У подножия невысоких скалистых красно-бурых гор, опустившись на колени, отдыхали четыре одногорбых верблюда. Двое молодых слуг в белых чалмах и длинных рубахах уже сняли с верблюдов часть поклажи, расстелили на песке широкий ковёр и теперь занимались установкой белого полотна небольшого навеса на толстых тростниковых опорах.

 Недалеко от этого импровизированного лагеря по узкой тропинке между обломками каменных глыб медленно поднималась в гору одинокая фигура. Солнце палило беспощадно и в нагретом воздухе не ощущалось ни малейшего дуновения ветерка.

 Высокий мужчина преклонных лет в белой галабеи и тюрбане, опираясь на деревянный, украшенный резьбой посох, на вершине которого был искусно вырезан левый глаз Хора, неторопливо вошёл под свод пещеры.

 Он остановился, переводя дыхание и ощущая приятную прохладу. Ни единый звук не нарушал тишину этого древнего недостроенного святилища.

 Первый зал пещеры, среднего размера, тонул в полумраке, его девственные стены не подвергались ударам молота и зубила. Во втором зале значительно большего размера стояли четыре колонны, подпирающие высокий свод, на колоннах висели бронзовые зеркала, отражающие солнечный свет. По бокам зала располагались прямоугольные входы, по четыре с каждой стороны, ведущие в продолговатые помещения меньшего размера. В глубине пещеры находился ещё один небольшой зал, который использовался как кладовая.

 Тем же неторопливым шагом, с достоинством, мужчина прошествовал первый зал и, повернув направо, вошёл в комнату, где за низким широким столом сидел молодой человек, склонившись над листом папируса.

 Вдоль левой стены размещались высокие сделанные из тростника стеллажи с множеством полок, на которых в строгом порядке располагались рукописи на пергаменте, глиняные таблички и свитки папируса, лежали всевозможные баночки, горшочки и мешочки различных размеров, пучки сухих трав.

 Справа у стены лежал тюфяк, набитый соломой, рядом находились два сплетённых из тростника кресла. На столе стояла незажжённая лампада, вокруг которой в некотором беспорядке были набросаны свитки и листы папируса, испещрённые иероглифами и арабской вязью, лежали письменные принадлежности, астролябия и небольшой амулет из слоновьей кости с изображением богини Исиды.

 Жрец бога Хора, а это был именно он, остановился на пороге, его орлиный взор смягчился и наполнился отеческой любовью и гордостью.

 Молодой человек не выделялся особой красотой, но вследствие ежедневных упражнений имел прекрасное телосложение, а тёмные волосы, правильные черты лица и необычный волевой взгляд карих глаз усиливали общее впечатление незаурядности.

 «Да, как вырос и возмужал за долгие семь лет этот одарённый юноша» – размышлял жрец – «Иногда я жалею, что у меня нет детей, но я пошёл по другому пути, и это было единственно верное решение!».

 Молодой человек был так увлечён чтением листа папируса, что не замечал гостя.

 - Как твои успехи Асад Рашид ибн-Нур? Да будет Исида благосклонна к твоим молитвам!

 Молодой человек вздрогнул, поднялся из-за стола и поклонился:

 - О, могущественный Наби, учитель! Да продлит Исида дни вашей жизни! Благодарение богам, я ещё раз проработал последние главы приземлённой, тёмной магии и теперь перешёл к чтению второй главы магии Высших Сил.

 - Похвально, Асад, очень похвально! Благодарение богам, ты успешно продвигаешься в изучении законов Мироздания. Я всегда верил, что тебе не зря дали твоё имя. (В дословном переводе с арабского имя Асад Рашид ибн-Нур означает «лев идущий по правильному пути сын света», примечание автора).

 - И, как обычно, сын мой, – продолжал жрец – я привёз тебе провизию: молоко, сыр, мёд, хлеб, сухари и сушёные фрукты. А также мешочек с серебром, несколько рукописей и масло для лампады. Позже послушники занесут всё в первый зал.

 - Благодарю, учитель! Ваша помощь мне, недостойному, не имеет границ.

 - Ну, Асад, не надо принижать своих познаний. За последние три года ты значительно продвинулся в изучении тайных наук, и как я предполагаю, не пройдёт и года, как ты сможешь с достоинством пройти инициацию в храме Хора и получить Первую Звезду Мага.

 - Ещё раз от всего сердца благодарю вас, учитель! Благодарю за всё добро, которое вы сделали для меня. Да будут боги благосклонны ко всем вашим начинаниям!

 Молодой человек поклонился.

 - Ну, полно, Асад, я делаю лишь то, что мне надлежит. Делай что дОлжно – свершится что суждено! – жрец наставительно поднял указательный палец – На всё воля Высших Сил! Быть может, через несколько лет боги мне позволят покинуть этот несовершенный мир.

 С выражением отрешённости во взгляде жрец Наби отошёл к стене, опустился на небольшой ковёр, скрестив ноги, уселся поудобнее и закрыл глаза:

 - Ну что ж, Асад, посмотрим, чему ты научился за прошедшие три месяца!

 Асад спускался по каменистой тропе к предместью большого города. Не прошло и месяца как Луксор, бывшая столица фараонов, встретил новый 1150 год (1772 год от Рождества Христова, примечание автора).

 В очередной раз любуясь открывшимся перед ним величественным видом молодой человек сосчитал, что прошло уже двести пятьдесят шесть лет с тех пор, как султан Селим Первый завоевал Египет и Хиджаз со священными городами мусульман Меккой и Мединой и получил титул халифа, то есть наместника пророка Мухаммеда на земле, духовного главы всех мусульман – суннитов.

 «Как же давно это было!» – подумал он, но решил, что размышлять на подобные темы сейчас не время, неторопливо прошёл несколькими улицами к небольшой площади, на которой располагался базар.

 Молодой человек иногда приходил сюда, чтобы купить овощей и фруктов на вырученные деньги, что получал от пациентов, которых лечил травами и заговорами, или от тех, кто хотел правильно истолковать свои сны. Но посетителей его скромного жилища было немного.

 Асад закупил провизию, уложил в заплечный мешок и хотел уже направиться к дому, как вдруг мелодичный женский смех привлёк его внимание.

 Недалеко от молодого человека три девушки выбирали фрукты и, обсуждая качество товара с продавцом, заливисто смеялись, стараясь сбить цену. Асад подошёл ближе, и его поразили красота и стройность той, что выделялась более дорогой и яркой одеждой. Девушки ещё немного посмеялись, расплатились и пошли по направлению к центру города.

 Молодой человек подошёл к торговцу:

 - Уважаемый, да будет Аллах благоволить к тебе и всей твоей семье, кто эти прекрасные девушки?

 - О, это дочь младшего визиря, Анадиль, со своими служанками. Да ниспошлёт ей Аллах неувядающую красоту.

 «Какое прекрасное и мелодичное имя» – подумал молодой человек (Анадиль в переводе с арабского означает «соловей», примечание автора) и, с восхищением вспоминая изящный образ незнакомки, медленно отправился в сторону гор.

 Пообедав овощами с хлебом и запив молоком, Асад раскрыл толстую рукопись в обложке из воловьей кожи и углубился в чтение. Сосредоточение не приходило, мысли молодого человека всё время возвращались к образу Анадиль.

 Девушка была небольшого роста и очень красива. На вид ей было шестнадцать – семнадцать лет. Несколько прядей вьющихся волос, скрытых под розовым, расшитым жемчугом хиджабом, случайно выскользнули и рассыпались пышными чёрными локонами вдоль смуглой шеи. Тонкие черты лица пленяли своим совершенством, а карие глаза, под длинными ресницами, как будто стреляли во все стороны весёлыми и озорными искрами.

 Поверх галабеи цвета слоновой кости на девушке был одет розовый шёлковый халат. Стройную талию, по персидской моде, опоясывал узкий кожаный поясок с большим рубином на серебряной пряжке. Тонкими пальцами девушка держала кошелёк расшитый жемчугом, а на её изящных запястьях красовались серебряные браслеты искусной работы, сверкавшие в солнечных лучах.

 Молодой человек тяжело вздохнул и закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на чтении рукописи.

 Две недели Асад собирал деньги, которые в качестве оплаты за его труды оставляли феллахи, так как считал, что не вправе воспользоваться тем серебром, которое привёз жрец.

 И вот теперь он стоял в новом тёмно-синем дорогом халате и белой чалме, придирчиво рассматривая своё отражение в бронзовом зеркале. Халат, подпоясанный белым кушаком, плотно облегал его стройную фигуру.

 Молодой человек остался доволен, и вышел из пещеры по направлению к городу. Ранее он разузнал, в какие дни и часы Анадиль со служанками приходит на рынок за покупками, и сегодня надеялся на «случайную» встречу.

 Солнце ещё невысоко поднялось над низкими горами, и на базаре не ощущалось удушливой жары.

 Асад медленно прохаживался между многочисленными крытыми лотками с фруктами, овощами, специями, лепёшками, горшками с цветами и садовыми инструментами. Его взгляд следил за прибывающими покупателями. Наконец его терпение было вознаграждено.

 Анадиль, весело смеясь и болтая со своими служанками, вошла на рыночную площадь со стороны широкой улицы, ведущей к центру города.

 В этот день на ней был шёлковый халат фисташкового цвета, надетый на галабею оттенка спелой хурмы, хиджаб в тон халата, подчёркивал лёгкую смуглость её привлекательного лица. Девушки остановились возле лотка и стали выбирать персики и виноград.

 Асад подошёл как можно ближе и, не отрывая взгляда, с восхищением смотрел на прекрасную незнакомку. Его пристальный взгляд не остался незамеченным, и одна из служанок тихонько потянула госпожу за рукав. Анадиль обернулась. Тёмные бархатистые глаза с любопытством вопросительно посмотрели на молодого человека.

 Асад набрался храбрости:

 - Прекрасная госпожа! Да ниспошлёт Аллах свою милость вам и всей вашей семье! Могу ли я, недостойный, обратиться к вам с вопросом?

 - Ну что ж, – девушка весело улыбнулась, и в её глазах мелькнули озорные искорки – спрашивайте, раз начали!

 - Могу ли я узнать имя госпожи? Да не увянет её красота, подобная красоте весеннего утра.

 - Меня зовут Анадиль. Я дочь Гази Жаббара ибн-Фарида, младшего визиря, да продлит Аллах его дни. Вы так интересно говорите. Вы наверно образованный человек? – её глаза продолжали смеяться, с дерзостью и кокетством рассматривая лицо, халат и чалму молодого мужчины.

 - Уважаемая госпожа! Моё имя Асад Рашид ибн-Нур. Я изучаю науки в пещере недалеко от города, в горах.

 - А, так вы учёный-отшельник, Асад? Мне казалось, отшельники не интересуются ничем мирским. Что вы делаете здесь, на базаре? – осведомилась она несколько высокомерным тоном.

 - Несравненная госпожа! Я прихожу на этот рынок покупать овощи и фрукты.

 - Что-то я не вижу в ваших руках покупок, уважаемый Асад! – дочь младшего визиря изобразила на лице удивление и прыснула от смеха.

 Асад чувствовал, что от волнения пот струится у него по спине. Он не привык разговаривать с девушками и не знал что ответить. Не мог же он сказать, что специально пришёл на базар, чтобы познакомиться с ней?

 - Не смущайтесь, Асад! Приходите в дом моего отца, я думаю, он захочет пообщаться с учёным-отшельником. Может быть, даст вам работу. Ну, а теперь до свидания! Мои служанки уже выбрали фрукты, и я должна идти домой. Надеюсь скоро вас увидеть.

 Она повернулась, расплатилась с торговцем и, не обращая внимания на Асада, смеясь и перешёптываясь со служанками, ушла.

 Молодой человек стоял и не мог сдвинуться с места.

 «Конечно, – размышлял он – она дочь младшего визиря, а я отшельник, и всё моё состояние – это единственный приличный халат. Она решила, что мне нужна работа. Я влюбился с первого взгляда, но в её глазах я не нашёл даже намёка на ответное чувство».

 На следующий день Асад купил большую корзину с фруктами и пошёл в дом младшего визиря в надежде, что увидит Анадиль. Но его мечтам не суждено было сбыться.

 Беседуя с Гази Жаббаром ибн-Фаридом, молодой человек понял, что это человек умный, хитрый и жадный и, конечно, его должен прельстить богатый калым.

 На предложение младшего визиря занять должность секретаря Асад с надлежащим уважением ответил, что, к сожалению, вынужден срочно уехать на несколько недель в Каир, к родственникам, но по возвращении обязательно зайдёт к достопочтенному Гази продолжить разговор.

Асад решил изготовить золото.

 В течение недели он перечитал все имеющиеся у него рукописи, свитки папируса и глиняные таблички на эту тему, но точного руководства к действию так и не нашёл.

 Следующую неделю он пытался извлечь драгоценный металл всеми известными ему способами с помощью соответствующих ингредиентов, формул и заклинаний, но не добился успеха.

