По дороге домой мы с Сашкой нашли джина. Он был запечатан в витую бутылку из-под "Кока-колы". Мы по очереди пинали ее ногами, пока она, налетев на бетонный тротуар, не треснула по всей длине. Из трещины повалил густой белый дым, а когда он рассеялся, мы увидели низкого пузатого человечка в малиновом пиджаке. В левой руке он держал джиэсэмовский телефон, а правой поигрывал крупной золотой цепью, висящей на шее.

Мы пялились на него во все глаза. Наконец, глубоко вздохнув, Сашка произнес:

- Ты джин?

- Нет, блин, техасский рейнджер, — ответил джин, выплюнул жвачку и достал из пачки "Орбита" новую, — чего молчите, будто языки прикусили?

- Если ты джин, — сказал я, отойдя от напавшего ступора, — то нам полагается три желания.

- Три желания, мальчик, — сказал джин покровительственным тоном, — бывают только в сказках. С вас хватит и по одному.

Я задумался, а Сашка вдруг ляпнул:

- А откуда ты здесь взялся? Я хочу сказать, джинов обычно находят в пустынях, запечатанных в амфоры…

- Слушай, умник, — нахмурился джин, — ты когда-нибудь был в Сахаре? Ну? Не был? Так скажи мне, что там можно делать? Жара, блестящий песок, на сотни миль вокруг ни одного компьютера. И вообще, — было видно, что джина задело за живое, — амфоры все по музеям порастащили — нормальному джину негде спрятаться. Вот и приходится подстраиваться — а кто позарится на пустую бутылку из-под колы?

- Как тебя зовут-то? — спросил я.

- Вася, — ответил он. — У тебя спичек не будет?

Я посмотрел на него. В зубах джин держал стосорокамиллиметровую "More" с ментолом.

- Джин Вася, — медленно проговорил Саня, — ты что, серьезно?

- Значит не будет, — понял джин и выхватил откуда-то из воздуха зажигалку, пробурчав, — все самому надо делать.

- Ты серьезно? — повторил Саня.

Джин оторвался от пускания дыма колечками и нехорошо посмотрел на Сашку.

- Ты что, издеваешься? Какой джин в здравом, как говорится, уме скажет тебе свое истинное имя?

- А что в этом такого, — недоуменно поинтересовался я, — меня, к примеру, зовут Макс.

- Темнота! — застонал джин. — Макс его зовут! Да неужели вам олухам неизвестно, что тот, кто знает истинное имя джина, может повелевать им вечно?

- Как же вы друг к другу обращаетесь? — спросил я.

- По серийным номерам, — затянувшись, ответил он.

- Хочу знать твое истинное имя, — быстро сказал Сашка. — Это мое желание, исполняй немедленно.

Я замер. Я не был уверен в искренности джина и подозревал, что он просто хочет отобрать у Сашки его желание. На самом же деле его имя, небось, яйца выеденного не стоит.

Но случилось по-другому. Не успел Саня договорить, как в его руках оказалась толстая, страниц на шестьсот, великоформатная книга в суперобложке. От книги пахло свежей типографской краской.

- Не торопись, — сказал джин, не вынимая изо рта сигареты.

- Что это? — спросил Сашка.

- Кодекс желаний, — джин бросил окурок в созданную им самим урну, — двадцать четвертый том. Загляни на двести семьдесят третью страницу. Там прямо под пунктом… — он осекся. — Ладно, брось, не ищи. Я сам процитирую, — нараспев он произнес. — Вынуждение джина к разглашению своего истинного имени, равно как и к вечному подчинению или увеличению выделенного числа желаний не может быть сочтено легитимным желанием.

- Двадцать четвертый том, — задумчиво произнес я, — что же вы там понаписывали?

- Ты бы лучше спросил, что мы понаписывали в следующих ста восьмидесяти трех. От таких умников, как вы, хотели себя уберечь. А то вы сами не знаете, чего хотите, а нам джинам потом мучайся. Вот SC 4835-08309-0407 и вычитал по книге судеб все загадываемые желания и некорректные внес в кодекс. Кстати, если хочешь, выпишу вам обоим полное издание. Не за желание, а так.

