Бойся этой женщины. С такими, как она, лучше не встречаться.

Эти слова — будто назойливая зубная боль, так и вертятся в голове. Когда Шарлотта Лярю ехала вниз по Притания-стрит, ей снова вспомнилась эта зловещая фраза, сказанная Битси Дью о Мэри Лу Адамс.

Было утро понедельника, машины не ехали, а ползли. Пока Шарлотта дюйм за дюймом продвигалась вперед на своем фургоне, она чувствовала, что с каждой минутой нервничает все сильнее. Пробка, конечно, ужасная, но дело не в этом: слова Битси не давали ей покоя всю неделю.

Чего Шарлотте совсем не хотелось, так это слушать, как одна клиентка сплетничает о другой, а тем более — о новой клиентке, которую она никогда не видела, а только говорила с ней по телефону. Ей нравилось составлять собственное мнение о людях, на которых она работает. Ей-богу, в Новом Орлеане таких сплетниц, как Битси, еще поискать. Любая пикантная новость становилась достойным зерном на мельнице ее сплетен.

Как обычно, Битси не обратила внимания на попытки Шарлотты сменить тему разговора и прожужжала ей все уши байками о Мэри Лу и Гордоне Адамс.

Если верить Битси, то Мэри Лу — этакая светская бабочка, но у этой бабочки жало, как у осы. Что касается Гордона Адамса, у него лишь одна страсть в жизни — стать еще богаче. Он не только открыл филиалы своего автомобильного агентства в Южной Луизиане, но запустил руки даже в штат Миссисипи!

Позади Шарлотты кто-то просигналил, и она подскочила. «Ладно, ладно, ради всего святого!» Она сердито посмотрела в зеркало заднего вида на водителя, который висел у нее на хвосте, а потом осторожно продвинулась вперед. Как будто они оба ехали быстрее некуда! Подумаешь, отстала на несколько футов от других машин.

Все еще злясь, Шарлотта взглянула на часы на приборной доске. Пять минут. Она нетерпеливо забарабанила пальцами по рулю. У нее всего пять минут, чтобы успеть к Адамсам к девяти.

Колонна машин перед ней снова остановилась, и, застонав от разочарования, Шарлотта выглянула в окно, пытаясь рассмотреть, что там впереди. Через полквартала был переулок. Если удастся добраться до переулка, она сможет просто объехать эту чертову пробку.

Через несколько минут, припарковавшись наконец за старым грузовиком перед домом Адамсов, Шарлотта облегченно вздохнула. Судя по содержимому кузова грузовика, сегодня, скорее всего, был не только день горничной, но и день садовника.

Шарлотта снова посмотрела на часы на приборной доске.

— Ты опоздала, — проворчала она себе под нос.

Всего на пять минут. Что в этом такого? — сердито возразил внутренний голос. — Сомневаюсь, чтобы Мэри Лу Адамс сидела перед часами и считала минуты, дорогая Шарлотта.

Чувствуя себя несколько глупо из-за того, что так волновалась о времени, она быстро вытащила из багажника пылесос и коробку с моющими средствами.

Дом был обнесен черной чугунной изгородью, и, миновав резные ворота, Шарлотта на секунду остановилась, чтобы полюбоваться прекрасно сохранившимся зданием и ухоженным садом.

Огромный дом был великолепен. Наверное, его построили в конце девятнадцатого века, решила Шарлотта. Она заметила, что его перестраивали, как и многие старинные дома в Садовом квартале Нового Орлеана, и в результате особняк являл собой сочетание классического стиля и викторианской эпохи. Шарлотта работала в Садовом квартале столько лет, что и не сосчитать. Тем не менее, она решила, что сад Адамсов — один из лучших, какие встречались ей. Он был полон экзотических растений. Два растения Шарлотта опознала — тибучина и саговая пальма; но остальные — а их было много — видела впервые.

За годы работы в Садовом районе Шарлотта стала знатоком архитектуры и мебели и прекрасно понимала, что только очень богатый человек может позволить себе содержать такой роскошный старый дом.

Мэри Лу и Гордон Адамс были действительно богаты. Гордон Клэйборн Адамс Третий владел сетью автомобильных салонов по всей Луизиане, к тому же, если верить Битси, он был из древнего и состоятельного новоорлеанского рода.

Шарлотта поднялась по ступенькам на нижнюю галерею и подошла к дубовой двустворчатой двери. В каждую створку было вставлено фигурное свинцовое стекло, а над дверью находилась фрамуга из такого же стекла. Рядом с дверью висел большой медный дверной молоток овальной формы, внутри овала была витиеватая буква А.

— «А» — это Адамс, — прошептала Шарлотта, взялась за молоток и ударила им несколько раз. Затем немного подождала. Дверь никто не открыл, и Шарлотта снова постучала.

Минуту спустя она нахмурилась и нетерпеливо топнула ногой. Садовник. Возможно, миссис Адамс на заднем дворе с садовником. Шарлотта засомневалась. Брать ли с собой коробку и пылесос? Нет, решила она, не нужно. Они не тяжелые, но довольно громоздкие, к тому же какой смысл тащить их через весь сад, если можно этого не делать? Шарлотта оставила коробку и пылесос на крыльце и отправилась на поиски своей новой клиентки.

Она обогнула дом и услышала голоса. Один — низкий рокочущий мужской голос. Наверно, садовник, решила Шарлотта. С новой клиенткой она никогда не встречалась лично, только разговаривала несколько минут по телефону, но ошибки быть не могло: второй голос, властный и высокомерный, несомненно, принадлежал Мэри Лу Адамс.

Шарлотта зашла за угол и с благоговением огляделась. Задний двор выглядел столь же великолепно, как и сад вокруг дома. С этой стороны особняк обрамляла стена тщательно подстриженных деревьев, которая скрывала двор от посторонних глаз. В глубине двора виднелось что-то похожее на оранжерею. Под примыкающим к дому портиком находилась большая кирпичная терраса, которую, скорее всего, построили одновременно со зданием. Рядом с террасой росло множество экзотических растений, а в центре возвышалась круглая кирпичная клумба с папоротниками и венецианской вазой.

Шарлотта посмотрела на маленькую вазу и вздрогнула. Эта ваза была, конечно, гораздо меньше той, что стояла у одной из ее клиенток, Пэтси Дюфур. Но Шарлотта сомневалась, что сможет когда-нибудь смотреть на большие вазы, не вспоминая ту жуткую историю, которая случилась с ней у Пэтси.

Она еще раз вздрогнула и посмотрела на неряшливого мужчину средних лет и высокую стройную женщину, стоявших у ограды.

Первое впечатление, которое возникло у Шарлотты, — что внешность Мэри Лу Адамс соответствует голосу. Ее длинные темные волосы были аккуратно и непринужденно зачесаны назад, открывая высокий лоб. Тонкие дуги бровей, изящный прямой нос и пухлые губы. Мэри Лу выглядела лет на сорок с небольшим. Одета она была явно по-домашнему, но Шарлотта заподозрила, что блузка и брюки цвета морской волны сшиты из чистого шелка.

Сама Шарлотта была ростом всего пять футов и три дюйма, короткие русые волосы с проседью стильно — как она до сих пор считала — подстрижены, и размер до сих пор носила сорок четвертый. Но рядом с Мэри Лу Адамс она почувствовала себя дурнушкой.

Это всего лишь разница в возрасте, утешила она себя. Шарлотта подсчитала, что, судя по всему, старше этой женщины почти на двадцать лет. И, конечно, голубая униформа из полиэстера не идет ни в какое сравнение с шелковым нарядом Мэри Лу.

Шелк. Самая подходящая одежда, чтобы возиться в грязи на жаре. Но как только эта язвительная мысль родилась в ее голове, Шарлотта ощутила укол совести. Тебе не стыдно?! Не суди, да не судима будешь. Пообещав себе впредь быть терпимее, она быстро подошла к хозяйке и садовнику.

— Вот это, — Мэри Лу указала на маленькое, почти голое дерево. Несколько листочков, которые оставались на засыхающих ветках, были бурыми и сморщенными. — Я хочу, чтобы вы его выкорчевали. — Она мельком взглянула на Шарлотту и продолжила давать указания садовнику: — После того, как вы с этим закончите, приготовьте здесь место для небольшой клумбы. Три фута на десять футов вполне достаточно. — Не дожидаясь ответа садовника, Мэри Лу повернулась к нему спиной и обратилась к Шарлотте: — Вы, наверное, Шарлотта. — Она протянула руку с идеально наманикюренными ногтями.

Шарлотта кивнула и пожала протянутую ладонь.

— А вы, наверное, Мэри Лу. — Она улыбнулась… Хотя рукопожатие было коротким, рука у этой женщины оказалась сильная и твердая.

— Да, это я. Но, умоляю вас, называйте меня Мими. Это прозвище у меня так давно, что, боюсь, другое имя я уже почти забыла.

— Конечно, — снова кивнула Шарлотта и указала на дерево: — Термиты или жара?

— Ни то, ни другое, — резко ответила Мими. — Эту бедняжку злонамеренно убила Салли Лоусон, моя ужасная соседка. Она убила уже второе дерево меньше чем за год.

Шарлотта не знала, что сказать.

— Но почему же? — это было все, что пришло ей в голову.

— Вот именно, почему? Потому что Салли — эгоистичная, мстительная женщина, которой больше всего на свете нравится портить мне жизнь. И все из-за ее дурацкого бассейна.

— Бассейна?

— Ее бассейн прямо около изгороди. Она — жалкое создание, и, похоже, вечеринки в бассейне — единственное доступное для нее светское развлечение. — Мими посмотрела на соседский дом. — Ужасно шумные вечеринки в бассейне, — добавила она громко, будто надеялась, что Салли Лоусон ее услышит, и повернулась к Шарлотте. — Она уже срубила несколько деревьев в своем саду — красивых старых дубов, которым было больше ста лет! И все потому, что тень от них падала на бассейн. А теперь она отравляет мои деревья.

Неожиданно Мими рассмеялась. Это был злобный смех, который вполне соответствовал коварному выражению, появившемуся на ее лице.

— Но я нашла прекрасный способ отплатить ей. — Она поманила Шарлотту к маленькой оранжерее, у входа в которую стояло несколько больших бочек. Внутри было что-то вроде цветов, но Шарлотте показалось, что это больше похоже на сорняки. Издали эти растения — с бледно-зелеными стеблями, большими листьями и лиловыми конусообразными цветками — выглядели довольно симпатично, но когда Шарлотта и Мими подошли к ним поближе, их буквально оглушил отвратительный запах тухлых яиц. Шарлотта поморщилась и задержала дыхание.

— Правда, они ужасно воняют? — спросила Мими с усмешкой, уперев руки в бока. Шарлотта кивнула, а Мими засмеялась, наклонилась и ласково погладила один из вонючих цветов. — Это моя маленькая месть.

Она выпрямилась, достала из кармана упаковку салфеток и протерла руки. Потом, к ужасу Шарлотты, вытерла ладони о шелковые брюки.

— На самом деле это сорняки, — сообщила она.

Если они выглядят как сорняки, значит, это и есть сорняки, подумала Шарлотта.

— Но по виду не скажешь, — продолжила Мими.

Шарлотте пришлось прикусить язык, чтобы не сказать вслух то, что она про это подумала.

— Эту идею подсказала мне подруга, — пояснила Мими. — Вместо того чтобы сажать еще дерево, которое Салли опять убьет, я посажу эти цветы. Если их будет много вдоль изгороди, могу поспорить, что жуткий запах сведет ее саму и ее шумных друзей с ума или, по крайней мере, испортит им вечеринки.

— Но разве этот запах не будет досаждать и вам?

Мими пожала плечами:

— Придется заплатить эту небольшую цену. Все равно мы здесь почти никогда не принимаем гостей. К тому же я в любой момент могу избавиться от цветов.

Шарлотта лишилась дара речи. Ее всегда потрясала способность людей вредить себе подобным, а также то, до чего они готовы дойти. Большую часть своей жизни Шарлотта изо всех сил старалась жить по золотому правилу «не воздавай злом за зло» вместо «око за око, зуб за зуб». Ей было неловко из-за этого разговора, и она решила, что сейчас самое время сменить тему.

Шарлотта откашлялась.

— Пожалуй, лучше я займусь делом и позволю вам спокойно поработать в саду, пока не стало слишком жарко. Только я оставила свои вещи на парадном крыльце, так что, если вас не затруднит, откройте дверь, и я примусь за работу.

Мими посмотрела на нее с любопытством, потом пожала плечами и указала на дверь в портике:

— Вы можете войти здесь. Эта дверь открыта, а в замке парадной двери изнутри есть ключ.

Шарлотте ужасно хотелось поскорее оказаться подальше от ужасной вони цветов, поэтому она кивнула, выдавила из себя улыбку, повернулась и поспешила к портику.

Когда Шарлотта подошла к террасе, в носу все еще чувствовалось зловоние, и она опять вспомнила предостережение Битси Дью насчет Мэри Лу Адамс. Бойся этой женщины. С такими, как она, лучше не встречаться.

Шарлотта достала из кармана фартука носовой платок. Ей не терпелось войти в дом и высморкаться, что она и сделала, как только закрыла за собой дверь. Это помогло, но вонь до конца не исчезла. Шарлотта скомкала платок и засунула его обратно в карман. Она была убеждена, что маленькая война, которую объявила Мими, глупа и нелепа. Что бы Салли Лоусон ни сделала с бедным деревом, это не оправдывало действий Мэри Лу, думала Шарлотта. Кроме того, у любой истории две стороны, два мнения.

Интересно, каково мнение Салли Лоусон?

Задняя дверь дома Мэри Лу Адамс открывалась в короткий коридор, который вел на кухню. И какую изумительную кухню, подумала Шарлотта, изучив первоклассную бытовую технику, гранитные столешницы и дубовый дощатый пол. Несмотря на грязную посуду в раковине, заляпанную жиром плиту «Викинг» и пол, который следовало хорошенько натереть, Шарлотта решила, что дизайнер, который проектировал и оснащал эту кухню, — настоящий гений. Хотя кухня была современной, в ней чувствовался дух той эпохи, когда построили дом.

Как и в большинстве особняков Садового квартала, возведенных в девятнадцатом веке, высота потолков здесь не меньше четырнадцати футов. Шарлотта зашла в прихожую, и у нее перехватило дыхание от вида изящной лепнины, расписанного вручную потолка, медных с хрустальными подвесками люстр, над которыми красовались искусно вырезанные медальоны.

Вдоль стен выстроились старинные столы со стульями, повсюду зеркала. Все это, похоже, было подлинным и прекрасно сохранилось.

— Великолепно, просто великолепно, — прошептала Шарлотта. Будет очень приятно и непросто следить за чистотой в этом старинном доме.

Шарлотта забрала с крыльца свою коробку и пылесос, отнесла на кухню сумку с обедом и положила ее на рабочий стол. Затем обошла весь дом, чтобы понять, что необходимо сделать.

На первом этаже располагалась огромная двойная гостиная. С другой стороны прихожей, напротив гостиной, оказались маленькая библиотека и роскошная столовая. В глубине первого этажа находились кухня, прачечная и еще одна, небольшая и более современная гостиная. Под парадной лестницей обнаружился санузел, а из холла на втором этаже двери вели в пять спален, в каждой из которых имелась отдельная ванная.

Хотя в особняке и наблюдался некоторый порядок, здесь явно требовалась тщательная уборка. И чем дольше Шарлотта изучала обстановку, тем больше любопытства вызывала у нее семья Адамс. Как горничная, она часто видела то, что другие не замечали, и узнавала многое о людях, на которых работала, благодаря тому, что просто убирала за ними.

Мими была фанатичной поклонницей садоводства и страстной любительницей старины, решила Шарлотта, поправляя в библиотеке стопку журналов по садоводству и антиквариату, адресованных Мэри Лу Адамс. Кроме того, стеллажи напротив старинного письменного стола от пола до потолка были забиты книгами на эти же темы. И, конечно, был еще прекрасно ухоженный сад, разнообразные растения в доме и во дворе и оранжерея.

Но вот муж Мими, Гордон, — совершенно другое дело. Судя по костюмам от знаменитых модельеров, висевшим в шкафу спальни, он любил хорошо одеваться, а дорогой фирменный одеколон на туалетном столике указывал на то, что мистер Адамс тщательно следит за собой. Но, кроме костюмов, одеколона и нескольких миниатюрных золотых моделей машин, выставленных в гостиной, ничто больше не говорило о том, что он вообще живет здесь. Ни клюшек для гольфа, ни охотничьего снаряжения — ничего, что могло бы пролить свет на его интересы или хобби… если они вообще у него есть. Разве возможно, чтобы у мужчины не было ни интересов, ни хобби, помимо торговли машинами? Странно, очень странно.

Обычно Шарлотта начинала со второго этажа, а потом принималась за первый. Но поскольку в этом доме второй этаж был довольно чистым, она решила, что сначала снимет белье с кроватей и уберется на первом этаже, пока оно будет стираться.

Заложив белье в стиральную машину, Шарлотта занялась кухней. Она быстро загрузила посудомоечную машину, вымыла все, кроме пола, затем вытерла пыль и привела в порядок остальные комнаты на первом этаже, оставив напоследок двойную гостиную.

Перед тем как начать уборку в большой гостиной, Шарлотта переложила белье из стиральной машины в сушилку. В углу прачечной она заметила маленькую стремянку и решила, что лестница как раз подходящей высоты, чтобы протереть зеркало в гостиной.

Взобравшись на стремянку, Шарлотта вычистила позолоченную лакированную раму зеркала середины девятнадцатого века, висящего над каминной полкой. Затем отполировала само зеркало и занялась каминной доской из итальянского мрамора.

На каминной доске выстроились в ряд небольшие фотографии в рамках — как предположила Шарлотта, детей Адамсов. По снимкам можно было проследить течение времени: на самых ранних запечатлены младенцы, на последних — выпускники школы. Все фотографии покрывал слой пыли.

По тому, как были расставлены фотографии, а также опираясь на собственные наблюдения, Шарлотта вычислила, что детей у Адамсов двое, мальчик и девочка. Оба светловолосые, и на всех фотографиях девочка выглядела потрясающей красавицей, а мальчик — настоящим красавцем. Судя по самым последним фотографиям и обстановке спален, которые Шарлотта осмотрела раньше, она сделала вывод, что дети, скорее всего, уехали в колледж.

Шарлотта вытерла пыль с последней фотографии, поставила ее обратно на каминную доску и навела порядок в комнате.

Больше всего времени занимало натирание деревянных полов. Хотя от этой работы болели колени, и к тому же приходилось все делать руками, Шарлотта предпочитала использовать мастику, а не жидкость. Она уже натерла полы на первом этаже, кроме большой гостиной, когда онемевшие колени и резкая боль в ногах заставили ее срочно сделать перерыв.

Шарлотта забрала стремянку из гостиной и отправилась на кухню, собираясь выпить полный стакан холодной воды, затем убрать лестницу и проверить белье в сушилке. Но как только она налила себе воды и начала с удовольствием пить, открылась задняя дверь.

В кухню вошла Мими, а следом за ней женщина, которая выглядела на несколько лет младше. Почти такая же высокая и стройная, как хозяйка дома, она была ее полной противоположностью — блондинкой с длинными волосами, светлой кожей и зеленовато-голубыми глазами.

— На улице так жарко, будто небо расплавилось, — пожаловалась Мими. Она прошла к раковине, тщательно вымыла руки и оторвала от рулона бумажное полотенце. Вытерев руки и аккуратно промокнув лицо, Мими указала на гостью:

— Шарлотта, это моя подруга, Джун Брайант. Джун живет через три дома от нас, на другой стороне улицы.

Шарлотта улыбнулась и поставила стакан в посудомоечную машину.

— Очень приятно познакомиться, Шарлотта, — сказала Джун.

— Мне тоже, — ответила Шарлотта, закрывая дверцу машины.

Мими показала на стремянку, прислоненную к шкафчику:

— Я вижу, вы нашли лестницу. — Она оглядела кухню: — И вижу, что вы прекрасно поработали. Кухня просто сверкает, особенно пол.

— Спасибо, — поблагодарила Шарлотта. — Кроме пола в гостиной, я привела в порядок почти весь первый этаж. Я натру пол в гостиной, пообедаю и примусь за второй этаж.

Мими взглянула на часы.

— Потрясающе, — она постучала по циферблату, — сейчас всего половина двенадцатого. Вы очень быстро работаете.

Что-то в том, как Мими произнесла «очень быстро работаете», задело Шарлотту. Наверное, интонация, решила она. Можно подумать, эта женщина считает, что быстрая работа и небрежная — одно и то же. Непонятно, то ли Мими съязвила, то ли сделала комплимент.

На губах Мими появилась улыбка, которая могла означать что угодно.

— Не будем вам мешать, — проговорила она. — Джун скорее член семьи, чем подруга, и она обычно заходит, чтобы спасти меня от теплового удара, поскольку знает, что я подолгу работаю в оранжерее.

— Кто-то ведь должен присматривать за тобой, — поддразнила подругу Джун. — Клянусь вам, — обратилась она к Шарлотте, — эта женщина просто не знает, когда нужно остановиться. Там, наверное, почти 100 градусов, и посмотрите, во что она одета! Если я не буду время от времени вытаскивать ее из этой оранжереи, она себя угробит.

— Может, я налью вам чего-нибудь выпить, прежде чем снова примусь за работу? — предложила Шарлотта. — Не хотите ли чаю со льдом?

— Что вы, не надо, — покачала головой Мими. — У вас и так много дел. Но спасибо, что предложили. — Она указала на лестницу: — Оставьте ее здесь, я потом уберу, не волнуйтесь.

— Не стоит, — ответила Шарлотта. — Мне все равно еще нужно вынуть белье из сушилки, так что я сама уберу стремянку.

Когда Шарлотта доставала из сушилки белье и складывала его, она услышала звяканье льда в бокалах, а затем — скрип кресел. Меньше всего на свете ей хотелось подслушивать, но в доме стояла тишина, и звук разносился повсюду.

Раздался голос Джун.

— Что мне делать? — спросила она. — Я думала, с годами он смягчится, но, кажется, становится только хуже.

— И что Фред натворил на этот раз?

— Да-да, — проворчала Джун. — «На этот раз» — именно так и надо говорить. Это я и имею в виду. Если речь идет о Фреде, похоже, всегда есть «на этот раз». С тех пор как Джонни попал в беду, Фред намерен отослать его в военное училище. Фред уже записал его и договорился, что Джонни должен уехать на следующей неделе. Зря он не сдержал своего обещания купить Джонни машину. Кто знает, если бы Фред не нарушил слово, может, Джонни не совершил бы тот маленький проступок…

— Джун, выписать пять фальшивых чеков на сумму в пять тысяч долларов и подделать подпись отца — не «маленький проступок», и ты сама прекрасно это знаешь.

Шарлотта сложила последнюю наволочку. Хотя она с ужасом думала о том, что надо снова становиться на колени, еще больший ужас охватывал ее при мысли, что придется пройти через кухню, где сидят женщины. Шарлотте не хотелось, чтобы подумали, будто она подслушивает. С другой стороны, они должны понимать, что она может услышать каждое их слово. А вдруг они об этом не догадываются? Может, если она пройдет через кухню быстро, не глядя на них…

Шарлотта взяла стопку простыней и наволочек, глубоко вдохнула, шагнула в кухню — и услышала, как Джун говорит:

— Мими, я уверена, что Джонни просто не понимал…

Шарлотта прошмыгнула мимо стола и сообразила, что волноваться было глупо. Я для них — мебель, решила она, поскольку женщины не обратили на нее ни малейшего внимания.

— Хватит, Джун, — сердито сказала Мими, — кого ты пытаешься обмануть? Ты не забыла случайно, что говоришь с Мими, твоей старой подругой? Сколько сейчас Джонни? Пятнадцать? Поверь мне, он прекрасно понимал, что делает. И что такого? Если бы подобное устроил Джастин или даже Эмма, Гордон повел бы себя точно так же.

Джастин и Эмма. В прихожей Шарлотта положила стопку постельного белья на столик рядом с лестницей. Джастин и Эмма — так, наверное, зовут детей Адамсов, решила она.

— Но знаешь что, Мими, — не сдавалась Джун, — если бы Гордон пообещал им машину, он бы никогда не нарушил слова.

— Ну да, конечно, — отозвалась Мими. — Гордон ведь король автобизнеса.

На мгновение воцарилась тишина, а потом Джун рассмеялась.

— Я имела в виду не это, ты же знаешь, — сказала она. — Обещание — это обещание.

Шарлотта усмехнулась. Она уже почти не слышала разговора. Стоило ей опуститься на колени, как усмешка тут же превратилась в гримасу боли. Морщась, Шарлотта стала втирать мастику в дощатый пол. В следующий раз, отправляясь к Мими, нужно не забыть наколенники.

— Да, я понимаю, — ответила Мими. — Но хочу, чтобы и ты поняла: как только дело касается Джонни, ты теряешь голову. Кроме того, у Фреда есть опыт воспитания мальчиков, не исключено, что военное училище пойдет Джонни на пользу.

— Ну конечно, у Фреда есть опыт. Он всегда ставит мне в пример других детей. Он всегда сравнивает их с Джонни, и бедный Джонни всегда оказывается на последнем месте. Но он обращается так не только с Джонни. Со мной тоже. Ты просто не понимаешь, как тебе повезло! В отличие от моего мужа-скупердяя, Гордон всегда щедр с Эммой и Джастином. И с тобой, — добавила она. — Представляешь, мне приходится отчитываться за каждый потраченный цент. Я должна показывать Фреду чеки на все покупки.

— Может, это возрастное? — предположила Мими. — Сколько ему, шестьдесят пять?

— Шестьдесят четыре, — проворчала Джун.

— Или это из-за денег? Возможно, дела его адвокатской конторы сейчас идут хуже, чем прежде?

— Наоборот, в последнее время у него куча клиентов.

— Не знаю, как сказать… — Мими прокашлялась. — Может, у него роман?

— Не думаю, — ответила Джун.

И снова на несколько секунд наступила тишина. Шарлотта натерла последние футы деревянного пола рядом с дверью в холл.

— Хотя, боюсь, причина может быть в чем угодно, — снова заговорила Джун. — Наверно, надо было послушать маму, когда она отговаривала меня выходить за него. Она сказала, что он слишком стар для меня и не станет ради жены что-то менять в своей жизни. А еще она сказала, что человек, который изменил одной жене, изменит и другой. А я, дурочка, думала, что любовь преодолеет любые препятствия.

Шарлотта закончила уборку в прихожей, закрыла банку с мастикой и положила ее вместе с тряпкой в свою коробку. Потом посмотрела в сторону кухни. Она собиралась перекусить после того, как натрет пол в прихожей. В хорошую погоду Шарлотта любила обедать на улице. Но когда было жарко, она всегда ела в кухне клиента, а за едой читала.

— И вовсе ты не дурочка, — услышала Шарлотта слова Мими, — и хватит на себя наговаривать. Бери пример с меня. Сходи на массаж, потом к визажисту и к парикмахеру, сделай новую прическу.

Шарлотте совершенно не хотелось выходить на солнцепек, поэтому она решила еще поработать в надежде, что Джун скоро уйдет. Она взяла стопку белья, свою коробку и отправилась на второй этаж.

— Попробуй сходить в новый салон, который недавно открылся на Мэгэзин-стрит, — продолжала Мими. Голоса обеих женщин стали отдаляться, и ответа Джун Шарлотта не услышала, потому что уже поднялась на второй этаж.

