<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
 <description>
  <title-info>
   <genre>prose_classic</genre>
   <author>
    <first-name>Джек</first-name>
    <last-name>Лондон</last-name>
   </author>
   <book-title>Смирительная рубашка. Когда боги смеются</book-title>
   <annotation>
    <p>«Смирительная рубашка», малоизвестное нашему читателю произведение Джека Лондона, является жемчужиной его творческого наследия.</p>
    <p>Даррел Стэндинг, профессор агрономии, в порыве ревности убивает коллегу. Ему, кабинетному ученому, предстоит пройти через все ужасы калифорнийской тюрьмы. Но дух человека выше его плоти, и Стэндинг покинул свое тело, затянутое в «смирительную рубашку», и стал межзведным скитальцем. Он вспомнил все свои предыдущие воплощения, каждое из которых — это увлекательный, захватывающий роман…</p>
   </annotation>
   <date></date>
   <coverpage>
    <image l:href="#cover.jpg"/></coverpage>
   <lang>ru</lang>
   <src-lang>en</src-lang>
   <translator>
    <first-name>Н.</first-name>
    <last-name>Кранихфельд</last-name>
   </translator>
   <translator>
    <first-name>Е.</first-name>
    <last-name>Цедербаум</last-name>
   </translator>
   <translator>
    <first-name>Е.</first-name>
    <last-name>Ланн</last-name>
   </translator>
  </title-info>
  <src-title-info>
   <genre>prose_classic</genre>
   <author>
    <first-name>Jack</first-name>
    <last-name>London</last-name>
   </author>
   <book-title>The Star-Rover. When God Laughs</book-title>
   <date></date>
   <lang>en</lang>
  </src-title-info>
  <document-info>
   <author>
    <first-name>Андрей</first-name>
    <last-name>Веревкин</last-name>
   </author>
   <program-used>indd2fb2, FictionBook Editor Release 2.6</program-used>
   <program-id>eb95e630acb84f9cff9abfc310349381</program-id>
   <date value="2011-09-22">22 September 2011</date>
   <id>35CA2646-2EF0-4CE9-80FF-63A288A53681</id>
   <version>1.1</version>
   <history>
    <p>1.0 — создание файла (Андрей Веревкин);</p>
    <p>1.1 — скрипты, правка структуры, добавление иллюстраций (Amel);</p>
   </history>
  </document-info>
  <publish-info>
   <book-name>Джек Лондон. Смирительная рубашка. Когда боги смеются</book-name>
   <publisher>Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга»</publisher>
   <city>Харьков</city>
   <year>2011</year>
   <isbn>978-966-14-2551-3</isbn>
   <sequence name="Джек Лондон. Собрание сочинений" number="10"/>
  </publish-info>
  <custom-info info-type="">Научное редактирование и комментарии кандидата филологических наук доцента А. М. Гуторова
Печатается по изданиям:
Лондон Дж. Полное собр. соч.: пер. с англ. Н. Кранихфельда и Е. Цедербаума. — Т. 12. Смирительная рубашка. — М., Л.: Земля и фабрика, 1929.
Лондон Дж. Полное собр. соч.: пер. с англ. под ред. Е. Ланна. — Т. 12. Кн. 1. Когда боги смеются. — М., Л.: Земля и фабрика, 1925.
Дизайнер обложки Наталья Переверзева
Художник Андрей Печенежский
Главный редактор С. С. Скляр
Ответственный за выпуск Е. В. Шаповалова
Редактор А. А. Колюбакина
Художественный редактор Т. Н. Коровина
Технический редактор А. Г. Веревкин
Корректор И. В. Набока</custom-info>
 </description>
 <body>
  <title>
   <p>Джек Лондон</p>
  </title>
  <section>
   <title>
    <p>СМИРИТЕЛЬНАЯ РУБАШКА</p>
   </title>
   <image l:href="#i_001.jpg"/>
   <section>
    <title>
     <p>Глава I</p>
    </title>
    <p>Всю свою жизнь я хранил память о других временах и местах, о существовании в облике других людей. И поверь мне, читатель, то же было и с тобой. Оглянись на свое детство, и ты вспомнишь то чувство, о котором я говорю. В то время еще не сформировалась твоя личность: твоя душа была гибкой и изменчивой, самосознание находилось в процессе становления — да, становления и забвения.</p>
    <p>Ты многое забыл, и теперь, читая эти строки, ты начинаешь смутно различать неясные образы других времен и мест, на которые некогда взирал твой детский взгляд. Теперь тебе это кажется сном. Но если это был сон, откуда же взялось его содержание? Ведь наши сны — это причудливая комбинация наших дневных впечатлений, результат нашего опыта. Ребенком, крошечным ребенком, ты падал во сне с высоких гор, летал по воздуху, как птица, пугался отвратительных пауков и многоногих болотных тварей; ты слышал какие-то голоса, смутно видел некие образы, странно знакомые, и созерцал восход и закат солнца, каких — теперь ты знаешь это — с тех пор и не видел. Прекрасно. Это детские проблески воспоминаний о других мирах, о том, чего ты никогда не знал в этом мире, в этой жизни. В таком случае, откуда они? Из других жизней? Из других миров? Может быть, когда ты прочтешь все, что я написал, ты получишь ответ на те странные вопросы, что я задал тебе сейчас, да и ты сам наверняка задавал себе их еще до того, как прочел эти строки.</p>
    <p>Вордсворт знал об этом. Он не был ни провидцем, ни пророком, но самым обыкновенным человеком, как ты или кто-нибудь другой. Что было известно ему, известно и тебе, и всякому. Но он сумел очень точно сказать об этом в своей статье, начинающейся словами: «Не полностью сознав и не совсем забыв»…</p>
    <p>Действительно, новорожденный словно бы вступает во мрак темницы и слишком скоро забывает все. И однако в начале жизни все мы помнили другие времена и места. Беспомощные грудные младенцы или ползающие, как животные, на четвереньках, мы летали во сне. Действительно, нас терзали ночные кошмары, мы испытывали страх и жестокие страдания. Едва появившись на свет и не имея никакого опыта, мы уже знали о страхе, помнили о страхе, а <emphasis>воспоминание — опыт</emphasis>.</p>
    <p>Что касается меня, то еще не умея говорить и лишь криком сообщая о том, что я голоден или хочу спать, я уже знал, что являюсь мечтателем-скитальцем. Да, я, еще ни разу не произнесший слова «король», помнил, что когда-то был сыном короля. Более того, я помнил, что был когда-то рабом и сыном раба и носил на шее железный обруч.</p>
    <p>Но это еще не все. В возрасте трех-пяти лет я был совсем не собой. Я только становился собой, моя душа еще не вполне вылилась в форму моего настоящего тела, живущего в настоящем времени и месте. В этот период все, чем я был в течение прежних десяти тысяч жизней, боролось во мне, препятствуя стремлению воплотиться и стать самим собой.</p>
    <p>Нелепо, не так ли? Но вспомни, читатель, с которым я надеюсь совершить далекое путешествие сквозь время и пространство, вспомни, пожалуйста, что я много лет думал об этом в беспросветном кровавом мраке, я был наедине с несколькими моими другими «я», видел их и совещался с ними. Тем горем и болью, что я испытал во всех своих существованиях, я поделюсь с вами на этих страницах, которые вы перелистаете на досуге.</p>
    <p>Итак, как я уже говорил, в возрасте трех-пяти лет я не был собой. Я еще только формировался, принимая теперешний облик, и могучая, неодолимая власть прошлого накладывала на это становление неизгладимый отпечаток. Не мой голос кричал по ночам от страха перед тем, чего я, право, не знал и не мог знать, но перед тем, что, тем не менее, было мне хорошо знакомо. То же можно сказать и о моем детском гневе, любви и смехе. Другие голоса кричали в моем голосе, голоса мужчин и женщин прежних времен, моих мрачных прародителей. И в моем гневном вопле слышалось рычание животных более древних, чем горы. Мою детскую ярость пронизывал красный гнев, наследие древних, свирепых тварей, живших в доисторические времена задолго до Адама.</p>
    <p>Вот она, моя тайна. Красный гнев! Вот что было смыслом моей настоящей жизни! Из-за него через каких-то несколько недель меня выведут из этой камеры на высокое место с шатким помостом, мою шею обхватит натянутая веревка, и я буду болтаться на ней, пока не умру. Красный гнев губил меня всегда, во всех моих жизнях; красный гнев — мое злополучное наследие от тех времен, когда только зарождалась жизнь.</p>
    <p>Пора мне представиться. Я отнюдь не склонен к безумию. Я хочу, чтобы вы это знали и верили в правдивость моего рассказа. Меня зовут Даррел Стэндинг. Кто-то из вас, быть может, знает меня, но большинству это имя наверняка незнакомо, так что позвольте мне немного рассказать о себе. Восемь лет назад я был профессором агрономии в сельскохозяйственном колледже Калифорнийского университета. Восемь лет назад сонный университетский городок Беркли был потрясен убийством профессора Хаскелла, которое произошло в лаборатории горного факультета. Убийцей был Даррел Стэндинг.</p>
    <p>Я — тот самый Даррел Стэндинг. Меня застали на месте преступления. Я не хочу сейчас спорить о том, кто из нас был прав, а кто виноват — я или профессор Хаскелл. Это сугубо личное дело. Суть в том, что в приливе гнева, одержимый этой багровой яростью, жившей во мне веками, я убил своего коллегу. Суд признал, что это сделал я, и я с ним совершенно согласен.</p>
    <p>Но повесят меня не за это убийство. За него я был приговорен к пожизненному заключению. Тогда мне было тридцать шесть лет, сейчас мне только сорок четыре. Эти восемь лет я провел в Калифорнийской государственной тюрьме Сен-Квентин. Пять из них — в полной темноте. Это называется одиночным заключением. Люди, прошедшие через него, называют его погребением заживо. Однако в течение этих пяти лет мне удалось достичь такой свободы, какую мало кто испытал. Запертый в одиночке, я не только бродил по свету, но бродил и в разные времена. Те, кто замуровал меня на несколько лет, подарили мне, не догадываясь об этом, простор веков. Да, благодаря Эду Морреллу я пять лет скитался в бесконечности. Но Эд Моррелл — это другая история. Я расскажу ее вам немного позже. Мне так много нужно вам рассказать, что я не знаю, с чего начать.</p>
    <p>Хорошо, попытаюсь. Я родился в Миннесоте. Моя мать была дочерью шведского эмигранта. Ее звали Хильда Тоннессон. Мой отец, Чонси Стэндинг, происходил из старинной американской семьи, родоначальником которой был Альфред Стэндинг, завербованный работник, или, если хотите, раб, привезенный из Англии на виргинские плантации еще в те давние времена, когда юный Вашингтон исследовал дикие земли Пенсильвании.</p>
    <p>Сын Альфреда Стэндинга принимал участие в революции, внук — в войне 1812 года. Не было с тех пор войны, в которой бы не участвовали Стэндинги. Я, последний из Стэндингов, которому скоро предстоит умереть, не оставив потомства, сражался рядовым на Филиппинах, в нашу последнюю войну; ради этого я вышел в отставку на пике своей карьеры, будучи профессором университета в Небраске. О Боже! Я ведь занимал тогда должность декана в сельскохозяйственном колледже этого университета, — я, бродяга, запятнанный кровью искатель приключений, вечный скиталец Каин, воинственный жрец забытых эпох, мечтатель-поэт, чья слава давно канула в прошлое.</p>
    <p>И вот я сижу с обагренными руками здесь, в отделении для убийц государственной тюрьмы Фолсем, ожидая дня, назначенного государственной машиной штата, когда слуги закона уведут меня во тьму — тьму, которой они боятся; ту, что рождает в них страх и бесчисленные суеверия и бросает их, тупоумных и воющих, к алтарям богов, созданных их страхом по своему образу и подобию.</p>
    <p>Нет, мне уже не стать деканом сельскохозяйственного колледжа. Однако я знаю агрономию, это было мое призвание, ради которого я родился, был вскормлен и воспитан. Я в совершенстве овладел ею, обладая незаурядными способностями. Я могу на глаз определить процент жира в коровьем масле, а также достоинства и недостатки почвы, наличие в ней щелочи или кислоты, без всякой лакмусовой бумаги. Повторяю, моим призванием была и остается наука о земледелии. И вот государство и его граждане верят, что могут уничтожить это знание, отправив меня во мрак посредством веревки, затянутой на шее, — знание, по крупицам собранное в течение тысячелетий и возникшее до того, как на возделанных полях Трои появились стада кочующих пастухов!</p>
    <p>Урожай! Что вы знаете об урожае? Мои опыты в Уистаре увеличили годовой доход с урожая в каждом графстве штата на полмиллиона долларов. Таковы факты. Многие фермеры, разъезжающие теперь на собственных автомобилях, помнят, благодаря кому они их купили. Многие нежные, наивные девушки и юноши, склонившиеся над университетскими учебниками, и не подозревают, что высшее образование стало для них доступно именно благодаря моей деятельности в Уистаре.</p>
    <p>А управление фермой! Я могу с ходу назвать причины непроизводительности труда, не углубляясь в конкретные детали, будь то ручной труд или машинный. На эту тему имеется мое руководство и таблица. Вне всякого сомнения, в настоящий момент сотни тысяч фермеров морщат лоб над его страницами, прежде чем выбить пепел из трубки и лечь спать. Но мне самому не нужны были таблицы, мне хватало одного взгляда на человека, чтобы определить его склонности и черты характера, а также — какова будет его производительность труда.</p>
    <p>На этом я должен закончить первую главу моего рассказа. Сейчас девять часов, а в отделении для убийц это значит, что пора гасить свет. Я уже слышу тихие шаги надзирателя, намеревающегося сделать мне замечание за то, что моя лампа еще не потушена. Будто живой человек может угрожать тому, кто приговорен к смерти!..</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава II</p>
    </title>
    <p>Я — Даррел Стэндинг. В ближайшие недели меня выволокут из камеры и повесят. Но до того я расскажу на этих страницах о других временах и местах.</p>
    <p>Приговор гласил, что я должен провести остаток моей жизни в тюрьме Сен-Квентин. Я признан неисправимым, а значит — отвратительным существом, по крайней мере, таково значение этого слова в тюремном лексиконе. Я стал «неисправимым» из-за своего отвращения к непроизводительности труда. Эта тюрьма, подобно всем остальным тюрьмам, представляет собой настоящий бедлам с точки зрения непроизводительности труда. Меня определили в ткацкую мастерскую. Преступные растраты энергии раздражали меня. Как могло быть иначе? Ведь это было моей специальностью. За три тысячи лет до изобретения механического ткацкого станка я гнил в древневавилонской тюрьме, и поверьте мне, я не лгу, утверждая, что в те далекие дни мы, заключенные, работали интенсивнее на ручном станке, чем арестанты Сен-Квентина на станках, приводимых в действие паром.</p>
    <p>Это бессмысленное расточение сил было преступным в моих глазах. Я возмутился. Я пытался показать надзирателям другие, более продуктивные способы работы. На меня донесли начальству, после чего бросили в карцер, лишив света и пищи. Я смирился было и попробовал работать в хаосе ткацкой мастерской, но снова взбунтовался, и на этот раз меня отправили в карцер в смирительной рубашке. Распростертого на полу, меня избивали безмозглые тюремщики, способные понять лишь то, что я не похож на них и не так глуп.</p>
    <p>Два года мне пришлось терпеть эти бессмысленные истязания. Страшная это пытка — быть связанным и брошенным крысам. Именно крысами были мои тюремщики, поедавшие мой мозг, мои чувства и сознание. А я, некогда храбрый боец, в этой своей жизни отнюдь им не являлся. Я был фермером, агрономом, университетским профессором, кабинетным ученым, интересовавшимся только почвой и увеличением ее плодородия.</p>
    <p>Я сражался на Филиппинах, потому что такова была традиция Стэндингов, но не имел к этому никакой склонности. Слишком нелепым казалось мне это занятие — поражать взрывчатыми веществами тела маленьких темнокожих людей. Странно было наблюдать, как наука проституирует всю мощь своих завоеваний и талант изобретателей для того только, чтобы насильственно вводить посторонние вещества в тела темнокожего народа.</p>
    <p>Как я сказал, следуя традиции Стэндингов, я отправился на войну и обнаружил, что не создан для нее. Того же мнения были и мои офицеры, поэтому меня назначили штабным писарем, и вот так, писарем за конторкой, я и сражался всю испано-американскую войну.</p>
    <p>Вы видите, что не как боец, а как мыслитель я восстал против непроизводительности труда в ткацкой мастерской и подвергся преследованиям тюремщиков, а затем получил звание «неисправимого». Я не переставал мыслить, и я был наказан за это. Так я сказал начальнику тюрьмы Азертону, когда моя неисправимость стала столь несомненной, что он вызвал меня для разговора в свой личный кабинет.</p>
    <p>— Глупо думать, начальник, что ваши крысы-грызуны смогут выбить из моей головы то, что ясно и определенно сложилось в ней. Вся организация вашей тюрьмы нелепа. Вы политик. Ваше дело — ткать политические сети с ресторанными завсегдатаями из Сан-Франциско, и это занятие вам больше по плечу, чем то, которым вы сейчас занимаетесь. Ведь вы не умеете ткать джут. Ваши мастерские устарели на пятьдесят лет…</p>
    <p>Но не стоит приводить тут всю эту тираду. Я показал ему, как он глуп, и в результате он решил, что я безнадежно неисправим.</p>
    <p>Как гласит пословица, нельзя давать собаке плохую кличку. Прекрасно. Начальник тюрьмы Азертон окончательно закрепил за мной дурную славу. Не раз проступки других осужденных приписывались мне, и я расплачивался за них карцером на хлебе и воде, или меня подвешивали за большие пальцы на долгие часы, каждый из которых казался дольше любой жизни, когда-либо мною прожитой.</p>
    <p>Умные люди бывают жестоки, но дураки жестоки чудовищно. Все мои тюремщики, начиная с Азертона, были тупыми извергами.</p>
    <p>Сейчас вы узнаете, что они со мной сделали.</p>
    <p>В тюрьме был один заключенный-поэт со следами вырождения на лице и теле. Он был фальшивомонетчик, трус и слюнтяй, и он был стукач. Странные слова употребляет профессор агрономии, скажете вы, но профессор агрономии, осужденный на пожизненное заключение, неизбежно узнает много странных слов.</p>
    <p>Этого поэта-стукача звали Сесил Уинвуд. Он не впервые попал под суд, однако из-за дворянского происхождения его приговорили лишь к семи годам тюрьмы. Хорошее поведение значительно уменьшило бы этот срок. Мой срок — это вся жизнь. Однако этот несчастный выродок, для того чтобы пораньше выйти на свободу, ухитрился добавить основательный кусок вечности к моему пожизненному заключению.</p>
    <p>Я расскажу, как это случилось, хотя весь ход событий стал мне известен много позже. Этот Сесил Уинвуд, желая попасть в милость к начальнику тюрьмы, ко всем инспекторам и к губернатору Калифорнии, подстроил доказательства якобы задуманного побега из тюрьмы. Нужно отметить, что: 1) Сесила Уинвуда так ненавидели его товарищи по заключению, что не позволяли ему участвовать в пари на состязаниях, кто из клопов прибежит раньше (среди заключенных это было очень распространенное развлечение); 2) я был собакой с плохой кличкой; 3) для своего замысла Сесил Уинвуд нуждался в собаках с дурной репутацией, в пожизненно заключенных, в отчаявшихся, в неисправимых.</p>
    <p>Но пожизненно заключенные ненавидели Сесила Уинвуда, и, когда он подходил к ним со своим планом массового побега, они смеялись над ним и с проклятием прогоняли этого провокатора. Но в конце концов он все же одурачил самым жестоким образом сорок человек. Он приставал к ним снова и снова, рассказывая о влиянии, которым пользуется в тюрьме в силу своей должности в канцелярии Азертона, например имеет свободный доступ к аптеке.</p>
    <p>— Докажи, — сказал Длинный Билл Ходж, горец, пожизненно осужденный за ограбление поезда и всей душой в течение многих лет мечтавший о побеге, чтобы убить своего соучастника, который выдал его.</p>
    <p>Сесил Уинвуд согласился пройти испытание. Он заявил, что может усыпить стражу в ночь побега.</p>
    <p>— Болтать легко, — сказал Длинный Билл Ходж. — Нам нужны факты. Усыпи одного из надзирателей сегодня ночью, хоть Барнума, он скотина. Он вчера вдруг избил старого китаезу в коридоре, когда даже не был на дежурстве. Сегодня ночью он стоит на карауле. Усыпи его, и пускай его уволят. Покажи мне, что ты это можешь, и тогда поговорим о деле.</p>
    <p>Все это мне рассказал впоследствии Длинный Билл в карцере. Сесил Уинвуд медлил со своим доказательством. Он потребовал время на то, чтобы достать из аптеки снотворное. Они ему дали время, и неделю спустя он заявил, что готов. Сорок жестоко обманутых пожизненно заключенных ждали, когда надзиратель Барнум уснет на посту. И Барнум уснул. Его застали спящим на дежурстве и уволили.</p>
    <p>Конечно, это убедило заключенных. Теперь нужно было убедить старшего надзирателя. Ему ежедневно Уинвуд докладывал о ходе подготовки к побегу, от начала до конца выдуманному им. Надзиратель тоже потребовал доказательств. Уинвуд их представил. Все подробности этого дела я узнал лишь год спустя, — так медленно просачиваются тайны тюремных интриг.</p>
    <p>Уинвуд сказал, что сорок заговорщиков, в доверие к которым он вошел, приобрели уже такое влияние в тюрьме, что собираются пронести в тюрьму пистолеты, подкупив охрану.</p>
    <p>— Докажи это, — вероятно, потребовал надзиратель.</p>
    <p>И доносчик-поэт доказал. В пекарне часто работают по ночам. Один из заключенных, пекарь, работавший в ночной смене, был одним из доносчиков старшего надзирателя, и Уинвуд знал это.</p>
    <p>— Сегодня ночью, — сказал он надзирателю, — Саммерфейс должен принести в тюрьму дюжину пистолетов. В следующий раз он доставит к ним патроны. Сегодня же ночью он передаст мне оружие в пекарне. У вас там надежный человек. Завтра он вам доложит об этом.</p>
    <p>Саммерфейс был рослый детина родом из округа Гумбольдт. Этот простодушный, добрый парень был не прочь честно заработать доллар-другой тайной доставкой табака заключенным. В эту ночь, вернувшись из побывки в Сан-Франциско, он привез с собой пятнадцать фунтов первосортного табака. Он это и раньше делал, вручая товар Сесилу Уинвуду. Так и в эту ночь, ничего не зная, он доставил табак Уинвуду в пекарню. То была большая, тяжелая, упакованная в бумагу пачка невинного табака. Доносчик-пекарь видел, как сверток тайно передали Уинвуду, и доложил об этом старшему надзирателю на следующее утро.</p>
    <p>Между тем живое воображение поэта-стукача чересчур разыгралось. Из-за него я получил пять лет строгого одиночного заключения и попал в ту проклятую камеру, в которой пишу эти строки. И все время я ничего об этом не знал. Я даже не знал о побеге, планом которого он соблазнил сорок пожизненно заключенных. Я ничего не знал, решительно ничего, а остальные знали немного. Заключенные не догадывались, что их обманывают, да и старший надзиратель не предполагал, что с ним хитрят. Саммерфейсу вообще ничего не было известно. Самое худшее, в чем он мог себя упрекнуть, это лишь тайная доставка табака в тюрьму.</p>
    <p>И вот тут-то Сесил Уинвуд выкинул глупую, бессмысленную штуку. На следующее утро он встретил старшего надзирателя с ликующим видом. Ему казалось, что дело в шляпе.</p>
    <p>— Да, действительно ему передали пакет, — заметил надзиратель.</p>
    <p>— И этого хватит, чтобы взорвать полтюрьмы, — подтвердил Уинвуд.</p>
    <p>— Хватит чего? — оторопел надзиратель.</p>
    <p>— Динамита и детонаторов! — закричал глупец. — Тридцать пять фунтов динамита. Ваш человек видел, как Саммерфейс передал его мне.</p>
    <p>Надзиратель чуть не умер при этом известии. Тут я ему могу посочувствовать, тридцать пять фунтов динамита в тюрьме — это не шутка.</p>
    <p>Говорят, капитан Джеми — таково было его прозвище — сел и подпер голову обеими руками.</p>
    <p>— Где он теперь находится? — закричал он. — Я желаю знать. Сейчас же отведи меня туда.</p>
    <p>И тут Сесил Уинвуд понял свою ошибку.</p>
    <p>— Я его закопал, — солгал он потому, что табак давно уже разложили по маленьким пакетам и распределили между заключенными, как обычно.</p>
    <p>— Очень хорошо, — сказал капитан Джеми, взяв себя в руки, — покажи мне где.</p>
    <p>Но нельзя было показать, где зарыто взрывчатое вещество, никогда не существовавшее в действительности, а только лишь в воображении несчастного Уинвуда.</p>
    <p>В такой обширной тюрьме, как Сен-Квентин, всегда полно мест, где можно спрятать вещи. И пока Сесил Уинвуд шагал рядом с капитаном Джеми, мысль его работала с бешеной скоростью.</p>
    <p>Как капитан Джеми засвидетельствовал впоследствии перед главным тюремным начальством и как свидетельствовал также Уинвуд, по дороге к тайнику он заявил, что закапывать динамит помогал ему я.</p>
    <p>А меня только что выпустили из карцера, где я провел пять суток, и восемьдесят часов из них — в смирительной рубашке; даже тупые тюремщики сочли меня слишком слабым для работы в ткацкой мастерской и дали день для отдыха после слишком сурового наказания. И вот он указывает на меня как на человека, помогавшего ему прятать несуществующие тридцать пять фунтов динамита.</p>
    <p>Уинвуд повел капитана Джеми к упомянутому им тайнику. Конечно, они не нашли в нем ничего.</p>
    <p>— Боже мой! — в притворном ужасе закричал Уинвуд. — Стэндинг обманул меня. Он перепрятал динамит в другое место.</p>
    <p>У надзирателя вырвалось нечто более выразительное, чем «Боже мой!». Затем, вне себя от бешенства, но не теряя хладнокровия, он отвел Уинвуда в свой кабинет, запер двери и страшно избил его, — все это потом дошло до главного тюремного начальства, но много позже. А пока, несмотря на побои, Уинвуд клялся, что все сказанное им — правда.</p>
    <p>Что было делать капитану Джеми? Он был убежден, что тридцать пять фунтов динамита спрятаны в тюрьме и что сорок самых отчаянных заключенных готовы к побегу. Он допросил Саммерфейса, и хотя тот настаивал, что в свертке находился табак, Уинвуд продолжал божиться, что там был динамит, и таки заставил всех себе поверить.</p>
    <p>Тогда я выступил на сцену или, вернее, сошел со сцены, потому что они отняли у меня солнце и дневной свет и бросили гнить в карцере, а затем в одиночной камере на долгих пять лет.</p>
    <p>Я был ошеломлен. Меня только что освободили из карцера, и я лежал больной после перенесенного наказания в своей камере, как вдруг меня снова бросили в одиночку.</p>
    <p>— Ну, хотя мы и не знаем, где теперь динамит, — сказал Уинвуд капитану Джеми, — но он в целости. Стэндинг — единственный человек, которому известно, где он, а из карцера он никому не может об этом сообщить. Люди готовы совершить побег. Мы захватим их на месте. Нужно только назначить время. Я скажу им, что в два часа ночи, когда часовые заснут под действием снотворного, я открою их камеры и раздам оружие. Если сегодня в два часа вы не поймаете с поличным сорок названных мною человек, бодрствующими и совершенно одетыми, вы можете, капитан, посадить меня в одиночку до конца моего срока. А от Стэндинга и от тех сорока, надежно запертых в карцере, мы в любое время дознаемся, где находится динамит.</p>
    <p>— Да, даже если понадобится разнести тюрьму по кусочкам, — храбро прибавил капитан Джеми.</p>
    <p>Это было шесть лет назад. За это время они не нашли никогда не существовавшую взрывчатку, хотя в ее поисках тысячу раз перевернули тюрьму вверх дном. Тем не менее до последнего дня своей службы начальник тюрьмы Азертон верил в существование этого динамита. Капитан Джеми, который и доныне работает старшим надзирателем, верит и сейчас, что он где-то в стенах тюрьмы. Вчера он прибыл из Сен-Квентина в Фолсем, чтобы еще раз попытаться заставить меня признаться ему, где он спрятан. Я знаю, он не вздохнет свободно, пока меня не повесят.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава III</p>
    </title>
    <p>Весь этот день я ломал себе голову, пытаясь найти причину нового наказания. Я мог лишь прийти к заключению, что какая-то дрянь, выслуживаясь перед начальством, солгала, будто я нарушил правила. В это время капитан Джеми, почесывая голову, готовился к ночи, а Уинвуд передал сорока заключенным, чтобы они были готовы к побегу. В два часа ночи вся тюремная стража, за исключением дневной смены, которая отдыхала, была начеку. Как только пробило два часа, они устремились к камерам сорока заговорщиков. Они ворвались во все камеры одновременно, и все, кого назвал Уинвуд, без исключения, были застигнуты совершенно одетыми и притаившимися за дверью. Конечно, это вполне подтвердило ту лживую сказку, что сплел поэт-доносчик капитану Джеми. Сорок заключенных были схвачены на месте преступления. Напрасно все как один утверждали впоследствии, что побег был задуман Уинвудом. Тюремное начальство поверило, что все сорок лгут, пытаясь себя выгородить. Комиссия по амнистии, уверенная в том же, через три месяца освободила Сесила Уинвуда, доносчика и поэта, самого презренного из людей…</p>
    <p>Впрочем, бунт и заключение — хорошее испытание для философа. Ни один заключенный не может прожить в тюрьме годы без того, чтобы не лопнули его самые безумные иллюзии и красивейшие метафизические пузыри. Нас учили тому, что правда побеждает, а зло рано или поздно бывает наказано. Данный же случай свидетельствует как раз о том, что зло не всегда выходит наружу. Старший надзиратель, покойный Азертон, все тюремное начальство, как один человек, поверило в существование динамита, который существовал лишь в неустойчивом, легко возбудимом мозгу поэта, выродка и стукача Сесила Уинвуда. Сесил Уинвуд до сих пор жив, между тем как я, самый непричастный и безвинный, отправлюсь на эшафот через несколько недель.</p>
    <p>Теперь я должен рассказать, как тишину моего карцера нарушили сорок пожизненно заключенных. Я спал, когда наружная дверь карцерного коридора с шумом открылась, разбудив меня. «Какой-нибудь бедняга», — подумал я; моей следующей мыслью было, что ему крепко достается, ибо я слышал топот ног, грубые толчки, внезапные крики боли, непристойную ругань и шорох волочимых по полу тел. Ибо, знаете, всем, кто попадает сюда, обычно достается по дороге.</p>
    <p>Двери карцеров шумно отворялись одна за другой, и тело за телом вталкивали, бросали и втаскивали в одиночки. И беспрестанно новые группы надзирателей приходили, приводя новых избитых заключенных; и много раз открывались двери карцеров, чтобы поглотить окровавленные тела людей, виновных в том, что они стремились к свободе.</p>
    <p>Да, когда я оглядываюсь на это, мне кажется, что человек должен быть великим философом, чтоб пережить такое грубое обращение в течение многих лет. Я — такой философ. Я перенес восемь лет пыток и теперь наконец, не сумев избавиться от меня другими способами, они призвали на помощь государственную машину для того, чтобы надеть мне петлю на шею и лишить меня жизни. О, я знаю, ученые эксперты высказывают свое веское заключение о том, что при падении в люк веревка ломает жертве шейные позвонки. А жертвы, подобно шекспировскому путешественнику, никогда не возвращаются, чтобы опровергнуть это. Но мы, жившие в тюрьме, знаем, что иногда крышки тюремных склепов захлопываются над теми, чьи шеи отнюдь не сломаны.</p>
    <p>Забавная это штука — повешение человека. Я никогда не видел этой казни, но очевидцы описывали мне ее десятки раз с такими подробностями, что я очень хорошо знаю, что мне предстоит. Я буду стоять на эшафоте, скованный по рукам и ногам, с петлей на шее, в черном колпаке, а затем я почувствую толчок, и мое тело повиснет на натянутой веревке. Тогда доктора окружат меня и один за другим по очереди станут взбираться на табурет, ощупывать руками меня, качающегося подобно маятнику, прикладывать ухо к моей груди, следя за слабеющим биением моего сердца. Пройдет около двадцати минут после того, как у меня из-под ног выбьют табурет, и сердцебиение прекратится. О, поверьте мне, они вполне научно удостоверяются, что человек мертв, раз уж взялись его повесить.</p>
    <p>Я еще раз отклоняюсь от своего рассказа, чтобы задать обществу один или два вопроса. Я имею право на это, потому что очень скоро меня схватят и проделают со мной то же самое. Так вот, если шея жертвы ломается под действием искусной системы узла и петли, в силу точного расчета веса человека и длины веревки, то зачем же связывать руки жертвы? Общество неспособно ответить на этот вопрос. Но я знаю почему: так поступают палачи-любители при линчевании, которым хоть раз приходилось видеть, как жертва хватается за веревку и освобождает горло от петли, которая его душит.</p>
    <p>Другой вопрос я обращаю к прилично одетому в крахмальную сорочку и сюртук члену общества, душа которого никогда не блуждала по обагренному кровью аду. Зачем нахлобучивают черный колпак на голову жертвы, прежде чем сбросить ее с помоста? Пожалуйста, вспомните, что через некоторое время черный колпак наденут и на мою голову. Поэтому я и имею право спрашивать об этом. Не затем ли делают это ваши палачи, о нарядные граждане, что боятся взглянуть на тот ужас, который написан на лице жертвы, когда они совершают преступление над нами по вашему приказанию?</p>
    <p>Пожалуйста, вспомните, что я задаю этот вопрос не спустя двенадцать столетий после Рождества Христова, не в год рождения Христа, не за две тысячи лет до Рождества Христова.</p>
    <p>Я, которого скоро повесят, задаю этот вопрос в 1913 году после Рождества Христова, вам, считающим себя последователями Христа, вам, чьи палачи скоро задушат меня и скроют мое лицо черным колпаком, потому что они не смеют смотреть на тот ужас, который сотворят со мной, пока я еще буду жив.</p>
    <p>А теперь вернемся к тому, что произошло в карцере. Когда удалился последний тюремщик и наружная дверь захлопнулась, все сорок избитых и обманутых людей начали говорить и расспрашивать друг друга. Но тут же заревел, как бык, Брамсель Джек, великан-матрос, приказывая всем замолчать, чтобы устроить сперва перекличку. Карцеры были переполнены, и заключенные стали по очереди называть свои имена. Таким образом выяснилось, что все карцеры заняты проверенными людьми и доносчиков среди них нет.</p>
    <p>Только относительно меня были сомнения у заключенных, так как я был единственным, кто не принимал участия в заговоре. Они подвергли меня строгому допросу. Я мог лишь рассказать, что только утром был освобожден от карцера и смирительной рубашки, а затем без всякого повода, насколько я мог судить, был брошен обратно, пробыв вне его лишь несколько часов. Мое звание «неисправимого» свидетельствовало в мою пользу, и они скоро начали разговаривать.</p>
    <p>Лежа и слушая их речи, я впервые узнал о том, что готовился побег. «Кто донес?» — только этот вопрос занимал их, и всю ночь они обсуждали его. Все указывало на Сесила Уинвуда, подозрение на его счет было общим.</p>
    <p>— Одно надо иметь в виду, ребята, — сказал в конце концов Брамсель Джек, — скоро утро, и нас вытащат отсюда и спустят шкуру. Мы попались с поличным, одетыми. Уинвуд одурачил нас и донес. Они станут допрашивать нас по одному, без особых нежностей. Нас сорок. Если станем врать, вранье обязательно обнаружится. А потому пусть каждый, когда его станут допрашивать, сразу говорит правду, всю правду, и помогай ему Бог.</p>
    <p>И вот, в темной яме человеческой жестокости, во всех одиночных камерах, приложив уста к решетчатому окошку, четыре десятка пожизненно заключенных торжественно клялись перед Богом говорить только правду.</p>
    <p>Мало хорошего принесла им эта правдивость. В девять часов к нам явились надзиратели, убийцы, нанятые прилично одетыми гражданами, составляющими государство, упитанные и выспавшиеся. Мы же не только не получили завтрака, но даже и воды не пили. А избитого человека обычно лихорадит. Интересно мне знать, читатель, имеешь ли ты хоть самое отдаленное представление о самочувствии избитого человека? Но я не стану об этом рассказывать. Достаточно знать, что эти избитые, трясущиеся в лихорадке люди семь часов пролежали без воды.</p>
    <p>В девять явились надзиратели. Их было немного, да много и не требовалось, так как карцеры отпирали по одному. Они были вооружены заостренными палками, удобным оружием для «дисциплинирования» беспомощного человека. Открывая по одной двери за раз, они жестоко избивали заключенных. Они были беспристрастны. Я получил такую же порцию, как и все остальные. И это было только начало, предисловие к допросу, который предстоял каждому из нас по отдельности, в присутствии наемных насильников государства.</p>
    <p>Я прошел через все ужасы тюремной жизни, но хуже всего, хуже того, что они собирались со мной сделать в ближайшем будущем, был тот особый ад, что воцарился в последующие дни в карцерах.</p>
    <p>Длинного Билла Ходжа, крепко сбитого горца, допросили первым. Он вернулся спустя два часа или, вернее, его притащили обратно и бросили на каменный пол карцера. Затем взяли Луиджи Полаццо из Сан-Франциско, итальянца по происхождению, который насмехался и глумился над тюремщиками, призывая их расправиться с ним самым худшим образом.</p>
    <p>Прошло немало времени, прежде чем Длинный Билл Ходж преодолел свою боль и смог собраться с мыслями.</p>
    <p>— Что там за динамит? — спросил он. — Кто знает что-нибудь об этом динамите?</p>
    <p>И конечно, никто не знал о нем, хотя вся суть допроса сводилась к динамиту.</p>
    <p>Луиджи Полаццо вернулся немного раньше, чем через два часа; он вернулся калекой, в горячке, и не мог отвечать на вопросы, звеневшие в гулком коридоре, вопросы людей, которым предстояло то же, что и ему. Они очень хотели знать, что с ним делали и о чем его допрашивали.</p>
    <p>Еще дважды на протяжении сорока восьми часов Луиджи водили на допрос. После чего, безумного, невнятно бормочущего, его отправили в отделение для умалишенных. Он отличался крепким сложением: его плечи были широки, грудь сильна, кровь чиста. Он будет еще долго бормотать что-то в отделении для умалишенных, после того как меня повесят и избавят от мучений исправительных заведений Калифорнии.</p>
    <p>Одного за другим, каждый раз по одному человеку, заключенных уводили из камер и возвращали обратно сломленными, совершенно безумными, и они стонали и выли в темноте. И пока я лежал здесь и прислушивался к стенаниям и бреду людей, чей разум помутился от страданий, что-то смутно вспомнилось мне; мне казалось, что где-то когда-то я сидел на возвышении, гордый и безучастный, и внимал подобному хору стонов и проклятий. Впоследствии, как вы узнаете, я открыл источник этого воспоминания и понял, что некогда слышал стенания оборванных рабов-гребцов, прикованных к своим скамьям, слышал их, стоя наверху, на корме военной галеры древнего Рима. Это было, когда я, капитан галеры, плыл из Александрии в Иерусалим… Но эту историю я расскажу вам после. А пока…</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава IV</p>
    </title>
    <p>А пока я был во власти ужаса, охватившего карцеры после того, как был раскрыт заговор о побеге. И ни на минуту в течение этих бесконечных часов ожидания из моего сознания не ускользала мысль, что дойдет и моя очередь вслед за другими заключенными, что мне придется вынести те же мучения на допросах, какие переносили они, что меня также принесут избитого обратно и бросят на каменный пол моего каменного, с железной дверью, мешка.</p>
    <p>Они явились ко мне. Грубо и угрюмо, с ударами и проклятиями вывели они меня, и я очутился лицом к лицу с капитаном Джеми и начальником тюрьмы Азертоном, окруженными полудюжиной нанятых государством и налогоплательщиками палачей-надзирателей, которые выстроились в комнате в ожидании приказаний. Но они не понадобились.</p>
    <p>— Садись, — сказал Азертон, указывая на солидное кресло.</p>
    <p>Избитый и больной, не имевший во рту ни капли воды в течение длинной ночи и дня, ослабевший от голода и побоев, после пятидневного пребывания в карцере и восьмидесятичасового — в смирительной рубашке, подавленный превратностями человеческой судьбы, ожидая, что со мной случится то же самое, что и с другими, я, слабое подобие человеческого существа, когда-то профессор агрономии в спокойном университетском городке, — я колебался, не решаясь сесть.</p>
    <p>Начальник тюрьмы Азертон был крупным и очень сильным мужчиной. Его руки опустились на мои плечи. Я почувствовал себя соломинкой в сравнении с ним. Он приподнял меня и бросил в кресло.</p>
    <p>— Теперь, Стэндинг, — сказал он, пока я вздыхал и молча проглатывал свою боль, — расскажи мне все. Выложи все, что знаешь, это будет для тебя лучше.</p>
    <p>— Я ничего не знаю о том, что случилось, — начал я.</p>
    <p>Я не мог продолжать: он, рыча, снова бросился на меня, поднял в воздух и швырнул в кресло.</p>
    <p>— Без глупостей, Стэндинг, — предупредил он. — Скажи честно, где динамит?</p>
    <p>— Я ничего не знаю ни о каком динамите, — возразил я.</p>
    <p>Меня еще раз встряхнули и бросили в кресло.</p>
    <p>Я вытерпел множество пыток, но когда я думаю о них в тиши этих моих последних дней, я готов признать, что ни одна из них не сравнится с тем, что я испытал в этом кресле. Под ударами моего тела оно постепенно превращалось в обломки. Принесли другое, и спустя некоторое время его постигла та же участь.</p>
    <p>Приносили все новые кресла, и тянулся бесконечный допрос о динамите.</p>
    <p>Когда Азертон устал, его сменил капитан Джеми, а затем надзиратель Моногэн занял место капитана Джеми. И все время меня спрашивали только одно: «Где динамит?» А его вовсе не было. Так что в конце концов я готов был продать свою бессмертную душу за несколько фунтов динамита, чтобы иметь возможность указать, где я его спрятал.</p>
    <p>Не знаю, сколько кресел сломалось под ударами моего тела. Бессчетное количество раз я терял сознание, и в конце концов все слилось в один кошмар. Меня наполовину несли, наполовину тащили, чтобы ввергнуть снова во мрак. Придя в себя, я обнаружил в своем карцере доносчика. То был бледнолицый маленький человек, заключенный с небольшим сроком, готовый на все, лишь бы скорее выйти на волю. Как только я узнал его, я подошел к решетке и крикнул на весь коридор:</p>
    <p>— Ко мне посадили стукача, ребята. Это Игнатиус Ирвин. Держите язык за зубами!</p>
    <p>Раздавшийся взрыв проклятий мог бы поколебать мужество и более смелого человека, чем Игнатиус Ирвин. Он был жалок в своем страхе, потому что вокруг него, рыча как звери, истерзанные пожизненно заключенные грозили ему ужасной расправой, которую обязательно учинят над ним, когда встретят его через несколько лет.</p>
    <p>Если бы у нас были тайны, то присутствие доносчика в карцере сразу заставило бы всех замолчать. Но так как все поклялись говорить только правду, откровенные разговоры в присутствии Игнатиуса Ирвина не прекратились. Большое недоумение вызывал у заключенных динамит, существование которого было для них покрыто таким же мраком неизвестности, как и для меня. Они обратились ко мне. Они умоляли меня, если я знаю что-нибудь о динамите, признаться и спасти их от дальнейших истязаний. И я сказал им только правду: что я ничего не знаю о динамите.</p>
    <p>То, что рассказал мне доносчик до того, как его убрали из моей камеры, открыло мне, как серьезно обстоят дела. Конечно, я передал его слова дальше. Тысячи заключенных оставались в своих камерах, и похоже было на то, что ни в одной из множества тюремных мастерских не примутся за работу, пока не будет обнаружено местонахождение динамита, якобы кем-то спрятанного в тюрьме.</p>
    <p>Расследование продолжалось. То и дело кого-то из заключенных выводили, затем водворяли обратно. Они рассказывали, что начальник тюрьмы Азертон и капитан Джеми, измученные своими трудами, сменяли друг друга каждые два часа. Пока один спал, другой допрашивал. И они спали не раздеваясь в той самой комнате, где одного за другим избивали сильных мужчин.</p>
    <p>И с каждым часом в темноте одиночек рос наш исступленный ужас. О, поверьте моему опыту, казнь — это пустяки в сравнении с истязаниями, которым подвергают живых людей, не давая им умереть. Я тоже страдал вместе с ними от боли и жажды, но мои терзания усиливались оттого, что я был неравнодушен к страданиям других. Я уже два года был неисправимым, мои нервы закалились. Ужасно видеть сильного человека сломленным. Разом со мной были сломлены сорок сильных мужчин. Отовсюду неслись мольбы о воде, и тюрьма стала похожа на сумасшедший дом из-за криков, рыданий и бормотания исступленно бредящих людей.</p>
    <p>Понимаете вы это? Наша правда, та истинная правда, которую мы говорили на допросах, стала нашим проклятием. Если сорок человек единодушно повторяют одно и то же, то, по мнению Азертона и капитана Джеми, это значит, что их показания представляют собой заученную наизусть ложь, которую каждый из сорока твердит как попугай.</p>
    <p>Положение тюремных властей, пожалуй, было более отчаянным, чем наше. Как я впоследствии узнал, было созвано по телеграфу совещание управления тюрьмы, и две роты государственной милиции были спешно направлены к ней.</p>
    <p>Стояла зима, а даже в Калифорнии мороз зимой бывает очень сильным. В карцерах не полагались одеяла. Знайте, что очень холодно лежать избитым телом на холодном камне. В конце концов им пришлось дать нам воду. С насмешками и проклятиями тюремщики схватили пожарные рукава и направили сильные потоки воды в каждый карцер, хлеща наши избитые тела их мощью. И так продолжалось до тех пор, пока мы не оказались по колено в воде, о которой мы только что бредили, а теперь мечтали, чтобы этот поток иссяк.</p>
    <p>Я умолчу о том, что случилось в карцерах, и только скажу, что ни один из сорока пожизненно заключенных не остался прежним человеком. К Луиджи Полаццо никогда больше не вернулся рассудок. Длинный Билл Ходж тоже медленно терял разум и через год перебрался на житье в отделение для умалишенных. И многие другие тоже последовали за Полаццо и Ходжем; те же, чье физическое здоровье было подорвано, пали жертвой тюремного туберкулеза. Целых двадцать пять процентов из этих сорока человек умерли в течение последующих шести лет.</p>
    <p>После пятилетнего одиночного заключения, когда меня для судебного разбирательства перевели из Сен-Квентина, я встретил Брамселя Джека. Я плохо видел его, потому что, как летучая мышь, был ослеплен солнечным светом после пяти лет темноты; но я видел достаточно, чтобы у меня защемило сердце. Я встретил его в тюремном дворе. Его волосы побелели, он преждевременно состарился, его грудь ввалилась, щеки впали, руки тряслись, он шатался на ходу. На его глазах появились слезы, когда он узнал меня, потому что я тоже был жалким обломком бывшего человека. Я весил всего восемьдесят семь фунтов. Мои полуседые волосы за пять лет отросли, как и борода и усы. И я тоже шатался на ходу, так что тюремщики помогали мне пройти этот залитый солнцем кусочек тюремного двора. И я, и Брамсель Джек, мы смотрели и с трудом узнавали друг друга в этих обломках.</p>
    <p>Люди, подобные ему, пользуются привилегиями даже в тюрьме, так что он решился нарушить правила и заговорил со мной хриплым, дрожащим голосом:</p>
    <p>— Ты порядочный человек, Стэндинг, ты никого не выдал.</p>
    <p>— Но я ничего не знал, Джек, — зашептал я, ибо за пять лет молчания мой голос почти совсем пропал. — Я вообще не думаю, что этот динамит существовал.</p>
    <p>— Это правда, — прохрипел он, по-детски кивая головой. — Настаивай на этом. Пусть никто об этом не знает. Ты порядочный парень. Я преклоняюсь перед тобой, Стэндинг. Ты никого не выдал.</p>
    <p>И тюремщики повели меня дальше. Я в последний раз видел Брамселя Джека. Было очевидно, что и он также стал верить в миф о динамите.</p>
    <p>Дважды водили меня к тюремному начальству. Мне попеременно то угрожали, то умасливали. Мне предоставили на выбор лишь две возможности. Если я открою, где динамит, наказание будет легким — месяц в карцере, а потом меня назначат заведующим тюремной библиотекой. Если я не перестану упорствовать и не выдам местонахождение динамита, меня запрут в одиночку на весь оставшийся срок. Для меня, пожизненно заключенного, это было равносильно одиночному заключению на всю жизнь.</p>
    <p>О нет!.. Калифорния — страна цивилизованная. Ничего подобного нет в сводах законов. Это жестокое и небывалое наказание, и ни одно современное государство не имеет подобного закона. Однако в истории Калифорнии я являюсь третьим человеком, приговоренным к пожизненному одиночному заключению. Двое других — это Джек Оппенхеймер и Эд Моррелл. Я скоро расскажу вам о них, потому что с ними я гнил целые годы в кельях молчания.</p>
    <p>И вот еще что. Меня скоро повесят, но не за убийство профессора Хаскелла. За это я получил пожизненное заключение. Вздернут меня за то, что я напал на надзирателя, нарушив не требование тюремной дисциплины, а закон, который можно найти в уголовном кодексе.</p>
    <p>Возможно, я разбил ему нос. Я не видел, как текла кровь, но свидетели нашлись. Его звали Серстон, то был надзиратель в Сен-Квентине. Он весил 170 фунтов и отличался отменным здоровьем. Я весил около девяноста фунтов и был слеп, как летучая мышь; я так долго находился в крохотной камере, что терялся при виде большого открытого пространства. В самом деле, у меня определенно развивалась агорафобия; я убедился в этом в тот день, когда выбежал из одиночки и ударил надзирателя Серстона в нос.</p>
    <p>Я расквасил ему нос до крови, потому что он встал на моем пути и попытался схватить меня. И за это меня повесят. Таков писаный закон штата Калифорния: пожизненный заключенный, такой как я, виновен в тягчайшем преступлении, если он побил тюремщика, такого как Серстон. Конечно, кровотечение беспокоило его не более получаса, и все же меня за это повесят.</p>
    <p>И вот! Этот закон в моем случае имеет обратную силу. Он еще не был принят, когда я убил профессора Хаскелла. Его утвердили уже после того, как я получил пожизненный приговор. Суть в том, что вынесенный мне приговор поставил меня под действие такого закона, который еще не был занесен в кодекс. И вот, из-за этих правил для пожизненно заключенных меня повесят за то, что я побил надзирателя Серстона. Это очевидный случай придания закону обратной силы и, следовательно, противоречащий конституции.</p>
    <p>Но какое значение имеет конституция в глазах законников, если они желают убрать с дороги известного профессора Даррела Стэндинга? Да и не моя казнь станет прецедентом. Год тому назад (кто читает газеты, тот знает) повесили Джека Оппенхеймера, как раз здесь, в Фолсеме, за подобное преступление, только он не разбил нос тюремщику до крови, а случайно порезал заключенного хлебным ножом.</p>
    <p>Странная штука — жизнь, и пути людей, и законы, и хитросплетения судьбы. Я пишу эти строки в той самой камере отделения для убийц, которую занимал Джек Оппенхеймер, пока его не выдворили отсюда и не сделали с ним то, что теперь собираются сделать со мной.</p>
    <p>Я предупредил вас, что мне нужно написать о многом. Вернусь теперь к моему рассказу. Тюремное начальство предоставило мне выбор: заведовать тюремной библиотекой с освобождением от работы в ткацкой мастерской, если я открою местонахождение несуществующего динамита, или пожизненное одиночное заключение, если я откажусь это сделать.</p>
    <p>Они дали мне на размышление двадцать четыре часа в смирительной рубашке. Затем я вторично предстал перед ними. Что мог я сделать? Я не мог указать, где находится несуществующий динамит. Я так им и сказал, но они назвали меня лжецом. Они заявили, что я представляю собою очень тяжелый случай, что я опасный человек, нравственный выродок, выдающийся преступник своего века. Они сказали мне еще много чего и затем отправили в одиночную камеру. Я был помещен в камеру № 1. В номере пятом находился Эд Моррелл, в двенадцатом — Джек Оппенхеймер. Последний — уже десять лет, а Эд Моррелл провел в своей камере только год. Его приговорили к пятилетнему одиночному заключению. Джек Оппенхеймер был пожизненно заключенным, как и я. Поэтому можно было предположить, что мы трое останемся здесь надолго. И однако прошло только шесть лет, и вот уже никого из нас нет. Оппенхеймер повешен, Эд Моррелл повинился в Сен-Квентине и был помилован на следующий день. А я — здесь, в Фолсеме, в ожидании того дня, когда предстану перед судьей Морганом, — в ожидании своего последнего дня.</p>
    <p>Безумцы! Будто они могут уничтожить мое бессмертие веревкой и эшафотом! Я буду идти и идти вперед, вечно шагать по этой прекрасной земле. И я буду странствовать, воплощенный, буду князем и крестьянином, ученым и безумцем, сидеть на возвышении и стонать под колесами…</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава V</p>
    </title>
    <p>Сначала в одиночке было очень скучно и часы тянулись медленно. Ход времени отмечался лишь регулярной сменой стражи и чередованием дня и ночи. Днем в мою камеру проникало только немного света, но все же это было лучше полной тьмы ночи. В одиночке день — это только липкая тина, через которую процеживается свет из другого, яркого мира.</p>
    <p>Света всегда было слишком мало для того, чтобы читать, да и читать-то было нечего. Можно было только лежать и думать, думать. А ведь я был пожизненно заключенным, и становилось ясно, что если я не совершу чудо, добыв тридцать пять фунтов динамита из ничего, то мне придется провести всю оставшуюся жизнь в безмолвном мраке.</p>
    <p>Моя постель представляла собой тонкий тюфяк из гнилой соломы, лежащий на голом полу. Укрывался я грязным одеялом. Не было ни стула, ни стола — ничего, кроме соломенного тюфяка и ветхого одеяла. Я привык спать мало и заниматься умственным трудом. В одиночке надоедаешь сам себе, и единственным средством убежать от себя является сон. В течение многих лет я спал в среднем по пять часов в сутки. Теперь я культивировал сон, я создал из этого целую науку. Я приучил себя спать десять часов, потом двенадцать. Большего достичь было нельзя, и поэтому приходилось лежать, бодрствуя, и думать, думать. А на этом пути человека, привыкшего много размышлять, ждет безумие.</p>
    <p>Я пытался изобрести способы, чтобы хоть как-то заполнить мои часы бодрствования. Я возводил в квадрат и куб длинные ряды чисел и строил из них удивительные геометрические прогрессии. Я принялся также ради забавы искать квадратуру круга, пока сам не начал верить, что эта невыполнимая задача может быть решена. Тогда я спохватился, что недалек от безумия, бросил это занятие, хотя, уверяю вас, то была большая жертва с моей стороны, так как данное умственное упражнение было прекрасным средством убивать время.</p>
    <p>Мысленно я представлял себе шахматную доску и играл за обе стороны длинные партии. Но когда я приобрел опыт в этой зрительной игре памяти, упражнение опротивело мне, так как в нем не было действительного соперничества. Я пытался, и пытался безрезультатно, расщепить свою личность на две и противопоставить одну другой. Я все же оставался одним игроком, который не мог придумать хитрости для одной стороны, чтобы другая тотчас же не узнала о ней.</p>
    <p>А время тянулось очень медленно и скучно. Я затеял игру с мухами, с обыкновенными домашними мухами, проникавшими в одиночку вместе с тусклым серым светом, и узнал, что с ними очень даже возможно играть. Например, лежа возле дверей камеры, я провел произвольную воображаемую линию вдоль стены, около трех футов над полом. Если они сидели на стене выше этой линии, я их не трогал. Но как только они садились на стену ниже линии, я пытался поймать их. Я старался не раздавить их, не помять их крылья, и с течением времени они очень точно усвоили, где находится воображаемая линия. Если они хотели играть, то садились ниже ее, и часто та или иная муха приглашала меня играть. Когда она уставала, то садилась на безопасную территорию выше условной линии.</p>
    <p>Около дюжины мух жило со мной, и только одна не хотела принимать участия в игре. Поняв, чем грозит пребывание на стене ниже линии, она тщательно избегала запретной территории. Эта муха была угрюмым созданием. Она никогда не играла с другими мухами. Она была сильна и здорова, — я долго изучал ее и знал это. Ее нерасположение к игре следовало из ее темперамента, а не из ее физического состояния.</p>
    <p>Поверьте мне, я знал всех своих мух. Я удивлялся тому, что научился видеть такое множество отличительных черт в них. О, каждая резко индивидуальна не только по своей величине и приметам, силе и скорости полета, по манере полета и игры, уверткам и стремительности. Они также резко отличались в мельчайших проявлениях ума и характера.</p>
    <p>Я знал нервных и флегматичных мух. По размеру они были чуть меньше среднего и летали очень быстро, как от меня, так иногда и от других мух. Видели ли вы когда-нибудь жеребенка или теленка, скачущего, как безумный, с бьющей через край живостью и стремительностью? Вот и у меня была одна такая муха, — самый смелый игрок из всех, между прочим, — которая, три или четыре раза подряд сев на мою запретную стену и успев каждый раз увернуться от осторожного взмаха моей руки, торжествуя, приходила в такое возбуждение, что взмывала стрелой возле моей головы, кружилась, металась, опрокидывалась, всегда держась в границах того круга, где по правилам я не мог ее достать.</p>
    <p>Я мог заранее предугадать, когда та или иная муха захочет начать игру. Я не стану утомлять вас описанием мелочей, которые мне приходилось наблюдать, хотя эти мелочи помогли мне не погибнуть от скуки в первый период моего одиночества. Об одном только хочу я поведать вам, о том, что мне особенно памятно: однажды угрюмая муха, которая никогда не играла, села в минуту забывчивости на запретную территорию и была немедленно мною схвачена. Знаете ли, она потом дулась целый час.</p>
    <p>А часы тянулись очень медленно в одиночке. Их нельзя было все скоротать во сне или игре с мухами. Потому что мухи — это только мухи, а я человек, с человеческим мозгом, образованным и деятельным, со множеством научных и других познаний, склонным к напряженному и вдохновенному труду. Ему было нечем заняться, и мои мысли сосредоточивались в бесполезных размышлениях. Так, я думал о своих опытах с виноградом, которым я посвятил мои последние летние каникулы в виноградниках Асти. Я почти закончил эти исследования. И я спрашивал себя, продолжает ли их кто-нибудь, и если продолжает, то с какими результатами?</p>
    <p>Как видите, мир погиб для меня. Никакие новости не проникали оттуда. История науки обогащается ежедневно, а я интересовался тысячью вопросов. Например, я создал теорию гидролиза казеина с помощью трипсика, которую профессор Уолтер проверил потом в своей лаборатории. Подобным же образом профессор Шлеймер сотрудничал со мной, пытаясь обнаружить фитостерин в смеси животных и растительных жиров. Эта работа, конечно, ведется и сейчас, но с какими результатами? Одна мысль обо всей этой деятельности за тюремными стенами, в которой я не мог принимать участия и о которой мне никогда не суждено даже услышать, сводила меня с ума. А тем временем я лежал у дверей камеры и играл с прирученными мухами.</p>
    <p>Однако в одиночке отнюдь не царила полная тишина. С первых дней своего заключения я различал слабый, тихий стук с неправильными промежутками. Затем стал слышать его уже явственнее. Этот стук постоянно прерывался окриком тюремщика. Однажды, когда стук был слишком настойчив, дежурные надзиратели вызвали других, и по долетавшему до меня шуму я понял, что на кого-то надели смирительные рубашки.</p>
    <p>Легко можно было объяснить, в чем дело. Я знал, как и все заключенные в Сен-Квентине, что в одиночках содержатся Эд Моррелл и Джек Оппенхеймер. И ясно было, что эти двое общались, перестукиваясь, и были за это наказаны.</p>
    <p>Я не сомневался, что ключ, которым они пользовались, чрезвычайно прост, и однако посвятил много часов его раскрытию. Он не мог быть не прост, но мне не за что было ухватиться. Я позже убедился в его простоте; и еще проще оказалась применяемая ими уловка, которая все сбивала меня с толку. Они не только каждый день меняли букву алфавита, с которой начинался ключ, но меняли ее в каждом разговоре и часто даже посреди разговора.</p>
    <p>Итак, настал день, когда я открыл ключ, угадав правильно начальную букву, внимательно прислушался к двум ясным фразам из разговора, но когда они стали продолжать беседу, я снова не смог понять ни одного слова. Но сперва все-таки понял!</p>
    <p>— Скажи… Эд… что… бы… ты… дал… теперь… за… кусочек… бумаги… и… за добрую… порцию… табака? — спросил тот, чей стук доносился издалека.</p>
    <p>Я чуть не вскрикнул от радости. Здесь было общение, было товарищество! Я внимательно прислушался, с большим нетерпением, и ближайший сосед, которого я считал Эдом Морреллом, ответил:</p>
    <p>— Я согласился бы… на… двадцать… часов… в… смирительной рубашке… за… пакетик… в пять… центов…</p>
    <p>— Моррелл! Прекрати!</p>
    <p>Со стороны может показаться, что хуже приговора к пожизненному одиночному заключению ничего не может быть и что поэтому у тюремщика нет средств заставить нас себе повиноваться. Но остается смирительная рубаха, остаются голод и избиения. Действительно, человек, заключенный в тесную камеру, очень беспомощен.</p>
    <p>И перестукивание прекратилось, а когда оно возобновилось ночью, я снова насторожился. По предварительному соглашению они изменили начальную букву ключа. Но я уловил его суть, и через несколько дней они снова использовали начальную букву, которую я понял. Я не стал церемониться и простучал:</p>
    <p>— Привет!</p>
    <p>— Привет, незнакомец, — ответил Моррелл, а Оппенхеймер добавил: — Добро пожаловать.</p>
    <p>Им было любопытно знать, кто я такой, на какой срок приговорен к одиночке и за что. Но все это я оставил пока без ответа, желая сперва изучить их систему изменения начальной буквы шифра. Когда я это выяснил, мы стали разговаривать. Это был великий день, потому что двое пожизненно заключенных приняли третьего, хотя пока лишь на испытательный срок. Как они мне впоследствии рассказывали, они боялись, что я могу быть доносчиком, подсадной уткой. Один такой уже сидел с Оппенхеймером, и тот дорого заплатил за доверие, оказанное шпиону Азертона.</p>
    <p>К моему удивлению, им обоим была известна моя репутация неисправимого. Даже в ту живую могилу, в которой в течение десяти лет лежал Оппенхеймер, проникли отголоски моей славы.</p>
    <p>Мне нужно было многое рассказать им о случившемся в тюрьме и в мире за ее стенами. Попытка побега сорока пожизненно заключенных, поиски воображаемого динамита, вероломное подстрекательство Сесила Уинвуда, — все было для них новостью. Как они мне поведали, новости случайно просачивались к ним через надзирателей, но за последние два-три месяца они почти ничего не слыхали. Дежурившие ныне надзиратели были особенно злыми и мстительными.</p>
    <p>Не один раз за этот день нас проклинал за перестукивание тюремщик, но мы не могли удержаться. Двое заживо погребенных получили третьего товарища, и нам нужно было так много сказать друг другу, и самый способ разговора отличался столь раздражающей медлительностью, а я к тому же не был так искусен в перестукивании, как они.</p>
    <p>— Подожди, пока не сменится на ночь Горошина, — сказал мне Моррелл. — Он спит почти всю смену, и мы сможем поговорить вволю.</p>
    <p>Как долго мы разговаривали этой ночью! Сон как рукой сняло. Джонс по прозвищу Горошина был низким и злым человеком, несмотря на свою полноту; но мы благословляли его полноту, потому что она нагоняла на него сонливость. Тем не менее наше непрерывное перестукивание не раз будило его и раздражало, так что он не единожды сделал нам замечание. А другие ночные надзиратели непрерывно бранились. Наутро начальству было доложено о нашем непрерывном перестукивании, и мы поплатились за свой небольшой праздник, потому что к девяти часам явился капитан Джеми с несколькими тюремщиками, чтобы надеть на нас смирительные рубашки. До девяти часов следующего дня, целых двадцать четыре часа, связанные и беспомощные, без пищи и воды, мы расплачивались за разговор.</p>
    <p>О, наши надзиратели были настоящими животными! И их жестокое обращение должно было превратить нас в диких зверей для того только, чтобы выжить. Грубая работа делает грубыми руки. Грубые тюремщики делают грубыми заключенных. Мы продолжали наше общение, и то и дело в наказание на нас надевали смирительные рубашки. Ночь была лучшим временем, и, когда дежуривший надзиратель дремал, мы часто беседовали на протяжении целой смены.</p>
    <p>Ночь и день ничем не отличались для нас, живших в темноте. Мы могли спать в любое время, перестукиваться же только от случая к случаю. Мы рассказывали друг другу о событиях наших жизней, и долгие часы Моррелл и я молча внимали Оппенхеймеру, который спокойно, не спеша рассказывал нам историю своей жизни, начиная с детства, проведенного в трущобах Сан-Франциско, с посвящения в порок, когда, четырнадцатилетний мальчишка, он работал ночным посыльным в квартале красных фонарей и впервые попал в лапы полиции; он рассказал обо всех кражах и разбоях и о предательстве товарища и кровавом расчете в тюремных стенах.</p>
    <p>Джека Оппенхеймера прозвали Человек-Тигр. Какой-то юркий репортер придумал эту кличку, которая надолго переживает человека, ее носившего. И тем не менее я всегда находил в Джеке Оппенхеймере все главные черты истинной гуманности. Он был честен и прямодушен. Нередко он предпочитал наказание доносу на товарища. Он был храбр, терпелив, способен на самопожертвование; я мог бы рассказать об этом, но у меня нет времени. А справедливость была его страстью. Убийство, совершенное им в тюрьме, было вызвано исключительно его крайне развитым чувством справедливости. Он обладал блестящим умом. Пожизненное тюремное заключение и десять лет, проведенных в одиночке, не затуманили его рассудок.</p>
    <p>Моррелл, тоже надежный товарищ, также отличался недюжинным умом. Действительно, я, находясь на пороге смерти, имею право сказать, не боясь обвинений в нескромности, что три лучшие головы в Сен-Квентине принадлежали нам троим, гнившим бок о бок в одиночных камерах.</p>
    <p>И вот, к концу моих дней, оглядываясь на весь свой жизненный опыт, я пришел к заключению, что сильные умы никогда не бывают покорными. Глупцы, трусы, люди, не одаренные страстным чувством справедливости и бесстрашием борца, — вот из кого получаются образцовые арестанты. Я благодарю всех богов за то, что Джек Оппенхеймер, Эд Моррелл и я не были образцовыми арестантами.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава VI</p>
    </title>
    <p>Способность забывать — это свойство здорового мозга. Неотвязная память о прошедшем ведет к страданию, сумасшествию. С этой задачей забвения я столкнулся лицом к лицу в одиночке, где беспрестанные воспоминания боролись за власть надо мной. Иногда, забавляясь с мухами, или играя в шахматы сам с собой, или перестукиваясь с товарищами, я находил частичное забвение. Но я желал забвения полного.</p>
    <p>Посещали меня и детские воспоминания о других временах и местах… Неужели мальчик безвозвратно утратил их, став мужчиной? Могут ли они быть совершенно уничтожены? Или эти воспоминания о других местах и временах всегда лишь дремлют, замурованные в одиночных камерах мозга подобно тому, как я замурован в камере Сен-Квентина?</p>
    <p>Бывает, что осужденные на пожизненное одиночное заключение, получив помилование, возрождались к жизни, снова лицезрели солнце. Так почему же не могут воскреснуть эти воспоминания детства о других мирах?</p>
    <p>Но как? По моему мнению — достижением полного забвения того, что случилось в зрелом возрасте.</p>
    <p>Но как этого добиться? Быть может, с помощью гипноза. Если гипнозом усыпить сознательный разум и пробудить подсознательный, тогда задача будет решена, тогда распахнутся широко двери умственной тюрьмы и узники выйдут на солнечный свет.</p>
    <p>Так я рассуждал — и вы увидите, с каким результатом. Но сначала я должен рассказать о моих детских воспоминаниях о другом мире. Я погружался в облака славы, озарявшей меня в былые времена. Как и другие дети, я жил среди призраков каких-то других существ, являвшихся ко мне из иных времен. Это происходило в те дни, когда я становился самим собой, до того, как множество изменчивых характеров затвердели в форме определенной личности, которая стала известна людям на немногие годы как Даррел Стэндинг.</p>
    <p>Позвольте мне рассказать один случай. Это произошло в Миннесоте на старой ферме. Мне было около шести лет. Один миссионер, вернувшийся из Китая в Соединенные Штаты и посланный миссионерским советом собирать пожертвования среди фермеров, остановился на ночь в нашем доме. Это случилось в кухне как раз после ужина, когда моя мать помогала мне раздеться перед сном, а миссионер показывал нам фотографии Святой земли.</p>
    <p>То, что я вам сейчас расскажу, я давно бы забыл, если бы не слышал, как мой отец неоднократно пересказывал этот эпизод удивленным слушателям.</p>
    <p>При виде одного из снимков я вскрикнул, стал рассматривать его сперва жадно, а затем разочарованно. Он сначала показался мне чем-то очень знакомым, словно это была фотография отцовского сарая, но затем он стал странным и чуждым. Однако я продолжал рассматривать снимок, и ощущение близкого знакомства снова вернулось ко мне.</p>
    <p>— Башня Давида, — сказал миссионер моей матери.</p>
    <p>— Нет! — уверенно воскликнул я.</p>
    <p>— Ты думаешь, она не так называется? — спросил миссионер.</p>
    <p>Я кивнул головой.</p>
    <p>— А как же, мальчик?</p>
    <p>— Она называется… — начал я и жалобно закончил: — Я забыл. Она выглядит теперь не так, как раньше, — продолжил я после небольшой паузы.</p>
    <p>Тут миссионер протянул моей матери другой снимок.</p>
    <p>— Вот здесь я был шесть месяцев тому назад, мистрис Стэндинг. — Он указал пальцем. — Вот ворота в Яффу, через которые я входил, справа на заднем плане башня Давида, а здесь, смотрите — Эль Кула, как она называлась…</p>
    <p>Но тут я снова перебил его, показывая на развалины в левом углу фотографии.</p>
    <p>— Где-нибудь тут, — сказал я. — Тем именем, которое вы только что произнесли, называли ее евреи, но мы называли ее как-то иначе. Мы называли… Я забыл.</p>
    <p>— Послушайте-ка малыша, — засмеялся отец. — Можно подумать, что он был тут собственной персоной.</p>
    <p>Я кивнул, потому что не сомневался, что бывал здесь, хотя все казалось удивительно изменившимся. Мой отец рассмеялся еще громче, а миссионер подумал, что я над ним потешаюсь. Он протянул мне другой снимок. На нем был изображен мрачный открытый пейзаж, лишенный деревьев и всякой растительности, ложбина с покатыми каменистыми склонами. В центре находилась кучка жалких лачуг с плоскими кровлями.</p>
    <p>— Ну, мальчик, что это? — насмешливо спросил миссионер.</p>
    <p>Я сразу вспомнил название.</p>
    <p>— Самария, — быстро сказал я.</p>
    <p>Отец радостно захлопал в ладоши, мать смутилась из-за моего странного поведения, в то время как миссионер казался рассерженным.</p>
    <p>— Мальчик прав, — пробурчал он. — Это деревня в Самарии. Я здесь проезжал, вот почему и купил этот снимок. Вероятно, мальчик видел уже раньше такие фотографии.</p>
    <p>Отец и мать отрицали это.</p>
    <p>— Но на картинке все иначе, — продолжал я, так как все время моя память была занята сравнением фотографии с действительностью. Общий характер пейзажа и очертания отдаленных холмов были те же самые. Несоответствия я отмечал вслух и указывал пальцем.</p>
    <p>— Кругом тут были дома и больше деревьев, много деревьев, много травы и много коз. Я как бы вижу их и теперь, и двух мальчиков, пасущих их. А прямо здесь толпа людей следовала за одним человеком. А сзади, — и я указал на место, где поместил мою деревню, — много бродяг. Они в ужасных лохмотьях и больны. Их лица, руки и ноги покрыты язвами.</p>
    <p>— Он слышал проповедь в церкви или узнал эту историю где-нибудь в другом месте и сейчас вспомнил притчу об исцелении прокаженных, — сказал миссионер с удовлетворенной улыбкой. — Сколько там было больных бродяг, мальчик?</p>
    <p>Когда мне было пять лет, я научился считать до ста; поэтому я осмотрел внимательно толпу и заявил:</p>
    <p>— Десять человек. Они все машут руками и кричат.</p>
    <p>— Но они ведь не подходят к другим людям, не правда ли? — последовал новый вопрос.</p>
    <p>Я покачал головой.</p>
    <p>— Да, они стоят здесь и кричат, как будто у них не все благополучно.</p>
    <p>— Дальше, — подгонял меня миссионер. — Что потом? Что делает человек во главе другой толпы, теснящейся, как ты сказал, вокруг него?</p>
    <p>— Они все остановились, и он что-то говорит больным людям. А мальчики с козами наблюдают. Все наблюдают.</p>
    <p>— А дальше?</p>
    <p>— Ничего. Больные люди уходят в деревню. Они больше не кричат, и вид у них совсем здоровый. А я сидел верхом на лошади и смотрел.</p>
    <p>Тут все три моих слушателя разразились громким смехом.</p>
    <p>— И я — взрослый! — закричал я сердито. — И у меня в руках большой меч!</p>
    <p>— Десять прокаженных, которых Христос исцелил вблизи Иерихона на пути в Иерусалим, — объяснил миссионер моим родителям. — Мальчик видел, вероятно, репродукции известных картин где-нибудь в волшебном фонаре.</p>
    <p>Но ни отец, ни мать никак не могли вспомнить, чтобы я видел когда-нибудь волшебный фонарь.</p>
    <p>— Покажите ему еще что-нибудь, — предложил отец.</p>
    <p>— Здесь все иначе, — посетовал я, рассматривая фотографию, протянутую мне миссионером. — Только этот холм на месте, и вон те другие холмы. Тут должна проходить большая дорога. А за ней — сады, деревья и дома с толстыми каменными стенами. А здесь, с другой стороны, в расщелинах утесов погребали покойников. Вот тут, видите? Они забрасывали людей камнями, пока не забивали их до смерти. Я никогда этого сам не видел, но мне об этом рассказывали.</p>
    <p>— А гора? — спросил миссионер, указывая на центральное место снимка, ради которого, видимо, была сделана фотография. — Как она называется?</p>
    <p>Я покачал головой.</p>
    <p>— Названий я не помню. Здесь тоже убивали людей. Это я видел не один раз.</p>
    <p>— В этом он сходится с большинством авторитетов, — заявил миссионер с величайшим удовлетворением. — Это — Голгофа, «Холм черепов», названный так, потому что по форме он напоминает череп. Заметьте это сходство. Здесь распяли… — Он остановился и повернулся ко мне. — Кого здесь распяли, молодой ученый? Расскажи нам, видел ли ты это?</p>
    <p>О, я видел, — отец рассказывал, что глаза мои были широко раскрыты; но я упрямо покачал головой и сказал:</p>
    <p>— Я вам не стану рассказывать, потому что вы смеетесь надо мной. Я видел, как там убили много людей. Их прибивали гвоздями, и это длилось долго. Я видел, но не стану рассказывать. Я никогда не вру. Спросите маму, вру ли я когда-нибудь. Папа не оставил бы на мне живого места, если б я солгал. Спросите его.</p>
    <p>И после этого миссионер больше не мог добиться от меня ни единого слова, хотя и соблазнял меня разными снимками, которые заставляли кружиться мою голову от наплыва всплывающих в памяти картин; слова рвались на язык, но я упорно сопротивлялся и в конце концов одержал победу.</p>
    <p>— Он, конечно, станет хорошим знатоком Библии, — сказал миссионер отцу и матери, когда я пожелал им покойной ночи и отправился спать. — Или же, обладая таким воображением, он сделается известным романистом.</p>
    <p>Слова эти показывают, как ошибочны бывают предсказания. Я сижу здесь, в отделении для убийц, пишу эти строки в свои последние дни, или лучше сказать, в последние дни Даррела Стэндинга, перед тем как его выволокут из тюрьмы и попытаются отправить на тот свет при помощи веревки, и улыбаюсь себе самому. Я не стал ни знатоком Библии, ни романистом. Наоборот, до того как меня замуровали в камеру молчания на целых пять лет, я был кем угодно, только не тем, что предсказывал миссионер, — знатоком земледелия, профессором агрономии, специалистом по увеличению производительности труда, экспертом интенсивного сельского хозяйства, ученым, работавшим в лаборатории.</p>
    <p>И я сижу здесь в теплый полдень, в отделении для убийц, и прекращаю писать свои заметки, чтобы, прислушиваясь к нежному жужжанию мух в дремлющем воздухе, уловить фразы из тихого разговора между Джозефом Джексоном, негром-убийцей в камере справа, и Бамбеччо, итальянцем-убийцей в камере слева. Сквозь две свои решетчатые двери и мою решетчатую дверь они обсуждают антисептические и целительные свойства жеваного табака для ран.</p>
    <p>Я держу в опущенной руке свою авторучку, а вспоминаю другие мои руки, которые на протяжении долгих веков держали кисточку для туши, гусиное перо и стилет, и думаю о миссионере. Мне хочется узнать, гнался ли он в детстве за облаками славы и мелькал ли перед ним блеск скитаний средь звезд.</p>
    <p>Ладно, вернемся к одиночке. Уже после того как я начал перестукиваться, я все же находил, что время в сознательном состоянии тянется слишком долго. Научившись применять самогипноз, я получил способность усыплять мой сознательный разум и пробуждать и освобождать подсознательный. Но этот последний был недисциплинирован и необуздан. Он блуждал сквозь кошмары безумия, в которых не было ни связи, ни последовательности места действия, событий или лиц.</p>
    <p>Мой метод механического самогипноза был прост по существу. Сидя со скрещенными ногами на своем тюфяке, я пристально смотрел на обломок желтой соломинки, прикрепленный мною к стене камеры возле двери, где было больше всего света. Я фокусировал глаза на этой яркой точке и раскачивался из стороны в сторону до тех пор, пока не переставал видеть что-либо, кроме нее. В то же время я ослаблял свою волю и отдавался головокружению, охватывавшему меня в такие минуты. Когда же я чувствовал, что вот-вот потеряю равновесие, то закрывал глаза и позволял себе упасть навзничь на тюфяк — уже без сознания.</p>
    <p>И затем в течение получаса, десяти минут, а то и целого часа я странствовал по накопленным воспоминаниям о моих вечных возвращениях на землю. Но времена и места менялись слишком быстро. Я знал потом, когда пробуждался, что я, Даррел Стэндинг, являюсь личностью, связующей этот пестрый и нелепый калейдоскоп. Но и только. Я никогда не мог пережить полностью хотя бы одно существование, одну точку сознания во времени и пространстве. Мои сны, если это можно назвать снами, были лишены системы и логики.</p>
    <p>Вот один пример моих блужданий: в короткий промежуток пятнадцатиминутного подсознательного существования я пресмыкался и ревел в иле первоначального мира и сидел рядом с Хаасом в аэроплане, рассекая небо двадцатого столетия. Проснувшись, я вспоминал, что я, Даррел Стэндинг, за год до заключения в Сен-Квентин действительно летал с Хаасом над Тихим океаном у Санта-Моники. Но когда я ползал и ревел в первобытном иле — этого я вспомнить не мог. Тем не менее, пробудившись, я пришел к выводу, что мне удалось каким-то образом вспомнить прежние приключения в иле, которые были реальностью не для Даррела Стэндинга, а кого-то иного, возможно животного, ползавшего и ревевшего. Просто один опыт был только более отдаленным во времени, чем другой. Но оба были совершенно реальны — иначе как бы я помнил их?</p>
    <p>На короткое время освободив подсознание, я успевал побывать в королевских палатах, занять в них самое почетное и самое худшее место, стать шутом, воином, писцом и монахом; стать правителем, восседающим во главе стола — воплощением светской власти, свидетельством которой являлись меч в руке, толщина стен моего замка, число сражающихся за меня людей. Духовная власть тоже принадлежала мне — о ней говорили покрытые клобуками священнослужители и жирные аббаты, окружавшие меня, которые с наслаждением пили мое вино и уплетали мое мясо.</p>
    <p>Я носил железное кольцо раба на шее, и я любил горделивых принцесс тропической, жаркой, напоенной солнцем ночью: черные рабы освежали знойный воздух опахалами из павлиньих перьев, а из-за пальм и фонтанов доносился рев львов и крики шакалов. Я таился в холодных пустынных местах, грея руки над костром из верблюжьего помета; я лежал в скудной тени на опаленной солнцем полыни возле иссякшего водоема и хриплым шепотом просил воды, а вокруг меня валялись на песке кости животных и людей, которые тоже когда-то просили воды, а потом умерли.</p>
    <p>Я был пиратом и наемным убийцей, ученым и затворником. Я внимательно изучал рукописные страницы больших ветхих томов в полутьме библиотек расположенных высоко на утесах монастырей, в то время как внизу, на пологих откосах, безропотные крестьяне трудились с утра до позднего вечера среди виноградников и оливковых деревьев и гнали с пастбищ блеющих коз и мычащих коров; и я повелевал беснующейся чернью на разбитых колесницами мостовых древних забытых городов, и торжественным, важным, как смерть, голосом я возвещал закон, указывал на серьезность преступления и приговаривал к смертной казни людей, которые, подобно Даррелу Стэндингу в Фолсемской тюрьме, нарушили этот закон.</p>
    <p>В воздухе, с головокружительной высоты верхушек мачт, качаясь над палубой корабля, я пристально смотрел на блестящую от солнца воду, где коралловые гроты просвечивали сквозь толщу бирюзовых вод, где корабли находили приют в зеркальных лагунах и якоря тихо звенели, опускаясь в волны подле кораллового острова, окаймленного пальмами, и я сражался на забытых ныне полях битв в давно прошедшие дни, когда солнце заходило над сечей, которая продолжалась и после заката при свете звезд, и при холодном ночном ветре, дувшем с отдаленных снежных вершин и охлаждавшем разгоряченных бойцов; а затем я был маленьким Даррелом Стэндингом, который промозглым утром задавал корм скотине в пахнущих навозом отцовских хлевах и, полный страха и благоговения перед величием и ужасом Бога, в воскресенье сидел и слушал напыщенные слова проповеди о Новом Иерусалиме и мучениях в адском огне.</p>
    <p>Вот такие проблески, слабые лучи прошлого проникали в одиночную камеру № 1 в Сен-Квентине, когда я доводил себя до бессознательного состояния с помощью яркого обломка соломинки. Откуда являлись они ко мне? Конечно, я не мог создать их из ничего в своей глухой темнице, как не мог создать из ничего тридцать пять фунтов динамита, которых с такой жестокостью добивались от меня капитан Джеми, начальник тюрьмы Азертон и тюремный совет.</p>
    <p>Я — Даррел Стэндинг, рожденный и выросший на ферме в Миннесоте, некогда профессор агрономии, затем неисправимый арестант в Сен-Квентине, а теперь приговоренный к смерти в Фолсеме. В жизни Даррела Стэндинга не было того, что я сейчас описал, того, что тем не менее хранилось на складе моего подсознания. Я, Даррел Стэндинг, рожденный в Миннесоте, обреченный на смерть в Калифорнии, конечно, никогда не влюблялся в принцесс и не дрался на кортиках на качающейся палубе корабля; я никогда не тонул в винном погребе, пьяный, под хмельные крики и предсмертное пение матросов, в то время как корабль взмывал вверх и рушился на черные зубчатые скалы, и вода хлестала сверху, снизу и отовсюду.</p>
    <p>Подобных вещей не случалось с Даррелом Стэндингом на этом свете. И однако я, Даррел Стэндинг, открыл их в себе в одиночке Сен-Квентинской тюрьмы с помощью механического самогипноза. Эти переживания не принадлежали Даррелу Стэндингу, так же, как слово «Самария», соскочившее с детских губ при виде фотографии.</p>
    <p>Нельзя создать нечто из ничего. Как в одиночке я не мог создать тридцать пять фунтов динамита, так не мог я создать из ничего эти запредельные видения других времен и стран, о которых ничего не знал Даррел Стэндинг. Они таились в моем сознании, и я только начал учиться постигать их.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава VII</p>
    </title>
    <p>Вот каково было мое положение: я знал, что во мне таится целая сокровищница воспоминаний о других жизнях, но я был бессилен сделать что-нибудь большее, чем метаться подобно сумасшедшему по этим воспоминаниям. Во мне была сокровищница, но я не мог открыть ее.</p>
    <p>Я вспомнил случай с пастором Стейтоном Мозесом, который перевоплощался в святого Ипполита, Плотина и друга Эразма Роттердамского по имени Гроцин. И задумавшись об опытах полковника Дероша, о которых я читал по-дилетантски в иные, деятельные дни, я убеждался, что Стейтон Мозес в предыдущих своих жизнях действительно был этими личностями, которые, видимо, временами вновь овладевали им. Собственно говоря, они были им. Все они были лишь звеньями цепи возвращений.</p>
    <p>Об опытах полковника Дероша я думал особенно много. Выбирая легко поддающихся гипнозу субъектов, он утверждал, что возвращал их к временам их предков. Он описал опыт с Жозефиной, восемнадцатилетней девушкой из Вуарона, что в департаменте Изер. Погрузив ее в гипноз, полковник Дерош отослал ее через события ее отрочества, детства, младенчества и безмолвного мрака материнского чрева дальше, сквозь молчание и тьму того времени, когда она, Жозефина, еще не родилась, к свету и жизни предыдущего существования, когда она была грубым, подозрительным, ожесточенным стариком по имени Жан-Клод Бурдон, который служил в свое время в седьмом артиллерийском полку в Безансоне и умер семидесяти лет от роду. А когда полковник Дерош загипнотизировал в свою очередь эту тень Жан-Клода Бурдона, проследив его жизнь до детства, рождения и мрака нерожденного состояния, он снова увидел свет и жизнь, но теперь в облике старухи — Филомены Кортерон.</p>
    <p>Но что бы я ни предпринимал с кусочком соломы, поблескивающим в лучах света, просачивающихся в одиночку, мне не удавалось добиться подобной полной картины предшествующей жизни. В результате этой неудачи я пришел к убеждению, что только после смерти смогу ясно и связно воскресить воспоминания о своих прошлых воплощениях.</p>
    <p>Но волны жизни бурно текли во мне. Я, Даррел Стэндинг, так сильно не хотел умирать, что отказывался позволить начальнику тюрьмы Азертону и капитану Джеми убить себя. Я всегда был так привязан к жизни, что мне иной раз приходило в голову, что именно благодаря этому я все еще здесь, ем и сплю, думаю и вижу сны, пишу этот рассказ о моих различных «я» и ожидаю неизбежной петли, которая завершит один из кратких периодов длинной цепи моих существований.</p>
    <p>И тогда-то явилась смерть в жизни.</p>
    <p>Этому фокусу научил меня Эд Моррелл, как вы прочтете в дальнейшем. Начало всему положили начальник тюрьмы Азертон и капитан Джеми. Их, должно быть, охватила новая волна паники при мысли о динамите, как они думали, спрятанном мной. Они ввалились в мою темную камеру и сказали мне прямо, что будут держать меня в смирительной рубашке, пока я не умру, если я не открою, где находится динамит. И они уверили меня, что они сделают это официально, без всякого ущерба для своего служебного положения. Моя смерть в тюремном отчете будет приписана естественным причинам.</p>
    <p>О, дорогие, прилично одетые граждане, пожалуйста, поверьте мне, что в настоящее время в тюрьмах убивают людей, как их всегда убивали с тех пор, как были выстроены людьми первые тюрьмы.</p>
    <p>Я прекрасно знал, какими ужасами, мучениями и опасностями грозит мне смирительная рубашка. Я видел людей, доведенных ею до сумасшествия! Я видел людей, искалеченных на всю жизнь смирительной рубашкой. Я видел крепких парней, таких крепких, что их организм не поддавался даже тюремному туберкулезу, здоровье которых оказывалось, однако, сломлено после продолжительного пребывания в рубашке, так что они погибали от туберкулеза через шесть месяцев. Одноглазый Уилсон умер от этой пытки в первый же час, тогда как тюремный врач, недоверчивый невежа, смотрел на него и улыбался. И я видел, как люди после получасового пребывания в рубашке признавались в том, что было и чего не было, добавляя к своему сроку годы. У меня был собственный опыт. Сейчас на моем теле можно насчитать сотни рубцов, и с ними я взойду на эшафот. Даже если бы я прожил еще сто лет, эти самые рубцы сошли бы со мной в могилу.</p>
    <p>Быть может, дорогие граждане, допускающие подобные пытки и оплачивающие труд палачей, быть может, вы не знаете, что это такое. Позвольте же мне описать ее так, чтоб вы поняли метод, с помощью которого я достиг смерти при жизни, стал на недолгий срок властелином времени и пространства и покинул тюремные стены, чтобы блуждать среди звезд.</p>
    <p>Видели ли вы когда-нибудь холщовый брезент или резиновое одеяло с медными колечками, вделанными вдоль краев? Тогда представьте себе кусок крепкого брезента, около четырех с половиной футов длины, с большими и тяжелыми медными колечками вдоль обоих краев. Ширина этого брезента всегда меньше полного обхвата человеческого тела, которое будет обернуто им. К тому же он имеет неправильную форму — шире в плечах, несколько уже в бедрах и заметно уже в талии.</p>
    <p>Смирительная рубашка расстилается на полу. Человеку, которого надо наказать или пытать, чтобы вырвать у него признание, приказывают лечь лицом вниз на разостланный брезент. Если он отказывается, его избивают. После этого он ложится добровольно, то есть по воле палачей, то есть по вашей воле, дорогой гражданин, кормящий и оплачивающий этих палачей за то, что они вместо вас делают это дело.</p>
    <p>Человек ложится лицом вниз. Края рубашки стягивают как можно ближе друг к другу вдоль середины спины. Затем веревка продевается через колечки, как при шнуровании ботинок, и человека зашнуровывают в брезент, как ногу в ботинок. Только его затягивают так, как никому и в голову не придет затянуть свою обувь. На тюремном жаргоне это называется «пеленание». В тех случаях, когда надзиратели жестоки и мстительны или если свыше дается соответствующее приказание, они упираются ногами в спину несчастного, чтобы затянуть его еще туже.</p>
    <p>Случалось ли вам слишком туго зашнуровать свою обувь и через полчаса испытать мучительную боль в ступне от затрудненного кровообращения? Помните ли вы, что после пяти минут подобных страданий вы просто не могли сделать ни шагу, распускали шнурки и снимали давление? Очень хорошо. Теперь попробуйте представить себе все свое тело так зашнурованным, только еще более стянутым, и вообразите, что давление распространяется не только на ступню или ногу, но и на все ваше тело, сжимая ваше сердце, готовое разорваться, легкие и все остальные жизненно важные органы.</p>
    <p>Я вспоминаю, как впервые был подвергнут этому жесткому наказанию в карцере. Это случилось в начале моей «неисправимости», вскоре после того, как я попал в тюрьму. Обычно я ткал свою норму в сто ярдов в среднем на два часа быстрее остальных. Да и моя джутовая дерюга в среднем была качеством выше требуемого. Однако я был зашнурован в рубашку, согласно тюремному отчету, из-за «пропусков» и «дыр» в ткани, то есть потому, что моя работа была неудовлетворительна. Конечно, это нелепость. На самом деле меня наказали за то, что я, прекрасный специалист в области производительности труда, вздумал указывать глупому главному мастеру на то, чего он не понимал в своем деле.</p>
    <p>Тогда мастер в присутствии капитана Джеми позвал меня к столу, где было разложено ужасное тряпье, подобное которому никогда не выходило из-под моего станка. Трижды таким образом призывали меня к столу. Третий раз означал, согласно правилам ткацкой мастерской, наказание, а именно двадцатичетырехчасовое пребывание в смирительной рубашке.</p>
    <p>Меня отправили в карцер. Мне было приказано лечь лицом вниз на брезент, разложенный на полу. Я отказался. Один из надзирателей, Моррисон, схватил меня за горло. Мобинс, надзиратель карцерного отделения, сам заключенный, ударил меня несколько раз кулаками. В конце концов я лег, как было приказано. А поскольку, сопротивляясь, я разозлил их, они стянули меня особенно крепко. Затем они перевернули меня, как полено, на спину.</p>
    <p>Сначала это показалось не так страшно. Когда тюремщики заперли мою дверь, грохоча засовами, и оставили меня в полной темноте, было одиннадцать часов утра. В течение нескольких минут я чувствовал только неудобство, которое, как я был уверен, облегчится, когда я привыкну к нему. Но наоборот, вскоре мое сердце стало сильнее биться, а легкие были бессильны втянуть достаточное количество воздуха. Это чувство удушения было ужасным, и казалось, что мои легкие вот-вот лопнут.</p>
    <p>После бесконечно долгих часов муки, как я теперь понимаю, на самом деле длившейся не более получаса, я начал кричать, визжать, реветь и выть в настоящем предсмертном безумии. Главное страдание причиняла боль в сердце. Это была острая, резкая боль, как при плеврите, только она разрывала самое сердце.</p>
    <p>Умереть не тяжело, но умирать так медленно и страшно, — это может довести до безумия. Подобно дикому зверю в капкане, я приходил в исступление от страха, и визжал, и ревел, пока не убедился, что подобное вокальное упражнение только усиливает боль в сердце и одновременно лишает меня остатков воздуха, еще находившегося в легких.</p>
    <p>Я сдался и лежал спокойно долгое время, как будто бы вечность, хотя я уверен теперь, что прошло не больше четверти часа. Я был в полуобмороке и чувствовал головокружение, а мое сердце стучало так, что, казалось, оно сейчас разорвет стягивавший меня брезент. Снова я потерял власть над собой и стал звать на помощь.</p>
    <p>Среди этих мучений я услышал голос из ближайшего карцера.</p>
    <p>— Заткнись, — кричал кто-то, хотя я слышал лишь слабый шепот, — заткнись, ты мне надоел.</p>
    <p>— Я умираю, — заорал я.</p>
    <p>— Заткни глотку и забудь об этом, — был ответ.</p>
    <p>— Но я и правда умираю, — настаивал я.</p>
    <p>— Так в чем беда? — донесся голос. — Ты прекрасно умрешь и без крика. С Богом помирай, но нечего подымать такой шум. Ты прервал мой сладкий сон.</p>
    <p>Меня так рассердило это бесчувственное равнодушие, что я снова овладел собой и разве что не мог заглушить тихих стонов. Это тянулось бесконечно — возможно, десять минут; затем какое-то оцепенение овладело моим телом. Точно иголки и булавки кололи меня, и пока я чувствовал это, я еще держал себя в руках. Но когда прекращалось ощущение многочисленных уколов и оставалось только оцепенение, мною снова овладевал страх.</p>
    <p>— Как бы мне заснуть хоть на минутку, — жаловался мой сосед. — Я не счастливей тебя. Моя рубашка так же стянута, как и твоя. Я хочу заснуть и забыть о ней.</p>
    <p>— Как долго ты здесь находишься? — спросил я, думая, что ему еще предстоят столетия мук, которые я претерпеваю.</p>
    <p>— Третий день, — ответил он.</p>
    <p>— Я спрашивал, сколько времени ты уже в рубашке, — уточнил я.</p>
    <p>— Третий день, дружище.</p>
    <p>— Боже мой! — воскликнул я.</p>
    <p>— Да, дружище, пятьдесят часов в этом положении, и ты не слышал, чтобы я орал. Они топтались ногами по моей спине. Поверь мне, я здорово стянут. Не тебе одному плохо приходится. Да ты здесь и часа еще не провел.</p>
    <p>— Я здесь гораздо больше времени, — запротестовал я.</p>
    <p>— Дружище, тебе, может, так кажется, но ты не прав. Я могу точно сказать, что ты здесь не больше часа. Я слышал, как тебя стягивали.</p>
    <p>Это было невероятно. Всего лишь за час я умер тысячу раз. А этот сосед, уравновешенный и благородный, со спокойным голосом и почти добрый, несмотря на грубость его первых замечаний, находится в рубашке уже пятьдесят часов!</p>
    <p>— Как долго тебе еще осталось? — спросил я.</p>
    <p>— Один Бог знает. Капитан Джеми очень недоволен мною, и он меня из нее не выпустит, пока я не начну хрипеть. Теперь, дружище, я тебя научу: единственный способ — закрой глаза и забудь о ней. Визг и рев не помогут в этом деле. Единственный способ забыть — это забыть. Лучше всего вспомни какую-нибудь девушку, которую ты когда-нибудь знавал. Это поможет тебе скоротать время. А если девушки не увлекут тебя, то подумай о ребятах, с которыми ты вместе попался.</p>
    <p>Этого человека звали Рыжий из Филадельфии. Он был рецидивистом и получил пятьдесят лет тюремного заключения за разбой на улицах Аламеды. Он уже отсидел около двенадцати лет на тот момент, когда говорил со мной о рубашке, а это было семь лет назад. Он стал одним из сорока пожизненно заключенных, вдвойне обманутых Сесилом Уинвудом. Из-за этой истории Рыжий из Филадельфии лишился своих льгот. Он еще не стар и до сих пор находится в Сен-Квентине. Если он доживет до дня своего освобождения, то выйдет на волю дряхлым стариком.</p>
    <p>Я вытерпел свои сутки, но с тех пор стал другим человеком. Я не говорю — физически, хотя на следующее утро, когда меня расшнуровали, я был наполовину парализован и находился в таком изнеможении, что надзирателям пришлось толкать меня ногой в ребра, чтобы заставить встать на ноги. Я стал другим человеком душевно, морально. Грубое физическое истязание было унижением и оскорблением моей души и чувства справедливости. Такое наказание не может смягчать человека. Со дня своего первого пребывания в рубашке я преисполнился горечью и страстной ненавистью, которые с годами только росли. Боже мой! Вспомнить только, что проделывали со мной эти люди! Двадцать четыре часа в рубашке! Не думал я в то утро, когда они пинками поднимали меня на ноги, что настанет время, когда и двадцать четыре часа в смирительной рубашке будут казаться мне пустяками; когда после ста часов в рубашке они застанут меня улыбающимся; когда после двухсот сорока часов в рубашке они увидят ту же улыбку на моих устах.</p>
    <p>Да, двести сорок часов. Дорогие, прилично одетые граждане! Знаете ли вы, что это значит? Это значит десять дней и десять ночей в смирительной рубашке. Конечно, подобные вещи не происходят повсюду в христианском мире двадцать веков спустя после Рождества Христова. Я не прошу вас поверить мне, я сам не верю этому. Я только знаю, что это проделали со мной в Сен-Квентине и что я жил, смеясь над ними, и вынудил их избавиться от меня, приговорив к повешению за то, что я разбил в кровь нос надзирателю.</p>
    <p>Я пишу эти строки в 1913 году после Рождества Христова, и сегодня, в 1913 году после Рождества Христова, люди лежат в карцерах Сен-Квентина, стянутые в смирительных рубашках.</p>
    <p>Я никогда не забуду, сколько бы мне ни пришлось жить и сколько бы мне ни позволили жить, мое расставание с Рыжим из Филадельфии в то утро. Он провел семьдесят четыре часа в рубашке.</p>
    <p>— Ладно, дружище, ты все еще живой и шевелишься, — крикнул он мне, когда меня тащили из камеры в карцерный коридор.</p>
    <p>— Я тебе дам, Рыжий, — пригрозил надзиратель.</p>
    <p>— Думаешь? — спросил он спокойно, но затем его голос зазвучал с дикой яростью. — Ведь ты, старый дурак, ничего не можешь сделать. Тебе нечего было бы есть, если б не ближние, которых надо мучить. И я думаю, мы не ошибаемся, говоря, что плохо пахнет ваша служба.</p>
    <p>Удивительным кажется мужество в человеке, способном возвыситься над своими страданиями, не боящемся раздражать грубых людей, от которых он зависит.</p>
    <p>— Ладно, прощай пока, дружище, — сказал мне Рыжий. — Будь послушным и люби начальника тюрьмы. И если ты его увидишь, скажи ему, что ты меня видел, но я никого не обидел.</p>
    <p>Тюремщик весь покраснел от гнева, и, получив немало толчков и пинков, я заплатил за шутки Рыжего.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава VIII</p>
    </title>
    <p>В одиночке, в камере № 1, начальник тюрьмы Азертон и капитан Джеми продолжали меня допрашивать. Начальник тюрьмы Азертон сказал мне:</p>
    <p>— Стэндинг, говори, где динамит, или я тебя заморю в рубашке. Выбирай: динамит или крышка.</p>
    <p>— Значит, остается крышка, — ответил я, — так как я ничего не знаю о динамите.</p>
    <p>Это рассердило начальника тюрьмы и подтолкнуло его к немедленным действиям.</p>
    <p>— Ложись, — скомандовал он.</p>
    <p>Я повиновался, так как знал, какое это безумие — сопротивляться трем или четырем сильным мужчинам. Они крепко стянули меня на целых сто часов. Только раз в сутки позволялось мне пить воду. Мне не хотелось есть, но пищу мне и не предлагали. К концу срока тюремный врач Джексон осмотрел меня несколько раз.</p>
    <p>Но я слишком привык к рубашке за время своей «неисправимости», чтобы она могла повредить мне сама по себе. Конечно, она обессиливала меня, вытягивала из меня жизнь, но я научился одной уловке — напрягать мышцы, чтобы тем самым несколько ослабить шнуровку. По истечении первых ста часов я был истощен и утомлен, вот и все. Другой срок мне дали через сутки отдыха. На этот раз назначено было 150 часов. Большую часть этого времени я находился в состоянии физического оцепенения и умственно — в бреду. Потом усилием воли я заставил себя спать в течение многих часов.</p>
    <p>Затем начальник тюрьмы Азертон разнообразил пытку. Теперь меня то зашнуровывали в рубашку, то освобождали из нее, и я никогда не знал, когда это произойдет. Мог десять часов провести на свободе и двадцать часов в рубашке; или мне давали только четыре часа отдыха. В самый неожиданный момент, ночью, моя дверь с грохотом отворялась, и сменившиеся часовые шнуровали меня. Иногда устанавливался некоторый порядок: так, в продолжение трех суток я попеременно находился восемь часов в рубашке и восемь на свободе. И когда я начал привыкать к этому порядку, его внезапно изменили и я получил двое суток стягивания.</p>
    <p>И каждый раз мне задавали один и тот же вопрос: «Где динамит?» Иногда начальник тюрьмы Азертон страшно злился на меня. Однажды, после особенно строгого шнурования, он стал требовать у меня признания. Он даже пообещал мне три месяца абсолютного покоя в госпитале и хорошую пищу, а затем работу в библиотеке.</p>
    <p>Доктор Джексон, слабое, зависимое создание с поверхностными медицинскими знаниями, впал в скептицизм. Он настаивал, что шнурование, как бы долго оно ни продолжалось, не может убить меня. Это лишь послужило поводом для Азертона удвоить свои усилия.</p>
    <p>— Эти сухощавые книгоеды надуют самого дьявола, — ворчал он. — Они упорнее неученых. И все-таки мы его прикончим. Стэндинг, ты слышишь меня? Пока что были цветочки, подожди ягодок. Лучше тебе сознаться и избежать мучений. Я держу свое слово. Слышишь меня: динамит или крышка. Дело обстоит так. Выбирай.</p>
    <p>— Неужели вы думаете, что я держусь потому, что это доставляет мне удовольствие? — открыл было я рот, но в эту минуту Джонс Горошина толкнул меня в спину ногой, чтоб стянуть меня туже, потому что я пытался с помощью напряжения мускулов тайком ослабить стягивание. — Мне не в чем признаваться. Я отдал бы правую руку, чтобы иметь возможность показать вам, где динамит.</p>
    <p>— О, я насквозь вижу вашу образованную породу, — засмеялся он. — Вы стоите на своем, вы упорствуете. Вы брыкаетесь, как лошади. Туже, Джонс — ты и наполовину не стянул. Стэндинг, если не признаешься, будет тебе крышка, вот на чем я стою.</p>
    <p>Я научился одному трюку. Чем человек становится слабее, тем менее чувствителен он к страданиям. Боли меньше, потому что нечему болеть. Человек, уже ослабевший, слабеет медленнее. Всем известно, что сильные люди, непривычные к болезням, страдают от них гораздо больше, чем женщины или инвалиды. Когда иссякли последние запасы сил, тогда их тратится меньше. После того как сойдет излишняя плоть, остается натянутая, сопротивляющаяся ткань. Действительно, я стал таким, — приобретя тренированный организм, цепляющийся за жизнь.</p>
    <p>Моррелл и Оппенхеймер жалели меня, выражали мне свою симпатию и давали советы. Оппенхеймер говорил мне, что он прошел и через худшее и все же до сих пор жив.</p>
    <p>— Не сдавайся, — стучал он мне. — Не дай им убить себя, ибо это развяжет им руки. И не надо сознаваться.</p>
    <p>— Да не в чем сознаваться, — простучал я ответ носком сапога о решетку. Я был в рубашке в это время и поэтому мог разговаривать только ногами. — Я ничего не знаю об этом проклятом динамите.</p>
    <p>— Правильно, — похвалил Оппенхеймер. — Он молодчина, не правда ли, Эд?</p>
    <p>Слова эти показывают, какие шансы я имел на то, чтобы убедить начальника тюрьмы Азертона в том, что я ничего не знаю о динамите. Его упорные допросы убедили даже такого человека, как Джек Оппенхеймер, и он теперь только восхищался твердостью, с которой я держал язык за зубами.</p>
    <p>Первое время этой пытки я ухитрился много спать. У меня были замечательные сны. Конечно, они были живыми и реальными, как большинство снов. Что делало их замечательными, так это их связность и последовательность. Часто я обращался с речью к людям науки, читая им вслух по заботливо заготовленным конспектам из моих собственных изданий, или из моих результатов исследований, или опытов других. Когда я просыпался, мой голос, казалось, еще звенел в моих ушах, а мои глаза еще видели напечатанные на белой бумаге целые фразы и параграфы, которые я перечитывал и удивлялся им, когда видение исчезало. Между прочим, хочу обратить внимание на тот факт, что метод мышления, которым я пользовался в этих лекциях, во сне, был всегда дедуктивным.</p>
    <p>Я видел также большую ферму, раскинувшуюся с севера на юг на сотни миль где-то в умеренном поясе с климатом, флорой и фауной, весьма похожими на калифорнийские. Не раз и не два, а тысячи раз я проезжал во сне по этим местам. Я хочу обратить внимание на то, что всегда это была одна и та же местность. Ни одна существенная подробность ее не менялась в различных снах. Так, например, мне всегда требовалось восемь часов, чтобы через засеянные люцерной луга (где я держал джерсейских коров) на горных лошадях добраться до деревни, раскинувшейся возле большой, пересыхающей реки, где была станция узкоколейной железной дороги. Каждая межа во время этой восьмичасовой поездки, каждое дерево, каждая гора, каждый брод и мост, каждая горная вершина и склоны холма были всегда те же самые.</p>
    <p>В этой правильно и рационально возделанной местности моих «рубашечных» снов мельчайшие подробности менялись в соответствии со временем года и трудом человека. Так, на горных пастбищах за лугами люцерны я устраивал новую ферму, разводя на ней ангорских коз. Здесь я замечал изменения с каждым посещением во сне, и эти изменения соответствовали промежутку времени между моими посещениями.</p>
    <p>О, эти покрытые кустарником склоны! Как сейчас я вижу тот день, когда козы были выпущены туда в первый раз. И я помню последовательные перемены — начали образовываться проходы, которые козы буквально проедали в частом кустарнике; исчезли молодые, маленькие кусты; прогалины образовались то там, то здесь, где кусты ощипали козы. Да, в последовательности подобных сновидений была своя прелесть. Настал день, когда люди с топорами срубили все большие ветви и дали козам возможность глодать кору и почки. А однажды зимой высохшие голые скелеты всех этих кустов были собраны в кучу и сожжены. Затем я отправил своих коз на другие заросшие кустарником склоны, а на их место привел рогатый скот.</p>
    <p>Да, в моих снах часто я выходил из поезда узкоколейной дороги, который останавливался у селения, садился в телегу и ехал часами мимо всех давно знакомых мест, лугов, засеянных люцерной, и по моим горным пастбищам, где ячмень, хлеб и клевер были готовы к уборке и где я ждал нанятых для этого людей, в то время как, карабкаясь все выше, мои козы ощипывали заросшие кустарником склоны, превращая их в обрабатываемые поля.</p>
    <p>Но это были только сны, вольные сны, воображаемые приключения моего подсознательного разума. Совершенно непохожими на них, как вы увидите, были мои другие приключения, когда я переходил за пределы смерти и воскрешал реальность других жизней, которые были моими когда-то, в давние времена.</p>
    <p>В долгие часы бодрствования в смирительной рубашке я находил, что слишком много думаю о Сесиле Уинвуде, поэте-провокаторе, который без причины навлек на меня все эти мучения и сейчас уже был на свободе, на вольном свете. Нет, я не ненавидел его. Слово это слишком слабо. Нет в речи достаточно сильных слов, чтоб описать мои чувства. Я могу только сказать, что меня грызло желание отомстить ему, и это само по себе было мукой и превосходило все возможности речи. Я не стану рассказывать вам ни о часах, посвященных планам мести, ни о дьявольских способах истязаний, которые я придумывал для него. Только один пример. Мне очень нравилась старинная пытка: крысу помещают на тело человека и накрывают железным тазом так, что выйти она может, только проделав в человеке дыру. Как я говорил, мне это очень нравилось до тех пор, пока я не понял, что такая смерть наступает быстро, после чего я долго и с удовольствием мечтал о мавританском способе… Но я ведь обещал не рассказывать больше об этом. Достаточно сказать, что многие из моих часов бодрствования, когда от боли я доходил до исступления, были посвящены мечтам о мести Сесилу Уинвуду.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава IX</p>
    </title>
    <p>Одной очень важной вещи я научился в долгие часы бодрствования и страдания — а именно искусству подчинять тело рассудку. Я научился страдать пассивно, как несомненно научились все люди, прошедшие через высший курс смирительной рубашки. О, нелегкая штука — сохранить разум в столь полном спокойствии, что он забывает о невероятных страданиях тела!</p>
    <p>И я обрел умение господствовать над плотью, давшее мне возможность так легко воспользоваться секретом, который Эд Моррелл сообщил мне.</p>
    <p>— Думаешь, дело идет к концу? — простучал мне однажды ночью Эд Моррелл.</p>
    <p>Меня как раз освободили из рубашки после ста часов, и я был слабее, чем когда-либо. Я был так слаб, что хотя мое тело представляло из себя сплошь синяки и рубцы, я тем не менее не ощущал его.</p>
    <p>— Это похоже на конец, — простучал я в ответ. — Они скоро избавятся от меня, если будут продолжать в том же духе.</p>
    <p>— Не допускай этого, — посоветовал он. — Есть способ. Я его сам изучил, там, в карцерах, когда нам с Мэсси дали на полную катушку. Я выжил, но Мэсси отдал концы. Если б я не научился этой штуке, я бы тоже сдох вместе с ним. Ты должен быть, во-первых, достаточно слаб, чтобы попробовать это. Если у тебя еще остались силы, ничего не выйдет, и больше никогда не выйдет. Я сделал ошибку — рассказал об этом Джеку, когда он был еще силен. Конечно, он не справился, а потом, когда это ему понадобилось, было слишком поздно. Он даже теперь не верит в это. Он думает, я подшутил над ним. Не правда ли, Джек?</p>
    <p>И из третьей камеры Джек простучал в ответ:</p>
    <p>— Не верь этому, Даррел. Это все сказки.</p>
    <p>— Продолжай и расскажи мне, — простучал я Морреллу.</p>
    <p>— Я ждал, когда ты будешь достаточно слаб, — начал он. — Теперь тебе это нужно, и я расскажу. Как раз тебе подойдет. Если появится желание, то у тебя все получится. Я пробовал трижды, и я знаю.</p>
    <p>— Хорошо, в чем же дело? — простучал я нетерпеливо.</p>
    <p>— Штука в том, чтобы умереть в рубашке, самому захотеть умереть в рубашке. Я знаю, ты мне не поверишь сразу, но подожди. Ты знаешь, как немеют в рубашке руки и ноги. Ну, ты не можешь этому помешать, но можешь этим воспользоваться. Не жди, пока твое тело окоченеет. Ляг на спину как можно удобнее и сосредоточь свою волю. Нужно внушать себе одну мысль, верить в нее все время. Если не будешь верить, тогда ничего не выйдет. Нужно думать о том и верить в то, что тело — это одно, а дух — совершенно другое. Ты — это ты, а твое тело не имеет никакого значения. Оно не считается. Ты хозяин. Тебе не нужно никакого тела. И ты сможешь убедиться в этом, пустив в ход свою волю. Ты заставишь свое тело умереть. Начинай с пальцев на ногах, по одному за раз. Заставляй свои пальцы умирать. Ты хочешь, чтобы они умерли. И, если у тебя есть вера и желание, то твои пальцы умрут. Это большой труд — заставить явиться смерть. Если же тебе удалось умертвить первый палец, остальное уже легко, потому что не нужно больше верить. Ты знаешь. Тогда ты направляешь всю свою волю на то, чтобы все остальное тело умерло. Я говорю тебе, Даррел, я это знаю. Я трижды проделывал это. Как только удалось вызвать смерть, все пойдет хорошо. И самое забавное, что ты при этом не перестаешь существовать. Оттого что умерли твои пальцы, ты сам ни капельки не умрешь. Твои ноги умрут до колен, затем до бедер, а ты останешься тем же самым, каким был всегда. Твое тело целиком выходит из игры, а ты остаешься самим собой, тем же самым, что был в начале.</p>
    <p>— Что же случится потом? — спросил я.</p>
    <p>— Ладно, когда все твое тело умрет, а ты останешься прежним, надо оставить свое тело как оболочку. После этого ты оставишь и свою камеру. Каменные стены и железные двери могут удержать тело, но дух удержать они не могут. Ты это докажешь. Твой дух будет вне твоего тела. Ты сможешь смотреть на свое тело со стороны. Говорю тебе, я трижды проделывал этот фокус и смотрел на свое лежащее тело со стороны.</p>
    <p>— Ха! Ха! Ха! — простучал Джек Оппенхеймер через тринадцать камер.</p>
    <p>— Видишь, это несчастье Джека, — продолжал Моррелл. — Он не может поверить. Он однажды попробовал это, но был слишком силен и потерпел неудачу. И теперь он думает, что я обманул его.</p>
    <p>— Если ты умер, то ты мертв, а мертвые люди остаются мертвыми, — возразил Оппенхеймер.</p>
    <p>— Говорю тебе, что я умирал трижды, — доказывал Моррелл.</p>
    <p>— И остался, чтоб рассказывать нам об этом? — смеялся Оппенхеймер.</p>
    <p>— Но не забудь об одной вещи, Даррел, — простучал мне Моррелл. — Это дело опасное. У тебя все время будет такое чувство, что ты свободен. Я не могу точно объяснить, но мне всегда казалось, что если я буду слишком далеко в тот момент, когда они придут и вынут мое тело из рубашки, то я не смогу вернуться в него. Думаю, что тогда мое тело умрет по-настоящему, а я не хочу этого. Я не хочу доставить такое удовольствие капитану Джеми и остальным. Но говорю тебе, Даррел, если тебе удастся эта штука, ты сможешь посмеяться над Азертоном. Если тебе удастся убить свое тело таким путем, то пусть они держат тебя в рубашке хоть целый месяц. Ни ты, ни твое тело не будет страдать. Знаешь, бывали случаи, когда люди спали целый год подряд. То же самое может случиться и с тобой — твое тело останется в рубашке без всякого вреда для себя и будет ожидать твоего возвращения. Попробуй это. Советую тебе.</p>
    <p>— А если он не вернется обратно? — спросил Оппенхеймер.</p>
    <p>— Ну, тогда ему не повезет, так я думаю, Джек, — ответил Моррелл.</p>
    <p>На этом разговор кончился, потому что Джонс Горошина, проснувшись, пригрозил Морреллу и Оппенхеймеру утром подать на них рапорт, что означало для них рубашку. Мне он не угрожал, зная, что я все равно ее получу.</p>
    <p>Я долго лежал в тишине, позабыв о физической боли, потому что обдумывал данный Морреллом совет. Как я уже объяснял, с помощью механического самогипноза я добился того, что проникал через время назад к моим первичным «я». Я знал, что мне это удалось только отчасти, и то, что я испытал, было лишь мерцающим видением без логики и связи.</p>
    <p>Но метод Моррелла был так очевидно противоположен моему методу самогипноза, что я увлекся им. При моем методе сознание уходило первым. При его методе сознание оставалось до конца и, когда тело полностью умирало, усиливалось настолько, что покидало тело, тюрьму Сен-Квентин и путешествовало далеко, все же оставаясь сознанием.</p>
    <p>Я решил, что это во всяком случае стоит попробовать. И, наперекор свойственному мне скептическому отношению ученого, я поверил. Я не сомневался, что смогу сделать то, что Моррелл сделал трижды. Может быть, эта вера так легко овладела мною из-за моей крайней слабости. Быть может, я не был достаточно силен, чтобы быть скептиком. Это была гипотеза, выдвинутая Морреллом. Он подтвердил ее эмпирически, а я тоже, как вы увидите, доказал это на опыте.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава X</p>
    </title>
    <p>Важнее всего было то, что на следующее утро в мою камеру вошел начальник тюрьмы Азертон с твердым намерением убить меня. С ним были капитан Джеми, доктор Джексон, Джонс Горошина и Эл Хэтчинс. Последний был приговорен к сорокалетнему заключению и надеялся получить помилование. В течение четырех лет он был главным старостой в Сен-Квентине. Какую большую власть давало это положение, вы поймете, если я вам скажу, что оно приносило в год взятками три тысячи долларов. Вот почему можно было положиться на то, что Эл Хэтчинс, накопивший десять или двенадцать тысяч долларов и ожидающий помилования, слепо выполнит любое приказание начальника тюрьмы.</p>
    <p>Я сказал, что Азертон вошел в мою камеру с намерением меня убить. Его лицо говорило об этом, его действия доказали это.</p>
    <p>— Осмотрите его, — приказал он доктору Джексону.</p>
    <p>Это несчастное подобие человека сорвало с меня задубевшую от грязи рубашку, которую я не снимал с момента вступления в одиночку, и обнажил мое бедное истощенное тело, кожа которого на ребрах походила на темный пергамент и была покрыта ранами от многократного пребывания в смирительной рубашке.</p>
    <p>Осмотр был бессовестно поверхностным.</p>
    <p>— Выдержит ли он? — спросил начальник тюрьмы.</p>
    <p>— Да, — ответил доктор Джексон.</p>
    <p>— Каково сердце?</p>
    <p>— Великолепно.</p>
    <p>— Вы думаете, он вынесет десять дней в рубашке, доктор?</p>
    <p>— Конечно.</p>
    <p>— Не думаю, — заявил свирепо начальник тюрьмы. — Но мы все же попробуем. Ложись, Стэндинг.</p>
    <p>Я повиновался и сам растянулся лицом вниз на разостланной рубашке. Азертон, казалось, какое-то время боролся сам с собой.</p>
    <p>— Повернись, — скомандовал он.</p>
    <p>Я попытался, но был слишком слаб, чтоб повиноваться, и мог только беспомощно барахтаться.</p>
    <p>— Притворяется, — заметил Джексон.</p>
    <p>— Ладно, он это дело бросит, когда я с ним покончу, — сказал начальник тюрьмы. — Помогите ему, мне некогда с ним возиться.</p>
    <p>Тогда они перевернули меня на спину, и я уставился Азертону прямо в лицо.</p>
    <p>— Стэндинг, — сказал он медленно, — я тебе предоставил все возможности спастись. Мне наскучило твое упорство, оно утомило меня. Мое терпение кончилось. Доктор Джексон говорит, что ты в состоянии вынести десять дней в смирительной рубашке. Можешь представить себе, что тебя ждет. Но я намерен дать тебе последний шанс. Скажи, где динамит. Сейчас от меня зависит, выйдешь ты отсюда или нет. Ты сможешь вымыться, постричься и переодеться в чистое. Я позволю тебе в течение шести месяцев поправляться на больничных харчах, а затем назначу заведующим библиотекой. Сам видишь, лучшего и предложить нельзя. К тому же ты ни на кого не донесешь, признавшись. Ты единственный человек в Сен-Квентине, который знает, где находится динамит. Ты никому не повредишь своим признанием, и все будет хорошо. А если нет…</p>
    <p>Он остановился и многозначительно пожал плечами.</p>
    <p>— Ну а если ты не признаешься, то пробудешь десять дней в рубашке.</p>
    <p>Перспектива была ужасна. Начальник тюрьмы явно рассчитывал, что я так слаб, что умру в рубашке. Тогда я вспомнил об уловке Моррелла. Теперь или никогда я мог воспользоваться ею; теперь или никогда надлежало поверить в нее. Я улыбнулся прямо в лицо Азертону. Я вложил свою веру в эту улыбку и в то предложение, которое я ему сделал.</p>
    <p>— Начальник, — сказал я, — вы видите, как я улыбаюсь? А если по прошествии этих десяти дней, когда вы развяжете меня, я вам снова улыбнусь, дадите ли вы по пачке табаку и по книжке папиросной бумаги Морреллу и Оппенхеймеру?</p>
    <p>— Эти интеллигенты все помешанные, — громко рассмеялся капитан Джеми.</p>
    <p>Начальник тюрьмы Азертон был вспыльчивым человеком и счел мое предложение оскорбительным.</p>
    <p>— За это тебя стянут особенно крепко, — заявил он мне.</p>
    <p>— Я предложил вам пари, начальник, — сказал я спокойно. — Вы можете стягивать меня сколько угодно, но если я через десять дней улыбнусь вам, дадите ли вы табаку Морреллу и Оппенхеймеру?</p>
    <p>— Ты чересчур самоуверен, — отозвался он.</p>
    <p>— Потому-то я и делаю такое предложение, — ответил я.</p>
    <p>— Стал религиозным? — засмеялся он.</p>
    <p>— Нет, — был мой ответ. — Дело попросту в том, что во мне много жизни и вам не добраться до конца ее. Стяните меня на сто дней, если хотите, и я буду улыбаться вам по прошествии их.</p>
    <p>— Я думаю, что десять дней будет более чем достаточно для тебя, Стэндинг.</p>
    <p>— Таково ваше мнение, — сказал я. — А сами вы в это верите? Если да, то не бойтесь побиться об заклад на две пятицентовые пачки табака. Чего вам опасаться?</p>
    <p>— За два цента я просто разобью тебе рожу, — проворчал он.</p>
    <p>— Я вам не помешаю, — я был бесстыдно кроток. — Ударьте как угодно, улыбка все равно останется на моем лице. Мне кажется, вы колеблетесь… не лучше ли вам сразу принять мое странное предложение?</p>
    <p>Надо было совсем ослабеть и испытывать полное отчаяние, чтобы при таких обстоятельствах дерзко разговаривать с начальником тюрьмы в одиночке. Я был слаб и находился в отчаянии, и вдобавок сильно верил. Я знал только, что верю, и поступал согласно своей вере. Я поверил тому, что Моррелл рассказал мне. Я поверил в господство духа над телом. Я поверил, что даже сто дней в рубашке не убьют меня.</p>
    <p>Капитан Джеми, очевидно, почуял веру, одушевлявшую меня, потому что он сказал:</p>
    <p>— Я помню шведа, сошедшего с ума лет двадцать тому назад. Это было еще до вас, мистер Азертон. Он убил человека из-за двадцати пяти центов и получил за это пожизненное заключение. Он был повар и сошел с ума на почве религии. Он сказал однажды, что золотая колесница вот-вот явится, чтобы вознести его на небо, а потом сел на раскаленную решетку плиты и пел гимны и псалмы, пока жарился. Его стащили оттуда, но он умер два дня спустя в госпитале. Он обгорел до костей. И до конца он уверял, что совсем не чувствовал ожогов. Ни одного стона от него нельзя было услышать.</p>
    <p>— Мы заставим Стэндинга застонать, — сказал начальник тюрьмы.</p>
    <p>— Если вы так в этом уверены, почему вы не принимаете моего предложения? — вызывающе спросил я.</p>
    <p>Азертон так рассвирепел, что я рассмеялся бы, если б не был в таком отчаянном положении. По его лицу пробежали судороги. Он сжал кулаки и одну минуту казалось, что он сейчас бросится на меня и убьет голыми руками. Потом, сделав над собой усилие, он взял себя в руки.</p>
    <p>— Хорошо, Стэндинг, — проворчал он. — Я согласен. Но ты бьешься об заклад на свою жизнь, что будешь улыбаться через десять дней. Поворачивайте его, ребята, и стягивайте, пока не затрещат кости. Хэтчинс, покажите-ка ему, что вы знаете, как это делается.</p>
    <p>И они перевернули меня и стянули так, как еще никогда не стягивали. Староста, наверное, хотел продемонстрировать свои умения. Я пытался отвоевать хоть чуточку пространства. На многое рассчитывать было нельзя, потому что я исхудал до того, что мои мускулы превратились в тонкие веревки. У меня не оставалось ни силы, ни мышц, чтобы их напрячь, и того малого, что я урывал, клянусь, мне удавалось добиться, вытягивая суставы. И это немногое было отнято у меня Хэтчинсом, который давно, еще до того, как сделался старостой, изучил все хитрости с рубашкой на своей шкуре.</p>
    <p>Понимаете, Хэтчинс был животное. Возможно, когда-то он был человеком, но его раздавили колеса судьбы. Он имел десять или двенадцать тысяч долларов, и его вскоре ждала свобода, если, конечно, он будет подчиняться приказаниям. Позднее я узнал, что одна девушка хранила ему верность. Страсть к женщине объясняет многие поступки мужчин.</p>
    <p>То, что делал Эл Хэтчинс в это утро в одиночке по приказанию начальника тюрьмы, было настоящим предумышленным убийством. Он отобрал у меня то маленькое пространство, которое мне удалось отвоевать. И, ограбив меня таким образом и оставив меня беззащитным, он давил ногой мне на спину, затягивая меня, и сдавил меня так, как никому никогда еще не удавалось. Мои лишенные мышц кости так стиснули мои внутренние органы, что я немедленно почувствовал, как смерть витает надо мной. Но все же во мне жила вера в чудо. Я не верил, что я умру. Я знал, я говорю — я <emphasis>знал</emphasis>, что я не умру. Голова у меня кружилась, и сердце стучало, как молот.</p>
    <p>— Недурно затянуто, — процедил капитан Джеми.</p>
    <p>— Черта с два! — сказал доктор Джексон. — Говорю вам, ничто его не убьет. Он железный. Другой давно бы умер.</p>
    <p>Азертону с трудом удалось всунуть свой указательный палец между шнуровкой и моей спиной. Наступив на меня, прижав к полу всей тяжестью своего тела, он тянул за веревку, но не сдвинул ее ни на дюйм.</p>
    <p>— Молодец, Хэтчинс, — сказал он. — Ты свое дело знаешь. Переверните-ка его теперь и дайте взглянуть на него.</p>
    <p>Они перевернули меня на спину. Я посмотрел на них выпученными глазами. Одно я знал: если бы они меня затянули таким образом, когда я впервые побывал в рубашке, я, конечно, умер бы в первые же десять минут. Но я прошел хорошую школу. У меня за спиной остались тысячи часов смирительной рубашки, и вдобавок я верил в то, что Моррелл рассказывал мне.</p>
    <p>— Теперь смейся, черт тебя возьми, смейся, — сказал начальник тюрьмы. — Попробуй улыбнуться, как ты похвалялся.</p>
    <p>Хотя я задыхался и сердце мое бешено колотилось в груди, а голова кружилась, тем не менее я смог улыбнуться в лицо Азертону.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава XI</p>
    </title>
    <p>Дверь захлопнулась, в камере воцарился сумрак, и я остался один, лежащий на спине. С помощью уловок, которым меня давно уже научила рубашка, мне удалось, извиваясь и дергаясь, подвинуться по полу так, чтобы коснуться двери носком правого сапога. Это была огромная радость: я уже не был совсем одинок. При желании я мог теперь, по крайней мере, перестукиваться с Морреллом.</p>
    <p>Но, должно быть, Азертон дал строгие указания надзирателям, потому что, хотя я и пытался позвать Моррелла и сказать ему, что я намереваюсь попробовать его способ, надзиратели не дали ему ответить. Меня они могли только проклинать, ведь мне предстояло десять дней провести в смирительной рубашке, и на меня не могли подействовать никакие угрозы.</p>
    <p>Я помню, что в то время мой разум был замечательно ясен. Тело чувствовало обычную боль от рубашки, но разум был так спокоен, что я ощущал боль не больше, чем пол, на котором я лежал, или стены, которые меня окружали. Нельзя себе представить лучшего душевного и умственного состояния для подобного опыта. Конечно, главным образом я был обязан этим своей крайней слабости и еще вот чему: я давно уже научился не обращать внимания на боль. Я не сомневался и не боялся. Все мое сознание, казалось, было пропитано верой в господство духа над телом. Это пассивное состояние было похоже на сон и, однако, по-своему напоминало экстаз.</p>
    <p>Я собрал всю свою волю. Мое тело оцепенело, я чувствовал покалывание из-за нарушенного кровообращения. Я направил свою волю на мизинец правой ноги, желая, чтоб он перестал жить в моем сознании. Я хотел, чтобы этот палец умер — умер для меня, его господина, совершенно от него отличного. Это стоило тяжелой борьбы. Моррелл предупреждал меня, что так и будет. Но даже тень сомнения не омрачала моей веры. Я знал, что этот палец умрет, я знал, когда он умрет. Сустав за суставом они умирали по принуждению моей воли.</p>
    <p>Остальное было легко, хотя и медленно, не отрицаю. Сустав за суставом, палец за пальцем на обеих моих ногах перестали существовать.</p>
    <p>Дело подвигалось вперед. Настало время, когда тело до лодыжек исчезло; потом исчезло все тело ниже колен.</p>
    <p>Мой экстаз был так глубок, что я даже не радовался своему успеху. Я знал только то, что стараюсь умертвить свое тело. Весь я отдался этой единственной задаче. Я выполнял это дело так же тщательно, как каменщики кладут кирпичи, и в моих глазах эта работа была столь же обычной, какой представляется каменщику его труд.</p>
    <p>По истечении часа мое тело было мертво уже до бедер, и я продолжал умерщвлять его, поднимаясь все выше.</p>
    <p>Однако когда я добрался до уровня сердца, мое сознание впервые затуманилось. Из страха окончательно потерять его я решил понадежнее удержать добытую уже смерть и перенес свое сосредоточенное желание на пальцы. Мой мозг прояснился снова, и я очень быстро умертвил свои руки до плеч.</p>
    <p>Таким образом все мое тело умерло, кроме головы и маленького кусочка плоти на груди. Уже не отзывалось в мозгу эхо от ударов моего сдавленного сердца. Оно билось ровно, но слабо. Радость по этому поводу, если бы только я рискнул радоваться в такую минуту, была бы вызвана прекращением каких бы то ни было ощущений.</p>
    <p>В этом пункте мой опыт отличается от опыта Моррелла. Все еще продолжая машинально напрягать волю, я задремал, впал в состояние, лежащее на границе сна и бодрствования. Мне стало казаться, будто мой мозг чудовищно разрастается внутри черепа, который при этом не расширялся. Порой ярко вспыхивал свет, точно даже я, верховный властитель, на мгновение переставал существовать и в следующую минуту вновь становился самим собою, все еще крепко держась за телесную оболочку, которую я заставлял умирать.</p>
    <p>Иллюзия расширения мозга была неприятной. Хотя он и не вышел за стенки черепа, тем не менее мне казалось, что часть его уже находится вне черепа и все еще расширяется. Вместе с тем я переживал одно из самых замечательных ощущений, которые когда-либо испытывал. Время и пространство, являясь сущностью моего сознания, приобрели гигантское протяжение. Так, даже не открывая глаз, чтобы удостовериться в этом, я знал, что стены моей тесной камеры раздвинулись, превратив ее в дворцовый зал. И обдумывая это явление, я знал уже, что они продолжают раздвигаться. Меня позабавила мысль, что, если так пойдет дальше, наружные стены Сен-Квентина с одной стороны погрузятся далеко в Тихий океан, а с другой — коснутся степей Невады. Вместе с этим пришла другая мысль: что, если материя проницаема? Тогда стены моей камеры смогут пройти через стены тюрьмы, и таким образом моя камера очутится вне тюремных стен, а я сам окажусь на свободе. Конечно, это были причудливые фантазии, и я сознавал это.</p>
    <p>Не менее замечательным было растяжение времени. Удары моего сердца раздавались через очень длинные промежутки. И я стал отсчитывать секунды между биениями сердца. Сперва, как я ясно заметил, между двумя ударами проходило около ста секунд, но затем промежутки настолько увеличились, что мне это надоело, и я бросил считать.</p>
    <p>И в то время как иллюзия растяжения времени и пространства продолжала упрочиваться, я сам с наслаждением обдумывал новую и глубокую задачу. Моррелл говорил мне, что он освободился от своего тела, убив его или исключив свое тело из сознания, что, конечно, имело тот же самый результат. Теперь мое тело было столь близко к полной смерти, что я совершенно точно знал, что стоит мне сосредоточить волю, и прекратится существование последнего живого кусочка моего туловища. Но вот в чем была проблема, и Моррелл не предупредил меня об этом: должен ли я был желать, чтобы умерла и моя голова? Если б я это сделал, не умерло ли бы навсегда тело Даррела Стэндинга, независимо от того, что приказывал дух Даррела Стэндинга?</p>
    <p>Я попробовал умертвить грудь и медленно бьющееся сердце. Сильное напряжение моей воли было вознаграждено: у меня не было больше ни груди, ни сердца. Я оставался лишь разумом, душой, сознанием — назовите, как хотите, — воплощенным в туманном мозгу, хотя и находившемся пока внутри моего черепа, но распространившемся и продолжавшем распространяться за его стенки.</p>
    <p>И затем в мгновение ока я покинул тюрьму. Одним прыжком я воспарил над тюремной крышей и калифорнийским небом и очутился среди звезд. Я говорю «среди звезд». Я блуждал среди звезд. Я был ребенком. На мне была мягкая шелковая одежда самых нежных оттенков, переливавшаяся в холодном свете звезд. Это одеяние соответствовало, конечно, моим детским воспоминаниям об одежде цирковых актеров и моему детскому же представлению о внешности ангелочков.</p>
    <p>Я проходил в этом наряде по межзвездному пространству, опьяненный сознанием, что я отправился в далекое путешествие, в результате которого познаю все космические законы и открою последние тайны Вселенной. В руке я держал длинный стеклянный жезл. Во мне была уверенность, что кончиком этого жезла я должен касаться каждой встречной звезды. И я был совершенно уверен, что стоит мне пропустить хоть одну звезду, я буду ввергнут в бездонную пропасть невообразимого вечного возмездия.</p>
    <p>Долго я продолжал свои звездные блуждания. Когда я говорю «долго», вы должны понимать, как колоссально раздвинулось время в моем мозгу. В течение веков прорезал я пространство концом моего жезла, безошибочным глазом и рукой касаясь каждой звезды, мимо которой проходил. Все светлее становилась дорога, все ближе придвигались границы бесконечной мудрости. То не было другое мое «я». То не были переживания, когда-то уже испытанные мною. Я все время знал, что это я, Даррел Стэндинг, странствую среди звезд и касаюсь их концом своего стеклянного жезла. Одним словом, я сознавал, что здесь нет ничего реального, что этого не было и не будет. Я сознавал, что это лишь странная оргия воображения, подобная той, которая овладевает людьми во время кошмара, бреда или обыкновенного сна.</p>
    <p>И вдруг, когда мне было так хорошо и весело в моем небесном странствовии, мой жезл пропустил звезду, и в то же мгновение я почувствовал, что повинен в большом преступлении. В ту же минуту сильный, неумолимый и властный удар, подобный железному велению судьбы, поразил меня и пронес через Вселенную. Вся звездная система засверкала, заколебалась и рассыпалась огнем.</p>
    <p>Я был ввергнут в мучительную агонию. И сразу же я снова стал Даррелом Стэндингом, пожизненным арестантом, лежащим в своей смирительной рубашке в одиночке. И я понял, почему именно я вернулся: из-за быстрого, короткого стука Эда Моррелла, пожелавшего что-то сообщить мне.</p>
    <p>И вот я могу дать некоторое представление о том растяжении времени и пространства, которое я тогда испытывал. Несколько дней спустя я спросил Моррелла, что он пытался сообщить мне. То был простой вопрос: «Ты как, Стэндинг?» Он простучал это быстро, пока надзиратель находился в дальнем конце коридора. Я повторяю, он простучал это очень быстро. И что же! Между первым и вторым стуком я ушел и очутился среди звезд, одетый в прозрачную одежду, касаясь каждой звезды, мимо которой проходил в поисках закона, объясняющего главные тайны бытия. И, как и прежде, я веками продолжал свои поиски. Затем раздался сигнал, последовал удар судьбы, началась мучительная агония, и я снова оказался в своей камере в Сен-Квентине. То был второй стук Эда Моррелла. Между ним и первым ударом прошло не больше одной пятой секунды. И, однако, так невообразимо велико было для меня растяжение времени, что за эту одну пятую секунды я блуждал среди звезд в течение долгих веков.</p>
    <p>Я понимаю, читатель, что все изложенное кажется небылицей. Я согласен с тобой. Это небылицы. Но тем не менее это реальность. Для меня это так же реально, как змеи и пауки для человека, допившегося до белой горячки.</p>
    <p>Эду Морреллу могло потребоваться самое большее две минуты для того, чтобы простучать свой вопрос. Все же для меня между первым и последним ударом прошли целые века. Я не мог больше идти по моему звездному пути с неизреченной радостью, ибо во мне жил ужас неизбежного возвращения и того мучения, что ожидало меня, вновь брошенного в ад смирительной рубашки. Таким образом мои века звездных странствий превратились в века страха.</p>
    <p>И все это время я сознавал, что именно стук Эда Моррелла так крепко привязывает меня к земле. Я пытался говорить с ним, попросить его перестать. Но я так основательно отделил свое тело от сознания, что был не в состоянии воскресить его. Мое тело лежало мертвым в рубашке, хотя я еще обитал в черепе. Тщетно пытался я заставить свою ногу простучать ответ Морреллу. Я убеждал себя, что у меня есть нога. Но я так удачно выполнил этот опыт, что у меня не было ноги.</p>
    <p>Потом — и я знаю теперь, что это стало возможным потому, что Моррелл закончил свою фразу, — я продолжал свой путь среди звезд, и никто не звал меня обратно. Затем я почувствовал, что засыпаю и вижу восхитительный сон. Время от времени я <emphasis>шевелился</emphasis> во сне, — пожалуйста, читатель, обратите внимание на это слово, — я шевелился. Я двигал руками, ногами. Я чувствовал мягкое прикосновение чистого постельного белья. Я чувствовал блаженный покой. О, это было великолепно! Как жаждущие люди в пустыне грезят о журчащих источниках и полных колодцах, так грезил я об избавлении от рубашки, о чистоте вместо грязи, о гладкой бархатистой коже здорового человека вместо моей сморщенной как пергамент шкуры.</p>
    <p>Я проснулся. И хотя я полностью проснулся, я все же не открывал глаза. И, пожалуйста, имейте в виду, что все, происшедшее потом, меня нисколько не удивило. Все это представлялось мне естественным и отнюдь не неожиданным. Я был самим собой, не сомневайтесь в этом. <emphasis>Но не был Даррелом Стэндингом</emphasis>. Даррел Стэндинг имел не больше общего со мной, чем морщинистая пергаментная шкура Даррела Стэндинга с моей свежей мягкой кожей. Я и не знал ничего о Дарреле Стэндинге — да и не мог знать, принимая во внимание, что Даррел Стэндинг еще не родился; он родился лишь спустя несколько столетий. Но вы сами все поймете.</p>
    <p>Я лежал с закрытыми глазами, лениво прислушиваясь. До меня доносился стук лошадиных копыт, размеренно шагающих по каменным плитам. Звенело металлом оружие на людях и конская упряжь, и я понял, что какая-то кавалькада движется по улице под моими окнами. И я без всякого интереса подумал, кто бы это мог быть. Откуда-то, точнее, я знал откуда — с постоялого двора — доносился стук копыт и нетерпеливое ржание, в котором я узнал ржание моей лошади, ожидающей меня.</p>
    <p>Послышались шаги — как будто осторожные, почтительные и вместе с тем намеренно громкие, с желанием разбудить меня, если я еще сплю. Я внутренне улыбнулся этой шутовской проделке.</p>
    <p>— Понс, — приказал я, не открывая глаз, — воды, холодной воды, живо. Я вчера хлебнул лишнего, и теперь мое горло пересохло.</p>
    <p>— И спали слишком долго сегодня, — пожурил меня он, подавая мне воду, которую держал уже в руках.</p>
    <p>Я сел, открыл глаза и поднес кубок ко рту обеими руками. Утоляя жажду, я смотрел на Понса.</p>
    <p>Заметьте две вещи. Я говорил по-французски; я не сознавал, что говорю по-французски. Только потом, вернувшись в одиночку и припоминая то, что я сейчас рассказываю, я вспомнил, что говорил по-французски, и говорил хорошо. Что касается меня, Даррела Стэндинга, в настоящее время пишущего эти строки в отделении для убийц в Фолсемской тюрьме, то я знал только гимназический французский, достаточный лишь для чтения на этом языке. Говорить же я совсем не мог и вряд ли правильно произносил французские слова.</p>
    <p>Но возвращусь к рассказу. Понс был маленьким, сухим стариком. Он родился в нашем доме — я знаю это, потому что как раз в тот день, который я описываю, об этом было упомянуто. Ему исполнилось шестьдесят лет. У него почти не оставалось зубов; несмотря на заметную хромоту, заставлявшую его ходить вприпрыжку, он был очень проворен и ловок. Притом он был бесстыдно фамильярен; это по той причине, что он прожил в моем доме шестьдесят лет. Он был слугой моего отца еще до того, как я начал ходить, а после смерти отца (Понс и я говорили об этом в тот день) он стал моим слугой. Хромым он стал на поле битвы в Италии, во время кавалерийской атаки. Он вытащил моего отца из-под копыт вражеских лошадей, был ранен в бедро, упал на землю и сам попал под копыта. Мой отец, находившийся в сознании, но беспомощный из-за собственных ран, был свидетелем этого. Таким-то образом Понс приобрел право на наглую фамильярность, по крайней мере, с сыном моего отца.</p>
    <p>Понс покачал головой, глядя, как жадно я пью воду.</p>
    <p>— Ты слышал, как она закипела? — пошутил я, отдавая пустой кубок.</p>
    <p>— Совсем как отец, — сказал он безнадежно. — Но ваш отец умел кроме того и нечто другое, что вряд ли умеете вы.</p>
    <p>— У него был больной желудок, — поддразнил я Понса, — его мутило от одного глотка спиртного. Вот он и не пил, потому что ему не было от этого радости.</p>
    <p>Пока мы говорили, Понс раскладывал на кровати мой костюм.</p>
    <p>— Пейте, господин, — ответил он. — Это вам не повредит. Вы умрете со здоровым желудком.</p>
    <p>— Думаешь, у меня желудок луженый? — Я притворился, что не понимаю его.</p>
    <p>— Я думаю… — начал он с раздражением, затем остановился, поняв, что я дразню его, и, надув свои иссохшие губы, стал развешивать мой новый соболий плащ на спинке стула.</p>
    <p>— Восемьсот дукатов, — посмеивался он. — Тысяча коз и сто жирных быков — вот что такое ваш теплый плащ. Два десятка ферм на прекрасной спине моего господина.</p>
    <p>— А в этом сотня прекрасных ферм, с замком или двумя, уже не говоря, пожалуй, о дворце, — сказал я, протягивая руку и дотрагиваясь до рапиры, которую он как раз собирался положить на стул.</p>
    <p>— Все это приобрел ваш отец честным путем, — возразил Понс. — Но он умел и удержать приобретенное.</p>
    <p>Здесь Понс замолчал, потешаясь над моим новым алым шелковым камзолом, — удивительной вещью, из-за которой я стал прямо мотом.</p>
    <p>— Шестьдесят дукатов за это, — продолжал обвинять меня Понс. — Ваш отец скорее отправил бы всех портных, евреев и христиан, гореть в адском огне, чем заплатил бы такую цену.</p>
    <p>И пока мы одевались — то есть пока Понс помогал мне одеваться, — я продолжал смеяться над ним.</p>
    <p>— Совершенно ясно, Понс, что ты еще не слышал новостей, — сказал я хитро.</p>
    <p>Этот старый сплетник сразу навострил уши.</p>
    <p>— Последние новости? — спросил он. — Может быть, об английском дворе?</p>
    <p>— Нет, — покачал я головой. — Новостью это будет только для тебя, а всем она давно известна. Ты разве не слышал? Греческие философы говорили об этом около двух тысяч лет назад. Именно эта новость заставила меня носить на плечах двадцать доходных ферм, жить при дворе и сделаться щеголем. Видишь ли, Понс, наш мир — очень пагубное место, жизнь печальна, все люди умирают, а умерши… да, становятся мертвы. Для того чтоб избегнуть зла и печали, нынешние люди, подобно мне, ищут увеселений, безучастности, безумия ласк.</p>
    <p>— Но новости, господин? О чем говорили философы столько лет назад?</p>
    <p>— Что Бог умер, Понс, — ответил я торжественно. — Знаешь ли ты это? Бог умер, и я скоро умру, а ношу на плечах двадцать доходных ферм.</p>
    <p>— Бог жив, — горячо утверждал Понс. — Бог жив, и царство его близко. Говорю вам, господин, близко. Может быть, даже завтра настанет конец света.</p>
    <p>— Так говорили христиане в Древнем Риме, Понс, когда Нерон делал из них факелы для освещения своих празднеств.</p>
    <p>Понс посмотрел на меня с сожалением.</p>
    <p>— Опасно слишком много учиться, — вздохнул он. — Я всегда был против этого. Но вы вечно стояли на своем и таскали меня, старика, за собой — изучать астрономию и математику в Венецию, поэзию и всякие итальянские глупости во Флоренцию, астрономию в Пизу и бог знает что в эту сумасшедшую страну Германию. Наплевать на философию! Говорю вам, господин, я, Понс, ваш слуга, бедный старый неграмотный человек, — говорю вам, Бог жив и близко время, когда вы предстанете перед ним. — Он замолк, вдруг что-то вспомнив, и потом прибавил: — Он здесь, священник, о котором вы говорили.</p>
    <p>Я сразу вспомнил о назначенном свидании.</p>
    <p>— Почему ты сразу не сказал мне об этом? — спросил я гневно.</p>
    <p>— Что за беда? — Понс пожал плечами. — Разве он не ждет уже два часа?</p>
    <p>— Почему ты не разбудил меня?</p>
    <p>Он посмотрел на меня внимательным критическим взглядом.</p>
    <p>— Вы чуть не ползком добрались до постели и кричали по-петушиному: «пой, ку-ку, пой, ку-ку…»</p>
    <p>Он передразнивал меня, напевая бессмысленный куплет фальшивым фальцетом. Без сомнения, я нес полную чушь, укладываясь спать.</p>
    <p>— У тебя хорошая память, — сказал я сухо, собираясь накинуть на плечи новый соболий плащ, но затем бросив его Понсу на руки. Он угрюмо покачал головой.</p>
    <p>— Не нужна тут память, вы выкрикнули это тысячу раз, пока все постояльцы не начали стучать в нашу дверь, требуя, чтобы вы не мешали им спать. И когда я вас уложил как следует в постель, разве вы не позвали меня и не приказали передать дьяволу, если он спросит вас, что его светлость спит? И разве вы не подозвали меня снова и, схватив мою руку так, что синяк остался от этого, не приказали мне: «любишь жизнь, жирное мясо и теплый очаг, не буди меня утром, разве только ради одной вещи»?</p>
    <p>— Ради какой? — спросил я, поскольку совершенно не мог догадаться, что я такое сказал.</p>
    <p>— «Только ради сердца черного коршуна по имени Маринелли, ради сердца Маринелли, дымящегося на золотом блюде». Блюдо должно быть золотым, сказали вы и вы прибавили, что я должен разбудить вас, напевая: «Пой, ку-ку, пой, ку-ку, пой, ку-ку». И затем вы стали учить меня, как петь: «Пой, ку-ку, пой, ку-ку, пой, ку-ку».</p>
    <p>Когда Понс назвал это имя, я сразу вспомнил, что это имя священника, который проторчал целых два часа в соседней комнате.</p>
    <p>Когда Маринелли было разрешено войти и он приветствовал меня, назвав мой титул и имя, я узнал наконец, кто я такой. Я был граф Гильом де Сен-Мор (дело в том, что я знал и мог вспомнить впоследствии только то, что было в моем бодрствующем сознании).</p>
    <p>Священник был итальянец, смуглый, маленького роста, худощавый то ли от поста, то ли от другого, не плотского изнуряющего голода, его руки были тонкими и слабыми, точно у женщины. Но его глаза! Лукавые, не внушающие доверия, с узким разрезом, под тяжелыми веками, одновременно проницательные, как у хорька, и бесстрастные, как у греющейся на солнце ящерицы.</p>
    <p>— Вы заставили нас ждать, граф де Сен-Мор, — начал он быстро, когда Понс покинул комнату. — Тот, кому я служу, начинает проявлять нетерпение.</p>
    <p>— Перемените тон, священник, — прервал я гневно. — Помните, что вы не в Риме.</p>
    <p>— Мой августейший повелитель… — начал он.</p>
    <p>— Правит августейше в Риме, может быть, — перебил я снова. — А мы во Франции.</p>
    <p>Маринелли смиренно и терпеливо пожал плечами, но его глаза блестели, как у василиска, показывая, что это смирение было притворным.</p>
    <p>— Мой августейший повелитель испытывает беспокойство по поводу французских дел, — сказал он. — Эта дама не для вас. У моего повелителя другие планы… — Он облизнул свои тонкие губы. — Другие планы имеются относительно нее… и вас.</p>
    <p>Само собой разумеется, я знал, что он имеет в виду герцогиню Филиппу, вдову Жоффруа, последнего герцога Аквитанского. Но герцогиня Филиппа была женщина молодая, веселая и прекрасная, и клянусь, созданная как раз для меня.</p>
    <p>— Каковы его планы? — спросил я грубо.</p>
    <p>— Они глубоки и обширны, граф де Сен-Мор, слишком глубоки и обширны, чтобы я мог представить их себе, и мне не подобает их обсуждать с вами или кем-либо другим.</p>
    <p>— О, я знаю, затевались обширные планы, но в основе таилась червоточина, — сказал я.</p>
    <p>— Про вас мне говорили, что вы непреклонны и упрямы, но я повиновался полученным приказаниям.</p>
    <p>Маринелли встал, собираясь удалиться, и я встал вместе с ним.</p>
    <p>— Я говорил, что это бесполезно, — продолжал он. — Но вам была предоставлена последняя возможность изменить свое решение. Мой августейший повелитель более чем справедлив.</p>
    <p>— Отлично, я еще подумаю, — сказал я весело, кланяясь священнику возле двери.</p>
    <p>Он внезапно остановился на пороге.</p>
    <p>— Время для размышлений прошло, — произнес он. — Настало время решать.</p>
    <p>— Я подумаю об этом, — повторил я и затем прибавил: — Если планы этой дамы не совпадут с моими, тогда планы вашего повелителя, может быть, осуществятся. Но не забывайте, священник, что он не мой повелитель.</p>
    <p>— Вы не знаете его, — сказал он торжественно.</p>
    <p>— Да я и не желаю знать, — возразил я.</p>
    <p>Если б я стал описывать мельчайшие подробности всего виденного мною за полдня и полночи, что я был графом Гильомом де Сен-Мор, не хватило бы и десяти книг такого объема, как та, которую я пишу. Многое я должен пропустить; в сущности, я должен пропустить почти все: мне еще не приходилось слышать об отсрочке исполнения приговора для того, чтобы осужденный мог закончить свои записки, по крайней мере, в Калифорнии.</p>
    <p>Париж, по которому я проезжал в этот день, был Парижем давно минувших столетий. Узкие улицы были завалены грязью и нечистотами, что было дико для меня. Но я должен пропустить это. Я должен пропустить все события, случившиеся после полудня, прогулку за стенами города, большой праздник, устроенный Гуго де Менгом, пир и попойку, в которых я принял участие. Только о конце приключения скажу я и начну с того, как я стоял, шутливо беседуя с самой Филиппой, — ах, Боже мой, как удивительно прекрасна была она! Знатная дама, да, но прежде всего, после всего и всегда — женщина.</p>
    <p>Мы смеялись и довольно легкомысленно шутили, чему способствовало веселье окружающей нас толпы; но под этими шутками скрывалась серьезность мужчины и женщины, далеко перешагнувших за порог любви и все-таки не вполне уверенных друг в друге. Не стану описывать ее. Она была невысока, в высшей степени изящна, — но что это, я описываю ее! Короче, она была единственной женщиной на свете, созданной для меня; мало беспокоило меня, что длинная рука седого старца из Рима сможет протянуться через пол-Европы, чтобы воздвигнуть преграду между предназначенной мне женщиной и мной.</p>
    <p>Итальянец Фортини коснулся моего плеча и прошептал:</p>
    <p>— С вами желают говорить.</p>
    <p>— Могут подождать, — ответил я коротко.</p>
    <p>— Я не привык ждать, — последовал столь же короткий ответ.</p>
    <p>Кипя негодованием, я вспомнил священника Маринелли и седого старца в Риме. Дело ясно. Что-то затевалось. Та самая длинная рука дотянулась до меня. Фортини лениво улыбался мне, пока я молчал, охваченный этими мыслями, но его улыбка была в высшей степени наглой.</p>
    <p>В эту минуту, больше чем когда-либо, мне надлежало сохранять хладнокровие, но древний красный гнев начал бурлить во мне. Так вот что задумал священник! На этот раз он ввел в игру Фортини, выходца из Италии, не имевшего за душой ничего, кроме длинной родословной, считавшегося лучшим бойцом на шпагах за последние два десятка лет. Итак, сегодня это Фортини. Если ему не удастся исполнить приказания седого старца, назавтра мне придется иметь дело с другой шпагой, послезавтра с третьей. И может быть, после ряда неудач на этом пути мои преследователи возьмутся за другое: меня будет ждать удар кинжалом в спину или щепотка яда в вине, мясе или хлебе.</p>
    <p>— Я занят, — сказал я. — Оставьте меня.</p>
    <p>— У меня к вам спешное дело, — был его ответ.</p>
    <p>Незаметно наши голоса стали громче, так что Филиппа нас услышала.</p>
    <p>— Убирайся, итальянская собака, — сказал я. — Иди выть подальше отсюда. Я сейчас займусь тобою.</p>
    <p>— Взошла луна, — произнес он. — Трава суха, росы нет. Там, за прудом, слева, есть открытое, тихое и уединенное место.</p>
    <p>— Я сейчас буду к вашим услугам, — проворчал я нетерпеливо.</p>
    <p>Но он все настаивал, торча у моего плеча.</p>
    <p>— Сейчас, — сказал я. — Сейчас я займусь вами.</p>
    <p>Тогда заговорила Филиппа, со всей смелостью и силой своего характера.</p>
    <p>— Удовлетворите желание этого господина, Сен-Мор, сейчас же займитесь им. Пусть удача следует за вами. — Она замолчала, поманив к себе жестом проходившего мимо Жана де Жуанвиля, своего дядю со стороны матери, из анжуйских Жуанвилей. — Пусть удача следует за вами, — повторила она и, наклонившись ко мне, прошептала: — И сердце мое с вами, Сен-Мор. Не оставайтесь там долго. Я буду ждать вас в большом зале.</p>
    <p>Я был на седьмом небе, это было ее первое откровенное признание в любви. И после такого благословения я чувствовал себя столь сильным, что знал: я смогу убить двадцать Фортини и посмеяться над двадцатью седыми старцами из Рима.</p>
    <p>Жан де Жуанвиль повел Филиппу через толпу, а Фортини и я в одну минуту пришли к соглашению. Мы расстались, чтобы найти секундантов, а потом встретиться в условленном месте за прудом.</p>
    <p>Сперва я отыскал Робера Ланфранка, а затем Анри Боэмона. Но сначала я увидел флюгер, который показал, с какой стороны дует ветер, предвещая настоящую бурю. Я знал, что этот флюгер, Ги де Виллардуэн, неотесанный молодой провинциал, только недавно прибыл ко двору, но несмотря на это вел себя как самонадеянный задира. Он был рыжий. Его голубые маленькие и прищуренные глаза казались алыми, по крайней мере, их белки, а его кожа, как бывает у рыжих, была красной и усеянной веснушками. Казалось, что его лицо покрыто сыпью.</p>
    <p>Когда я проходил мимо него, он внезапно толкнул меня. Без сомнения, он сделал это нарочно. И тут же злобно подскочил ко мне, схватившись за шпагу.</p>
    <p>«Честное слово, у седого старца много странных орудий», — подумал я и, поклонившись задире, пробормотал:</p>
    <p>— Простите мою неловкость. Виноват, простите, Виллардуэн.</p>
    <p>Однако он не пожелал успокоиться. Он сердился и пыжился, но я заметил Робера Ланфранка, знаком подозвал его к нам и объяснил, что произошло.</p>
    <p>— Сен-Мор дал вам удовлетворение, — было его мнение. — Он просил у вас извинения.</p>
    <p>— Да, правда, — перебил я самым кротким тоном. — Я еще раз прошу вас, Виллардуэн, простить мою чудовищную неловкость. Прошу прощения тысячу раз. Виноват, я сделал это неумышленно. Спеша на назначенное свидание, я был неловок, более чем неловок, но без всякого намерения.</p>
    <p>Что мог сделать этот дурак, как не принять с большой неохотой извинения, которые я так щедро ему предложил? Тем не менее я подумал, спеша за Ланфранком, что не пройдет и нескольких дней или даже часов, и горячий юноша постарается вновь найти повод для того, чтобы скрестить со мной шпаги.</p>
    <p>Я объяснил Ланфранку только, что нуждаюсь в его услугах, да он и не стремился поглубже вникнуть в это дело. Он сам был пылким юношей не старше двадцати лет, но хорошо владеющим оружием; он сражался в Испании и отличился на поле брани. Только его черные глаза блеснули, когда он узнал, что нам предстоит, и пришел в такой восторг, что постарался поскорее найти Анри Боэмона.</p>
    <p>Когда мы трое пришли на лужайку за прудом, Фортини и два его друга уже ожидали нас. Одного звали Феликс Паскини, он был племянником кардинала, носившего ту же фамилию, и доверенным лицом своего дяди, а дядя был доверенным лицом седого старца. Другого звали Рауль де Гонкур, и его присутствие удивило меня, так как он был слишком порядочным и благородным человеком для того общества, в котором сейчас находился.</p>
    <p>Мы вежливо раскланялись и принялись за дело, которое не было в новинку ни для кого из нас. Роса еще не выпала, и ноги не скользили по траве. Луна светила ярко, а наши клинки были вполне готовы к серьезной игре. Я знал, что хотя и считаюсь во Франции искусным фехтовальщиком, но Фортини искуснее меня. Я знал также, что сердце моей возлюбленной принадлежит мне и что этой ночью из-за меня на свете станет одним итальянцем меньше. Я говорю, я знал это. Для меня исход поединка был несомненным. Когда наши шпаги скрестились, я стал обдумывать способ, которым убью его. Я не любил долгой борьбы, я всегда действовал быстро и блестяще. Кроме того, я сознавал, что после веселых месяцев, проведенных в попойках и пении «пой, ку-ку, пой, ку-ку, пой, ку-ку» в полуночные часы, я не очень-то пригоден для долгой борьбы. Быстро и блестяще — таково было мое решение.</p>
    <p>Но действовать быстро и блестяще оказалось трудновато, с таким-то опытным противником, как Фортини. С другой стороны, случаю было угодно, чтобы Фортини, всегда такой хладнокровный, всегда неутомимый, всегда уверенный и спокойный, берясь за такое дело, в эту ночь тоже избрал быстроту и блеск.</p>
    <p>То была нервная, тяжелая борьба, ибо, несомненно, он так же предугадывал мое намерение скорее покончить, как предугадывал подобное же его намерение я. Сомневаюсь, чтобы мне удался бы мой прием, если б вместо лунной ночи был яркий день. Свет луны помог мне. К тому же мне помогло то, что я отгадал момент выпада, который он задумал. То было внезапное нападение, обычный, но опасный прием, известный любому новичку, положивший на спину немало молодцов, применявших его; он полон опасности для инициатора, почему фехтовальщики не очень увлекаются им.</p>
    <p>Мы дрались не более минуты, а я уже знал, что его смелая, стремительная атака притворна и что он замышляет применить этот самый внезапный выпад. Он ждал, когда я сам сделаю выпад, но не для того, чтобы парировать его, а для того, чтобы отбить нападение легким поворотом кисти, направив острие шпаги прямо на меня и пронзив мое тело, когда оно наклонится вперед при атаке. Трудная вещь, да, трудная вещь даже при самом лучшем освещении. Если он повернет кисть долей секунды раньше, я пойму, в чем дело, и буду спасен; если повернет ее долей секунды позже, моя шпага поразит его.</p>
    <p>«Быстро и блестяще? — думал я. — Очень хорошо, мой итальянский друг, это будет быстро и блестяще, в особенности быстро».</p>
    <p>Собственно говоря, то было внезапное нападение против внезапного нападения, но я должен был перехитрить его, действуя еще быстрее. Так и вышло. Как я уже сказал, не прошло и минуты, когда это случилось. Быстро? Мои атака и выпад были стремительны. То была как бы вспышка действия, мгновенный взрыв. Клянусь, свой выпад я произвел долей секунды быстрее, чем когда-либо удавалось это кому бы то ни было. Я выиграл долю секунды. Опоздав на эту долю секунды, Фортини попытался отклонить мой клинок и поразить меня своим, но отклонилась его шпага. Она блеснула возле моей груди, я сделал выпад — тогда как его оружие пронзило воздух за моей спиной, — и моя шпага настигла его и вошла в его тело на уровне сердца, пройдя насквозь справа налево.</p>
    <p>Странное это ощущение — проткнуть живого человека насквозь. Сидя здесь, в своей камере, я откладываю перо, чтобы подумать об этом. И я часто вспоминал эту лунную ночь во Франции много лет тому назад, когда я быстро и блестяще проучил итальянскую собаку. Как же это было просто! Я ожидал большего сопротивления. Я почувствовал бы его, если бы кончик моей шпаги коснулся кости, но он встретил лишь мягкое тело, которое было легко пронзить. Это ощущение до сих пор еще живет в моей руке, в мозгу, когда я это пишу. Женская шляпная булавка не легче проходит сквозь пудинг, чем моя шпага проткнула насквозь итальянца. О, в то время в этом не было ничего удивительного для Гильома де Сен-Мора, но это удивительно для меня, Даррела Стэндинга, что вспоминает и размышляет об этом много столетий спустя. Легко, в высшей степени легко убить сильного, полного жизни человека таким грубым оружием, как кусок стали. Люди подобны крабам с мягкой скорлупой, так нежны они, хрупки и уязвимы.</p>
    <p>Но вернемся к поединку в лунную ночь. После моего меткого удара наступила пауза. Не сразу упал Фортини, не сразу вытащил я из него свой клинок. Почти на секунду мы остановились: я — с широко расставленными ногами, с напряженным, наклоненным вперед корпусом, с горизонтально вытянутой правой рукой; Фортини — со шпагой, которая была так далеко позади меня, что эфес ее и его рука слегка упирались слева в мою грудь; весь напрягшийся, с открытыми блестящими глазами.</p>
    <p>Так стояли мы, как статуи, где-то секунду, и окружавшие нас не сразу заметили, что случилось. Затем Фортини открыл рот, чтобы вздохнуть, и слегка кашлянул. Тело его обмякло; рука у моей груди задрожала, потом повисла вдоль тела, и конец его шпаги уткнулся в землю. В это время к нему подскочили Паскини и де Гонкур, и он опустился на их руки. Честное слово, мне было труднее вытащить свой клинок обратно, чем всадить его: плоть так цеплялась за него, точно ревниво не хотела с ним расставаться. О, поверьте, потребовалось значительное усилие, чтобы извлечь свою шпагу.</p>
    <p>Но боль, вызванная этим движением, должно быть, вернула Фортини к жизни и его цели: он оттолкнул своих друзей, выпрямился и поднял клинок. Я тоже занял позицию, удивляясь, как это я пронзил его у сердца и не задел ни одного жизненно важного органа. Затем, раньше чем его друзья смогли подхватить его, он как подкошенный упал на землю. Его положили на спину, но он был уже мертв, его лицо в лунном свете было страшным, а правая рука все еще сжимала шпагу.</p>
    <p>Да, правда, удивительно легко убить человека.</p>
    <p>Мы поклонились его секундантам и собирались уйти, когда Феликс Паскини остановил меня.</p>
    <p>— Извините, — сказал я, — отложим это на завтра.</p>
    <p>— Нам ведь надо лишь отойти на шаг в сторону, где трава пока суха, — настаивал он.</p>
    <p>— Дайте мне разделаться с ним за вас, Сен-Мор, — сказал мне Ланфранк, горевший желанием померяться силами с каким-нибудь итальянцем.</p>
    <p>Я покачал головой.</p>
    <p>— Паскини мой, — ответил я. — Он будет первым завтра.</p>
    <p>— Есть еще другие? — спросил Ланфранк.</p>
    <p>— Спросите де Гонкура, — засмеялся я. — Я догадываюсь, что он уже претендует на честь быть третьим.</p>
    <p>Де Гонкур смущенно кивнул. Ланфранк вопросительно посмотрел на него, и де Гонкур кивнул головой еще раз.</p>
    <p>— А после него, не сомневаюсь, появится задира, — продолжал я.</p>
    <p>И лишь только я это сказал, как рыжеволосый Ги де Виллардуэн собственной персоной подошел к нам по облитой лунным светом траве.</p>
    <p>— Ну хоть его-то уступите мне! — вскричал Ланфранк почти умоляюще, так велико было его желание.</p>
    <p>— Спросите его, — засмеялся я, затем, обернувшись к Паскини, сказал ему: — Завтра. Назначьте время и место, я там буду.</p>
    <p>— Трава превосходна, — надоедал он, — место превосходное, и я желал бы, чтобы вы отправились за Фортини сегодня же.</p>
    <p>— Лучше, чтобы его сопровождал друг, — парировал я. — А теперь простите, я должен идти.</p>
    <p>Но он загородил мне путь.</p>
    <p>— Как бы там ни было, — произнес он, — пусть это случится сейчас.</p>
    <p>Тут во мне впервые стал подниматься гнев.</p>
    <p>— Вы хорошо служите своему господину, — засмеялся я.</p>
    <p>— Я служу только своим желаниям, — был его ответ. — Господина у меня нет.</p>
    <p>— Простите меня, если я осмелюсь сказать вам правду, — проговорил я.</p>
    <p>— Какую? — спросил он мягко.</p>
    <p>— Ту, что вы лжец, Паскини, лжец, как и все итальянцы.</p>
    <p>Он немедленно повернулся к Ланфранку и Боэмону.</p>
    <p>— Вы слышали, — сказал он. — И после этого вы не можете отрицать мое право на него.</p>
    <p>Они колебались и посмотрели на меня, чтобы понять мои намерения. Но Паскини не ждал.</p>
    <p>— Если вы еще сомневаетесь, — заторопился он, — позвольте мне устранить ваши сомнения… вот этим.</p>
    <p>И он плюнул на траву у моих ног. Тогда гнев охватил меня и совершенно вывел из себя. Красным гневом зову я это — подавляющее, всепобеждающее желание убивать и уничтожать. Я забыл, что Филиппа ждет меня в большом зале. Я помнил лишь свои обиды — непростительное вмешательство в мои дела седого старца, миссию папы, дерзость Фортини, наглость Виллардуэна и теперь Паскини, стоявшего на моем пути и плюющего в траву. Перед моими глазами появились красные круги, мысли тоже стали алыми. Я смотрел на всех этих людишек как на сорную и вредную траву, которую надо было вырвать с моего пути и уничтожить. Как попавший в клетку лев кидается на прутья, так и я пришел в ярость из-за этих людишек. Они окружали меня. Я чувствовал, что я в западне. Единственное средство выбраться из нее — скосить их, уничтожить, вытоптать ногами.</p>
    <p>— Очень хорошо, — сказал я довольно спокойно, хотя от гнева все мое тело трепетало. — Вы первый, Паскини, а затем вы, де Гонкур? А вы последний, Виллардуэн?</p>
    <p>Все по очереди кивнули головой, и Паскини и я уже были готовы отойти в сторону.</p>
    <p>— Раз вы торопитесь, а нас трое против трех, — предложил Анри Боэмон, — то почему бы нам не приняться за дело одновременно?</p>
    <p>— Да, да, — раздался пылкий возглас Ланфранка, — возьмитесь за Гонкура, Виллардуэн будет мой.</p>
    <p>Но я отклонил предложение моих друзей.</p>
    <p>— Они здесь по приказанию, — объяснил я. — Они так сильно хотят меня убить, что, честное слово, я заразился их желанием и теперь хочу разделаться с ними сам.</p>
    <p>Я заметил, что Паскини раздосадован этой задержкой, и решил еще больше разозлить его.</p>
    <p>— С вами, Паскини, — заявил я, — я покончу быстро. Не хочу, чтобы вы медлили, так как Фортини ждет вас. Вам, Рауль де Гонкур, я отплачу за то, что вы попали в такую плохую компанию. Вы растолстели и страдаете одышкой. С вами я спешить не буду, пусть ваш жир сперва растопится, а легкие сморщатся и повиснут, как продырявленные кузнечные мехи. Что касается вас, Виллардуэн, то я еще не решил, каким способом убью вас.</p>
    <p>Затем я поклонился Паскини и мы принялись за дело. О, в этот вечер во мне проснулся дьявол. Быстро и блестяще — вот в чем был секрет. И я не забывал при этом об обманчивом лунном свете. Я расправлюсь с ним, как с Фортини, если он отважится на внезапное нападение. Если он не сделает этого и притом скоро, тогда на это отважусь я сам.</p>
    <p>Несмотря на то что я раздразнил его, Паскини был осторожен. Тем не менее я заставил его принять быстрый темп, и в тусклом свете луны наши клинки то и дело скрещивались, хотя скорее наугад, чем с расчетом.</p>
    <p>Не прошло и минуты, как я пустил в ход свою уловку. Я сделал вид, что слегка поскользнулся, и, выпрямляясь, притворился, что потерял шпагу Паскини. Он сделал пробный выпад, я снова слукавил, на этот раз парировав излишне широким движением. Последовательно подставляясь под удар, я расставил перед ним приманку. И завлечь его мне удалось. С быстротой молнии воспользовался он тем, что считал невольной ошибкой. Прям и точен был его выпад, в него он вложил всю свою волю, а тяжестью своего тела усилил его. Что же касается меня, то я только притворялся и ждал его. Моя шпага слегка коснулась его, точно рассчитанным движением отклонилась в сторону моя кисть, направив его шпагу на мой эфес. Этого было достаточно, чтобы он не попал в меня и лишь проколол застежку моего шелкового камзола. Конечно, его туловище устремилось вперед, вслед за его клинком, и встретилось на уровне сердца с моим клинком. А моя вытянутая рука была крепка и пряма, как сталь, которую она держала.</p>
    <p>И тело мое было также прямым и крепким, как рука и шпага.</p>
    <p>На уровне сердца, говорю я, моя шпага вошла в тело Паскини, но она не показалась с левой стороны, потому что натолкнулась на ребро (о, убивать человека — дело мясника!) с такой силой, что повалила Паскини навзничь, и он упал на спину. Пока он падал, прежде чем он коснулся травы, барахтаясь и извиваясь, я вытащил из него свое оружие.</p>