- Нет, — сказал я, — что-то мне не хочется.

- Мне тоже, — согласился Сашка.

- Зря, — огорчился джин. — Некоторые умудрялись прочитать весь кодекс. Там есть довольно забавные желания. Ну возьмите хоть первые два тома — они содержат правила составления желаний.

- Что? — возмутился я. — Какие еще правила?

- В основном они сводятся к запрету соединительного союза "и", а также всех подобных форм. Есть и еще кое-что.

- Вот это да! — сказал Сашка.

- А чего ты хотел? — вспылил джин. — Нашелся один хитрец. Месяц думал, списки составлял, а потом принес мне стихотворение, в котором перечислил добрую тысячу желаний!

Я присвистнул.

- А что, это идея!

- Иде-е-я, — передразнил меня джин. — Вы давайте думайте, а я пока перезвоню пацанам.

- Я уже придумал, — сказал Саня. — Хочу быть Богом.

Я подумал, что Сашка не уточнил, каким он хочет быть богом, и джин, воспользовавшись оплошностью, превратит его в какого-нибудь мелкого божка коровьего навоза.

- Бога нет, — сказал джин. — Ни Бога, ни богов. Это противоречит существованию джинов.

- Тогда я хочу быть аналогом Бога, — упрямо сказал Сашка.

- Как я могу сделать тебя аналогом того, чего нет? — возразил джин. — Думай дальше. Алло, это AS 4323-33221-2828? Привет, малый. Меня откупорили. Ты представляешь, да? А твой уже решился?..

- Что будем делать? — я посмотрел на Сашку.

- Давай подумаем, — ответил он.

Думать ой как не хотелось. Мозги находились в отключенном состоянии, так как до сессии оставалось целых два месяца. Мы лениво слушали веселый лепет джина.

- Интересные мне попались ребята, — кричал он в трубку. — Один попросил сделать его Богом. Давеча тоже парень, Билл его, кажись, звать, говорит: "Сделай меня Богом". Я ему все толком объяснил. Согласился быть самым богатым в мире.

- Магом сделать, небось, тоже откажется, — грустно сказал Сашка.

- А может попросить чудесный коробок? — задумчиво произнес я.

- Что это за штука?

- Коробок со спичками, — разъяснил я. — Пока спичка горит, ты загадываешь любое желание. Это мне кто-то в детстве про него рассказывал.

- Идет, — обрадовался Саня. — Но, чур, теперь проси ты.

- Джин, — окликнул его я. — Мы надумали.

Джин нажал пальцем кнопку "Mute" на телефоне и обернулся.

- Ну.

- Хочу два чудесных коробка, — приказал я.

И подумал, какой же я дурак! Мог же заказать сотню!

- Хоть сотню, — сказал джин, — уникумы дублировать нельзя. Том сто восьмой, раздел шестой, глава первая. Это тебе не Diablo.

- Уникумы? — взвизгнул я. — Значит он существует?

- Ага, — согласился джин. — Только Муххамед ибн Али сжег все спички. Так ты все еще настаиваешь?

- Нет! — молниеносно выпалил я.

- Все? — уточнил джин. — Фантазия кончилась? Мне можно продолжить разговор?

Сашка обреченно кивнул.

- Давай сделаем всех счастливыми, — предложил он.

- Кстати о счастье, — отвлекся от своего телефона джин. — Счастье ниоткуда не берется и никуда не исчезает, оно лишь переходит от одного существа к другому. Общая сумма счастья во вселенной постоянна и равна нулю, — процитировал он фразу из какого-то учебника неформальной физики и продолжил болтать.

- Да-а-а, — протянул я, — невесело.

- Угу, — поддакнул Саня. — Тогда давай сами сделаемся счастливыми.

- Тогда уж давай сделаем счастливыми заодно родственников и знакомых.

