким размахом, как сообщалось вначале. Откуда исходят экстремальные новости о разгроме офиса? Такое впечатление, что это никому не известно. Том Розенстил, глава организации Project for Excellence in Journalism, признает: «Маленький грязный секрет информационной революции в том, что контроля за достоверностью теперь не очень много». Зато много повторений.
Повторение играет свою роль как в национальном, так и в местном масштабе, причем в последнем оно влиятельнее. Как я уже говорил, местное ТВ и радиостанции поручают редакторам просматривать газеты в поисках интересных сюжетов. Темы, которые им нравятся, получают серьезный шанс стать телерепортажами. Если в печатном сообщении есть фактическая ошибка, она с большой вероятностью останется незамеченной и попадет в телевизионную версию.
Искоренить ошибку, попавшую в информационный блок, так же трудно, как вывести лебеду с огорода. Если вы не уничтожите ее начисто, досадная пакость появится снова.
Сотрудники теленовостей общаются между собой крайне редко. Команды, отвечающие за утренние, дневные и вечерние выпуски, перебрасываются от силы парой слов, но полагаются на работу друг друга.
Допустим, корреспондент дневных новостей допускает ошибку и она попадает в эфир в 17.00, Вы замечаете неточность и звоните в редакцию. Есть шанс, что вы поговорите с незаинтересованной стороной, к примеру со стажером. Он выслушает жалобу, повесит трубку и хмыкнет: «Вот зануда!» Если удастся пообщаться с репортером или другим сотрудником, которому точность небезразлична, информация может попасть к редакторам.
На этом неприятности не кончаются. Если в 22.00 ваш сюжет освещает другой журналист, то он воспользуется данными из репортажа своего коллеги; возможно, как раз ошибочными. Неточность всплывает снова.
Ранним утром события развиваются по тому же сценарию. Ошибка, допущенная накануне, уже известна нескольким ключевым сотрудникам. Она не обязательно повторится в выпуске, но, если в текст прошедшего репортажа не внесены изменения, вероятность ее повторения высока. Продюсер утренних новостей опирается на предыдущие записи с пресловутой ошибкой. Кто знает, может быть, и автору дневных новостей придет в голову обратиться к вчерашним программам.
Многократно повторенную ошибку труднее исправить, так как люди встречают сообщение не один раз и начинают воспринимать его как достоверный факт. Если ваш сюжет всплывет некоторое время спустя, корреспонденты, авторы и продюсеры могут обратиться к неточным репортажам и на их основе написать новый сценарий. Борьбу с ошибкой придется начинать заново.
Работая с медиа, представьте себе, что пробираетесь по кочкам в болоте и подвергаетесь постоянному риску. Лучшее, что вы можете сделать, — это тщательно продумать каждый свой шаг. Если вдруг оступитесь и начнете тонуть, сосредоточьте все силы на том, чтобы поскорее выбраться на твердую землю. С каждой уходящей минутой шансов на счастливое спасение будет все меньше. Вы защитите себя от неточностей и неприятностей, применив принципы простоты и повторения. Поборите желание рассказать репортеру все, что знаете по данной теме. Ограничьтесь в своих комментариях самыми важными фактами и дайте репортеру конспект сюжета на одной странице. Заранее определите главное сообщение и цитату, которую вы бы непременно использовали, будь вы автором репортажа. Озвучьте это сообщение до интервью, несколько раз во время интервью и даже после. Не оставляйте ошибкам ни малейшего шанса.
Если, несмотря на все ваши усилия, репортер понял сказанное по-своему и вы полагаете, что это доставит вам неприятности, не медлите. Начинайте действовать. Позвоните репортерам, допустившим оплошность. Тактично сообщите им об ошибке, попросите исправить все записанные тексты и уведомить об изменениях редактора и других ответственных лиц. Если неточность, к примеру, допустил газетчик, позвоните также на радио, ТВ, в филиал Associated Press и предупредите о дезинформации всех, кого может привлечь ваш сюжет.
Останавливаться рано. Просматривайте все масс-медиа и следите за репортажами. При необходимости подключите к «спасательным работам» коллег и друзей. Если вновь заметите неточность, отправляйтесь прямо к главному редактору. Изложите ему проблему и потребуйте прекратить тиражирование ошибки. Если и это не подействует, идите к боссу. Будьте тверды, но доброжелательны. Старайтесь избегать конфликтов и вмешательства юриста. Противоборство со Зверем очень редко приносит пользу (см. «Принцип эго»).
Итак, мы должны извлекать выгоду из принципа повторения. Имея хорошее сообщение, передавайте его почаще. Если в СМИ «вспыхнет» ошибка, хватайте не стакан воды, а пожарный брандспойт.
С юных лет нам внушают, что нельзя повторяться. Не могу сосчитать, сколько раз я просил сына: «Скажи один раз, и я пойму». Конечно, это не универсальное правило, но как еще объяснить восьмилетнему мальчишке, чтобы не канючил: «А что на десерт?»
В дружеской беседе повторения раздражают. К счастью, большинство из нас обладают достаточной памятью, чтобы их избежать. Однако интервью и разговор — разные вещи. Интервью — это возможность заинтересовать собой аудиторию, донеся сообщение через фильтр СМИ. Люди услышат не все сказанное, если только вы не работаете в прямом эфире (об этом несколько позже). Как правило, аудитория получает одну-две короткие цитаты. Остальное репортер оставляет за рамками. Чтобы он выбрал цитаты правильно, вам нужно настойчиво их повторять. Произносите их снова и снова.
Начиная работать корреспондентом, я недоумевал, почему герои интервью упорно не желают повторяться. Пока оператор пристраивал камеру, я начинал прощупывать почву. «Что вы считаете главным в этой истории?» — спрашивал я. Часто люди выдавали замечательные цитаты. Мы включали камеру, но наш объект отчаянно сопротивлялся и не хотел излагать ту же мысль теми же словами. Осознанно или неосознанно, человек действовал по правилу. «Я это уже говорил и не должен повторяться». Нонсенс! Давая интервью, выверните правила беседы наизнанку. Ведите себя как восьмилетний ребенок, которому интересно, что на десерт.
Журналист — это решетка для просеивания породы на рудниках. В нее вы засыпаете свое сообщение: песок, щебень и камни. Песок и щебень отсеиваются, так как репортер упрощает сюжет. Остаются только камни, лучшие из которых — крупные (неординарные), блестящие (эмоциональные) и гладкие (простые). По контрасту с серыми булыжниками, которые то и дело появляются на экранах, они привлекают внимание и потрясают воображение. Репортер осматривает лучшие камни из НЭП и выбирает пару образцов для сюжета. Если герой интервью хорошо поработал, то несколько оставшихся цитат передают одну и ту же мысль в разной форме.
К сожалению, многие не готовятся к интервью, а потому их сообщения состоят сплошь из непримечательных вещей. Просеяв полученное, журналист обнаруживает только скучные камешки без малейших признаков НЭП. Репортер недоволен, так как ему нечем украсить сюжет. Кроме того, его работа усложняется, ведь придется перелопатить груду никчемных серых глыб.
Ради собственного блага и блага репортера не превращайте монтаж в каторжный труд. Следуйте принципу подготовки. Точно сформулируйте главные сообщения. Заострите внимание на одной-двух деталях, если только это возможно. Найдите несколько способов сказать об одном и том же. Во время интервью сосредоточьтесь на своем сообщении и вдалбливайте, вдалбливайте его. После окончания беседы у репортера останется горстка песка и щебня, немного мелких камешков и несколько великолепных, сверкающих алмазов (ваших комментариев). Вот так должно проходить интервью. Пару раз встряхнув воронку, репортер находит то, что нужно ему и вам.
Принцип повторения важен в беседе как с представителями прессы, так и с телекорреспондентами, но по разным причинам. У представителя прессы, как правило, больше времени на подготовку репортажа и больше места, отведенного под информацию. Он берет более длинные и подробные интервью, поэтому чаще затрагивает маловажные, лишние детали. Повторяя свою мысль, вы возвращаете корреспондента к главной теме и уменьшаете вероятность того, что история примет нежелательный оборот.
Вы также получаете дополнительное преимущество. Повторив сообщение несколько раз и уложив его в забитой разными делами голове репортера, вы не оставляете в ней места для путаницы. Слова людей, соблюдающих принцип повторения, не искажаются.
Больше того, знаток принципов СМИ выигрывает у оппонентов. Допустим, репортер берет интервью у человека, имеющего противоположную точку зрения. Ваш оппонент не использует принцип повторения. Когда журналист сядет писать статью, какую точку зрения вспомнит? Конечно, вашу; а значит, высоки шансы, что именно ее он изложит в статье.
В телеинтервью дополнительные проблемы создает техника. Если вы запнетесь посреди предложения, это абсолютно не обеспокоит газетчика, в то время как пауза в видео- или аудиозаписи погубит сообщение. Профессионал вырежет «белое пятно», но это отнимет у него драгоценное время и силы. Плохой или слишком занятый репортер выбросит целую фразу. Однако запинка не доставит вам неприятностей, если вы дадите репортеру еще три-четыре красивых цитаты.
В видеосъемке и аудиозаписи таится много опасностей, которые устраняются принципом повторения. На ТВ злостно нарушают правила обращения с пленкой. Ее используют неоднократно, в результате чего ухудшается качество записи и часть материала пропадает. Менеджеры вынуждены сокращать бюджет, поэтому кинопленку гоняют дольше, чем положено. Если ваша единственная гениальная фраза попадет на затертое место, журналист не сможет ее использовать. Высокое качество 35-миллиметровой ленты резко сократило количество пробелов, но они еще встречаются.
Проблема, от которой не спасают научные достижения, — это неожиданные шумы. Страшно сказать, сколько прекрасных цитат я потерял потому, что каким-то автомобилистам вздумалось сигналить, проезжая мимо места, где я брал интервью. Помню, что почти заснял потрясающую беседу со школьником (а это, между прочим, редкость), но на последних секундах раздался звонок на урок. Однажды я брал интервью у наездницы, которую только что сбросил полудикий мустанг. У нее был разбит подбородок, лицо и рубашка залиты кровью, но прелестная девушка пыталась скрыть слезы и говорить решительно. Классический, великолепный контраст не получился, потому что конь ткнулся мордой в микрофон. Когда я увернулся и снова задал вопрос, момент был упущен.
Проклятые шумы прерывают интервью, где бы вы ни были. Они раздаются в самое неподходящее время. Кто-нибудь начинает оглушительно хохотать. Замолкает вентилятор, включается кондиционер. Мимо проносится лихач на «Харлее». Самолет пролетает над головой. Чихает оператор или корреспондент. Опасность испортить кадр постоянно висит над тем, кто зарабатывает на жизнь с микрофоном в руках. Вам она также будет угрожать, если вы не последуете принципу повторения.
Есть еще один повод почаще повторяться в интервью для радио или ТВ. Возрастают шансы попасть в несколько репортажей. Эфирного времени прибавилось, а рабочих ресурсов убавилось, поэтому журналисты стали транслировать репортажи неоднократно. Сюжеты, которые отбирают для повторной трансляции, содержат самый лучший материал. Не последнюю роль при отборе играют интересные, оригинальные цитаты.
Яркие, запоминающиеся фразы обеспечат вам больше эфирного времени. Если вы не скажете ничего примечательного, то повторный показ будет сопровождаться закадровым голосом, а интервью с вами канет в Лету. Выдайте репортеру несколько хороших фраз, и он с радостью использует их все.
Даже если интервью в прямом эфире очень похоже на обычную беседу, не обманывайтесь. Применяйте принцип повторения.
В коротком интервью, занимающем три минуты, а то и меньше, у вас может не быть возможности повторить свою мысль. Но вы должны быть готовы это сделать. По причине ограниченности во времени репортер без обиняков спросит о главном. Первый же вопрос будет задан, чтобы выяснить вашу позицию. Это вы оговорите еще до интервью. Если за первым вопросом последуют дополнительные, у вас появится шанс развить свою мысль.
Всегда есть вероятность, что журналист задаст вопрос о менее существенном аспекте и попытается отобрать у вас драгоценное время. В таком случае поступайте, как поступают хитрые политики: не отвечайте или, по крайней мере, сначала скажите то, что хотели. Диалог получится примерно такой:
Репортер: «Сенатор, как, по вашему мнению, новый договор повлияет на отношения между США и Китаем?» Сенатор: «Боб, сначала я хотел бы подчеркнуть, что договор был бы невозможен без огромных усилий нашего президента».
Озвучив сообщение, ради которого он и пришел, сенатор может ответить на вопрос репортера или подождать, пока его повторят.
В программах другого формата, например на радио или телевизионных ток-шоу, используйте правило, которому следуют все сценаристы. Расскажите, о чем вы собираетесь говорить. Расскажите желаемое. Расскажите, о чем вы только что говорили.
Я заметил, что даже люди, привыкшие давать интервью в прямом эфире, начинают с мощной реплики, но заканчивают вяло и беспомощно. Каждый уважающий себя ведущий ток-шоу заранее выяснит, что вы собираетесь говорить. Вы без проблем выскажете свое мнение, когда к вам обратятся. Вы, собственно, для того и пришли. Однако истинные эксперты по паблисити блистают в течение всего интервью, когда оппоненты уже исчерпали себя.
Ведущий затрагивает второстепенные аспекты, и многие гости успокаиваются и замолкают, позволяя другим вести дискуссию. Не делайте этого. Отвечайте на дополнительные вопросы, но не отклоняйтесь от главной темы, возвращайтесь к ней постоянно.
Опытные ведущие шоу дают гостям возможность подвести итоги. Это ваш шанс на красивый финал. К примеру, Билл О'Рилли, ведущий «Фактора О'Рилли», сворачивает беседу, предупреждая гостей: «Вы можете сказать свое последнее слово». Некоторые хватаются за возможность вернуться к началу программы и вбить свое сообщение в головы слушателей. Большинство людей этим пренебрегают.
Не рассчитывайте, что ваш собеседник будет столь же умел, как О'Рилли. Я вел ток-шоу на радио и новости на ТВ и знаю, что нелегко распределять время в процессе живых бесед. Не забудьте сказать ведущему и продюсеру, что вы хотели бы закончить свое выступление небольшим резюме. Участвуя в долгой беседе, напомните своему собеседнику о договоре, прежде чем он попрощается с аудиторией.
Зверь жесток к равнодушным людям, он их запутывает и запугивает. Они быстро сдаются, тем самым уменьшая конкуренцию. Тот, кто знает принципы СМИ, уверен, что паблисити — это не событие, а процесс. Вы где-то выигрываете и где-то проигрываете, но главное — не останавливаться.
Гораздо легче оставаться прилежным и уверенным, зная, что повторение необходимо для успеха. Это верно для McDonald’s, Rolling Stones и для вас. Ваша цель — устойчивый интерес СМИ, и достичь ее можно с помощью повторения.
Сейчас мы на полпути к результату. Вы изучили приманки, три ключевых элемента, привлекающих Зверя. Это неординарность, эмоциональность и простота. Мы только что закончили рассматривать капканы — те принципы, которые помогают удержать внимание СМИ. Широкая известность и прекрасные цитаты не приходят сами по себе, они являются продуктом подготовки. Мы готовим материал не только для себя, но и для репортеров, редакторов и продюсеров, которые безумно радуются легкой работе. Наконец, успех должен быть закреплен. Здесь действует принцип повторения.
Пора двигаться дальше. Мы переходим к прикладным принципам медиа, то есть к агрессорам. Три следующие главы ответят на вопрос: «Как добиться паблисити?»
Все мы слышали и говорили фразу. «Важно не с чем ты знаком, а с кем ты знаком». Эта народная мудрость входит в десятку самых распространенных полуправд всех времен. Не верьте ей.
Конечно, знакомства важны. Большая часть этой главы посвящена как раз значению личных отношений в борьбе за паблисити. Однако было бы принципиальной ошибкой сбрасывать со счетов то, что вы знаете. Профессиональные комментарии — основа рациона Зверя.
Люди интересуются новостями по двум причинам: чтобы удовлетворить любопытство или улучшить свою жизнь. Каждый, кто хочет пожинать плоды известности, должен поработать в сфере улучшения жизни, в том числе своей собственной.
Польза от предоставления Зверю ресурсов бесспорна. Будучи экспертом, вы придаете достоверность статье или сюжету репортера. Выбрав вас из тысяч других специалистов, репортер обеспечивает вам репутацию надежного профессионала. В глазах клиента вы становитесь лучшим из лучших.
Освещение вашего товара или услуги в СМИ подразумевает, что вы лидер. Политики, чаще других упоминающиеся в медиа, получают большинство голосов. Такой взаимообмен рейтингом доверия работает для всех, кто хочет повысить свой авторитет с помощью СМИ. Если вы предоставите ресурсы занимательно и любопытно, ваш успех будет ошеломительным.
Мы говорили о завидном аппетите, с которым Зверь поглощает обзоры, опросы и исследования (см. «Принцип доступности»). Легкость создания репортажа на этом материале делает его очень привлекательным. Люди — загадочные создания. Нам нравятся репортажи, подтверждающие наши убеждения, и сюжеты, разрушающие стереотипы.
Знаете ли вы, что за последние 20 лет количество часов, которое американские школьники тратят на домашние задания, резко сократилось? Вы заметили, что большинство детей не брали в руки веник или мотыгу? Подозреваю, что заметили, и я вас не удивил. Тем не менее, когда Институт социальных исследований при Мичиганском университете обнародовал результаты наблюдений, подтверждающих культурные изменения, журналисты охотно о них поведали.
Корреспонденты U.S. News & World Report заинтересовались темой, взяли интервью у старшего научного сотрудника Сандры Хофферт и дополнили статью мнениями еще двух экспертов. Дороти Рич, президент Института дома и школы, объяснила, почему развивается такая тенденция. Для детей создано много клубов по интересам, а родители слишком устают на работе, чтобы приучать отпрысков к хозяйству. Энтони Вульф, специалист по детской психологии и автор книги «Убирайся из моей жизни, но сначала отвези нас с Шерил в супермаркет», предложил возможные решения проблемы. С четырехлетнего возраста заставляйте детей заниматься домашней работой по выходным, присматривайте за ними.
World Report и другие информационные службы полагаются на мнение Хофферт, Рич и Вульфа. Эксперты для них источники информации. Это взаимовыгодное партнерство, удовлетворяющее потребности всех участников. Выигрывают и те, кто предоставляет информацию, и те, кто ее собирает, и конечные получатели. Аудитория читает рекомендации о том, как улучшить свою жизнь. «Не глупите, мамы и папы!» — призывают эксперты. Отправьте избалованных чад наводить порядок в гараже или пылесосить ковры и наслаждайтесь давно заслуженным отдыхом. Упаси бог мучиться от чувства вины!
Недавно СМИ уделили много внимания женщине с болезнью Паркинсона. После операции на мозге ее состояние значительно улучшилось. Интересно, что операция была вымышленной: женщина считала, что ее прооперировали, но хирургического вмешательства не было. Newsweek напечатала этот сюжет в изложении доктора Говарда Броди. Профессор Мичиганского университета предоставил информационные ресурсы газете, ее читателям и себе. Бесплатно поделившись знаниями, он привлек внимание к своей книге «Эффект плацебо: как заставить внутренние силы организма работать на вас».
Американская индустрия новостей, включающая информационно-развлекательные программы, предлагает неиссякаемый поток мнений и заключений экспертов. Ими живет медиабизнес. Посмотрите любой телеканал, и вы увидите массу интервью со специалистами. Информационные программы, такие, как «Демаркация», «20/20» и «60 минут», опираются на предоставленные экспертами сведения. Ресурсами профессионалов пользуются также такие всемирно известные ведущие ток-шоу, как Опра Уинфри и Ларри Кинг. На то есть веские причины: люди сидят перед голубыми экранами, потому что им нужны развлечения или помощь. Если их не предложит один телеканал, зрители переключатся на другой.
Телешоу так нуждаются в оценках экспертов, что иногда приглашают в студию сомнительных личностей. Самозваный медиум Сильвия Браун, к примеру, участвовала в шоу Монтела Уильямса больше двадцати раз и неоднократно появлялась в студии Ларри Кинга. Браун заявляет, что сотрудничает с полицией, участвует в раскрытии преступлений и иногда помогает семьям искать пропавших без вести близких людей.
ФБР и Национальный центр спасения пропавших или подвергшихся насилию детей утверждают иное. По заявлению представителей этих служб, нет никаких доказательств, что Браун или другие экстрасенсы помогли найти хоть одного человека. Образовательный фонд Джеймса Рэнди предпринял смелую попытку разоблачить такие мошенничества. Организация пообещала 1 млн долларов тому, кто докажет свои паранормальные способности. Пока претенденты не появлялись. Не нужно далеко ходить за примерами доверия СМИ к не самым лучшим специалистам. Проанализируйте слова любого прогнозиста на рынке акций, из тех, кто подкармливает финансовые издания. Если вы активный игрок, возможно, вы однажды прогорели из-за таких предсказателей. Вы слышали, как орды аналитиков с Уолл-стрит пели дифирамбы Enron. Куда ни бросит взгляд разумный и осторожный владелец акций, отовсюду финансисты кричат: «Покупайте! Покупайте!» До самого конца истории, когда было уже очевидно, что Enron занимался финансовыми махинациями, публикующиеся в СМИ аналитики не советовали клиентам продавать акции фирмы.
Разоблачение Enron лишь вершина пресловутого айсберга. Прямо у поверхности лежат бесчисленные примеры того, как не слишком этичные финансисты вводят аудиторию в заблуждение. Может быть, вы слышали, как блестящий прогнозист Генри Блодгет убеждал людей покупать акции Pets.com, пока они стремительно падали в цене с 14 до 2,5 доллара. При такой цене эксперт по-прежнему советовал покупать. Впрочем, это неудивительно: в успехе Pets.com была заинтересована фирма, на которую он работал, — Merryl Lynch.
Печально, но поведение Блодгета и Merryl Lynch, — правило, а не исключение. Недавнее исследование рынка акций высокотехнологичных компаний, проведенное университетами Корнелла и Дартмута, выявило, что инвестиционные банки редко советуют продавать акции компаний, с которыми поддерживают тесные отношения. В итоге так называемые аналитики продвигают акции, которые сами ни за что не купят.
Если вы заинтересованы в финансовых СМИ, несмотря на их внутренние конфликты, прочитайте статью критика Говарда Куртца «Предсказатели судьбы» или закажите видеокассету информационной службы РВS о трюках экспертов. Сделать это можно в Интернете: pbs.org.
Я не задался целью развенчать телешоу, новости онлайн или финансовую прессу (хотя мне интересно, сможет ли Сильаия Браун найти на Уолл-стрит хоть одного честного аналитика). Я хочу показать вам, что создатели новостей полностью полагаются на людей, которые делятся с ними нужными сведениями. Зверь так жаждет общения с экспертом, что иногда это пересиливает требования к надежности и достоверности.
AВС News, журнал Time и другие ведущие СМИ весьма тщательно подходят к выбору экспертов, чьи слова они публикуют. Следовательно, для большинства из нас мечта прославиться в масштабах страны остается мечтой. К счастью, есть масса способов добиться паблисити в обход гигантов медиа. Атакуйте специализированные издания.
Валери Линчмен управляет небольшой нью-йоркской фирмой, занимающейся маркетингом и пиаром. В январе 2001 года журнал Inc. посвятил ей две колонки и напечатал ее крупное фото. Как Линчмен этого добилась? Она поде-лилась с репортерами полезными рекомендациями.
Начиная свой бизнес, многие предприниматели в первый год допускают ошибку, которую сделала и сама Линчмен. Отчаянно стремясь привлечь клиентов, она была снисходительна к неблагонадежным заказчикам. Они не оплачивали ее работу и не компенсировали издержки. Решение проблемы, которое нашла бизнес-леди, понравилось Inc. Линчмен разработала систему несложных правил, таких, как: не приступать к выполнению заказа до получения аванса и прекращать работу, если клиент задержит выплаты больше чем на 30 дней. Кроме того, она перестала тратить время на составление двадцати-страничных коммерческих предложений. Отклик получали только 50 % из них. Новые предложения уместились на двух страницах и оказались гораздо эффективнее. Из этого получилась статья, интересная владельцам малого бизнеса.
В 1999 году Марк Загорски основал интернет-компанию, предлагающую решение разнообразных проблем. Через два года статья о нем была напечатана в Fast Company, одном из самых популярных деловых журналов США. Загорски привлек внимание СМИ, предложив уникальное и остроумное решение распространенной проблемы — размывание корпоративной культуры из-за ухода старых сотрудников. Справиться с этим можно, создав дополнительную эмблему компании, которая отражала бы суть организационной культуры.
Каждый месяц лучшему сотруднику вручается переходящий приз — корпоративная дрель. У лауреата есть 30 дней, чтобы оставить на старом инструменте свой след. «Один из сотрудников заставил ее играть музыку из мультика про Барта Симпсона. Другой сделал ее беспроводной, приделав антенну», — сообщает журнал. Загорски даже разработал особые правила обращения с дрелью.
Необычный выбор награды предприниматель объясняет так: «Старая, немало поработавшая дрель символизирует наш неофициальный слоган: вгрызаться в суть проблемы». Обратите внимание, сюжет Загорски полностью соответствует принципам НЭП. Он нашел удачное решение проблемы паблисити. Я мог бы привести массу похожих примеров из журна-лов, посвященных бизнесу, компьютерам, дому, саду, фитнесу и всему остальному. В 2002 году в справочник для авторов Writer’s Market вошло более 1400 журналов общей тематики и 500 специализированных изданий. Ассоциация издателей журналов США (magazine.org) приводит просто поразительные цифры: по ее подсчетам, журналов общей тематики 18 000. Корреспондентам всех этих изданий нужна информация, причем постоянно. Не хотите помочь?
Чтобы прославиться в масштабах страны, не обязательно сразу появиться в национальном издании. Другими словами, лучшей стартовой площадкой для паблисити может стать местная газета, радио или ТВ.
Практически каждая газета сотрудничает с другими изданиями. Для большинства из них это подразумевает членство в Associated Press (АР). В США это объединение обслуживает свыше 1500 газет и 5000 телеканалов и радиостанций. Его услугами пользуются более 15 000 информационных агентств по всему миру. АР располагает собственной армией корреспондентов, по численности превосходящей штат любого другого агентства. Его офисы есть во всех 50 штатах и в 72 странах. Современные средства коммуникации позволяют АР мгновенно делиться информацией со своими членами. Хороший местный репортаж предлагается информационным службам в пределах штата. Если потенциальная аудитория сюжета велика, в дальнейшем его заимствуют СМИ региона или страны. Существуют и другие информационные агентства, например Reuters. Их цель та же — распространять новости. Kinght-Ridder — второе по величине издательство газет в США. Ему принадлежат 32 ежедневных и 26 других газет. Оно управляет 36 сайтами, публикующими новости регионов и объединенными в сеть Real Cities Network. Кроме того, действует служба Kinght-Ridder/Tribune. Она предоставляет новости еще 40 газетам и 350 своим подписчикам.
Обмен сюжетами давно практикуется в СМИ. Сейчас идет новая волна сотрудничества, немыслимая в «старое доброе время». Практически все местные телеканалы подписали соглашения с газетами и радиостанциями. Этот союз взаимовыгоден. Газеты распространяют свое влияние на эфир, а радио и ТВ бесплатно получают длинные и качественные репортажи. Радио- и телерепортажи действуют как справочник для аудитории, которая, заинтересовавшись сюжетом, обращается к прессе за дополнительной информацией. Если СМИ стали делиться вашим сюжетом, вы сорвали джек-пот.
И это еще не все о взаимообмене. Большая часть местных телеканалов принадлежит медиа-корпорациям или работает с ними. Сюжеты постоянно кочуют из издания в издание и из программы в программу. Кроме того, существует рынок новостей в Интернете. Как видите, известность в масштабах страны имеет множество форм и доступнее, чем кажется.
Ежедневно редакторы и продюсеры новостей ищут сюжеты, интересные максимальному числу людей. Ценная, полезная, любопытная информация, нужная жителю Бирмингема, не останется без внимания и в Бостоне, Бейкерсфилде, Блумингтоне и других городах. Предоставьте ресурсы местному репортеру, и вы получите шанс повлиять на аудиторию в нескольких часовых поясах.
Я не люблю тезис: «Важно не с чем ты знаком, а с кем ты знаком», потому что он служит оправданием лени, а не побуждением к действию. Если ваш успех зависит от людей, которых вы не знаете и к которым не можете подступиться, вы априори в проигрыше. «Я страшно умный, но не могу идти дальше, так как не имею связей». Возможно, эта отговорка пройдет в некоторых областях деятельности, но не в пиаре.
Любой человек, располагающий телефоном и голосом, может без проблем связаться с местными журналистами, редакторами и продюсерами, создающими новости. Вопреки распространенному заблуждению, корреспонденты рады вашим сообщениям — если вам есть что сказать. Не верите? Наберите номер редакции, отправьте письмо или е-mail. Результат вас удивит.
Вспомните природу Зверя: он странным образом потерял связь с реальностью. Миссия журналиста заключается в информировании людей о насущных проблемах и актуальных событиях. Однако безумный темп работы вынуждает корреспондентов изолироваться от аудитории, ради которой они, собственно, и существуют. Сложилась парадоксальная ситуация — журналистам ежедневно требуется помощь людей, которых они не знают.
