— Вечно в черном! — пробурчал Нильс. — Ну почему все время черный? — возмущался он, рассматривая своего друга Криса с головы до ног. Крис всегда носил черные джинсы и черную водолазку. Никто из его друзей ни разу не видел его в чем-то другом. Он просто терпеть не мог одежду других цветов.

Нильс и Крис шагали рядом через луг вдоль старых путей. Лиза и Кира шли немного позади ребят. Друзья возвращались домой со старого кургана, где было их тайное место встречи. На западе солнце уже касалось верхушек деревьев. Скоро начнет темнеть.

— Чем тебе черный-то помешал? — отозвался Крис. Он понял, что Нильс просто хотел к кому-нибудь придраться. А сегодня ему под руку как раз подвернулся Крис. Крис не обиделся. Он знал Нильса слишком хорошо, чтобы злиться на него из-за таких пустяков. К тому же все они порой бывали не в настроении.

— Чем помешал? Да нет, ничем, — пробормотал Нильс. — Это я так… Просто нашло что-то.

Крис ухмыльнулся.

— А черный, между прочим, мой любимый цвет.

Сзади раздался голос Киры.

— По сути черный вообще не является цветом. Так же, как и белый. Вы что, на уроке искусствоведения ушами хлопали?

Крис с Нильсом, остановившись, оглянулись на Киру.

— Зубрилка! — закричали они в один голос. Но так как друзья улыбались, Кира на них не обиделась.

— А мне нравятся черные шмотки. По-моему, они просто шикарны! — сказала Лиза.

Крис наградил ее благодарной улыбкой, и Лиза смущенно отвела взгляд. Брат Лизы Нильс и Кира знали, что Лиза безнадежно влюблена в Криса. Единственным из всей компании, кто об этом еще не догадывался, был сам Крис. Но, кроме Лизы, сказать ему об этом было некому. Нильс считал такие разговоры недостойными мужчин. А Кире самой нравился Крис, который, на зависть Лизе, тоже испытывал симпатию к Кире.

Нильс ядовито ухмыльнулся, глядя на сестру, и, наклонившись, тихонько прошептал ей на ухо:

— Да не шмотки тебе нравятся, а тот, кто в них одет.

— Ненавижу братьев, — процедила Лиза.

Нильс расплылся в улыбке.

— Надеюсь, не потому, что я — мужчина?

Лиза в этот момент была готова глаза ему выцарапать. Но что бы о ней тогда подумал Крис? Нет, ей надо держать себя так, будто колкости брата ее не трогают. Это будет очень по-взрослому!

Кира прокашлялась.

— Ну, теперь-то мы можем идти дальше? Сегодня тетя готовит ужин.

— Позвольте полюбопытствовать, что у нас в меню? — осведомился Нильс, состроив невинную физиономию. — Цветочные стебельки под соусом из хлорофилла?

Тетя Кассандра была вегетарианкой. Не то чтобы Кира имела что-то против этого. Она могла бы обойтись и без мяса. Вот только была бы еда поразнообразней! Но всякий раз, когда она предлагала своей тете приготовить пиццу с шампиньонами или что-то в этом роде, на столе снова появлялась все та же каша из овощей. Ее тетка делала это не со зла. Просто Кассандра Рабенсон была никудышной поварихой, и ничего тут не поделаешь. Она прекрасно знала свой недостаток, а потому не решалась варить что-то новое и готовила простые, давно проверенные блюда. Друзья Киры это знали и нередко над ней подтрунивали.

Ускорив шаг, четверо друзей отправилась дальше. Сумерки поползли по зеленым холмам, сгущаясь вокруг Гибельштайна. На границе полей и лугов за зелеными изгородями вырастали первые тени. С тех пор как четверо друзей стали носителями Семи магических Печатей, они хорошенько усвоили, что после наступления темноты надо быть начеку.

Вдруг Лиза остановилась. Резко подняв руку, она указала на восток, на вершину одного из ближайших холмов.

— Смотрите! Там, наверху!

Все дружно посмотрели вверх.

— Кто это? — прошептал Нильс.

По холму бежал мужчина. Было видно, что человек очень взволнован и куда-то спешит. Он все время спотыкался и испуганно оглядывался назад, будто за ним гнались по пятам. Даже здесь, внизу, было слышно, как громко он дышал.

— Это… — начала Кира.

— Это старый Кропф! — закончила фразу Лиза.

— Кропф? — спросил Нильс. — Почему он как ненормальный носится по вершине холма?

— Должно быть, что-то случилось, — сказал Крис. — Может, что-то с овцами?

Крис помчался вперед. Остальные, немного поколебавшись, побежали за ним. В два счета поравнявшись с Крисом, друзья вместе стали карабкаться на вершину холма. Время от времени приходилось продираться сквозь кусты. Но им было не привыкать. В детстве Кира, Лиза и Нильс часто играли здесь. Кусты были их потайными тропами. Порой им удавалось под их прикрытием пересечь незамеченными все холмы в окрестностях. Что касается Криса, он не так давно переехал в Гибельштайн. И хотя он был более спортивный, чем остальные, идея друзей взбираться на холм, продираясь сквозь кусты, его не вдохновляла.

Чем дальше они карабкались по склону холма, тем яснее становилось: старый Кропф бежит в сторону Гибельштайна. Он дышал все тяжелее, с трудом переводя дыхание. Интересно, сможет ли он в таком состоянии добраться до города?

Кропф был пастухом. Он работал на одном из больших хуторов. Его знали во всем Гибельштайне как человека странного, но очень доброго. Днем он пас овец на холмах и лугах, и его никто не видел, а вечером сидел в каком-нибудь трактире и пил больше положенного.

— Эй, Кропф! — закричала Кира ему вслед.

Кропф ко всем жителям Гибельштайна обращался на ты, поэтому Кира тоже звала его на ты. К тому же она знала его не один год. Раньше Кропф угощал детей конфетами. Но кто-то из родителей попросил его больше этого не делать. В ответ на такую просьбу Кропф лишь пожал плечами, как он это обычно делал, и с тех пор стал съедать свои сладости сам.

— Кропф! — заорал Нильс. На этот раз старый пастух услышал, что его кто-то зовет. На бегу он оглянулся. Друзья испугались, увидев его перекошенное от страха лицо и безумные глаза. — Да остановись же ты наконец!

Кропф окинул взглядом друзей, внимательно всмотрелся в кусты на холме и только потом остановился. Он нагнулся вниз, тяжело дыша, и стал ждать, пока четверо друзей его догонят.

— Что случилось? — спросила Кира.

— Надеюсь, ничего страшного? — поинтересовалась Лиза.

Кропф застонал и, громко шмыгнув носом, посмотрел Лизе прямо в глаза.

— Ничего страшного? — повторил он. — Страшнее и быть не может!

Крис незаметно засучил рукав своей черной водолазки и посмотрел на предплечье. Нет, Семи Печатей, которые всегда предупреждали их о приближении темных сил, не было. Крис вздохнул с облегчением. Когда друзьям грозила опасность, Печати проявлялись моментально. Эти семь магических, загадочных знаков горели так, словно сами сверхъестественные силы вытатуировали их на коже ребят.

Кира пристально смотрела на старого пастуха.

— Чего ты боишься?

Кропф сглотнул.

— Если бы вы увидели, что видел я, вы бы понеслись оттуда сломя голову! Взяли ноги в руки и помчались бы с бешеной скоростью, это уж точно!

Друзья переглянулись. Наконец Лиза решилась спросить:

— Скажи, что такое ты увидел?

Пастух тяжело вздохнул.

— Вы действительно хотите это знать?

— Да рассказывай же наконец! — попросила Кира.

Кропф согласно кивнул головой и еще раз внимательно осмотрел холмы. Затем, прокашлявшись, он нагнулся к ребятам и прошептал:

— Генриетту убили!

— Убили? — изумилась Кира.

— А кто такая Генриетта? — спросил Крис.

Лиза улыбнулась, правда, как-то грустно.

— Овечка.

Крис оторопел.

— Кто-то убил овцу?

— Это была не простая овечка, — вспылил пастух. — Это была моя Генриетта!

— Его любимица, — прошептал Нильс.

— Но кто мог это сделать? — спросила Лиза.

Кропф шмыгнул носом и тихо заплакал.

— Я знаю кто. Я все видел своими глазами.

— Кто? — закричали хором Кира и Лиза.

Старик на время умолк. Казалось, он собирается с духом, чтобы ответить на этот вопрос.

— Пугало, — вымолвил он наконец.

Друзья переглянулись.

Крис поперхнулся и закашлял.

— Пу… Пугало?

— Да, черт возьми! И мне нужно срочно в полицию, чтобы сообщить об этом.

Кропф был сильно возбужден. Друзьям даже показалось, что он вот-вот вцепится кому-нибудь из них в горло.

Конечно, он ничего такого не сделал. Вместо этого он начал падать как подкошенный, и Крис с Нильсом едва успели подхватить его. Они осторожно помогли ему сесть на землю. Кропф тупо смотрел перед собой усталым взглядом.

— Ты что-нибудь чувствуешь? — прошептала Лиза Кире.

— Спиртное? — Кира принюхалась и замотала головой. — Не-а.

— Точно, — тихо сказала Лиза, чтобы пастух ее не услышал. — Он не пил спиртного, а несет какой-то вздор.

Вдруг Кропф посмотрел вверх.

— Генриетта лежала в траве. Она была вся в… в крови! А из ее шкуры… внутри моей Генриетты… торчало это пугало!

— Где это произошло? — спросил Крис деловым тоном.

Старик поднял руку и показал на северо-восток.

— На старом Галечном лугу.

Этот участок земли назывался так, потому что на нем было много белой гальки. Но, несмотря на камни, там росла такая высокая и сочная трава, как ни на одном другом лугу. Это место было идеальным пастбищем для овец и коров.

— Мы могли бы сходить туда и посмотреть, — предложил Крис.

Кропф рванулся вперед и схватил Криса за предплечье.

— Нет! Не делайте этого!

— Почему нет? — вступилась за Криса Кира. — Нам-то пугало ничего не сделает.

— А что, если сделает? — пролепетал старик. — Тогда я буду виноват.

Крис осторожно высвободил свою руку из руки Кропфа.

— Ничего страшного с нами не случится.

— Вы в этом уверены? — спросил Нильс. — Может, подождем, пока приедет полиция.

— В Гибельштайне нет своего участка. Пока полиция сюда доберется, будет уже утро.

Бродить в сумерках по лугу и искать овцу Лизе совсем не хотелось. Но Крису так не терпелось все разузнать, что она не стала возражать.

— Ну ладно, пошли, — вздохнула Лиза.

— Решено большинством голосов, — подытожила Кира, глядя на Нильса.

Нильс пробурчал что-то неразборчивое, потом сказал:

— Как хотите.

Кропф собрался с силами и встал на ноги.

— Потом не говорите, что я вас не предупреждал, — крикнул он и поспешил в сторону Гибельштайна. Он сбежал с холма, скользя по земле, и скрылся в тени кустов.

— Пошли, — скомандовала Кира, и, вернувшись к железнодорожной насыпи, друзья двинулись вдоль путей на восток.

Галечный луг находился всего в нескольких минутах ходьбы. Но за холмом его не было видно.

— Как вы думаете, старый Кропф все выдумал? — робко спросила Лиза.

— Похоже на то, — ответила Кира. Но ее голос звучал неуверенно. Ребята так много раз сталкивались с невероятными ситуациями, что не могли вот так просто принять слова Кропфа за речь сумасшедшего.

— На моей руке ничего нет, — сказал Нильс. — А на ваших?

Все покачали головой. Семь Печатей пока не проявились.

Друзья взбежали на вершину холма и посмотрели вниз.

Долину окутали ранние сумерки. Высокая трава гнулась под нежным вечерним ветерком и таинственно шуршала. Стадо Кропфа вышло через открытые ворота и перекочевало на один из соседних лугов. Его охраняла только одна собака — старая овчарка. Шерсть животных была почти такой же серой, как седина их хозяина.

Посреди пустого Галечного луга лежало что-то бесформенное — белое с красным.

— Генриетта, — прошептала Кира.

Дети поспешно сбежали по склону, пробрались сквозь густую стену живой изгороди и замедлили ход. До мертвой овцы оставалось метров десять. Осторожно ступая, они приблизились к трупу.

По крайней мере в одном Кропф их не обманул: его любимая овца была мертва. В этом не было никаких сомнений. Шерсть Генриетты сбилась клочьями и потускнела. Ее голова была повернута от друзей в другую сторону, так что им не пришлось смотреть в ее застывшие глаза.

Несколько минут все стояли молча, не проронив ни слова. Зрелище было ужасным.

— Это… так жестоко, — промолвила Лиза. Ее глаза заблестели от слез.

— Какой мерзавец это сделал? — возмутилась Кира.

Нильс покосился в ее сторону.

— Кто сказал, что это был мерзавец, а не мерзавка?

— Женщина такого никогда бы не сделала, — уверенно ответила Лиза.

Ее брат нахмурил лоб.

— Ах так!

Пока дело не дошло до ссоры, Крис решил вмешаться в разговор.

— По-моему, Кропф не говорил ни о женщине, ни о мужчине, не так ли?

Нильс махнул рукой.

— Да он же был пьян.

— Не был, — решительно возразила Лиза.

— Мы его хорошенько обнюхали, — подтвердила Кира.

Они снова замолчали и посмотрели на овцу.

Генриетта мертва — это ясно. Но где же пугало, о котором говорил Кропф? Его нигде не было видно.

Кира глубоко вздохнула.

— Ее закололи?

— Похоже, что так, — ответил Крис. — Чертовщина какая-то!

Лиза смахнула слезы со щек.

— Кропф сказал, что пугало… — запнулась она, — что оно торчало из овцы.

Крис поборол отвращение и нагнулся к овце, чтобы внимательно рассмотреть рану.

— Вполне возможно, — Крис поморщился. — Боже! Как это отвратительно!

Он поднялся и отошел на шаг назад.

— Эй, смотрите! — вдруг закричал Нильс и показал вправо, в ту сторону, где находился Гибельштайн.

Меж кустов блеснули огоньки. Фары! Какая-то машина ехала по узкой дороге, приближаясь к Галечному лугу. В любой момент она могла появиться из-за живой изгороди.

— Сматываемся! — скомандовала Кира. — Это полиция.

— Но мы ничего не сделали, — возразила Лиза.

— Вы что, хотите, чтобы вас застали здесь, рядом с трупом овцы? — спросила Кира. — Думаю, что для них мы — всего лишь дети! Они сразу подумают на нас. Всего лишь глупая детская шутка.

Нильс скорчил гримасу.

— Веселая шуточка!

Все как один развернулись и помчались прочь вверх по холму. Если постараться, они успеют спрятаться за вершиной холма до того, как здесь появится полицейская машина. Голубые огни-мигалки были отключены, горели только фары. Они освещали все поле и труп овцы холодным белым светом.

Друзья бросились на землю и сквозь траву пытались разглядеть, что творилось внизу.

Машина остановилась. Из нее вышли двое полицейских и направились к трупу Генриетты. Кропф сидел на заднем сиденье. Он покинул машину последним и пошел за ними.

— Ему повезло, — прошептал Нильс. — Наверное, он перебежал дорогу прямо перед патрульной машиной. Иначе бы они так быстро не приехали!

С тех пор как в Гибельштайне закрыли полицейский участок, город время от времени патрулировали дежурные машины, приезжавшие из крупных близлежащих городов. Должно быть, Кропф случайно наткнулся на одну из них.

Друзья навострили уши, пытаясь услышать, о чем говорили внизу. Но тщетно. Они были слишком далеко.

— Все! Пошли домой, — сказал Крис.

Нильс выругался:

— Черт! По-моему, я вляпался в коровью лепешку.

— Фу-у! — протянула Кира и сморщила нос.

— Подождите-ка! — прошептала Лиза в этот момент. — О, только не это!

— Что случилось?

Лиза показала друзьям предплечье.

Смекнув, в чем дело, они тут же посмотрели на свои руки.

Да, они не ошиблись! Это были Семь Печатей! Черные магические знаки блестели на коже так, как будто их только что нарисовали чернилами.

— Черт! — снова выругался Нильс.

— Кто знает, может, и он, — в кои-то веки согласился с ним Крис.

В это время Кропф и полицейские пошли обратно к машине. Машина дала задний ход, развернулась и медленно поехала назад по узкой дороге меж живыми изгородями. Скорее всего, они вернутся, прихватив с собой ветеринара, чтобы тот установил причину смерти животного.

— Эй! Смотрите! Там! — произнесла Кира глухим, полным ужаса голосом.