 Обессиленный, он опустился на тюфяк и закрыл лицо руками, его мысли возвращались к одному и тому же неутешительному выводу:

 «Тупик! Выхода нет! Остаётся только один способ».

 Прежде, в одной старой рукописи по тёмной магии молодой человек прочёл, что можно заключить договор с потусторонними силами и если всё сделать правильно, то и сам останешься жив и достигнешь желаемой цели. Там же были даны описания некоторых обрядов вызывания.

 Пять дней Асад искал необходимые формы заклинаний и разрабатывал точную последовательность действий. И вот, настала долгожданная ночь.

 Для места проведения обряда он выбрал зал с колоннами, как наиболее подходящий по размеру и степени чистоты астрального пространства.

 На камнях в центре зала Асад установил три горшка с ароматным маслом и зажёг фитили. Расставил четыре жаровни на треножниках по сторонам света, очертил магическим клинком круг и вписал в него два равнобедренных треугольника. Разложил в определённых местах шесть охранных амулетов, начертил каббалистические знаки, приготовил запас сухих трав и порошков.

 Возле стены разжёг небольшой костёр из собранного на берегу Нила сухого тростника и веток. Надел на шею амулет из слоновьей кости с изображением Исиды, сел, скрестив ноги, на каменный пол в центре круга, и стал взывать к богине.

 Молодой человек просил Исиду о снисхождении к его любви, и о защите от тёмных сил. Полчаса молодой человек провёл в молитве. Затем встал, разложил угли по жаровням и бросил на них пучки травы. Струйки дыма поднимались к потолку, наполняя терпким запахом пещеру.

 Асад встал в центре круга, лицом на юг, вынул из халата лист папируса и стал нараспев читать, вся его воля была сосредоточена на словах заклинания.

 Он прочитал текст уже более десятка раз, но ничего не происходило. Закралось подозрение, вдруг он что-то упустил и заклинание не сработает? Молодой человек ещё раз перепроверил все слова, символы и последовательность их произнесения. Всё было верно. Асаду ничего не оставалось, как возобновить попытки.

 Через некоторое время воздух под сводами зала стал дрожать, переливаясь мельчайшими светящимися точками, порывы ветра с возрастающей силой проносились между колоннами, цвет горения трав изменился, послышался громкий шорох, и тёмно-лиловое дымчатое облачко образовалось с внешней стороны круга напротив лица молодого человека.

 Облачко уплотнилось и превратилось в существо, внешним видом напоминающее гиену, но меньшего размера. Существо было тёмного серо-бурого цвета с маленькими рожками, смышлёной мордочкой, крыльями как у летучей мыши, длинным хвостом, мохнатым тельцем и небольшими изящными лапками.

 - О великий маг и волшебник, я первый, сразу же примчался на ваш могущественный зов, чего желаете? – произнесло существо, немного шепелявя, с комичной интонацией в голосе.

 - Как тебя зовут, малыш?

 - РемИль, о ваше самоё могущественное могущество! – существо наигранно, но с долей грации поклонилось, раскрывая при этом крылья и разводя волосатые лапки.

 - Кто тебя послал, Ремиль? Кто твой хозяин?

 - О, мой хозяин самый величайший из демонов высшего круга! – захихикало существо и лукаво посмотрело на мага.

 - Почему ты смеёшься?

 - Как же мне не смеяться, вот, работёнки подвалило – радостно сообщило существо, обнажая ряд острых зубов.

 - Что ты имеешь в виду?

 - Ну как же – искренне удивился Ремиль – ваше самое достойное достоинство нас вызвало, значит будет работёнка.

 - Я хочу поговорить с твоим хозяином.

 - Ну, это не так уж чтобы очень просто, – существо сделало паузу – но возможно. По какому вопросу изволите беспокоить? Ваше несравненное великолепие.

 - Мне нужно золото.

 - Ну, это совсем просто. Может вашему непревзойденному могуществу надо кого-нибудь ограбить, убить, отравить, повесить? Или ваше добродетельное великолепие хочет испить крови младенцев или юных девственниц? – с ехидной улыбочкой осведомилось существо.

 - Нет, спасибо, не надо.

 - А может ваше наимудрейшее величие, хочет любви прелестной юной девы? – глазки существа немного сузились.

 Асад растерялся от такого вопроса, ему показалось, что Ремиль читает его мысли. Хищное выражение мелькнуло на мордочке существа, оно смотрело на затухающий слабым мерцанием круг.

 «Защита ослабла!» – подумал маг, он собрал волю и мысленно прочёл охранное заклинание. Круг вспыхнул с новой силой. В глазах существа проскользнуло разочарование.

 «Да, заболтал меня Ремиль, надо быть повнимательнее» – размышлял маг, подбрасывая на тлеющие угли пучки трав и щепотки белого порошка. Струйки дыма медленно поднимались к потолку.

 - Ремиль, ты даже не спрашиваешь, что я предлагаю взамен?

 - А что спрашивать, итак всё ясно! Что может предложить бедный маг? – глазки существа хитро сощурились – Только свою жизнь – он сделал паузу – жизнь после смерти! – Ремиль закатился хрюкающим смехом – Не расстраивайся маг! – проворковал он, отдышавшись – Поскольку я считаю, что мы уже познакомились, можешь называть меня Реми.

 - Хорошо, Реми, передай своему хозяину, что я готов обсудить это условие.

 - Как прикажете, ваше наимудрейшее великолепие! – существо изобразило комичный поклон – До непременной встречи следующей прекрасной ночью!

 Реми исчез в растаявшем облаке.

 Асад вытер пот со лба и осмотрелся. Жаровни дымили, охранный круг слабо светился. Маг затушил горшки, и не в силах больше ничего убирать, пошёл в келью, устало опустился на тюфяк и заснул.

Весь день Асад провёл в посте и молитве, пил только воду. Это было не впервой, и организм мага давно привык к подобным очищениям. Он молился вечно юной божественной Исиде. Просил даровать ему мужество и хладнокровие перед лицом тёмных сил.

 Под вечер маг налил свежего масла в горшки, удалил остывшие угли из жаровен, проверил расположение амулетов, очертил ещё два дополнительных круга, один в другом. Опустившись на каменный пол, прочитал короткую благодарственную молитву и стал ждать. Асад ждал какого-нибудь божественного знака или видения, но ничего не происходило.

 Подождав ещё немного, он вышел из пещеры и долго всматривался в бездонное небо. Мириады звёзд сверкали своей первозданной красотой, подобные горсти драгоценных камней рассыпанной по чёрному бархату. По вышине серпа Луны над горизонтом он определил, что наиболее благоприятное время для проведения ритуала близится.

 Вернувшись в средний зал, маг вошёл в круг, зажёг в горшках фитили, разложил угли по жаровням, бросил на них травы и приступил к церемонии вызывания.

 Сначала, с помощью собственной воли и магических знаков, он воспламенил три охранных круга, они загорелись неярким, но устойчивым голубым светом. Достал свиток папируса и принялся читать ровным тихим голосом.

 В этот раз ему не пришлось долго ждать. Буквально через несколько минут перед Асадом появилось тёмно-лиловое облачко, оно расширилось, потом стало сжиматься и уплотняться, образовывая фигуру Реми.

 - О, наимудрейший из мудрецов, великий маг и волшебник! Реми, ваш самый покорнейший из слуг, приветствует ваше могущество! – проворковало существо проникновенным голосом.

 - Здравствуй Реми! Да будут к тебе благосклонны боги!

 Реми поморщился, и на его мордочке промелькнула злая и отвратительная гримаса. Он недовольно засопел:

 - Ну, для меня это приветствие ещё каким-то боком может подойти. Всё-таки, всех нас когда-то создал тот, чьё имя нам нельзя произносить! Но хозяину таких слов никогда не говорите. – он сделал паузу и многозначительно взглянул на мага – Нужно, со всей присущей вам учтивостью и уважением, а в этом я не сомневаюсь, произнести – к Реми вернулось весёлое настроение, и он напыщенно, как в театре, задрал подбородок, поднял свои маленькие лапки и с чувством продекламировал:

 - О, ваше несравненное могущество! Да будет к вам благосклонен князь этого мира, и прилегающих окрестностей, величайший и непревзойдённый Сатана! Ну, или что-то в этом роде – добавил он буднично.

 - Ну, хорошо – начал Асад – ваше могущество Реми …

 - Нет, нет, нет! – перебило существо – мне это титул не подходит, я до него не дорос, да и вряд ли когда-нибудь дорасту – он залился каким-то хрюкающим квакающим смехом.

 Асад подождал, когда эта какофония закончиться:

 - А как же к тебе обращаться?

 - Зовите меня любезный Реми.

 - Хорошо – согласился маг – итак, любезнейший Реми, что сказал хозяин?

 - Что он скоро прибудет, и вы всё узнаете.

 - Как скоро?

 - Через минуту.

 Асад хотел ещё что-то спросить, но запнулся.

 Вокруг Реми стали образовываться и расходиться вширь серые, бурые, фиолетовые и тёмно-красные облака. Туман быстро уплотнялся и через минуту перед магом, с обеих сторон круга, материализовалось скопище фигур.

 От такой скорости превращений происходящих на его глазах маг оцепенел, но опомнившись, внутренне собрался и, не смотря на быстро проявляющиеся фигуры, начал мысленно читать молитвы, незаметно краем глаза проверяя всё ли в порядке.

 Три охранных круга горели ровным светом, пламя в горшках, во всяком случае, в двух из них, стоящих по бокам, не погасло, от жаровен поднимался слабый дым.

 Асад выдохнул и, сосредоточившись, посмотрел вперёд.

 В медленно клубящихся облаках тусклого багрового цвета на огромном чёрном троне сидело чудовище. По тому насколько торс существа возвышался над сидением трона, можно было предположить, что полный рост монстра составляет два с половиной – три метра.

 Огромные кривые, спирально закрученные рога возвышались над лысым грушевидным черепом. Маленькие налитые кровью глаза горели безудержной злобой, из полуоткрытой, с обломанными клыками пасти текла белёсая слюна, козлиные уши и длинный горбатый нос дополняли и без того уродливую голову.

 На толстой короткой шее висела грязная верёвка с нанизанными на неё человеческими черепами. Широкие плечи и грудь, покрытые редкой рыжей щетиной поражали воображение своей мощью. Правая рука чудовища, покоящаяся на обвислом животе, держала дубину с железными шипами, упирающимися в пол. В левой руке, лежащей на подлокотнике трона, был огромный кубок ядовито-жёлтого цвета, изготовленный в форме человеческого черепа. Толстые волосатые ноги оканчивались огромными копытами.

 Вокруг чудовища располагалась свита. Бледные измождённые вампиры с горящим взглядом и кровавыми клыками тянули вперёд свои тощие скрюченные руки. Полугиены–полуволки ползли на брюхе к границе круга. Человекоподобные монстры с выпученными глазами жадно втягивали воздух уродливыми ноздрями, пытаясь учуять запах мага. Проносившиеся между колоннами, огромные летучие мыши с человеческими головами хлопали крыльями. Полулюди-полузмеи шипели и извивались на каменном полу в поисках входа в круг. Вся эта отвратительная толпа шевелилась, подобно куче копошащихся червей, издавая при этом омерзительные звуки.

 Без движения оставался только хозяин и Реми, расположившийся по правую руку от него на широком подлокотнике трона.

 Проницательные глазки Реми с усмешкой и долей злорадства смотрели на мага.

 Асаду было страшно, пот струился по лбу и вискам, но собрав свою волю и, стараясь не обращать внимания на мерзопакостную свиту, он начал:

 - О могущественный! Да будет благосклонен ко всем вашим помыслам – маг запнулся – Сатана! Будет ли мне дозволено задать вопрос?

 - Ну, задавай – прорычало чудовище.

 - Я хотел бы обсудить с вами – Асад снова запнулся – возможность некоторой сделки.

 - Какой? – буркнул монстр.

 - Мне нужно золото.

 - Сколько?

 - Ну – маг растерялся – сундук.

 - Какой сундук – казалось, что чудовище издевается.

 Молодой человек стоял в нерешительности, обдумывая ответ.

 - Вот такой – он развёл руки чуть шире плеч.

 - А что взамен?

 Асад немного помолчал, собираясь с мыслями.

 - Я согласен отдать часть моей загробной жизни – произнёс маг тихим голосом.

 - Ну ладно, не буду тебя дольше испытывать – прорычало чудовище и изрыгнуло из пасти клуб фиолетового дыма.

 Когда дым рассеялся, Асад с ужасом обнаружил на троне совсем другое существо.

На троне в непринуждённой позе, закинув нога на ногу, сидел мужчина средних лет. Зачёсанные назад прямые чёрные волосы спускались ниже плеч, обрамляя серое удлинённое лицо с правильными чертами. Тонкие чёрные брови, выразительные чуть насмешливые глаза, прямой нос, сжатые губы, волевой подбородок.