Я сказал, что Зверю нужна помощь, а не дополнительная работа. Каждый раз, обращаясь к репортеру, позаботьтесь о взаимовыгодном сотрудничестве (см. «Принцип подготовки»). Ваше сообщение должно в изобилии содержать НЭП и занимать не больше 60 секунд. Приготовьте краткий пресс-релиз, запишите его на одной странице и ответьте на пять главных вопросов: кто, что, где, когда и зачем. Вооружившись заготовками, вы получите крупный шанс на появление в эфире или в газетах. Прежде чем начинать действовать, подумайте об истории, которую хотите рассказать. Если вы не предлагаете ничего срочного или зрелищного, не звоните. Лучше отправьте журналисту письмо из пары абзацев. Зная, что ваш объект предпочитает электронную почту, отправьте е-mail.
Необходимо, чтобы корреспондент запомнил вас как полезного человека. Информационные агентства постоянно ищут интересные материалы, но журналистов обременяют зануды, не представляющие себе масштабов цейтнота.
Зверь же ведет себя как одинокая дамочка лет тридцати пяти. Она вдруг обнаруживает, что время уходит, и готова выскочить замуж за первого приличного встречного. При этом у нее нет времени на отбор претендентов. Стоит вам завоевать доверие Зверя, и он с удовольствием обдумает ваше предложение. Приходите к нему в любое время!
Я работал репортером и диктором в пяти организациях, и везде за мое внимание боролись несколько человек, умевших обращаться со СМИ. Я был им рад. Время от времени эти ребята звонили мне и подбрасывали интересный сюжет для новостей.
Если мне нравилась история, я шел к редактору и сообщал о своем новом проекте. Если я находил сюжет дельным, но не мог освещать его сам, то писал проект и передавал его коллегам. В любом случае я обеспечивал себе похвалу босса и репутацию энтузиаста. Руководство информационных агентств вечно жалуется, что сотрудники предлагают мало идей. Подкиньте репортеру пару сюжетов, и вы станете его лучшим другом. Я настоятельно рекомендую стратегию «накорми Зверя, прежде чем командовать». Звоните, пишите и отправляйте электронные письма в редакцию не только когда вам нужно паблисити, Сообщайте журналистам о каждой интересной истории, которую обнаружите.
Однажды по пути домой я заметил бригаду рабочих, дробящих асфальт на перекрестке, открытом всего несколько месяцев назад. Я позвонил приятелю-журналисту и подарил ему эту историю. Легко выяснилось, что подрядчик неправильно замешал цемент и тот быстро потрескался.
В другой раз я выглянул в окно и увидел пожар в строящемся многоэтажном доме напротив. Я схватил мобильный телефон и позвонил ведущему новостей. Пока я рассказывал о происшествии, редакция отправила к месту события вертолет со съемочной группой.
Если я вижу в национальном журнале заметку, актуальную для моего региона, я пересылаю копию одному-двум репортерам. Услышав аппетитную историю на вечеринке или деловом совещании, я поступаю так же. Иногда мне приходят письма и электронные послания с интересными сюжетами. Я не оставляю их себе, а делюсь с коллегами. Придет день, когда мне или моим клиентам понадобится помощь репортеров. Я позвоню журналистам, и они узнают мое имя и голос. Меня выслушают внимательно, потому что я часто предоставлял информацию и теперь есть возможность меня отблагодарить.
Запомните, я не предлагаю звонить журналистам каждый раз, когда вам попадется на глаза мало-мальски интересная историйка. Не надо никому надоедать и в открытую охотиться за известностью. Предлагайте журналистам только те сюжеты, которые наверняка станут хитами. Если будете подсовывать СМИ никчемные идеи, доверие к вам будет подорвано раньше, чем Зверь успеет сказать «прощай». Постарайтесь работать с небольшим числом людей, но не слишком часто их беспокойте. Завяжите несколько знакомств в разных СМИ.
Меня поразила услышанная однажды фраза: «В поисках розы не пропустите орхидею». Это превосходный совет, актуальный для тех, кто ищет даму сердца или известность. Люди часто концентрируются на том, что видят прямо перед собой, и не смотрят направо, налево, вверх или назад. Мы видим только местные издания и телеканалы. Но за ними стоят крупные информационные агентства. Вдали различимы лидеры СМИ, такие, как Wall Street Journal и New York Times. Если у вас есть желание и повод атаковать этих гигантов, действуйте без колебаний. Если нет, оглянитесь вокруг. Возможности для пиара открыты повсюду.
Путь к национальной популярности, которого чаще всего не замечают, — это небольшие издания. В каждом городе есть газета более популярная, чем остальные. Однако и менее удачливые конкуренты могут оказать заметное влияние на свою аудиторию, привлечь интерес к вашей организации. Нужно только предоставить им такие возможности.
Самый замечательный объект атаки — это деловые издания. Как правило, их аудитория невелика, но в нее входят влиятельные люди. Если вы собираетесь продавать продукты или услуги, газеты о бизнесе станут для вас лучшим инструментом маркетинга.
Довольно часто люди пренебрегают блестящей возможностью добиться паблисити и не думают о выступлении по радио. Ведущие ток-шоу на радио отчаянно нуждаются в новых темах и идеях для передач. Местная политика, чрезвычайные происшествия, спортивные мероприятия и разногласия в обществе не могут занять все эфирное время. Остальные часы свободны для местных жителей, готовых рассказать что-нибудь занимательное или полезное.
Радиожурналистам нужны не только люди, которые придут на шоу раз в жизни. Большинство радиостанций ищут экспертов, которые появлялись бы в студии регулярно. Настройтесь на любую волну, и вы услышите массу глубокомысленных комментариев, сделанных маклерами, ветеринарами, автомеханиками, психологами, врачами, строителями, юристами и представителями прочих профессий. В эфир выходят даже специалисты по СМИ.
Несколько лет назад одна ю радиостанций лишилась диктора вечернего шоу. Среди местных жителей был проведен конкурс на замещение этой вакансии. Мне совершенно не улыбалось получать нищенскую зарплату за пять рабочих вечеров в неделю, но я все же использовал возможность для паблисити. Бывший ведущий позвонил в студию и накричал на меня, что сделало мое выступление просто захватывающим.
Некоторое время спустя гибель принцессы Дианы вызвала ажиотаж в СМИ, и ведущий популярного утреннего ток-шоу пригласил меня в студию для часовой беседы об этом событии. Позже радиостанция создала для меня новое шоу, транслировавшееся по пятничным вечерам. Я также стал подменять ведущего полуденной программы. Принципы ресурсов и повторения сделали меня постоянным экспертом на радио.
Данные последней переписи населения выявили огромный рынок СМИ, сложившийся внутри одноязычного со-общества. Радиостанции и телеканалы, транслирующие исключительно программы на испанском языке, стали конкурировать с основными масс-медиа. В 2000 году доход только от испаноязычного ТВ вырос почти на 20 %. Univision Communications, лидирующий испаноязычный телевизионный конгломерат США, располагает 28 станциями и 940 кабельным каналами. Его аудитория растет, в то время как остальные сети теряют зрителей. С 1992 по 2000 год аудитория Univision увеличилась на миллион человек, и столько же зрителей отказались от AВС, NВС и СВS.
Вопреки распространенному заблуждению, зрители испаноязычного ТВ — это не однородная масса необразованных иммигрантов и чернорабочих. Данное ТВ привлекает профессионалов, которым нравится смотреть новости и развлекательные передачи на родном языке. Для одних это способ сохранить свою культуру, для других — возможность подучить испанский язык.
Каковы бы ни были причины стремительного роста нового рынка, его нельзя игнорировать. Кстати, если вы не владеете испанским в совершенстве, это еще не повод отказываться от пиара на данных каналах. Большая часть журналистов двуязычны и могут перевести ваши слова для аудитории.
Другим нишевым каналам тоже требуются комментарии экспертов. У местного кабельного ТВ бывает аудитория вполне приличных размеров. Вам нужно только рассчитать расходы на работу с нишевым каналом и выгоды от нее.
Никто, кроме вас, не сможет определить, куда лучше направить усилия. Иногда полезнее пять раз появиться в эфире небольшой станции, чем один раз попасть в эфир лидера. Иногда наоборот. Не пропускайте возможности пиара в небольших СМИ, но и не разменивайтесь на мелочи, когда можете играть по-крупному.
Прежде чем внимательные читатели станут кричать: «Подождите минуточку!» — я сам попрошу вас подождать. Я не забыл об Интернете, газетах небольших городов, профессиональных изданиях, информационных проспектах и прочем. Я просто выделил их в отдельный параграф, который вы сейчас прочтете. Он потребует определенных усилий. Начнем с высоких технологий.
Интернет — это огромная сила, которой еще предстоит достичь своего пика. Его можно сравнить с автоматом, заряженным боевыми и холостыми патронами вперемешку. Иногда выстрел достигает цели, но чаще раздается просто хлопок. С каждым днем Интернет становится все более эффективным местом атаки на Зверя.
В Сети есть службы, дающие журналистам прямой доступ к экспертам. Два самых известных сайта — это experts.com и profnet.com. За определенную сумму специалисты могут зарегистрироваться как эксперты в своей области. Журналисты изучают сайт и получают ресурсы из кибер-пространства.
Главное, воспринимать такие службы адекватно. Это «профессиональные агентства знакомств». Их задача — представить специалиста и журналиста друг другу. Остальное их не касается. В ваших интересах показать себя умным, приятным и незаменимым, чтобы корреспондент обращался к вам снова и снова. На первом свидании вы просто предоставите информацию. После второго свидания ваши слова процитируют в СМИ. На третьем свидании вам, возможно, предложат вести свою рубрику.
Изящная концепция «сайтов-связных», как и сам Интернет, может дать вам большое влияние, но может и не сработать. Если у вас есть свободные деньги, время и солидная мотивация, пробуйте. Интернет используется для передачи информации самыми разными способами. Большинство из них, например партнерства сайтов и размещение ссылок, относятся к маркетингу. Если вы серьезно заинтересованы в получении паблисити через Сеть, читайте книгу Сьюзан Коул «Привлечь вним@ние» (Susan Kohl.Getting @ttention).
Замечательные золотые копи, которых никто не замечает, — это местные СМИ. Увлеченные сотрудники маленьких газет работают так, что рядом с ними пчела кажется лентяйкой. Однако они никогда не откажутся от помощи, особенно если кто-то сам напишет статью. Если вам есть что сказать по теме, которую редактор считает удачной, газета охотно разместит ваш опус в особой рубрике. Если ваш материал живо написан и актуален, вам будут часто предлагать колонку. Может быть, вам даже предложат вести свою рубрику. Не пугайтесь. С этим справится каждый.
Учась в колледже, я выбрал курс фотографии и мог получить «отлично», только если мои фотографии опубликуют. Я отправился к редактору небольшого городского еженедельника и спросил, не нужна ли ему статья о мест-ном монументе. Редактор сказал, что, конечно, нужна. Я посетил достопримечательность, взял несколько интервью у гуляющих, отснял целую пленку и написал статью. Несколько недель спустя мою работу впервые напечатали в газете. Репортаж сопровождался тремя моими снимками.
Это стало для меня первым уроком того, как выгодно предоставлять репортерам ресурсы. Я стал писать статьи по поручению бизнесменов и общественных лидеров, подписываясь их именами. Время от времени я писал статьи и от себя, размещая их в городских изданиях. Если вам нужна публичность, берите пример. В некоторых случаях появление в городских СМИ не имеет значения. Вряд ли люди станут ездить за 150 км, чтобы пройтись по магазинам или починить машину. Если же расстояния для вас не проблема, считайте, что расширили свой рынок.
Однажды страховой агент сообщил, что может наполовину снизить для меня сумму взносов. Я немедленно согласился. Подписав бумаги, я спросил, сколько людей знают о снижении цен и возможности сэкономить. Агент ответил: «Немного». Я убедил его написать короткую статью и предложить ее газетам штата. Агент последовал совету, и его информация появилась в печати.
Позже он сказал, что в результате публичности за неделю заработал 14 000 долларов. Люди читали объявление о снижении взносов, прощались со своими страховщиками и звонили по междугородному телефону, чтобы узнать о новой страховке. И это еще не все. Одно издание предложило моему агенту вести свою рубрику, и, кроме того, он стал частым гостем радиопередачи, посвященной финансам.
Если вы опытны, умеете писать или можете нанять автора, то для вас открыты безграничные возможности. Определите любую группу людей, занимающих свое место под солнцем: юристов, нянь, нумизматов, бухгалтеров, орнитологов, физиков — вам решать, и для этой группы найдется как минимум одно специализированное издание. Как правило, аудитория большинства таких публикаций невелика, и все же у некоторых есть тысячи читателей. Важно, что это группа людей, которую наверняка заинтересует ваше предложение.
Размещение статей не единственный способ предоставлять информацию целевым группам. Полезно давать интервью. Иногда это даже лучше, чем быть автором. При многих профессиональных объединениях существуют клубы «Сюжет месяца». Двенадцать раз в год их лидеры записывают интервью с экспертами, посвященные определенной теме.
Недавно я и моя жена дали интервью Марите Литтауэр из Национальной ассоциации ораторов. Беседа предназначалась для аудиокассеты «Голоса экспертов». Участникам общества разослали свыше 4000 копий записи. Вскоре после этого число посещений моего сайта стремительно возросло. Я получил массу запросов на информацию и предложений поработать консультантом. Жаль, что эта книга еще не была закончена. Мои издатели пришли бы в восторг.
Я оставил самое приятное напоследок. Сейчас мы поговорим о второй странице газет. Исследования показали, что большинство людей читают только развлекательные страницы, но сильные мира сего пропускают ненужный вздор и читают вторую страницу. По мнению New York Times, «вторая страница — это единственный лист, привлекающий политическую, общественную и деловую элиту, а также законодателей мод». Публикации здесь имеют столь мощный эффект, что New York Times не смогла удержаться и не сделать больших денег. В отличие от других газет, она продает рекламные объявления на четверть страницы. Цена одного дня аренды такого «поместья» 30 000 долларов.
Чтобы попасть на вторую страницу, статья обязана отвечать немногочисленным требованиям. Она должна быть связана с актуальными событиями. Вы должны пользоваться авторитетом в данной области или же высказывать ценное мнение. Необходимо выдержать хороший стиль и уложиться в отведенное газетой количество слов. Вот и все. О практическом использовании второй страницы мы поговорим подробнее в главе «Принцип своевременности».
Их многие тысячи — людей, носящих гордое имя директора по связям с общественностью или пиарщика. Есть еще целая армия сотрудников пиар-агентств. Эти люди стремятся достичь одной и той же цели двумя разными способами. Часть времени они тратят на то, чтобы наладить связь своей организации с окружающим миром с помощью прямого маркетинга: рекламы, торжественных мероприятий и
общественной деятельности. Остальное время посвящается борьбе за бесплатное упоминание в СМИ. Найти правильные пропорции трудно, и нередко организациям это не удается.
Я заметил, что большинство лидеров не осознают мощи масс-медиа. Они не представляют, сколько времени требуется на тщательную, творческую работу со Зверем. В результате пиарщики, в том числе и молодые сотрудники пиаровских фирм, не получают необходимого образования. Принцип «облегчай жизнь репортерам» для них лишь смутная идея.
Хуже того, боссы взваливают на пиарщиков столько работы (подготовку рассылок, проведение мероприятий, посещение бесконечных встреч и собраний), что им некогда подумать о предоставлении информации СМИ. Это диктатура срочности. Маркетинг ставится на первый план, и о Звере не вспоминают, пока он не понадобится.
Дженнифер Комито, редактор Adweek, страдает от последствий неправильной расстановки приоритетов. В октябрьском выпуске журнала за 2000 год была опубликована ее статья с резкой критикой в адрес неумелых пиарщиков. Комито пишет: «Некоторые специалисты понимают нас. Большинство нет». Она жалуется на постоянный поток убогих пресс-релизов, на письма и звонки экспертов, не сознающих ценности времени для журналиста. «Правило № 1: не отнимай время ни у меня, ни у кого-либо другого», — наставляет Комито. Она указывает на абсурдность ситуации: «Дело дошло до того, что журналист обучает пиарщиков: чтобы работать эффективно, решитека вот эту задачку». Мораль; следуя принципу ресурсов, применяйте принципы подготовки и доступности.
Не поймите меня неправильно, я не обвиняю в непрофессионализме всех пиарщиков. Они оказывают журналистам ценные услуги. Каждый репортер и редактор это знает, даже если предпочитает называть пиар-специалистов болванами. Как и Дженнифер Комито, мне доводилось работать с замечательными экспертами по связям с общественностью, и я их очень ценил. К сожалению, меня также мучили пиарщики, понятия не имевшие, как вести себя с журналистами.
Интересно, что лучшие ресурсы предлагают люди, не связанные с пиаром или маркетингом. Это люди, которые не собираются приручать Зверя. Они просто видят, что способны помочь вечно спешащим журналистам, а заодно и себе.
Работая в Центральной Калифорнии, я снял несколько репортажей об организации, охраняющей местную флору и фауну. Ее директор регулярно звонил мне и предлагал новые сюжеты. В результате организация часто появлялась в СМИ в благоприятном контексте. Директор обладал исключительной самодисциплиной. Он постоянно держал наготове «вечнозеленую историю» — сюжет, который актуален всегда. Отчаянно нуждаясь в новостях, которые можно заснять, я знал, где меня ждут. Я звонил, и организация в очередной раз появлялась в СМИ. Человек, предоставляющий ресурсы, должен быть на связи в любое время, когда бы репортеру ни вздумалось с ним поговорить. В Южной Каролине я отвечал за спортивные новости и был обязан раз в неделю давать читателям полезные советы. Мне катастрофически не хватало на это времени, и я совершенно измотался. Управляющий местного курорта облегчил мою задачу. Он предложил в любое время обращаться к его инструкторам по гольфу и теннису. Иногда мы встречались рано утром и за два-три часа снимали несколько репортажей. Менеджер оказал мне неоценимую помощь и обеспечил, курорту большую известность. Если бы мне позвонили представители других спортивных клубов, я дал бы им шанс высказаться. Однако они выходили на связь, только когда нуждались в освещении большого события. Они даже не представляют, сколько возможностей для пиара они упустили.
Если репортеры помнят вас как источник ценной информации, вам будет легче справиться с неприятностями (см. «Принцип атаки»). Журналисты тоже люди. Если они вас знают и любят, то не захотят причинять вам вред. Они будут склонны поддержать вашу точку зрения или, по крайней мере, не встанут у вас на пути и дадут высказаться.
Однажды я делал репортажи о разногласиях между недавно назначенным шефом пожарной охраны и добровольцем, довольно долго выполнявшим функции руководителя. Новый босс хотел перемен, а доброволец сопротивлялся, в чем его поддерживала основная масса пожарных. Добровольцы устраивали яростные митинги, направленные на дискредитацию нового начальника. Естественно, СМИ не остались в стороне от событий — эмоции были накалены, и освещать сюжет было легко. Новый босс вел себя с журналистами и лично со мной намного умнее. Он несколько раз позвонил мне и доступно объяснил суть сложных проблем. Он обеспечил мне возможность освещать историю даже по выходным, когда наступает затишье и с новостями приходится туго. Пока доброволец оставался недовольным, импульсивным и неуловимым для СМИ, нанятый руководитель был приветлив, открыт и доступен. Я старался дать объективную картину событий, но точка зрения нового босса в моих репортажах оказалась представлена ярче.
В поисках паблисити люди автоматически, даже, можно сказать, рефлекторно рассылают по редакциям пресс-релизы, скрещивают пальцы на удачу и ждут, надеясь на лучшее. Для покорения общенациональных СМИ это оптимальный вариант. На местном уровне это серьезная ошибка. Пресс-релиз является подспорьем для репортера, которому уже поручен данный сюжет, но сам по себе до-вольно редко вызывает интерес.
Самый эффективный способ привлечь внимание СМИ — это установить отношения с журналистом. Отношения, впрочем, не отрицают необходимости релиза. При-готовьте его по излюбленному рецепту Зверя, и ваш сюжет попадет на стол к репортерам.
Редакции постоянно наводняет поток пресс-релизов. Они приходят по почте, по факсу, а теперь и по электрон-ной почте. Небольшие информационные агентства получают десятки релизов в день. Крупные агентства получают сотни. Спросите редактора, чья работа заключается в просмотре и отборе предложений, и вы узнаете, что лишь малая часть релизов действительно дает начало репортажу. По самым осторожным оценкам, 90 % предложений отсеивается за 30 секунд.
Основная масса пресс-релизов отправляется в корзину для бумаг незамедлительно, что объясняется просто. В них нет приманок. Хороший пресс-релиз сообщает основные факты в заголовке, подзаголовке и первых трех предложениях. Все, что находится ниже третьего предложения, будет прочитано, только если редактора заинтересовало начало. Без ясного, эмоционального и неожиданного заголовка ваш пресс-релиз немедленно превращается в мусор.
Вот типичные заголовки, которые я немного улучшил:
Лесное хозяйство США меняет стратегию
Некоторые пожары не будут тушить,
чтобы уничтожить подлесок
Лесники говорят: «Пусть горит!»
Исследования показали, что тушить пожары вредно
Идея заключается в том, чтобы привлечь внимание редактора. Наблюдать за изменениями в стратегии лесного хозяйства США так же увлекательно, как следить за ростом деревьев. Взгляд редактора остановится на провокационном, резком заявлении, поэтому придумайте хороший заголовок. Как насчет примера: «Пусть горит»? Вы находите его шокирующим? Не беда. Если сюжетом заинтересуется местная газета или ТВ, у хозяйства будет шанс прояснить свою стратегию. Разве не этого вы добиваетесь?
Страховые компании реагируют на увеличение числа пострадавших от укусов собак
Компании рассматривают вопрос о прекращении обслуживания владельцев собак опасных пород
Осторожно, хозяева: злая собака!
Страховые компании разорвут договоры с владельцами злобных собак
Заголовок должен быть прост и оригинален. Исходный вариант уместен на профессиональном собрании. Второй заголовок вызывает в сознании редактора яркий образ. Он видит табличку на заборе: «Осторожно, злая собака». Она прибита не снаружи, а во дворе. Это игра на привычных образах. При виде интересной истории у журналистов текут слюнки, как у собаки Павлова.
Торгово-промышленная палата спонсирует дебаты городского совета
Избиратели смогут поговорить с кандидатами
Голосование непатриотично, если оно несознательно
Торгово-промышленная палата приглашает избирателей принять участие в предвыборных обсуждениях
Мало кто из специалистов по связям с общественностью рискнет написать такой заголовок. Пиарщики боятся обидеть кого-нибудь. Но как можно обидеться, не прочитав заголовок? Задача пресс-релиза — привлечь внимание редактора и предоставить необходимую информацию репортерам. На этом его миссия завершена. Если репортер решит подчеркнуть непатриотичность голосования, пусть так. Это мнение журналиста, и вы туг ни при чем. Если строчка заденет представителей палаты, не волнуйтесь. Разве кто-нибудь станет винить палату за то, что она стремится информировать избирателей? Конечно, вы всегда можете поста-вить скучный заголовок, и сообщение не увидит свет.
Другая проблема, усложняющая работу с пресс-релизами, это склонность пиарщиков использовать профессиональные термины, непонятные для непосвященных. Попробуйте расшифровать фразу, которую я недавно увидел в журнале о бизнесе: «Набор инструментов следующего поколения разработан специально для резкого увеличения выгоды, которую конечные пользователи получают от сетевых центров». Как вам это нравится? Угадайте, что имеет в виду специалист по пиару: а) цифровую телефонную сеть; б) программу для работы в Интернете; с) новую систему обмена валюты? Репортер, прочитавший эту техническую тарабарщину, признался, что впал в прострацию. Сумев как следует напрячь серое вещество, он догадался таки, о чем идет речь. В своей статье журналист заметил: «Идея удивительно проста по сравнению с тем, во что ее превратил пиар». Кстати, правильный ответ «б»: программа для работы в Интернете.
Ситуация небезнадежна. Мы наблюдаем долгожданную реакцию делового сообщества на перегруженные терминами речи. Пиаровская фирма Gable Group, Лос-Анджелес, создала сайт jargonfreewed.com. На нем размещены выдержки из пресс-релизов, напичканных профессионализмами и написанных крайне замысловато. Один пиарщик пишет о «многофункциональном наборе инструментов для ведения коммерции и модулей взаимодействия, включающем аукционы, агрегированные и распространяемые каталоги, обмены и структурированные переговоры». Верите ли, автор этой какофонии хотел поделиться с аудиторией своей информацией. Журналисты ненавидят не только профессиональный жаргон. Они выходят из себя при виде избитых фраз. Измученным редакторам порой кажется, что всесильный господь пиаровской вселенной повелел, чтобы каждый пресс-релиз содержал как минимум два слова из следующего набора: «решение», «ведущий», «лучший», «первый», «безупречный», «надежный». Роб Кэлем из Wall Street Journal умоляет: «Не говорите мне ничего о решениях. Они уже превратились в проблему». В борьбе с пиаровской ересью крупные СМИ заявляют, что используют фильтры для электронной почты, не пропускающие письма с описанием «новейших технологий» и «стабильного успеха».
Если вы не собираетесь писать простой, неординарный, эмоциональный пресс-релиз, лучше вообще ничего не пишите. Иначе вы зря потратите время редактора, а это страшное преступление.
Умение предоставлять ресурсы и не быть назойливым является необходимым для пиарщиков. Это ваш пропуск к вершинам паблисити, которые мало кому удалось покорить. Чтобы стать для СМИ источником информации, нужно не только время от времени протягивать руку помощи журналистам. Надо выбрать для этой руки перчатку, которую Зверь непременно заметит.
Мало кто из нас в состоянии регулярно предоставлять информацию. Если вы всерьез добиваетесь публичности, вам придется стать изобретателем. Вовсе не обязательно тягаться с Томасом Эдисоном, нужно только научиться мыслить оригинально.
Во всех редакциях можно услышать ироничную фразу: «Не позволяйте фактам портить интересный сюжет». Если вы настроены добиться известности, пусть эти слова станут вашей мантрой.
Как вы уже знаете, Зверю не очень нравятся голые факты. Его привлекают неординарные, эмоциональные, простые и доступные сюжеты. В этом вся загвоздка. Большинство из нас располагает материалами, не слишком интересными, зато чрезмерно сложными. Не стоит отчаиваться. Если ваше сообщение безразлично для СМИ, изобретите что-нибудь новенькое.
Томас Эдисон, величайший изобретатель в мире, способен вдохновить охотников за паблисити. Мир поразился его изобретению — лампе накаливания, но отнесся к нему осторожно. Люди не верили в возможность иметь дома источник света, не требующий огня. Эдисон продемонстрировал практическое применение своей магической разработки, осветив с ее помощью здание на Уолл-стрит.
Система работала превосходно, за исключением инцидента со слабой изоляцией проводов, протянутых под улицей. Он стал серьезной проблемой для связей с общественностью. После проливного дождя электричество погубило несколько человек и лошадей.
Как же великий изобретатель справился с панической боязнью электричества? Он придумал трюк, привлекший внимание СМИ. Эдисон организовал в Манхэттене парад, в котором участвовали 400 человек. На головах у них горели электрические лампочки. Лошади везли генератор, провода были спрятаны в рукавах участников.
В следующий раз на выставке в Филадельфии Эдисон нанял артиста танцевать чечетку на электрифицированной площадке. Ботинки танцора передавали ток в шлем на его голове. Лампочка вспыхивала и гасла в такт движениям артиста, а Эдисон раздавал зрителям листовки со смешными стихами, рекламирующими безопасность и практичность электричества.
СМИ захлебывались от восторга, страх отступал, дорога техническому прогрессу была открыта.
В следующий раз, когда будете смотреть новости, читать газету или бродить по Сети, обратите внимание на изобретения. Вы удивитесь, узнав, сколько информационных сюжетов являются продуктом манипуляции Зверем. Даже экстренные новости отчасти сфабрикованы для СМИ. В этой главе мы рассмотрим способы манипуляции, подходящие различным группам. Если вы думаете, что ваша организация не может опуститься (или подняться) до уровня бесплатного маркетинга, значит, вы плохо подумали. Под СМИ подстраиваются все, кто достигает большой известности. Не подстраиваясь, вы не добьетесь паблисити.
Прежде чем изучать многообразные искусственные способы привлечь Зверя, мы должны отметить его любовь к изобретениям как таковым. Предыдущие главы книги доказали ее. Вы не забыли зеленый кетчуп, оригинальную крышку для винной бутылки, гибрид велотренажера и игрового автомата, инвалидную коляску с толстыми колесами?
Журналисты всегда ищут новейшие, уникальные, инновационные изобретения.
Когда сайт Inside.com опубликовал статью о том, что знаменитый изобретатель Дин Кеймен работает над чем-то экстраординарным, репортеры как с ума посходили. До раскрытия тайны изобретения оставался почти год, но СМИ не могли устоять перед искушением погадать, что это будет. Проект, по словам Кеймена, должен был «оказать огромное влияние на жизнь людей во всем мире». Он заставил журналистов затаить дыхание от любопытства. Периодические и нарочито туманные упоминания об изобретении с рабочим названием Ginger поддерживали ажиотаж в СМИ. 3 декабря 2001 года в программе AВС «С добрым утром, Америка» Кеймен представил свету самокат с мотором. Оригинальный двухколесный транспорт стал настоящим хитом. Журналисты опять посходили с ума, ведь теперь изобретение можно было увидеть! Зверь обожает новые устройства, даже если они не слишком нужны людям. Производящая гигиенические средства компания Brill Hygienic Products изобрела способ автоматической замены бумажных салфеток на сиденьях унитазов. Зверь пришел в восторг. Репортеры восхищались электронным устройством, снимающим старую салфетку и расстилающим новую при нажатии кнопки. Больше не надо возиться с бумагой. Неважно, что полиэтиленовые салфетки в четыре раза дороже. Это новое, оригинальное решение, вытесняющее привычные вещи. Можно порассуждать о том, какая чушь все эти салфетки, полиэтиленовые или бумажные, но это тема для другой книги.