Через несколько минут, когда она расправляла покрывало на кровати в хозяйской спальне, вошла Мими.

— Мне уже стало казаться, что Джун, бедняжка, никогда не уйдет. Ненавижу так делать, но пришлось сказать ей, что у меня есть планы на обед.

— Джун, похоже, милая женщина, — это был единственный ответ, который смогла придумать Шарлотта.

— Это правда, и я очень ее люблю, мы дружим уже почти десять лет. Но Джун из тех женщин, которые вечно недовольны тем, что имеют. — Мими махнула рукой. — Ладно, не важно. Я уверена, что вы ужасно хотите есть. Я-то уж точно хочу. Может, прерветесь на обед? Я приму душ, а потом у меня встреча за обедом. Но я вернусь раньше, чем вам надо будет уходить, — добавила она.

Шарлотта улыбнулась.

— Если вам что-то понадобится, то я на кухне.

В пятницу днем на собрание ОСН пришли пятнадцать женщин. Шарлотта знала, что их пятнадцать, потому что, по просьбе Мими, приветствовала каждую у входа и провожала в двойную гостиную.

По мере того как подходили члены общества, становилось ясно, что все они уже бывали в доме и прекрасно знали дорогу в гостиную. Одно дело — встречать гостей у двери, но в том, чтобы сопровождать каждую до гостиной, не было никакой необходимости. Шарлотта поняла, что таким образом Мими просто хотела похвастаться своей новой горничной.

К моменту прихода двух последних женщин лицо у Шарлотты болело от постоянной улыбки, а в гостиной стало довольно шумно.

Этот гул напомнил Шарлотте рой пчел, но здесь каждая пчела пыталась пережужжать остальных. Жужжащие пчелы — подходящее определение, решила она, расставляя чашки и блюдца для фуршета на буфете в столовой. В конце концов, ОСН — организация по разведению и охране растений, а пчелы помогают растениям размножаться, не так ли?

Посмеиваясь над своей шуткой, Шарлотта осмотрела серебряный кофейник, отметив, что нужно будет его хорошенько помыть и начистить, затем расставила хрустальные фужеры. Она поднесла к свету изящный, тонкий, как бумага, бокал. Хрусталь был очень старый и редкий… и очень дорогой.

Осторожно поставив бокал обратно на буфет, она озабоченно свела брови. Мими достала всего одну бутылку вина. Этого явно не хватит. Шарлотта решила, что нужно принести из кладовки еще вина, и в последний раз проверила стол.

Как и большинство мебели в доме, антикварные буфет, стеклянный шкафчик и стол со стульями принадлежали к той эпохе, когда был построен дом, и прекрасно сохранились.

Большой прямоугольный стол покрывала изысканная тканая скатерть цвета слоновой кости. В центре стояла большая ваза с цинниями, бархатцами и шалфеем — все это Мими вырастила в оранжерее и утром сама составила букет.

На одном краю стола Шарлотта положила льняные салфетки и серебряные вилки, поставила хрустальные десертные тарелки, а на другом — две маленькие хрустальные вазы: одну с орехами, вторую — с карамелью. Она специально оставила побольше свободного места для подносов с пирожными и печеньем, которые еще нужно было принести.

Довольная видом стола, Шарлотта отправилась на кухню. Хотя голоса в гостиной звучали приглушенно, обрывки разговора долетали даже на кухню.

На кухонном столе стояли несколько белых коробок с разными пирожными и печеньем из кондитерской «Гамбино», а рядом с ними — четыре хрустальных блюда.

Шарлотта только закончила сервировать четвертое блюдо, когда звук открывающейся задней двери заставил ее вздрогнуть. Озадаченно нахмурившись, Шарлотта обернулась и увидела Джун Брайант, которая держала в руках большой пакет.

— Добрый день, Шарлотта, — сказала Джун. — Надеюсь, я вас не напугала.

— Совсем немножко, — Шарлотта натянуто улыбнулась. — Я думала, что задняя дверь заперта.

Джун засмеялась и поставила пакет на стол.

— Возможно, так и должно быть, но когда Мими дома, она редко запирает эту дверь. — Джун вытащила из пакета бутылку вина. — Я собиралась принести вино раньше, но я целый день везде опаздываю, — она достала еще две бутылки. — Я думала, что к этому моменту собрание будет уже в разгаре, но, судя по шуму, они еще и не начинали. Штопор там, — Джун указала на ящик рядом с раковиной. — Откройте их, если вам не трудно, и поставьте на буфет. Белое вино нужно положить в ведерко со льдом. Кажется, ведерко в шкафчике под раковиной. Я бы сделала все это сама, но уверена, что Мими уже места себе не находит и теряется в догадках, куда я пропала.

— Я все сделаю, — сказала Шарлотта.

— Отлично. И огромное спасибо, — Джун сложила пакет и засунула его в мусорное ведро. — А теперь… — Она отряхнула руки и глубоко вдохнула. — Думаю, мне лучше пойти туда, пока у Мими не случился инфаркт.

По крайней мере, проблема с вином решена, подумала Шарлотта, глядя, как Джун спешит в гостиную. Она подошла к ящику, который показала ей Джун, и действительно обнаружила там штопор, а также кучу других вещей.

— А как быть с красным вином? — пробормотала она. — Кажется, красному вину нужно дать время подышать. — По крайней мере, Шарлотта слышала об этом.

Она взяла первую бутылку. Вытянув пробку на две трети, Шарлотта обернула горлышко бутылки полотенцем и вытащила пробку пальцами. Раздался мягкий хлопок. Затем она проделала то же самое со второй бутылкой. Шарлотта возилась с третьей пробкой, когда из гостиной донесся громкий стук. Затем наступила поразительная тишина, которая после шума показалась мрачной и тревожной.

Шарлотта подняла брови. Очевидно, как и сказала Джун, Мими действительно не начинала собрание до прихода подруги.

Шарлотта пожала плечами, откупорила последнюю бутылку и отнесла две бутылки красного вина в столовую. Как только она поставила их на буфет, в гостиной, разбивая тишину, прозвучал командный голос Мими:

— Ежемесячное собрание ОСН прошу считать открытым. Поскольку я не вижу здесь гостей, которых нужно представлять, сразу переходим к чтению протокола и финансового отчета. Нужно, чтобы кто-нибудь внес предложение, и мы смогли их оба пропустить.

Шарлотта услышала, как Джун сделала это предложение и кто-то ее поддержал.

— Хорошо, — сказала Мими. — Спасибо. Следующим пунктом сегодняшней повестки дня — выборы президента. После выборов у нас будет маленький перерыв на фуршет, а затем мы рассмотрим остальные вопросы. Прошу предлагать кандидатуры на пост президента ОСН.

Несколько секунд царила полная тишина, а потом четкий голос объявил:

— Я предлагаю кандидатуру Риты Лэндерс.

И почти сразу прозвучал второй, еще более решительный голос:

— Я поддерживаю эту кандидатуру.

Шарлотта снова отправилась на кухню, и в этот момент Джун Брайант произнесла:

— Я предлагаю Мими Адамс.

На кухне Шарлотта положила оставшуюся бутылку вина в серебряное ведерко со льдом. Когда она вернулась в столовую с вином и первым блюдом пирожных, снова заговорила Мими:

— Есть ли другие кандидатуры?

Наступило недолгое молчание, потом Мими продолжила:

— Голосование будет тайным. Наш вице-президент, Джун Брайант, сейчас раздаст бюллетени. А поскольку других кандидатур нет, мы немедленно начнем голосование. Как только вы закончите заполнять бюллетени, отдайте их Джун, и она подсчитает голоса.

Раздался ропот протеста.

— Это же нечестно, Мими! — возмутилась та самая женщина, которая предложила кандидатуру Риты Лэндерс. — Все знают, что вы с Джун подруги, к тому же твою кандидатуру предложила именно она.

— Ты хочешь сказать, что я могу подтасовать результаты? — с вызовом спросила Джун.

Если подозрения той женщины не имеют под собой оснований, почему Джун так защищается? — подумала Шарлотта. Любопытство помимо ее воли взяло верх над здравым смыслом. Напряженно прислушиваясь к происходящему в гостиной, она сделала вид, что поправляет вилки на столе, а сама с нетерпением ждала, как женщина ответит на вопрос Джун.

Казалось, собравшиеся растерялись. Наконец раздался тот же голос, теперь явно смущенный:

— Нет, Джун. Конечно, я не думаю, что ты будешь подтасовывать результаты. Прости… — Она замолчала.

Шарлотта закатила глаза. Тактика запугивания, которой воспользовалась Джун, сработала, и женщина уступила. На самом деле, ей вообще не стоило начинать этот разговор, если она не была готова стоять на этом. А так она лишь унизила себя. До чего же противно, подумала Шарлотта, пока шла на кухню за остальными блюдами пирожных и печенья.

Через несколько минут, вернувшись за последним блюдом, Шарлотта обнаружила на кухне Джун. На столе перед ней лежали две стопки маленьких бумажных квадратиков.

— Подсчитываю голоса, — сказала Джун отрешенно, перебирая пальцами первую стопку. Нахмурившись, она снова пересчитала бюллетени.

Потом на секунду задумалась и написала что-то в блокноте.

Шарлотта забрала блюдо и понесла его в столовую. Когда она снова вошла на кухню, Джун рвала один из бюллетеней на мелкие кусочки. Вздрогнув, она посмотрела на Шарлотту. Такой взгляд бывает у человека, которого застукали, когда он украдкой таскал печенье из вазочки. В следующий момент Джун чуть улыбнулась, взяла блокнот, ручку, подошла к мусорному ведру, бросила туда клочки и, не говоря ни слова, гордо выплыла из кухни.

Едва она скрылась за дверью, Шарлотта заглянула в ведро. Только по одной причине Джун могла порвать бюллетень.

— Боже мой, — пробормотала Шарлотта. Она не могла ничего доказать, но была абсолютно уверена, что Джун подтасовала результаты голосования, чтобы Мими выиграла. Скорее всего, Джун подделала бюллетень взамен того, который порвала. Шарлотта с отвращением покачала головой. Жаль, что женщина, которая пыталась протестовать, струсила и Джун не отстранили от подсчета голосов.

Шарлотта задумчиво смотрела на дверь столовой. Она не могла найти подходящий предлог, чтобы вернуться туда, ведь к фуршету все уже было готово.

— Да уж, — вздохнула Шарлотта, — ни одного предлога.

Но, с другой стороны, зачем ей это? Она пребывала в нерешительности.

Не лезь не в свое дело.

Не обращая внимания на голос разума, Шарлотта схватила метелочку для пыли и твердым шагом направилась в столовую. Входя в комнату, она услышала, как Джун объявляет результаты голосования:

— Итак, новый президент ОСН — Мими Лу Адамс.

— Кто бы сомневался, — проворчала Шарлотта себе под нос.

После заявления Джун раздался недоверчивый ропот, а затем — громкий голос:

— Извините меня, пожалуйста. Извините. — Шум утих. — Не подумайте, что во мне говорит тщеславие проигравшей, но я хотела бы знать, каково соотношение голосов.

Вторая кандидатка, догадалась Шарлотта, которая тем временем водила метелкой по краям буфета. Кажется, ее зовут Рита какая-то там.

— Конечно, Рита, — ответила Джун. — Восемь голосов за тебя и девять за Мими.

Шарлотта поморщилась. Даже из столовой было слышно, сколько в голосе Джун спеси.

— Да, было почти равное число голосов «за» и «против», — продолжила Джун. — Но, как известно, «почти» смертельно, только если в деле замешаны подковы и ручные гранаты.

— Или если кто-то мошенничает, — парировала Рита. — Можно мне посмотреть бюллетени?

Голос Риты звучал не менее надменно, чем у Джун, и Шарлотта представила, какими ненавидящими взглядами обменивались эти две женщины.

— С удовольствием покажу их тебе, — отчеканила Джун. — Пожалуйста, пересчитай сама!

Прошло несколько секунд. В гостиной стояла такая тишина, что Шарлотте почудилось, будто она слышит шелест бюллетеней, которые просматривает Рита. Она может делать это хоть до второго пришествия, подумала Шарлотта. Все уже подделано, Джун об этом позаботилась.

— Ну? — спросила Джун. — Теперь ты довольна?

— Даже и не думай, — резко возразила Рита. — Победа с перевесом в один голос — это слишком подозрительно, тебе не кажется? Тем более что ты спряталась на кухне и считала голоса там. Хочу заметить, без свидетелей.

— Попридержи язык! — выкрикнула Мими. — Джун бы никогда…

— Нет, Мими, это ты попридержи язык! — закричала в ответ Рита. — Одно дело — тайное голосование, но сейчас все зашло слишком далеко. И будь у вас хоть немного совести, вы бы предложили проголосовать еще раз и посчитали бюллетени при всех. Так и нужно было сделать с самого начала.

Наступившее молчание было просто оглушительным. Шарлотта затаила дыхание и ждала, уступит ли Мими этим требованиям. Но та не произнесла ни слова, и почти тут же снова заговорила Рита:

— Все ясно. Я в этом больше не участвую. Терпеть не могу жуликов, всегда их ненавидела. И вы прекрасно знаете, что можете сделать с вашими выборами и вашим драгоценным ОСН, — добавила она.

— Рита, подожди меня, — послышался еще один голос, — я ухожу с тобой.

— И я тоже, — раздался второй голос.

— И я, — заговорила еще одна дама.

Через несколько секунд входная дверь захлопнулась с таким грохотом, что было слышно во всем доме. Еще с минуту царила мертвая тишина, а потом гостиная опять наполнилась жужжанием.

Пчелы, подумала Шарлотта. Злые пчелы. Хотя нет, пчелы слишком мирные по сравнению с этими дамами. А тут Рита словно бросила камень в гнездо шершней.

Раздался громкий стук молоточка.

— Пожалуйста, успокойтесь! — закричала Мими, но женщины не обратили на нее внимания.

— Леди! — она снова застучала председательским молоточком и делала это до тех пор, пока гул не превратился в тихий шепот. — Мне кажется, сейчас самое время сделать перерыв, — голос Мими дрожал от волнения. — В столовой нас ждут кофе, вино и пирожные, проходите, пожалуйста. Продолжим минут через двадцать.

Ой-ой-ой. Внезапно осознав, что ее могут обвинить в подслушивании, Шарлотта засунула метелку под мышку и поспешила обратно на кухню. Она склонилась над своей коробкой, и почти в этот же момент вошла Мими. Шарлотта выпрямилась. Лицо у Мими было бледным, и казалось, будто она вот-вот расплачется.

— Шарлотта, я поднимусь ненадолго наверх, — в голосе Мими звучали нотки отчаяния. — Пожалуйста, можете проследить, чтобы всем всего хватило? — Не дожидаясь ответа Шарлотты, она быстро вышла из комнаты.

Шарлотте было жаль Мими, но только до некоторой степени. Она считала, что в своем поражении той некого винить, кроме самой себя. Мими могла позволить собранию проголосовать второй раз, как требовала Рита. Это было бы и великодушно, и справедливо. Но Мими этого не сделала. И из-за этого, а также из-за поступка Джун Шарлотта не могла сочувствовать Мими так, как сделала бы при других обстоятельствах.

Вздохнув, Шарлотта отправилась в столовую, чтобы проверить, как там дела. По большому счету, не имело значения, как поступили Джун и Мими. Сейчас было важно лишь одно: Мими — хозяйка Шарлотты, а значит, нужно заниматься своей работой.

Хотя в столовой находилось двенадцать женщин, тесноты не ощущалось — комната была очень большой. Шарлотта остановилась у двери, огляделась и почти сразу заметила Джун, которая стояла около буфета с бокалом вина в руке. Вид у Джун был невинный, как у новорожденного ягненка, она смеялась и разговаривала с несколькими дамами. Почти в тот же момент, как Шарлотта посмотрела на Джун, та подняла глаза и увидела ее. Джун тут же извинилась перед собеседницами и подошла к Шарлотте.

— Вы не знаете, где Мими? — Джун взяла ее под руку и увела на кухню.

Шарлотте не понравился обвинительный тон Джун — это прозвучало так, будто горничная была виновна в исчезновении Мими. Шарлотта твердо высвободилась и едва удержалась, чтобы не потереть руку — не от боли, а просто потому, что вообще не любила, чтобы ее хватали за руки, тем более почти незнакомый человек. Собрав всю силу воли, Шарлотта ответила:

— Мими ненадолго поднялась наверх.

— А она сказала, зачем? — забеспокоилась Джун.

— Нет, не сказала.

— Наверное, мне лучше пойти туда и убедиться, что с ней все в порядке, — Джун прищурилась. — Не знаю, что вы слышали из того, что там происходило, — она махнула рукой в сторону гостиной, — но мы немного не сошлись во мнениях с одной из коллег… Легкое недопонимание. Коллега расстроилась, а Мими, бедняжка, все принимает близко к сердцу.

Легкое недопонимание? Сначала ее хватают за руку, а теперь принимают за дуру? Шарлотта почувствовала, что закипает.

— В общем, — продолжала Джун, — я отойду на минутку, так что просто последите, чтобы всем всего хватало.

Да, мэм; нет, мэм; конечно, мэм. А может, надо было встать по стойке «смирно» и отдать честь? Шарлотта сглотнула. Возможно, тактика запугивания, придуманная Джун, на ком-то и работает, но эта женщина сильно ошибается, если думает, что Шарлотта станет мириться с этим. Она заставила себя улыбнуться.

— Миссис Брайант, — произнесла Шарлотта. — Я уже сказала Мими, что за всем прослежу. И я обязательно это сделаю, — веско закончила она.

Джун как-то странно посмотрела на Шарлотту, но кивнула.

— Конечно, — сказала она сухо. Потом вздернула подбородок, задрала аристократический нос, развернулась и пошла к дверям гостиной.

Проследив взглядом, как Джун проплывает мимо женщин, Шарлотта сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить колотящееся сердце. Слава богу, она не страдает гипертонией.

Немного успокоившись, Шарлотта вернулась в столовую, где принялась убирать грязные тарелки и приводить стол в порядок. Все говорили только о Рите, причем так, будто Шарлотты в комнате не было. Хотя, с другой стороны, кто обращает внимание на прислугу? Шарлотта узнала это давным-давно, когда еще только создала «Домовой напрокат». Именно поэтому она настаивала на том, чтобы ее работницы соблюдали по отношению к клиентам, установленные ею правила конфиденциальности.

Закончив с уборкой, Шарлотта выскользнула на кухню. Она стояла у раковины и мыла хрустальные десертные тарелки, пыталась сосредоточиться на своем занятии, а не слушать разговор двух женщин, стоявших у самой двери в столовую. Но у нее не получилось, и в результате Шарлотта узнала массу интересного.

Обеим женщинам на вид было сорок с небольшим, каждая держала бокал вина. У той, что повыше, оказался ноющий гнусавый голос, и говорила в основном она.

— Как неприятно, что между Ритой и Мими возникла эта вражда.

— Вражда?

— И уже довольно давно.

Шарлотта взглянула на собеседниц и заметила, как вторая, невысокая, сдвинула брови.

— Не может быть, Я думала, что Мими и Гордон дружат с Ритой и Доном.

— Раньше так оно и было, но теперь все изменилось. Не могу поверить, что ты ничего не слышала. Был жуткий скандал.

— Скандал? Какой скандал?

— Ну, я не совсем уверена, но я слышала, Рита обвинила Мими в том, что у нее роман с Доном.

Вторая женщина разинула рот, а Шарлотта чуть не уронила тарелку, которую споласкивала. Она громко прокашлялась в надежде, что сплетницы замолчат, поняв, что горничная слышит каждое слово.

— Но это же просто смешно, — всплеснула руками маленькая женщина.

Вот тебе и награда за попытку быть тактичной, подумала Шарлотта.

— Мими никогда бы не изменила Гордону, — продолжала та. — И уж точно — не с типом вроде этого ужасного Дона Лэндерса.

— Это мы с тобой знаем, — проныла высокая. — А Рита, очевидно, думала иначе.

Прямо тени Битси Дью, мысленно сказала себе Шарлотта, еще раз попыталась не обращать внимания на злобных сплетниц, и опять у нее ничего не получилось. Нравилось ей или нет, она оказалась вынужденным слушателем.

— Так или иначе, — говорила высокая, — неважно, сколько раз Мими это отрицала, Рита никак не унималась. А все знают, что Рита — далеко не образец тактичности. Она заявила, что поймала их на месте преступления.

— О нет, — недоверчиво протянула маленькая женщина.

— О да, — ответила ее собеседница.

— Но если она поймала их, тогда это наверняка правда.

Высокая дама покачала головой:

— А вот и нет. Рита уже попадалась на вранье. Но все равно, как дурочка, ходила и болтала об этом каждому, кто был готов слушать.

— Но зачем она это делала? Мне кажется, она чувствовала себя униженной и вряд ли могла хотеть, чтобы все об этом знали.

— Я не шучу. Рита именно это и делала. Подозреваю, в первую очередь для того, чтобы унизить Мими, а также испортить их отношения с Гордоном. Конечно, бедная Мими об этом узнала.

Но еще хуже, Гордон тоже узнал, что творила Рита, а горе тому, кто обидит его Мими. В общем, козни Риты обернулись против нее. Гордон не поверил ни одному ее слову, а поскольку он не мог напрямую добраться до Риты, он добрался до нее через Дона, который был его правой рукой. Но когда Гордон услышал, что натворила Рита, он превратил жизнь Дона в ад. Сначала Гордон его уволил, потом сделал так, чтобы все остальные дилеры в городе обходили его за версту. — Вздохнув, она добавила: — В общем, с тех пор они больше не дружат, и Рита все время ищет возможность отомстить Мими. И я уверена, что это единственная причина, по которой Рита захотела стать президентом ОСН. Для нее это просто способ отомстить Мими.

— Бедный Дон. Это ужасно, — покачала головой ее собеседница.

Шарлотта вымыла последнюю тарелку и сполоснула ее. По ее мнению, «ужасно» — слишком мягкое слово. Скорее уж «жестоко» или «отвратительно».

— Но скажи на милость, почему Рита решила, что может выиграть у Мими? — продолжала маленькая женщина. — Особенно после всего, что Мими сделала для ОСН за эти годы?

Вторая женщина пожала плечами.

— Кто знает, — она вылила остатки вина из бутылки себе в бокал. — Но ты можешь спокойно заключить пари на свои розы-призеры, что это еще не конец. Нет, душа моя, совсем не конец.

— Почему ты так думаешь?

Высокая женщина окинула взглядом комнату, потом наклонилась к подруге и заговорила потише:

— Я случайно услышала, как Дорин Майерс говорила Карен Дуглас, что если Рита проиграет, то вместе с несколькими сторонницами покинет ОСН, и они создадут свой клуб садоводов.

— Тихо, тебя могут услышать, — маленькая женщина оглянулась.

— Они наверняка в гостиной, — махнула рукой высокая.

— А откуда Дорин и Карен так много знают? — нахмурилась первая.

Высокая пожала плечами:

— Может, они в этом замешаны. Может, они связались с Ритой.

— Но если я не ошибаюсь, мужья Дорин и Карен тоже работают у Гордона.

— Да, каждый из них руководит одним из филиалов компании Гордона, — кивнула высокая.

— Если Гордон действительно поступил с Доном так, как ты сказала, то Карен и Дорин лучше быть поосторожнее и решить, что для них важнее. Я бы так и сделала.

— Да, ты права, — согласилась высокая. — Если Гордон заподозрит, что Дорин и Карен в сговоре с Ритой или строят козни против Мими, он поступит с их мужьями так же, как поступил с Доном в Нью-Йорке. Понимаешь, я слышала…

— Дамы, — к сплетницам подошла еще одна женщина, и те сразу нацепили притворные улыбки. — Мне кажется, двадцать минут истекли. Все возвращаются в гостиную.

Шарлотта облегченно вздохнула, когда сплетницы пошли за третьей женщиной, а через несколько минут и все остальные перебрались из столовой в гостиную.

Шарлотта стояла у раковины и смотрела на грязные бокалы на столе. То, что она услышала, — ужасная сплетня или правда? Если правда, то получается, что Гордон Адамс совсем не такой, каким его изобразила Джун в разговоре с Мими. По ее словам, муж Мими из тех людей, которых называют «соль земли», — благородный, любящий, настоящий защитник. Теперь же выходит, что он — беспощадный мстительный человек, с которым лучше не иметь дела.

А Мими? Невинная жертва, которая стала объектом безосновательной ревности бывшей подруги и нуждается в защите со стороны влиятельного мужа?

Шарлотта снова вспомнила день, когда познакомилась с Мими… Мертвые деревья… Зловонные цветы, которые та сажала, чтобы отомстить соседке… Шарлотта покачала головой. Трудно представить, что женщине, с которой она в тот день познакомилась, нужна чья-либо защита. Так какова же настоящая Мими и каков настоящий Гордон?

Кто знает и какая разница? Не лезь не в свое дело, занимайся своей работой и, ради всего святого, перестань терять время.

— Ладно, ладно, — пробормотала Шарлотта, соглашаясь с внутренним голосом.

Минуту спустя по дому эхом разнесся знакомый стук председательского молоточка Мими. Судя по всему, она присоединилась к коллегам и открывала вторую часть собрания.

— Слава богу, — прошептала Шарлотта и посмотрела на часы. Интересно, сколько еще продлится собрание? Чем скорее все закончится, тем лучше. Шарлотта потерла поясницу и поморщилась. Как же она устала. За последний час ни разу не присела, и от этого боль в спине усилилась. Перед ней предстало видение горячей ванны, где можно долго лежать…

— Давай-ка пошевеливайся, — сказала себе Шарлотта. Если она сейчас уберется в столовой и кухне, то, когда закончится собрание, привести в порядок гостиную удастся за несколько минут. И тогда наконец можно будет поехать домой.

Вода в раковине остыла, поэтому Шарлотта открыла слив, затем снова наполнила раковину горячей мыльной водой и положила в нее отмокать грязные винные бокалы. После чего отправилась в столовую за оставшейся посудой.

Почти все тарелки и блюда Шарлотта уже убрала, осталось всего несколько чашек и блюдец. Но в первую очередь нужно привести в порядок буфет. Складывая в буфет неиспользованные чашки и блюдца, Шарлотта услышала, как Мими объявляет, что собрание должно решить, какая благотворительная организация получит выручку от осенней ярмарки.

— Мне кажется, их стоит передать новому женскому приюту в портовом районе, — сказала одна женщина. — Это достойное дело, и к ОСН в городе станут относиться с большим уважением, не говоря уже о том, что мы получим прекрасную рекламу.

— Я согласна с Дорин, — вступил еще один голос. — Приют открылся всего несколько недель назад, но я слышала, что сегодня он уже практически полон.

— Это действительно стоящий проект, Карен, — сказала Мими. — Но я думала о другом. Реконструкция старой плантации Герберта в верховье реки около Лулинга уже почти закончена. Поскольку цель нашей работы — сохранение редких растений, я надеялась, что деньги, которые мы выручим, можно будет использовать, чтобы обустроить там ландшафт. И мы можем подарить часть растений, которые там нужны. — Мими помолчала и продолжила: — Если нет других проектов, которые вы хотите рассмотреть, то я открываю обсуждение двух предложенных.

Шарлотте удалось уловить только обрывки обсуждения, поскольку она ходила между кухней и столовой. Но часть дискуссии, которую она слышала, была горячей и напряженной. По крайней мере, женщины яростно отстаивали свои точки зрения. Собрание разделилось ровно пополам: одна группа поддерживала проект обустройства плантации, предложенный Мими, а другая — женский приют Дорин и Карен.