На другой стороне Галечного луга, у подножия другого холма, метрах в пятидесяти от мертвой овцы виднелась фигура. Высокая и тощая, она производила жуткое впечатление. Растрепанные лохмотья беспорядочно колыхались в воздухе вокруг ее вытянутых в стороны рук. Это было пугало.

— Я хочу убраться отсюда подальше, — прошептал Нильс.

Он произнес вслух то, о чем думали все, но не могли сказать.

Друзья быстро вскочили на ноги и помчались прочь той же дорогой, какой пришли. Сначала убитая овца, потом Печати, а теперь еще и пугало. Для одного вечера это уж слишком! Нужно поскорее добраться до безопасного места, прийти немного в себя, подготовиться и разработать план.

Пугало на холме заскрипело. Повернувшись, оно наклонилось вбок. Казалось, черными дырками, служившими ему глазами, оно смотрит друзьям вслед.

А может, это ветер сыграл с ними злую шутку и развернул пугало? Всего лишь прохладный вечерний ветер.

Была уже глубокая ночь, когда Кира услышала дребезжащий звук. Должно быть, это Лиза и Нильс ставят у дома свои велосипеды. Крис был уже здесь. Он вошел пару минут назад. Сидя за рабочим столом Киры и раскачиваясь на стуле, он с задумчивым видом грыз карандаш.

— Это они, — прошептала Кира. — Пошли!

Крис соскочил со стула и тихонько пошел за Кирой вниз по узкой лестнице старого дома.

В тишине снова раздался голос Киры. Она ругалась на старые ступеньки, которые то и дело скрипели. Тетя Кассандра уже спала. Настенные часы показывали двадцать минут третьего — самое подходящее время, если хочешь добраться куда-нибудь незамеченным. Улицы ночью пустынны. В это время там не встретишь никого, кроме кошек.

— Наконец-то вы приехали! — прошептала Кира, выходя через дверь кухни во двор.

Лиза и Нильс были наготове: рядом с ними у стены дома стояли велосипеды.

Нильс вздохнул.

— Во всем родители виноваты. Мы устали ждать, пока они отправятся спать. Отец смотрел по телику футбол.

— Ага. А потом нам пришлось еще немного подождать, пока они уснут, — добавила Лиза. Ей было стыдно, что они опоздали, а Крис, как всегда, приехал вовремя.

— Да ничего страшного, — ответила Кира. — Зато в это время никого нет на улицах.

— Так ведь в Гибельштайне и вечером уже никого не встретишь. Когда закрываются магазины, всех как ветром сносит, — съязвил Крис.

Отец Криса до недавнего времени работал дипломатом, поэтому Крис побывал в разных столицах мира. Жизнь в маленьком городишке была для него внове, и он к ней еще не привык. Иногда он просто не мог сдержаться и подтрунивал над сонным Гибельштайном и его жителями.

— А нам здесь нравится, — вставил Нильс.

Крис не стал возражать, что всех очень удивило.

— Мне тоже здесь нравится, — согласился он. — Честно-честно. Я бы не променял Гибельштайн ни на какой большой город, — сказал Крис, незаметно улыбнувшись Кире. Она сделала вид, будто ничего не заметила. За ее спиной стояла Лиза и еле сдерживалась, чтобы не топнуть от злости ногой.

— Мы сможем наконец-то отчалить отсюда, когда вы закончите нести эту сентиментальную чушь? — с сарказмом поинтересовался Нильс. Все эти шуры-муры здорово действовали ему на нервы. Он знал Киру с детских лет и даже представить себе не мог, чтобы в нее кто-то влюбился. Да он и не смотрел на нее как на девушку. Кира была для него лучшей подругой, и точка. Ну а что до Лизы, так ведь она — его сестра. Кому она могла понравиться?! Ну знал он в школе пару мальчишек, которые сходили по ней с ума. Так ведь они же ненормальные, которым просто нечем заняться. Собирали бы, к примеру, маски монстров или смотрели фильмы ужасов. Вот это действительно вещи!

Друзья отправились в дорогу пешком. Из ворот они вышли на главную улицу Гибельштайна. Кира оказалась права: вокруг не было ни души.

Пройдя через Северные ворота города, ребята вышли к холмам. Отсюда они могли добраться до Галечного луга минут за двадцать.

Вчера вечером, вернувшись домой, они устыдились того, что сбежали, как последние трусы. И от кого? От пугала! С тех пор как они носят Семь Печатей, им приходилось иметь дело с чудищами и пострашнее: с жуткими ведьмами-убийцами Арканума, с аистом-демоном, падшими ангелами и с дьявольскими созданиями из самых недр земли. А теперь? Неужели придется признать, что они испугались какого-то дурацкого чучела? Об этом неприятно даже вспоминать, потому что было задето их самолюбие.

Конечно, лучше было бы вовсе забыть о случившемся. Но от Семи Печатей на их предплечьях никуда не денешься. Если они появлялись, то не оставалось другого выхода, кроме как вступить в борьбу с врагом. Прятаться было бесполезно. Силы тьмы их все равно найдут. А потому лучше встретиться с противником лицом к лицу.

Итак, вечером они решили, что сделают еще одну вылазку на Галечный луг ночью. От этой мысли становилось не по себе. Каждому хотелось остаться дома, в теплой постели и забыть про всех демонов этого мира. Но если бы это было так просто! Все уже закрутилось-завертелось. И ничего с этим не поделаешь.

Бродить по пастбищам ночью совсем не так приятно, как днем. Трава сгибалась под тяжестью росы. Метров через сто обувь ребят уже промокла насквозь. У всех страшно замерзли ноги. Да и ямы с ухабами не так просто разглядеть в темноте, не говоря уже о коровьих лепешках, в одну из которых Нильс умудрился вляпаться еще вечером.

Наконец ребята добрались до Галечного луга. Каково же было их удивление, когда они увидели, что овцы нет. Скорее всего, здесь побывал ветеринар, и после осмотра труп бедной Генриетты отсюда убрали. Даже хорошо, что не придется еще раз смотреть на истерзанное животное.

Но пугало тоже исчезло.

— Где же оно прячется? — прошептал Крис, осматривая вершины других холмов. Холодный восточный ветер пригибал траву к земле и шелестел листвой кустов.

— Может, оно прилегло отдохнуть? — пошутил Нильс.

Лиза закатила глаза.

— Ах, как смешно! Умереть — не встать!

Кира с укором посмотрела на Нильса.

— Да тише вы! Посмотрите лучше, нет ли его в другом месте.

— В другом месте? — переспросил Нильс. — Как оно, интересно, могло попасть в это другое место?

— Может, оно убежало, — возразила Лиза. Она не шутила, а говорила серьезно.

Друзья посмотрели друг на друга, чтобы проверить, не смеется ли кто. Однако всем было не до шуток. То, что сказала Лиза, было небезосновательным. Ведь Печати появились как раз тогда, когда ребята увидели пугало. А ни одно обычное пугало такой реакции не вызывало.

— Выходит, Кропф прав? — спросил Нильс, хотя теперь это было очевидно. — Неужели овцу убило пугало?

Кира пожала плечами.

— Пока мы не знаем, как все было на самом деле, будем считать, что так.

Нильс сглотнул.

— Вау!

— Это ужасно — еле слышно прошептала Лиза, опасаясь, что пугало затаилось где-то в траве и подслушивает их разговор.

— В это с трудом верится, но и с ведьмами было то же, — ответил Крис. — И с Абакусом, и с черным аистом, и с прочей нечистью.

— Значит, на этот раз мы имеем дело с живым пугалом — решительно произнесла Кира. Когда она волновалась, то проговаривала факты вслух, и это ее немного успокаивало. И потом, всегда легче, если знаешь наперед, с кем придется иметь дело.

— Там! На железнодорожной насыпи! — испуганно промолвила Лиза.

Да, подходящее место для пугала, ничего не скажешь! Однако Лиза была права.

Наверху, на рельсах, поросших по обе стороны кустами ежевики, молча и неподвижно стояло пугало. Оно смотрело на ребят из-под потрепанных полей шляпы и, словно магнит, притягивало к себе их взоры. Очень сложно было оторваться от него и собраться с мыслями.

— Что дальше-то делать будем? — робко спросил Нильс.

— Как что? — пришла в себя Кира. Она старалась придать голосу решительный тон. — Мы пойдем туда.

— Ага, чтобы закончить жизнь так же, как Генриетта?

— А у тебя есть идея получше?

— Пока нет.

— Пошли, — вмешался Крис. — Давайте уже, в конце концов, возьмемся за дело. Все равно торчать здесь нет смысла.

Нильс скорчил недовольную мину.

— А может, эти минуты, что мы здесь торчим, — это последние минуты нашей жизни!

Лиза толкнула его в плечо.

— Да ладно тебе! Пошли!

Нильс застонал и пошел за друзьями. Они быстро миновали Галечный луг, добрались до живой изгороди в северной его части и стали пробираться сквозь нее. По другую сторону этих густых зарослей виднелась железнодорожная насыпь. Склон был крутой и глинистый. Как часто они проделывали этот путь, карабкаясь по насыпи на вершину кургана! Однако этой ночью подъем показался им труднее обычного. А может, это было предостережение? Может, внутренний голос хотел им сказать: «Не ходите туда! Сматывайтесь отсюда, пока не поздно! Сейчас же исчезните!»

Они взобрались на насыпь. В двадцати метрах от них на своей единственной тонкой ноге стояло пугало.

По стальным путям уже десятки лет никто не ездил. Поезда на этом отрезке железной дороги больше не ходили. Иногда, правда, казалось, что где-то вдалеке шумит, приближаясь, поезд-невидимка. Но это случалось, только когда дул сильный восточный ветер. Никакого поезда, естественно, не было. Но никому из друзей не хотелось здесь оставаться. Кто мог поручиться, что по рельсам не ездит нечто невидимое, но очень опасное и что это нечто не несется на них с бешеной скоростью?

Но сегодня ночью единственной угрозой для них было таинственное пугало. Оно стояло на рельсах меж двух гнилых шпал, вытянув в стороны свои костлявые руки так, что они образовали горизонтальную прямую. Руки были обмотаны старым тряпьем, которое без конца теребил ветер. Кол, на котором торчало пугало, был его единственной ногой. Лицо закрывала шляпа с широкими полями, но даже при слабом свете луны можно было разглядеть, что голова обтянута каким-то темным грубым материалом, похожим на мешковину.

— Я хочу подойти к нему поближе, — сказал Крис.

Кира и Лиза пошли за ним. Нильс тоже не отставал. Их любопытство было настолько велико, что от страха не осталось и следа. В голове всплывали воспоминания о былых победах над всякой нечистью. А с пугалом-то они уж точно справятся! «И если мы мысленно будем себе это внушать, — убеждала саму себя Лиза, — и почаще, то обязательно в это поверим».

— Пахнет как-то странно, — прошептал Нильс, когда они были в четырех шагах от этого костлявого существа, сделанного из дерева и тряпок.

— Да, запах затхлый, — согласилась Кира.

— Однажды под кустом я нашел дохлого кролика, — стал рассказывать Нильс. — От него остались только кости да клочья меха. Так вот, он пах точно так же.

— Вечно ты суешь свой нос, куда не надо, — съязвила Лиза.

В ответ брат скорчил ей рожу.

Крис наклонился, чтобы поднять с земли большую ветку, которую сюда занесло ветром. Она была не очень прочной, но для их дела годилась и такая.

Крис приблизился к пугалу так, чтобы дотянуться до него веткой. Резким ударом он сбил с него шляпу. Шляпа закружилась в воздухе и медленно опустилась на землю.

Под шляпой оказалась голова. Она была обтянута мешковиной.

— Вы ничего не замечаете? — пробормотала Лиза.

— Что именно? — поинтересовался ее брат.

— Когда мы стояли внизу на лугу, мне показалось, что пугало смотрит на нас.

— Ну и?

— Дай мне сказать! Сейчас оно тоже смотрит на нас — лично я чувствую на себе его взгляд — хотя мы пришли с другой стороны.

Крис побледнел.

— Думаешь, оно развернулось в нашу сторону?

— Да, Лиза права, — сказала Кира.

От таких рассуждений друзьям стало не по себе. И это после всего, что они пережили! Теперь, когда они осознали, что придется иметь дело с мистическими вещами, по коже у них побежали мурашки.

Снова что-то сверхъестественное. Дела темных сил.

— Сможешь палкой стянуть с его головы мешок? — спросил Нильс.

Крис пожал плечами.

— Да я могу и рукой это сделать. Думаю, ничего страшного со мной не случится.

— Нет! Ты что? — выпалила Лиза. — Не прикасайся к нему руками!

— Почему?

— Не знаю… Просто у меня плохое предчувствие.

— Но тем не менее нам нужно посмотреть, что там под тряпкой, — сказал Нильс.

Крис вздохнул.

— Ну что ж, попробую палкой.

Он осторожно дотронулся палкой до головы пугала. Вдруг чучело заскрипело, словно мачта ветхого корабля. Рубашка на туловище раздулась от ветра и зашуршала. Крис несколько раз пытался подцепить мешковину, болтавшуюся на тощей шее пугала палкой, но это удалось ему с третьей или четвертой попытки.

Когда он стянул мешковину и отбросил ее назад, все так и застыли.

Под мешковиной оказался человеческий череп. И представьте себе, эта костлявая рожа насмешливо скалила зубы. Зрелище было отвратительное: пожелтевшие от старости, изъеденные червями кости, пустые черные дыры вместо глаз и серые зубы.

— У-у-у! — зловеще завыл Нильс.

— Ах! — вырвалось у Киры.

— О-о! — произнес Крис.

Лиза ничего не сказала. Она стояла молча и смотрела на темные глаза-дыры. Ей казалось, что ее всасывает в водоворот, которому нет конца, — все глубже и глубже.

Потом она подняла глаза и заметила гвоздь.

Вначале ей показалось, что это какая-то металлическая медалька размером с ноготь мизинца. Но, приглядевшись, поняла, что на самом деле это шляпка большого гвоздя. Кто-то забил его прямо в середину лба.

— Вы видите? — прошептала она, показывая на гвоздь.

Кира задумчиво кивнула. Ей просто не терпелось подскочить к пугалу и хорошенько рассмотреть гвоздь.

— Там что-то нацарапано, — сказала она и прищурилась, чтобы получше разглядеть надпись.

— Точно, — подтвердил Крис. — Похоже на гравировку.

— Кто-нибудь может разобрать, что там написано? — спросила Лиза.

Кира наклонилась и взяла немного глины. Затем она слепила из глины шарик.

— Дай-ка мне палку, — попросила она Криса.

Она насадила глиняный комок на конец палки и отошла на пару шагов назад. С такого расстояния было легче снять отпечаток со шляпки гвоздя. Кира проделала все просто идеально. Даже не пришлось трогать пугало руками.

Когда она аккуратно сняла шарик и убрала палку, друзья хорошенько рассмотрели оттиск. Ничего особенного он собой не представлял: обычный круг со звездочкой посередине. Но все почувствовали, что это не просто рисунок и что с ним связано какое-то событие. Возможно, с его помощью им удастся разобраться в этой загадочной истории.

Друзья развернулись и пошли назад. Метрах в десяти от пугала они снова остановились.

Пока Кира, Лиза и Крис внимательно изучали непонятный знак, Нильс оглянулся, окинул взглядом холмы, похожие на волны, посмотрел в сторону Гибельштайна.

— Уж не Кропф ли это? — неожиданно спросил он.

И в самом деле, на вершине холма кто-то был. По очертаниям крошечная фигура походила на Кропфа, в этом не было никаких сомнений.

— Смотрите, как его шатает, — сказала Лиза.

— Наверное, пропустил рюмочку-другую, — поддакнул Крис.

Посовещавшись, дети решили, что старого пастуха сейчас лучше не беспокоить. Один он быстрее придет в себя. Они понимали, как сильно он убивался по бедной Генриетте.

Когда друзья повернулись к пугалу, оно стояло уже в другом месте: гораздо ближе, чем раньше. Им не могло это показаться. Пугало приблизилось к ним на четыре-пять метров. За считанные минуты расстояние между ними сократилось вдвое.

— Но… Но этого не может быть, — удивленно пробормотал Крис.

Нильс согласно кивнул.

— У него же нет ног!

— Вы видели, как оно подошло? — спросила Кира, глядя на друзей. — Я хотела сказать, как оно переместилось вперед?

Все замотали головой. Они были слишком увлечены Кропфом.

— О’кей, — подытожил Крис. — Для начала нам хватит и того, что мы нашли. Пошли отсюда!

Лиза облегченно вздохнула. Уж если у Криса затряслись колени, то и ей незачем скрывать свой страх.

— Завтра утром… — рассуждала Кира вслух.

— Что завтра утром? — поинтересовался Нильс, не спуская глаз с пугала, которое теперь стояло неподвижно.