Вы знаете, что можно значительно увеличить срок службы нагревательной колонки, если время от времени ее чистить? Я лично не знал, пока не прочитал статью об устройстве под названием Kwik Kleen, которое самостоятельно чистит колонку. Раз в месяц устройство счищает коррозирующий осадок, сокращающий жизнь нагревателя. Разумеется, можно сэкономить несколько долларов и вычистить его самостоятельно. Только кто захочет с этим возиться, зная, что есть устройство, занимающееся чисткой, пока вы спите? Предоставьте СМИ искать решение проблем, о существовании которых вы не подозревали.
Вам известно, что с помощью сыра можно удалить томатный соус с джинсов? Если неизвестно, то вы в меньшинстве. Джой Грин, автор книги «Как чистить одежду сыром» (Joey Green. Clean Your Clothes with Cheez Whiz), занял потрясающе выгодную нишу, придумав оригинальные способы использования обычных вещей. В своих многочисленных книгах он рассказывает, как вытирать пыль колготками, ловить рыбу на М&М`s и чистить унитазы лимонадом. Журналисты обожают Грина. Он участвовал в шоу «Сегодня», «С добрым утром, Америка» и «Сегодня вечером». Статьи о нем были напечатаны в USA Today, New York Times, Los Angeles Times, People, Entertainment Weekly и других изданиях.
Разве нельзя пить лимонад, носить колготки, чистить унитаз «Силитом» и смахивать пыль специальными щеточками? Можно. Но если вы задали этот вопрос, значит, вы не поняли самого главного. Зверь любит не просто устройства, а изобретения. Как вы убедитесь, его также привлекают трюки, церемонии, акции протеста, маркетинговые уловки и даже зрелища, которые создают сами СМИ.
Каждый, кто применяет принцип изобретательности, стремится к известности. Однако самые искусные и самые успешные изобретения кажутся естественными. Они не высосаны из пальца. Это яркая противоположность нереализованному потенциалу, заметному в большинстве человеческих дел. В одной из популярных комедий моя мысль схвачена очень точно. Спортсмен Чеви Чейз советовал своему юному протеже: «Почувствуй себя мячом».
Когда звезда гольфа Фред Каплз бьет по мячу, его движение кажется небрежным и легким, но мяч улетает за 260 м. Майкл Джордан легко обходит медлительных несчастных защитников и приносит команде очко без напряжения. Читая роман Джона Ирвинга, вы как будто подслушиваете, а не пробегаете глазами по напечатанным строчкам. Вы никогда не увидите, чтобы Мэрилл Стрип играла роль, — она перевоплощается в свою героиню. Тот же механизм работает в борьбе за паблисити. Если вы хотите постоянно купаться в лучах внимания, «станьте мячом».
Лучшие изобретения — те, где слиты воедино три компонента: новизна; товар, услуга, организация или лицо, нуждающиеся в публичности; остальные маркетинговые хитрости.
Авиакомпания Southwest Airlines нашла этот сплав в 1990 году. Руководство размышляло, как привлечь внимание СМИ к 20-летию компании. Официальная церемония была запланирована на начало 1991 года. Зная, что простое объявление о юбилее и даже пышная вечеринка не вызовут интереса и, скорее всего, пройдут незамеченными, Southwest придумала гениальный ход. К 20-летию полетов из Далласского аэропорта компания нарисовала огромную синюю звезду на новом самолете и назвала его «Одинокая звезда № 1». Его представление на празднике привлекло внимание СМИ штата и всей страны.
Изобретение оказалось столь удачным, что в 1994 году появился самолет «Аризона № 1», потом «Калифорния № 1», «Невада № 1» и «Нью-Мексико № 1». Каждый новый самолет вызывал всплеск интереса СМИ. Southwest раскрасила еще несколько самолетов: три расписала под касатку Шаму, чтобы подчеркнуть партнерские отношения с океанариумом Sea World, а очередное приобретение назвала «Серебряный № 1» в честь 25-летия создания компании. Таким образом, работа по маркетингу и пиару фактически свелась к одному хорошему ходу.
Необычный продукт, человек или услуга сами по себе являются приманкой для СМИ. Возьмем дня примера ледяной отель в Квебеке. На постройку зимней гостиницы уходит около 250 тонн льда и 4500 тонн снега, средняя температура внутри минусовая. Верите ли, каждую ночь с декабря по март отель заполняют желающие отдать от 80 до 190 долларов за то, чтобы коченеть под одеялами из оленьих шкур. Ледяной отель — изобретение Министерства туризма Квебека, позаимствовавшего идею в Швеции. Гостиница возводится, чтобы развить в провинции зимний туризм. Изобретение работает, места бронируют заранее, а внимание СМИ обеспечивает администрацию отелей работой, хотя посетители, я думаю, немного не в себе.
Интернет-консультант Филипп Каплан неожиданно нашел нишу для привлечения паблисити. Он создал сайт, где высмеял несчастья, постигшие сетевые компании в новом тысячелетии. Каплан назвал свое детище довольно вульгарно (воспользуемся эвфемизмом screwedcompany.com) в насмешку над Fast Company, любимой информационной службой экономистов и рекламщиков.
По мере того как онлайн-компании вымирали, Каплан пополнял список погибших. Люди стали заходить на сайт по нескольким причинам: посмеяться, сделать ставку на следующего банкрота, пошпионить за конкурентами и даже поискать оставшиеся без работы таланты. USNews &World Report назвала сайт Каплана «обязательным чтением: это и некролог для интернет-компаний, и сайт по трудоустройству, и веселый отдых для измученных сотрудников онлайн-фирм на грани банкротства».
Сайт оказался прекрасным пиаровским ходом, но это не единственная его функция. Screwedcompany.com — полноценное предприятие. Все беды веб-сайтов его миновали, и оно остается причудливым сочетанием коммерции, жалоб, грубости и товарищества. Ну как? Изобретение screwedcompany.com позволило ей не войти в собственную Книгу памяти!
Лучшее изобретение приманки для паблисити тесно привязано к причине своего существования и к остальным маркетинговым ходам, поэтому три его компонента сливаются воедино. Если нет возможности говорить о том, что у вас есть, отбросьте все сомнения и придумайте что-нибудь интересное.
Самое распространенное мероприятие для СМИ — это пресс-конференция, за которой следует стандартная церемония вроде открытия строительной площадки или разрезания ленточки. Если вы думаете, на чем лучше остановиться, бросьте это занятие. Обе церемонии стары как мир. Журналисты их ненавидят. Причины очевидны. Что неординарного, эмоционального и простого в говорящих головах над столом или в восьми официальных костюмах, бродящих по стройке? Скукота! Пресс-конференции и привычные ритуалы отпугивают всех уважающих себя репортеров. Они приходят, только если чувствуют себя обязанными прийти. Политики, полицейские, директора школ и общественные лидеры могут отделаться такими поводами для съемки, но всех остальных мероприятие подобного рода погубит.
Нет, я не хочу сказать, что ни в коем случае нельзя проводить пресс-конференцию и отмечать начало или завершение строительства. Я только предлагаю по возможности этого избегать. Приложите максимум усилий, чтобы найти или изобрести трюки, которые привлекут фотографов и операторов. События должны быть наглядными. Консультируя фирму Gateway по поводу создания нового узла, я столкнулся с серьезной проблемой. Стройплощадка находилась в 30 минутах езды от ближайшей телестудии, а это непростительное пренебрежение доступностью. Какое Зверю дело до начала строительства здания, реальной пользы от которого не будет еще несколько месяцев? Однако журналисты охотно посетили бы церемонию, если бы там было на что посмотреть. Мы решили привлечь внимание продюсеров и Зверя, желающего сытно пообедать. Зверю мы предложили мясо — в прямом смысле слова.
На эмблеме Gateway изображена корова, дань детским воспоминаниям исполнительного директора, выросшего на молочной ферме. Догадываетесь, что мы придумали? Я позвонил в ближайшее молочное хозяйство и спросил, нельзя ли одолжить буренку. В результате нам достались активист-подросток и внушительных размеров черно-белая корова. Разумеется, всем СМИ, и особенно телевидению, мы заранее сообщили о ее участии. Изобретение сработало. Событие, которое могло остаться без внимания, попало в газеты и на ТВ.
Несмотря на то, что разрезание ленточки и пышная церемония более привлекательный объект для Зверя, чем грязь и груды стройматериалов, они не универсальны. Газеты понимают важность новых предприятий и рабочих мест, но телеканалам они безразличны или неинтересны. Телепродюсеров нужно приманивать зрелищностью. Пресса не столь прихотлива, но ей тоже нравятся хорошие кадры. Правило изобретателей: события нужно видеть.
Когда компания Sprint РСS готовилась к открытию очередного центра для владельцев радиотелефонов, мы искали изюминку для церемонии. Я предложил вместо традиционной ленточки перерезать телефонный шнур, соединяющий трубку с аппаратом. Руководителям компании идея понравилась. Зверю тоже.
Компания, издающая дамский каталог Victoria’s Secret, работала над церемонией открытия нового магазина. Мне велели забыть о разрезании ленточки. Обрадованный, я поинтересовался у пиарщиков фирмы, чем его хотят заменить. Руководитель службы пиара заявил, что разрежут расписанный вручную рулон обоев. Обоев?! «Это шик», — объяснил менеджер. Шик, но зачем кромсать обои, если компания торгует кружевным бельем? Перед нами тот самый случай, когда резать ленточку абсолютно уместно. Накануне события прибыл заказанный рулон обоев, и. главный пиарщик признал, что идея плоха. В панике мы помчались в галантерею и добыли очаровательный моток ярко-розовых кружев. Десяти метров вполне хватило, чтобы закрыть вход в магазин. Сексуальная ленточка появилась на газетных фото и даже была упомянута в текстах статей. Символизм действа не укрылся от телерепортеров и операторов, которые также не обошли ленту вниманием.
Любой зрелищный элемент украшает церемонию. Порой от наглядности изобретения зависит, попадет ли событие в СМИ. Никогда не помешают и технологии.
Компания Intuit является разработчиком финансовых компьютерных программ Quicken, QuickBooks и TurboTax. На ее пышной презентации я поставил руководителя перед гигантским монитором, на котором демонстрировалась работа новейшей программы. Этот подарок операторам, без сомнения, внес свой вклад в блестящий успех пиар-кампании,
На открытие нового дома престарелых мы пригласили спортсменов, которым исполнилось 60, 70 и 80 лет. Они заполнили бассейн и тренажерные залы. Пустые пространства не слишком удачно смотрятся на ТВ и фото. При создании зрелищного события не всегда нужно раскрывать кухню ритуала. Иногда публичность нужно обеспечить событию, для которого нет церемонии. В этом случае я советую вам изобрести само событие.
Однажды я консультировал Торгово-промышленную палату небольшого города. Объединение готовилось приветствовать 500-го участника. Для делового сообщества это важный рубеж, и председатель палаты хотел рассказать о нем в СМИ. Однако мало было просто сообщить приятную новость. Предстояло найти в ней привлекательный для Зверя элемент.
Основная масса СМИ совершенно равнодушна к бизнесу, поэтому мы искали приманку для Зверя в другой области. Необходимы были эмоции. Озарения не пришлось долго ждать. Город развивался и так сильно нуждался в школах, что одну соорудили из сборных домов. Это было жалкое скопище зданий без всяких признаков ландшафтного дизайна. Занявшись этим походным храмом науки, мы привлекли внимание к Торговой палате.
Палата поручила 498-, 499- и 500-му участникам приобрести по пять больших деревьев. Еще немного добавил местный питомник, приславший также садовников. Украшение школьной территории попало в СМИ как «помощь предпринимателей обществу». Мэр в присутствии прессы и телекамер провел торжественное собрание всех учеников и учителей.
Когда жизнь преподносит вам лимоны, делайте из них сладкий лимонный пирог и украшайте его цветным кремом.
Знает ли Зверь, что с помощью изобретений им активно манипулируют? Знает, но ему все равно и даже приятно, когда история стоящая. Если сюжет надуманный, то репортеры ворчат и обзывают пиарщиков болванами. В нашем примере журналисты понимали, что проблема школ — одна из самых острых для города и ее освещение означает стопроцентный успех. Изобретения, не соответствующие запросам СМИ, отметаются вместе с дюжинами других.
Если бы масс-медиа не позволяли собой манипулировать, редакторам и менеджерам было бы сложнее справляться с работой.
Добившись паблисити с помощью пресс-конференции или иного мероприятия, вы можете гордиться хотя бы тем, что репортеры пришли на собрание, которого хотели избежать. Однако это удовольствие сродни тому, которое вы испытываете, уговорив ребенка съесть баклажан. Да, это победа, но весьма неоригинальная. Настоящий триумф ощущаешь, создав повод для паблисити силой собственно-го воображения. Тогда это подлинное изобретение. Немногие на такое способны.
Даже Томас Эдисон не может похвастаться тем, что достиг истинной вершины пиара, потому что его открытия сами по себе вызывали интерес СМИ. Лучшие примеры изобретательности продемонстрировали величайшие иллюзионисты XX века Г арри Гудини и Эвел Книвел. Гудини создал захватывающее зрелище буквально из ничего, придумав, казалось бы, невозможное — освобождение из оков. Он вступил на мировую сцену, имея лишь смекалку и воображение. Книвел сделал примерно то же, но использовал мотоцикл, а не цепи, кандалы и веревки. Пусть вы не присутствовали при выступлениях Книвела, но наверняка слышали о них или видели по телевизору. Зверь обожает изобретателей. Он просто не может устоять перед трюками.
Летом 2001 года было объявлено, что орбитальную станцию «Мир» затопят в Тихом океане, и сеть ресторанов быстрого питания Taco Bell стала изобретать маркетинговый ход. Компания спешно заказала огромную надувную мишень для отслужившей станции. Если бы каким-то чудом «Мир» упал именно на нее, Тасо ВеП раздавала бы бесплатные мексиканские лепешки. Кому раздавала? Не знаю. Такой вопрос у СМИ даже не возник. Важна неординарность затеи плюс известность в масштабах страны, которую приобрела в те дни Taco Bell. Одному из менеджеров ведущая шоу «Сегодня» Кэти Коурик задала очевидный вопрос и сама же на него ответила: «Насколько эффективен такой трюк? Впрочем, мы ведь пригласили вас на шоу».
Чудаковатые конкурсы и соревнования всегда привлекают внимание СМИ. Доказательство тому — проекты «Последний герой», «Кто хочет стать миллионером», «Фактор страха» и прочие. Масс-медиа предлагают то, что нравится публике, как бы ни был абсурден предмет вожделения. Хорошо, что для паблисити вам не надо выбираться из погруженного под воду ящика, перепрыгивать пропасть на мотоцикле или тратить состояние на надувную мишень. Просто мыслите творчески.
Лайза Кейнерек кое-что знает о создании паблисити из воздуха. Консультант компаний с офисами на дому, она провела конкурс на самое оригинальное помещение для фирмы. Кейнерек получила более 50 заявок, из которых узнала о бизнесмене, ведущем дела с парусной шлюпки в Карибском море, и о владельце строительной фирмы, часть дня работающем в ванной. Конкурс был настолько наполнен принципами НЭП, что статья о нем появилась в Wall Street Journal.
Оригинальный конкурс — один из самых дешевых маркетинговых ходов. Это как метание тортов или поедание гамбургеров на народном гулянье. Несколько человек вкладывают в организацию праздника немного времени, ресурсов и опыта, и на зрелище стекается толпа.
Придумать соревнование не так трудно, как кажется. Просто определите, что особенного в вашем сообщении и что привлечет людей, а потом добавьте юмора, сатиры или абсурда.
Приведу пример. Сейчас в моде нелюбовь к ксероксам, вы замечали? Капризные машины ломаются каждый божий день. Если вы дилер по офисному оборудованию, почему бы не провести конкурс на «Худший ксерокс планеты»? Наградите победителя новым аппаратом и внесите расходы в статью «реклама и маркетинг». Сработает. Я точно знаю, потому что мой клиент это испробовал.
Недавно я прочел статью о жилищно-строительной фирме, учредившей приз для владельца «Самой уродливой ванной». Выдвинуть свою ванную комнату на получение сомнительного титула можно было бесплатно. Победителю сделали ремонт на сумму 7 000 долларов, разумеется, за счет фирмы. Конкурс привлек новых клиентов, но это не главное. Он был создан для того, чтобы огромная аудитория узнала о новом шоу по переделке интерьера, интересном для всех, кто думает о ремонте.
Размышляя о конкурсе или другом пиаровском трюке, не путайте изобретение с его целью. Трюк всего лишь средство, которое привлекает внимание и дает вам шанс выступить в СМИ.
Лагерь юных пожарных в Канзас-Сити решил информировать людей о своих программах. Типичным ходом для детской организации стало бы проведение конкурса, Однако ребята устали от соревнований, их и так множество. Прием, новаторский в деловой сфере, оказался бы просто банальностью для детских клубов (нужна неординарность). Руководители лагеря поняли, что изобретение может быть лишь косвенно связано с деятельностью группы. Они придумали «Невероятный детский день», аналогичный Дню отцов и Дню матерей. Идея заключалась в том, что взрослые писали детям письма, обращаясь к ним за советом или моральной поддержкой. Участвовать вправе любой. Событие каждый год освещается в СМИ. Сначала журналисты рассуждают о положительном воздействии, которое письма оказывают на детей. Затем репортажи неизменно затрагивают программы лагеря для юных пожарных. Цель достигнута.
Примеры удачных пиаровских трюков вполне могут составить отдельную книгу. Они повсюду, просто оглянитесь вокруг. Когда соучредитель Microcoft Пол Аллен перевел часть своего огромного состояния музею музыки, он «освятил» новое здание, разбив о него стеклянную гитару. Фото опубликовали все газеты.
В Рождество авиакомпания United Airlines устраивает для больных детей «Фантастические полеты» к дому Санта-Клауса. Аттракцион построен практически в аэропорту, и ребятишек высаживают у ворот, недалеко от места «вылета».
Парк дикой природы Desert Nature собирает пожертвования на «Банкете насекомых». Посетители покупают билеты, чтобы посмотреть, как общественные активисты поедают деликатесы из червяков, жуков, сверчков и прочих тварей. Мероприятие приносит наличные, но растущая известность парка значит еще больше.
Как правило, политики — никудышные изобретатели пиаровских трюков. Первопричина заключается в том, что СМИ в любом случае уделяют им много внимания. Проявлять изобретательность нет нужды. Кроме того, в эпоху политкорректности их сковывает панический страх обидеть кого-нибудь. Жаль, потому что политическая арена изобилует возможностями для громкого паблисити.
Самое обидное в политической аморфности — это ее немотивированность. Если официальное лицо никого напрямую не атакует, то его боязнь показаться неприятным превращается в необъяснимый страх, особенно абсурдный, если сравнить надуманный риск с реальной возможностью вызвать общественный резонанс. Однако чем опытнее политик, тем больше несправедливостей он насмотрелся и натерпелся от СМИ. Представители власти редко задумываются над тем, что они страдают из-за собственных глупых ошибок и незнания законов медиамира. Самые изобретательные политики — это молодые люди, наиболее нуждающиеся во внимании СМИ.
Новичок среди законодателей штата Джо Могоровик посетил мой семинар по принципам медиа и заявил, что немедленно применит знания на практике. На следующем собрании он не упустил своего шанса. Между губернатором штата и законодателями разгорелся спор по поводу билля, касающегося оплаты бумаги, необходимой для работы сессии. Если бы этот билль не был принят, то печатать следующие документы было бы попросту не на чем. Пока политики пререкались, Джо думал над оригинальным решением. На следующее заседание он пришел с огромным чеком на 234 доллара, то есть на стоимость распечатки своего билля. Этот маленький трюк обеспечил Могоровику место на первых страницах газет.
Чек упоминался в СМИ бесчисленное множество раз. В затхлой политической атмосфере даже несложное изобретение творит чудеса.
Однажды я консультировал молодого кандидата, выдвигавшегося против политика с 30-летним стажем, спикера от штата Нью-Мексико в палате представителей. Преимуществом моего клиента была молодость. Он не связан с бюрократией и не отвечает за существующие порядки. Стремясь противопоставить энергичность клиента усталости и преклонным летам конкурента, я посоветовал ему выдвинуть свою кандидатуру во время ответственного баскетбольного матча (молодой человек превосходный игрок). Неожиданный антураж выдвижения нес в себе массу посланий для аудитории, подчеркивая молодость кандидата, его активность, смелость, умение играть в команде и мыслить нестандартно. К несчастью, действия других официальных лиц погубили нашу идею. Но мы не сдались. Соблюдение принципов СМИ сыграло огромную роль в победе моего клиента над политиком, занявшим свой пост в начале 70-х, еще до уотергейтского скандала.
В своей массе бывалые политики проявляют столько же творчества, сколько шпалоукладчики, но иногда попадаются исключения. Мы уже говорили о том, как Альберт Гор собрал группу советников из представителей самых многочисленных демографических категорий (см. «Принцип подготовки»). Ему не нужны были советы простых рабочих. Он их наслушался за предвыборный тур и восемь лет на посту вице-президента. Гор просто не хотел готовиться к дебатам с Бушем в последнюю минуту, а советники из ключевых штатов легко обеспечивали ему внимание региональных СМИ. Беседы Гора с простыми людьми из Флориды — штата, фактически определяющего исход выборов, — были пиаровским изобретением с точно просчитанным результатом. Оно внушало мысль: Альберт хороший парень. По словам Джозефа Остина, одного из «простых людей Флориды», «многие считают Гора черствым и скучным, но это совсем не так. Он очень обаятельный. Я уверен, что он ценит наше мнение».
Во время выборов 2000 года изобретательность проявили не только демократы. Председатель Национального комитета республиканской партии Джим Николсон выдал один из самых оригинальных трюков, высмеяв заявление о крестьянском происхождении Гора. Больше десятка камер запечатлели, как Николсон на запряженной мулом телеге разъезжал по престижному району Вашингтона, где вырос Гор.
Еще один удачный прием был реализован в апреле 2000 года, когда комитет распространил пресс-релиз под названием «Репортеры в заложниках». В документе содержались жалобы на то, что вот уже 51 день Гор не проводит пресс-конференций. Иллюстрация изображала двух активно освещавших предвыборную кампанию журналистов сидящими за высоким забором. Washingto Post и Los Angeles Times немедленно напечатали статьи о том, что Гор сторонится прессы.
В мае комитет выпустил диск «Лучшее от Эла Гора». Издевательские музыкальные композиции состояли из 17 самых нелепых оговорок вицепрезидента. Комитет разослал диск 1000 дикторов радио, и большинство из них пустили композиции в эфир, премного обязав этим оппонентов Гора. Десять крупнейших информационных агентств рассказали о диске в течение недели после его выпуска.
После выборов демократы перегруппировались и восстановили силы. Пока президент Джордж Буш-младший пытался очаровать страну снижением налогов, Дик Гепхардт из палаты представителей и сенатор Том Дэшл сделали на Капитолийском холме провокационное фото. Они позировали перед «Лексусом» стоимостью 43 000 долларов, за коорым стояла табличка с изображением старого автомобильного глушителя. Гепхардт и Дэшл объяснили журналистам, что снижение налогов позволит миллионерам купить машину, а среднему американцу — глушитель к ней.
Вот такой ход — мечта журналиста; он сверкает на солнце, урчит и срывается с места, как первоклассный автомобиль.
Прелесть принципа изобретательности в том, что его может использовать каждый. Для этого не обязательно быть политиком, бизнесменом и вообще влиятельным человеком. Если вы способны придумать что-нибудь интересное, журналисты охотно предоставят вам возможность для бесплатного паблисити. Они жадно набрасываются на все дельные идеи.
Смотрели кино «Форест Гамп»? Сердце Фореста разбито, и герой решает заняться бегом. В итоге он обегает континент трижды. СМИ узнают об одержимом спортсмене, и он просыпается знаменитым. Конечно, Гамп выдуманный персонаж, но его история популярна именно потому, что похожа на правду.
Бессчетное количество людей устраивали забеги или паломничества из точки А в точку Б, чтобы добиться известности. Этот трюк столь популярен, что превратился в банальность. Тем не менее, если вы привнесете в забег что-то новое, репортеры уделят вам внимание. Тоби Джонсон превосходно справился с задачей.
В 39 лет Джонсон перенес пластическую операцию, что-бы очистить закупоренную на 90 % коронарную артерию. Через год он пешком обошел весь штат Иллинойс, собирая деньги для Американской ассоциации по борьбе с сердечно-сосудистыми заболеваниями. Он привлек внимание и 10 000 долларов пожертвований. Подумаешь, человек прошел 333 мили за 33 дня! Что особенного? Джонсон шел на ходулях, так что его рост приближался к трем метрам.
Ходули — незаурядное решение, но не всякий умеет на них передвигаться. Успокойтесь, не только бывший циркач может добиться паблисити. Шестидесяти-трехлетняя уроженка Мичигана Билли Гарденер доказала это. Она просто шла — и преодолела 3940 км по знаменитому 66-му шоссе. У Гарденер врожденные дефекты, и она хотела о них рассказать. Ее козырь — пятеро внуков.
Стив Гутьеррез никуда не ходит, он спит. Ему за пятьдесят, он работает в организации социальной защиты и холодными декабрьскими ночами стоит на обочине шоссе с плакатом, призывающим подарить пледы бездомным. Когда поток машин иссякает, он пристраивается спать прямо на улице. Это не слишком комфортно, зато репортеры часто пишут о нем, и Гутьеррез собрал огромное количество одеял и еды.
Рассмотренные примеры не без чудачеств (принцип неординарности), потому-то они и работают. Я не советую вам откалывать нечто подобное, просто сообщаю, что чудачества, как правило, эффективны.
Должно быть, вам доводилось слышать о Джиме Моргане, который в 1938 году отправился на Аляску продавать эскимосам холодильник. Он обрел покупателя и немного славы. Вы, наверное, видели репортажи о кондитере из Лос-Анджелеса. Он готовит овсяное печенье, но не просто так, а участвуя в марафонском забеге.
Вы постоянно читаете подобные сюжеты в газетах и видите их в информационных выпусках на ТВ. Почему? Людей легко заинтриговать странным поступком. Излюбленные темы Дэвида Леттермена — это «Чудаки среди зверей» и «Чудаки среди людей». Любовались ли вы когда-нибудь на оригинала, разбрызгивающего по сцене горчицу из тюбика?
Думаю, нет нужды в дальнейших примерах. Я доказал, что принцип изобретательности поможет добиться паблисити кому угодно. Он работает в бизнесе, политике, образовании, благотворительности, развлечениях и,
бесспорно, в самом медиамире.
Это происходит каждый февраль, май, июль и ноябрь. Это время, когда определяются рейтинги местных телеканалов. Соответственно, это время богато трюками, рассчитанными на привлечение максимального числа зрителей.
Вам не приходилось в прямом эфире следить за тем, как репортеру делают операцию? Я видел такой сюжет дважды на одном и том же канале. Довольно странно смотреть, как кого-то оперируют с 10 до 11 вечера, но не поспоришь: трюк удался.
Подобные изобретения, преподнесенные в качестве новостей, конечно, не новы. Уже десятки лет телеканалы проделывают всякие штуки.
Иногда они объявляют конкурсы и обещают призы: «Сегодня вечером смотрите «Криминал», и вы можете выиграть мешок наличных!», «Машина ждет!», «Выиграй отдых!», «Победителю — Sony PlayStation-2!».
Иногда сулят захватывающее зрелище: «Сегодня в сять ждите грандиозного взрыва!», «Смотрите, как бывший! угонщик похищает машину. Прямой эфир ровно в одиннадцать!», «Наш собственный корреспондент раздает взятки, напивается в дым и проверяет, каково за рулем после выпивки!».
Кроме того, есть шоу, где принимаются звонки от телезрителей: «Сегодня в шесть на телефоне финансист. Он ответит на любые вопросы о вкладах». В следующий рейтинговый месяц кресло эксперта займет врач, юрист или опытный воспитатель (принцип ресурсов).
Всемирные информационные агентства тоже любят хорошие трюки. После того как муж ведущей программы «Сегодня» Кэти Коурик умер от рака толстой кишки, NBC сняла и показала сюжет о том, как Коурик делают коло-поскопию. Это помогло информировать людей об опасности рака. Впоследствии Коурик взяла интервью у трех человек, которые после сюжета о ней прошли колоноскопию и узнали, что смертельно больны.
На изобретательности основаны разнообразные шоу. Репортеры ищут в кухне опасные микробы или разоблачают беспринципного автомеханика, бравшего сумасшедшие деньги за несделанный ремонт. Они устанавливают скрытые камеры в ювелирных магазинах, где оценщики покупают за смешную цену бриллианты, накануне проданные втридорога. Все это новости? Да. У меня это не вызывает вопросов, и у вас не должно. Просто воспринимайте их правильно: это изобретения.