Шарлотта протирала стол в столовой, когда Мими объявила голосование.

— Мы будем голосовать поднятием руки, — сообщила она.

Шарлотта одобрительно кивнула и сложила скатерть. Век живи, век учись. На этот раз никаких тайных голосований.

— Значит, решено, — снова раздался голос Мими. — Пожертвования, собранные на ежегодной осенней ярмарке, получит плантация Герберта.

— Прости, пожалуйста, Мими, — Шарлотта узнала голос женщины, предложившей передать деньги приюту. Кажется, ее зовут Дорин. — У нас с Карен назначена деловая встреча, и нам придется уйти.

— Дорин, но у нас еще много вопросов по планированию, — запротестовала Мими.

— Возможно. Но я уверена, что вы прекрасно все распланируете и без нас.

— Но…

— Пойдем, Карен? — с вызовом бросила Дорин.

— Конечно, — ответила Карен. — С меня на сегодня хватит, больше не могу.

Играй по моим правилам, а то заберу мячик и уйду домой. Шарлотта покачала головой, закрыла лимонное масло и поставила его в свою коробку. Невероятно. Эти женщины — словно дети малые.

Как только закрылась входная дверь, пчелы в гостиной мстительно зажужжали. Потом раздался стук молоточка Мими.

— Дамы! — закричала она. — Дамы! Прошу вас, успокойтесь!

Шарлотта опять покачала головой и пошла на кухню, чтобы вымыть и вытереть последние бокалы. После этого ей осталось только вымыть кофейник и навести порядок в гостиной.

Она снова отметила, что серебряный кофейник нужно почистить, но решила сделать это в другой раз. Сегодня она ограничится тем, что просто хорошо вымоет его.

Шарлотта посмотрела в сторону гостиной. Может, стоит уже начать уборку, несмотря на то, что собрание продолжается? По крайней мере, унести чашки, блюдца и бокалы, которые там, наверное, остались.

Можно так сделать или нельзя? — думала Шарлотта. Но когда она взяла кофейник, внезапно накатила сильная слабость, и ей пришлось схватиться за край раковины.

Низкий уровень сахара в крови. Она поморщилась. Такое с ней случалось уже не в первый раз, и она сразу поняла, в чем дело. У Шарлотты был «пограничный» диабет, но большую часть времени это не причиняло серьезных неудобств: нужно только принимать каждый день таблетку и строго придерживаться диеты. Но иногда, как сейчас, по самым разным причинам уровень глюкозы в крови падал, заставляя Шарлотту шататься от слабости.

Шарлотта вздохнула. Она держала запас глюкозы для таких вот редких случаев, но, конечно, именно сейчас таблетки закончились. Шарлотта собиралась купить их, действительно собиралась, но забыла.

— Вот тебе и уборка в гостиной, — пробормотала она. Кроме того, Мими может не понравиться, если Шарлотта помешает собранию. Шарлотте же в данный момент был нужен сахар и несколько минут, чтобы прийти в себя. Наверное, сейчас самое время сделать перерыв.

Шарлотта снова посмотрела на кофейник. Немного кофеина и половина ложечки сахара — именно то, что нужно. И, кажется, в кофейнике как раз осталось кофе на одну чашку. Шарлотта налила себе кофе, положила немного сахара и села за кухонный стол. Через некоторое время она заметила, что, по крайней мере, боль в спине начала стихать.

Низкий уровень сахара в крови, боли в спине…

— Ты превращаешься в старую развалину, — посетовала она, делая еще несколько глотков кофе.

Допив кофе, Шарлотта почувствовала себя лучше, и в этот момент из гостиной донесся звук шагов. Может, собрание наконец закончилось? Если это так, прикинула Шарлотта, то к тому моменту, как она вымоет кофейник, дамы выйдут из гостиной. А как только она приберется в гостиной, то сможет поехать домой.

Когда Шарлотта вошла в гостиную, там оставались только Джун и Мими, которая выглядела утомленной. Она сбросила туфли и сидела на софе, положив ноги на кофейный столик. На коленях у нее лежала записная книжка на пружинке и ручка. Джун сидела на стуле рядом с софой.

Быстро окинув взглядом гостиную, Шарлотта подсчитала «потери». Нужно убрать несколько бокалов, чашек и блюдец, отнести лишние стулья в столовую, и тогда останется только пропылесосить.

Увидев Шарлотту, Мими слегка улыбнулась и кивнула. Все ее внимание было сосредоточено на записной книжке.

— Я надеялась покончить со всем сегодня, — сказала Мими Джун. — Но при той неразберихе, которая тут творилась, это было просто невозможно.

— У нас есть еще две недели, — заметила Джун. — И я очень надеюсь, что в понедельник все снова явятся.

Мими нахмурилась.

— Кстати, — она посмотрела на Шарлотту. — Вы сможете в понедельник остаться у меня до вечера, Шарлотта?

— Мне нужно посмотреть свое расписание, — ответила Шарлотта, — но, скорее всего, я смогу.

Джун наклонилась вперед.

— Ах, Мими, мне ужасно не хочется снова заводить этот разговор, но…

— Что «но»?

— Я про Риту.

— Это обязательно? — Мими застонала. — Меня уже так тошнит от этой женщины, что я сейчас закричу.

— Меня тоже, — согласилась Джун. — И ты прекрасно знаешь, что я не произнесла бы ее имени, не будь это так важно.

Шарлотта принялась собирать посуду. Может, Джун признается, что она подделала результаты голосования? И, если она признается, это будет значить, что Мими не участвовала в подлоге.

— Ладно, ладно, — вздохнула Мими. — Давай обсудим, чтобы больше к этому не возвращаться.

— Я слышала, что Рита собирается организовать собственный клуб садоводов.

Мими пожала плечами:

— Сколько ей угодно. Но сомневаюсь, что ей удастся найти для него членов, я имею в виду таких, у которых есть деньги. У нее нет нужных связей.

— Не будь такой слепой, Мими! В ее свите уже почти половина членов ОСН, подсчет голосов это доказал. И я подозреваю, что в эту половину входят Карен и Дорин. Но ни та, ни другая пока об этом не заявили, по крайней мере, открыто. Они боятся того, что может сделать Гордон, если узнает.

— Я их все время подозревала, — ответила Мими. — Но им лучше думать о том, что делают. Если я точно выясню, что они спелись с Ритой — или, вернее сказать, если Гордон это выяснит, — их мужья могут оказаться в числе безработных за компанию с Доном Лэндерсом. Эта женщина уже принесла нам достаточно неприятностей, и я не позволю ей отравлять других своей ложью.

— Кстати, о лжи, — поморщилась Джун. — Я хотела обсудить еще кое-что. Ты слышала, как она с вызовом говорила об обманщицах?

Шарлотта навострила уши. И неважно, сколько раз она говорила себе, что должна заниматься своим делом и не обращать внимания на чужие разговоры. Любопытство победило. Шарлотта начала переставлять грязную посуду на подносе. Это чтобы ничего не уронить, сказала она себе. И вовсе не потому она это делает, что хочет услышать ответ Мими.

— Да, слышала… — Мими глубоко вздохнула. — И мы с тобой знаем, что она имела в виду нечто большее, нежели выборы.

— Естественно, — согласилась Джун. — И остальные тоже. Ненавижу сообщать плохие новости, но Рита продолжает распространять ужасные слухи о тебе и Доне. Я слышала, как она клялась, что видела вас вместе на прошлой неделе.

— Умоляю тебя, — простонала Мими. — Рита сошла с ума. Каждый, у кого есть мозги, это поймет. И она ревнует, так ревнует, что не видит ничего вокруг себя. — Мими покачала головой. — Дон — милый человек, и когда-то я считала его другом, но это было до того, как Рита помешалась на мысли, что у нас с Доном роман. Странно. Только ненормальная могла подумать, будто я стану рисковать всем, что у меня есть с Гордоном, ради кого-то вроде Дона.

Вот и все признание Джун насчет голосования, подумала Шарлотта, направляясь с подносом на кухню. Но, может, Джун и не нужно было признаваться. Может, Мими с самого начала знала о подлоге.

Не судите и не судимы будете, так что перестань, Шарлотта.

На кухне Шарлотта вымыла и вытерла оставшуюся посуду, вернулась в столовую и уже убирала последний бокал в буфет, когда вошла Мими с чеком в руке.

— Мне осталось только пропылесосить ковер в гостиной, — сказала Шарлотта. — Потом я поеду домой. — Она закрыла дверцы буфета и повернулась к Мими.

Мими покачала головой и махнула рукой.

— Все нормально. Пылесосить не надо, ковер чистый. И потом, уже поздно. — Мими протянула Шарлотте чек: — Я выписала больше денег — в благодарность за сегодняшнюю помощь.

— Спасибо, — улыбнулась Шарлотта.

— Вы это заслужили. И не забудьте, вы понадобитесь мне вечером в понедельник. Нам с коллегами нужно кое-что уточнить по поводу осенней благотворительной ярмарки.

— Тогда до понедельника, — попрощалась Шарлотта, забрала свои вещи из кухни и вышла.

Весь день напролет фургон жарился под палящим солнцем. Когда Шарлотта открыла заднюю дверцу, чтобы убрать принадлежности, жара ударила ее, как пламя из печи.

В любое другое время Шарлотта открыла бы все дверцы, чтобы выпустить часть жары перед тем, как забираться внутрь. Но сейчас Шарлотте было так глубоко неприятно все, что она услышала и чему стала свидетелем за последние два часа, что ей хотелось только одного — скорее попасть домой.

Дома она сможет забыть о Мими, Джун, Рите и ОСН. Дома Шарлотта примет душ, отдохнет и станет наслаждаться покоем и тишиной.

Выходные прошли слишком быстро, решила Шарлотта, стуча в дверь Адамсов утром в понедельник.

Всю субботу она занималась домашними делами, а также заполняла ведомости «Домового напрокат» и подсчитывала доход. В воскресенье Шарлотта ходила в церковь, потом отправилась на еженедельный семейный обед, где съела острый джамбалайя, и в результате у нее всю ночь болел живот.

Щелкнул замок. Вздохнув от усталости и надеясь, что выглядит лучше, чем себя чувствует, Шарлотта выпрямилась и выдавила приветливую улыбку.

Когда дверь распахнулась и на пороге появилась Мими, Шарлотта чуть не упала в обморок. Мими была в ночной рубашке и халате, на лице — ни грамма косметики, воспаленные глаза обведены черными кругами, волосы всклокочены, будто она только что вылезла из кровати. Может, она заболела?

Мими кивнула в знак приветствия, отошла в сторону и жестом пригласила Шарлотту войти.

— Боюсь, работы у вас сегодня по горло, — сказала она. — В доме все вверх дном. — Мими закрыла дверь и заперла ее. — На эти выходные решили приехать сын и дочь, — объяснила она, повернулась и пошла по коридору к кухне. Шарлотта последовала за ней.

— Пришла Джун, — через плечо бросила Мими. — Мы пьем чай на кухне.

— Тогда я начну со столовой и гостиной, — предложила Шарлотта.

— Как вам угодно, — пожала плечами Мими.

— Мими, извините, но вы хорошо себя чувствуете?

Мими остановилась и посмотрела Шарлотте в глаза.

— Я просто устала, — ответила она, — но спасибо за заботу.

Обычно Шарлотта начинала уборку сверху и постепенно спускалась вниз. В столовой это означало в первую очередь протереть сложную медно-хрустальную люстру и широкие карнизы над окнами. И, нравилось это Шарлотте или нет, столовая находилась рядом с кухней, так что она невольно слышала, о чем там говорят.

Шарлотта сбросила туфли, вооружилась метелочкой и залезла на стул, чтобы дотянуться до люстры.

— Ну ладно, Мими, что случилось? — спросила Джун.

— Я не хочу об этом говорить, — ответила Мими умирающим голосом.

— Но что-то ведь произошло. Ты чуть не плачешь все время, что я здесь. Что-то с Эммой или Джастином? У них все хорошо?

— У Эммы и Джастина все прекрасно.

— Значит, это из-за Гордона, да? Я вижу по твоему лицу. Что-то происходит с Гордоном. Ох, дорогая, не плачь! Вот платок…

— Прости, — всхлипнула Мими, — но я правда не хочу об этом говорить.

— О чем говорить? Перестань. Если рассказать кому-то, это иногда помогает.

— Просто… Просто я сама до сих пор никак не могу в это поверить.

— Во что поверить?

— Я думаю, у Гордона роман.

— О нет, не может быть, — запротестовала Джун. — Только не у Гордона.

Шарлотта замерла. Еще один роман? Что, черт подери, происходит со всеми этими людьми? Сначала говорили о том, что у мужа Джун, возможно, с кем-то роман, потом Рита думала, что у Мими роман с ее мужем Доном, а теперь Мими полагает, что роман у ее мужа.

— Нет, может, — заявила Мими со слезами в голосе. — Гордон каждый вечер приходит все позже и позже, и его теперь все время нет в офисе. И… и я нашла помаду на воротнике его рубашки.

— Но я уверена, что всему этому есть объяснение.

— Да, и это объяснение зовут Рита.

От удивления Шарлотта чуть не упала со стула. Этим людям нужен психотерапевт, решила она, слезая. И чем больше она об этом думала, тем ей становилось смешнее. Шарлотта почувствовала, что на нее напал приступ глупого хихиканья. Групповая терапия. Вот что им всем необходимо. Шарлотта фыркнула, прикрыла рот ладонью и помолилась, чтобы Джун и Мими ее не слышали.

Нужно отдать Джун должное: она возразила.

— Хватит, Мими, это смешно. Гордон не сделает ничего подобного, и уж точно не с Ритой.

— Почему нет? Для Риты это лучший способ отомстить мне за так называемый роман с Доном.

— Нет, я не верю этому. Неужели ты настолько плохого мнения о Гордоне? У него слишком хороший вкус, чтобы связываться с такой женщиной, как Рита. Ты просто все еще расстраиваешься из-за того, что случилось в пятницу.

Шарлотта не могла больше этого выносить. Все происходящее было грустно и гадко и совсем не смешно, но она просто не могла справиться с собой. Если она сейчас же что-нибудь не сделает, то выставит себя круглой дурой, и вдобавок ее уволят. Схватив свою коробку, Шарлотта выбежала в гостиную.

Через несколько минут хлопнула задняя дверь. Потом на лестнице на секунду появилась Мими.

— Я пойду к себе комнату, Шарлотта, — сказала она, — и не хочу, чтобы меня беспокоили.

К ужасу Шарлотты, Мими просидела взаперти половину дня. Шарлотта убрала комнаты на первом и на втором этаже — все, кроме хозяйской спальни. Шарлотта надеялась до обеда закончить и с этой комнатой, но, поскольку Мими не выходила, она решила, что вполне может пообедать пораньше. Она рассчитывала, что Мими выйдет из спальни не слишком поздно, чтобы можно было навести там порядок до того, как настанет время готовиться к собранию ОСН.

Шарлотта сидела на кухне и доедала салат, принесенный из дома, когда Мими наконец сошла вниз. Перемена в ее внешности была поразительной. Шарлотта понимала, что с глупым видом таращится на Мими, но ничего не могла с собой поделать.

Темные волосы Мими были собраны назад в пучок, что подчеркивало ее высокие скулы. Макияж скрыл темные круги под глазами. На ней было облегающее платье, которое могла себе позволить надеть лишь такая высокая и стройная женщина.

— Я неплохо над собой поработала, правда? — довольно усмехнулась Мими. — Немного косметики, правильная прическа и подходящая одежда могут творить чудеса.

Это превращение так потрясло Шарлотту, что на несколько секунд она лишилась дара речи.

— Вы просто сногсшибательно выглядите, — наконец произнесла она.

— Спасибо. — Мими обвела взглядом кухню и остановилась на шоколадно-ореховых пирожных, которые Шарлотта разложила на хрустальном блюде и прикрыла пленкой. — Вижу, вы нашли пирожные, которые утром принесла Джун.

— Больше я ничего не обнаружила, поэтому решила, что они для вашего собрания.

— Да, правильно. Джун сама их приготовила. Сегодня ее очередь готовить фуршет, и Джун захотела попробовать новый рецепт. Поэтому она и приходила сегодня так рано. — Мими нахмурилась лоб. — Джун дала мне попробовать одно пирожное. А вы попробовали?

Шарлотта покачала головой. Нет, она не пробовала, хотя искушение было сильно. Пирожные выглядели и пахли чудесно, а после миндальных пралине шоколадно-ореховые пирожные были ее любимым лакомством. Но она устояла.

Мими поморщилась.

— Не хочется обижать Джун, но, между нами говоря, пирожное, которое я пробовала, было не таким уж вкусным. Может, шоколада многовато. Правда, я вообще не слишком люблю шоколад. — Мими посмотрела на салат Шарлотты. — Если вы доели, я бы хотела узнать и ваше мнение о пирожных.

У Шарлотты потекли слюнки.

— Я «пограничный» диабетик. Наверно, мне не стоит… — Она замолчала. Здравый смысл боролся с искушением. — Но, думаю, от одного маленького кусочка вреда не будет.

Мими понимающе улыбнулась, достала одно пирожное из-под пленки, отщипнула кусочек и протянула его Шарлотте. Та быстро положила кусочек в рот.

— Ну как? — спросила Мими. — Что вы думаете?

— Думаю, мне нужно доесть его, — Шарлотта показала на остаток пирожного в руке Мими. — Мы же не хотим, чтобы оно пропало, правда?

Мими засмеялась и протянула пирожное Шарлотте.

— Наверное, у меня что-то не так со вкусовыми рецепторами, — сказала она. — Кстати, о еде. Если я не поспешу, то опоздаю. — Мими усмехнулась. — Звонил Гордон, он хочет, чтобы я с ним пообедала. Он так редко… — Мими махнула рукой. — Неважно. Собрание ОСН назначено на два, так что я вернусь задолго до начала. — Она указала на столовую: — Просто расставьте все так же, как в пятницу.

— Приятного обеда, — пожелала Шарлотта. Так вот в чем причина столь резкой перемены по сравнению с утром, подумала она, глядя, как Мими идет к задней двери. Потребовалось всего лишь немного внимания со стороны мужа.

Как это грустно, сказала себе Шарлотта. Потом покачала головой и вздохнула. Пора приниматься за работу.

Когда Мими вернулась с обеда-свидания, было уже почти половина второго, и Шарлотта как раз ставила последний бокал на стол.

— Все выглядит прекрасно, Шарлотта, — заметила Мими.

— Спасибо, — улыбнулась Шарлотта. — Правда, я не уверена, что у вас достаточно вина. В кладовке я нашла только две бутылки.

Мими застонала и закатила глаза.

— Я была уверена, что о чем-то забыла. Кажется, сегодня была очередь Риты или Карен приносить выпивку, но после того, что случилось в пятницу, вряд ли кто-то из них появится. Я собиралась купить вино по пути домой. — Мими задумалась, потом пожала плечами: — Ну ладно, уже слишком поздно. Будьте добры, приготовьте побольше кофе.

Стук дверного молотка разнесся по всему дому. Мими нахмурилась и взглянула на часы:

— Никто никогда не приходил так рано. Полагая, что опять придется встречать гостей, Шарлотта пошла к двери, но Мими остановила ее:

— Я сама открою.

Через минуту Шарлотта услышала, как открылась парадная дверь, а потом Мими воскликнула:

— Рита! Карен? Дорин?! Рита засмеялась.

— Нечего так удивляться. Мы пришли с миром и хотим попросить прощения. Вот…

— Что это? — спросила Мими.

— Это искупительная жертва, если ты ее примешь, «Мауро» 1998 года. Продавец в винном погребе «Мартин» заверил меня, что это твое любимое. Еще мы принесли несколько бутылок простого вина для собрания.

— О… Я… Я не знаю, что сказать, — пробормотала Мими.

— А я знаю. Нужно откупорить бутылку и выпить по бокалу, если ты нас простишь. Мы вели себя как эгоистичные дети, и нам действительно стыдно. Ну, что было, то прошло? Ты простишь нас?

После того, что было сказано сегодня утром о Рите, а также после неразберихи, которую эти женщины устроили в пятницу, Шарлотта предполагала, что Мими велит им убираться. Она действительно ответила не сразу. Прошли несколько долгих минут молчания, и наконец Мими произнесла:

— Проходите на кухню, а я попрошу Шарлотту принести нам бокалы. Тогда, если кто-нибудь еще придет раньше, он нас не потревожит.

В коридоре раздались шаги, и в столовую заглянула Мими:

— Пожалуйста, Шарлотта, принесите нам на кухню четыре бокала. А если придет кто-нибудь еще, проводите их в гостиную.

Мими Адамс умерла.

Заголовок над фотографией гласил: «МЭРИ ЛУ (МИМИ) АДАМС, ИЗВЕСТНАЯ АКТИВИСТКА ГОРОДСКОЙ ОБЩИНЫ».

Шарлотта быстро просмотрела статью. Мими умерла во вторник, причина смерти не установлена, похороны откладываются. Кроме того, в статье говорилось, что Мими была членом советов многих благотворительных организаций, в том числе ОСН.

Шарлотту охватило глубокое раскаяние. Она крепко зажмурилась и опустила голову. Нужно было довериться интуиции, побыть с Мими до приезда Гордона. Нельзя было оставлять бедную женщину одну. Если бы она, Шарлотта, осталась, возможно, Мими была бы жива.

Шарлотта глубоко вздохнула, открыла глаза и уставилась на черно-белую фотографию. Причина смерти не установлена.

Вспомнив, как выглядела Мими утром в понедельник, Шарлотта сердито нахмурилась и еще раз перечитала первый абзац некролога. Тогда она решила, что Мими заболела, но когда позже та оделась и отправилась обедать с мужем, то выглядела прекрасно. Только во время собрания ОСН Мими действительно стало плохо.

Шарлотта покачала головой. В целом Мими казалась вполне здоровой. Не считая того, что ей стало плохо во время собрания в понедельник, она никогда не жаловалась на недомогания. К тому же Мими, похоже, была из тех женщин, которые регулярно проходят обследование у врачей, следят за собой. Так почему же неизвестно, от чего она умерла? И почему откладывают похороны? Если только…

Шарлотту внезапно бросило в дрожь. Возможно ли это? Неужели «причина смерти не установлена» означает, что полиция заподозрила убийство? Шарлотта не хотела думать, что Мими убили. Она говорила себе, что у нее просто разыгралось воображение, но в глубине души понимала, что это вполне вероятно.

Не спеши с выводами.

И что тогда? Снова и снова Шарлотта вспоминала, как Мими выглядела и вела себя в понедельник. Вирус, какой-то вирус. Конечно, это все объясняет.

Зажужжал кухонный таймер. Шарлотта подскочила и поняла, что все это время сидела, будто в тумане, охваченная сомнениями и ошеломленная жутким осознанием того, что ее новая клиентка умерла.

Должна ли она что-то сделать, и если да, то что? — спрашивала себя Шарлотта, глядя на фотографию. Можно позвонить в дом Адамсов.

И что она скажет?

Выразить соболезнования мужу Мими.

Ну конечно. То, что надо. У человека горе, а тут звонит совершенно незнакомая женщина.

Шарлотта зажмурилась и покачала головой. А если позвонить Джун Брайант?

И что она скажет?

Шарлотта снова покачала головой. Ей точно не надо лезть не в свое дело. Надо одеться, пойти на работу и ждать. Наверняка кто-нибудь, член или друг семьи, в конце концов, свяжется с ней.

В голове по-прежнему царила неразбериха, но Шарлотта заставила себя встать из-за стола и пойти в душ, ноги ее, казалось, налились свинцом.

Через час, когда Шарлотта была готова выйти из дома, зазвонил телефон. Она замерла, держась за дверную ручку. Это мог звонить кто-нибудь из Адамсов.

Шарлотта поспешила к столу и подняла трубку после третьего звонка.

— «Домовой напрокат», Шарлотта слушает.

— У тебя есть минутка?

Узнав голос сына, Шарлотта улыбнулась.

— Конечно, дорогой.

— У тебя все хорошо?

Шарлотта засомневалась. Слишком велико было искушение рассказать Хэнку о смерти новой клиентки, а еще больше хотелось попросить его разузнать, что случилось с Мими. Будучи доктором, Хэнк мог спокойно выяснить все о происшествии. Но если просить о помощи, нужно рассказать, как вела себя Мими в понедельник.

Шарлотта посмотрела на часы с кукушкой, висящие на стене над софой. Если все это объяснять, потребуется слишком много времени. Так что она ответила:

— Да, сынок, все в порядке.

— Мы с Кэрол хотим знать, свободна ли ты вечером в пятницу.

— Подожди, я проверю, — Шарлотта прижала трубку плечом к уху, освободив руки, и принялась рыться в сумке в поисках блокнота. Перелистала страницы: вот и пятница.

— В четыре у меня визит к парикмахеру, но в целом я совершенно свободна.

— Отлично. Тогда ты не против приглашения на ужин? Мы подумали, было бы неплохо сходить в «Лунный август». Не возражаешь? Мы можем заехать за тобой где-то в половине седьмого.

От одной мысли о китайском ресторане у Шарлотты потекли слюнки.

— Отлично. А по какому поводу ужин?

— Разве мне нужен повод, чтобы пригласить в ресторан собственную маму?

— Нет, дорогой, конечно, нет, я не это хотела сказать. Просто я знаю, как вы оба заняты. Только не надо за мной заезжать. Я никогда не знаю, сколько придется просидеть в салоне, так что встретимся в ресторане.

— Хорошо, тогда до встречи. Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, дорогой.

— Нет, мэм, это не светский визит, — сказал Брайан Ли. — Это официальный полицейский визит. Нам можно войти? Мы хотели бы задать вам несколько вопросов.

Шарлотта кивнула.

— Только оставьте зонты на крыльце и вытрите ноги. — Она указала на коврик за дверью.

Брайан и Джудит послушно прислонили мокрые зонты к стене за дверью, вытерли ноги о половик, и только после этого Шарлотта жестом пригласила их войти.

— Хотите чего-нибудь? — предложила она, закрыв дверь. — Кофе или чаю со льдом?

— Спасибо, ничего, — сказал Брайан.

— Мне тоже ничего не надо, тетя, — покачала головой Джудит и уселась на диван.

Брайан сел рядом с ней, поэтому Шарлотта решила занять стул напротив дивана.

Брайан наклонился вперед и уперся руками в колени.

— Мы знаем, что в понедельник вы работали у Мэри Лу Адамс.

Шарлотта кивнула.

— Во сколько вы ушли?

— По расписанию я работаю с девяти до половины четвертого, но в понедельник пробыла там примерно до половины пятого из-за собрания ОСН.

— Расскажите о собрании. Шарлотта пожала плечами.

— Что именно?

— Например, о еде и напитках. Кто их принес, что было подано и кто подавал?

— Орехово-шоколадные пирожные, вино и кофе, — ответила Шарлотта. — Еду принесли разные члены общества, а подавала все я. Но если вы думаете, что яд подмешали во что-нибудь из этого, тогда плохо стало бы всем.

Брайан прищурился.

— Никто ничего не говорил про яд. Почему вы подумали, что миссис Адамс отравили?

Его тон был высокомерным, в нем сквозило подозрение, и Шарлотта разозлилась. Посмотрим, кто кого.

— Потому что так мне сказали, — столь же высокомерно парировала она и пристально посмотрела на Брайана. — К вашему сведению, молодой человек, я только что говорила по телефону с Джун Брайант, и она рассказала мне, что ее уже допрашивали и что вы подозреваете, будто Мими отравили.