    <p>Де Гонкур бросился к нему, но он жестом приказал ему заняться мною. Паскини умер не так быстро, как Фортини. Он долго кашлял и плевал, затем при помощи Виллардуэна, поддерживавшего его, приподнялся на локте и снова стал кашлять и сплевывать кровь.</p>
    <p>— Счастливого пути, Паскини, — смеялся я над ним в припадке моего красного гнева. — Поторопитесь, пожалуйста, потому что трава, на которой вы лежите, вдруг стала мокрой, и если вы помедлите, то можете умереть от простуды.</p>
    <p>Я хотел немедленно начать с де Гонкуром, но Боэмон запротестовал, требуя, чтобы я сделал передышку.</p>
    <p>— Нет, — ответил я. — Я еще даже не согрелся как следует. — И обращаясь к де Гонкуру, сказал: — Ну, теперь я заставлю вас плясать и пыхтеть.</p>
    <p>Де Гонкур не вкладывал свою душу в это дело. Было очевидно, что он дрался по приказанию. Его манера фехтования была старомодной, характерной для людей средних лет, но он неплохо владел шпагой. Он проявлял хладнокровие, решительность, упорство, но совсем не отличался блеском; к тому же он был угнетен предчувствием своего поражения. Несколько раз быстрым и блестящим выпадом я мог покончить с ним. Но я сдерживался. Я сказал уже, что мной владел дьявол. Действительно, это было так. Я утомил его. Я заставил его повернуться к луне спиной, так что он едва мог видеть меня, потому что я сражался в своей тени. И пока я играл с ним, утомив его до такой степени, что он стал задыхаться, как я предсказывал, Паскини наблюдал за нами, поддерживая голову рукой, кашляя и выплевывая свою жизнь.</p>
    <p>— Теперь, де Гонкур, — заявил я в конце концов, — вы видите, что вы в моих руках. Я могу покончить с вами десятком способов. Приготовьтесь, ибо сейчас я выбираю вот этот.</p>
    <p>И, говоря это, я просто перешел от кварты к терции, а когда он стал яростно защищаться, я вернулся к кварте, подождал, пока он откроется, и пронзил его на уровне сердца насквозь. Увидев конец нашей схватки, Паскини, испуская дух, уткнулся лицом в траву, вздрогнул и затих.</p>
    <p>— Ваш господин лишится этой ночью четырех слуг, — заверил я Виллардуэна, как только мы начали бой.</p>
    <p>Ну и схватка! Мальчик был просто смешон. В какой только деревенской школе он обучался фехтованию! Он был настоящий шут. Я сразу решил покончить с ним просто и коротко, а его рыжие волосы, казалось, встали дыбом от ярости, и он набросился на меня, как сумасшедший.</p>
    <p>Увы! Именно его неуклюжесть и довела меня до гибели. Поиграв с ним и поиздевавшись над ним некоторое время, я довел его до такого состояния, что он в своем гневе позабыл и то малое, что знал об искусстве фехтования. Размахнувшись так, будто он пробивал доспехи или рубил дрова, он ударил меня по макушке. Я был ошеломлен. Никогда я еще не видел ничего более нелепого. Он совершенно открылся, и я мог тут же пронзить его. Но я замер от изумления и в следующую секунду почувствовал боль от вошедшего в мое тело клинка, которым проткнул меня насквозь этот неуклюжий провинциал. Рукоятка его шпаги ударила меня в бок, и я упал навзничь.</p>
    <p>Падая, я видел замешательство на лицах Ланфранка и Боэмона и довольную ухмылку на лице Виллардуэна. Я падал, но так и не коснулся травы. В глазах замелькали огоньки, раздался звон в ушах, в темноте забрезжил слабый, медленно разгорающийся свет, я ощутил неописуемую, мучительную боль и затем услышал чей-то голос, говоривший:</p>
    <p>— Я ничего не могу нащупать.</p>
    <p>То был голос начальника тюрьмы Азертона. И я стал Даррелом Стэндингом, только что вернувшимся через века к мучениям смирительной рубашки в Сен-Квентине. И я понял, что моей шеи касаются пальцы Азертона. А затем его сменил доктор Джексон, который произнес:</p>
    <p>— Вы не умеете нащупывать пульс на шее. Тут, вот тут, коснитесь своими пальцами там, где мои. Нащупали? Я так и думал. Сердце слабое, но бьется ровно, как часы.</p>
    <p>— Прошли только сутки, — сказал капитан Джеми, — а он раньше никогда не бывал в подобном состоянии.</p>
    <p>— Притворяется он, вот что он делает, можете быть уверены, — вмешался Эл Хэтчинс, староста.</p>
    <p>— Не знаю, — настаивал капитан Джеми. — Когда пульс человека так слаб, что нужен эксперт, чтобы нащупать его…</p>
    <p>— Ну, я-то прошел эту школу, — пошутил Эл Хэтчинс. — Я как-то заставил вас развязать меня, убедив, что я умираю, и мне тогда стоило больших усилий удержаться от того, чтобы не рассмеяться вам в лицо.</p>
    <p>— Что вы думаете, доктор? — спросил начальник тюрьмы Азертон.</p>
    <p>— Говорю вам, сердце работает превосходно, — ответил тот. — Без сомнения, оно бьется слабо. Но этого ведь надо было ожидать. Я думаю, Хэтчинс прав — он притворяется. — Большим пальцем он поднял мое веко, и я открыл другой глаз и посмотрел на людей, склонившихся надо мной.</p>
    <p>— Что я вам говорил? — торжествующе воскликнул доктор Джексон.</p>
    <p>И тогда, — хотя от усилий, казалось, вот-вот треснет мое лицо, — я собрал всю свою волю и улыбнулся.</p>
    <p>Они поднесли кружку с водой к моим губам, и я жадно выпил. Нужно помнить, что все это время я беспомощно лежал на спине, а мои руки были вытянуты вдоль тела под рубашкой. Когда они предложили мне пищу — сухой тюремный хлеб, — я покачал головой. Я закрыл глаза, давая понять, что их присутствие утомило меня. Страдания от моего частичного воскрешения были невыносимы. Я чувствовал, как мое тело возвращается к жизни. Кровообращение причиняло страшную боль. Я помнил, что Филиппа ждет меня в большом зале, и мне хотелось вернуться обратно к тому дню и ночи, которые я только что провел в старой Франции.</p>
    <p>Так сильно было это желание, что, несмотря на окружавших меня людей, я стал пытаться выключить из своего сознания ожившую часть моего тела. Я торопился уйти, но голос Азертона удержал меня.</p>
    <p>— Жалобы есть? — спросил он.</p>
    <p>Теперь я боялся лишь одного: что они развяжут меня; поэтому мой ответ был вызван отнюдь не бравадой, а стремлением остаться в рубашке.</p>
    <p>— Вы могли бы стянуть рубашку потуже, — прошептал я. — Она слишком свободна, в ней неудобно. Я теряюсь в ней. Хэтчинс глуп и неуклюж. Он ничего не понимает в стягивании. Вы, начальник, поставьте его надзирать за ткацкой. Он добьется куда более непроизводительного труда, чем нынешний бездельник, который только глуп, но не так неуклюж. А теперь убирайтесь, если не можете придумать ничего нового. В этом случае, конечно, оставайтесь. Я сердечно прошу вас остаться, если в ваши тупые головы взбрело, что вы можете придумать новое мучение для меня.</p>
    <p>— Он с ума сошел!.. — вскричал доктор Джексон, радуясь этому событию как медик.</p>
    <p>— Стэндинг, ты — чудо, — сказал Азертон. — У тебя железная воля, но я сломлю ее, это так же верно, как то, что Бог сотворил яблоки.</p>
    <p>— А у вас кроличье сердце, — возразил я. — Если бы вы получили хоть десятую долю того, что я получил в Сен-Квентине, рубашка давно бы выдавила ваше кроличье сердце из ваших длинных ушей!..</p>
    <p>Удар попал в цель, потому что у начальника тюрьмы действительно были очень большие уши. Я уверен, ими заинтересовался бы Ломброзо.</p>
    <p>— Что касается меня, — продолжал я, — я смеюсь над вами и от души желаю ткацкой мастерской, чтобы вы сами взялись заведовать ею. Вы затащили меня сюда и пытали меня своей глупостью, а я все еще жив и смеюсь вам в лицо. Недостаточно? Вы даже не можете убить меня. Недостаточно? Вы не можете убить крысу патроном динамита — настоящего динамита, а не того, который, как вы позволили внушить себе, я будто бы спрятал.</p>
    <p>— Больше ничего? — спросил он, когда я кончил свою бранную речь.</p>
    <p>И в моем мозгу промелькнуло то, что я сказал Фортини, когда он преследовал меня своей дерзостью.</p>
    <p>— Убирайтесь, тюремные собаки, — сказал я. — Тявкайте за моей дверью.</p>
    <p>Для человека, подобного Азертону, не было ничего ужаснее, чем такое оскорбление со стороны беззащитного заключенного. Его лицо побледнело от гнева и голос дрожал, когда он пригрозил:</p>
    <p>— Честное слово, Стэндинг, я все-таки расправлюсь с тобой.</p>
    <p>— Вы лишь одно можете сделать, — заявил я. — Вы можете затянуть потуже эту слишком свободную рубашку. Если вы не можете, уходите. И я не огорчусь, если вы вернетесь не раньше, чем через неделю или целых десять дней.</p>
    <p>И как мог даже этот большой тюремный начальник наказать заключенного, против которого оказалась уже бессильной крайняя мера наказания? Быть может, Азертон придумал еще какую-нибудь угрозу, ибо он открыл рот. Но своим окрепшим голосом я стал петь: «Пой, ку-ку, пой, ку-ку, пой, ку-ку!» И я пел, пока моя дверь не загремела и не заскрипели и завизжали ее засовы и замки.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава XII</p>
    </title>
    <p>Теперь, когда я изучил трюк Моррелла, путь стал легким. И я знал, что он будет становиться тем легче, чем дальше я буду по нему идти. Раз установилась линия наименьшего сопротивления, всякое последующее путешествие будет даваться все легче и легче. И таким образом, как вы увидите, мои странствования из Сен-Квентина в другие жизни стали с течением времени совершаться почти машинально.</p>
    <p>После того как начальник тюрьмы Азертон и его шайка оставили меня, мне понадобилось несколько минут, чтобы заставить воскресшие части моего тела умереть снова. То была малая, не настоящая смерть, подобная временной смерти при анестезии.</p>
    <p>И таким образом, от всего низкого и подлого, от унылой одиночки и мучений рубашки, от знакомых мух, мрака и перестукивания живых мертвецов я одним прыжком отправлялся блуждать в иные времена и пространства.</p>
    <p>Я надолго очутился в темноте, где медленно нарастало восприятие других вещей и другого «я». Прежде всего я почувствовал пыль. Сухая и едкая, она проникала в мои ноздри и лежала на моих губах; она покрывала мое лицо и руки и особенно была ощутима на кончиках пальцев, когда они касались внутренней стороны большого пальца.</p>
    <p>Вслед за тем я уловил беспрерывное движение. Все вокруг меня двигалось и качалось. Все тряслось и дрожало, я услышал какие-то звуки и сразу понял как само собой разумеющееся, что это было скрипение колес и стук и шуршание железных шин о камень и песок. До меня донеслись усталые голоса людей, ругающих и проклинающих медлительность утомленных животных.</p>
    <p>Я открыл глаза, воспаленные от пыли, и немедленно свежая пыль забралась в них. На грубом шерстяном одеяле, на котором я лежал, пыль покоилась слоем в полдюйма. Над собою я увидел сводчатую крышу из колеблющегося брезента и мириады пылинок, тяжело опускавшихся в столбе солнечных лучей, которые проникали через дыры в брезенте.</p>
    <p>Я был ребенком, мальчиком восьми или девяти лет, я был утомлен, как и женщина с запыленным, угрюмым лицом, сидевшая возле меня и убаюкивавшая на руках вопящего младенца. То была моя мать; это я знал, как само собой разумеющуюся вещь, как знал и то, что плечи человека, сидевшего на месте кучера, принадлежали моему отцу.</p>
    <p>Когда я пополз вдоль тюков, которыми была нагружена телега, мать сказала усталым, ворчливым голосом:</p>
    <p>— Можешь ты хоть минутку посидеть спокойно, Джесси?</p>
    <p>Меня звали Джесси. Я не знал своей фамилии, но слышал, что мать звала отца Джоном. Я смутно помнил, что другие люди обращались к отцу «капитан». Я знал, что он был предводителем этой группы людей и что его распоряжениям повиновались все.</p>
    <p>Я выполз наружу через отверстие в брезенте и сел рядом с отцом, на козлах. Воздух был насыщен пылью, поднимаемой телегой и копытами многих лошадей. Пыль была так густа, что походила на мглу или туман, и низко стоявшее солнце светило сквозь нее тусклым кровавым светом.</p>
    <p>Пустынный пейзаж утомлял глаза. Низкие холмы тянулись бесконечной грядой по обе стороны дороги. Там и сям по их склонам торчали чахлые растения или иссушенные зноем кусты. В основном же поверхность холмов была голой и сухой, каменистой и песчаной. Наш путь шел по песчаной дороге между холмами, которая тоже была пустынна, если не считать сухих кустарников среди чахлой травы. Не было не только воды, но и признаков ее, кроме размытых ручьями рытвин, свидетельствовавших о потоках дождя, когда-то бурливших тут.</p>
    <p>Только у моего отца в фургон были впряжены лошади. Когда обоз повернул, я увидел, что другие фургоны тянут волы. Три или четыре пары волов с трудом тащили каждую повозку, и рядом с ними по глубокому песку шли люди с заостренными палками, которыми они неохотно подгоняли животных. На повороте я стал считать фургоны спереди и сзади. Я знал, что их всего сорок, включая наш, потому что я часто считал их раньше. И когда я пересчитал их теперь, как ребенок, желающий отогнать скуку, то снова их оказалось сорок, — все с брезентовым верхом, большие и тяжелые, грубо сколоченные, колыхающиеся и тряские, шумящие и скрипящие на песке и камнях.</p>
    <p>Справа и слева от нас вдоль обоза скакали верхом двенадцать или пятнадцать мужчин разного возраста. К их седлам были привязаны длинноствольные винтовки. Каждый раз, когда кто-нибудь из них подъезжал ближе к нашей повозке, я мог видеть, что их лица, покрытые пылью, были напряжены и озабочены, как и лицо моего отца. А отец, как и они, имел под рукой длинноствольную винтовку.</p>
    <p>Рядом с караваном ковыляло также десятка два или больше хромающих, худых как скелеты волов с натертыми ярмом шеями, которые то и дело останавливались, чтобы пощипать редкие пучки иссохшей травы, а юноши-пастухи с утомленными лицами понукали их. Время от времени какой-нибудь вол останавливался и ревел, и этот рев казался столь же зловещим, как и все вокруг меня.</p>
    <p>Я смутно помнил, как в раннем детстве я жил у берегов реки. И, покачиваясь на козлах рядом с отцом, я постоянно возвращался мыслями к приятной прохладе этой реки, текущей среди деревьев. У меня было такое чувство, будто я бесконечно давно живу в повозке и все еду, еду вперед с этими людьми.</p>
    <p>Но сильнее всего как мною, так и всеми путниками владело предчувствие неизбежной гибели. Наш путь был похож на погребальное шествие: никто не смеялся, ни разу не услышал я веселых голосов; мир и покой не были нашими спутниками. Лица мужчин и юношей, верхом сопровождавших караван, были сумрачны, сосредоточены, безнадежны. И когда мы пробивались через мрачный песок, освещенный закатным солнцем, я пристально всматривался в лицо отца с напрасным желанием найти на нем хоть тень улыбки. Я не хочу этим сказать, что на лице отца, пусть запыленном и угрюмом, читалось отчаяние. Оно было суровым и мрачным, и озабоченным, очень, очень озабоченным.</p>
    <p>Какая-то волна вдруг пробежала по всему каравану. Отец поднял голову, то же сделал и я. И наши лошади подняли свои усталые головы, втянули воздух ноздрями и пошли бодрее. Лошади верховых тоже ускорили шаг. Что же касается стада страшных волов, то оно пустилось прямо вскачь. Это было даже смешно. Бедные животные, неуклюжие, едва держащиеся на ногах, ходячие скелеты в шелудивых шкурах, они тем не менее далеко обогнали мальчиков-пастухов. Но это длилось недолго: они вновь перешли на шаг, голодные, обессилевшие, хромые; теперь уже они не останавливались при виде сухих пучков травы.</p>
    <p>— Что такое? — спросила мать из повозки.</p>
    <p>— Вода, — ответил отец. — Это, должно быть, Нефи.</p>
    <p>— Слава Богу, — сказала мать. — Может быть, здесь мы купим провизию.</p>
    <p>И в облаках кроваво-красной пыли покатили к Нефи наши большие фургоны, с шумом и треском, со скрипом и визгом. Дюжина разбросанных лачуг — вот что представляло собой это поселение. Ландшафт был почти такой же, как тот, который мы оставили позади. Не было деревьев, только чахлый кустарник да песчаная пустыня. Но все же кое-где виднелись обработанные поля и заборы; и здесь была вода.</p>
    <p>Правда, река почти пересохла, но еще можно было найти озерца воды, в которые быки и верховые лошади сразу же погрузили свои морды до самых глаз. Здесь даже росло несколько низкорослых ив.</p>
    <p>— Это, должно быть, мельница Билла Блейка, о которой нам говорили, — сказал отец, указывая на какое-то строение моей матери, которую беспокойство заставило выглянуть наружу из-за наших плеч.</p>
    <p>Некий старик в куртке из оленьей кожи, с длинными, зачесанными назад и выгоревшими на солнце волосами подбежал к нашему фургону и заговорил с отцом. Был подан сигнал, и передовой фургон каравана стал поворачиваться, а затем все сорок телег в конце концов образовали круг. Поднялась суматоха. Несколько женщин с усталыми и запыленными, как у моей матери, лицами показались из фургонов. Оттуда высыпала также целая орава ребятишек. Их было по меньшей мере пятьдесят, и, казалось, я их всех знал давно, женщин же было не меньше двух десятков. Они занялись приготовлением ужина.</p>
    <p>В то время как одни мужчины рубили кустарник, а мы, дети, относили ветви к разведенным кострам, другие разнуздывали волов и пускали их в воду. Третьи занимались тем, что сдвигали фургоны поближе друг к другу. Дышла фургонов были обращены внутрь круга, и передняя часть каждого плотно прилегала к задней части соседнего. Большие колеса тесно соприкасались друг с другом, и мало того, их еще соединили цепями. В этом не было ничего нового для нас, детей. Это только показывало, что лагерь расположен во вражеской стране. Лишь один фургон был оставлен вне круга, чтобы образовался проход. Как мы знали, позже, перед тем как лагерь заснет, скот загонят внутрь и фургон, заменявший ворота, поставят на место и прикрепят цепью к другим. Тем временем скотина находилась под присмотром мужчин и мальчиков, пощипывая ту скудную траву, какую могла тут найти.</p>
    <p>Пока разбивали лагерь, мой отец в сопровождении нескольких мужчин вместе со стариком с длинными, выгоревшими на солнце волосами двинулся пешком по направлению к мельнице. Я помню, что все мы, — мужчины, женщины и даже дети, остановились, следя за тем, как они уходят; казалось, что они отправились по очень важному делу.</p>
    <p>Когда они ушли, в лагере появились другие люди, не знакомые нам жители пустыни Нефи, и стали бродить вокруг. То были белые люди, как и мы, но их лица показались нам грубыми, суровыми, темными; они, казалось, были озлоблены против нас. В воздухе пахло бедой, — они говорили оскорбительные вещи, чтобы вывести из терпения наших мужчин. Но женщины предостерегли всех наших мужчин и юношей, чтобы они не произносили ни слова.</p>
    <p>Один из чужаков подошел к нашему костру, возле которого моя мать стряпала в одиночестве. Я как раз нес ей охапку дров и остановился, чтобы послушать и поглядеть на вторгшегося к нам человека, которого я ненавидел, потому что в воздухе была разлита ненависть, потому что я знал, что все до последнего человека в нашем обозе ненавидят этих чужестранцев, белых, как и мы, и именно их мы опасались, когда устраивали наш лагерь кольцом.</p>
    <p>У человека, стоявшего возле нашего костра, были голубые глаза, суровые, холодные, проницательные. Волосы его были рыжие; лицо выбрито до подбородка и под ним; ниже, покрывая шею и доходя до ушей, росла рыжая с проседью бахрома бакенбард. Мать не поклонилась ему, да и он не кланялся ей. Он только стоял и некоторое время глядел на нее, затем прокашлялся и сказал с усмешкой:</p>
    <p>— Хотите, я побьюсь об заклад, что вы из Миссури.</p>
    <p>Я видел, как мать сжала губы, стараясь подавить гнев, а затем ответила:</p>
    <p>— Мы из Арканзаса.</p>
    <p>— Я полагаю, у вас достаточно оснований скрывать, откуда вы явились, — сказал он, — ведь вы изгнали Богом избранный народ из Миссури.</p>
    <p>Мать не отвечала.</p>
    <p>— А вот теперь, — продолжал он, — вы явились сюда и выпрашиваете у нас хлеб, у нас, которых вы преследовали…</p>
    <p>И тут я, несмотря на то что был ребенком, вдруг почувствовал гнев, древний красный, неукротимый гнев, всегда необузданный и неудержимый.</p>
    <p>— Вы лжете, — закричал я. — Мы не миссурийцы, и мы не попрошайки. У нас есть деньги, чтобы купить хлеб.</p>
    <p>— Замолчи, Джесси, — закричала мать, прикрывая мне рот рукой, и затем обернулась к чужаку. — Ступайте и оставьте мальчика в покое.</p>
    <p>— Я застрелю тебя, проклятый мормон! — закричал я, рыдая, и, вырвавшись из рук матери, обежал вокруг костра.</p>
    <p>Что касается чужака, то мое поведение его ничуть не смутило. Я ждал, что он гневно набросится на меня, и приготовился сражаться, между тем как он смотрел на меня с величайшей серьезностью.</p>
    <p>Наконец он заговорил, заговорил торжественно, величественно качая головой, как бы вынося приговор.</p>
    <p>— Яблоко от яблони недалеко падает, — сказал он. — Молодое поколение не лучше старого. Весь род сгинет и будет проклят. Ни стар, ни млад не спасутся. Этому нет искупления. Даже кровь Христа не сможет искупить их беззакония.</p>
    <p>— Проклятый мормон! — Вот все, чем я мог ответить ему. — Проклятый мормон!</p>
    <p>И я продолжал проклинать его и бегать вокруг костра от карающей материнской руки, пока он не ушел, широко шагая.</p>
    <p>Когда отец и сопровождавшие его люди вернулись, работы в лагере приостановились и все с тревогой столпились вокруг него. Он покачал головой.</p>
    <p>— Они не хотят нам ничего продать? — спросила какая-то женщина.</p>
    <p>Отец снова покачал головой.</p>
    <p>Заговорил голубоглазый мужчина с белокурыми бакенбардами, великан лет тридцати, который внезапно проложил себе дорогу в середину толпы.</p>
    <p>— Говорят, у них есть мука и другие запасы на три года вперед, капитан, — сказал он. — А теперь они не хотят нам продавать, но мы не ссорились с ними. Они поссорились с правительством и перенесли свое недовольство на нас. Это неправильно, капитан; я говорю, это неправильно. Как вынесем мы с женами и детьми наступающую зиму, без всего, среди пустыни, на расстоянии нескольких месяцев пути от Калифорнии?</p>
    <p>Он обратился ко всей толпе:</p>
    <p>— Ведь вы не знаете, что такое пустыня. Вокруг нас еще не пустыня. Говорю вам, это рай, небесное пастбище, изобилующее млеком и медом, в сравнении с тем, чему мы идем навстречу. Говорю вам, капитан, первое, что мы должны добыть себе, это пищу. Если они не хотят ее продать, мы должны напасть и взять ее силой.</p>
    <p>Многие мужчины и женщины криком выразили одобрение, но отец, подняв руку, заставил их замолчать.</p>
    <p>— Я согласен со всем, что вы сказали, Гамильтон, — начал он.</p>
    <p>Но крики заглушили его голос, и он снова поднял руку.</p>
    <p>— Кроме одной вещи, которую вы забыли принять в расчет, — вещи, которую вы и все мы должны принять в расчет. Бригем Юнг объявил военное положение, и Бригем Юнг имеет армию. Мы можем уничтожить Нефи одним взмахом и захватить все запасы, которые найдем. Но мы не унесем их далеко. «Святые» Бригема выступят против нас, и мы будем сметены другим взмахом. Вы это знаете, я это знаю, мы все это знаем.</p>
    <p>Его слова переубедили слушателей, потому что он поведал им то, что им уже было известно. Они только забыли об этом в пылу возбуждения и отчаянной нужды.</p>
    <p>— Никто так охотно, как я, не готов сражаться за правое дело, — продолжал отец. — Но случилось так, что мы не можем сражаться теперь. Если произойдет столкновение, у нас не будет никаких шансов. Мы должны напомнить нашим женам и детям, что нам следует вести себя мирно, во что бы то ни стало, и терпеливо все сносить, какой бы грязью нас ни забрасывали.</p>
    <p>— Но что мы будем делать, когда придем в пустыню? — вскричала женщина, качавшая на руках ребенка.</p>
    <p>— Мы встретим много поселений на пути туда, — ответил отец. — Филмор в шестидесяти милях к югу, потом идет Корн-Крик. Затем Бивер еще через пятьдесят миль; дальше Парован, от него двадцать миль до Сидар-сити. Чем дальше мы отойдем от Соленого Озера, тем больше надежды, что жители продадут нам провизию.</p>
    <p>— А если они не захотят? — настаивала та же женщина.</p>
    <p>— Мы расквитаемся с ними, — сказал отец. — Сидар-сити — последнее поселение. Мы отправимся туда, вот и все, и с помощью Господа разделаемся с ними. На расстоянии двух дней пути оттуда — прекрасные пастбища и водоем. Они их называют Горные Луга. Никто там не живет, и вот в этом месте мы дадим отдохнуть нашему скоту и подкормим его, прежде чем вступить в пустыню. Быть может, мы сможем настрелять немного дичи. А в самом худшем случае мы уйдем так далеко, как только сможем, затем оставим повозки, навьючим поклажу на животных и сделаем последние переходы пешком. Мы сможем есть нашу скотину, продолжая идти своей дорогой. Лучше прибыть в Калифорнию нагишом, чем оставить свои кости здесь; а мы их оставим здесь, если затеем драку.</p>
    <p>Этим заключительным предостережением от резких слов или действий закончился импровизированный митинг. Я долго не мог заснуть этой ночью. Моя вспышка гнева против мормона так возбудила меня, что я еще не спал, когда отец вполз в повозку после последнего обхода ночной стражи. Они думали, что я сплю, но я слышал, как мать спросила его, думает ли он, что мормоны позволят нам мирно проехать через их страну. Его лицо было обращено к ней, и он отвечал ей с полной уверенностью, что мормоны дадут нам пройти, если никто из нашей компании не затеет ссоры.</p>
    <p>Но я видел его лицо в эту минуту при свете маленькой сальной свечи, и в нем не было той уверенности, какая звучала в его голосе. Поэтому я заснул, угнетенный предчувствием ужасной участи, которая, казалось, нависла над нами, и думая о Бригеме Юнге, который представлялся моему детскому воображению опасным, злобным существом, настоящим дьяволом с рогами, хвостом и прочим.</p>
    <empty-line/>
    <p>Я очнулся в одиночке в прежних мучениях…</p>
    <p>Надо мной склонились все те же четверо: начальник тюрьмы Азертон, капитан Джеми, доктор Джексон и Эл Хэтчинс. Я заставил себя растянуть лицо в улыбке, стараясь не терять власти над собою: возобновившееся кровообращение причиняло мне сильную боль. Я выпил воду, которую мне подали, отверг предложенный хлеб и отказался разговаривать. Я закрыл глаза и попытался вернуться к соединенному цепями кругу фургонов в Нефи. Но пока мои посетители стояли возле меня и болтали, я не мог туда отправиться.</p>
    <p>Вот обрывок разговора, который я невольно услышал.</p>
    <p>— Совсем как вчера, — сказал доктор Джексон. — Никаких изменений в его состоянии.</p>
    <p>— Так что, он сможет это вынести? — спросил начальник тюрьмы Азертон.</p>
    <p>— Без сомнения. Еще одни сутки выдержит легко. Он стальной, говорю вам, прямо-таки стальной. Если б я не знал, что это невозможно, я сказал бы, что он находится под действием кого-то наркотика.</p>
    <p>— Я знаю, что это за наркотик, — сказал начальник тюрьмы, — это его окаянная сила воли. Держу пари, что он вбил себе в голову, будто может ходить босиком по раскаленным углям, как гавайские жрецы с южных озер.</p>
    <p>Может быть, это слово «жрецы» я унес с собой сквозь мрак нового полета во времени, может быть, это был только намек, вероятнее же всего, это оказалось простым совпадением. Как бы то ни было, я очнулся на неровном каменном полу и почувствовал, что лежу на спине, причем мои руки скрещены таким образом, что локоть одной покоится в ладони другой. Лежа так с закрытыми глазами, очнувшись наполовину, я стал тереть локти ладонями и убедился, что на них были ужасные мозоли. В этом не было ничего удивительного. Я принял эти мозоли как нечто привычное, само собой разумеющееся.</p>
    <p>Я открыл глаза. Убежищем мне служила небольшая пещера не более трех футов высотой и двенадцати длиной. В пещере было очень жарко. Испарина покрывала все мое тело. Капли пота сливались и образовывали небольшие ручейки. На мне не было никакой одежды, кроме грязной тряпки вокруг бедер. Кожа моя была загорелой, красно-коричневого цвета. Я быль очень худ и смотрел на свою худобу с какой-то странной гордостью, как будто достичь ее было подвигом. Особенно восхищали меня торчавшие ребра, а лицезрение впадин между ними вызывало во мне чувство торжественной надменности или даже сознание своей святости.</p>
    <p>Мои колени были тоже все в мозолях, как и локти. Меня покрывала грязь. Борода, когда-то, очевидно, белокурая, а теперь пятнистая от грязи, лежала спутанным колтуном на груди. Мои длинные волосы, тоже грязные и спутанные, спускались до плеч, отдельные пряди их постоянно падали мне на лицо и мешали видеть, что вынуждало меня время от времени отбрасывать их назад рукой. Однако обычно я довольствовался тем, что смотрел сквозь них, как смотрит дикое животное сквозь чащу.</p>
    <p>За узкой щелью входа в мое темное подземелье ослепительно сияло солнце. Понемногу я подполз к выходу и в еще более неудобной позе повалился на ярко освещенный солнцем узкий каменный выступ. Оно буквально обожгло меня, это ужасное солнце, и чем больше причиняло оно мне страданий, тем больше я наслаждался им или, скорее, собою, — восхищался тем, что я господин своей плоти и выше всех ее требований и жалоб.</p>
    <p>Все замерло от зноя. Ни малейшее дуновение ветерка не колебало поверхность реки, на которую я иногда смотрел. В сотнях футах ниже меня медленно текла широкая река. Противоположный берег, плоский и песчаный, тянулся далеко к горизонту. Возле воды виднелись группы пальм.</p>
    <p>На моем берегу, изъеденном изгибами реки, высились разрушающиеся утесы. Дальше на равнине я мог видеть четыре колоссальные фигуры, высеченные в первобытной скале; человек обычного роста доходил бы им лишь до лодыжки. Четыре колосса сидели, кистями рук касаясь колен, предплечья их были совершенно разрушены; они глядели на реку, по крайней мере, трое из них. От четвертого же остались лишь нижние конечности до колен да огромные, покоящиеся на них ладони. У ног его притаился до смешного маленький сфинкс. Но и этот сфинкс был выше меня. Я смотрел с презрением на эти высеченные фигуры и плевал в их сторону. Я не знал, кто они, забытые ли боги или цари. Но для меня они являлись лишь символами суеты и ничтожности земных людей и земных желаний.</p>
    <p>И над всеми этими изгибами реки, течением воды и обширной пустыней поднимался золотой свод неба без единого облачка.</p>
    <p>Часы проходили, а я продолжал жариться на солнце. Но временами я забывал о зное и своих мучениях, предаваясь снам, видениям и воспоминаниям. Я знал, что все это, — разрушающиеся колоссы, и река, и песок, и солнце, и золотое небо — исчезнет в мгновение ока. В любой момент могут прозвучать трубы архангелов, звезды упадут на землю, небеса свернутся, как свиток, и явится всемогущий Господь Бог со своей ратью для последнего суда.</p>
    <p>Так глубоко я в это верил, что приготовился к этому высокому событию. Вот почему я был здесь, в лохмотьях, в грязи и нищете. Я был кроток и смирен и презирал плотские потребности и страсти. И я думал с презрением и даже некоторым злорадством о далеких городах на равнине, которые, как я знал, в своем великолепии и сладострастии, позабыли о том, что последний день так близок. Да, они это скоро увидят, но слишком поздно для них. И я увижу, но я готов. И под их стоны и вопли я поднимусь, возрожденный и прекрасный, и займу справедливо заслуженное место в Царствии Божием.</p>
    <p>Временами, между снами и грезами, в которых я уже видел себя в Царствии Божием, я перебирал в уме старые споры и разногласия.</p>
    <p>Привлекало меня учение моего возлюбленного учителя Ария. Поистине, если человеческий разум вообще может судить о чем-нибудь, должно было быть такое время — в силу моего понятия об отношении сына и отца, — когда Сын еще не существовал. Само понятие Сына предполагает момент его рождения. Отец должен быть старше сына. Утверждать иное было бы хулой и умалением Бога.</p>
    <p>И в воспоминаниях я вернулся к годам своей молодости, когда сидел у ног Ария, который жил в Александрии и у которого было отнято епископство богохульным еретиком Александром. Александр был еретиком, и преисподняя ждала его.</p>
    <p>Да, я был на Никейском соборе и видел все там происходившее. Я помню, как император Константин изгнал Ария за его прямодушие. И я помню, как Константин раскаялся из государственных и политических соображений и приказал Александру — другому Александру, трижды проклятому епископу Константинопольскому, — принять обратно Ария в церковь завтра же. И разве не умер Арий в ту же ночь на улице? Они говорили, что это странная болезнь погубила его в ответ на молитву Александра к Богу. Но я утверждал, как утверждали все мы, ариане, что ужасная болезнь была следствием яда, который дал ему сам Александр, епископ Константинопольский и дьявольский отравитель.</p>
    <p>Здесь я прижал свое тело теснее к острым камням и пробормотал убежденно вслух:</p>
    <p>— Пусть смеются иудеи и язычники. Пусть торжествуют, ибо их час близок. И для них не будет другого времени.</p>
    <p>Я долго говорил вслух сам с собою на этом каменном выступе, выходившем на реку. Я был в лихорадке и временами пил понемногу воду из вонючего козьего меха. Этот козий мех я вешал на солнце, чтоб зловоние кожи усиливалось и чтобы вода не была освежающе холодной. На полу моего подземелья в грязи лежала и моя пища — немного корешков и кусок заплесневелой ячменной лепешки, и хотя я был голоден, я все же не ел.</p>
    <p>Весь этот благословенный и длинный день я только и делал, что жарился на солнце, обливаясь потом, и терзал свою тощую плоть о камни, глядел на полуразрушенные статуи, тревожил старые воспоминания, сны снов, и вслух бормотал свои мысли.</p>
    <p>И когда солнце село, в короткие сумерки я бросил последний взгляд на мир, которому было суждено так скоро погибнуть. У ног колоссов я смог различить силуэты животных, которые паслись возле когда-то величавых произведений рук человеческих. Под звериный рев я с ворчанием вполз в мою пещеру и отдался лихорадочным видениям, молясь, чтобы конец света наступил скорее, а затем погрузился во мрак сна.</p>
    <empty-line/>
    <p>Сознание вернулось ко мне в одиночке. Четверо мучителей стояли вокруг меня.</p>
    <p>— Богохульный и еретический начальник тюрьмы Сен-Квентин, ноги которого почти касаются преисподней, — стал я издеваться над ними, выпив воды, поднесенной к моим губам. — Пусть тюремщики и их подручные торжествуют. Час их близок, и для них не будет отсрочки.</p>
    <p>— Он не в своем уме, — решил Азертон.</p>
    <p>— Он издевается над вами, — уверенно высказал свое мнение доктор Джексон.</p>
    <p>— Но он отказывается от пищи, — запротестовал капитан Джеми.</p>
    <p>— Он может поститься сорок дней без всякого вреда для себя, — ответил доктор.</p>
    <p>— И я постился уже, — сказал я, — и притом еще сорок ночей. Сделайте милость, стяните крепче рубашку и затем убирайтесь отсюда.</p>
    <p>Староста попробовал просунуть указательный палец под шнуровку.</p>
    <p>— Стянуть крепче нельзя ни на четверть дюйма, — заверил он их.</p>
    <p>— Есть ли какие-нибудь жалобы, Стэндинг? — спросил начальник тюрьмы.</p>
    <p>— Есть, — последовал мой ответ, — целых две.</p>
    <p>— Какие?</p>
    <p>— Во-первых, рубашка слишком свободна, — сказал я. — Хэтчинс — осел. Он мог бы затянуть ее на целый фут, если б постарался.</p>
    <p>— А второе заявление? — спросил Азертон.</p>
    <p>— Вы — порождение дьявола, начальник.</p>
    <p>Капитан Джеми и доктор Джексон захихикали, а начальник тюрьмы, фыркая, вышел из моей камеры.</p>
    <empty-line/>
    <p>Оставшись один, я постарался погрузиться во тьму и вернуться к кругу повозок в Нефи. Мне было интересно узнать исход задуманного переезда нашего обоза через пустынную враждебную страну и нисколько не интересно, что стало с шелудивым отшельником с его стертыми о камни ребрами и запасом вонючей воды. И я вернулся, но не к Нилу, ни в Нефи, а…</p>
    <p>Но здесь я должен прервать свой рассказ, читатель, чтобы разъяснить кое-что и облегчить понимание моих переживаний. Это необходимо, потому что у меня остается мало времени на свои «воспоминания в смирительной рубашке». Скоро, совсем скоро меня схватят и повесят. Но даже если бы мне предстояло прожить еще тысячу жизней, я все равно не смог бы рассказать всех подробностей того, что я испытал в рубашке. Вот почему я должен сократить свое повествование.</p>
    <p>Во-первых, Бергсон прав. Жизнь нельзя объяснить рационально. Еще Конфуций сказал много лет тому назад: «Если мы так невежественны в отношении жизни, что можем мы знать о смерти?» А мы действительно невежественны в отношении жизни, раз не можем объяснить ее рационально. Мы воспринимаем жизнь только в ее внешних проявлениях, как дикарь — динамо-машину. Но мы ничего не знаем о ней изнутри, ничего о ее внутренней сущности.</p>
    <p>Во-вторых, Маринетти ошибается, полагая, что материя представляет собою единственную тайну и единственную реальность. Я утверждаю, и как ты, читатель, понимаешь, утверждаю с основанием, что материя есть только иллюзия. Конт называет мир, эту совокупность материй, великим фетишем, и я согласен с Контом. Именно жизнь представляет собою реальность и тайну. Жизнь — это вовсе не простые химические реакции вещества. Жизнь постоянна. Жизнь — это огненная нить, которая остается неизменной при всех превращениях материи. Я знаю, я — жизнь. Я жил в десятках тысяч поколений. Я жил миллионы лет. Я обладал многими телами, и я, воплощенный в этих телах, всегда оставался собой. Я — жизнь. Я — неугасимая искра, вечно сверкающая в потоке времени, вечно творящая свою волю над бренными формами материи, называемыми телами, в которых я временно обитал.</p>
    <p>Смотрите. Этот мой палец, такой восприимчивый и чувствительный, такой ловкий и умелый, такой сильный и крепкий, умеющий сгибаться и разгибаться, этот палец — не я. Отрежьте его, я останусь жив. Тело искалечено, но я не искалечен. Душа, которая есть я, цела.</p>
    <p>Хорошо. Отрежьте все мои пальцы. Я — есть я. Душа остается цела. Отрежьте обе кисти рук. Отрежьте обе руки до плеч. Отрежьте обе ноги до бедер. А я, непобедимый и неистребимый, я останусь в живых. Разве меня станет от этого сколько-нибудь меньше? Конечно, нет. Отрежьте мне волосы. Отрежьте острой бритвой губы, нос, уши и вырвите глаза, и вот, изуродованный таким образом, с изуродованным, искалеченным телом, в этой клетке из плоти, останусь я, не искалеченный, не умаленный. О, сердце еще бьется. Очень хорошо. Вырежьте сердце или лучше бросьте оставшуюся плоть в машину с тысячью лезвий и разрубите ее на мелкие кусочки, — и я, понимаете ли вы, я, вся моя душа, вся моя тайна, весь мой жизненный огонь, моя жизнь угаснет. Но я не погибну. Только тело погибнет, а тело — не я.</p>
    <p>Разве я уже не показал вам, читатель, что в предшествующие времена, обитая в разнообразных сплавах материи, я был графом де Сен-Мор, шелудивым безымянным отшельником в Египте и мальчиком Джесси, отец которого был предводителем обоза из сорока фургонов, движущегося на Запад? А также разве теперь я, пишущий эти строки, не являюсь Даррелом Стэндингом, ожидающим исполнения смертного приговора в Фолсемской тюрьме и в то же время профессором агрономии в земледельческом коллеже Калифорнийского университета?</p>
    <p>Материя — великая иллюзия, то есть материя проявляется в форме, а форма — одна видимость. Где теперь каменные утесы древнего Египта, на которых я когда-то отдыхал, подобно дикому животному, мечтая в то же время о Царствии Божием? Где теперь тело графа де Сен-Мора, который был пронзен насквозь на залитой лунным светом траве так много лет тому назад задирой Ги де Виллардуэном? Где теперь сорок больших повозок, поставленных в круг в Нефи, и все мужчины, женщины и дети, и тощий скот, пасшийся вне круга? Все эти вещи не долго существовали, ибо они были формами, проявлениями изменяющейся материи, нестойкими, эфемерными. Они сгинули, их больше нет.</p>
    <p>Теперь мое доказательство становится простым. Дух — это вечная реальность. Я — дух, и я вечен. Я, Даррел Стэндинг, обитатель многих телесных оболочек, допишу еще немного строк к этим запискам и пойду своим путем. Моя форма, то есть мое тело, рассыплется, я буду повешен, и от нее ничего не останется во всем мире материи. В мире духа останется память о нем. Материя не имеет памяти, потому что ее формы мимолетны, и то, что в них запечатлено, погибает вместе с ними.</p>
    <p>Еще одно слово, прежде чем я вернусь к своему рассказу. Во всех моих странствиях через мрак в другие жизни, которые некогда были моими, я никогда не мог путешествовать в определенном направлении. Так, мне пришлось пережить еще несколько судеб, прежде чем мне удалось вернуться к мальчику Джесси в Нефи. Я возвращался к нему десятки раз, начиная с того времени, когда он, совсем еще малыш, жил в Арканзасе, и по меньшей мере десятки раз позднее, после того как я оставил его в Нефи. Потребовалось бы очень много времени, чтобы подробно описать все это; поэтому, стараясь не погрешить против истины, я пропущу многое, что неопределенно, расплывчато и повторяется, и предоставлю факты в том виде, в каком я собрал их, разрозненные во времени, в единое целое и воскресил в своей памяти.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава XIII</p>
    </title>
    <p>Задолго до рассвета лагерь в Нефи был уже на ногах. Скот погнали к водопою на пастбища. В то время как мужчины снимали цепи с колес и откатывали повозки в сторону, чтобы было удобнее запрягать, женщины готовили сорок завтраков у сорока костров. Дети в предрассветной прохладе толпились возле огня, все еще в полудреме ожидая кофе.</p>
    <p>Требуется немало времени, чтобы снарядить в путь такой большой караван, как наш. После рассвета прошел уже час и стало заметно припекать, когда мы выехали из Нефи и двинулись дальше по песчаной пустыне. Ни один житель селения не вышел нас проводить, все предпочли остаться дома, и из-за этого наш отъезд казался столь же зловещим, каким накануне было наше прибытие.</p>
    <p>Опять в течение долгих часов нас терзало палящее солнце и пыль, разъедающая кожу, по сторонам — лишь хворост и песок, и проклятая земля. Ни домов, ни скота, ни заборов, никакого признака рода человеческого не встретили мы за целый день; а вечером мы составили фургоны в круг возле пересохшей реки, в сыром песке, в котором вырыли несколько ям, медленно наполнившихся просочившейся водой.</p>
    <p>Наше последующее путешествие помнится мне как в тумане. Мы столько раз разбивали лагерь, всегда ставя фургоны в круг, что в моем детском восприятии этот путь запечатлелся как нечто бесконечное. Но все время над нами висело предчувствие, что мы идем к неминуемой и верной гибели.</p>
    <p>Мы делали около пятнадцати миль в день, я это знаю, потому что, по словам отца, до Филмора, ближайшего мормонского поселения, было шестьдесят миль, а мы на пути к нему три раза разбивали лагерь, что означает четыре дня пути. От Нефи и до последней остановки, о которой у меня сохранилось хоть некоторое воспоминание, мы, должно быть, ехали две недели или немного меньше.</p>
    <p>В Филморе жители были настроены враждебно, как и везде, начиная с Соленого Озера. Они смеялись над нами, когда мы просили продать нам провизию, и упрекали нас за то, что мы из Миссури.</p>
    <p>Когда мы вошли в это селение, состоявшее из дюжины домов, перед самым большим из них стояли две оседланные лошади, запыленные, покрытые потом и усталые. Старик, о котором я уже упоминал, с длинными, выгоревшими на солнце волосами, в оленьей куртке, который по-видимому был помощником отца, подъехал вплотную к нашей повозке и указал кивком головы на этих лошадей.</p>
    <p>— Не пожалели лошадей, капитан, — пробормотал он тихим голосом. — И ради чего они стали бы загонять их, если не из-за нас?</p>
    <p>Но отец уже заметил состояние животных, и я пристально посмотрел на него. Я увидел, как глаза его сверкнули, губы сжались, и суровые морщины сразу обозначились на его запыленном лице. Это было все. Но я сопоставил одно с другим и понял, что две утомленные оседланные лошади явились еще одним признаком грозившей нам беды.</p>
    <p>— Я думаю, они следят за нами, Лаван, — только и сказал мой отец.</p>
    <p>В Филморе я впервые увидел человека, с которым мне предстояло встретиться снова. То был высокого роста широкоплечий мужчина средних лет, обладавший, очевидно, хорошим здоровьем и большой силой не только тела, но и воли. В противоположность большинству мужчин, которых я привык видеть возле себя, он был гладко выбрит. Потом, когда он несколько дней не брился, стало ясно, что он уже порядком седой. У него был необыкновенно большой рот с тонкими, крепко сжатыми губами, создававшими впечатление, что он потерял несколько передних зубов. Нос его был широким, прямым и толстым, так же, как и его четырехугольное лицо, широкое в скулах, с выдающимися массивными челюстями, увенчанное высоким, умным лбом.</p>
    <p>Впервые я увидел этого человека на мельнице в Филморе. Отец и еще несколько наших мужчин пошли туда, чтобы попытаться купить муки, а я, ослушавшись матери и желая увидеть побольше наших врагов, незаметно проследовал за ними. Тот человек, о котором я говорил, в числе четырех или пяти других местных жителей стоял возле мельника во время разговора с моим отцом.</p>
    <p>— Видели вы этого гладколицего старика? — спросил Лаван отца, когда мы возвращались в лагерь.</p>
    <p>Отец кивнул головой.</p>
    <p>— Это Ли, — продолжал Лаван. — Я видел его на Соленом Озере. Он настоящий шутник. Набрал себе девятнадцать жен, и они родили ему пятьдесят детей. И совсем помешан на религии. Ну ради чего следует он за нами через эту забытую Богом страну?</p>
    <p>Наше утомительное, злосчастное путешествие продолжалось. Небольшие поселения были разбросаны среди пустыни там, где была вода и сносная почва, на расстоянии двадцати-пятидесяти миль друг от друга. Между ними тянулись безводные, песчаные, солончаковые земли. И в каждом поселении наши попытки купить провизию оказывались тщетными. Жители грубо отказывали нам и спрашивали, кто из нас продал им пищу, когда их выгоняли из Миссури. Мы напрасно уверяли их, что прибыли из Арканзаса. Мы действительно были из Арканзаса, но они настаивали, что мы из Миссури.</p>
    <p>В Бивере, в пяти днях пути к югу от Филмора, мы снова увидели Ли. И снова увидели оседланных лошадей, привязанных перед домом. Но мы не встретили Ли в Пароване.</p>
    <p>Сидар-сити был последним на нашем пути. Лаван проехал вперед, вернулся и докладывал отцу. Его новости были важны.</p>
    <p>— Я видел, как Ли слезал с лошади, когда я подъехал, капитан. В Сидар-сити что-то многовато верховых.</p>
    <p>Но с нами не случилось здесь ничего плохого. Отказавшись продать нам пищу, жители оставили нас в покое. Женщины и дети выглядывали из домов, и хотя некоторые мужчины появились поблизости, но не приходили к нам в лагерь и не дразнили нас.</p>
    <p>В Сидар-сити умер ребенок Уайнрайтов. Я помню, как миссис Уайнрайт со слезами на глазах умоляла Лавана достать хоть немного молока.</p>
    <p>— Это может спасти жизнь ребенку, — говорила она. — У них есть молоко. Я своими собственными глазами видела молодых телят. Пойдите, пожалуйста, Лаван. Ничего плохого с вами не случится. Они могут только отказать. Но они не сделают этого. Скажите им, что это для ребенка, для крошечного, маленького ребенка. У мормонских женщин материнские сердца. Они не смогут отказать в чашке молока маленькому ребенку.</p>
    <p>И Лаван попытался. Но, как он потом рассказывал отцу, ему не удалось увидеть мормонок. Он видел только мужчин, прогнавших его.</p>
    <p>Это было последнее поселение мормонов. Далее тянулась обширная пустыня, по другую сторону которой лежала страна грез, легендарная земля, Калифорния. Когда наши повозки выезжали ранним утром из поселка, я, сидя возле отца на козлах, увидел Лавана, давшего волю своим чувствам. Мы проехали, должно быть, с полмили и поднимались на небольшой холм, который должен был скрыть Сидар-сити из виду, когда Лаван повернул свою лошадь, остановился и привстал на стременах. Он остановился возле свежевырытой могилы, и я знал, что то была могила ребенка Уайнрайтов, — не первая наша могила с тех пор, как мы пересекли хребет Уосач.</p>
    <p>Он казался в эту минуту настоящим заклинателем. Пожилой и худощавый, длиннолицый, со впалыми щеками, с длинными, выгоревшими на солнце волосами, падавшими до плеч на его оленью куртку, с лицом, искаженным ненавистью и беспомощным гневом, держа длинную винтовку в левой руке, он грозил правым кулаком Сидар-сити.</p>
    <p>— Проклятие Господне да падет на всех вас, — выкрикивал он. — На ваших детей и на неродившихся младенцев. Пусть засуха уничтожит ваш урожай. Пусть вашей пищей станет песок, пропитанный ядом гремучей змеи. Пусть пресная вода ваших источников превратится в горькую соленую. Пусть…</p>
    <p>Тут его слова заглушил стук колес. Но его тяжело вздымавшаяся грудь и поднятый к небу кулак свидетельствовали о том, что он продолжает проклинать город. Он выражал общее чувство, обуревавшее всех в нашем караване: многие женщины, выглянув из фургонов, протягивали тощие руки и потрясали изуродованными тяжким трудом кулаками в направлении последнего мормонского поселения. Мужчина, шагавший по леску и погонявший волов позади нашего фургона, засмеялся и помахал своей палкой. Этот смех был необычным, потому что в нашем караване уже много дней не раздавалось смеха.</p>
    <p>— Пошли их к чертям, Лаван, — подбодрял он. — Прибавь им еще от меня.</p>
    <p>И пока наши фургоны катились дальше, я смотрел на Лавана, стоявшего на стременах у могилы ребенка. Действительно, он походил на заклинателя из-за своих длинных волос, мокасин и обшитых бахромой гетр. Его оленья куртка была так стара и изъедена непогодой, что от бывшего на ней когда-то узорчатого шитья остались лишь кое-где отдельные обрывки. Я помню, что на его поясе болтались грязные пучки волос, которые в начале путешествия после проливного дождя казались мне глянцево-черными. То были, я знал, индейские скальпы, и вид их всегда вызывал во мне содрогание.</p>
    <p>— Это ему полезно — заметил отец, скорее обращаясь к себе самому, чем ко мне, — я уже несколько дней вижу, что он готов сорваться.</p>
    <p>— Я хотел бы, чтобы он вернулся с парочкой скальпов, — высказал я свое желание. Отец посмотрел на меня с усмешкой.</p>
    <p>— Не любишь мормонов, сынок, а?</p>
    <p>Я кивнул головой и почувствовал себя преисполненным смутной ненавистью.</p>
    <p>— Когда я вырасту, — сказал я минуту спустя, — я пойду сражаться с ними.</p>
    <p>— Ты, Джесси, — раздался голос матери из повозки, — закрой скорее рот. — И обращаясь к отцу, она добавила: — Как тебе не стыдно позволять мальчику говорить подобные вещи.</p>
    <p>Двухдневное путешествие привело нас к Горным Лугам, и здесь, вдали от последнего поселения, мы впервые не составили наши фургоны в круг. Точнее, фургоны были поставлены в круг, но с большими промежутками между ними, и колеса не соединяли цепями. Мы собирались остаться тут на неделю. Скот должен был отдохнуть перед настоящей пустыней, хотя и здешний ландшафт мало от нее отличался. Те же самые низкие песчаные холмы возвышались вокруг нас, но они были кое-где покрыты кустарником. Почва была песчаной, но на ней росла трава, ее было больше, чем где бы то ни было на нашем пути. Не далее как в ста шагах от лагеря журчал небольшой ручей, воды в котором едва хватало для людей. Но дальше в него впадали, стекая со склонов холмов, другие маленькие ручьи, и в них-то и поили скот.</p>
    <p>Мы рано разбили лагерь в этот день, и так как предполагалась недельная стоянка, то все женщины стали перебирать грязное белье, предполагая устроить завтра стирку. Все работали до наступления ночи. В то время как одни мужчины чинили упряжь, другие поправляли кузова и железные части повозок. Здесь ковали железо, там крепили винты и гайки. Я помню, как прошел мимо Лавана, сидевшего, скрестив ноги, в тени повозки и мастерившего до наступления ночи новую пару мокасин. Он был единственным человеком во всем караване, носившим мокасины и оленью куртку, и у меня осталось впечатление, что его не было с нами, когда мы выехали из Арканзаса. У него не было ни жены, ни детей, ни собственного фургона. Ничего, кроме лошади, винтовки, одежды, которая была на нем, и пары шерстяных одеял, хранившихся в повозке Мейсона.</p>
    <p>На следующее утро сбылись наши предчувствия. Так как мы находились на расстоянии двух дней пути от последнего мормонского поселения и знали, что вокруг нет индейцев, мы, ничего не боясь со стороны последних, впервые не соединили наши фургоны цепями в плотное кольцо, не оставили сторожей возле скотины, не выставили ночных дозорных.</p>
    <p>Мое пробуждение было похоже на кошмар, словно от удара грома. Проснувшись, я в первые минуты ничего не мог понять и лишь пытался разобраться в какофонии звуков, сливавшихся в общий шум, не прекращавшийся ни на секунду. Я слышал близкие и далекие выстрелы винтовок, крики и проклятия людей, вопли женщин и плач детей. Затем я стал различать свист пуль, ударявшихся о железную обшивку колес и нижних частей повозки.</p>
    <p>Когда я попытался встать, мать, еще не одетая, удержала меня рукой. Отец, уже сидевший на козлах, в эту минуту впрыгнул в повозку.</p>
    <p>— Выходите скорее. На землю! — закричал он.</p>
    <p>Он не терял даром времени. Сграбастав меня и чуть не покалечив, он выбросил меня из фургона. Я едва успел отползти немного, как отец, мать и младенец повалились туда, где я только что находился.</p>
    <p>— Сюда, Джесси, — приказал мне отец, и я тотчас принялся помогать ему рыть яму в песке под прикрытием колес фургона.</p>
    <p>Мы работали как бешеные, голыми руками. Мать присоединилась к нам.</p>
    <p>— Иди вперед и рой глубже, Джесси, — приказал отец.</p>
    <p>Он встал и побежал куда-то в сером сумраке, отдавая на ходу приказания. (Я узнал при этом свою фамилию: меня звали Джесси Фэнчер, а моего отца — капитан Фэнчер.)</p>
    <p>— Ложитесь! — услышал я его голос. — Укройтесь за колесами повозок и зарывайтесь в песок. Семейные, выводите женщин и детей из повозок. Поддерживайте костры! Прекратите стрельбу! Поддерживайте костры и будьте готовы отразить атаку, если придется! Холостые из правых фургонов, присоединитесь к Лавану, из левых к Кокрейну, остальные ко мне! Не вставайте, ползите!</p>
    <p>Но в течение четверти часа нас не атаковали, продолжалась только частая и беспорядочная стрельба. Все наши потери случились в первые минуты растерянности, когда несколько рано вставших человек попали под обстрел при свете костров, которые они развели. Индейцы — ибо Лаван узнал в нападавших индейцев — засели где-то между холмами и палили по лагерю. При свете начинающегося дня отец приготовился встретить их. Он находился недалеко от того места, где я лежал в норе с матерью, так что я слышал, как он закричал.</p>
    <p>— Теперь все вместе!</p>
    <p>Слева, справа и из центра лагеря наши винтовки дали дружный залп. Я быстро выглянул и насчитал несколько раненых индейцев. Их огонь немедленно прекратился, и я увидел, как они побежали со всех ног по открытому месту, таща за собой убитых и раненых.</p>
    <p>Все у нас моментально взялись за работу. Пока мы сдвигали фургоны и сцепляли их передками внутри круга — женщины и маленькие дети выбивались из сил, помогая мужчинам, — выяснились наши потери. Прежде всего и важнее всего — наш последний скот был угнан. Возле разведенных костров лежали семеро наших мужчин: четверо были мертвы, трое смертельно ранены. Другие раненые были на попечении женщин. Маленький Рич Хардэйкр был ранен в руку пулей крупного калибра. Ему было не больше шести лет, и я глядел на него с разинутым от ужаса ртом, в то время как мать держала его на коленях, а отец перевязывал рану. Маленький Рич старался не кричать. Я видел слезы на его щеках, когда он с удивлением смотрел на кусок сломанной кости, торчавший из его руки.</p>
    <p>Бабку Уайт нашли мертвой в фургоне Фоксуэлла. Это была тучная, беспомощная старуха, которая ничего не делала, а только сидела и все время курила трубку. Она была матерью Эбби Фоксуэлла. Миссис Грант тоже была убита. Муж сидел возле ее трупа, он казался очень спокойным. В его глазах не было слез. Он просто сидел рядом, держа винтовку между ног, и никто не подходил к нему.</p>
    <p>Под руководством отца все работали неутомимо, как бобры. Мужчины вырыли большую яму в центре лагеря, построив вокруг нее бруствер из выброшенного песка; в эту яму женщины носили постели, пищу и все необходимое из фургонов. Все дети помогали. Никто не хныкал, не суетился зря. От нас требовалась работа, а мы все были с пеленок приучены к работе. Большая яма предназначалась для женщин и детей. За повозками по всему кольцу вырыли неглубокую траншею с небольшим валом для мужчин, обороняющих лагерь.</p>
    <p>Лаван вернулся с разведки. Он доложил, что индейцы удалились на полмили и устроили шумное собрание. Он видел также, как они унесли шестерых с поля, трое из которых, говорил он, были мертвы.</p>
    <p>Все утро этого первого дня мы время от времени замечали облака пыли и знали, что это перемещаются крупные отряды верховых. Эти облака пыли появлялись то вблизи, то вдалеке, со всех сторон. Но разглядеть что-либо сквозь эту пелену было невозможно. Лишь одно облако пыли удалилось от нас. Оно было огромным, и все решили, что это угоняют наш скот. И вот наши сорок больших фургонов, перевалившие через Скалистые Горы, пересекшие почти половину континента, стоят беспомощные. Без волов они не могли двигаться дальше.</p>
    <p>В полдень Лаван снова отправился на разведку. Он увидел вновь прибывших с юга индейцев — это свидетельствовало о том, что мы окружены со всех сторон. Как раз в это время мы увидели дюжину белых людей, разъезжавших верхом по гребню низкого холма на востоке и смотревших оттуда на нас.</p>
    <p>— Это объясняет дело, — сказал Лаван отцу.</p>
    <p>— Индейцев натравили на нас.</p>
    <p>— Это белые люди, как и мы. Почему они не идут к нам на помощь?</p>
    <p>— Они не белые, — пропищал я, остерегаясь материнской затрещины. — Это мормоны.</p>
    <p>Вечером, с наступлением темноты трое наших молодых людей тайно покинули лагерь. Я видел, как они крались в темноте. То были Уил Эден, Эйбл Милликен и Тимоти Грант.</p>
    <p>— Они пошли в Сидар-сити просить о помощи, — сказал отец матери, наскоро глотая ужин.</p>
    <p>Мать покачала головой.</p>
    <p>— Возле лагеря много мормонов, — сказала мать. — Если они не хотят нам помочь, а похоже на то, почему же сделают это мормоны из Сидар-сити?</p>
    <p>— Но ведь есть хорошие и плохие мормоны… — начал отец.</p>
    <p>— Мы до сих пор не встречали хороших, — возразила она.</p>
    <p>Только утром услышал я о возвращении Эйбла Милликена и Тимоти Гранта. Все в лагере были подавлены их рассказом. Они втроем отошли всего на несколько миль, когда их окликнули белые люди. Лишь только Уил Эден сказал, что они из лагеря Фэнчера и идут в Сидар-сити за помощью, его схватили. Милликен и Грант убежали, чтобы сообщить об этом, и новости эти убили последнюю надежду в наших сердцах. Белые были заодно с индейцами, и гибель, которую мы так давно предчувствовали, висела теперь над нашими головами.</p>
    <p>Утром этого второго дня наших мужчин, ходивших за водой, обстреляли. Ручей протекал лишь в ста шагах за нашим лагерем, но дорогу к нему контролировали индейцы, расположившиеся на низком холме на востоке. Он находился как раз на расстоянии выстрела, ибо от холма до ручья было не больше двухсот пятидесяти футов. Но индейцы, очевидно, не были хорошими стрелками, потому что наши доставили воду, оставшись целыми и невредимыми.</p>
    <p>Если не считать этой перестрелки, лагерь провел утро спокойно. Мы устроились в яме и, привычные к испытаниям, чувствовали здесь себя довольно комфортно. Конечно, плохо было семьям, потерявшим своих членов, или тем, кому надо было заботиться о раненых. Я то и дело ускользал от матери, снедаемый ненасытным любопытством, и надо сказать, что поспевал я почти всюду. Внутри лагеря, к югу от нашей ямы, мужчины выкопали могилу и похоронили в ней семерых мужчин и двух женщин. Только миссис Гастингс, потерявшая и мужа, и отца, доставляла нам беспокойство. Она кричала и вопила, и другим женщинам пришлось долгое время утихомиривать ее.</p>
    <p>На низком холме, на востоке, индейцы подняли ужасный шум и вой. Но они только изредка палили по нам, а больше ничего не предпринимали.</p>
    <p>— Чего ждут эти негодяи? — нетерпеливо спрашивал Лаван. — Неужто они не могут решить, что им с нами сделать?</p>
    <p>В лагере днем было жарко. Солнце пылало на безоблачном небе, и не было ветра. Мужчины, лежавшие в траншее, под повозками, находились отчасти в тени, но большая яма, в которой помещалось свыше сотни женщин и детей, оказывалась под прямыми лучами солнца. Здесь лежали также раненые мужчины, над которыми мы устроили полог из одеял. В яме было тесно и душно, и я постоянно ускользал к линии огня и много хлопотал, исполняя поручения отца.</p>
    <p>Большую ошибку мы сделали при устройстве лагеря, поставив его так далеко от ручья. Это произошло, конечно, из-за внезапности первой атаки, когда мы не знали, как скоро за ней последует вторая. А теперь было слишком поздно. В двухстах пятидесяти футах от индейских позиций на холме мы не осмеливались разъединить наши повозки. Внутри лагеря, к югу от могилы, мы устроили отхожее место, а к северу от большой ямы, находившейся в центре, двум мужчинам отец поручил вырыть колодец.</p>
    <p>Ближе к вечеру второго дня мы опять увидели Ли. Он шел пешком, пересекая по диагонали луг, на северо-западе, как раз на расстоянии ружейного выстрела от нас. Отец поднял одну из материнских простыней на двух связанных вместе палках, которыми подгоняли волов, — то был наш белый флаг. Но Ли не обратил на него внимания и продолжал свой путь.</p>
    <p>Лаван готов был выстрелить в него, но отец остановил его, говоря, что, очевидно, белые еще не решили, действовать ли с нами заодно, и выстрел по Ли может повернуть их на ложный путь.</p>
    <p>— Поди сюда, Джесси, — сказал отец, отрывая полосу от простыни и прикрепляя ее к одной палке. — Возьми это, иди и попробуй поговорить с этим человеком. Не рассказывай о том, что происходит в лагере. Только попытайся уговорить его придти и побеседовать с нами.</p>
    <p>Когда я собирался идти, гордый данным мне поручением, Джед Дэнхем крикнул, что он хочет идти со мной. Джед был приблизительно моего возраста.</p>
    <p>— Дэнхем, может ли ваш мальчик пойти с Джесси? — обратился мой отец к отцу Джеда. — Вдвоем лучше, чем одному. Они не дадут друг другу озоровать.</p>
    <p>Таким образом, Джед и я, два малыша девяти лет, отправились с белым флагом на переговоры с предводителем наших врагов. Но Ли не захотел общаться с нами. Когда он увидел нас, то прибавил шагу. Мы не смогли приблизиться к нему так, чтобы он слышал наш голос, а спустя некоторое время он спрятался в кустах: нам больше не удалось его увидеть, хотя мы знали, что он никуда не мог отсюда деться.</p>
    <p>Джед и я обыскали кусты на сотни ярдов кругом. Отец не сказал нам, как долго мы можем отсутствовать, и, так как индейцы в нас не стреляли, мы двинулись дальше. Мы шли уже больше двух часов, хотя, будь мы не вдвоем, вернулись бы обратно через четверть часа. Но Джед хотел перещеголять меня храбростью, а я его.</p>
    <p>Наше легкомыслие оказалось не бесполезным. Мы смело шли с нашим белым флагом и узнали, как основательно был осажден наш лагерь. К югу от нашего каравана, не далее как в полумиле, мы обнаружили большой лагерь индейцев. За ним, на лугу, мы видели индейских мальчиков, гарцующих на лошадях.</p>
    <p>На восточном холме залегли индейские стрелки. Нам удалось взобраться на пригорок, так что мы могли рассмотреть их. Мы с Джедом целых полчаса считали индейцев и заключили, что их, по меньшей мере, пара сотен. Мы видели также среди них белых людей, оживленно с ними беседовавших.</p>
    <p>К северо-востоку от нашего каравана, примерно в четырехстах ярдах от него, мы обнаружили большой лагерь белых за невысоким холмом, а за ним — пятьдесят или шестьдесят пасущихся оседланных лошадей. В миле от него к северу мы заметили облачко, которое все приближалось. Мы с Джедом стали ждать и вскоре увидели одинокого всадника, мчавшегося скорым галопом к лагерю белых.</p>
    <p>Когда мы вернулись в наш лагерь, я первым делом получил от матери пощечину за то, что бродил так долго; но отец похвалил нас с Джедом после того, как мы отчитались.</p>
    <p>— Теперь надо, пожалуй, ожидать нападения, — сказал Эрон Кокрейн отцу. — Человек, которого видели мальчики, прискакал туда не зря. Белые сдерживали индейцев, ожидая приказаний свыше. Быть может, этот человек их и привез. Лошадь бы не стали зря гонять.</p>
    <p>Полчаса спустя Лаван попытался отправиться на разведку с белым флагом. Но он не прошел и двадцати шагов, как индейцы открыли по нему огонь и обратили его в бегство.</p>
    <p>Как раз перед заходом солнца я сидел в яме и держал малыша, пока мать стелила постель. Нас было здесь так много, что негде было повернуться. Некоторым женщинам даже пришлось спать сидя, положив голову на колени. Справа от меня, так близко, что, протянув руку, я бы коснулся его плеча, умирал Сайлес Дэнлэн. Он был ранен в голову во время первой атаки и весь второй день был без сознания, бредил и пел. Вот одна из его песенок, которую он все время распевал, пока не довел мою мать до исступления:</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Первый чертенок сказал второму:</v>
      <v>— «Дай мне немного табаку».</v>
      <v>Сказал второй чертенок другому:</v>
      <v>— «Береги свои деньги, дурак,</v>
      <v>И у тебя всегда будет табак».</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Я сидел совсем рядом с ним, держа младенца на руках, когда нас атаковали. Солнце заходило, и я во все глаза смотрел на Сайлеса, который уже был в агонии. Его жена Сара положила ему руку на лоб. Она и ее тетка Марта тихо плакали. И вот это началось — выстрелы и залпы из сотен винтовок. С востока, севера и запада, они сошлись полукругом и обрушились на нас. Все забились в большую яму. Самые маленькие дети подняли крик, и женщинам пришлось унимать их. Некоторые женщины закричали было тоже, но немногие.</p>
    <p>Тысячи пуль были выпущены по нам в первые несколько минут. Как мне хотелось пробраться в траншею, за фургоны, где наши мужчины стреляли упорно, но беспорядочно! Каждый стрелял по собственному почину, как только замечал человека, целящегося в нас. Но мать прочла мои мысли и велела мне притаиться и не выпускать из рук младенца.</p>
    <p>Я только бросил взгляд на Сайлеса Дэнлэна — он еще содрогался, — как тут же был убит малыш Каслтонов. Дороти Каслтон, которой самой было около десяти лет, держала его, так что малыш был убит на ее руках, а ее даже не задело. Я слышал, как говорили об этом потом, предполагая, что пуля ударилась высоко в один из фургонов и, отскочив, попала в яму. Говорили, что это чистая случайность и что мы находимся в безопасности в нашем убежище.</p>
    <p>Когда я снова взглянул на Сайлеса Дэнлэна, он быль мертв, и я испытал явное разочарование, потому что не смог стать свидетелем этого замечательного события. Я еще никогда не имел возможности видеть, как умирает человек на моих глазах. У Дороти Каслтон началась истерика, она долго вопила и кричала, а за ней причитать начала и миссис Гастингс. Поднялся такой шум, что отец послал Уота Кэмминга узнать, в чем дело.</p>
    <p>Позже, в сумерки, ожесточенная стрельба прекратилась, хотя отдельные выстрелы раздавались в течение всей ночи. Двое из наших мужчин были ранены во время второй атаки, и их принесли к нам в яму. Билл Тайлер был убит на месте, и его, Сайлеса Дэнлэна и малыша Каслтонов похоронили в темноте, рядом с другими.</p>
    <p>В продолжение всей ночи мужчины, сменяя друг друга, углубляли колодец, но дорылись только до влажного песка, а воды не было. Кое-кому из мужчин удалось принести несколько ведер воды из ручья, но эти вылазки прекратились, когда Джереми Хопкинсу прострелили кисть левой руки.</p>
    <p>На следующее утро, на третий день, было еще жарче и суше, чем раньше. Мы проснулись с пересохшими глотками, и никто не готовил завтрак. У нас во рту так пересохло, что мы не могли есть. Я пробовал грызть кусок черствого хлеба, что мне дала мать, но потом отказался от него. Пальба начиналась и утихала. Иногда сотни выстрелов пролетали над лагерем, иногда долго стояла тишина. Отец постоянно удерживал мужчин от напрасной траты боеприпасов, потому что они подходили к концу.</p>
    <p>И все это время мужчины продолжали рыть колодец. Он был уже так глубок, что песок из него поднимали в ведрах. Люди, вытаскивавшие ведра, стояли на виду, и одного из них ранили в плечо. Около полудня колодец обвалился, и пришлось из последних сил откапывать тех двоих, которых засыпало землей. После этого колодец укрепили досками с повозок и оглоблями, и работа продолжалась, но все, что удавалось пока добыть, — это лишь влажный песок, хотя глубина колодца составляла уже двадцать футов. Вода не просачивалась.</p>
    <p>В это время в большой яме творилось что-то страшное. Дети плакали, прося воды, младенцы уже осипли от крика, но продолжали кричать. Роберт Карр, тяжело раненный, лежал в десяти шагах от меня и матери. Он был без сознания, размахивал руками и просил воды. Некоторым из женщин было почти так же плохо, и они яростно бранили мормонов и индейцев. Некоторые усиленно молились, а три высокие сестры Демдайк вместе с матерью пели евангельские гимны. Другие женщины брали песок, поднятый со дня колодца, и клали его на голые тельца малюток, пытаясь охладить их и успокоить.</p>
    <p>Двое братьев Ферфакс не смогли больше выносить этого и с ведрами в руках проползли под фургонами, чтобы сделать набег на ручей. Вернулся только Джайлс, и когда ему помогли спуститься в яму, у него пошла кровь изо рта и он стал кашлять.</p>
    <p>Двух неполных ведер воды не могло хватить нам, которых было больше сотни, не считая мужчин. Только младенцам, совсем маленьким детям и раненым досталось по глотку. Я не получил ни капли, но мать намочила тряпку в той ложке воды, которую ей выдали для малютки, и вытерла мне рот. Она и не подумала вытереть свой, но отдала мне эту сырую тряпку, чтобы я ее пожевал.</p>
    <p>Положение стало еще хуже после полудня. Безмятежное солнце сияло в чистом неподвижном воздухе и превращало нашу яму в раскаленную печь. Отовсюду раздавались выстрелы и крики индейцев. Отец позволял нашим мужчинам стрелять лишь изредка, да и то только лучшим стрелкам — Лавану и Тимоти Гранту. Но нас постоянно поливали свинцом. Однако больше ни одна пуля не залетела в яму рикошетом, и мужчины в траншее, прекратив стрельбу, лежали, притаившись на дне окопа, избегая опасности. Четверо были ранены, и лишь один из них тяжело.</p>
    <p>Отец наведался к нам, когда стрельба затихла. Он сел возле матери и меня и несколько минут молчал. Казалось, он прислушивается к раздававшимся отовсюду стонам и крикам изнемогавших от жажды людей. Потом он вылез из ямы и пошел посмотреть, что с колодцем. Он принес только сырой песок, чтобы покрыть толстым слоем грудь и плечи Роберта Карра. Затем он направился к Джеду Дэнхему и его матери и послал за отцом Джеда, который был в траншее. Мы сидели так тесно, что если кому-нибудь надо было выйти из ямы, ему приходилось осторожно пробираться между телами спящих.</p>
    <p>Через некоторое время отец снова спустился к нам.</p>
    <p>— Джесси, — спросил он, — ты боишься индейцев?</p>
    <p>Я решительно покачал головой, догадываясь, что меня хотят послать с новым важным поручением.</p>
    <p>— А проклятых мормонов боишься?</p>
    <p>— А проклятых мормонов — тем более, — ответил я, пользуясь удобным случаем, чтобы назвать наших врагов проклятыми и не получить от матери затрещину.</p>
    <p>Я заметил легкую улыбку, тронувшую его поблекшие губы, когда он услышал мой ответ.</p>
    <p>— Тогда, Джесси, — сказал он, — не хочешь ли сходить с Джедом за водой к ручью?</p>
    <p>Я был в восторге.</p>
    <p>— Вы оденетесь как девочки, — продолжал он, — и может быть, они не станут стрелять в вас.</p>
    <p>Я настаивал на том, чтобы отправиться как есть, в мужской одежде, но довольно скоро сдался, когда отец сказал, что он может найти мальчика, который согласится переодеться, и пошлет его с Джедом.</p>
    <p>Из фургона Четоксов принесли сундук. Девочки Четокс были близнецы и примерно такого же роста, как Джед и я. Женщины помогли нам переодеться в воскресные платья близнецов Четокс, пролежавшие в сундуке весь путь от Арканзаса.</p>
    <p>Беспокоясь за меня, мать оставила малыша с Сарой Дэнлэн и проводила меня до траншеи. Здесь, под фургоном и за невысоким бруствером, мы с Джедом получили последние наставления. Потом мы выползли на открытое место и встали. Мы были одеты совершенно одинаково: белые чулки, белые платья с широкими голубыми поясами и белые шляпы. Правая рука Джеда лежала в моей левой руке, мы крепко держались друг за друга. В свободной руке каждого из нас было по два маленьких ведерка.</p>
    <p>— Будьте спокойны, — предостерег нас отец, когда мы сделали первый шаг. — Идите медленно. Идите, как девочки.</p>
    <p>Не раздалось ни единого выстрела. Мы благополучно добрались до ручья, наполнили наши ведра, легли и сами как следует напились. С полными ведрами в руках мы совершили обратный путь. И по-прежнему никто не стрелял.</p>
    <p>Я не могу вспомнить, сколько раз мы проделали этот путь — пятнадцать, а то и двадцать. Мы шли медленно, все время держась за руки, и обратно тоже шли медленно с четырьмя полными ведрами воды. Просто удивительно, как мы хотели пить. Мы то и дело приникали к воде и утоляли жажду.</p>
    <p>Но наши враги решили, что с нас довольно. Вряд ли индейцы стали бы удерживаться от стрельбы — все равно, по девочкам или не по девочкам, — если б не повиновались приказаниям белых, которые были с ними.</p>
    <p>Джед и я как раз собирались в новый поход, когда с холма, занятого индейцами, прогремел выстрел, а затем и другой.</p>
    <p>— Возвращайтесь! — крикнула мать.</p>
    <p>Я посмотрел на Джеда, а он на меня. Я знал, что он упрям и ни за что не отступит первым. Поэтому я пошел вперед, и он сразу же последовал за мной.</p>
    <p>— Джесси! — закричала мать, и этот крик был страшнее затрещины.</p>
    <p>Джед предложил взяться за руки, но я покачал головой.</p>
    <p>— Бежим, — сказал я.</p>
    <p>И когда мы, обжигая ноги о песок, рванулись к роднику, мне показалось, что все индейцы, которые были на холме, открыли огонь. Я подбежал к ручью первым, так что Джеду пришлось ждать, пока я наполню свои ведра.</p>
    <p>— Теперь ты беги, — сказал он мне и стал так медленно наполнять свои ведра, что я понял — он решил во что бы то ни стало вернуться вторым.</p>
    <p>Но я уселся и стал ждать, глядя на клубы пыли, поднимаемые пулями. Потом мы бросились назад.</p>
    <p>— Не так быстро, — предостерег я его, — воду расплещешь.</p>
    <p>Это задело его за живое, и он заметно замедлил шаг. На полпути я споткнулся и упал. Пуля шлепнулась прямо передо мной и засыпала мне глаза песком. Какой-то миг я был уверен, что ранен.</p>
    <p>— Ты это сделал нарочно, — засмеялся Джед, когда я поднялся на ноги. Он стоял и ждал меня.</p>
    <p>Я понял, что у него на уме. Он думал, что я упал нарочно, чтобы разлить воду и вернуться еще раз за ней. Соперничество между нами было серьезным делом — таким серьезным, что я и правда немедленно воспользовался открывшейся мне возможностью и побежал обратно к ручью. А Джед Дэнхем, не обращая внимания на пули, свистевшие вокруг него, стоял, выпрямившись, на открытом месте и ждал меня. Мы пошли обратно плечом к плечу, гордясь своей мальчишеской безрассудной смелостью. Но когда мы принесли воду, только в одном ведре Джеда оказалась вода, — пуля пробила дно второго.</p>
    <p>Мать взяла у меня ведра, ограничившись выговором за непослушание. Она понимала, что теперь отец не позволит ей ударить меня; когда она отчитывала меня, отец подмигнул мне через ее плечо. Никогда прежде он мне не подмигивал.</p>
    <p>Мы с Джедом стали героями. Женщины плакали и благословляли нас, целовали и ласкали. Признаюсь, я гордился этими изъявлениями чувств, хотя, так же, как и Джед, показывал, что мне это не нравится.</p>
    <p>Насколько я помню, остаток дня меня мучила боль в правом глазу, который засыпало песком, когда пуля чуть не попала мне в голову. Мать говорила, что глаз мой воспален и налит кровью, я каждую секунду то закрывал его, то открывал, но ничего не помогало: глаз все равно болел.</p>
    <p>Дела пошли лучше, потому что все смогли утолить жажду, но теперь нам предстояло решить, как же добывать воду впредь. Кроме того, порох и патроны у нас были почти на исходе. Вновь осмотрев все повозки, отец сумел найти еще около пяти фунтов пороха. Этого было явно недостаточно.</p>
    <p>Я помнил, что вчера враги атаковали нас на закате, и заблаговременно пробрался в траншею. Я устроился рядом с Лаваном. Он задумчиво жевал табак и, казалось, не замечал меня. Некоторое время я ждал, боясь, что, обнаружив меня, он прикажет мне идти обратно. Он долго всматривался в пространство между колесами фургонов, сосредоточенно жуя табак, и затем аккуратно сплюнул его в маленькую ямку, сделанную им в песке.</p>
    <p>— Как дела-то? — спросил я наконец. Так он обычно обращался ко мне.</p>
    <p>— Прекрасно, — ответил он. — Замечательно, просто прекрасно, Джесси, потому что я могу снова жевать табак. Я с самого рассвета не мог жевать его, потому что было очень сухо во рту, пока вы не принесли воды.</p>
    <p>В это время над вершиной холма, занятого белыми, показались чьи-то голова и плечи. Лаван долго прицеливался из винтовки, потом покачал головой.</p>
    <p>— Четыреста ярдов. Нет, не стану рисковать. Я могу попасть в него, могу и не попасть, а твой папа очень уж бережет порох.</p>
    <p>— Как думаешь, каковы наши шансы? — спросил я по-мужски, потому что после похода за водой я чувствовал себя совсем взрослым мужчиной.</p>
    <p>Лаван помедлил с ответом; казалось, он внимательно осматривает местность.</p>
    <p>— Джесси, я боюсь, мы очутились в проклятой скверной дыре. Но мы из нее выберемся, мы из нее выйдем, можешь биться об заклад на последний доллар.</p>
    <p>— Некоторые из нас все же не выйдут отсюда, — заметил я.</p>
    <p>— Кто, например? — спросил он.</p>
    <p>— А Билл Тайлер, миссис Грант, Сайлес Дэнлэн и остальные.</p>
    <p>— А, пустяки, Джесси, они уже в земле. Разве ты не знаешь, что рано или поздно всем приходится хоронить своих мертвецов? Это происходит уже тысячи лет, и живых не убывает. Ты видишь, Джесси, жизнь и смерть идут рука об руку. И родится столько же, сколько умрет, я полагаю даже, что больше, потому что мы плодимся и размножаемся. Вот — тебя запросто могли сегодня убить, когда ты носил воду. Но ты здесь, жив, болтаешь со мной, а потом вырастешь и станешь отцом большого семейства в Калифорнии, где, говорят, только плодиться да размножаться.</p>
    <p>Этот оптимистический взгляд на вещи приободрил меня, и я высказал давнее желание:</p>
    <p>— Послушай, Лаван, предположим, что тебя здесь убьют…</p>
    <p>— Кого, меня? — вскричал он.</p>
    <p>— Я сказал «предположим», — пояснил я.</p>
    <p>— Ну, тогда хорошо. Дальше. Предположим, я убит, и что?</p>
    <p>— Отдашь ты мне тогда свои скальпы?</p>
    <p>— Твоя мама побьет тебя, если увидит, что ты их носишь, — сказал он.</p>
    <p>— Я не стану носить их, когда она будет близко. Но ведь, когда тебя убьют, Лаван, кому-нибудь достанутся же твои скальпы, почему же не мне?</p>
    <p>— Почему нет? — повторил он. — Верно, почему не тебе? Ты прав, Джесси, я люблю тебя и твоего отца. Когда я умру, мои скальпы станут твоими, и нож для скальпирования тоже. Пусть Тимоти Грант будет свидетелем. Ты слышишь, Тимоти?</p>
    <p>Тимоти сказал, что слышит, и я, лишившись дара речи от радости, лег на дно душной траншеи, охваченный огромным счастьем, даже не в силах поблагодарить Лавана.</p>
    <p>Я проявил предусмотрительность, заблаговременно отправившись в траншею. Новое нападение на лагерь началось на закате солнца, и тысячи пуль снова засвистели над нами. Никто из наших не получил и царапины. Мы же сделали только тридцать выстрелов, однако я видел, что Лаван и Тимоти Грант уложили по индейцу. Лаван мне сказал, что с самого начала в нас стреляют только индейцы. Он уверенно утверждал, что белые не дали ни одного залпа. Это очень смущало его. Белые не предлагали нам помощи, но и не нападали на нас, и не раз посещали индейцев.</p>
    <p>На следующее утро мы все снова испытывали мучительную жажду. Я проснулся с первыми проблесками света. Выпала обильная роса, и мужчины, женщины и дети слизывали ее языками с оглоблей фургонов и колесных спиц.</p>
    <p>Говорили, что Лаван вернулся из разведки как раз перед рассветом; что он близко подполз к позициям белых и увидел, что они все уже встали и при свете их лагерных костров молятся, собравшись в кружок. Он доложил еще, что из тех немногих слов, которые ему удалось услышать, он понял: они спрашивали у Бога, что им сделать с нами.</p>
    <p>— Да пошлет им Господь просветление, — сказала одна из женщин.</p>
    <p>— И поскорее, — прибавил кто-то, — потому что я не знаю, что мы будем делать целый день без воды, да и наш порох почти вышел.</p>
    <p>Ничего не случилось за все утро, не прозвучал ни один выстрел. Только солнце палило в неподвижном воздухе. Наша жажда усиливалась, и скоро младенцы закричали, а младшие дети заплакали и захныкали. Тогда Билл Гамильтон взял два больших ведра и отправился к ручью. Но до того, как он скрылся под фургоном, Энн Демдайк подбежала к нему, обняла его и попыталась удержать. Но он сказал ей несколько слов, поцеловал и ушел. Не раздалось ни единого выстрела ни тогда, когда он шел, ни тогда, когда возвращался обратно с водой.</p>
    <p>— Слава Богу! — воскликнула старуха Демдайк. — Это хороший знак. Бог смягчил их сердца.</p>
    <p>Таково было мнение и большинства женщин. Около двух часов, после того как мы поели и почувствовали себя лучше, появился белый человек с белым флагом. Билл Гамильтон вышел к нему, поговорил с ним, вернулся в лагерь, о чем-то поспорил с отцом и остальными мужчинами, и потом снова направился к человеку с флагом. И тут мы заметили, что чуть поодаль стоит и наблюдает за ними другой мужчина, в котором мы узнали Ли.</p>
    <p>Нас всех охватило волнение. Женщины почувствовали такое облегчение, что стали кричать и целовать друг друга, а миссис Демдайк и другие стали петь «Аллилуйя» и возносить хвалу Господу. Нам было предложено, под белым флагом и под охраной мормонов, уйти с этого места, подальше от индейцев.</p>
    <p>— Нам придется пойти на это, — сказал отец матери.</p>
    <p>Он сидел на передке фургона, удрученный, с опущенными плечами.</p>
    <p>— Но что, если они замышляют измену? — спросила мать.</p>
    <p>Он пожал плечами.</p>
    <p>— Нам придется рискнуть, может быть, они ничего не замышляют, — сказал он. — У нас закончился порох.</p>
    <p>Мужчины сняли цепи с одного из фургонов и откатили его в сторону. Я побежал посмотреть, что будет. Появился сам Ли, а за ним двигались две большие повозки, совершенно пустые, если не считать возниц. Все столпились вокруг Ли. Он сказал, что им было нелегко удержать индейцев от нападения на нас и что майор Хигби с отрядом мормонской милиции в пятьдесят человек готов увести нас отсюда под своей охраной.</p>
    <p>Но отцу, Лавану и некоторым другим нашим мужчинам показалось подозрительным предложение Ли сложить все наши винтовки в одну из повозок, чтоб не возбуждать против себя индейцев. Они подумают, что мы стали пленниками мормонской милиции.</p>
    <p>Отец выпрямился и был готов отказаться, но затем посмотрел на Лавана, который вполголоса сказал ему:</p>
    <p>— От ружей в руках будет не больше толку, чем от ружей в повозке, ведь у нас вышел весь порох.</p>
    <p>Двоих раненых, которые не могли идти, положили в повозки и туда же поместили всех маленьких детей. Ли, казалось, отбирал для этого тех, кому было меньше восьми-девяти лет. Джеду и мне уже исполнилось девять, к тому же мы были высоки для своего возраста, так что Ли отправил нас к группе подростков и велел нам идти с женщинами пешком.</p>
    <p>Когда он взял у матери нашего малыша и сунул его в повозку, она сначала хотела протестовать, но потом я увидел, что она, крепко сжав губы, уступила. Моя мать была женщиной средних лет, статной, крепкой, ширококостной, сероглазой, с выразительными чертами лица. Но долгий путь и перенесенные лишения сказались на ней, поэтому щеки ее обвисли, она похудела, и с ее лица, как у всех наших женщин, не сходила печать вечной тревоги.</p>
    <p>Когда Ли стал объяснять нам порядок, в котором мы должны были передвигаться, Лаван подошел ко мне. Ли велел, чтобы женщины и дети постарше, следующие с ними пешком, шли впереди за двумя фургонами, а за ними — мужчины, по одному, гуськом. Когда Лаван это услышал, он подошел ко мне, снял скальпы со своего пояса и прицепил их к моему.</p>
    <p>— Но ты еще не убит! — запротестовал я.</p>
    <p>— Ты можешь поручиться за свою жизнь, а я нет, — ответил он весело. — Просто я изменил свое мнение на этот счет, вот и все. Носить скальпы — плохой, языческий обычай. — Он остановился на минуту, как будто что-то забыл, потом вдруг повернулся на каблуках, чтобы присоединиться к нашим мужчинам, и бросил мне через плечо: — Ладно, прощай, Джесси.</p>
    <p>Я удивился, не понимая, почему он прощается, и тут один белый подъехал к лагерю. Он сказал, что майор Хигби послал его поторопить нас, потому что индейцы могут напасть в любой момент.</p>
    <p>Так мы и выступили за двумя фургонами. Ли сопровождал женщин и подростков. За нами, на расстоянии в двести шагов, двигались наши мужчины. Выйдя из лагеря, мы увидели отряд милиции неподалеку. Они стояли, опираясь на свои винтовки, растянувшись цепочкой, в шести футах друг от друга. Когда мы проходили мимо них, я невольно заметил торжественное выражение на их лицах. Как будто мы участвовали в погребальном шествии. То же самое заметили и некоторые женщины и начали плакать.</p>
    <p>Я шел справа от своей матери, чтобы она не могла видеть моих скальпов. Сзади меня шли три сестры Демдайк, две из которых поддерживали свою престарелую мать. Я мог слышать, как Ли все время повторял людям, правившим повозками, чтоб они не ехали так быстро. Какой-то всадник наблюдал за нашей процессией, и одна из сестер Демдайк сказала, что это, должно быть, майор Хигби.</p>
    <p>Это случилось в тот момент, когда наши мужчины поравнялись с милицией мормонов, а я обернулся, чтобы посмотреть, где Джед Дэнхем. Я услышал, как майор Хигби закричал громким голосом: «Исполняйте же свой долг!» — и тут все винтовки мормонов выстрелили, а наши мужчины пали мертвыми. Старая миссис Демдайк и ее дочери упали тоже. Я быстро повернулся, ища глазами мать, но и она уже лежала на земле. Справа из кустов выбежали сотни индейцев, стреляя в нас. Я увидел, как две сестры Дэнлэн попытались убежать, и бросился за ними, потому что белые и индейцы убивали всех без разбору.</p>
    <p>На бегу я увидел, как возница одного из фургонов пристрелил двоих раненых. Лошади другой повозки вставали на дыбы и брыкались, а возница пытался удержать их.</p>
    <empty-line/>
    <p>В тот миг, когда маленький мальчик, каким я был тогда, побежал за сестрами Дэнлэн, мрак опустился на него. С этого момента обрываются его воспоминания, потому что Джесси Фэнчер перестал существовать как Джесси Фэнчер, навсегда. Форма, которая была Джесси Фэнчером, тело, бывшее его телом, будучи материей и видимостью, растаяла и исчезла, как призрак. Но нетленный дух не растаял. Он продолжал существовать, и в своем ближайшем воплощении получил видимое тело, известное как тело Даррела Стэндинга, которого скоро выволокут отсюда и повесят, отправив в небытие, куда отправляются все привидения.</p>
    <p>Здесь, в Фолсеме, есть пожизненно заключенный Мэтью Дэвис, староста камеры смертников. Он уже очень стар, а его родители были одними из первых поселенцев. Я беседовал с ним, и он подтвердил, что истребление каравана, во время которого погиб Джесси Фэнчер, действительно имело место. Когда этот старик был ребенком, в его семье много обсуждали убийство на Горных Лугах. Он утверждал, что детей в повозке оставили в живых, так как они были слишком малы, чтобы рассказать о случившемся.</p>
    <p>Все это я представляю на ваше рассмотрение. Никогда в течение своей жизни Даррел Стэндинг не прочел ни строчки и не слышал ни слова о караване Фэнчера, погибшем на Горных Лугах. Только здесь, в смирительной рубашке, в Сен-Квентине я узнал все это. Я не мог создать это из ничего, как не могу создать динамит из ничего. Это знание и эти факты, рассказанные мною, могут иметь лишь одно объяснение: они были в душе, находящейся во мне, — в душе, которая не похожа на материю и не погибает.</p>
    <p>В заключение этой главы я должен сообщить, что Мэтью Дэвис также рассказал мне, что несколько лет спустя после истребления каравана Ли был казнен правительством Соединенных Штатов на Горных Лугах, на месте нашего бывшего лагеря.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава XIV</p>
    </title>
    <p>Когда, по окончании первого десятидневного срока пребывания в смирительной рубашке, меня привел в сознание доктор Джексон, подняв большим пальцем мое веко, я открыл оба глаза и засмеялся в лицо начальнику тюрьмы Азертону.</p>
    <p>— Слишком упрям, чтобы жить, и слишком подл, чтобы умереть, — заметил он.</p>
    <p>— Десять дней прошли, начальник, — прошептал я.</p>
    <p>— Ладно, мы развяжем тебя, — пробурчал он.</p>
    <p>— Не в этом дело, — сказал я. — Вы видели мою улыбку. Вы помните, что мы держали маленькое пари. Не утруждайте себя, развязывая меня. Вместо этого дайте сперва табаку и бумаги для папирос Морреллу и Оппенхеймеру. И чтобы вы не скаредничали — вот вам еще улыбка.</p>
    <p>— О, я знаю твои шутки, Стэндинг, — заявил Азертон. — Но ты за них поплатишься. Если я не сломаю тебя, ты побьешь все рекорды в смирительной рубашке.</p>
    <p>— Он уже побил их, — сказал доктор Джексон. — Кто слышал когда-нибудь о человеке, который смеялся бы после десятидневного пребывания в рубашке?</p>
    <p>— Ладно, ерунда, — ответил начальник тюрьмы Азертон, — развяжи его, Хэтчинс.</p>
    <p>— Зачем так спешить? — спросил я, разумеется, шепотом, потому что ослаб настолько, что должен был напрячь всю волю, которая еще оставалась во мне, и последние остатки моих сил, чтобы говорить даже шепотом. — К чему такая спешка? Я не тороплюсь на поезд — и мне настолько удобно, что лучше бы вы меня не трогали.</p>
    <p>Но они меня развязали, вытряхнув на пол из зловонной рубахи, как какой-то неодушевленный предмет.</p>
    <p>— Неудивительно, что ему было удобно, — сказал капитан Джеми. — Он ничего не чувствовал. Он парализован.</p>
    <p>— Твоя бабушка парализована, — выругался Азертон. — Поставьте его на ноги, и вы увидите, что он будет стоять.</p>
    <p>Хэтчинс и доктор поставили меня на ноги.</p>
    <p>— Теперь иди, — приказал мне Азертон.</p>
    <p>Не сразу может вернуться жизнь в тело, которое фактически было мертвым в течение десяти дней, и в результате я упал, скорчившись, на колени, потом повалился в сторону и ударился лбом о стену.</p>
    <p>— Вот видите, — сказал капитан Джеми.</p>
    <p>— Хорошо притворяется, — возразил Азертон. — Этот человек на все руки мастер.</p>
    <p>— Вы правы, начальник, — прошептал я с пола. — Я сделал это нарочно. Это было театральное падение. Подымите меня еще раз, и я повторю его. Я обещаю хорошенько позабавить вас.</p>
    <p>Я не стану распространяться об агонии, которую испытывал, пока возобновлялось мое кровообращение. Я уже привык к ней, и она оставила глубокие морщины на моем лице, которые я унесу с собой на эшафот.</p>
    <p>Когда они наконец оставили меня, я пролежал оставшуюся часть дня в оцепенении и в полузабытье. Существует такая вещь, как потеря чувствительности, порожденная болью, слишком мучительной, чтобы ее можно было переносить. И я познал такую потерю чувствительности.</p>
    <p>К вечеру я уже смог ползать по камере, но еще не в силах был подняться на ноги. Я пил много воды и очистил себя от грязи, как только мог, но только на другой день я заставил себя поесть, и то только благодаря сознательному усилию воли.</p>
    <p>Программа, составленная для меня начальником тюрьмы Азертоном, заключалась в том, что мне следовало отдохнуть и придти в себя в течение нескольких дней, а затем, если за это время я не признаюсь, где спрятан динамит, меня снова зашнуруют еще на десять дней в смирительную рубашку.</p>
    <p>— Сожалею, что причиняю вам так много хлопот, начальник, — сказал я ему в ответ. — Жаль, что я не умер в рубахе и не избавил вас таким образом от затруднений.</p>
    <p>Я сомневаюсь, чтобы в ту пору я весил хоть немногим более 90 фунтов. А два года тому назад, когда двери Сен-Квентина впервые закрылись за мной, я весил 165 фунтов. Казалось невероятным, что я мог потерять еще хотя бы унцию и все-таки остаться в живых. А между тем в последующие месяцы я потерял в весе столько, что он, по моим подсчетам, приблизился к 80 фунтам. Я знаю, что когда я выскочил из одиночки и ударил надзирателя в нос, я весил 89 фунтов, потому что перед тем, как повести меня на суд в Сен-Рафаэль, меня умыли, побрили и взвесили.</p>
    <p>Есть люди, которые удивляются чужой жестокости. Начальник тюрьмы Азертон был жестоким человеком. Он ожесточил меня и закалил, что в свою очередь воздействовало на него и еще более ожесточало. И все же ему не удалось убить меня. Понадобился закон штата Калифорния, судья, приговоривший меня к повешению, и губернатор, отказавший в помиловании, чтобы послать меня на эшафот за удар, нанесенный кулаком тюремному надзирателю. Я буду всегда настаивать на том, что у этого надзирателя был очень, очень хрупкий нос.</p>
    <p>Я был в то время едва держащимся на ногах скелетом, слепым, как летучая мышь. Я иногда сомневаюсь, в самом ли деле у него пошла кровь из носа. Конечно, он свидетельствовал под присягой, что это было так. Но я знавал тюремных надзирателей, которые давали еще более ложные показания.</p>
    <p>Эду Морреллу очень хотелось поскорее узнать, как мне удался эксперимент; но когда он попытался поговорить со мной, его заставил замолчать надзиратель Смит, бывший как раз на карауле у одиночек.</p>
    <p>— Все в порядке, Эд, — простучал я ему. — Помолчите и вы, и Джек, я вам все расскажу. Смит не может помешать вам слушать, как не может помешать мне говорить. Они уже сделали самое худшее, что могли, а я все еще здесь.</p>
    <p>— Прекрати, Стэндинг! — проревел мне Смит из коридора, в который выходили все камеры.</p>
    <p>Смит был особенно мрачный тип, самый жестокий и мстительный из всех остальных надзирателей. Мы, бывало, обсуждали, не бьет ли его жена или не страдает ли он хроническим несварением желудка.</p>
    <p>Я продолжал стучать, а он подошел к дверной решетке и уставился на меня.</p>
    <p>— Я приказал тебе прекратить! — прорычал он.</p>
    <p>— Виноват, — сказал я учтиво, — но у меня есть одно сообщение, которое я должен немедленно простучать. Но, позвольте вас спросить, какое вам до этого дело?</p>
    <p>— Я… — начал он раздраженно, но осекся, доказывая, что не очень быстро соображает.</p>
    <p>— Да-с, — подбодрял я его, — пожалуйста, что дальше?</p>
    <p>— Я позову начальника тюрьмы, — неуверенно сказал он.</p>
    <p>— Позовите, пожалуйста, он ведь очень очаровательный господин. Блестящий пример того утонченного влияния, которое наши тюрьмы оказывают на людей. Приведите его ко мне. Я донесу ему на вас.</p>
    <p>— На меня?</p>
    <p>— Да, именно на вас, — продолжал я. — Вы пристаете ко мне самым грубым и неучтивым образом, прерывая мой разговор с другими постояльцами этой гостиницы.</p>
    <p>И начальник тюрьмы Азертон явился. Пинком распахнув дверь, он с шумом влетел в камеру. Но я-то был в безопасности! Он уже сделал худшее, что мог. Я был вне его власти.</p>
    <p>— Я оставлю тебя без еды, — пригрозил он.</p>
    <p>— Пожалуйста, — ответил я. — Я привык к этому. Я не ел уже 10 дней, и как вы знаете, попытка начать есть снова причиняет только неудобство.</p>
    <p>— Ого! Ты угрожаешь мне? Голодовкой, да?</p>
    <p>— Простите, — сказал я голосом, исполненным вежливости. — Предложение исходило от вас, а не от меня. Постараюсь быть на этот раз логичным. Я полагаю, что вы поверите мне, когда я скажу, что вашу нелогичность мне во много раз мучительнее переносить, чем все ваши пытки.</p>
    <p>— Перестанешь ты стучать или нет? — спросил он.</p>
    <p>— Нет, простите, что огорчаю вас, но я чувствую слишком сильное влечение к этому занятию.</p>
    <p>— Черт побери, я тебя снова запрячу в рубаху! — заорал он.</p>
    <p>— Пожалуйста, я обожаю рубашку. Я дитя рубашки. Я жирею в рубашке. Посмотрите-ка на эту руку! — Я засучил рукав и показал мускулы, такие тонкие, что, когда я их напрягал, они становились похожи на нитки. — Совсем как мышцы кузнеца, не так ли, начальник? Посмотрите на мою покатую грудь. А мой живот! Знаете, дружище, я так растолстел, что могу стать скандальным примером того, как в тюрьме закармливают людей до смерти. Остерегайтесь, начальник, а то против вас ополчатся налогоплательщики.</p>
    <p>— Прекратишь ты стучать? — проревел он.</p>
    <p>— Нет, благодарю вас за столь любезную заботливость. По зрелому размышлению я решил, что должен продолжать.</p>
    <p>Он с минуту смотрел на меня, не зная, что сказать, а затем в бессильной ярости повернулся, чтобы уйти.</p>
    <p>— Позвольте, пожалуйста, задать один вопрос.</p>
    <p>— В чем дело? — бросил он через плечо.</p>
    <p>— Что вы намерены предпринять?</p>
    <p>Лицо Азертона так побагровело, что я не перестаю удивляться по сей день, что его не хватил удар.</p>
    <p>Час за часом после позорного бегства Азертона я выстукивал всю историю моих приключений. Но Моррелл и Оппенхеймер смогли ответить мне лишь ночью, когда Джонс Горошина заступил на смену и уснул, как обычно.</p>
    <p>— Да бредил ты просто, — простучал Оппенхеймер свое мнение.</p>
    <p>«Да, — подумал я, — но ведь наш опыт наяву служит источником наших снов и бреда».</p>
    <p>— Когда я был ночным посыльным, я однажды хватил лишнего, — продолжал Оппенхеймер. — И должен сказать, что видел не менее удивительные вещи, чем ты. Думаю, что все писатели прибегают к этому средству — выпивают, чтобы подогреть свое воображение.</p>
    <p>Но Эд Моррелл, который странствовал тем же путем, что и я, хотя и с иными результатами, поверил моему рассказу. Он ответил, что когда его тело умирало в рубашке, а он сам уходил прочь из тюрьмы, он никогда не был никем иным, как Эдом Морреллом. Он никогда не переживал предшествовавших существований. Когда его дух блуждал на свободе, он всегда блуждал в настоящем. Он рассказал нам, что как только он оказывался в состоянии покинуть свое тело и увидеть его лежащим на полу камеры в смирительной рубашке, он мог сейчас же оставить тюрьму и, в настоящем, навестить Сан-Франциско и посмотреть, что происходит. Таким образом он дважды посетил свою мать, оба раза застав ее спящей. В этих блужданиях духа, по его словам, он не имел власти над материальными предметами. Он не мог открыть или закрыть двери, сдвинуть какой-нибудь предмет, произвести шум и обнаружить свое присутствие. С другой стороны, материя не имела над ним власти. Стены и двери не служили препятствием. Сущность или реальность, которой он являлся, была мысль, дух.</p>
    <p>— Магазин колониальных товаров на углу, через полквартала от дома моей матери, перешел в другие руки, — рассказывал он нам. — Я узнал это по новой вывеске. Мне пришлось прождать шесть месяцев после этого, пока я смог написать первое письмо матери и спросить ее об этом. И она ответила, что действительно лавка перешла к другому хозяину.</p>
    <p>— Прочел ты эту вывеску? — спросил Джон Оппенхеймер.</p>
    <p>— Конечно, прочел, — был ответ Моррелла. — Иначе как бы я это узнал?</p>
    <p>— Хорошо, — простучал неверующий Оппенхеймер. — Ты можешь легко доказать свои слова, когда придет на смену порядочный надзиратель, который даст нам взглянуть на газету. Устрой, чтобы тебя запрятали в рубаху, покинь свое тело и отправься в милый старый Фриско. Проскользни к рынку, что на углу Третьей улицы, к 2–3 часам ночи, когда разносят утренние газеты. Прочти последние новости. Затем быстро вернись обратно в Сен-Квентин, прежде чем пароход с газетами пересечет бухту, и расскажи мне, что ты прочел. После этого мы попытаемся выпросить утреннюю газету у надзирателя. И если то, что ты мне сначала расскажешь, действительно будет напечатано в газете, я с тобой — до последнего вздоха.</p>
    <p>То было хорошее испытание. Я не мог не согласиться с Оппенхеймером, что такое доказательство будет абсолютным. Моррелл сказал, что он попробует это как-нибудь, но ему не нравится сам процесс покидания тела, и он произведет этот опыт только тогда, когда его страдания в смирительной рубашке станут нестерпимыми.</p>
    <p>— Так все вы делаете — никакой пользы не хотите принести, — критиковал нас Оппенхеймер. — Моя мать верила в духов. Когда я был мальчишкой, она вечно видела их и говорила с ними, спрашивая у них совета. Но она ни разу не добилась от них ничего хорошего. Духи были не в состоянии ей сказать, где старик мог получить работу, или найти золотые прииски, или вытащить выигрышный билет в китайской лотерее. Никаким образом. Они говорили ей только всякую чушь, вроде того, что у дяди моего отца зоб, или что дед отца умер от скоротечной чахотки, или что мы переедем на другую квартиру через четыре месяца, причем последнее было крайне легко угадать, так как мы переезжали в среднем по шесть раз в год.</p>
    <p>Я думаю, чтобы, если бы Оппенхеймер имел возможность получить законченное образование, из него вышел бы второй Маринетти или Геккель. Он обладал необычайно трезвым умом, благоговея перед неопровержимыми фактами, и его логика была удивительна, хотя и слишком строга. «Докажи-ка мне это», — было его основным правилом, с которым он подходил ко всему. Он абсолютно ничего не принимал на веру. Это подметил Моррелл. Отсутствие веры и помешало Оппенхеймеру вызвать «временную смерть» в рубашке.</p>
    <p>Ты видишь, читатель, что жизнь в одиночке была не так уж безнадежно тосклива. Такие три головы, как наши, легко могли придумать, как провести время. Возможно, что мы не позволили друг другу сойти с ума, хотя я должен признать, что Оппенхеймер гнил в тюрьме целых пять лет в полном одиночестве, пока Эд Моррелл не появился в соседней камере, и все-таки он остался в здравом уме.</p>
    <p>С другой стороны, было бы ошибкой думать, что жизнь в тюрьме — это дикая оргия веселых попоек и увлекательных психологических исследований.</p>
    <p>Мы много и очень сильно страдали. Наши надзиратели были грубыми животными — ваши наемные палачи, граждане. Окружающая нас обстановка была ужасна. Наша пища была скверной, однообразной и не питательной. Только люди, обладающие силой воли, могут жить при таком недостаточном питании. Я знаю, что наш премированный скот, овцы и свиньи на университетской опытной ферме в Дэвисе захирели бы и умерли, если бы получали такие ничтожные порции, как мы.</p>
    <p>У нас не было книг. Даже наше перестукивание являлось нарушением правил. Мир фактически не существовал для нас. Мы жили скорее в мире духов. Оппенхеймер, например, никогда не видел ни автомобилей, ни мотоциклов. Если новости и проникали к нам случайно, то такими устаревшими, противоречивыми и порой утратившими смысл, что уже не были настоящими новостями. Оппенхеймер рассказал мне, что он узнал о Русско-японской войне только через два года после ее окончания.</p>
    <p>Мы были погребенными заживо, живыми мертвецами. Тюрьма была нашей могилой, в которой при случае мы говорили при помощи стука, как духи на спиритических сеансах.</p>
    <p>Новости? Какие пустяки являлись для нас новостями! Появился новый пекарь — мы поняли это сразу, как только принесли хлеб. Почему мы не видели Джонса Горошины целую неделю? Был в отпуске или болел? Почему Уилсона, продежурившего у нас в ночной смене только десять дней, перевели в другое место? Где получил Смит синяк под глазом? Мы рассуждали целую неделю о таких пустяках, как эти.</p>
    <p>Если в одиночку на месяц сажали какого-то заключенного, это становилось для нас целым событием. И все же нам ничего не удавалось узнавать от этих зачастую тупоголовых Данте, которые задерживались в нашем аду на слишком короткое время, чтобы научиться перестукиваться, а потом снова отправлялись в широкий светлый мир живых.</p>
    <p>Но были у нас развлечения и повеселее. Например, я научил Оппенхеймера играть в шахматы. Представьте себе всю трудность этой задачи — при помощи перестукивания научить человека, находящегося за тринадцать камер от тебя, представлять себе шахматную доску, все фигуры, усвоить различные способы игры, и научить его всему этому настолько хорошо, чтобы он и я, исключительно в воображении, могли в итоге разыгрывать целые партии. В конце концов, сказал я, вот еще одно доказательство блестящего ума Оппенхеймера: в результате он стал играть лучше меня — он, который никогда не видел шахматных фигур за всю свою жизнь.</p>
    <p>Например, какой возможный образ принимал в его мозгу слон, когда я стучал слово «слон» на нашем условном языке? Напрасно я задавал ему этот вопрос. Напрасно пытался он описать словами это умственное представление о том, чего он никогда не видел, но с чем, тем не менее, он так мастерски управлялся, что неоднократно ставил меня в тупик во время игры.</p>
    <p>Я могу лишь созерцать такие проявления воли и духа и заключить на их примере, что именно в этом — действительная реальность. Только дух существует. Плоть же эфемерна и не реальна. Я спрашиваю вас, как материя или плоть в какой бы то ни было форме может играть в шахматы, на воображаемой доске, с воображаемыми фигурами, на расстоянии тринадцати пустых камер, только при помощи перестукивания?</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава XV</p>
    </title>
    <p>Я был однажды англичанином — Адамом Стрэнгом. Я жил, насколько я могу судить, приблизительно в период между 1550 и 1650 годами. Как видите, это было очень давно. С тех пор как Эд Моррелл научил меня умирать «временной смертью», я стал очень жалеть, что не изучал историю более прилежно. Я мог бы тогда установить и определить многое из того, что мне не ясно. Теперь же я принужден идти ощупью и угадывать века и места моих прежних существований.</p>
    <p>Странно, что, воплощаясь в Адама Стрэнга, я собрал так мало сведений о первых тридцати годах его жизни. Много раз в смирительной рубашке рождался Адам Стрэнг, но всегда он появлялся как высокий солидный мужчина, в полном расцвете своих 30 лет.</p>
    <p>Адам Стрэнг неизменно являлся моему сознанию живущим на одном из низких песчаных островов где-то под экватором, в западной части Тихого океана. Там я, Адам Стрэнг, находился у себя дома и, кажется, жил там с давних пор. Эти острова населены тысячами жителей, но белый только я один. Туземцы представляют собой великолепную породу людей — широкоплечих, высоких, с развитыми мускулами. Мужчина шести футов роста — обычное явление. Рост короля Раа-Коока — по меньшей мере шесть футов шесть дюймов, и хотя он весит целых 300 фунтов, его нельзя назвать толстым, так пропорционально он сложен. Многие из вождей не ниже его, да и женщины не намного отстают от мужчин.</p>
    <p>Этим королевством, состоящим из многочисленных островов, правит Раа-Коок, хотя южные острова непокорны и при случае бунтуют. Туземцы, с которыми я живу, — полинезийцы, я знаю это, потому что у них прямые черные волосы. Кожа их горячего, солнечного золотисто-коричневого цвета. Их язык, на котором я говорю совсем свободно, плавный, богатый и музыкальный, состоящий преимущественно из гласных. Они любят цветы, музыку, танцы и игры и по-детски просты и веселы в своих забавах, хотя они же бывают безудержны в гневе и на войне.</p>
    <p>Я, Адам Стрэнг, знаю свое прошлое, но, по-видимому, не много думаю о нем. Я живу настоящим. Я не размышляю ни о минувшем, ни о будущем. Я беззаботен, не предусмотрителен, неосторожен, весел от полноты существования и от избытка физических сил. Рыба, фрукты, зелень и морские водоросли наполняют мой желудок, и я доволен. Я занимаю высокий пост при Раа-Кооке, и нет никого выше меня рангом. Никто, даже Абба Таак, верховный жрец, не смеет поднять на меня руку или оружие. Я — табу, такой же священный, как лодочный сарай, под которым лежат кости множества королей династии Раа-Коока.</p>
    <p>Я знаю, что произошло кораблекрушение и я остался один, потеряв всех моих товарищей-матросов. Был страшный шторм, бушевал ветер. Но я не хочу вспоминать эту катастрофу.</p>
    <p>Когда я думаю о прошлом, то охотнее оглядываюсь на свое детство, на те времена, когда я цеплялся за юбки моей веселой матери, англичанки с льняными волосами и молочно-белой кожей. Я жил в крошечной деревушке из дюжины покрытых тростником хижин. Я снова слышу пение черного дрозда за изгородью и снова вижу в дубовом лесу колокольчики, похожие на брызги голубой пены на зеленом бархатном дерне. Но чаще всего я вспоминаю большого косматого жеребца, который бился и вставал на дыбы, когда его водили по узким улицам. Я боялся огромного животного и всегда бежал с плачем к матери, а если находил ее, то хватался за ее юбки и прятался в них.</p>
    <p>Но довольно. Не о детстве Адама Стрэнга собрался я писать.</p>
    <p>Я жил уже несколько лет на островах, которые для меня не имели названия и где, я в этом уверен, я стал первым белым. Я был женат на Леи-Леи, сестре короля, которая была чуть выше шести футов и даже слегка превосходила меня ростом. Я был настоящим красавцем — широкоплечим, с мускулистой грудью, хорошо сложенным. Как вы увидите, женщины любой расы смотрели на меня благосклонным взглядом. Глядя на свои руки, я вижу не покрытую загаром кожу, такую же молочно-белую, как у моей матери. У меня синие глаза. Мои усы, борода и волосы — того золотисто-желтого оттенка, который иногда можно увидеть на картинах, изображающих викингов. По всей видимости, я происходил из старинного рода, давно осевшего в Англии, и хотя я родился в деревенской лачуге, власть соленого моря была настолько сильна надо мной, что я скоро нашел к нему путь, став моряком. Вот кем я был — не офицером, не джентльменом, а матросом торгового судна, честным работягой, крепко сложенным и очень выносливым.</p>
    <p>Я был полезен Раа-Кооку и потому пользовался его королевской протекцией. Я умел ковать железо, а первое железо попало в страну Раа-Коока с нашего затонувшего корабля. Мы плыли на лодках тридцать миль к северо-западу, чтобы добыть железные снасти с обломков корабля. Он соскользнул с рифа и погрузился на пятнадцать саженей. Туземцы были великолепными ныряльщиками и умели работать под водой. Я тоже научился спускаться на глубину в пятнадцать саженей, но все-таки никогда не мог сравниться с ними в их подводных подвигах. На земле, благодаря моей английской выучке и силе, я мог повалить любого из них. Также я научил их драться дубинками, и эта забава так им понравилась, что разбитые головы стали тут заурядным явлением.</p>
    <p>После кораблекрушения на берег выбросило обрывок судового журнала, но он весь размок и растрепался, и так по нему растеклись чернила, что едва можно было прочитать написанное. Однако в надежде, что какой-нибудь ученый-историк сможет точно определить дату тех событий, которые я собираюсь описать, я привожу здесь выдержки из него. Старинное правописание может послужить ключом.</p>
    <p>«Благодаря благоприятному ветру мы смогли осмотреть и высушить нашу провизию, в особенности китайские окорока и сухую рыбу, которые составляют часть наших съестных припасов. Богослужение также удалось совершить на палубе. Вечером ветер подул с юга, со шквалами, но без дождя, и на следующее утро мы отдраили палубу, а также окурили наш корабль порохом».</p>
    <p>Но я должен поспешить, так как мой рассказ будет не об Адаме Стрэнге, потерпевшем крушение на коралловом острове, искателе приключений, а об Адаме Стрэнге, которого прозвали У Ен Ик, Могучий, и который был некоторое время фаворитом могущественного Юн Сана и возлюбленным, а затем мужем благородной госпожи Ом из царского дома Мин. О том, который затем долго скитался, как нищий и пария, по всем прибрежным деревням и дорогам Чосона. (Ах да, я сказал «Чосон», что значит «Страна утренней свежести», но на современном языке она называется Корея.)</p>
    <p>Вспомните, что я, первый белый человек на коралловом острове Раа-Коока, жил три или четыре века тому назад. В те времена и в тех водах корабли были редки. Я бы, конечно, мог прожить до конца своих дней в мире и полном достатке под солнцем той страны, где никогда не бывало мороза, если бы не «Спарвер». «Спарвер» — это судно отважных голландских купцов, отправившихся в открытое море к Индии и дальше. И вместо сокровищ они нашли меня — и только.</p>
    <p>Сказал ли я, что я был добродушным великаном с золотой бородой и вместе с тем беспечным мальчиком, который так никогда и не вырос? Когда бочонки «Спарвера» были наполнены водой, я покинул Раа-Коока почти без угрызений совести, оставив его приветливую страну и Леи-Леи со всеми ее сестрами, украшенными цветами. С улыбкой на губах, вдыхая знакомый корабельный запах, я поплыл прочь, снова став мореплавателем на судне, где капитаном был Иоганес Мартенс.</p>
    <p>Чудесные странствования ждали меня на старом «Спарвере»! Мы искали новые страны, где можно было купить шелка и пряности, а нашли лихорадку, ужасную смерть, отравленный мир, где смерть и красота шли рука об руку.</p>
    <p>Этот старый Иоганес Мартенс, без следа романтизма на угрюмом лице и в квадратной седой голове, искал земли царя Соломона, копи Голконды, разыскивал древнюю затонувшую Атлантиду, которую надеялся обнаружить, проплывая мимо по течению.</p>
    <p>Вместо этого он нашел людоедов, живущих на деревьях.</p>
    <p>Мы высадились на странных островах с изрезанными морем берегами и с дымящимися вершинами вулканов, где курчавые маленькие звероподобные люди испускали в джунглях обезьяньи крики, рассыпали отравленные колючки на лесных тропинках, устраивали волчьи ямы и пускали в нас из полумрака безмолвных джунглей отравленные дротики. И тот, в кого впивался такой дротик, как жало осы, умирал страшной и мучительной смертью. Также мы сходились в открытом бою на побережье с другими, более свирепыми и крупными людьми, вооруженными копьями и стрелами, в то время как большие деревянные барабаны и маленькие тамтамы гремели, возвещая войну, в лесных теснинах, а все холмы дымились сигнальными огнями.</p>
    <p>Хендрик Хэмел был нашим суперкарго и одним из владельцев «Спарвера», а вторым был капитан Иоганес Мартенс. Последний немного говорил по-английски, Хендрик Хэмел владел этим языком несколько лучше. Матросы же, с которыми мне приходилось иметь дело, говорили только по-голландски.</p>
    <p>Наконец мы прибыли в зачарованную страну Японию. Но ее жители не пожелали иметь с нами дело, и два чиновника с мечами у пояса, в длиннополых шелковых халатах (при виде этих шелковых халатов у Иоганеса Мартенса потекли слюнки), пришли к нам на корабль и вежливо попросили нас убраться прочь. Их слащавые манеры скрывали стальную волю воинственной расы, и мы это поняли, почему и отправились своей дорогой.</p>
    <p>Мы пересекли Японский пролив и вошли в Желтое море, держа курс на Китай, когда наш «Спарвер» разбился о скалы. Старый «Спарвер» был ветхим корытом, неуклюжим и грязным, с вечно пьяным экипажем, он потерял уже всякую маневренность. При самой благоприятной погоде, на всех парусах он мог делать только шесть узлов. При этом он болтался вверх и вниз, как выброшенная в море тыква. Лавировать было немыслимо; для того чтобы повернуть «Спарвер», нужны были усилия всей команды на протяжении полувахты. И вот такая посудина была подхвачена береговым ветром, направление которого внезапно изменилось на восемь румбов, после того как отчаянный ураган трепал нас в течение сорока восьми часов.</p>
    <p>В холодном свете грозового рассвета нас погнало к берегу, к неприступной, нависающей над морем вершине горы. Был конец зимы, и за дымящимися сугробами снега мы могли разглядеть побережье, если только это можно было назвать побережьем, таким изрезанным оно было. Я видел острова со страшными утесами, бессчетные маленькие островки, а позади — мрачные, покрытые снегом цепи гор, и всюду торчали утесы, столь острые, что на них не держался снег, а также мысы и уступы скал, выступающие в бурлящее море.</p>
    <p>Эта страна, к которой мы подъехали, не имела названия, никогда ее не посещало ни одно судно. В нашей морской карте ее береговая линия была едва намечена.</p>
    <p>Все, что мы знали о ней, это то, что ее обитатели были так же негостеприимны, как тот маленький кусочек их земли, который мы видели.</p>
    <p>«Спарвер» наткнулся носом на скалу. В этом месте вода была слишком глубокой для его кривого дна, так что наш обращенный к небу бушприт погнулся от столкновения и отлетел. Передняя мачта сдвинулась на борт со страшным треском канатных вантов, остановилась и снова упала вперед на скалу.</p>
    <p>Я всегда восхищался старым Иоганесом Мартенсом. Смытые огромной волной с кормы, мы были выброшены на нижнюю часть палубы, откуда стали пробивать дорогу вперед к крутому, колыхавшемуся в килевой качке носу с баками. К нам присоединилось еще несколько матросов. Укрепившись на носу, мы стали считать головы. Нас было всего восемнадцать. Остальные погибли.</p>
    <p>Иоганес Мартенс дотронулся до моего плеча и показал наверх, где над бьющей каскадом соленой водой выступал хребет скалы. Я понял, чего он хочет. Передняя мачта раскололась и терлась о гребень скалы. Над гребнем была расселина. Он хотел знать, решусь ли я прыгнуть с носовой мачты в расселину. Расстояние между ними то увеличивалось до двадцати футов, то уменьшалось до шести. Это был бы настоящий подвиг, потому что мачта шаталась, как пьяная, в боковой качке, вместе с корпусом судна, по которому перекатывались разбитые в щепки корабельные бочки.</p>
    <p>Я начал взбираться. Но матросы не ждали. Один за другим следовали они за мной по опасной мачте. И действительно, надо было торопиться, потому что в любую минуту «Спарвер» мог погрузиться на дно.</p>
    <p>Я прикинул расстояние, прыгнул и, попав в расселину, вскарабкался на скалу, готовый протянуть руку тем, кто прыгнет после. Но это произошло не скоро. Мы все вымокли в воде и здорово замерзли на этой прогулке под ветром. Кроме того, прыжки должны были быть соразмерены с качкой корпуса и с колебаниями мачты.</p>
    <p>Повар прыгнул первый. Он зацепился за конец мачты и упал, повернувшись в воздухе, как колесо. Морские волны подхватили его тело и разбили о скалу. Юнга, бородатый парень лет двадцати с небольшим, не смог удержаться, соскользнул с мачты, съехал вниз и был раздавлен о гребень утеса. Раздавлен!</p>
    <p>Он мигом испустил дух. Двух других постигла участь повара. Капитан Иоганес Мартенс шел последним, и он стал четырнадцатым из тех, кому удалось достичь расселины. Час спустя «Спарвер» сорвался с рифа и пошел ко дну.</p>
    <p>Два дня и две ночи просидели мы, близкие к гибели, на этом утесе, потому что оттуда не было дороги ни вверх, ни вниз. Наконец на третий день нас нашла рыбацкая лодка. Мужчины все были в белых грязных лохмотьях, и их длинные волосы были завязаны странным узлом на затылке — брачным узлом, как я узнал впоследствии. Также я узнал, что очень удобно хвататься за этот узел одной рукой, когда бьешь другой по голове, если словесные аргументы уже не действуют.</p>
    <p>Лодка отплыла в деревню за помощью, и много потребовалось крестьян и их усилий, да и много дней прошло, прежде чем они смогли нас спустить. Это был бедный, жалкий народ, и их пища с трудом могла удовлетворить даже желудок морского бродяги. Их рис был коричневым, как шоколад, плохо очищенным, с кусочками мякины и каким-то неизвестным мусором, из-за чего они часто прерывали трапезу, чтобы засунуть в рот большой и указательный пальцы и вытащить несъедобный кусок. Они употребляли в пищу также нечто вроде проса и различные маринады необычайно разнообразных сортов, которые обжигали язык.</p>
    <p>Их жилища с земляными стенами покрывала солома. Под полом были проложены дымовые трубы, через которые выходил кухонный дым, по пути отапливая спальное помещение. У них мы остановились и пробыли четыре дня, утешаясь их слабым и безвкусным табаком, который мы курили из трубок в ярд длиною с крошечным чубуком на конце. Туземцы пили теплый кисловатый напиток, похожий на молоко и пьянящий, только если его пить в колоссальных дозах. Я выпил целые галлоны его и затянул песню — совсем напился: такова уж судьба всех моряков на свете. Ободренные моим успехом, другие тоже последовали моему примеру, и скоро мы все громко орали, не заботясь о том, что на дворе разыгралась снежная буря, мало обеспокоенные тем, что потерпели крушение в Богом забытой стране, которой нет даже на картах. Старый Иоганес Мартенс хлопал себя по ляжкам и смеялся вместе с нами. Хендрик Хэмел, хладнокровный, уравновешенный голландец, брюнет с черными, как бусины, глазами, тоже вдруг разошелся и стал раздавать серебро направо и налево, как и некоторые пьяные матросы, — в уплату за реки молочного варева. Наше веселье было буйным, но женщины снова и снова посылали за этим напитком, в то время как вся деревня, столпившаяся в помещении, наблюдала за нашими выходками.</p>
    <p>Белый человек покорил весь свет, и я думаю, это стало возможным только благодаря его безумной беззаботности. Это его способ властвовать, хотя, конечно, его подводят упрямство и жадность. Как бы то ни было, капитан Иоганес Мартенс, Хендрик Хэмел и остальные двенадцать моряков бахвалились и горланили в рыбачьей деревушке, в то время как зимний шторм свистал над Желтым морем.</p>
    <p>То немногое, что мы увидели в стране Чосон, не произвело на нас впечатления. Если эти несчастные рыбаки были типичными представителями местного населения, тогда становилось ясно, почему эту страну не посещали моряки. Но нам пришлось узнать и нечто другое. Деревня находилась на первой от материка линии островов, и ее староста, очевидно, отправил гонцов на материк, потому что в одно прекрасное утро три большие двухмачтовые джонки с парусами из рисовых циновок бросили якорь у взморья.</p>
    <p>Когда китайские лодки причалили к берегу, капитан Иоганес Мартенс очень обрадовался, так как увидел на туземцах шелка. Стройный кореец, весь в пестрых шелках нежной расцветки, был окружен полудюжиной рабски покорных прислужников, также одетых в шелковую одежду. Квон Юн Дин (так его звали, как я потом узнал) был человеком знатного рода; в то же время он был кем-то вроде судьи или губернатора провинции.</p>
    <p>Целая сотня солдат высадилась на берег и направилась в деревню. Они были вооружены трезубыми копьями, лопатообразными копьями и пиками; там и сям виднелись кремневые ружья таких страшных размеров, что каждое обслуживали по два солдата. Один был нужен для того, чтобы нести и устанавливать сошку, на которой покоилось дуло ружья, а другой — чтобы нести само ружье и стрелять из него. Как я узнал, ружье иногда стреляло, иногда нет. Все зависело от трута и пороха в полке.</p>
    <p>Так прибыл к нам Квон Юн Дин. Старейшины деревни рабски пресмыкались перед ним, и не без причины, как мы скоро убедились. Я вышел вперед, как переводчик, поскольку знал уже несколько десятков корейских слов. Он нахмурился и знаком показал мне, чтобы я отошел в сторону. Но почему я должен был повиноваться ему? Я был так же высок, как и он, и весил на целых двадцать пять фунтов больше, и моя кожа была белой, а волосы золотистого цвета. Он повернулся и обратился к одному из старейшин, а его шесть одетых в шелк телохранителей растянулись в цепь между нами. В то время как он говорил со старейшиной, множество солдат тащили с корабля на берег доски на своих плечах. Они были приблизительно длиной в шесть футов и шириной в два фута и странным образом расщеплены до половины своей длины. Ближе к одному из концов находилось отверстие, чуть шире человеческой шеи.</p>
    <p>Квон Юн Дин отдал приказание. Несколько солдат приблизились к Тромпу, который сидел на земле и разглядывал болячки на ногах. Тромп этот был немного туповатым, медленно соображающим и медленно двигающимся моряком, и прежде чем он понял, что происходит, одну из досок, похожую на ножницы с отверстием, набросили на него и сомкнули вокруг шеи. Догадавшись, что случилось, Тромп заревел как бык и стал отбиваться, и солдаты вынуждены были отступить, чтобы их не задело вертящимся концом его доски.</p>
    <p>Тогда началась суматоха, потому что Квон Юн Дин, очевидно, собирался засадить нас всех в эти доски. О, мы дрались голыми кулаками с сотней солдат и со столькими же крестьянами, в то время как Квон Юн Дин стоял в стороне с выражением горделивого презрения на лице, весь в шелках. Вот тогда-то я и заслужил свое прозвище У Ен Ик, Могучий. Долго еще дрался я после того, как мои товарищи сдались и были засажены в доски. Мои кулаки были тверды, как молот кузнеца, и я был полон решимости использовать их как можно лучше.</p>
    <p>К моей радости, я скоро убедился, что корейцы не знают кулачного боя и не имеют ни малейшего понятия, как уберечься от ударов. Они падали на землю, как кегли, ложась кучей один на другого. Квон Юн Дин уже был почти в моих руках, но его спасло только вмешательство его телохранителей. Они были вялыми созданиями. Я превратил их в кашу, а их шелка — в грязь и лохмотья, прежде чем они успели обернуться против меня. А их было так много! Мои кулаки просто завязли в этой гуще, потому что задние давили на передних и не давали им пятиться. И как же я их отделал! Под конец они лежали кучей у меня под ногами в три слоя. Но когда подоспел экипаж трех джонок и большая часть деревенских жителей, они все же взяли верх надо мной. И засадить меня в доски было нетрудно.</p>
    <p>— Боже мой, что теперь будет! — воскликнул Вандервут, один из морских бродяг, когда нас втащили в джонку.</p>
    <p>Мы сидели на открытой палубе, похожие на связанных птиц, когда он задал этот вопрос. И вдруг, спустя минуту, джонка накренилась под ветром, и мы скатились вместе с досками и со всем остальным вниз по палубе, обдирая шеи. А с высокой кормы Квон Юн Дин смотрел поверх нас, как если бы он нас вовсе не видел. Много лет спустя мы вспоминали Вандервута: «Как-то теперь Вандервут?» Бедняга, он замерз однажды ночью на улицах Кейдзе, так как все двери закрывались перед его носом.</p>
    <p>Когда мы прибыли на материк, нас бросили в вонючую, кишевшую насекомыми тюрьму. Так нас встретил Чосон. Но мне суждено было отомстить Квон Юн Дину за каждого из нас, как вы дальше увидите, в те дни, когда госпожа Ом была благосклонна ко мне и когда власть находилась в моих руках.</p>
    <p>Мы пролежали в тюрьме много дней. Потом мы узнали причину этого. Квон Юн Дин послал гонца в Кейдзе, чтобы узнать королевское решение относительно того, что с нами делать. Тем временем мы стали зверинцем. С рассвета до сумерек наши решетчатые окна осаждали туземцы, потому что до тех пор они не видали ни одного представителя нашей расы. Но не только чернь посещала нас. Дамы, возлежащие в паланкинах на плечах у кули, являлись смотреть на странных дьяволов, которых изрыгнуло море. В то время как их телохранители отгоняли чернь хлыстами, они смотрели на нас долго и смущенно. Мы их не могли разглядеть, потому что, согласно обычаю их страны, их лица были закрыты. Только танцовщицы, гулящие женщины и старухи показывались на улицах с открытыми лицами.</p>
    <p>Я часто думаю, что Квон Юн Дин страдал несварением желудка и когда его болезнь обострялась, он вымещал это на нас. Ни с того ни с сего, без причины и без вины, когда ему это пришло в голову, нас всех вытащили на улицу перед тюрьмой и здорово поколотили палками к великому ликованию толпы. Азиаты — жестокие звери и наслаждаются зрелищем человеческих страданий.</p>
    <p>Во всяком случае, мы были очень довольны, когда нас прекратили избивать. И это только благодаря тому, что прибыл Ким. Ким! Что о нем сказать? Никого благороднее его я не встречал в этой стране. Он был капитаном отряда в пятьдесят воинов, когда я познакомился с ним. Он стал начальником дворцовой стражи, и я сделал для него все, что мог. И в конце концов он умер за меня и за госпожу Ом.</p>
    <p>Немедленно после того, как он приехал, доски были сняты с наших шей и нас поместили в лучшую гостиницу, какой город мог похвалиться. Мы все еще были пленниками, но уже почетными пленниками, с караулом в пятьдесят верховых солдат. На другой день мы отправились по королевской дороге: четырнадцать матросов верхом на низеньких лошадках, обычных в Чосоне, двинулись прямиком в Кейдзе. Император, как сказал мне Ким, выразил желание посмотреть на диковинных морских дьяволов.</p>
    <p>Это путешествие заняло много дней, нам пришлось проехать полстраны с севера на юг. В первый же день на привале я полюбопытствовал, чем кормят лошадей. И то, что я увидел, заставило меня воскликнуть «Что теперь будет, Вандервут?» так громко, что сбежалась вся наша команда. Клянусь вам своей жизнью, лошадей они кормили бобовым супом, горячим бобовым супом. Таков обычай страны.</p>
    <p>Это были настоящие карликовые лошадки. Побившись об заклад с Кимом, я поднял одну из них и, несмотря на то что она отчаянно брыкалась и ржала, поставил прямо себе на плечи, так что люди Кима, которые уже слышали мое новое имя, тоже стали меня называть У Ен Ик, то есть Могучий. Ким был высоким человеком, какими бывают корейцы, которые вообще представляют собой высокую мускулистую расу, а Ким еще этим гордился. Но когда мы с ним поставили локоть к локтю и сцепили ладони, я без труда уложил его руку на стол. И его солдаты и ротозеи-крестьяне смотрели на нас и бормотали: «У Ен Ик».</p>
    <p>Мы были очень похожи на странствующий зверинец. Молва о нас неслась впереди, так что весь народ из деревень выбегал толпой к дороге, чтобы посмотреть на нас. Это была бесконечная цирковая процессия. В городах по ночам наши стоянки осаждала толпа, и мы не имели покоя, пока солдаты не отгоняли зевак пинками и остриями копий. Но сперва Ким вызывал самых сильных зевак побороться со мной, ради потехи, чтобы увидеть, как я их превращу в комок и повалю в грязь.</p>
    <p>У них совсем не было хлеба, и мы ели белый рис (питательность которого невелика), мясо, которое, как мы решили, было собачьим (это животное обыкновенно идет на бойню в Чосоне), и безбожно острые маринады, которые мы чрезвычайно не любили. И у них был напиток, настоящий спиртной напиток, не молочное питье, а белая крепкая жидкость, перегнанная из риса, пинта которой могла убить слабака, а сильного человека довести до безумия. В обнесенном стеной городе Чонхо я сумел, однако, перепить Кима и городскую знать, уложив их под стол или вернее — на стол, потому что столом служил нам пол, на котором мы сидели на корточках, отчего судороги без конца сводили мои ноги. И снова все бормотали: «У Ен Ик, Могучий», и молва о моей доблести разнеслась далеко вперед — до Кейдзе, достигнув королевского двора.</p>
    <p>Я был скорее почетным гостем, нежели пленником, и неизменно ехал возле Кима; мои длинные ноги почти доставали до земли, иной раз утопая в грязи. Ким был молод! Ким был человечен! Ким был великолепен! Он был бы своим человеком везде, во всякой стране. Мы с ним болтали, шутили и смеялись весь день и полночи. И я действительно выучил язык. Я имел к этому особые способности. Даже Ким удивился, как быстро я овладел его наречием. И я научился корейской точке зрения, корейскому юмору; узнал слабые места корейцев, их щепетильность. Ким научил меня песням цветов, песням любовным и застольным. Одна из последних была его собственного сочинения, и я привожу здесь ее конец в своем переводе. В юности Ким и Пак дали зарок воздерживаться от напитков, но их клятва вскоре была нарушена. В старости Ким и Пак поют:</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Нет, нет, прочь!.. Налей еще!</v>
      <v>Я хочу еще вина!</v>
      <v>Ну-ка, стой-ка, старина!</v>
      <v>Где вина мне продадут?</v>
      <v>Там, где персики цветут, в саду?</v>
      <v>Ну прощай, а я туда иду.</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Хендрик Хэмел, изворотливый пройдоха, всячески поощрял мои усилия, которые принесли благосклонность Кима не только мне, но через меня — и Хендрику Хэмелу, и всей нашей компании. Я упоминаю здесь о Хендрике Хэмеле как о моем советчике, потому что он сыграл большую роль в том, что произошло в Кейдзе, помогая мне завоевать благосклонность Юн Сана, сердце госпожи Ом и милость императора. У меня была воля, и выдержка, и упорство, и даже немного находчивости, но гораздо большей находчивостью обладал Хендрик Хэмел, в чем я открыто признаюсь.</p>
    <p>Так продвигались мы к Кейдзе, от одного обнесенного стеной города к другому, через снежные горные страны, прорезанные возделанными плодородными долинами. И каждый вечер, на склоне дня, один за другим на вершинах гор вспыхивали сигнальные огни. И всегда Ким внимательно вглядывался в эти ночные сигналы. Со всех побережий Чосона, как сказал мне Ким, эти цепи сигнальных огней тянулись к Кейдзе, чтобы принести весть императору. Одна вспышка означала, что в провинции все спокойно; две — значит, бунт или набег врагов. Но мы всегда видели только одну вспышку. И все время, пока мы ехали, Вандервут тащился сзади, беспрестанно спрашивая: «Господи, что теперь будет?»</p>
    <p>Кейдзе оказался большим городом, где все население, за исключением родовитой знати, было одето в неизменный белый цвет. По объяснению Кима, это было внешним признаком касты, служившим как бы предупреждением: с первого взгляда можно было судить о положении, занимаемом каждым человеком, смотря по степени чистоты его одежды. Очевидно, что кули, имеющий только ту одежду, которая есть на нем, должен быть очень грязным. Очевидно также, что человек в белоснежном платье должен иметь несколько смен одежды и нанимать прачку, чтобы добиться такой белизны. Что же касается знати, носившей бледные разноцветные шелка, то они были выше этого.</p>
    <p>Мы провели в гостинице несколько дней, в течение которых мы чистили наши костюмы и латали их, поскольку они сильно истрепались во время кораблекрушения и путешествия; и вскоре нас призвали к императору. На большой открытой площади перед дворцовой стеной лежали колоссальные каменные изваяния собак, больше похожих на черепах. Они лежали ничком на массивных каменных пьедесталах, вдвое превышавших человеческий рост. Дворцовые стены были огромны и сделаны из узорного камня. Так крепки были эти стены, что могли, наверное, выдержать обстрел самой большой пушки в течение года. Одни только ворота были величиной в добрый дворец и походили на высокую пагоду со ступенчатой крышей, причем каждая ступень была покрыта черепицей. Отряд рослых солдат стоял у ворот. Это были, как сказал мне Ким, «охотники за тиграми» из Пхеньяна, самые свирепые и страшные бойцы, которыми только мог похвастаться Чосон.</p>
    <p>Но довольно! Одному описанию императорского дворца вполне можно было бы посвятить тысячу страниц моего повествования. Здесь же будет достаточно сказать, что, увидев его, мы увидели могущество в его материальном воплощении. Только древняя и высокоразвитая цивилизация могла породить эту обнесенную стеной, увенчанную бесчисленными гребнями крыш резиденцию королей.</p>
    <p>Но не в зал для аудиенций привели нас, морских бродяг, а на праздничный пир. Он уже заканчивался, и все присутствующие находились в весьма веселом настроении. Но каковы были гости! Высокие сановники, принцы крови, опоясанная шпагами знать, бледные священники, высшие офицеры с обветренными загорелыми лицами, придворные дамы, раскрашенные <emphasis>кисан, </emphasis>или танцовщицы, которые развлекали гостей, прислужницы, евнухи, лакеи и целые толпы дворцовых рабов.</p>
    <p>Все, однако, расступились, когда император со свитой приблизился к нам, чтобы поближе рассмотреть. Это был веселый монарх, особенно для Азии. Ему было не более сорока лет, светлая, бледная его кожа никогда не знала солнца. Брюхо его отвисло, а ноги были слабыми и тонкими. Все-таки когда-то он был красивым мужчиной. Благородный лоб свидетельствовал об этом. Но глаза были тусклые, с набрякшими веками, а губы подергивались и дрожали из-за разных излишеств, которым он предавался. Эти излишества, как я узнал, вполне одобрял и даже разделял с ним Юн Сан, буддийский монах, о котором я расскажу после.</p>
    <p>В нашей видавшей виды матросской одежде мы представляли собой забавное зрелище, и забавным было окончание нашего приема. Необычный для туземцев, странный наш вид дал повод к смеху. Кисан окружили нас, сделав нас своими пленниками, и стали танцевать с каждым, с некоторыми — по две-три девушки. Они плясали с нами, как с дрессированными медведями, заставляя нас делать всякие трюки. Это было оскорбительно. Но что могли сделать бедные моряки? Что мог поделать старый Иоганес Мартенс со стаей смеющихся девушек, щиплющих его за нос, за руки, щекочущих его ребра так сильно, что он начал подпрыгивать? Чтобы избежать такого мученья, Ганс Эмден вышел на свободное пространство и пустился в пляс, неуклюже откалывая голландский танец до тех пор, пока весь двор не покатился со смеху.</p>
    <p>Все это было особенно унизительным для меня, который привык быть равным Киму, быть его веселым товарищем в течение нескольких дней. Я не обращал внимания на смеющихся кисан. Я выпрямился, твердо упершись в пол ногами и скрестив руки: никто ни толчком, ни щипками не мог заставить меня сойти с места, так что меня оставили в покое, устремившись к более легкой добыче.</p>
    <p>— Ради Бога, дружище, задай им, — пробормотал Хендрик Хэмел, который очутился возле меня, отбиваясь от трех волочащих его назад кисан.</p>
    <p>Он с трудом произнес эти слова, потому что каждый раз, когда он открывал рот, чтобы говорить, они набивали его сладостями.</p>
    <p>— Спаси нас от этого дурачества, — настаивал он, приседая, чтобы увернуться от наполненных сладостями ладоней. — Мы должны иметь достоинство, понимаешь ты, достоинство. Это погубит нас. Они сделают из нас прирученных зверей, игрушку. Когда же мы им надоедим, они нас выбросят вон. Наведи порядок. Поколоти их. Убери их. Прикажи им уважать нас, уважать всех нас…</p>
    <p>Последние слова были едва слышны, потому что в это время кисан набили ему рот так, что он стал бессловесным.</p>
    <p>Как я говорил, у меня была воля и неустрашимость, и я ломал голову, думая, как бы вывернуться. Один из дворцовых евнухов, пощекотавший сзади мою шею пером, заставил меня вздрогнуть. Я уже привлек внимание своей невозмутимостью и неприступностью для атак кисан, так что многие глядели на нас с евнухом. Я не подал знака, не сделал ни одного движения, пока точно не соразмерил его. Затем, не повернув ни головы, ни тела, только одной рукой я отвесил ему удар наотмашь, который грянул как выстрел. Костяшки пальцев как раз попали ему по щеке и скуле. Раздался треск, похожий на треск мачт под напором шторма… Он покатился кубарем и упал в толпу, отлетев на двенадцать шагов от меня.</p>
    <p>Теперь уже не было смеха, а только крики удивления, бормотание и шепот: «У Ен Ик». Снова я скрестил руки и стоял с надменным видом, который старательно напускал на себя. Я верю, что я, Адам Стрэнг, имел склонность к актерскому мастерству. Чтобы судить об этом, взгляните на то, что произошло дальше. Все взгляды были теперь прикованы ко мне, и я гордо и высокомерно встречал их, заставляя всех опускать глаза или отворачиваться. Всех, кроме одной… Это были глаза молодой женщины, которая, как я определил по роскоши ее наряда и по свите из полудюжины женщин, вертевшихся за ее спиной, была знатной придворной дамой. И в самом деле, то была госпожа Ом, принцесса из дома Мин. Была ли она молода? Она была как раз моего возраста — тридцати лет и, несмотря на свою зрелость и красоту, была еще не замужем, как я узнал потом.</p>
    <p>Она одна смотрела мне в глаза, не мигая, до тех пор пока я не отвернулся. То не был взгляд свысока, потому что в ее глазах не было ни вызова, ни враждебности, а только удивление. Я не собирался принять такое поражение от слабой женщины, и когда мои глаза скользнули по группе моих товарищей, которых все еще преследовали по пятам кисан, я нашел выход. Я захлопал в ладоши, как делают азиаты, когда отдают приказание.</p>
    <p>— Немедленно прекратите! — крикнул я на их языке, используя форму обращения к подчиненным.</p>
    <p>О, у меня была хорошая глотка и здоровая грудь, и я мог издать такой звериный рык, который едва не повреждал барабанные перепонки. Я ручаюсь, что никогда такое громкое приказание не потрясало священного воздуха императорского дворца.</p>
    <p>Большой зал замолк в оцепенении. Перепуганные женщины сжались в кучку, прячась одна за другой. Кисан отпустили моряков и отступили прочь, трусливо хихикая. Только госпожа Ом не сделала ни знака, ни движения, продолжая смотреть своими широко раскрытыми глазами в мои глаза, которые вернулись к ней.</p>
    <p>— Он говорит на нашем языке, — промолвил наконец император, и клянусь, что весь зал одновременно испустил вздох.</p>
    <p>— Я родился с этим языком на устах, — ответил я необдуманно, хватаясь своей мореплавательской смекалкой за первую глупость, которая пришла мне в голову. — Я говорил на нем еще у груди матери. Я был чудом в моей стране. Мудрые мужи приходили издалека, чтобы посмотреть на меня и послушать меня. Но ни один человек не понимал слов, которые я говорил. Спустя много лет я забыл многие из них, но теперь, в Чосон, слова возвращаются ко мне обратно, как давно потерянные друзья.</p>
    <p>Я, конечно, произвел впечатление. Император принял все на веру, и губы его дрожали, когда он спросил:</p>
    <p>— Как ты это объясняешь?</p>
    <p>— Случайностью, — ответил я, следуя извилистому пути, избранному моей прихотью. — С рождения боги не позаботились обо мне, и я был брошен в далекую страну и взращен чужеземным народом. Я же — кореец, и теперь наконец я вернулся на родину.</p>
    <p>Мои слова вызвали возбужденные перешептывания и переговоры. Сам император обратился с расспросами к Киму.</p>
    <p>— Он все время был таким, с нашим языком на устах, с того самого времени, как явился из-за моря, — солгал Ким, так как он был славный парень.</p>
    <p>— Подайте же мне одежды янбана, как подобает мне, — перебил я, — и вы увидите.</p>
    <p>И когда меня с почтением повели переодеваться, я обернулся к кисан:</p>
    <p>— Оставьте моих рабов в покое. Они прибыли издалека и очень устали. Они все мои верные рабы.</p>
    <p>В другой комнате Ким помог мне переодеться, отправив прочь лакеев, и быстрым и кратким был урок одевания, который он дал мне. Он знал не больше меня, что из этого выйдет, но он был славный парень.</p>
    <p>Забавно то, что когда я вернулся назад и продолжал разглагольствовать на корейском языке, который, как я заявлял, давался мне теперь с трудом из-за долгого отсутствия практики, Хендрик Хэмел и остальные моряки, не имевшие способностей, чтобы выучить новое наречие, не понимали ни слова из того, что я говорил.</p>
    <p>— Это все мои рабы, — сказал я, когда император спросил меня о моих товарищах. — Все за исключением этого старика, — и я указал на Иоганеса Мартенса, — сына свободного человека. — Я приказал приблизиться Хендрику Хэмелу. — Вот этот, — хвастал я, — родился в доме моего отца, от раба, который тоже родился там. Он очень близок мне. Мы одного возраста, родились в один и тот же день, и в этот самый день мой отец отдал мне его.</p>
    <p>Впоследствии Хендрик Хэмел очень рассердился, когда понял, что я о нем рассказывал, и когда я ему во всем признался, он сильно упрекал меня.</p>
    <p>— Масло уже налито в огонь, Хендрик, — сказал я. — Все, что я сделал, было следствием моей глупости и необходимости сказать что-нибудь. Но дело сделано. Ни ты, ни я не можем извлечь масло. Поэтому мы должны играть наши роли, и как можно лучше.</p>
    <p>Брат императора, Тай Бун, был дурак из дураков, и когда пришла ночь, он пригласил меня на попойку. Император был в восторге и приказал дюжине знатных олухов сопровождать его на оргию. Женщинам приказали удалиться, а мы присоединились к императору. Я взял Кима с собой, но отослал Хендрика Хэмела и остальных моряков, хоть он и хмурился грозно, предварительно потребовав и получив помещение во дворце вместо гостиницы.</p>
    <p>На другой день весь дворец только и делал, что болтал о пиршестве, потому что я перепил Тай Буна и всех его придворных, уложив их на циновки, а сам без всякой помощи дошел до своей кровати. Никогда в дни превратностей, которые наступили после, Тай Бун ни на минуту не усомнился в моем корейском происхождении. Только кореец, по его мнению, мог обладать такой крепкой головой.</p>
    <p>Дворец был целым городом, и нам отвели помещение, бывшее чем-то вроде летнего дома, который стоял совсем отдельно. Конечно, мои покои были самыми роскошными, а Хендрик Хэмел и Мартенс со всеми остальными ворчащими моряками должны были довольствоваться тем, что им досталось.</p>
    <p>Меня позвали к Юн Сану, буддийскому монаху, о котором я упоминал. Это была наша первая встреча. Он отправил прочь даже Кима, и мы сидели одни на толстых циновках в затемненном помещении. Господи, Господи, каким недюжинным умом обладал Юн Сан! Он старался проникнуть в мою душу. Он знал о других странах и городах то, что никто в Чосоне и не мечтал знать. Поверил ли он мне? Я не мог догадаться, потому что лицо его было так же непроницаемо, как бронзовый шар.</p>
    <p>Что за мысли были у Юн Сана, знал только Юн Сан. Но в нем, в этом бедно одетом, худощавом монахе я чувствовал власть: похоже, именно он управлял дворцом и всей страной. Я чувствовал также по направлению разговора, что он нуждается во мне.</p>
    <p>Меня пригласила госпожа Ом, и, последовав за евнухом с гладким лицом и кошачьей походкой, я прошел через притихший дверец, окольным путем, в ее покои.</p>
    <p>Голова моя кружилась. Морской бродяга, каким я был, не умел себя держать с женщинами, а я чувствовал, что в ее приглашении было нечто большее, чем праздное любопытство. Я слышал много историй о любви простолюдинов и королев и был в недоумении — не суждено ли мне доказать, что такие россказни правдивы.</p>
    <p>Госпожа Ом не теряла времени даром. Кругом нее толпились ее женщины, но она обращала на их присутствие столько же внимания, столько возница на своих лошадей. Я сел возле нее на одну из толстых циновок, которые превращали ее комнату в ложе, и мне были поданы вино и сладости на крошечных, не выше фута, столиках, инкрустированных жемчугами.</p>
    <p>Господи, Господи, я мог лишь смотреть в ее глаза! Но подождите. Не сделайте ошибочного заключения. Госпожа Ом не была глупа. Я уже сказал, что она была моей ровесницей. Ей было тридцать лет, и она несла всю тяжесть этого возраста. Она знала, чего хочет, как знала, чего не хочет. И вот поэтому-то она не вышла замуж, хотя все давление, которое только может оказать азиатский двор, было пущено в ход для того, чтобы заставить ее выйти замуж за Чон Мон Дю, ее младшего двоюродного брата из великой династии Мин. Он был не дурак и так жадно стремился к трону, что беспокоил Юн Сана, который силился сохранить за собой всю власть и удержать во дворце и стране равновесие сил. Таким образом, Юн Сан, бывший в тайном союзе с госпожой Ом, спас ее от ее кузена, помогая ей подрезать его крылья. Но довольно об этой интриге. Я гораздо позже узнал о ней из слухов и сплетен, но главным образом от самой госпожи Ом.</p>
    <p>Госпожа Ом была исключительной женщиной. Такие, как она, рождаются редко, едва две в столетие на всем земном шаре. Она не знала оков законов или условностей. У нее была собственная воля, а сердце чисто женское. Она была красавица, да, красавица, по принятым в любой части света понятиям. Ее большие черные глаза не были по-азиатски раскосыми. Они были удлиненными, черными, посаженными правильно, со слегка поднятыми уголками, в чем как раз и была вся их пикантность.</p>
    <p>Я сказал, что она не была глупа. Запомните это. Очутившись в таком необычном положении — морской бродяга в покоях принцессы, влюбленный и трепещущий, — я ломал свою голову, крепкую голову моряка, как выйти с честью из затруднения. И в эту первую нашу встречу я снова стал говорить о том, что было известно уже всему дворцу, то есть что я был настоящим корейцем и что во мне текла кровь древней династии Коре.</p>
    <p>— Оставь, — сказала она, ударив меня по губам своим павлиньим веером. — Брось свои детские сказки. Знай, что со мной тебе будет лучше и ты сможешь подняться выше любого принца Коре. Ты…</p>
    <p>Она сделала паузу, и я ждал, наблюдая, как в ее глазах растет решимость.</p>
    <p>— Ты мужчина, — закончила она. — Даже во сне не мечтала я никогда, что есть на белом свете такой мужчина, как ты.</p>
    <p>Господи! Господи! Что мог сделать бедный моряк? Этот замечательный моряк, я признаюсь, покраснел, несмотря на весь свой морской загар, но тут глаза госпожи Ом стали озерами-близнецами, вызывающе прекрасными и лукавыми, и мои руки потянулись, чтобы обнять ее. Она засмеялась дразнящим и манящим смехом и хлопнула в ладоши, позвав своих прислужниц. И я понял, что свидание окончено на этот раз. И я понял также, что будут другие свидания, что должны быть другие свидания.</p>
    <p>Когда я вернулся к Хэмелу, у меня кружилась голова.</p>
    <p>— Женщина, — промолвил он после долгого раздумья. Он посмотрел на меня и вздохнул от зависти, в этом я не мог ошибиться. — Это все твои мышцы, Адам Стрэнг, твоя бычья шея и желтые волосы. Ладно, это игра, дружище. Играй, и все будет хорошо для нас. Играй, а я буду тебя учить как.</p>
    <p>Я встал на дыбы. Да, я был морской бродяга, но я был и мужчина. И ни одному мужчине я не хотел позволить давать мне наставления, как завоевать женщину. Хендрик Хэмел мог быть в свое время владельцем старого «Спарвера», разбираться в мореходстве и вести корабль по звездам, мог быть великим книжником, но здесь я не хотел признавать его превосходства.</p>
    <p>Его тонкие губы растянулись в усмешке, и он спросил:</p>
    <p>— Как тебе понравилась госпожа Ом?</p>
    <p>— Очень хороша, даже более чем хороша, если хочешь это знать.</p>
    <p>— Тогда стань ее любовником, — распорядился он. — И в один прекрасный день мы раздобудем корабль и сбежим из этой проклятой страны. Я отдам половину всех шелков Индии за тарелку христианской еды.</p>
    <p>Он пристально посмотрел на меня.</p>
    <p>— Как ты думаешь, получится у тебя это? — спросил он. Я посмотрел на него вызывающе. Он улыбнулся, удовлетворенный.</p>
    <p>— Только не торопись слишком, — посоветовал он. — Поспешишь — людей насмешишь. Назначь себе цену. Будь скуп на благосклонность. Заставь ее дорого оценить твою бычью шею и золотые волосы, которых у тебя, слава Богу, достаточно. А ведь это с точки зрения женщины стоит больше, чем мозги дюжины философов.</p>
    <p>Следующие дни были странными, головокружительными. Мои аудиенции у императора, оргии с Тай Буном, беседы с Юн Саном и часы, проведенные с госпожой Ом… Кроме того, по приказанию Хэмела я целыми днями просиживал у Кима, изучая все мелочи дворцового этикета, историю и религию Кореи, манеру вежливого разговора, язык знати и язык простолюдинов. Никогда ни одному морскому волку не приходилось так много учиться. Я был марионеткой. Марионеткой Юн Сана, которому я был зачем-то нужен, марионеткой Хэмела, замыслившего такую сложную и глубокую интригу, что без него я бы в ней утонул. Только с госпожой Ом я был мужчиной, а не марионеткой… и однако… и однако, когда я оглядываюсь назад и обдумываю прошлое, у меня возникают сомнения. Я думаю, что госпожа Ом тоже добивалась своего, желая меня всем своим сердцем. Однако тут ее желания совпали с моими, потому что и она скоро стала моей страстью, и так неудержима была эта страсть, что ни ее воля, ни воля Хендрика Хэмела или Юн Сана не могли заставить меня выпустить ее из рук.</p>
    <p>Как бы то ни было, тем временем я был вовлечен в дворцовую интригу, смысла которой сам не мог понять. Я мог уловить только ее направление, не больше — против Чон Мон Дю, знатного кузена госпожи Ом. Я не забивал себе этим голову, предоставив инициативу Хендрику Хэмелу. Ему я доносил каждую мелочь, которая случалась, когда его не было со мной, а он, сидя целыми часами во мраке с нахмуренным лбом, как терпеливый паук, распутывал узлы и ткал заново паутину. Он настоял на том, чтобы сопровождать меня повсюду в качестве телохранителя, и только Юн Сан иногда отсылал его. Конечно, я не позволял ему присутствовать на свиданиях с госпожой Ом, но в общих чертах рассказывал ему все, что там происходило, за исключением того, что не было его делом.</p>
    <p>Я думаю, что Хэмел был рад оставаться в тени и играть тайную роль. Он был очень хладнокровен и рассчитал все так, что рисковал только я. Если я преуспею, то преуспеет и он. Если же я провалюсь и погибну, он может улизнуть, как хорек. Я уверен, что он рассуждал именно так, и все-таки в конце концов это его не спасло, как вы увидите.</p>
    <p>— Поддержи меня, — сказал я Киму, — и что бы ты ни пожелал, будет твое. Чего ты хочешь?</p>
    <p>— Я хотел бы командовать пхеньянскими Охотниками за тиграми, стать начальником дворцовой стражи, — ответил он.</p>
    <p>— Подожди немного, — сказал я. — Ты будешь ими командовать. Я это обещаю.</p>
    <p>Каким образом я выполню свое обещание, — это не интересовало меня. Но тот, кто не имеет ничего, может раздавать царства, и я, не имевший ничего, обещал Киму сделать его капитаном дворцовой стражи. Самое интересное, что я исполнил свое обещание. Ким стал командовать Охотниками за тиграми, хотя это привело его к печальному финалу.</p>
    <p>Хитрости и интриги я предоставил Хэмелу и Юн Сану, которые были политиками. Я же был просто мужчина и любовник, и моя жизнь была гораздо веселее. Представьте себе хорошо сложенного, жизнерадостного, беззаботного моряка, не желающего знать ничего о прошлом и о будущем, обедающего с императором и вдобавок — любовника принцессы. И на моей стороне были такие головы, как Хэмел и Юн Сан, которые составляли планы и исполняли их за меня.</p>
    <p>Не однажды Юн Сан почти угадывал чужой разум за моими действиями и словами, но когда он пробовал прощупать Хэмела, тот изображал тупого раба, в тысячу раз меньше интересующегося делами государства и политикой, чем моим здоровьем и удобствами. И он многословно выражал свое беспокойство по поводу моих пьяных состязаний с Тай Буном. Я знаю, что госпожа Ом догадывалась, в чем дело, но держала это при себе; не моей души желала она, а, как говорил Хэмел, мою бычью шею и золотые волосы.</p>
    <p>Я не буду рассказывать подробно о том, что происходило между нами, хотя госпожа Ом в настоящее время превратилась уже в прах. Но ее нельзя забыть, потому что когда мужчина и женщина стремятся друг к другу, головы могут падать с плеч и королевства рушиться, а они все-таки будут вместе.</p>
    <p>Наконец стали поговаривать о нашем браке. Сначала тихонько, совсем тихонько, как сплетничают во дворце в темных углах евнухи и служанки. Но сплетни кухонных поварят часто доползают до трона. Скоро поднялась настоящая кутерьма.</p>
    <p>Поскольку невозможно, чтобы принцесса вышла замуж за морского бродягу, хотя бы даже претендующего на благородное древнее происхождение, но не имеющего ни власти, ни должности, ни других видимых признаков высшего класса, то был издан императорский декрет, который публично признавал меня принцем. Я был провозглашен губернатором семи провинций.</p>
    <p>Господи! Господи! Простой морской волк отбыл на север по дороге Мандаринов в сопровождении пятисот солдат и свиты, следующей за мной! Я стал губернатором семи провинций, командующим пятидесятитысячным войском. Я волен был подарить жизнь, смерть и мучения. Я имел казначейство и казначея, не говоря о целом полке писарей. Мне служила также тысяча сборщиков податей, которая выжимала последние медяки из трудящегося народа.</p>
    <p>Семь провинций лежали на северных границах страны. Дальше начиналась страна, теперь называемая Маньчжурией, но у нас известная как страна Хонду, что означает «Красные Головы». Ее жители совершали дикие набеги, при случае переходя через Ялу в огромном количестве, и опустошали Чосон, как саранча. Говорили, они были людоедами. Я же знал по опыту, что они были свирепыми воинами, практически непобедимыми.</p>
    <p>То был трудный год, полный хлопот. В то время как Юн Сан и госпожа Ом в Кейдзе добивались полной опалы для Чон Мон Дю, я создавал себе репутацию. Конечно, на самом деле за моей спиной стоял Хендрик Хэмел, а я был только подставным лицом, великолепной ширмой. Действуя через меня, Хендрик Хэмел обучил наших солдат строю и тактике, а также познакомил их с некоторыми боевыми приемами Красных Голов. Эта славная война длилась год, и кончилась она миром на северных границах, и на берегах Ялу не осталось Красных Голов, разве только мертвые.</p>
    <p>Но вернусь к Кейдзе и госпоже Ом. Господи! Господи! Какая она была женщина! В течение сорока лет она была моей женой. Я знаю, никто не посмел восстать против нашего брака. Чон Мон Дю, почти лишенный влияния, попавший в опалу, удалился, надувшись, куда-то далеко на северо-восточное побережье. Юн Сан получил абсолютную власть. Ночью одиночные маяки своими вспышками слали весть о мире через всю страну. Ноги императора становились все более слабыми, и глаза его гноились от излишеств и дьявольских забав, изобретенных для него Юн Саном. Мы с госпожой Ом осуществили желание наших сердец. Ким командовал дворцовой стражей. Квон Юн Дина, провинциального губернатора, который надел на нас доски и избил, когда мы потерпели здесь крушение, я лишил власти и изгнал его, чтобы он даже не смел появляться в пределах стен Кейдзе.</p>
    <p>Да, а Иоганес Мартенс? Дисциплина въедается в кожу матроса, и, несмотря на мое новое величие, я никогда не забывал, что он был моим капитаном в дни, когда мы искали новую Индию на «Спарвере». В соответствии с моей легендой, он был единственным свободным человеком в моей свите. Остальные моряки, которые считались моими рабами, не могли добиться никакого положения в государстве. Но Иоганес мог и добивался. Старая, хитрая лиса. Я совершенно не угадал его намерения, когда он попросил меня сделать его губернатором жалкой маленькой провинции Кендю. Кендю не была богата ни пастбищами, ни рыболовным промыслом. Подати платились с трудом, и место губернатора было здесь лишь почетным званием. Эта провинция представляла собой настоящее кладбище, потому что в горах здесь находились усыпальницы древних королей Силла. Лучше быть губернатором Кендю, чем слугой Адама Стрэнга, вот что, как мне казалось, было у него в голове. Никогда не думал я также, что он взял с собой четырех моряков по какой-то иной причине, а не из страха перед одиночеством.</p>
    <p>Великолепны были два последующих года. Я управлял моими семью провинциями при помощи разорившихся янбанов, которых подобрал для меня Юн Сан. От меня лишь требовалось время от времени торжественно объезжать свои владения в сопровождении свиты и госпожи Ом. У госпожи Ом был летний дворец на южном побережье, который мы часто посещали. Там мы устраивали различные состязания. Я стал покровителем искусства борьбы и воскресил искусство стрельбы из лука. Также мы занимались охотой на тигров в северных горах.</p>
    <p>Однако Хэмел, так долго вынашивавший свои планы, был готов к действию. Его аппетиты росли. Для него Корея и стала той Индией, которую он искал. Он мало рассказывал мне о своих замыслах, но когда начал интригу, которая должна была сделать меня адмиралом корейского флота джонок, то стал подозрительно часто осведомляться о местонахождении императорской казны. И тогда я сообразил, что к чему.</p>
    <p>Теперь я не мог покинуть Чосон без госпожи Ом. Когда я предложил ей бежать со мной, она сказала, пылко обняв меня, что я ее повелитель и куда бы я ни отправился, она последует за мной. Как вы увидите, это была правда, полная правда — то, что она произнесла.</p>
    <p>Ошибкой Юн Сана стало то, что он оставил Чон Мон Дю в живых. Впрочем, нет, это не было ошибкой Юн Сана. Он просто не посмел поступить иначе. Оставаясь в немилости при дворе, Чон Мон Дю был тем не менее слишком популярен у провинциального духовенства. Юн Сан был вынужден оставить ему жизнь, и Чон Мон Дю, угрюмый отшельник на северо-восточном побережье, на самом деле не оставался бездеятельным. Его соглядатаи, по большей части буддийские монахи, находились повсюду, ездили по всей стране, заставляя даже самых мелких провинциальных чиновников присягнуть на верность и преданность ему. Нужно было обладать холодным терпением азиата, чтобы задумать и исполнить такой жестокий и сложный заговор. Мощь дворцовой партии Чон Мон Дю выросла так, что Юн Сан даже вообразить себе не мог. Чон Мон Дю подкупил дворцовую стражу — Охотников за тиграми, начальником над которыми был Ким. И в то время как Юн Сан медлил в нерешительности, а я сам предавался различным увеселениям и наслаждался любовью госпожи Ом, в то время как Хендрик Хэмел окончательно выработал план ограбления императорского казначейства и когда Иоганес Мартенс придумывал собственные — вулкан заговора Чон Мон Дю даже не дымился.</p>
    <p>Господи! Господи! Но каково было его извержение!.. Приходилось драться голыми руками, спасая свою шею. А были шеи, которые не спаслись. Чон Мон Дю слегка поторопился с осуществлением заговора. Но на самом деле Иоганес Мартенс ускорил катастрофу, и то, что он сделал, было весьма благоприятно для Чон Мон Дю и послужило ему на пользу.</p>
    <p>Итак, слушайте. Народ Чосона фанатично почитает своих предков, а этот старый алчный морской разбойник не придумал ничего другого, как совершить набег на усыпальницы, в которых покоились в золотых гробах похороненные в древности короли древней Силлы. Дело было сделано ночью, после чего они помчались по направлению к побережью. Но на следующее утро опустился густой туман, и они не нашли дорогу к ожидавшей их джонке, которую Иоганес Мартенс тайно снарядил. Он и другие матросы были схвачены благодаря некоему местному чиновнику, одному из приверженцев Чон Мон Дю. Только Герман Тромп удрал в тумане и смог, намного позднее, рассказать мне об этом происшествии.</p>
    <p>Этой ночью, несмотря на то что новость о святотатстве распространилась по стране и половина северных провинций взбунтовалась, Кейдзе и двор спали в неведении. По приказанию Чон Мон Дю сигнальные огни свидетельствовали о мире. И так они сигналили еще несколько ночей, в то время как днем и ночью гонцы Чон Мон Дю загоняли лошадей на всех дорогах Чосона. Мне удалось увидеть его гонца, прибывшего в Кейдзе. В сумерках, когда я проезжал через большие ворота столицы, я увидел павшую изнуренную лошадь и истощенного путника, едва стоящего на ногах. И мне пришло в голову, что этот человек принес с собой в Кейдзе мою судьбу.</p>
    <p>Его известие вызвало переворот. Я возвратился во дворец только в полночь, когда все было уже кончено. В девять часов вечера бунтовщики захватили императора в его собственных покоях. Они заставили его призвать немедленно правителей всех провинций, и когда они явились, их зарезали одного за другим на его глазах. Тем временем взбунтовались и Охотники за тиграми.</p>
    <p>Юн Сан и Хендрик Хэмел были избиты рукоятями мечей и арестованы. Семь других моряков удрали из дворца вместе с госпожой Ом. У них не было возможности прихватить Кима, который сражался со своими собственными подчиненными. Они швырнули его наземь и стали топтать его ногами. К несчастью, он не умер от этого.</p>
    <p>Как шквал ветра летней ночью, переворот отшумел и затих. Теперь Чон Мон Дю был у власти. Император утверждал все, чего он хотел. Повздыхав о святотатстве с королевскими гробницами, Чосон успокоился. Повсюду свергли губернаторов и заменили теми, кто получил назначение от Чон Мон Дю, но династия не была уничтожена.</p>
    <p>Ну а что же случилось с нами? Иоганеса Мартенса и его матросов после суда долго возили по стране, чтобы чернь плевала в них, а потом их зарыли по шею на площади перед дворцовыми воротами. Их не лишали воды, чтобы они жили долго, вдыхая пары горячих изысканных блюд, которые ставили перед ними и меняли ежечасно. Говорят, что старый Иоганес Мартенс жил дольше всех, целых пятнадцать дней.</p>
    <p>Ким умер медленной и ужасной смертью — ему переломали все кости, одну за другой, и длилось это очень долго. Хэмел, в котором Чон Мон Дю угадал моего вдохновителя, был приговорен к казни веслом, то есть был быстро забит до смерти под восторженные крики жителей Кейдзе. Юн Сану позволили умереть достойно. Он играл в шахматы с тюремщиком, когда пришел гонец императора или, вернее, гонец Чон Мон Дю, с чашкой яда.</p>
    <p>— Подожди минуту, — сказал Юн Сан. — Плохо тебя воспитали, если ты прерываешь шахматную партию. Я выпью яд, когда закончу ее. — Гонцу пришлось ждать, когда Юн Сан выиграет партию, и только тогда он осушил чашку.</p>
    <p>Азиату, чтобы не впасть в тоску, необходима месть, упорная, как жизнь. Вот это-то и сделал со мной и с госпожой Ом Чон Мон Дю. Он не уничтожил нас и даже не заключил в тюрьму. Госпожу Ом он лишил всех титулов и владений. По всей стране, даже в самых маленьких деревушках, был провозглашен императорский декрет, объявлявший меня принцем Коре и неприкосновенным, так что ни один человек не имел права убить меня. Сверх того было объявлено, что восемь выживших матросов также являются неприкосновенными. Но при этом никто не должен был оказывать им помощь. Они превратились в изгнанников, нищих на больших дорогах. И мы с госпожой Ом тоже стали нищими бродягами.</p>
    <p>Сорок долгих лет преследовала нас бессмертная ненависть Чон Мон Дю. К несчастью, ему была дарована долгая жизнь, так же, как и нам, — на горе. Я говорил, что госпожа Ом была исключительной женщиной. Я могу повторять это без конца, потому что у меня не хватает слов, чтобы дать ей справедливую оценку. Где-то я слышал, что одна важная дама сказала однажды своему возлюбленному: «Мне довольно шалаша и корки хлеба с тобою»… Действительно, именно так госпожа Ом говорила мне. Больше, чем говорила, она жила со мной, когда у нас и корки хлеба иной раз не было, и только небо было нашим кровом.</p>