Кира подняла глиняный шарик вверх.

— Завтра утром мы разузнаем, что это такое. — Немного замявшись, она добавила: — И мне кажется, я знаю, кто нам в этом поможет.

В ту ночь Кире приснился сон. Она видела зеркало. Зеркало было большое, высокое — доставало ей почти до подбородка, с широкой золоченой рамой, украшенной старинными драгоценностями.

Кира смотрелась в него. Изображение показалось ей странным. Оно не было искаженным, как в зеркалах на рыночной площади, а просто каким-то другим: холодным и мрачным, как будто зеркало отражало только темную часть своего объекта, его дурные привычки, его худшую сторону.

Вдруг раздался пронзительный звон. Зеркало треснуло, и прямо в середине появилась паутинка. Так же неожиданно оно раскололось, и тысячи кусочков разлетелись во все стороны. Это было похоже на серебряный салют.

Осколки, словно маленькие острые льдинки, беспорядочно кружились в воздухе, как во время снежной пурги, и медленно опускались на пол.

Господин Флек был мужчина преклонных лет. Его домом стал архив. Он жил ради книг и среди них. Десятки лет он дышал книжной пылью. Кто-то однажды пошутил, что господин Флек питается книгами, когда его никто не видит.

Господин Флек был чем-то похож на господина Мора, чудаковатого владельца единственного в Гибельштайне книжного магазина. На этот счет в городе ходили разные шутки. Оба были старенькие, сутулились во время ходьбы и часто разговаривали сами с собой. И для обоих книги были единственным смыслом в жизни.

Однако если господин Мор время от времени оставлял свой магазинчик, чтобы пойти в церковь или прогуляться по холмам, то господин Флек практически никуда не выходил. Все свое время архивариус Гибельштайна проводил в подвале ратуши. Здесь хранились всеми давно забытые хроники города. Самые старые тома относились к Средневековью. Господин Флек заведовал здесь всем. Он собирал архив, реставрировал документы, которые были намного старше большинства домов в городе. Он освежал поблекшие чернила, подклеивал испортившиеся странички, переплетал старые книги, если они начинали разваливаться.

Но самым ценным было то, что господин Флек знал всю историю Гибельштайна до мельчайших подробностей. Спроси его о ком угодно — будь то знаменитый человек или простой крестьянин, — и он расскажет вам о них все. Если в архиве имелись данные на какое-нибудь лицо, он или хранил их в своей памяти, или же знал, где их можно найти.

Городской архив под старой ратушей и, как поговаривают, подвалы простирались под всей рыночной площадью. Правда, кроме господина Флека, точных размеров подземных книжных катакомб никто не знал. Господин Флек пережил за свой век много бургомистров, и даже они не пытались исследовать эти запутанные ходы и книжные ряды. Они, конечно, спускались в подземные владения господина Флека, где он устраивал им экскурсии, но вряд ли они видели все. Пройдя коридора три, они начинали скучать и спешили выбраться из этих подземелий на свет, чтобы опять посвятить себя делам служебным.

Так вышло, что господин Флек один царствовал в своих владениях. Он был королем без народа, господином над тысячами книг и документов. Он ухаживал за ними, вносил их в каталоги и посвятил им всю свою жизнь.

Кира, Лиза и Нильс познакомились с ним два года назад, когда всем классом ходили на экскурсию в ратушу. В тот день читали доклад об управленческом аппарате города. Доклад им быстро наскучил, и друзья решили оторваться от группы. Увидев лестницу, они не удержались и пошли по ней. Тут-то они и наткнулись на господина Флека. Старик здорово их напугал, когда неожиданно появился из темноты. Вопреки молве, он оказался довольно приветливым, хотя и немного странноватым старичком.

Кире совершенно случайно пришла в голову мысль показать оттиск шляпки гвоздя господину Флеку. Это была блестящая идея. Если рисунок хотя бы однажды всплывал в истории Гибельштайна, то господин Флек обязательно знает, когда, где и при каких обстоятельствах это произошло.

По субботам Лиза и Нильс после обеда помогали родителям — владельцам старой гостиницы «У фонаря». Поэтому Кира и Крис отправились в ратушу без них. Правда, к господину Флеку их могли и не пропустить. Поэтому ребята улучили момент и тихонько прокрались мимо дремавшей женщины-администратора внутрь ратуши, где, никем незамеченные, добрались до винтовой лестницы, ведущей в глубины книжного хранилища.

Через пару минут Кира уже стучала в массивную дубовую дверь архива. Крис никогда не видел архивариуса и не мог понять, зачем они сюда пришли. Но все же решил довериться чутью Киры.

Дверь отворилась. Пахнуло сухостью и пылью. Запах быстро распространялся, заполняя собой все пространство. Он напоминал запах из старого одежного шкафа, простоявшего долгое время на чердаке.

Господин Флек был удивительно маленького роста: не выше Криса — а может, так казалось из-за его сутулости. Его белые, как снег, волосы беспорядочно топорщились, а лицо было таким морщинистым, что походило на сморщенное яблоко, забытое на ветке поздней осенью.

— Какого черта? — удивился он.

Кире показалось, что он сейчас же выставит их за дверь. Но на лице старого архивариуса скользнула улыбка.

— Кира Рабенсон! Да, да. Конечно, я тебя помню. Когда ты была здесь последний раз, ты показалась мне очень любознательной девочкой. А может быть, ты просто излишне любопытна? — Он тихонько засмеялся. — Я вижу, ты пришла не одна. Как тебя зовут, мой мальчик?

— Кризостомус Златоуст. Друзья зовут меня просто Крис.

От удивления белые пушистые брови старичка поползли вверх.

— Кризостомус? Как интересно. В переводе с греческого твое имя означает «золотые уста», не так ли?

Крис одобрительно кивнул. Он родился в Афинах, где его отец работал дипломатом. После рождения сына родители, недолго думая, перевели на греческий язык свою фамилию и назвали мальчика этим именем.

Флек пригласил обоих пройти внутрь и закрыл за ними дверь.

Внизу было темно. Свет горел лишь над большим письменным столом архивариуса. Лампа освещала только рабочую поверхность стола, и ни сантиметра больше. Книги и документы выстроились в башни. Они стояли повсюду. Некоторые стопки покрылись толстым слоем пыли.

В царившем вокруг полумраке Кира и Крис разглядели расплывчатые очертания узких коридоров, разделенных между собой высокими книжными стеллажами. Они напоминали узкие проходы между клетками животных в зверинце. Из коридоров тянуло прохладой. Воздух был насквозь пропитан запахами старины и пыли. Эти проходы, должно быть, заканчивались под серединой рыночной площади. Если правда, что лабиринты архивных кладовых проходят под всей площадью, то каким же гигантским должно быть это помещение!

Флек вытянул из темноты стул и сел за стол. Он спросил Киру и Криса, что их к нему привело.

По дороге к ратуше друзья как раз думали над тем, что рассказать архивариусу. Сказать ему всю правду или нет? А может, придумать другую историю о том, как к ним попал оттиск шляпки гвоздя?

В конце концов они решили, что скажут всю правду. Они шли просить господина Флека о помощи, и было бы некрасиво, если бы они с самого начала стали ему врать. Итак, они решили, что расскажут ему обо всем, что случилось, кроме Печатей, конечно. О Семи Печатях знали только тетя Кассандра и отец Киры, профессор Рабенсон.

После того как они закончили свой рассказ, Кира достала глиняный шарик. Он совсем затвердел и стал очень хрупким, но рисунок не повредился.

Архивариус приподнялся со своего стула, аккуратно взял шарик и стал его рассматривать.

— Так-так, — задумчиво пробормотал он. — Хм, хм.

Эти слова показались Кире и Крису не слишком многообещающими, но они решили не мешать господину Флеку и дать ему еще немного времени, чтобы он мог побольше вспомнить. Пока Флек размышлял, Кира вдруг поняла, что сидит спиной к темным подземным коридорам, а это было небезопасно. В любой момент из темноты могло появиться страшное чудище с острыми клыками.

«Нет, — успокаивала она сама себя, здесь мы в безопасности. Должны быть в безопасности».

И все же, не удержавшись, она посмотрела через плечо назад, чтобы убедиться, что там никого нет. Извечное недоверие, готовность номер один — вот что дало им заклятие Семи Печатей. Малейшая ошибка или невнимательность с их стороны могла привести к гибели.

Архивариус поднес оттиск к свету, покрутил его в руках, пощупал и даже понюхал.

И наконец тихонько произнес:

— Это знак черной смерти.

От удивления глаза Криса расширились.

— Черной смерти? Вы имели в виду чу…

— Чуму, разумеется, — закончил он фразу Криса. — Это самая ужасная и опасная болезнь, которая только обрушивалась на средневековую Европу. Она уносила миллионы человеческих жизней, оставляя нескончаемую боль. Ее ничем нельзя было побороть.

Киру затрясло.

— Мы не прикасались к черепу. Но вдруг… мы могли каким-то образом… ну, заразиться?

Флек улыбнулся.

— После стольких лет, что он где-то пролежал, не думаю, чтобы в нем осталась какая-то инфекция. Нет, вам нечего бояться.

Крис и Кира посмотрели друг на друга и облегченно вздохнули. Кира снова повернулась к архивариусу.

— А как это связано с гвоздем?

— В те времена люди были очень суеверны, они верили в разные ритуалы. Тогда годилось любое средство, способное победить болезнь. Тела умерших, как правило, сжигали. Но это не помогало. Зараза продолжала распространяться. В некоторых местах пытались совладать с ней, используя магию. Так, например, в череп умерших вбивали освященный гвоздь. Таким образом люди надеялись изгнать болезнь или ее злой дух и воспрепятствовать ее переселению в здоровые тела. — Флек отложил глиняный шарик в сторону и взял со стола тяжелый фонарь. — Подождите-ка, я вам сейчас кое-что покажу.

С этими словами он скрылся в одном из коридоров. Кира и Крис смотрели ему вслед. Он все дальше и дальше удалялся от них, освещенный светом фонаря. Казалось, что коридору нет конца. Но вдруг Флек повернул направо и скрылся за плотно заставленными книжными полками.

— Куда это он? — прошептал Крис.

— А я откуда знаю? — отозвалась Кира.

Шло время, а архивариус все не возвращался. Наконец он появился, держа в руках деревянный ящик размером с обувную коробку. Должно быть, ящик был очень старый, он был покрыт толстым слоем пыли и паутиной.

— Последний раз я открывал его лет тридцать назад, — пояснил Флек. Он поставил ящик на стол, отчего в воздух поднялось небольшое облако пыли.

— Что это? — поинтересовался Крис.

Флек улыбнулся и открыл дряхлую крышку. Кира и Крис подошли ближе, чтобы получше разглядеть содержимое ящика.

Внутри были гвозди. Точь-в-точь такие же, как тот гвоздь, который ребята видели в черепе пугала. Размером они были не длиннее Кириного мизинца, и на шляпке каждого красовался тот же символ: круг со звездой внутри.

— Насколько я знаю, эти гвозди были изготовлены в четырнадцатом веке, — пояснил архивариус. — Наверное, тогда они уже не понадобились и потом каким-то чудом попали в книжное хранилище. В то время в Гибельштайне была страшная вспышка чумы. Если хотите, я могу поднять материалы из моих хроник, чтобы узнать все подробности о том, что тогда происходило и как эти гвозди сюда попали.

Кира закивала головой.

— Это было бы просто замечательно.

— Сможете зайти ко мне сегодня вечером? — спросил Флек. — К этому времени я бы точно смог разузнать все детали.

— Конечно, — уверенно сказал Крис. — Без проблем!

Флек снова закрыл ящик и проводил друзей до двери. На пороге Кира еще раз обернулась к нему.

— Может, у вас уже есть идеи, откуда сегодня могло взяться пугало, вместо головы у которого череп человека, скончавшегося в четырнадцатом веке от чумы?

Архивариус вздохнул.

— Я знаю о многом, что происходило в нашей местности раньше. Но я ничего не знаю о том, что происходит сегодня. Боюсь, что это не относится к сфере моих интересов — Флек сухо закашлял. Его кашель напоминал шелест страниц старой книги, когда ее быстро перелистывают от начала до конца. — Люди поговаривают за моей спиной, что я живу в прошлом. Думаю, в этом есть доля правды. Если вы хотите понять, что творится в Гибельштайне сегодня, то вам придется самим все разузнать. Все, что знаю я, — это тайны прошлого, а не настоящего.

Подмигнув Кире, Флек откланялся.

Когда друзья поднимались вверх по лестнице, Крис тихонько шепнул:

— Ну и чудак же этот Флек!

И, словно в ответ на его слова, в подвале книжного хранилища раздался зловещий скрип закрывающейся двери.

Когда Кира и Крис вышли на улицу, то столкнулись с Лизой и Нильсом. Они как раз ставили свои велосипеды.

— Вы уже видели? — запыхавшись, спросил Нильс.

— Видели что? — удивленно переспросила Кира, оглядываясь по сторонам. Рыночная площадь была почти пуста, только на другой стороне парковались две машины и одна пенсионерка выгуливала двух пуделей.

На площади по кругу стояло пять монолитов высотой в человеческий рост. Они украшали площадь в течение многих веков. Это были грубо обтесанные остроконечные каменные глыбы. Нильсу они напоминали египетские обелиски. Они и в самом деле были на них похожи. Наверно, даже господин Флек не смог бы точно сказать, когда их здесь возвели.

— Ничего необычного я не замечаю, — сказал Крис.

— Да не здесь же! — торопливо ответил Нильс.

— Там, за городом, — добавила Лиза.

Нильс и Лиза проехали на велосипедах чуть ли не весь город и половину его окрестностей. Они никак не могли прийти в себя и дышали так громко, что казалось, будто в одном из дымоходов гостиницы «У фонаря» грохочет ветер.

— Да что там такое за городом произошло? — встревоженно спросила Кира.

— Пойдемте, увидите сами, — предложил Нильс.

— Да говорите же, в конце концов, что случилось?

— Там пугала! — выпалила Лиза. — Они заполонили все холмы!

— Что? — в один голос воскликнули Кира и Крис.

— Мы видели их с крыши гостиницы, — пояснил Нильс. — С крыши «Темницы» прекрасно видно всю местность.

Ребята в шутку называли отель «У фонаря» «Темницей», потому что старинное здание было и впрямь мрачноватым.

— Они словно со всех концов света сюда пришли, — сказала Лиза. — Как при осаде или при нашествии.

— Как вы думаете, мы их увидим с городских ворот? — спросила Кира и, не дождавшись ответа, направилась к воротам. Друзья поспешили за ней. Лиза и Нильс шли пешком, волоча за собой велосипеды.

Когда друзья вышли на главную улицу и двинулись по ней в северную часть города, Крис спросил:

— Вам удалось узнать, каким образом они добрались до Гибельштайна? Они что, бежали на кольях? Или, может, прыгали?

— Это невозможно увидеть, — ответила Лиза. — Все было так же, как тогда на железнодорожной насыпи. Стоит ненадолго отвернуться, как они уже передвинулись ближе.

— Достаточно просто моргнуть. Я сам пробовал. Закрыл глаза, открыл — и они уже продвинулись вперед. Правда, не намного, может, на метр или два. Они двигаются медленно, но они двигаются!

— Сколько их? — спросил Крис.

— Мы были слишком далеко и не смогли разглядеть всех. Но около дюжины мы точно насчитали, верно? — Нильс вопрошающе посмотрел на сестру.

Лиза утвердительно кивнула.

Нильс и Лиза поставили свои велосипеды во дворе Кириного дома. В это время тетя Кассандра обслуживала одного из немногих постоянных клиентов в чайной лавке. Увидев их, она крикнула: «Привет!» и спросила, не хотят ли они чуть позже попробовать ее новые сорта чая. В ответ Кира быстро отрапортовала, что у них много дел и что на чай, к сожалению, совсем нет времени. Тетя снисходительно улыбнулась. Она знала, в чем дело. Просто друзья на дух не переносили ее экзотические чайные смеси.

По лестнице узкого старинного дома ребята поднялись в мансарду. Здесь царил полный хаос: неубранное постельное белье, разбросанные повсюду книги, газеты и плакаты с потрепанными углами. Это и было жилище Киры. Друзья прошли комнату насквозь и через слуховое окно вылезли на крышу, а там по коньку дома перебрались на городские ворота.

Дом, в котором жила Кира со своей тетей, стоял у самой городской стены Гибельштайна, построенной еще в Средневековье. Его крыша упиралась в одну из башен Северных ворот, поэтому с нее можно было легко туда взобраться. Вход в башню с улицы был забит досками, а с крыши дома можно было залезть на бойницу. Площадка была достаточно широкой, так что четверо друзей на ней прекрасно помещались. К тому же они здесь частенько бывали, а один раз даже укрывались тут, когда за ними гнался Человек с Луны, вызванный ведьмой Арканума. Они тогда чудом остались в живых.