Джудит подняла руки, словно защищаясь.

— Успокойся, тетя. Никто ни в чем тебя не обвиняет. Мы ведь не знали, что ты уже разговаривала с миссис Брайант. — Она снова положила руки на колени и переплела пальцы.

Когда племянница начинала беспокойно двигать руками, это был верный признак того, что она нервничает.

— Кстати, о миссис Брайант, — продолжила Джудит. — По ее словам, несколько членов общества поссорились. Что ты можешь об этом рассказать?

— Так Мими отравили или нет? — спросила Шарлотта, делая вид, что не слышала вопроса Джудит.

— Да, тетя, отравили, но мы до сих пор не знаем, был это несчастный случай или убийство. А теперь расскажи, что за ссора произошла на собрании ОСИ?

— А что вам сказала Джун?

— Мы бы хотели услышать вашу версию, мадам, — вмешался Брайан.

— Ну, рассказывать-то особо нечего. Как я уже говорила, я подавала еду, поэтому не в курсе всего, что там происходило.

— Пожалуйста, мадам, расскажите нам то, что знаете.

Шарлотта раздраженно вздохнула.

— Возникли разногласия по поводу того, какая благотворительная организация получит доход от осенней ярмарки растений ОСН. Но такое случается в любых организациях, — поспешила добавить она, пожимая плечами. — Предложение Мими получило меньше голосов. Но это не мотив для убийства.

На несколько секунд воцарилась тишина, и, когда Шарлотта ничего больше не сообщила, Джудит простонала:

— Я же просила тебя доверить допрос мне.

Между напарниками повисло напряженное молчание, затем Брайан кивнул. Джудит кивнула в ответ и обратилась к Шарлотте:

— Ты не заметила чего-нибудь необычного в поведении миссис Адамс, тетя? Не казалась ли она больной или что-нибудь в этом роде, пока ты там была?

— Мими в самом деле жаловалась, что у нее болит голова и хочется пить. Когда все ушли, она сразу легла в постель.

Джудит поджала губы.

— Ты не помнишь, во сколько она начала жаловаться на головную боль?

Шарлотта пожала плечами:

— Наверное… дайте подумать. Собрание началось в два, а Мими сказала, что у нее болит голова во время перерыва на фуршет. Кажется, это было примерно без четверти три или около того.

Джудит кивнула:

— Отлично. Это именно то, что мы хотели узнать. Теперь вот что. Ты говорила, что на собрании возник спор, разногласия. Ты знаешь, как зовут женщин, которые не согласились с мнением Мими?

Шарлотта ответила не сразу, и Джудит сердито вздохнула.

— Ну пожалуйста, тетя Чарли. Я знаю о твоей политике конфиденциальности, «нет сплетням», или как ты там это называешь. Но это очень важно. Если тебе известны их имена…

С минуту Шарлотта пристально смотрела на племянницу. Одно из главных правил — никогда не обсуждать клиентов с другими людьми. Три ее сотрудницы работали на полную ставку, и одна — по свободному графику, каждой Шарлотта сообщила об этом правиле, когда принимала их на работу. Малейшее нарушение правила повлекло бы за собой немедленное увольнение.

— Тетя Шарлотта, пожалуйста!

— Ладно. — Шарлотта быстро выпалила имена: — Рита Лэндерс, Карен Дуглас и Дорин Майерс. Теперь вы довольны?

— Не совсем, — вмешался Брайан. — Как долго вы работали на Адамсов?

— В понедельник я убиралась у них третий раз, — ответила Шарлотта.

— Может, вы знали или почувствовали, что кто-то хочет свести счеты с миссис Адамс?

— Не совсем.

— Что значит — «не совсем»? — спросила Джудит.

Хотя Шарлотта лучше проглотила бы червяка, чем повторила слова, которые сказал клиент, ей пришлось рассказать о вражде между Мими Адамс и Салли Лоусон.

— Но имейте в виду, — добавила она, закончив рассказ, — что это — версия Мими, а у любой истории всегда две стороны.

— Хорошо, хорошо, — согласилась Джудит. — Давай вернемся к еде и напиткам. Ты помнишь, кто что принес?

Шарлотта нахмурилась, но кивнула.

— Насколько я помню, Джун Брайант принесла в тот день пирожные, а вино принесла то ли Рита Лэндерс, то ли Карен Дуглас.

— «То ли»? — переспросила Джудит.

— Я не знаю точно, кто из них. Мими говорила, что одна из них, — она сама не помнила, кто именно, — должна была в тот день принести вино.

— А кофе? — поинтересовался Брайан. Шарлотта в упор посмотрела на него.

— Кофе? — повторила она. — Да будет вам известно, кофе готовила я и, к вашему сведению, открыла в тот день новую пачку.

— Хорошо, тетя, не волнуйся, тебя никто ни в чем не обвиняет. Поговорим о вине. Там были открытые бутылки или новые?

Шарлотта пожала плечами.

— Две бутылки, оставшиеся от собрания в пятницу, были открыты, остальные новые.

Шарлотта замолчала в нерешительности, размышляя, стоит ли говорить об «особой» бутылке I вина, которую принесла Рита.

— Не знаю, насколько это важно, — наконец произнесла она, — но Рита Лэндерс специально для Мими принесла «особую» бутылку вина, вроде как ее любимого. Рита сказала, что это «искупительная жертва» и так они трое хотят попросить прощения за ссору на предыдущем собрании.

Джудит наклонилась вперед.

— Ты можешь показать эту так называемую «особую» бутылку?

— Нет, — покачала головой Шарлотта. — Когда собрание закончилось, Рита забрала бутылку с остатками вина.

— Вы же говорили, что это был подарок? — прищурился Брайан.

— Нет, я сказала, что это была искупительная жертва.

Затем Шарлотта рассказала, как на собрании Рита, Карен и Дорин объединились против Мими, чтобы протолкнуть свой собственный проект.

— Мими расстроилась, а Рита сказала, что Мими все равно выльет оставшееся вино, и поэтому забрала бутылку домой.

В этот момент запищал пейджер Джудит. Она проверила его и тут же куда-то позвонила.

— Нам пора, — сказала она Брайану, вешая трубку. И обратилась к Шарлотте: — Мы еще поговорим об этом, тетя. И спасибо за информацию. Если ты еще что-нибудь вспомнишь, позвони мне.

Через несколько минут Джудит и Брайан вышли из дома. Стоя на крыльце, Шарлотта смотрела, как они уезжают. Вдруг ее осенило: она забыла упомянуть, что в тот день Мими обедала с Гордоном. Ведь вполне возможно, что какое-то блюдо, которое Мими съела во время обеда, было отравлено.

Надо попозже позвонить Джудит, сказала себе Шарлотта и вернулась в дом.

Как только высокий мужчина вошел на кухню, не осталось никаких сомнений, что это Гордон Адамс, настолько потрясающим было сходство между ним и Джастином.

Мужчина кивнул Шарлотте, потом протянул ей руку.

— Судя по всему, вы Шарлотта, — произнес он низким приятным голосом.

Шарлотта перевела дух, через силу улыбнулась и пожала протянутую руку.

— Да, это я. А вы, вероятно, Гордон Адамс. Я искренне сожалею, что Мими умерла. Она была приятной женщиной.

— Спасибо. И благодарю, что согласились прийти сегодня. — Он опустил руку, посмотрел на дверь и свел брови к переносице. — А где же все?

— Джастин и Эмма ушли, — ответила Шарлотта. — Кажется, пообедать с друзьями.

— Хорошо. Я очень волнуюсь за них, особенно за Эмму. Я боялся, что приду и увижу, как они печально слоняются по дому. — Гордон помолчал, затем спросил: — А Джун еще здесь?

Шарлотта кивнула:

— Думаю, она в библиотеке.

В этот момент вошла Джун.

— Мне показалось, кто-то произнес мое имя? — Она застыла в дверях. — Гордон? Что ты так рано делаешь дома? Я не ждала тебя до обеда.

— Я слышал, что меня разыскивала полиция, и подумал, что лучше буду здесь, когда они придут.

— Полиция?

— Да. Они уже приходили?

— Пока нет. Но зачем они разыскивают тебя сейчас?

Гордон ответил не сразу. Шарлотта поняла, что она здесь лишняя — зачем-то стоит и смотрит на них. Ей совсем не хотелось, чтобы решили, будто она подслушивает. Но в короткой битве между любопытством и здравым смыслом победило любопытство. Шарлотта повернулась спиной к Гордону и Джун и принялась мыть раковину. В третий раз.

Она услышала, как отодвинули стул, и Гордон спросил:

— А кофе не осталось?

Застучали каблучки Джун.

— Немного. Правда, он уже остыл. — Она вошла на кухню. — Но, думаю, Шарлотта не откажется сварить свежий кофе, правда?

Ни тебе «пожалуйста», ни «спасибо» — словно так и надо. Изобразив улыбку, Шарлотта обернулась:

— Да, конечно.

Она с неохотой вымыла и вытерла руки, потом начала готовить кофе.

— Так что же полиция? — спросила Джун.

— Звонил мой адвокат, — начал объяснять Гордон. — Он сказал, что судмедэксперт произвел вскрытие Мими и ее тело перенесли в морг. Это был действительно яд, какой-то гиосциамин. Кажется, он содержится в растении под названием «дурман вонючий», не знаю уж, что это за гадость. Но хуже всего другое. Крис — это мой адвокат — говорит, что полиция наверняка снова придет ко мне. Он утверждает, что, скорее всего, я буду главным подозреваемым.

— Почему? Это просто возмутительно! — закричала Джун. — Я в жизни не слышала большей чепухи.

— Да, но Крис говорит, что так часто бывает. Когда произошло убийство, супруг всегда под подозрением.

— Часто или нет, все равно я считаю, что это безобразие. Гордон, этот Крис — хороший юрист? Я имею в виду, он хороший адвокат по уголовным делам? Я не хочу сказать, что ты преступник, — поспешила добавить она, — просто в таком деле тебе нужен самый лучший специалист.

— Нет, Крис — адвокат компании, но он сотрудник большой фирмы, и у него есть коллега, который специализируется по уголовному праву. Коллегу зовут Даниэль или что-то в этом роде.

Рука Шарлотты замерла на полпути к кофеварке. Даниэль? Не может быть, чтобы Гордон говорил о ее племяннике, ее Даниэле.

Опять делаешь поспешные выводы.

Шарлотта нахмурилась и включила кофеварку. Наверняка есть куча адвокатов с именем Даниэль.

Джун издала сочувственный вздох.

— Я уверена, что все будет хорошо, — заверила она Гордона.

— Я тоже на это надеюсь, — ответил он. — Поскольку тело Мими уже в морге, я решил назначить похороны в субботу днем. Сегодня после обеда у меня встреча с директором похоронного бюро, мы будем обсуждать план похорон.

Шарлотта решила, что услышала все необходимое насчет действий полиции. У нее оставались еще дела на втором этаже, и поскольку кофеварка уже булькала готовым кофе, Шарлотта тихо вышла из кухни.

Когда она подходила к дверям гостиной, Джун предложила:

— Тебе не стоит ехать в похоронное бюро одному. Я поеду с тобой. Но сначала приготовлю обед. Я собиралась сделать жаркое, тогда у вас с детьми останется еда на вечер.

Шарлотта закатила в глаза. Опять на кухне будет беспорядок!

Шарлотта любила сестру. Честное слово. В любое другое время она была бы счастлива, что к ней заехала Мэделин. Шарлотта нахмурилась и нажала тормоз. Конечно, не то чтобы счастлива. «Рада» — более подходящее слово. Но не сегодня.

Спокойно, Шарлотта.

— Хорошо, хорошо, — пробурчала она, приближаясь к дому. Нужно отдать Мэделин должное — за несколько последних месяцев она изменилась в лучшую сторону. Хотя отношения Мэделин с новой невесткой Надей вначале были враждебными, потом женщины нашли общий язык и подружились.

Медленно, но верно — как подозревала Шарлотта, в основном благодаря Надиному сынишке Дэви — Мэделин училась давать, а не брать, быть ответственной, а не эгоистичной. Мэделин обожала приемного внука и с нетерпением ждала рождения внучки к концу сентября.

Но, несмотря на перемены, произошедшие с сестрой, Шарлотта все еще не могла заставить себя полностью поверить в преображение Мэделин.

— От старых привычек так просто не избавишься, — пробормотала она, выключая двигатель. Когда доверие обмануто, восстановить его почти невозможно, а Мэделин слишком часто в прошлом обманывала доверие сестры.

Шарлотта вылезла из фургона и с трудом поднялась по лестнице к своей двери. Она не любила предполагать худшее, но обычно Мэдди приезжала в гости, только когда ей было что-то нужно. И что ей нужно на этот раз?

— Где, скажи на милость, ты была? — спросила Мэделин, как только Шарлотта открыла дверь. И, не дав сестре времени ответить, затараторила. — Я тебя жду больше часа! — жаловалась она. — Слава богу, ты держишь запасной ключ под этой дурацкой керамической лягушкой на клумбе, иначе у меня бы уже случился тепловой удар. По пути сюда я слышала: сегодня днем жара была такая, что температура поднялась до 101 градуса.

Мэделин лежала на диване, в прохладе дома, и пила холодный чай, поэтому Шарлотте, мокрой и липкой от пота, было очень трудно посочувствовать сестре.

— Я тоже рада видеть тебя, Мэдди, — спокойно произнесла она. — К твоему сведению, я работала. — Шарлотта переобулась в мокасины и по привычке взглянула на окно. Обнаружив, что ни Милашки, ни его клетки нет на месте, она набросилась на сестру: — Что ты сделала с Милашкой?

— Шарлотта, не расстраивайся, с ним все в порядке. Ты же знаешь, что эта птица меня не любит. Он орал и бился в клетке, как дикий. Я попыталась накрыть клетку, но он все равно вопил, и я отнесла его в спальню, — Мэделин махнула рукой на дверь.

— Когда ты это сделала?

— Примерно полчаса назад.

— А ты с тех пор смотрела, как он там?

— Нет, — Мэделин пожала плечами, будто Шарлотта волновалась по пустякам. — Если бы он меня увидел, то снова начал бы орать. И я подумала, что в одиночестве он успокоится.

Шарлотта прикусила язык, молча досчитала до десяти, потом развернулась и пошла в спальню. Еще не открыв дверь, она услышала жалобные крики попугайчика. По крайней мере, клетка не гремела, значит, Милашка хотя бы прекратил биться о прутья.

Шарлотта вошла в спальню и закрыла за собой дверь.

— Все в порядке, Милашка, — пропела она, подходя к клетке и наклоняясь к ней. — Ну-ну, успокойся. Хороший мальчик.

Стоило ей поднять край покрывала, как попугайчик успокоился.

На дне клетки валялось несколько перьев, наверное, выпали, когда птичка металась по клетке. Но в целом, хотя попугайчик и выглядел несколько растрепанным, он не пострадал.

Шарлотта просунула пальцы между прутьями. Милашка тут же подскочил к ней и подставил головку, ожидая ласки.

— Ну вот, все хорошо, моя маленькая птичка.

Окончательно убедившись, что с Милашкой все нормально, Шарлотта встала. Она еще раз взглянула на попугайчика, тяжело вздохнула и поплелась обратно в гостиную.

— Ты чего-нибудь хотела, Мэдди? — спросила она сестру, входя в комнату. — Или просто заглянула, чтобы до смерти напугать мою птичку?

— Ну и ну! Большое спасибо, Шарлотта. Вижу, ты в прекрасном настроении…

Шарлотта покачала головой:

— Прости. Я не должна была так говорить. Просто мне жарко, и я очень устала. У меня был очень долгий день. Вернее, очень долгая неделя. — Шарлотта нахмурилась, охваченная внезапным подозрением. — Кстати, о долгом дне. Почему ты не на работе? — Она прищурилась. — Пожалуйста, скажи, что тебя не уволили.

Мэделин закатила глаза.

— Нет, Шарлотта, меня не уволили. К твоему сведению, я отпросилась. Я решила, что заслужила это после всей сверхурочной работы, которую делала в последнее время. А если ты собираешься меня допрашивать, то, может, сначала сядешь, снимешь тапочки и расслабишься? А я принесу тебе чаю.

— Звучит просто божественно, — ответила Шарлотта. Но подозрения насчет визита Мэделин не исчезли. Сестра встала, и Шарлотта улеглась на диван.

— Кстати, — Мэделин остановилась в дверях кухни, — куда уехал Луи? — Она показала на кипу конвертов на столе рядом с входной дверью. — Тут уже целая гора его почты.

Луи Тибодо раньше работал в полиции Нового Орлеана и снимал вторую половину дома. Перед тем как выйти на пенсию, он спросил, может ли Шарлотта сдать ему часть дома. Сказал, что ему надо где-то жить, пока не достроен его коттедж на Северном побережье, где Луи собирался провести старость. В тот момент у Шарлотты возникли сомнения по поводу этого договора.

Когда убили еще одну клиентку Шарлотты, они вместе с Луи очень помогли следствию. В то время Луи был напарником Джудит, поэтому Шарлотта уступила и сдала ему часть дома. Но, как только достроили коттедж, Луи передумал переезжать. Он решил остаться в Новом Орлеане и попросил Шарлотту продлить договор аренды, пока не подыщет дом в городе. Шарлотту продолжали мучить сомнения. Но к этому моменту они были связаны в основном с ее чувствами к Луи.

К удивлению Шарлотты, сложностей не возникало. Ко всему прочему, Луи работал в охранном агентстве и часто уезжал в командировки. В отличие от предыдущего квартиранта, он был надежным человеком и всегда в срок платил за жилье.

— Луи в Нью-Йорке, мисс Любопытная Варвара, — ответила Шарлотта. — Я не знаю, когда он вернется. И почему ты роешься в моей почте?

— Мне стало скучно, пока я тебя ждала, — пожала плечами Мэделин. — Плохо, что Луи так часто уезжает. В городе такая преступность! Гораздо спокойнее, когда знаешь, что твой сосед — бывший полицейский. — Она подняла брови и хихикнула. — И он очень хорош, особенно если ты из тех женщин, которым нравятся пожилые мужчины. Конечно, ведь ты сама пожилая дама.

Шарлотта закатила глаза.

— Спасибо. Мне как раз не хватало, чтобы мне напомнили о возрасте. Ну да ладно, девушка, ваше время тоже не за горами. Не забывай, ты младше меня всего на несколько лет. Кстати, где чай, который ты собиралась мне принести? Мэделин засмеялась.

— Ладно-ладно, но и ты младше не становишься, — продолжала она дразнить Шарлотту. — А подходящие мужчины твоего возраста не растут на деревьях! По крайней мере, хорошие мужчины.

— Хватит уже, Мэдди, я хочу чаю.

— Ладно, ладно, сейчас.

— И в следующий раз не ройся в моих вещах.

Мэделин хитро улыбнулась и исчезла в дверях. Шарлотта застонала от усталости, положила ноги на кофейный столик и откинула голову на спинку дивана. Мало того, что Джудит постоянно дразнит ее из-за Луи, так теперь к дочери присоединилась и Мэделин.

— Яблоко от яблони недалеко падает, — пробормотала Шарлотта. Стоит им начать подшучивать, остановиться они уже не могут. Пора сменить тему, решила она.

— Так что случилось, Мэдди? — крикнула Шарлотта, устраиваясь поудобнее.

— Сейчас, секундочку, — ответила Мэделин. Вернувшись с обещанным чаем, сестра протянула стакан Шарлотте, потом плюхнулась рядом с ней и наконец заговорила: — Надя. Я волнуюсь за Надю.

— Что-то не так? — Шарлотта сделала большой глоток из стакана.

— Во-первых, она продолжает работать. Как ты прекрасно знаешь, — Мэделин подчеркнула последнюю фразу.

— Послушай, Мэдди…

— Не надо никаких «послушай, Мэдди». Все эти наклоны, мытье полов и тому подобное вредны для Нади и ее ребенка. У нее темные круги под глазами, Шарлотта, и стоит ей присесть, она тут же начинает дремать. Почему Надя упорно продолжает работать — выше моего понимания. Конечно, не из-за денег. Черт побери, мой сын все-таки адвокат! Он делает все, чтобы они ни в чем не нуждались.

Шарлотта вздохнула.

— Нет, дело не в деньгах. Просто Надя до сих пор чувствует себя неуверенно, к тому же она очень гордая и не хочет, чтобы кто-нибудь думал, будто она вышла за Даниэля из-за денег.

— Да кто может такое подумать? А даже если подумает, какая разница? Это никого не касается… — Мэделин вдруг оборвала себя на полуслове. — О нет, — прошептала она. — Это из-за меня, да? Из-за тех ужасных вещей, которые я наговорила, когда Даниэль впервые сказал нам, что они тайно поженились?

— Отчасти, да, — подтвердила Шарлотта. — Но, как я уже сказала, Надя — очень гордая женщина.

Мэделин обреченно махнула рукой:

— Гордая, не гордая… Это просто глупо. И опасно. К тому же помнишь пословицу? Как там: гордыня до добра не доведет?

— Так чего ты хочешь от меня, Мэдди?

— Я хочу, чтобы Надя перестала работать. Чтобы ты просто уволила ее.

Шарлотта тяжело вздохнула.

— Ты прекрасно знаешь, что я не могу. — Она решительно покачала головой. — Я не буду этого делать.

— Ты могла бы, если бы захотела. Ты просто упрямишься.

— Нет, я не «просто упрямлюсь», — резко ответила Шарлотта. — Может, это грубо прозвучит, Мэдди, но… Надя — взрослая женщина, которая прекрасно может управиться с собственной жизнью без вмешательства с моей стороны. И с твоей тоже, — подчеркнула она.

— Ладно, ладно. Не запачкай штаны. И не смотри на меня так.

— Фу, как отвратительно.

— Прости. Но если ты не хочешь увольнять ее, то хотя бы поговори с ней. Пожалуйста. Тебя она послушает.

Как будто у меня без того мало дел, подумала Шарлотта.

— Хорошо, я с ней поговорю, — ответила она недовольно. — Но я не буду настаивать, чтобы Надя бросила работу, — добавила она поспешно. — Я скажу, что, когда она соберется уйти, ее будет кем заменить.

— Черт подери, а почему ты сразу этого не сказала?

— Потому что это не твое дело, Мэдди. Понимаешь? Не. Твое. Дело.

В пятницу утром Шарлотта проснулась под раскаты грома и шум ливня.

— О нет, только не это, — простонала она, выбираясь из постели.

Шарлотта опустила ноги на пол и тут вспомнила, что вчера вечером не послушала прогноз погоды, а также не заехала по пути домой в магазин, чтобы запастись вещами, которые понадобятся в случае урагана.

Мэделин пробыла у нее до ужина, а поскольку готовить никому из них не хотелось, Шарлотта предложила заказать пиццу. Домой Мэделин ушла почти в семь вечера. К этому моменту Шарлотта слишком устала, чтобы беспокоиться о погоде и тому подобном.

Шарлотта включила кофеварку, зашла к Милашке, сняла с клетки покрывало и отправилась в душ. Когда она вымылась и оделась, как раз сварился кофе. Надеясь услышать прогноз погоды до выхода на работу, Шарлотта решила выпить первую чашку кофе перед телевизором.

Если верить прогнозу, тропический шторм двигался на восток-северо-восток. По некоторым признакам, шторм усиливался, и эксперты предсказывали, что он получит статус урагана третьей степени, когда достигнет побережья. Предполагали, что ураган обрушится на берег в районе города Мобил, штат Алабама, в субботу утром. Таким образом, Новый Орлеан находится в восточной части этой огромной системы, и пока ураган не продвинется дальше на восток, в городе будут постоянные ливни, сопровождающие ураган.

Шарлотта облегченно вздохнула, сочувствуя жителям Мобила. Выключив телевизор, она отнесла на кухню пустую чашку. Если прогноз погоды точен и шторм действительно придется на Мобил, Новый Орлеан уже в который раз избежит удара.

Сколько Шарлотта себя помнила, всегда говорили, что прямое попадание урагана смоет Новый Орлеан. Город находится ниже уровня моря, в гигантской низине, обрамленной озером Пончат-рейн, Миссисипи, а на юго-востоке — Мексиканским заливом. Единственной защитой против затопления служила огромная осушительная система. При обычных ливнях насосы, откачивающие воду, работали хорошо, но все знали, что им не справиться с тем количеством воды, которое выпадет на город в случае сильного урагана.

Но это пока еще не сильный ураган. И все-таки Шарлотта решила запастись необходимыми вещами — на всякий случай. Может, она сделает это после работы, если в магазинах к тому моменту что-нибудь останется.

Хотя улицы еще не были затоплены, их уже покрывала вода, и Шарлотта потратила немало времени и сил, чтобы добраться до Адамсов.

Перед дверью Шарлотта засомневалась, стоит ли воспользоваться ключом, который дала ей Джун? Сначала постучать или просто войти? Насколько она знала, дома никого нет. Но если она постучит, а Эмма с Джастином Дома и до сих пор спят… Шарлотта вставила ключ в замочную скважину, повернула его и открыла дверь. Незачем будить детей.

В доме царила тишина, не было слышно ни малейшего движения. Шарлотта заперла дверь, отключила сигнализацию и пошла на кухню. Она была уверена, что рано или поздно выяснится, спят дети или уже встали и куда-то ушли. Начну с первого этажа, решила Шарлотта, а к тому моменту, когда нужно будет пылесосить, скорее всего, станет известно, дома они или нет.

Шарлотта закончила уборку на кухне — осталось только пропылесосить и вымыть пол — и полировала стол в столовой, когда вдруг услышала шум со стороны парадной двери. Шарлотта выглянула в коридор. Дверь открылась, и вошла Джун.

Интересно, откуда у Джун ключ, тем более, если дети дома? С другой стороны, может, их все-таки нет.

Шарлотта вышла в холл, в этот момент Джун обернулась, всплеснула руками и замерла.

— Ой, Шарлотта, — она вздохнула. — Вы меня напугали.

Шарлотта почувствовала, что у нее лопается терпение. В конце концов, эта глупая дамочка наверняка заметила припаркованный около дома фургон. Но пришлось улыбнуться.

— Вы меня тоже удивили, — сказала Шарлотта. — Я не думала, что кто-то придет.

Джун показала ключ:

— Гордон попросил меня посмотреть, как тут дети, и убрать вещи из шкафа Мими.

По крайней мере, теперь Шарлотта знала, что дети дома. Но ей показалось странным, что муж Мими решил освободить шкаф жены так быстро после ее смерти. Большинство мужчин не стали бы так делать. Спокойно, Шарлотта. Может, Гордон Адамс так пытается справиться с горем. Может, любое напоминание о жене причиняет ему слишком сильную боль.

— Он мог хотя бы подождать, пока мы ее похороним!

Оскорбленный крик Эммы Адамс застал Шарлотту и Джун врасплох. Женщины обернулись.

По лестнице, прищурившись и с ненавистью глядя на Джун, медленно, твердым шагом спускалась Эмма.

— Никто не тронет вещи мамы. Никто! — снова закричала она. — И я уже говорила вам, что за мной и Джастином присматривать не нужно. Мы прекрасно можем сами о себе позаботиться.

— Послушай, Эмма, — Джун примирительно подняла руку, — отец желает вам добра, а я только стараюсь помочь.

— Это все вранье, и вы это знаете, — огрызнулась Эмма. — Если бы он желал нам добра, то был бы дома, с нами.

Джун уперла руки в бока и с яростью посмотрела на Эмму.