    <p>Я предпринимал попытки заработать себе на жизнь, но каждый раз Чон Мон Дю препятствовал мне. В Сондо я стал возчиком дров и делил с госпожой Ом лачугу, где ночевать было все-таки намного лучше, чем на открытой дороге в злую зимнюю стужу. Но люди Чон Мон Дю нашли меня, избили, посадили в доски, а затем выбросили на большую дорогу. Стояла та ужасная зима, когда бедный Вандервут замерз на улицах Кейдзе.</p>
    <p>В Пхеньяне я стал водовозом, так как этот старый город, чьи стены были древними даже во время Давида, считался лодкой, и поэтому вырыть колодцы внутри стен значило потопить город. Таким образом весь день многие тысячи кули со взваленными на плечи кувшинами воды шагали туда и обратно через шлюзные ворота. Я стал одним из них и работал, пока Чон Мон Дю не нашел меня и там, и я был снова избит, посажен в доски и брошен на большую дорогу.</p>
    <p>Всегда повторялось одно и то же. В далеком Ыдзю я стал мясником, убивая собак на глазах покупателей, рубил туши и развешивал их для продажи. Я дубил кожи в нечистотах у ног прохожих, расстилая шкуры ободранной стороной кверху в уличной грязи. Но Чон Мон Дю отыскал меня и здесь.</p>
    <p>Я был помощником красильщика в Пхеньяне, золотоискателем на приисках Канбуна, сучил веревки и бечеву в Чиксане. Я плел соломенные шляпы в Пхэдоке. Я работал, как каторжный, на затопленных водой рисовых полях за плату меньшую, чем плата кули.</p>
    <p>Но не было ни такого времени, ни места, куда бы не достала длинная рука Чон Мон Дю, мстительно толкавшая меня снова на нищенский путь. Мы с госпожой Ом два года искали и нашли корень дикого горного женьшеня, который был такой редкостью и настолько ценился врачами, что мы могли бы прожить целый год в комфорте на деньги, вырученные от продажи одного этого корня. Но когда я попытался это сделать, меня схватили, корень конфисковали, и я был избит и засажен в доски на более долгий срок, чем обычно.</p>
    <p>Всюду бродячие члены великого цеха разносчиков доносили о моих странствиях и действиях Чон Мон Дю в Кейдзе. Только дважды за все время, последовавшее за моим падением, встретил я Чон Мон Дю лицом к лицу. Первый раз — в ночь дикого зимнего шторма в высоких горах Кануон. За несколько заплесневелых медяков я купил для нас с госпожой Ом тесный угол в огромной, холодной и грязной общей комнате гостиницы. Мы как раз собрались приняться за наш скудный ужин, состоящий из рагу из лошадиных костей, сваренных с диким чесноком и кусками протухшей старой говядины, как вдруг на дворе послышался звон бронзовых колокольчиков и топот копыт. Двери открылись, и вошел Чон Мон Дю, олицетворение довольства, процветания и власти, отряхивая снег со своих бесценных монгольских мехов. Для него и для дюжины его слуг тотчас же очистили место, чтобы они могли расположиться удобно и не в тесноте. И вот вдруг его взгляд упал на госпожу Ом и на меня.</p>
    <p>— Вышвырните этих бродяг, — приказал он.</p>
    <p>И его конюхи хлестнули нас своими кнутами и выгнали нас в бурю. Но была и другая встреча через много лет, как вы увидите.</p>
    <p>У нас не было возможности убежать. Мне было запрещено находиться на территории северных провинций. Мне было запрещено даже ступать ногой на сампан, лодку, которая могла служить также и жилищем. Глашатаи донесли этот приказ Чон Мон Дю в каждую деревню, до каждой живой души в Чосоне. Я был меченым.</p>
    <p>Господи! Господи!.. Чосон, я знаю каждую твою дорогу и горную тропинку, и твои обнесенные стеной города, и самую последнюю из деревушек. Ибо сорок лет я скитался и голодал на твоих дорогах, и госпожа Ом скиталась и голодала со мной. Чего только мы не ели в крайней нужде! Объедки собачьего мяса, гнилые и негодные для продажи, брошенные нам в насмешку мясниками, <emphasis>минари </emphasis>— корни лотоса, собранные в стоячих тинистых прудах; мы воровали <emphasis>кимчи, </emphasis>негодную даже для желудков крестьян, запах которой был слышен за целую милю. Да, я воровал кости дворняжек, подбирал с проезжих дорог зерна риса, таскал у пони их дымящийся бобовый суп в морозные ночи.</p>
    <p>Удивительно, что я не умер. Меня держали две вещи: то, что госпожа Ом со мной, и странная вера, что придет время, когда мои пальцы крепко сомкнутся на горле Чон Мон Дю.</p>
    <p>Стремясь уйти подальше от городских ворот Кейдзе, где нас мог легко найти Чон Мон Дю, мы круглый год странствовали по Чосону и вскоре изучили каждый дюйм этой страны. Наша история и наша внешность были так же широко известны, как велика была сама страна. Не было живой души, которая бы не знала о нас и о нашем наказании. Нам встречались кули и разносчики, которые выкрикивали оскорбления госпоже Ом, чтобы затем почувствовать всю тяжесть моих кулаков на своих лицах. Были старухи в далеких горных деревушках, которые смотрели на нищую рядом со мной, на бывшую госпожу Ом, и вздыхали, качая головами, в то время как глаза их застилались слезами. Были молодые женщины, которые с интересом разглядывали мои широкие плечи, синие глаза и длинные золотистые волосы, того, который был когда-то принцем и правителем семи провинций. И были шумные толпы детей, которые следовали за нами по пятам и забрасывали нас грязью.</p>
    <p>За Ялу лежала полоса пустынной земли в сорок миль шириной, представлявшая собой северную границу и простирающаяся от моря к морю. На самом деле эта земля была опустошена намеренно, поскольку такова была изоляционистская политика Чосона. На этой сорокамильной полосе все деревни и города были уничтожены. Теперь это была ничья страна, наводненная дикими зверями, и ее объезжали конные отряды Охотников за тиграми, делом которых было убивать всякое человеческое существо, какое они найдут. Бежать этим путем мы не могли, как не могли бежать и через море.</p>
    <p>С течением времени семеро моих бывших товарищей-моряков стали чаще посещать Фузан. Он лежит на юго-восточном берегу, где климат мягче. Но, помимо этого, он был ближайшим к Японии портом. Пролив, такой узкий, что, казалось, противоположный берег виден невооруженным глазом, был нашей единственной надеждой убежать в Японию, куда, как мы знали, заходят иногда корабли из Европы. Как живо я помню этих семерых стареющих мужчин на утесах Фузана, стремящихся всей душой к морю, по которому они никогда не смогут плыть.</p>
    <p>Иногда были видны японские джонки, но никогда не возвышалась над горизонтом моря знакомая стеньга европейского корабля. Годы шли, старели и семеро морских волков, и я сам, и госпожа Ом, и все чаще и чаще направлялись мы к Фузану. И с течением лет нас становилось все меньше: то один, то другой не являлся на наше обычное место. Ганс Эмден умер первым. Якоб Бринкер, который был его спутником, принес нам эту весть. Якоб Бринкер стал последним из семи, и ему было почти 90 лет, когда он умер, пережив Тромпа двумя годами. Я хорошо помню эту пару незадолго до их смерти, дряхлых и слабых, в нищенских лохмотьях, с нищенской сумой. Греясь на солнышке на утесах, бок о бок, они рассказывали старые истории и посмеивались по-детски пронзительно. И Тромп рассказывал снова и снова о том, как Иоганес Мартенс с матросами ограбил королевские усыпальницы в горах Тэбон, где покойные монархи лежали, набальзамированные, меж двух набальзамированных же рабынь в золотых гробах. И как эти царственные мертвецы рассыпались в прах, когда матросы, потея и чертыхаясь, перетаскивали гробы на джонки.</p>
    <p>Грабеж есть грабеж, но старый Иоганес Мартенс удрал бы через Желтое море со своей добычей, если бы не туман, который погубил его на следующее утро. Этот проклятый туман! О нем была сложена песня, которую я слышал во всех концах Чосона до самого дня моей смерти и которую я возненавидел. Вот две строки из нее.</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Густой туман с Запада</v>
      <v>Дрожит над вершинами Виина.</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>В течение сорока лет я был нищим в Чосоне. Настал день, когда из четырнадцати человек, потерпевших крушение у его берегов, остался только я один. Госпожа Ом была таким же неукротимым существом, и мы состарились вместе. Под конец она превратилась в маленькую, тощую, беззубую старушку, но всегда оставалась исключительной женщиной и несла мое сердце в своем до конца. Для старика семидесяти лет я все еще был очень силен. Мое лицо увяло, золотые волосы превратились в седые, широкие плечи поникли, и все-таки сила морского волка, жившая в мышцах, не оставила меня.</p>
    <p>Поэтому я смог сделать то, о чем сейчас расскажу. Это произошло весенним утром на утесах Фузана, где мы с госпожой Ом, утомленные дорогой, грелись на солнце. Мы сидели в нищенских отрепьях, смиренные, в пыли, и я от души смеялся какой-то веселой шутке, которую прошамкала госпожа Ом, когда чья-то тень упала на нас. Это были роскошные носилки Чон Мон Дю, которые несли восемь кули и сопровождали всадники, впереди и сзади них, а по бокам бежали телохранители.</p>
    <p>Два императора, гражданская война, голод и двенадцать дворцовых переворотов случились за это время, а Чон Мон Дю обладал той же властью в Кейдзе. Он сделал знак рукой, чтобы носилки остановили. Он хотел посмотреть на нас, тех, кого он преследовал так долго.</p>
    <p>— Сейчас, о мой повелитель, — прошептала мне госпожа Ом, а затем, завывая, стала просить у Чон Мон Дю милостыню, делая вид, что не узнает его.</p>
    <p>И я понял ее мысль. Не делились ли мы ею в течение сорока лет? И ее час наконец настал. Поэтому я тоже притворился, что не узнал моего врага. Прикинувшись дряхлым стариком, я тоже пополз к носилкам, умоляя о милосердии и сострадании.</p>
    <p>Телохранители хотели меня отогнать, но старчески дрожащим голосом Чон Мон Дю остановил их. Он оперся на трясущийся локоть одной руки, а другой отдернул в сторону шелковые занавески. Его увядшее старое лицо осветилось восторгом, когда он выпучил на нас глаза.</p>
    <p>— О, мой повелитель, — простонала мне госпожа Ом, и я понял, что вся ее многотерпеливая любовь и вера в мою смелость вылились в этот возглас.</p>
    <p>И красный гнев проснулся во мне, заявляя о моем желании быть свободным. Неудивительно, что я весь затрепетал от сдерживаемой ярости. Но, к счастью, это сочли признаком слабости моего возраста. Я же приподнял нищенскую суму, завыл еще горестнее и опустил глаза, чтобы скрыть синий огонь, который, как я знал, был в них, и рассчитать расстояние и силу прыжка.</p>
    <p>Затем в моих глазах вспыхнуло пламя. Раздался треск перекладин, занавеси разорвались, послышались крики телохранителей, когда мои пальцы сомкнулись на горле Чон Мон Дю. Носилки перевернулись, и я едва разбирал, где были его ноги, где голова, но мои кулаки ни на минуту не разжимались.</p>
    <p>В этом хаосе из подушек, одеял и занавесей мало ударов телохранителей попадало на меня. Но скоро пришли на помощь всадники, и их кнуты обрушились на мою голову, множество рук вцепилось в меня. Я был оглушен, но не терял сознания и блаженствовал, чувствуя, как мои старые пальцы погружаются в эту тощую и высохшую старческую шею, которую я так долго искал. Удары продолжали сыпаться на мою голову, в ней проносились головокружительные мысли, и я сравнивал себя самого с бульдогом, плотно сжимающим челюсти. Я знал, что он наконец умрет, еще до наступления сумерек, как знал и то, что я погружусь в небытие на утесах Фузана у Желтого моря.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава XVI</p>
    </title>
    <p>Думая обо мне, начальник тюрьмы Азертон, должно быть, испытывал все, что угодно, кроме гордости. Я научил его, что значит дух, унизил его высотой моего собственного духа, который восставал неуязвимым, торжествующим над всеми пытками. Я сижу здесь, в Фолсеме, в отделении для убийц, ожидая смертной казни; начальник тюрьмы Азертон все еще держится за свое место и царит в Сен-Квентине над всеми несчастными, заключенными в его стенах, и все-таки в глубине души он знает, что я выше его.</p>
    <p>Напрасно старался Азертон сломить мой дух. И нет никакого сомнения в том, что он был бы рад, если бы я умер в смирительной рубашке. Таким образом, пытки инквизиции продолжались. Как он мне сказал и как он мне повторял непрестанно, вопрос стоял так: динамит или крышка.</p>
    <p>Капитан Джеми был ветераном тюремного насилия, и однако пришло время, когда он отступил перед моей стойкостью, которая произвела то же впечатление и на остальных моих мучителей. Он пришел в такое отчаяние, что осмелился поспорить с начальником тюрьмы и умыл руки в этом деле. С этого дня и до конца моих мучений он никогда не заходил в одиночку.</p>
    <p>Да, и пришло время, когда начальник тюрьмы Азертон ужаснулся, хотя он все еще упорствовал, стараясь добиться у меня признания, где спрятан несуществующий динамит. К тому же Джек Оппенхеймер нанес ему сокрушительный удар. Оппенгеймер был бесстрашен и говорил что хотел. Он прошел, не дав себя сломить, через весь ад тюрьмы и благодаря своей сильной воле смеялся тюремщикам прямо в глаза. Моррелл простучал мне полный отчет об этом инциденте. Я был без сознания в смирительной рубашке, когда это произошло.</p>
    <p>— Начальник, — сказал ему Оппенхеймер, — вы откусили больше, чем можете проглотить. Речь ведь идет не о том, чтобы убить Стэндинга. Надо убить трех человек, потому что, будьте уверены, если вы его убьете, раньше или позже мы с Морреллом заговорим, и то, что вы сделали, станет известным всей Калифорнии. Вам надо сделать выбор. Вы должны или оставить Стэндинга в покое, или убить всех троих. Со Стэндингом у вас нашла коса на камень, так же будет со мной и с Морреллом. Вы презренный трус, и у вас хребет без костей, вам не хватает мужества, чтобы исполнять ту грязную работу мясника, на которую вас наняли.</p>
    <p>Оппенхеймер получил за это сто часов в смирительной рубашке, и, когда его развязали, он плюнул в лицо Азертону, за что получил еще сто часов. Когда он был расшнурован в этот раз, Азертон постарался не присутствовать в его камере. Что он был потрясен словами Оппенхеймера, в этом нет сомнения.</p>
    <p>Но кто был настоящим сатаной, так это доктор Джексон. Для него я был интересным медицинским случаем. И он всегда порывался узнать, как много я смогу перенести, не сломившись.</p>
    <p>— Он запросто может выдержать двадцать дней за один присест, — хвастался он начальнику тюрьмы в моем присутствии.</p>
    <p>— Вы меня недооцениваете, — перебил я. — Я могу выдержать сорок дней. Да что там, я могу выдержать сто, только если вы лично наденете на меня рубаху. — А вспомнив, как терпеливо я ждал, будучи морским бродягой, целых сорок лет, пока мои руки не вцепились в горло Чон Мон Дю, я прибавил: — Вы — тюремные дворняжки, вы не знаете, что такое человек. Вы думаете, что человек создан по вашему трусливому подобию. Запомните, я человек. Вы — бессильные, я ваш господин. Вы не можете вырвать у меня ни одного стона. Вы считаете это замечательным только потому, что знаете, как легко закричали бы вы сами.</p>
    <p>О, я оскорблял их, называя жабьим отродьем, прихлебателями сатаны, колодезной тиной, потому что был над ними и вне их. Они были рабы, я же — свободный дух. Только мое тело лежало запертым в одиночной камере. Я же не был заключен. Я победил тело, и простор времени лежал передо мной, и я мог странствовать в нем, пока бедное тело, которое даже не страдало, было стянуто смирительной рубашкой, погруженное во временную смерть.</p>
    <p>Я рассказал о многих своих приключениях обоим товарищам. Моррелл верил, потому что он сам вкусил временную смерть. Но Оппенхеймер, восхищаясь моими рассказами, оставался до конца скептиком. Наивно, а иногда действительно с чувством, он высказывал свое сожаление о том, что я посвятил свою жизнь агрономии вместо писания фантастических романов.</p>
    <p>— Но, дружище, — спорил я с ним, — что могу я знать о Чосоне? Я только в состоянии отождествить ее с тем, что в наши дни называется Кореей, и это все. Например, откуда бы я мог узнать что-нибудь о <emphasis>кимчи</emphasis>? А между тем я знаю, что это такое. Это род квашеной капусты. Когда она портится, запах от нее слышен даже на небе. Когда я был Адамом Стрэнгом, я ел <emphasis>кимчи</emphasis> тысячу раз. Я ел хорошую <emphasis>кимчи, </emphasis>скверную <emphasis>кимчи</emphasis> и гнилую <emphasis>кимчи</emphasis>. Я знал, что лучшую <emphasis>кимчи</emphasis> делают женщины из Возана. Ну, откуда же я знаю это? Это не вмещается в мой разум, разум Даррела Стэндинга. Но это входит в пределы понимания Адама Стрэнга, который через череду рождений и смертей завещал мне, Даррелу Стэндингу, этот опыт вместе с остальным моим опытом о множестве других жизней. Видишь ли, Джек, так же, как человек рождается и растет, так же развивается и дух.</p>
    <p>— Ай, брось, — быстро и коротко стучал он мне в ответ своими сильными кулаками, удары которых я так хорошо знал. — Слушай, что скажет тебе дядюшка. Я — Джек Оппенхеймер и был всегда Джеком Оппенхеймером. Никого другого нет в моем существе. Все то, что я знаю, я знаю как Джек Оппенхеймер. Ну, и что именно? Вот, например, что такое <emphasis>кимчи. Кимчи</emphasis> — это род квашеной капусты, ее делают в стране, которую называют Чосон. Возанские женщины готовят наилучший <emphasis>кимчи</emphasis>, а когда <emphasis>кимчи</emphasis> портится, запах его слышен на небе. Запомни это, Эд. Подожди, сейчас я припру профессора к стене. Теперь, профессор, откуда я получил все эти сведения о <emphasis>кимчи</emphasis>? Это не входило в содержание моего разума.</p>
    <p>— Вот именно, — ликовал я. — Ты получил их от меня.</p>
    <p>— Ладно, старина, тогда кто же вложил это в твой разум?</p>
    <p>— Адам Стрэнг.</p>
    <p>— Но Адам Стрэнг — это пустое сновидение. Ты прочел об этом где-нибудь.</p>
    <p>— Никогда, — утверждал я. — То немногое, что я читал о Корее, это военные сводки во время Русско-японской войны.</p>
    <p>— Разве ты помнишь все, что читал? — допрашивал меня Оппенхеймер.</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— Кое-что ты наверняка забыл?</p>
    <p>— Да, но…</p>
    <p>— Довольно, спасибо, — перебил он, как делает адвокат, внезапно прерывающий перекрестный допрос, после того как ему удалось добиться какого-нибудь рокового признания.</p>
    <p>Было немыслимо убедить Джека Оппенхеймера в моей искренности. Он настаивал, что я выдумывал то, что он назвал «романом с продолжением». Когда меня освобождали из рубахи, начинались бесконечные расспросы и просьбы рассказать еще несколько глав.</p>
    <p>— Теперь, профессор, оставь эту высокую материю, — перебивал он мой метафизический спор с Эдом Моррелом, — и расскажи нам больше о кисан и о морских сражениях. Расскажи еще, раз уж к слову пришлось, что случилось с госпожой Ом, когда ее муж задушил этого старого негодяя и сам был убит.</p>
    <p>Я уже не раз говорил, что форма погибает. Позвольте мне повторить. Форма погибает. У материи нет памяти. Только дух помнит, как в данном случае — в тюремных камерах, спустя столетия; воспоминание о госпоже Ом и о Чон Мон Дю настойчиво держалось в моем разуме, а через него передавалось Джеку Оппенхеймеру, а затем снова в мой разум, на наречии и жаргоне Запада. А теперь я передал это твоему разуму, читатель. Постарайся вычеркнуть это из него. Ты не сможешь. То, что я рассказал тебе, на всю жизнь останется в твоей памяти. Дух? Нет ничего постоянного, кроме духа. Материя изменяется, кристаллизуется и меняется снова, а форма никогда не повторяется. Форма распадается на вечные ничто, к которым уже нет возврата. Форма появляется и исчезает, как исчезла физическая форма госпожи Ом и Чон Мон Дю. Но память о них остается и останется навсегда, пока продолжает существовать дух; а дух неразрушим.</p>
    <p>— Одно ясно, как божий день, — сделал критическое заключение Джек Оппенхеймер о моих приключениях в теле Адама Стрэнга. — Ты посещал разные увеселительные заведения в китайском квартале чаще, чем это полагается уважаемому профессору университета. Скверное общество, знаешь ли, — оно, похоже, и привело тебя сюда.</p>
    <p>Прежде чем я вернусь к своим приключениям, я должен рассказать один замечательный инцидент, случившийся в одиночке: он замечателен, так как показывает удивительные умственные способности этого продукта сточных каналов — Джека Оппенхеймера — с одной стороны, а с другой — является сам по себе убедительным доказательством истинности моих опытов во время спячки в смирительной рубашке.</p>
    <p>— Скажи, профессор, — простучал мне однажды Оппенхеймер, — когда ты рассказывал сказки об Адаме Стрэнге, я помню, ты упоминал об игре в шахматы с этим проспиртованным братом императора. Ну-с, похожа ли эта игра в шахматы на нашу?</p>
    <p>Конечно, я должен был ответить, что не знаю, что не помню деталей, вернувшись в нормальное состояние. И конечно, он добродушно смеялся над тем, что он называл моими дурачествами. Все-таки я мог отчетливо припомнить, что в бытность мою Адамом Стрэнгом я часто играл в шахматы. Смущался же я потому, что по возвращении в сознание в тюрьме несущественные и запутанные подробности блекли в моей памяти.</p>
    <p>Надо помнить, что для удобства слушателей я составлял из своих отрывочных и повторяющихся опытов в смирительной рубашке связные и последовательные рассказы. Я никогда не знал наперед — куда занесет меня мое путешествие. Например, я двадцать раз возвращался к Джесси Фэнчеру в круг фургонов на Горных Лугах. За десять дней, которые я провел подряд в рубахе, я уходил дальше и дальше, от одной жизни к другой, и часто перескакивал через целые серии жизней, которые я переживал в другие времена, уходил назад в доисторическое время и снова оттуда к эпохе возникновения цивилизации.</p>
    <p>Поэтому я решил в следующее мое возвращение к жизни Адама Стрэнга, если только оно случится, немедленно сконцентрировать сознание на тех эпизодах, которые касались шахмат. И как назло, мне пришлось целый месяц слушать издевательские речи Оппенхеймера, пока это случилось. И тогда, как только меня освободили и кровообращение возобновилось, я поднялся, чтобы простучать ему известие.</p>
    <p>Потом я научил Оппенхеймера шахматам, в которые играл Адам Стрэнг в Чосоне несколько столетий тому назад. Они отличались от западной игры, хотя по существу были теми же самыми, имея общее происхождение — по всей вероятности, индийское. Вместо наших шестидесяти четырех клеток у них было восемьдесят одна. У наших шахмат по восемь пешек на стороне, у них по девять, и хотя они имели те же ограничения, что и наши, но принцип ходов был другой.</p>
    <p>В чосонской игре используется двадцать фигур вместо наших шестнадцати, и они расставлены в три ряда, а не в два. Таким образом, девять пешек находятся в первом ряду, в среднем ряду находятся две фигуры, похожие на наши ладьи, а в последнем ряду посредине стоит король, прикрытый с каждой стороны «серебряной монетой», «золотой монетой», «валетом» и «копьеносцем». Надо отметить, что в чосонской игре нет королев. Дальнейшее радикальное различие состоит в том, что взятая фигура или пешка не снимается с шахматной доски, а становится собственностью противника, и с этого момента он ходит ею.</p>
    <p>Итак, я научил Оппенхеймера этой игре — более трудной, чем наши шахматы, с чем вы согласитесь, если примете во внимание взятие в плен пешек и других фигур. Как известно, тюрьмы не отапливаются. Ведь было бы безнравственным облегчать каторжнику страдания, вызываемые стихией. И на протяжении долгих дней стужи в эту и в следующую зимы мы с Оппенхеймером напрочь забывали о холоде, будучи всецело поглощены чосонскими шахматами.</p>
    <p>Но не было возможности убедить его в том, что я и правда пронес эту игру в Сен-Квентин через столетия. Он настаивал, что я читал о ней где-нибудь и, хотя и забыл прочитанное, его содержание осталось тем не менее в моем разуме, для того чтобы затем быть перенесенным в какое-нибудь сновидение. Таким образом, он применял ко мне положения и термины психологии.</p>
    <p>— Что мешало тебе придумать это здесь, в одиночке? — было его последней гипотезой. — Разве Эд не выдумал разговор через стенку? И не усовершенствовали ли его мы с тобой? Я поймал тебя, а? Что, не так? Возьми патент на изобретение! Когда я служил ночным гонцом, какой-то парень придумал дурацкую шутку под названием «Свиньи в клевере» и заработал на этом миллионы.</p>
    <p>— Не дадут мне патент, — отвечал я. — Нет сомнения, что азиаты играли в эту игру тысячу лет назад. Поверишь ли ты, что я этого не выдумал?</p>
    <p>— Тогда ты об этом читал или видел, как китайцы играют в каком-нибудь веселом заведении, которое ты посещал, — было его последним словом.</p>
    <p>Но все-таки последнее слово осталось за мной. У нас есть или, вернее, был один убийца, японец, которого казнили на прошлой неделе. Я разговаривал с ним об этом, и он признал, что те шахматы, в которые играл Адам Стрэнг и о которых я рассказывал Оппенхеймеру, похожи на японскую игру. Они были больше похожи на их игру, чем на какую-либо из западных игр.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава XVII</p>
    </title>
    <p>Вспомни, читатель, я рассказывал тебе вначале, как в детстве, на ферме в Миннесоте, смотрел на снимки Святой земли, узнавал разные места и отмечал изменения, происшедшие в них. Вспомни также, что я описывал как очевидец сцену исцеления прокаженных и сказал миссионеру, что в то время я был высоким мужчиной с большим мечом, наблюдавшим за происходящим сидя на коне.</p>
    <p>Это случай из моего детства — просто отражение былой славы. Не в полном забвении явился я, маленький Даррел Стэндинг, на белый свет. Но воспоминания о других временах и местах, которые скользили по поверхности моего детского сознания, скоро потускнели и ослабли. В самом деле, как это бывает со всеми детьми, тени домашней тюрьмы сгустились надо мной, и я больше не вспоминал свое великое прошлое. У каждого человека, рожденного женщиной, есть, как у меня, великое прошлое. Очень немногие из них имеют счастье познать годы одиночного заключения и смирительной рубашки. Мне в этом отношении повезло. Иначе я не был бы в состоянии помнить и вспоминать, и среди прочего то время, когда я сидел верхом на лошади и смотрел на исцеление прокаженных.</p>
    <p>Меня звали Рагнар Лодброг, и я в самом деле был очень высок. Я был на целых полголовы выше любого солдата моего легиона. Но командовать легионом я стал позже, после моего путешествия из Александрии в Иерусалим. То была бурная жизнь… Ее не опишешь и в сотне томов. Поэтому я должен рассказать о ней вкратце.</p>
    <p>Я помню все ясно и отчетливо, кроме самого начала. Я совсем не знал своей матери. Мне говорили, что я был рожден во время бури пленницей на палубе корабля, в Северном море, после морского сражения и разгрома прибрежной крепости. Я никогда не слышал имени своей матери. Она умерла в разгар бури. Она была родом из северной Дании, как говорил мне старый Лингард.</p>
    <p>Крепко запечатлелся в памяти ребенка рассказ Лингарда о том, что произошло сразу же после моего рождения на палубе корабля. Лингард, слишком старый, чтобы сидеть на веслах, был одновременно хирургом, гробовщиком и повивальной бабкой заключенных на корабле пленников. Так я был принят им среди шторма, и пена соленого моря омыла мое тело.</p>
    <p>Мне было всего несколько часов от роду, когда Тостиг Лодброг впервые поднял на меня глаза. Ему принадлежал главный корабль и еще семь других кораблей, которые совершили набег, убежали от погони и одержали победу над штормом. Тостига Лодброга звали еще Муспел, что означало Пылающий, потому что он часто загорался гневом. Он был храбр, но и жесток был он, и сердце в его широкой груди не было склонно к прощению.</p>
    <p>Вот к нему-то по качающейся палубе и отнес меня старый Лингард, когда закончился шторм. Мне было едва несколько часов от роду, и я был завернут голым в волчью шкуру, покрытую коркой соли. Родился я преждевременно и был очень маленьким.</p>
    <p>— Хо, хо, карлик! — закричал Тостиг, опуская наполовину опустошенный жбан с медом, чтобы подивиться на меня.</p>
    <p>День был холодным, но, говорят, он сгреб меня с волчьей шкуры и, схватив меня за ногу большим и указательным пальцами, выставил на добычу ветру.</p>
    <p>— Таракан, — гоготал он, — рак, морская вошь. — И он сдавливал меня своими огромными пальцами, каждый из которых, как утверждал Лингард, был толще моей ноги.</p>
    <p>Но ему пришел в голову другой каприз.</p>
    <p>— Парень хочет пить! Пусть пьет!.. Пить!..</p>
    <p>И, говоря это, он втолкнул меня головой вниз в жбан, наполовину наполненный медом. И я, конечно, утонул бы в этом напитке для мужей, я, который не знал материнской груди за то короткое время, что успел прожить, — не будь старого Лингарда. Но когда старик меня вытащил из меда, Тостиг Лодброг в бешенстве сбил его с ног. Мы покатились по палубе, и здоровенные охотничьи псы, только что взятые в плен в бою с северными датчанами, бросились на нас.</p>
    <p>— Хо, хо, — рычал Тостиг Лодброг, когда меня, старика и волчью шкуру терзали собаки.</p>
    <p>Но Лингард поднялся на ноги и спас меня, оставив псам волчью шкуру.</p>
    <p>Тостиг Лодброг допил мед и посмотрел на меня, между тем как Лингард молчал, отлично понимая, что не стоит просить милосердия там, где его быть не может.</p>
    <p>— Мальчик с пальчик! — сказал Тостиг. — Клянусь Одином, женщины северной Дании — жалкая порода. Они рожают карликов, а не людей. На что может пригодиться такая штучка? Из него никогда не выйдет мужчина. Послушай меня, Лингард, вырасти мне из него кравчего для Бруннанбура. И поглядывай, чтобы собаки по ошибке не слизнули его со стола вместо объедков мяса.</p>
    <p>Я не знал женской ласки. Старый Лингард был акушеркой и нянькой, а колыбелью мне стала качающаяся палуба. Я слышал только лязг оружия и топот сражающихся людей или звуки бури. Как я смог выжить, знает один только Бог. Наверное, я родился железным, так как пережил все и опроверг пророчество Тостига о том, что я вырасту карликом. Я перерос все кубки и кувшины с крышками, и недолго удавалось ему погружать меня в свой жбан с медом. Последнее было его любимой забавой. Таков был его суровый юмор, выходка, которая, по его мнению, была замечательно остроумна.</p>
    <p>В моих первых воспоминаниях были корабли Тостига Лодброга, его воины и пиршественная зала в Бруннанбуре. Поскольку меня сделали кравчим, то я помню также и то, как, переваливаясь, я шел с человеческим черепом, наполненным вином, к главному месту за столом, где Тостиг бушевал так, что от его крика дрожали стропила. Они все были сумасшедшими, невменяемыми, но это казалось нормальной жизнью мне, который ничего другого не знал. То были люди, которые легко приходили в ярость и легко дрались. Их мысли были грубы, как грубы были их еда и питье. И я вырос похожим на них. Каким другим мог я вырасти, когда я подавал напитки ревущим пьяницам и скальдам, которые прерывали пир схватками, сметали скамейки, срывали занавеси, похищенные с южных берегов, и быстро устилали пиршественный зал трупами.</p>
    <p>О, и я тоже приходил в бешенство, хорошо обученный в такой школе. Мне едва исполнилось восемь лет, когда я показал свои зубы во время дружеской попойки Тостига с ярлом ютов Агардом, который приплыл к нам со своими людьми на трех длинных кораблях. Я стоял за спиной Тостига Лодброга, держа череп, в котором дымилось горячее вино, насыщенное пряностями. Я ждал, когда Тостиг Лодброг закончит поносить северных датчан. Это обычно продолжалось долго, и я ждал, как вдруг на него нашло особенное бешенство и он стал крыть на чем свет стоит их женщин. Это заставило меня вспомнить мою мать — северную датчанку, и я почувствовал, как вспыхнула в моих глазах ярость, и я ударил Лодброга черепом по голове: пролившееся на него вино ослепило и обожгло его. А когда он стал кружиться на месте, не видя меня и пытаясь нащупать меня в воздухе своими огромными ручищами, я бросился к нему и трижды ударил его кинжалом в живот, бедро и в зад, потому что не мог достать этого великана выше.</p>
    <p>Ярл Агард обнажил свою саблю, и его спутники присоединились к нему, но Лодброг воскликнул:</p>
    <p>— Медвежонок! Медвежонок! Во имя Одина, он достоин честного боя!</p>
    <p>И под гулкой кровлей Бруннанбура этот мальчишка из северной Дании начал битву с могучим Лодброгом. И когда, уже задыхавшийся, я был отброшен одним ударом и отлетел на половину зала, задевая по дороге горшки и кувшины, Лодброг выкрикнул свой приказ:</p>
    <p>— Покончите с ним! Бросьте его собакам!</p>
    <p>Но ярл не пожелал этого и, хлопнув Лодброга по плечу, попросил меня в подарок как доказательство дружбы.</p>
    <p>И вот, когда фьорд освободился ото льда, я поехал на юг на корабле ярла Агарда. Я стал его оруженосцем и кравчим, и с тех пор меня звали Рагнаром Лодброгом. Владения Агарда соседствовали с фризами и были унылой низменной землей туманов и болот. Я пробыл с ним три года, до самой его смерти, всегда находясь позади него, во время охоты по топям за волками или на попойке в большой зале, где часто присутствовала его молодая жена Эльгива со своими служанками. Я участвовал с Агардом в морских набегах на юг, на те берега, которые теперь называются берегами Франции, и там я узнал, что в еще более южных странах бывает очень тепло, и женщины и климат там мягче.</p>
    <p>Но мы привезли обратно тяжело раненного Агарда, умиравшего медленной смертью. Мы сожгли его тело на большом костре и вместе с ним — Эльгиву, которая пела погребальную песнь, и на ней был золотой широкий пояс. И с ней была сожжена многочисленная домашняя челядь в золотых ошейниках, девять рабынь и восемь рабов-англов благородного происхождения. Сожжены были живьем все его соколы и два сокольничих.</p>
    <p>Но меня, кравчего Рагнара Лодброга, не сожгли. Мне исполнилось одиннадцать лет, я был неустрашим и никогда не носил на теле тканой одежды. И когда пламя взвилось, Эльгива запела свою предсмертную песню, а рабы завыли, не желая умирать, я сорвал оковы, прыгнул и добежал до болот, все еще с золотым ошейником рабства на шее. Так странствовал я, спасаясь от охотничьих собак, выпущенных для того, чтобы растерзать меня.</p>
    <p>В болотах жили одичавшие люди: беглые рабы и изгнанники, на которых охотились ради забавы, как на волков.</p>
    <p>В течение трех лет я жил под открытым небом, становясь жестоким, как мороз в этих местах, и украл бы женщину у ютов, если бы, к несчастью, в это время фризы не настигли меня после двух дней погони. Они сняли с меня золотой ошейник и обменяли на двух охотничьих псов сакса Эдви, который надел на меня железный ошейник и потом подарил меня с пятью другими рабами Этелю, восточному англу. Я стал рабом, потом воином, но однажды мы заблудились во время одного неудачного набега за пределами наших земель. Так я попал к гуннам и стал у них свинопасом. Затем я удрал на юг, в большие леса, и там был принят тевтонами как свободный человек. Тевтоны были многочисленны, но селились они небольшими племенами и постепенно отступали на юг под напором гуннов.</p>
    <p>Но с юга в большие леса пришли римляне, все, как один, великие воины, которые оттеснили нас назад к гуннам. Нас сдавили так, что нам некуда было податься, и мы показали римлянам, что значит битва; по правде говоря, и они научили нас этому не хуже.</p>
    <p>Я часто вспоминал солнце южной страны, которую я мельком видел с судов Агарда, и оказалось, не зря — после того как тевтоны отступили на юг, меня взяли в плен римляне и снова привезли к морю, которого я не видел с тех пор, как расстался с восточными англами. Я снова стал рабом, гребцом на галере, и таким рабом я наконец попал в Рим.</p>
    <p>Долго рассказывать, как я стал свободным римским гражданином, потом солдатом и как, в возрасте тридцати лет, я отправился в Александрию, а из Александрии в Иерусалим. А все то, что я поведал вам сейчас, начиная с крещения в медовом жбане Тостига Лодброга, я рассказал для того, чтобы вы поняли, каков был тот человек, который въехал в город через Яффские ворота, привлекая к себе все взгляды.</p>
    <p>И неудивительно, что они глазели! Эти римляне и иудеи были мелким народом, тонкокостным и со слабыми мускулами, и такого белокурого человека, как я, они никогда не видели. Вдоль всех узких улиц народ расступался передо мной и останавливался, вперив широко открытый взор в этого белокурого человека с севера или из бог знает какой далекой страны, о которой им ничего не было известно.</p>
    <p>Собственно говоря, все войска Пилата являлись вспомогательными. Горсточка легионеров охраняла дворец, и со мной еще приехали двадцать человек. Я считаю, что во вспомогательных войсках много хороших солдат, но по-настоящему положиться можно было только на легионеров. Поистине, они были лучшими бойцами, потому что всегда были готовы к бою, тогда как мы, северные варвары, храбро сражались только в минуты великого гнева. Римляне же были стойкими и дисциплинированными.</p>
    <p>В ночь моего приезда я встретил в доме Пилата женщину, пользовавшуюся немалым влиянием при дворе Ирода Антипы, подругу жены Пилата. Я буду называть ее Мириам, потому что так звал я ее, полюбив. Если бы описать прелесть женщины было только трудно, то я бы взялся описать Мириам. Но как описать словами душевные переживания? Очарование женщины нельзя выразить словами.</p>
    <p>Мириам была величественной женщиной. Я употребляю это слово обдуманно. У нее было изящное тело; она выделялась среди иудейских женщин благодаря своей статности и красоте. Аристократка по происхождению, она являлась аристократкой и по природе. Грациозная, великодушная, умная, остроумная и главное — женственная. Как вы увидите, именно ее женственность и погубила под конец и меня, и ее. Брюнетка с овальным лицом и оливковым цветом кожи, она имела иссиня-черные волосы и глаза — черные, как колодцы. Внешне мы представляли собой полные противоположности.</p>
    <p>Наши желания совпали сразу. Я не спорил сам с собой, не ждал доказательств в нерешительности. Она стала моей с того мига, как я на нее взглянул. И по тем же признакам она знала, что из всех мужчин именно я принадлежу ей. Я шагнул к ней. Она наполовину поднялась со своего ложа, как бы потянувшись ко мне. И затем мы устремили друг на друга наши голубые и черные глаза, пока жена Пилата, худощавая, нервная и уже пожилая женщина, не залилась смехом. И когда я поклонился, приветствуя жену Пилата, мне показалось, что Пилат бросил на Мириам значительный взгляд, как бы говоря: «Разве это не то, что я обещал?» А он ведь знал о моем приезде от Сульпиция Квирина, сирийского легата. Да мы были знакомы с Пилатом и прежде, еще до того, как он отправился служить прокуратором на семитский вулкан Иерусалима.</p>
    <p>Много разговаривали мы этой ночью, особенно Пилат, который подробно описывал положение в стране и который, казалось, чувствовал себя одиноким, желая поделиться с кем-нибудь своими опасениями и даже попросить совета. Пилат представлял собою тип солидного римлянина, с достаточным воображением для того, чтобы разумно проводить железную политику Рима и чтобы не раздражаться без нужды при сопротивлении.</p>
    <p>Но этой ночью мне было ясно, что он утомлен. Иудеи действовали ему на нервы. Притом же они отличались хитростью. Римляне подходили ко всему честным прямым путем. Иудеи никогда не приближались к чему-нибудь прямо, кроме тех случаев, когда отступали, гонимые силой. Предоставленные самим себе, они всегда приближались к цели окольными путями. Гнев Пилата был вызван, по его словам, тем фактом, что иудеи плели интриги, стараясь заставить его, а через него и Рим, впутаться в их религиозные свары. Как мне было хорошо известно, Рим не вмешивался в вопросы веры покоренных им народов, но иудеи всегда придавали политический характер событиям, не имеющим никакого отношения к политике.</p>
    <p>Красноречие Пилата возросло, когда он коснулся различных сект и постоянных восстаний и мятежей фанатиков.</p>
    <p>— Лодброг, — сказал он. — Никогда нельзя сказать, какое маленькое летнее облачко у этих людей превратится в громовую бурю, завывающую и гудящую в ушах. Я здесь для того, чтобы поддерживать порядок и спокойствие. Но вопреки мне они превратили город в осиное гнездо. Лучше бы я управлял скифами или дикими британцами, чем этим народом, который никогда не знает меры в вопросе о Боге. Как раз теперь на севере появился человек — рыбак, ставший проповедником и творящий чудеса, весть о котором, весьма возможно, скоро разнесется по всей стране и о котором я получу запрос из Рима.</p>
    <p>Это было первый раз, когда я услышал о человеке, называемом Иисусом, и в то время не обратил на это внимания. Я вспомнил об этом только тогда, когда маленькое летнее облачко превратилось в готовую разразиться грозовую тучу.</p>
    <p>— Я получил донесение о нем, — продолжал Пилат. — Он не политик, в этом нет сомнения, но стóит Кайафе, а за его спиной Анне, захотеть сделать из этого рыбака политическую занозу, как Рим будет ею уколот, а я смещен с должности.</p>
    <p>— Про этого Кайафу я слышал, что он первосвященник, а кто же такой Анна? — спросил я.</p>
    <p>— Он и есть настоящий первосвященник, ловкая лисица, — объяснил Пилат. — Кайафа был назначен Гратом, но Кайафа — лишь тень и игрушка Анны.</p>
    <p>— Они ни за что не могли простить тебе этого пустяка, истории со щитами, — поддразнила Мириам.</p>
    <p>Тогда, как человек, которого задели за больное место, Пилат принялся рассказывать этот эпизод, который казался не больше, чем пустяком вначале, но который чуть не уничтожил его. Ничего не подозревая, он прибил перед своим дворцом два щита с посвятительными надписями. Из-за этого над его головой разразилась буря. Иудеи написали жалобу Тиберию, который согласился с ними и сделал Пилату выговор.</p>
    <p>Я был рад, когда немного позже смог поговорить о Мириам. Жена Пилата улучила удобную минуту, чтобы рассказать мне о ней. Она была старинного царского рода. Ее сестра была женой Филиппа, тетрарха Гавланитиды и Батанеи. Филипп же был братом Ирода Антипы, тетрарха Галилеи и Переи, и оба они были сыновьями Ирода, прозванного иудеями «Великим». Как я понял, Мириам была как у себя дома при дворах обоих тетрархов, так как являлась их родственницей. Еще девочкой ее помолвили с Архелаем, в то время, когда он был этнархом Иерусалима. У нее было собственное состояние, которым она самостоятельно распоряжалась, так что этот брак не был вынужденным. Сверх того, она имела собственную волю, и ее, без сомнения, было не так легко удовлетворить в таком вопросе, как выбор супруга.</p>
    <p>Очевидно, в этой стране религией был пропитан сам воздух, потому что сейчас же мы с Мириам заговорили на эту тему. Правда, что иудеи в те дни не могли обходиться без религии, как мы без борьбы и пиров. Во все время моего пребывания в этой стране не было момента, чтобы мой разум не был занят бесконечными спорами о жизни и смерти, законе и Боге. А Пилат не верил ни в Бога, ни в черта, ни во что иное. Смерть в его глазах была мраком беспробудного сна, и все же в течение тех лет, что он провел в Иерусалиме, он всегда был обеспокоен исступлением фанатиков и заботами о разных религиозных вопросах. Во время поездки в Идумею меня сопровождал конюх, жалкое существо, который так и не научился седлать лошадей, но все-таки мог говорить и притом с самым ученым видом, без передышки, от наступления ночи до восхода солнца, о крючкотворных разногласиях всех раввинов, начиная с Шемаи и до Гамалиеля.</p>
    <p>Но вернусь к Мириам.</p>
    <p>— Ты веришь, что ты бессмертен, — вскоре вызвала она меня на спор. — Тогда почему же ты боишься говорить об этом?</p>
    <p>— Зачем обременять свой мозг доказательством очевидности, — возразил я.</p>
    <p>— Но ты уверен? — настаивала она. — Расскажи мне об этом. На что похоже оно, ваше бессмертие?</p>
    <p>И когда я рассказал ей о рождении великана Имира из снежных хлопьев, о Торе и Одине, и о нашей Вальгалле, она захлопала в ладоши и воскликнула, сверкая глазами:</p>
    <p>— О, варвар! Большое дитя. Золотоволосый великан, дитя мороза! Ты веришь детским сказкам. Но твой дух, который не может умереть, куда пойдет он, когда твое тело умрет?</p>
    <p>— Как я сказал, в Вальгаллу, — ответил я. — И мое тело будет там же.</p>
    <p>— И будет есть, пить, драться?..</p>
    <p>— И любить, — прибавил я. — На небе у нас обязательно будут женщины. Иначе на что же рай?</p>
    <p>— Не нравится мне ваш рай, — сказала она. — Это место для сумасшедших, для животных, место морозов, бури и ярости.</p>
    <p>— А ваш рай? — спросил я. — Там всегда бесконечное лето, зреют плоды, цветут цветы, зеленеют травы. — Я покачал головой и проворчал: — Не нравится мне ваш рай. Это грустное место, тихое место для хилых существ, для евнухов и ожиревших, плаксивых подобий человека.</p>
    <p>Мои замечания, должно быть, очаровали ее, потому что ее глаза продолжали сверкать, а я был почти уверен, что она старается меня раззадорить.</p>
    <p>— Мой рай, — сказала она, — благословенная обитель.</p>
    <p>— Вальгалла — благословенное жилище, — защищался я. — Потому что, смотрите, кому нужны цветы там, где всегда есть цветы? На моей родине после окончания холодной зимы, когда солнце гонит прочь долгую ночь, первые проблески света на тающем льду — радость, и мы смотрим и не можем насмотреться на них. А огонь! — восклицал я. — Великий, прекрасный огонь! Хорош ваш рай, где человек не сможет надлежащим образом оценить пылающий огонь под прочной крышей, когда на дворе бушует снег и ветер.</p>
    <p>— Простой вы народ, — ответила мне она. — Вы строите дома на снегу и называете это раем. В моем раю не надо убегать от ветра и снега.</p>
    <p>— Нет, — возразил я. — Мы строим дома, чтобы выходить из них на мороз и бурю и чтобы возвращаться туда с мороза и бури. Предназначение человека — борьба с морозом и бурей. А хижину и огонь он добывает себе в борьбе. Я знаю это. Однажды три года подряд я ни разу не видел ни хижины, ни огня. Мне было пятнадцать лет, и я стал мужчиной еще до того, как надел впервые тканую одежду. Я родился в бурю, после битвы, и пеленками мне служила волчья шкура. Взгляни на меня и узнай, какие мужчины живут в Вальгалле.</p>
    <p>И она взглянула на меня — с восхищением — и воскликнула:</p>
    <p>— Ты — золотоволосый великан! — Затем прибавила задумчиво: — Мне почти жалко, что такие мужчины не могут жить в моем раю.</p>
    <p>— Наш мир устроен справедливо, — утешал я ее. — Рай на самом деле не один. По-моему, каждый попадает в рай, который отвечает желаниям его сердца. Прекрасная страна в самом деле лежит там, за гробом. Я не сомневаюсь, что оставлю наши пиршественные залы и совершу набег на ваш солнечный и цветущий берег и выкраду тебя оттуда. Так была украдена моя мать.</p>
    <p>И, сделав паузу, я посмотрел на нее, а она на меня, и взор ее был смел. И кровь моя заструилась огнем по жилам. Клянусь Одином, это была женщина!</p>
    <p>Что могло бы произойти, я не знаю, потому что Пилат, который прекратил разговор с Амбивием и некоторое время посмеивался про себя, прервал молчание.</p>
    <p>— Раввин, раввин из Тевтобурга! — насмешливо вскричал он. — Новый проповедник и новое учение пришли в Иерусалим. Теперь здесь станет больше несогласий, и мятежей, и побиваний каменьями пророков. Боги, спасите нас, это сумасшедший дом! Лодброг, не ждал этого от тебя. Вот ты в сердцах ораторствовал так яростно, точно сумасшедший, из-за пустяка — из-за того, что должно с нами случиться после смерти. Человеку дана только одна жизнь, Лодброг. Это упрощает дело.</p>
    <p>— Продолжай, Мириам, продолжай! — воскликнула его жена.</p>
    <p>Она вся застыла во время спора, сжав руки, и у меня промелькнула мысль, что она уже заражена религиозным безумием Иерусалима. Во всяком случае, как я узнал в последующие дни, она слишком много интересовалась подобными вопросами. Она была худощавой женщиной, словно изнуренной лихорадкой. Она была настолько хрупкой, что мне казалось, ее ладони совершенно прозрачны. Хорошая женщина, но в высшей степени нервная и временами слишком много фантазирующая о духах, чудесах и предзнаменованиях. У нее была склонность к видениям, она слышала таинственные голоса. Что касается меня, я терпеть не мог таких слабостей. Но все-таки она была добрая женщина, очень доброжелательная.</p>
    <empty-line/>
    <p>Я приехал сюда, чтобы исполнить поручение Тиберия, и, к несчастью, редко видел Мириам. Когда я вернулся от Ирода Антипы, она отправилась в Батанею, ко двору Филиппа, где жила ее сестра. Снова я поехал в Иерусалим и, хотя у меня не было никакой надобности встречаться с Филиппом, человеком слабым, но преданным воле Рима, я направился в Батанею в надежде увидеться с Мириам. Затем последовало мое путешествие в Идумею. Также я ездил в Сирию по приказу Сульпиция Квирина, которому как императорскому легату было любопытно выслушать из первых рук доклад о положении дел в Иерусалиме. Таким образом, путешествуя много и повсюду, я имел возможность наблюдать за странными повадками иудеев, которые были просто помешаны на религии. Это было их особенностью. Они не желали предоставить эти вопросы священникам, они все сами превращались в священников и проповедников всюду, где только находили слушателей. А слушателей они находили сколько угодно.</p>
    <p>Они оставляли свои занятия для того, чтобы странствовать, как нищие, ссорясь и споря с раввинами и талмудистами в синагогах и на церковных папертях. В Галилее, в области, пользующейся дурной славой, жителей которых считали тупицами, я наткнулся на след человека по имени Иисус. Кажется, он был плотником, а после этого рыбаком, и его собратья рыбаки перестали закидывать сети и последовали за ним бродить по стране. Немногие смотрели на него как на пророка, большинство же утверждало, что он безумный. Мой злополучный конюх, претендующий сам на то, что в знании Талмуда ему нет равных, насмехался над Иисусом, называя его королем нищих, а его доктрину — заблуждением.</p>
    <p>По моим наблюдениям, здесь каждый человек называл другого безумным. По правде говоря, по моему мнению, они все были сумасшедшие. Это было их общим бичом. Они изгоняли дьяволов магическими чарами, исцеляли болезни наложением рук, пили смертельные яды, оставаясь невредимыми, и безнаказанно играли с ядовитыми змеями или только претендовали на это. Они бежали в пустыни, чтобы умирать там с голоду. Завывающие проповедники порождали новые доктрины, собирая толпы вокруг себя, образуя новые секты, которые вскоре раскалывались и образовывали еще больше сект.</p>
    <p>— Клянусь Одином, — сказал я Пилату, — капля нашего мороза и снега освежила бы их разум. Этот климат слишком мягок. Вместо того чтобы строить хижины и охотиться за мясом, они вечно создают новые учения.</p>
    <p>— И изменяют природу Бога, — подтвердил Пилат угрюмо. — Проклятые учения.</p>
    <p>— То же говорю и я, — согласился я. — И если только я уеду из этой сумасшедшей страны с нетронутыми мозгами, я лопну от злости, если какой-нибудь человек посмеет упомянуть о том, что случится после того, как я умру.</p>
    <p>Никогда не видал я таких беспокойных людей. Все под солнцем было в их глазах благочестивым или неблагочестивым. Мастера вести споры о всяких тонкостях веры, они были не в силах постичь римскую идею государства. Все политические вопросы превращались в религиозные, все религиозные — в политические. Таким образом, каждому прокуратору было чем заняться. Римские орлы, римские статуи, даже щиты Пилата с посвятительными надписями — все являлось умышленным оскорблением их религии.</p>
    <p>Перепись населения, проводимая Римом, представлялась им ужасным делом. Но все же ее надо было провести, так как она служила базой для обложения податями. Однако возникала новая беда: обложение податями было преступлением против их закона и Бога. О, этот закон! То был не римский закон. Это был их закон, который они называли божеским. Среди них были фанатики-зелоты, которые убивали тех, кто нарушал этот закон. А для прокуратора наказать фанатика, пойманного с окровавленными руками, значило вызвать бунт или восстание.</p>
    <p>Все у этого странного народа делалось во имя Бога. Среди них были такие, которых римляне называли «чудотворцами». Они творили чудеса, чтобы доказать свои учения. Мне же всегда казалось бессмысленным доказывать правильность таблицы умножения, превращая палку в змею или даже в двух змей. А именно это делали чудотворцы, всегда вызывая волнение простого народа.</p>
    <p>Боже мой, сколько тут было сект! Фарисеи, ессеи, саддукеи — целый легион. Как только появлялась новая секта, сейчас же она превращалась в политическую.</p>
    <p>В Иерусалиме, где я разъезжал в последнее время, легко можно было заметить возрастающее недовольство иудеев. Они собирались в гудящие толпы. Некоторые провозглашали конец мира. Другим было достаточно и неизбежного разрушения Храма. Но были и такие революционеры, которые объявляли, что власти Рима скоро придет конец и что будет основано новое иудейское царство.</p>
    <p>Как я заметил, Пилат тоже был весьма обеспокоен. Было очевидно, что иудеи причиняют ему немало забот и затруднений. Но должен сказать, что, как вы увидите, он ответил на их хитрость равной хитростью. И зная его, я ни капли не сомневался в том, что он может привести в смущение многих спорщиков в синагогах.</p>
    <p>— Только пол-легиона римлян, — с сожалением говорил он мне, — и я схватил бы Иерусалим за горло, а затем был бы отозван для наказания, я полагаю.</p>
    <p>Как и я, он не питал большого доверия к вспомогательным войскам, а мы имели только жалкую горсть легионеров.</p>
    <p>Я поселился во дворце и, к моей великой радости, нашел там Мириам. Но я не был удовлетворен, так как разговор у нас шел только о положении в стране. Для этого были причины, ведь город жужжал, как встревоженный осиный улей. Приближался праздник Пасхи — религиозное дело, конечно. Поэтому тысячи людей устремились из деревень, чтобы, согласно обычаю, праздновать Пасху в Иерусалиме. Эти новоприбывшие, разумеется, представляли из себя легко возбудимую толпу, иначе бы они не решились на такое паломничество. Иерусалим был переполнен ими, так что многие расположились вне стен города. Что же касается меня, я не мог разобрать, насколько недовольство масс было вызвано учением бродячего рыбака и насколько — ненавистью к Риму.</p>
    <p>— Иисус здесь ни при чем или почти ни при чем, — ответил на мой вопрос Пилат. — Спроси Кайафу и Анну, какова причина. Они знают, в чем тут дело. Они поощряют недовольство, для чего — кто может сказать, разве только для того, чтобы причинить мне неприятности.</p>
    <p>— Да, несомненно, что ответственны Кайафа и Анна, — сказала Мириам, — но ты, Понтий Пилат, ты только римлянин, и ты не понимаешь. Если бы ты был иудеем, ты бы постиг, что происходящее очень серьезно, и это не простые распри сектантов или стремление бунтовщиков насолить тебе и Риму. Первосвященники и фарисеи, каждый еврей любого класса и состояния, Филипп, Антипа, я сама — все мы боремся за свою жизнь… Этот рыбак, может быть, и безумен, но в таком случае есть хитрость в его безумии. Он проповедует учение бедным. Он угрожает нашему закону, а наш закон — это наша жизнь, как вы в этом уже убедились. Мы ревниво оберегаем наш закон, он для нас — как воздух для тела, и вы тоже постарались бы оторвать от горла руки, которые вас душат. Или Кайафа и Анна и все те, кто держится за закон, или рыбак. Они должны уничтожить его, иначе он уничтожит их.</p>
    <p>— Не странно ли, что он такой простой человек, простой рыбак, — промолвила жена Пилата. — Каким должен быть человек, обладающий подобной властью? Я бы хотела увидеть его. Я бы хотела собственными глазами увидеть такого замечательного человека.</p>
    <p>Пилат нахмурил брови при этих словах, и стало ясно, что к терзавшим его заботам добавилась еще одна — болезненное душевное состояние его жены.</p>
    <p>— Если ты хочешь видеть его, беги в вертепы города, — презрительно засмеялась Мириам. — Там ты найдешь его, потягивающего вино в обществе непотребных женщин. Никогда еще не являлся в Иерусалим столь странный пророк.</p>
    <p>— Что за беда в этом, — спросил я, невольно принимая сторону рыбака. — Не упивался ли я вином, не предавался ли оргиям в провинциях? Мужчина есть мужчина, и его манера жить — манера мужская. Или и я — сумасшедший, что я, однако, отрицаю.</p>
    <p>Мириам покачала головой, сказав:</p>
    <p>— Он не безумный, хуже этого — он опасен. Он разрушит все, что установлено. Он — революционер. Он разрушит то немногое, что осталось от иудейского государства и Храма.</p>
    <p>Тогда Пилат покачал головой.</p>
    <p>— Он не политик. Мне донесли о нем. Он ясновидец. Он не подстрекает к мятежу. Он одобряет даже римские налоги.</p>
    <p>— Ты еще не понял, — настаивала Мириам. — Это не входит в его расчеты, но результаты, к которым приведут его планы, если осуществятся, сделают его революционером. Я сомневаюсь, чтобы он предвидел результат. Но все-таки он опасен, как чума, и, как чума, должен быть уничтожен.</p>
    <p>— Судя по тому, что я о нем слышал, — сказал я, — он добросердечный, простой человек, без злых намерений.</p>
    <p>К слову я рассказал об исцелении десяти прокаженных, чему я был свидетелем в Самарии на моем пути в Иерихон.</p>
    <p>Жена Пилата пришла в восторг от того, что я рассказал. Вдруг до наших ушей донеслись шум и крики уличной толпы: мы поняли, что это солдаты очищали улицы.</p>
    <p>— И ты веришь в это чудо, Лодброг? — спросил Пилат. — Ты веришь, что от сияния глаз гнойные язвы прокаженных заживают?</p>
    <p>— Я видел их исцеленными, — ответил я. — Я последовал за ними, чтобы удостовериться. На них не было проказы.</p>
    <p>— Но видел ли ты их больными перед исцелением? — настаивал Пилат.</p>
    <p>Я покачал головой.</p>
    <p>— Мне только говорили это, — согласился я. — Когда я их увидел после, у них был вид людей, которые прежде были прокаженными. Они были ошеломлены. Там был один, который сидел и все время осматривал свое тело и глядел на свою гладкую кожу, как бы не будучи в состоянии поверить своим глазам. Он молчал и не смотрел ни на что, кроме своей кожи, когда я заговорил с ним. Он был совершенно ошеломлен. Он сидел там на солнце и все глядел на свою кожу.</p>
    <p>Пилат пренебрежительно улыбнулся, и я заметил, что в спокойной улыбке на лице у Мириам было то же пренебрежение. А жена Пилата сидела неподвижно, едва дыша, с широкими и невидящими глазами.</p>
    <p>Но вмешался Амбивий:</p>
    <p>— Кайафа уверяет — он сказал мне это вчера, — что рыбак обещает свести Бога с небес на землю и создать здесь новое царство, которым будет править Бог.</p>
    <p>— Что означает конец власти римлян, — перебил я.</p>
    <p>— Этим Кайафа и Анна и хотят напугать Рим, — объяснила Мириам. — Это неправда. Это ложь, которую они придумали.</p>
    <p>Пилат кивнул головой и спросил:</p>
    <p>— Но ведь в ваших старых книгах есть подобное пророчество? Вот его-то здешние священники и выдают за намерения этого рыбака.</p>
    <p>Она подтвердила это и привела цитаты. Я рассказываю этот эпизод, чтобы показать, как глубоко Пилат изучил народ, который он с таким трудом держал в повиновении.</p>
    <p>— Я слышала только, — продолжала Мириам, — что Иисус предсказывает конец света и начало царства Божьего, не здесь, а на небесах.</p>
    <p>— Да, это так, — сказал Пилат. — Иисус считает римские налоги справедливыми. Он утверждает, что Рим должен править, пока не кончится всякая власть, пока не наступит конец света. Я прекрасно вижу, какую игру Анна ведет со мной.</p>
    <p>— Некоторые из его последователей, — вмешался Амбивий, — провозглашают его самого Богом.</p>
    <p>— Мне ничего не доносили об этом, — сказал Пилат.</p>
    <p>— Почему нет? — вздохнула его жена. — Почему нет? Боги спускались прежде на землю.</p>
    <p>— Видите ли, — сказал Пилат, — я знаю из достоверного источника, что Иисус сотворил какое-то чудо, благодаря которому множество людей наелись несколькими хлебами и рыбами. Из-за этого тупицы галилеяне захотели сделать его царем. Хотели это сделать против его воли. Прячась от них, он убежал в горы. В этом нет безумия. Он слишком мудр, чтоб принять ту судьбу, которую они хотели бы ему навязать.</p>
    <p>— Все-таки именно в этом состоит интрига Анны против тебя, — возразила Мириам. — Они заявляют, что он хочет стать царем Иудеи, а это оскорбление римской власти, и поэтому Рим должен разделаться с ним.</p>
    <p>Пилат пожал плечами.</p>
    <p>— Скорее он царь нищих или царь мечтателей. Он не глуп. Он мечтатель, но не мечтает о мирской власти. Желаю ему удачи в ином мире, потому что он вне юрисдикции Рима.</p>
    <p>— Он утверждает, что собственность — грех. На это упирают фарисеи, — заговорил Амбивий.</p>
    <p>Пилат расхохотался от души.</p>
    <p>— Это царь нищих, и его нищие подданные все же уважают собственность, — объяснил он. — В самом деле, посмотрите, еще недавно у них даже был казначей. Его звали Иуда. И говорят, он частенько запускал руку в общий кошелек, который ему доверили.</p>
    <p>— Некоторые заявляют также, что Иисус — сын Давида, — сказала Мириам. — Но это абсурд. Никто в Назарете не верит этому. Видите ли, вся его семья вместе с замужними сестрами живет здесь и известна каждому из нас. Это простые люди, совсем из простонародья.</p>
    <p>— Я бы хотел, чтобы доклад обо всех этих сложных вопросах, который я должен послать Тиберию, был столь же прост, — проворчал Пилат. — А пока что этот рыбак пришел в Иерусалим, город набит паломниками, готовыми к восстанию, а Анна заваривает кашу.</p>
    <p>— И он добьется своего, — промолвила Мириам. — Он будет загребать жар твоими руками.</p>
    <p>— Как это? — спросил Пилат.</p>
    <p>— Он заставит тебя казнить этого рыбака.</p>
    <p>Пилат упрямо покачал головой, но его жена воскликнула:</p>
    <p>— Нет, нет, это было бы позорной несправедливостью! Человек этот не сделал ничего дурного. Он не совершил преступления против Рима.</p>
    <p>Она умоляюще смотрела на Пилата, который продолжал качать головой.</p>
    <p>— Пусть они сами рубят головы, как это сделал Антипа, — проворчал он. — Дело не в рыбаке, но я не хочу служить орудием для их планов. Если они должны его уничтожить, пусть уничтожают. Это их дело.</p>
    <p>— Но ты не допустишь этого! — вскричала жена Пилата.</p>
    <p>— Нелегко мне будет объяснить Тиберию мое вмешательство, — ответил он.</p>
    <p>— Как бы там ни было, — сказала Мириам, — тебе все равно придется писать объяснения в Рим, потому что Иисус уже пришел в Иерусалим и многие из его рыбаков вместе с ним.</p>
    <p>Пилат не скрыл раздражения, вызванного этим известием.</p>
    <p>— Меня не интересуют его перемещения, — произнес он. — Надеюсь никогда его не встретить.</p>
    <p>— Анна найдет его и приведет к твоим воротам, — сказала Мириам.</p>
    <p>Пилат пожал плечами, и на этом кончился разговор. Жена Пилата, нервная и усталая, позвала Мириам на свою половину, так что мне не оставалось ничего иного, как пойти к себе и задремать под гул города сумасшедших.</p>
    <empty-line/>
    <p>События быстро развивались. Наутро раскаленный город вспыхнул. В полдень, когда я выехал с небольшим отрядом своих людей, улицы были переполнены, и с большей неохотой, чем всегда, народ расступался передо мной. Если бы взгляды могли убивать, я был бы мертвым в этот день. Не стесняясь, они плевали мне вслед, и всюду раздавались яростные вопли.</p>
    <p>Я был не столько предметом удивления, сколько ненависти, потому что носил ненавистные доспехи Рима. В другом городе я отдал бы приказ моим солдатам обрушить на спины этих помешанных фанатиков удары мечей плашмя. Но это был Иерусалим, бьющийся в горячке, и народ, неспособный отделить в мыслях идею о государстве от идеи о Боге.</p>
    <p>Анна, саддукей, хорошо знал свое дело. Не важно, что думали он и синедрион о действительном положении вещей; но было ясно, что чернь сумели убедить в причастности Рима ко всему этому.</p>
    <p>Я случайно встретил в толпе Мириам. Она шла пешком в сопровождении одной только служанки. Это было не самое подходящее время для прогулок по улице со всей свитой и в богатом облачении, какие подобали ее положению, поскольку она приходилась свояченицей Антипе, к которому немногие питали любовь. Поэтому она оделась скромно, закрыла лицо, чтобы не отличаться от женщин низкого сословия. Но она не могла скрыть от моих глаз свою стройную фигуру, манеры и походку.</p>
    <p>Немногими словами смогли мы обменяться, потому что улица была полна народа, а вскоре моих верховых оттеснила толпа. Мириам укрылась за выступом ограды.</p>
    <p>— Поймали они рыбака? — спросил я.</p>
    <p>— Нет, но он как раз за этой стеной. Он въехал в Иерусалим верхом на осле, и множество людей бежали позади него и впереди его, и какие-то несчастные глупцы приветствовали его как царя Израиля. Это, наконец, послужит предлогом, с помощью которого Анна принудит Пилата действовать. На деле, хотя он еще не задержан, приговор уже подписан. Этот рыбак — конченый человек.</p>
    <p>— Но Пилат не арестует его, — протестовал я.</p>
    <p>Мириам покачала головой.</p>
    <p>— Анна приложит к этому старания. Они приведут его в синедрион. И приговором будет смерть. Они побьют его камнями.</p>
    <p>— Но синедрион не имеет права казнить, — возражал я.</p>
    <p>— Иисус не римлянин, — ответила она. — Он — иудей. По закону Талмуда он заслужил смерть, потому что богохульствовал.</p>
    <p>Я снова покачал головой:</p>
    <p>— Синедрион не имеет права.</p>
    <p>— Тогда Анна принудит Пилата распять его, — улыбнулась она. — Во всяком случае, это будет хорошо.</p>
    <p>Толпа рванулась, увлекая наших лошадей, и мы невольно прижались коленями друг к другу. Какой-то фанатик упал, и я почувствовал, что моя лошадь встала на дыбы, споткнувшись об него; раздались вопли и брань, перешедшие в угрожающий рев. Но я повернул голову и обратился к Мириам:</p>
    <p>— Вы жестоки к человеку, который, как вы сами сказали, безобиден.</p>
    <p>— Я жестока к тому злу, которое случится, если он останется в живых, — ответила она.</p>
    <p>Я едва уловил ее слова, потому что какой-то человек прыгнул, схватился за мою уздечку и за мою ногу, пытаясь стащить меня с лошади. Наклонившись вперед, я ударил его открытой ладонью по лицу. Моя ладонь покрыла половину его лица, и я вложил в этот удар весь свой вес. Жители Иерусалима не привыкли к побоям, и я часто удивлялся потом, что не сломал парню шею.</p>
    <empty-line/>
    <p>Я увидел Мириам только на следующий день. Я встретил ее во дворце Пилата. Она была, как во сне. Ее глаза едва видели меня. С трудом дошло до ее сознания, что перед ней я. Такая она была странная, в таком оцепенении, так далеко смотрел ее взгляд, что я вспомнил прокаженных, исцеленных в Самарии.</p>
    <p>Усилием воли она стала собой, но только внешне. В ее глазах была весть, которую нельзя было прочитать. Никогда раньше не видел я у женщины таких глаз.</p>
    <p>Она прошла бы, не поздоровавшись со мной, если бы я не встал у нее на дороге, лицом к лицу. Она остановилась и механически пробормотала слова приветствия, но все это время она грезила не обо мне, и в ее глазах до сих пор пылало величие того, что ей довелось созерцать.</p>
    <p>— Я видела его, Лодброг, — прошептала она. — Я видела его.</p>
    <p>— Дай Бог, чтобы на него не повлияла так плохо встреча с тобой, как на тебя встреча с ним, кто бы он ни был, — засмеялся я.</p>
    <p>Она не обратила внимания на мою неуместную шутку, и ее глаза были все так же полны ее видением. Она хотела пройти мимо меня, но я снова преградил ей дорогу.</p>
    <p>— О ком ты говоришь? — спросил я. — Кто-то воскрес из мертвых и зажег твои глаза столь странным светом?</p>
    <p>— Это тот, кто воскрешает других, — ответила она. — Правда, я верю, что он, этот Иисус, вернул к жизни умершего. Он Князь Света, сын Божий. Я видела его. Да, я верю, что он — сын Бога.</p>
    <p>Немного мог я понять из ее слов, кроме того, что она встретила этого бродячего рыбака и была захвачена его безумием. Несомненно, эта Мириам была не та Мириам, которая клеймила его, называя чумой, и требовала, чтобы он был уничтожен, как чума.</p>
    <p>— Он околдовал тебя! — раздраженно вскричал я.</p>
    <p>Глаза ее увлажнились, взгляд стал еще более глубок, и она кивнула.</p>
    <p>— Последуй за ним, — насмехался я. — Без сомнения, ты наденешь корону, когда он обретет свое царство.</p>
    <p>Она утвердительно кивнула головой, и мне хотелось ударить ее по лицу. Я отступил в сторону, и, медленно уходя, она бормотала:</p>
    <p>— Его царство не здесь. Он сын Давида. Он сын Бога. Он то, что он говорит, и он то, что говорят о нем, когда пытаются передать словами его неизреченную доброту и его истинное величие.</p>
    <empty-line/>
    <p>— Это мудрый человек с Востока, — рассуждал Пилат, когда я увидел его. — Он мыслитель, этот неученый рыбак. Я глубже разобрался в нем. Я получил свежие донесения. Он не нуждается в чудесах. Он более искушен в споре, чем его противники. Они расставили капканы, а он посмеялся над ними. Вот, послушай-ка.</p>
    <p>И он рассказал мне, как Иисус смутил тех, кто хотел смутить его, когда ему привели на суд женщину, уличенную в прелюбодеянии.</p>
    <p>— И налоги! — ликовал Пилат. — Кесарево — кесарю, а Богово — Богу, был его ответ. Это подстроил Анна, и Анна был посрамлен. Наконец здесь появился иудей, который понял нашу римскую концепцию государства.</p>
    <p>Вскоре появилась жена Пилата. Взглянув в ее глаза — после того как я видел глаза Мириам, — я понял в тот же момент, что эта взвинченная, растерянная женщина тоже видела рыбака.</p>
    <p>— В нем есть божественное, — пробормотала она мне. — Чувствуется, что Бог пребывает в нем.</p>
    <p>— Бог ли он? — спросил я учтиво, так как должен был что-нибудь сказать. Она покачала головой.</p>
    <p>— Не знаю. Он не сказал. Но одно я знаю: такими бывают только Боги.</p>
    <p>«Покоритель женщин», — составил я мнение, покинув жену Пилата, блуждающую в грезах и видениях.</p>
    <empty-line/>
    <p>Что произошло в последующие дни, известно каждому из тех, кто читает эту книгу. И именно в те дни я узнал, что этот Иисус покорял также и мужчин. Он покорил Пилата. Он покорил меня.</p>
    <p>После того как Анна послал Иисуса к Кайафе, а синедрион, собравшийся в доме Кайафы, приговорил Иисуса к смерти, его в сопровождении завывающей черни привели к Пилату для казни.</p>
    <p>Но, в интересах своих и Рима, Пилату не хотелось его казнить. Пилату не было дела до рыбака, но его волновал порядок и мир. Чего стоила для Пилата одна человеческая жизнь, много человеческих жизней? И все же, когда хмурый Пилат вышел встретить чернь, которая вела рыбака, он немедленно попал под власть чар этого человека.</p>
    <p>Я присутствовал при этом. Я знал, что Пилат увидел его в первый раз. Пилат был поначалу раздражен и готов дать команду солдатам, чтобы они очистили двор от беснующейся толпы. Но как только Пилат остановил взгляд на рыбаке, он был сражен мгновенно, он сразу почувствовал интерес. Он протестовал против приговора, требовал, чтобы рыбака судили бы по их законам, так как он был иудей, а не римлянин. Никогда еще иудеи не уважали так римские законы! Они выкрикивали, что если они, при владычестве Рима, сами казнят человека, то совершат преступление. И однако Антипа ведь обезглавил Иоанна и не имел неприятностей из-за этого.</p>
    <p>Пилат оставил их на дворе под открытым небом и повел одного Иисуса в зал суда. Что там произошло, я не знаю, кроме того, что когда Пилат вышел оттуда, он совершенно изменился. Если прежде он был против этой казни, не желая быть игрушкой в руках Анны, то теперь он был против казни из-за самого рыбака. Его усилия были направлены на то, чтобы спасти рыбака. А в это время толпа кричала: «Распни его! Распни его!»</p>
    <p>Ты, читатель, знаешь, что Пилат искренне старался. Знаешь, как он пытался одурачить толпу, высмеивая Иисуса как безвредного безумца, а после предложил дать ему свободу согласно обычаю отпускать во время Пасхи одного из заключенных. И ты знаешь, как послушная искусным нашептываниям первосвященников толпа стала требовать освобождения убийцы Варравы.</p>
    <p>Напрасно Пилат боролся против судьбы, когда его прижали первосвященники. Зубоскальством и шутками он надеялся превратить случившееся в фарс. Смеясь, он называл Иисуса «царем иудейским» и приказывал бичевать его. Он надеялся на то, что все кончится смехом и в смехе все позабудется.</p>
    <p>Я очень рад, что ни один римский легионер не принял участия в том, что последовало. Это солдаты вспомогательных войск надели на Иисуса корону и плащ, вложили скипетр в его руки и приветствовали его, упав на колени, как царя Иудеи. Это была напрасная комедия, имевшая целью умиротворить толпу. И я, наблюдая все это, постиг силу чар Иисуса. Несмотря на жестокие издевательства, он был величествен. И на меня снизошел покой. Это его собственное спокойствие передалось мне. Происходящее более не волновало меня, я был всем доволен и не сомневался ни в чем. Это должно было случиться. Все было хорошо. Спокойствие Иисуса среди поношения и страданий стало моим спокойствием. У меня не возникла мысль, что его надо спасать.</p>
    <p>Пилат еще боролся. Возбуждение толпы нарастало. Она жаждала крови, настаивая на распятии. Снова Пилат вернулся в зал суда.</p>
    <p>Но теперь бушевал уже весь город. Наши войска вне дворца были сметены огромной толпой. Начался бунт, который в мгновение ока мог превратиться в гражданскую войну. Мои собственные двадцать легионеров находились у меня под рукой и в полной готовности. Они любили фанатиков-иудеев не больше, чем я, и были бы рады моему приказу очистить двор при помощи обнаженных мечей.</p>
    <p>Я видел, что Пилат колеблется. Его взгляд то и дело обращался ко мне, как будто он был готов подать мне знак, чтобы я бросился на толпу. И я шагнул вперед. Я был готов прыгнуть, чтобы исполнить наполовину высказанное желание Пилата, — очистить двор от этих жалких подонков, прогнав их силой.</p>
    <p>Но не колебания Пилата заставили меня принять решение. Это был сам Иисус, который решил за меня и за Пилата. Иисус посмотрел на меня и приказал мне. Я говорю вам, этот рыбак, этот странствующий проповедник приказывал мне. Он не произнес ни слова. И все же он приказывал мне, и его приказания нельзя было ослушаться, как зова трубы. И я сдержался, потому что кем был я, чтобы противоречить воле и намерениям такого великого, спокойного и кроткого человека, каким был он? И, замерев на месте, я ощущал всю силу его чар, все то в нем, что покорило Мириам и жену Пилата, что покорило самого Пилата.</p>
    <p>Вы знаете, что было дальше. Пилат умыл руки в крови Иисуса, и на головы самих бунтовщиков пала его кровь. Пилат дал приказ распять его. Чернь была довольна, а с чернью и Кайафа, Анна и синедрион. Не Пилат, не Тиберий, не римские легионеры распяли Иисуса.</p>
    <p>Да, и Пилат позволил себе последнюю насмешку над этим народом, который он ненавидел. Он прикрепил к кресту Иисуса табличку с надписью на еврейском, греческом и латинском языках, которая гласила: «Царь Иудейский». Напрасно священники выражали недовольство. Ведь этим предлогом они воспользовались, чтобы принудить Пилата казнить Иисуса; и этот предлог, оскорбительный для иудейской расы, подчеркнул Пилат. Пилат казнил отвлеченную идею, которая никогда не существовала в действительности. Отвлеченной идеей были обман и ложь, измышленные в головах священников. Ни они, ни Пилат не верили в нее. Иисус отрицал ее. Она воплощалась в словах «Царь Иудейский».</p>
    <p>Буря во дворе суда утихла. Возбуждение медленно остывало. Мятеж был предупрежден. Священники остались довольны, чернь успокоилась, а мы с Пилатом были утомлены и исполнены отвращения ко всему этому делу. И все-таки и над ним и надо мной немедленно разразилась буря. До того как увели Иисуса, одна из служанок Мириам позвала меня к ней, и я увидел, что Пилату тоже передали приглашение через служанку его жены, и он последовал ему, как и я.</p>
    <p>— О, Лодброг, — встретила меня Мириам, — я слышала!</p>
    <p>Мы были одни, и она прижалась ко мне, ища поддержки и силы в моих объятиях.</p>
    <p>— Пилат сдался. Он собирается распять Его. Но еще есть время. Твои солдаты готовы. Поезжай с ними. С Иисусом сейчас только центурион и горстка солдат. Они еще не двинулись в путь. Как только они двинутся, последуй за ними. Они не должны достигнуть Голгофы. Но подожди все же, пока они не окажутся вне городских стен. Тогда отмени приказание. Дай ему лучшую верховую лошадь. Остальное легко. Скачи с ним в Сирию или в Идумею, или куда угодно, но так далеко, чтобы он был спасен.</p>
    <p>Сказав это, она обвила руками мою шею, и ее лицо оказалось рядом с моим так соблазнительно близко, причем глаза ее были торжественны и много обещали.</p>
    <p>Не мудрено, что я не торопился отвечать. В тот момент в моей голове не было других мыслей, кроме одной. После той страшной драмы, которая только что разыгралась передо мной, теперь на меня свалилась новая напасть. Я понял ее. Дело было ясно. Великая женщина будет моей, если… если я изменю Риму. Потому что Пилат являлся наместником, и его приказ был волей Рима.</p>
    <p>Как я говорил, Мириам была женщиной до мозга костей, и именно это в конце концов разлучило нас. Всегда она была столь рассудительной, трезвомыслящей, уверенной в самой себе и во мне, что я забыл или, скорее, снова получил вечный урок, который мне приходилось учить во всех жизнях: о том, что женщина всегда есть женщина, что в великие, решительные минуты она не размышляет, а чувствует, что она подчиняется велениям сердца, а не разума.</p>
    <p>Мириам не поняла моего молчания, потому что, прильнув ко мне, она прошептала:</p>
    <p>— Возьми двух лучших лошадей, Лодброг, я поеду на другой… с тобой… с вами, прочь, на край света, куда бы ты не отправился.</p>
    <p>Это была царственная взятка, взамен от меня требовали совершить низкий и презренный поступок. Я еще ничего не говорил. Но не потому, что был смущен или имел какие-либо сомнения. Я был просто опечален, сильно и внезапно опечален, ибо знал, что держу в руках то, что никогда не буду больше держать.</p>
    <p>— Только один человек в Иерусалиме может спасти Иисуса, — настаивала она, — и этот человек — ты, Лодброг.</p>
    <p>Так как я не сразу ответил, она потрясла меня за плечи, как бы желая вывести меня из оцепенения. Она трясла меня, пока не зазвенели мои доспехи.</p>
    <p>— Говори, Лодброг, говори же, — приказала она. — Ты силен и не знаешь страха. Ты — настоящий мужчина. Я знаю, ты презираешь чернь, которая хочет уничтожить его. Ты, ты один можешь его спасти. Тебе достаточно только сказать слово, и все будет сделано, и я буду тебя любить, всегда любить за то, что ты сделал.</p>
    <p>— Я — римлянин, — ответил я тихо, твердо зная, что этими словами я отнимаю у нее всякую надежду.</p>
    <p>— Ты раб Тиберия, собака Рима! — вспыхнула она. — Но ты ничем не обязан Риму, потому что ты не римлянин по рождению. Вы, белые великаны Севера, — вы не римляне.</p>
    <p>— Римляне — наши старшие братья, для нас, юношей с Севера, — ответил я. — А кроме того, я ношу доспехи Рима и ем его хлеб. — И я прибавил нежно: — Но к чему весь этот шум и гнев из-за одной человеческой жизни? Все люди должны умереть: просто и легко умереть. Сегодня или через сто лет — это не важно. Мы знаем, что это в конце концов случится со всеми нами.</p>
    <p>Она задрожала в моих объятиях, горя страстным желанием спасти его.</p>
    <p>— Ты не понимаешь, Лодброг. Это не простой человек. Говорю тебе, он выше всех остальных людей…</p>
    <p>Я держал ее крепко и знал, что отказываюсь от прекрасной женщины, говоря:</p>
    <p>— Я — мужчина, ты — женщина. Наша жизнь проходит в этом мире. Все, что касается других миров, — безумие. Предоставь мечтателям идти по пути их грез. Предоставь им то, чего они желают больше всего, больше мяса и вина, больше песен и битв, даже больше любви. Но мы с тобой пребываем здесь, среди очарования и радости, которые мы нашли друг в друге. И без того достаточно скоро наступит мрак, и ты отправишься на свои солнечные и цветущие берега, а я — к шумному столу Вальгаллы.</p>
    <p>— Нет, нет, — вскричала она, почти вырвавшись из моих объятий. — Ты не понял. Все величие, вся доброта, все божественное заключается в этом человеке, который больше, чем человек. И он должен умереть позорной смертью: только рабы и воры умирают так! Он же не раб и не вор. Он бессмертен.</p>
    <p>— Ты сказала, что он бессмертен, — спорил я. — В таком случае, смерть сегодня на Голгофе не сократит его бессмертия ни на волос, ни на мгновение времени.</p>
    <p>— О, — крикнула она, — ты не поймешь. Ты только огромный кусок мяса!</p>
    <p>— Не предсказано ли в древние времена это событие? — спросил я, потому что я научился у иудеев тому, что называл изворотливостью мышления.</p>
    <p>— Да, да, — согласилась она. — Предсказание о Мессии. Это Мессия.</p>
    <p>— Как же в таком случае, — спросил я, — я могу спорить с пророками? Делать из Мессии — лжемессию? Неужели пророчество твоего народа такой пустяк, что я, глупый иностранец, белокурый северянин в римских доспехах, могу изменять прорицания и мешать исполнению того, что хотел Бог и предсказывали мудрецы?</p>
    <p>— Ты не понимаешь, — повторяла она.</p>
    <p>— Я понимаю слишком хорошо, — ответил я. — Разве я более велик, чем боги, что могу действовать вопреки их воле? Я — человек. Я тоже преклоняюсь перед богами, пред всеми богами, потому что я верю во всех богов, иначе бы откуда они взялись?</p>
    <p>Она вырвалась из моих жаждущих объятий, так что мои руки повисли в воздухе, и мы отступили далеко друг от друга, слушая шум толпы на улице, когда солдаты повели по ним Иисуса. И на сердце моем лежала печаль из-за того, что такая великая женщина была так безрассудна. Она хотела спасти Бога. Она хотела стать выше Бога.</p>
    <p>— Ты не любишь меня, — сказала она медленно, и медленно в ее глазах росло обещание, слишком большое и глубокое, чтобы его можно было выразить в словах.</p>
    <p>— Я люблю тебя больше, чем ты можешь себе представить, — был мой ответ. — Я горд своей любовью к тебе, ибо знаю, что достоин своей любви к тебе и всей любви, которую ты можешь мне дать. Но Рим — мой приемный отец, и если я изменю ему, моя любовь к тебе будет немногого стоить.</p>
    <p>Рев толпы, следовавшей за Иисусом и солдатами, замер в отдалении. И когда стихли все звуки, Мириам повернулась, чтобы уйти, не одарив меня ни словом, ни взглядом.</p>
    <p>Я познал в последний раз прилив сумасшедшего желания. Я прыгнул и схватил ее. Я хотел взять ее к себе на седло и умчаться с ней и моими людьми в Сирию, подальше от этого проклятого города безумия. Она сопротивлялась, я удерживал ее. Она била меня по лицу, но я продолжал держать ее, потому что ее удары были мне сладки. И вдруг она перестала сопротивляться. Она стала холодна и неподвижна, и я понял, что в том существе, которое я обнимал, не было влечения ко мне. Для меня она умерла. Медленно я выпустил ее. Медленно она повернулась и пошла. Как будто не замечая меня, она пересекла комнату в полной тишине; не оборачиваясь, раздвинула занавес и удалилась.</p>
    <p>Я, Рагнар Лодброг, так и не научился читать и писать. Но в свое время я слышал красноречивых людей и прекрасные рассказы. Как я вижу теперь, я не научился ни красноречию иудеев, постигших суть своего закона, ни римлян, изучавших философию, свою и греческую. Поэтому я изложил здесь все просто и прямо, как может говорить человек, жизненный путь которого начался на корабле Тостига Лодброга, под кровлей Бруннанбура, затем вел через весь свет к Иерусалиму и обратно. И так же прямо и просто, по возвращении в Сирию, доложил я Сульпицию Квирину о различных событиях, происходивших в Иерусалиме.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава XVIII</p>
    </title>
    <p>Приостановка жизнедеятельности — не редкость не только в растительном мире и в низших формах животной жизни, оно свойственно и весьма развитому и сложному организму самого человека. Каталепсия — всегда каталепсия, независимо от того, чем она вызвана. С незапамятных времен индийские факиры умеют по своей воле впадать в это состояние. Это старый фокус факиров — хоронить себя заживо. Иногда люди, впавшие в подобный транс, вводили в заблуждение врачей, которые принимали их за умерших и давали приказание зарыть их при жизни в могилу.</p>
    <p>Так как мои опыты в смирительной рубашке продолжались, я часто раздумывал об этой проблеме приостановки жизнедеятельности. Я вспомнил, что читал о крестьянах дальнего севера Сибири, которые обычно проводили долгую зиму в спячке, совсем как медведи и другие дикие звери. Ученые обнаружили, что в течение этих периодов «долгого сна» дыхание и пищеварение у них фактически приостанавливались и сердце билось так слабо, что услышать его стук мог только специалист.</p>
    <p>Когда организм находится в этом состоянии, ему не нужны воздух и пища. Отчасти на этом соображении был основан мой вызов начальнику тюрьмы Азертону и доктору Джексону. Именно в силу этого я решился спровоцировать их на то, чтобы они дали мне сто дней смирительной рубахи. А они не посмели принять мой вызов. Тем не менее я обходился без воды так же хорошо, как и без пищи на протяжении десяти дней шнурования. Я находил нестерпимо неприятным насильственное возвращение из мира грез к гнетущему настоящему при помощи подлого тюремного врача, подносящего воду к моим губам. Поэтому я предупредил доктора Джексона, что, во-первых, я собираюсь обходиться без воды во время пребывания в рубахе, и во-вторых, что я буду противиться всякой попытке принудить меня пить.</p>
    <p>Конечно, не обошлось без некоторой борьбы; но вскоре доктор Джексон сдался. С того момента Даррел Стэндинг пребывал в смирительной рубашке всего несколько секунд. Немедленно после того, как меня зашнуровывали, я призывал временную смерть. Практика сделала это простым и легким делом. Я приостанавливал свою жизнедеятельность и сознание так быстро, что избегал действительно ужасного страдания, являющегося следствием прекращения циркуляции крови. Очень быстро наступал мрак. А затем первым, что появлялось в моем сознании, сознании Даррела Стэндинга, был снова свет, склоненные надо мной лица и понимание того, что десять дней пролетели во мгновение ока.</p>
    <p>Но что за чудо и великолепие — эти десять дней, проведенных мною в других местах! Путешествия через длинные цепи существований! Долгий мрак, неверный свет, разгорающийся все ярче, и прежние мои «я», которые проступали в этом свете!</p>
    <p>Много размышлял я об отношении этих других воплощений моего «я» ко мне самому и об отношении всего моего опыта к современной эволюционной теории. Я могу уверенно сказать, что мой опыт вполне согласуется с нашими выводами об эволюции.</p>
    <p>Я, как и всякий человек, все время нахожусь в процессе развития. Я появился не тогда, когда родился, и даже не тогда, когда был зачат. Я рос и развивался в течение неисчислимых тысячелетий. Весь опыт всех этих жизней и бесчисленных других жизней образовал сущность духа того, что представляю собою я. Понимаете ли? Все это — материя, из которой я состою. Материя не помнит, но дух — это память. Я — такой дух, состоящий из воспоминаний о моих бесконечных перевоплощениях.</p>
    <p>Откуда вселилось в меня, Даррела Стэндинга, это биение красного гнева, которое испортило мою жизнь и привело меня в камеру осужденных? Конечно, оно не возникло тогда, когда был зачат младенец, которому суждено было стать Даррелом Стэндингом. Этот древний красный гнев гораздо старше моей матери, гораздо старше, чем самая первая мать человека.</p>
    <p>Я весь состою из своего прошлого, с чем согласится каждый последователь закона Менделя. Все мои предшествовавшие «я» говорят во мне, имеют свое эхо и воздействуют на меня. В моем образе действий, в пылу страсти, проблеске мысли звучит и чувствуется тень, бесконечно малая тень и слабый отзвук длинного ряда других «я», которые предшествовали мне и участвовали в создании моей личности.</p>
    <p>Сущность жизни пластична. В то же время эта сущность никогда не забывает. Отлейте ее в любую форму, старые воспоминания останутся. Все породы лошадей, начиная от тяжеловозов до шотландских пони, произошли от первых диких лошадей, прирученных первобытным человеком. И все-таки до настоящего времени человек не отучил лошадь лягаться. А я, состоящий из элементов тех первых укротителей лошадей, не освободился от их красного гнева.</p>
    <p>Я человек, рожденный женщиной. Мои дни кратки, но сущность моя неразрушима. И я буду рождаться снова. О, я буду рожден еще неисчислимое множество раз; и все-таки тупые олухи, окружающие меня, думают, что, стянув веревку вокруг моей шеи, они прекратят мое существование.</p>
    <p>Да, я буду повешен… скоро. Сейчас конец июня. Через некоторое время они будут пытаться обмануть меня. Они потащат меня из этой камеры в ванну согласно тюремному распорядку, по которому ванна полагается еженедельно. Но меня не приведут обратно в эту камеру. Мне дадут чистое белье и отправят в камеру смертников. Ночью и днем, бодрствующий или сонный, я буду находиться под стражей. Мне не позволят даже спрятать голову под одеяло из страха, чтобы я не опередил государство, задушив себя сам.</p>
    <p>Все время яркий свет будет направлен на меня. И когда это уже здорово надоест мне, они выведут меня утром из камеры в рубашке без воротника и сбросят меня в люк. О, я знаю! Их веревка будет хорошо растянута! Уже несколько месяцев палач Фолсема подвешивает на ней тяжелые грузы, чтобы хорошенько растянуть ее.</p>
    <p>Да, мне придется лететь далеко. У них есть хитрые расчетные таблицы, похожие на таблицы для исчисления процентов, которые показывают требуемое отношение веса жертвы к расстоянию, которое она должна пролететь. Я так исхудал, что им придется подобрать веревку подлиннее, чтобы сломать мне шею. Затем зрители снимут шляпы, и когда я закачаюсь, доктор приникнет ухом к моей груди, чтобы проследить за моим слабеющим сердцебиением, и наконец заявит, что я мертв.</p>
    <p>Это забавно! Это смешная наглость людей-червяков, которые думают, что могут убить меня. Я не могу умереть. Я бессмертен, как и они бессмертны; разница в том, что я знаю это, а они нет.</p>
    <p>Чушь! Я был однажды палачом. Я хорошо помню это. Я казнил мечом, а не веревкой. Меч — это честный способ, хотя все способы одинаково недействительны. В самом деле, как будто дух может быть разрублен мечом или задушен веревкой!</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава XIX</p>
    </title>
    <p>Я считался самым неисправимым заключенным тюрьмы Сен-Квентин после Оппенхеймера и Моррелла, которые гнили со мной здесь во мраке целые годы. Конечно, под неисправимостью я понимаю выносливость. Ужасны были попытки сломать их тело и дух, но еще ужаснее были усилия, направленные против меня. Но я выдержал. «Динамит или крышка» — таков был ультиматум начальника тюрьмы Азертона. И в конце концов получилось ни то, ни другое. Я не мог создать динамит, а начальник тюрьмы Азертон не смог покончить со мной.</p>
    <p>Причиной тому не выносливость моего тела, а выносливость духа. Причиной тому то, что в прежних существованиях мой дух получил стальную закалку благодаря суровым испытаниям. Одно испытание особенно долго было для меня чем-то вроде кошмара.</p>
    <p>Оно не имело ни начала, ни конца. Я находился на скалистом, омываемом волнами островке, таком низком, что при буре соленая пена заливала его самые высокие места. Там лил дождь. Я жил в берлоге и много страдал, потому что у меня не было огня, и я питался сырым мясом.</p>
    <p>Я постоянно страдал. То было продолжением какого-то переживания, начала которого я не мог выяснить. И поскольку, погружаясь во временную смерть, я был не в состоянии определять направление своих путешествий, то часто я переживал это особенно ненавистное существование. Единственные радостные мгновения были у меня тогда, когда сияло солнце; тогда я грелся на скалах и оттаивал от того почти вечного холода, от которого все время мучился.</p>
    <p>Моим единственным развлечением было весло и большой складной карманный нож. На это весло я потратил много времени, вырезая маленькие буквы и делая зарубки, отмечая ими каждую прошедшую неделю. На нем было много зарубок. Я точил нож о плоский кусок скалы, и ни один парикмахер не заботится так о своей лучшей бритве, как заботился я об этом ноже. Никогда ни один скупец не ценил так свои сокровища, как я ценил мой нож. Он был столь же драгоценен, как и моя жизнь. В самом деле, это была моя жизнь.</p>
    <p>После многих возвращений на этот островок я наконец сумел четко прочесть и запомнить надпись, вырезанную на весле. Сначала я мог удержать в своем сознании только отрывки. Потом это стало легче, оставалось лишь собрать вместе отдельные части. И наконец я сложил ее всю целиком. Вот она:</p>
    <p>«Тот, в чьи руки попадет это весло, пусть знает следующее: Дэниэл Фосс, уроженец Элктона, что в Мериленде, Соединенные Штаты Америки, отплывший из порта Филадельфия в 1809 году на двухмачтовом судне «Негоциант», направлявшемся к островам Дружбы, был выброшен в феврале следующего года на этот пустынный остров, где он соорудил себе хижину и жил долгие годы, питаясь тюленями, — он, последний оставшийся в живых из судовой команды вышеупомянутого брига, который наткнулся на айсберг и пошел ко дну 25 ноября 1809 года».</p>
    <p>Таким было содержание надписи. С ее помощью я кое-что узнал о самом себе. Один досадный пункт, однако, мне не удалось выяснить. Находился ли этот остров далеко на крайнем юге Тихого океана или на крайнем юге Атлантического? Я недостаточно знаю пути плавания парусных судов, чтобы сказать с уверенностью, должен ли был «Негоциант» идти к островам Дружбы мимо мыса Горн или мимо мыса Доброй Надежды. Признаюсь в собственном невежестве — до тех пор, пока меня не посадили в Фолсем, я не знал, в каком океане лежат острова Дружбы. Убийца-японец, о котором я упоминал прежде, был парусным мастером у Артура Севаля, и он сказал мне, что вероятный курс плавания должен был пролегать через мыс Доброй Надежды. Если это так, то с помощью даты отплытия из Филадельфии и даты кораблекрушения легко можно определить океан. К несчастью, известен только год отплытия, 1809, но не число и месяц. Крушение могло произойти как в одном океане, так и в другом.</p>
    <p>Только однажды получил я некоторое указание на период, предшествовавший времени, проведенному на острове. Он начинается с момента столкновения брига с айсбергом, и я должен рассказать о нем для того, по крайней мере, чтобы дать отчет о моем удивительном хладнокровии и обдуманном поведении. Такое поведение в то время, как вы это увидите, и дало мне возможность остаться в живых одному из всего экипажа.</p>
    <p>Я спал на скамье в передней части корабля и был разбужен ужасным треском. Шестеро других матросов моей вахты, дремавшие внизу, тоже проснулись и упали на пол все одновременно. Мы поняли, что случилось. Все остальные, не теряя ни минуты, устремились, полуодетые, на палубу. Но я знал, на что можно рассчитывать, и не последовал за ними. Я знал, что если мы спасемся, то только с помощью баркаса. Ни один человек не сможет плавать в таком холодном море. И ни один человек, легко одетый, не проживет долго в открытой лодке. И я знал, сколько времени требуется, чтобы спустить на воду баркас.</p>
    <p>Поэтому при свете мигающей масляной лампы, под шум, раздававшийся с палубы, и крики: «Он тонет!» — я принялся вытряхивать свой сундук, ища подходящую одежду. И поскольку я понимал, что вещи им больше не понадобятся, я опустошил сундуки моих товарищей. Действуя быстро, но хладнокровно, я не брал ничего, кроме самых теплых и плотных вещей. Я надел четыре самые лучшие шерстяные рубашки, три пары брюк и три пары толстых шерстяных чулок. И такими большими стали мои ноги, так много я на них надел, что не мог натянуть на них свои хорошие сапоги. Вместо этого я всунул ноги в новые сапоги Никласа Уилтона, которые были больше и даже крепче моих. Кроме того, я надел матросскую куртку Джереми Нейлера поверх своей, а на них — толстую парусиновую зюйдвестку Сета Ричардса, которую, как я помнил, он промаслил незадолго перед тем.</p>
    <p>Две пары тяжелых рукавиц, шарф Джона Робертса, связанный для него матерью, и бобровая шапка Джозефа Дэвью с отворотами, надвинутыми на шею и уши, поверх моей собственной, дополнили мою экипировку. Крики о том, что бриг тонет, усилились, но я подождал еще минутку, чтобы наполнить карманы всем тем табаком, какой только мог разыскать. Затем я взобрался на палубу — и как раз вовремя.</p>
    <p>Месяц, сияющий сквозь расколотую тучу, освещал мрачную картину. Повсюду лежали обломки такелажа, и повсюду были льдины. Паруса, веревки и реи грот-мачты, которая еще держалась, были окаймлены ледяными сосульками; и тогда вдруг на меня нашло чувство облегчения, что мне никогда больше не придется тащить и натягивать жесткие канаты и рубить лед, чтобы замерзшие веревки могли пройти через замерзшие шкивы. Ветер, почти шторм, резко рассекал воздух, что было признаком близости айсбергов, а на большие волны было даже холодно смотреть при лунном свете.</p>
    <p>Баркас был спущен с левой стороны судна, и я увидел людей, с трудом таскавших бочки с провизией по обледеневшей палубе, а затем бросающих их, чтобы поскорее отплыть. Напрасно капитан Николл боролся с ними. Набежавшая с наветренной стороны волна разрешила вопрос, смыв людей с палубы за борт. Я дотронулся до плеча капитана и, держась за него, прокричал ему в ухо, что если он спустится в лодку и не позволит людям отчалить, я возьму на себя заботу о провизии.</p>
    <p>Во всяком случае, у меня было мало времени: едва я успел при помощи второго штурмана, Эйрона Нортрапа, спустить вниз с полдюжины бочонков и ящиков, как все закричали с баркаса, что они отчаливают. Они были правы. Прямо на нас с наветренной стороны неслась громадная ледяная гора, в то время как с противоположной стороны, у самого судна была другая, на которую мы наткнулись.</p>
    <p>Быстро спрыгнул Эйрон Нортрап. Я повременил минутку, даже когда лодка уже тронулась, чтобы выбрать место в ее середине, где люди сидели теснее, так что их тела могли смягчить мое падение: я не собирался отправляться в такое рискованное путешествие на баркасе со сломанными костями. Стараясь не мешать матросам за веслами, я перебежал на корму, к месту для офицеров. Конечно, я имел веские основания для того. На офицерском месте было удобнее, чем на узком носу. И затем, лучше было находиться ближе к корме, на случай беспорядков, которые следовало ожидать при подобных обстоятельствах.</p>
    <p>Здесь сидели штурман Уолтер Джек, врач Арнольд Бентам, Эйрон Нортрап и капитан Николл, который был за рулевого. Доктор наклонился над Нортрапом, который лежал и стонал на дне лодки. Ему не посчастливилось при плохо продуманном прыжке: он сломал правую ногу в колене.</p>
    <p>Впрочем, было не до него тогда, потому что мы боролись с бушующим морем, находясь между двумя айсбергами, которые плыли навстречу друг другу. Никласу Уилтону, загребному, не хватало места, так что я подвинул бочонки и, став на колени напротив него, стал налегать всей тяжестью моего тела на его весло. Впереди я мог видеть Джона Робертса, склонившегося над веслом. Привалившись к его плечам сзади, Артур Хаскинс и юнга Бенни Хардуотер помогали ему грести.</p>
    <p>Это была тяжелая работа, и мы отплыли на сто ярдов, когда я оглянулся и увидел безвременный конец «Негоцианта». Он был, как тисками, сжат двумя льдинами, словно засахаренный чернослив в пальцах ребенка. Из-за завывания ветра и рева воды мы ничего не слышали, хотя треск толстых ребер брига и палубных балок должен был быть достаточно сильным, чтобы всполошить село в тихую ночь.</p>
    <p>И вот словно бы бесшумно борта брига сблизились, палуба треснула и вспучилась, остатки судна пошли ко дну и исчезли, а на том месте, где оно только что было, столкнулись два айсберга. Мне было жаль, что стихия разрушила корабль, долго бывший нашим убежищем от непогоды, но в то же время я очень радовался мысли о том, как мне уютно в моих четырех рубахах и трех куртках.</p>
    <p>Все-таки это была суровая ночь, даже для меня. Я был одет теплее всех в лодке. Что другие должны были выстрадать — я даже не мог об этом думать. Мы боялись, что снова встретимся с айсбергами в темноте, и вычерпывали воду, держа нос баркаса против волны. И все время, то одной рукавицей, то другой, я растирал нос, чтобы он не обморозился. И одновременно, вспоминая о своей семье в Элктоне, я молился Богу.</p>
    <p>Утром мы стали выяснять наше положение. Начать с того, что все моряки, кроме двух или трех, пострадали от мороза. Эйрон Нортрап не мог двигаться, потому что его сломанная нога очень болела. По мнению врача, обе его ноги были безнадежно обморожены.</p>
    <p>Баркас сидел в воде глубоко, потому что на нем находилась вся команда судна, двадцать один человек, двое из которых — юнги. Бенни Хардуотеру едва исполнилось тринадцать лет, а Лишу Дикери, семья которого жила по соседству с моей в Элктоне, только что минуло шестнадцать. Наша провизия состояла из трехсот фунтов говядины и двухсот фунтов свинины. Полдесятка буханок хлеба с просоленным мякишем, которые принес повар, не шли в счет. Затем у нас были три маленьких бочонка воды и одна маленькая бочка пива.</p>
    <p>Капитан Николл откровенно признался, что не знает, куда нам плыть в этом неведомом океане, чтобы достичь ближайшей обитаемой земли. Единственное, что нам оставалось делать, — попытаться добраться до широт с более теплым климатом, как мы и поступили, укрепив наш маленький парус и направляясь по свежему ветру к северо-востоку.</p>
    <p>Распределение продовольствия сводилось к простой арифметике. Мы не считали Эйрона Нортрапа, так как знали, что он скоро умрет. Употребляя по фунту в день на человека, мы можем растянуть наши пятьсот фунтов на 25 дней; если по полфунта — провизии хватит на пятьдесят дней. Итак, мы решили употреблять по полфунта. Я делил и выдавал мясо на глазах у капитана, и исполнял это довольно честно, Бог свидетель, хотя некоторые ворчали поначалу. Время от времени я также делился табаком, которым набил многочисленные карманы, и только сожалел об этом; особенно когда видел, что его дают людям, которые, как я был уверен, протянут максимум один день или, в лучшем случае, два или три дня.</p>
    <p>Потому что скоро люди начали умирать в открытой лодке. Этими преждевременными смертями мы были обязаны не голоду, а смертельному холоду, от которого никто не был защищен. Только самые выносливые и удачливые могли выжить. Я был крепкого телосложения и очень удачлив, поскольку был тепло одет и не сломал ноги, как Эйрон Нортрап. Но даже несмотря на это он был настолько крепок и силен, что прожил несколько дней, хотя раньше всех отморозил конечности. Первым умер Ванс Хатауэй. На рассвете мы нашли его на носу, он весь скорчился и совершенно окоченел. Юнга Лиш Дикери умер следом за ним. Другой юнга, Бенни Хардуотер, прожил десять или двенадцать дней.</p>
    <p>Так холодно было в лодке, что наши вода и пиво совсем замерзли, нелегко было отбивать куски складным ножом. Эти куски мы брали в рот и сосали до тех пор, пока они не таяли. Когда бушевал снежный шторм, у нас бывало сколько угодно влаги. Но мало проку было от нее для нас, потому что у тех, кто ел снег, воспалялась слизистая оболочка рта, которая затем совершенно высыхала и пылала огнем. И такую жажду было не утолить, потому что снег или лед просто усиливали воспаление. Я думаю, что это главным образом и послужило причиной смерти Лиша Дикери. Он был без сознания и бредил целых двадцать четыре часа перед смертью. Он умер, умоляя дать ему воды, и однако умирал он не из-за недостатка воды. Я старался устоять, по мере возможности, против искушения сосать лед, удовлетворяясь щепоткой табака за щекой, и благополучно избежал этой напасти.</p>
    <p>Мы снимали всю одежду с наших покойников. Без покровов явились они в свет и без покровов уходили они за борт баркаса, в глубь студеного океана.</p>
    <p>Одежду разыгрывали по жребию. Делалось это по распоряжению капитана Николла, чтобы избежать ссор.</p>
    <p>Обстоятельства не позволяли давать волю своим чувствам. Не было среди нас ни одного, кто не испытывал бы тайной радости при каждой смерти. Во время жеребьевок больше всех везло Айзрелу Стикни, так что под конец, когда он умер, от него остался целый склад одежд, который дал новую отсрочку живущим.</p>
    <p>Мы продолжали плыть к северо-востоку, под свежим западным ветром, но наши поиски теплой погоды оставались тщетными. Все время струи воды замерзали на дне лодки, а я по-прежнему строгал пиво с помощи ножа Нортрапа. Я берег мой собственный нож. Он был из хорошей стали, с острым лезвием и отлично закален, и я не хотел портить его таким путем.</p>
    <p>Со временем, когда половина нашей компании оказалась за бортом, лодка сидела уже не так глубоко и нам стало легче управлять ею. Стало просторнее, так что можно было удобно растянуться.</p>
    <p>Источником постоянного ропота служила пища. Капитан, штурман, врач и я, переговорив об этом, решили не увеличивать ежедневную полуфунтовую порцию мяса. Шесть матросов, от имени которых выступил Тобиас Сноу, настаивали, что, раз половина из нас умерла, значит, наш запас удвоился и что отныне ежедневная порция должна быть увеличена до фунта. Мы указывали в ответ, что наши шансы выжить удвоятся, если мы удовлетворимся полуфунтовым пайком.</p>
    <p>Правда, восьми унций солонины было недостаточно для того, чтобы существовать и переносить суровый мороз. Мы были совсем слабы и из-за своей слабости легко замерзали. Наши носы и щеки совсем посинели, наполовину отмороженные. Невозможно было согреться, хотя теперь у нас было вдвое больше одежды, чем в начале нашего плавания.</p>
    <p>Через пять недель после гибели «Негоцианта» разразился бунт из-за пищи. Я спал в это время, дело было ночью, когда капитан Николл поймал Джеда Хэтчинса за кражей свинины из бочонка. Что его надоумили на это остальные пять матросов, мы поняли из их поступков. Как только Джед Хэтчинс был пойман, все они вшестером бросились на нас с ножами. Это была горячая рукопашная при тусклом свете звезд, и слава Богу, что лодка не перевернулась. Я мог быть благодарен своим многочисленным рубашкам и пальто, которые послужили мне броней. Ножи едва касались кожи благодаря толщине одежды, хотя я был оцарапан до крови приблизительно в десятке мест.</p>
    <p>Другие были так же защищены, и схватка закончилась бы ничем, не ухватись штурман Уолтер Джек, весьма сильный мужчина, за идею выбросить мятежников за борт, чтобы кончить дело. К нему присоединились капитан Николл, врач и я, и тут же пятеро из шести очутились в воде, цепляясь за шкафут. Капитан Николл и врач возились посреди лодки с шестым, Джереми Нейлором, пытаясь выбросить его из лодки, тогда как штурман бил по пальцам хватавшихся за борт утопающих — и таким образом не давал им спастись. В ту минуту мне было нечего делать, и я мог видеть трагическую кончину штурмана: когда он поднял багор, чтобы ударить по пальцам Сета Ричардса, последний нырнул глубоко в воду и затем после огромного прыжка наполовину перегнулся через борт, схватил штурмана и, упав назад в воду, увлек его за собою. Без сомнения, он уже не отпустил свою добычу, и они утонули вместе.</p>
    <p>Итак, из всего экипажа нашего судна остались только мы трое: капитан Николл, Арнольд Бентам, врач, и я. Семеро умерли мгновенно из-за попытки Джеда Хэтчинса украсть пищу. Я же ужасно жалел, что столько хорошей теплой одежды погибло без пользы в море. Не один из нас мог бы с благодарностью надеть на себя еще что-нибудь.</p>
    <p>Капитан и врач были хорошими и честными людьми. Довольно часто, когда двое других спали, бодрствовавший и правивший рулем мог стащить мясо. Но этого никогда не случалось. Мы вполне доверяли друг другу и предпочли бы умереть, чем обмануть это доверие.</p>
    <p>Мы продолжали довольствоваться полуфунтом мяса в день, и пользовались всякий раз благоприятным ветерком, чтобы двигаться к северу. Только 14 января, то есть спустя семь недель после кораблекрушения, мы оказались в более теплом климате. Даже и там не было по-настоящему тепло. Просто не так чудовищно холодно.</p>
    <p>Здесь свежий западный ветер изменил нам, и мы качались на одном месте в течение нескольких дней. Большею частью стоял штиль или дул легкий встречный ветер, хотя иногда порывы ветра не прекращались в продолжение нескольких часов. Поскольку мы были очень слабы, а лодка очень велика, не могло быть и речи о том, чтобы грести. Мы могли только экономить нашу провизию и ждать, чтобы Бог стал к нам милосерднее. Все трое мы были верующими христианами и совершали молитву каждый день перед тем, как делить пищу. Да и каждый из нас молился про себя часто и долго.</p>
    <p>К концу января нашей провизии почти не осталось. Свинины уже не было, и мы использовали бочонок из-под нее для сбора и хранения дождевой воды. Говядины было немного. И за все девять недель, проведенных нами в открытой лодке, мы не увидели ни одного паруса и не заметили ни одного островка земли. Капитан Николл откровенно признал, что после шестидесяти дней плавания он понятия не имеет, где мы находимся.</p>
    <p>Двадцатого февраля был съеден последний кусок мяса. Я предпочитаю опустить подробности того, что случилось в ближайшие восемь дней. Я только опишу те происшествия, которые показали, какого рода людьми были мои товарищи. Мы так долго голодали, что у нас совершенно не осталось сил для того, чтобы бороться за жизнь, и когда провизия закончилась, мы оказались на грани скорой гибели.</p>
    <p>Двадцать четвертого февраля мы стали спокойно обсуждать наше положение. Мы все трое были мужественными людьми, полными непреклонной воли к жизни, и никто из нас не хотел умирать. Ни один из нас не желал добровольно пожертвовать собой для двух других. Но мы сошлись на трех пунктах: мы должны раздобыть пищу; мы должны решить этот вопрос жребием, и мы бросим жребий на следующее утро, если только не будет ветра.</p>
    <p>На следующее утро появился ветер, небольшой, но благоприятный, так что мы могли отметить продвижение вперед на два узла в нашем северном направлении. Утра двадцать шестого и двадцать седьмого февраля встретили нас подобным же ветром. Мы были ужасно слабы, держались нашего решения и продолжали плыть.</p>
    <p>Однако утром двадцать восьмого февраля мы поняли, что пришло время. Баркас уныло скользил по гладкому, безветренному океану, и неподвижное тусклое небо не обещало ни малейшего ветерка. Я отрезал три лоскута одинакового размера от моей куртки. В одном из этих лоскутов была коричневая нитка. Кто его вытащит — тот погибнет. Затем я положил эти три жребия в мою шляпу, прикрыв ее шляпой капитана Николла.</p>
    <p>Все было готово, но мы помешкали немного, совершая безмолвную молитву, потому что сознавали, что предоставили решение Богу. Я знал цену себе и своей честности; но я также знал о честности и достоинствах моих товарищей, так что был в недоумении, как Бог сможет решить такой деликатный вопрос.</p>
    <p>Капитан, как следовало ему по праву, вытащил жребий первым. Опустив руку в шляпу, он подождал еще несколько секунд, шепча последнюю молитву с закрытыми глазами. Он вытащил пустышку. Это было правильное, справедливое решение, — в чем я не мог не признаться самому себе, потому что я хорошо знал жизнь капитана Николла и то, каким он был честным, прямодушным и богобоязненным человеком.</p>
    <p>Остались врач и я. Либо один, либо другой, и, согласно корабельной табели о рангах, ему надлежало тянуть второму. Снова мы стали молиться. Во время молитвы я силился вспомнить свою жизнь и беспристрастно подвести баланс моих добродетелей и пороков.</p>
    <p>Я держал на коленях свою шляпу, покрытую шляпой капитана Николла. Врач сунул в нее руку и довольно долго шарил ею там, тогда как я задавал себе вопрос, можно ли на ощупь отличить коричневую нить от остальных.</p>
    <p>Наконец он отдернул руку. Коричневая нитка оказалась в его лоскуте. Я тотчас же почувствовал смирение и благодарность Богу за благословение, ниспосланное мне; и я решил исполнять еще добросовестнее все Его заповеди. В ближайшие минуты я не мог не почувствовать, что врач и капитан были ближе друг к другу по своему положению, чем ко мне, и что они были до известной степени разочарованы результатом. И вместе с этой мыслью росла уверенность, что они были настолько честными людьми, что это не помешает выполнению нашего плана.</p>
    <p>Я был прав. Врач обнажил руку, раскрыл нож и приготовился вскрыть себе большую вену. Однако сперва он сказал несколько слов:</p>
    <p>— Я из Норфолка, что в Виргинии, где, как я надеюсь, еще живут моя жена и трое детей. Единственное одолжение, о котором я прошу вас, — если Богу будет угодно помочь вам выпутаться из этого опасного положения и если вы будете настолько счастливы, что снова вернетесь на родину, сообщите моей несчастной семье о моей несчастной участи.</p>
    <p>Затем он вежливо попросил у нас несколько минут, чтобы помолиться. Ни капитан Николл, ни я не могли произнести ни слова, и мы со слезами на глазах кивнули головой в знак согласия.</p>
    <p>Без сомнения, Арнольд Бентам владел собою лучше, чем мы. Мои мучения были ужасны, и я уверен, что капитан Николл страдал не меньше. Но что мы могли сделать? Решение Бога не могло быть несправедливым.</p>
    <p>Но когда Арнольд Бентам закончил последние приготовления, я не сдержался и крикнул:</p>
    <p>— Подождите! Мы, так много вытерпевшие, несомненно, сможем потерпеть еще немного. Сейчас полдень. Подождем до сумерек. Тогда, если ничего не случится такого, что изменит нашу ужасную судьбу, — тогда, Арнольд Бентам, вы сделаете то, о чем мы условились.</p>
    <p>Он посмотрел на капитана Николла, ожидая его согласия на мое предложение, но капитан Николл смог только кивнуть головой. Он был не в силах вымолвить ни слова, но в его влажных и холодных голубых глазах была глубокая признательность, которую нельзя было истолковать неправильно.</p>
    <p>Я не считал преступлением, что капитан Николл и я собирались воспользоваться смертью Арнольда Бентама, потому что мы так условились, и жеребьевка была проведена правильно. Я не мог верить, чтобы воля к жизни, которая руководила нами, была вложена в наши души кем-либо иным, кроме Бога. Это была воля Божья — и мы, несчастные его творения, могли только слушаться и исполнять Его волю. И все-таки Бог добр. В своем милосердии Он спас нас от этого ужасного, хотя и справедливого поступка.</p>
    <p>Не прошло и четверти часа, как сильный западный ветер, холодный и сырой, обжег наши щеки. Еще через пять минут наш парус надулся, а Арнольд Бентам сел за рулевое весло.</p>
    <p>— Берегите оставшиеся силы, — сказал он. — Позвольте мне истратить мои последние, чтобы увеличить ваши шансы остаться в живых.</p>
    <p>Итак, мы плыли под крепнущим ветром; капитан Николл и я растянулись на дне лодки и бредили от слабости, созерцая видения, возвращавшие нас к тому, что нам было дорого в этом мире.</p>
    <p>Ветер все усиливался и начал дуть порывами большой силы. Густое облако, движущееся на небе, предвещало шторм. К полудню Арнольд Бентам потерял сознание у руля, и прежде, чем лодку успели захлестнуть бушующие волны, уже набегавшие на нее, капитан Николл и я налегли на весло со всей силой наших четырех ослабевших рук. Мы пришли к соглашению, и так же, как в силу своего положения он первым тянул жребий, так и теперь он первым взялся за руль. Затем все трое сменяли друг друга каждые пятнадцать минут. Мы были очень слабы и не могли выдержать дольше.</p>
    <p>После полудня началось опасное волнение. Не будь наше положение столь отчаянным, нам следовало повернуть нашу лодку, бросить плавучий якорь и лечь в дрейф.</p>
    <p>И снова Арнольд Бентам, ради нас самих, умолял нас бросить плавучий якорь. Он знал, что мы боремся со стихией лишь для того, чтобы не приводить в исполнение приговор жребия. Он был благородным человеком. Столь же благороден был и капитан Николл, с его холодными, стальными глазами. И мог ли я быть менее благороден в таком благородном обществе? Я неустанно благодарил Бога в этот долгий, гибельный день за счастье знать двух таких людей. Бог и справедливость жили в них, и какова бы ни была моя несчастная судьба, я мог лишь чувствовать себя вполне вознагражденным такими товарищами. Как и они, я не хотел умирать, и все-таки не боялся смерти. Мимолетное сомнение в этих двух людях, посетившее меня ранее, уже давно рассеялось. Суровая школа и суровые люди, но они были благородными до конца.</p>
    <p>Я первый увидел его. Арнольд Бентам, примирившийся со смертью, и капитан Николл, близкий к тому, чтобы примириться с нею, лежали, скорчившись, на дне лодки, а я управлял ею, когда увидел его. Лодка, мчавшаяся вперед с натянутым парусом, поднялась вдруг на гребень волн, и прямо перед собой я увидел омываемый волнами скалистый островок. Я вскрикнул, и двое других, встав на колени, шатаясь и ища, на что опереться, стали пристально разглядывать то, что я обнаружил.</p>
    <p>— Прямо к нему, Дэниэл, — пробормотал капитан свое приказание. — Здесь, должно быть, есть небольшая бухта. В этом наше единственное спасение.</p>
    <p>Когда мы очутились у этого ужасного пустынного берега, к несчастью, не имеющего бухты, он сказал:</p>
    <p>— Прямо на него, Дэниэл. Если мы теперь не доберемся до острова, то в другой раз и подавно не сможем этого сделать, мы слишком слабы… Против течения и в шторм мы бессильны…</p>
    <p>Он был прав. Я выполнил его приказание. Он вытащил часы и посмотрел на них, когда я спросил, который час. Было пять часов. Он протянул руку Арнольду Бентаму, который слабо пожал ее, и оба посмотрели на меня, включая меня в свое рукопожатие. Они прощались, я понял. В самом деле, какие шансы были у таких измученных существ, как мы, добраться живыми до высоких утесов за грядой этих омываемых прибоем скал?</p>
    <p>В двадцати футах от берега лодка перестала слушаться руля. Через миг она перевернулась, и я оказался в соленой воде. Я больше никогда не видел моих товарищей. К счастью, меня спасло рулевое весло, которое я так и не выпустил, но особенно посчастливилось мне в том, что волна выбросила меня далеко на сушу, на маленький склон одного из утесов этого ужасного берега. Я не ушибся, я не был ранен. И с головой, кружащейся от слабости, я все же был в состоянии ползти и карабкаться дальше.</p>
    <p>Я поднялся на ноги, сознавая себя спасенным и благодаря Бога, и шатался от слабости, когда стоял. Лодка была уже раздроблена на тысячу кусков. И хотя я не видел, но мог угадать, как жестоко были разбиты тела капитана Николла и Арнольда Бентама. Я увидел весло на пенистом гребне волн и, рискуя утонуть, стал вылавливать его. Затем я упал на колени, чувствуя, что теряю сознание. И все-таки, прежде чем упасть в обморок, следуя инстинкту моряка, я заставил себя проползти по ранящим тело камням как можно дальше от волн, набегающих на берег.</p>
    <p>Я был близок к смерти в эту ночь, пролежав почти все время в оцепенении, только изредка чувствуя мучительный холод и промозглую сырость. Утро принесло мне удивление и ужас. Ни деревца, ни былинки не росло на этом жалком выступе скалы, поднявшейся со дна океана. Это было лишь скопление скал шириной в четверть мили и длиной в полмили. Здесь совершенно нечего было есть. Меня мучила жажда, а пресной воды тут тоже не было. Напрасно я припадал открытым ртом к каждой выемке и впадине среди утесов. Брызги бушующих волн так окутали весь остров, что все впадины оказались наполненными соленой морской водой.</p>
    <p>От лодки не оставалось ничего, ни единого куска, чтобы хотя бы напомнить мне о ее существовании. Я имел только одежду, которая была на мне, большой нож и весло, спасенное мной. Шторм ослаб, и весь тот день, шатаясь и падая, обдирая до крови руки и ноги, я тщетно искал воду.</p>
    <p>В эту ночь, будучи ближе, чем когда-либо, к смерти, я укрылся от ветра за скалой. В довершение всего пошел сильный ливень. Я снял с себя несколько курток и расстелил их, чтобы они вобрали в себя влагу, но когда я стал выжимать ее в свой рот, меня постигло страшное разочарование, потому что ткань насквозь пропиталась солью океана, в котором я чуть не утонул. Я лег на спину, открыв рот, чтобы поймать ртом хоть несколько капель дождя. Это было мучительно, но по крайней мере мое нёбо стало влажным, что спасло меня от сумасшествия.</p>
    <p>На второй день я уже был совершенно болен. Я, после нескольких дней голода, вдруг чудовищно распух — отекли ноги, руки и все тело. Стоило лишь слегка надавить на кожу, и мои пальцы тонули на целый дюйм в ней, и углубления, сделанные таким образом, долго не исчезали. И все-таки я тяжело работал, чтобы исполнить волю Бога — и чтобы жить. Тщательно, голыми руками я очистил каждую впадину в скалах от соленой воды в надежде, что последующие дожди наполнят их водою, которую я смогу пить.</p>
    <p>Моя печальная судьба и воспоминания о прежней счастливой жизни в Элктоне причиняли мне невообразимую душевную боль, так что в те дни я часто терял память на целые часы. Это было благом, потому что смягчало мои страдания, которые иначе убили бы меня.</p>
    <p>Ночью меня разбудил шум дождя, и я стал ползать от впадины к впадине, ловя дождевые капли или слизывая их со скал. Они были солоноватыми, но годными для питья. Этот дождь спас меня, потому что к утру я проснулся в поту и уже не бредил.</p>
    <p>Затем появилось солнце, и впервые с тех пор как я попал на остров, я смог высушить большую часть моей одежды. Я выпил воды из подготовленных мной углублений и рассчитал, что в них, при бережливом расходовании, содержится запас на 10 дней. Изумительно, каким богачом я себя чувствовал с этим обильным запасом солоноватой воды! И ни один купец, чьи корабли благополучно вернулись в гавань, чьи амбары заставлены ларями до стропил, не мог себя чувствовать таким богатым, как я, когда нашел выброшенное на скалы тело тюленя, умершего уже несколько дней назад. Я не преминул сейчас же поблагодарить Бога, встав на колени, за это проявление Его безграничной доброты. Для меня было ясно: Бог не хотел, чтобы я умер.</p>
    <p>Я понимал, каково состояние моего желудка, и ел умеренно, сознавая, что прожорливость, несомненно, убьет меня, если я не стану сдерживать себя. Никогда еще мои губы не касались ничего более вкусного, и я вполне могу признаться, что проливал слезы радости, снова и снова созерцая этот разлагающийся остов.</p>
    <p>Мое сердце опять сильно забилось надеждой. Я заботливо сохранил оставшиеся части тюленя. Я тщательно прикрыл свои цистерны в скалах плоскими камнями, чтобы от лучей солнца не испарилась драгоценная влага и чтобы порывы ветра и набеги волн не испортили мой запас соленой морской водой. Затем я собрал водоросли, высушил их на солнце, чтобы сделать себе постель на жестком утесе, где я устроил себе жилище. Мое платье было сухим — первый раз за эти дни, так что я заснул тяжелым сном истощенного и возвращающегося к жизни человека.</p>
    <p>Когда я проснулся на следующий день, я стал другим. Отсутствие солнца не смутило меня, и я скоро узнал, что Бог не забыл обо мне, пока я спал, и приготовил для меня другие чудесные дары. Я протирал глаза и смотрел снова, не веря себе, потому что повсюду, где только мог видеть глаз, все прибрежные утесы были усеяны тюленями, тысячами тюленей, а в воде резвилось, оглушительно крича, еще множество их. Я понял, как только увидел это, что передо мной столько мяса, сколько хватило бы, чтобы прокормить экипаж двадцати кораблей.</p>
    <p>Я сейчас же схватил весло, — так как на островке не было более подходящего оружия, — и осторожно приблизился ко всем этим запасам провианта. Я быстро сообразил, что эти морские создания не знакомы с человеком. Они не выказали признаков страха при моем приближении, и убивать их было просто детской забавой.</p>
    <p>Когда я ударом весла по голове убил четырех, я внезапно сошел с ума. В самом деле, я потерял всякий разум, убивая, убивая и продолжая убивать. В течение двух часов я работал веслом неустанно, пока не свалился сам на землю. Сколько еще я мог прикончить их, не знаю, потому что в конце концов оставшиеся в живых тюлени, как по сигналу, бросились в воду и разом исчезли.</p>
    <p>Я сосчитал, что убил больше двух сотен тюленей, и был испуган и потрясен безумием, охватившим меня. Мной овладел грех беспутной расточительности, и, надлежащим образом подкрепившись хорошей питательной пищей, я начал, как только мог, исправлять содеянное. Но сперва, прежде чем взяться за тяжелую работу, я снова благодарил Того, по чьему милосердию я был так чудесно спасен. После этого я работал до наступления темноты и даже после того как стемнело, обдирая кожу тюленей, разрезая мясо на полосы и раскладывая их на утесах, чтобы высушить на солнце. Я нашел небольшие отложения соли в трещинах скал на подветренной стороне островка. Ею я посыпал мясо, чтобы сохранить его.</p>
    <p>Так я работал четыре дня, и под конец был безумно горд перед Богом за то, что ни кусочка из всего этого количества мяса не было потеряно. Неустанная работа была полезна для моего организма, который быстро окреп благодаря этой здоровой пище, в которой я не ограничивал себя. Другое проявление милосердия Божия: ни разу за восемь лет, проведенных мною на этом бесплодном острове, не случилось такого длинного периода ясной погоды и неизменных солнечных дней, как тогда, после избиения тюленей.</p>
    <p>Много месяцев прошло, пока тюлени снова посетили мой остров. Но до этого времени я занимался чем угодно, только не ленился. Я построил себе хижину из камней и примыкающую к ней кладовую для сушеного мяса. Я покрыл свой шалаш крышей из тюленьих шкур, так что он стал вдобавок водонепроницаемым. Никогда не переставал я удивляться, пока дождь барабанил по этой крыше, что меня, несчастного матроса, защищают от стихий шкуры, которые на Лондонском меховом рынке стоят бешеных денег.</p>
    <p>Скоро я понял, как важно вести каким-либо способом счет времени, без которого — я чувствовал — я утрачу всякое представление о днях недели, стану неспособен отличать один день от другого и не буду знать дня Рождества Господня.</p>
    <p>Я старательно припомнил исчисление времени, производившееся на баркасе капитаном Николлом, и тщательно, проверяя снова и снова, чтобы не оставить ни тени сомнения, мысленно перебрал все дни и ночи, проведенные мною на острове. Затем, при помощи семи камней у моего шалаша, я составил еженедельный календарь. На одной стороне весла я вырезал маленькие зарубки, отмечая каждую неделю, а на другой стороне его я сделал зарубки для месяцев.</p>
    <p>Поэтому я, как надлежит, соблюдал день Господень. Я не мог устроить настоящее богослужение и вместо этого вырезал на весле короткий гимн, соответствующий моему положению, который я никогда не забывал петь в воскресенье. Бог, в своем великом милосердии, не забыл меня, и я в течение этих восьми лет каждую подходящую минуту вспоминал о Боге.</p>
    <p>Было удивительно, как много требовалось усилий в описанных мной условиях для того, чтобы удовлетворять простые потребности человека в пище и крове. В самом деле, редко в течение первого года я сидел без дела. Моя хижина — простая каменная берлога, но потребовалось, однако, не менее шести недель, чтобы построить ее. Медленная сушка и бесконечное скобление тюленьих шкур, чтобы сделать их мягкими и гибкими настолько, что можно было соорудить из них какое-то подобие одежды, заняли мой досуг в течение долгих месяцев.</p>
    <p>Затем стоял вопрос о снабжении водой. Временами налетали суровые бури, и брызги соленой морской пены делали сохраненную мной дождевую воду непригодной для питья, так что мне трудно жилось в ожидании новых дождей, таких, которые не сопровождались бы сильным ветром. Зная, что вода камень точит, я выбрал большой крепкий обломок скалы красивой формы и с помощью камней поменьше выдолбил в нем ямку; через пять недель упорной работы мне удалось изготовить кувшин, который, как я определил, мог вместить полтора галлона воды. Позже я таким же образом изготовил кувшин на четыре галлона. Это заняло у меня девять недель. Несколько маленьких кувшинов я сделал, работая над ними время от времени. Один из них, который мог бы вместить восемь галлонов, дал трещину после того, как я потратил на него семь недель.</p>
    <p>Но только на четвертый год моего пребывания на острове, когда я уже примирился с возможностью того, что проживу здесь до конца своей жизни, я сотворил шедевр. Я потратил на это восемь месяцев, но в итоге имел прочный сосуд, вмещавший свыше тридцати галлонов. Эти каменные сосуды так радовали меня, что временами я забывал даже о своем смирении и чрезмерно гордился ими. Действительно, мне они казались более изящными, чем самые драгоценные украшения какой-нибудь королевы. Я сделал также маленький каменный сосуд, емкостью не более четверти галлона, чтобы переливать воду из впадин в большие водохранилища. Если я скажу, что этот маленький сосуд весил 28 фунтов, читатель поймет, что один только сбор дождевой воды был нелегкой работой.</p>
    <p>Таким образом, я сделал свою одинокую жизнь настолько удобной, насколько это было возможно. Я устроил себе уютное и безопасное жилище; что же касается провизии, то я имел всегда шестимесячный запас сушеного и просоленного, во избежание порчи, мяса. За эти простые вещи, такие важные для поддержания жизни, которые едва можно было надеяться достать на пустынном острове, я был более чем благодарен Господу.</p>
    <p>Хотя я был лишен человеческого общества, и даже собаки или кошки не было у меня, я примирился со своей судьбой гораздо покорнее, чем, вероятно, сделали бы это тысячи других людей.</p>
    <p>Несмотря на мрачные перспективы, я не переставал надеяться на то, что Провидение, которое в страшный момент, когда голод грозил мне смертью и когда я мог легко быть поглощен пучиной моря, выбросило меня на эти голые скалы, в конце концов пришлет кого-нибудь, чтобы облегчить мою жизнь.</p>
    <p>Лишенный общества своих ближних и жизненных удобств, я все же находил в своем беспомощном положении некоторые преимущества. Я легко стал владельцем целого острова, хотя и небольшого. По всей вероятности, никто никогда не явится оспаривать мои права, разве только земноводные из океана.</p>
    <p>И все-таки человек — страшное и непостижимое создание. Я, который просил у милосердия Божия только чуть-чуть гнилого мяса, чтобы не умереть с голоду, и достаточного количества не слишком соленой воды, — как только был благословлен изобилием пищи и питья, стал недоволен своим жребием. Мне уже требовался огонь, чтобы почувствовать вкус жареного мяса во рту. И постоянно я ловил себя на том, что тоскую по некоторым деликатесам, которые ежедневно подавались на стол дома, в Элктоне.</p>
    <p>Я так же сильно страдал от отсутствия табака. Часто мой сон приносил мне одни лишь мучения, потому что во сне мои желания свободно проявлялись, так что тысячи раз я грезил о целых горах табака, даже складах табака, о корабельных грузах табака и целых плантациях его.</p>
    <p>Но я наказывал себя за это. Я молился Богу неустанно, со смиренным сердцем, и очищал свою плоть неустанной работой. Не будучи в силах усовершенствовать свой разум, я решил улучшить свой пустынный остров. Я работал четыре месяца над постройкой каменной стены в 30 футов длиной и высотой в 12 футов. Она защищала хижину в период больших штормов, когда весь остров казался крошечной птичкой в пасти урагана. Время это не было потрачено зря. После этого я лежал в покое и уюте, когда в ста футах от меня остров хлестали сплошные потоки белой от пены воды.</p>
    <p>На третий год я начал строить колонну из камней. Скорее это была четырехугольная пирамида, широкая у основания, постепенно сужавшаяся к верхушке. Я был вынужден строить таким образом, потому что на всем острове не было ни единого деревца, и не из чего было соорудить леса. Но лишь к концу пятого года пребывания на острове была готова моя пирамида. Она стояла на самой высокой точке острова. Теперь, когда я поясню, что она возвышалась на сорок футов над морем, достигая сорока футов, будет понятно, что я без каких бы то ни было орудий удвоил высоту островка.</p>
    <p>За шесть лет я увеличил основание пирамиды, и восемнадцать месяцев спустя мой памятник на пятьдесят футов возвышался над островом. Я не собирался строить вавилонскую башню. Я преследовал две цели: создать пункт наблюдения, чтобы высматривать корабли в океане; и она же увеличивала вероятность того, что мой остров будет замечен блуждающим взглядом какого-нибудь моряка. И это поддерживало бодрость моего духа и тела.</p>
    <p>В восемнадцатый день месяца июня, на шестом году моего пребывания на острове, я впервые увидел парус на горизонте. Но он прошел слишком далеко от острова, чтобы заметить меня. Само появление этого паруса доставило мне скорее удовольствие, чем муку. Оно убедило меня в том факте, в котором я прежде до некоторой степени сомневался, а именно что в эти воды заходят иногда суда.</p>
    <p>Между прочим, там, где тюлени выходили из моря, я соорудил глубокий коридор, ставший продолжением сближающихся друг с другом скал, так что получался своего рода мешок, служивший западней. Здесь я мог убивать заплывших ко мне тюленей, не пугая остальных и не давая возможности раненому или испуганному тюленю ускользнуть и встревожить всю стаю. На одну эту постройку я потратил семь месяцев.</p>
    <p>На пятом году, еще до того как я убедился, что корабли иногда бороздят эти воды, я начал вырезать на моем весле сведения о наиболее замечательных событиях, происшедших со мной с тех пор, как я покинул спокойные берега Америки. Я старался сделать их как можно более разборчивыми и долговечными, так как буквы получались совсем крохотные. Шесть, а иногда и только пять букв успевал я вырезать за целый день, так тщательно я работал.</p>
    <p>И на тот случай, если мне суждена горькая участь и я никогда не вернусь к друзьям и семье в Элктон, я вырезал на широком конце весла историю моей печальной судьбы — ту надпись, содержание которой я уже привел в начале этого рассказа.</p>
    <p>Я не жалел усилий на то, чтобы сберечь это весло, которое служило мне так хорошо в моем несчастном положении и которое теперь хранило историю моей собственной судьбы и судьбы моих товарищей. Я уже не рисковал бить им тюленей. Вместо него я вооружился каменной дубиной, в три фута длиной и соответствующего диаметра, обработка которой заняла ровно месяц. Для того же, чтобы предохранить весло от непогоды (потому что я употреблял его при слабых ветрах как флагшток на вершине пирамиды, на котором развевался флаг, сделанный мною из одной из моих драгоценных рубашек), я изготовил для него чехол из хорошо высушенных и выделанных тюленьих кож.</p>
    <p>В марте шестого года моего заключения мне пришлось испытать один из самых ужасных штормов, которые по всей вероятности когда-либо приходилось видеть человеку. Он начался около девяти часов вечера, когда надвинулись черные тучи и подул свежий ветер с юго-запада, и к одиннадцати превратился в ураган, сопровождающийся непрестанными громовыми раскатами и такими яркими молниями, каких я никогда до тех пор не видел.</p>
    <p>Я опасался за целость моего острова. Волны гуляли по нему везде. Ветер и вода бушевали так, что я едва выжил, задыхаясь и не находя защиты от непогоды. Я не мог не понимать, что спас свою жизнь только своим трудолюбием, — воздвигнув пирамиду, я вдвое увеличил высоту острова и этим спас себя от потопа.</p>
    <p>Все-таки утром у меня нашлись причины быть благодарным Господу. Весь мой запас дождевой воды был уничтожен соленой водой, кроме той, которая хранилась в большом чане, спрятанном у пирамиды. Я знал, что при строгой экономии мне хватит ее до следующего дождя, который рано или поздно все-таки выпадет. Моя хижина была совершенно разбита волнами, и от всего изобилия запасов тюленьего мяса осталась только небольшая часть, размякшая от воды. Тем не менее я был приятно поражен, обнаружив, что утесы усеяны какой-то рыбой, больше всего похожей на голавля. Я подобрал их не больше не меньше как 1219 штук, которые все выпотрошил и высушил на солнце, как треску. Эта желанная перемена в пище не обошлась без последствий: я погрешил чревоугодием и всю следующую ночь был близок к смерти.</p>
    <p>На седьмом году моего пребывания на острове, в том же самом месяце марте, разразилась такая же сильная буря. Вслед за тем, к моему удивлению, я нашел огромного мертвого кита, совсем свежего, выброшенного волнами на сушу. Представьте себе мою радость, когда во внутренностях его я нашел обыкновенный гарпун с несколькими саженями веревки, привязанной к нему.</p>
    <p>Тогда снова воскресли мои надежды на то, что я наконец найду возможность покинуть пустынный остров. Без сомнения, эти воды посещали китоловы, и пока в моем сердце есть хоть какое-то мужество, я не должен терять надежды на спасение. Семь лет я питался тюленьим мясом, так что при виде такого изобилия совсем иной и питательной пищи я вновь стал жертвой своей слабости и съел такое количество, что опять был всю ночь близок к смерти. Однако мое нездоровье после этого и после поглощения рыбы не имело серьезных последствий, ибо вызвано оно было всего лишь отсутствием привычки к этой пище, ведь в мой желудок в течение многих лет попадало только тюленье мясо и ничего другого, кроме тюленьего мяса.</p>
    <p>Этот кит дал мне запас провизии на целый год. Я вытопил на солнце в выемках скал много жира, который, круто посоленный, был очень вкусным, и я макал в него куски тюленьего мяса во время обеда. Из лоскутков от моих драгоценных рубашек я мог даже соорудить себе светильник, пользуясь гарпуном вместо огнива и скалой вместо кремня, и таким образом я имел бы ночью свет. Но это было без нужды, и я вскоре оставил мысль об этом. Мне не нужен был искусственный свет, когда Бог покрывал землю тьмой, потому что я научился спать от заката до рассвета, зимой и летом.</p>
    <empty-line/>
    <p>Я, Даррел Стэндинг, не могу не прервать здесь рассказ о моем прежнем существовании для того, чтобы сделать свое собственное заключение. Если человеческая личность находится в постоянном изменении, представляет собою сумму всех предыдущих существований, собранных вместе, то как мог начальник тюрьмы Азертон сломить мой дух пытками одиночки? Я — жизнь, которая отстояла себя, организм, созданный веками прошлого, — и какого прошлого! Что значили десять дней и ночей в смирительной рубашке для меня, который был однажды Дэниэлом Фоссом и восемь лет учился терпению в скалистой школе среди южного океана?</p>
    <empty-line/>
    <p>К концу восьмого года пребывания на острове, в сентябре месяце, когда я как раз лелеял горделивые планы увеличить высоту моей пирамиды до 60 футов, я, проснувшись однажды утром, увидел с удивлением корабль со спущенными стакселями; он был так близко, что мой крик наверняка донесся бы до него. Чтобы меня обнаружили, я махал в воздухе веслом, прыгал с утеса на утес и долго так бесновался, пока не увидел, что офицеры на шканцах смотрят на меня в подзорные трубы. Они ответили тем, что указали мне на самую западную оконечность острова, куда я поспешил и где я увидел их лодку с шестью матросами. Оказалось, как я узнал впоследствии, что именно моя пирамида привлекла их внимание, и они изменили курс, чтобы ближе рассмотреть это странное сооружение, высота которого превышала размеры острова, на котором оно стояло.</p>
    <p>Но прибой оказался слишком сильным и не позволял лодке пристать к моим негостеприимным берегам. После различных безуспешных попыток они объяснили мне знаками, что должны возвратиться на корабль. Вообразите себе мое отчаяние, когда я понял, что не смогу покинуть пустынный остров. Я схватил весло (которое я уже давно решил принести в дар филадельфийскому музею, если только останусь в живых) и с ним бросился, очертя голову, в кипящий прибой. Так благоприятствовала мне судьба, таковы были моя сила и ловкость, что я достиг лодки.</p>
    <p>Не могу не рассказать здесь о любопытном инциденте. Тем временем корабль отнесло далеко в сторону, и мы потратили около часа на то, чтобы добраться до него. И я не устоял против своей привычки, которую не мог удовлетворить восемь долгих лет, и попросил у второго штурмана, управлявшего лодкой, немного табаку, чтобы пожевать его. Дав мне табак, штурман предложил мне также и свою трубку, набитую лучшим виргинским табаком. Но через десять минут мне стало совсем плохо. Причина этого ясна. Мой организм совершенно отвык от табака, и я страдал от отравления им, как это бывает с мальчишками, когда они впервые пробуют курить. Снова я имел основание быть благодарным Богу, и с того дня и до дня моей смерти я никогда уже не употреблял и не желал употреблять эту гадкую траву.</p>
    <empty-line/>
    <p>Я, Даррел Стэндинг, должен теперь дополнить рассказ об этом моем существовании, которое я вновь пережил в бессознательном состоянии, затянутый в смирительную рубашку в Сен-Квентине, удивительными подробностями. Я часто интересовался вопросом, действительно ли Дэниэл Фосс доставил свое весло с надписями в филадельфийский музей.</p>
    <p>Узнику в одиночке очень трудно наладить контакты с внешним миром. Один раз с помощью сторожа, другой — через краткосрочного арестанта я пытался обратиться с соответствующим вопросом к директору музея. Хотя они дали мне самые торжественные клятвы исполнить мое поручение, но оба обманули меня. И только тогда, когда по странной прихоти судьбы Эда Моррелла освободили из одиночки и назначили главным старостой всей тюрьмы, я смог послать письмо. Я даю здесь ответ, присланный мне директором филадельфийского музея и потихоньку переданный мне Эдом Морреллом.</p>
    <p>«Совершенно верно, в музее находится описанное вами весло. Но мало кто знает о нем, так как оно не выставлено в открытой экспозиции. В самом деле, я занимаю эту должность целых восемнадцать лет, а между тем сам не знал о его существовании. Но, заглянув в наши старые книги, я обнаружил, что такое весло было подарено неким Дэниэлом Фоссом из Элктона, Мериленд, в 1821 году. Только после долгих поисков мы нашли весло в заброшенном верхнем чулане со всяким хламом. Зарубки и надпись вырезаны на весле совершенно так, как вы описываете. Наряду с этим у нас имеется брошюра, пожертвованная тогда же, автор которой — тот же Дэниэл Фосс; издана она в Бостоне фирмой Коверли в 1834 году. В этой брошюре Фосс рассказывает о восьми годах жизни на необитаемом острове. Ясно, что этот старый моряк очень нуждался — он продавал эту брошюру людям сострадательным. Мне очень интересно, как вы узнали об этом весле, о существовании которого не знали мы, работники музея. Верно ли мое предположение, что вы прочли рассказ об этом в дневнике, опубликованном впоследствии Дэниэлом Фоссом? Я буду рад, если вы сообщите мне это, а в настоящее время я принимаю меры для того, чтобы весло и брошюра были выставлены среди других экспонатов.</p>
    <p>Искренне ваш, Хозиа Солсберти».</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава XX</p>
    </title>
    <p>И вот пришло время, когда я посрамил начальника тюрьмы Азертона, заставив его сдаться без всяких условий, превратив его ультиматум «динамит или крышка» в пустую болтовню.</p>
    <p>Он отказался от меня, как от человека, которого нельзя убить смирительной рубашкой. Он видел людей, умиравших через несколько часов, проведенных в ней. Он видел людей, умиравших через несколько дней этой пытки, хотя их расшнуровывали и отвозили в больницу прежде, чем они испускали последний вздох, и там они получали медицинское свидетельство о смерти от воспаления легких, базедовой болезни или от инфаркта.</p>
    <p>Но меня Азертон убить не смог. Ему даже ни разу не пришлось отвозить мое изуродованное, умирающее тело в больницу. Но все-таки я должен сказать, что начальник тюрьмы Азертон очень старался и ни перед чем не останавливался. Однажды он надел на меня сразу две рубахи. Но это такое важное происшествие, что я должен о нем рассказать.</p>
    <p>Случилось так, что одна из газет Сан-Франциско (ищущая, как всякая газета и как всякое коммерческое предприятие, товар, который принесет ей прибыль) попыталась заинтересовать радикальную часть рабочего класса тюремной реформой. Поскольку профсоюзы тогда обладали большим влиянием, в результате этого политики, держащие нос по ветру, назначили сенатскую комиссию для обследования тюрем штата.</p>
    <p>Эта сенатская комиссия <emphasis>обследовала</emphasis> (простите мне этот иронический курсив) Сен-Квентин и нашла, что на свете нет более образцового учреждения. Сами заключенные свидетельствовали об этом. Да ни один из них и не мог жаловаться. Им пришлось уже в прошлом узнать на опыте, что значат такие «обследования». Им было очень хорошо известно, что их бока и ребра весьма скоро заболят, сразу же после того как они дадут показания… если эти показания не понравятся тюремной администрации. О, поверь мне, читатель, так повелось с незапамятных времен. Еще в древнем Вавилоне, много тысяч лет тому назад, когда я томился в местной тюрьме, это уже было старой историей.</p>
    <p>Как я сказал, абсолютно все заключенные свидетельствовали о гуманном правлении начальника тюрьмы Азертона. И в самом деле, так трогательны были показания о доброте начальника, о хорошем качестве и разнообразии пищи, о мягкости надзирателей и общем удобстве, спокойствии и уюте тюремных камер, что оппозиционные газеты Сан-Франциско стали с воплями требовать большей суровости в управлении тюрьмами, чтобы честные, но ленивые граждане не стали совершать преступлений только ради того, чтобы попасть в тюрьму.</p>
    <p>Сенатская комиссия нагрянула даже в одиночные камеры, где троим из нас было нечего приобретать и нечего терять. Джек Оппенхеймер плюнул им в лицо и послал всех членов комиссии и каждого в отдельности к черту. Эд Моррелл рассказал им, что за непотребное место представляла из себя тюрьма, оскорбив начальника тюрьмы прямо в лицо. Вследствие этого комиссия рекомендовала, чтобы Азертон подверг Моррелла тем старинным и вышедшим из употребления наказаниям, которые, должно быть, были изобретены предками Азертона специально для усмирения таких упрямых характеров, как этот.</p>
    <p>Я постарался не оскорблять начальника тюрьмы. Я дал свои показания тонко, начав, как ученый, с мелких фактов, превращая свое изложение в художественное произведение, постепенно, шаг за шагом, пробуждая в моих чиновных посетителях готовность внимательно слушать меня, не перебивая и не споря… Таким образом я смог рассказать все до конца.</p>
    <p>Увы! Ни слова из моих разоблачений не вышло за пределы тюремных стен. Сенатская комиссия выдала великолепный аттестат начальнику тюрьмы Азертону и всему Сен-Квентину. Участвовавшая в крестовом походе газета уверила своих читателей из рабочего класса, что Сен-Квентин белее снега и что смирительная рубашка, хотя и остается все еще признанным законом методом наказания неисправимых, тем не менее, при гуманном и разумном управлении Азертона, в настоящее время не применяется ни при каких обстоятельствах.</p>
    <p>И в то время как бедные дурни рабочие читали это и верили этому, а сенатская комиссия обедала и распивала вино вместе с начальником тюрьмы за счет государства и налогоплательщиков, Эд Моррелл, Джек Оппенхеймер и я лежали в рубахах, стянутые чуть-чуть потуже и мучительнее, чем когда бы то ни было прежде.</p>
    <p>— Это смешно, — простучал мне Эд Моррелл носком сапога.</p>
    <p>— Мне это уже начинает надоедать, — простучал Джек.</p>
    <p>Что же касается меня, то я тоже простучал им что-то горькое и саркастическое, вспоминая тюрьмы древнего Вавилона. Я улыбнулся великой космической улыбкой и погрузился в величие «временной смерти», которая делала меня наследником всех веков и всадником во всеоружии, погоняющим время.</p>
    <p>Да, дорогой брат, в то время как славословия в адрес Азертона появились в прессе, а почтенные сенаторы обедали и пили вино, мы, три мертвеца, вместе погребенные заживо, исходили потом в объятиях брезента.</p>
    <p>И после обеда, согретый вином, начальник тюрьмы Азертон сам явился к нам посмотреть, как идут наши дела. Меня, как всегда, они нашли в спячке. Впервые доктор Джексон был обеспокоен. Я был возвращен к действительности из мрака бессознательного состояния с помощью нашатырного спирта. Я улыбнулся лицам, склонившимся надо мной.</p>
    <p>— Притворство, — фыркнул Азертон, и я понял, что он изрядно пьян, таким красным было его лицо и так туго он ворочал языком.</p>
    <p>Я облизал губы в знак того, что хочу воды, так как желал кое-что ему сказать.</p>
    <p>— Вы осел, — наконец смог произнести я холодно и четко. — Вы — осел, трус, дворняжка, ничтожество, такое низкое, что даже жаль плевка для вас. В этом отношении Джек Оппенхеймер чересчур великодушен к вам. Что же касается меня, без стеснения скажу вам, что единственная причина, почему я не плюю в вас, это та, что я не могу так опуститься и так унизить свою слюну.</p>
    <p>— Ты перешел границы моего терпения, — проревел он, — я убью тебя, Стэндинг!</p>
    <p>— Вы пьяны, — возразил я. — И я вам посоветую — если уж вы сами не можете сообразить — не делайте этого при стольких свидетелях из числа ваших тюремных псов. Они вас выдадут в один прекрасный день, и вы потеряете свое место!</p>
    <p>Но вино совсем свело его с ума.</p>
    <p>— Наденьте на него вторую рубашку, — скомандовал он. — Ты обречен, Стэндинг. Но ты не умрешь в рубахе. Тебя потащат на кладбище из больницы.</p>
    <p>На этот раз поверх первой рубашки была сзади надета вторая и затянута спереди.</p>
    <p>— Господи, Господи, начальник, как же холодно, — зубоскалил я. — Очень холодно. Поэтому я, право, весьма благодарен, что вы одели меня в две рубахи. Мне теперь будет совсем хорошо.</p>
    <p>— Туже! — крикнул он Элу Хэтчинсу, который затягивал шнур. — Упрись ногой ему в брюхо. Сломай ему ребра.</p>
    <p>Могу удостоверить, что Хэтчинс старался, как только мог.</p>
    <p>— Попробуй-ка еще клеветать на меня, — неистовствовал Азертон, с краской гнева и вина, пылающей на его лице. — Видишь, что ты получил за свое вранье? Твой жребий брошен, Стэндинг. Это твой конец. Слышишь? Это твой конец.</p>
    <p>— Окажите мне милость, начальник, — прошептал я еле слышно, ибо терял сознание. Я был почти в обмороке, так меня стянули. — Наденьте на меня три рубахи, — пытался я продолжать, в то время как тюремные стены колебались вокруг меня, а я напрягал всю свою волю, чтобы удержать сознание. — Еще одну рубаху… начальник… Мне… будет… гораздо… гораздо… теплее…</p>
    <p>И мой шепот затих, потому что я погрузился во временную смерть.</p>
    <p>Я никогда уже не был прежним человеком после этой «двойной» рубахи.</p>
    <p>Никогда больше мой организм не мог уже питаться должным образом, независимо от того, какой была пища. Мои внутренности так изуродованы, что мне не хочется даже думать об этом. Тупая боль в ребрах и желудке не покидает меня и сейчас, когда я пишу эти строки. Но бедный механизм, с которым так плохо обращались, все же сослужил свою службу. Он позволил мне дотянуть до настоящего времени и даже до того дня, когда они выведут меня в рубашке без воротника и обхватят мою шею хорошо натянутой веревкой.</p>
    <p>Но «двойная» рубашка была последней соломинкой. Она сломила начальника тюрьмы. Он сдался при виде несомненного доказательства того, что меня невозможно убить. Я даже сказал ему однажды:</p>
    <p>— Единственный способ, которым вы можете отделаться от меня, начальник, это пробраться сюда как-нибудь ночью с топором.</p>
    <p>Джек Оппенхеймер тоже хорошо посмеялся над Азертоном. Он заявил ему:</p>
    <p>— Я думаю, начальник, как же вам должно быть противно просыпаться каждое утро с самим собой на подушке.</p>
    <p>А Эд Моррелл добавил:</p>
    <p>— Ваша мать, наверное, очень любила детей, если вырастила вас, вместо того чтобы прикончить еще маленьким.</p>
    <p>Я чувствовал себя весьма неприятно, когда меня перестали затягивать в рубаху. Мне было грустно и не хватало этого мира грез. Но ненадолго. Я обнаружил, что могу приостановить жизнь усилием воли, стягивая при этом грудь и живот одеялом. Таким путем я вызвал физиологическое и психологическое состояние подобное тому, какое вызывала рубаха. Так, по собственному желанию и без прежних мучений я смог свободно блуждать среди других стран и времен.</p>
    <p>Эд Моррелл верил всем моим рассказам, но Джек Оппенхеймер оставался скептиком до конца. На третий год моего пребывания в одиночке я побывал с визитом у Оппенхеймера. За все время мне удалось это сделать только один раз, причем совершенно непредумышленно и неожиданно.</p>
    <p>Едва впав в бессознательное состояние, я сообразил, что попал в его камеру. Мое тело, я это знал, лежало в рубахе, в моей собственной камере. Хотя я прежде никогда его не видел, я знал, что этот человек был Джеком Оппенхеймером. Стояло лето, и он лежал голый на одеяле. Я был потрясен мертвенной бледностью его лица и его истощенным телом. Оно даже не было похоже на человеческое. Он представлял собой только тень человека, груду человеческих костей, еще как-то держащихся вместе, фактически лишенных всякого мяса и покрытых похожей на пергамент кожей.</p>
    <p>Только очутившись снова в своей камере и вернувшись в сознание, я смог переварить виденное и представить себе, что такими же, как Джек Оппенхеймер, были и Эд Моррелл, и я сам. И я не мог не содрогнуться, подумав, какой обширный дух жил в этих наших слабых и чахлых остовах, в телах трех неисправимых заключенных одиночки. Плоть — это ничего не стоящая, низменная вещь. Трава — это плоть, и плоть становится травой, но дух — остается и переживает все. Терпеть не могу пресловутых поклонников плоти. Знакомство с одиночкой в Сен-Квентине быстро заставило бы их должным образом оценить и почитать дух.</p>
    <p>Но вернусь к моим впечатлениям в камере Оппенхеймера. Его тело было телом давно умершего человека, высохшего от сильной жары. Его кожа цветом напоминала сухую грязь. Его яркие желтовато-серые глаза, казалось, только одни жили на его лице. Они ни на секунду не оставались в покое. Он лежал на спине, и его глаза блуждали по сторонам, следя за полетом нескольких мух, которые кружились в сумраке над ним. Я отметил также шрам над его правым локтем и другой шрам на правой лодыжке.</p>
    <p>Через некоторое время он зевнул, повернулся на бок и стал рассматривать ужасную рану ниже бедра. Он стал чистить и перевязывать ее несколько небрежно, как это делают в одиночке. Я понял, что эта рана получена в смирительной рубашке. На моем теле сейчас, когда я пишу эти строки, есть сотни таких ран.</p>
    <p>Затем Оппенхеймер повернулся на спину, большим и указательным пальцем бережно взялся за один из передних верхних зубов — глазной зуб — и стал задумчиво шатать его взад и вперед. Снова он зевнул, вытянул руки, повернулся и постучал Эду Морреллу.</p>
    <p>— Я думаю, ты уже проснулся, — стучал Оппенхеймер. — Как дела у профессора?</p>
    <p>Я, разумеется, сразу расшифровал разговор.</p>
    <p>Затем, издали и неясно, я смог услышать удары Моррелла, сообщавшего о том, что меня упрятали в рубашку час тому назад и что я, как обычно, уже не отзываюсь на перестукивание.</p>
    <p>— Он славный парень, — простучал Оппенхеймер. — Я всегда относился подозрительно к образованным прохвостом, но ему книги не повредили ни капельки. Он настоящий молодчага. Что бы с ним ни делали, они не вырвут у него ни единого стона, не заставят согнуться за тысячу лет!</p>
    <p>Со всем этим Моррелл согласился, прибавив от себя другие похвалы. И я должен сказать, прежде чем продолжать, что я жил много лет и изведал много жизней, познав в течение этих многих жизней минуты гордости, но никогда не испытывал я такой гордости, как в тот день, когда два моих товарища по одиночному заключению дали мне такую похвальную оценку. Эд Моррелл и Джек Оппенхеймер были сильными людьми, и никогда я не удостаивался большей чести, чем когда они приняли меня в свой круг. Короли посвящали меня в рыцари, императоры жаловали в дворяне, и я сам, будучи королем, переживал мгновения величия. И все же ни одно из них я не мог считать таким великолепным, как миг, в который эти двое заключенных посвятили меня в свой мир, который кое-кем считается сборищем самых грязных отбросов человеческой мусорной ямы.</p>
    <p>Впоследствии, вернувшись из этого пребывания в рубашке, я рассказал им о своем визите в камеру Джека в доказательство того, что мой дух покидает тело. Но Джек был непоколебим.</p>
    <p>— Это догадка, случайно попавшая в точку, — был его ответ, когда я описал ему последовательность его поступков в то время, когда мой дух был в его камере. — Это воображение. Ты сам сидишь в одиночке уже три года, профессор, и не трудно представить себе, что делает парень, пытаясь убить время. Вы сами с Эдом проделывали это тысячи раз — и лежали голые, когда жарко, и на мух смотрели, лечили раны и перестукивались.</p>
    <p>Моррелл поддерживал меня, но это не помогало.</p>
    <p>— Однако, профессор, не волнуйся, — стучал Джек. — Я не сказал ведь, что ты лжешь. Я сказал только, что ты придумал это во сне или просто в воображении, находясь в рубахе и не сознавая, что ты грезишь. Я знаю, что ты сам веришь своим словам и думаешь, что так оно и было на самом деле, но этим ты меня не купишь. Ты воображаешь это, но не сознаешь, что воображаешь. Ты все это знаешь всегда, каждую минуту, хотя вспоминаешь об этом только тогда, когда у тебя в голове мутится.</p>
    <p>— Подожди, Джек, — простучал я. — Я ведь никогда не видел тебя воочию. Не правда ли?</p>
    <p>— Я знаю только, что ты это говоришь, профессор. Ты мог меня видеть и не знать, что это я.</p>
    <p>— Факт тот, — продолжал я, — что без одежды я тебя точно не мог видеть, но тем не менее я могу сказать, что у тебя шрам на локте и шрам на правой лодыжке.</p>
    <p>— О, пустяки, — был его ответ. — Это можно найти в моем тюремном описании вместе с фотографией моей рожи. Эту ерунду знают тысячи начальников полиции и сыщиков.</p>
    <p>— Я никогда не слышал об этом, — уверял я его.</p>
    <p>— Ты <emphasis>не помнишь</emphasis> о том, что тебе когда-либо приходилось слышать об этом, — поправил он меня. — Хотя ты забыл об этом, информация запечатлелась в твоем мозгу до первого запроса, только ты не знал, где она лежит. Тебе нужно это бессознательное состояние, чтобы вспомнить. Случалось ли тебе когда-нибудь забыть имя, столь же знакомое, как имя собственного брата? Со мной это было. Один судья приговорил меня в Окленде к пятидесяти годам тюрьмы. И однажды я позабыл его имя. И что же? Я лежал здесь неделями, стараясь вспомнить его. Да только если я не мог выкопать его из памяти, это же не значило, что его там нет. И в конце концов однажды, когда я даже не думал о нем, это имя всплыло в моем мозгу. «Стейси! — сказал я вслух. — Джозеф Стейси». Вот как его звали. Понимаешь мою мысль? Ты сказал о моих шрамах только то, что знают тысячи людей. Мне неизвестно, как ты добыл эти сведения, я думаю, ты и сам не в курсе. Не моя задача ломать над этим голову. Рассказывая мне то, что знают многие, ты меня не убедишь. Тебе придется попотеть, чтобы я проглотил всю твою болтовню.</p>
    <p>Закон Гамильтона об экономии в оценке доказательств! Так силен был ученый в этом арестанте из среды городских подонков, что он самостоятельно пришел к закону Гамильтона и неуклонно применял его.</p>
    <p>И все-таки Джек Оппенхеймер был честным человеком. Этой ночью, когда я уже засыпал, он позвал меня обычным сигналом.</p>
    <p>— Профессор, ты говорил, что видел, как я дергал шатающийся зуб. Тут ты меня поймал. Хоть убей, не пойму, как ты догадался об этом. Он стал шататься всего три дня назад — и я не шепнул об этом ни одной живой душе.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава XXI</p>
    </title>
    <p>Паскаль где-то говорил: «С точки зрения хода человеческой эволюции, философский разум должен смотреть на человечество как на единую личность, а не как на конгломерат индивидуумов».</p>
    <p>Я сижу здесь, в отделении для убийц в Фолсеме, и в ушах у меня стоит навевающее сон жужжанье мух, в то время как я размышляю над этой мыслью Паскаля. Это верно. Совершенно так же, как человеческий зародыш в краткие десять лунных месяцев повторяет всю историю органической жизни от растения до человека, с поражающей воображение скоростью, в мириадах форм и подобий, умноженных на мириады раз; совершенно так же, как современный мальчик в свои короткие годы детства повторяет историю первобытного человека в его жестокости и дикарстве, от распущенности до причинения боли более слабым существам, до проявления родового инстинкта, стремления сбиваться в стаи; точно так же и я, Даррел Стэндинг, повторил и пережил все то, чем был первобытный человек, пока не стал вами и мною, и всем остальным родом человеческим в цивилизации ХХ столетия.</p>
    <p>Поистине, все мы, живущие в настоящее время на нашей планете, несем в себе нетленную историю жизни с самого ее начала. Эта история записана в наших тканях и костях, в наших функциях и органах, в клетках нашего мозга и в наших душах, во всех разнообразных физических и психических, атавистических стремлениях и потребностях. Когда-то мы были подобны рыбам, вы и я, читатель, и выползали из моря на большую сухую землю, на поверхности которой мы теперь находимся.</p>
    <p>Когда-то мы летали в воздухе, жили на деревьях и боялись темноты. Следы этого остаются, они наложили отпечаток на вас и на меня, отзовутся на нашем потомстве, которое появится, когда мы исчезнем с лица земли.</p>
    <p>То, что Паскаль видел зрением пророка, я пережил. Я видел сам этого единого человека, которого созерцал философский взор Паскаля. О, у меня есть одна история, самая правдивая, самая чудесная, весьма реальная для меня, хотя я сомневаюсь, что у меня появится охота рассказать ее и что ты, читатель, сумеешь понять ее. Я говорю, что я сам видел этого единого человека, о котором говорил Паскаль. Я лежал в рубахе в долгом оцепенении и видел сам тысячи людей, живущих тысячи жизней, которые составляют историю цивилизованного человека, на протяжении веков двигающегося вперед.</p>
    <p>Ах, какие величественные воспоминания сохранились у меня о том времени, когда я порхал в воздухе много лет назад! Во время пребывания в смирительной рубашке я пережил множество жизней, которые все вместе длились тысячелетиями, как вечная одиссея давних стремлений человека. Господи, до того как я стал светловолосым асом, жившим в Асгарде, до того как я стал рыжеволосым ванном из Ванагейма, еще задолго до этого, помню (какие живые воспоминания!) о более ранних годах, когда мы отступали к югу от надвигающегося на нас полярного ледяного холода.</p>
    <p>Я умирал от мороза и голода, в битве и среди волн. Я собирал ягоды на мрачном спинном хребте мира, собирал съедобные корни на болотах и лугах. Я вырезал изображения северных оленей и косматых мамонтов на их же костях, охотничьих трофеях, и на скалистых стенах пещеры, служившей нам кровом, когда зимний шторм ревел снаружи. Я разгрызал кости и извлекал из них мозг там, где когда-то стояли королевские города, погибшие за столетия до моего рождения, или которым суждено было возникнуть целые столетия спустя после моей смерти. И я оставлял свои собственные бренные кости на дне прудов, в ледяных ямах и в асфальтовых озерах.</p>
    <p>Я жил в века, которые ученые теперь называют палеолитом, неолитом и эпохой бронзы. Я вспоминаю, как прирученные нами волки гнали стада наших оленей пастись на северный берег Средиземного моря, где теперь находятся Франция, Италия и Испания. Это было еще до того, как ледник отступил назад, к полюсу. Много равноденствий пережил я — и умирал, читатель… только я помню это, а ты — нет.</p>
    <p>Я был Сыном Плуга, Сыном Рыбы, Сыном Дерева. Все религии, начиная с первых проблесков человеческого религиозного сознания, живут во мне. И когда священник в часовне здесь, в Фолсеме, по воскресеньям славит Бога — в своей собственной современной манере, — я знаю, что в нем все еще живет вера в Плуг, Рыбу, Дерево и, конечно, в ночную богиню Иштар.</p>
    <p>Я был арийским властителем в Древнем Египте, где мои солдаты выцарапывали непристойности на высеченных из камня гробницах фараонов, забытых в давние времена. И я, арийский властитель в Древнем Египте, построил для себя две усыпальницы: величественную пирамиду, о которой могло поведать целое поколение рабов, и другую — скромную, потайную, вытесанную в скале в пустынной долине; сделали ее рабы, которые умерли немедленно после того, как закончили работу. И я раздумываю здесь, в Фолсеме, в мире XX века, витающем в сладких грезах демократии, сохранились ли еще там, в пещере, среди скал этой потаенной пустынной долины, кости, принадлежавшие когда-то мне, когда я был арийским властителем, непреклонным и твердым.</p>
    <p>Если бы только я мог точно выразить словами все, что я видел и знал и что осталось в моем сознании из той величественной смены рас и эпох, которая происходила до того, как началась наша писаная история! Да, даже тогда мы имели свою историю.</p>
    <p>Я помню, как, будучи Сыном Тельца, я провел всю жизнь в созерцании звезд. И позже, и раньше были еще другие жизни, во время которых я пел со жрецами и бардами сказания, запечатленные, как мы верили, в названиях созвездий на века. А здесь, в ожидании нового конца, я внимательно изучаю книги по астрономии из тюремной библиотеки, те, какие дозволяется читать осужденным, и узнаю, что даже небеса представляют из себя преходящее скопление материи, возмущаемое движениями звезд, как и землю колеблют движения и устремления людей.</p>
    <p>Снабженный этими современными познаниями, я смог, вернувшись из моих прежних существований после временной смерти, сравнить небеса теперешние с прежними. И звезды, оказывается, меняются. Я видел полярные звезды, много полярных звезд, целые династии полярных звезд. Теперь полярная звезда находится в созвездии Малой Медведицы. А в те далекие дни я видел полярную звезду в созвездиях Дракона, Геркулеса, Лиры, Лебедя и Цефея. Нет, даже звезды не остаются неизменными, и, однако, память о них живет во мне, в моем духе, который тождественен памяти и вечен. Только дух остается. Все остальное, будучи просто материей, исчезает и должно исчезать.</p>
    <p>О, я вижу сейчас этого единого человека, жившего в древнем мире! Белокурый, свирепый, убийца и влюбленный, пожирающий мясо и выкапывающий растительные корни, бродяга и разбойник, который с палицей в руке странствовал вокруг света в течение тысячелетий в поисках мяса и строил гнезда для своих птенцов.</p>
    <p>Я — этот человек, его итог, его совокупность, безволосое двуногое, которое пробилось из слизи и сотворило любовь и закон среди анархии неуемной жизни, которая билась и трепетала в джунглях. Во мне все то, чем был и стал этот человек.</p>