Ребята поднимались вверх по крутой винтовой лестнице внутри башни. Еще пара ступенек, и они окажутся на площадке, обрамленной зубцами. Отсюда открывалась прекрасная панорама Гибельштайна и его окрестностей.

Город окружали зеленые холмы. Между холмами простирались луга, на которых росла ярко-зеленая трава, весенние цветы и одинокие деревья, в их тени укрывались от солнца овцы и коровы. Кусты росли по определенной схеме. Зеленые изгороди служили защитой от ветра и делили всю местность на участки.

Стоял теплый солнечный день. Ощущение полной идиллии, если бы не темные силуэты! Тонкие, с вытянутыми в стороны руками, они торчали почти на всех холмах. Их разодранная одежда развевалась на ветру, словно крылья летучих мышей. Пугал оказалось больше дюжины, гораздо больше.

— Да это же целая армия! — с трудом выдавил из себя Крис и сглотнул.

— Похоже на то, — прошептала Кира. Она никак не могла оторвать взгляд от пугал. Они стояли повсюду, заполнив все окрестности города. Их было по меньшей мере пятьдесят. Но кто знает, сколько еще прячется за холмами?

От города они были достаточно далеко: на расстоянии пятисот или шестисот метров. Но ситуация могла быстро измениться.

— Что они собираются делать, когда дойдут до города? — спросила Лиза.

— Ты же видела, что они сделали с Генриеттой, — ответил Нильс.

Лиза содрогнулась, вспомнив о трупе овцы.

— Даже не знаю, — задумчиво произнес Крис. — А что будет, если мы попробуем распилить их бензопилой или поджечь? Ведь сделаны-то они из дерева.

— Я в этом не уверена, — сказала Кира. — Как ни странно, но каким-то образом в них есть жизнь, иначе бы они не смогли передвигаться. Неизвестно, что там в них кроется. А тем более, кто ими командует!

— Арканум! — озаренный внезапной догадкой, вскричал Нильс.

С тех пор как они получили свои Печати после победы над воскрешенным колдуном Абакусом, нападения Арканума, тайного союза ведьм, можно было ожидать в любой момент.

— Вполне возможно, что это проделки Арканума, — согласилась Кира. — Но до тех пор пока мы в этом не уверены, не будем делать никаких выводов, иначе мы можем не заметить других вариантов.

Крис еще раз попробовал посчитать пугала на холмах, но в конце концов бросил эту затею.

— Как вы думаете, у них у всех вместо головы череп?

— Интересно, откуда их создатель раздобыл такое количество трупов умерших от чумы людей? — изумилась Лиза. — Разве за эти годы они не должны были превратиться в труху?

— Ну, это зависит от того, где они лежали, — сказал Нильс. — Если почва была глинистой, то они могли прекрасно сохраниться. По крайней мере кости.

Кира поморщила лоб.

— Я бы хотела рассмотреть их.

— Ты что, рехнулась? — испугался Нильс. — Хочешь, чтобы тебя, как и Генриетту, нашли на каком-нибудь лугу с торчащим из брюха колом от пугала?

Лиза прокашлялась.

— Когда мы с Нильсом отъезжали от дома, я видела одно пугало за домом в парке «Темницы».

Нильс недовольно посмотрел на сестру.

— Тебе обязательно нужно было об этом рассказывать, да?

От волнения щеки Киры покраснели. Это случалось всякий раз, когда в ней пробуждался дух ее покойной матери — бесстрашной охотницы за ведьмами и противницы Арканума — и помогал ей принять правильное решение. Друзья Киры заметили, что это стало происходить все чаще. И хотя Кира совсем не знала своей матери, казалось, что дух могущественной ведьмы, ставшей на сторону добра, живет в ней.

— Одно из этих пугал стоит у вас в парке? Это же просто идеально! — выпалила Кира. — Там мы спокойно сможем осмотреть его. И если вдруг почувствуем опасность, то спрячемся в отеле «У фонаря». Там-то они нас уж точно не достанут.

У Нильса прямо челюсть отвисла.

— Отличная идея, нечего сказать, отличная, — пробормотал он без особого вдохновения.

Но Крис пришел Кире на выручку.

— Я тоже считаю, что нам стоит попробовать. К тому же вся вторая половина дня у нас свободна. Господин Флек ждет нас к себе только вечером.

Ну уж если Крис поддержал Кирино предложение, то Лизе не оставалось ничего другого, как тоже согласиться.

— Поехали. Заодно и родителей предупредим.

Нильс затряс головой.

— И что же мы им скажем? Что Гибельштайн атакуют пугала? И тогда за такие вести меня, конечно же, вознаградят и разрешат постричь газон еще раз! Это ты здорово придумала.

Газон парка, располагавшегося за гостиницей, был просто огромным.

Кира собралась уже спускаться с башни.

— В любом случае на данный момент это самое разумное дело, которым мы можем заняться.

Остальные последовали за ней. Они опять спустились с бойницы на крышу дома, оттуда — на чердак, а затем — в комнатушку Киры.

Пару минут спустя Кира и ее друзья вышли на улицу с велосипедами. Они выехали через задний двор и, свернув за угол, поехали по главной улице. Крис сидел на багажнике велосипеда Нильса. У дома семейства Златоустов друзья ненадолго остановились, чтобы Крис мог взять из подвала свой велосипед. И они помчались так быстро, как только могли. Через Южные городские ворота они выехали на шоссе, и через пару сотен метров по правой стороне показалась длинная аллея тополей. Она вела к гостинице «У фонаря».

Старая гостиница находились за чертой города, на небольшой возвышенности у опушки леса. Она была построена в форме подковы, внешняя сторона которой указывала на восток, где открывался прекрасный вид на холмы. Большая часть парка находилась в северной части гостиничного двора, но по другую его сторону и на западе простиралась тоже небольшая полоса деревьев.

Именно там Лиза и Нильс видели пугало. Оно стояло на опушке леса, в тени деревьев.

Сейчас его там не было.

— Оно на самом деле было здесь! — пролепетала Лиза и посмотрела на Криса извиняющимся взглядом. Что он теперь подумает? Что она все выдумала про пугало?

Но лицо Криса было совершенно спокойным. Конечно же, он знал, что она не какая-то там дурочка-истеричка, которой хочется казаться поважнее. Между друзьями всегда существовало полное доверие, и это было их главным оружием в борьбе против сил тьмы.

— Куда оно могло подеваться? — спросил Крис, внимательно оглядывая парк. Друзья слезли с велосипедов и прислонили их к стене гостиницы рядом с маленькой дверью черного хода. В давние времена, когда дом принадлежал гнусному барону Морштайну, этим входом пользовалась только прислуга.

Парк был заброшен и весь зарос. Родителям Лизы и Нильса и без него хватало работы. Им нужно было содержать весь этот огромный отель в хорошем состоянии. И денег на парк уже не хватало. Лишь изредка Нильс боролся с дикими зарослями при помощи газонокосилки. Кустарники и старые деревья росли, как им вздумается. Стволы и ветви были опутаны сетью вьющихся растений. Меж узловатых корневищ деревьев густо разрослась крапива. А несколько месяцев тому назад позади огромного бука появился здоровенный муравейник, от которого все предпочитали держаться подальше.

— Вон оно! Там! — закричала Лиза. Она обнаружила пугало в темных зарослях дрока, из-за которых была видна только его покрытая мешковиной голова и растопыренные в стороны руки. Плоское, без всякого выражения лицо пугала было повернуто к друзьям, как будто все это время оно незаметно наблюдало за ними.

— Подождите-ка! — Нильс исчез за дверью черного хода. Вскоре он появился с длинными граблями в руках. Он раздобыл их в подвале «Темницы», где хранился весь рабочий инвентарь.

— Оно подвинулось? — спросил он.

— Ни на сантиметр, — ответил Крис.

Нильс пошел к пугалу, держа перед собой грабли на вытянутых руках. Ребята пошли за ним. Они обогнули заросли дрока и немного подождали, не повернется ли пугало в их сторону. Но оно даже не шелохнулось.

— Может, оно хочет казаться безопасным? — прошептала Кира.

— Еще бы! А потом как закричит «У-у-у», и мы все падем замертво с испугу. — Нильс вытянул грабли еще больше вперед. Стальные зубчики уже касались грязных тряпок пугала.

— Осторожно! — крикнула ему Кира, сама не понимая, чего ему опасаться. Пугало стояло совершенно неподвижно. Оно казалось не угрожающим, а скорее безобидным неживым предметом, чей покой они потревожили. Однако нельзя было забывать о том, что случилось с бедной овцой.

Нильсу удалось стянуть мешковину с головы пугала. Под тканью оказался человеческий череп. Но это уже никого не удивило. Правда, он не так хорошо сохранился, как первый. Во рту почти не было зубов, к левой глазной впадине прилипла улитка.

— Я видел в подвале денатурированный спирт, — сказал Нильс. — Мы можем попробовать поджечь пугало.

Словно в ответ на его слова, из-под тряпок пугала раздался страшный скрип. Подул сильный ветер, и лохмотья взмыли в воздух, так что их концы, похожие на длинные пальцы, потянулись к Нильсу. Испугавшись, Нильс отскочил назад.

— Я пошел за спиртом, — крикнул он на ходу, в то время как его друзья еще не успели опомниться от шока.

Некоторое время спустя он появился с ржавой канистрой в руках.

— Оно двигалось? — спросил он.

Кира отрицательно покачала головой.

Показав рукой на канистру, она спросила:

— Ты и впрямь думаешь, что это поможет?

— А у тебя есть предложение получше?

Крис схватил грабли, которые Нильс отложил в сторону, и попробовал с их помощью сбить пугало. Но это было бесполезно.

— Оно так прочно воткнуто в землю, словно его забетонировали, — угрюмо констатировал он.

Лиза решила тоже высказать свое мнение:

— Думаете, если мы сожжем одно пугало, это что-то изменит? За городом еще штук тридцать или сорок таких же. Не успеет пугало сгореть и наполовину, как сюда прискачут другие — те, что стоят в первых рядах.

— Но мы хотя бы проверим, как оно реагирует на огонь, — сказал Нильс, откручивая крышку канистры. Кира, Лиза и Крис быстро отошли на пару шагов назад.

Нильс поднял канистру и хотел уже облить пугало спиртом, как вдруг Кира закричала:

— Черт! Посмотрите сюда!

Все дружно обернулись.

Позади них появилось еще два пугала, одно из которых стояло всего в трех метрах.

— Этого не может быть! — воскликнул Крис.

Никто из друзей не имел ни малейшего представления, что произойдет, если они подойдут к пугалу поближе. Они знали, что окружены опасными призрачными существами, и это вселяло в них страх. Перед глазами постоянно всплывала мертвая овца.

— Мне кажется, тебе не надо этого делать, — сказала Лиза, показывая на канистру в руках Нильса.

Брат вначале посмотрел на нее, потом на пугал, которые маячили сзади, и вся его решимость вмиг улетучилась.

— Может, ты и права, — сказал он тихонько.

— Закрути крышку канистры и поставь ее на землю, — посоветовала ему Кира. — Не стоит приводить их в бешенство.

— Пугала? В бешенство? — Крис насмешливо покачал головой. Хотя на самом деле он понимал, что Кира может быть права. С тех пор как на них лежало заклятие Семи Печатей, ожидать можно было чего угодно.

— Смотрите. Одно из них подошло ближе! — выпалила Лиза. — Кто-нибудь за ним наблюдал?

В ответ все отрицательно покачали головой. Им надо бы научиться не спускать с них глаз, чтобы избежать неприятностей.

— Сматываемся! — решила Кира.

— Да, — согласился Крис. — Думаю, так будет лучше.

Они стали отходить назад и скрылись в «Темнице», закрыв дверь черного хода на стальной засов. Для большей безопасности ребята пододвинули к двери ящик с садовым инвентарем.

Затем они все вместе принялись искать родителей Лизы и Нильса. Обежав всю гостиницу, друзья обнаружили, что во дворе не было фургончика, в который накануне родители загрузили продукты и все необходимое. Скорее всего, они уехали на нем в город.

— Гостей у вас сейчас, кажется, нет? — спросила Кира.

— Не-а, — ответил Нильс. — Ни единой души. К нам приедет одна пара, но это будет в следующий понедельник.

Кира удовлетворенно кивнула.

— О’кей, тогда поехали обратно в Гибельштайн.

— Может, расскажешь своей тете о том, что случилось? — предложила Лиза. И тихонько добавила: — Или еще случится?

Кира отрицательно покачала головой.

— Нет. Зачем ее лишний раз беспокоить.

Но Лиза не сдавалась:

— А может, она подкинет нам идею, как остановить пугала?

— Поехали сначала к ней, — вмешался в разговор Крис. — А по дороге решим, что нам делать.

Друзья поспешили во двор, вскочили на свои велосипеды и помчались вниз по тополиной аллее.

Меж деревьев виднелись тощие силуэты: немые и неподвижные, с вытянутыми в стороны руками, в обтрепанных шляпах и развевающихся по ветру изодранных в лохмотья рубашках.

— Старый Кропф пропал, — сказала тетя Кассандра и поставила чайник на прилавок. — Несколько добровольцев отправились искать его на холмах.

Ребята вздрогнули.

— Кропф? — спросила Лиза. Ее голос дрожал. — Пропал?

Тетя Кассандра кивнула. На ней, как всегда, было широкое платье из грубого льна. Охапку ярко-рыжих локонов она подобрала наверх и заколола множеством невидимок и заколок.

— Если хотите знать мое мнение, — сказала она, — мне кажется, он опять напился до чертиков и валяется где-нибудь в траве, и пахнет от него, скорее всего, отвратительно. Во всяком случае, такое уже не раз бывало.

— Но почему тогда его ищут? — поинтересовался Крис.

— Вы слышали, что у него погибла одна овца? — спросила тетя Кассандра. — Ну вот он и поднял шумиху. Убеждал всех, что ее кто-то убил и все такое. Вчера вечером он ходил по пивным и приставал ко всем со своей болтовней. В конце концов он так напился, что люди стали волноваться за него. А сегодня утром, когда он не пришел на работу, несколько мужчин отправились на его поиски. Они опрашивали людей во всех магазинах, не видел ли кто его.

Друзья обменялись долгим взглядом. Лиза ободряюще кивнула подруге.

— Тетя Кассандра? — нерешительно проговорила Кира.

— Что?

Кира вздохнула.

— Мы должны тебе кое-то показать.

Кассандра вмиг побледнела.

— Только не говори, что опять появились эти…

Не успела она договорить, как друзья уже показывали ей свои предплечья, на которых отчетливо виднелись семь магических знаков.

Тетя Кассандра опустилась на один из стульев, стоящих вокруг маленького деревянного столика у окна.

— Только не это, — простонала она. Потерев глаза кулаками, она глубоко вздохнула и спросила: — Ведьмы?

— Пока не знаем, — сказал Крис. — Но это как-то связано с Кропфом. И с его овцой тоже.

— И с пугалами, — добавил Нильс.

— Что еще за пугала?

Тогда друзья рассказали ей обо всем, что случилось: о том, как они обнаружили на железнодорожной насыпи пугало, и о визите к архивариусу, и о пугалах за «Темницей». Кира пошарила в кармане, достала оттиск шляпки гвоздя, вбитого в череп пугала, и показала его тете.

— Выходит, что преследование опять началось, — обреченно сказала Кассандра. Чаще всего друзья не рассказывали ей о борьбе с силами тьмы, но сегодня другой случай: положение было слишком серьезным. В конечном счете пугала, которые все ближе и ближе подбирались по холмам к городу, угрожали всему Гибельштайну. Кассандра на время прикрыла глаза и стала размышлять вслух: — Людей, наверное, предупреждать не надо. Многие крестьяне пользуются пугалами, в этом нет ничего особенного. Вам уже удалось что-нибудь разузнать?

— Нет, — ответила Кира. — Сегодня вечером мы пойдем в городской архив. Может быть, господин Флек смог что-то раскопать.

Кассандра кивнула.

— Он-то наверняка сможет. Это очень умный человек. Немного странноватый, но умный, да к тому же очень начитанный. Думаю, он и об Абакусе, и об Аркануме тоже все знает.

— Ты мне никогда этого не говорила! — упрекнула ее Кира.

— Зачем еще и его впутывать? — спросила тетя. — Хватит и того, что ты втянула во все это своих друзей.

Крис выпрямился:

— Ничего страшного.

— Правда, на самом деле, — подтвердила Лиза.

Нильс небрежно кивнул головой:

— Нет, все в полном порядке.