Газеты, журналы, интернет-сайты и особенно радиостанции рады поиграть в изобретателей. Незачем перегружать книгу примерами из всех СМИ. Я просто хочу подчеркнуть, что журналисты постоянно охотятся за новостями. Это придаст вам уверенности, когда вы будете создавать свое сообщение. Хотите, чтобы радио или ТВ рассказало о вашем мероприятии? Попросите кого-нибудь из репортеров провести церемонию, вручить премию или войти в жюри. Сотрудники СМИ стремятся показать свое участие в общественной жизни. Как вы ужали (см. «Природа Зверя»), исследования свидетельствуют, что и аудитория, и журналисты замечают разрыв между медиамиром и обществом. Для большинства информационных агентств сооружение хотя бы видимости моста через эту пропасть необходимо.
Телеведущие и корреспонденты, так же как их коллеги с радио, установили квоты на количество собственных появлений в эфире. В любом случае, участие в обществен-ной жизни активно приветствуется, Именно из-за этого я вляпался в три церемонии вручения бакалаврских дипломов в трех разных штатах. Мне с женой пришлось раздать кипы бумаг и всяких корочек. В другой раз дипломы вручали нам — это еще один трюк, который приносит известность.
Как-то вечером телеканал, где работает моя жена, выпустил в эфир сюжет о том, что ее партнеру по программе предложили полетать на истребителе Thunderbird. После этого Диана в присутствии камер поинтересовалась, почему ей не дали возможности преодолеть звуковой барьер. Вскоре ей позвонили из Национальной гвардии штата и с удовольствием предложили прокатиться на «F-16». Диана поймала военных на слове, и пиар-кампания гвардии удалась. В очередной раз о летчиках заговорили, когда Диана получила за свой сюжет премию от Associated Press.
Заговорите с любым продюсером или редактором о людях, требующих внимания СМИ, и вы услышите тяжелый вздох и бормотание в том смысле, что всех «болванов пиарщиков» надо немедленно отравить, желательно вместе с юристами. Не огорчайтесь, услышав ворчание, оно притворно. Журналисты обожают изобретенные новости, но только если они поданы творчески и по принципам НЭП.
Репортеры ненавидят лишь тех пиарщиков, которые заставляют их тратить драгоценное время и разбираться в никчемных, жалких сообщениях. Неудачники беспрерывно присылают письма и электронные послания, обрывают телефон и ломятся в дверь. Они даже пристают к журналистам в магазинах, в парках и у врачей, чтобы поделиться замечательной «новостью». Это очень утомительно.
Поэтому ни на миг не забывайте первое правило изобретателя: готовьтесь к общению (см. «Принцип подготовки»). Продумайте свое выступление так же усердно, как Эдисон, Гудини и Книвел. Если вы изобрели нечто стоящее, то, возможно, добьетесь известности. Если не уверены в успехе, работайте еще и еще.
В этой главе мы сосредоточились на одном из пяти главных для репортера вопросов: кто, что, где, когда и зачем. Мы ответили на вопрос «что», но, честно говоря, без ответа на вопрос «когда» он ничего не стоит. Следующий принцип СМИ заключается как раз в том, что применять ваши познания надо своевременно.
Вы любите вафли? Я люблю, и Зверь тоже, Он не способен отказаться от этого лакомства. В один присест проглотив аварию поезда, стрельбу в колледже, анализ фондовых рынков, политику президента (бесчисленные закуски и горячие блюда), Зверь любит побаловать себя вафлями. Десерт — это здорово, потому что вкусную вещь подают как раз вовремя. Мы с вами знаем, что главное — своевременность, правда? Нет. Своевременность — это не главное. Это всего лишь нежная кремовая начинка для вафли.
Если вы не совсем поняли, о чем идет речь в первом абзаце, не переживайте. Я не собирался поучать вас, просто бросил вызов привычному стилю мышления. «Вафли» всего лишь метафора, и она разоблачает тайну, окружающую своевременность. Вопреки распространенному убеждению, вовремя рассказанные новости — это не счастливое совпадение, а часть некой формулы. В ней три компонента, как и в нашем любимом десерте.
Верхний слой хрустящего теста состоит из подготовки, нижний слой — из изобретательности. Между ними лежат возможности, которые дает своевременность. Запомните этот рецепт, и Зверь будет есть у вас из рук.
Марк Твен однажды пожаловался: «Мы не ценим возможность, пока она не существует». Не обманывайтесь, это ложная скромность. Будучи одним из лучших американских писателей, Твен хорошо знал, как важна своевременность. Он поделился с нами знаниями. Твен хотел, чтобы мы поняли: возможности надо искать. Они не бросаются навстречу с криком: «Мы здесь! Посмотрите сюда!» Они лишь быстро проходят у всех на виду.
Большинство людей так заняты, что не замечают внезапного появления или исчезновения возможностей. Другие видят свой шанс, но он застает их врасплох. Люди застывают на месте с открытым ртом. Опомнились? Поздно. Только те, кто постоянно ищут шансы для пиар-кампании, успевают поймать возможность, пока она не пропала. Развивайте хорошую реакцию.
Паблисити — те же вафли. Подготовка заменяет слой шоколадного теста, который непременно нужно смазать кремом. Как только начинка на месте, на нее кладут изобретение. Вуаля, вы приготовили десерт, ради которого Зверь встанет за задние лапки. В этой главе я расскажу вам о четырех способах соблюсти принцип своевременности. Первый из них называется снайперским и позволяет попасть в яблочко, когда возможность мимолетна. Второй вариант — примкнуть к счастливчикам, что труднее, зато дает время на размышление. Третий — стрельба по мишеням, он позволяет поместить изобретение в определенный контекст. Наконец, последний способ — упреждающий удар, направленный на то, чтобы вас не опередили конкуренты. Первые два метода подходят для сообщений, уже попавших в СМИ; применение последних ничем не ограничено.
Все четыре способа основаны на том, что журналистам постоянно не хватает времени. Они вечно не успевают, поэтому стремятся выгадать хотя бы лишнюю минуту. Новости же приобретают и теряют значимость с течением времени.
Из-за постоянной спешки Зверь страдает от рассеянности. Он неспособен долго заниматься чем-то одним. Прочувствуйте темп гонки, и вы сможете ловить пиаровские возможности, которые то и дело появляются, разрастаются и либо уходят в небытие, либо максимально реализуются.
Главное препятствие на пути к известности — занятость. Нашу культуру разъедает этот тяжелый недуг. Мне не понять, почему безумная занятость стала чем-то вроде почетного ордена. Она превратилась в мерило влиятельности. Если вы не заняты, то, должно быть, ленивы или, хуже того, незначительны. Дистанцируйтесь от занятых ребят, если хотите использовать принцип своевременности — и все остальные. Невозможно ловить мимолетные случаи, если голова вечно забита другим. Удачливые охотники за паблисити всегда начеку, они внимательно смотрят по сторонам и ничего не пропускают мимо ушей. В рабочем графике они отводят время на то, чтобы спланировать пиар. Лучшие из таких людей — настоящие снайперы, приучившие себя к терпеливому и бдительному ожиданию, научившиеся стрелять в тот миг, когда появляется цель. Снайперы знают то, что нужно знать всем охотникам за известностью: занятость опасна.
Я уже рассказывал вам о Джо Могоровике, предложившем заплатить за распечатку своего законопроекта. Он знал, что противостояние губернатора и законодателей продлится от силы два дня. Медлить было нельзя. Могоровик напечатал огромный чек и явился с ним на следующее заседание. В десятку!
Когда я еще работал на телевидении, местный гимнаст Трент Даймас получил олимпийское золото за упражнения на перекладине. В его честь была устроена вечеринка. Во время официальной части некий ювелир преподнес чемпиону потрясающий перстень с бриллиантом. Разумеется, я взял у дарителя интервью, а мой оператор запечатлел подарок в нескольких ракурсах. Все изумились, как быстро ювелир смог создать украшение. Это был снайперский выстрел. Ювелир увидел цель и поразил ее без колебаний. Его бдительность была вознаграждена громкой известностью и вниманием СМИ.
Согласно принципу своевременности, чем интереснее изобретение, тем дольше оно сохраняет привлекательность. Законодателю и ювелиру нужно было действовать быстро, но не мгновенно. Когда же пиаровская возможность очевидна и открыта для всех, нет времени зевать. Каждая минута на счету.
Однажды я развернул утреннюю газету и увидел громадный заголовок: «С больничной стоянки угнан единственный автомобиль семьи Билин». Под заголовком помещалась крупная фотография печальной супружеской пары и четверых детей на фоне трейлера, оборудованного для жилья. Из статьи следовало, что машина пропала, пока семья находилась в больнице и покупала лекарство для больного лейкемией старшего сына. Затем шел душераздирающий рассказ о трудностях и отчаянии семьи, недавно эмигрировавшей из Мексики. Автомобиль был не застрахован, и теперь Билинам не на чем возить сына в госпиталь. Вдобавок отец не может найти работу.
Дочитав репортаж, я весело сказал жене, что знаю главный сюжет вечерних новостей и заголовки завтрашних газет. Я показал ей статью, и она согласилась, что автодилеры подарят несчастным машину. Попав в центр внимания СМИ, они сорвут большой куш. Мы оказались правы, да и кто бы сомневался.
Резонанс был колоссальный. Два дня сюжет крутился на радио и ТВ. «Билинам подарили авто! Они опять за рулем!» — сообщали обложки газет. С десяток фирм предложили иммигрантам запасные колеса. Другие предлагали денежную помощь и бесплатные рейсы в больницу. Угон машины стал одним из счастливейших событий в жизни семьи.
Однако больше всех выиграл автодилер, подаривший машину. СМИ долго нахваливали его благородный поступок. Столько статей не купишь и не закажешь, такое внимание не по карману даже миллиардеру. Снайпер не колеблется при появлении цели. Способ мгновенной атаки на СМИ работает как на местном уровне, так и в масштабах страны. После путаницы и споров, сопровождавших президентские выборы в 2000 году, СМИ еще долго обсуждали нестандартные бланки бюллетеней в штате Флорида. Многие избиратели утверждали, что не поняли, как ими пользоваться, и в результате проголосовали за Пэта Бьгокенена, а не за Альберта Гора. Другие проголосовали сразу за двух кандидатов, что автоматически исключило бюллетени из рассмотрения. Было самое подходящее время для экспериментов, и двое учителей начальных классов не упустили свой шанс.
Рон Макги, школьный психолог из Джорджии, разработал аналогичный по форме бюллетень, где вместо кандидатов были персонажи Диснея. Семьдесят четырех второклассников попросили проголосовать за Микки Мауса, занимавшего место Гора, и ни один ребенок не ошибся.
Дейн Уилсон, учительница третьего класса из штата Кентукки, сделала практически то же самое. Она воспроизвела бюллетень на своем компьютере и попросила учеников проголосовать за Гора, указав курсором на соответствующий квадрат. Все 19 ребят сделали правильный выбор.
Естественно, местные и национальные СМИ с аппетитом съели эти сфабрикованные новости. Почему бы нет? В них соблюдены принципы НЭП, и они своевременны.
Согласен, наш автодилер и учителя не настоящие снайперы. Они не следят за репортажами в СМИ и не выискивают возможность прославиться. Однако они заметили возможность для пиара и попали в точку.
Как вы думаете, много ли автодилеров, прочитав статью об угоне, бросили газету и схватились за телефон? А сколько людей могли бы сыграть на истерии, вызванной бюллетенями, но не стали отрываться от других дел? Издательства и фирмы, так или иначе связанные с печатью, могли бы выпустить пародии на бюллетени и посмеяться над выборами. Как насчет голосования в баре в полвторого ночи, когда публика уже изрядно навеселе? Обитатели дома престарелых могли бы посоревноваться в логике с избирателями из Флориды. Возможности были безграничны, но лишь какое-то время. Сейчас их нет.
Данный подход к достижению паблисити почти неотличим от метода снайпера, но дает вам больше времени на размышление и планирование. Вам не нужно «выстреливать» немедленно. Вы должны найти способ связать свою организацию или занятие с тем, чем в данный момент поглощены СМИ.
Не рассчитывайте на долгие, спокойные размышления. У вас в запасе несколько дней, максимум — две недели, в зависимости от масштаба события. В любом случае, нужно торопиться. Зверь как непоседливый ребенок. Удовлетворите его любопытство, пока оно не угасло, или не утруждайтесь поисками известности.
Экс-президент Билл Клинтон мастерски использовал непостоянство СМИ. Это внушает уважение, потому что глава государства вправе когда угодно требовать внимания ТВ, прессы и радио. Однако Клинтон не злоупотреблял полномочиями, а привязывал свое имя к каждому местному событию. Когда американцы с замиранием следили за судебным разбирательством по делу О. Симпсона, президент рассуждал о проблемах расизма. Когда случалось наводнение, землетрясение или пожар, он был тут как тут, чтобы «разделить нашу боль». После стрельбы в школах он предложил законопроект об оружии.
В своей статье для Newsweek от 21 августа 2000 года Джордж Стефанопулос, бывший советник Клинтона, отметил умение шефа рассчитывать время: «Президент понимал, что, выступая на фоне крупного события, надо отождествить себя с ним. Клинтон использовал непостоянство масс-медиа, превращая политику в срочные и актуальные сообщения». Правильная мысль, друзья мои.
Одним из самых впечатляющих примеров своевременного сообщения, я обязан частному детективу. Уэйн Брю-эр прочел статью о водителе, который, будучи в нетрезвом состоянии, сбил пешехода. Жизнь пострадавшего висела на волоске. Прошло больше года, а виновник так и не был найден. Сыщик не только возмутился, но и почувствовал возможность пиара. Он отыскал преступника за шесть дней и сообщил полиции о его местонахождении. Беглеца препроводили в тюрьму, а Брюэр стал героем новостей.
Выше (см. «Принцип подготовки») я рассказал вам о моей клиентке, возглавляющей центр помощи пострадавшим от насилия в семье. Когда полиция арестовывает знаменитого спортсмена, моя клиентка рассказывает репортерам об эпидемии насилия. Когда рассматривают новый законопроект, она вспоминает истории своих пациентов. Когда приятель женщины убивает ее ребенка, моя клиентка выражает негодование. Когда публикуется новая статистика по насилию в семье, она информирует людей о центре помощи, выступая на радио, по ТВ и давая интервью прессе (см. «Принцип повторения»). Если вы хотите попасть в СМИ бесплатно, следите за тем, что появляется на горизонте. Если там клубится пыль и ожидается горячая новость, бегите навстречу. У вас не так много времени, чтобы присоединиться к чужой славе.
Очень часто люди не замечают, какие возможности дает статья на второй странице журнала. Она принесет вам успех, если вы эксперт в своей области (см. «Принцип ресурсов»). Вспомните, что именно эту страницу читают лидеры общественного мнения и прочие влиятельные люди.
Я сам стараюсь следовать собственным советам. К примеру, когда жители соседних с телестудией домов пожаловались на шум от вертолетов телевизионщиков, я не пропустил возможность попасть в СМИ. Даже медиаконсультанты должны кормить Зверя. Я услышал, как тикают часы, отсчитывая уходящие минуты. В тот же день я написал статью, объясняющую, что студийные вертолеты необходимы только в мегаполисах, а в остальных городах они работают исключительно на имидж телеканала. Если бы я промедлил со статьей еще несколько дней, ее никогда бы не напечатали.
Помните, я говорил о своей борьбе за сохранение телефонного кода для Альбукерке и Санта-Фе («Принцип повторения»)? Наша команда использовала все возможности для получения паблисити, в том числе и статьи на вторых страницах. Конечно, наилучшим временем для их публикации был пик нашей борьбы. Я и без того был завален работой. Наш адвокат тоже был страшно занят. Мы могли бы зарыться в другие дела, но понимали, что уникальная возможность сохранить код скоро исчезнет. Поэтому мы работали с утра до ночи, писали статьи и были вознаграждены за труды. Наша борьба была актуальна. Ждать Зверь бы не стал: он не ждет никого. Летом 2000 года дети прыгали от радости, потому что в свет вышла очередная книга о Гарри Поттере. СМИ тоже были в восторге. Но не думайте, что их чувства разделял профессор Йельского университета и авторитетный литературный критик Гарольд Блум. Автор бестселлера «Что и зачем читать» написал Wall Street Journal разгромную статью, в которой назвал книгу о Поттере «идиотской», «отвратительно написанной», «штампованной» и «низкопробной даже по сравнению с комиксами». Да ладно, Гарольд, брось! Лучше признайся, что она тебе нравится. Хотя твоя статья была своевременной.
Принцип своевременности учит нас привлекать внимание СМИ в тот момент, когда проблема или событие представляет наибольший интерес. Иногда можно переключить журналистский интерес на себя, связав свою деятельность с сюжетом, которым уже заняты медиа. Иногда нужно подгадать время для озвучивания оригинального сообщения.
Для примера посмотрим, что сделал бейсболист Сэмми Соуза, известный своими яркими идеями. 13 сентября 1998 года он совершил 62-й забег за сезон. Этим он побил рекорд Роджера Мэриса, который в 1961 году совершил 61 забег. На следующий день газета Chicago Tribune напечатала на 43 000 экземпляров больше.
Впечатляюще, но несравнимо с тем, что произошло в Сент-Луисе пятью днями раньше. Дополнительный тираж местной газеты составил 400 000 экземпляров, потому что накануне Марк Макгвайер совершил свой 62Й забег. Триумф Соузы оказался скромнее победы Макгвайера, потому что он побил 37-летний рекорд на пять дней позже соперника. Атакуйте вовремя, иначе СМИ останутся к вам равнодушны или, по крайней мере, будут не так воодушевлены, как могли бы.
Суть метода стрельбы по мишеням заключается в том, чтобы высказать свое сообщение, когда данная тема приоритетна для СМИ. Пожалуй, лучше всего это удается политическим лидерам.
Джордж Патаки, губернатор Нью-Йорка, написал книгу, озаглавленную «Мои корни». Когда он провел презентацию? За день до того, как выдвинуть свою кандидатуру на второй срок. Назначив эти события одно за другим, Патаки создал иллюзию публичности и особого внимания СМИ. Если бы события разделяла хотя бы неделя, репортажей в СМИ было бы значительно меньше.
Успех Патаки просто ерунда по сравнению с тем, чего добиваются политические союзы. В 1998 году палата представителей намеревалась проголосовать за импич-мент Клинтона. Комментарий независимого прокурора Кеннета Старра был опубликован несколько месяцев назад, и с тех пор никакой новой информации не поступало. Основные аргументы против президента обсуждались уже давно. Однако в последние дни перед голосованием республиканцы стали давать пресс-конференции по всей стране. Внезапно политики, затруднявшиеся принять решение, стали убежденными сторонниками импичмента.
Почему республиканцы начали свою атаку прямо перед голосованием? Ищите ответ в принципе своевременности. Если бы республиканцы начали кампанию за несколько недель или месяцев до события, они слишком рано истратили бы все боеприпасы. Хочу предостеречь: принцип своевременности касается не только попадания в такт со Зверем. Не забывайте о сравнении паблисити с вафлей. В рецепт также входят подготовка и изобретательность. Помните о них, выбирая мишени.
Приготовить начинку для вафли не так уж и сложно. Порой достаточно открыть календарь и бросить взгляд на красные дни.
Вы еще помните бабушку, которая пешком добралась из Калифорнии в Иллинойс только для того, чтобы рассказать миру о своих врожденных дефектах? Ее маршрут и дата выхода были не случайны. Путешественница выбрала 66-е шоссе, которому как раз стукнуло 75 лет. Это сделало ее историю еще более любопытной.
Любое событие можно приурочить к дате, которую принято отмечать. Новый год, Рождество, первое апреля, 9 мая и прочие праздники как магнит притягивают охотников за паблисити. Очень рекомендую с ними не связываться. Зачем вам лишние конкуренты? Я советую выступить в тот момент, когда Зверь с наибольшей вероятностью обратит на вас внимание. Если вы стали одним из многих, то напрасно усложнили себе жизнь.
Выбирая время и место для ловли Зверя, следуйте главному принципу СМИ — принципу неординарности. Работайте творчески. Пусть ваше сообщение будет ярким и броским, как белая ткань в красный горошек. Творческий подход гораздо важнее, чем логическая связь между двумя новостями. Допустим, вы желаете привлечь внимание СМИ к крупному шахматному турниру, причем наиболее желательным для вас является телевидение. Как вы думаете, когда нужно проводить чемпионат? Понимаю, сложный вопрос. Кажется, что у столь незрелищного сюжета вообще нет шансов. Он появится на ТВ, только если будет единственным событием за день. Как бы не так! Есть один день, когда он станет настоящим хитом.
Не удивляйтесь, но я думаю, что лучшее время для шахматного турнира — день, когда проходит Суперкубок по американскому футболу. Подумайте, что может вызвать интерес в день, когда перед экранами собирается вся страна? Конечно, самое скучное мероприятие. Контраст просто фантастический. 90 млн американцев, прильнув к экранам, смотрят, как могучие парни носятся по полю за мячом. В это время кучка интеллектуалов следит за худосочными противниками, выясняющими, кто из них умнее.
Ни один репортер не пройдет мимо такой находки. Представьте себе готовый сюжет! Громила сбивает с ног 110-килограммового противника. В следующем кадре веснушчатый очкарик ходит конем и съедает слона.
Возможности для пиара ограничены исключительно вашей фантазией. Представим, что вы хозяин спортивного магазина и продаете велосипеды. Как вы думаете, когда вам легче появиться в СМИ? Сочетаем принципы ресурсов, изобретательности и своевременности и наслаждаемся результатом. В конце учебного года журналисты особенно восприимчивы к историям о детях. В это время очень актуален вопрос о том, как уберечь их от беды.
Торгуя велосипедами, вы можете предложить бесплатный курс по безопасной езде. Вовлеките в процесс местные школы, Христианскую ассоциацию молодых людей или городские власти. Ваша затея приобретет больший вес, даже если они просто разрешат вам использовать свои названия.
Превратите обучение в веселый конкурс и вручите призы. Проведите курс за неделю до летних каникул, чтобы предупредить детей и родителей об опасности катания. Скажите журналистам, что ставили перед собой две задачи; научить детей безопасной езде и напомнить водителям, что скоро на улицах резко увеличится число велосипедистов. Разве можно промахнуться с таким вооружением?
Кстати, вы не забыли поменять батарейки в противопожарной сигнализации? Если забыли, не вините пожарных. Наверняка местные каналы и радиостанции призывали вас: «Переходя на зимнее время, замените и батарейки». Каждый октябрь пожарные раздают бесплатные батарейки и проводят множество других акций, чтобы уберечь нас от последствий нашей забывчивости.
Разве есть какая-то связь между зимним временем и сменой батареек? Безусловно. Зимой в жилых помещениях случается больше пожаров. Логика сомнительна, но все же присутствует. В этом ее привлекательность. Интерес к сюжету в равной степени зависит от времени его подачи и самого содержания.
В следующий раз, когда вам захочется поразвлечься, сходите в видео-прокат и возьмите фильм «Выпуск новостей», снятый в 1987 году. В нем комически представлен менталитет репортеров. В одном из эпизодов журналист, которого играет Альберт Брукс, пытается взять интервью у не желающего разговаривать ветерана вьетнамской войны. Разозленный назойливым репортером, ветеран выплевывает в микрофон кучу непочтительных слов и спрашивает: «Это вас устроит?» Корреспондент отвечает: «Если других новостей сегодня не будет».
Эпизод служит хорошим уроком для пиарщиков: выбор наиболее подходящего времени часто сводится к тому, чтобы не высказаться в неудачное время. Другими слова-ми, идите туда, где нет конкурентов.
Сколько благотворительных организаций проводят свои акции в праздники? Многие тысячи, но лишь малая толика добрых дел получает упоминание в СМИ. В каждом городе десятки организаций устраивают праздничный ужин на Рождество и День благодарения или раздают еду бездомным, престарелым и тяжелобольным. Это замечательное дело, но для него, увы, выбрано неподходящее время. В праздники складывается жесткая конкуренция за место в печати или в эфире, и СМИ быстро устают от однообразных историй. Мой вам совет: будьте первым или выбирайте другую дату.
Ежегодно благотворительная организация Samaritan’s Purse рассылает нуждающимся детям 4 млн коробок с подарками и полезными вещами. Проект назван Operation Christmas Child. Акция проводится в середине ноября, когда рождественский сезон только начинается, и поэтому получает колоссальное освещение в СМИ. Внимание масс-медиа помогает развивать проект.
Другая американская организация избегаем конкуренции, устраивая «Апрельское Рождество». Эта группа имеет филиалы во всех 50 штатах и ремонтирует дома пожилых людей и инвалидов. Добровольцы из окрестностей заменяют нагревательные колонки и плиты, чинят протекающие крыши и краны, убираются во дворе и приводят в порядок обветшалые жилища. Организация купается в паблисити, потому что никто, кроме нее, не играет в Сайта-Клауса весной. Я продемонстрировал стратегию опережения на примере благотворительных ассоциаций, но она работает в любой сфере деятельности. Если ваша организация хочет привлечь внимание Зверя к событию или мероприятию, выясните, что еще запланировано на этот день. Это необходимо сделать в любом случае, но особенно — если ваша новость не является сенсационной. Для сюжетов, не имеющих первостепенного значения, отведено мало места. Не поленитесь убедиться, что день вашей акции не совпал с городским праздником, фестивалем или другим торжеством.
Никогда не знаешь, насколько напряженным окажется день. Экстренные новости возникают то и дело: случаются убийства,
землетрясения, падения курса акций, катастрофы и стихийные бедствия. Когда появляются сообщения подобного рода, СМИ жертвуют наименее важными новостями. Такова жизнь. Никто не застрахован от срочных происшествий, вытесняющих его сообщение. Однако есть время, признанное наиболее безопасным.
Работать со СМИ все равно, что летать на самолете. Если у вас билет на первый утренний рейс, вы наверняка прибудете в пункт назначения вовремя. Потом случаются неприятности, и рейсы задерживают. Ломаются самолеты, начинаются грозы, меняются маршруты, собирается толпа, растет недовольство, и к концу дня все окончательно изматываются, опаздывают и выходят из себя. Добро пожаловать в атмосферу нормальной редакции.
Мероприятия, которые можно провести в любое время, следует назначать на утро, пока день еще не превратился в бардак. В качестве медиа-консультанта я спланировал десятки мероприятий. В качестве репортера я освещал сотни. За немногочисленными исключениями, самые успешные из них состоялись до полудня. Звучит разумно, но почему-то люди не пользуются этим.
Каждый день репортеры получают кипы пресс-релизов, приглашающих их на мероприятия, назначенные на 16.00, 17.00 и даже на более позднее время. Их авторы, видимо, не в себе. Нет худшего времени для привлечения журналистов, и особенно телевизионщиков, чем середина и конец рабочего дня. Репортеры заняты написанием сюжетов на основе собранной с утра информации. Редакторы и продюсеры думают о том, когда пустить срочные сообщения. Это жуткое напряжение. Если незначительное событие произошло утром и сюжет о нем уже готов, у него остается шанс попасть в эфир или в печать. Дневным и вечерним сообщениям приходится соревноваться со всем потоком новостей.
Некоторые репортеры выходят на работу после полудня, но их меньшинство. Информационные агентства дают таким журналистам меньше заданий; кроме того, их иногда подключают к утренним сюжетам. Есть риск, что в 19.00 состоится какое-нибудь из тоскливых, но обязательных для освещения событий вроде заседания гороно или городского совета. Если у вас нет необходимости конкурировать с другими новостями, не делайте этого.
Проводите свои мероприятия в начале дня или недели. СМИ работают безостановочно, но утро понедельника для них имеет особый смысл. Большинство ответственных лиц в информационных агентствах работают с понедельника по пятницу. Когда команда, готовящая новости по выходным, передает им эстафету, они сразу же ощущают необходимость чем-то заполнить страницы и минуты. Для вас это отличный шанс. Новости появляются не сразу, и, выбирая между тем, оставить ли репортера бездельничать или отправить его освещать не слишком интересное событие, шеф предпочтет второй вариант.
Смотрите на часы и в календарь проницательным взглядом. Успех вашей пиаровской кампании зависит не столько от ее содержания, сколько от занятости журналистов в конкретный момент. Окажите себе услугу, обращайтесь к репортерам с утра и избегайте конкуренции, которая появляется к вечеру.
Я не могу рассказать вам обо всех возможных сценариях. Я не пытаюсь предусмотреть все, и вам не советую. Просто не забывайте, что Зверь поклоняется времени. У него нет другого выхода: строгому графику подчиняются все аспекты медиабизнеса. Тщательно выбирайте время работы со СМИ. Пока вы помните аналогию с вафлей, вы будете чувствовать сладкий вкус побед.
Вы, должно быть, заметили, что принципы работы со СМИ ведут себя как подростки. Они любят ходить кучками, одеваются в одном стиле и нуждаются в неусыпном контроле.
Для иллюстрации принципа своевременности я рассказал вам о частном детективе, поймавшем виновника ДТП. Этот же пример мог быть приведен, когда речь шла о принципах изобретательности, доступности, подготовки, неординарности, эмоциональности и простоты. Все примеры, рассмотренные в этой книге, годятся для любой из глав просто потому, что это общая закономерность для СМИ. Следовательно, применять их нужно системно. Иначе все теряет смысл и невозможно понять, почему один сюжет оказался успешным, а другой остался без внимания.