— Думаю, вы сказали достаточно, юная леди. Я пыталась не ссориться с тобой, принимая во внимание, что у тебя горе, но, знаешь, горе не у тебя одной. Мы с Фредом дружим с твоими родителями очень давно, твой отец нам доверяет. Нравится тебе или нет, я собираюсь делать то, о чем он меня попросил.

— Посмотрим! — завопила Эмма. Опять с ненавистью взглянув на Джун, девушка развернулась и, нарочито топая, стала подниматься по лестнице.

— Эмма, вернись, — потребовала Джун.

Эмма не обратила на нее внимания. В этот момент на верхней площадке появился Джастин. Вид у него был заспанный. Сестра пронеслась мимо него.

— Эмма, — окликнул он, — что здесь за крик?

— Спроси Джун, — бросила ему Эмма. — Она, похоже, все знает.

Она выбежала из холла и хлопнула дверью в свою спальню так, что зазвенела люстра у входной двери.

Шарлотта всем сердцем сочувствовала ей. Эмма горевала, очень горевала. Присутствие Джун и ее неискренняя жалость совсем не помогали девушке.

Шарлотта не знала, что сказать и нужно ли вообще что-нибудь говорить. Вряд ли Джун заинтересует ее мнение.

— Если вам что-нибудь понадобится, я в столовой, — произнесла она в результате.

После обеда, когда Шарлотта вытирала пыль в гостиной, вернулся Гордон Адамс.

— Кто-нибудь дома? — позвал он. — Шарлотта?

— Я в гостиной, — ответила она, и через минуту Гордон появился в дверях.

— А где все? — спросил он.

— Вы чуть-чуть разминулись с Джастином. Он ушел примерно десять минут назад. Сказал, кажется, что пошел покупать костюм.

Гордон кивнул:

— Хорошо. Я просил его купить новый костюм для похорон. Кстати, о похоронах. Не знаю, говорила ли вам Джун, но я хотел спросить, могу ли снова обременить вас. Вы сумеете помочь после похорон здесь, в доме? Я был бы вам очень признателен.

Шарлотта ответила не сразу, пытаясь вспомнить, есть ли у нее какие-нибудь планы на вторую половину субботы.

— Если дело в деньгах, — сказал Гордон, — я хорошо заплачу.

Шарлотта покачала головой:

— Нет-нет, не в деньгах. Я просто вспоминаю, нет ли у меня других дел. Кажется, я свободна и буду рада помочь.

— Спасибо, у меня прямо гора с плеч свалилась. — Гордон внезапно нахмурился. — Эмма все еще сидит, закрывшись в своей комнате?

Этот вопрос застал Шарлотту врасплох. Интересно, Эмма сама позвонила отцу? Или это сделала Джун?

— Боюсь, что да, — наконец ответила Шарлотта. — Бедняжка. Ей сейчас так плохо.

Гордон кивнул:

— Я знаю, но это не причина, чтобы грубить Джун. Она еще здесь? Я не удивился бы, если бы она и ушла, — добавил он.

Шарлотта кивнула:

— Думаю, Джун наверху, в вашей спальне. Она… Она убирает одежду Мими.

И тут, будто имя, как заклятие, заставило ее появиться, Джун внезапно возникла за спиной Гордона.

— Я убрала всю одежду, — сказала она. Гордон повернулся к ней. — И прости, что тебе пришлось прийти домой. Как будто у тебя и без того мало забот. Поверь, я не хотела тебе звонить, но я просто не знала, что делать, когда Эмма устроила маленькую истерику. Представляешь, она даже не спустилась пообедать.

Маленькую истерику? Эта женщина идиотка, решила Шарлотта.

— Мне очень жаль, Джун, — вздохнул Гордон. — Эмма должна извиниться перед тобой, я с ней поговорю.

— Кстати, об обеде. Ты поел? — спросила Джун.

Гордон кивнул:

— Да, недавно.

Джун положила руку ему на плечо:

— Ты выглядишь очень усталым. После разговора с Эммой постарайся отдохнуть. Завтра будет долгий и тяжелый для всех день. И не беспокойся насчет ужина, я о вас позабочусь. Я все равно готовлю больше, чем мы с Фредом можем съесть.

Разговор между Джун и Гордоном крутился в голове Шарлотты все время, пока она находилась в доме Адамсов. Еще ей было интересно, что думают муж и сын Джун по поводу ее отсутствия и щедрости в отношении Адамсов. Конечно, сына Джун отправили в военное училище, если Шарлотта правильно помнила. А муж? Знает ли он, что Джун полностью посвятила себя Гордону и его детям? Беспокоит ли это его? Должно бы, решила наконец Шарлотта. Особенно если бы ему стало известно, как Джун вела себя после обеда.

Но дело не только в ее льстивом, заискивающем отношении к Гордону: она потакала каждому его желанию, что само по себе странно. Стараться помочь — это одно, но Джун доводила все до абсурда. Больше всего Шарлотту разозлило, что Джун постоянно ходила за ней, давая указания. Этим она напоминала Битси Дью, но только Битси была гораздо приятнее. В итоге Джун почти довела Шарлотту до белого каления.

Под предлогом, что у нее встреча, Шарлотта решила уехать немного раньше, чем собиралась. Она просто оказалась перед выбором: уйти или сказать Джун Брайант что-нибудь такое, о чем позже придется пожалеть.

Шарлотта припарковала фургон около салона красоты. Ливень не стихал. Она приехала раньше назначенного времени, и ей совсем не хотелось промокнуть.

Шарлотта не стала выключать двигатель. Размеренный шорох «дворников» по ветровому стеклу, нарушаемый только гулом проезжающих по затопленной улице машин, гипнотизировал ее. Шарлотта невидящим взглядом смотрела на мрачную улицу. Больше всего на свете ей хотелось поехать домой, забраться в постель и хотя бы ненадолго забыть все и всех. В такие моменты она часто жалела, что господь не создал маленькую кнопочку на голове, чтобы отключать мысли.

Шарлотта узнала это состояние и была вынуждена признать, что подавлена. Конечно, она устала, и серый дождливый день тоже не добавлял радости. Но это внешние причины. Должно быть нечто, что по-настоящему ее беспокоит. По правде говоря, убийство Мими взволновало ее сильнее, чем она думала, и постепенно захватывает все больше. Но почему? — спросила себя Шарлотта. Она ведь почти не знала эту женщину.

Шарлотта вздохнула и выключила двигатель. Может, после посещения парикмахера и косметолога ей станет лучше?

Через час Шарлотта, щеголяя новой стрижкой под капюшоном, бежала под дождем к фургону.

Благодаря заботливым действиям косметолога, она действительно почувствовала себя несколько лучше. Но ее новая стрижка не могла изменить того, что еще одна клиентка убита и что любой из тех, с кем Шарлотта общалась в последние дни, мог оказаться убийцей Мими.

Она медленно вывела фургон с залитой водой стоянки. По крайней мере, ей удалось понять, что именно ее волнует. Если она и впредь будет так терять клиентов, не придется спорить с Хэнком насчет того, чтобы уйти на покой. Если так пойдет и дальше, никто не захочет брать ее на работу из страха быть убитым.

Дома Шарлотта приняла душ, переоделась и обнаружила, что у нее осталось еще несколько минут до того, как нужно будет ехать в ресторан к Хэнку и Кэрол. Времени как раз достаточно, чтобы удовлетворить любопытство по поводу одной вещи, которую Гордон упомянул накануне.

В гостиной у Шарлотты было два книжных шкафа с любимыми книгами. С большинством книг она ни за что не рассталась бы, это были ее защитники, некоторые даже с автографами писателей.

Кроме того, здесь стояла современная многотомная энциклопедия.

Шарлотта нашла том на букву «Д», вынула его и отнесла на диван. Включив лампу, она села и стала листать книгу, пока не нашла статью «дурман вонючий».

Рядом с коротким описанием растения была маленькая цветная фотография. Шарлотта уставилась на картинку и оцепенела от ужаса.

Шарлотта барабанила пальцами по странице энциклопедии. Сомнений нет. Похожие на сорняки растения, которые Мими посадила вместо погибших деревьев, — это дурман.

Мими… яд… дурман… Салли Лоусон… погибшие деревья…

Так чего же стоит сомнительная версия Салли Лоусон про ее отношения с Мими? Были ли они врагами? Салли лгала или нет?

Шарлотта смотрела на фотографию смертоносного растения. Даже если Салли солгала, глупая вражда из-за двух погибших деревьев — недостаточный мотив для убийства.

Но что, если причин для вражды было больше? Что, если у Салли, а не у Риты роман с Гордоном? Вдруг Салли решила, что хочет большего, нежели просто роман?

Шарлотта нахмурилась. Кроме мотива, у преступника должна быть возможность совершить убийство. Как Салли могла отравить Мими? Шарлотта нахмурилась еще больше. Что говорила Джун? Что Мими никогда не запирает заднюю дверь, когда она дома. А если Салли пробралась на кухню во время одного из собраний ОСН и…

— Ну конечно, — Шарлотта покачала головой, отбрасывая эту мысль. Даже если Салли пробралась на кухню незамеченной, невозможно было отравить хозяйку, не отравив при этом остальных членов ОСН. Ведь так?

У Шарлотты заныли виски. Она захлопнула энциклопедию и покрутила головой, потом покачала ею взад-вперед, чтобы снять напряжение с шеи и прогнать боль. Пора ехать на ужин.

— Шарлотта, это я, — раздался хриплый голос. Нахмурившись, Шарлотта открыла дверь.

— Черт возьми, Луи, ты меня до смерти напугал.

Луи был босиком, в линялых джинсах и потрепанной футболке. Мэделин права насчет него. Для мужчины в его возрасте он вполне привлекателен — коренастый, седой, с едва заметными залысинами и красивым плоским животом.

— Прости, — сказал Луи, — я знаю, что уже поздно, но мне нужно с тобой поговорить. Можно мне войти?

— Подожди секунду, — ответила Шарлотта. — Мне нужно накрыть клетку Милашки.

Хотя Луи снимал у нее жилье уже больше года, каждый раз, когда Шарлотта и Луи оказывались в одной комнате, попугай начинал сходить с ума. Однажды он так сильно бился в клетке, что Шарлотта испугалась, как бы птица не поранилась.

Шарлотта подбежала к клетке и быстро накрыла ее. Будь Луи похож на предыдущего хозяина Милашки, странная реакция попугая была бы вполне объяснима. Его прежний владелец — высокий тощий человек с гнусными наклонностями — был мошенником. Он сбежал, не заплатив Шарлотте за квартиру, и бросил птицу умирать с голоду.

— Теперь входи, — позвала Шарлотта Луи. — Но давай поговорим на кухне.

Луи вздохнул, но пошел за Шарлоттой.

— Это просто избалованная птица, Шарлотта. А ты с ней носишься.

В другой момент Шарлотта, наверное, начала бы с ним спорить, но сегодня она слишком устала. Кроме того, Милашка был беззащитной птичкой, и она просто защищала его. Надо выяснить, почему попугайчик выходит из себя, только когда появляются Луи или Мэделин. Шарлотта могла бы поклясться, что Милашке передаются ее собственные «растрепанные» чувства к Луи и сестре, но это объяснение казалось слишком необычным.

Они вошли на кухню, и Шарлотта повернулась к Луи.

— Садись, — она указала на стул. Луи покачал головой:

— Да нет, мне еще нужно собираться. Шарлотта нахмурилась.

— Ты ведь только что вернулся.

— Только на одну ночь. Я улетаю завтра, рано утром.

Она огорчилась. Она никогда не призналась бы в этом, тем более Луи, но Шарлотта соскучилась по ощущению, что он здесь, рядом.

— Как-то ты совсем ненадолго, — все же произнесла она.

— Да, я и сам не рад.

— Так что ты хотел сказать?

— Две вещи, — ответил Луи. — Я уже говорил, мне нужно собираться. Я улетаю рано утром, и на этот раз меня не будет минимум две недели. Я собирался отказаться от почты, но… — он пожал плечами. — Ничего, если я снова тебя попрошу?

— Мне совсем не трудно забирать твою почту, — согласилась Шарлотта. Снова, хотела добавить она, но промолчала. Луи всегда забывает оформить отказ от доставки корреспонденции и газет, и Шарлотта подозревала, что он делает так нарочно: это хороший предлог, чтобы зайти к ней в гости.

Ну конечно, размечталась. Шарлотта вдруг устыдилась собственных мыслей.

— Ничего страшного, — продолжила она. — И не забудь забрать то, что пришло, пока тебя не было. Почта сложена на столике у двери.

Скорее всего, Луи просто страдал забывчивостью, и к ней, Шарлотте, это не имело никакого отношения. По крайней мере, прямого отношения. В конце концов, кроме того вечера, в день шестидесятилетия, когда Луи поцеловал ее, он никогда не пытался сделать их странные отношения более близкими. Как-нибудь, подумала Шарлотта, она прямо спросит его почему, но не сегодня. Она так устала и совершенно не способна думать.

— Я не забуду, — кивнул Луи. — Боюсь, там есть несколько просроченных счетов. — Он немного помолчал, потом произнес: — Если я вдруг не говорил раньше, спасибо, я очень благодарен за то, что ты собираешь мою почту.

Взгляд Луи неожиданно смутил Шарлотту, и она решила сменить тему.

— Ты хотел сказать две вещи, — напомнила она. Луи кивнул и протянул пластиковую кружку.

— Дашь немного сахара?

До этого Шарлотта не замечала, что у него в руке кружка. Растерянное выражение лица Луи показалось ей таким забавным, что Шарлотта не смогла сдержать смех. В отличие от нее, Луи, кажется, почти никогда не смущался.

Он закатил глаза.

— Давай, смейся. Должен тебе сказать, у меня было полно сахара. По крайней мере, достаточно, чтобы утром выпить кофе. Но вечером Стивен приводил Эми, маленькая разбойница перевернула сахарницу, разбила ее, и весь сахар пропал. Мне нужно совсем чуть-чуть, на пару чашек.

Все еще смеясь, Шарлотта отсыпала сахару из банки. Возвращая кружку Луи, она сказала:

— Кстати, о детях и внуках. Возможно, у меня тоже скоро появится внук.

Луи нахмурился:

— Хэнк?

Шарлотта кивнула.

— Сегодня вечером я узнала, что Хэнк и Кэрол наконец-то собрались пожениться. Поэтому меня не было дома. Они пригласили меня на ужин, чтобы сообщить эту новость.

Луи нахмурился еще больше.

— Можешь считать меня старомодным, но я думаю, что люди сначала должны пожениться, а потом заводить ребенка. Хотя в наши дни…

Шарлотта покачала головой.

— Ты не понял. Хэнк и Кэрол сначала как раз поженятся. Я просто имела в виду, что они хотят детей, поэтому у меня еще есть шанс стать бабушкой.

— О, какое счастье. Я хотел сказать, счастье, что они сначала поженятся. Рад, что в этом мире остались хоть какие-то приличия. — Луи выжидающе посмотрел на Шарлотту и прищурился. — Сейчас ты скажешь, что, конечно, приличия остались, и заявишь, что я циник.

Действительно, в другой ситуации она бы возразила, как это обычно случалось. Они с Луи — как лед и пламя и почти всегда спорят.

— Если ты все знаешь, то повторять незачем, правильно? — съязвила она. — К тому же я страшно устала, и у меня нет сил спорить с тобой. У меня был долгий день.

— Только не говори, что ты нашла еще один труп.

Ехидный вопрос Луи оживил в памяти Шарлотты калейдоскоп страшных картин, — трупов и человеческих костей, — которые она старалась забыть. А теперь Мими умерла… отравлена. На секунду Шарлотте захотелось ударить Луи.

— Труп я нашла всего один, — возразила она. — И можешь не уточнять, скелет не считается. Кроме того, скелет я не находила, а просто случайно оказалась в доме, когда его нашли. Так вот, мистер Остряк-Самоучка — нет, я не обнаружила еще один труп. Но если хочешь знать, лишилась одного из клиентов. — Эти слова вырвались у нее случайно, и когда Шарлотта поняла, что сказала, то в ужасе замерла.

— Лишилась потому, что клиент умер, или потому, что он исчез?

Она подняла глаза к потолку. Думай, Шарлотта. Думай. Учитывая мнение Луи по поводу ее предыдущих расследований, она не хотела обсуждать с ним убийство Мими. Вдруг ей в голову пришло, будто с неба свалилось, отличное решение.

— Господи, — вздохнула Шарлотта. — Перестань. Ни то, ни другое. — Лгунья, лгунья! — К твоему сведению, меня уволили. — Это была не совсем ложь. — И пока ты не сделал ошибочных выводов, поясняю: уволили, потому что Мэриан Хеберт переезжает на Северное побережье. А теперь извини, я устала и, если ты не против, хочу лечь в постель.

— Это приглашение? — по губам Луи скользнула хитрая усмешка.

— Нет, не приглашение! — Шарлотта указала на дверь: — Вон отсюда!

— Шарлотта, успокойся. Я пошутил. Ну, не то чтобы совсем пошутил, но… — Луи замолчал, потом пожал плечами. — Неважно. Если серьезно, мне жаль, что ты потеряла клиента. Но думаю, все не так страшно, и тебе будет просто найти ей замену. — Он внимательно посмотрел на Шарлотту. — Конечно, если Хэнк не собрался снова отправить тебя на пенсию.

— Да, он попытался, и я даже немного об этом подумала, но…

— Позволь, я угадаю. Спасибо, не надо?

Шарлотта кивнула.

— Честно говоря, я уже устала от этих уговоров.

Луи подошел к Шарлотте и сжал ей локоть:

— Поверь мне, лучше не складывай оружия. Не уходи на покой, пока не готова к этому. Пенсия далеко не так хороша, как о ней говорят. — Луи еще раз нежно сжал руку Шарлотты и отпустил. — А теперь отдыхай. Увидимся недели через две.

Этот мужчина — настоящая загадка, решила Шарлотта, закрывая и запирая за Луи дверь. Потрогала и потерла руку в том месте, где он сжимал ее. Иногда Луи так злит ее, что она готова на стенку лезть, а иногда… Не то чтобы совсем пошутил.

— Даже не думай об этом, — вздохнула Шарлотта. — И мужчины еще жалуются, что женщины их дразнят. — Она выключила свет в гостиной, и тут механическая кукушка в часах прочирикала время. Шарлотта насчитала одиннадцать «ку-ку».

— Мне давно пора спать, — проворчала она.

В дверях стояла Рита Лэндерс. Интересно, это она подружка Гордона? Так думала Мими, и даже сказала об этом Джун, но Шарлотта почему-то сомневалась. Такие вещи просто не поддаются разумению. Зачем Гордону заводить роман с женщиной, которая распускает гнусные сплетни о Мими? К тому же любовь Риты к сплетням стала, вероятно, причиной того, что Гордон уволил ее мужа.

Она снова обвела взглядом комнату и заметила Салли Лоусон. Та стояла около стола и разговаривала с незнакомой Шарлотте женщиной. Может, это Салли? Тогда у них с Мими было больше причин для вражды, чем два погибших дерева. Был ли Гордон настоящей причиной этой вражды?

Покачав головой, Шарлотта сосредоточилась на работе и стала переливать кофе в большой кофейник на столе. Заполнив его наполовину, она краем глаза увидела, как в комнату вошел Гордон.

Шарлотта стиснула ручку кофеварки, на долю секунды представив, как выплеснет кофе в самодовольную, лицемерную физиономию Гордона. Конечно, она никогда бы этого не сделала и знала, что потом ей будет стыдно даже за тень подобного желания, но…

Нет дыма без огня. Но если все это — правда, то в один прекрасный день Гордон получит по заслугам. Что посеешь, то и пожнешь.

Эта мысль немного утешила Шарлотту, и она вылила остаток кофе в кофейник. Вернувшись на кухню, она с облегчением обнаружила, что мужчины удалились.

Взглянув на стол, Шарлотта раздраженно поджала губы. Мужчины оставили после себя беспорядок, а на тарелках — недоеденные сэндвичи.

Пропали зря. Шарлотта ненавидела, когда что-то зря пропадает, особенно еда. В мире столько людей умирает от голода, что никто не должен просто так выбрасывать еду.

Она поставила кофеварку рядом с раковиной и несколько секунд боролась с искушением собрать недоеденные сэндвичи и положить их обратно на блюдо в столовой. Потом решила, что не стоит. Кто-нибудь может ее увидеть, и неважно, что Шарлотта думает о Гордоне, он все-таки ее клиент. Раз так, она обязана не делать ничего, что может поставить его в неловкое положение.

Поморщившись, Шарлотта сложила остатки еды на одну тарелку и выбросила сэндвичи в мусорное ведро. Когда она собиралась вымыть тарелку, вошла Джун.

— Шарлотта, у нас кончился кофе.

Качая головой, Шарлотта поставила тарелку в раковину, к посуде, уже отмокавшей в мыльной воде.

— Не может быть, — сказала она. — Я только что налила полный кофейник.

— Вы уверены?

Шарлотта молча досчитала до десяти, чтобы не вспылить.

— Абсолютно уверена, — наконец ответила она.

Джун пожала плечами:

— Наверное, вам стоит сварить еще кофе. Тогда мы будем точно знать, что он не закончится.

Именно это Шарлотта и собиралась сделать, но ее раздражало, что Джун, похоже, доставляет странное удовольствие использовать свою так называемую власть.

Делай свое дело и не обращай на нее внимания.

Шарлотта дернула губами, надеясь, что это сойдет за улыбку, и взяла кофеварку.

— Я скоро вернусь посмотреть, как дела, — Джун тоже натянуто улыбнулась и вышла.

Задумчиво глядя в окно, Шарлотта вымыла кофеварку и налила в нее воды. Эта женщина — зануда и к тому же командирша.

Но у тебя нет подружки на стороне, правда?

Возможно, Джун и есть «подружка» Гордона, прикинула Шарлотта. Если подумать, Джун — подходящая кандидатура, тем более учитывая, как она взялась за дело и занялась семьей Адамс сразу после смерти Мими.

А вот теперь ты ведешь себя как злая язва.

Хотя Шарлотта знала, что лучше прислушаться к голосу совести, ведь потом ей будет стыдно за плохие мысли о людях, она не могла избавиться от чувства, которое не имело отношения к ее собственным обидам на Джун. Было нечто в этой женщине, выходившее за пределы личной неприязни к ней Шарлотты.

Шарлотте почудилось, что в ее голове происходит битва, сражение добра и зла, выбор между светлым и мрачным взглядом на жизнь. Ей больше нравилось верить, что не перевелись еще благородные самоотверженные люди, которые по дружбе помогают другим. И такие люди есть, убеждала себя Шарлотта. Она в этом уверена. Но есть и плохие люди.

Какова же Джун? Благородная и великодушная? Или она все делает из низменных побуждений?

Открыв кран и наливая в кофеварку воду, Шарлотта вспоминала первую встречу с Джун. Вернее, она вспоминала разговор Джун и Мими, который случайно услышала в тот день. Джун, похоже, была сильно расстроена из-за отношений с мужем, Фредом, и искренне обеспокоена по этому поводу.

Да, Джун очень навязчива. По словам Мими, подруга слишком заботилась о ней, так что приходилось ее сдерживать, и Салли Лоусон говорила, что Джун очень любит командовать. Может, она просто настолько заботливый человек и привыкла брать на себя ответственность за все? Возможно, желание командовать — личное качество Джун? И так проявляется ее дружба?

А Эмма?

Шарлотта нахмурилась. Эмма открыто восставала против так называемой помощи Джун. Но она очень молода, и у нее большое горе. По правде говоря, в такой момент Эмма, скорее всего, восстала бы против кого угодно.

Воскресное утро выдалось солнечным, а также душным и жарким. Поскольку в этот раз Мэделин отвечала за воскресный семейный обед, из церкви Шарлотта сразу поехала домой к сестре.

Шарлотта, Мэделин, их дети — все, что осталось от семьи. Еще когда дети были маленькими, возникла традиция после мессы всем вместе обедать по воскресеньям в доме Шарлотты или на квартире Мэделин. Шарлотта всегда с нетерпением ждала этого события, а сегодня — даже больше, чем обычно. Сегодня Хэнк должен объявить о помолвке и будущей свадьбе с Кэрол.

Шарлотта постучала, и ей открыла Джудит.

— Привет, тетя Чарли, — племянница обняла Шарлотту.

— И тебе привет, — Шарлотта вошла в квартиру. — Я не видела тебя сегодня в церкви. Где ты была?

— После того как я уехала от Адамсов, меня срочно вызвали — двойное убийство. — Джудит пожала плечами. — Я легла спать под утро.

Шарлотта похлопала племянницу по плечу, сочувственно вздохнула, а потом оглядела маленькую гостиную.

— Похоже, я пришла первая. А где твоя мама? Джудит подняла глаза к потолку:

— Ты не поверишь, у нее уже все готово, в смысле — она сама все приготовила, и останется только разогреть, когда мы соберемся. Но на службе Дэви спросил ее, будут ли на десерт шоколадные пирожные. И она, как только пришла домой, бросилась на кухню, чтобы испечь их.

Шарлотта засмеялась.

— Маленький интриган. Своими маленькими ручками он прекрасно вьет из Мэдди веревки.

Джудит усмехнулась:

— Да, ты права. Мама делается просто невыносимой, когда речь заходит об этом ребенке. Она его вконец избалует. Но каковы перемены, а?

— Подожди еще, вот родится маленькая сестричка Дэви…

— О, легки на помине. Кажется, подъехали Даниэль, Надя и Дэви. — Джудит подошла к окну. — Да, точно. А прямо за ними — Хэнк и Кэрол.

— А Билли сегодня придет? — спросила Шарлотта. — Ты с ним еще встречаешься?

Джудит кивнула:

— Да, встречаюсь. И пока все хорошо.

— А что он думает о твоем новом напарнике Брайане?

Джудит пожала плечами:

— Билли знает, что Брайан не угрожает нашим отношениям, а Брайан с уважением относится к тому, что мы с Билли вместе.

Шарлотта кивнула в знак одобрения.

— Так Билли придет? Джудит покачала головой:

— Сегодня нет. Он, бедняга, уже вторую неделю дежурит по две смены, и я велела ему остаться дома, отдохнуть. — Джудит заговорила тише: — И потом, когда он приходит, мама принимает его совсем не с распростертыми объятиями.

Шарлотта взяла племянницу за руку:

— Дай матери немного времени, дорогая. Увидишь, в конце концов, она изменит свое мнение.

Мэделин с самого начала не одобряла роман Джудит с Билли Уилсоном. Как и Джудит, Билли был полицейским. Но Мэделин много раз повторяла Шарлотте, что в отличие от Джудит, детектива, он — простой патрульный. Мэделин считала, что Джудит может найти себе более подходящую пару.

— Посмотри только, как изменилось ее отношение к Наде и Дэви, — добавила Шарлотта.

— Надеюсь, ты права, тетя Чарли. Если бы она дала Билли хоть маленькую возможность, то увидела бы, какой он классный парень.

Хэнк подождал, когда все усядутся за стол, и сделал объявление. Так что обед прошел под возбужденные разговоры о предстоящей свадьбе Кэрол и Хэнка.

Когда Наступило время десерта, Мэделин принесла бисквитный торт с начинкой из клубники, а затем — тарелку орехово-шоколадных пирожных, которую поставила перед Дэви.

— Специально для моего любимого внука, — сказала малышу Мэделин.

Улыбаясь до ушей, Дэви повис у Мэделин на шее. У Шарлотты перехватило дыхание. Однажды… однажды — и она надеялась, что скоро, — у нее тоже появится внук, которого можно будет баловать.