Тетя Кассандра улыбнулась:

— Кира должна быть счастлива, что у нее есть такие друзья, как вы, вы об этом знаете? — Она посмотрела на свою племянницу. — А ты это знаешь?

Кира покраснела.

— Да-да, — торопливо сказала она. Она и без того чувствовала себя неловко. — Что дальше-то делать будем?

— Мы не можем ничего предпринять до тех пор, пока не сходим к господину Флеку, — сказал Крис. — Не зная подробностей об умерших от чумы людях и о том, откуда взялись эти черепа сегодня, бесполезно что-либо делать.

— Я могу вам чем-нибудь помочь? — спросила тетя Кассандра. Больше всего на свете она хотела запереть их в какой-нибудь комнате и избавить от всех опасностей. Но она прекрасно знала, что это не поможет. От заклятия Семи Печатей никуда не скроешься. Если друзья не выступят навстречу своей судьбе, то она сама их найдет. На этот раз им придется иметь дело с этими жуткими пугалами.

— Оставайся здесь, — сказала Кира своей тете. — Смотри в оба и держи уши востро.

Крис искоса посмотрел на Киру:

— Ты хочешь сказать, что мы отправимся искать Кропфа?

Кира кивнула:

— Это самое разумное, что мы сейчас можем предпринять, не так ли?

— Возможно, мы сможем ему помочь, — согласилась с ней Лиза.

— Надеюсь, — промолвил Нильс, — его не постигла та же участь, что и его овцу.

Тетя Кассандра разволновалась и налила себе чашку чая.

— Боже мой, боже мой, боже мой! — приговаривая так, она сделала глоток и обожгла язык.

Крис ухмыльнулся, показывая на чашку:

— Что это?

— Хлебный чай.

Друзья скорчили кислые мины и тут же поспешили к выходу. Их ничто так не пугало, как этот чай, даже то, что творилось снаружи.

— Берегите себя, хорошо? — крикнула им вслед тетя Кассандра, когда они уже вышли за дверь. — Слышите?

— Конечно, — буркнула Кира через плечо. Звякнул колокольчик, и дверь лавки закрылась.

Друзья оставили велосипеды, потому что на лугах от них толку мало, и отправились к городским воротам пешком. Скоро они вышли на шоссе и двинулись по нему на север. Затем через лазейку в живой изгороди они пробрались на пастбища.

Каждый из ребят держал в руках по паре батончиков-мюсли. Они стянули их на кухне у тетушки Кассандры, чтобы погрызть по дороге. Был полдень, а они еще не обедали. Батончики прекрасно утоляли голод, к тому же были очень вкусными. И друзьям было все равно, чем они там богаты: витаминами, питательными или балластными веществами.

Вокруг не было ни души. Группы, отправившейся на поиски Кропфа, тоже нигде не наблюдалось. Скорее всего, мужчины искали его по другую сторону города. А может, и вовсе бросили эту затею, решив, что со старым пастухом ничего страшного не случится и что рано или поздно он все равно объявится и начнет опять приставать к ним со своим вздором.

На севере возвышался холм, окруженный каменной стеной. Там было кладбище, посредине которого стояла церковь Святого Абакуса. Ведьмы Арканума предприняли там однажды попытку воскресить колдуна Абакуса, чей саркофаг несколько веков хранился в подземной часовне. Кире и ее друзьям тогда здорово досталось, и они впервые столкнулись с тайной Семи Печатей. Знаки словно въелись в кожу их предплечий. От них невозможно было избавиться.

Сегодня уже ничто не напоминало о событиях, случившихся когда-то в древних стенах церкви. Солнце освещало высокую колокольню. Она сверкала, возвышаясь над темными облаками, сгущающимися над лесом. Вокруг стен носились стаи ворон.

Ребята не знали, где им искать Кропфа, поэтому решили начать с церкви.

Они прошли мимо дома священника, расположенного у подножия холма. Кира увидела в окне бледное лицо пастора Берга. Он смотрел на них как-то подозрительно. Друзья редко посещали службы, поэтому их неожиданное появление вызвало у священнослужителя какое-то недоверие. Но из дома он так и не вышел и продолжал наблюдать за ними из окна. А может, он подумал, что друзья его не заметили.

По извилистой дорожке они поднялись на холм и добрались до каменной арки ворот. Здесь был вход на кладбище. Кира обернулась и осмотрела окрестные холмы. На расстоянии нескольких сотен метров она насчитала четыре пугала. Два из них, что стояли ближе, развернулись в их сторону, а два других смотрели в направлении Гибельштайна.

— Пошли осмотрим кладбище, — предложил Нильс.

Они знали, что порой старый Кропф приходил сюда, чтобы в тишине и покое выпить бутылку дешевой водки. Частенько он сидел на траве, опершись спиной на какой-нибудь могильный камень, и что-то бормотал себе под нос. Раньше такое зрелище пугало и расстраивало их, но сегодня они бы немало отдали за то, чтобы найти его здесь. По крайней мере, они знали бы, что с ним ничего страшного не случилось.

На кладбище царили тишина и покой. Мох, растущий на могильных камнях, впитал в себя ночную росу и теперь переливался на солнце серебром. Некоторые могилы заросли сорняками. Над желтыми полевыми цветами гудели шмели.

Четверо друзей сновали меж надгробных памятников и мемориальных досок, пугая своим появлением ворон и полевых мышей. Они обошли вокруг церкви, но Кропфа нигде не было.

Крис взобрался на ограду кладбища и стал внимательно осматриваться.

Кира присела на корточки и тяжело вздохнула:

— Я уже давно не чувствовала себя такой беспомощной.

Лиза положила ей руку на плечо:

— Ах, перестань… Бывало и хуже. Зато сейчас нам не надо носиться как угорелым, пытаясь спасти свою жизнь.

— А Гибельштайн? — упрекнула ее Кира. — Что, если пугала войдут в город?

— Никто не знает, что тогда будет, — ответила Лиза.

— Будет лучше, если до этого не дойдет.

Вдруг Крис вытянул руку и показал на восток:

— Эй, смотрите! Не Кропф ли это?

Друзья тут же подскочили к нему.

Приблизительно в сотне метров от них, за соседним холмом, виднелся чей-то силуэт. Он стоял к ним спиной. На нем была та же одежда, что и на Кропфе этой ночью, когда друзья видели его на пастбище.

И все же это был не Кропф.

Этот кто-то стоял, вытянув руки в стороны. Прямо как пугало.

— Почему на пугале одежда Кропфа? — Нильс решился задать вопрос, волновавший всех.

Лиза захлебнулась воздухом.

— Господи!

Друзья быстро побежали к соседнему холму. Снизу пугала не было видно. Его неподвижный силуэт появился в поле зрения только тогда, когда друзья взобрались на вершину холма. Пугало успело развернуться. Поля шляпы прикрывали его лицо.

На пугале действительно висела одежда Кропфа, в этом не было никаких сомнений. Длинное пастушье пальто развевалось по ветру. Из-под него выглядывала выцветшая рабочая рубашка Кропфа.

В четырех метрах от пугала друзья остановились как вкопанные.

— Черт побери! — выругался Нильс. Он был единственным из всех, кто в этот момент не лишился голоса. Все остальные просто онемели от ужаса.

Друзья заглянули под шляпу и увидели то, что смотрело на них темными глазными впадинами.

Череп не закрывала мешковина. И он был вовсе не пожелтевшим от старости и наполовину развалившимся, как черепа других пугал, а белым и сверкающим.

Очевидно, что он не лежал в сырой земле сотни лет.

Гвоздя тоже не было. И лишь мертвецкая ухмылка была такой же, как у других.

— Это… — Лиза не смогла закончить фразу. Произнести это имя вслух было выше ее сил. Но все и так уже поняли, что перед ними не кости покойника, скончавшегося сотни лет назад от чумы!

Крис неразборчиво бормотал себе что-то под нос. Нильс нервно скреб затылок. У Лизы тряслись ноги, словно они стали резиновыми. Одна Кира выглядела спокойной. Наверно, дух ее матери смог побороть нахлынувший страх.

Перед ними была одежда Кропфа.

Череп Кропфа.

Пугала сделали его одним из своих.

— Не могу поверить, как нам повезло! — простонал Крис, когда они наконец добрались до ратуши. — Если бы мы дотронулись хотя бы до одного пугала, я имею в виду голыми руками, то сейчас, скорее всего, выглядели бы так же, как и бедный Кропф.

— Но мы не знаем этого наверняка, — сказала Кира.

— Лично я не стал бы это проверять, — сухо заметил Нильс.

Женщина-администратор за информационным окошком занималась посетителями и не заметила, как четверо друзей прошмыгнули мимо нее. На лестнице, ведущей в хранилище, им тоже никто не встретился. Если сюда кто-то и попадал, то только потому, что заблудился. Служащих ратуши не интересовало прошлое города, им и с настоящим дел хватало.

Кира постучала в дверь архива.

Через пару минут господин Флек открыл им дверь.

— Рановато вы, — сказал он.

Друзья встали в полукруг у стола архивариуса. Кира и Крис сразу заметили, что на столе появились новые стопки старых книг. Когда господин Флек закрыл входную дверь, странички закрытых книг заколыхались взад и вперед, словно таинственные морские растения в легком течении.

— Я кое-что для вас раскопал, — сообщил старичок и подошел к письменному столу. Он стал торопливо копаться в этом хаосе книг и документов.

Лиза растерянно озиралась. Из коридоров хранилища ей в спину дул холодный ветер. Даже Крис почувствовал его. Этот ветер напомнил ему поток воздуха, гонимый поездом, который вот-вот вырвется из туннеля метро. Что-то большое, массивное вытесняло воздух из проходов. Было такое чувство, что из темных коридоров на них едет нечто огромное и гонит перед собой воздух, как корабль — носовую волну.

Но в проходах ничего не было. Только чернота. Полнейшая тьма.

Лиза подумала, что, если бы она работала здесь вот так изо дня в день, она точно сошла бы с ума. Находиться в этом хранилище в полном одиночестве да еще почти без света! А вокруг только книги, книги, книги.

Господин Флек нашел то, что искал. Из-под кипы бумаг он вытащил черные замшевые перчатки и натянул их на свои костлявые руки. Затем он осторожно поднял что-то с пола.

Это был рулон бумаги длиной в человеческую руку.

— Если бы я взял его голыми руками, он мог бы развалиться, — пояснил архивариус, посмотрев на друзей.

Господин Флек стоял, немного сгорбившись. Над его головой горела лампа — единственный источник света в этом помещении. Лица видно не было. Его скрывала тень. И только глаза горели в темноте. Лизе показалось, что глаза были такими же пожелтевшими, как и горы бумаг, среди которых он жил.

— Это карта, — сказал архивариус и, сняв с рулона кожаную тесемку, развернул его. Господин Флек осторожно разложил карту на свободной части стола.

— Боже мой! Она, наверно, очень древняя, — поразился Нильс.

Краски и линии на карте сильно выцвели, но все же можно было понять, что это карта Гибельштайна и его окрестностей. Городок был гораздо меньше, чем сегодня, территория внутри городских стен была застроена домами всего наполовину. Железной дороги еще не было. Единственное, что с тех пор осталось неизменным, — это могильный холм.

— К какому времени она относится? — спросила Лиза.

— Что-то около тысяча четыреста тридцатого года, — ответил господин Флек. — Плюс-минус десять лет.

Друзья как зачарованные смотрели на карту, пытаясь найти в этих значках ключ к разгадке.

— В то время когда она была нарисована, эпидемия уже несколько десятков лет как закончилась, — пояснил архивариус. — Но здесь есть одна пометка, которая может нам помочь.

— Какая? — не терпелось узнать Кире.

— Посмотрите сюда. — Господин Флек провел замшевым пальцем по карте в западном направлении и остановился на каком-то местечке в окрестных лесах Гибельштайна. Тогда леса были значительно больше и гуще, чем сегодня.

— Я ничего не вижу, — пожав плечами, признался Нильс.

— Смотрите внимательнее, молодой человек. Сюда, прямо перед моим указательным пальцем.

Друзья склонились над картой. И тогда у самого пальца архивариуса они увидели маленький черный крестик.

— Что это? — спросил Нильс. — Клад?

Лиза закатила глаза.

— Насмотрелся фильмов о пиратах!

— Да уж это получше всякой там сентиментальщины! — презрительно буркнул он в ответ.

Крис сложил губы трубочкой, словно готовясь к поцелую, и громко, смачно зачмокал.

— Ха, ха, — нервно засмеялась Лиза. — Ах, как смешно!

Кира гневно сверкнула глазами.

— Не можете хоть минутку побыть серьезными?

Брат и сестра еще раз обменялись колкими взглядами, потом опять сосредоточились на карте.

По губам архивариуса пробежала легкая улыбка.

— Сожалею, но крестиком здесь помечен не клад, а могила, — он выдержал небольшую паузу, а затем продолжил: — В этом месте были зарыты трупы людей, умерших от чумы.

— После того как каждому из них вбили в лоб по гвоздю? — спросила Кира.

— Скорее всего. А потом, вместо того чтобы их сжечь, как это делали раньше, их закопали. Прямо в чаще леса.

— Их кто-то нашел, — сделала вывод Лиза.

— Похоже, что так, — подтвердил господин Флек.

— Но почему за столько веков они не превратились в труху? — спросил Крис.

Архивариус сморщил лоб.

— Я бы и сам хотел знать ответ.

Кира попыталась проанализировать услышанное. Ничто в этот момент ее не отвлекало. Она думала о том, как за столько лет останки несчастных могли так хорошо сохраниться. Но больше всего ее интересовало, кто откопал их, и чья злая воля не только оживила древние кости, но сделала пугалами-убийцами.

— Кто в те времена отвечал за ликвидацию тел? — поинтересовалась она.

Господин Флек ухмыльнулся. Его зубы оказались желтее, чем его кожа.

— Я знал, что ты это спросишь.

Он нагнулся и вытянул из-под стола тяжелую старую книгу. Эта книга была раз в пять толще того атласа, которым ребята пользовались в школе.

Из книги торчал клочок бумаги. Видно, архивариус специально заложил это место. Он открыл манускрипт и положил его на стопку книг.

— Потребовалась уйма времени, пока я нашел нужный раздел, — заметил старик. — Вот он.

Нильс мельком взглянул на текст.

— Это латынь?

— Так и есть.

— Вы сможете понять, что там написано?

— Конечно, — господин Флек снисходительно улыбнулся. — Иначе добрых две трети книг этого архива не имела бы для меня никакой ценности. В прежние времена, когда ученые монахи вели специальные книги, в которых описывали все происходящее, латынь была наиважнейшим литературным языком.

Нильс смущенно кивнул. Слова архивариуса произвели на него сильное впечатление. Нильс знал на латыни одно единственное предложение: первое предложение в школьном учебнике. А именно: «Publius rusticus est», что означало «Публиус — крестьянин». На этом его познания в области латинского языка исчерпывались. Не очень-то впечатляюще.

— В летописи точно описано все, что происходило в те времена, — пояснил господин Флек, взглянув на ребят. — Здесь подробнейшим образом рассказывается о вспышке эпидемии в нашей местности, симптомах болезни и о ее последствиях. Но здесь также упоминается некий Medicus, целитель, который заботился о больных. Его звали Боралус.

— Боралус, — повторила Кира, погруженная в свои мысли. Слышала ли она это имя где-нибудь раньше? Нет, этого она не припоминала. Но имя казалось ей знакомым. Может, это дух ее матери подсказывал ей что-то?

Архивариус смотрел на нее изучающим взглядом. Его удивило, что Кира заинтересовалась этим именем.

— Боралус был очень авторитетным и уважаемым человеком. В нашей местности он появился примерно тогда, когда в Гибельштайне разразилась эпидемия чумы. А значит, он лечил многих людей. Тех же, чьи жизни спасти не удалось, он закопал в лесу.

— А гвозди? — спросила Лиза.

— Гвозди были изготовлены по его просьбе. Как мне кажется, их сделал местный кузнец. Боралус сам вбил их в черепа покойников. Наверно, он считал, что в этом случае болезнь останется в телах умерших и не будет распространяться дальше. Обстоятельства тех времен оправдывали его действия, по крайней мере в глазах суеверных людей. Вскоре после того, как могила в лесу была зарыта, чума оставила Гибельштайн.

Крис решился высказать свои догадки вслух:

— Похоже, что этот Боралус и принес в наш город чуму, вам не кажется? Если это так, то он получил, что хотел, а именно: трупы, которые ему зачем-то были нужны. Ну а когда он завершил все свои дела, болезнь снова исчезла.

Крис делился своими предположениями с друзьями, но архивариус их тоже слушал. Для ребят подобного рода мысли были не новы. Они повидали в своей жизни достаточно причудливых и шокирующих вещей и сталкивались с самыми невероятными ситуациями. Но любому взрослому человеку идеи Криса могли показаться крайне странными.