Спросите любого специалиста по пиару, рекламе или журналистике, в чем причина успеха Мухаммеда Али, помимо его спортивных талантов. Вам наговорят сладких слов о его шарме, харизме, браваде и незаурядном уме. Такое описание бесполезно для тех, кто хочет поучиться у звезды. Объяснение тому, как Али стал любимчиком Зверя, дадут вам принципы
СМИ. Боксер неординарен, эмоционален и прост, то есть отвечает всем требованиям масс-медиа. Он боролся за титул чемпиона в тяжелом весе и не расценивал СМИ как неизбежное зло. Он относился к журналистам как к партнерам (принцип ресурсов) и тщательно готовился к каждому поединку, интервью и выступлению (принцип подготовки). Он доносил до аудитории продуманные сообщения и повторял их не один раз (принцип повторения). Будучи доступным для журналистов, Али всегда умел сказать что-то новенькое. Он был не только величайшим, но и доступнейшим. Боксер применял принцип изобретательности, чтобы создать свой яркий имидж, и превосходно рассчитывал время.
Мы знаем от Али и других любимчиков медиа, что успешный пиар требует постоянной работы по приручению Зверя. Работу со СМИ необходимо поставить во главу угла. Напористые охотники за публичностью не просто выделяют время на анализ пиаровских возможностей, забывая о них по его истечении. Они всегда начеку и знают, что делать, когда появляется шанс попасть в СМИ. Короче говоря, они не позволяют делам захлестнуть их настолько, чтобы стало некогда использовать шанс для рекламной кампании. Пожалуйста, не оправдывайтесь срочными делами. Принципы СМИ не отнимают у вас время. Они экономят его, потому что, стремясь не упустить возможность, вы приобретаете опыт. Практикуясь, вы совершенствуете свои навыки и повышаете вероятность успеха. Очень быстро принципы СМИ становятся частью вашей картины мира.
В предыдущих главах мы изучали Зверя, чтобы понять его повадки. Я настойчиво подчеркивал, что пренебрежение приманками (неординарностью, эмоциональностью, простотой), капканами (подготовкой, доступностью, повторением) и агрессорами (ресурсами, изобретательностью, своевременностью) ведет к большим неприятностям.
Разозлите Зверя, и он вас укусит. Нарушив один-два принципа СМИ, вы отделаетесь царапинами, но берегитесь, если Зверь разъярится всерьез. Далее я докажу вам, что лучшая защита — это нападение. Я также поведаю о том, в каких условиях Зверь нападает по собственной воле или по наущению других. Разумеется, мы поговорим и о том, как вам спастись.
Близился вечер. Я страшно торопился. Текст для шестичасовых новостей нужно было сдавать через десять минут. Понятное дело, я не знал, что на улице начался ливень. За редакционным шумом я даже не слышал раскатов грома. Но разве я мог не заметить, что двое наших ведущих устремились к дверям? Наплевав на работу, я выскочил из-за стола и помчался выяснять, что случилось. К своему изумлению, я увидел дикторов, которые размахивали руками и улыбались, стоя под проливным дождем на фоне молний, прорезающих небо. Два фотографа, совершенно безразличных к происходящему, курили в дверях. «Что, черт побери, они делают?» _ спросил я, заинтригованный. «А на что это похоже? — ответил равнодушный фотограф. — Они надеются, что мы их снимаем». Простите, я не удержался. Ведущие телепрограмм идеальные мишени для злых шуток. Не относитесь к ним плохо. Такую цену им приходится платить за известность.
Медиабизнес держится на людях с огромным самолюбием. Бесполезно это отрицать. Если бы существовал прибор эгометр, на журналистах он бы зашкаливал. Их эго развито практически так же, как у шоуменов, политиков, врачей и юристов. Индустрия новостей притягивает самоуверенных личностей, словно магнит. О, как приятно видеть в прессе свое имя и мысли! Как сладостно обращаться к тысячам и миллионам людей при помощи высоких технологий! Как приятно произносить: «Я — журналист»! И это только малая часть удовольствий. Огромное удовлетворение приносит сознание того, что ты рассказал красивую историю, победил зло, сделал мир лучше. Очень здорово иметь доступ к сильным мира сего — политикам и деятелям культуры. Замечательно работать на месте событий, появляясь там в числе первых. Если вы не обладаете всепоглощающим эго, вам нечего делать в медиабизнесе.
Ближайшие страницы будут посвящены эго сотрудников СМИ. Я делюсь с вами этой информацией, чтобы вы смогли лучше понять журналистов. Однако мы сосредоточимся не на личных качествах репортеров. Принцип эго подразумевает ваши амбиции. Нас ждет работа над собой, позволяющая избегать опасных поступков.
Попросите репортера рассказать о самовлюбленных коллегах, и вы получите ответ: «А сколько у вас времени?» Каждый, кто проработал в СМИ несколько лет, знает кучу таких историй. Я не исключение.
Однажды я чуть не подрался с ведущим новостей из-за жалких 30 секунд. Я провел в дороге целый день, потому что освещал футбольный матч в соседнем штате. Это была не просто игра. Это был отборочный матч первого дивизиона, причем одна из команд выступала довольно редко. Это был звездный матч для ее соперников. Моему спортивному обзору не хватало всего полминуты, чтобы игра получила достойное освещение. Поэтому я спросил ведущего, не уступит ли он мне тридцать секунд своего времени. Тот, не задумываясь, отказал.
Я ушам не поверил. Как можно лишить болельщиков тридцати драгоценных секунд в такой день? В конце концов, по выходным все равно преобладают спортивные новости. Я и мой оператор посвятили репортажу 16 часов жизни, и телеканал оплатил нам бензин и сверхурочные. Больше того, текст ведущего был убийственно скучен.
Мы обменялись любезностями. Атмосфера накалилась. Мы снова обменялись любезностями. Ведущий выпустил дым мне в лицо. «Выйдем», — предложил я и направился к двери. Он зашагал следом. К счастью, на парковку вырулил наш босс и предотвратил кровопролитие.
Получил ли я свои 30 секунд? О, да.
В начале 1990-х я потратил два года на расследование скандала с католической церковью и репортажи о нем. В течение нескольких десятилетий церковь направляла священников-педофилов на лечение в Нью-Мексико. После реабилитации священники возвращались в свои приходы и снова принимались домогаться детей, как правило, подростков-мальчиков.
Скандал стал еще громче и серьезнее, когда программа «60 минут» заговорила о возможной связи между снисходительным отношением к насильникам, облеченным саном, и главой епископата Санта-Фе. Информированные источники сообщили продюсерам «60 минут», что архиепископ вступил в сексуальную связь с женщиной. Отсюда вытекало предположение, что нарушивший целибат архиепископ чувствовал собственную вину и поэтому оставлял без внимания десятки жалоб на растлителей.
Этот же источник выдал информацию мне за несколько недель до того, как она прозвучала в программе. Я немедленно назначил интервью со священнослужителем, согласившимся рассказать перед камерой о грехах церкви. Вот это сенсация!
Я поджидал собеседника и просматривал заготовки вопросов, когда мне позвонил редактор и велел возвращаться в офис. Босс подарил кульминацию скандала специалисту по журналистским расследованиям. С какой стати? Репортер якобы обладал эксклюзивной информацией и не желал передавать ее мне. Мило, правда? Я, между прочим, работал над этой историей целых два года.
Эксклюзивная информация оказалась бессовестным преувеличением. На самом деле дорогому коллеге просто захотелось встряхнуться, а адреналина в моем репортаже было с избытком. Я проделал работу, а он присвоил награды. Здорово!
Историй о журналистском эго можно рассказать сколько угодно. Было время, когда я вел выпуски новостей и представлял зрителям отснятые днем интервью. Я работал с партнершей, и мы вели передачи по очереди. Аудитория не уставала от нас, а мы от программы. Так продолжалось до тех пор, пока партнерша не решила, что эфирное время должно принадлежать ей безраздельно. Окольными путями она умудрилась добиться своего. Прямо скажем, это не пошло на пользу шоу. Как-то раз главный менеджер решил упразднить спортивные новости по выходным. Соответственно, меня было решено уволить и ваять другого журналиста, которому поручили работать в будни. Видимо, репортеры собирали мало новостей и на неделе нечего было показывать. Я без обиняков заявил шефу, что некоторые его подчиненные халтурят и небольшая взбучка исправит положение. Шеф, увы, не оценил моего замечания, и мне пришлось уйти.
Как только я подал повод для недовольства, мне указали на дверь. Контракт позволяет менеджерам увольнять журналистов без объективных причин. Если бы я был бюджетником или сотрудником коммерческой фирмы, я подал бы в суд и выиграл дело. Однако я был репортером — и остался без работы.
Я рассказываю вам свою биографию по трем причинам. Во-первых, приятно вспомнить старое доброе время. Я тоже не лишен эго и люблю похвастаться. Во-вторых, я хочу показать, как остра эта проблема. Мне не пришлось долго искать примеры, я взял их из собственной жизни. Мои друзья и коллеги могут порассказать таких же историй, причем у некоторых выбор богаче. В-третьих, и это самое важное, я познакомил вас с повадками Зверя. Противостояние эго внутри редакций достаточно ожесточенное, чтобы без крайней необходимости журналисты не отвлекались на борьбу с вами.
Вероятность того, что эго журналиста потребует вашей крови, относительно мала, и все же вы должны знать законы странного мира, населенного репортерами. Знание искривленной реальности СМИ поможет вам держать в узде собственную гордыню и соответственно избежать многих проблем. Вы сможете подойти к Зверю и погладить его. Только осторожно! Не наступите ему на хвост.
Работать в СМИ — все равно, что быть богатым, только денег у вас нет. С той секунды, как вы становитесь сотрудником масс-медиа, люди начинают относиться к вам по-другому. Теперь вы входите в привилегированное сословие, но ваши привилегии мнимые. Вы как бедный родственник, которому дали ключи от роскошного особняка. Вы, конечно, не полноправный член тамошнего общества, но все трепещут перед вашим богатым и вспыльчивым дядюшкой. В глазах элиты вы разом переходите в другой разряд, но этот переход довольно сомнителен. Понятно, что чем крупнее информационное агентство, тем богаче и горячее ваш «дядюшка».
Я помню, как сам вошел в странный мир журналистики. Еще вчера я был всего лишь нищим студентом, с которым не хотел разговаривать даже завхоз. Через сутки я брал интервью у уважаемого сенатора США. Он называл меня по имени. Вы только представьте! Со скоростью света мне передался авторитет нанимателя. Ушли недели на то, что-бы привыкнуть к новому ощущению: меня уважают.
Это один из самых приятных моментов в работе журналиста. Вы встречаетесь со многими влиятельными и интересными людьми: политиками, артистами, спортсменами и прочими деятелями, которых знает вся страна и даже весь мир. Назову несколько человек, у которых мы с женой брали интервью и с которыми оказывались в одной компании. Это Опра Уинфри, Андре Агасси, Эдди Мани, Сэм Дональдсон, Боб Доул, Джимми Картер, Норман Шварцкопф. Колин Пауэлл, Билл Клинтон, и бог знает скольких еще я позабыл. Впечатляет? Не надо оваций. Каждый, кто покрутится в медиабизнесе, скоро составит такой же список знаменитостей, с которыми общался, пользуясь «ключом от чужого особняка».
Будучи журналистом, вы оказываетесь в первых рядах, когда разыгрывается трагедия. Я одним из первых увидел последствия авиакатастрофы, в которой погибли все 47 пассажиров. Я мгновенно прибыл к месту убийства офицера полиции, находившегося при исполнении. Меня отправляли к местам крушения поездов и в районы, разоренные стихией — ураганами, пожарами, наводнениями (жаль, не застал землетрясения). ДТП, убийства и вердикты суда — все это я видел и описывал столько раз, что не могу сосчитать. Ну, прочувствовали, в каком искаженном, чудовищном мире живет Зверь? Волнующее, но отравляющее психику созерцание человеческих драм не лучшая часть работы корреспондентов. Зато журналисты посещают престижные мероприятия и участвуют в интересных и увлекательных делах. На свете есть концерты, спортивные соревнования, фестивали, родео, запуски ракет и масса других событий. На большинстве мероприятий вас ждут бесплатное угощение и УГР-парковка.
Поживите в этом мире немного, и вам станет трудно смотреть на жизнь иначе, чем в свете исключительных, событий. Чем чаще вы заходите в прекрасный особняк, тем больше привыкаете к лестному обращению. Обыватели, запомнив ваше лицо и ваше имя, причисляют вас к знаменитостям. У вас просят автограф, вас умоляют выступить на церемонии. Вам предлагают бесплатные десерты, бесплатные билеты и кучу других бесплатных вещей. Пользуясь таким вниманием, начинаешь думать, что доступ в особняк открыт тебе и без богатого деспота-дядюшки.
Однако у медали есть обратная сторона, и она делает перекосы в медиа-реальности еще заметнее. Во внешнем мире с журналистами обращаются как с небожителями, а в редакциях и агентствах им постоянно напоминают, что они лишь бедные родственники.
Вспомните (см. «Природа Зверя»), что я рассказывал о нечеловеческих условиях работы корреспондентов. Напомню, это нищенская зарплата, ненормированный день, жесткие графики, сварливые коллеги, бардак на рабочем месте, вечно недовольный босс, отсутствие корпоративной культуры, нерегулярное питание, жуткие стрессы и бесконечные разъезды. Достаточно?
Страшно подумать, сколько психотерапевтов выучили детей на доходы от работы с журналистами, которые чувствуют себя несчастными и обиженными. За пределами редакций их уважают, боятся и даже балуют. В редакциях ими помыкают, над ними смеются и заставляют делать больше работы за меньший срок. Это все равно, что быть женой гнусного деспота. На публике любящий супруг дарит тебе кольцо с огромным бриллиантом. Дома ты драишь кафель зубной щеткой, а глава семьи стоит над тобой с ремнем в руке. Кстати, вы не знаете, шизофрения — это шутки генов или следствие тяжелой жизни?
Ладно, может быть, я зашел слишком далеко в своих сравнениях. Я просто хотел, чтобы вы меня хорошо поняли. Даже в лучших редакциях разрыв между жизнью корреспондентов и общества огромен. Два мира различаются особенно резко для телерепортеров и ведущих; для прессы и тех, кто работает за сценой, контраст не столь разительный. Как репортеры умудряются работать в условиях постоянного столкновения и ущемления эго? Способы традиционные протест против мира, визиты к психологу и самолечение. В отличие от настоящей элиты, журналисты не могут себя побаловать. Все, что им позволено — молчаливое отчаяние, алкоголь, сигареты и прочие помогающие забыться средства. Некоторые выбирают другой путь к спасению — уход из профессии, что и сделал ваш покорный слуга.
Если дела так плохи, почему на свете не перевелись журналисты? А почему наркоман, сидящий на героине, продолжает колоться? Вы видите свои репортажи на телеканалах, слышите свой голос по радио, читаете свои статьи в прессе, и вас охватывает эйфория, но она продолжается недолго. Журналист, заметивший у себя такие чувства, должен последить за собой. Так, Альберт Брукс, персонаж фильма «Выпуск новостей», возвращается в офис, чтобы еще раз посмотреть свой сюжет о ветеране вьетнамской войны. Он приходит в восторг, когда ведущий новостей (его играет Джек Николсон) улыбается, глядя на экран. Как любой наркоман, Брукс хочет продлить наслаждение, насколько это возможно.
Известно, что со временем удовольствие становится слабее, а зависимость сильнее. Скоро наркотик из наслаждения превращается в необходимость. Его жертва увеличивает дозы, ищет сильнодействующие препараты. Для журналистов это означает переход в более крупное информационное агентство или повышение по службе. Но в динамичном медиамире эго нечасто получает такие подарки. Впрочем, не беспокойтесь. Зверь, поставщик нашего наркомана, держит в запасе для журналиста желанную вещь. Заветный препарат гордо именуется признанием.
Отметить, что журналист удостоен профессиональной премии, — то же самое, что похвалить телохранителя за чудесный загар. Премий нет только у новичков и бездарностей, которым следует менять занятие. Получить одну из учрежденных Зверем наград все равно что проткнуть шарик на городском празднике. Пятилетний ребенок запросто это сделает и получит приз — пластмассовую игрушку производства Китая. Простите мой сарказм, но каждый, кто хоть раз бывал на ежегодном вручении премий, знает, о чем я говорю.
Мало того, что своя награда есть для каждой категории телерепортажей (а их, поверьте, множество). Награждаются авторы сюжетов, занявших первое, второе и третье места; остальным выдаются почетные грамоты. У небольших, средних и крупных информационных агентств, свои награды и премии — для прессы, радио и ТВ.
Хвала и раздача призов себе любимым стали журналистским хобби, и теперь медиабизнес присуждает своим сотрудникам даже больше титулов, чем пиаровские и рекламные фирмы. Проще говоря, журналисты награждают себя чаще, чем все остальные профессионалы планеты! Даже престиж Пулитцеровской премии падает. В 1917 году, когда ее вручали впервые, премия за журналистские достижения присуждалась в трех номинациях. Сегодня их четырнадцать.
Я не ошибусь, если скажу, что журналисты отличаются тщеславием и самолюбием (другие люди просто не идут в этот бизнес). Это не всегда дурные качества. Для профессионального выполнения работы журналист должен быть абсолютно уверен в себе. Мягкотелый человек не станет хорошим репортером.
Какое дело до этого вам, охотнику за паблисити? Чтобы добиться внимания СМИ и удовлетворить запросы собственного эго, нужно знать, на какие кнопки нажимать и какие лучше не трогать.
Вы, должно быть, считаете, что, работая с журналистами, надо относиться к ним так же, как к представителям элиты. Разве не этого они хотят? Разве не ради похвалы и признания они терпят тумаки от начальства? Нет, увы.
Любви зрителей, слушателей или читателей журналистам мало. Она их не устраивает. Люди оказывают репортерам почтение просто потому, что те работают на Зверя. Иногда люди изображают уважение из страха или корысти.
Кому приятно, когда его ценят только за то, что в его власти карать и раздавать милости? Журналистов в большинстве случаев задабривают именно потому, что их впечатления становятся достоянием масс.
Репортерам необходимо признание, его жаждут все творческие люди. Однако похвала должна быть искренней. Мало сказать: «Я уважаю вас за то, что вы делаете», «Вы отличный профессионал» или: «Я вас узнал». Корреспонденты, операторы, редакторы, авторы текстов и продюсеры не нуждаются в банальной лести. Они хотят услышать, чем именно хороша их работа. Не узнав этого, они видят в вас очередного подхалима, желающего попасть в СМИ.
Следование принципу эго требует предварительной подготовки. Не просто смотрите, слушайте, читайте новости — анализируйте их. Обратите внимание на то, кто и что делает. Выясните, кто работает лучше всех. Вам предстоит сотрудничать с этими людьми (принцип ресурсов). Разумеется, невозможно уследить за каждым статистом и середнячком, поэтому определите, с какими репортерами и агентствами вы будете общаться, и внимательно наблюдайте за ними. Когда представится случай сказать комплимент, ваша любезность будет запоминающейся и эффективной. Вы удивитесь, узнав, как мало признания получают журналисты от своей аудитории. Искреннее восхищение, как правило, выражают на словах, поэтому впечатление быстро стирается. Если вы хотите по-настоящему растрогать журналиста, напишите ему письмо.
Поверьте, разница в эффекте колоссальная. Каждый раз, когда я получал письмо от восхищенного моим репортажем поклонника, я прочитывал его и убирал в особую папку. Если впоследствии автор послания встречался мне на жизненном пути, я его вспоминал. Это много значит, если учесть, что журналисты путают все на свете: имена, сюжеты, названия организаций и даже городов.
Если корреспондент или фотограф сделал хороший сюжет по вашему материалу, отправьте ему благодарственное письмо и не забудьте послать копию его непосредственному начальнику или продюсеру. Если вы отметили особенно удачный репортаж, пошлите его авторам письмо и выразите свое уважение. Со знакомыми журналистами можно общаться по электронной почте, но, когда дело серьезно, не пожалейте сил, чернил и бумаги. Делайте это не чаще двух раз в год. Как и каждый уважающий себя представитель высшего света, журналист с подозрением отнесется к человеку, расточающему похвалы слишком щедро.
Искаженная реальность, в которой живет репортер, делает его особенно восприимчивым к искренней похвале и одобрению. Видит бог, в информационном агентстве его хвалят не так уж часто. Будьте внимательны: вам не удастся сделать хороший комплимент, если вы не потратите время на его подготовку. Я уже говорил, что занятость опасна.
Если вам удалось наладить отношения с журналистом, берегите их и никогда ими не злоупотребляйте. Напоминаю, что у репортеров есть «богатый дядюшка-самодур».
Если вы будете держаться надменно и оскорбительно, журналисты не преминут вам отомстить. Однако для большинства из нас страх перед эго Зверя — пустая трата времени. Я верю, что вы умны и предусмотрительны. Тактичные и уравновешенные люди, соблюдающие принципы СМИ, не должны бояться Зверя. Репортеры не атакуют случайных жертв. Им нравится уничтожать людей, которые, поддавшись голосу эго, делают потрясающие глупости.
Я так и вижу репортаж, где Клинтон заявляет: «Я не вступал в сексуальную связь с этой женщиной, с мисс Левински». Пожалуй, господин президент слишком зазнался. Пять лет в качестве «тефлонового политика», к которому не пристает никакая грязь, заставили его недооценить могущество СМИ. Эта оплошность чуть не стала роковой для его политической карьеры.
Удивительно, что, побывав на волосок от гибели, Клинтон не раскаялся. В последние часы президентства безупречный Билли вдруг простил миллиардера Марка Рича за неуплату налогов и амнистировал многих других преступников. Это не понравилось ни СМИ, ни американскому народу. Даже самые горячие сторонники президента вынуждены были признать, что он страдает манией величия и допускает грубые ошибки. Мания величия странная вещь; тот, кто подвержен ей больше всего, не догадывается об этом.
Билл Клинтон не первый президент, которого подвело эго. Когда Уильям Джефферсон был всего лишь участником антивоенных акций в Оксфорде, Ричард Никсон разрабатывал самую позорную операцию в истории Белого дома и Соединенных Штатов. Мания величия подсказывала Никсону, что он может использовать ФБР и ЦРУ в собственных политических интересах. Завышенная самооценка позволила Никсону поставить «жучки» на телефоны репортеров и высокопоставленных сотрудников Белого дома. Эго убедило Никсона, что он может скрыть свои проступки, устроив прослушивание переговоров Демократической партии в отеле «Уотергейт».
Благодаря этому президент узнал, что высшее удовольствие для журналиста — выставить на всеобщее обозрение грешника, имевшего дерзость скрывать свои грязные дела. Зверь воспринимает обман как личное оскорбление. Ниже мы подробнее рассмотрим это явление.
Клинтон и Никсон на горьком опыте убедились, что к Зверю лучше относиться с уважением. Фамильярность перерастает в презрение, и те, кто регулярно общаются со СМИ, со временем становятся дерзкими. Эго заставляет их забыть об осторожности, и начинаются неприятности.
В прошлом профессиональный борец, Джесс Вентура искусно использовал СМИ, чтобы занять кресло губернатора Миннесоты. Избирателям нравились его разумный взгляд на политические вопросы и его программы для рабочих. Сказать, что Вентура был ходячим сборником афоризмов, значит не сказать ничего. Открытый и общительный кандидат от Республиканской партии стал любимцем Зверя. А потом СМИ постигло самое острое разочарование за последние годы. Вентура удивительно ловко использовал СМИ в собственных интересах, а потом успех ударил ему в голову.
Едва заняв пост губернатора, Вентура стал называть комнату для прессы в административном здании «крысиным подвалом». Он заявил медиа, что установит на своем «Линкольне» лучший амортизатор, чтобы спокойно давить репортеров. Вентура зашел так далеко, что пригласил журналистов на охоту и пообещал 100 шагов форы. Газета Nwesweek напечатала слова одного из корреспондентов, работавших в административном здании: «Если он думает, что мы задаем жесткие вопросы, пусть знает — это только начало».
Оказалось, что и губернатор только начал блистать. Семь месяцев спустя Playboy опубликовал интервью с ним. Вентура называл религию «придуманным костылем для слабоумных». Он заявлял, что Кеннеди убили по заказу военно-промышленного комплекса, потому что президент хотел вывести войска из Вьетнама. Он оскорблял полных людей, утверждая, что они «не могут отойти от стола». Завершало статью заявление, что недавний скандал — «много шума из ничего».
Ошибки, допущенные Вентурой, Никсоном и Клинтоном, выявляют одну закономерность. Как только вы начинаете думать, что потрясающе умны и можете безнаказанно оскорблять журналистов, готовьтесь к неприятностям. Это правило распространяется и на сильных мира сего, и на скромных пиарщиков.
Понятно, почему особенно часто принцип уважения к репортерам нарушают лидеры. Они жаждут власти. Они привыкли командовать. Они отдают приказы, и распоряжения выполняются. Лидерам трудно вести себя адекватно в ситуации, когда указания неуместны. Многие руководители теряют друзей и семью, потому что не могут не командовать даже за пределами офиса,
С этой проблемой сталкиваются лидеры всех уровней, но в политической среде она особенно остра. Давайте рассмотрим несколько примеров из жизни. Не будем называть имена, чтобы лишний раз не мучить проштрафившихся.
Однажды я освещал историю с казначеем округа, чей профессионализм вызывал сомнения. Корреспондент одной из газет обнародовал некрасивые, если не криминальные, факты, связанные с казначейством. В ответ чиновник собрал пресс-конференцию. Он зачитал свое обращение и предложил присутствующим задавать вопросы.
Репортер, начавший всю эту историю, немедленно воспользовался приглашением. Казначей отказался отвечать и заявил, что не будет разговаривать с этим корреспондентом, так как в исходной статье он исказил факты.
О чем думал чиновник? Он имел глупость надеяться, что репортеры проглотят обиду только потому, что он представитель власти и это его пресс-конференция? Высокомерие казначея усложнило его положение и сделало налги сюжеты намного интереснее.
Я тут же вскочил с места и повторил вопрос коллеги. Чиновник колебался, и тогда третий журналист выкрикнул: «Отвечайте!»
Следующие полчаса были, наверное, худшими в жизни казначея. Мы с наслаждением придирались к каждому его слову. Оставив казначея в совершенно жалком состоянии, мы помчались в офисы строчить репортажи и убеждать редакторов и продюсеров, что из этого скандала получится тема дня. Мы здорово позабавились!
В другой раз представителя власти задержали за вождение в нетрезвом состоянии и превышение скорости, когда он пытался догнать свою любовницу. Жена чиновника в ночных гонках участия не принимала.
Несколько дней спустя он пытался провести закон, запрещающий фирмам округа даже пытаться получить лицензию на продажу алкоголя. Очевидно, что чиновник стремился внести путаницу в ясное дело и связать свое имя не только с алкогольным скандалом, но и с «положительным» событием.
План рухнул, когда председатель органа власти заявил, что рассмотрение проекта переносится на следующее заседание. Любитель пьяной езды и борец за доброе имя выплеснул ярость на репортеров, собравшихся у выхода. Я дал ему выговориться, а потом поинтересовался, почему законопроект совпал по времени с его неприятностями.
Честное слово, я думал, что у него глаза вылезут из орбит. Он сорвался на крик и прямо в камеру предложил открыть бар в моем районе. Осчастливить меня больше он не мог при всем желании. На пленке запечатлелись отличные кадры. Я был страшно горд, что мне удалось вывести чиновника из себя.
Недавно я видел телерепортаж об очередном политическом лидере, нарушившем этику и принцип эго. Влиятельный законодатель консультировал крупную фирму, которая заключала с данным штатом сделки на десятки миллионов долларов. Юрист утверждал, что консультировал ее только по проектам, осуществлявшимся за пределами штата, поэтому конфликта между интересами общества и фирмы не было.
И что? Неужели он рассчитывал, что репортеры успокоятся и не поставят под вопрос этичность его коммерческой деятельности? Несмотря на заявления чиновника, что его занятия абсолютно правомерны, журналисты продолжали о них рассказывать.
В конце концов законодатель потерял терпение. Он сказал, что, сколько бы раз его ни спрашивали об одном и том же, он даст прежний ответ. Задыхаясь от ярости, с красным от злости лицом, он выкрикнул в камеру: «Конфликта нет! Конфликта нет! Конфликта нет!»
О, как сладок успех… Несдержанность чиновника стала главной темой вечерних новостей. Вскоре он был вынужден расторгнуть прибыльный контракт. А потом коллеги сместили его с позиции лидера, которую он занимал очень долго.
Попробуйте надеть на Зверя ошейник, и он вас укусит. Репортеры ненавидят, когда их пытаются контролировать. Они с удовольствием расправляются с теми, кто навязывает им свое мнение и свои слова. Это касается как скандалов, так и хороших новостей. Спросите любого репортера, пытался ли кто-нибудь из лидеров жестко контролировать освещение приятного события? Вы услышите сдавленный рык и бесконечный перечень имен. Если кто-нибудь из политиков заставлял меня делать о нем сюжет, я прилагал все усилия, чтобы гордец не попал в СМИ.
Помогите журналисту, и он вас полюбит. Действуйте авторитарно, и он вас погубит.