Из уважения к сыну, а также не желая выслушивать от него лекцию о здоровье, Шарлотта взяла маленький кусочек торта, но при мысли о шоколадных пирожных у нее текли слюнки.

Позже, когда со стола было все убрано и они с сестрой возились на кухне, искушение взяло верх над силой воли, и Шарлотта стащила одно пирожное.

— А как поживает уровень сахара в твоей крови? — язвительно спросила Мэделин.

— Не твое дело, — огрызнулась Шарлотта.

— Лучше Хэнку этого не видеть.

— Он и не увидит. — Шарлотта разломила пирожное, отдала половину Мэделин и откусила большой кусок от своей. Превосходный шоколадный крем растаял у нее на языке.

— Мэдди, они просто восхитительны… Мне показалось, я умерла и оказалась в раю.

Шоколадные пирожные… смерть… Джун… собрание ОСН…

От пришедшей вдруг в голову ужасной мысли Шарлотте стало дурно, и она перестала жевать. Она сказала Джудит и Брайану, что Джун готовила пирожные для собрания ОСН в понедельник. А о том, что Мими жаловалась, что пирожное, которое она пробовала утром, было горьким?

Шарлотта мысленно вернулась к тому короткому допросу и пришла к выводу, что забыла сообщить об этих словах Мими. С другой стороны, она тогда все еще была потрясена смертью Мими, а также сердилась на нового напарника Джудит за его отношение… Поэтому кто знает, что еще она забыла им сказать? Конечно, пирожное, которое она попробовала благодаря настойчивости Мими, было очень вкусным — даже более чем вкусным, — и это не повлекло за собой никаких последствий, но…

— Шарлотта, ты хорошо себя чувствуешь?

Шарлотта рассеянно кивнула, лихорадочно размышляя, и маленький кусочек шоколадного пирожного во рту вдруг словно увеличился втрое.

Она тяжело опустилась на стул. Конечно. Разгадка была у нее под носом и такая простая, что Шарлотте не верилось, как она не догадалась об этом раньше. И чем дольше она думала об этом, тем яснее все становилось. Почему нельзя приготовить две порции пирожных? Одну для членов ОСН, а другую — с соком или листьями дурмана вонючего.

— Шарлотта, господи, что с тобой?

Испуганный голос Мэделин наконец привлек внимание Шарлотты. Она сглотнула, почти подавившись пирожным, и ответила:

— Ничего страшного, Мэдди. Со мной все нормально, честное слово. — Шарлотта отдала недоеденную половинку пирожного сестре. — Но, кажется, ты права. С Хэнком случится удар, если он увидит, что я ем пирожное.

Примерно через час после прихода Джун появился Гордон, чтобы отвезти Эмму и Джастина в аэропорт. Джун вышла с ними на улицу попрощаться, а когда они уехали, вернулась в дом.

— Я буду скучать по детям, — сказала она Шарлотте. — Надеюсь, с ними все будет в порядке. — Джун вздохнула и уставилась в пол. — Хорошо, когда дети дома, — пробормотала она. — Я хотела еще детей, но Фред отказался. А теперь, когда Джонни далеко, в училище… — Джун помолчала, потом пожала плечами. — Кто знает, я еще не такая старая, может, еще не поздно… — Будто внезапно вспомнив, что разговаривает с горничной, она выпрямилась и произнесла: — Если кто-нибудь позвонит или я вам понадоблюсь, я буду в библиотеке. Гордон с детьми вчера уже ответили на кучу открыток от флористов, когда все ушли, но нужно написать еще несколько благодарственных открыток. — Джун покачала головой. — И мне придется решать, что делать с цветами и растениями, которые прислали люди. Церковь была уставлена ими. Слишком много, чтобы оставлять все на кладбище. — Она задумалась. — Думаю, попробую узнать, нельзя ли подарить часть больнице или детскому дому.

От приподнятого настроения Джун Шарлотте стало не по себе. Ей совсем не хотелось стоять здесь и слушать, как эта женщина обсуждает дела так, будто ничего не произошло.

— Подарить цветы больнице или детскому дому — прекрасная, хорошая идея, — выдавила наконец Шарлотта. — К тому же Мими любила растения.

Джун рассеянно кивнула:

— Да. Наверное, мне лучше заняться делом и дать вам поработать.

Шарлотта кивнула, почувствовав такое облегчение, что едва не заплакала. В следующий раз она увидела Джун только во время обеда. Шарлотта сидела за столом и ела куриный салат и крекеры, принесенные из дома, когда вошла Джун.

— На вид очень вкусно, — заметила Джун, разглядывая салат, затем подошла к холодильнику и достала что-то вроде тарелки с пловом. — Пожалуй, поем джамбалайя. — Она поставила тарелку в микроволновку. — Я заметила, вы едите много салатов, — продолжила Джун, — но не похоже, что вам нужно худеть. Зачем же вы все время их приносите?

— Я «пограничный» диабетик, поэтому стараюсь соблюдать диету, — ответила Шарлотта.

Микроволновка запищала — плов согрелся. К изумлению и ужасу Шарлотты, Джун села за стол напротив нее.

Несколько минут они ели молча, но в итоге любопытство Шарлотты победило. Почему бы не разговорить Джун? Вдруг она скажет что-нибудь полезное.

Шарлотта откашлялась.

— Если вам сложно об этом говорить, я пойму, — начала она. — Вы не знаете, у полиции уже есть подозреваемые?

Шарлотте было неудобно спрашивать об этом Джудит в воскресенье на обеде. Она пыталась звонить племяннице тем же вечером, но не смогла дозвониться. Поскольку пейджер Джудит запищал, когда они были у Мэделин, Шарлотта поняла, что племянница еще не вернулась с расследования.

Но Шарлотта была уверена, что если Джун все-таки виновна, она сделала все, чтобы узнать, чем занимается полиция.

Джун вдруг рассмеялась.

— Если все, кого допрашивали, — подозреваемые, то список должен включать всех членов ОСН, а также Салли, бедного Гордона, вас и меня. — Она на минуту замолчала, потом покачала головой: — Я до сих пор удивляюсь, насколько вы похожи с той женщиной-детективом.

Шарлотта в ответ только пожала плечами, а Джун отправила в рот немного джамбалайя. Прожевав и проглотив, она снова заговорила:

— Моя самая любимая подозреваемая — Рита Лэндерс. Вы ведь не знаете, что она обвиняла Мими в том, что у них роман с Доном? Это муж Риты, — добавила Джун.

Шарлотта слышала все это во время собрания ОСН, но решила, что не будет в этом признаваться.

— Можно подумать, — проворчала Джун, — кому-то захочется крутить роман с Доном Лэндерсом. — Она содрогнулась. — Этот человек беден как церковная мышь и вообще жалок. К тому же Мими никогда не завела бы любовника. Она слишком любила Гордона.

Позже, полируя перила, Шарлотта размышляла над словами Джун. Благодаря примирению Джун и Эммы, невольным свидетелем которого она стала утром, и, несмотря на подозрения насчет шоколадных пирожных, Шарлотта была вынуждена признать, что и сама подозревает Риту. В конце концов, ревность — серьезный мотив, а есть ли реальный мотив у Джун, еще предстоит выяснить.

Если Рита ревновала к Мими из-за собственного романа с Гордоном, хотя Шарлотта никак не могла в это поверить, возможно, лучший способ скрыть эти отношения — обвинить Мими в связи с Доном.

Получалось банально и несколько притянуто за уши, но Шарлотта решила, что догадалась, как Рите удалось добавить яд, не отравив остальных членов ОСН.

Ключ к разгадке — вино. В этом Шарлотта была уверена. Рита использовала вино, чтобы подобраться ближе и подложить яд. Хотя, когда женщины откупоривали бутылку, Шарлотты на кухне не было, и она не знала, кто именно разливал вино, но была готова поспорить, что это взяла на себя Рита. А если вино наливала Рита, то она запросто могла добавить яд только в бокал Мими так, что никто ничего не заметил.

Похоже, у Риты действительно был и мотив, и возможность, но теперь, конечно, доказательств не осталось. Рита проследила за этим, проникнув на кухню и вымыв бокалы. Если на то пошло, это само по себе довольно подозрительно.

Шарлотта полюбовалась блеском старинных деревянных перил. Потом внезапно свела брови к переносице. Зачем тогда Рита вернулась после собрания и забрала остатки вина? Если она добавила яд только в бокал Мими, зачем забирать бутылку?

— Видимо, в моей теории что-то не так, — пробормотала Шарлотта, заканчивая полировать перила и переходя к столам в холле. Может, нужно снова попытаться позвонить Джудит и все выяснить. А может, и нет. Джудит бывает очень болтливой, когда дело касается семьи, но когда речь заходит о расследовании, из нее клещами слова не вытянешь, если она не захочет говорить. Шарлотта на минуту прекратила натирать стол. Возможно, хорошо, что ей не удалось связаться с Джудит. Ведь она захочет знать, почему Шарлотта этим интересуется, и тогда придется выслушать от племянницы очередную нотацию на тему, что тетя лезет не в свое дело. А этого ей сейчас совсем не хотелось.

Шарлотта вздохнула и закрыла бутылку лимонного масла. От мыслей об этой истории начинает болеть голова, подумала она. Или дело в запахе полироли.

В четверг Шарлотта и Кэрол, как и договорились, встретились в ресторане «Джо Кей» на Мэгэзин-стрит. Они ели куриный салат и параллельно вгрызались в список вопросов, которые нужно решить.

В первую очередь необходимо было договориться о месте проведения церемонии и приема. И Кэрол, и Хэнк хотели, чтобы венчание было скромным, на него пригласят только родственников и самых близких друзей. Но прием — другое дело. У молодоженов было много деловых знакомых, которых они считали нужным пригласить.

— Можно было бы устроить прием прямо в церкви, там очень мило, — сказала Шарлотта. — Но мне кажется, особенно учитывая количество гостей, которых вы хотите пригласить, что зал, который в церкви используют для приемов, слишком маленький.

— Вы правы, — согласилась Кэрол.

— А что ты думаешь насчет отеля, где отмечали свадьбу Даниэль и Надя? — предложила Шарлотта.

Кэрол задумчиво жевала салат, который секунду назад положила в рот. Она проглотила его, а потом кивнула.

— Нужно узнать, в какие дни он свободен — времени осталось мало, а там все бронируют заранее.

Наевшись до отвала, они расстались, но, садясь в фургон, Шарлотта снова вспомнила о Наде.

Она собиралась поговорить с Надей в воскресенье и сказать, что Дженет Дэвис согласилась временно взять на себя ее клиентов, пока Шарлотта не найдет постоянную замену. Но из-за всеобщей радости по поводу предстоящей свадьбы, а также из-за мыслей о пирожных Джун Шарлотта напрочь про это забыла. А ведь Надя должна родить в конце сентября, так что времени в обрез.

Шарлотта достала из сумки записную книжку и ручку и пометила, что нужно позвонить Наде, как только она доберется домой. А ниже приписала: «глюкоза». Потом она задумалась и начала стучать ручкой по записной книжке.

Нужно все-таки дать рекламу в газете, чтобы найти еще одну сотрудницу. Шарлотта оттягивала этот момент, надеясь, что Дженет согласится взять на себя Надиных клиентов и работать на полную ставку. Она даже предложила Дженет небольшую прибавку к зарплате, но та все равно твердо отказалась. Теперь придется проводить собеседования, чтобы подобрать сотрудницу на полную рабочую неделю.

— Джун! — завопила Шарлотта, хватаясь за сердце, которое бешено колотилось. — Господи, — еле выговорила она, — вы меня до смерти напугали.

— Простите, но я была уверена, что вы слышали, как я вошла.

Шарлотта покачала головой.

— Нет, у меня работал пылесос. — Сердце немного успокоилось, и Шарлотта опустила руки. — Я могу вам чем-нибудь помочь? — спросила она Джун и добавила про себя: «Или вы пришли, чтобы командовать мной?»

Джун одарила Шарлотту улыбкой — фальшивой, как трехдолларовая банкнота.

— Я просто хотела убедиться, что здесь все хорошо. И узнать, не нужно ли вам что-нибудь.

Шарлотта решила, что, скорее всего, Джун пришла проверить, что она работает, а не бездельничает, глядя мыльные оперы по телевизору и поедая конфеты.

— Все нормально, — ответила Шарлотта. — Я почти закончила. Мне осталось только вымыть пол и достать вещи из сушилки. Но милости прошу проверить все, что я уже сделала.

В этот момент Шарлотта вспомнила о трусиках. Говорить ли Джун об этом? Или лучше не лезть не в свое дело и держать рот на замке? Она почти знала, что услышит в ответ, но не удержалась от искушения и все же спросила — просто чтобы увидеть реакцию Джун.

— Чуть не забыла, — произнесла Шарлотта. — Я нашла в сушилке женские трусики и не знаю, куда их положить.

Джун молча уставилась на Шарлотту, и так прошло несколько секунд, показавшихся бесконечными.

— Наверняка их забыла Эмма, — отрывисто произнесла наконец Джун. — Отнесите их в ее комнату.

Шарлотта покачала головой:

— Эмма такие не носит, кроме того, они ей велики.

— Велики? Тогда это наверняка трусики Мими, которые я не заметила, убирая ее вещи. А куда вы их дели?

— Положила в шкаф в хозяйской спальне, — ответила Шарлотта.

— А почему вы их просто не выбросили?! — воскликнула Джун.

Шарлотта задумалась. С чего Джун так нервничает? Не зная, что еще сказать, она пожала плечами:

— Мне казалось, я не имею права выбрасывать вещи.

— Ну, тогда я прошу вас так и сделать. Хорошо?

— Конечно. Я просто не…

— Знаете что, — перебила ее Джун. — Я подумала: эта неделя была тяжелой и вы наверняка устали. Давайте я помогу вам и займусь вещами в сушильной машине. А вымыть пол вы можете в понедельник. Два дня роли не играют. А вы сможете прямо сейчас пойти домой, хорошее начало отдыха.

Мой клиент Гордон, а не вы, хотела сказать Шарлотта, но решила, что это наверняка настроит Джун против нее. Поэтому она постаралась как можно тактичнее спросить:

— А вы уверены, что Гордон не будет против? Джун раздраженно поджала губы.

— Уверена, — выпалила она. Потом, будто осознав, как нетерпеливо это прозвучало, наградила Шарлотту еще одной фальшивой улыбкой. — Если бы Гордон был здесь, он наверняка сказал бы вам то же самое.

— Ну, если вы уверены, тогда мне нужна минута, чтобы собраться.

Шарлотта очень быстро собрала свои принадлежности, погрузила в фургон и пошла обратно в дом предупредить Джун, что уезжает.

Когда она подошла к лестнице, Джун как раз спускалась… Шарлотта заметила, как мелькнуло что-то белое и тут же исчезло в кармане Джун.

Наверняка это трусики, подумала Шарлотта. Но зачем Джун прятать их в карман? Если только…

На нее будто обрушилась тонна кирпичей. Если только трусики не принадлежат самой Джун. Тогда ничего удивительного, что она предложила помочь с одеждой. И, похоже, есть только одно разумное объяснение тому, как трусики могли очутиться здесь.

Шарлотта нахмурилась. Однажды она случайно услышала разговор женщин о том, что жены, изменяющие мужьям, всегда носят в сумочке запасные трусики. Шарлотте это показалось не просто аморальным, но отвратительным.

Ты могла ошибиться. Не делай поспешных выводов.

А какое еще объяснение можно придумать? — молча спорила Шарлотта сама с собой.

Может, Джун засунула трусики в карман, чтобы потом выбросить их в мусорное ведро на кухне?

Ну конечно, подумала Шарлотта, и внутри у нее все задрожало от праведного негодования. Бедная Мими! Шарлотта искренне считала, что хуже любовной связи с женатым человеком может быть только любовная связь с мужем лучшей подруги.

— Боже, Шарлотта, я думала, что вы уже уехали. Голос Джун вывел Шарлотту из задумчивости.

— Вы еще что-то хотели? — спросила Джун, сходя с последней ступеньки.

Шарлотта приложила все усилия, чтобы ответить вежливо:

— Я уезжаю и вернулась, чтобы сказать вам об этом.

— Хорошо отдохнуть, и до встречи в понедельник утром.

«Надеюсь, мы не встретимся», — чуть не вырвалось у Шарлотты. Боясь открыть рот, она просто кивнула и быстро вышла из дома.

У Шарлотты подкосились ноги. Мать Стивена… женщина, которая бросила семью, потому что не нашла в себе сил справиться с трудным ребенком и смириться с ненормированным графиком работы мужа-полицейского. Бывшая жена Луи, из-за которой ему пришлось в одиночестве воспитывать сына-подростка.

— Я навел о ней справки, пока был в Сан-Франциско, — сказал Луи. — Я подумал, она должна знать, что у Стивена все хорошо. И что она стала бабушкой. Я… я подумал, что это меняет дело. На самом деле это была идея Стивена.

В душе у Шарлотты от волнения все смешалось. Меняет дело? Как меняет дело? Она покачала головой:

— Не понимаю.

— Я знаю, что не понимаешь, но, если ты позволишь мне войти, я попытаюсь объяснить.

Шарлотта проглотила комок в горле.

— Как я уже говорила, ты ничего не должен мне объяснять.

— Может, и не должен, но для меня очень важно, чтобы ты поняла. Пожалуйста, — умоляюще произнес он.

Это «пожалуйста» оказалось решающим. Луи не из тех мужчин, которые привыкли умолять. Шарлотта убрала руку с дверного косяка.

— Подожди минутку.

Она подошла к клетке Милашки.

— Прости, милый, — пробормотала Шарлотта, набрасывая на клетку покрывало. — Будь умницей! — Она вернулась к двери. — Теперь можешь войти.

— Ты не угостишь меня кофе, если тебя это не очень затруднит? — спросил Луи, входя.

Шарлотта заперла дверь.

— Я и сама не откажусь от кофе.

Луи прошел за ней на кухню и сел за стол. Шарлотта варила кофе и чувствовала, что ее буквально прожигают взглядом, следя за каждым движением. Только когда она выключила кофеварку и тоже села за стол, Луи наконец заговорил:

— Ее зовут Джойс. Не так давно я выяснил, что она живет в Сан-Франциско. Стивен тоже в курсе. Как я уже говорил, узнав, что я туда еду, сын попросил меня найти ее, посмотреть, как у нее дела. Мне, наверное, никогда этого не понять, но после того, что она сделала и что нам пришлось пережить из-за нее, Стивен все равно беспокоится о ней.

— Потому что она — его мама, — прошептала Шарлотта.

— Да. Некоторые женщины недостойны материнства, но это отдельный разговор. Так или иначе, я нашел ее адрес и в один прекрасный день появился у нее на пороге. — Луи помрачнел. — Она находилась в реабилитационном центре, жила там последние полгода, с тех пор, как вышла из тюрьмы.

— Из тюрьмы? — переспросила Шарлотта. — Боже мой, как она попала в тюрьму?

Луи поерзал на стуле и тоскливо поглядел в окно.

— Она алкоголичка. Судья согласился выпустить ее из тюрьмы только при условии, что она будет находиться в реабилитационном центре. До того она бедствовала и, как бы сказать… вела уличный образ жизни. — Явно смутившись, Луи посмотрел на кофеварку. — Кажется, кофе готов. — Он поднялся, подошел к шкафчику, достал две кружки, налил кофе и поставил кружки на стол.

Луи снова сел, положил в кофе сахар, сделал глоток, потом обхватил чашку руками и снова уставился в окно. Через минуту он сказал:

— А еще она умирает. Цирроз печени. Годы плохого питания и беспробудного пьянства.

— Но выглядит она вполне здоровой. — Как только эти слова сорвались с языка, Шарлотта поняла, что выдала себя и теперь стало ясно, что она подглядывала за Луи. По его лицу было заметно, что он тоже обратил на это внимание.

На губах Луи мелькнула едва заметная улыбка:

— Чего у Джойс не отнимешь, так это художественного таланта, когда речь идет о косметике, — серьезно сказал он: — Бог свидетель, Шарлотта, я не мог оставить ее там. — Он покачал головой: — Я просто не мог оставить ее умирать среди чужих людей.

У Шарлотты до боли перехватило горло, и она неосознанно положила руку на плечо Луи.

— Конечно, не мог.

Луи накрыл руку Шарлотты своей и посмотрел ей прямо в глаза. Взгляд его был полон боли.

— Хорошая или плохая, но она мать моего сына и бабушка Эми. Ради Стивена и ради Эми я… я…

— Ты правильно поступил, Луи.

— Надеюсь, — прошептал он, — но…

— Никаких «но», — сказала Шарлотта. — Как раз на днях я вспоминала, как мой духовный отец сказал: «Поступай хорошо, и будешь хорошо себя чувствовать». — Она помолчала, затем спросила: — Сколько ей осталось?

— Недолго. Полгода. Может, меньше.

— Я могу чем-нибудь помочь? Луи покачал головой:

— Нет, но спасибо, что предложила, особенно в таких обстоятельствах.

Когда Луи ушел, Шарлотта долго сидела на диване, медленно пила кофе и смотрела в никуда. Она размышляла, в какой ситуации оказался Луи, и не могла не сравнивать его со всеми Гордонами Адамсами на свете. Она думала, что, несмотря на все свои деньги, внешнюю красоту и благородное происхождение, Гордон и в подметки не годился Луи. Поступки Луи были самой лучшей характеристикой.

Но разве она, Шарлотта, не знала, что под панцирем всезнайки и шовиниста кроется доброе сердце надежного и ответственного человека? Тогда как у людей вроде Гордона Адамса не сердце, а просто стучащая мышца.

Вечером, ложась спать, Шарлотта добавила Джойс Тибодо к списку людей, за которых молилась каждый день.

Утром в субботу, когда Шарлотта подъехала к дому Битси, хозяйка для разнообразия не встретила ее на крыльце. Вместо Битси Шарлотта увидела мужчину, судя по всему Брэдли Дью. Конечно, вряд ли он встречал ее, подумала Шарлотта, паркуя фургон. Судя по его виду, он просто гулял.

Шарлотта вылезла из фургона, взяла коробку и пылесос. Но не успела она сделать и двух шагов, как Брэдли закричал:

— Постойте, я помогу вам донести все это до дома!

Шарлотта еще не ответила, а он уже спешил к ней вниз по ступенькам.

— Я отнесу его в дом, — он забрал пылесос.

В жизни Брэдли Дью оказался таким же симпатичным, как и на фотографиях, которые Шарлотта видела повсюду в доме Битси. Скорее всего, Брэдли было под шестьдесят или чуть больше, и он был на голову выше Шарлотты с ее ростом в пять футов три дюйма. Но толстым этот крупный мужчина не выглядел. У него были темные, довольно длинные волосы с проседью — как говорят, «соль с перцем».

— Мама в доме, готовит завтрак, — объяснил он, поднимаясь вместе с Шарлоттой на крыльцо. Когда они подошли к двери, Брэдли поставил пылесос и повернулся к Шарлотте лицом. — Я ждал вас на улице, потому что надеялся поговорить с вами наедине, пока ее нет рядом.

Шарлотта похолодела от ужаса. Зачем Брэдли хотел поговорить с ней? И о чем?

— Боюсь, мама вбила себе в голову безумную идею, что я собираюсь заставить ее продать дом, а потом запихнуть в пансион.

Шарлотта кивнула. Судя по всему, незачем было ходить вокруг да около.

— Она говорила об этом несколько раз, — подтвердила она.

Брэдли поднял глаза к небу.

— Господи, с чего она взяла? Я только пытался поговорить с ней, чтобы узнать, чего бы ей хотелось, когда придет время и если оно придет. Просто обсудить, и больше ничего. — Он раздосадованно покачал головой. — Я очень люблю маму, но, честное слово, она может из любой мухи сделать слона.

Шарлотта хмыкнула. Бедный Брэдли, он не знает и половины всего. И бедная Битси, которая все это время, оказывается, нервничала из-за простого недопонимания.

— Мама очень вас ценит, — продолжал Брэдли. — Она уважает вас и ваше мнение. Я надеялся, вы посоветуете, как мне с ней общаться.

Чувствуя себя неловко из-за комплимента, Шарлотта проглотила комок в горле и быстро помолилась о прощении за все те моменты, когда осуждала Битси, и за все нехорошие мысли о ней.

— Битси просто боится потерять независимость, — ответила Шарлотта. — Это естественный страх всех стариков. Мы все знаем, что стареем, и знаем, что уже не можем вести такую жизнь, как раньше, но знать об этом вот здесь… — она постучала указательным пальцем по голове, — и смириться с этим вот здесь… — Шарлотта положила руку на сердце, — далеко не одно и то же.

Брэдли скрестил руки на груди и уставился в пол.

— Да, я знаю, вы совершенно правы, и я с ужасом думаю о том, что может настать день, когда мама не сможет сама заботиться о себе. — Он поднял голову и посмотрел на Шарлотту. — Но как, черт побери, убедить ее, что я не собираюсь никуда ее упечь?

Поскольку Шарлотта сама много думала о том дне, когда ей, возможно, придется расстаться с собственной независимостью, у нее был готов ответ.

— Скажите ей прямо. Потом объясните, что желаете ей только добра. И повторяйте это все время. Спросите, чего хочет она, — другими словами, пусть сама придумает. Дайте ей решить, как поступить, когда она уже не сможет заботиться о себе. — Шарлотта пожала плечами. — Иными словами, единственное, что вы можете сделать — это все время заверять ее, что она все делает прекрасно.

— Я примерно так и собирался поступить, кроме «заверений».

Шарлотта сочувственно улыбнулась.

— «Заверения» — самая главная часть. Нам всем хочется чувствовать, что люди, которых мы любим, уважают нас и одобряют наши действия.

Подумав с минуту, Брэдли медленно кивнул.

— Да, наверное, так. — Еще через минуту он вздохнул. — Спасибо, Шарлотта. И хочу подтвердить: мама была права.

Шарлотта удивленно подняла брови.

— Она сказала мне, что вы мудрая женщина, — пояснил Брэдли.

И снова в душе Шарлотты столкнулись смущение и стыд, щеки у нее покраснели, и она поклялась себе, что с этого момента приложит все усилия, чтобы судить людей менее строго и стать менее раздражительной. Брэдли кашлянул.

— Еще я хотел спросить, пока мы не вошли в дом… Я понимаю, мы едва познакомились, и прошу за это прощения, но… вы не поужинаете со мной сегодня?

Маленький бесенок в душе Шарлотты уговаривал ее принять приглашение — назло Луи, чтобы показать ему, что он — не единственный мужчина, которому она нравится.

Гордость человека унижает его, а смиренный духом приобретает честь.

Как только Шарлотте пришел в голову этот стих из Книги притчей Соломоновых, она немедленно раздавила бесенка. Она уже давным-давно поняла, что ничего хорошего из действий назло не выходит. Кроме того, не один Луи виноват, что у них такие странные отношения. И у него сейчас столько забот, и не хватало еще, чтобы Шарлотта сыпала ему соль на раны и вела себя как ревнивая дурочка. Конечно, если он в самом деле неравнодушен к ней.

Шарлотта мило улыбнулась Брэдли:

— Думаю, я не смогу…

— Вы бы оказали мне огромную честь, — перебил ее Брэдли. Он потер переносицу, потом опустил руку и вздохнул. — Понимаете, я подозреваю, что мама пытается заняться сводничеством. Я сказал ей, что приглашаю ее на ужин в ресторан, а она захотела пригласить еще одну женщину, дочь какой-то ее подруги. — Он пожал плечами. — Я подумал, что если с нами пойдет еще кто-то… — Брэдли замолчал.