Каково же было их удивление, когда они увидели спокойное лицо господина Флека. Архивариус вовсе не был поражен.

Вместо этого он медленно кивнул.

— Вполне возможно, что все так и было.

Лиза посмотрела на него круглыми глазами.

— Вы верите в подобные вещи?

— Почему бы и нет? — ответил он улыбаясь. — Когда прочтешь столько книг, сколько прочел я, волей-неволей согласишься с существованием и сверхъестественных сил, и разных существ, являющихся воплощением добра и зла одновременно. Боралус мог быть кем угодно: или мудрым человеком, стоящим на стороне света, в чем нас и пытается убедить эта книга хроник, либо слугой тьмы, что уже совпадает с твоей теорией, Крис, не так ли?

Крис коротко кивнул.

Кира пристально смотрела на старого архивариуса.

— Вы знаете о Семи Печатях, ведь так?

Друзья обернулись и испуганно посмотрели на Киру. Но она не обращала на них никакого внимания. Она была уверена, что господин Флек знает гораздо больше, чем кажется.

Архивариус загадочно улыбнулся.

— Возможно. — Он резко закрыл тяжелую книгу. В воздух взлетело облако пыли, и архивариуса несколько минут не было видно. — Речь сейчас идет не об этом. Остановимся пока на Боралусе. Ну и на пугалах.

Кира прокашлялась.

— Вы узнали о нем что-нибудь еще? Откуда он, например, появился? Или что случилось с ним потом?

— Откуда он появился, я не знаю. И о его смерти я не нашел заметок. Если верить старой летописи, выходит, он до сих пор летает где-то над Гибельштайном в образе призрака. — Насчет последнего господин Флек, конечно же, пошутил. Но от таких мыслей по спине побежали мурашки. — Такое ведь возможно, не так ли? — тихо добавил архивариус. — Я имею в виду привидение.

— Кто знает, — прошептал Крис.

Лиза обхватила себя руками и поежилась.

— Почему здесь внизу так холодно? — пожаловалась она.

По лицу господина Флека пробежала улыбка.

— Через пару десятков лет перестаешь это чувствовать.

— И все-таки, — решительным тоном сказала Кира, — что вам известно еще? Есть ли какая-нибудь дополнительная информация о Боралусе?

— Мне известно, где он жил, — ответил архивариус. — Его дом и сейчас стоит.

— Правда? — выпалил Нильс.

— Боралус жил в лесу на старом хуторе, — объяснил архивариус. — Конечно, за последние века хутор много раз перестраивали. Однажды, приблизительно в тысяча семьсот девяностом году, он сгорел до основания. Но некоторые его части сохранились в том же виде, как и во времена Боралуса. Например, фрагменты стены, старая колодезная шахта, часть подвала. Кое-что известно из более поздних хроник: владельцы всегда жили там в одиночестве и слыли большими чудаками.

Крис, разволновавшись, перебил господина Флека:

— Предположим, что за всей этой историей с пугалами стоит Боралус. Тогда, может, сегодняшний владелец дома и сам дом помогут нам распутать всю эту историю?

Кира посмотрела на старую карту.

— Он находится здесь? — Она показала на какое-то место на карте, расположенное недалеко от места захоронения тел людей, умерших от чумы. Там был обозначен крошечный домик.

— Откуда ты это знаешь? — растерялся архивариус.

— Я просто… размышляла, — запнувшись, ответила она. По правде сказать, она и сама не понимала, каким образом у нее возникла эта идея. Наверно, в ней снова заговорил голос матери. Порой эти странные ощущения пугали ее.

Господин Флек искоса взглянул на Киру.

— Да, это хутор, — подтвердил он и показал рукой в замшевой перчатке значок на карте.

— Я знаю это место, — сказал Нильс. — Одно время я разносил газеты…

— Ага, ровно три дня, — язвительно перебила его Лиза.

В ответ Нильс скорчил ей гримасу.

— В любом случае, я был тогда на хуторе. Но никого не застал… Я быстро забросил газеты и отчалил.

— Вам известно, кто является хозяином хутора сегодня? — спросил Крис.

— Он принадлежит одному крестьянину, — ответил архивариус. — Его зовут Самуэль Вольф. Он остался один, детей у него тоже нет.

— Никогда о нем не слышала, — сказала Лиза.

Кира покачала головой.

— Я тоже.

— Вольф редко появляется в городе, — сказал господин Флек. — Ему принадлежат несколько полей у опушки леса, и он сам их обрабатывает. Вряд ли кому-то в Гибельштайне известно о нем больше.

Крис вздохнул и посмотрел на Нильса.

— За сколько мы сможем добраться до хутора на велосипедах?

— Думаю, не больше чем за полчаса.

— Подождите, — прервала их Кира. — Мне кажется, сначала лучше осмотреть место захоронения. Ну, или то, что от него осталось.

— Может, ты и лопату собираешься с собой прихватить? — стал дурачиться Нильс.

Но Кира не засмеялась. Даже не улыбнулась.

— Ты и правда думаешь, что она нам понадобится?

Никто из друзей раньше не забирался так далеко в лес.

Место, где, судя по карте, должна была находиться могила, лежало вдалеке от протоптанных людьми дорожек. Друзья толкали свои велосипеды все дальше и дальше в лесную чащу, пробираясь сквозь колючий подлесок, где их вряд ли бы кто-то нашел. Остаток пути они решили пройти пешком.

Уже темнело. Ночь опускалась над лесом, сумерки сгущались, заполняя пространство меж верхушками деревьев. То тут, то там в тени деревьев и кустов двумя огоньками загорались глаза ночных охотников.

— У нас даже фонарика с собой нет, — ворчал Нильс. — Кто-нибудь может мне сказать, что мы разглядим в такой темноте, на тот маловероятный случай, если мы все же найдем эту дурацкую могилу?

— А может, ты пойдешь впереди? — предложила Лиза. — И тогда, как только ты провалишься в яму, мы сразу поймем, что пришли на место.

Кира и Крис быстро переглянулись. Эти двое, наверное, никогда не прекратят подтрунивать друг над другом.

Они бродили по густому подлеску минут двадцать, пока наконец не обнаружили то, что искали. И нашел Крис. Именно он, а не Нильс споткнулся и чуть не полетел кувырком в яму, но Кира в последний момент успела схватить мальчика за руку.

Вокруг было слишком темно, чтобы хорошенько все разглядеть. Но хватило и того, что они увидели.

Перед ними открылся настоящий лабиринт, состоящий из множества могил. Они были похожи на траншеи, какие показывают в старых военных фильмах. Эти траншеи тянулись в разные стороны между высоких, старых деревьев. Во многих местах переплетенные корневища лежали на поверхности. Ямы были выкопаны не по какой-то определенной схеме, а скорее хаотично. Похоже, что кто-то копал вначале в одном, потом в другом месте. Размером лабиринт был примерно двадцать метров на двадцать, а может быть, и больше. В вечерних сумерках трудно было все разглядеть.

— Должно быть, мы сейчас находимся в частных владениях, — подумал Крис вслух. — Иначе лесничий обязательно бы это заметил.

— Наверное, вся эта земля принадлежит тому крестьянину, о котором говорил господин Флек.

— Самуэлю Вольфу, — добавил Нильс.

От этих слов Лиза покрылась мурашками, сама не понимая почему. Ведь точно еще не известно, замешан ли в этом деле Вольф.

Кира посмотрела на Криса.

— Не поможешь?

И не успел он еще ответить, как она стала спускаться по отвесной стене в ближайшую яму. Крис быстро схватил ее за руку, чтобы она не свалилась и не поранилась.

— Спасибо, — переводя дыхание, поблагодарила Кира, ступив на дно ямы. — Ух, какая здесь каша.

— Наверно, это подземные воды, — предположила Лиза. — Дождя-то не было уже несколько дней.

Могила была примерно метра три в глубину. На дне ее образовалось бесчисленное количество луж. Вначале Кира бесцельно прошлась из стороны в сторону, потом вдруг свернула налево и пошла по траншее.

— Подожди! — крикнул ей вслед Крис. Немного присев, он прыгнул вниз и приземлился недалеко от Киры прямо в грязь. Фонтан грязной воды обрызгал ее ноги.

— Вот спасибо, — буркнула она и кончиками пальцев дотронулась до мокрых брюк. — Фу, как отвратительно. К тому же холодно.

— Извини.

Следующим спустился Нильс, последней в могилу спрыгнула Лиза.

— Черт! — выругалась Кира. — Теперь наверху не осталось никого, кто смог бы нас вытащить обратно.

Об этом-то они и не подумали! Как теперь, без чьей-либо помощи, они смогут взобраться по этим высоким стенам наверх? К тому же земля была такой сырой, что отваливалась кусками, когда на нее наступали. И если она начнет осыпаться, их просто завалит грязью.

— Смотри! — еле выдавил из себя Нильс, указывая на стену рядом с ним. Из земли торчало что-то светлое.

У Лизы перехватило дыхание.

— Это же…

— Кость, — дрожащим голосом договорил за нее Крис.

Хорошенько оглядевшись в темноте, к своему ужасу, они увидели, что из земли и из стен торчали останки: пожелтевшие кости человеческих рук и ног и несколько замшелых полуразвалившихся черепов. Сквозь глазные впадины проросли корни деревьев.

Тот, кто разрыл эту могилу, не очень-то старался.

— Он использовал только черепа, — констатировала Кира. Она старалась говорить деловым тоном, но ее голос дрожал. — Другие кости он оставил нетронутыми.

— Но здесь еще остались черепа, — возразил Нильс.

— Да, но только те, что разрушились в земле, — ответила Кира. — Причем из них вывалились гвозди. Смотрите. Скорее всего, этот кто-то использовал только те черепа, которые хорошо сохранились и были с гвоздями.

И правда, они нашли всего лишь несколько черепов, и все они были разрушены. Черепов с гвоздями нигде видно не было.

Лиза с ужасом осмотрелась.

— Если сейчас начнется землетрясение, нас накроет не только слоем грязи, но и этими останками. Вы хоть это понимаете?

— Как мило, что ты нам об этом напоминаешь, — не удержался Нильс.

— Пошли, давайте пройдем немного дальше, пока совсем не стемнело, — поторопила друзей Кира и поспешила вперед.

Нильс возмущенно покачал головой.

— Но уже совсем стемнело. Ну или почти совсем.

Крис пожал плечами и последовал за Кирой. Немного поколебавшись, Лиза тоже присоединилась к ним. Последним шел Нильс.

Кира изо всех сил старалась не останавливаться, какие бы ужасные картины ни открывались ее глазам. Ей не хотелось, чтобы страх взял над ней верх.

И лишь когда впереди нее из темноты появилась какая-то фигура, она встала как вкопанная.

— Только не это! — с трудом выговорил Нильс.

Впереди торчало пугало. Его покрытое мешковиной лицо смотрело прямо на них. Вытянув руки в стороны, так что они касались противоположных стен траншеи, пугало преградило им путь.

— Им известно, что мы здесь, — прошептала Кира.

— Кому известно, что мы здесь? — переспросила Лиза.

— Пугалам. Или той силе, которая ими управляет. Боралусу. А может, Самуэлю Вольфу.

— Дальше мы не сможем пройти, — сказал Крис.

Кира кивнула.

— Все назад!

Они бросились бежать в том направлении, откуда пришли. Время от времени они спотыкались о кости, торчавшие из земли. А один раз им даже пришлось пригнуться, потому что из стены на высоте их головы торчала рука скелета.

Быстрее, быстрее, еще быстрее…

Но как бы быстро они ни бежали, на другом конце траншеи их уже поджидали.

На том месте, где они спрыгнули в могилу, стояло еще одно пугало. Оно тоже молча смотрело на них и преграждало путь.

— Они отрезали нам выход! — крикнул Крис, начиная паниковать.

Остальные были в таком же состоянии. Их всех охватил жуткий страх. Лиза уже представляла себе, как ее голова будет торчать на коле для пугал, лицо будет прикрывать шляпа, а на руках будут болтаться лохмотья. От этой мысли ей стало так плохо, что ее чуть не стошнило.

Нильс первым поборол страх.

— Там сзади была боковая траншея! — крикнул он остальным.

Они быстро отбежали метров на десять назад, где по правой стороне могилы было ответвление. К их ужасу, первое пугало успело подойти ближе. Оно стояло всего в двух шагах от этой траншеи. Если бы они прибежали сюда на пару секунд позже, единственный путь к спасению был бы отрезан.

В панике они бросились во вторую траншею. Она проходила меж корней могучего дуба. Из стен траншеи тоже торчали кости.

Но в конце траншеи их поджидало третье пугало. Как и первые два, оно молча стояло, растопырив широко в стороны руки, и смотрело на ребят своими мертвыми пустыми глазницами.

Выходов больше не осталось.

Они были окружены.

И стоило им только мигнуть, посмотреть в сторону, как эти трое оказывались все ближе и ближе.

Из проходов городского архива тянуло холодом. Господин Флек сам его чувствовал. И это его очень беспокоило.

За десятки лет, что он провел здесь, в архиве, он давно привык ко всем подземным воздушным потокам. «Холодно? — спрашивал он порой, когда посетители мерзли и покрывались мурашками. — Здесь внизу?» Потом он загадочно улыбался, как это было в его привычке. Ему нравилось, что жители Гибельштайна считают его странным и загадочным человеком.

Но сейчас он впервые на самом деле чувствовал этот леденящий поток воздуха из темных глубин архивного лабиринта, который заставлял его трястись от холода. Господин Флек надел вязаный жакет и осмотрелся по сторонам.

В этой части хранилища он бывал очень редко. Здесь лежали старые, запыленные книги, о существовании которых господин Флек почти забыл. Этот закуток архива находился под рыночной площадью, в самом дальнем углу, на другом этаже подвала, располагавшегося под первым этажом хранилища. Слой пыли был по щиколотку, на стенах висела паутина двух-, а то и трехвековой давности.

Господина Флека неожиданно охватил страх. А что, если фонарь перестанет работать и он застрянет здесь в полной темноте? Ему понадобится, наверное, несколько часов, пока он на ощупь будет ползти вверх по лестнице.

Но, слава богу, фонарь работал исправно.

И только непривычный холод беспокоил архивариуса.

— Э-э-эй! — крикнул он в пустоту. — Есть кто-нибудь?

Конечно, было глупо кричать. Никого там не было. А если бы кто-то и спустился сюда вниз, господин Флек уже давно бы об этом знал.

Нет, он был здесь один. Вокруг — ни души. Впервые за все время работы архивариусом господину Флеку стало страшно от этой мысли.

«Постарел, — подумал он. — Совсем постарел».

Но он помнил о Кире и ее друзьях, которые ввязались в опасные дела, и это могло плохо для них кончиться. Мир духов и демонов ведет борьбу нечестными путями. Он несправедлив и никогда не будет снисходительным. В этом мире нет сострадания, в нем безжалостно изгоняется любое чувство вины.

Господин Флек положил фонарь на книжную полку так, чтобы он освещал книгу в его руках. Это был один из древнейших томов архива, написанный от руки. Он был еще старее, чем хроники, которые видели друзья. Господин Флек наткнулся в книге на нечто интересное. Информация, которую он в ней нашел, была настолько важна, что ее нужно было как можно быстрее передать Кире и ее друзьям. Быть может, от нее зависит их судьба и судьба всего Гибельштайна.

Господин Флек нашел способ, как побороть пугала.

Он закрыл книгу и зажал ее под мышкой. Взяв в руки фонарь, он направился обратно к узенькой лестнице, ведущей на верхний этаж архивного хранилища.

Но добраться до нее он так и не смог.

Перед ним резко сомкнулись в ряд тени. Серый мрак превратился в абсолютную черноту. Темнота, словно водоворот, втягивала в себя воздух, формируя из него что-то новое. Отверстие. Бездна. Дверь в мир мертвецов, проклятия и зла.

Из этой двери вышли существа.

Они были похожи на людей и в то же время были не более чем расплывчатыми подобиями человеческого силуэта. Они светились, как клубы тумана, освещаемые адским огнем. Их контуры распадались на мелкие частицы, снова сгущались и проникали друг в друга. У них не было лиц, но там, где должен был располагаться лоб, их сияние было особенно сильным, словно изнутри вырывался жар, — это было то самое место, куда Боралус вбивал покойникам гвоздь.

Архивариус отошел назад. Ему показалось, что какая-то невидимая ледяная рука схватила его за горло. Он никак не мог понять, что это: то ли его фантазия рисовала в воображении жуткие образы, то ли духи на самом деле пытались схватить его своими невидимыми лапами.