 На хозяине был чёрный бархатный камзол с серебряными пуговицами и белоснежным воротником, чёрные бархатные штаны, по бокам украшенные узорами из серебра, были заправлены в невысокие сапоги из мягкой чёрной кожи. Белоснежные манжеты прикрывали удлинённые кисти рук с тонкими пальцами, на которых блестели несколько перстней с камнями чёрного, фиолетового и бордового цвета. За спиной этого изысканного мужчины, внимательно следившего за молодым человеком, как две горы возвышались чёрные сложенные крылья.

 Реми, продолжавший занимать правый подлокотник, с обожанием взглянул на своего властелина и в ответ получил мимолётную улыбку.

 Маг с трепетом преклонил колено.

 - Ну что же, Асад – произнёс повелитель хорошо поставленным негромким голосом – мне понравилась твоя твёрдая воля, бесстрашие, компетентность, собранность, вежливость и отсутствие алчности. Потому что – пояснил он – часть посмертия за сундук золота – это высокая цена.

 Маг, стоящий на одном колене был потрясён теми превращениями, которые произошли с поражающей воображение скоростью, и тем, что этот человек, вернее не человек – поправил себя Асад – знает его имя и не решался поднять головы.

 - Давай без церемоний! – услышал маг голос повелителя – Поднимись с колен, и продолжим.

 Асад встал, с трепетом посмотрев перед собой, и с удивлением обнаружил, что свита не проявляет агрессивности и даже немного заскучала. Набравшись храбрости, маг прошептал слабым прерывающимся голосом:

 - Как мне величать вас, о повелитель?

 - Называй меня Халит – был благосклонный ответ.

 - Его могущество Халит один из самых уважаемых ангелов мрака – встрял Реми и получил лёгкую затрещину.

 - Ваше могущество, Халит! Я приветствую вас от всего сердца! – уже окрепшим голосом произнёс Асад.

 - Ну, вот и ладно – ангел мрака продолжал благожелательно вглядываться в мага – вернёмся к сундуку – края губ повелителя немного приподнялись, изображая улыбку.

 - Не буду, уважаемый Асад, ходить вокруг да около, скажу прямо – глаза Халита сверкнули тёмным огнём – ты мне понравился, и я возьму с тебя по минимуму – он сделал паузу – сорок девять лет твоей посмертной жизни ты будешь моим рабом.

 У мага закружилась голова, пот тонкими струйками тёк по спине, воздуха в лёгких не хватало. Через минуту, собравшись с силами, он прохрипел:

 - Я согласен.

 - Вот и хорошо – буднично произнес Халит и сделал быстрое движение пальцами правой руки.

 Тут же, в паре метров от внешней границы круга вспыхнуло тёмно-синим пламенем облачко, а когда дым рассеялся, то на камнях стоял сундук около метра в длину с открытой крышкой, наполненный золотыми монетами.

 - Подойди и посмотри – предложил ангел мрака.

 Асад уже было сделал шаг, но опомнился и внимательно посмотрел на охранные круги, которые горели слабым угасающим светом, остановился и мысленно бросил заклятие – круги вспыхнули с новой силой.

 - Да, не зря ты мне понравился – усмехнулся ангел мрака – сразу видна компетентность и осторожность, хорошие качества для мага – он с интересом наблюдал за Асадом.

 - Ах, да, небольшая формальность – продолжал Халит – ты должен подписать соответствующий договор.

 - Подписать кровью? – хмуро осведомился маг.

 - Ну почему обязательно кровью? Можешь чернилами.

 Асад стал лихорадочно вспоминать, приготовил ли он чернила. Нет, не приготовил, забыл.

 - Я буду подписывать кровью – твёрдо произнёс маг.

 - Кровью, так кровью. Возьми лист папируса и пиши, я продиктую – голос ангела мрака звучал с подчёркнутым безразличием.

 «Да, но папируса тоже нет» – обречённо думал Асад.

 - Если у тебя чего-то нет, маг, я дам тебе – двусмысленно промолвил Халит, сделав ударение на «я».

 «Мысли что ли читает, или просто видит, что я в затруднении?» – размышлял Асад – «Но, обратной дороги нет!» – и, пытаясь скрыть волнение в голосе сдержанно произнёс:

 - Ваше могущество, у меня нет папируса и чернил.

 - Правдивость! – Халит поднял указательный палец – Посмотри Реми на честного мага, с него надо брать пример! – толи издеваясь, толи серьёзно с расстановкой произнёс ангел мрака менторским тоном.

 Реми закивал головой в знак полного согласия с этим глубокомысленным замечанием.

 - Ну, это недоразумение мы быстро исправим – повелитель щёлкнул пальцами и к ногам мага упал свиток пергамента.

 Асад остолбенел: «Пергамент пролетел сквозь! А как же защитные круги? Амулеты и всё прочее?» Но, подавив в себе беспокойство, трясущимися от волнения руками поднял и развернул свиток – внутри находилось отточенное перо. Отодвинув перо, маг увидел заголовок текста, написанный крупными, со всевозможными завитушками, буквами:

 «Договор № – далее шло шестизначное число», – выражение неподдельного удивления застыло на лице Асада. Ниже было выведено каллиграфическим почерком: «Я, – пустое место для имени – за предоставленный мне сундук с золотом, после моей смерти обязуюсь отработать сорок девять лет послушным рабом в том месте, где мне укажут». Ниже стояла дата.

 «Так, чернил нет – подписывать нечем» – думал маг – «Ну что ж» – он вздохнул, достал из-за пояса тонкий священный бронзовый стилет и сделал небольшой надрез на левой ладони.

Впереди прокатилась волна судорожных движений. Асад с удивлением поднял глаза. Ранее скучавшую свиту теперь было не узнать, все существа оживились, почуяв запах крови, и в их глазах горела неутолённая жажда. С перекошенными уродливыми лицами они неотрывно следили за действиями мага, мелкими шажками, как бы ненамеренно приближаясь к границе круга.

 - Всем стоять! – громко скомандовал Халит.

 Только он и Реми не изменились в лице и сохраняли равнодушное спокойствие. Свита послушно застыла на месте.

 Асад понял – времени терять нельзя. Мысленно бросил заклинание, чтобы подпитать круг, опустился на корточки, положил лист на колено и, макая в кровь отточенное перо, вписал своё имя и поставил подпись.

 - Прекрасно – молвил ангел мрака – теперь моя очередь – и начертил в воздухе замысловатый знак.

 На мгновение нижний угол пергамента вспыхнул и Асад с удивлением обнаружил витиеватый росчерк, выжженный на листе.

 - А теперь, Асад, будь любезен, перебрось договор через круг – произнёс Халит ровным голосом.

 Маг поклонился, свернул пергамент и бросил. Но, не успев коснуться пола, договор был подхвачен Реми, который молниеносно слетел с подлокотника. Сделав вертикальный разворот, он приземлился у ног повелителя и, вытягивая вверх лапки, торжественно подал свиток.

 - Браво, Реми – ангел мрака хлопнул несколько раз в ладоши и взял договор.

 - Мои верные слуги – обратился он к свите – вы свободны! – и щёлкнул пальцами.

 Толпа монстров, бросая алчные взгляды, нехотя стала поворачиваться к магу спиной, исчезая в клубах тёмного дыма.

 - Асад, теперь у меня к тебе будет интересное предложение – Халит взглянул на мага и подмигнул.

 Молодой человек опешил от такого проявления дружелюбия и покраснел. С достоинством поклонился и, стараясь унять дрожь в голосе, произнёс:

 - О, могущественный Халит! Я внимательно слушаю вас.

 В это же мгновение, ослепительная вспышка взорвалась в сознании мага, наполняя разум калейдоскопом мелькающих ярких образов и видений, которые постепенно разворачивались в целостную картину:

 Разрозненные толпы одетых в тряпьё мужчин бежали по каменистой долине. Некоторые из них втроем или вчетвером несли на своих плечах длинные ржавые железные лестницы, другие судорожно размахивали руками или полуметровыми железными гвоздями и что-то кричали. Те, кто спотыкался и падал, уже не могли подняться – их затаптывали бегущие следом.

 Вдруг налетел порыв ветра чудовищной силы, он сбивал группы людей с ног, бросая их на острые обломки скал как тряпичные куклы. Некоторые, пытался удержаться, цепляясь за выступающие камни, но ветер сносил людей как щепки, волоча изувеченные тела по поверхности долины, и кровь тёмными пятнами разливалась по серым камням.

 Порыв ветра стих, и мёртвая тишина воцарилась над печальной долиной. Через минуту-другую послышались слабые стоны раненых, они всё ещё хотели жить. Оставшиеся в живых сначала робко, потом с энтузиазмом приподнимались, вставали в полный рост, их окровавленные лица сияли от радости, они думали, что беда уже миновала. Вдруг раздалось громкое шипение, и глаза их расширились от ужаса.

 В этот мгновение огненный смерч обрушился на остатки людей и горы искалеченных тел, сжигая их дотла и смешивая пепел обезображенных трупов с оплавленными камнями.

 Видение внезапно оборвалось. Голова мага разрывалась от боли, в висках пульсировала кровь, охранный круги и треножники со слабо дымившими жаровнями качались перед глазами. Асад с усилием сориентировался в пространстве, лечебным заклятием снял значительную часть боли, выпрямился и посмотрел вперёд.

 На чёрном троне всё также восседал Халит, правой рукой почёсывая Реми за ушком, но, не смотря на кажущееся умиротворение и сдержанность, глаза ангела мрака и его подопечного очень внимательно с внутренним напряжением смотрели на мага.

 - Как тебе понравились проявления моего могущества? – напыщенно осведомился Халит – Сумел ли ты оценить силу моих заклятий? – продолжил ангел мрака высокомерным тоном – Что скажешь Асад?

 - Сила вашего могущества была неоспорима – слабым голосом прошептал маг, он ещё не оправился от насильственного вторжения в свой мозг и голова немного гудела.

 Похоже, Халит был удовлетворён ответом.

 - Не будем тратить время, хотя чего скрывать, этого добра у меня навалом – лукаво усмехнулся ангел мрака, – Хочу задать тебе один важный вопрос. Не спеши, хорошенько обдумай, прежде чем ответить – повелитель сделал паузу.

 - Итак, Асад. Хочешь ли ты стать моим учеником?

 Казалось, взгляд чёрных глаз Халита прожигал мага насквозь.

 - Подумай, не торопись с ответом – ещё раз напомнил повелитель, наверно учитывая не совсем хорошее состояние мага, во всяком случае, так решил Асад.

 Маг раздумывал не более минуты. Конечно, предложение было очень заманчивое – обучиться заклятиям такой невероятной силы, что можно истреблять целые армии. Но он отчётливо понимал, что одно дело получить сундук с золотом за сорок девять лет посмертной жизни, а совсем другое пойти по тёмному пути. Оттуда обратной дороги нет!

 - Ваше могущество, я искренне благодарен вам за столь лестное для меня предложение – молодой человек запнулся – Но у меня уже есть учитель, и уйти от него мне не позволяет моя честь! – маг твёрдо смотрел в глаза ангела мрака.

 - Честь! – презрительно фыркнул Халит – Ну смотри, такие предложения два раза не делают! – он остановился, буравя взглядом Асада – Ладно, маг, дело закончено – договор подписан. До скорой встречи! – повелитель хлопнул в ладоши и растворился вместе с Реми и чёрным троном в облаках фиолетового дыма.

 Когда дым рассеялся, Асад осмотрелся: три круга ещё мерцали затухающим еле заметным светом, угли остыли, фитили двух горшков слабо освещали колоны и сундук с золотом.

 Маг подошёл к сундуку и запустил руки в холодный металл. Да, золото было настоящее, он поднял ладони, наполненные монетами, и разжал пальцы – золото посыпалось обратно в сундук с характерным звоном. «Обмана нет!» – размышлял он – «Ну, вот и хорошо, будет теперь чем заплатить калым».

 Маг вытер пот со лба. Рана на левой ладони саднила. Асад промыл рану, наложил мазь и забинтовал чистой тряпкой. Затушил фитили в горшках, усталыми шагами добрался до тюфяка, упал на него и тут же заснул.

Асад открыл глаза. Лучи золотистого солнечного света причудливыми пятнами заливали стол и часть стеллажей. По расположению пятен света, отражённых от бронзовых зеркал, молодой человек определил, что проснулся поздно.

 Он чувствовал себя отдохнувшим, голова не болела, рана на ладони не гноилась. Молодой человек смазал её мазью и перевязал. После нескольких гимнастических упражнений и завтрака, состоящего из молока и бананов, маг приступил к работе.

 Он пересыпал всё золото в небольшие мешки из-под трав и спрятал их в горшки, стоящие на полу. Перетащил волоком сундук, установил в нише под стеллажами и накрыл куском ткани. Убрал треножники, амулеты и горшки, тщательным образом подмёл место вызывания. Теперь зал имел прежний вид.