Шарлотта почувствовала, что краснеет. Как она могла подумать, что понравилась Брэдли? Она засмеялась, чтобы скрыть смущение.

— Простите, но, боюсь, вам придется пойти без меня. Я…

— Честное слово, Шарлотта, будьте человеком. Я… я заплачу вам.

Смущение быстро переросло в негодование. Заплатит ей, чтобы она пошла с ним в ресторан! К тому же, несмотря на комплименты, полученные от Битси, одна мысль о том, что придется целый вечер слушать ее болтовню, вызывала у Шарлотты желание вырвать у себя все волосы на голове.

Она медленно досчитала до десяти.

— Послушайте, — сказала она Брэдли. — Если вы не хотите приглашать эту женщину, прямо скажите об этом матери. Убедите ее, что хотите, чтобы этот ужин был особым, только для вас двоих, мамы и сына.

Брэдли опустил голову.

— Вы, конечно, правы. Опять. И, пожалуйста, простите меня. Я не хотел оскорбить вас.

Вдруг дверь распахнулась и на крыльце появилась Битси. Ее лицо раскраснелось, а глаза сверкали от возбуждения.

— Шарлотта, как я рада, что ты здесь. Я узнала такое… Мне только что позвонила Марго Джонс и сказала, что полиция арестовала убийцу Мими Адамс.

Шарлотту будто током ударило.

— Что вы сказали? Повторите.

Битси закатила глаза.

— Мне позвонила Марго и сказала, что полиция арестовала убийцу Мими Адамс.

— А она сказала, кого именно арестовали?

— Нет. Нет, не сказала. — Битси вдруг хитро улыбнулась. — Но я сказала Марго, что если кто-то и может это выяснить, то только ты, у тебя племянница детектив, и все такое.

Шарлотта пропустила последнее замечание Битси мимо ушей.

— А откуда ваша подруга узнала, что кого-то арестовали?

— Ей это сказала Сандра Веллингтон, а подруга Сандры, Джейн, — диспетчер в полиции.

— А кто такая Мими Адамс? — спросил Брэдли у матери. Та не ответила, и он обратился к Шарлотте: — Ваша племянница — детектив?

Ответа он опять не получил.

— Так ты это сделаешь? — спросила Битси, сгорая от нетерпения. — Позвонишь Джудит?

И что теперь? Естественно, она позвонит Джудит, как только останется одна. Но говорить об этом Битси Шарлотта не собиралась. Нельзя лить воду на мельницу ее сплетен. Шарлотта покачала головой:

— Я не могу этого сделать.

— Почему, черт подери? — возмутилась Битси. Шарлотта тяжело вздохнула.

— С одной стороны, Джудит, скорее всего, ничего мне не скажет. — Это была ложь, как минимум наполовину, но больше в тот момент Шарлотта ничего не придумала. — Полиция очень подозрительна в таких вещах, — добавила она, и это была уже правда. Потом ей пришла в голову еще одна мысль, и хотя она сомневалась, говорить или нет, но решила, что сейчас самое время кому-то произнести эти слова: — И потом, мы на самом деле не знаем, правда это или нет.

Битси застыла, ее глаза негодующе сверкнули.

— Конечно, правда. Сандра не стала бы врать на такую тему. И потом, зачем ей вообще врать? О господи, Шарлотта, не становись параноиком.

Шарлотта пожала плечами и медленно покачала головой.

— Простите, но я просто не могу, — соврала она.

Брэдли откашлялся.

— Простите, но, может, кто-нибудь из вас объяснит мне, что здесь происходит?

Битси, обиженная на Шарлотту, сердито взглянула на сына.

— Брэдли, замолчи немедленно, — с этими словами она развернулась и вошла в дом.

Брэдли от изумления разинул рот и обернулся к Шарлотте:

— Что на нее нашло? Что я теперь сделал не так?

Шарлотте стало жаль его.

— Это не вы, это я сделала, точнее, не сделаю. — Она засмеялась. — Ваша матушка действительно любит, чтобы все поступали так, как хочется ей.

Брэдли закатил глаза.

— А то я не знаю. Может, хотя бы вы мне расскажете, о чем шла речь?

Шарлотта кивнула.

— Несколько дней назад убили женщину, с которой и я, и ваша мама были знакомы, — объяснила она. — И…

— Брэдли! — завопила Битси из дома. — Твой завтрак совсем остыл!

От огорчения Брэдли зарычал, и Шарлотта сочувственно улыбнулась ему.

— Идите. Я сейчас. Мне кое-что нужно забрать из фургона.

Потрясенный Брэдли, качая головой, взял пылесос и пошел в дом. Как только он закрыл дверь, Шарлотта схватила сотовый и набрала номер Джудит. Но через несколько секунд сама зарычала от разочарования, потому что услышала автоответчик.

Шарлотта решила не оставлять сообщения и сбросила звонок. То ли Джудит выключила телефон, то ли она специально не отвечает, а значит, скорее всего, занята.

Шарлотта положила мобильник в карман фартука и, настроившись на долгий день, взяла свою коробку и вошла в дом.

Когда Шарлотта уезжала от Битси, она все еще не знала, правда ли то, что сказала старушка. Битси почти не отходила от телефона весь день, но никто не мог назвать имя человека, которого, вероятно, арестовали по обвинению в убийстве Мими Адамс.

За работой Шарлотта составляла в уме список подозреваемых и сократила его до двоих — возможно, троих — человек, которых могли арестовать: Гордона, Риты и, может, Джун. Но, как и Битси, ее сводило с ума неведение.

По дороге домой Шарлотта едва поборола искушение заехать в полицейский участок — в слабой надежде застать там Джудит. Но, подумав, она решила, что это не самая лучшая мысль, кроме того, ей не хотелось навлечь на Джудит неприятности.

Подъезжая к дому, Шарлотта обнаружила, что «форда» Луи нет на месте. Но, поднявшись на крыльцо, она заметила движение в окне на его половине дома. Видимо, там была Джойс.

Едва Шарлотта вставила ключ в замочную скважину, как дверь Луи открылась, и на крыльцо вышла Джойс.

Яркий образ Джойс, возникший накануне, померк, когда Шарлотта увидела эту худую женщину. Это был будто бы совсем другой и очень больной человек.

В глаза бросился предательский желтоватый оттенок кожи и белков глаз. Джойс надела ту же майку, но сменила джинсы на шорты, так что была видна синяя паутина вен на ногах.

— Вы, наверное, Шарлотта, — Джойс нервно улыбнулась.

Шарлотта кивнула и улыбнулась в ответ.

— А вы, наверное, Джойс. Зайдете?

Джойс покачала головой:

— Нет-нет. Но спасибо за приглашение. Я ждала вас, чтобы поговорить, пока Луи нет дома. — Джойс на минуту замолчала, будто смутившись. — Вдруг он рассердится, если узнает, что я общалась с вами, поэтому, пожалуйста, ничего ему не говорите.

Шарлотта нахмурилась:

— А почему Луи может рассердиться? Джойс пожала плечами:

— Не знаю. Мне так показалось, а я не хочу делать ничего такого, что может его рассердить. Вы ведь ему не скажете, правда?

— Конечно, не скажу.

— Хорошо. Я хотела сказать вам спасибо. Луи рассказал, как вы его убеждали помириться со Стивеном, — объяснила Джойс, — и как благодаря вам они теперь в хороших отношениях после стольких лет отчужденности.

Меньше всего на свете Шарлотта ожидала услышать от Джойс слова благодарности.

— Вы наверняка знаете, я не очень хорошая мать и жена, но я всегда любила сына и желала ему только добра. И Луи тоже. Когда я ушла от них, поверьте, так было лучше для них обоих. А теперь благодаря вам Стивен и Луи снова стали семьей. — Джойс снова замолчала. Потом, будто набравшись смелости, продолжила: — Я не причиню вам неприятностей. Луи часто уезжает, он сказал, что вы не против, если я какое-то время поживу здесь.

— Конечно, я не против, — заверила ее Шарлотта. — И, по правде говоря, это не мое дело.

— Еще раз спасибо. — Джойс развернулась и вошла в дом.

Несколько минут Шарлотта стояла на крыльце, уставившись на закрытую дверь Луи. Неприятности? Какие неприятности может причинить Джойс? Потом, покачав головой, Шарлотта открыла дверь и вошла к себе.

— Я скучал, я скучал, — зачирикал Милашка при виде хозяйки. Затем попугайчик принялся вопить и прыгать по жердочке, стараясь привлечь внимание Шарлотты.

— Привет, Милашка, — ответила она, — я тоже по тебе скучала. Подожди минутку, сейчас я тебя выпущу полетать.

Шарлотта переобулась в мокасины. В голове у нее вертелся разговор с Джойс, одна фраза из которого не давала ей покоя.

Я не очень-то хорошая мать и жена.

— Не очень-то хорошая жена, — пробормотала Шарлотта, размышляя над этими словами и пытаясь понять, что ее беспокоит. А потом вдруг поняла. То, как Джойс произнесла это, подразумевало, что она все еще замужем за Луи, все еще его жена.

Шарлотта прошла на кухню. В душе у нее все переворачивалось. Говорил ли Луи, что разведен?

Шарлотта смотрела на кофеварку и пыталась вспомнить, что именно Луи рассказывал о Джойс. Если Шарлотта не ошибалась, он упоминал, что жена бросила их со Стивеном, когда сыну было около двенадцати. Что она просто собрала чемодан и ушла.

Вскоре я уже заполнял бумаги на развод…

Шарлотта вспомнила эти слова Луи, а также то, что он сказал вчера: «Это моя бывшая жена».

Шарлотта почувствовала облегчение, которое быстро сменилось сомнениями и смятением. То, что он заполнял бумаги на развод, еще не означает, что Луи подписал их и что они с Джойс довели бракоразводный процесс до конца. И фраза «бывшая жена» не значит, что это на самом деле так.

Все еще взволнованная, Шарлотта посмотрела на кофеварку и увидела, что кофе готов. Она только наполнила чашку, как зазвонил телефон.

Вздохнув, Шарлотта побежала в гостиную и схватила трубку.

— «Домовой напрокат», Шарлотта слушает.

— Шарлотта, ты ничего не узнала?

При звуке голоса Битси Шарлотте захотелось громко застонать. Она сделала глубокий вдох и помолилась о терпении.

— Нет, Битси, — твердо ответила она, — пока ничего.

— Ты ведь обязательно сообщишь мне, как только что-нибудь узнаешь, правда, Шарлотта?

Шарлотте не хотелось откровенно врать старушке, сегодня и так вранья было предостаточно, поэтому попыталась сменить тему:

— Как у вас дела с Брэдли? Вам удалось понять друг друга?

— Мой сын еще упрямее, чем его отец. Представляешь, ему не понравилась моя идея перестройки кухни, совсем не понравилась. Он сказал — это пустая трата денег, — Битси захихикала. — Но я еще не передумала.

Как всегда, у Битси в голове была куча мыслей, и она совершенно не поняла вопрос Шарлотты.

— Может, стоит еще раз все обдумать, — заметила Шарлотта. — Вы же понимаете, посторонние в доме, грохот и грязь… Все это очень действует на нервы.

— Да… Возможно, ты права.

— Просто пообещайте мне подумать, — попросила Шарлотта. — До встречи во вторник, — и, не дожидаясь ответа, закончила разговор: — До свидания. — Она быстро повесила трубку.

В прострации глядя на телефон, Шарлотта поклялась себе, что в понедельник первым делом позвонит в телефонную компанию «Саут-Белл» и попросит установить определитель номера. По крайней мере, тогда она будет знать, когда звонит Битси, и доверит разговор с ней автоответчику.

Шарлотта все смотрела на телефон. Раз уж она здесь стоит, можно снова позвонить Джудит. Шарлотта набрала номер мобильного Джудит, и после третьего гудка племянница сняла трубку.

— Джудит Монро.

— Джудит, наконец-то я дозвонилась. У тебя есть минутка?

— О, привет, тетя Чарли. Но только минутка. Что случилось?

Шарлотта накрутила телефонный провод на палец.

— Мне очень неловко, что приходится тебя беспокоить, но ходят упорные слухи, что полиция арестовала убийцу Мими Адамс. И я хотела спросить, это правда? Вы арестовали убийцу Мими?

Последовало долгое молчание, потом Джудит сказала:

— Тетя Чарли, ты же знаешь, я не имею права обсуждать текущее расследование. И с каких это пор ты начала верить слухам?

Шарлотта решила пока не отвечать на вопрос Джудит.

— Ну, раз оно все еще текущее, значит, вы еще никого не арестовали.

— А где ты слышала эти так называемые слухи?

Шарлотта невольно улыбнулась: Джудит ловко удавалось не подтвердить и не опровергнуть ее предположения.

— Тебя интересует источник слухов, — спросила она, — или кто сказал об этом мне?

— Так мы ни до чего не договоримся, а я сейчас очень занята. Может, обсудим это позже?

— Вы с Билли сможете завтра после церкви прийти на обед?

— Надеюсь, но обещать не могу.

— Ладно, удачи тебе.

— Тебе тоже, тетя. Поговорим потом.

Шарлотта повесила трубку и подошла к клетке Милашки.

— Очень содержательный разговор, — сообщила она птичке.

Шарлотта отперла дверцу клетки и улыбнулась, когда попугайчик робко подобрался к ней.

— Ну конечно, какое тебе до этого дело, Милашка? — Шарлотта открыла дверцу, просунула в клетку указательный палец, и попугайчик прыгнул на него. Как только она вынула Милашку из клетки, тот сразу полетел. Несколько раз облетев гостиную, попугайчик уселся на часах с кукушкой, своей любимой жердочке «на свободе».

Качая головой, Шарлотта отправилась на кухню. Она давно подозревала, что попугайчик считает птицу в часах настоящей. И хотя этого до сих пор не случалось, Шарлотте всегда было интересно, как поведет себя Милашка, если окажется на часах в тот момент, когда выскакивает кукушка.

Шарлотта открыла морозилку и проверила, что там есть. Кажется, две недели назад она покупала отличное мясо для жарки. Шарлотта заметила край пакета с мясом за упаковкой цыплят, выудила его и переложила в холодильник — размораживаться до утра. Жаркое с картофелем и морковью — блюдо, которое она сможет приготовить заранее, до воскресной службы, а потом разогреть на обед.

Еще час Шарлотта раскладывала квитанции и записывала доходы для месячного отчета. Она как раз закончила и собиралась посадить Милашку обратно в клетку, когда снова зазвонил телефон. Шарлотта прищурилась и постучала ручкой по письменному столу. Наверное, опять Битси, подумала она. Вздохнув, Шарлотта взяла трубку.

— «Домовой напрокат», Шарлотта слушает.

— Привет, тетя Чарля!

— Привет, Дэви. Как дела у моего любимого мальчика? Он хорошо себя ведет?

— Я хороший Дэви, и я тебя люблю. Пока.

— Дэви, подожди, тетя Чарли тоже тебя любит, милый, — сказала Шарлотта.

Было слышно, что на другом конце провода Надя просит сына отдать ей трубку.

— Простите, — сказала Надя через минуту, — но Дэви очень хотел поговорить со своей тетей Чарлей.

Шарлотта рассмеялась.

— Я рада, что он позвонил. Я все равно собиралась звонить тебе. Дженет согласилась заменить тебя, когда ты родишь. Как ты себя чувствуешь? Мэделин говорила, что последнее время тебе нездоровится?

— Я толстая и беременная, — ответила Надя. — Вот как я себя чувствую. Но на этот раз моя свекровь права. Последние две недели были очень тяжелыми. И это еще одна причина, по которой я звоню. Я вчера ходила к доктору, и он велел мне как можно больше лежать в постели. Как вы думаете, Дженет сможет взять моих клиентов немножко раньше, чем планировалось?

— Сможет или не сможет, ты не должна об этом беспокоиться. Я со всем разберусь. Заботься о себе и малышке. Я могу чем-нибудь помочь? Может, нужно побыть с Дэви?

— Спасибо, Шарлотта, но мы справимся. Дэви займутся Мэделин и Даниэль. Но, боюсь, мы не сможем прийти завтра в церковь и на обед, поэтому не ждите нас, пожалуйста.

— Очень жалко, но я все понимаю. Знаешь что? Хочешь, я привезу вам завтра обед?

— Шарлотта, это так мило с вашей стороны, но Мэделин уже предложила свою помощь и собирается что-то привезти.

— А если я тоже что-нибудь привезу? Вы съедите это завтра на ужин или в понедельник.

— Спасибо, Шарлотта.

— Мэдди, успокойся. Что случилось?

— Надя! — кричала Мэделин. — Она рожает, но еще слишком рано! Шарлотта, я же говорила тебе, говорила, она слишком много работала! Я говорила тебе!

— Мэделин, прекрати, — велела Шарлотта, пытаясь справиться с паникой. — Где сейчас Надя?

— Черт побери, в больнице! Где ей еще быть?

— В какой больнице, Мэдди?

— В больнице Окснера, но…

— Даниэль там?

— Да, конечно! Шарлотта, а если что-нибудь случится? Понимаешь, еще слишком рано! Она должна была рожать только через шесть недель, не раньше! Что, если…

— Я уже еду, — перебила ее Шарлотта.

— Пожалуйста, скорее, — умоляла Мэделин. — Мне кажется, я не переживу, если…

— Мэделин, — оборвала ее Шарлотта, — возьми себя в руки. Сделай глубокий вдох и успокойся. Чем скорее мы закончим разговор, тем быстрее я приеду.

Шарлотта не стала дожидаться ответа, быстро отключила мобильный и сунула его в карман. На столе рядом с телефоном лежал блокнот и ручка. Шарлотта схватила их, но руки у нее так дрожали, что она почти не могла писать.

Следуя собственному совету, Шарлотта сделала глубокий вдох, потом еще один и крепче сжала ручку. Немного успокоившись, она оставила Гордону записку, что у нее возникли семейные проблемы и ей пришлось уехать. Положив записку на самое видное место, рядом с кофеваркой, она поспешно собрала свои вещи.

Небо было серым, накрапывал дождь. Забросив пылесос и коробку в багажник, Шарлотта помчалась в больницу.

Больница Окснера находилась рядом с автострадой Джефферсон, на излучине Миссисипи, недалеко от границы округов Орлеан и Джефферсон. Шарлотта пыталась успокоить себя мыслью, что это одна из лучших больниц Юга и доктора там первоклассные.

Машин на дороге было мало, и Шарлотта ехала быстро, пока не оказалась перед первой из трех железнодорожных линий, пересекающих автостраду.

— О нет, — простонала Шарлотта, вставая в очередь машин, ждущих, когда пройдет поезд. Она ужасно нервничала, а поезд, как назло, еле полз. Шарлотта поставила фургон на ручной тормоз и посмотрела на часы. От Адамсов она выехала пятнадцать минут назад. Шарлотта снова сделала несколько глубоких вдохов, потом начала молиться.

Через долгих десять минут поезд наконец прошел, поднялся шлагбаум, и Шарлотта смогла ехать дальше. Спустя еще несколько минут в гараже больницы, похожем на огромную пещеру, ей пришлось подняться до пятого уровня, прежде чем она нашла место для парковки.

Шарлотта обнаружила Мэделин около детского отделения. Застывший взгляд сестры был устремлен сквозь стеклянную стену. Шарлотта подошла к Мэделин и положила ей руку на плечо:

— Кто из них наша девочка?

Мэделин покачала головой, а потом повернулась к Шарлотте. Ее глаза были полны слез.

— Она не здесь. Она родилась сразу после того, как я поговорила с тобой… Ее поместили в отделение интенсивной терапии для новорожденных. Она весит чуть больше четырех фунтов, и у нее сложности с дыханием.

Шарлотта сжала плечо Мэделин.

— Я уверена, что о девочке заботятся самые лучшие врачи, Мэдди. К счастью, Надя выбрала именно эту больницу. Кстати, как она?

Мэделин неопределенно пожала плечами:

— Не очень. Она вымотана… И с ума сходит от волнения. Врач дал ей успокоительное, и она задремала.

— А где Даниэль?

— Разговаривает с педиатром.

Шарлотта привлекла Мэделин к себе и крепко обняла ее.

— Все будет хорошо, Мэдди, — произнесла она. — Нужно только верить. — Шарлотта отпустила сестру. — И потом, эта девочка из выносливой породы. Если она хоть немного похожа на маму, папу и бабушку, то это настоящий боец.

— Я очень хочу в это верить, — прошептала Мэделин. — Боже правый, как я хочу в это верить.

— Нужно верить, — твердо сказала Шарлотта. — А теперь пойдем в приемную и подождем Даниэля. Кажется, там есть кофейный автомат. Не знаю, как ты, а я бы выпила кофе. И таблетку аспирина, — добавила Шарлотта.

— У тебя болит голова? — спросила Мэделин.

— Немного, — кивнула Шарлотта.

Когда Даниэль подошел к сестрам, сидевшим в маленькой приемной, у Шарлотты упало сердце. Он выглядел измотанным и очень нервничал.

— Держись, мой любимый племянник. — Шарлотта крепко обняла его.

— Я держусь… Наверное. Мне было бы намного лучше, если бы… — Даниэль умолк.

— А что говорит доктор? — спросила Мэделин. Даниэль выпрямился.

— Он сказал, что если девочка доживет до утра, то, скорее всего, она выживет. — Он вздохнул и опустил голову. — Но что я скажу Наде?

— Правду, — ответила Шарлотта. — Ты скажешь ей правду. — Шарлотта взяла Даниэля за руку. — Надя сильнее, чем ты думаешь, дорогой. — Пытаясь разрядить обстановку, Шарлотта выпустила руку Даниэля и ткнула его в грудь указательным пальцем. — Кстати, молодой человек, у меня есть за что вас выпороть. Когда Надя начала рожать, почему ты мне сразу не позвонил?

На губах Даниэля появилась слабая улыбка.

— Молодец, тетя Чарли, спасибо. Вчера вечером Надя начала жаловаться на боли в спине. Потом, примерно в семь утра, у нее начались схватки.

Шарлотта обернулась к Мэделин:

— А ты почему не позвонила?

— Потому что она ничего не знала, — отозвался Даниэль. — Было рано, к тому же Надя хотела сначала убедиться, что все серьезно, а потом уже устраивать переполох.

Шарлотта уехала из больницы примерно в половине пятого. Малышка, которую назвали Даниэлой в честь отца, цеплялась за жизнь. У Шарлотты же все сильнее болела голова.

Она не хотела уезжать, но Даниэль и Надя оставили Дэви в детском саду, и кто-нибудь должен был забрать его. Они позвонили Джудит, но она не могла уйти со службы. Понимая, что ни Даниэль, ни Мэделин не уедут из больницы, Шарлотта сказала, что съездит за Дэви.

Надя заранее договорилась с соседкой, что Дэви побудет вечером у нее, поэтому, забрав малыша из детского сада, Шарлотта отвезла его к соседке, после чего поехала обратно в больницу. Но, остановившись на красный свет на Саут-Клейборн, она вдруг застонала.

— Прекрасно. Просто великолепно.

В спешке уезжая от Адамсов в больницу, Шарлотта оставила белье в стиральной машине. Если вещи не достать, они заплесневеют.

Несколько секунд Шарлотта раздумывала, как поступить. После всего, что она узнала о Гордоне, ей было трудно не поддаться искушению оставить эти дурацкие вещи гнить в стиральной машине. А заодно вычеркнуть его из списка клиентов.

Но тут Шарлотта вспомнила, что сумка для обедов тоже осталась у Адамсов. Кроме того, напомнила она себе, ее не касается, чем занимается Гордон. Ее дело — выполнять работу, за которую ей платят деньги.

— Да, конечно, — проворчала она, злясь непонятно на что. Голова болела все больше, во рту пересохло. Шарлотта влилась в поток машин и поехала дальше.

Через несколько минут она припарковала фургон около дома Адамсов. Гордона, скорее всего, нет, но Шарлотта на всякий случай постучала. Подождав несколько минут, она уже собиралась вставить ключ в замок, как вдруг раздался громкий щелчок, и дверь неожиданно распахнулась.

— Что вы здесь делаете? — требовательно спросила Джун.

Шарлотте пришлось прикусить язык, чтобы с него не сорвалось «не ваше дело». Кроме того, ей очень хотелось задать Джун тот же самый вопрос. Но зачем спрашивать, если ответ известен. Во-первых, свободная шелковая пижама Джун была не совсем той одеждой, в которой обычно заходят навестить горюющего мужа покойной лучшей подруги. Во-вторых, Шарлотта решила, что, спросив, только зря потратит время. Джун никогда не признается, зачем на самом деле пришла сюда.

— У нас в семье критическая ситуация… — Шарлотта заметила, что говорит раздраженно, и тут же извинилась: — Простите, я устала и очень нервничаю. Я не собиралась возвращаться, но вспомнила, что оставила в стиральной машине белье, до пятницы оно заплесневеет. И еще я забыла свою сумку для обедов.

Джун кивнула и отошла в сторону. Шарлотта решила, что это приглашение войти.

— Я видела записку, которую вы оставили Гордону, — сказала Джун, — и заметила вашу сумку на кухне. Я зашла, чтобы оставить Гордону немного еды на ужин.

Ну конечно. А я испанский летчик.

Шарлотта кивнула и прошла мимо Джун. Сделай то, зачем вернулась, и уходи.

— Я через минуту уйду, — сказала она, оборачиваясь.

По привычке, проходя мимо столовой, она заглянула внутрь и чуть не упала. Но поскольку Шарлотта была уверена, что Джун стоит у нее за спиной и следит за каждым ее шагом, она заставила себя пойти дальше.

Джун солгала насчет того, зачем она здесь. Шарлотта подозревала это, но теперь знала наверняка. Джун пришла не затем, чтобы оставить Гордону еду, а чтобы поужинать с ним. Это стало ясно с первого взгляда: на столе в столовой лежали скатерть и салфетки, стоял великолепный фарфор Мими, свечи. В ведерке охлаждалась бутылка вина. Все признаки романтического ужина для двоих.

На кухне Шарлотта увидела новые доказательства того, что Джун солгала. На плите стояла кастрюля, что-то разогревалось в духовке, на рабочем столе лежали продукты, в раковине было полно грязной посуды. Джун не принесла еду Гордону, она готовила ужин на кухне Мими; Шарлотта почувствовала, что закипает от ярости. Тело Мими едва остыло в могиле, а Джун, ее так называемая лучшая подруга, уже ведет почти семейную жизнь с Гордоном. Все это было омерзительно.

Около прачечной Шарлотта остановилась и обернулась, думая, что Джун стоит у нее за спиной и следит за ней. Но Джун нигде не было видно. Пожав плечами, Шарлотта подошла к стиральной машине, открыла ее, затем распахнула дверцу сушилки. Переложив часть белья в сушильную машину, она потянулась за остальными вещами. Все это время Шарлотта думала.

Трусики. Ничего удивительного, что Джун так странно вела себя, когда Шарлотта упомянула о трусиках. Они принадлежали Джун.

Шарлотта с отвращением покачала головой. Все это время она подозревала Джун, но при этом пыталась убедить себя, что виновна Рита. Прежде всего, из-за слов Джун, вдруг поняла Шарлотта. Джун убеждала всех, что Рита так ревновала к Мими и хотела отомстить, что была способна совершить убийство. Потом, опасаясь, что никто ей не поверит, Джун попыталась своим ядовитым языком оклеветать заодно и Салли Лоусон. Именно Джун, видимо, заронила в голову Мими мысль, что Салли убивает ее деревья. И Джун могла навести Мими на мысль, что у Гордона роман с его старинной подругой Салли.