    <p>Я был этим человеком во всех его рождениях, я остаюсь им и теперь, ожидая смерти, заслуженной мной по закону, который я помогал вырабатывать много тысяч лет назад и во имя которого я умирал — много раз раньше, много раз. И, созерцая эту обширную историю моего прошлого, я вижу несколько благотворных влияний; прежде всего, главнейшее из них — любовь к женщине. Я вижу себя, единого человека, любовником, всегда любовником. Правда, я был также великим воином, но, так или иначе, мне кажется теперь, когда я сижу и беспристрастно взвешиваю все это, что я был, прежде всего и больше всего, великим любовником. И именно потому, что я сильно любил, я был великим воином.</p>
    <p>Иногда я думаю, что история человека — это история его любви к женщине. Все эти воспоминания о моем прошлом, которые я сейчас записываю, сводятся к воспоминаниям о моей любви к женщине. Всегда, в десяти тысячах жизней и изменений, я любил ее, люблю ее и сейчас. Мой сон насыщен ею; мое просыпающееся воображение, от чего бы оно не отталкивалось, всегда приводит меня к ней. Нельзя убежать от нее, от этого вечного, прекрасного, всегда лучезарного лика женщины.</p>
    <p>О, не ошибитесь. Я отнюдь не неоперившийся пылкий юноша. Я старый человек, с расшатанным телом и здоровьем, который скоро должен умереть. Я ученый и философ. Я, как все поколения философов передо мной, знаю женщину такой, какая она есть, знаю ее слабости, посредственность, нескромность и нечестность, ее вросшие в землю ноги и глаза ее, никогда не видавшие звезд. Но — остается вечный неопровержимый факт: <emphasis>«Ее ноги прекрасны, ее глаза прекрасны, ее руки и грудь — рай, ее очарование могущественнее всякого другого, какое когда-либо ослепляло мужчин; как магнит, хочет он того или нет, притягивает иголку, так, хочет женщина того или нет, притягивает она мужчин»</emphasis>.</p>
    <p>Женщина заставила меня смеяться над смертью и расстоянием, презирать усталость и сон. Я убивал людей, многих людей, из любви к женщине, освящал в горячей крови наше брачное пиршество и смывал кровью позор ее благосклонности к другому. Я шел на смерть и бесчестие, покрывая себя черным пятном измены товарищам и звездам ради женщины, вернее, ради меня самого, ибо так сильно хотел я ее. И я лежал в траве, больной от тоски по ней, только для того, чтобы видеть, как она пройдет мимо, и впитывать глазами ее чарующую походку, ее волосы, черные как ночь, или каштановые, или льняные, или блестящие, как золотая пыль на солнце.</p>
    <p>Я умирал от любви. Я умираю из-за любви, как вы увидите. Скоро, совсем скоро, выведут отсюда меня, Даррела Стэндинга, и лишат меня жизни. И эта смерть тоже случится из-за любви. Как случилось, что я поднял руку на профессора Хаскелла в лаборатории Калифорнийского университета? Он был мужчина. И я был мужчина. И была одна прекрасная женщина. Понимаете? Она была женщина, а я — мужчина, и влюбленный вдобавок, и во мне жило все наследие любви со времен мрачных и завывающих джунглей, когда любовь не была еще любовью, а мужчина — мужчиной.</p>
    <p>О, конечно, в этом нет ничего нового. Часто, часто, в моем длинном прошлом, я отдавал жизнь и почет, должность и власть за любовь. Мужчина отличается от женщины. Она цепляется за конкретное и испытывает необходимость только в преходящих вещах. Наша честь несравнима с ее честью, наше представление о гордости выше ее понимания. Наши глаза видят далеко, тогда как ее глаза не видят дальше твердой земли под ее ногами, головы возлюбленного на ее груди, здорового младенца на ее руках. И все-таки такова наша алхимия, складывавшаяся веками, что женщина подчиняет себе наши мечты и нашу кровь, так что она становится для нас дороже, чем все наши грезы и даже само биение жизни в наших венах: она, как справедливо говорят любовники, значит больше, чем весь мир. И это верно, иначе мужчина не был бы мужчиной, воином и завоевателем, прокладывающим свой путь по телам других, более слабых; ибо не будь он любовником, великим любовником, он никогда не стал бы великим воином. Мы сражаемся лучше всего и умираем и живем лучше всего для того, кого любим.</p>
    <p>Я — этот единый человек. Я вижу многих существ, вошедших в состав моего нынешнего «я». И всегда я вижу женщину, многих женщин, которые создавали и губили меня, которые любили меня и которых я любил.</p>
    <p>Я вспоминаю, как очень давно, когда род человеческий был еще очень юн, я сделал западню в виде ямы, воткнув посреди нее острый кол, чтобы поймать Саблезубого.</p>
    <p>С большими клыками, длинношерстый, Саблезубый представлял для нас главную опасность на новом месте, куда мы откочевали; по ночам он бродил вокруг наших костров, а днем прятался на берегу реки, чуть ниже места нашей стоянки.</p>
    <p>И когда рев и вой Саблезубого донеслись до нас, теснившихся у догорающих костров, и я обезумел от радости, что яма и кол сделали свое дело, меня осилила женщина, обвив меня руками и ногами — и не пустила меня туда, во мрак ночи. Она была полуодета, завернута в облезлые и обожженные огнем шкуры животных, которых я убил. Смуглая и грязная, она пропахла дымом костров, не мылась с сезона весенних дождей; ногти ее были обломаны, руки — мозолистые, более похожие на лапы животного, чем на человеческие конечности. Но глаза ее были синими, как летнее небо, как глубокое море, и в них, и обвивших меня руках, и в ее сердце, бьющемся у моего сердца, я увидел то, что удержало меня возле нее… Хотя сквозь мрак, до самого рассвета, пока Саблезубый изливал в реве свой предсмертный гнев, я мог слышать, как мои товарищи смеялись и подшучивали над тем, что я не настолько уверен в своем изобретении, чтобы рискнуть отправиться ночью к яме, которую я придумал для поимки Саблезубого. Но моя женщина, моя дикая супруга, удержала меня, дикаря, каким я был, и ее глаза притягивали меня, и руки сковали меня, а ее сердце, бьющееся у моего, соблазнили меня и отвлекли от далеких грез, моего мужского подвига, самой высокой цели — убийства Саблезубого при помощи хитроумной ловушки.</p>
    <p>Я был однажды Ушу, стрелком из лука. Я помню это ясно. Я отбился от своего племени, заблудился в большом лесу, пока наконец не очутился на заросшей травой равнине, где меня захватило в плен чужое племя, родственное моему тем, что их кожа была такой же белой, волосы — светлыми, а язык не очень отличался от нашего. А ее звали Игарь — и я соблазнил ее своим пением в сумерках, ибо ей предназначено было дать начало новому роду: бедра ее были широкими, грудь пышной, так что она не могла не стать добычей мужчины с сильными мускулами и широкой грудью, который пел о своей доблести и обещал ей пищу и защиту, пока она будет нянчить детей, которым суждено охотиться и жить после нее.</p>
    <p>Этот народ не обладал такими обширными познаниями, как мой народ; они ловили зверей в сети и ямы, а в битвах пускали в ход палицы и пращи. Они не знали волшебства быстро летящих стрел с зарубкой на конце, сделанной для того, чтобы они крепче лежали на натянутой тетиве из сухожилий оленя.</p>
    <p>И в то время как я пел, мужчины чужого племени смеялись в сумерках. И только она, Игарь, верила мне. Я взял ее одну на охоту, туда, где олени ищут воды. И моя стрела зазвенела и запела в чаще, и олень упал, сраженный; его теплое мясо было сладким — и она стала моей там, у воды.</p>
    <p>Из-за Игарь я остался жить в этом племени. И я научил их делать луки из красного и душистого дерева, похожего на кедр. Я научил их зорко смотреть, прицеливаться одним левым глазом, мастерить дротики для мелкой дичи и зубчатые, из костей, — для рыбы, которую мы ловили в прозрачной воде; изготовлять наконечники для стрел из твердого камня — чтобы охотиться на оленей, диких лошадей, лосей и старого Саблезубого. Они смеялись над тем, как я обтесывал камень, пока я не прострелил насквозь лося, и все племя высказало одобрение, когда каменный наконечник выдержал это испытание и прошел насквозь, а оперенный конец застрял во внутренностях животного.</p>
    <p>Я был Ушу, стрелок, и Игарь была моей женщиной и женой. Мы смеялись под солнцем по утрам, когда наши дети, мальчик и девочка, золотоволосые, как пчелы, барахтались и катались в пыли; а по ночам она лежала в моих объятиях и любила меня, а потом убеждала меня бросить охоту как опасное занятие, поскольку я умел выбирать и гнуть дерево и обтесывать наконечники стрел. Я мог оставаться в нашем становище, заставив других мужчин приносить мне мясо, добытое на охоте. И я послушался ее, стал тучным и страдающим одышкой, и в долгие ночи без сна терзался тем, что люди из чужого племени приносят мне мясо за мою мудрость, но смеются над моей толщиной и нежеланием охотиться и воевать.</p>
    <p>А в старости, когда наши сыновья стали взрослыми и наши дочери стали матерями, с юга, как волны с моря, нахлынули на нас орды темноволосых людей, с широкими бровями и со спутанными волосами, и мы отступили перед ними — к прудам среди холмов. Игарь, как все мои жены, задолго до того и много после, обвивавшая меня руками и ногами, не знавшая моих видений, старалась не пустить меня на битву.</p>
    <p>Но я вырвался из ее объятий, тучный, страдающий одышкой, в то время как она плакала, что я больше не люблю ее, и я пошел на ночной бой, свирепый бой, где, под пение натянутых луков и пронзительный гул стрел, оперенных и остроконечных, мы показали кочевникам нашу ловкость и мужество и научили их, как надо проливать кровь.</p>
    <p>И когда я умер здесь, в конце битвы, вокруг меня пели погребальные песни, и в песнях этих, казалось, были те слова, которые я сложил, когда был Ушу, стрелком, а Игарь, моя жена, обвивающая меня руками и ногами, хотела удержать меня от участия в битве.</p>
    <p>Однажды, одно небо знает, когда именно, очень давно, когда человек был еще юн, мы жили среди больших болот, где холмы подступали вплотную к широкой, медленно текущей реке и где наши женщины собирали ягоды и корни; здесь паслись стада оленей, диких лошадей, антилоп и лосей, которых мы, мужчины, убивали стрелами или заманивали в ямы или в расселины холмов.</p>
    <p>В реке мы ловили рыбу, в сети, сплетенные женщинами из коры молодых деревьев.</p>
    <p>Я был мужчиной, пылким и любопытным, как антилопа, которую мы подманивали к засаде пучками колыхающейся травы. В болотах рос дикий рис, поднимаясь прямо из воды. Каждое утро дрозды будили нас своим щебетаньем, покидая свои гнезда, чтобы лететь в болота. И в долгих сумерках воздух был наполнен их шумом, когда они прилетали обратно в гнезда. То было время, когда созревал рис. Там водились также дикие утки, и утки и дрозды объедались созревшим рисом, с которого солнце снимало шелуху.</p>
    <p>Будучи мужчиной, всегда беспокойным, всегда ищущим, всегда интересующимся тем, что лежит позади холмов и позади болот, и в глине, на дне реки, я глядел на диких уток и дроздов и размышлял, пока мои размышления не дали мне идею и я не прозрел. И вот то, что я увидел, вот это рассуждение.</p>
    <p>Мясо — хорошая пища. Но в конце концов, проследив весь его путь, или, скорее, вернувшись к его началу, мы обнаружим, что всякое мясо возникает из травы. Мясо уток и дрозда рождалось из семян болотного риса. Для того чтобы убить утку стрелой, надо долго ее выслеживать и сидеть в засаде; затраченный труд едва окупается добычей. Дрозды же слишком малы, чтобы их убивать стрелами; они годятся лишь для мальчиков, которые на них учатся охотиться. И все-таки в сезон риса утки и дрозды становятся очень толстыми — благодаря рису. Почему мне и моему племени так же не жиреть от риса?</p>
    <p>И я раздумывал об этом в нашем становище, молчаливый и хмурый, в то время как дети ссорились возле меня, не замечаемые мною, а Арунга, моя жена, напрасно бранилась и требовала, чтобы я шел на охоту и принес побольше мяса для нашей многочисленной семьи.</p>
    <p>Арунга была женщиной, которую я украл из племени, жившего среди холмов. Мы с ней целый год после похищения учились общему языку. Ах, как я прыгнул на нее, вниз с нависающих ветвей деревьев, когда она пробегала под ними по тропинке! Придавив ее плечи тяжестью моего тела, я крепко вцепился в нее. Она извивалась, как кошка, там, на тропинке. Она била и кусала меня. Ногти ее были похожи на когти дикой кошки, и она полосовала ими меня. Но я удержал ее и овладел ею, и два дня бил ее, чтобы заставить отправиться со мной из лощины горного племени в равнинную страну, где меж рисовых зарослей текла река и где жирели утки и дрозды.</p>
    <p>Я осуществил свою мечту, когда созрел рис. Я посадил Арунгу на край выжженного пустого бревна, являвшего собой самую примитивную лодку. Я приказал ей грести. На корме я разостлал шкуру оленя, которую она выделала. Двумя толстыми палками я склонял стебли над оленьей шкурой и выколачивал из колосьев зерна, которые иначе были бы съедены дроздами. И, придумав этот способ и испробовав его, я дал обе палки Арунге, а сам сел на нос, чтобы править и грести.</p>
    <p>Раньше мы иногда ели сырой рис, и он нам не нравился. Но теперь мы поджаривали его на огне, так что зерна набухали и становились белыми, и все племя сбежалось попробовать его.</p>
    <p>После этого мы стали известны среди людей как «едоки риса» или «сыны риса». И много, много времени спустя, когда племя речных жителей оттеснило нас из болот на плоскогорье, мы взяли с собой семена риса и посеяли их на новой земле. Мы научились выбирать самые крупные зерна для посева, так что весь рис, который мы потом ели, был крупнозернистым и сильнее разбухал от поджаривания и варки.</p>
    <p>Но скажу об Арунге. Я сказал, что она визжала и царапалась, как кошка, когда я украл ее. Зато я помню случай, когда ее сородичи схватили меня и потащили в горы. То были ее отец, его брат и два ее единокровных брата. Но она была моей, потому и пошла со мною. И ночью, когда я лежал связанный, как дикий боров, ожидающий, когда его зарежут, а они спали, усталые, возле огня, она подползла к ним и размозжила им головы боевой дубиной, которую я сам смастерил. Она плакала надо мной, освободила меня и убежала вместе со мной назад к большой спокойной реке, где дрозды и дикие утки жирели среди рисовых зарослей, ибо это было еще до того, когда пришли Сыновья Реки.</p>
    <p>И все это потому, что она была Арунга, единая женщина, вечная женщина. Она жила во все времена и повсюду. Всегда она была жива. Она бессмертна. Однажды, в далекой стране, ее звали Руфь. Ее звали также Изольдой, Еленой, Покахонтас и Унгой. И только один чужеземец находил ее и будет находить среди племен всей земли.</p>
    <p>Я вспоминаю многих женщин, растворившихся в этой одной женщине. Было время, когда мой брат Хар и я по очереди то спали, то мчались, неустанно загоняя дикого жеребца и днем и ночью. Кружа вокруг него, мы довели его голодом и жаждой до покорности и бессилия, так что под конец он мог лишь стоять и дрожать, пока мы связывали его веревками, сплетенными из оленьей кожи. Только благодаря быстрым ногам, не ведающим усталости, и простой сообразительности (это был мой план) мы с братом победили это быстроногое животное и завладели им.</p>
    <p>И когда все было готово для того, чтобы я взобрался к нему на спину, — потому что это было моей мечтой с самого начала, — Сельпа, моя жена, обвила меня руками и возвысила голос, настойчиво требуя, чтобы поехал не я, а Хар, потому что у Хара нет ни жены, ни детей и никого не опечалит его смерть. Под конец она заплакала так, что я изменил своей мечте, и Хар, голый и цепкий, сел верхом на жеребца, а тот встал на дыбы и понес.</p>
    <p>Солнце заходило — и поднялся великий плач, когда принесли Хара с далеких скал, где его нашли. Его голова была расколота вдребезги, и, точно мед из пчелиного улья, его мозги вылились на землю. Мать посыпала свою голову древесным пеплом и зачернила себе лицо, а отец отрезал половину пальцев на одной руке в знак печали. А все женщины, в особенности молодые и незамужние, называли меня скверными именами; а старые качали головами, бормотали и шептали, что ни их отцы, ни отцы их отцов не совершали подобных безумств. Лошадиное мясо — хорошая пища; мясо молодых жеребят годится даже для старческих зубов, но только безумец может затеять борьбу с дикой лошадью, если она не ранена стрелой или не бьется на кольях посреди ямы-западни.</p>
    <p>И Сельпа грызла меня до самого сна, а утром разбудила своей воркотней, все время протестуя против моего безумия, все время жалуясь на меня, жалея себя и наших детей, пока под конец я не устал и не отказался от своей далекой мечты; я сказал ей, что больше никогда не буду мечтать о том, чтобы взнуздать дикую лошадь, чтобы лететь на ней с быстротой ветра, через пески и цветущие луга.</p>
    <p>В течение долгих лет люди не переставали рассказывать о моем безумии. Именно эти рассказы и стали моей местью, потому что моя мечта не умирала, и юноши, слушая издевательства и насмешки, мечтали о том же, так что в конце концов мой первенец Отар, совсем еще ребенок, бросился к дикому жеребцу, вскочил на него верхом и промчался перед всеми нами с быстротой ветра. После этого, чтобы не отстать от него, все мужчины стали ставить западни и укрощать диких лошадей. Много лошадей было поймано и приведено в покорность, но немало людей погибло; зато я дожил до дня, когда мы стали класть наших младенцев в корзинки из ивового лыка, перекинутые через спины лошадей, которые во время кочевий перевозили все наше добро.</p>
    <p>Я, будучи молодым человеком, мечтал и грезил; Сельпа — женщина, удержала меня от выполнения этого желания, но перед Отаром, семенем нашим, которое будет жить после нас, мелькнула моя мечта, и он осуществил ее, так что наше племя процветало благодаря удачной охоте.</p>
    <p>Во время великого переселения из Европы, длившегося много поколений, когда мы привели в Индию короткорогий скот и принесли умение сеять ячмень, я встретил одну женщину. Но это случилось задолго до того, как мы достигли Индии. Тогда еще было не видно конца этому длившемуся целые столетия передвижению, и никакая наука не поможет мне определить теперь местонахождение древней долины, где это случилось.</p>
    <p>Женщину эту звали Нухила.</p>
    <p>Долина была небольшая, узкая, и ее крутые склоны и дно были изрезаны террасами, где росли рис и просо — первые рис и просо, которые увидели мы, Сыновья Гор. В этой долине жил миролюбивый народ. Он стал изнеженным, возделывая плодородную землю, которую делала еще более изобильной вода. Мы впервые увидели и систему орошения, хотя у нас было мало времени на то, чтобы обратить внимание на устройство рвов и каналов, по которым стекала вся вода с холмов на обрабатываемые ими поля. У нас не было времени разглядывать, потому что мы, Сыновья Гор, были немногочисленны и бежали от Сыновей Безносого, которых было много. Мы прозвали их Безносыми, а они называли самих себя Сыновьями Орла. Но их было много, и мы бежали от них, с нашим короткорогим скотом, козлами, семенами ячменя, с нашими женами и детьми.</p>
    <p>В то время как Безносые убивали наших юношей, прикрывавших отступление, наши передовые убивали людей из долины, которые пытались сопротивляться, но были слабы. Их хижины были построены из глины, а крыши покрыты травой; стена, окружающая деревню, тоже была из глины, очень толстая и прочная. Когда мы перебили людей, построивших стену, и укрыли за ней наши стада, наших жен и детей, мы взобрались на стену и стали осыпать бранью Безносых. Ибо мы нашли глинобитные житницы, полные риса и проса, наш скот мог есть солому с крыш, время дождей близилось, так что мы не должны были испытывать недостатка в воде.</p>
    <p>То была долгая осада. Вначале мы собрали вместе оставшихся в живых женщин, старцев и детей долины и выгнали их за стены, которые они сами выстроили. Но Безносые убили их всех до единого, поэтому для нас стало больше пищи в деревне, а для Безносых — больше пищи в долине.</p>
    <p>То была утомительная, долгая осада. Нас поразил мор, и мы умирали от заразы, исходившей от наших покойников. Мы опустошили глиняные житницы с рисом и просом. Наши козы и короткорогий скот съели всю солому с домов, и мы еще до конца осады съели коз и другую скотину.</p>
    <p>Пришло время, когда там, где прежде стояло пять мужчин на стене, оставался только один, где было пятьсот младенцев и детей постарше, не стало ни одного. Нухила, моя жена, первая обрезала себе волосы и сплела из них крепкую тетиву для лука. Другие женщины сделали то же самое, и когда наши стены были атакованы, они стали с нами плечом к плечу, с нашими пращами и луками, осыпая Безносых дождем камней и стрел.</p>
    <p>Даже терпеливых Безносых мы почти утомили. Пришло время, когда из десяти мужчин у нас остался в живых едва один, а женщин и того меньше; тогда Безносые начали переговоры. Они сказали нам, что мы сильное племя, и что наши женщины рожают настоящих мужчин, и что, если мы отдадим им наших женщин, они уйдут из долины, оставив ее нам в полное владение, и тогда мы можем взять себе жен из южных долин.</p>
    <p>Но Нухила сказала «нет». И другие женщины сказали «нет». И мы насмехались над Безносыми и спрашивали, не устали ли они сражаться. Но сами мы были почти мертвыми, когда смеялись над нашими врагами, и в нас оставалось мало боевого духа, так мы совсем обессилели. Еще одна атака, и нам придет конец. Мы знали это; и наши женщины тоже знали это. И Нухила сказала, что мы должны убить наших женщин раньше, чем за ними придут Безносые, чтобы они им не достались. И все женщины согласились с нею. И в то время как Безносые готовились к атаке, которая должна была стать последней, там, за стеной, мы убивали наших женщин. Нухила любила меня и склонилась, чтобы быстрее встретить удар моего меча. А мы, мужчины, из любви к нашему племени и сородичам, убивали один другого до тех пор, пока остались в живых только Орда и я, красные от пролитой крови. И так как Орда был старше меня, я склонился, чтобы принять удар его меча, но умер я не сразу. Я был последним из Сыновей Гор, потому что видел, как Орда сам бросился на свой меч и вскоре испустил дух. И умирая под ликование приближающихся Безносых, нарастающее в моих ушах, я радовался, что у Безносых не будет ни одного сына из нашего племени, рожденного нашими женщинами.</p>
    <p>Не знаю, какое это было время, когда я был Сыном Гор и умер в узкой долине, где мы перебили Сыновей Риса и Проса. Я знаю только, что это было за целые столетия до того, как широко разлилось переселение Сыновей Гор в Индию, задолго до того, как я был арийским властителем в Древнем Египте и выстроил себе два склепа, уничтожив гробницы предшествовавших мне царей.</p>
    <p>Я охотно рассказал бы больше об этих далеких днях, но сейчас время дорого. Скоро я должен умереть. Все-таки я жалею, что не могу рассказать побольше об этих ранних переселениях, когда гибли народы, спускались ледники и меняли свои вековые пастбища животные.</p>
    <p>Мне хотелось бы также рассказать о Таинствах. Мы ведь всегда пытались разгадать тайны жизни, смерти и увядания. В отличие от других животных, человек всегда заглядывался на звезды. Много богов создал он по своему подобию, согласно образам своего воображения. В те древние времена я почитал солнце и тьму, я почитал колосящееся зерно как творца жизни. Я почитал Сар, богиню зерна. И я почитал богов морских, богов рек.</p>
    <p>Да, и я помню Иштар, до того как ее у нас украли вавилоняне, и Эа, нашего бога подземного мира, давшего Иштар возможность покорить смерть. Митра тоже был добрым древнеарийским божеством, пока его не похитили у нас или пока мы его не низложили. И я помню, как однажды, много лет спустя после переселения, когда мы принесли ячмень в Индию, я отправился в эту страну, чтобы продать там лошадей, с целым караваном, следующим за мной, и со множеством слуг, поклоняющихся Бодхисатве.</p>
    <p>Поистине, Таинства кочевали вместе с людьми, богов крали и заимствовали, так что они были такими же бродягами, как и мы.</p>
    <p>Я, Даррел Стэндинг, улыбаюсь сейчас в отделении для убийц тому, что меня признали виновным и приговорили к смерти двенадцать присяжных, добросовестных и честных. Двенадцать всегда было магическим числом при всех таинствах. Оно отнюдь не берет начало от двенадцати колен Израиля. Еще до них звездочеты расположили на небе двенадцать знаков зодиака. И я вспоминаю, что когда я был асом и ваном, Один, творя суд над людьми, сидел в окружении двенадцати богов.</p>
    <p>И вот, когда я спокойно взвешиваю все это, я заключаю, что величайшим в жизни, во всех жизнях, для меня и для всех мужчин была женщина, есть женщина и будет женщина, будет до тех пор, пока совершается движение звезд на небе, пока не прекратится их вечный танец. Более великой, чем наш труд и старания, игра воображения и измышления, битвы, изучение звезд и таинств, более великой, чем все это, всегда была женщина.</p>
    <p>Все мои труды и стремления приводили к ней; во всех моих далеких грезах я видел ее в конце пути.</p>
    <p>Ради нее и рожденных ею детей я умирал на вершинах деревьев и выдерживал долгую осаду в пещерах и на глинобитных стенах. Ради нее я поместил в небо двенадцать знаков. Ее боготворил я, когда склонялся перед десятью нефритовыми камнями и почитал их, как месяцы беременности.</p>
    <p>Всегда женщина близко припадала к земле, как болотная куропатка, прикрывающая своего птенца; всегда безудержность моих блужданий уводила меня с ясного пути; и всегда мой звездный путь возвращал меня к ней, к вечному образу, женщине, единой женщине, объятия которой были мне так нужны, что в них я забывал о звездах.</p>
    <p>Ради нее совершал я целые одиссеи, взбирался на горы, пересекал пустыни; ради нее предводительствовал я на охоте и был в первых рядах в бою; и ради нее и ей я пел песни о том, что совершил. Я испытал радость жизни и всю музыку восторга только благодаря ей. И здесь, на пороге смерти, я могу сказать, что нет более сладкого и трепетного безумия, чем те мгновения, когда я погружался в благоухающее блаженство ее волос.</p>
    <p>Еще одно слово. Я часто вспоминаю Дороти в ту пору, когда я еще преподавал агрономию сыновьям фермеров. Ей было одиннадцать лет. Отец ее был деканом коллежа. Она была еще совсем юной и решила, что любит меня. Но я улыбался, потому что мое сердце оставалось безучастным и было отдано другой.</p>
    <p>И все же я улыбался ей нежно, потому что в глазах ребенка я видел вечную женственность, женщину всех времен и пространств. Ее глаза были глазами моих подруг из джунглей и высокого леса, из пещер и стоянок кочевников. В ее глазах я видел глаза Игарь, когда я был стрелком Ушу, глаза Арунги, когда я возделывал рис, глаза Сельпы, когда я мечтал о приручении жеребца, глаза Нухилы, склонившейся, чтобы принять удар моего меча.</p>
    <p>Она была женщиной-ребенком, но вместе с тем являлась дочерью всех женщин, как ее мать до нее, и она была матерью всех женщин, которые будут после нее. Да, она была Евой, Лилит и Иштар. Ей было одиннадцать лет, и она была всеми женщинами, которые жили раньше и будут жить потом.</p>
    <p>Теперь я сижу в своей камере, мухи жужжат в сонном летнем воздухе, и я знаю, что мое время скоро кончится. Скоро они наденут на меня рубашку без ворота… Но умолкни, сердце. Дух бессмертен. После мрака смерти я снова буду жить, — и в этой жизни будут женщины. Будущее таит от меня еще не родившихся женщин в существованиях, которые я еще буду проживать. И хотя звезды движутся, а небеса лгут, вечно остается женщина, сияющая, вечная, единая женщина, как я, во всех своих обликах и судьбах, остаюсь тем же мужчиной, ее супругом.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава XXII</p>
    </title>
    <p>У меня остается совсем мало времени. Все мои рукописи в целости и сохранности вынесены тайком из тюрьмы. Есть один человек, на которого я могу положиться и который позаботится, чтобы они были изданы. Я уже не в отделении для убийц. Я пишу эти строки в камере смертников, и надзиратель за смертниками сидит возле меня. Ночью и днем он при мне, и его оригинальная обязанность состоит в том, чтобы не дать мне умереть. Я должен быть живым, когда придет срок меня вешать, иначе публика будет обманута, закон посрамлен, и это ляжет пятном на избранного гражданами начальника тюрьмы, чья обязанность — наблюдать за тем, чтобы приговоренные к смерти были должным образом и по правилам повешены. Часто я удивляюсь тем странным способам, которые избирают люди, чтобы устроить свое существование.</p>
    <p>Это моя последняя запись. Завтра утром пробьет мой час. Губернатор отказал в помиловании или отсрочке, несмотря на тот факт, что Лига борьбы против смертной казни подняла настоящий бунт по всей Калифорнии. Собрались репортеры, точно стая ворон. Я видел их всех. Они забавные парни, по большей части, и забавнее всего то, что они хотят заработать на хлеб с маслом, рюмку водки и табак, на квартирную плату, а если они женаты, то и на сапоги и учебники для своих детей, присутствуя при казни профессора Даррела Стэндинга и описав затем, как профессор Даррел Стэндинг умер в петле. Ну ладно, они будут чувствовать себя хуже, чем я, по окончании процедуры.</p>
    <p>Пока я сижу здесь и размышляю обо всем этом, я слышу шаги моего часового, гуляющего взад и вперед у моей камеры; его подозрительные глаза постоянно устремлены на меня, а я так устал от вечных повторений. Я прожил столько жизней… Мне надоели бесконечные усилия, страдания и катастрофы, случающиеся с теми, кто поднимается высоко, ступает по сияющим дорогам и блуждает средь звезд.</p>
    <p>Я почти надеюсь, что когда я вновь обрету форму, это будет судьба спокойного фермера. Это моя мечта! Мне бы хотелось провести там целую жизнь. О, ферма моих мечтаний! Мои луга с люцерной, мой джерсейский скот, горные пастбища, возделанные поля, и выше их — покрытые кустарником откосы, где пасутся ангорские козы, подготавливая почву к будущей пахоте!</p>
    <p>Высоко, среди холмов есть естественная котловина, опоясанная с трех сторон горами. Я бы охотно сделал плотину с четвертой стороны, которая очень узка. С ничтожной затратой труда я мог бы собрать здесь двадцать миллионов галлонов воды. В Калифорнии единственной серьезной проблемой для фермера является долгое сухое лето. Оно препятствует росту покровных культур, и чернозем обнаженной почвы выгорает на солнце. А с этой плотиной я мог бы собирать урожай до трех раз в год, соблюдая нужный севооборот…</p>
    <p>Я только что перенес визит начальника тюрьмы. Я намеренно говорю «перенес». Он совершенно не похож на Азертона из Сен-Квентина. Он очень нервничал, и поневоле я должен был успокаивать его. Это его первое «повешение», так он мне сказал. А я, неловко пошутив и отнюдь не успокоив его этим, сказал, что для меня это также первое «повешение». Он был не в состоянии смеяться. У него есть дочь, которая учится в высшей школе, а его сын только что поступил в Стэнфордский университет. У него нет иных доходов, кроме жалованья, его жена — инвалид, и он встревожен тем, что доктора страховой компании отказали ему в полисе. Право, этот человек рассказал мне почти обо всех своих неприятностях. Если бы я не прервал вежливо эту беседу, он бы еще до сих пор досказывал мне остальное.</p>
    <p>Два последних года, проведенных мною в Сен-Квентине, были очень мрачными и угнетающими. По прихоти судьбы Эда Моррелла выпустили из одиночки и назначили главным старостой всей тюрьмы, на место Эла Хэтчинса, которое взятками приносило не меньше тысячи долларов в год. К несчастью, Джеку Оппенхеймеру, который жил в одиночке так долго, опротивел весь мир, решительно все. Восемь месяцев он отказывался разговаривать даже со мной.</p>
    <p>И в тюрьме распространяются новости. Дайте только время, и они проникнут даже в карцеры и одиночки. И до меня дошла в конце концов новость, что Сесил Уинвуд, этот поэт, мошенник, трус, подлец, доносчик, провокатор, вернулся сюда, осужденный за новый подлог. Припомните, что именно Сесил Уинвуд выдумал сказку о несуществующем динамите и из-за него я провел пять лет в одиночном заключении.</p>
    <p>Я решил убить Сесила Уинвуда. Вы понимаете, Моррелл ушел, а Оппенхеймер, вплоть до последней вспышки ярости, которая привела его на виселицу, хранил молчание. Одиночество стало для меня невыносимым. Я должен был сделать хоть что-нибудь. Тогда я вспомнил то время, когда был Адамом Стрэнгом и терпеливо лелеял планы мести в течение сорока лет. То, что сделал он, мог сделать и я, если только когда-нибудь я смогу сомкнуть руки на горле Сесила Уинвуда.</p>
    <p>Я не расскажу, каким образом я раздобыл четыре иголки, тонкие иглы для батиста. Я был таким тощим, что мне надо было перепилить только четыре прута, каждый в двух местах, чтобы сделать отверстие, через которое я мог бы протиснуться. И мне это удалось. Я тратил по одной иголке на каждый прут. Нужно было сделать два надреза на каждом пруте, и на каждый надрез ушел месяц. Таким образом, я потратил восемь месяцев на подготовку побега. К несчастью, я сломал последнюю иголку на последнем пруте и был вынужден ждать целых три месяца, пока мне не удалось достать другую. Но я достал ее и вышел из камеры.</p>
    <p>Я очень жалею, что не поймал Сесила Уинвуда. Я хорошо рассчитал все, кроме одной вещи. Несомненно, проще было найти Уинвуда в столовой, в час обеда. Итак, я ждал, когда сонный надзиратель Джонс Горошина заступит на смену в полдень. В это время я был единственным арестантом одиночного отделения, так что Джонс Горошина быстро захрапел. Я убрал железные пруты, вылез из камеры и прокрался мимо надзирателя, открыл дверь и был свободен… внутри тюрьмы.</p>
    <p>И здесь случилось то, чего я не мог предвидеть. Я пробыл пять лет в одиночке. Я был ужасно слаб. Я весил 87 фунтов и был наполовину слеп. Со мной случился приступ агорафобии — боязни пространства. Я не мог сделать ни шагу. Пять лет, проведенных в тесной камере, сделали меня неспособным ходить по слишком крутой лестнице и обширному тюремному двору.</p>
    <p>Спуск по этой лестнице я считаю самым героическим подвигом, который я когда-либо совершал. Двор был пустынен. Ослепительное солнце освещало его. Трижды я пробовал перейти его. Но у меня закружилась голова, и я отступил к стене, ища защиты. Снова, собрав все мое мужество, я сделал попытку. Но мои бедные глаза, глаза летучей мыши, испугались моей собственной тени на плитах двора. Я попытался миновать свою тень, споткнулся, упал на нее и, как тонущий человек, пытающийся достичь берега, пополз на четвереньках обратно к стене.</p>
    <p>Я прислонился к ней и заплакал. Я заплакал впервые за много лет. Я вспоминаю, что почувствовал даже в ту минуту отчаяния горькие слезы на щеках и соленый вкус на губах. Затем я ощутил озноб и некоторое время дрожал, как в лихорадке. Решив, что перейти двор для меня — невозможный подвиг, все еще дрожа от озноба и держась ближе к стене, опираясь на нее руками, я собрался ползком обогнуть по периметру двор.</p>
    <p>И тут меня обнаружил надзиратель Серстон. Мои невидящие глаза исказили его образ — огромное, раскормленное чудовище бросилось ко мне с невероятной быстротой издалека. Возможно, что в тот момент он был всего-то в двадцати шагах. Он весил 170 фунтов. Легко можно себе представить схватку между нами, но утверждали, что во время этой короткой драки я ударил его в нос кулаком, с намерением вызвать кровотечение из носа.</p>
    <p>Во всяком случае, так как я был пожизненным заключенным, а для них в Калифорнии наказанием за драку является смерть, я был признан виновным присяжными, которые не могли не поверить клятвенным утверждениям надзирателя Серстона и остальных бездельников-свидетелей. Таким образом, я был осужден теми, кто просто не мог поступить вопреки закону, недвусмысленно изложенному в уголовном кодексе.</p>
    <p>Серстон от души избил меня, и всю дорогу обратно по этой громадной лестнице орда надзирателей колотила, толкала меня и давала мне подзатыльники, усердно стараясь помочь ему. Господи, если у него из носа и правда пошла кровь, то возможно, что кто-нибудь из его же шайки был виновен в этом, такая наступила там сумятица. Меня не волновало бы, если б я и в самом деле был виновен в этом, да вот только за такую безделицу людей вешают…</p>
    <empty-line/>
    <p>Я сейчас как раз имел беседу с дежурным надзирателем. Чуть меньше года назад эту же самую камеру смертников занимал Джек Оппенхеймер, ожидая виселицы, на которую я вступлю завтра. Этот человек был одним из надзирателей Джека. Он старый солдат, постоянно и неаккуратно жующий табак, так что его седая борода и усы окрашены в желтый цвет. Он — вдовец; у него четырнадцать детей, все женатые; у него тридцать один внук и четыре правнучки. Чтобы извлечь все эти сведения, надо было потратить столько же усилий, сколько на то, чтобы вытащить зуб. Он старый забавный мужик, стоящий на низшей ступени умственного развития. Я думаю, что поэтому он живет так долго и произвел такое многочисленное потомство. Его мозг, должно быть, застыл в своем развитии тридцать лет тому назад. Его мысли не шли дальше сбора винограда. Он редко отвечал мне иначе, чем «да» и «нет». Но это не потому, что он угрюм, а просто у него нет мыслей, чтобы их выражать. Не знаю, когда я буду жить снова, но знаю, что перевоплощение в существо, подобное ему, будет означать растительную жизнь, которая позволит неплохо отдохнуть, прежде чем отправиться снова скитаться меж звезд.</p>
    <empty-line/>
    <p>Но вернусь к прерванному рассказу… Я должен написать еще несколько строк и рассказать, что после того, как Серстон и остальные тюремные псы избили меня до полусмерти на лестнице и снова швырнули в одиночку, я испытал бесконечное облегчение от того, что снова нахожусь в своей тесной камере. В ней было так безопасно, так надежно… Я себя чувствовал, как заблудившийся ребенок, вернувшийся домой. Я полюбил эти самые стены, которые ненавидел пять лет. Они защищали меня от пространства, как от чудовища, нависшего надо мной, совсем рядом и со всех сторон. Боязнь пространства — ужасное несчастье. Я недолго испытывал ее муки, но из этого немногого я могу заключить, что повешение — пустяки в сравнении с нею…</p>
    <empty-line/>
    <p>Только что я смеялся от души. Тюремный доктор, славный парень, разговаривая со мной, неожиданно предложил мне свои услуги. Конечно, я отклонил его предложение так «накачать» меня морфием на ночь, чтобы завтра я не знал, идя к виселице, «на каком я свете»…</p>
    <p>Как это смешно! То же было и с Джеком Оппенхеймером. Я вспоминаю его тонкий юмор в тот день, когда он поразил репортеров своей обдуманной шуткой, которую они сочли невольной. В его последнее утро, после завтрака, когда его уже нарядили в рубашку без ворота, репортеры, собравшиеся в камере, чтобы услышать его последнее слово, захотели узнать, что он думает о смертной казни.</p>
    <p>Кто сможет отрицать, что мы покрыты лишь легким слоем цивилизации поверх грубого варварства, если несколько людей, которым еще предстоит жить, задают подобный вопрос человеку, близкому к смерти — и на смерть которого они пришли посмотреть? Но Джеку не откажешь в остроумии.</p>
    <p>— Господа, — сказал он, — я надеюсь дожить до того дня, когда смертная казнь будет отменена.</p>
    <p>Я прожил много жизней, во многих веках. Человек, индивидуум, в моральном отношении не прогрессировал за минувшие десять тысяч лет. Я утверждаю это уверенно. Разница между неукрощенным жеребцом и упряжной лошадью — это только различие в степени дрессировки. Дрессировка — вот моральная разница между современным человеком и человеком, жившим десять тысяч лет назад. Под тонким слоем морали, который лежит на нем, он тот же дикарь, каким был десять тысяч лет назад. Мораль — это социальный фонд, приобретение ряда поколений. Новорожденный ребенок будет дикарем, если не подвергнется воспитанию и шлифовке при помощи абстрактной морали, которая накапливалась так долго.</p>
    <p>«Не убий»… Вздор! Они убьют меня завтра утром.</p>
    <p>«Не убий»… Вздор! На верфях всех цивилизованных стран закладываются сегодня дредноуты и сверхдредноуты. Дорогие друзья, я, идущий на смерть, приветствую вас словом «Вздор!».</p>
    <p>Я спрашиваю вас — чем современная мораль лучше той, какую проповедовали Христос, Будда, Сократ и Платон, Конфуций и тот, кто был автором «Махабхараты»? Боже милосердный, пятьдесят тысяч лет назад в наших объединенных одним тотемом семьях женщины были чище, а отношения между родами справедливее.</p>
    <p>Я должен сказать, что практиковавшаяся нами в те давние дни мораль была лучше современной. Не отбрасывайте эту мысль поспешно. Подумайте о существующем у нас детском труде, о взяточничестве нашей полиции, о нашей политической коррупции, о фальсификации пищевых продуктов, о дочерях бедняков, торгующих своим телом. Когда я был Сыном Горы и Тельца, проституции не существовало. Мы были чисты, говорю вам это. Нам даже и не снилась такая глубокая развращенность. Да, теперь так чисты только животные. Потребовался человек, с его воображением и искусством, чтобы выдумать смертные грехи. Другие животные неспособны к греху.</p>
    <p>Я торопливо оглядываюсь назад, на множество своих жизней в других временах и местах. Я никогда не знал жестокости более ужасной, чем жестокость современной тюремной системы. Я вам поведал, что я претерпел в смирительной рубашке и в одиночке в первом десятилетии текущего ХХ столетия после Рождества Христова. В старые времена мы наказывали без послаблений и убивали быстро. Мы поступали так, потому что мы так хотели, по прихоти, если хотите. Но мы не были лицемерами. Мы не взывали к прессе, к церковной кафедре и к университетам, чтобы они санкционировали нашу предумышленную дикость. Мы шли прямым путем и делали, что хотели — напрямик, и прямо встречали лицом к лицу все упреки и порицания. Мы не прятались за полы классиков-экономистов и буржуазных философов, за полы субсидируемых проповедников, профессоров и издателей.</p>
    <p>Почему, скажите на милость, сто лет назад, пять-десять лет назад, пять лет назад — в этих Соединенных Штатах нанесение легких увечий в драке не было тяжким уголовным преступлением? А в этом году, в 1913 году от Рождества Христова, в штате Калифорния, за такое преступление был повешен Джек Оппенхеймер, а завтра, за уголовное преступление — удар кулаком по носу — они поведут меня на виселицу. Не правда ли, обезьяна и тигр умерли в душе человека, если подобные законы входят в уголовный кодекс Калифорнии в 1913 году после Рождества Христова? Господи, Господи, Христа они только распяли… Они сделали худшее со мной и с Джеком Оппенхеймером…</p>
    <empty-line/>
    <p>Однажды Эд Моррелл простучал мне: «Худшее, что возможно сделать с человеком, это повесить его». Нет, презираю смертную казнь. Это не только грязная игра, унижающая палачей, которые совершают ее за плату, но это унизительно для гражданского общества, которое терпит ее, голосует за нее и платит налоги на содержание палачей. Смертная казнь так глупа, так тупа, так ужасно ненаучна. «…Повесить за шею, пока не будет мертв» — как нелепа эта фразеология общества…</p>
    <empty-line/>
    <p>Настало утро… мое последнее утро. Я спал как дитя всю ночь. Я спал так, что даже мой надзиратель испугался. Он подумал, что я задушил себя одеялом. Огорчение бедного человека было достойно жалости. Его хлеб насущный зависел от этого. Случись такое на самом деле, это легло бы на него черным пятном, может быть, даже привело бы к отставке, а перспективы теперь очень печальны. Говорят, что по Европе уже два года катится волна банкротств, которая дошла теперь и до Соединенных Штатов. Это означает промышленный кризис, и армии безработных будут очень велики этой зимой.</p>
    <empty-line/>
    <p>Я только что позавтракал. Это кажется пустяком, но я съел завтрак с аппетитом. Пришел начальник тюрьмы с квартой виски. Я преподнес ее в дар отделению для убийц. Бедняга начальник, он боится, что если я не выпью, то устрою суматоху — при исполнении казни — и брошу тень на его управление…</p>
    <empty-line/>
    <p>Они надели на меня рубашку без ворота…</p>
    <p>Кажется, будто сегодня я очень важная персона. Такое множество людей заинтересовалось вдруг мною…</p>
    <empty-line/>
    <p>…Только что ушел доктор. Он щупал мой пульс. Я спросил его — пульс нормальный.</p>
    <empty-line/>
    <p>Я пишу эти случайные мысли и впечатления, которые листок за листком тайным путем покидают стены тюрьмы…</p>
    <empty-line/>
    <p>Я самый спокойный человек в тюрьме. Я похож на ребенка, отправляющегося в путешествие. Я жду его с нетерпением, так как меня разбирает любопытство — что за новые места я увижу? Этот страх перед смертью смешон тому, кто так часто погружался во мрак и воскресал вновь.</p>
    <empty-line/>
    <p>…Начальник тюрьмы с бутылкой шампанского. Я тоже подарил ее отделению для убийц. Не забавно ли, что на меня обращают так много внимания в последний день? Должно быть, эти люди, которые убьют меня, — сами боятся смерти.</p>
    <p>Как сказал Джек Оппенхеймер, «я, близкий к Господу, вселяю в них ужас».</p>
    <empty-line/>
    <p>Эд Моррелл только что прислал мне записку. Мне сказали, что он всю ночь ходил взад и вперед вдоль тюремной стены. Правила запрещают ему, бывшему осужденному, прийти и проститься со мной. Дикари! Не знаю. Может быть, просто дети. Держу пари, что в ночь после того, как они повесят меня, большая часть из них будет бояться оставаться в темноте, в одиночестве.</p>
    <p>Но вот весточка Эда Моррелла: «Пожимаю твою руку, старый друг. Я знаю, ты не дрогнешь»…</p>
    <empty-line/>
    <p>Только что ушли репортеры. Я их скоро опять увижу у эшафота и буду видеть все время, пока палач не спрячет мое лицо под черным капюшоном. Они будут выглядеть до смешного расстроенными. Забавные парни. Некоторые, похоже, выпили для храбрости. Двоих или троих, по всей видимости, мутит от того, что им предстоит увидеть. Кажется, легче быть повешенным, чем быть свидетелем этому…</p>
    <empty-line/>
    <p>Мои последние строки… Я, кажется, задерживаю церемонию. Моя камера переполнена чиновниками и должностными лицами. Все очень нервны. Они хотели бы, чтобы это уже кончилось. Без сомнения, некоторые из них приглашены на обед. Я, право, оскорбляю их тем, что пишу эти несколько слов. Священник снова предложил мне присутствовать при моем конце. Почему я должен отказать бедняге в этом утешении? Я согласился — и он сразу повеселел. Какие пустяки радуют некоторых людей!.. Я бы остановился и смеялся минут пять от души, если бы они так не торопились.</p>
    <p>И вот я кончаю. Я могу только повторить то, что я сказал. Смерти нет. Жизнь — это дух, а дух не может умереть. Только материя умирает и исчезает, распадаясь на неустойчивые химические соединения, которые не дают ей застыть; всегда пластичная — она кристаллизуется лишь для того, чтобы вскоре распасться на новые и различные формы, которые живут недолго и снова обращаются в прах. Только дух выживает и продолжает развиваться в процессе последовательных и бесконечных перевоплощений, стремясь к свету. Кем буду я, когда буду жить снова? Я жажду, я жажду знать это…</p>
   </section>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>КОГДА БОГИ СМЕЮТСЯ</p>
   </title>
   <image l:href="#i_002.jpg"/>
   <section>
    <title>
     <p>Когда боги смеются</p>
    </title>
    <epigraph>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Да, сонм богов нас победил!</v>
       <v>Им служит время! Им под ноги</v>
       <v>Мы стелемся. Как дым кадил,</v>
       <v>Для них моленья и тревоги —</v>
       <v>На то они и боги.</v>
      </stanza>
     </poem>
    </epigraph>
    <p>Наконец Каркинес расслабился. Он скользнул взором по дребезжащим окнам, глянул вверх на бревенчатую крышу и на мгновение прислушался к дикому завыванию юго-восточного ветра, словно схватившего наше бунгало в свою пасть. Затем он приподнял стакан и, глядя сквозь золотистое вино на огонь камина, весело засмеялся.</p>
    <p>— Оно великолепно, оно слаще сладкого! Это вино, созданное для женщин, для уст святителей в серых ризах!</p>
    <p>— Мы возделываем виноград для него на наших холмах, — отвечал я с вполне простительной для калифорнийца гордостью. — Вы вчера проезжали как раз мимо тех виноградников, где он произрастает.</p>
    <p>Не так-то легко было заставить Каркинеса расслабиться. Ведь он не станет самим собой, пока не почувствует, как ласковая теплота виноградной струи поет в его жилах. Правда, он был художником, художником всегда и во всем. Но как-то так выходило, что в трезвости вдохновение покидало его, и он мог стать смертельно скучным, как английское воскресенье, — правда, не совсем таким, как другие скучные люди, но все же скучным по сравнению с тем бойким малым, каким бывал Каркинес, став самим собой.</p>
    <p>Однако из всего этого не следует заключать, будто Каркинес — мой дорогой друг и товарищ — был дураком. Вовсе нет! Он очень редко заблуждался. Как сказано, он был художником. Он знал свою меру; а мерой ему служило душевное равновесие, — то равновесие, которое свойственно нам с вами, когда мы трезвы.</p>
    <p>В природе его было нечто эллинское. И все же он был весьма далек от эллина. «Я — ацтек, я — инка, я — испанец», — говаривал он мне. В самом деле, его смуглая кожа и асимметричные, резкие черты лица напоминали об этих таинственных и древних племенах. Глаза его под массивными арками бровей были широко расставлены и варварски черны, а на них постоянно свисала большая прядь черных волос, сквозь которую он глядел на мир, точно плутоватый сатир сквозь чащу кустов. Он постоянно носил мягкую фланелевую рубашку, бархатную куртку и красный галстук. Последний заменял красное знамя (Каркинес в Париже водился с социалистами) и символизировал кровь и братство людей. И никто не видел на его голове ничего, кроме сомбреро с кожаной лентой. Поговаривали даже, будто он так и родился в этом странном головном уборе. Я-то знаю, какое забавное зрелище представляло это мексиканское сомбреро в кебе на Пиккадилли или в толпе на остановке городской железной дороги Нью-Йорка.</p>
    <p>Как сказано, Каркинес оживлялся от вина, как глина от дыхания жизни, — по его собственному выражению. Я должен сказать, что с Богом он состоял в кощунственно-задушевных отношениях, и тем не менее кощунства в нем не было. Он всегда был честен, но — весь полный парадоксов — зачастую груб, как дикарь, порой — нежен, как девушка, или вкрадчив, как испанец. Итак, разве он не был ацтеком, инкой, испанцем?</p>
    <p>Теперь я должен извиниться за то, что уделил ему так много места (он мой друг, и я его люблю).</p>
    <p>Он подвинулся поближе к огню и улыбнулся, глядя на него сквозь стакан с вином; а дом сотрясался от порывов ветра. Каркинес бросил на меня взгляд, и по блеску его глаз я убедился, что он в своей тарелке.</p>
    <p>— Итак, вы думаете, что обыграли богов? — спросил он.</p>
    <p>— Почему же богов?</p>
    <p>— Разве не они заставили людей познать пресыщение?</p>
    <p>— А откуда же во мне желание избежать пресыщения? — с торжеством в голосе поинтересовался я.</p>
    <p>— Опять-таки от богов, — рассмеялся он. — Мы играем в их игру. Они сдают, они же тасуют… и загребают ставки. Не думайте, что, убежав из сумасшедших городов, вы ускользнули от богов, — вы, с вашими холмами, одетыми в виноградники, с вашими восходами и закатами, с вашим домашним столом и простым обиходом. Я наблюдал за вами с самого своего приезда. Вы не выиграли игру, вы сдались. Вы вошли в соглашение с неприятелем. Вы сознались в своем утомлении. Вы выбросили белый флаг усталости. Вы вывесили извещение о банкротстве ваших жизненных сил. Вы убежали от жизни. Вы сплутовали — и весьма некрасиво. Вы забастовали, не кончив игры. Вы отказались играть. Вы бросили карты на стол и улизнули сюда, чтобы укрыться среди своих холмов.</p>
    <p>Он убрал со лба густые волосы, скрывавшие его сверкающие глаза, и на мгновение прервал речь, чтобы свернуть длинную коричневую мексиканскую папиросу.</p>
    <p>— Но боги это знают. Это — старый приемчик. Каждое поколение людей прибегало к нему… и все проигрывали. Боги знают, как расправляться с такими, как вы. Стремиться к чему-нибудь — значит обладать, а обладать — значит пресытиться. И вот вы, по мудрости своей, отказались от всякого стремления. Вы предпочли успокоиться. Ладно! Вы пресытитесь этим самым покоем. Вы говорите, что избежали пресыщения. Нет, вы только променяли его на старческую слабость. А старческая слабость есть лишь другое название того же пресыщения. Она — маска пресыщения. Так-с!</p>
    <p>— Но поглядите на меня! — вскричал я.</p>
    <p>Каркинес был настоящим демоном, умеющим вытянуть из кого-нибудь душу и разорвать ее в клочья. Он смерил меня с ног до головы убийственным взглядом.</p>
    <p>— Нет никаких внешних признаков старости, — бодрился я.</p>
    <p>— Упадок настигнет вас внезапно, — возразил он. — Вы уже перезрели и скоро начнете гнить.</p>
    <p>Я рассмеялся и простил этого задиру. Но он от прощения отказался.</p>
    <p>— Разве я не знаю? — сказал он. — Боги всегда выигрывают. Я следил за некоторыми людьми, которые год за годом как будто выигрывали, а под конец все-таки продувались в пух и прах.</p>
    <p>— Не ошибались ли вы иногда? — спросил я.</p>
    <p>Прежде чем ответить, он задумчиво выпустил несколько колец дыма.</p>
    <p>— Да, однажды меня чуть-чуть не одурачили. Хотите, я вам расскажу? Был тут такой Марвин Фиск. Вы его, верно, помните? С лицом Данте и душой поэта! Все распевал гимны плоти. Истинный жрец любви. И была такая Этель Бейрд, которую вы, по всей вероятности, тоже помните.</p>
    <p>— Святая женщина, — сказал я.</p>
    <p>— Вот именно! Святая, как любовь, — нет, даже нежней любви! Поистине, женщина, созданная для любви, и все же — как бы это сказать — насквозь пропитанная святостью, как ваш здешний воздух пропитан ароматом цветов. Так вот, они поженились. Сыграли партию с богами…</p>
    <p>— И выиграли, блестяще выиграли! — прервал я его.</p>
    <p>Каркинес поглядел на меня с жалостью, и голос его прозвучал как погребальный звон.</p>
    <p>— Они проиграли. Они проиграли все.</p>
    <p>— Но люди думают иначе, — промолвил я холодно.</p>
    <p>— Люди строят догадки. Люди видят только лицевую сторону вещей. А я — я знаю. Приходило вам когда-нибудь в голову спросить себя, почему она постриглась в монахини, почему похоронила себя в этой скорбной обители живых мертвецов?</p>
    <p>— Потому что она сильно его любила, а когда он умер…</p>
    <p>Я осекся, увидев усмешку Каркинеса.</p>
    <p>— Ответ стандартный, — проговорил он, — как на фабрике отштампованный. Мнение общества! Что знает об этом общество? Она, как и вы, бежала от жизни. Она была разбита. Она выбросила белый флаг усталости. И ни один осажденный город никогда еще не выбрасывал этот флаг с такой горечью и со столькими слезами.</p>
    <p>Теперь я расскажу вам все, а вы должны мне поверить, ибо я все это знаю. Марвин Фиск и Этель размышляли о проблеме пресыщения. Они любили любовь. Они знали цену любви с точностью до одного фартинга. Они любили ее так крепко, что хотели сохранить ее навеки в своих сердцах — навеки живой и горячей. Они приветствовали ее появление и боялись ее ухода.</p>
    <p>Они думали: любовь есть желание, сладостная мука. Она вечно ищет удовлетворения и, найдя его, умирает. Любовь отвергнутая — это любовь живая; любовь вознагражденная — мертвая любовь. Следите ли вы за моей мыслью? Они знали, что жизнь, по самой природе своей, не может жаждать того, чем она уже обладает. Есть и оставаться голодным — этой задачи не разрешил еще ни один человек. Это — проблема пресыщения. Обладать и в то же время непрестанно оттачивать острое лезвие голода до степени наивысшего томления — вот в чем была их задача, ибо они любили любовь. Часто обсуждали они этот вопрос, и сладостные огоньки любви вспыхивали в их глазах; ее алая кровь заливала их щеки; ее голос звенел в их голосах, то дрожа у них в горле неслышным тремоло, то звуча невыразимой нежностью, лишь ей одной ведомой. Вы спросите: откуда мне все это известно? Многое я видел. Еще больше узнал из ее дневника. Вот какую цитату из Феоны Маклауда нашел я в нем: «Истинно говорю вам, что этот прерывистый голос, сумеречный шепот, росистое сладкое дыхание, этот огненнокрылый Кифаред, что предстает перед людьми лишь на мгновение в мерцании радуги радости и во внезапной вспышке молнии страсти, та изысканная тайна, что зовется Эросом, — является лишь немногим восторженным ясновидцам, и не с той песней на устах, которую слышат все, не с веселыми скрипками публичной музыки, а со звуками, рожденными экстазом, с немым красноречием желаний».</p>
    <p>Как удержать огненнокрылого Кифареда с немым красноречием желаний? Остановить его — значит потерять его! Их любовь друг к другу была великой любовью. Их житницы ломились от изобилия; и все же они хотели сохранять в целости острое лезвие любовного голода.</p>
    <p>Притом они не были неоперившимися, худосочными птенцами, разводящими теории на пороге любви. Это были сильные, сложившиеся души. Им уже доводилось испытывать любовь и раньше. И тогда они душили любовь ласками, и убивали ее поцелуями, и погребали ее в могиле пресыщения. Ни он, ни она не были холодными призраками: это были человеческие существа с горячей кровью, без капли саксонской трезвости: их кровь была окрашена румянцем заката, которым они пламенели. В их темпераменте была французская радость плоти. Они были идеалистами, но идеализм их был галльский. Он не разбавлялся прохладной и темной жидкостью, которая служит кровью англичанам. В них не было ни тени стоицизма. Они были американцами, потомками англичан, и все же не знали обуздывающего английского самоанализа.</p>
    <p>Они были такими, как я сказал, — созданными для радости. Но… у них появилась некая идея (черт побери все идеи!). Они вели игру по всем правилам логики, и логика их была такова…</p>
    <p>Но прежде позвольте мне рассказать вам о разговоре, который произошел у нас однажды вечером. Речь шла о «Мадмуазель де Мопэн» Теофиля Готье. Помните ли вы эту героиню? Она поцеловала мужчину один раз — только один раз в жизни — и больше не хотела поцелуев. Не то чтобы поцелуи показались ей не сладкими, но она боялась, что, часто целуясь, она пресытится ими. Опять пресыщение! Она вздумала играть с богами, не ставя ничего на карту. А это противоречит правилам игры, установленным самими богами. Только… правила эти не вывешены над столом. Смертные должны усваивать их во время самой игры.</p>
    <p>Итак, вернемся к логике. Марвин Фиск и Этель Бейрд рассуждали так: а зачем вообще нужен этот один поцелуй? Если поцеловаться только один раз — мудрость, то не мудрее ли будет вовсе не целоваться? Так они сумеют поддерживать вечную жизнь любви. Воздержание навсегда привьет ее к их сердцам.</p>
    <p>Быть может, осуществляя это святотатственное решение, они действовали под влиянием наследственности. Порода всегда сказывается, и часто самым фантастическим образом. Вот и в их душах проклятая кровь Альбиона, может быть, взрастила расчетливого развратника и холодно-рассудительную кокетку. Этого я не могу знать. Но одно я знаю: они отказались от наслаждения из-за чрезмерной любви к наслаждению.</p>
    <p>Он говорил (я потом прочел это в одном из его писем к ней): «Сжимать тебя в объятиях крепко — и все же не крепко; тосковать по тебе и никогда тобой не обладать — и тем не менее обладать тобой вечно». А она: «Ты всегда должен быть для меня недосягаем. Всегда настигать тебя — и никогда не настигнуть; и так жить вечно, будучи свежим и новым, с румянцем юности на щеках». Они выражали это не так. Из моих уст их любовная философия выходит в искаженном виде. Да и кто я такой, чтобы копаться в их душах? Я — лягушка на мокром краю великого мрака, выпученными глазами глядящая на тайну и с изумлением созерцающая их пламенные души.</p>
    <p>И они были правы — до известной степени. Всякая вещь хороша… пока мы ею не обладаем. Пресыщение и обладание — это кони Смерти, запряженные парой.</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>А время учит только сохранять</v>
      <v>В золе привычки тепленькую страсть.</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Они прочитали это у Альфреда Остина, в сонете под названием «Мудрость любви». Это — все тот же единственный поцелуй Мадлены де Мопэн. Как это там сказано?</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Целуй! Прощай! — Вот в чем благая часть.</v>
      <v>Да, лучше смерть, чем с неба наземь пасть,</v>
      <v>Чем мощь свою на слабость променять.</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Но они были мудры: они не хотели целоваться — и расстаться. Они хотели вовсе обойтись без поцелуев и мечтали взобраться на высочайшую вершину любви. Они поженились. Вы в то время были в Англии. Такого брака еще никогда не было. Они хранили свою тайну от всех. Я тогда еще ничего не знал. Огонь их порывов не остывал. Любовь их сияла все усиливавшимся светом. Это было нечто бесподобное. Проходило время — месяцы, годы, а огненнокрылый Кифаред становился все лучезарней. Все изумлялись. Они прослыли сказочными любовниками, и многие им завидовали. Иногда женщины жалели ее, потому что она была бездетной: в такой форме выражается зависть у этих созданий.</p>
    <p>А я не знал их секрет. Я думал и изумлялся! Сначала я все ожидал (как кажется, подсознательно), что любовь их пройдет. Затем я убедился, что проходит время, а любовь остается. Тогда во мне проснулось любопытство. В чем был их секрет? Что это за магические цепи, которыми они привязали к себе любовь? Чем удерживают они капризную фею? Уж не выпили ли они эликсир вечной любви, как когда-то Тристан и Изольда? И чья рука смешала для них волшебное зелье?</p>
    <p>Как сказано, я был любопытен, я наблюдал за ними. Они любили безумно. Жизнь их была нескончаемым пиршеством любви. Они окружали ее церемониалом. Они упивались искусством, поэзией любви. Нет, они не были невропатами. Они были нормальными и здоровыми людьми, художниками по натуре. Но они совершили невозможное. Они создали бессмертное желание.</p>
    <p>А я? Я часто созерцал их и непреходящее чудо их любви. Я недоумевал и удивлялся, и вот однажды…</p>
    <p>Каркинес резко оборвал свой рассказ и спросил:</p>
    <p>— Читали ли вы когда-нибудь «Время ожидания любви»?</p>
    <p>Я покачал головой.</p>
    <p>— Это написал Пейдж… кажется, так: Куртис Хидден Пейдж. Вот эти-то стишки и дали мне ключ к разгадке. Однажды на стуле у окна, возле большого рояля… Вы помните, как она умела играть? Она иногда смеялась и спрашивала, прихожу ли я ради них или ради музыки. Она называла меня «музыкальным психопатом», а однажды назвала «звуковым кутилой». Какой у нее был голос! Когда она пела, я начинал верить в бессмертие. Мое почтение к богам принимало оттенок покровительства, и я принимался измышлять пути и способы, какими я мог бы безошибочно перехитрить их со всеми их уловками.</p>
    <p>Они представляли зрелище, достойное богов, — эти двое супругов, годы прожившие в браке и все еще поющие любовные песни, девственно-свежие, как сама новорожденная Любовь, — эти супруги, полные такого зрелого, богатого и горячего чувства, о котором молодые влюбленные не имеют понятия. Молодые влюбленные были бледны и малокровны по сравнению с этой давно повенчанной парой. Стоило поглядеть на них, когда они — воплощенные пламя и нежность — в трепетном отдалении друг от друга непрестанно расточали ласки взглядом и голосом, в то время как любовь толкала их друг к другу, а они противились, как порхающие мотыльки; один для другого — зажженная свеча, один облетает другого, в безумном вихре кружась по орбите! Казалось, будто подчиняясь какому-то великому закону природы, более мощному и тонкому, чем тяготение, они должны были физически слиться и растаять друг в друге тут же, на моих глазах. Неудивительно, что их звали сказочными любовниками. Итак, я недоумевал. Теперь вернемся к разгадке. Однажды на стуле у окна я обнаружил книгу стихов. Она раскрылась сама на «Времени ожидания любви», очевидно, много раз читанном. Страницы были измяты — их слишком часто переворачивали. И вот я прочитал:</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Какая сладость в отдаленьи быть,</v>
      <v>Друг друга знать, и весь восторг</v>
      <v>Касаний нежных сохранить в душе.</v>
      <v>О, не сейчас… Храни, храни любовь</v>
      <v>Завернутой в покров священных тайн,</v>
      <v>Какие нам грядущее несет…</v>
      <v>Но не сейчас… с годами… не сейчас…</v>
     </stanza>
     <stanza>
      <v>О, дай любви немного возрасти!</v>
      <v>Она, расцветши, может умереть…</v>
      <v>Питай ее мечтой о поцелуе —</v>
      <v>Пусть в отреченьи дремлет краткий миг…</v>
      <v>О, только миг… о, только краткий миг…</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Я заложил страницу пальцем и долго сидел молчаливо и неподвижно. Я был потрясен ясностью видения, которое вызвали во мне эти стихи. Это было просветление. Это был точно луч молнии в темной яме. Они хотели удержать любовь, летучий призрак, предтечу юной жизни, — юной жизни, требующей рождения!</p>
    <p>Я мысленно пробежал строки стихов: «Но не сейчас… с годами… не сейчас»… «Питай ее мечтой о поцелуе — пусть в отреченьи дремлет»… И я громко расхохотался. Ха-ха! Я увидал в светлом видении их непорочные души. Они были детьми. Они не понимали. Они играли с огнем Природы и клали между собою на ложе обнаженный меч. Они смеялись над богами. Они хотели остановить подрывную работу Космоса. Они изобрели систему, и с нею подошли к игорному столу жизни в надежде на выигрыш.</p>
    <p>«Берегитесь! — вскричал я. — Позади стола стоят боги. Они выдумывают новые правила всякий раз, когда изобретается новая Система. У вас нет шансов выиграть!»</p>
    <p>Но на самом деле я им этого не крикнул. Я ждал. Я думал, они осознают негодность своей системы и бросят ее; они удовлетворятся долей счастья, отпущенной им богами, и не будут стремиться к большему. Я наблюдал. Я ничего не говорил. Месяцы все приходили и уходили, а лезвие их любовного голода все оттачивалось. Никогда не притупляли они его объятиями. Они правили и точили его на оселке самоотречения, и оно становилось все острее и острее. Это продолжалось до тех пор, пока даже я не усомнился. «Неужели боги спят? — изумлялся я. — Или они умерли?» Я высмеивал самого себя. Эти двое совершили чудо. Они перехитрили богов. Они посрамили плоть и очернили лик доброй Матери-Земли. Они играли с ее огнем — и не обожглись. Они сами были богами; познали добро и зло, и не вкушали ни от того, ни от другого. «Не этим ли путем возникли боги?» — спрашивал я себя. «Я — лягушка», — говорил я себе. Если бы мои веки не были залеплены тиной, я был бы ослеплен сиянием чуда, которому стал свидетелем. Я бахвалился своим знанием людей — и осмелился судить о богах.</p>
    <p>И все же, даже в этой последней своей мудрости — я ошибался. Они не были богами. Они были мужчиной и женщиной — горстками праха, вздыхающими и трепещущими, насквозь пронизанными желаниями и подверженными странным слабостям, которых не знают боги.</p>
    <p>Каркинес прервал рассказ, чтобы свернуть новую папироску, и резко рассмеялся. Это был неприятный смех. Он напоминал хохот дьявола и прозвучал громче рева непогоды, который глухим гулом доносился извне до наших ушей.</p>
    <p>— Я — лягушка, — повторил он, как бы извиняясь. — Как могли они это понимать? Они были художниками, а не биологами. Они знали глину своей мастерской, но не знали той глины, из которой сами сделаны. Но одно я должен сказать: они вели крупную игру. Никогда еще такой игры не было и, думается, никогда не будет.</p>
    <p>Никогда экстаз влюбленных не доходил до такой степени. Они не убили любовь поцелуями. Они оживили ее отречением. Отречением они довели ее до того, что она готова была разорваться от желания. А огненнокрылый Кифаред обвевал их своими теплыми крыльями, доводя их до экстаза. Это был настоящий экстаз любви, и тянулся он днями и неделями, не уменьшаясь, а только разгораясь. Они тосковали и томились в муках, в сладостной, упоительной агонии, какой не переживали влюбленные ни до, ни после них.</p>
    <p>И вот однажды сонные боги перестали кивать головами. Они посмотрели на мужчину и женщину, которые подняли их на смех. И как-то утром мужчина и женщина поглядели друг другу в очи и поняли, что что-то ушло. Ушел тот — с огненными крылами, он выпорхнул ночью неслышно из их отшельнической кельи.</p>
    <p>Они поглядели друг другу в очи — и поняли, что им все равно. Желание умерло. Понимаете? Умерло желание. А они ни разу не поцеловались. Ни разу. Любовь ушла. Они больше не будут ни пламенеть, ни томиться. Им не осталось ничего: не будет ни дрожи, ни порхания, ни сладостных мук; не будет ни трепета, ни звуков, ни песен. Желание умерло. Оно умерло за одну ночь, на ложе холодном и неуютном; а они и не заметили его ухода. Они сразу прочитали это друг у друга в глазах.</p>
    <p>Боги, может быть, и не добры, но нередко сострадательны. Они бросили маленький костяной шарик и сгребли ставки со стола. Остались только мужчина и женщина, глядящие друг другу в холодные глаза. Тогда он умер; в этом проявилось сострадание богов. Через неделю Марвин Фиск был мертв. Вы, вероятно, помните… несчастный случай. А в ее дневнике, в записях, сделанных в те дни, я прочитал, спустя много времени, стихи Митчелла Кеннерли:</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Ни часу не прошло, чтоб мы</v>
      <v>Могли лобзать — и не лобзали…</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>— О, какая ирония! — воскликнул я.</p>
    <p>А Каркинес, освещенный пламенем камина, настоящий Мефистофель в бархатной куртке, пронизывал меня своими черными глазами.</p>
    <p>— И вы говорите: «они выиграли»!.. Мнение общества! Я рассказал вам то, что я знаю. Они выиграли так же, как выигрываете вы, сидя здесь среди своих холмов.</p>
    <p>— А вы, — спросил я с горячностью, — вы, с вашим буйством чувств, живущие в безумных городах и в еще более безумных страстях, считаете вы, что выигрываете?</p>
    <p>Он медленно покачал головой:</p>
    <p>— То, что вы со своим размеренным, буколическим образом жизни обречены на проигрыш, еще не значит, что я должен выиграть. Мы никогда не выигрываем. Иногда нам кажется, что выигрываем, но это лишь шутка богов.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Отступник</p>
    </title>
    <p>— Если не встанешь сейчас, Джонни, завтрак не получишь!</p>
    <p>Угроза не произвела на мальчика никакого впечатления. Он упорно не желал просыпаться, отстаивая свое забытье, как мечтатель отстаивает свою мечту. Руки мальчика сжались в кулаки и принялись наносить бессильные и порывистые удары в воздух. Удары эти предназначались матери, но она уклонялась от них — обнаружив при этом ловкость, выработанную долгой практикой, — и грубо потрясла его за плечо.</p>
    <p>— Отвяжись!</p>
    <p>Этот возглас прозвучал сначала глухо из глубин сна, затем быстро усилился до страстного воинственного вопля, и наконец замер в нечленораздельном хныканье. То был животный крик истязуемой души, полный безмерного протеста и муки.</p>
    <p>Но она не обратила на это внимания. Это была женщина с грустными глазами и измученным лицом; она успела привыкнуть к этой ежедневной обязанности. Она схватилась за одеяло и попыталась стащить его. Но мальчик перестал драться и отчаянно вцепился в одеяло. Теперь он лежал поперек кровати, но все еще оставался под ним. Тогда она стала стаскивать на пол матрац. Мальчик сопротивлялся. Она напрягла все силы. Перевес был на ее стороне, и матрас стал поддаваться, причем мальчик инстинктивно следовал за постелью, чтобы укрыться от холода, щипавшего его тело.</p>
    <p>Он повис на краю кровати, и казалось, что он вот-вот упадет на пол. Но в нем вспыхнуло сознание. Он выпрямился и одно мгновение балансировал в опасном положении. Наконец он коснулся пола ногами. В тот же миг мать схватила его за плечи и потрясла. Кулак его снова разрезал воздух, на сей раз с большей силой и уверенностью. Одновременно он открыл глаза. Она выпустила его. Он проснулся.</p>
    <p>— Ладно, — пробормотал он.</p>
    <p>Она схватила лампу и поспешно вышла из комнаты, оставляя его в темноте.</p>
    <p>— Оштрафуют тебя, — пригрозила она ему, уходя.</p>
    <p>Темнота ему не мешала. Он натянул одежду и вышел на кухню. Походка его была слишком тяжелой для такого худенького и легкого мальчика. Ноги его тяжело волочились и были неестественно сухощавыми. Он придвинул к столу стул с продавленным сиденьем.</p>
    <p>— Джонни! — резко позвала его мать. Он так же резко встал со стула и без единого слова подошел к раковине — грязной и засоренной. Из сточного отверстия поднималось зловоние. Он не замечал этого. Раковина дурно пахла, а мыло было испачкано помоями и едва мылилось, но это казалось ему нормальным. Впрочем, он и не очень старался взбить пену на грязном куске. Плеснул на себя раз-другой из открытого крана — и дело кончено. Зубы он не чистил — он никогда и не видал зубной щетки, даже не знал о существовании тех, кто виновен в таком сумасбродстве, как чистка зубов.</p>
    <p>— Ты бы хоть разок умылся без напоминания, — жаловалась мать.</p>
    <p>Придерживая отломанную крышку на кофейнике, мать налила кофе в две чашки. Он ничего не возразил, ибо это было предметом постоянного спора между ними, и в этом вопросе мать была тверда, как алмаз: хоть раз в день он должен был умыть лицо. Он вытерся засаленным полотенцем — мокрым, грязным и рваным, отчего лицо его покрылось мелкими волокнами ткани.</p>
    <p>— Хотелось бы мне, чтобы мы жили поближе, — сказала она, садясь. — Уж я стараюсь, как могу. Сам знаешь. Но долларом меньше за квартиру… все-таки — экономия. Да здесь нам и просторнее… Сам знаешь.</p>
    <p>Он почти не слушал ее. Все это он уже слыхал не один раз. Круг ее мыслей был ограничен, и она все время возвращалась к трудностям, которые они испытывали, живя далеко от фабрики.</p>
    <p>— Лишний доллар — лишние харчи, — заметил он рассудительно. — Лучше уж я прогуляюсь, да зато побольше съем.</p>
    <p>Он ел торопливо, почти не жуя хлеб, так что кофе смывало ему в желудок большие куски. Они называли «кофеем» горячую и мутную жижицу. Но Джонни думал, что это был кофе — отличный кофе. Это была одна из немногих оставшихся у него жизненных иллюзий. Он никогда в жизни не пробовал настоящего кофе.</p>
    <p>В придачу к хлебу ему полагался кусок холодной свинины. Мать снова наполнила его чашку. Доедая хлеб, он стал искать глазами, не дадут ли еще чего. Мать поймала его вопросительный взгляд.</p>
    <p>— Не будь обжорой, Джонни, — заметила она. — Ты получил свою долю. У тебя есть еще младшие братья и сестры.</p>
    <p>Он ничего не ответил на этот выговор. Он вообще был не особенно словоохотлив. И голодные взгляды, просящие добавки, он тоже перестал бросать. Он не умел жаловаться, полный терпения — столь же страшного, как и та школа, в которой он ему выучился. Он допил свой кофе, широким жестом обтер рот рукой и приготовился вставать.</p>
    <p>— Погоди секундочку, — поспешно сказала она. — Мне кажется, от буханки можно отрезать еще кусочек… тоненький.</p>
    <p>Тут она проделала старый фокус: отрезав кусок от буханки, она сунула и этот кусок, и буханку обратно в ящик, а ему отдала один из своих двух кусочков. Она думала, что обманула его, но он заметил ее хитрость. Тем не менее он не стыдясь взял хлеб. У него была на этот счет своя философия: он думал, что мать из-за того, что постоянно чувствует недомогание, все равно не отличается большим аппетитом. Увидев, как он жует сухой хлеб, она перегнулась через стол и перелила свой кофе в его чашку.</p>
    <p>— Что-то он мне нынче на желудок нехорошо ложится, — пояснила она.</p>
    <p>Отдаленный гудок, перешедший в долгий пронзительный визг, заставил обоих вскочить на ноги. Она бросила взгляд на жестяной будильник, висевший на стене. Стрелки показывали половину шестого. Большинство рабочих только еще просыпались. Она накинула на плечи шаль, а на голову надела потертую шляпу, ветхую и бесформенную.</p>
    <p>— Придется бежать бегом, — сказала она, гася лампу.</p>
    <p>Они выбрались наружу и спустились по лестнице. Было ясно и холодно, и Джонни вздрогнул на свежем воздухе. Звезды на небе еще не начали меркнуть, и город лежал во мраке. И Джонни, и мать волочили ноги. Их мышцы были не в состоянии резко оторвать ступни от земли.</p>
    <p>Минут через пятнадцать мать свернула направо.</p>
    <p>— Не опоздай, — прозвучало ее последнее напутствие из поглотившей ее темноты.</p>
    <p>Он не ответил и безостановочно продолжал свой путь. В фабричном квартале повсюду открывались двери, и скоро он слился с людским потоком, пролагавшим себе путь во мраке. Когда он входил в ворота фабрики, вновь прозвучал гудок. Он бросил взгляд на восток. На небо из-за рваной линии крыш начал выползать бледный свет. Только этот дневной свет он видел за весь день. Он повернулся к нему спиной и присоединился к своей артели.</p>
    <p>Он занял свое место у станка — одного из многих в рядах машин. Перед ним над ящиком, наполненным маленькими шпульками, быстро вращались большие веретена. На эти последние он наматывал джутовую нитку с маленьких шпулек. Работа была несложная. Не требовалось ничего, кроме скорости. Маленькие шпульки разматывались так быстро и столько было веретен, что не оставалось ни одного свободного мгновения.</p>
    <p>Он работал механически. Когда шпулька разматывалась, он левой рукой придерживал веретено и тотчас же большим и указательным пальцами ловил конец убегавшей нитки, а правой рукой хватал свободный конец другой маленькой шпульки. Все эти действия совершались быстро и одновременно обеими руками. Затем он молниеносным движением завязывал ткацкий узел и отпускал веретено. Ничего сложного в ткацких узлах не было. Он однажды хвастался, что может вязать их во сне. И действительно, иногда он это и проделывал, сплетая бесконечные вереницы ткацких узлов.</p>
    <p>Некоторые из мальчиков отлынивали от дела — не заменяли шпульки, когда они разматывались, из-за чего машины простаивали. Чтобы воспрепятствовать этому, за ними приглядывал надсмотрщик. Он поймал соседа Джонни на такой проделке и надрал ему уши.</p>
    <p>— Погляди-ка на Джонни! Почему ты не такой, как он? — сердито спрашивал надсмотрщик.</p>
    <p>Веретена у Джонни крутились полным ходом, но он даже не вздрогнул от этой похвалы. Было время, когда… но то было давно, очень давно. Теперь его апатичное лицо ничего не выражало, когда его ставили в пример другим. Он был идеальным работником. Он это знал. Ему говорили это не один раз. Это стало общеизвестно. Из идеального рабочего он превратился в идеальную машину. Если дело у него не спорилось, то виноват был (как и при работе машины) негодный материал. Ошибиться он не мог — как не может усовершенствованный станок нарезать негодные гвозди.</p>
    <p>И неудивительно, ведь сколько он себя помнил, он всегда находился возле машин. Машинная работа как бы вросла в него; во всяком случае, он среди них вырос. Двенадцать лет тому назад в ткацком отделении этой же самой фабрики произошел небольшой переполох: мать Джонни упала в обморок. Ее уложили на пол посреди скрипящих станков; двух пожилых женщин отозвали от работы, десятник помогал им… И через несколько минут в ткацкой стало на одну душу больше, чем вошло в дверь. То был Джонни, родившийся под дробный стук ткацких станков и с первым вдохом вобравший в себя теплый влажный воздух, густой от летающих льняных хлопьев. Он прокашлял весь первый день жизни, очищая легкие ото льна, и по той же причине он и после не переставал кашлять.</p>
    <p>Мальчик, работавший рядом с Джонни, хныкал и сопел. Лицо его было искажено злобой на надсмотрщика, грозно следившего за ним издали, но пустых шпулек уже не было. Мальчик изрыгал страшные проклятия в адрес вертевшихся перед ним шпулек; но уже в нескольких шагах от него не было слышно ни звука: шум, стоявший в помещении, не пропускал и задерживал звуки, как стена.</p>
    <p>Ничего этого Джонни не замечал. У него был свой особый способ восприятия явлений. Кроме того, явления становились однообразными от частого повторения; в частности, описанное происшествие он наблюдал уже не раз. Ему казалось столь же бесполезным противодействовать надсмотрщику, как противиться воле машины. Машины построены для того, чтобы вращаться в определенном направлении и совершать определенную работу. Точно так же обстоит дело и с надсмотрщиком.</p>
    <p>Но в одиннадцать часов отделение заволновалось. Какими-то таинственными путями возбуждение сразу распространилось повсюду. Одноногий мальчик, работавший по другую сторону от Джонни, быстро проковылял на другой конец помещения, к вагонетке, стоявшей в то время порожней. Он нырнул туда и исчез из виду вместе с костылем. Появился управляющий фабрикой в сопровождении молодого человека. Этот последний был хорошо одет и носил туго накрахмаленную рубашку — словом, «джентльмен», по классификации Джонни, и, кроме того, «инспектор».</p>
    <p>Проходя, он строго посмотрел на мальчиков. Порой он останавливался и задавал вопросы. Ему приходилось кричать во все горло, чтобы быть услышанным, и в такие моменты его лицо смешно искажалось от напряжения. Его острый взгляд заметил пустой станок рядом с Джонни, но он ничего не сказал. Джонни тоже привлек к себе его внимание, и он сразу остановился. Он взял Джонни за руку и отвел его на шаг от станка, но с возгласом изумления выпустил его руку.</p>
    <p>— Довольно-таки худосочен, — тревожно усмехнулся управляющий.</p>
    <p>— Не ноги, а трубочки, — был ответ, — взгляните на эти ноги. У мальчика — рахит… в начальной стадии, но несомненный рахит. Если в конце концов его не хватит эпилепсия, то только потому, что прежде съест туберкулез.</p>
    <p>Джонни слушал, но не понимал. Да его и не интересовали будущие болезни. В настоящий момент ему грозило скорое и гораздо более серьезное зло в лице инспектора.</p>
    <p>— Ну, мой мальчик, ты должен сказать мне правду, — проговорил, вернее, прокричал инспектор, наклонившись к самому уху мальчика, чтобы тот мог его слышать. — Сколько тебе лет?</p>
    <p>— Четырнадцать, — солгал Джонни, солгал изо всех сил своих легких. Он солгал так громко, что это вызвало у него сухой, частый кашель, который отрыгивал хлопья льна, облепившие его легкие за нынешнее утро.</p>
    <p>— Выглядит по меньшей мере шестнадцатилетним, — сказал управляющий.</p>
    <p>— Или шестидесятилетним, — крикнул инспектор.</p>
    <p>— Он всегда так выглядел.</p>
    <p>— Давно ли? — быстро спросил инспектор.</p>
    <p>— Много лет. Нисколько не стареет.</p>
    <p>— Я бы сказал: не молодеет. Несомненно, он все эти годы работал здесь?</p>
    <p>— Бессменно… но это было до того, как прошел новый закон, — поспешил прибавить управляющий.</p>
    <p>— Станок пустует? — спросил инспектор, указывая на машину рядом с Джонни, на которой пустые веретена крутились как бешеные.</p>
    <p>— Кажется, так. — Управляющий поманил к себе мастера, крикнул ему что-то в ухо и указал на станок. — Станок пустует, — передал он инспектору.</p>
    <p>Они прошли мимо, а Джонни вернулся к своей работе, чувствуя облегчение от того, что опасность миновала. Но одноногий мальчик был не так удачлив. Зоркий инспектор вытащил его за руку из вагонетки. Губы мальчика дрожали, и он выглядел так, точно на него обрушилось страшное и непоправимое бедствие. Мастер казался изумленным, словно он первый раз увидел мальчишку в глаза, в то время как лицо управляющего выражало возмущение и недовольство.</p>
    <p>— Я его знаю, — сказал инспектор. — Ему двенадцать лет. За этот год я снял его с работы на трех фабриках. Это — четвертая. — Он повернулся к одноногому мальчику. — Ты дал мне честное слово, что будешь ходить в школу.</p>
    <p>Одноногий мальчик ударился в слезы:</p>
    <p>— Пожалуйста… мистер инспектор… двое малышей у нас умерло… в доме такая нужда…</p>
    <p>— А отчего ты так кашляешь? — спросил инспектор, как будто обвинял его в преступлении.</p>
    <p>И, как бы оправдываясь, одноногий мальчик ответил:</p>
    <p>— Это ничего. Я только простудился на прошлой неделе, мистер инспектор, больше ничего.</p>
    <p>В конце концов одноногий мальчик вышел из отделения вместе с инспектором, которого сопровождал встревоженный и оправдывающийся управляющий. После этого все вошло в обычную колею. Долгое утро и еще более долгий день промелькнули, и гудок возвестил о прекращении работы. Уже совсем стемнело, когда Джонни вышел за фабричные ворота. За это время солнце успело подняться в небо по золотой лестнице, залить землю ласковым теплом, а затем кануть вниз и скрыться на западе за рваной линией крыш.</p>
    <p>Ужин являлся единственной семейной трапезой за весь день — единственной, за которой Джонни встречался со своими младшими братьями и сестрами. Для него это носило характер столкновения — ибо он был стар, а они — очень молоды. Он не мог терпеливо выносить их чрезмерную, изумительную юность. Он не понимал ее. Его собственное детство осталось слишком далеко позади. Он напоминал раздражительного старика, раздосадованного кипучей энергией их юных душ, которая казалась ему отъявленной глупостью. Он, молчаливо насупившись, склонялся над едой, находя мысленно удовлетворение в том, что и они вскоре должны будут пойти на работу. Это посбавит им прыти и сделает их степенными и полными достоинства… такими, как он сам. Таким образом Джонни, как и все люди, мерил на свой аршин всю вселенную.</p>
    <p>Во время еды мать объясняла на разные лады и с бесконечными повторениями, как она старается сделать все, что может. Поэтому, когда скудная трапеза подходила к концу, Джонни с облегчением отодвигал стул и вставал. Он колебался на мгновение между постелью и наружной дверью и, наконец, выходил через последнюю. Далеко он не отходил. Он садился на крыльцо с поднятыми коленями, согнув узкие плечи, и, опершись локтями на колени, подпирал ладонями лицо. Сидя там, он ни о чем не думал. Он именно отдыхал. Поскольку дело касалось его души, он спал. Его братья и сестры выскакивали и шумно возились вокруг него с другими детьми. Электрический фонарь на углу освещал их проказы. Джонни был ворчлив и раздражителен, это они знали. Но дух приключений побуждал их дразнить его. Они становились перед ним, взявшись за руки, и, раскачиваясь в такт всем телом, орали ему в лицо несуразные и нелестные песенки. Сначала он огрызался на них с проклятиями, которым научился у мастеров. Но, убедившись в бесполезности этого и вспомнив о своем достоинстве, он снова погружался в угрюмое молчание.</p>
    <p>Брат его Вилли, следующий за ним по возрасту, которому только что минуло десять лет, был заводилой. Джонни не испытывал по отношению к нему особенных чувств: его жизнь уже много лет была отравлена постоянными уступками и поблажками Вилли. Ему казалось, что Вилли ему многим обязан и неблагодарен. В дни, когда он сам еще играл, — эти дни далеко ушли в туманное прошлое, — он лишался значительной части драгоценного свободного времени, будучи вынужден следить за Вилли. Вилли был тогда совсем крошечным, а мать, как и теперь, проводила дни на фабрике. На долю Джонни выпадала роль родителя.</p>
    <p>Вилли служил как бы иллюстрацией пользы уступок и поблажек. Он был хорошо сложен, в достаточной мере груб, одного роста со старшим братом и весил даже больше, чем тот. Казалось, что жизненная сила одного перешла к другому. То же было и в духовном отношении. Джонни был измученным, апатичным, вялым, в то время как младший брат, казалось, должен был вот-вот лопнуть от избытка сил.</p>
    <p>Насмешливое пение раздавалось все громче и громче. Вилли, танцуя, наклонился к нему совсем близко и высунул язык. Левая рука Джонни мелькнула в воздухе и обвилась вокруг шеи Вилли. В то же мгновение он костлявым кулаком хватил Вилли по носу. Это был жалкий кулак; но бил он больно, о чем свидетельствовал отчаянный визг Вилли. Остальные дети испуганно закричали, а Дженни, сестра Джонни, бросилась в дом. Он оттолкнул Вилли, свирепо шлепнул его по заду, затем снова поймал его и повалил ничком в грязь. Он не выпустил его, пока несколько раз не окунул в грязь лицом. В это время подоспела мать — анемичный вихрь заботливости и материнского гнева.</p>
    <p>— Почему он не оставляет меня в покое? — отвечал Джонни на ее упреки. — Разве он не видит, что я устал?</p>
    <p>— Я такой же большой, как и ты, — бешено визжал Вилли в объятиях матери, в то время как его лицо представляло сплошную массу из слез, грязи и крови. — Я такой же большой, как и ты, а буду еще больше. И уж тогда я тебя вздую… вот увидишь!</p>
    <p>— Тебе, дылде, на работу пора, — огрызнулся Джонни. — Вот что тебе нужно. Пора на работу. И мама должна была бы приставить тебя к делу.</p>
    <p>— Но он слишком мал, — протестовала она. — Он еще маленький мальчик.</p>
    <p>— Я был моложе его, когда стал работать.</p>
    <p>Он хотел было продолжить, но внезапно повернулся на каблуках и гордо вошел в дом, а затем в спальню. Дверь его комнаты оставалась открытой, чтобы впустить тепло из кухни. Раздеваясь в полутьме, он мог слышать разговор матери с вошедшей соседкой. Мать плакала, и речь ее прерывалась всхлипываниями.</p>
    <p>— Не могу понять, что творится с Джонни, — доносились до него ее слова. — Он раньше не был таким. Он был терпелив, как ангелочек… Но он хороший мальчик, — спешила она тут же защитить его. — Он всегда трудился добросовестно и слишком рано стал работать. Но это не моя вина. Я-то, уж конечно, делаю, что могу.</p>
    <p>Из кухни слышатся долгие всхлипывания, и Джонни бормочет про себя, в то время как его веки смыкаются: «Да, черт возьми, я работал добросовестно…»</p>
    <p>На следующее утро мать вырвала его из объятий сна. Затем последовал скудный завтрак, путешествие пешком сквозь мрак и бледная вспышка дневного света из-за крыш, к которой он повернулся спиной, входя в ворота фабрики. Еще один день, похожий на другие, и все дни были одинаковы. Однако в его жизни было некоторое разнообразие, когда он менял работу или заболевал. В шесть лет он был родителем Вилли и других младших детей. Семи лет от роду он поступил на фабрику мотальщиком. Когда ему минуло восемь, он получил работу на другой фабрике. Его новая работа отличалась поразительной легкостью. Все его дело заключалось в том, чтобы сидеть с маленькой палочкой в руке и направлять протекавший мимо него поток ткани. Этот поток вырывался из пасти машины, проходил по горячему валику и плыл своей дорогой куда-то дальше. Но Джонни сидел все время на одном месте, недосягаемый для дневного света, освещаемый сверху газовым рожком, сам — часть механизма.</p>
    <p>Он был очень доволен этой работой, несмотря на влажность и жару, ибо он был еще молод и полон мечтаний и иллюзий. И дивные сны снились ему, пока он следил за тканью, пробегавшей перед ним бесконечным потоком. Но эта работа не нуждалась в умениях, не предъявляла никаких требований к его умственным способностям, и он начал мечтать все меньше и меньше, и ум его становился неподвижным и сонным. Тем не менее он зарабатывал два доллара в неделю, а два доллара — это уже не голодная смерть, а хроническое недоедание.</p>
    <p>Но когда ему стукнуло девять лет, он потерял это место. Причиной была корь. Выздоровев, он получил работу на стекольном заводе. Заработок был выше, и здесь требовались умения. Оплата была сдельная, и от его ловкости зависело, сколько он получит. Тут был стимул. И под давлением этого стимула он стал замечательным работником.</p>
    <p>Это было несложное дело — привязывать стеклянные пробки к горлышкам маленьких пузырьков. К поясу у него был прикреплен моток ниток. Бутылочку он зажимал между коленями, чтобы работать обеими руками. В этом сидячем положении, когда он склонялся над собственными коленями, узкие плечи его сутулились, и все десять часов ежедневно он не мог разогнуться. Это было вредно для легких, но зато он привязывал триста дюжин пробок в день.</p>
    <p>Управляющий очень им гордился и приглашал посетителей взглянуть на него. В течение десяти часов через его руки проходило триста дюжин бутылок. Это означало, что он достиг совершенства машины, максимальной производительности труда. Каждый поворот его худых рук, каждое движение его тонких пальцев было быстрым и точным. Он работал с большим напряжением и в результате весь извелся. Ночью, во время сна, его мышцы сводила судорога, а днем он не мог остановиться и отдохнуть: он был как заведенный, и мускулы его не переставали напрягаться. Он пожелтел, и его кашель ухудшился. Вскоре он заболел воспалением легких и лишился работы на стекольном заводе.</p>
    <p>Затем он вернулся на ткацкую фабрику, где впервые начал работать мотальщиком. Но теперь его ожидало повышение. Он был хорошим работником. Скоро он должен был перейти в крахмальное отделение, а затем — в ткацкую. После этого ему уже не оставалось ничего, кроме повышения продуктивности.</p>
    <p>Станок работал быстрее, чем тогда, когда он впервые поступил на фабрику; а мозги его работали медленнее. Он уже совсем не мечтал, тогда как ранние его годы были полны мечтаний. Однажды он влюбился. Это было в те дни, когда он только приступил к работе с тканью, пробегавшей по горячему валу; а она была дочерью управляющего, уже взрослой девушкой, гораздо старше его, и он видел ее — издали — не больше полудюжины раз. Но это было неважно. На поверхности ткани, струившейся мимо него, он рисовал блестящие картины будущего, в которых он совершал чудеса производительности, изобретал волшебные машины, становился хозяином фабрики и наконец заключал девушку в объятия и скромно целовал в лоб.</p>
    <p>Но все это было давным-давно — до того, как он стал слишком усталым и старым для любви. Она вышла замуж и увяла, а его разум уснул. И все-таки это было чудесным переживанием, и он часто оглядывался назад — подобно тому как другие мужчины и женщины оглядываются на те дни, когда они верили в волшебные сказки. Он никогда не верил ни в фей, ни в Санта-Клауса, но слепо верил в светлое будущее, которое рисовало ему воображение на поверхности пробегающей ткани.</p>
    <p>Он очень рано стал мужчиной. Его отрочество началось в семь лет, когда он получил первое жалованье. Некое чувство независимости поднялось в нем, и отношения между ним и матерью изменились. Теперь он был ей ровней — как человек, зарабатывающий свой хлеб и делающий в этом мире собственное дело. Мужчиной — вполне взрослым мужчиной — он стал в одиннадцать лет, когда на шесть месяцев нанялся работать в ночную смену. Ни один ребенок, работающий в ночной смене, не остается ребенком.</p>
    <p>В жизни его было несколько знаменательных событий. Первое произошло, когда мать однажды купила калифорнийские сливы. Остальные два — это те два раза, когда она испекла омлет. Это были события! Он вспоминал о них с нежностью. Тогда же мать рассказала об изумительном кушанье: когда-нибудь она приготовит «плавучий остров»; она говорила, что это вкуснее омлета. Годами ждал он того мгновения, когда сядет за стол, а перед ним будет стоять «плавучий остров», — пока не перевел и эту мечту в разряд недостижимых.</p>
    <p>Однажды он нашел на тротуаре серебряную монету в двадцать пять центов. Это тоже было большим событием в его жизни, хотя и трагическим. Он понял свой долг, как только серебро блеснуло перед его глазами — раньше даже, чем он его поднял. Дома, как обычно, не хватало еды, и домой ему следовало отнести находку, как делал он каждую субботу со своей получкой. Было совершенно ясно, как следует поступить в данном случае; но он еще никогда не тратил своих денег на себя и, кроме того, очень хотел сладостей. Он бредил конфетами, которыми ему случалось лакомиться только в дни, отмеченные в календарях красными цифрами.</p>
    <p>Он даже не пытался обманывать себя. Он знал, что это был грех, и сознательно согрешил, позволив себе растранжирить пятнадцать центов на конфеты. Десять центов он сберег на другую такую же оргию; но не имея привычки носить с собой деньги, потерял эти десять центов. Это случилось в те дни, когда он мучился всеми муками нечистой совести, и потеря показалась ему возмездием свыше.</p>
    <p>В памяти он всегда воскрешал это событие как единственное великое преступление в своей жизни и при воспоминании о нем всякий раз испытывал угрызения совести. Совершенный поступок вызывал в нем раскаяние. Он был недоволен тем, как он потратил двадцать пять центов: он мог бы использовать их лучше, и знай он заранее, как Бог быстро действует, он провел бы Бога, спустив весь четвертак за один присест. Мысленно он тратил монету тысячи раз, и всякий раз с большей выгодой.</p>
    <p>Было еще одно воспоминание из прошлого, туманное и поблекшее, но навсегда вбитое в его душу тяжелыми ступнями его отца. Это было не столько воспоминание о чем-то конкретном, сколько кошмар — что-то вроде атавистической памяти, когда людям снится, как они падают, как их далекие предки, лазавшие по деревьям.</p>
    <p>Это странное воспоминание никогда не посещало Джонни наяву, при ясном дневном свете. Приходило оно ночью, в постели — в момент, когда его сознание ослабевало и освобождалось во сне. Воспоминание всегда заставляло его испуганно просыпаться, и при первом болезненном содрогании ему казалось, что он лежит поперек кровати. И на ней же — искаженные силуэты отца и матери. Он не помнил, как выглядел его отец. Об отце у него было только одно представление, а именно что у него тяжелые, безжалостные ступни.</p>
    <p>У него были воспоминания о далеком прошлом, но недавних воспоминаний у него не было. Все дни были одинаковы. «Вчера» или «в прошлом году» — это было то же самое, что и «тысячу лет назад» или «за минуту перед тем». Никогда ничего не случалось. Не было никаких событий, отмечавших ход времени. И время не шло. Оно всегда стояло на месте. Двигались одни крутящиеся машины, да в сущности, и они стояли на месте.</p>
    <p>Когда ему исполнилось четырнадцать лет, он перешел на работу в крахмальное отделение. Это было колоссальным событием. Наконец-то случилось нечто, что можно было помнить дольше, чем ночной сон или недельную получку. Это знаменовало начало новой эры. Это была машинная олимпиада, с которой можно было начинать летосчисление. «В те времена, когда я перешел в крахмальную» или «после того, как я перешел в крахмальную», — эти выражения часто слетали с его уст.</p>
    <p>Он отпраздновал шестнадцатый день рождения тем, что перешел в ткацкую и стал за станок. Работа была сдельная, и он отличался, ибо фабрика превратила его в идеальную машину. Через три месяца он работал на двух станках, а позже — на трех и четырех.</p>
    <p>К концу второго года работы в ткацкой он вырабатывал больше любого ткача и, пожалуй, вдвое больше среднего рабочего. Дома наступили лучшие дни. Нельзя сказать, чтобы усиленный заработок превышал потребности. Дети росли. Они больше ели. Они ходили в школу, а учебники стоят денег. И как-то выходило так, что чем быстрее он работал — тем быстрее росли цены. Даже квартирная плата повысилась, хотя дом давно не ремонтировали и он грозил развалиться. Сам он вырос и стал казаться еще худощавее. К тому же он стал более взвинченным. Росли его брюзгливость и раздражительность. Дети, после нескольких горьких уроков, научились его сторониться. Мать уважала его за трудолюбие, но ее уважение носило словно бы отпечаток страха.</p>
    <p>Для него не существовало радостей. Он никогда не замечал течения дней. На ночь он словно впадал в забытье. Остальное время он работал, и его сознание было механическим. У него не было ни одного идеала и только одна иллюзия, а именно что он пил великолепный кофе. Он был рабочей скотиной. Он не знал никакой духовной жизни. Только где-то глубоко, в недрах его сознания, без его ведома, взвешивались и распределялись часы работы, движения рук, судороги мускулов — и готовилось нечто такое, что должно было изумить его самого и весь его маленький мирок.</p>
    <empty-line/>
    <p>Однажды, поздней весной, он вернулся вечером с работы и почувствовал необычайную усталость. Воздух был заряжен напряженным ожиданием, когда он садился за стол, но он этого не замечал. В течение всей трапезы он хранил угрюмое молчание, машинально поедая то, что ему дали. Дети чавкали и покрякивали от удовольствия. Но он был глух ко всему.</p>
    <p>— Да знаешь ли ты, что ты ешь? — спросила наконец мать с отчаянием в голосе.</p>
    <p>Он безучастно взглянул на блюдо, стоявшее перед ним, и затем столь же безучастно — на нее.</p>
    <p>— «Плавучий остров»! — воскликнула она с торжеством.</p>
    <p>— О! — сказал он.</p>
    <p>— «Плавучий остров»! — подхватили дети громким хором.</p>
    <p>— О! — сказал он и после двух-трех глотков прибавил: — Мне кажется, я сегодня не голоден.</p>
    <p>Он уронил ложку, отодвинул стул и тяжело поднялся.</p>
    <p>— Я, пожалуй, спать пойду.</p>
    <p>Ноги его волочились тяжелее обыкновенного, когда он проходил через кухню. Раздевание казалось ему титаническим трудом, чудовищно-огромным пустяком, и он заплакал от слабости, когда лег на кровать — все еще в одном башмаке. Он чувствовал, как в голове у него поднимается и набухает нечто, делающее его мозг густым и вязким. Его тонкие пальцы опухли, как и вся кисть, а их кончики онемели. Поясница нестерпимо болела. Болели все кости. Болело везде. А в голове его затрещали, застучали, загрохотали миллионы ткацких станков. Все пространство казалось заполненным мелькающими челноками. Они сновали взад и вперед, среди звезд. Сам он управлял тысячей станков, и они вертелись все быстрее и быстрее; а мозги его так же быстро разматывались и превращались в пряжу, питавшую тысячи снующих челноков.</p>
    <p>На другое утро он не пошел на фабрику. Он был слишком занят, совершая колоссальную работу на тысяче станков, кружившихся у него в голове. Мать отправилась на работу, но сначала послала за доктором. Тот сказал, что это острый приступ гриппа. Дженни несла обязанности сестры милосердия и выполняла инструкции доктора. Это был весьма тяжелый приступ, и прошла неделя, пока Джонни смог одеться и с трудом ходить по комнате. Еще через неделю доктор сказал, что он сумеет вернуться на работу. Мастер из ткацкой посетил его в воскресенье после обеда, в первый день его выздоровления.</p>
    <p>— Лучший ткач на фабрике, — сказал матери мастер. — Место останется за ним. С понедельника он может выйти на работу.</p>
    <p>— Что же ты не благодаришь его, Джонни? — спросила мать с беспокойством. — Он был сильно болен и все еще не в себе, — извиняясь, объяснила она гостю.</p>
    <p>Джонни сидел сгорбившись и не отрывал взгляда от пола. В этом положении он оставался еще долго после ухода мастера. На дворе было жарко, и после обеда он присел на крыльцо. Порой губы его шевелились. Он, казалось, был погружен в бесконечные вычисления.</p>
    <p>На следующий день, когда наступила жара, он опять занял свое место на крыльце. На этот раз у него были карандаш и бумага для вычислений, и он мучительно продолжал что-то высчитывать.</p>
    <p>— Что идет после миллионов? — спросил он в полдень вернувшегося из школы Вилли. — И как это пишется?</p>
    <p>В тот день закончилась его работа. Ежедневно, только уже без карандаша и бумаги, он возвращался на крыльцо. Он был глубоко погружен в созерцание единственного дерева, росшего по ту сторону улицы. Он изучал его много часов подряд и необычайно интересовался тем, как ветер колебал его ветви и заставлял трепетать листья. В течение всей недели он, казалось, углублялся в великое общение с самим собой. В воскресенье, сидя на крыльце, он несколько раз громко рассмеялся, к немалому смущению матери, которая уже много лет не видела его смеющимся.</p>
    <p>На следующее утро, до рассвета, она подошла к постели и разбудила его. Он за неделю выспался и открыл глаза без труда, не оказывая сопротивления и не делая попыток уцепиться за одеяло. Он лежал спокойно и говорил спокойно:</p>
    <p>— Это бесполезно, мама.</p>
    <p>— Ты опоздаешь, — сказала она, думая, что он все еще не проснулся и плохо соображает.</p>
    <p>— Я не сплю, мама, и говорю тебе, что это бесполезно. Лучше не трогай меня. Я не собираюсь вставать.</p>
    <p>— Но ты лишишься работы! — воскликнула она.</p>
    <p>— Я не собираюсь вставать, — ответил он чужим, бесстрастным голосом.</p>
    <p>В тот день она сама не пошла на работу. Эта болезнь была хуже всех болезней, какие она до сих пор видела. Лихорадку и бред она могла понять: но это было безумие. Она накинула на него одеяло и послала Дженни за доктором.</p>
    <p>Когда тот пришел, Джонни мирно спал, мирно проснулся и позволил пощупать свой пульс.</p>
    <p>— С ним все в порядке, — заявил доктор. — Очень изнурен, вот и все. Слишком худ.</p>
    <p>— Он всегда был такой, — вставила мать.</p>
    <p>— Теперь уйди, мама, и дай мне всхрапнуть.</p>
    <p>Джонни говорил мягко и спокойно, и так же мягко и спокойно он повернулся на бок и заснул.</p>
    <p>В одиннадцать он проснулся, оделся и прошел на кухню, где застал испуганную мать.</p>
    <p>— Я ухожу, мама, — объявил он, — и пришел проститься.</p>
    <p>Она закрыла лицо фартуком, опустилась на стул и заплакала. Он спокойно ждал.</p>
    <p>— Я так и знала! — рыдала она. — Куда? — спросила она наконец, опустив фартук и глядя на него испуганным взглядом, в котором сквозило некоторое любопытство.</p>
    <p>— Не знаю. Куда-нибудь.</p>
    <p>Пока он говорил это, дерево на той стороне улицы с ослепительной ясностью предстало перед его внутренним взором. Оно, казалось, притаилось как раз под его веками, и он мог видеть его, когда хотел.</p>
    <p>— А твоя работа? — пролепетала она.</p>
    <p>— Я никогда больше не буду работать.</p>
    <p>— Господи! Джонни! — проскулила мать. — Не говори так.</p>
    <p>То, что он сказал, было для нее кощунством. Она была потрясена его словами — словно он восставал против Бога.</p>
    <p>— Да что же это такое с тобой стряслось? — спросила она, изо всех сил стараясь говорить строго.</p>
    <p>— Цифры, — отвечал он. — Да, цифры. Я порядком над ними попотел всю эту неделю, и вышло очень удивительно.</p>
    <p>— Я не понимаю, при чем тут это, — всхлипнула она.</p>
    <p>Джонни снисходительно улыбнулся, и мать явственно ощутила неловкость оттого, что исчезла былая его раздражительность.</p>
    <p>— Я тебе объясню, — сказал он. — Я вконец измучен. Что меня измучило? Движения. Я все время двигался, с самого рождения. Я устал от движения и никогда больше не намерен двигаться. Помнишь, как я работал на стекольном заводе? Я вырабатывал триста дюжин бутылок в день. Теперь я высчитал, что совершал над каждой бутылкой около десяти различных движений; это будет тридцать шесть тысяч движений в день; в месяц — миллион восемьдесят тысяч движений. Скостим восемьдесят тысяч, — он говорил приветливым тоном филантропа, — скостим восемьдесят тысяч; остается миллион движений в месяц, двенадцать миллионов движений в год. У ткацких станков я двигаюсь вдвое больше. Выходят двадцать пять миллионов движений в год, и мне кажется, что я двигался таким манером больше миллиона лет. Ну, на этой неделе я вовсе не двигался. Я целыми часами не шевелился. Знатно было, скажу я тебе, сидеть этак час за часом и ничего не делать. Никогда до сих пор я не был счастлив. У меня никогда не было времени. Я все время двигался. Таким манером нельзя стать счастливым. Так вот, кончено. Я буду сидеть и сидеть, отдыхать и отдыхать, а после опять отдыхать.</p>
    <p>— Но что будет с Вилли и с детьми? — спросила она с отчаянием.</p>
    <p>— Вот то-то и оно: Вилли и дети, — повторил он.</p>
    <p>Но в голосе его не было горечи. Он знал о честолюбивых мечтах матери относительно младшего сына, но мысль об этом его больше не грызла. Ему все было безразлично, и это — тоже.</p>
    <p>— Я знаю, мама, что ты думала, когда отдавала Вилли учиться: ты хотела, чтобы он стал бухгалтером. Из этого ничего не выйдет. С меня хватит. Пусть работает он.</p>
    <p>— Я не так тебя воспитывала, — заплакала она, собираясь опять спрятать лицо в фартуке, но затем передумав.</p>
    <p>— Ты никак меня не воспитывала, — ответил он с печальной нежностью. — Я сам себя воспитал, мама, и я же воспитал Вилли. Он больше меня, и толще, и выше. Когда я был малышом, меня, вероятно, не кормили вдоволь. Когда он появился, я работал и зарабатывал ему на еду. Но теперь этому конец. Вилли может пойти на работу, как я, или пойти к черту — мне все равно. Я устал. Я ухожу. Хочешь, простимся?</p>
    <p>Она не отвечала. Фартук опять взвился над ее головой. Она плакала. Он на минуту остановился на пороге.</p>
    <p>— Уж, кажется, я делала все, что могла, — рыдала она.</p>
    <p>Он вышел из дома и пошел вниз по улице. Тусклая радость вспыхнула на его лице при виде одинокого дерева.</p>
    <p>— Не может ничего не делать, — сказал он себе вполголоса, как бы напевая. Он задумчиво поглядел на небо, но яркое солнце сверкало и ослепляло его.</p>
    <p>Он прошел большой путь медленным шагом. Он прошел мимо ткацкой фабрики. Приглушенный гул донесся до его ушей, и он улыбнулся. Он никого не ненавидел — даже стучащие и скрипящие машины. В душе его не было горечи, не было ничего, кроме непомерной жажды покоя.</p>
    <p>Дома и фабрики постепенно редели, и пустыри попадались все чаще, по мере того как он продвигался к окраине. Наконец город остался позади, и он шел по зеленой тропинке вдоль полотна железной дороги. Он шел не так, как все люди. И он ни на кого из людей не походил. Это было какое-то подобие человеческого существа. Это был искалеченный, хилый кусок жизни, тащившийся, как больная обезьяна, с болтающимися руками, сутулыми плечами, узкой грудью — причудливый и страшный.</p>
    <p>Он прошел мимо маленькой железнодорожной станции и улегся на траве под деревом. Весь день он пролежал там. Иногда он дремал, причем мышцы его судорожно сжимались во сне. Проснувшись, он лежал без движения, следя за птицами или глядя на небо сквозь нависавшие над ним ветки дерева. Раз или два он громко рассмеялся, но без всякого отношения к тому, что он видел или чувствовал.</p>
    <p>Когда сумерки скрылись в вечерней тьме, у станции с грохотом остановился товарный поезд. Пока паровоз отводил несколько вагонов на запасный путь, Джонни подполз к поезду. Он открыл боковую дверь пустого товарного вагона и неуклюже, с трудом вскарабкался внутрь. Затем задвинул дверь. Свисток. Джонни лежал и в темноте улыбался.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Гадкая женщина</p>
    </title>
    <p>Лоретта отправилась в Санта-Клару, потому что рассталась с Билли. А Билли не мог этого понять. Сестра его рассказывала, что он всю ночь ходил взад и вперед по комнате и плакал. Лоретта тоже не спала всю ночь и большую часть ее проплакала. Дэйзи это знала доподлинно, ибо на ее груди Лоретта выплакала свое горе. Знал это и муж Дэйзи, капитан Китт: слезы Лоретты и утешения Дэйзи отчасти и его лишили сна.</p>
    <p>А капитан Китт не любил жертвовать сном. Кроме того, он вовсе не хотел, чтобы Лоретта выходила замуж — за Билли или кого-нибудь другого — безразлично. Капитан Китт считал, что Дэйзи нуждается в помощи младшей сестры по хозяйству. Но вслух он этого не высказывал. Вместо этого он настаивал на том, что Лоретта еще слишком молода, чтобы думать о замужестве. Поэтому-то капитану Китту и пришла в голову мысль отправить Лоретту погостить к миссис Хемингуэй. Там уж не будет никакого Билли.</p>
    <p>Лоретта не успела прожить и недели в Санта-Кларе, когда убедилась, что идея капитана Китта была хорошей идеей.</p>
    <p>Во-первых — хотя Билли и отказывался в это верить, — она не собиралась выходить замуж за него, а во-вторых — хотя капитан Китт и отказывался этому верить, — она не собиралась покидать Дэйзи.</p>
    <p>Прожив две недели в Санта-Кларе, она окончательно уверилась в том, что не хочет выходить за Билли; но была далеко не так уверена в том, что не желает покидать Дэйзи. Не то чтобы она стала меньше любить Дэйзи, но… у нее появились сомнения.</p>
    <p>В день приезда Лоретты в мозгу миссис Хемингуэй начал слагаться неясный план. На второй день она сказала своему мужу, Джеку Хемингуэю, что Лоретта невероятно невинное юное создание и что если бы не ее милое простодушие, то ее положительно можно было бы назвать дурой. В доказательство этого миссис Хемингуэй рассказала своему супругу несколько случаев, которые его заставили разразиться хохотом. На третий день план миссис Хемингуэй принял определенные очертания. Тогда-то она написала письмо, обозначив на конверте: «М-ру Эдварду Бешфорду, Афинский Клуб, Сан-Франциско».</p>
    <p>«Дорогой Нед» — так начиналось письмо. Когда-то, до ее замужества, он безумно был влюблен в нее в течение трех недель. Она же связала себя с Джеком Хемингуэем, претендентом более ранним, да к тому же владевшим ее сердцем; но это не очень огорчило философски настроенного Неда Бешфорда. Он только прибавил этот опыт к обширному фонду собранных таким же путем данных, из которых сфабриковал свою философию. В плане художественного вкуса и темперамента он был эллином — усталым эллином. Он любил приводить цитаты из Ницше в знак того, что он тоже пережил долгую болезнь, следующую за пламенными поисками истины, и вышел из нее слишком опытным, слишком мудрым, слишком глубоким, чтобы когда-нибудь снова впасть в безумие юношей с их любовью к истине. «Поклоняться видимости, — часто цитировал он, — верить в формы, в оттенки, в слова, в целый сонм видимостей!» Эту оригинальную цитату он всегда заканчивал словами: «Эти греки были поверхностны… <emphasis>в силу самой своей глубины</emphasis>!»</p>
    <p>Он был довольно молодым эллином, усталым и разочарованным. Женщины вероломны и лживы, думал он… в минуты рецидивов, когда он спускался до пессимизма с идеальных высот философского спокойствия. Он не верил в женскую правдивость; но, верный своему германскому учителю, он не срывал с них воздушного флера, прикрывавшего их вероломство. Он довольствовался тем, что воспринимал их как «видимости», и извлекал из этого все возможные удовольствия. Он был поверхностен… <emphasis>в силу самой своей глубины</emphasis>!</p>
    <p>«Джек от души приглашает Вас погостить, — писала миссис Хемингуэй, — а также рекомендует захватить с собой рыболовные снасти». Миссис Хемингуэй написала еще многое другое. Она сообщала ему, что наконец в состоянии показать ему абсолютно правдивую, чистую и невинную женщину. «Еще никогда ни один более прямодушный, незапятнанный, женственный бутон не алел на этой планете» — такова была одна из тех многочисленных фраз, в которые она облекла свое приглашение. А мужу она заявила с торжеством:</p>
    <p>— Если я на этот раз не женю Неда… — не разглашая страшную альтернативу, которую она отказывалась выразить и даже вообразить.</p>
    <p>Вопреки всем предположениям, Лоретта не чувствовала себя в Санта-Кларе очень несчастной. Правда, Билли писал ей ежедневно, но его письма приводили ее в меньшее отчаяние, чем его присутствие.</p>
    <p>Кроме того, жертва — разлука с Дэйзи — оказалась менее тяжкой, чем она ожидала. Впервые в жизни ее не затмевала блестящая и зрелая красота Дэйзи. При столь благоприятных обстоятельствах Лоретта быстро выдвинулась на передний план, в то время как миссис Хемингуэй скромно отошла в глубину сцены.</p>
    <p>Лоретта начала убеждаться, что она не является лишь бледной звездой, сияющей отраженным светом. Совершенно неосознанно она стала центром небольшого круга событий. Когда она садилась за рояль — всегда кто-нибудь переворачивал страницы нот и выказывал предпочтение тем или иным песням. Если она роняла платок — всегда находился кто-либо, чтобы его поднять. Ее всегда сопровождали во время прогулки. Кроме того, она научилась закидывать крючок с мухой в тихие прудки и под коряги и не запутывать в кустарнике шелковую лесу.</p>
    <p>Джек Хемингуэй не очень любил обучать новичков и ловил рыбу больше особняком, либо вовсе не ловил; таким образом, он предоставил Неду Бешфорду достаточно времени, чтобы воспринять Лоретту как видимость. Как таковая, она удовлетворяла всем требованиям философии Неда. Ее голубые глаза глядели по-мальчишески прямо, и он любовался ими, забывая содрогнуться перед коварством, которое, согласно его философии, таилось в их глубине. Она обладала грацией стройного цветка, нежностью красок и линий тонкого фарфора, и всем этим он наслаждался вполне, не думая о Жизненной Силе, клокочущей под всем этим, и забыв про Бернарда Шоу, в которого верил.</p>
    <p>Лоретта расцветала. Она быстро развивала свою индивидуальность. Она открыла в себе собственную волю, собственные желания, не связанные на вечные времена с волей и желаниями Дэйзи. Джек Хемингуэй ее баловал, Алиса Хемингуэй лелеяла, Нед Бешфорд преданно ей служил. Они потворствовали ее прихотям, смеялись ее проказам, в то время как она развивала в себе милые замашки тирана, скрытые во всякой красивой и изнеженной женщине. Окружающие действовали как снотворное средство на ее прежнее желание всегда жить при Дэйзи. Это желание теперь уже не мучило ее, как во дни ее дружбы с Билли. Чем чаще она видела Билли — тем больше убеждалась, что не может жить вдали от Дэйзи. Чем чаще она видела Неда Бешфорда — тем больше забывала свою настоятельную потребность в Дэйзи.</p>
    <p>Нед Бешфорд, со своей стороны, тоже кое о чем забывал. Он смешивал поверхностность с глубиной, спутывал видимость с реальностью, пока не слил их воедино. Лоретта была не похожа на других женщин. В ней не было ничего замаскированного. Она была реальна. Все это он высказал миссис Хемингуэй, которая с ним согласилась и в то же время заметила, как веки ее мужа на мгновение сомкнулись в недвусмысленном подмигивании.</p>
    <p>В эти дни Лоретта получила от Билли письмо, несколько отличающееся от остальных. В сущности, оно — как и все его письма — было патологическим. Это был длинный перечень симптомов и страданий: нервность, бессонница, сердечные перебои. Затем следовали упреки, такие, каких он ей до сих пор никогда не делал. Они были достаточно резки, чтобы заставить ее расплакаться, и достаточно справедливы, чтобы вызвать на ее лице трагическое выражение. С трагическим лицом она и спустилась к первому завтраку. Это заставило Джека и миссис Хемингуэй призадуматься и обеспокоило Неда. Супруги взглядами искали у него объяснения, но он покачал головой.</p>
    <p>— Я выясню это сегодня вечером, — сказала миссис Хемингуэй своему мужу.</p>
    <p>Но Нед застал Лоретту после полудня в большой гостиной. Она попыталась отвернуться. Он поймал ее руки, и она взглянула на него; ресницы ее были влажными, а губы дрожали. Он поглядел на нее молчаливо и нежно. Ресницы ее стали еще влажнее.</p>
    <p>— Ну-ну, не плачьте, крошка, — сказал он ласково.</p>
    <p>Он покровительственно обнял ее за плечи. И она прижалась к его плечу, как усталый ребенок. Он затрепетал — трепетом, необычным для эллина, преодолевшего долгую болезнь поисков истины.</p>
    <p>— О Нед, — рыдала она на его плече. — Если бы вы только знали, какая я гадкая!</p>
    <p>Он снисходительно усмехнулся и глубоко вдохнул воздух, пропитанный ароматом ее волос. Он подумал о своем светском знании женщин и вдохнул еще раз. Казалось, будто она излучает идеальную нежность детства, — «дуновение светлой души», как выразился он мысленно.</p>
    <p>Тогда он заметил, что ее рыдания усиливаются.</p>
    <p>— Что случилось, крошка? — спросил он ласково и совсем по-отечески. — Не обидел ли вас Джек? Или горячо любимая сестрица не написала вовремя?</p>
    <p>Она молчала, и он почувствовал, что непременно должен поцеловать ее волосы и что он ни за что не отвечает, если такое положение вещей будет продолжаться дальше.</p>
    <p>— Расскажите мне все, — проговорил он мягко, — и посмотрим, что можно сделать.</p>
    <p>— Я не могу. Вы будете меня презирать. О Нед, мне так стыдно!</p>
    <p>Он недоверчиво рассмеялся и легко коснулся губами ее волос — так легко, что она не заметила.</p>
    <p>— Дорогая крошка, забудем все, что бы там ни было. Я хочу сказать вам, как я люблю…</p>
    <p>Она испустила громкий крик, весь исполненный радости, но затем простонала:</p>
    <p>— Слишком поздно!</p>
    <p>— Слишком поздно? — повторил он с изумлением.</p>
    <p>— О, зачем я это сделала? Зачем я это сделала? — стонала она.</p>
    <p>Он ощутил быстрый холодок, пробежавший по спине.</p>
    <p>— Что такое? — спросил он.</p>
    <p>— О… я… он… Билли… Я такая гадкая женщина, Нед. Я знаю, вы навсегда перестанете со мной разговаривать.</p>
    <p>— Этот… хм… этот Билли, — начал он запинаясь. — Это ваш брат?</p>
    <p>— Нет… он… я не знала. Я была так молода. Я ничего не могла сделать. О, я с ума сойду! Я с ума сойду!</p>
    <p>Тут Лоретта почувствовала движение его плеча, а обнимающая рука вдруг обмякла. Он мягко отстранился от нее и столь же мягко усадил ее в глубокое кресло, где она спрятала лицо в ладонях и снова зарыдала. Он свирепо щипал ус, потом придвинул другое кресло и сел.</p>
    <p>— Я… я не понимаю, — сказал он.</p>
    <p>— Я так несчастна, — всхлипывала она.</p>
    <p>— Почему несчастны?</p>
    <p>— Потому что… он… он хочет, чтобы я вышла за него замуж.</p>
    <p>Лицо его вмиг прояснилось, и он, успокаивая, коснулся своей рукой ее руки.</p>
    <p>— Это не может ни одну девушку сделать несчастной, — заметил он мудро. — То, что вы его не любите, еще не причина… вы, разумеется, его не любите?</p>
    <p>Лоретта потрясла головой и плечами, бурно изображая отрицание.</p>
    <p>— Что? — Бешфорду хотелось добиться полной уверенности.</p>
    <p>— Нет! — воскликнула она горячо. — Я не люблю Билли! Я не хочу любить Билли!</p>
    <p>— Итак, если вы его не любите, — резюмировал Бешфорд уверенно, — то у вас нет основания быть несчастной, оттого только, что он сделал вам предложение.</p>
    <p>Она вновь зарыдала и сквозь рыдания крикнула:</p>
    <p>— В том-то и дело! Я хотела бы полюбить его! О, я хотела бы быть мертвой!</p>
    <p>— Но, дорогое дитя, вы волнуетесь из-за пустяков. — Другая его рука тоже улеглась на ее руку. — Женщины поступают так каждый день. Оттого, что вы переменили мнение или не знали своего мнения… оттого, что вы — простите мне слишком резкое выражение — пококетничали с мужчиной…</p>
    <p>— Кокетничала! — Она подняла голову и поглядела на него затуманенными от слез глазами. — О Нед, если бы это было все!</p>
    <p>— Как? — спросил он глухим голосом, а руки его медленно сползли с ее рук. Он собрался было продолжать, но замолчал.</p>
    <p>— Но я не хочу выходить за него, — протестовала Лоретта.</p>
    <p>— Ну не выходите, — посоветовал он.</p>
    <p>— Но я должна выйти за него.</p>
    <p>— <emphasis>Должны</emphasis> выйти?</p>
    <p>Она кивнула головой.</p>
    <p>— Это сильно сказано.</p>
    <p>— Я это знаю, — согласилась она, стараясь приобрести власть над своими дрожащими губами. Затем она заговорила спокойнее. — Я гадкая женщина, ужасно гадкая женщина. Никто не знает, какая я гадкая… кроме Билли.</p>
    <p>Наступила пауза. Лицо Бешфорда было серьезно, и он странно поглядел на Лоретту.</p>
    <p>— Он… Билли… знает? — спросил он наконец. Несмелый кивок и загоревшиеся щеки послужили ответом.</p>
    <p>Он некоторое время советовался с собой, словно пловец, готовящийся нырнуть.</p>
    <p>— Расскажите мне. — Он сказал это очень твердо. — Вы должны рассказать мне все.</p>
    <p>— А сумеете ли вы… когда-нибудь… простить меня? — спросила она его тихим, слабым голосом.</p>
    <p>Он поколебался, глубоко вздохнул и… вошел в воду.</p>
    <p>— Да, — оказал он с отчаянием. — Я прощу. Начинайте.</p>
    <p>— Некому было мне сказать, — начала она. — Мы так часто бывали вместе. Я тогда не знала ничего о жизни.</p>
    <p>Она остановилась, чтобы обдумать. Бешфорд нетерпеливо кусал губы.</p>
    <p>— Если бы я только знала…</p>
    <p>Она снова остановилась.</p>
    <p>— Хорошо. Продолжайте… — торопил он.</p>
    <p>— Мы бывали вместе почти каждый вечер.</p>
    <p>— С Билли? — спросил он с яростью, которая заставила ее вздрогнуть.</p>
    <p>— Да, разумеется, с Билли. Мы так часто бывали вместе… Если бы я только знала… Некому было мне сказать… Я была так молода…</p>
    <p>Ее губы раскрылись, как бы для того, чтобы продолжать, и она с беспокойством взглянула на него.</p>
    <p>— Подлец!</p>
    <p>С этим возгласом Нед Бешфорд вскочил на ноги — отнюдь не как утомленный эллин, а как разгневанный юнец.</p>
    <p>— Билли не подлец, он хороший человек, — защищала его Лоретта с твердостью в голосе, поразившей Бешфорда.</p>
    <p>— Не собираетесь ли вы сказать мне, что вина всецело лежит на вас? — произнес он саркастически.</p>
    <p>Она кивнула.</p>
    <p>— Что?!! — заорал он.</p>
    <p>— Я виновата во всем, — упрямо повторила она. — Я не должна была ему позволить. Я заслуживаю наказания.</p>
    <p>Бешфорд перестал шагать взад и вперед, и когда он заговорил, голос его прозвучал покорно.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал он. — Я не порицаю вас, Лоретта. Вы поступили весьма честно. Но Билли прав, а вы не правы. Вы должны выйти замуж.</p>
    <p>— За Билли? — спросила она приглушенным, далеким голосом.</p>
    <p>— Да, за Билли. Я возьму это на себя. Где он живет? Я заставлю его.</p>
    <p>— Но я не хочу выходить за Билли! — воскликнула она с отчаянием. — О Нед, вы этого не сделаете!</p>
    <p>— Сделаю, — отвечал он непреклонно. — Вы должны. И Билли должен. Вы понимаете?</p>
    <p>Лоретта спрятала лицо в мягкую спинку кресла и разразилась бурным потоком рыданий.</p>
    <p>Сначала Бешфорд, как он ни прислушивался, мог уловить только:</p>
    <p>— Но я не хочу покидать Дэйзи! Я не хочу покидать Дэйзи!</p>
    <p>Он сердито зашагал взад и вперед, но потом остановился, прислушиваясь с любопытством.</p>
    <p>— Как я могла знать? У-у… у-у… — плакала Лоретта. — Он мне не сказал. А никто другой никогда не целовал меня. Мне и не снилось, что поцелуй — это что-то такое ужасное… пока… у-у… он не написал мне. Я только сегодня получила письмо.</p>
    <p>Его лицо просияло. Казалось, будто заря на нем взошла.</p>
    <p>— Так вы плачете об этом?</p>
    <p>— Н-нет…</p>
    <p>Его сердце упало.</p>
    <p>— Так о чем же вы плачете? — спросил он безнадежным голосом.</p>
    <p>— Потому что вы сказали, что я должна выйти за Билли. А я не хочу выходить за Билли. Я не хочу расставаться с Дэйзи. Я не знаю, чего я хочу. Я хочу умереть.</p>
    <p>Он напрягся для последнего усилия.</p>
    <p>— Послушайте, Лоретта, будьте благоразумны. Так что насчет поцелуев? Вы мне не все рассказали.</p>
    <p>— Я… я не хочу рассказывать вам все.</p>
    <p>Во время наступившего молчания она глядела на него умоляюще.</p>
    <p>— Должна я рассказать? — пролепетала она наконец.</p>
    <p>— Вы должны, — сказал он повелительно. — Вы должны рассказать мне все.</p>
    <p>— Ну хорошо… так я должна?</p>
    <p>— Вы должны.</p>
    <p>— Он… я… мы… — начала она, путаясь, и вдруг выпалила: — Я позволила ему, и он меня поцеловал.</p>
    <p>— Продолжайте, — в отчаянии приказал Бешфорд.</p>
    <p>— Это все, — отвечала она.</p>
    <p>— Все? — Бесконечное недоверие прозвучало в его голосе.</p>
    <p>— Все? — В ее голосе звучал не менее бесконечный вопрос.</p>
    <p>— Я… хотел сказать… хм… ничего хуже этого не случилось? — Он чувствовал себя подавленным собственной неуклюжестью.</p>
    <p>— Хуже этого? — Она откровенно недоумевала. — Точно может быть что-нибудь хуже! Билли сказал…</p>
    <p>— Когда он сказал это? — отрывисто спросил Бешфорд.</p>
    <p>— В письме, которое я получила сегодня утром. Билли говорит, что мои… что наши… наши поцелуи — это нечто ужасное, если мы не поженимся.</p>
    <p>У Бешфорда закружилась голова.</p>
    <p>— Что еще говорит Билли? — спросил он.</p>
    <p>— Он говорит, что если женщина позволила мужчине поцеловать ее, то она всегда выходит за него замуж. А если она этого не делает, то это ужасно. Таков обычай, говорит он. А я говорю, что это скверный, гадкий обычай, и мне он не нравится. Я знаю, что я отвратительна, — прибавила она, — но я ничего не могу поделать.</p>
    <p>Бешфорд рассеянно вынул сигару.</p>
    <p>— Позволите мне закурить? — спросил он, чиркая спичкой.</p>
    <p>Затем он пришел в себя.</p>
    <p>— Простите, — воскликнул он, бросая спичку и папиросу. — Я не хочу курить. Я совсем не то хотел сказать. Я хотел сказать…</p>
    <p>Он склонился над Лореттой, взял ее руки в свои, затем уселся на ручку кресла и нежно обнял ее.</p>
    <p>— Лоретта, я дурак. Это я хотел сказать. И еще кое-что. Прошу вас, будьте моей женой.</p>
    <p>Наступило молчание. Он тревожно ждал.</p>
    <p>— Ответьте же мне, — торопил он.</p>
    <p>— Я согласна… если…</p>
    <p>— Так продолжайте же. Если… что?</p>
    <p>— Если я не должна буду выйти за Билли.</p>
    <p>— Вы же не можете выйти за нас обоих! — почти закричал он.</p>
    <p>— И нет такого обычая… как… как говорит Билли?</p>
    <p>— Нет, нет такого обычая. Итак, Лоретта, хотите вы быть моей женой?</p>
    <p>— Не сердитесь на меня. — Она притворно надула губки.</p>
    <p>Он заключил ее в свои объятия и поцеловал.</p>
    <p>— О, я хотела бы, чтобы такой обычай существовал, — говорила она слабым голосом между двумя поцелуями, — потому что тогда я должна была бы выйти за вас, Нед… дорогой… правда?</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Просто мясо</p>
    </title>
    <p>Он добрался до угла и поглядел вправо и влево по поперечной улице, но не увидел ничего, кроме оазисов света, отбрасываемого уличными фонарями на перекрестках. Затем он побрел назад по той же дороге, по какой пришел. Он был тенью человека, бесшумно скользившей сквозь полумрак, не совершая ни одного лишнего движения. К тому же он был чрезвычайно ловок — как дикий зверь в джунглях, — зорко наблюдателен и впечатлителен. Он не смог бы заметить в этой темноте только самое мельчайшее и призрачное движение.</p>
    <p>Вдобавок к постоянным сигналам, которые ему посылали чувства, у него был еще более тонкий способ восприятия — как бы <emphasis>чутье</emphasis> окружавшей его атмосферы. Он знал, что в доме, перед которым он на минуту остановился, были дети. Это знание сообщалось ему без сознательного усилия. И поэтому он даже не отдавал себе отчета в своем знании — настолько впечатление было бессознательным. И все же, если бы нужно было что-то в этом доме сделать, — он поступил бы, исходя из того, что там есть дети. Он не сознавал всего, что было ему известно об окружающей обстановке.</p>
    <p>В силу того же свойства он — неведомо как — почувствовал, что ему не грозит никакой опасности от шагов, приближавшихся к нему с другой стороны улицы. Раньше, чем он увидал идущего, он распознал в нем запоздалого пешехода, торопившегося домой. Прохожий показался на перекрестке и исчез в глубине улицы. Наблюдавший человек заметил свет, мелькнувший в окне углового дома, и, когда свет исчез, сообразил, что потухла спичка. Это было сознательное определение привычного явления, и в мозгу его мелькнула мысль: «Интересно знать, который час». В другом доме одна комната была освещена. Свет был неярким, и он почуял, что это — комната больного.</p>
    <p>Он особенно интересовался одним домом напротив — как раз посредине квартала. На этот дом он обращал особое внимание. Куда бы он ни глядел, куда бы ни шел, — все равно его шаги и взгляды неизменно возвращались к этому дому. За исключением открытого окна прямо над парадной дверью, в доме не было ничего необыкновенного. Никто не входил и не выходил. Ничего не происходило. Окна не были освещены, более того, в них даже не мелькал свет. И тем не менее этот дом был центральным пунктом его наблюдений. Он возвращался к нему всякий раз после какого-нибудь откровения о состоянии соседних домов.</p>
    <p>Несмотря на свое чутье, он не был самоуверен. Он в высшей степени сознавал непрочность своего положения. Хотя его и не смутили шаги случайного прохожего, все же он был возбужден, впечатлителен и подвержен страху, как пугливый олень. Он признавал возможность существования других сознаний, рыщущих в темноте, — сознаний, равных его собственному по остроте, впечатлительности и прозорливости.</p>
    <p>Далеко, в конце улицы он усмотрел какую-то движущуюся фигуру и понял, что это не запоздалый прохожий, спешащий домой, а угроза и опасность. Он дважды свистнул в сторону дома напротив, затем скользнул, как тень, к углу и за угол. Здесь он остановился и тщательно огляделся. Успокоившись, он вернулся обратно и стал всматриваться в приближавшуюся фигуру. Он правильно угадал: то был полисмен.</p>
    <p>Человек спустился по переулку к ближайшей подворотне, под прикрытием которой он принялся наблюдать только что покинутый угол. Он увидел, как полисмен прошел мимо, направляясь прямо вверх по улице. Он двинулся параллельно полисмену и из следующей подворотни опять убедился, что тот прошел мимо; затем он вернулся той же дорогой.</p>
    <p>Он один раз свистнул в сторону дома напротив, а немного погодя свистнул еще раз. В этом свистке был отбой тревоги, точно так же, как первоначальный двойной свисток был предостережением.</p>
    <p>Он увидел, как что-то темное показалось на козырьке крыльца и медленно стало съезжать по столбу. Затем оно спустилось вниз по лестнице, миновало узенькую железную калитку и, выйдя на тротуар, приняло форму человека. Прежний наблюдатель остался на своей стороне улицы и двинулся прямо к углу, где перешел на другую сторону и присоединился к появившемуся. Он казался совсем маленьким рядом с тем, к кому подошел.</p>
    <p>— Хорошо поработал, Мэтт? — спросил он.</p>
    <p>Другой промычал что-то неопределенное и молча прошел несколько шагов.</p>
    <p>— Кажется, выгрузил товар, — сказал он.</p>
    <p>Джим хихикнул в темноте и ждал дальнейших сведений. Они все шли и шли, и он становился нетерпеливее.</p>
    <p>— Ну, так что же с этим товаром? — спросил он. — Какого рода улов? Ну?</p>
    <p>— Я был слишком занят, чтобы считать, но, должно быть, жирный. Ничего больше не могу сказать, Джим, — жирный. Подожди, пока вернемся в комнату.</p>
    <p>Джим зорко взглянул на него при свете фонаря на ближайшем перекрестке и увидел, что лицо его хмуро и он как-то странно держит левую руку.</p>
    <p>— Что с твоей рукой? — спросил он.</p>
    <p>— Парень укусил меня. Надеюсь, у меня не начнется водобоязнь. Правда, что иногда можно взбеситься от человеческого укуса?</p>
    <p>— Пришлось с ним побороться? А? — спросил Джим, подзадоривая.</p>
    <p>Тот что-то промычал.</p>
    <p>— Легче из ада что-нибудь вытянуть, чем из тебя, — вспыхнул Джим. — Расскажи, как было. Рассказ-то ведь денег не стоит.</p>
    <p>— Я, кажется, слегка пристукнул его, — послышался ответ. Затем — в виде объяснения: — Он проснулся, когда я вошел.</p>
    <p>— Ты это чисто сработал. Я ни звука не слыхал.</p>
    <p>— Джим, — сказал тот серьезно. — Дело пахнет виселицей. Я уложил его. Пришлось. Он проснулся. Нам с тобой придется на время спрятаться.</p>
    <p>Джим понимающе присвистнул.</p>
    <p>— Слышал ты, как я свистел? — спросил он внезапно.</p>
    <p>— Разумеется. Я уже был совсем готов. Как раз собирался вылезать.</p>
    <p>— Это был легавый. Но он ни черта не заметил. Прошел мимо и шел все прямо, пока не скрылся из виду. Тут я вернулся и дал свисток. Почему ты и после того так долго не выходил?</p>
    <p>— Ждал для верности, — объяснил Мэтт. — Я здорово обрадовался, когда услышал твой второй свист. Тяжелое это дело — ждать. Я все сидел и все думал, думал… о разных вещах. Чудно! О чем только человек не думает! Да, кроме того, еще кошка треклятая все ходила по дому и беспокоила меня своим шумом.</p>
    <p>— А улов-то жирный! — воскликнул Джим некстати и с радостью.</p>
    <p>— Уверенно говорю тебе, Джим, жирный. Я жду не дождусь взглянуть еще раз.</p>
    <p>Оба бессознательно ускорили шаг. И все же осторожность не покидала их. Два раза меняли они направление, чтобы избежать полисменов, и только окончательно уверившись, что за ними не следят, нырнули в темный подъезд дома с дешевыми меблированными комнатами на окраине города.</p>
    <p>Так они и шли в темноте до своей комнаты под самой крышей. Пока Джим зажигал лампу, Мэтт запер дверь и задвинул засов. Обернувшись, он увидел, что его товарищ напряженно ждет. Мэтт про себя улыбнулся его нетерпению.</p>
    <p>— Светилка-то в порядке, — сказал он, вынимая маленький карманный электрический фонарик и рассматривая его. — Но нам надо приобрести новую батарею. Эта работает совсем слабо. Раз или два я думал, что она оставит меня в потемках. Странное устройство в этом доме. Я едва не заблудился. Его комната оказалась налево, и это меня чуточку сбило.</p>
    <p>— Я говорил тебе, что она слева, — прервал Джим.</p>
    <p>— Ты говорил, что она справа, — продолжал Мэтт. — Я, думается, помню, что ты говорил. A вот и план, который ты нарисовал.</p>
    <p>Порывшись в жилетном кармане, он вытащил сложенный кусок бумаги. Когда он его развернул, Джим наклонился и принялся разглядывать.</p>
    <p>— Я ошибся, — произнес он.</p>
    <p>— Вот именно. Потому-то мне пришлось сначала действовать наудачу.</p>
    <p>— Но теперь-то уже все равно, — воскликнул Джим. — Дай взглянуть, что тебе досталось.</p>
    <p>— Нет, не все равно, — возразил Мэтт, — совсем не все равно… для меня. Мне пришлось нести весь риск. Я сунул голову в ловушку, пока ты стоял на улице. Ты должен взять себя в руки и работать лучше. Ну да ладно. Сейчас покажу.</p>
    <p>Он небрежно запустил руку в карман и вытащил пригоршню мелких бриллиантов. Он высыпал их блестящим потоком на засаленный стол. Джим крепко выругался.</p>
    <p>— Это пустяки, — сказал Мэтт с торжествующим самодовольством. — Я еще и не начинал.</p>
    <p>Он продолжал вынимать добычу из всех карманов. Тут было много бриллиантов, завернутых в замшу, — и все они были крупнее, чем те, что в первой пригоршне. Из одного кармана он вытащил горсть совсем мелких камней.</p>
    <p>— Солнечная пыль, — заметил он, сложив их отдельно на столе.</p>
    <p>Джим стал их разглядывать.</p>
    <p>— Как раз такие, какие продаются в розницу за пару долларов каждый, — сказал он. — Это все?</p>
    <p>— Разве не довольно? — спросил тот раздосадованным тоном.</p>
    <p>— Разумеется, довольно, — отвечал Джим с безусловным одобрением. — Лучше, чем я ожидал. Я не возьму меньше десяти тысяч долларов за всю партию — ни центом меньше.</p>
    <p>— Десять тысяч, — осклабился Мэтт. — Они стоят вдвое или я ничего не понимаю в камнях. Погляди-ка на этого крепыша!</p>
    <p>Он вытащил его из сверкающей груды и поднес к лампе с видом знатока.</p>
    <p>— Стоит тысячу, — быстрее его определил Джим.</p>
    <p>— Тысячу за твою бабушку, — прозвучал гневный ответ Мэтта. — Такого и за три не купишь.</p>
    <p>— Разбуди меня! Я вижу сон! — Блеск камней отражался в глазах Джима, и он принялся отбирать крупные камни и рассматривать их. — Мы — богатые люди, Мэтт. Мы будем настоящими буржуями.</p>
    <p>— Понадобится несколько лет, чтобы избавиться от них, — рассудительно заметил Мэтт.</p>
    <p>Глаза его сверкали — хотя и мрачно, — но все сильнее, по мере того как пробуждалась его флегматичная натура.</p>
    <p>— Я говорил тебе: мне и в голову не приходило, что выйдет так жирно, — пробормотал он тихо.</p>
    <p>— Какой улов! Какой улов! — воскликнул Джим еще восторженнее.</p>
    <p>— Я едва не забыл, — сказал Мэтт, запуская руку во внутренний карман пиджака.</p>
    <p>Нитка крупного жемчуга вынырнула из папиросной бумаги и замшевой обертки. Джим еле взглянул на нее.</p>
    <p>— Она стоит денег, — сказал он и возвратился к брильянтам.</p>
    <p>Молчание воцарилось между ними. Джим играл камнями, пропуская их между пальцев, разделяя на кучки или широко раскладывая по столу.</p>
    <p>Это был стройный худой человек, нервный, раздражительный, анемичный и всегда напряженный — типичное дитя улицы, с некрасивыми, измятыми чертами лица, узкими глазами, с постоянно голодным ртом — похожий на зверя из кошачьей породы, насквозь прожженный клеймом вырождения.</p>
    <p>Мэтт не перебирал бриллианты. Он сидел, опершись локтями на стол, положив подбородок на ладони, и глядел тяжелым взглядом на сверкающие россыпи. Во всех отношениях он был полной противоположностью своему товарищу. Он не был взращен городом. Мускулистый и волосатый, своей силой и обликом он походил на гориллу. Для него не существовало незримого мира. Глаза его были чуть навыкате и широко расставлены, и в них как бы светилось что-то вроде живого человеческого чувства. Они внушали доверие. Но, всмотревшись, можно было обнаружить, что его глаза слишком уж выпуклые, слишком широко расставлены. В них было что-то ненормальное, и то же можно было сказать о его характере.</p>
    <p>— Вся партия стоит пятьдесят тысяч, — заметил вдруг Джим.</p>
    <p>— Сто тысяч, — сказал Мэтт.</p>
    <p>Опять наступило молчание и продолжалось долго, пока Джим снова его не нарушил.</p>
    <p>— Какого черта он делал со всем этим в своей квартире? Вот что хочу я знать. Я думал, что он держит их в несгораемом шкафу внизу, в магазине.</p>
    <p>Мэтту как раз в этот момент представился образ задушенного им человека — каким он видел его, оглянувшись напоследок, при слабом свете электрического фонарика. Но он не вздрогнул при упоминании о нем.</p>
    <p>— Что тут говорить? — ответил он. — Может быть, он готовился объегорить своего компаньона. Может быть, он наутро улепетнул бы в неведомые страны, если бы мы не подвернулись вовремя. Я думаю, что среди честных людей ровно столько же воров, сколько среди воров. О таких вещах постоянно читаешь в газетах, Джим. Компаньоны всегда надувают друг друга.</p>
    <p>Глаза Джима странно вспыхнули. Мэтт ничем не выдал, что заметил это, но сказал:</p>
    <p>— О чем ты подумал, Джим?</p>
    <p>Джим на мгновение слегка смутился.</p>
    <p>— Ни о чем, — ответил он. — Я только подумал, как это странно: все эти камни у него в квартире. Почему ты спрашиваешь?</p>
    <p>— Так… Мне просто хотелось знать, вот и все.</p>
    <p>Воцарилось молчание, изредка прерываемое тихим и нервным хихиканьем Джима. Он был потрясен грудой драгоценных камней. Не то чтобы он чувствовал их красоту. Он не замечал, что они прекрасны сами по себе. Но в камнях его острое воображение видело радости, которые могли быть на них куплены, и все страсти и аппетиты его нездорового ума и хилого тела пробудились к жизни. Он строил чудесные замки, а в них видел нескончаемые оргии, и устрашился своих видений. Тогда он хихикнул. Все это было слишком невозможным, чтобы стать реальным, и все-таки… вот они сверкали перед ним на столе, обвевая его пламенем вожделения. И он снова хихикнул.</p>
    <p>— Я думаю, нам лучше сосчитать их, — неожиданно сказал Мэтт, отрываясь от своих собственных видений. — Ты следи за мной и смотри, чтобы было по совести, потому что ты и я, Джим, — мы должны действовать по совести… Понял?</p>
    <p>Джиму это не понравилось, и он выдал себя взглядом; а Мэтту не понравилось то, что он прочел в глазах компаньона.</p>
    <p>— Понял? — повторил Мэтт почти с угрозой.</p>
    <p>— Разве мы когда-нибудь не по совести поступали? — отвечал тот, насторожившись, ибо уже ощутил в себе неясный шепот вероломства.</p>
    <p>— Ничего не стоит быть честным в тяжелые времена, — возразил Мэтт. — Быть честным, когда повезет — вот что ценится. Когда у нас ничего нет, мы поневоле честны. Теперь мы разжились и становимся деловыми людьми — честными деловыми людьми… Понял?</p>
    <p>— Правильно сказано, — одобрил Джим, но далеко — в самой глубине его жалкой душонки — против его воли беззаконные мысли бились на привязи, как пленные звери.</p>
    <p>Мэтт шагнул к полкам, висевшим за двухфитильной керосинкой. Он высыпал из одной картонной коробки чай, а из другой — немного красного перца. Возвратившись с коробками к столу, он положил в них обе кучки мелких брильянтов, затем пересчитал крупные камни и завернул их в папиросную бумагу и замшу.</p>
    <p>— Сто сорок семь камней приличных размеров, двадцать крупных, два здоровенных, один великан и пара пригоршней мелочи. — Он взглянул на Джима.</p>
    <p>— Верно, — был ответ.</p>
    <p>Он записал это на листке блокнота, снял копию и отдал один листок компаньону, а другой оставил себе.</p>
    <p>— Только для справки, — сказал он.</p>
    <p>Снова он подошел к полкам, с которых снял и опорожнил от сахара большую картонную коробку. В эту последнюю он сложил все брильянты — крупные и мелкие, — завернул ее в ситцевый носовой платок и спрятал под свою подушку. Затем он присел на край постели и снял башмаки.</p>
    <p>— И ты думаешь, они стоят сотню тысяч? — спросил Джим, перестав развязывать свои ботинки и взглянув на него.</p>
    <p>— Разумеется, — был ответ. — Я видел однажды танцовщицу, там, в Аризоне. На ней — на этой танцовщице — было несколько больших блестяшек. Они были ненастоящие. Будь они настоящие, говорила она, так она бы не плясала. Они бы стоили до пятидесяти тысяч, а у нее всех-то их было меньше дюжины.</p>
    <p>— Кому охота работать за пропитание? — с торжеством спросил Джим. — Киркой да лопатой! — Он презрительно усмехнулся. — Работай всю жизнь, как собака, сберегай всякую получку — и все-таки не скопишь и половины того, что нам в одну ночь досталось.</p>
    <p>— Посуду мыть — это тебе под стать. А этим не заработаешь больше двадцатки в месяц и харчи. Цифры твои никуда не годятся, но мысль попадает в точку. Пусть работает тот, кому охота. Я был ковбоем за тридцать долларов в месяц, когда был молод и глуп. Ну-с, теперь я стал старше — и уже не хочу быть ковбоем.</p>
    <p>Он улегся в постель в одном углу комнаты. Джим потушил свет и сделал то же в другом углу.</p>
    <p>— Как твоя рука? — любезно осведомился Джим.</p>
    <p>Такое внимание было необычным, Мэтт это подметил и ответил:</p>
    <p>— Кажется, симптомов водобоязни нет. Зачем ты спрашиваешь?</p>
    <p>Джим почувствовал смутное сознание вины и мысленно проклял манеру товарища задавать неприятные вопросы, но вслух ответил:</p>
    <p>— Да так, просто. Только ты сначала как будто беспокоился об этом. Что ты собираешься делать со своей долей, Мэтт?</p>
    <p>— Купить ранчо со скотом в Аризоне, сидеть смирно и нанимать других людей, чтобы они работали у меня ковбоями. Есть там несколько таких, которых я с радостью увидел бы вымаливающими у меня работу, черт их побери! Ну, заткни фонтан, Джим. Немало времени пройдет, пока я куплю это ранчо. А теперь я хочу спать.</p>
    <p>Но Джим долго лежал с открытыми глазами, нервно подергиваясь, беспокойно ворочаясь, и этим будил себя каждый раз, когда начинал задремывать. Бриллианты все еще сверкали перед глазами — сверкали так, что глазам больно было. Мэтт, несмотря на грубость своей натуры, спал чутко, всегда начеку во время сна — как дикое животное; и Джим заметил, что при каждом его движении тело товарища тоже шевелилось. И потому Джим часто не знал, проснулся тот или нет. Один раз Мэтт сказал ему, словно был в полном сознании:</p>
    <p>— Да спи же, Джим. Не беспокойся об этих камнях. Целы будут. — И Джим подумал, что именно в этот момент Мэтт безусловно спал.</p>
    <p>Поздно утром Мэтт проснулся от первого движения Джима; а потом они прохлаждались до полудня, после чего одновременно встали и начали одеваться.</p>
    <p>— Я иду купить газеты и немного хлеба, — сказал Мэтт. — А ты свари кофе.</p>
    <p>Джим слушал, а взгляд его бессознательно оторвался от Мэтта и блуждал по подушке, под которой хранилась коробка, завернутая в ситцевый носовой платок. В то же мгновение лицо Мэтта исказилось от звериной ярости.</p>
    <p>— Смотри, Джим, — прорычал он. — Ты должен играть честно. Если будешь мне гадить, — прикончу. Понял? Я сломаю тебя, Джим. Так и знай. Перегрызу тебе горло и съем, как кусок бифштекса.</p>
    <p>Его загорелая кожа почернела от прилива крови, а рычащий рот обнажил зубы, пожелтевшие от табака. Джим вздрогнул и невольно съежился. Человек, на которого он глядел, нес смерть. Не далее как прошлой ночью этот смуглый человек своими руками убил другого, и это не помешало ему спокойно спать. И в собственном своем сердце Джим ощутил вину и замыслы, за которые он заслуживал все то, чем ему грозили.</p>
    <p>Мэтт вышел, оставив его еще дрожащим. Тогда гнев исказил лицо Джима, и он неслышно пробурчал свирепое проклятие в сторону двери. Он вспомнил о камнях и поспешил к кровати. Он тщательно прощупал под подушкой платок, чтобы убедиться, что бриллианты все еще там. Уверившись в их сохранности, он виновато поглядел на керосинку. Затем поспешно зажег ее, доверху наполнил кофейник и поставил его на огонь.</p>
    <p>Кофе кипел, когда Мэтт вернулся, и пока этот последний резал хлеб и выкладывал на стол масло, Джим разливал кофе. Только усевшись за стол и хлебнув кофе, Мэтт вытащил из кармана утреннюю газету.</p>
    <p>— Мы здорово обсчитались, — сказал он. — Я говорил тебе, что я никак не мог вычислить, какой жирный кусок мы отхватили.</p>
    <p>Он указал на заголовки первой страницы.</p>
    <p>«<emphasis>Немезида настигла Буянова мгновенно, </emphasis>— прочли они. — <emphasis>Его убили во сне, после того как он обокрал своего компаньона</emphasis>».</p>
    <p>— Вот видишь! — воскликнул Мэтт. — Он обокрал своего компаньона, обокрал, как грязный вор.</p>
    <p>— «Пропало на полмиллиона драгоценных камней», — вслух прочитал Джим. Он положил газету на стол и уставился на Мэтта.</p>
    <p>— Что я тебе говорил? — сказал тот. — Черта лысого мы понимаем в камнях! Полмиллиона! А я-то не мог насчитать больше ста тысяч. Ну-ка, прочти остальное.</p>
    <p>Они продолжали читать молча, голова к голове; а нетронутый кофе стал остывать, и поминутно то тот, то другой выкрикивал какой-нибудь сенсационный факт.</p>
    <p>— Я бы хотел видеть рожу Метцнера, когда он сегодня утром открыл сейф в магазине! — Джим пожирал газету глазами.</p>
    <p>— Он догадался, что добыча ушла на квартиру к Буянову, — пояснил Мэтт. — Читай дальше!</p>
    <p>— «Должен был вчера вечером отплыть на «Саджоде» в Индийский океан… Отъезд задержался из-за непредвиденной погрузки…»</p>
    <p>— Потому-то мы и застали его в постели, — прервал его Мэтт. — Вот уж действительно повезло. Все равно что выиграть в лотерею при одном шансе на пятьдесят билетов.</p>
    <p>— «Саджода» отчалила сегодня утром в шесть…</p>
    <p>— Он не успел к отплытию, — сказал Мэтт. — Я видел, что его будильник был поставлен на пять часов. Потому-то у него было еще много времени впереди… Но пришел я и сказал его времени «стоп!». Продолжай.</p>
    <p>— «Адольф Метцнер в отчаянии… Знаменитое Хейторнское жемчужное ожерелье… великолепно подобранные жемчужины… оценено экспертами в пятьдесят — семьдесят тысяч».</p>
    <p>Джим остановился, чтобы торжественно произнести очень скверное проклятие, закончив его так:</p>
    <p>— …что эти проклятые пасхальные яйца стоят таких деньжищ! — Он облизал губы и прибавил: — Ну, да ведь и красота-то какая!..</p>
    <p>— «Крупный бразильский камень, — продолжал он читать, — восемьдесят тысяч долларов… много ценных камней чистой воды… несколько тысяч мелких брильянтов, стоящих, по меньшей мере, сорок тысяч».</p>
    <p>— Очень полезные сведения, — благодушно улыбнулся Мэтт.</p>
    <p>— «Как считают сыщики, — читал Джим, — грабители, несомненно, знали… Ловко следили за тем, что делал Буянов… проведали о его плане и шли за ним до самого его дома, вместе с награбленной добычей»…</p>
    <p>— Ловко… черт! — вырвалось у Мэтта. — Так составляются репутации… по газетам. Как могли мы знать, что он собирается обокрасть компаньона?</p>
    <p>— Как бы то ни было, а товар достался нам, — осклабился Джим. — Поглядим-ка на него еще раз.</p>
    <p>Он удостоверился, что дверь заперта на засов, а Мэтт вынул из-под подушки ситцевый узелок и развернул его на столе.</p>
    <p>— Ну, разве не красота! — воскликнул Джим при виде жемчужного ожерелья и некоторое время только на него и смотрел. — Согласно экспертизе, стоит от пятидесяти до семидесяти тысяч.</p>
    <p>— А женщины любят такие штучки, — комментировал Мэтт. — Что угодно они готовы сделать, чтобы их получить: продать себя, совершить убийство — словом, все!</p>
    <p>— Совсем как мы с тобой.</p>
    <p>— Вот уж нет, — возразил Мэтт. — Я совершил убийство, но не ради этих штучек, а ради того, что они мне принесут. В этом — разница. Женщины хотят камней для камней. А я хочу камней для женщин и всего, что они мне доставят.</p>
    <p>— Счастье, что мужчины и женщины не хотят одних и тех же вещей, — заметил Джим.</p>
    <p>— На том и зиждется торговля, — согласился Мэтт, — что люди хотят разного.</p>
    <p>После полудня Джим вышел, чтобы закупить еды. Во время его отсутствия Мэтт очистил стол от камней, снова завернул их в платок и положил под подушку. Затем он зажег керосинку, чтобы вскипятить воду для кофе. Через несколько минут Джим вернулся.</p>
    <p>— Удивительно! — заметил он. — Улицы, магазины, люди — все, как и всегда. Ничто не изменилось. А я хожу среди них — я, миллионер. И никто на меня не поглядел и не догадался.</p>
    <p>Мэтт промычал что-то недружелюбно. Он не понимал легких причуд и капризов фантазии своего компаньона.</p>
    <p>— Мясо купил? — спросил он.</p>
    <p>— Еще бы, в дюйм толщиной. Настоящий персик. Посмотри на него.</p>
    <p>Он развернул бумагу и показал купленный кусок мяса Мэтту. Затем сварил кофе и накрыл на стол, пока Мэтт жарил мясо.</p>
    <p>— Не клади туда слишком много красного перца, — предупредил Джим. — Я не привык к твоей мексиканской стряпне. Ты всегда переперчиваешь.</p>
    <p>Мэтт что-то насмешливо пробормотал и продолжал готовить. Джим разлил кофе, но перед тем всыпал в надтреснутую фарфоровую чашку порошок, завернутый в папиросную бумагу; порошок он достал из своего жилетного кармана. В этот момент он стоял спиной к своему компаньону, но не решался на него оглянуться. Мэтт расстелил на столе газету, а на газету поставил горячую сковороду; он разрезал мясо пополам и положил Джиму и себе.</p>
    <p>— Ешь, пока горячее, — посоветовал он и сам подал пример, вооружившись ножом и вилкой.</p>
    <p>— Объедение, — оценил Джим, проглотив первый кусок. — Но одно я тебе скажу напрямик: я не приеду к тебе в гости на твое ранчо в Аризоне, можешь не просить.</p>
    <p>— В чем дело? — спросил Мэтт.</p>
    <p>— Да в том, что мексиканская стряпня на твоем ранчо — не для меня. Меня и так ждет ад после смерти, зачем же я буду терзать свои внутренности, пока я жив. Проклятый перец!</p>
    <p>Он улыбнулся, с силой выдохнул, чтобы охладить горящий рот, выпил кофе и продолжал есть мясо.</p>
    <p>— Что ты думаешь о загробной жизни вообще, Мэтт? — спросил он немного погодя, втайне удивляясь, почему тот не притрагивается к своему кофе.</p>
    <p>— Нет никакой загробной жизни, — отвечал Мэтт, отрываясь от трапезы, чтобы выпить первый глоток кофе. — Ни неба, ни ада — ничего. Все, что следует, человек получает на земле.</p>
    <p>— А после? — допытывался Джим со свойственным ему болезненным любопытством, ибо знал, что смотрит на человека, который скоро умрет. — А после? — повторил он.</p>
    <p>— Видел ты когда-нибудь труп двухнедельной давности? — спросил Мэтт.</p>
    <p>Джим покачал головой.</p>
    <p>— Ну а я видел. Он походил на этот бифштекс, который мы с тобой едим. Раньше это был бык, бегавший на воле. А теперь это <emphasis>только мясо. Только мясо</emphasis> — вот и все. Вот чем станем и ты, и я, и все люди — мясо!</p>
    <p>Мэтт допил кофе и налил еще.</p>
    <p>— А ты боишься умереть? — спросил он.</p>
    <p>Джим покачал головой.</p>
    <p>— Нечего бояться. Я все равно не умру. Я исчезну и появлюсь снова…</p>
    <p>— Чтобы красть, лгать и хныкать в течение еще одной жизни и продолжать так без конца, без конца, без конца? — презрительно ухмылялся Мэтт.</p>
    <p>— Я, может быть, исправлюсь, — предположил Джим тоном, полным надежды. — Может быть, в будущей жизни не будет необходимости красть…</p>
    <p>Он вдруг осекся и уставился прямо перед собой с выражением испуга на лице.</p>
    <p>— В чем дело? — спросил Мэтт.</p>
    <p>— Ни в чем. Я только подумал… — Джим сделал над собой усилие и пришел в себя. — О смерти подумал, вот и все.</p>
    <p>Но он не мог стряхнуть с себя сковывавший его ужас. Казалось, что-то невидимое и мглистое прошло мимо него, отбрасывая неуловимую тень своего присутствия. Он ясно ощутил предчувствие беды. Что-то зловещее должно было произойти. Несчастье повисло в воздухе. Он пристально посмотрел через стол на другого человека. Он ничего не понимал. Неужели он ошибся и отравился сам? Нет! Надтреснутая чашка стояла перед Мэттом, а он, несомненно, высыпал яд в надтреснутую чашку.</p>
    <p>Это только воображение, подумал он в следующий миг. Оно и раньше играло с ним разные шутки. Дурак! Ну разумеется! Разумеется, что-то должно случиться — случиться с Мэттом. Разве Мэтт не выпил весь свой кофе?</p>
    <p>Джим просиял и доел свою порцию, а потом куском хлеба подобрал и соус.</p>
    <p>— Когда я был мальчишкой… — начал он, но вдруг осекся. Снова пролетело незримое мглистое существо, полное грозных предостережений о грядущих бедствиях. Он почувствовал разрушительную силу, действующую в его теле и во всех его мышцах; казалось, вот-вот его пронзит судорога.</p>
    <p>Он внезапно откинулся назад и столь же внезапно наклонился вперед и уперся локтями в стол. Неясная дрожь пробежала по мышцам его тела. Это было похоже на первое трепетание листьев перед порывом ветра. Он заскрежетал зубами. Вновь повторилось судорожное сокращение мышц. Он испугался до паники, чувствуя, что теряет контроль над своим телом. Снова они судорожно сократились, вопреки его воле, ибо он хотел, чтобы они не сокращались. Это была революция в нем самом, это была анархия. И ужас бессилия охватил его, когда его, казалось, сжала его собственная плоть. Мурашки забегали по спине, а на лбу выступил пот. Он оглядел комнату, и все подробности обстановки показались ему странно близкими и привычными — точно он только что вернулся из долгого путешествия. Он взглянул через стол на своего компаньона. Мэтт наблюдал за ним и улыбался. Выражение ужаса разлилось по лицу Джима.</p>
    <p>— Господи, Мэтт! — завизжал он. — Ты что, отравил меня?!</p>
    <p>Мэтт еще шире улыбнулся и продолжал наблюдать за ним. Во время последовавшего затем приступа сильных судорог Джим не потерял сознания. Мускулы его сокращались, сжимались, скручивались, терзая и ломая его в своих свирепых объятиях. Но несмотря на эти муки, он заметил, что Мэтт ведет себя странно. С ним происходило то же. Улыбка сползла с его лица, и на нем осталось внимательное выражение, точно он прислушивался к каким-то словам внутри себя и старался угадать их смысл. Мэтт встал, прошелся по комнате туда и назад, затем сел снова.</p>
    <p>— Это твоих рук дело, Джим, — спокойно сказал он.</p>
    <p>— Но я не думал, что ты захочешь прикончить <emphasis>меня</emphasis>, — отвечал Джим укоризненно.</p>
    <p>— О, я уже прикончил тебя, — сказал Мэтт, сжав зубы и содрогаясь всем телом. — Что ты дал мне?</p>
    <p>— Стрихнин.</p>
    <p>— Так же, как и я тебе, — признался Мэтт. — Это чертовская штука, не правда ли?</p>
    <p>— Ты врешь, Мэтт, — умоляюще сказал Джим. — Ты не отравил меня. Правда?</p>
    <p>— Я уверен, что — да, Джим, я не переборщил. Я насыпал как раз столько, сколько тебе нужно, в твою порцию… Стой? Куда ты?</p>
    <p>Джим скользнул к двери и хотел отодвинуть засовы. Мэтт вскочил, загородил ему дорогу и оттолкнул его.</p>
    <p>— Аптека, — скулил Джим, — аптека…</p>
    <p>— Нет, ты не пойдешь. Ты останешься здесь. Нечего выбегать и устраивать комедию с отравлением на улице… да еще имея все эти камни под подушкой. Спастись? Даже если ты не умрешь, так попадешь в руки полиции, а потом иди — объясняйся с ней. Рвотное — вот что нужно при отравлении. Я в таком же скверном положении, как и ты, и собираюсь принять рвотное. Все равно ничего другого тебе не дадут и в аптекарском магазине.</p>
    <p>Он толкнул Джима обратно на середину комнаты и опять задвинул засовы. Пройдя через комнату к посудной полке, он провел рукой по лбу и смахнул выступивший пот. Джим, в агонии, наблюдал, как Мэтт взял банку с горчицей и чашку и подбежал к крану. Он наполнил чашку водой, всыпал горчицы и выпил. Джим последовал за ним и дрожащей рукой потянулся за пустой чашкой. Снова Мэтт оттолкнул его прочь. Наливая вторую чашку, он спросил:</p>
    <p>— Думаешь, мне хватит одной чашки? Подожди, когда я закончу.</p>
    <p>Джим попытался дотащиться до двери, но Мэтт удержал его.</p>
    <p>— Если ты не прекратишь свои обезьяньи штучки с дверью, я тебе шею сверну. Спастись? Можешь принять свою дозу, после меня. А если это тебе поможет, я все равно сверну тебе шею. Ни так, ни этак у тебя нет шансов. Я много раз говорил тебе, что тебя ждет, если будешь мне гадить.</p>
    <p>— Но ведь и ты мне подгадил, — с трудом выговорил Джим.</p>
    <p>Мэтт пил вторую чашку и не отвечал. Пот заливал Джиму глаза, и он с трудом видел стол, с которого взял чашку для себя. Но Мэтт, делая себе третью порцию, опять оттолкнул его.</p>
    <p>— Я же велел тебе ждать, — прорычал Мэтт. — Убирайся с дороги.</p>
    <p>Джим, подергиваясь всем телом и цепляясь за раковину, чтобы не упасть, тоскливо глядел на желтоватую смесь, в которой была жизнь. Только страшное напряжение воли помогало ему стоять на ногах.</p>
    <p>Мэтт выпил третью чашку, с трудом подошел к стулу и сел. Его первый приступ проходил. Терзавшие его судороги ослабевали. Он приписал это воде с горчицей. Как бы то ни было, он спасся. Он стер пот с лица и поглядел на своего компаньона.</p>
    <p>Судорога выбила банку с горчицей из рук Джима, и содержимое просыпалось на пол. Он наклонился, чтобы набрать немного горчицы в чашку, но следующий спазм заставил его скорчиться на полу. Мэтт улыбнулся.</p>
    <p>— Не упусти, — подзадоривал он. — Это то, что нужно. Меня оно поставило на ноги.</p>
    <p>Джим услышал его и обратил к нему лицо, искаженное болью и мольбой. Теперь судороги следовали одна за другой, пока он не начал кататься по полу в конвульсиях, пачкая в горчице лицо и волосы.</p>
    <p>Мэтт при виде этого хрипло засмеялся, но смех его вдруг оборвался. Дрожь пробежала по его телу. Начинался новый приступ. Он встал и поплелся через комнату к раковине и там, всунув указательный палец в рот, тщетно попытался ускорить действие рвотного. В конце концов он вцепился в раковину, как только что цеплялся Джим.</p>
    <p>У Джима же приступ прошел, и он сидел на полу, усталый и изнемогающий, слишком слабый, чтобы встать на ноги, с испариной на лбу и с губами, покрытыми пеной, пожелтевшей от горчицы, в которой он вымазался. Он пальцами протирал глаза, и стоны, похожие на плач, исходили из его горла.</p>
    <p>— О чем хнычешь? — спросил Мэтт среди агонии. — Ведь ты только умрешь… А умрешь — так будешь мертвым.</p>
    <p>— Я… не… хнычу… Это… горчица… щиплет… мне глаза, — скулил Джим медленно и с трудом.</p>
    <p>Это была его последняя попытка говорить. После этого он стал бессвязно бормотать, ударяя по воздуху руками, пока новая конвульсия не растянула его на полу.</p>
    <p>Мэтт снова дотащился до стула и скрючился на нем, обхватив колени руками. Приступ закончился, он чувствовал холод и слабость. Он взглянул на Джима, чтобы узнать, что с ним. Тот лежал неподвижно.</p>
    <p>Он попробовал говорить сам с собой, пошутить, урвать у жизни последний свирепый смех, но губы его издавали только бессвязные звуки. Ему пришла мысль, что рвотное не подействовало и остается только аптека. Он поглядел в сторону двери и заставил себя встать на ноги. Ухватившись за стул, он удержался от падения.</p>
    <p>Начался новый приступ. И эта конвульсия, казалось, разрывала и скручивала его тело. Он уцепился за стул и стал толкать его перед собой по полу. Воля его иссякла, когда он добрался до двери. Он повернул ключ и отодвинул один засов. Затем нащупал второй, но открыть его ему не удалось. Тогда он всей своей тяжестью налег на дверь и мягко соскользнул по ней на пол.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Китаеза</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p>Коралл растет, пальма растет, а человек — умирает.</p>
     <text-author>Таитянская пословица</text-author>
    </epigraph>
    <p>А Чжо не понимал по-французски. Он сидел в переполненном зале суда, испытывая страшную усталость и скуку и слушая бесконечные взрывы французской речи, исходившие из уст то одного, то другого чиновника. А Чжо все это казалось пустой болтовней, и он изумлялся глупости французов, которые потратили столько времени на поиск убийцы Чун Ха и все-таки его не нашли. Все пятьсот кули на плантации знали, что убийство совершил А Сан, а А Сан стоял тут, и никто его не арестовывал. Правда, кули втайне сговорились не свидетельствовать друг против друга; однако дело было таким простым, что французы не могли не выяснить, что виновником был А Сан. Дураки эти французы.</p>
    <p>А Чжо нечего было бояться: он не принимал участия в убийстве. Правда, он при нем присутствовал, и Шеммер — надсмотрщик на плантации, — вломившийся в бараки сразу после убийства, застал его там с четырьмя или пятью другими китайцами. Но что из того? Чун Ха получил только две раны. Было ясно, что пять или шесть человек не могли нанести две ножевые раны. В крайнем случае, даже если каждый ударил по разу, дело было сделано не более чем двумя людьми.</p>
    <p>Так рассуждал А Чжо, после того как он, вместе со своими четырьмя товарищами, дал ложное показание, а затем повторил его снова и снова. Они, мол, слышали шум и, так же, как и Шеммер, побежали к месту преступления. Они прибежали раньше Шеммера — вот и все. Правда, Шеммер показал, что, когда он проходил мимо и услышал шум, возле бараков никого не было, а войдя, он застал подсудимых уже на месте; следовательно, они не могли зайти незадолго перед тем, ибо он стоял у единственной двери, ведущей в барак. Но что из того? А Чжо и его товарищи вместе показали, что Шеммер ошибся.</p>
    <p>В конце концов, их отпустят. Все они были в этом уверены. Нельзя отсечь голову пятерым из-за двух ножевых ран. Кроме того, ни один иноземный дьявол не видел убийства. Да и французы — такие дураки. В Китае — это А Чжо хорошо знал — чиновники повелели бы их всех пытать и узнали бы истину. Истину чрезвычайно легко выведать под пыткой. Но эти французы не пытали: отчаянное дурачье! Поэтому-то они никогда и не узнают, кто убил Чун Ха.</p>
    <p>Но А Чжо понимал не все. Английская компания, которой принадлежали плантации, сильно потратилась на то, чтобы привезти на Таити пятьсот кули. Акционеры настойчиво требовали дивидендов, а компания до сих пор еще таковых не платила; поэтому-то она и не желала, чтобы ее дорогостоящие наемные рабочие усвоили привычку убивать друг друга. Кроме того, тут были французы, страстно желавшие продемонстрировать «китаезам» достоинства и превосходство французских законов. Не было лучшего средства, как показать пример один раз — и надолго. Да и зачем существовала Новая Каледония, как не затем, чтобы посылать туда людей мучиться, доживая свой век, в наказание за человеческие слабости?</p>