Для людей, занятых в частном секторе, проблема контроля эго — это не следствие привычки управлять. Руководители и менеджеры так заняты, что им некогда продумывать стратегию работы со СМИ для каждого конкретного эпизода. К сожалению, бизнесмены даже не приняли бы время в подарок. Они оставили бы нераскрытую коробку на столе и уверяли бы себя, что и так все успевают. Так им велит эго. Я надеюсь, что моя книга поможет вам не совершить данной ошибки.
Серьезнее всего заблуждаются директора. Редкий глава компании сознает влиятельность СМИ. Я уж не говорю о том, как бизнесмены работают с медиа. Ни один управляющий не посмеет сказать, что имидж компании в СМИ не является для него приоритетным. Такая ересь привела бы к расторжению контракта. Однако между тем, что руководители говорят о работе со СМИ и что они действительно предпринимают, существует большая разница.
Недостаток подготовки объясняется тремя причинами. Во-первых, директор свято верит, что общение с журналистами не входит в его обязанности. Для этого он нанял специалистов по пиару и маркетингу. Во-вторых, директор убежден, что, если ему понадобится выступить в СМИ, подчиненные проведут короткий брифинг и введут его в курс дела. В-третьих, общение с прессой для директора привычная необходимость. Он занятой человек, у него много срочной работы, но он давал массу интервью и делал это успешно. На самом деле зря он так уверен в себе.
Директор является лицом компании. Пиарщики и эксперты по маркетингу работают за сценой и общаются с журналистами нижнего или среднего уровня. Общение с представителями ведущих СМИ ложится на плечи высшего менеджмента. Тех, кто со мной не согласен, я спрашиваю: что может быть важнее для руководителя, чем забота о репутации фирмы? Многие это понимают, но не многие утруждаются работой с масс-медиа. Она заключается в исследовании рынка, специальной подготовке и постоянном участии в пиар-кампаниях.
Эта книга убедила вас, что работа с журналистами не похожа на другие задачи, которые вам приходится выполнять. Поведение Зверя определяется уникальным набором его недостатков и мотиваций, поэтому успешное общение с ним требует соблюдения определенных правил. Большинство принципов масс-медиа противоречат нашей интуиции, поэтому их часто нарушают. В итоге люди недовольны своим появлением в СМИ, хотя журналисты не хотели им навредить.
У репортера есть вопросы, у вас есть ответы — масса ответов. Это нарушение принципа простоты. Репортер звонит и просит интервью, вы даете его — здесь и сейчас. Нарушен принцип подготовки. Вы даете репортеру подробные, информативные ответы. Сами того не сознавая, вы нарушаете принципы эмоциональности, простоты, неординарности, доступности и повторения. Репортаж публикуется или выходит в эфир, вы рвете на себе волосы и ругаете Зверя за некомпетентность, хотя сами во всем виноваты.
Это убеждает руководителей, что интеллект, харизма и опыт покорят Зверя и позволят избежать его нападения. Эго лжет. Ума и харизмы недостаточно, чтобы выходить к СМИ. Не путайте опыт и мастерство.
Я взялся писать эту книгу именно из-за принципа эго. Конечно, мое собственное эго тоже сыграло свою роль, но сейчас речь не обо мне, а о вас. Последние несколько лет я веду тренинги по принципам работы со СМИ и огорчаюсь из-за одной детали. Те, кто больше всего нуждаются в помощи, не хотят ее принимать. Чтение книги — отличный способ получить помощь так, чтобы об этом никто не узнал.
Я приглашал на тренинги всех, у кого есть желание и наличность, но руководители и высший менеджмент посещали меня не часто. Будучи ответственными лицами, они либо считали, что уже все постигли, либо боялись признаться в своем незнании.
Тренинги для отдельных организаций не решали проблемы. Большие начальники были слишком заняты, чтобы присутствовать: перед началом тренинга у них появлялись неотложные дела, и в лучшем случае они пару раз заглядывали в зал во время занятия.
Некоторые боссы нанимали меня для индивидуальных занятий. Они действительно стремились освоить принципы СМИ, но тоже отменяли или переносили наши встречи из-за «более важных дел». Обижался ли я? Нет. Это боссы рисковали, не имея надлежащих знаний, но общаясь со Зверем. Их эго могло быть серьезно уязвлено. Ричарда Никсона Зверь не пощадил.
Есть еще одна группа людей, позволяющих своему эго встать на пути образования. Это специалисты по маркетингу и связям с общественностью. Если вы принадлежите к одной из этих славных профессий, я понимаю, почему вам так страшно записаться на тренинг. Кто рискнет сказать боссу, что нуждается в тренинге по собственной специальности? Я бы даже не заикнулся об этом, ведь иначе босс усомнится в моей компетентности. Он проворчит: «Разве вы этого не знаете?»
Дело в том, что пиаром называют широкий спектр занятий — от написания статей до непосредственного общения с репортерами, внутренних контактов, подготовки мероприятий и сотен других задач. В связи с разнообразием дел мало кто из специалистов имеет достаточный опыт в сфере работы со СМИ. Мы говорили, что репортеры и редакторы часто жалуются на пиарщиков (см. «Принцип ресурсов»). Пиарщики сбивают их с толку и совершенно запутывают. Огромное количество людей, занимающихся пиаром, не имеет специального образования. Мало кто из пиарщиков работал на Зверя, хотя и карьера журналиста не гарантирует умелого общения со СМИ.
Опыт работы в масс-медиа иногда только мешает. Перепрыгивая через забор, разделяющий журналистику и пиар, можно упасть и больно удариться.
Если вы журналист, люди сами приходят к вам. Желая получить драгоценную известность, они обращаются с вами уважительно. Вы можете быть резки и неприветливы, и коллеги вас не осудят, а похвалят за прямоту. Вы можете допустить фактическую ошибку, и она сойдет вам с рук.
Вы перешли в пиар, и роли изменились. Вы теперь на месте людей, которые буквально ползали у вас в ногах. Это дается нелегко. Нужно отказаться от давних привычек, приобрести новые навыки, такие, как умение смиренно просить. Думать, что, поработав журналистом, вы станете хорошим пиарщиком, так же смешно, как полагать, что, побывав клиентом магазина, вы станете хорошим управляющим. Меняя профессию, вы набьете немало шишек. Я это испытал на собственной шкуре.
Чтобы правильно использовать принцип эго, возьмите пример с ковбоя. Он приобретает уверенность в результате усердных тренировок и тщательной подготовки. Не стоит недооценивать Зверя, которого вы собираетесь оседлать. Относитесь к нему с величайшим почтением.
Для начала обуздайте собственное эго. Если вы примете эти меры предосторожности, Зверь будет к вам добр и пощадит вас даже в случае вашей ошибки. Проявите дерзость и самоуверенность, и Зверь вас растопчет.
Для многих вполне достаточно первых десяти принципов, позволяющих успешно, эффективно и без риска работать со СМИ. Не все собираются показывать чудеса храбрости и вступать в противоборство со Зверем. Большинству достаточно просто научиться управлять спокойным созданием, которое кусается лишь в крайних случаях. У него нет причин бросаться на тех, кто не делает глупостей. Однако Зверь предрасположен атаковать определенные группы людей. Кроме того, у него есть любимчики, которых он отчаянно защищает. Вскоре мы выясним, к какому из полюсов вы ближе.
В основу журналистики положен принцип объективности. Репортеры призваны информировать публику о событиях, ничего не добавляя и не утаивая. Они должны излагать все как есть, вне зависимости от собственных политических и культурных взглядов, а также жизненной позиции. Это замечательный идеал. Он пока не достигнут.
Большинство СМИ имеют либеральный уклон. На это у них четыре причины: две фундаментального характера и две — практического.
Во-первых, глупо надеяться, что люди смогут полностью отстраниться от своих убеждений. Это невозможно. Объективность — идеал, к которому нужно стремиться, но полная объективность недостижима.
Во-вторых (см. «Природа Зверя»), мы говорили о том, что основная масса журналистов проявляет либеральные склонности. Соответственно они выбирают для репортажей сюжеты, которые значимы, с их точки зрения, и освещают их в соответствии со своим мироощущением. Уклон в левизну так силен, что, как я подозреваю, у Зверя обе ноги левые.
В-третьих, стремление к объективности часто входит в противоречие с не менее важной задачей СМИ — защищать слабых и атаковать благополучных. Зверем владеет навязчивая идея найти и утешить обиженных. В своем желании помочь униженным и оскорбленным Зверь выделил целые группы несчастных, нуждающихся в его участии.
В-четвертых, и это самое важное, либеральные истории, как правило, отвечают всем принципам СМИ. Стонущие, жалкие и агрессивные находятся в выгодном положении, потому что их высказывания неординарны, эмоциональны и просты. Тот, кто в массовом сознании воспринимается как благополучный, должен потрудиться, чтобы защитить свое мнение. Обычно он не располагает сюжетом, построенным по принципам НЭП.
Вам предстоит понять, какой смысл СМИ вкладывают в понятие «справедливость». Зверя клонит влево, и в левом кармане он прячет огромный камень. Я говорю о Манхэттене.
Если Вашингтон является политическим центром планеты, то Манхэттен — это квинтэссенция того, что мы называем масс-медиа. В крошечной географической точке работают 10 000 журналистов; это ничто по сравнению с количеством репортеров в остальной части Америки и тем более в мире. Однако именно Манхэттен задает тон в журналистике. Лос-Анджелес, Мехико, Токио, Лондон, Париж и Сидней всего лишь пажи при своем короле. В Манхэттене находятся офисы всей медиаэлиты, получившей свой титул уже в 1986 году. Здесь базируются крупнейшие информационные агентства и издания: Fox News Times, Associated Press, Wall Streer Journal, New York Times и многие другие. Я назвал лишь нескольких гигантов.
Для атаки 11 сентября 2001 года террористы выбрали Манхэттен. Эта мишень очевидна. Как вселить больший ужас в сердца жителей свободного мира, если не атаковать центр медиа-вселенной?
Следующий удар также был нанесен по ведущим информационным службам. Именно туда в первую очередь были отправлены конверты с вирусами сибирской язвы. Страх Зверя стал нашим страхом и перерос в панику.
Через месяц после обнаружения первого конверта умерли всего четыре человека и заразились совсем немногие. Их болезнь поразила только кожу и была вполне излечима. Несмотря на крошечное число жертв, об угрозе заражения было сделано больше репортажей, чем о войне в Афганистане, которая унесла жизни множества американских солдат. Даже новости о работах на месте Всемирного торгового центра отошли на второй план.
Крупные агентства были особенно возмущены тем, что террористы выбрали их своей целью. По заявлению Тома Брокоу из NBC, его ярость была так велика, что он не мог найти приличных слов. Питер Дженнингс из ЛВС высказался примерно так же. Любопытно, что никто из сотрудников СМИ не заболел, и все же Брокоу и Дженнингс кипели от злости больше, чем когда рухнули башни-близнецы и под обломками погибли тысячи людей.
Безусловно, трагедия с сибирской язвой важна, как и любые события, связанные с биологическим оружием. Однако ее значимость не идет ни в какое сравнение с терактом 11 сентября или борьбой с террористами. Ажиотаж вокруг конвертов объясняется тем, что журналисты тоже люди.
Они рассказывают о том, что их волнует и что к ним ближе.
Сосредоточение влиятельных СМИ в одном районе приводит к тому, что журналисты живут в своем обособленном мире и рассказывают именно о нем. Они приезжают в Манхэттен с определенным набором убеждений и моральных ценностей. Здесь их взгляд на мир меняется, Нью-Йорк представляется им центром вселенной, а у этого города заметный левый уклон. Он больше тяготеет к либералам, чем к консерваторам. СМИ не только отстаивают мнение либералов, но и уделяют больше внимания интересующим их проблемам: правам сексуальных меньшинств, расизму, абортам и прочему.
Яркий пример этого — история 13-летнего Джесса Деркхайзинга. В сентябре 1999 года мальчика похитили, накачали наркотиками, изнасиловали, пытали и зверски убили двое гомосексуалистов. В СМИ об этом не сказали ни слова. Примерно тогда же и при похожих обстоятельствах был убит студент университета Вайоминга Мэтью Шепард. На сей раз роли распределились прямо противоположным образом: жертвой был гомосексуалист, убийцами — люди нормальной ориентации. Об этой трагедии СМИ кричали во весь голос.
Washington Post разместила на первой странице статью, в которой сравнивала два убийства и их освещение в прессе. Потом об этом же заговорил гость известного ток-шоу, представитель исследовательской организации Media Research Center. Было решено, что масс-медиа в очередной раз продемонстрировали свой либеральный уклон.
Порази — тельный контраст между оглаской, которую получили убий-ства, стал темой многочисленных статей в Интернете и бесед на радио. Тем не менее СЫЫ и New York Times больше года умалчивали о преступлении, совершенном «голубыми».
Первым о нем решился рассказать известный репортер-гомосексуалист Эндрю Салливан, В апреле 2001 года ЛВС показала два длинных сюжета о деле Деркхайзинга, рассказав и об убийстве, и о причинах молчания. Салливан заявил: «По-моему, ясно, что масс-медиа умолчали об истории, чтобы не разжигать неприязнь к «голубым»».
Аарон Браун подытожил, что рассказ об убийстве Деркхайзинга не затронул бы острых проблем — статуса сексуальных меньшинств и дискриминации. Соответственно, сюжет получился бы неинтересным. Браун высказался так: «Это прозвучит цинично, но множество убийств, совершенных людьми стандартной и нестандартной ориентации, не попадают в СМИ именно потому, что кажутся медиаэлите банальными, понятными и скучными».
Сам того не сознавая, Браун сформулировал закон функционирования СМИ. Либеральные наклонности медиа-элиты настолько сильны, что традиционный взгляд на мир отвергается. За ним не признается право на существование, его просто не замечают.
Левый уклон во взглядах СМИ довольно ярко проявляется в религиозных вопросах. По данным исследовательского центра Rew, в середине 1990-х годов 60 % американцев считали, что личные убеждения журналистов мешают им освещать такие темы, как семья и религия. Критику признали справедливой 40 % опрошенных журналистов. По данным параллельного исследования, почти половина ауди-тории американских СМИ полагает, что репортажи о религии худшего качества, чем остальные. Респондентов также спросили, не считают ли они, что журналисты настроены против религии. 56 % ответили утвердительно, и 46 % журналистов признали свои предубеждения.
Неудовлетворительное качество репортажей на религиозные темы объясняется очевидным фактом. В штате масс-медиа нет людей, которые хорошо разбираются в данном вопросе. Невозможно за день постичь доктрину христиан, иуде-ев, мусульман, буддистов и других верующих. Больше того, люди склонны думать, что они разбираются в том или ином вопросе своей или чужой веры, но иногда заблуждаются.
Грамотно рассказать о религии может только специалист, а информационные агентства не нанимают таких людей. Ни в одной из ведущих телерадиокомпаний нет эксперта по религиозным вопросам. Пегги Вемейер из ЛВС была исключением, но в октябре 2001 года компания отказалась продлить ее контракт.
Информационные агентства не готовы профессионально рассказать о религии, поэтому они стараются избежать этой темы. Специалисты из Media Research Center подсчитали, что религиозные события занимают меньше 1 % эфира информационных программ.
Не все, но подавляющее большинство СМИ склонны к либерализму. Масс-медиа перекраивают свой эфир по меркам Манхэттена. Если преступника ждет смертная казнь, журналисты будут рассказывать о его родственниках и переживаниях, но не покажут семьи пострадавших. Освещая дебаты о свободном ношении оружия, они замалчивают или высмеивают опасения, что оружие может быть использовано незаконно. Либеральный уклон СМИ заметен в репортажах об абортах, экологии и межрасовых конфликтах.
Левизна взглядов медиаэлиты подтверждается множеством фактов. В политических вопросах уклон влево еще значительнее, причем он оказывает влияние на позицию государственных деятелей. Мы не будем углубляться в детали, позвольте мне лишь привести некоторые статистические данные и примеры из жизни.
Ведущему информационных программ СВ8 Дэну Разеру никак не удается скрыть свой либерализм. Весной 2001 года он выступил на мероприятии, организованном Демократической партией для сбора средств. Разер подвергся яростным нападкам со стороны консервативных СМИ и раскаялся: «Я поступил необдуманно. Мне не стоило появляться на этом мероприятии».
Давая интервью Биллу О'Рилли, Разер ответил на вопрос о президенте Клинтоне: «Я думаю, он честный человек… По-моему, можно быть честным и лгать о чем угодно». Журналист открыто восхищался политическими действиями первой леди и ее талантом «нравиться толпе». Он не одинок на СВS. Другим корреспондентам также нелегко изображать объективность.
Брайан Гамбел — еще один либерал, который ничего не может с собой поделать. Оператор СВ8 случайно заснял, как после беседы с консерватором из организации по защите семьи Гамбел бормочет: «Идиот!»
В другой раз свои либеральные взгляды продемонстрировала коллега Гамбела по программе — Джейн Клей-сон (а может быть, это взгляды продюсера). Она спросила конгрессмена из Оклахомы (республиканца): «Вам, как афроамериканцу, не противно поддерживать Дика Чени, голосовавшего против освобождения Нельсона Манделы?» Это был коварный вопрос, потому что Чени, кстати, как и большинство демократов, голосовал не против освобождения, а против поддержанного коммунистами Африканского национального конгресса.
Если вы хотите получить дополнительную информацию о либеральных пристрастиях медиа, прочтите книгу откровений Бернарда Голдберга «Убеждения: как СМИ передергивают факты; взгляд изнутри СВS» (Bernard Goldberg. Bias: ACBS Insidez Exposes How the Media Distort the News). К большому огорчению бывших коллег, 28-летний ветеран СВS вываливает ворох грязного белья на всеобщее обозрение.
Я мог бы привести еще массу цитат и примеров, но так ли это необходимо? Если я вас не убедил, обдумайте результаты опроса, проведенного в 1992 году среди репортеров и руководителей вашингтонских СМИ. 89 % голосовали за демократа Билла Клинтона, и только 7 % за Джорджа Буша-старшего. За восемь лет процент демократов среди сотрудников СМИ не изменился. В 2000 году журнал о прессе Editor & Publisher пришел к выводу, что «2/3 опрошенных, говорящих о пред-взятости СМИ, считают, что масс-медиа поддерживают Гора».
Даже политолог Демократической партии Чарльз Кук не стал отрицать, что СМИ всецело на стороне Альберта Гора. «Когда рейтинг Гора понизился, журналисты забили тревогу. Они нашпиговали репортажи собственными политическими взглядами и убеждениями. Это было нелицеприятное зрелище».
Больной темой для медиаэлиты является снижение налогов. Только послушайте, что журналисты кричат о налоговой политике Буша-младшего. Заметим, что Национальный союз налогоплательщиков признал сегодняшние изменения незначительными по сравнению со снижением, проведенным Рейганом и Кеннеди. Больше того, экономисты-консерваторы одобряют решение Буша. В 2001 году Джонатан Алтер из Newsweek назвал план президента «самым безответственным законопроектом за последние годы». Он заявил, что любой экономист сочтет безответственным решение уменьшить налоги. Маргарет Карлсон из Time назвала снижение налогов откровенной глупостью: «Единственное, чем можно объяснить снижение налогов, — это низкий коэффициент умственного развития президента».
Все крупные компании были предвзяты. Media Research Center проанализировал все сюжеты о снижении налогов, вышедшие в вечерних новостях АВС, NВС и СВS с 20 января по 31 марта 2001 года. Исследователи заключили, что мнение либералов (снижение налогов «колоссальное» или «огромное») цитировалось в 5 раз чаще, чем мнение консерваторов (снижение незаметно для бюджета страны). Анализ показал, что ведущие новостей 30 раз выразили личное отношение к проекту, назвав снижение «серьезным» или «очень серьезным». Лидировал Дэн Разер. По сообщению агентства, ни один ведущий не назвал снижение умеренным или незначительным. Не был упомянут и тот факт, что 5 % американцев выплачивают в казну больше 50 % всей суммы налоговых поступлений.
Как я уже говорил, не все СМИ проявляют либеральные склонности. Большинство ток-шоу на радио ведут консерваторы. Среди них королем является Раш Лимбо. Его программы ежедневно занимают три часа эфирного времени 600 радиостанций во всех штатах и на Гуаме. Летом 2001 года Лимбо внезапно потерял слух, и скоро он вынужден будет оставить работу, но его место займут другие. Убежденный консерватор д-р Лаура Шлезингер уже пользуется авторитетом. Однако ее попытка покорить телевидение провалилась, и ниже я расскажу вам почему.
Многие радиостанции транслируют ток-шоу Лимбо и Шлезингер, занимая остаток времени выступлениями местных консерваторов и журналистов, разделяющих правые взгляды. Однако радио не закрыто для либералов. У них есть своя станция, известная как NPR.
Все знают о предвзятости масс-медиа и их любви к либералам, но СМИ делают вид, что ничего такого не существует. Вы тоже можете не считаться с их предпочтениями. В конце концов, бог с ней, с элитой, вы же работаете на местном уровне. У местных информационных агентств нет либеральных симпатий. Или есть?
Я с уверенностью заявляю, что немногие из сотрудников местных СМИ стремятся навязать обществу либеральные взгляды. Тем, кто взял на себя эту миссию, не часто выпадает случай поднять свое знамя. Американские репортеры региональных масс-медиа большую часть времени посвящают локальным событиям, у которых нет идеологической нагрузки. Кроме того, журналисты скромных СМИ недолюбливают лидирующие агентства. Они следят за репортажами медиагигантов и осуждающе качают головами.
Особенно резко настроены издатели газет. Их чувства выплеснулись в марте 2001 года, когда практически весь номер журнала Columbia Journalism Review был посвящен тому, каким образом Манхэттен диктует свою позицию всем информационным бюро США. Через десятки статей красной нитью проходила мысль о том, что СМИ со штаб-квартирой в Нью-Йорке видят и рисуют искаженную картину мира.
Сандра Миме Роу из Орегона писала: «Многое из того, что мы читаем, чему доверяем и на что полагаемся, исходит от Нью-йоркских медиа-правителей. Однако в культурном плане они порой так далеки от американского народа, что для нас стало чем-то вроде спорта находить у них ошибки и смеяться над ними».
Фил Бронштейн, издатель из Сан-Франциско, заявил в интервью: «Честно говоря, то, что Time и Newsweek называют модными тенденциями, уже месяц или год не интересует американцев».
Джим Сквайре, бывший редактор Chicago Tribune, отметил: «К тому времени как новости попадают к гигантам СМИ, они успевают отзвучать в других местах».
Журналисты, работающие за пределами Нью-Йорка, считают, что их взгляд на мир совпадает со взглядами аудитории, однако исследования доказывают обратное. Я рассказывал вам (см. «Природа Зверя») об опросе, проведенном Питером Брауном. Издатель из Орландо нанял социологическую компанию, чтобы выявить культурные различия между репортерами и людьми, ради которых они работают и о которых рассказывают. Опрос проводился в средних по размеру городах и одном мегаполисе. В результате были обнаружены существенные различия между репортерами и остальным обществом. Выяснилось, что журналисты селятся в самых престижных районах, обитатели которых торгуют акциями и не занимаются благотворительной работой. Они не заводят близких знакомств и не ходят в церковь. Словом, местные журналисты скорее разделяют взгляды медиаэлиты, чем соседей по дому.
Как я уже говорил, большинство журналистов не осознают своих либеральных наклонностей. Корреспонденты, продюсеры и издатели не стремятся поддержать либералов. Они просто отбирают сюжеты для репортажей, исходя из собственного видения мира. У них и в мыслях нет присоединяться к той или иной партии. Журналисты так спешат выполнить работу, что не задумываются над тем, как на ней скажутся их личные взгляды.
Я еще не нарисовал вам всей картины. Вы видели лишь маленький фрагмент. Основная причина левизны СМИ кроется в журналистском кредо: защищать слабых и атаковать благополучных.
Основная миссия СМИ — защищать слабых. Не нужно проводить исследований, чтобы в этом убедиться. Журналисты всегда встают на сторону жертв нашей цивилизации. И это хорошо, потому что СМИ не дают сильным мира сего растоптать слабых. В обществе, где нет свободной прессы, властям предержащим гораздо легче притеснять слабых. Спросите любого, кто живет на Кубе, в Китае или Ираке.
Кому из нас не хочется защитить жертву несправедливости? Люди, приспособленные к жизни в обществе, помогают тем, кто попал в беду. Слава богу, в большинстве из нас сильно желание быть добрыми самаритянами. Чувство ответственности перед слабыми — самый благородный из мотивов, побуждающих заняться журналистикой. В моей карьере репортера не было момента важнее, чем когда я получил награду от ассоциации помощи пострадавшим. Она значит для меня гораздо больше, чем все дипломы за блестящие репортажи. Думаю, мои коллеги так же трепетно относятся к своей миссии защитников слабых.
Кто бы ни придумал журналистское кредо про защиту слабых, он вполне мог бы остановиться на этой фразе. При большом желании он мог бы продолжить: «защищать слабых и сдерживать сильных». Но лозунг получился бы не слишком эффектным. Зверь любит красивые фразы. Параллелизма ради журналистов призвали «защищать слабых и атаковать благополучных».
К сожалению, эта формулировка вызывает массу вопросов. Кого считать благополучным? Если организация стала благополучной, обязательно ли портить ей жизнь? Кого считать жертвой? Каких именно жертв защищать?
Эти сомнения иллюстрирует случай с Джессом Деркхайзингом и Мэтью Шепардом. СМИ кричали об убийстве Шепарда, потому что он принадлежал к категории жертв цивилизации — к гомосексуалистам. Убийство Деркхайзинга СМИ проигнорировали, так как мальчик был нормальной ориентации. Кроме того, «голубой» журналист Эндрю Салливан отметил, что репортажи об убийстве Деркхайзинга могли спровоцировать всплеск ненависти к сексуальным меньшинствам.
Стремление защитить слабых проявляется также в репортажах о межрасовых отношениях. Джесс Джексон лидер по количеству репортажей, посвященных черным американцам, поэтому коллеги-журналисты к нему снисходительны. Когда Джексон признал себя отцом внебрачного ребенка, СМИ не сделали из этого скандала. Когда выяснилось, что Джексон платил своей любовнице 120 000 долларов в год из не облагаемых налогом средств образовательного фонда, СМИ промолчали. Медиаэлита посмотрела сквозь пальцы на то, что «зарплата» любовницы не появилась в налоговой декларации за 1998 год. Когда скандал таки всплыл, адвокаты Джексона объяснили отсутствие этой статьи в декларации Джексона его «забывчивостью». По версии СМИ, Джексон «упустил ее из вида».
Когда белый полицейский убил молодого афро-американца, в Цинциннати начались беспорядки среди чернокожих. СМИ встали на защиту пострадавших от полицейского произвола. У тех, кто читал газеты и смотрел телевизор, сложилось впечатление, что местная полиция дошла до полного беспредела. Журналисты напирали на тот факт, что за шесть лет полицейские убили 15 человек, причем все жертвы — афро-американцы. Ужас, не правда ли? А теперь взгляните на это шире.
В 1999 году газета Цинциннати подготовила серию репортажей о работе полиции. Выяснилось, что за последние пять лет в Цинциннати было значительно меньше перестрелок с участием полицейских, чем в близлежащих районах. В эти годы полицейские Колумбуса, Кливленда и Индианаполиса стреляли по гражданским вдвое чаще, чем их коллеги из Цинциннати. Больше того, чернокожие полицейские из Цинциннати застрелили столько же подозреваемых, что и белые стражи порядка.
СМИ же создавали впечатление, что бунты черных были единственным способом заявить о проблемах расизма Los Angeles Timesписала: «Мы не одобряем беспорядки, но в пятницу стало ясно, что люди почувствовали облегчение. Погромы привлекли внимание к беспределу, творящемуся в Цинциннати. Появилась надежда на улучшение ситуации». Я рекомендовал бы репортерам обратить внимание на полицейские отделы Детройта и Вашингтона, где работают в основном чернокожие. Там каждый год убивают 10 гражданских, а это в четыре раза больше, чем статистика по Цинциннати.
Не думайте, что это заговор. СМИ не клялись сравнивать черных и белых, гомосексуалистов и людей традиционной ориентации, женщин и мужчин. Просто они следуют своему кредо и, как могут, защищают жертв цивилизации. Иногда «жертвы» не так уж невинны, а «угнетатели» не так уж жестоки. Майкл Келли из Washington Post писал: «Чтобы выжить в конкурентной борьбе, журналистам приходится смотреть на мир сквозь призму стандартных схем и подгонять под них реальные события». Джон Лео добавляет: «По этим стандартам, громкие преступления должны быть совершены сильными против слабых, например, против гомосексуалистов, женщин или нацменьшинств. Это облегчает освещение некоторых сюжетов, но затрудняет работу с преступлениями черных против белых, насилием женщин над мужчинами и пр.». Лео заключает: «Это происходит из-за потребности защитить слабых, проявить журналистскую добродетель и из-за стереотипов, черт их побери».
Итак, вы убедились в либеральном уклоне СМИ и усвоили, что журналисты претендуют на роль защитников обиженных и угнетенных. И что вам, охотнику за паблисити, с этим делать? Зачем вам это знать? Предупрежден — значит, вооружен. Журналисты могут отнести вас к категории благополучных и попытаться атаковать.