Он еще сильнее прижал к себе книгу, развернулся и побежал в другую сторону, хотя только эта лестница вела наверх. Призраки преградили ему единственный выход. Как теперь он сможет предупредить Киру и ее друзей, как он передаст им жизненно важную информацию?

Он остановился и осмотрелся. Тут же, в другом конце прохода, там, где находилась лестница, в темноте засветились три зловещих существа. Они не спешили его преследовать. Они знали, что он в ловушке. У них было предостаточно времени, чтобы поймать и убить его. В том, что они появились здесь только для этого, архивариус не сомневался ни секунды.

Боралус. Только он мог стоять за всем этим.

Наверняка Боралусу стало известно, что господин Флек что-то раскопал. Боралус многоголовый. Демон из самых глубин ада.

Боралус — бог мертвецов.

Духи подходили с разных сторон. Господин Флек мог уже разглядеть их блеклое, неживое сияние за книжными полками. Они двигались по соседним проходам, готовясь вот-вот преградить ему дорогу.

«Что мне теперь делать?» — думал господин Флек, пытаясь побороть в себе панику.

Призраки приближались.

— Корни! — крикнул Крис, обернувшись назад. В конце траншеи тут же появились два пугала. На мгновение они застыли в темноте. Но вскоре, когда друзья оторвали от них свой взгляд, они опять подошли ближе.

Кира поняла, что Крис хотел сказать. Они только что пробежали мимо корней могучего дуба. Корневища были старыми и твердыми, как камни. Возможно, им удастся вскарабкаться по ним наверх и выбраться из этой траншеи.

Крик Криса отвлек Киру от третьего пугала. Когда к нему повернулась Лиза, оно стояло уже в двух метрах от них.

— Быстрее! — скомандовала Кира.

— Подождите, — возразила Лиза. — Мы не должны упускать пугала из виду. Двое из нас пусть смотрят вперед, а двое — назад. Тогда пугала не смогут к нам приблизиться.

Друзья быстро договорились, что Кира и Нильс будут смотреть вперед, а Лиза и Крис будут присматривать за пугалами сзади — так будет безопасней. Они стали медленно продвигаться к мощным корневищам дуба.

Нильс начал взбираться на корни первым. Ему надо было внимательно смотреть под ноги, примечая корни, за которые удобнее зацепиться руками. Поэтому Кира одна следила за двумя пугалами впереди. Она знала, что сейчас ни в коем случае нельзя моргать. Прикрой она глаза на долю секунды — и демонические существа доберутся до них.

Нильс взобрался наверх. Второй была Лиза. Потом Крис. Стоя на краю рва, они наблюдали за пугалами, чтобы Кира могла тоже залезть наверх.

— Мы сделали это, — простонал Нильс, когда они снова были все вместе.

— Рано радуешься, — сказал Крис. — Мы еще не ушли отсюда. Кто знает, сколько их там еще бродит в лесах.

— Что дальше? — спросила Лиза.

— Идем к хутору Вольфа, — сказала Кира.

— Ага, а потом? — резким тоном спросил Нильс. — Что, если нас там поджидает Боралус?

— На это-то я и надеюсь, — холодно ответила Кира. — А как иначе мы положим конец его проискам?

Лизе иногда казалось, что Кира забывает о том, что она еще не совсем взрослая и пока не стала такой опытной охотницей за ведьмами, какой была ее мать. Она всего лишь девочка, обладательница Семи магических Печатей. Как она может мериться силами с Боралусом, если даже неизвестно, существует ли вообще способ его победить?

Лиза посмотрела на Криса и Нильса и поняла, что мальчики думают о том же. Однако она знала, что ее подруга чертовски упряма. Хотя по крайней мере в одном Кира была права: они отмечены Печатями, а потому должны вступать в борьбу с такими тварями, как Боралус. Это их долг и проклятие одновременно.

Друзья пятились назад, постепенно удаляясь от этой жуткой могилы в лесу. Они старались как можно дольше не упускать пугал из поля зрения. Потом, резко развернувшись, они побежали прочь так быстро, как только могли.

Никто их не задерживал: ни пугала, ни разъяренный демон.

Должно быть, Боралус знал, что в этом нет необходимости. Четверо друзей и так шли к нему. Ему не надо было утруждать себя, придумывая, как задержать их в лесу.

Прошло минут двадцать, пока ребята дошли до места.

Была уже глубокая ночь, когда наконец из темноты перед ними вырос хутор — обитель Боралуса, древнейшее сердце его силы.

Двор был небольшой и очень запущенный. Дом покосился набок. Крыша в одном месте прохудилась, и дыру забили досками. Площадка перед домом была испещрена многочисленными следами от трактора. Слева возвышался хлев, но никаких звуков оттуда не доносилось, — скорее всего, там давно уже не было скотины. Сам дом тоже казался заброшенным. Свет не горел ни в одном окошке.

— Смотрите! Там! — прошептала Лиза и показала налево. Немного в стороне находился большой сарай. Двустворчатые ворота были закрыты. Сквозь щели пробивался слабый свет от свечей.

Кира кивнула.

— Должно быть, он там.

— Кто? — спросил Нильс. — Боралус или Вольф?

— Демонам свет свечей не нужен, — заверила друзей Кира.

— Значит, Вольф? — задумчиво произнес Крис. — Ну что? Идем внутрь?

— Для этого мы и пришли, — ответил Нильс.

Они тихонько прокрались через двор к сараю. В воздухе стоял отвратительный запах.

Лиза сморщила нос.

— Пахнет свинарником или мне показалось?

— Скорее разложившимся трупом, — уточнила Кира.

Нильс, Крис и Лиза посмотрели друг на друга, но ничего не сказали. В такие моменты Кира была словно сама не своя. Казалось, ее ничего не могло удивить. Но было заметно, что внутренне она напряжена.

Дети добрались до сарая и заглянули внутрь через широкую щель в стене. На стенах висел различный инвентарь: инструменты для ремонта, для работы в поле и инструменты, которыми когда-то забивали скот. На острых железных крючьях, торчавших из стены, болтались совершенно жуткие мачете и костные пилы. Похоже, ими не пользовались уже много лет. Сталь клинков потускнела и покрылась ржавчиной, но от этого они не стали менее опасными.

— Мне уже плохо, — почти беззвучно простонала Лиза.

— Мне тоже, — прошептал Крис.

В середине сарая виднелся силуэт. Мужчина сидел скрестив ноги. Это, наверное, и был тот человек, которого они искали, — Вольф! Вокруг него горело семь свечей.

Он выглядел молодо, не старше тридцати. Но волосы его оказались совершенно белыми, так бывает, когда человек пережил сильное потрясение. Сам он был таким худым и костлявым, словно отощал от голода.

Голова Вольфа была опущена вниз, и друзья не видели, открыты его глаза или закрыты. На коленях ладонями вверх лежали руки. Позади него, словно алтарь, возвышался гигантский комбайн, старый и ржавый.

— Он спит? — тихо спросил Нильс.

— Думаю, он медитирует или что-то в этом роде. Он как будто в трансе, — сказала Кира.

Нильс вздохнул.

— Нам надо побеспокоиться о том, чтобы он продолжал оставаться в этом состоянии. Тогда, по крайней мере, он нас не схватит.

— А где Боралус? — спросил Крис. — Или он же и есть Боралус?

— Понятия не имею, — ответила Кира. — Смотрите-ка, там перед ним на полу что-то лежит.

И вправду, друзья увидели довольно большой осколок стекла или зеркала. В нем было заметно какое-то переменчивое отражение, будто кто-то или что-то двигалось, хотя в сарае все оставалось неподвижным.

— Я хочу посмотреть, что это, — сказал Кира и тут же прошмыгнула к воротам.

— Уж не собираешься ли ты пойти к нему? — стал ругать ее Нильс.

Но Кира уже приоткрыла ворота и проскользнула в сарай. От недоумения Нильс ударил себя по лбу. Крис и Лиза тяжело вздохнули. И все же все последовали за своей подругой.

Когда они пролезли сквозь щель в воротах, Кира уже была у круга со свечами, в центре которого сидел мужчина. Вольф даже не шелохнулся.

Нильс заметил, что на верстаке, который снаружи они не могли разглядеть, лежало много современных инструментов. Там были тяжелые дрели, мотопилы, строительный пистолет и прочие технические штуки. Похоже, что еще недавно Вольф все же занимался своей работой. А это доказывает, что он и Боралус — это разные люди. Возможно, демон просто навязал крестьянину свою волю.

Кира продвигалась все дальше в центр сарая, стараясь не дышать. Она подошла к свечам и осторожно присела на корточки, чтобы заглянуть Вольфу в лицо.

Его глаза были широко раскрыты.

Испугавшись, Кира отпрянула и, пошатываясь, отступила на два шага назад. При этом она наткнулась спиной на Криса. Они точно бы свалились, если бы Лиза и Нильс их не поддержали.

Вольф ничего не заметил. Он по-прежнему таращился в пол, прямо в осколок зеркала, отрешенным взглядом.

— Он в трансе, — уверенно сказала Кира. От волнения она еле дышала.

— Ты думаешь, он на самом деле нас не слышит? — прошептала Лиза.

— В данный момент нет.

Крис подкрался к сидящему. Кира тут же двинулась за ним.

Медленно и очень осторожно они вошли внутрь круга из свечей. Пока Лиза и Нильс смотрели на них как зачарованные, они наклонились над осколком зеркала.

В зеркале мигали яркие огоньки. Но это было не отражение. Огоньки находились внутри зеркала. Или за ним.

Кира протянула руку за осколком, но Крис удержал ее.

— С ума сошла? До него нельзя дотрагиваться.

— Почему нет?

— Потому… потому что… — запнулся Крис, — потому что это может быть опасно.

Кира засмеялась.

— Боишься?

— Да, за тебя.

Лиза прекрасно слышала их разговор. Она вмиг покраснела. И почему она сама не пошла за Крисом, когда тот решил подойти к Вольфу? Тогда бы она, а не Кира подняла осколок. И возможно, Крис сказал бы эти слова ей.

Нильс тихонько похлопал ее по плечу.

— Ну! — прошептал он и понимающе взглянул ей в глаза. Это было так на него не похоже. — Не обращай внимания. Это еще ничего не значит.

Лиза так поразилась его словам, что даже забыла о Кире и Крисе. Она посмотрела на брата и благодарно улыбнулась. Разве могла она поступить иначе?

Пока Кира поднимала осколок, Крис не спускал глаз с крестьянина. Если он хоть немного пошевелится, Крис тут же оттащит ее назад. На лбу мальчика выступили капли пота.

Еще раз глубоко вздохнув, кончиками пальцев Кира взяла осколок за края, подняла его с пола и тут же вместе с Крисом отскочила назад.

Вольфа затрясло. Он начал выходить из состояния транса. Раздался страшный звук: наполовину крик, наполовину вой, исполненный боли.

Друзья побежали к воротам сарая. Но в последний момент любопытство взяло верх. Они остановились и оглянулись назад. Вольф с трудом встал на ноги.

Он был похож на легавую, которую только что спустили с цепи.

Вольф будто взбесился, стал ходить по сараю, размахивать кулаками, словно боксировал. При этом он ни на минуту не переставал издавать жуткие крики. На ребят он вообще не обратил внимания.

— Кажется, он где-то в другом месте, — сказала Кира, оцепенев. — Точно. Его лицо выглядит как-то… странно.

Лиза, Крис и Нильс не совсем поняли, что она имела в виду, но согласились. Кира часто, сама того не осознавая, использовала знания своей матери. С их помощью она распознавала такие вещи, которые с ее небольшим жизненным опытом были ей не по зубам.

— Вольфом управляет Боралус. Похоже, что крестьянин уже несколько дней ничего не ел и не пил. Демон не дает ему умереть, пока между ними есть прочный контакт. Вольф — его слуга, его раб. — Кира посмотрела на осколок в руке. Сейчас он выглядел как обычная стекляшка. — Я каким-то образом прервала между ними связь.

Больше она ничего не успела сказать. Вольф вышел из круга свечей и бросился к воротам сарая. Испугавшись, друзья разбежались в разные стороны. Но этот отощавший человек не обращал на них никакого внимания. С пронзительными криками он выбежал наружу.

Друзья быстро подбежали к воротам. Прижавшись к стене, они стали наблюдать за безумцем.

То, что они увидели, повергло их в шок.

Площадка перед домом была заполнена пугалами. Их было двадцать, тридцать, а то и сорок.

— Да их же… — начал было Нильс.

— Целая армия, — простонал Крис.

Пугала выглядели так безобидно. Все до единого они стояли неподвижно, и лишь лохмотья болтались на их тощих деревянных конечностях. Лица были обтянуты мешковиной.

Вольф пронзительно кричал и безумно смеялся. Он бегал между пугалами, словно шаловливый ребенок, дергал их за лохмотья и корчил им рожи.

— Вольф сделал пугал по поручению Боралуса, — предположила Кира. — Это он откопал черепа и сделал из них пугал. Потом Боралус вдохнул в них жизнь, ну или что там бывает у демонов. И теперь их уже не остановишь.

Крестьянин носился зигзагами все быстрее и быстрее. Дважды друзьям показалось, что он бежит обратно в сарай. Испуганные, они прятались. Но Вольф разворачивался и продолжал бешено носиться, описывая круги, пока не оказался прямо перед одним из пугал.

Вольф несся слишком быстро, чтобы свернуть в сторону. Громко вопя, он бежал прямо в распростертые руки пугала.

Потом произошло нечто такое, чего никто из ребят сразу не понял. Соприкосновение с пугалом породило какой-то процесс. Магический процесс.

Началось превращение.

Вольф отпрянул назад, но было уже поздно.

Подергиваясь, он вытянул руки в стороны. Потом выпрямил ноги и прижал их одна к другой. Его тело по форме стало похоже на крест.

Лиза отвернулась. Она знала, что сейчас произойдет. Даже мальчики с отвращением отвернулись в другую сторону. Кира тоже испытывала отвращение, но не могла оторвать глаз и смотрела до конца.

Когда Лиза пару минут спустя робко повернула голову, Вольфа во дворе уже не было. Он исчез, а на его месте стояло новое пугало. На деревянном туловище болталась одежда крестьянина, а на плечах — голый череп.

Крис отошел от ворот и побежал мимо огромного комбайна в другой конец сарая. Он посмотрел в щель в стене. С другой стороны была та же картина. Потом он обошел другие стены и, удрученный, вернулся к друзьям.

— Они везде, — прошептал он глухим голосом. — Пугала нас окружили.

Господин Флек уже подумал, что пробил его последний час. Он не сомневался в этом даже тогда, когда духи, окружившие его, стали превращаться в тонкие полосы, а через мгновение и вовсе растворились в воздухе.

Архивариус не знал, что Кира в этот момент подняла с пола осколок зеркала. Он также не догадывался и о том, что Боралус создал духов из энергии, которую брал у бедняги Вольфа. Когда связь между Боралусом и крестьянином оборвалась, духи тут же потеряли силу.

Старый архивариус взбежал по лестнице так быстро, как это было возможно в его возрасте, и бросился к письменному столу. В одной руке он держал все ту же выцветшую книгу из самого дальнего темного угла нижнего этажа архива. В другой — ящик с гвоздями, который до этого показывал Кире и ее друзьям.

Поднявшись вверх по ступенькам, он вышел из архива в темноту и побежал по пустынной ночной рыночной площади, затем по главной улице. Так он добрался до маленькой чайной лавки у Северных ворот, которая, по его сведениям, принадлежала Кириной тетке. Сквозь большие окна витрин на ночную мостовую падал свет.

От волнения тетя Кассандра расхаживала взад и вперед, время от времени выпивая глоток остывшего чая, и ругала себя на чем свет стоит. Она не должна была их вот так отпускать. Ей надо было их остановить.

Раздался резкий перезвон дверных колокольчиков. В лавку влетел господин Флек, держа в одной руке книгу, в другой — ящик с гвоздями.

— Госпожа Рабенсон! — задыхаясь, проговорил он. — Быстрее! У вас есть машина?

Тетя Кассандра кивнула. От волнения она стала белой как мел.

— Тогда поехали! — скомандовал архивариус и побежал к задней двери, ведущей во дворик. — Пойдемте! Я все объясню вам по дороге.

Лиза была в панике. Она смотрела то на Киру, то на Криса, то на Нильса.

— И что мы будем делать теперь? — выпалила она. Ее собственные слова отдавали в ушах громким хрипом.

— У меня есть идея, — процедил Крис сквозь зубы.

Но его слова звучали неубедительно. Скорее всего, он и сам не очень-то верил в свою затею.

— И-и? — спросил Нильс.

Ничего не ответив, Крис резко развернулся и стал карабкаться в кабину комбайна. Мгновение спустя он уже сидел за рулем и растерянно смотрел на панель управления этого стального гиганта.