    <p>А Чжо всего этого не понимал. Он сидел в зале суда и ждал решения обманутого судьи, который, конечно, освободит его вместе с товарищами и вернет их на плантацию. Скоро это решение будет объявлено. Процесс подходил к концу. Это было ясно. Свидетелей уже допросили, и болтология кончилась. Французские черти тоже, очевидно, устали и ждали приговора. Ожидая, он вспоминал то время, когда подписал контракт и отплыл на корабле к Таити. В его приморской деревне настало тяжелое время, и он считал себя счастливчиком, когда нанялся на пять лет работать в Тихом океане за пятьдесят мексиканских центов в день. В его деревне были мужчины, работавшие за десять мексиканских долларов в год, и женщины, которые круглый год плели сети за пять долларов; а в домах лавочников были девушки-служанки, получавшие четыре доллара за год службы. А тут ему должны были платить по пятьдесят центов в день. За один день, за один только день ему предстояло получать эту княжескую сумму! Что из того, что работа будет трудной? Зато по истечении пяти лет он вернется домой — так гласил контракт, — он вернется домой, и ему больше никогда не придется работать. Он станет богатым человеком, у него будет жена и собственный дом, появятся дети, которые станут почитать его, когда вырастут. А позади дома у него будет маленький садик — место для размышления и отдыха — с золотыми рыбками в крошечном бассейне и воздушными колокольчиками, звенящими в листве деревьев, а вокруг он построит стену, чтобы размышлениям его и отдыху никто не мешал.</p>
    <p>Так вот, из этих пяти лет он отработал три. Теперь он уже был зажиточным человеком (по меркам своей родины) благодаря своему заработку, и еще только два года — и с хлопковой плантации на Таити он уйдет к отдыху и размышлениям. Но в настоящий момент он терял деньги из-за несчастного случая, из-за того, что на его глазах убили Чун Ха. Три недели он провалялся в тюрьме, и в каждый из этих дней он потерял по пятьдесят центов. Но теперь скоро огласят приговор, и он вернется на работу.</p>
    <p>А Чжо было двадцать два года. У него был веселый добродушный характер, он охотно улыбался. Тело его было, как у многих азиатов, стройным, а лицо — круглым, как луна, и светилось оно мягким дружелюбием, необычайным среди его соотечественников. Притом внешний вид его не был обманчив. Он никогда не бывал зачинщиком ссор, не участвовал в драках. В карты не играл. Душа его была недостаточно груба, чтобы быть душой игрока. Он довольствовался малым, и любимые его развлечения были очень примитивны. Тишина и покой после трудной работы на хлопковом поле доставляли ему бесконечное удовлетворение. Он мог сидеть часами, созерцая одинокий цветок и философствуя по поводу тайн и загадок бытия. Голубая цапля на узкой излучине песчаного берега, серебристые всплески убегающей рыбы, жемчужно-розовый закат, встающий над лагуной, — все это помогало ему забыть и бесконечную тяжелую работу, и тяжелый бич Шеммера.</p>
    <p>Шеммер — Карл Шеммер — был скотиной, скотиной из скотин. Но он честно зарабатывал свое жалованье. Он выжимал последнюю каплю силы из пяти сотен рабов, ибо до окончания срока службы они были рабами. Шеммер работал вовсю, чтобы выжать силу из этих пятисот потеющих тел и превратить ее в тюки пушистого хлопка, готовые к экспорту. Именно его начальственная, непроницаемая как броня, примитивно-скотская грубость и давала ему возможность осуществить это превращение. Кроме того, он пользовался толстым кожаным бичом шириной в три дюйма, а длиной в один ярд; с бичом он ездил всегда, и бич, при случае, мог опуститься на голую спину смиренного кули с щелканьем, подобным пистолетному выстрелу. Это щелканье можно было слышать весьма часто, когда Шеммер ехал вдоль перепаханных полей.</p>
    <p>Однажды, в начале первого года контракта, он убил одного кули ударом кулака. Не то чтобы он расшиб ему голову, как яичную скорлупу, но удар был достаточно силен, чтобы испортить все, что было в голове, и, проболев с неделю, человек умер. Но китайцы не пожаловались французским дьяволам, которые правили на Таити.</p>
    <p>У них имелась на то своя точка зрения. Шеммер для них был проблемой. Они должны были избегать его гнева, как избегали яда сороконожек, подстерегавших их в траве или заползавших дождливой ночью в спальные бараки. «Чинки», как называли их беспечные коричневые островитяне, старались не вызывать у Шеммера слишком большое недовольство. А это означало — достичь наивысшей производительности труда. Упомянутый выше удар Шеммерова кулака принес компании тысячи долларов, и Шеммер не имел от этого никаких неприятностей.</p>
    <p>Французы, не обладающие способностями к колонизации, любящие помечтать о развитии производительных сил на острове, были чрезвычайно рады успеху английской компании. Какое им дело до Шеммера и его грозного кулака? Умерший китаец? Но ведь это был только «китаеза»! Кроме того, он умер от солнечного удара, как подтверждало свидетельство врача. Правда, во всей истории Таити никто не умирал от солнечного удара, но именно это и сделало смерть избитого китайца единственной и последней: доктор в своем отчете предупредил компанию. Он был чрезвычайно добродушен. Надо ведь было платить дивиденды, а не то новое банкротство добавилось бы к длинной серии таитянских банкротств.</p>
    <p>Невозможно было понять этих белых дьяволов. А Чжо размышлял о неисповедимости их природы, сидя в зале суда в ожидании приговора. Никак нельзя было понять, что происходит в глубине их сознания. Он видел уже многих белых дьяволов. Все они были одинаковы: офицеры и матросы на корабле, французские чиновники, различные белые люди на плантации, включая и Шеммера. Их мысли работали по каким-то таинственным законам, которые невозможно было постичь. Они сердились без видимой причины, и гнев их всегда был опасен. В такие моменты они походили на диких зверей. Они хлопотали о ничтожных вещах, и при случае могли работать даже больше китайца. Умеренности они совсем не знали: были обжорами — невоздержанными в еде и еще более в напитках. Китаец никогда не мог угадать, понравится ли им какой-нибудь поступок или вызовет бурю гнева. Что один раз нравилось — то другой раз вызывало вспышку негодования. За их зрачками была какая-то завеса, скрывавшая их мысли от взора китайцев. А над всем этим возвышалась ужасающая продуктивность белых дьяволов, их уменье делать любые вещи, пускать их в ход, добиваться нужных результатов, и даже стихии — и те подчинять своей воле.</p>
    <p>Да, белые люди были необычайны и удивительны; они были дьяволами. Взгляните хоть на Шеммера.</p>
    <p>А Чжо удивлялся, почему приговор так долго не выносят. Ни один из подследственных не коснулся Чун Ха, А Сан один убил его. А Сан сделал это так: одной рукой ухватив Чун Ха за косу, он оттянул его голову назад, а затем сзади, перекинув другую руку через его плечо, всадил нож в тело. Два раза он всадил нож. Здесь, в зале суда, А Чжо, закрыв глаза, воссоздавал картину убийства — перебранку, злобные слова, которыми обменивались они оба, позор и поношение, падавшие на голову почтенных предков, проклятия, посылаемые незачатым еще потомкам. Видел он прыжок А Сана, захват косы Чун Ха, нож, дважды погрузившийся в тело, с шумом открывшуюся дверь, ворвавшегося Шеммера и бегство А Сана; взвившийся бич Шеммера, загнавший остальных в угол, и слышал револьверный выстрел — сигнал, призывавший к Шеммеру подкрепление. Переживая все это вновь, А Чжо содрогнулся. Один удар бича полоснул его по щеке, отхватив кусок кожи. Шеммер указал на рубец, когда опознал А Чжо при опросе свидетелей. Только теперь след стал незаметен. Вот это был удар: на полдюйма ближе к носу, и он вышиб бы ему глаз! Затем А Чжо позабыл обо всем происшествии, погрузившись в мысленное созерцание сада покоя и размышления, который станет его собственностью по возвращении на родину.</p>
    <p>Он сидел с невозмутимым лицом, пока судья читал приговор. Равно невозмутимыми оставались и лица его четырех товарищей. Невозмутимыми они остались и тогда, когда переводчик объяснил, что все пятеро признаны виновными в убийстве Чун Ха — и что А Чжоу отрубят голову, а А Чжо отработает двадцать лет на каторге в Новой Каледонии, Вон Ли — двенадцать лет, А Тон — десять. Бесполезно было волноваться по этому поводу. Даже А Чжоу не выказал никаких признаков волнения — словно мумия, хотя голова, которую собирались отсечь, принадлежала ему. Судья добавил несколько слов, а переводчик объяснил, что лицо А Чжоу, наиболее сильно пострадавшее от бича Шеммера, позволило совершенно безошибочно его опознать, и раз уж кто-нибудь один должен умереть, то лучше всего, чтобы это был он. Равным образом и то, что лицо А Чжо тоже пострадало, также доказывало его присутствие во время убийства и несомненное соучастие, за что он и заслужил двадцать лет каторжных работ. Так были объяснены мотивы всех приговоров, вплоть до десятилетнего заключения А Тона. Пусть китайцы примут к сведению этот урок, под конец добавил судья, ибо они должны понять, что закон будет исполняться на Таити, даже если обрушатся небеса.</p>
    <p>Пятерых китайцев отвели обратно в тюрьму. Они не были ни потрясены, ни опечалены. Неожиданный приговор вполне соответствовал тому, к чему они привыкли, имея дело с белыми дьяволами. Китаец редко ждал от них чего-нибудь, кроме неожиданностей. Тяжкое наказание за преступление, которого они не совершали, было отнюдь не более странным, чем бесчисленные странные поступки белых дьяволов.</p>
    <p>В последующие недели А Чжо часто созерцал А Чжоу с нежным любопытством. Ему должны были отсечь голову на гильотине, которую воздвигали на плантации; для него не будет ни быстротекущих лет, ни садов успокоения. А Чжо философствовал и размышлял о жизни и смерти. Относительно себя он не беспокоился. Двадцать лет — это только двадцать лет. Ровно настолько его сад отдалялся от него — вот и все. Он был молод, и азиатское терпение укоренилось у него в костях. Он мог ждать эти двадцать лет; а за это время жар в его крови потухнет, и он станет более достойным сада спокойной радости. Он придумал имя для него: Сад Утреннего Покоя. Он весь день был счастлив от этой мысли и вдохновился настолько, что сочинил притчу о благодетельной силе терпения, каковая притча была весьма утешительна, в особенности для Вон Ли и А Тона. А Чжоу, однако, не обратил на нее внимания: его голове предстояло отделиться от тела через столь короткий срок, что ему не требовалось терпения, чтобы дождаться этого события. Он хорошо ел, хорошо спал, хорошо курил и не заботился о медленном течении времени.</p>
    <p>Жандарма звали Крюшо. Он двадцать лет отслужил в колониях, от Нигера и Сенегала до Тихого океана, но эта двадцатилетняя служба нимало не прояснила его туманный рассудок. Он остался таким же тугодумом и тупицей, каким был во дни своей работы на полях южной Франции. Он знал дисциплину и страх перед начальством; для него между Богом и другими чинами, вплоть до сержанта жандармерии, разница была только в степени рабского послушания, которое он им оказывал. Фактически же сержант в его представлении был много важнее Бога, — за исключением воскресений, когда ходатаи перед Богом могли замолвить за него слово. Бог обычно был очень далек, в то время как сержант был тут же — под боком.</p>
    <p>Этому-то Крюшо и вручили приказ председателя суда начальнику тюрьмы. В приказе предписывалось выдать преступника А Чжоу жандарму Крюшо. Случилось, однако, что председатель суда накануне угощал обедом капитана и офицеров французского крейсера. Рука его дрожала, когда он писал приказ, а глаза так ужасно болели, что он не перечитал написанного. Все равно — ведь он подписывал смертный приговор какому-то «китаезе». Так он и не заметил, что пропустил последнюю букву имени А Чжоу. В приказе стояло: «А Чжо», и когда Крюшо предъявил его, то начальник тюрьмы и вручил ему особу А Чжо. Крюшо посадил означенную особу рядом с собой на скамейку повозки, запряженной двумя мулами, и поехал.</p>
    <p>А Чжо был рад, что очутился на солнце. Он сидел подле жандарма и сиял. Он засиял еще ярче, когда заметил, что мулы сворачивают на юг к Антимаоно. Несомненно, Шеммер послал за ним, чтобы его привезли обратно. Шеммер хотел, чтобы он работал. Очень хорошо. Он будет превосходно работать. У Шеммера никогда не появится повод жаловаться.</p>
    <p>День был жаркий. Они остановились. Мулы вспотели, Крюшо вспотел, и А Чжо вспотел. Но легче всех жару переносил А Чжо. Три года он проработал под этим солнцем на плантации. Он сиял, и сиял так радостно, что даже тугодум Крюшо пришел в изумление.</p>
    <p>— Забавный ты человек, — сказал он наконец.</p>
    <p>В противоположность судьям, Крюшо говорил с ним на языке канаков; а это наречие А Чжо понимал, так же как все китайцы и белые дьяволы.</p>
    <p>— Ты слишком много смеешься, — пожурил его Крюшо. — Сердце человека в такой день должно обливаться слезами.</p>
    <p>— Я рад, что вышел из тюрьмы.</p>
    <p>— И это все? — Жандарм пожал плечами.</p>
    <p>— Разве этого мало? — был ответ.</p>
    <p>— Но ведь не радуешься же ты тому, что тебе отрубят голову?</p>
    <p>А Чжо поглядел на него с внезапным изумлением и сказал:</p>
    <p>— Как? Ведь я еду в Антимаоно, чтобы работать на плантации у Шеммера. Разве вы не везете меня в Антимаоно?</p>
    <p>Крюшо в раздумье потянул себя за длинный ус.</p>
    <p>— Так… так, — сказал он наконец, ударив бичом одного из мулов. — Значит, ты не знаешь?</p>
    <p>— Чего не знаю? — А Чжо начинал ощущать смутное беспокойство. — Разве Шеммер больше не позволит мне работать?</p>
    <p>— Только не после сегодняшнего дня, — от души рассмеялся Крюшо. Это была хорошая шутка. — Видишь ли, после сегодняшнего дня ты уже не в состоянии будешь работать. Человек с отрубленной головой не может работать, хе-хе…</p>
    <p>Он дал китайцу пинок в ребро и затрясся от хохота.</p>
    <p>А Чжо хранил молчание в течение одной мили пути. Затем он заговорил:</p>
    <p>— Неужели Шеммер хочет отрубить мне голову?</p>
    <p>Крюшо кивнул головой и осклабился.</p>
    <p>— Это ошибка, — сказал серьезно А Чжо. — Я не тот китаец, которому должны отрубить голову, я — А Чжо. Достопочтенный судья постановил, что я должен пробыть двадцать лет в Новой Каледонии.</p>
    <p>Жандарм рассмеялся. Это была хорошая шутка: этот смешной китаец пытался обмануть гильотину. Мулы миновали кокосовую рощу; и когда они ехали вдоль сверкающего моря, А Чжо снова заговорил:</p>
    <p>— Повторяю, я не А Чжоу. Достопочтенный судья не сказал, что мою голову надо отрубить.</p>
    <p>— Не пугайся, — сказал Крюшо с гуманным намерением ободрить арестанта. — Умереть таким образом совсем не больно. — Он прищелкнул пальцами. — Это делается быстро, вот так! Это не то, что висеть на конце каната, барахтаться и корчить рожи целых пять минут. Все равно что убить цыпленка тесаком. Отрубаешь ему голову — и все тут. То же и с человеком. Пуф! — и готово. Совсем не больно. Ты даже не думаешь, что больно. Ты вообще не думаешь. Твоя голова слетела — так что думать ты не можешь. Очень хорошо. Вот так бы я хотел умереть: быстро-быстро. Тебе повезло, что ты умрешь таким образом. Ты бы мог схватить проказу и медленно распадаться на части — палец за пальцем. Я знал одного человека, который ошпарился кипятком. Он умирал целых два дня. За километр слышно было, как он кричал. А тебе что? Легко! Чик! — нож отрезает тебе голову. Вот так. И кончено. Возможно даже, что нож щекотный. Кто знает? Никто из умерших не возвращался назад, чтобы рассказать.</p>
    <p>Эту последнюю шутку он счел дьявольски удачной и позволил себе сотрясаться от смеха целых полминуты. Веселость его после этого поубавилась, но он считал своим долгом поднять настроение китайца.</p>
    <p>— Но я же вам говорю, что я А Чжо, — настаивал тот. — Я не хочу, чтобы мне отрубили голову.</p>
    <p>Крюшо нахмурился. Шутка зашла слишком далеко.</p>
    <p>— Я не А Чжоу… — начал А Чжо.</p>
    <p>— Ну, довольно, — перебил его жандарм. Он надул щеки и старался казаться сердитым.</p>
    <p>— Я говорю вам, что я не… — снова начал А Чжо.</p>
    <p>— Заткнись! — заорал Крюшо.</p>
    <p>После этого они поехали дальше в молчании. От Папеэтэ до Антимаоно было двадцать миль, и они проехали половину пути, когда китаец снова заговорил.</p>
    <p>— Я видел вас в зале суда, когда достопочтенный судья разбирался в нашей вине, — начал он. — Хорошо. Так вот, помните ли вы, что А Чжоу — тот, которому должны отрубить голову, — помните ли вы, что он, А Чжоу, был высокий человек? Взгляните на меня!</p>
    <p>Он неожиданно встал, и Крюшо увидел, что он был маленького роста. И так же неожиданно перед Крюшо мелькнула фигура А Чжоу: да, кажется, А Чжоу был высоким. Для жандарма все китайцы были на одно лицо. Но между высоким и низким ростом он чувствовал разницу и понял, что рядом с ним на скамейке сидит не тот человек. Он резко остановил мулов, так что дышло дернулось вперед и потянуло за собой хомуты.</p>
    <p>— Вы видите, это была ошибка, — сказал А Чжо улыбаясь.</p>
    <p>Но Крюшо размышлял. Он уже жалел, что остановил повозку. Он не знал, что председатель суда ошибся, и догадаться об этом не мог; но он знал, что ему вручили этого китайца, чтобы отвезти его в Антимаоно. И знал, что он обязан отвезти его в Антимаоно. А что, если у него не тот человек и голову отрубят не тому, кому следует? Но, в конце концов, это был только «китаеза»! А что такое, в сущности, «китаеза»? Да к тому же, быть может, и ошибки не было. Ведь ему ничего не было известно о намерениях начальства. Они там лучше знали свое дело. Кто он такой, чтобы думать за них? Однажды, давным-давно, он было пытался подумать за них, но сержант сказал ему: «Крюшо, ты дурак! Чем раньше ты это поймешь, тем лучше для тебя. Не твое дело думать: твое дело слушаться и предоставить думать тем, кто поблагороднее». Он страдал от этого воспоминания. К тому же, если он вернется в Папеэтэ, то задержит казнь в Антимаоно, и если он без достаточного основания повернет назад — то получит выговор от сержанта, ожидающего преступника. Кроме того, он и в Папеэтэ тоже получил бы выговор.</p>
    <p>Он хлестнул мулов бичом и покатил дальше. Затем взглянул на часы. Уже сейчас он опаздывал на полчаса, и сержант непременно рассердится. Он погнал мулов быстрее. Чем больше А Чжо настаивал, тем упрямее становился Крюшо. Уверенность, что с ним едет не тот «китаеза», не улучшила его настроения; уверенность же, что это произошло не по его вине, утверждала его во мнении, что он поступает правильно. Чтобы избежать недовольства сержанта, он охотно помог бы казнить десять невинных китайцев.</p>
    <p>Что же касается А Чжо, то, после того как жандарм хватил его по голове рукояткой бича и сердито приказал заткнуться, ему больше ничего не оставалось, как именно заткнуться. А Чжо размышлял о странных поступках белых чертей. Для них нельзя было придумать никакого объяснения. То, что они с ним делали, — было так похоже на все то, что они вообще делали. Сначала они осудили пять невинных людей, а теперь хотят отрубить голову человеку, которого сами же считали заслуживающим не более двадцати лет каторги. Тут он ничего не мог поделать. Он только мог сидеть смирно и принять все, что эти господа жизни ему уготовили. На одну минуту он впал в панический страх и покрылся холодным потом; но он справился с этим. Он старался примириться со своей участью, вспоминая и повторяя некоторые места из «Трактата о Спокойствии»; но вместо того он все время видел перед собой свой воображаемый сад размышления и покоя. Это тревожило его до тех пор, пока он не отдался этой мечте и не очутился в своем саду, слушая перезвоны колокольчиков в ветвях деревьев. И вот, сидя так, погруженный в свою мечту, он уже был в состоянии вспомнить некоторые отрывки из «Трактата о Спокойствии».</p>
    <p>Так приятно проходило время, пока они не достигли Антимаоно и мулы не подъехали к самому подножию эшафота, у которого стоял нетерпеливый сержант. А Чжо втолкнули вверх по лестнице на эшафот. Позади него он увидел всех кули плантаций, которых согнали туда. Шеммер решил, что это событие — прекрасный наглядный урок, и поэтому согнал кули с полей и заставил их присутствовать при казни. Увидев А Чжо, они стали перешептываться между собой. Они поняли, что произошла ошибка, но хранили это при себе. Непонятные белые дьяволы, без сомнения, изменили решение. Вместо того чтобы лишить жизни одного невинного человека, они убивали другого невинного. А Чжо или А Чжоу, не все ли равно — кто? Они никогда не могли понять белых собак — так же как белые собаки не могли понять их. А Чжо отрубят голову, но они — через два года рабства — вернутся в Китай.</p>
    <p>Шеммер сам соорудил гильотину. Он был человек умелый, и хотя никогда раньше гильотины не видал, но французские власти объяснили ему устройство. По его предложению они назначили казнь в Антимаоно, а не в Папеэтэ. Лучше всего, доказывал Шеммер, наказывать именно там, где было совершено преступление; вдобавок это окажет благодетельное влияние на пятьсот китайцев, работающих на плантациях. Шеммер предложил также свои услуги в качестве палача и, как таковой, стоял теперь на помосте, испытывая построенное им орудие. Ствол бананового дерева, равного по диаметру и по упругости человеческой шее, лежал на гильотине. А Чжо смотрел на него завороженно. Немец, поворачивая рукоятку небольшого вала, поднял лезвие к верху сооруженных им маленьких козел. Дернув толстый канат, он освободил нож, и тот, сверкнув в воздухе, чисто рассек пополам банановый ствол.</p>
    <p>— Как работает? — Этот вопрос задал сержант, поднявшийся на помост.</p>
    <p>— Великолепно! — с восторгом отвечал Шеммер. — Давайте я вам покажу!</p>
    <p>Он снова стал вращать рукоятку, поднимавшую нож, потянул за веревку и с шумом опустил нож на мягкое дерево. Но на этот раз он врезался не глубже чем на две трети. Сержант нахмурился.</p>
    <p>— Это не годится!</p>
    <p>Шеммер отер пот со лба.</p>
    <p>— Нужен больший противовес, — объявил он.</p>
    <p>Подойдя к краю помоста, он приказал кузнецу принести кусок железа в двадцать пять фунтов. Когда он отошел, чтобы привязать железо к тупому концу ножа, А Чжо поглядел на сержанта и понял, что может воспользоваться случаем.</p>
    <p>— Достопочтенный судья сказал, что нужно отрубить голову А Чжоу, — начал он.</p>
    <p>Сержант нетерпеливо кивнул головой. Он думал о том, что ему после обеда придется проскакать пятнадцать миль до наветренной стороны острова, думал и о метиске Берте — хорошенькой дочери торговца жемчугом Лафьера, — ожидавшей его в конце этого пути.</p>
    <p>— Так вот, я не А Чжоу, я — А Чжо. Достопочтенный тюремщик допустил ошибку. А Чжоу — высокий человек, а я, как видите, маленький.</p>
    <p>Сержант быстро взглянул на него и увидел ошибку.</p>
    <p>— Шеммер! — властно позвал он. — Подойдите сюда.</p>
    <p>Немец проворчал что-то в ответ, но оставался на месте, склонившись над своей работой, до тех пор, пока не привязал железную болванку так, как ему хотелось.</p>
    <p>— Готов ваш «китаеза»? — спросил он.</p>
    <p>— Поглядите на него, — был ответ. — Тот ли это китаец?</p>
    <p>Шеммер удивился. Он сочно ругался в течение нескольких секунд и с сожалением покосился на дело рук своих, которое ему не терпелось увидеть в работе.</p>
    <p>— Видите ли, — сказал он наконец, — мы не можем отложить это дело. Эти пятьсот кули и так три часа не работали. Я не могу больше терять времени из-за всей этой истории. Давайте совершим всю процедуру сейчас, ведь это только «китаезы».</p>
    <p>Сержант вспомнил предстоящую ему длинную поездку, дочку торговца жемчугом и стал рассуждать сам с собой.</p>
    <p>— Они накажут Крюшо, если дело откроется, — подзадоривал немец. — Только мало шансов, чтобы оно открылось. А Чжоу во всяком случае не выдаст.</p>
    <p>— Вина все равно не падет на Крюшо, — сказал сержант. — Это, наверное, ошибка тюремщика.</p>
    <p>— В таком случае, приступим. Они не могут к нам придраться. Кто может отличить одного «китаезу» от другого? Мы можем сказать, что только выполнили приговор над тем китайцем, которого нам привели. Кроме того, я, право, не могу вторично оторвать всех этих кули от работы.</p>
    <p>Они говорили по-французски, но А Чжо, ни слова не понимавший, все же знал, что решается его судьба. Он знал также, что решение зависит от сержанта, и не сводил взгляда с его губ.</p>
    <p>— Ладно, — объявил сержант. — Валяйте! Ведь это только «китаеза».</p>
    <p>— Я хочу еще раз попробовать для верности.</p>
    <p>Шеммер подвинул банановый ствол вперед под нож, который подтянул до верха козел.</p>
    <p>А Чжо пытался вспомнить изречения из «Трактата о Спокойствии». «Живите в согласии», вспомнилось ему, но это не подходило: ему не придется жить, ему придется умереть. Итак, это не подходило. «Прощай злобу»… Да, но здесь не было злобы. Шеммер и остальные совершали все это без злобы. Для них это было просто работой, которую нужно было сделать, — совсем как корчевка зарослей, рытье канав и посадка хлопка. Шеммер потянул за веревку, и А Чжо позабыл «Трактат о Спокойствии». Нож со стуком упал и чисто разрезал дерево.</p>
    <p>— Великолепно, — воскликнул сержант, закуривая папиросу, — великолепно, мой друг!</p>
    <p>Шеммеру очень польстила похвала.</p>
    <p>— Подойди, А Чжоу, — сказал он по-таитянски.</p>
    <p>— Но я не А Чжоу, — начал А Чжо.</p>
    <p>— Молчать! — услышал он. — Если ты еще раз откроешь рот, я разобью тебе голову.</p>
    <p>Надсмотрщик погрозил ему сжатым кулаком, и он замолчал. Какой смысл протестовать? У этих иноземных дьяволов на все был свой ответ. Он позволил привязать себя к вертикальной доске, по длине равнявшейся его телу. Шеммер завязал узлы крепко, так крепко, что веревка болезненно врезалась в его плоть. Но он не жаловался. Боль не будет долго продолжаться. Он почувствовал, как доска, повернувшись в воздухе, приняла горизонтальное положение, и закрыл глаза. В этот момент ему в последний раз привиделся сад покоя и размышления. Ему казалось, что он сидит в этом саду. Веял прохладный ветер, и колокольчики в листве тихо звенели. И птицы тихим щебетанием навевали сон, и из-за высокой стены раздавался приглушенный шум деревенской жизни. Затем он ощутил, что доска перестала вращаться, и по напряжению мускулов понял, что лежит на спине. Он открыл глаза. Прямо над собой он увидел подвешенный нож. Ему бросился в глаза добавочный груз, и он заметил, что один из Шеммеровых узлов развязался. Затем он услышал команду сержанта. А Чжо поспешно закрыл глаза. Он не хотел видеть, как падает нож. Но он почувствовал это в одно мимолетное мгновение. И в этот момент он вспомнил Крюшо и то, что Крюшо сказал. Но Крюшо ошибался. Нож вовсе не щекотал. Это он ясно понял перед тем, как вообще перестал что бы то ни было понимать.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Держи на запад</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p>Что бы ни случилось — держи на запад!.. Держи на запад!</p>
     <text-author>Лоция для мыса Горн</text-author>
    </epigraph>
    <p>Семь недель «Мэри Роджерс» болталась между пятидесятым градусом южной широты в Атлантическом океане и пятидесятым градусом южной широты в Тихом океане, а это значит, что в течение семи недель она выбивалась из сил, чтобы обогнуть мыс Горн.</p>
    <p>Целых семь недель она боролась со штормом или уходила от шторма, кроме одного случая, когда после тяжелых шести дней нашла прибежище у грозных берегов Огненной Земли, да и то едва не села на мель во время внезапно наступившего штиля. Семь недель она боролась с бурунами мыса Горн и получала от них в отместку толчки и пощечины. Она была деревянным судном, и непрерывные усилия ослабили сшивку, так что два раза в день команда вставала к насосам.</p>
    <p>«Мэри Роджерс» устала, команда устала, и Дэн Келлен, шкипер, тоже устал. Быть может, он устал больше всех, ибо на нем лежала ответственность за эту титаническую борьбу. Спал он по большей части одетым, да и вообще ему редко приходилось спать. Он то и дело возникал на палубе, как большое, грузное, коренастое привидение, почерневший от загара за тридцать лет жизни на море и волосатый, как орангутанг. А в голове у него непрерывно крутилась строка из лоции для капитанов, плавающих у мыса Горн: «Что бы ни случилось — держи на запад! Держи на запад!» Это было наваждение.</p>
    <p>Ничто иное ему не приходило в голову, кроме, пожалуй, одного: проклинать Бога, пославшего такую мерзкую погоду.</p>
    <p>«Держи на запад!» Он огибал Горн и раз двенадцать ложился в дрейф, так что железный мыс оказывался на двадцать миль к северо-востоку; и каждый раз западный ветер относил его назад, и он невольно возвращался на восток. Он с боем отступал при каждом порыве ветра на юг, до шестьдесят четвертого градуса, в самую гущу антарктических плавучих льдов, и готов был продать свою бессмертную душу за то, чтобы хоть немного продвинуться к западу.</p>
    <p>Напрасно. Его относило к востоку. В отчаянии он сделал попытку пройти через пролив Ле Мера. Не прошли и половины пути, как ветер подул — северо-западный ветер, барометр упал до 28,88 дюйма и пришлось, повернув назад, убегать от бешеного циклона, который едва-едва не посадил «Мэри Роджерс» на чернозубые скалы. Два раза он сворачивал к западу, к скалам Диего Рамирес; во время одной из этих попыток он спасся лишь благодаря тому, что в промежутке между двумя снежными шквалами вовремя увидел кладбище кораблей прямо перед собой, на расстоянии четверти мили.</p>
    <p>Ну и ветер был! Капитан Дэн Келлен перебрал в памяти все тридцать лет своей морской службы и понял, что такого ветра никогда он прежде не видывал. «Мэри Роджерс» дрейфовала в тот момент, когда он думал об этом, и, как бы в подтверждение его слов, через полчаса она погрузилась в воду до самых люков. Ее новый грот и новехонький спенкер были сорваны, как папиросная бумага, и пять парусов, свернутых и укрепленных под двойными ревантами, ветер размотал и сорвал с рей. До наступления зари «Мэри Роджерс» погрузилась еще два раза, и пришлось прорубить отверстия в фальшборте, чтобы хоть немного освободить палубу от массы воды, придавливавший корабль ко дну.</p>
    <p>Приблизительно раз в неделю капитан Дэн Келлен урывками видел солнце. Однажды в полдень солнце сияло целых десять минут, а еще через десять минут уже завывала новая буря, обе вахты убавляли паруса, и все вокруг погрузилось во мрак продолжительного снежного шквала. В течение трех недель капитан Дэн Келлен не мог заниматься вычислениями. Редко когда он знал свое местоположение с точностью больше чем полградуса, если не находился в виду берега, ибо солнце и звезды оставались скрытыми за облаками, и было так темно, что наблюдения были почти невозможны. Серая мгла заволокла мир: серые тучи и огромное, волнующееся, свинцово-серое море; пенистые волны казались серым взбитым маслом; пролетали серые альбатросы, и даже хлопья снега были серыми под серым покровом туч.</p>
    <p>Жизнь на «Мэри Роджерс» тоже была серой — серой и сумрачной. Лица моряков приняли темно-серый оттенок; все они были покрыты ранами и волдырями и невыносимо страдали. То были не люди, а тени. Семь недель их одежда не просыхала, ни одной вахты они не спали спокойно, каждый раз слыша: «Все на палубу!» Они ловили обрывки беспокойного сна, спали в своих клеенчатых одеждах, всегда готовые броситься на зов. Они смертельно устали и измучились, и требовалось две вахты, чтобы сделать работу одной. И ни одна из этих человеческих теней не могла увильнуть от своих обязанностей. Человек должен был, по меньшей мере, сломать ногу, чтобы освободиться от работы; двое были опрокинуты и искалечены ринувшимся на палубу валом.</p>
    <p>Одной из таких человеческих теней был Джордж Дорти — единственный пассажир на борту; он был другом владельца судна и решил совершить путешествие для поправки здоровья. Но семь недель, проведенных у мыса Горн, не поправили его здоровья. Он вздыхал и охал на своей койке во время долгих бурных ночей. А выходя на палубу, так кутался, что напоминал лавку старьевщика. В полдень, обедая в кают-компании (было так темно, что приходилось зажигать висячие лампы), он выглядел таким же иссиня-серым, как самый больной и измученный матрос на нижней рее фок-мачты. Вид капитана Дэна Келлена тоже не мог его ободрить. Капитан Дэн Келлен жевал, хмурился и хранил молчание. Хмурился он на Бога, и с каждым глотком повторял про себя единственную мысль, овладевшую всем его существом: «Держи на запад!» Он был большой волосатой скотиной, и вид его не возбуждал аппетита у сотрапезника. Он считал, что именно из-за Джорджа Дорти, как из-за библейского Ионы, начались все его беды, и повторял ему это каждый раз за трапезой, все хмурясь, то ли из-за Господа Бога, то ли из-за пассажира.</p>
    <p>Старший помощник тоже не мог прибавить ему аппетита. Звали его Джошуа Хиггинс. Моряк по профессии и по необходимости, судомойка по призванию, он был расхлябанным, гнусавым созданием. Бессердечный, бездушный, эгоистичный и трусливый, дрожащий за свою шкуру перед Дэном Келленом и грубый с матросами, знавшими, что за спиной помощника стоит капитан Келлен. Пока длились эти бури на южном краю земли, Джошуа Хиггинс не умывался. Его чумазая физиономия обычно лишала Джорджа Дорти последних остатков с трудом накопленного аппетита. В другое время эта небрежность в отношении умывания заставила бы поупражняться язык капитана Келлена; но в настоящий момент капитан помнил только «держи на запад!» — и больше ничего. После, когда они достигнут пятидесятого градуса южной широты в Тихом океане, Джошуа Хиггинс сразу же умоется. А до тех пор в кают-компании, где серые сумерки разбавлял ламповый свет, Джордж Дорти сидел между этих двух людей — между тигром и гиеной — и удивлялся, зачем Господь создал их. Второй помощник — Мэтью Тернер — был подлинным моряком и настоящим человеком; но Джордж Дорти был лишен возможности найти утешение в его обществе, ибо тот ел отдельно, в одиночестве, по окончании обеда.</p>
    <p>В субботу утром, 24 июля, Джордж Дорти проснулся и почувствовал, что корабль ожил и стремительно движется вперед. Взойдя на палубу, он увидел, что «Мэри Роджерс» мчится, подгоняемая воющим юго-восточным ветром. Парусов, кроме нижних марселей и фокселя, не было. Только их она и могла нести, и все же делала четырнадцать узлов (это мистер Тернер крикнул Дорти в ухо, когда тот вышел на палубу), держа курс на запад.</p>
    <p>Наконец-то она обогнет Горн… если ветер не спадет. Мистер Тернер казался счастливым. Скоро конец борьбе. Но капитан Келлен счастливым не казался. Проходя мимо Дорти, он бросил на него мрачный взгляд. Капитан Келлен не хотел, чтобы Бог знал, что он доволен ветром. Бога он представлял существом весьма злокозненным и в глубине души был уверен: знай только Бог, что этот ветер ему желателен, и он быстро его прекратит и пошлет шторм с запада. Так раздумывал он не спеша перед лицом Господа, скрывая свою радость под хмурыми взглядами и негромкими проклятиями, надувая таким образом Бога, ибо Бог был единственным в мире существом, которого Дэн Келлен боялся.</p>
    <p>В течение всей субботы и ночи на воскресенье «Мэри Роджерс» неслась на запад. Неукоснительно она отмеряла свои четырнадцать узлов, так что к утру воскресенья покрыла триста пятьдесят миль. Если ветер будет держаться, она обогнет мыс. Если же нет, если ветер подует с северо-запада или севера, — она будет отброшена обратно и очутится в таком же положении, как и семь недель назад. И вот в воскресенье утром ветер стал спадать. Море улеглось и мягко колебалось. Обе вахты были на палубе и ставили парус за парусом. А капитан Келлен теперь разгуливал перед лицом Господа, весь сияя, куря огромную сигару и восторженно улыбаясь, точно спадающий ветер его радовал, в то время как в глубине души злился на Бога за то, что тот отнимал жизнь у благодатного ветра. «Держи на запад!» Он бы и держал, если бы только Бог оставил его в покое. Втайне он снова посулил свою душу силам мрака, если они позволят ему держать на запад. Он закладывал себя с легкой душой, ибо не верил в силы мрака.</p>
    <p>На самом деле он верил только в Бога, хотя и не знал об этом. Но в его извращенном религиозном представлении Бог был некем иным, как князем тьмы. Капитан Келлен был дьяволопоклонником; только дьявола он звал другим именем — вот и все.</p>
    <p>В полдень, после восьми склянок, капитал Келлен скомандовал:</p>
    <p>— Поднять бом-брамсели! — Люди вскарабкались наверх быстрее, чем когда-либо за все эти недели. И не только из-за курса на запад, но и потому, что сияло благодатное солнце, согревая их окостеневшие тела.</p>
    <p>Джордж Дорти стоял на корме возле капитана Келлена, менее укутанный, чем обыкновенно, впитывая ласковое тепло и наблюдая за происходящим. Это случилось быстро и неожиданно. Раздался крик с бом-брам-реи:</p>
    <p>— Человек за бортом!</p>
    <p>Кто-то бросил через борт спасательный круг, и в тот же миг раздался взволнованный голос второго помощника:</p>
    <p>— Держи против ветра!</p>
    <p>Рулевой не повернул штурвал. Он знал, что делал, ибо бок о бок с ним стоял капитан Келлен. О, он бы и рад был повернуть штурвал ради товарища, тонувшего в море. Он посмотрел на капитана Дэна Келлена, но тот не подал знак.</p>
    <p>— Держи против ветра! — кричал второй помощник, вскакивая на корму.</p>
    <p>Но он остановился, увидев Дэна Келлена у штурвала. А капитан попыхивал сигарой и молчал. За кормой еще был виден матрос, но он отставал все больше. Он поймал спасательный круг и вцепился в него. Все молчали. Никто не двигался. Люди на мачтах припали к брам-реям и наблюдали с застывшими от ужаса лицами. А «Мэри Роджерс» неслась вперед, держа курс на запад. В молчании прошла долгая минута.</p>
    <p>— Кто это был? — спросил капитан Келлен.</p>
    <p>— Монс, сэр, — поспешно ответил рулевой.</p>
    <p>Монс уже почти скрылся в волнах.</p>
    <p>Волны были большие, но это были не буруны. Шлюпка могла бы свободно плыть по такому морю. И «Мэри Роджерс» могла бы подойти к бедняге. Но нельзя было одновременно и подойти к нему, и держать курс на запад.</p>
    <p>И первый раз в своей жизни Джордж Дорти видел настоящую драму жизни и смерти — драму, где на чашах весов колебались неизвестный матрос по имени Монс и несколько миль долготы. Сначала он наблюдал за человеком позади корабля, но теперь следил за Дэном Келленом — черным и волосатым, облеченным властью над жизнью и смертью и курившим сигару.</p>
    <p>Капитан Келлен продолжал курить в течение еще одной долгой минуты. Тогда он вынул сигару изо рта. Он поглядел вверх, на стеньги «Мэри Роджерс», а затем — через борт, на море.</p>
    <p>— Натянуть бом-брамсели! — крикнул он.</p>
    <p>Спустя четверть часа они сидели в кают-компании за накрытым столом. По одну сторону от Джорджа Дорти сидел Дэн Келлен — тигр, по другую — Джошуа Хиггинс, гиена. Все молчали. Наверху матросы натягивали верхние паруса, и Джордж Дорти мог слышать их крики. И неотступно его преследовало видение: человек по имени Монс, живой и здоровый, вцепившийся в спасательный круг, на много миль позади корабля, в пустынном океане. Он взглянул на капитана Келлена, и его затошнило: этот человек ел с большим аппетитом, перемалывая пищу зубами.</p>
    <p>— Капитан Келлен, — сказал Дорти, — вы — командир судна, и мне не пристало критиковать ваши действия. Но одно я хочу сказать: загробная жизнь есть, и вам будет там очень жарко.</p>
    <p>Капитан Келлен даже не нахмурился и сказал с сожалением:</p>
    <p>— Дул сильный ветер. Невозможно было спасти человека!</p>
    <p>— Он упал с брам-реи, — сказал Дорти, — вы в это время поднимали бом-брамсели. Через пятнадцать минут вы подняли верхние паруса.</p>
    <p>— Дул сильный ветер, не правда ли, мистер Хиггинс? — сказал капитан Келлен, обращаясь к помощнику.</p>
    <p>— Если бы вы подвели ее к матросу, ветер сбил бы все мачты, — ответил помощник. — Вы правильно поступили, капитан Келлен.</p>
    <p>Джордж Дорти не ответил, и до конца обеда все молчали. После этого Дорти стали подавать еду в каюту. Капитан Келлен больше не хмурился на него, хотя с того момента они не сказали друг другу ни слова. А «Мэри Роджерс» все спешила на север — к более теплым широтам. В конце недели Дэн Келлен остановил Дорти на палубе.</p>
    <p>— Что вы собираетесь делать, когда мы приедем в Фриско? — спросил он напрямик.</p>
    <p>— Я собираюсь добиваться приказа о вашем аресте, — спокойно ответил Дорти. — Я собираюсь обвинить вас в убийстве и хочу посмотреть, как вас будут вешать.</p>
    <p>— А вы очень уверены в себе, — презрительно усмехнулся капитан Келлен, поворачиваясь на каблуках.</p>
    <p>Прошла еще неделя. Однажды Джордж Дорти стоял на входе в кают-компанию и обозревал палубу. «Мэри Роджерс» шла без крена, при свежем ветерке. Все паруса были подняты, включая и стаксели. Капитан Келлен шел к носу, вдоль кормы. Он шел беззаботно, краем ока поглядывая на пассажира. Дорти смотрел в другую сторону, высунув из каюты голову и плечи, так что можно было видеть только его затылок. Капитан Келлен быстрым взглядом окинул грот-стакселя и голову пассажира, определяя расстояние. Он огляделся вокруг. Никто на него не смотрел. Позади Джошуа Хиггинс, прохаживавшийся взад и вперед, как раз в этот момент повернулся спиной и пошел в обратную сторону. Капитан Келлен неожиданно перегнулся и снял край стакселя со шпинька. Тяжелый блок, раскачиваясь, промелькнул в воздухе, раздробил голову Дорти, как яичную скорлупу, и продолжал раскачиваться взад и вперед, в то время как стаксель болтался по ветру.</p>
    <p>Джошуа Хиггинс обернулся, чтобы посмотреть, что оборвалось, и получил от капитана залп смачных ругательств.</p>
    <p>— Я сам укрепил шкот, — проскулил помощник, дождавшись первой передышки, — и специально проверял. Я ясно помню.</p>
    <p>— Укрепил? — орал в ответ капитан в назидание команде, старавшейся поймать развевающийся парус, прежде чем он будет разорван в клочки. — Вы не смогли бы укрепить своей бабушке — вы — негодный дьявольский поваренок! Если вы укрепили этот шкот, да еще и проверяли — какого же черта он не держится? Вот что я хотел бы знать. Да, какого черта он не держится?</p>
    <p>Помощник нечленораздельно скулил.</p>
    <p>— Заткнитесь! — закончил свою речь капитан Келлен.</p>
    <p>Через полчаса, когда труп Джорджа Дорти нашли на полу кают-компании, он был удивлен не менее других. После обеда, один в своей каюте, он занес в судовой журнал:</p>
    <p>«Матрос Карл Монс, — писал он, — в шторм свалился через борт с брам-реи. Шли полным ходом, и ради безопасности корабля я не решился повернуть при таком ветре. И шлюпки нельзя было спустить на воду из-за волнения».</p>
    <p>На другой странице он написал:</p>
    <p>«Часто предупреждал мистера Дорти об опасности, которой он подвергался из-за своей неосторожности на палубе. Однажды я сказал ему, что когда-нибудь блок размозжит ему голову. Небрежно укрепленный шкот был причиной несчастного случая, о чем глубоко сожалею, так как мистер Дорти был у нас общим любимцем».</p>
    <p>Капитан Келлен с восхищением перечитал свое литературное упражнение, промокнул страницу и закрыл журнал. Затем зажег сигару и посмотрел прямо перед собой. Он почувствовал, как «Мэри Роджерс» поднялась, накренилась и понеслась вперед, и знал, что она делает девять узлов.</p>
    <p>Улыбка удовлетворения медленно разгоралась на его черном, волосатом лице.</p>
    <p>Что бы там ни случилось, он все время держал на запад — и надул Бога.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>«Френсис Спейт» Рассказ об истинном происшествии</p>
    </title>
    <p>«Френсис Спейт» шел под одним только крюйселем, когда все это произошло. Причиной катастрофы была не столько небрежность, сколько недисциплинированность матросов и то обстоятельство, что они были, по меньшей мере, равнодушны к морской службе. В частности, рулевой, уроженец Лимерика, не имел никакого морского опыта, если не считать сплав леса по Шаннону от квебекских судов до берега устья. Он пугался гигантских волн, которые поднимались из мрака за кормой и обрушивались на нее, и чаще пытался спрятаться от них, вместо того чтобы держать штурвал в руках, направляя бег корабля им навстречу.</p>
    <p>Было около трех часов утра, когда его поведение, недостойное моряка, вызвало катастрофу. При виде вала более высокого, чем все остальные, он струсил и выпустил из рук штурвал. «Френсис Спейт» повернулся, его корма поднялась над водой и приняла на себя всю мощь удара волн. В следующее мгновение он очутился в яме между двумя валами, причем его палуба оказалась погребена под водой, так что вода была на высоте люков, и волна за волной перемахивали через наветренные перила и заливали все, что осталось на палубе, ледяными потоками.</p>
    <p>Матросы совершенно растерялись. В своей беспомощности они отупели от страха и держались только одного твердого решения — не исполнять приказаний. Одни хныкали, другие молча цеплялись за наветренные ванты, а третьи бормотали молитвы или изрыгали гнусные проклятия; ни капитан, ни помощник не могли заставить их приложить руку к насосам или поставить паруса, чтобы корабль мог противостать волнам и ветру.</p>
    <p>В течение часа судно лежало на боку, а трусливые лентяи ползали по нему и цеплялись за снасти. Когда оно опрокинулось, помощник захлебнулся в кают-компании, равно как и два матроса, искавшие убежища на баке.</p>
    <p>Помощник был самым дельным человеком на судне, и капитан был теперь почти столь же беспомощен, как и матросы. Он ничего не делал, а только проклинал их за тунеядство. Один матрос по имени Маэни, родом из Белфаста, и юнга О'Брайен из Лимерика догадались срубить фок-мачту и грот-мачту. Совершили они это с риском для жизни на перпендикулярно стоящей палубе опрокинутого корабля, перебросив крюйс-стеньгу через борт. «Френсис Спейт» выпрямился. Хорошо, что он был нагружен строевым лесом, иначе он пошел бы ко дну, так как зачерпнул уже много воды. Грот-мачта, все еще державшаяся на вантах, била, как громовой молот, по борту корабля, и каждый удар вызывал у матросов стоны.</p>
    <p>Заря взошла над бушующим океаном, и в холодном сером свете над водой виднелись только корма корабля, сломанная бизань-мачта и изуродованные фальшборты. Стояла самая середина зимы на севере Атлантического океана, и несчастные люди замерзали. Но не было места, где они могли бы укрыться. Волны перекатывались через разбитое судно, смывая с их тел налипшую соль и покрывая их новым налетом соли. Кают-компания была полна воды до колен; но здесь, по крайней мере, можно было найти убежище от ледяного ветра, и здесь сгрудились оставшиеся в живых, стоя на ногах, держась за мебель и опираясь друг на друга.</p>
    <p>Тщетно Маэни пытался установить смену вахтенных, чтобы с бизань-мачты не пропустить случайного корабля. Ледяной ветер был им невыносим, и они предпочитали убежище в кают-компании. О'Брайен, юнга всего пятнадцати лет от роду, сменял Маэни на обледенелой рее. Этот-то мальчик и закричал в три часа пополудни, что завидел парус. Крик выманил их из кают-компании, и они облепили перила кормы и наветренные ванты бизани, глядя на чужой корабль. Но он проходил недостаточно близко, и когда исчез за горизонтом, они, дрожа от холода, вернулись в кают-компанию, и ни один из них не предложил вахтенному сменить его на верхушке мачты.</p>
    <p>Но под конец второго дня Маэни и О'Брайен отказались от своих попыток, и после этого судно стало носиться по ветру без всякого управления и без вахты. В живых осталось тринадцать человек, и в течение семидесяти двух часов они стояли в кают-компании по колено в хлюпающей воде, замерзшие, голодные, с тремя бутылками вина, которые они кое-как поделили между собой. Вся провизия и пресная вода находились внизу, и никак нельзя было добраться до них, ибо судно было почти все залито водой. Дни проходили, а во рту у них не было ни куска пищи. Пресную воду они могли добывать, поставив суповую миску у подножия бизань-мачты. Но дождь шел редко, и им приходилось тяжко. Когда шел дождь, они смачивали носовые платки и затем выжимали их себе в рот и в башмаки. Когда ветер и волнение несколько улеглись, они могли собирать пресную воду с палубы, теперь не заливаемой волнами. Но все же у них не было ни пищи, ни какой-либо надежды ее достать, хотя морские птицы беспрестанно пролетали над судном.</p>
    <p>В тихую погоду они шли по ветру. Простояв на ногах девяносто шесть часов, они смогли найти в кают-компании сухие доски и улечься на них. Но от соленой воды на их ногах появились язвы, чрезвычайно болезненные. Малейшее прикосновение или трение вызывало острую боль, а в каюте было так тесно, что они постоянно друг друга толкали. Никто не мог пошевелиться без того, чтобы не вызвать поток ругательств, проклятий и стонов. Так велики были их мучения, что сильные стали сталкивать слабых с сухих досок, предоставляя им устраиваться, как знают, в сырости и холоде. Особенно скверно обращались с юнгой О'Брайеном. Хотя на корабле было еще трое юнг, на долю О'Брайена выпадало наибольшее количество оскорблений. Это можно было объяснить только тем, что по натуре он был более независимым, чем другие юнги, и упорнее отстаивал свои права, острее чувствуя мелкие обиды. Всякий раз, когда О'Брайен подходил к матросам в надежде устроиться на сухом местечке, чтобы выспаться, его толкали и били. В ответ он ругал их за хамское себялюбие, и толчки, удары, ругательства сыпались на него градом. Несчастный, как и все они, он становился еще несчастнее. И только горевший в нем с необычайной силой огонь жизни помогал ему не сломиться.</p>
    <p>Дни шли, и матросы все слабели. Усиливалась их раздражительность, и все хуже они обращались с О'Брайеном. На шестнадцатый день все уже совершенно изнемогали от голода и стали перешептываться, изредка поглядывая на О'Брайена. Около полудня собрался совет. Капитан был председателем. Все сошлись на корме.</p>
    <p>— Ребята, — начал капитан, — мы уже долго сидим без еды: две недели и два дня, но нам они кажутся двумя годами и двумя месяцами. Мы дольше не сможем выдержать. Это выше человеческих сил — голодать так долго. Серьезного рассмотрения заслуживает следующий вопрос: лучше ли умереть одному или всем? Мы стоим одной ногой в могиле. Если один из нас умрет, остальные смогут выжить, пока не покажется какой-нибудь корабль. Что скажете?</p>
    <p>Майкл Биэйн, матрос, стоявший у руля во время крушения «Френсиса Спейта», крикнул, что это правильная мысль. Остальные присоединились к нему.</p>
    <p>— Пусть это будет юнга! — крикнул Сэлливен, уроженец Тарберта, многозначительно взглянув при этом на О'Брайена.</p>
    <p>— Я думаю, — продолжал капитан, — что доброе дело совершит тот, кто умрет для общего блага.</p>
    <p>— Доброе дело! Доброе дело! — закричали матросы.</p>
    <p>— И думаю я, лучше всего умереть кому-нибудь из юнг. Им не надо кормить семью. У нас ведь есть жены и дети.</p>
    <p>— Это верно. Совершенно верно. Так и надо поступить, — перешептывались матросы.</p>
    <p>Но юнги громко восстали против такой несправедливости.</p>
    <p>— Наши жизни так же дороги нам, как и ваши — вам, — протестовал О'Брайен. — А что до жен и до детей — так кто, кроме меня, позаботится о моей старой матери, вдове? Ты это хорошо знаешь, Майкл Биэйн, ведь ты из Лимерика. Это бесчестно! Давайте все бросим жребий, и матросы, и юнги.</p>
    <p>Маэни был единственным, кто подал голос в защиту мальчиков, заявляя, что, по совести, все должны быть в одинаковом положении. Сэлливен и капитан настаивали на том, чтобы жребий бросали только юнги. Началась перебранка. И внезапно Сэлливен набросился на О'Брайена.</p>
    <p>— Давно пора избавиться от тебя, ты этого стоишь. Это будет тебе по заслугам, и по заслугам мы с тобой и поступим.</p>
    <p>Он шагнул к О'Брайену с намерением схватить его и тут же с ним расправиться. Стали на него напирать и другие. Он попятился от них, крича, что согласен на то, чтобы жребий тянули только юнги.</p>
    <p>Капитан сделал четыре палочки разной длины и вручил их Сэлливену.</p>
    <p>— Ты, может, думаешь, что жеребьевка будет нечестной, — закричал тот О'Брайену. — Хорошо, ты сам будешь назначать жребий.</p>
    <p>На это О'Брайен согласился. На глаза ему надели повязку, так что он ничего не видел, и он стал на колени на палубе, спиной к Сэлливену.</p>
    <p>— Умрет тот, кому ты назначишь самую короткую щепку, — сказал капитан.</p>
    <p>Сэлливен поднял одну из палочек. Остальные были зажаты в его руке, так что никто не мог видеть, какой длины эта палка.</p>
    <p>— Чья будет эта? — спросил Сэлливен.</p>
    <p>— Маленького Джонни Шихена, — ответил О'Брайен.</p>
    <p>Сэлливен отложил палочку в сторону. Зрителям не было видно, жребий это или нет. Сэлливен поднял вторую.</p>
    <p>— А это чья будет?</p>
    <p>— Джорджа Бернса, — был ответ.</p>
    <p>Палочка легла рядом с первой, и Сэлливен поднял третью.</p>
    <p>— А это чья?</p>
    <p>— Моя, — сказал О'Брайен.</p>
    <p>Быстрым движением Сэлливен перемешал палочки. Никто этого не заметил.</p>
    <p>— Ты сам выбрал жребий, — объявил Сэлливен.</p>
    <p>— Доброе дело, — пробормотали некоторые.</p>
    <p>О'Брайен был очень спокоен. Он встал на ноги, снял повязку и огляделся.</p>
    <p>— Где она? — спросил он. — Короткая палочка, та, что для меня.</p>
    <p>Капитан указал на четыре щепки, лежавшие на палубе.</p>
    <p>— Откуда вы знаете, что эта палка — моя? — спросил О'Брайен. — Видел ли ты, Джонни Шихен?</p>
    <p>Джонни Шихен, самый младший юнга, ничего не ответил.</p>
    <p>— А ты видел? — спросил затем О'Брайен у Маэни.</p>
    <p>— Нет, я не видел!</p>
    <p>Матросы стали роптать.</p>
    <p>— Жеребьевка была честной, — крикнул Сэлливен. — У тебя был шанс, но ты проиграл — вот и все.</p>
    <p>— Да, честная жеребьевка, — прибавил капитан. — Я сам видел. Палка была твоя, О'Брайен. Давай, готовься. Где кок? Подойди, Гормен. Эй, кто-нибудь! Возьмите миску. Гормен, исполни свой долг, как мужчина.</p>
    <p>— Но как мне это сделать? — спросил кок. Это был нерешительный человек с усталыми глазами.</p>
    <p>— Это подлое убийство! — крикнул О'Брайен.</p>
    <p>— Я не притронусь к нему, — заявил Маэни. — Ни одного куска в рот не возьму.</p>
    <p>— Тогда твоя доля достанется кому-нибудь получше тебя, — огрызнулся Сэлливен. — Делай, что должен, кок!</p>
    <p>— Не мое дело — убивать мальчиков, — нерешительно запротестовал кок.</p>
    <p>— Если ты не приготовишь нам мясо, мы сделаем отбивную из тебя самого, — пригрозил Биэйн. — Кто-нибудь должен умереть. Так не все ли равно: ты или другой.</p>
    <p>Джонни Шихен заплакал. О'Брайен слушал с замиранием сердца. Лицо его было бледным, губы дрожали, все тело его временами вздрагивало.</p>
    <p>— Я нанимался на должность кока, — заявил Гормен, — и стряпать я согласен, хоть гром греми. Но я не совершу убийство. Этого нет в контракте. Я кок…</p>
    <p>— Ты останешься им не больше минуты! — зарычал Сэлливен. В то же мгновение он обхватил кока сзади за шею. — Где твой нож, Майк? Давай его сюда!</p>
    <p>Почувствовав прикосновение стали, Гормен захныкал:</p>
    <p>— Я сделаю это, если вы будете держать мальчишку!</p>
    <p>Жалкий вид кока вселил некоторое мужество в О'Брайена.</p>
    <p>— Ладно, Гормен, — сказал он. — Валяй. Я и сам вижу, что ты это делаешь не по своей воле. Хорошо, сэр, — обратился он к капитану, который тяжелой рукой удерживал его за плечо. — Отпустите меня, сэр. Я буду стоять смирно.</p>
    <p>— Прекрати хныкать и сходи за миской, — скомандовал Биэйн Джонни Шихену, отвесив ему крепкий подзатыльник.</p>
    <p>Юнга — почти ребенок — принес миску. Он шатался и падал, пробираясь по палубе — так он ослабел от голода. Слезы все еще текли по его щекам. Биэйн взял из его рук миску и тут же дал ему еще один подзатыльник.</p>
    <p>О'Брайен снял куртку и обнажил правую руку. Нижняя губа его все еще дрожала, но он держал себя в руках. Раскрыли складной нож капитана и вручили Гормену.</p>
    <p>— Маэни, расскажи моей матери, что со мной случилось, если вернешься, — попросил О'Брайен.</p>
    <p>Маэни кивнул.</p>
    <p>— Это подлое убийство, подлое и низкое, — сказал он. — Мясо мальчика никому из вас не пойдет на пользу. Помяните мое слово. Никому из вас оно не пойдет на пользу… никому…</p>
    <p>— Приготовься, — приказал капитал. — Ты, Сэлливен, держи миску. Вот так. Совсем близко. Не пролей ни капли. Это — ценная вещь!</p>
    <p>Гормен сделал над собой усилие. Нож был тупой. Сам он был слаб. Кроме того, его рука так сильно дрожала, что он едва не выронил нож. Трое юнг, плача, сбились в кучку. Все, за исключением Маэни, столпились вокруг жертвы, вытягивая головы, чтобы лучше видеть происходящее.</p>
    <p>— Будь мужчиной, Гормен, — подбодрял его капитан.</p>
    <p>Несчастный кок решился. Он стал пилить ножом кисть руки О'Брайена. Вены были вскрыты. Сэлливен держал миску под самой раной. Вскрытые вены широко зияли, но кровь не показалась. Ее вовсе не было. Вены были пустыми и сухими. Все молчали. Мрачные и безмолвные фигуры раскачивались на палубе корабля. Глаза их были прикованы к невероятному, чудовищному явлению: к сухим венам живого существа.</p>
    <p>— Это знак, — крикнул Маэни. — Отпустите мальчика. Помяните мое слово. Его смерть никому из вас не принесет пользы.</p>
    <p>— Попробуй у локтя, у левого локтя… он — ближе к сердцу, — наконец сказал капитан приглушенным и хриплым голосом.</p>
    <p>— Дай нож, — резко сказал О'Брайен, выхватывая нож из рук кока. — Я не могу смотреть на то, как вы меня кромсаете.</p>
    <p>Совершенно хладнокровно он вскрыл вену у левого локтя, но снова не показалось ни капли крови.</p>
    <p>— Все это бесполезно, — сказал Сэлливен. — Лучше всего избавить его от мук и пустить ему кровь горлом.</p>
    <p>Это уже было чересчур для мальчика.</p>
    <p>— Не делайте этого, — кричал он. — В горле у меня тоже не будет крови. Дайте мне немного времени. Погода холодная, и я слаб. Дайте мне лечь и чуточку поспать. Тогда я согреюсь, и кровь потечет.</p>
    <p>— Это бесполезно, — возразил Сэлливен. — Разве ты заснешь сейчас! Ты не уснешь и не согреешься. Погляди на себя. Ты в лихорадке.</p>
    <p>— Однажды ночью в Лимерике я заболел, — торопливо говорил О'Брайен, — и доктор не мог пустить мне кровь. Но после того как я выспался и согрелся в постели, кровь потекла свободно. То, что я говорю вам, — истинная правда! Не убивайте меня!</p>
    <p>— Его вены вскрыты, — сказал капитан. — Нет смысла его долго мучить. Сделайте это поскорее, и пусть ему придет конец!</p>
    <p>Они шагнули к О'Брайену, чтобы схватить его, но он отступил.</p>
    <p>— Тут вам и смерть! — взвизгнул он. — Прочь руки от меня, Сэлливен! Я вернусь! Я буду преследовать тебя! Во сне и наяву я буду преследовать тебя до самой смерти!</p>
    <p>— Это безобразие! — кричал Биэйн. — Если бы я вытащил короткую палку, я позволил бы товарищам отрезать мне голову — и был бы счастлив!</p>
    <p>Сэлливен подскочил и поймал несчастного юнгу за волосы. Остальные помогали ему. О'Брайен отчаянно отбивался руками и ногами. Маленький Джонни Шихен дико завопил, но никто не обратил на него внимания. О'Брайена растянули на палубе лицом вверх, а миску положили ему под голову. Гормена вытолкнули вперед. Кто-то сунул ему в руку большой кухонный нож.</p>
    <p>— Исполняй свой долг! Исполняй свой долг! — кричали матросы. Кок наклонился, но встретил взгляд мальчика и замялся.</p>
    <p>— Если ты не хочешь, так я своими руками тебя убью! — заорал Биэйн.</p>
    <p>Со всех сторон на кока хлынул поток ругательств и угроз. Все-таки он колебался.</p>
    <p>— Может быть, в его жилах будет больше крови, чем у О'Брайена, — многозначительно заметил Сэлливен.</p>
    <p>Биэйн схватил Гормена за волосы и запрокинул ему голову назад, в то время как Сэлливен попытался завладеть кухонным ножом. Но Гормен отчаянно сжимал его в руке.</p>
    <p>— Пустите. Я сделаю! — визжал он, обезумев. — Не режьте мне горло! Я сделаю это! Я сделаю!</p>
    <p>— Ну, смотри же, сделай, — грозил ему капитан.</p>
    <p>Гормен позволил вытолкнуть себя вперед. Он поглядел на мальчика, зажмурил глаза и пробормотал молитву. Затем, не открывая глаз, он взмахнул ножом. О'Брайен испустил вопль, быстро перешедший в гортанное всхлипывание. Люди держали его, пока не прекратились судороги, после чего его положили на палубу. Они были жадными и нетерпеливыми, и с проклятиями и угрозами требовали, чтобы Гормен поторапливался со стряпней.</p>
    <p>— Отступитесь вы, кровавые мясники, — спокойно сказал Маэни. — Отступитесь, говорю вам. Вам ни куска не понадобится. Все будет, как я сказал: кровь мальчика не пойдет вам на пользу. Выплесни ее за борт, Биэйн. Выплесни за борт!</p>
    <p>Биэйн, все еще державший в обеих руках миску, взглянул на подветренную сторону. Он подошел к перилам и вылил содержимое миски в море. Хорошо оснащенный корабль шел к ним и был уже на расстоянии мили. Они были так поглощены убийством, что раньше никому не пришло в голову оглянуться. Все глаза впились в корабль. Ярко сверкающий медью форштевень рассекал воду, как золотой нож, верхние паруса — обвисшие и пустые — болтались, когда волна опускала корабль, а надутые нижние — словно кланялись при каждом величавом колебании волн. Никто не произнес ни слова.</p>
    <p>Когда он приблизился на один кабельтов, капитан «Френсиса Спейта» опомнился и приказал накрыть брезентом труп О'Брайена. С чужого судна спустили шлюпку, и она стала к ним приближаться. Джон Гормен засмеялся. Сначала он смеялся тихо, затем, с каждым взмахом весла на шлюпке, стал хохотать громче и громче.</p>
    <p>Этот безумный смех встретил спасательную лодку, когда она подошла к борту и старший офицер взобрался на палубу.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Любопытный отрывок</p>
    </title>
    <p>«Капиталист, или, вернее, олигарх-промышленник, Роджер Вандеруотер, о котором пойдет речь в этом повествовании, является, как известно, девятым из рода Вандеруотеров, заправлявших хлопчатобумажной промышленностью в Южных Штатах в течение нескольких сотен лет.</p>
    <p>Этот Роджер Вандеруотер процветал в последние десятилетия двадцать шестого века от Рождества Христова, т. е. в пятый век ужасающей олигархии промышленников, созданной на развалинах прежней Республики.</p>
    <p>У нас достаточно данных утверждать, что нижеследующий текст не был создан ранее двадцать девятого столетия. Не только закон запрещал писать или печатать подобные вещи до этого времени, но и рабочий класс был настолько неграмотен, что лишь немногие его представители умели читать и писать. То было мрачное царство главного надсмотрщика, на языке которого огромное большинство людей носило кличку «стадо». На грамотность косились и старались искоренять ее. В уложениях того времени был страшный закон, который приравнивал к уголовному преступлению обучение рабочего хотя бы азбуке. Такое узкое сосредоточение просвещения в одном только правящем классе было необходимо, чтобы этот класс мог оставаться у власти.</p>
    <p>Одним из следствий такого положения вещей было возникновение типа профессионального сказителя. Этим сказателям платили олигархи, и рассказываемые ими сказки были легендарного, мифического, романтического — словом, безобидного содержания. Но дух свободы никогда иссякнуть не мог, и агитаторы под видом сказителей проповедовали восстание в среде рабов. Нижеследующая повесть была запрещена олигархами. Доказательством служит протокол уголовного полицейского суда в Эшбери. Из этого протокола мы видим, что 27 ноября 2734 года некто Джон Терни, признанный виновным в том, что рассказывал эту историю в рабочем трактире, был осужден на пять лет каторжных работ в рудниках Аризонской Пустыни». — <emphasis>Примечание издателя</emphasis>.</p>
    <p>Послушайте, братья, я расскажу вам историю о руке. То была рука Тома Диксона, а Том Диксон был первоклассным ткачом на фабрике этого адского пса, хозяина Роджера Вандеруотера. Эта фабрика называлась Дно Ада… среди тех, кто на ней трудился; и я думаю, они знали, о чем говорили. Фабрика была расположена в Кингсбери, на окраине города, противоположной той, где высился летний дворец Вандеруотера. Вы не знаете, где находится Кингсбери? Много есть вещей, о братья, которых вы не знаете, и это очень грустно.</p>
    <p>Вы — рабы именно потому, что не знаете. Когда я расскажу вам эту историю, я охотно организую для вас курсы обучения грамоте. Наши хозяева читают и пишут; у них много книг. Вот почему они — наши хозяева, живут во дворцах и не работают. Когда рабочие — все рабочие — научатся читать и писать, они станут сильными. Тогда они используют свои силы для того, чтобы разорвать оковы, и не будет больше ни господ, ни рабов.</p>
    <p>Кингсбери, братья мои, находится в древнем штате Алабама. В течение трехсот лет Вандеруотеры владеют Кингсбери, его загонами для рабов и фабриками, а также загонами для рабов и фабриками во многих других городах Штатов. Вы слышали о Вандеруотерах. Кто о них не слышал? Но позвольте мне рассказать вам вещи, о которых вы ничего не знаете. Первый Вандеруотер был рабом, как мы с вами. Понимаете? Он был рабом; это было более трехсот лет тому назад. Его отец был машинистом в загоне Александра Бюрелла, а мать его была прачкой в том же загоне. Это несомненный факт. Я говорю вам правду. Это — история. Она напечатана в исторических книгах наших хозяев, которых вы не можете прочесть, ибо хозяева запрещают вам учиться читать. Вы легко можете понять, почему они не позволяют вам учиться читать, раз в книгах написаны такие вещи. Они это знают; они очень мудры. Если бы вы читали такие вещи, вы ведь могли бы потерять уважение к вашим господам, а это было бы очень опасно… для них. Но я это знаю, ибо я умею читать; и вот я рассказываю вам то, что я собственными глазами прочел в исторических книгах наших хозяев.</p>
    <p>Первого Вандеруотера на самом деле звали Вэндж, Билл Вэндж, он был сыном Джерри Вэнджа, машиниста, и Лауры Карнли, прачки. Молодой Билл Вэндж был очень силен. Он мог бы сохранить верность рабам и вывести их на свободу. Вместо этого он служил хозяевам и получал хорошее вознаграждение. Он начал свою службу еще маленьким ребенком — в качестве шпиона в своем родном загоне. Известно, что он донес на собственного отца за крамольные речи. Это — факт. Я собственными глазами читал это в протоколах. Он был слишком хорошим рабом для рабского загона. Александр Бюрелл взял его оттуда, и он обучился читать и писать. Его обучили многим вещам, и он поступил в тайную полицию. Разумеется, он уже не носил рабскую одежду, кроме тех случаев, когда переодевался, чтобы выведать секреты и заговоры рабов. Это он — всего восемнадцати лет от роду — предал великого героя и товарища Ральфа Джейкобса, которого потом судили и казнили на электрическом стуле. Конечно, все вы слышали священное имя Ральфа Джейкобса, все вы знаете о его казни на электрическом стуле, — но для вас является новостью, что погубил его первый Вандеруотер, которого звали Вэндж. Я знаю. Я читал это в книгах. В книгах есть много таких интересных вещей.</p>
    <p>И вот, после того как Ральф Джейкобс умер позорной смертью, и начал Билл Вэндж менять свои имена. Его теперь знали повсюду под кличкой Пройдоха Вэндж. Он сильно выдвинулся на секретной службе, и его щедро награждали; но все же он еще не был членом класса господ. Мужчины были за, но женщины господствующего класса отказались принять Пройдоху Вэнджа в свой круг. Пройдоха Вэндж хорошо служил своим господам. Он сам был рабом и знал тайны рабов. Надуть его было невозможно. В те дни рабы были храбрее, чем теперь, и все время боролись за свою свободу.</p>
    <p>Пройдоха Вэндж поспевал всюду, проникал во все их замыслы и планы, доводя эти замыслы и планы до провала, а вождей до электрического стула. В 2255 году его снова стали называть иначе. Это был год Великого Восстания. В местности, лежащей к западу от Скалистых гор, семнадцать миллионов рабов храбро сражались, чтобы свергнуть своих господ. Кто знает, если бы не Пройдоха Вэндж, они бы, может быть, восторжествовали. Но, увы, Пройдоха Вэндж погубил их. Хозяева поручили ему командование. В течение восьми месяцев борьбы было убито миллион триста пятнадцать тысяч рабов. Вэндж, Билл Вэндж, Пройдоха Вэндж убил их и сломил Великое Восстание. Его щедро вознаградили, и руки его были так красны от крови рабов, что с тех пор его стали называть Кровавым Вэнджем.</p>
    <p>Вы видите, братья мои, какие интересные вещи можно отыскать в книгах, когда умеешь читать. И вот вам честное слово — в книгах есть еще гораздо более интересные вещи. И если только вы захотите у меня поучиться, то через год вы сумеете сами прочесть эти книги. Да что там! Уже через шесть месяцев некоторые из вас научатся читать.</p>
    <p>Кровавый Вэндж дожил до преклонного возраста и все время — до самого конца своих дней — он участвовал в Совете господ, но его самого господином не сделали; он, видите ли, увидел свет в рабском загоне. Но как хорошо его вознаградили! Он стал владельцем дюжины дворцов. Не будучи господином, он владел тысячами рабов. У него была на море яхта — настоящий плавучий дворец, ему принадлежал целый остров, где десять тысяч рабов трудились на его кофейной плантации. Но в старости он оказался одинок — ненавидимый своими братьями-рабами и презираемый теми, кому он служил, и никто не хотел иметь с ним дела. Господа презирали его, ибо он родился рабом. Он умер несказанно богатым; он умер в муках совести, сожалея обо всем, что сделал, о кровавом пятне на своем имени.</p>
    <p>Но иначе обстояло дело с его детьми. Они не родились в рабском загоне и специальным приказом Верховного Олигарха были причислены к государственному классу. И тогда-то имя Вэндж исчезло со страниц истории. Они превратились в Вандеруотеров, а Джейсон Вэндж, сын Кровавого Вэнджа, — в Джейсона Вандеруотера, основателя рода Вандеруотеров. Но это было триста лет тому назад, и теперешние Вандеруотеры забывают о своем происхождении и воображают, что тела их сделаны из какого-то другого материала, чем мое и ваше, и тела всех рабов. А я вас спрашиваю: почему раб может стать господином другого раба? И почему сын раба может стать господином над рабами? Я предлагаю вам самим ответить на этот вопрос, но не забывайте, что первоначально Вандеруотеры были рабами.</p>
    <p>А теперь, братья, я возвращаюсь к началу своего рассказа — к истории о руке Тома Диксона. Фабрика Роджера Вандеруотера в Кингсбери по заслугам была названа Дном Ада, но люди, там работавшие, были, как вы сейчас увидите, настоящими людьми. Там же работали женщины и дети — маленькие дети. Все работавшие там имели установленные законом права, но… только на словах, ибо многих из этих прав лишали их двое надсмотрщиков Дна Ада — Джозеф Кленси и Адольф Мюнстер.</p>
    <p>Это длинная история, но я не стану рассказывать ее вам целиком. Я расскажу только о руке. Было такое правило, что часть нищенской оплаты рабов ежемесячно удерживалась и отчислялась в некий фонд. Этот фонд предназначался для помощи тем, кто пострадал от несчастных случаев или заболел. Как вы сами знаете, такие фонды находятся в ведении надсмотрщиков. Таков закон. Потому-то фонд в Дне Ада находился в ведении этих двух, проклятой памяти, надсмотрщиков.</p>
    <p>Так вот, Кленси и Мюнстер пользовались этим фондом для личных надобностей. Когда с отдельными рабочими случались несчастья, их товарищи постановляли выдать им субсидии из фонда; но надсмотрщики отказывались выплачивать эти субсидии. Что могли поделать рабы? У них были права — по закону; но доступа к закону не было. Тех, кто жаловался на надсмотрщиков, наказывали. Вы знаете сами, в какую форму облекается такое наказание: штраф за некачественную работу, которая на самом деле — качественная; попытки завалить отчетностью; плохое обращение с женой и детьми рабочего; назначение его к плохим станкам, за которыми — работай, не работай — все равно умрешь с голоду.</p>
    <p>Однажды рабы Дна выдвинули протест Вандеруотеру. Это было в то время года, когда он проводил несколько месяцев в Кингсбери. Один из рабов умел писать, его мать была грамотной — случайно, и она втайне его обучила, так же, как ее мать обучила ее. Итак, этот раб написал коллективное заявление, содержавшее все их жалобы, и все рабы подписались знаками. Снабдив конверт подобающими печатями, они отправили его Вандеруотеру. А Роджер Вандеруотер взял да и передал заявление обоим надсмотрщикам. Кленси и Мюнстер взбесились. Ночью они впустили охранников в загон. Охранники были вооружены рукоятками от заступов. И на следующий день только половина рабов была в состоянии выйти на рабочие места. Их здорово избили. Раба, умевшего писать, так отделали, что он прожил только три месяца после этого. Но перед смертью он написал еще раз, и вы сейчас услышите, с какой целью.</p>
    <p>Четыре или пять недель спустя некоему рабу по имени Том Диксон оторвало на фабрике руку приводным ремнем. Его товарищи, по обыкновению, постановили дать ему субсидию из средств фонда, а Кленси и Мюнстер — тоже по обыкновению — отказались ее выплатить. Раб, знавший грамоту, находившийся тогда как раз при смерти, снова составил перечень их жалоб. Этот документ вложили в пальцы руки, оторванной от тела Тома Диксона.</p>
    <p>Случилось так, что Роджер Вандеруотер лежал больной в своем дворце на противоположном конце Кингсбери. Это была не та безжалостная болезнь, которая сбивает с ног нас с вами, братья мои, а просто маленькое разлитие желчи или, может быть, сильная головная боль от того, что он слишком плотно поел или выпил лишнее. Но для него этого было достаточно, ибо он был нежен и мягкотел. Такие люди, всю жизнь завернутые в вату, чрезвычайно нежны и мягкотелы. Верьте мне, братья, Роджер Вандеруотер так же страдал — или думал, что страдал — от головной боли, как Том Диксон из-за своей руки, оторванной у самого плеча.</p>
    <p>Роджер Вандеруотер был большим любителем сельского хозяйства, и на своей ферме, в трех милях от Кингсбери, ему удалось вырастить новый вид клубники. Он очень гордился этой своей новой клубникой и охотно поехал бы посмотреть на нее и сорвать первые зрелые ягоды, но ему мешала болезнь. Поэтому он приказал старому рабу с фермы принести ему первую корзину с ягодами. Об этом сообщил дворцовый поваренок, каждую ночь спавший в загоне. Ягоды должен был доставить надсмотрщик огорода, но он лежал в постели с переломом ноги, после того как упал с жеребца. Поваренок принес свое известие вечером, и все знали, что на следующий день ягоды должны прибыть. И рабы в загоне Дна Ада, будучи мужчинами, а не трусами, стали держать совет.</p>
    <p>Раб, знавший грамоту, бывший почти при смерти, сказал, что он понесет руку Тома Диксона. Он сказал также, что все равно должен умереть и неважно, если он умрет немного раньше.</p>
    <p>Итак, пятеро рабов в ту ночь выбрались из загона после последнего обхода охраны. Одним из них был тот, что умел писать. Они пролежали в валежнике на краю проезжей дороги до самого утра, пока старый раб с фермы не подъехал в повозке, везя драгоценные ягоды для своего хозяина. Так как раб с фермы был стар и страдал ревматизмом, а раб, умевший писать, был искалечен побоями, то походка их была почти одинаковой. Раб, знавший грамоту, переоделся в платье старика, надвинул на глаза его широкополую шляпу и поехал в город. Старого раба с фермы продержали связанным в кустах целый день до вечера; только вечером они его освободили и вернулись в загон, чтобы понести наказание за самовольную отлучку.</p>
    <p>Тем временем Роджер Вандеруотер лежал, в ожидании ягод, в своей великолепной опочивальне. Там были такие чудеса, которые, наверное, ослепили бы глаза вам или мне, никогда ничего подобного не видавшим. Раб, умевший писать, после рассказывал, что это было нечто вроде райского видения. Почему бы и не так? Труд и жизнь десяти тысяч рабов были отданы для создания этой спальни, в то время как сами они валялись в гнусных логовах, как дикие звери. Раб, умевший писать, принес туда ягоды на серебряном подносе. Роджер Вандеруотер хотел, видите ли, лично поговорить с ним о клубнике.</p>
    <p>Раб, знавший грамоту, протащил свое умирающее тело через чудесную комнату и опустился на колени у ложа Вандеруотера, держа перед собой поднос. Большие зеленые листья сверху покрывали поднос, и камердинер, стоявший рядом, снял их, чтобы Вандеруотер мог видеть свою клубнику.</p>
    <p>И Роджер Вандеруотер, приподнявшись на локте, увидел. Он увидел свежие, дивные ягоды, лежавшие подобно драгоценным камням, а среди них покоилась рука Тома Диксона, такая же, какой она была оторвана от тела, но, разумеется, братья мои, хорошо вымытая и резко отличавшаяся белизной от кроваво-красных ягод. И тут же он увидел зажатое в окостенелых мертвых пальцах прошение своих рабов, трудившихся на Дне Ада.</p>
    <p>— Возьмите и прочтите, — сказал раб, умевший писать. Но в тот же миг, когда хозяин взял прошение, камердинер, застывший вначале от изумления, ударил коленопреклоненного раба кулаком в зубы.</p>
    <p>Рабу все равно мало оставалось жить, ему было безразлично. Он не издал ни звука и, упав на бок, лежал спокойно, а кровь от удара сочилась у него изо рта. Врач, побежавший за дворцовой стражей, вернулся вместе с ней, и раба насильно поставили на ноги. Но когда они его поднимали, он схватил с пола упавшую руку Тома Диксона.</p>
    <p>— Бросьте его живьем на съедение собакам! — кричал камердинер в великом гневе. — Живьем на съедение собакам!</p>
    <p>Но Роджер Вандеруотер, забыв про головную боль, приказал всем замолчать и продолжал читать прошение. И пока он читал, царило молчание; все стояли на ногах — сердитый камердинер, врач, дворцовая стража и среди них раб с окровавленным ртом, все еще державший руку Тома Диксона. А когда Роджер Вандеруотер дочитал, он повернулся к рабу со словами:</p>
    <p>— Если в этой бумаге есть хоть крупица лжи — ты пожалеешь о том, что родился на свет.</p>
    <p>А раб сказал:</p>
    <p>— Я всю свою жизнь жалел, что родился на свет.</p>
    <p>Роджер Вандеруотер поглядел на него пристально, и раб сказал:</p>
    <p>— Вы сделали со мной самое худшее, что могли сделать. Я умираю. Через неделю я буду мертв. Поэтому мне все равно — убьете вы меня теперь или нет…</p>
    <p>— Куда ты денешь это? — спросил хозяин, указывая на руку, а раб ответил:</p>
    <p>— Я отнесу ее назад в загон, чтобы предать погребению. Том Диксон был мне другом. Мы работали бок о бок у станков.</p>
    <p>Мне немного осталось рассказать вам, братья. Раб и рука были отвезены на телеге обратно в загон. Никто из рабов не был наказан за то, что они сделали. Напротив, Роджер Вандеруотер приказал произвести расследование и покарал обоих надсмотрщиков — Джозефа Кленси и Адольфа Мюнстера. Их имущество было конфисковано, обоим выжгли клейма на лбу, отрезали правые руки и выпустили на большую дорогу, чтобы они до смерти скитались, прося подаяние.</p>
    <p>После этого фонд некоторое время функционировал… только некоторое время, братья мои. Ибо после Роджера Вандеруотера воцарился его сын Альберт, который был жестоким хозяином и наполовину сумасшедшим.</p>
    <p>Братья! Раб, доставивший руку господину, — мой отец. Он был храбрым человеком. И точно так же, как его мать втайне обучала его чтению, так и он обучал меня. Он вскоре умер от побоев рукоятками от заступов, и Роджер Вандеруотер взял меня из загона и попытался сделать из меня кое-что получше. Я мог бы стать надсмотрщиком на Дне Ада, но предпочел стать сказителем, странствующим по земле и всегда близким моим братьям — рабам. И я рассказываю вам истории вроде этой, рассказываю тайно, зная, что вы меня не предадите. Ибо если вы это сделаете, то — вы знаете это не хуже меня — мне вырвут язык, и я уже никогда не буду ничего рассказывать.</p>
    <p>А весть, которую я несу вам, братья, заключается в том, что близятся времена, когда все на свете будет хорошо и не будет ни господ, ни рабов. И вы должны приготовиться к этим хорошим временам — выучиться читать. Есть сила в печатном слове. И я здесь, чтобы научить вас читать, а когда я пойду своей дорогой — найдутся другие, которые позаботятся о том, чтобы вы получали книги — исторические книги. Из них вы узнаете все о своих господах и научитесь быть сильными, как они.</p>
    <p><emphasis>Примечание издателя</emphasis>. «Извлечено из «Исторических фрагментов и очерков», впервые изданных в 15 томах в 4427 г. и теперь, по истечении двухсот лет, ввиду исторической ценности переизданных Национальным комитетом исторических изысканий».</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Кусок мяса</p>
    </title>
    <p>Последним кусочком хлеба Том Кинг вытер дочиста мучной соус со своей тарелки и жевал этот кусок медленно и задумчиво. Встав из-за стола, он почувствовал, что голоден, — несомненно голоден. А ведь только один он и поел. Двоих детей рано уложили спать в соседней комнате, чтобы они во сне забыли о том, что остались без ужина; жена его ни к чему не притронулась и сидела молча, озабоченно наблюдая за ним. Это была худая, изможденная женщина, дочь рабочего, и с лица ее еще не исчезли следы былой красоты. Муку для соуса она заняла у соседки напротив. Последние два полпенни ушли на хлеб.</p>
    <p>Он уселся у окна на расшатанном стуле, который гнулся под тяжестью его тела. Совершенно машинально он сунул в рот трубку и пошарил в боковом кармане куртки. Отсутствие табака заставило его отказаться от намерения покурить, и, рассердившись на собственную забывчивость, он отложил трубку. Движения его были медленными и тяжелыми, точно он сгибался под тяжким грузом своих мускулов. Это был крепко сложенный человек с тупым выражением лица. Его наружность не отличалась излишней привлекательностью. Простая одежда его была поношенной и неряшливой. Башмаки его продырявились и разошлись по швам. А на его бумажной рубашке — дешевой двухшиллинговой тряпке — красовалось несколько невыводимых пятен от краски, и воротничок был потерт.</p>
    <p>Но по лицу Тома Кинга сразу можно было безошибочно угадать, кто он такой. Это было типичное лицо боксера — человека, который много лет провел на ринге и поэтому развил в себе все бойцовские животные инстинкты. Выражение лица было определенно хмурым и — как бы для того, чтобы ни одна черта не ускользнула от наблюдателя, — лицо это было гладко выбрито. Губы были настолько бесформенными, что казались шрамами на лице. Челюсти были тяжелыми, массивными. Глаза с тяжелыми веками, медленно движущиеся под косматыми, насупившимися бровями, почти ничего не выражали. Он был настоящим животным, и самой животной чертой его были глаза — сонные, как у льва; глаза животного, готового к драке. Низкий лоб был покат, а коротко остриженные волосы не скрывали ни одной шишки на безобразной голове. Нос, дважды переломанный и исковерканный бесчисленными ударами; ухо, похожее на кочан цветной капусты, вечно вспухшее и вдвое больше обычного, тоже его отнюдь не красили, а свежая щетина делала щеки синевато-черными.</p>
    <p>Словом, это было лицо, которое страшно было бы увидеть в темной аллее или в пустынном месте. Все же Том Кинг не был преступником и никогда в жизни ничего преступного не совершил. За исключением поединков, являвшихся его профессией, он никому не причинял зла. Никто не видел, чтобы он когда-либо затеял ссору. Он был профессионалом, и вся его животная воинственность нужна была только для профессиональных выступлений. Вне арены это был человек медлительный, покладистый, а в молодые годы — когда денег было вдоволь — слишком щедрый в ущерб себе. Ни к кому он не питал злобы, и врагов почти не имел. Драка была для него только работой. На арене он бил до боли, бил до увечья, бил до смерти, но злой воли во всем этом не было: чисто деловое отношение. Публика собиралась и платила за то, чтобы один побил другого. Победителю доставался толстый кошелек. Когда Том Кинг двадцать лет тому назад выступил против Улумулу Гуджера, он знал, что челюсть Гуджера всего четыре месяца назад зажила после перелома во время поединка в Ньюкасле. И он рассчитывал на эту челюсть и вторично ее сломал на девятом раунде — не потому что он питал вражду к Гуджеру, а потому что это был наиболее верный способ вывести Гуджера из строя и заполучить толстый кошелек. И Гуджер не озлобился на него за это. Это была игра: оба знали ее правила.</p>
    <p>Том Кинг никогда не был разговорчив, и сейчас он сидел у окна в суровом молчании, уставившись на свои руки. Сосуды на них были набухшими и толстыми, а бесформенные суставы свидетельствовали о том, в каких переделках им довелось побывать. Он никогда не слыхал о том, что жизнь человека зависит от его артерий, но он хорошо знал, что означают эти большие, вздувшиеся сосуды: сердце его качало по ним слишком много крови, под слишком высоким давлением. Они отказывались дольше служить. Они расширились до пределов их эластичности, а с их растяжением исчезла его выносливость. Теперь он стал быстро уставать. Он уже не выдерживал двадцать раундов, один за другим; не мог биться, биться, биться от гонга до гонга — бешеный напор против такого же напора, — прижатый к веревке или прижимающий к ней противника, напирая все яростнее и яростнее под самый конец, на двадцатом раунде, пока весь зал у его ног сотрясается от крика, а сам он наступает, бьет, уклоняется, обрушивает удары один за другим и получает в ответ такой же ливень ударов, а надежное сердце все качает бурлящую кровь в исправно работающие вены. В былое время надувшиеся жилы снова сжимались, однако с каждым разом они становились чуть-чуть шире. Он глядел на них и на свои сплющенные суставы, и на мгновение он вспомнил, какой совершенной была в юности форма этих рук, до перелома первого сустава о голову Бенни Джонса, более известного под кличкой Валлийский Ужас.</p>
    <p>Чувство голода опять дало себя знать.</p>
    <p>— Черт возьми, неужели нельзя достать кусочек говядины? — вслух пробормотал он, сжимая свои огромные кулаки и изрыгая приглушенное проклятие.</p>
    <p>— Я пробовала и у Берка, и у Соула, — сказала жена, как бы извиняясь.</p>
    <p>— И они отказали? — спросил он.</p>
    <p>— Ни полпенни, Берк сказал… — она осеклась.</p>
    <p>— Ну! Что он сказал?</p>
    <p>— Сказал, что, по его мнению, Сэндл побьет тебя нынче вечером, и что твой-де счет уж и без того достаточно велик.</p>
    <p>Том Кинг заворчал, но ничего не возразил. Он стал думать о бультерьере, который был у него в молодости и которому он скармливал несчетные куски говядины. Берк тогда дал бы ему в кредит тысячу отбивных. Но времена изменились. Том Кинг старел, а старый человек, дерущийся во второразрядном клубе, не мог рассчитывать на большой кредит у торговцев.</p>
    <p>Он проснулся утром с тоской о куске говядины, и эта тоска не уменьшилась. Он не смог хорошо потренироваться перед предстоящим поединком. В этом году в Австралии была засуха, времена наступили тяжелые, и даже временную работу трудно было найти. У него не было тренера, и питался он очень плохо. Время от времени он, когда ему удавалось, работал землекопом, а по утрам совершал большие прогулки пешком вокруг усадьбы, чтобы держать ноги в «форме». Но нелегко было тренироваться без тренера, да еще с женой и детьми, которых нужно было кормить. Кредит у торговцев почти не вырос, когда был объявлен его матч с Сэндлом. Секретарь «Клуба Увеселений» дал ему аванс в три фунта — долю побежденного — и отказался повысить эту сумму. От случая к случаю он одалживал по нескольку шиллингов у старых товарищей, которые дали бы ему и больше, не случись засухи и не окажись они сами в почти таком же положении. Нет — не имело смысла скрывать от себя этот факт — подготовлен он был плохо. Пищи должно было быть больше, а неприятностей меньше. Кроме того, человеку в сорок лет труднее приспособиться к обстоятельствам, чем в двадцать.</p>
    <p>— Который час, Луиза? — спросил он.</p>
    <p>Жена его пошла к соседям справиться и вернулась.</p>
    <p>— Без четверти восемь.</p>
    <p>— Первый бой начнется через несколько минут, — сказал он. — Это только разминка. Затем бой в четыре раунда, между Диллером Уэлсом и Гридли, затем десять раундов между Сторлайтом и каким-то чурбаном-матросом. Мне выходить не раньше чем через час.</p>
    <p>Он помолчал еще минут десять и затем встал.</p>
    <p>— Что правда, то правда, Луиза. Я не тренировался толком!</p>
    <p>Он потянулся за шляпой и направился к двери. Он не предложил ей поцеловать ее — он никогда не делал этого перед уходом, — но в этот вечер она осмелилась поцеловать его, обняв его за шею и заставив склониться к ее лицу. Рядом с огромной фигурой мужа она выглядела совсем маленькой.</p>
    <p>— Ни пуха ни пера, Том, — сказала она. — Ты должен его побить.</p>
    <p>— Да, я должен его побить, — повторил он. — В этом все дело. Я должен его побить.</p>
    <p>Он деланно засмеялся, а она прижималась к нему все теснее. Он окинул взглядом пустую комнату за ее спиной. Это было все, что у него осталось на свете (причем он давно задолжал за аренду квартиры), да еще жена и малыши.</p>
    <p>И он покидал этот дом и выходил в ночь, чтобы раздобыть мяса для своей самки и детенышей, — но не так, как современный рабочий, отправляющийся к своему станку, а старым, примитивным, царственным, животным способом — добыть мясо в бою.</p>
    <p>— Я должен его побить, — повторил он, и на этот раз отчаяние прозвучало в его голосе. — Если побью — получу не меньше тридцати соверенов. Тогда смогу вернуть все долги, и еще куча денег останется. Если проиграю игру, то не получу ничего, ни одного пенни, чтобы доехать домой на трамвае. Секретарь уже выдал мне все, что полагается проигравшему. Прощай, старуха. В случае удачи вернусь прямо домой.</p>
    <p>— Я буду ждать, — крикнула она ему вслед.</p>
    <p>До клуба было полных две мили, и на ходу он вспоминал, как в дни своей славы — он был чемпионом-тяжеловесом Нового Южного Уэльса — ездил на поединок в экипаже, а какой-нибудь второразрядный тяжеловес платил извозчику только за то, чтобы сидеть с ним, самим Кингом, рядом. Теперь короли — Томми Бернс и еще этот американский негр: они ездят на автомобилях. А он идет пешком! Всем известно, что две мили пешком — неважная прелюдия к боксерскому поединку. Он — старик, а мир не очень-то считается со стариками. Он теперь ни на что не годен, кроме земляных работ, но и тут ему вредили сплющенный нос и распухшее ухо. Он теперь сожалел, что в свое время не научился какому-нибудь ремеслу. В конце концов, так было бы лучше. Но никто ему не посоветовал, а в самой глубине души он сознавал, что и не послушался бы советов. Это было так легко. Много денег, жаркие, славные бои, периоды отдыха и безделья в промежутках между боями, свита усердных льстецов, похлопывание по спине, рукопожатия, парни, готовые угостить его рюмочкой только лишь за то, что он с ними пять минут поболтает; а затем… слава, неистовствующая публика… вихрь утихает… объявление: «Кинг победил!»… И на следующий день — его имя в столбцах спортивных газет.</p>
    <p>Вот это было время! Но теперь-то он понимал — по своему обыкновению, медленно, как бы постепенно развивая мысль, — что он в то время оттирал стариков. Он был восходящая Юность, они — уходящая Старость.</p>
    <p>Немудрено, что победы давались ему легко: у них были вздутые вены, перебитые суставы и кости, ставшие хрупкими после множества боев. Он вспомнил, как победил Стоушера Билла в Раш-Каттерс-Бей в одиннадцатом раунде, а старый Билл потом плакал в раздевалке, как ребенок. Быть может, старый Билл просрочил плату за квартиру; быть может, дома его ждали жена и пара малышей, а в самый день боя Билл был голоден и мечтал о куске говядины. Билл проиграл бой, Том здорово его отделал. Но теперь-то он видел, что в тот вечер, двадцать лет назад, Стоушер Билл поставил бóльшую ставку, чем молодой Том Кинг, бившийся ради славы и легкой наживы. Неудивительно, что Стоушер Билл плакал потом в уборной.</p>
    <p>Да, каждому отпущено сил на определенное число поединков. Таков железный закон игры. Один победит в сотне, другой — только в двадцати; каждому, в зависимости от его сложения и мастерства, отпущено свое время, и потом он конченый человек.</p>
    <p>Что ж! Ему, Тому Кингу, было отпущено даже больше, чем многим другим, и на его долю пришлось гораздо больше, чем полагалось, жестоких, страшных боев — боев, которые едва не заставили его сердце и легкие лопнуть, боев, лишивших его артерии эластичности, превративших молодые, гладкие, гибкие мышцы в твердые комки, исчерпавших его душевные и физические силы, истощивших его тело и мозг чрезмерным напряжением. Да, он работал лучше их всех. Из его старых противников никого уже не осталось. Он был последним из старой гвардии. Он видел, как все они сошли со сцены, и сам был подчас виновником их ухода.</p>
    <p>Его тренировали на стариках, и он приканчивал их одного за другим и смеялся, когда они, как старый Стоушер Билл, плакали в уборной. А теперь он сам был стариком, и на нем тренировали мальчишек. Вот, например, этот сопляк Сэндл. Он приехал из Новой Зеландии, где успел прославиться. Но в Австралии никто не слышал о нем, поэтому его выпустили против старого Тома Кинга. Если Сэндл покажет себя, то ему дадут лучших противников, посулят более высокий приз. Поэтому он будет отчаянно драться. Он мог выиграть все — деньги, славу, карьеру. А Том Кинг был старым серым чурбаном для рубки мяса, преграждавшим дорогу к славе и богатству. Он ничего не мог выиграть, кроме тридцати соверенов, чтобы заплатить домовладельцу и лавочникам. И пока Том Кинг размышлял об этом, в его неповоротливом мозгу возник образ Юности — сияющей Юности, радостной и непобедимой, с гибкими мышцами, с шелковистой кожей, со здоровыми, не знающими усталости сердцем и легкими, Юности, со смехом преодолевающей непреодолимое.</p>
    <p>Да, Юность — это возмездие. Она сметала стариков с дороги и не беспокоилась о том, что, в сущности, уничтожает сама себя. Ее вены вздуются, суставы сплющатся, и ее, в свою очередь, побьет другая Юность. Ибо молодость всегда молода, только старость стареет.</p>
    <p>На Кэслри-стрит он свернул налево и, миновав три квартала, добрался до клуба. Молодые зеваки, столпившиеся перед входом, почтительно расступились перед ним, и он слышал, как один сказал другому:</p>
    <p>— Это он! Это Том Кинг!</p>
    <p>Внутри, по дороге в раздевалку, он встретил секретаря, остроглазого и язвительного молодого человека.</p>
    <p>— Как вы чувствуете себя, Том? — спросил тот здороваясь.</p>
    <p>— Настроен, как скрипка, — ответил Кинг, хотя знал, что лжет и будь у него соверен, он отдал бы его весь за хороший кусок говядины.</p>
    <p>Когда он вышел из раздевалки в сопровождении своих секундантов и стал спускаться вдоль зрительских сидений к рингу в центре зала, он услышал бурю аплодисментов. Он видел, как его приветствовали со всех сторон, хотя не знал почти никого из них.</p>
    <p>По большей части это были молокососы, которых еще не было на свете в те дни, когда он завоевывал первые лавры на арене. Он легко вскочил на площадку, пролез под канатами к своему углу и присел там на складной стул. Джек Болл, судья, подошел к нему и пожал руку. Болл, боксер-ветеран, уже больше десяти лет не дрался на ринге. Кинг был рад, что судьей назначили Болла. Оба они были стариками. Если он станет драться не по правилам, когда Сэндл начнет одолевать, судья наверняка посмотрит на это сквозь пальцы.</p>
    <p>Молодые тяжеловесы, делавшие карьеру, один за другим поднимались на площадку, и судья представлял их публике. Он также объявлял суммы ставок.</p>
    <p>— Молодой Пронто, — объявил Болл, — из Северного Сиднея, вызывает победителя, ставка пятьдесят фунтов.</p>
    <p>Публика аплодировала. Аплодисментами встретили и Сэндла, перескочившего через канаты и присевшего в своем углу. Том Кинг с любопытством посмотрел на него с другой стороны площадки: еще несколько минут — и они сойдутся в бою. Но он почти ничего не мог рассмотреть, ибо Сэндл, как и сам он, надел свитер и брюки поверх спортивного костюма. Его лицо было мужественным и красивым под курчавой шапкой светлых волос, а толстая мускулистая шея говорила о большой физической силе.</p>
    <p>Молодой Пронто прошел в один угол, затем в другой, пожал руку участникам матча и спустился с арены. Вызовы продолжались. Через канат непрерывно перескакивали юнцы — ненасытная молодежь, заявляющая перед всем человечеством, что она готова помериться с прежними победителями силой и мастерством.</p>
    <p>Несколько лет назад, на пике своей карьеры, Том Кинг только посмеивался и откровенно скучал, глядя на них. Но теперь он сидел в оцепенении, не в силах прогнать образ Юности. Эти парни, перепрыгивающие через канаты и выкрикивающие свой вызов, постоянно в этой игре выигрывали, а старики непременно перед ними пасовали. На пути к успеху они переступали через тела стариков. А они все шли, один за другим, ибо Юность непобедима, и все время они оттирали стариков, а затем сами становились стариками и катились по той же наклонной плоскости, в то время как за их спиной, без устали напирая на них, снова поднималась вечная Юность — возмужавшие младенцы, сокрушающие старших, а позади их — новые младенцы, и так до скончания веков — Юность, настаивающая на своем и никогда не умирающая.</p>
    <p>Кинг бросил взгляд на ложу прессы, кивнул Моргану из «Спортсмена» и Корбетту из «Арбитра». Затем он протянул руки вперед, чтобы Сид Сэлливен и Чарли Бейтс, его секунданты, натянули на него рукавицы и крепко их зашнуровали под пристальным взглядом одного из секундантов Сэндла, который еще прежде критическим взором оглядел повязки на костяшках Кинга. Один из его собственных секундантов находился в углу Сэндла, выполняя ту же обязанность. С Сэндла стянули брюки, а когда он встал, стащили с него свитер через голову. И Том Кинг, взглянув на него, увидал воплощенную Юность, широкогрудую, с тяжелыми мышцами, с мускулами, скользившими и переливавшимися, как живые существа, под белой шелковистой кожей. Все тело было насыщено свежестью, и Том Кинг знал, что из него еще не начала сочиться по капле жизнь через все поры после долгих схваток; в этих схватках Юность платила свою дань и выходила из них слегка постаревшей.</p>
    <p>Оба боксера выступили друг другу навстречу, и когда прозвучал гонг и секунданты ушли с ринга, унося складные стулья, они пожали друг другу руки и немедленно встали в стойку. И тотчас же, как стальная пружина из часов, Сэндл сделал выпад, отступил, левой нанес удар в лицо, правой — под ребра, наклонился, легко отскочил назад и снова прыгнул. Он был проворен и искусен. Это был блестящий дебют. Публика криками выражала одобрение. Но Кинг не был ослеплен: он участвовал в стольких поединках против стольких юнцов, он видел эти удары такими, какими они были на самом деле, то есть слишком быстрыми и легкими и не представляющими никакой опасности. Очевидно, Сэндл намеревался задать быстрый темп. Этого и следовало ожидать. Таков был обычай Юности, расточающей свой блеск и свое превосходство в диком наскоке, в бешеных атаках, ломая сопротивление мощью своей неограниченной силы и воли.</p>
    <p>Сэндл нападал, отступал — легконогий и страстный, живое чудо сверкающего белизной тела и разящих мускулов; как челнок, снующий в станке, он блестяще атаковал, скользил, прыгал, делая тысячи движений, цель которых была одна — смести с пути Тома Кинга, стоявшего между ним и карьерой. А Том Кинг терпеливо сносил удары. Он знал свое дело и знал Юность, с тех пор как утратил ее. Не следует ничего предпринимать, пока противник хоть немного не выдохнется, думалось ему; и он ухмылялся про себя, умышленно наклоняясь так, чтобы получить тяжелый удар по темени. Это был подлый трюк, хотя и не запрещенный, так как предполагалось, что человек сам будет беречь свои суставы, но если он упорно бьет противника по темени, то пусть пеняет сам на себя. Кинг мог бы пригнуться пониже и позволить удару просвистеть мимо без всякого вреда для себя; но он помнил свои первые поединки и то, как он расплющил первый сустав об голову Валлийского Ужаса. Он только играл в ту же игру. И Сэндл ничего не понял! Он явно собирался продолжать наносить удары с той же силой в течение всей схватки, горделивый и беззаботный, а после, когда частые поединки начнут сказываться, он пожалеет об этом суставе и вспомнит, как раздробил его об голову Тома Кинга.</p>
    <p>В первом раунде преимущество было на стороне Сэндла, и весь зал приветствовал скорость его вихревых атак. Сэндл осыпал Кинга лавинами ударов, а Кинг ничего не делал. Он ни разу его не ударил, а только прикрывался, прижимался, нагибался, уклонялся, чтобы избежать кулаков противника. Порой он делал финт, качал головой, получая увесистый тычок, передвигался неуклюже, не прыгал, не скакал и не терял ни одной капли силы зря. Пусть из Сэндла испарится пена Юности, прежде чем осмотрительная Старость решится на противодействие. Все движения Кинга были неспешными и методичными, а его глаза с тяжелыми веками и застывший взгляд придавали ему вид полусонный и осоловелый. Однако эти глаза видели все, приучились замечать все за двадцать с лишком лет, проведенных на ринге. Эти глаза не мигали рефлекторно под угрозой удара, но смотрели холодно, измеряя дистанцию.</p>
    <p>В перерыве после первого раунда, сидя на своем стуле, он вытянул ноги и откинулся назад, положив руки на канаты, дыша глубоко и свободно тем воздухом, что навевали на него полотенца секундантов. С закрытыми глазами прислушивался он к голосам из толпы.</p>
    <p>— Почему не дерешься, Том? — кричали некоторые. — Ведь ты же не боишься его, не правда ли?</p>
    <p>— Мускулы задеревенели, — услышал он пояснение какого-то человека на передних скамьях. — Он не может двигаться быстрее. Два соверена против одного за Сэндла.</p>
    <p>Гонг зазвучал, и бойцы вышли из своих углов. Сэндл сделал прыжок на три четверти площадки в страстном желании возобновить бой; Кинг ограничился двумя-тремя шагами. Это отвечало его намерению экономить силы. Он не тренировался и слишком мало ел, так что каждый шаг имел значение. Кроме того, он только что прошагал две мили до места боя.</p>
    <p>Второй раунд был повторением первого, причем Сэндл нападал как вихрь, а публика с возмущением спрашивала, почему Кинг не дерется. Кроме нескольких финтов и пары вялых и неэффективных ударов, он так и не сделал ничего, а только защищался и ускользал. Сэндл хотел навязать ему быстрый темп, а Кинг, используя свой опыт, умело уклонялся. Он уклонялся с мудрым величием испытанной в боях выдержки и продолжал экономить силы со скупостью, на которую способна только Старость. А Сэндл играл своей силой с щедрой беззаботностью Юности.</p>
    <p>Кинг обладал мудростью генерала ринга, опытом, воспитанным в долгих жестоких боях. Он наблюдал с холодным умом и холодным взглядом, медленно перемещаясь и ожидая, когда из Сэндла выйдет вся пена. Большинству зрителей казалось, будто Кинг потерял свой класс, и они громко выражали это мнение, ставя три против одного за Сэндла. Но были и мудрые — знавшие прежнего Кинга, — и они принимали ставки, считая, что это верные деньги.</p>
    <p>Третий раунд начался, как и прежние, с того, что Сэндл сразу перехватил инициативу. Полминуты уже прошло, когда Сэндл, слишком понадеявшись на себя, слегка раскрылся. Глаза и правая рука Кинга сверкнули в один и тот же момент. То был его первый настоящий удар — хук напряженной рукой, согнутой в форме арки (чтобы придать ей твердости), усиленный всей тяжестью тела, описавшего полукруг. Казалось, что лев, притворявшийся сонным, вдруг молниеносно взмахнул лапой. Удар пришелся Сэндлу в челюсть сбоку, и он был сбит с ног, как теленок. Публика разинула рты и благоговейным шепотом выразила одобрение. Итак, у этого человека отнюдь не задеревенели мускулы, — он мог наносить удары, как кузнечный молот.</p>
    <p>Сэндл был потрясен. Он откатился и попытался встать, но резкий оклик секунданта, потребовавшего, чтобы он выдержал время счета, остановил его. Он встал на одно колено, готовый подняться, и ждал, пока судья громко отсчитывал секунды над его ухом. На девятой он вскочил и встал в стойку, а Том Кинг, взглянув на него, пожалел, что его удар не пришелся на дюйм ближе к краю челюсти. Это нокаутировало бы противника, и он уже бы нес тридцать соверенов своей жене и детям.</p>
    <p>Раунд продолжался, причем Сэндл впервые почувствовал уважение к сопернику, а Кинг, как и прежде, двигался медленно, с сонным взглядом. Когда раунд подходил к концу, Кинг, видя, что секунданты присели, чтобы перепрыгнуть через веревки, перевел бой в свой угол и, как только ударил гонг, немедленно присел на ожидавший его стул, в то время как Сэндлу пришлось еще пройти все расстояние до своего угла по диагонали квадрата. Это была мелочь, но именно сумма мелочей и шла в счет.</p>
    <p>Сэндл был вынужден сделать несколько лишних шагов, чтобы потерять несколько мгновений отдыха. В начале каждого раунда Кинг медленно выступал из своего угла, вынуждая противника пройти большее расстояние. В конце каждого раунда Кинг искусно направлял схватку так, чтобы переместиться ближе к своему углу и немедленно сесть после удара гонга.</p>
    <p>Прошло еще два раунда, и снова Кинг был скуп на движения, а Сэндл растрачивал силы. Попытки последнего перейти на быстрый темп причиняли Кингу большое неудобство, потому что порядочное количество сыпавшихся на него ударов попадало в цель. Тем не менее Кинг упорствовал в своей угрюмой медлительности, наперекор горячим головам, кричавшим, чтобы он, наконец, начал драться. В шестом раунде Сэндл снова допустил промах, снова грозная правая рука Кинга промелькнула в воздухе, и снова Сэндл, сраженный ударом в челюсть, ждал, когда судья отсчитает девять секунд.</p>
    <p>В седьмом раунде преимущество Сэндла сошло на нет, и он понял, что ввязался в самый тяжелый бой за время своей карьеры боксера. Том Кинг был стариком, но с таким стариком ему еще не приходилось встречаться. Он никогда не терял голову, был чрезвычайно искусен в защите, и удары этого старика были похожи на удары узловатой дубины. Тем не менее Том Кинг не решался бить часто. Он никогда не забывал о своих поврежденных суставах и знал, что каждый удар должен быть тщательно рассчитан, если он хочет выдержать до конца матча. Сидя в углу и поглядывая на своего противника, он подумал, что его опыт в сочетании с молодостью Сэндла дал бы миру чемпиона. Но вот в чем беда: Сэндл никогда не будет чемпионом мира — ему не хватает опыта, а получить его он может только ценой своей юности; когда же он наконец будет обладать мудростью, вся его юность будет истрачена на эту покупку.</p>
    <p>Кинг воспользовался всеми доступными ему преимуществами. Он никогда не упускал случая перейти в клинч, и при этом его плечо обычно сильно давило на ребра противника. В философии ринга плечо было ничем не хуже кулака, поскольку речь шла о нанесении ущерба — пожалуй, даже много лучше в плане экономии сил. Кроме того, во время клинчей Кинг наваливался всей тяжестью на противника и не отлипал от него, пока его не оттаскивал судья, которому помогал Сэндл, до сих пор еще не научившийся ценить отдых. Он не мог удержаться от того, чтобы не пускать в ход своих стремительно взлетающих рук, своих играющих мускулов, и когда Кинг наваливался плечом на его ребра, пряча голову под левую руку Сэндла, последний почти всегда заносил правую руку за спину и бил ею в склоненное лицо противника. Это был ловкий удар, вызывавший сильное восхищение публики, но он не был опасен, а потому являлся только излишней потерей силы. Но Сэндл был словно неутомим, а Кинг ухмылялся и сохранял свою выдержку.</p>
    <p>Наконец Сэндл нанес свирепый хук правой рукой ему в грудь, так что казалось, будто Кинг получил толчок невероятной силы; но только старые боксеры оценили искусное прикосновение левой перчатки Кинга к бицепсу противника как раз перед попаданием удара. Да, каждый удар Сэндла достигал цели, но каждый раз это прикосновение к бицепсу лишало его силы. В девятом раунде правая рука Кинга, согнутая в локте, в течение одной минуты три раза ударила Сэндла в челюсть, и трижды тело Сэндла со всей тяжестью падало на циновку. Каждый раз он пользовался предоставленными ему девятью секундами и поднимался потрясенный и оглушенный, но все еще сильный. Он заметно потерял в скорости и тратил меньше сил. Он сражался свирепо, но продолжал рассчитывать на свой главный козырь — на молодость. Главным же козырем Кинга был опыт. Так как жизненная энергия в нем ослабла и мощь уменьшилась, он заменил их хитростью, знанием, почерпнутым в долгих боях, а также тщательной экономией сил. Он умел не только не делать лишних движений, но и провоцировать противника на бесполезную трату сил. Вновь и вновь при помощи обманных движений рук, ног и корпуса он заставлял Сэндла отскакивать назад, наклоняться и парировать. Кинг отдыхал, но никогда не позволял отдыхать Сэндлу. Такова была стратегия Старости.</p>
    <p>Уже с самого начала десятого раунда Кинг начал останавливать атаки противника прямыми хуками в лицо, а Сэндл, ставший осмотрительным, отвечал тем, что заносил левую руку, затем опускал ее, а правой наносил сбоку кривой удар в голову. Удар приходился слишком высоко, чтобы иметь серьезные последствия, но когда он впервые был нанесен, Кинг испытал знакомое чувство, точно черное покрывало опускается на его сознание. На мгновение — вернее, на ничтожную долю мгновения — Кинг словно уснул. В этот миг он увидел, что противник исчез из его поля зрения, как и фон зрительного зала. В следующий миг он опять увидел и противника, и зал. Казалось, будто он проспал некоторое время и только что вновь открыл глаза. Но миг забвения был так ничтожно краток, что Кинг не успел даже упасть. Публика видела, как он зашатался, как колени его подогнулись, и как он затем ниже опустил подбородок, прикрыв его левым плечом.</p>
    <p>Несколько раз Сэндл повторил этот удар, держа Кинга в состоянии частичного отупения; но затем тот выработал способ защиты, который одновременно был контратакой. Делая финт левой рукой, он отступал на полшага назад, одновременно со всей силой нанося удар правой рукой вверх. Первый выпад был так аккуратно рассчитан, что попал прямо в лицо Сэндла в самый момент наклона, и того подбросило вверх; он упал назад и ударился о циновку головой и плечами. Кинг повторил это два раза, затем участил удары и прижал противника к канату. Он не давал Сэндлу продохнуть, нанося удар за ударом, пока вся публика не встала с мест, и воздух наполнился несмолкающей бурей аплодисментов. Но сила и выносливость Сэндла были великолепны, и он продолжал стоять на ногах. Нокаут казался неизбежным, и полицейский пристав, испуганный этим ужасным избиением, поднялся на ринг, чтобы прекратить бой. Гонг возвестил о конце раунда, и Сэндл, шатаясь, дотащился до своего места, уверяя пристава, что он здоров и полон сил. Чтобы доказать это, он два раза прыгнул, и пристав смягчился.</p>
    <p>Том Кинг, развалившийся в своем углу и тяжело дышавший, был разочарован. Если бы поединок был прекращен, то судья, может быть, присудил бы победу ему. В отличие от Сэндла, он бился не ради славы и карьеры, а ради тридцати соверенов. Теперь же Сэндл получил возможность прийти в себя.</p>
    <p>«Юность возьмет свое», — пронеслось в голове Кинга, и ему вспомнилось, что впервые он услышал эти слова в тот вечер, когда сокрушил Стоушера Билла. Поклонник, который угостил его рюмкой и похлопал по плечу после боя, употребил это выражение. Юность возьмет свое. Поклонник был прав. В тот давний вечер он представлял Юность. Теперь же Юность сидит в противоположном углу. Что же касается его, Тома Кинга, он ведь дрался уже в течение получаса, а он — старик. Если бы он дрался, как Сэндл, его бы не хватило и на пять минут. Но все дело было в том, что он не мог восстановиться. Набухшие вены и истощенное сердце не позволяли ему накопить силу в перерывах между раундами. Да и с самого начала у него не было нужной силы. Ноги его отяжелели, по ним пробегали судороги. Не надо было идти эти две мили пешком! А тут еще это мясо, о котором он тосковал все утро. В нем поднималась страшная ненависть к мясникам, отказавшим ему в кредите. Тяжело старому человеку идти на бой, не поев вволю. А кусок говядины — это такая мелочь, всего несколько пенни, а для него — это тридцать соверенов.</p>
    <p>При звуке гонга, возвещавшем начало одиннадцатого раунда, Сэндл бросился в атаку, показывая бодрость, которой у него на деле не было. Кинг знал этому цену: блеф, старый, как сама игра. Защищаясь, он вошел в клинч, затем оторвался и позволил Сэндлу сделать стойку. Кингу только этого и надо было. Он сделал обманное движение левой рукой, заставив противника нырнуть, вызвал на себя боковой удар снизу вверх, затем отступил на полшага и нанес прямой хук Сэндлу в лицо, и тот, скорчившись, упал на циновку. После этого он уже не давал ему никакого отдыха, сам получал удары, но наносил их куда больше; прижимая Сэндла к канатам, он безостановочно осыпал его ударами, отпрыгивая или отбрасывая его при попытках войти в клинч, и каждый раз, когда Сэндл готов был упасть, он подхватывал его одной рукой, а другой опять прижимал к канату, где он упасть не мог.</p>
    <p>Тогда публика обезумела; все были на его стороне и почти все орали:</p>
    <p>— Валяй, Том!.. Лупи его, Том!.. Лупи его!.. Твоя взяла, Том! Твоя взяла!.. — Намечался бурный финал, и именно за это зрелище публика и платила деньги.</p>
    <p>А Том Кинг, который полчаса копил силу, теперь щедро расточал ее в единственном великом усилии, на которое он еще считал себя способным. Мощь его быстро иссякала, и вся его надежда заключалась в том, что прежде чем последняя капля силы его покинет, он отправит противника в нокаут. Продолжая бить, холодно оценивая тяжесть ударов и степень наносимых повреждений, он понял, как трудно нокаутировать такого человека, как Сэндл. Запас жизненных сил и выносливости у него был неисчерпаем: то были сила и выносливость Юности. Сэндл, без сомнения, — парень с будущим. В нем были нужные задатки. Только из такого крепкого материала и получались прекрасные боксеры.</p>
    <p>Сэндл качался и шатался, но ноги Кинга подгибались, а суставы как будто отказывались служить. И все-таки он крепился, чтобы наносить жестокие удары, из которых каждый причинял боль его искалеченным рукам. Хотя ему сейчас почти не доставалось, он утомлялся так же быстро, как и его противник. Его удары попадали в цель, но в них не было прежней увесистости, и каждый был лишь результатом огромного усилия воли. Он заметно волочил ноги, точно они были свинцовые; в это время сторонники Сэндла, обрадованные этими признаками усталости Кинга, начали криками ободрять своего кумира.</p>
    <p>Это подхлестнуло Кинга и заставило собраться с силами. Он ударил два раза подряд: левой — в солнечное сплетение, чуть-чуть выше, чем следовало; правой — в челюсть. Это были легкие удары, но Сэндл уже так ослаб и выдохся, что упал, содрогаясь. Судья стоял над ним и громко отсчитывал роковые секунды. Если на десятой он не встанет, то проиграет бой. Зал застыл в безмолвии. Кинг стоял на дрожащих ногах. Он чувствовал смертельное головокружение, а перед его глазами море лиц опускалось и поднималось, а до ушей его, точно издалека, доносился счет судьи. И все же он считал, что победа за ним. Невозможно, чтобы человек, настолько избитый, мог встать на ноги.</p>
    <p>Только Юность могла встать, и Сэндл встал. На четвертой секунде он перевернулся на живот и стал вслепую хвататься за канат. На седьмой секунде он поднялся на одно колено и остался в этой позе; голова его качалась на плечах, как у пьяного. Когда арбитр крикнул: «Девять!», Сэндл уже был на ногах, в стойке, левой рукой прикрывая лицо, а правой — живот. Защитив таким образом все уязвимые места, он наклонился вперед к Кингу, надеясь войти в клинч и выиграть время.</p>
    <p>Не успел он встать, как Кинг бросился на него, однако оба его удара попали в защиту. В следующий миг Сэндл вошел в клинч и отчаянно сопротивлялся, когда судья пытался разнять противников. Кинг же помогал судье освободить его. Он знал, с какой быстротой восстанавливается Юность, и знал также, что Сэндл проиграет, если ему удастся помешать этому. Один крепкий толчок может решить дело. Сэндл отшатнулся назад и колебался, точно на волоске, между поражением и победой. Один хороший удар мог сбить его с ног и нокаутировать. И Том Кинг с внезапным чувством горечи вспомнил о куске говядины и пожалел, что не подкрепился им для этого последнего необходимого толчка. Он собрался с силами, но его удар не оказался ни достаточно увесистым, ни достаточно быстрым. Сэндл покачнулся, но не упал, шатаясь, отступил к канатам и оперся на них. Кинг, тоже покачиваясь, двинулся за ним и с отчаянной тоской на душе отвесил еще удар. Но тело изменило ему. Все, что в нем оставалось — это боевая смекалка, затуманенная усталостью. Удар, направленный в скулу, попал не выше плеча. Он хотел ударить выше, но утомленные мышцы не повиновались. И Том Кинг сам едва не упал от собственного удара. Он сделал еще одну попытку. На этот раз удар прошел совсем мимо, и он, совершенно ослабев, вошел в клинч, чтобы самому не рухнуть на пол.</p>
    <p>Кинг не пытался оторваться. Он выпустил последний заряд. Он проиграл. Юность взяла свое. Войдя в клинч, он почувствовал, как Сэндл восстанавливается. Когда судья разнял их, он своими глазами увидел, как возрождается Юность. Сэндл набирал силу с каждым мгновением. Его удары, вначале слабые и не достигавшие цели, становились все крепче и точнее. В тускнеющих глазах Кинга мелькнул кулак в перчатке, направленный в его челюсть, и он хотел парировать, подставив руку. Он видел опасность, хотел действовать, но его рука была слишком тяжела. Казалось, она нагружена сотней фунтов свинца. Она не хотела подняться, а он пытался поднять ее силами своей души. И тут кулак попал в цель. Он услышал острый треск, как от электрического разряда, и немедленно черное покрывало заволокло его.</p>
    <p>Когда он открыл глаза снова, он сидел в своем углу и слышал рев публики, подобный прибою у Бонди-бич. Ко лбу ему прикладывали мокрую губку, а Сид Сэлливен брызгал ему на грудь и лицо освежающе холодной водой. С него уже сняли перчатки, и Сэндл, склонившись к нему, пожимал ему руку. Он не злился на своего победителя и ответил на рукопожатие так сердечно, что его разбитые пальцы запротестовали. Потом Сэндл вышел на середину ринга, и публика прекратила свой адский шум, когда он заявил, что принимает вызов молодого Пронто, и предложил увеличить заклад до ста фунтов. Кинг глядел апатично, пока секунданты обтирали ручьями текущую с него воду, осушали его лицо и готовили к уходу с арены. Он чувствовал голод. Это было не обычное грызущее ощущение, но великое бессилие, дрожание в полости живота, передававшееся всему телу. Он вспомнил тот момент схватки, когда Сэндл был на волосок от поражения.</p>
    <p>Да, кусок говядины довершил бы дело! Только этого не хватало для решительного удара, и потому он проиграл. Все произошло только из-за кусочка говядины.</p>
    <p>Секунданты почти несли его, помогая ему перелезть через канат. Он вырвался из их рук, пролез под канатом без их помощи, тяжело спрыгнул на пол и пошел следом за секундантами, которые прокладывали ему дорогу через толпу, собравшуюся в центре зала. Когда он выходил из раздевалки на улицу, с ним заговорил какой-то молодой парень.</p>
    <p>— Почему вы не подналегли и не свалили его, когда он был в ваших руках?</p>
    <p>— Пошел ты к черту! — рявкнул Том Кинг и спустился по ступенькам на тротуар.</p>
    <p>Двери кабачка на углу широко распахнулись, и он увидел свет и улыбающихся кельнерш, услышал гул голосов, обсуждавших поединок, и благодатный звон монет о прилавок. Кто-то позвал его выпить рюмку. Он заметно поколебался, но затем отклонил приглашение и пошел своей дорогой.</p>
    <p>У него в кармане не было ни одного медяка, и две мили, которые ему нужно было пройти до дома, казались ему очень длинными. Без сомнения, он постарел. Проходя через предместье, он вдруг сел на скамейку, совершенно расстроенный из-за мыслей о жене, которая не спит, дожидаясь его, чтобы узнать об исходе поединка.</p>
    <p>Это было тяжелее всякого поражения, и ему показалось невозможным встретиться с ней лицом к лицу.</p>
    <p>Он почувствовал себя слабым и больным, и боль в раздробленных суставах пальцев предупреждала его, что если даже ему удастся найти работу землекопа, то пройдет не меньше недели, пока он сумеет взяться за кирку или лопату.</p>
    <p>Голодная дрожь в желудке вызывала тошноту.</p>
    <p>Несчастье подавило его, и глаза его наполнились непривычной влагой. Он закрыл голову руками и, заплакав, вспомнил Стоушера Билла и то, как он обошелся с ним в тот давний вечер. Бедный старый Стоушер Билл! Теперь он мог понять, почему Билл плакал в раздевалке.</p>
   </section>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>КОММЕНТАРИИ</p>
   </title>
   <subtitle>Смирительная рубашка (странник по звездам)</subtitle>
   <p>Этот необычный роман был написан в 1915 году. «Смирительная рубашка» — роман мистический, эзотерический и одновременно — произведение большого мастера. В его основе лежит весьма необычная концепция героя как Единой Человеческой Личности, прошедшей этапы эволюционного развития и воплотившейся в парадоксальном персонаже по имени Даррел Стэндинг.</p>
   <p>С современной биологической точки зрения человек как вид отличается от других млекопитающих, в том числе и от приматов, своим особым комплексом генов — геномом, который создается с участием особой структуры ДНК, и сам процесс этот осуществляется на химико-биологическом, кислотно-молекулярном уровне. Джек Лондон был хорошо знаком как с работами Дарвина и Менделя, основателя генетики как науки, так же как и с основами марксизма.</p>
   <p>В последней четверти XIX века в западном обществе возник немалый интерес ко всякого рода восточным учениям, парапсихологии и другим течениям философской и религиозной мысли, доказывающим возможность кармических воплощений человека и ищущим способы реконструировать, заставить «вспомнить» прежние жизни. Поскольку мать Джека Лондона увлекалась спиритизмом и эзотерикой, ему были известны основные индуистские практики отключения сознания, «отделения духа от тела», демонстрируемые йогами и поныне.</p>
   <p>И писателя особенно интересовал способ передачи из поколения в поколение духовного опыта предшественников героя, что могло бы стать необычным и увлекательным сюжетом романа.</p>
   <p>Трудно сказать, как относился Джек Лондон к такого рода экспериментам — скорее всего иронически, но как писатель, он не мог обойти такую необычную и потрясающую проблематику! Осталось ею лишь воспользоваться и развернуть в привлекательный сюжет…</p>
   <p>Начало романа как бы ошарашивает читателя. Рассказчик, Даррел Стэндинг, был профессором агрономии в сонном калифорнийском городке Беркли и в порыве гнева неожиданно даже для себя в одной из геологических лабораторий убил собственного коллегу. В тюрьме его жизнь осложняется провокацией некоего поэта-фальшивомонетчика Сесила Уинвуда, показавшего из шкурных соображений, что Стэндинг спрятал в тюрьме динамит. Напуганное начальство пытает несчастного Даррела, то и дело заключая его в смирительную рубашку. Она-то, как предметная деталь и символ пенициарной системы Америки, красной нитью проходит через все повествование и вынесена в заглавие. Уже этой весьма правдоподобной, реалистической ситуации хватило бы на роман.</p>
   <p>Однако естественное желание всякого заключенного сохранить себе жизнь, вырваться из лап «грызунов-надзирателей» (тут они еще и великолепно типизированы) и уйти из ненавистной тюрьмы приводит его к попытке (и очень удачной) освоить методику предельного расслабления, приемы временного умирания, уже давно известные индийским йогам.</p>
   <p>Этой традиции 2,5 тысячи лет. За 200 с лишним лет до н. э. она была изложена йогином Патанджали. Йоги не имели представления о генетике — по их теории, физическое тело разлагается (если не сжигается) и никакой информации передать не может. Однако некий психокомплекс передается от человека к человеку духовным путем.</p>
   <p>В основе тайного (оккультного) учения йогов лежит весьма поэтическая и гиперболизированная картина как мира, так и возможностей посвященного человека, нарисованная Патанджали и его учениками. Пройдя восемь ступеней самосовершенствования, йогин становится «сверхчеловеком», которому доступно ясновидение как «знание прошедших и будущих событий», «способность посылать душу в иные миры, то есть совершать межзвездное путешествие, видеть насквозь собственное тело и тела других людей».</p>
   <p>Джеку Лондону было бы грех не воспользоваться таким богатым поэтическим материалом и не наделить своего героя, кроме всего прочего, чертами оккультного супермена. Разумеется, герой романа вовсе не йогин в нравственно-психологическом смысле слова. Он не может скорректировать свою карму и подавить собственную агрессию — «красный гнев» или отказаться от мщения своим угнетателям. Он лишь освоил оккультную практику снятия физической и душевной боли и погружения в самогипноз, отключения от внешнего мира и даже частичного умирания, что практикуют и настоящие йоги.</p>
   <p>Человек, скованный смирительной рубашкой, обреченный тюремными порядками на полную неподвижность, получает невероятную свободу передвижений, погружаясь в галлюцинации, подобные состоянию наркотического опьянения, проносится по странам и континентам, даже прикасается непосредственно к звездным мирам, то есть нарушает всякие представления о привычном для читателя хронотопе — материальном единстве пространства и времени.</p>
   <p>Повествуя о кармических воплощениях персонажа, автор исходит из чисто научной концепции единой человеческой личности, появляющейся на переломных или знаковых общественно-исторических этапах земного бытия. Здесь идет речь о пребывании под разными именами того же самого Стэндинга в каменном веке, в египетском рабстве, в Древней Иудее времен Пилата и Христа, в окружении французской средневековой королевской знати, в пустынных песках южной части современной Северной Америки, во времена сражений с индейцами и мормонами после присоединения Калифорнии к США, принадлежавшей когда-то Мексике, о плавании матроса в холодных восточных и северных морях, где он переживает на скалистом необитаемом острове судьбу Робинзона Крузо, о заключении прапрадеда героя в тюрьму в период становления империи Чосон и преобразования ее в Корею.</p>
   <p>Здесь автор опирался на романический опыт Г. Мелвилла, Р. Стивенсона, Д. Дефо, А. Дюма и на жизненный опыт самого Джека Лондона. Ведь не попади он сам в губительный шторм (и не раз!), не окажись он сначала в американской, а затем и в корейской тюрьме — во время Русско-японской войны, да еще в ожидании суда и смертного приговора, кто знает, насколько достоверным показалось бы читателю его повествование.</p>
   <p>Итак, полезный для общества человек, знаток сельского хозяйства и современных способов производительного труда, Даррел Стэндинг должен уйти из жизни. Только виноват ли он в совершенном преступлении? Скорее всего — нет. Неукоснительно дает себя знать его воинственный генетический код — ведь за всю историю своих чудесных превращений и реинкарнаций герой отстаивал свое право на существование дубиной и мечом. Поэтому в его крови то и дело вспыхивает «красный гнев», тупая и беспричинная жажда крови и мести, которую он не может обуздать, даже будучи уважаемым профессором.</p>
   <p>Такой ли уж матерый преступник Даррел Стэндинг, борющийся то и дело как «вид» за свое выживание? Это отнюдь не праздный в данном случае вопрос. Именно в таком ракурсе повествования автор тесно соприкасается с концепцией «социального дарвинизма». Борьба за место под солнцем была чрезвычайно характерна для американской жизни четырех последних веков, а Джек Лондон благоговел перед точной наукой своего времени. Духовная атмосфера романа, как мы убеждаемся, пестра и многосоставна. Здесь имеют место и научная, и эзотерическая составляющие.</p>
   <p>Порою в старой советской критике можно было прочесть обвинения писателя в расистской оценке людей и событий. Думается, однако, что образы вавилонского азиата или знатного корейца, римлянина, француза, шведа и стопроцентного американца, в личинах которых выступает поочередно предок Стэндинга, красноречиво свидетельствуют, что речь идет о единой истории и духовности человечества. Следовательно, писатель как романист пытается представить читателю концепцию особого, своеобразного гуманизма, опирающегося на общий многовековой опыт стран и народов планеты.</p>
   <p>В книге, однако, больше внимания уделено современности. Но нынешней жизни Стэндинга не позавидуешь — она ограничена не только тюремной камерой-одиночкой, но и сковывающей тело и доставляющей немалые мучения смирительной рубашкой, которую то и дело пытаются покрепче зашнуровать отпетые палачи по должности и душевному призванию — начальник тюрьмы Азертон, старший надзиратель капитан Джеми, тюремный врач доктор Джексон и их добровольный помощник — староста тюрьмы заключенный Эл Хэтчинс.</p>
   <p>Обреченный Даррел продемонстрировал тюремщикам пример личного мужества и в конце концов заставил их отступить — прекратить зашнуровывать его в смирительную рубашку. Азертон испугался, что проверочная комиссия, вызванная по просьбам оказавшихся на свободе заключенных, до него таки доберется. Джеми тоже перестал приходить на процедуру затягивания веревок — то ли нервы не выдержали, то ли совесть заговорила. Типизируются эти персонажи с учетом их индивидуальности — тут своя художественная диалектика.</p>
   <p>Но самое удивительное, истинным и неисправимым садистом в этой команде оказался человек гуманной профессии — доктор Джексон. Он готов пытать, истязать, получать болезненное удовольствие, слушая, как у повешенного затухает пульс и прекращается дыхание. Писателю врачебная должность такого человека казалась изощренным кощунством.</p>
   <p>Сообщество заключенных — не в пример единению тюремщиков — крайне антагонистично. С одной стороны — близкие по духу друзья Даррела, и прежде всего Джек Оппенхеймер, Человек-Тигр, выросший в трущобах, в банде «нехороших парней» и попавший в эти стены из-за предательства товарища-уголовника — «по совокупности» преступлений. По натуре своей он жизнелюбив и не в меру эмоционален. Но в вопросах чести суров и принципиален. Оппенхеймер, никогда не отказываясь от своего мнения, не склоняет головы перед палачами ни за какие блага.</p>
   <p>Эд Моррелл — тихий интеллигент. Он обучил Даррела индуистской премудрости. Моральная поддержка старожилов тюрьмы для новичка Даррела значит немало. Он ведь и победил своих мучителей, пусть даже на какое-то время, благодаря друзьям по несчастью — их советам и одобрению.</p>
   <p>Среди заключенных есть два отвратительных типа. Это упомянутый уже староста тюрьмы, корыстолюбивый и хитрющий Эл Хэтчинс, усугубляющий муки своим же товарищам по несчастью. Не уступает Хэтчинсу в своей деградации и Сесил Уинвуд — поэт-фальшивомонетчик. Попав в тюрьму, он выступает как доносчик и провокатор, пытаясь организовать побег самых «безнадежных» заключенных и тут же вовремя его «предотвратить», заложив товарищей.</p>
   <p>Общественно значимый парадокс судьбы Даррела и судьбы его вполне приличных друзей по несчастью в том, что лучшие люди гниют в таких тюрьмах, как Сен-Квентин, а подлецов за услуги трусливым и вспыльчивым администраторам часто выпускают на свободу.</p>
   <p>Глава XIX повествует о временном пребывании Даррела Стэндинга на необитаемом острове в Атлантическом океане в облике некоего матроса Дэниэла Фосса, отплывшего на борту брига «Негоциант» из порта Филадельфия. Бриг столкнулся с айсбергом в 1809 году. В пору выхода романа в свет у всех в памяти была еще гибель «Титаника» при подобных обстоятельствах (1912). Само повествование развивается как бы по канве романа Д. Дефо «Робинзон Крузо». Но никакого Пятницы тут нет, климат куда более суров, пища более скудна, чем на острове Робинзона или его прототипа Александра Селкирка. Ни сочных южных плодов, ни собственных злаков на этом острове нет. Но степень сопротивляемости природе и мужества у человека, питающегося тюленями и натягивающего на себя их шкуры, конечно, неизмеримо выше. А степень свободы у Дэниэла Фосса куда больше, чем у заключенных калифорнийской образцовой тюрьмы Сен-Квентин.</p>
   <p>Интересна и сцена встречи еще одного духовного прародителя Даррела — Рагнара Лодброга, теперь уже датчанина по происхождению, но римлянина по гражданству, с Понтием Пилатом и его женой накануне казни Иисуса Христа. Знатная еврейская дама по имени Мириам предложила ему спасти Христа, пообещав за это свою руку и сердце. Лодброг мог бы это сделать. Но друг Пилата понял бессмысленность подобного предприятия. Под таким углом зрения, пожалуй, никто до Джека Лондона не рассматривал события 14 нисана 33 года на Голгофе.</p>
   <p>Достаточно интересен здесь и эпизод из XVIII века, напоминающий обычаи и нравы, а также некоторые эпизоды из «Трех мушкетеров», где рассказчик выступает под именем графа Гильома де Сен-Мора, человека, близкого ко двору короля (гл. XI).</p>
   <p>Эта главка написана в иронической тональности: главному герою Сен-Мору удается отправить на тот свет с помощью шпаги троих предков будущих французских литераторов. Четвертый, наиболее мужиковатый, прикончил его самого, тоже как предка сочинителя. Это в некотором роде и пародия на роман «Три мушкетера».</p>
   <p>Видения Даррела прерываются истязаниями тюремщиков. Но разве их безобразия могут повлиять на философский настрой героя-рассказчика? Его философия озарена надеждой на лучшее будущее. Срок человеческого бытия здесь исчисляется миллионами лет! Читатель не может не почувствовать огромной духовной энергии повествования, в котором смешиваются и материализм, и чистый идеализм, и интуитивизм. Духовная атмосфера книги включает в себя едва ли не все основные достижения философии начала ХХ века.</p>
   <p>Финал романа — гибель главного героя-рассказчика на виселице. Но парадокс-то в том, что на эшафот взошел как бы физически слабый человек и в то же время невероятно сильный духовно, что дает ему право вести свои записи до последней возможности и иронизировать над своими палачами. Так грубо, императивно, по приговору кончается жизнь во многом достойного человека, с очевидным раздвоением психики — общественного преступника в глазах власти и странника по звездам в глазах читателя одновременно. Обе линии повествования обрываются как бы насильно, вынужденно, оставляя в душе читателя горький осадок.</p>
   <p>Хотя у этого романа по законам жанра уже остановилось «колесо сансары», но в передаче и усвоении художественных традиций у писателя нашлись последователи и продолжатели.</p>
   <p>Думается, что лучшее произведение Т. Драйзера — роман «Американская трагедия» (1925) — написан не без учета этого текста Джека Лондона.</p>
   <p>Наши исследователи, говоря о мастерстве М. Булгакова, практически не упоминают ершалаимских сцен Джека Лондона. А ведь проникновение Мастера с помощью писательской интуиции сквозь время и в глубь веков («как верно я это угадал»), способы невероятной типизации и невероятного масштаба параллелизм свидетельствуют о близком родстве этих двух произведений, и связь между ними хорошо ощутима.</p>
  </section>
 </body>
 <binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAgEASABIAAD/4RxnRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAABAAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAcAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAjodpAAQAAAABAAAApAAAANAACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENTMyBXaW5kb3dzADIwMTE6MDk6MTYgMDU6NDI6MjAAAAAAA6ABAAMAAAABAAEAAKACAAQAAAABAAABR6ADAAQAAAABAAAB9AAAAAAAAAAGAQMAAwAAAAEABgAAARoABQAAAAEAAAEeARsABQAAAAEAAAEmASgAAwAAAAEAAgAAAgEABAAAAAEAAAEuAgIABAAAAAEAABsxAAAAAAAAAEgAAAABAAAASAAAAAH/2P/gABBKRklGAAECAABIAEgAAP/tAAxBZG9iZV9DTQAB/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABpAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A8wdyfimnzTu5PxWl0d76aOoZDaarTXSxrDfSy5osfdSxmxtzLG+q6r7R/Y9RNyS4Y3V6gb8Pzy4N1BzJSnzXoGb0zF/b3V8dnTsTH6f023Gsbleg57mvIorxsFmPX7Mlma6y5lrH1/4f7Rbd+gxq0DrPT8fCzq3YmDiZGLf1b7PZZ6DmvofS5lVPTvQP6B9N+L+mfZss+3et6tn81TYqMPicJGAEDc4iY1H6UI5uGUvljL25/wB//mLuA93hp80pXouP03Af9b6MEYVFuCzKzaLmHDbWG7afXxcb1zuZlf0b7RXZ/P8Avs/wGQuW+suP9mp6eyqnHOHbUcjH6jTXsdkG3a7KZe5kVbsXI3VsxNn6nXsrT8HPxy5IYxExM4DJqf0Z+7/z/wBT8v7n6xRhQtxEpXW/VnDO3DozMCp4vGbkN9fHBsfXXj05GG9r3t9R+M68v9P/AAdv82j4fTemnM6H0s41d3T+sYX2jLytrDaLy22zIfRnbd2N+zn01t+zVfovT/pNb/VelPn4wlIcJPADO4neEPd4/wDD/UT9ChB4tJd/9XemdJyv+azcnGpec5ucLx6DYu9Deyl1tv5jq2VMf7G+/wDwv86sz6sV1X0M+1YmNabK8/KG+iskimul2M7cGD9AzLbksbX/ADf85SgfiMf1noP6q+LWr4Z8xi9P/tHkVwba7/y/7p5NJdpg9N6d9q6D0sY1eR0/rOH6+ZlbGm31yLXZPo523dj/ALMdTX+r0bGbP6V6nqq30DpfR8mv6rNvoptOf9vZf+gafXFBfXQ61/tfU6pjd25v0/8ADIZPicIAyMJEDiOn7sI8xP8AwZf0LN/zP9Z7aECev8v5SeAUpKi6w2OdY4AF5LiGgNaJP5jGQxjf5DU6v6/VY//Q8wdyfitLp31gzen4n2OpjX0+qbhNl9RD3NZU4zhZGLv9lbf531PT/wAH/OWLNdyfimTcmOGQcMxY3UDTuX/W3NyG0NuxqnjFA9Gbs2Wlrn2Mfu+3bvUY65+y3+cYz9H9BD/5y3hzn/Zag57mPe7182S6vSl7j9v9zqtv6L/RrHVvpeXTh51eRfX6tbQ9pENcWl7H1V3sZaHVvsxrHtyKmP8A8JUoTy2KMTwwJoEiInOPEfm4fm/SkniPdvH61ZZLXGiuWSGH7Rnabtu/b/lD27/TZ/mINnXhbUKbcHHsqDjYK3XZhaHu+nZsdn7d7/znrTwvrJ0eiqmvIxH5N1Lmk5jmVix7ftONm2VWs3uY7e2jIZ6j3v8A6T6H81/OX7srIYxtLOi3sfccfHAtx2mPT+2m/wBHc/8ASZr2vrcz1N/6zh2f6Cv0apkIH+YlDX0k5jDiA/Tj/jcS7fr+DhM+s97LGWMxqm2VViit4yM0ObU07mUMcM/20sd9Cr6Cgz6wurx34rMOhmPaSbKW35oY4ujcX1jP2P3bGLayer78m+rGwL6HWhlDKWVMO2+7Mtzqvznfp7em+phV1/4T9JT6foo4za2Z1+W3peU7GyLGZPo+gzaxtV+Ll7Kv0ln6L9mNax7/AKH65/NfZfTQ9yI3wEXsPePTh4Zf8/0qrx/BwWfWjJrFba8etgpG2kNyM4bAQG7a4z/Y3aPzUf8A569SD63tpraam1tra2/Ma0CoBtX6Nud6bvobn+39JZ+kf71byOpdNxca/EyOnZGL9p9dnqurEh5ODTlPo9e07duRhZ/6Lfb9m+1enXd/OoGb9Yej5HTs+inB+z5PUAx+5lbGsqsb9l9ZlO1/qehf6GS7/gPX9Oqr9Jkeo4RhMxP3aREjw8RyXUTKPFL5v78/+pq2/Sah+slxZdUMOhtWS51l9Lbcxtb3P/nHPqZnNr92391Jn1mya21trxq2NpG2oNyM4BgI27a4z/Z7f3VjpK391w7cJ/xp/wDfLeIpMi4332XloYbXueWgucAXHcffc+253/XbLLFFMnU3CK4elUh//9HzB3J+KZOeT8SmhJCklq9D+r+R1l14qf6YoYLD7S8ub6ldNnpMad1ljPV3MqZ+kv8A5mn9Krzfqbb6NlzsxgZRWbboYTA+zs6m30tR6u7Es+l7PTyGel/N203KGfM4YSMZTqUfmFSK4RO9POR4rbs+t3V7cm7If6bnZF9WRYw73M/QWOyacaut9rm1432ix9vs/Tf8N+ltTj6r32UMtx8hljrMa7KFbmuY4/Zzttx2A7t97ttz62/8BYkPqvcMGvqDroxTjDLue2suLGuf6DKtgfufdv8Af/gqvszPX9VR5M3KTrjIlR4I8QlfFxfLw/38X/MUBIbJcT6y9ZtyLbcbEx7HtDMu5ra3R+qOrymZdjvV3uso9J/6Vz99leRfW/f7PTDV9beoUuqfTRjVvoYa63bXugOpx8HVtlr2P/V8Ghnvb/pP9IjD6n3/AGh2I/Lrbk1sfZYNrvTDK8p/SLXesS32+sx1v83/ADH/AAn6JBP1asZkMouyGs9XLtw63hhc0eg+qi+/I9zXY1bfXY/3/mfznp/ovViH3Ak1wnSq4Z9I+r+/+rT6mpm9YuzMOrCdRTTj49j7cdle/wDR+oGi6mv1bbf0Nj6/W/Sb3+r/AIRUF0Fn1Oy6HCrIvZXduxq31hpdtflOvr9Me4es7GdiXfaPQ9T+R+j9SxTH1MuF76LctjTSQLHNrc9vux7OqUmtzXbbmvw8e7fs+hkfov0lVn2hSQ5vlIRIjMULmaE5b+qU/wDC9z/no4ZHo84kug6f9Ubs/LdiVZTW2V0V5NjjW7ZsuFFtGx7TtfZ6WVX6tf7/AOjo+0rnxxKnx5seQkQlZiImWhGmT5Pm/eQQRupSUVJSof/S8yI1PxTEGCpnkpoRQ9ThHGw662OdZU0tB3h/ohwadzPT/PvfvHqf8Yp5mRFT2V3wA0sYyywhxa47n1sr3fRs+k+v/Cf4RS+qfVWCmzHsEuZWR2JbH83axr/o+8/TWb1PJqF7i2djSSxroJghsbdpcx26FAY3KiNWzY4L7tDL6p1S253qZd7ttrrR+kdpY8bbLG6/Scq4y8xpqc2+0GgEUkPcNgI2uFXu/R+39xRcS5xc7VzjJ+aZSDHAChGI8g17LJuTlMDQ26xoY3Y2HuEN3ersbr9D1f0n/GJ25WW3ftvtb6jt9kPcNzv336+9/wDKSrqfa7a2NOSeAtLHwsMAB7S893Obu/6O9qUuAbgfYmMSXObm5zGhrMi5rQAABY8CG/Q/O/NTDKywWOF9s17vTO90t9T+e2e72eru/SfvrbPTcBw/mmDzl9Z/6R9NVMjpLGianlh5DLIII/k2N/8AM0wSxk/LXmFxxyHW2g3MzWNYxmRa1lf821tjgG9/Y0O9vKDtU3Mcxxa4Q4chMpQANgBfZYx2p4TqUIof/9PzUjUpASQPHRDDngnmJRNzexmUUOjj9F6jvZextb6q7GB9tV1VgaHODPd6VrnbVHPw7DnZLmemyoWuDS62sCB+77/+oQcLHs9arJawbK3hwc7QHaZhv7yt9RxbMvNvy2ljfVe6z0xqWhxLtdvt/OUZlUtSNmYQJhYid3McNri2QYJEtMgx+6785qSvV9Gy7XbWOYHTADiRJOu0e0qbugdQbGtJLjDffEnjTe1qPuQ24gt9nJvwGvJr4ugGsST/AHLqeg/VvN6ljjL3CnH/ADXOG7cBoXw5zGbFyha+i11TwN9ZLXQZE94cF6T0tz+q/UemjpxacrF2stqdw51ZHss/k2t2vaq/N5JRhExNcUuHj34WXl4gyIIuh8rldY+r9+FjfaA1jqBA+00k7QSYb61bXPr2Od7fXYudkglh0DtHDzXoX1e6fk1YefX1KsVYdlRFtboDT7H/AGq0Ml7a2Or/AM9edvBaQCdzg1u4/wAoNbv/AOko+VyGXFEni4f0vNfmFUQK8HMv3byHfSaS2fJDRcv+k2/1ihK8Nmod1J1FSRU//9TzdwJnWEMhsEFqKeSmc2R5pKdVmVlgMcLSGw1oAa2A0DaGgbfo+1Tf1C/2+tY0MZ+jbFTYgE9qwze73e+z6aqVX17GAuA2gB0zEx9Hd8lc6bgZvVcj7H02g5eR73ClpaIaObHW2FtdTW7/AOcf/UURjHrEfY2BM1pI/ajGS9zy14Y4u94eWkO9um0bXt9jt/uVmvJ22NHpMJ4DpfpI279XH6H011OB/ip6m4h+d1CjHO2Cyqt151jQvsdjsWzh/wCLPoOO5r8m/JzHtMlu8U1k/wBTHb6n/g6ZIwSJnXuXynOY9uZc+JY+x+x2moDtqP0vrHUOlX+vgXGl5ADx9JrgO1tbva7/AKtex431O+qeM5zmdKxnueS5xuYbzJ592U65Q6l9TvqtnUmp/Tqccwdt2KxtFjSfz2upAa7b+5cyytI5YGPDIcUao3/BZwy4rGh3fMuo/XDr/U6Ps+TktrxnfzlWOws3weLHuc9+z+QshmS0ktd7T49l6F0//FUz3O6p1B1jA5wqZi1tYS0H9G+224W/pHs+nVXV+j/01itW/wCKn6suHsuza3fvC1jvva+hKMsMBURQ39IQeORs6+b5dl1xY954ed7T4zz/ANJVl6Tlf4pg5m3G6s7a0ksbfRMSIj1KbW/+ell2/wCKj6xNJNOVhXN7e+yt33Ppc3/pqSOWFfMtMJXs8UpK/wBb6D1PoWWMTqNbWPewWVvY4PY9s7ZZY39x42vaqKfYq70W0bp//9XzmNSlH+2OYV3p/Sep9QsacLBvzGbgT6bHbXAH3N9eNjNzfz9627fqF1sG3LzW4vQsNz3GtuXkB21ur20M9P1rb3sZ+9+lsTTOINErhElx83PqFDsDpjn19PtLX5FRnbZawu9G39Luta5lezf7/T9T/Bru/wDFBh43o9RzoJyt7MfceBXHrQ3+vZ/Of8XWs/E/xbNdUL7bsvJa9u6oVVV4jX6x/O59ll7P3/dh7/T/AMGut+pfRauh35uDW1zA+vHyC19vrOlzsqnW1tOIz6NLPZXVs/lqCc48PDEnf7fNkEZakgaD7NXqCNNFDaPiqPX+r1dEwbOp3F9gY30qsRpAFtzz+i95aXs27Xb3/mUeo/01wf8Az3+tL3tyTfRUGuBfiCtu33D1K2PZZuyvez8/1/V2fpVGQBuuhGUtn0mG+AUXbT2QunZ1fUMKrKrbt3tG+v6RY+PdW7/vn76slrvApVporY6o6u7fmP4pPaY0Meen8U+rHBxB05nw7p7a2k74G4Dbu/kkygNvJN6+bWdUTY2w6vYCGkEjn81zQWNf/aUwXTBb81FzfgCogkGJ/H+9Be5H1w+rbPrF0h2MwNGdjk24NhA/nIh9DnGNtWU39G/3fzno2/4JeOfszq3/AJXZf/bL/wDyK98a53JDiPDQou5/7x+9O4zw8PS1vAOK3//W7TDv9O80V0EOeWOscLjbqTs9tL/fUymv33e30/0n5/5i6t0i3Iy6OrYNj6upYbSytkgMsrcZup9+6ptjvzH/AEN7P0n+kUb5tsDgTVk07S1zd7I0n07f9NV9DfU7+a/6vB+sn1z6nh7On4T6q82oj7VkNAtGg/m/QtaxlL7P5yxn85T/ADSpYqIrbybcxK7H1t6e/M23VG3p2UXPLWusDGWBu/ljiy1z9jHbv5pmz/CfuKtg2vf9YcsOpfSw4tIqdbo6xrLbXet6bvfX77/S2W/pVxON9euvUWvy7q8Sx9gDHvdXY0u2+76FeR6bX/8ACekui+q/1jt6/wBYttuxmY1lGJsljy9r5ta7c3cxjmbP7adKIonra0XqK0r/ANCdf6z9Ed1vpn2Wt226mxt9M/Rc5odWa3/167X/ANtcLZ0H0LjkZUm+pnpGrY51mhd7GbK/p2bvp/6Nej9Swr83HFFOVZh+8F9tP84Ww5pbU+f0Vnu3ss/Sf8UnsGZjYTK8awX21NYzdkv2l4A2PtusYP53/CP9qZKN62R00VjycIqgdb16PM/Uz9PnZmYLIDqq6fRAhrtg27q/c7e2jb/xn6T9IuuB0g6KnZZ0ai/1jZSy0TqwiTI2S9lU73bXbfc1Df17p7B7Bbb/AFKnR/nWem1IThEUZDTTdUoymbjE6+DefB7pM9zIPbQrKf8AWXFH/aa8jxmv/wBKomJ1zp1z3NLn0HaXOFzS0Q3v6rd9X/TQGSBOkgo45gaxLasrj+9Cc0aaj8f7lWyvrL0Wgt32ucXuDGQ0tDnH6LGG4073u/koY+sHTHmDXe34sB/6m1yRI7hcBLsW3sb2/KP9ifYfP7v/ADJVx1XprtQ6xvxY7/apftHp3+nP+a7/AMghxDuE1Lsfsf/X1/rD9YG9Fx2+gQ/qGXWfQY6drACavtW2xztnou+g1/07P+L9RcK0veS6yHOJkuJJJnlzj+e5zlJ46n1TNbl5AL7M6xjGvsMMaS70qaq/pXelj/Q/P/8APiuWdBtrc12PkV2NsG6mp59G6x3tL8ami/325Nfqt/Rt/M/Sf6P1akRGIqxxdf4NwknWtGuyyqt7XlrXbC12x43MJbx6lTvpLovqHkVU9XyyCGkYjjBhrdxsqLGtbp/mNWIOkdRqb6jqnEDTaHN3AngPbu+n/J/t/wA2gs6e6/FGTbaysWsfbjAjd6gq0e6tzLPpNc79xI0QaP13XAG9Q+lXdTLdbsqpp7y5g/6oqhd1npg/nM2if67Cfw3LgRiYrbG1X5+Nj3O2FzXiyGCwCzfbc2v0a3+5m1rn7H/6SutV76RjZJxxcHPYA/aw8h2rD7h+7sf+j9Sr3/zqh+6g7zJXe6I7RD3OR9ZuiUMc9+ewNaJO3ef/AD2xDHVG31tsrxsywPG5kYtxlv7257GNXJ9G6YOudexsCzXFr/WMvuPSqOlf/oVkfov+LXp2TfuBcTs9MSQToB5fm7WtUWbFjxAamUt6tfjyTmSAAAOrzD8zJJIZ07McQJj02MP/AILc1YHXreu5GZiOwsd1NWIReK7Xs3PtbybKqrH+ypv6Gv8Af/S/6RN1b6wZvUbrPSe5mCwk00NJaXN/0lxZ+kusf/o1nPyTaWV1Y/0/osY1xcTMaB2z0/7Slw4ZRIkYxB7ay4b7+tZkyRkCLl9Dw3X+BJs9QzOv3+mM3Gx/0T231iou3teySws3O2/1/wB9Bo+t/XnNDtmOWNID3+m4uAnV2z1W7v6iQe7cKb7LBWHBrjG9zWEw7aHO/nW/mfy112D9SugD0cljX5bS9tlttthLLAZDavs9XoVu59T6Hssr/wAL9B81wjH1xB7cIYzGcpegkfvcRTU4P1ky+ntzOmdT6fl12DdVsx3AOHdrX2W+27830rvT/lqH2b6w/wDci/8A9xbP/e5dN0qqtnTcYVsFbHs9RtYAa1osJt2Na0Na302u2In2/F/0zfvUOnYd/ljf/RX0bqzvV3J//9DC6J1fGwarfVJ30MeaKw0FtjnOb6YZd/OVvrc6z9H/ADeRV/PLS/bFeXvLsqvEORt32OYN7LSLLbKn02+l6tW1lTLc+qyq229lW/8AQLlX1WVvIBJbySQQfmii0mA8EcmDIgePf+wq8sYOottRyECj0d5/UbrsnKLKKsumgWMfbTYyr1hO+wtfe277S3a111jKvfd/SHvSyMcWvz8ivGY2nqXpD7Q2Dcxo9H7WfsF833Uu3/pWY9ddtv8A2m/QrDFzq2PZW4j1QA8iNf3f81NW+7a2uux7B2DTtcInSt3843+w5D26sigrjvd02dSz7X35bPs7LL3v9N5xw0N2trZRstZVkfZq8euur0abXf8AXFUfl+pSykbmtc5+TlXuLSXveAX2n272elW1+xvqen/waA0W1N/RvcxrQ5pA1G1wiA1wPp+0fzjf0it9J6SerdRxultBYzMdvyCOWYtR337Y/wBJHo1fy0aAslBkaeo+pNDsbpduUzGstyupuba+BDa8dntw6XWu9jfZ+l/t1/uLay+m9aysa91mzH/RPDGMHq2O9v0dnsY31P663bH1Y7G72ljGj9DQxp2tDG+1ntHp7trdrNyiH5j8c2Vhjby0GtrpDN38p302qnKAlPikbl0H7o6M8ZmMKiKHWX7x/SfHqLHNa/a30nlgOPY8lpJrLa7mN2b9zvd+cqe6xt389Dml30K3Bxnxdt/zl2/1q+qtuS9+V0QC66xzbsnHY7aGWxFluDa72V/aPp2Y27/0muJf0jrjrCz7HlGxph7fTeXNP8vV23crmMwlZsa7sM+MUCJaap2PyMjPw8BvpnIe5mOHODmtDrntax9n0rPb6nvXpXTMRnS+nswcjqeF9oqcW21utBa0z/g/U22VPbu99bq/+2VyH1X+pPVzn42d1Cv7Di499VgbZ/O2OY9r2MbWPo7ntXZZ/wBV83Lz8jJGWxtV1he2ktJAkNreHbRu97N/5/st/T1/pK0yftGQhLIIAC7A3l9FhyZY+qIsk1R10CZ1WS/BfhdKzMO/JFIFLHvloDC2lr7W1C97qKfzvZ+sW+nRb+j9Vct/zH/xi/8AzxD/ANiMj/0ius6J0G7pmbbe6wOZZV6e0PLpcHb/AFNjqa/T9n6P+ds/4X1f8HtKG8fH7fufqq4uOvVdfKr3stcfCOPbhrT+8//Z/+0hulBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAkHAIAAAIAABwCBQAYyu7j5OAgwe7j6CDx7OX+8vzx/yDq8OjiOEJJTQQlAAAAAAAQdj29uppFE9w6Blm+i7Di9zhCSU0ELwAAAAAASrCeAQBIAAAASAAAAAAAAAAAAAAA0AIAAEACAAAAAAAAAAAAABgDAABkAgAAAAHAAwAAsAQAAAEADycBAF8AJAQQBBoEIgQeBCAEOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAAAAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAeDhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTQQKAAAAAAABAAA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAGAAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAGAAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAADhCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJTQQaAAAAAAN3AAAABgAAAAAAAAAAAAAB9AAAAUcAAAAhBBoEIQQUAF8EGgQ+BDMENAQwACAEEQQ+BDMEOAAgBEEEPAQ1BE4EQgRMBEEETwBfBD8EPgQ0ACAEKAQiBBAEHAQfAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAFHAAAB9AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAAABAAAAAAAAbnVsbAAAAAIAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3QxAAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAAB9AAAAABSZ2h0bG9uZwAAAUcAAAAGc2xpY2VzVmxMcwAAAAFPYmpjAAAAAQAAAAAABXNsaWNlAAAAEgAAAAdzbGljZUlEbG9uZwAAAAAAAAAHZ3JvdXBJRGxvbmcAAAAAAAAABm9yaWdpbmVudW0AAAAMRVNsaWNlT3JpZ2luAAAADWF1dG9HZW5lcmF0ZWQAAAAAVHlwZWVudW0AAAAKRVNsaWNlVHlwZQAAAABJbWcgAAAABmJvdW5kc09iamMAAAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABCdG9tbG9uZwAAAfQAAAAAUmdodGxvbmcAAAFHAAAAA3VybFRFWFQAAAABAAAAAAAAbnVsbFRFWFQAAAABAAAAAAAATXNnZVRFWFQAAAABAAAAAAAGYWx0VGFnVEVYVAAAAAEAAAAAAA5jZWxsVGV4dElzSFRNTGJvb2wBAAAACGNlbGxUZXh0VEVYVAAAAAEAAAAAAAlob3J6QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZUhvcnpBbGlnbgAAAAdkZWZhdWx0AAAACXZlcnRBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlVmVydEFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAALYmdDb2xvclR5cGVlbnVtAAAAEUVTbGljZUJHQ29sb3JUeXBlAAAAAE5vbmUAAAAJdG9wT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAKbGVmdE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAADGJvdHRvbU91dHNldGxvbmcAAAAAAAAAC3JpZ2h0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAOEJJTQQoAAAAAAAMAAAAAT/wAAAAAAAAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAzhCSU0EDAAAAAAbTQAAAAEAAABpAAAAoAAAATwAAMWAAAAbMQAYAAH/2P/gABBKRklGAAECAABIAEgAAP/tAAxBZG9iZV9DTQAB/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABpAwEiAAIRAQMRAf/dAAQAB//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A8wdyfimnzTu5PxWl0d76aOoZDaarTXSxrDfSy5osfdSxmxtzLG+q6r7R/Y9RNyS4Y3V6gb8Pzy4N1BzJSnzXoGb0zF/b3V8dnTsTH6f023Gsbleg57mvIorxsFmPX7Mlma6y5lrH1/4f7Rbd+gxq0DrPT8fCzq3YmDiZGLf1b7PZZ6DmvofS5lVPTvQP6B9N+L+mfZss+3et6tn81TYqMPicJGAEDc4iY1H6UI5uGUvljL25/wB//mLuA93hp80pXouP03Af9b6MEYVFuCzKzaLmHDbWG7afXxcb1zuZlf0b7RXZ/P8Avs/wGQuW+suP9mp6eyqnHOHbUcjH6jTXsdkG3a7KZe5kVbsXI3VsxNn6nXsrT8HPxy5IYxExM4DJqf0Z+7/z/wBT8v7n6xRhQtxEpXW/VnDO3DozMCp4vGbkN9fHBsfXXj05GG9r3t9R+M68v9P/AAdv82j4fTemnM6H0s41d3T+sYX2jLytrDaLy22zIfRnbd2N+zn01t+zVfovT/pNb/VelPn4wlIcJPADO4neEPd4/wDD/UT9ChB4tJd/9XemdJyv+azcnGpec5ucLx6DYu9Deyl1tv5jq2VMf7G+/wDwv86sz6sV1X0M+1YmNabK8/KG+iskimul2M7cGD9AzLbksbX/ADf85SgfiMf1noP6q+LWr4Z8xi9P/tHkVwba7/y/7p5NJdpg9N6d9q6D0sY1eR0/rOH6+ZlbGm31yLXZPo523dj/ALMdTX+r0bGbP6V6nqq30DpfR8mv6rNvoptOf9vZf+gafXFBfXQ61/tfU6pjd25v0/8ADIZPicIAyMJEDiOn7sI8xP8AwZf0LN/zP9Z7aECev8v5SeAUpKi6w2OdY4AF5LiGgNaJP5jGQxjf5DU6v6/VY//Q8wdyfitLp31gzen4n2OpjX0+qbhNl9RD3NZU4zhZGLv9lbf531PT/wAH/OWLNdyfimTcmOGQcMxY3UDTuX/W3NyG0NuxqnjFA9Gbs2Wlrn2Mfu+3bvUY65+y3+cYz9H9BD/5y3hzn/Zag57mPe7182S6vSl7j9v9zqtv6L/RrHVvpeXTh51eRfX6tbQ9pENcWl7H1V3sZaHVvsxrHtyKmP8A8JUoTy2KMTwwJoEiInOPEfm4fm/SkniPdvH61ZZLXGiuWSGH7Rnabtu/b/lD27/TZ/mINnXhbUKbcHHsqDjYK3XZhaHu+nZsdn7d7/znrTwvrJ0eiqmvIxH5N1Lmk5jmVix7ftONm2VWs3uY7e2jIZ6j3v8A6T6H81/OX7srIYxtLOi3sfccfHAtx2mPT+2m/wBHc/8ASZr2vrcz1N/6zh2f6Cv0apkIH+YlDX0k5jDiA/Tj/jcS7fr+DhM+s97LGWMxqm2VViit4yM0ObU07mUMcM/20sd9Cr6Cgz6wurx34rMOhmPaSbKW35oY4ujcX1jP2P3bGLayer78m+rGwL6HWhlDKWVMO2+7Mtzqvznfp7em+phV1/4T9JT6foo4za2Z1+W3peU7GyLGZPo+gzaxtV+Ll7Kv0ln6L9mNax7/AKH65/NfZfTQ9yI3wEXsPePTh4Zf8/0qrx/BwWfWjJrFba8etgpG2kNyM4bAQG7a4z/Y3aPzUf8A569SD63tpraam1tra2/Ma0CoBtX6Nud6bvobn+39JZ+kf71byOpdNxca/EyOnZGL9p9dnqurEh5ODTlPo9e07duRhZ/6Lfb9m+1enXd/OoGb9Yej5HTs+inB+z5PUAx+5lbGsqsb9l9ZlO1/qehf6GS7/gPX9Oqr9Jkeo4RhMxP3aREjw8RyXUTKPFL5v78/+pq2/Sah+slxZdUMOhtWS51l9Lbcxtb3P/nHPqZnNr92391Jn1mya21trxq2NpG2oNyM4BgI27a4z/Z7f3VjpK391w7cJ/xp/wDfLeIpMi4332XloYbXueWgucAXHcffc+253/XbLLFFMnU3CK4elUh//9HzB3J+KZOeT8SmhJCklq9D+r+R1l14qf6YoYLD7S8ub6ldNnpMad1ljPV3MqZ+kv8A5mn9Krzfqbb6NlzsxgZRWbboYTA+zs6m30tR6u7Es+l7PTyGel/N203KGfM4YSMZTqUfmFSK4RO9POR4rbs+t3V7cm7If6bnZF9WRYw73M/QWOyacaut9rm1432ix9vs/Tf8N+ltTj6r32UMtx8hljrMa7KFbmuY4/Zzttx2A7t97ttz62/8BYkPqvcMGvqDroxTjDLue2suLGuf6DKtgfufdv8Af/gqvszPX9VR5M3KTrjIlR4I8QlfFxfLw/38X/MUBIbJcT6y9ZtyLbcbEx7HtDMu5ra3R+qOrymZdjvV3uso9J/6Vz99leRfW/f7PTDV9beoUuqfTRjVvoYa63bXugOpx8HVtlr2P/V8Ghnvb/pP9IjD6n3/AGh2I/Lrbk1sfZYNrvTDK8p/SLXesS32+sx1v83/ADH/AAn6JBP1asZkMouyGs9XLtw63hhc0eg+qi+/I9zXY1bfXY/3/mfznp/ovViH3Ak1wnSq4Z9I+r+/+rT6mpm9YuzMOrCdRTTj49j7cdle/wDR+oGi6mv1bbf0Nj6/W/Sb3+r/AIRUF0Fn1Oy6HCrIvZXduxq31hpdtflOvr9Me4es7GdiXfaPQ9T+R+j9SxTH1MuF76LctjTSQLHNrc9vux7OqUmtzXbbmvw8e7fs+hkfov0lVn2hSQ5vlIRIjMULmaE5b+qU/wDC9z/no4ZHo84kug6f9Ubs/LdiVZTW2V0V5NjjW7ZsuFFtGx7TtfZ6WVX6tf7/AOjo+0rnxxKnx5seQkQlZiImWhGmT5Pm/eQQRupSUVJSof/S8yI1PxTEGCpnkpoRQ9ThHGw662OdZU0tB3h/ohwadzPT/PvfvHqf8Yp5mRFT2V3wA0sYyywhxa47n1sr3fRs+k+v/Cf4RS+qfVWCmzHsEuZWR2JbH83axr/o+8/TWb1PJqF7i2djSSxroJghsbdpcx26FAY3KiNWzY4L7tDL6p1S253qZd7ttrrR+kdpY8bbLG6/Scq4y8xpqc2+0GgEUkPcNgI2uFXu/R+39xRcS5xc7VzjJ+aZSDHAChGI8g17LJuTlMDQ26xoY3Y2HuEN3ersbr9D1f0n/GJ25WW3ftvtb6jt9kPcNzv336+9/wDKSrqfa7a2NOSeAtLHwsMAB7S893Obu/6O9qUuAbgfYmMSXObm5zGhrMi5rQAABY8CG/Q/O/NTDKywWOF9s17vTO90t9T+e2e72eru/SfvrbPTcBw/mmDzl9Z/6R9NVMjpLGianlh5DLIII/k2N/8AM0wSxk/LXmFxxyHW2g3MzWNYxmRa1lf821tjgG9/Y0O9vKDtU3Mcxxa4Q4chMpQANgBfZYx2p4TqUIof/9PzUjUpASQPHRDDngnmJRNzexmUUOjj9F6jvZextb6q7GB9tV1VgaHODPd6VrnbVHPw7DnZLmemyoWuDS62sCB+77/+oQcLHs9arJawbK3hwc7QHaZhv7yt9RxbMvNvy2ljfVe6z0xqWhxLtdvt/OUZlUtSNmYQJhYid3McNri2QYJEtMgx+6785qSvV9Gy7XbWOYHTADiRJOu0e0qbugdQbGtJLjDffEnjTe1qPuQ24gt9nJvwGvJr4ugGsST/AHLqeg/VvN6ljjL3CnH/ADXOG7cBoXw5zGbFyha+i11TwN9ZLXQZE94cF6T0tz+q/UemjpxacrF2stqdw51ZHss/k2t2vaq/N5JRhExNcUuHj34WXl4gyIIuh8rldY+r9+FjfaA1jqBA+00k7QSYb61bXPr2Od7fXYudkglh0DtHDzXoX1e6fk1YefX1KsVYdlRFtboDT7H/AGq0Ml7a2Or/AM9edvBaQCdzg1u4/wAoNbv/AOko+VyGXFEni4f0vNfmFUQK8HMv3byHfSaS2fJDRcv+k2/1ihK8Nmod1J1FSRU//9TzdwJnWEMhsEFqKeSmc2R5pKdVmVlgMcLSGw1oAa2A0DaGgbfo+1Tf1C/2+tY0MZ+jbFTYgE9qwze73e+z6aqVX17GAuA2gB0zEx9Hd8lc6bgZvVcj7H02g5eR73ClpaIaObHW2FtdTW7/AOcf/UURjHrEfY2BM1pI/ajGS9zy14Y4u94eWkO9um0bXt9jt/uVmvJ22NHpMJ4DpfpI279XH6H011OB/ip6m4h+d1CjHO2Cyqt151jQvsdjsWzh/wCLPoOO5r8m/JzHtMlu8U1k/wBTHb6n/g6ZIwSJnXuXynOY9uZc+JY+x+x2moDtqP0vrHUOlX+vgXGl5ADx9JrgO1tbva7/AKtex431O+qeM5zmdKxnueS5xuYbzJ592U65Q6l9TvqtnUmp/Tqccwdt2KxtFjSfz2upAa7b+5cyytI5YGPDIcUao3/BZwy4rGh3fMuo/XDr/U6Ps+TktrxnfzlWOws3weLHuc9+z+QshmS0ktd7T49l6F0//FUz3O6p1B1jA5wqZi1tYS0H9G+224W/pHs+nVXV+j/01itW/wCKn6suHsuza3fvC1jvva+hKMsMBURQ39IQeORs6+b5dl1xY954ed7T4zz/ANJVl6Tlf4pg5m3G6s7a0ksbfRMSIj1KbW/+ell2/wCKj6xNJNOVhXN7e+yt33Ppc3/pqSOWFfMtMJXs8UpK/wBb6D1PoWWMTqNbWPewWVvY4PY9s7ZZY39x42vaqKfYq70W0bp//9XzmNSlH+2OYV3p/Sep9QsacLBvzGbgT6bHbXAH3N9eNjNzfz9627fqF1sG3LzW4vQsNz3GtuXkB21ur20M9P1rb3sZ+9+lsTTOINErhElx83PqFDsDpjn19PtLX5FRnbZawu9G39Luta5lezf7/T9T/Bru/wDFBh43o9RzoJyt7MfceBXHrQ3+vZ/Of8XWs/E/xbNdUL7bsvJa9u6oVVV4jX6x/O59ll7P3/dh7/T/AMGut+pfRauh35uDW1zA+vHyC19vrOlzsqnW1tOIz6NLPZXVs/lqCc48PDEnf7fNkEZakgaD7NXqCNNFDaPiqPX+r1dEwbOp3F9gY30qsRpAFtzz+i95aXs27Xb3/mUeo/01wf8Az3+tL3tyTfRUGuBfiCtu33D1K2PZZuyvez8/1/V2fpVGQBuuhGUtn0mG+AUXbT2QunZ1fUMKrKrbt3tG+v6RY+PdW7/vn76slrvApVporY6o6u7fmP4pPaY0Meen8U+rHBxB05nw7p7a2k74G4Dbu/kkygNvJN6+bWdUTY2w6vYCGkEjn81zQWNf/aUwXTBb81FzfgCogkGJ/H+9Be5H1w+rbPrF0h2MwNGdjk24NhA/nIh9DnGNtWU39G/3fzno2/4JeOfszq3/AJXZf/bL/wDyK98a53JDiPDQou5/7x+9O4zw8PS1vAOK3//W7TDv9O80V0EOeWOscLjbqTs9tL/fUymv33e30/0n5/5i6t0i3Iy6OrYNj6upYbSytkgMsrcZup9+6ptjvzH/AEN7P0n+kUb5tsDgTVk07S1zd7I0n07f9NV9DfU7+a/6vB+sn1z6nh7On4T6q82oj7VkNAtGg/m/QtaxlL7P5yxn85T/ADSpYqIrbybcxK7H1t6e/M23VG3p2UXPLWusDGWBu/ljiy1z9jHbv5pmz/CfuKtg2vf9YcsOpfSw4tIqdbo6xrLbXet6bvfX77/S2W/pVxON9euvUWvy7q8Sx9gDHvdXY0u2+76FeR6bX/8ACekui+q/1jt6/wBYttuxmY1lGJsljy9r5ta7c3cxjmbP7adKIonra0XqK0r/ANCdf6z9Ed1vpn2Wt226mxt9M/Rc5odWa3/167X/ANtcLZ0H0LjkZUm+pnpGrY51mhd7GbK/p2bvp/6Nej9Swr83HFFOVZh+8F9tP84Ww5pbU+f0Vnu3ss/Sf8UnsGZjYTK8awX21NYzdkv2l4A2PtusYP53/CP9qZKN62R00VjycIqgdb16PM/Uz9PnZmYLIDqq6fRAhrtg27q/c7e2jb/xn6T9IuuB0g6KnZZ0ai/1jZSy0TqwiTI2S9lU73bXbfc1Df17p7B7Bbb/AFKnR/nWem1IThEUZDTTdUoymbjE6+DefB7pM9zIPbQrKf8AWXFH/aa8jxmv/wBKomJ1zp1z3NLn0HaXOFzS0Q3v6rd9X/TQGSBOkgo45gaxLasrj+9Cc0aaj8f7lWyvrL0Wgt32ucXuDGQ0tDnH6LGG4073u/koY+sHTHmDXe34sB/6m1yRI7hcBLsW3sb2/KP9ifYfP7v/ADJVx1XprtQ6xvxY7/apftHp3+nP+a7/AMghxDuE1Lsfsf/X1/rD9YG9Fx2+gQ/qGXWfQY6drACavtW2xztnou+g1/07P+L9RcK0veS6yHOJkuJJJnlzj+e5zlJ46n1TNbl5AL7M6xjGvsMMaS70qaq/pXelj/Q/P/8APiuWdBtrc12PkV2NsG6mp59G6x3tL8ami/325Nfqt/Rt/M/Sf6P1akRGIqxxdf4NwknWtGuyyqt7XlrXbC12x43MJbx6lTvpLovqHkVU9XyyCGkYjjBhrdxsqLGtbp/mNWIOkdRqb6jqnEDTaHN3AngPbu+n/J/t/wA2gs6e6/FGTbaysWsfbjAjd6gq0e6tzLPpNc79xI0QaP13XAG9Q+lXdTLdbsqpp7y5g/6oqhd1npg/nM2if67Cfw3LgRiYrbG1X5+Nj3O2FzXiyGCwCzfbc2v0a3+5m1rn7H/6SutV76RjZJxxcHPYA/aw8h2rD7h+7sf+j9Sr3/zqh+6g7zJXe6I7RD3OR9ZuiUMc9+ewNaJO3ef/AD2xDHVG31tsrxsywPG5kYtxlv7257GNXJ9G6YOudexsCzXFr/WMvuPSqOlf/oVkfov+LXp2TfuBcTs9MSQToB5fm7WtUWbFjxAamUt6tfjyTmSAAAOrzD8zJJIZ07McQJj02MP/AILc1YHXreu5GZiOwsd1NWIReK7Xs3PtbybKqrH+ypv6Gv8Af/S/6RN1b6wZvUbrPSe5mCwk00NJaXN/0lxZ+kusf/o1nPyTaWV1Y/0/osY1xcTMaB2z0/7Slw4ZRIkYxB7ay4b7+tZkyRkCLl9Dw3X+BJs9QzOv3+mM3Gx/0T231iou3teySws3O2/1/wB9Bo+t/XnNDtmOWNID3+m4uAnV2z1W7v6iQe7cKb7LBWHBrjG9zWEw7aHO/nW/mfy112D9SugD0cljX5bS9tlttthLLAZDavs9XoVu59T6Hssr/wAL9B81wjH1xB7cIYzGcpegkfvcRTU4P1ky+ntzOmdT6fl12DdVsx3AOHdrX2W+27830rvT/lqH2b6w/wDci/8A9xbP/e5dN0qqtnTcYVsFbHs9RtYAa1osJt2Na0Na302u2In2/F/0zfvUOnYd/ljf/RX0bqzvV3J//9DC6J1fGwarfVJ30MeaKw0FtjnOb6YZd/OVvrc6z9H/ADeRV/PLS/bFeXvLsqvEORt32OYN7LSLLbKn02+l6tW1lTLc+qyq229lW/8AQLlX1WVvIBJbySQQfmii0mA8EcmDIgePf+wq8sYOottRyECj0d5/UbrsnKLKKsumgWMfbTYyr1hO+wtfe277S3a111jKvfd/SHvSyMcWvz8ivGY2nqXpD7Q2Dcxo9H7WfsF833Uu3/pWY9ddtv8A2m/QrDFzq2PZW4j1QA8iNf3f81NW+7a2uux7B2DTtcInSt3843+w5D26sigrjvd02dSz7X35bPs7LL3v9N5xw0N2trZRstZVkfZq8euur0abXf8AXFUfl+pSykbmtc5+TlXuLSXveAX2n272elW1+xvqen/waA0W1N/RvcxrQ5pA1G1wiA1wPp+0fzjf0it9J6SerdRxultBYzMdvyCOWYtR337Y/wBJHo1fy0aAslBkaeo+pNDsbpduUzGstyupuba+BDa8dntw6XWu9jfZ+l/t1/uLay+m9aysa91mzH/RPDGMHq2O9v0dnsY31P663bH1Y7G72ljGj9DQxp2tDG+1ntHp7trdrNyiH5j8c2Vhjby0GtrpDN38p302qnKAlPikbl0H7o6M8ZmMKiKHWX7x/SfHqLHNa/a30nlgOPY8lpJrLa7mN2b9zvd+cqe6xt389Dml30K3Bxnxdt/zl2/1q+qtuS9+V0QC66xzbsnHY7aGWxFluDa72V/aPp2Y27/0muJf0jrjrCz7HlGxph7fTeXNP8vV23crmMwlZsa7sM+MUCJaap2PyMjPw8BvpnIe5mOHODmtDrntax9n0rPb6nvXpXTMRnS+nswcjqeF9oqcW21utBa0z/g/U22VPbu99bq/+2VyH1X+pPVzn42d1Cv7Di499VgbZ/O2OY9r2MbWPo7ntXZZ/wBV83Lz8jJGWxtV1he2ktJAkNreHbRu97N/5/st/T1/pK0yftGQhLIIAC7A3l9FhyZY+qIsk1R10CZ1WS/BfhdKzMO/JFIFLHvloDC2lr7W1C97qKfzvZ+sW+nRb+j9Vct/zH/xi/8AzxD/ANiMj/0ius6J0G7pmbbe6wOZZV6e0PLpcHb/AFNjqa/T9n6P+ds/4X1f8HtKG8fH7fufqq4uOvVdfKr3stcfCOPbhrT+8//ZADhCSU0EIQAAAAAAVQAAAAEBAAAADwBBAGQAbwBiAGUAIABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAAABMAQQBkAG8AYgBlACAAUABoAG8AdABvAHMAaABvAHAAIABDAFMAMwAAAAEAOEJJTQQGAAAAAAAHAAEAAAABAQD/4RChaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wLwA8P3hwYWNrZXQgYmVnaW49Iu+7vyIgaWQ9Ilc1TTBNcENlaGlIenJlU3pOVGN6a2M5ZCI/PiA8eDp4bXBtZXRhIHhtbG5zOng9ImFkb2JlOm5zOm1ldGEvIiB4OnhtcHRrPSJBZG9iZSBYTVAgQ29yZSA0LjEtYzAzNiA0Ni4yNzY3MjAsIE1vbiBGZWIgMTkgMjAwNyAyMjo0MDowOCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6ZGM9Imh0dHA6Ly9wdXJsLm9yZy9kYy9lbGVtZW50cy8xLjEvIiB4bWxuczp4YXA9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC8iIHhtbG5zOnhhcE1NPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvbW0vIiB4bWxuczpzdFJlZj0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS94YXAvMS4wL3NUeXBlL1Jlc291cmNlUmVmIyIgeG1sbnM6cGRmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3BkZi8xLjMvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9zaG9wLzEuMC8iIHhtbG5zOnRpZmY9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vdGlmZi8xLjAvIiB4bWxuczpleGlmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL2V4aWYvMS4wLyIgZGM6Zm9ybWF0PSJpbWFnZS9qcGVnIiB4YXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzMgV2luZG93cyIgeGFwOkNyZWF0ZURhdGU9IjIwMDgtMDktMDVUMTQ6Mzc6MjgrMDM6MDAiIHhhcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDExLTA5LTE2VDA1OjQyOjIwKzAzOjAwIiB4YXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDExLTA5LTE2VDA1OjQyOjIwKzAzOjAwIiB4YXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJ1dWlkOkM0NjQ1QkZFM0U3QkREMTE5NzdBRTkwOEU0NzlEQkM0IiB4YXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ1dWlkOkEyQ0Y3NjVFMERFMEUwMTFCQzc3RTkxQjgxNUM5QzY2IiBwZGY6UHJvZHVjZXI9IkFkb2JlIFBERiBsaWJyYXJ5IDcuNzciIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMiIHBob3Rvc2hvcDpJQ0NQcm9maWxlPSJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMSIgcGhvdG9zaG9wOkhpc3Rvcnk9IiIgdGlmZjpPcmllbnRhdGlvbj0iMSIgdGlmZjpYUmVzb2x1dGlvbj0iNzIwMDAwLzEwMDAwIiB0aWZmOllSZXNvbHV0aW9uPSI3MjAwMDAvMTAwMDAiIHRpZmY6UmVzb2x1dGlvblVuaXQ9IjIiIHRpZmY6TmF0aXZlRGlnZXN0PSIyNTYsMjU3LDI1OCwyNTksMjYyLDI3NCwyNzcsMjg0LDUzMCw1MzEsMjgyLDI4MywyOTYsMzAxLDMxOCwzMTksNTI5LDUzMiwzMDYsMjcwLDI3MSwyNzIsMzA1LDMxNSwzMzQzMjtCRjMxNERBRTdCNTk2QkQ4QzNFMEYzNTY3Njc2MzRBMSIgZXhpZjpQaXhlbFhEaW1lbnNpb249IjMyNyIgZXhpZjpQaXhlbFlEaW1lbnNpb249IjUwMCIgZXhpZjpDb2xvclNwYWNlPSIxIiBleGlmOk5hdGl2ZURpZ2VzdD0iMzY4NjQsNDA5NjAsNDA5NjEsMzcxMjEsMzcxMjIsNDA5NjIsNDA5NjMsMzc1MTAsNDA5NjQsMzY4NjcsMzY4NjgsMzM0MzQsMzM0MzcsMzQ4NTAsMzQ4NTIsMzQ4NTUsMzQ4NTYsMzczNzcsMzczNzgsMzczNzksMzczODAsMzczODEsMzczODIsMzczODMsMzczODQsMzczODUsMzczODYsMzczOTYsNDE0ODMsNDE0ODQsNDE0ODYsNDE0ODcsNDE0ODgsNDE0OTIsNDE0OTMsNDE0OTUsNDE3MjgsNDE3MjksNDE3MzAsNDE5ODUsNDE5ODYsNDE5ODcsNDE5ODgsNDE5ODksNDE5OTAsNDE5OTEsNDE5OTIsNDE5OTMsNDE5OTQsNDE5OTUsNDE5OTYsNDIwMTYsMCwyLDQsNSw2LDcsOCw5LDEwLDExLDEyLDEzLDE0LDE1LDE2LDE3LDE4LDIwLDIyLDIzLDI0LDI1LDI2LDI3LDI4LDMwOzEyQUFCN0U2QzVFNkI1NkE0REQ4N0VGNDM0NUE2NEU2Ij4gPGRjOnRpdGxlPiA8cmRmOkFsdD4gPHJkZjpsaSB4bWw6bGFuZz0ieC1kZWZhdWx0Ij7QmtC+0LPQtNCwINCR0L7Qs9C4INGB0LzQtdGO0YLRjNGB0Y8g0LrRgNC40LI8L3JkZjpsaT4gPC9yZGY6QWx0PiA8L2RjOnRpdGxlPiA8eGFwTU06RGVyaXZlZEZyb20gc3RSZWY6aW5zdGFuY2VJRD0idXVpZDo5OTQwZDI4ZC0wNmM2LTQzM2UtYWEzMC1kOTZmNTkxNWU2NzQiIHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InV1aWQ6OTk3QjA2NDg1RjZGREQxMTlFNkZFQUYyODVFQkQ3NzAiLz4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1ldGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgPD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/iDFhJQ0NfUFJPRklMRQABAQAADEhMaW5vAhAAAG1udHJSR0IgWFlaIAfOAAIACQAGADEAAGFjc3BNU0ZUAAAAAElFQyBzUkdCAAAAAAAAAAAAAAABAAD21gABAAAAANMtSFAgIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEWNwcnQAAAFQAAAAM2Rlc2MAAAGEAAAAbHd0cHQAAAHwAAAAFGJrcHQAAAIEAAAAFHJYWVoAAAIYAAAAFGdYWVoAAAIsAAAAFGJYWVoAAAJAAAAAFGRtbmQAAAJUAAAAcGRtZGQAAALEAAAAiHZ1ZWQAAANMAAAAhnZpZXcAAAPUAAAAJGx1bWkAAAP4AAAAFG1lYXMAAAQMAAAAJHRlY2gAAAQwAAAADHJUUkMAAAQ8AAAIDGdUUkMAAAQ8AAAIDGJUUkMAAAQ8AAAIDHRleHQAAAAAQ29weXJpZ2h0IChjKSAxOTk4IEhld2xldHQtUGFja2FyZCBDb21wYW55AABkZXNjAAAAAAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAA81EAAQAAAAEWzFhZWiAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAG+iAAA49QAAA5BYWVogAAAAAAAAYpkAALeFAAAY2lhZWiAAAAAAAAAkoAAAD4QAALbPZGVzYwAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAWSUVDIGh0dHA6Ly93d3cuaWVjLmNoAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAALklFQyA2MTk2Ni0yLjEgRGVmYXVsdCBSR0IgY29sb3VyIHNwYWNlIC0gc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2luZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAsUmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAdmlldwAAAAAAE6T+ABRfLgAQzxQAA+3MAAQTCwADXJ4AAAABWFlaIAAAAAAATAlWAFAAAABXH+dtZWFzAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAACjwAAAAJzaWcgAAAAAENSVCBjdXJ2AAAAAAAABAAAAAAFAAoADwAUABkAHgAjACgALQAyADcAOwBAAEUASgBPAFQAWQBeAGMAaABtAHIAdwB8AIEAhgCLAJAAlQCaAJ8ApACpAK4AsgC3ALwAwQDGAMsA0ADVANsA4ADlAOsA8AD2APsBAQEHAQ0BEwEZAR8BJQErATIBOAE+AUUBTAFSAVkBYAFnAW4BdQF8AYMBiwGSAZoBoQGpAbEBuQHBAckB0QHZAeEB6QHyAfoCAwIMAhQCHQImAi8COAJBAksCVAJdAmcCcQJ6AoQCjgKYAqICrAK2AsECywLVAuAC6wL1AwADCwMWAyEDLQM4A0MDTwNaA2YDcgN+A4oDlgOiA64DugPHA9MD4APsA/kEBgQTBCAELQQ7BEgEVQRjBHEEfgSMBJoEqAS2BMQE0wThBPAE/gUNBRwFKwU6BUkFWAVnBXcFhgWWBaYFtQXFBdUF5QX2BgYGFgYnBjcGSAZZBmoGewaMBp0GrwbABtEG4wb1BwcHGQcrBz0HTwdhB3QHhgeZB6wHvwfSB+UH+AgLCB8IMghGCFoIbgiCCJYIqgi+CNII5wj7CRAJJQk6CU8JZAl5CY8JpAm6Cc8J5Qn7ChEKJwo9ClQKagqBCpgKrgrFCtwK8wsLCyILOQtRC2kLgAuYC7ALyAvhC/kMEgwqDEMMXAx1DI4MpwzADNkM8w0NDSYNQA1aDXQNjg2pDcMN3g34DhMOLg5JDmQOfw6bDrYO0g7uDwkPJQ9BD14Peg+WD7MPzw/sEAkQJhBDEGEQfhCbELkQ1xD1ERMRMRFPEW0RjBGqEckR6BIHEiYSRRJkEoQSoxLDEuMTAxMjE0MTYxODE6QTxRPlFAYUJxRJFGoUixStFM4U8BUSFTQVVhV4FZsVvRXgFgMWJhZJFmwWjxayFtYW+hcdF0EXZReJF64X0hf3GBsYQBhlGIoYrxjVGPoZIBlFGWsZkRm3Gd0aBBoqGlEadxqeGsUa7BsUGzsbYxuKG7Ib2hwCHCocUhx7HKMczBz1HR4dRx1wHZkdwx3sHhYeQB5qHpQevh7pHxMfPh9pH5Qfvx/qIBUgQSBsIJggxCDwIRwhSCF1IaEhziH7IiciVSKCIq8i3SMKIzgjZiOUI8Ij8CQfJE0kfCSrJNolCSU4JWgllyXHJfcmJyZXJocmtyboJxgnSSd6J6sn3CgNKD8ocSiiKNQpBik4KWspnSnQKgIqNSpoKpsqzysCKzYraSudK9EsBSw5LG4soizXLQwtQS12Last4S4WLkwugi63Lu4vJC9aL5Evxy/+MDUwbDCkMNsxEjFKMYIxujHyMioyYzKbMtQzDTNGM38zuDPxNCs0ZTSeNNg1EzVNNYc1wjX9Njc2cjauNuk3JDdgN5w31zgUOFA4jDjIOQU5Qjl/Obw5+To2OnQ6sjrvOy07azuqO+g8JzxlPKQ84z0iPWE9oT3gPiA+YD6gPuA/IT9hP6I/4kAjQGRApkDnQSlBakGsQe5CMEJyQrVC90M6Q31DwEQDREdEikTORRJFVUWaRd5GIkZnRqtG8Ec1R3tHwEgFSEtIkUjXSR1JY0mpSfBKN0p9SsRLDEtTS5pL4kwqTHJMuk0CTUpNk03cTiVObk63TwBPSU+TT91QJ1BxULtRBlFQUZtR5lIxUnxSx1MTU19TqlP2VEJUj1TbVShVdVXCVg9WXFapVvdXRFeSV+BYL1h9WMtZGllpWbhaB1pWWqZa9VtFW5Vb5Vw1XIZc1l0nXXhdyV4aXmxevV8PX2Ffs2AFYFdgqmD8YU9homH1YklinGLwY0Njl2PrZEBklGTpZT1lkmXnZj1mkmboZz1nk2fpaD9olmjsaUNpmmnxakhqn2r3a09rp2v/bFdsr20IbWBtuW4SbmtuxG8eb3hv0XArcIZw4HE6cZVx8HJLcqZzAXNdc7h0FHRwdMx1KHWFdeF2Pnabdvh3VnezeBF4bnjMeSp5iXnnekZ6pXsEe2N7wnwhfIF84X1BfaF+AX5ifsJ/I3+Ef+WAR4CogQqBa4HNgjCCkoL0g1eDuoQdhICE44VHhauGDoZyhteHO4efiASIaYjOiTOJmYn+imSKyoswi5aL/IxjjMqNMY2Yjf+OZo7OjzaPnpAGkG6Q1pE/kaiSEZJ6kuOTTZO2lCCUipT0lV+VyZY0lp+XCpd1l+CYTJi4mSSZkJn8mmia1ZtCm6+cHJyJnPedZJ3SnkCerp8dn4uf+qBpoNihR6G2oiailqMGo3aj5qRWpMelOKWpphqmi6b9p26n4KhSqMSpN6mpqhyqj6sCq3Wr6axcrNCtRK24ri2uoa8Wr4uwALB1sOqxYLHWskuywrM4s660JbSctRO1irYBtnm28Ldot+C4WbjRuUq5wro7urW7LrunvCG8m70VvY++Cr6Evv+/er/1wHDA7MFnwePCX8Lbw1jD1MRRxM7FS8XIxkbGw8dBx7/IPci8yTrJuco4yrfLNsu2zDXMtc01zbXONs62zzfPuNA50LrRPNG+0j/SwdNE08bUSdTL1U7V0dZV1tjXXNfg2GTY6Nls2fHadtr724DcBdyK3RDdlt4c3qLfKd+v4DbgveFE4cziU+Lb42Pj6+Rz5PzlhOYN5pbnH+ep6DLovOlG6dDqW+rl63Dr++yG7RHtnO4o7rTvQO/M8Fjw5fFy8f/yjPMZ86f0NPTC9VD13vZt9vv3ivgZ+Kj5OPnH+lf65/t3/Af8mP0p/br+S/7c/23////uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJCAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAfQBRwMBIgACEQEDEQH/3QAEABX/xAE/AAABBQEBAQEBAQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQBAwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGRFKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePzRpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/APMnk7jr3UZPinf9I/FRSQvJ8UpPimSSUvJ8UpPimSSUvJ8UpPimSSUvJ8UpPimSSUvJ8UpPimSSUvJ8UpPimSSUvJ8UpPimSSUvJ8UpPimSRUvJ8UpPimTpKVJ8UpPikkkpUnxSk+KSSSlSfFKT4pJJKVJ8UpPikkkpUnxSk+KSSSlSfFKT4pJJKVJ8UpPikkkpUnxSk+KSSSlSfFKT4pJJKVJ8UpPikkkpcE+KSYJJKf/Q8yf9I/FQU3/SPxUEkKSSSSUpJExqhfkV0ueKxY4NNjoAbJjc7cWrq3/4u7q6GZFnUKGUWfzdrnVhrv6jvtHuUGfm8GAxGWYgZ/LYPq+xcIk7PIJLsf8AxsetEh7XsdQRuFwNe3bE7/5/6KodM+pmZ1Pq+R0/EuZbVigG3KZtcwbhpEW7Xf2bFHH4jycoykM0DHGOKZ/cj8vq/wC9VwS7POpLZzPqxm4HWq+k57m4vq6syLC0MLYMWbt/p/m7f51bH/jY9bncHN9Dn1prjbzv/n/ooz5/lICJnmhEZI8cCTpOP9UqEZHo8cktnD+rGZn9bf0jAc3KNer8istLAwRus3b/AE/ztv8AOqfXvqnm9C6hRi5TgKckxVku2taYIFk/pH7fS3fnPT/veD3I4vcj7k4+5GH6Zh818KuE1dOGkuw/8bPrNjG24tjMih43Ntaa9pHl+nQsT/F51LLtNdORS/bO/wBOyp5bHixl6i/0nyVE+/D0/Nr8v95XBLs8okt7pH1SyerXZWNRfW3KxXmsUEs3v2mHOa11rParPUfqF1HpeDbmZ91eO2sE1tc6uXkCdjP0300+XP8AKxye0csRkNVD9I8Xy8IVwyq6eYSXSfVj6kdQ+sNNmSx32fGYdrbS0ODnD6TGtNlX0VidS6fkdNzrsHKbsuodtcDHxafaXfSapIczhnlnhhkEsuPWcBvFHCQLrQtZOmV3pPTLOqZf2WuxlTy0kGxzWA6gbQbX1t3aqSc4wiZSNRiLJU00l1T/APF31iu1tNllTLXfRrdZUHGf3WG/coZH+L7r2Jj25OY1mPVUCdz7KoMAn/TKqPiXJmgM+PX5fV839395PBLsXmElZ6f03O6nktxcGl19zuGMEwP3nfmtb/WXSN+oLBYMS/qtFPUiP6CSwv3ET6e77R9JSZucwYTw5JiMq4uHWcuH9+UYcXDD+uoRJ2DySSvdX6J1Po2R9n6hQ6lx+g4wWuHix7S5jv8AOV3ov1S6l1vFdfgFlj2Eg076w/Tu5r7GPa3+wnS5nBHGMsskRiO2S/Rr/WRRuq1cRJbvVfqd1TpGM2/PNdLnkAVGysu1O3c0Ntc5zW/1VdZ/i4+sNorfjsZdRZr6rLKi2PFv6b3qM/EOUERM58YhIkRlxemRh83DJPDLsXlUld6n0q3puecG2xjrBG5zXNcAT2c6t72N2/11tj/F/wBUNDckXUnHdo271adhP9f19qdPnOXxxhKeSMY5PkJ/T/uqESemzy6S6sf4tvrG4tcytr6HDd6wsqiP+3lznUMN2DmWYjntsdUQC5jmuaZAd7X1uezv+8jh5vl80jHFljkkBZEDxcPmgxI3FNdJdJg/UjLfhjO6te3pGNZHpWZG0F08fo321WN/zUPq/wBS+pYGMM7EP7Q6cRu+10bXNj94trstdt/lJg5/lTP2xljxXwj9wz/cjk/m+P8AqcSeGVXTz6StdMwH9RzGYjHsrdZMOsc1rdBu+la6tn/SXQu/xbfWKve65jKqGCTc6yoNjz/Te1Ozc5y+GQjlyxxyIsCZ4SfJQiTsHlElvdL+p3UurMuOC6u2yl7mGsWVydpjf7rW+x37/wBBN1b6ndV6Ph/ac/ZS48VGysuP9RrbXOf/AGWIffeW9z2vdh7l8Pt367/uq4TV04SSSSsrVBJIcpJKf//R8yf9I/FQU3/SPxUEkKSSSSUpdF11zmfVb6uUE6hmVYR5Pu/Rrn2MfY9tbBue8hrWjkk6ALf+uxbT1DF6WwgjpeJTjOI4Nketcf8AOt2qtm9XMcvDrEzzf4MMcsP/AEuYXDY/Y+j4RI/xcNIMH9mO/wDPbl5h9W/rV1L6uWXvwm12DIaGvZaCRLfovbsdX7tV6fh//k3b/wCm13/nty8g6Z0/I6nn0YGMJuyHhjfAT9J7v5LG+5Y/wiGKcPiEcwEsXvSM+L5eGPFLVkyE+mt6elzH9Q+tP1YpyQXZvUumX2DJaPdaabf0ldgYPc6tjxsXesqyP/G8dSWP9f8AZj2iuDvn0nBrNn0tyrdetwvqT9VfR6a1teVYBRTZA3uscP0mQ/8Ae2t9/wD22rbMzL/5gOzTc85Q6c+z19x37xW53qb/AKW/cqHM55ZseGWPGIcsObP3fi0l6vXL0x/yfGuAomzrw6vAYL8/6r/VfIyi52F1Pql1TcVp9tvo0/pLLdh9zK3Od6ay/rJ9a+p/WN2Oc5tbBjBwrbUCBL9u97t7n+52xi9I6Bdg/XX6q+j1FrbcqsGi+wgb2vA/R3sd+a53015P1Tp2R0vqF+BkiLcd5YfMfmvH8l7fctj4dkxZuZz+9iEedwzkSd/RIe0Pal+57cI/yyMcwQBR9JD6/wDUQF31JxQNSWXAD+3YvO+idF67h2ZnW2Czp/7KrN7H2VkCx0wMeH7PZY3dvXon1DJb9ScVwMEMuIP9uxebYf1p6oMbqHS8l92fX1FhprY95cWWFw2WM3bv6uxUeRGaXMfEo4hAg5wMgn/m/dye5w8Xo/m+P5l0qqF9mf1LyLL/AK64WQ8xZdc9740EubY5y67/ABp9Pzs9/TKcOizIeXWDbW0u1Oz6Ue1q5b6sdNyulfXvCwMwBuRTZ7w0hwG6o2D3D+S9dt9ffrDm9Bz+kZWO93o73/aKAfbYz2bmub+9tP6NSc7KX+leUny4jOX3eUsQJ/Vz9Obg9UVR+SV99Xl+ofWjO+q+Xg9L6XYx7OmY/p5dZl1T77P0mRv2lm703/QfuXJ9T6jk9Uz7s/LIN97tz9ogcbQGj+S0L1L67fVvC+sHRG9Y6WxrsuusXVPYINtRG91bo+k/b7q/+215GrvwfJy+bGcsICPMRvHzBkP1vHxe5Li/vzW5LBq9OilJs7hHM6KKu9P6flX5uHWKnhuVcxlTi0hriXBp2O/OWpOQjEkmqB/BY9F9YnF3+MCjcZItwx9zKF0/+Nwn9i4YnQ5Oo/sWLjupZLMr6/OtYQWfb2MYRxDHsqb/ANQux/xuf8i4X/hn/wBF2LnskTHm/hESNsdf8xlHy5PNN9S8Crof1Lt6u1gOXkU2ZLnHUwwPOPX/AFNrd/8AbXk9l9ttzr7Hl1r3F7nk6lxO7duXsP1Tuq619RBhVOHqtx7MOxv7rw1zK5/rMdW9eOWMfW91bwWvYS1zToQRoQrHwcmXM/EDk/nvdqV7+36/b/wEZNo1tT7DhU1/XH6jVty4fkmotFp5bfVLGWz/AC9v6T+uuN/xWhzfrSWnQ/Z7QR82Lr/qTa3pP1EGbl+yprbsjXT2ydv+ft9i5D/Fc4u+tZceXUWk/MsVLDceX+L44/zEJT9sfoxl6+OMf+YuO+M9W5/jP6f1LK+sFb8fGuvrGO0B1bHOaDufIloK6r6iU5GL9TGMuY+m1nrnY8Frh7nlvtcuY/xlda6vg9fZThZt+PV6DHbKrHMEkv8AdtYV1H1Jy8vN+prb8u1+Rc4Xg2WOLnEBzw33OUXOe7/oflOIQ9vjx8NcXH8s/m/RTGvck+MvJLiTqSSSt/Mc5n1H6dUT/O5uRY0eTWsq/wCqXPnk/FdD9am/Y8LovSDo/ExPWub3bZkuN72O/qt2Lo89HLy0P9Ycn+BjxT1/x542EbHyfRej/wD5OG/+m+7/AKixcL/i16NR1PrxuyWiyrBZ62w6gvnbVI/k/TXddH//ACcN/wDTfd/1Fi47/FTn04/XbsWwhrsynbWT3cw79n9pm5c/y8skeV+LnHfEMktt+Hilx/8AMZTXFjvsh/xodRsyfrGcTcfSw62ta3sHPHqWO/tbmLS/xTdUs+1ZfR7Dupsr9etp4Dmltdv/AG417Vm/40cF+P8AWU5O2K8upj2u8XNHpP8A+paif4qKLH/WO24D9HTjv3nzc5jWBXckMUvgIquEYYyH+1j/AN17q0X7v1c76+9Fp6P9YbasduzHyGi+po4aHTvY3+S2xrl6J9aqsjI+obq6GPttfRj+1gLnHWou9rfcuG/xnZ9WX9ZnVVkOGJU2lxH72tjh/Z9Rd19Z8rJxPqJ9oxbX0XMox9tlZLXCTU0w5qq81LLLF8HlPXKZx+fqf1fDxro1eTs8d/i26b1LG+s7LMjFupr9GwF72Oa3UCBucAm/xtE/848ds6DDYQPjZei/4uuudZzfrKyjMzr8ik1WE12WOc2QNPa4oP8AjZ/8UlH/AITr/wDPmQrMfc/05H3BHi+7n5L4f0v3lunt6d3i0ydMt5iXCSQSSU//0vMn/SPxUFN/0j8VBJCkkkklPbfUqnoWD0PM+svUsf18jp94bjjcfpFrPTaGT6e71H/Ses/L+sX1YzMq3LyOhOfde82WO+12aucdzjwqHRvrLldJxrsQUY+Zi3uFjsfKrFjA9vt9RrT+ftV3/nm3/wAo+k/+wrf71ly5XKOYy5ZQnl4z+rlDmJ4ODDUf1fBGUf0+Jk4hQGg+jv4v+M7CNNPS39JbX04tGO9gtJ21EelABr93s/lpdU6r0L6kfWCyvpfSW2Xeiz9K69/tD/c5rG2C7bu9v5ywP+eY/wDKPpP/ALCt/vRcn6+5GXabsrpPTL7TANluOHuIGjfe9xcq/wDo0ifo5aUcM4yGfF95nw5pnh4Jz9X6PrTx6b69DSHr/wBb/wDnB1XHys/EnBxgWjDbYWzP0nG4N+lu2/mLa/8AHRp+xfs79jM+xen6Ho+s6PTj09n81+4sb/nm3/yj6T/7Ct/vS/55t/8AKPpP/sK3+9Sz5KE4Y4S5L0Yf5uIzmMYf1vTL5/66OLc8W/gx6B9bv+b/AFbIy8DEjCyW7XYTrCYjVjvWLd25nu/MUvrJ9asD6wXVZN/SxTk1uaLLWXGbKh/gXfo2+7921L/nm3/yj6T/AOwrf70v+ebf/KPpP/sK3+9Sfdz7wz/dD7wAh7gz1IxHp9f7/wDhovSuLTydnB/xoU9OxK8HB6OyvFpG1jDe486u3F1TvpOWdgfW/wCr+DnHPo+r1bMmdzH/AGh7g1x/OrrsY6tn9lV/+ebf/KPpP/sK3+9L/nm3/wAo+k/+wrf71EOQiOOuUkPd/na5rIPd/wBp6/Wni/rbf1UmD9ccTG65lddu6aMjNusNlBNpa2oOGzbtDPe7Z/hEf6xfXvE+sOH6Gb0oNtrBOPc290sc7Tdt9Nu9v8hVP+ebf/KPpP8A7Ct/vS/55t/8o+k/+wrf70/7oPchl+6H3MYEccvvEvRGHpjGPq+VXFpXFv4Nr6sf4w83oPTz09+MMypji6nc8sLAdXM+jZuZu9yweudQweo5hysPCGB6km2try9peTLns3Nb6f8AUWp/zzb/AOUfSf8A2Fb/AHpf882/+UfSf/YVv96fjwHHmnnhynDkyfOY5tJ/3ofzf/NQTYoy28Hm13bv8Y+IzoGNhUYEdQxawym1waa63hvpfaKfz/U2uWR/zzH/AJR9J/8AYVv96X/PNv8A5R9J/wDYVv8AejzOGfM8Hvcrxe3Lij+uEf8AG4fmUDV1Lfwc7oXU8Hp2eM3NxDnPrIfS31CwCwHdvs9r/UXR9d/xhYPXsE4ed0oloO+p7biC18FrX/zf8pZv/PMf+UfSf/YVv96X/PNv/lH0n/2Fb/em5eWOXLHNPlZHJD5JDmOHg/uCPypBoUJfg0fq99Zep/V/KN+E4Fj4F1D9WPA/e/lfuvWp1Drv1Q6rlnqOb0zJpynkOurx7miqx3dz97N7d3/BoP8Azzb/AOUfSf8A2Fb/AHpf882/+UfSf/YVv96OTDOeT3vuxhlI4ZZMef2pTj+7Pg+ZAOlXp5LfWP66ZvWsdnT6am4XTKQ0MxqzMhmlfqP0+h+axP8AVX60YH1dc7JHTzk5zg5nrm0taGHadratjv3fpJf88x/5R9J/9hW/3pf882/+UfSf/YVv96H3c+weXHJ1hPzRjm4ePvxzj65/4Sr1vi18mf1o+tnT/rFsut6aaMyva1tzbiQawS57HM9Mf2HLV6Z/jLwuk4LOn4PSNmNXO1rry4ncdzi4mv8AOlY//PNv/lH0n/2Fb/el/wA8x/5R9J/9hW/3qOXIxlijhlykjixnihA8xLhif8ZPFrfFr5Or9V8b6rdRyuqdZysJ1OJ0+uu9uO6xzwHS91n7m/c5jdlb1T6j9Z/qr1POuzc3ottl1pEvGS8SANjfaPa32t/NQ6vr7kU1W01dJ6ZXVeALq244DXgatFjWu2v2/wApC/55j/yj6T/7Ct/vQHK5zmnkniyHSMMQjzUo+1jjGPHHijL1e5kjxyVxCqsePpegw/8AGV0uvHp6QOlGrphYMd49Ukit3sf+bud7Xf6Rc/8AXTAwuh/WMUdIDsdtNddjSHuLhYffva93u/cS/wCebf8Ayj6T/wCwrf70XJ+vuRl2m/K6T0y+50B1lmOHuMaNl73FyWDlMuDP7mHlzGE4yGbGc/GM2SXDwZJcfF6v5xRkCKJ8tE9/14xOs9OZg/WbCOS6rWvMxnCu0Hjdte11fu/P/wAH/wAGoY/10w+iYFuH9WsN9Fl+tmblOFlp/d2sY1tXt/MVb/nmP/KPpP8A7Ct/vS/55j/yj6T/AOwrf7077mK4Puh9ri4/Z9/9Rx/7L5P8D5FcX9bXvWrjYeVjNzhk9Sqdm1El1te8sc9x13Oth7vp/SXZ5v8AjMws/Ad03K6QHYj2hjmC4iA36Ow+n+ZtWL/zzb/5R9J/9hW/3pf88x/5R9J/9hW/3p/Mcuc8oTy8oZSx/wA3XMcHt/1oiHD6kA1tLfwX+rX1o6Z9X77Murprrspxc2ux930KnRtrDfT+n/wil9afrb0/6xtbbb040Ztbdld7bSRtku2vr2N3e53tUP8Anm3/AMo+k/8AsK3+9CyvrYMjGtx/2P0yr1WOZ6tWM1r27ht31vn22N/MSHLE8wOYPKyGUae594lpHtw8Xy/1FXpXFp5OCkmTrUWKHKSQSSU//9PzKz6Z+Kgpv+mfioJIUkkkkpSSSSSlJJJJKUkkkkpSSSJj49+TezHx2G261wbXW0SSTwAgSALOgCkaS33fVG2vM/ZtudjM6ntLvsu5xggb/Rfe1notv2/4Pch0fVTqGT0K7rmPZVbjY0i6sFwsa5u3eza6vZ7WPY/2vUH3zl6B9wASMREmwJe7/N8P9Wf6El3CeziJLawvqpn5fQ7eum2qjCpLmk2F247Yb7G11v3brHempO+qeS3oQ68cvG+xOGmtm/1OPs+z0v5zd7f3ETzeAEj3BYn7PX+e/wA1/fVwnt4uGkt3P+qWRgdMp6rdmYxxcotGOWmwufu+l7HUt2+m33u3K47/ABfdRa7FYc3D3dQG7CG+z9KA0We39D7PY789NPPcsACcgAJlEaS3xfzn/hf6auGXZ5ZJdD0/6kdUzrszH9ajHyOnOjKptc4FrYJ9UFlb2PZ7fzXKHT/qjk9Q6dkdTozMYYmGXjIe42AtDBu37PR3O3s9yJ53lhd5B6TEHc/zv81/4Z+grhPZwUl02H9RsrNhtGdjes3HZlXUu9QOrY8bvftrez/p+p/ITY31JvzMmjEwuoYt1+Tj/aqhNjWuZvfX7Xelu3N9P3+oytNPP8qLvJXDrL0y9I+az6VcEuzzaS1c36v2YmJdlDMxsgY1wouqqc/e153fmXVU+z2fTar2H9ScnOsopxOoYll+VUciiubQXVgljnbjRtbtcx6fLnMEY8cp1HUXUtOEccuL930q4S84kug6d9TMzqefl9Pw8vGffhGLATY0ED22Orcavd6dnsWJdRXVlOobey1jXbfXZu2Efvjc1tm3/radDmMU5GEJXKIEpCj6Yz+T/GQQQiSW/wBR+p2R01mJblZ2K2vPI+zuabDLCA71nfofYz3sVf6w/VrL+r9tVGbfTZfa3eKqS5xDJ2te5zq2N921NhzmDIYxhMSOTi4NJev2/nr+5+kkxI6bOOktPP6BnYHTMHqd4HodQDjVEyNv0d//ABjfexWOn/VXOzelnqz7qcTC3+kyy9zve8nYGsZUy130/anHmcIhxmY4TL2we+QS4OCP9biijhO1OIktf6wfVvK+r9tWPm30vvtbv9KkucQyS1r3OfXW33bVkJ2LLDLATxy4oS+WQ2KiK0KkkklIhSSSSSlJJJJKXSSSSUoJJBJJT//U8yf9M/FQU3/SPxUEkKSSSSUpJJJJSkkkklKSSSSUpdJ/i8vxqPrZhuySGtdvYxzuA9zHNr/zne1c2kCQZGhHBUXMYRmw5MRPD7kJQ4h+jxjhSDRB7O31vpfU7vrXl4ArdZm35L9jeC7eS9j/AOps925dT9QsuujHxuj5Q/V+quza7Gng2NGMxu0/8W21i48/Wj6wGoVHOsIDPTDzBs2HT0/Xj1tn/XEEdc6uKaaRlWCvGIdQ0GNjm/RdXH0VTz8nnz8uME/biIgASiZfPGE4DJ8v7/tz9v8A8cXCQBvV7++yk/UfrnT8R2/G6ZY3Gqd+8KzU663T/S5Dr7VVw68M/wCLPHtzifs1GUbX1iZs2ueG0Nd+Z6r3e6z9xcbT9YetY+N9kpzLGY8EGoH2ndJdub+du3JH6xdcOJ9iOZYcTZ6foT7NsRt2fRUA+GZgOETjX3iPM8Vy4yIw9uf6H85P5+JPGPw4XrPrnk3Zv1J6Fl2tAdY9xIaIa0Q7YxjfzWNYNrFpdZ6n0/pHTvqvn5uLZk2Y9G+hrHhgDxXT/ObmP3Lg7/rJ13Ip+z35ttlPtPpOILRtIezayNrdrmqGb1/rPUKfQzcuzIpkODHmQCP3f3UY/C51ihPg9vHkzTlGEpxPt8zxeiJ4Y/J7iuMa+Q/B7j6jdQt6z1H6xZ98UnKpBcQCWsBFjR/W2MS6Ll03/Uz6wUYbS3AxajXjyIc87Cbsi3/hb3+//g2bK1w2B13rHTqjTg5dmNW525zazAJ/lfvIlH1l67j1GmjNsrqcXOdW0gNJeZfuZG125DL8LnLJklAwEZSwHFAmVY48rX9T5pcHAoTFD63/AIT0n+LHc7I6u4yf1Iiee6q/4st7vrZTyQym35CP/JOWDg9d6x06t1eDlWY9dji94rO0F0Ae5LF651fDuuvxcp9FuSd1z2HaXGd3b4qfNyWWf3yjAfeoRxw1l6OCHt+r0/1kCQHD/Vdzq2Jb1dmTR0npdjb8PMudlOrBfv8AUcGVe5/6Xf7LP0LFr/U5pq+tnTMUgtsxum7bWnlrrN+VDh+b7chi5Wv63fWWsyzqFwO7edRq7952nuVbH671jGyLsqjLtryMkzdaD73Gd3uf9JNnyXMTwZMBOMRMJRx+rJOXHlHDKWSU4/L8/CniAIOr231BBH1v63I4F0j/AK6ss9M6X1L6k5fWTiMwc3CuDGvqLgywF1bdhrsc/wD0n5qwqvrL16q226rNtrtyCHXPaYc8tG1u9w+kh5fXesZjWMysqyxlTt7KzAaHTO/02wzeh9w5j3zlE4ws4L4ZTvh5aP6yHDw8M45uL9JXEKrz/F7f625GLj9L+rQycJuWXUNDC99jNp20cei5u7d/KVf/ABh4NnUPrhgYdYM30Vt07N32b3f2GLlLvrN1+4s9fNtsNTw+sPIO1w4czcPYnP1p+sLrG2uz7jawFrbC6XAOjc1r/pe7amYPh3MYjilGUOLFHONZ5DHi5mXHAxjw+ng/56jMG/Gvwe2ssw/rP9Uep4eHY6+3pdnr4zX1istrG41VMb6lu5vpNur3ez/i1W+rzRX9Q7LOst9XBOS39nUNllhs3/SFrfzPVL//AAVcfj/WLreK612NmWUm95stLCG7nnlztqe36yddtNRszbHfZ3+pSCRDHRt3sZG1v0kv9GZhGWKMojEc0eYjqfdgYx/WRhKMI8PuZP8AKK4xv1qnoP8AGsD/AM46DEfqlf8A1dy4xXeodZ6p1JrG5+TZkisks9Q7iJ5gqkr/ACWCWDlsWGZBljjw3H5StkbJPdSSSSsrVJJJJKUkkkkpSSSSSlwkkEklP//V8yf9M/FQU3/TPxUEkKSSSSUpJJJJSkkkklKSSSSUpJJJJSkkkklKXcf4qj6vVMrFta2zHdT6hre0OG9rmta/3D91y4ddJ9S/rJ0/6u5V+Zk1XX22M9JjK9oaGk7nOc57t272qn8Txzy8nmhjiZzkKhEb8XEugakCXoeqZVmF9VW5fU30jrleUXdPe303W+nu4s9Kd1fper9P/g1Z6sK8/H6P9bMItowMVj35tDA0NY4NO+sNj/tTY37H/wBtLzjMdiuzLH42847nSz1AA+DrDgwuYt3rfXulfsx3SOgNvqwMixt91dxna5rdvpV+57nNc/8AS2bnfTVKXw+UTh4LM5zySnLg4cOPl80eDLh4OL9X83Hh/wBZ7i/j3/lq9F9U+oZnUvq/17JyH1+vU11mPZY1gbU5zHulm5v6NjFgfWirrv7J6db1FtORjh1nodQoLXCwWBjhVZ6bWe6v0n7N/wD3xP8AV36ydI6X0PP6Zk15D7Optcy6ysM2saWmthrD3j1He787Yi2fWnorun9N6KMe93TMCz17nO2erdYNzms2bvTqqc+z3++xCGHLi5vJkx4Lh7vFH01WGODglLFK/m9z08H6arBiAT0dTI+r9Vn1Bsxq6XMz+lvbk3OcwtLjY1ttwY6P0jK6rPS/r46D9Tsm5v1O65aC02YTd2K8taTWXNc55rc5qrdG+u2J0/qXUb8l2Xm4eY3bXjWFsDcd1m79IWs9P+br9P6bP3EHpf1j+r/TuldS6W2vLfV1MkGzbWDWzVte1vqe93u/eTJYOZOLLinjlk4s2HmISr9+UJ81D1fuev8Ax+BVxsEGtCP+9dHN6jlM/wAXeBmscG5b8g1PvDW73MY6w1tc/b+bsZ/mIn14zsjFzehPxttJfUzIcGMaAbHQ1z3N2+72u2rKv6/9XLvq7j/V8jMbTjWG0ZGyoucSXu2mr1Q1v85/pEuv/WTofWb+mWGvKqZgBtVgisl9TfcHM9/tt3NRxctMZoyOCXAMvNTl6f8AJZo/qP8A0T9BROm/SL1n1owcvH6pb1TEoqvx+lYosx8NrWmL7HFrr7Mdnv8ATrp3Wb3/AOjXE4OSOufWh3VMjFAoq/WsjGx2kgtqDYY1n53rW+nW7/jFtXf4w8IfWOrrWPTeK30/Zs3Ffsh1YJdU+twd/ONe789qyLes/V+mjqA6W3Mw781wfW5uwCsN3OGMHMs3+g+x3vchyWDmMWLgyYT7ksUcUMsf8nGcuHPjn6vmh/P+5+mqRBOh67J/8ZHSm4PX/tVLduP1BgvZpA3fRtH/AH/+2uUXVda+tHS+rfV7D6bezJfnYLQa8t4YdziNtjLPeXem79/6f6NcqtL4cMseWhjzRInivHZ/ThD+byf4UFk6ux1Ukkkri1SSSSSlkk6ZJSkkkklKSSSSUpJJJJS4SSHKSSn/1vMn/TPxUFN/0z8VBJCkkkklKSSSSUpJJJJSkkkklKSSSSUpJOkkpZJOkkpZJOkkpZJOkkpZO5rmmHAgjkHQq10vIxsbqFF+XX6uPW8OtrLWv3N7t2Wexy1frl1XpnU+oMs6e0BjGw94YG7iYdu3fztm36H6X/raillmM8MYxkwlEyOX9GBj+imtLtwEkklMhSSSSSlJJJJKUkkkkpSSSSSlJJJJKUmTpJKWSTpJKWSTpJKUEk45SSU//9fzJ/0z8VEqT/pn4qKKFkk8JQgpZJPCUJKWSTwp00uteGtE+J8kko0oPgu2zvqZ0ynA6dfhWXvv6q5raW27Ntc7fU9XY337d35qZn1W6X1DquNgdDzHZFb6y/KtsbHp7TDnRDfpfmtVOPxHlzHiuQiOPikYy4Yez8/Gf0fVGcYfvrvbLxUEJLt8LoPROq513ScK66rIr3fZrbtrq7iz6YdW0B1fG9n8hN0b6ndN6nXnsy3XYuZ02Tc2raWuA3+1rXj6f6NKXxDBCMjPijwCEpRMfXwZvTjnw/u8SvbPR4pJb9fTvq1fd09lFuUTk3ux8qh3pi2snY2ixkDY6tzrFpM+q/1eu6L1Hq9NuWGdNsfSa3GuXuG0Msa4M9jf0n0U6fPYoVxRmOIiIuH6Up+1GP8AhTRwnweOSXQ/VL6rO+sLs0F5rGPSTSRHuuP8zWd35vt9659zXNcWuEOaYIPYhTQz455MmKJueLh4x+77nqiijQPdZJdbl/Vz6vYnQMHrj7Mx9Wa7Z6LfT3NI37zvLf8Ag1WwPqti9X+sDsDpWSXdOZW2+zLeAXNYWtc9rmt2t9be70tihjz+AxnM8UYY+PjnKJ4QcMuDJH+9xJ4T9rzaS6jpf1e6H1+7KwOlXXUZtDXPxjftcy9rTtdu2NY6h/8AnqXQfqv0vqHSeo5ebZkUZPSdxyambCCAHnbXu+i/9HtQnz+GAlx8UTAwEoGPrj7381Kv3Zq4S8qkus6R9X/qx1jOwsPFycoPy2W7w7091T6oe31Gge6u1m7YrPRfqV0zq3Weo9OY/KqpwHbG5J2EFzSWPY72/Ssj1K02fxLl8fHx8cPbj7k+KNVDj9r/AKahAnbq8Ukrb8RuR1L7H05r3C20VUNsILySdjd5ZtZ9JbfU+i/V7oedV0zqN1+Rkw05l1G1rKd+sVse177nMad6nnzMImMalKc4mYxxHFPgj80iii8ykuu+rv1P6Z16vqVePlWfaMNzxjPG307W+77O/a4eoz6P6T/jFD6t/U6nqPSeodU6hZbTXg7ttVYaHO9Npfc39J/mKGfxHloe5xSIOIwjOPCeK8/81Q/rJ4Dp4vKJLqei/Vvo3Ufq/ndXttya3dPLvUqbsIc2N9exzm+1236aHidD6Dl9awOn125TK8+kF28NFldzi7ZvBbssodU3f7P9InHnsIOQVP8AU8Xuen5eCPuS/wCYrhOni80kuwf9TMBud1NxuuZ0vorYyrXBpsstjd6eO0bWN/tqnX9XMHqvQ8nqvRnWsuwD+tYlxDjsI3NtpsY1n5od7XN/MQHxDlyAbPDcImdeiEs/qxRn+7x8UVcB/l4PNpLtsH6rfVfqGL1LLxb8p1XSq2usc0s22u2OfZ6O9m5jN9b/AKap4n1X6X1XJtvwMh9PR8LFZfmZFgDrA8tNllLWt2s9Vv0EB8SweuxOPt1x8UD6DPhlCH9+fHHhgrgP2vKpLWyK/q9dh3Ow3X0ZVT2imu4teLWOO17t1bW+laz6a6gf4vek1dUxOi5GVkOzcmh2Q62sMFTdvLGtd73bvd+cjl5/DhA90TgTxHhMfVw4o8eSf92MZKESdngUlc6tj4uN1LIxsQvNNFjq2m2NxLDsc72e36QVOFahISiJDaQB18UKSShOnIWSShJJS4SSCSSn/9DzJ/0j8VFTf9I/FRRQsknhJJSySdJJSmtc5waOSYC2MXF9JoaBJ0nzJVPptG+02u4Zx8Stymtzva1pd8kyRZIR6vdnK/Z3S+jjIYx9FbTTnsO1zq22N9Pd+/Xt3e7aqGBiYX1a+tD7A9v7MzmOZVYCHBhcW2bHEbvofR/qLmmYtukN+MhEGOWnVp17jRZEfhYAnE5Tw5hOOURjw8fuT92Evmlw5MU5fN+4zVt4Ov0bod3S/rJ9uySKsDE9SwZBI2Oa5rm1em7/AAjnb/oq79XnPyb+v55aK684ObQHEAucfU9rZ/rMXNbdwggxOgQ7thYWjTxT83IyzCZnlHuThjxcQhoMeGfvfLx/POauGkfROi5mT1duW2lxZ04mzIPHuYHOor1/wtlrNjVt9H6T1QfUjq+DdQW5+ZcbKcckeo8foi5zWTu/Ncuasyrm4F/TGmKsl7LHjv8Ao97Wj/Oesnpudd0zqFObT/O47pb8YLfNS8xymfPxSE4R4ZY54o8JPF93/Wx4pcfp9zL839RisA7b3b2XQ/tH1cyOi024ZstyLXPutbYfY62aXUvrrdsc6jGZ636X99Y3196UzB6/ffjlrsTNcbqnsILdztb6/b+7YudOpJ8dUykxclKHMfePcuUoyhljwy4cnFP3I/Nknwe2tMrFV5Ppjq+s0fU/omL07b9uptBvp/RvLWudY5vrMfu21+9vqIo6z9WunfXTJxqXVU42diii+2uBU28F3dnsbuZ7bP8AhF5ckq/+h4y4xPLpk92/bj7Z4uYn7vr9U+P2Zx/VJ9zahtX4Pb/VPpWR9Xev39S6qRj4GBXZGQ4jZbuGypuMR/P+o33/AKNXPqz6uZ0X6y5IaGHqu/7JW5zWueYt9jGz+9Y1i881iOwSUub4dLLxynlHuT9qPEIeng5afuj0cf6eT5vWgTrp3/F6n/F3S9n1pqufDK8ZtnrPcQ0Nlrq27i7+Wdq6zoV9g+uebLBi9NxhYWuc9u2y29wsdkl87bLMjb+j/wBHjs9NeVJIc38M+8ZMkzk4fcxDABwcXB6uLj+f5vXNUZ0AK2Nut0/Jd0T6y05OUwj7JkB1rOTtn3R/Yctv619Cy+rfWB3UekxmYPUdj2ZLHAsrO1tdjch/+A2bd36RccnE8dirE+WkcsM8JiOWOM4ZXHjhOB9fy8UeHhn/AF0XpVaXb2/1cdb0DdmVOF+HR1EVW5DSAH48Px7b2t3bnUte9j10WLfj5OZ9YcfG2swPROPje5oZZc71rco1kn3PfbcvJU6qZ/hIzSlOWX9ZIAcXB+5OGSMuHj+f0z9X+sXDJWlPoP1QpzMX6odZYA2rKvc4Y1dhZLnMbsd+it9rvf7PcgYWF1Kz619H6p1A1V5FrRbkVMLQKqqWtx2XWu3bGuu/0a4VJPPw6RnnmMkQeY4+I+36oxyY/a4OL3Pl9MJo49AK28X1PL6h9tu+sH1dyrmV2536Xpb3FjWWNIgVttbDXO9Sv89ywugPs+rP1e6zb1RvoZGcwY+LjP0sedtjH2en9L0m+r/OLiYSMnU6psPhUY4zi9z9VM4p5IiHDxTwcPyS4vR7vtQ41cet1rr+L3v1Eps/5sdcaYa7MrLMZrnAGxwZawtrDj7vc9rVT+pWZiv6Z1f6u5FrcbJz2H7M+whrTYAWei55+j7tq46EoUk/hwmeYJyf7onjyxqP81PBw+3+l6/kVx7abafa7Vf1S6t6Vz8ln2Wxj210VWkNdc9ztrhTLvdXXXutfb/Nr0jByqsPq3TOkV2syGYGK52ZnWFrnBzxtpqbkP8Acxr3Ne702/mbF46ZPOsaJJvN/Dp80AMuYUBPhEcfpjLJD2+L+c/Q9f8AhqjMR2De6/RbR1rNZa3aTfY8aggtc4vY4Fv7zXKgnSV+ETGEYk3wgC9tlpWSTwlCehZJPCUJKUOUkhykkp//0fM3/SKZSf8ASKiihaElJJJTFJSTJKdnplDPsrHHQucSSfjt/wC+rXdm1Y9Yaw+4aH/asfpID62y+BXMjutSzp1lbvUqLLnEAhrhIn+rKhlu2IXwignxupNMu5+8j/oq4+6p9W/cAPHz8NYWWzq+cGek72mduxlQb+SoqdVWTvacrU2kw0iDwX7tv9lNIXg2zucHgbXR4x/equTTa6okMJjWY5CmM17G+pXjtIIje+XAf1Wt9Nrf81Bf1vLf7YYW8bQCP+/IgHoEEjq51u5j5iQIiVnP+m74lalvqOnQCRxM/wAqFmO1cfipYsE2CSeEk5YsknTwkpiknhPCSmKUKUJoSUtCUJ4ShJSySdPCSmKdKE6SlkoThPCSmMJKSZJSySeEklLJJ0klLJJ0klLJJ0klLDlJOOUklP8A/9LzV/0j8VFSd9I/FMihZJOkkpaEk6SSm109+22OIM6rq8O1+5m6dhPz1XGVPDHhxG4dx4hdH07Nc6kRqWQQYn+0o8g6s2GXR7VrKzRLwCQARA7EwsTKaX5llgP9HqedfP8ARyr/AE/Nqsb+kO6WgyeBA/2KlZmYDb88XPFbn0iuowTJl27gFQSJAOjY0efFr34VbNscmfmVTDRtG4w9HkOxK/cA8Ay34ncqzXgO3ctGplTR6+bBLp5KvtbWz288k8mVmo2TaHu9ogd0FPiKDFI2VJJJ05askkkkpSSSSSlJJI2PjWXO0adg5d2+9AmkgWwrpstdtraXH8B8SrLOmuOjrGg+AlyuV01tYGmxrWjtP9ysMZQRHrtb5Qf7lHLJ/KmSOPv+bRb0mrvcZ8m/+ZKX7FYR7b/vb/cVpMxWu/m76nHwLo/6pTGHlgEhgsaO7C1yjOX+vXnoyDF/Vvych3Q7vzbq3fGW/lCDZ0jPYJFe8eLCHfkWy4PY73tcw+YITb51CIyT7goOOHYh5xzHsO17S13g4EJLonuL27TDh4PG4fiq1vTsawfzex371Z/745PGXuKWHF2LjJirV+BdVLmfpGDuOR/WaqqkBB2YyCN1JJ0kULJJ0klLJJ0klLJJ0klLDlJOEklP/9PzV30imTu+kUyKFJJJJKUkkkkpStYWY6iwAkhh7/FVYSQItING3tMe9hxmPqIfvAhwMRE7uFXy8mh5ZXMlugbt1BH9V3uXMUZF9Lv0Vjq5Ou0/wW1dXUMcWte0XEkwQ4v18VEYUd92eOTiG2zUyHNruO0+3mfiqtuSC0tb35KA973klxlRUgixGV7Lpkk6csUkmSSUpJOkkpZJOna3c4N8SglNjUt/nLBu/db2+Lv5KtiX/S1jgcAfBqCD4DQafJGa6QB96aV4ZtaihkqDT48BFaXn6IEeJTCvC7Kj4aIjKyDIJB8kSukOgOtDVZZ0u14mq9rj4FRSyxG5r6MkccjsLR15GXXo20keDtR/0kzsit8tvx2E/v1ex38WKF+PlUfztft/eGoQC8j+KAjE6ivOOn4xSZSGhvyl/wChJizGsP6G3YezLhH/AII32obzZUYe2PxH3oLiCEmWPaNsy3u06hPET3vzWcQ7V5Mn2MPYtd2IVHKx22+9gDbRzHDv/Mlbt2wX18fnN8FUssifHspIjssl4tBJFvAJFg/O+l8RygqRiK6SZJFC6SSSSlJJJJKUEkgkgp//1PNnfSKZO76RTIoWTpJJKVCSSSSlJLdor+q5YxtxuD9o3vbtImPd9L+UrVPRfq5luaKMzYJ4eIJ/6TUzjHY/Yye2ehH2vMsEvaPNdRBb0prGvJO0u211e4N/4S6xu139hR6l9WKMKyoU3svFp+kzWB96t5+NhO6ZjneW20j0/TECZ/PiQ5yZOQNMkISjbxx+kfimWpThYLg51xLYcYIMCOFI09Fr+lvf5A/3BScQ7Fi9s9wHJSWlZd0gVWMZjEvc0hjy/g+O2Fmog30pBFdQfJSdMkitXTJ0klKU6fpz4AlQRKB7nfBApCZrdJRm/BCa46a/FGa78E0rwlrkkAcTAHiVp4fSsvLJ9JstGjrXe1gP7u787+pWl0Dphzbi50+lV9MjuT9Fjf6//ULvMLpjQxrXgNrYPoj2gfuta1UuZ5ngPDDWXXwbOHFY4pbPLU/VpwIL8lsjs1h/K5ykej5FYDsfIY89mvGwn4FdeKqKADta1wOpcdTp9Lb+6n9PCyGe307mkx7DqPuVP7zlJ1N/SLYGOA2H4vC233Vv+z5TDU/jXVp+az8rH2nczTyXfZvQ6Mmt1YZ6jXSADo5h8WuXF5mPfhZJwsn/AK0/xHgrHL5QTp6ZfpR6S8YseWJrU2Oh7OUSoElEtbsfB7qBV4NQsm+4T37qhktLLI7HUK6w6qvmtlgd+6fwKdHdEtmmTLHDzBQ1PsVFPDGVkk6SSlk6SSSlJJJIoUOUkgkgl//V8zdZ7j8Ug8KD/pn4qKKE4IKSE1xBRRqElKTpJJKUkCR3SSQSnottdY1u4nwG4j8hXV52DiO+r+NkVNH2t5dvdunjsVyOO4NsBK6a7Npf0imr1Wi5hIDRqYPf8FFkJBFDqzYqINl5vKd+lcAA0dmtMjjsgo97XOfIBPyQtlg/NP3KUbMR3YpJ4PgUxSQpJNI8U6KlJJJJKUiV6NcfghojdGfE/kQUEgmQjAyq4OqI1x4QXB9E+puKHYVO3QOc57/Mj2Lq73tqYXPjZW0uPnH0Vy31DyGvwa2EiWFzfvO5q6fOpF1T2Hl7HNaT2Me1YeW/dyX++XRjXDD+6HjbcnIzrzY+yXEkDbIhpG3b/mqrU67HPq1PLIjjT8ioZdmRiuc0B29pLXAGDCsYlloxw7JaTvI2CTIa0cxorRxkRvQxOlLBIE1qCHtOjdTdnUzZAvqH6U/vDxVH64dIGT0x99QHrY/6WsjmB9If5qq/VQvfl3Pb9HaQSfAldLkMbZQ+twmazPwVUn28lj9E3/YvrijXfR8nsf6uKLh4a/EIBVhlUYlzBw22wN+AVcjQLXhWtdC0pdPJTeUPNB9BxPiFOSCoZp/Vp8XAJ3ULTsXOPCZOeEykY1JJk6Slk6ZOipSSSZJS45SSCSCH/9bzB49x+KaCUdzRuPxSgBJSEAg6ogeE7o7oZEnRFDMvAUQS4ptjk0OCSkwVrHwLbYJEAo3RMKm7fk5bw2qv6DO7nLTPovBa2I7RoocmWjQ+pbGHDxay27d2kMbGr9oa4kcnsjsrrgDgfIKy2mjbG+D4EqQxPUcyut3uedrQdNSoTkvqW3HHEdA13Citkh2vgBqUI1B+rnS46hnYfFanUOlVYFraHXNuuLdzy0yGzw1VDWTo3j8UhPSwT5lFCWtCukQ1K2bhuLuTAY0KTa7nP2sIbGpJCtissae8qs8uDtGmSdIThPiJpacYiAZH7G0Kg1rPV9N7nmACB9/CO7plQbufj0Ef1Wys+5uRTaz1WubY3hrtNUYZOQRDp+9RyjPQiS6Bxkm47bafml+wYL+MJjgOSJb/ANSVB/Tejgw6nafBrn/9+cnGXcGlsEj46ITi95HbzSBn1kR/hJlDHWkAT/dZjonTHUuu22NbO1sO7/2muWHmVfZ8mykGRWdoPkukLBVXRSXFz7HOusJkAN0ZW0Nd/wBcXOdQM515/llS4ZEk2eLS2rnjECwK1pCPJTafcoBPqp2B6T6q9U+xZorcYZaRBPAcvTmWtyad7Tzo4eBXidbyCHAwRwfNdn9WfraGFuNluDLIAa930Xj90/ylm89y0r92AvT1gf8ASbnL5RXBI1+6T/0Xf6t0OnMtFw/RX6AkfRd4OWc76t57XEFzTWfaHTK6arNouaN0NJ5B4+9FDMeJG2PjoqUc8hoDoO7YMR1FNTpHTWYeP6dernj9K6O6s9UyacLp9+RZo2qsmfgNApvzMephlw9omB5Lh/rT9aaM14w8Z+/HrO6xw+i9w+g0fvV1/wDTen4oHLOhcv3z2CycuEWdOzh2u9LDFbhFj5c4eDnne7/NVEqVtzrXlzvkoSteEaHiTZacpWfAaBUg6oeaf1UDxf8AwRdIQs0zit8nfwTuo81p2LnnhMpRIP3qKkY1JJJJKUmTpJKUkkkkpQ5STjlJJT//1/OHfSPxUSpOHuPxTJKYFnikICmVAiElL7kiQmSSU3MVxFUDXXupFneSPgoYZEa8SrZa0Axomk0WWAuKFrNx54RXGytsseWubqHAkEFQkh0gyp2FpqO3mED0XDYqNuS55cbC4nXcTJT+rkg/SM9iotOjY10TOzH0e1rGnv7mg/8AmSFdgE8VDUlI+/JIG4zHJHKiMi9ljXidzSHN3eI4SdmOvDWlrWmZJaIkQounvwkB3ACjK9QSWy/q2ZmkW31se5vtloInWVJma5p91QPzgKphOmsgiQHFWAT8R4JpjEacIoL4SlQPEWy3qFZPuxyfg4/+RUh1DEBmzHeG+DXAn/pNaqbnDnjyUCXEQODomjHHsk5JD9J1nZFWXkCyms0sDWsDXHcdPNc5ma5dx/llbuAQAZ8VkPw7cq659A3ncSWxr8ksVRlLoAAFmWzCHUnVqKQcmcx7DDhCYSp2ukBCkC0jaRoVDhKSkl08HrvV8CPs9/qVt4rs9wj/AKr/AKSvH68dTA/mGB3jrH5P+/Lnw4orXTzqoZcthkbljiT3pkjmyAUJkNnN691fqANdthbU7mquWtP9b6T3/wBt6r0sc07nGY4CQePgUxsM+SkjCMRUYiI8FhkSbkST4szaJ1U2uBVNxgynZaQUaRbdJEaKOS3diu7lpBP5FCu0OR2bXAsd9FwgoHRcNXNaNVF7Np8jwjmoscWnQgqF0fR+adawhCkkkihSSSSSlJJJJKXHKSQ5SSU//9Dzl30imTu+kUySVJiE6SSmBEJkSFAhJDYw4JIPCvy7jss/Cdq4Hgwro3ASOPyJkt2bGdFCC6T37JrIDToBp2Sa/wBw3aKVsGt2nAn4odV24K7ABAPcKvZQ+y0Mby6TuPAAEklHYTtBA9saJVuO6CfaRBjQkH6TUtRaCLACBuxjwNxA7SFMuO13lyE9oDby1oBEd9YB+jKg+WtMj2/vI7oGlssNs1kgxqUba6ToHKGFVY5gFLXXSdCwE8/Ba1H1e+sWQW+n07ILXcOLC0f5z9rU2R1K+NcItyy4kjc37/8Ack1w3t0jVdXi/wCLr6wZEG/0cVp53u3uHwbTvb/4ItnD/wAV2AyHZuZZce7agK2n79700ziEF4fFnY53xWP9qsFj21STuMFvPK9sxfqf9W8RmxuKLPO1xefyrQxun9Nw4GJiVUkcGqoA/wCe1qZHKAZGrtUrkIgacL4XT0br+Y/1MbAybNx+kyp5H+dt2rUp+ov1xsAP7OMH999bD+NjXL2nc4ng/Epxu7gBH3z0AWe2O74zZ9QvrUBLunOAH7tlTvw9TcsrN6N1Hp5/XMeyjwNjCwH+q53sd/nL3soVtbLGGuxoex2jmOAIPxa5L35DoE8AL8/ip0SR8Cpsq0Xpf1l/xedPzK35PSB9hzACRWzSp5/dcz/B/wBdi8wv+2Yd78bJYWXVHbYx4gghSwmJ7bjotlEx327pTX5IbmELX6T0Dr3VQ1+NgW+k7i4wyv477tu7+yujx/8AFl1Oz+k5VNI/khzz/wB8b/0kDkjE0SoQJ1DwDgVEyF6c3/FXiEfpc95PixjR/wBVuQ7f8U+If5vqFgP8pjT/ANTtS9+HdXtyfNQ4gqxTf2K7LI/xT9RZJxs6m3wD2ur/ABb6qycn/F79acaS3GbkNHel7Xf9F2yz/oI+5A/pBXBMdHKvLbK/VH0mDXzH/mKz3OLnEla1nRutYVLzlYORWCCPdW4DX5LIcCzR4Lf6wj8qdGumq2VqSTAgp05apJJJJSkkkklKCSQ5SSU//9Hzl/0iop3fSPxTJKXSSSSSpJJJJTPHIY5xJiQrLbxPIKprY+rXRMfq+XY3KsdVj0NDrCwS8ydvtlNkQBZXQJsANdu06aQOyVhAaWzpHCsfWTouP0nKrGHc63HuBLN+jxtP521ZO98RuMIRqQEgbC4yIsEUW9Q/9GIBhWsTpuV1TIGNg0uuvI3bWcgD84n81ZDbbWD2vIHK9m/xf9K+xdBqybmj7Xmj1bHxBDD/ADVf9liZkPDr3XRlYrs8x9Xf8WmbZc5/Wpx8ca+m1wNj3f1m7vTYuwxPqT9WcUDbhNtI73E2H/plbqShM5HcqRY+LjYzduNSylvhW0N/6gBGSTO451QUoqDthM8xpAkpEaSfmlrH8f8AWU0lICh/JbHx0SnxIHlymmeNf9fmm4Mf66/cglluCW8TCjtjQ9/9e0JSO/lKOqqC+466f6/cmLgkWnX/AF/76mLSO0eX+oSNqFMSQVlv+q/RcrrH7Wycdt2SGBjd+rJaf5z0/ousWmeZUgYcCm2QVx2SBgAgaAaAJi1ETJ9BZaOExCmUyFJtgQmUkxCFLgVpI4KBdh4l/wDP0VW+b2Nd/wBU1PflU45AtloPDoJHMdlKq6q5pdW4OAMGEF1Obf8AVT6tZP8AO9NoJPJDdv8A1G1Z9/8Ai5+ql3GM+o/8HY4fhK6ZJPEpD9IrTEdg8Td/io6K6TTl5FXgDscPxYqln+KSs/zXU3D+vUD/ANTYxehJJ3uz7reCPZ8O+sv1Zzfq7lsoyXC2u1u6q9gIa6PpN1+i9qx17l9aegVde6TZhugXt/SY1h/NsHH9l/0HrxHIx7sa+zHvYa7qnFljHchw0IVjFPiGu43YskOE6bFgEkgkpGN//9Lzl3JTJ3fSKSSVkk6SClJJJQkp2sLpeCzHbfnb3l7d+xp2NDT9H9JDvcpdRot6DlszOk3PZRkSKySCdPzH6bbGf2FKjrOIcNtTrHUv2htzC0FrtpB3VOa38/b/AOrFm9T6i7PtaQNtVYIYPief81QxEzLX5dbv5WWXAI2N+lfMhy83LzbvXyrDbZEAnQAeDWhBTpKYADQMW+pdboHQMjrWTVTS5oL37XA/uj32O/zF7nj1sqrZVWIZW0NaPANG1q8o/wAWz9vWKB4utB+dbl6zUqmWROSj02ZwAIAjqNUnZNCdJBas8e0qMRrx/r/ZUyNFGABpr8kCEgsfx+CWxx7f6/8ASUg4u4/1/KmmSZ+5Kk2raI5EeWqRDRzP3wlx/dP9+1NHlER/HwRpS7WjnaADynJ0+kPkonUiNT/r/WSnbJ1jzSQrn84/d/sTH+sfuH9yfc7xn7h/emJdoZMd/wDXaklYtJ8x5hQjTwUi53Ex8R/5yog7u0JhXBLWZYPEaJyh1uAdB7/lRYTonRbLQsSoO3AEtEnsOEQhRIRUChLrpMViNY92p09vb9/2pt9sSa/DQGeTDv8AN+kjEIXpREPfpHJnj/ySC4IrBVftrurdBJiRoC396P3vpNUMerGoJNby1pkbHcSCdzuNysFtky18DwIBSId3AOn4oLrXBaeCD8CnQm1tIDXVBvHERp/5FMdmrjvYTzz29qSkySGxskFtjjHIOqIkhS87/wAZv1ZcT/zgxGzADM1gH9mvI/75YvRFC6mq+p9NzQ+qxpa9h1BadHNKdCRjK0SFin56HKS6Tqf1Ud036143Srtxws3IrbRb41WPbW4T/pKt21JXOIVxdGvwm66v/9Pzp30imUnclMglXdJFw8d2Vk1YzCGuue1gceAXGJK1vrF9XaekV020ZRyG2HY8PZscHRu9o/OZogZAEAnU7JESQSBoHD1STwlCKFk6UJwNfFJSydWcfpvUckTj41trf3mscWj+1G1aOP8AU/6x5DgK8J0H88lu0f1nNLtqBnEbkD6rhGR2BdD/ABfO2daxvO6P85u1ew18ryvoPQeodC6108Zwa1117C0NM6Ahq9UZyqmQgzsas5BEIg9kiSSDmuubjPdQJsbqABMx5IsQTJKh0fJzMmqx2VWa4dDC4bSR+d7T+ai5vUcXAx3ZGZa2ipvLnaJWmta3Tc6Ht4/7U57nt38P++rj8n/GHjO9RvT6N7Wai20lod/UYxZrP8YvVG27n0UWt/dAcwn+26UL6Mntyq9PtfQuYjjy/wBiidSeNw07T/39ZHQ/rNgdZbsI+z5LdXUv1/zXFbXtju7/AF/so7rCCDRDCTHfjWZ/79tTeTDAPEcfg1ymHN/NA/1+Cfc7/cP/ACSSrYQewcfv/vTbHToI7cf+ZKReZ5kDmD/cCmgjkmfn/AIK1WLXT3/1/tKBEGT24RCDHP3SoOLwOfv/ANzUCuCx0MhH5EjugniYjyRKTLS3wQGh81S2vsuQg2ZFdeRVjunfcHFhj2+wbnN3fv7UchDtpqtLDY2TW7ew+Dh+donLQwL9dB+Kbf5aqbwBwYPMT/tQieddeANP/JJpteKUbB3H4hPvHn939yhIPBn5/wDmSYjuO3+vggmkm9vj9+idBJjWePH/AHtThp/NifFK00lSQoeCdDHb/WU8v8x/r8EbVSRJC3PBjX4x/sU63F3KVqppdW6PR1M4b7Pbbg5NWTS+Nf0bmvsr/q2sakr6SdxHh4b0W0Lvq//U87dqTCaF0WJ9R+v5RDjSKGu4daQJHiB/5JbvTf8AFtRYC6/L9ct5bVo0+Ld43e7+pYopZ8cf0r8tWUYpnpXno8E2WkEaEcFWLH9Qz7G+o+3Ke3RgMvj+qvXOn/UboGM0FuK2w/vWan4GVt0dKwqKxXTRXVWOGNaAEw571jC/GWi72wNDL7HxjD+qH1hzI2Yb2D96wbY/rN/nP+gt/C/xXZ1gDszJbWTy1gkj/qty9A6t1jp3R21jKJ3Wy2ljRMuA0b/JWHV1r609Xxbn9N6bWylwLA+2wASPZZ6Tvbve1/5382mHLkOxA8v/AEJcIQAuv8b/ANBc/wD5gfVvptXqZ1zrCOd5gE+HpghWcV/1LwHgtaxrWmD7CTBIb6gcG+ps/l+ornSfqbkPc2/rV5yJAccZx3tDu4e78/b+augy24VZay9jSbv0bQW7twBA2cH2t3NUUhM6ykatkEoDSIF+DgZXWbW44t6TgCwvgU3P+jO4sduvG5m1v0/5xVC76/ZVZqsGPhB0D1HuAdy4cA2OXUPtD6nVWMYMedogbQILdu7e5jf8xM2oEbg3Y21rt0aweIdtG11en76Qr+9euqifp+LyfV8TLxepdLycvJbk2utDXBrQAwsczc0H6X5y7pujiPNcb9bw1tvTrWk6PMjUiZY7c3c57l2R+mT5pR8OistmMSets0kklI12v1DPo6fh25mQYrqEnzPZq8f671rJ63mHIyrdtAk00jgD+r++uv8A8Zec/bjdOa6GvBtsA7gcLia8RltzGWCWsjjxP0krA1PRlhDTTqyx6rXCGjb+J+blKzGuqAe526sQSCOVLqVuTgPpOPrS4xaY1k8N3f1Ur+pV2XDGqc20ua7cWTtaf3QfzkwcZqQAMTf4M54BcSSJD9qfBtdRk1XUEs26sj4+5sr1PpuczNxm26Cwe2wGDD/7X7y8rxqy1zQQfGPNx9o/zV12D1F3SnC5/wDN2w1w45lzU3jqQG9mls4cUb6gPZCe+vhz/wCYpuCToJ07D+9CwsunOpbdU4EeHJH3qwGAdz8BoFLRazEzrMmOBr/CE3yOvPhr8XIga0cJbW+A+5KlWhIEERr8v70pIGg0+X8Ci7R4BMWN8B9yFJtEHE6HQ/NMw7bB4HRELQOAhuCaQuBtsEKJCdh3NBSIT1iAgh0cRwB4H4BQIPnAjxR37gJb80J5HJMf5v8AemkLwWBBPcz5jT8Uxrd2APxj/wAik4tjkfH26kpi7sDPjx9+jkFytrhpB+X+9QMxqNe5IP8A1W1SJOoBIj4/+ZJibWalxjvJmP8AOalSbWDwJEydY1/8yT7nggAnXxn+AKQtc4gSCTwSJH/RclI0PpNJ8YI/76lSl/UfHMfHT8oS9R2okSPh/em31aaTOoh3n/WTh1f8oT5/7UFJA4Fu7tEpKLdgBA3a8pIorV//1eov6I/IO8XN3EGfUZuJ/wAxzFo9L6b9gxfQ9Q2De54Lp0DjPpt3Fz9jPzfcqVWb1BrfVacbKrH0xUX1lp/N3Ps9Vu3+Umb1zqFmecOrGa30iDcfdaSDrtqdWK2b/wDoLNgIi29PjlpejtNIaTrLNAAOx+SNCzMLKbbmXVUUmvZ/Pncx7QR/g/0L3bbXLQre1zy0E7wAXVnls8KaBYZivst43669G6pl3UWsByW07i11YDbGNA3+/wCjV9P6D0H6rdatwrvs2e946fTSG4LmtO17y7c91sf4d3u/kLunNbYwtePaeQVzHXOiWY1gyOn0udjPcHZTNH7fcHmymtx9T3f4aur6aEhKIsahdCUZemWnjs9BjZH27DbkUh9Hqat9RsOAB/d9301OzGZYwi57nA+e3n+ptWX0L6xYeeH0hzKxR7ZjY2Zj2gx7UbK+sPTafU3vJZUYsfscWtPH8nd/ZR4oEWeunCf+9QYTEqA8bHb+82KacVlz2NJcSPoATt7fTjd/0lK6h7Tu3xJJ0AE6/Rd7bPo/yVQo+sfS8rJpoozA99jd8mK2jtsdW/ZZud+Y1ar6mbC9xBaBO7lIRFEAVSiSCCTu8n9dqdmNiWiSG28kknX3fvH9391dSx25rHfvNafvC8/671zI6rRZO2mrFv2DGAJeCWv222X/AM07e1v821d7jHdj0O8amH/ohR9/oyTB9uF/1myEkgkpGu8B/jHxX/bsXJg+m+o1E9pkkLmWtsY8WtG5jgNR2PC9Z6t02rqWE/GsAJOrCexC4DI6PkYlr2hjgW6FsSCf5SjySrds4KkK6hxeqPxzgObYHF8h0AGDB93/AEVDA6dTU31xX6YsADGkkuM/1vzVv1dPtsY5oY0NLSHHbtJnRzfduUmdGc/a2+K62CNoO57gP3n/AJqj92ocIJGtnX9jKYDi4jR0amJXQ62p91n03GfAR7R7v5W32f8Abisdetrt+z4jTJJNpc06BrRsb/nucmusDQymmPT1GyACGge5zX/nN2oLzhvorpq0sLg57y3addP6qMBcoyo6KyAgHUO79Tr7mPdUCSzzMrsiBPHPeP8AySxPq50tmHjiyQ4vEyDP/UrbjT4+X/klPu05bswICSiI4JPkJ/uT7h5/cja2l0xTpkipiVBwRCFAhNK4KpPLfmEQoAO14crCUdq7KlvfdgRIhAJiQSAeImP+parBUHlzeI18Z/gkVAoZME7jzrBJ/ghkkzrIGsEngc/mozpJnx04PH3qDmnt8dGu/wDJILwihvlJ+B8uS1OGgR4+M/3ORPTf/fBIUXVv1015+lP/AFTUE2jI8Z04JBj/AKQeokSNI1MEaCP+oRdtjfogieTDf/MU+5/cSPMEf+SSSjPOhcO8DX+Lk2s6gfEiPysU9w7sb4CP9rWpB9cfRj5j4+KCmEjxH4f+RSRP0Z1h34pJUq3/1u1daa2GwC25zpY4Abj/ACRuc3f6e76bGqhTlYbcut2PiX2dSyGt9TcdjwIDWwLnfzP/ABX6NbbW3OomuxxaRLdsSR47wFndRwm5WO9uLW31HEB19wJsa38/0rfdZvb/AINZ9Vv+P7G6De3fp/3Tcw8INyn5hIqybWtbZUxsNhs/SDv5z6f843Yrr2CwenY2QeSNBp/0lznTsvqtGSa8oOyaWN9MVB4e+Gks9drntY+xz3D97et/Dy6MpjnUuJ9NxY9jxDmuH5r2/SUkCDpt5seSJGu/iOiUsfrBDgSPaeAPkpNJM6bYMCe48U6yMz63/VzCyrMPKzWV31GLGkEgH93c0H3KUBit0MnDw76H1ZFVbqnwbAQADB3e4rOt6N0ez0Q0FlLXFpa0nbYCI9F753+m13u2fQRKfrN9W8sFtfUcd4Oha54b/wCfNqybcDLvyPSwtllTjAvZa1zdp/O2Nd9JNmDekQV8DvcjFs5f1PwMvJcLawzDBYWV0/o9Gj+at2/pH7nfRd6nsVl31V6O59DhW9rccz6Zse5r2ge2u1r3O3Ma73LWFIbsJEuYNod+VS7pCAH2oM5Hq8f9bOh9OwOjOfh1GrdkB72hzi2Xhwd7Cdq6Lprt/T8V3jSz/qVQ+uzd3QLj+6+s/wDSDf8Avyu9J/5Lwz40s/IopipH6Mt3hiT+9L8m8OEkhwknMKlWzen0ZjfcNtgENsHKzvrB1N+KfSouDLW1+o5mskF21v0f7S55v116k3rVGHsea5DXscwbXNMfpN8epu19iBqWhFskYSAEgQHTu6L1mtxDGV3N7OD9sj+U1zUC3pX1gDYrorB7Hduj8i6+dAddVEvjtHjMBM9nGP0U+9kPZ89zfq/1TCaMzJPDuGwee0fuqlVg3WmxttZpY14dbaYhgdo0Pdp+Y3cvT/pg6NcOPFUsnonT8gl1jAx5/Or9uvj+65OIN2Pp0XRzCuGXfU7tHoedhUYtOJQL3VSGMvsYWMc537s/mrc2gcwFlvwM1+Vh78htuLiu3nQh5IG1shvs7rU08PwRjruxzrSlbmt76+QT7j4FOknrGMu/dj4lL366Dy1UkyB81MTu8B56qMumC2PNEKiQmrgUbgiVGWR3Gig4JVGHR4oDQpOoSlMZ7cpyASPJMU5awIcRBj4QglsaxB+H+1FLNTERzrKb09e33IFcChLBrDfIw0/+SScNA2CCO8OH5CiGoxEg+EhR9M/yY76R/FD6Lr8Ue54MB0meCT4/ympvUdy10gf1f/MXIhrd2ieOSPyJix/hM8mf/JBBOi3qPgwNR5GPwJS3S6CB5cz/ANSm2OA+ifhDTM/1dqbaZBgx8CI/6SSmW2TrWNOElHXiTu+LoSQS/wD/1+zYLLq2V3NcKoApcwcfue52x39VSZsHq+u61tRlgGri5w/q/n/yWMUq6LaGtDnb79vve1p2uj6B2k/m/n+9UsCzI2VW5P6Kx7PV3ToGk7/Up02fR+nT/hGfTWWdD6rOtd/tdDcGj+xnbj+rVc5rGY+VYGnHY4tILg3bst9rm7H7f3VSozMjotYz8sG2u9xbeKffbvA9hd7vT9Ctv7n8z++tRpHsc0l9ZfDKXBph7ju3hs7mbvzN/wBBB6t1A9Ko+2Zpm207G0CCNm136IO2j6TvfYnxOx108EHqNNehc7rf1tz8at4oYaX2gfZQ9gBNbmy7Id73bPTd/N/6RefWCt5Je/c+wkl7tSTy5zlbz+pWZ1j8m582vdtceNoA+g391rWqqGQQCHBwbJ2jeQrEQRuSsIHQBr2UMb+a0gidx8B3SZW9rQ5ri1vcscB+RyOKQ/ZB9pEhzfBExq6nMruLfeWwQYImYPtTuJbw2U2PmdVpj7P1LJo26nbY4AfH3K7T9cPrPQYZnutaO9rGO/K3esex9hJE7Ru9sAwCZjhQ3zua1jXFpLdrt2+O79v0W7UtVER7PR5H116r1LGd07KFL67omxjC1wLSH/v7fpM/dXfdBdu6JgO8aWryTHrAva5plp794Xq/1adu6DheTNv3EqHJ830XkVh/w/8AuXWbwnTN4Tpw2a53cjq/1eo6pezINpptazZvDQTEz7Sfocq3j9KxKWUhzBbbQ0Nbc4Dfp5q4khSeIkAXsxLJ4+c66Kn1VtrcU2VEgscHHY2TA8v5KulzRyQPioHIoHNjfvQPD1NJjxdBbidEy8vLzbC7c+gNO+xwLQXfmwt4NaOyr/bsQaNdPk0FAt61h199fAkNP+a47k33MYHzA/8AOK4wySPykf8ANdBMSewkrFf9Y6ySKmgkf1ifyBAf1nqNn81VZHkwN/8APiaeZh0s+X/oSRy8+tDzehExryk57G/ScG/EgflXK2ZPV3zMtB/fs/761AdXmO1syGM/qgu/6vcmHmu0ftK8cr3l9geqfn4TPpXMHwM/kQXdZ6eP8JPwBXLuxWc2ZFjv6vtH4QmOPinkvePNxTTzMj2C8ctHxL0563gDlzh/ZKX7Z6ef8IR8QVyrsXB/0Z/zv9iGcTB7MI+Dv9iH3iXcfYn7vHx+17FufhWfQuYT4Ex/1SJPDh8QVxJxaPzX2sPaHKdN/UMZw+zZLnEnSt45/wA32pwzXvX0QcHY/a92DInxSWDX9YrKcZrLq22ZJn6DgWafvbNypX9d6ndIbYygeDBr/nHcpjljQ3vswjBOzs9VCFZfQz6drG/FwC4u2/IsBNuVYfHuP/BDYsNnXumWZDccG8ve/wBMHRomduuxATlK+GOy44hGuKW76Wc/B/7kVf54/vTfbcM8ZFX+e3+9cUKafGz/ALcKf06vF/8An/3hN9w9gu9ody9sLqXfRsY74OBU+dRqFxLa2dnOH+Yf++IjawNfUdPyH/UbEvcPb8Ve14vYkJLlW2WjQXPHwJ/9KKYvyG8ZFv8Anwh7ngr2j3emSXOjOywCPXfrp9IH8SEkfcHYq9sv/9Ds2jOrts/Rsua6SNp2mI2+5m/YqvTvt/pVYl0BtYNTmPc07TWZbsrc2vfvr+j71PGoDnt3Fh3TsftNjj4++ra5v9WxNbj0NBpcbLsywkl7xLoH0C6Wf9R7FmA6b9e7oVrVdOzbuDaMfJy8gltdLt1IJFY9o9tjgP8AhPcvO+sdYt6lkuvuc51bRtYCdQ2ILtv7zkf60/WOzIbX05pBbQSyy0H+dc3Rvf6DP+rXOC4ucQD72AhvMT5/1VPjx6A/y81hlVhOWjaAfeCNu8cEcaH8x238xydldjo9gc5gDfUEt3N/lNkf9Qh0WywFuhPIYJ/z2wibi4aAgO8Tpp5fSUhtaKLKtjpJ0n4ASY2/mpg/7O41ukAOJbIJaWk7/pfR/OU2gN1nU8qbHaxJ8k21wCNuPTl3sqHt9VzWzrLZPLmq/wBV6Rh4XpuqvtsD9LG3aGWj6TQ1V95jUx4FQLZeLCXPdEAvcXQPLdKFnvoqgjp0LSG7WTA08dO4XqH1Tdu6BjHwLx9zivNHOYQA/wAR94Oi9I+p7p6DWP3bLP8Aqi5Nnv8ARdL+ZP8Afj+UnZdfXVAeTJ8AT+RBflAnR5aPJp/is7Isdbc5+sE6a9gh7D4KtLPI6DYKjgjuTq6D8sf6R/8A0R/FCflVH85x+Lv7lT2HwAS2nxURnI7sgxRCd11J5BnxBP8A5FCe+k87j84P3t2KBHmokNHJQXiI8VOGK76VO/8ArFzv+qcVEvqb9Gmtv9kfxTHb8VEx2CaVwiGf2iwaAwPAaf8AUoTrnnkpz8EJ7w0SSPvQSAOyi5x8VAk90M5LS6A4JF3g77gkmmR+KiR5qJDzxuPyKi4O7g/eB/FFTIgdyou2hCeWj6RA+LgoOy8Rn0rax5bgnCJOwKCR3SlwGsrL651n9l4TrW6X3Syj/wBGPH9VaLb8Z1T7vUb6NWttgMho51Xn31i6p+1M91zJGPX7KGn90d/6z1Z5bCZz9Q9MdT/3rBnyiEND6paBvfVfqd5zyy5xe206g+K7XdpwF5XTZZU/fWYIVw9a6iQAbCQONf8AyKtZeX45WCA1cXMcMalZfQbrC4+m0DzXGX4b8Lrpc7VrLhZ5Q471Qb1jqDfovPxkqdfUbbyftBJf2J7hLHglC9QQRSZ5ozrQgg297j3OPtgSFaG/wC8yuzMtlxLbXxyPcf7046n1E/4Rx/tO/wDJJv3U/vJ+8jsX05u7wCM35LyodSzzzYYnmT/eugxPq99ZcpjbA2GWDdW42aOB/Ob702XLiPzTAXxzmXywJe5EeLfv/wBqclo/Ob9/+1chX9TfrDYYLmg+biqOf9VPrJiO3W1tOPuDfWadwEmJcPpNTBhxn/KBcckx/ky93vZP02feP/JJLiMH6qZWXRk2jKrDsZrnlmwyQGl3+dokl7eO69z/AJpVxZP83/zg/wD/0evpdkvf6V9+yzHeTWK6mQWBoHrtad/0tzly/wBcutPw8x2BRc57r62g+oXB9ck79wdt99v/AFCv9b+s2L0zELxW45ZG2htkNJMe+zbUfbX9H+uvPje/Ksfk3v8AUssJNlj9fcTubu/da5UMMDL1SHpvTxb2Q8JoaGlBwLg18FpBc0eBaY0/O/NRKvTdo2wPIAIYOYA+l7/3Z/fQRVteSWuLTua9rDDhPua791PY5wPJcGNIre4jcJ/c2fQ/qqyxW2WuDhDyXNHmfyKbQ1o9ggcwFXDyXguMGJJI5lSDxPie3+5NIXAp9zufuTGzQ+PGhQySXBrQYkA6Tz29u5N6o27mlj3T/MOaS8gHY6TPt/zEKTaR1nZ3tiDwYAP7yVdu/ggnuGS78YY1O0jcC3VpHtI+k0tPJPsUnvIkoHyVr3QPuduIPLXARu18fow1i9H+q2UynoDwXAP9Vwa2dfcAeF5y4tJBIDj2JAKk6/IaS5hiOdTI4TZxMttNCF8ZREZRlepjLT+q+mh4iSdPPRMcigc2NHxc0LzVufZYPpGe4JKibifphv3T+VQfdT1K/wB2PR9Fs6n0+v6WTW34vH96rv690kf9qq3eTSXf9TK4H1X7dIB8AAovue4bGOPqHiE4cqO6PeAe5d9Y+kj/AApJ/k1vP/fUF/1n6eOBa74NA/6ty4cXnd7pluhkyPvTiyqSANrv9e6d90h4o997B/1sxPzKrP7RYPyFyBZ9bgOMb4F1n9zFzLbGvaGwTOsAxP8A5JqnuZOmgb7jJJ47+5L7tjHRXvSOzt2fW+6YZRVMTBLiY+9qxsz67dRuf6dVVbdY0aTr/acVm33/AKKzIOjrfaz+qPoq59Seju6n1lri0urxh6p8C7/Bhx/d3e5SexihEylEHh/Ni97JKYjGVX18HbwWfXG3cG4+0sgO9tY5G4QXH91WH4f1xc4NcTWCYLt7AB/mbl3bWipgaxoiNdv/AH1AvjQjWe6qTy8IsQgP8FsAWdZSPmXjLPq99aCJsymCf+Ed/wB9Yhn6q9YI3WZbT4gb3H/pOau0Jhgf242/+RVfcLDtP0Zgt7n+v+6o5c1kG1D/AAQvjhid7P1eQb9VLHmRmFw1DnNbAn933EpWfU9u2ftVpPeA0f8AfVt9S6707CJb9O8CAxnH9V7vorn8j6zdQu/my2hvcNEmP6x9yfCXNzoiVDuREKl92joY2e1yK/8AzWqYw1233PqJkiYH9oNVXL+r3TqRsrBL3+1h3cAfSP8A5kk85josyHWuLoj3ETOukIbqnbA7YTv4lxnx3aqaPu3ZzX5bLCcRFDD9Tup/QsdtTRUybHGN3Yeb/wCQ1Eq6RRS3aaxZ3c6BuM/6/mqo+26skMeQAeJRaeq3McRYfaNBP96cRmI0nxIEsIlrj4GWRiUtOjWmOwGv9VU7sFjt4doXgCB+bHZqu25jLSC9sEaD/wAluQb5DS4GWp0DMUDYW5BA2QBTz2RVZTaa7e3B8Qi0MHPI7K1mNZaPdoe3iqdDbhcG0tNjp+g0Ek/2QrYNhpEVJsPx2CT3PIXQ/VP6znpJGFlAPw3n2PdJNRP/AKK/krExq8rOu9BlNge0w8Bjjt/r7Q5zV0dX1MbjUfa+oWerS0t3MpdBAd+dL2+7+yocsoVwzP0GpZsUJk8UB9T8r6JU+q5odXq2AQ4ca+Cm5jHtLLGhzXaEHUFVul4uFg4VVGHrRG5h3Fxg/wApyuAF3kFVDOfscTI+rdYzGZOMdrC5osqkgbJ/SjcPc7cz8xyS2w3sfk5JKk+4dvxf/9Lls/Pv6tmfaLXgtA2VsaBLGjhu1kIDaWscNpcwnTceP7X5qJh42TaRWwNe4na3kO1/lM27mf1ld/5vZptp3sYDaJYGvkEcv3bT7HMUBlGOlgANkRlLWrJaQyAxsW1uZ7i1rxqwn93d7fpfyVqnpGbbRW7G3XOc0EVtAJ1/cf8ASe3+u1LoWJZj9cuxztFeMx8OeS/ja3eyB/LXQdL6y7F6tbjlgsAYHWZMENk/QbXu/ku96jnI8Qrb5if6rJCPpJO/ygf1njTXc1zg/cbGH3iJiNFJlbi3cQdrZ1jnuuvOK5lHUHm41+rbbZZcYDS1x9jrP3NjP8Go9W6Z0K/CxG9Kf6WS5sUiYF4H0nOcw/T/AJaQygk+HVBhVeLyrq63Frg4h4ja9rj2/lDcpFuQ55c6xwB5Gkz+9LGMWrV0C4WNZdZXW2JO0gun91jNN7lZs6JSwAUPFhtENFktI/lQ1A5B5rhjPk4jGBg0HPJ15Q7CA6BqFsZ/QcrDDXNtquadHbXQWn+W1ZeXiX472Ms2k2xshwIMoggndBBA20RVVZV5cyhhe8g+wNDp/tOO1rlas6Z1av0bBTcA/wCkN24ugc7PftWqzpGR0+jJY17rHVgWkM9odtH6RjHO/cUqMrGdh+q246sa0gOBhz+2yfzUDkOtAcIXDGNiTxPNBj2vcH+30/Y0O5HeHf5yUgmB7nHQBusn+qtbHofk9aeXUi2ltQkuaXsBJ9Nlr20uY76aNmdeowsr0rq66raz6gFVe+sOHtmhx+h9FO49qHFYugt4d7NUasuNbXfjwL63V7hI9RpaSPmn+yZNuM7MaxwoB2esBLJ/ceWrUp+t9t+WcjLxmmhrNtTHt9UydXu90fTWi3Mw8/o1r8O6zHrt3A0ktA3H3PqAH51j0TIjcUgREtjbyh2Oa0DV7RAME/2T+81D+zgQ5x3CYeJhsd2rW67mV1tpxH4duPkAA2Nc1pLRH8nd6izmWUwGBxO4S0NHuk9k4E1dLSBdWCu3a0h4M6gME9k2UXFraB9O0wfJo+knDd9wMQWiCSdZ+W1iB6oDbsw8fzdXwHdJBOnm0uo2h1npt0ZWIHyXqH1I6O/pHR67LG/psuLrx3aD/NN/sM+kvPvqt0o9X63TXZ/M1u9bIceNrT9H+272L2LcXCGjaOxIUPNToDGDr8xXcvGyZkabMi4NG6dPFV7Jc4urbofHgn+Sou/REuHuH5w8PNicP7zIOoKoSyXodG3GNajVACA6ZnsZ5B8Fzn1p619lJxcV8Wx+lcOQDxWtrquSMbGtywQCwTHieGtP9ped5Vrr7XWuJLnEkk8kn6Tv85P5XCJzMpaxifxRnyGMQBvIIWvdY7c6T8TopMy663wzc/xLGyPvclW1oit5I0l8Rp+63VNksspM4u97h9FwAIj86VoEAmj/AGNUGQjY/jJuM6nU0bHF2jmuYXAiCD9H93aq92cGwA1zyZ2Vt+Pf91qqstushr63QfbvOgj4J7XNpsc9tYLnNAjiNOyQxxB2181e4a3od62bE5IDXW1VtaeBJlM8B7NzTqOROv8AWb/JVSrGzMm4PkNcOJM/5rQr5x7WNAyXG0gQ0O9oEfyQkeGNai/BUeKV6FhW1xrBj1KnRIB4MKdeNfbkjHrtHoP4fxA77/pO9v8AJQPcwkM0JJM8/wCbqGojX21PG4jcAHN8ISPhWuyAD1vTd6dn1K6Zi+i/LtszXXatZT7GEH96z3WbP5X6NdDX0zpXTQX4VTMRmjBaNBJ53WEOdvWZ9XOrMfS2iwkuI9rCSBPeFtem/Ke+l1gDBo5zRB2n/Buq9zXO/wCEVbJKdkGRPYNnHDHQIjVbloU4j8fqs4eQ2wXTZkPJkSe7nfv/AMhH6kRbVVhHbYL7WjaABIBl7vYrttLKKhWwNrI1nQuP9b95Z9m93XOngNaGbTEc6H3cJpujfZkiBuBt+x32U01MDK2gNAgAeAT8ccKTtNRymBngfepPDZrWTqtqkh22MqLN5/nHBjR5kpIX/vLuE1fTu//T4/HybWWNvqI9Wp20UkOduk7HP/f3rqDiY+R1G2rFzra9oa6j0DoWOMWe233exy5YPsF7bjaXFriYJaJ7O/m1sWU2ZVONkYVuy2s72yOILQ/ef3W/9NVco9UdBrpxfsbmK+GW5rXh/a7vSsDExLmMpBbkEurdlPdvcXNl73ZDPez/AKS086q+/EFGLayr1WuZZdtd7f5Xu2e797Yq11rsXAfVS9pyaWgOEFjDYR9LX+U9Z9udTkZFNGDVY6xom4M2lgAPufZax22xj7P3HKLiPmzEDTokuqry8V/RLm3WF7hZ9pAioFogP3fTftUG9Kxukeld06t2fk2gsADDDWc2PP09j0KrqV+P1IYOQ5r8gtBc2YLAAbN38ve130FXu6b1n1rsrpR9VmQ42OBJb7nD37Pczc1yMbqtr1ondbKrsakdhs7WRk5OZh2DAa1l1bYba8iBJ2u2/uuY399U8mrPx6vRxHsc/bspDyCBtj97+Ss7HyeqY/S3G7FLrGAkGQxsg7g+387f/wAGh5H1gxTTWaw9tj4D9wBLAf5z6KBhLShdHp1Vxx6mrHXR2fQeK7HNDm9RtZt9jmlskfQ98tczcFm29IpyMS3Ly7L330MLrAdrYDfpGupjf5venxGfV8Y3rX3CrKrePQymPJDz3osqcf3Fr4uVXhONlLgPVBAJIdx9FrI/M/kJsTw9Tv2r/BSRxGqB+tj+88czrPVn4v2YZT/RILfdBdDtHNFjvetnD6U7F6YMurIY9z6hY0ObpuEw07fpbFnjqddPX7M59TWtqe7a1gbO4At9X0fo7ls9d9LqHR/tT7H+xhsZaXhjSD7tj6WfS3fRYpp60KoSo7MeMVxEniMbG7S+r3S8nMfb1nJynUMAkQQ3e2fd7f8AQsVfqHRX5v1iyMfAtbmVMLXG0uDWNkbvR3+1v0lHC6h1bpnTXCqoGi9pax1h+iHfyFRwMnLxd1tD3MdO57mtDm7h9HcP7ScBK5EVp6Y+S0kVEG/3pOyPqteK7fWyaca9hDWVuO4PBE727Z/NRD0f6v4W3JszAbWaurgRvA2lrdg3/T/eWZidRyKDY7Ic4C9271XHcS7+UGy5ioWXNvy3vLILnSNwgun8525rvpOQqRJB0Fb903EAEDUnZtYNWR1zqG172YzSC6x7SX2Bo7MYrPUem4fTbvSx8g37mzYXgVuGv0Ttc9WumUdNrLjeNzgyC4u2Q/s2pzS36SxbHVuyLDWDBeYkyQJ8/pIxlxGo6RHSv2qlHhFy1mT3/wC5VcX7S1oh1h2MAPY/nKr1SxrdmLX9Gsa/FXKdoNmS/wCjS0tZ/W/OQOhdNt611muiNzHO9S7yrb7n/wDkE+wLJ2gLLFKzQG8tHvv8X3RW4PRvtlzIvzvdryKx/ND+1/OLovUcxxa4zP0T4x/35OLKm1sZXpWAAwDwA0aqtt1Lay69+0AmNeI1lZebLxysblvYsdRqk73Bokaqk+70XeIcZLOSP5TG/wDVqs7qzLmfogX6wyPYHf1bLdrf8xUznWOIay9rHz7mY7fXfPgb3fomqHhkTtTNEADXVh9abXnpBLfoOe35jU9lx4qBY90SQY3HWACNm3+0Vv8AXcLOb+svosrxrYaDa7XdDidlYdtr/wA1YLmvro3jsR92hP8A1Sv8tHhxgXub/saueQMyegFLVVuczdEk6uKtVHG2lr53N7yo9LvrYSLGyDpAEnT91qr599dVxa8Fm7UMHP8AaapDGUpEaq48YiCa2YZGlkV6x4+CDcLHBj2jgEGfEFAecpoHpDcTqTEkfeoWHO2B5e7XSOB+HtViMarUNaU7vQ/R1sLOrqHtAa4HvqY+COLvtl0E6lYlNL9u943ubwJj5GEWrMdVcCajXB12yo5YQbI3ZMfMVwiQoDs3+oVfZnRO1w1B+SEBY4E2tDHtIhg42kfS/tOUeoZTMg7qmPOuttnh+61qFTnsYGPcNzgwMd8BP/fSjGBER3RkyCU72FOxg5ZZfUdp9o923w/fXf8ATc2nLx2OobApPudERHmvNum3brazMucDuA8Imf8AotXoWDiPfi15GK/ZfILqj9B4H5rx/wB/UOaJFEfVlwzBBB+jfvbY5+9gDobqTpGvgs6XD6w4zRWLNlWjmu0AJO5zv6iK7LsDvs+Sw4lo3FthMscB7trX/vIbS+7Ifbiv/SBobsI9u08+79/coJH82wImvo7XrHfEe3gPPf4NU8i2uip1thgN/wBYWc05NVn6yWwxm72k8/u+5V8rqNFWHZ1XqTtuHj+6ph5c782G/nfyE8E3VWT8oYjADUn0jdFn9XZ09+NlZo35mZa2nDxAdQHuDS8/1Z+kkvMsv6x5eZ1+rrWQN7qLmW1Uz7WtrcLGUt/zUlZ+7Dg3/Wb8X9Zr/ejx7ejav6r/AP/U4qz09w9M6Bg3OAiT3lW+m9Yy8S6mv7QWYzXOMFoIEj87Qv8Apqi/a6whp/RtcdpP7oPtUg4a9j28CoiARR1ZhIg2Hb6/1mnPdW2q83XF/wCk2lwrIggRuVfonWf2bY5t7R6F1e0sE7g4nX3H4bVm+09uODCtepLQC7c4n2ucB48u3pvAKrdk9yV3dO5049O6xkZOVl1j9WLTQ0PILWxt3eoNu6xG6b1MV4lxe77VZj3u9GyRIZPufZ+9tXPW1lm7fqLOYgAj+s36aAK2hpa0lrXfSAOh8nJhxgjQ6aV1pcMhBGmuvFrXE9f9ZX41HTXk378rI2lrRBaA/wClEfRs2rlaqrLy2mtpc4+A7eJ/koXpMBBk6dyrHTMl9OU6lxDTktc2p0TB/d/tpwHDE1rS0y4pC9Ojo3fVYiqt9VtWU9+jq6jq0ifYdzUPpGYzp3q1Gh1ged1fpn3B7fb5t2qy28Ytxe22y0uY42DUNbYPozvb797XLJxup/ZsnIexospuJGoDiAfolhTAZTEgRxDSui7SJBHpN07TuifbsnJz+o5OP0oPa17o9+kfS9v0FUzvqw0Utf03qNXUWH3Curc06a7/AE7PaiYnU7zh2UdOi05DSLsTaHvJh3v97d1Wz89yWRmGuqmh1dVVVdYaQ2A5paPe3fu/0n0EuOYofy0VwA69Gr1LrVufSMY0vosa0MyB6hLDs/cqP0P5ar4VDftAcWCyGlwp1h5/k6/upuqdRw8p9VWIwuLAN9sRIj6H8v3InT8mnFc4WWtoL4afUEhsfnbQWuTpWMZqNE/orbuesuKuqjndLse9mV07cZguxsgtcI/4HIG1Qzsfp+PdT9jssIvYHH1o3NmW7HFvt3aK3i/asgGkU0BrZDLg6uHTpAc53vsd/wAK71FS6jplbahrU3a/gEkkusd+8hGVyA23vXiQQQCT+IYXh14DLrNwYPbOg/ra/nILA5mjRDjoIM6qTnF9YboSOSUfGAa71X6NqE/MqTYfsRub/FB1N4oprxGHWJeul+p2Ld07pz+otrYL8ohrLL3itjageR+f73rmMLEv6z1evGrEuveBPg0fScf6rF6/j/V/Ax2tYxsbWhoIABgfe9QcySIDGN5eqbJg4eMzlsNIuO/Kzb7mMpe+6qA60YrYbP57fWs/745Eo6PkMcbnU14+8/SsLr7TPkYrYuiLaaGhlQhxHtA7x+8UqseDvc4vdrqewP5n9VVfa6flt9f3mwc3UCh+MnGb9WMa+wX57nX2iAJjaAPzWsA2LUx8LHxQG01gAcGNY+KtwOEoCf7e3gxHKTfi819cK8p/TSxnvY1wuY4jUOZ9Ks7fzPTc5eb3DMtcyllezWNDIOvkvaraWW1uY/hwIPfQ6Ly7rvSn9LzrarPoE7qT+8z82P6v5ylwkxJG/wC7a2fDIDoetfm41A+zZ72XOe1zCZNbi1xB/NBCuZbOnyzJraKahw12rgf3nu/OcodQY3MppyaBtvpZFk9yCqmNmYrXGzLrdb2HdoJ77FPrLXWxpKIWaR0NVL5ZFV1+EXBwPygn8HQ1COVQ1vtbp4QPmiZGTi2bCxv0Po8f69lVfZS0OO3Ugx8U+Isag/VadLqUfsTjLxnH21HyG0afBWarXml7zilzeA/uO30VSbmVciATrHgndn2vaQDDR9yBiTpX2lMTGOpnrX6IYXZDny0nxG3w8UTp9NFmTQy1u4mxoPmC4e3aqrGbzM8nk9yr3T2lmbQ4DQ2s4Pi4J50BA0Y9SeI6vs7Pq90Kp+6vAx2OHBbW0fwVyvHoqEV1tYB2AhVeu1W3dJzKqbBTY6t220ktDf5e9kuauPx8HNvrY3H6tU/c0NrIvfut22Pe6y9jm+pVZte1u1UMGA5YGRy8NS4dRKX+Fap5TAgCN2L3p7l+PRZHqVtdBkSJghSNVR5YNONF5xRj3ZDTj4vWA97qBY+0237mupZZXkMfuq2UYzrPz7PfsrTVXm1rqqusNJGytp3ZADy59rW23OfT+jc71qvoP9NWP9GnWsp0q/1c+vdZ97Onp8vWH0Z+Nj2HdZW1xAiSOyFldM6dmVNpysau+phljHtDmg+IaVwORdkMc3B6r1cBtJ9B7Wm5zgGGn7Q3ezG2XfRfs3rtfq3S+noeJW+z1va5zbJcZY577KtbWss/mnM+k1QcxyssEBk9wyMjQqMogx/ejOS/HnOQmNaAfvX/AM1b/mv9XP8Aysxv+2m/3JLTSVXjn+8ftZaHZ//V4VzQJMQfDxTAgeErQsf6mmQ1rgOCB7hP8sbFSfVtftmQdQ7yUYNspjSzXTyBzr2RxZS5wD6mlrToZM6/FCDdoIIl3iExcRqeRyEqtV02Wia7K26mhxMc+3vA/wA1SZ6TmD6TXvE17o2uA+k1v7rkD1KbAH7S25mm4GAQP31KpzHVltjnNg72OaAdrhohS62Tg4AGDroPGR+apvrZ6fpvDnAkOhpgg/vs3AOZ9FJjy87mWAl2lldvePz2khyhY4iwtYIbxLRE9yglLfkZN7ItybLgBAa6OB+aXD6argtAgAa9+Ezz4CNdUg4j6Ovx8EQEErhjSQ58hw4cNDKh6TbLPdJPi8klF+kAeT4KTarHay0A6a6D70rVSNtZqkhkEAhwmNO+qnVTuAsFHrMeAAHHeB/J9qJtG4gmXDQE8H+tKiKmQ5wc6mdCxp2gn+p/5mhaaa4pdTkvrY11UwS2uZGnxaj4+zc5znm08guJJPmpNaypoawzOoBkn+0hvMna0fRHb/ajuiqWawSXPaYGrQPA8InUHCjGZjj6b/c/5ouLWHOBd/N1+9/xH0AVUZTkdV6kzHoG6294rrHxMShvLwjqVHQeb2v+K7oxDcjrFrfpfoaJ++1//fF3Vtrg70627nfvdmnzQMDFr6f0/H6bin20MDPVAkbvzj/Wc5XGVBnz1Pn5lVshM5Ej7WWIEQL+xg2hkiwkl5HuM8/2VMkMaTwAhZGdh0Amy1ocNNoMkn93aqfUskvFFbIa553PLifYAJmG/nJkiIg1Vr4wnMi7o/sbdWZVfUyxkkP48o5lSa+xzyCNBxHh5qtRUw1tLBtB1I7691dY0AaCEIkmr/BUxGN0Ptc/I6p6L7GFjpa6Gv8AzYH7yB1PpWF9YemtNg2uc0ups7tJ/wC+q3m9Hws2z1LQ4O/ODXEB0fvNVirY0enWAG1gANHYJ2xGuvRbuNB5vld2Lk9Idbh5I9GwSI5D4+g6v97csG1k2OdO1xJgDwHj+8vVuu0YPWWOx7Gb6aTD7xoWu/4E/vLhurfUzqWLYbMY/aah9EfReBzq0qXDlhxGzUvFWXHPhjcbDzTie7Af5QkKBL2yNkE9zqrD6slhdXZW5rhzIULBc5rXEduD/crQPk1jHzQS9x1ACI1jnRvOg/N4U21WWRAAjRWquk5t+ja3a8SIHx9yRIQItQPZLq3NGnDlt9A6VflZdNj2H0xY0tb3MHk/yVp9D+pdrntstaXv5l3A+AXc9P6PjdOYC6NxIlx7KHJlABAZYQJ3dDrBq/ZmV6r/AE2GtwL9dJ4+ivNaKMam8ZNWZRW9xDtDaS38/b/Rtn9ncvU7K67WGu1oex30muEg/JB/ZvT/APuNV/mBQcnzw5eE4kSPGb04a/50ZMWbAchBsDhD5t9nZidOP2bJrFufVdRmMJdBLn+tiWM9n+j+ktKyvEy35gpOO+t+BTjMrseamtsrdXvdvc1v8y73M2rt/wBnYH/cev8AzQoW9J6dYzYaGsHiwbTp/Kapj8SjI2Yyu74rH70Zf1fl4OGKwcqQKsV2eHu6NXRVg+jlY2bYxt5zHuyPT3W3bNrm2D9L7PTXY/Vyq2no2NTdktzLa2kPuY7eCZJ2iw/T9P6Cj/za6V6/rbX7tuyN7oidyv42NVi1CmkEMEkAmefioea5sZsYhZkRLiuQA34pf92vxYTCRNAaVoUqSSSos7//1uYf9jk7o9P3b5jf+dPpen/bVV23c6fHv8Grm0lCGwXo8j0YZ6c7vdu+/wD8kpVehPu+W6Of7XtXNJI9EdXoLtvrnj1I02fR/BSP0dd0d+Jlc6kj2R1L0P5o2zHn4pDdJiY7LnkklPQjdOu7/XwUzOu75x/35c2kkp6UenrE+UJ6dnqn7T6mz8zZHPflcykgl6532LcNu7jXfun/AKKEPS3DdPp7u3Plvlcskmj6rvs+j17vT3ndP0fZHj/1Cqjb6p2ztnWY4lc0kiESevd/QLfT+nu9/wAPzP8AoK5/i/8As3/OBm7d63pu9HiJ/P5/O9PeuESTJfzeTf6bpH85D9uz9J0elHs47Iy+ZklBD5Qun83X6v0N1D9kb2+rs9fe2Nkepun2/RQ3fZvtD987++5fPqSrz3Py7/o7f4Tax/KPn2O//c/1X6QxfS2H05mfdu5Rl80pKaHyhrz+Y7/V+k7J2O28wsXJ/avpv27fsn+F9H+dj86d3uXgySbPceR2+Zmwf4O4+Z+gML0th27fs/8A2l8P7f8Awm5WLfThnq/T7fvbvJfO6SaNun8v5eldL5uv8v5et9o67+w9r/tW37TH6P0o3z/KWPgfszcPtvp+l33RP9leXpKTFv8Apb/oqn8n6P8Ahf8AcvsVX/NPePT+cR/BbWF+wtPQ2z5rwNJTS/wmsPo/SNfpx7IjyWfk7Pt7P2jHoSPssTt3f8N/L/dXz8koZ/Kf5f4zLi3Pkdvm/wAB+m0l8yJKowP02kvmRJJT9NpL5kSSU/TaS+ZEkVP/2VpYQ1ZCTk0yNTk3N1VTMDE5NTIzM0dERlNKRDI2NDMyM0VGV0VINDc0NzI5U0Y3MjI3MzVHUkdKRVkzWTM4NTY0MzZSVVdFRllHUw==</binary>
 <binary id="i_001.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4QAYRXhpZgAASUkqAAgAAAAAAAAAAAAAAP/sABFEdWNreQABAAQAAAAyAAD/7gAhQWRv
YmUAZMAAAAABAwAQAwMGCQAAYqUAAdcRAAKYR//bAIQACAYGBgYGCAYGCAwIBwgMDgoICAoO
EA0NDg0NEBEMDg0NDgwRDxITFBMSDxgYGhoYGCMiIiIjJycnJycnJycnJwEJCAgJCgkLCQkL
DgsNCw4RDg4ODhETDQ0ODQ0TGBEPDw8PERgWFxQUFBcWGhoYGBoaISEgISEnJycnJycnJycn
/8IAEQgC0AIXAwEiAAIRAQMRAf/EAOwAAAICAwEBAAAAAAAAAAAAAAUGAwQAAgcBCAEBAQEA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAECEAACAwABBAICAAQFBAIDAAADBAECBQASExQGERUQICEiIxYwMSQ0
NTIzJQegQUUmFxEAAgEDAgQEBAMFBQQIBQEJAQIDERIEACExQSITUTIUBWFxQiMQgZGhUmIz
JCCxckMVwYKSBtHhorJTY3M0MPCzRCXxdBbCg5M10mSEEgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAACgEwEB
AAMBAQACAgMAAQMEAgMBEQAhMUFRYXEQgSCRobEw8MFAUNHhYHCAoPH/2gAMAwEAAhEDEQAA
AECaiQWQIWtg7K8hNrpKF4FoyHlsyNL/AL6cALPFeAlZuCGgN1jBzGh+DONLshzqkZYRNpnt
AbLTZyIT7cAuxKUAGCVoGFaxEVbTdqnLnSxsqobaIACtt4gWGbXcHe2CYCKEDxz+88nTn0cj
WcrLM+gg3yE4KXOuqgvrTsaEmBnHi7nT8OanRVoqxUGAp2a9wpFAMwVsUSYD8hZCLovOjA3I
BtlKTUM50nWVAm3HMmNSagyQrkRfARNQrKZ0ioRffSQthyMRAyrDwbxxnkTSdtyETVqAkIy7
spEbLeSgumoQVRdvRFb7jGIWrMQMCtKuUrWNBXTXlWF6Ex6s+58QgEoHFK2xMNJOY49YvEtr
U5CNL2gZYmnKvp0ENIO/4SULdg1PO4xAws1cVMYHH1F0iT1NgLOxiMwQViiHY+VFzoKF0sUG
8hWFkW8jQVPAxlG+JtkE5gWTYNaQELZwYw5GeA4VnDkBrQQUjFoIb37lQrq3REcs6Hx5toe3
E8FoxieqP/Jl6VXkaUoJzIJGvLuHAz4gEpW3gMgMQtwFiYbxNd2qFYiyEkWTyc5miy/c5OlF
E+8OKE7JgyxRrw0IzmmjSoOS0RwFbRraAMpUWT60FNnNbCxaXDWxFhQAm6gcTjhMgns1C1Tu
0C/VtQFf21XKK/L6EIJrwQC2pAhXt0DncIViXGBxEItKLNOAwBUwDskxeGedEBEUEkRqep+E
7TYshWNdf0LBz/gmHjq+NnDO7gRN6Z8ad4HxN46xHfBLOnBTNTwpD2YSLZNoTybclGRbUmEt
hIRQ+c34dfUxXhbxAabGg39c+YPopKB4UwGZmFTb3cjGzJQyx2vTy8HKgM0sFxmGkKB839l+
bPqlWIbb5Wj6B2sFS5fqinl/F4mJbh4XywQBJNL6OXztS6ld2VSJflWugFexmGZnh83LLGJU
nAUw7OQ4/wBtQdl+yLVNgqgq4crnlAlaEh08lF/lHd+bHzy6gDq9NV+cMJ0gDCKNO/fOfdEY
L2DgjWyMu4rtAAptQQgAtYoNV6pgpqzeujj8421YpNylKr8z87+lE85+8KhoEPVQHixigKtg
WHCI9kEXpi6VHYjYDILNLXVCOzHTCGZhnPX1AOcni19U6g1gQD2rjbGdpk99TBhPCIbETK9+
ldNtdoyQQX+fjlBh3BLfZrJQbZBJFECsVLr0QAZmRUIZfFZiteFL0joc/a4DAl9AUW4TebvH
C1vzezg6begMXV+deHYwRYGk8BKoBMqYcjLDm9SZ8LaIjQ7oKWBwBpIWJeIEAsVXOhTjyBnN
ukjgHTFdKFflTkmFcK1Ji97cvlL6FRozMBxESWAB9ZZjB5CAnVWrDj3Mvo75xGnp/OrSgeoy
Lac6+mOJd4M005mdRz5yEr9OUfnNwOw68ljTqA/nlM7uuc65Ot0yIfAUxJreGEZrYAbbWO6o
Jpzphr5LIDcbMOPsEQNXiiYEhY2hddRWM5fJZoNwJcqGCzYilIBl0YcQ77zzki9pgdOVJEWo
j1Ipz8hEzUKVj6OMfL8B9OXvmy4n0OH46gHRuc1iKrfZedYHu5/O3SkNvHO141ZecAFrDyV8
o76VgoFusAtkixoQa/QNRQJNFYDs4y6eMc7+iHTEtxZfaMYNt61RcLXxAxYLwSRd0+uLUtkh
6augUdp4Yg4LJ7gUvBaI7+REtb2QBfI3178zK3dy+POvDrAcQ0XpHFSVWeFBgIBTQzCvGfBE
NkZbAZgQMJxsUgxALokNa3WAQvS9AFtK41gIM4ByHq/IHEYbcGBjYz4gqUufOd+dOVC9zaTp
wKb69g0FGA5tCwLJupHBpBirhu5pZRbMFZ/QLJcTxzPBCpR91uhOcWOGXWKcoDGEOLqZ2Ssf
Hh9fsr2ArwnoRZvk65RnpFSqM3ZgIWHUA/VX7AYrwRnOCEMAzT3GQ5705LnE0WzL4RYRzCeC
yaaEN68ZZ7RxVjHZg47IdRY/nwMd15Ql/UZbYcxKF+CcwJewuq52sCwBlJB+FMX24w00XjEG
g5jYwg7VMnKhMhWJ147bMrWa5YDGYgaXwafPqX9H/N65tfFK3HudmEZn3jgQ+k0RMOkeyxbO
k8vg6sD1sSOIohJ0c23kvSzn/Tef1TSzRulomHYwZS12FOIiOB88Bw3r2Yih41fQBzTuCg3p
Ut5hkckZkmYU7nlYWJN9Tn2e4rnoXuINRumJ4Vv2/ReYfCpv6HMAYumtRagnwV2Tk3VCVFfh
YR+ee7gj5fKlFRdWkJdDNQWdF4mOw7TPxVtLXMOy8VOyc6BdgOZDoyqnSCibRsX7wUt1K7Ib
yX14t0rFAD+HxBJSuDiN/ZurG1Inqg4ngYM5BOZpvhmu2poLu1xUsVkg8ybBrLq7qTDBRYIj
Z9hkG2ISCzWkJKUMgS1ANwsMkgYJz1bRXr3hBv8AJ32MiHzMQMjVszCCpFb0VghRuxrBt5MD
Ozca6enOLMRY38rWi5dgeQB4DbjdZbefhK9CNHtDs3QD2plOpN7mGZmGR0CZ57SuHuZhmZgn
Hg8RURzBQsYvYHSJGcHrDkECNkfcBsM18ukLOhqAZR4omYJRnGbESPTeQEFvKJfBndBP5d1B
qPjvZ6T1JUZYylBcnUZprKU+hLjsnO7Q8ib+xmBvwBRCcETmC1g5ELp2PQtbyKp9bZkCT5mG
ZmFexpuD7VGwXMzDMzBcolBgDNVjgBzzB+oiS5XGrB8nmISGixKDHzUOZLuVK4MMFAIfH1Nj
ciHXDoAy3h5FL6Dak8YW+ZfpVdPmnGhNXLVzRa2le4COt8v7InGzle6bTz0xilKjhQcVwuHB
x2sVF82SF5Kduen2fTnqJckqTHsgcwZnkRFNKMCeZhmZhRWnPw5sTIqwKyxh1CnrEL5a1dNd
qhI0EkCYssa00AW9vObLRTUr6laBgBkBjKPMLAxVrkBVWiogv2VRkCPyD9L/ADMpmC5GFF0t
EUOgcv7Eco2mvDgmdQUCUiOYinPPCVrN8QMQ5s5cWecN6wfTxhTa0uWN4QQdzDTb3AXY9kJ9
INyfMwE3x8ILoPXPg9irh0O8InAFuQ8aV/U8ehlleJbm1kJ5TtngeVYG6PeQiRXTnx0b0UyH
sdDcUYmRfCAi+1nPvnHq/LVIyQ3QXdvxAp2VWUAhDK+dfULto1dF1rEBkqVA2NmKhhakpCTB
qxjn0ngvfEt+xEwEZXmUzMwi0sRm/uYZmYDB1+oWVgytBjJsGiPyuQl/PSpXvrZqwCj4LpHN
DT2qQK1crhHgsoLka5aHS5Uvi0RXGoHqp2QDOweQ5zxJoU1LXKEx4Kv6KOfE3dGZVPaBW8tl
Ao5WWlOO69ClBQfoCWQr/RU0SZmJcWh9MfOPd0OmVllA5qnaNszDMzDMrWTMzAdTt2RUJa6E
mAMHleM89GJpSXMkEnRgtNftwFeL85dNxXCrtNQNrYU8L2liuWi3tMFeXBBYMgGoqh7gY44i
t4ZYpSoUvTWVY8bk64NalqSPDmsg+108sdGpj4UJrLSyiiK2sCqKLrKzdB5c7nQnZQb0CbAm
UI5mGZkYsNYsoZmYCS2DgPAbTwDmYdQXWOkCnQGcMzMIRBJRDdE0CG8ZdUBunyiBGkKZF9dP
rJ0YBtUGxUaoCjcyEsrReQ+YA9ZmXUKWoktAmKDNFkDlofZol1o5/wBiFUK1LJ1Acd54dYAL
7ClW8UpiyrP6AsVSWid8dU9pTPPZzMzDK1nDMzDMzDKlvATQvyCznuDTapEQYT89MzMPEZ6C
Gqc4hBqDMaiNtSIqQaWsFkXcZgKYXWw8Ck6Zrb5b08vBS/Jzgt3UupeIOELdiSIcl985aHaI
66EWMATGFY6I0IBT2C4LpEtVGEkpQE/P2KwKiK4pS/Qzpznqyb5kZJmYZmYZmRkmZhkcmGZk
YAybCncLRFyCfDMzDI5FUL251soxNA8NTeemZmEE4cwJbaDYyMGwKxQc4bJQ4N9B/IK4SAES
1JW9LyoW0Olcy73xMuTDKJ0WvzIuG4tvQ+J9HFGiVuASdhhFmo1tAg1HxNGn6XBX0tUiOGZm
GZmGZmGZTuGZ54Qa24wDlzCxN5QClcYaJczDBZRYCmL/AIMdeucPdZsMzMKVI0pBgqNJGR7i
gh5WsgH5M7hwtWetIOJq8spdIA64dUyo0KlOgIhSZQTcChpO2BtPbIOjHs5cCXCRCdpmwWCb
kI+nxURdKtjFcbN/dCSpbjJNI4wcRplSPagSPQRxWKmEcDe1MmCC+uxmZhpUpxkPstYKy1DB
mZhmZhlaWQHWaEIcEGKJVvBTJ83pJLF3oyyDCEhoF/ySwDCVC8PKO2CSe8SFh0PTVRsVGRcI
nhfsBeUQaGuKyUQOr9QQxudeTdiA622LI5+++mnutMjCmAob8woBilaga6VLgMzbBy2qzEmZ
hmZhGJtYWULogM0P0bxmZhg4jAT5mAYtWgJ61YeRgB6YqOTDmCQTYqBXS0PNp9oCHem5GUJt
BmGHdRbjKxm/OXJKPoTln0RwYEvQdsDRxVIJMjM/PS/9A/MX06Zzzoa8GJQh8Gkh5AA0iQwM
kRRMgr3ZhOYgJIqZVwbKMls3zMMzMKNrTAeQUW4rEBRUzMwyGbDMzACT0tCna9wFfP3dvmtZ
JtL65Tlb0DGhREWTIpjEvvfDO1nKykB4Yzqc2pCkNQJebRV/F+sOc9JV2eJOaM3qfZeUdDLn
NOoAU519W/LX0uXgZwCWCVEkVZoPTBdtRG+WDC1kV4V09wXBgyTBozMMzMNN69g0jl2ElvUG
UkuxyGZmEfu/h7mYR7+iAM1cr6gcw4D9R/Pirt7Wysp6Kmh0M0gihUsygnrPJvoI5fSOjRtc
FWRJ+XuSUqvNBZX6CdOY9cZ+a65VKXpR3mHZAbHdGojdeSzC9XVmNLRmux0RZfhspVWWOuSF
a48vXKdMEaTzF3KmDXmYZmYZmYBiVYgCSEVoGkwBQt5mGZmGZmGDbWhz7pAMwB+Z9S5GvISU
JRR5YhTTfy0uhWtCUKXXeH9tEm97OGdpVoBr7Akm8M3i9T7PxPsrPHxHd/mhTzhz17C0iiaE
DqY2wdNQHhdRz823BhHSMHaEBxXIUCIALC20UtR8x7lnBzzMMzMMzMNaVA4QWddgCTrkzMzD
MzDIJxZpzHru4oG1lxL3zN9E/JayVjAkniPwl0FfqgXsqp9EHyD3WmZOaW9aQ0CbQ8prfWOR
kzn1AyWArUupY+U/qTj6iG9RYQQzviuhVSYFg7jrbrlUkusRXFXVMaQtXYgYa8ZVa1OUGsVb
U3wthe9EFDeOSAyejeKM89Qt5lcpFBpMzMwzMwwQXThxHXx5eQX5HM+Zfpf5nUjYCs5FZHWw
kKqHztbDfFIvKTAmg69hNY7ICYdOFdH5Sd9ded9GQnHKmBHnnV+YiZYkX16MUWCCHJ78A7UB
DIAD4BgFJmEmjUPpqRlKexAstQcJFE/UP4Kwe5swzMwzMjN/NsM03rljKlszMwzMwxFelUv1
RkA6oVZrOV8q6dzNTkocyGrqhKV27nn0+NSw0L6ISx1Dl56VXgCtNQAeGniXQ0o7F17lXW0p
A2YIV1htqHzgxhCS+9OVnNNlzoQIBdg4p2wXSiY3gs6AvgRc6ClHQqmg0X9tNSS3OWEfFvF7
USr2EzMjJI5NDfNNzMzCOTMK/tO+SZmGKx9aBUtDU2fQTcfPnOndNW2PjwfAdCUF/Xfz59BB
AWTpIgc06rx8quS8RWca1eCwlnFk7T1DnXXUGipyYGuzATgu0pJT7jzJ9HcI686RC+hPnP6M
FInBTPLovQZ+ddNUiixUZQdDbvA6pe9E7D2HRKZGuWMwcEYpcIZvPTMyMkwfZIrK4fJ8GXSO
FdMiqRKwCw2qzIfNUFKopmpLAEKtI8GeyLTQhK3CTObc36LyNST8D6cSLhSgnBvSM6tHbeJd
vQWbDiRpRT6mc/oMSEvUXFK6OhNXYFY5D9O/Nne19rWxaSsHMW8ZVyBdGtlU6Ru3cQunVLfG
IDpecsw79aEkTWeOQzMwyD3Y3H3YjxeP1SiZDMZUrXBwti5bASHFA40aS0D5iJhZGvN5ShVo
QzJ9NGxEye3QbWc/492HgCvrPy9wOqAb8KckGeW1ofR/yX147Wqq/OU+pVTiZxbHMmC0XOp8
T6AWTK8QQWHkJqoTdCWygGdzArWrgUwgRHhH2cMi8atVlv5Xw7HLQJoMIxWSra02Na6uwk0q
5EQWdrhLeqQgY2LFC/iUyq3T8lvDgSR6JzYvTrLqQEXCEnSjG0/z7pyc+6upvwmcz7Ly8LNa
v2A9UygdFWpZAqG3hnUyzoPidkrqzcc8JwWyMxTkL1usuDEIOqo7hHSqLVhrXyGtpGF1RhYg
GfpbAchHVHLOd4dsKccKp1Hb52tnf1nmU4VmtqSwUWSyXeUdJBgK0RIASJlwDrzQmHSVqmyA
M3LAKiZ0Sc5bvvGuvtiE1JDLqdutcodAjxPrfKRlfuZNoxb3AIhgZNCj76UWtX1MHmQkUPU1
npBbVoXUDa6WjAtOwMRU6PSsYqlRWNbUFiQej0wRTYCgTTj0yV8K4c28Y7qxD6OC30UIQAOx
VdCs5W+RDzKuTS6ECG7NSC1jnloRWNjiKQ8YyA1yxPAql2LkBNrVsrWsTwFxvWpkbufXaYTv
yQH0DzWcSiSO3vrUqdl5uKliS+sMtaYt9NQnREc4MKAwQS9BTes7nfxpSJFJaMB1swnZCURa
ojHGBIDkODryOOLGKEia64jP14cCGiuEGivTYEo0zwJaFymwAOF8UUrnEEor5IsmUtLZSNec
nWlIKllnDDAMqlTiO3bONko6/bWe2FrI4qB4yUzSX1IWTqoRE25XkOv6Rl05codcqrzwM3LZ
nR+c9RFDSn6DdWpmEEyUVzo9yuXJ+a9LkRRZIfCxa8um0c48ioF7AOy9gH2RmgmK07QY5v0F
GJIxfSRWnuW1XaHS1tDBDkDAXCZVcKoc6PUGWKeDOsKpQGgGoWVjS8xDZWr2U4fnVuTL6S1Z
gfOxQC7uvWw+sGq4WSHVfO3BysiDFtxpC9AWjXn8z0uAOmbXAxXba4DaufdQJXlQ2DK8yC06
XzK6ZOfO0o890XjZSa7mor57iiyJGugxoFzDdVqK4Dvaj1LuSISTSS5VAEu1laLsgXy3fHI5
1inzC6WylVjKJ0iyIlc86ZyUbGZZeQxyXq8h8q9KQCi2gF9fG2RTPG0Gg0LGlXtJHb3Lod0X
pxZX+mpoisV7oBxRU+kecqiy9KBCO/DyQ7TXWVE7n/ZQhyV41DK3yhSychZqdlX+TTRF7COC
qaIWwZSDg16pskuiKkMyMreariix0Pl7yjEqFrxzIxtAtpdMFwNSNp5aPrLuWLuSoIAs1EBb
l0len0aLunI7TZROJbdv4+oCdhPC2L6nzoKY0aGxsXMXvDA1C7LzR0N+dPnhzV78RjuFdHbi
IOY0FwZ0nmB0KTnZMc5I5BSFus5xlqOc2OlX0RtKmF8A9D0uXVm4eEz1r2F0zAvB5bZLhzZ7
SGYI0GGkKyN2RJWFo00CNC6RSjRLble5ATKmWiQvLvQBYgsahOvWdUprQnxfqmxxDsSaAU9a
BOBSQu0A0Spa9NX1o5n0NKNkMyFumQpGE79kXkPrIcBnF2Adxoqic+ZSh4MIXRUM0KjWYT7P
upVv1GkoZbwBH7uwKWriwdBZFIqc0qPiuFGTlWD7CLKlwd5aCcMFkTSTeojNCoHi+QGeFUez
kgPYSmkLGkm+EeddMgFYvpVLHq8QDAipbOYvNkSOpIPgZCV/C5Y4g9HSogNwXpLwE6LCNBj1
6jkggC3oF0WRaRUXyFMMjOgxG4McvhauQgImAaPGbIcPSVPYY+KdlWxVP+aGPSKTAdyxQGnn
zcLFY3T3V38XCyE1szeOeWnFDCZzeMXq7SxnLtes/P4ZeK1w33JVAwHpEyyoGwwI6IhtBevV
RZCLtigg4CzxxiHrvMSe4SbQDI8K4tGU/owZ5/0AEUboG4Fia8MDnGPoFWFJu4x0UdFMkSBS
4OMl+k52RGwNh//aAAgBAgABBQH/AOP1/9oACAEDAAEFAf8A4/X/2gAIAQEAAQUBvGU0cEBL
Khg0bkaxHGgMiM2o8MJa58orK2YrO14oiAQ4pneJWCKDZaHLZqGAOo2xfXKOjtVLHJeD1VZZ
FAG2HQNv6YKGJsmVX+wnQ+7hhJftDW2B66a9nNJXFXNdqE68RpnpLLHRsEU2GZzKeHnFzPDC
Qa9lFqiIN9ZR5hhoUt+AdC7Vm3EFLMH4GKq8pQS6xlcMCzAXO9/bb2jS9LMUbM4+8NiGc/WP
MX0W6zdOpWdLtkqMgQ6JgZIlpsAtBet48VYPleMFei7BxVSGegflNJQc6i7Jiw0vE1lUtVkZ
sFyqxzAazDqiqf5MwXQ0qOO90OgycDF3e1I7jPJZMnwd3GaCgPR4ulpXcIrc0/T15RBwgO2R
UCr6KWSbPp9RA7M0dskndEekN9xE7tSZPivAXE288rq6Ig2F6yM7j+sYK1RDZZjbi7U6SNSg
W0VbdNLuIHyOts4XFS9frfyR0mst2lc8oxTdhXJjNzzXVCppaDhxphOupmsZfRT1rdjMz2Se
ag1olhQDwBWHnkuoks4xVoPedWbSDonBdaggm8zZTzFq28EUgT76XrSd1xcGZvSyvDTN7T4Q
0c9MCdGL+Csy0sJUKyvYuytZd1hE2i4n156SaAe93RHW0MpWeJJzJm2tCSVoSqa2e9p0VdOI
XnE7X21LGWuJlY9joqOsKjXREEzBRxoi9iEtm2PiBb4gNzRCxbFSpq2aV07r3FvkKBnRziCR
IufwhUR/0PcMvV3IYLyiOcSWBkoTPXoJ+tBwmq+cCzddW5WMYTOrlpeveezdddUNASGiYj4L
SMuZK+dW2oIQ2srVULO3NYYXc+dHSjJXLo7IVfCfIJS1DGY3yL0DyxxhGbMvTQ9eRu9REbhE
xLBGZBpnXUQTufHJlWPTMAVckTWLxn/6aQeOlpLeVZxf4MYC7OTsKx2Ukymy6QgR1g9R6ayz
sY1hpkdMBoJ6WZopDVhlNXV1eTVRW89VETp6ZVS5ghv0SYXAjFtQbueTPWYVKbB3Ku/RZu1d
vDE+XbXEUBfYnb66RWyZ/nTUWYRXSVXoyDwgBLcoNS1tPMeWKsHWLFLGFdteRn7tsgFsowST
xjVOR5K1wM5q7zL/AHbNyJW8Z6ed2M9EMDFWLR7CkHsZeoRk2lonMDF1p22NF9hxbQTW0mkt
CBtN9P1juMneD9hZkwk+65nxYwUh3FWvbhwLhCesxRaLoaA7rXbMJxkRTqDC+du1XGci9YI4
zZTQe02zS3jn28wvrtGxhYVrn8Ji1rBlShz+i6d+4rFvgrCxLJtPKkvnUfDmqo5ittUcQt9m
s/QnF8xAuH1qK1zjO62q+O5sDVkerlei6XZYk5/U/ZfekbFU7INj1MAkn2DDmxHc3QM7XW8J
aivlVWCOugZ7u+zaLNh2bHW7IJvCWietM97PgOeo1TXKygvj1zVj9goaqBZHp2porUqd5sqY
AMlLxFS2ZlPQtR4Nrf2+UvkU8O0aDK1u3mpsCilBETHHQdFaW+Klgg7L3HoxXvJfBaMDXj6S
qBuZcXiWfgTq1hGzTHrz1FYLeduONfdaKtvWNbFzU8/NyRNuNZ7DSSD+41dUbQp3uwai+SYc
69ItppKNqkzFx/CbBR7e3h+M9rX7a6+CLyFGQV+hWXrWYKpIU8uimPn2HtYaLJgrHys5+NdX
O28lMZdjH9exCYgc66lD/VjNsQWndzut1Z5gt1UR2szfMv4DkDJlRShnAWDdPS8iIqWjWgp2
uhsCg+OWEkKpLOIqf6Qp+2UO6Gw0RU6M8ncKY/8AO4lFlsZAg+7xoUmVUiLuhXtdJ0Wic1hf
D5k3AME7fd8lbPp1RJwrkNR4kKjzqfOpK8+bK1JVJ2QZwtGFyDTJ6ujj55d/V3EbXaagv1Cr
V7rZ2Yb6TM6fth3L9McxxPym5fFIEOk+mY9G+3VVhQbadjtE0c31/o+tWt5Za6Al9muZ4/rC
DlqGFStNKnczt1dsvr5OlVBVNQaYuYzICaLpPGHDFhuJNWMLQNItDszBceGTlby/OzVmGo12
C992zXcBWIy9BFX4Hqjopnbf9A2WlCISLCuKvQsCYiYcv2Bmt4+janyRQU3Y7BYOxJOzHz8L
9i0cGHtkbVo2GxSULoNUEtogXPyL2BrZwi0aIKhqZ461atWL1Wktl6VWbtitX1fafZPXtDZ0
EMmmAgacnJbz3nvZ6twS6+aT49Zx34VoouGTx83LVZ9lvMIuMtZleT5lY2UWfLxQCgo/AIzz
1PMNdaVpP64ysunn4lZPpNLye5c6H871xmrSaJBgGFlpN017DDgVodF3uAXbRo1sKigd9BPX
LsXSmGcg12Anm6SNqiu0yH4UMPtouhMb2LOzzKryoMt90di2EKoaVgvdis0H09XNGtrh0gUj
iR7FIEXarw1prPFR9qOGvcY+r+ci8FLq2t8tRXuuCi+mkMgrEbrSqakqRx6ZqlAWcXP9EXsP
J5pmCunpL/3LUa9MNXSELIRPiEDl9wld5IU2lchSv3oWmYysAqzDne51eW6mI6+YOKDUq2s0
yOyeRhsBkg98i3x6ioASuGwNyOisW9wSNm6KGzmb4R0oIb+vm5vPWm/P44t5K4Fwq8QsWbkg
hNVIkrhyVJSBtJUvkZX+1fr1BK2U2Ws0aXtoo/FWY8mk+aGTtrqCe92UHJ/ZdlngdOewNtmL
C3vZKoY3twCXF0dsnX92ckjn8M9XjDmYAA0MBfd8Muv0+HAYM4W1J1Eu/wCPvJ1b4sz3GOaH
+w9i1O/T06tq+v2t0w74sSge9pYtb7YGGgka9ZLtAD2nH1MfPSyjK/YQKfqlW++kFO2YJcHh
Z/1lEEUSHOhnJMoYOOFe6prVGxCsSYE9RvWBkFk800o0cynkIHc9yrdRw56j9XaClpcoqO3s
gFaDb5WLVJJ5zwPDVPzxmF1dcZYCzK4tLElySa/+zz4HcvsjwMo77jz9+1TNWQSh6xMScgdF
gWXX8NRa6haYORUdcye6bR/J6WKAVZoJQkybbdtZQ7HwMbMV0xyYrBiWAjrvkBpr1m8RHxD7
S6ahm7Gc9fkX1LLAVA7HsPiFTVecGx9flYpmT016GQ8x0tbnaAxpurVEUmgtmpao1SoDZalo
D0V1HPA74sEJH8L1hcLLFgjKYXU6VfqtpD6Jn8+zdpXbsiWBSmrU6y3/AI7IbZbz5H45b2ij
omj2te3Wy18sP7zB0gLDtZhtfviKERtA6tx8t1/CA+mf/YC46sFKYk5V1qEZX0170NjWOHXy
xjOupY7OTat8z/jFh2rX8VL1H/CEdLThupRu3WjohH0oUsNHTFFkGqzaSMlC/MxWN7Yc9ifg
tq8JpHQv7DveahievGlnl+8RYpWI3ZHoheZagjOU6TsUVpGLnNqM6ytitI6Cx1l1VbKevJhO
T1dgs4frVzGy+L/AtZSrIkv0/wAubWkZ3Y7TMqBXLbi/YQextBrL9iMWgAxStycukvcbn+8I
AJuPHlVJK9yp9EddiUqW1q15SLRX3hST41K/IVN+2eNp1olMiz7HJ9aPnmDimjQa2nwAyNXO
KDjpShXqcdzVp8Mw6ciH41idtS9ATQqpWKKnDOkyHyVmy1XWEOxR+1+ykdLTxgLGX8SbUAsk
pKdtri5xsiVtaqpppbSbv29KFnhrKjVyyG6F/WcQED0MsZQSEcupki2nKRGqDfEm46f4K2Qd
r569IGD9PZGzG5fKzmbtFUo9YBs0bFelRuhdHIR1BO5MXpAon5jjIrXYglJJpBIwrnx0oTat
Y5MRP40aAYVLe1oqCakYWM46HJ6Gk8/O7731zpPaMKRqCzxJRx1clq7ASXUBXp0nFu3i9VhZ
8VHZc1B6WbW3i7HQM6bNCqb3PYPgnPY9yF6rKtJCGsTMtWl6taPhWVe8/wCr9a2p189QNxNL
/wC2jtztMrVs6wYBvSxSppOODvbIzxzdn7C73sSqgQMK6z8qrCIuuCktbGgoYWBUdKxaYpVJ
izav4L19tKGFsZgIlcbRGIm93e62cLVGYWTa5g6AU9P9A2i/AE74G6XspMRaOUt1xzYEu/7N
setVUfBmHA34xxaRUzxXJmwlLNkLHs56t6uOcmlQXd7XNaJlGs2tabDm9Z7k1sP4AAa4nZDB
JsFeNQVranPZteyy2UFAlq6diMn771frLFBJVg07BWeKjWxfZEb0u+heTqtiiNpYtHrVn/8A
Q2NCFzT2GJu2Qby+WJE+Kt1DNlnImYc3OqyBgh0O5XjDAlzNad19MJhsC/CJm8nVJQJE+6Yb
wUg5YLmHTmjB71duMy/rugRxX8qXpIuMdbTP4TJYgebGCps8MB84rxVBNZhZBPFYW0aay+tG
plMFCMDd3HVgUVX5aJmv47cSdWflnww1vazNXXQDcM95RYuEZCbW2PLpXx2Wu9TZZzw2toQ1
SLrUZ2KPXpVY6Kwuesqle4svKd2vGXyMl7ySev8AfjRpLN/SlCSA2qEQ8ZJZZ10t4LUg3vNU
OvHE2TAjLGK2bmh+CkPZYNj2Z5rUmX0R1Cl+HkxPKZ5W9KeinRqMHDFb1CvvFI4dhiQGspo5
YsfdS1wfjNt1pcFcBNz8CCIFfxrr5zKt8d2c0F1HYwM7RpsX0cV+lM5ZpbNuJT8EKMNNL3RY
dje07RmybWuJavtfsa1V/fGaB/8A6HTk+/itb+/xRc3ugi0t/wCwCVGR5xswA10DgDQKlyvl
tmrWusFu64NTGUFySm3T1rWlWG+zxupKo5qw1msbuy7WKx6sqqqHbUrRjHwotdqMb5GkZkO7
niuIoUIrZBf/AMCirCSbFBFHnWKGWgVaPAogfDCqYSL/AJpNsZvXfYEXltFY4jA0qsUnWHWu
iXMWO3b2E4xCdzCgUU9pbzJT96qRtdibL1rFK0UANn8O6mfnRqe+W+XNjaZ5dgxOeiuiiiB3
nD5piu0w8i6bLy8Npess07z3uArVd09HWInXra8Yw+PSS4FQ25Rah4uORWZzaW5R4gBQMA+G
WG7YefaBoyBNTNDRM3iLwvP2M4dMczRndKNTmIIii0TE80Dd7KYV6iwsxaxCDH60IPyotkhy
dPR0Wg4OVPEJvQuWBDyyIButmnaZRy/+MYNaprNUorlGF2rC6r/E9fIk/lZNouL3xWhMvD1n
MV52JuDLT2dEcUZ8wG2yCBZOVjQzsubVtA+JQB+wbQc7AOJNa6sr+x+w1ul7xoVvp+36oD6j
ujqPUTVrU+MetJxDEi+DtKVQoyAwNx7pNu7XeJqe1PVimUuj5RCpSBu9M5A9KaQiEdIytYou
7GcVigxaDbJZpmUzlrJFqIhrTYeSdKdPPjNsfq7Acwzp2soobZtCgzvatZh0Od6qkouAMjPY
vacZQrdXUIWSHLBE9IgLqKs3rWuoQiCSY2BZ94K7klBBlcawuTpLznYZoayEfsaG8YUtaVq1
VxgvjSi1aNAXkJfwAAVh6Ki2uAo7BJhewfTt6B7AUfY/r6N/GRJDNUXDWpovTHmXICpLYbjQ
e4T5r1VAAkrNByJnQbZavDi2ReEzsoif1bEuyJtMRdHtEO0uqyTe0h8oXXZz16sF5FSKxehK
QLPuSkiSLe9wmh86BaogGLN6u88Jix+I2la7wE5RdznfIqpdcl8crtsaNG8POkXhnXN7I+L1
xWGJpWZmS93Xt2s1cR7Lnp8cUvDabicMVMW9MllQmYkta6LaFS+HJkIVaggrbbV1cqnVKvkM
MriMKS1pbv5rtdFLp/1PLEis3OIQ+uvU80ZYW3mWQ0ZJaR+s68NAZEGIdmzJtAUrO6qh1wao
1zT3A3UuYj4QNjDSXb6I1hl3OKuMbUlLfQq1qz9irc9EblCyUKo5CGVqPCSqy099L2McNCrE
h1QNVz+LRNe6itZaGxnL6Omsbxlh/Fs+KHDnDNNVmJlyl1vCbWbsAveOyZ1EL4TXqIcoKoUN
sO+w6COQnnqALS0zb4m9IvGx/wAXyTUaTfCuDGZNRvdO+S2Rr1Y2K3Xcu5lsQyhC/wDRXv3m
rfDAs8N66fbvVgBaE1ME8NZYu3Efi0fMXAu4upW1tX2JgWcD3NUxUKFkXB9By4u7TQCs7ozY
g9MLkrOZlIcTAwwFeBOsAX3EMv4mQj8GyohHXRWfBr94qbSjFQsksvZ8VBc8yRkFHfeSs3q2
hatCpLFgwVgQZb4mKM567XwzdOw2QWitfHXzzxDTAL5E67Fg46wVqE9ceM2wQVTgWeDxX7W5
tcqqkaOlqb2tkZCuOrxWQX/Ox/xfCBInmsjzoSvUt9u+ZNhvrQpO6+VD1xy1mNBt+F5moA7m
D0TJKsBrJl34reoG0KdkQE/G5glMbMpJZtyI+OKxWHDgqxXQUq+kcBFjCqcoS1qQiG8AsD9d
PWkqVYFS7bRLU1s+VhhsA2bNxwgIoi57PkZ7jGatGxHhuiItkuGPoZzcLWJWQGPFVq0RYpXj
zxy62Q8erfb8ThTMxRGitV1tFlN2pK6XGCMDBD4zOu0RrqgfU7pfbxpgJ7nqUqr7YxUZPb9y
KPewa+jQAWtFrBww4in4FS9K8VB2KOL+WsxLFRNq2dUlcYaa5l2DoMQTELLivNjVulHq5D/a
anR5cf8ALYMCLm6IWGgZPataybR7K9ux+qe5l31JU4CgRC4CaeSSKdfPd0fG16VostchlBK9
iKZ+5u5K491OzgvaFJLGpmP0jGXlUWaZDmjpMdtbcKUAFVvY1z20vkrtNT1x6kLett9f1yrH
RbMsvFUCk3xaK6s6YR3QdW8KwD9/PYzriucBYqZ0jyi2qEHfM+WxtEAVXZHeKxEWNaiUxSah
DYwpSUSbfJiZA8f2rhDdsv4vNopSbTTksihrjhjfeLpUezEErpeuyqfQxPYsyW8r1kb4zWN4
1k9AbDqTRkcVr+NwaOf2RkoYa6/YtIw+R+O1Hd50RF+MMjz1vakfs85aJZCsPPYgTF1wCXHe
UhWIOgwomlg0VxWa1CQHuSt7azkTO3leMi5oZyfhJe4ps/YYe5RiHlKiIQQpARJdyoB5zZEQ
ht57qVYZCoWzCr6l1xrGZZOMwUa3sEZUTMeNhU7m5olCdyJv8jDaNXTAdQlmCL5OB64bZvlZ
SeZYwbW9l/S9YvX8fEcm5vIbdqLYGSAYbGjJMXIaZvqpH6kWLLxtN0LGaYMpEOoBc4VqPlnN
V6YiIjhmlIrWfmOGH3R0aIF2ZmJ/n6/aZYKhNYtz2zETyTioBlghZdr3KmnUscpaKGKs4eV6
sqMMWx93Tx7Pu0Nlb6QITZ9eVBgLuNKnb01fZkhfFc/vFMkAFyFcqqF0Dpc9i3bouBar2Eqv
IInxr8TIBZZ2bBtSpStEsxm6WeeB62sMX259Ad3B38KY6Fz4Xqh9WRiGGind6u1X7D9Pievl
pitR3goxEKVp0Vb+zhZvGEBkpPWsqOslVwUknR9mFujyVBhaZJ3I4nYfRSZtV6ZJPPYV6mRH
JIt+DWKcy9S0Bx1ET0SE/X9SPQQf9ePjXCOnVUYYvP2dbZrjShxL6zlV7zPE1JqU1oTdp7FW
E9DUzv7f64vQdzKl9jyRJp0mla6NZC8JQfiNEnxxQISbhiiEQ61nfDKbQJSzZbeHFm9E6xKw
3QObnqfabRKRqZ4aouhpFG8b1SlzgIMouRWK/hHq7vcnvfpb46QErbhzAUo6sE+9iu/ZEhOy
4MhpwkPtxlKOjmExZhKznkYOHRvJde0dVV1xJKwFdl4LElamakc1zMCUAyEhoDK4Prf5Kkpe
R1JX8VF0SmehwvZqWkNrPOuApDE4cRlaAZHYblVaAyx2mCg0a0Ym/DCoK4wGta0BhTnsBm59
e+bm58Kii4wRCFqNFQ8ZrhgtyuT63NPXyk1cmsoIVDemcrVm6euQSYcOwx6nsi8L+wxDNmsH
1NXOr+ta9MzMR+2YA4n6NUY5oDWJvIyJH2FXZUcOg0DPC8ohp8a6jbKbEuiKwnm2KECBgtLn
i5gjZTGuWyNacUmDS0ETD+HaKr2rW8czujpPa1KcmfiMronPnmZlDNg7WE0jytGzouilAvgB
qqnYtUP6teEGmaANEEvZglgNzU8/EzwthaPrDYrJsWoqGzKpA8bpl8QQpMGZFW5x3cO70sjL
IHntPUI++EzLV9Q1aL5iRdBvWUNqe05GIjjhpb+b9LK9T/G60uCJiY/TKIWL5zN+45Fre6rK
jn2i9lweqbRR9pAbNBNBYbOETsetUFAiuHqCe12RaM8FRmr9ahWGMVBVaDcJArsDFkaF21OJ
DsOtrRSDdXa1bTXMj/LlV65eVTr1L+yesBz2LKEleCWgEOuHUb07MRcPbp1g6jAJXhfjkWmO
K1+MoBIMQVBhVd71pSAtQwaZg1S1MAWcejS4A1UuqCVxMBq3vMFGW5x30mkGys6ipaR7D+3X
Pf49WLpBj4F+i9r32Mfuee90/wBzLhGDZWH14pEJc4YQjir/AEpzmYDjSc1G9GtBywraW9QX
+lj+HLVreeOiGcGkQiia3zbQuQ4Z5e9B05atb1cJcIOWtWleqV7MAAyD2X10iJCCuEkDVTOv
5l3rK/HM4Yp0bzN+GgvdNKzlAmpb10dyDANU11njdyrZxttZ1LXhJhFBl9sajCKAmqtGgU0Z
s1ByWRQqYhmElbFcx5mnsHKCil/06Kxbml/xwIt2/wBE6UG3kEkmjqjiu3IIUbu6NT8H8esU
CCrO9WK4gPiGijir7DoVltt6wwNO0UVpIiPlksDm02jWGxGYIRY0OPUkir60NBvFpjjbSwRr
3kgHJYhU3yvV04WlJ+L228NzEYoAlQsUslwdLFtSyPx5N6HmO6flWxx6XAY8WqElys0klu61
Q5rw4smIaqhpgy+kcbzXGi2l5erhh2W8jQdU+F0HJvXL+GNfk1P3LzaK8vbpj8tBlhYdegf6
LLwvzFraH4JafZSXf0bGzR0QvYo6BJEi23HYy+ydoZ/HXm5Q9l2tvFzEma6Gp8siCWLOol7w
Hm7Ll4jf/UgckhNKtrCeJWC4JpYzAFqwG4+u55tUPTfst2EaZoFEPevBQj8xTVyG/XXhTMgo
yzkMdocsljptaGEbE6Ljg9R+h60zLYrlKKTnynQXCFu3aqHeEKF13vHRWLS/Bhz34WCWoGvi
izWYQ1O4uisAgqXFfujNHTcRu8sO1rjet8F/AiQYXM+zFk/2QJ0urXqm1qjORSl6n4o4u6tq
goVwoipq3vMGXtEQWIrLR2QSwKGdiKUi2XfuKLLwvTkVtfi4YpcpDjd1YvOaEQk9ANq88i06
nXHbavSkZ5kmV9WR7WfpFqnkgrbyomriHbtMETuSsFpVZFJc0s3sYzJWCjTiTetnHERJG7hu
Ndt4oyGZfNfUJn18hjUzg5uQNOgGlykWVsSo3EkzFe86Gw/A4zO5/W9ZOU+NekVMr1eNaPmp
1jQLl7dNeIFIYK8NR+K2rb83bvVueju5+SdbYy4WMw52p51EI7j3CTO0IJY5ILedcTxs+aEj
l14I9/DmhceSOP4wwHvr0r0UetaqywIWv0RchCUM00aa1QDdk0z8RnTLZK/NqGqS0qmooZ6v
kYXsXdWxCXkUvsmrehSVClZgHKdq7J1VUIQOVEExaeZ1lgenSC185O9yASmvUHwwNsH6G5P2
DXIs22MpSPY9qqcRDVVohrpICYn517uC4FI1y+tNdxhda9HeFH3K/ov8dHVevBHoawgjDH4k
dh6Bel5bqmLEKVRfRd6uCqKWf5awxND+xFFpDrHd7rBu1ebfF9Vnw872EUsY3/5f8TateMQN
WoSi6VZpexFhTcWh2MW7QvBQFcCPLdfHlqqOh7M+teyBozmSMn2GvMRl0vI7+eegRvLAoZsr
hNHQE7YniyAJKq+mXft4gCVrbMq3FkQkVofyAkFElRKtpwsvczI02Lq00WgK6TpiBj2KEvG1
tGrrYl6vHwXGI9gUKyWRfPfd73iJszAeivX+CDqUYADWDERH6aBZAnA5QzAFJd3ZtP2zlL3c
y6uQm9HWBQHVpXrNqwx8ua7fkio0AjPsCtmwvBZOKS1nivldiZiIbPFLa5mZz171JQEfEOza
sr0vX1QI6mwf/pVryuBkKy2lMcSupf1v2Kb/ABUd7C9kKx4FYp2WKKAHVIHj0zr9NnLNw52m
3tANA+p0c+WZGSkKVJlUfyAw6/P2j+dSlea9BqoK0vdyZNY8ECpLRCEbaEvOcyGtM/FHSjMM
/WeyBNUwF4D3+HJf7z9Ldf66VR3z86JXRzaL1cZ6mvZDjJf2EY6CpcVb3zVbJrcgFYZbhYY1
BT95YMEG53uprPoYt2Q0YZD5C8hvA9AMmVjo+a2i3GzUozl3DoqDUHQUdfUvarSpBXqHU8ui
6yxm8jfDE6Jb3rz3qi486SkIqByy1XjaCzA40JJHyxwdq0qzMFxMocSGGbhqBqRJz3QM56yr
xXO/qZ65/DjT7SjSaFzKeOoTV1r0hrQcCS0VAHSzBDZnZgibijYiXzur4mfiGlPN/wAJutSR
j/7AdG6wcQ6a0WvO6wwFUIXVzlj+P4nq6miEbZEvNtDliDrcZhlmgv8AXX65r+Kjdq5WJry5
XL+2ZpL52EA68zzEmVF22aJg25DIMdQ6k6o6W4xSlb7xdKFh/N6yR962RWbvlGWp2XBWH4jP
Ylts4YoRd56tKtWENex/ltFS6l8wgc++e0mk1moZ+cmPQWtebnzgYub8EI4BUCmSsgbYRahr
a0C2Yc9fAIqBWWhaMx8wqIoQTMR+pZF+jFa3PQdx8qWIf0jVWa80vaOALQe6kwK7nirgkkgH
YluW/m1swrQNBQZRBCehWUa/Fc+03tTu9RLGglTDuQzgQrxaZtA6TuMjkGdFbfbdf87TLUxq
UHdfYEO69WYm1rdbLnQK3uBJk1Jjog025lseLVO4FxP54wI+X8Z9O7ZLABQ12LmiqjbdBQow
UwT0vkV89pdggqENIYf3og6uOiwJy4zAC4q27TY77LQl1u2+JNanqOiIgVq3Fs8casoN69qk
/TQDedb8iVvJOFEtXT2ppWwqfAbWqQ6iGgjDgdOEhh7ZeWTrNO10scOj5b03ZnGXp0Ry3zFU
1vFDaqzCXGyjSuxemlndNerop5meAoabVDmLsfLGdSvRXw4+wbVlUPuDHk7ymZYghQtQtS99
pwGcQjDND8STLoNsMXCUUu2prZ9kV8k8MMahXmr01jvXcM5lI5LK5KsD8fW8UZh0L2bnZKbR
AXQPbRLJ85lC1EWFy0d9BNAm2AgU2eOAvGCCRvLfmluqCKUI/wDoSSeYeivkba7+r683cg8t
gVrwMHbwmrxLH5LESIRinQGXpeMcr+fxYvWWkl6uXpdVDmorZlT1uw9LDmlZtW/zu8bH3dNl
Vbt0YFchRiONihdbL9kYuTeordVpu+iq/a5FTaeY0mSKT42NeO+TO7FA+Inm6TekUShCBWcS
dZ0371AKz8NrponzYVXFmEq34iq7f2tXs/yNE9bZydgWSzClcLzWE2RbBYFl+x+yLHKpwwqm
EAVVw/kAKL1/W1aSxplsDOSkCazWOsxptrSceJWKY4Kdw35aHBVrd0uVXtmrmWFmJiKM4s4d
3p453fFtVzx+KeQUvpoVwJMNHmkDLbe5MRBWaQVdWF5rQFgWPJqrQ1e7a9tMSYdNqh7msdHw
9BoyPYrPqSB2W9enQ2m6uNx8bUlWBHl+BWVzro14w7NBYk3YUloDdps21xFnp40K6dGh2dM7
XXc0e6G49+hJ4ZiG9kr9WfWwlqYVr3gn+HpqkeQoGheN6NB+wgteOVpUdRGHVj8zHzGYJX6+
p+rMI2MQVoEISFzEyB/PbpJPMLS94XBC4c6okAYCUhuyJK1LCiTzz4PU+l1eGuPti5qtrpIA
7Na28kNQnZIRUaZSdU+M/dGpcIE0W02VWcwWdCytrLUHgj7rqOjeljFEXjGbXN4on3ba8VYe
U8gJySnNpmpUGmRwox5Pf0UyjNaVPMqWVtNK99P1bO/4/wDw5i3X+Ar1+5X/AKX7qRQbLC15
XsokZyKUi0/I/XkJJIfyMVGEhV+K3oxYvK2Jaw7FTRPdpFxMVQK1tW9ffWqUz0kiOEnVZtyE
x35JyRIRFly1PGypDCeOS8DzA0Z7YvisZtCDDGWQt83MAFLWGS6eUowUZcMyOm5juVB8LFO9
7BkfZV9p9YObSaxTkTayYDGUyB9iA+P6g0uUla1pXnzbr/WvX8frE2myfTZ3XMSl8UZRZHKS
Wb/nop13NW0DqL4Z+L+yxFx5QoHA/wAkt2444Ak6hLXrNev51uq4dwasEHMyNCs0T97bqbTT
AAtVXjEcS0YBRgmd30RQxQhSFj2Fug071Y7VAFcODAO0dNr1RMml7gJvg/btoRKex6NyR7fs
xz73b0hRXV1WWlKCagULxn5jmtdVHyKUpWo6MvdTRWzD9Kox91yt6352z+d/hMBqwAYYoZIn
SzNQ3JU9bM/rpGLXT/y511WyYBU4LSBWf00qTcHLd37D8agmjOkVWNyIiIp27S/Q5iWZZNz5
+xsyRNI/15oiRkKussImtqudLekgRBhpzu8oo45FwkpyEgstU80TBMptFseM6XloutTunjIr
r0BxUSLldCUOmuays6kFPxNKU+pJGug5m46GTVg3av8A4AmKlNz/AC5ExaOX6/itBrMUDNWq
QTqpE1queDx+W46OXZWunfPTvWAmq5Wliu3r10FSRj/DYIaWVZuapgks9+IrPVTp5Ek7W45K
OOLt9aujEhFRcZ8wITnota6hb3KDHkef7DrP6DwC0JS9kWpEorNIXTsc855Fg/ZsLuXF4qZp
qslmuFkViqkJYP3zz3wWM2CpktTuDaKRgThMgCTNyZ46Wrej1LXJImKK98ffj+mOtotXh+5+
Ii3yn/vViEKEs/AqUqOnHX/HZYvPUweiwcuW7IZLA3A0HQf6dwe2HVWIHA02mqaQ7GtpVHSk
/rRWF2gmoOeTzMvcqSYoCKsxa/vjhe3MxMV7efaadgZ6QUWde1baQe3oHux2GbO3BNIvfRRc
Ttok8fgjVXAzQS6ztNFzSMF6p5QBEMtBosIAG2qd0Q7J1PoZi6fQO7Z31qLF4PGnTqyBM6mK
aGMktxDr8hBILH+wmItFeiPxbr5ck1v5Ie+vaYa+Y+WTAupyZ+OFYXLriLS2se0UHA5gqYgK
W/PVXqszSrOlSDc0IIR47dB1Ureiv6kH1TJaeaEw2B8RDZMOdMDQBNpp7ixe+6VRqq59a5wW
oQ1lmc7Qekz0JHUGQB1YGFd5te+RZpnW62DcdcafuILn2qWe1Y+ORFEBjLFVKd1jIEtVtRCJ
WasZoj1bA0GUEw9xhpdFxxPx0t3v7C5/EXD6eYl8U/T0OhFcixKMaterp6Y+b3qOkTExY140
RQGNWwaeVSkfZZk0lTvC+HmGV5rQaZ5ZgaD5oXV50x8/m6UW1NROWFdD/rMbuap7rGr+sWib
cTIzcGOST53LBJLWesuRIZKdlqt9LQGVhhkzo7XWehRW4kAFJVy9zkGGuYUVnO8M3IPSdJcA
nUUrEkFKwATKLRqsL1NSKLjWhdbR44Lreay2cTiDPa0V2U/qTjXQBS917PY8uJ6Ob3hahj0X
9NZouzxv+FJFItT8EpQlLyOxLDtOnRVd96ZPGj0x8gHRJZ3u2cbvYnDdd9Ugr3ybVraP1glL
W1vj624qFoNUofYRFA4f9AMWKx+IpGevWIrUp+nkNROjnjmcPTcGr6ePyh1mzvZQaWgd6KDG
nquIQuFo1jEB9nYoKVAQ0sqZpzXbB5LLYLdZewyQVny3JkN3anLGsfaujQdz3vb2cMtoo5/k
ijPu2vmTXQtlAAzGi5ZS+a2+aG3q6VfWDna9p/D6tVdn+mW0dfU1SCW54142M6pu9b58609N
ZYHVYgL3db7Fo+B+TReLpwCIYtbp/UK8iZchiweXXvbWqSLNfpUQx2/Ayiag6skE9cVAWpUO
vgMFTyvbySK9ZkwsyDMUYULMpXmpyObm+QhTLMEZI4Edmfrx3LSPWanOaaGYKoq6RGuR20Vw
G2xGzC6DF/sV40aKq49hVrRfxLqPIwoSi6+26q9KK9ujuaLLA0TMOKZ0XArfIL2Nn8aQ6WYe
8nzOGm0M8/kUaVGxa4BLHWtFSVCKoBcJRgg5dtDIQD8yla1jsE8/9DAuWOukWK6BalhDvda5
r3/QohnH+Msl7KB+Pn2iZrgvQeqlwsqIbLBGtkvyO3VdWw2AdJVLjpkKBbrmtqKiWY8Up6GW
ZH3BDwVwSABLK5oLFx2aArk1XzoHmieutob163aYiS0IcFTZUX8X2MQlpySArZohNBBLQrcE
F77LjIzXsMQeZdgpk/Gh/wB0/X51bTM9d/IrStI6g3MmOYfJVVVNcNQRY9KnoehDPPEG6K7j
a1xyLS6b1P0R1fpUw7ksIdiVXBSBW/lzuqVf3WDIKVr083wwxknTSIV7sj0Yre/JDX4mxF1Z
rZS9kG9oCo66sLsZ485ZR8R+phxHwDWb9crCnqo6jtLA6jnPbMql4TOgkgCrLDXgAL4h+xep
1a5HT4G+l38HIWmdG2d5Prrjhh6Q6shCIMzkE+TpMXpOco0NwPHCf1UbnKry1rUIC5b1Ca5W
+u/1R2F7KuCmRSC1j87dWNtQVx5TzFBav6VvW8cilIsS9qSAperq6qqDGAH5tWbctatK/itZ
r+HmZZW6K9z2lpWoBxNazeJ4E9B1qLryyZZOznl0s8xgkFCzjRuUp586DDTRETlD68kKts/L
SHrrXGJtqVCkZs+K5lZpRJc8BGYwWK+oRayTIljEXsS+0B8gswbioXkoCll1LTECVvwAlDoh
J6kaWMjmlFvsDeQO1L9dsqhqV4pW0Mki8JDHWFoPSTpnIfnxaK5IzUdSOWEmLxOl+gQjXHy1
q1jhVp+2N3qVpet4/T/P9O7/AOTO6M2YCtKU9opQmY9iHUWoS1EbwjRFHPYaxoW1jXrVd877
aga0OvQbliXBBDsL5g6KesZ4Bg9cy1IrTN1BAbeMSkmB/oXH2q3WhnqSiZH6voLDzZ6+pwoq
+4CAQCwLmiFUx6SDlqAQUMUydZZQj0QhLo2KOpOqQq3LEiRtNi/1p58CmiZKsEKKAnrRaoJY
sTZRuQowVqHTxDQc8/wnQ6PO/ZwYmGCRMzcJLN/FCwGZVH/gSf8A1uHlLrk669enWOr3638o
ptNAyNjihmeltfswxl6LYEapgYPk9yKnFKIX9EJMdWT+utqsE9byUwq5kSM+jvGaJqanUHjj
hGww1WlwH7NfR/kgytXGTcS7KoZI+SifTwba46os9OGXvQfP1F0tr0dmWEK0r1a3flQduulY
tEuHuDkRERnAsEd60CV2pgZgZER7HaLdMFCUfQv4WZOiQWxo7IEzfsSgZc4EVxzEREaMGudZ
gbYP2ucI5+bSYQJFpXMEdXUfLZ/9g2+DVCQDQSlVTI1lMipma76aGNVm3cWI1qHZhgOOGrzF
rdefXy/VG5H9mkyEWnA089fKaEuTYzCkEZwxwVrWFWyjPPpazAtZDo7jasaGdm/1QZ4yKabr
gWc4T7CCZdZbRezs/OIz6k6vVulKGO2lEJ1/6eXHQnDySBrCsGj3ahhyWBwrALE9cHcanzTr
7Zm8ttT40z41S5f7THO7VaLFjr4+E5CKhquv+pqkuOyyoxPZrWHNLnFpFuTx+e3tVJ7AgnJG
rFsRxlCqzqpJHypO+EHduYa972ws1iijYS14rVdHHIIdFFi90eeIBI28xorJEmXyNlWb1A5x
m7YnqzenfPy0sseiWUG6SxYzixVXiSTRjGboNNgHeObPm2lpAgW3692v7xEAYeNBqwtnEuZD
hIrTjhwd2pQfOp9eaFj15nR0C9eIHxPkUwmBmuI+uMp32lpP+wX7F1viPn4j55BO6z+0FL9i
YND0in8qtTB012asAVIWwdi9C61LiNXyiLNon77mKVMDb4jW5RwSNMXLa0zNVvCXt6FQ+vbt
P/Hy78t5c51eKru5kCc0Ku5+WfHzPFero43Q4ChWfIGSSD0K96q0WNp+3Aqr7BQ1D5SMCBo9
lRqz/sGTlWbyN+4VgFyvYOViIGAthZ3Hr9tLV/iyaIX3jRMnMAVtfNixcj1wHYzmnLUFqDqJ
JosU1K2Ee3zH5669YRyIfKq0owOxLT+HSUWBH+X6h71hcaPYF72rSjfw1nKRKoRWFMjQm7KI
lfsAiEwuPwekl1iJrjIlX1wFVc3QqAwPbyDDgamoXS9bzRKq3RaZdITP3FZVjH9UAsQz907a
ET6xJKJLT8aAb2KAVrUldMo9z36o7XSmyXGhKUWXcquLy8NMed7My0ru1iQddSBQn5zAUGbK
BQgx9ZpL2oKKy1LNZvbGw05QOzlhkKi7V1sJW5NFTWY6xt1mxM4lS6nRSjVP+nkCrBVKHGv+
FwCXpwtr1q+CjK/7apBzFp+KgsJ4F7VpQIM+hNU0r5d6/wAoaisVGy6WbQFnRtYxx0kZe4qq
qZgIqAC30Xe95/4PBzVGcNYQnPXA7GTnAa29fYIkBVafMWdfToIxPSSEMBakjdGSpQ5Yxxqx
DHf92HHmJ3DYwdYK1UH0kQ4+qzC49QzVd7WothettS1h0tNwZgx1XMXs0HWtqrkGUWY9c9jN
0V1oUv8AbYpLSko4JbLTHECneADcBuSXVyGA/cQIdSftWsVjnTXq/dNI39wZ5bmRxhCkDB6L
h6qx7P7JaQYwL3gAjELms9khnxlfHHZzQjY+qJ6vnmGOOHMx9974Ip18UVB+r3MAaonM9pPU
2HKRj7C2bfFWAJtSJsx6On2uf0+4UFTCRUABvveOx7utQ2c1oCMj9QUJbrr3JmeurZTGu1qX
Zf1NHTF6S2SMTiHdqqYazEjv26UJHSqENqvWM9PZjv1NedBwRDesQeVVxo0Dsr5/Xp9YhG/X
q/n/ADYUXISxYN+1Vxos4V/Exc5ssZRX5K8QNL7vuAR50d4Y7ha7YS/XACwu+HNOOt4PbpVy
8hZfG5Nqxt78WGTAVqJSjl6U0tezbLCw6tUr3KQyqfOTqe5vRhEoLn8/Wvav22d2qr7lBv5/
bEnmtn7KQoXYBl692FjyomfarbHy/TB3S1OOJGCD+eHaWvWqDVmuCVAK5WBLo57vmZ+PRklV
2L/SmNcqxLWjTDNaaFlqXy89vzk/06a9f6TSs24aSwMVLUj8xULSmRYkZVa0RQBFHNzx5l73
8l7PnvBuIizGRXKqUtqSjraUleg3/eSUEipzsX+x9zYaUVqZrQwln5Oa+ZOOBYblM5dkasb/
AF9QR3OX/wBfnLYLTIaQ2xI8/v1HuDBTyHRf0c9frOMqxlUbLTGSqKhWV/JL7DmV149a7q+/
z2AsCVdZomLEIFomVfoooI1QuKKsYmXZ5cFNEA3C/EpaERVMv/LKwUrOkKh5AASwfxWLR+Ip
Ws9VYt+vhCnlJtav4YYAoGp/LXUqWmE7/rU8mKS9z3v/AJoYaN8EC57BYqFqDnUlj+OPkOrH
bctNVeFv8M+51HfINVoqsqShfZC7DNc0cY+xYqnNFQnk9d7T6RC47Tzape+bEViHVwnFLbEn
aJVXaqEcOgbmaqrF1w16unWetWjTAUdLmiuVmmoqHRV9cj4pBpV9kAPtB1vHCNKnXx1UFn+8
FRjYhew7XhhrMCb7FkLgcsc3tQlilt+Y6omIESf1CQdyUpUdfwclRwSnfnHsa2LlDuPUFoeD
jXfJXS2T1Z2kDtVVWZWEAMWGSFFWWCxa98heVsbV0LLvZoCCYJabN+6GguIjcHZGrc2imMie
IKqlZe707TXyMGpEi0fQLkh7RGQq21DPjT2LccNUapmIHoasTb2g8V0aZKswLOaNmZbLtkc3
aoZm3sJIG4oaWVNDyl4UUYIn6/abQVIBWqxJebZfmUpPR0w+6N4MM3cCJhUqV4zqrjWv4Nyv
cCEa4uAYIU/4/wAvzF6zYzEiZGYRpJCdhB+Oz5BqT1T3fZDEAhLoJvbNFQH9UeqfLpXBm0D0
BFqFihD1joKsoJzt0p25rFzBLN5R9PcJZtbO/wCspaAr7hSlcAPfTnTpqkciivPGpDL+S9oU
011UbexUi2h6W3QGy+WArZ7RGJbWo64wgU+4Bpc+m3PY9obZuIVvEYOsrUrWhVbTztZ2btnR
Z07ZLNSYej0izy7SiDuT7JjJc/unAm39zYQq6uyq1SNXyyX9gIlSPaZK5X2jTYTp78wGjHt+
trL9ftlCgJ3K8MKhx/obudrgrkjnVaTLEFWdCLAVD1X4wTtRW/8A5Lc/ramSB67m4y2iBtuH
Wi9pBbTiwcxm0UYC0zdak2itTUZcWW7mj5H9J3oHh5twmz1oLYbwik57xERgnCCFGy9R4bWo
kzUmbVtmmetsiFa+8K8aaTl8xv2Oor42ZE1zWS0HuVOEl2rB+/8AbDDX9lMustXHMd6yLydM
4Om5ZjSACvMt1O+jmtPxksSc4yYdOrq1RXEsGW1sxla/1+qU987dX557oODG0agM+w+FzCeS
k4YRqha0GBjZFWZv0Retp/MkpFh3oWk2+LH/AO3Vit2FhKRRHuGe5U4rXgi8a3tBSKNYxxFi
17nLiiuMAyCeD7Cx4+T0GmFRBkqdLtkHUbztTytGfYQXtI1XcPHquzk+vFLcNGBXP7z/AMEJ
dQwXoL5y3dTI0dZlca4++arLWp7TWaavzPzkWfOKrWy6sdLXWr9fSRr5CqxfahVA/dPRsPIc
smoOpANWz12wmCFHExQla1s0gXTtFBw9hgpmvaR+VZ8TjS/lcJ8eNGbET41U6RmFNxrC2Lu1
jXTNceuNi9Xas2YHUNSVtTsALaJnqPUVq8t/kG1opFhlJegj0JVmtsb4CouoHMpS9OrNPGi8
eFwO+2aRAaKAWs8dDyOte2pZRW64vbTsV9bHM04oNMo73+ZV8EdfkfwA7R7JM6jVisDHVZ9s
bNFnmjbxdBpKlWLVmO2MMkbpqFTTbUAUhiv2jR9q787A5rWS9fFW372HKGgQVs8dXWdelNTQ
0TWJUkZMdeXF5tCT9F3GqOK6h8NytXso4aGaSZ7HgHJNs0ouHr43KUVIeVrZwk3LK5Z7mGCE
iEXUssmVQpK6yQFqcF8LVCAdhzWtuSAM/i1K35M/EMa8qNDJ8o9Hd0xMiqDXFXxADvnKCYHp
Z1pXAXzgJVd2/X6R7DqL7x3HiMobutreKtovPC8DVg2+rt3XEqdiSWr+FhgKQdF7cvTqsscY
gpkztaa36WMnMXrb27ORXEK0oMUOGx8vRVOXXglzR5WUtpgRzebOj9rox0/EXmALNspF8gsn
zNS3T3B1Z9iOIjDUGZwF1xkzkZR4u8fLzF0xAZz1FrZnrzJodkRCmYQHN4qMbG1NVaVvouUW
YzeWkNboXwSgsERmpq6GtwolqpVykP8A1NeJNtMXVg8LlHQvIKObFv2xzuZ662ltINKD9lop
mD9tkBmvYasVnd0aRobu23bOydAgDev2jmd69UZ2hgWcl2b8sPBsyi7kDXYWySt2wcvt+UTL
JrZwWeNQtU89UUgxKj6iRaDGiCFIaydoRPjAxNc38Qz7NNJRX8eZR7R9LCZXHzpyH39BorDj
MEUG0GgCfho9WTRf4Gon5lUXWgk1JztaN5emRc/h0ZAVqRXrR4iqgGiexaEgBnhOhquuaI7X
fz7cFHfoREZpBgbphMJnQVs9myRjV2G5VzW3rfSLrwLAxTq3w0TLzneu1BXVCPQPpP1kg9h0
Acd0kSlsWJZXDloHr+TUJP7ZRILSc0BDa2k4GctpY1F1i/YnY5lectxhzTowTFibaaZvDFlm
QI1rKzIt8mlDr6pbvZ2o1wg1wRphd2EikJakTcBGXWW+Ur81JNLXkY2LJpBWvm7DWuX2fNsk
j3ilWJoXYEWCEuENql1M8dOGUZDb5M6zaJrKwaMM1iLWWSv0CL8SReirakV8v2jNJQ2jDRdC
+bbtIA+eK7tVkK3ZTcUzvj2BmakGG3sB4KFi/JbPdfyK2t9xn25rGG7xfOHW1BY4SL54Kl0w
0oJOJGEsTQ9Mr2MFyIaGmxRTKcCP1rJKFXxRGYT1XB6GQ+M9Mtnx5wc0pSgwV0s0NYE6wwqa
NPGGFLv3KQx+qFczIX8U6g1x2aicliieMLOrymh64w20tk2sJfLpXLYFTnsS1VtCKzMAaMvw
c2FXgyyOFX2VBZecU4vZNKruUvew+K+GS62mPOjPfqMDHnX1WGLOFZtW9L5xwlJK1xc6B9kt
Uw3dMctNEcVDuLGa01jsH0p0NKq72i+4kfNMMrJhnLgFhb2z7mkcgvkD3Kt5Aa5FS8jMPVSi
Dk0nE+axopCkT1r1kDDFFgZ3ZhuXL2hehuhoMCMtQDrTELYiqKoHmFCmjamT6LFk7wq+xCOi
lThpD0CezcyJstK7K4ahUzihCwirRmpNSoc2uoGGfrSWd2k2+OOxYo388bNBsdFKt9uTacMN
djbHYRKU4PprAYBSZvUhqxl0HUo6lfZAUKohkHUFfEGHy2h6QTqlQoF1W5CMaXgC4166zprh
y73vMQLii5WRgIVNru1GHMYtpNNuuaSa7EpGKNJplU7dmUmQPseMFPmFFR6hR9NRGFWu5RFh
sJzECrVi4mNIPUNiguXoMrI9jQkl4bmBS0Lms2dYpd5QVgtblVRamsMi2hFHagVNaltogbU0
iXOJMTDZs/XO6wNBpp3185VIvYjWVRwSeK2KHc9jRFTJtliy9Giji+X6+EkPHCNCmk1z2TJe
UFMaGvzwvYM8gFPbGZqAg7rN2S5qek3qC1L0mSEtQgXbL87qREMpalxaVlrLAoYhL59ajslY
cS4B47rNAvUnznHniykSGBysbP1qaNi51LJXHUpFUZDWLFTYss9dCPqu+EPF73K8eGK0GOBg
q3FxZJmAOF1mliZ+r5dJsn8LjsqzP1Y7iozQQe1MRoWLAWkSgNfRNPhaOgNf1FRIZF8uDDTz
gyw5S9gR7LoHexNuXXc1xqsoBUsvXQ+bZmoMLJhpLX063WCsyLgl4GdVYhAe1ZmmCFpxjLUd
yc3iOviGnLTC0yQ8ENVoubfR1sJ5bD9g1FLl9p/kTddbVVpYLN9v2BPhiC2sktiUp5ThhnCB
oo0iFgFxClotQZrC1WKaDFnC5TCusQoe60RXzwDpKZNDOODlKBACoNKwSOhHTU0waxtvFeza
DqQApDU/H2PEERS6oKIdQnK5ALHJXstetkQxVa0VOm3RKVdXvZ5XJ6R4YdKVcHRyyFRuK3Zp
ai6wh1G78GfcbokKJsuJEw7uTqBLTMGWl5T7dwLkqZI17XNoY6Y2fnOHoKZlgb9mAFOaoYea
sLvWQLU7OsVZOyShTrOBAFNHQfX9SLd3QAeSV8VhYVJpno54H3dLxrt9Ll7a1oLVzTfMDDyS
ShgY97r4+SvGx6utpsGVImatRyFgMQMYgmkmk1IMlqoV9JcWe+zYCwdVoZqos2HdughSVixB
zBM3OuWDncvUtLJ6jQ/7bhaRL2VW08wmdp1AuLmjapABO8iVPe2xCYtrLLG2ndOF/X6BDl6y
nSM7d2GXFFoV2VKO+QyUbrRgOUx7NFplxcIGE0BvTJFVcXH6i2xwj8zV4q9LJY0tAsdvXYvI
XlYSk6cOjGwDCQE4yMGKGpaZEE+5VGXyq9eicnrmWi8S3PJgxcyyejTcWIE9VNSg+w6JqoLG
CSCiDnX09XljWRcHo044HW01V8OwiFbpnxTRWNwdKQbb9eNN5DYXDaBn+ZfrcnCgPBhTNUaa
zDidbPdwQbOxD4Fgsq0dDc42LgFUA13Bm0Fm3rq6L9Zs4u14mgCFW9sdYtXSaMhGEyOw5qBR
hg2a0vfjGUwuSsCM9dqkklXZhpXCq63T6zKFbfTXhPYVaDLRWxmzjENRDF+ErX7K+SsdmuZk
Bsq+EYDO+GzW+YpwWm+xFBa7B8pfKXD8keor2CsN+v7rLJ8z+emcJxXyK56ixaSSbAkdJzlm
4FkmtKqqNctvToJx8dnQbkiTq8Ru3YJBVlW9S1PrUCBZ0S0Sw5NzR9czVlstROo65OZUS3qG
ISi2HlqU9xw5VoZcAre0vLktko5fXXQa84/sJfPBurL2+6tOgjvmSurp6Tb6+alRMfWebvMx
CbNrAT0EHJKkmsZ2Nx+i2dKbOSkkYLCI8QnQtDl2nSEOEz6+F4NXiIadmA+sfxtiruVLgxGZ
qrMqlBqTBgOFLYJVxQ2uQFWWs8LINHXYotQQalYUTvXQa61fWqK8vboISqJuDLkqEVsxTjuk
Rlg8uhoDqJRX1w1aH7jk3quYNzJhsHPKgG72Y4FcF2+DB7NmcUkdT6BDilAK4F5fxhgj2NWw
cgegoOzRykqe9FdhfQ2bEIxlaQW00JQczO8fWDWPHs4HQzz5L5bKs5x3AjDVesDYuC3Jq6Jh
VSprxebUyRJlYQjMSnzpvYRj0Gx2SICNmAVLqKGI3rIB53KxKNFcxd64NhU/qmeN9TO0qBa9
b9ibDlYz+bejSAmU/Y812It8x5Rrgv52gBrJb06EzjqlTbpE30k6jjK0CMJZb92GHc1Yui2O
olgsxOhfRC2s1IeOuHLKeqiagHHWpcxiPrJhcQMFoek3c2aAmiyYSGXoYzy00xYWREOtm/ss
4immLR4ZMh6eCTseFSh1cbMUusonrF7B6lHGZclG3rK2DHbkqYpLjqPnczlMwYqZ6hFCWpxE
grnrluQ5q5BoXc0XGogHjLXPS0JlEApuoMSLR0yesNUUPNii4FRwgApnFfQA2IwNKsD8s9Ia
eCHhS3LVzKZyLY7YS3ztAi11TeQE2mglGp06Of8AV54a+PGQuvqaAVRsXpASEpe9oMRzNls8
Js2ZIcyxM+Q6bOfaitu9nngVmWeGu4sYKhppcDluajC+nChhsBR6INYWmvWuigXNXTImVcWY
xzWerVdmJkYfCVqAVEGR9pwGvtWz7xBe3TwLkIFWKkuiRMqKb+cMN1ZXTkoF4TrTupr8NryK
Y9izPJ9ijK2l13qK8xLpvtUCThC+sLkWJ66QnmhIzqUTnXBjotD+p1F3B7eqrxI2g5BQ5mXM
3HV7s6NBrD0Voh1twjOebuMr2KwJTRXCxRGrAURlMz6zdin9s6ucxjmCRGdHPMIewu7yqB6S
4qZgTiFkzB0AV4BrJdLWDE4NmtSUdosMcruJ6iK51WTXzZx3tg4+3WhL2IeTCJFa2zu9IGiC
Yzs4ls16S1Lnu9YVS9ZK7J7yeO57D57VAEI7VJ+GKmOpW9D55aa2WdxW+/NZ+66oLUAKpeC3
coBoXjRxc/KhckgpmeysCLg0pQaKooGttDHEblrE9cpqMgzMkMkRwZKMWYUbDPwSt2Its5SS
i2KZczJqaEWcU0ANqtMVqX6XOq3lRJO1psSIACkq1FWRy33ICsZcTryioyEi49F7oC0JkSvS
IrGOsYrDL6Lec06S8lkEgrC8aAc7UCxk6mefL8koF1xyD2LR+qhTQh2g3V7UIVZcp9Y66sA/
gNPRYoXJBWEHFuXDosVgC1OVt2K0SXfIK3SbQ1FkeVdaZpYr9b0tlgNogUCTNgOkCqNEKMHz
OdwahGZQm6vsWMKtHPWGAlfMrAKWe5VRO2dnsphITevXT0H2c8A+9Amjr9oysEM0B4l9QAEH
K6L5Krd3vh6ZoWxKLVH2i6uSjcyU/R1o9VkQk0ZHPkmAbJA279JqLtMtow+ra7U0yuxyTZum
1mBlQUIMk5VLFpaLzBLT8QO0GExkqmVK7cc0eWBU7Coh00tstZQ8WJZuBiZKMC1ojS1NSdAm
ftqPhW19SY0NfVoy6cA9avi/FhZjBIRjyV8PMoM80x2NHWFYiOhjWCFtRmX3aywuxZ1RMJF7
h1gChiyzNW4XrRRFVrhFtmzl08eii7mUTl03WrVz160D4ygpLnD5DJg1XE+1x7NdXY6avuMz
S9E7SrNKMErNb1JoYyWgtRRjFDXyk73Ay3wXjL2vdag5Lo3NpTb6zO1lM2mU8QhvDrVarvkL
ymVlbZeX9dFlaDLnBnzHDr9KoPtc8pdjRdDzOsVgsFkV2zXtbzKC5U5yFeaXFxTRdPfTqRhD
LBr0Zb0M3LOr7LUxUmNPXIcFqVxFCqojTOvuqiaLnaAK2K84VPVqEi/CE6bjCU8qVSMb2Z4a
fM/TbraNCQqS0Jgm/lraVn1dfNUJrMyMx/JWyAXWumxjPNi9jFHCW0yUSq6YsqvJChITDLY/
Kt1JVlOvVWHRM18hKx6GO2akSOM94INYjur8GKmmej6OkbuEKtSzxLaGWatHKEiqZn3RQQYq
VOuUgAxQk+qw1I8qM4sjmkXeLJu6cPNCiTdF3FyXztOTFsqCtqWHFNckNTmovRapCSo1v5CN
E9xmwzsdujD+mVYHyvCubr6BhZanN0sXLnttqmlugOXGhs00EvZVqW0XyioZ0d1V/ZjsWyc4
TNl9ZGnz0wm0TkN0gjFjFTOLWrpG0FM7gN5coQwXk2BKbWYRa1NBNeyJFvJa9YNVoSbNQJvr
TaEjEtNc+vIqbtPKg8Vxs+KYtho3hhO0VO4xW74Fq111iqS8Pw7ETqQxaZp1g6JiML+NBFyu
Lz3gpjMSL3XHowzbJtxfQsUSdShXqxWZ7d++5oKZt0nkTnF5BTjEYFNnD8/iIGU4o8KCwidh
tQDEyxnKJEo15EZnZACO5M6xXDagJBVnyGLlHbx4BZj5NXLbYOEY+JCzVIUdi9hEdIrrqGJe
diitJW392tCpKh9geL41dDtL5uL2l6LpMT9Rl8L68s3wWCLJCtpjZslpyQlW9UJQ107Eeyht
WpnavzK+pLhV/PvGQIZGaaYVlmalgy6Ig0sww26Gz1hp5FD4mcuCGsp+ylcrMpwRKrk0Gqpq
+DnFsBhXMqLSK1UQ70rYxW6kGKpPGYtytwLRvLslzstTSVFYdYHbzZmtgktq9tO2RjOlCJgD
JOlqOGyu5d9LHKZVXOGBfsWiI/htDVWTz7S7SBK51Rl65bMYWilfyBMHKxyjPVSgyu3FebLN
es5zIksl0LOYDQqOlg9sjRBg+rOF3xH5YUC54rtLUzloCVj/2gAIAQICBj8BP1//2gAIAQMC
Bj8BP1//2gAIAQEBBj8BJjJwMWJAOqsssprStBQXHny0qQ4skQmrDFKZLA13m7srAry4AD56
x5JYo4IVrA+RGHpE9T9y5iwdqflTRhijmSImyOPzyk/TsbOOgvu9xeiXlWDzJsbIyCwArT8t
YwmBx8WZmOLDO/krS5mFBQHxpox4ePNJkQkPl5bEWKvkogXa1mOxOm7OMUETFp53NbYXFBs4
C9INa6XGgSJsRQR6Gt8RP/iyuKdwmnA/DUWH2TNmyESNLjhvuF91ihU2oFHNqH4aGPl4744m
B/1LKmtTtw1A7cJao3qpJ58BpppImjwZqlMaBwSbD9u/uXbXDnqH1WShxII+9JFiJ048bmtq
iiglieOhjK+VB7bkVZMKNg801SEN+ygAqNuPDWRjY65EhLkQYXddu0BR/UOqIBUPw0mVAog9
y9OWf3b3F6koOkyQx1e7gRoe9Yub2+3WeTNyYbIAxJrYHqSa8OmmsvJxoWzGRe1NLkOEvkm6
I8hAab8engBvpIsdVw8mZmxBhYdLjjrVpGeV9mus2bw8dKlCrzSejj7xMjUjNC7SNtWo+n8t
SrDlNkZeaTAcvsp21VOmTudLKaqvBfhU6V+/kZuXisY3knlEGOjsATZItttP3Vr4anHuMQzF
xHbtBG7GHtVe407ddTXh+zTxx+nMThTjxYERyJmD1IDTPula0qfDhp41wjjZPZokWGqJ0E2X
dw1tqeLjfTyZAiXvRzl2P3zH2qqZGDtxYjYttqGSZiMARXwVAimyAb2r9QAW3cn6dGPBjSF+
0SFZ2EjtP0Wr4qE3pX5+GvWe4wF82Ve5FC4VY1iBFJbduqo2G13y30+dkwHO92y5RHixyDYm
oKysK0qdtuHIbam91y/bHs9tuBV5AD6iQhhIUpTctU0Jp8dYSthxw5ZZ+ii9xw3Qq0JLM3E/
DjXXt+8rTZgeXFijjUTK4IERL13B2NK7ayX9xnny/cGkJhjjY0dVW0ZDB0JsA4HWLj5anHw5
Ed27NrZE7JRguwrQk9AOniwrYEwe3GsEqMcmRwDWIUvLUpTqFB8tZEOQe/FdERhQ9RkmAPbx
ppACWp4g0HAfCX00Kx5bxMRe/cGIsvV2YY1qSzG7c/3a9vzXhsGHSKLAQHqVep5rWG30+OoM
yJYo8rLLMcmW+4hFNREAe5aq1LPXqO2psiaNZY4ZDDI0JK9zub2F+Ea0BHSK8tNm+3wIPc2j
aSJ4qGOCFOLrWoYWgi5t2PDUUjR5FXr6dKgTT+EhG4jjrwFKnWHnY2K82RPGZhk5rdxIl4qF
rwsJ6S25/PWVkZCSTZ/cIaVyI1koSoMVeCinMfADnrBKxwgR5LY3ZoBjs1FqwINzKAtXLHWL
IGByrehzJcCY3c1psEHTsvhrIw/bUGM0uIZ/cnc3XUJaOhIXd7+rbbampBPEiqMVIIEaJvsb
XdrpFBNvWtdtLh4ciY6Tw4wz2HVHC0PloyjgKgmnPWOmIrBu+zxo9QyXIp9U4I/e6qk/DUcA
7sjRZEuT7fmKNqVZmc1qXY212HL469LgREZmdP8AdWZKyQRIFFzHlcasx46knhQmSHIi/wBO
nkPTMxbtqlVNo61LcOHPWG3ZDZcT5WX7jKBcBMolCs21tLl217bmSO4ObFO0gDmNgQRbSwhq
Eb11i5XpJC8UTZOcslVSnd+3UsD5l4rrHxpH7UU6SZeThRuEhiWRK3F6Aiq06N6DnqaGIyR4
3ZeSjovqZklAtjjYXChABBoOJ1m+3vGloWLKhAcrjwtIm8skr7lqUAHM8te3LjtOj+nM3qJb
GrYhp2VoQFFtAdYOOtr1kkklCK7SHuG1xME3aqjly0mHK6Y0PqJyk8z/AMum5XsRlhGCfnXX
qwhaJpCkMw2HR5jbx5jU0ciS5OfOhRYke0M8lb0mYEFhz6Tvp0hgEnaMsmVDGq3Qhdl+6bmt
+FeWsWQsshyojOEj6iiDm9OGjnTYvfjAC2tURBwAB/LCig/d1iYrllWUntRNbFjimy9tdgAA
fNzrrGgGRK7xUuxgqpCsqNYtlhH089GXJkMfuItEPpXTtwxHzAlSTcfCv56eLBqMdmVz3grS
MU4XmnCu9ujme6GaWt1j1r3XFKR1YGg3qT+Wr5PtSvIW9CU6Fr+8r7cxaN9TFYmyMqQlZ2kN
7EAb2xEcVA3blypoPX+oVuiK2+81FNqUp48a+Gp/cHLsyKxlmP2wjr/lVa2m3JflqTEKtjuf
T4/9VdNMBsHetSibU2H7NZK42O8zUIhORLZTgAVSLd2rXavDUnclhGPjv3pZHekRdUDdlYxS
pHBqDUpTLjxs/MiMsUCxhUVDRzHHO1SvTwG2+osXMlkENWjljxxTvPcGkDZLBelbqEKfz1kS
pAoEMsc+DiXCSkNVukkFXLVBPGopw1i+3nFkmyYpDL/p9/ahhjRvtiRWDVRgTQnq17j7jkgZ
PuxmZI44gWggIFqyNXY0rtdz17Y3pxH3cJ44okUAwqtDU3U6mI57CusLGljXHwYI8iQQRSd6
QGFqsUetWY8N9hr3DuZF2N7aUlljT7bOshUkKimi7GldRTvjCHCmklkx0dJZO4LtqJG1Cw8t
AR8dS9yNfbvaY5Io0wShZ2sOxCRVIJr4j/brJzcv7UUzE42BEFBptWqrtUW+a7hx31J7hmdz
B9vcNi2wkh2YAyQo4NSbr9f6dKiXp7Uy5KAm3uu1z910qF8nz0MmN+37f7dHBA8clwSW9gZK
haUFF3+Q1lTQY6933DIGNFCyg0xYoq9PAfbJrUayUwZGzMyT+kxJptrTSx5Qf2JrC9w9yzTE
mLjHI6FHd7kr9sMVe+40501jYN2U02Rk97L87UUk3U2o5t32Gppsde/MEi9sjikVrnFpcyoD
2yGX5ag7MqwvHhkRzyTXMwjXrKKSxUOvk4cdBMxkxseWFHamzOijtrGW3tViLmG1df6h6Mvn
9oY3q42Lxi7otVUoqsIwWptrCf21niy89Cgzcx1N8Zi8ojjZiOAIqNe1TYYtbDk+9MgpAb27
PXWhdwW3/PT194nbIzu6ciVB24nEat5qAhR+e44awu6xlxPb8S6Ix9MLuGsZgCbqbfnTXuef
ZWeS6FZk6psYsOiK0DoVUF5317PkpIJfa7XbHx7aXSCKvca/63elK693yXl9TJktR+xt1PQA
ClNrn3A+OsXJTE9TkYMaJ21DbA0WDuNuNiDSu+vaMfMpIYseUTRKofuCNx2ljFPN5dK0Ur5N
Wvyco/bVPVsQXClit7IKLyUb89ZGLFjle9JjHvnyw4tVjh829zAVfRlnbtRRRTRw7KTMO4pA
QVqGZn3PMcNJhYeK8axWQwrKAv8AUCrlshhuVSrMFGw21BiJdHjJlUnyl3d8lgzyzCg3VUBA
HxGjDiTKmBjRgZWSi2xRYy0dYtvPIT1N+WoFCymT3pxirlvIHZcQMFK3Wi0kfTy1FPisf9L9
rW2BAtK1V4HsPFupQB46907jy4qzjvK7MC/YdKObm7mzEbnjrFjyv6eDFZJeyq0QyiiRgykm
6hI4cdQmKwz+6ztBe5NAspMXUKgsRvTjTXsWZkMYXTGfHKvTgEDXfmI6j4aMsTs08kGRMkCp
eCzzsh7daA7Gm528Ne343auxoMURgHdS8S3gV+qgddZmexaM52LPYkh4UmVY7WFPMrDWB7cY
myIPc8OOSYtaG/mmRnY7kBVHLQzaCLH9pj9NEvmBWR5YKux3psDx1jTy46qYBDCjQ7Du5CST
E2HkCy8dT5sIXvYzZoqygdCR2x9JAViWflr2yDImabHkhE8uLKGPQqXSRhI6D/LBpTc8a6ky
AFTDrHZjo3VHWPuqiUooftp8t9ZWApCe6e4SRYyR3dQicBjXktbhx1j+1xOLvS+44ssgG999
lSPGhGsuSaR4VDXY+FAp7N8nxJooFBtxOsfHwp1yM9696JH+zDGi1YFpGJG+/GmsFs6JsjFy
C6Y8MLLc5UkU47LeeOjC0YT0dY1SNFpEAfFRx2pdz0MeGDHdZrmTMdaSPTZoou7TdSeQ1LlZ
U39J7fFXvbMKUvWOMVANdST4UROWxPq5yqtRHNEWMGpHzG+myXyzCmQDJNFiRWksTYMczUp5
RzO3xOoz7dhQYkcQDySxpdNGnkYtKyncV8wXnrLfKkGLiEl5Gcdyd0JAjigLnfhu1PnrFlRY
8ecnuiSobKa6rLKTxRabAfnr0MaReohIrlRRm523LVlka79F/Zr2eOfEGRGzydyVWr3i1rnu
Xj/Kuof79Z2X7YI5FNmLAzmwUdg85rQUIuCg7nbXss9ohw8WUxSIouUI69QpxOy+Gj7h/wAv
zPLjyTdgRBGTtkiqLc53S7YnlrJ9tntw/ckljX3Odel5scVqVcA78qjUfs9wxFmMUsJW3rbu
CnmuuNVFa8tYeVDYom/pO9KehbzcoKg1Y1U04ceOvb4cqVjkPPLQIO0nYA7wtVeRl477017x
LCwAyZYMOK0MS0ispZ6DkAOII17BgV2kgllV2PF3AawD/eOsibupl5+XkGN+0KIkiqFsap8s
YG546PeT1+RkCkpn6AQ25WhBsQeAGp2z4YZfS0lkEJIDTsaQRdVB0R28fhrJxHeRZvcZMdZZ
rQwdlukkIVeCRqQOW417XEqyP7fjLl9xWUKrtDRWlk8uzHx17l7rDAGxJccNiRyAi0ZDrDtH
tQ0DDWVBjwdjt/dmaQdxPtR3siILTdfMNq7UGpPdn7uR1JBhNKoMopHIqkb/AL9OHh46xZ/b
YFniwMR7yG+0sjUJLyuFN4/cHyrp8aXKYzQRIYjAKKZstupZJOA81NjwprIxYsdV7mQIh2uq
yJIQ7WBqAGtBU8CdRf6d3XnWFzMZt0W2ig5CPQg/u021NHg2NDk5EzyPE9ApWG6S66o8wpRd
ez5mRJskKdqHHipH5kIIL1YU224nWEEw1BzMpO53mIqDIxDkceschwrrJwsAlpYcx4igoaI7
dtg13hE+3hr/AEuePt4gwDCi3/dMYl26lJNDzofCus7GiYLiyZi48HbFGUdxIyZObdVTvxGs
OQT1hx7X7ElGr35RAVRTtQKfy138iRoU/wBS7UGPFVFMneVQ9Rv5FNOVdRRvKcBsPKAgPH1V
EDso8vAbc9Z1HlJQDHujqHgR0QChYG8tTjyGsqGRBIk2fjxkLVLaiFd6UrQf36929skkVoj2
nyZylhYyybRSuK/Sw6hwHAaeFY+xk9mL0yKgkWEtZcxLL/4YFSR8NZeZEVEWDPlRY4LMzzZM
oFtxqBSlBTmde1ez9nuGHMZc2JQAWcAVCKtOj7pG/hpcAEDBTDZsyQCy66QkKbf3rKH4V0nu
WbRO0Wiw0hUQrEA1GFppvJdQbVHjXWfHHA2JPHKsQMQuYL6jus1gFLgrcjuNe5zRoZ1mKo2N
WnlW1qCQqtPltpMmRUaSHJVJFPRfEGNp5qeIZR8OOjjRTBpMLOJfgotjmqyAGli03pr2aTtF
gtsedvwUQvFv8ixBpqCHtWwwQywqxXeiShY6n+JBdpppC6rj5eRAjmha5YFhSStF3LD5axIa
MXVjg5TLJ/mJOJNr+F+/AbV1j5KOY2hixC0blnqJXmgaAHiFo3y17l7d2qQW4WJA1SOpmLXE
71K3g6xUpSP/AFDEs7u1QkFvPntr3FHYX2mRWXqKrCVd1NPKTQaPvWPTIgiwvT4cQDdysxCX
3bmoU6km6I5Mtcju4xopDP8A08Ef+5bbXS9uNQZ/cO0HAIcjFQGwmnlVk8dYXuGIZhBJLJPO
29trTNI1o47xxVYfDWVmicxYLSJDJGNzI1RXp/hBrqDNxsdvRZE5gGIOdipsSDwctuK7DSId
pn6o44muK3HZRaTT5ah9ufITHwZ5P6yWPz37sySlqVKClRwG1dNlRYv/AOMeRX7D0IKRN5K8
upuqnPWLD6gzzZZLx4SHpjjPlZqbAfA8ANTrOe7PCTDB2DYtwBHdZitTQ/r8tJiZztFEY2yc
ZVJa52IC3x1ooO++sZ5JIWTJaKOBEKhmanbEe1OAoWrtv46mw0jbKbEMyrjI15IkWsRRG5R1
6+G+h7jIhrj9mXr6lcM1EU04eU7Hlr3D3HJYJiY8FuSOMjuayVutrQyVJ+G3DWJi5EoGQ2NJ
NIbyzRIGvsiUWgXbg777+GsP2uKsfp2heZWqJO9kOw7YXp2UG79NSe3+6TK2ZgzK8X700H8s
Sf8Ab4/DSY3trW+6RxFre1VKxncNToW/4+Oofcfbo6ZuNG/cW4W37VxXVqNR6VB5aEefIJ8X
NXs2yGrwXbrHSgsZHFBtw17dgzx+oiXLQp7izAll6qiVCNmCk7/DbUbzydcCs3EWxlRUsx4g
lW1mSYcMkKeoxRIgBrDj2pI148WO1RXw17RmTxN25YfSQmguEwcJSnEVtO+vS4A7j+5ZJeUu
C62yG6YmmwFgoNSyQmKGVJHiucFlCRSOi1AZeQ8dE4XdCFfVs0XWhybyoiLcdnNTXgANeqSR
jmy48eBBca0eRupjcaHcj9NZ+BhoJGgw4/b4lBJvaRqyWIDxABrseGp4i7MZpMDDFBVYVFkt
WB+LUPxpr/mORpYxjSGWNYaAuZTENzzAtXhz17dgTS9xPU9csJpsgle1D9IqKUHDXt8pwnX2
3JVEmVmYxqgnXsvLXatnH56OR7fBLNiJmRlpLVaOyMdqOOHlvViNe7+4JitFkY8cio0kgjde
4We6QG4tJRh8NtZ02RjxdjLaJMgCU3xtFGjUqF6ga7jWX7ZiqrTQDKf7w+2Ku0CxL+7Qb6wP
bCGLY8cTy0pd0UFKg2iu/wBWvZ8acMJ0ye/H3PopfIytueCVGpirqe9LLIHj387VH5jQqob+
iAMx81RKdhTbfify0iopcy56yuwWlA2Tdx+qlKbayQoEJjjVcVm2MjKJpOO9KSKCK04axGgW
4JIMjLYi6yyYF1Uf+oSBuNhx1H6VElxcSeJ6QEd1eFwk7m9SrHymlOOvcPRPGZWxImijcgUk
7hjBYmg3u21iHFK9GVBLkd3eqiCKpFQa76yMM30zfcI4anYI0UAYMu2+48de9++SUcQxRxAC
txKRIx5gUJI1FhyY49NhRCZ5adLZc/WxW7iAj/l+mvcs54gs2Fl1jmCda9tI6kAXFq0/P4aO
XMTLFJjwjc0UurMxPb5cjrs9yOJ/XGVkKXB1qZlVb9wxAury1nSY720nkCxlS6+a4mxSGJNf
HUuUZqkj0yoy06lrJRTtXbWHkZRunmkhoNlLN6gEKoNBwG2v+ZexCIikdrkfUTE0jMfmW1id
wCN5sdMhqbIL7QR/xNotKpVEx5pDCpurZIArD4ldY08JF0efK8UTiqs7SyWh9xtv+uvYo/cW
EGSs2VkTQAbMyEkMLengePx16VIw1kkQaqVKokaz05bl+BPCusiK4BmzMdlrXftxRzMNv4UO
s3Ex6yZuM6ZcSK4AaSKMRgVFCtCw4nWT/wAu+w4635QLZYNtELDrC0NK/vE/lrN9hxiMidem
BRQrG2xeSrFSFo3hx0Ycjt24pfGqgFWKtcHJFeIO+/HULlV7kfrssFf3yCwbccbTThrHwMeG
MS+jkeaWvR3bOzUL8b23H6aw52LW5TSlEr00S1LgPEkkaxQ2SyFmSYql32w4RlkH8VGP6ays
6KTszwFUw0GzuxqGnYim9BU7cTppHv7WMAoKJVAWr5mqOpm56LSWpjRQ0HZHbDGOOqjrrQsw
pqfMgRz3YQAamNF7jbxsDvJ5dt99QYuG3qsuQCfJnp/LFv8AKUjl4102HFY+bI382ck9uBAP
Kd+LGmsTL9xmeQYuMckpGpQBYnAxwicgwoaazc2OIwN25O9lh6SFp3J2GwJOwAHDc6xIhk2T
5eYiytX7ZNtStafSrc/q1k+z0lRAt2dUi55YA47aWnhcR+msuGZEy4pI7Je0AyCiGOIqzbhQ
Ty+esKGQxxt7lkj1OSa/Zk5DfwtsrXWLGrhPeQGgVQCLmVaTQXMPqU1FeOpfZ5VoZS0qHet6
ijIR8l1KXubCymuf+JHJNakDdGOoPcccAxofulQK9dLXLAVpy3OlOCnckhtlCSVNZovOCDW6
u+sP3AKJhnJI7l1oCVEdFtPgy7V1gNmWpN2iMp+nZ6LZXl/M8vx1iYg7ciRTS5VzAiitKr3V
/wDEFxAHDnrDychfT4MzuI0RS9IQv2aiMEitK6kizIlaJm7iuuwdSzlUdduCkVrxrrPxophC
kORiusIWg3UNxFK3+X5DTPJLEPb/AGyJpHNw3YLbU15q0lB+eva3CO2bOuRNKtLXQZPDgPp3
NNTs1ax52Gy0NN6Rrv47Nr/mTIN73SyAwlQriiAXHgOHgeHx0mUU7c0V80UBIHX2pCFfgeB3
A317a+ZU+mMJy3ZwFWOIVKWCoarUFAprqP1DyR4cmTJBhQQFYkrH9xHK7SVFtfny1kyYyJBL
kvBjxZNL3Kymxl3r1cTceOvcooZTG0vuEi9wEGiVBJXcUYjY/wB2o1SndlugtybmRIqAz/uF
h9u6p46yYsRh2nhj9I6kLa9aMF50pQ1J17PgqDNbIb0dmp2wtryMSdyCwpU89e4LgqI/TYwk
gQJT7haUVpTcG0atksEzxSq3mVqxWgcaKKGQ1/ZrFglQzTL2VlofquAu5+WtfjpkkvRsmFY0
Ma8C0nbvD8m+4Ne4uylmU5ca9IU2XvzruBWujBiy2zrIqmu3kKPIB/uHT5XS0c0apIjAVBjJ
KkGm/HhpTA5XtOJgvLpWgQCqgDWKc5Iy9JJ5Xoopkyvd00J+liNtZrZUJmWaeVZYqVuCv2V2
2+lBqTpKIFREJttNK+Whrz5696Se+yedol7u62qipVRttXXbRpO5AWxS5U2l1G7niCNuP5ax
BdfJIxyJ3Ow+zD6fpUfvGSvHWQ3t70ecyNHJS2j+WvDxGsbDyLZq96VJj5qjhtyoJKawcV8o
rJiTqSy7uVWdoNqnatePLXvxH8zNqIYztWkIQGp5EnXt6LQSL7dHUNy3StRtpjc9Bhztcu7j
rVumvMctYWR2mZXAyzTzX0MtxtFtWPyFdRZkqelIw8jJtk80cjFOJPPqOs0zmSQzy2TM8l91
oBFpXbno+2e3EmeVxI7orExAxLFcKA7hbv18dQn2mV55WRlJejESOCKELSpoQ1Dr/wDeL3SQ
vl/+57qvU0NQE5VL13Gs7/mjGmTDhkc0E6CSsSAXdVy21t31i42NGre5e5tJl9tz9uMOe4Wa
yrW7gD4nT+pkHfxhPgykL0vM5FStOAsBG+syUTL2UwoAXJqoucmnwJBGu4iMfSRxS9/udEby
N3VKq3MqQLRz31jztE0hC3IrtUNKiVuJ/duH5aSHGisaOSXIzsh6CPrFUJc7igBFNSYmYECQ
40z4wJ3bJeQBWou9wGwry+GsPDyDWHMyO88MKX5JCqFj2JGz1Num7jr7digBT3TQKsAtUMCR
VuVOWs7G7UjQZlR6lWNY4kN5uY8pAoB1l5kF1MqSSGGZ6qLFdZB2yNy5oOIAHz1mZMrt6nIe
HAjl26Vel27fwLTUXaYmf3GVsmaNUJBZHMcaIF2Wp17L7dGyvPLIMl6k0Sr3dNNq0iKtXnr/
AJn9yVup37WPIKjaVidvCtNQqsnY7cAOT6enWVpIxqRUnYj89ZPt8kzS5MkfdcsNx6is0VLq
jatNDOwcJhLgquP7lgkEDoAF8FSRci1Hy1B/zH7LL6d4z3naNC99N2BjUg3ctLkPIsQtEmNl
NT7ZalOdNyKHU3t3u3/uUrj5JFD1Lusg/Yw1kwPN3kklui+C0pv8TzprM9uILHAmM8SUusWQ
VFlvxLdPHWTnZEAZXgSGKQnl1F1t/TfRgFblUMdjSh283CupZX+zczemEbV7SGNVWmy8fMAR
z1ljHk76pDDJEId5DVmqQRxuC7U17hPIp7r5ce4AU9tUQxhurkG+fw1je7RyCVY5JYmxQpN9
Z5GI3oKivDxG2hmTQyQZK5ET4kkptfdxCEA237UYbXuMV3XFLjz2L5uhUdfyJSmr5I/SwkCV
1fYivU4kDgc9jXjq2ERB53RIWZbqsQQ94P7qVYb/AA1GkgUy4/cJSj1RWIsJuFN7K/3alnMk
cUjPPJELapEiSMrS/wCI7ksTvrHycCer5eRju0s7dyMVBMbMjkEX8qczrGhxrF7c6GRCeCuW
ZmJa4iu51DLjiSWGQ5YkIo7NtIKgioFzcKbcte4FTL9vFgf7jXbqsgqOQ8tDtx1iZElA98RV
yAT1EVANrUrr3PMVuOJYqgbgx3vX/ta9si9zlL+pj9NJbVrpJqOrF+I8pH56VTSOOKQHeh7o
sO1OVGIP5agxplUiW6UMuzfYaN0Ffmd9ZRS1pZ5MpoEt8zlnIW0+Y9OstNlY5DbV8xCJU7/P
8JoQATIjIATQGopuRvrLDOjiIQIIhUmNlUtvd43bEajx8+kz2gSniCRvXlz1GFC9iPMic1pX
sqgJI+Ik/Zpchpn/AJLIIP8AL8wJf/FwGsR8VzVsuR5+NnZlq7hhvv0ih8dPMWQGBCt54pfu
a78DQaf1UwUxxq8xpRBXpqoHC5uWrDGaqtwlptuaWhvHbUkSpSaJ0uVlo1DlmetxPC0VpppY
VpMzR1cgnZ5EjIqduHLWbNIPvBUQPvWzuSkDqppcu7YRNFb82Vq1/LTYlTYyGOvOhFNXOWmH
pMPGikYbnuSupqCSN7RXUftkSg5E+RkLHGKL24kZ/uW03Apw56zsuSRMvOyj9l1QiRnb6d2P
SD1baUTyd2+s2W540G3Vw823DWL7NhZHXnlB7hCtKARKKS2k1UUHCvLUvtrwNiojrjmSOhT0
/maW5qbdsENXnqf/AJlVBBBBH2MCFwT9lRby4Xvbv4DXuUXuO0+VlRrK1VYhi6VYU2r1+Ovf
AwqO9j8q79paH9dLBWvqclUigUAGTt7nuPTgDIKb89e6j25I4fSwukjMdwt9X7XKvVaPh8dY
/YAaOWWRvTopMrFF/m8N1Vdtth+ekxA8ECQ43TLAPtAovca8mhbmK6x5oi3djZTGbe4Rbwov
OnhqD3DJUTLLKWCI6t3KAEnqHAud669w9oyJXjjjjM2RFFUhiqg9slBsGqATr2z22NFHpUmc
ktU9FWa4U6dhtrBneYQ0z5GRBQKB22Mmx4in6aw8fGk7Ii9JEz29IIT1LKtvDufvHWb7hkwp
3cKN4MXexJZw57jC7YElifhpFxgciX3R4ZJIjaP5lCyxk8NuBOv/AN3ExfRrFjzeoq96xq6h
0dm4XdXV+zUuPgpEs0eDEFzQvSpuPQ9KeYAEfDTLMzeh9xX7QFOyMj6w129XptrtzTI/srzH
080P0s0tXEjKDS3fppw57aYgGXCnetBRkRZd2YknyVNfhrsxM7JUsO4xc9W9KtU0/DP7Ub3Z
Eru0hpT7NsFKfMaOUi3OCkdDWlHdVPD56EeQkcSzIvbkvFzSCtYqGhNBuNDv0Epklj6AbftO
yV3rStvPWR7WoUvLhwvH9FWilbb91RQ6nZwhvyoXAckUokY2NBVqjbWMJo0jx8WYxxxXKWvW
OZmkZeTEuNuOs1McBchs55VNCQzo9qhqVoKCleWsXOoF/wBaQJJBtWM427dW9drhp8eSNVIl
jRnBuZoI19Sbh4XdJ+esfNyU+0qTZHQtdlHQwaooSjHb46ghvMq+4mwd07p2Y+lVNN671rr3
CEBI+/Dl2uSaBe66Lx2RR4Aaw8GOMt2cjCTusuzdQW4EcWou+sm4rI2YkSQKykdtruxdVeP8
2v8At0kMKNHAA5ERe4LVq0A/bx21LGFCd5SrsoFequ//AGjpQzUSNQLjtw231Q7g8RqELVEM
sSdFNgWAAoeROx+Gsi5ElWRsSRLhupd/TE/MAVGlk/dBHDxpz4jhqXHjUoMPOMxDVpZJEx6O
P1PpZFkpHVzJGFAuuAC1I8Kafs/zSKIaVoTsCQSKgcdb8eepJIPrdu4fF0+03Hwsp+Ez3lu6
wa08FooSi/8ADXTwt03rbeOIBoTT9NPen9OiKwkG5LVa5aDfYAayRS6SKLulNxtuBuPlrKjY
s12ThieM7KRcgC7cRQ6f1DmzJVExBdtctzOtnjzrr3bIr3DJPSNCaUsjUUrvsSdWSrctQaHx
Uhh+0azmVAgEgjFK70HdLGvi0p4aKNwbY6jM6duW0XoN6HwrrH9tcv250xpoIrhULE8sp/S0
Annr3DNoHx8aP08L/u9W1K79VG1jy48yxYyR9uSrGoqTcVUbGo00eAFllLXSSTGy4V5sAeC8
NtSe9ZBpkZcJIN1VpGFJSMkipaop46zIkvgE57UstftwwcbIx9Uj13rrG/5Zd+w6x1yWxOo9
pSI12NLb7rmryroZNFhx4M2KRwguosbIHJuPM77a94ypKdx2SdK1qXlg74jrxoOA+GlMRaQQ
eklRVJbrkaPvUUV+O2spUhExla1WNegtJQMOG54b6mGTN6J8HHINm4jji+3Z0NUV/bo+oftI
62FgK9LEXg+FUqNQStjiIZkU6x2k1pMXiVjdyWu3iNY8MrE4mDEWnL+Tt43ntVd1Vm5b690k
nMcUmZlxIsjVrczrJa7mvSq8NZ2cjkNOufOSEoGhC9qMVoOljv8AMa9mwsGNEx4sZpsm8Feq
WPtsa8Tdfy0bJhGvdhyqgVbpMiWb7bhdSyS4wmlyVkm9LHwLzuXRtxW5ajfWG2UPu4ypGO1t
W0VKCp2Bt1lNVpGyfa4mIqC3UqrSpJ3+enx5erFXBdHVj0pKAuz2cyrc/wAteneU2vDEI6cE
kTqWVeBrWnHw1m+wzyRSZV0rRJMhtZriWJ36t+rxGmxpoOzitcuVjSkt2mY0+3XYwNvuOH92
P7T6aSWAhrcwDoCAVQEjaopb+mpJETuOilljGxYgVC1PjrH95kFJGik6ALrQ0rSG36tZ+UjE
N2C0e56SiMa0Ow17T7jHMBsWoKsJKJUGoNBQMdFpQI2d5OzDtt1uTIp41cGp1KYZY4lk7Pp2
L2yGJCDPEoAqRzOnlXJK+pmilER4faFGC03Nyrvr22aQLf6rIQlVC1CJNGtac6LrJnCuHOdf
QcWHdHlDEDcflr2vKtp2ceedFWi7lYwdhtwc6yvdsHJZZpYGljhajRxMwR5hUDzMABudtdqd
ftSJFjdmI7L3CsRoT4XfprAKAGLFhklcmtQW+2Ld+P5alyfcCWX/AE4gws5WXdpHlqprStw3
0krk0Uo6L4FAR/8AxaKspMPbWpFR1d+Pa5aHhyroRp5R5R4DwHwGmJYdqi2LTcHe4k/HbVAT
IQNrjufmdI7ijLvSvA0p+fHUVgLffgbbfYSqSfyGlyd+40uLGfC1Z1Yf97WbA0lzwykAj6VZ
Qyr8xoVN8lAHlIAZyopVqfhFRgLnANabih2Fef4SxhCiiRmUk1uv+4WHgLmI/BnjQysOCA0r
+Z0VtOwBu5b12/ZpZHNUCMjRHytcVNSPhbr3FKm0YSm3lUtJvTWWQ1ScnCuFOHXHz56x7XZJ
pIJ40kB8nk6gh2rvx1lmRaXzs6fFbVFf2ax8mSQQQSUBSUUctJQRr8DU7jUwMzzd2V5vub23
/QvwHL8MllNCInII/wAJ1D7lO7ZEceCVxyxP28idgCF8rBbTp53oTkSswf6iF6Oo/MH8JJZ4
u+BS2Cl17kgIgFDuWpTSe2k9jsES5pXrKPQhIlbylt6t4ag9n9qKNnT1o7jl9U8gXkvD56fC
x8kTe8e4ntz1AaSYy9O9T0KAdtZvtkMo7WUYExwbRRhaJNhTkl2pcY2hJMtJATxpHCsZpQfv
yKN9TTqwQ40feUk06gRbTala+Oo5rO9KZO4YxRLiOvlsOGvcsqda5WROElBJujRSsjNXgas6
DUzdtoJ/boIElAXpd2IVy55Hq28de1CK1JcTHCfdoULBiy8K8fA6lkWNpPbcbGaLI6rrvTBZ
pLST9clN/jqXGvEMkWSMtsjiIxFCsgNDSpJcAfHWbj5chkhT2yB1L/8AiSs8g4b+cjXuua49
QPb7Y8ZCOgPEjSHgP3q7nU7YUjsMwtFhRv0y9wkxWKxodmqRXhpY3jH3HjSRgeoqvWDVQeDe
Oo4ZW+4EmnRbSzfbjIqCOG7b6jnkWvuEmPG0ktf8lqiFBy2WPWbkw3mJ57VeUULWRpGx/VTo
vzIA48h8OHPWP75gt2TIQruOUg4E/Bl46hjy2ji9wie2Ou/XQ9UV3FWA4f7aaWKMURAFUeAG
w0gzshYjJW0GpJp8ADoelb+lxJZ1tp2+iWkkQt3rbvqeJTa80TwhjWguFK017XiSzj1ONEVR
B9dqBGanIDWSJJDPH3WMEpAFBUq0NB/4bKd9Qq8X2Yo2limBP8w/bZGFKeVqjWLghu4DLNj9
2lpAivptvv001h4027xZWTazVUmvdNwFN6g6zB7gklqzz5GP2uOyuwL12od/2a9qjvE5bDl+
/Qk/5XC7589Re0hokGUAjrIlHICq8kmwsuVQeH+zWPVCBnZCQQCG5CkJbZuR8i1/6tT5OVDZ
24HtjSpYxpKwU0NN2A4ahaREkjysiCEMtD9t3VhUniKjf4a70Lq8DM4BpTZDZ002Iqp31gI7
B8lhM0igkIz2FgvPYHQly5UhH8bACtKkCvHTL7eY5glC0khZbgeIjULUkfGmpJZspo8VyY7M
exWrTagbrHxOojkZM8lxtm/qpbx4ntqKW/72jj4/uUkMKmkNzyIlm5+kmlOHDTsmZHIgPnan
cCoaVUuFUg2/EnUcPuZiEmSKtkxCxVPARzV4H41ppO2bkoLDW6o5b89QXPclr2JSlvStd+dd
RUWt7hTsTQUJrtw4fjNaQGsahY0FaczyGkJ6mCCtu9duVdJMFZA4ra4ow+BGsIHyZM4gbavm
Riv/AGgNZ3ku9Of/AFKdXH+Hw1noVupLjPsaeQK9fyprFstJsmVyACentm2vEceGv6r+bc9a
08t7WcP4aa9u4CRMyJkc8qVdv1C01NADekapIkla17tx5bUFNvwyv/Rk/wC6dY3tMKduDAqp
XxYdK8fBf79Y1wIqZCK+BckHQopapA2+PP8ALUM2WVtia6JWFSZadNni1K0GrFw/SqWbuR1S
5TxvcISOvY6mPtMSz50gSLIyn/l4yAbAnmTxtH56fJ7hn93WN5vUzXMatVbyifpQaSA0i7YX
JTfpkAqjG3jeKip8Nevmmfv5ufIixnylYLwpWngq0rrOw8LJV52x4SJA4Jktd2lGxt5DbWNm
5UKJiQQMEvoFaaCMEk28SWNd9HPgyaT5MpafFIUkCMtMGB3elVHgNe4Y8sjHJznjZ3IBBtrZ
vUHeRgD8NN73HEWWKaXGigcB+pY2HdqOSuDrPx+7fkTyQ4kMcZNwEgWWR7K7hlop21m4uTVp
hBmSAyi7uqFRY3rutVsG3y17xcVEMOHHCqgdRIxw9zE/4qayMFNvcvciQiqQ/R27wdqgAr0/
PUWFkQ9ybBEbSPMA5E8g7r0Y/UpPLWLji6krO3E8QL9zXhvw1a1zIoZgzHe6RruhhvsNuPDW
RWNVKMsYcUqyhQ4rThQudtIkqFG7sxtYEHeVyNj+E+Jk0q6HdN6MN1I+R1j5NCki2zRmngf4
hyI0ZPZ4Gnlovcv2EZkqFFOLtXkNTye5TtL7hmxp0CwhY+l17hp08PKuoZIZJBhThYJY2Ply
GGxIHFSRRT8afhNmsCZI8eOJPBbi7EnfnSmkmha6ExymvEEyyiU9Q/Z+EPaaRkMsplJ+Nxob
t7Q3Cn92rndF7ucVq/7sku9Lqb26ixcoXLOzRhOR+29QTxHTXhrFxIUKTpiZSRID1Dritoa+
GnyuhvTxzyRyU60YqFS38i1dYWMFtXGx5WQnypWyJOo8+IGsM5bCSVsFWlcmpNZCU/Zx1aFJ
LSwhQoJ/zVPL4DWGtn2m9vH2zvsSux8dRe5B1bKhieHHxq71lI62H7oC69RmzHIpSjfQpYVt
A2AO2u5NGPXSAGNJtygO4cRio3X9/wDTXpP/AG4lHdW6K+efiR2hSgApyIH+yNs73TsigDpA
VhJjHC9dmckkjT+5e0RYU1LjFhPG7ZFvBvttKwNo34akX3GLFmz5Oo40gaOUFhQJ0fbXjWu1
Nf6hFG8Mb2pOCwKSRXVTpCA1rz1i9qH06GMMsIa4KG6qXH56hkC9EBmRmHKqpSv9iWNCAzqy
gkVFSKbjSI25VQCRsNtZUAAWPHdUjCimxjV/721hZ82PJCmJnB5kbiEivBfw35aiyoYx9446
9xhuUkkAtpx2DV1kYrb/AG1muH0Dy0ffYmlRQawMqQAhln64/LR7Wj/VF1PLlhZe2kjuqjZl
FSFof4dte2Y/bLxSN3AEWrFlDbA7Dgde5IoNWnt6TawBiiFQeRFdAeHjqXIyyBCqm4Nz/h/P
hqTOZFLO5k7ZHTvuBTWKkWQuTYgDOtKV420FKUrw0+RkPZGm7Mf/AJ46xs5onCSgrjxSUVo1
+vIMR3v3oteVfHTyox9vxpRWKy155Sw2myGYHenLUseMo9LAyw5C7k0Z1SWvAlqNx0mNDArq
+OzGam6MG6Ax42nWbJHEZc3Cvd7VNRcqnthtwS1o17NIt9PV5OzmrbLKDv8AMbanlw6ZhWNZ
Z5YkEY8ovYptTfjrGitZmaUdz90oSvADfxrp8D24GskTQpIzr22E6Eh2c8KXU+Q1ge4yrVMC
NZ2t3Vu5ksqiv+Gp/LSZOE6LHFLJJk72U9XJ2xGsb7eRamnz17j7r7W5gf2+WJ42agiZh0u4
4guSBTxGvdcmTJtXGgbFUxsWoVAllk2O178VpuNTy5PTJ7leXlFCSCvbqaBfDhrN99VLFnfs
4qUpbFGAgIBG11OWoXhm7YDd90jp92otBY8xrHyiLexJkJQfAtFU18bdZrWsECwxhiKAsL2N
vjs407JXqY3VrxXp2r8v7GbHOpaKeAmEyVYJI3XWPhTqWn56xI5bEbIAlLhWvhgG18tu1Oe4
r8dHDxnYw5KLSG4xySrGGKzOzqQqMer4KNRYgKBM+VY0yHjIPeD0XsyJvIg+PjqFplC5UZ7W
WrbEMmzcuJ2PhvrIzeqQyKg7SCp6LuHjW7SsQQiwOSbdhRl2qN6/DSLLD275JETnVFqVfby3
U56xwJXSNpZUMZuBYhZLuqvDmvy21j4WTjVxkkojvRllVseSoof3TxrrEfCCmf1CRxRsAa3g
oQOFOk8tSwsGQ4sl0UqqoUxydfaBIO371P11JE1zJKvbZAQKA7FgSONDplLVcwrfGy1Fodir
A+N2psKGsjr7b2U5FiKqP10ttP4q+FOXx1inIEnrBiqsl3DldU/vXaxMoD7jq0bmh3C7rvw2
qdJHObEG4FtoF+5a1QNLh+mXOmnYtj1RXdUZaVetRUjgCaLxOqO8GFhSgRy5CSAT2ovTbK4B
/vPGmiZHjyFJ7jjFhfLmNBRjLLkBiFJpwXSNi5UuJAbj3cyB3je6lAjsRSgGwXamjniDF9xx
IUVoocVAjPcwDu6IWaq7UrtSuo8OaNfbu9FNM0kMryr21F691G8sYK/OusP/ANCL/uDTtIoR
5HZmAof4QagDiAPxeG2lgVrqje67anHa38fcFLFiJU6jx/kx8aU0WdT05SJ934SgXLSmw4jW
K111ZsU3DnWVN+A17/OgImOMIjvsaRMy0FNvN46xY5Ba6RRqy+BCgEazCqVlMEiCgqx6Tt+u
sTpBtmU9VdultxTn89DHVFeHKzzHPcK0Ax0daeBuXVzGgG5J0PavbhfjB7Y1X/MI/wAxj+6O
WhgQocvtSXdKkjbz0hpu3EXHlqDsydrOgPahMkiukkTkse/TlXYC7p/brDONlJDJtNJCtTL3
UNAnTt5v+nlr/Wve5PU5rgNGp4R7cx4j9n4Q9kCmb7iGZW5Roxdvz+zqqsBFWHHtpuQyyymv
5ga907P82WdJkSJt2VYqpWvK5AGHx17OncuyFy8sla1It7q/s2GvT4WOokigcSOopJLJKWVF
cgi5BcNj4aT3FWMeYMsYqFf3RHyCc99zz17bgriieOBzCWdfOvbSNZGRq0K2VpqaKRi75fuq
4zyndgkY7kagnwK6W57zPbNnUpaspaTtjht03awvs9yNu77jlg9FeytyRvsbgWt/IaEUC0y/
dS5a8G0NOWZyabgBa0rr08r9uaOJYBLS0XybVSzjZUnbw17X7Ri2VWJnyBSgZY0t6fi0jD46
eFY+3jYeGiCSu3UxNpr4BNeyvjySMrvflHzXCZWdr/8AeP8AayPcscLJB7ZYsL3Cyt+x/juN
dtZGdkd2T3DLKKiCo+2xVr3A43EAKn56bL91XHM0DuJJJT0hzQh52QksbulYwKcde35ed9q7
uT5vercSReFsX7a9VCqjq5nT+05IpBMe2pel5tr2ZHavErt+mnnk8kal2+Sip0uQD9NBw4Gh
+fL8O2VNvc72zMDfdfUEGvHXt3/qv/8ARk0hlRX7bB47hW1hwYeB1kZIUsYo2cKu5NBXYax5
ZDV3jRmPiSoJ13OdLeO1OPDSRkG6QGhA26fE8uOgCQLthXx8NAObmp1EClT8t9d5QS2NIH24
UPSxP5HUmeaxyJT0jzOGBCCnbCkVZuFDsBTXp/acUwCa5myXHenfwZa2rtv4jQbMlXKlnVXD
yku0QDFgoqbRdx4cDrIg9PlT1I/p4G7GOAx+4JQoG24NF0hyceHME79uGATtFCCyN00kVjUW
7G7joxzQL7b2yfuRz2vc26MhkNJFHgN/jqb25p55IRCYFE0ao6SbB45DvcAleZ4g6xcCPJjb
KSCO6EHfZBX8DJCtz3IKUrszqrbD4HUmOP5kQVn+T1p/3dSv3K3Kg7X7tLt/96v7NYGTUK+R
JCJKDajncCtfxuMYlXuRhlbhaXAZqmlKDevLUGJG4Wljwil1UhZTtX8t9e5hKVyqRJ8KKIyx
/v1moJVZmKKEB3BRBcCOXmGpse6zuoyXDlcKV05aXtEixHpU3t0rap4mvAain+t89nk//llo
NvyQak9pwCRjq1kzrxlatLRT6a/rqR8dZcfMgUQyModt3/nSSPH0gAVCr+tdI05iqVsh7b2s
dyFkmRTUAj4g89ZBft99yDjmOpRkJCyqkgPV/ErctxrDzYMJY4IXiTKVC9olluse0i4Upw8f
wE0XkatK7cDaf7te3BTS7KlVviPvmh/TSMlhrkxbqanaGYdXLWZLJGJMeGISSobamkb+UN4D
+/UPu2UgjMUMk+LLFb1zZCySkyA7eUDXbme7KiiyjmxKdg6dEKcaNQ1bXt0TE1ycmTIuH0iM
dkgb8eesMx/aklxcpndwTuDKgYrX90ctezRNiMdsifu03ZpLhHJRqeVUDV46PuMnXPhSQxZM
Mg6GiboV2rxa+tdZftyO3YZ4sCLj/KgXvtLcF3LeXfQ9SjR9iLHx40VQXVpbVd7jUGm1flrF
xsouDCwyI0BojvuFDDnS0nXume8blIDFCHjowtx/6p23pTcWnXuPuLOaZuLekLqFMaiI9Bpx
4nUSLwVVArvwHif7MPsXt7f1Wd0zHj24fqZqcK6fCxe4MTDaKE5m3bad5FSYyA03tbamnw4A
UfBLel7rFwkgW6TMkLXVWJaBRXjp8x4lMpjeXAjrQghT3MzJu2LMGGxrvtrCGZLbNGRL2I6N
IJJeuTIyZZAFVrK0GsWSPDEc1xMM3cUyTn/NlYuQ3HUs+RHR8dHTOxyNw8a/cWhPA8tdzyoF
u+QpXVRz/DDkHCKRmbbxjdf9ujFX7igMV50NQD+w6aKOTtA7yOCVNo6iAR40p8tYoqDSKMVG
48o4HVWNBw3+Ow/Dflw/CXDmaMHIRkRZCNydhseNDpI337IMY4n6i3P4nUWZnZCrCzt9wHus
1m5oimtpO1dtY8IxPQYtjrPJEtRRCzZBjpcaddLa6xIxOc32yPvzRwqwRlKsobuvVLqVFf01
6xEYzt94XyNIB3Nr1uJUEheXLQ9sy/umQFTDaSNxdddTppbsQdQLgu7d6aKH0xoVJAYK4NAQ
QOJ589ew4WM7Nnmf1RpRSIm3k7g4jp2+f4TN3iFkaG1TWi2OCaU/e1liRvsS9lFVdm/mUfqF
DuDrL26e1AAfkZeeo8PuLHkRx1g7poC8aluq2vLw1enU6Q1XnUhajhx0cuaO55IV7qb7hQXt
Cn4sdSJbdHkxEW1p514EjXth8/8ARGCenlSg7gao2JJiYU1jqs7lZHjljkfdmo3fCnhxAprA
ZWAXMlmuAHLsgmtedVG/4e3wWli2XE45D7ZuJLUIH+3ho+y4GRTrlfJyVqKFndjDRd+JodRs
2P3c2WOsEbMAYcckgvR+DPU2+HHXpXkMaShHmx8qCSwy2sbaps9g33ND4a9HPhU9y6HifHsj
omz29oBUJZTvX9NRSYmI0AcSpOqm6ojZVvkjV/tkUrvsT8NQTxTNkw5CR9mRAFlDQkzBcgAk
HpZqU32Gu9ksgyI37coXpG/kO/j/AH6yuqmP0dmEEUXpqxoNxUnXtn/7XL/dkaOLY1Yu3kGU
0W5j3UHgCFU8hXXvOQ529GsVpNo3WRibjWn6ajyFFyx46ha1FCB2GP5VOvdZmSrZaSy4qsBc
lGuvqxC8K8Dr292c0RbUgP8A5skxLj/gGoqxzGb3CP0/dyhUGTuAZBjK7gBK8de3y4sHdeCJ
oRGknaQOtS4+ryodxz1nQZ0azwZPuKYzRs1ril8t4tPK8c9ZHuT2RY8YaHDvpSTaSgWym1e2
Kjw46wYcidzKoQW9O5WMhla0bj/q0M7KVNkdPb4wGvWxrXeX6d/p+GsbFykWCfMzEGWI6cZp
SWKnfeh0wA8+7fHam/5DRNOArQbn8hqPJeIw9zqWNvNbXpu8CRvTl+L9vz0Nnz5af3UL3/d8
pR3ZWp562AGlKRp8NSQxjuxwyXTVSvfybu41agDtA7m35awrjRsaCSfNZahWjUgqtoJ/zBdQ
8dNPkoq4yRJkvCPPG19YMdzWh7jG8jbemsKVO1LBLkNNHDN/mzuD3JraV7MRFRXeg1jLP273
eZsnLNTHRu4FnAJCiMkdKilTvy1DhmNI4PcIEoF6utR0tJJTqdwerw25/wBmb3JRUlLECtcr
JEXKsKDibtRystvcQMV8LhWmpYoHEMjKVifhax2XhqhFfwrQjiKEUO234Pg5zsspDpBL1BQW
RDjhR1Uo11TqrPTHyjHbNIaUcuO6l5NK27i7jrP9vKwtBbbPmswKRJ5kkr8OPjXbWBFCchfb
XRoJbHY20NwLO38sOFUsAa6ET9uTAxYZFbGBMSq6gOGnaOoNTtbX4+Oo4gQzLH0Zb0YXsLpF
ZAahUooqTqTDePvSU7bGKgq31dLkhQFIO5+Gva/bcaZu+JGOQsJ6ljYUb/s11ne/42OEyJ17
OKjniIq23cB1MeWk71O7aO5Z5bqb213pX8HAFTfFsP8A1F1MyqwZehbz0tQXArx26qE00sT2
90qWs47bAkfDfUsTRkKvRvwYFQar8N6aVUIpTpA8BttpYYhRF4D9vPULx2s+LLV4V87VikpG
vxN9dSO72qouep2VRtUDkNtezSjhHLLUUP1REV/CbFwnAyVS+aQ7iJOR/wATHZf10+R7wxTH
j+4NmunO47SNUb130A2B6pM2cznFmTc8e3HHKd2ArXhqHOx8TFkSJT38ZCxUBjZ1wubgU3q6
/wCzVuM8rTMqmXEdqGZwLlfFkowdQOA46nnge0u5gggvbvwitx7i0KyIeY064iQjJnHdyIQz
MmUvSFnx1OyMrAg8Kc9Q/wCXj5o7qwSEp2akhA69VWArQeJ17lYQ1skatTkRGtRrDKoQIM2Z
XJ+HeW75EsBrDnIL1ikUJsFUpRu4a8fNQU8de5XheuCFZoy1ApaJiyM44UDcddaD+SRbS0fz
KA7U+fx1mY2KoOI6PiwdwEMkJkMgpWhrU89e25GPbZjRRRZU8t380VftpdzVV6aaxs0zqAuP
Jlw2rUF8yftAc9txvrG92MUeMuJFkSZkn1s7bAONuRrXWetI58uLJkysVpaj7naQg29Ww7m+
/hr2FP5kmPPHLOlFVbT1yMV/h4baiylsZIUl3Iq1TbS08uBrqOWQW5UmHHJIwPSEbem58dYG
LTuQYzK7O+5+0tEr4knevw/B5Hd6xwPKYRwKqQS3+Llx1hwmnpZseeaWo3HbCsCKfA6SeFg8
UgDI44EHcH8ZsLKV/wDTJ5LcKZyLUYi6ytSaNy+OpvbhFLDGsnZS6q92p7htYXGw7gnwrqf3
AwlMeWOGNd7alpTEzSEVHSKEfDQiTHBjkYtkU+4TataMXa6RqjY0/LT5jwnol72T3v5zM792
DHgPUu6sLuYFdZXtjYKJFFlo2dlwH6ZGvRBeF3W/5aODjI+ZlwEgZHSO1FjGn2kTdVYbknnp
sfIZZMnEtR5UN6yKyhkku/iHH+xGE6lYEhlJddj+/QeP4NgmgVOxkq9P3ZK2n59vj+JLSLKw
dwWj4bOQF+YGx/CJpmeGWE9M0NA9D9NSDtqf/lj3U91nQye3Z2/3WQ3BX3pUeGpYYQQmZEI0
nRatK8Z+9HRqER3GlQN6fPSYmZkLJJnzxz5UvWCi2XoXuA4UU/HcctXwSO0EadowPFYpY0Lu
11bmr8dq6yMBwryTt3cYAuEjjZr3dK0UDoAe7WRm+5e6x5XQKovRHGUqTbWla18NZs+Ld38z
7GPetXJyGF9ZFFKqBQVptqLGj8kShF/3RTen4EKbSRsw5fHf8e6UWoW1JPqoTVh8thrNFtKS
rvvv9qM13/2ageIdvsXBQuwtbip+FaH5jSL/APbFJCxpwI7dtzfm2oMV6dl/vva1GYwtGUFP
qXff8te6I1i4y44SFjsSxUsxZjy31HKwq0VbPz20I4wJc2UHswk0AA4ySHkg1mZWZk3otZmH
ladzwVBXhX86aixOzImHhqfSYWOtZGUmtWDuCSeLEakkmjWFIiMaPEyo5e1QgLuavYarxrx0
6zARyRkpEGZe7d1ER4mWgox+4BawrvqSMxVw55UaSaRgjwrGljKsYNUlDLS6lDx1G8S9rKic
ZQymVI95JbFZa9ToBsTTkPjrI9yzHWKIrXPiWoDBk+28DrzaSpqADvQ6b3jPxwjM1cNWqWVa
Bbqsa+UAD9eepyTcs8jzlqKAnDpPM/PUzwBZI4omyYlJqDSsyt/xbjXtQ7dpfEnmLVqdikQr
8aLudZcMhR4snGx8ptqsboxHTw+k121K07K/SOzYbqRqygAnxFDXw1N7bkw9zKyMiKOSUkOQ
qv8AcSu9bvEHUDe2NYs/ucjQU2CeaFacwOnXuPtkjmERSYsEZ85/prpWAJ4BrK6QROIj7nny
RZKSUMpiLdv7YYkU6F4DWWnt8IuJkvbdSe9MkW5G4HbiO44a9MIyjYcSX/UEqv8ALD8yAN9F
NvT+jkySWcKq3SO6FuJFynjy1itapL48SuaDcWDY+Os3LEpkXJmqi70URjtEAHh1KdZGRk07
cVzrbxsVa71+qtdTZTUljkw8koE8pQPRRcviBXWDIQVi9FlqzgVoTGppvzoNY8SgBUjUAKKD
YchU0/X8ZcWZbkcfLcbqajwO+vS5Up9biEYufHctpQHuGUAUJ7gAQ/PVlospS2m1PCmso4Ur
y5ECIsbEVPdORuoBFCbXt+WpfXd31WDkTy4/cF0hyGK2XDyt00bbWUMZ4FTGZpXovgijvyyV
2a7pjpz1iT5GJ2rozXHUmrB/LI99as9N7q18NL7nhMW9vldXuRmp0uSqyiiHivGlNRvHIq5D
CsmMWF6704eHh+MTb7g+fjxPGgH4ZALATwwpGsdeoqT3C9PCpp+JWJAikliF26mNSfzP4lfc
WWONKsspawoaUvVuRFdJ71ERLArMhRKhlRDbcafvb1p4113PcopIojjtlSxvusiIe1A0jBr2
CgUAC1JNdd3Ml7QxA0jSVZu8JQDsX+kLSvP89ZWZGe/6C0ymLi6r9xVG/UleXAnXuvunv0Zy
ZozJbcpBijRblWKtBXfenPX/AC7Hjxf1DyyerhFVYsUs7jDnaprX8DJKwRF3ZmNAP10uN7On
rslzYKVsBrQU5tX4alxMjJTAQVV+zH3GUrtahFSSSPHUSj3RgiXpDEKd+g4Gcb2/CproQtPU
gXfcjBeh6qkn56uy8FWbzKySWXLW3YMGqa+Gv/7ef/6o/wD8NBz7aSQCv83keP0fDSEe30sB
UL3F50/gqOGspYvbiJctbWLSXitti9Fu/wAtFD7fbPSlS+11ONttafnqaSec1yqLkueFtagG
gOw8BqFAkUcERERfpiMp5VDOtXb4NqZ4YY5J8OHuyYsokLksVba6jARqLQVY6bKxkbEOPhiR
RO7SMUdjVsYvU0av6aPayIiIUjnmwJVq3RHbJLG3K+gKuppqLFihsPuWHD962r9+Z3/mu23l
LHq0mRIpliVBFaUvsjo14HzXZFA82osGSO/Cw2xopquC3W1rK3a2LEgfKh8dBFFFUUA+A1lR
zjoihM3cUHym4W03qRbqaOjRSQ+1r3bqUZbJAUA4ghuJ17VYtE/05hGxu8zFZGA5c676TJNJ
FmwIi+UTStlegKtBsx3OqAAD0J4fGLUPuGCytjJlzjsxmtI4lL9xKfRaQPnr2NnS6H1sszgj
6AZnuPy1hQdLxtDJ7i8xU3v3nkjVGJ8A/PXsMuP9OVIz0orBXLTGh8FsNBqeLOnjQhDkntsW
Xs3SCyQtS3eQEa9ykC9xcrLe8VtsCx21qeNSv7de4yLcjtiQ4/ZWjMlkZoKuLS2/y1j4+Kew
zYyiNx9LOlbv1NdQ4oNe0oDN+831NvXid9GGdO5HL0MhFwNfH4awsAkWJhgkU+pSqc6HgdND
kdCWFcdwdy0iuku3wWmkjDECOm452+P4NE5IVhQ2mh/IjWZH27PSTGCpNbqANcP10M7FqFJE
tzPUyByb1IrWm1NJl4j3xP8AqDzVhyI1/qDv3psgyQe3YR6FFF7hdgwBLXR8flrOqe32JGSt
5CqjxpJNO3xAAA1JizHtCWFZPTC02KFKY0IYsKhah2HiRpXyKDNVnhMpXuAmFgsuTdt1MAEQ
8qazIGkMWNFFHjQ4sLLcz3f5h/wjYb0G5401D7x7dDLDGZO3jRSC51SlyzXDcEtdx03ayR7h
HKRJIJ1ZXDv5rTU7ClPny1IcmFlxnKBAOrtLQ9x2Kirb02pqPuxt91ii0budO9HJFDQ/Lbno
KvAbDU2Wq/enCrI3iE8o/b+NcydYjS4Id2I8QoqTp4vaoQADRcmTeo8Qn/Tq7Ky5ALrhGGsp
cLgQq0NKarM5m2IHdJelea3HY6l9qmtrIfUQ7g3fQykV4i0EDWUXjbJhwwv2RaFKwuWiUkjb
r3JrwrpMqR6wSRJ2hSl5YXu5X/sgHw+OvdMTIVPSytWGPpvZGLG9wvL6R8tZGKxIE0bISOPU
KbaTM9wKYsXtsPo7piAzTMb2PVuCAKa7fs+PLlyOGVJgpCB6VGzCrU5jVc7ILDcqu4QUHJV+
WolE/pqn+eSRaKbnp3/TjqQxUWLFNZnlBUiSrKtyncP/AArXSxmWEqrXLGlHmYni0siAhjTi
a/7dSSK7FclJQ17gLYqrJ92WhrWu6rQ6QQMa0rkSSC2NK0AFRXnz+PDURyYi0mSI5Q7qy0W7
eiil4I47fLXeipDDI5ZGeka2OSsNBJJW0lT8hqXCCq0RBjDjhWpVpAaVIOqhpUkCt23jo1Zl
bbbpZFI8d+eoZcVqNIIlyTI94Rnqt7yHfe3cU6dP7R6lUysjIWPtSoVS6O7qSUVqDUDhz0+F
n4Ky+quSWdDbPBY4Vr+4KC0kf9Oo8LJR6QML4plNUWUnHYpQtWOXY7bA6CZd00mNfHMIq33Y
jle3FJsR9h+HgNSYuNAwyYkODeii4Wbx0qCSkisKnlrCyp5HxMHEgi7+O5N5liqwvZhQhQ/H
STSZKYuCJmXAsP3ZynS71altPp51p8NSO6/1k00ZyYgn8oOFtj6aVtQ1J+Z1tr3DYDtrLHsw
byjjtw+Wp8i8ASY/YoQDzY16tjx4a9gl6nSNRRQmyA4xU3tXmeG2pElYKYsPtShtrX7QFjeB
34alxJYVXGC9mJBwaGwDf9o1NA8ncdcKRIRShr27pHP8BqaGvHblr2F1rE6pJav0FUHaDMDu
aqflp+wWhjxvbIY5MZq3K7XyIS224X+/X/K0qXyNLA6yJftSz+ZQ7VF5+J17vnesQp2+yyur
UQyPurJ4VWigNvrJxgSq5V5c8TV+NK6mmy6XdyZY6bfbViqcPgNYX/oRf9wax4Y3UPIxLKeJ
jUdVvxqRqXKehSISM1hu2jrWnDfbhrBx0WpOIsiykUNvSKEb04+OmjM7hnYSqqkAhVtFo/hr
x+eqhukChT47b1/BwR/T9tLD/HV7/wBlush14HJn47fWeR1HlEgPjydNTSofYhRzOwOgIR3Y
5Sqy46moevC22vUNDMx4FnyIlLQK/SaNS4AnysV0HmWKEdzG9Urjrnhjo4JPVxH66kzorlyM
Z5ZosWRmWokaT7swalqMg48qDloY3s+OyST9nHgWROkUBPqHtFKuprty30c3OkbJlxJBLNNJ
5e5IN1iG9WB3px4aVvcGHpRMPTYKqy983AWXjbpB4k6w1nwVnyogzvBjbRRxV3EjL/MsApx4
g6afC6IpaKmDEz96YCg+hRS4iu/6aE2NDPF6ZbpI+7I9jzbFZJBb2m5kCteeo8l8yRVnFI0a
ajupNpZb7lUA71eg1LBjZQymVifuKrdIp5X6Lj8APlquchn32jiCoCKcyQTqObHEK4zAXRVE
1GHFWlTpqR4cNJmzQmKWdQmOsYYXKKrRObbk6QZM570wXtR44EttTT7u43/hBroxQQiSWIkS
vGzO9SxVI2RblVzxoCfjqmGs+RIa0HYohC7MRIHYba9S0Pa7Y7l4lQFQNrtmqKV1KuLhvnVR
VylQiVC1wkALQ1FjW7iuoD/pc2U+KxZgsqNKruCoDRxiqqAWFCPDUNnta4pyUPbORe7tZvS2
BWYUBrQjUUCII1ViHyISInmtHVYMinAfDUzRwx5WXUs8mW4cIeUcZip3XNbttvE6OPEipC5Z
jiRXFmtBLO5rVUU7heGopJ37bkWQqP5zKR0AIv0twHDnr1qSJDIiGdZWZD241a26w73kjo0w
EHp32rCSS6jY9yd25tdUmv6aV1hMFWJlEBAoPKBCTXanGta69Qp7kWNlKfTmu1wrcw8vVaBq
ZIO1kNExZFU2qkkkuwhiHnpaGrvqJM+NjmRFjk5KsHyYwn3CI1joqILue/HUeVKI5MycJixT
zv3IhLLu7Mp8oiXYfHS+3I3ZjbJT24VQdx1UiZp1ap/zD1U24azPcYVkWfElQtI0hVXZl9JO
yUHG4fpqIRZ0UGRFkf6f344qPR1uUtQ7knbfS4kyoFNII54EHeJ88DqFIIkB2avGu2sP3GPG
uyMlX9t9wDFq92naS4SbA7Ka6pLJkifFPp576rNJiMaQyRqRXZuOsXKjiUPlTdzOx23UuY6W
q3GpNRWtN99Y0eQLJUiUSKxrQgbgtz0MbHujxZCLacZBdb3JB5ljJ2QfVx1hpKGmlSX1EknK
8KaAhuC//J1kyEACVlYGpJNEVdxy4aixkUBZkllY/FCg/bfrIxoSV9UxMjc+si+la8tYWOqj
08833peamL76UHxMdDrEzpd7JIpFsPSe59oHqFaUkrpcdoAE9wlDP1AhgJYxdtxvSmocfzCa
TMBJO4Ecj0A0c1b3fPXLyGh6aiKMGFIgeJtJrt8df8uQ5GMCogypBADs9AGUmtfPx17/ACJG
Y41SKGh/eiiZWUHnTXsUpjPdx8WVLx9QECzAH4C8/nqJKA/6tNDPPCasOzFWeQ3ACnUwGpvc
YzdFEshPj9uoIp+WoJlW3uKTutoLEksQoJ2rqSDKWP0yKnYljFtTSjLZvQCmhlkfeVO2p8FJ
uNNT4cKgvLBMQi8fKd7QObHWP/qVGylVllkNLvObaEU2tprtAisimQrvXa1ajkB8NZMhNe/I
JAPCiJHT/s/j2oEEaCptHiTUn9dDFmi78DhnWUNsjr0rSnPqOpIX88bFGp4qaGmvTZ0jSY0w
joRJ3UiFooRxPzHLU0kLKkojZ0eQEoLRUlrdTvCVR8rHEUc3SQ5YVhILbEMar4an9zxCsDxC
LIg7Z/mwqFW10YdC706dLkTt6n3JjHkY8TksiplN9qRALVEgkJrXWBhR4wwvQpIYPVDu3yMS
bmVTQXMux/PhrGiwQZZpKSZEJUK/fkI7sLFQoKm3hw303uTlir9GZnJ0MzrsMPCTzD90t4Dj
rJkzZGxI4UeZMSgQAihHnID0VupvHauvSeyYswwJ6RSyBQ80twuYM9Gsqv0+A1PjyWQ4uIwX
IGOCcdR5LS2zTysTTfYc9DE9lpJmZkvZyfcntkC0UMyQ77hV3/Zrt4s8MGNhtVPWREF3mHKG
SnTyHy08mPHXKnVYoc2SpmGOCR6pyAFhVqmm3DQjiaWb3DK7YhaSkVDIbQXSMWgAD5mtdZeP
DMRhxKcTHkhIa6SSYr3W7dSG/aQNtGL26WaKKjY8UCu1LahaFDWl3zrX4U1jlHWKPJWixoSh
cI1oeeNjTc+O2njiyY8SUhVyHxELBwopS5SocniSoFN9zrve3mVWc3O9wUFDvQLGaivgzban
xUeQiaOOILIX7kZTgQa1u33PPWRFk5bxQRBiscrCPuMu0i1PU7U5frqHJSGONYtkZ6JERzYb
h3eu/TXX+mwxunuU7COZibemSn2KfHYknUmCjLLZIorCaiRiac6M9OApqaGPtYt2SpulTyyJ
UtDEzMarHxY+A1HLkgp3Yj2/udUknUDPMzCgUsDw32pTU3UUaiugoCHkG0m4G1dyo1Dle3QH
DeFUEloJUzbNUEk050+WsjM9xxe2s7zSZpXoaMdOyEeZCortz00MrPNBI0ccssKdQWBe/KGP
0qZJFuPPXdkiqkGO80yOtXJnpKxI2tLdCj/e8NMwZBLHAqLI1FAeSVzkSEVtIqtduIGsfEaB
cjH7glfPFFSMSzWllbm9G/26iE2WUXJery2B7TCR6chiKK5rSp2PDSt7zJ6iLPRvULMo6JF3
iRAu1bWK7bnlrPjyomdCF71Da0ksNDFMhKgVkTpPIHWBkd+NKQ2uCTN31Ym2p8yFDs3KuhLC
rO4NghNFR9+pqtuoQKSW8NL7ZhRGWGIXF1JWJn/fl5mIfu/VqHJyHOQ8XW1/B5j/AJjf4Rsq
8BpWPFdx+lNKAB2rTcfqu2toPDjrLyEqJY4ZLHSl42+gn5aw5DI6vHEL4jwdyoH3K77HXtwl
Cxv3qlEFVvMUlwHDbc76XvRiiFylAAn23aNBSvIDX/LePO5gaO16EdReOINZ8DtpHEyxFMES
LtVmaSgdqgbVrTjxNdT+1dE3pvbZGDsQLmkmDMCKigFNtR4iG5MP2m+NmG5a4VLf8A0/dvOV
lSd6VyKIzxtM7kCpAaxKfprCjhLL6b26RoJTQH7pjgUoTxJ3G41MIG68XFTEx14qJ5jSh5mt
E1m+04oVRhYsCykClxlYJao4UK1r89YMZDRERrKyICF+2g+2x4jqI/TWBGkvZny4hMZVUMOk
IzLa3712miWW9zWSnGgBsNKeBGnla0raFjoOofvAt4HbUWYgtWWvTWtKErTl4aD9dQhHHo4g
7j978LaEtQsAB4fHhz0JZmES7buQtCdgDXnXVlReBUrzoeBp+Wsp41UiKDuJWvn6tjtSmw0c
Qy97IfrkdqKKuag12G+lh2sUkjYV341NKnX+h+8NXHmFuHI/Mqf5dx2NDSlflrHwfcIRJ6m/
FSWFbVVbarcOA8u3geGv9Oypr8mKEujFlVcqC9WCBh00ZE38G1l5S0DjCHooB/KaFQRLE6pu
xUmu3LUmLhxDIxciAzGQvc0gDBxItNy8Rc18VprHybAhniCZlg6vU+aoqbQJBSjVpSulycrG
EmcbJfStXrYAdvIh7Vft0B7njT5ayTmuZY/a4+86SAr6qaYlkpUBhFUCic9DJ90k9KiRq0mL
FszyyXRdZQ8Rbsg4azVxstMdpcgnDU3NMXhoV+01e2tybmmguHAYcdHUf6laq0C/dlah6r3k
5rq/KzGdiUiyVNI1SOeZV7UAXzMwHE8BrNjjg7kUWUZsm5u0ggxfJDEh3qU47agabEEz9+PM
e1mq5eMGOMDlYrAD5aniiYVnY5CoLqntVV422G4D3C0/PRzFpD20UzCidTk20hjAoBQ/7ddm
THl9VPMIMc8wAVMnSfqANPz+GpzixvFjVXGjcvZ1cazNx6wjVt0FhWX0nSZZFCkorb3He1f9
4/PTf6XlelU9GTCyF5HsNyuKVp1jgG+OpYRj+qzchFOZnGRJGhSa5SwrzCg7V+eiQbsYG+V4
7UmUO10EbSfTWga2Py6klye3dOj/AHHFzpHC1WkBGx7khCXb/pqeaSQYzQN0LIayy3iqKIxS
m31aWCHHgyooDGuU/ca87E1vl8sewuYAbCmvS4TWp2KxNK1qKE3MltOlD9I/M6Cw9hHJMjyy
C+W1RY1pBoN62rxOpsKO1nRhl3iu8aRsGBJ5i7h89e5Yqyd/HxXijXHVatSW6OQg/SzLU7VG
mLLe0iRY8fblFZhLJfk9o1UXBSoY+I17jh/8vv3C5jOZMdzR6ImPCVrsqjjWg0M2KTtxY8Ai
ngVf5779sVIqTVuXHWTcjMsa3ZMgWqtkmn2IyaE27AUGo0kKSpjKJJglaHIY0jj2r0r408Dy
12Ziy0YOrxsUdWHNWGjc9ldhIRUDatT8BTnqGeViLGkRLFrFbLKZhdH8OA+Oh7JiMcXHkEnq
ZCKTWhj00Pl2ptpsXGQR9wUlePpZjS26u9PhqSFKk45EbFvG1X489m0ooTdzHLau+gDyIPGn
DflrL/8ASb8Is7IPaEEjvQEb07kAFWpxu1PElj4EOPakVC3Wh2LFOO43+Ovb8RZr58ItNKLa
Cnbsbmd6uDTWM4oplwJIyATWkMqJX5MOOmyWQR48nt8MsrgjpdpC6rU0qCRvXgNST4kUcySe
3JFFMzdDPeSY7lPAg8aagHbWPsQZn20FFEkZWK4bCvS5/XWPiiISYgf2/Eep6go/qLzw4tIF
0rFzIMzOeQLbT7WMhVSDTgHVd9Zk5cMJc6GIW8LY5I4+O9dZi1Pp8eKDFiR+NFBYtXmDXQtR
BjxxUioOpWruB4LaBrdqZCYimWGh6bmrx/LUWSotEzzOAeIulc00yRi0KxqAKbnqP61/EitK
8xrtSgTwtTjvWm4NR8Rr3CZnJC9mFE5ABe5x+Jk03uDqWa7HVFr5zHL3bAPGld9Y3uax2dwI
MxafCsddq9JYjQaLoejKz8ahxadj8DoQY8JGG6r3bjRQykRnIjZ/LuRXQ9n9wyaT1phZw2eq
HoLXcG8PHhpX6BnY8jY+RiykVyCi1PZagKXAXAcDr2sYOafR5BvwW7flktteORV8d7t/HnrE
VHm7uI5yJsBd3f6JHxX4GNrqlOOm7waGbC6nx5TRTjTVug3O7xCQ0I/LbTRZNZPb/a3hbHmj
u68LJqHjYrSqqBuR4aimlhlx4MiKHqL/AG+moWoH8I6STsd9ZPdr6zIlx1vFGeCPJe/vAmgq
w6dtwfhpooJe5Lg404CKVvMcrvD25KUNsQAfUuRmj1EeMmRbj0HbX08USi0H5nzagE+OqpJP
ixuynqk7WOX6qAU316WKKo7WdJePFcjceHl31ke45lnci9wxnySg6VSJYx3FJ3FQakflqdzC
zxNlZ+1vUJZFFjjwjEZqTqFYrWhVWWGVeMqB2+6w+PAfLUL47tlz9tlV28y3E3i0g7+Yg/H4
alabGav25I1ACKmNCLvO3koyqpPHiOOhIIoXxxK8s+LERFUSi56lR3OkbNy4Djo42EVnGalR
DfurNTsqUU21VjtUn4jS4GVP2so92SSCGOxZFReynbIXoUb1IpWuhFktJHDQ34yG+WSWI2WW
rspLE0+GmvgMyqG3WuxKkC4jku7flrv4kKywwIRblnrlZum9QAy7cQDw0KduGf3DuZeWlpYy
RBqqGHmUM5AVV48a6yUzslJ3SZpIbAb5shYg29D5IPA8DqDIzHHpJ/UTwu7FiZC6xGSRWHVt
wHKldTxoy9gHIxYMilrSyFL7GqCaWpz1g4OFEMd8xu9ObjuErEt7tx3Bb4aTAhxh3JoxjyML
qtF/lpBW4qpG5oN9Qw+2wPSEATSyXRxl2FWa0gGQnhuKDbWH3JwcbEmOS7sWvd5HvdVKmoCg
ADTYspq3dXJixscgzOUIerigAWtDufz1le4TY1zPOuVj4cbL3QbOyVdtlOxJ46MuYYooCOjH
jqzA14tIaDh4DSJ79nNJjT9Hp44rEbfcuRcdvgRoY2FWzdMWJeAjYfzGO9CV4nlw0uPjirHe
WU+Z28Sf7vwmlhFC0jCUnm8f2j/3Pxy//Sb8I4r+oZEfUu2z5Kmn6NTUv8pIoyDN3RsF7vcY
MDvua01HL3I4CkzxByB3ZFKKyw0pUr5jXlrDwFnToxsiAyNVepspV6V4mh1nwZaDtYuHj4uL
mPUAhukhlU73G79NYk0EidxzEMd8cUhWyrhkVxXdRwOn9MzDHwcEJkKlBGJJTdSg8fh4ajWS
AeokmMWEG2DGlLrqG3avz1j46bsIsjKcv9IlZFqh+Y/TSJNXITKzZ3xkHkiEDNIZajmXI38D
r3bKhYl3FYNqkMkdKAU8eGsvBjarRfan2NAXWtOVdjr3OVuEcUTHlsFc8dRYfcVmxoY1kQDn
TZq+BodSdqRj3pTNIZOvzbFV4UG22kkyJGllLzBnYWk0lceU8PlqQOoCg/bINarQbnw3r+G2
s8hqkyJcKcPtJ+ugjnorVl2IYfutcDsdT4b8JkKVIrQng1D4HfUmPMLZImKOPiNTPGemBAJF
XasZbe6lK7016hI/T40j0TcuE8RXjtx16T3h+5MlUhzr2CFBQhZDGLqVWobjpczDn9RjZS93
Jx2ZmvNbllgkIUhwDUHx08SZzQ4+VKXTKcVYz1/kTq38qVW4MtK/PQ9p91xkzmiLRHvNZKHQ
A/Ym2uvG4DcfE6gyRM2b7UE7Mht+6FOwjyAoLFYzxI33OocmZ4cv2+CRYJZ33SCKjgxAFat/
MBVvlXURr62OOaDJimRAWkx0URMot2uGx+Og0kYZoYgy7Bsh4w9yZFDxpcRKja9BiStB6sSS
4qs32qutMjGHTQ14qa0pqQupMkGX9wOGMyUiZIzItaFQPDw1jGQ0SWDMOS9r0WbIusUHcC7k
NTDNXvT5kMWVc94WuPSPq4G5kKmh+Osf3lspceeWGbHkHUsaqtxIjFa3uLRXTzLPGZ7oRGka
AQiq3Pt+6jbcN9RQ48RR5PtO1bt2kNXG3JDTlqTAgPf9sxPuzl2MSzyED7k0n0x1oEC8eOu0
uOrJOjuswjMPt6oBRruclQvFvy1jqgWSRVpjZABxo1VktZrV67FPVUtw1jwH7iMjUcL3J5mi
BtkUVXoB6lr/AH0OsiRAGmnuRhd3Z0i4zSV2VWYMF33rw1/pgUxoJC3ZXdyzcLyN2KjYaiVc
lU7szR5TrXuvE3+VGtpIuC/qRr3T3qeARLABiQ47r1xk/wAlFFaKoAq3jy1Or47RutkJEm08
ks/NwoqkdzM5A4/LWP1GXAhZ4sfitHU3sdjQP17HSTY8UhmlYN6WPyCS5koBQVPZNAfHc6iw
e4fQYtsTOeNB1ycPFydNkNM+PLkExsY46+nxhwSL+JhtUcBqPG9hxRBGtRIZxUvwCtVWBr41
0cfHde0BSOW09zhxJkaTn48dFJI5M3LyCA52h4eUIccB2/PTQqywNeWYhSXrzX7xeg+Gu3k5
Ldv/AMNOgHhxt48K76THjrLkTttceJO5JJ/XXaU3zydU8vifBRyA/Eh3vJZiDSlATULt4Db8
GB8zu0j71FXNTStNtS4xNolUrd4V0Tiqry1FA5tXjuSQDwGvTu/aclGLx70KMH6bvlr0GTEu
RGywJGvB5BFaGaT4JsflrBlVWhVs9lQ0P3jRIyd/oZa8NqfPTe4M986Y+StbagTCQzDanEGh
8Nf8y5eQKPG8UmPIVDAKoNhS4Wkqv7dIFCOIlxu5lyspZDKxBpFS0Ht1JKj9mvdPUwlXy5q8
KABAzFqHl1r+o1gGRm70nuCGOMNegSKsdacE82/xOpzt/wC1i4/45dQmIpaHk7va5ydypowp
tUfnr0sBsWXaaWtCI6i4Lsd2Gw1nTxgfcyX66ea0Kn50II17qrqsa5SCLHataiwrcw5btrIZ
ALlKQyNvUsi3cDtwflooStKAqK9XxqPDhruZcIWWSdz2id44mcnc71I5fD8BFB/LTpArWlOV
d/wz+yD3blvrSl3aWlv5U1iSTRFp2YLev0ntuatQ8OI/P8PUqKJlrdz869J3P5aGQTHK0xKd
k70QUYtsQQaimpcCVEZZbJt9ypKhlZCP4WodGKfEkyJZSDDYSjUFa27NWv8Ah/PS2lTiQNZ6
aW27qJ+T8QR8NM+ImTDJkL9+OdVniZQpYO6lg5p+9Xh8NOZkKOgshyY6ktHxsa6jjfyniOfO
seVhZPbmY9Syfbq6jjU0S+n/ABDb5O+Iwgml+73Mb+WW4+Xg6nwavHbT+jzcjER/52LUMo3A
Yq0YNteAIXpOx1DlrNNjtCQ+FLIiyX0BVkeSOoD1G42B5jTz48DM2J/UAkXjGkbz2Hj2pBUU
+n5af3P23uYM4fbuBWRinUBTfa79N/HXo4Y5IDEzLDiybVWQ2lFvPXYzUHzrpiDGfccNLcmH
JqzfbBRiobcMRvUc9e2GJ1yULtMiSG61TFbIKGnlkJ4ax/u90BrJDdctVuEapUA0C1ry3Gly
A8gyGcpkSmlhicbrfxDkA6R+y0XdlD4mPZ3W7JLG2IOKVpGayNwFBqbHghEGAkka21RoxCoB
MASjC+u58Nt9RdpO1iPIIwRXaJW7QEl/NrSak7jXuORiyRGVw8TbWouQEMsUYr5USJdz4nUz
OPVZKw2ClSZJ8klmc0qT2VFa002ZjxxRyYoDR5S7owlXtxJbQdZBL1bc8dYje3YrNi+2j1GU
7KGMk5XfjSngm+g+VBdmWnOXFK1MmXkOViBHKxRUAnnqRImU5TzM83uMJt3WjSSMTRqfcC7b
U0nt8cjJj90d+aQX9kuoZYk+om1P128dY7YyCF8WMQQ2jc0rVmH7zFjqXHxzWKOgBuv5b1IA
58tXlaLtudvNuOPjTRjdFhvoDdUCPhvufDx1OuBAciGGLry56pRjQX2rsPBVPM6j9wklL5Uj
MIow1GUKtolJBuBDeUfDSw9ZmEhauwSh/wC0zHxPDRiw4WmcC5gnIcKnXpO93SMUyAlaE3Gn
KtKU/CGKwnu3dQ4LaLur5/ixQVYDpB2qeQrpS4tcgXAb0PMV/AYZNJmTuKKbFQbTQ8Nvwx4U
S9ExJ5f94lVAqdhWmvb3yT9yOOORWjAQcFe23cU2HDRJmlWbLjyZ+xWiW9ptqUPEUbWXhGTu
yyNPCJJvhIyi7t04U5aGLCg9RM+PE0gG9FalSfgCdZuXkR/0uU6nHobj+7cByFKV+Wm771GT
7pbAP3FjfuOSPmp3+WjOwtaXDSVY+ZRZJdxWniP11CfboTJLmSCWEnqiuyJSShKUpav5ajin
YrFHLEySu/b7khfpj6RvSoPxOnaNu1HG01bhb/KP3WHwB56SWJro3AZGHAg7g6na67vyd35d
KpT/ALOlmP8AOtMamv01uIp+X4iQMRQMLB5TcQbiPHb8DJzIAO+23w/Az5DMyKQCQtzdTWgW
oPE6OJE4GSKzwx8S/bHUo/4tPila9tXmjaoW0gCoJb6aDgN66zO/kIjLDGceRwU6gvUqqpFT
UW7/AD06mBSZ1pHO4a5ADv2TUAb69VmK0cE13ZKFaFqHYl2qBt8dNH6LIdWxhIY0kosjBiqz
SXUpHyAHhqSXPhgyFWOOOLGqyGZX6RPEVrvtUk6mx464kVv34RfRiK07gNd96ctFIclcbKUU
7kvcRLGPDuQyD6qeZdR5OM00qEbUlXJHDqY7Ab/LV8+Gq4U3TkY4Ro4ZW5v4LJtxXXpo/bSt
8QjmkSfts1ObCNQr0+I1Pk4GZ2YDIAI9i7MDUVTe2o58Dw1FlTMcT3OJQHtrtXcG1qVU8QR+
ulbPIlcLaXIPbkjcUNdqsKmreJ0uJNGKe34+Q0LCoqWZXG3w31JIvkhAL78LzaKfnqZ5Fhuj
PefzK7M32441VdrRW400kMTmItFSXIgq0lpZWkV2psLV2C8K789QywjtxupOD7OCEc0U1kyG
NemnVdzr8hrIyp7cnJWULAN7JJZVIgjI6AqxFST+mkVQvq0eT1Us/WrSTVRb7tqKis1fHWQ+
ORj5EUKxFlqEXHXiCxJN8rsF/wCrUuOLI8PAA7z1ErSZMqUKmu1w5D6QPHUceNGY44zAMeKO
rVaAdwPJEhobq1J5fPWP7pNN3syWR83Kcml0ai1IaLcLqNULy17X7lkYyqsxeZ4IQ46VY9pS
tT53/ZSmsd8Jl7kb3divny5Xehku5RxpdrE7o7gE10m1w6asW21LNAixq5qUjrbd9VA3DfQ2
reCq3Cux6drv/kaWHOQ5srEAxRyCruR0oZB8aVprIx+5F2u4L0hIpfTyci3bH7fnpcRTGUzH
77spq4CdAjbw3FdJIbo8NSe9NtvQ+SP4+NeGsgYW0bso7dPKVHC7i3HnrFmUdMeLLef8TqF/
u/slTUV8DQ/qPxrz0sYjrCVJeW4bNtRbeJrrGwlhZpJ4ZGeVaUVF4XV3pX+/WNkKoaePEHYq
CertVpt4017e2NHewinxJLjaotho8gbcFRSuvdMExlcXGeqM1Lr5S0h2HENWo+Gvbp88s8kr
9uMmt5YvVDd09NF8N9Y6vVfTY0so4hReyRjhseesqGAh5MXJEOPM1GlRpMirKa8rbToTwBJ8
kQRYWOn1XAlmrvstvUd+A1BmRoz5CA48Edxt+4a1PHyiu/hp3TIaLEhMuPjqtLi7V7sl73Go
PlpwpoWxi5YTjx31YBDxBFd68/HQA2A5D8Blfzmjdoo7OoiTdSnwJpTfQNKV5H8GjDtHX602
YfLWaZWLw96CGJP3WkRK7U4Vbx0oC1qdz4bVro7Cymx51+WocWH7TZOXDBU8wTcDtUjcD463
Hw/XWJmY8P8ASuQssFTSqfHlcNRxn+nWR6M27hQTsFXjtw46Le5ZPb7cRGFEENvgLVjUqq9O
+mM4rKwoslQnUTW6Q0N3HWPiQqlvYthiWVp+ltgis2xPTUBdDsep9b7bQzmiomMK0IVRVnfp
rtrsRxyyYxJaPJyEMZecFWknKgXMFHAMTTTZkZbIjmnMSz2FA7kXbVoBXfbRx8dl7VxZ4ZaU
qBSgOxB22APHU+J7ZUzQtWfDyE+4I5QS1gpvbddUeGkOHjRZJycjzul0aCUdsm5KFd6UpvrL
zFhPfsgmjkNWFjKtwTfjUm6ukyYJWSWOlrV8OXy+Gn9tnVI/do+vGMZvSRlW4hHAPm3217k8
f2GtgheGpv8AMO4d+RI3GsyRpqGSaNpYVVRd5us8KAHkOeraU7QMktw8qJuxKnjQctS5AUZG
OqFIuHVKyr1ZAqhArJuPy4DTN7YgzsxIVTLyJeq6RyARHWhanSF/PbS5OdLHkQQMsmVDEiju
TtE7xlQtOlQQDyO5OnSO1Mj7nuEgFFjIhPZ7axr+vw/PU3Ze5ZYGzHvj7Vvaje0pU02megFO
WsSDI7sPtccTZCsK9zIkp1stRSt+3wA1kOYqZuVD2oTjAyFpJzeVaVqgGhUEcvGup0ycbHjg
aTGgLSdYiKkM6R20BVAerhrCznR0x4o8eOTHYsDI0btHEVHJLwprwFdYftcDxmbHdpclqXp3
ZKs5o/G2IU2+Oo8uSYl3k6e15iZQQDXgtCRXmPDXuCyydsrNQUF1eoBuFOAqfjoYskBkwccq
uPjUAdiilY1Z9zRi1WFeesqfHR/UD7ccyCxImapmAU1Ow2Hhx8Nd1hCjiInssGlW8igrW7rN
buNBpfc/dXPZko4T65R/EfpGhHEgRF2CqKDWT3WuHePb3rRLVoPhvXbXfv6+zZ26crq3V/sh
rtqUt5fPx/AseA30si1tcBhXY0O+4Os2C+1Y7BGQBVblqTv8fHWEz/5eJMynh1VAH7CdtSKh
saDARkdW6qmEmtOVKbaxDGqOUgzo5LDS0CJjVhTzcNvz1n5hjCd/IIRwa3pEoiVq+FVNNQYq
MO1ALhCeo1WlpuPC2uoSSbhBNQcqXxVNa6xG7caeqzyJKCikxOzk/VcW7dNeqRyewXj7dAF7
o6S/CpIHSN+GpnyO3GP5eM/UTR6L1jp3LchqLHMRieNAyxtvatSim4/UQN+eqstp8DT/AGV1
FiJIYmmapZahrE6msYcDw/L8PRxBhLlSBI1iayrHdmcjkAK76MbJSNVW2Stane4U+FB+KSSS
FVm92Ax5EoegQ2xmlRtUajWY1kVQHYb1I2rvTj+EAlZl9PMmQtvNo+ANa7b6ldZqBzGVUioU
L5wP8Q1k43uEnqBkTSSKybWb2pb8VA08mZOIlDAYUoF3catdwtSlBvuNd2UoUWrshahcKRVB
TcFgdtZWTCzRrisr48cgBY1eihxUcOesWdmGKTHbAwpGRC1zmWi72m49WmmxMw48gDNK71KM
F3UHiWLHkRo5uJkzNNMp78k1IoqMAZER5H6qbcBTUYSQQ9ucW3C6BLhxLEsTwO1uozIiSiST
06YzV7j3VW9I6oen4kb6kx8sPkpj1gWWpilWi0FrC7y+G41/pPuBd8Fo17U0EaJLbyVkaq7U
4jfUvtOP7he0cKmOYkVkW7aEgVYMBQHYaCuAvbU2FFFWNfrO1fnqLITodaSRN8jsf1Gs73FK
PHm9prgxu7rSGQnhbZuOGpBKp6kPbIA8w8u55eNNZEMjsaFisuxd7gKXsKVB0mZNRetViipU
TAP9wu1aRgVA4b6XMXISOfPbKkmSvSEjBijC02r5gpGsWLIstj/rc+MAG677WPjUqKVB3HCm
+s2Jko0EcWEOy47SXsZmpz3KU0Mk25Uc9F9NRr7kjCpfw6TJuQDvpMaPLUx3pg5MynqRbbWj
SihVVyCKcfHRxYnEGJiPNmz+lNrKqHtQIldix7VdR46Sd/Hw4nmyxvZIy7/cooYlpiOPIfHU
k6Ql2haH1OYHaS6XZ+yZKlbFPSBQ/Peun9wd1iSWU4xln/nCWe31MiW8QtOZ4a9tJW31M7yR
wlr17CfyzQAnqatCfDXusPZDzSZBsl3qgUkkKBzPj4aFAJ8ykaY+OfpnmHFhvtF8OdNTRZOQ
7xhzHKsFe5MS26xhqcSu503uHuuLHFXbHwF3RByL+LaDxeTcCopwNOB+X4GgpXc/hnXV/wDc
dNfDtR8NCKxqFS3c+nYgW/Pf+ybuFN9FEQiNAtj/AEsCKi3WVllCO2vcmYDzBVrsTxoNe35s
UlpSMs9TtIrK4jC+LcT8tY2PlRqGhMSEJsDEY5IgsgqbiQK78OWsLFFTX2rMZhSm8gDbjx3p
qPHS0Kfbo8gzMP8APfoBb4AJqO4GXKzHSEulFLSMoUyVAp0qtfy1M0Ceoy0gdIxUBmuHCv8A
EV17T2G9Nj4SEyQAeZmQKBTlxap0mRVBHI0jMlu9KkKAQQKim5I317Xhr1oGkyMhBvSxftO3
gLzt8dEeIpqFXavpo7TKa+HUxqTxpXQzUZu7iX45H09VrHY/lvrIhBUpDYOk9VxBLBhy5atI
3gW4FX/fqtHT8ttW4n8+eRIUYUBW80Li7bYamxEYtLjWCWoP1C5d+BqPDUwjk62Mjq0nAM5L
AfIE6xMd22xjFLH0k2vG1ZDf/GGoNMqsCUNGA5HjQ6buPfViV2pReS/l+EjBmJkNeo1A2p0j
kNdMveaI9qWQCgMibPQfPXbzYRMq1tryJFKr4HUWbYfR5N3ZfjS1itrmg320Xle8ynusagm7
cVbwOkEyM0gt7hvNFRhcsBpwqNzv/t0MKeaOLALpFkNGtZWQM8wdbgWopNP01lRM3bUP/RRz
BpMgIApUCpsjRq1J4nQlxMUzZiNcs8hthitDMBQ0DE0r1H4U1kZOTkxxzZAiypUkNszjiLDT
aldwD/s1JCpQY7SLKgqadYpend66Gm9dPGkglZWIujHQVH1KTQ/s1JGIS7pHew/cXZrzT4Hn
qIjed3YsbuCigClKbVrWtfwhEs4lgkaJoXEPavHV02/QFoCK8dIrv0Ri1S1SFFS1Nq8WOllS
5qg0iZRRTuKM3BqbHYc9LE0Bx5BirUF/5skhuWV24KAGrQ+FNQ4eRLbHKqQrRdkUSh2urTiA
TVdZGJDjLbUyPlGgC4sXVRrh03EC5+Ou5FiLHkTJJl5IcIlIre0EijrUKA2x4k8NRrBB93AV
ZG7rlP62UqyKxJ3VADX5agzUd48zNeWcY9woblI9Q1BRAiliN/7td1IFGJFI+XlSzMFkZFFc
WM05saHUrZzdvIzmbLn7wYO0MXUB00r3Hf8A26wsbGcTYU2Wi+ndLg0hUPKSNmtTh+3WPihO
57SJMiXDDG5mK1jIFNhHc1V4nTxZEywnDwYoHYWgJ5Lhf+8XZq6yY4pCL2V+4x4GQAkkjkK6
WP2/HYe4m0xSY73jtWWlt6mrcSxOo8rNHfzx13E1VDx6fiPH+0xqTca7nhy21U7D+1M+TKWm
lhQvExrbSSQKw5bjWTGkbP2D22BAAdqVKrdseNNYau8i5fab09gqo8wZ3rsaV5jSe1VJkWWM
J0ALRYas19xJuPKm2pPdIQ/p4MWS+ooaxsrsBrFysjGeUTe3QpHIihq9u5ni3I3NwoOeosDN
hDoUMyo1QVttXan+Px17VHvHi5EMgOORY9YaSLcQa0rTb5+OvcZcqQLh99o4JFeg7cYCEhhw
6gdPKt5p28YYsY+tyXFgNKk31PwGsnOxoz6zK7SNdd2yxbtx15ChbenLSGOQHuXWfGw2tQfA
6cyTFbIb3jOyBQT9wn/r02bEp62YxycLlYL1CnEG3YnWRNG96zTM3ClCoERXf4prOypUaySQ
wL4mOL7fBK/WX/LWFCxYHHuyQo4G37Yqa8i9dT5krFVzsqSWJZNiAxsRdyeIXbVrAMDxB/DI
sB/9xNWvjdvSnLQK3edB0C40LAGteXj8PwJ8NQyIGVZQZbXFGHcYyEcBwLfhi+3Z0cc8RDM9
rVAuZnUqRxO/jqTNWs2G0roJSKMCrFfuAbCpGx00caKuCjHLa20stPtncm40r5dPhrJHkRVj
mWVRW4W1X9jbjRy4JQsmKndy5KhlEkppDBGq3Dlx/XRxJJTJ7ezeozMaGN+4KDa9mVVC1C8G
0skt1s3PcdxQaHfnuNX47dp2MrGFz0xogqi3ndnampI1eypqAoFxLDtmrUPTbXavPUcPcJRK
jt0CgCvC4btX46OVBAuPjXCJEU1pQV6q7kkcTrbSrDfjnDrPIhJdZO2qQkipFtSaganxL7u2
xRiNg1p8NTLGRk9mb7Kueh47GuO1BUm3hudQGfKq2TDHK9bmIVmoqt4kAXU088LiwoyY+Mt1
9VpGskh3oWNXp4D46LRZJSDIkTDEx6RXpmkZq0BXagUnfUvuEyCQGUERWhJJEhPZxovC15FL
7chpnkWmTl5RxpZnO1QQzrb1dKigqDy0+JiIyPk2ssa7Ux91xoluoFDUZ224cTvqOCBlTGnN
89bbR7fibKtQfKzg/lp58mE2ylC8J49lOtFjalVqpJJ+OoJ2s9vmikrgUU8HJyJnIp1KI6D9
PHXtkcuOzSQxkuZid/vN0FdqDoIp4HWNYY0TL7sjwVr0QtehkPUT17CvhqTCxjG8rokbt9C2
xgSH/dpqzGT7pAEs58789/8Ao00bspcdVo/dJotf0/splktSONkC3dNWIO6c+HH8HEltg6m7
nlopuqeHCmqjcHgf7Ixpko6xdws3n6pZAAa8qDbXu6RJ3JMfIa2Py3FkVgLjtvrCkdftKvbj
YU85jdzWvw1PlZLEzNGwxVbkiWgmPx4nUUMDE408rI8wHX2O8b5aDwQb6yvbo8OVpRCrRtCO
mwcEUjyOeoAAaGflIY5UTIrjO4LASSCRAXrTglNQyY57MhxZe3PS8Ru7REb8OFfnoRXocjLn
oWpRSJp99gNtjoTZau0wnn9Gla1vBOwrTyKaV4anYym2OBpZYaVND0qVPLynUeDEO3mYuGFi
lTyh5aRcAP3krWmveJZXoseIIUB4das3H4k00ftquGsCrEV43V3UjkAKU1QUjSpPwq7VP6sd
WRratS1B4sbifzJ1ne4Vo3prIWrupW9m24bm3XtEeSAYMOAz5MvVS9ECrSnHzE/lqCXLKpPl
XvBENiYg3SQOPlpX8Jrk7d00jjetQTUN+eqmvEDYV47ctPZW6httoTX4XUGsxlNpEMhBGxHS
fxaDFIUY8TWM3C4AtcwHx3OoceZ7TiCKXNi6WEjSI32nA22O+kz4TZ7e7qMhePauPEAUJU/s
0+ZFRoFkMbUO681LDjRuR1LCGLYda7pt3CpCk77Glab7azMf3HKZY0CO0JtDyvVFWOhoaBV4
jhqYGBVEtqRM1SYoU8scddhuNzrGmymqJKUhSl/ZHBqioFdxvvpxDDXuVCK5utqwKW04mgoa
6MpW3rMbrS22TiYwtSdtWOnZliAjKU3ZgTcXrwOjaaVFDTw8DrJtFo/0259t2JyGG5PhTlqK
LJVpI7mJsH3GaQUAu4nqA1kTtc9kghjXyUdkcrLTfqQrrEbJeMpPjxBHBL2IpsJPg1VNwGkb
KjeZJGYYgWgWS2oqwbqsJ5j46TIGSr4/txXGxaA0ORLQyz02LkV2A8NLlJGqsuVA8GPKSjQL
GhKieg4BFr8KnXuc+Q4UY0M3aCVsL5pbiCK7E26mfuDIkWFkExa+B4UA7tGLXAliIgB46EEt
sMr9rHz8iQ29uIi94akdJZDQbeOr1d/TSuC8jKYrI7O4Ytq8IRQeOpZ0eTGy4u67I3kFap2Y
weHTQD/q0Z82pkM+Ni9kkBA8aVyCwuoFtVqaz58SIJFOrI6RUHbhXYFhShDcNtezzY5smyUj
ky6fvTVYrvytI/t2cra0oeNf3uH5fhkoTaGicFvCqnfcjSDjRR/d/ZzKpRIY4o1euxrdIRTj
UXa94VxQDJBTbkY131g0NW73UKcP6dqb89DHjpIUx3dyaXJ3Zi/D41P6alxI60TJaI2GrWep
6rqDbpPDw1nRZbs8E5UQRkCkdqjqjI3rdvXU+Csls5hCvJ9VrXKrE/MHUsF6qYsaP7grUecX
W8KdOva7qTd0AmQj9xWmLgeJCba9ngxS5xcgTSzXdTWhLkubem76Vt5HypYIRGRctA9zUAH7
txNdtZk6xEu8uEA9DuiOrGnwXfWVYojOSYoXl4krIyxHY+Abb8Fr9JuG/wD0fgYJXsEhUA/E
MGAFflr3TMyeuHt0ijTY2BKHc7VuY6jptHj4aAV8x7zc+W3Z0WI7qvIixqo3VWopLeNDU/gZ
JGCou7MxoB8yfwKsAynYg7gjV6MqG+NatwozqpG3iDt+BdjRV3JPIDnr3PJxkuyJMmJKqpeo
siG4HIBjvp8fJUPDIKOp4EannwMVvQijM2xt2+je62p3qOWmyGi9XCpVzOARGVaqioXhU/tG
osTJ7rROiHOjURlw/FRGwu23HOuo4TE8+RAO3jQSUolu6iQNtRRudVkkUxs33spUJVG3axSK
Ak+A2+OkMLOe24MCAqkrsNxRm6V4c/lrvc60YlrmZ/MWIO+lmzLj6j7zMKXMrMasPnQ6ycmO
L08eKkceNClN7mIrKx8x5k6aAVvi9vkZvCj5O1P+HTtHJbcyqyjnTrB412I1c8wWCSWMtdsC
SkjXXsOItZfnqwMYhBDFAIHSjVHU/Lbq3J4nU+RkYrHEhSKBVuERjtF/SG4FlRthrDhga2dJ
JkRAoZUUx1kyHfgZACCADpZ6+rdoJGTufvy/ajjel1Rb5hy1j+3e3Yw72F0vKhuMs4W1X6eP
bY7V56wMTIAE3pllnRLAbGlaZr1H0vRa0317di+6N6eaaZs33Jjd5XrbG4XfdRQDkNRZeZMH
tlb3DIZFpRVUx9hjQirUAA/dOk9fjmaP3SVcyWW9astCbQg8pqePD+7WAwmCCeQ5EiEGh7jN
3n5gALFbTj+ulvd4pfco452mFD58hrTxFL4wB8NYdAz9vICIvE2qSoG/gPwkcEkyEEgmoFAF
6Ry4f2S4ADHieZpwr+GX/wCjJ/3TqI3dPbAt+O29f7OYVkeVpmEjMQLEoO32gRzFvDXvNQBZ
kKgoKbCNdz8d9ezOOLzS1/KFhqT3BzWLtESyN5lVSZOQ6hv+WphFQE+4wxNad6T9urPWvEE/
ge8BSekJPNrqgLUfPUihGr2Y0NR0WAvaorz3NdZhjorRwP2iNrTaV6Ty2Ovb0JAdMR6rvz7I
2I6TS3x1iQgsQWmyqsa7qojtHgPu6mypTRIK38txyF1K15a9uiI7cuZlY4aJtyAGV2FRtUGm
ny5ke1NrFFzmrWCgB3qTqQj+bDGqttyc3Df/AHdEwAM+1AxoOO/7NOI/Ou3UDStKj5jflqHF
D92aSSGJpD016xcTQfDWROwAjaOKNDWpNhdjUcvP+EkSy9l5BYklaUZthqOJvJ3Y3dLQ1wVg
1DdyqN9C02mo3pXau4/P8G9RwBUBSPM7HoVK7Fq8NRO1asoJuFrbjmvI/DUxxADkBD2g3AtT
YaQxWxy5Mqd1m/eICmg8aLTWVE0LTokggkjj8x8pNQwGwr8dtSY7AGOwC2h4NUEV4cBy00KN
/RZZCJLwWlwYI/haRqcGgU3qJQ2zNDR2SvMEEEeJppsYjqlWN+6GrVSLqLbsVbbj4ai7zlIS
wj7zVIUDl+QPDUYlViqs7NQUZl/y0Zq8zxoNtPlrCE7wdIhwRQw7ZC+Nqmmik0jntpatzBjV
B5Q1bba8Ph+Fr479wB4I5vpIeQb18Knh8NNkdVVkWP8Ah3Vm48a7abJSYVjtY468xWW4vv5l
Va/LQgzEYxZTwh8krW2MS3Ek/Vc4C76mxpDfIcmaRRHtGZWthi48ltqdvhqfu9w4i3wZOWqg
B+4ymR1uoTcQIxtsNT5KYsa4V+PHaGudJYx37SGoHvHHfw21NkQuJZmeSKwErIZZVtksVfBp
DT5aphyCGOeRMGYUq4jhoqrcDVgOq/YcDvTVkqRtH7i/q1UMDcIhWHuht0BCglv3a89YkfuB
F4yD3IShvkaSkqxgqKbDdq7AHUsxxll9lH23KKVFsBaR2ULtQyE0oeGvbsZ5F7I7c+Rbsohm
k7cNpO/AsTXx0+PMDLOnZ9KsarcmPi3yC7uAAqaAnfnXWKWk7AknDGQGltTdsT+n4KVcWXVZ
SPptIoD/AIt9EotzclrSv5/hWhbcCg+O3Pw/sTQA0MqMgPhcKV0qcbQB+n9mWhr3ZGlNeV3L
XvTEEK2ULTyNI0BpqOMlpkQZDqpHkesSdN3gDqSFEtwsiDJgL1rZIrGJSRxNd9NjpcZ5hjrL
erWdxcZ0BjqtTwHLbXumQHkDIKRXeRbIgwMY+bGp8dQX7vIo5c7anhw17mEBileVYYjRgLHf
04IYnibSdvEayvbw4VI4IoDXgJaXsfiLWXTe4ZDWrBG1WPBU8zmg8aD9NetC9wKlyMq1a079
PPfU9sRV4slMgxR9bSIkiMXt470Ow8NRpmkTtAJM5Z+oXNkdICq24sApv469uidjjvNkRO0d
eroBlKGnHdd9ZMVgBjWIlxxa67Y/Kmi9LfuyrSpPlkZa7+NNYkUYq2TMI+FekAsxPhsPw9yZ
ugLOPNtsIY9/lrGjFHWaJ5e5t9DIBQKSN7/HUQUE0yICaeAlUk/lqFQhaVFlyId6C6NbKN8+
7oRZU0jZcieslNSGjEjEqBWpAFuwPLUc6eSVQ618GFRpCaFU3oRXfgCDypp7HWN6UR38oY7L
X89BHfrto0i7b08wG9NQqpZzBkxq9grRgLur4UYaX1T7PlFkYUpdLIWQG7/FTU90bdqJFKtQ
dR6i1lDU8uWsb2z3GG9cjHeSUS+cFWQD8+vUTXlsMPfjzEXKD4Mo+qg/PUkCxhqsjd39wLVa
V5AlxXVIZBKsRl7Ui+Qu6dlnQkb2/wCzWLBCDMftAYztUO7mrrcuyV208UrF3iPbS03JRSa0
Ph4U1lQdkrcojk7i9aI5DrWmwJoNCa+szO3djpSnNStNqcdJE1PvRyhSSBuJCQADua/DUsqP
dj5TtPFQ7EXNGGI8djpMtiY4TJj4Mif5bp27XJJ52rv4V0uPhlpcZ5kmxJDcAY0MgFF3qoZi
fjSullWZ83EV78oW0+0JgV6fF5OrbxHx1HhZZ7U2Xl35MTK14jFJVTGr9PSqk8K6Hp3vTId8
zDSO0Fj/ADJJpqbWooomm9xEinOQusRqC3dySWeW00ItTbwqdF41ZUGNDjxwg7nHc1yJFuqL
pDUKvE76hyXjEvqg8s6rdd2IEFMeJBTpDGnxI0MdJDDNIyhEjFtuTlfckKq9KdmHw4ayoy39
IZL4/SUrFi47mEE7/wCYS2+9dZpkeObIy58UrEN7UWv2SwpsShX8t9HMxolST/T4ls4sJXnK
u3Oo2od+G2nyJR1IyyRqppuJAWAH+GukkG14DU+e+vVXm2GN6xDg1bWqfiLdvnpMhV86CQJz
3FaaR3UozAEoeIJ5GnhrB2BrkU35fbkNR+KSgFQ4DAMKEV33HI/hCcoMs9tJQ1K3DYnp23/t
5mMV6jI0waoOxtSm3y04VCzQy50vaG0j9KScKniTQa9p9+7p78EDVFNyzwM93hUEeGpomTpR
u2a0IYFQ3D/epvruxK8cFpozjt7AlTT/AIdYlbyhkxifqikVJGW1idq1kDahUvWRsmEPKPM6
mRV6zz6dtSXQMYgnU9dm52hCfjx0tCBC/wDJU0B59KgbW2jbW5LF2QKl1vA16SKHlWnPWVIy
t2h2o8cLaKtIQhNWruC3PWIrgUxI3nUmtbm+0KU+FdFwoDNS5uZpwrovZ26yz9HD/Nfjud/H
RSt1Xkkqf/McvT8q/h7wiCrM1FHxOPHrDuFJY8cpSo2/l3dPPdeOoF8sc09vGtyiB24Hy9S8
tZXar3O0wWzzcOVN9Z2QoCxIsEMtx2SGOJmBA3qammmiSMxrFRFqKKRT6KctNjB6osAcx7bM
XpU8+Gg81ErSoJGxPKvz1Ez8O4N7bqbHcn6fnr1OCB2ZXdrlFLmBtZ/jWnHU8ONN2PS5ISWa
SgCNCQxbq2IG2vcclBfKIi0p3AZu2FqPypw1gtQlRiOC3KpMNN/y1I2SnRIr1jddwu4oQeOp
HhDPCnGSn0k0Uv4V00mM7ZUWNGhkktIjXarIGbai1ApxPLVYYAuTf3vURu10ag0C2/SKkUNd
NjQUzZHRaIikOJGXdh/5cVanhVtLEsIjZAsPbj6rmXYsTvczHUSTgj01YQDRbedtgAofE89Y
E80nThe5IEBpS1mWtT8Lidd+8HuSSLYOItINT8DdtpPbQrUWRnWEA3GRgF8vjRfDQgcUgxVi
kiVZGt7CRhqteKAChHjV9emiAlVVFaDohvbuvRkI6FLUqeWkyceeiQo+FGwQl5QELyGOMA0W
jUFTXfT5MP8A7BIFxYIGqrsLx24QG6SZ7anelDqH2ya0SCRe/msqt2xKbqVAJt2J232+OoMu
Mkzzxj/Tfbm+vtpSOeQeVVG705fPRxYY6HIwwmO6AqsshbuZKrI5YDo/26kizZO9kwyBRnVt
5I0/aEdCZDQRqF31mS5LJB7ck8d5iBCStHSOOEA0IVDx8W0uS2WY5L5JJW7Zdg1XSJbYjsEj
Vm+B356wZ3b0mDPPCk9KXv2VLmaSguBcgUAPx56kKbLLetWJ2V+Z/LWOZ69yOsTE1JPbJS7f
femshoxWR4hVKggkXAVT9lef5ah7ihHsW5BsFNNwB8NFQaV2rrBCt3GxZIy7NWri0xMdufVX
8C1C1BW0cT8B+DPIbiJplHyWVlUfoNS+pZGrITDYCKR/SGrxb8Okg0NDTxHEficZYr6JG+x3
63MZ48lArpKnrobVrxG1duevcPc3kFmWQFiArsoFGJ5b11J7i6yHJXLyMZW4gVoDW36ftjfW
NjSh4wMgRxdW7gRnqBrdTf56yYFawpChRxyaS8EkcDSwU1EsIftx3QjuijHtsYyWHxpr2+JG
sVp6uLQ1RGjSAb8N14jREEtGWSMuGGwUULKu3Maki9uazJa0K1aUFwvoT/DXUIQghT9wsNyt
pG1KAGtNRzyJcsKfZcnyu2zUWn7vP8M73or3X7aCzgek0Au8CWroHUuPWzuoyXDlcKV/bpV4
2ildPZCZy/R2l2qG6Tvy2Osl+COysK8KLGif/wAPPSTi00UgGlT1UOzeG2o0SPuNjy0kbh27
oWYN8ahqfnqkZa5ZYla1a7M6148qHc8te7+r64Jp+0g4dCoqkbaJ8NJ7s2N2GyIADVhdS8lA
wA/d3rXQLraSASvGh8NR2AFA1ZKsw2pyt4/I6zseX7cMUiyxnlbP+3+YG/XXuIdamWWWNraK
WAl7Q38bQBU69zVIyveeKIXmtyskcZK8KeHz1CCoJXBmbffy9rbY0ode2S3GPG9LkS5YXaML
2ltLDwDNtpoAaRyFWdfEpW39LjoxxwDKkdBLBHW9ULdPcMW4Z6cjw1kpmyemLtSUlDK9bqyB
baKDdqUetbustqwQ0ZqGjUndWsG9NgTp80YiygMFx8h+Ec3iB9Rpy4DjoyEEgnd/jx4+Onmv
7pSZpJYlpVWYdsKa/Ch0mR2vIe33EpS0Hq7g43XSKAfDWZkTySgRmOQzIdxIzdq8tSporttX
fWR/qCAZDfczXZdhjIinHitFahzSq8TvqV8pVZZIgczDhUqDKX7kePEvLZRd+ekz58fsj3SB
g8Crc8MVbWkjVQvmjXY6SXIjYolzRQipBzCqpBBTq/lxt+tdQ4T9p8X2iKRwDUJJKi/y5GFR
0Uq5/wCnUksQ7mS2PJJ3kh2oOpZ3DBmAqv21Ub0GsXEj+5NKCjtwSNzGXMMAao7vN2PDh8NS
nMUywezuzmV/IFFSscbEbv3GqeHLUmBEGyZEoiuUrdkSt3amrN1LW4jUwwImjgx45SFa4X5G
WbIwRXfpIA/XUGH7jHZg45MEaxijt2FtDXMKnz8eGooyVVpJDH+/QqAxLKK7b691xCS3ZyL1
b6bZF+kct1J/PWXkyf5vbWM1r0IvCnLqLfgFuZOpWqpoekhqfI0of7JpF2et+nb949W373HT
kiqAVWnmJ3qKf3akRa3REK4PIlVf+5hphGKBmZ2/xMbmP6/i2U38poo4ged17ch/iGjk41S9
kscW9hqek0ehK7rx1S3pArf8fCmsDFwwO57lltJ3ENAY7zkFq7btHr2XPKyt97Il7bJbLQRy
my3xFKDx1kSowL9EUgHEFQXAO/hJ4aJ4DiTr29EJJx4Jp2p5bZLY1Nf14ayZECZTPkJJBE7U
Cxi0EVoKEUJGjW3s2i0fVdU1r8KU1Ag4zydsGleCtIa7jkhGgtDvXflt4nWTk39to42KOf3u
C/t1PAOMvbTb+KRBzoNKv/8Aqnb/AHx+IuIFTQV8fDWXmZE7JjmIXipoloarpxpUEcuWoYle
rPHegbzFRaC3/aGp5VUqTIVa4AVs6KinEGnPVbC3cdHkN1KGPdTx8VGw1ke4SyU7eaTO8YIN
q5Cqwpz6RTbTZlT2e13a03ttu4fLWNDJs8cSIw47qoB/AWAHfqr4fDWMFMs7e45Q7xkcsFjQ
NKECcLQdd2E3GWjzPWpaUyDuFiedw0YJFuR5EBXx324fHTSkUQe0Wb/vFq/7N9LU0/8Axk43
8T2KDSuKEqagMAw/MHY6RIRHDcG7jwgLK1T1B24gHwG1NOsWLvIxLSSPe9lKCMG1aAnzEbkb
baV8tyVUUUIAAopsqqKADRWGHtQR0XEju2jjHEUHFmO7E6Ft8ciqlqkdMpqb3rXanAamsZFm
zMnttShZlFKqfkN9J7fFG7AwCMhxwYyGdnRd+IoK8dLHOXOKXV5o0+q34VG9DTXusuNKuTMY
TNJCm9JuuNIqDzAIa1HOmpsiXBJOKvayJJHI6naljLQmrqwX4cdRf6jltDn5P3GhMYeOKJd0
RV3BLlFAUfnqU+qaPCx2VZwoHdbKDiRmjZVuvL9Hz1k2p6eZFkbJTudMePKe4yysakyO3Kta
fPWblJkD21DFixCUh1txkNokU1qGc+UHlrIk7Dw5KyJg4MbJe8IYKSQooGdwS5I58ddEZnyU
dUGFG1YgwIKDIr53dnJr4+Oq+mZMjEq8Km37uRkIWuiuYg2G6u/7NGJpFjhxWx4KJW8yAFn6
t7rY9h4V1JJJjMsKR+mw4y1O3ZzJUUY71pXnr2nAVrHkXtyHgRdK7ftU7adclOyufjjsIN7/
AE5KLIfCqqx1Isq/b7ky3+UgKwEYA51Fd9OoclI1VLD+9xuu4moI1P6f+dY3aoQOqm25BH7N
YEEwYzTwXlm8UVLrq716tdynXS274cafi0T+VwVblsdjw1HjxCkcahEBJOw2G5318/7Es9xQ
RDuOVAJtXqZRXxG2oIsN3cB4gJH6nKySreW25hjy1lwsapF27B4XKSde0xRgdyMzSxBjQOwj
KiIeBNflr27Gd7spY5mWYqNpAgTuBeFanSN7gtuY388BgwuHTUU2FQK0Gu12jMJCqFQabE8S
RvQay88srrRcbHoBVVj3kFR/5hO3w0VVipP1ClR+tRp8W3yRpLd/iZlpT/d08mIyEe1z1zFl
qtaJQxL0kG5X46lxFb78IVpE8A/lP7NYkRAMIyomnBDNVQ3ltUHY13rtqSNbSl8LRjgeiRXe
6u3AbaXLSVWheP7adIvLbrRz4+Gl9bZ6je/tVs47Uu34aqTQDidYyULGaQBbbTwBapu5bb03
17yppbGFXF8SxjRraEUPUdv00AxHejCrMOasVDUPhx0+7tV2P3PnwX+Hw1A606HZiCK1pFJw
8N9e5eV2YZEjV2H3B3TTzcLttQwO9gmxkivpWl6BBt+f4ZAsKdmVod+JoAbv26sLizGW2Rt6
C1QT5iTw+OsJhzyY6H511AHkCRvSO5n+vuUpd1cWHD8tYAgp6tslVxS9e2JLW6pANzQVp8dG
PIIe5bTQU+mjfqa6xN0XFfGKIrEliyzJUITU1oq8eVdOxtuVkoprcQbq0A2ptvoUcSzzC5gn
khBNbQa9TU/T46kngld8m4LBhtD9xkYfzSKkAeBFdQye4LtlZDRFo6tkXoOqO2toLNtvp8eW
JYwUx8YzP09rtsRe1oG+5rtpI8ZwuMWXGxrj5UWiB2FBS4m78zr2ywbyZErSHxbqSv6KNeog
6ZEgWKsi3BQsIiaQUPGo221GSpAkFY/4hUrt+YpqZsdlTNURwPIHLRkSXyOCoG56RHtz+Ooc
PEj6y0UbxGUtJNKyiR+4CTakYNK00mP2gzFosbJYowjxh5EEJexxcasdNIim2JzFhY9O2J5r
SGlrxZVGwPICukBlf0zzfZjlH81oatJM/crcD5UWu4pqSaWX7OHGJ8jascU0ikg2sOoQqAFU
86DWLLiztA7iaPuym/tYxHd9Sa8JpB1fLWMyxx4uMhV8cSMRLKx+2Jp4ht1btvv8q6yyqGb3
CUrCsLhwmP6pQvlBI2jFWPjw03V/R1Ht3tYUVd3LKJsmoIuuIPz0JFe93naBFkH3O3EFCsi7
0Fdj+njpI1v7gzcdEeQAMjduWtVBaoHhXUP3vt4uS+PSgJEbGreJ6jIf9msmoeiSyRkKxLdJ
p003HyGsl4yCzMoloDsVUDevw8Pww4rPtiCZu7yurGLf03/siwgb71FduY4j+zlJKHMbROHE
fnoRvbXnrFg7wyKExd0kkkLdTem5FKa9zaKRnkeYd4MKKpCKAqHntrGETXjElq4r5PstcP8A
tDWG6gWRY8xc7V6mUDfjpY4xaiiijwGo5G4xEld/EFd/HY67Lu0j3yO0j0qxZi1dq7b7fg2V
U3sixkcqKWYf97VZog6PLGCtBu7Oqqxr4Gh17jPQUKQR13u2Bb5U3125WLdQavlPS148tPDW
L2q07w71v7lrVu+FaawY+2PSYzFzHwUFB9rbnQ6jxWb70oZkT4LxPw46lgrb3UZK+FwpXUKI
4UxFatbWqjYgeFdMixiVtmWNvKSCDvw01tK/VTx+P5aNARQkbinD56mw8UV9xnhbIju3UWUi
Hm2HHWYDGOxJPPEUoBVQe2agfLWPDuRi29s1oelbN6cdjpqkW7Wim/xqdZyYRsm7k0Rlur92
lLruO2w+FKalWnqe6RdE52tICMo+FKnUXobQ4mirfbTt3APS/atOGsbGygZZI82mQAdx252O
5XwoNex5FTVcuy3l1KTU/Hp0ojUOxYVWtKLWjN+WsUPR8gSFYiek2ndyFWg5AcNRxkVjx2Pg
B9zehoK1NDvXWRJ6KNmyVCxOV6YgwYdHxIPPS3OUz50/qHjcs5V+EfR0gbbKvDReCbup7X90
StVUTqrwloaluRFTqeeVr5vNSvWzOaluBrTcnTtVhLt2iKU32e6vw17FhSv2oGGRM8tKlbGY
cKgb11C5iukiE8uPetyNfbGjSU4KCrceJ20Ik2KyRzAutGV0B6QP3atrH9yWItPFJ/IuFskM
d08zlRvTvG41G3LUPuGbRVxpqNkFGulOQHyN+2Q9VFAFJ+epUmV4MPHkfLzRI1XSONbIIWlq
Wr5jvTbTSYcITIeP+jSQqPT45W0tUVVWkG3/AOmpM7t96L22L02EkouDzsV7s3yUmlfyrrB9
ueU3rJ6zLUVW9n+6Qdgb2YUVabbabMzZEw58p3f3CqgOiItFhQPVQLB1GnDSHJQs2AyNPkXF
5pclz9iC7hsKEgbV+GosXCkcRSqXmyIilzz5fTG1eNONbRsOGjiQdUTr/pvtg+lCrIsmQTU+
YnYgb6fNxu3Jj4bF0x3dqmxrEHVU3O+9P7tGKV+iXOivkWq0rHOSw4MKagga0viwxGo+piO4
WYjjcTXQLqqSvFFIXTdSJGYKPnUHWTdX/wBxLSvhXlXlqp1BkY87QSxm6OVKGqPS5SrbGo/+
FFGZO2WljKfxGNu7aPmEOk/xy/8A1X17g0bN1ZsfbRRQhaxdzfmCK6w5EUBpBLew4miqBXRU
rRBi9D141k325U0+RkMEijFzueQGpYY264AjSVBFBILlNT8NbfgKEW71HOvLfS4iAhIMmIzM
N6qEM4r4C9VGsqWRWCh43ibcAkRlD8+P4LGzAO9bF5mnGny1IENTE1j/AOKgan6HT5HmDRhE
O1FtJuHGvVty5a6CA3iRUfsp+LODF6Vz1Dq7myUrWtvmHCnDRq11SSOGw8NtS40a3RFIC0jJ
cI0S6Q2mopcwprMynA/nZMsd3A3SNbWnidHHiPVD0lOYA258vj+Ge2QrJ/XzcjWkji008DcN
NkSBmVKVCCrbkLsPz1H3IhI4dXiLCoQhl6iD89te4d9be/mSzR7g1RraHb5aw3YAsmVCUPgS
1pp+R1LP3SciCCWi7bLIbgdvAx7a9sxPcrLkh7sbKSzkSbfcJ2r08tGHzE/yk3rexUdNvOg5
6Ht5DWwBqY0SCisgoSyim+25OsaKKKCZiCR3bkRa7lpCLSbBw03tkahpTOQZ6kGUHy31NLfq
1EuPEImUS93wBlatsfMBQKDUjdsFIgssjClVD7LX58aajgQnt40Lx2r/AOGzXyFvmSK6xsrM
l/mxDNeKM21W4usSgVHVQGmlXJQy5c6d6dBW/wBRKWaOMnY+VluA56hmkhafDhthyERlQPkW
VkjBVakbdXH9uu7PJ25BP6qXFEYV7JSEQowoSaUp8OHA6h9v9IxOZVO1C4f7YIu70yAG1SbW
JFfnrIhvMOGhInK9ICx+ZK08tBT5akmkAQZS9j25I+Qdu5GFUEC5nFx31Fie6Mk/uOQvclMg
F1bgeI/jPGu+myppUjx8eJ/6sANOK1vVQVKKANuBJ1j4vtsq4cnukhZXkcyOqEkPKWFTWg/U
01Nkvjpieo8s0q2yXAmEInClscdePE+GjmJE7YjL2MCChMvZvE02UGJJFd6cNqaTLyHshyu8
caADZYY9kcvVSvDbp5a7r/y5svuNFGdiLZPKnE7HY6hxjjhZhK0sqs3muIsS4ki3toB866xc
xaCOSCNViH02O8g3+F1NYWLEKxTvO07VvoqL0/4ephojh8dJFNKZ5FFDKRQt4Egc6aFefD+y
glI8wtr+9Xb9v9jFHTejmQBiQaBGQlQONLxx0qhgVF121DuailtB+zU8VbQJI6dZFxaNiaDc
Hhw1jZD1KwxZEjAcaKgbbQz7vv8A+lGetB5tnrT56eDIQSRSCjoeBGvcngrWBGxZ+X8pS1Fr
4dw76nlUSEQYcUiJs25vAoNurYV1EZf5hVS/Lqpvpu4llGIXetVHBtvHUapt24WeX+LuMqp8
6ds6yMTIXvLktJkQ5ieQqtq9sjejLwpoJNS+5z08KFiR+zU0DlO/Caqg84jYCjG7xNeG2p5r
SpmmdmVv4ftbfAhK6rAjR4bR95Q43Z52aVt+VvMfHUncpbd9qn7tB5vjWuoRGoMbE95uai0k
U/PUkSmrRUv+FdwK+NN9S5Nb0iqHs3NQaEfMaYFSKcDtv8tPKV60xUVW5gNI9R+do16eY94S
OsMh8tVnlCHh4B9M9Oj06rd8bztqyh4VrTb9eGokgZI3OUsMhX7vRS8g7LaSP01DHlziFWyI
6NTjR7kTfgTQCup8iKOJ83FiLR9zeg85BpyazUSEG6UA15bgtxPHhy0IaoVVb3U+cGvQQPDY
769wyHkUJ6VVIruLe6an4G7bXt8W4EeImxFNz4Hnq+GJhLFa7yqx6VFFrtwqx4/ppczIDDDu
MIgSQqzClzJeQSRUit2naMd7In+1HjFaoaUYSseYU/T48dZyGYeskWRPUt1LYNiITxZpSafL
WPJNA2IUsiqRc0rtV5X22IRaU3HgdegjW0PL3Znr5qCiCnKm+i/ahifPhx8GAKGqauV7jbbE
iPfU0mV92UvHhxhjSqhWqitxBKx218NGaZUL5TM6yf5iFX33FP3aA8OOu/ixdyWP7HcZAY4u
6QFYf+ZIbgSdH2icImN6pr2dy7gxRC77mxIjU7D46y/c1doFp6T26SNaSdsVjjBTbcu1f01i
/wDLUwix5WKtkLAzOUx46FldqML2Pxp+uv8AUY7JcTBUxYkEJ82S57ZWirsfpHzOm9Ko9YWA
le+4LkulFFGG4jjubiB+Z1l0s9PgoWKSdMTzNvRwvG2tafvEagmSJRK0KReokVjSg6niRaqF
AooYkAnffWRJmpSfLaatTfIuON/GwfbFtF1BPd2hLjrhHFi2aN5irUo3ktjpXffw1lrjN2ku
j9ujNQlIoOqZwFIqA5H5GmmnikGNiTe5pBcRbZHErOequwNfHUHYlx3GP3cvuWllnkaa3s1+
q1RrHgKlZHkyuA6LiUnoP91tLE6EXermD/SQ7xUFRz2rT8FzMmRYMaKvqFoXqGNqWkUI3+Gs
K0+bIAPy7ch/2f2fap4pe26tKjLxDRlL2FP9wf2I8mdvvR9wWqarSQrwrvwQfgDLMRLI8ckU
YHNUkj3Px30jSqXjGPlXqDSo7YqteVRrIlobX9ijG426Ubg3PjvoosmyoyuFr0t0nc8AaH56
9/yHg7hzOrGWNg19QwpX4XcxqeIKZL/TY8MO1AvT3HqOdSePhqaS4t3iGtPBaKFov6V/C3uP
der9wmrUV+5ZX93lTRyS5pYEs+nYlrvnv+GcY6pN/S2zAlSFVi7AEfCupzjyCLJMkyRSMBQE
zsi8aDTsQwZ2qwY13ACbcaA21/A2irchw/bqy5ndiXkkc1Zmbc1O3yHw1SCPuQZT9dps87db
9X6/hLnMhYiNUNrCtAx4hqAAXVLV1G8UqokkkLCQNQdMq1CsRxqKDbV9BdSl3Onhq/u9fbt7
NdqXVvp+zUzZH8yaaSQjbYVsSlP4FGvbIoou/A2SGn8AEUsrFhWlG1nw3ugNkHClLitWQ86h
/wBmgv7op+mps1qC+BIEcHqFGdm/vGvdMs9ffEdoYlhSNFTdeFa11MivcsQWJQdgpp1DenM6
SabISCGSf05qwFyr1yONwCq0/XUOcmO8kc0skUOAFr0qVpGL6kF+LED4cdZUk/bxqJKwiNyq
rNsY40HMk0/brCgfIiRio7wgasOPEtWKq+98jc/jqaiMqXL6dAemMDp3UbFioG+osKAgSzG1
S2w4E70r4akxg3cjjoi9ZcCRBZ3Ym251t+eooIJbu53GWFW3FR1sfAkL89YkUjGSZUrLTyRC
X7iQ1BPV5m/PUMNosmnjk9xj4V7XccFUH0KtCfjqPPTGhixchp5Y6rcxDbNLKhq3kUbgU12J
Hf3Ds9cKUsW9lKIwVbW/mygCm4A56myMBo4IVf0a9tA8kslPvSiWtR1A8tYeJJALtpcaOHrF
WWrZFSdwlaXNvdXXZwFSXJxMaTJpLUvLORQuoQ1LMNqnYctYvtuY1Vij9X7mrmtzHk7D+Op/
IaaSZ3eZ4zIuIgrai7gBRXq5VrudJgtC4kN+YxP8ySANdDCf3Kuo+QG/PWG0n/upkkeIllQn
usQZii3fyoaUqeYGjkJNSPIlEOOGjLN3GmM0xX94AGh8SNtTRduVYEyHGMp8S0URa1rZH2qP
LsdM8EckdjlkTKAAUKimR5FIt5jnw/LWdglixIDrTdPtkoxHzuGh7jvdJjy93q6aRmKlAxCj
8PcRmynK2nlQupSgFXRaH92msbKdPMqTxg72ll/6G/sE0puRvTkaV2rqDMZatBHIiHwLla7f
If2YAL7Csl9PJXppd8eNNRvIoOTQmFqH6P2fXrG7EXeyXEUjqG7fFDca1Hjw1GAwBf2uNEA8
xqU7g+PTXUsYQCGWN+4y+cuQFHHY9PjrEUSS46QxICpoHpS0ByAdx8NNEL2c52OAvEdKRyNb
TgAoqa/2HBAYWmoO4PzGsSV5BF3UieSUEDqNhtAP7521kG+5HaKJVB8rBWJG9B+m+pWWBlK5
AjQeYssU6qX25dJ/DLBJPbmsF1NvtxtRact9SdwALX7VOJWg83xrX8MOIAKRNCpA6xQyDgWH
4ZixBO6+O8UbnzAkHYt+7w1h7sFx361cgl2jJNW/3+r8tK58y1p+fH+7UibdGKvA1O7niOX4
YGKsZWLHDZIZDRVK/bCMvMG7bw1kTFFBkCtM1B1drqFakDb467QaslocrxoDwqRtvpopQGRv
Mp/XUaSLJC8kid1V6Stsgu/mcRt+Y1nNIFa1jENvpAtB+Y1jrlx2mS10Qmh38l9KlQT8K01P
FKqye7ZLCuRESXUyC0xJbQBt6HXZMcbSYx7fCq13vVwfNWtD+zSeqtGZkXyyYsYH213be0kD
xp4aMMcLvNI4LyKbltVe4FULzpudD06ETxQTGqkXSPJSNVqeAF23PWTLO9Y4JFjjdaDvVcqx
SvHZSa6yJLXGcY+2CpAouVuGah8oQCnxamovX0K5I9RGKUIBpEDTblFt8NPN/wDdZfbggNd3
R5G7jMd2+izbkdPLEpOLkuYJSkqi+GIxxtGu6dIfZd6nUK+040Uc2PkGV+1SRx9MIZxsW41V
SeFdJ3mZoMKELjxrIEkSaQ0Mi16pQCN9Se4TMqd8JFHRT9mFNolIQX3O5FygeOligy1bJzEo
M9esJixgtLOWaoBLGg5cNYmP7dA7dypiBN32qFu7MTuLjv8AE+GllxGfuZ0ox8qeNbZIYIlJ
Abjbf4/H4a96DzlEeGBVnVyO256UgYCuzHc/PXu3uebFY5i9PAGcElSCSqnw7jmnw5DXtNEj
xpTkBcWedd4YwrNfIt1Kualvn8NLk4UjZGTSaabIpbHA8rKj9lW+oCnCvHbWNLMseJDP1Be4
bn/lQszBuO6h99/HUNJhLBeYDMpsVg3TdvyB316jGcRtCriWu4aFl61p4kqtPD8HhbyyKVb5
HbnqOCPyRKESvgooP7DJHwZ2kNfF2Lt+0/2o2Ja4BrQK270rdy+VdZUyVBSNjVSARtxUkEVH
EajkkmMq5RjWGSjlnqgCXDfc0JJoNYTSofT4sLxRRp5eoUPcPIW7Dx1LYT3GheJVr09fMj8u
OsJFrRYUG/HYU5abIge0Gd/UrxusTsAcBTdQf7E0RJUOjKSpowqKbHkde1Y0DIHcY8jh+cUN
jyW/Ebajmgt7b/eqKgkleltqcvHXt+I6ymbL3a6rESFe5IXu8orpJojdHIAyN4g7g6zJJmoY
/cXdLabiELGoPh5fwmEC3ylG7abCppsN9tYqRbOGi75qBRBQuKUPHh+HuXcHQZbID07gIF+j
fj476lhSEpkxNZlSt9bj93+EctXY4AMeSkTVdaFCwVj+jcOOskSmsMmIgiUGhHWwfhQ+H4K1
pJIK3DgBx3FdSxMKh0ZSK04ilK8tGSBQG/lyMBuTF9ujGgrbSmsloup5j3QXbi9tgXYbKAo0
ZhQTRoXt+gtbwPOmvWuTez90nZjUmv11Bp8dN7zI6pGZqpkOoeWSZ/tmw7kWAFhXauozhRme
DA7skN6Vbr808tK9VTXWNixSM8rSs0kCgklyaCR24s7chy1mQLcXxlkly3le/ZacWFwvoKba
kmlyXx3iWsHaHWznYCu1B46fNiG+LQpJxAdgRQrtdxrqT1VxXsIMAjg6Dojl/hBClqa9XkIs
S3Ploiqri9QVijHMC4moPw1CZi0sNTBBIpuD2nr7VeVz7fpoRzCSMDrFB1AcQW8B4nlrEiV3
zkum9Njs3Q8Ql7gkmkoaJ5a/IeJ1nSYsbvhY2MZTHVqtJkE2FCp/ljqNabCusCCBI3gxou5H
NYnXLHcWPXvbcaEc6ah91zlVBY04eos5oAeFCBcfDq0+fNIwASMZQxxHbW6sOKiyAFVWm5AN
T8tTe2d2UNPKIpss07mSQbGCgkBERVbhx/XSyGKbGji6lhb7bSHaGOO01PajBG52J3198CcI
3di7lFE2TIxZSx5CIDn/ALNQp7hHLPhCPuRAUBmyC9f5e2yqKiu1DvrFaUjFRJDFDBC/W0bB
lkbccVooqBQA8dQ9wTzPFB28ZsigjjmWUCsXAyWDjSpOvXCSWRiRFKZqN1VZxt/lVtr26bDj
x1XCiiPcUQwilqXWW9ygGxrvw0/uNLlfGMrKw49O+1dRzJ5ZFDrXwYVGkQISjA3SclpSgp8f
/iT4kTKryraGkW5Rvvt/dq937wWTuReCECygp4b8dYWBGjM8iM0pTkOCmTbcbGmjHL5yXZeY
su6d6AcCNtBEAVRwUbAaOHaBLRpzYpttLUBY8Lm/6f7FDz1HPBH3X9tbJjhhHJgzCwXc6ACu
v9QFkEkuOJmcioXouF1NyF1HlNkXSY/tfcSU1rfJaquVNd2+Okx4qDtIosB3Apt/dpprb5JO
9JGKCMuGZmTycLhTS3ChoKjjT4alUse2I4yq02Bq9SG51220tjmOjKxI3qAald/HSwrwXw25
1+OskPSCEZMpBc2jratat4k69xkcBL8x3WNCaLQW7nnWtdRY9gjvyVK2pT7qHvk8uNh6tJNY
lygr3COsA8lPh4/hAsjyMZGZz26dtaIOhqittdxz1JbGJa2jtst4ILAGq89tU3BJLEE3UuN1
AfAV2/CebIcKtjAeJNDsoPE6+7uWqm4PRw69uPPbWPjZCzCInuenlJSM1OzIPD46l9swYYFl
ljEOVk4jGzs3UICSEAt1UrWvhqX27AGVkURwyCxe/Q3AMVqEVCK3EnwGo0x+kvcuSkbMXkC9
d0i0pQDhp4sJjNjqoGO7qoIu62qVoSRwBPx0IWye2mfFLNIFtYpGn2+7Qjagu/2awGLXZ6Dt
NQUCwRXLGOJ3PHx0+WyRz3J244y3nbZpm+AjBtuBpUfHQn7jP6cRJhqKhe5XuzFWp5VYmnPc
aTIyoZHx7nDyQhr2kZbwgt48K+HjqdJsJhi4kgMsYZowJTIW78pUXXUHDy/s16nHx8zIx8pb
VuLFGKlq3Kp7jrV9uC8NSrmmMSusY7bKwaRxSQqio1tjOwDHlTYaMUkUeQsY+1GhrhY7IpSy
3i7eO36HXcURwz9tK5DLa5PAtDBtIWdukV3/AL9ZTEP31VceHHk/ypJqqkAKH6YwrFvDX3le
qNE7yjcy4+OLAwRa2rI5oqjZuWoM6XH7qiuTIh62VwNkiBVtq9Ip89Sd+UxNEiSZIiBLWvXp
XnVqU8dSss1Mh1pMynqx4W3jx4l5yyU8x+fhpT3KGKM9xMPq9GiEOoaT99jdU1rqHGmCPidt
MlYMZSVaZzRDkSyUY1vr+zQmgJrFPcpC0Ozcl5fAay44ltZlyYYw23NgLvA+OsT/ANGP/uj/
AOICG6RWq04+G/45OVctwgiitHmpVmq3+zRiKdtmaR7RVgQXJuqeZrWn9vMxt6l+8a8+4KdP
wFusyHuLHjyQ9uFaUWPpKkn4azJ8kCxPTQiXweNrwo/3mX9dFwovagZuZpwr8q6hjVgxaOKM
Fd7rqKQvzFdOJK9MsqJXboV2VP8Asgf2PcoZGKo80ylgLiB8BontiMsSzAU4+Jp46xHyaQsu
W5EYcsHXtuFO42NN6D8JFaO1VPQ1a3bcactX50ndeGMtNKq0raKkhdYCTztJJlCbMkjJLAzR
i+OGIb2rvTbUMS1CogADbnhz0HQhlPBhuNQYlAXnkuBIrQR8SDyNSPy1ZEevjWtBGFoTJKTw
UDn46EGKvczXJibOqZZpRugEd/kBB5b6/wBPgjL5UZvyZUDOwCg9xVC7Wx0+ZOpRE7LHLRWU
dNyr5QyptpMXNb0bJ/7jKYMXWMpSj0J2tIA2576U/XmybAj/AC4OBB+LNrCyIoQuRPhSY8Pc
PVV6yuxt+mwEjUeL2aMZe/JNvzWkaEcjSrfLTxwqY1kVY5Xdiq0Y3jjQUI5b+OsmLHlXIw0X
uOkp7ZIVwaJ/E1orTloPiZESSsQ7uFI7QeqGOWV6qq2XHbetOOo/a4o5Fwp7pYXbzm1d53Qk
UVtlBbgOVddps8+4Pdc8EcgjViRTcjrcUBI33poth3KCryyLGAheo4F6Fl412Wuo8mLEOK8S
W46SfzVRjRhEHFqDjQtVv11L7xjq+WwQMkN9GabyVa7ZtmJ5U5aixMQKZsxpBn+4Mod/KbXq
1KV8u3AcNQY2TKEx/bZEVVkmSPuslSZiqkmisOldtY1+YrY+N3HdY6/zlFErTiKVp8dKWMiM
ZBNeyuFvC2hmofAauT3UrjktlvCt1ZpTVVXuDcABbachrDxYPcI4MeX72RHvFLJIzbq7JSxV
8K/s1I0mOro0r9mK5bTRHeO+vccKeIrxp8tQdmdZSAysAjI4+urk+bzUB+GszGiULHIsWQEN
K1ZLHUKOQK/t0EQUVRRQOAA5D8Lbemlbq8/Cn9o30rU0p4cv7TArRRS1q8fHbWfIGYm6OIgr
QCxbqA1N3n1BHE5V2Wc2KdzbExBoPA01hR5AKzLCgkDcbqb1/CQOoCAjtkGtRQVJHLf+x3bR
fS27nTjSuninhbtkmPqFysDQVNK7G6mmMe4Y1O9RUdO3hSmsGxiTFBN3VANAHpaWPDe0017X
cjARGKSY08iopLF68KaXtACOgsA4U5U/sA0G7AcQPMac/wAPZ/8AynyJGoS21tOLf4tIFFbm
o3wFDvprqUr008PjqCBTaJ540Y0rsDftw/d0ueAZvccCJ5MfHVqechLzseHKu2lJ40FdQoyl
WC7qQFI/JNh+WocaOQOuPH1KPpkY7g/GgGrJRJfIa3KbVWFKmVzUdXD8tOIGhxgyMkc5Fghi
Wpbt+DMOJpU6yIMaJ45M4iJzHV7YDxVEPmc+J/LWJDBE2JjY5IfLkS+WQg9TFOHEcOXPWaFf
uy5SfcyJSQIIr72kmbcFmtGw0iu1wiXtx/Bak0/bqXEj2TFjgw4VluEoMi3ycDb5AOWsbIlu
ELG1ZpFBBK0Gw4uqqBx+WmyYTKuFvJ3ZzsrFgv8AMcBbmptbuOGsjIlKJhQSESyROGqfN24i
53bem502VLcwFva9vIMiRsRuxrUM3SKngDw1MIPb1HeQxNJKxuKtbeGEdP3Rz0GSSMRqKLD2
1sApaAPq2+ei0yJmyyhVInS8dJNvbRLQD1fnr08rY2IvbqrhC1AR02BWbf4a7EedKcmq2RIE
jLncEIY6MaajxjNLk5ZNEjZy1FIuuLVIA8dLiRyJLJ0pI6ksvcJ3ANN6cNtdqe1lMxjlWqqe
jaquVZ1Xx208eP1LAh6iwCpxIqW5cdTyPkRQRweZpG4nkEUbmtNd6QstaiG399aHqrTbflp3
Gc6SBUmAcuDI1bgq+J6iR46jfJAtuksoqKbiauCEoRv46jkh3itdcinJbai7wBalPwNv0m0/
PXdr/T9q22v13VrT5f8Aw5Md6hZVKMRsaMKbakktAvCi6pqba8RwH5azE/fyW5jlFFy56DEK
0se6n6lu2/KupMYA3Rojk8ussB/3P7XtMKisckshkHhbGaNt8/wnkxnF3bmyYWBu85aVW3A8
fDSjJAkdktdgLfMtGpzFa+OocCOsYiiujJq62qVjowrVvNz/ALKUFbZoHb4KsqsxPyA/DB75
UyWZHk4UqlOPw/H2zsKxihn7mRTy22Mor47nUgliV+6oSWoBuUcFbxG+qDgOWmkQdXkZufSS
Kfka6n9wmKnu5EicgxZdz0jkARpFLse1F2VC8oqGq7cqVrqBCHmzJHo5jXcRgBUVV2XahOp1
9se8ARiLIfdww6nkhZKAbimu7lhYUmhaWBS1WNBW5BdzI3356woTKA0htijtsQIzeZ5Ngxu/
TUWGp78JyBHcPrS+ldvEaxIBDA+Plq6ZTyLWPuRmwBnI+nqoDSulgy3Yx2v6e7YoLmKhkF1K
8afHWPGir6fFQlFe8RvvU2xsaceHjz13FUBJWoo2RSedq7Cg5ngNOCPIKkggih2B200MD+nR
FZn75utCKDVmQU6jsANQ4eS5x5bVbtLjrI8YYFg0KoOl6UrwNflq6aOrznt40XeBdpXoCkhj
50arDbjx0sE6r2YErC9bcUuu8l8g5tUC4bE89tLje05BebNajwQde1KBBkBVv51A20LyII1+
3jhDa0lxuclRSo23Y+AA1HL2QMlUEcIVbY8aMjcxKTUyHzXE6ggy5Cpkujwoptigf7jZErVW
4clptXWNi4ksr4mNdA8wATvymrLYQOFWPmOw1EyvG/qK2zRC0qVZg6woaUboIBpTTSYsInnZ
mhMQZpENxB3s/mtbQtwQfPQwhlSY8OJAVAnCuJNgRGhSpDeXalV48dYeOiyRjJcrJI1CPMfI
TStq8fjplwYrL6dxiSWanCpOsdf/ABpO3w/gd/Efu/8AwZ4gCDAwVj43KH2/4vwroMpqDuCP
w6KXbceFOfD4atBF2U7SENxqFVejbwXfU09FpIka1Fbui/jyp1bakL20r9unG2g83+9XQUsX
I+o0qf0oNSEfRI8e1foNOdP7EeUWVFxyzTOw/wAq03gHluAfy0uQ/VjTqlNuIloq1Hxu0qmF
aInZWm1I9qoKfSacNGUS/wBO0YXs8g4OzLt4HfWSJOqCyIIDuLquWHz8v7NMlxW4EXLxFeY0
kbOZCoALtS405mlB+MuMxoJVKV+ehO5HY7fU/Be4rFXoGFwG3M6xZwPtxrKHPxeyn934lriQ
aUXag/276Yqbqnfeu46aDw4aqQO7ThU21+dK0/LWVkVVZBGQteFzdIHLx0onuMVeoL5vyrtX
UGA57CEiGWRdh2Wa6WpY8XPHhsNZcvfbHiCTejKcZN+2qV40IO/w00clTJYTjL02mUUp3O50
2UqTpsp26VNkMfFmPmag/dUcTqL3DON8sxaHHhIFnaVQlQgpaATtTnr7cLZNjyxYYDAXP5FJ
fYUpx0I5UIxopXZwg+0JGq5sbckb3VJ56ImBEm1buPCor+WsYSMe9MUTEgO/25LmuHgLuXxr
r1MtsOLHGwya1ZmVXtoNuEsnTQcgfnqWfIT1LoO7Njq1iguaBXl4DlsDXl46yGDLkw41JXjX
7UK5TdKotOuS0qABwrx12jJAmZQJnZ+UbnWU9RsPIRW0AHPUudm95la5PbC/2ml7txlmkAqx
G45/DSS5eYkkpteL2ZavBaP5d1j7UU1odQ4sGLLJlPHJDH2lA+y3VIUJ4u52L/SOGot4cEu7
R5Mdt/ahh3Red11N/wB4/DT+jS2SRukUtSKFP8ydt6k/PWUq5MTF1jMeWf50gWqKoQeUO5IH
8NOW+pBNlHHhxQ5ltVZuoMA6w8V3FKtrHE6vjF5fVYmBEoaQodhJNNIOgE13YkfDSRevVcRr
vXZoaw0NURY4o6DfelPNSvDTxTERydKQ40yCdsSK2ndKcnkoK15kV17YBFYcN/XRx+YRwzMo
++Sa3XeHjoOhqrCqnxB4HWFbynJJ8PtSiv6nUUUctZk7YaV/qClbyeO7AHXpq/cs7n+7W3+/
XW1bR1O1Bw4k8BoMpqp3BHD8I+2t3Wt3VbReZ+Py/BrjUfSKcBTn4769x/8AVj/+jHpZJY+0
5rWM8t6ac9PA+c0X8zvtpY0FqKLVUcABsAPwxcNVrJl3qr8bLVuDsu1V1gzerBrBKwyrRaKR
V7wXw50rp55PKgr/ANAHz1C+cSclxc4KhCt24QgfujbUuZHwlmkFd9xGe0DRuGyaPbULcSxp
4ncn+xlYwE0EUbvAz0t7nSUa2taqK/roYUMtsyiCCKU7dYdFVufhXXteKIv6eSar5FfqVGIS
g/26haVO2Tim9K1Aa9dq8Dp2RQDIbnI5mgWp/ID+17iuPZ6jKQSxLJcU4Wb/AAu4hdQ4c0i+
rMdxjqSTbQMwu3Ir4/jDPIxZph3d+QkJcJ/ug00VXcM8kgINf5jl+NB46ej1topTwPH9oI1F
7fDWwDv5VK7LdZHU8KFv26Wi0pxPjzqdRForpGxXaWouFZw3bJVvAMK6j7+K6xTWt3G6Xayo
btsRQA18DovFAuPFjgAh2+4/cJIJupcduQ4aagNr0xzPbf2lnqrFU5sRUD89NgY8xyo4CIIH
Jr8wvIC4nUKSlWjjujxijeSxqvS3xJ4nUdXd8OFPtNyVHcgX2k0YleeikbGaVntSg89ee+9S
fhr2jGTJpLAjBXAVXdQK7JvulqKPGvw0IZxLkRrD2+2zhYxLESncpGASgJNK0q1dRZXt8cjY
2IKzyMQCciTpWisGSo2Khamm+o/bpF9RNGkcrwLffPnT3Ml52Yoq1NARvqIYmD6ZsaERTpjK
sgjEt3VWtK0J+Woo8wwZMSximQ3WkMEZEbMqzUJoSGB5/EaZZg8+Rkn+gxpGCNGk3V6meyoF
CeB20MePIZMNRb3kr3cuRbQ6q3BYlI2NPyOp5Z7cbEx1vm7HUKLRAsVSalzz/PSRx4iYwyo/
V5HVQPBGKJFTra1mofFq6yMvPkAXCQerkCCUPkFdoUj8vT5acKLqLMxIe7jBgJIG3fJmUKVC
oPKiEhmqaAnnQajlmRZkyJgcy6T7UrDqSGHxSFeP0148tStlZyZESyPkXhVWOSdUHbjjr51h
VOGwrTUUj24ntdscxl8smRKxDNKwuqteHWTrLajRvjGU+rUlxOWcJEGDdQXpI8AaeOsOUEkN
Eu7UrsKfTtq+UgBdwT8uX5aAqFMz7fxORX+4axZJmIlkTIjlSgHSkl0R+Gx0QdweI1YtOmnS
OQ5bfgLADvvU0258jqNLGa8kFhwWgrVv7tPj3DuIFZh4X1C/mbdZl7i3uIEFRtWNNvhU6pXf
jTWQxCzIgZZU3I24qQAT+z8fb1jYMzwzSqw5xmzeusjDL1sgjcQFdlBLKSrVpvzFNFjGZaU6
FFSd/A6aS8kMFFn0ildx8TXfTYOMoSKNRIEHGsjPUneu5Hh/YsqLuNOdNJi8ZXVn+QXbf5k6
9vWdAf6lGZeIuCO23DgRr22JWtTuPK4pWvbQ0Hw82sm0XyY0fdaPxqGKivxtOoVlcySBFuc8
SacT/aRl2dDUH4fUNqcR+3Qg7RMnbv71BQCtLa8d9dyI1WrLXhupKnj8R+CYlGdIyypIxGye
ZBxJ2Bt/LWIjqIT21AjrwNPKK76a6QSdb7gUoLjRf93hqQo3TGqKhBqOnc/DZ66XNljIhnYh
HP1Hn+Xx1kQSATNkMlchxa4WMAKqheA/M6x4RJJlSMOrH66of3Bd/COWvX+7faSGlkRPT2VW
2FFWl8jXcTwppWbHsxopg07boZpjVheahth+7w1LnwSL21p3ECsqrJISRBFWtbRxrTWLKWM4
mTosNCKV6AhFxtb6uB4DQkUlgvVaR0VCdoMR4qDrDhuF7FIgZB/lg30G3gNjrJy55PSd+cGC
eRlkMMYrltbuvTay9I3J/TTelX+mhCFVjB6QPLcWoT1VPzJ0PVy2y459VmkoojisXoCndamt
PLx8dPm5LFfeZB34O+VtjRiLZ5CdgV3FtK8wNKsSSjMzGHazH29Q91z+W+kPCpPEV1HI0L5U
7Gpg2KTS1sEszUU9qpAjUbbaM00iQ44NmXJ/LkmYbekitU9KBaeGs3PkPZjx7FgjXyGRyBYK
+C7nx1FldqPL7EtDjea6gJu2qKeB8dLlzp3ZZJQuBtdEkRdxEagDp7nw3AG2pcdGZcCI+ozD
ECJJLaQwR9XUSwFa/wAWsdkJfJCnKndWO8k/RDjArTkayDjqbrL56RCKSVo2OPErDaKBQQPN
Tbia0J1F6/H+1IUkldmUdsh+4kCRp1O7Md6Ur46OJbJBDGUadFAPjIU/jdUFbV2HieGsbFwM
YYuL7kkcU08grJIHFaxFh9FOr4tqOCbabGZoXjIoyWnZWHjTXU1hrRH2NGbpBFa776xJnYK8
EhaOv1HtuCg/Lf8ALWPlIevIh7jx/uVjUgXc+OhfQtTqI2FfgN9FqbnidNI5tRRVmPAAbk6B
HA8NRY9fttDI5H8StGB/3jrMeZzdNLDFEvKsUXeA/wC0eOuNBJSRlA4tGVAa75UFDqWS9amC
Ne39WzyG4jwNdGcVHdeSR6mu9xBO1PDUZvFJdo/4qi7b8hrKkVawxYrSLUbdwV2r8tYGPGgY
9lohM3ntjVaCvx56T3Ht/wD5DIwixyAo/wAuPu0b4VOw08pqbbfKbTuwHH8/wup1HYn+xF7h
bvHC8N937zBqWU+HGusg4wAzGiMcUvBqcbQ1RSusD/8AaV/+nJr27tgNC8czrKCN+laAD5Gt
dSRgi8SJE3UYzeKSBbgK8D/aZd+njUbeOx5/gsk9AayXilDQOQlPyGopzH2+7fIqUt6XdmWo
+INfwWfukRqhXsjgWJHUfkBr26Wl/YjBhYinFba035a73dDxmriTalvHiOQGnnoIfVNJKZWP
27bmq4NK2inx30mbKivBiduNmKEwog6YwyryNOHPQdY0cKrKokjUUuYtcwXZia8+H5ayHiZ/
9Qm+1eaFRAy0ehO4cmm/horLPJkgRp2TAAOs7lLnu2T4DSxz3lyO4A5J2IqX3+A12JZEyjDG
Y8ftAdoEn+YTsWNK8R4axY4gcQQiSSTKioZzSNmbdtuVAKahxY+56eO9iR/Ma9VaQcaUqm3w
1HKWtpAio6SW0ZYAoq9v5EeO2oJ/cJUC5RNsVVidrTezRg3bvIBFQchpIpccY2IZXlgcbspX
7ZUAhi8lzBELfHTNNCsYllXMze2GaL0+OD2zUjzvKCRTjrH9vzpgcnMl9flAgswjIsWrqPoU
MTwArtoe5ztJEHiLY/ba1baUhx4GcKN1NW57HbWRD3qSRBJGU7CWUMFsCkcIwzfE/LUUeRM+
R7hL/lx7QxtIOBsFirEBc3Plw0PbMCQy4okEeMT0hyfrPAE1PHWL7iH7kLz1iqLQ3aIZHIBP
S3LfWWTku8GFDO2LJWvkqkJ24jr25atjDn3PHXzCjXyZH20Fbtwq/TTY6yjhSvGmHCuEoLG9
cl5GDTMg5UOzU+WsTE9P3MOAs8i+b7xF0ETHclyetq8yNVzGaTPlB7cfc6EZupli4AUUUrxp
qXGxskxSzRMoj8VVCvCo+uSpbWBj+5EIcOfGSWaJWuVmjYtay8eXDfWd7QzPLOJDL3mHFVCx
79TGtfwSQQ950dbF8Cx7Zf8A3QxOsUmqTzRsj9tSY0ZY1HRUcB8fxaOQXI4Ksp5g7EaTGSXt
yR2ydteJQGlD/CdRS7WrBIp3Fas8ZG3H6TrId2r6TMSVLT/mLAiUPyrpFoDA0Lb06ldWX6vB
g3D4aup1cK89WMQqR3MTvQVJbnXx17fHHGWQStLLJXyBY2UfOpfXuuO8lFZI4YruAaZSg4V4
sRrGjAFIYZJGav79EAA/LUEt8amPEesW3aYtFTxttGrWAI8D/aZFYFkpcOYruK6yAZ/TArvP
v0/8O+rJBcv/AFU28NY1bVgjinTHS5aiOkIUKtbqAg6dFVP6eY18WZFXrFKcC1p/s5UJAAgZ
VU+NyK+/6/jlzMwKXPPTgFFK27V8PDQCigHADhplipJIhW6O4AgMaVNfhU69GGqRD3WXbbqt
Fee+sKEvK/cEf3E8y1N+9OCr5flpbmteeFYordjcw5aX7dVylMMLSLUUJoe0W2BqeOpfZse0
rEWadYBd3irVuLAGtg+Q21BCUiGQrsI5JV+2O5xmlavUU2CrSmpStZLzbim7cBTu8i0+ocBq
4KO5GoTGeWK6wXXFVrQCta147arFjdyGUtLfNRVYoOos/SLVJrTVc8I8UfTIMMWK9g2C1A47
AnSywRrHNEXmk7fIyfyo1YMSVQcf0OlBQTzMaRr02XTi03U/xbeB1kYzQSeoSOQxIAbu5ERc
lvPjvr23E9rTttjpHA+Sy9tjJISa2yHwq4+evXZRAxMb7WNEjqzUje1VJX943EnjxOovc8iV
CscIzJce62NB/wDb4yhasxJALbfEcdT5mWiSY2VWTKfyqzBWKwh61kRadSg08TrDlzkeaPLW
5ooQEVHsqIxvaFAAqRwHy1iR4D+uyMhW9MyqQCale8Q+wCAdO+9K8NR+3YKyzJirIMnIirbL
P26dbc7Qan9NRjuPZF/LuO61pdQinMa9v9rwQvbyW+yRuKRRF0C706uGsRcRl7mUk+PlUopD
AdxI6OfMbePh8tQRTuuK2LFOZVcAG2NxvTYksWI/LWbldszKk2GbpSoZliTa4jYEsBUcjoQy
NJ3vb8ppZn8qyTvcStwpf27qE013byvbQ2wGlJSWjAIbenG3x0uVkRlpJO9LaP5aRDpRI3A3
ZioO/wAfhr3XLxwzrA2DPGlu6SA2SEBgN6CmsrKLWmTud2MrRra7D4UIFfx9laOSQ3zTg3OS
KMjSEUPKut61jbatRuBxHjx0a0s2tHP411jp3e2wlDhebhKkr+HrVNY2x+zINtmVwyfHcM2v
dQ7Mjep6Wa1qL247acqU4ahIJt7UldtvNHTq5aLcaCtBr1UlUjCdxgRuBSu4Fd9Y+QKWRJKr
ePXZSn/DrLkiYs/qMWOUEEAMkkeykjfY6LMqiRlsjavUy8WFPhqT2soLocZYle4FutCh5bcO
NN9NkXtVlCFK9GxJrb476HSWqabU/Xemw/s5E91RPZQeFq26txWslLLR6VAobjcKjYgU28fw
jyqfbSBkrt5iwNBzGw1JHXeNVqtduuu9Kfw+P9l5FFGkIMh8SBaP2D8ZktqEYxOGGxoBX5jf
WSI5GSTISwNU0U0KgqOXHlp//EDQCS227eRQtbgdZmY16f0igzWGxQrOxo3AkcaU17fHmpJZ
k5bnHetgWO0yh2/hJrsdYPtQkDriQAsynizeK8tht89Hul2XHSkYUVAub6jyFzamx1NIylsr
A2WxVvZnam6jwJ3NOWsaODFI7kRkiK9TypVj3XAJtNBw5aUJ2xIxURyy+WNgwa88Rypvo4Jm
bK6jIE6VQW16gTbQb7V1DJSJmx6CKC7vqKCt2xZTvvx/LUi42OXlmaP1eTIe5NJI1bVT90Ej
gusnDRFhWFr8tybXfexISOdDy1GmL/Nr3i6VLVTdQRw6aXazTc6SZAWD1fFkaVqs1x50B02P
kO81qDLyMkdUiM1ChQilxK2gA8KmmljUdyXIkEeGDZRevreQHerUIFeV2oBLkX+juyJ+wtVo
5cVjBpfKzbK3AAfrLNOqqQ4XEDV/pMeInuS0r5mIpvvUV4DSZ+MPt5JlX27HPTfGi1q6tSok
Jqx8K8yBrJxMK2buGPFOXEQiLN9aAtvUBrRTYCvx1Hjw5LXlwVxwdnXe+ZymxDMBYDwGqlwX
uoYl36aBrrhtzpTWGIkLrHHHJjxnzhaWKx35A76939vFI1gkTMgcVDCJuhxGK9VFamngOUFh
VpJIyKJ9mWMzveFPEOQGJPKmsvPacI2VKBEgQkNbArq1q7KWBufWP7rl1PbCpI4qsYSUF5DL
GK2SLs1fiNZ2LHJVmROxLvVRku6qKUPkUDTpCI4ou3ZE5pfL/kK4h6Qq7qdv9uvcsfGQukMB
wkZDffKCZIpiCaARiM1PLXteSljvNNJHL1Avc7FGZ7T/ABVUgU/H22UjrTIojeF0clf1pr2/
05QL3G74NLylh8lfjStPwxgELAl6vStvTzPKv4W7sc+Uk/wlIv8Aoj1kY2UBfkKTNIgNLrI4
+JoBseHw1jtGxZIwvblHSaIR+wldxpkPAih/PSQp5I1CLXwUUH4TRFGq+anbNtBYhjluJHLo
Ir46yo2QCDGiV2evUS1TTegAAHM6ysa+SzsQxggmtLXFWfx8DXjohfEnjXcmp469USO2Iu2i
/UCzBmPhQ2j+yV7hUXI627EWMGIr/FTfQQsAzVtXmacaankkl7gidVkWMXMl9oVSq7866SVl
q8dbG8LtjrJEooqS2xbUqliGvx3J/stDKt0bijL4j8Y7rnLNNVzvSkjAA1NflqWhB6zW0k02
GxrwOs11NGCqQRxBvXcazWZroHxnpXipCcAPjuSde348H3Xhx3jtU23sIbV2LLXfWRKCHfuB
Es3Bsoi0414aKrJdeAZaVXfzFCP4W1E0MjXUWahWgDcVNGqGoDsaae9mEkgIeVRue51Nfv8A
SfCl3y1AwN7TRmYooNUUE+b8hXUhy4wuJi/1GVkVpIVpRYUqadTDUnujNFBl5DHFxIo9xjxH
zzFaFunlXjqQe33tPKxiglp19ttukDg7cNuGnzocbsLh/aWKN1kaN14SSkBuZ3P72nmKVSYN
EGJpvsSQBxp+mve88SArPNMhY9UYRRW6incdWp3tjkJK8LWtiG63ivAvIPj+mhi47xtPjpRh
dtJNk0j6Su/2lYft8dD2v1DyUlQvPJU/fdOlBQbiNF7nHw0t3SMuRDNHs10A2jx7nIO60HzP
x1LCXM2XkNb7crAGPsDaqdnZVv415L8tY2DgmSbBx9sjtmwSSyuVe1h5iakc+fx0sa7LjkR5
OQzllaViVEn+Gi0FBw1NJErGsaiB/KySAJV+n5Eawmq1npIunayto3rxrrEz8ObtRSNkYmRO
UvAWVmvv4HZ6gaWFXMM8hOMZEAJdMhljNLthYP79Y7TpXKPuBTs20UyxxrGEcGvSQtW8NSiS
Rw0MyvKjqbZK9SfBRJK5b/CPhrK7n2iAk3uJWhHaC/Zx7tql/Mf01BgM39RO/qXWPYxQY1ZF
iuWlGqtPnXUmWAUfOwe/AkRIdWN0jyFtqAWUanEHXtORk2WNlGTat4VbY7mIHAMNh+OB/wDt
I/8ApyaxLaWUlv4V4ClK7/ppukihpvz+I0I+mywtx661A8vh8dUXmSfHianjrt7GWIB+HlD3
KCD8aHXuMlFo7x0I8+0SijU5eA0yN9vGRSG47KePj46MaBQqhVWnmIVQvWeZ21Hjmt8qsy+F
Etr/AN7UsK1uhtvrw6hcKa9rxwlBkzSB7uI7aMRS0031/wAyNPLawZ442S00SJTRaCvEbH56
jkrUZMZAUEinbQ8RzrdpBH0xUZnUKKFif3q7HevDfRfmQAd/CvLhz/svErVeOl48LhUaSZlr
JGCEbwupX+7WXC/Q2Xm/bkXqN4VZULb8AU4HVpcO6dMhH71N9uWg7P3BI0kkb1rVHdnTj/CR
/wDAePpsvZowtdlbq3rXepOm3Jqa78vgNT45NolMcZYcrpFWv7dZEeRKZY5o1WfDLFhxosgU
dS14bbalhnvKz407Rhq2r2hE3TawNBbX56vXqq1opxJbcUXjpEVrpyTevBQKAjqam/EHQx4n
ib1Cd6Zl/mKtD9oufhuVHy0v8skKryJfeklSGCME222qK8tRe4ZDla0WXIkTtRom5CRBF6wB
9RoBw0YVWWWSJb44B5pDw3IokaIq7866OHhwxw52RETJnZEg2Xe4Cga0sKgDjTWO2EC2c33I
olQlkX6Xa8UHw/WunxIpjh4UThcx5nD97LkPAsv01FeNNJixEP3SezLW1GQFh3KngvSTvqVp
6Fcp5FiAal3cpAor8WGvcFWjYsc4nynhChuxESAFVhwLkfpr1sPRmY5XMzZgEJGTKaR4wqbV
CrWuky5o65M3d9JKqiRlM9Ze7NU+ZgoAFdhx46dMtZI5pL09vkkJZo6xk9+UJsrE1+W1KaSW
Rmx4jXAxYkFjTQxqLinC1brmY/KmszGQEQe3ChkWqyLaoCi6hBJLWIeXUdLOBWNlZ9jwVGEZ
J/3iNcaDJhB25xseB/NNYtHuPp4apUdPQOXx1NjJC4YPLMtSKKVd5CznwIrTWDdGxeRu9AtQ
A4QMV3+LpTUfqpRj5MU5GNGvlkbICOofxbr48hpMLJhCYUMwjEARQ5VFWNQ/mY7Hb5mmvSpH
DlXyNN7kWdo6yFwFCW0qaoyhedNZvu+JFbl5iTzIh+oPuncG24A/LfU8fuKnsxZOMiTVCW48
ioLQV3NbyKH97Ul8YjMGa4jREuCRxKOi/iBcw+ZNdLNHzpcv7poDb+VfwxVksVjP9oOd2pG2
6Ac9RS5QAldFYgAilVBIIPA1r+HcZ1WALRq8biRTq8NMZksYO4A/hDEK35jfWSm3ahsT43kX
t+VrLqeTCFJMzMZUk3SokmsD14+XhqaS5DHHcsl4JWqmhDDREIIeR07hSgJFwBuPhbx504ag
yHpfGjqaV4vbWn/D+EU0gasGOxiRuALOULU33oNj4azC60EnuLOnxX1SCv7Ne3owbcSdVNuq
yMCvjVv7NyEMp4Ebj8GcKAzeY8zTYV0gVC9zWsR9IoTcf0pquRj9l39wZFHiAhtk6q+YDlqT
tedajqqBdSv/AM00uNFW2ACPf4Ac9q/2BRitCDt8OW/jou5CqOJOw/E1YtU135fAfg7ID2A8
YDEcWXIVG512t13Pqpb+XHhpclu5FNNiSpiMQVoXKFkPgxXlozK6BkoAjbsa7dIIINNP0KL+
A36efTU/36XtxRiVVkvll67rhQAIRQFfp+Op0SJ5jjShjMjDtKJbUHTS5mYrTUs+bkl8WBLX
ySafet6YY7t3pS0jgNZWH7WpyA0cZlyytpjip9PdKraC3STpMWFIcmPCj72b2D0X70Msu1/H
YD5DU/pcnIGbkEN2oh1PbVm+7W+1V4LXSRyTWx1kGOvmlkkY1FwrxdiKkmmneVFUVBPZUrFs
O0pA4U6aDXsqxqT3ZZI1IW4JIS4jkanJTqbCZuy2cZMrKkjPSkGOSoWh4dxww3OsfEUKtpku
uJuFSHlnenACMKq/xaV8SGMw9cmKpK1cqwXv0YcZJLQv8K6wlxCrY2PDKspYsGLOALHHINW7
hy02TEkkEUcEuLA0gJjSOOrSZDAcjaFXxpqJ8gH0mVdLmSeS844omMoBFRcRU04n4ayEIJ78
XbHwN6PX/s6juuQwY6xJzudW5+Aox0kzTXloYlaM+ZbS4Ulj8OA1HFPGXLrIoO9AGWjhiOFR
qOCSYQz+1K0ceSBcGXGLdPbNK1U0/LU6yq0vbzIG6TWgiukY8WHlULttw1Fl5UCtl40ebkZj
xqDYxkPbJ8SKUFTpsjIb1EoEk0+OzUZspl7rB2qQCkew3/brGbHL5Aix5IgjHoSR+3kKrE7q
tnzoBrG90jhjA92nj9WJHLxRyDg8Ypzp5vlrNw89XXHk9QMeALddIa5AsIWpAalSOdOWhMWD
FpG6gLRtReB+X4e1SgAgSyRtctaXxk1B5Hp1jiJ6qZaTXipKkMdivCh0426Gt2NeQO9OHHWZ
3I0aGf3CY/dPEXgVUb13U7fhnkggNMpUnmOzGKj8xr2dErCPUxXQMCzMBVqVpypd+Wslce3J
LSyko+y3lqsh48Dpsb/MVFkPhRiVH/d1kX0+3M8a08F4aejEsala8vgPhpxJ/l40aeVhdIzM
8rXHY9ddYUUsS3TZMgmB6kB7kr0UnmGXbUMb+RI+4tONxkVBv4b/ANkRRC1F4D578/wqxoOG
/wAdh+GIzIP588y1Yn/KRLhT+7UaR3PfIA77VVDVq8KUHDVV4VI/Q0PH+zv/AGO1atOxfdTq
89KV8NY0eM5Nc+N2trRo3yXYH4jbfREalBc5ofEsST+Z30IpPJLKiE2dyldq2rvt8NLlrV4l
CDILUBV33FACaoeTamj9OGWZ0pksu62VJRG5VrvoDuPLO9GjUEBY227t68d+R1mTFO2mGO/H
kAruwo9htW49JJ3bbbXtyd7vtNSXHjdr1jvJoXVq8bbjt89ZGBD1gsRle6yvfWq1leNXtjFt
tBTeml9px419FEO8X8vqZQOl3ILELTgK/prIkxG9PNPEI48aLeijdzJNJ4gGoWldQe6YsK4y
0MUcUUdPthO3JK534uSAToyVrHiogm7jsbxd9tKeA5AaxElPW0d0RQdQaW6RbK/UobbWVkMv
cyfcCuIizqIQPBgxK1UijE+OlyMaOk7R9uON3JSSwnv5U1lKRpwUc/nphnxLj4gjTsTyLZH2
4BdF2kobWJLPRjWms33CEV7xE8V9Y+7HCiJFZU8pJK8idZPt85WJmshdw4veTaRFJNftwoav
Xc6dMeMHAhxzDjBxULDL0d5d/PJTj4aZsVSzKhuoK9L/AGjt8b6azaGgGObtq7dyPh4akjLW
NFkR4qTAgdwFqxje4VoTpaUt+rx+FNTPm48gjmf06AbG51WESA8ODV/PWbL1IO2BH4NG8vZa
v/DpsmUiMu0UmT3ALp3asqRx02UMlDvzGo8p2VDLEQhYbiaZ7pSa7blQBT46ORiITJl92WXJ
s2jhZlM23NqAKm1de0Re17phOneDr1WuXgWlfDcP4a9vuk9V7h38gNiMa0d0KUiJrbEh4+Os
pXFtk1LOFDaC3Ty35DSRFqSOCUXxC0r+ldYLSA9Oa5YfVRpJYwaHelXXV6Nb1W3Wk/VaRTbW
dWnTkUFAB/lxnenHSu0NXV3oFfalSFY8K1G/w0hA7qF7lPn3JrdU8hrPHcEsYm7dta20jQMh
B4b117XEKAJI4AQWr/Jk4Dlp2ToikLO7VK7sasamhG+lxUDWQ47PM301kZRGPieltSSM4dGl
fssv7laActTQqNnj75Y+a5mIK1/d24azmqxtcKbiSaqXHE01gQrjGhyZZCUJtjt7nWxYfVdw
+OscUIkcxKJD5KLKspXb6jZ/bxIZKdDnIVTTcxinD4FwdR0BNG3oaU2O58R8NQTHqEfc6h02
hgooRvdw+GlcGq+ZSp2P6cRoJlS3NJK4RjX63ZkTfwXb/wCCcW0fyu7f/vW00EyY/wCrk7mT
LGtDCpv7dqCnAUFNdv6qXU+HDWG+9fURjjtz5cNYOMkVXYuwZeNFA6KDlvXXbYydgsOlNx3N
wuxoK0rqDDMcatC70LUiaQGrFZZDXcUoNtOkSusOQrY9IRQFn61RmPxpXetNQxY0oZcdKZeZ
jobQJD23ulrV9zbttrGyVMSYa490RLWBIlNpLgk0Y1/Plo4yKJcnKj9PG52SJZRRp5PN1UNa
DgOOpPSqSkTGLCFFunsP3pmNfIKceHLWRj5Mw7kj+dDULHFcyoiii0aRtvhvpsXGxo45sqCP
GMaR7spFwelT1sG3Ovaz3bWgeR+2x6Xo0iWEHjx1gx3Ay5E5pBJS7ovS5Lqm20Lw2AGkeef7
WbJRYRt6kIehKeew/Dx321i4mSo9NiB5s9Xt/mmjqxoT0g27cAaflhye3ShxtH2ylyCWrsO4
TsvlqRx2B8NY8eXmFoJiyzil8jqZL5pgR00ZlFtDw21kzFe2k0sfaU18kYZUSPl0A9W/PV8E
KIe2qGtXFykMZBdWhNNTrbXvx9r5dSvX/s6yIVtk+9G8sL02QA0kX43AaREjvDSLEzA8KgsS
QK0pQcfHUnukBLvie4ySfcRl2YqStDxUMPN4ax8rBiEUvuc0sOSZatGJATMttNx0t+zUUojL
yDFEbTyfb7LxP2HkKMdwqG1ajemsP2mN3mjihkueXo7YhH25WQUtBbgW5D469vx1Hf6o45FL
BFKxrcWjJHWhKfnvqRQzLPlQrFkTL9sxzIvqF3jt27bNXc1pTUkwvGM0h7Xf3KB2UuzXcLkB
FeO+soWCNFyGKKvISddPyrTUbRm5Fv6ryeJ/MHfx4amng65fb3ktVzcz0aKavLZf7tK9CLgD
Q7EV8RpqkGpqKCm1Bx8dY9lPuzJG1fBq8NUHDU9ylWkyJpN/BnNpHzGsCJgC17hCooAe054X
bbfPS44cTSyMkPcl3H3HC3MDdWldZLqGEsQjhevlIoZRT/j1kwRRVlxHZArG25jV+Phvx0e5
9w9kfe4E/cchaA0oB8NGcVkL5LCjHh3Mjt0HwFa01F7dIypGQ+1xZnZquo6hWgA8fhrAzbPs
ZK7zmtVQi8Dt+LbUPjt/bgd3pMqyCJPEG28/lQfhKXkL9x71B+kUAtHw21QbActYEcSXL3+5
K1aWqik1pzqdJkRVskFVuFDTxof7dJJFQ0rRiBtwrvrpoyUKsRSqnjua868KaWm8a4xUHbb7
lQtBTgNM7uAqkKxrwJoAD+o1hTFqLiSGUjxNpUf36wKHqCynbj9Olx43LZAkQARHap40bxFa
VpTWbhwNBdkydqUlhI1igm5DSgUcC3PWFiuXxoUiMkmzARtS4CLhe8h2Lmvw1jzq6W5LpBFj
KQu0aswcquwCivHfUjGS/wBtxyxl9wuIQizpSwkcJBy331GuarYeNjx2mFAS5oKsN/qkPEnb
TNIyj1MSFFibpihO6wdNFoABUU1BjSLJlKsPqM8w8AjjpMNN2trX48tesgnLduQRRy7RtSNQ
ImCg1HSu+sXFEDOZ0mH2yOKl2qbzXqYfT/dpPa+y81IExYmXd2jjFGjVuClpLld6bAak7rCV
fbgNt+0s5btJDATdRUvovid9Z0ccYMuGiSzuuzy5BvkKl97rNiANYYx4mmR45WmlyKB0ZnZZ
8iRFrXpjp5thtz0M/apS8wRramNjivZVl8XGoMdqCHHFI0XYVO7OfFjzOo3e2zvkMQKy+VTz
I6f9ukmihEK22yWii31LG38iNSMiyiDtsJiwAG9rw1oTuVNdZxRw9cg3U5GyMFdT4clT3EaO
6TpJI2DG2nMV20+HPLVUyYDHFUjqeQRSOpHiu2p8TMR2hyIzG8AO8t/3Iobjupb9dZUIhRW7
M7KYy8lXMnp0AcgVuN9Fpr270Sqj5kghZ8lQCExkWEpIDwFxLbHSQRSItcbKdJze277XbUZO
hSfltrJz8iyTHmMOPBDKCb5NkSZkYbX8Vpy1le1oirKBe/bBC9xCY5KDwG1NCa1kOOZIwu1r
XWktQfLXuGW9brclo14bPGENwP8Ag0Pl+C3qGtNy15EcCNfaKLIaBe5w4/D4acNTqkdxbXgz
Fh5ue+sbuVDSMyLJeV7f2pDcBwrTbWDjLSYyZCKXfiEjrKW3rVqJrJmhJJeS2WvJowI9v01O
JVIl9TMDXjaHNg/4eGuV9Pzp/wBGsQYjgqmdfN1gDtrOzEV58ttZWXaVyMmJMPDn5IzLI1wP
EUI3pqLDk7ZyVxxjLI9StwXYrw3DCoNK/wBuv1cjpRkzC+Rgq7U6jtRQOVddlCpmoHsJp01o
Tz/COXGZRNCkpRTxuZLVpX+LUUCigjUKBx4D+0ViftsfrpWnjT400Y8hUbHIEQDip6zSjM1a
3MdY+Z7fUzvO61VuktPIBFFIrUHbt2rxB05OOsbLiEot4o8jSEla8gWpQ/HTyRL3GLrRUG+z
KrVuurSh3p+EwlQSLBGsSAGm9L+qngzaihQd2Z07iIDRF51lbbpC9Rp8tTNG7SPKSi9pQvcD
G0qFXYBhwpr02Rkr21FXkSsvbH/hsAPMDtrtzHtRWdwhKK8g81gk5Xf/ADyGmX3ENFhRENjd
t6RpGkiK6RotLn6t2NeHCusj3cxMUhbvK8huS8yC1XZt32rw31L2kaUIrOHXYUQishuHDX+p
ZuCuW+a5lkuZIzHFSqsLiBRjy2oNLlvGsSZRd4kTgADuAOQFdtYUj97tw4nc7tqtErTddxup
up8OXHS+5DKkjz8sSphiQ9v7MVIyHtA+4fCtCdf1tkceJH/7UDtq0xCpE7PFTqXfgKrb46Pt
QDwxSL6r3LMmrdKHIsELKxpdXnvT46i9uwMSWLGg+xGS4+4Dc8spHMGm5Jp+uosN5e7JiWLl
5LNclkkgEUJsruoJO/x8NTzJGe00v24YhcDGu21pU8BXbUeHi4rJmrRpZJZAAQwqlAwWgPLj
qPI9xIGDVnqpF0rXUPl+I4/pposKOxXNzVJYk8BUtU7a9tXHIhx5JpTlAUClShck/wC9rFKR
tFFfP3VHClTYzf4vMNT4zbyRSMvTXkeI56w86PJNT2FzNyJO8jrAJBx3tkFD89UmAUpnRRoR
W5lRuJFObVO31E6xofdTlrjZJdhK8VSZZHu7UIby8B1U/ZrHiaK/JeSKDIaKotxrKMi2k8h1
tt4DbXt8rTpDjwqxs8tgVGFwDEq1eHCoA17h2dkskHC3cMgY024mp1J2xTuMZH/xHif2amgY
kLKjISONGFNtYs0hq8kSMx+JUE/gZ7auqn4bcaVO3LWHBJG0ryyqUCU6CoLh334baSON+07t
d29gxJq5BU8Kip0zZUkgEEiRMEBPXIKKLaHlLxGvZIWNZZHmcc9kjkB3/wB4ayHJFrTyuCDX
YnnoRo97Sl8qoruskj0NST4aMm1KULfAfHUkMWKhaPIY42PXthkSe5STyNBrAmZgjwz1SpO9
UYFQBxOsKEku/qggt+l1Qv1bHkf7eV7dYAmPFFJfzJku/ut1Wm44HV1N+FfwI7UimE29w7KQ
VuqP3hy+f9t4P8kQq42+oswO/wAhqyTdblb80YOv7Rq1zfvWpA8ajh4a93yckM2NjKPTw21q
pHeYoTx6gfz0J7WjVq9MgtbY27jlXSeoK+oK3OqgrSv8L9X66zpIyGR55CrDgRcd9RAO75U8
0V+MjULKI6Fu/TpuLUt5aly8WzGkDMqRJuFBqptJqNvHWRKrVw1RcvOVkRbzDvYFBpaXIoK6
fPzV78pUtiRqptbKO9p8CK+FNTQ5Sh8zGYRIsKtQl2vmlqBQtewWn7NRxQwyHKjSVZu6xtSY
9Nyxg06FrxHHWIMiID2/Dj7kgTi4Yl7WAqWZyoqPDU644UP2mEQNLa2m2tdqaw7mukwzHEGp
S6q2H+7WN3hIUCWPAAtJA0ZLAiLcW28qDXoMgyGTEHZg6LljVE+5OiipaR96FthxqdM/t8WR
le4SxumJCxV1iVgFZ5CttOot+W+n9z91y5FklZBjQY4EjSSgG2lwZQOIHI76llDvke6TRkZD
BdsVGIUq4UddoptsFOsiCZ65OXKyY8ZQEB1FVnY7sQoW48tNiYZrk0KqYOgFWj3pwoLDvp0m
iAaJIVimU1NhiUqyn6SPhqTFx1QpjtEGLk3FHUljXerV1fYybsLX2OxIr+dK69uzBB6ho5ka
iC8KJBaXFacK8dTvI0p7DusQr9oVSLYj97c00mQ16JkiJzOK1Sw2P26caKBx17lkY5PrGmSW
RVAVVjhPcE9TShJB2HPlqDCgZ3yDF2xkCkkcWRJR8nIQudqLQUpx16HJy+4yFr4Y6x1YVJZj
u1aceqmhje241+SpbtMBSEOxtdmatT8TqER+4mabuPJeQoijV0IP7zseqiawcsyZE/qT2cya
RbSZJdowy8VrQGh32/A0Nw3NSa8d+OsVoe0sfahCuxa3e1aCorwO1ef4ZMg3tidqfJSdexOo
ozZK3U8O0/H4axI6VOW8uRdwp24Fht+PGusmg/8AvsX/ALkOsBiu8MOQ0dNqEmJDw+DHQWJh
3HEguO4uLMOqmoInVe9BGIXYVuopJoagbVO2pYZ8WyF8mPEiDdSyrKQHYgUtG546kRTIPVTR
K5UtX7jojbjygrtrGjfrVgAkZ+lur7vCnAU04iNDDJSXYeYKDTceDDcapz/EpXqAqR8DwP7N
BC7SEfW3E896fgclfOwo5O5I4gV40G9NPellGom9bl/e24fjLkP3GHQLIzvW6gtqQBUnf+3W
SVTkIXQkfy6k9Nw2rQU/DGCgHvSiJq+FrNt/w6Z2NqqKsfADnr2yHudtp8mIoSyuZBGxkuPb
6SXC1NPHWWXx0h9wxcY/dVi9VLSsgq9SfLXfx1I2QCxZGst/8Q+Un4V1iYxYVyQrncbK1SOB
O5Xx0sk90eEjOy9zdm7QuEZsp1HYbaUdztZnuGRay1HbSDzkuo3HXSny1jhQ3YwlllyW2ilk
lrRKEdYU1QDw317VBPJ6SKMy5ErxlpZF7m4ckeW4igHHnrPnZwzxxpG1G4jK8x6uJtqKf9Gv
U2vXKfuC4HudsmyFW41tQDfw16OeQxjKPaFnmNeoqPmoIOshXFb7Y4/gxOx/ZqPNgIWSRjjH
GQktWRu2AaHjb8NTSe4RyyZeM7KgtN8oi+haVB3PWSdhQaysX232/GeWYXZgR7ACxNNyaugr
1U25D4ib3CVTDj/0+N2VHfdeAECLsrNWlx3GvXZq09ym6xihrnjVq9AqeHix1N77mMyYyo0X
t2OB5ldRc9PMSx2G3LTe5QS0mUMncY9R+0b7a7dKD+7Xt5xmikjyBbkoT1oIVI6d9+oivz17
geP8nb/cOo5HQxu6hmjPFSRW0/LSYzBmZYwWl+mvClSSanjrLygKY8kSePVKTuRy2VBrBDMF
eklp3/h41ooXxOvT5mPGMdWyJtnfZkQIydP8zYi3jx46wxi4EceXLNOGQEtQIaLASuzbOOO3
joZvuaTdtqRxZCzLkgIwILSKjUtNeSak90xcRHjeNo0YqsbFhd9i2Q3dQWgATSUwLsty/bgQ
9tViQgXyNJ5Ry2rU6OTA6erxpY82SH4Y/S4r0mgrruRkMrLcpG4IIqNYxItrAlVAoB0DYDlr
ExzeYu1A4cAV6ShXpFx5b6tkfuNc7XfBmLKv+6DTXvsmSL8VFWONQaVCw3uvw8/HUBUmOy1x
TjSnlqeR56TLPnjRo1H+MqSf+zrJREkVp6ZcndPVWUsllvK0R6VZBYkOHLKZTuOqSNaUHhbo
XCkjs0kvTZ1sTU2VNNPl0MjxJM4HM2s5A56w5MgyRF/cBJIrdJ+3GZKEfukrXWCmP9wz5ETq
F3VowQzE7GoA3/by1itGgkKzjuNSpVbW3ry317mttr48ircDswkRH3Xx246ypu8FZooww5oF
7lHNfGv7NDe7+Lx+P4NNU3MoUiu1ASeHj1aRMlr5RW5vHc08OX42xVKsxepJapY1O5/D7W77
dPwqAeY5a7cjOq3I329z0sGApvt4/wBvHgjrkStmQkqDUx0e4tQfSAh0W8N9Y+SybkJOine0
sv8A0Npnc2qoqzHkBz17Jj4xDxIsk0HIno/m0+Jb9uvepoW60rGARsKqrEcTWvcJ0JqoO4zD
trsVpT6eQNdtIs79uI+d6V248NZWeJI1znKxYSXBpUUk91rRw6eB00uT9mPFxCUc7dwR/bjV
a7HfbSS9wSOuOMnMZmFI7to4679TClBz1FgYW0mTGiTqklyu5N3XyWhpty1/oONL6qPJlhYT
R9NCoPfNTS60Dp5ajgj8kahF+Sig1gxsN6ySKaA0KrTnuPNy0R/50ehmSAmTHnORWLb/ANuL
gsl3jWlRXlqTJ9ZOry5BCxqavbdXs1PEdZYkUHjw00drTRMF7rYoDNCuxAkyAfuMznfq1C3t
eBbFFL34du491SO58q1Bpty1k/8A7wGOP3WMhoy1sz0kPEKrNcw5XbKPhqXEmz19PiUeAzOS
z1CiRVZCig9NOfE00sWVKYscBnYjfyrWig0FzUoNIkwUrjo5x2U9VJHtcOOH0Cms52u6u2bj
SlAvBfl8dLMPI6hhuOBFeIqNZ7QSSyND2cZ0lYFAgS9WQ0qTvz08kdtjMiEN+6tbmUgmu5pv
TXtU0yg4tzRSluAvpufkKn8te2xZ0bdj298iOJJG3aSNUkA/e8wJ4UFQNQMvcnZhIZoj5Fuc
TRLCeRV92NOOu9m4a5GRR7c3Djuq5Wkpd3tBbbegpqLKz8OI90gR+4ZM6IzW3FLqgtXc0oNN
KMKMwUpLM8jKlgqa1khW5duWpsl0WQZNYIQjXobwQGYkLtQbjWJKWDusdjW8inTTbnQaDkWl
lqV8KjhuAf2awMliAxxY4B41oGp4ctX2s+4FqCp3NOGvdlkVnQysGRPMR2I6hfidAxVtWqUO
xBTpINfAjXuT5DBUx8t4U8AqKg/ad9ODu8seNGq1oeqWVSw8bbhp5pnVo5EeyImppSBT0nlV
d/nqJZmPcYyFQ9Lioc8Kctxx1HkT0SO+wldlF8pjB+VTvrCRKtLJlZGS9xrw7qMd/iyimsf2
vJAV1RUUwVKCSQCqFfAEbbabC7SlDnGGNxsRbCWYmw0JqKf3693Xuh3lmUC0dNY4+peJ8o4/
HTShfuOArN4ha0H5XH+2FUUUbADgB+F9BdSl3OnhX/4GXntlNIKGJsdtgiG1o6cQfq13JD3G
JlFTzo7AfsGhmRVX1CRgwnhGYl7ZRa70B8dNLJW0UFBxJJtAHzJ17bBFEY4YsOTtEggUa3po
f3ab6mUG9c33CVyW3K9skUHwrHt8NZKIq0ZR3JWFaLXyjY0LGm+mWELJnTyNJJK9nRDjoCLb
9lHUf0poe0e1QLLEbfvRAvKbrXk3bmKAeG3xOpcKKA4y488GJCjtWrKCoiQjoB6ndiT4ad0x
iIcuVmVFpvFgrcKh9uqTe4ctYXuOFWXIMTGeSTqTvSAinzVWqQdZH/Mj2OsEcphQ8e6OJ2oA
P+n8MTHX/wBv6eWSTbg1VVaty1gRQoZJGmYKiipPQeAGvcMhKesmY40YZv3igCKKilSdPHDG
M2P26sINwWTtD+bIbdgLmsUpuRXWIRgvk5U6Flw/5GKHipe4rah4V56fFM8WIJEpBhYZ8jNS
vekQqAa6mkz4RHky9Us1pJ7QSi9nib5CT1VprOjw5URYwsjI4EkoqjdxQ79W9y1bhy1Aqxd9
mZQITXrr9O2+sxmP3Med4Wt4Nso3+RXbTLb1sKsacRw3bT4jJTHkjMZtNNiLbQANttZWLGtI
o48ZR49AYAkjiekaxgZVZciWWPoNFuBcgBBxP7x8RrHklftxRZCdw0qbX6CR8q11HiMGkk9T
JkTzmlzXAKAnzA3+OsL21clZ0yx6noUn04NKyqR5mtH7K00MfAZXlhmbt/8AiTKtQ8hYkHuO
TRUHhXVceN3mt2ypAHs3uNV2UNtQW1+PHUH+iEtK0JkaGQhKKD5u09HLHhuKcNYkB9svVnin
W51qQl9ykNQBuhtZaqlTjOxSgLFiy30tHH8HjjAMsU8wkRv4naQCo8Qy6SGejOpEypXcFTsw
pQ7HXu0lSLJWao47QRnbUfGrjbY+Fd/DTRO5Hfzp3tBYEtG7EAFKfub11F7jRA+LBFkxc+2/
eIanP7irT8tCf6rSh+Va8eWpMc/y1hSQf4mZ1P7FGuxGtZHlRVXhUnJFOOoMkLUww58gU7Vt
cHUfuOFGe3kLH32cX0qjUtc1toAKkHTyUSGSJ4cmdUFQ0jROjWk7jfnz02fjlLn9xGNNMBaN
2VNkG3A2sT8/7Vtp4Vu5fL+xHLU1jrQA7Gu2456hVR0G7uHbbbbjvx8P7fuGbI5syjGBcK9R
FgAbc0qeHLXtULKx71I+oW0qHkqQflrJIYqYsx8eNtmtBnEa0B2oLuGvdsFr2aGXFYMW6Ape
KiqvLcknUEreaHGks/3nUHXt+LHGDCoyGSKrWAu4Iald6XaUJvisUeWGu7BDwc0HHjttrJti
qZfsRyuSUhjkuLKB4n/p008cZkhRExklikMXdnUdx5mU1YqDTWNhTRBnzJjkwqGJn8oTqjH7
3Ec9YnqZqelwruzKtKEEiOIAea4nWNio6Op++bRurydNrNU1ICjlqL25hfGy1m4i5m6mrwP4
KpPU2MbR40kFaa9tzURpTjZG0KCrOXRkAH56mycyP+mKnMeQim8L0ijSXhdepJHy1Jiys0SQ
Ao7KlUhfIa6bfxQGirvvUjUOTE3bigrBFjxbMkK06g3AM9TuOGmkiVe/I8fpMaC56bhjIeN4
2px6jvw1k5WZMT6zLjwsuSdLZAgXvSAKxogJAAHEU1msJhFJmdyWVQbWIX7WLjKoJO/mP/Xp
fb4VCZM00YSQ1VkdSy0qNxu2/wAtZ6yOTJHksr0NQWoASfHcfhysp+df+jWclertwGnOnWK6
DSWhvUZCxk0rUzSbLXx17hgcJI4RJcwqBW4qR8eg6xfcYF/qJFZZCxqLnaTtug5FOzqJZX7v
fnUTTRgqJMeKOOgKsAa0fl8dJnQ4i48eW0lJg1i44gva+PevcYRgnam1NetzMZoO0bUhjDXy
zMKvSPa4gc/mdHNkA9XmWQQo1qvvRe2CN6VNTqbIxJFV7x2e5vQu4ARAdvKWrz17l7fP9qRF
T7N1244sPHiPwzc6KWSDJyp4iis1VS2RYhsvENS48+WkLFLDGVH75aoO3wpr3VoqmRJiyqvE
lYYiF/OlNZDEgorqIyvChijk4892OgpN0gklnjrxHcJup8BfTQ9wdY1xRBEJMZBV1+61j9bC
5RU0XmdQ5xWndTuWjw469flVvmjRVR1KyKAWajj/AHtSyZ7uOzmkXNxULkCyt3IbflqH1bNK
wwcgyTBLLw6RtVAaitOPx1JH9E00EcqncMphlJU1+WvcGY2qEhJJ4AWtr/RJXjEuP25EZTaj
SSyyQ7vtXqpy4DUOZZ2+8ocJWtAdxuPh/Zv+qlOP58OH9kMQCy+U+FfD8CYAGk5BjQfmdMHc
yVZmBPIE1C7eHD+xJiQ0Bx5wJEXahSQTHzV469nElH+8UQsbmChZQNwaVoKbba9xsNsceb3G
Z6GgLxyOer5mmvcsN3oyZEE/boRdHHGDuVp9RHHQy67CIxW/Ng1f2axYSAESIsrV3JY71HKl
uvUyxGKGWVzGsYW0bC5Rz2quo4siuN2z3MzLJLVWtFjiVRtWvPVuPj2CWQ8asVVjaojFRwG+
/PUh9sPYg9sRYZHtUzSO3U0a1uq7moqOA+Gsr3TLylSaZYnhx1+qKQm1DSm6hQdRmWExzsVL
xstsduwQqux3HHUOJD5IVCj/AKfz/D1W3b7Pb+NbrtYeVj1shyFeWhpWnlBPHc7bax/boyhC
StK2OGo3ZS+Znc7032FP9uoYmQPMWMizqa7yg95nBpUhDw8V08fs8oly8lBjNJwUJVRI1W2L
XOPkPiNS+94f/wCPCDsocdEkXtQ0BPVRiGau/HYcte1DMjQiyTKmkbh/Uvbe1AC1q/u89dhZ
YUMH9bJtaWeU9AiNDdRLRTUeQ0/akmnKmU1Fp2cyFth9WsvHKfaRldZKfU2xWv5V1OMusMMA
SXvHykA3bbHgRSnHU+VD5khaWO4eClhUGh1DCS1cnFYham2sbDelaDZtJhnqSJ3yrz0nuGS+
2nNfucdZrLH1yQFbhuWor0W34V/bqX2T3DhHe+zUpJDG9EWvIljrCn92lEuNDIsXYgIDqgiB
NVoC11FBPw0VVT2fboBNGgW5GEv3CQx5yPaKH6QdFHUZM+OwLPJ1FZ5LZJ2DdSrS5QBx21ir
PF3BFN3kZfKtimwtuN6nWLhPktAt7SEKoNQi+Yk8LSR+ulkkrMkzTY0eQT1yU+4JGJrcLU2I
/DHFgbuZeOm/01kBuHx21N7hMzpHiq1U2tfgQeZ47DXuObGjI0uRY9+zfajRbSASNjXU2AaX
YUnaABqe2QHiJ/3T+uoTlG7JVLZGB2J4nwHLw1S9qTx48dppcoWR2V9viT+mvYMSlkTwv6ob
cVjqi1+ZrtrLgyJu32jHTusir1pUBd670PHWVUVH+oLsP/Wj21AqqyKPb8gBH8wHbj2b4jX/
AP0Qf/Ql17yDMRKMjHuoGIUKsbWrTejb6i9zEfbthxZWgO0MgS6YRqbSOmhFNJjwrbFGAqL4
AbAb/ibjduabU25D8GYABm8x8abb6CEi5uC8zTjT9f7WSJOtMlxIynalFRKbf4K6BdbW5rWt
Pz/F8jJcRwxiru3ADXt+RNUGWZipUUFO3NaSG3pZvr2j0H3ljyYx3QN+13HQyU+Kn9uvfPb1
6W9VEl54fd7NOHhr3aVVPXkKpkqCrWRqtFp+7z/BP/2dP+8+kgxy7Isle2RWWwrWWSgNlFs0
8WPIWxwO7K5BCqq/W4+FdQTQwhzCRRTU9xuRINefLTyxSLIxyVYKwq5kRTViBSgrLT4/lrCx
UdnyDJM2RDWpVY6RpUfSAFPHSz+5UOTjzRFnYfbjggUxrQpU17jD5/LUlknZduiOQ70dzYm3
+Ij8IEsY3X9YratKeblvy0iSv242yIQ7/uqW3b8hqHFxhdaZ1iyEIERx3UTulu7im1a8OFdQ
JFF3J4khRklYKFyZ/vE034IFFV8NPbldjHSEy7GrWJVA5ZKV7zu1N/nqGHGhkzMwwo1kyubA
1jFYhJREBA+Y0uOkYxMrPRkW1hI6Rg2xY8SIBYpJq1Pjx1lwsWZfb1RAaGksimKJifiQwr+W
hjSdEXdLGPhazUVuO/AU17pBC9Sk/QK1+2KqreG9OOt9TlCAEjkZ613XtsKChHjz0JZ7BbtG
55BqDieZOj3CIz0ju7VoHV7anxI170QbRixosO9eoRtKWt5eYaynyYm73eM/cXekTRtyHiXU
6ylYRRYkHe7PdVaGV1ijcKK06Khhq9KKJs+KE7B4zDjL9tFjUXN47fDVY3aFTKc5wrMtZXNY
YieK2ihag8NC7zc6cK/DXussqGKGGIYuO7V65peNEbpYCo3p46RGBjb2ufFjLxXUaOy16KNq
nf8ACKPtJJTIjcFq0RU6rzQjcU1P3choceWMQXDdTeyMsi0O/hr3JfDPnH/d1PjxY9fW46zG
WtKvDctN/hThw0kdWNopVzc35nnqSOBAkoEAeg27ZdwoHLjdr26E0i9LAs4RB0vejRUWu/TW
p+Y1B34Fkiy6xMdlYOiOVYkbsChYcdtZcc7HsNkpJU0IQ9r1DHhwrHphM/bkONk2P9AW1e4W
p4baxc41ih7UM6gjpMkh7QDsASSFeg317xKOlHyEoeN1sKggeG51HjreJZoYscwmltezICq/
EmldKzrYxHUla0PhUah9OftE3PMpUig+mh43eI/sMWYW/SKUp41OkmADEDofjs3gfjT+1OqV
ujcLJWvmsVtq/AjhoIgCqOCjh+KXqWDuE25XcCa8tIY3K9lzcKbN0stp4bdVdCIGO+DK7RsS
iAJkC4AGvKtNe9GRaB5onT4r2wK/qNe4+44i1EcjsiSoY2vdrmMikA/X47gaxcAR3LPE8ry/
u2WgD866zpp37iiRwhH1BelACteXPWZiYqL99bsjIPFIUrcK8gxponsBpWXtpCGbreobuTDg
QD5V8derRS/ZYdyOtjXEMWoE3Cih35a9txMSRQ+QiLkSVJKysTddw4fDUkOLS2FWje09Uqpc
7ynxHTU77cte65zIjuhgiRWAanWj18PqG3w317UovEckgE0S0H83oi7leQNeHMa9xldyVlyK
ohNQoCKNt+esRo5D2yshIWpVthQkjb5amUf5WTGh+dA3+3WK0MTJhsZUyg8ncAICyN0kKovV
aA/PUPuExvOckmVDjJdGzyGqiFa0/UHhqKV3GPlZjpJ3jQhbKBYgoHUKDZOW+/PQaWS2aZbh
GXsmlqNiyggkg1CgGmj7jkxBMb2/GMyKOt3bcRl05UJa2m/HQleY+rad5e2te3yqwrtUOtDq
e8XF6P1Cle4ga+i2jia6y0VKxtGpeT90g9I/Op/TVsYubuwtQeCyozfsGpOyC8bRSxvGoqzP
IAkdB8zpceYqWIuETUqbaGoHwOslg1HiiZ+mhZdiQaH5bV17pjkD+p9vWe8ChqqunVTY/P8A
LXaCX95IIqVtPVEm6tQ2sORpr3TMmqmNiSO8S8X785Eahz4fb17Y6WOmDjPlHgX72Xd20VfF
bajTrmQs+TCqvJIKkTTzGoVSdySSK7UFdNmZgVZEUXKhqt52CgmnM01gRmaP7E0Yyh/50lqR
MinjbcWp+upO30+obuzRDygRMY4QNvBTXUGQRaZo0kt8LgGpqTJgf7CRTSTJXe8J0FS11OHC
mo/b8tQII4ccGlepgOsBlIOxAode5k8s+cbCnC0ctQZrA97HDrGa8pBRgR+WiXqAHqg8vl25
HcE76x8JB96Z+4JOCosNGLM3LcgDUKZaWTvhreQb1LRtRgG+F4+dfhpo9uoU6hcPzHPWXjF+
0qyjttb0gvjvcZCOA34nUuPObY5lMTNwPX0bE899Q4cRuMJxxU7VEToSf0XU88YcnIZWdK1F
2yXAHhtx1LFMLYxHEYKL9stGGQkjgB9zyfgkEQtjQUUeA/P8MiN4WjSJgI5G4OCNyPz/ABoP
xZB5lpX8+GseC2vfv38LFu04icP22skpyagNp+O+vdVm2iu/qS5AH8lNwTwFtOPPUdvltFOe
1PHTGWGi91Y4qMCWVqC88KbnhopVaBQaV6t68R4ba7gS+JHiZzcVNRNHaBTffffRf1ARYEZ5
4jTy1oHbwpadNDiDtXzJM+5oSJBK5+bU1lLGVPex1kUNtR0JQVI5H5az8bv92aSETZGRu7O6
rfdefMDbQeA0s8nTEmIxd+Qoynj8tNkxIZQm6lhsGbYMaV2B4aNjNQEO1K+bkx/XUWaSofIk
uiqKyUiNS4PAAvt4mmslqVyMnoMhAICPUyU8C235V13elWS1FjqQSSD9w1uFAR1a9xnhHrcc
KEmyAaIO70X0FORZV0c+KJY2LplLBbRV+6pCeJG3HWHJbGWlaDKCN5o44yskrKd7iK0/PWd/
+0t/3U0KqTXpVV+ROw/LUkigfeyEkYqag16Qf+EDWRDGAMVJGjnkyB0k06FZBuCQpFKnjrFu
aOXMXECtHHT+nvIQsFPSXcN000uCZBfisgRLSgUsn24kaPfgKtx2PgdBwPUzxwGWaaOgdpJD
242RvgvcoOA17ljxy1ik7EcLMat9kXN1fF/9usiJavG8FmLKw3eRJVEkg423WtpbnCBcOA78
/tiiinM6nxGdH9TGtkidILILrVFPAmvy1eyhxfGtD/FIq3flWuoSxksfHD1dAtxupeacCw3p
psoXNPhv6cQrRaozQyFuZ6f+rWPlHqxkx5Y5UbykuQKfp469r9zC1fIgOONzuQ/be4BbaLvT
hXWLNkr3ZJIyuVcOJTuQs8dKUqI6rrIwFIscxFijEikSkKm9bqXceG22mw8RSJllhLxDoV1x
oVtj8w/zG5aWXuMY8F5LjXaWeQfcYjgAlSB8dBVyFWGV4+3NQOpIkW0UOxqwpo4zhEaAyZUQ
l6/5URVXsjFQC71FTy1GMfGF7QvCEIo0RxNm8rbl28Rz1i5EKtJbjrRBszFFtKivxGs5SzFp
opnAben29wPAaePMyEhjCxKAak1ZWPCvTSnhrOE+SPvZs0kdoJqjlQG+Wivro9gDXem/gafD
X28vvszbRxXSOSx+leOmeGDLaTttCE9NIB1vGxapHKzQaPEyziNG6sezbViQKdVHFAD8NKj+
1ZMcai2Mu0S1C+F8leGs2Vfb5pYc2ABIfMDZVRIVApQ1oSK6hGPg3Rjt0yHmVWcxFS/m/eIo
dPHPhh5lYivc28x2NF5cNNi+34TRyOQvehZnK78AQooT89RSvjT98JIiF5OMj1+4ELW9K8FA
ppjWtHdfKV8rFeB+XHn+DRSbo3EVp+0f2X7NO7Q9u7y3crqcvwyWkbuBXNiqNwtqmz4mtdBb
Om26/wCPCmlhjSnq8nJ7jr9s3Rsxr0cfLSvPWZJh07+08oYXXAAA+bp3RKa7wf7UiJZFQbcS
TX41H6aQ0rc6LwJ8xpXYHUsdq7QRtfTqNXkFCfAU17Zh3G2ZcpZY1O7L26jb5jbWRD70tUzs
f7K0pRLmMkTGgNV7g46ijw0tgZJlllAP2gkTNGQQdtxr2kov9LneogYmoYoUO4pTY21B1jYf
bMuOQMa07sQENNudQu+pkgChDF2EjpShkIiBqOQu4U1MyLEA0htRDcq2NXYbAqeVRrLtePHx
pnAlx4lW5zJWiRrxovHjt89PKLYzEEoCCasGHlurQ8z+emyM7rMlzsoFt706V6aW1Oji58lj
KS82SnWV7aljShtp4nlrLhR3VchlbcmrAMTa6rsT1V/LUHcPQnpbiQeAePivHWLLAVaPtKEZ
a02FNrt+XPXuSwMEmM8gjc8A1iUJ/PWI0a3mKdXcVA6aMpO/hdqg2Alj1J7llTmdZ5naGEED
vEhl7kiKaxW/t02JBkp9ntR5Ty3iVmhoz5bOKbJwHVy24678E71yv6TEklYtIyGSmRlU33Jb
w4AaTH9vCd2SxI6qAIseIAOTSlaEmn8TaPt6W+oceomNNlLnoWOIUPckPAAfE6zYJJWd/b4I
/SKFVFjVnAeGQLWpXuca6VS5cyQwFK/TcgAQfAax4nUhsTLvlZDueETxj9DrIWd+3ExjEjja
1e4lTXWGpFCIIwQf8A1AmK8fQ9c2M3F/vrYrA8APtjTRpIrOvmUEEj5jWBilAboZXFDS0oyO
poPHWJNKaImPvTfj3R/t0OthL2YJY0KhlYuoZwTypXbbU2cLBnQp6bGfZaz5UjWyU2FFBOp4