 Маг присел на тюфяк и принялся размышлять о произошедших событиях:

 «Вроде бы я нигде не ошибся, ритуал проведён если не на высшем уровне, то, по крайней мере, сносно. Но как же свиток, который пролетел сквозь защитные круги?»

 Он вспомнил подпись Халита, вспыхнувшую на пергаменте, головную боль и яркие образы видений.

 «Получается, что ангел мрака мог проникнуть сквозь круг? Пусть не сам, но предметами, воздействием на разум. Он мог, например, пустить стрелу и поразить моё сердце! Почему он этого не сделал? А зачем ему нужна моя смерть?» – спросил себя Асад – «Если бы я умер – то вознёсся бы в верхний мир, а теперь стану его рабом на сорок девять лет. Да, для ангела мрака это более выгодно, может у него мало рабов. Но на пергаменте было шестизначное число! Это сколько же он подписал договоров? Хотя, может быть, не только он один заключает подобные сделки. Тогда, похоже, всё ясно.

 Ладно, что сделано – то сделано! Надо думать о дальнейшем. О, прекрасная Анадиль! Теперь я смогу заплатить калым. Хотя, лучше сначала пойти и обсудить всё с достопочтенным Гази Жаббаром ибн-Фаридом. Повидаться с невестой, преподнести подарки, например жемчужное ожерелье или золотые браслеты».

 Асад хлопнул себя по лбу:

 «Глупец! Где жемчуга, изумруды, рубины и сапфиры? У тебя же ничего нет, кроме золота! А купить драгоценное украшение на базаре ты не можешь! Люди спросят, откуда у тебя столько золота? Разве у бедного отшельника есть деньги? Другое дело, если сказать помощнику визиря, что умер богатый дядюшка и оставил наследство, заплатить калым, сыграть свадьбу и уехать с Анадиль в другую страну.

 Но, это быстро не делается, поползут слухи о моём богатстве, так что покупать на базаре я ничего не могу, чтобы не выдать себя преждевременно. Нужно быть скромным и не давать повода к пересудам. Хотя, слуги отца Анадиль всё равно будут расспрашивать обо мне, но можно пока затаиться и не выставлять напоказ богатство. Нужно выиграть время и пресечь возможные слухи, а потом быстро заплатить калым, сыграть свадьбу и уехать. Так, решено, необходимо добыть украшения здесь, в пещере!»

 Вечер следующего дня Асад начал с подготовки обряда вызывания. В зале с колоннами он сделал все вышеизложенные приготовления, обратив особое внимание на магические знаки, перепроверил их и добавил несколько, чтобы усилить защитные свойства.

 Маг сел в круг и стал молиться, прося божественную Исиду о милосердии и защите. Время приближалось к благоприятному часу, Асад встал и приступил к вызыванию.

 Через десять-пятнадцать минут после чтения заклинаний завыл ветер, и напротив мага появилось фиолетовое облачко. В середине облачка быстро материализовалась фигурка Реми:

 - О, наимудрейший из смертных! Я прибыл по первому, или по третьему(?) – поправило себя существо – но, это уже не важно, зову! – он комично поклонился – Что прикажете?

 - Реми, называй меня просто, Асад.

 - Как прикажете, ваше непревзойдённое могущество.

 - Реми, можно без титулов, я их пока не заслужил.

 - Какая скромность – существо всплеснуло лапками – ну хорошо, господин Асад, что вы хотели?

 - Вот, это уже лучше. Понимаешь, Реми, у меня к тебе просьба.

 - Весь внимание, монсеньёр! – существо потешно оттопырило уши.

 - Реми, мне нужны женские украшения из золота с драгоценными камнями. Мог бы ты обменять часть золота на них? Я приготовил для тебя половину, оно лежит в мешках перед кругом.

 - Ах, ваша светлость, ну разве так просят – промолвил Реми укоризненным тоном – вы бы мне что-нибудь вкусненькое поднесли.

 - А что ты любишь? – несколько удивился маг.

 - Ну, например, свежую кровь и белый хлеб.

 - Хорошо, Реми, я тебе принесу.

 - Ну, вот и договорились! – и Реми растаял в сиреневом облаке.

 На следующий день после полудня молодой человек отправился на базар. Он приобрёл небольшой бурдюк, зашёл в мясной ряд и договорился о покупке свежей овечьей крови, для отвода глаз объяснив, что кровь ему нужна для приготовления лекарств, также купил несколько пышных белых хлебов.

Ночью Асад, помолившись, приступил к обряду. Не прошло и трёх минут, как появился Реми.

 - Что его сиятельство желает? – начал он в своей обычной манере.

 - Любезный Реми, если ты помнишь, у нас был разговор о женских украшениях.

 - Ну, конечно, ваша светлость! Я всё помню. А где же угощение? – ноздри существа быстро задвигались, с шумом втягивая воздух.

 - Вот, Реми. – и маг указал на большую глиняную миску и два аппетитных хлеба, лежащие за границей круга.

 Реми подлетел, опустился на пол и на мгновение замер, прикрыв глаза, с наслаждением вдыхая испарения крови и аромат свежего хлеба. По истечению нескольких мгновений он оживился, и с лихорадочной поспешностью стал рвать хлеб маленькими лапками, бросая куски в миску. Затем достал откуда-то из-за спины большую деревянную ложку и принялся запихивать обагрённые кровью куски в рот, полный мелких и острых зубов, чавкая и выражая всем своим видом истинное наслаждение.

 После непродолжительной, но бурной трапезы он отвалился от миски и, рыгая от удовольствия, принялся вытирать окровавленные губы и подбородок кончиком хвоста:

 - Вот… это угощение… давно я так… не едал, – с блаженной улыбкой и осоловевшим взглядом с трудом выговорил он, запинаясь на каждом слове. – Ну, ваше превосходительство, уважил! Теперь просите что хотите, – добавил Реми заплетающимся языком.

 Его волосатый живот раздулся, напоминая бурдюк средних размеров, глаза были полуприкрыты, и казалось, что существо вот-вот заснёт.

 Асад подождал ради приличия несколько минут, в течение которых Реми сладко посапывал, и решил нарушить затянувшееся молчание:

 - Любезный Реми, мне неловко нарушать твой сон, но я осмелюсь напомнить о своём вопросе.

 - Ах, да, – встрепенулось существо, – я всё помню, ваше сиятельство. Женские украшения. А для кого эти украшения? – с невинным видом полюбопытствовал он.

 - Реми, мне бы не хотелось сейчас обсуждать эту тему.

 - Конечно, конечно, милорд, – существо замахало лапками, – я сам люблю ужасные тайны, хотя и не ужасные тоже, – добавил он. Затем хитро взглянул на мага:

 - Может быть, эти украшения для юной дочери визиря? – как бы невзначай осведомился Реми.

 Асад покраснел.

 - Ну, если не хотите говорить – не говорите. Тайна, так тайна, – произнесло существо обиженным тоном, опуская вниз хитрые глазки. – Ладно, я пошёл, скоро буду! – с этими словами Реми практически без усилий схватил лапками два увесистых мешка, обхватил их для верности хвостом и исчез в облаке дыма.

 Асад приходил в себя после бурного диалога:

 «Надо же, – пытался он осмыслить услышанное, – то ли знает всё обо мне, то ли провоцирует меня, в надежде, что я что-то сболтну!»

 Маг осмотрелся, всё было в порядке – круги светились, он кинул на угли несколько пучков травы.

 Не прошло и пяти минут, как появился Реми с огромным мешком. Он подлетел к границе круга, поставил мешок и быстро развязал узел. Аккуратно расправил материю на каменном полу и принялся с важностью раскладывать вещи:

 - Вот ожерелье из трёх ниток индийского жемчуга, вот золотая диадема с рубином и мелкими брильянтами, рубиновые серьги, серьги с изумрудами, золотые браслеты с сапфирами, перстень с топазом, с бирюзой, с рубином. Вот золотое ожерелье с бирюзой, серьги из бирюзы, золотая брошь с рубином, четыре маленьких ларца сандалового дерева, две шкатулки, три вышитых жемчугом кошелька. Отрезы шёлка розового, салатового и голубого цвета, масла и эссенции в стеклянных пузырьках с притёртыми пробками, ароматные благовония для воскурения. Ну вот, кажется всё! – с чувством выполненного долга закончил он.

 Асад остолбенел от такого изобилия прекрасных вещей и стоял в замешательстве.

 - Спасибо, Реми! Ты очень выручил меня, – наконец произнёс он.

 - Рад стараться, монсеньёр! – выпалило существо, с хитрым прищуром вглядываясь в мага. – Какие будут ещё приказания?

 - Да, пока никаких, – Асад развёл руками.

 - А жаль, я бы ещё что-нибудь съел.

 - Реми, я очень благодарен тебе, – с искренностью в голосе заверил маг, – и если мне что-то понадобится, я обязательно тебя приглашу.

 - Да даже если ничего не понадобится, можно просто пригласить, поболтать. Уж очень мне угощение понравилось.

 - Хорошо, Реми, я постараюсь, – дружески ответил молодой человек.

 - Ну, на том и порешим, ваша светлость! – и Реми растворился в облаке.

 «Ну вот, теперь у меня всё есть!» – радостно подумал маг.

 Асад приобрёл на базаре дорогой халат персикового цвета и такого же цвета отрез материи для чалмы.

 На следующий день, не забыв купить по дороге корзину свежих роз, он отправился в дом отца Анадиль.

Гази Жаббар ибн-Фарид приветливо принял Асада в обширной светлой комнате, стены которой были украшены персидскими коврами с развешанными на них турецкими саблями и кинжалами из дамасской стали, инкрустированные золотом и слоновой костью.

 - Давно мы не видались, Асад! Но, хвала Аллаху, ты здесь. Неплохо выглядишь после столь утомительной поездки. Как здоровье твоих родственников в Каире? Да ниспошлёт им Аллах долголетие и процветание.

 - Рад видеть вас, достопочтенный Гази, да ниспошлёт Аллах благоденствие вам и вашей семье. С моим отцом, матерью, братьями и сестрой всё в порядке, да не обойдёт их Аллах своими благодеяниями. А вот дядя мой скоропостижно скончался.

 Асад опустил глаза с огорчённым видом.

 - Да, все мы, к сожалению, смертны. На всё воля Аллаха! – с должным уважением вымолвил Гази.

 Милостивым жестом, предложив гостю расположиться среди многочисленных подушек, лежащих на ковре, он водрузил своё объёмное тело между двух больших валиков, обтянутых красным щёлком и два раза хлопнул в ладоши.

 Вошёл слуга и поклонился.

 - Отнеси эту корзину с цветами Анадиль, и передай, что я скоро её позову, – тоном, не терпящим возражений, приказал младший визирь. – Да, и принеси шербет и шишу с мёдом для меня и моего гостя. (шИша, в переводе с арабского – кальян, примечание автора).

 Слуга поклонился и вышел.

 - Какие новости в Каире? – вежливо осведомился Гази.

 - В Каире спокойно, хвала нашему великому султану Али-бей аль-Кабиру! Да продлит Аллах дни его жизни! (Али-бей аль-Кабир (1728-1773) – султан Египта и Хиджаза, в 1763 году освободил Египет от влияния Османской империи, примечание автора).

 - Да, теперь стало поспокойнее.

 - Уважаемый Гази, – запнулся Асад, – даже не знаю с чего начать.

 - Так начни с начала, – милостиво разрешил младший визирь.

 - Хорошо, я начну, – молодой человек сделал паузу, собираясь с мыслями. – Когда я встретил вашу дочь на базаре, то не смог отвести от неё взгляда, – Асад покраснел.

 - Продолжай, мой мальчик, – отеческим тоном подбодрил Гази.

 - Улыбка Анадиль подобна свежей розе, а глаза сверкают как звёзды ночного неба.

 - Так.

 Асад запнулся, не зная как продолжить разговор:

 - Я прошу вас отдать мне в жёны Анадиль, – выпалил молодой человек, совсем сконфузившись.

 - Интересное предложение, Асад. – ровным голосом произнёс Гази – Ну, что ж, давай обсудим.

 В комнату вошли и остановились на пороге двое слуг с кальянами, шербетом и прохладительными напитками.

 - Несите сюда! – приказал младший визирь.

 Слуги повиновались.

 - Так вот, – продолжил Гази, беря губами мундштук и выпуская струйку дыма, – свадьба – это торжество дорогостоящее, но дело даже не в хлопотах. У меня, слава Аллаху, недавно женился старший сын, он служит в канцелярии визиря наместника города. Старшую дочь я уже выдал замуж, два года назад, за офицера охраны дворца наместника в Луксоре.

 Анадиль моя средняя дочь, и в связи с моим положением, я хотел бы составить для неё прекрасную партию, – Гази выпустил изо рта струйку дыма. – Она молода, красива, и я хотел бы, чтобы она была счастлива, и не знала никаких забот, – младший визирь сделал паузу. – Что ты ей можешь предложить, Асад?

 Молодой человек откашлялся, к кальяну он не привык, отложив мундштук, он сделал глоток холодного каркаде.