- Не пойдет, — возразил он, — союз "и".

- Тогда ты скажешь, что хочешь, чтобы мы с тобой были счастливы, а я скажу, чтобы стали счастливы все, кого мы знаем. Навсегда.

- А он спросит: "Кто это мы?" Ты ему ответишь: "Я и Саня". "И!!!" — скажет он. Ничего не выйдет, Макс.

Я плюнул со злости.

- Может мы себе машины сапгрейдим? — предложил Саня. — Шучу, шучу! — крикнул он, посмотрев в мои кипящие глаза.

- Это я могу, — вмешался в наш разговор джин, засунув телефон в карман пиджака. — Я уже закончил болтать.

- Иди к черту! — сказал я.

- Это желание? — уточнил джин. — Шучу, шучу! Не бушуй.

- Слушай, джин — сказал Саня, — а что другие заказывали?

- Уж заказывали! — ответил джин, раскуривая новую сигарету. — Мир трясся — так заказывали.

- А каким был мир до самого первого желания? — спросил я.

- Я тебе что, справочное бюро? — заупрямился джин.

- Да ладно тебе, не ломайся, — пожурил его Саня. — Выкладывай.

- Я, честно говоря, не знаю, — нехотя ответил джин. Я слишком молодой — в будущем стотысячелетии мне исполнится пять миллиардов. Другие, более старые, может быть и знают.

Мы переглянулись.

- Я, кажется, знаю, что загадать! — сказал Сашка.

- Ага, — ответил я.

- Джин, а можно ли отменить все загаданные желания?

Замелькали страницы кодекса. С вожделением мы ждали ответа, глядя на джина, который со страшной скоростью листал книги, которыми он обложился в три слоя. Наконец, он поднял на нас удивленное лицо.

- В кодексе ничего про это не сказано, — ошарашено проговорил он. — Получается, что можно.

Мы улыбались. Мы предвкушали, как проучим всех алчных людишек. Мы-то точно знали, что без их мелочных эгоистичных желаний этот мир станет гораздо лучше. Или, по крайней мере, догадывались, что станет.

- Джин, — торжественно произнес Сашка, — я хочу отменить все когда-либо загаданные желания.

- Серьезно? — переспросил джин.

- Подтверждаю.

За секунду передо мной мелькнула вся история вселенной, пропущенная в обратном порядке. Я видел триллионы событий. Не выдержав, я закрыл глаза. То же самое сделал Сашка.

- Готово, — сказал джин.

Мы медленно открыли глаза, ожидая увидеть новый и счастливый мир, всем обязанный нам двоим. Вернее, Сашке.

То, что мы увидели, нам совсем не понравилось. Было темно. В темноте сидели два джина и загадывали друг другу желания.

- Что-то скучно, — сказал один.

- И темно, — подтвердил другой.

- Свету бы нам, — сказал первый.

Сердце мое сжалось в благоговейном ужасе. В голову лез всякий бред в стиле "В начале было Слово" и "Да будет свет".

- Макс, — заорал Саня, — давай все назад. У тебя еще одно желание.

- Джин, ты слышал? — сказал я, плохо сдерживая нотки страха в голосе. — Давай все назад.

- Точно? — переспросил джин.

- Абсолютно, — ответил я.

Внезапно засиявшее солнце чуть не ослепило меня. Я огляделся и с облегчением увидел родной мне ландшафт — мусорку напротив детской площадки, загаженной собаками, в которой рылся большой полосатый кот, грязный до неузнаваемости.

- Все в порядке, — улыбнулся Саня, наблюдая за тем, как кот жует обертку от сосисок, — мы дома.

- Вы дома, — подтвердил джин, — а желания ваши закончились. Так что, чао, касатики.

Он поправил воротник рубашки антенной телефона и исчез. На асфальте валялась его бутылка. Я подобрал лежащую рядом жестяную крышку и прочитал: "Ты выиграл 1 литр".

- И на том спасибо, — оскалился Саня, — пошли в магазин.