— Одна подруга, — поморщилась Шарлотта. Та же «подруга», она была в этом уверена, которая предложила Мими посадить ядовитый дурман.

Шарлотта четко представила себе все это. Джун хитростью пыталась навести подозрение на других женщин, чтобы скрыть свою собственную двуличность.

После всех этих стараний как, должно быть, удивилась Джун, когда полиция арестовала Дорин и Джорджа Майерс, а не Риту или Салли.

Шарлотта нахмурилась. А удивилась ли Джун? Может, Дорин и Джордж тоже пали жертвами ее вероломного плана?

Шарлотта достала из коробки антистатическую салфетку, бросила ее в сушильную машину и захлопнула дверцу.

Все это время у нее возникали подозрения по поводу Джун и Гордона, но она придумывала опровержения, которые тогда казались разумными. Но одно дело — тогда, а другое — сейчас. Все это было до того, как у Шарлотты появились доказательства, что между этими двоими есть любовная связь.

Любовная связь. У Шарлотты перехватило дыхание, и она уставилась на кнопки сушилки. Закрыв глаза, она помассировала виски кончиками пальцев. Голова была готова взорваться.

У нее возникла еще одна неожиданная мысль, и она открыла глаза. Знал ли Гордон обо всем? Виновен ли он только в любовной связи с Джун? Возможно ли, что Гордон и Джун устроили заговор, чтобы избавиться от Мими? Или Джун действовала одна?

Шарлотта вцепилась в сушилку, вспоминая, что ей известно о Гордоне. Она пыталась также вспомнить, что обсуждали те трое мужчин на кухне в день похорон Мими.

Может, Гордон и Джун устроили заговор, предположила Шарлотта. Но, не считая того, что она слышала о страховке, потерях Гордона на фондовой бирже и любовнице, не было веских доказательств, что он участвовал в планировании убийства.

Вздохнув, Шарлотта установила таймер на сушильной машине, включила ее и постояла несколько минут, не сводя глаз со стены. Сколько времени длится роман Джун с Гордоном? Она продолжала размышлять, а внутри у нее все сжалось.

Нужно было рассказать Джудит о шоколадных пирожных. О том, что Джун уговорила Мими попробовать одно утром, до собрания ОСН, и что Мими жаловалась Шарлотте, что оно было горьким.

— Естественно, оно было горьким, — пробормотала Шарлотта. Горьким от дурмана. И еще нужно было рассказать Джудит, что она слышала про Гордона, а не волноваться, что племянница или полиция подумают о ее вмешательстве в это дело.

Шарлотта полезла в карман за сотовым телефоном.

— Не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня, — прошептала она, набирая номер Джудит. — Пожалуйста, пожалуйста, ответь, — бормотала Шарлотта, пока шли гудки.

Джудит взяла трубку почти сразу, и Шарлотта облегченно вздохнула.

— Джудит, слава богу, что я тебя застала, — сказала она.

— Что случилось, тетя Чарли? Что-то с девочкой или с Надей?

Шарлотта застонала, охваченная чувством вины. За последние двадцать минут она ни разу не подумала о маленькой Даниэле.

— Нет, дорогая, — быстро заверила она племянницу, — я звоню не из-за Даниэлы или Нади. Насколько мне известно, твоя маленькая племянница цепляется за жизнь, а Надя все еще спит. Я звоню по поводу убийства Мэри Лу Адамс. Вы арестовали не тех подозреваемых, и мне нужно с тобой поговорить.

Тут Шарлотта услышала какой-то звук.

— Подожди секунду, дорогая, — прошептала она в телефон и прислушалась. Шаги. Шаги, которые приближаются к ней. Шаги Джун.

И что теперь?

Шарлотта поняла, что у нее есть две возможности. Она может повесить трубку и выбраться из этого дома, а может…

— Джудит, не вешай трубку, — шепнула Шарлотта. — Пожалуйста, не вешай трубку и слушай.

— Тетя Чарли, ты же не посмеешь…

Не дожидаясь, когда Джудит договорит, и вознося молитву, чтобы она не повесила трубку, Шарлотта сунула мобильный в карман. Джун с легкостью избавилась от улик, значит, есть только один способ доказать, что она убила Мими.

Шарлотта сглотнула, сделала глубокий вдох для храбрости, повернулась к двери и стала ждать, когда войдет Джун.

Через несколько секунд Джун появилась в дверях.

Она знает, что я знаю, что она убила Мими, подумала Шарлотта, пристально глядя на Джун. Страх вдруг смешался со злостью, и у Шарлотты засосало под ложечкой. Джун знает. Это было ясно и по ее самодовольному виду, и по жестокому, понимающему блеску глаз.

Конечно, Джун знает. Только дурак может подумать, что кто-то не заметит романтического стола, накрытого к ужину. И только дурак не догадается, что этот кто-то сложит два и два. Если подозрения Шарлотты справедливы, — а она на девяносто девять процентов уверена, что это так, — Джун точно не дура. Но вот что страшно: Джун ни капельки не волнуется из-за того, что Шарлотте все известно. Почему?

Сердце у нее бешено заколотилось. Почему Джун не волнуется? Шарлотта несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Из всех возможных причин одна особенно упорно выплывала на поверхность. Джун не волнуется, потому что собирается от меня избавиться, подумала Шарлотта.

Оружие. Убедись, что у нее нет оружия. Шарлотта взглянула на руки Джун.

Как будто прочитав ее мысли, Джун вытянула руки, в которых держала Шарлоттину термосумку.

— Я боялась, вы ее забудете, — сказала Джун.

Шарлотта взяла сумку, а Джун скрестила руки на груди, и на губах у нее появилась зловещая улыбка.

— Ну что, вы закончили вынюхивать?

Шарлотта остолбенела. Она подозревала, что Джун неискренняя и злобная. Женщина, отравившая лучшую подругу. Но ее наглость была просто невероятна. Джун не только полагала, что останется безнаказанной за убийство, она еще и гордилась своим преступлением.

Потрясение уступило место злости, и Шарлотта крепче вцепилась в сумку. Убийца не должен остаться безнаказанным. Но Джун выпутается. Выпутается, если ей не помешать. Доказательств нет, Дорин и Джордж Майерс уже в тюрьме. Единственный способ поймать Джун — заставить ее признаться. Джун может считать себя очень умной, но если Шарлотта правильно разыграла карты, то она сумеет воспользоваться самонадеянностью этой женщины, чтобы подставить ей подножку.

Глубоко вздохнув, Шарлотта быстро попросила у Бога помощи, чтобы сделать все, как надо. И чтобы Джудит не повесила трубку.

— Почти закончила, — невозмутимо ответила Шарлотта. — Я не понимаю только одного: почему вы это сделали? Мими считала вас подругой.

Джун даже не попыталась сделать вид, что не понимает, о чем речь.

— Почему я это сделала? — засмеялась она.

Шарлотта кивнула.

— Дайте подумать. — В ее глазах вспыхнула неприкрытая злоба. — Потому что у нее было все, — Джун заговорила громче. — У нее был этот дом, двое прекрасных детей, деньги, положение в обществе. И Гордон. А главное, Мими этого не заслуживала, воспринимала как должное, считала, что все принадлежит ей по праву. — Джун сжала кулаки. — Такой человек, как Гордон, заслуживает большего. Ему нужна женщина, которая действительно ценит его, искренне любит, а не глупая самодовольная неженка!

— Но Мими считала вас подругой, — повторила Шарлотта.

— Ха! Мими никого никогда не считала подругой. Она даже не знала, что значит это слово.

— Вам не кажется, что здесь уместно «чья бы корова мычала, а твоя бы молчала»? — Шарлотта тут же пожалела о сказанном. Если Джун разозлится, из нее больше ни слова не вытянешь про убийство.

Джун пристально посмотрела на Шарлотту.

— В этом мире есть два вида людей: дающие и берущие. Мими была берущей — глупая эгоистка, которая считала, что все ей обязаны.

— А яд? — Шарлотта пыталась не дать Джун уклониться от темы. — Вы испекли две порции шоколадных пирожных в тот день, так? В одну подмешали дурман и дали попробовать Мими, а вторую принесли на собрание.

— Конечно, — презрительно усмехнулась Джун, — вы же умненькая горничная! Сами обо всем догадались, да? — Она засмеялась. — Я это заподозрила, когда вы нашли мои трусики. Тем хуже для вас. И что вам все это даст? Если вы не слышали, полиция уже арестовала убийц Мими, и вы ни черта не докажете. Ваши слова против моих.

— Да, боюсь, не докажу, — Шарлотта молилась, чтобы ничем не выдать себя, и одновременно жалела, что у нее не хватит наглости помахать мобильником перед самодовольной физиономией Джун.

Джун отступила на шаг и жестом предложила Шарлотте выйти из комнаты.

— Теперь можете идти. А если собираетесь бежать в полицию, я бы на вашем месте сначала дважды подумала.

Сжимая сумку, Шарлотта сделала шаг вперед, но Джун вытянула руку. Шарлотта напряглась.

— Кстати, — Джун снова засмеялась. — Учитывая обстоятельства, ваши услуги больше не нужны. Вы уволены! И не ждите рекомендаций. — Джун снова махнула рукой. — Теперь можете идти.

Шарлотта не стала терять время. Следя за Джун краем глаза, она прошла мимо. Продолжая молиться, Шарлотта так быстро прошла через кухню в прихожую, будто за ней по пятам гнался Цербер, и выбежала на улицу. Слишком легко, все время думала она. Джун слишком легко отпустила ее.

Шарлотта сбежала по ступенькам и не сбавляла скорости, пока не оказалась около фургона. Джун, может, и самонадеянная, но должна понимать, что Шарлотта молчать не будет.

Дрожащей рукой он открыла дверцу фургона. Наружу вырвался поток жара. На мгновение у Шарлотты подкосились ноги и сильно закружилась голова.

Чтобы не упасть, она вцепилась в руль и забросила сумку в машину. Не обращая внимания на жар, Шарлотта забралась в фургон, захлопнула дверцу и нажала кнопку автоматической блокировки дверей. Раздался утешительный щелчок, и она почувствовала себя в относительной безопасности. Только после этого она рискнула обернуться и, несмотря на жару, похолодела. Джун стояла в дверях, скрестив руки на груди, и смеялась.

— Хорошего вам дня! — закричала Джун, потом помахала рукой и снова рассмеялась.

— Хорошо смеется тот, кто смеется последним, — пробормотала Шарлотта. По лицу ее струился пот. Напускная храбрость не помогала: она не могла избавиться от ощущения близкой опасности, назойливого ужаса, так непохожего на предчувствие скорой победы.

Дрожа от стража, Шарлотта негнущимися пальцами вставила ключ в замок зажигания, завела фургон и рванула с места.

Только проехав несколько кварталов, она остановила машину у тротуара. Все еще опасаясь, что Джун догонит ее с минуты на минуту, Шарлотта на всякий случай не стала выключать двигатель, оставляя возможность для побега.

Тяжело дыша и поглядывая в зеркало заднего вида, Шарлотта направила струю воздуха из кондиционера прямо в лицо. Голова у нее болела так, будто внутри много часов подряд грохотал отбойный молоток. От холодного воздуха стало немного легче, но боже, как она устала… И как хочется пить. Рот словно ватой набит.

Но сейчас нет времени об этом думать. Шарлотта нащупала в кармане мобильный, поднесла его к уху и, горячо молясь, чтобы Джудит оставалась на линии, произнесла:

— Пожалуйста, скажи, что ты все слышала.

— Тетя, слышала каждое слово. Когда я поняла, что ты задумала, то схватила диктофон и записала на пленку каждое чертово слово. Нам очень повезло, что ты стояла к ней так близко. А теперь, пожалуйста, скажи мне, что ты уехала из этого дома.

Внезапно у Шарлотты все поплыло перед глазами, и она несколько раз моргнула, пытаясь вернуть взгляду четкость. Что-то не так, что-то…

— Тетя Чарли, ты слышишь меня? Ответь! Шарлотта кивнула, но потом поняла, что Джудит ее не видит. Нужно ответить.

— Да, я… остановила машину. Джудит, что-то не так… Я… Мне…

— Тетя Чарли!

Вдруг, словно сверкнула молния, Шарлотту осенило, что не так. Головная боль… Раздражительность… Жажда… Те же симптомы, которые были у Мими. Но когда и как?

Шарлотта крепче сжала телефон и прошептала:

— Я… Меня отравили… Она меня отравила. — В голове у нее стоял туман, мысли разбегались, но она попыталась вспомнить все, что происходило за день. Так можно вычислить момент, когда Джун отравила ее.

— Тетя, ты меня пугаешь! — закричала Джудит. — Кто тебя отравил? Где ты?

— Салат, — прошептала Шарлотта. — Я слышала шум.

— Тетя Чарли, я тебя не понимаю. Где ты, черт подери?

— Не ругайся, — пробормотала Шарлотта, ее сознание затуманилось. — Кажется, между Притания-стрит и Вашингтон-стрит. Скорее, Джудит. Пожалуйста, скорее.

— Тетя Чарли! Проснись! Тебе нельзя спать!

Шарлотте не хотелось просыпаться. У нее так болела голова. Кроме того, что Джудит делает в ее спальне? И почему кровать движется?

— Уходи, — попыталась прошептать Шарлотта, но ее губы отказывались двигаться. Ужасно хочется пить. И что-то непонятное на лице. Господи, неужели Джудит пытается задушить ее?

— Она приходит в себя, — сказал хриплый голос. Хриплый мужской голос. — Миссис Лярю, не волнуйтесь, на вас кислородная маска. Нет-нет, не снимайте ее. Не трогайте.

Шарлотта заставила себя открыть глаза. Над ней склонились Джудит и доктор. Шарлотта услышала вой сирены. Это не просто доктор, подумала она. Это «скорая помощь».

— Что случилось? — попыталась спросить Шарлотта, кислородная маска мешала говорить.

— Тебя отравили, тетя. Ты сказала мне, что тебя отравили, помнишь?

Шарлотта была как в тумане, но едва Джудит произнесла «отравили», она все вспомнила. Джун… Мими… Очная ставка в прачечной дома Адамсов… Шум на первом этаже… горький салат…

— Кто отравил тебя, тетя Чарли, и чем?

Шарлотта поморгала, пытаясь разогнать туман перед глазами.

— Джун, — пробормотала она. — Джун Брайант. Тем же, чем Мими.

— Дурманом?

Шарлотта кивнула.

— В моем салате, — прошептала она. — Надо было догадаться… Салат в мусорной корзине… Я не смогла его доесть. — Шарлотта замолчала.

Хотя Шарлотта была почти без сознания, пока «скорая» везла ее в больницу, и в полном сознании, когда ее организм очищали от яда, большая часть происходящего была словно окутана туманом. Когда ее наконец перевели в палату, пришел Хэнк.

— Не беспокойся, мама, — он убрал ей волосы со лба, — с тобой все будет нормально.

— Где Джудит? — спросила Шарлотта. Рука Хэнка замерла у нее на лбу.

— Джудит просила передать, что вернется позже, чтобы снять показания. Я уверен, прямо сейчас она арестует женщину, которая это сделала.

Шарлотта кивнула:

— Прекрасно. Никто не должен безнаказанно убивать.

— Не беспокойся ни о чем. Просто отдыхай. Шарлотта снова кивнула, затем помотала головой:

— Я еще не могу отдыхать. Мне нужно узнать, как ребенок.

— Девочка хорошо держится, — заверил ее Хэнк. — Я звонил им несколько минут назад.

Шарлотта закрыла глаза.

— Хорошо, — пробормотала она.

Когда Шарлотта снова открыла глаза, над ней стояла Джудит.

— Сколько времени? — спросила Шарлотта и заметила в дверях Брайана Ли.

— Уже поздно, около одиннадцати. Как ты себя чувствуешь?

Шарлотта нахмурилась.

— На самом деле, кажется, неплохо. Слава богу, голова больше не болит.

— Ты была на волосок от смерти, тетя Чарли. Что мне с тобой делать? Ты еще не выучила, что тебе нельзя проводить собственные маленькие расследования? Однажды тебя просто убьют, и все.

— Послушай, Джудит, я не готова прямо сейчас выслушивать нотации. Я знаю, что ты сердишься на меня, но я не провожу собственные расследования, как ты говоришь. Что поделать, если я что-то иногда слышу?

— Конечно. Но когда ты слышишь что-нибудь важное, особенно для текущего дела, тебе нужно сообщить об этом, а не кидаться в гущу событий.

Понимая, что спорить с Джудит бесполезно, Шарлотта вздохнула.

— Так что произошло? — спросила она. — Надеюсь, вы арестовали Джун?

Джудит кивнула:

— Еще бы. Мы взяли ее тепленькой. Конечно, она все отрицала и тут же потребовала адвоката. Но стоило адвокату приехать и услышать запись, а также узнать о тебе и твоем салате, как он с ней поговорил, и она запела по-другому. Она хочет, чтобы адвокат обговорил условия согласованного признания вины за убийство по неосторожности. Но она зашла слишком далеко, попытавшись убить и тебя тоже. — Джудит сжала губы. — Не думаю, что окружной прокурор пойдет на это. Кстати, мы нашли остатки салата в мусорном баке на улице.

— И что?

— Как ты и подозревала, в нем был дурман. К счастью, немного. Но достаточно.

— Немного! — возмутилась Шарлотта. — Потому что я, как идиотка, съела часть этой гадости.

— Сейчас это уже неважно. Но скажи, почему она заподозрила, что ты все знаешь?

— Насколько я понимаю, из-за трусиков. — Джудит нахмурилась, и тогда Шарлотта рассказала, как нашла трусики в сушильной машине.

— Это довольно слабое основание, — возразила Джудит.

— Мне тоже так кажется, — согласилась Шарлотта. — Но еще она заметила, что мы с тобой похожи, и не раз об этом упоминала. — Она пожала плечами. — Возможно, Джун выяснила, что ты моя племянница, и сложила два и два.

— Еще один вопрос, тетя Чарли. Как она добралась до твоего салата?

— Я работала на втором этаже, — объяснила Шарлотта. — Мне послышался какой-то шум, но я не обратила внимания. Ты же знаешь, как эти старые дома скрипят и стонут. Так или иначе, думаю, тогда она все и провернула.

— Но как она попала в дом? Ты ведь заперла дверь?

— Да, Джудит, я всегда запираю двери. Но у Джун есть свой ключ.

Джудит понимающе кивнула.

— Тогда, думаю, нам нужно получить твои официальные показания, если ты, конечно, в силах говорить.

Шарлотта кивнула, и Брайан подошел к кровати. В руках он держал маленький блокнот и ручку.

— Я рад, что вам лучше, миссис Лярю, — сказал он. — Просто рассказывайте, что произошло.

Пока Шарлотта рассказывала, Брайан записывал и перебил ее всего дважды, чтобы уточнить детали.

— Думаю, пока все, — сказал он наконец. — Вам повезло, миссис Лярю. На этот раз, — и добавил: — А Джудит права. В следующий раз, когда вы случайно услышите что-нибудь важное, сообщайте об этом.

Шарлотта содрогнулась.

— Надеюсь, что, с божьей помощью, следующего раза не будет. — Она обернулась к Джудит: — Я хочу спросить кое-что, если можно.

Джудит пожала плечами:

— Можно.

— Джун случайно не проговорилась, не замешан ли в этом Гордон? Я имею в виду, не был ли Гордон сообщником Джун в убийстве Мими?

— А почему вы спрашиваете? — вмешался Брайан. — У вас есть информация, что мистер Адамс замешан в преступлении?

Недовольная тем, что ее перебили, Шарлотта покачала головой:

— Нет. Ничего, кроме того факта, что они с Джун были любовниками. Я спрашиваю потому, что работаю на него.

— Мы знаем про их связь, — сказала Джудит. — Джун призналась. Но, что касается твоего вопроса, она отрицает, будто Гордон Адамс имеет отношение к убийству жены. И пока у нас нет веских доказательств, чтобы обвинить Гордона в соучастии.

Шарлотте с трудом в это верилось, и по выражению лица Джудит она поняла, что племянница тоже сомневается в невиновности Гордона.

— И еще один вопрос. Помимо того, что Джун сказала мне, — того, что ты записала, — она не называла других причин, по которым убила Мими?

Джудит покачала головой:

— Нет. Но мы выяснили, что она планировала это долго, почти год. И надо сказать, подготовилась очень тщательно. Джун предусмотрела почти все. Распространить слухи, что у Мими роман с мужем Риты Лэндерс, — просто гениальный ход. Джун посеяла вражду между Мими и ее соседкой Салли Лоусон, у которых и так были непростые отношения, и подтасовала результаты выборов ОСН. — Джудит засмеялась. — Она не призналась, но думаю, что в истории с Майерсами тоже не обошлось без Джун. Она не учла только одного — что моя тетя настоящая ищейка.

— Джудит Монро, сейчас же возьми свои слова обратно. Я не ищейка. — Поскольку и Джудит, и Брайан рассмеялись, Шарлотта сказала: — Ладно, давайте, смейтесь надо мной. Но я все равно люблю тебя, даже если иногда от тебя одни неприятности. А теперь, — она села на кровати, — принеси мне, пожалуйста, одежду.

— Спокойно, тетя Чарли. Куда это ты собралась?

— Мне нужно проверить, как там моя внучатая племянница.

Дверь в коридор распахнулась, и в палату вошли Хэнк и Кэрол.

— Что происходит? — спросил Хэнк, увидев, что Шарлотта сидит на кровати.

— Твоя мама хочет одеться и поехать в больницу, чтобы проведать малышку Даниэлу.

— Мама, тебе нельзя…

— Можно, — возразила Шарлотта. — Я все равно поеду. Мэдди, Даниэлю и Наде сейчас нужна вся поддержка, какую мы можем дать. Так что или помогите мне, или прочь с дороги.

Несколько секунд Хэнк в упор смотрел на мать, потом, вздохнув, кивнул.

— В таком случае, поедем все вместе. Только подождите, мне нужно позвонить.

— Ни слова Мэделин, Даниэлю и Наде о том, что случилось, — предупредила Шарлотта. — У них и так забот по горло, не хватало еще и обо мне беспокоиться.

В больницу они приехали далеко за полночь и нашли Мэделин и Даниэля в приемной.

— Как она? — спросила Шарлотта Даниэля.

— Пока неплохо, — ответил он. — А Надя?

Будто в ответ на ее вопрос дверь приемной отворилась и вышла Надя. Одной рукой она держалась за косяк, другой — за дверь.

— Со мной все нормально, Шарлотта, но мне станет гораздо лучше, когда моя малышка переживет эту ночь.

Надя была бледна, как белые больничные стены, и Даниэль бросился к ней.

— Любимая, почему ты не в постели? — Он обнял ее за талию.

— Мне сказали, что я могу встать и пройтись, если буду в состоянии.

— Хотя бы сядь, — настаивал Даниэль, подводя ее к дивану.

— Хорошо, но только на минутку, чтобы перевести дух. А потом я хочу увидеть нашу девочку.

Как только Даниэль посадил Надю на диван, к нему подошла Джудит.

— Эй, большой брат! — Она обняла его и несколько секунд не выпускала его из объятий, затем сказала: — Прости, я приехала бы раньше, но у меня не получилось.

Шарлотта смотрела на них, и в горле у нее встал комок. Она вспомнила о том времени, когда Даниэль и Джудит были детьми. Мэделин была в депрессии после развода с их отцом, и Шарлотте пришлось взять на себя заботу о детях. Даниэль, тогда еще совсем маленький, никак не желал смириться с тем, что отца больше нет рядом. Он хотел поговорить с папой, но тот не подходил к телефону. Тогда Джудит тоже обняла брата и попыталась по-своему, по-детски, утешить его.

— Папа просто плохой, Даниэль, — сказала Джудит, хлопая его ладошкой по спине. — Он нам не нужен, потому что у нас есть тетя Чарли, а она лучше, чем любой папа на свете.

— Тетя Чарли? Тетя Чарли, спустись с небес на землю.

Шарлотта захлопала глазами, услышав свое имя. Когда она очнулась, перед ней стояла Джудит.

— Как ты себя чувствуешь, тетя?

— Я просто задумалась, дорогая.

— Хочешь пить? Шарлотта кивнула.

— С удовольствием выпью кока-колы. Спасибо, милая.

— Кому-нибудь еще принести? — спросила Джудит.

Шарлотта сложила «Таймс-Пикаюн» и отнесла в прачечную, где стояла корзина для бумаг. Прошла неделя после ареста Джун, и, видимо для разнообразия, в газете не было ничего нового ни о скандале, связанном с убийством Мими, ни о Джун Брайант.

Шарлотта вернулась на кухню и посмотрела на часы микроволновки. Семь утра. По всей вероятности, Гордон еще не ушел на работу. Шарлотта задумчиво притопывала ногой. Что делать… что делать…

Она уставилась на телефон. Сославшись на семейные проблемы, в пятницу Шарлотта позвонила Гордону и сказала, что не сможет прийти. Но за выходные она поняла, что снова отменять день работы означает просто оттягивать неизбежное. После того, что Шарлотта узнала о Гордоне, она просто не могла больше работать на него.

Хотя ничего нельзя было доказать и не нашлось улик, подтверждающих соучастие Гордона в убийстве Мими, по мнению Шарлотты, он был виновен с точки зрения нравственности. Закрутив роман с Джун, он дал этой женщине ложную надежду на то, что, если Мими не будет стоять между ними, у этих отношений есть будущее.

Шарлотта не верила в случайности, она считала, что всему есть причина. И она долго и мучительно обдумывала свою ситуацию. Сначала переехала Мэриан, и в результате у Шарлотты освободились среды, а теперь эта история. Может, это знак? Знак того, что ей пора наконец уйти на покой? Но, с другой стороны, Шарлотта уже договорилась на среды с Сандрой Веллингтон, а по вторникам она работает у Битси. Однако без Гордона у нее будут выходные с четверга по понедельник.

Может, это скрытое предупреждение о том, что скоро настанет время, когда Шарлотте придется вообще не работать? Она устала от попыток найти ответ на этот вопрос. Но пока у нее есть незавершенные дела.

Покорно вздохнув, Шарлотта подошла к телефону и набрала номер Адамсов. После четвертого гудка включился автоответчик.

Закрыв глаза и слушая запись, Шарлотта прошептала:

— Слава богу.

Она не переживала из-за того, что решила отказаться от работы, но ей внушала неподдельный ужас мысль о том, что придется лично разговаривать с Гордоном. Наверно, автоответчик придумали специально для трусов. Шарлотта знала, что ей должно быть стыдно, но говорить с магнитофоном гораздо проще.

Услышав звуковой сигнал, она открыла глаза.

— Здравствуйте, Гордон. Это Шарлотта Лярю. Простите, что сообщаю вам только сейчас, но я не смогу больше на вас работать. Согласно моим записям, вы должны мне оплату за последние два раза. Буду благодарна, если вы отправите чек по почте.

Шарлотта повесила трубку. Словно гора с души свалилась. Хотя она чувствовала себя немного странно из-за того, что не нужно одеваться и мчаться на работу, это было приятное ощущение: нет необходимости спешить, соблюдать строгий график, возиться с беспорядком, устроенным другими людьми. Может, она вместо этого спокойно погуляет по окрестностям или наконец начнет красить дом внутри и снаружи, как давно собиралась.

Всегда начинайте уборку комнаты сверху, особенно когда вытираете пыль. Пылесосить следует в последнюю очередь.