 - Досточтимый Гази, как я вам уже говорил, мой дядюшка умер и оставил мне наследство, я продал дом в Каире и теперь могу заплатить богатый калым.

 Взгляд младшего визиря алчно сверкнул, но он произнёс ровным голосом:

 - Калым – это ещё не всё, а положение в обществе? Какую должность ты можешь занять при наместнике? Я забочусь о будущем Анадиль.

 Асад сглотнул:

 - Уважаемый Гази, я бы хотел продолжить заниматься наукой.

 - Вот видишь! А сколько ты заработаешь своей наукой?

 Молодой человек загрустил, но собрался с мыслями и произнёс с решимостью в голосе:

 - Я могу поступить на службу секретарём.

 - Ну, Асад, эта должность имеет крайне низкий доход, и вряд ли подойдёт для мужа дочери младшего визиря наместника Луксора.

 Молодой человек впал в уныние, все его планы рушились.

 - Ну, хорошо, Асад, не расстраивайся. Если ты понравишься Анадиль, я постараюсь помочь с должностью. – Гази хлопнул два раза в ладоши.

 Вошёл слуга.

 - Скажи Анадиль, что я желаю её видеть!

 Асад внутренне сжался, чувствуя всем телом учащённое сердцебиение. Совсем скоро он увидит девушку, овладевшую всеми его помыслами. Встретит ли она его приветливой улыбкой и призывным блеском чарующих глаз или её строгий взгляд останется холоден как дамасский клинок, а губы неподвижными как пирамиды Гиза.

 Анадиль вошла плавной походкой, скромно потупив взгляд. Дочь младшего визиря выглядела восхитительно в шёлковом хиджабе и галабеи лимонного цвета, украшенными перламутром и вышивкой из сплетённых между собой листьев и цветов изумрудного и розового оттенка, выполненной Вифлеемским стежком.

 - Отец, ты звал меня?

 - Да, дитя моё, присядь. Понравились ли тебе розы, которые принёс уважаемый Асад? – спросил Гази, с отеческой гордостью взирая на дочь.

 - Да, отец, очень красивые, – девушка присела, поджав под себя ноги и скромно опустив взгляд.

 - Анадиль, посмотри на нашего гостя, разве ты не узнала его?

 Девушка медленно подняла на Асада прекрасные карие глаза.

 - Конечно, отец, я узнала. С этим молодым человеком я встретилась на базаре, – не особо приветливо ответила она.

 - Анадиль, уважаемый Асад хотел бы побеседовать с тобой, – младший визирь сделал ударение на слове «побеседовать».

 - Я слушаю вас, уважаемый Асад, – голос девушки звучал обыденно, в нём не чувствовалось ни капли заинтересованности.

Асад замешкался, не зная как начать разговор, он смотрел на девушку, и его сердце пылало от всепожирающей любви. Наконец молодой человек нашёл в себе мужество вымолвить:

 - Прекрасная Анадиль! У вас очень красивая галабея с вышитыми цветами. Она вам очень идёт.

 - Да? – оживилась девушка, – Эти узоры мы вышивали с младшей сестрой. Они вам правда нравятся? – осведомилась она с надеждой в голосе.

 - Очень! Они так искусно вышиты.

 - Спасибо вам за похвалу, Асад, этот вид стежка показала мне одна наша родственница.

 Молодой человек собрался с духом:

 - Позвольте мне, Анадиль, в присутствии вашего отца сделать вам подарок!

 Дочь младшего визиря с интересом взглянула на Асада.

 - Я уверен, – продолжал молодой человек, – что он подойдёт к вашему наряду, и вы будете выглядеть ещё ослепительнее.

 С этими словами Асад достал из халата небольшой продолговатый ящичек сандалового дерева и открыл его. Девушка покраснела от комплимента, а при виде драгоценностей её томные миндалевидные глаза раскрылись от удивления.

 - Ах, какое красивое ожерелье из бирюзы в золотой оправе, и серёжки тоже. Папа, посмотри, какая изумительно тонкая работа, – защебетала она с оживлением.

 - Конечно, дочь, камни и оправа великолепны, – Гази удостоил драгоценности беглым взглядом. – Уважаемый Асад не стал бы тебе дарить побрякушки.

 - Ах, – продолжала восхищаться дочь младшего визиря, – какая прелесть, можно мне взять ожерелье в руки? – она кокетливо взглянула на молодого человека.

 - Конечно, Анадиль! Я же принёс этот подарок для вас.

 Девушка аккуратно взяла тонкими пальчиками ожерелье и приложила его к груди.

 - Ах, как хорошо оно подходит к лимонному цвету и тёмной вышивке, – весело продолжала она.

 Асад согласился бы с любым заявлением возлюбленной, он смотрел на её сияющую улыбку, и его сердце наполнялось радостью.

 - Отец, а можно мне сейчас одеть подарки? – тихим голосом проворковала девушка, умоляюще взглянув на отца.

 - Ну, конечно, Анадиль! Сходи в свою комнату и возвращайся, – милостиво разрешил младший визирь, – а мы пока побеседуем с уважаемым Асадом.

 Счастливая обладательница ожерелья выпорхнула из комнаты.

 - Так вот, вижу, что Анадиль понравились твои подарки. Без сомнения драгоценности – это самый верный путь к сердцу женщины, – глубокомысленно изрёк младший визирь.

 Асад наклонил голову в знак согласия.

 - А по поводу калыма не беспокойся, – продолжал Гази, выпуская струйки дыма. – Я с тебя много не возьму, разве только сундук с золотом, – он хитро взглянул на претендента.

 Молодой человек потупил взгляд, лёгкая бледность разлилась по его лицу.

 - Но об этом поговорим позже, – подытожил Гази.

 Вбежала весёлая и счастливая Анадиль.

 - Вот и хорошо, дети. Пойдите, прогуляйтесь в саду, – с важным видом изрёк младший визирь.

 Девушка и молодой человек вышли на веранду и спустились по ступеням в большой сад.

 В саду Асад и Анадиль медленно прохаживались по широким, посыпанным песком дорожкам, наслаждаясь прохладой, но разговор не клеился. Возлюбленная молчала, а Асад не знал, что ещё сказать.

 Он попытался рассказать о великих событиях прошлого, но подвиги и завоевания древности девушку не интересовали. Она в свою очередь постаралась увлечь молодого человека обсуждением современной моды, сочетанием различных цветовых гамм повседневной и праздничной одежды, вышивкой на различных видах ткани, подбором золотых и серебряных украшений с драгоценными камнями, но эта тема не нашла отклика в душе Асада.

 Огорчаясь, что разговор не получается они повернули в сторону дома. Возле ступеней веранды, нарушая затянувшееся молчание, девушка спросила:

 - Асад, а где вы сейчас живёте?

 На щеках молодого человека появился лёгкий румянец:

 - Прекрасная Анадиль! Я продолжаю жить в пещере, но в ближайшее время намерен купить небольшой домик с садом в пригороде.

 На мгновение лицо девушки выразило высокомерное презрение, но овладев собой, она наигранно улыбнулась:

 - Уважаемый Асад! Очень рада была с вами пообщаться.

 Затем быстро поднявшись по нескольким ступеням, прошла через веранду и скрылась в доме.

 Асад, внутренне подавленный, вошёл в комнату.

 - Ну, как, наговорились? – осведомился младший визирь.

 Он восседал между подушек в той же позе с мундштуком кальяна в руке.

 - Да, досточтимый Гази, – грустно ответил молодой человек.

 - Вот и хорошо. Приходи на следующей неделе, ближе к вечеру, Асад. Буду рад тебя видеть, – дружеским тоном произнёс младший визирь.

 - Спасибо, за приглашение, уважаемый Гази, – молодой человек поклонился и направился к выходу.

 Выйдя на широкую улицу, Асад не спешил уходить. Пройдя два десятка шагов, он остановился в тени пальмы, как будто отдохнуть. Мысленно прочитав молитву и сосредоточившись, он направил свой обострённый слух в сторону дома младшего визиря, оглянулся по сторонам и стремительно начертил в воздухе магический знак.

 Шквал разнообразных звуков обрушился на разум мага, но он быстро вычленил из них голоса Анадиль и Гази:

 - Отец, так ты всё-таки скажешь мне, зачем он приходил?

 - Ну, хорошо, Анадиль, он приходил свататься.

 - И, что ты ему ответил?

 - Я пока не давал Асаду никаких обещаний, – произнёс младший визирь усталым голосом.

 - Слава Аллаху!

 - Доченька! Ну, нельзя же так! Никто тебе не нравиться. Ты желаешь выйти за принца, или, по крайней мере, за сына визиря, причём молодого и красивого. Но сыновей визиря, а тем более принцев не так много, и у них очень широкий выбор невест. А у меня всё-таки не столь уж высокая должность.

 - Но он мне не нравиться! Он не разбирается ни в моде, ни в драгоценностях, у него нет общественного положения. Даже если он купит приличный дом, что я должна сидеть там и читать пыльные манускрипты? – с обидой в голосе возмущалась девушка. – Я хочу ходить в гости, слушать музыку, танцевать. Вон, на прошлой неделе первая жена визиря устраивала приём, а ты мне не разрешил пойти, потому, что я не замужем.

 - Вот и выходи замуж!

 - За кого? За отшельника? Так жену отшельника никогда не пригласят на приём.

Асад сидел на тюфяке в келье, ещё раз обдумывая создавшееся положение. «Да, – подытожил он, – другого выхода нет!» Молодой человек встал и приступил к подготовке обряда.

 Не прошло и пяти минут после начала чтения заклинаний, как перед магом сгустилось фиолетовое облачко, и зазвучал беззаботный голос Реми:

 - Ваше сиятельство, Асад! Рад вас видеть в добром здравии, – существо с грацией, казалось не свойственной его комичной фигуре, поклонилось.

 - Здравствуй, любезный Реми! – маг наклонил голову.

 - Что у нас на сегодняшнюю ночь? – ноздри демона втягивали воздух.

 - Как обычно, любезный Реми.

 Существо быстро переместилось к границе круга и с потешной гримасой принялось крошить белый хлеб в миску с кровью.

 Насытившись, Реми с довольной улыбкой спросил:

 - Какое дело, монсеньёр?

 - Реми, понимаешь, – маг запнулся, – я влюбился в молодую девушку.

 - Было бы немного странно, если бы вы, милорд, влюбились в старуху, хотя всякое бывает, – философским тоном закончило существо.

 - Её зовут Анадиль, она …

 - Знаю, знаю, – перебил Реми, – она тебя не любит.

 Асад сглотнул. От волнения вспотели руки.

 «Да, трудно иногда общаться с демонами, – размышлял маг. – Ничего не скроешь. Хотя, разные бывают демоны, есть проницательные, но глупых и жадных тоже хватает. Ладно, продолжим»:

 - А откуда ты это знаешь?

 - Ну, у меня тоже есть свои секреты, – важным тоном заметило существо.

 - Хорошо, любезный Реми, можно сделать, чтобы она меня полюбила?

 - Проще простого!

 - А что для этого нужно?

 - Ну, – демон помедлил и стрельнул хитрым взглядом в сторону мага, – можно составить договор. Это, во всяком случае, один из вариантов.

 - А другие варианты?

 - Ну, вы можете сделать это сами, если умеете.

 Асад задумался, общие принципы он знал, но ему были неизвестны конкретные детали обряда. А времени для поиска нюансов, он чувствовал это, катастрофически не хватало.

 - Хорошо, Реми, я согласен. Что от меня требуется?

 - Подписать договор на сорок девять лет.

 Асад нахмурился, лицо мага побледнело. Обдумывая нелёгкую дилемму, он левой рукой непроизвольно сжал висящий на груди амулет с изображением Исиды: «Ещё сорок девять лет, итого будет девяносто восемь…», – образ прекрасной Анадиль яркой звёздочной вспыхнул в разгорячённом мозгу. – «Но, чего уж теперь! Раз начал – надо идти до конца!»

 - Согласен.

 - Вот и славно, милорд! – с этими словами существо достало из-за спины свиток пергамента.

 - А что, Халид не придёт? – удивился маг.

 - Продление существующего договора я могу подписать. А вот первый договор санкционирует его могущество, или другой демон с аналогичными полномочиями.

 - Хорошо, Реми, давай пергамент.

 - Здесь есть некоторое условие, монсеньёр, – существо изобразило лучезарную улыбку, – вы должны сами взять договор.

 И Реми аккуратно положил свиток возле границы круга.

 Асад посмотрел на охранные круги, они горели слабым, но устойчивым голубым светом. Маг мысленно прочёл заклятие – круги вспыхнули, насыпал по щепотки белого порошка на жаровни. Клубы дыма медленно возносились к потолку.

 Существо, провожая дым взглядом, отодвинулось назад.

 Маг осторожно перешагнул круги и поднял пергамент. Не поворачиваясь спиной к Реми, вошёл обратно в круг и развернул свиток:

 «Приложение №1 к договору № (шестизначное число)».