CXfDwwuO+TuWmmOzhAouO5ArzOspJAEj9tMcGHCQqAzSkorsQQBYreXw1fF23ypposfPe5jK
yEg9pCoFtyrVhsKV1kmxbBHD2aL3CrTyd2QsQFpV2A3+GoYZZ5MXGUO8TrII7lU1+2I4pJGG
5qTto4+T7lm5rhvuQwRtIq7VUsXZRpFHt+ZdT702VNFCoPI8HoDTmdOsTJIooCJMppbTx2aD
tjgRrMg9zkWfOWwA2TTKDTqDNAykBeBNDphD7fjM2xq+Nkv40Kl2NPy1dIqwQn6YMItT5d3/
AKdGTDyZo2lZO6FgaEdOw8u31Go567sWImdmyCQS5ctAwpSxwpYgLQVKin5aUe5ZF85pZj9q
UmVVoxIhR4lt/wB3RzPSSYxRmtZUxcdQvClsl5tPxOjnL7tjYc8twkVpr3BAuYXRoq0p4DTN
D71hySsQYYL8h14UItDb+O9dAT+qys/DutyiBFhxTqTbIqEIzW7eNdXSSlgryuygXFkYsUQV
36QRw1dGOrkG2/XY6ZRxXZv0r/t/sFK9QFxHw8dLLGbkcBlYcCDuCNKtD1V3ptt4nWxpuv1F
OY5jUuMAbolRmPLrupT/AIdRvGwkDNJNC5pX7pLtb/xa9ylkaqCRMeOLYgBEuJqP3jJrbQjD
C83UXn0EBv0JGniqfUtjo1u1Ciu4qOdQTv8Alr2/NhCPMndjhgqe5I0q2UWg4LWvHXs6o1T6
SZ7WpdbdGoJp8uOmjFi47ztjTwNT7n22ZmqfHbb4a9mhm/mRJko3OhVrdjoCTtTWyujDhShd
Ngd7qayWSnciVZVU/wADqf79d5UD968UAuIpQsabkUrx1A0sqKjOQ4JK2hQCCxUEgHlTRw+4
I8Zm9RO52AWMNV6mp2VjojAl7DSyEWrGERMeMBu61Cd9txqRcSQ2zK0UhtpVLuA4ncAV/TWL
LlLXHEqs4pW5QdwBz1NlY0witUTrJ57WiIkIYLXgVode3yRwmBFUPHEKraaFTz4bnjrJvq/9
XkKZDyEZCLXmdhqTGVvuxBWdfg1aH9mj/wCtHpGMhhkvsmJ6hQglX4C0VAU1OpnZuzi+4Pd3
G/8ACrereIqNx46jly8WSQ+20TExUdUSlFMszeJcyKQOZNNTnNoq5LdmOOtJaXBYwQKVVjVj
X5cNZMUCxepxI39HlysWYyt/PkI3ICNavw4DWT30cI7hMwKwBI83meg6u3cK6VbShXHgFp4i
icDw4au58a/HUkKe7xHDCjJYOiSzGQm8qY5N6hh46WVfcMpQxIP9GsVp3HVIWAp+euzPmxRq
622nJTdQbqGh8dUTPHrsmjzskjsH+s1CxCtK8b9JkR+45ZyFqCYo6OwPBEZmNNRqMuTLrCpM
kzh2XqboqvhpsySPtd7GOMMdALmMVkHlpQC418dSzRqjsHthWm5mlXtx3t+6FvIpz17Z7RHv
h4znJaZRWr46kvHcKBiW8x8TrCwElXtTSSe5589QSKbqLuH12nw1Jne6BZpDkNnUjfZy1wgD
NxZaED/qrqebNlkyLPTyKym0M9yMu3lIjvpSuw0+BJDC0+PPk3902xKJXooAoDIdjtton12H
fQBceSOWOImtASqyEV+NNLkZGZJ7q3SI8bGhRo4nRaqfuKwA+NK6hSaWfuSkSRYUUCQE2HrZ
3Fo7fLiK6cd7HxelnaGG7IkF7XWUxxFzB3qTpPVNkZMsNzhGaLAjYyG4qVP3OW51Ifb1xI7f
MDJJmTXbXKjMLPhTUGPkY0zzSqWUhcQK1lCaVupx5nU0D4suPJK3b7eCcRpWXkDZGrDjv8NQ
5NnuMMioIUfvY8TCLYCIqKbVHz0cDDx8ZcJB05EqXhgakXmXuMzDhtpMWbKx56ixIcSAEi3x
IgcClNXpj58gQBgUk7atTaz+QrCo4nXq5sGa1GWFZZZJ5ZGaRujtL0WBP3rSR8dSTqb1iD1C
7mqVuUfGoppXPTfSgPx5ay4y5fuMveUN5DYtAKbjYA6K29NKhuXy8dKJTQB0I3I6gwK8Pj+B
px5V0EkAV0Vb7QQlab2V5aRwLum+OSo4N8OP7NWuA6V4cRVTUfoRr32aUjtmIDHKkVCrExNa
bjqJ46wMOVGGR6VZTf8ATaqRsN+HHWXKjEiaWTKkupsWG4HDbbnoUrWYdwcwAKDbkOOvclyE
jY4khxVb67Cb6Hlbw/TUea6gPIoxu7z6nFiDfmSa7a9vinisw4pRMcjzXEDcUAqLa/nrCy5I
yqY/tUgMgpQOXDqtxqKka9TkqYwnuMztVSDasUm9N+Q1FWTye4vEGO1omUv21qW2LEfnqbKh
QHJyPc5njBOzFBKqA77b6ZmXtSTGNZ4/NS7zLX589M/UNioZDbufE+Hw1PLnkxJGn2TEu7yA
WiMfT/E3PQKCzpCmnOgoeFOOnOUTJ3Y3RRHcGif6WatqsD4V15WraKb/AFczw4fDUWPFGspS
KSCKMKPLIGuPKrbk11J7VHlR4wzR22iIoGZOiyiA2s1KfHQxc/3fNmNqI/t+LF2ypAGwLGhC
03ppYsKeTsrI7Ro4L0D9JZ0WtTad9R53+q5ji5XHbwnUG3agH/VrITJ9wM3pZFb0pgELFDsJ
TvXY1FNPDGGK/wAx4x4DgxH56mM7lcWq4jsSZFdlQIzRggEMqA0rsKgahy47Ughce4ZE0vdA
6z2yttCDSnSVP0102XFGjZaY5ki/8WWWnbj33JtWta+I1NPFOmIcOGCVMpirP13tIGsNp7rE
nq+G2mX3GELFNMnuDR/zSxCHtp0kLRzz075J+48UTFaUtqvk/I6vPFd1BAYE14MDyppUkjC9
oDgoB6uoXkcTqQpG2XjIe7NiOXkip5VuFakCujkwQxYsnaPrIpIw6xmEbGBZCq9QFCK1H7dL
NCGL2DtSmLFiV7lB6FlBYLt4aWf29VIrsHgQk0NKq3ZRNvgTrHXNiSGeEMQ6KEZg/Ngu3Kms
a2SrZCRwAm4WmTIlluJP/p0OsCZevBbLlkiQbyM8NIevgp38vz0sPcfuLjSZWQYKrESSO2GP
SRR6uw5nYagzscmNTCgeLHQrLkI0nbNqniLQd246yPeuysnblWLGxH87BIm7apGA+5d6nkAN
YuFiQ9v2+OuXkSksQxWGl5v2UBtTx5sco92lyblMalXHN1YhXZQzfuiuktgxsNKkifOqXADb
D7kkjtudqoPy1RcstNEaGPBx2ENrgC9pHMKGn7NTRRZ3pZJlManJy1lMkdamiwoxHL6tJiRZ
j5zTlAIoEMEEap9VFZFc7cC3xOnGKrTNOlhoQykrW5iuEjVoPFxq+DFZY2rTHIRHJBtu+6+Q
/wCVBrJgyGOF3GrCsmSiZDvVSwDlQojoaeI0I8GZXiY3SYmPJNMz1bySyxi2o+BGuzlUwmAW
gTHmlkHOpeZq3V5/DUrRZ2cWmo0k0kaSVI2p1ISP01k4cGSbpVecVc4cO/BnWNas++9KV0sR
aGeZgWAhjysoW7bljINS0hVRIvbYHFmircQtKvIbuPlG54DRCCSEdyRqVKkkuST8idxrqFab
ivj46kqg+6ayfEgBd/yA/ABhWhB/MbjVTwGmWehx8gwpg8rzJ/MowrUKDXhpJsdA9Yg0UYNA
emqrcwH6nUgVnQyYrC76lN9tVu8KVGvTQntte8l7kqv/ALmxtwSaknbU8GN9qbOYRyzRirC4
UvIG7dK01EHIlixcajyUPcYoBwryIHjpZ4ulMqKqXgHzjgwrT8tQyu6lo4jF0jkbW4A7Do1l
o0uPFICZxIxCxkSuwS8jct076xGlzI50hmv2+8wIV7W23FDz1HB7fEzyiV6tGp+4pCohpxrQ
U1i+yzxJJLH0yhsiGJywVkQCO5txcp35jUHt2bGkMdsbw0cNJ9tbDcVP1V3B0+Q3uPt8ZllS
fs5JNY5YwFvVSpG9K6R8j37GhXIc5K9p61Yjzolq10ElyJs7GxqMJOyyq99GDhluDUrTfRTG
q0fW6liEBEY6jQmlQDrtwyO8HmAYW703NlWH4W5E4x4xuXKsx+ShefzpoVd7i9LVQHo8R1eb
4ft05ijftiuzdRAHG4gAbfLUoK1k2aNrmG42FLOa1qN/9mmyosOeTMK25bnMEZG3TYXepUkf
CmjHhZWRF7dFdj5CAwRzXKDVYbT11py0BkQ5fcQq6zO+QxJVuYaONRx308y+31yJLpDlw1VF
LPxlFTU0OsxZj3GSNoOluJqALTUGnTy4awIUrnPRKRTAosUkjiSWrcXr+94U46ypseCWfvSr
FSOL7SiMlFAdqAALRjXx21m46rFjLI9rS1sBYiErJkTNvTrHQo31mpl2SZ1xlgWAi01SzhbQ
dtOpV/iHPXt3t7dxp4W7+bTdhfbbGhIHlC8KalzaUV6BFPEKBwNNNcSDTpoK1PgfDTRq1gJF
67/c42nw6f8AbrvYkrQy0tvTjQ8RrvyMZH7nea4+Z61qfjoYuK5x8qaYyPO7Bb6r/LEgXouf
/wDXWLBLCsGcbqw9rvS9rcXeoypO0Q1PMNKsRJW1TWkIGxflj7c/HUV9PUIy2pd/9tBj3BgK
/wDmVPxOmlRXyY8RUhiW23u9/IYsY7q0qAUO2svB7TrgZEs0ksxFBZBH3ES6lftyazJ/bY0T
GvSHuzPcZHKBG7QIr0mpFTbTSyQtC+GkqJJlPJ/LZkJaMshjLqB4bHhqTtux9JhZEhsqI3mk
uVnrQXdIHy124pZWyMoWsqW3vZ1BRPI3RWm5ppjhxFphcryQR3sHG/8A7vKonE1qq1rqV87K
gQSUNrySZjFFpcLXKpXwommMa5jN2+iixYScTzPaauocztwzZQkrGsmVJkEk/b2Qqim0jSRe
554w0MZJxhJHigUfY0QSE13O6jUcEeUjysxWREWSQ2C5jSTKdE3Jrw46aKJgOjogJ6VjBtLl
cSHjT+PVMj3O5IisixXNjJZsqdBIL1rxJNdGbF9sgmAcJBKkMs5qPqaSQwpQfM6U5HZEf+bk
yDDiRfDpUTnUhzcrGmgmp0epEUe37vax18PHRWf3vGbApZas8tI14BVK2V8N21jYUefHJWZG
eRO69BWnXM8xtA49O+snGyIuzLjiNWmTeNndL27dw+muoxlMHnCjusvAtzI0quSKMHFDTder
loxhgXXZlruDS7+46eQ8EBb9N9I2XlLHI8Ino1LqNvRQOJHCg1BarTylkyMaacJAgKMty3yF
RWleFdQozYiyJGsQHqe4QwW0FlhjfbbkdRzTZEM0gh7LPFHI3A1q17Rbnjtq7FJQ7DoxiR/N
E7HeVt7t9NJNjvioR9zKkw5LVHJmpKdhqSE5hlhpY3p0KIw48LQa776XsYmVk1USIsjNjQoa
1qpv6z4UppR7hPhYCSrsrOZpxZvRSxqeNDQ69RBjze5Q2CSGZR6QB96bT+bhxGmIhxsbKBEr
d8zZDoVFWrZH2jQcQNGXH96giWMVLRRR4zOKi5Prkr4fb1HJLmZGbkSvfJ2oVKnwQiSyp8dq
HXZxkw1WoZXnkgSQ13I7cay/LjXSyy+5qUW0tCMWV1O3ia70Ohl+15uSERiZcpoZLUUDciyN
d/zGoGxZJWEv8mTIXKELlt7epnYnn5dS+4rm46zuolfEYNCKEf5JlpcNtMMTudmgp3gA/Deo
Hx4aUFKDchqUJrTnzGhEG6A3cAoPNwroTAkMTUSDbfxBGmAkYBq3AMd7uNfGvPV0huIAWuw2
Gw4ahzpYoshE6lhZlNSQQtyjfY700c2OGNM3b1cFxNOnY49jAAHn+mji5a5U1qLIcSCd53Vd
rY3CIo5c31Phdl8eOCBJo7gCWYyDYMC5oKm7VmQCFZkHdH0C7rNOfTqPGEPfSQGD26bI2Ci5
issgXzFaGmp8TCc9m2WWaE3XlTIVZyy7KwjjFvz0z5Ukl0nYycSM9wpPjhFooiqb36SDtp8x
o0h9vxBda5CuzRNaFelwAeWg8ej4ahyXeM5E2TJL6qJ+5LahCbE8q1INd9KIyxR1EiXra1rc
K/lzH4mVII8dTQCKIUUU+ddNHavUQb6dQpyB8NFFUo0aSSu5I61WlAquycN60roFSZI1AMkR
I3RPpUsCRx2pqLJxclla6LFignN0vE3EBTQILhTUftmPIWlxqyyuKjeSOKvHxKE04U1i+z+W
OMQtliRqJkpa2TQgC0NefzrpgcRosaMelWIPb1zSCehWTzbcQOVDrIvpMcxZsjFxY/KsrUhj
YtdQhUQluS+OsbHxcZ8uKOIDIRXQJLMpJUs+3SgY8vAc9RYHt8weNovSzWIN+wRWx1JNC3LU
TQLG8cqiI7GTaSESP0oS4IHh/drHbOyDi+1qtYIFjVWYKbRGIRIWNo4Fj89CKNy15DARO3Uw
8qtFhIEqeFO589TscTKiY/8Ah4sd1F6bUOS8jlga8NOsvtOTmSRovZiypV7RStOmjFFYb7eG
m7+HiiTrRDkOSQrb7LCLOG2+vU5efBjOiqGaGIi0npIAhtLCvw13fbcCfOlhp3GEFUZGNbLp
7mUCh5abGTFRBMftrFjqHoTsAwX8tf1r+6jKZayjojS/mFaR1HCm1NLBP7RkvOzC2QZEZWld
w7Ri1dekvkOPUN2hkl471rWzevSa8hp7J5PaseQjtRZM11aectCCKV+LHSRw+1TTQshaTMMb
rZHSpkvkoSabimosH/VcrJMq9TlkCxMRUD7CNcfGhoPHU+VLmdiKBFhZFCW3s1A1bp2DEfw6
SSX3DKyEDFozjwSPbTpuL0g33I21j5EuPlTSBDcyzx45qdqm52e6lKnbw07Se3tKpFAk+ZeH
4Kb1WVV4b8NJZjYkMcakTwTmNb5OFFkWWQrTwt08k/tcJ4GFYpO4zKeJuftjn+mpMZ8DGcY5
C95sguWJrtREZqim+22lyPavYMYw7qTMYwajwHRqIZE+LheodyMONIwEA5tLUgfodTNle/49
sjdERmU0XmOiwflTUkcPvUqurIz9pVOPJUreEdQzXWncnnp8vD9qzcsybJLLLK8RCmlQsYXw
0LfaY8Tuu0hdoMiZ4mpsR08NtqNo48ueXmlUODKr4ECILlbduosTThqLM9yycNI7e2uNK8k0
VTwdWkkU3EDloLj93MkYFP6LEWOC3k15Ri3+62ojn4Uss0lXhhjMbgqBUl06jtqKXEyvSt5m
7cYma7jwKQhKfAnSRJmZ7zru3o8aMV/IlzTSxZEE88a7tBmZcUBr4SQk1+O+pGeDEwsWEmkk
uQzEqdqq9Wt22rQcdJHjYvt8+QoujGJLLLKbeO4Uj9dIx9qnizIP85xIzS14hbY6HhtcdhpI
pWkLRVUI5qFG2yqeHx0jqQHFHU7N8R4j8jpBkylxHURrsAK7miqAN9MbL+AArvXjUAbnYHTN
GnbU8EqWp+Z31H6ZViJAV1d9rgKl7noAD4V02U2S0fbo2Llx1BY21rFFS9qMLd6DUEUKOuVI
T/qDRpSOTkjuyMpAA2O+pMjI7MjOyR49qSVj5v1u78aajwFoER3lJ2FSRSrE+AG3z0PTWYdk
jTSUPmkmPbqgpwRDSnz0suNFTHyxDh4WQJOzDSEfcVlFZChKHjrGlxezNHGe3jJgqxS5auO/
ObykYL8Bx1mQ5OQkbuIxFiwVWIzFW7SlmPT1XFq7HY6kgygYZIFr2ZdjuwFEHxrX9ulE0v3H
Kp3JTQCnSLjyA0VPEbbbj9RpUgi7ihCzxzSLHW0dVH6duegtQoJpceA+JpXXrsrGlkwU3Zo6
JXemzMDt401Cwle9GIjiNLUB4ENJVePHbSHGkEiMhZ1M8anh9xC8L/pwr4axSPMZk6KcBctN
+epM1Uf1k873LVe2YKrFH9VeosB+uvcIOkpHPE8sb+KkQqgPh9zh4aGNiYi5OXj5krAS1AYA
Udr2NGRbox+WsrCEq9qOyCTNKFIiIg7SxuzNU04gfVTcU0MXElSBZftRlgDJFChJklc7dTcl
3316uJJMeeeFnxI41GyeVd/ggqxp/fqDByI7HU/1GPDw6Y77QxO9/wBXz16hvYUCLb2ZpZYh
EqA3I5Ck0FTuBqMjGmxIWrIcbDSOACnTu8pJN1PAHnpMpPaIIZ4GBRsrKLn/APl2E04b76YN
7xE0o3btmKFbeJKOe4RQbbjTA+5QSY8gWonyr1QgVIXtCJj1cy3DS4+Pn4EMvkSVsaVqb71a
Q0ofEnWHjH3aHIiLM2S3eSGO20AXLGbm34D9dLk4ufnMZXYqMVCkFDWpVp7Y+XGvy1f6fvEy
ntRy5TSy900W+2FZSG6acdLkL7XEZbizp6eaoB4/cyTGhNNYuTk46wwV7eRjxpHEHZmCq0sq
s5SKnGmrcD7YkHbVfb8Xp53Hv5FA1DwNdR92HKNehZcjKjQq5ItESKxDO3KujlzyR4UodpWy
cl4VF70XYgManf4aVfcfesdxEUN4mBW03bpS0XrT9upceP3GfI6e3NKsMzvTelzAEeOo3jxc
8lT1u3bTuU2ItdwVr8tS4sQyRlJKTDjxCCap3U1cq3lX8tJA/t2UWDq6vLlRqgk4dxuyLv00
FmmiDMvbkxfUyzyOhPcpSxnUGzloNN7XgYS0AE+XKRW7htcd6ca6knzfesZo+3S2HcoFpTth
nfhThoPg5PuPbUAS5eKrhBb+/UIKm7QXE/5btEg/nZToeGwaQMC4r8BpYvcP9NxIB0tFColk
Rm3voYzTbxGl9tT3HPz9gIVx/t8PLGLQjctVT2j3N7RW2fKdU8Prtro+zRQZmL3VBypQ4yZu
utsdxe2Mcdzy1EnpM1L5FSKRRC8ncNdlKlmFdSx4mF7hkLkIY5RNkoLR4oWdqH5ab2yQLgY/
p1RsIUGQ+1rVam6jYVSupvdHj/pYZ+yY+qp3Ibc0IA4VOnCy+5T85I8ONo1+DNaxOjjy+0/c
rYZ8uVgxK9P3DRiD89WyTYXts8TAo+P3p1b6t6iw6kP+rY85na6US4kjLUbgpaFK8602128X
KiyHRSAI4MyioemlilhqYwwuuNMQ8csqyAk29YUy0NLjpiKdO53+NNvHTCEgX+aqq3/fBprv
xTduQG0KpYSUI3II2py4/g60DLIKFW3HwYbjcctTRQTPEsw6u3QEkcKt5qfI6eX2zIyGlh6s
eVIxGLuaFnlpQ0FQPz1gJHkF2RmXKgmA74lXm1KUHLYaey1jPG8JUmloNDdvQcttXxB8ZceD
uyzbO5mUEC27YBieGscz412TjQu8Qc3q7zm9XcEkKFXfbeuu1PdTHijaWYpaAXUG1rNrt69O
1NYiTRJBjY7AZEXcEjlSzTXSV237Vw58NAlX7kF92RKSWX71yvJQE9IIXfUDFSMhw7zu215d
yyt+mlx8kemkYF1klNIigW6qstbvy0DGvakWgKbsH8XuPl+VPwv7n3a7QgE7cyW5ajGPO0rA
qzTWUUDjQIaklee9NUlmV1DfbTtrFIVIqshCqNiD+9qDKjnWdqdsyRqy2iL7cVa8CQhPjrHy
ER5o4sZVKod3njHqVjpxbah0GyV+1kZHqpTKu32i4qSKbLUg6jxOtZcxJXw5UNJnXInVmvqa
JVUNNRqscUOFOapCAt7mHjKx41bh8TsND1KDGhrGmRIOpY2kq1CONwH0jhp3xA8GNGFRXp1M
SO3dIy0tLrX4a7cMpykkMkPfdriwtuurz8mk7kq94EtJjQ2npANUMkjKt0f1WnSq2Tj0kNEa
XJMjPuNlMPa4HRZcmHF9WRFEceARkGlzdyQXNb8hXSpn5eRlMpuWCR+3eu61RG7k1f8AdG2j
Fi4kcEYdmmkzTIsYFtDTuOpIPjZqkc8IETBOz7fieoBu6q9xltr1fvaR8nKaKKJtzlxYwCCv
FO0dmJbatRx216PHx0qAUjV65jGjNWQRhhGtAK/I6txnkdV2WOGWNNvhDipPReVa6MXpmtNB
IaTU38yquVNHdttwprGwMnBHR0wd1YhWlZOgK7nam+u37iJzkhz/APjMU/y0+kzPG1Pjuw+W
jCIcKORnUdsu0+SzHj9wdSdI2P08dE+4ZXtSGNiJwyeolAH+IlyeVOWjDHle45uLIOhsLH7c
a7m5QY0Xeupcb2/A9wudqDKynmNE4bCoA/PTZWWMJZo9v6ibvkgDd1SMkb14b6+17jg4Nn0R
4Zur8S6axsZcl/dBMbZUhaSMig2Y0jBpXfbXqG9sOFG9Y3ysi/KDlCQFMd425i78tepylxvT
HrBmxpFCJxupDGvLehY6ZV90xYpZehDh4RVjXhyNTXhrs+4ze4+6wvuY1x2RNuT2ohPjr1mB
7VLG0v2Wad1gNFFQB6iTemsjM94bHnyMqSMtHHKZmI8qjsQsoqmw4nRgkfFwKDtx3pH3+qip
WGMSNuPE6kHd9zzmAUUVjBGSKNaveZWp8dQ5GRhYeO7bmXNymcm0CgCnzU56zsXBy4HFO8ku
JZSNRUtHBBHUsTsKnx13czKhkLr/AO3y86SF4z/EgNa/PTPk5OLj5lBR4pZ8i0qao4kFdx4V
0uJ7rlAyQfcgy8Nbo2JWv3IpQVupsOOosnOf3AQH7aYboR3mIq0b0KV8KgaM3tPt0iyEMD3J
2tS4gfRbsPidLk+4e84kUZdWbE2y7fkGMhHxpqJva/e5Ti7m0YbWceCGKKg56r6P3LtdNR3Z
67ealQBRtSYXocnByu20uJ6l5GV2ShIAeu9OelkZaK9Qp+K7EfAjw/Ay32yJQxLbcG8ak7Cn
y13JJFuQB0jsLqx/cfdafHRklFFdrnEYA4mpCDgPhrvJLOs6SApE0aMCgI+rhd+VNDJ9sWWW
cXSTxzRxugQbk2qKU8dhTUKJDEJiWnmniru0hJMYWgoq7bb6yGdutUAhjpVnkdgqhdxw0sif
YhmVMUklO52mmpJNLtsKmwc9tdyaRCubkduSqcoz3HMe/gB/xai6rI5mbNyF6yGHc9Pjwfka
VHDbSYjwIciFBke4kOVQSKpfvtUgFLpRw320nU7yZMlk8S1UurkEgleNx5aSLGX+ox5ZUne0
qjqrdGxLb8jqJoJ0iicJkD2wU6Aw37bNW2u/KmsvDmjbGlhHd7kw3VFqKFV3of3lB/TUsVwk
Xajx7qSNxuwBpx0OzIqOptqzxxBb9iWZiGYEeHDRlx2Rnguo2xUihQkBqV47an7fabvUiHTR
wFoe4FIIF3PfXtHtGQP6SGU9I+osxcluXw1izKxaZJZ1Cp0pHIA4hkBHDtrHUj46hjzqNFHL
6uVypa6RUv8ATAeXZpDw5nRny8uwRozNnqxNZe3HbDHTf7bPX5axcftB0WNXiSdgE7aIxR25
CyrN8eehBlo74kPdmxcOOpeSRyOl23PxY/DWSZzfA0R9IGJAmkB7d62bEISxBOsSRpVjVg9J
JqpHdaVZbwRyPEc9KcGeGL22RGujix+7ceBI7exB57asfLyLQtkaw4rxBR8u23Cm2sb7uXly
xAmySsIQMRbI0rIlgBHGmnGM0rJW2VoWGPDfXpaTLk+5KasakfpoSLjpPIoubIKNN0gt2wJs
xkG3Eso0Rle5Rr9SUledgv1U9N20qfA6jXAws8ySiwtHEmMKHh1OrE18S2lzvTY10FMdMLKn
7srtWvdJiMhY16baanwMlTAV6IIcc+miAetuxQzNU7dA0mScGJVu7c8mQC6hfFXzXFACf3d9
SHHlADsLVw1uUk9NKwxiMU+LagSWa3uzW58MhWjCgAMgg+5S0+OosHFyFkEn854YRHjLUdd8
VCzjbf4aOT7RZh4jdUWDFSWQ06S4BR3NSDu2pG9wyFMsq/aaXJZI1pt/LxTx+dNAdjBFCbpp
FkaMjmepmrX5am919vjxcgwoQe3K2MkPOtFRDuK89f0C4kSIY5O+kQMhchiK077bb7nWO+V7
1HFCxF0MlYzsCGav2HpXhyrrHl//AHgKtcLIYi0quQa0ZRJJXUIb30s6bJBFjkqx8TGwcMaf
DUWJD7w+DiKj3h4luvB2Ea9lRbx3GrB7l7jlvPUFMd3IO1KWKqjceA0cHG9udhVvTy52JHSg
8oZ6A/rvqCDKyPasSWJg2R2QFetd02ZeA21OqY2PNFS6DOhdArWkrV5JO6QefSPz0uPDkjIW
tFMYyMghkHU3ekcRnw212kXE7z0Ib3HtXW14lSxI58NPFN7nivANvS4eOwAbh0lAeJO/HfWT
npjHJaeTpjkiZiGYXWqsg5kcT+ukgiw8b2lXuqs8saMP4kjjBrU6eHJ9wWW642HDYIUbirdw
Lw5f7dY+Vi0zMTBYsuPMC5jU8Ad+tF+O4+WpPb5pYsOS5ZMfBtWCF7uksrAb/DjXWPB7VWN5
ro6GOENSI2klgnl57mp46btT5HaR2Rp2mZIwU8x6iDT8tRj3J8T3GeVrUeXLkc04BF7YNvUe
ehhz+2RrhSNbJRpZVjO57hGSqoFB476ky/b5u9LW/wBOFCqQdz29z+WqOpU8aMKf36WIuTGl
SiV2FeNB8dJO8DjHRaJN26LSvNwBXfmfwsyMnJM4LSiG1TH3W2reTXcbnU5kkUo8e6+p7AFp
rbMCCW8QADrFywkuXJVFyJ5Y2SEqmwjgdbVCbU4fHTHGS5kVpCALqKOJofAHULS0haGENlPS
52klB7GOsRAq1gB/Mk69xGd15ZxeqWbzFu4Y0bHSngAP7tQ+1J9qL1CCWZC4RcfHQBfPSguu
Y14HT96UWPMuwYyFsGIBk6luIRjUsa70Gu6gGO381qVI6TfI9TwoKnXoGR7TI8vdlFpY3u11
vCpD76wvcoWxcERYaB8jJqZDt5e2jCooNq10cnNkfKFbYZ+zJHNFSrFg0QI2Y7Afnp8jEy5C
mbdHTtsivHuLpe4KM7L9S6pLVJz2zDjlTWRZODIRtp4MUeoMkfbyPVRWlH/8oVuUjx0gKs61
6kTzFRu1Py1Bkw1BjlVk4VpXhU7cNOrMJJ+/F2sS4EX5LdxmpH5j22C1qeB5aXC+5LixtLAZ
B5h3WoduAdwttOFNxvqHsorzmIxNjwqI+uRWDAhlbZf8wn8tJfMr3A44SNqmyJrQCB9JI28d
ZDzOYpKBYoym7m6jbny227/pqSFlV4YsdFAPTc0dQpFd6gyk0HGmvbWnjWRO23pIFjWR26q1
p9LMw854Aaf/AFTJmghcFBirJF3kajNuUQ+YU4UodBSmeMdbVYSvxFK+aKK87b+auu/2ZO5u
ro/rJD2SN1G1CT4cNf6ZKzQRkP6fKMcruQTdTFRgvbfx+OlabFCT1FuT7nK0kj1BKVgjLN4b
MBpjEssGOVucokODEOVxuDtU/GlKaAeKGZyOhwJcxw30hZZBYd+PUBpQMmsyuQUDwQNy2K1m
rvXw0nuWUsjy4pLwkhmYd7oUR0RA11aDTZk/tkAWMj03c+7kbtQdKjp3382h/qLUdSQoGP0C
u19jSspIrxI1lXzM4tDGcookWw3/AGpLuk7aj7bYcWON5FYr6tizVuEzMSKjcGtflrMyHx83
3SkisDODEqhagG+RkDinjrs4ntftkc0gvjRrZXt/jSFCK+O+pExs9YBEBUekKReHQZVqdRT5
/ueKtqfbkloEuFFNIn6a8yaah9sjyGnmzE7+R7gXcwdP0RJHRNyK76SN4SZlS6aNYUZ3A5Ks
zTsPnQataJfb1cAY/q8rt2qNwVgx+1xrQ/HSv/qiQhyySdi5i/EKkRnkbrJ22prIzMf0S5Md
ERpWukS4/wD3DsS9dqW6sxfcQZzc8ye1YlSS3MlqkV/e8deq9wzMcwxmkcnuXclltNL6Rlgu
3y1JNgmVyaXjFw44VtoekNIta1FdBZfbZykgKSLk5V1QdmLJcV+Ow1JlY2VM+Bb9zEBIRVWg
YbEClPhXUjYvss2W60JlyZrY14C3uAqOe3PRv9txYe55SxbI4fAF6aq+MMkqgEqY+CfP+9Xq
NPhTU03trz+3QA9eM2OqFq1IZZJlY0qeHLQxvXSZGcCRkR4gmdVI4VtljVdh+Z0MaPGeRW+5
NGFjhkbi1WZ5y58SfDU+MmCcrJx4wsMIhutr5bWirRRzodLj5GXCmPD9sxZdQygV8tqltuG+
pcXLmxM2PIUrHJDVVRjX+asoNV+Oo8PAiM8kBPqHxarap+qOzsR7kVFdTiT26KRias3ueWha
u6moodzXca7v/wCOdSf5MMi3mg/xclGojLl+3jM7l19CvbdqdIU1uu+qu2hhyIqmFm3to+9N
mOxI22rqPDMsskAIsx7iV/3V4a//AA+PkNGB1o47jA+NYxw0bZI1lBK+ndrJKjjs1B+p0Wkh
Ex+gMSFB/iC0J/Ua9GrqbnUvCs7yWsN2aygQV4c/nqHAWSOxI19E4e4IJJHlk7joB1dsVI1J
Ks7ZTlyWkMYU9uMBI36eG3EaeSOPthY4sV1kfcxr1VZlosYqNrdz8N9elYjGx7JGvSrGRHLS
tJFvRgwFlWPDjpZLfSY+S4lllc1cQwRV77hajq7nDbl46mxplNZScfuJS4cD0g/v1G/hUay5
3l7qY0qY5lJrdIUuIB/hprFx8GFJDjQLPm52Qb/Ti28Kha61vqoBsOWhJhrJkI+90s3ZuVuo
m9QZCK7rS3blpoHy4YkyKq4R4wlBVGLWJM7MfGuo8OKeCR5BYqokkq1Oy2FrLHHwOoWlT7XU
AAASvBjfIoF/HYnSZhDdpn7ZG4VwKF0LD4ctPMhSJSkkgj5Apv2lqSTsRTWDk4kR7fbbFiWO
0xepU2Rv3Khz5P2DV8iMMkpJ6gSiqpUsgLV3WQ06f11hysUhvaVZu4xT+XSRi9f4WoANLFBA
Z4RIJkliO5jZuoMxrtwRa08dLFBB3cXMl9PkuhRZZZN7YMdZBRY4mNK0GsjIEiZDbd3txXsp
XzKrngo3qQNL6iVo43xay+k6nKsf5btU2Xczy125srCwIkC1XH+6+wtVppQhV6kfA6MuLJlz
xRtRZIIgu/MMZjMTStdASwZEkoXpYzyJWvUt3YVV5+FdLk5MY3UquQk2R3l4jo7/AA56MeDb
2FO+QlnqZq7kM0oYKq7Cg+er/c2SBe2rHIlPqGuVie33J6gMa8ETRlnj7yhrxPnM0cAqKeRj
Q133sHy1P2LYpAUuGBAqHev+ZIpEg3rXTxwNF6l2sAlye7dYGJpHHdYemuwGvWS5P9CaiZoo
HV0NRaB9xHpXaukVxJnYz9dj4zMVao83qJCa01XCjnghmNzgHHjt3pQp2ydh8dY2PDgtlxyB
e5ku8V0LcCy9FKqDxppfcBDhwwZBuebKkkyrkbcGkjBLm2PHUkc3vM88kJup7eioQCOlfsI1
f11Gze3e5+6J545ciQgrX6QrOnh4aXs/8vYpQjfvugIJ+Cq2p5ZIYJMTHUtGmP8AaKIBXdX6
TT4HRz818jFkke8r7faim87LIqgOt1KAuaaSFosXFnQEFwvqJ7ALiHAaimo4GQ8NNlzZLtBE
xLo/292qoULjI5AF2xL6fHz8FsjCnBKN0g3NXdZcqUklRwNNYmPjhMbEjxwJFGTEkxkTpVHk
HAbVqu5rqNshTFkTgmODCRMh5b2qt2RL3Dz4tSunwlxZpIIfOWllnLvUUDESRxKRXqppWkTs
vjspibJyW7e9VIFrNaADQLqMT+4R48sbXn0s60PEANeNx8CNITm4/uN3W6NEvcXqH3Q8KvcR
8dR5nuEi9I7YWR3HxFUPVyOuz7X7kIPb0Cjte3QM84P8Vo6V2PDUz4ye4dyRLhJPlpCX2NCw
8/Dy/HUM0WAI8p3YOMhMnIdyfqkAEab156lP+mZHuFel74Ciw/SaCaQ3ft16D2hYzOn22RY3
ftmlygrGAKW+LDQPvsAdYBcFZlxQxYdThTKWYDlsNJP7fgY2PFC1jvh9uSWW4bJHclfn06k9
VlRxrwnfJjFsJ3WwdGzGnKmgRltmnhIUKQx3W1/mzGvH+HStO0aqyE1eV2jB4DqshVtzybVq
e6JAlbqY0nbN3xvllB/TQmg9xrmuDUSlDeFXpoIwvDntqbHzA0OREOlKcWqOfhSprr+mM5yA
LpQFFgUcTVTdt8RqGcAKsw8hkEj1XZnIAFoJ4V1knDw3mx44QWeRwrxn/wAXbppX6d9R4ebK
mR2jeL5FtZWB22Spam4JbbbbWJFkUihXJfJDstftduyQ70DV2UfM6hWRUByO3lSx0CJFfd9l
gtxtGxI8OWhinqXaZEFbFlc9Pe5AkCpU8F2G9TqLInkTJeBSiEC3uyGjUCD/ACEU9OwuPz0y
oHaedlS1WsUpWrKQPEgcqU1lZ7KWyZO2GmuCok9e9JbUmQB1WiH567Ea2Q3vIsYqd223J40A
A1B2DkwY8cMRlVBGQXkptXIqakm2nBeOjE8jzd9L+xNlX0ZSKBYMRSn/ABbajiwMTIxYYhWb
0wTFi7jgULSuR0fIHU2I0yFJN0pLLlP/AIQ0Vse1K7jQkkrLC3SfWUhoePQveWv66DYKWGRg
pEN+Q7V2V90WMp1dSniNLj5sfZhdlN6VsKEi9kJ4fLlqc47zCfBYNW6garWKI7RUMWYb04fP
RmE+ZM7sqzSZC0jlKhhUNU7p5aHUsGMxV51sLMtrFSK7GUVWvjqPCwpTaq2xxpEjNQb/ALpY
6T1ZKLLcI+5TvAHdit3WitX4V1h4GUf6WIonZhNhYeWpZiRWnjtps7OxVhiQvcss32njA6bD
GbyxpUHgfDQfFGFgF1s9MiNNMQlTuFVSzH4toK0eTHGxCUYwwI5K9RRN5duPmrqTCycmHvVD
emrNnM1KigSRhRq+Guzhw5GVLcGaDHgjgQFdgrK4LinjdpWgxypcN/ONlpHAMBU7/DTPJnQM
8pXtT2GYws1yNDjf5dRaCS1D46Gfn+7Xx7IkcwTIlq52Qx1dN96DlplylnOD5nObkutEG/TH
DRVtpwbVPaI4qUp1yR46MTQ9w33TE28667HuHuWPFjAh47I2yungL5ZrhUk7baiZcPOyIpyA
ZMlzEkY/e4xnfSR4oieSH+TJIskoU02IcBrqEDnpWk92pMSbY4sN2h5sO4zLcAeG2njh9si9
dGql5fcp2by0obJbBd8tdxPdMWGFK9z0GO0rFvCjAgn89JHJk+4TI1WDRRxYdp5XOeNfDQ7q
TDHArJl5eeykHkKQbfDU2EvtkhS5mLd0vEwIFxDZJHEk7aOKgxMd+2/YjSd5JwKmn3EDCzel
nDQi93wpGnYWYcxjPpwIf3gttan97jqYT55khFCyPMqxWgeURxWKRQbimlf2jChyXf7iExyu
EKgWsihCoX5EaTCyIZHnfcyQ4wFtCAEZKynfhXRn9NHhTMLI5stkQtGrfugltq1AOmeCJc2D
KZmyMi8pWSYbvagoFOwFDqOKf2qKKNEr3ZMZiAy8KvLJ4czz1FkZ8UOVhhmZXSPHLJcoKlKS
MbBx4VrtolWlycZ1r96KNYzuCN40Q1+B19vDL+2Y6qWijjBDSOwoLLk7lKfIeGu3PAuNjOvb
jM2UIo1G5AeLGSK4nmK6rF7j7djdwL3Riwdw2jnurn9ToY0mXlZasOLxT1kCnzWjIXavw1Nk
S+3RRQw165oEjupvVQ2RXUuX7isk8aESIDHIRULtaqPFHQjjXQlMuJjJOtDvjpbb4WrksRqT
KifIyWcN26HICXfwdmGMcfjon0ma8XcEiE+ULSkhMblnLVBpVtQ5azXEfdGMoYTqm5HdKBli
JpzO2oki9txlnaQOqLIc6YAg1eNeVtPHSl5WyBsrJGT3kJ4lkwolXl9Tauy8ePICEj+psWan
w7+Q7IOdKaPuftmOiEJ3JcViJemhHShUpy2AJ1G8gljifpkalD/GFBIr+eocXKdmxYK9rtxJ
3AoFASFpXYb1OjnZcqx4m7dZMdY1P81hxKnkP2jXuWBgSepypITvMRHG9pJuje0MKDqIrr29
hgLmxQF+31B+pnob1alq7+X89ZErQuZ0rJl7eJ81tBQbgAaihCrkYilZWgckVlACO7c+orwP
LWP7plxHHEt8Xdj6u40YtjSOMnZRSlSeNdDL9xIjgAuSCc2vKYPIqKeoCvTX56UZDdZUz07Z
LZEuRvdFZ5u0tNidgOGp/TwyDFaakbsbd4l2BBBYGrXcfhqH3n3SHFWIoFyHmlkfpVeASQBL
q899Rr7WCVCdz1kMBlPG0rCWFi1HE7/LV8WH6VY6N38778+xqezDui8Nhw+Wkiyp5pJZFqkX
eGMCvJvT4gZ66M+J7RjYyBiO7mzMzV4BozKylKg67sTSTyP5YoZ7o7QBb2xNHLvx3roR/wDM
GBLTcd+TIBMRIAoI4+2o4b7ayPWA5ntmTEwjyY6m5lN0fUh2YOBWuoPbJ5jIIricJmJjfJe4
ApIloUcDUnap1KglRXxwWeSWQKtENKhjx/LSRYbf1i9SpH3nrKahpJGRoq3E0qK7H4aMvucc
brmPI63SpEahSzESUdgFNenhw0iMHOMrKhCHuMsYahtYKK8dttdrLixVWTzQiKfLyLFoQXYF
aioHHltqUe347o8yhfWx9tIRCALOwsill6TwuG+jJnY79hDecnKyiZ3AFLh2umz4/t00Xt9s
6MWkXuyIkQDFkesnmelP4jrtepqwS9Mf22E1s5KZZAdrd60GlYe25DwE9ORlyLbXZ6CSeT4A
immjSKAxXC9Y4nyOP7ykRDlxqdNiZ2ZWCehXspBDY29oF18hNR0kamwBMbyHdZZ3eQFwpDyy
RSUjJX9NCbAXHwMW5mny5lFZljYj7byX1uHVQJReGlfIys7PQSXQ0Vo4Ur40p5TzFNOmRjIL
pKxvkOJGlY71BcluPLRTHiAkLlmTFjd1FTUsarHudJg44aLGa2OWFoOmSSfc0vkDc6UB+Gmd
cPDxJK3Y83uM3dkJtFTRe4aLWlLtBYvdMDHhB6pMOJ5DWnCj9OpJZc/KmxZUpGVx5k34XBI2
jA/XVk7K06kKxyESFqrRhRPmK789GOaDtxKw7neWquFJqFFVYcBuRrvYc7SQsGoI44xFt0lO
4qA8f4tPlZGYuNAr0gTLlL9PGh3cH5E6AP8AzBZaoAWCBQoA4UEZppFyM33bIQ71CMimnAhC
pI0q4GCbgo3ltxl3J87NTcnegGuxD2o42IaP0cD5TsigVLSyi0VJ/d1T3DEzJ1MlRBlyxKON
ARBei2D5aSAY9JkY1b/UDeFp0vZGSOe4Ghir7RDJLYQe33247k90Q7t8a11I2NgzYcoB+9E+
ZVSQBWnaIPmGg+Qf9QjpSSWLZkYUP8to4mNQfEnUpjw+3kWtM8k4708YUWCkLmxA1RaSaa9T
GEgx3P8A7nKAvpsxrFjoq8DRd9NLjZcuYdkQ4WOgjFeI7s3c+Z6tKJVDSYwuil9xzbz3GBFT
DFcuwOjBNlN7lHAwIePI7cBB89S9WIUfur+ekTEfHWWNykgxIVkajFqIcjJJB4fu6U4+LnOk
zsRKXcWC6gBiT08YB+B20yZCnG7W38tWZy3Vd3ZXyLqcNF44l9OC0uWhakkxA6UErnYFuI1M
7zSYiZRHZ7UvahdWWqxUcNMeYJA1J6c+4xnJF5xcetJLdxaZUVmHgTr+ow5b9vuTSm99q3Gx
tvDVkOONqirEsaNsRViTw0M7Dj/pV2dbj9ok8UXgFcnf46gMWWsiTAFmAYGOuzLIv68OI0nt
/fCwYZiimx4BQybVYrXYBBwqTv8ALS+5ZstcNA79m4eYGkcLMbbmYcaDUj+1scAZL0WGJyqi
47CvDUOS0UMs2MwMmSqlHmKrZ9w1NVr8NQrn+1o3aYyFP5YMjmplKMDU2+XlpZsTFQwR19Lh
TEvGjHzOBVepuOmmMEOTOSOzJOLjGlCCib1puOeifUNE2TtJLGoujjG57Q2tAA4DjqbIyMym
IZVMM1LZJIzRJaLRnrRgLfz0vpcCSVrQcbLXHWEVVStHOW0vLatuo45JocVorjkRpJLPIKrb
QJAI0rtwr8tM+USpQ7u8RgFPlIzf36Ro3j9Q4PQGRnoN+KE8iDqeaKH3H3XJuKNJcwAIHC7o
BHLnpcSL2+HFvWi3SVyEVepr2LbV3NSNNJ7nMYzkhujCeFi4Aq1xrRR+Wnw48WN4ZFNZHzHY
MEa/hClopTlqZ5YRNg5uMew+8qq9wZQSyJvUfDjx0JMedSl7OB/IKqN+LhlWvAcdY/tkUcgi
UxvDjKUM3Da2VEFKg+Hz00kfdSKF+5Ok10hqel5+7bRhtuBz4DQlzclsYRC+ErQEyKblBLAq
Bt9WllgxTjCV2Z/cG/qZ3r1hkCgWbGot2rruZnuE+TJ0HuGgbpNeljcy/kdF58STuxgpCmTk
MykNxH22eg/LXpMCCDFmYqstKkGNTuvcK31K86ah9qxUTDlkS5Bh9TTANaBI8lh6E3JrvqT0
mE2U0TWS+4zt6khR0AoBbGOPI8NKc3K9M4YqseQ/UwWgo0EHajo1eJJ8Nd3FEjYy3MYKQxhF
H1i4CQgEncHjruRwtm47rbZJPPJcHG4aO1xTSZPZkk9xjf7fth2hxrR0x7Drod6LTXe9xmTD
gFeyne7Ma7BQsiRK0p8RVhpCU9OvcF79lMdNtxtkF2NeHSdPmz5arCSfTu2VIyM9PK67oB8q
69U8vtbpKC7ToJSKxAlC7E7UYDReLFxoiGqlimeYbAVEs5VfyKalds4wQRt2ayyrCLq/zUix
VW8GtN2Gl7+Wk0nSqmCF3mY+UV7jS1/TUeIVmaVgzJB6YK7sD3C3SgPDRdcLNNQVKzTofzo8
v7dL7Vj4koSEGKb+oSNQSBs9jdVByvHHVK4ftUjvaiz2nugcD2SJiDv+9pg/uebMkgYyJAgx
I49iz1M9ot+Q16nKuVG27c+bsQeBDxRbfCh1BiLlYSwxERxpWXItKUCnrokjVHFhtoAvk+6k
buyP2MYNHtaaFI1FRw3Op0EmDiuqqZEgQ5c/jzC+O3SdSmOf3DsXF4osbHskUEk17kgA4GpG
k9Tj+49o9UffnKXEVHSO6CTx0PTew5YVwTHJJmSotORNaaUxY0a3LaK5ErItQSbjJIVFCdq8
+Glyf+YI0mz5Pt4rXxtECgBSPZz1MRWrDjo5GVOZI8q7vxQMKCTyGCORzJVVA3oNuGjNkqyx
yXds5GQYFQip6Uh65fjsNR9pYJMvj3Y8R5XUr1XX5Ugu/Ma6I5shpFMUiOmPjpJcLWRXjUtX
fgDqAjExsOCRdn+2VjI5/wAzuOzDY9Qp4aPY91SVgriXHigvFR01jsYPUf4jqJoMeaf6bWok
m21zd9lOk9rUY6YhcPkSX3yqI2DKDHtueHPTYuAQizve69sCVKGljmAFl4V6OR0JMrIbDY8Z
Il7s11bwJC4yCAbjsWH+HUcuLjuqToW9fIvaQ/8A9QrUk+A1J2HiYxsqsZHIXqBOxRX8PDUn
q1Xt5MZSRVlZkt+koGVdzXc67UbGQIw9PkKNnIoarQtz0mRlvCsryM8kkSD1JZyTS0Oqlf8A
FQ6igktywEaNop4u3PETW1lcDYUCmlTqOeaRO0WAdFde7StD0cdMIBIMZQO13ArOGpWwstux
JOsjD9vkWS+QxXkoZyood2O4T9mkDTdvNjkWFIpELobTSt1AoCilAa1OsqFZwkQ+43cWjysC
AE6bt670rTjp/XH7ccTuqkMQzjyhrNx/8jSxQxD1Gx7bf1WRa1WYCOLoiHTtQ0+GiudEWQ2x
vHJMWcrxuMGOpjVgfjojCWOHFjdQssjCK4KKFGuErFq8SQp1kmWZ8vHnkJpFGZQAu/bPfMij
engNRRmRYZ0AKgFUbY9Ku2MCtNuA0rR5uP2l3tZGY3ioqGDKNj8NTRt7bHLNlNWSeK6SJqfV
KVXucT5bdLN6rFw55ZAuZHHiMaBBTq71bKKNtgN9eoOY7Y8imREltAC8ftoqinyHjpsJ7saK
W09ydVUmjA0EcpDfnSmoopZ5UvtQ9mEmIytUqLiXs5Eg7amxcMwL6WQ2SQwWur3UKxtKyIwI
rdU86a3yHy4FJVMeRjCw28xVxZQHwO/LU+Z7kUxIsJGCyTR90AvTripRSfz/AC0MrFaGaFGS
UnKaV8uR6HqVAJClSa+UfppBAzyO3nsjcqtKXXMVFAK8Tppo27qkdCrbTbwPx+J0ZosZmJS+
NbkFxoCFrd8dTpkwwYwS5O8JO8VpQnpCrseBFQdLke1e4IpQNFbGvZiQ7UaMAOQeFfHxGvTL
7SkkgsEmZIJMiMihclEVFobv26EGTlziaroBHjJFeo6untKzJX/EDXRw5MeeWKtP6hwGJ2bh
K4fbWVkY/tPZeJmfH9S4ESAk/wAtdgW+qpJGmy/dfcWxzRu8YXiYFS1QvQxPmP7miPS5GXkS
oliiJ5O4qDYqz9HA1rXUONjyLivkAHsem78iuaNuqm1Ty3Gpe/LJKWjYRH/TggV6bOdjdTkO
egGXHygiNIvdypSipUL1F2jUt8tIJX9nx4lAAZVdiDyHVbz+Oqt70BAfNDh49XooqaMWcitO
ehJ7fPlSyRpukeLEXQAcGeynw82mGPLlSFPOFGF0k8jvx12ZrmfIKs7SRwdFhutcw2t1cKqd
GFMGLGnLENm5sxfutGLlEBIJt/2fHUTQ5UmQ1tZo8OHt7qoB7mRlN5SNtdruwQzN1bmX3F0k
4EBaBFp+epJIcrLijiX7M1kOPFedwAD22bhwGhJ7tJeVuRocmRpnYecv20CKorzpqExrDFEt
tvV2WQcBw3qPA6Vzks0u/wBr1BmWnjvSu3w0Zu1f3JJX7uHD3JKcu4+QxCA14ActdpkycmRH
YxrPLN1EeKY0RSg4UrpcdMESNKDU+kkCIQK1PqZlU/DXps+K7xVYsFFoPL0s5P7dS4kijuHF
lj9o7rQKgu3cExXC9akr8NLjxImTnRNHPPlzAzILww/yiDQMK9VPHU0jQXTu33Wx5VhxT2wR
RWHUQQa1FT401DjKcfCxFXpMQabIsZiSAJBdcOZoNJkY2Gcho6m+V2mC3Cl/bgEq0AHOmr70
xIlpaq9uJCG+lqNkurfkNQepkE2LIVdVYSzPVgFosty+P7vDU2DjyZLzlu0z4sAWSEJxa5UF
y1p411K39WciKyJ5yX9TJVKg2vYka8qnb5aTFypokgtAx0yiZytem9MaNEBcmleo01DIIASi
MxTJMYrXo+1FGJnSv7oA0sGM7QTFeqLLWV0+AiL9nx8Nengc4WQQVl7faZWZeVrPMw1/LxHS
7uKZ8aXGFx+t7FAHw31I+PkYmN6z/wBzihro2kQVvgYrVWPMft1HjZZEKjj0289mIpXbUc8b
sJpWKPMtrwiJhwNtWDeIpw09UUs+1iAoi0oFdQpAJO/Eakj9NHn91TFCGB858roNjXWTHjyB
FljMLxNHOzS8GYjuq1rVFOPLXckXZABewEaKv6DWYVxvVu0dh6rVEJakjEUYne3a2un9r/5b
XIZJfuzugYMyHpsAZQQErS7nool0OW4T7SJJkSotaDuNIywxsabnUnuGSYknVDGMXLn9QZZK
BULG4RoS4AFBqDKkgfNmnAky2l+5i4yx7sqolK2mtPHSSLkwxxSK6/erH3ANmZMSBtzy3tOi
82TPi49eqaSPHhjHMlUm+7Sp8Dr07OqyyCkN72XseQK3EEVHLSLlwuIX6g2G0st/00ksiXYj
x1i5vtmI+Ylt3ppu44ienmVQqW0B4fs21a6xYstbULRvk5rC5Xooeopvtt+WmTJmeWUlroLz
lTkdTIQkKqsQp89GQwNjht+opU13u+2za7c04uRQabs5FNuFSSdZWGBJHcq1doHfiQeldrj8
uGpcOPv4081PU5yo3VtUjvSBgBvTj8NSS+4oJIBI7QK7hIIVDHtoQCa1UbUQ+B0zOMT2fHlq
0YAMsxc7sUgU8zypoMGJM1D3Z26SoAUSxolR1Ejp20twIKuVyCkQhiZm4SVmNx4U6SdIVe63
JpIq3yAFRQA22hOR32roSnJlRFW3sLTt3cRIQRuQdTY2ZLkjHLFY4saPtrIGFC8s0KKN/ntz
1PFjFMP22ALB35ZO2xnAqVkkAaRyK8iPnqTsGTOep7xye6wYMKC2FGCBa/8AiPoY8s0YVVMb
xYar31bZxtjIbBQGvWdND23nmQXQDJkNz8yAFvcUpwK6kLuMRdnkb0zIa8gXyOlqeNv6ahga
XKMeTPtltLBueICoK/bAq3Lw0pgxHiC9MdmPjxoLdgQJ2MoG1d99EZDBm4uPWkCo3rYIaDQX
FyZZJ1jVUildlgjcMA8rPKI+4acNvjoe0wxO00Vy2ytJIrKQQzJDBGAaAChfSYrwvC7LaseU
uRLKbNge3jiONKjc6aBMVGiUMLlXYhvNS7KDctE5OHFLjTtdjxyssAZ16S33p5DsDttrvl4/
R3hZMR5u6WRhaXZIKX214aEmJDA5h6A8WFlArxNKq3x1F7JFGjwBx3MOGKbHlp/MtXvBl34n
np/9F9vxY0cJ3JjS0AgEx953VXNxobRpPb5o8MzqigSqqRruAFAU9wlufhqsncdkqPtYgIIP
A9yGIcvA6mhyskyxObXiyI1i6eJW0qpoa8dHAwsiGBvLjY8AU0DUpJM70RefSN/jqOX3CX7Y
P2cvPywEcPxIhx6A7DYFtM+Pl4lSyI/axWmkf4R9xpLq3cRUaIeWaO7avoFU/lWHWThRwTY+
OjHImlijSJZgBcVKyNVriNwF/ZpfccSSKCJntOBjKUdjQgIrsrM0m9OFulx0xFwlY1jgA9bl
teBcAp6EO3E0ppZ8pjjIF45rlpgiVAbtmyOPhWlCNOuOs2b3hRuygjiYDmrDtx7fA6EUkePD
CfuJ3pe46yUHFKMNj4PpGycwxdQUhYVhSniWzD/3T+Wu56stAzlh25ZZGFlRQwrF0qa+OohE
0uVkRVeGLFBY0agPc6TaOHx8NN7VEuR3qmMYyIYFVaV+46lppAu9OGx1PGqmDIh3kjMKoa8A
Vd2lkBXb6tL67OvlVrqR0iX/AAFRuR8zqY+qxUWwrMtweQla03YsenkAOOh6PCyMmv8ANyo4
ZOk0+ulp3HgNGM/8vZTRSqEeaSMFthYFo/AU53aliiiPtkQIikjH3DxpcFTahFDSv66MMefE
JlbeST7QoaXi1qytTl0qOOpM7FrlI6Flm9uCx+U2/WjLcacF306ZPtOU4yDSNnAVxIQQxBEf
EjUXtiTMsSyWqo/nG9rSAxpwt8QNRe2YXt0+VNOBK0+/eRo2IFUAGwtrQEA6x/cc3Ky4ykct
6SPHHIRTpSFe53N28a6UQ4f+m+3gFUbIyO2xvJuM5H3OrbYb11PO0PtcWIDUGYMgBPFgzLea
+J/LUeN7d7ljqxq10GM8iHxq95Qb6Z1z8SL3JOiTJigCzkv5V3eilq8dW43YzRRQVWVRky8L
+4ZlZQCa1CU1BbYlrLdBjKuwbzkvkFiaDwptpcbJmnkqWYRtkC1rAGpbeG4mmu0+AsalLxIJ
pXH8P0qtfhdp7TjQzuLfUpHIZAOBoWlPLbSWyLJj9SyTRKz0RU6e7ACtab0pU6TKE7SY0AYd
vpx8aIR1YdwbE/Oh12xP2YytyOD26qh+jnTbwpTUbYMORkLU1ZEMa7bEM03bB48NSLBj48Ub
bMZGee8A7VQ2Bf1OpVWZlVlp21SM8ONvcHE/HQnhV/aYXIbI9wnljL9IpZHGpbqI4akmw5Ri
i8mTIyv6jJrUXLRjbFXegrv4aJ9ullzJ6EszRySOG2ClTNSFaU+rTNlDsq29jyXVQUuqq0Ck
W8iRosZmmjmHchNlIlG+3dAC7/xHVyCXILuQ8RcSSRvsbeNoUDcm6g1KcrD7UU7FZI3AN4rQ
SNZUUPGtfz1ZjW4UcTUdleOESRgA/wAxRI1vw208EkeNk4x7pSCFpHRd6CIxx2CvxPx0Fj7f
pmPTi4IUFF5gvayqbeFWB0L1hheTo/rZDPJJX6WRWCg/mdKAJ1xo/PGMdVjou4W2b7huXp6K
6WL3D3CCG9rlWSRpJAq7dLFkB2O/Tr+mkyM14jYfRY6gqx4O0torw43a7EqAKW7iPlZBZxyo
Vis/7+pFkz8fEnPS0+OzCbb6S0kjbaf23CybZEuu9LCe9OdlbILz9Cjw3138zPeNR9tTnSoR
TjvFBaKn/Hq1VEyH+UMfARFVRw+5kkBh4UOoyzvCibdtpo4Xk/ibtxyU/I6i9P7kZXPUYVMu
RwoaHs8vmNJmZ0na9vilIEUcdsihTVJSuSFLE8KDbTv7VirLJEbVfLPcmYHzdJFkKkcOAB4a
kU5si2kB8PGxnBiAULaOl2FCOI21256s9KqudmCNqHmgiL7bb11N6KOOWOMlj2MOSaap3oXl
BUk+J0rY0UvdiIlRQmLENtyW7bFqgVppZIYUnnet2RlDvT0rvGQQEHwtGjjjJb7i1CF5I0UG
g7apjwKdt/8Ap00soiQqh+5NiZT2DmwExI5ailwMuGSkoBVsZIi1BeQhKA1A320vuDwwZEUr
djD9wxAFnQyXImx+21K0urpcAZsuFIR/NdG797dbOaqQSeZ4av8AbfbXzct2Mb+4e4hRVak3
2sa0FdqKNSpnZcAdytpAdlAHgimOnDTtJLkTXFT2cQpjbgUrSMx1/M6LYntUImmJDeqdbyyi
tdu9XnXeuqqmDgzObe7BGXovHe4x8TtqRR71ilotpFGPup8D16jzvcpMjIeSglkjjXHjCrt1
LKRINuY07Y75bgv2zi4juY0bgGkmj2rQb+Hhrt/6Yry39sTZb2dxl2NCxaRj/u76eSPCX7f0
vB2yee3dVdJiSzIqT+WfvCOXjwRApryHHWSzsC0QpEtrKu+61LkKx+IOpMnHwZoBIwImrGxi
etR2wkjG1jsRy00v+mmWQ0DOmRL3Knckjqcg86DTiKAPHkqplape3kVuM0Xl+C8NSSCTDixw
gjiaaeRYmc9ZcIXfccN9tKr5GPKR0ufbiOla3UrFCzL+u+ps6bDzZ3yN8h7ZqVGwuZu0N66j
GL7U+NJMBJCvqUdtz0koeEfj/fqTI94EWO0LdWZks0m9C1MaJGtr/h1/S4DzZj2suZ7ktzk0
oHKIelVFOqhHjqKAzx4k0ZZRDjRrNPdTcFYVYWMOrcA6PcieyYBHGRMqHwZkjjDgV/xa7Egi
zIri2OIVndRMNh3HDSUptqJvckmyck9Tw4iITHaaW0V6sNx/1aeeH2zsk0veQojsDUsftCQk
ig2PHQnyUjxoQSzPM3ZISmxaNrztx8w1HjpmpJmL1CXHBkoK21INw+qm+hCt7CRL7jHaoobe
pj9RrsPAaM0arBJbQSRihJN1e4vldergRrFjlx0SO5Y4ZREwxS7tTulQVKON9jWvLx1JKnqc
y4IEeVFx8fhdfHXroa/unQSbJq6l3MMal3aMnbp6m6buWjEzuwrUSTMCTXkOe2vTTKMgdwqu
zMFkTejFPL8dxowLgGTCka2/HCRvIzDm4LskdTtw21G0A9LiRmkuLiHqDOOSxhmqTtV20hSF
seRLrO7a8iVPVvV+Pz0TkY3qJMkvHjJdcLBa4Z7hsQx2AHDnpciJuuKQECPHmdF6fuAFUDC6
vlrTUkCYWVFFKz94yxSk8NmVbZKg/lpu17VNMpq7RxYVIncilayi5eHIa7QxJ7DeZqxSyIkZ
5BvsFQB8NtRCHKgg9uvaPs4ThCY6MWq56iwqGO40pwMiHEik2kfGjMj2VJB9RKRcQBThof1T
PO7JfkzyksrCiq0aAhLrqU2pXSD2nACIbo1lxYGlZG47yyiJRx4HT3tM130yTJjj5WwCTb43
V0yZk3t8GUQl9x77pvW3+oY7UJptpE9ZI+O6dAxcaq2nYFXhVgKauiz8rorFOjfbdgQGsuZF
cDntoJ7dhxY0lGvlytpSi7FgqkuwJA3Ztf8A5D3GYsVEkcWLHbVW/dahDD89Cf2f2hTUntyZ
d7SCh2kRpRYPlfppc8ZRxebrJBGABQUdFba6vG/UU3+n5N8gkj7trThF4MHteWgJ1lyzSZka
yMJJMyRJFSQk/wAqOGiqbeV+2lkxosr3BADAz5Mox4gF3oEiPxp5dK7y4nt6xi1WijUG07UL
y76HdM2QWXtrJkTGBDQkmtzRn6uIU66YsXBKr50hZyikcRPasfDx/PR9xizexkx0q49MFKll
qAIe8Q3E3U1acseomvCTJG0hhB6qM7i5qnfhT4aCjJklyIwWfuU7r70JLZAsHjQEaX00hsjZ
WQzzAK6soFoBRFa0GtFfRlmj75QAeSUBlWu9Jj2pLqbfOupos326JI0cz2uVihuY0JuDyFT+
zVyYLRRL9uKbFdsmHYCoti8v5rqfH70UUXZVsVclZIavd1Fi4GwGoZ6iUv0ySivaFx2oiVdm
PlX9uvuyriz5bXIjBIT3eNpCFi9wHjWmrctqpLKItwqhHH/q0ruKjjqU5MKSjhjNJdKOBdg0
dKLTkfy1ZaZ8ZxfGoRQkSqDalhdSztX6un4aVPcpJ8uJaTY/t6BI1I80jSdrpUKT4V21Kvss
KQxhW7k2MtAN71MmTkha8dxT5abKzclGgk+1c7tIidB6g7mONwxPC06x1g9SRE1rCKMY6bm6
rJIE2/w6k7qY2PE79fqJDNG13ztpvy0Fx2GO0YXuxxY4VGqRdZI9Bv8AA6mfFlk9pym+6I5J
Ujid60VqI7Ec+Wm7mdBluEMggukeJDXYXo1KvXhafjqLMy09v9vxcqKWJFELSO1GteojAp+u
lgix5Z1oGRocVIbVG27zhbq10mPLhHtIejvZPblIG1xEI/26ls9C+cvAsHkkW3ZSymSm23HT
S4ckfdiHck9ykjbGCUqrKLxabgeIFKaOEZ3fF807QTNZK7rRr2RW2HDnXXp/asaY47XR1xl9
JBsRQtM10rePGvw138l4IxHVgbTJSg81+QzFbeO2hg4/uuTPs1UWSxGdfKO6Ap/4a6fCxY5V
BubvS9YWY+a53sZxWlDTfx0Hy82Qm1QyQ0jSo855nqPx1I8GIuVIxCymgmNVotGaUkCl3Ctd
dsL9sUXYUoaE8TQEcBtz1tx5ct9BtjcN7TUfEAjXpGaRcfe9A5N1f3i9x0koyGfASREi9MIv
us5IWKtwoF2B0I2yIcC9gr48B9Rksx2o7AMa8uG2jJ2AZKgxTe4MI1Z1FLl7lWUim/SNOksU
cLVXtPjhpj1KWBKEbCu3VbqSfJ9ykmyclVthyaMVKkGsccNetf4dZDgNkzLGrIKhR2q/SI73
O/MppSnXQdV27Hbb93nx1mZfvc8c59rjR45EBsj7txYhN96KOZ0uJ7bNNCYR6iWVIJTVuMMR
FtaPxO3DSMlyylGd4yjChSgkUEihKk046w/cp2ibA9wnEMOOqkOiyEhHZ6/w7ims5sZoIIPb
bS0E/nnr1VU7Wg8F8TrHknsxIsvF9TkCStRLEQYzQUq614U31Jmv3RuPu5TmIWFgelSRQL8V
GhlrhUeBhMuQ0NhJr12ggOzW/wAPy31EJ84tmnpyMebKbfhQrHD2xUjfhpfTQw9suZGJjWS9
T9Nz3frpHihPZkDmSLFxbq21KgtHwO4pXjpFmmfFx3aoaTuD9FCIdruF2o5Dm48roWtlYLEw
rsdn6hXx56Ixpo5ivm7bBqV8aamTIyJGyBKf/wARhKQ7UBoZZGDV6d/DlTUUJvzo2kAkgk7s
sUS0uq7rFfUH4/s02JjM1kdf/wC3xpHDUmirJPKWJK8+ejBkZMKTm4LfOslGUAUa0LT46jXI
ONlgSXyWLPOBQ3Cll9p3PH+7WKPankx8bFYmWKOKerJId0AoOJPHiNSe4LBK6C30+LkK0cqO
hqTfIS2+1OqmslMKDEWCorBHL2XtI27/AGkJqfnqNfeIsaOVhdIHe43LuQsj9bAaJwYojiTV
V+3iy9W1ADbHaeqta6M0cmJgQ47sJJ4kUREhrRErrbIf4tx4b6abIEmRGf5sktMOGhFhRmf7
zbng3HUdmTiYeMzfb7QWkiDahZjxpzGknlmyMgCQKJZHMaLzB3MKsp+FdJLi4uNBjvW2SINP
ca709Mmw256YT5E0KDl2442PyKtJtrH91xkkz50RoZsSaRSLJB9OyjY8fEaiUe3ye3T+3J3n
K1ttN32oxEQrXcfjw16jIixsKV6BcnJKiWhU7ilCrjwrqRVd8sgVZI8ftlm2Hc7jWq5/PQja
GZ4ZWuczyhJEoeAEXLavHTMpUB7a3E/JudPLw1kQsixvkCjzoovrUMKnidwNY3+qyvmTpIV9
tw4QzrUAjuuOJoDWnLloO0scMhAR0pcyoxqm5qXPGikk6a1H7Ra9JMqVkp8Fjhtah5XHXaTN
Lsjf+2wY1G/MSLGG40pU00qT4kceOWJDZ8qkh6clcybfJtdkzpFYlaQwOwbmPuSUTh8dZOXJ
6uF4Vuft9pLyyiMm0FwQAOemw8JzihmpJmFRLkNd9MdQiqooNzz13MePNyo7X7sjNVZiCVqK
lY0NeSnhrvS4ePBIpurmOZ6JSp623FD+WmXHlD5IW4yY6F4zTiEZqITypdpofcG9XFNZWBlE
dNwTUqTw1HJiYUQbIbtmQKERedZCi1px1kPlSMsCdaz9rsR0rcLDISzC3n4aXHZYchmZjZU5
Ipva9aMsdanjpLMdYImZmlDWQ2Lv1FUqDsBz12EyFmEi9IgukO/SbjFdaNxoZkSzHCQmFYJI
rVZ2IjRj1dxhXehG+kMaSzDHIAElkUaVIJHZTaMqBQA1b5aCSG7IcmRo4QzAqAVXdtk4eIro
xGSOKgDIAvel2cBZO2OX5bHSLL5rbmXjJxCXduO40J5jhpaQtHECyyGS0f4WWhao/TWSzVzg
qqre3xjutfWo+2AaV8TpfcPcMRMKMNZG0zpGwQk1qWF2/NdtxqSP2dHlOyhQDbIN6iV5ipdN
9iraGNnxiK62cJEDFjIBTprEBWTbhdT56eCZzM9e9MxKqis6t/lxUL3cwQfnpsLFDdt46RR4
UFCHYVqlfLaT1XCmjHk4cq4yL28hMo9tWqNmVFTq6hU7699wxHD3sjEVoocNT1BL436f3g22
kOTvlTUkyD/FQAKK8lAA08K7YU8E8kAp5JHaPujbkdjrD/5ebFcHHmVMxpEIiaCJry6vw6tq
Ab6989bhSz5MoUe3yLEz9NvQEZRQWvude3yzyBchMHtzkqZGEshWihU2vYg212OkmyZ+xI4t
EjjvZUn71oFQu3JBtpbohG70sM7h8piB2yYYxUI/xG3jqrZkl0JtftoIgzA1Nbw1RSg21Jkw
Fr1Yj+azKeVyoHZaVBptq6fHyCvTSbHlZdq16l8lK7b8dRvHkxWSg/0WDhs5pWglPlFdqE1p
oS+7TekSTqWQ2pKLWAs7fXWvE6jjbfEyVVojGsyuTXarKAFHzOlRsSTvLv6qKNW2IItJLoTT
RkzshZfb4FCriQBliYUK0la7uAVYczqGbInxpYD0dOO74sNoJtobVZjsBtpZMWXuRBiMSSaz
HSKSSothhxqyFvCulm90WTLI6BIe8yJVNyIXQm7iCdNFjr7c8aVZl7ZV7Bz61AqOem9v/wCX
fb5cwQghHBpEDU7XOfL4fs0snuDJjRuN0lm7e/FUpB1FuP1flqQxMsXeJrNHiEAUG3cecq7N
8aalmyfc5ZghWy5oYF+NWsOsf3OVWhyRVUSNg6NzqxtI3UUr4baWD3AParu7YcTv2BQ31ycl
tqUHl5a70BbIuYJIcX7aVu6gcmWsslbeCnTZYw4vbkVmPq8v7kv7oZTJvQ/EjUTY+Vl5BYHf
EiCRmn1fdWnw82hOFZoywJkTKkdgxF1DBEzcDy4adoI8csUCu0sUyErzWroKivLUMeWioIzW
NoCUhQAUUPuvGuwpTUmN7f7U+VEssgm9w/mSF97iJDtSnKuux6PKkDtX1CdmEoK+WjM9fnr/
APL5aAiirZPN3SfpLxxkDcfw6mW71SY5/wDZNB1BwCQ1X8aGlaamOPjSQyHgrWxsSeLg9Y/X
SRywmFbSrSiZGPDzUs4672DEMrPYGP1ORIY2VD1cYgtdxqFpCuT3K96XJmUQRU2kHbWivQ8A
a6kYQy+nXySSSLi41q0FyCICS0DfjTTtBKiRneT0MSJGOQY5MvSR48dGM5SXlLnQGXOqD0nu
Kn2tzvsNPjQYsrNIl8yFosVdj0siw9dK14nRky4Y1kkYO0ndlkkSlKKpfpIFOY1AnuHuTwmO
auHCp7kjhhbtFQqm4NtF2rr1LY6pZRvVe5SVIPDZRUISf3aajaOSWVGcKixqsMVxHkZ5t3BI
2tHDUuYg7ADWSVaWQpXnbkNHERXmPy1Nl96PJy8WMyQZHbdo0RRWQHttY9d9q6myssqqyVHq
yBPO7cysUhoK7UFu3jr08+dk5UkmwxIVUSrTziW1FAHLjUaE+RiQxRCi93PmMvSTwCyFgrfn
oej7/ajc2w4sIhUKeoAiUCvDiNPjPbBKhV43ErO/Sar9iHrFQePLRk9IMbBljkmkxY7gXkXa
MSux7jXUrTbjvqEuvZ7gVoMGD7ZtUVIkZgLVFd9hTVvfEkm/9Fg0tJkFd3X48weOu7lY/oI1
fox1hleRxXZPKqAsT46knyMKWSCNSZJM2RFWha4KIxcGoRttXXeOGuLFMQGGZk9kjwtMQqK/
PUvoYII5KF3yO1Mzi4ite6O41T4a7+f7lNHHG4aOKBOwrCnEVJanwbTCdZMghjU5LmQMT1XW
E2c9unTe1e2wmGTFAZo0iYiVHBPbAitISvE3AV00OQ8MIcrLDhYiB5QUoGjaOGgUmvUWbSvm
/YgRapNPKAxam6sgoK0rqqF1ki3iyFV4nQuOKMwWvy4aBxPcjKoDGWbIMcQG3TsIzw4nUUmL
7pIxU2PGBG88z1o4jjVOhRTzHlqYz5WZKFPkjRVCqDQhC0d0rCo4LTR7uVkwQKWNkiw1dQek
K61tJHiNKuPijLzFakkuSZJqilA8jeTavA76jmyzH6jIyhHFBFUv2W27EclPtqBubRwGvRws
XkZ+pMQERL9L9+c1J8W3u1FNkSYuNlACJ8O9ZJrQdkaZ2ur8N9SCBsicPxVY6GPf6LkQW/Mk
6LQQhpHH8iY2bHipIrQ00PaPaEniggskmxfUCihuAWQdYSnLfUkZzocaeR1vXEjOTL4m+aYm
u+2/DUkGLFne4O5KiqBOGzBZksUU+eo+5h5cKV+80+RKSBWtbo5baAeOiwiDQkG+KgpQn7lQ
K1I3qNPPhe2QZq5BFrMiqIkPCkHO3ieBOv8ATZoskSdsFoIYRCirUt3B2z0cON+mXHudHHRN
33nVqULDdnCkV1k564ePOgBpgJ3EuY9VyPUca/LSH23Mlmx8Ukv7dHJ2mqxveON493K0bzfl
ojFiGNkvu0PZkmzKMf8AM7tPncWpomcylFYfdlyGQmPnRcbtgEfxaK4D2dxbh6NFYvZdWshV
lPyO+o5EhyJ33U96UQsADcKqlFP6al9uhnxYBKV7sWRkSPQhhJaUL8+dKajx+ueaZ7Zc1IP5
AYACHHVunjwA/adCfPmXDkcqbpLcnMoTuzM3TGN6UVdd6bFWQMGpm5jns02fpEu5J/8ALSnh
pmjdlQLdWGMRKCvLvZHw38mnfLkjZGqB6maacSV6jtGvYPwAG2n9DC8KToVkGNgsysdxs9V1
DjR/6jAotDiQDGSNR/5qRfl4aEXu3u7z4tp7GEkhMjBiAscxj2fgfq0cR8TGxsVhbDkZP81a
AmmSsLFpA1ODbeOhIvuE7QtH3FWKGOKI7bKjuGYfmNXyynuMxNcnKkBb4Rpj2j8gujOMeCeZ
mBW6EUtI6qd6hO45gaS+ePHKJR3ZAEXhTa4AU4cdLX3JMhZSQlmPetfLS6NiBQ776GL7njFu
yQ9RcIWPK3cXU8CNerm9uxnGPsLciKmw8tgIVjQbA6jfIaP2vFDD+gRjC252qIh3STx4Aaih
xMYRIq+aXp+rq6Rc1SN6k6luyXziB/KxVoALvFT5h/j4ctPJFiqJLPt5MjVNSbu2eLAV/LSP
7j2Zvc5XshiVulAeB+4aRi3zGgrr1EDrNkubpYcCIu9Tv1zSgdJt+Hw0PQenx52QrbMHy5bg
alZZlYhRQeWurMpzJGV7k0xZURGWhtUKFNvzPDjp5/bFwj24b5hjNVrkJ6URNuofDUcTpL3+
0s7Qrkemx40bYNORR6t+tdSY3txSLs2pI+FAXBt3IbIkVuP+HUsM0k+TKpuaBmR1H8QM1bAa
8o9CfFYkk2NLM0rurN5vt/bjIWu1BSmv9a9wnKvBcWkgQRqQ+zXhbmJPjXStj+1nvRVCHKDy
y2ncEMa7f73PUi48MDZv140aR470G3Uqs/CvPS1AC06xzB2pTUft9OiqTYgUJdVATI98jECl
aDoOmDn1PuSA90JVlWoBAZ3FF4cqceGg9w7KXEmMUjK7ULSv/Ca7D89XxxA9ywSP5BUHtEtJ
J1OfCumGRSoA8g6efBjuf00JRdJkds2yQNItyA+XuRFVO44E6GPjx50eNkFu1hBAs2QVYhme
QC4ILuDV0MyBIcJ5OmjOcmcEdDLFGKjcqR868tIY+8XIVL8okN1m8BoYx07cGKjw1L3FZpb7
VFqw7bbrcZAQPjrIk9vMMzxsHN0pZ4NqOVQBqXDa3gfDUfp8dsmWReqJDdL3KgUkdqAbb77/
AApphNmdjHkWtuOB2l2PSz1rJ4NTbXpJfd3y3FZkXHRGai0otqLIKAgU4ahz4I3U/wAtMbIu
TuGShB7aNV/C2nz1Ugp3kKiCRS8pjG328KOgVdvq5czqxneKJursqEjJ4+a1S42p9ddRyehy
Mi65VOUWYKBQ1pOzUu5ba/8AZw/8C/8ARponXHEBFGlx4+3MJFeoFwJ6bdiNHO7UE08QMkir
BVnK1K9qrmw022GjFmTTKF/mjHjaDHXhxmajdJPEEfLTD2j2V7We2TJktjV0FTfc3U1eIrof
6k+PjQyKfsQh3mSu1VehVqH+HTzRe6SvCm8az48ao9dlS7oNa7ctIscskXuNlyYWQ/fiIHmF
ZRItSOfLw1/U5Lvig9ztRsI5AKfy/sItxB5hhXUvp/bo4lh/lZrkTTPXyvdMwIoPno2YOb6k
FlPuEbRR1qlCrFQlyj5fCukg9wJxvc3WMYXuiyyMZZFHAq52pQbeGsce425GXe6d94zLBTzp
IyIVs8PLXVTlzZd+3YxITFGARaTWl3HmH07y40Xql6lGSxmcqGtDXDuPT+7QoLIqKzFoKq3C
tshcHeu3Tqmb3cPHi3SdJkWjVorggXA0NOOsp8f3T/8ALqWCvJ/UEWdIqHiuryNur5YpJcxk
V5cyfrqWUVWNm5DwpqRFza5IPc9fPTp2K0jQbRi3iRoQydtpJGLYssaPeritxaZWJJqeZGhi
LDOw2HdoWTgN7mY6eZvgoJ8oLdIL+C+OnnbOGR7i0gWJlESxF03kZ1l+gfvNx+OhHlZCTz2V
yMOCITGnkW3tIhFOdQdUUnGi4RY2MolmKDhVhVIz4qeWjKMdMWgIafIbuSWqKoxNSTQ8QzaQ
ReoyKD7hjHpon3/efrBHwbSLIU9XGCpGOhyZ/EUmmraaH6hw10RMxCgBsiUqkgYdQeGHprvT
ddNC2ZHDwFmFFulp8hako581GoJIe5SIu5LMIZzJQiOoRaH5AV0+VPHD7crg9zInByct3J41
6fhRdDIylecLQiXOIFCGpRYY181Nwba6+wAEKEO8n24+Jq6qoL1p/FSmurKny3oEdcVSiFR5
TeOqgryk0sn+kiXcRjOf7rD6UJpdKSSQBoJmQRIFCRmQvW4Rmqo+PD2128HJ46XH9vSSUYxY
GcMYoVdeCPZbfvtSh0zTyXK1lI4k3XcXdTE3D8htoS+qnorXdpXESUPEEwqrGg4b6lzgrSRO
KHJy5XTH4ChFSZZT8ttBY8N2xEe657oILa0uZZXpIR4kaQe30jx+tGCRW0biCC1Kfoa633+O
p/czjrJPjD1CVqtXRSq3W8aA89endpsuZrZZYTOziwgFlex1ijBJ6RVjqJwOwpYixUr/ADN7
aRCmxHEjTixlsNtWFK/FfEax1dokxZEYLcQJHn5RivK39urXxrI1AGRjyL2saDmRRgDIwpx4
fLUIhZYQ1ETKkQmpoRWHH5Gp8zamEaMuSij7kwDGlK1cVCoOnhUeOky5jKYke9q+UKOtbVcA
G0iholfA6WRFBJW4KuwJIrtcB+3UoiVsaaQNSRHfoMlL6JdbvThp8bCTIfOjZo5z5McKK0Rn
DKSG6WNDow4gXDiVgzx4ovuPlcNk5FQfEUB220MaYnP7dTYinIa+40l7r0Wo4UA2OpPUY7QK
y2rMW6mbld6cF1r4jhrJyzj0x4kD4sbK00MkzgrUtJ9wC5wTt/dqzMDe55VtzQkhMGBqEqjI
OJpwNNQ9yJIZltWSJTYlFNap26n4UrTUgjicy08mLaHuY9XbL7A7nfU5gxJO5E5M8XcaF67M
EeRm7kstR0gG2uv/2gAIAQIDAT8Q/wD9fr//2gAIAQMDAT8Q/wD6Zn/8rmTJkyf/AHIx/wDu
Uyf/AGK//wA+f/rz+X/68/8AsR//AEOf/Yj/APhh/i//AEh/i/8A1p/9iP8A0n/6g/8ARv8A
B/8ATn/2I/8ARf8A6k/l/wAn/wCxP/qz/wDx3//aAAgBAQMBPxCB6wxKjBBIoZhuBeZ7s6Gk
6WpMOlsj1VdKgVoE1kwhCDBAj3mpofcViPIWaoBsNQH6d6j9tAorN2bk0bi1aRYDp+fB2CZY
gEf0bVRJrJ1I2mUNzY1mFQaxBVZANghSkD8vKLRI9aGKg1/YyIIKyKludGN7hMKEq7CNwLib
4upgqbcrnBfXjtO5XxjgvNCjDq28q2dJnYc9AYa1pKYIBQhQWRtlH5WZO4LakBVXoaAdY7TA
QJs3OC7WCOtAelrdw7/YnT/jxL8yhouEYLMOvfQg9Bsu2dGskkJeg01WoF+PrGlTh1TNBrXR
EB0kOHRVG4UgfwmX3UxUIXjYmlocx8gGsWvblWUl9M2gR4yUKlMKS11cMvUnN/7W3dn04cbp
T6JQxDQQ2cTaD4QjujZD8Erhnvkn2CjH4IGUQSWtRFNT1Uz2tUIqUAi7NaxraCNOEZOQvrUC
HTQagyRY+QA6qDgRHa13zejQmGltsBCrnUAaFkNETu/SxtnZ0at5j6di/mxkJEN01hNybDtC
vLB1zXJbN/S1BUPfX6jjdw05OPPtt3WDkxxKH77IV2HGT+qzPQlFu8IDFlhhwg/xpVQNY4pJ
AkjYGrXIO3P9gLMAjFEhHGNq0UA679I52J86vYPlOuZAXi+Z6l6p4RUpCrCJgWy8FlYNJ37B
DbOn7jiptOaFH7xl2IFp20d25I7n4PqZnnQJ/GjByhyduZRVRpjMvEI7GAUIG5HXqFzIi0ci
qDQ9JgLGZn1Fcwk0bxFNCUpuCbLEZ8IJc2BbcqJa/TmW+4QrKgfLve3Ezthh8HAg6U2YKUYd
FlEQWapHWbziB8GEiRtauGSwKOqNDp2a/tjpsBUB8QjV4bvMbSKDUBQmNFNawUVVqjRm2S6/
Cqkg64QCCfMr92whyAUUiBkuw7VZXjfHttV81J+3Hv8AQLjOoJ6etC4ExD65NtGpoEfiZ9LE
AIwG/K6bMIVxCoslqI2BUpIz4liWrdKDq00DJPdggHgoXo1DrEB/ASUMgv8ArmrciAm+yjty
WIwIdlPwP2T9cNF6c2aY1IZAfAT3zNorU80P2FhwM1V99QjgkBpAIaBA7UhxKwDD8A7nfYNO
pt3cAh7sVm6eOIknTNL1mXiaKrFyFYPh/RdTFq26OyAS7dw+kQMhLxfRom9Yp5p8oMPRGzK4
TVfgXt9SECwG6ydoGUIWpUbdl9ORk8VFBWO0tlNcDvDdNUdaV8nSpi3pIqYIaUlhIVdS6vGF
BhoXPjCTlxt3mdpKxwFNi5ck9HpaMPFyW+rfYGmEp4a3PyzYdDl26I1TxeMxk74YdUdAHR1d
3BBP5lGoBsRHq6x5c+rttaiIYO+VvgzKOwuVGikRwREW6/3TdDztrSCkRLJwesjrWG8ZFNSV
pECkV1ouFzIwLBf7fgHAY2+4SWoT7RJ5iWXhAb9dbHTrfuKdaiI8XqBww5OVbNA2kWQ9eZzS
DAmcZJBiHpzV2QS2na8RKgzh9vl8g7OQgjeZP0zoq2h2g06SOanG/wB0z+etVaBltigqrrxg
9unWN9iH+8qPgPXJk5W5ZFsUZYs3g12wrRn2Cg2XHGlxBKIK7m/FoFq0rXow/KYCEXwAG57x
tN4DamcrjR4jRh5ZWrNpwgVSG9XHf3aOuF3cFTf24iLGqoaFu96E/GIeVcjVoD6IbfxhT780
w+oSOo6Lk7t45rBg+9LPlBaeZEoomhfsmM0rn6DuuES4vpOZOio7MvhzJooqRuCs2kRdGGqt
2k3ots+Kmentjk+f1LYw2urUO4+I1NNPcbyObiG8laez+8hAVpAL6X9iBoM3oTgVGId2nqJg
70xrAwvZtUdcfKOKUKakiUQp3ICcYk2awTQt6uFUUzonQFKOiutAsVcGM0aGgu7icY4NCWTF
CLpD+uIskfFPypfz9j24OneFEYwjWmnOCLAuAAbdid5cLhwtdaQKRhKq4ZLNMECnfoYoHALh
Xn3iPotPTWE9h6f+O7QIX24k5BgKAA3tj8GWpREZR/VWSPLjsfvuhoGvTH8Li6zow8AWhvbV
nMJoalI0Da+1Ct2+pjWbZVVOh0SK4MI1aRjKSgEfyOXeGKRkwRIJg7OE4L29M0QaNwBtEzZa
0g9ZgO16wybFAbcqs0GDom8vw3opix0qXIOQtbgtC/ucAj8TEkqJ0Ei3ugkjbiTRgQBDEWlD
o0GzF/drhYIxPxPgxIQbo02GDVeJ5ioMIRO0Mi8jwOYFvthlxKJS76FwLaXAQfCEN90yguZI
pu/H7QezBsaAUR7epWDYxd7Me2xFLerlckuRi0PwJrAORszkBpvFpgZfiyWZuhswrwcMCAeL
owAcwdH5wNKmHN43EBHCuM8b1P4gPmY5HGfpNs/YRgLEZRltJKG0FfqAGKQAMkAxlj1UE7mq
BElULQU5p9lyqcNAiNChkKeX4WpCG00A69IDizmXD6yaVeLvCcuEo+/JIJT+Lh+4vVAfobtH
wGQeEuiZtUNePO4iwmcJAPYyTZLkHc7Q3kJG2oTbzIE0wqL35YWvQZkVAUToW/iG7R+4gweA
LDAJ9md/eHKGaCXcACep8wlJz2+XL+hX5yKtX0ugnnb3/wBBX6KC+EJX0qbcE4iF0aVjrrrB
WSARtqa+BdnRy1ORiUVLCCBFe42uydkFMazOAcsHoNZRCqSRjfFpVjsKeiA9B93xVIR3ggKh
egrdYrs4JtVF2V8NrhMjAImfK6spuOGdybFM4C9MCRUZHnnoQpfVC35YkMK6Dmkve1KPuOgx
PbQ67BQx8O95YyqB10BAQodGYV51sSd/B8EYIu8XsluqiSpNoOs/2yXkSSmzrBqLgV3qXAbE
ygYf5EbM9ZLVm88carieo/Du80j4tRQUGw1/eILQ0Fno2bjeD2ohCSKhJySoY9T5i3ahVQvZ
lcZ/hI6NlwdpxUHgzDRBtkvWhgkBGTCp/wDsBhTLBosGtntHqfcXkTuNnYbTbe1w8H2lQn67
jqTDng9pX3kB8NO8SMaU1GYhAe267DbvDf1JMVNfeuXSukDRfDYRutD0osIEj9tjF8XesqI1
wYlWRCHuR+whm4aUXpPOMeI+olWp0NGp+AxUYmgOwMUb6fmDH24NoVXaOhhpZgHZjRCNGDxl
9cTqRrsUyvmjBt/WNue4mFAJ10svueA+7qGUaiZP7IPyelLsKhhHZ4GtnAGUZEFFOwhP7sc4
lrVpL9gJqv5y5FPRQ/YJ+iHWP4RAeA9Ehr4zaA1t7cI0+Pu8anVdXHyuhoh8xAXnm+r7s/rB
hwo0IDdriRK/EZQh1B5ZlN6AAIHJWvIbrAKYLAKvRe97b3kQxVJB6hE/AMIoeRG0AY6F9xMH
YYEXgh6PvQpidJNusELQ7cWC2nEzHeqodf2smmQ+XAdH09uW1a52Z1iRpR+8RKk6QiWRvAe1
x3K35KA+MV3oxm4W58VDMgU03cHrRkrRBBTUJH4zz8iA0MgEVVe+TAapmhQ4dYu3zAslV3Dk
fQHBWzJpEruE4tN3fvzDTEKSfVoOCCzXMa/P7ORu7Qnlm8RNLjAyEaWgj7GII6PySULGfpwu
JBs5y6liOxU3iLwFx0YlK+tsQdgn0pUzWoaNG8U5zaCczUqjlGYNp89ApKHa64nzKSwkGoQA
s8/V3itqwyCLg0ODmK/gBa/afCLGnM3zhQROhGtF/KYa7ApD/XQcGnjLv8RBjvWgwo2mb9l5
WUoXYK974cV4AEoCfkSX5ycci1pKjwHg3HvheGmsSzyOO4U6cXopdQOi/wC7iuCrgrRnFNPs
fMfT2QhktYQTQ9TBeyiQjd7I9L8C4gbBhY+oFo5y3Ei4EI6hAo+KaYpRIynE2NrrTs1g1/Tj
L06EKj+GaIReCsK6hVWl9wPSmldMinwHD8WplXJ9CDNC6RwROaJGIkIl44MIGpuBNUUP1OLj
jEUg05t+p+GNuB1NvqgNqWcvMp6kgmgC6yvd6uTb3WLzE2w19wK+uQMeIbqdMTHpHqLGtIsZ
QwcSuJqnQKaeYXxxcOxom79lw0LhqOss11YPxcXCz1UAGNVB7oLrD2syV8XQ1T19ONUStWCC
PDDpHJw9oFVqVrvLm15uNEyeKfbT5k7K2jCmp0lPxzIBqpiwapGNeExoRAi6GAVYM/OW8lLb
jPL4f1j646E5U01oqL+sMKn2kRXgEk5vNTXp4fRfFT5+AKgnCb9J04IAeNK2XeACQAnpHIiZ
VKkE0AlHahm45yJSwh8H+8sR/u+X4PoaFxvCUWEROMQV3l6fdLU6CPfs7ioyOFkoAe4EO2L2
euRAsY0YDGvMuS3AQDCI7272ujKOwWSan4Jp6wxJEoCL/sQq/jA0dIUz8J4ev3ieRWPq+bsN
JZ+MkWPSmCWoKAO4ABnaUZZA/wDih3ESjRiHu1Z/rNr30oTGNBgUUNbxW4+tI4EFaqzWsS+I
Y7pcRI3QsY4ghI0Voj8U81j30F5uaPsarflEKyWDWzBFB3iOPL6HC2l8BuwAij1NUcDZgLop
rTSEuv6DD8ESKpbdgiIHkmG1DE+wB5utr8xg94d4gGXpy3KkIV7GSQ7ahFxgRemlTJNheOGC
FMtOmIyvV9axETIXK6mFIxpCdYvKOMBGNDgfRxMJIsVMRvrP3mwp1Pc0g28DAIsU3wskpIs+
9kNqOFJha9jP27jnBith7TWACZwmFJMFMXJlTR01ku0/QKyaC72dx2KIWDh+YqKbGJVBqtrc
VU10KFmQIk0l/VQWT9mb6hbABX7+M8yaG7hC8w+ySjwwuu380j7Mxd2jDqXhJDvTTf4yDFVD
btG9fs8yOgyUVKZxoUP4ZUmZDzohu0y7RzomjSgvUfkxaqVNMbJ4XmLbGUEzH5PdxggApud/
Z+BXnPcVGiERG0IRb/yxsHQovF+kHk8zqk3LOtJG6q1yOjajJZ+gKfJmqsbJYIOrR+s0atyv
KUq9fmYJa7KeiQpo8nzWIQOI7XsnmsyaDhcKbyXfzEyqloOCS13eGTxebb1ANMaPj3OyN4Le
y/oBewzWPbKX/Fqgp0/vC8Cj1aFG5IYm+2soYtmlj1Bz7iDjba4B094KH7HEcncpqQ6aov6y
SKUFPRkDyG+dxkMgs0HsQk1a4Zs1rE/VRKUBPWFH4BFeNVNj6bULCj8gvZ6X38GSIsSXsXT8
FGINh3eiHZiE6HLkWQq7xY0DYA/cWt2tZmdC23cSSqcH7q0Hr+eXQMIn6CJ6U8T9mECTR91Q
NHRnXNqKZ8QqLKFawEneAVsRJVLL+WW0uRIAbCC1GMG6Z7Tg2EFcsakXeNSDwOgrFqZWpUYX
gDop+TUO4fmJ1B4dWhoPC/wJ0OoF7Vu0RL+ZimIsnhUprezDwyBsrI6RPLzFsbB1OwcCtspi
/wCHyMoR/wDHzNK9NSryAXXT/sxzcAdKbtJ8Aqe5QgzAfBJC5HTq4Vg7YDjrgqgB5vAfUvIK
QnMYk/Mx0UeiTBvzQXa5MJLyipHITIVf7wi34fen6hYjuF6EAi8XAbXmsT2cIiip1WBDB2EF
IIBGXfXZN9yS5tCilrbU364COkuCACuYiAAibEfHBSKVkw3EZJSJTmN0c3RotNgHubeDVIV+
T/oHf6yZ4TyEN7Cj4W4FvvoD0gbtdt/GB2BAh7RCWi8MAArGxquObuliaVPr/g/hkYtW/oaH
/Yub+SSCwBP1OO8goXS2Ww89w/BlMl+DlXxuPaSCLe8JZ5vF8m69CESmlcyGEOUbaOvp4BrI
cIvlQf6BwR/Q71QUuEOykiKMSOyJhzFR0T2KbP3moWYlzGbAILpUzkoFaE6CFqdfcoYBltiW
xB2Xjg+Mk3PQ8WfL/uKrIcSrkWg+NTB0KTEpEPUH43yGWiiJT7+ABwNnGqrihS6JLc2sDFlU
YtQgXr+IyZufE1Y0/ApPxiSZD6K2gEZ5Lg9G63aEvVplpsjcA3CIkC+ZQQXc/OHe66X6gTjh
9xRDF0LvNAAFVuM+QGX5kkduBhQvS2RKWk4v7MBodgc0CPSPr3UxNiG8RDZowX84ToxBoSCD
cdBMq4VClzhF3VUzqGcRCdxh2e/NptKqu0A8m9aLG6aGWgPRoTYmmmu4PXfIo8hOgAPsy4+F
gMIHlNCfC4fYIQ6nQUIZdjHxsQEAGgVqubIRfGPhXyHZga6UpGBvKjo37g/QeVGHwxM3csLy
VVXVlzusvjgXvyCBu5SJXNXsZGmvMJtTWVdNWBAEEEXKxs3SXCAHzS9x9PR4b0Dr+xjBoK8R
DgDo2Hc91zfJCOt6Px9w8NdpKOkFuNav3Ngv+CiUIhdb8dYiWPlIldxptoyoCYw1T6g/7PMY
Bu0kRUkGjR+MAuIhgruGwMHkfuW+NRVOQJv7Miw1IURIZAbdPzg66OCw7Z4FXJF6T+CPtW8p
+kIlojwajgj+Z4AKbcpz3DwkWxRPo04b/gjes23rPBB+fwBEictprRgmEAHLoRu0616Y1mFp
3QtLoP25YWK0wG+FQN4VlVMERldG8WKRDBVEXY2+TFWHkmhhPqsskD2GEtGEH/mSpGKooT5T
0/heD0IiIInHK+tHhzIgEW8eYLXSgEcF7Tft9/gSs+VOlBQNNO80fXwJkQ7PwT7jNHe2AKe2
EBoYMPqjr9dRYfONm0nTP1VaS13gxRu5tcZVgL2nuJFMsXmaXiaOOEkMA+zU2VowyT8Td2I/
U4KCyaNTUGNeRXDgMq1FnVqnCPcFQwIA7HoB+Yr9LUvmczYVx6y0pUrWl3L2/wB+5QkUP6BW
iPxa8zlD6/xRTSh+mEVVkIdJUJNO73kzgFsaBWQD6HHdMQkvEQQ0lvrncDCdqiCSU+YElsdp
RSVHW5mjsrQNpnaIjY3uBAeYAsCApNo+apkRFnWOG96DGRsRwOmpPy4AUoQxWBQqH48wbQoF
bCLGL+8eUhdJHlXoyXkkGRAFhV0TCgb5inkD0L35k4UenjRpRNce4u00qCLSfah6fMEef36H
0OD+ncV1IdDES/OEHhjTwztWFLOaVN4jI+On/Io9kCmoxcDhEVzLc/8AGQnQpGRBE1OKyQ4o
UEGk0T6HLGWlas27YPngcxHXNqIbCK1w3kqB14WkaW0PMjr7jhdxB1s/TcFyDQ1t2/i6Tua/
fL8bKdQDq+YoYTD0C0ol2tWyhV2OHnIcKiczjemYRKtdj27zunTI+jAtHTrBhtdUFD/odfz9
ixh1iSNOtwuhAHCBbW75XCAoO9vy4mfKpVLKbJ0PzOR60+kf2X9rjIgIdIVI0Vp7zKmefKoF
LDdr95ENflj+g5NjogMSIOVAuJJlTEEBI8/hx/mEc2g6pS9p/t6vmGroIJQRfEaOMxCCRSpV
TXTmyDdkQMWgpBW3zIxq5il3EBA71X6WfOWtQGu+zmhMTk6JMLVIWPDRl7QADSRWyXDTNuBj
yFrS7h0/7dORcQbbce5Jc0PCSakKT0Ls7MAf5tkYqdgj3QYqplpU9gGKDNw1nyOMgSir3RoE
zhKCRKNgn3CcxsioiEEoD9AYUWmeBRBGEJMv0bX/ALDCpeseu2sMEr6KvTefRgc2ti9voeSZ
s37aExAS0g2DZm3iyr2MoEX79wWHUJCCA7Gn8CRWQeD7FQGZtoiCEbQkLA9BwuBvEdsWh5+Y
M+I2o6dfEvF+ZxLCb/j6Enfg/wALpwQ1MaP6GMeDCjshJKsTnuOCEilQi0QQH68VCS0hXHhJ
5r9mHtnQdUK0RshuEkMxIQ+jTdyMKdyNG7RJfda1kMAKYM5wc2q4mcIVUKALfW8BLmCul6LA
RV0YbQC1mXZDhjreaFHjqyXdX5nPGKqBnEbYDz3uM15fszXx/wCzRxaXeEkscP8AvEXB4Hdg
Wtawtz7ilDUsGS50odCmDf7mUPxk4fZKY8GnxNXABu/a+YTgpQQ0bE63hFi9glXvatzv8mEC
UCgoIldmLgCIogFA4ZoGxsK7NdMAUNglEREGO26BvHkk0lnvhWNyuaVJeqbZl0OBT84YrySt
U/Tcr7/WakSCbLF3orpcKbq4F2966P8AWVFXd4nxlJ+clqsBdln3NHiSSyavXyx+c3oqm+Gt
XAFBZwYODxBFDBKH/wCAAdU6A2uIVaFCgF3MaCPpjjctMqB9JD/vQZd0eRVEiw3XcSYc4QAz
t3gxw4LHDtykKgf8wpkb7AUPik+EMuwTBO9Gm/5O5kfSjbADUIFvk+ZTg45m6IY0Jstwx1vA
jifqCD4yfK9UUsW1D7cGkAew6mEZ4HaZ2c+zGTRp+IExmwRwrEyUHI0awPe+QDBHD8eeZYOi
51T2x1zsMSFpUEhug+msdLfEN2/BSnuvMsJQfgTjk/HT33/AHLigUjNDYjqlvFVb92s6odW6
XxlZaJahQQW5TFTFlaARyaA7ZnZxxlwL1NqAeD40w5jnDt8aV/4cFzlCknSdXD3FYFw2fTMh
xOEHWn/d+M4B+jNiIvrE1WgnprJDY9JJqkIijny407MW9s0IcGhgHwa63WDH085cFmjq7oEh
lNamMcB2Ita6UfcBn0hZEpdPqdxAwtBe2N5o+8xDRpgoPlvB1v4yiCSkalsURs2QNTG1JtED
tZBlV2Qw+elDDH0YQA20QAS+3UmDQtHuzDFImpoYaFXTWJiD+u/CWG/ZE3RNSCMQBAF3g9uC
20Kw71CrNqcuv5WkG+BUQGPyHuvf5UARY1+IH/MGELhgBUv5SP5uEKCVysx4PeH6xa2/3DQB
VR1j9US6qE+Jlm12AVDNv4YqlcuwT/tvwxYYQ5SysgS4/AJQgAVVfMZHTW3/AIB0rQbd8s9w
35xi9hXwTSCLeqXQFD0DB9w0rSyxdkhyK38Nhwzr9hFAPIAn7cgENfMTjemIYvPU/wBYCJoH
U2aTSm8EFDwCSiWhLp0GKgazSiH5tD5MbyheWs8eCNOsLGwaaxC977GNbdrMfCHRs56ANe1x
GRs1CjAGgiAusBAiFvHdTTWn/WHYhaKMvaJ1+DDpyIpkiNTrcN3CpBOn3oWhoK/k4hIC2yi0
+MCrgGytaICc71XB4rQlVl1N4zX3/FQK6DauMU1tABQg+HeC2GWffggaRPoMaENcEoN4XyI1
TwBgRbPQuBSi/QhoxSCDiBWGwz8zjKiCqFRkj3RiCKsp01s/6T+I7RFAPTQb8smufwPZbWQb
Ip4V3hotbqcDddZpIW4VhDW1wN02YrQvpLvuK9MuoIUMnwvcUTVvBUWL11zAciCIhtKi/Lmp
TGiLEvQwZS63K5UmAS/KEwUwaY26DZBPp7bwNNgclBEVw1swMYAeQBwjUnG0IYQsgQTuUBkx
KCREtoyVPrjG1CQJAKQE/qA4U9AFKkfFLw/iaBPbcLppnGJYYmjhvvWb1+ed/v8A8MQgIdzQ
mi/wAKgC9fuAWrHQVYBshPFwT3Siw+vkbUom8K+oSzfGnC6G5+cY2URZJHFP7zeDTatsinLc
10BYPQ9Gz6OV4QN0aKAY3J9uJQVuC+m+Gv8Anqla7UgLtMLodMJ8UhQgAGRfAhbUOsjtqHUJ
wqh6jT67SPQZrAibt/hTlQIVu0P5WPpBgZo/UUOOIAV6ug1ESExHTnI3TcoNmABNEkq4UcJD
RvyySC51DDAH7/WFa14hMuC8DmKkrDQQINBosHRaSAniVKcDzlbMS09KZtA/m69dcNjYeaBO
kTfZg1HfbuhQwkDbeHfFSMy6qSa/+Muz2jzgFT2tMxH0zA7FTVZvOZSrdRUALRf8UxFkJzwy
uzT8vsxsw9vjI1EtAO4UuOSidQKS0kMG/B2JhcsqhB+4jCJQx1HImKMbTOyR2+3RiRJofeGK
/GWEG0Gh2f8A5wGvwDj4Hwwi3Ao/h/irPRDoXZo2e4Nz8LnQ/Cl/WLAQBzzNTt2RL+M9BCdY
VDp8yQDJSAqhv6s/hQQNWix+n8Fdc0BV6UnMSLbQ0BUpm3RD+7kvQQvD8XUIbk4sSHqTC5hV
n4M3g325l1NhtEYmRaFZs5UYg7GmEN+EMFm0NB2/ZmlPCEOihBHSeMgeKoH5E3UX0V1hn9rK
Ne1vPMAE79HRfiGb1juGVoY8Auy44qYgIZS0ArX94GGSvn+zBPMVUrGigBB/Y+4ydjNE6Rp3
HeKsrnb3gWii+XN6QmCHyB1uGFCqjCQAGJyHc8/gBovjMRnB1B6024giW9i9V02f4/MaV42P
RygbeoszRC16KIJtGw3xgaiTjscEmpqaOMYd6mCdB/RA7tikb6w47ggJSzzb2AgbEQE7Kc1w
ZPKEeVyKrlrvv8WKvCZS4Q2IE3It3gNW+QCAw1ZeO5QJe+Rcl4fPcfef+jOdyXXSZXQgzuOX
e56N6yeBwlHni1+bvuLoGFqLzSANNa5i4XbMCsxNnalGXBwjcBgCB4vyFY6aiHbABt2v0xq2
OCSCOitL6/eLNCFT4oQ3vWsGDFt3cN/oGVORo1ALA6/DHgRURCVg8Femv5/2XJNX1ruWFnKg
8Ek7TwLtxp0jQgXqhtwwRJu8yK3jvUDwCVxT51wbiLgvjTrtw0xRSuvFCC3xxlEam0FVjlPG
iIBCIqJAHTqFDdYThw8yT+dtlGEllCqnmJWCbvQTocs5jwzqyCw8bSTBghRiXY0f6f4GMNot
hqPjNfT+NQCQHkmGhEV/1uLVHEIQbFHwbLhiG1iT590gNGxvCgc9hVqoNQBPdm4rVd4NXhx6
dGstuBFDsytYW7xrFBb7b3tE9vrLZrCCaU0M6vmIqg7Yd2EbFf3n+56cH/ILkuMyoAK6d0Yp
kgWGGFonoKfgxM0BUU7YeiP7wWTwJBwQeN35HCIfSDYf0GsTsdGVlVbp65fURJQxNHMFL+8K
uSWudiz8QzYyGSarEIAnv3+AN+Mpsb5KMX8AuGchZWRQH6Urr5c1bKuq0RG6RfG4yAi/BBWI
4M9wuHM50LpxpqfnLMyc7+0xpuVdRuKaVNaQiCk2fxhKx07uHCcLkNDq4/7wy7UfkuGuucCa
ZvCPy5Ez1MCB2RXYV3xtFqPOW8Cg5vEvxm0Ln+Ur1ttwx+H9aCWXvGyCxpUQLKdGH3mDKZNK
hVWm1rXlxFCxABa7QY1vmqOFv2gvL6mQ8X14sbrBiWVgtBTc9MMXUiAwpsaocLJAYddVCNRf
PcBZp/EdW1R0cf4MBDPqw0COPyxcBUh9rDoJmy2No8H7P4eYMr++73CZbxJggegggk93C1+D
EcoWt+WCqznzckf0iZTwVAahxi6T3bVw0wRwvxhUpY3a0EGWfodwglMgqESzHC07y5EOwA42
8XR7Of4LeQbjBKo+L+fn8UeKMll5LutBy81/KB8aE0iBx/kP4QfAsiEUx9Zeafto2ekFJo97
k5shgllvnYHuJS9Gt07IoHdfRm2irtcjrG5A223IR+KAKQNHT5ibdUYQX4EVnmPCD8sDVLz/
ALJM7EPMFAqAVlf4b64AFSaAE1+TAgVqe4TzKHUcuyJNU/d/1jtIkErzAkOzxr7cNUePEOaX
lE8MWyJ0m8BF20JNfrG0pZDYgdv9Ho1hJZlOtrQYDcN44pC2QE0w7rGvACAP9hVe8yU4Aa22
ohf0HIPCCyBGKYwiDqyW5+V8wogmK0BXeBxGEBRI3hpFFz5vMLADlzp01g1CFZMCuFSK3Gl9
EUrQfECKithFJagsTbnpQcfTFe78iBpd8Wr/AFrG+URMVC2dGAJXq2d6m5H0fMbSD1INewm4
Vbgl1gUb1f8AJPjUgP0r0DyT94F0P2napkAXf5zscHYELG721/eJhJMGuKApTW9bz3HiIxtA
wFxcUT1tNOfkyx+MTWphHrtsdjQ2Zs3SIkFpoV04KhZDGikrZmvci9Om0TvCgNM5mx2aUqda
t7dq/MEHYSSBRaEF3MddHowQqo/FfyWaEFYYLsEwOEAT2pieKUf+GUqnhuE+EnmBHL1MAYDi
OpjglI1tXWDTj5wwS0CjRVAA4ivElwZNHlxQHWQoAx6WmGItR/4aV5lCWQFK0NpKpsn8u+FR
Iebg/wDP4XhUNjA/A8efyYafAKH/AFSr/PWGjrt0fQxz/wBqFN4712/Yx4aT/NsEi0FRxMMc
KNDUFcgaUq4ytheb/VrN20PZhEogmSggNn4LrDHBgtBXmnCcP4L/AMhABVX8MSCvEYWgHxc+
3H9h7gZSDh0/MybLIik3sHlI+JvO0xktwBZNL5lJsaB6LyFv/Gv4OFSIKfGJpuMssRHlojye
TT/RkU5gOdiMTo7jAA3MPsQ2bm09wb9ySuIDBynwwTXBLZdbyCaDeOO9wz0ZsK1vsyQS3/Rk
PFvTrjCAsiIyV+ihNTJvtskJdNO59GuzGU/IEAPBQ5QFfdCPWMKRjbCSSGnBuiD8AgH6MdRL
UNnqNprt5iyKU2HyB2nyT3AHZQpWX7eh457jmZJ1oogrKTX946qFABVV19WuTOGQ4S/lRdet
6U3aYxyJ4I51BFQso2V3bXmU4iAMBnkH9hnAbYyjbgOCQya7YCEsnANc28zbh4w1gQzI1U3j
kPY7zE9TNbV2qaKtKurfub+uYiDyDNOuSQIiGKSRKaTBaNG0yLW7hT3NIiKRAkjo+n8UWSEM
/QTBFdrIfGCHMyotWvspQ1+Gvxh8AaeA/wDIAxQAkYa8wDvwq8w4t3shAupDQOx3gaJ2aEW4
tL5y44GwmyBXpQR6ZWoBBF9L2/GBwQZY9Hlhpb8iayfaLEBIHE9BWkbzmBbUgm00D+2FES4U
tjEyXq+AXCmhgVYBDbkszLVRIBwCv5uDEhEY6dfgxLwPBHzkr9c8MLYA2Ours9eYnVDfE7Q4
dMF3XCrjimgFm/mGcYQoGeOkzTpmJMMMCXACSgGqcI+na022I12z8MngJlAvS73lL4bkWKPD
V8uLblDKwpO4GvcJxBUpTrptkZ30LjkndISQdjNB017ghT4IjbtpIkMei48KSYuBkcqS1m9G
LgaCVayXsJHuNc6CtoUfUuVBHpWnI7aJgER9H1gUuruGqtapdjSYjVQFMB6FGc+ZIadrBWHe
KcdcY5FAJmKDuTwptuX+1My7cZgIVEPcAGXAa2kaRsN7w0SVpb7ahaafI5pAhQhMIo9EfpcF
jsMAHXtyg983lPIZ9Dy2xbumneXhKCQ9kBpNdii7OyRW0ijrGpdqHTAGhmmfTzHtlDYer0b1
sx2IAlUplU1oxGiZugHm0/6Mq4RwtJH1JX3CaFbbQ4rNsPhjUxLZao2Kk1bcVipnPgzeBab0
XXMBnXBamI6XMcpG6J2T0Krw1gIJlZ6IdBotn8YiSB2Ax8P6w/QnSBbInf0/gSR5L1V8hAdO
aADm3CFp9fDrAuS/p/eqhTAB4CXFgVQtYF7ggNpR6EPPz/EOoTXVyduji+mihWg2AnMDy0Gt
/wD9MwOPeJM1NKG7SfpxSJiM2K6CFO6ZvBw1QUrp7RRNzvcIsKCfMcaCiiYs7i5cJocdFaKd
GMFMGtfi1PYtOa5zEHooaC6F43Pu87mA03NPYTBd2PWqHL8wnaJQoXQuWwGPAT1i07reEniN
onXeeCu2TBqVZ2O6MBQFIg8RxbTJeyWoLMdCNjOzmSoEegn9zG6nHi6ND8e5tOY1LYy1B+9u
A2MAWUJOa1R6p11iiBeioXxxXzFE22FJDIBEpd5ToRS9jcwc/wClbokJKzwon7gWm4ZbmS1m
r3mOEkXpAmEiKGCoR2qi6v0KPm8AcyAxZEOy7DevSokrlzK1xt4804L+CfKGjNVWj3TA7EBC
GlBL7m8A5c7RLDNN7t81dpVGZp9iOkji8MBUUYfiFJ0EC4d1XRPzDm21NOODvHadDCX7HB2Y
vBPA4nzfv9MAI+yO9i6JEjfMt5n9Q2qHQTSUAXyXTHEtdLekwyoD1ECeuPJC24fKwQiwFE96
PGOaCxZJQSOW4XhMAk6UKPQqvACGwcAMLYxZoKofoOUZgbLEVmH7wC2REd2h3ZVzY1VhARzH
LDEcANaLOm7vwfnI3fSp75DhpfMl6hg+06iwjox2bd5/1FNfgwLXFKKkECEHqwADEFUkx3Q8
XzDiRx0bhptP+YM/aBqAPgJP+MQ3OeHo5Z/3R7iqYTBLdB6PNxXVrLYQhtm8CojoOHaBOj+Z
5jcVLdwPwFTeAZNt3dBV/Vr9csA/hNpDFhSXmLDmdbXUaQh+W/uFdJASaj7u/wC/5HPIBhUz
6qq4MwSICsla0Owjcnz6qLPzCmN1inxs8ds/rGt7eMprpDAOffzhD7KD83SCPCl6ZXS9FWe3
2eX+8E2uhdawoQdPzCgCd2yWQtRg3wxbrocIjAuhIvMEvb+KZwLBbp9YWYrpsAoZV4it1xQy
4WCfQHgKZy6aCwPBVM71lLDshRQKFoBSDgNb2bBvTVuMLwu8MP7krANKhf1xxQhuSren8Hje
TkKWLb42+QuMXQKfZGjAqRUTQGUhCQ2XG1p2H9573jKxeg/AT0UF/LZt+CaoUF9za0eFAl2Z
4aRmgwJuWBzDBqHersTYy0oAgmhDdSNQ8wATjrCndxUB8+4t6EHHIoAuKG30cl4QCOoZZeR2
dmC4ZBRlNo9rQUtQe09AY0aaBA8eZBfA3NJkR1t/435Uc1oeLY07knQUNtjzjmki9XGkhAIF
VrTdKVcaAR6vFIkbt049broTBqonsJXhidkas+LG6fiFcIJaBNY1iIbBgAkwjdDl+lidZDhW
oQsFg1f2cm69TXVaUkCfkOREOemDT8EtrEhczBEJmmHieYTDVUU2p0GOn3AILV1gMoRRu/rH
stj1t6LFR/owwQzIDqLrPvXeABEa5TVxSUb+bykh8IoyOgoSe9xqBA3gv6Lq8j7g2CuxbtiU
nbc5mmAOikS0q13+Zg1dUhBQeeWI1kwWqEAIPDIUePRxE6MenLm4RQ0kCYgirJ/eL8BOl0PC
+mGFLgnoTGoLXR1cGqM8m9Dij8GQyULBEEJFEttzbSKRIVobSgyEcI2KRM2HbEvzj8XuPjTO
X+O0FEaSIemkF3iA3CISJKUpL3BWWBYQiJ1FUcdKJ4rQ0aHg38YjdkR+0CHS2TE5omHXgxa4
sPM10AG6B6YSNfXhgGa+NHn2pXgDCN3AKMAFmogozDMPiI+UICEaX7cJqNbnz+vZKPMZ7fEQ
e6vdo7HHK6kEJwxAd5TsiYk14YEdEil47rPITb3oiwR+feadbIVaL6V0NVC4GPuMBbOH2mtD
kqKLQRsNg5E3cqx0yHNYhYAD8uDaU/Q1YcT9du4AhJIp+YaEWeMcBJnFiAkgtkreMHBwXY1D
Ojj84AYwbB2RSQrPlmV4iKj1CPsBhhhFj34SfhNBA2kyR0qUAN7YhKz8AEpE6A+Ufx5hn1vR
1AdAUvbtgjcUiaIwIWpvDYMZRWQdtdYcXVjnI+yG72pe2xDActBgAqXTtkLXqdg+lMxI705Z
g6D7WtJ9BYYT5nWGsySYB4YGJFdZPpcv4h3cVcB+Y6IDdVUh25eZWnBCEBGlWadYoQD6WFQP
VS2JMEydCgZuRin6ccgkoE18ZsKg/ONJNSAyDTqJ5ELM0hSE7qCKA9I7TmFvZk7GCUvYdeYm
XY8UR/QV+4xthGElVaaZNe5SGAxbKOi7Occ/94+fwV5VIFuKB4b7gjO9qOuSJ+ele5pi+bcx
RCCRI6dYSk6PzjUgm3swm3YrOPW0tKPcu9ggYBRvo+I42d3QKjAppmv2yIYxeHunwo/eE58p
CMgb7XWGzBAD4IHgGmm/nNRdmOCjw++jhurKA0X9MBiUIiy2yq1tRO41FRVAdJ8uAxgJPvGg
atT38/yhqYQlSnSiUwuLkqC2aKUpT3BjoqBX0G2ruEKgXudOyCrTzGLIr2Gt32Gp0MeY7fFI
QUNxhqmh+WdxYV6jqSpefJYACJ9OtW+t9YOT9RESI2wlcFsAMIARtIIarU2wmSGU6hhCsCDy
7zc77dhAX9uhSsKMHQkaj/SCh9xOF/zzUwa7w+i4G4VkzgNQiRsyYLusaZLpEC7f3MC+widt
a0hTL9Lkhj1x7IbQd7PmT0MGxobWaB6usZo3FtnSYwC4AA0Jo1OKxl1+sIVrGpvIS19plniv
k182c26gX4wF4r94DEKMGmisAw4k2wCFRYwBcJtxTqopQldLCXLD8CjImSlBLR3iITCeO40h
bCpnFkQO0UQIAm34uAfcYkIAOok2tyRnngcGHgijgvARk83+wKBPxm63BCJUpT6bDuYbVrwl
g7MgIvd4oSspTfpa9AXDAGwRQ2QNnaLV+YMW4Uyqj22hibzhCDBqAoFbjzmRnMHLggs/TD1y
hiaCAIvGFURAVqKJxr+zIhtPISvU1dr957YjSAvQy2o/a6iKNGXfxfHD+K700Cgba6gCfP5/
98+fwSao0Cp28aPuHDa9EIYDWRdK8TWK1wnhbkkNvYy9CUgaNLJT/X3L9rO50vsU9CD7gRB6
gGegk2ef2+ITG02wURY7tzHb3v8AXHowe+NOCafGqMCDUjys7ZeRD4PIFRh+EfWWPC36H5rg
PCSfg8X0MT94ZRQVisqsNYRzQ31FX6KYG/17WglxgOoY0oI0Q2DIQ8cwybywtIQqxPhf4AQQ
+GWJRqLACuqN6xqoCIJWl325H85OyeAQfIsB+cTuoN0sZZp6Ppi5IaH2Qh2tXXzCi3pNCJQP
aB3OXuNEVgmCQUIRv0ww4COTfIwwPGxwTuxEOD0Bw3TTIklM2pIodc7aDH4ACIsqysE+Fcge
vcGf6uxqsBMOrZoG12bQ1pQuJXcFrRdLCGh9mVl99OAsBnGLLHN7Ef8AHstj3NIPuJB0UXqK
GPl/eOQnJQ+wEhu7TFNmwCKQgQL8/WhuI3a6SL29Puacq0GoFliCEy4s2pCgDjbsNmL3LjKy
Xyk/OsWadbBheWaCaQIRyNyoFvKRuW5p+rcBvCEQfUM/KBhs4HW9DRp3WQmtkuP1QCi9B6T/
AAPuVdHJGnmAhn7MJgJBT6hroSoLAZvlpK+v6DWDRDjM1H1XQ09bSbb6ZG1LAio1o9kZvWs1
/vIgiVUIHRb7mjKcEDaIhttzIHPlSw7Ene0emJsVTJm8pe1zUwc8Ama/ZnxrhMrK1oER4hp6
EvJicuQqtST8qc35w4gyUfpevX+WUIIKeLq23X3+PDCwgaTC61gKLCCsJY5MDV+CBgdGBvHa
SrC5kTslP6yddjBLbMU0r6N5ZJlzYjWKNpDFrCMmWNAQWsKORncHWAfrrecEYQSekjkCUjCp
OUNlFbqOrlaliewOVJ+5D+IIaIOh+Z+fcFORNALs76Na9ycizzCLstSQ78wKhvGPrEP+CZyN
B3HAL8Xwzqex8gPABHq75mrRFtm0fxcJhWoewpW/CCcfwwhtIrJFJVHt/iEhb9OiWodK9wU2
QJNdA7IqUfxChFpX0dFTgwBxnvDP/J+6yFQqKeqEUgafjHIrpzsDfElc4zb+YQA/YRlB66SZ
UzvdFACKJvBwY4XLpHVxAbN40Yaqc7KCzgb1ZtEjh7iqUdJc2R8lEZpcrYQ0CHocoXI3i0Tt
U9mptoVW2FW4dBva+03imn2qdPURsttoBEYCV3FbaApxNHo4HhktRN0WkfTrBjr0H5G+Twzu
CK7yJa8rWhfy2ZbxMwZktKb8dJMKtIEl5BIFxAQ3j7X/ALCyrKBPTAySy7AN7T/+LGzeRTaN
dAk2F/QAEMZKRgaQKb+IZLo6GOmb90AghgpG1wjbeGh6CFl+VCySTpNw1ahiUuxvVyCTGsLu
mFnBQK899Id0uFd5ox8Yu3Dr2fnLwJHJYYRdr45vF6i+xoqGyBIyYAIToipO7j67+sVTRQyS
LG3eK0bw8NScgny9G/wxN22kpAsB+gaaMn28V27CgYRLsFywKH5Lu/x1VxK2dnmkPz/JYnFU
AbPFfcLmgdCGjSx9/hZCLV4haUlO7P4FIkARWzquFx34DIHgi0nTmpgyhrpl0V02yuEOZqxr
YSAQB/rFKQnsDSGmC4nov7ZKGbd1kg8wmASVAqinWIvQ8MKdbNQZkomQAhJ7vTiaq6M3nMUt
C2k5gBwB9cKAMFTXSIVCo7hRN2oMB+Ec9fFEm/st9384YsEwhUAVvYefywdusDJwbPL+X+A0
sQr0j4u+9/1/Fj2hBIQLpNGKoKkbdp8UG/swJrt6QNzdPZMyrAExuPEQOj+ThWEd+kqHCg5s
4iuCg/u6RPPbkMq6NETI/wDQO8PTsD5uV4BW08wMrQloC/L7wY9UBU+oKrxPSWGKum79QBpH
s2/uYrMF9DwbbRJE53NLtEGpSvzY7vTLaW3iLuZvg6cFMmSG1dx9p71MblUWq1AKcJQfW5WB
76CH8r/TzWblrtwFh7UWY3w4VqBeUpJNgpMMD1ASglF4wcJxBLNQ0XAK1VD5hR9PrQD1bGK8
ZpLYdEUK+vyJG4O1qjGMkJB+eVicEpiaxC2nCo4y/EYjZ9032cC9TliakXVCAEH3RhYcRQBa
TR9EDQmVKMK8sKkY8D7vAOOk9DQAkEtybW0ErrYqmc+awnTigP6Np0J1jjwvo+0nDsHM6ZvP
RZqUEWQV6sR+vyZJ9aP6zY+BAFKtVXoB+WbhmFtLadNrT+cPVPsD/dHr/FWg0Vi/SiYc/hRE
COPpcILQ0IILwFV4TABLlYnFqfj3147AE1Zmd/rl9ebc+dBMPHlHDKldFk9K6+A1VwAFoQpY
JRRFcbfVEaGLTPTOdzvzIO9ryaKbS5cb21pW5opHRTN6zQDaPQKEGr7ozaSK8ygIHzaZvhei
N7cRB3frCaAABADwP4OwNQkQJ4ytG9YjqQF6F8f4RwDKdF2Rydq+RkFQiFdv19egWCQCKlRd
k19wYnQNHq00kk3cXzcuIqFkXa8ZyhYh9DqOXpHc1B1KyxbbvEOoi/JaP5FdVMmvEY0hoFYN
N3+c4YFxCVrT1s17DDcEadmwrdE1Z0xx2BRp8de0X9kyFGegS2hI0N/GIeYYQDTxBWpuYpGR
ZKq98AA/tkLyvJSvXIZ0tpldDU3JBgdltiB0CkRjCUFRP+ILqNMOGLHzWs1FBVrDYgG/fWOS
tBemwLAj/wAFmMl0UL0UVpgEoxmh2I0Ix6PvmK9rlGwRCPQhJw0iSL+SFgLIOhXKXgNdiccW
fCOcBDqRg50GpF++WUAjagaj82AmBUVOCwlRWmkU33G7L6++wao6fTJ2ooBExKFN6bdrawl5
qi8AUXd4DqjPyABGGjYNuUsZSiguSE39EwadJVotv0eOxPcNcR1iKTaJ6e5CS+ks3ETecVRw
jyXXEjq8G0dnME2e9Y+lHQH1PncK9wMACEDCdiKZ+YcBm9D9R/3NT/FcCClJSoiZsT7N/wAV
UiqFYF0GHOAksAGgjvji/XhuHIReusJ5ZEoGUzTdh+/MDdWQJlDdtnuRQFRasg22Hbt3BdQs
HGx6SPzgnsyVW1FoX7ZudQMtEHunBIan/jL+SPRPl5EqVbrmFALkBsy7VTSn7m0qYnib4GCf
N3JupcuqC9AcXeDEWSyYKDuNm8aeZXXxCi6b9PuTUw+jkBbwSmkO5pc4EC1NGgJ6Ht/H8kzF
Gi3DiWv7wgziEEqwvr+N6gXChYWzqZTOmbciX7F87gaAqnTI3xRZFvfWR1HJBfcNSpC4k+Eh
MsOxCffmMXcj4vA+tX9ZfPlilAtvi267hBySIgGagOmb3mpH19ErbAgo/GIhQNLKTYrFDrdz
JhXIjLs3XHgfnNzCKABLjfTUL9uDGHksMYnVDwlr4v8AAcOqMEH/AAuMzEAkB1q9bVOYmqr9
5fsKkxUEUa1teKHWu/WtByJtscWiLbzLyX0qyxDD9fMCMoiQMUANrH7XKalUQC6qSxtx/AgO
NZti7mUrDRM2yV63qA/NXWP8aCQCXc7wAs5kV9UpdWQMCnbjgd+AFXemdHL+zGGXvtbdFFAi
bvWaD9PDVpNMIg9YaZfpD8mWI6qm7hufrVrStBJCbfc2aritVbcb+Q9xVHm4NXrOy9YKseRa
dJ+7DX3QkKIDASL3q++7d8qsKFGWZATf8NUqaAK8rPf4+GC6T8l5bzEKTQRLQNtbGuH+P7Vb
/JvCQtGNFZ2oDG+5wbmFaGgIJ3WC0G7BZIMXpDb3EuJFVnIpgT4bwTRLHpoG6H52Ytml4IVe
HCD7iXsDVw5LE1JGaCttIvwEDzaY8GB2VERIPQ3+aCvlbLs+DYP0yax4qLkmw6NMfMcNigfl
JcPJtCOD7ApVxJIg1KI3QoaD9ZNRK0Fy3BRr3AeoOcdQTpTaaeJszYQqDzDV0vuCBWOR7kE2
PjGjVuFUH6gPmSiJHKsCjcM8K4VpjlUD9iOarUUNzui1+vf45Vwq0EJrRYZrQq/KCcJ+Gjnm
Fboe9ixuHuHMkub0OB78j5m8G3JJWW+mnxuTpDdUesEaQta0gxSbhugywmvyMKRTMiCiEnhJ
rIElXRRAV5GvyL24uMqsdPQnR3BIZCWku2htHhfMpVcBE3aC39d3FFYNaAxLgHxvDzALueAN
kKX8Z9zc6GYhIPGp661MDLixk4NKBP8Abii1a0tJRoWA/ITdPy6ByPAB16dYGIAHtDFCxSq7
6mB7ju4c/wBwUcjzC00pNCh7qti7GKCY6EDA7eQkLu4Nl5BLZDYAPL1WsKIN1VW69DPpZwJA
1hlIGPPfGPekEHQ1DSF2kuLrLLJKVt7NZXphBRVeKnXQlpH3OEV6f7vEfmEBVyWgDuzUPhg2
VUymAPqHe3fmTU/xEDYIiaEVw1zAan0WG/8AJXdYeVg89jdYvTeIJZRCEurl9O59K4pRh0k6
5o50mlNSXDR4cRU8koBZSzvfxvCvVaSIXUsP+M6B6ITSEIQ/8fClHxJqbnCPB+TNLAIhki3Z
+cL297bo/COD/ox3EEJIEXCjsbTBLNzxNFIp0wm7ommkmnUfgxaqyEgEVyoKnNTBEv8Aa/KO
R95HoaBancvo7046FKwnCAcEI4B2bZv3CFjxJiHjJCP7HEucsHbG3qB1wwxEqY6EHEu/lP8A
EtLCz7MdVw0lhHqAZs3nD+sew91AFYHs0eXG1ANNFqKCGn8WZSb6gJ19Tqm7vtyDIWQy37Qe
vL+sUToFUG1OluF4kwhxFAzraQKRjvIZZhWwOC4I/hPxgSv1H7Q4vxUMg/IYP6jbww3W9407
qDAHwnT4cFzKeKOl1kYuFELCsLD7kijJx0QDTCCODZbaOAW30pcDebzt61SwcGhwsOsHtgIa
kPDczaaSASv8VJ98IxPwor6WJpvR/ZttEoEAcaa4fjMWQqaF6EAg0vfuNYsmXwUL+OvZi9aA
NZVTU/WHhhH6ZCEP2jQNuZQqcyAnVZD8QY3BQ/S6DZALZDy5Wlakbx0z9lPZjKBDFTmcaQN3
BZUYtgtLwroaxeQIKIxArvYv+MPQWYkiBFNE6+fxxpyBSJxfo7gJwAhsR9/x0Z4NustoB/bE
UkgRUdH4WEx6zWIhAaU/GfvEnJSRRzotnxuK/KWadRFQbHNOX7SO2PyR2Rp/A+h6ksTAOz/4
yZBrnSlbKOHS4jg3lDehW4ax9jwOBPBYKkKe4xlRaFxwLc9XzFhCDG4m+yFNDf3BU4KQeg6U
QwpVS0m9yHADEQ+2Ssm/f91xuBHcL/7wcIZAiSTMtKL8zLLUchrABWVPoxS+OBIW2o363vHB
y4h3vpZ6nmHBQhoqwaDre3h7iKS5jRahI/tmJlXMoEETYmcP0YlJj4FzLQCW24H6yt+74ABI
AGe0wY88VqFRE8G463fUztOhMT0TuXzqU1dPGoVdMyCXwgLuiQHNbhuTtEx0xIJld4UAiSYj
pBwDxeY2T2wWqYj9pXCEQyeeuIDN/wBeYDykS2GlroSeeZLLVclW2HTXMogRIUJ6GE4R79wW
C3gUd6IRfv3G0uJQpNo0O/XGiVPe7D3H5HrikdJdQjIg+E6TFPKzB9fQ2GJWSlZ8i/T/AL/V
3iLTkuvHCYIH5Zkzf2fP6BAxTGkFh7YUTgxyn12Kqr1E3XUDThN4rlhqXojvoJZfjFyYBQRS
d+erPcIZBwziSAFbWrMn+EFNN3qKTz8/50ik32uH+n9v4sTDJAB0Gvyn7wDmAj9g3pf8VVgd
FaDh6OR+5JYLkFXhlRcBV0dYPGp2PwTGgZTqPIOMOmvWJYB4YqgA7LE644MeAKO1HS0kTX5c
+P5CMp34f39xNK8o4b3EbE27HhhmeCEi6xoPwpjJ0gqBpUAv7hiv2FYkaQTU4w5EGT8XylL5
7jRB27pfIX4EB8Jm8NARGylaKb46/jjx2a+wBXIMSoQdxpXw8mDXQDVKbHj/ANYy9/Yre3FF
+fwahIAB7oH8APFGENIjpHObZWvBQ7QflMMNURWgCqXwMFGr8jNs7L4PcdSG+J6MTALl1rqt
DFsaWrMNeJg8CU59xIfcUxkUC6qdGnhxwrZ9hAi4gwXurm5y+r8uL+AmSN5baHKn5L1teCrg
YDddYCR1dvPzcUckMAU8AqFMs4yCRFi9Qe/gwWqKTbrve7iKb5Aht+mdId98wwC4T8+KfQV7
hRg3tJaCdrKMkdRDy8RIRIyHX65xbixu6PhgAcy1csty36J7JSywF+1RjIRG6Eh037jsimIq
AD/RiTGq6D3SptoR3SGb71zSwaLZ4l/OipdM5cYL+490LXH4KW1CvptNIyFIDadaIQEGnZgg
BQNINYaPv8JlkwgQTQlM93/iRBEMAK2ey6/n+ocFEm0I9NAk/wAeJBEAn5dK2XOUUypMj30c
T56mTWSF/wB4E8tcbUfYT0GrcUULPNbG0hc4Tn8TBdHOwuFm8+XCtknZmp0Ro/EwhdE9sRCe
Sk1h6tGFFQyC2/I8ccCFSzcbxbPJjYBKhT+DEkIduEO/EO1dKnKeeKkBXNBN8wQUpM70L/Kk
y0H0yCOweUn5yK1UwaXkcFf/ACxIKMTatARFqYI0xWEsDwDb/AfrBVAiiNVhMsikUKGSAgV2
DrATeD4AYPxq+fwmQ1/tQkqJA6ezNVX7fAvb83jG7cnpFQp1/OKNb0NWAozg0YZTskRWegLN
ti3AgSoBeGBngqe+ZRx95A9tgb6F+40CYQGj1qAnhwwlfx0HTQV6EYDJRCeKJfZGG10OUKKh
gCCF64T0mxR9QSnf3bvDtn+ZGyQDo/BtzzC4TwESkaj/ANI+YhXwU03FfhkkuO8mMfsKNb0b
zvXuAeY8C9Ir5dTHDjLXJfLvDwv5YpDdKZ8NR4gb8M2gFBuDJDnKsUYMqpEZCKJLsvWMJfYo
YFWQoLL0EwzJI/gJ6aJxm2aOj4osRC/o6KQQNA8ra9CeOYECDXvGPsP4i/xLzGuKD4ColkfB
fssUTke/w/Or08zPdafNYHwxWgvmjP4Qgx0G7FbGqr+P8CPM6USlH4uWJpVPYn+I9uqAVKie
Ey/cbE2Iex1ho2itL0vfsTSwwfTQgUCLS2ak9wOZR68QjKMSvzrGFFCYQWiNhaJwxSShGm7J
RP7YtQ5xtI3kcBN3EsB4WuKFTBcc9RckJbtfpPzCQ6ycxhnENe6wqphAqC6gNorp8yRYlV9k
iuPlrWaSJy4nKEAjXuCvzwVnTzl+88Cv219b6zhw1i6XCMjWDx0yCbwERArP7LSun4x+o/xe
GCFU8YjtDBURE8BVyDxULhuR0P8AjOs+CA/vgE/IysOj0ZLH2OHbwk61pu6efcdGD+qYaUs1
d4MnWCB8lU7bDebVzSPZT0FPuE5hNQXupISf1k+W5IYHQwAiN8uEvNkUEHs720TA2ip2yKwa
FnB+NJhG11F0dYfgy71Btx/DC+LgAVAbuIYC4G77bjXUYcKPtW+TmwQ5YBqz6X9YC5CQkMCJ
TRNTWsAYaVZ2AXwYCBWdO4ZKIpz95zEPMClweBsdGE3emGT3Vs2kbuTu2VEEEiQRkCz5ZaOr
2bDrOMUmiYJ4dplK7V1MaRaDNAIEwDvSmALZYCgNZbmhHmJcxSatao2kPyJid5BtIJCCAu3F
ovA2HgF/NGzu47DQNDI+ls31tjp51Iha3Z9R4fNEnaHQ1aaApO+YIpAi6BI/7jnqiyNB+AZ+
zLndqOM3y7mORS0RKtpeNYBGWDV8YTepu/wsF+Y4eYxho+w9P4JmQCF6AxFJ5/kAOs57Jwah
Uo2t4IquEDRNdkOk1cOBMOIYOvg9MQKYFqG0WHh/4TE6CCI3MogbX4iZeATIgBcgJasvlxQL
ukEnomHvmuY4w25ZeGOndPmQ/aJA7ApCsqzLhRkJSZQaTp0TmKWA9UsS0b4nmMZs1tyDTWy/
cF8YAALhdZWYZvogoQmXa7t3mEZ64RKY/GnFmO6T71CD+1xo5x6HR60NNH9mEgsJH3hpgtdS
+uEIttWyj879Y/8AOV1QRAHXP1mwPwJAmzg15kVgW2QPgo1gBkV8FAeS1D7hIgUXKU3CQP1x
FdQcss0bO3TC2IbD/Kof2w+14thUkn6n93CaQesJh4rWMSHCatjIg/3ihOykDQSjni9xfthA
bIAUHQ6ZGMMalxmbAJ/OIvZIqWPR6FI2ZuJRRakmhWn4DRnPkVHjUhGwq63IoiIBktEFY5Mj
jJTK/wDcw45ZVrHX0IHW3NyF9AiaHTfFvLb6clFAUqv6Mw+qEm3ikVzQr1xGQAOg2VWcIb82
ndOSBI04RA1MDoknfyOSvdqjWTfJUUYQHt0CRzHsAGw3nBDEbqK414oT0iTMZovmeFiqT8yH
KoosIxDMrr+G/JfdYEXFCIJSo3S3b+RwPwTmCiSaK3hnWaWZelelwBgTCp8g4lAWgx7QCB0p
KYrc1KJ3r678/jp8obAsNVfMGg8vjljaaBNbA4ZmlRsks2zDdTX8CqajIYkSej3+WcG2RD1I
Nj3ZnmfTT0d5GtzX94DvTYl0SvCYeAGaiBACIIEdbxGWXoWH4IhbsXCFVUWllb9Q+nHN6JoN
KFJTZMAvXwjZnwTYY6wMl/svfdYvTLK6SGukEHhjY990T/ixpLgs0khrX2KgNvwHai0gnd/j
NSQYABC7dNioeg/7wTpQitUzWzbNg6H5IS4fQ6xSRUbAiuVgulkd7Vh3jSkn5RdvS7JvXzFO
0yoQD5I//Vg0Xc9iBmXqOK9MPAIUUvXVNrvuE7wK/wBGbqBgIbeGx4LMdUoaejY0x9w/2QJh
SBN+6cBEsWT460VsfiayRkSmnzTRPhvHeQMTw8Jj8QvuIZoN7bWUU3r9Obm2mkGC7EOpcX/o
K0il7g8/nl+ggQA/IRmlKXmyYctD0Pgy1Jac5A0SI2T/AFhTLjIj9a2FUnWBwgIKL4eK7Mti
ZymCrnTkgQfSKpdC+IJ5n0ks83BFCWFSKBw5N7L5wvBwA8hCs/s09gReYhTe8Itu0CR22zNQ
5yJc6NYEkK8cYg08ah6IyTnTCfJQFlTSy9odcDUQgdli56p08AJ36PfeajEymQwYfz7KK2Jc
Roj5m3JS+pTfBOmOw4tAMzdueIT03DKPcOtutkhfbv5ixlgPIh5NBMUGaWcF1ubb83+OETYR
tL+gelP8ejDpBXf3N/33veKIphaCvJ86yOobIjpmg3tVarYvVf5gKDaqvkFnpgXSzRe3DXMf
tHWXFFqj1v05u4dq1InNagD/AJiF9CRQ0zw/SD7kk2pKoKjgkHffGsQ6iAequExOYraxLs9H
+nKgCXPKQ6xDv1w3rgg+pXPB+bj6MTSDQXoQ+KMzadKko014W6yDAAAgziiNYZWixaW6WvT1
wpcw6NUOz+eQUsCrgvrlhtkgyRQtEdVvBoCOI6HObPy4Dn7oCFgIKFP+sQXjBABHGgHp77gR
DQCBPRs4cbslG23b6vxgDg9MEiTuz+GNQjYk9sDX8YM0kikQa7VNXuF4X1hJ2BoH9THjFWo9
AdcGVqCUJsICSh/wxcIJlBQAX1eYQYBCU3BofhMQiyhi0OkMJatYYd6ChB0h0OpiTNfYRu3B
Z++5cIlaF0SOmT5+cKG9DqKuj5BEPGmJ/EADenppHg/nJpFzoKXyGsFxZZDbFcQNAbq4wUOB
UaT8dvB+kaMREUUBK0BeuVOwXUfMCaEi3jZXqwH7HC5SnCqiQyIDjo2lDmHmrNHqFQifz7ig
Hzt6MuBfDmCXRj5tN1uuj6HBoYM7UpSZbJIGGwT5RJS0SLRJeZIENwkbkBSEHpJhgoIpT11d
NX5MvvwAgiO6we39YlxF9jiQIXr5+cBg6WMh31YBvz84gxUuEd+orfqsHQjqDH0DjzPwN7dP
l/ktVKBUihYTT5iEngEOCqterlBAFVfrzf8AgSbuIuCaibXluCgXjw0m6jx3Iu1rn0GVqe5H
uLVxaV2FSAf1lRC+wE4ArOYRglYIHPIvALldsZhA3XJVmO1DqRk7N0L4wuCQFfkA/wCwxk4N
p75R5vb7hcw7xWqhLtp5vDDsYIiX8o1mjATECq6woHuBBIpREK/IxjAyAtiHac6ON3P+en6e
rwv5xEYFRgB1XA7xNYRLsmzV3O5wMNCAK+5qvjHEDiAiyPQGZ/v8YX4DT/jF1PAoQC9ab+Uw
H25BucX5X9DZn12bA0+tnAQHzWKoAzc4+Qg8/jfuGxBsgWCwjba/eKF+E9B6/OOO6SidEE6B
GvjNX22JpogUA+KTB3hVrEWbvY0GsWNuWZGKhu8iN5YzCVMKp4t98nuRuw2swbXM3X5Nhgvt
TwSBXhM2Ob1GUEzTDU10W8xrdE6SDoUPANi7yl2B3FCCl67g9wvRQNS8PBglKfSvEHk3aa5z
Jj7Cme7/ANjGIJCFQCem4bjgMGq5g1bBTb+5qKETKjm5gJANg0oyj0M2TubgEdtyUmIKQDZJ
IvQuPPthaqI3sCENXCzbe8PSSWHYjQFxJDC2Y8KkXwDbEG1mgp2Efq10Gv8ApOf46CeODg5S
Z8xNJhtsVoDDnedZDRggD5fmXSuDlzS8Vpr1rToJEXulxTzhk3ygCKiSOhwYlxKGA62TJ+g/
xFcgGyvJIL9/5/jNspamnUacxs7jcTVwRVhpxO/bLaZybKPXGLNaGjIvquh+8YzlMFDnQY65
gFQi8DQGX41GgrkGvyMY9ElT98Lg7nf489DXZg1bXgWmWUEnV6fjB+9s2Rk/qvbhmT2ewB+Q
g/J33Aw/rhnAT0ILBR7nqDzNOhgKs7oQEG/c/A8O7OrVlyoIGEnbeOqcwd3W8Fhvpq9z8wTl
dCae6d8w1dCalSnofHErdFEF+50h+b3A7UqTwiNrfzC8lBEi5dZsU5cARj0kD9ht80YB8gCK
YavVNeDQYvGiBlrialF6r9zgXmoIj8h038xqTASP4gH+jEIZiHcdD4mftyLQrFqA3stnvMc1
JKBbp9qul+446CkNcg03ONEmUUpO6KzQZKuq3K1WFZQQ44gsR8x/0zqICy5fYMCvs7NmR6IO
HtuT0YOFoOm3CYXyoeRvA07TabzuxXY33oERNC7wPX0lLtQDM9hoyo6NTHQDvENDhy3KzRPS
A1UlsbzdFAzAAfSdDH3Ao8ld1TgUlEHswEYC0IFg+aERBtjaNFMEdRZAPyNx7P1rZPR6B/e5
TpI9yHdNIGpA464Yl+9VQLyfGBCBBauFSx2AbRG1BlwHUd8yd+wJnQXDMURuN+OT8RkIQ117
RXsuJBEDZxftP31y/ndv8P8A4GAiQCr+DOTREIIqgZKaY/5Xz/A67i9AW45j+MhcwEpFkEzX
q2fhcSD2QFYM7DWBDvwKwn9U/dxHr+Z0OLcQkVEwg0ec9xAHYeJ/AbgJUNaUVAN3WBN7cs3R
2B//ADhgEc8EjQL0+/wIgUjpIy923l3xmiQdjunmLWvvYUb0SnAINSium6Jc/P8AMvTqjkSd
TQfsW6w4NQEFHRg0fneMEWognxs4dv42YKg6piNacJ3AfmyiQaDZ8eP4JUqgsgSBWhfm8W+R
qUz6N4yVqszZQNyFGOLA63gddMtad4WmM+2D9kM0FgUJygXhXsbcK513mEtVdeM1+bEG0Mja
hNJ+Zia4hxHA/hvH/M33mENJaAuycm5iFmI/IdOj19q4iQBAQrjotFWKczWbL5aNDQ/8Bwb1
tWU/gAP0MVUBMINv7xQFdUxV0aBIrkHxF9xPGJoBBxCen3DDENejwae6D9MhatFoDakioSv0
4fthOGJfk2fUzVRA5KiBSsARQHB6EeL+jmkNiNc0rvNOrQUDsfgvULKDIQwc4ukrrgbI9xHW
PVprbD8VziNgRd3opcMQCvylWyZdNbzQYcPO87VoMLPTC3sGglCw7WHi0G3MSeMTzCgn8ke7
IQ0Hmi7yULQkdL6ZD2LxBeE4Wdd4uECpTK/D/G0BtKjHGfl/gz1+nQ44RPEfszcASij4ASt9
f+ZNMwztFo+cGXzBKCRFKgKFhgshK+BgrnjnMcITdq8cTcyIfhupoabfoYp02oSLOk9kdaPS
ThTNEEzzeG7stFyfBG55k8E7woGuvTwdZcm7mkKEIdEIXdxCGUN/T/tl/Od9dpoAAdQuyfvD
UXtCigMBpT+8MkBvBx9NjZx8zlCNjVeqv9LyYVVtGARFLSGakSkGI2ccI7EfTEhTAgPVwppM
KIsF0sGwrrmwwtS0+gl+1P1kOIYOqG9Ol+TB26J4h/7RyPU9TWya7fi3F0NBAUKwc19dckiz
XHBU0oWr+zF6O5Q6dB/5JhzQWIdIIetKTVwdg3VeTm3+VQmCltaKpPCH/bH/AGFSN9UDgBjB
/OKsrBqfpMtrWiPdg4fHiUaGlbDfHbki9K4UXr4DoZp/VW1i7fLAGuBmZyVqMyA0t4YtmbSG
/l4tflwoi2Ar+91Q0k04UIKsGGqAAOdQ3jLWdZERuFkXwbZqsywIm7D0H8yD0xFE6bMoVkHL
d1ca0qK+jOmTGsKPASBvvw04vmwnauYGpKyiYBcbRMsLLTQUmBUb7HTuolB/RjX/AO23T24Q
D6bONs7dV7XQ9k3aZF2A72pyZNehoY2Nvk3DAAnx0Lw0bEVGHYkaBzrjCXB6EdwWMiV0Nwbu
PgrIGHCpyb1jZ8aJ2fDzRcE/hGsG3AcaBF27+LhDA1cboNmtjn+LpILiUihtg+f4ajRcXLYx
ID8v8NKPrxBNIF+cxpJNTcCWgY4DBgNDNC234ta+4ruhmxFHVNB4aazRd7d15I2FQ/1vLM3o
s5NL16kGew5m6LPB3fl/gVZVIojrHY/Q5IzTU6mkf0X5lx+Af+j5Bz8u8LGoysqLkm++7dNU
B+7glAgA+1BX+EwRCuws0MMv2Yd4YQyoBU+GgGKpkdkndho2Ovn8fSumham9jQvzGmAAssIV
KvTPufevEdLt2XGuzNS6vpt6xrvnZpH7X9vck5HRlOGgE+usYlIiB6TNiDfqMEdUAr8EzX6I
IGBvAVz8mT33LGyaV2J0nzEcNN0KCNLN5gpVC4JQZJCLUTzJGv24DUSVR1G1GXJaBll+YdbV
zNXZXdBHLabYMQtKSS+YAh1VF9xhEVWpsgufGKoKtPvqgKngYaPo6dL523uh5Sh/jFpNMIbf
QOSFjsu3P5OWE+44ZF5GI6MlEeuF0TIxsQrAv7M0IbPVVhaltND8RDTkn7UcrpdMyUERoxNg
t9CD4afH+zJW2FXk8DPqzyAwzXp5DWbPU0Quh2sEJusJGCbAEhER0PgxcnC+PtBkj5kKVp46
S47PTsBquT1yu6BxRwExu4QYGOgor+AzZnXXyggWgI7afnDBkC0B+jHcx97zBkigqqmyVEP8
FYcwJLTo0ZT37gtkDfaiPVLf6+f4GHqlMD51/ZPcTYjiIFuzSfX3KBDObbwjH23zmaq6eQW1
gRwaLhnpoCQRHZteHmX0e1QEBkjp38YuyAqWlA3H0X7/AIN7EGAjpNJiBiXisbREe9XW8tW0
EDrDpIpfFMsITIECcqkdk/hhWAFFagPrvdvmMIKRNaJQmtLXkxQK6Dripf3hW2Dp7L/BAZBR
khqVU+7wZKiA4FAZQPaLd4DTAOoSeBj+2fWA+h+fxr7mk/GRUqdI8SB6dGE2FjgXXSCCv71k
BgLfHdg6m9xnMmFQ4GILP1kWpNTMoBp3/ox9gbdAfVw4/chWQv8ATGuFPwMp139SPSGtUNH3
B0SadoEAToXU/bHQUEmz0QBBNDuFtgAaazqm6w+RxGvgRCbRKUTreC0MWDanUShTW8kpmoAU
m0tabLzAR3ObAPQajR37vFvLKE3B+3ew/wDTYwLglELD9wph7OLhSvfk5Lw4W0hg2evRA7P3
j4Djx9xGo19aHNrrYNXhfbI2bk11HjfHteKjoVLKlQkwjIG6hYaFcAqyetoRMGvmH4hejxEp
N7gNGOLBlCDwGFQ1PGJgK/CFNuor2KLm+R5ViUhCBeldjAg3Mi0uu0h+ZX0V/EL+gX6/H8Ud
0FLFUhPfmVqC5Vks+sP8AoSyL/zCs/yIZP2M8Q3If2T3HyD5HFZKuht1iKecE8YSKB95m9DH
mY3h6F2fxiAJXMsEB6I/AuaJFbHR2dPM9R8Mtg3RSPp3/BmdRiKk9/BzYaDxJVB5RgM1yY61
bKtz8+YB2Xs5WrQ/3kgYgIC0GOzBhMG0RItTa799/gM2LRBWUL19JgjS8tEkAUGhO9yiU2Y1
AFe69WtLMj9p+1Nt35fWF2PtIK/KksqfponRCDYwVdr/AKwIB8zcRYNb3A2mmLnrY5Ubhdr3
FsRjC0qSyD/rC2dyYihCR+4/aotQKuFF5N5sLkMMGT+gYkCheBNRGlAGqyRbJ5SU8cC7BD94
aiQ4pTsGbgflwiwId62pjfVYlNmJ3drISAsfu2OsUCMilKyrSmyA9cgt8dojsawnr5g5kiAG
ZsIg4s1MmOJvU7EbBY5i+qoACLa178W8HboFBrVDi9MAwkc+tAI5t0dKEcKURZPhdCy/EWYG
YRK9UtFKfS1xVp8FDKy/9KMBj2OxJwx+AfcDdoENNeIHtsg8yh2/O+mn9aATG9Ld2M7cWyPR
kyjo+u/HRsgK4jFdapwiTVCM18GTjGyWhLuhs/QY/wBa0qt0sL/JjeMEMQkp4o6uU61ojBY+
xxnaIIJuOndk+f8AqawGoRFNm5a8Y51jKs67za/uXKcW9KD459Gn95tjqxZGaSP5A/MuFTOF
AHgGjKvEkgfFlFZ7F/gDbARPw4Bi5WbEPnFe5fsUR29orc7MZ8kvAkVCyS/+cncbKLiyrGpc
fT7RI6Lddrd1bn7052TdPZinFgsb94ArxD7gIoQCGR8HS9xvjaEI2uF+vuHbpDTFTzV3l0O1
0PcT5roX8GGAC8x7CcQR9wKMm4AdXSTTOMYxjICaypF2FOIE2nmbv5BclM2PdRangHhr+Jmn
qguTBT4YpkCRQGaRl8Hh3vmILOFkohxDufuMLwkXfDw3l+1wDZVah7EqA+FwcORFk5ImdF9X
DKWbRkJ7mf6TIpoDXBfoK3Y9eQgToFaQKtLt8CV07ROiMIFU2RHB5US0CmzfB/oY7slqe1nr
VIF4TFeKoK64hpUBhzT27k1vSAO0OBmHDzEElFTbsmQdEsEhZhe/rw2Lpm5FjqN1iUkw0Jag
R9hpUTAx241NghUy0cvDsbXNcS3910R4dBTtVQiAyA07DEwrALYrm3+t8PBja94RUqj7eE1j
zBqI7Gg4XYbNgMMaAMptZ9b0a5gZbE3p0p7aeY6x6/8A6kuMAblMrbU3+/4gcxB6QF2XrryR
+bhAcKrYAKEarV1o/iFvv+Jc00oAFA66C/cr9VwLrQPY/gMlGRHwIjvqnOsF4AAALhddkxNM
6YDtAWvBcKEJQUHJopoPvf8ABSQbEE2NWfMLcnmVMt0gHDWYks66+JBv+J0oJ4NMNw63kBe8
xhD8H94cNo1ii6p9f6wC0EIgNKFcPCNaIfRNOM7cqxr8uX5ThAYLrK5YuMDYmXXQN3piuonK
b1kA8q2Q8ew74ub1xUKUGiNIP73ihbky1xCBR4wStFKIDRSb8XmHHaytHkDtflDtwBK8/CtA
P7IhxKXNK22iOLFBGNuAXFuKtp9XTOlWpQybagdDbgavT7w34zw6my44mm+9uK3EjQQyM5wB
Dfdd1nIRy3oaPr2Epf2JGGOA/TGpAZb4DAxMPN3wtmgRE+sDl9rChKIKgvgTNVKYN0LSWaqY
S1EMiagQIBEu5d5Z8Ag4hyZSaEtuLJ+VUEWYIQWAvp1b0xFVgujS1kwd3sGilS9IGGFomQJx
RJb30GGJIKACAHAP4/5yXqfbm7/laEehTfu+zv8Al5lADtfyEwDZAh/Uz0WHzBZz1E0tzxfm
ZykzvBn873+BJqXDNA4af9/wm9jaTr+VLuYCo9RFSOn0PG6ygh1K1SKU4YcfzigDyvS9JoA7
y444g1ziAfMFdQjBPD5P8DF9D2Ru9O+deH8CrREB1O7Dnujh5kTcH31OPyBvOJHpqsnoN28w
kVG6FsF2dcKEN1yE666/YOdAzbDtC7NYOpYnHx/1WmOhLrttYbrVusigkyfXy0gB4bdGT+AQ
AtnLdlnUXFiLYkAs21/8C5fuFezz3kB/hgo+kyfh6Dc3mKKECBEIn5bkagxAWwLTf2G407ZV
ZpuLcENjAtElhApSRUXQOODogbR4I0VAXrjWmLcxY/8AqkmnKT/UYZV0IdyZzRC4rSc+X98r
uw9reUSGDilAjdMJW7ERr01htXNQkI+pNEq8w9gJK5dpf0wCS4cdyRImhTVwATQqcAYS7oOa
fD21QcUbBGqoZxk/fPZhqimjLWDgi+8UR3T+M1ZlZbGbNoa2ncOBukUKQrsEtnuFDpPCvXRo
aDVHy/xIq0qJB02F7mzXSOG9f/L/APTRRLGCGrcY4C0NBIAU4XXr3NQnoSS7S3/TmC7FQCAa
PYCfnBKNJ6Cx7Sr/AJas1Qu2tEjG9b+zGCv+8tXjBQElBT8ebyniJK2UrEuaZQiKxO3sQRr7
hoA5/houOKAlpgCl/gktgUJ5Pq638/ygIx1BQ7cEz+8IBuwwNBorT9wEQAAOAcMjpTqRbhTi
RgXR9qMOAdE/nNsKabyL2VfdrlPwxin0bG3RHbmyBmIpg06kWc9xDT3Aki1XvKCZzGWHlEW6
extjrkzXYppM9ht1wxat9HCHyM6ASmNXBKi7BOX67e5r+R9doZiIOsW1TO8Yy/dhj3gAO9Y+
BquAAlbFTmbzEAXssvtGw9yl0DcDAUFeir1iJqgYNAaqo0BiXpNBIUUSpBH7HnSAoKYGrHBd
5aOvtONJouTQdc3scCjRs9ibfXEgtUha5HRqFshXIbX+tLYEsOHat6eO7GWp+ZQmVbTgMrWn
0Wa0hV8JqmmqwA9CvvWmQoCKIuP/ALDC+vciGUX8sNVxT/q6/Y0fnv8AXp/6CJhZIh2PxG/4
UCmBtXD4CEKI7ETz+PDVaNNh0He0/Oba9z3QJxDZyQQDuFJCujy32+Z2akZSWpvvGeT3B5BE
R+Rn/QZJKM/RXY215r8/4GqvFkvhOyX4w/yApN5OnG4KYmO02UIBHhNY3Rav1fgVjbesA+Tg
CAx50cOYiqSSU8TzN/H6yJr0fYfy/hGHSZ8ctNDNOcqDhhMBk1oCcE9t/wAgcBClBaiHpuuH
bQ7TIAtiA6D2+4mB2ymnmrZ7/pjHAG1RQytumMuFppQnfcZ3DcLOlVeThaAB1McSPWqrP+SD
4f3hGJMQgiho2Ph9yNEO+Xsfm4XsPsM+BDIWdTq0g07yCl7CKrldll7Zm61CG/AO6Z4Alh0y
N6o2N9HcdccaliQWSr8H1hNq79qlRsGdA+oToyJe8M0DkoOIYBAX9WqKpXY3TVYwp2V+Uc9W
6Zg8+IiiEG9bOOJhERHBUgwOibtcQKEbWa5Cu1wLhCWeNk4RRbNjcf8Ak+uhdN19e8Mkvlwa
Wbp78KYfdxcNelArNa2ZUOD6mcN6UBwgCw9qAyI/xpb3NK6IBgzS+JKaLw4cqmLFaLBukg3h
rDi8BQ/Zm6pIZQ9pOBmiPPVkp/8AIjiiK8kYLZefpkEze6I4wProMDMUWFDsRNI/wEUbUPc2
zk/3/grCqShgEVa2bD+OCIttKwhvXQuMAJNXhfKPrWFjCEgEDwD+FvxI7vQqhHZufcK0iTWB
AhXajzOgEQSryqbUD84uYd8B1HUE+y5xUjpE7pqVCb3h5AFiV6/yvf8ABWKhk1r1I9hoeYTx
O3ysobwuN/PuUMNQ9XR8xEy06+s4hveSoNyJ/kDF/X+XGtjxGjzrvgb7itYSER69Pdvv8KC/
MVgI1Ww3oEv4xfCOhSmD/wDB+vcc0tGIZe5b6X/zjqgkkQfnh18GHQMoKq1dhQgzXzE/OaNr
VQJ07y4rGIxQT7473gdwVBqvYO7nMBzH+JuiwM2HAn9uCAwgCAaT4Jgo9VGKxYMv2AnMTpIo
EFoEhEsDyYCE9pKwCy4QcFkeGFuzpJbUH4xkQZxheIuVtjLR2mEtW0ABsR5uDfAepUkXYJ+M
0RkQ+K2EjcfyS4mswSUMEBX9tAK+MGtb80WwW39XXzPubCBAok6ZqY46H4wTEzqzW+io6f7F
bq9BvAdBsAqA9zzU148VSbpII3CeQTAGxToX30rV/CMRiAXAvkaKGgfcecWgsgCQEEHQvG2x
CdN3cezdfGSvRiH6D8HmEGcwdIlfy255lASALFBh+av9ZbIi+LAKv9xhlgEQoj0Rzw6RoP0H
DWv4Y7AFkexKPw/7gMAQxs2XQyPy4KG3tkMt5Ra7/vKz9lz2p6Sg9uXREgq3HQz+sSUeRSf9
9QLDACvDbgiDEoAA+VTWQuendtkTIOGGcthLAagatxCiK0q2l3j/AEMVpGFsHrVjUbu3z+WB
WEWUNWdmFkSUEiit6EBDBmpuZiKSokYYKUWwWo3XVXK5T1RAJDuLWFEQPIlD6/5OzCUVF6Wq
P6NHcxwiG93zu7osCa3hizsDo3PhTEEjgRVYG12GhD706xKBXrQelU/dxgRAJIAodRu+y4tA
aqi4xUaifT7kDBNkNoO02RGM5jGeRUop4IiE4Dl5boKz95QVEP6yJgRqKGS0L5G+4KROvagh
pqAt0uVg63bItPVAPXFNKCRjaEEFjp9MaczeU4JpHi8ZiWYYMBfIfyn5xXtVgjDUGRCjswDS
MoJ4MgUHVhiVY5qvFnEchiesWGwjDpdgfioJcB69CJUAQ7CqRu487REkRqHAfBDwtVIL2eJT
Q37xwThQ0ozbsX26XDuiqYDpQmr0045TCGESLICO3+SCmvm7QFnc3qdS4YbgSo0YBM8Xi4yo
xCnGxdQ1X0IAh3Vr7QqD3HwaflezP6UZ3HWmHENDLB0YlQ1Q44yPT8B7BT3OkJIU5NjaTXuE
TS+m2QbV9YjdCkfw+FnjJmwiFSNqKC/nASAIACocr7LgQ0mIBQ/AxUxAUcR44UBqsWlXvMB1
9XiSRC7q1vmK0iwlWM/sdAJI0VohDqaAfIP0cKGsSXkgT8TAZRRV6Un3uf1l4SLdd0Y8GrkQ
ExpcAQ23phYDBsFB4m1DCOJBPiHLP4AsgAh2hYL8K/4Q4tK1O1T70/I4fV+KSdYgX5n3NBew
wNqIVFQDaPwM6q1YR+w7wO8+/wCRoAsEgqdBP6fxF8VrVSED21vHMFoFCEFKJfbf4q9baOh9
2A/eKxK3Ud6UDX3WJcC0ItTNH0YhKNokQyin1D+sVZvtloRsGld9wTeLC0ZLxo6hw4sDVmoK
bUAODXXIz/4UjjFE3V+Y5V189kumy/DJCgqGY0g/T64FW3AKbiWsegjve8tYgCm6cP8A8qEZ
MHKJApKUiSA/J7mltO6sM5MBq5kMAtVKuINMYC3CEyAIFHOlD+mjNf8AFdhLB8xDbH8QTyC2
DdKoG2wltygdnmksRcbwA4MSIyt6/ELkAcIG4cXpX5PMJ0eDBBb9HtN+5PNguECp0XHFwO4W
y2jb1ZWArpnFcXq1CZriBT2HAj1Kz0DN6YhfZXUL+wPgd3j3hc/MwtAc1YLzBgumS/iQak15
xZW6YBi3Bbm/y3X8TcL+3IA6Wfi5cANEILj2+OD3C6Hb9/gGOwICo/COJjpVCAAjsI4QfiMd
B6Jskx1hJQP9sT19x3L09Upf6RkFgUCnYFQvzeHeGjAo7r/bDPKoBWw+KEw+Jtp550FJmQQP
LZqafUrcEUDrqkc1/smI1voCMbx/y1VCaMWh5TCqgTpKgoMa8A7kuUE33aauqLs3kjI1Iu4Z
5PXvTN/yy7KvMd0vP8QpHi0KP9p/mTJp10rRrUs9cw5hgNABoA4GCCRmCOrjg+yGbZGErYqJ
HU3NYodJARECiA2wSITFT8gMAVnmGXvnB4cKUcrgaWgmY4oLWwF671k8ppm8ANAy9cTC4Ahk
E8iWE6nMaujINnVnTeo9cPFVRtPs9IQ3HGJJAU0dUDIPNl913lVFlpFeO6O40b+1XMMuiKQ/
rEaKAE0B1yPM33Gjofi2Gbif0AplWH8Jro1PLK0igOAbdHnQQcXiLRXDimUKzhvO5AmngUpt
YE6sHEIW+YquMIfAbUGI02sV2jtp+a5WQg7bUWk8PhMuuZ01HogEK/nNWM9WloGLXuB8P9ao
09cc1NYT05XZE4fddkeY2ejQUIldCAKE1MiRoENZhy9jpQ1gbPYt2ThCysUhplgDSOyLAZqR
wGl0JNULHqyt1JU/hKkH3bicc/DWKAPAivsJM7KYK2ogGHeyx8msJhuZAAwS6a9/iwhPg/t1
peaMtaWuRWUH4B2Hd5fiFBWtTdXYe7+ZUhq6FhYH3IiMIneStB0MY8CC9cqfncvPIpMgBo2L
iSJvDDytCj7nVgCYcu/50/GpgYr5bBB4Nwp0x0RAI3AsXX5E/wAUMEoSO8r7cFWHcHPeF19Y
OZGwt41rh+wzvuAx1gVCYoF8Iv8AELvylBH9AfzcIf6iIGiGXHBtIpiUbPrG4RSivxFG3vlm
8S0Rym7Ab1bp+8nAUpEADZn6W8mOy9RNPskG+phJgVGyh9dfysMMaUARPWSt7ke6MKBpSbqm
mzSDLGLPCFYhKQkXBosb8AmE6PZ3JCdOGhWwNg6+MCtwQ5gTxQXW3I7LuGhFvZQ/G4bmpi1F
kf0ybtw4yalNB6fZfcZiAZWMAaTNDi2N1FV7ym3ZAiBtWW1mDA8ga2zPMSj/AMuGXjcV2JED
JVDaS1rIls4DZW4jm+0FzR7oJ5Ed+xwiNEQ3gKI9xogVV/IHG1iZLyEjrq/eubGcygd7C3vc
dmNZgOHQoxoJ04/VE7hv6WXCAwCLk/7VdagbysWQw12j60u6nchVt5IgkppRL5FxvQGUiEfg
K/3hXZGt6cayAInd/wAjTfvAET+jLlU7yH8jD7Un8TCkREpFRfDXf4UYFiUAk1qo/wC1wDJp
2REHaIBu1ombSasXSLBg+TilV03cE/8ADlL4KqwWf0fwr0poCQTyBXgyHwTwKY9o+n4yiDQe
74LCbQYqjFFWw2J9eeYsV1kESE2gjqk/P+KIfmACaHZp/BxCgkiARQ6ylwYhQi2pGr5VHmD8
2NbD/qGIRtavQT8e/wBef4maYdYnTX8iBoSgPDwa08z8Y8QXon9BDGxNmQCCGxMOwzpEgENl
INsMWZcC8QzGr3WDUrINSRrzPblDwcIXNLrq+U1k6luexAxaF9YC8Xsqr6GryMdGg9bEcgIf
nyT1xLloYFxj8IX88sI41aKKhLsr/ZxRkAwC85RSl0h3LkalVIUA6ndD8KkpZ3qoHRunW9zL
cEYQ/QWzNzmGUNUlR5JaW6TWDgNrlH9TwmI9Yj008APWHooZ/GAp0o9xNG6VVvrH/smEAiaj
W3bmEKSjoUgldmn6YHE9sFxH1pp+sGGLiQq6cTfu9zyzmna9Of8AUx9TJLl1CkBdeX2Mrpjw
QqK17hTkEtHoIqgdOtY3ig80n/UM/wC5hscIrGAhhVC6d9kE2TJaHewY8ThiT+vUFPBMroap
kiJti9cFZR/P3Dn8zf78D/3Y3/bARDIxBB0Lrc38xLt0XlJPwrfqYwoCNXZuh9eeYsrSppoA
NaWnEzH3irSJgem9rxybk2aWESsOxJxqR/oD8wnqGDpFt7rMMaoIT1D3XcpD5NCjlFb3deXh
PX3ttaR6m9veN9AAG2lryXmLT5qWmsGi6dbwEt7kSJEqOthv/EpSydvR/sweGwijVPNzhMIA
guoqaWzmtDlNUgYaBoLTbPzij0UQjlIkNPOf+hrwgcUaWqov5x6NuSOgNAa1jpwoVDwH0xBf
ewBY3QrRd+5eYhiD0k3BFr95VDTo7Wwd5/8AHc7XsZKX6crydbjIsSziHyX2LavMBFT4i72B
P/WXHgUT9CE9X0qzTK04A1gVUFLVXHLD6pkc3JJdbmS8QlZrqZdthgTeAK3+RbDAq3WF7uMN
kBP3RDEZ3UQWhaUcut4lOvhhg4rC8SnmVoNwMlySPsf3rHoatjFjHSoN0Bg83rQIOGjZrQKx
D/EXqmJxNwp9B/kgCBQzu3XWYQOyoUFr+EfvAZLyQ7Eoad2NBF25tJgp+/cUZ0l0SvcgC7Bw
MkwgB/Q/01wlLV4fH+NfYTmajeRAhDhVulHwwdg+LQMIP9e7e25Kq4qieBevpwLnRwBT5hQa
KzzGUGV1URX0MevQo6qU+sOfwQM1qpN1nvjoL+Mf6ixW6qD0/izfC1inTCKT6mFwIdt/rNn9
s8Iv1Lv79H+bjIWwB0Jgp0+TzEEkUR0sKg/DBxxpGq6WBEP7GdGLaNmL0vvE99yIKNPhzq1m
6/OWZSGbA6flZuFiBtvxGiz5X/Ev0gxJrSfxBEMwINj2HMCSEiB0B0o0+5prDni7i0fj59rI
JwRoArNmyuEkQve82xwTZ/gQKAM1Fah1w4eEa8A+q6P57EIaaM4Br95SzChw8QdXRS1Nm7g2
lnZWbfSX8zBGLKjkenILy4yxYTZ0IPV5jS5ENITodk61gs7ugJqoof2XNAvM+AoSB5/8tg3B
VDTspc1VOOO0DMK6byDoMsTk8oBLpX9CK53YrmuhOpDuHF7FcbZWkBwBWogaMwa7TaAPmJag
e4krQwHoVpsyzlhIQtaAE4frBjwmLpzFI4dbLkjA2Sn9r4ooHcgWt5r8jB3rxNWxSjCZJTbc
UvMZGYQLgkm/IB9YotpiTYV8jMAmEAAZfW3c+n5wIBYlRsGx18AwkumN6QhVC/1hV2yaEgso
bs/K4culpbV1LU0B8YR4zzUXyQhKR3g29vYfGEvBV4MBpqeHpEK3wves/Ut00N7L05EGCNKY
D9AS6+h00UJFWkhEUmn/AH+BN/jhFd8o/FMjy8CgyEBSCnO7zmbwNeF0+HfvuDQVgRiHQiLq
mUP7wk4QIBUPShlp4jAbaqdizWOt5lik000WYHLxD6k+14avL6bjbu95KOuh2TUA0/ORkCVo
BRgL0OfJMFGE4saVRFT858S6A62x4UHfG8/x331vWUraXr/EFLFICoDfqsP4HBlPWQECO0vX
W5vriSXE9UCZY9u8RsoTRNtyHp/igEFHo/4KE4D+0f8AmJ9xUaih+jgh+NXHi1t67/rpkfhy
CQjkg0H0o3cP9ZJmiRb4Q0+tPHHwKlFREYpIvDmCR1LbEPUzCdgOGFDMXoIaA7HGCntaXXXA
LgmD7AXLK7Aggnn7g7+4ih6TyNL+WttJxtmjkd81B+MNCiyAMbQ1P924sid5mwbN2optu9CW
VXlQHa11tNOCICNAYxGa3DbvN3NgkOul+KgwlueFytHRSImDzaqrh0a4XR4msa15iBLdjrMS
uvRCubE/gaEq8SDijFJJktob8G96ycLCtkcVK2Nwt1ggqrZAYF8+5qD1tWNcAne3EskUCpCo
4d6FLlUAfpVQI62PGmJnLmoNBLhqBNMmftR6XD8TdKJjBuNbRB+UFLWoOV6rvUQITfmvVJlP
H38bBND8a/Geb5wlUKY1bAPxgpko7sJ/TkO6ymmscukeN5iCVFNkPRbaX++YAACWCeYK313j
5WBgyAwowm2VHKOwKJRiOpw5luVzRm8fUn5vuEmQRIJBrH4uNQ309FJT+mRtxWromoDD5vFH
aQSaUNhEbhqkR9h58Nz6uG6QxKEjRJJqa8y1OoMSTUNf2aaMKCdBWaML5br/ADU1NQBslN6U
4hkQcVTjg0+X+3mGSa1CLE7FW7HzFGwRuaNbcQecwJChFYN+Qf0/9FUtiVb2tc573HUFAB2G
0VBdJ3O29xDw7WTrmxoT1oq9ba7LhQQSrOIDa/qmIq0I2RslCB7iqoG+sE4g/SXmdzIxrEGk
wdGWYDneDoKjbRx0HcqsbnbQqd4t04yTbUizunPCHibilOqI7cP1+Qg9w+vXQL8XjideJljp
UpBQNZTm9YygYHNoMEzBQwtNSEe5gF2npXahqbqY2SGHzbaBVuTRAzC6niIG+YP0w6eTHAji
aGsBgw/AGyRrYk8OfYko7+D+cNjWVRwIgIXRNNkX7ini1KyXzd+Z+cGxIUQvElkpv+vcmIUR
74L8Iw7t3UjjwB6aeHFq71HJo2Zz6n1NKwAAw4d1DTprgOOLm58C1b5XZBQIkxG0OKuho6wa
7UDMCOhOx5PbM6Ple5UpBpiYk9cA2+3LXMZq+KXSp3QJt8GJ33f7n/H2ngM8UI+gs8E+Y7ke
aIIq1R3rJoLQizcYTesgkBwNBmraU1qYKwi6w5YkvFJwbH/sh9H50ZgaHOMcCEbAk3dxuaxr
dHiaIaQFwfYJLC5DuEb6+46B1a5e2a02FeaUXjiRP9vgMSBTCkgYHSA/8h/nskKB88lf/J/g
HCnFfonRT/eCjAQGgDwwesiTpEXoCGGUdzWqHRHp+P8AP23iXY0I1ULiDEskGA2NP+jNk0Gg
0C4NBrh9x2+REX8Ar/uxWk3WMv4iDbhjmsFoKRhvccgjkhJDt8QKK3HMoNh2XqF9JJLhRYUC
mDYCLVNM2McX5x9sX0vuHoWQvrfBYiIHHArXL54GRDwh/wBrNlFU0v8ArAH246l+xDrNgF/h
o+jvcl2YEXYmnW3NPRQEMLwi9V8xI3ibqbIOA1T7jCj4oZHDEuexaCECD2HdK3OtOnWs2XFP
h+BA3PouBXCZSsZU4uRHt0yys7Y/kDhIPyCBhAMuinWR8GBrzpSRAthh5VSb+9R/jdZcAdbr
YL1JufrFqeSNECNEtGzCJA2p0UnVRb75mgQiSIg1BFiDf5w7TF/5xHlEgkz12pRGJwUUPyuL
rIDpA36OxYp7cFcY6qcChAWmuDwW6sJY6bl2P4wkUtgHYP6WPccIasYmgt7I8c/53/j+OEjk
v+kkx0OCatRThVqT3CCLSGbYpdNpq81gdiFgQj3Safx8MJk/ABkOb3JvZMkdtGC4ampkhS/P
7H4EfpkUWAUp1Yvu1yCcFEU1U2o9awwHZgobyQr8MakrPi+WArAnP8xWAgRipcXOVEFA25/Y
qXbnuMDLXqi1ua7/AA6o3SlONIIt1mw1uaQJXv8AlpWMAEKUHXSLofHmWvSrgG5p394biCbI
AoPRobmdYX3olPYHfAkxhoMOaLkFueBr7/CZLhhUlpW2hOTCwEoLCt4ep3+2a1l19OG0wHzW
Qq0u4EBSQTAv4wjbOidJhV9vgEUwdlXIAnQJrVV9MRs9IGjfsBNkvLkkVZnIGwjs07P1iNp1
0JsUXfoxzQnp0arA28wDqdu65s5RfHWEi/jHJcnAUN7uMobNCGYGtywIdlw+3pAllDcn9isO
iYWDVeLa2g3sShnEel9BUKZoMGMeW7FTfBII09JjTAGMZGJLslcpQ3WYhXY2bbmvw3KJRobE
gCBdYfBCABd91b2ubyr82B4u/wDZhjq0jZZ3hE2PzAN2icr8n13fgdYsNn63budpN0jLQt4O
mg8g7Ft+QhL2AZKORX3BTgDabitgAdnyjmgCIrZRExHh+TGV6MLRDZzjIHk9hLaEu8jy3wK4
Q0Vf4CkDDRPW0FfWNRxQtboa3y4sbv8AAgerEnGcyDDnEGSFoUP3zJ0wHsLf+jkCLM4LXjiT
Y8wJKNDB04b8z9GUxdqyUaPwNz3x7ovg8n9GkyKMUYevAhsvxxOBAekYcDWzVv8AnHgRSr0T
gDC4YSRDYPY/mZ5zXhudl/gquLAOgi9Xjg39/wA3IdGf/pcNYONAYKbgp8PG7ev0RQB4D9fc
QCalg/eMx5im6AEFdp8NDv8AvDWdFoJkRE5+XzmP/Ymo0HA6okq9xFpcnpokmB1JeSQBNrum
E/SWIyMgg7aWzN7nMUhkbBm+9usPq8MSZZto6vw4cEy2TtH4kenmTquC9elAJwcphACJgSAe
6W6maqwsDoDaHQDiSCyRtFUkqwusA9dh+c4FuhqGKv5qBhtih/BG7iyhqRJOl3BsQzrgi1b/
ABSDSK3bxmukn7ZYrVHgu0BZ6RQHQ0Tae4RfpldsZcvXS6wxiB2A+cJKb3fuWROgfDQutD8O
epLylj9ZNghvBNPMHfRvYrUXETRCCCvBVAPcmNRuBELZHKNMvmWNSqbdgT8Pe50LpqLs52dh
hdX6kg0BA0Dzpmv0gVlLCpDh87gsWCjC2YCt0rOG8LnUB1if6t6/GNQMA9srVZNXQTDGECKV
B0DN5ewDLrZEbRfcOwfiCJj9rp5yZYhRmC6KOvMm0E9GiGjkNlLG7oUF33dwRpuaIYgofwbr
BRhEQWXoGcKfnNSJXwidxDpAv5ye1iW9k7UJ3d5qAmG6xf8AYH5wRQiIp6Xn8iBE3tET+xWU
nrVGy8Aas/hpEcYUtuQugfcEJ2aZAT8hUj8/lggaCOB3QJsUxKFIvR8/y2NUF8UO6D/f3+Bi
G8NK+PaMNGg3QCq/Ri3kKhRZniGH8Munk3nGhd67wYuwXhN+0adYeIcC6isIBAjWJ7j5iwaP
SxaA9yYc+kBLASlZs1/LuEirQVrbKXZ4uKyupY31dyo6cSXVgzUHYrButuLgijcASVf9KfnC
A/spEqRg0fMfzzwMF2cgt4DcBYtYLEQ9N5rGGuFVys3EGQQ1cU8WkjFGzJ+Ae4mk9nIEVWZa
Oybt7R+Oybm9u3+jERPj6QnnSLsaw7hSAHae53vSx3H6hgLFJCAF5GIMUCB74Zx6ripaDaY5
Mk51QjX5APPcb1fq7AWcA/i/nGiEG2qgEqEo0+S5I3yZ7wEHzDz1iuz1LQO7CPjiAZbvV89e
tOusxHLYww1GoUa9TAh9G1ADDZCAE1zG9XaiICNwbrvUDeKnoewAfRMYPadlKeEeGd4BuZJY
KjhAu8dLYiIntji/rgmZbtsaVS+Xv4wG+WrYCsHRqMvqvoEDglHnXjgYhP1CXwhAvMmedz4a
L6sfcNHKjvSLRrsK5SZSqrYEXkzUQJBa5oaN8csVlVoagRCCOo6wi8MJTv4CN/n84u5JUWoW
ks3uaw5Gjqq6UlZT1iFyCDx4+Pv8ASoxSKTk2V918wwOs2lNtOIOfwwK8xy6DWJNV1vRwOfw
4AXlRaZjzT7/AL5iwCahVWAUk8c/zGdHGW38kR0d8z1qGP0XBNCxVdNk2IXDAqMQBVP4MoEi
tJrxRSuu4ghmGCaVLXP2BrCdYBzF1/8A0E4pZo0InY9XhiWTsEBSj4U+zpk+rGy2IVFjnY+5
ckLhUoK0A7L8YONqqax7ir4d7idoiAaic1c1V7hoIerUJZe6MILSzmLRLQ6R+cZuFYHvXL27
ebxw7S4dH4wAbS1DuAdjBmDXpAxczeWRdE4zhE9u906CZEWvMnyGm9tws0GgpTldBqmCGBUE
TeMnZlxVbPQfzTGmyMhGi9W9mAErCKyagfyV7i+AtUCJt4PRmS/CiPELeW7tbkPrUCydikQC
I3zNs+7C32Drry7ZGWjPKk6djqGK+8hFYQumlOgpMQbTtq6am4cRyUT0N1Z47c461j110SVN
Er3343IE+wP2sAYfi+4B6ml0BlQBcindlqo+C/IfxlmeqotL39PLgbUjoZa0ctfxm7qIizET
Ro/ObyFFUCZ6gw0AEumPfor8uQnlWQBDxsT7kgLX1bIUh9Pj7iU+rENaKgg7fcLa6INUKgQK
xRQIai1fB+0axw5tGcckFpUHzbiTeFGxLKkV59GhCdaoJKbUClOiYQ4BXUpv/YuSf4oIiUdJ
gdigwAIAHA/h33KwdL9JfP8A0BkhYik8QqK6l5cLp+KA/r8BiFEdEmDIRJjyyI0FxtiDc+4u
r2kmEiIkw/cYG+OMFjT/AECDzC5K0sxHhLGny7xJpa0JQBDw0mjDAvW9SN1UiQCOYETjmg6O
kkJRjkZ8rduwaunJdYaDQJCYo7A2F73CzuIDBqGFTXnjFQfxkR0KBfHC0Lr3HL+OdSbDoy+J
vwKjILf+oXmA8NhRyr0CKk7LkWn/ADSfcKaqmtYyoZZ1XTO0KbV8rOCuVkpUZUWbrrDsEyCs
G+jHob3h9gWISARyb5jiGY/VKgox/ZwgkBKwCghFPluGc2tIp6QvTf6ycwaKLWUYUXswOr2x
uDmOz8gzNSNNsL+cPk3AQMxiToa3gnBg4uyQWIqyhJH4MEXm2LKgIRRrkba+Iw07YSfeXegy
MIMpr648gf2wVNl0yPNttQKe5AtPIhsBV0Alw5cailBNh9gVrsL9wGrah2SQSXmfWgSjbARu
s2WhqpzpBP7OeUZoKMQgQ4lMXySklgQz0lT0cumyLBVQMXjdnfeGJcRWb6Z8wH1PFFBOAv5w
IV2AQ48QZl0MCyq6NTpDduRvnN6BVF/RvGkCl8akTbpR9f5VWoDjaqRu0l5/g9D2UJRS1E1e
YhJeDQFXXX/5P8yAmkkALtZBAK/XBnDHZ60mST7bnzRP4QMDB4DWAHSvaKbag9uX+tww7c90
YvCtssZUi4L/AMwG62NyD3ksaKemgo6XoQ5SfvhUuAoAbfNiT8Oe8TybLL07XQ3rm83F0Zu/
Dgy1sqyTGLVTUKF8RAJkHdldcSOzqa10/g44kqXgHsu89agWX6gRVXhvDk6XW7ShQV/2wAHh
lmSd7aVutYjYYV5PiDARj9ZaNu9EI7BDRSAwrNHAnKDgEHWOuc6WrAbYznWYbEd46AW38jTN
DoTCdkuxH84oFdflw6X499/9aYRAoN7Dk+XHyAJo6noHDApFUPqI/wDhYJuwJAixCL9r+MNJ
W9Rz2S7QN6HElWCPE36wQIrDdlXBgQTYUy2ko3rWS6LbBdLP0GfnIFmRtPCoXeHoBeZuX+hL
NCGPMuDQItloMBpGzjEFcYFae5pT7gHcwzqQXfwxPZbZWP8ApsPfcWO9g/YfnALNAUJQGwh0
7zKaiY1aoA7Z5g5RWEjvq34pzCu2rg/W8lbwRDZ6ZWNjPBg2JAABQh0owxSRgAqq8DElwPfQ
MS+3sn3EeZdg+tAK7f47ptB7SCjrbfZf8abxqCwjXlP4NzZefZYDNYnEIIKQPgsf4DYiD9JK
gbvvmbQVjIdbB2qjmNA29BfomjgvJuZaQMDAgcdm+57MYl5Q27F8wJEUBkzWiEXtfmAyCiwV
qG6F1Fm82Z1OYnaOYvs18xocYVQHNibNv4mMb3kDADPgEB8Y458m6ywPXT62Zw64rMAeJdo9
M0JNb1htd2q/wzRs9/005M16LoYqZxsYPDa5g3SC9CkLxieyixNWQ1GofWtQ1Jb2NST4adMY
yvIFTWHN3rAAL0oYeyIRN000DiUf25vJzfEPzo0OkdouAMN8DT9ZOYQIoKwbgNm7+YBSQMRP
gUfo88zt0Ihv/acDHGAaIjTaUegbwNIaaLgHyHprUtyvf11eoPrX7gl6T1VqOdMk24bEOqNH
pKXVB0w2dI+yU9HtC9xL5XplmdCGbI7cKtLaFCmnhAS5+KZDyE6l39PjoY9mAeAsEf8Aj+GJ
Hb2v0S0/vNtKrFjQFKtTdpka7cQemguMKMKMsQZEUxvQ5sL1BQiQpsbwQNApfbO7rccbNVJW
htfVjZl4OB5A2BSphqT/AI/ABRAeiOh+XOclFlHl8H85/v14gCbqgCJ4kkLv3O7prU8wplcc
AUW6oOBS6Pv86rpRGhP0bD3+GpiJgKEV7DWJkiVkAih1kX/ITXYkEYFDNMXORYKfI7/NyuKn
/scMLb24yDrD9lmTY74IYbxoumC/YuD+7t0m35Y55sGSwbCqV7/PJCeZqi5AfwWl/BtpHlmh
vKD6uu5zUSYVesKIDWjfc+iMyHUoIm3OshzmrCf+PmNujP0V0cqsWSilwaCMOgxGG4jh99wW
HlDiBQm23WaCSvdBL3pgFRfqLq2Uuj2yhGSDNghgdnxjfWuMjxQ+pbfGMgxUqTLxNKieXCgl
IGJJ0p+hRhXKjTeV91DYYdZCXhHqCDs6mN0bKQtot9mm39TAJAJ+cKWBbAV0lHo/GFpWRhBP
x0Nd1hgqbQABoaOS5V95DFMrVLkZ7jJYWVp1vJY+BhFqlbYcLRZiYQrbIaGHZH/WJ0us0CbA
x7FjY54HQ7cN7bmHgQ+yNKtdxh4McZ8AIFFPVYoze88uN6/ZZayVkByouEEaAOqAKUL+8/8A
+XdGeaC1q+e1l/ApmyaKpNf3vzikQydVVoTwBL3FV4UNkUgTwfoxm4YQzCSRfCdcY8SfaKt/
2C6TFkAEF0x0+hPzloCEDT1Zl0rvWB7iwANjrAbx8bB2LaqdLrhvIk0YLu8DM5GqwGPZHPh/
gF81eBD0N3vzFAYnESX8UOd/yW1hKQIW5A/GW+4FM4WA+Afzx5ZhEpSJWv3kK1VwhLu1jT5j
cTQSQH87E1rkuKAoKNDD+3BS+8JqFBO6g5kOK4u6gAkftyhlc6SnwCDjz83DugRNAtNuU+sM
AAw4qRJB2sL1QwiUs9krdGwnFlx1IC0AlATw8dbkNRhuKB7a1GmGnRQWsG1CLtLo8xyCJko7
HS5WCDxFFLYUvaaxlgwQ1/J+13zIe2DbpsfGc50HnLcgCuB2row8wxGgota39H3NU1XHtRI6
JA0Awz84jBcKAgnPwHamnIyQaW6jbFaQdoHhwMBvQfMWpxHdIAemEJfubuul09PuQAeCulo8
4y4kp3qhcLB60htxgZ5BU0u3U2acsHJ4QvrvXBmWCiaVUb0RtTzxjIz4EzfnIojknMJGFZR7
Kf8AzjGIq7CPshTr85i4AFaQfwiog5igmnLYaJpBQyyRzHSBWkdsQmEl3J9xyhIyNbww6AGi
cD7Ll1hsbQOpBekXe8ZumOk0vl8JkEaDDSewVht6u3eQMsMEnANhzwLIrCNnXCLpHmVaKIjp
P/8AIDk+y6BekxsdcP20I6Ce3W1I/FwmyCDlyulfaHuQ03iAHT0ND85Bdj3N3d3ZhMEkihFu
oZ+XAz1wLV6+FtUOz+JMyvWHC0/wWSSIZf07P++/x3TzAABA0Bw/lWKKMdF9ceYJwGFsfAJu
48wa2zTDwCmEQohGvzQun0cJJqL1phKO47yPlgnMQnSw+6wbSAjogvh4P24rKChd1at9Dqfn
A6CuSKsKnT+3CpENWHisov33ASSUkbDLtvoxmNENgCXix/syiyIjJW/gFweRsgdwCm7lZ7im
dvcAZL7dFy2Na8k0vwii8tY6OpAtltUU+HzKDZB7DMEEjVuplsFoSppH6UW+ZUDj234WAFW3
uMbVoILZFgAMwTDmMBQRVAlDzTDLV936Nftc1cQ8G/unZKEB6kuNy6vCIzoDRJ8Bb1BzWymA
8nZLIYLSGFtOHhCnHXMJR1XJ6XiRFI1K7HYVSAnLHQ3v+8TgF71gB6R/ruaMEhEoIL8Ta7cS
fKNiHw7cPyYvyAFaG1jfMHETWLJYKwW1myx7msNUCApDdq7E57jKqBBmpHwps/WVh0MpwPHk
/Nx+YKkXqhoaO3hhfIY+JnxkNnvmgI61BMeOAeV4bSEuLSg1pN9bzZNZChnSBs/Mpg6KRgOs
iqioUe1wz6AxBgQVcLgSOTImIyBLPq42ME1M6GCCvdL5hpBdA6Ez9v0OBh2Dt2J0J1/WLpZJ
r4gCgvDhiw43hMJ+efcsagYatJ2wCr9DNYVw5w0Fx+caOAlSNIK+EGPxaKqskdKV7hAoEiNt
o1gS2XLO9+pCAvJXjLpkGy87a0cBW5bVsD4Qo2fo6O/wPaGEklvQT/GoM7QqIdW23ZhYXvub
kfPzaiHQ97j7E6DSjxhR+3ILMDL2fszRo2/MlCksASLhheHZiUYtIF8HtgJ5+2CqdVYEfKS2
uvqYbLMr/wCVUIfVwDJDDIN1fOk6Y257eZkfTy9HM3sDCApXlqOCZbt+eLDurHmU9PeEqzLA
MMI5aO4Ig4A1t6UgB8RQJdYizGq4MbyQaeMSn1XVkY3ROlOJrN58gx14wmU5h8roGugpQ6af
ul3Cx46J5lvHTua+Mks0mHnyXHkoR0izlLHr7hyhFqyNGh+GPbOuJFdR6TGQgMDQAvMgbCUI
EE2fdoZXss9VEEKSVAGmC+xAijXz72nAMzpWApwEv6lCTEEGk17tCGaBv5tqrUosBODoiuGk
VtY2wwfm0hIsNCJ7RuJGUtSEcMhvmOaAgiIMR3cDwUml3s5CPs1vNQLZ5sYNN/cICSdPvj1T
esdoJYVsOj8jCl3C498RsFU04MAWtoikRibhsMJFxVonBZA6J5nQZsOs0JBht0xB/BwvTgKQ
4ZBhYpY1d0XEW8ZHPXjfUQhWsifmbW0QUeGbiwCOTY9wn6N4VS1eEoHt0EUxe3oKsLhUZw1k
NteDFG5iP/ljGmbboIQK17cva+sztngMD4640jywDSdOsWr+UxJBWCJZUpprauESgIcZ68jH
rNUM0dELZvrCagcyOxYTttDTw3+BiQDRJB2EDCOt8wZQt0FkB0HxMdJWC9O/EIf6xiaoG9KC
f6H+CkJXLq0/8MEy6Sh0PiOHdmgEj/QLdYFQC6INeWv9e89wgJySjU2uruP+mZUmcNRf1jrt
ok6xRpUdnH4ABNA0Bi435AEYPwn95KVcHSg/8G3h+OpDWwcjsetY8tQACwHV2j67kjx5ZwBq
6k+J+4WtJF1ZmzkhPMrbKaidhdGeXaaw64UzEGsmoDuD5CIH615Z++IuFHNLAWdNPO446irD
kHEDarvGIf2HQooC8q7whlIC2jYB5R7xi3WrkH/QJlqMiAbEU6FZ+cTIeng9SqxT29xlDWwo
LtomX8VwcDyCn9qGs/8AdfrhQhpel2RbA7bqYoSSgLRldBR1rMJVNyJ0L116m0055CMW7xfq
BHrbEEUKLQIVQJ9J5ihD+SIoU4DzmIFBnrgUDbh1j3FvY79W4amBabps5w6ncIz1utaZ9jeg
o+YDVIaaUiqEu3uLDVhuruIhQio+mGfyU+Ns60rRvDDvSt8iowNOfXNz2bSd71QggBnmHYuy
HzQ7yI+nZgauzyqdNV2QDzbGptI7lMQFBRvhiBRVYLkHIJzpGPE3vuiBeS/ACyaZ196Le0Bx
1KZJSX6N2BQVfMQ2gDOACnQDtfcGm5aH17NKz6TSgQEJlojdbRW9zDksrRdFI0Qv47gm8xmZ
SINdPa2NxCKg6CAKwIU/1kFhCoUpC3HNtzLjunRGACB5T7zC9nUlYkwFcccqYhKY1HgWnNqb
ZhDAOfAu93DSVh5rYdCfYAu3vY3SL8Asfcc6ApRpp+34zvDZBAVzX+5xbEAUlKoxdiXk3isl
GaEN8JNcff4C6jDHF/OFfO3j0MbD/r3DkgYYaBCuiN0xo7BVIH+z/aMOl0+c5dKjrGroJtZD
VdGj85YZ5SCLID/9px1LhlTE1XgYd24EMk226oDgTapfMH0VRa+E70Pm0myyHYiCjRjYvQ48
yBtJ0d4COQeqSRwbaNyO+/jLOcAyiMp9WXwawqWQWQL40eOGiExDYR5YJGRCS0ILQQ2LfWFw
/pN4z1RE46XB1QPgoX10Zd/3cSWnrok3RSOe/MaoCBJQKW9os6PrgUSyPgehuvcWjMwY8m9G
H27y2wwEt4afRd/chAYJrP7uEd8ziWQefwA6RRvmOMFjPgPDmNJfch1gS7GeoBr+8CiI4L2G
lh4DHSFEnTlYIwVetW4+QPHwXehN36MA030ZnKqYf0ErWLHx01eDvwxHCZOfdK3cV3ivaAdO
NgHTx+TBMmCoDY6gdK2YMAqZK02yJvsudPmvzo0bxatdxL3h61eYgdoHuVPGP2EPam0T447N
3csfB6IZVFH4xCbraO2ihuqSaTiIxG0PFe5opam8IUh+KRoYqZJh4WtGaYms7KBZiXRuF2P3
EUEYkEaV7o6x+YMnpcbS4k21OG8FOAX1FIncXx+MphxMoPiVr41zB4FFFCrUm3D9wIgnIjWK
U6OqDg9Cqw42FU7OeXKc9uBITaQD877gt5TxEgxufQLqCrDL6IMu3tTCKygQObimhZCOU7ME
ag6wb1GWL6bBFGY0of8Ah0BxPy1e71rnMejjgp2HW8kuwXAGVz1DWtc/hTJEaEAwcF9ME5E5
pIFHwX9fwRCAmzaJr4mAiQKv4MnenyphMQBf1u5lzxNaQBQHRD95pfodHclquCe+589xJDNt
2jjfBmH7UQ5fwcZl7UuDbo2IqNWY2/jMEwKSXdfjD2E7LtkcJ9HyP2GIV2a4xtnzN43lG9S2
6aD843K6VlI1ps1UMNhprgFw1HiU9wroJAjbbtJBfPuSJ6UmgQyoUvMV7aEXA4aIdNZUXQAg
jincxOA5rfdSFUPiKu4YTVCRWxoEfLan8TZioReG39g/OIlobwz2+mtZgjI0cCdPetMGLTT9
9D6lAdtxZF1RNRRCWQ+8V5Ck1LaaC/t1yHkvZqAE0gtDZrF6maD27odHreYFe1r9fGfW4yta
ayAnu23NDbDud2oswIxoB0VTJjgELAI3AfKVMl6Shbj4DRrw0xQ3MM4e8kXA/ePfS0AUHIxu
/cLgCjBQ2UiVu8M4hNahSGzu/P2zdIFE0mnxhk5wFSbGXp97gI0bOHuY/kTSHeCCjoyHzBKj
txWePTwOlb5f7HMUrx8oXQQSx7omchQ5ek7uxXfmQbdmcsIFTchHduSbtuAJwhpCtORfPCB0
8i0CEdawXdIhMUIScWnZrVHQzA2gBqJmpzBzkZEQC9Nz/TM1J2p7pAclGCSJRT6AFlx0k/WT
hcGvn86xTut5TOhNL7/B4eubyAKDk25U9rRMAfOqR8FCDq+1wroQCgdIoDcY0Z0oZEszPh/W
BiatB2FS3Rb15h8WAzH/AGNwSZGXiiAOCfJ+cai57BymGd2R+O4SVJSWaFpg3cD9QKENCEH9
YRuDu1YGtmtnuI7mAUCE7YP6wTVSFmi9ecwZ9BqEgAPML+N4poo1UOyw16yzMZKkXbU/7Mi4
SBZi190TFet37EAqHjf4uTKxFCGlajrTjYvclNhQ+FT/AFlKJqWBHFLso7HHAdWJpWDdh1A5
hkDspWGhKDwB2OVFEOomSxdA16ZeMh9UAukWkL9yQdrUV2I7K9Gi5VO3ksKca9D8MQ9VRSFg
PjdD5cYYwBVNmfHkYToRI9oWIABH5MS4dtcfanNH/wAYoSC7zS80Nv0w2NK7CNL4TXyv3IwD
8ISLS88swcbN171iRH5zNCaUDVrHwNu4QnUjQwhDRhxkbVTuTMSP/ObQ/JtZZ7UA+reKB6g/
CAwq3Z3tMfJ93SLUnBdM8mDZEtZNwt7QyUBJNXOMkH4Dhhanegi8M0lK3c2gk2CvRPYG7DWU
8CBiHa7V40jt6eEQEG73hXZMqELIkUh06Hg+fwMRlnmHeZOid2SvVc2jbEX/AFGvTBmR/IER
HWiW+ZcC1J8xqKP9cU43EY6hfZeohPVfIRB2ArSDYI30wa628g8ZQz1aQHFAU9CJ2/lkogYr
sceDJ4dV/wBxnZjnsIC86bThWGZm00dmKx9x/HqjBLe1eP6WSDgpzIo8FP8ApjQ1kRsBQ0nt
RciJKKcLW0Ehs+YQGUkgWqP43+0xzKiwOUsgj7TZhq5DdheRsrc7zG5lBAhYtdEt++5KAP0C
/rrY7lBtWUFkCFRs7neUkwnUPJssV1MeQVKAD8UB/wBGRvXYd1phrPBYXNkIvyNA9RKpzes9
4J2wtB/+wAfzi7agKDX4YGN84A04I6B3AO1bBprPUNTSGCW4zMxe5tIupmlMiqtpmm0uS7wQ
61SJqsx0/wDlmwrhzP8AkCXFyqEpsl2qR+YkhBsO9VaLd1/TMKEEY6XCr8DDo7QZZY7CND9Z
+GfRmdRka/vCqD53lDlphJf3gO8RjIimoidf0/ypPypYAL6zX8+OY2eKF+mzAUrokSH3O5z8
ZAYxguoEaXOz8GCXlMwc8IE65An9OJw8yD+8witkc31bv2DjOIuP/iaNHetwDSFEkvBsHxhi
AQYxoNwxH/TDzCFIpsOn3h6YEASAetESus3ljEcSU7FCJ1C/rBQKpgPzu/vBSQF6i/k9VdfM
KWdEgrdqKjbvAE0x8d0YB/0zJtiLiWhznqYFi8SO6Abht6wMCEoMjTeQWCvcN0sj3RoCO878
wGxBbFQ00PyMlAjd9mQ2eOYiyLhPhJFywe/H0uJVOk9gq6Of1kTKqUUGaRE/JkwVIiVYJBwd
hjmKlWCzQUPwYdhoehZ+gCIUy5IfWe0p16JPbmpcdgcLRX6HWLUSmoKzE9V88/OCggpbawUI
hltABkzPAMSsWFYh/DmLds0LPKRveN7yyJgocIrQGRqbYxt5ABLoD7Gn5iQ84LAVN0sgab0s
GLIbECiZEmwVFmWrsN1Bilo9/XHWDsmaLpjU16DO4xTztVcGqFPHFv3FAYcmSmlH8Yx4QuVa
oY/0W8RhndANH1zfRcHYjYsAD1wZ0xEuo98BQRabrgtAEuOh4SG5+8NrgNKRNfNqW7mdy+i4
AuJsvGDgRmxOJy4q8fwxyMBRsicuYF1ZiAWskaGdqH9N4DkGBLc6pzLpvIsws0OkHopO5Hkl
Ki4NHsfGKJPMxBtHZKneneByCppqUUFbtgloKFnaaqomsSYNmFW+KNAX94SHRcIRVAFAPdGF
uXoE2b2dNll5hutUmUtJRt63NwmiiSG/w6LDNWwBnX0Qf8ZtRqnofplF0Djp0mxw1bu0KD7c
nMyNAzrRfxCTNkc/QIMe13EyqglwEOuB1RqW5NOQDAagjyEVcrDAkBdbmkTbMWIlJRAtEzfB
649mUDNfFNffcbDhUkKkKwX6YMkoECIFA8ZgE81vEivTa83mtoSoGI1Ldnz94GTkNvCyfW8y
HuzihEGnbv8AE/g+TnUHwHTabLgReb1A4oBdB/5yhagbaJcmQHd0ayJVLHNuIGiA6+TCS7au
BU9v03/rEBtqdJFA/OxNNzQdIv5zBgmusXvKb2xxb5BCK3Ngouy9m3pP2WzFgWjoV4pB4eeG
Cjw7QjViX2BgigpocO3SDYsO4+3efWbFKvn+38HuVLJPrB+ADfximssVgaaL1Tn5wxVHTAhx
rCv/AJy5sAyYHkPf7PmKFu1YuOxfFP7yPI67RD5lSFN52U7UBbBpjrXMcBUxBRIE7T0v2O5a
z6udgdbcXuDTNBhNEAJDxI7cnQhYL4ZVj5P95oB3w+xAh8s5Mo6e5ig+Chrbvuc5ckaAmMZ8
X7yv/WRCC7JGdsd89w+Nqkab/wAxiqCq4Kp9Q6GPzs1jbYMPU2qYleVd4IBgn/wXIAmXR1WB
Wvb5hiYSzkj7DKf/AIsmgoa8SgIKgf8Ai41QcD4aN2Ot3mNOz81kQqgL/wAMAWkD6pb303+m
saSZBsBNfSc+5Q5iUQqP+whW5UfqA+mn4aLWsID8bkIEsP5NGP0Y0gH6jF6D3DrdoVBhL2vz
Rh1p1qpYkTlovfcEn7wkOtg+t4GpGsnzlFdLNZV6hcDbKACAc/WIk6fygC2LRruEnIjQqi1a
m0v5xfHOHNUBbDT8XuW1q4aiM8KUNZLC5q22jFGP7Y4KwLQVkD8eMSA18pX1fJxp8nYANWQb
0IsC9HPRA3syCGwj/wCMVSslkCcnQdf3D6oOgQIpUpSfnNoSQBG6BCw/nKIVoGtKyomgZD84
ZBbqevz1PwX1xBTmJ0r/ANhb48T+GuTkbF/ADe1cu6R43XX4Q67lG0xyWBwunMCW0GIKvzMV
4TFf81sFjt+gxEgADRCZNBo8ZgyIlmAFPpS/rKc6ASB9KW09NDm4yBWr3DQnZLoccQEFYojV
p0H5JUXBMv3kTIBE/Bg49FMHkkqRs+ZOinjYP+EYeYyUWEHXcoo05JrHBsLH6QxlJP8AbHL0
Q6I0dFqA38YMucAWPiOE9HuWiNfwgKpqlfmNYHvF66FcRfZMAJEu9pdXxrl+4Sk493R9275e
Jgn0z5LcPQcbXWM3TBfYR/EbW9aijjBzidy27cYp4SCkAa0/VTkKkKreCligMH1yeR6MpqxO
l4MtNBL1HaIYGmfvIvOItJCV0eA8wUWfIcOvdJWab24V0vBp92IFJg7s0zwAnxH3rhQ2onTG
maiCsI42z5eHH8xD0buPcDbpGHfqS1fMLvID0ILRbChuHcD0AkkoLhqof9M15hpGQ+9N/rMV
rFu8h1hLdtQcBOSgvwZY0a+8KBdI4BIN8GyGpm1/MxlRR2a+nuaWBKc/VCxbuOutucWZkY/p
fhN0mFwPbfGN9xNdG47mpu/Q7kk5CqwWK5NXmU8JGMdMSouhgGVIgMQTtXpgMqR4KP8AAD6Y
lIgUAb/kOj8m5riVLo8BsQ97rBYrnSUJ3QU/TATEKaBuGRSPYYA992JWHNAfO3D+bvHoUjD9
VAYoTgDERsl0oLNMH4btmIEi9csO1SaUFSoLzuFZC4CHB0PEOrgfTtJ+GT0d02OKE2evCfom
yBoOPZmW8O2dTuSayU3vC9NW/wAbwPVxL0NtRQblxsuQETt9C7yy3Cgo8ZGOShBL7vkMbwVY
AN3ogrUovlwURNJscHrS1yVoJL/8mVvWAKooEYoBeakEgoVJaeHFylSRuS38C+4is9CXBFC0
9C4JNyJWvfhG2N0G4kkB2CIPbarpcrZBN3eix9ewRuUgMXYml/oLNQN53a9DRzMC/inzGEm2
Gz04noTW8pp8xxE7wHkinHFNIgEE4j7d0txDvZAfbhdNe/vODnFCdmyB1vyZAOr8gGrGXfmS
bEr/ANGlSusSGcc0gENSKFzD78306pKhwa+xiCKjsKhP6T+HFVfiTgUGhd9ZWBrjHEPS1G7P
TiaMpWi+fo4Dy5KT38sPnGrsM1mjTsbAWLpXYf3itQqSqKqgjgtb3iT1HyoHetRfHuRBWj4K
hJBA31iBAK+WfiCEEO42V8pmxNG90MNfZJaNpSBBReYPZWtgbBNQ0ruVivnzShwKM1X3DIix
dRvQiHID3WW6GIGkYYG1yOc++xwvkBiw73AY+sumYpJKjp0Q6RabEPvwOa9yAEER3s0NGDXC
1cQeaD1Zf/xjpWFIiB0yAi/nH1U3y9TTRA15hIr98bdD4Ovvi2rgYKT4r6Gv0ylaSTpoYl2q
+4r4UHwjwrULs7rEKxbSSP8ArjP1gS5lAlPdWSP94CfWl1sm0G6n+8vKq4rJ2vH9ExF8KHsi
k9ypbtxokh9CyD/CbOOKZgmrdcDR8v8AWEl4BAngoOMX9snKh1jCv/qoBgdD8cPmqCwKaOYv
01gg+HyotCOsWlZJaJVVBj1rGJnp4NHRXozkxAPBpo9dBjHupg+z4Ok2X0ukr+csPXXAAY7q
gn+ssxu6gxAQn2vhDwwKb1rC+71ENvsuNDOd+yWgmw4uALjGMjou1tkM0nnIYWek/Jh9CI14
pjN8MG3ye+RgM8N2BWyJJ6QOtja8wCcE5NaJNx4aLiKKZKuxavwILvG5LQEX4ioamumFWAra
pQh2n008GHKGdnyVKAkAO2FbUGwdCyAFXvZWWk3rEhC/F/rDoy0ugEUfCLS5qhsIWdAXsmp+
Re9WcdPI1RvfzlAtQkFBuHSVsRzabWGzbAH8EE1jwTyTfjOoHqNOZE1mU9QQaD2zxx9bFqB0
PRnw+jg58DYnqKdXp0HeLS9bUaDhSAr/AHk7yQwAFc6AQ1WlLVqgCaAtbCl07RflNicot/rt
Sy42V/gA6gUIDCgm3OKJPQrqu4fbeU8O0dgPVGpoycR4sQyfmqau7wBml+ejRFejNIAICF6v
eAqh9Ya3uEyB7BVmmeYNhrjvF3egCNNMaqAPOgDxKAmFBlXCwsgKAsdBdBF/dTVaea2428tI
BEQooNQuuZBLmzJJDvLamTAYYY6gVO0a521wGUKfqGH6YMPb6itlFg/+OT1rlEeEsLcupYUl
m9HA/OBihV0XVCHgutYkuYzkp4tlpo4wWldLzMJQ/LWTeL1wEqKBbHzIb3uE4QpD6G6xDgL9
BIWNoB45kwKbVd9/oA2nMIx8HyPs9wh5iCR3hRMmpFurUuUlhNGKKJtYbiptXk0hmHTcv+sp
l0S93YE0ajd3WOhLaoXYjiMfN4O+SGtE4E9CuqTH0vfZ0SaaI/13KYSIZ2MrYuq7HeTz8QtE
FvhgLxHvvAPAiU/8YkYirUkvrRle71igKA6QiFyB1T+zCJgfifbYIOlzQoXxoFMlA3gvDEm9
euEKyUNn++TUUZ0gTdG1avzPdUqaoISNgez85RdGGRv8abAxG3IgpRjhNsP9o8fbkIJpp7cF
N7pFIxDKopXxicNp4CXSFEX4YgxW7lQRXob/AEOae1VDlI/6OmcJTZK06kQ/gp9ODrTKW59g
MoVrkZRkAIAf6oGcyZJNqaxQsJ/X3LsCQCrahOFK1rEAJgb9BTSg3OY0mzAJvhht+rusGOwq
3YqCK/8A+Xg3S1m4nQv5WJhQWlHtKzboACNKipakQANoNtV53kJ3IQ9ksxrgvYFrFDBjUODf
11zCzqEjQ1F8EsPxi834xFOR25phkXDsBsL6X85FQ5EVPlRDotmK+jcbI8qku2DUnor4HYhy
Gg21c7qHXwUB1BCacbmRF08oIWL947lnmNZ0VbG2awZ2pC4+rf2HEEB9AN2DpAOj4EcdiCk/
dir8aZWojXTQwmzRPPwcfOlpaMg4dPmIke8X2VEKa5MbZkWRKuy0EV1DeVpn3UHf/RZLrEmW
fTDpjt3xJveJRUdotFHQmk+TFA5JLwJLj8DuIXtA0Db0BZHcu4pHBesh0IXDXKyAiJ6gJpcI
3z859ex00uk1jVkhRj5+4rp/fAR7ps9bF2DwQLwzxzCnsf8AeD4o0QWEiql/xxA5+wZEInlR
vpcvRsQU3iUD/wDPkQpFmNQVJGl/6yKylOBKUaambGAv3U8/DEv/AAzhLIDvXJUqtPzcQN7K
2KJREXyzFMhAxsm9TsiXF5Wf2pY6NhOZ2LOMAitUNHfMpHROkdRptZ/VyxOkLMO1D8U261lb
OCG07RhxNP1icY0GAkOtqm3nEYcZAGqoN/wO5esRN71Br1NedwO05NRNiDoJOabkr9ajR7RH
pt/eQIHmCYsXWzKQM6AvL0eEIfgXTicn0HpwIPZm249EnLgiT9WL+hycQGwEOAIoH77lGocJ
0VCwoZDlmGjfgRjFPuD8dwUpkY8tDR8XoLhGbSku+0BVteAx9nJ3dEHks1Gy5tEFC4dtRv8A
+mCMjoztQNm4Dp9bNrl4kE0IB2Uu13lhfIuwWGqN6Mb6AnXIyeQhE6DCKXLqH9ANXax5jUk/
qjdJjm/9Y+q8j0leqJjrmscNo5aDwaFfu3BjWCmQJAmpMO28OwDRWqF03gpo6ATVkPDxzGHB
kBSfN4dHKJZVeyLRdBvT6sx11yCTURVX2Z9dJ5y4H3oMNF8FIoXY/mtuUc6EVS+LglP6Y6QS
PIcJ0G8CZrJQCRu5mlCfRyve+r0lD5GlxPgLYVxPz0f+1x+jHhksIR2im956by88ZxtTo9wy
PA3oD1vDgAvMQ+V2BaHawdAnMcLtCAurh9b+YI0jfSH2v973l6N0zd6FCEwvfmsZHqtQA8B3
/eIpyuLgzfi7HBPlslBBlLGr6YYb+Q+VWBBp+sjgz6LBuihN8HKCIUjclqbH4fMJtcaXDP3q
i/rBCHI6QNn/AO518odJIGObcrBSg5AozIpDuyOPqkHycvwKl/7jEPZXQIt9nJv5naAA2B2I
ROgHLj0QgHSNRhPk3hRNBCKYS+w9xrYlgA/k4gVH5z4hPYp54sNaXWDSK1RBRVwJVcI0XW2B
RF3wB8y6to4S/tESnx3iF2CSU84ac31jJi2lUdgUv6cztut6yjYHefljl2sMgmQG0EnvmCYK
TuOpY8PwnFYZTGkRP/AOS4K+bUyBa/suXsSKFAhkq0Q5hCACn46GKk+ZcQRWG/UwD38S4jqd
RwYLpdK/sxT0cWRvA8CCpg9MfKj0xAKJ8unJjcNOAqQFldB+DHaTuNe0RsacNGO1w5YXtDAK
Dc6Ql2gHfWDSpeLlRYjkIUawDQDm8qcwwLzstgUgjcLiMpF9J6mhulyr0/ZyJYQdPy3DJ+ig
m0q0GBaBzrsRXcn9g4jRgHQjNgeh79wKTkp+n5xIR5l2OHtYw2/Qe93gyQzbIQxs3p+TG34A
7SFaqUHJvJ8ZcLbYkYUgwUdbi6hBgCiMZpZ2BDKBQd/lWFgsgvQQNGSTotxh4TYMufPxLMjN
2FzAE5AkO6xyn3Q9YghOuT3eKPnBqlv7Z1MJ0Wv87OkdhXKtEWkU9yyEfB5TMe/WYnkkk9Xu
JSTQvaIOHpdeAW073ZpYJeifjHi9Fi727PV+Y2RkMqEgjytjj+RmpqWgcpfTcxzlZwEW1JLa
fruGyfQqllCXQv0xAK/ZyON9y61vByEzJUDxGtAH1y9mL7AmiwCp5qGJJFEzQHLnWH84Yex+
iR806CdzwM5JZo3fzE2e2j7X2P0sfnPbjjK9B1gm/wA3j3MibVVk0JTDQDLpiLht6r/TiWKE
Sw8h3IP2x2o6vw0mJvs3cBASTBUkBCBDa46WBZZRKMGBeWYISC0GotpWgfcUvE7YVMinl/GV
rEgdaS+82usEm29YBFbndF5mxjRqV3mIqEkboNh5meCluCNuodzaflucizkPSf1kQUEyls1u
WfnAGoHKdvzAVoOtuVGkongd232+cxqBKUAX0gnqr3ApGO7IAiFGn5+mfu23wKfgj4FTGguJ
KaoHIJpr05dXKAailRCeePymBZQW2xiMUIzM0rATASHfLBNgwBAFFJcbOEq9Xtkroagm841h
kQsoEfccxkl1++q2GWUmTUGVwIoDXX7mJEzRd044bRPGMDaZG1uGSF8KYg8kCcQOdeBtcXxC
Ok7WpW/FPrFQKA4kg10NA9wn19JOMyJElpkE2UpF4ET5I3eMQ2eACgnQy3zN+S4MtrGBpro5
Ua9Dz/QcPz/orQSQwJydPp4zeD5OVeDYe3qym24v4ICISdFdO+rrJbpXgS6F8/7tYFYXC4i+
hwJ0nBtIlMetkO1lGkwAONghAginSOvcT10LnSqbCrb1cYHcNdooCRmKGDcCwkyQF3h1vOq3
uSa+Yr1w/WF8mEybBBtb5p/F+UrXxBCGok8xrFRyAoEoLVGgNYkrgTQWoOpJ8TYmKN6m9fWF
QGGSvKtl4aUklA+Yelsm8ay9uMn5Muu0dEo2wO0H3IkOCFgpwiQu/cHRwqUgeUatXmdUyRVd
g0dStYXMFVUlVk4vsMj0QKxqEV4v/eIkyLmgYh6Ou5lzhO+vn4+3fm8YaYOHg8enM1YAceyz
2FNPsuPH8mwK6BXR62b5tJQFCDY6kS91cj18AHsYuFJPw5kvTE2X6VxBK+uIVRIwwaoOtm49
MpjcIghqbE9MGlw7ZsEG3Xw4XzRO1QlenSA0zYfqqNV3Jv4GGk6aIhN+9Ds5gdJIDmYRwcML
K6FpsaFou9NS4glljoEG8BTZcPuYVgMNpQfOGKRGFS0PEopR9NY+4yjQ2w0Ffj24mcPA47SR
cnt7hAtVbAj0tF9mdxI0V2hRWgV/u3kJuAFzYCoLGv8Ao8IgVnMESQAzTlWd0wIer8D19wrR
yyAxRCv7P6wgf8DusKQXVmu4BUBoGSiIbY1WYBpaxeP6hUAwjSAFlOCS72bfzDEWswAN0J61
H5Yl3AIcg+LY/wDNivQ5kI2DY8TDd1FpCYYqZ9c3gKCVprA0TTytxkgCiPJa1SFFw66Rq6Nk
x/hUuabjawySNUhh/WWPElBD8wAi8wQrowQ60JCrHVcTWVdyteKiOGaXA5EmiAfOVql9e4Yh
uYzIjDEv2TAJnfsAv7yW8pskwEiyWCn3Q2xRXFHMFm+3IPhcRqsqnoCRdlGmJj6C+SAqgD9r
bkKVJdqIB4SbcDlghmv0QflXvzCndHCkBT0JpYcSUQ0MJNg2jgp9PQfxMFrQ8e4ZwIc1crvN
P3WCzZ4FfIMU5X5i2qivOIACSn6d5BeEzYVXqwlZo1k2ZLS6K1wj6b0mqZvlY8wTMTrBs+9C
E+Nq/kZgNa8vYlBWvJkQbYHteYjSv53Ko3mWQs9aaHiYfVBLGwVAFSVBCOPCEGsfvLgPoOGT
1bZ4WaKlANZzsNYIIQyOoxgY5Bc5kaGpy3NnsQAkIBxFdbwrbtUsfSPovzB7o3GEPyQy+ld4
ktyNkR/ExsqASGiCnWUXMOQqcIqlg5kRUwCRvLMhJvzJjUVj2dB4GTEZ6C5kWy0U0Ot4iVNi
A61CCjzTc1uf5FIdIuil9YJ4GO6JJAn4Bvc2vW4WsXkBEJ+8FohHmOvqYkfxMc2aYB4QxQ8X
QdFDKli+bxDfGoqjsa0qJHIqFVI0KqleH8YevO4ZzTeHb324b+25Aboh0L+jNuFCGqgVZ0rN
nrD1Q+IQ7KeGXSXAkGxGF0a7KcdOsuIbkZR4CBr4OFXouwO5BGCancmoTbRu6DD9nK9AOqtF
BtuMBqiexNLDoQrrBT3ahokQfgnZl8ftKNHKoDPorBLjAkyKh+/0M0/kIQbC8Jb1vmHmOMJ9
405okfuUh5cZypcQs/HoKBadOzBKL2AfcKahWKK5Fvsz9jPKZKU0bbomiqYRWKMjnS34v4ZE
NOJq7kTvfXfccIMQiqG+oNF+4tUsZXbOboVcVCykVIcYNUn+hm+HTMsDFoCSm4RQCJHKOgtl
dFTeb5sm2Ppr08xG1G1HCfGylH3RkkHnsUQCvgBImnCjN++hd5q7KcOA0PjmbD+FK6/Gay6i
6hoB3AhtwptNGOIVCeYiNNur8GiP9fRSUuKgOdu7cUw3oQ+yUr8k+JkCYA9gTGeDrlcHP8Z4
I0njbz7l+aGULe9v9gXNq5T9DtATaA3xiFznLwkgQqE++ZspSfY4rITk+tZaeIS+mjovXnbi
FTy9FfHITznMf0AgpWAOoBXCXAUrvUGGIh4HzFhC/wDu0H8KdX855SONejeLoQO94M7in7E8
zlMkMguF1Bsuzeb4ZRqQnE87QodB/rLZ8VJHqbEtF7joqQiZIQq6PH84OnVW9wEYaKFwp2Kc
AGPccfUueiBY0uw8fhCeYDPoQcIATUaddwC/tU0VxXwzX5wMIBGI2Jg8L5MAKWdqFN6wnemJ
cAGM27D0eE7u5I1ATIxKAKj1J1koWJpYkPNrPMMHdH30W9B/rptJCA7ncdgV24eTVCsgrCmz
xca8LeeuumoE88x3QRTJoi/qtuOexBAhgDqt/wAYCpP1Wa+9aNMUAzJAlvSDSO5/SzliFAoB
YsdZZiodcmnioN6Ymulz1F1DRFa+MMh+Ia1mJZLP1yzbgqFgaSX92fnF5R0grglDtN8UQIj4
PkRCI81klScrW4sH4BHxNixEVoXVO/8AOKDsQltDAfhcdct8buAjCZRuPHD1silJQ4u4gVwO
C90KVD4eh/8AyM4KhNlkNQSE5GSzlTZjZ4b+NKjg8qN0IpETY/WncTFwIS146Wp5rFoiX8Qk
cN6G/mcNQt+QYa6SdMbtffQ05vTf58YU5bmGsduAKfxjAVqlFTFSKr5DK5wOrG93Fl/nzSCW
F3kwhQ2N7MQWloZg7br6t55o0DUmVWloxiKA6elNyXr4H5wasNJwXpQqf+ZJLihffThxMB68
Pd5xhJVOe4w5oSkACZzZai3H0B0zDYkeOFUCSBgDGwuN/XMxloarrJBdZ8Yksq4iqoRqcB5g
a1F4uhAvUWPmIzNHHynOQOvXuEk7nWBaWDWg9yQe65jJ6AJIsrMUZg3SIbqJFF5kgDD/AKBh
uFhGnmDDgaA7p4fo/fMaDdUuACWrm4KvM76hQBUd7kNtmWdtWABquthj0jXMSIfU27zbdRIm
dFNQfrmFc2YWdEqfdT85c31mgJ0Es1fME+yavgJtZ0/WI9gqKUeIFIV1swwUd2qISH/BIYWS
Flkz1h1ie4Ip3v2aahBO+40KYiCFYHoqTsxCiicvGbX0Awv+uD4lfVq3rMfa6o20j8Vs8GIV
A2WgRBuSp5gpeIsyAX02djMZKP8AZbVoXYfsNYadCgAB9caODOim0NVVV/tfft0881Fz+Xku
g9xzrEJTEuSSH7RjaDAwSgKplut+dFBjJCE2VC6At6+4kNkPYAW9E7I7eMi51FlNSYeAfgaY
jZBBlM4tm43Ga3gtNmDF2erBqQmgU6i4QeotuBKHfZsdeXfE5ut07JxUHx8ymc61MYWNKKk+
4Oh+e8HoanpzSAk1WRSov5UG00LF+C4DzsP9uLc8gp0BibKurkBhBBQlQbHQZfNpY2hnKeBM
38lYOdfhUQ79KUU7QEQTID8wXE4Ugi81C1awwxYDhHsBsoOoa3k6U5bIjS2wkm3C2ohIpSjb
Azt+gxfvjHiH7TQ0YaDqApQ4IfFwZjVbFqCSqQYSzR/FJAxosPgv5wZofQ3IKxpc6KOMCFLY
JTesal4FDV8zAC9suIhdiknJPhFXvMB+lcofs0i/TF5cVMUeUAz7b1jzEYo586Boz/uJ4ctF
uKaKbLJcturjseinSNpr84GFisxHGTaaN6VMCXFoBA0NzMI07zflErIjWICx6zNXFqFNvo7h
7xIMiKqDuB4YXkB+1+w+aWkmjJigIJqFQO4Mecbhs5IQ1DJSbV68Ni1pKgagGD/rF1u2omBE
eaO5+ccdNypwmilCQ8xE8K2m2liYQvP3j9i3i3SSAjgakBC4qbWWY8utCmhIgsOcHNfW4+M2
aqV1cUXRIIZKP2dj55h4kBvmbvC1G3+hzcJnu3HhwJqIwEmrG8UEQ6PhC4QGLQNGY9o9T1yy
zySqX7FSCbi4XQlBKMNiavNSawyljgJQyBfgYfGNOxxdr8hjERcbZMJAcFmm2YlLxiDgB0jd
MdTN+LOCJaLPxhsIBElAGeh6cKS0lVdjrD0TAMOhkNT+uv8AQYF/NzZrblmvhXMDvl6oCknN
Vn9YbyQmk/EnW6bwhJecFG2YB3xxkxNJaOg0ace9yWcsskIw2hd4sNtZqHi/dcnW8SLB5ebJ
NOpYDbhaerZNrQxPoPQc2zaye5ofWxH1x47rtrd1AcNXWLXSFOQI/CgO3JaaxMye+hHq68gE
CcfPSO+DtN6urAGBMABa8b5g6QiAlR/Sg/WDb3xRm0h6UYag2lsatXqXyYLxMc8CrUxDNcZc
S7hmKsD8HB4QwEVQ0tCPhiXLMISthgH4bfmKROEbqpxwFT3Hx9CLCtWUF3ntxqsDN7MmKLfv
U7O4lWB4B2CGXeVEggSIC/3/AGMTKRuLQEFpm9HrGpZ9rAdqCJKt4eYHAFKxOi/HALsmegm4
30BMMbmk2Jdgpr/ThcC/TAyzUqh7DhCmj557JaERFGGnyOGLVNBRWxmBVQaTH0a6fQM1al7p
0A7Ag3zFShAsEUcBJ+MdkFUAPHTYRnrgA67DyfruHo/OSYIaoIzbWiM7eY4RPzqGEJCGQGmM
HNDpQK8RWy4lJSuqUor0+o3huoS0wiqgFzsfjcrZQaroWDRsdEx6LhLykEFqY6H5gxqDsBkE
yNY5+c2tgHNWI4bCwZ+caCibQ1fE8Nd1iUKAsulAA74n7z5PnQ5cgGp9IYXXZ6zBIOGj6GMG
Im0hiTvxj7iJCEZ0JapwW6lmTLthN7/8HGXCcBSCgml25oazRPRhXA6p8bwMVo4KagBi+pv9
5sl+qilSCrI/PzgJlD+RmWeVfTKvUR5D0cV+miawRN/vJzwj3ThitPG3g9khOQSGa0b0Bt4f
eFZhUlrCjsXQj/jFtFeB0JrZWO5kXhWvYKMOJ1aOKCnMaWYyBBxjfFgrG8vpxPQCHhtALhHA
ArnDjI1H7YOyaIm8PaW0dMKNRsVgfQpqa3zAj8rQgFSShr97wlRY1WdlbR2Ipgg7wgSEQFLs
yeAHZD6petipi+FTlzRJA4ZrRhVVSqM6G0aA07yNYRX0PdIjDvJE6dkIIYpdjfMBXYBguylg
3B+cyowuWiaHSui7xIQorWxfBBxLgSTELLZADbW4kycdG+JcjBRp0LDnHCdquHeCnvMejSLS
65qf+GU46RYw7O23dyHYYy2lCloOr4ZZNmdsB+RJBFVMNm1ala96BmgTbMp21eqoMX3A1sc3
u8IknZJQnX7zv0FBolQLfIFci7KQgDvFFRvLQu4eGWkJYE07HIDaL5mhUDD9mL4IGWQZrpAk
1itjujPiSbDSLmvfUi5cIKBT5gOvTz3cQrTfNYANFhgNRkN7L0y2Z/PggWMUXdnmCbAeWkYV
UZHb964CzaOqs4flMo87DQT+oC6tuUh3ZMPQulARDGB2DhzVo1Bmze8g0MF21+7gD/eZ+I48
gti2sbfXFGwq7jT89D4E9cDyner9lYn5yVIxD9IZxGjvsxuO5BXZ6Y0MOSRSwXTicLdrx5m3
Ft//AEQ6Je4xqyxUg5ogGtO4qd01tnl7D4P1KkboG3e6FRrCtrTzlH6MIuCNoZrighSHR4mr
htBXNQEu0Bubbx25T7Fo4A3ccZwxSIK7hHx73WVjFpz0XO/Uo7vC6O6RGhuTTtNOsVbYOl/o
tLVcuqsi9A80HUhswaJZYJOJo6QHjMGt6ZkkZx3cE/GKEe42OS/Sz+cVrbBIw2i04T7c9weX
e5tBmzTccyUWMl1QiA2L1mFJaBvNdNDaac9U1COCE81psEwNZgn0B0BaeWOIelzwRJEyOxKx
nSJPhVH4wPHpBCg6V+o4KWvIEAJsoh38zj4G2BX6UOxdwsLa9E1viDD+MG7UQM4qbpFX3uGS
tLtblbcCirvFSJUkYdu7uj/sw2cuUomAHtYMTRjFUAzRItQ/6jFV8QAFigKJ7lYiHIKIAoSb
XTGFSJBIEGi7PCcrTLfKBMhOqVJkpuYKlEBNqvjyYyyRGqjY+DaotcYC0vbwcgsAuohrIVAr
sGmKoRQ1iYrhK2j/AIpzydxtICNo+l7ZfE9wEjJLynMBJH6xKqmq3ZBGkN1/WQSETT84JRTd
OUJmGmBRass61lY9A4A1ckvJM1gt2v3jMbE0VOLcaSWYm63bwC0T85U0bGCXUFpouSd9AiDk
DpR3kwnqS9gRaVBX+hhNDWtpF134zbCndwQNClQKI38w8VK1r1pHbenziKCRjXBW90iDga38
0GM7bFynFzyVmch+KhDjgOk5ki1C0HX8M1Jkn8SB2w9VuGSE1S0UbJ53v7cC0gju9bUEU4Rz
i7OQZjLoBvVfmVaW0xFE1K673io5ln2i7gNnhI+zPXFIdg3dtzTH6mNBHNjxvf5psqxeka9C
vWMRiZrnVTXhcJDQIqbF4ghYO1BGpOpg1osOuGO52soqS6/foxuGs+eb4mZnhM743tiiYgpR
P7MRCDUAxvi7A3zH6GQmVILtqD41gyRMvQR/PQoxYSiXxqAlBYjssxH9lhy+VP1ByhkOPVRN
mE5aPzj5lZGbApJpA7ud/PkB6J62+Zd+GdWWwBrf5vtcPslE1MQ8F2eGIkCaCVAEJP0qyV4E
XINOdI1IE9eEjOmlah8Sg6OdKxud2wDQJ9x0tEEzp+GaK/neaxMG00ggSjfGBVWEaSFJluud
0ijXRRIBZse6yN8yUFdOqypr8uPVUbJb36NB+73hHDOCi0qCKllw1MRpaXBmRR+Bw+J1Gm+v
SlWr8Uy0K1eaWBZZ/wB43VRyWAFotI+uZ07pm7U4AxI7khChvCAaD7u29xoggMSQTzavYZXu
S28hO/ZH6uPAPSMss0L1JPhnG7U1DlWL8lkAKgiuv5ZMuckKlFoSklGJbuHnWMMMAiYXZWcL
tIBEjOJd5+D3k1G19O4Jcj2S7+6Vm9N7iNpFBQ/cYdgyRXBGyUt0udHAgM2YPCPMwdWHwCkA
4vIpK73oMWb/AG4Aw9rUGiV+D85eiLg8BYgMRmB3JdYGiMQUHQ5WnOOTuFxNS6ayEy2DfgMG
vIGtZeNStUe0BVD/AGmKr2sfVuxvra4D9n6ptIokv7v7gSlXQkTnzA6BvN0AaRhZ9hK373DW
5RVVWVYIod25/9k=</binary>
 <binary id="i_002.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4QAYRXhpZgAASUkqAAgAAAAAAAAAAAAAAP/sABFEdWNreQABAAQAAAAyAAD/7gAhQWRv
YmUAZMAAAAABAwAQAwMGCQAAZe8AAdSCAAKSaP/bAIQACAYGBgYGCAYGCAwIBwgMDgoICAoO
EA0NDg0NEBEMDg0NDgwRDxITFBMSDxgYGhoYGCMiIiIjJycnJycnJycnJwEJCAgJCgkLCQkL
DgsNCw4RDg4ODhETDQ0ODQ0TGBEPDw8PERgWFxQUFBcWGhoYGBoaISEgISEnJycnJycnJycn
/8IAEQgC0AIeAwEiAAIRAQMRAf/EAOsAAAICAwEBAAAAAAAAAAAAAAUGBAcAAwgCAQEBAQEA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAECEAACAwABBAICAAUEAgIDAAADBAECBQYAEhMUERUQIDAiIyQWISU1
BzEXoDJAMzQRAAIBAwIFAgQCBwUGAwYADwECAxESBAAhMUEiEwVRMmFxIxSBQhAgkaFSMxWx
YkMkBjDB0XKCNPGSU+GistJjc/CTdDXCg0QlFkCzw9NURRIBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAoBMB
AQADAQACAgICAgEFAQEBAREAITFBUWFxgRAgkaEwsUBQ8MHR8WDhoP/aAAwDAQACEQMRAAAA
XtIawVr1mHQT6PbVcYJWsEPq2sth4Z9XgZ9BIckv2Cln0nMlHk2NCBdJLGwNoZPArSjMYT9B
9VUXu9lhfBSfpbtm8x9OoF+etZ8mwi5UVSdBUUrvZdNWoMkYYWQBNH6Bx264ZO971cLDJYU2
eN5EH7thMSiunYTtuncfV6WFHtlXyBAWbASyULlaSrDydb612kWnXZBHPAQJ/AxYmElggbts
wiFPLAKRatJfHFppnnQEBrRtPuiB5J2wcFB5QjDBmnTsVX9ThQM3/RQAuqr5R0VEIRk3iNJA
Dq7+EOfmrYrrapxebkG6dIMeSgkkGhhWMCYPpnFcmLGHorLHEsK/AQ8t+N4PX2eMbJSm3htS
+tBEhEg5VzxTV4Ko6d0srEy6oIMaBEgyCVkBCWJMmFQjSSiUIIjVCBsBBMpdgkfyNjhHVD2B
ON6jnwFAWVMD5quSWFL0DKrlt5Y9ocl9VomaWdOGj4SDC9WVmVwu62qKNlohPAQs2viflGyA
t/CTCNlxP0t0EgDn9xKMHXpuK9g2Rgi63smIgyxV8USb1MKa9W5oKPk/Zi7yinYqJVe2GNVd
DFVosiuGHYYyb1saTG4eheFKEEuB8hKzwofs9/I+8OrGyISZcP6CJo/2C4k9jA+hpIlVeXtg
KqZxaodDnfi+knI8YTYFjV0otMMhy9jaW+JrmlNIH3aDh83y9IuplnAgpKHbAyANiiX6+TzQ
rl9IrOYwgGdS3vGRNlbzn96r2wlPjpk1B/wiMK0FuCOp1fMyApmqMbTPlfHoImzzft3+CK1q
kom7AHoaZH1GGM7EXza2TfCGXKhGotrK2JjtHCGSr6U6Vqtd7lTd2hAROGJJQp/oSoU0apO1
qIvYRhlgqQIMVd7HWKqTxnsKlTRatV9O8vJoGDjK74umWNj9z/0mcx/HBZN/zd8XTol/S1jS
QdRuMorEhxTMjDfVLDLVNGw/YU2bwA5ygscZlMh8Nw9jgACe6qBtWbaMlYPryVSkogqAsF7Q
GQh/V4WWUbq5oI9nVJawXq59rMCPYpUOj69kTk+FBsEiiSLCtUngHsvdd0TU57yzkldcTXNW
HEYgB0BorroxOWPkkiK5Q2tmixUf2WvRnU/NZrliZy6JMjahZ+FEw00KDWgCLoMCMOI6lVYJ
7yKZSGYArBEHm47sHjBLEXYiW0MmEz7mGZi+U3WjmhrLkRziqjJNeUphlXtoXcUg2GpQwUOL
WgXClN3AQhCIemHynd1vezm0JelZrNuigLbQVVV616tUuqtvX5BISE1XTSB4PJfSlDn0Yd+A
sWfVS4R1cdNnLrHEGE76PMEhmWvIcs+s8LSXR+9AMFnhqXrtyhlPuQf2fWQVEGg4w7kaZ+/w
EPHz6bMzDKJvaljTSVtoam2Ngr46apbLmTm9N6z51UVOCEiPvgDRw6H5s6wPNXWkLSXEXmUD
seQwlAkbzmEk9UatvtC3vSjSLzXSlgxCWRIU+AdEVz4sdKzIDDSrkpjSSE/Lko3JPQVAhwPa
0YR/AuYMXnyFPjYELhACQChVdNLwvijBA3te72HywNnQqZSTgV0EcPMr5BJ9dNlSnhd1rStS
vZoEd1fZ8LoUFi5EqtxGKwFqFxkKb6LT3BM0+tJW1lR08e4JSOet0XeB6D6MqQAPNXOSs/Nl
4IJFnBWkEwGAiVZ03X72VvZqzDHD0PxC6U2BR8q6wTwi6mvac6jJntTmQTwNlKrQQtOmyRMe
X4uifVd4hSnyqg5qaYV+q0vRs5cLHTOvmSGdBJlWw12bGawSukK4qtOmkULdqVgn2fSSl91n
0eRDdzUAReh1u3EzMwzMwwAfwiS1NsBZTxHJcDWTOV/tiVivQmxVR0t3TSCGvU4fnOcX1Cpw
gdEyOeegkrmJVkxbDxBDlqWVzVcgYUmznoKQi+EJlFygCf0XUfHcMzJnj1HPmQ/ZVw8opKTC
2MwJW6za2laPtxZSy8acZiAobHaIQjyE5ES4Ec0ih5LTjVS7ZJVsrIODOzd3MV/oezNRtyLv
PevZgBK6l8bs8+jXsjYQ+e+kqmEG+ubrWX3Q/QyeVNO0w1kThmEjo7nCxE91h1by2Gx5CaLR
RvVjpTmm9PKc/GVf2vidHtgP2V4lJs+5hmrbrNmr7HKjiJDKrcyp9uoKAT1oFVu5sa/GbSoJ
tVbADKpSQMYuWu3hsKaJya3Ci22fB1p6+KvIj2PcxzPVRa6a82YZmYYgP8UhzlxnNkKbBJ0G
R8OTjr3Xy9GVz9mpz+NuOnFwhG+LukHA6dVULYMtKKv7ntkV+MIFiIm3BzVfJzr9CSFtC8BT
Mnj3ggL5mGZmGVzY1CldW1XDutj7in1I1fWPXJV9mAUVbIY1WwCv39KYkUmAyBGDK2tsqIba
9LKK6B5w6EGitFR0BgCf4CtqVvvS49O7DNezDPHzYV4xHKkLgGTdhn0RJI3MXVNaFd3TRVjK
Q5/6TTUqcyJZFWzi4dB/VXL1klfOzvXI5fdW9FIKCZVr27EnpAm5mJma9hmZhmaN5nJ3VHMR
aseWZGOIZhC9XNoUYZ5iGFJ3NR/Q6c5WfVd8LXrOo2elJs7EQKdFXDWq/RlsUiKJfc5kCVs3
Hz1EYC6fSU9p9zXsMzRvIiNYmghFKqsoHF9iyMiUuexIlunpT0EgYTk7f0Vi1MLf4ICE2eGL
cpqziqUC/vBc5COdJYVXdAE2fc+xj1IzWbMzDMzBECBrVKktWu7HCfjPhH5j6E51U2YCHwf0
jR94Jz5fnPN0hSRI0kdHsVOKSO2VEDvKNi1erJcCSaFb5LKDGJZTCI92088jXmYZmfD4tHdA
nTW+pSzaa11mpXWXkACQI+ltBq03F42TyicL3ELe1Evw2VwrXc3I3TRz1vak4lh2badR7MxM
yLJPuiLpC+ZhmZ8KWYB0oi2esFySALlBLAPSOLq25LKsl3VtYqc+WjUF7hT7tXCeBSt4obrZ
KlS1sytq7gLBWgafFFxCTOElIvpbOBW5DNNW8mfNw4JCZEs8JDxQYuQo9sKHq274hTfq4nIp
h7tH6nMQG8KtWE0V15LNUd5YDO1ffDpDm7qfnwWHcFDOuMzEwYTCEVl17DMzDApoILiqb1kh
yBzQ9s8exRWDEMhoFiV2txMi5vSnOkK0swBo7WOHKRmGCylanPN5ArJWpkFqmDHY4VxRXke4
QqFocwRCcsOpJjo+CdVF6BvdFGhnSvV33FV1kEWxgwtLE3ykQpSVcchUur7zosIpr8jmzZCZ
RjQ7ip0tJvofoEpIkaSDr7MxM8e8MzMMzMMrayarHlVYRhLkypx63+F4CQE1uXXW9p1AXxBb
acQ9ZVeMguWbqlHz6O2kLnK46pW4PQtTQdruSIvppR3dErSNdBLkHcKdkabNWsAF+83ky9uc
2IJp1+16R4Iy3BYbtQQ3qVvJ6FQZ1gEHTIfCnF9veVpKxxh4k0ofUTbeNIly46Z6s5FO0czE
zMwzMwzMwyprUpotNaKGCPIVmglLrAJKaaq/Lq00hdFGHX6VY6clIdKhmU9C/AIZRuhLK8t2
nbXVGjpPR46/PuJRd4gJgoHwRsYV0tXoEtdCID9TrvAOc8b09enviozJR9up/wBH5f3Ky2xW
s2KabipY+jOjgmdbDr4VbSUYcTbGWj9VrEyjiVy+CaR2WGnrMwzMw8R5Xg2ZmC4Ej2CL0WZJ
PYH6DCe6sTIsLr3XquSgdCnTPsQ5JB8iiYo7m1dJ3MV4UKt6VZaVVH3qKnrmPWa/CR6/s2vg
/wDNi8N9ZPaqE/o0uaznysidUF1V8tguyLa6c02H7VRoUZAtdktk8lRmn1XApzTYoqXNoSUB
11alfLeW2qmZH2XUpEsTRUwc6EzMMzMNewGcMXmHwKDcgsgdV5II+jneniwUawQJEpyz5K0v
noudFlxCWkw1S54bj6iAFd2q2y1WXWW2JHdVJrNOzdqNSpqlAVeR3BbKpq3UVLAgotiC/Caf
glbHb2VPfVejhwrG1lMDP6wrCqSbmxa7lB3EPOiuqJY6cBViUDT2FbW+vYxK73uOorORaUIs
DMwzMwwIbgEeVMiC9uYE8ISkdtNUcE1C9WtsAwHsKoywBtnKIyeVC0hIn2krIERtA5bisKiN
yXAuUvao+zJmkkfNvkFUddHNYt2dWmL1pWFc2ierABpaWPApUstrJqwSBLauCC3xwcANMVPj
l2IKy7pVFvgjC+lC6KjRGGsZpSFb2fXA7XZyM2HS/wA54sVLEX9LgTPq2yGnd49mvRL1mzM+
H2rrDoYaxbahlg7C64D9BxrE2vWyORlaYFWyT/O+ktxFVH4JO9BMY4zbChpOLJrka5qsRDOx
VPFZ0UUGLI+hWBRs0ksJ0EpVPYgxKDIwlZNphSGDdWQofpqFfpW6BZCMRmkDYgXHWbTaXMrN
a8IUVtrZWABYVXCv8mRVNQo+xJxlWknXk7MTNezDMzALKmRSs+fXlGW+5dN3qNQlQbkWS++I
GlSEQDSBbXP6pOeoylfonWb+oOXem0Xgr8io2yRooewhJQHVMsWgRIiyvjWRi0I8xyA8mOSI
/Iz+WyxkS+cek+a1HTdElbZuegbvZTKteWJVCdcdWpaNWWqsi7YtUPARQrIWCuaesqrFND5O
km4LnrCttwZUZczWmzMwzMwxWNVeUjLbpq14duvyEF74yoIVT5ULoVuJ5HVGRyOZ1C9qhUTq
l/F92lUR5Ot6cs4IlIPCWyKxwojSaKCsauSdqzasX5I1nyN90jAyeejE3+sxAvK/W3IS640+
EptqrVoRkvRCKJYWJjkfRhPBEakh2CXn1go0N0PXa07K9agVetR3OerNUnJMzMMzI5IzVsFG
tzKqLh9wELbldOglFYVaKEO83VKCg2OcEwyRjCJrYUgpuPI+tQ29TtVOhoE6KnPuh9R1OFk3
cC1PPQQ0QMIs2Hi/WoV0uk07mJnj3pNHFvYnLyjPXwioeZkU6J+Nqmy2r77hrgE/BVlrCJxJ
zMMrKzUQpRZN2iqq9QQxdsrXsTMzAfM2YZ496hOT7RShlSVCKt46WEWi4zVSvjJaCJ8J1i1w
XGiJv0C77X7FKfqrpOoFr2TCkL2Tq2QWY9A9IVkJ0EbtVHzydX6JMQk2RWuxzfbPn0mZmGAj
Qwg8yXNTi64ciQSFotPOm1IXaCSsCGzMzDUMDVwXxmYYJLeCjqpu5JUgyMtFnRM8C4J7zMMz
MPgD4LNUCSiFzKNHa16wFUPsLslc3m0cHquLTOWXNqqFehwDaooUkN+0gyVIYVGtt6ovXkis
7PSLmraUYr2ZRqjyI4gpKRqvBF66o0BDMdW2jZmjeDAMjSV5Tlg18u/cS2klRkaz5f3Pc46k
Y9QxDlcWPzmV3elYN635goqnjzGUz5RFvygxUlqwhet+vX0l5mGePa0QjW6rAXV1lwVr8uzj
xT+sO0jRmBvFguaek2U1dBI5F6HpVXW6a8AfDpF3rmw0QqS6prgRehOUenQmun4wkc5dDIa1
MVj9OHkkPgJMbQwslBzicWJMQbDKzsGt2E5zi65LRcAbioQXZIsnlgkteyPuYzlNXLWJS7vD
a1e2JImpAjDV0mvHlhK/f4pcB1KQwu/MwgfdkoE1jbQgq1Yt1BPkBrKKpaWv4K1pQ/qSdS07
Gti0yit+dez+SlB6vcxbZvGtrGZ9682CsssLGSPNUHAjVliUaozoWoOgSp23IKN+pFYBIeJ4
8RbC8CQ6lMdNqB1fTp9VZ8kzRu8qUAlwKdkEUl2TEN80nI0xWb1tOMFtcUAnuSLNspeJcqKQ
2BAfpIBzT5Xhgk6N5AS7DhiWDd8F/wB/dhplwDpD2MBIib4+4HDGmGTaBv2tzm7zvir0pZa+
wJo3wpotVB0Dx+txDrG50JK5EcS5CeznxLFJqfhXtXczKU8/2VVQifTgVTY5LdStCXvQeI2u
UsVhH+ELihmg6Ps2mbmTMzDiOecEqOvCjyB1TsGwUe0hqAFZXjVxQXU0cJXq6orRXkdZXMNu
FhZ8+mZmGuPMwFh2XWIrx6kmedmGZnk9KAqkgRp6uXFxmGA0IC2znw6SoYZfS89jeqoac5tf
sUrHSd9Awc+I9lJKVRBItep7l5LLnWWraUjNGrCugce8CRP6OHHN2zrpTKDGdECTRb1f4ll6
U6OUpDvDevOWu82sqixl4YhhtWFsc6CY2JUCw57MNpFfMJJqG5vhzFYVrV6N8+hlJess5eLp
0VnPmHQec+ATqAPzI5KeRLbf0qe0peGID+rAbxJBlm8h3nRC/Ola7Jjm6qLckFRfMAK5YPw5
jLFq9UuVTHgcaTdEMmX5UgwXxjhbAu3SJ9ISXCsw+xS+0Ty+0OMcf7qCK/8AThB+FhYvjXic
A9DHgoiLFwgzs8nrMwXGBIcTd6AnzMzDK/sASV2L31ktrS6HeBzyZINFp5iZmYa42mATgpv2
VJubIQlWSr20ZWFn4c/3HWkQvPM8HvQN9gZatP6c6b+hIpzus38MVEt2duQhGlfT4OJ6Af8A
Iu40GfcsXi0vWevIkkb8+4ZmeT1mrwbNmjealpjpsNxGTBTm2XoPQYdtCrAospJzMM0g108/
ZlXEWbv0LIuukbaRh97MB8I4PIpWNIN+ZhmZhmKf0a8zwe9dOxS8MW4I5L5ath4EI8kffqPM
LAXze8ExVDwPsat00umqEkstrTIBtPPuJuPelc9ji985ejovOfIJ0fF5sml3gkdqLOwGZPag
3o4QJTpAFgs8UR1990nmaeEBpTXn8Ds2ayuN4E4MvkSshFo+Ej0FavYnNe7DMzDMwYQmCuLG
Ffck2AE1ZiggtKPGBbm7gxNVjRo87truV55sWvQ3T7wLBeuSTVJLOX0WoNihhOOlacLUX7J0
p4O11Wa+Cy3cgHJOG5BI+yQQF1PwUStejSXavsC+bjSa3Hv6vkDTN1VmOI84dNOgctEoa+by
nvpxKLWlpksYRqa7Bgz7TB0wMZMzMMzMMzRXBZ2YNJ/tGYiKbqGxCEHe8KpsI9hgABVwWZAc
FbDXxdclgNCUwm9trnYjaMJOQP5/6g4zOkK4RA6kYzXYoL1MQAPTK8NjSfWoqP8Ar8ziqD9K
9LDAusSce26k5pYoirpQyWduwzz6RiWzIbYE9qd6D0Pf8FzS16yGxL40dcrpxFR1kq405mGZ
mGRZWGZmGZmGZisNCpW2oaU9iNlK2U1gzxph/F2LRBjKt82qqB7ckHh5CK1nouhbW3FbMzPD
Kss1HaipRtgDlQ2Vl8CnLsBUSJ5aYq1P1ohviYDOeCviOjWBo+wAt9Z8X0YYMv2VUqX2gA4q
qKy3UGTW9BcGT8VwlVrvSyxSQbG2DIaDMzDMzDMxWGnNO4zMwHJliYVpMf8ABLC2dhX+95wQ
Fu48EraxwijzL/MK/MnNJ79bpJBXm+Abdg+QVRJfFNU+3K62ly1uiGSwQbfERsJwfhPzMMzM
MzXsMzMMXGL6LhuRhmZhgorglpV04U1tuDCqmF0wAnswzMwzMhE2CKOCkyz8MzIpKyFNMzMM
yBoCnrz6MzMMzMMzMM0b8IsrMM17Ph8H+h4YkQJRtHEcI2/1AFlSsz0Vc7nJxr0zsNezMMzM
MzMMzMKDljTSsEBHAFrtdO6kvfZTwwu4ZTU8sWRTbOW16pWxw6xLBQJ4rhywMrraWBqq+CWq
NUn0Hk5uo2x49cjDvnMAMJ5hmfAIfzRvMzNZszMMzMMzMM8+sAROVhp1S8M0b8PEb3hJzMMz
MMyPIMzMMzMMzMMzMOfY/r6rLpggz1FYU83EN8MkjiBEEagDcCS0EiDSA0uBjmtaGhhXYZZJ
+ltKXYvVczk32nTQg80k6F95ztLL+DISmNDZUNvjTkKSSM1bTMzDMzDMzDMzDPPqEapS6YCW
a/R6zMIoo/hDmBdpN8jyJHwjDN+3z6MwXuJ2ZhQZ/Yqh8S5hwSHMTlVSuhnAA9hBAKdI9miO
SgEMt50kqXELEDSRikTy0BQfuL+gaOIL5LGGFUe42vYE113WzVq2DTSXGlRia6gHF+76jHJf
8/nXWvRcvlfcnU2c5bjoZOomMrvc/ONsJZPkCNHLNGsl5r2GZmEJacsIcivyI54C1BEipRB4
z59EbcFw8Eh+09p7QnBdOeRK+MG2MA05sIi959eAf8MLwzadMsgHFtlPGldbUEiW1EXztNL4
UHkYJvETmMhyNG8EFxLOVS5timQoflwEUtF3hUI8IxsXH8abV8zpAo0+ZI62zjzT4kyz7IDb
Q4bXB5Y+2rhpcu6j/hdUVXvREXdGmiO4DAK3dNqQ4hWtnneKxLSzijPsMMVsWZI5XJll9kRb
Z5IryI0hQC8bJAYm7LSL7BuEKDsIQwIVT4biJ6XbNTjoq2iuLDJDWc81s9JQ0CGVYEux2+ID
Ie4ulUS51tLWQx5hipvcfiKZCUIWDEPiA8pHzwmmN3oWcOTjQHMyxU8mIItm24aV8WfAIvzT
M0qkg6ghbIeG4//aAAgBAgABBQH/AOP1/9oACAEDAAEFAf8A4/X/2gAIAQEAAQUBnUakkzDH
VBxU13XCouFYtEe0MoYXCD2KhJVrNwYfG0WGiFBQD4K6FRqxVsr6LDLR3k6sIudQ4sWMtCaH
XWeSug1ntG5KuYmenjPsVnNKAThGrvfVDF1q2SoAJBDghZnrWCz5BtO5y6GF7y7gEu7hTRrL
iqSBUtCPWlT21c8zbC7g7RV9UoQqMVXPi1phbNasFfEHVr0spb0jmMoNcywbeahuvcEnI/IK
5GDQ2qDTssdRnKFkmDRSi59aoMBOi1M7UDQ9twa92rdFNaLue18m02xZy5fGD+6r+Du3U6r7
wDfJpPQ398FVdqRp+PkDalcN7yjEowBc1QyN82Ope9H22GLZvbZ5YiX2xLsaTLTMMXwUS5Vn
COMMJ1+EKsWJZZy2kUuIxQo8IBSa2/8AX9ZTw9VY1SbBtA2OhmZTpzw7oMEOmjAbXMKkGf1K
CBuTcloJo9MEHTP94HQmTZmgEtDi0q+KwY9Pos0WIuSLVbGQXWheazqv+QmK8XaQqSBCGwJW
G3qhkjH0TjDJQWhpyl5Mm2u2A1nqVg6ZA+I6qzaWifSCDoZDdQ17JLg8hcthbOXFqieIp2XS
81h0qQSZWcxcnSc1gBItNU7dubLA4EFZT2Q5lANJkvTP041S2zlQPaDvi7O2py6LK19ZFYwb
etYxi+wXQ1gMMHn2r6oddhSFcxhxoGe+s6llErHlmYeMjabps6hPqURIr0Bn9H0P7hbETUsZ
0RumkWMrKdkaAJYUGV3Po42/oFegQSXeyqKty0rDOzVQng4juGaWWYropLVZXTm8O1EA7A2m
PsktZa9L1oFlrjDIl2fc+rcJbaNmxXTKhhEbYyqZYGrLquwQdOxjU85QWTTuNrCVih8oTilX
A+EWf31VhpcDiDnw2wylEmgtwUIoWAFkp7qMVoC1LBSghSnsFGrl1XtA1gm8d+5FgpShRLoZ
Oe2PVYi4M9XOojPQAiDmjAsF1UBSnX1SjEmLODphfdezLrFnR1c3OYzczbYKEQztWBovvG1K
2YUzgLLBopaOlUQBh99doqZzCWowJ4CuVjqsCpQxTo54OvMmqsmPHdJrHGK+k6r5tFXKyDK6
fSt1GesXSBnu1TXuJQvfUj0CVvIi37fWf2j9qb+YMOy+rAGcAbDuKklmuqu4tahQdIOtc5ck
I0sUxijCXNN5ls91bScFdg9vksuZ6jsdV766WUgNNmPmbBpDa2R3WoGc64wtqQ47VZe+Q8xZ
JchGs1fSPSrRyKitZDRVIBP1M2uY4IB/udHK0YtskUE2oFplbPThcuKCrTzQmTWeKugPEFOc
J8Gg0wBfWK0nQn+SXVXitO02onnuCt0wOqZ4+ECrvrWYLNjGJXUm8ERcCTRzB2mrGuK5LuBS
iVkWIZz02F1R9baOgshZikV9edBTMbjQWGqdDZYmpLcP1rtrXF3daRozgYll1GSqsaQNb2oj
YYKaAmRszn6k8ffr95ctDLncihU38sAzKaYm+OvLk0tDpoukOIXOkR3lkYo6cn9iyGsmmc/M
KUmm4lUn+ZGH1bSs2W7msURdrfUpV7k5kJBrmoXQamCF5RMrA5depV+ak6nD5pPU4vNJrYiL
Kr7NJbbUpXDveVkeSIFE/nUoImaCLMFJ9ewiV66NgqZr6/Ig5tYWvQSR1TFn0LuBSOfqx/VB
QWY8aYrhI5LVLL171aSma8CjOJ08k5a15R0FhBRKBsrzl7MaOvCzzDRGpGBls86LHsKfEWlQ
2vZm3RSNUxM672cYTHuAfOENXwt1TXJ7F9PxJl0fFR+4ZR3aLripx1nQbsaORsXUPoO9U47n
vQfiAj9L5S1TRnYtb049jl6jjgairllXJuW0VD45dClaTNq+xnskklgdMTdobAV6rZ/t1Faa
Wrbv8pUtJwqgmhRSLRHYIl7SITU5iy2UoVh5nX/moWFWjMfJMod4yVm14ggiUCGQiFsJaLKr
owLaEQ6FuixYb1qDyWZYbhiyqdyLEp62YcOr4MgjlkfZXYi4FaZyXJqaR7I5VbKEGRaNZtc7
jmoO70AAxfWXMTSCqnnoClw5lXymcozJTG0GDvgUEkRhUWhxDU8tc89l1Xv5xZasozmTNx2Z
pbIe+dDGO2onImYVbmLT1VvJEuo/mtmYWuY30+cLoWaiZa2fmfNF1rS6tlB6cDTKYSbu5AoN
VinfJDzprFXAMJLJpzEgUELUFmoUvxvMcYsWy5Yv82AaT0tE9vn1RmrX5zKnEJ1Re0I0qKNE
rpWJ5KiLEZdRIviLhMUi7l9PWzsb+jsMko1pQRbrLz1aiJpk0mzNTbODrlzVdBk59ZFnE60d
Y4JdbFOgZcbltF9xlMgXCrlNg0mXERM6OsLHqTz16EuMSiNESMYnGH7jPwiRdL5vMCBQS2Cm
Zy9iAlzGhoLqsxOWwporutNAY0RWGPQKysJpaYJmIBy9wqrIum6VFPF7D08NWlKglhEXUMJA
JpLJ+XPuKyy5qshKqEpLGLHTdHW7hu+vA5ZIeQXm4c5nskVQ0JUturKMRR5mRSJoQnAsKBsV
+AdRyHEkQZSm33+L5nSjK+usq0k0Bz/JF58c6w5VTkvst3ybxsNO39Bha+jpFZsRRPPu6XVH
SjTz8yqEhj0pFLW19Rfa6Xzs34uuUxBmS69mhuitny4CMUTWl1CvKIpMzEM9Pai2MvkW0tRj
/Dalrn4nHlpoYFp/Jy+EPJM9XSElKnk4vsgX1YdY0XrXCRVJsS5T3D88niDJMLLsHJWzA1Sk
ytTkB+57O0dIr7nJ9sD1OY69bm5pvD6vy7ko5Jt8hXaty7kdSYetp7KO59vVQO7uxLlrx1Q9
risAjHRnr2nKcuVzk+SrYM07Z+I6DbPrRgoidHMEtJkXjVwvNCcKLKCjRvqM54gSwk0Uol1o
pqlb1Il1lzSGN4Kb6ecq5VUjRrS3iON5AqjZOUjRprRZgS1UbYjqWWCcxkLjdBjDtpN3tXCN
bNCiMrW5nnONhp4qyJfHaodfRzX87Gz9parTzWqw0xnI3llLel1wO/JGRbeeQ9WV72bL9Zpc
gzCsbDYBiN3+/mseK86ImJVBcXnfocDUBtjl01Tos9xhD4qcTy28j6m/zfOlfQpetbRZk14t
Zg3hHLhyMpu42mDN2qhVmmiv9Oa//wBmI9sX9/cjj3ka8k1CrQXJMbkIre2IUXkqf9WhAWWi
isFoResaLdi6DFqGNf8AvdEhYacm1Ds61r3AdgeUHSXJjaowfJ2KqJJ29e4GnxQt7JhK0sYK
yhnN0pjiFplpi3pGbQOgSFYmEx+zqK2UDnHzw1Bl7dF1eOpJw89Sao+iitqsnbKggSqz2vRP
pluiAOPFdsqizNl9P5IgpV9u1h33sHaYvq41RDCTiG7eup2yFzLc+TEGOaCoXRBZVcZNDP8A
KKbip1kNnQbcxyvQqxHJcH48d698VHWyhKK3MMhLtF64uxOlkc5yPKCaUNlRSBAKQ0WV8Dax
1xQXg2lYD/KRonzaRe/TLMMVagt9MBpqwMHmRvRN0uaHzba7CphMNmKcuww0qweiurRx5m74
f8hSZMXQadrZvWq6po61GmJK+caBpKCS695SCwIKdEe6cKnmBUa+iUJ0KZrVxNESw8dgC9MR
LvhJWgTMtYzo148xnL/M6TBA10P7cZJH0m7oIUy9REApbOdXFPeeOcf0AA0doTWNrGR1QkHW
F+gcgDrJaSLDWw3MWzjzrL0sYFnQs2YrlzXy49u5jjuuXRz9P4zLczyYXZArB0Fx0MYkVEWg
kjKWrNLcbbum0+esAjuyXsmrNqhr7UNjse6FfYEr8LsPCHs5bSv1jwSwKfXY9LRqv7tQlpr3
0iiMueFMsWawiquutNFmL5qyCbq9ZBn3NjsXBj8iz6oaGWRhvSvfzdLJNWqErBGq505jipCy
ysO1lNNgrTodQjOHkYxmaqZWZlF+I+Pzz0FR6HsmLDJiMHp5DK0JIrSoncNvLWiIqkRWAXUf
y1VaDouWDhiN+2Q6oZtcHYN/Mpm7jGYU9lQlV3XUW+2MRZwq1D5pYjRtpjqK63GSFQbMqAtc
QRtTFgx06UHYnSynsx4u7PpUwxSzAr8YeW0AcrUKQQJZCmzoqfcoTW5s5ftuCgx14bo+EfMs
6xuqJkvUxB3ZDMOZZ7Xvm6tkIqvYeL1DpXtFdizD3FB2Zhm41k7r2XlrTFnNG8+5XKI2iwI6
4C2fzyhk58szZuw7X2SUfYUurTPIaiiqU5XimglKMDW/LurVNjl+gHQ06kmkkYbely/qTl5m
xrucwCrl5AAWPYVZ8KZRg6RetQDbf2DI+3LYEgfJSAtY6P8AO5OIwXx6CR1SLNFIQohaGeoM
B67vG2mXHO8RgGH3YGhfbzqOqJ7nNM71X0hDOetLEVABqw2S+NRgEenhs3zHTJU1V8+PD1/b
KI5YEyu2OwLSVJ23Eb0dCg7u08TiB6R50YXKmdVQtag0jUXzWx1axhMzGorBlFfhTOs4wlrS
fSUWG4JfquWNFDZzz569Kd16rAVSWVl9SaJ5Cq0NHGYBziBnikvkDYkR8Ra3bP50WOQ20+U3
We47as0nPQcAtj46Z2xV7B82RNdvI408xbRYEy5OeFcRg5Wk/wBzN1M6VbFU1g3OoiOM2Iis
PnN1aomgqDCGGfdRp8zanTqgnlRpFFVLUvmvzj0YXAVflWBUcgKg4P7Mh11G5AO0B7PqNEFF
WkXLanHeYoSAzoCtZy6sj1NtSyV/SQ0Om88d68YYd+v5fFltVL5mKIOHlhtrwReqmalX2rJU
cQzcrUOSqqwsfM8a+RprCqJTSFcS5DEOtq3WIgsKBN/JGVgrmnRrUue8t3o46llEZqf+nJGb
Kji9R1r2/p53gZ2ndf1MhYRC1JGUS+vsM6S4+S8fZCcDNNRKdBDRwx52qRxjRdiVFFpBQy3x
4OuMDGXe/HpgIngN/EXF2tXpF+lQ3CEMXqPrlOfFpml70427fSx840ZW5znK8DWfNhN611yF
WxGT2nOMvS95Jm8J1BLnMBR1DEdBAc8xJCUYBjXWZymbNDqtxvTkOtyHHE5kYygy3ArZey8V
qd49WMzugZcysMpN1oTWRcmm3gaLBXsgWqEFUZIN6058fZUKqUizT/So4o0n9bljzKM0Ecjy
p1g0VijYCdXMxJr204OMte78TcRdfnY/73KbWzYcywu5qIDRbK0dxJWIBmBztFXVV2OJL6zu
DxC+doRkeRbRw2cfN64Moc2j+CiGceupTJapcTQP5qysX4KUow06eAHVSu6NPTuytgci2FiT
QTAeVYXgJELFoOl9Jj4S0CwGRzKHyQls+bagzoLA3GMdgbieXo3nDw2M4D/HVWBafG5jBz3C
aCdVq4PJW9zDdFbYwLZq1g+LP2DAGW7A1pA8vrmIMSBqVyeiutgohoK4sBbfhZvPbzeh+c3R
qfTs4Ci+RU8CTz0V4xSvPMsEBZUCyB2H1/LXv8dq0/06WKc3WjqI5QkdhnS5Xy893drP+TX1
WV0cxHjqrqmS1zEDGzsiG1l6lXsy5RgETlKxrvcl5Grfd2NPT6z+LuvZ/Gc22Xkdd9YuIMil
tFd2vHS2Tv1YcySpgmtWJrWAxVjm2d8dMi8uNiMF2saho41yHlF0S7CSrVbCV2ZC3gbNK24r
tSwnxDdUZ45h6WKPWyHdGc7hjPZ/ir1rL8NGOh+IptdH4ElbrDxyYtWUEnJtgZFm7YmReEnL
Xe/u1k19Mi6+5VwEBsi7b2Cs5+gAsVMcHQsR7cz1+PP/AFgaJYguSZ1pWOWuwida4jHX1tQb
VPio5Gy8BaoOviPm5Rj6b5HipS7z1EdTMavJdDUGNUnHrDe6z72o84khrWnjWjmEvyEowaGp
lDFwdS5dh+NTk+pTuRPoN5gUFBt0jiaplcb9dJXv6WYE0Ho0Lpz+HVBPKNGlfSx9i6GnurgM
PRzcxtW5eP58C1uMgKbl2AG5ud447353nDn/ADxcjQNtB+mrpHzhW5/esD/7BNHTXMtkipOd
aIbV585UiBb6deSchcxif+wT9+mK2e+k/Qh9i+epuPl0FBAQkvTqxWq6ydiFzMkrqgl+8PTy
8sqaYJli6ejnanGk7s1b3DVPYWtruZ6tFTsvcjUXK88/nPoD7VBogZqre2mLPqkDTFkZnHeI
pJ0xbJ3cZjc1E7hJVlc3HsdRWqDtwpqL8XxeM6v1eryMObOfmq/cv46s6737pmKpp9WrF61G
SAos2ZD1zLHWvec6p28BxfkeLs55209/NXCDq3b0vRPpf1qSBrSZpxU4B6l17aGYxMVfMpUb
IKKXXYXgJtMUAd4G/T0uW49HcuK0lVrVMepu5YnpsL2VnybIgyITNrtNZeRQZ114X/Fr1pF7
UXqQAz25cnYtKFY5CDSXZOFS+0/P1lBxtoGANxRjPLkAXICaESrjSYQse+3qbGv5WDYeiS3G
OMYUqPIKi3tzPZI51yHkkuFX462r1zhzwYyeZDdMvZo/h46a2/tCEMI/2raZ601Za6XL5w/i
16U/GkiLSSUXtWEDM4NyppGJkDiwyBssxSlPKh/UIPx+Nxyh2L/BzYT99IXJE1rdDLYPRA6j
FfVv3MsQyLC0/q9ElBUdGqGm0vIUE9IFBi0QsNaBQE2GQ3s81h4/15bmpTe/AZtYehMSu6xK
qnJdSb44s9zLW8fk0TrqjbaBmaKTOf8AE7AAMJZltBW/IC57ScL/AF/EuO09XE0wWlTjhLDv
xBiVUUmgynrVfMJLg6C4RaRsNnT1k93WynK2Va0fMqrA5YzOS7a9c/WT0adEJUQ1mKNLzatf
y2MxAqM0Hp1tFo6PQhAgL5RFLAactRGBkrYj6HG2myK8lQ8ROZ5pZoyEQSVra8hp5C1pHSpa
DLwbQ9fSLmlhJoHiYTCbUZCvfJfpgfZB0cbRzwca2/sMh1CPvU5Ayyy1LE1GZuxxEF1j4bC6
/lj2fiPn8UtNq9FHQwyQhq8u0jk29Rc66kZd2+hETqA3myE8Ok0c0UTqa6SebNdmtx5OEv8A
a8dcCxs67yCVc5Y688Oq6pk4ivM9dG1+b7pBo8tQubDFP2FVLWYxlE1n7SYpbIzVdPy5IMzT
Ho06oOgqWpS8/nXWoiwgPxUihIL1Ny1Z6cVE8rAhKag2bZGlT+5GgwRzptUua3+LGYcuCYib
xfPZz3Qvqc0zrJ6udrtZvRSCdFTlS5n9wVRu4l1MjeMlS9zA8AzNtmvZdodOMDBospMhdW8c
eT81pFOprM2bPCqqc+DDx4FjLZKTmhrVnulep/NsKe70XQKtyHDQLoaYKBaa9jUVxOPLn/xl
641sciHqI56jDTmMkpr8d20F3UR8dax+nBJKCKyYGNxLLM9oGzxU5bprOi5EiuJjYT9Zk6xN
GNL9mADaBlhPTql6kjpoMFGIlCjMTwi5UsK4Em19CeN6RqU5KvIWeYCq2v1WY+PJFC69gsCY
sdueI6VZnkuWdrAF67CWNbRyy64PUtyOlRZh8tpQ/wB3X6EbQCdNlTaFh4ZDEAsrnr1rFY/b
mzPgw9Br5URTUrRRQgc5aGE2bjDau3cbhVBt8ie2uWL5VF9BwqQTKbE4bWVnXZxPZskJ57U3
sG3bgt2YsTjUls8Jvjg29VTbhp37I/D86Ucd4UHPqm8RXFmaaGnowKuhN1z4ejXUzejUkour
0769WvWkb/zYaWgV78M+YZK2i9eoz1qr3zoU0oaeU6vdQ0ZWdWAOqkSbAYCjLOaFRcDBQ0uZ
iy6Gn6Omp4zC3s/6TZT0GJcxIu/0zq1e1XdIa+qpUUqzanjWBBusLN+tR/B2Cje/X/sBvuYx
RVJC3cxcLY+8plyQy4ql1snH7GemcY2/WCh/19BPM/nWo63jKuckOsEZ5yLMZWNllIWGT8S3
VOSYrlOTr5ehnasrksJMt3WeT5mXnj5ju3NfkXHms4wmRccXBOnnYHlbxuLHuvrfpSLVp1el
SUxPnE3RlGXqYiYFY9KJsw4sz3wPaWBfoIG88fGDwDrWg9b8yRXdTiDKWVYSC+VYijOKYlg0
ShgHCNDzC5hmW0Mrj4aLr539lsbLNOPVs2++Jl0UhkpyC4/x6oy/weTt+5toZkZPG+IrGCS6
tLNjXZBZmyk7K2qu/o+dp7MfvOpqcS0mZnTG0RLMYI605ofGhxveF7XIsOdoBs5nLKTiGQyg
bidCpuiYyY47krM7PLG6+9atqTRKKTmJxoZ6fygLHDB9DMWqJ1c1GASUcF/SSX9jk2eea5zg
tBLrRg4+h3oSlrVpVZhbSNkg00m2aHQWBp1u3nprBq4kwk6PPgWg8j/QyITs46fIgKrtg7o7
wz1lNZfGtN1szb2xs5j+coE/fFtGLcYy6GMoHwA/F6xev58VJL0wai4OOoW3Ne7ETo8eAJYd
aRXoYDUKKhT1zNAKoX6FOhy0MZxOCEV9/r4YdK0lFg5eL5pAAg77eGTUYBneR03HSEpyUmYN
PieYtn5+kERLZtJc1dpJ3XOtUWRSbS0tx3Pco8Ix2GMl6rF/iOq27vxNi+b8SEVusFkebqmk
8T0CB4a+ppo6g1rAXFGtnY8r8lo3UDCGlRxJRqZ4jx+eo4lx6JJxhhrSVWpVn65CJeW+skIq
kTi1vGLztC7P9bT8Le8l28Pzhu5/VpmKxPzHfa0fry9qVcLg2bK2eRTQtpwK2XkFvYIK3DDI
4C5TcPT7VBclgc//AOT4JN/uerhMu9a/bYKsUsY1AUAajdOQL6i6ldCy88f4gV7rQlXKx/YL
HWbFQAFYSjOqse67N/7YrVQNq5zmekM1U60tW9f0iYnp6T+5qBM/i5217oKOU8vJN+rFGDRU
xY0X6PlKJnFeoqSGVs608lHJ1+VMWUhsRFJYYrOgO2t1p/5BlPU0t2E+PcgkWq/MtouaWk1Y
Tmm10VGwwWVrSmPnVyc+1q0rE/PTIIZB1avd+v8A2AeJ6uUecnrQ9n2yg2XXrSnf47e2qE+c
PSsVXa4guRnW5Z5WdnhFIHo9HLb77MPY9eiV7o61CPsStlq519flSqSjZTsq9MZBfqnWJ067
EsrwmqwTR35qtErVCeo72XxWa3H+gCCLR2L3WpTtFK6uVt8t2Jm7jHlHj4FDgc5Ew6wIIb9U
ZlaDMMElYBoeXtYLGTyDRwikerRtjvrG+Qe5x3VoWkwW8TxzTJrL80zap6hfCnONWGuqWTli
1K2/UhPHP6aQ6aW7ypsqWdpL3PsX7GBiJ4el2mCtr7ausztZ15wf+vxx5uYXtXkH/XwI7ei9
mlypYTqukG9pggKFvZxUx9PdQ46u5q7XIOqqLqK7QB0jKUM+7tmPbcoZptR3kxSnTuOq9CqH
pWi6iPq+OWGHB7OeSkD6MKpx2H3E6kll+gyWR8tzC6GbqyV2mXlO7j3MCpXkYAXGeXLgJ3hs
Pi3JHSL8GqAernGWlp9lqwH/AERZGmqLPax7sQgXzAWIrAuGkZT2OQ5w9nLzwe8SkuhkchrX
8L1LQHSJiMLuFJQ35/8AHWASHdXSqXS5ApQamrdfzTaD+T+mWElB9bnydH/r4k3py4QibXBv
+CISghoa6gnss12w9tKTqatc/MppaWRlL8JsWqvHw0FGSiON44PjhlVs5exe1B8r2qbEAgNH
j7YgLtBGnj6C0P10NADIWLaVDYd9DJWFbvrb5iobsz14iUvXu7SEqKnIdktdbU1J1bw4vx9W
mPj6b7nD8AJGeOY1rIZyC6xGlVYVKQ1eSMXEPGQ+9ZtcsWpPxW70o6Gf9extbI7A0fdKpbJb
C/n6KbmLvhalksCtOV+XmpTDx8nmxv01zSvm8eWEM4milHnzVJpMsMDm/aWlKDqlnU+45MOK
Pf8AX8f7VsNefkvFBVHjPMrKK8Wzgvk6I0IzisW2tqgAjv8AjRsxRGfO6xriaGudtwR0xtvE
TokNJLMhRh2w4gHhbzzIQtll0EpV1U9RIP2fYy9y3UQLbkedeua+dxJRsToeXaVVM2ywq5vd
5auckRwLLcuv5BHFrVZHchjeuLrSZLcgjbuX05sS2FRimRq8nRhTUmsxAoocypyU62Mqt02Z
WmeCvNQbk4BMLUz2s5mr2LGl+X1Vm70pUdP003654lZtbitRI5Tg2M+liGuG0EiZvSpKQLt2
+RJivfgle3NbrY/KOJkpfj+6L3K8Vvn2b6sr9fbDoaZ/PMNEiuZwfMqYxzZk9ciIUw+EErGr
nyNN+gidjkkFYw7IoOFvq5U6QGtBJa23l2Gu0u+AYepAUd+OsMmMjcZRcnYhbe0XIcYx09au
wzxhBRbMyeKEFPHyYWuMkEFpaqxmc7NKmO7Gy6hYGduCcWsnG6Yp8kfb327esQMv6G2jVgpF
6htlvXzXsvwHLsBrmT41/t/zNYmf15XoAXXVW9FBiYZuqtWSTVMJCEvAJtWOtItVtPks18XA
P+Khu/3nEx0HgNEG3u8SuJc7jq2eB1djdeGOgqfMfiNNT19ZttzW48gplKXyl2elAk5LyNZT
1OYiz5A6YtQhUmPWzBGvnekmIhMxBVMDtc9Nyuf3clzbI6RIYGtN69nH9C9meWO1Nrt1BdnC
dBmJhZSNdewdejvKWs/LQ4rrlX1sg/GmFLoc0UtwvUFTSwHsMG6+PW40AlUcTNQY2WdfOrlt
4eDJeOaTPtlFADNkHcRODmRKtzVcwKy8OXf4PIrWZ39LzW67lE3v76VBRMXtavdpiiY5DNli
vJl2sPho6h47n1fZQzP+N3qBznodjO2Qql1SyuGT9AV8F2aXMDlJBIYvGK2LoskgldbSzVFe
P5cZOXvYYtVZB2yi16XsQt7WomGVj6AXfNvCDMQCttOuIrLmgp9xlupuqFXKNR77f1tBviaW
toi4fcziqdLtpogat6vK/d2M4q+qpja6q+jU2W25w+p2c3LfTxC7OoiFc2Fro7dFn6ABTQX2
s4ehydXdjBzqbl/eiPno17EKucuJqmqtp53hv5/4KdKucuDNT3cFUzR3RgIkS5U7FHWQ2CNT
fsdldc5J4HxMwq8dATsycz/jeUIInpm6Rr6qdGBq9HIMJovFmBxC9t4pHOsjLtmcfx9aM4HH
M+mno9T/AKwPEWW5Ba1aRyElU7q3KLMDfyC3yhpn1ABlqgoWACxbB5rlecg7ggIiGsrx9pL1
3v6GjxYNi62lss56izNkMhXfz1es/dQ0UY5dsMXDzLNRMk6toLbqiokuIY6DdMrQRfFvpM5L
/HNj6vU5kh2FuYZFJ9aQ3j4I/HjvwnWllZrEqPk/8Al4GPjShdJFZyi6p4VANYGgZt68BT7r
VE9WjkbrYLtZz5meOcWZpOWuMpKVrWleU0vbHTw85Y0z8QJk3gRGd/p/I9tLmTxxdYKhdvb5
jNjq6llvPxbMrm5P4114IumwHTR5ASqyjwVxZaAPWV5i/wChfimV/RVK9p9aWqC1s0K6BuQp
TkbLNgxXgmd4k+TT4APlEvyxiXNTlHJfsNdiy+djuBVU12DSe91J9NcNcjcJyXYObNk+pxbH
4TqdltRONPNEmzrU4wyN7GD/ANfN+T/14Lq3CWDs2/6/rbrD4oPJPNYmf0tEzPya1/xvOxn5
GbmSPi2eal8ejd2iMsWVB5ZtLWv6HQ5F2bKLOfoqGCurwytKRRZtPMad+QlUhjOKzQNlT0PT
lEvEDnOCUylljLi2Xr6T3DMy2dn7W1Gi9kZI9Dakg6W/DtKET4uT0D7Q4OrrEuJJFijK+5Cm
87YoWCrN2ODFzkrXXaGcm4kesNZxUJ4H8fUay0PobDGsLrjh43OtNhJlyVMPJWT0dF0OhGmk
EeiRGmcQi/Rgt7Q9nVJur8YRHpm8tfNlKV0+QlZXz9fD1K6yL33fev70BKIZx+sD4pX4a/SJ
ieppWbfjmXlsjA6RRgZxSst4r6Ri0A3p0RTs3eZi1g10c9kAnAIWLhFoLBIw3Y2UVNwvV3YC
2p4CVYkdKKCuybmTZ08XLz7ab3LHSCWsIWf1wBeIBNYmaUrSAnCxSZ+I2IWUlywms7J0RnXx
LGImUKcPdtg4YMpOoXByfrM0GYu+rOhe6Vs5bh5A1B1uYwtG/EWmFEEofDbJ4yfSuPlvHM2p
ObxApjf5L1TLsm6rPrjyuNSpSgKoKv0dLst0ywKXAGuth8rzszPFy9ZmJ5qZcE83zw9H5nml
t/kefH61rSkfjEZYbzduwvbpehKz8dPEblhnRFtgXtmzS6GK3R/60eq8T/JEtSp3G1ovKvYy
FPERqolYowCQrZ66FaG63nGx2Q8OBjcr1B6mpw5dfNQ5DcmoaONZtcvi1QXxq17eik+Oop29
M+HwuIwzg8Ofkye8YeY4z/t2VTblViuiO2VkPMaieyemenkVIqJ6JswBXZqiR7wsyyGkFVgZ
k3fVWxtuV9JmvdnMsYyzaTJRAU3mxaVzRpm48kP4P5vGa5SQ2b6jMVogojSru7fP4+m8ls5P
Es7pbIyaApxnPaZNxn+p9LlTnfpoLXYL+LWrSvKl6SHMmOtlcjaOuzKaazVGx6jHo0VStDjz
y2a7naGChockxfu1gkaCnkuEK9qMFHLxyFsLSLAAWfI7TZ+1tyHS9wWfnW0Hb0bacycMj7um
MjenxsVxpkv21j5+PLTtavGgbkDhBKifYy2uUA9rU23LCtVeXFdInmoonRDOV/q2M1KXQKg9
oahz9aucq02+dZIajt462cUwi5zENAZ47pE6plDXq9U9E9kk5U8TQrmFvJM+jmg9TOS3aJpO
b9QwUjGgxh6ZsZ9oAr9EEFvTYyM1vQvF1AaofIwYJy6H6vmkZ9NkyiJ16tL8mEMuDhXuzm3v
MN+MZRKh9NfUZUXbB9mSdPj7fvY+PWB5M6WB1yBGEYxlBQ2F8ylL1ytbHPX371aplkfNbDyA
sEB1xvBHVNl9RIY+QZBFq7+V72Ve/wBWuarRL9t4EKgRLkBdnlGvBjkpcV8DklkLM3T0c/N0
AKaq/vCcqrbSXOJ8LJqPHCEefIFGHEDlRYISNFUy+awDKzxcwzmer4iry+VyhM613Wag0OS2
zocC0yxx+1/rtf3dBATcWM1pxoENX5slk/U9S1bx8f5ILJSBsZrnXozLVTUW6JVe9e5KQfrW
F3OpiJ6PU89FHBRcTkkY7DjV+SGOvx/My4cML5hodiu2aPqoZshz329LSA6xoepSOI4t5lMj
AGGQYVWeq5CKsZ2apo6epoi2dxZ2DN0e2tgea7gC6YNpa7uVxQ8KiGMAwqAXF8R80m89blq1
zWmlRPUIUZCXt85eu5iMwlPKwY0MW2djU2GD3rpPiDiVMshjJWm/GA3oZDToorhGoeeQRpBa
5A2Aq62hrK6BEfAxri0qrcMC1msceeXZx1NIDNUjHEbiksuvYtob4nnLad9imldp4UwOkxW5
3bXtbd3LVryh8l0+Q5T44LWYiYn8Cte4urxNqrQSofyiSyfL/QXtzLlxq6jECpS00Z+DMk6M
XR0Fpz8xMei1KyvHfDpynskRGPfqw0Xd43pVYrQ0aTumnbQRJkZFQcew8xjTWuqjw1RaZrTM
VTJcoWAKlJEwYVu6KfMdcy1Glgn/AKhLXWWKRURWz3+SJ6bKHWFysLF0iXvors2rDYVkGElf
seohdMA7bHRxZCQnOXl8HH+K/aB39cr6o3WBxneErufr6vF2XTW1Mnj2pNdPXYfAvnYSoEz3
yVp484b7HfySgzeWQIWjWl79V7O5MArx54pQGmdQq7LcZeBNrZPVLTav4peLx189KMe2tG5R
jmSudcPJGMRm2o8qtToBxM5ubkoIhJWHIYVFo2jjH1Sz/wAJtbYg31oosmyPQdFQ7BmrBTaz
FNBlhpvFwxvKRGZWuawxRho7HuBXqvCFYDSzbPs3mH9gshB1rndO26O4T9JWyux3+RMs9xaz
22xATBlaGmohxTkOvvMPLvaKma5TUn4sG8hzkDaLm8yx32vMaO2yJrUlMKqVGLapexhnLsst
gjebUulGSZuxuOyXUAvYS2UQ+lk8hNRneoG4mL0tS4GCrXlePFbyBHDvxVOthqfi96jr+Ibt
bVXXsEnJ+UjUHTti/G2gvuvLtX5gycfnGiC6gpumZWXtmrLquQLH1Ncwm7ZxF+d0AYZCEKNY
FmT91kxl1tI3VzFJXiwCCxu6cZvIUrolmB0dZ1vsMxhZMx9DSqFzEXH9VyvRpZI42IPFbTCt
QWPS1qSta9DzERPZT0uL/wDkYrZ+bx3Dvo9clShpPStNNWRz4yFgy/BVCGJVcNDKpL10BZS6
3G8bEdqpx9IEN/H+nNhCpmYzdiErat6lrPc/l3X64xeiOq1epGAgM3FvKrdQao59+YqIfmgP
EXKZX7dlO+prWa2P9z5B8d3WS0XId0KLt6r/AHPPgKUmZk5Q7H2t6oqq4ko1wdHMLfU+IR0x
6sw0KgC0vcdpHeB9XHcfXD3/AHcbdQFoAwWvVAtqHIilNM49omMw46Z6YyVube1p+/8AIGwL
/FIQ89G5+aLGZuafifiw7064qGjEY+bLZuztHpQdNTSibakeZq9AwGMHks5A2zlJn7Tcxj5+
OI+T8R0cTyHLuuQI30MoJTsCSucbxRDNR6pFrPY9qUrbtk3lU6MT2zwK3lz/AA1Jh4i2GGuu
GU/35GyRXFqJqkFGXwCIcMoZ5WVFM098tfH1UQufZNtOUuXYiC+FQbSG1ovPWYcUQc621iW6
mto6+P5Ojm89eBHuJwtiVjVE+g9iMWowxoSZtJujV3qKztLNMLrthkbupWlW7p3EUoo8rtCB
tILKhmRSFoXnvxjjRtK9axWvT/8A+50Rja0hYW6IEoukzCsnP2/Fx6oht8byaXHl/l8flXwG
l/SEQJy9T/rD0+HQ3MpfN1JrLSq7nq2AYgbcYzL0rX45U746ePqte39S0HLPOTQQLfIIMRB8
Deji56xJ0+MBaDm6rCFtCkK3hEpgaLBAaQqSIblzXOSNIKYDJC6cVy77OmJlFklPisliRTPz
OG36Osis4JjlOfZ7MKduhxI+7oX9Rc9g2KppurwZK1qMAqWQeUJLrltfoNVLusVsO4AlZNjZ
lGXQAEsL8GFBLaU/7mqP2LCuWxiRYZB63xhZyAEnD7N4CvvRLf5zL2HyUobSX8aqoHqtY49W
5BviHBROMGHQ73I2XxxiZlkJ/dwgL63KAWHrxUXrw8+PSUaUsm7yZn3d1cb+LxLYlgyPhFX4
TG0OCWoioES7GGVopbt+Ew0i05hm1KkqOhmL1ml+uMID0dj/AMdODMYDZJx+llHFLCz0aHI+
EyPIx1BX160E0Vh2H70dbKOQkKWrNWItU+Es61GTlr5Kf4telIL5O7qBdluzxmv3jYQB36XL
V/IguhoNkXzgKj0haI6jvQo3yOCWYvrj1f03G2s2u4ZmJBWJV4QENG9RutXakJa/6HmsBFA6
j69UmyQoR7rSmMkiOB0no+Rj93I01FsFso2cUvH6598d62qq2hS9HHxg6XgtQMrSe1lRr0lj
YZrqq2NRkBFiGF207bdvASCrpWtFasHgAeYKMM0PKifQvMilmN0N1otXbOw0TTag0kVgUeqD
w+UMGuYADjawMkWQl+beK06i/sKsows6KpbipM+Y/hiirHqNXADWyeI7X2C35tWt6vgmwAEG
UX534oRe8NeoqlxJjI7AcZxMqZjYp39n5eG0VSsW7Orf/VcP1iXEMkLWS8fOGDadUdZ1FSNG
5GEjGHncl4/RELK71aivxTVzdVPVWdfuiQd6koS82tLKy3Wc5UvRM5z2+TZZNFUDNwiuxYnW
a8TNeEShxF7Zu8qZhkyWityQvgRxnytrITMzPx/LrBCscgfFXxWHmqez7HHMCuRb9C2vfT05
qddlsrLVv5qBWi92aCl04pCTJtW2WpnKYvIP0JSpR5vpiW/L0H9bYu0t0Iej34VyF4vxYQBO
H1BEJ4W/r/1JSCUuqCEG5yqq34XqOsByL4XIJLEF2CSPKFxM+rlm43sZNsnTEbR5HnfXDw9t
HZHi9sQZsQSELEDRXq2S0hKvmeETXI8cOMzFu4SQaMugCNcLYjFKMt4W5pDVJZoS5dJWq/H+
rr0XHeo2Spp2Zb1bWd0OM8d8ExHxH5tPbVZ5dtXkD9yZolB+InZXQQWWYIowXuoBCt+EatSI
sgG0DOPMj/PINDPWRxt72eS/m8TNWEDM5+y6CwRZtLccZJVp7Eyg5APie39JmI6fk/tnqzq4
1dhnDsppIvB0cgr/ACWeyS7A7mzOP3m+M/rZ+YNTenT2dQytoslYOjmai7OpoZqCIGtK5s/B
Xv8ABVXDdAVL5nEwPLvrlwnV2ZXGk2B5Xt8QvbD7ZV6EPdGn2HKi1Nq9TBqIDq0k3AQePHxX
Sa3/AI/EGHJvxokqJDLTkKnJV65+eURFi1KOoXLlmJVShW1DqllpjzY/M0jJ6zFUB0vUlOuU
8hvkRaDuNPJLccL+L27K2vWlFX17m1GI1DyrZHjNQVC9nm0A6Xf/AEv02DDEinD2qPV1PqRw
3vIkbOaSfdur2gvMc9P/ACR0xBsrVL9Ki3bPu4gZdwDk8i4uuPLad8psXXX20C5lcYqytV+j
nEsInLsgdW2uU6NOSKay4xrUslwRuTZXZXvYBW7BRWIXkaYakevS7fTDVzj/ALhYeBlJceWD
cBaMONBth7J9LrQIRJgRhnp06cwi5gasP8rrZ7k7FfGbHuetl7glipajOc1C1iR/KUXZ0TBo
cGRnRlZ/XOlBA0uJwCd9arTEZp4Zz+mCCr1URd1h1OnKdCoPjkvKyT9MHEoIrGAIGb8h9f8A
NrVpWq87LD7MCFrL6muSgir9OyPyAx3brv1ijCTl1plLPLdg1WGa8bbHOc+0ayDwy05bxuyx
xMtItrcoxW0HOdjsSXdTRLgcdVyBTETGygMCWsrfIHwZwlGI+fjptloOluMjAo6tKbnShf6m
JgURq1k+30tXRQMv5bU0cwxCsPqFrnHqULViUBfSX9tZcOeo1okPowAVljEZKOg7D6ixkep/
oTATXjB/k2vz/wBhf/y44mDdaLX13LsqJBe96jrWyfIz77DLk25KJcfHs1lQPI7e41ojZurp
6dUZz6M2x/yWb6DjLyidt+WhayzOQFjL5DrAs5rZewJLNxWOmc1SbELoKjWSXN1laCiVB4y7
AVVqGGg4s1dgAmQOZ9M89q3RY99wDYXTKaK+mxTUHbvoQdDD2OJhazTLucaZz2ZbQratumKS
SmsMDIuS4jTLC96VjG43n5fVzsaDqluNYJa7+SSluV5lIrsJ6M5rGrBqTONsmrQgcBFUq/LW
5Uw17VHZUhFbTNmgVMd1tqzYydQZiOssni0vzzulZxeC0HfR5AiBnO404S6u8Cughqay+FnZ
2C5oJ4qOYMWi1ZNNDOoBNg4lQbWWy4GnH4Ho/hy5qAUVEmDQRq8Eej4Tuhs2RxvWNAF72Hei
C61dPwMP6HLT2xtBJh0br16ruOJ3EfTM3Ty3vS9SU5dmkOkCTXvDJarU7bk4yvRmfxevfRb1
t/MXMXjDNe2YJXvG8rS07Gr4K5+a01pMlNrs6gl7N5ePor5wQtVEbMznYBnP8V00mc6WCzs5
pcZ9lbJ4y6q2lz921OpgIOvFIhAdAzMXvA9JqrToa99vVXFpEH4LIMQ2l+OYAobAxH75un7m
njPZuxnkvsrcnJrD4ujlnNpBuy9yDWZvkPkJPRjD3HtIBWEp0Z+q/FbG8/TFBFDCJ6Wfo+rG
eyizoew+4b641pojyAMShrdo8dw8PZI5CmjmoPqlt69e8ler1i9dpZNRqZrM5qwm3MANrNW7
u0ff2dZOKvlWZWA4BTje5ls0tytI6vIDH61XmOQ6fHPalwoaZ+bj0zMDKtzWpOo5NyHwZm7r
nLbfVJo7XHEbhYLV2YKrbB4isBTN1Hyu6FFCkE5MfL41xtaFrNMDUi1jnBAVxrHvI7QXiV73
wPwUQzjn+W9hJaVF9DI+kq1TJRZCzzLQLw7NBa3HXVNEyOnkGc0YLlYCdk8xlozS9vnydFKM
A6+S/wCHElXwmz/rYYY0mwtLps39daKk0MdIQdHTqLy6hYoZ/tIh7jAVll+ovSbMQ7aM2daP
xz1Og3Cdkkr2fPDlnllOvMLy9cgKQORoc4fhu3IuVDg3Ld3MNq7Wjp1BFPjiuXORk30QuGWF
9k2ATm90wnj1A5yG6Ahp7+ewpvsrLqrPaUEbCTjbb9FcrW8CplyGH1p98wsEbIjsksyMjRLF
TZ8b10B1ZAH0uCmuTF/N/wD7nZi9PmwbcZ1Kt4qIyARZYMu11ywzIcIgBMFm0z1q8hpQxaP9
/wAG82rA2WfEPy/hlVdwbtFUl/afHc18sJ+9N6D8boxcQNZUQZemepGQnX8gR9NM0UDE/Mc3
W82KUZYr1h/8N1ABy11eJmu0FgOrxtyz2LyDQJpata2vbDS9th1p0Sm41Q7euwDIMLQa0s5f
iikwhx/Pz7VtW9eS4n3rqBQ5LWyASyUFtKmuIOi0jEpO+SD9D8lhFGtIhGzxLo1lrpgFlj1t
alv+vrF9f8+pCyHozVMYTFhJyM86LKaqmmwQhqsrxHIT2pmcdScaZa2jmpZ9ECHtf7Z7ooG+
8DE5euyBof62rNuhjNUpq6FiMCdoSKNxIPJcFY+K1vW/6cmOqLEKswWASUJH1SZHGVLHBmcb
ddcC/sqG0kCjKtzXPZpr5WnuI0Lg7IKQPfSU48voqL7nIxKZlJ8VuSH82nhcXukohsDZPyxt
/PYTXGoo5uOYmsxxszdLm+vDfUuezO4Ny9WsKWmWFRkqWCwP3qLCF5ZkM0N6gaCsx3L8TZGi
oBkTEdX+YkmfqNEl32k7QuvdkihJ4m+v4kaN+SNRrxr0Lro7G9m4a+hYsFvksjVnKvRZ4NH1
93j6O5YZt/iLKPMMtn9zBGcdVV6C9VbqIisfm1q1jX5fm500+95G7hplz8rfXq7o74pbHza5
RYWAn6ORtdpdzjWhKOnupmbRRYE6tsZYtdLfQ1tZzNw2jN6PHsVY2/U5MzAbBmdY+p929wc/
lY5VcBN3pgRbbCPKaNaaby3KDbVqr7HQ7iDbjuLfX6W44lm1cKvik7lYt6vIoOfL1vk/HNhr
Pjh6lgt8dPateK4/a1xDMZqPhueucnGLTS3Ch+C3G8mwhcKGdtM9ONNu7OQJEvOG4CJdLRZD
PIbtqZ77d74Q/XWiuct2WqdhcDYtPgYiTdvk/GrZXOUijW2MtyV21Wo/b5iIa1c1KHuerjLd
vkvKLZXC6U6XVXUH1vqsS8w5RTrkTgWQsMDWBRiCHEag+sdq7HHOPySk9Mg81R8eZN0vjZi1
uWZpG0MEar6uNr0zxcZ0x4zPIGS/dfeHLfUqdQuTjaGtY05HHLaDcOtdYHDVmwqUGIVGOwA1
niVXoTwem90QLtqgX8ArTQPUDJHV5vFBF3YmS6Pcf3C0uMayqN9R+PHq16bzrNWe43lurU4Z
kCsBRdev5yWB7KL6vuqx8RE3pWShCeulwvKc6a4Jp0CVDfxS/wCU7yJB8+069f8AsF/r/wBg
v9F59oEg/MOQEpW2/sGS4I4Wc/huQl0MYxV/O9U0qp3MXlW40E/JeWsqZqCabeozq8J9XN4D
oA9dm1Utn9Jj56jj5clvOCcWoEZRsEAXTwslUp8IyJ6143vUxB7m2XRBj5Gg7GbxEazS7vjD
TMVYtTHyqE+vz5rS1JjpkZCzGDkxHws5DOgskuLaTOzYtK36ZA2aygSrg/abVj85Scqp1tW8
RStZ/TmdC2wOTvhQXBtZlpR18d299XjkWuwuzTkgAlzEuNuqb35i9bSJmpjOsnWrp0deyON6
77z+UYrPJua6cOX41j/T53Wxx8gGr/SawMfRrq535KYQKH5AuMmlc+wMnD3hhV97Hbbz4Q2d
qp6tZHCHGZSycJXqSjrJTDsKBx0VVkrSecJdbPMMoJneucy/n6bzfMORXsCP9I7ad37R393R
CDCOditRssS00W+cO/b7TFdEVrgWooQFa0CFo1Mn9NNKNFDa13lpOfPsku5VaEzMiFnbI6EZ
Hobpf0cfVQpfaSp1LwYSXa9hVTBGnGXnv4WLx/DbJofnkuUBfTwYCPa6t3TVzPq8O+aiQf5O
uBoZeI4FqK5OSo3Zu8mBEhglPIMdJpSKRFmGl1Kff5cQLcxz3q0tefxfsmgHM29xACCv5mIt
E1mB3L2XgUQXowRMCVevR+dbPz65+7leuucDYpDQbtvDA5eolZens5X6FKMNAu6O4dvHOU5O
KmYmOIWqxgcZTYfQzlM0Nb3kkVmLHI5XqVGSaFcpSB1EKlP4NaUp+j21n5xaa+aSuZu3dO9u
52eZPWhptujFh1zGrLrZzNJjYw1+vvsbxU31GJ09UIau8joPrHe5O8uVp9cyuUIgZz4v1ewo
Fohzk68aaA6L82tWse0r1beya0X5amxo/moB10F8QCnRVGCX8LCy8ontnaol0s5x+xugaMBZ
FF6/nW2U8gKINrUPyXQMqttt7aRr6tNcq+79X1jHYZc48wVrH/Hz008soCpDlGOl6fqw42ac
7Xqy71ebRTsPp2eV5QuPGY0jp6mu5lUvbyr51j5XTyipDeVkL4ZWCiNXZUdz3haKrba6S5d0
2qzZUlE/fw6kc5FuaNbIN+ImBoiBm1eW69jVym9TUcWWrqaV89fVl90mbVQweWMALHJOUXLo
bbTQwuYq4CbCBGVGsARXNUla47uUKg9nJNNbVvHT44BqAJ5gdTETBPLF+wrlaWZO42rf2Fp/
3Tp3aih08YIT9cnCadFDR0LmJZazFlU3qVDVlPjv/BOOVVrU+uUgsO5hiEINP0Dt5LDnTymA
+0rhZCRilEGlNort19qxT0JIQZ0Lbo2+P8fGXVIsYr6jkgHkV1MoqPJTUV4qOtDcPSPcza2T
TU2VmTL8hWJFUMNs853FL2KHL8Dn3ygab9FUI3AOHBpS88vpQ51bGp8KBKrUsfFo1/BKe7/d
NBY2HWkvFFeOLXSVzlwABkpUMJBagNcOW4li7zZGui07tbKreqP5HWlWFF1q2tMVrYo0a0e0
+R9LKLqU6teleuQEaNyZFBVoJsPRPFsTWWFVK4UZB3oRNbR+2grZ1IXGiGnpniLDQ8pdtZBx
QLyyiba3Q+J0s/upPuVBiNHfhJ1JnAG/lM6WUUr3Gs7QzEvw/utH6XDRNcYZC6ZFUzKAdDzO
71cw6B+PaSq+dxoXWhh4xTG404ZdVUehMEAvlZ9BgnUrEhrszXrPy3tUquH/AI0gQcLLCMuw
3AxDOc9AMjH311IocekS8N8XWG3yPrRt2Wx/GiOlu+GNFdEMuBqzWhCN+AXm0dSueQeJfRAI
QwjZbWTG618Fpmt2LyHj7Iioc2V7hclwiy1s469Raa2nMD2c9WG6KTS9CV/hRatvwzuZSlxF
GYejvCz3c7kQtYp8LUXXxlGUc3rT2E8oJdbb2GkvWz1R+xermgquzZgQS+zDQM269BT7FOjO
oBY9ujq2LFYR424VTYabzEtF3XRSs3ptuUTSZfYwYFh3Ufe3uRsNDW6xy3WSYMSwivwt0z9j
bpKEA3d0jL04MvIsbrV+Osa4z26ppKmHYqFNCrQ7XBrazRUMwSk9bGlTKRTUe0WVU106GAFk
WmmfNvju3ZPYmcOs641xt84aXFxvVPrqTETB8a4GUH6uV/UxagFm8qtpa/T6sup4WM5lMaax
20MPO0VgZOZGUAqy5pGuAM/jc5Mtl3gPZbFddcSlA9unTaA1KbGsJrM1m2DG5OSIvr8abUT/
AMMvdc+XdhYg61itax3gpYbnrsQMxelOPNEhO+dVfaKHIx11z5iG/owOyVDgGB9O91zjQdRd
VN1pMWVz9MtwXw0pz8nrlB7K4ydJ0UEVeVL22NTRCUzDJXwYOo/AhDAPqZisBXW26fPjpFpm
3TAaMyXGyzXniWRaf8VynKK8fxk5rWtK/jezyXYWNRlf9arL0t+3z05yTIT6Y29Z2NZjVBVX
B0H4RFx3FXpzPj6o6bQX7lP/ALg74ziO3WzJkNxOVCBYTRz8/XXvxHjxqW4hg2uPiDQjD4Qx
Ag4WLn3fevABZ+prBXo5WuxnUdbNhEAtGK7fRvxOTgDw/RH1bG08KlNcRU8xcmh1mBI7rfjZ
Vu7lrDNp8Yqi7TrkN9esQqvDP55W96WZfXaBbNP7ANVh2AI6z7dPsAWuxpKKdD088o518qOp
3snzV5FRmlLbGkNROVfxh3NNP4ejyHKzInSZ17wHMGndvjjow5uO2S3Fcwo9DitOg8Y0oYDx
XTjQUT0k9O2GuZn00q19hIfSrqNrvr4Qceq1Xl0swqqq0QqNPRS0BtUrNH1VmqBw1+4ee+Gl
kuULP0w+WV6tlcl8RqcgzFPZ2LoP8kbELJ0NoSegLkmqbjWALJW/Fo+a/VMqK2Y0Jz2dJwue
XM5AVn8tJquj2ETpLZ7+ojW+jCRGeQpsADoFt02NOqtcwChIy02GEMdFZUyCoK2ZWLKrzbZt
LQHlLY6T0U/hPgKyln8UAuGeDYc2X4Zgg6nifH5j/BMT4WyNvMXsDlkVozy0Yi8p5CG6fIEn
Y1c1poj/AB/kT9svIImNf/Cwsj0OECHVvBTsTkuDNP8AJ+PF6ZWxGHBmageiy1MOiUq2RzNL
ZYg0b57eaxBFmSm1GF4qp7c1zMtDf0yNVDH8Gf8AwIo5J3V7uiDGajvEEzyYHIU4I9x9QKel
kBldfIyh/dZbpqFPq1GxbPK8TOX6pvCJCx9ZmubhKZ5P2ebuwYVbUp/FYUVbr9RldW4rhWsL
j2KGheLYBr/4jx7pfjOEtJcDFNSMDFgf+P8AHlF6ZNfiGOQLy8/okCERdAE04TlCJyMy8Ncs
3HJxHytPuDX4/mZlBCzqyG0GUGcX6VpFf1pjhEAib8mDS46flrNQdqxgklYvAfMQPBTrWBwg
y4k+GWXuPjKMQri5aUfsRsQ6zTQ2xpqDSX/gfMfP8CaWkogVFf8AFa9vVpmK3YB8UgdLfgyC
TBvXX6+I+NDiuPoktwQHyuYh6ZdLmHTsmIarNaW74/f5j4//AAmqtXETJhnqgRDn8kN2WBLc
1/J3F1+lmTtX7a938SZiI88HBB7WNT+mCpB3/RijFuorpd9AtQ0ukNWtads/wnklphNreZKH
R3mjs8pXBavLBx1G2M9WNQKNfts6Irt49qU5VgksfmWWrMcjsWEtG7U2fWSj7IxP3sQdOhtg
LP3KXtKDKVoK/hnoxwr0vyIMWEtsuSpnqI1/jWrW9RZCYyiWWB0QQjUCqsvPRakuOY+aCB47
fxgtrG6m6IM+mdnylKQNHqRyLqk5xM8DKrNL1VKKuUvClnshSJ0lB20NSp18ovGZsrs8UREL
kWIfqjNWOraZBPB3HbyDlNJMXlFA1ivI9Mp8VyHWOKl0yJJgQV6IUYaMurKVb0HNMmZn3V/W
dC5XqmpYv476zf8AjH9jxivf4/Spe7+Emq5Ki177DMrU2Ryv4hhhEq7z1HC5S0N5l2glcm7X
k0BtaLDss43VLy3bRWUG99uhYl9PXSEPUfPbyWXYGTkB65dLqENydjOBHME56Q3AvX199TJH
fmIaybknuKTo557PoJd2PhmC9+TaaomNkrtb4yaUZVotPV6zaP4dvmKpiOOPNWZ/Tw/JTvDW
bE0uaOjVLYdan8IRuVjzVhihBk/agXHAo1HnL7lG70Y1Lfc3qMybGkoQ8o1JRSgEs9fOVFfY
comroqWs1iJJJZMaEYzVqCWSoo2Fujx1SeoK1zr6jTRNVrDEMjbzqqCdyavYxnVu8oQIXmH4
1YWoYX1+euKMhhlwBCObmnoUDypsaxd0ZgU0iC1BV0tE6YdpagGe4cSMVYIO0/wnD+sqJqAw
JiprVpWnXzHz+lELjHPsKAHqK26tNyV6rSZLFa1/Do6WGsSpKfixP7VAw1V9GgTSxSKZ2jnL
k2s9VQWSZgbR1whRsYzThssSS3Tx7mz6pYdXbrCZZFLWydvuOK1JIsxmESu9W8dDR/q1LpwG
KUTz280jewpSo1ZzGaI0QzYkZ/i6uiVwckWDkj0xhAiZsFQypVYxPSrnFx1JLCpmc2tDQpoX
sEL+mgWdVXOAvydAyg+SZRlq6NbqiYrelXVLXqSlv00toVc9Z1QTCgRxXrtr3fs2qB1dVfVQ
qQPlnu/n/Fu89/yfNKPIWYvuCvNM/QAADmdexWnbUKdkC0F6aczrdbNjogZjOy+qV7VFWtNH
Ik84uaJJUKGOui51lvEbdfSb0K1Gllq1O0VhHGP5DDDFagPd3jrMJ0dlwLRxAbuIxnNXJWgy
DNTRmhyl2eiGA91mJwZduM2X2vZddBQimbLILgx5MaugaR1u75q4zOoaSPMQkhYzrdgLQSrx
l6D0EgVR2AxJtTdEBvkutoim/edZpadhTXyvKaWSH0deijgjCPTvp30vF6/q5LjNwm1RG+Nn
q9dclPnbVqi6Rm3423k0sh4Q1c1B6NPq7S3kcxqGyth1sbOVUqYwmWGwC/vcmqgIoWRgFtpd
gBEVu7oXXIC62bBREShx/TeNoDz/AK2qHrFIazK1MojK+eymT1sNNcEXbeGVccCpppNUy3PB
noZ+zJ8/HVSRfVIimZqdDT0RnVRylbWKQTDK2OkRYY4ojGcLYSbGyhFfgKNYVo3eSkAmcwlQ
gX0VTAsBiBxruuaQPGYqlk1fWoO1BrtXHkAu240KFUCyyks4jpkK/fb2cdhXmJqUvzSJJXkr
64o5NsDpTlbwr/5hSjCWuZXJutsSrpabRsUagsPXzxxBs/yfei+TV65OFUgBOJ2xwEHmJwcI
WqlgKGg2E7Tgbjpld4qYY2kmRKpCVpky+xFhdwTIZecgYWnaeQkojlJLCbs/B6eKIjbM20er
QlR3cn1EdGHU75kiYPft6CO19hlM5qse6qu7UdK5pTfHiCePqnzJOEGqkUBoBrR2FZRG3J9I
3otpttaYW08ZlMCQpI6tXWb1jWTRIda3ojrXAVqyqZ82hVauCwFMyhnMwE+lVZYLHlLSlzUz
jtUJoMnopWKuichOdJe1ntp9Swb9g8/THZm+geM+IMXLslsIe8h8Dzc6qKte5yi1FkVOXoqP
/wCe5vdHL8uSs5gKt564LY5VqMJeO07aTLo1h4NoabRYBu66Y87Fy8NwYiga0q56l6bmcPx8
fiti2oBbOcBefEmqZ3JpY7wVmK1AC5WialktR7dXbFj4Cy+nkpaCran05jZ85ZTalBr+1qef
S11TBUws/OylWfgufxgx/b13G662NoqeDa3imb6IFg+m8mhoNvo3ac17GpZsa047ZSqaxs3R
ckTTg8a4PETjq8ZmlaKZWWsZuylAMhdqNJTNauJUCaFpY3Rq47ziJ522kjMuksugPSPYhfZd
yrDZfSo2gVVcMmOq2BlLVqprO9XXALp9PFi+YnZkXZQYF8ZssMBgFVAtynssRXEWCaqpFBB4
mowMF5pSZaIMbNKwbV157Wcq8hnJg3s8aaM1Ww6q4CUnG/oiLXO9QQlKrD0b6GYw8pqAqZQY
QzeyBMjS5EGSE4j4Q4ZfCFMTNQchReS+uCBrQF4DU2frbf47uWXFjtGrIvpvXAgj2DvUWhyI
P9TjIU145DgdjDrYLuqN9lm/r0vKbMqrb0X32VxJhpExRSAxTksCtDwFgQM5dIfUDsryDPzf
scKWu9F2JnWmDD5Nr1BY9q1lZvONTpgJ2SXrFD2RWMLWuRGbr0qEQySRgNAFaz3qjcWSYEJJ
2VF7X7RLsGKsgvL/AP/aAAgBAgIGPwE/X//aAAgBAwIGPwE/X//aAAgBAQEGPwHyWU6Ivvim
Vvf9ZOyIkoCKKUrpDgwsmbhxIEiOw7CxF5ndX/iLngeGnnUd+L7fuuZSyAl1owqONJKgDnTW
BmNDWyYpG8tiYoNCKJH60Fxc866ijaU5EBikEdSFjoGJ+lUK1FI57toyoTD3Iby1S30mWw1O
+zcN9SPDlCXPxHjOIpBYZCTKv0ygJ9p2pXXc8fULBjzNhrk2LIe81lsIXqJV7qA76lxZ65Mw
g+2jFwakrDuTVDfywWkA39DqH7OTvnx0Fchcc0ggQfkV9riRxIO/LUfmYqLbLDH2okpjntju
hQ436dh8fw0mcJkfPGHKzOkXajkeQ9FC9oohG7Nx19uA2T5WSv27BQpiqgAlkVBbEK82Wu+o
I/IY483mP1osQosSbRt9Lq938R1A8ERw0klteRU+q0o6foqGt2APWxptpMHFkSfDxKTTtT3N
Dt8FNx4lz8q6iMeI2CxmkTHgQBu825eRVIFLSPcRty30J86R4vuGvCO4HclNNuodxloOBp/y
6lnNzS5E18hLR9sRILQpNqlduFAeGsl8KRJSCBI8abVp/wCoBR/XjotjB2YMplhjW7vJ/wCm
4WjUPw4a7S5hE0LGNzAbMfHH5lSgHde3bfh89QY3hcoY0kV0bkKGL9s3NIxoLixoDvQE046e
swZIYQHmx4/uJ+5TdFiW5IiGB46eeXHMGCVBycvNctOdtgsSErbXa0/s0Zrp8PDeUxzDsLST
oqqBHAawkHlx1BPNh9hJapgLFdJkSKODNivcthG/HbSsmEfvXVPu2w6WJSoH3MZjPaNPdvtq
PK+3iMTMIWnE3exna3oCXlfYvP10r+PlmkhkpHjrNhgBw21l9d68fw02X3UlyVZWyMaRuyqI
wZmaRqVHIgrtqafxhkRYO3dG1GtYm1rZVbcAjYganwnjZExyLbyLg5H1FI9wq1WG2lWdg8lO
tgKA/hpsWEKEh+p2xXaBq1tCjka/PX+Vo+QgXIxmFaG0hqBxQdYFOOlEh7cqOCwehdoW3S4D
2tTY15g6STHjBljYuhpsKg31pv1Co2GpMeCs0HVm+IyD9TqpdLikAcGW4gHSPlKZUKKlikbo
SKq1ONVqKHfX2uQ/dxMlu0KqTbMCGiuB9po3prIxhiQD7dxNHlPxJcExtanEg3AmuiW+27oo
iSkOS0dKm41B92psbOhWaSYN98Y6juEgAUutBJTia6b7zIlgxfHII3SEAPKHYJFKrVPSBsfj
qLx7OIoF7oTEZRI0qxne+6r316uG+l+1knY48qmVFWhpILrX7oXYBuW40Yc3KvkLLRiloHcq
EBKigqVO50sE2U0jxMH9u7JJciiSgps3Mem+vtu7BHfb2UYnusu/cIWo/DSiTO+oGIv7S1tU
lRW4Dc0rXX3kEwYQ1uQQA0jdr5NkINK9RpqX+qCO/wANIyxzWmoitqstu56gdtT+SaIOs6IP
HwvMyqq7hmawKRWtdL9wPtmVGgsimftMHrGpo3Nrv26x4kyJOiNRNIZQRW21gqlOR3BJ5aje
eMZbYchlY1juHZ4BmUrQvGanb8N9P5mJMzJjnjtHjwhW0qleBA2NTvvvw1iZGZiLAsSsUfvN
VUK0dSoj323p8PhqmHixucR0kUiYXEKtKMpXiUJAqdS5H2splB/y/bVZbw3WhpGeFNjrK/p2
FKqTxLlwp03tUjvWkmTj07H46xpzHFjwxt9RLqUhaPgSVHtk5bcP0Oq4bsENapaEs5uWcqBz
208MeLktAx+5gI7VydwsJoixPqbhvqJ+zmranaavZoQdrm661HHbUmP93l9u77QxuOvvVWRZ
I2t9tgYk+mpoxN3MmSdIcPfd72IZ3qOFKfjrzIi/k4mE8fUd6dlVX58NZGBNITizQDrZA14I
Drw9vWCKjhqbByMd2zYZL4e49Y4kUh3QKTSrc/XUD5gefK8hjjIhta22VpSvbiX20tNafDUC
5L9iCCJY5JAd7QaXAHj7+Hpr+oYhjil8dMg7oDv3SbvhRVYHc02G+ps5cdYIcqe7uJ1Ulj3I
SQ7jc3aR5WRQt0jPNuooK3Fd7/8Al56aKQzv4+aPvLBO9qzvbVWl3AVdqj0prx2bmRp2kDzf
YsbY4YUSokZOJWtDWm/ACmo/JQY2RkZTusUDSrHZU7rLCB7iATRdwp93DUmLM5yPJZP1pXrU
RI3NrtySw3pxprNwMNBhtLa2Vk7mZ+n2g7hQF3O/Tw4nWPIzyS+MxHj7UNodsmguvsBqE26F
pXmdNjLjVYOMk46GyHGZPrVyJnX3MTVqaOMjuZKNNFmmFhEhYAAQXAB6b7truYsyuXH1pMq5
3LBrgdiAVFfZsK6GR5J5cyRTssz1iqNg4iWijbS+N8VAHyUajxQLf2ohTqsWgqa/hz19qr5U
SYzGTMkuveS3cqZEPTceSctZWGMlooI0AfHiFjgutbZpNyOPBf26j8f5MqEsWMYsZYs1OCqA
QxG3PS/b+Obx+DFfUSBUu40oOI3G+2ocSN2SWcD6WP19u4bPNKFYBTyFN9RNh48kuW1Vnz85
r2iCj/mbffYD8dSS4j5E6Kezk58H1J8iQVJiSgaxBXiKActRZy464GEJBGXfjK4uUtkoDfJw
IIJ2467c2IMt4at3oqypfUDudprI1WhIrTU/+TyZM7HZpn70yxydwhUBjjFKKoHLhyrqHDh8
gzYkg75gMXtmHFSRvx1BlgHC8lGLlyIQrRPQFRWIe1jz5fDWB5+SZZlyqvP2fdXhMjg/m3r/
AGaSaOtkgDLUUNDvwOoPIVIXFJ7w5GGTZ61/hoG/DUkBUSvEHkwlHvMfExqW9Dt8qag8hELY
ZKJkClu0hqrkbbhj+/Tx3VeFu29TU1oGBNAOKkHU2A1F+qMnxk38LVqEC0PtkIX5NoZccRRJ
2eSElQbWavehdjxKNw2205V42ieOKTuKDWLJZRIe0V5gj8K6hyIckxeQhQxTKRfGSKdTrtuf
+OoUy/LOc0lI54opIzSQmjBUEZbjy1NI2XNKtlR3o2NpVipbojXny/HSeSyirrDGkOX20cpK
k3oHAXpPUPhUaWeWAZx8g30c1Wo+4qV6rrYwN9jqKayFVda5NzfUHJAtB1C5qV0JZvHVntVZ
uxKrtaTsbDbUVBpX46mVjfGtY8hBUkEcVIXeusssxSSkc2CsW1zKGi6mKtv10O1AKHV06ZDd
qrMZ5OyR01YXRWVCkU31jyPiZPbye3EF+8e1GbqqwurXlx1DR5chGrjTFpFbZB3I3ei1Aozb
E14ayHljkuxJAJVZAzGGY2hkI/Jz/DfU7x+PJk7bEpcna7uO1IkpyJFKalxMrGZfoJOI+Jav
vj2NKginx1e0OTCTV5mYVDrYYWAUE0cxncinDWREch7seX7SKKepoqkmEIiC43IeNN/w1Jik
5MN+0bNAYvze1GcMDUfDhvrM7UuRAVNvddB3FsAoUAjAI+FDqRIPJTRvHH3EXLQAVlo6Xuyj
YEWn0rTWNgyzNFj9xZPHpjsd++e5bPQhbQbgOvfUzsHcSI4eLuP1Fv4ataPhtpYgGUxAKyyN
c42r1Gprqi03419Pzfu19ukuRKYnKo+PaxMamiWMRaVC0r8dRePeHyF2yJPTrF3As6mm1OJ1
kzx5OaMgzrjzGgqzqAqmnbpaFfj6axMfFQf1OadcuIPcOxApLBZR8QAfXX+ovNyRO33BZYJJ
KrdE2wpXkLhrMfyEUSzw4UReNepHiEp6t9wRXkdY+PISseRIYwAQzg02urTavPWJFCg72Ojp
k2VNWSRus89wK/Aaijxoz3ZDSzkXY7Kg9OW50jZ85lStfIQ46GJQyC0IvMnkSdRebUdtI2Eu
JjkXCVFJiMa2UrIKfjx1n5RwVQ4mQxSEAMGmnKpFCwoKqnE6m8RBOj9yFYs/IanVI1IlA7a1
VY2cAKu3rz0F8YXfGTGEGRkBz25PtRdJx3IXTZWPlSf03Djr99GojXt2BX7dAqVZun/w1i5u
ZjnH+4ZVtdmJ7XtjuLGpcj12G7cTry2UsrHxmTJeO1s89tehS1eipoTTf5aeTLhJysmRvt/H
IwaKh2aZrj7Y6ClfhpHzJWNKN9qGql9BVpXPVK1Rxbb4abtpeooFII33o3/l0cqXMbJiZ+3F
jRyWoGUqLbIeuRrh8eOu75CWTGwHtC4FwRmbhSVk3o38N2nxIElxopGsm7PVlSg3G1moSFpv
8tQ4EKsVtARVUWoFFLmKge7+3Qw8KPvTv/MlUVji5VlP+7jpsiGNfvX3fJcM5LfmIvZiK/A6
mjwZO7lxqUATqVS1N23Cbbc9NHmZL5E2U/1uwtGdm4mTfuOi7CiUNNQ4k+MJsGYxRxROQrd1
+m2JAKrTiSzfjqRJp/6LlO5CqigI1TbSUg2yMRuDsRyOskDHxpMmC4pFskxuoyyjqkSSor7x
pcXM8fdNik1MZKTRx3KpaSKMkJtQg9Q+GsvNw+/5gRIiY2fC4WRXoTaa7OKbMSDrsR4TwPjx
n7yePIKSOp6WBV0t48ttZuPPA7mRFPeIunhbtK+6RFFIHA0XUmWoWaGAr3hvaO5QIDw3Ppyp
p8Gebu5UaEwB6VIUUt248tzvx9NRl4xKso7eQNra0o+x5XbabuQCSbDLpj+rRChW0+tvT8xp
obScTJguWdTyfYj50NRqTEeT6sC9tnNQxdKNBMtOkVX3UHHblqN4S8WVCrThh9Nbo/pSxNIQ
1vH5jjqPJVY45cg/1GKFgXPfx0BkiBHESLvt6afcRR5LHsC1goZ9wF9oFrUUk6yfEeTR+zmq
EaKhU3ruKnZhUcNNixFFXLCmGLDVJGaYKFkCVP0idvfXhpmm8fM8yhjEPubGKtykEPb6h6U0
mAcYI8C9r/u3jahQWOabm59gG1n+GyQ33OMjxQd7YlSpTY/whtgfTUeRkZcs6OAjL3q2yEWm
Idi1ApHu1GUkeJcVuwY5SJEmh4iSoAa/56LLRnbpyiot3pVGoT6bf+GpDiIWZAV7sZCyr1L3
UQsOLJwI56aOHEkzcfKj7xZ5SyMTQCndc0Yg1qNPjQQ4sKyhBjvJUyCRePurcKKOB9dCXxcM
EDtGWWVVMUizClhBShAqCCDrDkyLUbN/yklBv3KMQtz9WxBFCOJ00kuJ93PC/YjxGa2NWVSv
ebqtIdQtTbWuo5exhJ9vWBGDvVQXtCVsJ3NNJJBj4qdpo5SQ7IehbSLgmwAJ39NQ57RyQqzQ
4k5jeOf2sbXDvU8SVNd9/hoL2pQV3U0KipVudddqPDybbjbScvHQKJVJLt01aq7fjtqdu75C
GUR96NDZKlJtyoQqQbG2tJ25agzMyWaSaItHk48UbQuyhumJ7Kj6bj+L9+gMXx2T2pVoXbKZ
DYvUoAaSqmp4fPUtYMrHcqI5C8veV094p3DIDQi38dTTu4hKKzJJkcBtVS4Wm1TSnHX3GXPI
Md1hRRFEoiaZlNVuK30/hHx46R1hyGXp7skbEBFrtRCbWNdmFOGvtu95G2tLrUp/+Msu/Gus
ny2XO2OzxZAjnWQqZJrQyRbngKigGseeRhZHhWY0BFOtorO47N+79us1mjLCPxSQzXg0Mgqx
91SeOxOp4Fq8ky4uViZDLRlcUcrtd+V/XWDn5kiqk/3kOafb1MrMtzDgWD0GmynLY0/b+mWp
bkBpLSErzQb/AAOiM9HTGcd6MynrMRNwNARczjYb/HWK2JF9usjTZUTd0uVx0qpUKdgQLqGl
SdYOICcfHTIbJ+5AvkeptVmHNl3H/hotJlTrivB3pEoe7LcO48cnbraBTq15KVYxgYKi5u3d
Rr6II46hqV2upt8uOhB5I2+NxIYZZIorxG0YqkKPE1WvLHffUmLOxWNGvxJZ36e44LUDXAsN
+Z5/DXbgIecrcAVZcaOMbd4s35FC0UA1bieOy+RMoj8fBL902XOv1ZrONF2CQ09td+ehleLx
nnwhIQkaTiMlz1GTIO7cqBTsBow5k7JHK1q43jgWkZx1FDIa1/8AKvx1ZMuSC1saIIWiWMu3
+H20Tq36m0CMhxjMpBhnqzGRtgS8huAHICm+ohBdEuPcpjWqo7EAXMDu3Dap03i4ocjKcbT/
AG5MaptweW5Bv6V0+NFjwYuRBSRsKJxIQjE1uP0lUtxrXWbH96wVKDJcUCRLuXWKUKleFK70
1j5WBH2YOqUTyNIyNbxtBcCtOoMfwroz+HxIozyz5gbWD0LGEDdv2gaZpZJsvyln86P6k4PM
xIbkj404bayISU8azP2zizgzu52QEBxS5hTcXDViRLDLFYjHLdjL214iCQN0lTtsfgQNdeaf
IQ4ri+AVUr/hqZMuNeILA2n9+pIMLOeXIzLQ/wBmwhxasLKye69vWlPw1LjYuVlnLQDu5SlT
CH/mBWtFa3KNuXHUE8vk5oc1pn+4kI7gSMpbfSm5PDjp4OzJLdAzTIjCNQ8INuQor1m3iG51
1BMMe1o745ZXUv243oRKbaG5akHh06nEZ+jmdRC7L1LQsttPdx0JchrciD/Lz7DqNRaeH5q1
FPXWWPHgqmISzMAZDUOTMhU0t+Hw3A1i+SgtlhltWRl3BXjHJXb2N68idTLNL9HyNogS32yq
hD9XDqCgjSLHMqzxju4E7MS7tAPrBhbTdK/PWTDDFdhxN3lhVK3KAvfiQtzAaoA/3amkxJmk
GOwcykg0Vm+gyuCbjSnIU1O2E322UJWa9EjrW1ZLiKKes1A+eoPJz9x2VLZhkO0lpGzoyuWo
Q3pqLIjw4Uf6mPlLIZAOtqQyArUm1qb8q/sgze7M03iB9v5CCdQHMUh6mFCxpGRttXTYcjSp
Qfdxtijtx2nosjaMC6gC+7c7aTKzohHOUEZubcSI3C0sRQ0DLT4+uiZ5Cq2O60uChFtvLEbV
qdtCVchMqEVVZU3uoTuT8tv9+pOzC882ECEy3HbiF/WiBakg0ND011E7CBowG7ljFyslemxr
Ry48NZ3jcHMWLv3yw9LMyTH+YLrqAXdVKb1OmJmnlx5qZMK2xu33C1ModpEonUOnhp8qTHeO
KSNbgxubvICV7arcCbCRt6aysX7WebuOry5OQyNX8yts2+4rstfXRwzin7W23uEpYRT223Xf
DhrsZ/jxR2WJ+uJlIFSj9JXhx2Fd9tS/SbxsQcxJF0dZU23XNVyxC/D/AH6aHHzpZ5dtzkSb
spt9wrSrHemvJr9Vo8YBulZDaWqJu0aevG3UiY3kvtGe4zCVnkWO+rl44yQtxLV34a7fdzp3
iLY1+PEtoXZllF61qVpx331MuUmbGKdmkqJ3jX86iIGvH92jE0WXllZLJIpoBcEdrlkZl22H
L5bDU2VllDjxupUBSSI9gSxJ4gmteQ0ytkmSKIfWdHMdRTe8pbtTULF86hjaNZlMt4WtSWpt
v6kcNYPj8mRftYBIXm3F2TPRVRRJubQamg2+Wv6cl83ioi80krUVZKdCxRgAViWv46Tx2AYx
4wrI+TdsHAuDE8WUKNlVuWv6exFJcaDLwXGwWX/thGSAah6DU0EayoyzIzEjoVwsisNxsSv9
mgZpKSRzvDDHcsai+FiW6mAJJpcTrGFRPJkUg7AYKbIgosJOy3AbHWP4wwfbYmM8uK931DH3
GeSRe4tK9K0p8NS+SSOj5GQVhARhYA9V7cr/AN1GrT1FeGppT3fs3H0La3upZVlFdqm0uN9Q
f6YhgtMZkR48gW3qDfCG2NCPc3I8NK2R9OPyEjr5PMt2VIo7bYw1wI2rXkTTUcHj1Cr48g4e
JMv0BGgCiSc7klq9KrwpvqZPLNGuCsjXCM3PmSrW5X9pIS32hQPw0H8qHxPHyUXG8fAD3XQe
3uWVbhvav46/pniMOSPGxmMM07Wx9s23Bgj9TGvGo1DHi5AgKVPZ6pO4XPXLKkdp4ndiab6l
aby4+5yH7kifTtAOygCQlggApx07LPJ5fyCUCRKhSFG9pZGttVd9ySdATZEmTIOODh7JQ8O4
xI5D8zAHlrvy5cPj8arFoVRXcinFpH2u9aDTIIJM2KVh35ivbQ0+nfc/bVhtwWuniyzDFgwh
HwwjBu9UG49pK1oeAp8dfeDIhHjJBVMSaM0Fu1ZCrJ6VtPDX3MfkftfHtEQXCqm42LRmVahe
dd9TPjZNmNaFhy8hUoWBt7lEtZvmx/dqEoqZURluycnyR3owHXQCiCm29KemhJjeJGUDWHsY
cpmh41dZA0YROPHjoY+QYMDDZwUxoC3bavVYVSMuXqta1poS5kEazy9o4mRjMH+0jQgMbEN9
6t68TtozzZgxfErK9hcBpnc7mWRI7bjU8eWl8dj42OsGPAXycqWEhowARetHJc1r6aixssLk
SuwyBJAQFRTvIGWSxOpBuDw1MUMkUsjEoGIVWger1kkqLydreVNP4iVrZ8VfpzXBiy1I2G9b
fXRFBY4Ky7dR2oNxpcpUMsmI6DyFu8skYUojNsoIYHc/hrI8KlPt8hfvMCStweOTc+4sOn4e
ldGDJCrNBbJBkLUWzrXcA7/GvAg6hycbGXIyIgVWOoIJkojRmtKcjd6A8NHJjhtnwETOxmiY
NVq9rIje3iFpQnRBjk+yypJLIVSjfbygs0i21qY2QU3/AA0/ckWWC9bYlJde067TRv8ABaCh
9eGru+kUMqLOrQRgxqLvqqWcFi1pquwrqYSeRjnxPJRiAQCqurW0B2qAWFa7DlqXMyoemZft
s2M1NQi7vIV2a9AWDUHClNQp9yzJhXwlEaiPH/hX27H6ZU6ibF7eRFI75YaX3LYoR+YWioen
WT289I+1IIyqwbLRan3s9wa5TWuvs/GAPlKsaPlusaQBCzElRduw5gDU83nZIZ4GeJMbsllu
ejItREC3CgNdY+D47BWKkSNIs1woaUt4KSRT3c9LLN5WDGahXsQwzyKaigYk20Iry0JZ/wDU
DSRFml7QxnQOz8S1Qaj5c9JHgSJlXhjNMyTLGj8qe5qU5U/HSZMkQZf8WM/cSZBDKQaOypHX
eny56sGD3sGNVB6XhYGtEFS0nOmn/pH+nxJEpBa5ZCbuTHtkAcNYn2ng2tiu7YnKrbIFKqbW
NyrSv/HS4uH4Fou3s9Azx+v0+3QUr8Tr7WXxj/dPGT90kyRUJ9pt5Eemis0OfihRUtDkxTlv
VbJKfu1jTY3hcmR2rGHkKwutRbVgC1KgcWpqyPxdsVqoXOSO/Rd/5gYc/hppMdsbFcsVmEjG
Zyy8LmIfgOG+gBkYSLbay0Jr6k3IeOqHyiU9L2//AMelX+px0UUHW3rXf6f4aWNI1jyFunys
lgKsSdoYlHKp/Z8tSJEI0bERYseklt8jDuKGpS1YgtxGhNBjrE8oxkxpRVJazFkdpHTZg13A
cuI1n4E62SYMWFhhtmDtexRwOQN3zGogtIsHyUkS5s11AJ+parU9NU47cNTx5AURw5uMGBNU
UXur7tyoOOvEmEiKWaaZTNbfwKhTb8K7ft1k/bSLmKXmfb6hjdUs7rP+YDusK86axImiX7Px
6T5qBip7hUkDuKTWlxt14yHyMaQyVabNnx27l6ye1XWmw9QOXDXkYol7007suLOmwRO2Io26
xWuwrtqGTzgLJ4hU7WFHGPqtICwDBWddrPd+3TZEs9hnAmy1xmN1tD28aJUtoqIBcePIam+6
MeG2Esdgc2xqZKyrFTa7YVfmTtwGsXOhm/zlWaOTJZgzQEdRaFbRvtQcvnp4IvILjQxyWyzx
gJGpuLSCBet5n3o1eGmHi8WTLikRjm+Ra65//pr3Cis2/PYakGPFBhYkI3ndi7v6VChTea+p
1BDm5ztiTs3bjjgkXuMxNUml6iWaten9uhQReNwYjsu1zCtP+Va/idJ/TIQu9WzvIXO4PuDR
xPzrtvbojJml83lOy39kFol5hQFIiCgj8xrpZrcbxuLiq0qb3fUO3cZUEfBdtQz+WaCeWe5M
WESskctvULxVlu2/DhrvII8qbHjsi2aSBFJupHs15Xnbvty1jZUEccJiDlWy3aOlBa864/E2
jhceHppi5Q4cLCb7mbuQwS9uiWktsiMd/wA34aLzZ64MGKzdqTGdI4V3uduwet7q7baObn5G
Xndmz7CQr2GFxG6X0vpXeiaiWJJ5siN6PIQiZXFth2wLthXcdOpcDKhOHaWQz4+7uUNFjmQG
x9+Px4akxVjyS7QdplYskiNS9rUH5fgeW+sBvunmijgjsklSioXSu2zVDAepNQdT40gx5UBS
symrBYRCqWsKg/zKft0fJwAr9m0ffXcG2Tkw/hNP7NY+ViSDsyUkNRWqEHp2OxrrIns7yRJb
mwKDeYyKggc//HUeRDEwyvDFZMeQcJ8Y8QLRxtHUvr8NRZuKR2JlpOnAhvynhWo9pB/3aWZo
7YgJJg6bnue5zaSq3AAEfC7X3OE6t9tbNPQiQfbzkLPHYAdqdf79ZcTNXIx5O/honsYE9x0p
7Vvi24U1m5SsJRFstLSpSb+W1h3pXpb0rqTBjzpYmhj7mJELSrNFSkdrUr8gdDsZDYuY6LG8
EkisEVRW89pGtLEbFjvw1LhZPnkMr9MYAdl6OtmLWIpFBz21NlYnkslA1fujDdZI+97LUdYJ
rwroLk5uZJHDRY3k7ZFrdRIuNaLzrqSFJZ8qIKGTM+6eOOU0tWKoFhNenY8NNHL47Gw2FAPv
MhSd+q7txmvw92hEfso5j1KIRcWSgr0yOfUcNLBHOkcakH6cEQala0uYMd9CHHniLi5llnih
u2oeCAMV6ra7U1A2Hg4+ZjWrGIVhvdaGrcAQq8hrJGZ4z7TqZ4Vh7dCvJTa3v0GIKkitp4j4
Gldfa92KWVTXs1ViCv8Ad9RqSSdqxlh2wiEkAgLQ21J6qmupIcemzduXuq6ilN7SLT+I1KG9
tvUGkKDoG1Wrtw46Ize2KG2JYiSti7A1bep56K30qKVB3/DURSQdpK9yp6jtQfDUEs8yQ9os
QIGkBo22+9rbeo04ypxOS3QQgSi+hpz1R2uO+/Dnt+zTG660iq12Vl34D/m1GLwHnu6C9K0A
3VTxpby1jeOFBl+RX7jKyZEJ7cEVZK0BNPQHUcGPB28BI837YRIETIWnbUXGpqRxbQw+8Icb
xcscrQqCSsEMaN1CtWq7UGsnz8qqMeKFY4fbIrzgnrtqAzLWwV15nJ8xa+Q7pAka+1ZlUCO1
anqBbc8x8NZOJMK5eQwhysRxsvbZZY2qDuDuDpJhkx4qReQyI4unaGh7lzAfFRQU1m4q/W78
io2SjWl41JYxovEmSm22vIfdOFi7NZopuqyKaMuyqaihvKrt66izWlcyoLe57nC22dN+1QOF
dZ/lcuUzfQeWSnvjkZxHj1tABNBvp8WG85/kHTCQkWyLFEFSSWTf3sK8eW2pcHxn0occHHLi
2yHHjIJmjJr9R2rvy0PIBpZPG+N5OoKZM+69ypoZH4bnjqeOCSTtg2Z+ZEpaUmlRiwBLqbcT
wHz1JB4zFTxEKN2XzZqPO9TawjYE8fnx19x/qR5pUkcx4/jEogAOyIVhpdw9aDU3ksnxWOlq
quPjuy9uJR0tJMhpcQvDfYa+5qiybvP5aZapZcSUgU0NoA24LoZUbTnGclZMyYMsjM+wGKTW
0H0jWpGsbM/1IXSIBmh8ZFfaKtX6nUSzC7iaaj8Z4+J8GNjRBDGrtTix/hUfHWR94UyxCpLG
9nkTtdStJMzVRidrRTfSeY8lix/5uUY/joihe1DdtIG2tFKi0V/br+qyYjZOBDasU57a9tGF
jWIr0UM1tOdOdNHySDDwopCyNNKytOFrtYere2ht4DWLlZHkFz8Cejocm96veRI6RLaqqNgf
7NDFwsPxTSvfZMdkULSha9F93ppIYLpsuUt3mEqPGE7qkIqoTsWoQBTUeNj4Zlzci/vzTSMt
qiquqWVKCnTV9Q+Fx5ostcSfuNHjBUkjUECplNNx8BX11BK2IGzc6SsEuSzDIIRe2ySRxhQA
acvXTeOgiXCWA2yiMdsL26gNkMpYdNTvrCmxvtrox9YpKXeZwRXoI2Hz1kW9lMfOxrR2a2Rm
QBxW67g60O3y1J/p/LYmHJVxA1fbUdSL8xuNX5PXk4J+1ziPcyA/TkO52tIap+OjLAvcMW0q
U98TAF0B24g12PHU0Bf6TWioHU920cvNq29DE/w11keIzUaSTB6RKzXNIjg2OGrcGtNK6kW/
uf0xFdImNWskayjki5SFLRuP2ag8xAyyZfiJO1LIP8SNCCkhqbvTj8dY2ZCA6u7SjGNCGx8g
ESwmoNLJEYfjXUWZighon7iq24FGqoHrtpvK5WVOcaTtlpr0jhRTbSyKkoah58a6ZX8mjxAj
7djIKoUB/LFZ0inDgdSPi5Mc2P0iSGPHPuY9NzgfxVPDS3yZQvZwpiEYWMe2tSCRUc9NNlyy
nHVwTFmSXxVXZWHcrTj676ft9rJjLmRUgCRpcvto0e4Zaca6RJcZJHpRWkXuNQb0LvcefM6W
VI07ZjCAdsA2g3KN96D01NWCAS9u9EGOrvzuZVpV/iBpHTykkUmQbRj4ePDXqoVBjHVvyrp7
FmiCFQGnjtPTs4471pxpp/oFUk6mlMt242ACHht6acNHaq0setbvXbloTvl4wxBQOJlKcgK3
3UrWunPekmbI6quxICjaiWgKvH8dJjyY4mSmxkHcpbwDNJU89tBDHGkSi1VoAoD7EDlvXSuu
DjkCry1hBpGvuIIAA/E6+7aCY3KJYouiKJQf8I2Djz31b9o8ixqqxTJaSbvcKdNKWiumFpFv
Pkflq8xPFvS2QAH57E6IU2k8D8fXXZkLMs0YME6wCqSC5mR1D09q8zxOpvJtkrP5DMxZIoqg
IExhXqKLbSqgL8yNQ4MJCz4GEsLGJwApehynNOcaitRzOkiXAafM8slHynl3kjMjSMWDH+BR
uPXUWBGpTx/jYBI8dOhZf8NXY1JKr1fv15lRApilRMjDpHZ0OrI+QWpW6z1+WsHJiRZIRHIk
xmbrmLbPey0JYq/HXbOQk0cUseTHb/DkoV578V3rp8n+UyRvkxOEopaLfp4ClfTWVIrHvZo7
ePe1LWYgKTStbOIA4aw8mZ0KZuUMNoqdahXFXjJ51SnyOvIZKorfXxcR8bj3e3WYjhwNV5ak
8tHdjZoy3jRXYFkFpvEfqodyQaa+5kiXC8Yi2FJ1AkyQRd3Z3O9pPBf26TIjY4ficWggBZov
umJXYKnURThQf26kXDyZcbDPdfJz595lNT9CJdjd/YPjpsjIxm+xjCJ46GREh3Xp7nV1FnNS
acBqKVcuAjEAZpIVDOHcGkEXeZlJI/NQfHTZ+clY5SUhw5C88k8lbe9Jd9O7em2wrqN/M4Dh
HC/ZYCuBApBBU5BHE1HDgBrFyM9psrJev2Xj8Gqog3RjebCx9Tt+zT53l0jx8DHjKYeHjkEy
VYN27txfXaievHXaxB9mXX6HjY0BlaMAV+4dSOypHy256Mpw8fw+NE/1pSV7ZaPYSFLay7+2
u3z1LPHiyZfaAMuXI8oM/d6bkt6aMdt6DTQ42GmVmyrYcTGhj7MNy9QvIF7Uu501B28QRJIC
JMFhDbNtaZZHjDcPaQBx1HKBNLhSowmOKkQC30+hiVqVX1t46b7nNbxcJ6oMabGT6kdD2xKw
AEhpxBrr7eIj75KzDyOI/aVgVJK2kALZXe0ctZExz3xZXkoMjHcnuAVuuHTz3BrqWWKQ5cjx
ndn7b94mvcB3B+IJ0n3OekBgX6aKFd2ZR0l3I51odYvjJ8RcdMU3ZUpN/cUsT3I1lDpW7mBX
8NZWIMaHyEMgpDJkyfUUv1P1WqSAwFBtp4e7hzzI6xoaqJgEjYPELwOH9u+sTLw6hnY9t3oo
EsXXQEmh20PJ4w3yVAlrxqlRaw4bVOpKzOhwf80EAFs+O/SVNBt2uH7DppIEVolF6ItTfjyW
95OO1Gowp8hz1jefEaNkY30M9UqwMLMLjHUjgdx89DyWX21jYti5XbPRLiymkbmlDcCw/frL
8D5E1xs2LtpJWyoPUhHx5fPU/g5wEngczQBt2bp/lowH5xQ7nloRJVkG8U9LRIh3BG2+9d66
l8QGskx5BNJencVkL9wClRzXfUM2X5Fw0i3UmSCGteBsKVFPnrtyzoe/7UYruGHIDiDQnSxx
5ChQBEuKjJav960dQoPjqPJYfcMhE4hkybY/coD2O1uwJpy0rY6LDjqLRAi7KQTWhXYj5aSd
VZVcVCuLWp8QeGld4Y3/AImYb8CBTb4nS9rELLZVSSqkH+CjGo1FJ9pNC8LFlaOSCtSCm94b
kTr/ALaXIZ6MzySxVB/hotq7fAaQyYcsQuLX98ECopuqtuPhpG78gCEkp0UaprRumu3KmpFz
c58osax1jiUR71UqLT1D1OoUYzTHuA3gmt3q9lot+FKfDS9tglGBaq3VXmBuKV9dO0+fLQM7
1RYxRDuFoUetugRJ9On1WZ41RAObBgW3B5ajI8ok0Do5aOV46jdbWSxV9abnTj72JojuitJV
geLVdnavwHLRnm8rjDHU1YWCtteFRKf2000wzou2pCs1eZ4ahzIvKOY1jSO0zIY3HEFww9x5
nY6+3+9i7tbLbufpXhrCye/22LpF3m3CRwlVLSh+JvqfSmvMeRjNy5T/AGOOl9FoHCh7xubn
a86xTBuI8btpvtGGr3JrCNxsB86azkieTIw4sqSbMccXOypiqX95NAWOw5a8pkvOVzMqJFZB
a6xgGkUIXY9VSK/jrCl8gyxSLiynLmUgoE6DaGBtDH3VA4HUfj5I5UxcjunAjk6djW26rVAB
3PP4b6w8GPaXHjmglXizCZyW2p00t576x5g8dMnF7qvAHIHZQq1o6TeCnDWJ2wn0YyzBKgo/
cp3X6t3ag314vPnznWfNyS7qyf4qdRK3C32qoHrrx65QbKV5cl+3GidyR1mKhWP9+nV+4aOV
5I96fNmezHBDQRRJSIyxp7S4tKrU/HWHjeI8dNh4bdWRkMwErKlSyxyyHYU1h5Pbgj8TjxGX
AE0tbD+aSRdzI2229PjXVIEc5B6FiyI/p4sZF0mQxW4VI58hrGiwUbMz3pL3ZLPtQgNrmVG6
gn/MATooJRFN4x65HkxJWCJakJFBGg2HMc+OpY5ck5eNFLGuI2SxW563zFd6RoTSrHcDbnpq
iWeKYhMvNVe288jfy8TFDUKx/wDLy/bqeasUbwW4+GkcLSDH52I0tkfEdTipJ0JfJ+WWeaeV
Z5sHDF0srFfpqXjKtty5DX3efHFj5OS/+VgmZsmYAnpYRVFXubdmbb00r+YyDlyJLGJWmDdr
tG5rY4YKhaE/n206wePig8WmT3Ey4CAzA9KiISMoYtSlCKU5aWHEmxZZ0cRSRylsh7OAkLVU
ig4qBrJPiFSOSt0vkcjdwWFtIwotS4cgNvXRn835OWaU21YMAoNKcZLq/DhpJMaBS8hpE0tW
JsrVkv5fLTxo61iIV1B9pPAH9v6jyhGksFe2gqx+Cj11k5Fkxlxe3XtxxFgGF9eq1yKHcXak
x81Q8dstj9w0WSw2EUND1D8df0+Fz9jkqgiBFtJhGoY033Yg131lYzKIpcc9zEjlW66MVhyI
2sJBry5711Dj4kl7RgPjtITVyBcqbDqUqGVv2axsKrfbTq0MKEEqEPUhNOkEEmNvwpp8aNb4
cFUw/Ix7UOO6e9euq2cTXemolm//ADhgSHHDXVMsYQOsh+L0qOOn7GW/3cKI0cr0tMaEqDct
DtHY1fnqFHQ9rtlEnuBsaVi6LIzgWESVDH021BlTK+IvdEOVHCenotu4V4+62m4576x8U+Hh
z2yFK4eRMy23ULFdx8K8d9Nj4XiMGLPhUraymNwBsyi59So4gikie2SJYkYBl2YXGp3+emeY
QzqRaI5IxQCtdraHb567DYsUMjD6f03ruNioLEHVsk9jejQoD+wrpXbNkrJ9SIsaRMrHZrW2
t+Y0YxlI5BpVI42Bp/CQu+jZlN93BIDkhYoqtG2yiMtRBwJNanWTLheSaQYf8+NLVkXgQaxx
r+UklfxrqOcZ0iAK1hlYskjLxBuqK0Py0k+Vlyy5MiiR1vPUDUbN+VlIoVI5cdG7uDtIxMqO
1Sx2S+5qUB221G+DNJSRaCN3LN3l90VVoKnio5j46U4qNjNFQl1kkZqigq1zEDq9ANYMeRlz
Lh5paKTHEzChVVjBLces8ttRxQRx/eZbCJZJe4zsY0LLay16jbxbjoq62sNmUjcH464a+vBI
8n8SSKg+Gxjb+3QCYiY7DclTISQfXuM2gkeLHBQ1JQyGvLcSMw0oC9e4PpxqG4/hw14sM31f
Iyn6QoCsC8ZN/kdQYC+weWcfUFUTtsQtxu57BT66yWWZVzZxEs2MpDfbQ1qGqbakD0ru2kjg
Tt4+FSVERvqS5BAjhYjiQN+J3OsPHyZVkyIITKGZbY5cq0ohY1uNoBOw1GZpQvhvEdBuo33G
Quxb8xorcBzPy1DlJHKvlKNkwoGCDGxk34VqWfjvueQ0Z8NLJp2Mvb931LCHIu9attrFwI2L
/cZLfbNE62utO1Mqt71rw+Os3Hy2LZTIJMVlFI+tCBEUoeqpG5p67awoMjLbNlx0YR48LR1S
RNyJC9AqAi3cfKupMiTMjmzsZaQ48aNLGBLVm6tglta68D9xLIJ5ad9W3ZFCmU2x+0AHb276
eUfdZWN2/uZ7pkBMIH0ye2v0q/w8TpPHzP246GZcgF2icki2OpWtiAEdP5tRy48LrmeQpHBB
ATGgVadQT3yBtwS3E8NfZ99Bk5QZ5MNWjRqJxMshuDIo5VGsKJYpIfFwE/c1IZsjLIqi2p1P
w5cjy1jRZcgRow0n2+LFFHJFIvSkTnqpzrWp+Gl+8UxwxurO07nIZhsoEa9NhpWrKNtM80mT
kEhhet7wY6tspulpI9ppUbV0YoQispCz5/kCIhGQepYYwT109SdRz+Pw/uJYnsgmdKtdWrNA
o6mrWvVQD8aaycTszZ2U0hkjEs10UfCpkVbUb+zTpleJj7UCCa2WT6Llt3aJIEKFrRT1GoPH
eIx8eDFCLkZKrugam97UW6yo2G1dNNGAnjrhHjPQibIk/PIb7QFrt+GvusnJjaCCMPHilgY4
055U63C8Btgo47ajTwuTfLMVgJtpJLdcrSE0pEnJV489GCeZZpoCoqgpjY7jei3byzbDc8Of
x8jiRYzCHGMl7x3GV29oCAVANVPP01Hi/aOrGSKGcsf5bSxGbfblw+eocZpO1LPEk0KyUFwc
kAD+9tw0USRWZX7ZAO4cC4r86b6jyiGbGzymPKB+WbhG+5GxXY/LU2GI4ceGLGebEPsU0IZ6
tt1Vr8NRSmoyJoIDhwxbsHsVUkJXb3Jw+OsPzkMV2di9cir0Nt0ZEXV6heesSfDUGORvuoyW
orAdbxoagISBd8aGunlwywaaOSaCGJiah1smAK9JALLIvPkBqXKkkaVZQIMgEUJujF5vX8sk
Y7i8wQRx0+LlPdDHD3PH5AFPoqKBXZq1KbXE8QdDOx0LxIwTKRgKqknAVWlCd0NOBHHfTRRS
BsbPVZIjGaLJGxqlwqdwRrJxGTuE/wDcBhd2jG1odGr+H46XHyyJsrxrf5d2AuEbCiEUJ5bH
9mvH+Xx2WN5n7TBzajSAdN5HAMNq78ttR+RWP6WQAJaVp3F4gnlUf79M3bVgwYBW3AuFAR8V
5aWjO7xiqbklQvUbfSgFdJ9xK1CQHlarlVrx9dtQ4UwaMoexKwa7ruYAjkBUiulDqqZWGRE9
vAmPp3p8NttCdCyYEjFJVO3Q/wDEFrspNdXqFteMJdxBSm3zFDrP8PIWaFiskDUoSw9jfKhI
JGj19wnctvxO5rXeumzUCIFoZhsGMporW05H3DhTf00sILiSBLkX2lVjBk24bgcNHLhIEssd
mTTdGYrazC7+Ljw2OljRt7+4dqEEbCj8dQzGWyUqoeZNpEyIuDChoOe3MHSZhW05S1mAUqBP
Ge3Mu/O4VPz0hkcRxM1rSe634lRvqJMbrWdA8VxANadSHldcOHy1PFOhOTVDjy0JbbpaNtxt
TUpq3aQ/TjdTeyk0N1pFCo31LjMWaB2UpNaL1tNLrK/wk9N2vC+UxJApn+hhxyDdI2Hb7sgH
95tYPifC2xS4mQ8k8OSPd2uMr8Salqg89ZbY1ZZI+yJZYWt+hQSpErHmzElv7vPUC9y+Jcqs
RiYrQLj93rpswJ/DWRIMaZZqrgiX2koetpIzTYLcd+dNLjYeyowxfHqwDdyf8+RUdVI1rv67
67kVTJFbl+TybWqRJsaB+LNyU+0ag8vi47Y+HK4mxhKK2/xKy12PEgV4aefMUxR433TRxpIw
kBjAmsQitKNJdWupMSeESeTk7chyLq2ButloDQONgfXXiYZsKVMVbmyJkWhm5uUJG4VRxrrM
xvEwyRY8mQXM8ZKp2lFqrQftNdeNyMTuY4mmN2RLL3ciRY1KuVWholLvx0vj8iHGx8TtjyM0
k1xeRO4SiSjY3FyNtJO6RwQtVh90axd1ehO0oAqsdwAUnieev85OZ3jtWTyGNxHQRbGAbTx4
7fLUeVixsgmsj6yJ8gyl7mkVATuvDq414aaTJl/pCooyII5avKyfC2lGNDt+7UmXl4k7HINP
Hw29pCv5XLL7uQoP26jkyMVEnlIjh8ZRkrJRaXR1uCk8WY7+mjgZ2XRMZLocWABVeZjWgXdq
KD7m48tN3sBs7LbaJWb6e+wBRdyddzs/b42RN9aCSOkYSvFwD3LAR7aU56jmhuyBIw7GRh/z
B0sWYyF7VU7cP9+srGg8b38SEmGaXvGW5o6PUk1Ij4FyBrO8bkPWEJ/mszHdaNeKqFK1LG4W
hfmTqFCGSsaKkRNqBP8ADQJXpC+p48dVldnlnPYwMaACMzxKLS73VpGRvX8eJGmwvDqMaP25
c8FVMpWotUtuAtTQ8Tx1j4y5H3MrLc8yEEwRubu3EaU7p4s/HWXBiXWZOQsfdu66yJIDcf7o
o50MtHRSrQmaY1IeTFcQu1X43ROGryprEzqLG2NkzYryIbuDd+OziLVBNN9ZHUUnmjRZJlLC
mVj0aJrdgEljIP7tZZWRllyP8FiCIZoSKxA04XJrHzZWSWfDcRTTjYssi3LtyIIIOoxJIY45
YQ0eRGPWp6q1NbxbUempcfL3/qL3370Eu/Bd/dpvGSIOwf8AMeL6qEsm8kR/E8P4SdT4WBK6
yhjkxYshtsli/mY670aNlJHH46H2jh8LJa7GkAItVn6Soa3eGc/+U69o+4ga4JcNrAY5cawH
hWq122I9NEhe7FJGIZ6qR3EYdyBmNPgVJr7l1I08XbgxrftgtaiLJLKqgHiscnDhsdd6QyGU
q2L5JCLgrUpHIGG1LlBp6rqDyaqftFRfunLs7GOVrCW/+24r8K/HXkonasWXZLiy3tWORFoo
C7gbitRp/FZDEeSSMk1B6jE1qyV2BBYb/HTLKm61UrWlG4cvQ6aRTS3Y0ND1VHDifjqSGRlV
ciAjubstrASClOO62/PU0sPWmOivLtQgNRTtvsCeOmllZQ5FWbhcQPh+Y/o7GVN9GINiTq21
Q9O1axPGjU0nlYE64enJau/b/Lt8Cdd5R9XElskO28Uu6mnHZhT8dQ+QijLRV7OQjE2mShNK
8wy76jD3JNAoS41DAL7fSlBqeCVY0lhgLwTs1hJRq2ehJUkDSJhyHIDRq5opqGtrInxtpx03
jnP0ckXJU8HX0r6jWRNjxG/uidJKEVdT2Z1tIBFqpU148eWu0p2cjYmi15VrQc9QkmklPrmg
3ZelXrx9oFdSfcOxnahilhWhdiAYnCj+PY7b1Oi07MRLck5ruQ+xubc8dzqbrUPiurUpxWT6
bNWlaBgu3x1J5E3tI6ZHYhUXqES3FgVa7+57tHEkZZcTEgliyZ3d7pCbe+zNWo6hTemw14rx
SSHH78zSSKt61jAuWINxYUISp2IGh5Nc1MbxHjz1RAdUvQCLq7UNekaMGNBJj5c4iRW9/a79
aM5UU6UF37NYEMDLkLDjSR442NcpmEdTbUg7G48t9fYZ5AxjmzTZ+XVQrLj0qoSvs6QDXXkM
2QAzxy/b+NhiJc/S6nC8jeDxpy1TeaSVf5Y+mBKUAag+Fv489MmOL2ldBGDtU2qN7qaeXz70
ggW2OKI/S+ntZHbyYjbSrBDHJerrFiqhdU7uzWqam7prxOo4PEStNOMUQTtLRivB/pNcRXqt
Kj5anysgGfKjewjJADs7jtxKkWwATckHbgNf0fLaQhFWSLEU9MTP7RdQlrVqSK8T6DS4TR/Q
x0+9y8UO17u3QglOwFtRcANtfy/s0x6zCS6Q0LChyHtt6uSKD8dQ+VkSqBkRVmfuyStIPpz5
DNcsQt9u3y1N/qOz77yDXjCBBEcSIbbo0NSxP5P26i8hn+UEsrktKuM3+YvpuhYHp9CeWjP4
zHXHNQC8IoWjckuXypqPSm5IHy0DAVwhU1pHfI6tT3SSbmn5TT8NdzIvy24/5lzItTWpCHoH
GnDT48UKxRSVvSIdutdj7Ka8h4jAkGPizS2x91bhxCmjEHbkdjo/dyJLjYPcfLSpSsoqBeTU
s0j7fL00c2QiTNzD3GPEJHuO3xqCaU+C6kxsB5MnJlW/yOdwKRD3QwsxAWMeu1dR4ckKSYsR
kZFpY5aQUDM4qarpqBSWUrVhWleJHx0s+K5WJZCR/D3bCtacyFbbX2zyPFDXqvAb+fGYZytu
/GjCuvIYsrjIveNoXVa3SK1KpaAAWjBJ2qdQrBA+VkhTLCQlFvhkCohaq7rtx5a8pidpYIO+
rKzEh+5N0iIqeJrXhrOjQ1iyjUkiqkO3dAI9tQRz15DHxGY42A8PuHtAfuxtt/DdUmnDRyMt
XvkVnxXp038Vf/zUPy1Es5K+UgcTxOwpAJYgSou2A7iqdvU6w/LYCyxy5WO3ben8uZFqFkDr
0grVd+es+bGV0mf/ADUOOVUBa1iyIzZ+Xpa6p14vyuNdVCmPm4rUNJB9EyOd/eKb/LWckzUj
ybp8Xu0jkQhnEi9Q4K6kgE8QPXUmaFSY+Vx+xFId4/uYlYOhVqU7gXanGmsiOdWj8cyfb5j0
PRWvakkAPuDgabx385ciKeFgd0BoZFeOgu9yCvrpMYN2cnxdpNgLdyBRQgJzJApqHyXj/wA0
r5kz12aGSwTRnkf4+HBdL5bH3x8w9fwela/9Q31k0j/zUFuQh3q0B6XotKEA0NdLC7WdwhVf
8oJIFWryGnXBkqrRpGw4ly6r3FXb+LWMGpBNHMYclvzMr7o9CadJBB0UNKqSDTcbbbHXWbMT
MP2zTEAhJR1xvRuaEg6XoWbFlbs5LXcFc9ranHqNNZmDP7OqGQ219pujdVcHmBTWWmMGDSr3
8MOle5JCwuCUFK2lgaajKKGynJw86Cu/H6L0NagFRU147HU2bHB2IS38oD2ng4oK20bkfUan
hBYTxRtNjMrU4fzU3PBl329NHNwXrLiWZMaDcWbF1q3NK0OsfLW/tW94xKBc6OhVk3+DafGm
XvdvZgwKVBGxHP4g6a5BIGVkKn4jY/gd9J5JJLkhftGhN0R9yfgd6U1FkUtxctUyGWPegbaV
RsODBgNPiLkMFkej5FTvFUSdytfRa11iZd4tWNHSM0pvK0zQi1anrRd+WvJzzogOYy44ZKUa
eZSWuPABWlpWvLU2P3nkk2N60P8Ak0WwRC5aEgV9tOPHWLCcZYUi+pHHRbL7ai0MKkgMdx6a
ysxAcrI8lku+LCotrQU4VJACpU6kz+3H93k/RxEKUUFyXkna32h+NPgOZ1h4Llmh8TFI+XmU
DdTN/wBvYb1JvPod9TPEjxh5RjSZ9xDpe4tjx1Sp2rU8NzpJu0yY+WveEJIV1J2ZDbWm+kYM
n3NwnEsi1X6Cs1CqC7cDlqALjBZBI4kWlqMzvcI+IpQbUrtqXLkhyHgVGgkljZRSUURVLE7o
Nq6dcZFvyGWBZe0oKVNKr29lYgb0+Onzoy7RYLf9xkLYhyFPsC1LPT0HHUvmsmZLovqgvVrp
mqUjFCDUHjvsNZXi8dmys7JmR86dFFFgFGJMslNiTXT4eblQ5KRQkqsX8pSOqkj7C9wKVUfA
U0UwsJMLBXtx5mTZ3QZNrgIaOXB23Y6+5czQJIKNPMf82622ALsRCnHYb6hjEQaWVm7PRslF
JNDvTbarGp9dU5fqY+QtbpI9/bTpO1KdVfnpIJKyp3e6UHvd241ahYk6myMiK1j0WqLFRgKK
tKflA4aTEjliROuaRfaeiu8jnnTYLpZU9ymq1AO/yO2nk77s6U7mSATE80u6pVqW2itx/ZpY
2Jsb6irXbfa6n4a70iK4xchCsaqL5K9cgdjxUIuwrqebBpi1e+ONdgvca0KttOFdY+NJHKWm
MYP1LQVy8dlZY97fcmp86UATRl54HdQtDgSU7VBu10Rr66aF7pmyEzmx5JDuLZFMIW4ErSv7
NtYMY6Wz8RsHOCb0kj6YzWmzMoJ3143MW2THYxQshWy6qvjmQLSm4K/gNTtHju/isZ4Zp4BQ
r1g27PQWA1FeWoJMWY4scUX00jNUV61B7QFp2PG792ocyOaNoPKmXHKwApa6qXZnRr1uDA7a
z4mwxkSZsRPcid1RnjWwd2p2JFLQBy1hyZlfrIIJ2Fys81hdJQzbBnIKMGHH9un/ANN5NJMX
InAir/OjEg+nKv5aXkb8j89ZcX20bSsXgy41AVXL1batQGNlUoOOpY1hYZsYuvrSioevprUs
a7/LST9wDpRcnH7fV2XkZK12NyvT8NTeJKhbomfGqAQoeqOFuu9pPpwNNZ3+n/IfzcNuyjWn
am6b8CQw/Zx0jsFGZgSNjyJIKhonBFrBvcPcPlp7adC3mppsKDb1O+sIGOscuI8Kyi02zdyS
ziRvWg/HTT2dcMghlJHAPV1PTzqrA3fDX3AjrCWsvK1W5aPb8NZUbRgY+Wt1iUNre+NomIFA
G9OVRp8GopJGZMmH815+nJvt7qXbeuofItXuw0xcoMKH+KKSnK4Hf47ctR50JcjGyBv1AISK
i1ht106vkNPm9m6PLNzxq9FMcqrZXmHV+r9nDU/j8uWkk72B2Zu2ZDVWLFONWtNeG2snGkIj
yMR2LutC1pDY8nI9KXXH4aK2r95FMECsCY2R6xm8+0WtSmpcHMdlbEayOPlSVwCWWn5WHuPr
r+srGYnU9rJhYgmgJWObYnpNKaaSJg3bh+4NAeTBSvzWu+pwhUQ+WgDrt0rP7vz8D3Aw/Eak
gmuv8ee9GV3Pac2yL1MNg1G/brF8hGQHiD4E+y1pabDtuaxsVqfTUjZ0SscfDihwkX3d6VCW
Zlr+WoNT/brC8Z2vuJ8aHuTQRqOqbINq3sTbQeu+sjxWbMYZFdHb7avZjjh+ra0j03e6h25a
yp2SSOPCrAEYi2QkLIJFFdjQ0HqDp8uScd9JGWOJgDJFB3GJT+6Wbb5DWRDHIJJcrJbGWIBk
S+Xpt2uNAGuZl46i8JgS/wBSyohMylRb25LhaJjfsqGrCv5tYYxoGm8d41zC3T0yZFpMj1Bo
XXkaep08Qhjl8rNK+RM5ahxoUoixlm2ofnrEaCHuZeMcrHfGVgC4C94tdvwu2+WocyWNsm5X
eSKcAxvNupPHdd68K6ePJwCM2Xpgx8ciHHUOBa1FNzNz6q6ihxjJCYB3YI50R2edx2y9BVVH
pUmmmxrHkYIYmXLPsmc1d0VTRd2NK11FiDHTEx8SG1shgHsaanclvoKu1tBQfLQxlV8Pw5cL
kSAl5ZmValRcab0FQNhXfVzY8eF49SsseO1GK1HumIAeQ81TiflqOKbGEOPS5oZVRPjc6p0g
njpY8UqiqCFFKjh00/HUSZUomyAo7soFoZuZAH6kWKmPLlSyC4rAAbFrbc9SKCuqduSGTFQx
FZAN2vrXj7SN66jePokjNwkWta1qD+Hw1DAayFOiGNBzPwXixPE6bvCP7+IrAYkpbEigilQa
s9BQty9a6+6xUMSuevI9iBTsbfXpPLWF4nEjCxtJfWu/QKVb1LXcdMqkKFVpHZuACjn8zQfP
RZchUMh7fZqakGlS35QPnps+Wa6eBkSLG/8AUW0qTdyCAemo2kmLT4JxpEjdaKqwyND2+I5S
3aaGBlXxiZj2zRKe6ySis5Tjsq1J+B1k4+K7yzyQPixMOHeaSxkpQ0JUeu2slZU7eb494PIK
1Tum6OtyFl9QNY3adGTvjJRhuDHeZAK8zadZmDlwdFLRLb9OSN60Aqdyo92pPGZQP3Pj7Ynk
pRZFp0OvzHLU+bjAtErrmBFpVZE6ZaXmlJI68OephcjpIonwSG90ZUDcAV2bnvx0RJB7xf2a
2MJB1UuX2sG56jzilZmS0O461Wt3brQGgOv6l4yWya2sqFypZ06o7T1AUIG22o/PfaNBKZT9
3jMAYjUWvbttXcMDwrXTZMFcYSYvaadwSqT0boDW8JQu/wAeeseW4L5DDbqrtcntJ2rsy7Vp
x0ohZft/JF43A/8A9uE0Jpw6gQNuJ0vkA1kGb9OYIu9VoSTwBrtoRPuzA9leAaTiqtTfq4bc
9ZUmOe3HCymSKrFirN01I6egj4aEUDqUzgQwJAFYmusJb82wP46VA3eXNWOaQvW+OWK6NhTY
evHlrGzI/a1YZRWtsib7+lymoGkaIgS5WORE7KrWux2t3520A5mldtXKwbGzoqS3LRrbaxFa
AHpbfc89eT8BmU+rQVr7ZIm9woafGnPUU89ssyyrM6yMQZa1xsrHHTQ0KA1321keLMQOLlx3
Y+UVaqmv0JOsja5rPjqLNhgXu5QYZMMirvLFUZKLVem4enrqSMr9CcduQHZVDHpYmhpafhom
OTuxVMZkaqB0ba41qQOepsTOF8WTjp17DiCrqCvHfq/HWZiGRS3j1lARgaskv03tK/B7qE6k
gYUkxKzx12+m9BIP20Oh3lUFJDBKJAbFJFOsjiKVO3prP8JKg+4kaPsOf/UjcKSH4W9uQmus
+VIu/NOYJZcx1vaMBhUSNRR7lFNqazZcZe7mIJFwMmajIaEmXIkkFACdt+FKagzPKK2Rg5Us
kkcMbLdNkVp1pteNj8BxOoo0U4X3OUj5UfSXcKasaqzDYLU/AayMjAWAyTSNKjXKI7ZH2cuv
FRWusLGm7eYypKiz1VS+S25Wgb6daBatXWR5oGzyubktiyYwFblAsURU3qp5/DXj8W15MSOC
btS2ECbMlqhK1C+1mtBNNSYrIJcfBx7MlBsZZ5aSNd6hBQgcN+O2keGVDHjlcWVorQ4cJeBK
UPuFzL8tKhNl5AuNaAHau1TqaCPNxmbMlaAs6e2OIlu5fuQHpyB0uLh4o7qOWlyj+dm2SFdh
StKgHUbJGM3zEov7zlXhhpxI3Ia2nu4cd9qanzHiMuDggvFMavF3K0kkC2/UYb28FX5awsNI
Ptu60D4uPDR2ixyfqyM2+/AklR+OopuhxBd2pFBvvLEOWYsa157cdNiZLoZZasuOaH6fDhQV
4V1QaUb9RoKCvx3pw4fqeQ8n4daRYzjFkRaOWsHuKc6XfhrC8t26zSFAJD0kXKSxovH2bV1a
afgajffiNSS4mM8nlCgljoN4IiaCVeZd+Q9NPHNDJk5MDWNlC5oe/u7tLeQKRmi0/NpE26QB
sKD8By1BmwQyS9tPqlhdCBcFVfmSdxqZsp1x8KCS3Nq3uWPrYKy7EDgd9SSY8Yhx62wRAUtQ
cP8AidQ5E6TgMsMjXoO3R5CGruTbavTtvryWS+b9vEZP8pSNmvu4dI3AoKfjqfLkujeFxCCN
lq6lXjCigrQG4/LXj+oidZ2yMuVma0JH1jp33tU7jXkoskyzw5sPYx/4yU2gBVfzHbWLiSh7
I4lRo2O56baPZtoKOA2GsT/UqD7RYpuxmCtwfG7ll5p8eVK6G90b2urIeNCHUgjltpsZPdBs
K21CMblAt4KOAr6ayJoBGYBIkyxgUa0muQDx4+4HStEwoaGvEFfhT1HD9EuJOKxzKVb/AHH8
OOsjxnlmdU6sXx77lBkKwcCgoeu7avrrCmkSjqrRZqAi5FU2yiRdqdY7g4cTx15XEhKQZCZh
y8Ag8rEeot5EHTRsR3XS2Uc45l3BI2576nxp/pzx1CnYFZIz/EeA48OO2u5kVGPlVjzBt7ZB
1mmwADbj002HlxX/AG1YTkRGrXoGSOSMGg/hr6kV1ITL3JzGuR0itWO8qNTmta1+GpT+W8LM
pb84q8MloqdxcnDjx0GxqrBKqT45uuNrCtLhzVqj8NJlRqDkLGY2CH2n+W5AWlDb1AaxfLY6
Wo1EZiBUum6SNQ73AaxM9IlljmDZGRJWqie1zOix70LKgp6H56WfFpLjiDvY0Ki5p8Rn64zQ
gAw16RrI8hiSlg+VdHIDWkciiYNTgAz+086amgx4xAziPOi7bgloitJozxr23BIWmsSDGUnJ
JkiaYsTHNYFaPtXEkVQ+gGh5DJfuwYcwROLyiJwEkQgVIVel/wANJ5BIQLg0M3VW7pt6gu63