— Ты что, умеешь управлять этой штуковиной? — крикнул ему Нильс.

— Не знаю, — коротко ответил Крис. — Но я могу хотя бы попробовать. К тому же здесь есть ключ.

— Странно. А мне казалось, ты жил только в больших городах, — сказала Лиза. В отличие от Криса она провела всю свою жизнь в Гибельштайне. Но, несмотря на это, не имела ни малейшего представления о том, как управляют трактором, не говоря уже о таком чудище.

Крис ничего не ответил. Но было видно, что он растерялся и не сможет справиться с этой громадиной.

Нильс взобрался к Крису.

— Пусти-ка.

— Ты? — удивилась Лиза.

— А что? Наша газонокосилка — это тоже своего рода трактор, только маленький, — уверенно возразил Нильс. — По сути, комбайн — ее старший брат, вам не кажется?

Пока они дискутировали, Кира подбежала к воротам и, не мигая, стала смотреть на пугал. Она изо всех сил старалась удержать в поле зрения хотя бы тех, что стояли перед домом. Но их было слишком много. Стоило ей только повернуть голову вправо или влево, как несколько пугал оказывались на пару шагов ближе. Они передвигались совершенно беззвучно, и никто не видел, как они это делали.

В задней части сарая раздался громкий треск.

— Это пугала! — закричала Лиза. — Они добрались до сарая.

— Тогда будем надеяться, что они не умеют проходить сквозь стены, — выдавил из себя Нильс. Он изо всех сил старался завести машину, и в конце концов это ему удалось.

Раздался оглушительный рев, и мотор заработал. В воздух взлетели серые облака выхлопных газов. Вскоре ими наполнился весь сарай.

— Эй, там, впереди! Берегись! — заорал Нильс.

Лиза как ошпаренная отскочила в сторону. Когда Нильс переключил рычаг, огромные стальные лопасти комбайна начали вращаться, издавая громкий лязг.

— С этой штуковиной мы сможем прорубить брешь в толпе пугал, — сказал Крис и похлопал Нильса по плечу. — Молодчина!

— Давайте залезайте наверх! — крикнул Нильс Кире и Лизе.

Девочки взобрались наверх к ребятам. Но на сиденье было слишком мало места для всех. Тогда Крис перелез за сиденье и крепко схватился за его спинку. Рядом с ним на двух ремнях висела запасная канистра бензина. Девочки протиснулись в кабину и сели рядом с Нильсом.

— Ворота! — крикнула Лиза.

В задней стене сарая снова раздался треск. Затем похожие звуки стали доноситься и от боковых стен.

Нильс посерьезнел.

— У нас нет больше времени! — сказал он и нажал на газ. Комбайн смял свечи, стоявшие на полу.

— Пригните головы! — заорал Крис, когда проржавевшие лопасти комбайна начали проламываться сквозь ворота сарая. Створки ворот обрушились. Друзья чудом не пострадали. Только Нильс поцарапал лоб, но, несмотря на это, он продолжал управлять стальной громадиной и вывел комбайн во двор.

Машину сильно затрясло, как во время землетрясения, и теперь она двигалась рывками. Нильс переехал первое пугало. Когда длинные части тела этой твари исчезли под лопастями комбайна и перемололись на мелкие кусочки, из лесу донесся громкий треск и скрежет.

— Сработало! — обрадовалась Кира.

Под комбайн попадали все новые и новые пугала. Нильс напряженно смотрел вперед, остальные глядели по сторонам, стараясь не подпускать пугал к комбайну. Но они не могли удержать в поле зрения всех. Новые пугала неожиданно появлялись из темноты на опушке леса или вырастали прямо перед машиной.

Одно за другим пугала попадали под вращающиеся лопасти. Во все стороны летели щепки и обрушивались дождем на друзей.

— Быстрее! — заорал Крис на ухо Нильсу.

— Не могу. Пугал слишком много. Лопасти вот-вот заклинит.

И правда, комбайн проехал еще метра три-четыре, потом мотор стал чихать и заглох. Машина остановилась прямо в центре двора — посреди армии пугал.

Из-под кожуха двигателя повалил черный дым. Комбайн был создан для того, чтобы перемалывать траву, освобождая зерна, а не для того, чтобы измельчать целый лес пугал.

Друзья начали нервно озираться по сторонам. С трех сторон их окружали несметные полчища пугал, обратившие к ним свои безжизненные лица. Все они смотрели пустыми глазницами на кабину комбайна, в которой сидели ребята.

На этот раз друзья здорово влипли. Машина, словно одинокий остров, возвышалась посреди целого моря пугал. Ребята находились примерно в двух с половиной метрах от земли; хорошо еще, что они были выше голов этих тварей. Но рано или поздно пугала до них доберутся.

На несколько секунд все просто онемели от ужаса. Первой пришла в себя Кира.

— Назад! — резко закричала она. — Нам надо бежать обратно в сарай!

— Но мы ведь только что оттуда выбрались! — вскипел Нильс.

— И тем не менее там мы будем в большей безопасности, чем здесь.

«Просека», которую проделал комбайн в рядах пугал, постепенно становилась все уже: по краям машины появлялось все больше и больше деревянных тварей.

— Они хотят отрезать нам дорогу к сараю! — закричала Лиза.

Лиза и Кира соскочили с машины на землю, за ними — Нильс. Крис немного замешкался. Он что-то увидел.

Мгновение спустя это же увидели и остальные. На лесной дорожке появился автомобиль. Это был старенький «фольксваген-жук» тети Кассандры!

— Что она здесь делает? — крикнул Нильс. Но никто ему не ответил. Удивляться было некогда. Им нужно было как можно скорее вернуться обратно в сарай.

«Фольксваген» резко затормозил, когда сидящие в нем люди увидели, что творится во дворе перед домом. Тетя Кассандра посигналила, чтобы отвлечь внимание пугал на себя, но немые создания не обращали на нее никакого внимания. Они потихоньку преграждали ребятам путь к отступлению.

— Бежим! — заорала Кира и бросилась бежать. Лиза неслась рядом с ней, за ними — Нильс. Крис уже собирался слезть с комбайна, но увидел, что из автомобиля вышел господин Флек.

— Эй! Лови! — крикнул ему архивариус и изо всех сил бросил маленький деревянный ящик. Как будто при замедленной киносъемке, ящик пролетел над головами пугал и упал прямо в руки Криса. О жесткие края ящика Крис ушиб руки. Он тут же догадался, что это такое. Это был тот самый ящик с заговоренными гвоздями от чумы, который господин Флек откопал в архиве.

— Что мне с этим делать? — беспомощно заорал Крис, глядя в сторону машины.

Архивариус стал размахивать старой книгой.

— Здесь написано, что один гвоздь имеет магическую силу, а два оказывают обратное действие. Вбей по второму гвоздю в каждое пугало, и они погибнут!

— Блестящая идея! — недовольно пробурчал Крис. — И как мы должны это сделать?

— Крис! — пронзительно закричала Кира. — Они уже добрались до входа в сарай! Поторопись!

Пугала почти заполнили всю просеку. Одним большим прыжком Крис соскочил с комбайна и, пригнувшись, побежал между пугалами зигзагом. В тот самый момент, когда он добежал до входа, на крыше кабины комбайна показалось первое пугало.

Лиза слышала, что кричал им господин Флек. Она побежала в сарай и схватила со стены, на которой висели разные инструменты Вольфа, строительный пистолет. Обычно его используют для того, чтобы вбивать в доски гвозди и избежать таким образом утомительной работы простым молотком. Регулятором устанавливался нужный размер, соответствующий шляпке гвоздя.

— Может быть, попробуем этим? — задыхаясь, проговорила она, вернувшись к друзьям.

Господин Флек перетянул коробку шелковым платком тети Кассандры, чтобы во время броска не открылась крышка. Крис сорвал его и отбросил в сторону. Затем он попытался зарядить пистолет старинными гвоздями. Но не все подходили, потому что были сделаны вручную и не совпадали по размеру. Через пару минут Крис нашел достаточно гвоздей одного размера и зарядил ими обойму.

— Смотрите! Они уже здесь! Сзади! — вдруг закричал Нильс, показывая в дальнюю часть сарая.

Там и вправду стояло уже три пугала с распростертыми в стороны руками. Стена была целехонькой. Значит, они все-таки умеют проходить сквозь стены.

— Давай! Попробуй! — сказала Кира.

Крис кивнул и, прицелившись в одно пугало, спустил курок. Раздался глухой звук — первый гвоздь воткнулся в балку прямо рядом с пугалом.

Второй выстрел был более удачным. Сначала ничего не произошло. Пару секунд спустя раздался пронзительный звук и потрескивание, похожее на треск костра, но огня нигде видно не было. Это развалилось пугало, и на том месте, где оно стояло, осталась лишь кучка лохмотьев и кусочки дерева.

Друзья обрадовались.

— Сработало! — облегченно вздохнув, закричала Кира.

Лиза от радости обняла своего брата.

Крис выстрелил еще пару раз. Потом еще. Два пугала рухнули, как будто в них никогда и не было жизни.

— Наверх! — сказала Кира и подскочила к узкой деревянной лесенке, которая вела наверх. Раньше здесь, наверное, был сеновал, но сейчас он пустовал.

Почти пустовал. Там находился один-единственный предмет.

Посреди сеновала стояло разбитое зеркало. Фактически от него осталась только богато украшенная рама, из которой, словно клыки доисторического чудовища, торчали осколки. Возле нее на деревянном полу валялись десятки мерцающих стеклышек. Они были похожи на кусочки серебряного пазла, которые только и ждали, чтобы их собрали в единую картину.

Это было зеркало из Кириного сна.

Когда друзья осторожно приблизились к осколкам, они увидели, что в них мелькали какие-то образы и огоньки.

— Боралус, — прошептала Кира. — Это его дух таится за этими осколками.

— А кто разбил зеркало? — спросил Нильс.

Кира вытерла рукой пот со лба.

— Вольф. Это мог быть только он. Когда он почувствовал, что Боралус подчинил его своей воле, должно быть, Вольф захотел от него избавиться. Но было уже слишком поздно.

— Тогда я знаю, что делать, — решительно сказал Нильс. И прежде чем кто-то успел его остановить, он прыгнул прямо на осколки и начал топтать их ногами. Из стекол вылезли тощие призрачные пальцы и хотели схватить его за подошвы, но им не удалось его остановить.

Ребята присоединились к Нильсу. Зеркало было очень старым и хрупким. Совсем скоро от осколков остался лишь тонкий слой мелкозернистой серебряной пыли. Мерцающие и сверкающие огоньки за поверхностью осколков потухли.

Кира глубоко вздохнула.

— Ну, Боралуса мы этим не уничтожили, зато одними воротами, через которые он мог проникнуть в наш мир, стало меньше.

— А может, мы таким образом и от пугал избавились? — спросил Крис.

Словно в ответ на его вопрос прямо перед лестницей появилось одно из этих мерзких существ. Никто не заметил, как оно сюда подкралось.

Крис зарядил гвозди и выстрелил. Первый гвоздь пролетел мимо. Но второй попал в точку: прямо в мешковину, обтягивавшую череп пугала. Через пару секунд составные части пугала с грохотом свалились вниз по ступенькам.

— Эй, ребята! — раздался снаружи голос. Господин Флек был сильно встревожен.

Друзья рванули к передней стене сеновала, к широкому проему, через который раньше поднимали сено. Отсюда открывался прекрасный вид на весь двор.

Посреди площадки, недалеко от сломавшегося комбайна, стоял архивариус. Увидев ребят, он облегченно вздохнул. Тетя Кассандра была рядом с ним.

Пугал видно не было. Наверное, они растворились в воздухе.

— Они исчезли! — радостно закричал Крис.

Нильс озабоченно закачал головой.

— Было бы здорово. Но ты посмотри вниз.

Крис, Кира и Лиза свесились вниз через проем и посмотрели на внешнюю стену сарая и на разгромленные ворота. Возле них стояла толпа пугал и смотрела внутрь.

— Они все внизу, на первом этаже! — закричала тетя Кассандра. — Рядом с вами… да, прямо возле вас… есть приставная лестница. Вы можете по ней спуститься?

И правда, справа от проема у стены сарая стояла лестница.

— Она короткая и слишком далеко от нас! — заорал Нильс в ответ. — Ничего не выйдет!

Лиза оглянулась назад и с ужасом обнаружила, что у лестницы скопилось целое стадо пугал. Эти твари были всего в нескольких метрах от них. И даже если Крис был бы очень метким стрелком, ему ни за что не удалось бы справиться со всеми пугалами до того, как те успели бы добраться до них.

Вдруг Крис вылез через проем в сеновале и по раме добрался до приставной лестницы. Остальные осторожно последовали за ним. Когда они спустились вниз, последние пугала как раз исчезли внутри сарая.

Позади ребят взревел мотор машины. За рулем «фольксвагена» сидела тетя Кассандра. Она сделала небольшой круг вокруг сарая. Из двери автомобиля высунулся господин Флек. В его руках была запасная канистра из кабины комбайна. Он открыл крышку и стал лить на землю бензин.

Так они объехали весь сарай, замкнув круг. Колеса машины визжали на поворотах. «Фольксваген» подъехал к опушке леса и остановился возле друзей.

— Осторожно! — крикнула тетя Кассандра и выпрыгнула из машины, держа в руках свою серебряную зажигалку фирмы «Zippo». Она зажгла огонь, потом отошла на шаг от машины и бросила зажигалку прямо в полосу бензина.

Вмиг вспыхнуло пламя. Огонь побежал по дорожке из бензина, и круг замкнулся. В считаные секунды языки пламени, зловеще треща, добрались до стен сарая.

— Они точно все внутри? — на выдохе спросила Кира и посмотрела на тетю.

Тетя Кассандра кивнула. Ее лицо блестело от пота.

— Вы их всех заманили внутрь. Это был ловкий ход.

Друзья озадаченно переглянулись. Заманили? Они?

«Ну-ну, — подумал Крис. — Все, что мы сделали, — убежали прочь».

Господин Флек показал на строительный пистолет в руках Криса.

— Да, мне кажется, у вас там шла ожесточенная борьба?

Крис ухмыльнулся. В этот момент Лизе показалось, что он выглядит очень мужественным и отважным.

Через пару минут весь сарай пылал в огне. Из него доносился странный шум и пронзительные звуки, которые только издалека могли напоминать крик. Ребята, тетя Кассандра и господин Флек потихоньку отошли назад, подальше от жуткого жара.

— А пугала на холмах? — спросила Лиза. — Они, наверное, оцепили весь Гибельштайн.

Архивариус спокойно улыбнулся.

— Все пугала здесь. Боралус призвал их, когда понял, что вы раскрыли его замысел.

— Откуда вы узнали про гвозди? — поинтересовался Нильс.

Господин Флек достал книгу:

— Обо всем этом написано здесь. Все, что творится сегодня, случилось не впервые. Боралус уже пытался уничтожить Гибельштайн. Это было в семнадцатом веке. Тогда его планам помешала отважная женщина. Ее имя — Дэа. — Тетя Кассандра с упреком посмотрела на архивариуса, он тут же убрал книгу и, понизив голос, продолжил свой рассказ: — Это она загнала демона в зеркало. Боралусу потребовалось много времени, чтобы найти способ выбраться из заточения и подчинить своей власти простого смертного человека. Пару дней назад ему это удалось.

— Бедный господин Вольф, — промолвила Лиза.

Кира протянула руку к книге.

— Можно мне взять ее на время?

Господин Флек и тетя Кассандра быстро переглянулись. Архивариус покачал головой.

— Сожалею, но городской архив — это не прокат, а я — не общественный библиотекарь.

— К тому же, — добавила тетя Кассандра, — ты только забьешь себе голову новыми глупостями.

Лиза и Нильс посмотрели друг на друга и улыбнулись. Крис тоже выдавил из себя улыбку. Одна Кира, казалось, готова была выйти из себя, но потом успокоилась. Она слишком устала, чтобы после всего случившегося еще и спорить с двумя взрослыми. Может, ей удастся позже уговорить господина Флека и он разрешит ей одним глазком заглянуть в книгу.

«Дэа, — думала она. — Какое странное имя. Разве в переводе с латинского оно не означает „богиня“? Какая, должно быть, это удивительная и интересная женщина!»

Кира и ее друзья оглянулись назад, чтобы еще раз посмотреть на огонь. Сарай превратился в сплошное огненное море. Пугала горели вместе с ним. Становилось все жарче.

Последней обрушилась пылающая крыша, тысячи искр взметнулись в ночное небо. Они застыли на мгновение, словно звезды, и начали медленно опускаться на землю. Вспыхнув в последний раз, ярко засверкали и наконец угасли.