 Ниже каллиграфическим мелким почерком были выведены строки:

 «Я, (пустое место для имени), за оказание услуги любовного приворота девицы Анадиль обязуюсь после моей смерти отработать сорок девять лет послушным рабом в том месте, где мне укажут. Дата».

 Асад посмотрел на Реми. Существо сделало вид, что не смотрит в сторону мага, но внимательные хитрые глазки Реми выдавали его заинтересованность. Маг положил пергамент на невысокий столик с витыми ножками, обмакнул перо в чернильницу, вписал своё имя и расписался.

 - Прелестно, ваше сиятельство, прелестно, – произнёс демон с наигранным равнодушием. – Теперь можете перебросить договор мне.

 Асад бросил. Реми поймал свиток в воздухе и с серьёзным видом поклонился:

 - Итак, монсеньёр, это дело закончено, – с важностью в голосе продолжало существо. – Желаете что-то ещё?

 - Нет, любезный Реми, огромное спасибо! Единственный вопрос, а как я узнаю, что Анадиль полюбила меня?

 - Ну, это не сложно, милорд, – к существу опять вернулось весёлое настроение. – На третье утро, начиная с завтрашнего, Анадиль придёт со своими служанками и двумя охранниками купаться на берег Нила, недалеко от северной стороны храма Амона-Ра.

 Асад стоял поражённый этим заявлением.

 - Реми, неужели ты можешь читать будущее? – удивился маг.

 - Ну, так, отдельные детали. Если не очень далеко во времени, – скромно ответил демон.

 - Благодарю тебя, Реми, за всё то, что ты для меня сделал.

 - Благодарностью живот не набьёшь, – ехидно заметило существо. – Ну, да ладно, Асад, может быть, ещё свидимся.

 Реми загрустил, казалось, из его глаз вот-вот брызнут слёзы.

 - Понравился ты мне, маг, – дружеским тоном произнёс демон. – Вот, что я тебе скажу, ты постарайся больше никаких договоров не подписывать, уж очень там условия невыносимые.

 - Там – это где?

 - В своё время сам узнаешь, – серьёзно ответил Реми. – А если тебе нужно будет что-то не очень сложное, ты знаешь, как меня найти, – существо подмигнуло магу. – Немного свежей крови и всё будет в порядке. Ну, да ладно, ваше сиятельство, заболтался я.

 С этими словами Реми растаял в фиолетовом облаке.

Утром Асада разбудил громкий голос жреца Наби:

 - Я объезжал вверенные мне храмы в Эдфу, когда ощутил возмущение в эфире. Я сразу понял, что случилось нечто ужасное. Мне понадобилось восемь дней, чтобы доехать сюда, но я всё-таки опоздал, – жрец сокрушённо вздохнул. – Как ты мог заключить сделку с Тёмными Силами? Ты не подумал о последствиях?

 Теперь, после смерти ты не сможешь вознестись во всём великолепии мага в высшие сферы, и там творить для своей страны. Теперь ты вынужден будешь отрабатывать последствия своих деяний в нижних мирах, и неизвестно насколько быстро ты выберешься из них.

 А девушка? – укоризненно продолжал жрец. – Разве ты думал о ней, когда совершал обряд приворота? Пусть не своими руками, это ничего не меняет. Отвечать придётся тебе! Разве это любовь? Ты даже не смог вызвать в ней ответное чувство. Ты думал только о себе, о своей похоти. Что теперь с ней будет? Почему она должна страдать за твои грехи?

 - Но я люблю её! – тихим голосом оправдывался Асад.

 - Нет, ты любишь только себя. Всевышний послал тебе испытание, и ты его не прошёл, совершив, кроме всего прочего, обряд приворота. Моли Исиду, чтобы Анадиль прожила дольше четырнадцати лет.

 Жрец остановился, переводя дыхание:

 - Тебе нет ещё двадцати девяти лет, ты трудолюбив, честен и благочестив, у тебя хорошо развита воля. Ты уже обладаешь обширными познаниями в магии, и я надеялся, что через год или два ты сможешь пройти инициацию и получить первую Звезду Мага. И тогда ты смог бы выйти на другой, более высокий уровень! А теперь, из-за твоего вопиющего деяния этому не суждено сбыться. Да простит Аллах, твои прегрешения!

 Ты не устоял перед искушением. Конечно, молодая девушка – это прекрасно, но ты забыл своё предназначение в этой жизни. Забыл, что должен стать магом! Исида ждёт своих сыновей! Что же теперь? Теперь я не имею права раскрывать перед тобой тайные знания. Ты должен в течение семи лет молиться и просить Исиду о милосердии. Если она тебя простит, мне будет дан знак, и я приду к тебе.

 Ну, что же, Асад Рашид ибн-Нур, да будет Исида благосклонна к тебе! Если на то будет воля Аллаха, мы встретимся через семь лет.

 Маг Наби развернулся и молча вышел из пещеры.

 ***

 Настало утро третьего дня. Асад одел синий халат, белую чалму и отправился к храму Амона-Ра.

 Солнце только поднялось над горами, и в воздухе ощущалась приятная прохлада. Подойдя к храму, он стал прогуливаться вдоль Нила среди невысоких кустов и тростника, стараясь не привлекать к себе внимание.

 Со стороны города к Нилу спускались феллахи, чтобы набрать воды в глиняные кувшины и бурдюки, или просто освежиться перед трудовым днём.

 Асад уже более двух часов слонялся по берегу в ожидании прекрасной девушки, но наконец, его терпение было вознаграждено, и он увидел впереди приближающуюся группу. Заблаговременно спрятавшись за невысокие кусты, он стал наблюдать.

 Анадиль и ещё три девушки в сопровождении двух высоких охранников с кривыми турецкими саблями неторопливо приближались, но не было слышно весёлого смеха. Девушки спускались к берегу Нила как-то грустно и сосредоточенно.

 Асад шёпотом произнёс короткую молитву, очистил разум, собрал волю и начертил в воздухе магический знак. В сознание мага ворвались женские голоса:

 - Файруза, сестра, ну как ты можешь так говорить, – с укором сказала Анадиль, – не бывает так, чтобы раз и влюбиться.

 - А вот и бывает, – с жаром возражал тоненький голосок, – помнишь Рамиля, так вот, когда я его увидела, то сразу в него влюбилась.

 - Сравнила тоже, Рамиль – сын визиря! И вообще он такой статный и мужественный, настоящий красавец, – продолжала негромко возмущаться Анадиль, – а Асад просто отшельник.

 - Ну и что? Что нельзя влюбиться в отшельника? А потом, он наверно очень умный и может стать визирем. Ну не сейчас, конечно, потом.

 - Как же он может стать визирем, если он из бедного рода, – не унималась Анадиль.

 - Ну не знаю, – неуверенно прошептала Файруза, – и всё же я думаю, что можно влюбиться с первого взгляда.

 - Да в том то и дело, что с первого взгляда он мне не понравился, а три дня назад ночью я проснулась в каком-то бреду. Ну, в общем, проснулась и поняла, что я безумно люблю Асада и жить без него не могу.

 - Ну, вот и хорошо! Отец его куда-нибудь пристроит, и ты заживёшь счастливо, – мечтательно закончила младшая сестра.

 Девушки спустились к воде и расположились в тени невысоких пальм.

 За прошедшие два дня Асад всесторонне обдумал создавшееся положение и пришёл к выводу, что он не может дольше находиться в Луксоре.

 Конечно, он мог остаться и поступить на службу секретарём, но жизнь при дворе со всевозможными интригами и бесконечной борьбой за восхождение по служебной лестнице не прельщала его. Молодой человек хотел покоя и совершенствования своих магических способностей. Хотя было неизвестно сможет ли он преуспеть на этом поприще после отказа Наби.

 «Да, – продолжал сосредоточено размышлять молодой человек, – надо бежать с Анадиль куда-нибудь далеко, в другую страну, где их не сможет найти младший визирь со своими слугами. Там, в тихом и укромном месте я буду безмятежно жить с любимой женой, продолжая совершенствоваться в магии».

 Асад разработал план побега.

Девушки уже искупались в прозрачных водах Нила, и теперь лежали на широком тонком ковре, подставляя лучам божественного Солнца мокрую одежду. Анадиль и Файруза продолжали негромкий разговор, а две служанки расположившись рядом, сплетали из молодого тростника забавные фигурки животных и птиц. На некотором расстоянии от них, в тени пальмы, на песке сидели стражники, лениво наблюдая за проходящими по дороге феллахами.

 Асад был знаком с основами гипноза, и теперь сосредоточившись, мысленно отдавал приказания.

 Через пять минут стражники спали крепким сном, склонив головы на грудь.

 - Анадиль! – удивилась Файруза, – смотри, турки заснули.

 - Да пусть спят, меньше будут глазеть на нашу мокрую одежду, – с издёвкой отозвалась Анадиль.

 Молодой человек направил свои усилия на служанок. Не прошло и трёх минут, как прозвучал изумлённый шёпот младшей сестры:

 - Анадиль, смотри, служанки тоже заснули.

 - Пусть поспят, наверно от жары разморило, – безмятежно ответила средняя дочь младшего визиря.

 Асад медленно вышел из своего укрытия.

 - Ах, – вскрикнула Файруза, прикрыв рот ладонями, – смотри, кто-то стоит рядом с кустами.

 Анадиль повернула голову:

 - Ой, это Асад, мой возлюбленный, – взволнованно прошептала она.

 Молодой человек приложил палец к губам. Девушки таинственно переглянулись и поманили его жестами. Асад с достоинством приблизился и склонился в приветствии:

 - Прекрасная Файруза! Да ниспошлёт Аллах благоденствие вашей семье! Могу ли я поговорить с Анадиль возле вод божественного Нила? – молодая девушка, почти ребёнок, зарделась от похвалы, и даже не подумав, откуда Асад знает её имя, закивала головой.

 Молодой человек подал руку, Анадиль грациозно встала и прошла с ним десяток шагов.

 - Анадиль! – негромко начал молодой человек, – Как прекрасен твой чарующий взгляд.

 Девушка подняла полные страсти карие глаза:

 - Асад! Возлюбленный мой! Я так страдаю вдали от тебя. Я так хочу быть с тобой. Когда ты придёшь в дом моего отца? Чтобы я могла видеть твоё красивое лицо, ощущать мимолётное прикосновение твоих рук.

 - Анадиль, ты согласна быть моей женой?

 - Конечно, Асад, я почту за честь омыть твои ноги после трудового дня, и согреть своим теплом твой спокойный сон.

 - Анадиль! Ты согласна уехать со мной в чужую страну, и жить там, в любви и согласии, пока смерть не разлучит нас?

 - Мой господин, дорогой, я согласна на всё, только бы лицезреть твой лучезарный взгляд.

 - Хорошо, Анадиль, слушай внимательно. К следующей после сегодняшней ночи подготовь узелок с самыми нужными для тебя вещами, я пришлю тебе записку.

 - Любимый, как же ты сможешь прислать письмо, если двери дома на запоре, а внутри неподкупная стража?

 - Не волнуйся, дорогая, это моё дело. Главное собери вещи, но так, чтобы никто не увидел, и не спи. Я магическим способом пришлю тебе послание.

 - Асад! Ты такой таинственный. Как же я тебя люблю!

 Молодой человек взглянул на Файрузу. Та смотрела во все глаза, пытаясь уловить обрывки слов.

 - Анадиль, чтобы увеличить вероятность исполнения нашего плана, дай мне какую-нибудь вещь, которую ты долго носила на себе.

 Девушка очень удивилась:

 - Какую вещь? Хочешь, я дам тебе золотой браслет?

 - Нет, золото не очень подходит, дай мне какой-нибудь платок или ленточку.

 - У меня нет платка или ленточки, – огорчилась Анадиль. – Хочешь, я отдам тебе хиджаб?

 - Нет, как же ты пойдёшь без него? Позволь мне оторвать небольшой лоскуток от твоего прекрасного хиджаба.

 - Всё, что хочешь, мой господин, – с этими словами девушка обнажила свои пышные чёрные волосы.

 Асад зубами сделал надрыв, и оторвал тонкую полоску материи.

 - Дорогой, я так счастлива, что могу тебе чем-то помочь, – с воодушевлением прошептала девушка.

 - Прекрасная моя Анадиль, как часто ты ходишь купаться?

 - Один раз в три-четыре дня, любимый.

 - Свет очей моих, я должен уходить, чтобы не вызвать подозрений. Скажи Файрузе, что мы договорились о следующей встрече через четыре дня, утром, здесь. И помни, следующей после этой ночью я пришлю послание. Сделай в точности, как я напишу, ты всё поняла?

 - Да, любимый, сказать Файрузе, что встреча через четыре дня, через ночь ждать письмо.

 - Анадиль, я бесконечно люблю тебя. У нас всё будет очень хорошо, верь мне.

 - Я верю тебе, дорогой.