RtpvIyS9ztERTwcZDAydsuo5hBTj8NPDkfX+8kOAJP4JcdVML8RW4CmsMqrLmUkxXk2N1B2Q
ARuGtajV9FOp4+9JLLPAI5McxU7axSgx3GtVFDzG9dZcWRTExsmuTPLH/wCnH19qNq27Mw29
dtYWfFRs43fZxyMEVMVSZJGcOQOutCflos18qw3osRa5nycn6a2mpqKFtgNlFdR48GSmXl5W
XBHC3LuQstyV42KVPDWLjwyvOZTkZ1FA+vPuip0g0pVvgOesDIai+WlM/kFiPBnkBXuMw6VR
FapqdYviJ54TJDjuSintiR2lUYxQ0rXnsfjrI8V44tK8+TAMzMvLKBKqqRc3UDcttKbaVO0M
TAiGU0QcbzyRgRRN6k1atx1B93NIkiOoCQi+VRbfGyVqvEjbUadyQpEFgVnUdqNpXJdWemwp
Q148dSePmS6Z6duTFq6qLKK0aoaUKkdR4DUuF2/us3bGXa4L+VxFdXf8qn92s9MZVWXHbsp9
yQkFdiUT8pC3UqT1HU8XkMozZmSsc2ZkrX/ENIoYbQSQd9hy0pkWyVgSsFQXNOQ+NNK6xdvI
cD6b9QQn+O0ioHw0oka9wOpqUqflo7k1JO/x5D4fqf6illhEMcskroTJa1x+kVBUU/LtQ11L
42fGeGLHwkyMUrUp3GYdSBiag3hTXhvqXLyozLh4S92eNfzVNqJ+LHWRnT5oh8jP2ps2GShX
tsa9uFAasyqtldRDx1mG2UAsUOOUC0Y7GSler57jQ8h5CX7vEmcLlhGaS1ePcpQBafs13ceV
ZU4XxkMKjjuNT4SyGIzLaJBy5/s9dRYSnvLFjjIyS7BFNtxbjwBoBTT5GUzvJKrKFjWppTaN
AeA02PHOMmDKaP7qaNaMqL1hED71urXlsNR9joaks0qlyURU6RWvBmpt67DSPcDIQskdtCF3
Ozg89uGsMSsAAxYAitxANF/S2HNCohcMGi9y0JJ/9up/CzvdleOPbr/FF/htXbemx0mSiklh
2pKenEHiOB0Kk0FaryNRSjDRxzsidMTVJNnKteY0qyG5hsT6/oEq0RMtkieXh25gfoTbb87D
8/hrIyslHyLB2pZeHblNVQsfzVt56KJQ+R8cweMni9BRLjQ+5aodWAWYHmh3ofRMj80ZOwry
0nlIl+nkdE3wkHA/iNQtEwM7fyPRZD0qHqN6+nx1C6AB3FZWVriB7bHX+NLTX+LjponcLjgs
MebaySYx9yNa8aOB8dSfVugIjMpT2iORbopW93TfseYp8dRLKTdDIwx61oY294U8Nm1N47JY
CLJFULnpuGxXfbqB/HWT/p+BWk+2pEwItMdRfEy3UDAEUrr+nZo7UNwjdat/O4bMKBLmAatf
yn100Kxtj5vjHZ8RSOpqDuTYNBuVpw9dDIeOKbCyQWgTkYmbuNEyKC10B6xQ8LhqLJx3pj5x
K4OUNzcKNHdThU9LL89R1rj/AHLEROpFsEqMZDw6gY5WNPVG12ZVaDH8kRUA9PeU7lCOKs1V
OslIVpMoEqUqSzQrRR8enbS5OQGkxFkEOXFHUvZKKK9FNaX0/HT+Bkm+sYkyMeUigSVGtg6h
xai0PyGsy9WOa2THPHjMN1yLBLYjW+1ypq1aUXTZRDr5PzM9TClbWiiJVbR86fPS4s+J2+2g
wgkTd2M5Di65lJAv3P8A1fLXaDy5L5DRYsyMlCVj/wD2aJ+Sgbu3w+Ov6okNPF4qS/ZrERHU
4/T022nqmb56xP65SNMFWS01FhAZ1rSpredZOblxD7vNhCeMjP5ghYWqx3tHMnWZ5nyNscuF
AcbDjmqoTtjfbhQ0/E6gzZB28qLGXNnnIrHJ3ZR2kauyWoOXDWb4p57sVp1ys7JJPcZHWNu0
gHEsfjuNMkeS0YjxZYzEV6VjZlCQR1O7H8z+mr1T7fHktUAnZOkJcSo3od/j+jHbwpmlyWWI
N22ClXZazoteO3M7DR8tmSMWT7geJhJD7IeoFrd3vc0rqJ/IyR5YxB/kMdBa0s7AMxNTuyE0
rTbc6xJs/t5WfNemBiRpSNHIBJMjGuy8TThqTJB+7z5re+ysKmhCMEr7UQ12/wB+orGu763x
EA0K8a1pQfjowwwmgG8zmiVpUUpUn46KokJgYNY9zXKadNwpvX4a7Be+ZFBkoPXn8K+n6c7w
uWhaPKKyo7UrXtqRYKcF7R35GmsKQz9tZUMMgFSQoa65lHEf8NR2TrIccz5b0Yqrso7EKEEc
wxbnrJ8tBLe2MxZ5mKnvIzNvYlLGu335auxUTIyiCPtGS/6bpXujem37Rowed8fNLCOkTxhX
a07WskZqfmNN5n/TeY/20Dr9746TYqGIFCD+z/fpcvEYtExI3FCCOII0c5pjGxS3tqBQsAaM
x4+mny8xklSO5cdeNa7Xty4V21BDkdoHHleWNYEsjqQ6p0/C6p+OpY5s5H+5jjhtIt6YA81B
+KgD5/obJU2wY46thuzigWvGlN/0vDKLo3BV19Qdjo/6hxXJnSZfvgKH/LyWqQVryt20skZu
imWqsKiqsNiOB4aVVWq8zXht+/UuGy2tDQpuTdG3tapqeII/DRklNqDi3pXbf9GXgX+4GJyP
ytQMP7RqLuiPuNI8XlMe1pI2lXoElhNGHMehrpciBrklcpmWLZGgYLdEq04oer5U1kYeMwY5
wOZhPUVWeIqzLHwPUNwa+up4GWmUq2SxsLSk6io41pvqW/paGgdG2atbaAH0PHUMkEaxZEIU
zNbeB7imTtdQAEK4O2+pPovi4cbGFZUu+mSe/CoBP5HUsP7pppp8p+4AJI33oWhmNJYgSKAh
mDqB/Zo40DHKQyt26bKjxgs7KDykjFfw1etbkANUFKBfzdPp66wvN43RLJCcbJrxpX3KT/A4
r8dKmeoXG8hdBMeBjnFOtD029VrA04HUMuFIyfcRiDNnWge6MXxZBrxNy0I511I2S641Xkui
hUWGSi2ZUfMNWpIro4vkHhzIFfu49UqyOeNL6j47ayzBtPO4yEDm6MTAEXWH+KvVqM4f/cYT
vOYrrwK7yRrT0tFNYeZFb25kumuqDw/KP+b11JFIoTx3kwbJTQKjfzNi3SLWH9mp8LOyRjPH
JbGwNxNu6TKY6ih9D+OlwT5b6iR9tcqjXVtsvpSnPWAiN2JRJI8mZQs/DpWNafl5Efm1NO0f
cyENcWQRA/5iXovlNPcFHT8fXUIiQCDARMfI7RN7zZD3MsUlQKNtdTkaax8TJxoZjhRKXx6U
hRLe4TIedC1STxOspf5/mPItdkMilO1CvW0deA6QKj0OseSCcwQJCyjIKd1BkJUBEpSte6an
nTWF4vBxh99Bj0zVZr0jqQy9wyC3ib/gdtSR5sMmZFMelJGW1opOEqwmu7AHn6azPNTrjD+o
kY+NBPGSWC0CiNRtbTbf56hhyZUmWV5VEQoYwmxkdSVIQ1qKgbU03ZMrxdtDn9upNqmm9aDb
ampQ2Ok0eREwxzN1WBjbXba9CCD8dR+WyGCSyYUssQlP5g3FVXehSla6hw/I40chmE0kRLdz
7V5NyXsCEq1bxz/ZqHA7P3UyQLlM5duv6oBZA1FRY7id+J+WsjCjxGaOODuSUPW1+ywgflu5
niBrvXz42PBbK2VsBM29IFVr2KrWgUfhpsvLxzDA1eziMAWKDcO4/iPJdKlCGdS4+Qpx/boJ
G1KHi1W2rUjc6rpnli7K/wCGrHqI9WA4fLXdzZRGD7RxZqfwgbnUGTjpZj5ERjj7w37KG6S2
08SymldZAjq8eEio21Ldxd/7zaigJRiJFXHjk365Tbdw3C8SvDXkoMq8Z3kWqpMTJVUtWO78
oNBy1IIcgCdurAybrRLX3ROn5WQj9+vsPcU27eX6HeqyDjQD11Ij+P7XmEPaJjYSQyxk/wAu
QbXBlPpUayPEeKvilUI2Mt9jLc9zwq4Femho3odNLMwSNBV2bgAPU6OP4eGTyOQP/TFIxUVq
0h2A0uIfGomUbjWpkDqgqxRFodQxeThWFoutFClDR+ZDE+mn8kWEcCq7xrS55LQT0gepFNQw
ybTSfVmB5M35fwH6BH+YgkD4Clf7dSHuO/ca8BzW2v5V24aRMlA6K4ksNCGIBADA8RvrI8HO
ro2O7vh9ynXjlum0jjT9CSA0tqCN9wfxpx56kiRwzRdMoG9pIrQ/hoKSWIFLjxPxNKaeVVH1
FAdqmpK+3bhzOo/IwRR1k+hkuRvViO29eVDtX/dqSPIjpl4jCF1DA0aL89KnZojQnbdRqOKF
h/VfEur47seK8gx40ZaqdSNMzJ43yd8haTayQEk15f8AsOu9gIGEoV2toUlLb3LYa9XA8NT3
YzWujQuLu26XCtQrulfkdiNT4/2UsncxxjiE9sqo/wAORmBBJXirFfhpY/6WrSPu8kJDLtS2
g2tO2+++u9j4sWK3fEyN3gwjH8NtACAd+Hw0s0U0AMsbrKWqQLxQoRzrXlqWCbKjeBjcqKhP
VSlbiR8NQx5SRRZWZchk6iiyQ7q60JoZIgQR8NJkHyE2JkqWBAXgQStVN3AjSGXzuU6owam/
7jeaGmmjn8jlSJVSio3bAtJYbdVaE10v3ObmzW+2+a6leNKrofa5k8PG6+klf/g1NjLN3sVi
Hhu9ymlHFOFCd9KcvHjnK+3uKGp8q6GacRBOu9wqBzrVR0njzGkU4UNsZLKtgAqwtNQNjtrx
sfjo98WNo1dwF65Lr5n94opav4aiy8OVo4ZMg9pQfqd1BSoK8QFNPny1glqdnGd8nKQ9L5U9
24CsKkpcPnTbhpAXaXyGdGZPJhQKiOVo1jhBA4ArT/x02G8bR4nilyMs0cO0lbR2i3z2476V
sa3+m4WPJH3HVRbMyhne3hQse2nDjrx8aHvN5Zjl5kKvRXa4FY7j7QqtT4an8vOwfNliZVWM
K0UTt9KNefsjG5Pw0vknkAcqIvG4cfSoEZpTroAKLXY6OFlyiqQlIVgUbFz9SrllZmYca9Pz
1Lh48X0cbGM7gAFnoTUlq7k01A97IMbH71sqm5nnkudLqmrCvD9p0yYCmN48aTLnCsxulY9u
WIISRbRa0rsNQDxytNbLjyGaclo2ybfcWr1VVwLV9PhvNksn2Qkx0M8MaBshyhN0JD2mhptR
qfPWRlfXhSUxS5MJALSizaCMk9Po+sRsmxshVvjxFcGKAcLhQdcnL+z1LNc0kj7vI5qT/uA3
4DbVefrodx1SvC40/t0RNlpeptZE62H4LXTrgwvO/wCR36EPx/i2+WlR27kzk9uPhHGv5qeg
AG+jB46NxFgv25c2tS0rb+5dgu3SNebyfISfXfFa6WlaKQb2tHH2rrFkQBmWWMqpNoJDAgXH
hrtzi94VBQkXIO5wYBwUY0HpqeXxkkeXBPdfgzIFWv5eBVdvUU+Wkx/Nq/iGYUSSAh2azYiw
q7INwR/bqafxffzPIS7N5OZd4q8hVQAaGgoNNPeYxiob14E39Np+G2+vIY+PNSDCuMeOSbSE
NnTaNyx9dDC8391HFGlyxQMFZb+sbNtvz0I/EeTzHkOxhk9tre4VtX9x1/VXx1yYIyEpk1Ky
M4ICqKguee2oxOvbMrNKsW/QrnpXq3/WizYUrl4prERxKnaRD6gjl66WeEko/CoKn0oQ1CP0
SZvbVbqfcy8DaODGg3p8eX6ZsSYVjmUo3489SYeeFJSL7PMmoT3VTdJFu9rbLQ8K6gypAgVA
MbKZDvKp27lN6kU4qNQNlGmOr2vvQqz7JKp9UampsaUxwvKAO8LQ4Zd1b5iuohPJjI1pVGa2
pGxb156lnhysZJZqd11YAtThcfhrtnKv53Rqzr+1QRq2NJplp71UAfKjlTq2TFyFNA1CE4ML
gffzB1EsWM4xeOTK/uVeFQsd2w20k+FMrxpIqzhg16h6oppyq1NzyroSRYjZFxVbrlRAzG0X
k7gfGmhXx43qLe9uKeos203dwVbqNlshWi8gaqan46fJxsZMeG5CshN7WksDseILLStNtPDJ
iQ91bRUMSoPFue9Rw32+OqyY0UkRFQiFkYHkCzVBp8BqLzWGFj78IjaNyTQrJ1Vt9BWmqYwh
kBCC17r1ZrjcaUBUhdV+xSy2lt5rf/FWnD4U/HSx5CCVFiU8LS16XKJ6ABircvQa8NEYgzYb
shqOk9xwUc/8pNTqPIWZvJIojkZhIN3VjctVB9K00+QD3M3I6s4UF31AESJCu9Ir14cSfhqW
fJkVF7ywyqKtYlyXP0GjBblWn/DSeJwYe3kTTzfck0AEcL0W5huFFa01hw4cKvibx40cH8yW
0L3peHVcRs1Kbah+4x2xcXEakXj5F3cqtTO/sDuzcKi3UccgZYgg+k3urQghyhKn8P0ZEMdO
5NE8asf7wIFT6b68c7dSrkKLa0Aqjg7U6q/HhqPCxpg5lDtgulpSRZxb+YgC4Ch1NiOirJiC
FbJEJSFo5GLrS4dclLrhqbG8FGrpAGbN8jNUolTuQfzW77fsGpHdZvJQrIVLrURGhNpr7VX/
AHc9QM3dGXOsi4vYKBo8hTYK1Y7etaaizJsyQwu7QSws4LrIoo6OLRSu5GpOxl5VcU/5iB3B
JhrVZRSw9HBv26x1jmnzXyRE+ITv3FeoltQ3FWVhTjrtyYkksg7qxQuDcWvtjDR20up8aV4+
mpo8oBGjZmnUUkVV/wASrVIqOA/vaw/HwXJ5Ty9UnaSoaLHLcLfyk0409dZGHG47DJ9KNGRX
YnmCfdUqSdZeflgmKWonV6GO2ElqgL1fOusoY1MnI7hKxYwZlKkkuyizdRWnEaxcLIlZZUMl
SYbFkY29rHQPb0i7diBTSSqdpVBqNuI5V1lTOGtdb53lkY1CA7MzGtN9TLLkImJjquTLiwyj
p7x2SnC6tPdw5V1LPNR5lUyZMorWSQ8BU1PE00juypjz/TyC3JeIO3odSZuZEjvGtIZTH3iC
3Ci7V/boxdtVgFJJjCqRkRr09NzKBWu++ly1+n4fxr9vx2OB0uV27vOtDz/2Evi8g1icd7Ac
/wAP54a8yh4fD9BVtwdiNdsv10IEn9h6q1Oj3FtmiYxTrQgXrxtrxU8QfT9A8pIxiWwxyyLw
DgfRZ6KxoT0n8NRrlBfFxOir3DRk7gjEl3uFA4/fqTxmaLpYUEUlaEkcElWvMf26g8jlg9/G
/wAn5JSCe1adsnb3EqQTyOsfPw0REb6GXHH7UyFFfX8w/wDw3/QLTXbeopvzGi+VKRQErFGO
piDS24gha1rwOpMiZmdUNkF8XcUmhtv+oKbDhvpsfGsx0/NHjokdzN7bxttUUroY+VXs5aNj
kVIFW9tw5/jqfxmUVM4QxO2zb8Y5CK/JuWnORGemSmRGWqSy7S9Y/iYHUmGi1WakmFK1LmVt
496qOsfv5V00UyMZ8Y93cFS0YH14vdtZ7l9d/XXbv+k9Gjk/+m+6sfw46khCBLKDp9p22dKc
mG+srDchew3er/dYbknhtTX3EAvycMVDcXZPzKTQk7b6aS4B1cKRzZWBNfkpX9+suDZosnIG
QCRRqrVVG392g1Mgqkj9MigALawDNHTq4N8dYyqV7+UI5sfY9Kkkh6mlKFd9uGpoGnKwCKRh
kE+4pGzLPV/4mN3pqG3+Zl9HUCix9SurXsQpqBX0pqHxWBNekd33OXGpHdkkP1ZWA3YcBTnp
WziWzbA1SetlUgAmygVRwCD9+paMWMsjSmp4Xch6D9FXIUVA39TsB+3UuRK5Eai567hQo3IA
1E779pr0HK6lAfwrqeeHZvGpBLCFoLVZpA9P/KD+GosHx5ECwsJ/LZykxh3aoe0Chaoqd9Y8
XiIE/oiTBIMc3D7l+LMf7mxNSQOeni7a5cEJshxI5exGQvS3bVSvcT1rpM/ExInShh8l42FS
ZRG3sYJLVlkA31Fmxyt5DxjILZSxUhhSMd3+/wDl9aceGo8x/rY04DxS1NJUcbrubuGx1J4n
FkVcjEZc3xs/uNkvXuRSu/S9OWsn/UWbLG+QkciUUs8YGwjjj/h6xRvXWd5aQPJDCFLqN75i
10Zk3rardR1Jm4ktc2NHlLPum/8Ah0J2DE0Gg3lMhp/JsQDhYw6YQBuCepbiKbLz46zvHxQm
eUXIqRhi319g1ACKVu/ZqaaSRSYoY1DRbdTm51alwNLaE11J5B2LeOwib1lNUFm0dt/JlW5q
6kylp9k9BibEMVGxc15Mfb8PnpvAeJVZmyPoSTE7XNtanL8dRYOcySxNJAIXRQKipkngkPut
pHUfGmvtwwD5LhLSOKjqan7tZEpikKYOOxyUUWsZqsFXnw4n5aOb5cnHjxmoxSqrKoFB/wA1
TXYan70i40EhMhxV6TItaiNeVBSp0sUShI0FqoOAA5frtVSKGm/P4imoDFIY8mGTu47CttwB
qr0/Ky1GkltKFhujbEfA/pFzAXG0V5n0/RNhTbLKtLvQ8Q34HWZ4jOIXsHsSOSNlZvpS8eEc
lOftbUGcI6xrJ2M11UrawJDxMa0c03+esiGWJbPIoO4eBktFKHfiBwoNZn+n89hJa/2kSFOS
q8iTNWnFQAP+UakxpkJeMtHaaqbuANP367eQxiAJDm24gj+7Uc9PiVp9yvbQ7e/inH1O346n
jkUdwgdtj+UqasBSu7DbS5kK2zsg71RsJhsZE+dLvnqaeMOiCslfeQeRY7cXPHWN5FN3KGDP
Ucb03R6fHffT+VxgFjzE7i9xbWEiGyVNzUN8Kca6ZkpVlK19K819D6HWRjyA5FJlk7q2kd2U
bPcadLqP200k+LbRovuIxx9n8xRdWpWh46gLkmeJeyxO4KL7DX4cNQZBJVL6TkHjGdqFfger
QrvHnoUeOmxKCtxNduio+O2pfFhnGLJMIDRTcUEgO60ry9NZC5sF8+YluPG60sFf5tT1L6j+
LSY0LDtYaF+9IwBnaV7WaJRXaqbft1hjImjLZUUBHb6EhRhQJRjRbV31njAhh7MHV91JcrCO
OiDqJIq1K78dYRtiRpQuNhRLv2rWCB5VPHmRXn8NdvLkjlnjBliUL1juGjSyOa3OeFdQwn3S
4r2f9DqT/b+lTJW7nUUPH0312GjeUZJ7BEfEB9mYnkAKnUzp/MSKR46gkVRbt9ZaGI4sz9lf
qWXyxseqiglqDfUECyFmze193iM1FZZ2NETiAwERuPpr6WYZMZ7+xF7bmYVbFjNKhAEBY/IC
mociQB8yCJpMXDiotSqWsR6/wiuw1B59AYGuTIlyIQe6AvQwqv8ADz+Ws45WOZ/Hy2SziOtZ
HtH1YY09rAjqHPY6xpvG0nwiRjYeKRa8UrI/crwNaqGN3E6xs3BFS0vaHbYB2Jp9E3eo34ax
oPFoySZeQzNjjasvBy9x3NzWj031PjuAj50tkV7022HcN3AdBbbl66Ro1kBnYznJjoOtX7Uc
IHF60rTTxwFcOPqSSfYK0SEM1p9xS9t+bsfTTYqiMy5wBxi7GiywsaXhafEgczTXlPIZTNXG
ohjY2gCNahQuwBrtpPHQxPLkeQiOZktGLbWnbdirbUH7wNL4TxcXbEiBZsylscUe4ogWnUac
Bw0velkbLp/Pjay1q1Bjpwpr+n+YnORj2dyPPsPQK2hZ7RTemx0sEMLSMWjgw56VsF90ktm9
3yIpTXksTClQLHivLNO0fb7kzsym4V4BaBQOeo8WFA2JHjxh0CWWTbBpCRxYsOPMbaTuSLEv
G9wStRwqFodGV8nu48AAZJ9wSdwt46rmCmhNdL2npKVDmBveARX8R8R+h5W9qAsfkN9R5MXs
lUOtfQ78q6AYgXGi15njQfs/SUgKq5I3atKV39tDw1kY/dU9zreMAr2pUAuHVT3qbh8joMpq
DuCP0OsT9uQjof0blpXIIPBgRaajY7fPXcYEgUraKnfatB6ag800PegP0M6EErcp9hJHof8A
doDNFVYLBluHNjOv0/uNq3Wjf46bxUgt8h4yQFBJxMJNCKm6mx5fDS+YgJQ9MWSV5CtY5tt6
o9K78NY3migvdVjzFQ1F1Olg3oeFflogOJFdBJEYzUdW9rV323B1avHfnThvz0kdCbzaAtKk
nYAV246kWQ2uoNPSo4g/7tUlZlhkBjlt42nnQ8aHfTYLVtyx0+gdAW4fEc9TQRMsjiZsjFWT
gLjcUbbgasPx1OkdWjjbjQigJ2DjkeXz1h4vcciRO0/TaKRdQjBUdW1u54aibNwpFSHtmSRa
loWchwbhVSQNqHjpjBCxlDSKk1hxwDW4LIh4W1pqJJ4ARU3MlGZW32Nv5SFuFdNNkEHIxARP
yqAKq34ga8b5yP2lXSVQP/oyOrlh+zf4aH9UyCmOv1JZKXSNSihFO54fgNZ8uLjhFR1ZXtos
eKD9ONUPC80JFKHUklb3qC5Y7m40r8fj8NLi4btNj5RDxbdUjIWi4Cv5rqajeVVTJglj7MIe
7tRlleUk/wAcgrX4baMNVrYHp+bjSvy1Xn6/pBZbD/Dx/s/Q8UgqkilXHqDsRowZUVI8CK1D
1dTLQguwNFCk7eusvx70V43GJhJZdtcHyJriNiEXlwroN9myjpxvG94fUsXquCOQf5hHOpPw
0+X5B2+6lj7rePoPpKCQAlN96fidQQnZcy4xROtC19ZGUqAOR3rrBV2Ddtxjd4OUVUY2xsU6
gx9oO3y1m+DMTQzRZS59XIYdsNHtUczy1JhRzP3vuq48QBDHu0IlUjpB5eusfMPcx5ceSXx+
DWrqGqyrJQ1uJ3NeGsxY4I7IIf8ALFuFaFWoo9to4ajjl7chw2ZE7hLIdhItx/LbdQ03ptqd
nkDQ+PiQWxR0uH9xJaKFJNasaU1N5LxTVn8fkIr5KdG1BwoSCVYgVUDXk5ZHH3WRP9b1Zyys
u3DcV03m41f/ADMUSxwsb1RlXtoi8OkH46tzou8zkyN3axtQgKoTagAp6b6kKRxKg4yKjGyv
CpLU/bqdvIwyKMsUmjBEsJottbWF4rSlAaazZhE0DY+NkTRL1AxNb0b7HYHauosKM3zTmOjq
SVpIoahUDldvry3+m5WLxyqO3Gy2yP01akg9OX7dQ4scd5gZo4o+JbrL0bkdzqTMtj/mK6y7
2G4qwCIRbQ93gf4Tpo50kdIGki70YH3ECJIDfGxB+m2xZN6fjqQW9vJx27eTCfyt8+YPEH9A
jjUIi+1V2A/DSllBKG5K8jQio/A/qY3l1UyPGbJzut3SRE8hjoOkm3hwOmCEHGJugX8yg7sr
H4NXTPfWMgfTpwI5g/H9Cqbey6mnJrxyA51H7KfolxJhWOVSp/3EVrwOmw/JqgCSmLIAFtVc
7upFQlgowoNR5pkrPhP9pmx83iHQkoqOBWg2HIeupUfrx5lrHKCDVZBuOHLU3+kfJxUaKFh3
marMA30iONTYQa/u1LiZKAyREqeNDUbMOHzH6SjfUlle8cuo7Gg2Xfb9mpInAHcWy5x7TUMD
U+3cUJ9NQzY71IEeRBJSh33FRvzGsbyKR75CgVA3X+IE+gYaOUopBmdewoLxsw29eOm7MjAA
O0SihtlZDGHo3z31PAxEgyMJJ+hQxaVCQzCnFlovPbWNkYaNZKY4M4N0xgyUtepFSV6h8RrI
NzL99gyoWVrSDj/UULt+YE11D2hbheWx0aCprYW3sJ4GjCnHbWMFosERYPDvayshW2z2mh31
BKXB7ydy0VqorQXV9aalkmka7JoZeQYD27DkOWgqVP0/uXVfyDcBn9Ok1+R1J5SSLp8eqRYu
PVj21VSblqKMxI9fj6ajzIPZOocVFD+Ou5zpb8KceH6hoSamu5rx9K6VriAK1Xah/wB+2psk
ivaRnpWlbRWldeT8gW+rlsuKitXcMe45B5sPnpM/O6pMmN5qhzcMc0W2hdQzyEgL6cTrH8rM
/RiXKYGr9IFCI4VBr1gEFjXTEpaQaAmm49dtZbikxx5ZOzHJUv1RowCSMelSajho5eRO+FWP
GYQuSArK7NutCGYEgawfKKhkfOxQrxQ73ybxhakgGjKDy1lea8l25ZFpHjvDcIwQpV7K+4Ct
K776cIP/AMysYsfHWoNxjFGZ2NGqDt6c9eTwvIzlc2IjtyyMG7gmSvbF45AEbahijm+3kkVq
dIYgFmaqrsSzIRStflqTx+DiyJk5gKyQP9RxG7BBPkNxU28BXb021L2pDJEETIymAZLoncJH
GpIZeIur/wANYvgZyYIZW7kln56p3VY8ibdgeWoPE5XcT7ch5UoUPvdl3YcD8NHGlyPtA9Ix
L078lQ3b0/EadokfyGLOLWnxHMc6g04R1KOPTRTFmk7zH6kUqNHIi1rY3FGoVBqDqbKymD5v
mioD16uxFsWYAjcka+5QCzDo/XW0vXYGnwqdYuRLGsUZSzFCvRnaNbjIVHIe2ny1mZEMTqsG
SrtIg9gdhY3wrrMgyJFMMks2PjdslrXRGtVS1QBSQ/iNdvLltl8hjkxqaq3eK9jKtB2rVOFN
Y3k5z28dY1w8qJzZWUEo8wUbFQwG/wCvJjy17cqlWoaGh9CNZOLk5BlcUDdfWu1ARb7bhQ8t
66uQ1G4r8jQ/oB/NGRIhoT1LvwUgnSyJurCo08tpexS1i+403oNf1WMGfDnitn7ZGzf4E4rU
bHp+R1FBm49CITDNkbfUAoFdvb1Ri0Lv89D/AE9kBo8/EusLkWyIrewGjcvTkOOsXz2ILpvH
sPu0U0JgO5r+/lw1jeewDXHnTsytbaSK3IWrvy/RYIwzUbfqrvwNAfy00JYhQKwZFY14GoqR
TX3+LjiJO/IGmWq3XgSpVCBQbmh56+47dqx8VPtu2LWj+97qfPUnjWZSCv3WKF2AR/fGFJJF
j1AHpo3nu5eOfuCan4l1T4AGgry12SQmWkijGCr/ADRIaMJH/u7UrqXKZS2Ph0XIxb7ark1j
uFK7VUHT42Cgljy1WF1Xd2WobEmuoR/d2489YWTn9uSfHliD3qzIzOO3J0JSta1A1mY6Cs3j
mGTHIT/hVqCke45hjr+tFkp2bljr/jbgrd/zbcNZWZl/93aow0QWoG4XUHAIBsNRydztSwwp
GkAWq7GlLumh9zE/HSRv9TFykWTJJLXCKMjtr+TpmIqNvaNdvFhEUK79uJeZ+C76oooPQfrv
GGAad1jtPErxan7NYeAEZBhK4muW0912LMCKngNhz1Fn+QnSVfEQpiovFe+QsgI5VF9lKcdQ
RzJIjF45JUUh5e6ZQ7l3XpK+tBw15B5u5LDJNG0Apw7gVGC1PAHc6le13aaRVNgtboPSCenp
G5qeWsB82EQZDDJgbFm6hYVbrUhdzWMUPDfSY2OnbRaupqwWJKlnFUFOonjTSYHhrJZI1tL8
UjA2CinFtT5Pj5lCoZZMh4IG3eWK4Iy+6qNwfhrC8hGS8D34eSrJbL3WSwMxXYUFeHrrNxvI
uITg5JGHJKayrd9M7LUdIQfDX3MWV285kZHnQbSowsDSKpFSq8CNSwZEMEsSEBsFpgDSEFEL
A9xwg4204kHSeW8eSPKY5WWxpLhau9iBqbLy4aV7u5HlQDIB/hk7jd1KEVoGeg+A1Ok2dPLi
z1Bx5DUAM17UbjxpTSTeLmzkCSWzx5KfSopovUOmjfD92hn+XEUTYxtTGxw3dn52sxrag9fn
r7jKAihjQRxww0AUAGwIrHhd7tJJIAJcr6zU/hPsBO9dt/x0hgW/Kgp6Lak1VuuZW9tt23Ma
w8y6VcXLxnx8iTaR2VGHbaTp2LMwBO/Gg0fLjGCY0yJK6UKf5mOMzg0P95StfidY1FYZfj5D
Ax2kiK1vMfeFGuANreun8ysn3Ut7QixlRFWaKOxxWvSGYahyqjueyYDlIuzevzH6HjDmMsCA
6+5a8xX9FtSPipofX9ALmgJCivqdgNTy4ncingKLkzx/+nTuofUqr0r6CuopY4l+3YOs/UC8
UyGhQ02I/RHkIaxrVZoyQFtNCZKnmlP2aDKaqwqCPT9E2Ed4J7/pbAAPxVKcq76k8dnKWx8e
WkswrREk6Uci6gBqpOsPyt3djw2sgk9zvjklXV222QinD83pqLzUPVjZMYiyq7Awt7XYeqE7
15V15T/TOW10SNdjjmIZN1YE19rDU2JJW6FytSKVA4NT4jfWPkRkuLazJzUmqOBwrtuNZfYn
Dy4xQ3g/zcbIUWkJQ7rtXfnrIxel2cIUa4G1oupSh3r0lloPXWF5KA90kdjMg43fbg7uAPaY
mOoM1BSGKRmEQ/gf3Dpt5aGTDK0kGQO4off30P5twKctEKtYbhkQD1WtbefAimvJ4sEKTfbY
/cgr7j2n7qVoKMV7npvTU8ojGPlYzUxjJ9XtxSlJu0261H8NOGnxZMhfH/ZX2CZBcz7KrUk6
SvMU31g5WfOmVHLiyo2XBGY3KSXAVU3Dp5U/HWf4CeT/AC4MeTiZLU2S9L5EFecW/GnHSoI6
SAktJU7jkLeApqRpCViiQu7D9iKK8y2lWRr8mWkmRJ6uQBQbDpXgP04mOorHMJb6crLSDX03
/WxMFWB7amV1puC3Su/yrrMz8o92LGjd5Yj1G5kYJLQnejbfjqPxUMCjF8fEZs+GBWtfI2Ma
77tRgP36GHNIPvEiWSVNwKcCy1pUV9NBHcCNlEyyVWhCEPUV9Njrehll6kgSnckOw6VJFdQ5
Uq9vMwzFlyYzkMOy3036h/B1EqvHjvrIgwiRi5iSy5GQhAkKY8zApCK0FyuBx1B2sIRNmXTL
I5ZnSMOVRUJpsQOOs49XatT1tuqfwrTSZHjsn7TJyCgliA6JVja9+WzWk789O+WjDHyqNEgU
BmaNxHJzraaXFvQ6K954c3EjWGHLiFPp5DssaFX6Wspx0pk6vIWf97FQSuDQlhaVFzDhU0B1
L/UgHDKEZZBKGRY2DoLpBYxYjrt1P3E72JkGqkEVEbNdcqjgeW9K01emYiUpckp7ZFeXXSv4
ajysrKsii642jcG8Hdgi1ozFQbdYmSkKrhspTGx4vfaOHdf+Itx/trqPBlBhleRYmDihUsQN
xt66CePrmDGtx+m6xSBaL5CKcuXHVe4lWoKUAUKKk0DbV+JOo2yqtN2zA+MU4CRluaiiza0N
sdYmA2RG2NJlrZmI5tWM1ZO4r2kVO4Hw1k47J3JDjQZSFbVY5DySJUs1Bvz1k0vE+QwjiVd0
V8SNLPdsLyorrKwO6nYyIxmJAottkehKgNU7Kd9z+qA7XMOLcK/gP0NGwqrAqQfQ6l8M9RBM
q9ncUaQAteEFSLl4/Eaaw1sYo3KhHIg6IO4PEamxlA7kP8i4+5SOkkDhvVfw1HkBTHeN0biC
NiDT0I00sMYkmjBMann6qDyrqLzioexkoMXyMRNtI5Om9xuLom4107hb3wWkeTHbqWWCQ/bu
RZUChTq1L4dXSXHnT7nxzt1KynaSNhsaq3EfPX9Yx0KZHjSRKmx72MaM4BPw31D5/DfuLRUc
qKhkPBieVp21JgZGMhkEiuRLsQU3turwZdSSXVjCr9srMCPtpdpImu/MqvXfhSmpsdb+/Axt
ZP4UqS9V+FDUaycCKplamTirxBlhrcpUDqujqKcNQy4rBQ7NiTG0+49cLMDwMvDjtqbw2U38
vrgThtWrgEUJ330zxCs2Ke6oA3I4MvAnhvqPz0DgJCRjeRxwCR2js8poCTta22saxwYsqJos
YGoaWJSJImYEXDtqWUVG9NSZeFAZch5A8889zC2Qn6aOf/hHDV89OzBEsUclOlO2wKcbvzEB
qDfWD5myoXuR9sDa8qzdlt6BVlFac1b4acE3KWUuWtLVpavUerl8tIJHN2KyS5SFdmmK1WKv
pGDX5/7LLepKRt2UqKUEexH/AJq6MTKv3mXQkPXeV6dtCVDHp2/HWS0mQk2RJIxziGvNVJSP
/wAxuNflqPJs61jePubcGKm0jnw1hx9E6Rh1mlICMAfbYBwHKmmeQK74uE7MrcArtvXlQhdO
kP1Y8rxrJk3gD6kQY1ZR0k0/dqPPdguMmVJDNDfZVJxF0bUuFasdW2mXGix5osL+/wBiNxeA
u/vWukwoXthUxIVZVO7dx5CtKHqtA31IMG37taNjl+AYH415aw4cgiRsbKGMShJQwOlpFDwF
0Q39TrIhTBMuQluNHOKCqSxmdwS1B02afxWRIUr/ANrHIweym3ZEi7NtQg1+GkSJ0SVDs8lx
AB42hWAB/DUXjPJ59cB8WUtHF0BliPcs+pXqZm4jUEkcEmLLYC3VVhUAkuNwxHw1jp47JSfL
EhE/GtHPRcp/l2KCTUaxEyXlXLgElpb+SFjBOP2/y3Amv46jZpPuvt4lyciS7/HkNyr8bee/
HU/i44Vigx2VohHRVDFauxVVFS11OOirgqy+4HYj5jWUmcWx5IIu5GlN2clQq/I3VqNY2D9y
1plfJyoHNsaQx0QuGI478tIkeV2ZUg+8aAuY0mYSVSjEAmqA7c6jTg5MfZ8cTkmE0EBdVEUR
v4VP5z66zHub+sYZeZJGY9ucI/XbWh4AqeOo54zVJFDrTfY78tCGv1CLrfgNq/qrEoFlpaRt
9uS02oa76i83gvbmeOBdV2IZPzjf4ahzYfZMt1PQ8CPwO36Ezce5mx63wBqLJG1Lq15rSo/9
ulkjNUcBlPqDuDosxtUCpJ4ADmdZeOJRlYGYt0ZAJCmnbkTcUHtDDX2iIskcSzyPGhJkZadu
SC4dN/SDQ899QZGEphWGfveMx5wVlCFKzpQGrBnKih3/AA1irKi2eRhDY8q0O6rc8JPE8SdZ
v+nJ942LSY6seMEvJK/+m2pPGStQpIF6jRTyVz+B0uD5L6XcqlysrWselCbbtruI1i+QkmiM
2LAIc/HMw7slh7be1txYf3afyU+UuImPNF2n9t6CoZe2m9WQCvLX2v8AUO/BJGYqoHdkMTF8
aSjW7gMVOo/I+NEmVQKcmyNqmoCzG3q9x30bwUBT+SxFbXHF1G4OxGvKYc+RWJ2jjjKg1HvJ
B/5K0rrBzfEnLyIsagXIlhZmWh3WsYF49eepsXKgzIYmArM2M3RQ+7q2GnnxMfIniBKx2K2/
wdo+fA7c9P8A/u6cozLOE7b2rkqhW8LSlpY8NL5bJkRMXDkFyPdVj+Qrb/fI0kZpf7pLa0vb
qci6poWJ/SUNaHY0JB/aN/1BOR9RVKA/BiCf/hH6JZ5NkiRnYj0UVOlGWzSRRDuyseqvVcFN
3JidZOI8xhdkmk+3qALntxYfn0rfT46ngxUVcWIrEJR7pZY1slkPKlRT8NGldzXck8fnouZT
YWdu37qhrbdzS2lDsNZ0mVGpnQy48TID1QkB1FGuB477azM8RgviSIMbFZiQsEzFZoxWooai
ppqOLEishi7M0wWgQPkxIsZI+anf468ZjwXRSRYnbIU7UJIajVrvU11LjyQBsgr3IZzvaF6S
oB4e7iP0BI0igh8xnOY5SKZIWNw2zL+UEft0z46p96gJgnfjfbaCxFCa0APrrIh8ygnycuQS
ZTIVHbMW4AZacedoqK6ChisEShIoxS0rQUrWrVWnGuoMiKREeFHRb1utYlXWReO4K6lz81Qc
lfpY8iOwpDYBwFN7i2hH/UJIscmTvwxIiIyScV9a0/MxJ56xMWEyZLEP2sl5Wloq9AK9VnUw
ofQaLIyS5Mh/zEib0PHtV/u11D5B45D/AFGeea1WBPZV6UC093HnqNnulF5mkJPUVjrJUk19
N9YkiqAR2cMi/uN3JFM7Vag9gOvOp1PBZ9tHGxUMVPS0pHG0Fxw9dYkEwj7cwysqG7e4U+2x
4kuFa1pTSwZONLN442zuF2BIBMErCoam2w12ICGzcdJOzJUfUkEamWJJAfdexLbb+u2jgY7G
BFWPJxwQDWIn6sf/AEvVdV56bYi0035/EfD9AUKO1aSXrvdUUFPiK/pe5Ae6LZKj3DhQ+usr
wSimLI7zYMm+/KSMVrW0in4ajMIBF4EgP8B4kH4cf0TnMyR9p3C0LSHdRIa9snn1HanLUuJi
M2dnTkwwYy7LFtu7g1Xp/iP4U1FhZcT52RGtMx5J646y8bD3mVC1PQbanmXHECSi6yOaJ07i
jgqRk0Zufy0MgqjY/cEL7HavGQlt99wqW1OoYaHGmx3WSGCoSRae0UXhcnFfTUUmSN4DWJw7
RlS3TsyFeOqnDqTxJkk/+bV32YqDX3yf/NqZnwsKHHVltcLJuvHpVHRajnsK6ePH8a8lsvVk
QY6RgPX8rZbPRfktNZDWjFyYKSdkGGoUn+LGiMijl66GdjQY8LTre+RZkZR6iN+sdJNacK6a
DAR/GyPv3RCFowpva1a1rpKwiWaoWbdKrt7m/wCGmje7BkR/bEUY28qkqy7/AA0xYlg1Ok0o
Kenz0/fYYdSwEisuwuorVcW1I+GqfdxV/ivWvz138iMIsc8ZiKGhfsV9/wD1Gv6CQLiOC+vw
30CRT4a+mu4a031Xau5Gx5cP1p7Swaa2FSv941NfgQCNPnSij5R+ntv2124/E6m8kRETnBXw
y9QyuenHjYDgV9x+WhDAwL48dFeQFqt/EwShO/pppNmZFr6AkfK46aEfzmQSN8VraN9TusjP
FLdCyVoFsLRvbwIJ1nQYK2Y7FIO2oG4goOmldqrXXhUkeqZmTIFHGgjKql6tswVixp8dYv8A
9j/9M6dVrYYWv9NitK/o/wBPeNZxFmQyTM5FHCiSUlfgahT8tItK3GlajbYnnx4ctGaQ9yYl
iHpS0NSqoOQ2FfXXcl2Qe5uSgAkljyG2kyYHPaN1NqXUNv5hXiNtZuRh5khWVSZEO9gHBYQq
i0H8zE6x8jsyRyGMRY2RKHavaS29IrqF2J2rsKa+78wHiirVIeDPvcS3op1kCApiIkMnZC0S
jUNLfjU6iZJXujS0V/LWtVXfhvrIzZOmMGOCp5iRx3VA5/SDaGQgmiMWNPn5MrxlQ/c2RAim
2o25V2A1PkK1I45IMXIUjqLdvuiQkAUF0h2+WsfID9OFfjFoxQBnNrdpX9wVNydt21BJ4qZ3
hl7UZaL6i2dYUhahVWKlKU31JHCyzZNMp2oDwSeFHst3qQlRtr+qsrwCLLlnhipwx2dYciIr
sF3a/f8A46V0NysKqRzB5/q7GtNjqBnZYvH4wOTPM1fcKqErWlKGprrG8lEBHnYyrmxU6RdS
514jYiusTyB+njZQMToafTmBoOr0bhv8NTwS0jeHr3PGM8JN6bcj8dMIRWGRTHiX0o12z5Np
BNKVRfx0Y/GyBpER/uc3ZA21D2uFqAdK+uoZ3w2OBB7IYwwS0ULkVqxLc230xzMWITFFEEI9
kEf5U7a/mH978Ro9uO2cUKyltgFHWVDgqrMOLngOA1k57issYWWOJOmS2SlKqd41Le9m6n+H
DUb5qN5TIQFkjj6II5LqhUULV7QPea/D11C/aEuQZP8AMRVtcRU7jvHGK1VVIpz9dfeY/wBe
Irehj3uHHbR8piMczx80Yc46+8UGzQ1pWo4qfw9NK3jPITYczrdCwZu1Jtuttekg8efw1Hhz
eTZb1DjJusBqQrVbi1p/drKhyM5zGjmOStpuHta2duG9Bt66xcZZJ2xJl7DRZEncsevSUPRt
w5azofHyf5tAV+m1rLKBcoJ2+GkTMndngBj3NG47hqcTX10MdsyYKyduMEuQ1u4jFtdSrl5L
HKRUcYiVl99dpGuopHHnx0kjyIFlj7kRoeqhKldhsbgRvtqLBBDGOt8gFtzE1LU30Xc0VRVi
eQGqjTwFigcUuXYj5foU1ItNdjx5UP6uFidVeqVv4bdl1AkKGRR2oIUWpJrRRvvwG9dZcsxV
jNMR46Z2F1+QFiFF3NIVuH79fb2FI4TZHcSWamzOxbjc1SPhqWN37hfqMbU2U7AAem2jNatv
bC3/AJ63Vp6U1l2pHEsuU8oaR9qSFN+HFjXbkdZ2RjraIsmRFanSCbun04V0hFJFw43mSNya
Xe1bR63Ea8fGsSS5IgUy49em6pcq2/D/AHa8ggTt/Sh6LruIrx+Na/okyfIyNjOhpg8DJGJX
ZlZ40uNVViaH4aMc8bI0NGhEu83bIKq8p4BmodvT9Aq1FHvBpQinA1/Q0GFjGZEMd1T20kuq
T1t+VQN7a14afy3mJ0ly6/8AdSdCRD2qkQPtG+mmwQMwhhHep+mrMpZat+b5D92k855SV5pI
B2kgsCIJ3BstB2og6ifWmt9eJwAg7k+R/mDd1CSZbglDwIiAJr8Kaw/Fw96OV5Q+Rvc5WOsS
G1SlA0aF+FOHrqaGWGdWy5xO8zIaOUTojWhFdzvqGRFviyJ1fLjYMcYSktI0SMxqStKtt7tu
WsXIxW+2yMefHGQkIrVJSUsBAFefAaMsvWVhzZVVbgbZZQ+xpsaGmsuUuHyYZQYoI2qXjK/c
SxWtdcxSRlIPpo4/cvA+pjfxdhj0BukDp9u1f1e7D7WJ5Uqa0P8AZqSOFVeVhRVahAqaXkNs
beOhGeugtJbevLfUviHjt8f5gK8R3pHMtdk4jj+zbS4ESFMwK8GWxHGNyvSp2qHtrw1FDIpO
TDVZpn2bp6RFTkqAaHk/KSHGw6gQC255XrtalDUfhvoYmAyYGPui5En8y0KBV33K1C8F1Nkz
M8sKNQH2GRqFt3a4DYcOJ0064yrPN1QSkdMYB2MKnatRxNdS3F1EjXSqSd2PNy254c9LHjZE
ccqGoyO5YopxIc04fDQxFmSVJj9ORGItdqqGUlaqSdjUbj9upUnHch7lMjHc0ZW5tGPw+WnG
d1eEy2vicBoXxpStyq1KEXcjwPHUM0GWz480LZCyEFnNObFAVujqOodQ5gjX3xCpmYRDTJWt
tdjT1DAgjlqCCJ1+1eNO21UQSGNAe5IoPSaMOO9Kc9Rmv8r+X8N7v7dRZhasorDmoAKXjqSX
lTbbavH4aXJjFIswXHbYONm3/frIxTWeVWtx8hJOhVPFgq8S4+OkRr7cQ3SlCK9hzRoo0C1J
ZjvvqTOnu+2EvbxYbQXsVkV4O1/LFY5D+zSk/lNw+fD/AH/qxi1m7jW9IrTYmreg2/VyIia9
1ofHhGYjYf5nIK0qPaopq7EaSA4zxBQgAje72r8QLdwNeHCWz5CBklabf2qkhmsBt2u/by0U
V+m6j2/3T1Ltw9NWZEn1ZO5KqneiqRUAgDYVGpJoVk7Ek8aVZTaYuyX7iE8iaazvHoodcZkK
SUZkdbl3ou9Q34c9ZsmQiQuGmyGUAFy/eLIb/Sw01nZFKsiIgHPqq2x/6dPIOlhHEwBoaG3m
NxrNyqmtUit5UHVX9/6PIxk2Bqw/b7Dv9uiGO8+0G2p5021HjROJMcRPNkn2kvI1IxSh6QEo
tDw46CTFe/QM6KeFf36V3qbQy2/lIbY3LwPDUvjIpqZQSpsBJQHYGtLQfgdRQSlppraRxLS4
gbXNwArq80x8KFWyLRSlsdBcwb3bmg5V+WsGYWypG12PBRrsnKYql24IaMEcByHx1GmTinKx
sKNpct4C0BEsz8T3PU77b/hqHFgjvPcWRjtcEU9W7bUpp/tnEceHGkbNL0xiXI6O5fwDBCKE
+mkRsiOPLy55J1zGNCkWInbFxWhAahFfnrJmWVndKrgSW2hb+l5CCeQrZ89YUGHFXN7V0cSu
SiGGIlX6rVFWl3Hx15aZpGSaSV0jJFxVsSMbopqBaanUKteceOK0702ADVbcGppQaX/UUgkX
LaOSeeFwQwFhjSNaiiW389Jk5WOxlx1kjzZIm2fHX6Rfa1rku319ospnbHSOs5p1hhVTUcdv
0NExIDcSpofwI0jk7JWi/E7V/ZX9Es2UAWL2Y4QdbKaWp8610DOAsh4qu4HoK67mN/3GI3ej
4Dh7hU/t1j/6hTJieaXtxyQx++ORVotQ1a1tPLSwW0WG1Mp9gVWpqWruWO+osXFaVJsBCoVF
btW0ClbqiloIqfw005lVFRkUQyE3OSKtSwbLtx0sjxtHhsx7IAIirvW3kT+/WPPBewFBFOyn
qZfyqrXDo4aZp4yne+pJJM46j/eC3Gu/Maocou77Sndacd47d+B5mmpcdMdl7P15aKFpEzMq
FwK7/FTTffhpHmtDxxCCoQLVBtv8ac9TYz47GSaB8efuMee8RCHYWaSPJnt7DfRDAs0M35Jk
oamI/wCIv/HWXk4zWPFEZMnBDnqBN47RBCmHi6/s19nHZ9wWV42lHTbFWamwJqSKfGu+kfJi
EcsbXy1FO7jz0HA7kqTUU/Lqbx/bDIVsldaV6aukjbnben4jU0MVGnhN0VKbSLxT8RtqaGRl
u7LSI8lS1YhcFTfmBTR8rixGCMMCrKOlbibQK706SK6n8vKhGNLkpm46qoIKxyGF1ZeVDKDT
9MaTv3JVUCSThc3M/oWaSyrE07ZJWlSBuaaw446/UmpJQVFgRyamm29P1N9SMSHMDTzu5ShL
TP24ijcCBHHSo14vDYXR43cyciLego1sTE/Gm2+pvu8kyZM8ZkjQ1KwxA3SCp4Audq8hqdUH
aWRLYpltNb+qQgU2rz331hLg2fZqW75DfkVCqKvGvV8eWlZTcFNQVO1RVeXHWRkSRKsuRKxZ
0rcVQhVq1Fb8lacNYsPkksys4qjopFV7QaUkbnYkDhrMUgDtrEKgUJqZG6vXjrOZ2YSRQQvG
AKqeCkN6cdD/AO9J/bppZDaiAsx9ANydeR8g47i5XfkGMWtoB1Lv6vW3blXX3bwtAsgAijfb
oA2NvKpJ+OmcKAW3YgbmnrqbNfoNLcaorczD6e2xG/LUfioA+X5mSryKov8AtxKai8jnvXfS
ZXkst5c4kPID1LUcEJO5HCupYcy2dZCj7Lb1KKb02tBPStKDWMTGD9mboGIWqgAgCtOArX56
aXHLxzZksjSRMSb8dre3IQ38Vm3w1m5mW6rMASV5iKPYn0ILcNR5OcRNLi9vLlR0q7S5MlY1
t26xGLRXbcaycxk+2jhiW9OpUCVARQOFWbenrrLE/wDPz4iqY6gSSRxdt5BKtfdcU4D4a8pA
26Y8cc4gTpNrY6lyCKcSNSyPCkU8kt7LGbrmlkANpfesi8R+GsikirBGixs0Zq4Aa+eI04Gi
p8dHMaJpsFxiK3JisV2Y7Fa19nx1kZYAhHksOSdsSY3xlQwqgbajGMlqDUkM7GVseZJJ1DKy
/bSJ/OVuJVbddwOJEfqjI4WkCm/PRIFTyGokksZx/wB0VPtNKgAb+upp1YyMwHbiJootHAfM
89L3KX06qcK86aaRuA//AApv66Rp/r4sSo0eFcO1fRXPdpW+lajb/fqFYsaLEjTZYYaBS7bX
mgG/AaTxONA8kkVG8hlRozKjUvqWTifgSNuOu/JFI/eiC9lVsWI097PWrtX8wqNIv3zYxG7R
O6l2HwBof2DX3+RkGDxiLZj463o5IqW/m9VS3AAaw/sfHi1urvThVnjrvcbwTdpY58hEem3d
dVJptXemjIzRPG1O28JuB26t/noS5sDQZEQtx8+KskTX+6B1qCA4FDXWVDPJWfsFoC5qS60t
UVPIfu1IJDV26ZLuo7H1NfTTdZFaKUH5l4mp/AaGXjynIaAL/T5X3Ai6umQcdgaajP5chKyS
KKJHkSBSAKiihZOB/DU0DAr2z/LNaIT1MEu/LUmh56glxb8XNhWyUjpVgu6VHHf81eOocuK3
6wultFPqcHqPnqfKxYzZjP8AdIelR22O9o9Oq3bhqbxeDAJRlB4MZpTRghfvJypVTX9ujCR9
SOW5TU0Kyr1A7cnhC+lTT9QShb6uqUrT3GmsOalO5HfT0uJNP1cmRWtewrGRub26VAG+5J15
CeKhhR1xMZl/9OBaFaCg95O+sjyKNIuZ5qf7Px7qPZAh9wDHbpqfnryPkcsmZ8nIaCNrQD2Y
AbiOZC0NflqH7iz7pUWVlX8t9VBHzoRpIhGbWDEuPaKU2PzrqyNQq77DYb7n9+s7yEkjPKGs
ijqbEVkSpA4VamsBlUucfGypI1Lbkqq0qzV9dT//AHz/APAms3HmoqTFMQuATaisj3W/m9uo
5FIIyHkm6VtUXMdlHIbbakmy/wDtwPq7VFp9R6akpR6yo0qGoCQxt3BwHFmoAK+v6D4yrpMq
rPcn8IYcTvSp2oeI1uGbxviSRG0o3kyeDMSeNP3akljjVZJaGVwKFqbC489v05D4ih51RiiH
mafDSRxXTOaRQLTe0bKKLsNY3go8VFxFijlypYnKiyNh3kt4m4nbep1m52QpxXH1FikbpaUC
mOnSFIeOPqAqa7E6/p8LV77Xvd6xhjcTx2BOiqnuSTeK7schWhpGXTmTQgPT46lkkkQjIN64
6ooCsnQGU+72UFOWsPBVDEZZgI45U7igJJW9a1ANB077A8NZP9Pdl+6Mt2U/UCVbss9dwKhd
ttZ8GX22wO5CMHLr0qjqILtq/wAtDx5nXj/vYIlRu4IXmfZccDs9w9NfqKw2pTWJnuEcLDHi
ydNe8BIbVI4EFVHDlrGaHInh8VkJ3o1vt+urUGKGobEHC0ctNiyKi5CWmVXQmjE9SxlWAK0I
ZSeW2ki8PPDFnZVJGMsZsZyKFZCpFHNPXUWRlJ9pKDSdH4V4UBrtv/w0MiG7tsTaWFtwH5hX
keWpIo3QZLAEBqMwU9Nyr68geWseQov3Ga9sJqeiOL6ZJ6uLueY5axfHRRVeKRzKydRZmYCo
47BVHLUvjfHYzTtCfrKaIi/xGoWpJqPhqSLzMfbgmoymJ6MiN7FQR0Y8N+qui+DlY0nbkujb
t90hQopUFlIYMTvrFX7eOdVe95ZKfTIGzIKE3HXcndUqel5G2DW29Nx229NTxZinOVHDRzLL
IyRxVp0XX0L04knWOMfCbHqQYHtNzIzdMcpUhWFT+YV0+J53EfHAhpKybPG7VDOqsetaW8K0
4agmikEvYlq00bUV42ptw22rXTzQ0bFzPrwOnto3ECm3HQJBo3A+vy1SZxEpBqwAA6UNooKc
SANNBGtxmoFAND3K/Tao3Np4DhXWH5fuO7SC3NSd7pb46lxe9NwFK0py0q41TbddI35qsSnH
0Wg1k+PVg0dhljR2pR602FCaGu+ofJ9v7qHFcrJHGvV2yGil6jX2tvw4jWLkhwCs1DRqWFAJ
QL+HXHuDqTyQEgxTKkn2e24saVks9tBMq/D9TEXIcqY5u5EgI62VW6SDxFKnSxoAqKKKo4AD
kP1Y5XUMhY3kn2qiNKWFA1TRNtF8RRHN5EtsxJ68mW1jtvsG5axhii+DxuNIZKXNIzyuI1FO
FzMD/wCGjhBXaSBo8d5uDX5HWasKVNRV6aWlimR2llljFR2IthWvFiLV2+Y0otPWLuHDhsfQ
76ZHFVYUYfA6fEh7hNYMmRmLMoVEeM1Y13bbbUzNxOLMQ38N7QxHYUrt66ylG4XJYV+SqNZe
IshjMuWrVWgIsBNwc8CK7eusOxgbFKtTkQx2OsTxpu7eXMBNYSD20BduA4bCuvKr4xAuKjQh
D1AmiEGob4g/o8l5ITpG2QAw7gtiQotAz7kk+p1djt/+7lDdbIA2TM7XPkCgFq+nr+p9Azwy
NJas0fSKjk5O9rCtKemn8rIgCwDtQ/F/zPvXem22hkZ8sZimImhD9D/SUSLHZxa3dt/2awVI
ukaL7vIkVQlWyWotyDmAAPjpoJZLFdCRGafUcdNhrvwYmmo/CxJGzpjyNJKOq36lUh34AB60
1jtMEkyI1pJLwpUdZTbmRw1hYjojiSas0gWidRbZVJc3Gvrrx2KS32+8GS+PutpjYXH4V1DE
UXDx/uFx8eMS3dwqyhK0X2gXEjjtqeOKDu4smM/eWgfuSD+VGhqV3RCbR+OrYZBiuVhnjkWr
Kr4oMXWem1iQDtwGjjww9jCy07szArIIpL6RzfTt2ucow5CldRNLIRllnXNgtoYyjdJUbbFT
tqWOy5UpeSOClhRq8q1G41kQSFphI7MsVWMbuFI7bsahldVIU12K10s+NIGxHVft4wttgXpI
9fw5ac5UbOFXuwdQIJKWRVBraEa467igrDGojgQ8kUfM7nifjoY/j6R5sVbnNCqKRQsePJtI
2Z5Y45mNvkJGIpM1b7eo7U/HTxYXZyKr2pGuuY3bn8dq7ag8n4eJpsYgxz4wNXUEcVLEV4cz
pZaFLhda4tI+YPDWPi48MXkHYd2CIkEmTcIyHcALabieWnzPKNG+Q24gjosd25FS9Az70qeA
4alpgQVaqGH7m4kcDRkW0bf3ttDAyVaFxURYeQlskNiUBiK0qOZ3NdLQiRx1PWIKti/TRwW3
N1TUEcRvrw1qoYIoKOYx7ZDbVWC7Dpt1GZ7+wGo9vGnFgtdq6FpJ26qjn8NYmE0qxBGMsNRx
cUayvHqt/DUuCrOEzT/UMN6ViEyo3eQserqAqKakSWTcIrwlRVZLqUoeQoSa/DUWanuiuoCK
g1UihAK+upFhlL+NzmbKxxwqd1ngcOKkEm7RRoe88LxIqjaqxHuY82yUP0wYm+Wq0f7S/vjb
r7P827h/D8P1ASNxw/s/WfEMluRPDIsSsp7ZvISpYA0albf36xsaOJXaBY1sXYA7K7gn0qTo
SZUjfbSTmZQNrY8LkQu5ucE8fTWdjRADGdmkaWlJO/PV2IP91WWm2jExYfbxRO7AkKojYmOo
HNjXhx58tGSJO49tUjPSSeQ6uGqk01JJEzrLkYTurKeknGbuAH5g025abIZbmXAmtWhK1kaJ
epeY358NZH/5Qf8A4E15HzC4pkSBpCRU0Rz9KMmhWtW5aw7VtLqXf4kk7nU8QLE4GE9VQ1q0
3KgoQwA9eej45OqT7SKeVqWkMzO9hB4mko3ro5OW/biBALcd2NBw0mPlytD46+7FhCMDP2yC
7yei0NFO1dBIxao4D9+qV3/RJl30x437fd5Ma29NNz1babHyGGXC2Se3BC9QeEdqkbjYaWGG
VZHN33Mke6mVDRiW5W+3WJIRDlY4kMryvxYN1g13B696bCny0fJY8IiigZGnE3WlU6KLaBuQ
K01NDKLVrMyECtA8bMhATnvoywgvlR4ixpI5PZL8DUDmbATqSWTZEUsx47AVPDXiJp5DeY4x
cibsG3UO71oOZpvXWP8AckxnHVu6dyrQCQ0QKOlgyJx/46ixIchPtcJFyo4FuEiELJ9Rwg4l
pV/DUSLl/a5Mljfcq9qjtkJLaaUrSRgK8a68n43ElN+MWZe+oYML+zNGBw3FDU6xsfxq/VLo
nkAxUEoCuP8AbuV+n1FK7t/bqGbMiu8ew7aPH7iFBtRyT71FBWu4GpXznUtlYUP2xruyLLGA
PmAprrx8EORaYonllYNZRmZpO2G36qbbjidZGBP0NtJGtUK3DbICGM8pNyOVdZMM+MLoB24Z
K0ahUFbqEggEkjnvq3EZe1S1D7fb03PfQValTqbOmkaPJnk7HdorOqIolIVX3q+y14DUeRnz
zZuXIW+g0iwxohBWkkrgdZH8I1d4X/TqLJCyt3u7YPlcO3WvpXVcrE7Pk2YxLEaWVH+IouLF
QKfM6TKk8lJi5Ml/cj/mAK21NnpuNYmXizCV4iA7otoV16lDqK+5PU776h++aybFZjLixtQN
cKK2+9NRY+HnR9i4u7gNG+//ACk3bfHX9Uxss5n269aZFTaTxlQXU29P7dY3kpoe1lSSdlWW
0hralt+IXprT11PiT/RfKiu6R/MVqvGTWu6spjag5jfbUXj4AsIRS8rmtAPzSNXieQ19sk4y
VsDiVRQcSpHFuBXUubHQ5sjd/DbmjQ1A4Cu+9Rz1iePz8WeexvuswR3VguStl0fGwycuVBpE
kZkxme27iVjrt68BpopBR0JVh8RsdDElZDlwyPNClCGAYBSwPA6i8tjcUpFN/wCa6JjvuFbl
8dDK7ZCKLe3duV9thJ5WG3b/AGXhfGql4En3Egr0lQd6qfQKdSLhSt912WCQAgL9Q2CUkj8m
500UvTi4GEgklk3QC7o6jxPRpdkbIcdRBtVa79O1duWpAY7aEASbVk6R1Gn7N/TQjNasDyPL
jv8AjrAhQAr9wq0fqFvbkBB/DWFDK0kuFi46AhVKqrNE8algQCpY02rw1BK0phyPs1kMi1sd
el5EZRQcVFN9d+PZ5WkkYtwqOgfuUa8y+LIg2SbJfcEhWeSsR5bjWH/9iP8A+Aaz/KvLI0mQ
Wx4IY9o7u0oInOxOzVA4aDZEaD/LPJlTrxKs4THUDiWpGFppczyuKIkhNcPFc3FTzlkp01PI
ctLklfrKpRX9FJqRThy/Q73lzISXJAqSTVd/RRsBqSKJ+27igf09eFNAJJ2ipCY6gVuaht/Z
7q+o03kZ6R40FC9sRIMlO1GEtU0ILA6hxPHZLSTZsZWKaxDHanTK8lN6Hc8KFtNh+Lm+6lPb
ixoQKxoAHiJFvFtz8ydQ4v8Ai++Y+rtx/Zw1IscYGS26y3WdaK3bLUBqAW1PnZMTlXEAFlJG
ZgBjkLvUm4aRg1FAa4eteGkwIrXlxBFDCw/ObZEJKuNvqJT01HG3XLJjg5E7HrZorVXpG1Oo
8BqWfx6i+2xygtkY0Ha3eikLcx1jTShmAMsbKm7FHhkLBR69AprEyciFcnMy4Tk5OH7BQo/t
4gl1pRRvrHXDx/t48Ro5Z3YVE9EtRR628TXnqaLOjKK0h+3aNSXVQ1I5GVt/iR6aGLmAqsB7
YbiqhmJ4rXnU01HNQTxwShqcnCtXgfXWF5DHcyOgvyeKgvIzNLGF4Dj/AL9HysmQzQzhXMSU
oekAUccqDWbifchfs3ivcii9qRS7Hfmo1JPmXSYUIeWSUOOtU9q3/wATVUU476GR4zwUWOgY
WZGbUVQ7FhFuf26VcKT7fGhop7ixrC/q0cUVT8aE6gbFIzfOZZLXFQI40WirJZwBAHE6TEXy
dIaMZXEYMvcclmZXYnmeY1hDzGV9zdKv+ZoVrBfV45ltKsB8DXf00/kfGZpx5ZTclqjthWW0
2WU4jRwciZppitAqvZaK+1Jba0p8NTYPkohmgFmWOQA3QRt1MZkIBI9LdLM3Y+1gYTLGaJ2T
6yCooa112fES5PkZhIzzvHH02ynqUsFH5lqOWsrxmGq4OWJI4fKMSHkaIR0JBHGooPTjqHxW
ALY4444nCDaNVqzcuSnXkfFn/ufHyMmGHFC6O3SxG3CtTrLzJozTNRkmWNiG6lp0udwLt6ao
dM0r3ngZPUL0g8uQ0k0bXGBgaja+NhX/AN5TXTXdeNkxVqAfawqCBx0cLttf3LPae7xtpbx5
8Kf7LyWeEqcCNYkRjSrkW3A8BsDx11yrI8JvCoOkBx9M1PO3mNS4cEV65EkTZ00zdFF3ECDm
aLWn/HTQPSNu2XhJI6rQxag/uUFfnqCWVg7ugZnUFQajiFbcatJ6tukbnqNoNByrp/JMx+n3
5ZLKgNQkElCTUgJpJJJI2d8CKdhTrcVUsWpzQmq/M6aQEq6wSKCpNaKxXjX00YmmuZnmRI6e
02l7B+Au1mRh7TI8FVrS4ASE7cwDTWH/APYj/wDgGseCe6EZMxpkLUhZ2QIhcb7NSmkqhfJJ
jRaGpkeBLEVi3JmAYn4ahTLcSZAUd1xsC3Mj9CTSvRQrbFqDlwTixPDTKku6BTJFTgGrbT0r
TWZ5PL+mNwLj7Yo9qipoLyK7fDnoz5Mh+4ek4gcn6ayGkMMabUJTrbbTRTGjSRNJMAe2QzAn
+ZyoNvhrI85ktf8AdMMSDH3+mse4oTxVVI2GoT74sY/dZbrUI0zH6aACg6f0enx1mYRcuciK
uOZP4pDdJV491aimnrvqrkKOFTtx2GkmS4TSvCUpzdCyoq124vv8NJnzp3M5oE71u9zCtB0V
HuY8NI52JG4348+NDqSKS2+b6UN+wuk+lW47Cgf9ldeTyWeIZDGTFh3v7MSgQBY49jViaeg1
DhJE7wxRAXA70jAtHEEk00jTqElIBdAagH0rr7/HtaSKEmeO4K4VW/m28W2JGi0vXItVjhto
KMDVy45q1KDU2KCna2nYPStV6eg+pu4abxeNKzv489l+6es0/NT+GtQNSMXITKwpEsp03w9Y
39bXbWNi5SscVGaSSF62CRY2ZSynau3PU3lCVdJ5BHiYrtb9MbF1otSxO/y03mvIJKsnZW7H
LFiqr0oN/wAzcSeOj5XymWHzMpFtxYevsxEkhBT8C1d66fPie1IgTOje5Kb9X+7UuXieO+48
aG7SrQlwaVqxWvL4U1HDg4jLgtQzEsaqTxEaEkUHw0mVivfE/A+nqCORGsvyKRRDJVA5mcbm
zlduRXhqXyeTCrSlivYIBhW4B6qtW5MOPDUgwFsjxnMBW2wAryUDlpfP4bPIZ37OWiKK2PQA
KAOO3E86akhzI6RZtKTMrBwv+HaGqxQjYDUXnISHgkAhyAvNTwaoIrXh+zSRNXuQMREfWJqt
Q/Jv7dQ2X/cXMJlPtIr0lf7NMCpShPQeK78Pw0kIVbI1+lKooZI26lZ+RO9P3aPjJGufGQMj
b+wki0k+m1P/AGawfKxLVJmcZC02DiJij8OdP2/7FpDwQFj+G+s3LNR99lgyyOzAtjobmQFf
xXUc+SWLZc5jQL1irMVQLbWi2rXTzyooVD3mNN7gKXD+9TbUOfLdG8xa9HApFjDdYQK0vc0L
HjqaQxd+1SeyPzei67siddtWROo15geupfE2j6kYZy3tsL2tT+9QGnx19xDHFKyK2OqBSUWO
MyR16Wp0gry15nHlmDpBBEIU4Wiy1qA78t+VdR4VvUuPkTXXespTZOfDjy/HRsjuiSxpmpW0
VtFTyqW0EQBVUUVRwAHADUjrWkTxyNaOu1XFe36P6HUOZFGfuI1Yd1zV2Mm7PIfzNqvp6aaT
Ki7TqpktWrC3egrT3UG4197kqv3EXtXcJ3ANluJY0S6hoKE6GEkpRXlR8pyTdIoNXBIp7uGs
PxeK/b77XSNytQigNeXM/LSpkymaON2yZmJ91CBUcPcaaxfHpkCJsmZVdDzTertT8q8ToQYU
glxYFsjkC2lj+Zn/AIiTz9NRbfWyAJpjTercF4A7D9KT3rEMWVMqRmFarF1EV4jbnqHJorpM
qyW8QG403/hYaxvK+QiVzjOjLjcVWVxbVn5hePDWyn7eJLeyGorK4so1a1pdUfHSRd9smlfr
PSp/ZtQa8bKv1HSVn+3b2NQWhmHqK9Jpx1/VZA0Uk9tVvLM9ha9pbgN2Y8PhpS0kmPjmQ5U8
m6FFUgR4yk/AVfQ8bi5qQZWQFKy+6iPXeMc2oNtB2jMPd92Zk9ck4IHulY/TJYVt1PJjWmGa
vxsM6kMrb1GxJGo8eNV+gXDTqa92rbNwFBQbal8k4PcyDYhP/przG/Nv7NYmfX/tMqJ7eAa4
9ognl76670cCkTOohnI6O4qMjkgcaOQTz21g95Y1xpkD40c6LvB72Whu6zTS+D8Z7VAkzpK0
QAnpRj++msTCxJy8n/c92RKqGAaNigRbnZqGwcB8deWzY4Z5MhB2XxGYwxSUFqxvaAa9Fx9K
6+0wyPHR4sYJg+7eGVunojtaoX50NdBJ4YMpKyTyY2TRnxTxJklp+Y03t5+mnl8RI2F5BF7o
jIKUkO4lsBAb0Joag6xMR5FkfIrkZMsN3aNpsVY7q8Ld6Hj89YsiJA+KqgSRMx7vdkqxIYbU
DHh6ayoMhVjhkZshsljat5tHb32+PHU+KrU7yfTcfxDqQ/KoGpcJgYszBcFUkIFkTmko/LQK
3XQDYay/GeQlBkR3jbvU4Se33cTfXVJ8yMReqKS3w2NBr/8AODf/AIsf/NqWSfNQIadsrECx
6BGbrvgPXjvpQ3knNgtWsY2HGg6vjpMyTIMs6JYAqhEo3urzbjsToE8tx/Z/v/VWjEUNSPXb
ga6RqWL1XoSK/wB3gD/b+nKytqqhVKgkXN0qDT4nS+PH0pJsdr2rWjSCpaor68tQTYyWoEpD
fyVegSNWz8vUeGu+GP2kXWY6BasQO3Gfia3Gp5gEDXfnrSJC0hUdLN7QtvW3E8tHMeRmGNWO
Gwmj5MvS9FZqG2tqgnY10IopRkPGDj9qv1ZsprKBbhwW6poeegDJ9xm4dkU+TcFvdjc0Aenr
yHyPPSyeMcNjZgMUEvRxCmFse7nsPxPx1KFcRvPjTwZEZ4llIaM78K1pT4a8nnSyWJBj2G7h
R6tWvKlmpmnj7SGbGuDGj+13HT6EHUYga1517gdh7IhQu5B4EKdh66XFgYxC2PtlwWIsKstw
JB5b76SNt5JK2ADiR8eAqdt9MyuW6mBrTahIptxApQHUGHhyjHORIqd0mhu9wANagC2pNPQa
SX7lct2tjgC1RWalkaKDXiQer8dJPm5bF4xJJkAH6VX6vzVNqDYb6my5gUaQqY4uKiO3Y1J4
kActSZ+SbGygHFfyxKKgmvCta6yZoq3MexjvyWDcNTc7yV3+Hz1D48pWKEf5xkY0JStxBPqa
Db8NJEzAM9bF5m3c0/TPHJG0qMjK8ae5gRuF4bnWd4BzX7WUmB6+5WAanzAI5a7Ha7pJDptU
BoiJAN+bUoNNKspjLGNUjoK1LUtHOprq6PdUZo76ABihtLKBtQkai8dhzRPNcGnmB/lRQkgq
d6Mxd+G2hg4n0vEQwvJlyxMFHVwj26l5seGsySbM+3MskiY5YLYsOOaF4w1bgRxJ0fKrjhGZ
mGK7V7hjJ/mOXFavy9FoBqWDuLlW9ew9u9Vjbag2pSpqdJC+8OerQNI1iCJru9AHIWmzErWu
+r0mDVUWFeLE1SVRx9lDX4b6c3Gpmaik8gF4Dlx1k+ODUkniYL/x/adY/wDUIL0wnRIp4zRL
wtJVujCmrU/CmmzXgOMcUR4+O6GvQh7hUFt9+DfDWR42DLj8eOmTyOSjASyH29sAH02JPw0f
Ld3vy218VBIxvNuwkcfPlSgHx0CmZmZcsJa7Hw4+1fwo7zeh24i7XV4e3x0w/wAzF3DNISxF
WMw61NNqHbUTDF7WTFLdBksLWMdKGGSgXuV5k6i8xkmRHknZklRkYdYZC/2/u6a+tOWoZ8Cs
hvJycU22LMoFZQuwAlG5FPXQw4T2kxxbLCgEncyFBKrG0ZPRRTvQAaiycwu0mEEKwNEEx7Sr
BAq0FWU7ltfbKOC3MRSi8gPx1nZefIJvtScWJar1bEG/tqqnpPDUmPJGj4tPtcztsaSqD/N6
SSG4HbnoZKR9pQzRhbrtl2Brx3HrqnjRihBxbIMhJ/BAKft1/mu089f8O5Ut2/iuNeOmimUP
G3uU8DqIWCkG8I/hoKbfhqUjHKXAFsiq0egoBQG7avMfq1BrpXI6lqAfnx/s/Ti4sa3jJyo4
3jpUsN2oP/LoRAUQC0LypwpoRxqn2/RFFEGK1AFbaHblv/dHA6HbmuSO4SJzMrm4sx+R4afN
rJDFDI9YXFTK20UZUAnor1UpvrIwsWJ1jwY6SSkWuJ3I7HbBDVvO+nxvvEjyoIu7iRRxk3Zc
xo1rsSWbf8CduGijydvIxUsx4FN7980+4mW0G52aQICw2qacNQQd2KPHfLL4kcS9aOqklIW3
HuW3cCp5agGG8pMiAyoyguJBcJKi7Y1WtPjrz7SGgaKNBz6nvVR+06WYyduB5okErsJLTAoK
9QqaKH9NSZcUoNzlYAp/w4yaivOrNcd/T9EjZEqxqq7RM1LYgTdPIRUCtKLX/fr7qExuJBRJ
YuBjBJQc+Fx00xjMrxKWVUAMnDgnxOvuojZBjxmHDjO47n55WtNrb9O3x0IUer5BEUklQrU4
tRfj8OGocFKgStR3UVtXm2oPA4qnu5lqd1qBLBswurx23+GhPCkWUuOO195u0P3BUyHgOqlQ
ErtrKyu2QWIj7pOzBd6KtOXM10CRuOB1RRQEk/iTU67kDiRNxcpqKjY/o/qyNHDnRmPuj+Mg
FhCWp+ZbgCRvtpcxF7iKFyYwaiopXlvW0nUeMX/zuRGsuP3BWv0lpISBQb7b8wdCSQBI2P0I
1FKIOnkT7iCdFYpF+98pL9EgDojxw0iOoQ0NJEFa8dTSlJJrzI0kEidxnWOqWyMp4luon02G
u08LDHxIewtfziqzuwAHqOXHfSSR1KIDcq8dqOFbqU024Dn8NZsiZEUH3UxoShklZ62BoseE
kfAmp3GjGHZ5Rc00M8zXJGwobcbG41G4BNdN4+EfcrkTRvFOUKEPvGFaNmBAJ6atsa6lV4BF
kjImV0UfyVNrWNXdRVaD9GRjJIU+3hbKRSenvTOTc3/4s/t21O8kyrFOHGAklbBJGpkkZyo6
Rw468W+TjR5MhWcwBApf7lx3UadmI3tNfh89S5fmZ+1BjMYZBXqrFTpuOwQDmNfaYMMnYTgY
UATfiepgdfcxYBkx2cxxnvIJCRuaxAMw1FJJFHh+JYhipYGR4yaOLqEg0+WllgxmjjlY9jKu
URmKIob5Yw1QvQWJJ35anWOSTIh8kzIkVAj5j1NGjA6oohXc131D90weW0dxxxUKwKwJt7KV
urudNHhxlratHDdzO9oLVoNSx+Kn7bzY6rOwApH1U7jMB7lUUUH11LJFnPjwRydjJyYrep2H
1moPc5NKmhpy56jmw8WJU7Jmiw2uboNSJMimy9JupXYUHHSwTxTXXu30kHaFzEgR3MKCnLUz
ePxZ5pKp0ylI0BYiNeosaaV8nDhkfg3Yyo23+Ci8gaZclDeLdsdhMNxU9RCDbhtXUMQXLXHV
TfIrWy3fl4N1A89BRneUapNzlowVHEUA2PCn4/qhVAUcgNv0xZOUCskrSNaeS3taBXlbSmvD
xuVuOYGVWJHBG3FPiRoPGwZTwYbjW+sOXFlAxAS8zDgy0rVzwCAb8eOpcPxaPk1HVN1QwbHe
NpaXfMAamxvJRyE41czLlMciQMaWDZ9yFHAUpttqFEwVKvb2WEZSqC1ySQKjYfmpXhrKysGH
ElkxiJZ5J2lUq9w3QRhg1DStNX4brXFcsssRZZTROuSEbMKE0oePw1lZVt7xNbkWIUpaAvdZ
T1C6m9RsdZtsjKixozxjg/1UUXfKtdRTNCDjzO3ZY7ksttwArtwpw0jMgWeYdyWgpbeS9gHI
LWmsiZixWK53BH8K1IStNtSNlx3xyhJvIXhyb364MZF9IlILa+4x1sZQ+NJCWtXpe7eGPZXY
b14jUeHh4Ehloqd+v06ujr2y2xcKCW47HjrHjyslZIktRJhRVPcbppvw3r8tEwfyccdpH43U
O7Cm1PTU/nMmUUk+kqruQAfbbzZjSg1Dk7tkyyNDHj1qQtehEAFDQ+5q+6o5aiXNaWGaWQlm
HRGHVCxrGSRbbGRU76xpYAI7u40kUZ6QzMdj8hTTbk3Gu/LlQaIBK2Ws1FLVBPAbfDlpBHRE
XioGxHp8N9M04BjjpIbthVDeD+BGsheqOaZDlXNQOsv8wVOwBWgWum8e5a/FCFO5s5SRQ3Dj
QGtD6U1j4kbWW9/ISNai6SQkwXdteCuzADWMkUn24jfHjZ/QF1Vvf66Z5UlY48WSIiEAZO9N
9OQFhsAvr8tJmeVIw4smMDZjUF1J96+o3H/HTZIBXFIkCLIA0jtVtt6KUUUA9eekw8eMt90x
XsrVZZpCesyWi6zbcrx4DbRxftXAyyxmkMXbZzcRYiKbxRSKM1F/bp4MvyONgyQ1kMcTOxkC
C1TLbbudrl3J5aB8dHjwxyIioY4djcaiQuwv2O9LNtjqLzGL9rPkzy9rKxoXIurRaFZbS1SA
Q1KA6+q4iPA37b0uIBOxoPTWfPJArrlyQRNcfdFRUbnyq1Bz15fxzxmNgZI4o1XeSXLZu0KD
0Wny0uBlFppVQY8+QtWUydxizsacASFBpqd/LZP28eRGiyIbbYjTrVCa1J/8NPHhlpsKROy0
cA7dyUqCzy3Fnuoa0HDWL5Hx3iVjnRngGbXpYlSLjHXeig15V0Y/uJp8p07Qjy17UXdaRaAI
oLLaCeJ1NiQ5H30ppC4t3nb+ZxrRMeNvQb+up8jKInz0l7Ur0WyMxjaOClbVUNojHp3DsC3A
erfGnpr7fHYFz0yzbdGwNaD8xrtrLxEURlYy2PEn1GI/MzAdRHN3NNJm5jI2bLIwxIntOOBQ
AzqgpVQvCu/LjoYmAJJFLgZmdJWr3E0uA9sY4hNY8OY7ywY9e0kRsi2Ne4wrddKDdvw1B95B
2e8WRO1dzG7t/wAtdN5B4EOC4EWN3QzzykAqHSMEC535H92u4sYjQ3rDDETIoZd7sl62i07F
AdSZmIPuMO4pEQVVS/BnoRQRIfjy0cmNLcEMI5fJu9WJ3jDxIBsvdYV+A/VwbbrYsgSuUNKB
Ufj8CSAf03OQqjmdhrD8gaq2JkJ1IaPbIRGQh4A1IOp40jsihk7MfVUt2wFLEcBv/wAdNjpI
Y1cgS21uZf4FI4XGgr6aPeVGVESTLZOkNNVQlaVKiq1JI4amYqUjU23k0V1tDdxGH5d9jrHy
cafIbCywVkELs0rKvST3HFBViBdxPI6fMgkWMS46RvGR9QSe4NL/ABNQ89ZP3KNRmSQPLlWr
w2Eca9QG24pTUYi8esWQ0N/3EEwkSjcR1sv799J5jxifXAPcj2ukUbcVJBIprJst7LUgluUX
dfXtUV/wvw14fDP8rGyQV+JkkBJ/3aWOKTtC1nkkFDagBrIw32X9519p92YYz9UGT2LHGtrb
8SY9iandz8NYuD4Y1lhaSs1CJWu3kmPFUFu1SCaemoIsMNBiktZJGgYwwgfnZ62lzVn/ADkU
+GovHfz4ciajQoHVxiKB1u7H2seJ5rtoS4i0ijkbCwAoBvNLZnUL/dIVdR+PH0mBbvzVBCov
E+nT89R5iqx8D4whcaNEesott+mnFi1aXcNQeW8jAI4I4VGPitUWsOA7f5VX953143HhmMfY
c5U6KOKL0rVviainPfWSXW3uZeQ6fFTIaH92tiodtku2BbkNb8eemetFStxII9vHTxBicfIe
DHWhNjLQ5Uh2pxUWHX22KaZMqvIGBoUSIdwyftAHx1i+SEv3P2bPhyW8DGu6ipr7gTT5a8b5
GC6aCUIimEXgOslRcwqN7tR4hQ2TqzJKoVqyREP2qPsCyg0NflppsKL7xWxmhkeQBWsMIaAg
fAoB899Y3iMSJkkyoop8eBxdDUx22R1paEBLE7muvHYOXMgmWkftU3kglohtwI4nUwxn7mWo
a7MtHbKljZEsi1AAoNlr8d9RQwXzzyyhJmjS5AVADBpD7KA8STpkwOyz9q9sxm70rB62kfC4
cK09NRTkyl1frGSzR0A3NiQG2n/NXUatjrkmAWuvZZFSP3fzFI2C7C0HUkGMpWKXaSPKO+M8
pCJOLyTY29aE76EM90jPkyQo7C3pVWkVuABBVeWn8ph3SSq6S/bgLSVjKpCtzFo/NoQwLFiZ
WPa0ZFB2+Mdso/MDtz3rqJPIzR4vj43bsYaSgmpqxWIuFqzNsK8K6yHwR21inZKqiyyRsyqb
nPvAi5BDU6lxYHjxzlyJBjUTtj6nVI4oQSxWp+esjAEEHeWK3Hki27EDmjij1q0n7d9NXIDn
Jx4ZSllLWerBbzx25ayZAt2Vk3GPHhoo2Z6TEnYdLC9j6aycsZCSHKWyKhI6fb/lEIq5Fd2I
3Pw1Fgp2cBmgMkQetIlX80laFpHG9v79TtDF3nyFSN5Zjdf0m4yGOg3VqdsGg46eZgGlfe1Q
AKbKFRR6bAAaDOtYEcDJ52V+mWDLtz1HPR5Y7gzQpuHqAoJBI2HH0+GlyJUkiOOHjx5y9Bd/
La1CKdV+x57anyp8kSWW93HL/wAsBXDCt1UDXb8OGnw3iTHwye5LHDfIxjet0caivE7EjbWC
THfjrfWGvVI1OiKwggr/ABaxsZYg0OOzXwptjrA8RASUcGeo2FNq/rYEasVMs9CBzURyEg/u
1LPjqHmFBErGgLMwRa/idGCatGpdb6gg/wBo1nCQVCxFx/zL1Kf26xM2RjfLAisg9nTXqA9T
z1J0dmKLqSqfzZdrmX/pNo4bnnrIaGhhmLGS0Xs5AMci2ttXpoP7NTy+Ry1yMaZwY7kRQF9q
AlALiRby1F3Q2XPGFfG8bGoLXFineFfnzNB89Zax9vBkUd84sdGnkLA2mWZ7hvT0rtTS5sga
bFmZDKQfrEUuk7auzs1q/E6cwZ7CEuT9uG3hRkP/AHEToVJG1a7aVJ8oNgpe64xFvcHFuyWF
QyEElSR8Nd7EbueO8k4yMd14CgbpNRX8+2+sTM8mO34xnIMzUtLKCbf2ih0fHy3rWWQ92Y39
uDjjsBJd0ogu4caanEOU0VJO5kVPccxRVoxWgpd7qbbk6VhXAWegi7is2XO2y94rHQhEI2Ht
HGms/Hiw44odzL3ZCXntFsasrlhWWQmtN6ft082QwXzHklWN6cY152gGgVBstP36m8gLkxcO
M4njVO3XIKBkqKg0q5Py30q5kKMK3zozFiZhsAwHRaqHgeemLn+XRe3EpduFQLUqeGvu/uVS
LmXqtDwpQ8weOsjJjzRI7qEhiRCxsh62ACipLljQ6hmkiCM6mYxR9XvJkoK8TvqSWOQtHGxh
stoL19xqePptow3Ws6n2mjU4VHyrpIU9qC0ali+2MUsJLXslAwfi6MONbd9Zcce7FvtY3FCO
0nVLTatWk2O/LTRSC10JDKeRGx19uImfx2PExO/WN7+4a9Nak0A/fpMmKyZKrJjOQWF/5T0b
/DUHjpW7mJCsv27uAO1HQvwFD7Nqmp2+OszIZ7V8cv20MakuoEdWj7qqLqMrigXiRvpJs6Ps
TH2hbe4kZp9MsbveB1U+WnbefDdkXGw4gFC9NGMz7dFd6f8AhqLEgw1gVVaquWXGpyJVACwr
+RqaDx0daAxTqEWCBlpEewzABaHcca6XF/rGLkRLGVyYSzg3EndXWrXEvxXX+Y84gn3t7veE
tBcu1y3W0rpcTIzcOSVrYMYYsTsvbP8AMSVTXpIA+R31Ii5DzQIrS4ZnVlMcYolkjECnXw+G
oElaRJ0YM8cCmUS9DKy/TrtU11k53gHm8exFJI5VaON7fqCnc3WhHHlqL+pYpyfI4ZCxsi92
QrwMq1qaj82kysXx3a7e0azTrBHuaEOoPH0qNJhrgQyBQMjFmMjSorNUh07i72kngdZORkyr
LL2lypH/AIgxVKUXYHq4ajzY8hpZ3jjhWAVbqiZ+k1BCk1AryXV3j4XVJ5ZLBHWQzqu9ZA2w
VmXb4fDbU5ab7/PZWViqCOBbVCr3i1oKCntAoTxrp8nOhDy9oRRLGO2ooKB2puSOQ0oWQzyF
bpKbgbcAedFG+vH5ta5zxT5M8TW9ESxkqVuU0apG+p42iCfcJENhbQJRg1Od1KnXab8st86N
uZEei1iPIpSpB46EaT2SMndEcgKPb/FRwOGlyZHEixpbGhRa3nZpGelakbbU1JJlgRsiB58m
22Om9FuPG3Ry5AFMdTG8oqEK1W9QeFa8uOvuE+nghjFLA0Bske4FZUTiKPvWm/4frRZNlxjL
GJmFCp3QkV1Q76j7DBaOpkrzT8wGniPB1K/t20kEjXNjSSQDahtjcqtR8tS47yiGOkWPjJUE
MTWRnPxUVoCDvTTyZEtyx17YY7sfyRrx5UH79J5zzuT24KF4PH22otDVGt4lhy2rrtwhsbHZ
Qonj6Zl27hUi02Cm2+9dRrhnokjrkZMikCML7AQ38QNeJJ+HHTZWNjy+RySxVJ9yl2yOsTNc
bene2vxOosryefHDNH3QYoCoLrWtvT+UCh66n1GhBkSvl4+YOjKhIdCi0cMiHZShqWUH5baz
fGzPdJg3vcOBAYyxMpYbqw9NZDpg5OZ5G6gmjC/SBAFFLXWkrzs05mxMnHnvWFcePfuKxq0U
8rkOWdufpy1Lj5GQmMI5hImHgqqotAGUSF0rIefpqaaKscsm8+S3W5Xiylpbuk6l/wBQywKu
OKDB49SoKfcMDw2HTp8idn+ziqE7a3N249xQbgXNz4b6+98uXyYYi0vap0tKeCbbKD/YNZMX
iIRgYYvyMiw9TF6sxL+5qkEdI1JPjLkHNcsqQdQ6CgX6jFyKLuSag6KxqmVI8YVYoEvjiDCp
VK+0j10kPkGSBNu7FjfzJKGv1Ztz+C7ajgTZUUKi/BRTnpIIAY40YuqqTzJY/hU8NVpv66N4
A3NKGu3LkNSF5RCl0YdyxQWmRQQWQEio2rrKnjUzZQyboZWARLVr1GNNiS2/ppcge6pKswrv
677bas7ncVdlbehFbuBpzNdB4JC0Zt78HAHmU6xsfiBrAzCO0saS97IjAu7l3TDb01A41568
jkvA2NHNHCzws4Y9w16iATQlANeV+zy2gw8HqS1bS3bKpKof3bMdePknmzZe+xVpKFlW40UR
iouNFJ1HIJsh5yrtJE0scVd2WP8AmPcoNta0NdR4udmLJee0Y4JixFzARsqBCtLuk1NN9drx
62SFyDLkyFniKcdsYWKNuLE6MeFh4+cyu0UmbCDPJUAVF0jMRzrsKctXieJewxb6j/wU2rAW
YNxrqPEw/Ft5PIgBVpZKmMHYXcXLA/E6pluDJeSYMFo41S00tMqB5DXmNtSZDKmJgNLfkZ0j
sSBwIBkYkrX04njqNvEd2mM9kMiKUpWlXkelXeRuAHAaxZfNSyZIjBV8eNO2qNUAGRx77gLq
Df00008tcydQ2PZ0xRcwqgVqujH3kyVCxQ9uSkbZCFrzHeQKH6e3H56zvCsyY8crLkNFQuFh
lrekTBlo35eHx00eQhggx5KYuNCy0aJFtSrcRdXhUU0kUTw4MbAdzHV3ndPUyMemteVdRQeM
HfjmLLC4kRzJ292eigWD56eKWL6kEqTSyn/0gGHaof4m47cNZXlyF+2cdqOeKUHswo9Km0H3
tv67U1DkyGsmUZJKMav26hUZz8aGmw0rMLlBBK+oHL8dYYhmkdmcztjxPasRZjZFFVelgvHi
NQDHzpZDCrTSR0oyKDUCViB3OnTJL4+Ox4kliQydFDVmaSYiwUHIiukEzqzJY0j2t2Q3AG5v
b1cLt9NJ3UMYbiOW1KE1411tv+hGlTtuQC0da2n0qOP6CAaEjY6WOWrPGAjSNTrIG77E8f1M
/B7v0MpPuAjU3lovt/6a6jk4M0bZbxm0sHWkQuNW2I6gNHxySRx/Y2t1H6kk0tFEaJxNAaki
uoswyTZc+PEFgx5EpIGUb0DhbTJadyK+mnkyXKNOejCxqI0hpXjWo+Jr8/QTSee/y2JAWSHx
1wtnCopAFygy7nkeOopp2j/0/wCMa1bywEzhvyA9IUHfTxYWA7yjeLIRrmkZuNZU7jrxpVxT
UU0UDWuypkEvHeJ49/8ABJtcLtdap9a8NZeMclmjkgeGXAkqm5aokQAmgNTdTgfhqVZvtmys
edyqzLLftT2vH7txQXaS7xbZojYSHJxX76himxRSqnb0O419vPkC3fqkDxBTw2kYLQ/jq3E/
1V9A9DpO6k0qValLainD19dfYReW+8x3W1Pt26bfaEIHA/CuvHYUsiiadmYoFC1duCTSORRF
u3FN9Y2H5GVDa4nZT1lpf4rVFSoPw1P/APwpgyQyDomzlQKixpWQ0Yk0rTnTRyvJ5DToxURx
xgrffTZwKk7ngNEqkeNFE1zmFK0gjNd19xJXbau50ssmzSdYQ0qFPt4U5aizJTvhlnRg1AKi
jXU47aqKqHXbirCvz3B1RGAbgC2/7dxqnP01FHhSWdRGTcvJqrGeocKg8PTTJA7TRRdV7cd6
XsedC3rqOO37hYe4JeqqM5qoMfK0bGtN9Q4OEQz0EckrOLHk4s4PAINSXN3/AMkczbbLtcN9
9hTfUTYcrwyKTcwaqMpIO8Z219tnn6rSGKPNC2Ry09l38LEcteej96K5MaH21bJWvrxoNTRO
dx9isS1HSBE8m3A0rXhpYS6jLjXEeKVkL1PaYuSN9ixWujLLHm5GdeLjCtqInAMWtc/sXUJz
cDtyzk/c/d5BMpiX22gFpNz7lspqKPGgj8Ti9wuMCEXZEqt0EmI+g/itHPVPM5JBTb+mROGc
A1YRsEogG/IAfE6+z8PjL4+ClKru/MbUAA2/HS+Q8kTHAadtE6WcKTc0lR+b1B12vGQ9vw8F
IyRSjEno2G6kWnb8TqJSb1gq2Oje1Gbe8D1576jizA0kMzUYBretqhXqSo2J5nRxJob1ahaC
T32/ltIJt25aXzZ/ysuPNG17I0iWh1o8YcLwrvT46syZPuczLemS4dTGhNShQ712FCF2+OmG
DCGZla/IdgqQgD3kCrN8gNRLmvJmmQPN3JgyRJdRrmQkb19d/wANZ3fmZfLxx9zDns7IHQDG
sVpNALdg3rTT+RZ+3Dnf5adxRQk9l6t1VBrTb1J1iTYDSz4+SED3t1l36o/ppRd7iKDUOJEx
b7TFhgavGqgnf8CNGxS1AWNOQG5P4aHcBKfmA2NPhWujPmI+Q79GJjLW6WThuR1BU/fw0IEZ
3gFJO01LO9zYpvty1kGIiWLJ2mSVRbIta7pwH4azCixR4heOWTEZD25KycU5ChUC3mB8NYzu
hjZwXsbiLmLD+39AYqVJ3tPEfA0r+m5a0+II+HA/piyQtncF1p5aizJzbjRO2NFXkKNHU1/v
Gp1NlmdJFjxyAn+KA7XASVYnahoacNeP8jlS2z+Ryg4iI/loo7oRuFSAoGvuRDdMZUlu3oHU
WiR+NFC+4+mpsmLIfEyLBEvlctVW4XFhZU7pU7aj8jn5Jy516xk5DNarNzjRz01rrtvEDD0u
ryKGqeNLGHp66kh8LBHC8YarRM0TdRqO48ft6qmzc/LX04pMzIljdckpTtmhvSqswYH0KmvP
WN5ZmlgzzD3osdlAe4FUQTmoL3m6p404jUk+aJcNcuNJ0rGSQ7UDBlYg7UPDQb7kzKK2S4ZK
ODwFTIopUemjGk7dtn7pVqMC/wDEb6767kxuYClQqrt/0ADUecuE5zM89mONkTtrf1I0IqzX
9PMalkyS19xFrsXtoaFQT8dZPkcsvHi45AFi1uP5q0FbVHGm+ofGJFGcWeMPGqUKtQinSNyO
d3DU0U8M5SeaV0nkAEaqKdtFHELYOY47azM2RFpgr9thRKWJeTICGrW771UAaZxvKwFzE+g2
UV4KNHDXHH8y/LeNjYJZKyuQTubTSupPosMSCi3AVaV3p7B/CoO50Mev0fGhZZV9ZpAe2Pkq
1P7NPmStRY0NxPBVHUaV9eepPuHdu61wDgD4Ku3G0GmuzJaHiAQoputI4qWHE1/QiZytUM8k
rrWrBV+lEtP4mJrrALirSJG0DEALGql7kC+5gSwqxG5B07GhqxNV2Xc/lHp6aVqBqH2tuD8D
8NeYxpaIbUjftbAfXVTZ6fDU/WAsDYlQBuyNCyhSx34hSflrA7iB7sYZEkgX2rGkipcdyCKg
V0z4rS4XjgKDJsIfIeSqokRPBdqk6yZvFx3ZdzY/3EvuisFpKgsxZjQ1c6sdXCt1yyI570kq
iiM0rVYKDvQa+6nfqkP07t2k36m+Q9fXWJhqlveOz04oCS7HhWlDrG/0/wCNi68pOtxX6USk
LcCCOFNeO8Tix9mbGyFEuKDUBCLm/ut0E3E7k6yJYYmhS60I/Hp6eH5eFKctY/kWlrK7AxQC
jVZGDNcVJtAQjjvU6xfNZq9rKxMmOAoxsAUWuXIPK96V5V1kx9tVeYTLDC62gA1VQ4+PHUIz
orJgMWSZUbd2WVnuSoobBQNvrNq6McZKyI/5Wt7iXcPhpocjKyHjlgi78hNK7sWjTagu503F
PjqWWeIy43Zkgijj4qbRa7vJS9nBO+9DrJ8TkGgmVJwxoUR437V5PTRXrSvEDlrxhi7iyQZo
XuVvEaR1qOXTZ0ius12rGoksJ938sWV5cbdLDlM2JdtIzKaqrCu67E1GmQggryIofxHLRkgN
slpUOOIu2JU8jTbUJR755iR2FFSBwUkg8WPLTwXrRm+ogoxBTgbqfHkdGFUIw2N74wc0LhbQ
xf3HfemoEcUZY0Vh8QoB/SXbgONBX9w/S2CB0JAJSSOJLW7Hntx1kuTUTy9wfDoRKf8Au6k8
fgNXKagaSlVCOtaoeBOluqFB3t4/hXX3TyLJPmY/azoLAOuH85+DB9eMMj3RJG8kdBwpW6o/
6l02KzK4aJq4353JBIo3DdVbSyeShjlzI1WQxmrCOnsVV6qDahIG9NCbMlhxcnLyO7kxXKXU
KLUCKSQC4rc3pp47psbxq/TvlBjypSOq4MLbBy4aXCxIg0qJdHApCqi8L5XbZVqeJ468mMqW
I5ELVilc/wCWC8wroKUFRxOsTL80+MTjETllNy0boVl4ki4j4a8f5GJ69wMgrUVT3AhSPjqK
5AI4h21ZVpX83URxbfSwKaFq7nkFBYn9g1PHDlf9xEisirUOkgDlS35SvPUF2Sw+2BWCyiWA
ihC9sLyGlWRrgl1tf7xub9pOsS7pRo69qy03Emrk86imvIeJwLEmMJysOZ1uKRbl4q8diKqO
GpvvVnzolxsf6ckjv9ScLLd7loB6axsLFUWCRszyUq1VS0BEe111aMASB6a8iceIugYYuPQ9
TmW1bqGlN356lw5UthWIyyzBiCO43Wrt/eVd68tQYPilSWxGnlNawwrYBHI3GgA3AX/fpMqZ
+5NmKMjJyD0lq9Q3HAKNh8NYwWR48jJuMCqWHRUEXpzLEBd9tzqcT/zkJM+6+6u/A0O55aLA
G1fceQrwrpVyWti6rj/0m3/3qaDj3D1AP7jtqJ45O0ysLZW4L8eeiFNVHA8Kj1pru1Hc71lv
5rbK1+VdZ/8A9uH/APrprOMa/cyxZSRMqi0MyzSdNdzW1wanlTSZmVG0GMoZX+oxfK3/AMQ1
/lin46wscL9H7zHEtm1qE2bf+YazGU2suRIVYcQQ53GhMSKMxUCvVtuTT00HyJTJOtsMCV9k
aD/8APxOpfIZCErCggxHI6RxL2/H46kyFQCaWgkfmQvAfhrOfIiijhx4pPuWjPubILO9/wCb
+WBz1P5qcF5JyYcYbWqrNZea86jWNjz4yVTME0khYFkieGrAU4HhrJgynbLyMCd8eGNySgjl
FWcgihJAPH5en6IHeLuRQuFHUQwJ2G5rsQCDrGxc2BAcvESWOQsXMgjY2obuJRGBJ9dB0IZT
uGG41M8MlJ+1RVY9C+61yvz5/DWJ5DHf6ccDw58oII7UgqZVR6g0Y3nTQDO7sWUzrYfc8gF6
SNcLqMhqPjXUrJd27iEDm5go2UE/AapMXJlLPHKxqoC/zZCvubgB/wCGnjV2VytkwBpx90Zo
d9Pl5IM2NDS1Pb3JDuEP90fm/wDbppE+nKS1sSjoBkqHkHp0m0DemhBFGz5LuBGF5ih6aetd
ZObKgfyslpgg6aJR1Lbe24gfL9fuWi+lt3OnGldSwFKLGqMH9b7qj8LdZsqovYx/5p7gRe3E
AlbyDS7ltpiim0b+tB8TrD8kTbC7EMeNYwbJAQP3a8T5aHJUwQCZnYbrYEvJqNSTAS/bxxz/
AFz7VNRCsSsGFLmhr+OgQUfOEawZZmorX21sezavXwrz1J5TMxlXJZimNVr7MdeiMentHHjq
aDDcRyQFA+W5IiRpDZTb3kCppw21P5bMePNyiwN08lyRQ12mYt7zQVH7tStjRPLPKaSmBH7f
bBsjLpsibDYcac9TrGB3ChpspIXm1r7ELXhrHiWZ8uN5iyRyWXGdzzXmDyrtowo5e331FpV+
DqR/dO1dXoxVvUbHfY/u0shWkbEqrciVpUfhUfoW9aXqHWvNTwOo0Zqy4x7T1NTQbqT+Gpcq
NJGycFZFiQHt3Epv1BbiKNyNDqTOzZTiY0kEMMSw9TTmJLC42LXJShAAprGM0UUEOVl9nGiG
5OOu9pU1qzFbeXHWQ0st0eLJJlrAoCySvMWSFXBF13uoPSmp8nyOMw+5UNlwI5aQVITtgrbV
QvKvqNSeOg/y+Mk0UXkfJzuF7i2qSi0q3tNtNqaWNWWTFnhUxReiCoZiDxBuUamnx6f5Nft8
TpVlUjYsPkSSp9dSCRC2U8iss5ba3e8EepJrXTwCUuoYFbP5ZPBjv+46bHjdYJJVkgaRzsoI
6uocOFNW9mndP888wv5YzT14kaeszWBQkakUqoINlE6QAd9FqdI4nlvw11LT48txdx+WvKQy
T/bIcYVyP4KOGu5cKamz2kf+mzy/c42M9PqORQzSU3tPFVP46sj6KCiUGw9Nvhrx2MHbIZ8v
HjllfdiL+4W24br+zWYqipORKABz6zqGAdTCkUY4UFSd/wAWOppJo1mSM9tWD0Qyf3ae8Djt
TWPiZKr9iRWq9UlXJuckbbN+Wlfnp5vHfVlkX/LshFKvsHqdqCtTrzUrCqz5Qx4jQq4tCg31
/LUGmvCrsYse3JYSdRJZS1BwHubn+iHIh7s2L5BbZwoFotBUVP8Ad4+v6MiCH+eFvh4+4ctv
UVGv9O5UR7EUbdrsqelqR20D1JHAi0nWXgsFGNCsT4toobZLqg022K0GnilUMkgtdTzB5HUP
0wfEwQvHlKWJ6CLd05hQvP11nGNCVmx4s3Cv/nRqlA6FiK9KmlK8NBhy333H7DqbGJ+pIF7t
Py/4hjpTiGpw0vYgEdQsaQx1NSBT5ljz0YHqrglbaEm8bW0XmTtotNjjLuBjix7iPqH2sbSD
aOej5LyLRjMk98mypFf+ROWpPJt/2IIEbgNeertkstOFefpv/sMyaJ2jkCdDpxBPA6M4WVZL
hQ2netWJ9eXpqJ8OJxA8SxSMqnrk/mOvq24roSYy3oh2aSMH+apSlDdUNvTUqNC6NCBlKynt
l8cmk1A2zbDbUnj8thZ0xQutSGhWjKzITs53DaOGuVjP3ZwY4pQSFAMkrBdt3K0NTr7HBP2+
NhPGndp+cJ3O4yinSgAoOBJ9NtYRmyDmrBJfkwW9qFEChlnFCRz/ABO2mjx8YoZyzln3ovK6
/a8/lXlz9NLNDhpkyyi3Mgg92LXdL3uCs7g1LMPltqCHGmXEJ/mCNPucjhUrYqlFFRv1ayfN
+Viy1Yt9viKpDP0jpcJEosNQfcaeuh5AjrqIM4bVWdRsWozbutD8663BHzH46Ja7/wCnt0k/
m3+X6Ii3vjRYgANrEGxrXjqfGa6zIj7kf8NYzRj89xodpL2JA3NABzJ1k4vjkTu5YedMqZ1F
sHulhjD0UUYljTkdR4scNMmaN4cbIbqAklehn3B2CDl/v1i40UsTQQxGuTKuy9nZsmxt7hS1
Or+3UmSS/wBphIJciFvy9sVgxwWHUdrzvxp6aihyMeURI7ZMkYtsC17n3EspO1zDhXgKfDWT
n5EhyM0xyfYVNoaFnUoxXcIWaRdjyA1Njq4mYSFe4NgzE78NuOvtMcfTxVWGoIIuH8xiQAN3
OsdM5lxonqvdAu6UYqz0j3bfgeeo0hf7tLrIloQbL6IGH5bzyrXSY8st5jX+WCaRFiWaLfmC
d6aaSW5JXCrEo4FXW57v+kgU+OiFazrFI6VNKbsz7beg1LieMhYYuMone7ixVQrTb1pcDW2u
lzcmi4KtR4mrWWm9KbdPDQVRQDYAfo8f/wDlP/8AZl1mLApaT7iSgXj/ADCBT8TrvKbZEqJL
eMZPRRjwqd9tKjihtvs5gHmRy2GsiLJxO5jIt3fj98MrCxZNyKhjSq8NY3kMNzJ4/JRSYZDc
gdl3Vgp/YRqDM8Ysn265EkuUjn+Wz0FvKqg7DWFHIpV0gjVlPEEKKj9QqJ2xmqCkycQ1emo5
ivEHjrLQezEmkZYwN1jb6qUQAEbE7cdd6Oxukqrg9ex61I+Bp+gilfhrx2VkGKNWDwSXGhJk
Aoqn82/Kmp4I7Wgki7kAaSlvc2BqfdQg7emnyne+dSS52FEHFpDxJZnAX9mocuSMXJAy4ISl
BIDZ3XBrvWrfPTyRir2ML+Nt3SW+dDz1/WvJRRwqMcJjgdIWIDqd1p+bjUnXFz4GC02lbRNM
OW/VaNdq0dultlNqcKU9P0NuTca7nh8B+rju0lrrfZHX31G+3Omsbx/3Cp3Zkvj/ADBOrrYV
9oOsuW8iRE+08X00VY36ZZ6ivVReWl70rpBjwiO4oQvaW1RGoX2948TT4DWVIziVb2iaJY2j
jWm1ov8Ad2/aCNY0MBdTDfGrhqWRSksdtqhTQU9NN4jz0rQySVTDy2/P+RuqlBQ7rUcNfc9s
uiQSvI3CstI4VZmH5rKj5azcaIsrzziOt0iutCvWy1BCiJAV33/HWPDiTQPM6pCceUXynquE
jdSkKoBPxOgjOZCOLtxJ46yu26OkdLsaA9t29u+ROfbTfpG9PXT4eJjo6zPb9ww7cKq7KlFU
Vkeg/M2lxY3jVwSnbTbrAuYU+W+pMD7+6PyAZZcKNTIVk999yk2tXcVHCupfGztXsNT/AJqD
oc8d7T/u0DG5khFvVQgB3W5l357U+NNRpb1xk9R4WmhC2/Ov7dE8K70Gw/DWJk1CqJArljQW
t0tX5A11lz5c4mWZx9uqilsa1oD8erTGGLu5EPVEKgbUo113EU5ahzM4BR5DHWODtdTQwVCM
VjG4qgP7deOzwEgxGc42Di2F3EUam2a0jffep2G1dP4bKyDlY2OZPI+QmNKy/wDpwsQ3GpH9
lNQRZEtPuP8A94eRcdX0lo6xLuRbwWm+pI58eWOBnk8gBkELK7uO3HGEFSqBhXffYHbSygrc
lWvl9oNPcfXflz1NCFseVO9JM5/wV6gP+t6fM008mdEQ8sca4o3WNR/L7pp1EC2tBz1/TknW
DFklvbIZbT0+1nIqduQ9dNCprjO1EeW1WpWq3MdkrzPppwSsiuxKzCpuCkr0M/VbqPHhW6WV
giL6k7DjpvAu3R/Nz5Y97jHwgVxyBbc+ulggWyJNkQcAP0wMVr2pLwa0p0stfj7uGsxlO/3E
hBH/ADncaaMSdrHiX7iTuC8XRrTgBvcTQfDXSTfObGod2EmxWp9dSR7rQlWWvoeBpx4aHiXC
yE5FUDitkdNyK86saems3/TWSC+HkgZOGrE0Kgi9OA4Eb6xZocvEglSi52LkvYAxFba7srCm
ovG5cYjzZBcCrBoWWtKo61NSBUBgP1PJRWdmGehQE1MksYW5uJ/K/DUXb6FrVmQCvG+hJ/K1
KHb9ONjTuUHeWQUruUqwAYcDz1LgvDMPtu59hlrbZYGA+3qtV2IYC7cazsqdTj1dYWBTjKGE
nbHIWhbv/HTPIEhgRTxAu9tirdTck86bcdQeMwGDRgrjiWu0juQXYkAG27htw0vh/Hx9jGaG
1p7djwjWGIkhd60NeWmXrEEKjHxkYngOuSQjhVpCeXAbf7DGSSSxUhyDIrFl6aKGYbU2rxu0
MuCeQt2DcES6wFbY41NpH1Orjps6GOPtwdgLiu/cuDHpjp/ExBdqH/fqP+q5JxMeOxJZECVr
tL25bAasAKbDp20s0GR9zEBXu1vY033t3r8KaeTx0iy4cCnu45jPddk94WnUoofcygCmh5Ly
SHx5VhKyKA5kZ0VV40K+lD6a/p3k5O4wSmCZSaVpQxn+Ko4V1lNlE0wpi1zhiy9HuuO7Ahjb
6DbWflTLHWJYy8h3IVVu3qNuFdtRSTG2QLWRUPRUjfjxA5ak7SdbyySu0q0umuIMlPQkbU5a
7+blPkdQl/p4PbgaRBReRagpp2y8iHCTY7dVBwKs0lAa+oA1B/TEdCzmKsMUlgUmwMJURNhz
Ndf1KSZY5saIxOoApIWK0UFt+PDnqKKQlVkYJVePVsP36aNvchKmnqNv0QwTIskKhpJUbmoF
OXxI/QYYWsMnSzg2sqnYsh36hy1lYsJlTyCS9nBmlDFvtd2+iaGpZ6j8dGbKnM0qRiKDGWQK
HBXv2vIzKQqUq/8AbrD8DEOrLCZvkmB2tUXCFbQRYT8afjp/NiYLjyTkZEUgO4hBGPAoA5tR
idIuVGD5TIf7mfIBrVGQdI9FDEgf8uoe5KYmyCe4p5Q9JVzT1NafKupJMbqjlMcPbC0ZAlyw
R/8AUBcaagx8OO3txxYqpUbuNiQa03Y+umiLKxXYlDUV5ivw1jYuNAEsFvq8kj0uZm+fActS
LIwZw1GZeFRttsNZKePW2chUfJ4mNHNtEpuCx9x5LpMWBQKAGRx+d+bH9ILsFBIUV23OwH4n
VQwEQV+4tNydrSDypv8AojEktMeWSx3W6lqsKtuBWlajRkgFyccerC/3WI1F4mvKmm+6Q9wM
e9G1VavEg8xrFx5KdcsatwYUYj02OoPLQO0b4LrLevS9jUBpcOO/A6x8vKWJ45y8hosZZVcV
j7shB7gUcAunOJBHjzW9sMgG6qTbXbnp/JQSFMxFvXHFZI+0AoljNBRjxZdgdLLGao4DKfgd
xpnwIlmyKi1Ha1dzuSfhrxsuZDHDfK3c+1ulD9NvVUArReJp+r9eZY8ORrSYeh6SsysRsRcg
ZW+NDqWJ9w7J9xef8aNaCWEE3BXShrT4ayTJNZGthEP5pJNwlPgtSTqXyOSwSOMdmJmpS9gX
b5UReOpch2vjxitkLEBe5GOnZtup5Bvx21aY6LaCZK7VP5QP1X7i3JQ3KPTn6aRYv5YACU3F
OVP0RSQSq12Nldt5QXUh8noNPQBdZ8hK3RmzuMpVYyzdsOzITdRIxaPUnTLc02PjOXk7xAj7
kIBeVdv4wEoeVaa8BkeTjEkudkyyyQlKVM1LL609nTx46Qz4+Okdy9tbFSsldtxStf4deQbG
x44WaOjNGiqT1DjaBpMlYjNE6RSW2B2tNDdYwapA5anzMVhPkpWfDLH+U0NHjgtJFboz+AGo
My4I6qyZMC0I7m29d+HL56y2p3Gy0WNonF0dR0q1ux2rvvqeJyrWRoBC3BnlNiAn4namoxOV
MwUdwpst3O0emlKkIyg0moDItaVsJ4VGhMsX3WVH/Lkehkq398jpG+9NSrC0OMIaLkyPW1WA
q6xn0ofceHppvD4TwtJOgnowlkkndFXrE7bfLlo48yNHOm0qPyb4U5UppJwAI5q2KGDMLTQh
uY1fQ21pdyrxpXWRG4+q8VYzTgFPVvy4jRZjRRuSeAGmlA7hp0ItKueSrUgVOvH5cR7TQvSx
T9UvKyALHbzG521lR4DjM8jm5XZxjLSV0SM2liZQRczbb8teV8g8gzcrKug769QVdhNIWNKC
rWinHUOPDAy4CyHKMUrlunEW6kfIdRBPqT6aq6NEsaiNIWJYoBvQlqHiSdd/KdYzYFLAGlI1
oKDffbX2zFI1hLTLsbndrUpX4DTlrVZaSK9aswbpCBR8iTpfuKiL81vH5fidIuMG7zGkap7q
nagpqTxaLG2TOwxrzRwu+9p3FfiNdhAb2N0jtxY0405fL9QRvaT71U/3SOoD4GmpIoiizTAR
1f8AOtbmj9d1rw1kYQjLSrGoWNuIaxZZGqNumh1JkB9sUKArdW0jW0ANRzrrFaXpx8KONneK
jsqub69X5rn/AA/DXXeZSrUQ7NG3dqO4aVaqb/jqHKC39l1ktPO01prsslkGVCtE/hDAMvD+
HTYczM2XjVMjv+cMx6h6U4fqFXFynYg8CDyOnkgtTIRCsU5oDGD7iGYGm2leKRZl/wDUUgg0
2O67fqR+JlYt92O2rMtTUEVcNSl49Px08ORGtb1hHcUqytBcIqmqghluT8NJ5STFSNDakxBc
9t2ITcXbUJ1JLjlPJQmYASKqk2vQSiQio5U1jZeWCIJQBjMv8uSeT60jWrXdb6fh8NDuUvp1
W8K/Cv6kseFIIcllpFKwqFb1IodAPu1Oo+p5/oPy1FndCpjYNpj9oLikh3+J1JNlKwGRkLKF
rQEQmqcN6XVrp4vK5MYjK2TxkhQ19Nyu7fv14JMKRJsSTJ7bqtCvSY6CnKmvHiwPjx5AlmG9
RYrGNgRyDcdZ0UXvMRO/93qP7hrHjGXHCERU7Ru6bRSnVv8At0xxciKXuC6OlGotAOoVqf3a
k7Ecj4GawVaWh+4KyLHEOYNbTUDS5GG4NRuh9yn0YaVM7GB+1X7uNMen1qbSOFNCtjOTTnpZ
E3VgGBHx302PGSspS4PbULyHwrqVpKpYpkmmdaC2Pa9m4b8tZACfbQzMtgAVQplB6ryLXZjv
tXTz4eUTMHBsndzEkZ/gijCCvwrTR8piB2miIjy4Alt7Jt3AgLGou/ZqJliRzhzGYh963WrR
1/hBT156muVazP3C1NwdzRfQG7fUOdGAzQtW08CCKEbfA6SVDdHIoZTyIIqNRI0XcBat1BRC
ouDGvx4awHjYCPHmMko5+xlFCCPWmovHmXtM8jdmZKbRZDEuyk03ox1KuY5kDyyQ+Ki2oY47
kUuQp2BYsPU67GJl9vGjKxRQpUdzs7zThjvTuty4/hokmpPE6ZqgWitCePLbUWNAQwjhjvYD
cyOL3u/bqJiwJkW+0chWgr8TTRnaL/uJAkcrU4J1NYOPHYnhy0i4YJyH6Iwvuq23TXgdRy5E
Pf8AISCrUpbBGduJ4t8t/wBWCKIKOyhkyHPuseqoi7c2Wp+WmjEQyEaKZltPVcq20Q0O5uIr
rPmxxckoNWpQrAGAAA2psFGoMeGa7HMSyZnaUi212uMi/mZAeOnjLUkvVI4WBq5Lb3AbgBdz
rJ7pXJqZRFKgILtQIrbGgRDvX4HUkLFWZCVJQ3LUehHHWEVNR2I9x/ygapjRmODMx7UADsO4
j3G5jWlQdv1WjcVRwVYeoOx0MPCe+PDP255lWT8rfH9TIMdKhKxtXq53U4UNOBrp/FPGZ/6k
kc8LVKpDk1JYhjXjbfSvHVkQkDZUZcitO5GepieRG2+s6DsXmFz9rWqhmmHbIu4Fus0GshTN
cuJEn28LkM0KygSS1agpRtiNNhePYT5bRlx2yCqA9Id24ceWux9z/m+3b91aPfT32cOPL9Zk
JIDAiqmh39COGvsJH+kY/t72IuPTYNz+bSeKwhkTx4pKy4mBWpp0skzbczU7g6lmSNMKI0Ma
TymVqelygnb468Vj5jLkNK6vRCQqktYpqeNKV4aENrVIuuobdtqFuFdZrBGf6L9K8dxT92sO
aTNQfQQxAY6ggW9KNIpBI31izyFpoI363wP5yKdzQsBz4cq6iwc6DuSAu3j814ijMafVDhuD
7bkbHUXk/FP9pkRVUla1luN6xtypWvH5ayMjLx0gyIo+3kSNurR0qdzy47an8bJMk32EipAi
0qsQAeJjQDfeh+WhETV+JQUuoa0NvE1IptqWDIkEbWM3cFPbzcKb/bXnqA4i2/aXyYszC8Sd
dC0jyb/U3pavTx0j5gVAQCVfYAkcOq3108PjJImxGJllQC1lPDpCIoPLdmJ0Cxuw86UubB9V
LakxhmJBBurv6aEQQVDFy4HVwG3yFK6xsZyQk0qRtTjRmCmn7dRwRCkcShEHHZRQax7BdEC/
eUmgIsNtf+qmlmy1EL0rKoNwU/8ANz1gZWF/Nx+5IWAqQvQnDn7tY+HhXSQyYIEYybVMaVMr
ttsvsrvrxTzU+6lLMgIoywblQPhVq1+P6J5batD2Yzc1bZm6yy27MvQRv66MmZOxz5ri8ZFo
vYgR1k3FKG7hwFNDHqtoNZXuAUIvva/cUprHyuyBgSHsYEANpMKbBggF1pO9aafPcNH3Utxi
aXqDQ9wChtLb86j46A9PXf8AULUrQVp/46++gqUo3EUPRWo3+Op5sGYrBLho7xjYpfKApFD+
YFgflpMZZYpMnMkhjS017Ybc3EfEgEakgSRVh3gMkZsR0UW3n3e624+ulklkcrCHnzXFRSNd
lUGlbnP9o08UabTKceGu4hWVqsFr6rUaOPWscoaKDKpczsJkF4jBNtFBpvvr+nTMFkhYjHBN
C6e40HO0nUmPL7JVKtTjv6a+zne7LxQqZHxqOlx8GH6k0GVOFZlr2lI7jAEEqqkjjqabHjdc
bMKRmHiFAFqytQ7GoHrsf1GApUjaoqPxG2vJeOkLfc+Ol+48dvwQisXUa1HuFDw1h+Xx0vjy
8bIxyrVDJMaiRqcKVfhw1jYEYLIVgZqmhtvWV9xTlXTRRn7HuXtlSG6sgmkv/EWEEAgbV02D
CVeW258pECMbibLgS1Txpy1bXenu5/P9Wp1gBKLjrI0mRIailFsRdtupn56kWLJhnkJ2nh9q
ustwdSTToT/x12POw/Rd2s8lAosfnWSNd1NNCfFyEkQ8wefoQdwdYWYapj4cQkL+riQlU/3n
QF/WorZXkdqkfhrKhiv7rxMEEVLyacBdrDBRo2jjELo4oQ0X02BHzXXczJ1T0Tix+SjfSZH2
ZbHTtw4d38xTNcTNzAFimvyGh43MWRY8tSq5AH01f8oL/laoqNDDlpDMXKsh60FaMiXBjcGN
Aa/jqEtC2FlOwxplxCyiROAO1xuRhv6jUnlHhfJyIaP9wzXzIo2LRmTbpG9NRJBIq5Pk1L/X
JXtYi8bmBqOnevz56bGCS4+PiFezIrELkGlTK11GYGnDhTX26LEZLjNKlWSMEtszqO5dUAml
419xl9t5VFsbRKyUG9QQzsNSY2St0cgKn1Fdqg8jp8WcFljjljxWtAvjnV1Llh6Fv/DTqgpK
zxPHKOKGMk7fOuo8rGa+GQdLUIrTY7GnMashUG0UVSaD9u+jhE0m7YlAPNSSu3ypvqOZmIKK
8YHr3La//BqWGbKJkiePx7g0QvE7IYwNxaoRSCRxbV8cl8JjQwx/+mpGy0B2qOr8f0K1QMeW
VtuZaNRufgA+346x7Y+w8vXGIwJJVWRba0JrWm4B0IsHHXMkypKwxse5kLFHyZYwAhc/jTRn
8hOJJFAOZEhFqgisUBFv40XgPn+k49fqBQ5X+6SQD+79OS7cBG3AEncUAoN9fbC9THjpjIJD
xtUkvbQU6nI/DUidwfdZS4kM6707UQYbE/311aTw3SReDAEgOh9DTY6dES69o7w25tXci4Up
VvhX46Ef25x0S4PGBSr1ueo+G23IU0yLKz48CI2U0VPrZb1EcUZbiFBPL10ySKYpVqrqw34U
IIPz0MhXKSIboynTaf7oHDS/1SQQZKsI2PJ6/n2rQevLS+XALLDRZ7OqsLMLmp/d4g6WRDVX
AZT8DuP0Q42OKTz9XeIDBEBoSFJFTpS79yfKYdZNSSzW9VK014XNhQEQt9pOQvU4lHvJFNwa
/t/SW3NBWgFT+AGjI5sVRczNsAPU11PnZUf20GVBchcrR4YT/NYg7XCb2/DUUXisZlwsemNi
oKmpYkiv95tPiszXxYjhmJ6gbDXcemj5FBHkQmPuQx7yO+Pj/wCVmoVAWpTq0mG8v3eDDGZs
aUuoRICfpzOajuW8KctX3D21u/Lw4/L9WcTG2No3uYgNsBVgFJFWtrTUc0jyY+BRbEICzTim
7ykewN6DTQzYCfYSVgiVZFUuzU/LsFQ1NTr7WFlz8WaOsEGU0N9tDaFAkJfb9ug/lvHCEv7Z
IozjydPNeRp6U0f6fmZSKw+p33Dmvw220mYZZBhxhXBZo3FrUpXcsa11IP6k1X3jZcQFl26u
319Ow346ZMny+U0Cj6L4oIqSxLFg7Dma/jr7rEhzshZHXbIMcIa/h9SQ3NU+m+ofHYcuIIWY
o0ipekE7KSo7xYGRyARqbHWsyxfSlmIHbdqUZV9ac+WppcG5ewxnTGUVWhAV1UceVdY3kIWt
ywq94jj3Y9u5tT3Cn410khK95gVnh4dQAvoOY6hrPyzLHF92Y4MCZ7pbVbjAUY20ouxJppmu
LyyW9yVuLWi0cNNPKaIvEgFuOw2WpOoqGSSWXcQRrfIBvuwBoOHCtdX+LgTExXr23mI7xUrc
Hpvb8NYcnlsr7l5Q1BQfTO1UvHHTZhJPbl7bopFQGWqNQ77sKafGYktjSEb8Ar9QA/GuhJ+Y
C38Dvw/DWPkCBZJYSQshNDGrijleNflqBqIViYubq3A2lQUofieOsvyuOxGVAEjymkF6iGXa
sQ5MvEamMTmSINbC54mNelP/AHQP0Y8JASPHSxEFabm5nNebE6hgxceyWdGhdmT6ztJS5VB3
pTYGnrqKTOZY8/KqGZjwoC5RT6ACp13sdldJN70oQ3KtRx4aQRYUk6NfcysgKldl2Zhs2poc
zEfEyYD1KVa2h4dR500+eATGY4o+hb2qJt1tqPcHoNdyJrlqRX4qSp4/EfoXDwJVWeU+x1LU
7jFzLuabKj7ay/KmXv1P2uO23SkZ6wLfWSuvtYpASwihWp6VZuNeNOO+nh7ndETGNXHAhSRV
fgeOi2Ml0sLd8Bv5bFQQqN8amo35azMdCcjJyvpR5R3HV/Oah5Hj8tWxSMcVJL1uFw22DlNh
qM9Zl6jMztUF2a4lAOA0tVIUCjWni29DvrGBXuNJMlygceoE7DTwOOiRShHwO3PUOCHMnaHv
POprz4fL9EU6XF8lC0lxJHTRQFrwGsTvmlLjH/z06Rtryn+mcyQmWrTQSsWL95aSKqAmpQW1
B1jTi7rjU0f3VpQ1+Nf0KkwNjVYvwVe31Vdtqa+5mZl8OtOzjHb7gg17rjjZ6DnoRFQPGYG3
3C1rM7bMkTcLVK0NNY+AidnDxcf7lIwFtkkH0hIaCtRd+7UmNHXvZbx48Vu3U7DYmo2IB0mG
JFUJ3Llt6nx5IkgPUKBTctdYQcBj4268R1USRNXuqd67jqOuXZs/9yn/AA/ULsaKoqT8Bpcv
JUf0+LfEiPGbge7JX8u2y/idNFFLGmXIv0I5HCFjwFOJ/dpJh4nIWVA0c6u0bx9S79sMQR1U
Nf8A26k74jRoCGbGyAQ7mnACgPP1GqBQsqkiVYt4duHbNWPzrqRwmOQaHrmTuKo6rlo9Bd7d
+eiBAMYUH0lkEo+dwrx1YiRfUZbpJFDEAHcAsGCg89tSzGWXJYuv0cOOq9e9gdgtx/5V/DT4
8OFKZG6CZy8+Qqrt0qKUKj56XLy6DxUXWUyKo1KUBkSEHjtU/t1902OmLjwlYcLINTjwodm7
MezSyPyNNQY8rMMto7zHIKSWg29xwuy3caa/qGBEPtpP5yL+Ryfd8FP7tQeSiWx1NVNelmXp
cdFBQ+mlysqVIdwHgk3ZXHUKDnw2Olg8ZAz39PekB2J26Y13anpz1HfnSyyvOsePYxRmA2LC
NNlpWtTpJWQPnsPqzHci7iq/DVDw9Ndr7eNvDIpORCgpLGakmeM8On003j0IkxstkyYcigq8
YXp3G43PDWXgRkK+RH3ISRUXpt1fDfQu48/0YMQocbILI3EMGVGf0IIPptrzPZ2yO1EJLjUF
ZPp1C8eBOp8Q1+i5QFhQkDgafEfoYGJsid4+zjLxtZulSBv7R7fjpM3NJyfJsvXkSksy1HsW
pPDXckyZO6ocIwCFVv8ARHVhsNvjoRdmfNeRL5cmSRFju/gCjgQB+UU0XnUo7GpjuDW8qAgD
0rqTJwyY2lCjJWN7HmVQwCXb2kbUI+OoI55nx4p7seSPIiYOncUi0TGgXcD1roxm1Z4SY8iN
KCknEmg4XVuHz07xEKyi6rbig3PMctTZzx93HSVe1LQMUZrMaN133W7u6EMfsjBJPqfcx25k
6yfIJSs5k5flkBj4etp0jxy3ZLPb9sAa28AR6knlpcKJDip4xSGX87TubGrb+ZmNo+Gpw8n2
8kSkGN6qzb2tH86cjrI8dhU7smOfv3cAnoBldYjyFu3x00amOXuoBcvVSpDbVpRhSmhDGH2J
vjYgUkVSW6fgo149u4q1kBu/h4ijVpuf1MH/AO63/wAOphhgfdxtDJinhR76e74jbWN5R2Bi
nWO9wptAKCNwDwNOOx1lYf8AhxSXwN1UMcv1AAW22JI2Oi7kKqirMdgAOJOgWDGDEa4JwEgY
bdwfwniBz56k8L41u0Qnczcv8kMW/TtvVqcPTSeM8AkZCRmONvy3Hfuj4AA1rzI0+Z5CQzZ+
Za8znkAOlOXD5a8bbEkmJFmxRtPcGuZzQoFHpTqrpvsafcoVaKptBIIqCd9iK6xYWeON8p7C
8j2hFAqzf8Pjry+Jexy0yIIKXnuCPvKAtSbQu7cPj+p9ooZcXGIbIk2tkfiIN+I5t+zUaZEg
R5qiJdyWt40Arw0uQft8vCAtcSxJMcc8TdaAyg02JNPXX3CvEhe4d2uRBGG4lUlieRDtyGpO
5PBnxRXAQSyL3Dv7kci5hvz19u2EuHmSv9R40jZia1qJmKU4b1411bjx5/kDS53hRYgnCqtf
WpGjDiYuXjlWJM2QC69v8tEjSpZq8OWosbOyP6fj5iGR7McRnbZQe2oJrXfUeXgeYyPoMmO0
naZSgZWtVKH4U1kjAx8rJz5OvKGRSqcR3JJlFQD+J+Go8vyUuRmSZW8ODfII9q0jJc3UW6tz
EajE2P2J8VRHHTqWM28YS4oaDa6mslIp+/LBKY5tqWnkn4f26kx5lujlUo4+B+esrwuQzVBa
bCc0oSF6BUn/ABBs3xA0rCxzaHjYqHRlcVBtcEHQyYprZ1ACtFQLTjaFUBafCmkz0QRzROGK
AWio2YUNaV315DJkl7nilxo8mIKQwBdVoBzBa00GlehW4A0PEV5HTRSKHRwVdTuCDsQdR42G
5EuLccbuUPS2/aLUrT01izsqrmFHNjVaxqlL9qDhw4/HWNlsLWmjSQj/AJhXXSa0NDT1HEaC
i6tyHoNp2YE7+nr8NZoxljf/ACYZpWuJcQSmqOa1PtI9dZ3l8frSN7Zo+YCxRm5fXjqVe33J
ZF7cA4gMxAr86cPjqHJWKuWIgryN/F+ZgDWhPDbU8Amkw/HxjtRzx2q00rbMEdwfbTa3Uqfd
qcrd5ZZm7kgB41YDYV0ZYcjuqK7xqzcOQtHHVzpkotQLmgkUVOw3IpqTAwcrt5pQ29NxQ78R
uKrz08WfJ/U/HteMrIsHaQjYiP8AMaHZhSg5aEksskvjs6JVTIkYuEdT0h2pwIagJ/bqRJFv
RlIZRzBG4FNYSCncxX7yBiRegF3L/wBJsgj58dZFo6pqQjYkdfGtOG1fx0zsquAji1/7wsBH
xW6v4ajzcOW3IhuZiV2X8q0rUEsCdHyMCdqXB7K2xqLTbuZ5SaVYt8NQTStXtsKvIa9VTM1a
CvU1eW2nWW6MZH1zFU8JaOK/u/RLLcT3qpLId7ruoip5mmsR7VekydLio3YDcfqByoLLMlrc
xWtaayKuySCLoKsADU0NVINSOI1JiLk1/p8hmaJbCe05I9vKypAH/s1/TcxgczDop6q3xHeO
QbmoI1kYLdyIDts0wUlaXC6lvuoK1GofG+EYPmUVY4qGR7GBa8j157/s1dnMMOO66XJSrz5D
OesO1fbQ0p66VcJAVxmbtzWrdIrihapq3wrtUj01JPGndlFFhi/ikc2ov4sdY8U6qZo2M7FR
Qd57izbcfeRqTImNscSl3PwG+j5bO45LQxLj2i6CMzCnUK7lD1fHUv8Ap3uu2HKq5glUgSKl
1rRvt1XMq/sB/S3263TN0x/Ana4/AcdJjwiirx+JO7MfiTvoR39p1YNHMoBdPUoTwNNq6kwm
x583IhdkjEsZTJKcGZJUqr7Hnbo5XhZkglgbvjxs0Sxyd72P7h1cfjvpVy5cIxnriTJXHR6c
Ksh4HWOzeL8dkxWqzuHiiZm+BV2BX/p39NZJXxuaGlIYwJMOyjVIrGYzceO1VOseZcnIVNnG
E0mQ62gU7f8AIrsaV3OnaLBkx8ehorIJCteJ7kgrz/DS4eZgvlTiMDImYNI6yR3VogL7b8RT
Sth+KaO9qO2Q6RUUbXELe37tSDzU+N9RwMWOC6+rVpHRqV+G2p8mcfaYGPcmPBJ0tK61+o5F
aL6D8dFcZfsMeOWssjItZt6mwHgCT7jx5eug6GqtuDqTPxTSeGNo5VoDfC3uU1/h4jX28RFZ
wIuqnCoYCrcNxp8QEdl3EjCgrcooN+Ol7r2qzC+T3EAndqc9Y+LMS4K/ey3Cl6xt9vjod91W
27cfpZdxUU2ND+BHDSPnYy0e5XhbrKMrFPdtvtpsTOZpPFZD/wCSnA2iY/4LBRtXly1VKUO9
Rz+OmWtKgioNP3jfWNJllYzJHJiTGMHdp1Gy7Ha4HjrMbDTJjyc6OP71ZOmKL/C6BQEtVba8
NY+CqtFK5Vt9iq++/wDZvr+leOymjgxqf1HKT31/LFG38Rp1aXA8YiTHEtOXm5JeYRMR2Y15
8zXbn8tDHTJxY5N0M6QGViAx3ZpGUE8Ruum7uZ2++ydkRQrFZtutr9zj8dSYeancnlBlkBZm
K3US6Mtw9u1NRZCxX4Nxiny1BasLEHrQbqy/DbWR4+KeN8LyF8mK0bbXttNECtN69Q31neKy
TF5HG7ffkx5LhWIsbzDwoV4mnDWVL5eW9sKR4y+26IFt32rWvE6tw47YonkA4C249wKRWtaN
ueZGsXCSRlDBpJ4x7WWosr60KnTpcJS8Q6qVCyEhiFNeQFK6iml/lyt/LBozKnE8CPgNHGyC
MXAVZZ5IErbJNuUAA3/hA+WrVagO+3qBSv79TzD6iPasTNUFQoAFBt6U30sDAzOyW4samoEk
hFLqb+pp66l8aZ+7jRB2FCSHmWH8tg/j2Gg8MwYr2yGBowcqHNB/dO1dY+UtaTRq/Vx3Fd/0
5LMSOzbItPUMBv8At1BlIpehKmNaVYMKWivqaakylkT7nJv74NJf8QhkavxTWJJF2sRgSpgi
VSJVnYLcjm0qFfdhqPsZEkeLO4SmKXKxJWl71CivPbU3k8zyElpVg0jkL1Od2Zue3LUkazGb
w+HGonGO10uS1EoXtpQVovKvDX9Jjh/p0bUjLMGaRUAr1v8ACtdhUaXAz5EbLSNXVhus6/8A
rxtzHwpsf0fYRLdh4MiyZUxrRpUPTClKcDu2pYYADKQCgbYEqQ1K/Gml8uIPqGLuGKvwJsvp
686fpkVlAhCr235km68H5bfoeGZrUkBQkG07+h9dGmQz7gQu9C8S06iCwa4k7b8tSZWYsPks
dWLpF2iskYHWtrIJK0puSBphAzY2bKxkyFyIlywyj3Kkvu3pWvD01l42Ph4sJiktjZEikkpU
+5ZpIuNP4dI740/dQEB1iwlpcLWpR676BxJewZZKCF4Y3ZFqAXaUPb7d6Djw0kL+PTMnDkNm
5k9ykKahmjSlAeQ3pz0kmZLHjSJIJFXBQKBb+UuwqQafv1MziXImkqqv3SO2u7AgsTT8AT8N
R5OS+N3Qt0cryEyBTwFj7kg/nY1+A1wOaE64ZlIZpATS6pEaKRU7V4aYZEajq6QDdVR7Sagb
/D9BRuDCh/HX2UKlZMYtFNtswBqj7sd7TQ6sLntJd2zbvvuNq8z8dJDkMUhozSspAa1FLG27
YnbWPlr/ACl8ZjRfGpZm+X5d9Gyl1OmvCvKul7tO5QX28K86V/QWwXkWGQt3Ypa7muzKDSlO
HxGnx8hBJFIKOh1J/S/IKmKxVVWYGQiPj7TtVeVOOm70cXlIG2TtlYHWnNrtt/x1JkZCY+Ni
41wzI2mvnjINAaItNyKU4nUksEdBYQqDb6UVzhnqaVodZC9uSUSL2Z8uG6WRAeSMpoLqe48N
Sp4/HqY4z2oI9ixpQCvr8dDKkdh3Nmkk6nZq7qgTci6ui2B43IyERbpWPRb6cA+u/Lh48Cvv
D3m7dw5n6kimlDxpp4M7xMlwrbLj07ZpyukYL+N2h42OKaTJRiCiWgVC1YNc42APyrw1N5HC
h7XkIR3Ymi2qydftGxJpQaiycsDGxpIREj/mY5iAWIabkHXkMsL28TNRpVjkS5VloUk3Tfdl
BFeepstZL4ZHbtSHj2YiaVFBvW46n8yAxh7gTEZwANt1BQ1r08fnqORN+7L2EUbtdQHh/wBW
pIcZe5E1mHiTbVIiP1LRuSGY8dSRYrXRJRA/8RAAZhudi1SNSZMakggO6BaCMHpVOA+ArTjq
Xs3ZAR0jhKigaRzUKytvQqra7UEYWcymR5hTp5CKEiptHrXfRGHKccqkaoW3lknO1IyCtgJO
++w0YiRddaTcLa1p7uFPjrF7jXFb0B+CuygfgB+loplDxuKMjbgg+ujbtQ7U1ipERHkEQQtt
v0pJ3GtFLt1G/wD4aSHOjR8zKH2+S2OFeQLH/LlblsbdRff0URL9WWJW7QG9GqfWnD1OiIJW
i8NjgWS2mkj/AJragb8t+GqJJKGdlWJZJRHeyAP0lVY9X7uWiMLFEmM/UMlpQzqz+67vB+Hw
XfausXys8S5EOE31JbzJOsLAq+wWJLVrUUGvvMKZIxLSyaRlCha7kk3cRtwO51EskYilkrLK
grsz8uretKV+OoOz9MZjGNd6tYT77aA+zq4gjSYaoowhFSRmr1VqFVGBpsFJavw/QZZWtReJ
1GzdB4vHx5cK7cP0HHy4hLETW1vUcCPjqNf6o8MIe+Dvy9V1RUVkqHFtdjpkwciLJWMrWTDd
RLx4MGuXqG/EaaPyfcChlUHyEPT1D8uTF+6rcdVy8+LtEMuHJL2ncx/lZZaK3TXQ7vlgyiMq
0Ye5SOFbUqwNSDx0mVlGH7VghhklkXGYkrvePqLRq1G+jLlfarLiNUxw96UrUbVEZBNQeFNK
8+cw7zHtLFiPQCtKNcCw/Gmhj5mS2QIup42hKIymlReKKdHsQpFd7rFC1+dNMoYFl9w5ivCu
nskWCNTUMF7jlQKnp+eoo54644vvnncd9t+jojFo/b+jFzh/jgxyAcT26GtfkaacxqVSpsU7
kDkCdddbf7vH4cfjpvud8d44WxCOFHDSPtU7gvT9HYvXvFbxHXqt4XU40/RlSwtZIgUq+9AQ
w3NN6eupRg9v7ZQUQstan/1N6fs0l3hw11KMtzA1ANeio56XG8rhxxuxuv3PQT+UIaNT56lk
NseHJJaViAUOwFR3PzE09dPKyX9rdg1bKEWgGgrdcdtHJkV2yMkCWWMcQBW1QppvQ76ZcOX6
qq6RmptKNs0pAK0COlCT/vGoXLW+D8T0RSrcGnkoFewqbmub/hz125TNi4ayNNjsQi9FGiCi
32lW3AO40mP5HOnyJUCLJiCcyMzAbKY49zX5a/p/gcH7Qe6x1+rvuW7QrT/qNeHLR8g75TeT
mQNRIe6jVIpHK4NBw3FNtSL59LZI2CTNEu8d/AyLX2ejrUHUePHkSMsAf7F69MfYkoplCXhi
1woeXy1iYadWY12OimtpZpquFHtuAI6j67a//hzGbtZGND/m2iO7PQFooaVqzMer0FdYMT0T
CDqJU4rZ9tCOG/roPjks6hiwpsl307/nuN+R1HGsZjxsP/KgGle6BdLWnMtXWS5jdpY0HbWM
WxryMkrk7cPxOmmXIeZmtJlYWklaEVWp9pG2jHCXZ5nD2p7mk3oRbvXqPDUsAx+3PFF3M/Il
ZaAcURbelCdhT3E6gje2bMVFOQ8YVogVH04VtoP+dt66gzTMjZWQzXQJuQorV3A9pJ4D00Ub
2wzOifI0f+1j+o3zOsVYQyHGjsuruWLs5IpSg6tOscmxFrFCQGU8RyqNS4E7d2fF6u0691ng
BDFUTnt0j46gixlFgtCK4sKRcaOB+ccDqIs0f20n07DtJfxqvG75AfH9GT9tGZLxZIRvZGfe
9PlrwfiRHESjCaaClFEcqXUJ2LOQpNRpki960rcDSh+PPbQz8UPPWNoMCiMIxK7FWe80q1o4
W6x/Eq8jAhi8Ak4Sha2F/b3d/b7dwuq1HZt2WnVdXjX0prx+Cyh7pu+wJpRYRdWnH3EaE9v1
ApQN/dJBI/aP09rJQSJUMPgy7hgRuCPhqWY47zyzGxjAtJnJPSC8dpoOFa7aDzYb9o9PZiKy
MDubyar8qaidvHZGJKxISeGGlNwTf2ain/MNS/bY+P5LNRisjSRrHZ/CJLwW567kuBhXcOky
oNvglBopAmOeLBWkmYk+lz3HURmWJFKAzKpJYScwppQj9EizEdtgVCpUGnrcKGtPTXOxB8WN
B+0n9BmdXcCgtjUsxJ2AAGq8PhozigbGkWStN6HoIB5bkaSeQ3CerB61qQaNX414/o8f/wDk
8f8A8I/Q2S0QEoURrNxJT3EfDf8AQQpoabHjQ+tNZkeZTv8AcZnKigN3VcBvQEHWLPJW+3ts
TTcobCdvWmsiZ6hY2MUSeioafvO+giglmNAo3qTpsbI//N0bh8uRATdbUJGCNzcdwKafKSNo
gosx4QLiS/SsktAbVWtaft0uPgytJDDEuMr1/mEGpPLYvvrCwPtLI8aIPZvUyTU7skb1pctt
B8TXWRM6Qfawl5MpGlYE7UhVkRQbF2CgGmmmzHaSWZLJVhpBFQ7hQkdK2nhXQaNb+2QYL9+2
bbSQfVuJP/AaDIQyngRuNUxMlRlYkX1cdgeDEsm/x1CrBq4qHHHSB2zOQ3+ctPTRqdQ2I1gx
h5FuvySIgLA8KrCWSgB6mF19aU12ZZHgy3naSSZkcszgKirdXiL2J1JihnriOA1qipNuPAaA
nWK0jr2ZY0yJgeBiB7xQ3cT9P8dZOXlOr9LSRxAmglmb+H4bk/howxy0VzdNGTanTSjNyPHV
mGks0kVWnyD7LRtso4CvNtdyP7iHPVbVaNhYWNavXYgU2I0MKbImWG65ceJGluPO1AaVpz1J
A6lWjYraaEj521FdXISreo2PprNQ17IdCm21xBuofwH6kOTKsYbOlbsZLGvaSMlXqm9bvlqT
JfYC0w0ePqDGm6XF6/homKNnC0DFVJpXYVp66x82C77iJ6uNrSvCg57itdYseGhKZbf5fe5n
qL3lkbffjdXnpMWGSQwSSWydr+Y7gfyYmFLVFKu3LhoL3Urd2rbgeuns/wCb4ayPt2Q5ESjI
7Ln3RxuGeq81IFND/UOUU7WUJJhCN7XakYK139iaSXDIx8eSCSZWyPpuTGRTY16DXfb5aQCG
KXyRWsU8IKiHetWuPXJvXhtoRiT/ADF5DVPV2gwkVV25yMWJrXbU8030Y4GKu8mw6adQ+G+o
5FAhx5ox90wu37leoitNiBwGhNjSLLG3BlNR6/rCjFdwdvhy3rx1I7urI3sVUtI/5muN37NW
wPFFF/6jAu1fSzpH43ajfJ8uuPFwKJGkd/8A1StJ+7Vf/wCJkIBrQxwfsO+gXmWUsNpoxaCD
wKir/wBugCa05nifjtprfym0/P8AUzBkkdcbLGp3q52Wg+BIPw1G8STZFVBaYI5B5Wiq/lpT
UuP2iZp0MHbbZgXIpseesoYszLMkKkycDVEWPpoRbsulfOmEjpGWaYC2q0qCa7Vpx0Z55Tk4
09Xx5SFV0p0mKUIALh66yMDJ8jJ46HGFjqtFaRzRgySUYgAbU0vbyhmc+901Ibdbgm3DQyRH
dHlACOwEksgAIYb7/LlqbxWBES8+/baMl1LC24VpSvx213JsOREqBc1AKsbRU19TqHJp2IYr
0x62BquCXdPU0Hu4+mjJl0xMB0eb7gn6wBUbwgkqC3rSuo/E4FO+8KrKyOXESke0P+ZtRyEd
IIYfEKeX7NBMFe5JmxoDcCXRpQv0ketN15fE+ukGWwWZphLkIu9yx/y47hTa7qPHSdzuCSeW
bHhFCI7YSTeB8RQVOohieQKrmmyTEtV2UEWXpUVofT11DiwikcSBFB9APjrySTRmeTKMRwIV
puKW7lRX8NQeRimMHkzEv3d46JuBZJljptyOmi+3K47xVyfEZj2xxqu90EpqSrMPaNZbY8TN
Jm9xjFS5YSXWS+G3eoCDegppswxrj5McSRwWi8s/dEjy1IArSvHjqKaZMhoMaGNIoSE63jP5
tyKEaZfHXGB4BCxmADVNGc9NOY56EU7qqlgTkMCzKFWwDbe34aePGnf7aQVMS3r3f47U/OFp
1aXrSNWJAkkYKtQK7nXaWWNqUrLG9UAO1S44cd9Un8jCqlqhI7pt6e42Db00uPRehqq4VQab
7Ehbjx5nWRkuaQ5co+3w42vZKVUkgkceGug9Q98Z9615OvI/oDXBY1BL1/412pqTExXTNh8T
cVMdKUc3sFB3ffX22Rnx48Za98dMe3qG1WMKCuo3hnGUtavHbJGKDka2nf4ari47QbkkNJ3B
TkB0rSmp8PLhomPHLPHmqOuEEUcBuRP5ac9RyeNMeT42WJYIMu/6kKoCpa1hR2Z+NKcNSHGk
yMqSIMvWMeIyyUKkxx29wFW+B1kpmY/2zzR9gS06mRlrzCnYsdR4GMoegaL7eI0tCrSjGoK7
njx1ZNUOVV5A9LwSPbt7RSlF9KahynpTIjeWGMVZiqUHBa+v4c9DBMa2yY20hIuqsRntRPfX
uku2/poY0hVY3lQEMA4kVG7looedvPTFX7WfCtA4+O6CQenHXaYH7e+pWlYZOFSp5E+vHSR5
JOHO4Bsl9u4qCHG1DyrT9cxTKHjb3KeB56WFYl7ae1KbD5V1/JT/AMo0FUUA4AfqFmNFHEnT
QRf5rIAPTGRarDgHb/hrvxXzzRmobgkX5gATsusXDnp3Yko9vCtSf9+vFYMVqymb7mRrRXtw
0JIb50GsTx5jZ4snIQTlfyon1DXY7G2mu3AlY2kRJaflTiOHxAGsTHIAcRhnt5s3UT89eSzU
aJ4saRWKyHZz0p2wOe4NdYxqiRy/TlVKkurk0vCbXIfXlq/FFcrHdZ8enEshraG5XDbUWdGl
hmUEg0uHqpI9NNiSMV3DxsOTrwqOY+GkxC31YxdFiuqxRcKP2Hr10pXfkdYmPOkbwSdxg7mV
0IgNtxW5RuTsNttdzPmjxoJ+2pjgjCUcfmuJcorcNqaxIFx44nbIVPHRwtvJEoajBKtb7hXf
fX3nmmZiRJLgo1TSQFlmpXpva0UNdT5kUrR4uOohix+F5YB2kceq8BTWRju5aWM92K/qAVqi
SwXbMdt9eNhkjL9hTPIKhbgWFFurXYr+jInz2dY4spVyZK9aqzG2nE+1dtZ0Srd4/GTufdDg
Ag32tqbjw+Wnrgq+Div9HKkbrvFD0JSo/brPiw/oxdwoUTpGx3HE7V/Rc0aZAK+xr1AJ/wCU
qaj9mlqUjgTuK8nb7jNWlQSelSPynjppsOMT5tliS5LE/AVoKCg22GoJMlseKWa5i0eJI1W/
OQVk6dm56YHHtRFvaVkAXfgAef4cNZCxy4JvIaGMoeiMMdjRN7qeuu8R4yBqh5MkRNcje0st
9VPTtvoxvPCC5VWx/t4lIjRqKRIhO4Xcfs0qziCSeMjtzLCYudT3FikUN8NW40OB1msrduWB
9txR4pGOhdFIG5gTzH/9IaRRJkRWC3plZqr/AA/Uu230cjCyMnEalB2XAoOYqyk6bt+Uy1kP
tZmRhX4i0V/bqTvS/e5Ukl/eY9ggc91Eta056ULiRRMFobURt9ucimvDWW2VXGx5CDDHiyVX
+8pDpyOnwM9MqPHjmaWDISQshi2A7kS7U9TTjqfyPij9tk5DbZIgF0jLUsPq2gnUPbQd9o4+
7cKKrhzcQOLK604HU3kcrOiglZu+IIIjMD1W/wAut29K0I4cdP5N8RsxVoYTk44vN4oDGqnp
+PVoNkeGx1x/qRS/b1jkBu6gl8ijcj3DUcUPjwuPW7IiMlcl+KqokrQDga9zhtrFxXqWkbt1
HC9g0p9Ntjoy3AR20Zab3A+675aaDIQSxP7kbcHRk8VL2ieMMtSn4MKkfv0IZZHjj3WPufUi
PPoJqNCPyimCVRvKoLI34LuK6C42XFI7C4IGF1PivEaLY0yShTa1hBoRyNP16nhr/NZUcexY
KWFSB6DidW4MHfjtNZHJXq3A2pw2rqSOIPJAfdFH0QjiQCzbftOo5fMFZjGoWPHjFI1oa9R2
uJ56EONGsUY4KgoP0eOy8UsGq+LIUYKQkouqpP5qrtqDyrd+adUSD7SWkVl7G6aQUtUm07nY
8teP8cn/AP05o+3KKFVVGVyeO+pciQ0SFS7njQAV5alzZoz/ADDJLZz7h3iqfaCK78dTSdpe
3LWNVr1x13BjJqduFdYsmOJGkEYi6bC9ydBb6pt5V31n4c3Q0OQXSJipcRygSAvYSNyT+hWQ
J3ozdC8i3BW4V2IPAnnpv6r5PIyQzFu1GezH8KWdW3z0Hjx1MgUJ3X63oN92ep0MvFvOZhHu
Q2HkaX7fIV0/jshpGklvjhNaxQr2+4r787otgNRy4sC/5lJFlhWrFZ4Y6rIKCoEgHUK/HTSZ
MPcfMjH21lt1SxWhYnpBI1jy+TRceN0gMkMR7sixK5kuuttqGXenLU0mXmQ4OIiB4OwUllkD
7qDdWhA5Ab11JgTOJG7n3DyVq9XUUSX+8o4j11bi1WAuIp5K7L+bqUbkbft1iST3xAxfb/cK
OlrBt3UTi3oaakybQrSM7PTgSzFq+vA8/wBCZmfOJUav0YGBXbbqkWtfw12o4hCsZtCKKLtw
I2FdtB8l1vpcaKU24iiMS1aac5nlUkQ+wLDEKA12a+/lqP6zNxNzIqEjcAW2ilNf/nGT/wDF
xf8AyatnyJu2z2NfHjFaflY8dmPDnp4Zst5mZ7r3KqwrQ2LYBQbcNM7t7jWhPwpRR+HDUbQu
abX9249O5NBUUbfidEoLnp0qTQE+hO9NP38bGYV+nZM4ov8AerGanT0xorRWw941PpUdrbU0
SxhVKfTkWUq15/6DbT13+WkXyGbJjSm6jfcM1TQCtaJX1pTXcxsmsVoVcpka0lBbXtmaoY1q
arq1JoLRst8bs1OVx7gqdQTfS76CydihKyRsOuOlw2PKtaaXG7QhVLbDFsQF5DluNq6eQKZX
37SzkuiClAttRUD46URRqpVQtyqFO3yH6mP5B0eM3mVVbkwBj6fVNzTT41bRJaG/5bgWXanE
CmqDlpVYgFtlHrz2/DVs0ayLxtcBhX1308mNXFmbcFPZX/k+J0vYyI8i242U7Z9djvWtOelz
JVlxWc75F1wqT+coW/fp4xnJlVp1sty/9Nyof3abuQQyVPTxWg9NuOv+0h/8za/7SH/zNrt4
+PFGzABXYk0bmd6ClfXRjMyx7++NADt6NuNNGJpZpZFH0mkEd6EckJUMKDkNJ986Y6Uq3bN7
mvLcBVp+OrpVOXJWoabgKbiijbQSJQiDgqig/YP1IZYGtaHIgcn+7eFan4NryJ37EGPFEfS4
/UG3yJ14jCiUyT48l8lK9AYo1fj0rvrISDpzfJUV6E1KD3MQailOnUWJjJfIRavIKo5sfQaG
RhSGTIgUtkhuDjiSnpT01P45iFmv7yA/mUgA0/5bdY+WXAizR9pIv/1RV4mNBU81/VpryOXJ
DDJiFHeGSUMQqtVWQiLdahv4TtpYF/y0kpuxXeqoGHXEasAxRuHxrp4XgVWL92BH6g0kZDdp
H53g00JPGxujQGROyxQuIqkyBpCKgC+gQ0PPTQx5USR5d0mRAaLbFD9PuXMHALNS6o+Wi8gc
SLGZpDKCtyXiNGiuFWBBGsmGZRTIQyxPWvWFIVXC8AaawsEoUTGjQsX97yFBVt+W+3rolcKS
XEcjuOtsZNK0teTkDxppMqaOMRRhx9t/NLlhaC7vQcN6AcdIkHjclIlFqJbGtANqUMmnypkm
Dzm4xySMLabUAR7Rw5aM32yPIRYWk+oacafUu1aMWGwmpHbWlRtXhqibBemlKcNtq/oWNin2
zfzgbg59LGUimhPNiq0q0kZxe3WnBgCSTTlrrj7gjbhKh2Yc17g+PEa+5zCYY+BqpaleF3bu
0mJEJTJKLo6xOoKUr3KsB08q+ughrc3Cikj9oFP0fQyjAtKUCK2/rVtLFNM2Q6/4zgBj87dv
19zT9OLFaYRArp2mNxoW2qdhy9NVQhhwqPhsdEqACxq1OZ4VP7P1Z2irdGySEjagVq3fhrBl
aGKbIlUD60Ky9ItLVY7jjpg/jvHzE/ykgKBj617yIo2+OiP6IiIrdu+3HP1P4AKiv4aaKPxX
emVbrIsZJPlUx3AaY4+Dh49ttfofctX3Mv0EsrSn5tePiSFoYpsxB2O2AQCrA0jj/i46XOMs
cmKrSSh6Ul607Sxn4AfqMo4rsf2V/wB+poVRx2SAzstFJO9FJ401H9vivlM7W0QqoUfxMW5a
zYTF9tLZWK1rySvXtZQ1221m5EWFcchoO819FjEalDW7csflrymZIDkwYXcMNlDRmtjAWlKk
olNYvjMSrttJLGBve2yIRxuFeHx0In3yJvqTn4ke3/p4foj814GMJmQmr4w6UkHA0pShpx9d
Z/k8izAykl+iGbr7oAqXAJuUueQ1BmrxcfUX0cbMP2/qGWZwiDizGg9OekiixsmdpDalsTAH
hd76e27fTxy+DklkwiGRZJAiszD2gr7tjvTQzI43uNLcRWHdRjuGD7Cin8dRZflonGTOe3aL
FSYSfUbuSVtDAnquHDhqNsaW3xmY3dQwSLZWPqKe9AbG+Py0BkwyJO/V3JGuvQ7JYKtQf9R1
3PJk4sYP8oUMjfiKgDX2mPBC00NGa615QdqM11WGmDG2wAsTsN9huduWlF7p3zYjqpuBPzU0
/EaQkksgoCTxrStQNuWkmGW8cCD/ALdAtGNa1ZiCdGHtqju7SsUJb6jfnBlqa6T7XHeGG5lp
InaO3FrPi2jEFx4oKgjIBZ2pXcds03p8dNWWRVZDGVQ0935gaVDDlvqCCLt9qKtfuI/uDvwp
3DrtGQq9tDKlFNfUA3Aa/wB+r6C4ihbnQcv3/rtWlm1vr8a/oaWVgkaC53bYADmdJmzAY3j2
4Sz1Dvd7bIwK/t5a78MGZIpWQKZ5vtYFs4sVBR6fHUp/pjeTkcRx9yLuSqVbYgSzEjZv4eGl
R8PyeGCGCpHlcbNiQjPcfnp7M7PpHSKTDMP1gTwdSI/7eVTrxGL3pJ2iE9MhTs2wr3QK1G/r
x0oS2nGqCikt1FgBXiTXUOVNQzGNC/c6OpqA1224/q5GCX7YnSy8CtK/DWRil/sVw0thkKpI
uTVaqPqLsduC103diU+R9pXtWKK/mUwyBNv+Wul/y0UjobllcyBgeVLHUbfLTGHxuFHj2d7u
TJex4VA+qzfEDTzZXlo8nY2YGFFtwG4FDIT8NYaLH2MbGnEsuTeElqldhELitQeZ/VDZDULV
7aKLnYgVIVRudBiT2q0aanQCeCg/mY+i119+6usVt9pQ305dHGvw0MrtOgYFhGwo9OXT8RvT
WVk+Klkw3zIxZE/Usb8bir13+es2irNnXSTJb1B2p07dPGnDTf6h8oFSeYF48dQRazbXHfbp
5fqY3kEhcwZb2+QZED2KLTclFJVjQm7UI8TkPkRsZ/6i6q3Zpu8XW2xpUD1/QQpo1Nid6H5b
aMc00qqwUHtNZ7TceH8XPUcLwI0UTdxIyOm7fqI5nfn+p2siJJozuUkAYbfA6YDG7fEh1d+n
nVakgfs02XE7eUy5d8cSsJPb7iJPZXbnpcdrYmkBFt6mUEioYLuKceOpRZdPUOwDM3u/vSU9
DsNMgYoW2vWlR8RcCP3aVGYyEChdqVPxNoA0zb9XHc0222HLXcyZViTfdyBw3PHUhklMQjNG
MisBwDA1pwII124s2FmtD0vA2PA7/PSqkyMX9oVgSacaU/SwkpZQ3V4U510MDHdGotBEgqtt
PUdNNWwxrGu2yinAUHD4fqFWFQdiNWRUQgUTaoHpttpEtY316gKgU36jy0ZqtcwtIuNu3ota
D9DwTIHikFro3Ag8QdZHhvIY0fkEwCfs+7aJ6V2sEp69qDbf567D42Woa5gDDJJ7jVv4qCvL
TKIXwIoSQsckTILeNwoKAaTJx2Ekbiscg5j4V19zQ3zKIdq06bnq29Pltr7ieMRdpX3anQp9
249aV1PgwwN28HEEysT0kCoWMHfkusZJj90JUj7kits3Br7jQkV/VMkrhEXcsxoB+J0smFG2
JhRnd8mNHSUDYWL7qk87uHz07yY/jpB29p5IGBL8Am0h2pz0kuPPiokpsjjiMzVYcfeGPz1B
43KfFiklVnGTGztKbeXbdlB48hrPiyJnk+wlEYMRMYet1wb83LkdGDDSxCxdtyxLHmzNUnTo
YyEWlslRRq8QADXb46YliQeC7bfLTmCFJKAdsFypLV3r0kAAb6TJfJYY0a9GOhoC549ylKqK
bfPTJIDMz/zZZDV3Hox9OVPTSRqgCR0sWmwpwp/sqIoUfAU/UWHIdu429saNIQORawGn46me
PJjYY4unofYP737NCDLw3wmmBkxO4a9xF4k8LTvw12Mh27lKlY0aSg5XWA0rr7J8aXHl7IyR
3LfYWtHtY0PwOh9s1HBBtJtDDmrNa5H4DQx2MCxA3CKRZMih/i7jPH/Zq/OzDlSfxCNIviN0
F3/va7Z8ilYCQ18pY1O3WSd/hXXf++h7V1l94pdxpplwI5cxlIH0kNhrzEj2pT41065eemEh
HTHAQ+QeXoQtDtsD89GTx2D23k3XNyj35SDThfcB7fU6WQxwywO1JZJUAb23dKq6Kw4ft+Gk
x8xMBjJUtGkUpHbFQ98gDhD8xqKeLxvjnBFUljZgKH+H6Rppb/DNEyEMJMedFN4J4EOhpz3/
AGaM2TJneMEb0R5JrjIy72pGWluBp6b6TyXkskOsgq8ORFHfKLdlUKIyG1PkYWKmLghlix0C
2v0i97qErS5zSnx/ULMQFHEnX86P/wAw00gylcJWvbq/DiBaDU6Txv22RHNI1q3oByuDUrdS
m/D9SUJWYO8QlBILRFYy4kLbtRqKtDqRsWeaJ5GL1V+kfAR/y6Abe3TMubLGjf4YWIgf+eNj
pyMutvVfOi2oq8dou1y+OgjeRkMqfUTM2FOmnAcVoeZr8dNjQzshn7zrGxLtKTG7MgrXbnry
mAiDtY2GWeUb/UdW6D6UXfTYTY8ixqYUWXawmVQECDbbY1+WmEjh2uYigpRSekfgOf6S87XS
kfSx1/mOfgPT46GZ5UJj4NQ0PjmVXJHFWcngQfx+WosHBJXPzXEWNbQcCL+ptl2O2vr94LI0
VjuOoCO2QAdusRN35hvrJi77Ri9ZIxn5LY62na2OOAA/v1HC1uUxZRFkK7ssSlrmH+ZUb0NN
j89eZmjyxhwys8zpEVaViLmHakIK0HMjWLkTl2kdalpQAx+O3Eeh5/qfczN9KoW5AX3Y2igQ
E8dBli7JIP8AN4g12qqE7EfHRvkMleFQBT/ygfqgeOmgimjo0uLlAh6EkC61ukHiNtZXjJ5I
jlYxBHauAZSAagNXcV33P6GKi5gNl4VPpXTPn4HkGz3rYqk4+NHTggcONv73E6JtlsxgPtvs
ZV7a7U6kkUyuRXfSv5aJIJ29gU+5aVuI5H4abLyMeI4imnTN9U1NLgrIBw/LXRZHsvTpk9Kj
Y6fxUMuHPnzMbZjK/dc23B5ktc8OV1OWpvC5GSuKEMebn+QlYCSdjtRRsABX4021hZGDLkeb
gjZ4pLkqFvp9RJgqoacNTZcGdmQCTLpJCUj7/fLBRGxccOHE0pqbyscXfZh22XMlRZClb7IR
CO2vUfzHSZUQIVqgq3EMptYfgRp8rJcRxRirMf8A8OOo8UJJiYEo67SDlSAiq2xoHdVIruP2
6jDRY3h8RAyxyZDXPuaxSNHULdv+ZjQ6D40L+VzIluWaULFAlWoWNwVVApxp+OnSE9jHiU3x
4oogUbMSw5fjpcp8Z4oHG05VyrtQmtaHdqaxXYXLnKXxo4zdVwLgrbgAlfn6ag8fgxR42QYU
lZMyQVVitkjwwRksK8Tdt8tRQ5M0ee2Usv28ahcb6i0elKkG/wBeX46izMWY4lXWP+n5EH5j
xClRdQbmoqNLJ5ezxKFaSzlvrMabdqOnSTQ8an0Gnxf9NxBsj3Pn5z3MBwqitU0//CmpZ83K
+5mCqjeQnW9Y5nYKFhUXUITdiQeWmxlb7TESSVh24llka97gDeVA48hplhLSRrRi326q1jbh
iu9Kj46izcXPyoMPqRpGWMF2G9scUdLqcyTQaijTyuc+Ux7n3EYNsTUtoyOdxQ78fhq+YZXk
FFAGy5aRkUp9SKJd1BNdQ5xxYmaI0GNBFLIwX+JzIUQt+B0ZsHzDRiK6SDDXDZK8xG5ACnX3
3kvIYsvk8gBpZb1Fop0xrU7Wg6KxZsDlQWIWRT0jiePLVyEMp4EfoSWGeSLLy1YIaAxFYonN
rCo9p6qnUctKXqrUBu4ivEcf0UO4PEaiSNAYmJExP5VtNKfjQaUyQr24YIExWhP1Y5MgWSSA
CtAqtryq4CoX8jJLApmuApjxrE/tqK3HbUMoEjESYynmgCFixAB+O5prKQuJHSCBZD8bpjuB
w2P6PsPHRHMzq2ui+yKo2aZ+AHw46Gfln7ryNKHJblx2jX8o3/R4SeGl6ZBRbvbc1CLqGv5d
Tf1nEJVJjHBNjqZI1pQkFR17MuzFdKzYXdmFLpbYiY9+ksS1R6imlyJ8LrgLGGOa2lTxNFLr
1euvIwxTxwSRSPLkY2MA8YBisWJyygH2VNOevHf/AGI/7NKFXu5EtRBjqQGcgVIBbYUHE6nx
4gquBXvyIe0hI/lxjYyU4luGl/q2ZLlyXMzKrGOLq2tsTlT1OhFCgjjX2oooB+A/V+wgykky
dzYlSNhU9Q6f3/oWDOWCXLHCNiO5wrwBDcNLkYmKsUq8HWvP8dGWZxHGu7OxoB8ydFfE4jZE
VD/m5D2oa8rSwLNvsaDS+PysaTDz3VjGri6Jior0SLsfXUi+dwczKzjXut/+zU/KA6ssapT+
L8dSpm5SX96/FxcaS2THVFstVha3zptpMnyk7Mam37qc2kncgBiP2DWGiQTZnjBFIBFhi+F3
2RVcodgu/wANJBj+Ig8TDGwkXLmmQFHBr71Nd+GpUy8xM+eb25QClY2G9kZTe0MOFdMiZ+Pi
IdlSKEmwDhaxb4emshc7Klyzl2PNWi/VTcSIw6gRy19XKynx6dWO8zMCeTVbfUHjsSFppbQs
GLFuQo6Qzk+1a/mOgfMJLkdmVxFhRdGOQrUu7hAZyKUO2h47wWC+E7gD7iOMSsq8WJRRcQCe
NdHIbz8sk8NZLpgNvW1Zkp+AGrH8xOQoqCYzTckkL0bfs1jRyebMkdyyR2LCEv8AaKoFL3U/
iXTiHPlSaPoMOR2+0yMKAxTBUSorwNDrGgknUGLpMPaSTtsmyvS0K24rUNqPIkhizMlFtlnb
/Jv29/YzS28Tw1K6WeKXx8YgmnnbvMoqRZET0An14n46ZvAYkuXmkdpvJ5YAWOm1bv8Aq4DQ
zPP5LZuTK5jiRHouxA2NLzvyRSNQwePSOKR3RpwsQURY+5Ia43ddNqmug10WNKCzQybFe2GD
SAgkdTCpJA20WhxoWyQ7n72QGR2uJ/iNNq7HV/8ATI8zMyCFLzFpXYmgooOw4chpHxoGx4cU
Mr4qWW7/AE5EVoiRc7VUtyG+llbH7VIzD9GOlIx7wjWnqlYiNa70356jxmZIsuQNJlKqr9S4
1KEcbFalCOGpY0ib39xkxYZ4WIHQgucrcFuJNDU6kWmfMYAbr5n7UjU3VA7qW4/L46mixfHx
4ciFWZ5REQSxtCUYy02prEMSIqDIQSSGPtCRY6tP02htgp5axfCLCiyqWkyJBQL295LERQLW
FwB/RAJCWQwu0Uf5VdCFZz6krLTUauCGUuKHkL2p+79RUhjMdJCGNr0KQpYBWtPzCnI6xJ+6
HkQzlLRuVnctQ8xTn8dFm4Dc8+Hy1lZuTIFgdlddqECxUtPMkkbfs1NH48nB8eGEbZDKRMae
/t+hPD4U1ZAgWvvYAVY8LnI4n4/oFxAqaCvqeA143Bck4d0UtiVFCWZLiwoQeXHRxos3JjiW
SRoUjn4qrlahqXceK1206P5iVom/w3hhYU4gGq76/wA95HFfHAsjjmUxwqbrh0xmNW35HWXF
FDEnejJVINg0hjtbY0AqRtpIJHaGiJeyG1hbSory4aDDcHcEfrzYqP22lW0N/uNKGh4HSf1A
4ypGyugwoBExK7i5zU0r6foyI5MmPqlaeCbt/XLGptllJraK8tQw50xnyQPqSH19Bw4alxMh
bopltccNSK+Y2RGa9oSItU9OpaVA+Wl8hn50+XKhvQHooa3bW8B8BrHOH23WF+5NiTVCTcLQ
xHpx1F5HyhgDxHuRrioUa8ilJZK1cKP26nk8h43+tySH6eXVK9scEaOSirT+7pocxsXBwp2a
dcQyAzAybKgqRsKalmbHHkIMqLtLHI1Pt2A3ZbtqPTiN66GLmCJEUdCRVJuqSzsx/i9Kfplx
/AQHJaNu3PmGnaiPqCSL7eenkXyBlkl90uNWZ2dRtfNbJtQ7LQax47GyHglneSSSNZJGRxHK
rC4rQ7/h6aXOggzZq2xx5McyLafYEHarQAHlsBqPKjws6JrVV+7kIysNuHduYCoqdH73xrXN
9NsklCtHq4ivtFRQcN9F8jCxMSOQdKu0Icg/8lCupDhFKhbpBjzuWtX+7G9TTSTnyJx5xR4h
kSLIFVhwEWTXY/HUf23k0kC/ye5jwGMK25ttXn8NZcmQZJMqHdIMaIG8LWpYLaANgPx1jYud
FHjSZIouPAhdQ1L/AGChbhvy9dSjFxq5myxvM98tnCsx/IoIpausvME0iCa3Gy8hdjNKtE7O
N3NljrWp018CSWIIcSOQBo4VX8wH5mJ4+vPRiwou4Ru7cFWvNjqTMW3J8vNSHF4UV5OlQgb5
1Pw1h+Oihty5G2kXgrshM+QPWlx48zqPHjHbxfHKK3bAS1MUamu+wFR89GQ1MsvSpO9ABW0e
g56ngjEmVk5W4iVjZFYgorsD9MNx+OoZcqNPuUHFd7SR1WE76kgC/cPRQ2O0hiTqqFLsvrWl
K76xfHyLGEieKGTtqBjAzSdxkI3INigCvHXlPJxmsMUkgiI/+qx5elo/RBIFIKOpEw+Lophp
/wDVBp6aycdmNPu5bXPNpGutFOe/7NVoV47H4Gmmd42j+pYqFaXs7hblIqOotoYj1WZv5dVN
G2uNrcNJPJHaEjITqBozN1bD1AHPX3AX6ltl392t1P26TGS7Izcq77eBaEghdiRtRK8zpX8+
RJOXWUww1WJSoApt76gbk/hpYokEca7KiigHyA13cmVYk9W+HGg1IJC+VHMsbYuLFtXiSGCd
e4/jovLRnkjxPExLIv25SNHnG4p1t0At8BqLykEsmd2QFaGdqtUH6dLAKi7iP36s8tCYJ4rl
LQ1ZCdrqoOdR8dIq50d0lLVJod+Rrofc5kIVjQVYHf8ACumxIIpzG6kSTGMxqoZfV6b8ttFJ
MtZyJCImaG6kVAFEnbK20oamh128uPsX7mVd4Szceqgp+Og8bBkPBlNQfkR/szQ1psfgfT9D
xz5KB4yFkQblbt6kDkAKn00ssTB43FysOBB5jUWD2WmllW/pZFCitKsZGWmsvxzkYmQGaLHs
e9m2IvFop0/PX20ODgZppZHlOlsoA2ukurc59QdjrHxMtleWFbLkrSg4cedOP6DJkNc9QFhT
qkJb2gLx302NLG+Niql00UBIdb/Ysr2kgn0pwOocWNI/pO7NE9kbq9AA98z+4etu/oKakgEk
neAuaGaQILNj3Fkw41NfhXRbIIScSdp0AM3dgnhpGTGept0APDSw5Pk8pIwPpQRFcVlDm6gi
Fztt7Qd+Wi+Jj5jlOiMlspa0JPVVlqdx/wAdO3lsrJjk7ixRLlSOtH3FLEc1JIqd99FjkwSC
MXuPtyAQKE9QdvXkDp8jx8K/cSqF70ePWS4uAQR0Ftt/w08QznxyWPdebDclg35VE5fp1H2c
iPIxqUheGPtLtUNsCRx9Kal7H8ya5KtSwC65mfnQKDw56fLkkeeTJhVbFF3bTelvMd0kCg4n
fUiqglls7ceEoHajGxVch0P1SvIcj+3Qhd7MZQAmLHURLbwotTv8TvpcXFS+R+HoPix5DWSm
MZvJ5rfTeHGQ9i5d/wCY3SSNQyNEqrgf4a1ljUk2s59vVvsfhqbyM03bkLHFx3JcugCGrWse
bVNm/wCWuoZZcmPtRFz5WaZjVpjyqwPUlKHfQWJ3wvHzdVRc2dOW/wDTBqy8hU709NQzzlsd
asBjFQ82RRenZakU401dj0WPpogH1Wr7t3IVafjpocQkBy8hioaXX9bVcV4/H5aeQMt/fycw
qF3Ag/yyUNSK3FTvozuoDZMrPeOJUdIr+IP6MUtVrJu4IgadwxxvIq14cVrvttrJmNLmlMsS
EdaJKqn15/od4wZFjm7BtFevbceo30mVHkse7L2ZlWQdgSLESC9edtBseNNOv5UJDSflBUVY
E8qV56kTwoXK/wAzJdkSx2QmJgLTcKVKkU+OjkSHv50n8/KYdTfAfwqOQH6JMsr3HXaOKtCz
EhQP2nfQz8sPjMkdgYrRrmpd243uCoOG9S3H00UgWlSSzElmJJqSzNUnTQzoJI29yMKg6fLg
8x9lAymPGxJqmIOVpRerjzG2siCbGx/L94xrK20ctEoP5cqqWC8+G+mxT/puaxmrZ2YqMy7V
HVvq1PA5CWrRFaONRtsB7uGhXASKVwbA019pU29aKoPEeumysjpetLFQrGONCrNW4kcd9UIq
DxGvu/Dv9pMw+olAcd6G6jx8QWJ9y6ZHQw5UJtyMduKH/ep5Hn+s8zAlUFxCgsaD0A3Olw4o
4hjuhZPqAymh4kcAQNyvH9E2IJWhMq291OI1lvNkpNDPaUVEs3ApcRwHyGp8fGmMErqQki8a
+m/rpRieOSHKpTLzPIblifckap1W+h08PeabuO0hu2VS25Ea/lX4V0GliRypqpZQd+HP56LR
RKjMasVAG/D/AHfp+zhpJnP7QTSOOuwMrchz1k+SLP5HNcF8fNRzCiUFpZa7sbvaAKEemgJf
HTzGO8d1DRJlYVk7jTGt+9QV+W2hj+IAw37nclhkmeSYhj7ZEUEKVWhIqTrJQSzJlYt1ZIJc
q0kEKEVZY2B94/NoBZ+9kdxXVpFBcvbYB9UXcDSmmz4/9PRZL3XDIgQq154te19dSpl4/kMW
UjrjiSJlj/5XZQdx66jgyvJ5p6aOHLFjVr6PapUn8tRy07QZ8sDLvGXlkjsNSQY7qVp+OqYn
npDI5NsZmWQUp7QJQ3CnHjrtnLGQ5OzMUu+VIwo/dqiig9BrL7qXyNUQGpFrX7tsR+Wuu5kn
763rVS57fdKgAv8AxW8KaMiRMykndENv4WimoZPKSphYAHcZpHUOFb0Q7gt8dHxfge+FkDJJ
5aMBaOCSl8jKKrx3XRzoYoI/ITntiWHrUs3vYNRd7QeI1hRxEFJ6VkQMryT5BZe3cA1LEHGl
3px1F4EwrOmMU+5kFRI81tGtKgevoa6NMZVhXrSSZ0j7Tf8AqJFP3DuCSXYFiOQ06+PmabIu
S+TGVXbdd78jKqrAfh6aly/IZEccq0ughuysij06JXYOQABwSml+3inpL1d2SOQA0HFncems
nJSl0UTut3CoGwP46PjkQ9MUMcl273j6rcP70lCPhrFxGreidYO9GbqYbfE/omyUoXiaNlrw
/mLrBzjNPjOmMYDmYyn3KxFJQBSxQAa/v0uRFnDyGE0gNL1LyRfxI0gIX5V0uI0UmPNejMtY
pIVt/N0xgXEElt9Y8y5WM2Dj3CRo1/y6KYyEmlS6l7XEDem3pqSDy0piw+/JNZE31JbjsJSN
rbfTfSwwqEjQWoi7AAch+gsTQDck6+9y4Q8Di3FjehogavdHGhegPyA0AlZLaLxqfSpJ/adF
bSAKUbkflz2/QMeeASwMpLM1NjsAKcdwTvpZJMVDIgtVwKMB8xTQZu+WT2kzyVHyN22hJlR5
FxABSWdmIC7AGjMOWlaDDjDoLQ5FT6bk8dBVFFGwA2H6Yc/x8zQeRRW9gJM0adZiPEfKo1Fk
RmqSqHU8NiK/rXpEiv8AxBQD+3/YMGyBK67MkXVQ1tox9q7/AMRGu14qJFlFt5junILbgXlU
hG3E3ameLy8ksqOIZIo7be435V4UND7Vup66cCCVMiJwMmTIIVKH1L0aoHHjqTuZySiStQhQ
yKHW2tyUdqcAR+zUfZjl3UJYqjoVOlVNWA4emgfHQ58eKx7kyY0KC52Y9bS3VANDXTYrQNFI
gE7ZGRI2U5j/AJaARwE0NxB46IxPKPmZuW9zxRQUV1b32Lb7gBuLtCB5c6aa1EsSVEo9OpAq
KwpU/wDHS/cZIhJ3QPloK0+Bk1/ncuJeypRsrCjLDagLyyMpjrt6fEcdf/nYZIQFXQRRIKVN
pkR1uu+OkJh2RbSyMVup+Zrdq6eLBmZMtCsn05etEbb+9tx5aLReYyFiHVGvFw9KAkk0PH00
0eZlr2e73CYYrpXFKe7iOPCh1Gs3jZZZHPaRp5ISHb1Ve7x25DTYngWg+53/ADKoQhgKWU3L
E01md3BxRNKe088krsytHRDaRf8ADhtqOCTEhEIO57palanZTEBz1kQePfGxcHEsaMliiuZU
votKqd1bWMI8n6rSIoCyO6XOLi0aJEOAapIbUxjhyJMaHrbJYiJioFe53Hqu/EfDUk6Y+ZJk
NUwl5cdlYfkZ3rXhpJPqxzU/KsJoSKMATOK/s134cvKEU4+u2PGpKuAbe59Rq0PH+3TR/wBU
yoMtSid2RJeIP1WKoZF+AG2slszzMxXcue2ygrjkOj9yZbRxqRSusHsfXnaQT5D7g/zLnurt
sBWo9f05eLGwV5I2Ck8K/sOsV4S8U3ZFscEnaup0kVIYbgc9AQgYUS3S9vGcMb/SjoqsHrz4
HUGcGaDEQgyIEjM0Y4HfuG8vwtG1NNlDIy1uIRoZAgZorTKBCttWpShX3AV/Utut+5kSC7+6
xq9TUU6AdViiTtQNJC+OelLVoYXWdhaL1IpXY+ummMLwMztdHIoQgjY8PcP73PTZGIs8cuK9
RCERxOOG6qxa35b6Es3jXxUOy919yeHtCkgfE00seP8A5gsrP9IoaBTbvVhz203fLgRi52EU
jKBx9yKRozR5UZjUBna4dIPC70/HW+bAP/1i/wDHQx48kTSsLgsIaXb/APVBtTt43Dnyuw1r
N0xIfWjSkcvhpchZUiAktMUbkR9s73iSyrkcNjT46P1XdeCIfaq1qAOdfjX9GdDKLRBmTRwr
SlI9nX8Orb4f7Ru/OHlXYwRdclRxqBw489H7yRe29ZIcCGUU7a7lsjt0rtxBddSyZk+CMqSR
ZBk1WXn0x/bw8AByqdLjny8i5DsCcgNJHzuZVrRVU/u124M1ZDaS/ZeMOOABUxio+emjllyZ
UcUKvO7DiDUAmnLRkw443ACik6tPJRRbal8iADnqSK2CCEOxhyY1W4KwpS1w3NRUfs1MZJx2
GjVZGF0SyMVt2WFhw02L43JSTqEUshglMcFjVWJG39a0qBpe+/3WTGxaXs/Sx4ZN2vkVWrVj
QEDfTw4sX+WKEu+PEqRUIox+6mNaHettaDUWFFlrlzs5MrImPGECn29+RACKeg30+F5bJiaM
vUSrACgUCoqwVGbfalvx1/UsP7bMEL2KjR2XVYVjpUMCNzpZPEhTjqqnJggMv02PU4OPVFlV
qU/46MeFFiQiX3WpItUYcDVrq6k6WixoriRIbjt+ZDVjbx4767uHMsq/DYj5qaEcNdztNJIu
yGO3uLdsShelPjr7aUyq05qHiMikFB/Emy7evHQx8rzkjTuDSGOazrAsuUXFtqbivHVF8w7s
tSDKkbbkUAagGw0Gwft3ug7bZAXtwgiRpN4wT1b0rTnpqyYzljUl5JT+zhpVjjxY5h7pxNMa
jmLW2FdB5MCHKIbfsSTs5LArWwcqax54fFI7xoO1G0rB1f27iQKaAVrU6kw/I+KVWQCXKRJR
QXOLW6TzJ56U/wBHlk7v1Ae9GB1b7BqEV476Ax8Q4UTKRkRZEqPDJ6VEdWr+7QllipnuCsz1
u4MaWegIp+kilduGvtsctLhsLWw77GiXdvoSrQkhuF2ldIMtsgP20j+mjdQK1J6gwSnE0rpc
Cfx+dLkUjpLFdGXP8TugFnqRqAf0qJVgDJ3RJ1MWUpe01e5XetaVqP1BFlxLMgNwVxUVHPSR
7z4O8Tyd3tSpE/SISxqsi70W7gf26bCwcoZkKjsrjNbDkRVPS6CTZz+JrrFzfIYpjy0iaN8n
JWwsK+2+G6Op+OoVxohlw5anuElLYv8A76vwHz20UaKJEi2nlWeM9sepA4ai+7nzIo5ZqCcS
LEQW6auY7Ra3HnoTJ50zNcskUU+Talta72sbxoQz+TXIYxsQzWyQoxBuMYeYm4A+nDS/0iWw
cUmUiVS46S++1TShoRoOMVsyQnZHYuobjdSVmVfmBp8TN7KuSLIJHRi3Ag2ceOo8hWuxkrDP
BHG4fuk+5u7bRVH9ulEambIakeNjA1d24DjvT1OkzfJSMuVIzSy46kWBm6BWnGiBQBy/2c+P
BJ2ZZEKxy79JPA7b6CZspnY17oT6Ye73XsPqNXju1NEjvLU1tEmw+A20boDNXnK5NPlbboj7
JRXmGf8A+bWxnB9e5/7NR4fjc+JoEr/3MRZhU1oLWG2iVy8NmA2XsuKn0rfr6uFiyuoJLLKV
r8ltP9ujHJ4Rg440vYevFFI19vOX8fklAxScdo77fTMmzb6GRHMXWNSEwNljdiKXSMQ1aHcb
ctG6+QRhnIlfpLEk0iqTU8q0AOomyftvDy2Ed6QrJksa+9e4bE/Cup8rIzEy5pmJZpgWpUUa
gCgbnfSxocW1RQViuP7WUk6bPXNRI+2qLCsv01X+5CvAmu+2lP8AUEUNwK1r0nf8p12vvk6+
n8w47caCmouwcmSeCpifGnEnEbkdyRjt8tRY0K5SEMAZ8iNH6fRqMv7dRQQYEuQsxpKQ/asA
O1WDA8fTlpJs94sadGJsjyfuFPJgwmR6NqPGjjEEjwiRZy2KVFTUX1i9/KmqRZcbRBmLR/dy
xhzXYssUdOG22mysjMgF4oLMmUfBqrKy/htoZK5Q7a1aFFT+JaA1DgN67jSZUPl5cPyLAMBM
JY4mpx+iwKg8vTS5EfmpshWRmVWxgVa0VJFFT12331n+WyoHMSyLHFFKSDeq9ZkQ7jlQV0oj
gklFSlIl9tu29xXb5f7LbjqJ3YZGQGMMjoeiN7QXVa/+OiteocRz34f2foaKVQ8bijIwqCPQ
g67mJK2K9RQACRKDe2196VptWnw12/KzZE3jloA+AQZK7dbl6yU+G+jipCmdGGIdJYngyffX
qmX3UHI003+Sycbuil87Ljo/JU6LEc7/AJgdPkN5WSjIEYTTpKF4KpC0IuWlBqFYIcjyU2K5
CRiKIhv/AKpYoAvDahGvs8nByMmFrlJpjrQk1R3eNjRlGwpT5a/p6eOmxsSBhGcifMljQV3u
PbNpqf4dBM3yN2UtBLCI2yglCXZkE5dgCtATw0D4vxkmPhFzfkRdmN2YbUUSAg8viNSweNgT
FiatJaGitzcyOKyMedF/HX3RZ8nNYUky5jc54VpXgNv138Xgi+cW/dMHMXajkr1BwD1eg0FZ
riOf/iT/ALYJlQpMoNQJFDb+u+v+zh/8i/8ADRY4u5NTSSQDf0Aag1YMKJxWv1R3Dv8AGS46
Mj4Shj/AWQf+VCBr/s//AH5P/m0xjwYzdx7n1P2dy6mmjbAhCtxKoFP4MtCNdr7CG2lvsFac
Pdxr8dOjYsUcTe6Rz1Cu20jG4fgdX+E8nLAqUQRhxkQgD8oV60J+ekXIxYctSeuTGcoRU0AC
S+nM10yY/jMqCUk0mjWB/aeYdqEHTePm8pHHBD05MeXCn3Ik3ND3CQRvswPLbQLO3lJ9qhW2
BXidrQK+hJ07eL8GmKjGplaE7oOFwRVHP10IO8uIPY3bHboa8WY1YU1Lj+V8lWrL237kjByx
oY4jG6AcfTU0uCGDBe3jwtI7Le5ooVXLAG4+msfGbJk8fPEGaeJmiEhYmrSOH7lK8dK4ku7i
hVa7ZqVNVptX5aWJiws/lurG9TaUuDetDz/VNK9Rqakn9lf1XghkeESSdwtHarAVrYpC7D5b
/HRlXKHvqilSEVQNgwQq0n/U9PhoLJIZW5uwA/coA/UsyseOUcepRxO1a+uvtMPNaPHNB2Z0
XJQLS20d3q/fruHOVD6R46ov/lVgNFsfyrxMdiUjpwNeT+o1NDH5WRI5h1pGloLci3Xvpmk8
pOwIoO30n/3zJqbvy5GS+R0zPJKasoFoU2W7U0ox8ZFsFoYi40O53av67MKy2m1lhHcYH4qt
TqWKdDgePlWy0/8AdH1PNUU/t1HjRksI1CXvuxC7C48/9jbXfjT/AGKuJCFAIMe1DXmdq7fP
UjhnYyGpDsWA/wCUE9P4fpbcm413Nf2V4aJAuIGy+vw31DFlAJJP7YXo2/ptUbaMcaWbXGgo
u+3H12/SmRPjxyTR/wAuRlBI+R1/KT/yjVKbempJ5YjHPL7pY2oa+tu61Py1IMTNKowCnuRr
I6kb1V6raflrFgyvI4UuLhDpEJkYyOiWIJqggjmdI7PiyRovbdYIWFDT2q7udh8tUVLQhIUE
U4bVHw0G7cm79uljVrwuI/h+Oq0I4jcU4GnP/YVrt/8AyZXEkWKU/wCI630HwFRvpfvcmacK
wZVDdpdvURW1/HTGNFQtu1oAqfU0/UCIpkc0qikVCk0vNxGw0DkhFbe5EqfzdNGNPy8duP6g
Ej9Z2WNas5+SLUnV4iaCAVFJktd/Rl6qqP8AmWurqdXCvOn+1qdhpZ8OWMxk17p6kK1o1CpG
py8jJGQVhRjGFNBUsjRln4D82lYSDejFnNwoeIB2/DXQwanGhr+orYrqjjY9wFlof7qsu+2k
rJBZt3B23qfW09zbTSGVBjEbQolCWNOp3JNfwpoLEz0DFt24kim+mNSbjXfltTb/AGbRYmXV
IohPkZKZTvFFa3SiRF9yaAKK6khi+4eQSGP6s8SxJTqIrGpZiFoDSu+pMIjGx5Iw1WDOW22D
hZFoVLGlfnTXannlxMpCq5EQRJgGIANprSgpvz31HjpkxSzszC9hQW8VYk9hV1Gvje3nzFrZ
Y0kEZWmxcK+5SvP+3Xczh2IlUF5qgxhj+QUN5P8A06UyZCw3iqd76VRw27luu4M6C2ld5FB/
YTXQjiy75G2RFSQsT6AW6CZEWTHIeMbxWsPSoJHHlpJIMGRcdqVyMplxkF260vqWB+GrXxZI
qVukbaPbfYvY5/8ALoRZmUrzMelQPqNcaLSOOpPpw1/lcGeTqtDuBEvGhbrN9B/y/rgMwUsb
RU8SeWiEYmjtEelgLk925H7+GpsQF2kx1DS2oxpU0AAAub8BTUub91I+NItseM6GOwjiaMA3
7dV7sknSF+o1eHPhx/R3ciRYo+F7kKN+G50phglnRwe0kSFpHoad0Lyj5XHjq/PyBiRncY2L
7uezSt8+Q0Rjx2s3vkO7t8Xc7n/blWFVOxB4Eeh1LKQ0nd27cjFo1XhasftA/DX0IUj/AORQ
vGleHy0Y5kWRDxVhUfsOiceFIi3usULX50/QyxP23PtelafgdWk8RS4cfnot3ZHrXZzUb0+H
w/29Rj9/Ic2xCXG3lyH2kOwAtgXgn7dRw+MhfGMkTd3IcjGLrB7mZ+t16uNBp/N5uJJDjtQp
GrlUHJQt1XkvIqeGkyVbG8fHKpEOLGXmkZl2IKipqeWk8fnRtk5XZ7mRHCihhH2xTu5GTcRa
P4aU0nkM1nxXXbGhXuGWXtiif5lxwBP5eA0cbwGDHNZV583yQB6233d9y22nw8DFi8l5UAPm
zMAIlpSqw2WLQeu346lmkxVnevW0D2QIamgE0hA2puFu1Hi+IxDKwo33SyWCRwoZk77WsKDi
BSuvvRPN3sg3dqFQURlpRz9yZCzjhX9mkyPH5WXEovMmZNjGQlXopCygAKu3LUh8pnTZUjJQ
nIvVN6BwtpJNaDjy0BizRQxnpuVGFbeRa2pIromPOj6aA1NvuNB7qaLYksUqLSpVrqGu9ba/
l0Y5Qn2RQPFLGJJGav8AyIV/fqdocLJy1v8App2vt7EpzMrde/prKgyorJcdre0pWo48WdlB
r8NJdCjPJ7IY50kdj/CAgO+pjlQy4mJwTHjmSNya1u7gBPLlqD7fxsMktUkfNnlkelpGzEt1
PQcQKajfyeX9OEt24Ia0tY3GskhZifjqLExxSOIWrXj8yfX9BklcIg4uxoB8ydXzyBF5kkCg
/i3PDUMmDixSY09Pt4sslWmaPqEqp+VI61rTf9mpMnKcS52VacmUbL0iiog5Kv6owsJBKIj/
AJyY+yP0QU4ufTlz00IregBbY034b8D+kp+YAE/jXn+H+3P21nc5dytvx9u+gk1O8FDPZW3f
0J+X6q9DLcCd+VOR35/7Lw0uLIizN9zOA1RHFEVILNaQ3P3Vr8dJj5Td6eRO/PMQJOyi0YQi
5RHH3CKk/gdQyeaZocVEGSKSUiCsAqB2ItZ2trRQAB8ToeXFcLAxA8fisSBR3pRIKXVkDG6T
ltXQxIoG7kR7/kc/IXmKHs3SWlRUiu4r+Ou7ksnk8h2NIoCUjjx4hcwUMDaWIqedB8dS98PL
DEz9qO8QQxuQCZHlbixAoAAdY+L4gd5MWvQsQ7LOQFEqgH8vNpG/4aSXyc0OTPC9EjYSSqZH
IcWqjKh24WrT113/ACczPTaHGhVGyDGWO9kJKKAeZbSyjx8UDKSsDZLCWXqoweNFtQW7VNvH
UE+V5KWbM4w4mAnUKmrAlbURjdudRtniX6gIbHWXu5O1bZJmoVB5FRvtpMbxPh458eMqrStj
916cOG1STvViNNKki47K7RkTyiRyQaFY4jcqqKj/AI6CyZmBnIBc/fj2i/iYBVWtBxOvuF8l
F/lgAxghkjS2ThUwCMkHRcvj2SCnalzJBtuOHfrvr71vEJFJCHT7pJHkjLNsOle9Q05nSPJj
Qyi1Tc0hSVjtUW9pN1rvTSgRdT2WL3Y6nubDny5+mu12XinuoYjaxApUOSjEU20kjgzGQi1I
6VIbgVrseGhHNiyYjsFZGydk6uF3bvZagGlRrbOaEElZJ4ImQLdSiVkDU/5iV1GZ8lcsRJvd
ILU/KrSyPTr3/wAJa7cTpxhSwnIKiOecV7GLGQKBSKl5HrSpNT6a/q2VkyTPZ24o5QKqu2/9
yprRRwH6gxbrpv8AEUfkFC1W/AcNINvv3hZsVqmxZF2aRFYhFUJU3GrAnUcWPUBjdOyyG8yj
33SRnc1G++ltNKHq24j0+G+qBivDcfDfnXj/ALQkCp5DUkmTIXkma8pWqxjgI04bCn46otW6
rDQcCN9/h+r3XYsNikZpapFRcu1amvrq2bICx2/ye0xavr3FqPwppDG4PcqYwdiQNiQpodv0
EQOI5OTstw/ZVf7dWtIDNT+YFotfWyv7q6+vOkhrXpjs6eY97ft0VORHTZBBtff7uN3Mcqaa
xg1ptahrQ+h+P62FjYDJB91hN79+1jIxvHc49bHcU4c+OjOzRvhZQ7cMTUX7qQqojrGDaFja
oc3b6RHsmn8fGkmXO3Rjq21kMa+taMT6fDbX3uM8uZDhoPuMkG6lT1mMUEa8bBt8Rrx3ipcg
Q4s3ey/Jurh9lN9rOWJJB2r66yjBjxvjmM43jllITsoBUvZzLcid66xIJDL9ljYvfmiyyYo+
4/tsEa3t1H5n11Lk5OQY8HNd1XGxa3z9s9KVdS0a8a3Gp1CmbiiI5IeSUOzrNjwJvdHu4tUr
QFt24U1jYvgn+yRVM0yKpDorU7azOLjV25H8dEYglmVIVlmLD2H/ABKbCiV4ak81nZbx3hlX
Giks7i8AjW1fqbREE+OJJ75JJIIe5YJArRAPJSoHw4fHQh8RjTZGTmBlfJLNEX263jx9jQXF
QSNj66kiwY/tMiWK98YUkkjRSKd2V/YWO7cBT9mhkwAz9wdlZMaNGU5EhF0S5E/dZh67cdR4
udCfIeXkquT3MkhMcJ7WYw7Wb8Ca6k8fG83kIIWUTmFar00vsr/CdhpcPEhTATIYFYmkaaWN
B7i67hTITyFRpslYXlzXUCDDnQyCCLpCzPLKVF3oaH46ihyobTOTkRSIqE/bQ1VQEQMGZzux
K7j11jZ2Bh4mIszG1MdqZItuuupYLaLwpppDkEr4yHtlWmVrZZEpZCrId67UA/HX2WS33MGK
iz5X3YEyrIylVLtJ2DS01ABOnxsT7fHx8hZP8xGryPFUmiEXyBLyvKtOOv6dNjRP9BJ8/Ixr
VmRCemOUuG3LkbjlXbTw+SwWncGN0KTmONK7rIXjBH4k6gyYe2+QtCWaTKzkA/8ATNiWVB+O
o5W8nDgBVNyRPb68VDNKW2G1NRPM65OTvEggl+oUp/MkiKOoNd6mh/frIxMXyEndMav98Y1k
jju2K3Y4AUjmx4aiwfFZi5MktE+6m9vdIqWqg3U8gOfurqOs+HktiS0jDsaOym0g/wD3mJff
jTVjR4hX8scbtHGv/KO0x351OicholdPeI5LlHIVJC/2aaQv0HqLM22/oTwGqK4JpdQHkeB+
X+zmyKVMalgAC1TyFF346wmzunyWQgQwk1p+Z6WCn7t9hoPGWNaB4TRWTibnU0YelNNaKXG5
vifXVtd+NP1Y0GXKWjVl7r2O5uNalmQ8OGmasmc43C/TVqegp2119W7HbbonUxnqIUe74mmk
bHkWlQSxFwK8wKEb/H9Ds8SAVBjcbsduLdIofxOjaAKmpp6+v6O45mpHvTHZwxrtwjNTrpWR
Rx+qGB6iT+f9M+LhOqsmIyNIwBAhhT6yIq7AvI9OR20uZ5PHCxrhQDH7lO1vsI1Y1Bdz1E8t
Y/8AppScjJyJ1yPIONtmrIxBW4LSgHypryUkcC/0/wC6GPjdvcFdsdnrzCjZaV6tSxQWRwQ4
yjLaaimKJ6kvCrbVCC2pHE6d4Iu9NmTqgkyvpxRxRt3BezAA9Km6yusjN8mpyst5FxfHnHqm
MXTcVdra2luf/t03kPJZf3UXiTamLEtqiatkfCqtcBUmux46YZLstsa5+faCJVWt0eDHXanU
p35/s0vkvKBU+5yZZrJPyLj3NTehLmRgNq1Gpc3IxKTeVyC0U11DYlKKqKBUct+J1lJ9llzx
Y8MQ7QDCXvtxvp7eIH9mk8NmRQ+LxcJe9mPEQzFmUUFz7k0IHPfRyZ5ft/HRSgTZrsI2tQAR
pyqRTYAcTvrO8lGex4x2+3xqLa8u9SvyqLnrx4axj9tLjpg07FaXu5I7CIK3BpWNxPpw1D4D
HJyszMIyc/8AhFtbVJYeyu7V4/jqfxnj5Zcud2U5WQj9nFglpyEdBwXmdqacdoLg4aSTpPk3
KJslOm+Z2UFt+CjlrZ518x5WRZDZFYLEBrEXe2nSbtthryHlExPpZBOL495pWdxGR2yEADXD
j+amvF+JlVRGuPEzlIu2wjpVu6LibumhNdtYai9DlzSTNNEvdynMLFUWLYgCvNjx+Gjlvm/Z
4/kHVF+4q80itW5ZZEXpFBUCmn+yxu7jYCPJlTZbMqSPb9NWSy42jqtA0uPGYYyD99mxyo0U
IsAMUGy9xqDlwOp+6fpTSmbNgx4r3MagFA5YqBGKW0BrTS9rvQ5TSAtPDITFa9SBRJAFe0e0
iu2m+08bFBE6fUzpIhV2K3JZG70LGv8AEa8dJ3GMeTVlTDgIuUf3YoQrJT+9IPlqSbyIXBq7
wtDgr3GldffWRS/EG3l89TZfisaPBxoiY4pcpbsiRzSqpdfuvw2GmnycNZ2lHdSJC0kkPBYw
8hNA0jcqc/w1NJh5MssEETzzRr3F7QFFEbFpYyxU8xx+Omxp1DYrxwvL2RI47pNq90RMhLmu
9Ty1MvjsOT7YtHCncyXCNKxtC2u29eSjhqfx/b7uapW7JWeK1VY9EEfeT48Dvpky0mVmdjky
jt1V+luvtOQC1QABufTRzXjyIMcGl7wuR6VrGHHHbU+XBI0sOOpaRwjAbflucAXGuwrqPKji
Zu6FYQ3RhwG3BNzheHx0rOO0zf4bstfT8pYfv0Y1nQuCylQw2ZPcD8q76orA/I/qNNgSq8kl
yQuKNurdssFPuF23pqOXyp+98hkqXnkiJkEaivaghEW1xO5rtoZCt3HlQXS2hS/MMwAG+/6L
qdXCvOn6742TGJYn9yNuPUfv0sDImRiQ07PZYxygUIsKyEqwFebaFZHVRQ2obdwa7kb0+GrK
GtK1oaft4fpIikeHtEq3Rs1RtQuu9Ph+pDj4GLF9oITNkyTkVkUBnjjalteRqTrLxs8FIMfs
faYgBUIjuqKa13Nh2/brPTvEuMaTMaWQKLS1IogG/uhCNf6e8ZM7/wCY/wA1Jbtd20MhBp6s
w15jy3aOTjwfykcdvHfsAhWcn3lTXp/by1BOoTOlx8ZpnbJNmJFWgpGFUqQtG3FfnrF70TZG
cT/UJYJD9D/MMRGqqta3GhOxoBqYCG6HxzlIsNemNssyU6qf3j0fj6ag8akinIZJM3NJUG6e
oMVSdhdJ0jTY8pWXIgiRbp37rd1P8w6UF1oLFV/brxU/kIZFjuMePiqCGIiUunXS/wCrIwpT
bU8zOuGjO8xaP/uGkY2JGQysAtwPE121Eowe9nZwL5GTkdL1JAAjUm8lWYcvjoxdxc3zmarC
PFDqyxX1vavt7lo4VrXX3WWpiwPFLSVchiQ7lSKACiqQwB2FTqTyvl2YYOM5yX9Gm/wY9/cQ
PaBw03m8d+199cZ1R0ogUBY4djcXYbtypx1Hh4Kfdeayo0Ld0ACCi1ErIRYlg/HnrDxcYjyE
mSSW8jkDZniHUsQcbRptUqKnUkiSGTyOcJBDLIeqKIN25chypr1g0XUUvTFh+Ktx8KOMd3uZ
nuYJxPuFATz1PkyTSZOc4ixch0pbHLkm14QgrURx8fjrH7UXcnePIgX8xtgcyClvCrSbgjlX
WRl4aCT+kwitXriRyWVbspxZxU+46xoMJI/JeRkpm+Rmdvpr7agUNF9DTfUxyQyZeS6SSRIz
CNoqBjEViDsxZNeSyoPtMdLTtMe7KiqN1UPSlxOzeusbtymbEXiwBVUmcXNEQeLKBu3x1BP5
c/0/ChjrIl9aigsWpJbuOATQD201OMQxLG92NitKpRIsdALjIx6AXJrzNacNOnh3TC8Xbbl+
R/x5GVataWpRR/Ftru5EkuZ2JA72XNFFAoUJsAFVZGodqgD11DlZaRxjNVso46hpQ0cSARCR
U67TSo5axFyEEUWfL337rfQkijowBSJWcDcU31NjeMChWnfInAHbHbiS6NYWqZB7CdY1piiJ
FO6BeMaJa3SlPZG7U9zbk/DWKzNI/cMk2O7ydtlVyR35VhAIZmN1ea7akyYrYlwyhx4rb2dm
a1pJZCtSd67njTUWQJTi4GJFZ3594i9naNasoapXYevz1mydsw4nkZUjWVqIe0u/0oI7Q3Dq
PxppJ5ExjG8U0SVgdulbY7zHGHNRQc9eP+yyY5jG/b7mNCY3BVWet2Se3+H46/zjJKuVLK2T
1CVjSgqVjYLuf26gyVxVil7L3iJZYlkc0ABZZOFQfx07x/1HHhWP/MSpIZ6O1BGfqbAVr89R
fb5WZLkNIXVJIFo0dSqqSvPp3GkxdlNxeURXfVI5MK+2g3A1idzDEgkPdiS5RWEUKRraaJQo
1fnp5/O94JMysVo8ahCpoWStbRsAPQnUw8bmxIiqP+6ZwKk16O4w241+Oo5MbOjSFwpWIqrX
0ILENXgV1En3aQRrtMksUhDXEBSsi9IpXQlhdZIzwdDUbbcRpmuY+2MihK1PMbfHc6uWtPiC
PhwP60sP+niVeB/qzvIRD3CaslCGLkc+Q0MGfNxJctlMqpYytZw4B9e/G/8ALJ/82mTu44uF
LkDgj5G7SBFhzFUG9b2SU0G1C1QST600iP5Ht5Aa2XCkjjWQMNylOe3Mfpnww97nFIijHExm
kN9eG1w0UgAZIft4zTeUmOSO1T+HrrzuUVMmOlEjLAWusQdqbgimopolESQY8pUqoorr24xb
TiE7rCmoMOfIlgjE63KvUGMjhQGDcrjWlaDXlY1haKOSBMWMtRY40W5ue31VBoBrDknlrNkQ
kyTIwLRxogYXD+GOOlBT3GusfJgSvjEyw/btuMk0gLKgJ/8ATWg35/PRx8oCTKaWJnApREiV
pZIaiga17RuDw02LEqrJlfdZEgcL3ZVEyjHF/Krjhz15HLWVrfHYqyCMuClx3EQDAhBVBsNe
OM6O6qPupsc7s8hksxFBf2A1NKfjrM835do5cbCc4qwUI6xSgUV3tZv+rUs3h8Zbpl+3OWVt
kuUn7mZIdggtNPwpTfUC+M8f91iGsuXkSVF9tWSNGahpT+Eb8K6gXK7sksY+88lED9KKP/Dg
RekAhaA8NtfdwxVEn+XwkqAUV/5kvX0GQoDw9o4nXks54QcJWJlnMhLzSIQwhod+0ajnU89Y
kOd9TKy65GfOxoMfGFH+3RvYvx+fodT52J9TP8xJ9rHGSDbuYxGoO1Ix+FdLgRwX+P8ADqsj
FBvJlsKRoQRu2922pPIzAfcSu/kJLaLJGzXqjFDUsteGvDIyOuMMSeXJlBtMjyoJZF2ox25j
5V1kk4IxcERwu0KUheV60jjeu9AbmrSpHw1Eyf5HA8lC3cdmqTBxe0AdBNlo1nQ+GxZJp52E
GHJJsyoarcFYXE3A8qbb68oRdl5YkONj3wm0FFCM1E6K8d+PPXi8WIxLDkRs57IJuqoDMzNx
uD+mosCLHONlY8Xdz8/IFoRWqWWhG9Qek+ny0Glnix8KNS5x7m6I/wDDBuqbpTu1Btx1Hhux
w/HxQCfOUCykB2WNGJLNcq0HCuuzjyduXOmMWYY6s8UBNRDQG6u1qmm5Os/zfcbx2JkrHiY/
55HUERncmooE6tTjwXj5B0LDN5OYFBR+kMvc41O+wpp+3bnRrEIu+h7aI7EW2cC5Xntr7c/5
0YhE+TCx7eOZ36Y4gQpMp2O2pRlZcGHLkoJJsVKrGiD6cUZcDcGnClNYcfj4Y8jJhSXKlfIa
iXe1Qi3b22+m5+GsjyObkRRpK744Vo2kYlt3eEVXda0ry1k52FiIvbjiZc3KFGFhVbkXqBv2
4cPXUEKT5Ga2QHhkTH+hGzxdTLU9LXW15knc68bleSilyEkZoocCtlwapVlubmTvSg4a8kMm
PHxVWpxsZu2Xo8in6Zj3qBwr/ZpscwrGMhIlukZxGKb95lHurx9BqKHFkkyVuC9yJexiVFFE
can3mtOJ29NQNNkXfeSyyurTWxKbS1XVRRWrv8dR5gmiijvkCoavI9vUtygggNS0cNRWNE0m
YaCPi0dJBaTXhcf3a8mplZ/IZEqYk3cIYFetQq1paAAaH8KaSUYySjtUMFe3G8UQo3FhwpU0
58tQHvxZkskNjQdouq9ylE6ada3Vr+Gr5vHIO0Vj7ReWP497tnqFeNK7aSODNaJTlM0ENZAv
1adTuxNVBHtI/t1kRJn406xk/SVRbVm3tVFXcc99GLIZqSCpeIUKSM1eMjSEgD0Hy1HjYcqh
ZB15eSrfTYDfoUC4GmnaX7XJU7Y8qShSxIBFYhc1Cdhzrx1HJl+J7SyBiLpkQnYW0EpU8eOk
x83xMoy5T9KKE1VloGqHOx/Dhr7TJwJsecx9xFZo96i5QakAV+OvFFArHNae+Wba0KZJSzCM
fDlpv9QGKH70EZSL19wRKKfb70FCvH46ymqisZYYO5CxIMc/bJKn1pJrFxcH6WLnQyoY6kgT
RC/vNdX8u22vG5Kd5M6bLdMnyTn6Uygm5RvuHpRdeXCZAhHfhqrJdd9MbBiRQ6vl7brddCU3
Fv5W35/L9H2UWSmPm5CRxQwNQB41krYKjbf+zXkMqIvNixTK3dkYKZDF2waNv/BzG+s3LMAp
gt3ft+4WZS8MQKgmtRQmldQYGUheXtDOEsY3uueaW48ArMi7a7szSGLH7Be0XKCpOWG486iM
/HWZFmF4YgceKdT+RpipY3lmqECHlqSLKy0krH3fJ+Q7a1+1rSGFABSrfLWHAMO+Lxb5EuVJ
sPri4Ia1q1qkVNPTXlsyAdx4IPrUKhkkkIdrL6g20PHjrFGR/msgw44kiJoCjTB+6UH8LGus
yyYyR58kByZ0pvF1y7AqKDZRXXkPKT45mQZBEYl2CDEFqBSK1uk9o9dYPnHabIfKlLOk7XRp
NRu64XbqqtA2+siSQywYfbCCOQszsrn7rJkYqTxt2NKGoGoHKSSfcNkOsMbGMJCC0cTbAkJ1
eu1NtZ/dyyfF4QjObIvUuQynZOHtu5c9DzbwCBI0lXxuPf0PCq2MJEAtVN9/U0GvEYmRGElx
4u8mCCLS56UMifmLSb0HAA6yMVZUlwhSGTJu/wARVM8p59KtS4KOQGvExzRCLGxojnSRSblF
SMrFaf4mck03OsTFnQfV8icnLX3hVNJlFf8Akap+GvIS5cSR5ti4EhHur/LF52Aqz1tGvD+K
kSOyDrKDbvskf1JRbaRQgDc71315rLzYmXIyADHCCSsQn6O5JQcQr0X8dQy4+XF3VxkiyMl0
qkdVLKYAaUIjQ7n8dZXkMOZlw41DyZUxvmZjWMWSBQ9rg/L10PG+IBiSPMKLNIQrSTCIAhFe
p41Na8xTWLjwl5cnJ8ZbJHvIyNS8WlrrQ291OA+eu3h5jd3yotCVBmBjuTuSu2yrxNBv6an8
bi47ZzNMgy8mkcjhbd2adtrnPztGshxTFXyM0cMMA+uWVekAyt1BFsLDXkspYQskrVjne6WT
ZhFj7y7rWxnH/ho5DdvIijhWTqKpDiSvIJXCBSSzAkVHMHXjclpzkT9WYMqZisFsKXvGsS+0
HY8Px1iNk2RY0eNNkZSRr2gvdX+cthqC243rwOo/IrEBixNjrErC3uyp1OyhizUQKFU/P11B
J5Zo0fyLQszVoY1kraoX/lWnDXlI/FYl2WojigjVGkCsq1k7stae7jQ8tR5vlJ9nDZEOPGoW
TvGQLb9ZSCtQeO2lnzZA2NMXTJrWfojkDKt1aNWwDYUGoZ440xpYzK3j8ccKdMML0FB7WJBO
2mxMdKZ7SARyR/UelrK1Jtwql12Fv/HXkTHE2VPl4PfjyG3e5z1gKSxXZhUsa6EeZccUmTIC
GZY45O320CkUqavtuQPTSjJy/to3nFxHTDidi8RrGBxZh/u1iHIEkUEFTJGt8ssrDeVmC9Mc
deY31II8RZYoocrtRRxg7Hqjcs/USteLcNYvcxlRI45ch88xLXg/bUOSbzzG3TqNMjHOH24j
lSfer3pJ29q0VW362PT+2uo08tI+KkeM/YgS1XlD8EDouyOW4GvDUDQwr42aNYGd2+rMbtmk
CNUKaVJX0pphBjErPkmvkM4gMyhBVHBC2ADcUoaaxlRO+onfurHFbC1GagjnYq7AjkW21nvD
46GCJ4ekhL7CtqdLsUC+6pNK/PUeN4Z41mmg7jjHHcjdlcJcxnqBsd2XRgmzFdct0X7cIrOw
c8VsXa2zcDXcXx+GVjk+3TeVZGN1LrBJcRXn/wANRTyY57Mx+m7hHU/n6e8acufLXbMW0P8A
MaOFFtem47kI4b+upMHNzmw8VqmYk1UsnAMK768Z4+bJix38dMzyRyf4kfHprQb1odU+5h/8
6/8AHXkfHLlwpHPP38Vu4psNEZdrvyuOemzvJ52K0oxxjJ2X23NzuwbmT6aw8TN8liLheOlW
YSoayPY1Y1K1oOO9NeSyDBLImXKrxUt4IgTe486aVFgkVTTralo9dlqdvgNNDZkXKob+S9aH
+7So+en8tNJSy1yWGypEjinHbd6114bxjhmHkMlsiYf3Y6twp7WtHHXkpklW3+oq82TJ0Dsw
lCVJPFU3Ua8xmyuRCmHGkIPApIt1V+FyHX+n8WK2Ns8tJm9xd2CKHdQDwqPhpp8rKX72WafI
jAAKmqCKOqsBWxTuPXWLj/cIBmxktjmqw0x6dmBKb0Dbn11NDGGky54+20ij3yzugaRmO4q3
x15rCQpM8sDRIx2e6946VOwBKGv4a7WHRc77GHFmZtu2kjv3ai402Qep9NT0kZoMXEhiQj2M
9LWJG+9FGvGsY5J4HyHy8pgfYIb3+GxKDnr/AEviQxr2mBy5Bw4LVj6b9wnXmfKLWWN8XvCQ
Ee2Qv0RqNqdFNzy12YpAx8N4tz3EI2nkWu3NgF4g8DrM8l5LM7OG8hdUBCmWdRT0psBsvP4a
zfL5Jp2kg+2QrbGFU91Xf2mlVINBQn4af/VGfjiTyUv08XF/vJv3AG3S1dvkK89Y+Lb0QqP6
jMy1dZM2RWkSPjvTbcVpXXj2TqwZb8iWp/mPEnRF2n9By+J1iSTdR+4ZmmjAVSHjS223alBQ
aEMsZjixcxjGn5/pNegkNTUgt66j8y8SRZEt0EVzCpo7KsYcge4jWbgTp9xPLlRtO5YlkaSN
GLI1N7bufLWO04Ixi2JDLjW0LNFC77lvyjeo568kM4uuOcqK0K1qWtO4JcV9toPy0fGRztjN
i5CSxzUqR3Y1RbNxsKHWb5C0plTM+Es0dRb24hQmlfeeNTx1nT+QESwYkWOwx9+2GePZmLe5
jwB/drETGhKTZ06/TqF7ZlYy7G2goBQHlx1g0mQwYMMsuVJEeiKVOhuR+IoeWsqfOn7mdjS1
btAWstLIa27W1ZtwPnrwIYhu65uotoIAShdQbS3qQBoy5dsqYhzCFascYQWRRoki2mQ3U/sO
k8Wsk0yqoiiFxJClA/IHpWtaU1j+LxCAMQNhIXUshcKsx2S0qdqFh667jNWdJsLE7rUAdoj9
xIwUVI4jX+pUxlukmOJFaOPWlGIpzpqDygk72dlZWwe0dMVwoqrwrVa76gadGWJEOOr2naRh
dL2FUnqBegrz46ERglx8XGjdRmz0iZ+kl5Z2oxsodlppo4ZoII1NMAQIWmkcym0gsbk9ATvT
WX/TcN1nwYVWYT0rLEyv3WkVip3uFKenLU+NkRLkZ/bQ4lW+mFcFy7E8BuvKusXyfahkzM6W
RjIau6mUkN2Yj0taOBJ/DXi3jyI8KFUljknnskdNzsV2rVFobgOGocf72IxJjZHYaBFr22W4
B9qVlHVXfWHhyJIvk3eOfZmMf84oQVDUDBK121/qXNmeryznEx15hragqSf79dvTWVR3SOTx
7zQvaVuChar9W5qV2NPw1jpajZVsEsxVehDG1egNu1w41ap1jR5+YFmnLMHljSSK8JEFMcRo
Oo1APw1jR5uRI/j5MmWNpqWRhr2udARYtacBXXksfBjx5nIEkOQZLwuO6Gvbutq4NKmn+7WX
kSMe5D46FYVRxAP8wCXJpS7ce3WDf48Y0eHC+QkdO4xlP0jNNRkIqTTf9+sXxjxfbvGWnZkj
+vujOrdVxoDUE28tYea80irdFUO6Pk+yoaGIe0Cp2uPrrMhw4JmgvGTc7m1YxQEsqBVdjdv8
OWsXJmOMhkG0Mcdiwxx78MhbVbbau+n+mwjyZiXuARDKAXNa0pQalfL8OEQRJdN3WVBI1QJl
t2IfiEA5baDY2TBEUWK2KEvkCRiWvJuAKkAcKU09rLDFiGTIM0+OEioaqv1R11O23Llw1G2O
Uaasl5jv7nb9tXB6QpHDn66xZGQ9jKqUaO1mtXZmIZlAAPqdd3GMgjmMqqGG/aUgVJXY1568
jKssiTKkSvFaS0iM4Pu4iloPy1lSwyPN9xdHEh2JMn0e2oIrsd/XWFPCUl+2w1WEVp9RlUXG
tvTQaXx00hjkZE7i1tYNO9bafMmg1nl5GkjxnVO4VHSAi/SWzc219Oeg7AXL7WPEV401j5DK
5ZboobbbWMi38yP/AE9Y8mSEaaGCQq4UpuZLDQMSaUGrrQf8uR1Co3mh0uTNvNn3N2YwTRe+
SrVNKU73VryOdkCmQViVwQQehCwqOH5vTWbk5ViMWjFEoPyBt1Banu/HTpA0kkfbdYywW6U5
HtY8KdUnw14maSn2uF40Ftxde6MSACattHrIxsYhXlxMSIX77SSS1qQPQ+msrxeMAHeHBjiJ
NHkbIk7riu3/AIahwpYe1iYMgalVVch2kKAGu20cdSOJ1PiJJSLvgGNRQvD0HtlzTYVbh8tQ
GGL7hs5rICATKIZ37s4cVNKRhQCNZUXhGUmefs92Wr1niheUSXmpoGpSnp8dQmTrhwMW7GU0
Ied0kd3f8Ubfjw1nIjI64q4sy4VG3JkKkNwHVXkdRpCLp635ESkXKznaoJ26aHRz2NUxPMPJ
JjsKWXHtWV3Xa67bbWTiSvcPIxxS4yLuKIjLIxPxsGscy3D7adoIpG2Hd60ABJq1K01FAoWe
TK7+RlS29cjQj6Yr0saFuA0zZILJkTRvjurL0LBESVcHlcf36x/G5atH9zLJJN1BStCzru1V
WtBx15aMpZI2VHj7Nd3O2FcNzCtZx14/Lx4xliGMLj44k3MkkLHrAUg9C0X4nUeDe5n8zMJM
9qKbVQdyZAUpQFtteYx6F3myU8cBGLRa0hLOq78AvDX3SxTyY3i4igyBtGJY7iaAjqO44f2a
/kP3JpqLI1oBRJnyX6btqAGu2+u+saUJlZGWnvVIo24cDuRrKnlJ+5+4yG2AClQwgFedQE13
sb6RxvJSvPNTe5XEa9up5ggHUgghLjK+4lyJSOpXwgIY6W7W3evrrD8SmNPd9wHbIFbEEnZ3
6gakLQem/PWX5DEWE587Ao2QW7Yoa/G08fbqOfKkfJxkjowm+ljGQijMFWxmUcqijeo1iYMk
zZMcuW7wxYaD7fj3EBkfhYFrs1deXnjiWSTKz+wB/NvW5YwCCfmfh6azMqOSKSONEkYOAwjZ
VeMXSn+VaeQrtrxbCVJ3gkn+qwZIhHJ3DGbW4kFW4enHWT5DxmPE1mQZBn5gCQ2cQid3qq11
vpoHJyVEPbdVnljtR3aKQ9rH9tUo1FPrw21PNOjtE6zrEhHUz9sPaiE+rgj11BLlOWWWcVSt
GknebttI54nooBv66mjhgVcpfG/XYm4R2sUkVivAkAldt9RS+PtyZc1cd8WSbqEhQv3i/wDD
ty2+HDStJPG+ecxIyQpFITAWtCk+38eOoRIWcnyM4b7m4YiLc1V5A1468/BHTIbswWuqrDHR
xS5BStBSvE1pqTPA78yzwYaQJ1M6QKpcRm0lCSvLlry6ZchgGTkRxduFDkPJZGHMcRov9mx4
6x0y5JEMseZGJnbvTMLygi7VLQSeSn5U14/FV2E0v27ZeV/6YCGNMdFj6rqb/vOvLQYwUiXE
iEi3fTxwgeO2vN2FLRT+zXjP6U4bKZhNlMWvjXvoISZZzuK8AOPpo/bMmN4775kXJJJyFaOI
ozgvctOk768ni5sjeR8gGxkjllqI6SFQrHqP8Xpw1NFkS4+DGcqGKOPthNxb1RO3VYoGx56i
fxkU+Tj40oaaTKlsxpIwS0gHeYA9XGi6MGCRer5SFsaEmErIN0aeRkWzkOY14pcg9iARSGOW
W7IjNH9wgj9DtQ/PWacKTt49lciR1EKlCwBFvVQXHgNZuK8sLZCpEsUt0pRXK9X+ZBuUfl3O
9eHLX//aAAgBAgMBPxD/AP5+v//aAAgBAwMBPxD/APlX/wDi5k/9IP8A1d/9JP8Aw5/d/wCG
ZP5n8P8A57h/4Wv/AEN/53+j/U/8e/8AMfw/1P8Akn9H/wAy5cv/AK8f+Mf+Ncv/ADn8P/gT
/wDhJk/5J/c/8o/l/wCI/wCO/wBr/U/sf2P/AEI/86/0P/An/Gf3P6mP/hv8GX/jP/AP/Rj/
AMB/57/PMv8AU/pcuX+l/wCCfzMn9T/0i/8Aosyf0n/8FP8A0h/9Lv8A/bT+J/6ZP/Q//9oA
CAEBAwE/EDUMU6fv2XhB9c1fgw+ucSNsVruUW8FMSQ2Lacbyu6AAzbS9IBD6xjIWYclQHyIS
RmbAtRbqUPTBwoa05feACAaLBV5EmS70ChqmiKXyO4V47ad1EWW26cmVZQjyxuQysbTQzYIc
CV3mEq9Q3eFoRHgo2aNArt1goskC0q0OjH+UDSEa4VsQ0zWvxMAW/pQ1CHPxxMnBysIaEB5q
ALvRcZplAK4+gC3g8YCxra+I+3i+tMD0EeE4UfmHyO5J0uj4klPgpcRfk6DqjNBVRdTLEx6a
kcxw09sbOCOp1I66SXKjL6AA14AXC9XT2AZopcqmRblFZwZqW9TpETIb3XQ3ilgFerViNIrn
mDo3GNWEKtgKhfDKKvEWQn15Tqi4RoC8xUVNsRsfGDbLQkaUDoNsb7Cj2TQSsX6MJqfSFLad
E+kusKlopb6azWCQ7IFRRHZwbY8phW7Mxiuw0PhvMCdvXpWQssgdWd6bQey0RriLt3Cgxo7A
P8yB+Ww5FEP0IKPTCIV11hEFS3tvgFxo4aYNAxoIWH3gtxyVnoBWiz33I1PhijhCABE+cCUQ
OQsomWtHNk1CiTGwqBQibZj1xgVBIM5RaD3WEMhwC36IIQ3r4wqNSnu3UU4SH1lsE2qELsBO
RNNxSgy2AGNECjvNYXgUXUSP+Up8Zb5DEwC1RYjsvcJ8+QsAoVe+Gso+tzpRSSEPF7hUYm6T
9z31Am8XJKEu9g1q8+DChwGmxPANHoFcxUSpYuKLJq1aOnBMd2Dj96PeNyQ2QI95E7fnS9w9
jU5Ennk479ss0cQEsSCoaQgzpguw1brXHGz1T4bi066K2LgcZPnMDszE0JtUE2fhzAg+04kO
aYnRs2Yt0KM7UZutra5ibmg2W87b3js5xAQAS6BuixwqogEYBVB1PGScOw0mGewle94FYnD8
vENI8OOFydJDcWyHQxp3olgiW+oJfwZ8gNH01FPRd6xJMwlgwnnR4E8wMttqDJ+QFHAdY1RC
iB0T2CuOT881UZCB4MWayxJIltKGOsQGDBRCIUqlSo9Im3oyoD731c0Npo1c5cVPw2lUbt0w
ITkCoc2EQGs7y7Eo1ePKfCOndwGsAxVWgIaCzBysMVF4OtOwhDqVQcA5dQ7R53xkcVzyYnIy
eshLW3WU0zon1jiS9G0ukNF8lMbowtGtFB+dq1MXxUJBBR7fcJt3HDiRGh40bMF2xuWVBKkw
QDbsVub8VtvWQCIqaPhiTWilHEfeoupveFY7cwz8Piny6yoPCAiGozSkg3gx3klNJiiJr5xY
0M5AHA9ae4j3IYYLVHAB0YzwhhX5Fh+5s9F2+8cKbQokUF1Q1cNTdMHKAXjAKX3iImPiYiVf
krprJGCTwCTNI70+uVjxjJpZ0iIj4pjNhiQWpF8H5xgPgFIxQii/AjW8bq2fTexFKldExjmg
QD0/16PWQwGBJ8SMS6VotwK5BCHPAXoPHuEqfMGd5C+frKhSA7677YzYnzgJClVCqIbRE9Kb
wbCVUPoOpuxDMIQqTcSQkmwaXEUxnA4YG+3u5iqEFIkHpR2tATjiAw1AC6SQzLK+MOxoEGBt
DIBTNwyH/XeAEIWEx8YHT9NHQRFJHg6bhAYyPCaSgh9AyplbVvUxOB8oMS3i5QmzHwibjkHY
RpWoq6SNHepl5VHJHWptq77jHaQb5aePdp945a6fVYeYru3xgxLVWpVG1LTr3buob/6jMFjU
OsUiIMr9Un+MPcZwUTNZPJDX1jEaoBBW2+E2nYzI8fHmWhsRx8wycMHS3vEGkwqVKgjsPKxQ
UXGFtw/1Fr+cNlmUxra0hB8RB6+4zWEXz2HCZ8yFxnV1AVGoFrUfWEhIKc97N1aLJi+IotcG
JohRlwthqlp9OyggxiGPseIUuDI1Fx1gjec/YQ7KyBdUkwziajmEG2cjzQyouYXdEb1pu/jH
UDeIwYK94PAbx0Xw3BWEReVt6OsaTL4UbsJBrYk3j3wV4rCVG1twd0hNAeKlRJL9obxtGKxn
CZt1/lxLYqZ2QaKU2gv3ilFo9y00bQSnOQp2QxO8B38XCEmpG3DwWpn7McNT5FCzwYezfcnM
BW7wBVGx442oLUwd6ncJ5vS4+O1QFbSfq24WXCEEyaXSn1vpwEjtOiFqLRvpiSmuRLxIKhKf
hWNUNwgY0aAz3FH5R1gMUU7d2PuaGEKiHbxChfckaq5KBQDLtemD7rqDpSNs/Qsx59KZzJ+H
N7Hxe9qQYo6TaQDZgd1whYweSh2phrhDu1m8SCqeuDrZJOcKg5c+9uRYWsosAUoYgnxiJTcJ
20I1lWx+MvToBAdWOQVY09he3kYbMAm1pEkVecwYhO9JTbKtNyMbNGAIbVQGjj8Z3EBfgeop
LR3mDiUXbR6JqA9PbllsoP0MiEH/ABMYaEOiUxhA5Ds/Ioje4Fm0MReH1uJxp2mPda7duWDV
O/DCSFWMGGQsnWHquV9wlnNKInAOU3xTIy5QiUtqqGq+lidcE3IJiewA2jcuLTCIorYjOubb
mvEJX+0F0Z+iwGx1EtX0wFL/ACT4BHu4NCj4PnGaHZnXVilW38GK0RvxC7UnYV7m5Fu78v6X
nT7wfKFO0iLyBYDctQXb5dN+whA6boMAyzUpYL6DLvucVj0Q4gNa/H7yj8v6iowgQ1rmbS5F
U46dEoiF+8KniElFE3UArtMtT26MepIJQ+MkI0MVK2YDcda6wxA64kUJ2O11/jTfqO4/wRSj
UpxH+p2pO/JFyI9xFC2o2rllVkVHwGX5Pta91EvkMNjLzSDpSGmzQ+2dGzyVC/EIgtWD002p
QRDVeD1Mi1iUjh7AeqF0aziXSHjj+Vbq52EwOheYbNO3eNdKJgtuhDEL7MqKOjiuYpCfy4uW
diA0PYk3R85LyaTo6MxdHCjaVHUPpRq/qqfXePo9HyVEeGQQm/cUt8MUQcTlWFYpi1rlMJJe
0bcfAyRWIISp/rgLTvyrnZwlttkguKYPACUEh7ORPW2snNjQByZLgR5BmsPHfGxBkLbNsj6P
GSkigzopBofePpQXgPYQ9G7d4FBKsCIvggSgxuZccP0XykWre9QGP2MtFGT5LvGhXHt7FRux
LVR6jr5+K0folGqYqW0JlKNrCMnnz4O0cJq/HBUsjT0eYtA1aHeDNDsPUuNn3JwgFbXRuuUz
gvKRoQ7QvTRAuFGHjI5XJGyU6YvvEGQtbMx8CPTFxiz7omAZ69MwAoMAUKRYBWkLPcjyBZZk
5V1QDstXIcvzToQObcDeUbyTUNgE32EZoUCm7o6ID6A5ji/JCMuGvd+u24CktBGxLTK++sfw
FO1VjpJgAP8Agg7pYNnqlvWanWG8rm5QAQ9O5VtNRlex+AgjqpgMYCV5GvCGM+tYfkLkmOL6
H5K49bVSgIDSLnQDg91to7tHgWzSEbm0xaNfTZJZ8p1ZhfuCQn1pFSNFzRwv2ZbBqBA9crs/
ch1DUFnMCno9wz9GgmwNawTo7RXVigYRFxzdB2gfXKFr66EjUIWHGhXNEXuGJ1PwnhPLk/3h
NvuqjDZoRvTrLf2PZimZcTNZs54e9REes7XuElY9G2KPnG9sckUwTNMgbY0MCO75O27sMMF/
WPLoAtFPFloD5FAgf8gkUQNA4BZk42aBBA4oJ9i5QwYZcaS1A580wXB0Sc0x4tAAxaBhQd4L
0aO+5AnC+yI7hUujMU66YTTpJEF9m8TRwep90g0uU3gxlUocHhFPnEXWVtWyAQ7I8KHy9xY0
AK5VVFbPUJhUaa4aFQltKnWba4KF0bW00L5mWjaj4coIRVamipK912h/AOhK+dI1WPwdwQ7Y
p9rhi2KQE3CYUdf5xAVyjhRjhrGwyB2jRyNgitWp1HaS/wBN8Kseq0JXHGX4gpvaVm3maD/c
k8oBdERufVff9NkIShq6w/KYEQtgcekaYb0vNRdBjle/qYwcQC6Q2RMQ2OXJl/idFC45ARpd
xrZb/wDGg0hoIJZn0iju+bHi4GG4NeWibHuRAmshMTPqypM2QF6wq3XPJSXenqgujEJS2fij
eTJK61nPInUPpC8RiXGDC2FPhpbTNbsDasQl8R6Qe99M4CC6pRt0kI7+hzcYJmjgItEuCHcP
ioq0WECCJ7OY0TARM3e0Cj2sxDBZSyc1Q1OIZlQJWoltglC2Yv8AQzFG42Lx6HEcdyRCAb4Q
KijpTIyPqVgQiiHUPwxAeRnEgeRt1c+cYyvk0XTqTuFVht41qAlVF0HyW+WCJdtGwXAirtkk
8XYVtx6dY+zYoD3peYwdGPBbQOGBqYC31STPNVTv98nzgeYL4yA0M1JAA7CftCcwJSWnWj5P
GNkkyBRVejv9NY51xJHvDQf8nBgaMROcBQ553Tnv2jfU1NUlaNZf6Bj74af9G+4Ce2CZTe1I
6HrIxFHR+sCrobw8p4uSDYUqpB25loToSKhWw6EFWNpgZNeuFuC1+KXzAmdsX6dBfWMs1Y4A
OmJoqZ3CzQUcNy6XbppUUxtvoIADtpuuNFKgp2LCU1kXyEXlyBuaeCASiqMYvAfHCmppR0t1
hCAYVWW/VYxPMhU6Cu/mSC/AYSS9KKwErQvG4BQVIMA25s+bJvcx4CuDhpl6LYeGjFWARQqw
eDF4tx+7bUEkFMI37+MLFJ8UaCBfzv04An2u30ACOi4PGBYOqPQDYLFtsq4XbjsHQCjg2mzH
ShG4dwu4z+MuDSuXqxf5AHmJHTWmyHyGqiLMNIY6xSCAKj7dYNNSdHziFYL16xhNEDB5awi+
ATC+hn+WugIYn+GNKu5DOocYb84Ag0ob6DAUXsiZch52Rw4yLNyaNHCCvaSdYgfMgD1juJKy
KCtGm7ST6LaFJnHSym2oExRbps2kqQCfn8lDsEAIvxEfAk+MRlCIAFqf5QxxMLDV+XGr0Bh0
NxIozrlIbR0pfhiL9xR2AUj1R7h2DTFeUHoEl5kXRlTXSj4Ifihh+aEs1VlJHUfCYfx9Pnzq
6ljQeY6KnGglIatfDkkKFJsaEruWs/TiBKCoFfbL7eiTplYPQ7ZpwyOhMsLxvgUB+TBcqUaJ
dgU9ji21pJl20qKfGssATmeJPxAgO+XIU1BaPS1nZHTD/BlSh8lH0P3gdHk5FXvhwrPnJiXR
gUlXyYFEyaVe8dDrTErfUtz1ZJpHEpMdYBAba6514lqaKRD4QzZtnHUJ4RQKPSYQU3WXm0sA
4grlf+TBa5k5d733J+4BGIx0UTa7+ckcbee0LA19L84WEEhqoUd/Os4Yq6QgcGulG6MPGMiR
4xihHFAtRWgWWRFEx/QLFu9tkbR8/GLsnDNuRA9m3rKDFUjKRZo/EZACiLWTRPDqY3fxQR5y
69I21j1m/a26Dpp0i7xhL+6O3ja8lr5xhu/TUf1FP2irmtGQIEVB1K/EFzTURmBeqQPWjOWg
9dSAdw+AwJpigrYmXV9wXL1toT4ODDhF1cFI1UiWdKVWL+sEfgla1NfjntmakKARoNqNF18y
YdweOCXvAqVXE3rthKuKNowTYY8kRKQeE11JPM2jlukpiX0aswZCUEOp5rTL87gWQMY0rt8i
Kv0XY4kl0vloeEbi9gxSSC+Tait5jZRGZjG2go0PK4bCqU3lmtv191gaCMMVfLz4WvcktFsC
jiqDShUEM9zqprNZSj8SZbGlp4Z2fWEeN5dMctrBVMQ0R7zL+oKDVcCVNDv7MWxb6weyI/8A
ByM22SwvxUtR8Z6wt4BLYdbV/LLWXDCskEf1buTwvkoAhoJGvcjNybjXYWc4aQARbYhaar4P
TLjegZQkLvt0q/eJDxoOU7vPDXuuYHA+qLvMi0aeG8xt4MQ76kE3t/GbWd+P2PRx+jBd1SgC
oAjpmnIboiOLiP8ACJvuFxqSDVR+SWb2XZWRU2s9F04G9XOz3UG24IQPB+8ROcCCKVQWHW+4
0l013pMFynwZGr9cyCAvrv5MwLQkYhVA7XtfcSSZjklQA4T3AaoAToVReBfLhOE/JlB2FXU6
1WZeRrJlmwj9I6maDURhtL73OOMUdcY/AMfziBQkjYjUasxOcpVQITdaGguEC7UrdMSDT+5j
ls8GsoBGxYacG5aB0ghjZdFTJslgWJR2kHjKXJRRm3g/5pVYJci/tA8wD5nf+M1Q9lF8kKPp
OYgqFAkJEi6iHxgPbmmCyHA9UD5hP462FSqEz/JhPYnwVNrZgyrfOlIoZSx9aACCJmoo96mp
2fhfHAYL/DpTI9i/xTjU2GVndu1Z+A+D4euAadi0EPTufW4w5YMeQ7GjD7EjytiqfE7DeYXR
CCAGC6GIHT3JS2IvN3kmiMD2Z5FGNgCg/wCTNBJmpaJuJFfkmXNLWNAoJT53fen+W6nGyHa3
p1q4BZCrFVRI6SokDeHgPUk6gS9E/TI5taOpq6l7Hady9I8mhnpn/CXE54PsuuUGKouZE7ZS
ukU1/wCh9yEM9xIkAFn2XVIyIYRXaiTsPlRchx2L2+hG+BzTCwBNSNIQ9sHjDVzZAHWPwFjE
PMfT0scOehL7pyMEG56cKFcOn1MtGa+uI6NHYuvR0tx/4Sz1ybUwGgIv2bg6BEYKsMjkY9NO
gEWsFGDQtl1ju7I9ce4oXe1lX4F8D4Vzf8qNRlQwxu+PMsDm6UHO2QfPzjEbhiaPX4Q9d+MJ
mp8joAIqG+7marc0I/A4DwHmUyWCulfhgh5emNOCMOOZ8SJ7XBJKdgud1feScKoSZ2q6Lbxc
WZ9yu4TEYb5my8z9ab2CPz+MgUxokJMLTuz7wZRakX4a2og7lwLkFabCjjmgztzaAAQAbrqa
ofWGOhN/V3vs4QF8h1D7y/JPjIdaR6L1okE2/nCShDJlVePCOzlwQV3KUbrGw9r5h4bgRpaE
CvAOMTAmFLRvFjP2zPhgGEaJL58ZOIxSBaTPYKTP8V69z/8ARgdRdsgNUXJ2BlAkvQSXLfdN
m7cFogkBUhAWvTbo1jtq3U51aAjDR3hp1ATpIRLJ+dPVaSLP39p6SQNxxbt7E8ZBZZYDqM49
+PmX2gHG1k3l6naZOk3x5F2uJjGXQDzCixxNe4xWmQhoYAEDStEJhQ52ua7UQPABxwSXEO08
0g8tPcdpiv7AqHrXYQ6u3cRXWPAvn+7HZNCzbB6ejqToc0+KuElCuoCAomjF5CfIyEFTRtDA
yMYBcZC7Ec6IXCxpXoMjlzi7dWLhzBujU2UuiWPgyILgN7FiiP8AVku9xrw0Oy1ggAwBbLh3
AAB/r7hmj1R+ssOga+ZMe73hQG9EF04mGIgTKgI6Wg71gfEohdf1ophnoEnxATEVXR/xikRu
NMTHFBD+iNqp0nvYKvDGHoCI1uDdlo7msiJpokTTtGa67NYrkWO2MkDuF3XCsbuGmWDGdwOJ
kkKlHpASHiID8p3y4dlz2Jeg4XEQJgqi3qn8g7DDaSNW8UCBECol7l7iuKQcRCC3reLC2AQX
7DMnh8pvGTSTF3TVJUp4B5w0QmWADjhCsLZCktA7DzEhqbEaG9DX9cehUDmEWvGhj94FLsgC
fN0CaTODYOsn2FwL9CyGDID3AJ8axhprTekgfZnUX1B6fsQFDWultwqmi7qbFqdOZDgotam3
+gZoe4+VOmAjHfzTabGGjoV1xQhaKRmBNfPmkD0dNBit2QaCfPBwWYIX9rfTs4jTQOaNFTJD
kQHRBeGM6pYIGkD6Z9b/ABhMPqs58WfzgxxYICgJj0gYsgp1cfsN0LiZQkdoihVYrAEjtuO1
lVpXClqKX4kx5BIMwKgWhiXz80azZ10CFexugG26Gqh9bg7UHkKgo8LHLWESp1TmVWAvBFdN
SiiAYRKWcTLwHskOHew8SBat9wJ1ZhkorDXhP9ZShTYESSkqY4A/E6aUdhRT2HYpb5CZpOG2
3vd0Jd+mHbFZTxJQ9G3pcVsDHf4BJ9VJDAyqrotUGEhO76GpnSdA63Iso6bx8x7xPv4QPKvu
zD28AgIdaMWA8O8PcJaauJmqvCl2tZH+o13RrmCFQQJQHQJbZlqVoxkjQKHWL/uIYsN0QIfz
iJWjq0I5SQax8IhVQw0bxhcamR0MoHUd2zAO0B7dckWpUOq4uuuHaeviLorYQz0aYSBOZoOx
t3EgJroUDCZoaEkM2hWwAbTrovrbWNFOrAGpntoPouCqcBpgHrQ3lx3QMp5dRDv/AIYzkhxo
aeDl8Y8yGlCbtJzE8fOBSDQmVauzqj/YmYVQiwG9nt0e0wYUgcUk0G2AO4bxAqk4AjAiakIC
2Nkmo6AqBtSBXK/WRA74pqXpLG6mIgIIAxqKrlZXp8BWjQsi2zhhl5MCugDZV6W5VL2WFILo
26EBvTjWBoWPvcL+J6pim8lCAEd2P0NmAP3yXGEBpyNYsV1F1SbC7Kn0y4eUntRVQzTmWTK2
4AuqgtmDKBAU7HY2C+vXLB1B/hxs09G+rj/ZCkJLtIgNwxw86KB6VacBcZWx52PZqu+JrDWQ
EOpQAREFi/OTXeBAIbZEkA1tYUI6kMB9EL0/GGpEiYdkOmwjqXTmpCkCGuTWvNRx0B4q/wAS
CrSgwm1KVRsVf/ZlzRDDq0Fb1jr53OY1hCCH6BBAHb6catSlLu5OJpRM0HX8EDIze4pMKcPS
sfK0XCxusRnqW7KYqoga1LjkJb9Aez25HrJMokraWpSxrTrWOEAU8AFNTqsJ6YQpEx3Kq2jb
YHYYC7d8CAo6LJq8BdNxyd6hpmnLSMStKdWzYtPbNDg2pwv7IGp4YA0GERtgofAPiYjnddyv
siHhZMZeZGadzSOxu7wLLAyaozoENLw3mrwzHw5yQWHLzKFK+qyUNaFd21h6aKWA0fNIF41g
lCEIqeKRvOrC7npWjqvsRGsIymAgjQgPdD31xcW4J0GGpgFa0uHL8HoQei6jpjcPmC0DoA2P
3+MCtyCVh1PYcBTM+IRdyBALjTzeHgWxagRE1hsi4D346w+BGHrhc23lDqUIEaW9dJgFujI9
Mb4kEV3wJXME0oVZQkTbPrnVPT71XWtYeBHMemgXeCKmt4FwXi0zDtQDSmGOqd9oRQcP+mLQ
euESworcenlophf2CC+d91hSGZhfvgizZeOE6AGULwJY4PXMQ2qKAxTQ7i/RgGUBAQaSjAZ6
AswEJ7wRpWC00TTVwuMK83uNIYC69BjUmyPUnw2uBfvAZ3o70ytgEU/mZrV7iMCOpEUKbkyn
PLUdJUBLHgzFDjLihYlUzxPcBTIVASECfN7ymSuwFJZcIGx1nRluUVu9fFxwRHhxUECgEEjX
z3JO4vYX10n8CvjKG1IkEA8M1zf1lxx4OjeHj9F+P4oTXra09SffR5kU0zULhVp/a3gsgQyU
CrR3Vv8A1y+YiBDJRFsHTR1KHdxHwB9cD/OKC/xLn4JjrDGROINtCdVpqYKusAAVNndUO5Vz
fAbkYH+cU4gS0CsKJvRW3mPcECQAEBSyOa1lBFAkWWOlK6O0wwgKMMah5El1jFNwqLyGlErx
MxvAVg2NO0vkeZT0BI8/CviHJd4/o3osdIk4VENGIGQtGgEIMgFke8l0Ikt3sGj4UPcFBoZk
0KlS4p+0tmBGXtRoDaG3GYZTAGge9RoYbA1Ajwxe4Fdk2yRtv7gAaC/OF4bQwDWFaAIIteYc
beNAUQ6xw6YkLJxnRII2EJo7xDHE7ir1VvATBYMKuqJ+BAZnTDlokAk40E6GFtyoS1MXRadj
1la6gHu9jlBCiaCmPJWSvXsCHE6x0662Ao5Stv0MYtAKShYt39FMxNpjkRcRKsH3rsndUQXt
WJy1AkwvlCAhTvZqm87/AOyzGGEKjoJ3eON13Jo4G9zy4EpjWsq/gUG6KXE/B0JuhAqeiTCI
9wFAL4EOajdZRTQjwhdEavl1veKUSWNCL5CrRhiLYl8HoPghSZSU84GfNAABvB+PCWBqYyrY
u5MOKdqCKDow/wDTecuZ0PYFPQDr85EURKvEK97Fr8Y2SHIqXxNIKSqkTNzYMcA1JFLsmRwM
cWFYLL8lOY/KfuQSFOqV2eZC+X/rloXCvLuWHM6SgkDqcQKsLgBDUFeo6NgPmG2Bx2vHlcyG
ybzc4shEZUFRAcd5m6CvR46nqPuzeG3Jo44gr0BKNHLjxSkBp50tZPGo5aEBlNjcP2LPxm9T
MkWXGpVmQO2tEguu/wBcuQ7bFTV8QlRqi4xqQnRVPoa04HNdAwAgnSNbvmCLCR6RF0iik38Z
ws7h338Ed9HBahOpF8oNZHGpf2HEIDT3Ymh3vJFQRhtB7hMFpxuOhxCljb7YgT1AYh16SbLP
MtkVWK9slV1vWEDGgFuiyokEvmIXC4eQsUZifE4uDwYzReddbXg4OWpKn+KJxPDC0vKMirYg
W6auCGlbA0NVApvvTjbiZKhWajS13kVrIUVVqGSq3hLvAAEytQICKuULP+atUhvx/lMpiR0y
/hZnfsBTAVrqvSMIcH4HzkA5IOYB2/8AJMlTnbzFARvoTfzcUAcpFW5BSM+74T+PLWRqG3BG
DGgVsRGif/8AGHWCpMAEXCt5+2QaumIBAVXyR0N4hC1+bCaBPAi31Eo1Hb0tkZsXmAgkxC0N
sHsPs5qDQPQZ+EbBS4QWYBEBmDfg4UMKMAwugILXTdBpApQNJJqfH9GMLhQF7ELbf+D5hXbQ
gQRiSaLZ4ZZkeHVLg0+X7xyBVkoQB7SRM4ytydAJgI5RV+8eCYbQDlAE614xDBLdJHI6ZHzj
eWEGUR2+gBcTV6QlpgBx81idht2wsLO0vC4XGPy+UQ9h0oKuMEJYTfVyhR6xKCoZF0oEw1oP
jHAym5c6bzyh9ZeF/aU0ybOsuQLIJYiAUQAPiKRW6hjSFkaeLv5yRgMSiKd4sD17gYckSAK6
TIL64VCpRRKJpNg4vUYtQZhQQNPVgPe5hl8AkEfEOOuBF1IiguGrLvb6mBp0AhCfM3QBBguJ
RgCK7lUlunrAKCUAL2jjyfkcMaA4hSIV8DWIvF9BrHUr82mb9fmQgMdLrSDmaCqYmTcTaTkp
r5zQ2RAg0gOf5TubQbKqEbd7Cw7VbgO67GrbIfDrPsZr/FEWkydppT7MpCa261VhVcBIxbW6
2y5fk8+XPEJShStEEflN7xyoJJ2DUKEp+86WyjpmBo2zQ/MChVMGom4nPPbmtAsnXP8AaF8B
gELai0RaSEjr4stMRGEQwHiDX5YX8iglpNCJLmxKYCI2CVhh+mLbdaafVLiwpvNseNIVN9Nz
45T4UjTJ9hJo78wPSrzaRNCp3wJ0d2cNbDGNQBR0xXMdQukHsNYcsdximkIlH5PwZZt0JJHA
aoKImq6rCBkhAPoo3l3ltmlfUJegl2E9pumBRFuqkiHmsGug1GBzBKAs2zBdinS0NnNwjv4T
CmHCaMyK9r07w3eKLqjje41SZo1Qtlhxip6HN8j+uaEfQZz5iqQSULKDqQ8dYKJQv6AQX+jF
buWcbuJn4cUTyrSQ0cTH+mdccYSHVBnWmPuAFSpbItVNvuEqNMupzKbks+FI4MwhTafQA3G5
o+Zdaqzf6ZQgMRaVF8H7GBqnUS4aEerZfOZ+Usk4zoRKrrItQv8AhdWlYfN+cv4jURUTikCh
bhK5B0T8wOnSeusbTBKX0o11naNcRKBFR1ZYgr19wESJMCDepwEC8wqB0EtTBI78Pz3POAba
UIk6AZ+8k3qAVokD9J9ZipvVssVUDho5rGcWnooH129xG1lCSKp4EDXS3ISC0hY23zmvQ3NL
SCHBwB902nrFiZg1+U6JXAsNYYcviQS0g30KBmrsmndpGGIqbMOnYBiRLgBPVGNQacfxgNVu
Ld34vmMosyA1IbQHuSnTUUpT2Ro8e4svVevqU0E4PjGrSQUSW9qhKAYTlGhXDYWjHsPjJ5ih
s6c2SC/QC4CWQNLQEE46/wCYWDIPsBQYNDreufCzliEWluNqC5MBo9CdYaaLgrzAfgyo6ves
DiwAE2S6gC3UmsWBoIE7WanIO9xx3SEDZnLDSNdvDK9TeyzQEQ0+vjEgxRKEs0UXwmNCsxCF
oXqFyuIwNceRrQHGh84vpVxgo6VgLqYHRVS7CkEwbCmpmE5ColzvB1yLwDHwBuDl24h/ge4L
w1CyLejs24h9iQQV2E9Ru+YFHYXZArYbdsC6Q720JviCivcg0IGkNoUD6HGoqAvaGGTeUBuJ
fPhsF4CC2C1oYm37EjpLGqtn5GGlpjUhI5Q0D6Y7WUo9aW9l7hdjGjf5jHZgB2js1hZxAujR
qB3UYsqGAAQNAcDBQE7IAxpDT5Puv6OoP0i+8abvy9jiulubUCTaBQDjFEgNLUOhPd4XzVM3
xffANbpsyV9GqRxRA9Nx89cKSZDaOh9ZPMc2DIe/i3fzgkWXv8xCDl/GDuKFBTMF2/J1clbJ
XSzCpiqe9EwnQDc3TSCeIiPwrrEvkZOCsq8BtcN7fFh8gWjounEJ1BWgME0B32/OEFBSAlWU
n09wyYAHwGjCKS0lmIxZsUF+snu6xAID2o/JjBWgtNhFeLh/3wNtQW9jCqv2G8uLxVJlhF2H
2P8AvDmeHwUpeNpVB95b84NVOkAKMlaLgSGjsxpUVmMhg0JQBq71/ijMNiF3hHAdDTozDkQW
LEligdKtM8cNSWIY8ytDCCaqAENGF6XCbKfMHphASSGxNkKEg2yahNBpyGFEzTCcwC4dB8vr
AdF8ETSDwjVM7tkxPdH2wc3tmNojBWBrwnAH5w+jc8ZXfl9EAueaSa9EJHT/AKMRNbYXlusi
OPNYhkVnoZARLQw5gnMjIJaU0Er9Y4irHQSoKKtnH3J3K89A5sB4HbHMNj0hqvSyhT3eL2FQ
2Zgn+eHwcW+xA17fbvwGW85ONs/uJ/siYQ6YJ2i1ex4w5uTey8qsQBA3ZcRfdKHZms8IQv3l
B2C9a7JguvRkeZGQ4WgEuWu5DL3wATZRey3bWOqAxhUrYS1F05p/RZGOUu+b35vCEPuyN0lM
ecDAha2YC4H0+GK0+EIDZ9lLruuHGJmoaCNENGBWNZp/NWiAWg7D1fhwjigdGycD7XuTQyux
abAdFLB99zrvKAfYvlG/xk4yAgeiDmfn/Oz/AKDz+XKbteFRSN/INTY4VgyAC1QSwuNBw00d
QsDtEkr8DlseNEzljj9riJvOpQiHFfqfmloBFKizfmT5YZR1CToFU1iuV9FU2KVSD4wJjig9
OtYje/neCgCJud/PK+G+5d7vPImXNSx6MxFAhQEgapFa2wkCld9wMdYf9slmSnVQOK7F0T+H
K58d2I2h1fwc7w2Z13MDaBNJneoq9t5DV3aDruKP8AGlg2bzaE0baNlzSfr9YPMcN40LfZ37
/igguWu3b6qHgcSZra3tlSN0FX56JaqCC5VHats+NZqAEFNLk0NRVs1jpmhQYGPqE5t8wW0I
qjaK4OHhBs3LRhyOQpm4EM09YA4H8iDZDiAujbiGIMlBJmouRscxcZwOuu2SYpqD94fvhk8V
ZwPlayzrCBkjQZ+C79jAs9BUqqvcmONHZA03s1K8ImxxND6Xv+FUPIcwh8o5IDkm2N6Oi4eW
nuVhE7ZH2cxmShB0oJAIPnusWKjrYJLW0ftuBUFYDWWdTQ8fjHTiyIAJBC1lJFXJHNJXJ0cH
wL5uC+CbJTGosHaPrNSwWRDwS3UIuCMoTZKbEeaftWaQuaUHTGU3aua8KDEcp1A1VuRYHtB5
vaJdWLvDyA5LAZQoi1+bDUD0SKBHxyOcwM3lnlKWgug/C5KTykGNKp27nMUERoR7AALhf2x1
S0/04iDoYjqCIQ+ydFsJY2ViXRl8LcRqImi6cgemtBluAM5IuNx0DQPTwDSgjGtrHn243fKJ
ZAp5Dqi4otUNRAenrQn3gTUIgwt4Co1rKItBj4CClBSv4cSwfVZv/wCJsdcIBR7BWwN0h84Y
Tg4niciJX+8darrcAXQ/LH678P5dgFWudMDZ8eQlptgBzvzmwSuqClsV+FDmjm8MBncQ4mEp
6whT7k19EzW9L6EA0iv6H3I988jAnTP5BmlDDhWXi7P31afxZbSyrloehHP3/JEUwUBQ1HZj
TRBDsarWmRbkyOsbCQQq/OOxSo+xNHdaSY3WCt07XoNeryYCVANZQDHCu3h7/HOCjBUp15bX
mERAEoetGhy/g5HfncAoCeH6D7i9mc8lsprWl8Yw1PfhEiCfyFMUsNSbnsS/oYHcfvvV5qOv
A8NJDGEThAxCnBTHIET7xYSEbeDL56KEywMIfldzNZxWwUDQTQ/LbvG7DeFn8BqxTRcgJyw/
JiOFU6YcCU8O2D8Rm1wHUmgFIlwQh4naoRSIk20B40jfnDKXWuvoIYHv1DNrJXbJ2Wr8HN7b
lLIIKdGVOHrmB1OCaoNosBPY5j3BcLIM9L+QGBvWgEtUFGLTrJzzAhd3SsT2ib3iWUyCwXaS
6qnVOMVbj7ogL2Sg8xJzYSscepU+zWGCTAJi6Vu79LMFdGui12iwib5pM1dqUp20IS2aKhMV
cV0mmRFMo0jjiozvEc+Xp0pS+laYCBbnqlQrmJbdyiOm45Fn32GWqKphcH8YxTDPM96twJr+
zX0S05TCMABgd6BhwBACgNTQA0Iwflmp87GeJPnGYHWxK6hIuGDIuN8S7w3WhxQeFI/R93Qk
YASRCn21wTmB2r0VqlBuv9ZBQbeobZgCNQAfuQXrq/ODL3N6BU2jA5FM2kj1UyserRQjBLpR
Mv3hO8ewDci1qGmO9iJiIYEE4W66C3WPtwOhkrbiEG9bM0ADAalL3n6CeY5obnBjrnGyRJlg
J8SeSQujQu8uXHUA2pjCEAG1gP8AY6/WR3UlLEiYbteY0ZK7om04mvMvsyIRnJ8phhtXlU+B
JA/d/hQHiR2oV54xnlUIJAxCa2K4nRwISCJ0z5mNnzABUUVqr7v4/i3f0QNyAoAiH0O4y7ho
QB+2rMMyhRoE0BX6MJI6USx8Qbu4ZtkkhR7LL9gNwCQswDN1x1w9KmW0jUSZVdYhLDzN0cTh
UQkXjKh8YFqbkK3ntGKny3ISlQWkEDROuBxPKd0oXuIHvG8LsxvZjZjEQguyzKWADonUagvh
iKonnngvgeZlcPvQr2pzSNnmLcGl7v8AbDrXdDHNrpjqD12h+HDehBhpqtsCDNY8ddpmPUsO
o3G0xdnwfAWYRcCmtiSTT77cYTTlrOikER9384EGUc890suJspAqXY8VqqXJy/c21EUjp4PQ
w0jpilodBU9MGiBaQ1AUCGFWHXCUkxCIVvpbYV5Qg0NpI/nkjB/NhnrBDWxvxrGM5RQQKClI
EUnNlYtFb0kqhdt7hjyIk+v7d6ii+sECdo0Ldfgovd8YwgEBjQGiEX9MhQCiQWh8agffma+r
j9gs0J6QNncnV8i4GJFDYGeJZkMxfoCqI1ow7BrHOYKwwjW1k1hA2DTdOjfshXGXck+Rp6EM
gXSYPk5FbiwPFUAF0ZQSQIRsGUv6y2I8Cp2UY64NNUl2an3gw7AhUfNdnkX5M6vCVoFBWYV3
XrjwIUxpBI1w+125p82nYDXiKfOF7eikhoC+vMuyEhDdualVP3leGEi3kMhbwaFzGdWRRF8K
jun+QNwlMEi/C49PaGVkCFUpAo6KRrYYbWgEo0SMX8pdYIYhf5NBZWl0/wCMXD27BZa02+n4
9xYoaCwZCGg9S5aqvb1E3ED55/ata9qJgR8/9BhviWMoqGQJET+KNbnGOiW6l0lN1/Mkwjeo
nCOnfcdoGwsBD/hgrq4hT1amlVrbBQPnIEVgJDePKJ63Q5OZNNapZtv9/eCfyHuIFrYFx4Mr
eX0O7axWJAdEebxmvNHfT3hn4wWniCZPpAJgSr9LaXalVd813DS2BRem2+DCTvUEWC3Y9TmK
hlJ1nE3/AKXBt2TYD4ZPRL8GBtUQAFpGsB46jk9QLSiulCaH2OL/AHUUnrIO6XzHgz1FTwOm
+7KZG2wfIYkiEaPc/DG9X9P/ADsN1zQoBAgCo2Bh24GDQK1+EcMcd7ntBIqYcXCczv1OcAiU
7erB0LukSsB6IKt7WJ3ZhfziBhSnJmjY51tBShwN/GEl96Cm4UPEjr3HGhaBqFI2Q0E7z+BE
OokGIBdsJm0d4KsflfTN7I7SDgd0dQl1jCiFgQawD4r+l1/xVVp9lRbzRjUrpiyS7Fvn7Mi1
DQ3liB4yPE3iO7MClNA9cJX50xCvtXUsABOabw1bRpEaIDDvfe5aBlDE3NpIR2qC2jStcoEA
u28DMKxUY6KECP23hkwEwaahDprxV2BwwXi1IIWIrp8NEy01bUBbZgX8CYq3VyOaDQaJ544x
AK0Z7aEzcqjqxtg+gc3Z8KWvCgARKJC1g7ePMCNKAf3MNmeGoyheNO+TuTQnytOkC/IPvHQq
ntduZ+q+dzNgzLAPYqOgC7+N3+6yff8A3bOdAFfb/ARA1GxEibzk+LFTo9SEt64xM4BRF9wJ
6kfwuaHCpETxLal+2LQcJGDa/iIpwew4Sh1giU6Opx95GhdiIDDGCloeGBOQ19EgpDaee1/g
Dv2HkeTbQ+dfjFBVpEBSZIMNIzWXc1C41ox8BPxk0ApIFpZrGmjWqmJ8TFB5pobo8LfMcSwH
jjA1mzr6x4VKpcfYI05frLN/0iB5CREwGtP85poEvsXhjA5CGv3oPUaoZHNrwoxmOpzTXvcL
fVan63FkEornsEBCp+8O9eldWdgCUNvXMRpHBAxNZUPrGhizT3koYHwm44WyWbkQOvoDoZgq
uGhiK+j5ls5j8oYSS61CIdFe4xFYKdjPoGviGzC+u8DANZmjN3F4uiyKCasANHtff4KJAVAK
m56qGN0C1KyAvCuWr6JNhJ6hTAZSpk0AzRrHww2KIW9KjcQa8mULBdXUqNPBAfhgLcad1XkQ
2Jv5cNnhVilMlQR+KbxwLaUQI0ggZog2cWM3GTGBOUbzV6VliFQ4EZpSWivlwtupY7A+Voq+
JiQfDRSSF1Gllwk3AUVpzIDmEV+8QA1olcK8YB+35hqhC2p/ljYk7sRcJ0T5aMrqLUQlVdQA
ibW4ai0paOn/AEhwOPaW0KDe1qi9fHM0Med8YFRo9GxUwGqHBX7nBEwzFysCKFQloxYSME3y
WyRhfpjsxcoEwTQeh58hbwCzQAD+6I0MYhg7Drc3OYIRsBIaFKEv/esqF6HXxD6f54GSoKcF
9f4VrTQVNiH0hxEERrxqloqaRxqJwKt7eZYAAHuVlVNq+cWF4AbloTLzfLsqI2fJiQWgQL7X
YD3BQOCqwmzYjvWEW38iNw1CgPKelhkd6M0gwlaDz7w7qcnIkj8AvE47QBZWSBAEPhcJGz0g
xVnH2NNTjjtggJAEJQcN8aBsEVEbPGaNmWbp7iaEnTppH7bMC2+LItFnhjLq7dt02YkuwqMK
QU/Aa4kRvF1DABNnSt1AqjV/BmgDErMeMcYn1sEg1UlHhoTzFj/dAAKLG3Cu4TYakG4HFlDf
3gLBcilLUrRdm4iFPhcIl+dvGomT2ZLKihodWoaNuX/5op1L5r+DlqCun2SlB/nHp7nkNaat
i/jrjBewgY11NepcFitkXDDzxv517kHA+9Mu0b9Q5itdG2PgzJJsPsBATgIXNdEVgMma8eSP
YRqmOJF3HAVYIgEiqdu9OmFGMAKGjhZX4O70ZwP0VEAG4UbZl7TEWpxS2EF8MsScoksBTYi9
jemJ+yRykbuhCv4x2lG4PPMwRpnA8F46lenqbo+WLWkSOaCn/k+8v45APIGtfZwt3eUoVgLK
aTiPyYlFQ1koLZRKvMrnqwN1qFfZdPzkEwZiIa6TWkNyRH0hA+wwAf4ZweQgizpAvp9sksVg
4FDYrqjrJ5PQNWUnQQunpj6b/AFVBm70P3/FkdNlYqh+DKacxWMWh/vHmSEgYOx1if5D+Lzi
HvTab7jmOEcfIwCMG1a4HI4tRHYidH+LBl1UDaR6Xv1jbwacHjV8fLjdPAsQhdCVWeY7iQjd
HeQ7CmBOst00UuKR6L7kkBXC6JoUL0QazVS9Ojekhbge9GAfKoMUBdF/+Y5F6S61CkCfkUwy
IwijQK2g4YFhn9OtOyO5XpOVBP8AO2gke/WMkDssPiTQB8nR3jWrXCtMeOt+hgyGFu86rtyM
PrgUOhbJCASWh+mGzQvU7HklepKwMGI1alwX6eRjvGaeIROlnoSz51l5gaGbvuaZ+POYry5M
KTYQ0n7HWAlcvOjG+O/wYushRMZsqxB0CzHxwz3EkCqdGJwrslc7aBbHNs1gUpAGjqaBdm3P
OWK7aj/ogQ6Loncuq7EnPz3KBhGiNz+HGqrakRv50/jaWxUjaCOxwjZjNGiT/oGbYQkioTIH
ab9Cd3sMSz5bIB8lzQCRF12z2+kQ79NZGEQGQiaIsD87wCcdduV82pSrGHyCUBp3obUkwLSN
8hCeAb4MFhrvFs5BwJdmhwtkUAnShsu585yqaYBwfEkgISuC2VgOkN8FQGwpMixdkvSI/KXb
MVx7jAajRFEMONUk2G9Fi3bvXNGtwsFWa109shG02oy0t4RvKn4XEfoMGC5JmcNOBWxJ6dws
pPfBWFXsuo6yXohy9QNV308bESEYjq3a0NQmDcBHUWgeQCuDi6y6GAEUShvZhjqz1T5IIz5R
/BSgggHwDRlQyAC9ycaF+/6IB3TZUn2VZUdYvq4l9qykenHEAwwhvNDGDo3+EK2qsHu5qq6/
ZdYYoJwZfAFgmu46mCCniOIJrWHq14T5c4MKbPThVG8SOaQTeHdTa3EJb5yIvJfR0wPbjflD
FJv8nf5BKynUYkhrWrplY3QBOgT8lCdYx1EAgBl0jEcQx2o2NAGzv8ZGWQMgxfFUt6r8ZbgX
hCmCaPyfcMJfXVkeAQM+DmKmqePeukV1D4mCbtSVAdQtuZUNQsItYolfIVubnBaDlDwBTRZi
JHKQA5CHoJRMZ4+R16gMtOExgiRXrnEbAPo+cJajEBsn1NIrGAFRh1aSF9OZtW2YroX6LXv9
OxCdodpRh8HmBQmBNiRVPDUcEULuFB6SyYUESjQZggB1p6bM11uwQeImBvo1MOOlH5yOln7Z
0xkJCwR2CnT8OMfT9kSsWOk+JMEijPhtPTNWHfM1g5ARcHlE0Jq7XQem4T1Ht+hR9xgDUSZy
OphNqp8I4k2VLpTYnRjlqnyv67wBwaftZMiOyg2Df0mmjj624MST7LXcejdOepWD8k9w0nrU
iWbBjX/LLkVKVLR3J8EfnASx9j1Q41DflTmO6FKvCPUBAb4nAcqLREBCGMbu5tClxQGlf/kT
Iw+DbQaopZ38jWIEngbYJx5cfhgaiBWSl+M0RfNiMVgmEDMkuK7BBRLFnXhpP7mUgNoEegfv
OKaXZUFEHUrw9yNF4PlC/SfwmDzsFj8CS7xX4yojH5HY44z5CMWioV8xO8rtIDVS1Q+zBkCx
A3vKTY73pjNV69LaINNU4Y0aOPUJuwBrar4Ma6MJJ8Eizs1D5/hRSALVA4DpNetuVzCadIgX
s8DAW5pxSwCRs6Pxj5oQO0kbgm1fkswVoBLNRkag+XuBtLApVCepjwDFq6xLGZren8k/DJfQ
Q5HFqJ2D94iODi1aEVaeBNo5SxQ0qTllocmXPVgXcPuiXUnzkFQGQMfC1ojluL2p2u/ZEquC
vHeEVUBx+4BVrwF3klLVpZRdiFs9N4iYDYdm0JTgYgcAA94f3ZD1QapF3qGnMSqAE0wAyEZ1
giCGhxHiUhNgVymFEUo0Uz7jEMBakOkA7af4x03jpzgUKUNr0TKgzyYfTKkNIvRwFKa1KSA6
uyw5hXmCM3uEKb8Pd4X0xmIUXaHFN6yZDLlQsQX6uPjLKYtY2o0FQQd1ksAMoH32pYAvPM6i
pUG9+lv2jA2UAJvABRgCjXwYJrOVoDMegXAmLDbXOlQl9I0ZkbhsTrO2zobR+GKNJyDA+GJt
vg3jLLtIncGBR5+sdQYwLAkPwX6Y1kYd7U+4QN4fOIMWDCoboKFH7DrqToJQHaP+wjlhraok
ReR5w79xKnyWpfdcqnq3eCiEvDymnR9PEf4iGusQTWSnn8Eyvj4BNE/GcwsLAUqn5CsyWx8g
djEuxYKkncfOcKh4tW4n54/wtP20n0J6ftJ3eBOIWoooj8JiXThV1K4NqAlH6LgdItoCArLT
dS4aczykSb+Ncb0rPRsKRoybctPqGNHoIod4K6Quk5vAVFmmxLPJDAf0INS+0V/HsHjkmM50
44hGpHy0ZKC96/SxpHbT6xRC9m98UldWy4zLDQRIZBb0coeZWnqUpLIg0OS43dHX5dVsb/mY
uJ0esO9UofA5vH7cYbZ6lKtC9pMaChpKEWq8kHpcoF4xmq1Qg+Tp6JpAQMRiERsgC9c7QYEt
Nr9g7i00xrZ4BUE+LOZ1IrI7EzQEZo/l3baQ0E0k2Gr0/sBAU5Qp4iNMsB7IvSuptHASbGrW
ubsuyzwYMnIwpFcgSj49mbhQHuCJoBGSPcAiS9HlWLCV8DejLbfFL6TUtBU0cGm4cVu2dWAa
N1kpqi4kpQXTe8tBpR+2/wCF9zIujF6+itR1xhGnJ0ymjQRv82OPSUdkpAbNQW9MdsDcaqSO
ZXA1MlWDgDO8vaM9HF2sQIjRQHw8GVqwglG0QRN05Wg5wggBi+FxKfRxd8qu5Gc+BFooaUvW
tphMzWfS1d5p+GGd3F78AFf8CZcxQE6TxayDrUc0HFGjoYI8AYvy4C5eQ0h7/jLdgGAwSqgF
dcYlzRtdFNAaAf6zmQJlPngfwZIowiERHTiYRr3WOh5wU+QwVawUV1gCfJ8kTThNgIhRHomO
oluLvGgiPDemsuFpjuN4mwUwTp0IrSlKJBssustvoSO1gHo4T6yu0YABGEiV4icymolT4EAD
QvXMs13QH6hGiZUT51htgYyN/eBfmdyMgFCqxIuR3s2bmPGKA0VozTqX1cwrlXgwlK/dIFx1
A92ITE1W7SPccS3d1ABNSzcH3jJLo9GFrUEx+c6V5wMRToaHUMMeWmUoApTQj+MoiEvxrhLh
8m81p2QAhbClF0zSJJ8GAil2C0uskGKieOShFhoBFgSzFJtDjkQft5kWZ4rOhpFXdxP6Q/m/
y4uqiQOTzbcZuKSCxuIfY28cksdujl51/gCbuSxd7aawqVs3DfzgYhd5BnzTY8nxlla8ArqN
IOnWaVUbGpbpgH9PjL/UBhAndphf9YNc15UE9Q6n/wAZOvtwapdQi1MHHWCJRrEdGSwgrBoL
pYl+RwqMWSUSy2JdUTrm+CB3q24YST3wYnhQSZK0Ayq1rK3WNotTJ4I6mM1k3fw31ebkIGdM
T0IMJWhuGbNjD8B9WBtHbDZC+2gm3/tOvjDwIZc5UIU6TGfgg1B0TY4Gs6QxZLw6Gt5ImfF+
nbdu07eYXufOCwGbZ8DFFEW8oQ+KSKXGMLIFLd7OEJvxwFyUQIg3Q9xQm8mrYpOFdXvnP627
ViFUH8wbpD5xsS1nSIRsp/F9zisx66P7B/gPeqMkBhJflk4sN4SfBwfkcMeksAFUdAGdl+uQ
lWWwRqs2YicDjAagfomKaCDWu8oCpQ1N/BmWF5ABVdHQT7yzNSTo6/Q1Yx9zYdEqnrKA3rwc
814GV0w4ekwxSRykwVUbm0ibyrn+ORSJok2W9zvy9GEPuM9SYUll07qBG0ydms0ItSGZNQkO
/n9N+gD10TmlfhjlCknxvxNh2qLvHcqRaBAkTy33LLi0AfFYBgvHmXx+UvkBYXuTdMQMASqS
ZsCfnWIJMPSq2VAAuj+VdAqST8KD8j/RuxRbonlm3+B2kRlRjAd0YwjzJA6dsrpu/nN1r4HZ
PbcGTxzL4xsRCetEYbUvc3MrPodSmH0aMtf0TAAAENTRvCkKRiP2PKoW6wz7xTOTRBLy9pNg
AjKwsf7YsFA6SLYUPiY1n+UpeoH7Hn8O057AG55RrWZ51CoIl4HxLTrWOf8AKlF0ClAmOzvO
DGSMOr1NA3nuPHTNQiQI5HxfxiJYNcCipGipS6ZMbIQWW8OFdF4cZPo3rioLw2jlmcmgMjDU
U+ae5QaLAbGU23o1yYfpRygJ9M1lLpQ3ei1Rq4N32AmRDoj/AGmkL0AjHUE27Vhd4sUAE0Qd
tV96ZS5siNDEB+9PgMeQKgENu9TqUp1zZoeL7MvG665oD9m3f4ApPiwCc7EVup9/yWR4IOl+
iim8Doq8DEaQDe7V85ZFh48PkPKb5950wZu7hcUMAkjHkfg7PcZaS+emcsYk7MBfCvy9yyD5
BiEIM0NldNxmkqGqSDMNa1hjR0RMas02K7HsMfcNPFXRdTuJvqAV/K5EiQCtsbu750af9iqg
OkgsfG65G5VibZfBxBIZFE/c7h099xmpNHAxoCbVK+YStUiwc8DgO4PJhRBCwtTum9MfOIUp
Ggi822pU+cFIkAl7OL9quPqMpNgSIYxUsz6UT/7ZL+sE2AWARqr7jVQ/hF4FBBQaCg3941QI
KpR+Nayw8EcAHYevD8/2uo6qT5kbM/ODtD2E1HVlmTK2RvD1bOCe+3ZhgQlcDYdarFccwsRs
B8QC/nB9klHQmeOkmFg2uQAiktb4JjwdQAAX4TJ07kILlCFQIEfdsz/d4jYC4On/ALUz+CGD
TtDhsAlxINloNKYh8Ov8YHPQAdAGh2VFcXI3M34goGy4vuwGgpTwFES/jIFqjYJKMpoTcXeU
hh4BGSeiGo1VRLsLtSK3+JF7r0xgko+rJxSe5szQqm/WrYd5tdZI8bbsPlVU5mv8BAnYV9Is
7jV7WwOAyLIfbJCPuRQZGWOtEc1Rv6mn28IKO72ksEFnrZY/YkwCRK7vYMB0PaR0FiI1QFA/
Cf1ryowbE6P3mvXYSmdI0weEydcVIDvwUGt/eAVEA7N4uaOrqFcZJ0U4ahshHRAJcRBGJ3fP
Zm+vWsfi8VhB2I8I3XNmEsk26kqsrvV7jsGiFQ08BNN+UWiwB1xjKRZubS2kwtoW0ix8K/mB
tJg3iIdC/wCgHcQv4qLqgytVQKDLy2sGj6pueZ2DoRgaIOkGnrA8jXQmz5NwD5Y6EKWEqx9V
ubHpi5mxzEtNPmpsGQm1IGU0GgG1txQU+y1G6P20n1h47KhRWyh62ysYgmwGV0N8PUwheqAK
8J4I2/yx0TLGtqkKn7Jh20WxQitn84bhxqAKq/RgASjsT4coJkfqtX8C00CIGjodN8/rH+pT
pRsej9Y/iIZFpDUVLw7gyapnIaDdnzBiNsrlRFFdmexzLB98jmjOn5cOw3T1Kv0t+bj6py2Y
3KolTQbMkU2DXBHp1GDpAeEV4FZ5lyHmELwVNdvyx2JHoTS574PLPP4YLKAXwnPlAa8pxCZt
koU3hpF7/BRTlAqwzut3CTXPMWlYQogsCIkUftiTuVAV2Sg6fLiHrJ9cBparz9dKnab2uIFQ
xKw5culX2uHC/grFGBQg30rg0CIQjYUsn+4yFf8AuGxky3KO9zCjNnmg60gjRawZZU1HUAfG
j8FxRBA6QcQbJ6Lq4gyeyRBo8RFC7LkyT3RNIDaQ7KDv9LhcC7RMEyINuCyq1EXJFa+yYLdB
7AQpvt9yeTShH5RZeG3jN2/ojAmDxfjR1yJIDPhcshD1auThH9EAJ8L1+lcHCVBKCM1Ch9bc
eY91IDdCrs8j5FA5wZPFKH6m7g8J2sEFCi1trzCmHmLl2lu+rGUxPLE4HVrEopvUwXeAErUh
IptDx8mMma7wMKN1OkPccPOTLbskl/kpIF/toPfDfH0ccmRwbESW4AlbMbA1CEJEz72u8SkE
2Ij4E8hwMOSsdDZCpUkaw7FEg3T1onwnRc+W/wCHUmPek0TeQYNK49eCEXq38ohV1Kkh8O9L
v9RV0CwP/RjflP6xq1CwwEelMq4wt4ejapfHPhzI3/WOQhV5MaNiYRG9INIuqrVemXWKqpmH
0ZXe/c/CzKerL6Zp07wsG8/BILYng4zS0Q9q8LTxd+cyNRwAsTCJOdYJ6ZFNiJSfsw5qeRoP
3W/xaD60iGtPCkQjNNDWpi1DqQB+FELFnASEHjUvsyEpcrNB+B0uKDfERabAtE/WEEJ0Sdkh
R2d4Yn6YlsLI61Dp+BoTWJockWux+OOMd4IO4dwAx+GE/QFATuIKybcHuHu+0tnga05np+by
bmRNhPtg2lGgCrCwBKXXGH1pMA/BLqvUMte3MH8xNsuKMJ0RIdhaD1mD644JD2T9rOMZY6s5
464FLRSwC4UJsGFxqiTt/f8AAkuBI4j6DmO874aEoaPiE5v6MAOZQTFUEh4rtLPXQ5STCxoX
Y6hpfXBUAjVELA/jQu0MUsgpXHTHRBeXNir1LYDlhxV7jkvYtLokFB0/LDEyAMN4Qvj0O7xL
kIvah5Gy78ZRcgsPNq1JJr63jfGCY6lHXho2ayNxgQSRsb6EZe6xhhewJQWBOKRtWLWAHQES
EaTQ1zD9GlUw94ye7ZMORCpWa0AaBzkmKCa1jy7ikn5FzQU8FcYNSIdBVoxE84x5EH8i1OYi
FwYF6oLF9IO+uK8dJDUaS1C/C8yHq8NjlFVRvX4xDKyGsV0pPoluX2Awpf7COG9/k/xgEASP
lcc2sl0l1KlhvXcX02B+hED86b/ooFUDaufQ90WSVwXusBnSwBYIO4I0cVUZ4KB7MY8AdZGz
3B12enKVoOcSMEWBUhRdEwbyqt6AbkbI+/jELXQkA0ggX+wcjwBoNqemQaZV1hoYHqAr0MD8
Qy1xBRV53Sx5qfGf++/DAUpvwdE+Az7p96W5uq/7ExRuCpDaLKAoRL5hAwuMENNsNGd95QV2
po6UgZ0GkjWDa2F9dsmK0AnWu31bPgQ05dT40tKXanNhpd5OlSMLUH4j8u4736Y4ogKnp0OZ
W4lK/GjyaOppxt0alZt4n2rhoyOp78RH2QOWnN9wnSRRVQcHbPEoiVmULt23eWKa3GdhwfWv
GSq0YvEONFwb2Yv2VsE8QBBNrnUbroIVhV1/0SAJ/wB2oID+oGWFmDniAXbt+8UBYtZU4Xy4
co90lRt6sO/PyYj49sKbub6ov6wuTQ68fTcvMZmHegrwFBVo33C2goCZL0gU0ujiyvVAEESL
oPwGdLHbF3SKBAPgx8C33amKquw+uOQjcadajYhSuPAJGACO6tdn8e45IKqQAuoWwkmd2+yP
pqt9QwKaJkWlLT3J5iMBi0nwDU/w41JXi4Kbpom/+2PaqealTcEZo/XMBtMkdjEGQUj39ZfU
jeeLRrZURPiYQECtrW8EIHz8Nqq1FFubhb0Da+4PspNQEHZARr1hZ6cjloLuPd4OFZxJQ8Eq
cKPDNKCjpC3RJXd6wVgceoBmLVj6n9DOql4Ddjy5Zqki30L6v9VhOHfA6oICdwW2wjRmDQSx
VuUFlPYWsgD8dpkOIRHbSBFPW93Ikjq5NvYDo+cRiQqFc7rbzXjg8DUGUSkPlK4UtFe1iIm3
+Jk2XsR4Xk6btwCfZX6MlSzZhcxVcIS3BA8T2u+x4PDDT2hMwI/c5+8IgU1QmdHPTRgMj/7f
S5DBBXseYTafwqSFh1DRpAxOCgazYCxoX+b9UlgcSKzhSvpkpamQ9D8jbNWv3mg3HhczLQbj
85DuytXTuDR4BhNLLsvwTG2YTy0u0vs1kjDPZAsMHQb7W004YMK6/QUdP4LTRtI9gHKRxKAA
4YVZmLNX+32F2fFwRfGZi0aIF0u3RhhBaiXN2TIFW9uBY3r0TMFIQBdaSHjivNbSaMeld47E
RHwAjAVeH3k0oTlbuZWunZ43cJmIfoQHZ9npgR5HRNhsV0Plkl/6dBWU2mgFJlKY7FsYpT37
OW6xOkyjkUVHaa0YRXqPupUXr6cDWPrAR01TATqa7myEVC0JqRhJD3CSxrAUrkHv4u8Q9rV1
yw1E04Dlkv1HYxwlPbSZs0jfROZ/mk/kEPwSxRjbdFvx5t8ypgP9Fv8A7YERawhDGvY4EjjU
LNAtp8twJjSuyIQ6KPp5hHc3sA4KMYcd3hyFGylRFpVdGzGJVuAwktAa80xuSiJgv6wlPB+w
bYWM0AoVotPMZxJAVlEUR+j+/wCht0GAyTHpD6wsaiQAgBwD+oAXmiBxQaU77jJKgkKI+mdP
LMjDDy0z7TIfWGF7KIyaqPsD+cbrU/aAg0orVeGRE1CsAfB/Afv4wkjzeIRH9YHXjpAFBCfU
Vxv2ciqWni+V/wBYTZB0RSsnn4yeeFlObQygH5cMLUQatQ/cXD0kGhIlQpCk+t4OJvkBbfGW
VtV1/CjcVRrfAfYpAMCtG9bZCK0+L6Bf5C+P9+8xJ+Q41WBlaCuaA4o/GEWuc2hR8A2qHjAZ
uOAwDku/fgYH+bLAmGpOJU+sZJvyrBo/60w+ZXkZ0Mm8bxrBX5IyoHCWv2b5jKgAkt+jevc/
3naLNRmkpI+wj3C8IyWScWaQbejGicxUKSoBDod4LrRjLuoDdSKGXCn0ACWxyOa78A4EZ0+k
2gU9lxYBnl2AgwcG12XAsIAfB0SjiYj6IhOKMA6tq5QIuVZwN2l2dORlg7bvYZo0LXW8J/Fi
5p0Pl+yYGavP11m0XSJ5MslcZDZtX6T+dRFhoDSzcR7m+Tzg+6JZYiV1g/uoLBRYEUgT046L
HYjQQ0UxhW8haUxVA3BLGNawHpOxBzQYEJ2acBICIT/ZiFCrlwUROViOud4D3FREt1C0k3r8
YzceLeuE4T34GLtcWFr+pAGl5hoBLhG+DpD6e5FloQQSpS/LXd8zpODWtRNMLzwMUsmo5gbR
b/lkQxd3SeXmFvnz+gZFa0FFOPjT/Z4yqnlaiD47xi1EiFAC+PlvPcPoLjROhPTCn6YeRRNL
OQN4/wAtOTiUSGiQ2KDQ/Ii8KrVVUbv3zCYh8qBovuasKVgWGFCiqcdXB2ESGgOtOs0IxGWD
kFVzkP4XWsi/IBGq+5AxViflqtwHIH5GGBsWgkqIfiGHbe8YBqK9cBwmH9uVnQNEQ+QS1x4V
YP24MoCIpdl5/C0FQPZSzdsTrbym8f6EnCjYoAa7UwCrxPUF/AFDXLcoASHncnxZwHML5LxR
QJeCE+W+YM8QjJCvsA3gL5Klqp13rVkxskPhQpApdHmQMb2BRJ4TqC81jeb40CA+L1Z5h2XA
gAtIvDVDrWGmSuwJJUMDenNb5AU+icA/zFJlJ3wRdhkv0fpkNi0t0c37ID5xMqQlQDdv60yt
EQOAifjfgJvB1iV+AaBtdl6dmVXIGPo+cLiH4yt1hNsOyC5bW/1ieLg7PaR2g4LyO3KiSsfP
QgPLcVWLcPdavkHHcO/O3Q/AWGRNayJOjLpAdFF+KGpkI0gRUDTYvB4xftM7qXrpSOmlwCIA
bajNX0CN4VBXYWslSpH/AJw54UUFek1Q6j42rglFbRHHgi6yNZgwgSNegBP8XD7YAkUSHYDv
A3jVaEfYw7DTGKJ2IuLWQ2Qo3XCcjKakEvsM2LvcY8KadncQI/1cZdvIcO4JgUJRgJYkvM9a
xVOADV8VoJo5+/8AiWVWIifEb2/nWVKbqOarBRoal1zAgJKNBRs01O8mDHS13wStQxJfXGGF
4VD55T/8mdJgJCQUSD4rvzmASySdGxa9m/e5o9pymKGxcmmPIm3IBQF2X6wwu1qyh1IcCqZK
hU0zYNtxQ/X8BVHPCx3pAhB+TcEym4/jcPJauvnCPk2FaB1IN0X1co0rR0Rq6RWX+G3EHSNB
/hyb7cOuu4WHSKVnG6cTrqpKQfh5fkXirb7UZqViW/cehKyEVSUL33Q3jhAfKWZmpvYHZvEy
FE3iPicANcMI3ZegVrGBPv6mMGioHEgl2hpuShMu7AF8amMOy6WTwg61/wAsH4CvtCUiH5X8
5L225DOmSubohtMATOPpblupv/OAdg86hvegEJe8M7PHDuDPY4HK3PuCmA5QTSLUmKAPpuGi
jY3LaeZAADEjmlgTjjt9e2ZB0yNLdLmljXII9eXTXv1lC5tUEFOp6x3m1xxEhtKVkaeMqbEw
lRdkGmgnHFhoE7sgIzbCXW8lcDsBakU8LXwMrPJJMTE5UcrAhhwKSfbQFCU4mxQJXk6lNI+4
lZm9qJEfBaOGaNHMi2N+l0TZvC8TPqJsIF34nz3AagkJo0F18d1uDSchkBIvJA+sCK5gUB0a
LeKmWTaXmEfYVR4nmTQv5NCWjiXIBrAhgGCvC6uvMDrcJwADSkJrmeWS1EHV0HA8pdmB97MC
68KToTA7BmGSKEbJTss/4gEUgCOxhL+WO1OgGqgK7Ih1wHnl35VfESF3hFlQclfcAydaY0Hk
L04A/DkO/WgFlRFpeYN2a29BwBDfzO4qGmg+HhoXHhrC+pcgPEnj5nxrLoWGJvQN1t/mY8AW
NBo10D9z+ApPcHhooMPZlvXTZh6S21MFRePo9TWr/DQy+iR2A2h6nhXGMqDqC6g0S955lPLB
oB6DYOlNiMHE0IRuWLV+Jb0qxNjkjq6NJxj4p5G0aUHHT9udzIZUQoZLoPTh/AUBUkjp9lwg
kVWKuUW3CY5m20lIKgK/KgY/y0Gssy7p29axpo/QxrxBtYQnGSgPAmF+TBpR0QbGl2BfeHuM
IKSTRTPxAq7+dF6BSBUQ/p95R6sozYgsxZBkxHmqIjeQnxjc3/Dn3qhNefGXHqQBnvbhCOh9
Yxx0qek+K/AD8ZYube5ldfpF4ZNugOQOe8jYfGLw5U0m8fiTTeHyHHpCONBYK75l2m7hyT6/
/AEyzCghE6PsNuOWmACQHU73mq9y9fkN9Dt3iB8MGeehpR9t6DDguJA4kQGkNmnWGuWkn5BB
Jvtjc1TIIXQdaxZQEkF9NJ0/wZvgTNUI4IjY8mAPH+QrfSabfHjHUqoGyrmh3nzfwYYVaDaZ
abFFR9X3AIETRIi6CvGzNLm73i9UJScR8Y05hiikxvxPGYP7Ogn4DSt18D1/4QUUIOoHT/GA
OIfmWB3tOaXcwVSypVWap1DbiPQBKpIBVCPXmU1cdK7QHVXggY5EGEKzwflwLRI4gKvXXM5q
vQ6IHYQ5CHIgrwVugFAsVE1rCYLUYIPkjXyJ3BLDVIoUBqLr+AdY10knQbJRBB3+sNyQkAIA
4BjogHJaAaPTVxzwUTAkHU2V0VhluFhYKs8DL7oiAquHAgavuIbTQQSEkFTBSxhBdJKDWzaA
8AcgBm36TWAiXG/T4JvFDuJSw2rUdcPxlg/wUTaNP1J+Jgx0up50Bqz6AwrdoMQC14Mjxv8A
LcJJQt0z1afji5sPLIYm4beidM22lpQJKvYnnnwRthO2DiwNjwOOnu1FR0HLgBhiA7kgNBR+
xMFVfKALUqy+Y9xIFP2FIhb/ADae5o+cBkcjG0vKPMGuBiYXdyCpsnFwAAjugnGxVv8A8TFJ
mDhaGoGg3DBz7nXadFOmBW9fYPiCDw8yjWjEyIxpPHHcSGboBdD0202HJvOE2DBGo2/E1nMN
a+UoDRVFZV2yVczVdphgHiBMCq8hp+Tpr5HTHOdWtO31lom7IMN6+B+XzRZz8DDcWkSulyXj
RzAGcxUI4HyAsd+Hjg5XUU7xQbzzO3eI1QsLdpOmBUvwQNPDoNB9lfOhR3Sexvdn1iBsi/8A
uUjvFCRy/EMs6FetCReEcDCxFE1FtSpmI44YFHSK3YWYAm3+yP8A0/qXAZIENGgsrdR1hSwh
YJoLp4uj3d8/hVaUINcbxwjxvBCf7QYm4+ArkT4ENpQxuiB6AzNgdQUAcDNEKokKNob/AL9s
QYmdAgWeUM5jROlqhvAhsk0msWiIEoeeO0MA4gYIdoCFAfBEHw6LiXIbvvtNzHz+cE2uXBFs
6eE9xJw7kGnjbdf1fCTqaSAWegDxqDmmozxBPbqUHLZmpoDiuoCuuSBIBClTAIWxZ1wR+wSF
mI1CTw64JA59rVmrzGyvWPswLSVqXSYPZcKc0nWA+wOobdcwFwUYCEUVRb5PcsME5AR8qOwk
/IZTEVJpCiCx+Cr3IeHM8Wh7Db/PfUedDa0NG8kn28UF1G4YTeAE11GwAcnP1x73ooNpm2Tr
zXuHH1CSt5aRJiYwnGQKkWCuXW8ZYim6lvh2Ck+nLpx+sFY0X3+QKIsU1wEPd40DdD+81tVi
7RsdBhMuN3HDqJYCi8spW7QXUzIVFv4GnAFIWih1Nm20N4WAupeQ6Q4Hcdgr76h2Gbu2ncmS
VYAalZDydO4cusQAE0u5UlAOWQUqVCc0o9QIU2wohw4E0Xeg1Hx7kdf5N6G2INPpkxZsi+FX
WjmoZVowSYtBjKSgacwO9JC9asVYNg3iqUtnpAFG4FbQyoGQBy0U1J+e5IPXWQrUW3aAeY4w
vQ73MaDHWNmBBYm+doGCCdX1xo6abF4RwMFxI9DQaGgyG+r9Z1kHe6Na0B+2ueHlGDoW7/xi
+/hBpwv7phdwKZtU6F4a/qDEHiNMr0H4In/aP5UZF0Tpu9GAzig0J/gmUCgunwTd7N7DZMIb
/Hph580RCk0GQhE0w0LHU6Z5c02V5hMq72kBK3WRwbu2TumFYUCZ6W8ufYpISSjZn6nRi5GB
SKvwdJN5qmdgavK1oylinGg1B7gLbZQOA2TdLs8xURqn/YCBEF4/glTkcSGQMaHJagBBFNJL
UQ/A1VyQgsiUIM4zpcUirJoPiZoV5tvDGI0oShRdY5dPMJ92Po9cDhEXU1rAKNyVlWKMqtJC
sIj72UmzsbuNNNno3qGBEa2Cl0x8uJrgT7Tb+VwC2oGRUqfCTLDq8Kwrw/eFgeEqnIadAV4w
U09MN9RSQfZcjaanLHaQC7KwcmLTyHmcLsPiZZlvuCs7g6IZ2JrCl6KKGNHpfqgZPZhD5k2i
XW0TWKaCdq0EUNezF6xzChNwWDr1rXXBWoPSm8cYCmQcT7H/AHor8LVo8wFRXgJAVO56kzuC
04QuyIsAEbrh6jNum2gtbSi+ZyC/EEW0q5DhFDX6xDDyVH6+ceIrVQ/Ipuqm8FLFYF4UTfxz
eKuyqLEEdfPOPkyeEGBZs5SCzFHlnDyIsr14m47By/LVs0V4PMOW3DKm3/CDhh9VMzL6gilb
RAcoe01d4aNs20+Br3RdUE2VU4jBiEyeyX6BkO3ArMEJoRrWwPl+XL6AOAq7/LRcfXNE5325
9q29yNYzmMAswXZGxxL4TkTbO3rNJtD+otzoQD3Qfw8ySUiJTVAxsemSjIpWWBVn0Kgpl2DU
iRjE13ECqBtfrGf+JewJ7FsxNXBN28WQ9gT5Iehnk3FOjtrPznjGeAwFEx0HVuHcQ1l0MHXR
kNPcmKxUjkfQ/wCrdHEhsGKDU9tPxBa4WqjByAPykm/95zI3ScFUtdtq9xdiA21Gb4LLp+Ao
BIVBqMt3m8QiaCF52xbs24uHLhIqpunwJTeRHdmHUKrpgCxhbmgQPR2BZvpwbqizaliavjpv
AHxrO8UN6dbk+cPuhQFGixkoqDWGaKWyJGgLob7hzFUCkG1pAuXLyl00PomrhWM9lENSq9dG
KFosbQSPyXWBbECQEp8hcUlB6cBqeUCBimmkOiG6eOasWthOPVYg1eXrl6eQaVaC6LbvfzhI
Z8J1PQlHftk2s4DiiMQ07OYft1e1Bvh9EnDdlv1dxrQcR3IdU5V8BC0S44PHGneeSclPcIsF
pDSeIYa32B3hhgcRNQoNm67VyoIMlOuSVNtH+MYl/kE+mzfsLW8GsfWtYVJwPF/GbTbwxxBf
ncTRgkjQpWiqtPXmLWtsXyMEg8GArNTNWAEw1mtmN+UWaLsU62sIOM4Qqny5dkyl2V7nXjgV
ogkfkHGZFDhqxA8N/LA/eDU0VWNHnr8MiFhoU2zfBlZuKRonIYx+/tHtMeNY9m5LBR2O35wQ
4mDPU0DHLWvbFbuVIBBdST2+Oe9wlAw2IKw3GPQM7fQQMmwzW5cArul4rm3hWzbZMFkSLKPU
3p62v6osKzMHXpQ9H+X0oVwKw2/eMBZd55F2CTzFlrmUT1Jb53rbnVQOFfu9RCFXAkxg6Gq+
wNZ3EJv3gPR7OzzzNOwQdyGgwCECCJei2ouXPmUP5xD7HS9aaktb25VBREURTCzkDAN457rt
t7QuzXxjgSp0FcGg/wDyi3IbhMRqPq8nXmKV3QhNgUynyhwcEKzRu2MPVDBvKT7EC04eDma8
bEme0J2GssSprTDH8casQpajfmOVHNdFfPCD3RUPiZSFt3Z0gDsVuJvc8HLR7h0Oe4CIXBT2
0DwvsDZg3Z3NDgQrtaPwxMArJoAT8stHVPQH7tzzeaDOhpy/WC3EGAbewoTpkSfTwIKVaB9X
GTKId6pWECSo6woDqxUTbtuNADHLRahQaKphvThX7GCQ4WYBvyzbkvWoCLSXijBAx0uq6Lmx
Ie43pSGLq9oQCoV65qogSSEpFEono5vDTOg9QAdZE+hhxwIFhBX5Io4MlKxdXEKSeC+GaTuK
SotNEE04VyBV1KBp+RNCypjTA2ogbwQfnlQmlZAPwXguwuH4gKJ1mSlQHvFm2V5JqflWgUfT
I82lCGdibmm+wDOKmN1FhY0gQrjHCKjqTs9UUC3DDzy8Sa7E6L4swJ7JLncdU+j1zCxuSidh
cBpRygMJAFB0tY0gGnTVxDKL1CrLj/ZLJGARkNMONgcCDrRIpIhBF2Pm8qtypURr0iPtU7zd
OYpFo9IieIxgAWAiwelyQ/tj8QcP2tDoANhFpBEw7QSmDqeBvVyQLL7/ANu20QHn9tgkMBJT
qUUcJf8AvZYfiNxGwN0DxKjh3XF0niHwDhCCZIHob2iu4ZcKOvVPXK7eqn0zZ+JTkSMIDZRu
DAbVrMwZj7GsYgr1EUhwghC+MMauuIYcBjdjpDHNuLaOCINNL5nY5+AjvjCR9uZoCavURgAC
HtXJzKYaom1Rq8XXxa6MwaH1RLRk9JlWxTnvJGhUrk0dzplvXS+jG0wVumG2Uwg6IfgqLAQR
NdoARQzWLJW/qiE9EwkYOlwaaI1uwFUE2KNMXu9nBIdQdzveGM2SghWGQUa1muLgVUd4i6AL
PcfxLZMPNkZ15rDt3zQTlVQ/z+Mt6cIH1lZXfQRNuWJwCA9Pcob8cNCFBlQJWevuA84CLJRF
fs1vB6AJ0cs1Q/A11i7dW5XBnpkiQCNFhWwUa0Kgxgpi1LIaWqg/Dlqhb1mkGwn2J1K8IbGY
HfTrZe4zx6ioaO+Axp+FQ8qu1r8sTa8+0MstgE30Q6BqfGwhlTJbdS/Y5tfWuQmTTZb57hPb
lMJbPSR4m8jnjCEm0ohDhFDITeZg59sdv8AxnXyRIAn5LvRlxNpqyAE4h14hcGbStJHYTLDX
piWhREBOg46Y8wmwTI1NIQgHCYfckZpKCObpzG7kUAIICHb7Ncce1pKA8odFrSHWANAzsfXa
ppDwMm2rpS7tpXh+ADGsPErCjq7iQnwY7t4KjhhPmiydw6mbGCdY2NHq3Nh1WwY38JATFROZ
OpcEj/3xmjsT4DoDiAS6cGOq2jYGsNb/ADCzLVhUhprh1CJiTdYipAIDLKi3hP6lQJhiowiW
JfjAYg+EprebkERsXxO05jPxWpQC8e9yj4sgvgAUDvEmBDW4tIHpG9Z14fQizb2ETu11zSMh
kbVCJufBvmXXNXohau4lh4OOHnlmOVANUr80YNDgIh/fBGNujhFU2pU4M1EnAOwxMS34YAzp
46V+NOSIGIP+RjykRjsB71Fferm+yqTNkfw3nCxhT9k8keCE/D4Uqg2XwykBoSbkwR+PVGom
FB+G5Y4G2OrQKU9EtNnJ9Gkmauw6C/gjzI+rDwEIoQAJrzE6tnJmaPVSb1NYPPTGjLJK273b
jg2I0eG7EqXIm7kM3GazE2rCYbAwIE072l21jwUkI3Hy/rAKUCyi7Ngp0/3iajB0Bp2UDVxh
CC0TgYT5JU2mbUCVCnulSm/TMY06yRRoFS2x3LuiPSjrLOp+pgwnZmUaS8RrjS3I8MLCJsQE
8dYMGRFcKYf4V/GFLX4RttopUHhscK3GHC3OxGk8MVnVfwZgNhumpioYGnFTs5T9RhJcLKdd
LAkvtlTtoQGoYwdAknVwyUYidPcUWbJhQRpn59tFVHy+LHiumbt42dG3wB06AGg1DBaBmvMa
g37vpFdRCSMBU2EjShWe054O8cwnNFbkQNGAT4YBjg6EngBX6k1jTK0h+oNh8AfdGFsbBUBU
oRLPdteteoOJU8rnXFiLYAG0Rbz9BF5ldyyxXc4Gg7MNdEVuNQDb4UfEh3W34wV/hrCYIKUG
gpbdHmOWMf1jLZWTeIxFoVchjjJWG1MUqyIlWGF3iY0zwGIY2c2fWmT3AKgfJv8AjXF8lhvm
j5P4qewHxSD+sTWRAQiEF73v+hlQOWpS4cGnwfWa0DbQ5js0EiXNpnF9AeSjD4G9ZUo8CHRQ
6XPc0jFQgHqlKvudG4TB7qbdWzRcoADTcFNYAuUgDqDTdxxNvaErq0DRcB7C+PRriYbQ6YLg
JeOiuGBFtFETHaiqRDBoJgYQcFaHCCNDm3EQANLgqA382xkMrOQgl8AnywX4VFTUh3hwte5R
NzEgwUjaYTWnEX6QSxGkghYNXN61xSw6QID/ACZmlGYCKoplSIb7Be7YSprQBzRoJgoJFZL6
a6dbL84qsZJSzKD4OURuyAHsgF/Jnl4iov0Eb+c2CQVStwyAKABxANyWPoPxgAimD7OhR07S
XeIKJGvWwgDgrvme0oJlizgH0XrkkoAtJUEFFBTr7xqv9EwbKE3On3iEwM/YIC3kLX4cDKMj
2iLINxjiidQFaS2BcOvmH8CafRzsbfQeZENIjwk3iaC+slZA9Ep+/Qwuo6NcFW2+EYV8HGFy
RqEJHAo3XdDg5VTghNvgW4hO4AhW22wGoOWOaPbUfiSAS9g6Ljq9sfGHgh0ay44irgotatF5
d4xs1gU+UW02BcU3SL5jQ9kNoMPWUGACkInMCbcy5cdULtF8Kx8ATYEuo43ffOCYr8Yketmu
zpXOu6OgKzblslWsCdILZe0RAIP+cqsJmACaAt2tY6UDYsdf0NrnsC2RPQgB/WbvgT8lVwrO
oPcvrN8MzgEnFr2+ZXzr9w5Kr9teOK6d2XTW3KJU9WL4nEgHGh5/AHCijs+QKfT/ACH2Cmx0
q0j5/ENB2dw1AGGrXi4+nVADbGAGpdGCitiNGyPQA4OYv+uutKbcUk+8BY3qFtnFaDjeLu1L
9Sy6I1s2pjg5hDjILQD11PMeFAZDNByJqoEXmGzEFyynCBTXVnWSn7sw5LgEI/LWRGNa2qUA
Aaj0cjYSjKT8ha0zAYWdGVPk4K/ORuDOTYQLtv59yRYMwArz0uzAdOcKmVMDyK43aV2n4AgP
NY9e0Z2NWwBbguNRsIn2uAEvyd4ZyK6l4jCaEtbwigBwsYzgDm/d4M4USTkynwH77ipSE+SU
sQIt2amCcGMVFPvvfVvw4fiiBRrIhQdevwwgqyYUFXGh1uGPh1+v2mk6rrftyOxJ5tNB2Fiy
y6/hpMqACiqm8/RvLBZpiclYHOimK2ZoaKNgT4JzOSQYaTY6q9wfpba9oeg9eZxTVL0JCbFF
wupF6jiaBmQUPZhL/ujaRNqmz7mIjYO1AbX00OAYZRJVp2MDixoouFK0qttd+6HsB+FEkbAu
mGvidyk3gWYTdp1+O8x4WodzVfvDQzQZacGrPKyAAA8GUTJYmXxiP0kMEWdLfQR0O0WjDPKv
VGSdrZ9HFLskWuejBHr8OWMM5ARMvTR88xiI9Jc4BqKIIL4i1SEiGzQ4+S5W5AXa3VNAXYcB
20NSqTaoYMdrvLvskrTIHR13Q4NZg9pCECc9uKjhqgOjs43lktxrHyAqvhc0WyPt0J2Sad9M
bmjBMcgWlU1s35gFrgmIEaNCYY5x8egB+n+WJQ6kX+BX+VgCEQjvOAx5rAfkGWgtfdb+8keE
p65sCH1+sbrIKiQe87+cHMr1JNN2NuRb+MPULTIZISaC15zFBFzEDOwALLSo2Ru4mn0U3Pan
PHJdnp8G0MSo2pTuND9qfnJ3wgahUFbtisrhuFkaBQz5ouyzHFsBAEAEfzB9ZoTM06j06XV+
TNdG9lVUX7jZ9YKq02SKxtjs9wCC0rMYtEB25tFMbQmEFAxlPy0l2XrUtx6gtLZPp/KGJlQk
FCzaqVpd5QoZILj2bzdF7ibTFzZM0cY0PnEj4YAhq48iKbwMKX+C2OdJeeY4NiwiE6dqL5gi
Noy87GGKAgD84x4gR3E0AJvsYdOvlkX3x5//ABxDpAEVK2eWaxFDkKiIuwPQMmabCBZNir94
LBxsQ960PxlqESeg6pynma/XfgHt9HO+44uALMHy+p1tA0h44+qxi92IhkACR1MQLIUWt/CI
EMSMjBEMQ4jgdRgSkaPZsFfeYKSX9NopJOB7U2bIRSIJQmcao+Wq3DxgSa2M/FcxoktBRDjp
r8KwwvjrVECF3J6fvCmjiQqGtqjbfq5d00kYYAKvcwhh9N5c0ok4jYoBrxxjZ1kqdsExVhYz
qiD6JpwhFxy4oDlTfRHmQZ5f3VDLI6HuICciAIQOzB9nmbKiixfJoBhFkEwo0FHlN/bGO5Vu
5ClAjp8cmdWdn7bZBUbkwIQZlhfCV8CLh7u/wUEd1DfC4UGopMFpaxOOff8Af48yk7/Yl3Me
ZtfjRDU5++4VYL9QJwkBC2zFLaBG62Eg+QvzkLNcsShiy0fIYjqCKbSNIJpMIU0ABiDVwIKf
G3GQnufTVaWvCvcYIQ0AA6AtOtu+Y1GkQ8f51Q2dkycO8XdNESsHJDlTCIEvdXsCiat5rEkQ
YQDfgaJhFxhdd6+TYNmsA2EA4JSeiw04AEhB0AJU+UmKk+SoBf5X5/iQb6gGn9Obmqs+4hqu
B8GS2OSnIWH1FDWABaOMisQRIn1KzVqKcXR1imwWObxiMguI9LTb5h+nWkEM9lFcBuAqpPHy
1UiNPHuQKCMEpZHT/mCSDsBDqWHQiRrCplEBFl4nT/77+qLT6Q65Df4wz7Upy0s03bN4vVFB
UcbEAdCujRam6zGih+JHmvnBypUDFDULwsZnfgQeqAEUtDLlcVdXnNf8jEjmzCHOVGhyOICY
1xEJHE+GAdHFO8adPwYegcZVJgB1c5qccolQcEK8PoxVgtpabCk2Fpu+MXlF0kNYBRULpjNI
NiFIf/GWjHkVGlaGUaXx+85P/jBnGPwmBre86QBdr8+YchGpZAgJrbwpvDmUooUQzdLKvF1v
AJIIitPYBdqb3MIX5gEppA8ZZ24vFJFDI/RvEZ1gIIKCFKri+MJehK0nw+RCDdMSKVhgoN3Q
T6ctilqQFE8ttQaTY4RpdVQCq1Xa9cDRXdkRsw84mkLCUh4yXr/7yGtVpSAnBVin4NdtWMhU
toh3Ap9H/BBMa4eAE5+c1M9ZELDE9aR1p684TwOWMiCJQDWM1C3G2ckBGxS9wu3qUacEKu/X
HJQ4JA7FlMHX6mSIdrxdaxI0HwDkpi24qJS5rA6sYAXmQTSlLaKvgsyBLEDGUI8CsM0DFFVI
GCzwARdixZxKqfZFGxXn4TFovi/BQcbGHkSoKATx1m9QwOmaKgbI78mz6wFgHgqghSSfAfL/
ABxDEpqHSVq0kwQ6gia9xfBcydDIAw7W3R4C5tr2cTG6cPBdlwn4QoUF3MOxa6pyq6BRrd0O
yy15WaYPBZGMw291jCHCBbvyCHaH6x09s7zGCErBO5rBkWKIpBadzaZUhSNrAF/3kSRx/eS0
U/yJkGxhqBAukZqX7MHh2pUBz85F9uJZDl2Ie5ENX9Ux5oWYa0ILD5/POsiivRiNqYOB95yM
OmQMvRpXflwMBwaAGgA4fyjYtn2H80gGbcpOmwztNLazukyvaRDfGfaDvyORnsTW1jFwR2if
DABQQExq6rTWn0xsosSkUQphfCYaRlYBIfI/0UdijIh4GQaQzXIPnSWomJWqfQW/UFDMIFW+
9nuEUARFcfpwaDj9E+apgz805kn9XWzpHHbWK4OBdFtp4NlfcfhiIlCG48PfaYeZ3bRCieN9
APFvZgZBvbO0JTWx26ymhciP1ahGl8pn+F0c/paan8G0bjGSgNnDXP6pzPGAgL6jv6wAVQmq
B3EAmjjv4fO5iiLqBFtPZHCh7lSAE14pSFXHiJCg5kLBpyVlcazzvwGOkHvTEnRDNVaRoY2x
V1dpFq+NYiZP2yrudQCGWVfob6KZF6m6azteMsy9ylpQqWQNug4awCJZtiQvALhX6sIxBFCB
MLtlZRSGMr0JasVraq7yubIAUqYEaEFacnWCIAWG1SIN6PpjkC1A5D4Kr7MaSXxK20ry6+6e
Zq0owQrYPD4MW9FQL2YmuhrWafEozIljsFOy/hBrkg6U2l6vtk3nqr0qJAxpE6bRMZDvEDv4
nUqqimHkddxO6bioOsAgpNeVpVUGNgUN5IkDeTxAIqNBkIHvMSk6o2Nq1HFkU3AhAxeSrIcR
layUDpgIaGvxiAWApS3QUlN6xGr9xGh3HqsrAGBediEKqb7DIkoNCuFgPy4ZOkimFew+4qnB
w/5dh6IW6/k+DpHfVgPMVO3zFJIK2xqIZueY7NCm4F8tuH+MZCBvJ3K5tQPlPz8EP4XePqFE
abkdWBuGn8yLFSiLrZ+8llhW0yB2oPnbgJO3K57kBHl5l/l/E4OpS3mlia3Lc3YFmNgSnwkS
qOv5cF2SUabN2m9zPbOOb47ysQZ7ciIc4k8AWghNTxgkQha9aHpSmzEHL3yEWJiPk6C4jfZl
0ooQ0JgBOxFGunRAxo4f6rNud2fwZ8IZeIMDaU89j3+YBchw7bSb5rI3mVTa0v8ARshcLYpD
2ICoxuvj2mN4TBZCjfk8mGRa1hkySWVCN5tXOBdwVa8jTdYHpxMCBWgQfp1txu0LUZvuetlf
hjJZWrwY0hgNve4D45Iok6VHrA1y0B9AYD9SZOVrCIgMTB2u9uUmCTFaslRJgSDErIiYkadR
e9z1laNEAdF+DnuLXIEIV6+UX6yOHpIqqfVP4Q0W6EIHpuwAAcOYwpA/0NBobwM6gcDceb/6
T8UvOxedWtQK66c3uY46LLInwFumKxKXpQU7V1d+Zf4gIjTdAv4fbNHnlIaDFewJ4iRxCbiZ
lpJbQoveGMZ4SddCl8dPcckfiNoGmtKavFN5IoljoRCaQHIfvEgaMj2P0ZzLloE0FPaUHgv5
R8ATcNxrt4eGv5ZAAMC4K+pAwsVxNINg0ivm/X8H6FzsXBEex+QyUolY5+KkSP7pMJK1qU3S
glcGzER+UR0PL9YxgR68J1BE0fOCj7HeGRhACsrDEYvZ5pweqm5fZgUdQ6KO00bGjVzSIk0p
0jHY4ZHDooAQdDcwNCpfUeCRgx1Un9b9hAN9U2ELVo3ST+lxbCInolvwMLDIqebEdCvxrqZ8
qgVNS7bXgi7z69VLAyfv4E6DCrBlFNxVYbX8d8/o3pKkqydPj7yLG2WiBbdJigK8O4QpjCBI
kUSDrhJrBHmgYwlTJX8bDxSuk/bBX10NguD6ZeQlQD8Q0wPVwHU/raqP3h/KgErEhMOM4YiO
DELpfjeDaUuVRqdVR+BjsYk3r0KAF22YLbIA7b4oMcmt460mpu05AL0ZXzBnAgUAbGyuYFzE
7OAVJ0X8acQiRKYkdDbwAFhk2NmfCb0Bnt6wOgJMBXGh1uXzKsNMBoz5Ni+/jFtXdapOk9Kb
HIBWow0AXhQRmUuj23B/Z+zAzFVgAVVeBi1Q2wb7oXm8W6KUHRYJCPwzUZg+yRoa6/DEcEih
rVj4PIIQywtMW1ra/dx4wFSpspFUYDyw1MsXxaJDFSiJdvxnsSQms6TTTRocaG6xu140C07N
XpgdxVfeAoPjQXzuOVDdVayw3cwj7BknTKhA7Gw7cF799vgsa10ePv8Apu63RrWUfNt4zFHN
OmFFOSPoq4y9wqskxXK9H6wvqOEWaqAvj77h91h/rOqnJu/lkoS6MTQMF6HdHmMEI1oTWfuY
dosQckkG0hzWFXkUKzgcUR/jX8T+DGhRqBEHomAxWA5IzAKkjN4qUkHPsCPR5/SGugHwOYcB
8+MRbCIV0QSvwN99G5DSPASgb+MAmpqqA1En8UHLH7PBmgVWdJ6fEtJDp93pP6IbJ8IBFP8A
GEXCBDUNp94AABA0BhUTqp/jBmQMYJGgAbuWuD1q27UR0jbcxvta4kBQvD4Lcmh+i+4G3BzS
nHB+lntKgJD9tYYQgRQiN35MAkMUMHLrrT4wLOEtBKJB3+DM0yqHszE2lB8krsSsw8zfSP6f
MOgog7JWRvJhriuCRBEEImnHTopGWzYk2F8yIWvRASg0H6DjAKd1SYU9PNPswszSf/pbiUtB
d5YZfkTWQcbV482UgL0slCaEfkDAAgfuJlvwD2HxmxWjogc/Yw65T7DIfSOWNjKHXUGkR7j9
mINH3A6G+10RZNBsJGGh6KPPMrwyRrb1Eokd+YhgZcJHePkIZrCJlKjVXquF/CUDsQfXd/GL
3sIANG1afdeZ8yHqsqebDPPcJVnj5NL6w8fLK0giFA7PBxImM4GeDvExPfsDXf6HyAiaamvj
yc/OQfDCaDEg/GfeBfCiSLiBQ1f95vuLwaCjqM9EmJ0h5gzTHFP1jKIfUiJ/qqCuBxUemh5h
fcJhLoJRhT4SYegdZcj8zZ8/r1nSZHDW9jgI0bsAVoaCX+jZNYEBDa0/cndYDZ2wCmxV4Hwi
uOhfxE60okbXxg/2iUazYSEOp+cALHvvFVVgJipWBZqBSCvpnM91/r+5fd4/shRagwSwK+Ew
G+PRBohFd53GvzAgcSxzLHEJDTGPwc5v5XLsAmynAUg9LJzKmFgsRGghXRjNEOYutgpqq/WJ
p+pOQFvSfcxkJtgcCTo01R+WSTsn2AOmznPxRvNNv7GfD+J6YPYESqEmlUvny4SQd2QhEl3L
+V0xMZR1e95EO81wzPmb/Bo12/WIFInaAe2ymLsFIY503dHNFXY2D9YCJbJEZNC7sA/eO8cy
AuDCfyPGsVFuEWJLf9V646IAYBQq7mEaIYqCFXbow8JVeYSdqfEa7goV96wACPuYXCOVbyjG
aaYnJBqnkpXcnT1xqFOIElWvhbj4MWC/GGiyoEBnWUwvGK40DjdQFdwbFdAejU2eogGmP0OM
AL8I0HuW3wdXN7xJM72SBGHXVCNVAApWvldv9HCogCFhyoD947CEVVoFpQDE09NZXMBNlKFK
w51vGdmYbMAuwLn51m0Kb8io8yDdc7jGHUGOrbwu/wAlza7T5Y8MvpDtccnF8hSRi+D84XLS
z4FjYVr3KnPIgBKvE6Y25OgVSIBNT9jET+hwrBirgca6acYFg4AMhIxhsb/ojYYKQprZR9XE
6Fly7daZRUa+ML2s+YmLLQPlA04Rp7rUu8PCb/eFTARAS7Ynr4EzHIRDo4E608E/PteGhtPE
l/X9QFADaujN4ABALb0DDqZNpedARC0Kdpjb6hvlNt9J3Zq9yepyERA6zY4lwdSlhDlX58Dn
5MV+HzgX+1jo41q+laDo3j9c3mwcYz3mN2b4WhN5BLVKXWvctXBC+WVTVrr7HJoWi0W58okp
3NPilOogGKEP2xgwhYFwYw7T8GapNAlUDij0/eTmSZgm7JXG88VN7emQtolEToLigQOBTN6y
HJ4bwlxT3kgLus+LpIgfgi6c3/kEcGO+SfJhTCCgo/R8P8ZRLS+yOpXTzKKMlsDU0fPrDRQh
AM3dVeWqfOHuLaAKdFpxhF+OW8joJOg7ip6+QIps0CNMFD+JyJAJulm/RaXEHDGoZJo2OkW5
tgGnZkEoqjP+SqyRgSkRrpAAN4AAGg4fwJOOj6k51/zQJDiJUAqVZrHQCfCdwDaWRAmApwoQ
C8DXbLM7AJXeRVrOGLpqFU0B/h5o19mkliMROD2RcPW8aKUTYy5445O7c1Z4XFjj4hxB0ugF
JyEANY2S1KsKEPFu6PuaN0ZFbDv6zfi4eIwfQpv6/jri4KipH4MM+GDbTHe288PqYjMIBY1o
ugp/8P5BcBkpAL0K/Rg21EIBVIgHcJ9YUTHVCAhZ1zJZJxo/uC2HYbw5I67SflWCYJPyLSIB
czie6xv9HpgejAvXSim8/wDbW29/l3+p1EXsGs6h5reADBDGn2i1ve0uKhJOY1vAFSiVg3Iy
YRE4XQHS65uUSakBv5HqLtxSwPTwvdAj5vHJb3DKaFGjvI+pEcbk2jb6b5jr8WOVmKnpYacw
CbAgexjPynbFxXS0tSMkJQezOSZhbprH4hHLipGdJmgJ9W/rN6lLBLGgQ2x3/kM26WAlTfUP
kwV2CUgkw0PsUDKcMqixowByw+cSHPYKggkKhAxCFUeF0vRfB6GT2UAKg67SDtdk3i/FWrAW
pXvep8ZE2Bij8YUtcPnBe7AEKr70fziiBsDWUF1OjFmN75FVEA/7ZrjYCSmADCYdOGB/AEOe
9YI27xOrLPo9B4N7/jvTOooAvaUxWCA5UTpjBthFwKXBb8AYrvPl5lqoS6Rvw+F+skbg1htq
dRHR08xd6pWd0hNxT3prL0YYNodq1hY1ebK1IwJovQ4h/BWsChZAghgvbPw7j4gJ8NSErXhz
DG4wOkEcWsLCLWpU2M5A+ckYrfi3a9cwf5YTe3dBe0JsC1idbhKVOz8nWU/DNYStQaSiIGuz
13iUfKUZcNDcp8GXKfBd9TSS0kmDMZAEh401ljOCq0mgmN6Gj+GfQUUsJ4PDKZBQqUv/ALHd
ZpZ4bSGkMEH6oYawuAgAAt4N/iakN+KGBjr94aBIJO0L1C/2dOLcZjHIiGg1swROsq9BgNld
2sChKaEoUQBOB65mtQIs2S73g2BT97Ayt02km5nVer2fg7P6LugdwCr/AIwPJ5WxjAJYfefA
Yx+g2FhexdCLeaLytw/SQj5rcZAEfTCAaSVJccC3YRDS2bT07zC8IyADwCkr2DXcsWHK9SHH
FTxxWp8m7i0NhuNZLCUdHocIcXTE6NEwQ6HeIOYb1NEwqNsQtn0wQVKPEqR6HY+IjtcTmTBu
OFOzxxgY4PhO0YXn0vgzTjkDurQ9D4nRFccHxRMRQNCf4cpqIq2qaGT6PBhuFAwDAo/b84Li
1g32Q+AHLK4gIURWxHzE2+3+JdqWvSX8KbEWXugQeonuO1CnAkMJoce4SSGSzQvs/iCd4QtK
woOlS7zidJLQAoIK/OXQ7IIR/wAB/haxZmhDAS1g5GapcBEPGA1e98wFEIwFHoBT0UWZKLwn
8AElNCtd5UBSQgA6cf8AI46dhAGjBZpPl45Qip8QaiNbot9wiDZAJ2Jj9R8s0W7DYgzolDfc
jwCfw3mFAPtJdmJDMAoqT5BzSQ4qD5o19ruVI/ZFRQH4l5hFImqO2e1NLNFzTT4rICBqi+km
EHAkQfSelrY8yqSiCNbYSLa+T3FxmnBLjRPWl6YQLfrsrVQIfPph/RMhA8W9oRGXRY/7x7AV
CmDvpSBd4YxvNRe1lqCc8xL5GQBUOgDGPXXQ67XTeaA6JViblyBXui4R6wS7BodGhVp909zd
fMo8z07eDbiIWRDBXUlT5catEbqYY4LY5IoKDiZRqSUTS4jKaEVwQkDTda/o6NV9MAgKNqfH
zYp9EBADNTCXDQDPjfcNIDeEYkS+EMzV5TEWGYpiOeAU0+Ji6KJ4l9Y+XwZZaINXChZdP4Me
z5WAHiYPwfuTZFHssq5PUB3vC0zsVeV0FQsC4s2Rk0A2EbKF+2Ah5PGAQrF8iZlDwinIvkT0
vNmEKSAZuHqDVVtfgNUoINGPCfjFGzAIxAHqR9nSY2OkmkkQ29OmAryJ7UzBe6rc+HTd8lD3
E1dBozfMXgYU+oT33Pp+bwX8hhyiDgoD0TEPOlbCzCL2rPbhHIqQD9O7Gj3qZLWZtiKLD5+M
FUCjIYkSej3NZJYMdgfAY60e4/QoSDC/Inr3FGB+M9Qv3nmdAPgIQh/ZOYCrJhYiohdXwNe0
OImEdSE5QqunWMdtp6YPuJzfd4Vn2lorZH6YNWA1lgnFddyt5y4MVKoUL8fOVsQ5WNQC0SQ3
w1+JwD6TDVfkFYhCr5XCgNTWsMiLSQ2FF+0j9L9N1AFGo4wutMM/EYKvRGtEwuCcZVZs6IE8
w1tmKAUODNCW/VxxnbC3jtKetpcZAXliaOtwq/Bgo0YjRPHERUTFUHE7Au7nB4dj+BLLT7w/
mno2B0FOlO4QJ1ACAI1W8+MvCKwHEEe9DnN4eBuEMAnRAF+TF9C2tNBcqTXuWlhZqAW7sA/w
1m7ANO64KTUkXeX2b6UQJCljwTjHywBqQ5OARfM80IXIJcQVcqDQfBr9/GEg6fWrqGgp4pzJ
XQR3UNCEnGDv81eikUXFBNtXWphMBqi1bYVrVvKNKSAPa3seLcOWBiMXtljZJvHBfrbLgJYg
sPDzNHkYRUg3WiYknFrOyrjLR4jDy/DhCmEHX6hjagW92Wb+x92nFqIC6a6I3pICBzNaUZjB
0sB0XXAJTbYIaxfo85sgxCbpCTkJp3gt7IR3VojAacazbWwQzH8l4XwwQwwPiPHErCxdhkW7
T9s242UcihRjVq71m+OH1BSYI8swBMIkgHzEG57jR331YeWmSHMP4JFBksVJwK+EwWLGYhQQ
jpSJhMJIau3TKdj9CsZWVxFK3sduOCkQhikpEfkzR4OtAJosDyp65GnDRMrcxa7blygQ8F8P
BSamfGOZ3LFonF2FzX+sCNjQBWczTCGyAsAoBGNNhKmGvMhmv5KZr2YNpVVggRIiABOYipgQ
nzW57snO144hhtCM/YG4ulDcLhHwhRqnMCdp7U3CnDY3ePFVWOBvj0eCGulseOSQK86J8YUY
/gymH0RvUnpQzUDEBtgK0b8yYiVAvEYCKGs/JxYxAxTcFHoIxd0nRRJcCgczVOpwCFAS+jS6
uMggDdCezoThHCDsFgtAr3fyMPwEyOfgpf5YkK4AkSh1HiPUkL61zBcY0OPycSivY8zjYtlR
m3WUSfCrLYjRFtmNGEjHHogp9oKI7tGBo+CmiMFwjpDW5kq/hhMQoGuBLUk9Fh4JoYIfZ/Gt
5SXhQg9x+JO4zgQoCOGcLMORYSVO15TOH1/LW5JO2gXRE69/hyDYMjNaJ8JizoVTSgbvANd1
ifRc/wCO/h8BaYkvYc4+OElpzxjpw1FCqg8XrzN6g5nWyANd5hPXP8XSewPA1cZrQFj211ng
tI9Yg2rvCHRvWeneJ/qjbFucwOckROkx0anRPgD4YskKmoI5YTA0RaB0n66ny4YPlYRqgjlk
msZONYvggpfcFutqNKpykXafeaJJYQLudA9x1SVvZrhwencZcK0Xw8Ny5VwNJTr+1Ly4lEeO
BKBcwX2KDacH7xh7CaI/9Pw50tM4Jat7VCF5joGtdIQjpSQeO40AjAzOkkBfR9xyC5ulDQo7
l5iJDofBnjaDgMmMDoTyi18sp7k4CSTQVNXq/OGwWWAPWgiHbk8+Ht84gAlBwYhbSgH0DaDb
UM+a/jla3syhszNYb/U8BcComsRIVql6gfV/cxDp20clavANqXYO+30aDHCuo9/WGmQcITQL
0D0L3ZTzshD42yCbwX2P25s8jnWi+Ym68eeO5WxzGORoSlW0B0F4vV/AS20CTwPoZXHn49Ig
+/ocmLcfUX6oRa0EXsySbip6Et18p7jalwIwxJ4APr+XuoMAEQONSlPaiR1E+MUEtMLbw3d5
dmzg/wAJYa/7wW0vfMHoIOPlVQQNlgHTGKadvAjq7+BY3CRnK1QRqG0uyOZYCs1N002KyaSm
Iy9EwzrggodfcE2Rk+6oEIiAU7KJDezYryAX2nAgMwhXHKEulAHNhGEKj04Efg7/AAYglT7Y
AG1VgG10YyUSilr6Rbez+AZYk5sUbB8mDwKRC6UjXp+J3E1AGtPXhtAutZIjZSNSNhNukLAV
10YC9hNQf3gSE3igkm7Qp35Y0MjE9HwkS9bwRVoy8k5Og/nE0rU4wadF7uN4xlHhSC361V+u
4qm4OOc0llySYYowWHlxBoo/YRqukBdfeXe3NbNc5zykJ7f4LwoiiIFX1tYkE2XTX5BDS5qy
oaIKjpCeL9YZKooETShTKFh/CJZISKDQvQsv8U662wZs/geYOYUYjJ7AXYzncBJoBmDSIQ/X
njlOwKIazobrW3szUW3qZ9nSu0OeYaRh3qpRhA2hrAxjlS9qYuO3XxhyCx00CimjUQ3RA+h9
aVIO4W/LAVX0wMvMfSbO6lQJZvYo/Kh64/66np9W8j6EGBXDNmKGkkBX1kvg4EejR9pwac2S
ZI6+pKAeKMZau8q4iPhJNPUZPA370spjSEMPUYVdpX6nHpdYGzN2udTYRLXRiNICq2nRvQ2Q
MG+EPEENE8e36xosO04kGA+GjRi1ShqDXD4D7YoKYolDwifRDN4nIcIEbZ+fmC+m1A7iCUSQ
Drr3SfjASIT35/pv/Zvlx7XWzQb+InuXHqLUCvaeiZZZNYlJSwOxkPxgUNSlA9MPwb2+5o3k
MqnTB6k3Op1/DSpPiC06Q01y3hjLbBDmwSOGmXL4Clbc3NBQ8dPcagR3FEzJ1U5cMbvoWAko
RR1Ba4UPWlHVdk4amKAD3UWltw4swbyNIks2P8mSg9UUVcQ4q4cGVQEzmgU0dcHOGEEir1aP
u3i2aAGkW2oGIfWLx2FpNn1oA1uPMp5g4Bx/9VknToIOtEGT4MT+U3RwAX13kwWuwjJeoEg+
HjirWNt4H9qH2uCJT3EGiDnD5DX8HuQIaBrp9ODBXnVvtqU/jJqDviCt3P8Asxxn8TWE1aoy
/C9/P8A4dDkQ1ws+MpgW5nxVBELi6IrbFuGTC/BEaMc1KCpgCkGKRAA6uUCNalAt3kNaswfZ
tY1qAaeIqw6yt0hYAKItPcdGwybK4AL4IOYRA042us0VT3GVnCggDhsTXlsxTvM6DR1WVH1w
w35xWJ+E1gEP5tDgHQsTdxzxeKKWgXYKOiTJK5SacwIior1MBTTm+tCBrbsvTD1tLRHHPaln
/ePECuJgKhIh6h7lCS0CPrcmkDrq5QG4MBi501wU8xcuBGkrOvdb4McNMxIei372jiM1uo1Y
wO1GNcQLKdDel2PcNFFjoUVs+RmP17liT1NsqXWv6Wye0VspV88Topl5gGK2qQIRnG7i6cAl
OKDK0fOObaZLTbLSCj8ZploGhhRA6LiY6gO7AMuM67wbxphPZA091B+WUxFA9CVQLx5kCKeK
zcQ6lvuRmxdRcrApOx8kwNmNltSglVppvI6Gu4DZNl+YSuZ+GAqfLjGneWC12xW4bVuB4ITk
oeOMef1hhAREM7FVxpw+46uTUMtP+hMZRAT5XMMv/wAMOf14mXxE+mBZQ0lBtAu/ZlmDIdRQ
LR7VxGVgGVA6gK/RksrfSkEU3+f6SXZjUCt1qD7YIdYGoD4RsFHzI8hSbNSuwQZ3NtnTiu3i
R3WNwsqBGEKkezlxRaBouNHQwt38YHtqrr1WUEX8ZrhBg0DqARhwsswmif8A8XlB9eKOOg2i
GIeFNnEA0ucBU1oG83m+PMBJaPcHXMYi1rqQmzQb8yfgyA3Rap7/AJ+MqmCUnR307j849TRR
D0sQKdGT3rS7DWkwGihka1MEFX8ybKMhcFMxAgIWBE2PZ1j6b1KAN0t/eanaAgVuFAAQq/5w
nZIKqSR4ZGzT85NqRpo1JSN1Xcylv3+RBFg9AfM0OHwlSUZr5O4/HaV9DQxU18X5I5T7UFO2
oaftJiLl1oOmgTQ8PjKtanAJNDwlwxdTZECZsTSTWH1oVbpCaCBeYoUxu2hKX2OWndLuihm2
jj8YcRxq/bYXK6w+sQsiFYLwBX6n+E5ICOk06getZv0oyYbPTRpqZsDtOeAB0Bl/2ZJDtUqI
tB9lMOUOxI41vyLgg2gOkiH/APYMTUVIJz6QaDFzgnIA2DEWvD0chwxClWvOSaLsxyZKTkCW
h1vX5wtxpW2IJPswp3Q2pAldZjF3bwXAEgm4HintCJPGYSh4SJDM5/DesHWGiJLh1dYTZ/rF
BFlo9pTQhx4+sn0g2SXsUmw/GCII0dif2DaADsEF/ZhTNrFoqxU7n/sf/wCMOgaAgB4B/QGx
KoAPlXFZdhDWVtV8pwuskaOamy1oxL1tShQj7NMIBI9iCBOuA2P1nzqdrT6jsL8400Gl0WFE
v7nEY4EIbAoNXdwBYPCfQd2IHg4uikCwWoAtNrdJAHE2FkV3e/hyXU01/LNojjNncUouwbtr
/uOI5lhBDo99IEA8c43l8izrS2w+90mI32elkUS5VdtA4Ak8sFT2q7NYtKutnDIYibeOE3QJ
Q+l7auNtbjbKG1cNBTtDrNKgxE1Q2KzfwOebxEaR63h4Joa1lFChOIejZdfTuNJkYiYIeXdG
u/GWl3edIg5N6H0c/gjtPX7Gah841K0bdWDStJp0HCplnlgDcAGmwmNNTZDokFz+W36NaejS
QoG0W7ab8xMyHKVBXkBXXc8kZL+xm7HBm2a7lp5kYQ0HSH3bGgwXYPBpA4n3cbLMmtRQO7t/
3ikSAkgzYLY/WBWdjvGwzCnRi83FUAAg2XbgIcMI/IXH1GIGRVoRN56IIXUems4jvyW4oqbt
d4IcZyCWtoFOBYGsVxhaz6ZnCuITApouskUQqNbvQuHtrJ3ZMdDQnm8hKcpDQuSqs245hSS5
zm3BNSI2LrCp8FCEfkscim942ocig3HAusY18ymrRFH4FYGrzGobqYqBXYUTBp0AwXSjhg0b
exKm9TE+Gs15sAWRO2fVpyGCYbdcCoC/wifearoakiqOi7E1iOGJpVaNJf7qCANq8DLhN9pI
TX8AYa31Qdg9ohb2Pjg5x1gAqwTrWxmWj4ZYJKrOiVe6wu7wTR+P4TLNYOJ2R1zxg3AKU6ui
aA4UJRbuI2qyoHk2OgB/fyRmDTROlPDE4heaAbeRKZcN6GI3ivI+iGlHbjiuzJ1YFb6OYfrt
JrTqd0/Xn8WB36hLnlTQwG1w0LuSi78frN6xwskUUu784e6SMNRu6kk3rGU0wkBLxoIKW6x+
uXpqNgr8oQxfaGTR0PcD/lMT46qUOtC+Vq7wGyCNXwNCBrTmMZVBvUGiDhpM1jgg1qSJWQGm
ppsyLaHwcnZaLTN7zU29QAw14DZdYFQoVCrDetriVcAVKUJ+DT18uVPw2hol3o2HdVmENmza
dgGuE7cVB+nS12l089x1XlEDEwIoSBz+AwE5zlAgOVIAGuhlsf8ANEQI8RxwJ0OgbB+W2jrh
dckWpdoV02ciYAsE6CNAIL7HLQSw38C/PCfjAAgqxU5s392z7wozZOIa1uFlcYrWlaFAbcEI
FwyRiKePewgOpvzAtberRrwx1m3HBDJ7J763WmL2UCGt2D0KLHuNJ0M8/LDlX7y63zYAPLs5
/QRdZ2K1w0ZG69HcQkpR37ZMmGgHk4YxE1TFAsHui4MN2QgaIKXeRBvgvR2tRNz9YSdqWFKp
uUAgPnAl1BEAay1eXfBwIACPKf5lG454Jp1QdHrdf5992o+xICC6krR3KuaJgre7dMZoU0gS
3CWmu48CaWTsMQc62x6eCJsGg6J+8q12cdawA6/0GlZeOlaNWGBntdC/ma+pPnAW7iAE6a2H
wDcZyy1aiBI8TuuY0IzQKKkNU2u/9YaQ0QCIz359H3m6U3Ny3nYX8/WHoWeG0ciJ2dU/qAUU
dI8TNILBmNnUVANtTNS2PMCs1BPPT4wtWx4m8B21RE9TNWYP0hAO4gQOAqa6dgQgU2Bwjh8/
lwLAMLcx04jwLjCmPk905XnKaQLVs/2MFiwi0A89s11PrNlocYhFLgGesk+sQvCVOYP9lbRu
4XaJyNkqcjFqI/GCqIAqwQjSgpjMFbZE+IDXwmvj+C6SRfqeju4ub3jIbB0fJmsVgYYEAshu
tP8AJg+/isNJASM7zO9glOsadr7BM4rz0S9YOev8XCu73rXYO8E6qIBupBR8zJ/W4hBXwofx
cE5sN7CKjK/LzNvpaRKkKfCRy0lUAYH2GAyDuf0JFL3RSDT7ay6yQQmlJLkLVyaEorbYzG0+
+BNBe1EilaPazc+LrTTpxJvAhITWaNOAoT05VZiBQd06i3eLq3W5oLSMR/8Al/pYipUQqDFI
68Y8IZQ9wn3IT7yIB0wHVyD6Fx/atdMAyCp9XJr4S1UBJKHruVFXy8AXUhbz5zdtapKR8gv9
mBsoJJCTtNOv4GRL4ewIpoOfl1JxxVabQO0GB3uaoY//AMKx/SND4gKwX0ujAjFFx8kMAKSe
XDGD1J1Q06EE7iZ5Jf1hrFp/a5Ve0CY0zB9BM2LjOKqnQtE2tWfLWGCqFhEGMQ/Z5mlR7ICN
ots9cb0sBjKVBgnD4wsewsRvC6+X/eS4empgzQzssOqZacKSJfU/GHXwJweFvyEyHGCs0edY
19yNLaQNkYKe0L3CI9CySIEVFZx4kvUnwnygafGV2Ua4Lq6NtV5lr4D4QUz8DeGAqzVdZ64W
iUkKRRPwKhkPjIf1/wAdm7b+j8T+HXiQAFUeBj1OBy1FAKl9O2JkmIfsiJg2OnC2HpjLsfjt
adTAjz0amqXZpGpMHEl6VbF0+RoDnH1eWKdqv4gY8SRZt0QBZ097m2InS/ZZeJ3WH9FZJKz8
wkv+cKm5FA+uDZIu+YM6qQgF1TLrs9MnUlxRFI7TSVgJNQlY7H9fgHLrJxpn2QPmQWv/AKxJ
K+wY3WlTcen9XHwlIVKwO/GclVzG9ShA/wCg50Q3tbiBt5Fwj6++lb9CQFve94WqMEC9Vt5U
386rNBqiPFH2P/rHr6QC6qvoV7vZ/R+ACZoELEDf2YUq5ImuFUVh9vX+CCmQaIaWqj5cPYiq
NMo9AVuaJurTDQBgo1stre+5Cimz3JkMeOASlVFFNYuBsDLXSdHfGC0kkZRWILVQkh9qfNuX
qiX16OJkoGd4yWDAMNQHCzGJcQC/cF+VgMbcN/YX4DCS1KFBEUZ+mJCYUrBorcPjCK5u4eBR
EK+4xIUcDGiDca7hMuU2aEVuRs/kgCQGePpqTuIHDgm0AXQJ36zVsBMYRT4CH9DoDUbEdI44
WoHQk0tB8XAXvjibbyPD7wJQKFhKK1b2hX+GJZMo0B+M6kXiMTCiCuD1oUt+rVB7F9PrBRx+
XWO52vx7iTCAaRlQGMwJVTGR/nvFscu8ByaHd2HVAAUcvFdQFYyk2rgU4fhEKSF+X4w/oH7o
4h66MV9NvEaE3NBAHuFxE7NK8SD/AGwHI2Zy4bOLbTAxarfBY6/PTrmF9i8QDQiM6fymbMNC
DawiAbcBgiVUqgH5QfWSirQiTdAO/tcBIa7VB+cQKvJl8XlpUa4Ul3VdQyQaREhXnsvwcSYI
LAQI5HyHJ/woJHY9MPVZqEF/X9Ih0XJMDLfHqOavL5qWNSWpcCZeAlEE0Q9U46wEzJ/t/wBP
r3FqAD33obTwEyCCobjyMRtpfTKRvodsoXujn7wqcuh4CRgpEeEYmME7UQihjR14eZ8tvgYf
P2byy2uOmHlFeOXzFCd33URQzVDitEL4GOieI6PDH9TFsYM45FjfhhJWC0sAkSbDvxleNx9H
e0H84iTEsolzmDTfdM2+4DyqRSvi5iZm+bQmmu08TL6pF4mzH+4n9NjNFAB9riRf/d/nNFri
hdQ8hwzYOYAikXC/AO/0j1l1BAxmfr0zPnAqw0NHgKvnu85IAPUiChftcRtYA+Upnr8nTBOV
AbiVnuOnrYHHOs044JBU+JA9x9EyzDWrSAju8Yyo2ix0Hm0P20UsIZaKlfg+X8jXQVDxB327
EM1txRYeRJ09awDmRslI2WhPrm2QLfHRRfuXoDMO/fMIFnH28bXwF90g36GeqZK8CXXRJu10
/Od/O3CzSCHhpv8AlAKsDavmAk0dOyCVdNGPghRCQEganlPj48wDgh/QOHkvZhW0AexnY4pB
gC8E4WI8v4onhuQGqaK+5KMCLFTMjqhThwxiIl8INCipef5xxZEdZBSjeh/RguVMQAQo54Vf
cAKsdX7zNW9xJQhdQ4UBQCIMchIB2E3cbR4ZS+cqTaoD5QLszs+ppxrVR+0x4M26xQDpK88y
BZQRQnxoKafM/wChWZwPU6A7jhEBMtJghDm5ysh3RsDBNrKsxZxBcaAkQcfPWIpHvHigPyPF
1jbyv+HMVXl+DA0AA6CCBVE/yayjaoSFSReRJxXEPnlnua3izbDbhlqsuDoSxwy1jQT2l3kP
8AcTWq4M7otA0WOxjKlFEI8bQMdS4juwQE0Tq3+jB1K56EzUKbYl+s34pUg00Nd6DBwBWlop
w+WsWRUqwhRNCVWfrAUlksqXu6vwfraet+vs9EsmbvxYubaMDA3cb21gBrzgdcE7oKEfwn8M
4g2jIoVPksNWaza7QSg1AvTv8IjAIhRHomKP8oIvKlph8OLANJybpFkvg/nEdOobcIFbW1PM
EeILXZiOlh5vDSJ5gjh6CDPh/hGYikXmI6XG35zgJOhPRNDQez3+OC4vZawRvw//ANsCDJtx
qh9X4xzKOAcB/wCaa+9YYjW+G/q09C4DtdtxJNNOT8M9RPJ/HHasWFzAAFTh9wQfqRmnC86g
rX0QiSMZW2FK4maXEBXbZA/oodzSmtgjREqGLgp4peX0ARS+YdH0aUBE8I/DguJgjcqAMJBt
glNATDwUwqw+ulA6dia47ymZbrWwrH1GsqvnSIyJhvY14pjZd8TYST3AS7Fax5gPWn3uT96m
X46PPfcJl6pbEt6jYlM2ck8rgG6fgsxPdJaCQnwNtGATXRj6ojRrWRd0f4UNrD64ubVNy+dE
QNswUKz2BOa/B36w68ezH2Gvs/GTZHpKUNoduhv85QHjibZvD6ni4EJbP+7dgto5rZ1VCsrB
C+x7tXL28QtUFNwj84U1xAqkuV2wCDB0KhkgWpxMx+RxT7X9aXWrVZ35w15QwLCt9MbwDGvA
zPoAd6Qde1nuuJljGuH4MXTpj/wlpwaPxifw/DLfE+IGw6yUYWdbwtltgi/Njj0pAE6AIEDB
7kxAEXq9ZmlDhjEKXNGtjw4JnhCPAu7VeujuBCzOX1CS9Iush2yZvhUQniN3/BaTYgAZ4Q/A
Pzm5smxCWPAmfX8COxv8OrfhN+iuxsH0uDRxN+J2b1UIjvL7TYCoKwpf1iQILkFANNO7MTbA
tj02Cp+X3OuTuQBzQBf1bc5lVNrgvAvV8MGadkOg+zEjnuLQm4VIuqmi4pzHry+xuAxrzFG8
4Mhm1DijkxmRbFcANPO7zTTgOAtFjhnmMiEFqI7ETx/vaSGzDY7Og0PFwofamkEzAZ17nmPN
gBaJWCADwfWEgHYP5UoGq7e5SthVSPwnEd5yXBy0C6cPdvnB6BQAchui3hi314BDsiDuwllH
F47YP6QgHPlrWKxXmphYpXI3vIPLPDa1aHvJmp+BvQmhBQkHjhALCnuDw7Ggn82gNIMNmiqg
0T7MbYakFkJE1Qi6wSvtT7ZGbF+ZhWGkF1yB8hKLlWmenaSDXLF+s8tiMUygE0Aau8jm/WIG
n4Pd/GTgIaTZVe58YGbuihAR1+2DwMIdC189eHAezPxQbDWTb9sgmVKjdIHyjTNHB+IFAoWW
ierw0Zt1PRzGZv7PaWXLNVLBF1/USR78GN4jWhnrhK+BfrGvCXoyNJW09Q+ZKI8kYABJ88SM
cNG5YpXZXyR8mRr+E7ccJYq9fnUat4WgGS7lwaezFdK2UzgOB594NqAF2Ihb+CTWPpYjHhDw
8E83gBWDyqhs3R/DmjAi6MoVSPkViDl4sxPJFSj6fL5za2URB2VpdMp9YalAAPyCA9xdsxar
qJMsAdQaLdOsVE9nUAJ7r1XxBuSAAuS9Ujnyw42VrCArh2mt7xc119WIqhS/EYGKYI3xAGOh
AWkpt6GG2GsfYthQ0DYTWnSO4qjiagBTcJsR5cRZJmt1X2EYrv1nNfSowEKfqPneDqyLUmAN
Nd3E3VgdG+YM1GxbTVS+Bj3FQ4dHDUtB64RCkHvBNxX0nLhtFpgPmgf+NgEnER0DXwx/hUL4
XB2REE8dwFwFxAoh84c0/V2NUG7+M0+6I1ThsLSPvE2l5iVekbD03ljMWw9ru+j5/hIiQ+mg
ehLzBmthckOs2RQuOKxJ16sqKVo1DFbQNM8dnEI3LhLFByua86U+9wMA2P8ADGwDgQYXdDYU
UMjC6XUAYkblniBLS0Z4hm38AnPh3R3+Bm/DFG1uE7th8vMFHN2HqBkKJz4mKOrEwar1S2Bf
MHgadAff9lQMWPMM020OO5xhu+AM0ccTlSyWwU9Li+apDBpaUqope4yt0Gz8RT7nCswQyl8i
2Kuthbg9nOS1hjZwNfQXFwV3lE9ZPQpaADiikEGubgkY2awPfDd4CpMbK6OMKb4ZYKFVVRb1
DNxz0AgyKv5e/jHjjhWU3lXJp8MQYZiibp1IG6dcweFOGktN6lP/AL/jxgjZx8IIWZRKXIsZ
aZPQDXv8BuwYXtIsgWmHtmRxO+eDu2FwDjEiIAEt/Q+sktGkOzdJNGku8hcLGsx/GprB91/i
L4AgFBfIaeZtJO8kj0/1I20Y3oU8aYlV9cIP4BRNKP3k7pIZY2HhEc8HH7Jx3TuAak6K4dfa
KEP084nmRu5J4Km5444fylBIuBbAEXCx6p9FI1KUQaJ2rjAiFEfEwwt04kCEiHQ37hqAL3yo
/mnoff8AZAUurIxqfQZ4YzsTG9SdAtefw/rZWX9PkeJ6YroSXvC7ZqiPXeSEXDEeuDhRE+cs
txJfFqrlRBjd7wyO0sj6TZvZ+cH2xoAEIjwWXsQqKBKh8A/kxLADQxcnTTs+O4a9bRU0o6jw
MAspBbCAtWweIx4ZK9caACUKbUcWuQaHgjjWD5oXFfgR0O4QC01d/eDE8K1KbFPjC5aARCr7
6Lx5MNyHQNCABf8AIccqGJcpSIXG/hdtUkUu9hj/AFRencwA5iBR2NAwSIfAAP0YFlisHZ7n
A6XzEcSFwGorUAggyWWmJAVA2poJ8HMtMLYY6rEiJ79YTiYOmTbab0CHzjs1loVJktF6a3gO
T7u1s2z9aMLQVFvegeI7gW7Mcr8bEBVBIAqNGQQwoJU9JohIaYwU9idERB0j3zObnB10APEL
+M0LcerWROwdwDhry1/PFbcdPcDcDWCUmdEHD6/gIQfvYCMRiMY4Wfy1FFsKNLvBQZfIKE8j
vZ/3kGNONHmUSSGrriPcUG7Cgdeob6zYTWvPqSRA9NzD+uANAAP4MkJQgBtVxk4hfUANLUdY
CFOng6iVKg/J+8WwCibbSHw3Q/h+3qIFLfSEcn3i5Y1kWy73ubxMXapFakmtYjW+stQmhI/7
yMnI3JWzSdXDDljAB4BoymawBSABLSAX7G2YsJWBSIUQnfj+0/VXundC7/ugFUA2r8ZSCaI1
MlFrAGVAJFFBm1nPMljjM4sjuLbG9sFUt1+sBM+t4ekh/tIYQ7wOhoNuaLqhTT6sKU67vLAi
GnyRqjv50jg3KC9R9kjEyrbieOVopArZCp95hXhe3qgBq4mzbN1gy8W+JnusnBxUzJWOp9xN
MO7EUS4anj6lME2DLvpWL5OcAlBS15CNFp5cTkbcgN+EKpOvveQUd50q1U35Du8J3O+DRpPT
4PMcRlvIb0JzYD1zTqk1xepBb7DfjHTeSbZHu0BTWLjjhI8HEDrrjFQcSDKSRJNlXHQag+QE
T7Sv+WUCm7KcRuyA/F9xS41qoKNCKWNZtIhO8Ytxxreqye8FhnHZ1dkPfnPqYSwSDJ+KfGAd
m8ATqfpBdO/yBAax0UthZ0KdN486FKDY7AeOvncGaJLFqm9RSICO3CpHP1zQ1/smAug8zVqJ
eApwf5HbNzgP3EAwNUhGQcyQvxgJtNVBeV8GhrD46+lIIn3gWzWNRcaTXx2TeKmPnDSIVuxB
KRmOHVg3KXVzu9YXjYEaKp7dcbwGneKf/eEPKr9FsR6mzpm9okFjfhe02+ZcHOBxzEUeEtbM
SLKs6SA2topLmu4qJYFSjB+H1aT/AJDpCYAQhXO25j4cmACENCmGnTJ9mMCF8niwXqmSynCl
1A8svDp5mmPxvKCHvdWzeAMfofCiq4Mjf24Bkv4vzhqZEcuAXR9zWNMNBRhYE7qG2RN5TOq+
ytJjej6461B7aLoDMNds7gEaCKR6AjR/5mM/SEeHxfK3SfGPrDDYTmCNA9cy1gpTvICDeWfR
lTeywFlvRRvmxlWJtP4AGn118XFbaIjJUF0EHTPPEpVShDVUpvOkhO4LkNPlz5xQVWlhHk8b
B9nOB+HaA9O2iGsC72UWwBU2BMufma3wrrg/7MorIDD7ogvcW2Ap27tEWM/WQmwK4nyBx3rv
cG2BEfFBpAq/eA02h9NSNCUqjJkE9Oq2h+XiOtwwY2gIGA24RTf2Vp4pAALxFrvv86uWi9DT
j+c3hICn0kZpQ1qmOV4hj2zU0HSPHD5g5g6jCYBXTFEY+xoOOLfhA4B/oeG8gch/nL+uUkyK
/ASobMOnge65y0aatPMRVxxDSooDr8yYUHHTvVY7/Tx3ZkSXNZPncyg5f16yMo051F7reViQ
VMhuEgfDvEBOCoIAIAqgPS4GgZACCRMC2zmSEnZp1EaegsydONVSs/SS6phoAjiNuCFut+vj
NsVT2+esffPcMh7oXA/NQ2Fqv/GmsfEJoKzR+MIwQCREGgto2PMNYG0QLdjYfnAjXiIo88Dh
9QEKBfSreIImIQ785EiqFK2E0+ExvYHUA1RS/OF78JmVCAM1ie0Y7hG7d8cW7HzxXEQ05i9n
3exohizjoXBoOgSQLX9uEgZTigOnhJB1po9xWQYadklmprzmRyNWgfLR9rcbrQBvaV7A9Pxv
Bo1vmBCMB5s2cx6H5/8A70dusJ9zsSD4SeDGH1Ea9NI+i/nEc3FXghlQP/4YOSwcJ3Ukjb+N
YNgTDNwnVa+ZvtElg0VQULfzrKZIEwYkKJ6PtiDRMCBQCJx+j5wTtFACDtgTsO8BGxqA2QsH
+JceEVbD+ZCuLkyh6wMSNH4Bozn9pkyZVfBq/OEhOgHDETZo3vLDBghERSCqTy1P4Ung092g
I4XDlAD/AIRLnmsOIlog2C6lRs8AmHtICh/LEiFwwH1CZiKCIGlEtUx5FrIpZoASIH1jPYzY
1P8AFoHmIQVOdaK3QA+4LNd4hoh3T+dhjA888SZSldCypCECOE2FObImEuZZi1rSQQo1t7xF
UYdgByb4bmlf7rPLrBIT9ShubyJ6yRKHOnnq7/5jx6OIBABY7/i4i6oqRVgh9GbpyDHYoazX
LMi8mmmk0H/Rn18q9oBBiX09PMEtE0Xbo/rOQOKavq2Uf5ly8GRI0fTs1DEA4Ajw07kbsHO5
LXjWKJb2Hw3CD/NIwVTwfnua8KCK1v6sg/KwsUghJMVXaTDXk1LHQD1bMp70CQDsbRGJrpgB
bbQXA5+yOFP4pFrvKfLFIhgsG0lTGA5IfJ7AQGWKqb+jJdcoiEUKld1veBCf0ZaVOwP2MNcN
f0SkcP8A1kq0a9y+j05XG46sd27voppg0/VTa2aUcNfm/wBHayooQFGKQ9xJZgbHJwMvZ3WG
jqBOoTQx+cMKIsaAR6wHOMf01IRQb1r85PjGATR2gT6A/OTXADeUPR8jGPy7ShSxVCv99Vfr
UNSEk3jSMAo47N+Y06eXCcb2BlBCv+HXhYi9wgs+N/8ACezxjeIir8QHzlQ4s1vTwN8j+TaK
B2hQJTTXDEXoIIKDQUG/vFwa74mL31PjMJaAJcp4APofj+ayBaZ9oXzP/dH/AMYvUMyjU+Jk
3FK0ktqARXASbCuVgXhwM9xahBmJEkWJH4yC3DACWRJO7mMugaMahQ28TpkDpOiFOgpp9Zgx
hsGWzjwzXyf8EBCpG63z/wAN2+SsIIo62pafWDg1IU2A5yZAN1PqRX8/0NtZBflAd2V+Bxhm
LJjXozT/AOF/R8RVDVCoVQb0cwJbfUhhTk8BUygYgRJCRS9mv+VEgBVdAGJI6FSPQPSDZfnG
Alntx4SjpLzKBg2+yKL50v8AXmXRbgUX5j/RKrYJZLdCRG6385SqBMDX4ijlGfeI+BN6hggI
R9rmqImzCX2CawKsJCpAg+GrPn/jSm2kC1CtFo/rE52CwaFzXAdY93iEyAEY5X6MauqfxBsP
fycfACQZakEX06rcqBTUeDKTwHUmL1oPppbY+TfEb7ZFWaBTE38a+TBtJHQD6lfUuC6aJxcF
auEZ6ujv0t3GRHeegUTIelzahgAoDiBE3rffc1eSAgoG+8PGSqKl1yETAV+fn91C4iA7Qb1Z
zKwgjsOICCT0dDcp7yTVTu1rx7kNJGVyG+pI/bN45wB2Xy2u3+H4ciGVQKhtxiEIJ6aTfpGn
RC4gcRGSQRleFC2dTCDQWLwmxfXr/wA4BiowoIg9HIZNUJIfqga+GfaH/wBEJ2L+DJBCjPGl
BNOBpwE8Dmksv8SCSCL/ADzf3is0aNFJI+HF3oKUIOiOc/l/54ciXMJugiA/fhHC2LsS3sGK
rq48PR8TfDcxwOsTSR7PCjXpmpDFdtiKpY/AHjrgRRNg9HSpASG7g4+L5rNmwZ6V8uHJA4D3
G/qGotqZXg68kZsiBSfm5e2IBkox2OkPnY4uiisTpTeD7GRuIeELRPM733J94GZCiKh9GRxw
aCfgk9q7+8KY1dbaua32c9x2X03RJTB6Pv6x0RctHQkPS05mQLqKUiSNUdHJlgeu8CAe0fOe
42FUllPbawF2+41+l0QUDAAiN3pkxWnLWHMAHlQzymElerUCBk0P6CvkQVdX3+OUL6uYUAbc
g9N9udoda17lQYGat0ToWLRcyf1QQoXb1f6LMJgBagpVh93wfhiSRknF6M8vHX8gHYlEIwSI
9c/5+AVkIRetuOYjTYR3Jql2tdxZ/RmW4JDcGlRqn/EzmUhtRasWqnBjU6YMJEvD709LoXdl
YCAunTgDYzgcWGpEKjeneED0z9le2AsarjbBmulgk7X52FhqEBIklkAF1vEvsQQQ9OSpDKYY
rPwLHKZEv4UOhL23gfiAabcZoq6Q4ObYfdybwT6M2GNQ/OWuB41oklopB6xpSmQZcagoe8T3
CchQgQt9CKRk6wE2SM8VrJ6Emeu0fxJ1QYj/AKwc7ZxAothLurqcwCEIqEJspho3U5N0+CAo
mT8QMd1CkEVo+57xqng6xVhWi3T3uD75dsgiN/A3AxbRoWjsIfAxntV0xV7DUu3yZ2gTIxhW
xGxuuGBWsWDixFFhKxlUjvHCvUUQ0Ben9I5kjtq6he6OnHnWwEnkPFQnwZvToYsWY6qI85iS
E0LWh0aVo3eUYatd2EaCRH6/5EgiFFBU8rreLQiwIBANDZ9VwEDddIRTU8S/P9ZUKgWMkCQY
1fUzQmrFYsshr/5cipOxd4iruv4TZJYLe6bUwLe2W9M3dH/+uR0RpdA6XYsf+mclnQA7tsfH
89xQPuJR9k6Hw/2B6hfYRSOQ5QbYqrd3XDzFIVW4cDxnWGoD4Bet4Ko8lmy8LvFE9N46NVYI
W1Y+GNUmahkKS8N71Gz1pinByL1etk5wDFjQIWIOw0aJNHoclPrAeRjoUAxXxwDAXUDsOni4
ohT0SqsQ+OTlxREQyMXfYckl5mpdd9vK73VdUWsXRrEFFKCbyErOTJlcbQ7v0ZBtPNRtlA0h
0IbyWiHQLVNQfX0Yu14FEAjGiq7059OxHYPyPEdccQtYHaCtFVwN3RFLp0MAgFowmLhlENVV
TZMHQ3VcAhEWYn549Q4hIgJ2EPd7xgYpQ0t9pCgxhqFLgQTJrcmNmdwEmDYt3qAzWW95a7oM
tEnnbiQVNn21egE5q6PXxynA1T2wA0cmGPwBe2bopAw0uH84W3D3gdG78MH7IgS8taQ/RAMb
xADpFvz1ad8mUN51Fux4v31kK67sQAUz4A1htnIAvxI9eP8Ax7IM2gGjcsGsE0ZjdpE53CwK
jk1TA/Mgph/0dceRpoegCvuBnnLIvcNWfH9T7cjalZLyDU6OU9VoJ04tHd7w0FG2I8ABJ0Pc
BpbIL7Z15tPh/gDVXKiEGBwmj4zuFpgq6p1/g+KnU4RNH4z/AFinYetfHhP5ZdoYrvsArsTv
EtnZBbjGRESl4uAEPe9CqBMmtXyNWMpKJuVsDqTrQ4mUMcICRcUbX5JVaAqN4jtXXeCyqJ3B
5jm6p9YdXcurp7rrDRiZ08IrqUWRdLgodNYNiJAYBA6N40TnjXQZkppsmTZCW5jT0ejV4cmq
j0k3VKh6u9YVny4JHB69FGzGh9US2BBdz4g0eRdBaFkGyjbmVBx4ZKoEUiqHuMHBGDD/AIJw
YZHJARtuWbc4c9zeyAIu6Y6OEecNIbUJe7XDCC1WZKIUKOAobX0wCoXgh0CcPoLDcDwb0KdY
KUMkKaMK97emZudC6ZUyisOL3eyJSIEBFrY18APcobfbCiRcdhfMmu2P9Ej9FHRaBjAC4gZ6
XLBg8wAUyoJ6IqPzNtYcgiiX5rYn2v4VNeSIrOFFsB1uJ3qQ524LmiRU1iTClMV4xVCrzxR8
4krqASIXQuWK5DAuUQld7VM0kX0KHxqDd75MRprWuDSITYNmcHmJCR+zuD/k30jOjj0Yvgi5
vShwzfede0onaKu2eLE7fYIR3tJEeYnXm0BZ+v4pigLebxMZaDMSyHb8lDeEUjuoNHgCWp11
j7FLBH4jXw/hQMQRJsbL2U/uMSwDVGia4BzUs+KGiAzi+7QMdar3D5QFxqOJBuF5EQjO2+W/
ylfUpE2mgNt1un+kmkbUwzUVRBDfc5pfCvWJCUPwwdmFE+RnM3x9uG49SBQ+PE1/sxSuKoIu
a6tEu1gHKH3TxhLW+dMEaJClMGoCqKw5t6k+Eagm3ruGPhZb3DkVC3h8Y03MYtAQeHyG96Vo
UGeBJ0NO3xzd+W1f9CudX5xnA+FHDRAdBToblZgEE4QgX4QAxA8WVbj6gmi7zvjML9AIfogK
6rjQNpCkEQBsBUayAzYIq6g6K6bO9jSQDukmMzMWK4gqK8TVyZMBL9YzUCGVISUAndUxBR2N
z1QHoB3uPuultY62KWJDXXOEfkQEW9Wj1NGLS92AKfEdCUGDtPj9uYBLoLd4U4VukSCe4N4D
LiGsAmAbqF1GtYYSCVUGwhhoBIUxBKGjSMaCMVv4Z8g55rCQ1lHqHucWjW7xTCI4vynXG5Xn
BXRjrJmgAcUCjWehboN5ZMkjUgqGlsU2XLf0QzbqfKfU0DZc5+D4QiBvAGPaAZbkqK0jtBir
EpLJcb4Nk7wxRri4F4ggmIKynOzBZHwYlMPcG7OEobZ4+g3CAH80x+YpOujWH2oskbQjEmjw
4eaQFUDganb4MQYDMS8bu7hu8mNigkCDh0E9J64QU2KrI4Rwd7XeQdD7JzFI7QyP3iNLsFTP
2fhnFT91DVU6nGPM8gYPhKOB1K7xqaIA6qippJgZYkERKQ28gwm5HA2wss6fCPn9l4QVSUwY
EAlJ3Hv+CcTTeB96/rIbxo8Omxo7THHXvrCR8fDhgE+6alBoeNSbMUOsuj+KRiBZuJoTPzhH
/wBOCEkFOT04kQWqAudwCNd32EBXxk4oOgtbdY7BDasHaes2P8Nu0YFns2KO85TNyk5PgUJB
waT7F6WTHpdrtQt8YI1AScAU9RiaeYhY5cMnEYKgtKjheSRuswHGdrSOAEhSIMIKVCmr1huO
lY4dD86tWHmVaoXWs3XChED0odYNAiAshe1vB/xOtEodqVFfGJ31jEaiuLA0rBpkMW2hSCuA
/BObzFQtC4oJxAgMRS0RFnp3rzZOJkOrnIzc5WKX3zHKtirI3oz93DbJaAx1Ad+CcML3M6Ic
Z1dM+lnGXGrxB2QxXvXECyuC0FUS8OEyEDcZCpa/8T5OLxr6HfrW54hHDfbSOulu6SbDidlE
KyjaZi1mprA9NhanfMD2T8dVkDgztcP9hQTNslUgeO+N975heaTRSath+08xsTKJ2QgrVqjW
EcsM5kBJbvo3oO5CTIEJRBNRBKhh2B3hv6CGtpOsEl7FMejDQ3+5hkuoU2dUTXarFyCzwK3q
pbbATeaqUQFIqIIQT/JIwUOZHporzqU4sZDWc5rxW+A5SLutE7VrfG11jflElKobfm6AbwtT
Vzd3VuCI2rvITTnNyiiVJunenHpASEGC3lWUgGdSZcUbD/IIC42l5rT2qQ9CpE8pk0liV7/I
Phd7izTWnU7zBtO93Bhtoybe4Vaenq5R8bOkWZTZ6cYAA+uGfgCca4k6hpy2nU6fAHcKRIZl
OFFqmiYm44ASTeW21p3FOYTiqhEvlr3FbJLQg4VRU/TJIARMa2Fah9LLjkh0oXWJWDhRIQhE
af8AAfeA1WS3QMBIz8XE66Ru3XwgOivuCJ+F6btp+enx/Fwhejovp6R8GbDamkVBKoiFvnc2
/wCYmTIRq+GvpxjleDS6ATK/6PNoEV0Nt3Q1HmSzD6tnsBq9eTAi0m4KTHvp9vDE9jseOgAb
id6kxE45ChaMeaJH3iy3KmQ1aLV1qaFya3+bAPnL9f8AywqbHW0AfQTruI8I5yR0NWUG8Mib
wQkl16Gg8wH28XxTQryQdsQCazdwNFatvHzpFPlVgiKeP1IVTB8UjlpFPRUa6JGSYUrHfcAE
xAYPA0Zve4dNnM8HrilcmJXRx5hjYIW62OKR4PdZOPq9V6KzWrg0YzBlLkrSds7QfOLoJucc
ehqoNFvBfiSanQDvjZwo4Ma4iDGsMAEBNNIC9IBB8GAvj+KQR32qyAu4kCoyJCPcURTuhmHl
3tzeH7BsNamev5xnu5qR5r7ZLUGzQOMWeBdBiveb4fBdYm19wamu1ArOjQlKFcsqbgoNo5Uh
XLi/VRLx4S7aopd3LQ4G0OzJTA51QwQamV5Jo69wngWhDyomxAFJrN6RlGlloQqb+4g8AY4j
Tpo7fOjAP7EphBdHgB2OFUQEWz2CFCR6uUwSr2wQfSh8u6PBZMHElBBCvZh/AqlRFifIATdx
xT6VW5FUE2QaXmuTFU9J1REFC20MTz7EXsRpQLzKK5tZUdb5AuHApSfkEPIlAGzCfDQx6pgc
TotsMH6GSyq+I1Vz0Yw0DIgBJ24WSZ9mlfwAnYoffcn6GQCUdtG7yTG+LRsgnzUvi6OP2rAF
l4j+aZtwbwks1RJuTWOqQ/d/mvAXmShCQNeHQH7xTSXlOgzWn15KKPgnjZiOB9kuLYuk+QxO
rcQlCBjsMYiyyFQSovR6fjC86EH3FURBGiNwLL34Q9sCjjzGH2N4knWyX7Z5Q3NqkeQ6ciOV
ytE48AgbVxs+HwIgjsa6nN4AQK9dCAIwb6+VHCmAUTb8QgdHMdIQ6NEuUKaTzWM62heSkWFs
/wC2B1nQJ51xQJo43SzmYxj8I+7WOs6ddI59idfnLM9QFr6K2BKuFOo3ckKaZom6Eclt4RoT
R4AE8M1IzCiKcJNQv2yPoWro7OGQr6RU3qpBEWiip+ZvhOLPZVMAIT4DbMkvGZo4xWw1Kmi3
NvcaX7d2pLSGUwkaI2zYBnjCd+Sr9gI+ZYA70CQIcHO1vGKUqkUQhzByv1k19VVKgCPsrmQ4
qMyh+yv29xU7DYIMFfimji4EWhlP7Co9V8YJu6J+zFAdBp9MWA+mNDb0AH856YslDSAl1P7i
SjWE9b9aqiaHQQ1rI0S+lqGloJt4bwYbJR41YjQ4MpCrRGQMrSm03kQgH05Kgl/7cijABoeg
Oi45acJPQKXDV1kVyWFjrg9s6xQEZF+piA1piiXBDSrNUyG/wJ7jrbVak7aSSgPploo0CdQi
IaVujuJImMGCjUB6PywTCdUnLYWgD4MrdEYNNmayClL7lBcsUDfDQr824upoY3tDukcFZEW2
K5lhNRc6jiUY8OJQTo9ZtOCKcfAsu/qn53BurdWDVdbwRvxiYlIyANAECNx5ggarGbmIkg6s
nwmKIMII55AtDyCFYbHFLNycAHpxpWZ1gNEgAbcXMvH0TQESIvfx9YSgU3gIUNP7WnJQZNJl
kFRk5ipRWkrM2v8A6QYKQayvAYO/QKXD3f8AtyBQjoDn0MQDAjYBqlQ6BDiOwvAPqoBUsAEN
dRlZ6CdE+8YIpZq4nf0DdeYBwZMrRrJEgVO7zZMUxTu+7m7nC4eZFRRdg6ZDc3jSeyJ2Ybqa
N+t4/lWAYpR5TGBgdbptiAmqbfjeTflNjbKGirencaEJ8Y1sdfjEGtYKo3UczfJxyaejUQKQ
QfLCk1VYJdmcm/l24gXlLwJz+SvkwFoZBglCPjomJeA1IWQPiphE1KrutxsUhqMhEmKTKbLk
HfnqZBFxjDYvG2oHWITVVi9OF6k+iYoCAfTLdMYJUlwBQkxpUEUWOlfDLkmtSJSMgowkMG1h
atjhSkD45hEwBQHuyCLrx947e4YdGIIDS3X3hmb6msmUBvsd8FBNnRFl0QAdncTN1rqk2ihV
Q+xdwEqDNK2FAoD67j6n5Y6FRIscpzzIwjpNE5HyFTmEWOWTYp9ZRe4ETKIYAu47QMOvBMOh
7WRQU2OAHFez6RA+N1AoaRbVKImvQaD84loNRxuzYCYwBcIpaOQmhGNJjIDpxsIdgYdf4ZKC
kQMo2ln4GvGcMIl2OupViuI2kYJURUaKOQHmIwtEfCYL7pdAWZ1NY02RytRg0XJFR5TwSuAK
fR+4GanTS6CKOX2VMDqr7xgJaXFjvU3IFvC2wRgFB/uywX4D6+sUzeJo0mIfFvGA8Eo2cxB6
NhvRi6F4AjpNRxjiCxlUW5aBhNgJcV7szqhZSWbSOV6U5msrAgTP4fxR12vEjrXBF62wQ0us
c4yKaWpoBGRPGGujWM0FH6KmwwJUrlQXO20WhsmwSsQ7KNE/QL7rF9MYFmcXdFrXBUMLU9LC
7ltm8jJyFFoVRlnpHeAJuLddsA1g6qhizMa/MFy1A81MeAK8vS5jwofOCZPcQpvpDxvXmAsZ
7+n3JCnDc5nVes+xTfubAOMf/9k=</binary>
</FictionBook>