Кого считают благополучным? Эту категорию составляет странный список социальных групп, не имеющих между собой ничего общего. Их объединяет только то, что, по мнению журналистов, их члены злоупотребляют властью и притесняют слабых. К благополучным автоматически причисляется любая крупная организация, будь она частной или государственной. Это и правительственный орган, и корпорация.
Если считается, что объединение богато и влиятельно, то реальное положение дел абсолютно неважно. Скажем, все владельцы малого бизнеса воспринимаются СМИ как члены привилегированной группы. Они работают по 80 часов в неделю, редко позволяют себе отпуск и не всегда сводят концы с концами, но это не имеет значения.
Если у вас есть работа, вы имеете дом и исправно платите налоги, вы попадаете в благополучное большинство. Человек, не соответствующий хотя бы одному из параметров, слаб и нуждается в защите.
Кроме того, есть момент гораздо более важный, чем опека слабых. Это соответствие принципам НЭП — неординарности, эмоциональности и простоте.
Журналисты сбегаются на крики слабых не потому, что хотят исправить социальное зло. Лишь в редких случаях их побуждает к этому чувство справедливости и благородство. Дело в том, что репортажи о несчастных интереснее, доходнее и проще для написания. Именно из-за них люди покупают газеты и собираются у телевизоров. Согласно принципу справедливости, возможность атаковать предоставляется пострадавшему.
Когда на саммит двух Америк съехались официальные лица из 34 стран, у места проведения встречи собралась толпа митингующих и журналистов. Активисты, якобы защищающие интересы бедных, бросали в полицейских камни, палки, бутылки и другие предметы. Демонстранты были страшно огорчены, когда принимавшие конференцию власти Квебека решили поставить заграждения в двух кварталах от места саммита. Активисты окрестили кордон Стеной позора и уподобили его Берлинской стене, символу притеснений и разделения. Один из протестующих сказал Associated Press: «Эта чертова стена — провокация. Мы тут все в ярости, вот наш ответ на подобные провокации. По эту сторону стены 99,9 % народа уверены, что провокация исходит не от нас». Давайтека разберемся. Квебек поставил заграждения, чтобы защитить участников саммита от демонстрантов, кидающих в людей бутылки и камни. И это хозяева конференции — провокаторы?
Журналисты освещают такие события не потому, что разделяют мнение демонстрантов. Они рассказывают больше о митингах, чем о саммите, потому что это зрелищно, понятно и потрясающе интересно. У репортеров захватывает дух не от возможности поддержать слабых. Им нравится кричащая, визжащая, агрессивная толпа и накаленные до предела эмоции.
В штате Нью-Мексико активисты небольшой, но голосистой группы терроризировали компанию Intel, обвиняя ее в загрязнении окружающей среды. Они постоянно жаловались, что фабрика выбрасывает в воздух вредные вещества. Корпорация потратила миллионы долларов на удовлетворение требований группы, но люди продолжали возмущаться. Они жили в нескольких километрах от завода и, должно быть, имели очень чувствительные носы. Я четыре года жил в непосредственной близости от фабрики и не замечал никаких запахов. Тем не менее СМИ постоянно писали о демонстрациях против Intel.
Поймите меня правильно. Я не собираюсь фарисейски простирать свою десницу со святой горы Синай. Невозможно устоять, когда представляется случай «защитить слабых». Я сам попадался на эту удочку.
Однажды я, тогда еще молодой репортер, проезжал по шоссе в Центральной Калифорнии и заметил в поле громадный бульдозер. Это показалось мне странным, и я пошел узнать, в чем дело. Я обнаружил несколько хибар, в которых жили полдюжины бродяг и которые город предназначил на снос. Я сбегал за оператором, и мы сняли репортаж, от которого слезы наворачивались на глаза добропорядочных граждан.
Я с нетерпением ждал момента, чтобы показать, как подлые городские рабочие рушат ветхий кров обездоленных. Да как они смеют! Меня ничуть не волновало, что бездомные незаконно поселились на принадлежащей городу земле и превратили ее бог весть во что. Благополучных надо атаковать. Обездоленных — защищать. К тому же из сноса нищих лачуг получилось душераздирающее видео.
Вы наверняка видели такие сюжеты на региональном ТВ. Например, о женщине, которую владельцы кафе попросили не кормить ребенка грудью в их заведении, потому что это смущает остальных посетителей. Ну и что она сделала? Обратилась в группу по защите прав кормящих матерей и организовала в злополучном кафе массовое кормление новорожденных. О мероприятии предупредили СМИ, и журналисты примчались снимать два десятка женщин, кормящих грудью. Одна из демонстранток заявила: «Если кто-то смущается, это не мои проблемы. Придется ему привыкать». Так кого здесь обижают? Мать, достающую грудь у всех на глазах, или владельца кафе, теряющего прибыль, потому что у клиентов портится аппетит? Репортеры понимают, что матери слишком многого требуют; но разве можно пропустить такой щекотливый сюжет?!
Ниже мы подробнее поговорим о тех, кто использует свой статус обиженного, чтобы атаковать противника, и посмотрим, как обезопасить себя. А пока давайте затронем еще один аспект справедливости a la СМИ.
Сама идея новостей предполагает противопоставление «мы — они». Практически любое действие допускает различные толкования. Я придерживаюсь одного мнения, они — другого. Хорошо это или плохо, но именно различия в оценках движут новостями и делают их интересными. Трудность для репортера заключается в том, что один человек высказывает мнение нескольких десятков единомышленников, а другой — нескольких сотен, тысяч или миллионов.
В идеале журналист должен сравнить интересы обеих групп. Правда ли, что меньшинство притесняют? Правда ли, что крупная группа ведет себя агрессивно и действует безответственно? Нарушены ли чьи-то права? Законны ли и разумны ли обвинения? Не пытается ли кто-то использовать могущество СМИ в политических целях?
Однако мы живем в реальном мире. Здесь у журналистов и редакторов нет времени задаваться философскими вопросами. Они только слышат, что кто-то кричит и возмущается. Исполненные решимости изложить мнение всех сторон и проявить объективность, репортеры берутся за дело. Они намерены представить зрителям или читателями точные факты, и пусть люди сами выбирают точку зрения. На самом деле журналисты играют на «пострадавших».
Во-первых, активистам нужна известность. Человеку или организации, представленной в роли злодея, публичность отнюдь не нужна. Во-вторых, сообщение о событии в СМИ добавляет значимости не только происшествию, но и атакующей стороне. Даже если ее аргументы слабы, а у подвергшихся нападкам есть надежная защита, все равно побеждают манифестанты. Еще одно преимущество протестующих в том, что они могут говорить и творить что угодно, даже когда их проблемы сильно преувеличены или надуманны. Кто спросит с них за ложные заявления? Только не СМИ — это значило бы атаковать слабых.
Я помню, как мать пьяного водителя рыдала на ступеньках суда перед десятком видеокамер. Пожилая индианка кричала, что ее сын хороший человек. Она и группа поддержки считали, что мужчину арестовали из-за его расы. Заявление было абсурдным. Он напился в стриптиз-клубе в канун Рождества и погнал автомобиль по встречной полосе шоссе. Полиция преследовала его и пыталась остановить. Пьяный водитель врезался в ехавшую навстречу машину, при лобовом столкновении погибли три девочки и их мать, серьезно пострадал отец. Семья возвращалась с церковной службы домой. Несмотря на очевидные факты, ни один репортер не посмел возразить рыдающей, убитой горем матери осужденного.
Теперь представим, что вы пресс-секретарь крупной компании. Если вы попытаетесь ввести журналистов в заблуждение или солгать, вам это дорого обойдется. Орды рассерженных сотрудников, общественных активистов и стражей правопорядка предоставят СМИ всю интересующую их информацию. Власти захотят узнать, не нарушаете ли вы законы. Акционеры, сотрудники и клиенты потребуют ответов. Благополучных людей СМИ жестоко наказывают за ошибочные слова и поступки. Манифестантов они не осуждают.
Позиция демонстрантов крайне эмоциональна и легко объяснима, в то время как позиция атакованной организации намного сложнее. Люди, живущие рядом с аэропортом, устраивают акции протеста и жалуются на шум от самолетов. Они нанимают экспертов, заявляющих, что «уровень шума превышает допустимый». Недовольные забрасывают здание тухлыми овощами, а руководство аэропорта пытается изложить ситуацию: увеличение числа рейсов, состояние взлетно-посадочных полос, сокращение финансирования затрудняют работу, но, по данным штатных экспертов, уровень шума в норме. Главный менеджер должен учесть интересы пассажиров, авиакомпаний, всех жителей, городского совета, мэра, Федерального управления гражданской авиации и огромного количества других людей и инстанций. Протестующие, которые знали, на что шли, покупая дом вблизи от аэропорта, в этом случае могут быть сняты со счетов.
Мы подошли к последнему аспекту этой темы. Демонстрант протестует против одного конкретного явления, поэтому его сообщение четко сфокусировано. Лаконичная и выразительная реплика — вот все, что нужно репортеру. Манифестанты легко порождают такие сообщения. «Благополучным» организациям недоступна подобная роскошь. Пресс-секретарь чувствует себя обязанным представить журналистам полную картину происходящего. Назвать все важные моменты за 10 секунд очень трудно, если вообще возможно. Репортер же предоставляет обеим сторонам равные отрезки времени, и его совесть чиста. Вот так Зверь понимает справедливость.
Во мраке, который я тут изобразил, забрезжил свет. В последние годы Зверь стал смотреть направо. У этого беспрецедентного и долгожданного явления есть несколько причин. Недовольство либеральными пристрастиями СМИ заставило людей переключаться на другие каналы и издания, к тому же Интернет набрал силу и стал важным каналом передачи информации. Консервативную аудиторию начали обслуживать альтернативные источники новостей, и традиционным СМИ пришлось менять тон.
Согласно исследованию, опубликованному в июле 2000 года, только 30 % взрослых американцев регулярно смотрят новости на национальных телеканалах. С 1993 года аудитория этих каналов сократилась на 50 %, и положение ухудшается. Всего 1/3 опрошенных верят тому, что видят на AВС, СВS и NВС. Медиааналитик Майкл Келли пишет: «Из-за сенсационности и идеологической необъективности телекомпании утратили доверие зрителей». Разочарование в необъективных программах крупных каналов открыло новые возможности для кабельных проектов, таких, как масштабное шоу Рох «Фактор О'Рилли». В нем затрагивается ограниченное количество тем, как правило, редких для телевидения.
Национальные телеканалы теряют аудиторию, так как многие отдали предпочтение Интернету. Опрос показал, что в 1998 году 35 % пользователей Интернета регулярно смотрели вечерние новости. Через два года это число упало до 26 %. Некоторое время назад информационные агентства стали меньше сотрудничать с Интернетом. Однако как только будет найден способ зарабатывать в Сети на содержании, а не на раздражающих и малоэффективных баннерах, роль Интернета снова возрастет.
Наконец, кабельные каналы и Интернет продемонстрировали медиаэлите ее разрыв с аудиторией. Классический пример тому — сообщения об убийстве Джесса Деркхайзинга. Не будь Интернета, кабельного ТВ и ток-шоу на радио, медиаэлита могла бы не задумываться о своих предрассудках еще долгие годы.
Тенденция еще слаба, но она должна вас порадовать.
Бессмысленно сетовать на странное понимание справедливости в СМИ. Трактовка может слегка поменяться, но революций не предвидится. В той или иной мере региональные издания сохранят либеральный уклон. Медиаэлита не откажется от левых взглядов и будет отстаивать их подсознательно или же всем назло. Журналистику, как и раньше, будут преподавать в университетах с либеральными традициями. Нравится вам это или нет, но расклад таков.
Это не значит, что «благополучные» организации загнаны в угол и нет надежды. Вы вполне можете обезопасить себя. Оборонительная позиция не главное. Успешный пиар в создавшихся условиях предполагает использование принципов СМИ до того, как грянет гром. Необходимо заранее уладить все конфликты с теми, кто может натравить на вас Зверя. Для этого нужно изучить принцип атаки.
Летом 1975 года я гостил у бабушки в Лонг-Бич, штат Калифорния. Душным июльским днем мои приятели захотели выбраться из раскаленного города и искупаться в Тихом океане. Я тоже пошел, умирая от ужаса. Я дрожал, как перепуганный кролик, и постоянно искал в волнах громадный, страшный акулий плавник! Накануне вечером бабушка сводила меня в кино на фильм «Челюсти».
Двадцать шесть лет спустя мы с женой отвезли детей к морю. Мы играли в полосе прибоя с Ваверли и Вестоном, а я искал в волнах плавник. Несколько недель назад акула напала на восьмилетнего мальчика Джесса Эрбогэста и откусила ему правую руку. Его дядя героически сразился с двухметровой хищницей, вытащил ее на берег и достал из желудка откушенную руку. Разумеется, эта душераздирающая история была широко освещена в СМИ, причем в репортажах сообщалось, что у берегов Флориды отмечено необычайно большое число акул.
Я знал, что они крайне редко нападают на людей прямо на пляжах. Я знал, что моего восьмилетнего сына скорее убьют обломки самолета, чем океанские хищницы. И тем не менее я искал в волнах плавник. Власть страха огромна. Люди, успешно работающие со Зверем, преодолевают иррациональный ужас и не отказываются от своих замыслов.
Параноидальная боязнь журналистских нападок порождается информационными программами и работой региональных СМИ. Не сомневаюсь, что вы видели десятки фильмов о людях, затравленных репортерами. Вы видели, как кого-то засыпают враждебными вопросами, и, может быть, посещали тренинги по работе с масс-медиа. Их типичный сценарий известен: тренер сует микрофон вам в лицо и выстреливает вопрос за вопросом. Мой вам совет: забудьте все это. Это преувеличение. Вероятность того, что вас атакуют репортеры, примерно такая же, как вероятность быть съеденным акулой, наслаждаясь отдыхом на курорте. Работая со СМИ, надо думать о многом, но не о том, что вот-вот из кустов выскочит агрессивно настроенный журналист.
События, провоцирующие атаку, делятся на две категории. Во-первых, Зверь будет преследовать вас, если вы совершите что-нибудь аморальное или противоправное. В такой ситуации оказываются коррумпированные лица и высокомерные люди, а также те, кто перепугался до потери здравого смысла. Во-вторых, СМИ могут быть использованы в качестве гончего пса. Им достается роль не охотника, но его ярого помощника, и вместе с атакующим вас человеком они делают черное дело. Вам не стоит беспокоиться об опасностях первой категории, но необходимо следить за гончими псами. Они затравят вас, если вы потеряете бдительность. Если первый сценарий так же вероятен, как превращение в обед для акулы, то второй сценарий вероятен так же, как шанс получить солнечный ожог, нежась на пляже. В этой главе я расскажу вам, как пользоваться кремом от ожогов, то есть принципами СМИ. Но сначала давайте поплаваем.
Классическая травля, которую устраивают журналисты, развивается по определенным законам. Как и любой голливудский фильм, она состоит из трех актов. В первом акте герой или организация делают что-то плохое. Во втором акте они пытаются скрыть преступление и отрицают свою вину, для чего старательно избегают репортеров. Кульминация истории приходится на третий акт, когда репортер и оператор бросаются в бой с камерой наперевес. В результате выходит в свет сенсационный репортаж, его заголовок написан огромными красными буквами; «Виновен». И знаете, что я скажу? Правильно, репортер! Так его! Повесить! Зарвавшийся обманщик и негодяй заслужил подобное отношение.
Здесь работает вторая часть журналистского девиза — «атаковать благополучных». Всем нравится, когда журналисты унижают сильных мира сего, нарушавших права слабых и считавших, что им закон не писан. Когда федеральные судьи отправляются на увеселительное мероприятие, за которое платят лоббисты, пусть репортеры нацеливают на них свои камеры. Ура журналисту, сующему микрофон в лицо коррумпированному аналитику с Уолл-стрит. Аплодисменты репортеру, нашедшему насильника, убийцу или грабителя. Вешай подлецов!
Эта категория травли не имеет с вами ничего общего. Так наказывают тех, кто дразнит гончих псов СМИ. Именно это случилось с миллиардером Марком Ричем, который сбежал из страны, чтобы не платить десятки миллионов долларов налогов. Брайан Росс из АВС выследил его в Швейцарских Альпах и расспросил обо всех провинностях. Камера фиксировала, как Рич нетерпеливо ожидает своей очереди у горнолыжного подъемника. Корреспонденту еще удалось снять, как Рич разъезжает на лимузине. Каждый кадр кричит: «Виновен!» Ричу удалось покинуть страну благодаря Биллу Клинтону, но СМИ навеки заклеймили его как изгнанного негодяя.
В привычном смысле этого слова СМИ не могут атаковать президента, однако, как только репортеры чуют коррупцию, они начинают жесткую кампанию. Президент Никсон стал самой знаменитой «жертвой» атаки. Уотергейтский скандал был звездным часом для журналистов. Он также ознаменовал новый этап в развитии журналистских атак, которые по сути своей — положительное явление. Через двадцать лет после поражения Никсона президент Клинтон ткнул пальцем в камеры и солгал: «Я не вступал в сексуальную связь с этой женщиной, с мисс Левински. Я никогда никому не лгал. Ни разу в жизни. Все эти домыслы лживы, и мне нужно вернуться на работу ради американского народа». Президент стремительно вышел из зала под бурные аплодисменты. Нападки начались позже.
У всех перечисленных случаев есть общий знаменатель, включающий бесчестность, высокомерие и, по мнению большинства, глупость. Однако важнее всего элемент обмана. Ничто не вызывает у Зверя такую жажду крови, как обман и возможность выследить того, кто скрылся с места преступления. Ничто не доставляет Зверю большего удовольствия, чем разгадка тщательно хранимой тайны.
СМИ атакуют людей за преступления и за умышленный обман, но таких случаев меньшинство среди общего числа нападок. Гораздо чаще Зверь преследует людей, которые натворили что-нибудь и запаниковали. Они позволили страху победить здравый смысл и теперь плывут по течению. Они приверженцы философии: «Если я не буду обращать внимания на проблему, может быть, она сама рассосется». Такое мировоззрение губит карьеры, корпорации и доверие к общественным институтам.
Около века назад Джон Рокфеллер-старший убедился, что нельзя игнорировать репортера, вцепившегося в замечательно скандальную историю. Возмездие настигло его в лице Иды Тарбелл, сотрудницы журнала McClure’s. Она не сомневалась, что миллионер строил свою империю не только честными и этичными способами. Тарбелл решила использовать историю Standard Oil для репортажа о беззаконии в бизнесе и политике. Она пристально следила за Рокфеллером и его компанией в течение пяти лет. В результате был сделан 19-серийный фильм «История Standard Oil». Он потряс компанию и здорово повредил ее репутации. До самой смерти Рокфеллер игнорировал Тарбелл, и это обошлось ему дороже, чем могло бы стоить чистосердечное признание. Федеральные власти разбили компанию на несколько частей.
К сожалению, теперь таких репортеров, как Ида Тарбелл, стало меньше. Современные журналисты не так въедливы, а медиа пресыщены, но это с лихвой компенсируется их количеством и упрямством. Если что-то начинает попахивать жареным, корреспонденты долго этого не замечают, зато потом — держись, злодей! До лета 2000 года химический термин «отслоение» был известен лишь профессионалам. После того как USA Today опубликовала статью о смертельно опасном процессе, происходящем в шинах Bridgestone/Firestone ATX, термин оказался на слуху. Выяснилось, что на больших скоростях шины АТХ теряют протекторы, а водитель, соответственно контроль над машиной. Типичным следствием этого была авария, которая произошла с «Ford SUV». Автомобиль перевернулся. Количество погибших в подобных катастрофах превысило 100 человек.
Благодаря USA Today августа 2000 года дефект шин стал достоянием гласности и о нем узнала вся Америка. Руководство Firestone бомбардировали вопросами и объявлениями. От журналистов было некуда деться. Через восемь дней компания была вынуждена отозвать более 6 млн шин. Влияние СМИ сказывалось еще долго, в частности покинул свой пост исполнительный директор компании РогЛ Джек Нэссар.
Самый интересный — и чудовищный — аспект этой истории заключается в том, что Firestone с 1996 года знала о дефекте своих шин. Уже тогда она была ответчиком в суде по нескольким делам об отслоении протекторов. Один из исков подала Джен Говейн, вдова репортера из Хьюстона. Стивен Говейн погиб за рулем «Ford Explorer», когда отслоился протектор шины на левом заднем колесе. Через четыре месяца после аварии еще один телеканал Хьюстона сделал репортаж о ненадежности шин, а в течение последующих лет он попал на три других канала.
Трудно сказать, чем думали руководители Firestone. Неужели они надеялись, что проблема решится сама собой? Неужели не заметили, что их большой секрет погубил журналиста?! Неужели не понимали, что рано или поздно сюжет попадет в крупнейшие СМИ? Ставки были высоки, но компания предпочитала судиться по единичным случаям, лишь бы не отзывать шины, тем самым портя себе репутацию. Сегодня скандалы попадают в СМИ не сразу, но скрывать их — плохая идея.
Не только большие шишки теряют рассудок от страха. Маленькие люди тоже не могут усвоить, что лучше сразу выдавать нелестную информацию, чем получать наказание за ее утайку. Если вы допустили ошибку или поступили неблагородно, признайте это. Добровольное признание выглядит красивее, чем признание, выбитое из вас репортером вечерних новостей или утренней газеты. Не пытайтесь ничего скрыть, покайтесь во всем.
Помню, когда я был репортером, руководство школьной системы США наобещало слишком много и слишком много потратило. Из-за неудовлетворительной работы бухгалтеров и неумеренного желания понравиться избирателям чиновники потратили на бумагу на несколько миллионов долларов больше, чем имели. Когда пришло время готовить бюджет, выяснилось, что школы вынуждены на неопределенный срок отказаться от новых спортплощадок, зданий и кровли. Директора и родители серьезно расстроились, и руководство поспешно собрало пресс-конференцию. Управляющий говорил много, но не сказал ничего. Вместо этого он замучил журналистов профессиональным жаргоном и своей абракадаброй. Я предпринял две попытки получить внятный ответ, но управляющий твердо решил отсидеться в засаде и разозлить Зверя. Так что я остался в претензии.
Я сообщил своей невольной жертве, что мне хотелось бы знать, кто виноват в происшедшем. Если управляющий снова станет петь бюрократические песни, я его перебью. Он что-то залепетал, и я выполнил свое обещание, засвистев и заулюлюкав. Тут с места встал специалист по пиару и закричал, чтобы я дал управляющему договорить. Мало того, что он не объяснил подопечному, как надо себя вести, так он еще подлил масла в огонь. Я объяснил запаниковавшему совету, что задаю простой вопрос и жду простого ответа. «Кто виноват в растрате?» — повторил я. Наконец поднялся председатель совета и взял всю вину на себя. Большей путаницы трудно было придумать. Мой босс был на седьмом небе. Председатель совета решил не вы-двигаться на второй срок, а контракт управляющего не был продлен.
Когда возникают неприятности и СМИ хотят о них знать, отбросьте страх и признайтесь во всем. Если вы не проглотите пилюлю, то обречете себя на ненужные страдания.
Можно понять человека, который испугался ярости Зверя. Многие предпочитают переждать в сторонке, пока страсти утихнут. Это бесперспективно. Отказывать репортеру, когда он вежливо просит у вас пять минут времени, — грубая ошибка, порожденная надменностью и высокомерием. К несчастью, она очень распространена.
В тот самый момент, как вы сочтете себя слишком занятым, чтобы говорить с репортером, ударьте себя по голове телефоном или что там отнимает у вас время. Может быть, это приведет вас в чувство. Лучше вы расцарапаете себе лоб, чем Зверь растерзает вас в клочья.
Жаль, что СМИ ежедневно губят столько репутаций — исключительно потому, что очень важные персоны (принцип эго) не уделили несколько минут репортеру. Эти товарищи лишили себя возможности познакомить корреспондентов со своей точкой зрения. Они пошли на абсолютно ненужный риск: отказ мог разозлить репортера. Занятые люди просто вынуждают СМИ их преследовать, когда те и не собирались. Чаще всего журналистами пренебрегают официальные лица, бюджетники и особенно полицейские.
Свежим калифорнийским утром мне поручили встретиться с начальником полиции небольшого города. Мой репортаж был абсолютно безвредным для шефа и его службы. Я был в хороших отношениях с этим человеком и поэтому не ожидал, что он откажется от интервью. Однако в тот день он был, видимо, занят. Я прождал несколько часов, шеф не появился, и я сам отправился к нему.
Я объяснил секретарю полицейского, что у меня работа горит и, если шеф со мной не встретится, я буду вынужден сообщить зрителям, что начальник полиции отказался от интервью. Я должен был заполнить две минуты эфира вне зависимости от того, отснята у меня беседа или нет. К моему изумлению, шеф не смог оторваться от важных дел даже на две минуты. Мне это не понравилось. Ровно в 18.00 я встал у департамента полиции и произнес в камеру: «Мы целый день добивались встречи с главой полиции, но он отказался комментировать этот вопрос».
Шефу, как я понимаю, потом крупно досталось. Из нескольких источников я слышал, что он меня «ненавидит». Жаль, я питал к нему симпатию и не желал ему зла. Однако он не оставил мне выбора.
Много лет спустя я работал в другом штате и столкнулся с аналогичной ситуацией. На этот раз речь шла о «гриппе в погонах», Большое число стражей порядка собирались сказаться больными, протестуя против условий контракта. Главы полиции эта история не касалась, но в ней участвовали его люди. Я целый день пытался получить интервью и даже предупредил пресс-секретаря о том, что скажу в прямом эфире, если шеф откажется от разговора. Я дал ему номер телефона, установленного в машине съемочной группы, на случай, если он передумает в последний момент. Он не передумал, и я сообщил 100 000 телезрителей, что у главы правоохранительных органов «нет времени на журналистов».
Для этого босса последствия были еще серьезнее. На следующий день к нему приехал другой репортер с нашего телеканала, чтобы продолжить сюжет, и глава полиции разразился длинной оскорбительной тирадой в наш адрес и даже намекнул, что я ему за все заплачу. Просматривая пленку в студии, мы покатывались со смеху.
Вы такое видели как минимум в десятке фильмов. Двое крепких ребят стоят друг напротив друга, один выпячивает челюсть и говорит: «Давай, стреляй!» Если вы когда-нибудь окажетесь в подобной ситуации и вашим противником будут СМИ, попросите их выстрелить. Только не надо строить из себя мачо, будьте смиренны.
Плохие новости: при общении со СМИ лучше не уворачиваться, а держать удар. Не дрожите, не уклоняйтесь, ничего не предпринимайте, просто получите наказание. Не исключено, что вам сильно достанется, но потом вас простят. Иначе к вашим грехам будут возвращаться снова и снова.
Стратегия заключается в том, чтобы у вашей истории не отрастали новые щупальца. Это обратная сторона принципа повторения. Если вы медлите и не признаете вину, Зверь атакует вас снова и снова. С каждым репортажем ваше имя и репутация фирмы страдают все больше. Пока вы лжете или скрываете важную информацию, скандал разрастается, и он обязательно выберется на свет. Зверя обуревает жажда крови, а у вас возникают серьезные неприятности. Сюжет подхватывают очередные СМИ, репортажи мелькают все чаще и чаще, и вы превращаетесь в боксерскую грушу для каждого, кто не ленив. Я вам не завидую.
Вы же видели, что случилось с Биллом Клинтоном. Когда разразился скандал с Левински, президент решил все отрицать. Он твердо заявлял о своей невиновности, но его попытка помериться силами со Зверем лишь подогрела азарт репортеров. Постоянно выяснялись новые детали, и этого хватило, чтобы шум не утихал несколько месяцев. Президента обвиняли все газеты и журналы, телеканалы и интернет-сайты. С каждым репортажем образ президента становился все сомнительнее. Вашингтон не видел истории с таким количеством щупалец с тех пор, как Никсон занялся звукозаписью. Исход поединка президента со СМИ так же предсказуем, как исход боя между Майклом Джексоном и Майком Тайсоном. Рискнувший выйти один на один против СМИ будет выглядеть как Джексон после первого раунда.
Я убежден, что, если бы Клинтон признался в своем грехе и искренне извинился перед американским народом, история с Левински закончилась бы с несравнимо меньшими потерями для него. Не было бы никакого импичмента. Если бы в СМИ не создалось такого накала страстей, Конгресс не имел бы желания карать президента. Люди обладают удивительной способностью прощать тех, кто искренне раскаялся. Если же правду скрывают, зрители с радостью будут смотреть, как Зверь терзает несчастных.
Я думаю, Билл Клинтон посоветовался с юристом. Я не удивлюсь, если ему дали плохой совет. Попав в беду, люди отодвигают свой собственный здравый смысл на второй план и обращаются к лучшим юристам, каких могут себе позволить. К сожалению, благонамеренные адвокаты губят больше имиджей, чем спасают. Причина проста. Юристы на все смотрят с точки зрения закона. Это то, что нужно, когда речь идет об обвинении в убийстве, но гибельно для имиджа.
Гэри Кондит провел 22 августа 2001 года на тайных совещаниях с адвокатами. Он разрабатывал стратегию для завтрашнего интервью на ЛВС. Получилась одна из худших бесед в истории телевидения. Ведущий засыпал Кон-дита вопросами о его отношениях с пропавшей стажеркой Чандрой Леви. Конгрессмен изворачивался. Выкручивался. Увиливал. Он все отрицал, имел непроницаемый вид и. не думал извиняться за неприличное поведение. Зря он положился на советы юристов и людей, считающих себя медиаконсультантами. Они рекомендовали Кондиту лгать об отношениях с Леви, возражать СМИ и играть в кошки-мышки с полицией. Все это время конгрессмена нещадно травили масс-медиа, и даже его притворная улыбка не помогала. Неужели он забыл, чем закончилась история Клинтона? Если бы Кондит немедленно признался, извинился и продемонстрировал раскаяние, СМИ и нация были бы к нему великодушны.