 После этих слов молодой человек подвёл Анадиль к младшей сестре и поклонился:

 - О, прекрасная Файруза, надеюсь, вы не выдадите бедного отшельника, влюблённого в вашу сестру?

 - Конечно, уважаемый Асад! – юная девушка зарделась от комплимента и сопричастности к любовной тайне сестры.

 Молодой человек ещё раз поклонился и быстро ушёл через невысокие кусты.

 - Какой романтичный отшельник, – Файруза засмеялась, – теперь я знаю вашу тайну, – младшая сестра была заинтригована необычной встречей.

 - Конечно, сестра, теперь ты знаешь тайну, – согласилась с ней Анадиль.

 Служанки и охранники стали шевелиться, щурясь и моргая сонными глазами.

 Чтобы выполнить план без помех, Асаду нужно было точно знать, где расположена комната возлюбленной и как она выглядит. Кроме того надо было выполнить ещё одно условие.

 После разговора на берегу Нила молодой человек отправился в город, и обошёл несколько базаров. Удача улыбнулась ему, и он нашёл нужного человека. Хасан был торговцем из Персии и не задавал лишних вопросов. Асад договорился о цене и времени, когда можно принести задаток.

 Вернувшись в пещеру, молодой человек связал между собой три железных крюка для подвешивания мяса и прикрепил к ним верёвку с узлами. А дальше весь оставшийся день упаковывал мешки с самыми необходимыми свитками пергамента и папируса, амулетами, травами, золотом и драгоценностями, отрезами материи и другими нужными вещами.

 Этой же ночью Асад предпринял дерзкий с точки зрения здравого смысла поступок.

 Под покровом темноты он прокрался к дому младшего визиря. С помощью крюков и верёвки перелез через высокий каменный забор и спрыгнул в сад. Пройдя вдоль стены, он отметил, как ориентир старый раскидистый платан в тридцати шагах от запертой на засов калитки.

 Спрятав в ветвях дерева верёвку, сел на землю и сосредоточился. Прочитав мысленно молитву, взял в руки ленточку от хиджаба Анадиль и прочёл заклинание. Внутренним зрением молодой человек увидел, как тонкая призрачная нить протянулась от ленточки к ближнему окну слева от крыши веранды, на втором этаже. Асад спрятал ленточку за полу халата и крадучись направился к дому.

На ступенях веранды сидели двое охранников, они тихо переговаривались и по очереди пили из глиняного кувшина. Усыпить двух разомлевших мужчин не составляло особого труда. Аккуратно забравшись на крышу веранды, Асад заглянул в окно.

 В небольшой уютной комнате, устланной коврами, на которых были разбросаны подушки разного размера, находились Анадиль и Файруза. Девушки лежали на низкой широкой кровати, и о чём-то оживлённо шептались. Молодой человек внимательно осмотрел комнату, стараясь закрепить в памяти её образ. Теперь он знал всё, что было необходимо для осуществления плана.

 Полюбовавшись несколько минут очаровательным видом своей возлюбленной, Асад отправился в обратный путь. Пройдя по саду, он подошёл к стене, закинул верёвку, влез и осторожно выглянул поверх стены. Убедившись, что улица пуста, спрыгнул и спокойно, не привлекая внимания, направился в сторону гор, не забыв мысленным приказом разбудить стражников.

 На следующее утро Асад пошёл на базар, отдал персу залог, а на обратном пути купил двух верблюдов с сёдлами и сбруей, большой моток крепкой верёвки, четыре железных крюка, корм для животных, немного провизии и две лёгкие накидки от солнца. Навьючив всё купленное, оседлал одного из верблюдов, и не торопясь поехал в пещеру.

 Когда наступила ночь, Асад со всеми предосторожностями пробрался в сад младшего визиря. Луна, светившая сквозь ветви деревьев, навивала спокойствие и умиротворённость. Молодой человек не торопился, он сел под платаном и погрузился в медитацию. Сосредоточившись, обострённым зрением и слухом проверил местность, прилегающую к дому.

 В свете Луны было хорошо видны фигуры двух охранников, сидевших у ворот рядом с зажжённой лампадой и тихо играющих в нарды. Слышался негромкий стук игральных костей. Два других охранника возле веранды неторопливо вполголоса обсуждали мелкие житейские неурядицы.

 Асад сконцентрировал волю – через минуту охранники у ступеней веранды замолчали. Молодой человек достал из халата маленький свиток папируса, перевязанный алой лентой, и положил перед собой. Мысленно собравшись, начертил в воздухе магический знак – свиток послушно поднялся над землёй и, плавно набирая высоту, неторопливо полетел в сторону дома. Асад сосредоточенно следил за полётом до тех пор, пока свиток не влетел в полуоткрытое окно Анадиль.

 Молодой человек открыл глаза и стал ждать.

 Прошло уже более двадцати минут, но возлюбленная не выходила. Чуткое ухо молодого человека уловило тихие шаги по каменным плитам возле дома. Асад бросил заклятие. Через минуту до его слуха донёсся приглушённый голос:

 - Эй, Ахмед, у вас всё в порядке?

 - Да, Фаттах, всё хорошо, – ответил сонный голос.

 - Смотрите, нам запрещено спать, сами знаете.

 - Знаем, знаем.

 - Ну, ладно, тогда я пойду.

 - Иди.

 Через пять минут Асад закрыл глаза и погрузился в медитацию. Предстоящая задача была сложнее. Сконцентрировав волю на верхней чакре, он вознёсся сознанием над собственным телом и, за секунду преодолев расстояние, заглянул в комнату Анадиль.

 Девушка спала, прислонившись к низкой спинке кровати, в двух шагах от неё, на ковре, лежал свиток, перевязанный алой лентой. Сознание мага вошло обратно в тело.

 «Так, – подумал Асад, – дело усложняется» и бросил заклинание – через минуту охранники замолчали.

 Медленно поднявшись молодой человек стал осторожно пробираться между деревьями сада. Через несколько минут, он нашёл то, что искал, аккуратно срезал цветок и вернулся под платан. Асад сконцентрировался, и прекрасная алая роза воспарила над землёй, пролетела по воздуху и скрылась в окне Анадиль.

 Маг ещё некоторое время продолжал сидеть, пот струился по его лицу. Наконец он открыл глаза.

 - Уф, – тихо выдохнул молодой человек, – надеюсь, теперь всё пойдёт по плану.

 Через десять минут по ступеням веранды раздались быстрые шаги, ещё через две минуты влюблённые стояли, обнявшись под ветвями платана.

 - Анадиль, – шёпотом спросил молодой человек, – ты всё сделала, как я тебе написал?

 - Да, любимый, я оставила отцу письмо, с просьбой не гневаться на свою неразумную дочь, а также приписала, что мы отправились к твоим родственникам в Каир.

 - Дорогая, ты всё сделала правильно, – с облегчением выдохнул Асад и поцеловал возлюбленную.

 Молодой человек перекинул верёвку через стену и влез по ней. Девушка привязала к концу верёвки свёрток. Асад поднял свёрток и, закрепив на стене четыре крюка, спустил к ногам Анадиль верёвочную лестницу.

 Через пять минут два неприметных путника неторопливо шли по тихим улицам ночного Луксора. Асад мысленно отдал приказ охранникам проснуться.

На рассвете в предместье города Кены неторопливым шагом въехали два неприметных путника. Через пару часов путники присоединились к большому каравану, который отправлялся в город Акаба. На восток.

 Гази Жаббар ибн-Фарид грузно прохаживался по большой комнате с коврами, увешанными кривыми турецкими саблями и кинжалами. Черты лица, искажённые приступом ярости, поражали своей жестокостью, в глазах сверкали молнии:

 - Фаттах! Возьми с собой пять человек и без промедления скачи на север, в направлении Каира. Они не могли уйти далеко, вот деньги.

 Он вложил в руку высокого мужчины несколько золотых.

 Охранник молча поклонился.

 - Рушан! – младший визирь ели сдерживал гнев. – Возьми мою большую лодку, пять человек и шесть гребцов. Плыви по Нилу в сторону Каира. Вот тебе на расходы.

 Второй охранник склонился ещё ниже.

 - Ибрагим! Ты у нас самый умный, бери десять человек и скачи на юг. Осмотрите каждую деревню, каждый храм. Может быть, этот мерзавец нарочно подбил мою девочку указать заведомо ложное направление. Вот возьми.

 Начальник охраны младшего визиря поклонился.

 Отец Анадиль нервно ходил, его багровое лицо лоснилось от пота:

 - Привезти его живым, – младший визирь запнулся, – а если будет сопротивляться – убейте его! – Гази тяжело дышал, ему не хватало воздуха. – Всем говорю, если вы найдёте мою дочь, вас ожидает награда в сто золотых! Все свободны. В погоню!

 Караван подошёл к заливу. Здесь начиналось бескрайнее Красное Море. Чистая голубая вода манила своей прозрачностью и прохладой. Караван остановился, купцы и их слуги спешились. Поднялся обычный в этом случае шум и гвалт, погонщики заставляли верблюдов опуститься на колени, снимали с них поклажу и устанавливали матерчатые навесы, чтобы защитить себя и животных от лучей палящего Солнца.

 Время шло, люди готовили пищу, или просто отдыхали, подставляя разгорячённые лица свежему ветру, приносящему прохладу со стороны моря.

 Асад и Анадиль уже искупались, обтёрлись мокрым куском ткани, надели сухую одежду, и теперь лежали под тенью небольшого навеса на тростниковых опорах.

 - Мой господин, – игриво спросила девушка, – ты ещё не разлюбил меня?

 - Ну что ты, Анадиль, ты моя самая прекрасная и желанная, – мягко, с нежностью в голосе ответил молодой человек.

 Девушка звонко рассмеялась, пристально вглядываясь в обветренное лицо возлюбленного:

 - Я так испугалась песчаной бури, когда мы подходили к Айн-Сохне! А потом наслаждалась купанием в горячих серных источниках. Кожа стала такая бархатистая, – её голос звенел подобно струйкам фонтана в удушливый полдень.

 - Радость моя, ты вся подобна спелому персику.

 Анадиль зарделась и опустила глаза. Молодой человек взял её за руку:

 - Буря действительно поражала своей силой. Два дня и одну ночь, из-за поднявшейся пыли, мы не видели свет божественного Солнца и прекрасной Луны.

 - Да, мы укрылись между верблюдами под навесом, и ты согревал меня своим телом, – глаза девушки сияли от счастья.

 Асад с безграничным обожанием посмотрел на возлюбленную:

 - Анадиль, а хочешь, я тебе расскажу о великом фараоне Мернептахе?

 - Конечно, хочу! Мне нравятся твои истории, они такие интересные.

 - Так вот, – начал Асад, – в то далёкое время в Египте жило много иудеев. Одного из них звали Моисей, он воспитывался во дворце, как приёмный сын сестры фараона. Юноша был очень способный и получил прекрасное образование у египетских жрецов. Но однажды, в порыве гнева, он убил надсмотрщика, который жестоко наказывал раба-иудея. Боясь неминуемой кары, Моисей бежал из Египта на Синайский полуостров, где пробыл в течение сорока лет.

 - Любимый, – с грустью в голосе произнесла девушка, – но сорок лет – это так много, это целая жизнь!

 - Да, Анадиль, это целая жизнь, – согласился Асад. – Так вот, через сорок лет Моисей вернулся в Египет. В это время в городе Фивы, так раньше назывался Луксор, правил фараон Мернептах. Он потребовал, чтобы фараон отпустил иудейский народ, но фараон не согласился. Тогда с помощью магии Моисей послал десять бедствий на землю египетскую.

 - Ой, Асад, это так страшно, – девушка прикрыла губы кончиками пальцев.

 - Да, любовь моя, это было страшно. Сначала Моисей превратил воду в кровь, люди не могли пить из реки и вся рыба в Ниле вымерла.

 - Ой!

 - Потом из воды вылезли огромные жабы и покрыли всю землю египетскую.

 - Как страшно, – прошептала девушка.

 - А через некоторое время полчища мошек стали нападать на людей и животных. Потом прилетели такие большие мухи – оводы, и стали жалить людей и скот.

 - Как же египтяне выжили?

 - Я не знаю, Анадиль, но вследствие этих укусов вымер весь скот. На теле образовались язвы и нарывы, они мучительно чесались и люди сходили с ума.

 - А что фараон?

 - Мернептах не хотел отпускать иудеев. И тогда Моисей послал сильную грозу. На египтян обрушились молнии и огненный град. А потом было нашествие саранчи, вся трава и листья на пальмах были уничтожены.

 - Ой, Асад, какой ужас!

 - Но самое последнее бедствие было воистину коварное, оно поразило всех первородных мальчиков. Каким-то чудом остался в живых сын фараона, Сети.

 - Любимый, я не думала, что с помощью магии можно творить такие злодеяния! – с возмущением воскликнула Анадиль.

 - Дорогая, магия – это тайное учение, его можно направить как на добро, так и во зло. Всё зависит от чародея, который обладает этим знанием, – философски заметил молодой человек.

 - Что же было дальше?

 - А дальше под покровом ночи Моисей вывел всех иудеев из города, и повёл их в землю Ханаанскую. А фараон узнал об этом, собрал войско и отправился в погоню. Иудеи уже подошли к водам Красного Моря, недалеко от места, где мы сейчас сидим. Но Моисей понимал, что очень скоро их нагонит войско, и решил заманить фараона в ловушку. Моисей был очень сильный чародей и с помощью магии раздвинул воды Красного Моря – все иудеи перешли на другой берег, а когда войско фараона, догоняя их, вступило на сухое дно, сомкнул воды. Так погиб фараон Мернептах и его войско, – грустно закончил Асад.

 Утром караван отправился дальше, в сторону Акабы.

Раннее утро, как обычно, Асад проводил в молитве. Он сидел, скрестив ноги на коврике, расстеленным прямо на песке, недалеко от навеса, под которым сладко спала Анадиль. Молодой человек уже заканчивал медитацию, как вдруг, в тишине нарождавшегося дня, его острый слух уловил слабый шорох, как будто змеиных тел, ползших по песку.

 Удивившись, Асад открыл глаза и стал всматриваться в близлежащие барханы. Солнце слепило глаза, но он смог разглядеть, что на песчаных гребнях стали появляться точки. Одна, две, четыре, шесть, десять, дальше он перестал считать. Точки быстро увеличивались и превращались в фигуры людей, которые пригнувшись, бежали по склонам барханов к растянувшемуся длинной цепью безмолвному лагерю.

 Отражая солнечные блики, в руках приближающихся людей блестели кривые сабли и длинноствольные пистолеты. Бандиты бежали молча, стараясь воспользоваться эффектом неожиданности. Скоро в дальнем конце каравана послышались крики, полусонные купцы с оружием выбегали из шатров. Началась общая неразбериха, звон сабель, выстрелы, рёв верблюдов.

 Асад понял, что больше нельзя терять ни минуты. Он встал и глубоко вдохнул свежий утренний воздух. Слова заклятия еле слышным шёпотом слетали с его губ. Одновременно его скрещенные руки медленно поднялись над головой и разошлись в стороны. Описав сферу, кисти рук опять скрестились на уровне пояса, затем передвинулись назад к обеим сторонам груди.

 К Асаду приближались восемь фигур с саблями наголо. Маг резко выбросил руки в направлении «незваных гостей» открытыми ладонями вперёд – волна сжатого воздуха ударила по фигурам и отбросила их на несколько метров.

 Нападавшие несколько секунд лежали оглушённые, потом стали приходить в себя, вставая, отряхиваясь и отплёвываясь. Они собирали разбросанное оружие, не понимая, что произошло, с ненавистью разглядывая одетого в простой халат молодого человека.

 Эта задержка дала магу время подготовиться, и когда грабители, ругаясь, с перекошенными лицами опять пошли вперёд, он зажёг между ладонями огненный шарик, размером с персик и, размахнувшись, метнул его в ближайшего злоумышленника.

 При столкновении с препятствием шарик лопнул и рассыпался яркими искрами. Охваченный огнём стал кружиться волчком, ужасно крича и пытаясь сбить пламя с загоревшейся одежды. Он упал на песок и тут произошёл взрыв – взорвался порох в маленьком бурдюке на поясе несчастного.

 После взрыва обгорелое тело бандита осталось неподвижно лежать на песке. Это произвело должный эффект, и оставшиеся семь грабителей бросили оружие, рухнули на колени и с поднятыми руками стали кричать, взывать к Аллаху и биться головой о песок:

 - Шайтан в образе человека …

 - Аллах всемогущий, помоги …

 - Шайтан, шайтан …

 - Аллах! Аллах! Помилуй недостойного раба твоего …

 Среди разбойников произошла заминка, некоторые видели взрыв и его последствия, и теперь стояли, с выражением изумления и страха. Схватка вокруг каравана затихла. Постепенно находчивые купцы стали выстраиваться за спиной Асада, выставляя вперёд сабли и стволы мушкетов. Через несколько минут рядом с магом стояло уже человек двадцать вооружённых купцов и слуг.

 Инициатива была потеряна и грабители не знали, что делать дальше. Часть из них подошла к семи бандитам, которые продолжали сидеть на песке, взывая к Аллаху с поднятыми руками.

 - Досточтимый Асад, – тихо сказал Хасан, стоящий рядом, – скажи им, чтобы они убирались прочь.

 Маг смотрел на многочисленную толпу бандитов. После выполненных двух заклинаний он чувствовал себя усталым, и если бы бой продолжался, неизвестно насколько бы у него хватило сил кидаться огненными шарами. Но грабители этого не знали. Маг принял решение:

 - Вы должны немедленно сложить оружие и покинуть это место! – произнёс Асад громким голосом.

 Разбойники возроптали:

 - Бросить оружие?

 - Ещё чего!

 - Да кто ты такой, чтобы нам приказывать?

 Но купцы народ сообразительный – два десятка длинноствольных мушкетов как по команде были направленны на разрозненную группу бандитов. Грабителям ничего не оставалось, как сложить оружие.

 Нехотя, по одному они приближались к Асаду и, не доходя несколько метров, бросали на песок сабли, пистолеты и кинжалы.

 Через двадцать минут всё было кончено. Банда злоумышленников ушла за барханы, а купцы наперебой стали благодарить мага за чудесное спасение. Асад скромно принимал поздравления.

 К магу подошёл начальник каравана Хасан:

 - Досточтимый Асад, да будет Аллах благосклонен ко всем твоим помыслам! Я возвращаю тебе плату за проезд в составе нашего каравана, – Хасан поклонился и вручил кошелёк. – К сожалению больше у меня сейчас ничего нет, но может быть, ты возьмёшь себе оружие разбойников, и потом его выгодно продашь?

 - Спасибо уважаемый Хасан, да пошлёт тебе Аллах процветание в торговле! Я возьму себе что-нибудь из оружия.

 Хасан поклонился.

 Асад выбрал себе три стальных кинжала с узорными серебряными рукоятями и инкрустированные рубинами и сапфирами, два длинноствольных пистолета, запас пороха и пуль. Остальное оружие Асад попросил Хасана распределить среди купцов.

 Глаза Анадиль сияли от счастья – она видела, с каким почётом и уважением все относятся к её возлюбленному.

 На следующее утро отдохнувший караван ушёл в сторону Акабы.

В Акабе, в небольшой мечети, в присутствии двух свидетелей мужчин был совершён никах – обряд бракосочетания. По традиции жених подарил невесте махр – перстень с топазом. Имам прочитал четвёртую суру Корана и от имени Аллаха скрепил союз молодых.

 После церемонии молодожёны вернулись в маленькую комнату, которую молодой человек снял на время пребывания в городе. Они устроили праздничный ужин с вином и фруктами, обменялись свадебными серебряными кольцами, а затем Асад подарил жене ожерелье из трёх ниток индийского жемчуга, рубиновые серьги и золотую брошь с рубином. Анадиль светилась от счастья, она не сводила восторженных глаз со своего возлюбленного.

 Настала долгожданная первая брачная ночь.

 С другим караваном Асад и Анадиль дошли до побережья Средиземного моря. Раньше где-то в этих местах процветали древние города, такие как Троя, позже благоденствовали не менее великолепные города Тир и Сидон. После утомительного путешествия молодожены, наконец, достигли желаемой цели.

 На остатки золота молодой человек приобрёл маленький домик с садом и огородом, в обширной утопающей в зелени долине. Купил несколько коз и с десяток кур. Море находилось поблизости, и Асад занимался рыбной ловлей, а Анадиль выращивала овощи и собирала фрукты. Иногда молодой человек ездил в ближайший городок, закупал или обменивал на рыбу пшеницу и всякие хозяйственные мелочи.

 В те редкие вечера, когда выпадало свободное время, Асад продолжал заниматься совершенствованием своих знаний в тайной науке жрецов. Ему даже удалось купить несколько оккультных книг из пергамента. Так они скромно жили в любви и согласии. Единственным ощутимым недостатком было отсутствие детей.

 Несмотря на присущую проницательность и обширные знания Асад так и не смог разобраться, было ли это следствием подписанного им договора, или имелись иные причины. Это обстоятельство сильно удручало. Шли годы, прекрасная Анадиль очень похудела, она укоряла себя, что не может родить сына любимому мужу.

 Так минуло двенадцать с половиной лет, Анадиль тяжело заболела, и в течение шести месяцев истаяла как свеча.

 Перед смертью Асад положил любимую жену ступнями в сторону Мекки, прочитал молитву «Калимат-шахадат» и суру «Ясин», затем выполнил последний долг – дал ей глоток холодной воды.

 После обряда омовения завернул тело в кусок белого полотна и прочитал «Джаназа» – погребальную молитву. А затем похоронил на небольшом холме, недалеко от дома.

 Это было место, где они с женой часто отдыхали, наслаждаясь окружающей природой, а после заката Луной и яркими звёздами. Весной благодатное Солнце своими божественными лучами хорошо прогревало землю на вершине, и холм утопал в душистых цветах. Асад решил, что душе покойной будет легче, когда она придёт на этот благоухающий кусочек земного рая.

 И, конечно, она пришла.

 Дочь младшего визиря выглядела восхитительно в шёлковом хиджабе и галабеи лимонного цвета, украшенными перламутром и вышивкой из сплетённых между собой листьев и цветов изумрудного и розового оттенка, выполненной Вифлеемским стежком.

 «Как же она прекрасна!» – поразился Асад.

 - Не печалься, возлюбленный мой, – донёсся голос подобно шелесту ветерка, – я буду ждать тебя…

 Юная девушка лучезарно улыбнулась:

 - Буду ждать…

 Видение истончилось и растаяло.

 На следующее утро печальный вдовец пришёл к могиле, и положил на свежий холмик несколько белых роз. Убитый горем муж сидел на траве, и терпеливо боролся с подступающими слезами. Ему вспомнились слова жреца Наби:

 «Что теперь с ней будет? Почему она должна страдать за твои грехи? Моли Исиду, чтобы Анадиль прожила дольше четырнадцати лет».

 «Как же прав оказался жрец, или он всё знал наперёд?» – удручённо размышлял Асад.

 Но вопрос остался без ответа. Ему вспомнилась последняя встреча со жрецом. Это случилось лет пять назад.

 Однажды, когда, как обычно, после заката он медитировал, обратив своё лицо на восток, перед мысленным взором мага возникло видение:

 Яркое голубое облачко быстро приблизилось и сформировалось в образ учителя. Лицо жреца Наби очень помолодело и выглядело лет на сорок. Он был одет в белую галабею и тюрбан. А на его челе, сквозь полупрозрачную ткань, сверкали две звезды, испускающие яркие лучи голубого света.

 Торжественным голосом жрец произнёс:

 - Асад, мой любимый ученик! Я не смогу прийти к тебе, мне не разрешили. Ты должен будешь отработать все последствия своих деяний в нижних мирах. Взывай к Исиде, может быть, она снизойдёт к твоим молитвам.

 Жрец с бесконечной любовью и нежностью посмотрел на ученика:

 - Ну, а теперь прощай, сын мой. К моему великому огорчению мы встретимся не скоро, – жрец Наби грустно улыбнулся.

 Видение стало блёкнуть, и через несколько секунд исчезло.

 Асад открыл глаза. Он понял, что жрец Наби покинул этот грешный мир.

 «А вот я вынужден жить!» – с горечью подумал он.

 Асад очень тяжело переживал потерю любимой жены. Через год здоровье мужчины, подточенное чувством вины, резко ухудшилось, он серьёзно заболел.

 За неделю, предчувствуя свою смерть, Асад составил завещание, в котором отдавал все права собственности на дом с садом семье младшего визиря. Этим действием он старался загладить боль и страдания, причинённые отцу и родственникам Анадиль. Маг отнёс завещание и последние девять золотых монет соседям, с просьбой похоронить его через восемь дней, а также переслать с оказией завещание в дом Гази Жаббара ибн-Фарида в Луксоре.

 Через семь дней Асад умер возле могилы своей возлюбленной. Соседи похоронили тело мага на этом же холме, рядом с женой.

 Перед взглядом сокола расстилалась широкая река, величаво катившая свои воды, это был Евфрат. Сокол опустился на скалистый выступ высокого холма, покрытого редким кустарником, и сложил широкие крылья. Сокол знал, что за этой рекой будет ещё одна, столь же величественная – Тигр, на берегах которой расположен древний Багдад.

 Где-то в горах, недалеко от этого города, в течение более двадцати лет персидский маг Шакир постигал тайны мироздания. Сокол прикрыл веки, он помнил свою первую встречу с Шакиром.

 «Да, как же давно это было, более сорока двух лет назад!» – устало размышлял сокол, зорким взглядом осматривая долину.

 Завтра, отдохнув, сокол продолжит свой, как ему казалось, бесконечный полёт дальше, на восток.