Однажды я консультировал знаменитого спортсмена, арестованного за вождение в нетрезвом виде. К несчастью, у него тоже был адвокат. Юрист не сомневался, что может снять обвинение, так как при аресте полиция нарушила официальные процедуры. Ради бога, но он не понимал, что игра на формальностях — крайняя мера. Народу осточертело, что привилегированные товарищи уходят от наказания, так как располагают средствами манипуляции системой. Хитрый уход от наказания запятнал бы спортсмена в глазах его болельщиков.
Я не смог убедить юриста, что в глазах фанатов уход от наказания — такое же преступление, как и нетрезвое вождение. Спортсмен объявил себя невиновным. Дело переходило из одного суда в другой, и имя звезды все чаще появлялось рядом с буквами ДТП. Слава богу, разум наконец победил. Спортсмен признался в своем проступке и провел несколько дней за решеткой.
Пришло время извиниться перед американским народом. Благонамеренный адвокат написал заумный текст, чтобы наш клиент его озвучил. Это было абсолютно не похоже на чистосердечное раскаяние. К моему большому облегчению, мне удалось убедить молодую звезду, его родителей и тренеров, что текст очень плох. Мы потратили полчаса на то, чтобы составить и отрепетировать искреннее извинение, а потом спортсмен произнес его в зале, заполненном журналистами и операторами. Его помучили и забыли о происшествии. Нападки сменились прощением и поддержкой. Жаль, что юрист сделал клиента объектом нападок, вместо того чтобы сразу позвать медиа-консультанта.
Я показал вам, чего не надо делать. Теперь давайте рассмотрим два случая, которые служат образцом для подражания. Герои этих сюжетов признали свою вину незамедлительно. Нота Бигей, восходящая звезда Профессиональной ассоциации гольфистов, зимой 2000 года допустил серьезную ошибку. Он сел за руль после выпивки и был задержан. Представ перед судом, Бигей сделал нечто крайне редкое в современной культуре и неслыханное среди профессиональных спортсменов — он признался в нарушении и добровольно сообщил судье, что пять лет назад уже был осужден за ДТП в Фениксе, штат Аризона. Признавая, что это второе нарушение закона, Бигей застегивал на себе наручники. Его ждали неделя тюрьмы, штраф, обществен-ные работы и, может быть, испытательный срок. Однако признание было лучшим выходом в подобной ситуации. Если бы Бигей попробовал избежать наказания, сыграв на юридических тонкостях или «забыв» упомянуть о первом нарушении, его карьера могла бы погибнуть. Рано или поздно тайное стало бы явным. Репортер подошел бы к нему на поле для гольфа, парковке или в другом неожиданном месте и потребовал бы объяснений. Бигей проиграл бы дважды и стал в глазах публики неудачником. Но он быстро и добровольно признался в своих проступках, поэтому репортеры восхитились им и назвали его примером для подражания.
Боб РаЙан из бостонской газеты написал великолепную статью с великолепным же заголовком: «Ищете героя? Нота Бигей — ваш образец. Он берет на себя всю ответственность». Райан спрашивает читателей: «Сколько нынешних спортсменов решились бы понести наказание?» СМИ одобрили Бигея за то, что он смиренно и красиво предстал перед правосудием. Райан писал, выражая мнение большинства: «Создается впечатление, что Бигей обладает достаточной цельностью натуры и здравым смыслом, чтобы выглядеть героем в любой ситуации». Если бы он попытался вывернуться, как большинство знаменитостей, то репортеры написали бы о нем не хвалебные статьи, а разоблачительные. Гольфиста попросили бы не участвовать в туре ассо-циации и вообще уйти из спорта.
Разумеется, не все неприятные истории могут закончиться благополучно. Если бы по вине Бигея случилась авария и кто-нибудь погиб, то никакие добровольные признания не спасли бы его имя. Однако даже в самых худших ситуациях признание своей вины и раскаяние остаются оптимальным решением.
4 мая 2000 года служба охраны национального памятника в Бандэлъе решила провести пожарные учения и кое-что сжечь. Пламя получилось отнюдь не ручным. Сухая погода и горячий ветер оказались сильнее пожарной команды, которая разожгла огонь и пыталась его потушить. В итоге выгорело 43 000 акров земли и были уничтожены 400 домов в Лос-Аламосе. Лос-Аламосская научная лаборатория не функционировала две недели.
Недальновидное решение нескольких человек обернулось настоящей катастрофой. Как вы думаете, американцы расстроились? Безусловно, причем даже те, кого трагедия не коснулась. А потом случилось чудо. Служба охраны вспомнила библейскую мудрость: кроткий ответ гасит гнев (Книга Притчей Соломоновых).
Карен Уэйд, региональный директор службы, говорила с репортерами в самой неожиданной манере. Всем, кто видел ее в тот момент, было ясно, что Уэйд и ее коллеги глубоко сожалеют о случившемся и переживают из-за своей ошибки. От имени службы Уэйд взяла на себя ответственность за пожар. Она предстала перед камерами, не пытаясь оправдаться, и приняла удар. Он оказался не так страшен. Журналисты и нация все еще негодовали из-за пожара, но подготовленные упреки забылись, как только Уэйд произнесла: «Мы несем ответственность за то, что случилось… больше никто не виноват. У меня болит душа за всех, кто пострадал из-за нас, и я хотела бы повернуть время вспять, но не могу». Ярость сменилась сочувствием к сотрудникам службы, которые переживали вместе со всеми.
Если бы Уэйд решила оправдываться и уходить от ответственности, журналисты и нация свели бы счеты со службой, и правильно. Урок, преподнесенный нам этим случаем, очевиден: человечество обладает большей способностью прощать и сострадать, чем внушают нам страх и паника. Когда дела идут плохо, примите на себя ответственность и понесите заслуженное наказание. Не удивляйтесь, если разъяренные репортеры смягчатся. Они тоже люди.
В начале главы я сказал, что большинству из нас не угрожает гнев Зверя. Ни один репортер не станет атаковать вас без веской причины. Однако ежедневно журналисты превращаются в гончих псов, подчиняясь тем, кто требует справедливости. Порой нападение неизбежно. Порой есть шанс спастись.
В «Принципе справедливости» я объяснил, что чаще всего нападкам подвергаются люди из категории благополучных. В нее входите и вы. Мелкий бизнес, крупные корпорации, некоммерческие фонды, консервативные политические объединения, школы, университеты, отделы полиции, по мнению Зверя, являются благополучными. Они обладают властью или кажутся влиятельными, поэтому с криком: «Меня обидели!» на них может указать любой. На защиту жертв встанут СМИ.
Среди нападающих самые опасные — это профессиональные жертвы. Ведущий ток-шоу из Лос-Анджелеса Ларри Элдер называет таких людей жертвократами. У них есть свои политические программы, и они используют СМИ, чтобы доносить до широкой публики свои взгляды и убеждения.
Джесс Джексон, безусловно, жертвократ. Он ставит перед собой благородную цель защищать интересы чернокожих американцев. Однако он выбрал неблагородный способ. Джексон и его соратники играют на инстинкте, заставляющем СМИ защищать слабых. Мы убедились (см. «Принцип справедливости»), что его стратегия отлично работает. Жалобы привлекают Зверя гораздо больше, чем слова о том, что стыдно ныть и строить из себя жертву. Четверо цветных авторов опубликовали убедительные доказательства того, что своими действиями Джексон и ему подобные больше вредят афро-американцам, чем помогают. Эти исследования остались без внимания медиаэлиты. Книга Ларри Элдера «Десять вещей, которые нельзя говорить в Америке» (Larry Elder. The Ten Things You Can’t Say in America) стала бестселлером, но рецензий на нее вы нигде не прочтете.
Среди жертвократов есть особенно крупный игрок — это экологические группы, постоянно добивающиеся внимания СМИ. Greenреаce здесь безусловный лидер, давно использующий принципы неординарности, эмоциональности и простоты, чтобы информировать людей о проблемах окружающей среды.
Джордж Буш-младший испытал на себе силу Greenpeace вскоре после избрания президентом. Организации не понравились планы Буша разрешить добычу нефти в Национальном арктическом заповеднике. Она не одобрила его непринятие международного документа о глобальном потеплении. Активисты Greenpeace отправились в городок Кроуфорд, штат Техас, чтобы атаковать президента.
Трое экологов забрались на водонапорную башню, расположенную неподалеку от ранчо Буша, и укрепили там огромный плакат. Надпись гласила: «Буш, токсичный дуралей, не загрязняй планеты всей». Десятки репортеров собрались у плаката, созданного специально для телевидения, и гринписовцы раздали им пресс-релизы. Через два часа демонстрации активисты сняли плакат, спустились с башни и были немедленно арестованы за нарушение границ частных владений. Плата за национальный скандал оказалась невелика.
Успех групп, кричащих о расизме и экологии, способствовал возникновению еще одного класса обиженных. Огромное влияние приобрел Союз геев и лесбиянок против клеветы. Когда ведущая популярной радиопрограммы д-р Лаура Шлезингер назвала образ жизни гомосексуалистов «девиантным», союз воспринял это болезненно. Он начал активную атаку на Шлезингер и добился громкой известности. Ведущая извинилась за свои слова, но союз на это не отреагировал. Нападки продолжаются до сих пор.
Триумф союза состоялся в марте 2001 года, когда телевизионное шоу Шлезингер было отменено. Разъяренные гомосексуалисты отпугнули спонсоров и вынудили компанию Paramount перенести шоу на ночное время, а потом снять с эфира. В 130 программах Шлезингер ни разу больше не затрагивала проблемы гомосексуалистов, но они продолжали ее травить.
Сегодня у Джесса Джексона, Gгееnpеасе и Союза геев и лесбиянок появились многочисленные конкуренты, претендующие на внимание СМИ. Общество «Шум» подняло искусство жертвократов на новый уровень. Оно обучает профессиональных манифестантов протестовать против чего угодно. Это нечто вроде школы для владельцев злобных собак. Группы «жертв», как правило, выбирают своей целью высокопоставленных лиц или солидные мероприятия (встречи Всемирной торговой организации, политические собрания и т. п.). Не исключено, что вам это не угрожает. Однако появилась еще одна проблема, которая косвенно затрагивает всех нас.
Стремительный рост числа профессиональных митингующих спровоцировал увеличение числа обличительных репортажей. Люди с душой жертвократов получили массу примеров для подражания. В наши дни практически любое высказывание может вызвать бурю протеста. Дела так плохи, что некоторым организациям невозможно избежать нападок.
Излюбленные цели профессиональных жертв и жертв-любителей — это централизованные организации. Все просто. Крупные организации являются легкими мишенями и смертельно боятся дурной славы. Они медленно реагируют на события и отвечают перед группами людей с разными интересами (см. «Принцип справедливости»). Когда «жертва» кричит благим матом и СМИ бросаются на выручку, организация-«агрессор» чувствует себя беспомощной. Ответный выпад кажется неуместным, потому что можно показаться грубым и эгоистичным, чего и добивается «жертва». Как же быть жертве «обиженных»? Поступить с ними так же, как вы обошлись бы с агрессором.
Когда я учился в восьмом классе, я случайно обидел девушку одного из ровесников. Он подошел ко мне во дворе и заявил, что «всыплет мне по первое число». Я извинился за обидные слова, сообщил, что драться мне неинтересно, развернулся и ушел. Парень нашел меня в туалете и толкнул в спину. Я попытался его урезонить, но он ничего не стал слушать. Вошел уборщик, и я улизнул. Парень догнал меня в коридоре и снова толкнул. Я повернулся к нему и повторил, что не хочу драться. Он стал обзываться и угрожать. Я изо всех сил врезал ему в нос и ниже пояса. Задира уполз, вытирая кровь, и никогда меня больше не доставал.
Мое поведение в школе — образец того, как поступать с любым недовольным. Во-первых, приложите все усилия, чтобы его задобрить. Если нужно извиниться, сделайте это от всей души. Постарайтесь компенсировать жертве ущерб, это обойдется вам дешевле, чем скандал в СМИ. Во-вторых, не теряйте спокойствия. Даже когда вас оскорбляют и засыпают ложными обвинениями, будьте хладнокровны. Ищите мирный путь, даже если в СМИ уже появились негативные репортажи о вас. В-третьих, стойте на своем. Глупо сдавать позиции лишь для того, чтобы избежать негативных упоминаний в масс-медиа. Открытое противостояние со скандалистом — отличный способ заставить его пойти на попятную. Наконец, если все усилия не увенчались успехом и скандалист решил преследовать вас до конца, пусть получает по заслугам. Деритесь честно, но бейте с размаху. Слишком много организаций позволяют демонстрантам безнаказанно портить им жизнь — как правило, по совету юриста.
Я приведу классический пример неправильной защиты, когда «жертва» использует СМИ как пса для травли «обидчика». Старшеклассник жестоко избил свою учительницу, и женщина оказалась в больнице. Семнадцатилетний парень признал себя виновным и провел полгода в медицинеком учреждении. Перед выпиской его мать организовала митинг, требуя, чтобы сын вернулся в прежнюю школу.
Пострадавшая учительница подала иск, с тем, чтобы преступнику запретили учиться вместе с другими детьми, но суд ей отказал. Агрессору позволили вернуться в класс, и бывшие демонстранты устроили акцию поддержки, широко освещенную в СМИ. В одной из статей цитировали слова его друга: «Он очень добрый. Он всем желает только добра».
Неужели? Представитель школьной администрации заявил: «Мы обязаны обеспечить ученикам и сотрудникам безопасную, здоровую обстановку, но мы должны защищать и его (агрессора) права». Ну конечно.
Абсурдность решения свидетельствует о том, как профессиональные жертвы запугали крупные организации. Администрация школы не заступилась за учительницу! Этот трусливый поступок подорвал авторитет школьных властей и деморализовал преподавателей, учеников и родителей. Хуже всего, что ошибка допущена из-за неразумного страха.
Да, репортеры любят защищать и атаковать, но СМИ не тупое орудие в руках крикунов. Журналисты, освещавшие историю в школе, понимали, что подросток опасен и что жертвой в данной ситуации оказалась учительница. Но что они могли поделать, если школа даже не пыталась бороться? СМИ не могли отразить позицию другой стороны, потому что никто не хотел ее высказывать.
Если бы администрация школы встала на защиту педагога и отчислила юного агрессора, СМИ поддержали бы ее. Конечно, сюжет мелькал бы в масс-медиа гораздо чаще и, возможно, дольше, зато люди сплотились бы и одобрили решение администрации. Заключив, что приплетать свое имя к шумихе неосмотрительно, школьные власти лишили СМИ возможности проявить благоразумие. Если вы не правы, признайте это, извинитесь и искупите вину. Если кто-то использует Зверя для нападок на вас, сохраняйте спокойствие и благоразумие, говорите мягко. Однако если «жертва» требует, чтобы вы отказались от своих принципов, отбросьте страх и стойте на своем. При необходимости врежьте скандалисту как следует. Вы уважаете тех, кто не стоит за правду? Я — нет, и ни один нормальный репортер не уважает.
Я доверю вам маленький журналистский секрет. Зверь обожает жертвократов, но репортеры их ненавидят. На вид это парадокс, на самом деле вполне разумное суждение. Медиаиндустрия любит нытиков, обиженных и недовольных за то, что они создают простые, эмоциональные, сенсационные и абсолютно доступные сюжеты. Однако люди, вынужденные общаться с профессиональными «жертвами», скоро начинают их презирать.
Подумайте сами. По одну сторону баррикад — вопящая, кричащая, требовательная толпа. Здесь упрощают проблемы и настаивают на неразумных решениях. Здесь люди безразличны ко всему, кроме своих собственных нужд. По другую сторону — вполне вменяемые люди, которые стараются в непростом мире сделать все наилучшим образом. Кто вам больше нравится?
В каждом сообществе есть свои жертвократы. Часть из них, благодаря небывалой назойливости, регулярно появляется в СМИ. Репортерам приходится говорить с ними не по велению души, а по распоряжению босса. Произнесите в редакции название местной «обиженной» группы, и вы услышите протяжный стон. Никто их не любит, но они неизбежное зло. Иначе не получится эффектного сюжета.
Эта информация ляжет в основу вашей зашиты от митингующих и протестующих. Приятно, что вам не надо ничему учиться. Нужно лишь правильно применить принципы ресурсов, доступности и эго.
Централизованные организации работают со СМИ регулярно, поэтому их представители располагают массой возможностей наладить дружеские отношения с журналистами. Следуя принципу ресурсов, вы при каждом удобном случае облегчаете жизнь репортерам. Вы подбрасываете им хорошие истории и становитесь полезны во всех отношениях. Принцип доступности заставляет вас идти навстречу корреспондентам. Когда бы им ни потребовалась информация или интервью, вы всегда к их услугам. Во время бесед вы любезны и обходительны, потому что знаете о принципе эго.
И вдруг в редакции появляется жертвократ, который жалуется на вас и вашу дрянную организацию. Как, по-вашему, отреагирует репортер? Если у «обиженного» мелкая жалоба, ее просто проигнорируют. Если же она просочится в СМИ, добрые отношения с журналистами отразятся на том, как будет освещен сюжет. Если же у вас нет связей с репортерами или, хуже того, вы с ними в конфликте, вам не позавидуешь.
Однажды я консультировал городские власти, имевшие большие планы на будущее. Администраторы столкнулись с серьезной проблемой в лице городских пенсионеров. Старики противились любым переменам и душили проекты в зародыше. Мы назвали их ГРОП — граждане, решительно отвергающие прогресс. У этой группы были громкие голоса и куча свободного времени, чтобы создавать другим неприятности; соответственно, она постоянно мелькала в СМИ. Прекратить нытье и выходки ГРОП не представлялось возможным, поэтому мы сосредоточились на создании крепких партнерских отношений со СМИ. Люди из ГРОП продолжали верещать, но теперь масс-медиа уделяли им минимум времени. Тогда активисты стали жаловаться на предвзятость прессы, а мы насладились заслуженным отдыхом. В итоге городская администрация реализовала свои планы вопреки глухому ропоту где-то вдали.
За свою карьеру я сделал сотни репортажей о «жертвах» и организациях, которые они атаковали. Имея дружеские отношения с подвергшейся нападкам группой, я освещал события совсем не так, как этого ждали «обиженные». Иногда, завидев меня, они рыдали от злости.
Партнерские отношения с журналистом — идеальный вариант, но он недоступен многим мелким организациям. Тем не менее принципы СМИ остаются в силе. Доброжелательное, разумное поведение — лучшая защита. Поддерживайте журналистов и Зверя, ведь счастливый пес не кусается.
Моя клиентка подверглась нападкам со стороны СМИ, когда ее организация на благотворительном вечере разыграла дорогую машину. Победительница конкурса заявила, что не может заплатить налоги, и сочла себя обиженной. Моя клиентка понимала, что «жертва» хочет в добавление к призу получить крупную сумму. Она сама позвонила телевизионщикам и любезно пригласила их в офис. Репор-тер приехал, клиентка спокойно объяснила ему свою позицию и провела журналиста и оператора по зданию, чтобы они могли снять сотрудников за работой. Обезоруженный ее обходительностью и уверенностью, репортер решил не обращать внимания на жалобы «жертвы». Если бы моя клиентка принялась оправдываться или сопротивляться журналистам, финал был бы другим. «Жертвам» всегда легче привлечь внимание СМИ. В пронзительных воплях их сила и слабость. Сыграйте на нелюбви к нытикам и примените против них принципы СМИ.
Подвести итог этой главе помогут два успешных голливудских блокбастера: «Челюсти» и «Десятка». Не теряйте времени на никчемные страхи, вас не проглотит кровожадный Зверь. Зловещий гул, который вы слышите, — это голоса фантазеров и паникеров. Не позволяйте иррациональному ужасу мешать вам в достижении цели. Паблисити — мощнейший инструмент маркетинга, и пользоваться им можно совершенно бесплатно. Включайтесь в игру и собирайте призы! Не будьте легкомысленны, как герой «Десятки». Бедняга не подозревал, что весь обгорел и сидит на пляже красный как рак. Регулярно применяйте принципы СМИ, как вы применяете солнцезащитный лосьон. Жертвократы всегда ищут, кого бы еще предать огню. Никто не защищен от их нападок, и менее всего централизованные организации. Заблаговременно составьте план действий на случай, если СМИ объявят на вас охоту.
Три последние главы, посвященные принципам справедливости, эго и атаки, учат нас, что Зверь не так опасен, как кажется. Безусловно, СМИ любят защищать униженных и оскорбленных. Они обязаны следить, чтобы сильные не обижали слабых. Угроза, исходящая от жертвократов, реальна, и никуда от этого не деться. Приходится считаться с журналистским эго, что поделать. Для искушенного охотника за известностью это не трагедия, а нормальные условия работы. Настоящая угроза таится в нежелании обуздать собственное эго.
Ральф Уолдо Эмерсон говорил: «Страх всегда рождается из незнания». Люди боятся медиазверя, потому что не понимают его. Вы теперь принадлежите к посвященным. Вам известны принципы, по которым протекает хаотичная на первый взгляд жизнь СМИ.
Зверя делают опасным четыре его неразрешимые проблемы: он ущербен, голоден, тороплив и человекоподобен. Вы знаете, что отсюда, как из рога изобилия, появляются возможности для пиара. Без понимания двенадцати простых закономерностей невозможно быстро, легко и уверенно завоевать внимание СМИ. Я поделился с вами очевидными истинами, которые вы знали еще до того, как прочли эту книгу.
Почему репортеров привлекает или не привлекает сюжет? Смотрите на приманки. В любой ситуации надо отыскать неординарность, эмоциональность и простоту. В зависимости от обстоятельств, их стоит усилить или представить в новом свете. Хотите, чтобы приманки приносили успех? Расставьте капканы — воспользуйтесь принципами подготовки, доступности и повторения. Не забывайте о приправах к сообщению — агрессорах, включающих принципы ресурсов, изобретательности и своевременности. Когда возникают проблемы, вы знаете, кого звать на помощь. Укротители — это принципы эго, справедливости и атаки. Они минимизируют ущерб и даже помогут избегнуть нападок.
Вот и все. Добиться паблисити не сложнее, чем разобраться в этой книге, Специалист, не согласный с моим системным подходом, не достоин доверия. Полагайтесь на себя и принципы СМИ.
Я начал эту книгу с описания бифштекса под соусом «ТВ», гарнира «Срочно в номер» и пудинга «Новость», Я говорил, что Зверь любит мясо и жареную картошку, но ненавидит майонез и шпинат. Как вы теперь понимаете, кормить гурмана Зверя не так уж легко, иначе мою книгу никто не стал бы читать. Надеюсь, вы простите меня за невинный обман. Я применил принципы неординарности, эмоциональности и простоты, чтобы увлечь вас сюжетом.
На самом деле Зверь ест только солянку. Именно так — сборную солянку из всех принципов СМИ. Вы не увидите в печати или эфире сюжета, отвечающего лишь одному из требований. Как правило, смешано не меньше полудюжины принципов. Большинство людей видят в этом безумный коктейль и не понимают, из чего он приготовлен. Однако им тоже хочется использовать огромную силу СМИ, и они надевают фартук и берут в руки шейкер. Не имея элементарных навыков, они готовят для Зверя какую-то пакость и подают ему без льда и трубочки. Они изумляются, что Зверь воротит нос или впадает в ярость.
Вы не будете поступать, как эти бедняги. Вы опытный шеф-повар, и приготовить вкусную солянку для вас пара пустяков. Неординарность заменит мясо. Эмоциональность послужит приправой. Простота станет бульоном. Пора класть овощи: горошек-подготовку, морковку-доступность, картошку-повторение и прочее. Принципы работы со СМИ — это рецепт успеха. Система четко объясняет, как — и почему именно так — поступит Зверь в конкретной ситуации. Давайте попробуем несколько блюд и подумаем, почему они понравились или не понравились Зверю.
Я рассказал вам о фотографе Стивене Гроссе (см. «Принцип неординарности»). Как вы помните, он занял свою нишу, снимая свадьбы на черно-белую пленку. Его работы выгодно отличаются от постановочных, привычных, банальных снимков других мастеров. Это принцип неординарности. Кроме того, здесь работают эмоциональность и простота. Черно-белый снимок, сделанный в непринужденной обстановке, смотрится особенно художественно. Но как можно лишить цвета такое яркое событие, как свадьба? Г росс шокировал публику, придумав простую концепцию: нет цвета — нет застывших поз. Такую наживку журналисты проглотили мгновенно.
Здесь используются и другие принципы СМИ. Приманки обыграны так хорошо, что Гросс регулярно появляется в программе «С добрым утром, Америка» и в популярных изданиях. Он задействовал принцип повторения. Сюжет доступен и интересен. Идея необычна, ее автор изобретателен. Как вы можете догадаться, Гросс часто мелькает в СМИ весной и летом, когда свадеб особенно много. Это принцип своевременности.
Я рассказывал вам о докладе, подготовленном Комиссией по госбезопасности США в XXI веке (см. «Принцип эмоциональности»). Документ, способный предотвратить теракт 11 сентября, не привлек достаточного внимания. Почему? Он не удовлетворял принципу эмоциональности. Сухое официальное заключение не вызвало интереса редакторов и продюсеров. Его авторы нарушили все возможные предписания. Журналисты утверждали, что доклад ничем не отличался от других справок, представленных за последние 20 лет. Будь он неординарным, он убедил бы читателей, что угроза теракта реальна. Национальная безопасность, разумеется, слишком сложная тема, она отпугнет даже самых сознательных репортеров. Доклад нарушал принципы простоты и доступности.
Если бы члены комиссии знали принципы работы со СМИ, они бы не упустили возможность паблисити. Они бы уделили больше внимания приманкам и обсудили проблемы терроризма в резких, пугающих терминах. Они пожертвовали бы лишними деталями и создали четкое сообщение, подчеркнув одну-две главные мысли. Они могли бы провести оригинальное мероприятие и использовать схемы и фотоархивы (снимки взорванного американского корабля или ВТО после теракта 1993 года). Событие должно быть зрелищным, чтобы не нарушать принципы подготовки, изобретательности и доступности. Скажем, мероприятие можно было назначить на 7 декабря 2000 года, в годовщину бомбежки Перл-Харбора. Связь между атакой японских войск и возможным терактом задействовала бы принцип своевременности. Думаете, это преувеличение? Вспомните, что комиссия предупреждала о возможности массовой гибели американцев на родной земле.
Что вы теперь думаете о скандале с Гэри Кондитом (см. «Принцип атаки»)? Конгрессмена подвело неуемное эго. Самоуверенный политик решил, что может держать СМИ под контролем и скрывать свою связь с молодой стажеркой. Если бы Кондит обуздал тщеславие и признал важность эмоций, то говорил бы с репортерами начистоту и спас свою карьеру. Политик применил принцип повторения не так, как следовало. Несколько месяцев он отрицал связь со стажеркой. Давая интервью, он отделывался банальными фразами (а как же принцип подготовки?) и казался невозмутимым. Открыто нарушая принцип эмоциональности, он не демонстрировал ни мук совести, ни огорчения по поводу происшедшей трагедии. Кондит слушался юристов и плохих пиарщиков, и СМИ долго раздували скандал вокруг его имени (о юристах я предостерегал вас в «Принципе атаки»). Надо ли говорить, что история с Кондитом была неординарна, проста и доступна для освещения?
Принципы СМИ бесполезны, если вы не применяете их в пиар-кампании. Делайте это заблаговременно, не дожидаясь атаки Зверя. Вы знаете, как нужно действовать: прямолинейно, практично и четко. Система работает в любых обстоятельствах: красивых историях и скандалах, враждебных и доброжелательных интервью, запланированном и неожиданном появлении в СМИ. Принципы работы со Зверем помогут вам максимально использовать любую возможность.
Известность зависит от трех приманок. Отыщите их и разыграйте козыри. Капканы помогут вам подготовить материал так, чтобы Зверь непременно попался. Это касается не только вашего интервью, но и самого сюжета. Работайте с агрессорами, чтобы создать паблисити из воздуха или обнаружить скрытые возможности для пиара. Помните об опасностях, с которыми помогут справиться укротители.
Если вдруг вы подвергнетесь нападкам СМИ, не паникуйте. Приостановите свою активность, отстранитесь от проблемы и примените системный подход. Задайте себе несколько вопросов. Какие приманки использует противник, атакуя меня? Как использовать принципы СМИ, чтобы повернуть ситуацию в свою пользу или уменьшить ущерб? Какие принципы я нарушил? Что я хочу сказать? Подготовьте наилучшее выступление и следуйте принципам СМИ неукоснительно. Это поможет вам справиться с неприятностями и не наделать новых ошибок.
Читая эту книгу, вы наверняка заметили, что знатоки принципов СМИ гораздо реже становятся жертвами журналистов. Большинству из нас не стоит бояться дурной славы. Работа над медиапринципами позволяет открывать новые и новые возможности для успешного пиара. Вы все это знали без меня. Сделайте следующий шаг — приручите СМИ и наслаждайтесь известностью.